Майя Блейк

Золушка для шейха

Глава 1

Должно быть, он ослышался. Иначе и быть не может.

– Повторите. – Шейх Зуфар аль-Халия, нынешний правитель Халии, тихонько вздохнул, обращаясь к невысокому старшему помощнику в очках, который стоял напротив него.

Помощник шагнул назад, очень хорошо понимая, что приглушенный голос короля намного хуже его окрика. Хотя Зуфар аль-Халия, опытный стратег и поразительно умный глава королевской семьи, никогда не повышал голос.

Марван Фархат выдержал холодный взгляд своего лидера несколько секунд, а потом уставился на бесценный персидский ковер под ногами.

– Итак, Марван? – настаивал Зуфар.

– Нам сообщили, что ваша невеста, ваше величество, похищена. Ее нет в своих апартаментах, и ее служанка думает, что ее похитили.

– Думает? Значит, доказательств нет?

– Э-э-э… Я не разговаривал со служанкой сам, ваше величество, но…

– Насколько вам известно, моя невеста может прятаться во дворце, оправдывая свое поведение волнениями перед свадьбой, верно?

Марван обменялся взглядами с другими помощниками.

– Это возможно, ваше величество.

Зуфар спросил:

– Где эта служанка? Я хочу поговорить с ней. Старший помощник поморщился:

– Конечно, ваше величество, но мне сообщили, что девушка сейчас плачет. Я не думаю, что это будет полезно…

– Полезно? Вы видите, что на мне надето, Марван? – спросил Зуфар тихим и угрожающим тоном, который, как правило, заставлял подданных короля замолчать.

Марван судорожно сглотнул, оглядывая военную униформу Зуфара: с широким поясом, эполетами и золотыми пуговицами. Любой другой мужчина на месте принца выглядел бы жестким и напыщенным. Но Зуфар был привлекательным, изящным и по-королевски авторитетным.

Плащ принца висел на специальной вешалке неподалеку. Униформа и плащ были частью церемониального свадебного наряда короля.

– Да, ваше величество, – почтительно ответил он.

Зуфар бросил на стол белые перчатки, которые собирался надеть.

– Вы видели высокопоставленных лиц и глав государств, которые собираются в Императорском зале? Пятьдесят тысяч граждан последние семь дней ждали этой церемонии. Триста журналистов и бесчисленные камеры на южной лужайке приготовились транслировать церемонию.

– Конечно, ваше величество.

Зуфар глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, уверенный в том, что в противном случае, несмотря на отменное здоровье, получит инфаркт. А это будет совсем неприемлемо в день его свадьбы.

– Скажите еще раз, почему, по-вашему, мою невесту не удастся найти?

Марван молитвенно сложил руки.

– Тысяча извинений, ваше величество, – сказал он. – Я просто пришел сообщить вам, что возможна задержка. Вероятно, нам придется отсрочить церемонию…

– Никакой отсрочки не будет. Вы немедленно найдете мою невесту, и свадебная церемония состоится в установленное время.

– Ваше величество, охранники и слуги искали ее повсюду. Ее здесь нет.

Перед глазами Зуфара встала красная пелена. Ему показалось, что у него слишком тугой ворот. Но он не поднял руку, чтобы расстегнуть униформу или каким-либо иным образом указать на свой дискомфорт.

Он король.

С рождения инструкторы и гувернантки обучали его спокойствию и правилам приличия; если он нарушал правила, его тут же беспощадно наказывали. А как боролись с проявлениями бурных эмоций, вроде раздражения, которое сейчас бурлило в его душе? Зуфара отправили на неделю в зимний дворец на севере Халии, где были только заснеженные горы и чтение бесконечных текстов на латыни.

Проявлять эмоции разрешалось только отцу Зуфара.

Зуфар, его младший брат и сестра обучались в строгости в зарубежных школах-интернатах. А во время праздников, когда им позволяли приехать домой, их обучали, как стать прекрасными послами королевского дома Халии.

Зуфар выпрямился и пристально посмотрел на Марвана.

– Отведите меня к этой служанке. Я хочу услышать, что она скажет.

Старший помощник тут же низко поклонился.

– Конечно, ваше величество.

Дворцовые охранники бросились вперед, чтобы открыть двойные двери. Выйдя в коридор, Зуфар знал, что случилось нечто непоправимое. Несколько сотрудников королевского дворца встревоженно носились туда-сюда. И хотя они почтительно кланялись королю, они избегали его взгляда.

От ощутимого напряжения на его затылке приподнялись волоски. Марван тоже нервничал. Он делал все, что в его силах, чтобы торопливо идти за королем, сохраняя приличествующее расстояние между собой и Зуфаром.

Шепот вокруг него усиливался, пока Зуфар шагал в главную часть дворца. Как и в большинстве королевских дворцов, женские апартаменты отделялись от мужских несколькими крыльями здания. Его собственные комнаты были расположены в западном крыле дворца, стоящего на вершине горы Джерра.

Он быстро прошел в восточное крыло, игнорируя поклоны персонала и будущих членов своей семьи. Он мрачно шел в апартаменты, которые его невеста, Амира, занимала с момента своего приезда во дворец три недели назад.

Она была дочерью старинного друга его отца, и Зуфар знал Амиру с детства. Но она была на несколько лет младше и явно боялась его, потому что с ним почти не разговаривала. Зуфар не интересовался ею до тех пор, пока его отец не сообщил ему о соглашении, заключенном с Ферозом Галибом – отцом Амиры.

Тогда свадьба казалась далеким событием в будущем. Тем не менее Зуфар серьезно отнесся к своим обязанностям и старался сделать так, чтобы во время их встреч Амира не чувствовала себя пленницей. Ее предварительного согласия на брак с ним было достаточно.

Медицинский отчет, подтверждающий, что Амира здорова и может рожать, завершил сделку.

Зуфар редко думал о ней, хотя во время недавних двух ужинов она казалась ему очень рассеянной.

Амира сблизилась с его сестрой, и Зуфар верил, что Галила сообщила бы ему о проблеме с предстоящей свадьбой.

Он нахмурился.

Управление королевством – его единственный приоритет. Особенно теперь, после внезапного отречения отца.

Он не будет думать о своем отце или о том, что бывший король уединился в летнем дворце после смерти своей жены и месяцами не разговаривает со своими детьми. Зуфар не станет думать о бессонных ночах и тяжелейшей работе, которую он проделал, чтобы спасти королевство от распада.

Сегодня его подданные ждут королевскую свадьбу. И они ее получат.

Зуфар вошел в апартаменты и остановился при виде явно огорченных женщин в гостиной. Две из них истерично болтали, а пожилая женщина их успокаивала.

– Которая из них? – спросил он.

Женщины повернулись к нему и испуганно ахнули.

Марван подошел к пожилой женщине, о чем-то спросил ее, и она указала на внутреннюю комнату. Зуфар распахнул двери, и на него нахлынули горькие воспоминания. Он вошел в огромную, пышно оформленную комнату, которая когда-то была домом его матери.

Его взгляд не задерживался на бесценных сувенирах, мехах и украшениях. Он не знал, какие предметы хранила в этой комнате его мать; какие среди них были подарки от его отца, а какие от ее тайных поклонников. Он не знал ее любимую книгу или цветок, потому что ему запрещалось заходить в ее апартаменты.

В редких случаях мать терпела Зуфара только на публике, где одаривала его притворным обожанием. В остальное время у нее не было даже доброго слова для него или его брата и сестры.

Он посмотрел на фигуру, которая, ссутулившись, стояла у изголовья широкой кровати. Девушка была такой хрупкой, что он едва ее заметил.

Если бы не ее бежевая одежда, которая резко выделялась на фоне золотого и кремового постельного белья, он принял бы ее за одну из подушек или часть богатой драпировки кровати.

Подойдя, он заметил, что ее тонкие плечи дрожат. Еще несколько шагов, и он услышал ее тихие рыдания.

Зуфар едва не выругался.

Ему не нравились плачущие женщины.

Стоящий у него за спиной Марван резко щелкнул языком.

Девушка резко выпрямилась, споткнулась о длинную бесформенную юбку и тут же упала на пол к ногам Зуфара.

Он ждал, нетерпеливо дыша, пока она встанет. Но вставать она явно не торопилась. Вместо этого она вытаращилась на его ботинки.

Зуфар откашлялся.

– Ты не могла бы полюбоваться моей обувью в другой раз? Сейчас на карту поставлена репутация моего королевства, – протянул он.

Резко вздохнув, она наконец подняла голову. Большие, заплаканные глаза медленно скользили вверх по его телу. К тому времени, когда они достигли его лица, в глазах девушки читался ужас. Она была самой неприглядной особой, которую когда-либо видел Зуфар.

– Как тебя зовут? – выдохнул он, молясь о том, чтобы она заговорила.

Она не ответила, а только в страхе таращилась на него.

– Разве ты не слышишь, что твой король обратился к тебе, девочка? – резко спросил Марван.

Она шумно сглотнула, но не произнесла ни слова.

Зуфар сжал кулаки. Посмотрев на его руки, она отшатнулась в сторону.

При виде ее страха ему стало не по себе. Выдохнув, он медленно разжал пальцы рук.

– Оставьте нас, – сказал он Марвану.

Тот удивился:

– Вы уверены, ваше величество?

Зуфар поджал губы.

– Оставьте нас. Немедленно.

Комната тут же опустела. Он пристально посмотрел на девушку и медленно протянул ей руку. Она взглянула на него так, словно боялась, что он ее укусит или ударит.

Он нахмурился.

Она напоминала ему пугливых жеребят в его конюшне. Тех, которых приходилось обучать дольше остальных.

Зуфар наклонился и снова протянул ей руку.

– Встань, – потребовал он.

Она положила руку на его ладонь, резко встала и смущенно ахнула, словно ее ошпарили. Он игнорировал ее реакцию и оглядел с головы до ног. Она не была девочкой, как он предполагал изначально.

Судя по ее округлой груди и очертаниям фигуры под платьем, она уже не подросток. Он посмотрел на ее грудь, которая приподнялась от взволнованного дыхания. Шагнув назад, он сложил руки за спиной.

– Как тебя зовут? – тихо спросил он.

Она что-то пробормотала, глядя себе под ноги.

– Говори, – сказал он.

Она слегка подняла голову, продолжая смотреть на носки его ботинок.

– Ньеша Залвани, ваше величество, – произнесла она мягким, томным и лиричным голосом.

– Чем ты здесь занимаешься?

– Я… я была горничной до прошлой недели. А потом меня отправили к мисс Амире.

– Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю, – протянул Зуфар. Ему казалось, что прошла вечность, прежде чем она подняла голову. – Где твоя хозяйка?

Ее нижняя губа дрогнула. Она округлила глаза и прерывисто задышала. Зуфар заставил себя не смотреть на ее грудь и бледную шею.

– Она… она уехала, ваше величество.

– Куда? – прорычал он сквозь зубы.

– Не знаю, ваше величество.

– Очень хорошо. Давай попробуем иначе. Она уехала одна?

Девушка теребила пальцы, а потом откашлялась.

– Нет, ваше величество. С мужчиной.

По его затылку пробежал холодок.

– Мужчина? Какой мужчина? – тихо спросил он.

– Он не назвался, ваше величество.

– Но ты уверена, что ее против воли увез неизвестный мужчина? – настаивал Зуфар.

Она прикусила пухлую губу и кивнула.

– Расскажи все, что знаешь.

– Возможно, я ошибаюсь, ваше величество, но она не выглядела так, будто ее похищают.

Он сжал кулаки за спиной.

– Она что-нибудь сказала?

– Все произошло очень быстро, ваше величество. – Она вынула из складок платья письмо и протянула Зуфару. – Она поручила мне передать это принцессе Галиле, которая передала бы письмо вам.

Зуфар взял у нее письмо и развернул его. У нее похолодело в груди. Он прочитал сообщение. Потом еще раз.

Резко выругавшись, он скомкал плотную рельефную бумагу. Перед его глазами опять встала красная пелена. Зуфара одолевала ярость, когда он подошел к окну и прижал кулак к широкой панели.

Перед ним лежали залитые солнцем дворцовые площадки. Слышался приглушенный разговор толпы. Возбужденные граждане и нетерпеливые туристы, которые специально приехали в страну по случаю королевской свадьбы, предвкушали сказочную церемонию. Многие месяцы королевство было охвачено свадебной лихорадкой.

И все для того, чтобы получить письмо от сводного брата, который соблазнил и похитил невесту Зуфара.

При других обстоятельствах он, возможно, испытал бы облегчение. Но сейчас Зуфар столкнулся с громадной проблемой. Помимо унижения и понимания того, что у него больше нет невесты, его страна может лишиться потенциальных экономических выгод.

Ему надо разыскать Амиру.

Но как он это сделает, если не знает, куда она уехала? Досье, которое он собирал на Адира с тех пор, как тот появился на похоронах матери, говорило о том, что у него нет постоянного места жительства.

Даже зная его местонахождение, Зуфар не мог бы гоняться за ним. Адир вовремя подоспел со своей местью. Но Зуфар не позволит ему праздновать победу.

Он повернулся к молодой горничной.

– Когда они уехали? – спросил он.

На этот раз она долго молчала.

– Я принесла ей чай и оставила одну на десять минут. – Она снова сжала руки. – Я ушла за королевскими украшениями, когда услышала шум.

– Значит, ты видела, как они уезжали вместе?

Она кивнула:

– Да.

– И ты уверена, что он не причинил ей вреда? – спросил Зуфар.

– Она… Казалось, она была готова к отъезду, ваше величество.

– Как они вышли из дворца?

Она указала на окно, у которого он стоял.

Зуфар стиснул зубы. Апартаменты находились на втором этаже, под окнами были только виноградные лозы.

– Кто-нибудь еще видел их?

– Только принцесса. Но они были почти на земле, когда она вошла.

Зуфар нахмурился. Почему Галила ни о чем не сообщила ему?

Она пыталась остановить их? Скорее всего, Галила избегала Зуфара потому, что знала, как он отреагирует на новости.

– Как скоро ты подняла тревогу? – спросил он.

Она посмотрела на него виновато, ее нижняя губа снова задрожала.

– Секунды? Минуты? – рявкнул он.

Она побледнела.

– Простите. Я думала… Я думала, это шутка.

– Никаких шуток. То, что ты вовремя не подняла тревогу, помогло им убежать. – Зуфар был в этом уверен.

Она буквально вжалась в стену. Зуфар отвернулся, стараясь успокоиться.

Его ждет скандал. Засунув письмо в карман, он решил после пообщаться со своим сводным братом. Сейчас необходимо найти временное решение проблемы. Свадьбу нельзя отменять.

Оглядывая комнату, он вспоминал других претенденток на роль его невесты, которых представили ему год назад, когда заговорили о свадьбе. Как и в большинстве таких случаев, у короля были «запасные» невесты при непредвиденных обстоятельствах.

Три претендентки были среди почетных гостей на свадьбе. Может, жениться на одной из них? Зуфар скривил губы. Он не сможет этого сделать, не объявив о побеге Амиры. Это приведет лишь к бешеному ажиотажу в прессе.

Разумеется, ему придется объяснять выбор новой невесты. Но это подождет до завтра.

Он отвернулся от свадебного платья Амиры и встретился лицом к лицу с горничной. Он чуть не забыл о ней. Она едва дышала. Странно, что она еще здесь.

Ее широко раскрытые глаза пристально и настороженно смотрели на него.

– Как давно ты живешь в моем дворце? – спросил он.

– Почти всю свою жизнь, ваше величество, – пробормотала она.

Он удовлетворенно кивнул.

– А сколько тебе лет?

Она сглотнула, ее ноздри слегка дрогнули, когда она вздохнула.

– Двадцать пять, ваше величество.

Он пристально посмотрел на нее, потом быстро кивнул.

Кажется, он нашел решение проблемы.

– У тебя есть муж? – произнес он.

Густо покраснев, она отвела взгляд и покачала головой:

– Нет, ваше величество, я не замужем.

– У тебя есть возлюбленный?

Поджав губы, она покачала головой и пробормотала:

– Нет.

Он хотел потребовать, чтобы она смотрела ему в глаза, разговаривая с ним. Но время ускользало.

Переполняясь мрачной решимостью, Зуфар поглядывал то на неприглядную горничную, то на свадебное платье. Она была примерно одного роста с Амирой, но полнее ее. Конечно, Амира держалась с большей уверенностью, чем эта служанка. Годы первоклассного школьного образования и университета в Швейцарии сделали ее совершенной.

Но Зуфару придется довольствоваться тем, что имеется у него под рукой.

– Иди сюда, – равнодушно приказал он, шагая у свадебного платья.

Вздрогнув, она подошла и остановилась в шаге от него.

Оглядев ее, он заметил, что ее глаза имеют оттенок темного аметиста, а ее ресницы намного длиннее, чем он думал. У нее были губы идеальной формы, вероятно, у нее красивая улыбка. Она обладала изящными плечами, тонкими ключицами и безупречной кожей.

Нет, она не бриллиант, а, возможно, камень более высокого качества, чем он предполагал. Качественный камень, но все же необработанный.

– Замри, – приказал он.

Она тихонько охнула, но застыла на месте, и ее пальцы перестали двигаться. Он поборол желание потребовать, чтобы она выпрямила спину и посмотрела ему в глаза.

Для того, что он затеял, ее не надо так тренировать. Самое главное, чтобы она не упала во время церемонии.

Приняв решение, он отвернулся от нее. В дверь постучали. Вошел Марван и остальные помощники.

– Ваше величество? Что мне передать королевской гвардии? Приказать начать поиски вашей невесты?

– Уже не надо, Марван, – холодно сказал Зуфар, заметив, что побег Амиры его почти не волнует.

– Значит, церемонию придется отменить?

Зуфар взглянул на шокированную женщину в углу комнаты.

Она выглядела так, словно ее ударило молнией.

Свадебный букет закроет ее дрожащие руки, вуали окутают ее лицо, а туфли на высоких каблуках сделают ее выше ростом.

– Нет. Церемония состоится. Я женюсь через два часа. Ньеша Залвани будет моей невестой. И вы позаботитесь о том, чтобы все мои требования были выполнены.

Глава 2

«Скажи своему брату, что я не просто соблазнил его драгоценную невесту. Она охотно убегает со мной. Скажи ему, что я украл его будущую королеву, как он украл мое право первородства».

Это были самые скандальные слова, которые Ньеша услышала сегодня и, возможно, услышит до конца своих дней. День, который должен был стать таким радостным, час назад превратился в ад.

После прихода шейха в спальню своей невесты Ньеша потеряла надежду на то, что все хорошо разрешится.

Кроме того, король Зуфар аль-Халия только что произнес слова, которые просто не имели смысла. На мгновение Ньеша подумала, что от шока после побега Амиры у нее помутился разум.

Человек напротив нее – грозное и необычайно увлекательное воплощение мужественности, который с суровым авторитетом и властью управлял королевством, сказал то, от чего у нее захватило дух.

Марван вышел вперед.

– Ваше величество? – неуверенно произнес он.

Ньеша попятилась от элегантных складок свадебного платья, ее охватил ледяной ужас. Как жаль, что принцессы Галилы здесь нет.

Хотя сестра короля Зуфара редко обращала внимание на Ньешу, ее добрая улыбка была намного лучше яростного и властного взгляда ее брата.

Ньеша коснулась пальцами самого роскошного свадебного платья, которое когда-либо видела. Платья, увидев которое три дня назад, она мечтала надеть для мужчины своей мечты.

– Извините, ваше величество, – прошептала она.

– Время не ждет, – резко ответил он. – Я предлагаю немедленно начать подготовку к свадьбе.

– Ваше величество, это… просто невозможно, – сказал Марван.

– Будет либо так, либо моему авторитету нанесут непоправимый ущерб, – произнес шейх Зуфар, не глядя на старика. – Но свадьба обязательно состоится. Она займет место Амиры, – категорично заявил он.

Понимая, что ей следует очень быстро собраться с мыслями, чтобы не пострадать, Ньеша выпрямила спину и подняла голову.

Он наблюдал за ней завораживающими золотистыми глазами, словно ястреб. Прежде чем она успела произнести хотя бы слово, вмешался Марван:

– Ваше величество, наверное, нам надо это обсудить…

– Вы отказываетесь мне повиноваться? Это не обсуждается. Немедленно позовите сюда всех, кто подготовит невесту.

Ньеша поняла, что от шока судорожно качает головой из стороны в сторону. Зуфар уставился на нее.

– Ты не уйдешь, – сухо сказал он, словно издав указ. – Принесите ей воды, – бросил он через плечо.

Перед ней мгновенно появился хрустальный бокал.

Ньеша сделал глоток, стараясь не расхохотаться. Ей хотелось повернуть время вспять, когда она была наименее значимым человеком в этой комнате, обычной сиротой без прошлого, которую двадцать лет назад отдали в приют.

Одежда, которую она носила, была ей велика, и скрывала фигуру. Но, закрытая с головы до ног, она сейчас чувствовала себя более обнаженной, чем когда-либо в своей жизни.

– Выпей еще немного, – сказал он.

Ее руки тряслись, но ей удалось сделать глоток не расплескав воды. Зуфар быстро взял у нее бокал. Их взгляды встретились, и она сразу забыла обо всем, что хотела ему сказать. Краем глаза она заметила служанок, которые пришли, чтобы подготовить невесту к свадьбе.

Зуфар подозвал Халиму – старшую служанку женского крыла, которая терпеть не могла Ньешу до сегодняшнего дня.

– Я выбрал себе новую невесту, – сказал он. – Ньеша должна быть готова вовремя. Понятно?

Халима округлила глаза, посмотрев на короля.

– Проблема? – спросил он.

Она сразу опустила голову.

– Нет, ваше величество.

Ньеша вздрогнула, и он продолжил:

– Вы оденете ее и доставите в Императорский зал через час.

Нет. Этого не может быть.

Она обычная служанка. Сирота без прошлого. Никто. Она даже недостойна носить платье Амиры.

– Пожалуйста, – заговорила Ньеша и откашлялась. – Ваше величество, прошу прощения, но я не могу.

Он угрожающе нахмурился.

– Ты можешь. Или ты предпочитаешь страдать от последствий своего неповиновения королю?

Ньеша прижала руку к груди, стараясь успокоиться. Давным-давно она поклялась в верности Зуфару и его семье. Это было одним из условий работы во дворце, и она сделала это охотно. И хотя он не знал, кто она и чем занимается, она делала все, что от нее требовали, ради короля.

Она любила говорить себе, что по-своему доставляет королю удовольствие. Она следила, чтобы еда, которую ей поручали подавать в частной столовой, была правильной температуры. Она следила, чтобы у него всегда были рядом его любимые вина, когда он возвращался во дворец после долгого отсутствия.

Однажды, когда во дворце закончилось любимое вино Зуфара, Ньеша купила бутылку на свои скудные сбережения.

А когда его личные слуги заболели гриппом, она добровольно убирала его спальню и помнила уникальный аромат его одеколона.

Эти крошечные, незначительные, но напряженные моменты заставляли ее краснеть даже сейчас.

Она снова с тревогой заговорила:

– При всем уважении, ваше величество, вы не хотите меня. Я никто. Есть другие, более подходящие для этой роли. Вы совершаете ошибку.

В комнате испуганно заохали.

– Я принял решение. Я выбрал тебя. Какие у тебя еще возражения? – протянул он.

Ньешу ошеломил его вопрос. Неужели он будет слушать ее возражения? Она могла сказать королю Халии только о том, что он обезумел. Но при одной мысли об этом в ее жилах застыла кровь.

– Судя по твоему молчанию, возражений у тебя нет. Обсуждение закончено, – заявил он. – Но будь уверена, ты получишь хорошую компенсацию за свою роль.

Зуфар отвернулся от нее.

Ньеша знала, что не должна испытывать облегчение, пронзившее ее после того, как Зуфар освободил ее от своего взгляда. Ее эмоции были на пределе с тех пор, как она вошла в комнату и увидела Амиру и влезающего в окно мужчину.

Она потеряла драгоценные минуты, застыв на месте, не в силах поверить своим глазам. Она подняла тревогу слишком поздно – через несколько минут после побега Амиры.

И сейчас она отвечает за свою нерасторопность. Брак с Зуфаром будет ее наказанием.

Нет, она не может стать его женой.

Она подошла к нему.

– Ваше величество, пожалуйста, давайте поговорим, – отважилась сказать Ньеша.

– У нас нет времени на обсуждения, – ответил он тихим, ровным голосом, но Ньеша знала, что он в ярости. – Ситуация чрезвычайная, она требует быстрого решения. Любые другие решения будут приняты позже.

Все в комнате покорно закивали. Через несколько секунд Ньешу стали раздевать служанки. Она в ярости оттолкнула их в сторону.

– Нет! – закричала она.

Все в комнате замерли.

– Нет? – в ужасе прошептала Халима. – Вы отказываете своему королю?

Все в ошеломлении уставились на Ньешу. Взгляд Зуфара пригвоздил ее к месту. Ньеша осознала, что он тоже ждет объяснений ее реакции. Выражение его лица было непримиримым. Если она ему не подчинится, он превратит ее жизнь в ад. Именно она позволила Амире убежать. Именно она не подняла тревогу вовремя.

Пусть она не помогала Амире сбежать, но она отчасти виновата в ее исчезновении.

Шейх Зуфар медленно подошел к Ньеше и встал, возвышаясь над ней.

– Я тоже жду ответа, – выдохнул он.

Ньеша сглотнула, понимая, что у нее мало выбора.

– Нет, – сказала она. – Я имею в виду, да, – поспешно поправилась она, когда его лицо стало каменным. – Я стану вашей временной женой, – прошептала она пересохшими губами.

Ньеша не знала, почему ее взгляд переместился на окно.

Шейх Зуфар проследил за ее взглядом, и, как ни странно, выражение его лица стало еще суровее.

– Дважды подумай, прежде чем сбегать, как моя предыдущая невеста. Халима и ее помощницы останутся с тобой. Они помогут тебе одеться. За тобой будут следить до тех пор, пока ты не окажешься рядом со мной у алтаря. Понятно?

Ньеша с трудом кивнула.

Подойдя к двери, он остановился и снова пригвоздил Ньешу взглядом.

– Везде будут охранники. Это для того, чтобы ты беспрепятственно вышла из этой комнаты на свадебную церемонию.

Ньеше хотелось смеяться, но она была абсолютно уверена, что потом расплачется. А она понимала, что не может показаться на собственной свадьбе в слезах.

Она выходит замуж…

О таком она даже думать не осмеливалась.

У нее не было времени на размышления, потому что служанки вывели ее на середину комнаты и стали раздевать. Через несколько минут Ньеша лежала в ароматной ванне, которая всего час назад предназначалась Амире.

Ньеша старалась не замечать, как женщины вокруг нее перешептываются. Она была уверена, что Халима и ее помощницы недоумевают на ее счет. Она многие годы училась противостоять злобным, а иногда бессердечным комментариям в свой адрес, но почему-то жестокие слова всегда ее обижали. Именно поэтому она не пыталась подружиться со своими коллегами.

Она почти не чувствовала, как ее намыливают, вытирают полотенцем, потом причесывают и делают макияж. Она почти не замечала, что дрожит, и смотрела прямо перед собой. Она очнулась от оцепенения только тогда, когда ей стали надевать свадебное платье. В этот момент Ньеша поняла, что пути назад у нее не будет. Она снова попыталась возразить, но ее одернула Халима:

– Вас выбрал наш король. Вы не посмеете ему не повиноваться. И я не собираюсь страдать от его гнева из-за вашего упрямства. Поднимите руки, чтобы мы надели на вас эту изысканную одежду.

Она всего лишь временная невеста.

Временное решение проблемы.

Завтра Зуфар разыщет Амиру и привезет ее во дворец.

Не надо об этом забывать.

На следующей неделе в это же самое время Ньеша будет носить свою прежнюю одежду. Спустя годы, она будет пересказывать этот страшный инцидент своим детям и внукам.

На нее надели платье и туфли на высоких каблуках. Она наклонила голову, и у нее в волосах закрепили великолепную алмазно-сапфировую тиару; ее руки, уши и шею украсили ювелирными изделиями с драгоценными камнями всех форм и размеров.

Твердя себе о том, что выдержит все испытания, она последовала за Марваном и шестью церемониально одетыми охранниками, которые провели ее по широкой лестнице к лимузину во дворе со стороны северного крыла дворца. Ей помогли сесть в машину. Ньеша не произнесла ни слова, когда Марван уселся рядом с ней.

Сжимая дрожащими руками изысканный букет, Ньеша подумала, что, возможно, ей удастся выпрыгнуть из машины и убежать. Она знала все уголки королевского дворца, исследуя его на протяжении многих лет. Через несколько минут она могла бы пробраться в укромное место.

Несмотря на сильное искушение, Ньеша осталась в лимузине. Недавняя смерть королевы опустошила Халию. Королевство было по-прежнему в трауре. Кроме того, король внезапно отрекся от престола. Хотя люди сразу приняли Зуфара, многие были все еще шокированы произошедшими событиями.

Зуфар был прав, говоря, что свадьба должна состояться. Вчера вечером Галила озвучила свое беспокойство по поводу безразличия Амиры к своей свадьбе. Женщины начали спорить, и их спор подслушала Ньеша.

Брак между двумя людьми, которые знали друг друга с детства, имел большие последствия.

– Помаши рукой, – быстро произнес Марван. – Ты должна помахать людям рукой.

Испуганно выглянув в окно, Ньеша поняла, что они уже выехали за пределы дворца. Она не знала протокола церемонии, но, смотря королевские свадьбы по телевизору, понимала, что должна приветствовать своих будущих подданных.

Она медленно подняла руку и помахала толпе. – Ты справишься, девочка, – сказал Марван.

Она сдержала истерический смех. Как легко все говорили ей, чтобы она собралась с силами и подчинилась. Но никто не знал глубин ее эмоций. Никто не знал, как она тайно наблюдала за Зуфаром во дворце, по телевизору, многие годы разглядывала его фотографии в журналах. Никто не знал о тайном страхе, который она испытывала за человека на троне.

В юности она даже воображала себя влюбленной в него! Сейчас она уже переросла свои глупые фантазии, но по-прежнему испытывает к Зуфару влечение и благоговение.

Если бы она играла свою роль для любого другого человека, кроме короля Халии, она, вероятно, испытывала бы нечто большее, чем ужас. Но Зуфар аль-Халия казался для нее недостижимым.

Они быстро приехали на место.

Затрубили трубы, когда лимузин остановился перед Императорским церемониальным залом, где Ньеше предстояло произносить брачные клятвы. Она несколько раз глубоко вдохнула, чтобы успокоиться и прояснить мысли. И, хотя старший помощник короля очень не одобрял происходящее, Ньеша радовалась его присутствию. Выйдя из машины, он протянул ей руку. Она была уверена, что рухнула бы на землю, если бы он ее не поддержал.

Ее руки дрожали.

Незнакомые ей девушки с цветами хихикали и танцевали перед ней, бросая ароматные цветы ей под ноги. Ньеша медленно шла по широкой лестнице, а потом по синему королевскому ковру с золотыми краями в центр изысканного бального зала, предназначенного исключительно для официальных церемоний.

На улице снова затрубили трубы. Толпа, наблюдающая за церемонией на больших экранах по всему городу, взревела.

Ньеша шагала к человеку у алтаря – высокому, горделивому и поразительно красивому.

Когда Марван вздрогнул, она поняла, что впилась ноготками в его ладонь. Извинившись, она сильнее запаниковала.

Гости перешептывались, не понимая, почему рядом с невестой идет Марван. Ньеша не обращала на это внимания. Она сосредоточилась на шейхе Зуфаре, когда он повернулся на каблуках, наблюдая за ее приближением.

На его лице не было никаких эмоций. Годы обучения отточили его умение скрывать свои чувства. Но смотря многие интервью с наследным принцем, а теперь королем Халии, Ньеша научилась разбираться в тонких нюансах его настроения.

Прямо сейчас он ощетинился от ярости, негодуя по поводу совершенного против него злодеяния. Он сдерживал эту ярость, понимая, что его приоритет – долг и ответственность перед страной.

Ньеше хотелось закричать, повернуться и броситься прочь, но убегать ей было некуда. Они были почти у алтаря. Марван опустил руку, готовясь уйти.

Как только он это сделал, подошла Галила. Сестра Зуфара была бледной, она растерянно смотрела на Ньешу. В отличие от других людей в зале, она знала, почему служанка стоит на месте Амиры.

– Букет, – мягко произнесла Галила.

Ньеша неохотно передала ей букет, жалея, что ее лишили даже этой крошечной опоры. Зуфар протянул ей руку. Она должна сделать последний шаг к алтарю.

Ньеша уставилась на длинные изящные пальцы своего временного мужа и машинально положила руку в его ладонь.

Священник начал читать старинную молитву. В ней были слова о послушании, верности, вере и любви.

Ньеша не знала, что такое любовь. Случайных проявлений доброты она удостаивалась только от незнакомцев. В спокойные минуты она мечтала о любви, но никогда, даже в самой дикой фантазии не представляла, что поклянется в любви при таких обстоятельствах.

Лицо Зуфара напоминало маску стоика. Когда настала его очередь произнести клятвы, он сделал это глубоким и уверенным тоном, не торопясь.

Священник повернулся к Ньеше – ее сердце сжалось от отчаяния. Ее пальцы задрожали, она не могла успокоиться.

– Повторяй клятвы, – резко шепнул ей Зуфар. – Немедленно.

С трудом сглотнув, Ньеша разомкнула губы, и, чувствуя себя так, будто попала в другое измерение, произнесла:

– Я, Ньеша Залвани, беру тебя, Зуфар аль-Халия, в мужья.

В толпе послышался ропот, как только стала известна истинная личность невесты. Зуфар, несмотря на все это, держался надменно и по-королевски.

– Продолжайте, – приказал он священнику, и тот продолжил чтение молитв.

И всего через полчаса Ньеша стала официальной женой короля Халии.

Глава 3

Сразу после церемонии официальным пресс-секретарем от имени шейха Зуфара аль-Халии было сделано трехминутное заявление. Этого хватило для того, чтобы предотвратить скандал и подарить праздник подданным.

К тому времени, когда Ньеша стояла рядом с Зуфаром на королевском балконе над Императорским церемониальным залом, королевство погрузилось в романтическое безумие. Журналисты сошли с ума от мысли о том, что король последовал велению своего сердца и женился на невесте по своему выбору. В средствах массовой информации встречались только сентиментальные вздохи и рассказы о судьбоносной встрече двух возлюбленных.

Ньеше преподали пятиминутный урок о протоколе свадебной церемонии. Она должна была стоять справа от своего мужа, а не слева. Ее рука не должна была подниматься выше уровня плеча, когда она махала толпе. И хотя ей разрешалось показывать зубы, когда она улыбалась, ее поведение ни в коем случае не должно выглядеть развязным. Строгие инструкции стремительно кружились у нее в мозгу.

– Посмотри прямо перед собой и улыбнись, – спокойно сказал Зуфар. – Сейчас, когда ты заняла свое счастливое место, ты должна думать о позитиве.

После всего, что произошло за последние несколько часов, Ньеша была близка к истерике. В последнее время ее счастливым местом была маленькая постель у камина, в которой она лежала с книгой в руке. О, как она хотела оказаться там сейчас! Лишь бы на нее не глазели миллионы людей и почетные гости.

– Мое счастливое место? – пробормотала она. – Я сомневаюсь, что это очень хорошая идея.

Зуфар услышал ее и бросил на нее короткий, но тяжелый взгляд.

– Почему нет? – спросил он. – Разве это не то, что делают женщины, желая избежать проблем? – На секунду на его лице промелькнула печаль, а потом он повернулся к почетным гостям.

– Я не уверена, что понимаю вас, – сказала Ньеша.

– Это сейчас не важно. Мне надо, чтобы ты выглядела так, будто ты на седьмом небе от счастья. На тебя смотрит весь мир.

Вероятно, он думал, что помогает Ньеше. Это был его способ поддержать ее в невыносимой ситуации. Ньеша слышала только биение своего сердца и бурное ликование толпы, которая размахивала флагами и выкрикивала поздравления, стоя в королевском парке.

– Постарайся. Это все, что я требую, – тихо произнес Зуфар. – Мне очень понравилось бы, если бы ты меня послушалась.

После этого предупреждения двери у них за спиной раскрылись, и на балкон вышли остальные члены королевской семьи.

Галила встала рядом с Ньешей, а ее брат, Малак, – рядом с Зуфаром. Тетки, дядья, племянницы и племянники заняли отведенные им позиции и приветствовали толпу королевскими взмахами рук, отточенными еще в детстве.

То один, то другой пристально поглядывали на Ньешу.

Она обрадовалась тому, что Зуфар стоит рядом с ней. Один его смелый родственник попытался выяснить причину перемены невесты, но Зуфар отреагировал суровым упреком.

– Я соберу всю семью, как только у меня будет на это время, – ответил он. – Сейчас я занят своей новой невестой.

Его дядюшка отступил, а Ньеша густо покраснела.

– Я полагаю, мне следует вас поздравить, – тихо сказала Галила.

– Спасибо, – ответила Ньеша.

– Мне бы очень хотелось узнать, что произошло, – продолжала Галила. – Я имею в виду, в последний раз я видела тебя в роли горничной. Через два часа ты стала моей невесткой. Не то чтобы мне не нравится такой поворот событий, но…

– Прекрати, Галила, – предупредил ее Зуфар и помахал толпе рукой.

Галила, непринужденно улыбаясь, посмотрела на своего брата.

– Что? – тихо спросила она. – Я обязательно выясню, что случилось. У меня новая невестка. Если бы я не знала наверняка, то решила бы, что попала в реалити-шоу.

– Хватит, – прорычал Зуфар. – Не забывай, что люди умеют читать по губам. Эту дискуссию придется отложить.

Стоящий рядом с ним Малак тихонько фыркнул:

– Если ты хочешь, чтобы мы хорошо себя вели, братец, то тебе не надо бы устраивать такую чехарду в день своей свадьбы. Если ты стремился попасть в учебники истории, то ты в них попадешь. О такой свадьбе никто не забудет.

Единственным намеком на то, что Зуфар не полностью контролировал свои эмоции, было биение венки на его виске. Он продолжал махать и приветствовать толпу. Он даже обнял Ньешу рукой за талию, когда над головой пролетели королевские военные самолеты.

Почувствовав его прикосновение, она замерла. Казалось, его рука обладает уникальным напряжением, которое проникло в ее кровь. Прошло несколько секунд, а потом она потеряла ощущение времени и пространства, когда Зуфар посмотрел ей в глаза.

Его золотистые глаза вглядывались ей в душу. Ей казалось, что Зуфар читает ее мысли. Королевские самолеты показывали фигуры высшего пилотажа. Она знала, что скоро самолеты осыплют их миллионами кусочков конфетти.

Наступил момент, которого ждала толпа.

Король должен поцеловать свою королеву.

Даже в самых смелых мечтах Ньеша не верила, что такое с ней произойдет. Зуфар решительно привлек ее к себе. Высоко над ее головой самолеты выбросили сине-золотое конфетти.

– Расслабься, – выдохнул Зуфар.

Но расслабиться Ньеше не удалось. Сколько женщин мечтают о том, что их первый поцелуй будет засвидетельствован миллионами, если не миллиардами людей по всему миру?

– Ньеша? – предупреждающе произнес Зуфар.

– Я стараюсь, – в отчаянии прошептала она.

– Старайся лучше. Ты выглядишь так, словно тебя ведут на расстрел. Неужели поцелуй это так страшно?

– Может быть. Вы не думали, что я меньше всего хочу целоваться?

Его глаза расширились от удивления, когда он услышал намек на неповиновение в ее голосе. Кусочек конфетти упал на ее щеку.

Ньеша собралась смахнуть конфетти со щеки, но остановилась, когда Зуфар тихо приказал ей не двигаться. Он погладил пальцами ее подбородок, а потом коснулся ими ее шеи.

Зуфар нарушил протокол. Но Ньеша не осмеливалась с ним спорить. Он поддел пальцем ее подбородок.

– Ты так дрожишь, малышка, – пробормотал Зуфар.

Она открыла рот, чтобы что-то ответить, и в этот момент он поцеловал ее. Она не знала, почему закрыла глаза, но поняла, что поступила правильно. Она была больше чем напугана его поцелуем.

Зуфар подавил ее тихий писк шокированного восторга, углубив поцелуй. Его рука, касающаяся ее шеи, не двигалась. Другой рукой он крепче сжал ее талию. Толпа взревела еще громче. Зуфар продолжал целовать Ньешу, а она с трудом держалась на ногах.

– Вам пора успокоиться, – с усмешкой сказала Галила. – За вами наблюдают дети.

Приглушенно ворча, Зуфар поднял голову. На его лице читалось удивление и раздраженное недоумение. Через мгновение он снова стал сдержанным.

Если бы на месте Зуфара был другой мужчина, Ньеша поверила бы, что он испытывает те же ощущения, которые охватили ее тело. Но его глаза изучали ее с пронзительным сомнением, которое усиливало ее опасения и будоражило запутанные эмоции.

О чем он думает?

Словно прочтя ее мысли, он убрал руку с ее шеи и повернулся к толпе. Зуфар слегка улыбнулся, словно признавая, что он разделяет особый момент с каждым гражданином своей страны и миллионами людей по всему миру. Через секунду он посмотрел на Ньешу сверху вниз, молчаливо требуя, чтобы она посмотрела на людей.

Густо покраснев, Ньешу уставилась на толпу и помахала ей рукой.

Она впервые в жизни поцеловалась с мужчиной. Она тонула в ощущениях. Ей казалось, что ее жизнь никогда не будет прежней.

Почему она так реагирует?

Она не романтик. Ребяческие, сказочные фантазии были давно подавлены годами тяжелой работы и реальностью: очень немногие бывают счастливы в браке.

И она не должна забывать, что она временная жена.

Завтра она снова наденет свои бежевые одежды и начнет прибираться в восточном крыле. При мысли об этом на ее лице замерла улыбка. Но Ньеша продолжала махать рукой толпе.

Через полчаса Зуфар увел ее с балкона. Пройдя через небольшую прихожую, они направились в банкетный зал, где проходил официальный свадебный прием.

– Ты справилась, – сказал Зуфар и положил ее руку себе на локоть.

– Спасибо, – пробормотала она, довольная тем, что не подвела своего короля.

– Хотя ты могла бы чаще улыбаться.

– Я не могу улыбаться по команде, – возразила она.

– Теперь ты королева. Ты должна научиться улыбаться по команде.

– Но я не королева.

– Ты моя жена, и это все, что тебе нужно.

– Вы знаете, что я имею в виду, ваше величество.

– Знаю? – тихо спросил Зуфар и кивнул гостю.

– Конечно, знаете, – произнесла Ньеша. – Я не ваша королева. Я временная жена. Вы сами это сказали.

Он напрягся и стиснул зубы.

– Мы поговорим об этом позже.

Легкое опасение Ньеши сменилось полномасштабной тревогой.

– О чем говорить, ваше величество?

– Для начала перестань называть меня ваше величество. Теперь я твой муж. Тебе разрешено обращаться ко мне по имени.

Ньеша насторожилась.

– И прекрати качать головой при каждом небольшом разногласии. Как моя жена, ты должна светиться и краснеть от счастья, а не выглядеть так, словно ты стала заложницей дьявола.

– Вы знаете, почему я так поступаю. Вы говорили, что я ваша временная жена.

– Я этого не говорил. – Увидев, как она ошеломленно округлила рот, он прибавил: – Помни, где ты. По-твоему, сейчас подходящее время для спора?

Ньеша промолчала и прошла с Зуфаром к столу. Как только комната наполовину заполнилась гостями, он отодвинул Ньеше стул и подождал, когда она сядет. Зуфар продолжал стоять, глядя на гостей, которые тоже стояли, как того требовал протокол.

Он заговорил:

– Многие из вас сейчас удивлены поворотом событий. Вы маетесь от вопросов.

Гости рассмеялись и посмотрели на сидящую Ньешу. Она приложила все силы, чтобы оставаться спокойной.

– Вам следует знать только то, что я сделал свой выбор, и я очень счастлив.

Сердце Ньеши забилось чаще, когда Зуфар посмотрел на нее сверкающими глазами.

– А теперь вы окажете мне честь и признаете Ньешу аль-Халия моей женой и своей королевой.

Бурные аплодисменты эхом отозвались в банкетном зале. Потом гости заняли свои места, и начался официальный прием.

Ньеша едва прикоснулась к ужину из двенадцати блюд. Зуфар косился на нее, но не сердился тому, что у нее пропал аппетит.

Он словно установил вокруг нее невидимую бесполетную зону. Никто из гостей не осмеливался подойти к Ньеше и поздравить со свадьбой. Когда Галила решила нарушить этот барьер, Зуфар бросил на нее предупреждающий взгляд. Его сестра закатила глаза, но воздержалась от комментариев. Она просто наклонилась и поцеловала Ньешу в щеку.

– Нам с тобой надо побаловать себя спа-процедурами, – прошептала она на ухо Ньеше, потом выпрямилась и ушла.

– Что она сказала? – спросил Зуфар.

– Она хочет, чтобы мы с ней занялись спа-процедурами, – ответила Ньеша, будучи слегка ошеломленной.

– Хм, по-моему, она имела в виду нечто иное.

Ньеша удивленно округлила глаза.

– Что именно?

– Любопытство – второе имя моей сестры. Будь с ней осторожнее. Она умеет выпытывать информацию. Ее таланту позавидуют даже мои спецслужбы.

Ньеша взяла хрустальный бокал, ее пальцы по-прежнему дрожали.

– Ну, вам не надо об этом беспокоиться, не так ли? Совсем скоро я перестану быть вашей женой.

– Сегодня день нашей свадьбы. Давай перестанем говорить на неприятные темы.

Ньеша нахмурилась, потом заставила себя сделать равнодушное лицо.

– Это не наша свадьба. Ведь правда?

– Считай, что мы на пышной вечеринке, – тихо выдохнул он. – Как бы то ни было, я хочу наслаждаться. С тобой все в порядке?

Неужели он действительно спросил о том, как она себя чувствует после того, как почти силой потащил ее к алтарю? Хотя Ньеша не могла на него злиться. Она знала истинную причину его действий.

Зуфар сделал это для своих граждан. Как и Ньеша. Она была обязана королевской семье и каждому гражданину Халии. Ей не надо оказываться на месте Зуфара, чтобы понять, какой хаос мог начаться в стране всего несколько часов назад.

– Как хотите, – тихо ответила она.

Его глаза снова как-то странно заблестели, словно Зуфар старался прочесть ее мысли. Ньеша, сильно нервничая, попыталась отвести взгляд, но оказалась под гипнозом его золотистых глаз.

– Именно этого я хочу, – произнес он глубоким, низким голосом. – А теперь ты будешь улыбаться, кивать и притворяться, что сегодня самый счастливый день в твоей жизни.

По какой-то безумной причине она не могла его ослушаться.

Она слегка улыбнулась, и Зуфар уставился на ее губы.

– Намного лучше, – протянул он. – Ты почти ничего не ешь. Я могу приказать принести блюдо, которое тебе нравится.

Она испуганно посмотрела на него.

– Нет, не надо.

– Я сделаю это, потому что ты моя королева. Ньеше хотелось, чтобы Зуфар прекратил относиться к ней как к королеве. Она меньше всего стремилась поверить, даже на секунду, что ее временная роль станет постоянной. Ей следует держать с Зуфаром дистанцию и не позволять себе увлекаться им.

– Со мной все хорошо, – настаивала она.

Зуфар кивнул и повернулся, чтобы поговорить с братом, который сидел слева от него. Внезапное лихорадочное ощущение, охватившее Ньешу, застало ее врасплох. Ей потребовалось несколько драгоценных секунд, чтобы вернуть самообладание, после чего она подняла взгляд на ближайшего к ней гостя. Но стул был пуст – Галила ушла несколько минут назад.

Ньеша уже собиралась отвернуться, но ее внимание привлек дядя Зуфара – тот самый, который ранее пытался выудить у него информацию. Ньеша попыталась улыбнуться. Мужчина с сомнением поглядывал то на нее, то на Зуфара.

– Приходите ко мне на ужин, когда вернетесь из свадебного путешествия.

Ньеша постаралась справиться с потрясением. А что удивительного? Конечно, король и королева должны отправиться в свадебное путешествие.

– Я… Я… – стала заикаться она.

Через мгновение теплая ладонь Зуфара накрыла ее руку.

– Мы с радостью примем твое приглашение, дядя. Когда вернемся. Если позволит время, – непринужденно ответил Зуфар, доказывая, что, несмотря на разговор со своим братом, он полностью контролирует происходящее вокруг.

Неужели он испугался, что она сорвет спектакль? Ньеше стало не по себе. Когда она попыталась высвободить руку, он удержал ее на месте и, повернув властную голову, взглянул на Ньешу так, что все решили, будто муж с обожанием смотрит на свою жену. Но она увидела в его глазах явное предостережение.

Ньеша опустила голову, притворившись, что увлечена поеданием превосходного морского окуня. Но она так и не поднесла к губам ни кусочка, потому что боялась поперхнуться.

– Где вы проведете свой медовый месяц? – спросила женщина, сидящая рядом с дядей Зуфара.

– Мы проведем несколько дней в Изумрудном дворце, а затем я повезу свою жену в мировое турне, которое закончится в самой романтичной столице мира, – сказал Зуфар.

– О, вы имеете в виду Париж, да? Я люблю Париж! – воскликнула его тетя, и ее глаза загорелись. – Я не была там несколько месяцев.

– И на то есть причина, – сухо сказал дядя Зуфара. – Как только ты приезжаешь во французскую столицу, мой банковский счет вопит от отчаяния.

Все рассмеялись. Ньеша заметила, что Зуфар по-прежнему смотрит на нее с псевдо-обожанием и предостережением. Как только его дядя отвернулся к другому гостю, она снова попыталась высвободить свою руку. И испытала облегчение, когда Зуфар отпустил ее.

Улыбаясь, она посмотрела на него.

– Вам не надо следить за мной как ястреб. Я не объявлю всему миру, что на самом деле происходит.

– Я рад это слышать, но так как мы не обсуждали свой медовый месяц, то нам лучше о нем поговорить.

– Но что скажут люди, когда узнают, что мы притворяемся? – упрямо спросила она.

Он с упреком посмотрел на нее и улыбнулся.

– Этого не случится. Потому что мы поедем в свадебное путешествие.

Зуфар никогда не встречал женщину, которая, краснея, выглядела бы такой привлекательной. Ньеша ужасно нервничала. Удивительно, что она до сих пор не упала в обморок. Даже сейчас, когда они вышли на свой первый танец, он почувствовал, что Ньеша ослабела от волнения.

Он не забыл их поцелуй на балконе. И не понимал, почему испытал при этом такие странные ощущения. Это был простой поцелуй.

Зуфар должен быть сдержаннее.

Несмотря на пресс-релиз, у людей возникнет много вопросов к своему королю, и он должен быть готов ответить на них.

Он с огромным трудом отговорил отца Амиры от разглашения деталей происходящих событий. После Фероз понял, что Зуфар – пострадавшая сторона, и согласился вернуться домой, где стал ждать дальнейших новостей.

Зуфар сопротивлялся желанию заскрежетать зубами при мысли о поступке своего сводного брата.

Он привлек к делу лучших детективов, чтобы убедиться, что Амира не была похищена против ее воли, хотя интуитивно уже знал об этом. На самом деле он испытал облегчение оттого, что не женился на женщине, которую совсем не интересовал. Он вынужденно признал, что, возможно, удачно увернулся от пули. Ведь потенциальная жена, которую так легко соблазнил другой мужчина, могла стать копией его матери. Вероятно, сводный брат сделал ему одолжение.

Зуфар стиснул зубы. Он ни за что не простит Адиру унижения, которое он испытал сегодня.

– Может быть, вам надо прислушаться к собственному совету, ваше величество? – тихо спросила его Ньеша.

Он посмотрел на нее:

– Что?

– Вы хотите, чтобы я улыбалась и подыгрывала вам. Но жаль, что вы сейчас не видите своего лица, – сказала она.

– И что говорит мое лицо?

– Что вы чем-то ужасно недовольны. По-вашему, вам удастся быстро найти ее?

Он раздраженно отмахнулся:

– Я не хочу говорить об Амире. – Дальнейшие размышления о сводном брате ни к чему хорошему не приведут. Кроме того, Зуфар обнаружил, что его гораздо сильнее интересует женщина, с которой он танцует.

Разумеется, он должен ей подыгрывать.

Ее волосы, которые он считал серыми, были на самом деле блестящими, густыми и каштановыми с золотистым отливом. У нее были невероятно длинные ресницы, которые почти касались ее щек, когда она опускала глаза. Ее губы персикового цвета были полными и звали к поцелуям. Ее глаза оттенка аметиста были большими и красивыми. В туфлях на высоких каблуках она была выше ростом и почти доставала макушкой до его подбородка.

Он снова вспомнил их поцелуй. Ньеша была неопытной, но он почувствовал, как ее невинное стремление зажгло огонь в его крови. Он изнемогал от искушения снова припасть к ее губам.

Но он сдерживался.

Он не так слаб, как его отец, чьи бесконтрольные приступы вожделения разрушали все вокруг него. Зуфар наслаждался сексом, и тщательно отобранные женщины, с которыми он развлекался многие годы, более чем удовлетворяли его потребности. Но он ни разу не поддавался эмоциям.

И не собирался делать этого сейчас.

Долг диктовал ему жениться и нарожать наследников. А так как Амира сбежала от него…

Он уставился на свою новую королеву. Временную королеву.

Реакция его подданных на нее была необычной. Они с готовностью приняли ее. Так зачем же усложнять ситуацию?

Зуфар не стал говорить Ньеше, что они заключили брак на всю жизнь. Этот разговор потребует тщательной стратегии.

Размышляя об этом сейчас, он понял, что идея связать свою судьбу с незнакомкой не беспокоит и не раздражает его. Он всегда собирался жениться только для того, чтобы обеспечить стабильность в своей стране. Он не настолько слаб, чтобы верить в эфемерные понятия о женитьбе по любви. Любовь – сказка, на которую у него нет времени.

Его отец стал жертвой похоти и страсти в ущерб своей семье и королевству. Зуфар прекрасно знал о сплетнях, которые преследовали его отца. О скрытом презрении к его слабостям. Он не желал становиться жертвой такой абсурдной одержимости.

– Я не тороплюсь искать свою бывшую невесту.

Ньеша затаила дыхание.

– А почему нет?

– Потому что, если она сбежала по собственной воле, то она меня больше не интересует.

Ньеша ахнула.

– Как вы вообще можете такое говорить? Вам нужна невеста! Вашим подданным нужна королева.

Зуфар продолжал смотреть на нее сверху вниз, пока они скользили по танцполу. Внезапно он заметил, с каким изяществом она двигается в его руках. Она оказалась не такой неотесанной, как он думал. Фактически, Ньеша – алмаз, который он искал. И чем дольше он размышлял об этом, тем больше ему нравилась эта идея.

– Ваше величество? – осторожно произнесла она, словно понимая, что он принимает монументальное решение.

Ньеша округлила глаза, ее нижняя губа задрожала. Он снова захотел ее поцеловать.

– Мне не нужно ее искать, малышка, потому что я уже нашел свою невесту. Я нашел свою королеву. Этот брак будет у меня первым и последним. В моем роду разводов не было. И я не уверен, что наша конституция разрешает королям разводиться. Поэтому мы с тобой связаны на всю жизнь. Смирись, Ньеша.

Глава 4

Если бы еще полчаса назад Ньеше сказали о том, что в ее жизни случатся более сильные потрясения, она бы этому не поверила.

Она уставилась на Зуфара, зная, что на этот раз она его не ослышалась. Не было никаких сомнений в том, что он сделал это заявление не случайно. Они были в центре танцпола в окружении более трехсот гостей. Она не знала, что ей делать, и боялась скандала.

Всем были известны дипломатическое мастерство Зуфара аль-Халия и его сообразительность. Он выигрывал почти каждый матч в поло с тех пор, как ему исполнилось семнадцать лет. Став государственным деятелем, он приобрел репутацию умелого стратега.

Глядя на Ньешу, он покачал головой и отрезал:

– Не здесь.

– Вы солгали мне, – прошептала она хриплым от шока голосом.

Его глаза стали холоднее, но улыбка не исчезла с его губ.

– Я сказал, не здесь, – подчеркнул он с явным недовольством.

Но Ньеша не унималась:

– Вы все это спланировали.

– Если ты имеешь в виду, что я планирую поговорить с тобой, то да, я намерен это сделать. Мы поговорим как разумные люди.

Ошеломленная, Ньеша сделала шаг назад, но Зуфар тут же притянул ее к себе.

– Не устраивай сцену, – сказал он.

– Вы продолжаете говорить мне, как вести себя, улыбаться, дышать. Я не ваша игрушка, ваше величество. Я человек. Я решила повиноваться вам, потому что думала, что поступаю правильно. Но вы ввели меня в заблуждение.

Он раздул ноздри и смерил ее взглядом.

– Что ты собираешься делать? – спросил он с угрожающей улыбкой.

– Я не закачу истерику, если вы об этом беспокоитесь.

Его подбородок едва заметно дрогнул.

– Приятно это слышать. Но в твоем тоне слышится сомнение.

– Я буду рядом с вами до конца церемонии. А потом мы с вами поговорим.

Уголок его рта приподнялся в легкой улыбке.

– У моей кроткой маленькой невесты стальная воля, – с издевкой произнес он. – Но будь осторожна. Не забывай, с кем ты разговариваешь, – предупредил он.

Ее обдало холодом.

– Это угроза, ваше величество?

– Я напоминаю, что за нами наблюдают. Поэтому, если ты со мной не согласна, я предлагаю тебе подождать того момента, когда мы окажемся за закрытыми дверями.

До того, как она смогла ему возразить, Зуфар наклонился и быстро поцеловал ее в губы.

Он хотел, чтобы она замолчала. Ньеша это знала. И все же его поцелуй показался ей волшебным. Проклиная свою реакцию, она дождалась окончания песни, и Зуфар увел ее с танцпола.

Свадебный прием закончился впечатляющим фейерверком на большой лужайке дворца. Нье-ша почти не обращала внимания на происходящее. А потом пришли служанки и вывели ее из зала.

Она не сразу поняла, куда ее ведут. Халима вела себя с ней очень тактично, ее поведение заметно изменилось с утра.

– Ваше величество, какое платье вы хотите надеть? – спросила ее Халима, когда они вошли в апартаменты.

Ньеша, хмурясь, посмотрела на старшую служанку.

– Пожалуйста, не называйте меня так.

Халима и молодые служанки обменялись понимающими взглядами.

– Простите, но это ваш официальный титул. Мы обязаны называть вас ваше величество.

– Понятно, – ответила Ньеша и решительно кивнула. Меньше всего она хотела создавать проблемы персоналу дворца.

– Я приготовила чай для вашего величества. Жасминовый чай, чтобы успокоить нервы перед брачной ночью. – Халима мягко улыбнулась.

Ньеша не стала говорить, что это пустая трата времени. Она не собиралась ложиться в постель Зуфара.

– Пожалуйста, помогите мне раздеться.

– Конечно, ваше величество, – пропела Халима.

Нежные руки начали расстегивать ее одежду. Она не знала, почему на этот раз она обратила на это пристальное внимание. Возможно, только теперь Ньеша признала, что никогда не станет тем совершенным творением, которое имеет право носить драгоценности и роскошную одежду.

Затем Халима показала ей кучу великолепных вечерних платьев на стойке для одежды.

Ньеша удивленно уставилась на платья.

– Они новые?

Халима кивнула:

– Его величество распорядился купить их для вас.

– Что? – выпалила Ньеша.

Халима улыбнулась.

– Обстоятельства сложились так, что вам пришлось надевать уже имеющееся свадебное платье. Но я считаю, ваш муж не желает видеть вас в одежде другой женщины в ночь вашей свадьбы. На него работают многие кутюрье.

Ньешу ошеломил поступок Зуфара.

– Какое платье вы выберете, ваше величество? – спросила Халима.

Изумленная, Ньеша указала на изумрудное платье с блестками. Оно было сшито из такого шикарного материала, что она почти боялась к нему прикоснуться.

– Прекрасный выбор, ваше величество, – согласилась Халима.

Ньеша сглотнула, пытаясь оставаться спокойной, когда служанки стали суетиться вокруг нее. Ей сделали прическу и макияж, а потом принесли туфли на высоких каблуках.

– Мы решили, что вы захотите выпить чай на террасе, ваше величество. Фейерверк еще продолжается, и вы сможете на него посмотреть.

Ньеша прошла за служанками на каменную террасу, где стоял изысканный чайный сервиз. Она почти ничего не ела на свадебном банкете, но знала, что не сможет проглотить даже кусочек пищи.

Сев за стол, Ньеша судорожно сжала руки на коленях.

– Налить вам чай, ваше величество?

Ньеша стиснула зубы.

– Нет, спасибо, – сказала она. – Вы можете идти. Я выпью чай, когда захочу.

– Но, ваше величество, нельзя нарушать протокол.

Ньеша поборола раздражение.

– Я могу сама налить себе чай.

Пожилая женщина быстро поклонилась и отступила.

– Как пожелаете, ваше величество. Вам нужно что-нибудь еще?

Ньеша покачала головой. Но когда женщины начали уходить, она взволнованно спросила:

– Когда придет его величество?

Взгляд Халимы смягчился.

– В течение часа, ваше величество.

Служанки откланялись и ушли.

Один час.

Ньеша тихонько фыркнула. Скорее всего, к тому времени она сойдет с ума. Как только дверь за служанками закрылась, Ньеша вскочила на ноги.

Она должна найти выход из этой ситуации. Ньеша шагала по комнате до тех пор, пока у нее не заболели ноги. Она разулась и швырнула туфли в стену. Услышав глухой удар, она испытала небольшое удовлетворение, а потом ей стало совестно. Ведь туфли наверняка стоили несколько тысяч долларов.

Мысль об этом усилила ее волнение. Перестав расхаживать туда-сюда, она увидела в небе очередной взрыв фейерверков. Ньеша подняла руку к пульсирующей от волнения голове и обратила внимание на свое сверкающее обручальное кольцо.

Зная историю королевства Халии, Ньеша отлично понимала, что это кольцо принадлежало бабушке Зуфара. Она была замужем за своим мужем более семидесяти лет и носила кольцо постоянно. Историческое значение реликвии грозило сокрушить Ньешу. К счастью, резкий стук в дверь вырвал ее из беспокойных размышлений.

На дрожащих ногах она бросилась туда, где валялись ее туфли, и надела их. Глубоко вздохнув, она прошла через гостиную к дверям. Пригладив платье потными ладонями, Ньеша открыла дверь.

Зуфар тоже переоделся. На нем была красивая туника, которая привлекала внимание к его широким плечам и узкому торсу. Его темные курчавые волосы блестели. Несмотря на волнение, Ньеша не могла оторвать от него глаз.

– Ты пригласишь меня войти? Или ты набросишься на меня прямо у порога?

Ньеша густо покраснела и отошла в сторону. Он вошел внутрь и закрыл за собой дверь.

– Тебе идет это платье, – сказал он с явным удовольствием.

Мысль о том, что он выбрал это платье специально для нее, спровоцировала в ее душе предательское удовлетворение. Она не хотела говорить об одежде. Или знать о том, что ему понравилось это невероятно мягкое и шелковистое платье, облегающее ее грудь, талию и бедра. Она желала поговорить о своей свободе.

– Скажите мне, что сказанное вами неправда, – горячо выпалила она.

Он не ответил, но слегка раздул ноздри, оглядывая комнату.

– Тебе лучше присесть.

Ньеша покачала головой:

– Нет. Вы говорили, что я буду вашей временной женой. Я хочу знать, зачем вы меня обманули, – потребовала она более жалобным тоном, чем ей хотелось бы.

– Успокойся, – решительно ответил он.

– Я успокоюсь, когда вы скажете, что этот брак будет аннулирован как можно скорее, – произнесла она.

Он не отреагировал на ее визгливый тон и на ее упреки. Он просто продолжал ходить по гостиной.

Ньеша наблюдала за тем, как он усаживается в тяжелое кресло, обтянутое шелком, и кладет ногу на ногу.

– Я собрал о тебе сведения, – откровенно заявил он. – У тебя нет семьи, верно?

Сердце Ньеши болезненно сжалось. Она была потрясена тем, как ловко Зуфар изменил тактику.

Сжав кулаки, она уставилась на него и выпалила:

– Вы собирали обо мне информацию?

Он спокойно кивнул, словно ее недоверие не имело к нему никакого отношения. Возможно, он был прав. Но при мысли о том, что в то время, пока они обменивались брачными клятвами, кто-то расследовал ее прошлое, Ньеше стало тошно. Теперь Зуфар знает, что она никто.

Тем не менее она вздернула подбородок.

– Значит, вы получили подтверждение тому, что я не гожусь на роль…

– Моей королевы? – тихо спросил он.

Почему он так спокоен? Почему он не торопится избавиться от нее?

– Да, – прошипела она, приблизившись к Зуфару, хотя интуиция говорила ей, что разумнее держать с ним дистанцию.

– Я считаю, это, наоборот, мне на руку. У тебя нет родственников, которые могут закатить скандал. Мне придется разбираться только с тобой, – произнес он со слабым удовлетворением.

Ее сердце дрогнуло.

– Что именно вы имеете в виду?

Он одарил ее долгим взглядом, словно никуда не торопился.

– У тебя был тяжелый день, малышка. Сядь, а то упадешь.

– Я не так слаба, как вы думаете. Я вполне способна разговаривать стоя.

– Но, возможно, так будет цивилизованнее, – насмешливо парировал он и указал рукой на диван.

Ньеша прошла к дивану, остро осознавая, что Зуфар отслеживает каждое ее движение. Усевшись, она подняла голову.

– Я села, ваше величество. Пожалуйста, объясните мне, что происходит.

Он едва заметно улыбнулся.

– Конституция нашей страны не запрещает разводы. Но, если я расторгну свой брак, я сделаю это впервые в моем роду.

Ньеша испытала облегчение, но потом снова встревожилась.

– Мы можем развестись? – медленно переспросила она.

Он долго молчал, потом кивнул.

– Да, – язвительно сказал он. – На развод может подать любой из супругов. Но только при определенных обстоятельствах.

– Какие обстоятельства?

Он резко вздохнул.

– Измена.

Ньеша округлила глаза.

– Но у нас не настоящий брак. Не то чтобы я хотела вам изменять… – Она покачала головой, стараясь остановить свой лепет. – Все это абсурдно. А как насчет аннулирования брака? – в отчаянии спросила она.

Зуфар покачал головой:

– Ни один мой предок не аннулировал свой брак. – Выражение его лица стало высокомерным.

– Значит, вы будете первым?

– Я? – тихо спросил он и прищурился.

Пальцы Ньеши дрогнули, и она крепче сжала их.

– Конечно. Это наш единственный выбор.

– Я не согласен.

На ее затылке приподнялись волоски.

– О чем вы говорите?

– Мы заключили настоящий брак. Я буду твоим мужем, а ты моей женой. Ты будешь рожать моих детей и станешь моей королевой.

У Ньеши отвисла челюсть.

– Но зачем мне все это?

– Судьба подарила тебе шанс занять положение, которого добиваются очень немногие женщины. Тебя будут обожать миллионы людей.

Ньеше стало не по себе.

– Я не понимаю, почему вы решили, что все это мне необходимо.

– Ты хочешь работать горничной всю оставшуюся жизнь?

Его вопрос обидел ее. Ньеше не надо лишний раз напоминать о том, что она никто, без семьи и даже друзей, на которых она могла бы рассчитывать.

Подняв голову, она посмотрела на Зуфара свысока.

– Нет. Даже у меня есть амбиции. Но я не желаю сидеть сложа руки и купаться в обожании ваших подданных.

Он кивнул.

– А чего ты хочешь?

– Зачем это вам? – с подозрением спросила она.

Он плавно повел плечами – так красиво, высокомерно и элегантно, что она несколько раз моргнула, прежде чем снова сосредоточиться.

– Возможно, я смогу тебе помочь.

– Я всегда хотела работать с детьми, – тихо сказала она. – Я копила деньги на обучение.

– Ты будешь учиться, – немедленно заявил он.

Она затаила дыхание.

– В обмен на что? Чего вы от меня потребуете?

Его глаза сверкнули.

– Я уже об этом сказал.

Она покачала головой и поежилась.

– Это не может быть правдой. Вы даже не знаете меня. – Она была озадачена.

Он снова повел плечами.

– Вероятно, мне следует начать с чистого листа, малышка.

Она вздрогнула:

– Пожалуйста, не называйте меня так.

Зуфар напрягся.

– Это тебя обижает? – спросил он.

Прикусив губу, она промолчала, потому что ей нравилось, как он обращается к ней низким и глубоким голосом. Все в этом человеке привлекало ее. Но она должна образумиться.

Прежде чем она успела заговорить, он встал, подошел и сел рядом с ней на диване.

Ее поразила сила его мужественности. Она попыталась сглотнуть, но поняла, что не может сделать даже этого, пока Зуфар сидит к ней так близко.

– Сегодня мои люди подтвердили то, что я уже знал, – сказал он. – Им необходима стабильность и женатый король. Экономический потенциал моего брака огромен. Нарушение такого поворота событий привело бы к несчастьям. Мои подданные приняли тебя. Если я и хотел стать первым в моем роду, кто разведется, а я этого теперь не желаю, то реакция моего народа заставила меня пересмотреть мое решение по поводу нашего брака. Ты останешься моей женой, а я обеспечу тебе лучшую жизнь.

Вне себя от волнения, Ньеша все-таки заставила себя говорить:

– И что это будет за жизнь?

– Та, которую ты предпочтешь, – сказал он.

– А как же Амира?

Он на секунду стиснул зубы.

– Ты говорила, что ее не похищали против ее воли. Или ты ошиблась? – Он выгнул бровь.

Ньеша прикусила губу, вспоминая побег Амиры.

– Нет, ее не принуждали. Но разве вы не хотите ее найти?

– Я точно знаю, кто ее увез и почему. Этот человек планировал унизить меня и вызвать хаос в стране, но я успешно предотвратил это.

Ньеша нахмурилась.

– Но вы хотите, чтобы она вернулась?

Он посуровел.

– Я говорил с ее отцом перед церемонией. Мы расторгли наше соглашение. Кроме того, я уже сделал свой выбор. Прямо сейчас я хочу обсудить наш брак.

Ее сердце снова дрогнуло.

– Мои подданные много пережили, – решительно продолжал он. – Я не поставлю под угрозу стабильность страны, как недавно сделал мой отец. – Страстность его слов потрясла ее до глубины души. Словно пожалев о том, что сказал, Зуфар поморщился. – Мне необходим рядом человек с ясной головой и сильными моральными принципами.

– Но вы плохо знаете меня, – снова заявила она.

– Я видел сведения о тебе. Твоя работа в моем дворце была образцовой.

Она уставилась на него в ошеломлении.

– И это все, что нужно?

– Нет, это еще не все, что нужно. Но это хорошая основа.

Ньеша покачала головой, ее сердце колотилось как сумасшедшее.

– Этого просто не может быть, – сказала она себе под нос.

– Смирись, Ньеша, – категорично потребовал он.

Испугавшись, она резко прошептала:

– Я не хочу. Вы сказали, что я буду вашей временной женой.

Внезапно он протянул руку и провел пальцем по ее щеке. Ньеша застыла от удивления. Несколько минут оба молчали. Когда она взглянула на Зуфара, он смотрел на нее, прищурившись, словно оценивая.

– Моему народу необходимо, чтобы ты была моей женой, – наконец произнес он.

Ее сердце болезненно сжалось.

– Я не хочу, чтобы ваш народ страдал, но…

– Но – что? Ты хочешь вернуться к жизни служанки?

– Мне хотелось бы иметь право выбора при замужестве! – воскликнула она.

Он опустил руку и обиженно поморщился.

– Я не гожусь в мужья?

– Я этого не говорила, – пробормотала она. Напротив, он был почти ее идеалом.

Они снова умолкли на несколько минут, а потом Зуфар вдруг произнес:

– Пять лет. Мы будем в браке пять лет. Ты будешь моей женой и нарожаешь мне наследников. Если через пять лет ты захочешь развестись, я отпущу тебя. Взамен ты получишь образование, которое тебе потребуется, любую должность по твоему выбору, титул королевы и богатство, о котором ты не могла даже мечтать.

– Не могли бы вы прекратить говорить о богатстве? Мне не нужны ваши деньги.

Он поддел указательным пальцем ее подбородок, заставляя Ньешу посмотреть ему в глаза.

– А как насчет моих людей? – спросил он. – Ты так их ненавидишь, что хочешь их несчастия?

– Это было бы несправедливо, – сказала она. Он мрачно улыбнулся.

– Перестань витать в облаках, малышка. Если бы жизнь была справедливой, ты бы не оказалась в приюте для сирот.

В его тоне не было злобы, только правдивость. И все же Ньеша снова почувствовала обиду. Она ничего не знала о своих родителях. И она была благодарна тому, что в приюте у нее все-таки была еда и крыша над головой. Однако ее не оставляли вопросы о том, кто подарил ей жизнь. Именно эти вопросы подпитывали ее жгучую потребность работать с осиротевшими детьми.

Она понимала, что Зуфар аль-Халия может сделать так, чтобы ее мечты быстрее осуществились. Но, размышляя о детях, которых ей придется рожать от него, она забеспокоилась.

– Вы хотите, чтобы я рожала вам детей? – спросила она.

Он скривил губы.

– Ну, вообще-то мужчина берет себе жену ради рождения детей. Мой случай особенный: мне нужны наследники.

Она сдержала истерический смех.

– Я видел твою медицинскую карту. У тебя нет ничего, что помешало бы тебе вынашивать моих детей.

Казалось, он изучил каждый квадратный дюйм ее жизни. Неудивительно. Он король этой страны.

– Я жду твоего ответа, малышка. – Он прижал палец к ее подбородку.

Замужество и дети были для нее абстрактными понятиями, пока она работала во дворце. Она надеялась, что это произойдет в будущем. Реальность происходящего в данный момент была почти невыносимой.

Словно зная о ее сомнениях, Зуфар подался вперед, и их губы почти соприкоснулись.

– Ты согласна? – выдохнул он.

Брак. Дети. Все, о чем когда-то не смела мечтать глупая шестнадцатилетняя девушка, рассматривающая глянцевые страницы королевских книг в библиотеке.

Зуфар не говорил ни слова о любви, но она и не ждала от него признаний. И, глядя на жесткие черты его лица, она сомневалась, что он когда-нибудь полюбит ее в будущем. В конце концов, они чужаки, которых свели вместе суровые обстоятельства.

Тем не менее она не могла отмахнуться от воспоминаний о том, как в юности наблюдала за молодым Зуфаром. Он был порядочным, верным и преданным своему народу. Разве это не лучшее качество для мужчины?

Он обхватил рукой ее затылок и уставился ей в глаза.

– Ты хочешь этого, – пробормотал он. – Подумай обо всем, что тебе нужно. О детях, которым ты сможешь помогать. Соглашайся, Ньеша, – произнес он гипнотическим голосом.

Неужели она жаждет снова работать горничной? Ньеша не сомневалась: она будет проклинать себя до конца жизни, если откажется от того, что предлагает ей Зуфар.

Его губы были мучительно близко к ее рту. Она захотела, чтобы он снова ее поцеловал.

Став женой Зуфара аль-Халия, она всегда будет знать, что ее дети никогда не будут ничтожеством вроде нее. Они станут принцами и принцессами, будущими королями или королевами, имеющими многовековую родословную. Она может подарить своим детям счастливое будущее.

Ньеша сжала руки на коленях. В следующую секунду Зуфар взял ее руки в свою.

– Да, – выдохнула она.

Мгновение он не двигался. Он не поцеловал ее, как она ждала. Он встал, взял ее за локоть и заставил подняться на ноги.

– Ты приняла мудрое решение, – сказал он.

– Вы уверены, ваше величество? – удивленно спросила она.

Он едва заметно улыбнулся.

– Перестань так обращаться ко мне. Зови меня по имени, – настаивал он, лаская большим пальцем ее подбородок.

Изумленная Ньеша покачала головой.

– Не важно. Сегодня ночью ты будешь выкрикивать мое имя, это я тебе обещаю.

Он опустил руку и схватил ее за запястье. В следующий момент он потащил ее к двери.

– Куда вы меня ведете? – выпалила она.

– Сегодня наша брачная ночь, малышка, – сказал он, продолжая идти. – Королевская традиция ничем не отличается от любой другой.

Сердце Ньеши едва не выскакивало из ее груди, пока они шли в королевскую спальню с широкой и прочной кроватью под балдахином.

Совсем скоро она отдаст свою девственность королю Халии.

Глава 5

Ньеша много раз бывала в королевской спальне в качестве горничной. Ее сердце билось так громко, что она слышала только его стук, отзывающийся в ушах. Она не могла успокоиться.

Зуфар словно почувствовал ее тревогу и резко остановился.

– Что не так?

– Все происходит слишком быстро, – честно ответила она.

Она ожидала от него грозного и хмурого взгляда, поэтому удивилась, когда она просто посмотрел на нее и кивнул. Пальцами свободной руки он провел по ее бледной щеке.

– Не бойся, малышка, я сделаю эту ночь незабываемой для тебя. Мы не будем торопиться. – Он быстро подхватил ее на руки у двери в спальню.

– Что ты делаешь? – пискнула она.

– Я следую традиции, – ответил он. – Ты не веришь мне, Ньеша? – Он выгнул бровь.

Он не впервые называл ее по имени, но на этот раз при звуке его глубокого баритона у нее засосало под ложечкой. Она видела, как он наблюдает за ее смущением и улыбается.

– По-моему, ты мне ответила, – произнес он. С этими словами он переступил порог и спокойно подошел к кровати. Медленно поставив Ньешу на ноги, он положил руки ей на плечи. А потом он оценивающе оглядел ее с головы до ног. Она задрожала под его взглядом.

– Красавица, – сказал он.

Никто никогда не называл ее красавицей, поэтому она покачала головой.

– Это все из-за платья.

– Платье не сделает красавицей дурнушку, – надменно произнес он.

– Спасибо за платье. Но не стоило…

Он тряхнул головой.

– Я не мог просить тебя надевать одежду другой женщины.

– Спасибо, – снова сказала она.

– Всегда пожалуйста. Но, по-моему, платье пора снять.

Атмосфера в комнате изменилась. Его руки медленно поднялись с ее плеч к шее, на которой пульсировала венка. Он неторопливо поглаживал шею Ньеши, пока она не простонала.

– Тебе нравится? – спросил он, пристально глядя на нее, словно хотел изучить язык ее тела.

Размышляя над ответом, Ньеша облизнула пересохшие губы.

– Не надо стесняться, Ньеша. Я намерен изучить твое тело, а потом ты изучишь мое. – Его ласки стали чуть настойчивее. – Тебе нравится? – властно спросил он.

– Да, – простонала она.

– Хорошо, – удовлетворенно ответил он, наклонил голову и обжег Ньешу взглядом золотистых глаз. – Я хочу снова почувствовать вкус твоих губ.

Не сдержавшись, Ньеша покачнулась в его сторону. Довольный, он усмехнулся, а потом припал к ее губам. Он дарил ей новый, сильно опьяняющий опыт, и вскоре из ее головы вылетели все мысли. Каждая клеточка ее тела трепетала от волшебства, которое Ньеша жаждала чувствовать вечно. Вздохнув, она разомкнула губы и испытала еще более сильные ощущения, когда его язык скользнул ей в рот.

Дрожа от чувственной лихорадки, о которой она никогда не осмеливалась мечтать, Ньеша обхватила Зуфара руками за талию, чтобы удержаться на ногах. Шире раскрыв рот, она громко простонала от удовольствия, пока он решительно целовал ее губы. Ньеша боялась, что вот-вот у нее подкосятся колени.

В какой-то момент, закрыв глаза, она отдалась силе прикосновений и запахов. Она слышала, как дыхание Зуфара становится прерывистым; ощущала, как он поглаживает ее спину и ягодицы. Снова беспомощно простонав, она принялась поглаживать его тело. Сильные мускулы Зуфара напружились под ее прикосновениями; его тело напрягалось и расслаблялось от ее нерешительных ласк. Для нее исчезло чувство времени и пространства.

Зуфар резко выдохнул. Она моргнула, а потом поняла, что впилась ноготками ему в плечи. В какой-то момент он запустил пальцы ей в волосы и теперь осторожно потянул ее голову назад, чтобы вглядеться в ее лицо.

– По-моему, мне досталась дикая кошечка, – протянул он.

Она нетерпеливо и беззастенчиво уставилась на его губы, предвкушая очередной восхитительный поцелуй.

– Ты смотришь на меня с такой страстью, – сказал он. – Ты сведешь с ума кого угодно.

Он ловко расстегнул молнию на ее платье, а потом поцеловал Ньешу в губы. Она захныкала. Он покрывал легкими поцелуями ее щеки, подбородок, шею и плечи.

– Ты такая отзывчивая, – заметил он и потянул платье вниз, обнажая ее руки. Услышав мягкий шелест падающего вниз платья, Ньеша насторожилась, закрыла грудь руками и шагнула назад.

Зуфар замер и нахмурился.

– Что-то не так?

Она с трудом сглотнула.

– Я должна кое в чем признаться.

На его лице читалось легкое недовольство.

– Я слушаю.

Она приказывала себе говорить. Мужчины вроде Зуфара предпочитали женщин, умеющих угождать мужчине. Женщины, с которыми он встречался раньше, были опытными. Изысканными. Утонченными. Стыдясь, Ньеша уставилась себе под ноги.

– Говори! – приказал он.

– Я не…

– Ньеша, – с предостережением в голосе произнес он.

Она подняла голову. Его лицо напоминало суровую маску.

– Что тебя беспокоит? – спросил он.

– Я неопытная, – прошептала она. На его лице промелькнули эмоции, которые она не могла расшифровать. – Я девственница. И я не хочу тебя разочаровать.

Он долго смотрел на нее, потом спросил:

– Тебе двадцать пять, и ты ни разу не была с мужчиной?

Желая скрыться от его всевидящих глаз, Ньеша заставила себя выдержать его взгляд.

– Нет, не была.

Он резко выдохнул, и на его подбородке дрогнула жилка. Он схватил Ньешу за локти.

– Значит, ты будешь только моя, – сказал он. Она затаила дыхание, услышав его безжалостный, неопровержимо собственнический тон. Она изо всех сил пыталась дышать, когда он решительно отвел ее руки от груди.

Он снова резко выдохнул, разглядывая ее.

– Ты в самом деле восхитительная.

Она не смогла бы пошевелиться, даже если бы от этого зависела ее жизнь. Он очаровал ее взглядами и категоричными манерами. Она дрожала, когда он решительно спустил платье с ее бедер, и оно упало на пол к ее ногам. Ньеше следовало чувствовать себя уязвимой, стоя перед ним в одних трусиках и туфлях на высоких каблуках, но под его взглядом она испытывала только волнение.

Встав у Ньеши за спиной, он начал ласкать пальцами ее грудь и жадно целовать в шею. Когда он принялся поглаживать ее соски, она едва устояла на ногах.

– Моя, – страстно выдохнул он ей на ухо.

Ее тихий стон сменился неконтролируемым хныканьем, когда Зуфар потянул пальцами ее напряженные соски.

– Моей дикой кошечке это нравится?

Ньеша резко опустила голову себе на грудь и беспомощно всхлипнула от удовольствия.

Он тихо рассмеялся, продолжая ее ласкать. Она услышала у себя за спиной шорох его одежды и, боясь повернуться, позволила своему воображению создать образ Зуфара. Прежде чем она смогла встать к нему лицом, он стянул с нее трусики.

Затем он развернул Ньешу.

И она поняла: ее воображение не смогло отразить того, что она перед собой видит.

Загорелый, мускулистый Зуфар казался высеченной из мрамора совершенной статуей. У Ньеши отвисла челюсть. Он был настолько красивым, что ее тело охватило новое, жгучее желание.

– Тебе нравится то, что ты видишь, малышка? – спросил он с мужским высокомерием. Ньеша таращилась на него, затаив дыхание. Он шагнул в ее сторону. – Не надо волноваться. Тебе будет хорошо, дорогая.

Он не дал ей времени, чтобы сориентироваться. Подхватив Ньешу на мощные руки, он положил ее на кровать и стал мучительно-неторопливо ласкать. Она понятия не имела, сколько прошло времени, пока он покрывал поцелуями каждый дюйм ее тела.

Чувственные губы коснулись ее ключицы и ложбинки между грудей. Он жадно целовал и ласкал ее грудь, шептал страстные слова одобрения. Она вскрикнула, когда он обхватил губами ее сосок, чувствуя, что сходит с ума от удовольствия.

– Спокойнее, моя кошечка, – произнес он, опустил голову и стал ласкать ее между ног. Ньеша громко простонала и содрогнулась, но его сильные руки крепко держали ее за бедра. Зуфар неторопливо исследовал ее тело, словно оно принадлежало ему по праву.

В какой-то момент Ньеша перестала сопротивляться и отдалась восхитительным ощущениям. Наконец она вскрикнула и почувствовала, как ее мир разлетается на тысячи крошечных осколков. Ее тело пронзила судорога, а блаженство ослепило ее.

Ей казалось, что прошла вечность. Или, может быть, всего одна минута. Ньеша потерялась во времени.

Приходя в себя, она поняла, что вцепилась пальцами в волосы Зуфара. Он продолжал целовать ее, прерывисто дыша. Она вдруг подумала, что перед ней совсем не тот сдержанный человек, который привел ее в спальню. Зуфар изменился. Он, как и она, был во власти любовной лихорадки.

Возможно, он забыл о сдержанности в тот момент, когда она сказала ему о своей неопытности. Хотя у нее наверняка разыгралось воображение.

Ньеше не удалось проанализировать свои предположения, потому что Зуфар опустился на локти и уставился ей в глаза, а потом поцеловал в губы. Вкус его губ должен был смутить Ньешу, однако она испытала настоящий триумф.

Она все сделала правильно.

Он не выглядел разочарованным.

– Приласкай меня, – резко произнес он.

Дрожащими руками она стала поглаживать его шею. Зуфар простонал – по-видимому, ему нравились ее прикосновения. Ободренная, она продолжала ласкать его мускулистый торс и бедра. Дыхание Зуфара стало еще резче. Когда он устроился у нее между ног, Ньеша густо покраснела.

– Не надо стесняться, – тихо сказал он. – Разведи ноги шире.

Она подчинилась, ее сердце колотилось как сумасшедшее. Он осторожно вошел в нее, и она, затаив дыхание, вцепилась пальцами в его предплечья.

Резкая боль застала ее врасплох. Ньеша закричала.

Он поцеловал ее в губы, страстно и быстро.

– Тише, – хрипло произнес он и медленно вышел из нее, чтобы вскоре снова ею овладеть. На ее глазах выступили жгучие слезы. Он внимательно наблюдал за ней как ястреб, стараясь не торопиться.

Ньеша задохнулась от новых ощущений. Постанывая, она закрыла глаза. Его дыхание касалось ее лица, когда он стал резче входить в нее, даря более приятные чувства.

– Обхвати меня ногами, – потребовал он.

Сделав так, как он сказал, она снова задохнулась от потока неожиданных и непривычных, более сильных ощущений. Она не предполагала, что будет испытывать такое наслаждение.

Услышав, как она зовет его по имени, он словно обезумел, и задвигался быстрее. Удовольствие, которое испытала Ньеша на этот раз, намного превосходило то, что она чувствовала несколько минут назад.

– Ньеша, открой глаза.

Подняв веки, она уставилась в его золотистые глаза. Приглушенно вскрикивая, она погрузилась в бесконечное море блаженства, от которого из ее глаз потекли слезы.

Зуфару аль-Халия не верилось, что женщина под ним – тот самый человек, которого он встретил сегодня утром. Эта была та самая женщина, на которую он прежде не обращал внимания. Он, кто привык контролировать каждый свой шаг, не предполагал, что испытает с ней такое наслаждение. У него было много женщин, но ни одна из них не могла сравниться с его отзывчивой молодой женой.

Вероятно, его заводило то, что он стал ее первым мужчиной. Он ни разу не спал с девственницей; никогда не гордился тем, что будет первым любовником. Теперь он думал о том, что может воспитать Ньешу под свой вкус. Он научит ее наслаждаться своим телом, даже когда она будет вынашивать его детей. Она принадлежит ему, во всех смыслах. Зуфар уставился на нее, когда ее сладкие губы разомкнулись и она вздохнула.

Чем дольше он смотрел на Ньешу, тем больше ужасался тому, что на доли секунды, впервые в жизни, потерял самообладание под напором желания.

Глава 6

Ньеша была во власти бесконечного циклона ощущений. Ей казалось, что она попала на Небеса.

Внезапно она очнулась от размышлений, когда Зуфар резко высвободился из ее рук. Он не смотрел на нее, вставая с постели.

С бешено колотящимся сердцем, она смотрела, как он, обнаженный и высокомерно самоуверенный, отходит от кровати. Его широкие плечи и спина были напряжены. Ньеша немного успокоилась, когда он вошел в ванную комнату и закрыл за собой дверь.

Она не понимала, что случилось.

Что она сказала или сделала такого, чтобы спровоцировать у Зуфара подобную реакцию? Несколько минут назад он был таким страстным, а сейчас казался совсем чужим.

Через десять минут он вернулся, подхватил ее на руки и понес в ванную комнату.

– Ч-что ты делаешь? – пискнула Ньеша.

– Я забочусь о твоем комфорте, – произнес он, поставил ее в душевую кабину и стал осторожно намыливать ее тело.

Ньеша дрожала под его прикосновениями. Ей хотелось убежать в спальню, забраться в постель и накрыться простынями с головой. Но это ничего не изменит. Поэтому она стояла на месте, кусая губу.

– Все в порядке? – внезапно спросила она, ненавидя себя за то, что хочет его поддержки.

Выражение его лица не изменилось, но его плечи сильнее напряглись.

– Все отлично. – Однако он стиснул зубы и через секунду отвернулся. Он резко выключил душ и вышел из кабины.

И тут Ньеша поняла, что обманывала себя, думая, будто понравилась Зуфару. Будто он захочет ее снова. Он сказал ей в гостиной, что ему нужны наследники, пока они будут в браке всего пять лет. Для Зуфара долг превыше всего. Выполнив его, он расстанется с Ньешей.

Несмотря на теплый воздух, по спине Ньеши пробежал холодок. Она старалась выровнять дыхание, пока Зуфар заворачивал ее в полотенце и нес в спальню.

Она сразу же отодвинулась на противоположную сторону кровати. Потом решила, что, вероятно, легла на ту сторону, где спит Зуфар, и стала передвигаться. Замерев в центре кровати, она вдруг поняла, что они не обсуждали, где будут спать.

– Что ты делаешь? – протянул Зуфар, стоя у кровати.

– Я не знаю, с какой стороны ты предпочитаешь спать. А мне вообще следует спать здесь?

Он нахмурился.

– Где еще тебе спать?

Она облизнулась и вцепилась пальцами в простыню, которой закрывала грудь.

– В соседней комнате? В апартаментах королевы?

Он помрачнел, стиснул зубы и одарил Ньешу покровительственным взглядом.

– Ты хочешь спать там? – Он старался быть терпеливым.

Ньеша сдержала дрожь. В этот момент она предпочла бы быть где угодно, но не здесь.

– Не секрет, что твои родители не спали в одной кровати, – ляпнула она и застыла от страха.

– Я не похож на моего отца. И сейчас не девятнадцатый век. – Если он казался Ньеше сдержанным всего минуту назад, то теперь выглядел суровым и жестоким.

По непонятной причине упоминание его родителей сразу все изменило. Ньеша, как и все остальные во дворце, слышала сплетни о напряженных отношениях между предыдущим королем и его женой, несмотря на то что король был предан своей королеве. Что касается отношений между королем Тариком и его детьми, то они казались добрыми и сердечными.

Но, судя по реакции Зуфара, эти внешние проявления отцовской любви могли быть фарсом.

Ньеша, безусловно, знала, до чего безжалостным и расчетливым может быть ее молодой супруг, когда желает добиться конкретного результата. Ее нынешняя позиция – яркое доказательство его бессердечности.

Она старалась говорить, несмотря на беспокойство:

– Я знаю… Мы оба знаем, что наш брак не настоящий.

Чувственные губы, которые недавно целовали ее, скривились в язвительной усмешке.

– Я только что лишил тебя девственности, Ньеша. Мы договорились, что ты родишь мне детей. Все предельно ясно, – заметил он хриплым и мучительно прямолинейным тоном.

Она опустила голову от смущения.

– Ты понимаешь, о чем я…

– Неужели?

Ньеша подняла голову.

– Да! – Она отвела от лица густые волосы. – Слушай, мы оба в курсе, что ты выбрал меня при сложных обстоятельствах. Поэтому вполне понятно, если ты захочешь ночевать в другой комнате.

Подойдя, он оперся коленом о кровать. Ньеша приложила все силы, чтобы не смотреть на впечатляющее воплощение мужественности у него между ногами. Он был настолько самоуверенным, что она покраснела.

Она затаила дыхание, когда его крепкие руки обхватили ее подбородок.

– Чего ты хочешь? – Он вперился в нее взглядом.

Казалось, он старается прочесть ее мысли. Какой именно ответ он хотел услышать, она не знала. Моргнув, она взглянула на смятую постель.

– Ты говорил, что будет лучше для всех, если я быстрее забеременею. – Слова застряли у нее в горле, потому что казались слишком холодными и лишенными эмоций. И они не выражали того, что она на самом деле чувствовала.

Но Зуфар уже кивал, словно полностью с ней соглашался. И она поняла, что не должна строить иллюзий. И глупо мечтать о том, что их брак не просто суровая сделка. Она рядом с Зуфаром только потому, что другой мужчина украл его невесту.

Опустив голову, он лег на постель.

– Я рад это слышать. И помни, я тоже этого хочу. Завтра дизайнер дворца свяжется с твоим помощником, чтобы организовать встречу.

– Зачем? – спросила она.

– Ты скажешь ему, что собираешься сделать с соседней комнатой. Ты можешь превратить ее в гигантскую гардеробную. Или в детскую. Тебе решать.

Он вытащил у нее из рук простыню и накрыл ею их обоих.

– У тебя был трудный день, – сказал он. – Завтра будет не легче. Я предлагаю тебе немного поспать.

С этими словами он отвернулся от нее и выключил прикроватные лампы.

Ньеша проснулась, почувствовав, как ее щеки коснулась чья-то щетина. Вздрогнув, она открыла глаза и встретила решительный взгляд золотистых глаз Зуфара.

Оба молчали. Потом он запустил руку у нее между ног. Ньеша резко вздохнула, и он удовлетворенно усмехнулся.

Через несколько секунд после их близости Зуфар поднялся с постели. Ньеша услышала приглушенный шум воды в душе и опустилась на подушки, желая успокоить бурные эмоции.

Она не должна терять рассудок каждый раз, когда Зуфар к ней прикасается. Она интуитивно понимала, что очень рискует. Их брак продлится всего пять лет.

А что потом?

Изгнание из дворца? Ньеша села в кровати, понимая, что ей придется не просто расстаться со своей свободой на пять лет. Разрешат ли ей забрать с собой детей после того, как они разведутся? Или она будет обречена на одиночество?

Она поджала губы. Нет, это недопустимо. Дети Зуфара будут и ее детьми. Но он король и обладает бесконечными ресурсами, чтобы бороться с ней и выиграть.

Она размышляла об угрозе своему будущему, когда Зуфар вышел из ванной комнаты. И все мысли тут же испарились из ее головы.

Его густые черные волосы сверкали и были зачесаны ото лба. На его руках и груди играли мускулы, когда он шагнул к кровати. На его бедрах было повязано белое полотенце. Затаив дыхание, Ньеша таращилась на него, пока он подходил ближе.

С трудом сглотнув, она произнесла:

– Доброе утро.

Он поднял бровь.

– Оно доброе?

Она вцепилась пальцами в простыню, ее сердце замерло. Неужели сегодня он передумал? Хочет ли он отказаться от сделки, которую они заключили? Будет ли он искать Амиру? При мысли об этом Ньеше стало не по себе, у нее заныло в груди.

– Я спрашиваю, потому что тебе приснился страшный сон. Вот почему я разбудил тебя.

Положив руки на колени, она почувствовала облегчение и пробормотала:

– О, понятно. Спасибо.

Он прищурился, глядя на нее, и резко спросил:

– Ты здорова?

Он имеет в виду кошмар? Или то, что случилось прошлой ночью и этим утром? Опять же, какое это имеет значение?

Она кивнула:

– Я… Я в порядке.

Он тоже кивнул:

– Ты позавтракаешь со мной. Потом у тебя будет свободное время. Примерно час ты уделишь подбору своих сотрудников. Мой главный помощник даст тебе список кандидатов.

Энергичность, с которой он прошел в свою гардеробную, сказала Ньеше, что у нее нет времени анализировать его слова. Она сделает это позже, когда будет одета, и решит, зачем ей сотрудники.

Встав с постели, она заметила на простынях признаки своей утраченной девственности и покраснела. Схватив платье, она выбежала из комнаты. За пределами апартаментов Зуфара ее встретила Халима и другие служанки.

Через несколько минут все во дворце узнают, что Ньеша провела ночь в постели Зуфара.

Ньеша старалась не смущаться, когда служанки провели ее обратно в королевские апартаменты и предложили на выбор кучу одежды.

Через двадцать минут, надев сине-бежевое платье длиной до колен, она прошла в столовую, где во главе длинного старинного обеденного стола сидел Зуфар и читал газету. Даже читая за завтраком, он представлял собой впечатляющее зрелище, будучи в безупречном костюме, привезенном из Милана.

Когда Ньеша приблизилась к нему, он ловко сложил газету, кивнул и стал наблюдать, как она садится за стол. Она сидела с прямой спиной, держа руки на коленях, избегая прямого взгляда Зуфара, пока ей наливали чай и предлагали разные блюда.

– Ты ушла из постели до того, как я показал тебе тайный проход из моей комнаты, – напряженно сказал он с явным неудовольствием.

Ньеша старалась не краснеть.

– Ой, я не знала…

Он отмахнулся от ее ответа.

– Забудь об этом. Так как тебе не придется снова покидать мою спальню, не будем говорить о твоем стремительном уходе. Завтракай!

Ньеша уставилась на свою тарелку, пытаясь вызвать у себя аппетит и сдерживая раздражение. Она медленно взяла кусочек тоста, намазала его маслом и финиковым вареньем.

Тост растаял на ее языке. Жуя, она непроизвольно и тихо простонала.

– Что-то не так? – спросил Зуфар через минуту.

– Ты говорил так, словно мне надо было просить у тебя разрешения, чтобы уйти.

Он уставился ей в лицо.

– А вдруг я просто хотел, чтобы ты не смущалась? – спросил он. – Ты очень часто краснеешь.

Она приложила немало усилий, чтобы не поднять руки к своему пылающему лицу.

– Прошу прощения за отсутствие выдержки. В его глазах что-то промелькнуло.

– Напротив, ты – воплощение стыдливой невесты. Говорят, многим это нравится, – протянул он.

Она решила сменить тему:

– У нас будет медовый месяц?

Он посмотрел на нее в упор.

– Конечно. Почему у нас его не должно быть?

Потому что он планировал его для другой женщины. Но в сложившихся обстоятельствах мысль об этом не должна тревожить и обижать Ньешу. Она покачала головой.

– Я просто спросила.

– Не надо обижаться, что я повезу тебя в те страны, в которые я хотел отвезти Амиру. У нас с ней была договоренность. И поэтому наше свадебное путешествие было частью сделки.

– Когда мы уедем? – спросила она, заглушив боль в груди.

– Через три дня. Два дня проведем в Изумрудном дворце, а потом отправимся в Европу.

Он принялся называть ей города, которые они посетят. Когда-то она мечтала о подобной поездке. Но теперь она ее не радовала. Допив чай, она почувствовала, как на нее надвигается одиночество и тоска.

Неужели она никогда не избавится от этого чувства? Она замужем за одним из самых влиятельных людей в мире, но ощущает себя брошенной.

– Кажется, ты меня не слушаешь, – резко заметил он.

Прежде чем Ньеша успела ответить, в двери столовой постучали. Через секунду у Зуфара звякнул телефон. В столовую вошел его личный секретарь.

– Доброе утро, ваши величества! – приветствовал он, низко поклонившись обоим, а потом обратился к Зуфару: – Возникло срочное дело, сир.

Лицо Зуфара напряглось, он быстро встал из-за стола.

– Боюсь, мне придется начать рабочий день раньше запланированного. Продолжай завтракать. Твоя секретарша придет через полчаса.

С этими словами он горделиво вышел из столовой.

Ньеша приуныла. Несколько минут она вилкой гоняла по тарелке свежие фрукты, потом встала и подошла к окну. За окном сияло солнце. На территории дворца уже не было ни одного признака того, что вчера состоялась королевская свадьба.

Она поняла, что между прошлой ночью и сегодняшним утром что-то произошло. Она позволила себе обмануться и поверить, будто сделка с Зуфаром избавит ее от ужасной душевной пустоты, которую она чувствовала все эти годы.

За ее спиной послышался кашель.

– Ваше величество?

Ньеша обернулась. Перед ней была женщина в строгом костюме, высокая, с хорошей фигурой, добрыми карими глазами и легкой, благосклонной улыбкой.

– Меня зовут Кадира Хамди, и я ваша новая секретарша.

Ньеша не видела ее раньше. Секретарша не смотрела на нее оценивающе, как Халима. И хотя Кадира была потрясающе красивой, Ньеша не испытывала к ней зависти.

Кивнув, она улыбнулась.

– Меня зовут Ньеша. Но вы об этом знаете. – Она помолчала, стараясь не смущаться. – Что у меня запланировано на сегодня? – жизнерадостно спросила она.

Кадира шагнула вперед, открыла папку в кожаном переплете и провела пальцем по длинному списку.

– Мы сделаем то, что вы пожелаете, ваше величество, но я предлагаю вам подобрать гардероб для медового месяца. С вашего позволения, я пригласила трех стилистов.

Нервно сглотнув, Ньеша улыбнулась.

– Я согласна.

Войдя в королевские апартаменты, Ньеша остановилась как вкопанная. Та комната, о которой говорил Зуфар, была полностью преобразована в гардеробную и заполнена одеждой.

Войдя в гардеробную, Ньеша резко спросила:

– Чьи это вещи?

Кадира выглядела удивленной.

– Они ваши, ваше величество. Его величество приказал перенести все ваши вещи сюда сегодня утром.

Ньеша не стала удивляться тому, как быстро действует Зуфар. Через несколько секунд в комнату вошли стилисты, а их помощники прикатили несколько стоек с одеждой.

Следующие два часа Ньеша подбирала себе гардероб. В конце концов у нее разболелась голова. Она знала, что любая другая женщина на ее месте была бы в восторге от обрушившегося на нее богатства. Но в этот момент Ньеша отдала бы все это за крошку хлеба из своего прошлого; она понимала, что даже самые роскошные одежды и драгоценности не избавят ее от тоски и душевной боли.

Она собиралась попросить чашку чая, когда в комнату вошел Зуфар.

– Оставьте нас! – резко приказал он, и комната опустела за считаные секунды.

– Что случилось? – спросила Ньеша, смотря на суровое лицо мужа.

Он резко остановился и взглянул на нее.

– Нам придется отложить медовый месяц, – выдавил он и ослабил узел галстука.

Она ни разу не видела Зуфара таким взъерошенным, включая тот момент, когда он узнал, что его невеста сбежала через окно за несколько часов до свадьбы. Теперь он сердито расстегнул две верхние пуговицы рубашки.

– Только на несколько дней, – сказал он. – Может быть, на неделю.

– Можно узнать, почему?

Он резко выдохнул.

– Похоже, одного скандала за сутки недостаточно для моей семьи, – объяснил он, на его лице читался холодный гнев. Он провел пальцами сквозь волосы.

Он мерил шагами противоположную сторону комнаты.

Это как-то связано с Амирой? Не выдержав его молчания, Ньеша произнесла:

– Зуфар? – Он остановился и уставился ей в глаза. – Я могу тебе помочь?

Он удивленно взглянул на нее, потом опустил голову.

– Меня шантажируют, – холодно сказал он. Она ахнула:

– Что? Это из-за Амиры?

Он нахмурился и поджал губы.

– Нет. Похоже, она сделала окончательный выбор. Я видел записи дворцовых камер наблюдения, и они подтверждают, что она сбежала по собственному желанию. Я больше не буду тратить на нее время и внимание. К сожалению, новые проблемы связаны с моей сестрой.

Ньеша нахмурилась.

– Принцесса Галила? Что она сделала?

Зуфар гневно выдохнул.

– Она напилась на нашей свадьбе и разболтала несколько семейных секретов совершенно незнакомому человеку, – прорычал он, дошел до дальней стены гардеробной и отступил в сторону.

– Какие секреты?

Зуфар оглядел ее, свирепо прищурившись. Подойдя, он встал, нависая над ней и о чем-то размышляя.

– Теперь ты член моей семьи, – сказал он. – Будет лучше, если ты заранее придумаешь ответы на возможные вопросы.

Ньеша кивнула, выпрямила спину и посмотрела на него в упор.

– Очень хорошо.

– Она разболтала о том, что у нашей матери был роман с отцом шейха Карима тридцать лет тому назад. – Он глубоко вздохнул. – В результате этой связи родился мальчик. Тот самый, который вчера увез Амиру. То есть Карим не только знает секреты моей семьи, но и узнал о существовании своего сводного брата.

У Ньеши отвисла челюсть, ее сердце замерло.

– Что?

Он не ответил. До нее медленно доходило, что королевская семья, которую все вокруг считали счастливой и благополучной, на самом деле только притворялась таковой.

– Значит, твою невесту похитил твой сводный брат? – изумленно пробормотала она.

Глаза Зуфара потемнели от злости, он горько усмехнулся.

– Он считает, что я занял его место на троне.

– Он имеет в виду право рождения? – Она поняла, почему Зуфар хотел вчера преуспеть любой ценой. При мысли об этом она вздрогнула.

– Да. И я считаю, что это был шаг, которому я решительно противостоял и преуспел в этом, – сказал он с трепетным удовлетворением, подтверждая ее подозрение.

Выходит, она и до некоторой степени Амира – идеальные пешки в чужой игре. Ньеша решила не думать об этом сейчас и сосредоточилась на причине своего первоначального гнева.

– И чего хочет этот шантажист? Денег?

– Если бы. У шейха Карима из Зирии достаточно денег, и они ему не нужны. Он хочет кое-чего другого.

Ньеша сглотнула. Королевство Зирия было прямым соседом Халии с общими границами и давними традициями. Ньеша осознала масштаб предательства матери Зуфара. Теперь она понимала причину того измождения и боли, которые она видела на лице короля Тарика многие годы.

– Твой отец знал об этом? – спросила она. Через секунду Зуфар кивнул:

– Да.

– Чего же хочет шейх Карим?

Зуфар так сильно стиснул зубы, что побелела жилка на его подбородке.

– Он хочет жениться на моей сестре. Немедленно.

Ньеша закрыла рот руками.

– И ты дашь ей свое благословение?

Он пожал плечами:

– У меня небольшой выбор. Скандалов следует избегать любой ценой. По крайней мере, если они поженятся, мои подданные будут счастливы. Две свадьбы за несколько недель. Со стороны может показаться, что нас благословил Бог, – горько усмехнулся он.

Сердце Ньеши сжалось, но она сохранила самообладание.

– А Галила согласится?

– Ей придется согласиться, если она хочет блага своей семье, – отрезал он.

Какое-то время оба молчали, потом Ньеша откашлялась.

– Что я могу для тебя сделать?

Его снова удивили ее слова. Уголок его рта приподнялся в едва заметной улыбке.

– Я буду очень рад, если, по крайней мере в течение суток, в моей жизни не будет потрясений, – выдохнул он.

– Я обещаю, что не буду тебя расстраивать.

Он как-то странно посмотрел на нее, потом резко встал, застегнул рубашку и поправил галстук. Потом он направился к двери.

– Зуфар?

Он напрягся, повернулся и выгнул бровь.

– Как ты поступишь со своим братом? – спросила она.

Его глаза сверкнули от ярости, но он быстро обуздал эмоции.

– Он хотел погубить мое королевство. Когда наступит подходящее время, он за это ответит.

О чем он говорит: о мести или наказании?

– До вечера! – прибавил он и ушел.

Когда Кадира постучала и вошла в комнату, Ньеша потирала руки, стараясь успокоиться. Через минуту они вернулись к обсуждению выбора одежды для медового месяца.

А потом Ньеша выбирала себе преподавателей, которые будут читать ей лекции по курсу детской психологии.

Все это время она никоим образом не показывала, что на самом деле творится у нее в душе.

Глава 7

Зуфар в течение недели организовал брак своей сестры и был готов отправиться в свадебное путешествие.

Он не желал связываться с Тариком. Последняя встреча Зуфара со своим отцом закончилась жесткими, холодными обвинениями; по правде говоря, Зуфар не знал, простит ли он отца за отречение от трона.

Но Зуфару придется объяснить отцу причину поспешного брака Галилы.

Именно сегодня он ездил к Тарику. Как Зуфар и подозревал, общение с ним было непростым. Вероятно, потому, что отец ни разу не спросил о государственных делах или о самом Зуфаре. Он продолжал горевать и выглядел худее, чем в последний раз, когда Зуфар его видел. Возможно, Зуфару было неловко оттого, что он не пригласил отца на свою свадьбу. Он сказал себе, что сделал это по уважительной причине: ему следовало избавить своих подданных от стресса и сделать их счастливыми в день королевской свадьбы.

Как говорится, с глаз долой, из сердца вон.

Король Тарик выдержал свое отсутствие на свадьбе сына с болезненным стоицизмом, но возмутился от предстоящего брака Галилы с шейхом Каримом. Это было напоминание о том, что когда-то отец любил Галилу сильнее остальных своих детей.

Зуфар подошел к окну с видом на розарий, который когда-то принадлежал его матери, и стиснул зубы, теряя терпение.

Много раз ему хотелось приказать выкорчевать эти кусты роз.

Но он оставил розарий нетронутым как напоминание о том, что лояльность и преданность делу гораздо ценнее притворной любви его матери, которую та показывала перед незнакомыми людьми. Вдали от людских глаз королева относилась к своим детям с ледяным равнодушием. Что касается человека, отрекшегося от престола, то Тарик аль-Халия фактически избегал своих детей, прощал неверность своей жене, пытался скрыть все последствия ее измен, и почти все уничтожил на своем пути. А потом, после смерти королевы, семья распалась. И король сбежал, не обращая внимания на опустошение, которое он после себя оставил.

Зуфару стало не по себе от горечи и боли, от которых он так и не смог избавиться за многие годы. Это был для него полезный урок. Постоянное напоминание о том, что следует воздерживаться от глупых чувств и держать вокруг себя только проверенных людей.

Помня об этом, он быстрее расквитается с Адиром. Руководитель службы разведки Зуфара выяснил, куда уехал Адир, но Зуфар не спешил преследовать своего брата. В конце концов, месть – блюдо, которое подается холодным.

Кроме того, у него сейчас медовый месяц.

Мысль о женщине, ставшей его королевой и женой, вызвала у Зуфара совсем другое чувство.

Розовые кусты исчезли из вида, и в его мозгу возник образ застенчивой, тихой и удивительной красоты. От волнения у него скрутило живот. Его жена постоянно удивляла его. Он не слишком многого ждал от женщины, которую подчинил своей воле. Хотя ему было наплевать на отсутствие у нее подходящей родословной, он сомневался в ее способности подняться до уровня своего нынешнего положения. Но Ньеша исполняла свою роль уверенно и достойно и удивила всех, включая Зуфара.

В отличие от своей предшественницы и матери Зуфара, Ньеша не составляла графики встреч с дизайнерами, журналистами и фотографами. На самом деле, когда ей приходилось иметь дело с прессой, она недовольно поджимала губы.

Ее глаза радостно светились только в тот момент, когда она общалась с детьми или занималась с преподавателями.

Были и другие моменты, когда Зуфар видел в глазах Ньеши сильные эмоции, хотя после их первой брачной ночи она старалась скрывать от него свои чувства.

На рассвете он часто будил ее от кошмарного сна, и они занимались любовью. Да, они делили кровать, чтобы зачать наследника, но Зуфару так нравилась их близость до восхода солнца, что он не желал от нее отказываться.

Он втянул носом воздух, когда в его жилах забурлила кровь. Его жена была невинной, когда он уложил ее в свою постель, но она быстро стала той женщиной, с которой не могли сравниться его прежние любовницы.

Зуфар нахмурился, подумав о причинах раннего пробуждения Ньеши. Она утверждала, что не помнит своих кошмаров, и он поверил ей. Тем не менее проблема осталась. Вероятно, кошмары связаны с ее прошлым. Детективам удалось узнать лишь о том, что она выросла в приюте на окраине столицы Халии.

Последнее, что ему хотелось, чтобы и другие скелеты внезапно выпали из пресловутого шкафа, но казалось, о прошлом Ньеши не знает никто.

Он почти обрадовался возможности отвлечься от беспокойных мыслей, когда в дверь постучали.

– Войдите!

Появилась Ньеша, и он уставился на ее стройную фигуру, обращая внимание на ложбинку между грудей, тонкую талию и округлые бедра. Впервые после сухих обсуждений наследников Зуфар позволил себе задаться вопросом, как будет выглядеть их ребенок.

Он нахмурился и одернул себя, когда она приблизилась. На ней было ярко-оранжевое платье, великолепно оттеняющее цвет ее волос. Зуфар почувствовал сильное возбуждение.

Она остановилась у его стола, держа спину прямо, словно обучалась королевским манерам всю жизнь, а не две недели, и посмотрела ему прямо в глаза.

– Мне сказали, что ты хотел меня видеть, – сказала она.

Зуфар заставил себя сосредоточиться.

– Да. – Он кивнул ей на стул у письменного стола и стал ждать, пока она сядет. – Я хотел сообщить тебе, что завтра мы отправимся в свадебное путешествие. Но прежде чем мы это сделаем, необходимо завершить несколько дел. Ты мне понадобишься.

Она слегка округлила глаза, а потом посмотрела в окно, избегая взгляда Зуфара.

– Из-за отъезда Галилы осталось несколько незаконченных дел, – сказал он.

– О, понятно. Чем могу помочь? – В ее тоне слышалась оживленность.

– Ты свободна в ближайшие часы? – спросил он, и она кивнула. – Хорошо. Предстоит церемония открытия местной детской больницы. Предполагалось, что ее откроет Галила, но обстоятельства изменились. – Его сестра была в настоящее время в Зирии. Шейх Карим сразу увез ее к себе, как только Зуфар дал согласие на их свадьбу.

Ньеша взяла документ, который протянул ей Зуфар, внимательно прочла его, а потом, искренне улыбаясь, посмотрела на своего мужа. Она обрадовалась, и он знал, что так будет.

Ему стало интересно, будет ли Ньеша лелеять своего сына или дочь так, как никогда не лелеяли Зуфара его родители. Он вдруг слегка озадачился: помимо радости от того, что его ребенок будет любим своей матерью, он почувствовал ревность.

Неужели он действительно ревнует к Ньеше своего будущего наследника?

– Для меня будет честью там присутствовать. Я постараюсь не подвести тебя, – сказала она с легкой улыбкой, которая слишком быстро сошла с ее губ.

Приглядевшись, он увидел едва заметные круги под ее глазами.

– Они ждали принцессу. Они получают королеву. Для них это тоже будет честь.

Ее губы разомкнулись, словно она собиралась ему ответить, но потом снова крепко сжались.

Зуфар не понимал, почему сильнее забеспокоился. Подойдя, он провел пальцем по щеке Ньеши.

– Ты здорова? – резко и слегка раздраженно спросил он.

Она отодвинулась от его руки под предлогом вставания.

– Конечно. Мне лучше пойти и подготовиться к церемонии.

Он нахмурился, когда она начала уходить.

– Подожди!

– Да?

Он подошел к ней, слыша мягкий и заманчивый аромат ее духов.

– Мне пришлось добавить в расписание еще несколько мероприятий на время нашего медового месяца. Поэтому я советую тебе не переусердствовать. У нас впереди две недели.

Длинные шелковистые ресницы коснулись ее щек.

– Я рада, что могу быть тебе полезной. В конце концов, я исполняю свою роль, верно? – тихо спросила она с улыбкой.

Зуфар прищурился, не понимая ее покорности. Его коробило от того, что он жаждет узнать, о чем на самом деле думает Ньеша.

Резко одернув себя, он произнес:

– Да, ты права.

Он сам открыл Ньеше дверь, а потом стоял, наблюдая, как она идет по широкому коридору, снова удивляясь, с каким достоинством и изяществом она держится. Он не сомневался, что она его не подведет.

Первая речь, которую произнесла Ньеша, была настолько созвучна с мнением Зуфара, что он задавался вопросом, не общалась ли она с его личным секретарем. Новость о том, что она сама написала обращение к ветеранам армии, стала для Зуфара потрясающим сюрпризом.

Но ничто из этого не объясняло той отстраненности, которую он часто видел в ее взгляде.

Зуфар вернулся к письменному столу, не в силах отмахнуться от беспокойных размышлений. Впервые в жизни у него возникла проблема, решение которой от него ускользало.

У него была жена, которая во многом превосходила его собственную мать. Подумав о матери, он помрачнел. Но, как бы ни старался, он снова и снова думал о женщине, которая родила его, а затем относилась к нему как к помехе.

Конечно, временами она дарила ему добрую улыбку и нежное прикосновение. Но это было так давно, что, возможно, у него просто разыгралось воображение. В последнее время Зуфар считал, что эти проявления мимолетной любви были ее попыткой сгладить свою вину за то, что она не могла быть с Адиром – ребенком, которого она действительно любила.

Зуфар сжал пальцами край стола.

Адир говорил о письмах, которые его мать писала ему, пока он был подростком. Письма о любви к нему. Это откровение позволило Зуфару понять, что вся ее любовь предназначалась ребенку, которого она не могла воспитывать. Зуфар разозлился, а потом вспомнил ярость Адира на похоронах их матери. Неужели любовь их матери к незаконнорожденному сыну тоже исчезла под натиском богатства и привилегий, которые она жаждала больше всего на свете?

Хватит!

Не стоит ворошить бесплодное прошлое. Зуфар оперся локтями о стол и попытался сосредоточиться на работе.

Когда в дверь постучал его личный секретарь, Зуфар бросил авторучку на стол.

– Ваше величество, ваша следующая встреча отменена. Дочь министра иностранных дел внезапно заболела. Я послал ей цветы.

Зуфар скривил губы, испытывая облегчение. Его министр иностранных дел был подобострастным человеком, склонным часами обсуждать вопрос, требующий десяти минут. Не желая возвращаться к своим кислым мыслям, Зуфар встал из-за стола.

– Отмените мои встречи на ближайшие три часа, – произнес он.

– Слушаюсь, ваше величество. Что я должен организовать на это время?

– Сообщите кортежу моей жены, чтобы подождали меня. Я поеду на церемонию вместе с ней.

Личный секретарь с легкостью скрыл свое удивление, быстро записал приказ, поклонился и ушел.

Через десять минут Зуфар ждал в лимузине, пока телохранители подводили Ньешу к машине. Увидев Зуфара, она удивленно на него уставилась. Солнечный свет сверкал в ее густых роскошных волосах, уложенных в красивый пучок. Сине-зеленое платье облегало ее фигуру и демонстрировало стройные длинные ноги в туфлях на высоких каблуках. Зуфар обрадовался, заметив у нее на шее изумрудное ожерелье, которое он подарил ей два дня назад.

Ожерелье было частью большой коллекции украшений, принадлежавших его бабушке. И хотя изумрудное ожерелье было самым скромным из них, оно отлично подходило Ньеше.

Наблюдая за ней, он понял, что она в самом деле выглядит изысканной. Оглядев ее нежные скулы и полные губы, он почувствовал сильное возбуждение.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она.

– У меня на ближайшее время нет никаких дел.

– И ты решил поехать на церемонию открытия?

Он пожал плечами и потянулся к ремню безопасности.

– Я рискую потерять свою позицию в качестве самого популярного человека в Халии, – сухо заметил он.

Она не улыбнулась.

– Нет никакого риска. Должна быть другая причина, – сказала она, настороженно глядя на Зуфара, когда кортеж покинул территорию дворца.

– Это был неудачный комплимент. Я не знаю, то ли мне радоваться, то ли обижаться.

– Что происходит, Зуфар? По-твоему, я не смогу исполнить свою обязанность должным образом? – спросила она с обидой в голосе.

– Я не отправил бы тебя на церемонию, если бы сомневался, что ты справишься, – заявил он, немного смутившись от того, что оправдывается.

– Тогда почему? Не забывай, я видела твое расписание.

Он изменил свое расписание, чтобы побыть с женой. Но все не так просто.

– Могут возникнуть вопросы о Галиле, – сказал он.

– Вопросы, на которые я не смогу ответить?

На мгновение он пожалел, что не остался в своем офисе. Судя по всему, его присутствие на церемонии не обязательно. Ньеша не желает видеть его рядом с собой. Понимание этого воскресило воспоминания о том, как им пренебрегали в детстве.

– Я не обязан объяснять тебе, как я распоряжаюсь своим временем, – прибавил он резче, чем хотел.

Заметив, как Ньеша вздрогнула и поморщилась, он едва не зарычал.

Несколько минут они ехали молча. Затем она потянулась к своей сумке и достала оттуда лист бумаги.

– Я собиралась прочитать свою речь в машине, – сказала она. – Ты не возражаешь?

– Если хочешь, отрепетируй ее на мне.

Она затаила дыхание и покраснела. Зуфар приложил все силы, чтобы не прикоснуться к Ньеше.

– Ты уверен?

– Конечно, – ответил он.

Она долго смотрела на него, потом кивнула и откашлялась. А потом она заговорила.

Зуфар слушал. Наблюдал за ней. Старался не увлекаться ее хрипловатым, мелодичным голосом. Он не сразу понял, что она закончила, и настороженно смотрит на него, широко раскрыв глаза.

– Ты написала это сама за три часа?

Она тут же отвела взгляд.

– Очень плохо, да? – неуверенно спросила она.

Он схватил ее за руку.

– Это очень хорошо.

Она ахнула:

– Правда?!

Он держал ее за руку до тех пор, пока они не приехали в больницу. Гости взволнованно зашептали, когда Зуфар вышел из лимузина. Как только Ньеша вышла на ярко-синий ковер, люди восторженно закричали.

– Я же говорил, что народ от тебя без ума, – тихо произнес Зуфар. – Ты популярнее меня.

Тепло улыбаясь, она помахала толпе рукой.

– Я просто мимолетная фантазия. Я уверена, ты вернешь свою популярность до конца месяца.

Он не знал, почему это резкое замечание задело его за живое. Возможно, это было напоминание о том, что их брак временный.

Зуфар пожал плечами и повел Ньешу к толпе. Он заметил, с какой любовью она смотрит на маленьких детей. Особенно на обездоленных. Она выслушивала их и рассказывала им веселые истории, от которых улыбались даже неизлечимо больные дети.

Когда пришло время выступать, она произнесла свою речь, изящно и красноречиво, сорвав восторженные аплодисменты. Но даже испытывая гордость за Ньешу, он не мог избавиться от мысли, что, хотя его жена отлично справляется с королевскими обязанностями, она, вероятно, считает дни до окончания их брака.

– Ты хмуришься, – произнес глубокий мужской голос.

Ньеша подняла глаза от страницы медицинского сайта, немного испугавшись внезапного появления Зуфара.

Четыре часа назад они вылетели из Халии. Зуфар работал со своими советниками в передней части потрясающего королевского самолета, а Ньеша осталась со своим персоналом. Меньше часа она разговаривала со своей секретаршей, а потом решила побыть одна в задней части самолета. Она отказалась от предложения Кадиры подняться наверх в хозяйскую спальню.

Думая о том, как ложится в постель с Зуфаром, она затрепетала от желания. Ей не удавалось избавиться от влечения к нему, как бы она ни пыталась это сделать.

Кроме того, вчера вечером, принимая душ, она заметила небольшое пятно крови на своих трусиках. Но сегодня кровотечения не было. Ньеша не знала, стоит ли рассказать об этом Зуфару. В глубине души она знала: она таится от него потому, что Зуфар, узнав о ее беременности, может перестать ночевать с ней в одной спальне. С тех пор, как они впервые занимались любовью, в их отношениях сохранялась отчужденность, хотя он каждую ночь искусно дарил ей такие ощущения, о которых она не могла мечтать. Он был отличным любовником, и Ньеша побаивалась, что уже начала к нему привязываться.

Закрыв страницу сайта, на котором говорилось о возможных кровотечениях во время беременности, Ньеша выпрямила ноги и постаралась выглядеть деловито. Когда их взгляды встретились, Зуфар поднял бровь, словно ожидая ответа.

Она поморщилась.

– Я внезапно открыла какую-то ссылку, когда просматривала список благотворительных организаций. Я говорила, что не все в восторге от меня.

Внезапно он присел перед ней на корточки. От его близости ее сердце забилось чаще. Она услышала чистый, мускусный аромат его одеколона.

– Не обращай внимания на критику, – предложил он. – Тебе не следует расстраиваться. И я не желаю, чтобы моя жена грустила во время нашего медового месяца.

– Остается надеяться, что я сумею быть толстокожей.

– Откуда у тебя круги под глазами?

Она напряглась.

– Это твой способ сказать мне, что я ужасно выгляжу?

– Это мой способ сказать, что ты должна была прислушаться к совету секретарши и лечь в постель.

– Ты пришел, чтобы приказать мне лечь спать? – хрипло спросила она и нахмурилась.

Его глаза сверкнули, потом он встал и протянул ей руку.

– Именно за этим я и пришел. До приземления еще три часа. Я разбужу тебя заранее.

Ньеша почувствовала сильное разочарование. Но позволила Зуфару отвести ее в спальню.

Она почти не слышала, как за ее спиной закрылась дверь, зато чутко ощущала присутствие Зуфара. Ее сердце забилось как сумасшедшее, когда он выхватил планшет из ее руки и ловко бросил его на широкую кровать.

Потом он снял с нее темно-синий жакет от стильного брючного костюма. Ее соски напряглись под кремовым шелком блузки. Она покачала головой, когда Зуфар попытался распустить ее волосы.

– Мне не нужна помощь. Мне не надо отдыхать. Я…

– Ты неважно себя чувствуешь, – прервал он ее. – Ты плохо спала этой ночью. Тебе снова приснился кошмар?

Ей было легче кивнуть, чем признать, что она мучилась от беспокойства по поводу кровотечения.

– Прости, если я тебя побеспокоила.

Он отмахнулся от ее извинений взмахом руки и шагнул вперед с новым намерением распустить ее волосы по плечам. На этот раз ему это удалось.

– Как давно тебе снятся кошмары?

– С тех пор, как я себя помню. Я думаю, они прекратятся только тогда, когда я буду знать, что происходило со мной до того, как я оказалась в приюте. – Она не понимала, почему говорит об этом.

Он замер и через секунду произнес:

– Возможно, тебе стоит смириться с тем, что ты можешь вообще ничего не узнать о тех годах.

Ее пронзила боль обиды. Ее сердце застучало громче, когда она увидела мрачное выражение лица Зуфара.

– По-твоему, я не пыталась это сделать? Ты считаешь, я хочу, чтобы мое подсознание воскрешало эти кошмары каждую ночь?

Он прищурился.

– Успокойся.

Ей стало еще обиднее.

– Тебе легко говорить, – сказала она. – С тех пор как ты родился, каждый твой шаг документируется. Тебе надо просто взять книгу с полки, и ты все вспомнишь в мельчайших деталях. Ну, я рада, что тебя удивляет, как я могу не помнить своего прошлого. Но прости, если я не чувствую того же, что чувствуешь ты!

– Хватит, Ньеша. Я не позволю тебе накручивать себя, – властно произнес он.

Но она была не в настроении, чтобы прислушаться к его предупреждению.

– А я не хочу, чтобы ты приказывал мне, когда мне ложиться спать, что говорить мне и как себя чувствовать!

Вероятно, она все-таки беременна. Именно поэтому у нее разыгрались эмоции. Возможно, ее напугали объяснения причин кровотечения, которые она прочла в Интернете. Ньеша очень старалась не беспокоиться, но на самом деле только сильнее расстроилась.

Вполне вероятно, что однажды сын или дочь спросят о ее прошлом. И она не найдется что им ответить.

Зуфар поднял руку, желая прикоснуться к щеке Ньеши.

Она резко покачала головой.

– Я не нуждаюсь в твоем сочувствии. Или в твоих указаниях. Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое!

Зуфар проигнорировал ее требование, крепко схватив руками за плечи, и прижал Ньешу к своему твердому мускулистому телу. Прежде чем она смогла возразить, он начал поглаживать ее тело руками и жадно поцеловал в губы. Ньеша испытала такие восхитительные ощущения, что сразу обмякла и беспомощно простонала.

Она была в прострации даже после того, как Зуфар положил ее на кровать, не переставая целовать. Ньеша становилась одержимой им. Она боялась, что уже никогда не освободится от его влияния.

Приглушенно простонав, она запустила пальцы в его волосы и ответила на его поцелуй. Она хотела только одного: чтобы он продолжал сводить ее с ума страстным поцелуем и волшебными ласками. Он сжал ее грудь руками и потер пальцами напряженные соски.

– Зуфар? – ахнула она.

Самолет резко вошел в зону турбулентности, и они тут же отпрянули друг от друга.

Зуфар пялился на нее с нескрываемым желанием. Казалось, прошла вечность, прежде чем он резко сказал:

– Прости. Я слишком увлекся. Этого больше не повторится.

Она не знала, отчего ей стало вдруг так холодно. Возможно, оттого, что Зуфар извинился за свою несдержанность. Возможно, оттого, что она услышала в его голосе самоуничижительные нотки. Скорее всего, и то, и другое.

Осознание того, что для Зуфара их любовная игра всего лишь обязанность, пронзило Ньешу как раздвоенная молния. Ей захотелось съежиться. Но она заставила себя встать и на слабых ногах пойти к двери в ванную комнату.

– Не стоит извиняться. Ты искал способ успокоить свою истеричную жену. Не волнуйся, – бросила она через плечо, – к моменту приземления я успокоюсь.

Войдя в ванную комнату, она старалась не смотреть на себя в зеркало. Потом она неторопливо умылась, пытаясь выиграть время, чтобы не встречаться с Зуфаром. Прижавшись спиной к двери, она обхватила себя руками, сдерживая слезы.

Ньеша не знала, сколько времени провела в ванной комнате, но к тому моменту, когда она вышла в салон, Зуфар ушел. Однако она не испытала облегчения. Потому что ее детские страхи теперь отчетливее вырисовывались на горизонте, словно ужасный призрак.

Глава 8

Зуфар сдержал свое обещание по поводу того, что инцидент в самолете больше не повторится. Он перестал прикасаться к Ньеше не только ночью, но и на рассвете, как делал раньше.

На шестой день их свадебного путешествия Ньеша начала считать себя одной из тех несчастных женщин, которым не суждено наслаждаться медовым месяцем. И хотя большую часть времени она отчаянно страдала без поцелуев и ласк Зуфара, в глубине души она считала его отстраненность благословением.

Ей не удавалось не думать о том, что она реагирует на поведение Зуфара слишком эмоционально.

Каждое утро она завтракала с Зуфаром, а потом они ходили по музеям или благотворительным организациям, где она смотрела на своего мужа с обожанием, махала толпе рукой и заставляла себя улыбаться. После этого он отвозил ее обратно в какой-нибудь великолепный отель, на виллу или в особняк, а сам отправлялся по делам.

Сегодня вечером они должны были посетить бал, устроенный в их честь послом Халии в Италии. Они приехали в Венецию накануне вечером, и сегодня утром осмотрели все основные достопримечательности. После посещения Дубая, Праги и Лондона она уже с трудом различала великолепные достопримечательности этих городов. Но Венеция была по-настоящему восхитительной.

Ньеша надела темно-серое шелковое платье без бретелей, украшенное мягкой шифоновой сеткой с вышивкой бабочками. Она сильно волновалась.

У нее случилась задержка.

И она должна была сказать об этом Зуфару. Насколько она знала, он был в курсе точных дат ее ежемесячного цикла. Возможно, он неспроста потерял к ней интерес именно сейчас.

Ньеша старалась глубоко вздохнуть, пока Халима надевала ей на голову маленькую алмазную тиару. По-видимому, это был стандартный головной убор королевы для всех заграничных торжеств.

Выйдя в гостиную, Ньеша увидела, что Зуфар стоит у окна, смотрит куда-то вдаль и попивает коньяк. Она позволила себе насладиться видом его неподвижной красоты. Когда Зуфар повернулся к ней, Ньеше захотелось застонать от неприступности его поразительно красивого лица.

Он неторопливо оглядел ее с головы до ног и выдохнул:

– Ты сегодня по-особенному прекрасна.

Она услышала слабый запах коньяка и мяты, ей хотелось закрыть глаза и поцеловать Зуфара. Вместо этого она решила ему дерзить.

– Ты тоже неплохо выглядишь. – Ее слова звучали неестественно даже для собственных ушей.

Он не отреагировал, а просто наклонил голову, отдал бокал официанту и протянул Ньеше руку.

Блестящий скоростной катер повез их по Гранд-каналу, под мостом Риальто и по нескольким небольшим каналам. Дворец Кьеза принадлежал Зуфару, но находился в распоряжение посольства. Ньеша знала, что здание было тщательно отреставрировано.

На полпути по красной дорожке в окружении гостей Ньеша споткнулась. Зуфар тут же поймал ее и резко взглянул на нее.

– С тобой все в порядке? – тихо спросил он, не обращая внимания на гостя напротив.

– Да, я в порядке. – Она продолжала улыбаться.

Через мгновение Зуфар коснулся рукой ее спины. Ньеша немного успокоилась и без проблем дошла до потрясающего зала дворца, где устраивался прием.

– Теперь ты можешь меня отпустить, – сказала она.

Он вгляделся в ее лицо, а потом опустил руку.

Она сразу же почувствовала, как ей не хватает его прикосновения. Проклиная свое предательское тело, она приказала себе держаться деловито, улыбаясь и разговаривая, и даже сумела потанцевать с Зуфаром, не проявляя бурных эмоций.

Но как только они вернулись на виллу, она собралась с духом и посмотрела на него.

– Зуфар, нам надо поговорить.

Он замер, словно приготовившись к удару.

– Насколько я знаю, эти слова либо означают катастрофу, либо что-то другое. Я бы предпочел второй вариант. Но я тебя внимательно слушаю.

– Все зависит от того, как ты воспримешь новость. По-моему, я беременна.

✽ ✽ ✽

Ньеша начинала осознавать: механизмы королевской власти и привилегий действовали так слаженно и эффективно, что она едва замечала их движение.

После того как она стала королевой, ей было достаточно просто поднять палец, и любая ее крошечная просьба тут же исполнялась. Иногда ей казалось, что между ней и персоналом установилась телепатическая связь.

Поэтому ей не пришлось удивляться, когда команда врачей прибыла в гостиную через несколько минут после ее приезда с Зуфаром в Париж на следующий день. Она была уверена, что после ее заявления в Венеции, он сразу вызвал врачей.

Зуфар подошел к ней на террасе, где она тщетно пыталась отвлечься, разглядывая Эйфелеву башню.

– Приехали врачи, – сказал он.

– Это нужно сделать прямо сейчас? – Она старалась тянуть время, не в силах остановить сценарии развития событий, которые кружились в ее мозгу. Все заканчивалось неопровержимым фактом: если она беременна, то ее медовый месяц закончится.

Хотя во время своего медового месяца она предпочитала свернуться калачиком на диване с книгой в одной из самых тихих комнат. Она часто появлялась на людях с Зуфаром и видела, как он ведет себя в реальной жизни, обсуждая, например, торговую сделку. Она наблюдала, как он решает многолетний пограничный спор между заклятыми врагами. А вчера вечером она видела, как он очаровывает восьмилетнюю дочь своего посла. Ньеша неохотно признавалась самой себе, что она восторгается его умением скользить по иногда бурным водам дипломатии, и чувствовала, как увлекается своим мужем.

Ей не нужно быть гением, чтобы знать, что в тот момент, когда ее беременность подтвердится, он увезет ее в Халию.

– Это необходимо, согласно королевскому протоколу, – заявил он, в его голосе не было нежности. Только решимость при описании королевских целей и обязанностей. – Я уверен, это не займет много времени. – Он властно махнул рукой. – Пошли!

После брачной ночи он ни разу не назвал Ньешу малышкой. Все его проявления заботы и нежности она получала только на публике. Кстати, Зуфар и Ньеша из Халии теперь считались самой фотогеничной и романтичной королевской парой в мире. Подумав об этом, она скривила губы.

Если бы они знали…

В гостиной ее ждали три врача – двое мужчин и женщина, а также более молодой мужчина-стажер. Врачи поклонились ей, когда она подошла к ним.

– Я доктор Вадия. Мы не задержим вас очень долго, ваше величество, – с улыбкой пообещала женщина-врач.

Во время осмотра Ньеши доктор Базима внезапно резко охнул.

– Что случилось? – грозно спросил Зуфар.

Побледневший врач уставился на красную родинку в виде морской звезды на предплечье Ньеши и едва заметно покачал головой. Ньеша нахмурилась и взволнованно посмотрела на врачей.

– В чем дело? – спросила она.

Словно вырвавшись из оцепенения, доктор Базима взглянул на Ньешу и произнес:

– Я уверен, это обычное совпадение.

– Какое совпадение? – отрезал Зуфар. – Объяснитесь наконец!

– Я не хочу делать поспешные выводы, ваше величество, – сказал доктор. – Мне просто кажется, что я узнал родинку на руке королевы.

В комнате наступило гробовое молчание. Ньеша сидела затаив дыхание. Как только у нее взяли анализ крови, Зуфар выпроводил из гостиной всех, кроме доктора Базима.

– Когда мы узнаем, беременна моя жена или нет? – спросил Зуфар.

– Через несколько часов, ваше величество.

Зуфар кивнул. Доктор собрался уходить.

– Подождите! – потребовала Ньеша. – У меня остались к вам вопросы. Вы можете задержаться на несколько минут?

Как королевский врач, он не мог ей отказать, и она эгоистично рассчитывала на это.

– Что вам известно обо мне? – смело спросила она доктора Базима.

Округлив глаза, доктор быстро взглянул на Зуфара, который смотрел на Ньешу, прищурившись. Через пару минут Зуфар произнес:

– Отвечайте на вопрос моей жены.

Доктор Базима колебался.

– Ваше величество…

Ньеша покачала головой:

– Я обещаю, что у вас не будет никаких проблем. Я только хочу знать, почему вы узнали родинку на моей руке.

Зуфар напрягся еще сильнее и уставился на доктора.

– Вы видели эту родинку ранее? – спросил он.

Доктор Базима не скрывал беспокойства.

– Пожалуйста, – сказала Ньеша. – Мне нужно знать.

Она посмотрела на свою родинку, которая начала гореть, словно желая, чтобы раскрыли ее секрет.

Зуфар повернулся к врачу.

– Что вам известно?

Доктор Базима глубоко вздохнул.

– До своей эмиграции в Халию я был гражданином Румады. – Он говорил о маленькой стране, расположенной в самой южной точке между Ближним Востоком и Африкой, известной как необитаемый рай, богатый нефтью. Ньеша знала об этом маленьком королевстве из глянцевых журналов.

– Продолжайте, – хрипло попросила она.

– Я имел честь быть королевским врачом, вплоть до… – Доктор сделал паузу, его лицо страдальчески скривилось.

– Что? – нетерпеливо подсказал Зуфар.

Доктор Базима откашлялся.

– В королевской семье был семейный праздник, когда случилась трагедия.

Зуфар замер и стал походить на гранитную статую. Он посмотрел на Ньешу, а потом на врача.

– Вы были личным врачом королевской семьи? – спросил он.

– Как их имена? Что с ними случилось? – воскликнула Ньеша, не в силах сдержать эмоции.

В глазах доктора Базима читалась боль.

– Насколько мне известно, ваше величество, лопнуло колесо, и их автомобиль, потеряв управление, упал с моста на курорте в Зирии. Автомобиль сгорел, и вся семья погибла.

Ньеша покачнулась в сторону. Через секунду Зуфар подскочил к ней, взял за локти и усадил на диван.

– Оставайся здесь, – твердо и тихо сказал он.

Обернувшись, он снова посмотрел на доктора.

– Я смутно припоминаю этот инцидент. Но как он связан с моей женой?

Взгляд пожилого врача упал на предплечье Ньеши.

– У пятилетней дочери короля была точно такая же родинка, что и у ее величества. Именно поэтому я решил, что здесь есть какая-то взаимосвязь. – Он умолк, осознавая грандиозность своих слов. – Или это может быть просто совпадением.

– Вы не считаете это совпадением, иначе вы бы так не отреагировали, – возразил Зуфар.

Доктор Базима, извиняясь, развел руки.

Наконец Ньеша получила ответы на некоторые вопросы, которые мучили ее столько лет. Она опустила голову, стараясь не расплакаться. Авария, о которой говорил доктор Базима, произошла в Зирии. По словам работниц детского приюта, ее нашли в овраге в Халии.

Не у моста. И не на курорте.

Кроме того, мысль о том, что она может быть связана с королевской семьей, была абсурдной. Если бы она была принцессой, ее стали бы разыскивать.

– Когда именно произошла авария? – тихо спросил Зуфар.

Доктор Базима задумался.

– Двадцать лет назад.

Сердце Ньеши дрогнуло, но она покачала головой. Это была не она. Этого не могло быть. Правда в том, что она никогда не узнает свою настоящую семью. Ей нужно смириться с этим, особенно сейчас, когда она, возможно, вынашивает ребенка. Ей следует думать о будущем своих детей, а не цепляться за прошлое.

Ньеша улыбнулась доктору Базима.

– Спасибо, что уделили мне время. Я узнала все, что хотела.

Хмурый Зуфар выпроводил доктора небрежным взмахом руки. Ньеша сидела не двигаясь. Ее надежды снова были разбиты. Она никогда не узнает, кто она такая, откуда приехала, в какой семье родилась.

Даже сейчас, несмотря на титул королевы и обручальное кольцо на пальце, она всего лишь утроба для вынашивания наследников аль-Халии.

Этого должно быть достаточно.

Этого достаточно, твердила она себе. Но душевная пустота не давала ей возможности успокоиться.

Она попыталась выпрямить спину, когда Зуфар встал напротив нее. Он смотрел на нее оценивающе.

– Что? – спросила Ньеша.

– Вероятно, ты вынашиваешь моего ребенка. Тебе необходимо узнать о своем прошлом, но я не желаю, чтобы ты сильно переживала по этому поводу.

Она резко хохотнула.

– Ты слышал, что сказал доктор. Эти люди погибли в Зирии. Меня нашли в Халии. Нет никакой связи.

Помрачнев, он поджал губы.

– Тем не менее ты разочарована. И расстроена. Пусть я не был на твоем месте, но это не значит, что я тебе не сочувствую.

Ее глаза щипало от слез.

– Спасибо. Он кивнул:

– И хотя ты не веришь, что есть связь, я поручу своим детективам найти новую информацию. Когда доктор Базима вернется, он сообщит нам детали.

Она вздрогнула от удивления.

– Ты хочешь мне помочь? – спросила она.

– Почему тебя это удивляет? Ты сама не раз предлагала мне помощь.

Она неубедительно пожала плечами.

– Я не знаю, – пролепетала она. – Ты говорил, что не хочешь, чтобы я преподносила тебе неприятные сюрпризы.

Выражение его лица стало отстраненным, он кивнул:

– Я не желаю никаких сюрпризов, но я также не хочу, чтобы ты терзалась из-за своего прошлого. – Он посмотрел на ее родинку. – Этот вопрос нужно решить, так или иначе. Ради ребенка.

Ньеша покачала головой.

– Ты ничего не найдешь, – категорично сказала она, не в силах возбудить в себе энтузиазм по этому поводу. – Я многие годы расспрашивала работниц приюта, но они не знали, что случилось со мной до того, как меня нашли около оврага. Это пустая трата времени.

Он поджал губы.

– У меня больше возможностей, чем у работниц приюта.

Она кивнула:

– Я знаю, но я все равно не хочу, чтобы ты тратил свое время.

– Тебя пугает новое разочарование?

От ярости она вскочила на ноги.

– Что это должно означать?

– Успокойся, Ньеша, – мягко произнес он.

– Ты снова взялся за старое! – отрезала она. Он прищурился.

– Ты волнуешься. В твоем положении это недопустимо.

Она смеялась.

– Какое положение? У нас нет доказательства моей беременности! – горячо воскликнула она.

– Но ты знаешь, что ты беременна. Верно, Ньеша? – Его голос был одновременно мягким и властным. Он взял ее за плечи. – Ты же знаешь, что носишь моего ребенка.

Она беспомощно качнулась в его руках.

– Нашего ребенка. Он наш.

Он схватил пальцами ее подбородок, заставляя Ньешу посмотреть ему в глаза. Ее сердце забилось чаще, когда он собственнически коснулся рукой ее плоского живота и глубоко вдохнул.

– Действительно, он наш, – произнес он. – И его благополучие будет приоритетом для нас обоих.

Его заявление было настолько категоричным, что она снова покачнулась.

– Успокойся, – хрипло приказал он.

Возможно, на нее повлияло его прикосновение или глубокий тембр его голоса. Но Ньеша успокоилась, не в силах отвести взгляд от его золотистых глаз. Вглядевшись в ее лицо, он ловко подхватил ее на руки и уверенно прошагал по широкому коридору в спальню. Уложив Ньешу на кровать, он прилег рядом с ней. От волнения ее сердце едва не выскочило из груди.

Но Зуфар просто поцеловал ее в лоб и обнял.

– Я отменил на сегодня все наши мероприятия. Тебе надо отдохнуть до возвращения доктора Базима.

Отчасти Ньеше хотелось протестовать против его бесцеремонности. Но какой в этом смысл? Он король. И как только Ньеша оказалась в коконе его теплых, мощных объятий, все мысли вылетели из ее головы. Вздохнув, она обняла его руками за талию, положила голову ему на плечо и отдалась чувствам.

Ей понадобится сила, когда доктор Базима вернется и своим заявлением спровоцирует у нее новое разочарование и душевную боль.

✽ ✽ ✽

Ньеша была беременна.

Семя Зуфара, скорее всего, укоренилось в ее теле в их первую брачную ночь. Ее сердце сжималось от радости и опасений, пока она слушала инструкции врачей о том, как позаботиться о королевском ребенке.

Она взглянула на Зуфара, который разговаривал с врачами о здоровом питании. Если сначала его глаза радостно блестели, то теперь на его лице красовалась неподвижная маска.

Вскоре все врачи ушли, остался только доктор Базима. Вынув из портфеля какие-то документы, он заговорил.

– Ваше величество, я перечел свои старые заметки. Конечно, нам придется сделать дополнительные анализы крови. И я собрал фотографии родинок членов королевской семьи, включая принцессу и короля Назира.

Король Назир ее отец?

Ньеша охнула, и Зуфар обнял ее, стараясь придать ей сил.

– Как их полные имена? – спросила она.

Зуфар ответил:

– Твоего отца звали король Назир аль-Бакар, шейх Румады, а твоей матерью была королева Айеша. Если данные верны, то у тебя был старший брат, Джамиль, который погиб в результате аварии. Твое имя – принцесса Назира Фатима аль-Бакар. Тебя назвали в честь твоего отца.

Назира. Не Ньеша.

У нее есть имя. История. Но она по-прежнему одинока. Ее израненная душа заныла при мысли о родителях и брате, с которыми она никогда не встретится, никогда не обменяется улыбкой или шуткой.

– Откуда ты знаешь? – прохрипела она.

– Я сам собрал кое-какие сведения, пока ты спала. Ты очень похожа на свою мать, – произнес Зуфар глубоким низким голосом. – Странно, что никто не замечал вашего сходства.

Ньешу трясло от шока. Она едва замечала, что плачет.

– Никто не стал бы искать принцессу в приюте для сирот, – сказала она. – Или в униформе горничной.

Зуфар протянул ей носовой платок. Вытерев глаза, она посмотрела на доктора Базима.

– Вы сказали, что придется сделать дополнительные анализы крови.

– У вас редкая группа крови, – ответил доктор Базима. – Как у вашего отца. Мы сохранили образцы его крови на случай его операции. Сравнение его и вашей крови не будет проблемой.

– Но как образцы могли сохраниться за двадцать лет?

– Законы вашего королевства запрещают уничтожение королевского имущества в течение двадцати пяти лет в случае внезапной смерти короля и отсутствия наследника. Но, помимо обычных анализов крови, мы можем сделать анализ ДНК. Но с вашего позволения, ваше величество.

Ньеша ошеломленно кивнула:

– Конечно. Я вам разрешаю. – Она прикусила губу, не в силах осознать все, что с ней случилось. – Но как я оказалась на территории Халии, а не Зирии, вместе со своей семьей?

Зуфар сжал ее руку.

– Место трагедии находится очень близко к границе с Халией, две страны разделены глубоким ущельем. Я думаю, тебя выбросило из машины, когда лопнуло колесо, и ты скиталась.

– Что? Мне было всего пять лет.

– Я несколько раз встречался с вами, ваше величество, но уже в таком юном возрасте вы поразили меня своей решимостью. Вероятно, вы пошли искать помощь и заблудились. А возможно, вы просто были дезориентированы; из-за ушиба головы вы забыли о том, что произошло, когда вас нашли, – сказал доктор Базима.

Ньеша поняла, что у нее никогда не будет всех ответов, которые она искала. Но оставалось сильное, страстное любопытство, которое она могла удовлетворить. Она облизнула пересохшие губы и кивнула на планшет на кофейном столике.

– Я могу увидеть фотографии моей семьи? – спросила она.

– Конечно. – Зуфар подошел к планшету.

Через несколько секунд она смотрела в глаза, которые выглядели точно так же, как ее собственные, и едва не расплакалась. Ее мать была красива как редкий цветок. Ее отец в традиционной одежде был рослым и широкоплечим. Его глаза были темнее, чем у Ньеши, но в их глубинах она увидела себя. Вернее, свой характер.

Она перешла к другой фотографии. На ней ее родители смотрели друг на друга с огромной преданностью. Ньеша взглянула на своего брата, и ее сердце сжалось.

Джамиль.

Ему было восемь лет на момент трагедии, и он был копией их отца.

Наконец она увидела свою детскую фотографию. На ней было темно-лавандовое платье с белой ленточкой на талии. Такие же ленточки были в ее волосах. Она сидела на стуле, оперевшись руками о колени, и была явно нетерпелива как любой пятилетний ребенок. На ее предплечье виднелась красная родника в виде морской звезды.

При виде родинки Ньеша всхлипнула.

– Ньеша? – взволнованно произнес Зуфар, но она отмахнулась от него.

– У меня все хорошо.

Она нашла видео – интервью своих родителей, данное за несколько минут до какого-то торжества. Дрожащим пальцем Ньеша нажала на кнопку воспроизведения. Ее отец говорил красивым баритоном, властно, но по-доброму.

А потом заговорила ее мать.

Ньеша ахнула и содрогнулась, слушая голос матери. Голос, который часто звучал у нее в мозгу. Голос, который успокаивал ее в трудные времена. Это был голос ее матери.

– Мама…

Она не почувствовала, как планшет выскользнул из ее рук.

Резко выругавшись, Зуфар подхватил ее на руки.

Ньеша потеряла сознание.

Глава 9

Ньеша очнулась и поняла, что лежит на мягких подушках под толстым одеялом.

– Что случилось? – спросила она.

Поджав губы, Зуфар мрачно вгляделся в ее лицо. – Ты потеряла сознание, услышав голос твоей матери.

Воспоминания нахлынули на нее глубокой печалью. Однако она больше не чувствовала прежнюю душевную пустоту.

Голос ее матери.

Она был с ней все эти годы, словно уверяя ее, что она не одинока. Что она любима.

На глазах Ньеши выступили слезы, но она моргнула, сдерживая их, потому что боялась, что Зуфар заставит ее лежать в постели вечно.

Доктор Базима проверял ее пульс.

– Что? – спросил Зуфар.

– Она в порядке, ваше величество. – Доктор Базима улыбнулся ей. – Если вы не будете нервничать, то все будет хорошо. – Он убрал стетоскоп. – Вам надо отдохнуть.

– Подождите! – Ньеша встала с кровати, но, увидев взгляд Зуфара, села. Она посмотрела на доктора Базима.

– Мы можем сохранить сведения обо мне в тайне? Пока все не выяснится. Халии не нужны новые потрясения.

Она почувствовала, как Зуфар напрягся.

– Ты волнуешься о моем народе? – удивленно спросил он.

– Они и мои подданные, не так ли? Они не заслуживают новых страданий. Если ты не возражаешь, я предпочту не давать им ложной надежды.

В глазах Зуфара промелькнула эмоция, которую Ньеша не понимала. Она не знала, как долго они пялились друг на друга.

Сдержанный кашель напомнил ей, что доктор все еще в комнате.

Зуфар первым пришел в себя, вставая и засовывая руки в карманы.

– Делайте, как говорит моя жена. Пока никакой огласки. Сообщите нам результаты анализов как можно скорее.

Доктор изящно поклонился.

– Конечно. Я сделаю так, как вы пожелаете.

– Сегодня вы вылетите в Румаду на частном самолете. Мы возвращаемся в Халию сегодня вечером. У вас сорок восемь часов, чтобы представить нам все доказательства.

Врач снова поклонился и ушел. Зуфар взял телефон.

Чувствуя себя как на иголках, Ньеша встала и подошла к окну своего президентского люкса в самом центре Парижа и увидела Сену, чьи воды сияли в солнечном свете, и шпиль Эйфелевой башни. Ньеша обхватила себя руками.

– Я подозреваю, ты подерешься со мной, если я предложу тебе вернуться в постель. Я заказал тебе ранний обед.

Она повернулась к нему лицом, ее сердце забилось чаще.

– А вдруг я не тот человек? А вдруг это дикое совпадение?

– Это не так, – ответил Зуфар. – По одной только фотографии можно установить твою связь с королевской семьей. Кроме того, ты была единственной, кто пропал без вести после аварии. Скорее всего, тебя сочли погибшей, потому что никто не ожидал, что пятилетний ребенок выживет в таком инциденте.

По ее спине пробежала дрожь. Через мгновение теплые руки Зуфара сжали ее плечи, а потом погладили ее предплечья.

– Ты принцесса. Пора поверить в это. – Глубокий голос Зуфара звучал по-другому.

Она почти истерично хохотнула:

– Я не знаю. На меня столько всего навалилось. Я причинила тебе столько хлопот. Наверное, тебе все-таки следовало разыскать Амиру.

Он сжал ее руки.

– Я понял, что бесполезно цепляться за то, что невозможно изменить.

Ей стало немного обидно, что он не сказал, будто совсем не хочет искать свою бывшую невесту.

– Что касается навалившихся на тебя событий, то ты доказала свою стойкость, когда вышла за меня замуж три недели назад. – В его тоне слышались странные нотки, но, пристально глядя в его лицо, Ньеша не могла понять, о чем он думает.

– Мне придется изменить имя?

– Ты можешь делать все, что захочешь. Ты королева Халии. И вскоре ты получишь подтверждение того, что ты законная наследница престола Румады.

Она ахнула.

– И что будет потом?

Он на секунду стиснул зубы – Ньеша в очередной раз осознала, что перемены в ее жизни повлияют не только на Зуфара, но и на людей Халии. Стране не нужны новые потрясения. Именно их старался избежать Зуфар, женившись на ней.

– Придется разработать очень тщательную стратегию, – сказал он и убрал руки.

Почти сразу же после этого официант вкатил тележку с едой на большую террасу, где был накрыт столик на двоих.

Несмотря на смятение, Ньеша заставила себя поесть. В конце концов, теперь она питается за двоих.

Она увидела одобрение в глазах Зуфара, поедая большую порцию макарон с жирным сливочным соусом и французским хлебом. Закончив есть, она положила салфетку на стол и решила насладиться видом.

– Хочешь прогуляться? – резко спросил Зуфар.

Она повернулась к нему лицом и увидела, как солнечный свет танцует в его блестящих волосах.

– Где?

Он пожал плечами:

– Где ты захочешь. Я не хочу торчать в номере. Мы вылетим через несколько часов.

Ее глаза сверкнули, когда она посмотрела на Эйфелеву башню.

– Я хочу прогуляться на башню.

Он поднялся из-за стола и протянул ей руку. У нее участилось сердцебиение, она старалась не замечать, как у нее покалывает пальцы от его прикосновения.

Когда они вошли в спальню, он произнес:

– Я вызову твоих служанок.

Она поморщилась.

– Не надо суетиться. Я могу одеться самостоятельно.

Он помедлил, потом кивнул и прошел в свою гардеробную комнату.

Ньеша надела дизайнерский комбинезон темно-коричневого цвета с широкими брюками, который походил на элегантное платье. Она внимательно наблюдала за Халимой и ее помощницами, которые умело сделали ей легкий макияж и уложили волосы в стильный пучок за считаные минуты. Потом Ньеша надела простые алмазные серьги, обулась, взяла большие солнцезащитные очки, сумочку и вышла из гардеробной.

Зуфар ждал ее в гостиной. Он переоделся в серые брюки и светло-голубую рубашку, поверх которой надел темно-серый пиджак. Вместо галстука он повязал на шее шелковый шарф, аккуратно заправив его под воротник. В лифте он вытащил из кармана солнцезащитные очки и надел их. Как только они вышли в ярко освещенный вестибюль, Ньеша поняла, что она хочет сделать.

– Мы можем немного погулять пешком? – спросила она.

– Нет, если ты не хочешь смешаться с толпой. – Вездесущие папарацци уже ждали их на улице.

Она поморщилась.

– Тогда поедем на машине.

Он кивнул:

– Как скажешь.

Сидя на заднем сиденье лимузина, Ньеша старалась забыть о волнении и просто насладиться достопримечательностями. Но это оказалось невозможным.

Сильные руки сжали ее пальцы.

– Все будет хорошо.

Слова, сказанные другим голосом, принадлежали обоим людям, к которым была привязана Ньеша.

Она никогда не увидит свою мать и не услышит от нее сказок на ночь. Но рядом с ней Зуфар, и он для нее настоящее искушение, которому она не может противостоять. Она смотрит на него как романтичная девочка-подросток и теряет голову. Это искушение могло погубить ее даже сейчас, когда она узнала, кем является на самом деле.

Она должна опасаться его соблазнительных слов, потому что Зуфар всегда будет считать ее заменой другой женщине. Ему было почти наплевать на Амиру. Если он так легко отказался от своей прежней невесты, то он вряд ли испытает сильные чувства к Ньеше.

Когда у нее не на шутку разыгрались нервы, она попыталась высвободить руки. Но Зуфар крепко ее держал.

– Скажи мне, что тебя беспокоит, – произнес он.

– Мне страшно, – выпалила она.

К ее удивлению он кивнул:

– Я знаю. Я понимаю, каково тебе сейчас.

– Ты был беременным?

Секунду он выглядел озадаченным, потом улыбнулся. Это была первая искренняя улыбка, коснувшаяся его губ. И у Ньеши потеплело на душе.

– Нет, этой привилегией ты будешь наслаждаться сама.

Его голос был таким мягким и утешающим, что она постепенно успокоилась. Когда Зуфар переплел пальцы с ее пальцами, она положила голову ему на плечо и закрыла глаза.

– Ньеша, проснись.

Слегка вздрогнув, она открыла глаза, моргнула и увидела стоящего над ней Зуфара.

– Мы в аэропорту?

– Да. Ты уснула в машине. Мы катались по Парижу два часа, поэтому я подумал, что лучше ехать прямо в аэропорт.

– Я проспала два часа?

Он внимательно смотрел на нее, его глаза блестели.

– Ты устала.

Она почувствовала, как страстно ей хочется прижаться к Зуфару. Но почти сразу она одернула себя.

Когда он посмотрел на ее губы, она решила, что он ее поцелует.

Однако он ее не поцеловал.

Выйдя из машины, Зуфар вежливо подал Ньеше руку. Она твердила себе, что он нежничает с ней только из-за ребенка. И ей не следует об этом забывать.

При первой же возможности она высвободила руку, поклявшись, что больше никогда не поддастся иллюзиям. Чем раньше она научится обходиться без Зуфара, тем лучше. Проигнорировав его резкий взгляд, она поспешила в самолет.

Во время полета она оставалась в спальне с планшетом. Когда они приземлились в Халии, Ньеша уже получила полную информацию о своей семье из Интернета. Зуфар внимательно посмотрел в ее лицо, когда они вышли из самолета, но ничего не сказал. Поездка во дворец прошла в молчании. Но, как только они вошли в спальню, Ньеша перестала сдерживаться.

– Что будет теперь? – спросила она.

– Как только мы получим неопровержимое доказательство, мой советник по особым вопросам встретится с советником твоей страны. И тогда будем думать, что делать.

Это был не тот ответ, который она хотела услышать.

– Что именно ты планируешь сделать?

Он пожал плечами:

– Мы с тобой попали в уникальную ситуацию. Нам надо придумать, как действовать дальше.

– Ты уклоняешься от прямого ответа.

Он провел рукой сквозь волосы, выглядя немного неуверенным.

– Я не могу дать тебе ответ, которого у меня нет. Надо провести расследование.

– Расследование? – переспросила она.

– Судя по всему, Румаде нужен законный правитель, которого там не было уже два десятилетия.

– Потому что наследницу престола не могли короновать двадцать пять лет, – прибавила она, вспомнив, что читала о своей стране во время полета на самолете. Согласно конституции, пропавший наследник престола считался законным в течение двадцати пяти лет. Все это время страной управляли двенадцать членов Совета. То есть через пять лет Ньеша потеряет свое право первородства.

Но она не понимала, как сможет претендовать на румадский престол, оставаясь королевой Халии и женой Зуфара. Ей стало тошно при одной мысли о том, что она расстанется с Зуфаром. Потеря семьи была не единственной причиной, по которой Ньеша плакала в самолете. Она плакала потому, что наконец поняла, как сильно любит Зуфара. И ей было обидно, что она никогда не сможет претендовать на его взаимность.

– Нам не следует делать поспешные выводы. Все это может оказаться ложной надеждой.

Взгляд Зуфара сказал ей, что он с ней согласен.

– Несколько дней назад я предлагал тебе смириться с тем, что ты никогда не узнаешь своего прошлого. Теперь все изменилось. Ты получила то, на что надеялась. Почему же ты не радуешься?

Она вздрогнула, услышав осуждение в его голосе. Прежде чем она успела ответить, он отвернулся от нее.

– Мне пора заниматься делами. Не жди меня. Последнее заявление стало для нее и благословением, и проклятием. Он намеревался увидеть ее в своей постели, когда он соизволит вернуться. Но ему будет все равно, спит Ньеша или бодрствует.

Ньеша потерла ноющую грудь, когда двери снова открылись и появилась Халима с помощницами.

Она заставила себя ответить, что с радостью вернулась в Халию после медового месяца, о котором она и мечтать не могла. Служанки помогли ей раздеться и приготовили ей ванну, а потом ушли. Вздохнув, Ньеша погрузилась в воду с ароматом лаванды и жасмина, и ее голову сразу переполнили десятки мыслей.

Если Зуфар и приходил ночевать, то он ушел до пробуждения Ньеши. Кадира сообщила, что его величество приказал ей не нагружать королеву делами. Своим требованием он спровоцировал во дворце сплетни о ее беременности. Ньеша замечала, как на нее стали поглядывать и Кадира, и Халима, и остальные служанки.

Проснувшись посреди ночи, она не увидела Зуфара в постели.

Утром она вспомнила, что сегодня доктор Ба-зима представит ей доказательства, и она должна будет сделать выбор.

Его жена, его королева, вынашивающая его наследника, была наследницей другого королевства. Хотя Зуфар понял, что это неизбежно, увидев фотографию родителей Ньеши, он понадеялся, что информация о ее прошлом окажется ложной.

Доктор Базима и команда врачей в Румаде убедительно доказали, что Ньеша, или Назира, является законной наследницей румадского престола.

Зуфар наблюдал за советниками, которые сопровождали доктора Базима и расшаркивались перед Ньешей. Он видел, как она застенчиво улыбается, впитывая каждый кусочек информации, которую ей предоставляют.

Ее воскрешение из мертвых стало очень приятной новостью. Зуфар уже видел, как Румады стремятся вернуть свою королеву. Простая истина заключалась в том, что если бы Зуфар озвучил свои истинные чувства, это потрясло бы всех вокруг. Он понимал, что может потерять Ньешу, но терпеливо молчал, сжимая кулаки.

Интуиция подсказывала ему, что, вероятно, у него нет выбора.

Он заметил, как его собственные советники вопросительно поглядывают на него. Впервые в жизни он не знал, что будет им говорить.

– Ваше величество, в ближайшее время нам придется сделать заявление. Когда мы можем ожидать вашего возвращения в Румаду?

Этот вопрос задал главный советник Румады – хитрый старик, который пялился на Зуфара, когда они вошли в его конференц-зал.

– Возвращение? – переспросила Ньеша.

– Конечно. После того как будет сделано заявление, ваш народ захочет видеть вас, чтобы убедиться, что с вами все в порядке.

– Она в порядке, вы сами это отлично видите. – Зуфар пытался говорить мягче, но знал, что ему это не удалось.

Советники настороженно посмотрели на него.

– Несомненно, ваше величество. Мы будем вечно благодарны вам и вашему народу за то, что вы позаботились о нашей королеве.

– Но? – тихо произнес Зуфар.

– Тысячи извинений, но по закону ей придется вернуться в Румаду. Она нужна своим подданным.

Какие простые слова!

И как легко и быстро они могут изменить чью-то жизнь.

Не так давно его собственные советники умоляли Зуфара, призывая спасти Халию после отречения его отца.

Даже теперь его люди нуждаются в нем, хотя Халия вернула себе законное звание мощного государства. Что касается Румады, то страна живет сама по себе, и никто не принимает смелые решения, которые приведут к ее расцвету.

Без дерзкого лидера Румада рискует оказаться в запустении или, что еще хуже, в руках врага. Из собранных сведений Зуфар знал, что богатая нефтью страна – лакомый кусочек для многих.

Оглядев стареющих советников, Зуфар с горечью осознал, что это только вопрос времени, прежде чем ситуация в Румаде изменится к худшему. Стране необходим настоящий лидер и стратег, который будет править твердо и справедливо.

Им нужен лидер вроде Ньеши.

Его жены.

Его королевы.

Матери его будущего ребенка.

Это просто невозможно.

Зуфар повернулся и посмотрел на людей в комнате. Ньеша сидела во главе стола, кивая и комментируя по необходимости, но он знал, что она думает о другом. Как она может отвлекаться на что-то другое, когда все говорят одновременно?

Она посмотрела на него в упор широко раскрытыми глазами цвета аметиста, и у Зуфара сдавило грудь. Подобное ощущение он всегда испытывал, когда оказывался в почти безвыходной ситуации.

Но она слишком быстро отвела взгляд и повернулась к мужчине, сидящему справа от нее. То, что он говорил ей, явно было ей неприятно, потому что через несколько минут она немного побледнела, а потом кивнула.

Достаточно.

Понимая, что он не озвучил это слово, Зуфар снова заговорил:

– Достаточно! – Как только привлек внимание советников, он подошел к Ньеше и положил руку на спинку ее стула. – Нам нужно побыть одним, – властно произнес он. – Я хочу поговорить со своей женой наедине.

Советники выглядели слегка удивленными, но один за другим вышли из комнаты.

– Спасибо. Мне пора отдохнуть, – пробормотала Ньеша.

– Ты должна была сказать об этом. – Понимая, что говорит по-прежнему резко, он смягчил тон. – Ты сильно переутомилась.

– Несмотря на свой преклонный возраст, они напоминают мне стаю завистливых волчат с острыми зубами, которые еще не знают, что могут кому-то навредить.

Точнее не скажешь. Зуфар помнил, что подобные волчата взрослеют и создают огромные проблемы.

– Трюк в том, чтобы сразу показать им, кто здесь главный. Тебе не надо говорить громче всех, но твой голос должен быть категоричным и авторитетным.

Она взглянула на него с благодарностью. Однако Зуфар жаждал другого взгляда, о котором мечтал все сильнее с каждым днем.

– Мне следует записывать их тезисы? Чтобы не забыть.

– Нет, не следует этого делать. Ты их королева. Ты их лидер по праву рождения.

Вздохнув, она потерла висок. Через секунду она выпрямила спину и решительно посмотрела в лицо Зуфара.

Почему он не заметил ее горделивую осанку в тот момент, когда они впервые встретились? Ее поведение и манеры говорили о королевском воспитании.

– Ты хотел поговорить со мной? – спросила она.

Глядя на ее изящный подбородок, чувственные губы и соблазнительные глаза, Зуфар едва не забыл обо всем. Но он заставил себя сосредоточиться. Он потребовал советников уйти, чтобы Ньеша отдохнула, но ему следовало поговорить с ней.

– Доктор Базима не сказал им, что ты беременна. Но он планирует им об этом сообщить?

Беременность ускорит ее возвращение в Румаду. Воскресшая из мертвых королева обрадует своих подданных. А новость о королевском наследнике станет сенсацией.

Зуфару стало любопытно, готова ли Ньеша разыграть эту карту.

Она рассмеялась:

– Я еще не запомнила имена советников.

Ее уклончивый ответ ему не понравился.

– По традиции нельзя оповещать о беременности до второго триместра, – настаивал он.

Ньеша моргнула, затем встала и подошла к окну во всю стену. Она выглядела почти хрупкой, но ее спина была прямой, а решимость абсолютной.

– Я скажу им, когда буду готова.

Зуфар облегченно вздохнул. Через несколько секунд она снова заговорила:

– Половина советников возвращается в Румаду завтра. Другая половина – в пятницу. Они хотят, чтобы я отбыла с ними.

Интересно, когда советники все устроили?

– До пятницы осталось три дня, – прорычал он. – Мы только что вернулись из свадебного путешествия. Я не могу уехать так скоро. – Ему казалось, что на него несется грузовой поезд, и он не знает, как его остановить.

Она опустила глаза, пряча взгляд.

– Я понимаю. Я уверена, что смогу поехать без тебя, – сказала она.

– И как долго тебя не будет в Халии? – спросил он.

– Три дня. Может, четыре.

Он насторожился.

– Это был план?

Она подняла глаза.

– Прошу прощения?

– Ты решила использовать мое чувство долга перед моими людьми против меня?

Ньеша ахнула:

– Зуфар, о чем ты говоришь?

Он уставился на нее сверху вниз, его душила неизбежность расставания с Ньешей.

– А что будет потом? – спросил он.

Она округлила глаза.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты собираешься ездить туда и обратно между своим королевством и моим?

Она слегка нахмурилась, потом пожала плечами:

– Еще не знаю. У меня нет ответов, Зуфар. Но я думаю, ты понимаешь, что я обязана по крайней мере сообщить своим подданным, кто я.

Зуфару стало немного совестно, однако это не избавило его от страшной муки, зарождающейся в его душе. Он презирал это чувство. Еще чуть-чуть, и он забудет о своем решении не прикасаться к Ньеше.

Она привлекала его как никакая другая женщина. Однако в Праге, наблюдая за спящей Ньешей, он принял решение. Первые две недели их брака они каждую ночь занимались любовью. Желание Зуфара было настолько сильным, что смутило его. А к моменту их прибытия в Прагу жажда обладать Ньешей стала нестерпимой.

Когда дела и обязанности не дали ему возможности ночевать с Ньешей в одной постели, он обнаружил, что на следующее утро она не выглядит так, будто сильно по нему скучала. Мысль о том, что плотские желания испытывает только он, привела Зуфара в замешательство. А потом, ночь за ночью, когда Ньеша не делала никаких попыток сблизиться с ним, он принял решение. Они заключили сделку – она должна была родить ему наследника. Судя по всему, только поэтому она соглашалась заниматься с ним сексом.

Возможно, именно по этой причине она так быстро согласилась расстаться с ним на четыре дня.

– Если это план, то тебе надо его переосмыслить, потому что он никуда не годится, – язвительно сказал Зуфар.

Она немного побледнела, но выдержала его взгляд смело.

– Что ты хочешь этим сказать, Зуфар?

– Я говорю о том, что даже самое короткое расставание рано или поздно сменяется долгим расставанием. Это плохо для любого брака. Мои родители жили порознь: мать в восточном крыле, а отец – в западном. Даже под одной крышей их брак был обманом. Я не хочу, чтобы у меня было так же.

– Я согласна с тобой, но…

– Я знаю, чего я хочу. И я определенно не желаю, чтобы мы с тобой жили в разных странах.

– Значит, ты хочешь, чтобы я отказалась от своего права первородства? – В ее глазах сверкнули слезы.

У него похолодел затылок.

– Тебе придется принять трудное решение.

– Ты хочешь, чтобы я принимала его в одиночку? – Ее глаза покраснели, а губы задрожали. Через мгновение она поджала губы.

Он хотел стереть слезы с ее лица, но опять запретил себе прикасаться к Ньеше. Он помнил, что его отец уступал всем прихотям своей жены и стал глубоко несчастным человеком. Зуфар поклялся никогда не быть уязвимым. Но, вероятно, он уже опоздал со своей клятвой.

– Мы с тобой заключили соглашение, – упрекнул он ее.

Она тяжело вздохнула.

– И я не отказываюсь от него. Я только пытаюсь найти способ…

– Какой способ? – Он понимал, что упрекает ее необоснованно, но не мог сдержаться. С трудом выдерживая душевную боль, он цеплялся за Ньешу как за спасательный плот. – Ты обещала мне пять лет брака, – повторил он, словно это заставило бы ее покорно упасть к его ногам и дать ему все, что он хочет.

Она медленно и горделиво подняла голову и посмотрела на него с осуждением и вызовом.

– Я не помню, чтобы подписывала какой-то документ, в котором говорилось бы, что ты обладаешь мной ближайшие пять лет, – произнесла она.

Ее заявление шокировало и восхитило его. Он уже признал, что совершил ошибку, заключая с ней сделку. В глубине души он аплодировал Ньеше за то, как ловко она выпрыгнула из его капкана.

– Между нами было устное соглашение, – ответил он. – Но я по-прежнему желаю, чтобы ты его соблюдала.

Она слегка ссутулилась, но в следующий момент расправила плечи.

– Не дави на меня, Зуфар. Возможно, тебе не понравятся последствия. – Через мгновение ее взгляд смягчился. – Но если ты разрешишь мне самостоятельно разобраться с ситуацией, в которой я оказалась, нам наверняка удастся найти решение, выгодное нам обоим.

Он хотел только одного: чтобы Ньеша была здесь, под одной крышей с ним, в его постели, в окружении детей, которых она будет любить так, как никогда не любила Зуфара его мать.

– Три дня. Это все, что я прошу. Неужели ты не можешь мне уступить?

Ему уже казалось, что он потерял ее.

Зуфар не знал, как нашел в себе силы, чтобы кивнуть:

– Конечно. Я желаю тебе удачи.

Осознание происходящего ужасало его. Несмотря на все свои принципы, он действовал как его отец.

– Спасибо, – сказала его королева и вгляделась в его лицо.

Вероятно, он становится одержимым.

Стиснув зубы, он постарался выглядеть спокойным.

– Ты сообщишь мне после совещания с советниками, когда ты поедешь в Румаду?

Она кивнула.

Зуфар спокойно и неторопливо вышел из конференц-зала, хотя с трудом сдерживал ярость. Возвращение в свой офис казалось ему мучительно долгим.

Подойдя к письменному столу, он опустился на стул.

Он не может даже представить себе, как выдержит три дня вдали от Ньеши. А как он будет жить, если они расстанутся навсегда? Ведь рано или поздно они расстанутся. Если не произойдет кардинальных изменений, Ньеша окажется вне его досягаемости еще до рождения ребенка.

Зуфар врезал кулаком по столу, мысли как сумасшедшие кружились в его мозгу. Наступил закат, а Зуфар по-прежнему не принял решения. Когда дверь в его офис открылась без предупреждения, он едва не зарычал.

В дверях стоял Малак.

– До меня дошли провокационные сплетни о тебе и твоей новой жене, братец, – протянул Малак.

– Ты отлично знаешь, что происходит. Твой личный секретарь получил точно такое сообщение, какое я отправил Галиле и отцу.

Малак пожал плечами, подошел к шкафу для напитков и налил коньяка в два бокала. Протянув Зуфару бокал, он сел на стул напротив его письменного стола.

– Я должен сказать, что твоя новая жена оказалась настоящим сюрпризом. Вначале она не очень меня впечатлила, а теперь…

– Прикуси язык, – предупредил Зуфар.

Малак поднял руку, потягивая свой напиток.

– Никакого неуважения, братец. Но не я твердил о том, что стране необходим покой, а после начал вытворять нечто совсем непредсказуемое.

– Ты пришел сюда по делу или чтобы позлить меня? Если последнее, то у тебя получилось.

Малак рассмеялся.

– Я пришел предложить тебе помощь. Хотя я эгоистичный повеса, как меня называют в СМИ, но под моим красивым внешним видом скрывается порядочный человек, который тебе сопереживает.

В словах Малака было столько самодовольства, что Зуфар сильнее рассердился.

– Ты утверждаешь, что хочешь мне помочь, а сам сидишь и попиваешь коньяк.

Малак махнул рукой.

– Скажи, что тебе нужно, и я сделаю все возможное, чтобы тебя порадовать.

Зуфар смотрел на янтарную жидкость в бокале, а в его голове вертелись два слова: три дня. Он согласился на три дня. Вернется ли Ньеша? Что он будет делать, если она не вернется?

– Будешь пялиться в коньяк? – спросил Малак.

Зуфар встал и прошел к окну. Опустошив бокал, он посмотрел на кусты роз под его окном. Через несколько минут брат подошел и встал рядом с ним.

– Почему она не любила нас? – грустно спросил Малак.

Зуфар был не готов к этому вопросу, а также к той боли, что сжала его сердце. Он думал, что смирился или по крайней мере стал равнодушным к безразличию своей матери.

Зуфар пожал плечами:

– Потому что она не умела любить других. Она любила только себя. – Возможно, он должен наконец простить матери этот недостаток.

Ньеша совсем другая.

Она любит детей. Она будет любить своего ребенка с той же страстью, с которой она любит свой народ. Однако ее преданность своим подданным может привести к тому, что Зуфар потеряет свою королеву. Ее самоотверженность удивляла и воодушевляла его.

Разве он вправе помешать ее встрече со своим народом, который будет любить ее и примет с распростертыми объятиями?

Малак вздохнул:

– Жаль, что он ничего не делал.

– Кто?

– Отец. Хотелось бы, чтобы он принял решение, так или иначе. Чтобы она любила его и нас. Или чтобы ушла от него. Но он предпочитал мучиться с ней все эти годы. Он мог бы разрешить нам переживать вместе с ним ужасные моменты его жизни.

– По-моему, все не так просто, – объяснил Зуфар. – Возможно, у него был небольшой выбор.

Малак ухмыльнулся, повернулся и зашагал прочь.

– Мне наплевать. С меня хватит. Во всяком случае, спасибо тебе за беседу. Если ты решишь, что я все-таки тебе нужен, ты знаешь, где меня найти.

Зуфар едва заметил, как его брат ушел. Пялясь на дно бокала, он думал о своем отце.

Глава 10

Ньеша стояла перед дверью самолета, ожидая, когда ее откроет стюардесса. В отличие от полета в Европу этот перелет был коротким и нервным; она волновалась по поводу того, что ждет ее в Румаде, и того, что она оставила в Халии.

Последние три дня были слишком поразительными и пугающими. Новость о подлинной личности Ньеши была встречена еще одной волной счастливого безумия по всему миру; короткое интервью, которое она дала с целью объяснить свое многолетнее отсутствие, получило более миллиарда просмотров в Интернете. Такова была ее общественная жизнь.

В глубине души она оставалась в смятении.

Хотя Зуфар разрешил ей лететь в Румаду, в те редкие моменты, когда они встречались, он удостаивал ее холодного взгляда. Он по-прежнему ложился с ней в одну постель, но только для того, чтобы поспать, и поворачивался к Ньеше спиной, держась с ней сдержанно и отстраненно. Если им надо было поговорить, они общались через своих личных секретарей.

Именно от секретаря Ньеша узнала, что Зуфар приказал приготовить ей королевский самолет для полета в Румаду. Именно от секретаря она узнала, что Зуфар отправился в путешествие по своему королевству и не приедет в Халию до ее возвращения.

После их беседы в конференц-зале она чувствовала себя опустошенной и обиженной; в глубине души она осознавала, что дни ее брака с Зуфаром сочтены. Именно поэтому она так быстро согласилась на поездку в Румаду.

Когда Зуфар расстанется с ней, у нее по крайней мере будет ее новая жизнь. Чем лучше она узнавала свою страну, тем быстрее хотела заявить о своем праве первородства. Ее родители любили это королевство и посвятили ему свою жизнь. Поэтому Ньеша не может от него отказаться.

В некотором смысле ей было легче оттого, что Зуфар поставил ей ультиматум.

Хотя нет. Неправда.

Она предпочла бы другой ультиматум. Тот, который позволял бы ей любить и оберегать оба королевства. Но она знала, что это ее очередная фантазия, от которой следует отказаться. Кроме того, она должна смириться с тем, что ей придется расстаться с Зуфаром.

Развод.

О нем осторожно заговорил один из ее советников во время встречи в Халии.

Ей следовало развестись с человеком, который изначально не собирался быть ее мужем, и тогда она сможет свободно жить так, как хочет.

Какое легкое предложение! С такими катастрофическими последствиями для ее души и сердца.

– Мы готовы, ваше величество, – тихо сказала румадская стюардесса с ослепительной улыбкой и сияющими глазами, в которых стояли слезы. – И если вы позволите, я скажу, что я очень счастлива вашему возвращению, – произнесла она.

Ньеша улыбнулась в ответ. Ее сердце дрогнуло, когда дверь самолета беззвучно открылась и дверной проем залил солнечный свет.

Она несколько раз моргнула от яркого солнца и пригладила руками ярко-синее платье, а потом вышла на трап. Сразу же раздался оглушительный рев толпы.

С трудом сдерживая эмоции, Ньеша увидела людей за ограждениями, установленными по обе стороны от самолета. Примерно минуту она махала рукой людям, а потом стала медленно спускаться по трапу.

Ей сообщили о протоколе.

Ее Совет старейшин будет стоять вдоль одного края красной ковровой дорожки, с другого края встанут старшие офицеры вооруженных сил, министры и чиновники.

Поэтому Ньеша удивилась, когда к ней кто-то подошел, как только она спустилась с трапа. Она ахнула, сразу узнав этого человека.

– Зуфар? Что ты здесь делаешь? – прошептала она, когда он шагнул вперед и взял ее за руку.

– Я твой муж и имею право быть рядом с тобой, – ответил он.

Она продолжала улыбаться, когда он поцеловал ей руку. Толпа закричала еще громче.

– Добро пожаловать домой, ваше величество! – произнес он глубоким голосом. Выражение его лица было нейтральным, а взгляд не выдавал никаких чувств.

– Я не понимаю…

– И не надо. Ты справилась бы одна. Но я все равно здесь.

Ей хотелось спросить, как долго он находится в Румаде. Но она уже нарушила протокол, хотя и не по своей вине. Зуфар сделал шаг в сторону и встал рядом с ней, высокий и гордый.

Кивнув, она шагнула на ковер и шире улыбнулась, когда главный советник протянул ей руку.

– Мы безмерно счастливы, что вы вернулись к нам, ваше величество. Добро пожаловать домой!

Приветствуя своих государственных деятелей и военных, она остро осознавала присутствие Зуфара, который держался на шаг позади нее.

Почему он здесь?

Следующие несколько часов она мучилась вопросами. В какой-то момент ей показалось, что она раздвоилась, потому что ей удалось говорить, ходить и легко реагировать на людей, размышляя о Зуфаре.

Но все изменилось в тот момент, когда они покинули Государственную палату и подошли к дворцу Назира – дому, в котором она жила так мало, прежде чем его потерять.

В отличие от дворца Зуфара на вершине горы дворец Назира располагался в центре города. Сотни людей и туристов прогуливались вокруг, когда ее кортеж въехал в ворота.

Ньеша очень старалась вспомнить свой дом, но не могла.

– Воспоминания вернутся к вами, я уверен, ваше величество, – произнес ее главный советник с мягкой улыбкой.

Ньеша чувствовала, как Зуфар напрягался всякий раз, когда заговаривали о ее возвращении.

Когда они добрались до спальни родителей Ньеши, у нее сдали нервы.

– Можно мне побыть одной? – спросила она.

– Конечно.

Комната немедленно опустела, остался только Зуфар. Он был рядом с Ньешей, пока она прикасалась к галстучной булавке отца и вдыхала аромат духов матери на шелковом шарфе.

В гардеробной она взяла в руки расческу матери и ахнула.

– Я вспомнила эту комнату. Мама усаживала меня себе на колени и расчесывала мне волосы этой расческой. – Она расплакалась.

Зуфар протянул ей свой носовой платок.

Она посмотрела ему в глаза.

– Спасибо. Он кивнул:

– Ты сильная. Ты выдержишь.

Через мгновение Ньеша осталась одна. Как и была с самого начала. Как будет, когда Зуфар уйдет от нее.

Ей хотелось смеяться, плакать, кричать и швыряться вещами. Но она не может этого сделать. Она королева двух стран. Она должна быть сдержанной.

Ньеша часто напоминала себе об этом на следующее утро во время совещания за завтраком со своим главным советником.

– Как я уже сказала, я дам вам ответ в свое время, когда все обдумаю. – Она отпила чая.

– Не торопитесь, ваше величество. Вас никто не осудит. Мы просто в восторге от вашего возвращения. Но мы хотим, чтобы вы вернулись навсегда и как можно скорее. Ваше королевство нуждается в вас. А единственный способ избавиться от лишних хлопот, связанных с Хали-ей, – это развод.

В ее жилах застыла кровь. Однако Ньеша уже давно понимала, что ей, возможно, придется развестись с Зуфаром. Он говорил о трудном решении, которое ей надо принять. Кто знает, может быть, расторжение брака с ним – единственно правильный вариант?

– Вы хотите, чтобы я развелась с мужем и признала свое право первородства? – спросила она.

– На данный момент это единственно возможный путь, ваше величество.

У нее стало так тяжело на душе, что она едва переводила дыхание. Радость от возвращения в родительский дом пропала, дрожащими руками она поставила чашку на стол.

– Очень хорошо. – Она с трудом сдержала всхлипывание. – Я понимаю…

Ньеша застыла на месте, когда Зуфар вышел на балкон. Его ледяной взгляд пробрал ее до костей.

– Я полагаю, мне здесь больше нечего делать, – тихо произнес он. – Мне пора исчезнуть.

– Зуфар…

– Не трать слов понапрасну. Я пришел попрощаться. – Он посмотрел на ее живот, потом на ее лицо. – Но будьте уверены, ваше величество, мое всегда останется моим.

От шока она словно приросла к стулу. Ее мир вдруг стал серым и безликим. Она снова с трудом сдержала всхлипывание, запретив себе раскисать. Она должна помнить о своих обязанностях.

– Подожди! Что ты сделал?

Зуфар уставился на брата.

– Какую часть из моего заявления тебе повторить?

Шокированный, Малак вытаращился на него.

– Все от начала до конца. А еще лучше, давай просто притворимся, что это была шутка.

– Это не шутка, брат. Ты утверждал, что хочешь мне помочь.

Малак фыркнул:

– Помощь – это посещение трудных переговоров вместо тебя. Помощь – это выбор подарка для твоей жены. Но помощь не означает, что ты можешь отречься от трона в мою пользу.

– Я уже принял решение, Малак, – категорично заявил Зуфар.

Поняв, что это его единственный вариант сохранить брак с Ньешей, Зуфар принял решение удивительно легко. Большая битва за любовь его жены еще впереди.

– Ты действительно не шутишь? – удивленно спросил Малак. В ответ на кивок Зуфара он всплеснул руками. – Какого черта? Я этого не хочу.

– Но ты займешь трон, потому что это королевство важно для нас обоих. И наши люди нуждаются в тебе, поэтому ты не можешь их подвести.

Малак открыл рот, чтобы возразить. Но прошла целая минута, и он молчал, пристально глядя в глаза Зуфара.

Зуфар увидел тот момент, когда долг победил индивидуализм, и Малак произнес:

– Хорошо. Я согласен.

Обойдя письменный стол, он протянул Малаку руку.

– Молодец!

Малак обнял его.

– Я не подведу, братец.

Через пять часов Зуфар смотрел на своего отца, размышляя о том, правильно ли сделал, что приехал к нему. Он не знал этого наверняка. Фактически он больше не был уверен во многом.

Но одно он увидел и узнал безошибочно. Это была боль потери, которая читалась на отцовском лице. Эта боль была сродни той, которая сейчас разрывала Зуфару сердце.

Потому что он потерял Ньешу. Его глупая попытка присоединиться к ней в Румаде, чтобы смягчить назревающее расставание, все испортила.

– Зачем ты приехал, сынок?

Отец впервые обратился к нему так ласково. На душе Зуфара стало еще тяжелее. Он попытался избавиться от мучительных чувств, но они его не оставили. Глядя в глаза отца, он подумал, что видит в них мольбу, которая похожа на его собственную. Ему казалось, что он начинает понимать своего старика.

По какой-то причине это наблюдение и успокоило, и испугало его. До сих пор Зуфар резко осуждал все, что было связано с его отцом. А вдруг он повторяет ошибки, которые он приписывал своему родителю?

И ошибался ли его отец на самом деле? Вероятно, он просто выбрал себе в жены не ту женщину. Зуфар снова попытался избавиться от тревожных мыслей. Он не сразу понял, что должен ответить на отцовский вопрос.

– Отец, у меня для тебя новости.

Ньеша вошла в библиотеку Зуфара, ее сердцебиение эхом отзывалось у нее в ушах. Она поехала из аэропорта прямо во дворец, желая немедленно поговорить с Зуфаром.

Он сидел, элегантно скрестив ноги, на большом антикварном диване, держа на коленях книгу по истории Халии. Как обычно, его взгляд заставил Ньешу замедлить шаги.

– Ты вернулась, – хрипло произнес он.

Она вздрогнула и кивнула:

– Нам надо поговорить.

Он бросил тяжелую книгу в сторону и встал.

– Я согласен, – сказал он. – Но сначала я хочу, чтобы ты взглянула на это. – Он поднял объемный документ с журнального столика и протянул его Ньеше.

Она опешила. Неужели он так быстро составил документы о разводе?

– Что это? – Она взяла документы дрожащими руками.

– Посмотри сама, – тихо предложил он.

Собравшись с силами, она посмотрела на документ, и ее душа ушла в пятки.

– Нет. Этого не может быть, – испуганно сказала она.

– Все именно так, малышка, – пробормотал он.

Ньеша ахнула, услышав его ласковое обращение, по которому она так соскучилась. Она вгляделась в его лицо, отчаянно желая узнать, решил ли он жестоко подшутить над ней. Но, как обычно, выражение лица Зуфара оставалось загадкой, которая одновременно пугала и волновала ее.

Но так продолжалось не долго. Смотря на него, она замечала, как его глаза светлеют, а выражение лица смягчается.

– Прочти документ, Ньеша, – снова предложил он.

Она уставилась на тяжелый документ. В верхней части первой страницы был заголовок: «Петиция для отречения от престола».

– Нет, – выдохнула она. – Ты не можешь этого сделать. – Она дрожала всем телом, по ее спине пробегал холодок. – Ты не можешь! – в ярости повторила она.

– Я могу, и я это сделал, – ответил Зуфар.

Она покачала головой:

– Нет, я не позволю тебе это сделать.

Он потянулся вперед и провел пальцами по ее щеке.

– Моя свирепая Ньеша. Тебе не изменить того, что уже сделано.

Она отпрянула от него.

– Ты не можешь отречься от престола. Ты должен был поговорить со мной, Зуфар. – Ее рука дрожала, когда она взмахнула документом. – Это неприемлемо.

Он просто улыбнулся в ответ.

– Тебе придется с этим смириться, дорогая.

– Но твои люди… Твое королевство…

– Они всегда будут моими людьми. Но я не буду их королем.

– Но почему?

– Потому что я понял, что никакая сила или привилегия не заставят меня потерять тебя. Мое место рядом с тобой. Я отдал бы тысячу королевств за возможность провести всю свою жизнь рядом с тобой, Ньеша.

У нее потеплело на душе.

– Я… Я не знаю, что сказать.

– Скажи, что ты не думаешь о разводе со мной, – произнес он и стиснул зубы, ожидая ее ответа.

– Кто тебе сказал, что я вообще собираюсь с тобой разводиться?

Его губ коснулась хитрая улыбка.

– Я слышал, как ты говоришь о разводе, Ньеша. Мне не стыдно признаться, но это был худший момент в моей жизни.

– Жаль, что ты так быстро ушел. Иначе ты бы услышал, как я отклонила предложение советника. Я признаю, что подумывала о разводе, но только потому, что ты его хотел.

– Почему ты решила, что я хочу с тобой развестись? – спросил он.

– Ты заявил, что решение будет трудным. Я думала, ты имеешь в виду расставание. – Она посмотрела на документ. – Но ты имел в виду вот это, не так ли?

Он серьезно кивнул:

– Да.

Она сглотнула, не в силах полностью осознать грандиозность его поступка.

– Мы должны были поговорить об этом. Твои люди возненавидят меня за твое решение.

Наклонившись, он коснулся губами ее рта.

– Нет. Они искренне обрадуются своему новому королю.

Она нахмурилась.

– Новый король?

Зуфар кивнул:

– Мое место займет Малак. Совет уже встретился с ним. Пока мы с тобой разговариваем, советники готовят его коронационную речь.

Происходящее поразило ее. Она тяжело опустилась на диван и прижала руку к голове.

– Зуфар…

Он был с ней до того, как она договорила. Сев на корточки, он положил руки на ее бедра.

– Примешь ты меня или отвергнешь, мне уже не вернуть себе трон Халии. Это уже в моем прошлом. Я стремлюсь думать о будущем.

Она разрыдалась.

– Твое будущее здесь, с твоими людьми.

– Нет, мое будущее рядом с тобой, – сказал он.

– Но ты все потеряешь, Зуфар! У тебя не будет титула…

– Единственный титул, который я хочу носить, – это титул твоего мужа, любовника и отца твоих детей. Если только ты примешь меня.

– Я не могу поверить…

– Поверь, малышка. Я так долго страдал и обижался. Ты стала светом моей жизни, где раньше была только темнота. Когда я понял, как сильно привязался тебе, я начал сопротивляться своим чувствам. Глядя на своего отца, я решил, что любовь к тебе сделает меня слабым. Но я наблюдал, как ты любишь всех, с кем ты общаешься. Наблюдал, как люди очаровываются тобой и становятся сильнее от этого. – Он взял Ньешу за руку и поцеловал костяшки ее пальцев. – Сегодня, благодаря тебе, я сильнее, чем вчера. Разве я смогу отказаться от возможности быть с тобой?

– О, Зуфар! Ты не представляешь, как это важно для меня.

– У меня есть справедливое оправдание, – продолжал он. – Я хочу быть отцом наших с тобой детей. Я хочу состариться с тобой. – Он поджал губы. – Но до этого я хочу заключить с тобой новую сделку.

– Сделка? – слабо переспросила она.

– Да. Если ты примешь меня и останешься моей женой, я обещаю, что буду любить тебя всю свою жизнь.

Она ахнула и позволила ему крепко себя обнять. Ей было все равно, что они оба опустились на колени на ковер. И ей определенно было все равно, что она рыдает.

– Ты согласна? – спросил он, покрывая ее лицо легкими поцелуями.

– Я согласна. Я определенно согласна. Но при одном условии.

Он слегка напрягся и отстранился, чтобы посмотреть ей в лицо. Потом он по-королевски кивнул.

– Я согласен на любые условия, – сказал он.

– Обещай мне, что никогда не будешь принимать такие кардинальные решения, не поговорив со мной.

– Ньеша, ты стала моей королевой, когда я потребовал этого от тебя. Настала очередь вернуть тебе долг. Румаде нужна королева.

Она посерьезнела.

– Ты уверен, Зуфар? Абсолютно? Безоговорочно? А ты не можешь отказаться от отречения?

– Тише, малышка, – сказал он и снова поцеловал ее в губы. – Пути назад уже нет. – Он коснулся ее живота теплой рукой с растопыренными пальцами. – Кроме того, я подозреваю, что вот этот проект потребует моего круглосуточного участия.

Она вздохнула:

– Ты будешь отличным отцом, Зуфар, но я не хочу, чтобы ты был только отцом. Пусть мы с тобой сошлись при немного странных обстоятельствах, но без тебя я бы никогда не нашла свою семью и не признала бы свое право первородства. Ты не представляешь, как сильно ты мне помог. Я не желаю, чтобы ты отказывался от своей жизни в Халии ради меня. Я приехала, чтобы рассказать тебе, что я останусь в Халии и буду твоей королевой, если это единственный способ удержать тебя. Я жажду быть с тобой всю жизнь. Но если ты считаешь, что ты будешь счастлив в Румаде со мной, тогда я хочу для тебя большего.

– Будет так, как ты пожелаешь.

Она покачала головой:

– Ты не понимаешь. Я не хочу, чтобы ты был только моим мужем. Я хочу, чтобы ты был моим королем.

Его глаза сверкнули.

– Ньеша, тебе не обязательно…

– Это мое желание. Ты хотел, чтобы я была рядом с тобой, чтобы я была твоей королевой. Теперь я хочу, чтобы ты был моим мужем и королем. Это второе условие, не подлежащее обсуждению.

Он широко улыбнулся.

– Похоже, в нашей совместной жизни будет масса условий.

– Когда мы встретились, ты предложил жесткую сделку. Я многому у тебя научилась.

Он обнял руками ее лицо, лаская ее скулы большими пальцами и пристально смотря ей в глаза.

– Даже тогда, не знаю почему, я был уверен, что не смогу отпустить тебя. Ты стала частью меня, хотя этого не осознавал.

– Но ты знаешь это сейчас? – спросила она.

– Без всякого сомнения. И я ни о чем не жалею.

– Ты тоже проник в каждую клеточку моего существа. И я не хочу, чтобы было по-другому. Я люблю тебя, Зуфар.

– И я люблю тебя. Я обожаю тебя, моя великолепная королева.

Эпилог

– Ее величество готовы к следующему подарку? – прошептал Зуфар в затылок Ньеше, покрывая теплыми поцелуями ее обнаженную кожу.

Ньеша – или Назира, как она теперь называлась – расхохоталась:

– Ты не можешь осыпать меня подарками, Зуфар. Одного достаточно. Двадцать подарков – это излишество.

– Я не понимаю, почему у тебя сложилось впечатление, что я приготовил тебе двадцать подарков.

Она усмехнулась:

– Моя личная секретарша выпытала этот секрет у твоего личного секретаря.

Зуфар опустил голову на спину Ньеши и простонал.

Она хихикнула:

– По-моему, он влюблен в нее.

– Ладно. Если моя тайна раскрыта, тогда у тебя не останется выбора. Ты должна принимать мои подарки.

Он перевернул ее и обнял. Назира легла на его широкую грудь, радостно наблюдая, как Зуфар запустил руку под подушку и вынул оттуда квадратную коробочку с ленточками. Это был шестой подарок, который он дарил ей сегодня, хотя едва наступило утро. Он разбудил ее глубоким, опьяняющим поцелуем, и они занимались любовью. Вот так начался двадцать шестой день рождения Назиры.

А потом пошли подарки. Было очевидно, что Зуфар намерен выполнить свое обещание и сделать ей двадцать подарков – по числу лет, которые она провела вдали от Румады.

Всего несколько месяцев назад Назира тонула в одиночестве и отчаянии. Теперь она вернула свое прошлое, стала королевой и, самое главное, обожала своего мужа.

Взяв коробочку, она ахнула. Перед ней был платиновый кулон с бриллиантами в виде морской звезды – точной копии ее родинки. На оборотной стороне кулона были выгравированы имена членов ее семьи.

– О, это великолепно! – В ее глазах стояли слезы, когда Зуфар надел кулон ей на шею.

– Я решил, тебе понадобится символ того, что ты нашла, – тихо произнес он. – А имена членов твоей семьи помогут тебе всегда чувствовать с ними связь.

– О, Зуфар, когда я думаю, что не смогу любить тебя сильнее, ты снова удивляешь меня.

Он обнял ее, и они снова занимались любовью. Когда оба выровняли дыхание и успокоились, она потянулась за сложенным листом бумаги.

– У меня есть кое-что для тебя. – Она передала ему лист бумаги.

– Это список гостей на моей коронации?

Она затаила дыхание.

– Да.

Его взгляд упал на список. Она не знала, прочел ли он его внимательно.

– Ты хочешь, чтобы он приехал? Ты уверена? Она кивнула:

– Я отправила ему приглашение несколько дней назад. Вчера он ответил согласием.

Зуфар помолчал, потом кивнул:

– Если ты хочешь, чтобы он был здесь, я согласен. Я приму Адира и постараюсь забыть о прошлом.

Она улыбнулась, и ее сердце радостно екнуло, потому что она знала: Зуфар приложил большие усилия, чтобы так сказать.

– А ты не будешь мстить ему за то, что он украл твою невесту? – поддразнила она.

– Нет. Ты была единственной невестой, которую послала мне судьба. Если Адир доволен Амирой, тогда я счастлив за них обоих.

– Я люблю тебя, Зуфар.

Он целовал ее долго и страстно, пока она не обмякла в его руках.

– Продолжай говорить мне об этом, – произнес он, – и я буду твоим рабом до конца моих дней.

Час спустя Зуфар наблюдал, как его жена одевается для празднования своего дня рождения, и с трудом переводил дыхание.

Ему не верилось, как любовь к Назире изменила его. Ушла обида и страдания, которые мучили его до встречи с Назирой. Он принял ее предложение сделать его королем главным образом для того, чтобы уважить ее, а не потому, что хотел эту должность.

Получив привилегию любить ее и быть любимым ею в ответ, он счастливо проживет в тени своей жены всю оставшуюся жизнь.

Говоря о предстоящей коронации Зуфара, которая состоится через две недели, Назира счастливо улыбалась. Кто он такой, чтобы отказать ей в этой радости? Его сердце сжалось, когда она бросила полотенце по дороге в гардеробную, и он увидел ее округлившийся живот. Он не мог дождаться момента, когда возьмет на руки своего сына.

Зуфар по глупости думал, что хочет, чтобы у его народа была королева, похожая на отполированный драгоценный камень. Но он получил драгоценность, которая сияла сильнее самой яркой звезды в небе.

И пока он жив, он будет делать все, чтобы сияние этой звезды не померкло.

Content

Майя Блейк
Золушка для шейха

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Эпилог