Анна Гале

Истории попаданок и попаданцев

ВИЗИТ К ПРАПРАДЕДУШКЕ

Глава 1

– Костя, что ты такое говоришь? – Лина недоверчиво уставилась на сидящего рядом темноволосого парня. – Я что, по-твоему, воровка?

– Какое же это воровство, Линка? – улыбнулся Костя. Невинным ясным взглядом серых глаз молодой человек напоминал в этот момент многочисленных "Иванушек" – героев старых фильмов-сказок. – Я только начал объяснять, а ты уже всё сама додумала и сделала выводы, причём неверные. Лучше послушай, как следует, что я тебе предлагаю. Только спокойно послушай, без эмоций, – Костя предупреждающе поднял руку, заметив, что Лина собирается что-то сказать. – Потом хорошо подумай, а дальше уже отвечай. Если что, я найду для этого дела кого-нибудь другого. Я просто хотел, чтобы мы стали ближе, потому и прошу помощи именно у тебя.

Теперь в глазах парня зажглись дразнящие, призывные огоньки. Лина отвела взгляд. Ну почему она три года не может прекратить мечтать о бывшем однокласснике? Ведь любому человеку сразу ясно, что Лина и Костя – совсем не пара. Костя Вечеров – самый красивый парень их класса, единственный ребенок в обеспеченной интеллигентной семье. Его папа – физик, мама – биолог, и живут они втроём в двухэтажном доме в коттеджном поселке.

То ли прадед, то ли прапрадед Кости был каким-то большим учёным, он до сих пор – гордость города. Всех школьников обязательно водят в дом-музей Вечерова – двухэтажный белый особняк с изящными колоннами, украшенный лепниной.

А у Лины, кроме симпатичной мордашки, нет ничего, способного привлечь Костю Вечерова. Да и мордашка, откровенно говоря, всего лишь симпатичная, красавицей Лину никто не считает. Девушка живёт в крохотной комнатке в коммуналке, с безалаберной матерью, работающей на полставки уборщицей (больше крепко пьющая женщина никуда устроиться не смогла). Родительница почти забыла о существовании дочери. Когда бы Лина ни пришла домой, там постоянно сидят или лежат – в зависимости от степени опьянения – мамины приятели.

Конечно, Лина всегда понимала: между ней и Костей ничего быть не может. Никаких попыток сближения с Вечеровым девушка не делала и встречалась с ним только случайно, на улице, обмениваясь короткими: "Привет! Как дела?"

И вдруг бывший одноклассник позвонил сам, сказал, что очень нужно встретиться и – с ума сойти! – позвал её в гости…

Лина надела свой лучший сарафанчик, распустила тёмные волосы, обычно собранные в косу или хвост, потратилась на маникюр. Девушка мчалась к Косте, как на крыльях, пытаясь представить, с чего вдруг парень вспомнил о неприметной бывшей однокласснице. И вот теперь она сидит рядом с Костей на мягком диване в зале раза в три побольше их с мамой комнатушки, и пытается понять – шутит парень или говорит серьёзно.

– Ты в нашем музее была? Я о доме моего прапрадеда, – уточнил Костя.

– Ну… да… – растерянно пролепетала Лина.

Была, конечно, их туда несколько раз всем классом водили. Только дело было давно, и Лина почти ничего из той экскурсии не помнила, кроме того, что прапрадед Кости Вечерова был учёным.

– Помнишь, чем он занимался? – Костя взглянул на неё и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Энциклопедическая личность – физик, химик, знал восемь языков, совершил множество научных открытий мирового значения… Только вот о большей части этих открытий остались одни воспоминания. В дневниках прапрадед пишет, что сам уничтожил многие из своих расчётов, потому что нашёл их на тот момент опасными для человечества. Только представь, в начале девяностых годов девятнадцатого века он создал одно из лучших кокаиновых вин своего времени. Прапрадед написал в дневнике, что хотел превзойти знаменитое "Вино Мариани", и считает эксперимент удавшимся.

– Что он создал? – недоверчиво переспросила Лина. – Вино с кокаином – это как?

– Тогда кокаин не считался чем-то вредным и вовсю использовался в самых разных целях, – объяснил Костя, с улыбкой глядя в округлившиеся глаза девушки. – Куда его только не добавляли! А кокаиновые вина считались элитными, о них даже Римские папы одобрительно отзывались. Кстати, мой прапрадед по молодости придумал ещё и какую-то сравнительно безвредную синтетическую дурь. Она вызывала наркотическое опьянение, при этом рецепт, вроде как, был совсем простой и дешёвый, и одурманивающее вещество можно было легко изготовить в домашних условиях. В конце девятнадцатого века оно тоже считалось безобидным изобретением – наркотики могли добавлять даже в детские лекарства. Но это всё – так, игрушки, главное – другое. Мой прапрадед открыл, каким способом можно телепортировать людей и предметы, причём не только на какое-то расстояние, но и в прошлое, и в будущее. Представляешь? Он применял телепортацию в конце девятнадцатого века!

Лина непонимающе сморгнула. Слово было знакомым, но что оно означает – девушка от растерянности вспомнить не смогла.

– Что твой прапрадедушка делал с людьми и предметами? – сосредоточенно нахмурилась она.

– Переносил во времени и пространстве, – возбужденно ответил Костя. – Кстати, мой прадед рассказывал деду, что, когда он решил остаться в России после революции, ни отец, ни мать не стали уговаривать его бежать вместе с ними. Они просто попрощались с сыном и закрыли за собой дверь комнаты. Больше в России старших Вечеровых никто не видел: мои прапрадед и прапрабабушка телепортировались со всеми вещами куда-то в Европу и, в итоге, обосновались в Швейцарии. Мой прапрадед был достаточно крупным учёным, он знал, что его с радостью примут в любой стране.

Лине казалось, что она слушает сказку. Девушка всерьёз засомневалась: может, Костя просто её разыгрывает?

– Но если твой прапрадедушка больше века назад придумал машину времени или как это называется, то почему о ней до сих пор никто не знает? – робко спросила она.

– Да потому, что предок уничтожил все свои бумаги, которые хоть как-то касались телепортации. Только в дневниках пару раз мельком встречается упоминание о его главном изобретении. Я сам читал эти записи. Представь, Линка, дневники столько лет пролежали в музее под стеклом, и в них, похоже, никто дальше первых страниц не заглядывал. Так вот, в одном из дневников описан первый удачный опыт телепортации. Прапрадед делал его дома перед каким-то незначительным приёмом гостей. И тот его портал был открыт в завтрашний день! А это значит, что завтра в семь часов около дома Вечерова, то есть около нашего музея, – Костя выразительно посмотрел на Лину, – на несколько минут откроется граница между нашим временем и 1897 годом. От тебя потребуется ненадолго пойти в прошлое – я тебя провожу и покажу, как попасть в портал. Тебе нужно забрать из дома бумаги моего прапрадеда. Это будет совсем не воровство, наоборот, мы спасем ценнейшие для человечества изобретения. Представляешь, насколько изменится жизнь, если все узнают, как можно телепортироваться? Транспорт станет ненужным, и воздух станет гораздо чище без паров бензина, а люди не будут тратить массу времени на дорогу. Ну, например, из твоего дома можно будет перенестись сюда за пару секунд, представляешь?

Лина неуверенно кивнула.

– Но как это сделать? – с сомнением произнесла она. – Допустим, портал откроется, я попаду в то время… – девушка осеклась, пытаясь побороть мысль о том, что происходящее – просто шутка. – И что дальше? Я буду бегать по двору или по дому твоего прапрадедушки в таком виде? – Лина коснулась края короткого сарафанчика. – Даже если я окажусь в доме, там наверняка кто-то будет. Что я скажу? "Мне нужны бумаги Вечерова, чтобы унести их в будущее"?

– Главное, чтобы ты, в принципе, согласилась туда отправиться, – уверенно сказал парень. – Я всё просчитал.

Костя опустил глаза, чтобы скрыть торжествующий блеск. С самого начала он почти не сомневался, что уговорит эту влюблённую дурочку: Лина была первой кандидаткой на поход в прошлое. Если ей удастся принести бумаги прапрадедушки Вечерова… У Кости голова шла кругом от одной мысли, секреты каких изобретений могут оказаться в его руках. Кокаиновое вино, лёгкий и дешёвый рецепт никому неизвестной синтетической дури, да ещё и телепортация в придачу! Миллиардером можно стать, если всё это разумно использовать. Только самому Косте заявиться в дом прапрадеда было бы гораздо сложнее, тут нужна именно девчонка.

– Всё продумано и совершенно безопасно, – начал объяснять парень. – Охранником в музее сейчас работает Коля Вольшин.

Лина понимающе кивнула. Вольшин – один из бывших одноклассников, приятель Кости. Умом парень не блещет, зато очень ценит дружбу. У него Костя не то что никому не нужные бумаги – любой музейный экспонат может одолжить!

– Вот Коля и помог мне добраться до дневников, – продолжал Костя, полностью подтверждая догадки Лины. – Хотел просто из интереса почитать старые семейные истории, а там – такое! Вольшин, естественно, ничего не знает, но он поможет нам организовать твой поход в прошлое. Я сказал, что надо разыграть одного человека, и уговорил Колю одолжить мне на следующую ночь из музея женское платье того времени и сохранившееся приглашение в дом прапрадеда. Оно настоящее и написано именно на завтрашний день, представь, как нам повезло! Прапрадедушка устраивает какой-то музыкальный вечер, – в общем, любительский концерт, ничего особенного. Главное, что в доме по этому поводу соберется народ, и ты сможешь без проблем смешаться с другими гостями. Так что завтра днем мы с тобой идём в музей прапрадедушки, и я тебе показываю, что там где находилось, когда дом был обычным, жилым. Могу тебя порадовать: кабинет прапрадеда – почти напротив зала, где устраивались музыкальные вечера. Твоя задача – просто зайти в кабинет, взять из стола бумаги и перенестись с ними в наше время.

– Подожди! – нахмурилась Лина. – Он может быть заперт…

– Ключи от кабинета и ящика стола потихоньку прихватим в музее, – перебил Костя. – Это я беру на себя. Коля как-то говорил, что в том зале даже сигнализации нет.

Девушка с усилием отодвинула поглубже в подсознание мысль, что описываемые Вечеровым действия всё-таки очень уж смахивают на воровство. В конце концов, Костя утром вернет все музейные экспонаты, в том числе, и ключи на место. А бумаги его прапрадедушки иначе никак не дойдут до благодарных потомков. Девушка задумчиво прикусила губу. Да, соглашаться определенно стоило, тем более, Костя сам сказал: позвал именно её, Лину, чтобы стать ближе.

– Ну, допустим, я как-то проберусь в кабинет, пока хозяин и гости будут танцевать… Кстати, я не представляю, что и как они вообще танцевали… – всё ещё с сомнением заговорила Лина.

– И не надо, – ободряюще улыбнулся Костя. – Это не бал, а музыкальный вечер. Я же говорю, будет что-то вроде домашнего концерта. Поиграют на рояле, может быть, какая-нибудь голосистая барышня споёт несколько романсов. Особенно повезёт, если сам прапрадед помузицирует: ты в это время всё успеешь. В принципе, тут дела – на несколько минут.

– Допустим, всё получилось, и бумаги у меня, – чуть увереннее продолжила девушка. – И что? Я должна буду пройти с ними в руках по дому и выйти на улицу? Я не представляю, сколько у твоего прапрадедушки может быть рабочих заметок! А если там будет ящик бумаг – как я незаметно их вынесу?

– Лин, всё проще. Тебе надо будет всего лишь взять бумаги в руки. Второй портал до утра будет открыт в самом кабинете, в стене слева от двери. Не знаю уж, что за опыты ставил с нашим временем в тот вечер мой прапрадедушка, но осложнений с возвращением у тебя точно не возникнет. Ну как, проведём завтрашний день вместе?

От взгляда парня у Лины по коже мурашки побежали. Она нерешительно кивнула.

– Вот и хорошо. Ты сегодня свободна? Может, прогуляемся по центру? В кафе посидим, вокруг музея пройдёмся – заодно покажу, где откроется портал, можем в киношку сходить…

Лина еле сдерживала ликование. Конечно, она свободна! Ради целого вечера с Костей девушка отменила бы любые планы!

И вечер действительно удался. В кафе бывший одноклассник даже взял девушку за руку и стал с интересом расспрашивать, как сейчас живёт Лина и чем занимается.

– Работаю в детском магазине, – нехотя ответила девушка и снова ощутила, какая между ними большая разница.

Костя – студент университета, название его специальности Лина даже выговорить может с трудом и по слогам. А девушка знает только марки и размеры детских подгузников, игрушки, одёжки, детское питание… И никаких перемен к лучшему в жизни Лины не предвидится.

– Кассир в магазине? – переспросил парень. – Считай, что ты там уже не работаешь, Линка. За бумаги прапрадеда мы получим столько денег, что можно будет и квартиру купить, и оплатить твоё обучение, где захочешь, и жить безбедно.

Девушка вздрогнула. Мы? Костя Вечеров сказал – "мы"? Лина внимательно посмотрела на парня. В его серых глазах снова играли манящие огоньки. Значит, не послышалось. А вот за это самое "мы" Лина готова была не то что бумаги Костиного прапрадеда из ящика стола унести, но и сам письменный стол в этот… как его… портал затолкать.

А потом в кино Лина и Костя сидели в полутьме совсем близко, и Костя приобнял девушку. Его рука тихо поглаживала руку Лины, плечо, потом коснулась лица. Лина повернулась и снова встретила манящий взгляд. Костя придвинулся ещё ближе и коснулся губами её губ. Поцелуи были то нежными, то страстными, у девушки кружилась голова от близости Кости. Если бы этот вечер не заканчивался! Длился, и длился, и длился…

После сеанса Вечеров пошёл провожать Лину самой долгой дорогой – так, чтобы пройти мимо освещённого со всех сторон старинными фонарями дома своего учёного прапрадеда. У музейной ограды парень остановился.

– Смотри! – он показал на светлую стену за углом от входа. – Портал откроется между вторым и третьим окнами. Тебе будет казаться, что ты шагаешь в стену, но сама стена исчезнет, ты её не почувствуешь. По идее, в прошлом ты должна будешь оказаться на том же месте. Искать дом тебе не придётся, нужно будет только завернуть за угол. Ты дойдёшь до двери и покажешь своё приглашение тому, кто будет встречать гостей. Тебе там даже разговаривать ни с кем не обязательно.

– Костя, а что если гостей будет встречать твой прапрадедушка? Что мне отвечать, если кто-нибудь спросит, кто я и откуда взяла приглашение на чужое имя? Меня могут вообще туда не пустить, – снова засомневалась Лина.

– Ну ты и трусиха! – Костя приобнял девушку за талию. – Какой же хозяин в то время сам гостей встречал? Для этого в таких домах, – он свободной рукой показал на внушительное здание музея, – были слуги. Народу там должно собраться довольно много, так что ты, скорее всего, просто затеряешься среди остальных. Ну а если вдруг получится, что там соберётся своя компания и все друг друга знают – что-нибудь соврёшь… Ну, допустим, скажешь, что ты приехала из провинции, и хозяйка приглашения – твоя родственница.

– Костя, но ведь та дама тоже может быть в гостях у твоего прапрадедушки! Как я объясню, кто я и откуда взяла точно такое же приглашение, как у неё?

Парень устало вздохнул.

– Лин, не создавай проблему там, где её нет. Ты можешь, в конце концов, просто опоздать на музыкальный вечер. Зайдёшь в перерыве между пьесами, песнями, или что там будут исполнять, и сядешь на любое свободное место. А ещё лучше – постоишь под дверью: вроде, ты не хочешь мешать музыканту и слушателям. А потом, когда в коридоре никого не будет, спокойно войдёшь в кабинет.

Лина задумалась. Да, Костя прав – действительно, ничего сложного. У нее всё должно получиться. Девушка обязательно проникнет в кабинет учёного! От этого зависит слишком многое. Сомневаться можно, когда на это есть время, а у Лины его нет: портал откроется меньше чем через сутки.

Около подъезда Лина с Костей долго целовались.

– Не хочется тебя отпускать, – пробормотал парень.

– А как мне не хочется уходить, – вздохнула Лина.

Из приоткрытого окна на втором этаже раздавались пьяные вопли: веселье у очередных маминых гостей шло полным ходом.

Окно на первом этаже распахнулось, и оттуда высунулся полуголый пузатый сосед.

– Жду до одиннадцати и вызываю полицию! – рявкнул он. – Линка, скажи матери, если не уймутся – позвоню. Пусть разгоняет весь этот балаган! Каждый вечер одно и то же…

Лина почувствовала, как запылали щёки. Надо же было так опозориться! Ну почему она не попрощалась с Костей перед входом во двор?

– Да оставь ты девчонку в покое! Она-то тут при чём? – донёсся из комнаты голос соседки.

– Яблоко от яблони… – довольно громко проворчал её муж и аккуратно закрыл окно.

Сверху донеслись характерный звон разбивающейся бутылки и ругань – весёлая компания на весь двор материла "вечно недовольного из-за ерунды" соседа. Лина поморщилась, вспомнив, как она утром ползала на коленях по комнате с половой тряпкой. Девушка еле оттёрла пол после маминых гостей. Теперь ей и самой было непонятно, зачем убирать в комнате, где идут бесконечные пьянки. Наверняка сейчас всё выглядит там так же, как и до уборки, а то и хуже.

– Потерпи немного, скоро ты отсюда съедешь, – прошептал Вечеров.

Он обнял девушку и снова коснулся губами её губ. Лина сцепила руки на шее Кости. На какое-то время всё вылетело из головы: главное, что парень, о котором она мечтала несколько лет, был настолько близко. Одна рука Вечерова скользила по открытой спине Лины, другая – лежала на талии девушки. Язык парня коснулся губ Лины, она всем телом прижалось к Косте. Девушке второй раз за вечер хотелось остановить счастливые мгновения, чтобы не пришлось размыкать объятий.

Но объятия разомкнулись сами собой, когда сверху послышались громкие рвотные звуки. Лину передёрнуло. Кого-то тошнило прямо в комнате.

"Только бы не на мою кровать!" – с отвращением подумала девушка.

На этом совсем не романтическом фоне послышалось пение, вернее, истошное выкрикивание матерной частушки. Лина узнала голос любовника матери, Вовчика, до невероятия похожего на киношного Шарикова из "Собачьего сердца". Ну всё, дома точно делать нечего! Даже если Лина туда поднимется, "любящая" мама скоро попросит дочь погулять, и неизвестно, насколько это "погулять" может затянуться.

Костя поспешно отвёл девушку подальше от подъезда. Лина вздохнула: всё правильно, из окна в любой момент может кого-то стошнить, или весёлая компания решит выбросить сверху мусор. Звуки, доносящиеся сейчас из дома, – лучшее напоминание о том, что Лина и Костя – не пара. Нельзя даже представить интеллигентов Вечеровых рядом с матерью девушки.

Однако Костя никаких признаков отвращения не проявлял и домой не спешил.

– Слушай, Линка, мои родители утром уезжают отдыхать, – прошептал он. – Так что с завтрашнего дня можешь ночевать пока у нас. Едут они на три недели. За это время мы с тобой успеем получить за часть прапрадедовых бумаг приличные деньги и снять какую-нибудь нормальную квартиру.

– Так нужно же знать, куда с этими бумагами пойти… – робко возразила девушка.

– Я уже всё продумал. Дело только за тобой.

В глазах Кости снова зажглись манящие огоньки. Он притянул Лину к себе. Девушка счастливо улыбнулась. Неужели любимого не отпугнули её мать с компанией? Костя предложил ей жить вместе! Даже не предложил, а говорит об этом как о решённом деле.

– Тебе наверное пора, – тихо сказала Лина, обнимая парня. – Когда мы встретимся завтра?

– Давай в двенадцать у меня, – Костя ласково посмотрел ей в глаза. – Я как раз провожу своих. Перекусим, всё обсудим и пойдём в музей. А когда ты вернёшься с бумагами – тут же перетащим ко мне твои вещи.

Ночь Лина провела, сидя на скамейке перед домом. Мамины гости, похоже, улеглись в комнате, делать Лине там было нечего.

"Завтра, – в полудрёме мысленно повторяла девушка. – Всё решится завтра".

Глава 2

Домой Лина заходить не стала: прошаталась по городу с раннего утра до полудня, перекусив купленными в супермаркете булочкой с соком. Хорошо хоть, сегодня – выходной. Лина проведёт день с Костей, а потом её ждет потрясающее приключение. Голову кружила мысль о том, что сегодня ночью сбудутся все мечты, которые совсем недавно казались недостижимыми. Лина будет жить с Костей в своей или съёмной квартире, сможет пойти учиться, на какое-то время бросить работу… Да ради всего этого Лина готова притащить из прошлого вместе с бумагами и самого старикана-прапрадедушку!

Накормив Лину шашлыком в летнем кафе, Костя повёл девушку в музей Вечерова. Праправнук учёного долго водил Лину по залам. Парень тихо объяснял, повторяя по нескольку раз, где находились гостиная, спальня, кабинет, музыкальный зал и так далее, пока Лина не выучила наизусть расположение всех комнат в доме.

Бывший музыкальный зал показался девушке огромным. Сейчас в нём размещалась выставка костюмов второй половины девятнадцатого-начала двадцатого века. О концертах, проходивших когда-то в зале, напоминал блестящий чёрный рояль, одиноко стоявший у стены между большими полукруглыми окнами.

Костя приобнял Лину за талию и шепнул:

– Выбирай платье. Какое больше понравится – то и одолжим.

Лина с возросшим интересом принялась рассматривать забавные старомодные костюмы, мысленно примеряя каждый из них. Тёплые пышные платья с пелеринами были очень хороши, но для лета не подходили. Строгий серый костюм – приталенный пиджак и широкая юбка – показался девушке скучноватым, кроме того, в нем тоже могло быть жарко. Знать бы, какая там, в прошлом, погода! Но Костя не знал: его прапрадедушка в дневнике об этой важной детали не упомянул.

А вот голубое платье с длинной плиссированной юбкой и короткими пышными рукавами девушке понравилось. Его немного портил стоячий воротник, но в целом выглядеть в таком наряде Лина должна была хорошо.

Охранник Коля не подвёл. Вскоре после закрытия музея бывший одноклассник провёл парочку через служебный ход в хозяйственное помещение с вёдрами, тряпками, шваброй и какими-то стройматериалами. На обшарпанном деревянном столе уборщица обычно ставила чистящие и моющие средства. Однако сейчас на нём выстроилась маленькая пирамида из музейных экспонатов. Снизу, свисая до полу, лежало то самое голубое платье – снятое с манекена и аккуратно расправленное. На него более небрежно водрузили выбранную Линой к платью светлую шляпку. Широкие поля головного убора украшали искусственные голубые цветочки. На шляпке покоилось пожелтевшее от времени приглашение с давно выцветшими чернилами.

Лина осторожно дотронулась до исписанного каллиграфическим почерком ветхого прямоугольника.

– Костя, как я понесу эту бумажку? Она же в руках распадётся!

– Не распадётся. Она плотная, – отмахнулся парень.

– И платье чем-то отработали, и оно воняет, – продолжала сомневаться Лина. – Запах будет слышен…

– Сейчас духами сбрызнем – отобьём запах, – пообещал Костя. – Мы о другом не подумали, о причёске, – заметил он, недовольно глядя на распущенные волосы девушки. – Так в то время точно не ходили.

– Какая разница? – Лина повертела в руках непривычный головной убор, машинально потрогала цветочки. – Сделаю хвост, под шляпкой всё равно ничего не будет видно. Тем более я не собираюсь долго мельтешить среди гостей.

– Ладно, времени мало, пусть будет так, – с сомнением произнёс Костя. – Раздевайся, – встретив удивленно-смущённый взгляд девушки, он усмехнулся и объяснил: – будем разбираться с платьем. Там, вроде, должна быть шнуровка, чтобы утягивать талию.

Лина сняла сарафан. Девушку переполняло ликование, в голове снова и снова, как волшебная мелодия, повторялось: "Скоро всё решится!"

Костя присвистнул:

– Фигура у тебя что надо! Жаль, времени сейчас нет ни на что, кроме платья.

– Когда вернусь – на всё будет, – шепнула девушка.

С одеждой Костя и Лина провозились долго. Шнуровку Костя сначала затянул так, что девушка еле дышала, пришлось ослаблять. Лина млела от прикосновений парня. Ради этого стоило потерпеть и шнуровку, и жёсткий стоячий воротничок платья, из-за которого приходилось держать голову прямо, и множество мелких пуговичек. Когда была застегнута последняя пуговка, оказалось, что платье пришлось по фигуре так, словно было сшито хорошей портнихой на заказ по всем меркам Лины. Шляпа полностью скрыла наскоро собранные в хвост волосы. Закрепить их пришлось завалявшейся в сумочке Лины выцветшей коричневой резинкой.

Костя чертыхнулся и посмотрел на часы.

– Линка, мы не подумали об обуви! И времени почти нет, портал вот-вот откроется…

– Не важно, – отмахнулась она. – Платье всё равно до пяток, никто ничего не разглядит. Просто запомню, что не надо сильно приподнимать подол на лестницах.

Выпуская бывших одноклассников на улицу, Коля Вольшин с откровенным удивлением таращился на Лину.

– Костян, смотри, чтобы до утра всё вернул, – напомнил он. – Если что, у всех проблемы могут быть.

– Верну даже раньше, – пообещал Костя. – Как всё провернём – сразу принесу.

– Кого вы хоть разыгрывать собрались? – спросил Коля, не отводя от Лины взгляда.

– Потом расскажу, спешим!

Костя демонстративно взглянул на часы и потащил девушку за собой. Сзади тихо стукнула дверь: "добросовестный" Вольшин, согласно инструкции, закрылся в музее.

– Хорошо, что город маленький, – пробормотал Костя. – Где ещё найдешь музей с одним охранником? Хотя, с другой стороны, что там брать? Кроме памяти о заслугах прапрадеда, ничего ценного в его музее и нет.

Пока всё шло по плану. Правда, к утру Косте придётся придумать какую-нибудь правдоподобную историю, чтобы Колян отвязался и поскорее выкинул этот эпизод из головы. А то Вольшин чересчур заинтересовался этим делом, вон как разглядывал переодетую Линку.

С бывшей одноклассницей проблем не будет: она получит свою долю, не слишком большую, конечно, но на скромные Линкины планы, вроде покупки однокомнатной квартиры в их провинциальном городке и учебы в местном институте, вполне хватит. А девчонка вполне симпатичная, как это он раньше не заметил? Если Лину привести в порядок – будет просто куколка.

Пожить вместе какое-то время, и правда, стоит – пусть девчонка порадуется. Как вернётся с бумагами – сразу в постель. Поживут у него, пока родители не приедут. Квартиру парень за это время найдёт – такие обещания надо выполнять, а дальше будет видно, сколько продолжать отношения.

Костя снова взглянул на часы. Вышли вовремя: по идее, портал ученого прапрадеда должен открыться минуты через полторы-две. Дальше – дело за Линкой. Костя не сомневался, что девушка справится. Всё продумано, да и стимулы у неё серьёзные: вырваться из психушки, которую Лина называет домом, прийти к нему, Косте, – он же видит, как девчонка на него смотрит. Да, Линка справится. Нужно только, чтобы среди бумаг, которые бывшая одноклассница прихватит из дома Вечерова, оказались те, что особенно ценны для Кости.

Главное – телепортация, это просто золотая жила! Если запатентовать изобретение прапрадедушки, можно на всю жизнь забыть о каких-либо проблемах с деньгами. Там всем Костиным потомкам на безбедную жизнь хватит!

А деньги сейчас Костику ой как нужны! Чёрт его дёрнул сыграть в карты с малознакомой компанией. Что ж – дураков учить надо! Ребята его и научили: Костя проиграл немыслимую для студента сумму. Карточный долг – вещь опасная. Выигравшие хотели получить деньги как можно скорее, пришлось заложить в ломбарде несколько маминых антикварных колечек, чтобы расплатиться. Это бы ничего, парень нашёл бы, как поскорее перекрутиться и всё выкупить, но по дороге от ломбарда к автобусной остановке в тихом месте к Косте подошли двое с ножом. Наверняка присмотрели его, когда сдавал мамины драгоценности. Деньги пришлось отдать – жизнь дороже. И теперь Косте нужно как можно скорее возвращать карточный долг – хорошо, что ребята вошли в положение и согласились подождать несколько дней, – а потом выкупать кольца. Удивительно, что мать ещё не хватилась своих побрякушек!

Парни, в случае чего, согласны взять долг прапрадедушкиной синтетической дурью. Впрочем, если Линка не прихватит рецепт, среди бумаг учёного предка вполне может найтись ещё что-нибудь ценное, что можно будет всучить этим шулерам – в том, что он столкнулся с профессиональными картежниками, Костя не сомневался.

Лина споткнулась, запутавшись в платье, и парень машинально поддержал её под руку. Да уж, не слишком бывшая одноклассница, девушка из неполной, неблагополучной семьи, похожа на барышню того времени.

– Постарайся ни с кем не разговаривать, – вполголоса продолжил инструктировать Костя. – Если придётся пойти в музыкальный зал – сиди там тихо и делай то же, что и другие. Аплодируют – хлопай, встают – вставай. Поняла?

Лина кивнула. За углом Костя огляделся. В парке вокруг музея почти никого не было. Только тощий лысоватый очкарик лет сорока сидел на лавочке прямо напротив ожидаемого портала. Он – не помеха: уткнулся в смартфон, и самозабвенно тычет пальцем в экран – то ли с кем-то переписывается, то ли сидит в компьютерной игре.

Костя снова взглянул на часы. Пора! Он поцеловал Лину – на удачу и для большего вдохновения – и подвёл ее к третьему окну справа.

– Протяни руку, – шепнул парень и ласково провёл ладонью по плечам Лины. – Коснись стены.

Девушка послушно вытянула руку вперёд. Удивительное дело, рука входила в стену! А Лина совсем ничего при этом не чувствовала, словно пыталась дотронуться до тени.

– Иди! – Костя на секунду крепко сжал другую её руку и тут же отпустил.

Лина колебалась, глядя на казавшуюся непробиваемой стену, в которую так легко входила ладонь. В первый раз за день девушке стало не по себе. Что ждёт её там, за стеной? Лина почти не представляет мир, в котором окажется, стоит сделать всего шаг-другой. В голове девушки мелькнула трусливая (или благоразумная?) мысль, что ещё не поздно отказаться от авантюры, вернуть вещи в музей и оставить всё, как есть. "А можно рискнуть и получить всё, что тебе нужно для счастья," – возразила сама себе Лина.

Она глубоко вздохнула и обернулась.

– Костя, я…

– Иди, я буду тебя ждать, – парень с улыбкой погладил её по щеке. – Удачи!

Лина проглотила слово "боюсь" и, закрыв глаза, шагнула вперёд. Костя в восторге смотрел, как девушка в старомодном голубом платье скрывается в каменной стене. Вот оно – главное доказательство того, что его предок в конце девятнадцатого века действительно открыл секрет перемещения во времени и пространстве! До последней минуты Костя сомневался – не подшутил ли прапрадедушка над потомками, когда писал в дневнике о своих открытиях?

Надо будет потом подробнее расспросить Линку, какие ощущения испытываешь при телепортации. Мелькнула мысль: а не пойти ли сейчас за ней? Уж Костя точно нашёл бы способ проскользнуть в дом, вдвоём им с девушкой было бы гораздо проще найти и прихватить из кабинета учёного предка нужные бумаги.

Как глупо! Если бы Костя Вечеров подумал об этом заранее, он бы хоть оделся во что-то более подходящее к случаю. Ещё полчаса назад парень мог бы, в конце концов, прихватить из музея какой-нибудь мужской костюм. Но не в джинсах же и кроссовках идти в прошлое!

Теперь было поздно об этом думать. Приходилось рассчитывать только на Лину. Побольше бы времени на подготовку, а то девушка очень смутно представляет, как вели себя в конце девятнадцатого века. Только вот времени у него нет, и так чудо, что Костя успел прочесть дневники за четыре дня до открытия портала и составить какой-никакой план по переносу в настоящее прапрадедовых бумаг.

Костя отошёл от стены и побрёл к лавочке, на которой сидел очкарик. Лина могла появиться очень нескоро, и парень приготовился к долгому ожиданию.

Очкарик вдруг резко оторвался от смартфона. Костя невольно хмыкнул: мужчина засуетился, завертелся, и стал похож на нервную клушу, от которой сбежали все цыплята. Очкарик комично ойкнул, смешно, по-птичьи вытянул шею и быстро огляделся по сторонам. При виде Кости забавный тип поморщился, на пару секунд задумался, склонив голову набок, а затем резко вскочил со скамейки. Со смартфоном наперевес он целенаправленно ринулся мимо Кости к стене, чуть не задев парня. Вечеров и моргнуть не успел, как очкарик с разбегу влетел в стену и исчез.

Тут праправнуку ученого стало не до смеха. Это ещё что? Конкурент? Но откуда он взялся? Только теперь Костя сообразил то, чего сразу не заметил от волнения и на что обязательно нужно было обратить внимание. Очкарик, несмотря на летнюю жару, парился в парке музея в старомодном тёмном костюме и шляпе. Костя попытался вспомнить подробности наряда сбежавшего в прошлое субъекта. Да, у очкарика был реальный шанс затеряться среди гостей музыкального вечера, его костюм не был бы невероятной диковинкой для того времени.

Вечеров устроился на скамейке поудобнее и воинственно расправил широкие плечи. Его грела мысль, что пройти по возвращении мимо Кости шансов у хилого очкарика не было. Как только странная личность вернётся – можно будет сразу выяснить, кто это, откуда знает про портал и, главное, зачем полез в прошлое. Не успел бы только этот тип устроить там проблемы Линке. Хотя как знать – может быть, именно ради него прапрадед и открыл сегодня портал. Ученый вполне мог запустить кого-то из своих современников-добровольцев в будущее, чтобы узнать, что там и как, а потом, в определённое время, вернуть "подопытного кролика" назад.

Эта версия показалась Косте правдоподобной и немного его успокоила. Очкарик был так увлечён смартфоном, что почти наверняка не заметил, как Лина отправилась в прошлое меньше чем за минуту до него. А если догадка Кости верна, и очкарика отправил сюда прапрадед, то получается даже лучше, что тип в старомодном костюме пошёл следом за Линкой. Девчонке будет проще: изобретатель может отвлечься, слушая рассказы добровольца о будущем.

Костя уселся на лавочку поудобнее, достал свой смартфон и открыл в интернете закладку "Карточные игры онлайн". Парень мысленно пожелал Лине удачи. Палец привычно щёлкнул по экрану. Теперь время для Кости перестанет ковылять как хромая на все лапы черепаха, и пойдёт гораздо быстрее. Парень не прозевает, если появятся Лина или – вдруг – очкарик: к выходу с территории дома-музея прапрадедушки оба они по-любому должны будут пройти мимо этой лавочки.

Внимание Вечерова тут же рассеяли карточная игра с многомудрым смартфоном и грезы о деньгах и славе, которые принесут парню прапрадедушкины открытия. Уткнувшись взглядом в экран, Костя не заметил, как из-за угла дома-музея бесшумно вынырнул крепкий молодой блондин в сером костюме. Парню совсем не шли густые усы и бакенбарды, а костюм сидел на блондине просто отвратительно. Было видно, что молодой человек не привык к такой одежде: парень машинально попытался сунуть руку в карман пиджака. Казалось, блондин собрался на маскарад, не озаботившись тем, чтобы придать своему внешнему виду и наряду хоть какое-то правдоподобие.

Вихляющей походкой, совсем не вязавшейся с его костюмом, парень подошёл к стене, провёл по ней рукой – пальцы при этом ушли внутрь камня – и вздохнул с облегчением. В следующую секунду молодой человек скользнул внутрь.

Блондин даже не знал, насколько вовремя он успел сделать шаг: через три секунды портал за его спиной закрылся, и каменная стена обрела свою обычную плотность и твердость.

Костя оторвал взгляд от смартфона. В парке было тихо. Казалось, сам воздух вокруг музея был пропитан спокойствием – не было слышно ни шагов, ни разговоров, даже ветерок умолк, и листья деревьев прекратили шуршать. Лишь над цветами на ближней клумбе жужжала припозднившаяся пчела.

Костя мельком взглянул на стену, из которой должна была появиться Лина, и снова уткнулся в смартфон. На экране призывно светилась команда: "Начать игру".

Глава 3

Сначала Лина не поняла, изменилось ли вообще что-то вокруг. Девушка шагнула в каменную стену как в обычную тень, на мгновение стало темно, а затем снова появился вечерний солнечный свет – такой же, как и был. И Лина опять оказалась у белой стены дома-музея. Только стояла девушка к ней спиной, а к парку – лицом, и Кости рядом не было. Она огляделась. Да, в парке и впрямь кое-что изменилось: на клумбах растут другие цветы, исчезла скамейка, асфальта нет, а двор вымощен крупными гладкими камнями. Да и стена дома выглядит белее, и вокруг так чисто, будто двор только что убирали.

Лина мельком взглянула на сжатый в руке музейный экспонат и ойкнула: вместо пожелтевшей от времени бумаги с бледными выцветшими чернильными буквами девушка держала новенькое белоснежное приглашение в дом господина Вечерова. Выглядела бумага так, словно хозяин дома только что исписал её чётким, изящным почерком. Лина вспомнила, что за всеми волнениями и подготовкой к походу в прошлое она даже не взглянула на приглашение. Следовало хоть выяснить, на чье имя оно выписано. Лина остановилась в паре шагов от стены и с интересом принялась читать:

"Константинъ Феодоровичъ Вечеровъ имеетъ честь пригласить Полину Сергеевну Воронову на музыкальный вечеръ. Прошу Васъ…"

Чтение прервали самым бесцеремонным образом. Кто-то сзади толкнул Лину так, что девушка еле удержалась на ногах.

– Поосторожней, пожалуйста! – привычно рявкнула она.

– О, простите, сударыня, – с церемонным поклоном бормотнул забавный тощий человечек в огромных очках.

Девушке показалось, что она совсем недавно видела этого мужчину, но рассмотреть его как следует Лине не удалось. Человечек, сверкая на солнце залысинами, почти бегом ринулся дальше, за угол дома.

Лина пожала плечами – мало ли на кого может быть похож первый встреченный ею человек из прошлого – и снова заглянула в приглашение. Так, значит, Костиного прапрадедушку зовут Константин Фёдорович, а её в приглашении называют Полиной. Имя удачное, на "Полину" Лине, в случае чего, будет легко отзываться. В паспорте у неё написано Эвелина, но сколько Лина себя помнила, никто никогда её так не называл.

Ну-ка, что там дальше?

Несмотря на прекрасный почерк писавшего, текст девушка читала медленно: уж очень диковинны были для девушки твёрдые знаки в конце слов и странные, непривычные буквы, иногда заменяющие гласные "и" и "е".

"…Прошу Васъ пожаловать въ 7 час. вечера сего июня 27 дня. Музыкальный вечеръ имеетъ быть въ доме…"

Тут Лину снова толкнули, причём гораздо сильнее, чем в предыдущий раз. Она споткнулась о камень, ноги запутались в длинном платье, и Лина обязательно врезалась бы лбом в стену, но чья-то сильная рука успела придержать девушку за плечо.

– Пардон, мадемуазель, – проговорил блондин со смешными как будто приклеенными густыми усами и совершенно не идущими к его лицу бакенбардами.

Затем, к полной растерянности Лины, блондин добавил какую-то длинную фразу. Из нее девушка поняла только, что молодой человек, ненамного старше Кости, заговорил с ней по-французски с вопросительной интонацией. Ну конечно, интеллигенты в дореволюционном прошлом хорошо знали по нескольку языков. Вид у Лины такой, что блондин в плохо сшитом костюме принял её за барышню не из простого народа.

Уф-ф, ну и что теперь делать? Ему ведь полагается как-то ответить?

Лина растянула губы в улыбке, больше похожей на нервную гримасу. Девушка кивнула в надежде, что этого будет достаточно. Но, как оказалось, первое испытание для неё только началось. Блондин галантно протянул девушке полусогнутую в локте руку и снова заговорил. Среди плавно льющихся и мягко звучащих фраз на незнакомом языке Лина уловила хорошо известное ей слово: "Вечеров".

Приунывшая было девушка воспряла духом. Похоже, молодой человек с бакенбардами тоже собрался на музыкальный вечер у Костиного прапрадедушки. Это хорошо, в компании общительного парня Лине будет не так страшно. Только понимать бы ещё, что он говорит…

Девушка решительно взяла блондина под руку и, улыбаясь болтающему спутнику, зашагала с ним вдоль дома в сторону входа. Уже через несколько шагов она поняла: сопровождающий оказался очень кстати. Каблуки босоножек цеплялись о камни, длинное платье мешало при ходьбе, так что девушка с непривычки успела несколько раз споткнуться по пути в дом. Хорошо хоть не выругалась случайно, то-то блондин удивился бы её "французскому".

В дом Лина заходила, еле сдерживая нервную дрожь. Ей совсем не хотелось смотреть, что и как было в прошлом. У девушки было только одно желание: поскорее попасть в кабинет учёного старика и как можно быстрее благополучно выбраться отсюда в своё время, к ожидающему её Косте! За минуту Лина полностью осознала, что понятия не имеет, как себя здесь вести и что говорить. А о возможных разговорах на французском девушка боялась даже подумать.

Блондин с бакенбардами, похоже, был в доме своим человеком, так как никакой бумаги встречающему гостей слуге не показал. Он просто, продолжая что-то говорить по-французски, прошёл вместе с Линой по коридору вслед за безупречно вежливой девушкой в длинном тёмном платье и накрахмаленном белоснежном фартуке, провожающей их в музыкальный зал.

Придуманный Костей самый безопасный план действий с треском проваливался: отстать или нырнуть в какую-нибудь дверь незаметно для болтливого спутника и молчаливой служанки было невозможно. Лина с тоской осознала, что ей таки-придётся пойти на организованный стариком концерт.

Дверь музыкального зала распахнулась перед незваной гостьей. Блондин пробормотал что-то насчёт "пардон", Лина машинально выпустила его руку, и молодой человек уверенно зашагал дальше по коридору. Надо же – сопроводил Лину до зала, а сам куда-то удрал! Девушка стиснула зубы, чтобы как-нибудь не выдать досады. Это ей, Лине, нужно было бы сказать: "Пардон", – и уйти. Только вот уйти было некуда. Девушка стиснула зубы и шагнула в знакомое просторное помещение.

В музыкальном зале оказалось полно народу. Будущие слушатели сидели на поставленных в несколько рядов стульях. Под гул тихих голосов многочисленных гостей Костиного прапрадедушки Лина, нервно озираясь, сделала несколько шагов. По краям рядов свободных мест девушка не увидела, а пробираться дальше не рискнула. Во-первых, неизвестно, как правильно попросить людей дать ей пройти – кто его знает, может, тут принято только по-французски общаться? А во-вторых, – и это главное – Лине лучше было не забираться слишком далеко. Вдруг удастся выскользнуть из зала во время концерта?

В первом ряду почти с краю пустовала пара стульев. Выбирать не приходилось, и Лина направилась туда. Стул оказался жёстким, на деревянную спинку невозможно было опереться. Лина осторожно пошевелила затёкшей шеей: девушка не привыкла всё время держать голову прямо, а стоячий воротничок упорно этого требовал.

Сидящий рядом шатен с длинноватыми волосами негромко разговаривал с пожилой дамой, отвернувшись от Лины. Общение шло, к радости девушки, по-русски, собеседники с удовольствием обсуждали предстоящий концерт.

– Это такое событие для всего города! – ворковала седая дама, обмахиваясь веером из каких-то перьев. – Как прекрасно, что у вас получилось за два дня разослать приглашения всем ценителям музыки.

Лина чуть не хмыкнула. Да уж, великое событие – какой-то домашний концерт в глубокой провинции! В следующие секунды она немного позавидовала старушке: в зале было жарко, душно, и сама Лина тоже не отказалась бы от веера.

За спиной зааплодировали: вторая дверь, находящаяся у самой сцены, открылась. В зал вошёл высокий молодой человек чуть старше Лины. Она прикусила губу, сдерживая нервную улыбку: коротко стриженный, носатый, нескладный парень в старомодном костюме с длинным пиджаком выглядел совсем несолидно. Это он, что ли, будет тут играть?

Лина покосилась на дверь. А что, если выскользнуть из зала прямо сейчас? Может же дама выйти в туалет, или как он тут по-культурному называется? Девушка уже собиралась подняться, когда темноволосый мужчина рядом с ней повернулся к сцене, а затем, краем глаза заметив Лину, – к новой соседке. Увидев его лицо, девушка от неожиданности буквально приросла к стулу. На неё смотрел Костя. Только он был лет на пятнадцать постарше, с длинными волосами (надо сказать, они ему шли) и в непривычном, кажущемся нелепым костюме из далёких времён.

В серых глазах соседа промелькнуло удивление, затем он вежливо склонил голову. Лина выдавила из себя улыбку. Оставалось только радоваться, что носатый парень уже усаживается за блестящий чёрный рояль. Девушка готова была слушать любую музыку, лишь бы не пришлось ничего говорить. Лина мысленно чертыхалась. Ну почему, почему она не посмотрела в музее хотя бы на годы жизни Костиного прапрадеда? Не разглядела как следует его портреты в молодости? Лина шла в прошлое почему-то в полной уверенности, что прапрадедушка в эти годы был уже пожилым, а от революции бежал глубоким стариком.

Лина внимательнее присмотрелась к сидящему рядом мужчине. Ему лет тридцать пять, а то и меньше. Почти наверняка у обеспеченного человека такого возраста в старые времена должны были быть супруга и несколько детишек.

О семье хозяина дома Лина до этого вообще не думала. Как же усложняется её задача! Девушка представляла здесь лишь старика-хозяина и нескольких слуг, которые вряд ли станут ходить ночью по дому. Только теперь Лина сообразила, что тут может жить масса народу.

Пианист взмахнул длинными руками, ладони молодого человека показались Лине огромными. Пальцы пианиста коснулись желтоватых и чёрных клавиш, и зазвучало что-то очень знакомое. Казалось, из рояля доносится колокольный звон, то высокий, то низкий, и колокола тревожно перезваниваются между собой. Как же созвучна была эта музыка настроению Лины! Девушка, стараясь дышать поглубже, нервно теребила край рукава музейного платья. В голове, в такт колокольным звонам бились мысли: "Что делать? Как достать бумаги? Как вернуться назад, к Косте?"

– Вы тонко чувствуете музыку, – тихим приятным голосом заметил Костин прапрадед в паузе между пьесами. – Как ваше имя, сударыня?

При этом он, как и все гости, аплодировал парню. Лина тоже хлопала. Руки девушки заметно дрожали, а главной мечтой было – оказаться в кабинете хозяина.

– Л-лина, – срывающимся от волнения голосом прохрипела она.

– Простите? – недоумённо приподнял брови Константин Фёдорович.

– Полина, – собрав все силы, выдохнула девушка.

Какое полное имя было написано-то в той в музейной бумажке? Ах, да!

– Полина Сергеевна Воронова, – произнесла Лина. – Спасибо вам за приглашение, Константин Фёдорович.

Удивление во взгляде Костиного гениального прапрадеда росло с каждой секундой. Тут, к счастью, неудобный диалог пришлось прервать: пианист заиграл что-то такое лёгкое и воздушное, что Лине представилось, как звенящие высокие звуки заплетаются в кружева. Вот уж чего девушка не ожидала – того, что ей может понравиться игра молодого провинциального музыканта конца девятнадцатого века.

– Гений! – восторженно выдохнул кто-то за спиной.

– Кто это? – поспешно спросила Лина при следующих аплодисментах, заметив, что Константин Фёдорович собирается что-то ей сказать.

– Рахманинов, – коротко ответил хозяин дома, наградив её странным взглядом.

Теперь Лина сообразила, что слышала первую пьесу – ту, где она представляла перезвон колоколов, – на уроке в школе. Правда, вспомнить, как называется это произведение, Лина не смогла бы даже под угрозой смерти.

– А играет кто? – уточнила она, пока Костин гениальный предок не успел заговорить о чём-то другом.

И на всякий случай кивнула в сторону пианиста.

– Сергей Васильевич Рахманинов, – подчеркнуто вежливо произнёс хозяин дома.

Лина ошеломлённо уставилась на носатого. Ничего себе! Вот этот нескладный парень – тот самый Рахманинов?! Знаменитый композитор? На портрете в школьном учебнике он выглядел суровым и солидным. Впрочем, на том портрете Сергей Васильевич был намного старше.

Лина с возрастающим интересом разглядывала совсем молодого музыканта, будущую мировую знаменитость, и слушала музыку – в основном, незнакомую. Надо будет обязательно рассказать Косте, что это был за вечер. Её любимый даже не представляет, какой концерт организовал в этот день его прапрадедушка!

Время летело с немыслимой скоростью. От музыки Лину всё больше отвлекал вопрос: что делать дальше? Впрочем, ответ нашёлся быстро. Вернее, два варианта ответа. Если получится – надо затеряться среди гостей и где-нибудь спрятаться. Если не получится – спокойно выходить из дома со всеми остальными. Должен же быть способ пробраться в дом ночью. В конце концов, на первом этаже есть большие окна.

Как только концерт закончился, и люди начали подниматься со стульев, Лина сорвалась с места. Однако в следующую секунду её цепко и совсем не галантно схватили за кисть руки. Девушка машинально дёрнула рукой, пытаясь вырваться.

– Простите, сударыня, – негромко и твердо произнёс Константин Фёдорович, чуть крепче сжимая её руку. – Вам придётся здесь задержаться.

– Но… – ошалело начала Лина.

– Вы желаете подойти к музыканту? – громче и гораздо вежливее спросил хозяин дома. – Прошу вас! – он сделал свободной рукой галантный жест, словно пропускал девушку вперед. – Я тоже хотел поблагодарить Сергея Васильевича.

Лине стало не по себе. Как отреагировала бы на такое поведение учёного благородная дама? Наверняка любая из присутствующих возмутилась бы и начался бы страшный скандал. Но Лина-то этот самый скандал устроить при всём желании не может, потому что у всех тут же возникнет вопрос: кто она такая?

Хозяин дома бесцеремонно доволок "на буксире" незваную гостью до окружённого поклонниками композитора. Константин Фёдорович вежливо улыбался, что-то учтиво говорил, кажется, благодарил музыканта, а Лина, стоя рядом с будущей мировой знаменитостью, чувствовала, как леденеют руки и становятся ватными ноги.

Как только учёный и девушка отошли от композитора, Костин прапрадед незаметно выскользнул в боковую дверь, вытащив за собой в широкий коридор и Лину.

– Что это значит? – попыталась возмутиться она.

– Это значит, сударыня, что меня очень интересует, кто вы и что делаете в моём доме, – сухо сказал Константин Фёдорович. – Мне бы не хотелось портить гостям и талантливому пианисту такой прекрасный вечер скандалом, и посему я позволил себе тихо вывести вас из зала.

– Я – Полина Сергеевна Воронова, я пришла по вашему же приглашению… – Лина пыталась говорить возмущённо, но её голос звучал всё более неуверенно.

– Сударыня, загляните в комнату и посмотрите в сторону окна, – с лёгкой долей насмешки произнёс хозяин дома. – Видите вон там почтенную даму в чёрном?

У окна действительно стояла, опираясь на руку молодого человека, иссохшая высокая старуха в чёрном платье и тёмной шляпе, на полях которой умещались не только крупные искусственные цветы, но и фрукты. Лина чуть не спросила, настоящие ли яблоки и виноград прицеплены к головному убору дамы, но вовремя опомнилась – очень уж неуместно прозвучал бы в такую минуту этот вопрос. Под тяжелым взглядом хозяина дома девушка невольно поёжилась и кивнула.

– Это и есть Полина Сергеевна, – сообщил Костин прапрадед. – Кто вы и откуда взяли приглашение на её имя – расскажете позже. А пока будьте любезны посидеть здесь!

Он распахнул дверь кабинета и слегка подтолкнул Лину внутрь. Дверь захлопнулась. Девушка услышала, как повернулся в замке ключ, затем из коридора донеслись звуки удаляющихся шагов.

Вот и сбылось то, чего хотела Лина: она одна в кабинете учёного, и можно не бояться, что в ближайшие минуты сюда кто-то войдёт. Однако ликования девушка не испытывала, наоборот, она насторожилась. Всё оказалось слишком уж просто. Не мог же изобретатель сам отправить незваную гостью туда, где открыт портал в двадцать первый век! Или мог?

Лина коснулась стены слева от двери, провела вдоль неё рукой. Стена была твердой, прохладной и гладкой, в общем – самой обычной. Какое-то время Лина прощупывала по сантиметру все стены кабинета там, где могла до них дотянуться. С каждым мгновением девушку всё больше захлёстывала паника. Портала не было!

Лина дрожащими руками рванула на себя массивный верхний ящик деревянного письменного стола. Внутри – ничего. Ни одной даже самой завалящей, смятой или разорванной бумажки. Лина торопливо выдвинула средний и нижний ящики. Ничего.

Девушка тяжело опустилась на стул и оперлась о стол локтями. Что-то пошло совсем не так, как рассчитывал Костя, и теперь Лине в самое ближайшее время предстоит очень неприятное объяснение с хозяином дома. В коридоре слышался топот и гул голосов. Похоже, гости начинали расходиться.

Лина нервно потёрла руки. В голове не было ни одной дельной мысли, и девушка даже не представляла, что и каким образом она будет объяснять Константину Фёдоровичу.

Глава 4

Голоса затихли, из коридора снова донеслись шаги, теперь уже одного человека. У Лины перехватило дыхание: время разговора с ученым подошло, а она так и не придумала, что говорить возмущённому хозяину дома – в том, что по коридору идет Константин Фёдорович, девушка не сомневалась. Шаги замерли перед кабинетом, когда послышался знакомый голос:

– Константин Фёдорович, здравствуйте! Извините, что вломился к вам без приглашения, но я так мечтал с вами познакомиться. Вы – мой кумир в мире науки!

Говорил тот самый блондин с забавными бакенбардами, который пытался пообщаться с Линой по-французски. Только теперь он изъяснялся по-русски, а в его голосе звучали восторженные нотки.

– Позвольте, сударь… – с удивлением начал Костин прапрадед

– Я два года ждал дня, когда вы откроете портал… – гнул своё блондин. – До сих пор не верится, что я здесь! До последнего меня терзали сомнения относительно возможности телепортации. Но ваш портал сработал безупречно! Я даже ничего не почувствовал, просто был в одном времени, а потом оказался в совсем другом.

– Портал? – недоверчиво переспросил учёный. – Откуда вы о нём узнали, сударь? Я сегодня впервые открыл портал всего на несколько минут, и сам ещё понятия не имею, в какой именно день он вёл.

– Вы описали это в дневнике, – с придыханием произнёс блондин.

– Молодой человек, я не веду дневников, – суховато возразил Константин Фёдорович. – Но то, что вы говорите – очень, очень интересно, – после небольшой паузы более оживленно добавил он. – Пройдёмте в зал, и вы мне всё подробно расскажете.

Шаги отдалились. Лина глубоко вздохнула. Хорошо хоть, она не одна явилась к ученому через портал. Теперь Костин прапрадедушка точно поверит в её историю и отправит обоих гостей из будущего назад. Непонятно только, зачем он завёл дневник и описал свой опыт с порталом, если хотел скрыть умение телепортации? Неужели Константин Федорович считал, что никто не прочтёт его записи?

Сколько прошло времени – Лина не знала. Откуда-то издали доносились оживлённые голоса: блондин явно поладил с Костиным прапрадедом. У заскучавшей в ожидании хозяина дома Лины мелькнула мысль открыть дверь кабинета своим ключом, спрятанным под шляпкой, но ключа там не оказалось. Девушка хорошо помнила, как Костя прикреплял ключи от кабинета и от ящика стола изнутри к шляпке лейкопластырем. Пластырь был на месте и держался хорошо, а вот ключи исчезли.

В кабинете стало совсем темно, вечер сменился ночью. Похоже было, что хозяин дома так увлёкся беседой с гостем из далёкого будущего, что полностью забыл о запертой в кабинете девушке. Лина задумчиво посмотрела на деревянную дверь. Постучать для привлечения внимания точно стоило, но колотить в неё руками было бы больно. Поэтому Лина сняла босоножку и принялась молотить в дверь каблуком.

Сколько можно держать гостью, пусть даже и незваную, взаперти? Константин Фёдорович мог бы уже и сообразить, откуда явилась Лина. А если не сообразил – так она ему расскажет.

– Что здесь происходит? – раздался из-за двери возмущённый голос хозяина.

– Выпустите меня отсюда! – не менее возмущённо заверещала Лина. – Это несправедливо! С другим человеком, пришедшим из вашего портала, вы общаетесь, а я сижу одна в темноте… Это, в конце концов, просто невежливо!

Дверь распахнулась. Костин прапрадедушка молча вручил ей зажжённую толстую свечу в тяжёлом подсвечнике, кажется, медном, и явно собрался снова закрыть дверь.

– Подождите, я тоже пришла через портал… – быстро заговорила Лина.

– Я это уже понял, сударыня, – холодно ответил хозяин дома. – Только молодой человек сразу сообщил, кто он, откуда и зачем явился ко мне, а вы вместо этого устроили комедию с чужим приглашением. Так что, с вашего позволения или без оного, я сначала договорю с тем гостем, а после побеседую с вами. Меня очень интересует цель вашего визита.

Дверь захлопнулась. Лина со вздохом поставила тяжеленный подсвечник на стол. Затем девушка сняла вторую босоножку – сколько можно ходить на каблуках? – и кинула обувь рядом со стулом. Каблуки гулко стукнули по паркету. Лина попыталась устроиться на стуле поудобнее, но – увы – сидеть с ногами на узком сидении было слишком тесно. Девушка задрала платье до колен. Давно надо было так сделать, в кабинете было жарко. Лина закинула ногу на ногу, босая ступня при этом машинально начала покачиваться.

Немного поразмыслив, незваная гостья решила: придётся рассказать хозяину дома о Костиной просьбе. Девушка всё равно не сможет с ходу придумать правдоподобную историю – в голову ничего не идет. В общем-то нет ничего страшного в том, что потомок хотел спасти уничтоженное гениальным ученым изобретение. Во всяком случае, Лина изо всех сил пыталась себя в этом убедить. О том, как на объяснение отреагирует суровый Константин Фёдорович, девушка старалась не думать.

Вскоре из коридора снова донеслись приближающиеся шаги и голоса. Хозяин дома что-то сердито выговаривал, блондин почти безуспешно пытался вставить несколько слов в коротких паузах.

Лина затаила дыхание. Ну, и чем парень разозлил учёного?

– Я вам уже несколько раз повторил, милостивый государь, у меня нет вина с кокаином! Нет, не было и – могу поручиться – не будет! – гремел басом Костин прапрадедушка.

– Но я сам читал… – горячился блондин.

"Вот болван!" – с досадой мысленно ругнулась на непонятливого парня Лина. Ну чего он уперся? Сказали, нет – значит, нет. Парню хорошо, он пообщается со своим "кумиром" и уйдет назад, а ей потом придётся объясняться с раздраженным Константином Фёдоровичем, который и так симпатии к гостье не испытывает.

– Не знаю, что и где вы читали, но я считаю, что кокаин очень вреден! – горячился учёный. – Я – в числе тех, кто пытается это доказать и способствовать его запрету! И я ни в коем случае не стал бы добавлять его в вино, я не пью "Вино Мариани" именно из-за кокаина в его составе.

– А дурманящее вещество? – вступил в паузе молодой человек.

Лина вжала голову в плечи. Да что ж блондину все неймется! Даже она по реакции Константина Фёдоровича понимает, что никакие наркотики учёный не изготавливал. Дождётся парень – выгонит его Вечеров, вытолкает из дома в портал.

– Сударь, это возмутительная клевета! – горячо ответил Константин Фёдорович. – Я не изготавливаю подобные препараты!

– Но дневники точно написаны вашим почерком! Они были сохранены вашим сыном, потом внуком и правнуком…

– Я несколько раз повторил, что не занимаюсь и не занимался подобными исследованиями. Что вы от меня хотите? – более спокойно, с откровенной насмешкой в голосе спросил Константин Фёдорович. – Чтобы я теперь же специально для вас смешал коктейль из вина с кокаином?

Лина невольно хмыкнула.

– Разумеется, нет! – горячо заговорил блондин. – Наоборот, я хотел попросить вас уничтожить как можно скорее все записи об их составе…

– Чьём составе? – голос Костиного прапрадеда прозвучал почти издевательски.

– Вина. И синтетического наркотика, – менее уверенно произнёс гость.

– К сожалению, не могу исполнить вашу просьбу: у меня нет таких записей, – иронически сообщил учёный. – Это все ваши пожелания?

– Нет! Возьмите меня к себе в ученики. Хоть на неделю… Я пишу диссертацию, то есть, научный труд о вашей научной деятельности… – блондин начал говорить пылко, но с каждым словом его голос звучал всё неувереннее.

– Для меня это весьма лестно, – суховато ответил Константин Фёдорович. – Желаю вам успехов в ваших научных трудах. Но простите, ученик мне не нужен, и я не готов пригласить вас на неделю пожить в моём доме. Поэтому я сейчас же отправлю вас назад, милостивый государь.

За тёмной портьерой что-то зашуршало. Улыбка слетела с лица Лины. Она не думала об этом, но в доме наверняка есть грызуны. Мышей-то девушка не боится – не кисейная барышня, – а вот крысу совсем не хотелось бы увидеть. К счастью, дверь наконец-то открылась. Увидев Лину, блондин с поклоном попытался снова что-то сказать по-французски.

– Можешь не стараться, я всё равно ничего не понимаю, – отмахнулась девушка.

Лицо парня вытянулось, а глаза округлились и сильно расширились.

– Барышня из вашего времени, – проронил Костин прапрадед ответ на изумлённый взгляд гостя.

– А я-то подумал, что девушке правила приличия не позволили общаться с незнакомцем, – улыбнулся блондин. – Хотя, если честно, вообще на эту тему не задумывался. Увидел около дома девушку с приглашением в руке, подумал, что смогу проскочить с ней в дом, ну и пошёл рядом.

– Что ты хоть говорил? – хмыкнула Лина.

– Что тоже иду на музыкальный вечер, что погода прекрасна, и что я рад с тобой встретиться.

Парень произнёс несколько слов на языке Гюго и Дюма. Константин Фёдорович при этом поморщился, будто от зубной боли.

– Французский у Вас, сударь, ужасный, – сказал учёный. – Почему вы позволяете себе столь фамильярно общаться с дамой? Вы знакомы?

– Пока что – нет. Не удивляйтесь, Константин Фёдорович, в наше время общение стало гораздо проще, – торопливо объяснил блондин. – Вот, например, я могу сейчас договориться с этой очаровательной девушкой о встрече и повести её завтра в кафе или кино. Согласна? – он весело посмотрел на Лину.

– Нет, – сухо ответила она.

– Вы в своём уме, сударь? – холодно осведомился учёный. – Что вы себе позволяете? Это приличный дом!

– Но в моём предложении нет ничего неприличного…

– Сейчас я открою портал, и вы отправитесь домой, – твёрдо произнёс Костин прапрадедушка. – Выйдите-ка отсюда оба.

В коридоре перед запертой дверью кабинета блондин снова заговорил о кино и кафе.

– Посидим, просто пообщаемся… – зудел он. – Может, тебе самой потом не захочется уходить.

– Мне уже хочется, – буркнула Лина, с тоской глядя на дверь.

Хозяин дома выглянул в коридор и сообщил:

– Портал в стене открыт на полминуты.

В тот же миг за его спиной из-за портьеры вынырнул тощий очкарик. Тот самый, что толкнул Лину на улице, когда она читала приглашение на музыкальный вечер. В два огромных прыжка человек подскочил к стене. Не успела Лина ойкнуть, а учёный до конца повернуться в его сторону, как очкарик исчез, словно прошёл сквозь стену.

– У него в руках была толстая папка. Кажется, с бумагами, – пролепетала Лина. – Это он забрал всё из стола.

– Какого ещё стола? – непонимающе сморгнул Костин прапрадедушка.

– Вашего письменного стола. Там ничего нет…

– С этим потом разберёмся, – отмахнулся хозяин дома. – Сударь, не стойте истуканом, время идёт!

Блондин ринулся к стене, крикнув девушке:

– Встретимся завтра у музея в шесть! Пока!

Костин прапрадедушка загородил Лине путь в кабинет, и она с тоской смотрела, как исчезает назойливый исследователь научной деятельности Вечерова.

– Наконец-то проводил гостя, теперь можно и с вами поговорить, – с явным облегчением произнёс учёный. – Как вас зовут?

– Лина, – устало ответила она. – Можно на ты.

– На ты? – брови хозяина дома приподнялись. – Нет уж, сударыня, мы с вами не настолько близки. В наше время многие обращаются на Вы даже к жёнам.

– Вы тоже? – не удержалась от неуместного любопытства Лина.

– Я не женат, – суховато ответил Константин Федорович. – У вас есть нормальное имя?

– Эвелина, – нехотя сказала Лина.

– Отчества в вашем мире, видимо, не приняты? – покачал головой Костин прапрадедушка. – Странная у вас, в будущем, жизнь, судя по рассказам отбывшего гостя. Ну да ладно, не о том пойдёт речь. Скажите-ка, Эвелина, для чего вы сюда явились? Я так понимаю, вы тоже начитались дневников, которых я не писал?

Лина смешалась. Сказать правду оказалось непросто.

– Я сама их не читала. Меня попросил Костя, он ваш праправнук… В общем, он прочёл дневники из музея… Из вашего дома-музея… и попросил меня сюда пойти.

– Праправнук? – скептически переспросил учёный. – Почему же он не пришёл сам?.И зачем отправил сюда барышню, которая понятия не имеет, как ведут себя в наше время? Надеюсь, вы-то прибыли не за кокаиновым вином и одурманивающим веществом?

– Под конец жизни вы уничтожили… то есть, уничтожите записи о своих изобретениях, – Лина опустила глаза, теряясь под пристальным взглядом хозяина дома. – Никаких записей о телепортации не останется. Она до сих пор не открыта, и никто в наше время не знает о том, что вы её исследовали. А ведь телепортация многим облегчила бы жизнь…

– Это спорный вопрос, сударыня, – вежливо вступил в паузе Константин Фёдорович. – Я почти не делаю записей, потому что представляю, сколько зла может принести миру способность людей мгновенно перемещаться во времени и пространстве. Так зачем же мой потомок отправил вас сюда?

– Костя хотел спасти хоть что-то и попросил, чтобы я принесла бумаги из вашего кабинета…

– То есть – выкрала? – любезно подсказал Костин прапрадедушка.

Лина не поднимая глаз кивнула.

– Любопытно. Значит, мой потомок радеет о благе всего человечества, – процедил учёный. – С целью вашего визита всё понятно. Только – повторю вопрос – почему же этот праправнук не пришёл сам?

– В музее было приглашение только на женское имя, – почти прошептала Лина, чувствуя, как горят щёки. – Честное слово, я ничего не успела взять. В столе ничего не было. Ну, хотите – обыщите меня, только откройте портал назад, пожалуйста.

– Обыскать? – иронически хмыкнул молодой прапрадедушка. – Заманчивое предложение, но я всё же от него откажусь. Эвелина, неужели вы и мой потомок думали, что я стал бы держать важные бумаги в открытом ящике? Видимо, об этом упоминается в странных, якобы моих, дневниках, раз и вы, и тот мелкий воришка интересовались содержимым моего стола. На самом деле, ничего интересного для вас там не было. Я храню в столе не слишком нужные бумаги: приглашения, несколько писем, счета… В общем, такая потеря огорчения не вызывает. А вот столь предприимчивый потомок для меня – неприятный сюрприз. Вор и трус… – Константин Фёдорович с неодобрением качнул головой. – Надо же, отправил женщину меня обворовать! Кстати, а вы, Эвелина, ему кем приходитесь?

Лина замялась. Ну и как объяснить человеку из прошлого, что она – девушка его праправнука? Впрочем, Лина и сама пока не знает, кем она приходится Косте.

– Невестой… – начала девушка и, пару секунд подумав, добавила: – Наверное…

– Наверное, – задумчиво повторил Костин прапрадедушка. – Очень любопытные нравы в вашем времени, если барышня даже не знает точно, сосватана она или нет. Ну и что же вы оба собирались делать с выкраденными бумагами? – после короткой паузы спросил он уже деловым тоном.

– Не знаю. Костя хотел получить за них деньги, снять для нас квартиру, оплатить моё обучение…

– То есть, он собирался их продать, – понимающе кивнул учёный.

– Константин Фёдорович, отпустите меня, – устало произнесла Лина. – Я сказала всё, что знаю. Я не читала ваших дневников. А ключи от кабинета и стола потерялись…

– Почему потерялись? – молодой прапрадедушка кивнул на лежащий на столе ключ. – Вот ключ от двери кабинета, от стола тоже есть, но обычно ящики незаперты. Вы хотите сказать, что у вас были с собой эти ключи? Удивительно предприимчивый у меня потомок! Если он стащил их из музея, то здесь эти ключи, естественно, исчезли. Они же изначально тут есть, ключи не могли раздвоиться.

Девушка непонимающе моргнула.

– Впрочем, это неважно, – впервые улыбнулся ей Вечеров. – Вы так хотите меня покинуть, потому что вас ждут дома? Понимаю, возвращение в такой час могло бы вас скомпрометировать. Но я в любой момент могу отправить вас в ваш мир так, чтобы вы оказались там через несколько минут после того, как столь опрометчиво шагнули в портал.

Скомпрометирует? Лина нервно хихикнула, вспомнив мать с Вовчиком и звуки, доносившиеся из открытого окна. Даже если она вообще не вернётся домой, неизвестно на какой день это заметят, а осознают и того позже.

– Меня это не скомпрометирует. И дома не ждут. Только Костя сейчас сидит перед музеем.

Девушка невольно вздохнула, вспомнив, как мечтала о квартире, в которой будет жить с Костей. Впервые в голову Лины пришел неприятный вопрос: а нужна ли она будет бывшему однокласснику, если явится из прошлого с пустыми руками?

– Значит, тем более, можете спокойно задержаться. Похоже, мой праправнук не стоит того, чтобы слишком к нему спешить.

Рука молодого прапрадедушки коснулась её плеча. Лина глубоко вздохнула. Похоже, так просто отсюда не выбраться. Константин Фёдорович открывать портал не собирается, зато уже начинает дотрагиваться до Лины. Кажется, в его время это было так же не принято, как и обращение "на ты". Не нужно обладать большим умом, чтобы понять, чего может хотеть мужчина, оставшись с девушкой ночью наедине.

Глава 5

Лина прекрасно понимала, что других вариантов вернуться в свое время у нее нет. Раз уж она полностью зависит от хозяина дома, лучше уж ускорить события. Наверное, получив, что хочет, учёный наконец отправит незваную гостью домой. Не так, конечно, девушка представляла эту ночь, но отвращения мужчина не вызывал. Честно говоря, Константин Фёдорович был достаточно привлекателен и, к тому же, похож на Костю.

Девушка придвинулась к хозяину дома ближе, так что коснулась его грудью, приподнялась на носочки, чтобы оказаться с ним почти лицом к лицу. На этот раз недоумения в глазах Константина Фёдоровича не было, наоборот, в них заплясали шальные огоньки. Мужчина наклонился и неторопливо поцеловал Лину в губы, его руки поглаживали тело девушки – ласково и при этом властно, как будто только так и должно было быть.

– Лина и "на ты", говоришь? – прошептал хозяин дома, ненадолго отрываясь от её губ. – Пойдём.

Он подхватил девушку на руки и толчком ноги открыл дверь кабинета.

– В спальню? – тихо спросила Лина.

– А ты знаешь, где спальня? – хмыкнул мужчина и снова прильнул губами к её губам.

Белая шляпка полетела на пол в коридоре.

В спальне девушка ничего толком не успела разглядеть, поняла лишь, что кровать не слишком широкая, а простыня на ней – шёлковая. Ой, похоже, учёный вёл очень весёлую холостяцкую жизнь! Во всяком случае, Константин Фёдорович быстро и ловко, явно привычно расстёгивал пуговички на её платье и развязывал завязки. Голова кружилась от прикосновений и поцелуев, и Лина с изумлением поняла, что она совсем не чувствует себя жертвой. Больше того, ей действительно хотелось быть с этим мужчиной, так похожим на Костю.

– Хотела, чтобы я тебя обыскал? – со смешком спросил хозяин дома.

Его руки сорвали платье и добрались до груди Лины.

Да, Костин прапрадедушка действительно оказался опытным любовником. Лина даже забыла, что согласилась лечь с ним в постель только потому, что хотела поскорее попасть в своё время. Правда, вспомнила девушка об этом почти сразу, как только случайный любовник из прошлого, тяжело дыша, отстранился от её тела.

– Странный у вас мир, – пробормотал взлохмаченный учёный. – Там все девушки так легко расстаются с невинностью?

– Кто как, – Лина отвела взгляд.

Да уж, думала подарить себя Косте, а что получилось? С ума сойти: её первый мужчина – прапрадедушка её парня!

– А мне почему сразу не сказала? Признаться, я не думал, что у тебя нет… хм-м-м… определённого опыта.

– Это могло что-то изменить?

Лина попыталась отодвинуться, но мужчина обнял её и притянул с себе.

– Вряд ли я бы тебе отказал, – улыбнулся он. – Ты очень недвусмысленно дала понять, что хочешь этого.

– Я?! Ты же положил мне руку на плечо и сказал, что мне некуда спешить!

Молодой прадедушка тихо рассмеялся и с удовольствием провёл кончиками пальцев по её груди.

– Так вот что ты обо мне подумала? Нет, я всего лишь хотел расспросить тебя побольше о твоём времени и своих потомках. Но так вышло гораздо лучше.

– Открой портал, пожалуйста, – попросила Лина.

– Куда тебе торопиться? – мужчина заскользил губами вниз по её шее. – Сама же говоришь, что дома тебя не ждут. Тебе со мной плохо?

Лина вздохнула поглубже. А вот это вопрос так вопрос! В том-то и дело, что рядом с этим мужчиной ей хорошо, настолько хорошо, что и уходить не хочется. А уйти надо, и как можно скорей: потом сделать это будет больнее.

– С тобой – не плохо, но я же знаю, что это – на один раз, – вздохнула Лина. – Я так не могу, понимаешь?

– Понимаю, – шепнул он и потёрся головой о её плоский живот. – Хоть что-то в вашем мире осталось правильного. Так почему тебя не ждут дома, Эва?

Девушка грустно улыбнулась. Никто никогда не называл ее Эвой. Это имя звучало приятно, гораздо лучше, чем "Лина".

– Потому что мой мир сильно отличается от твоего, – девушка сглотнула неожиданно появившийся в горле комок. – Здесь – твои опыты с телепортацией, благополучная жизнь, беседы на французском, дамы с веерами, слуги, концерт Рахманинова на дому… А я живу с мамой в маленькой комнатке, отца никогда не видела. Подозреваю, что мать и сама не знает, кто он. В наше время этим никого не удивишь, – добавила Лина, поймав недоумевающий взгляд любовника. – А мама… В общем, она пьёт. Прошлую ночь я просидела на улице: дома невозможно находиться. Наверное, если бы я совсем исчезла, она бы не расстроилась.

– Вот как? – мужчина немного отстранился, не выпуская её из объятий и внимательно посмотрел на Лину. – А что же мой правнук?

– Праправнук, – машинально поправила она.

– Неважно. Какая семья у него?

– Благополучная, – улыбнулась девушка. – Можешь не переживать, они живут совсем по-другому. У них большой дом. Костя учится, его родители занимаются наукой. Ну, не так, как ты, конечно…

– О них расскажешь потом, – мужчина нахмурился. – Этот Костя представляет, как ты живёшь?

Лина кивнула. Константин Фёдорович снова притянул её к себе, прижал головой к своей груди.

– А знаешь что, Эва? Пожалуй, я не стану открывать портал.

– Хочешь, чтобы я осталась до утра? – не поняла Лина. – Не надо. Если задержусь, мне будет труднее уйти…

Она осеклась. Есть вещи, которых не стоит произносить вслух. Особенно когда ничего нельзя изменить.

– Даже так? Мне определённо нравится откровенность девушек вашего времени, – Константин Фёдорович улыбнулся. – Тем лучше. Тебе и не нужно уходить, Эва. Я хочу, чтобы ты осталась здесь, со мной.

– Ты с ума сошёл?! – Лина попыталась вырваться, но объятия любовника из прошлого стали только крепче. – Как я могу здесь остаться?!

– Ты ведь сама говоришь, что дома тебя никто не ждёт. А если думаешь, что тебя ждёт мой потомок, то ошибаешься – судя по всему, он просто хочет заполучить мои бумаги. Там ты никому не нужна, тебе нечего терять в твоём времени. В бывшем твоём времени, – с явным удовольствием уточнил мужчина.

– Я понимаю, – Лина прижалась головой к его руке. – Но там я есть, а здесь я – никто, меня ещё не существует… Я же родилась больше, чем через сто лет!

– По-моему, ты очень даже существуешь, – мужчина по-хозяйски прошёлся руками по её телу. – Я выправлю тебе документы за несколько дней, это будет несложно сделать.

– Константин Фёдорович, опомнитесь! Где я буду жить? Что я вообще тут буду делать? – Лина снова попыталась вывернуться из его рук.

– Ты выйдешь за меня замуж. Жить будем, разумеется здесь, а заняться… Ну, думаю, найдёшь, чем заняться, – невозмутимо произнёс мужчина и вдруг слегка куснул её за мочку уха. – И называй меня "на ты", без отчества.

– Костя… – сказала Лина, помедлила, словно пробуя имя на вкус, примеряя к мужчине, а затем повторила: – Костя… Это безумие!

– Ни в коей мере.

– Ты толком не знаешь меня…

В щель между дверью и полом влетел исписанный лист бумаги. Лина испуганно ойкнула. Константин Фёдорович вскочил и поднял записку.

– Чего-то в таком духе я и ожидал. Это нам обоим, – с улыбкой произнёс он и сел рядом. – Послушай!

"Константин и Эва! Я пишу это письмо из 1910 года. Немного странно обращаться к себе и своей супруге. Мы, то есть вы через двенадцать лет, счастливы в браке и ни разу не пожалели о своем решении.

Хотим объяснить вам загадку дневников. Мы быстро поняли, что их необходимо было написать, чтобы Эва появилась в нашем времени. Мы уже работаем над описанием некоторых особенно заманчивых для далёкого будущего изобретений. Оказывается, затеять мистификацию и вдвоем воплощать ее в жизнь – занятие весьма увлекательное.

Сейчас я в первый и, скорей всего, в последний раз открою портал в собственное прошлое, чтобы передать вам послание так же, как двенадцать лет назад оно было передано нам".

– И приписка другим почерком, – улыбнулся учёный и протянул Лине письмо.

Внизу без твердых знаков, привычными для девушки буквами, размашистым почерком было написано:

"Лина, решайся! Я счастлива!"

– Почерк мой, – прошептала девушка, взглянув на эти слова. – Костя, я попробую остаться, только пообещай, что ты отправишь меня назад, если я попрошу.

– Смотря как и из-за чего попросишь, – губы Константина Фёдоровича дрогнули в улыбке. – Если сгоряча, во время семейной сцены – всякое ведь может случиться – точно не отправлю.

– А если я сейчас попрошу совсем ненадолго открыть портал? – в глазах Лины сверкнули весёлые огоньки.

– Сейчас? Сейчас тоже не открою, – мужчина снова лег рядом и притянул девушку к себе. – Давай с утра. А что ты собираешься там делать?

– Точно – не убегать, – рассмеялась Лина и прижалась головой к его груди.

Эпилог

Утром Костя Вечеров проснулся на скамейке у музея от того, что Коля Вольшин тряс его за плечо.

– Ты как ночью в музей попал? – шипел бывший одноклассник.

– Я? – Костя потёр глаза. – Так ты же музей закрыл! Я здесь сидел. Слушай, Колян, ты извини, вещи пока вернуть не могу. Так получилось… – Костя спросонья лихорадочно соображал, что бы соврать бывшему однокласснику.

Парня охватывала тревога. Уже совсем светло! Что могло случиться с Линкой? Почему она так и не появилась? Может, Костя плохо подготовил её к визиту в прошлое? Конечно, стоило бы показать девчонке портреты учёного прапрадеда, рассказать о нём подробнее, нарыть информацию о том, кто ещё на тот момент жил в доме. Но Костя не успевал всего этого сделать, да и дело казалось совсем простым – войти в кабинет, взять бумаги и уйти через портал. Лине даже общаться ни с кем не нужно было! В какие неприятности могла влипнуть девчонка в прошлом на безобидном домашнем концерте? Даже если её разоблачили, Лина просто объяснила бы прапрадеду Вечерову, откуда она явилась. Наверняка Константин Фёдорович отправил бы её назад, пусть даже и без бумаг.

– Вы меня решили разыграть, что ли? – фыркнул Коля. – Так это не смешно. Хорошо, конечно, что все вещи уже под стеклом, и платье висит, как положено, но теперь рассказывай, как ты пролез внутрь.

– Говорю же – никак… А Линки в музее нет? – с надеждой спросил Костя, вполуха слушавший разнервничавшегося Вольшина.

Может, Лина через портал попала в дом, а не во двор?

– Да, вроде, нет там никого.

– Пошли, вместе посмотрим, – Костя вскочил, поднял со скамейки выпавший из руки под утро смартфон и сунул его в чехол на ремне брюк.

Надо же было ему всё проспать! Ни очкарика, ни Лины, но вещи при этом уже в музее. Есть надежда, что Линка разложила и развесила всё по местам, а теперь спит где-нибудь в укромном уголке прапрадедова дома-музея.

Однако Лины нигде не было видно.

– Слышь, увидишь Линку – спроси, как она ночью сюда попала… – нудил над ухом Коля. – Кого вы, кстати, разыгрывали? Привидение она изображала, что ли? Я ещё вчера обратил внимание, как она в том платье на портрет похожа.

– На какой ещё портрет? – насторожился Костя.

– Ну, твоей прапрабабушки. О ней на экскурсиях толком ничего не рассказывают, только портрет висит вон там.

Костя, чертыхаясь, ринулся в соседний зал. Лишь сейчас он сообразил: в дневниках прапрадеда он не встречал ни слова о прапрабабушке! Предок писал исключительно о работе.

Портрет висел среди множества картин и старых фотографий, почти не привлекая внимания. Девушка с высокой причёской, одетая в то самое голубое платье, была удивительно похожа на Лину. Прапрабабушка мягко улыбалась, на её безымянном пальце красовалось массивное обручальное кольцо. Серьги, колье и диадему на голове девушки с портрета Костя оценил с одного взгляда. Ничего себе! По самым скромным подсчетам – на это несколько новых автомобилей купить можно было бы!

Парень подошел вплотную к портрету. Внизу сохранилась нечёткая подпись художника и надпись: "Эва, 1899 г."

– Вот стерва! Раз уж хорошо там устроилась, могла бы хоть какую бумажку из стола принести! – бормотал Костя, выходя на улицу. – Кто её туда отправил? И хоть бы поблагодарила!

Во дворе дома-музея из белой стены вылетел бумажный самолётик. Он спланировал на землю в трёх шагах от Вечерова. Костя скользнул по нему взглядом и замер на месте: бумага была исписана чернилами. Почерк был чёткий, красивый, хорошо знакомый по прапрадедовым дневникам. Костя ринулся к самолётику. В следующую секунду парень торопливо поднял послание из прошлого. Пальцы бережно расправили гербовую бумагу.

"Открытый Константиномъ Феодоровичемъ Вечеровымъ в 1896 году от Рождества Христова рецептъ яблочно-свекольного кваса"…

Парень хмуро пробежал глазами обычный кулинарный рецепт:

"Порезать… залить водой… взять дрожжи… отстояться…

Р. S. Квасъ гораздо полезнее кокаиновыхъ винъ, займись лучше имъ".

Внизу стояла подпись учёного прапрадеда.

Костя тихо выругался, пальцы машинально сжались в кулак, сминая письмо из прошлого – насмешку над всеми его надеждами. Рука уже тянулась выкинуть бумагу в ближайшую урну, когда парень опомнился. Костя опустился на скамейку и бережно расправил многострадальную бумагу, успевшую побывать за пару минут и самолетиком, и комком. Хорошо разгладив послание, Костя сложил его пополам и сунул в карман рубашки.

По дороге к дому, праправнук знаменитого ученого размышлял: сколько может стоить рецепт кваса от Константина Фёдоровича Вечерова, написанный на гербовой бумаге его рукой?

ЗАЩИТНИКИ ЭЛИКАЯ

Пролог

– Аркаша, ты куда собрался?

Мама выглянула из кухни, окинула меня быстрым оценивающим взглядом и удовлетворённо кивнула: рубашка с вечера выглажена, джинсы чистые, причёска нормальная – позавчера стригся.

– Мамуль, лучше спроси, куда я не собираюсь, – улыбнулся я. – Сейчас поеду в институт, отдам реферат. Дальше – на тренировку, ещё с ребятами сегодня пострелять хотели. Потом в кино…

– Тоже с ребятами? – недоверчиво хмыкнула мамуля.

– Ну, конечно, с девушкой, – честно ответил я. – А там видно будет, куда ещё. В общем, могу вернуться поздно, не волнуйся.

– Ты когда девочку знакомиться приведёшь? – шутливо-грозно вопросила мама.

– Зачем тебе со всеми знакомиться? Как постоянная появится – приведу, – ответил я и чмокнул её в щеку.

– Шалопай! – крикнул отец из ванной.

– И я вас люблю, – рассмеялся я и вышел в подъезд.

Спускаясь по лестнице, я прикидывал, на какой фильм повести Нинку.

Боевик, ужастик или романтическая комедия? Сам бы я выбрал боевик или ужастик, но для первого свидания что-нибудь романтическое, наверное, лучше подойдёт.

Я выскочил на улицу и прищурился: в глаза ударил ослепительно яркий солнечный свет. Вернуться, что ли, за тёмными очками?

Голова закружилась, пальцы сами собой разжались, и папка с рефератом плюхнулась на асфальт. Вокруг потемнело.

Я поднял взгляд. Несколько секунд назад совершенно ясное небо оказалось полностью затянуто неизвестно откуда взявшимися тучами. Солнце светило тускло, его лучи с трудом пробивались сквозь плотную тёмную массу.

Я огляделся и ошарашенно выругался. Знакомого с детства двора не было. Я стоял посреди огромного луга, заросшего невысокой травой – тёмно-зелёной с красными пятнышками, словно всю её специально раскрасил какой-то безумец. Местами трава была сильно смята или выдрана с корнем. Впереди, сразу за лугом, виднелся лес. А может, роща, кто его разберёт. Главное, что деревья там были огромные, с неохватными стволами, уходящие вершинами далеко в тёмные, неприветливые небеса.

– Здравствуй, глюк! – пробормотал я и посмотрел под ноги.

Папки с рефератом в траве не было. Я машинально достал из кармана мобильник. Ну, и что покажет навигатор? Он-то с ума сойти не мог! Однако интернет здесь отсутствовал. Более того, подключения к сети тоже не было, словно я и впрямь оказался где-то далеко от города.

Я оглянулся. В паре сотен метров стояли два деревянных домика, как будто перенесённые из какого-нибудь села в чистое поле. А совсем вдалеке, сквозь туманную дымку, виднелись высокие, явно городские дома.

Глава 1

На крыльце одного из домиков стояла девушка – стройная, темноволосая, в шортах и футболке. Заметив, что я смотрю в её сторону, девушка махнула мне рукой. Я машинально махнул в ответ. Гораздо больше меня заинтересовал другой человек – мужчина лет сорока в чём-то типа камуфляжной формы, но с непокрытой головой. Человек быстро шёл в мою сторону, его тёмные с проседью волосы развевались на ветру. В паре метров над мужчиной кружило в воздухе что-то металлическое, блестящее.

Я завороженно смотрел на приближающуюся вместе с человеком железную птицу. Мужчина подошёл и протянул руку. Я пожал её, внимательно разглядывая человека.

– Привет. Я – Виталий, – коротко представился он. – Лучше просто – Вит.

– Аркадий.

Я поймал его взгляд – пристальный, оценивающий и совершенно бесстрастный.

– Это что? – я показал рукой на парящий над нами агрегат размером с курицу.

– Это – наш страж, – ответил мужчина. Я заметил, что он напряжён. – Присядь, лучше поговорим здесь.

Происходящее не нравилось мне всё больше и больше. Как и куда это я попал? Что за летающий робот-страж? Почему Виталий не удивляется, что в чистом поле, вдали от города неизвестно откуда появился я? Думаю, на все эти вопросы быстро найдутся ответы. Больше всего меня настораживало то, что он напряжён и не зовёт меня в дом.

– Я постою, – сказал я, разглядывая железного стража.

На плечо мне легла неожиданно тяжёлая, сильная рука. Вит без усилия надавил так, что я плюхнулся на траву. Мужчина сел рядом, не спуская с меня глаз.

– Мне не нужно, чтобы ты устроил в доме дебош в знак протеста, – спокойно проговорил он. – А у тебя наверняка появится такое желание. Поэтому пока что посидим тут, и я расскажу, где мы находимся. Этот мир очень похож на тот, в котором ты вырос, только более цивилизованный. Здесь тщательно следят за здоровьем, экологией, правильным питанием и контролируют рождаемость, так как места в городе немного.

Мне показалось, что о цивилизованности Вит говорил с лёгким отвращением.

– И что это за город? – скептически поинтересовался я.

В голову лез какой-то бред о закрытых территориях и тайных экспериментах. Хотя было ясно, как дважды два, что я не представляю ни малейшей ценности, чтобы красть меня для секретных опытов.

– Город называется Эликай, – ответил мужчина. – И находится он совсем в другом мире, можно сказать, в другой вселенной.

– Угу, – хмыкнул я. – И поэтому у тебя такая земная стрижка и камуфляж. А Виталий – вполне нормальное имя для гуманоида. Кстати, в параллельных мирах и на других планетах все общаются только на русском языке.

– Понимаю твой сарказм, но – увы – это правда. Таких, как мы, издавна забрасывают в мир, в котором ты вырос, – спокойно произнёс мужчина. – А потом, по мере необходимости, возвращают назад. Ты рос в семье?

Я кивнул, прикидывая, сумасшедший Виталий или просто неумелый мистификатор. Однако следующий вопрос меня огорошил.

– Ты знал, что тебя воспитывает приёмная семья?

– Я-то знал, – прищурился я. От меня этого никогда и не скрывали. – А ты откуда знаешь?

– Мы все здесь такие, – последовал невозмутимый ответ. – Все были заброшены в тот мир и воспитаны в приёмных семьях или воспитательных учреждениях. Все физически сильные, все словно с рождения предназначены для боя… Впрочем, так оно и есть. Мы должны защищать город. Много лет назад из наиболее сильных преступников была создана каста охранников. Если у таких, как мы, рождаются дети, им вживляют в мизинец руки чип и отправляют на Землю. А потом, лет примерно через восемнадцать-двадцать, нажимают кнопку на небольшом приборе – и новый охранник появляется неподалёку от города, в поселении для защитников.

– Бред какой-то! – вырвалось у меня. – Хочешь сказать, что в моём мизинце есть чип, и меня, благодаря ему, дёрнули сюда охранять какой-то город, который меня вообще не волнует?

– Будет волновать, – пообещал Вит. – Как только увидишь противника. А пока дослушай. Бежать отсюда бессмысленно. Во-первых, некуда, а во-вторых, стоит мне нажать кнопку – и ты тут же окажешься на этом самом месте. К сожалению, твой предшественник меня не послушал, – лицо Виталия немного помрачнело. – В случае любого бунта наказание одно – выход на бой без оружия. Это почти равносильно самоубийству… А теперь о противнике. Когда-то очень давно существовали два города – Эликай и Карлинай. Между ними началась война, и в Эликае для боёв вывели разумных… чудовищ, – после заминки сказал Виталий. – Эти воины выполнили своё предназначение, Карлинай пал, однако затем звери подняли бунт против своих создателей. С тех пор началась многовековая война за территорию, тогда и появилась каста защитников.

– Бред какой-то! – повторил я. – Какие ещё чудовища?!

– Главным образом, ежи, – ответил Виталий.

Я покосился в сторону домиков. Девушка всё так же стояла на крыльце и смотрела на нас. Хоть бы знак какой подала, что Виталий – ненормальный!

– Понятно. Ежи, белочки, птички, – кивнул я.

– Ну, если называть ящеров птичками… – с сомнением произнёс мужчина.

– Ящеров? Так тут ещё и динозавры не вымерли? – нервно улыбнулся я.

– Не знаю уж, каких животных скрещивали эликайцы, но ящеры получились вполне убедительные, – сухо сказал Виталий.

– И что, цивилизованное общество не может травануть всю эту фауну газом, расстрелять или взорвать?

– Во-первых, это вредит экологии, – на полном серьёзе объяснил Виталий.

– А во-вторых, ёжиков жалко, – раздражённо подсказал я.

Меня всё больше интересовал вопрос, когда я смогу пообщаться с нормальным разумным человеком, который внятно объяснит мне, что происходит.

– Нет, во-вторых, эта война давно стала прелюбопытным зрелищем для всего города. Каждый бой транслируется на все возможные экраны, чтобы его могли посмотреть желающие. Это намного интереснее традиционных в твоём мире единоборств: борьба-то идет насмерть.

– Как гладиаторские бои, что ли, смотрят? – почти ласково спросил я у сумасшедшего.

– Можно и так сказать. Если нас сомнут, сюда за несколько секунд перекинут другой отряд, вокруг города расположено несколько защитных пунктов, – он кивнул в сторону деревянных домиков.

– А если ежи-чудовища ударят со всех сторон? – поинтересовался я.

– Если они подойдут к городу, их остановят там с помощью более современного оружия, – ответил Виталий. – Но тебе это будет уже безразлично, потому что пройдут они туда по твоему трупу. Ситуация ясна?

– Угу, – скептически процедил я.

– Тогда запомни – меня нужно слушаться беспрекословно, – жёстко и отрывисто заговорил Вит. – От этого зависит, сколько ты проживёшь. Пошли в дом, покажу, где будешь жить.

Мы поднялись и двинулись к "крепости". Темноволосая девушка внешне оказалась очень симпатичной. Она грустно посмотрела на меня и вошла в дом раньше, чем мы ступили на крыльцо.

– Кто это? – спросил я.

– Юля, – коротко ответил Виталий.

Очень информативно!

– А что она здесь делает? – не отставал я.

– То же, что и все, – отрезал мужчина.

– Защищает город от нашествия ёжиков, – понимающе кивнул я.

– Очередной дурачок! – раздражённо вздохнул Вит. – Сколько я таких уже видел! И хоронил, – помедлив, добавил он. – Последнего – сегодня ночью. Заходи!

Я с опаской переступил порог: поворачиваться спиной к сумасшедшему не хотелось. Переступил и во все глаза уставился на прихожую.

– Ничего себе! – вырвалось у меня. – Да это же оружейный музей!

Глава 2

По стенам были развешаны кинжалы в ножнах и увесистые на вид булавы. Я заметил, что две из них заканчиваются расходящимися звёздочкой металлическими пластинами. Из длинной деревянной стойки торчали до блеска начищенные копья с наконечниками разнообразных форм и размеров. Некоторые из них напоминали лопаты, только с заострённым, сужающимся окончанием. Мой взгляд невольно остановился на идеально ровном, блестящем лезвии одного из висевших на стене топориков.

– Советую изучить арсенал этого музея как следует, пока есть время, – сказал за спиной Вит. – Подержать в руках, ощутить вес, представить, что ты можешь сделать против любого врага с каждым из видов оружия. Я потренирую тебя позже, когда выберешь, с чем тебе для начала будет удобнее управляться.

Я огляделся внимательнее. Из большой прихожей шли полукругом шесть дверей – хлипких, чисто символических. Наверняка любая дверка слетит с петель от первого же хорошего пинка.

– Твоя комната, – Вит кивнул на ближайшую к выходу дверь.

Я заглянул внутрь. "Комнатой" Вит гордо именовал полутёмный чуланчик с маленьким окошком под потолком. На меня так пахнуло потом и пылью, что в носу зачесалось, и я тут же выдал оглушительный чих.

– Чистое постельное бельё в соседнем доме, лежит в шкафу в коридоре, – продолжал Вит. – Пылесос там же, соберёшься воспользоваться – скажи, покажу, как его включать.

– Следующему мозги пудришь? – крикнул кто-то из-за стены.

Я вздрогнул от неожиданности, услышав новый, полный ненависти мужской голос.

– Тебе всё неймётся? – хмыкнул Вит. – Скажи спасибо, что страж сюда не влетает, иначе ты точно пошёл бы в следующий раз без оружия. У новичка после четвёртого боя крышу сорвало, – бесстрастно ответил он на мой молчаливый вопрос. – Так махал во все стороны топориком, что пришлось на время обездвижить.

– Всё равно убью! – отчетливо, со злостью прошипел невидимый новичок.

– Обязательно убьёшь, – легко согласился мужчина. – Хоть ежа, хоть ящера. А вот меня – не получится, не позволю. Тем более, что проблему это не решит. Даже усугубит, потому что вы можете оказаться без опытного руководителя и инструктора.

– Мы рискуем головой, а ты!..

– А я рискую ещё больше других, – уже жёстко перебил Вит. Он шагнул в комнату, оставив меня в прихожей одного. – Если бы меня не было рядом, от всех вас после первого же боя и следов бы не осталось! Представь, что тебе удалось, и ты убил меня. Чего ты этим добьёшься? Что будешь делать дальше?

– Заберу каэй, отрежу себе мизинец и нажму кнопку! – исступлённо ответил невидимый человек.

– В доме каэй не действует, идиот! – ровным тоном заговорил Вит. – А на улице – страж. Как только он зафиксирует тебя с прибором – отключит каэй, а зафиксирует он тебя мгновенно. И в первый же бой ты пойдёшь на радость всем жирующим кретинам Эликая без оружия против ежей. Ну и какой смысл тебе в моей смерти?

Слушая их перепалку, я машинально взял первое попавшееся копьё и повертел его в руке. Каменный век какой-то! Тяжёлое, неудобное оружие то цепляется за низкий потолок, то царапает дощатый пол.

Судя по тому, что я слышу, Вит всё же не совсем сумасшедший, и какие-то ежи тут действительно есть. Впрочем, идти против них с копьём, пожалуй, было бы глупо.

О ящерах пока не думалось. Мне бы с ёжиками свыкнуться. Я снял со стены топорик. Рука легко обхватила гладкое топорище. Думать о странном мире, опытном инструкторе Виталии, "обездвиженном" человеке и пока неизвестном мне приборе каэе буду потом, а сейчас действительно лучше изучить местный "арсенал".

Особенно в услышанном разговоре меня, конечно, каэй заинтересовал. Значит, если отчекрыжить себе мизинец и нажать на какую-то кнопку, можно вернуться домой? Ради такого дела и обоих мизинцев не жалко. Надо будет разузнать все подробности о чипах и приборе. Не может же быть, что за годы идиотической войны с ежами ни разу не случилось удачного побега "защитника города"!

Я пару раз взмахнул топориком. Вполне удобное оружие, если противник – человек. А вот стоит ли наклоняться с топором к ежам – большой вопрос. Я вернул топорик на место, снял со стены что-то вроде короткого меча и осторожно вытащил его из ножен. Кажется, такое называют "обоюдоострый клинок". По весу чуть тяжелее топорика, наверняка будет гораздо удобнее. Интересно, разрубит он ежа с одного раза или нет? Да и от летящего противника отбиваться этим мечом будет проще, чем копьём или топором. Но вообще-то против летящего противника не помешало бы хотя бы ружьё или что тут есть в этом духе.

– Вит, почему здесь нет огнестрела? – громко спросил я. – Тоже экологии вредит, что ли?

– Хороший вопрос! – ядовито одобрил голос из комнаты.

– Ты не понял, что я сказал? – руководитель вышел из комнаты и прикрыл дверь. – Бой – это красочное шоу. Что за интерес эликайцам смотреть, как мы перестреляем ящеров или взорвём ежей? А вот если силы равны или противник сильнее тебя, а ты идёшь на него с допотопным оружием – это красочное зрелище, – в его голосе прозвучало отвращение. – К тому же, – деловито добавил инструктор, – дай нам эликайцы нормальное оружие – многие поднимут бунт и пойдут штурмовать город. Все хотят выбраться отсюда, и я сильно сомневаюсь, что хоть кто-то полностью смирился с положением защитника Эликая.

Я положил на пол меч, или как он там называется, и снял со стены лук. Не самое удобное оружие, конечно, но он хотя бы стреляет. Лук оказался довольно лёгким. Я с любопытством тронул пальцем тетиву. Стрелять-то лук стреляет, но придётся потренироваться: не думал, что тетива такая упругая.

– Это из чего? – спросил я.

– Из звериных сухожилий, – ответил Вит. Я брезгливо поморщился. – О луке сразу можешь забыть, это Юлино оружие, – добавил инструктор.

Он решительно отобрал у меня лук и повесил на место.

– Хочешь сказать, что хрупкая девушка из этого стреляет? – уточнил я.

– Да, и очень неплохо, – невозмутимо ответил Вит. – Юля прикрывает нас всех от ящеров, а мы её – от ежей.

Я огляделся. Ну и где, кстати, эта Юля? Отсиживается в одной из каморок? Могла бы хоть выглянуть познакомиться.

– А сколько вас вообще? – поинтересовался я.

– Вместе с тобой – семеро.

– И где все?

– Кто где, – расплывчато ответил опытный инструктор. – Кто отдыхает, кто наблюдает за лесом. Выбери пока что-нибудь другое среди оружия. И начинай осваивать территорию, только к лесу не приближайся, держись около домов.

Шутить насчёт опасных лесных ёжиков мне к этому времени почему-то расхотелось. Я молча смотрел, как Вит вошёл в самую дальнюю комнату. Оттуда почти сразу послышалась какая-то возня и шёпот.

– Да нормально всё, Юль, – негромко сказал инструктор. – Быстро освоится. Чуть твой лук не выбрал.

– Лу-ук? – протянула девушка. – Лук не отдам.

– И не надо. Но если я ещё раз увижу, что ты его не разобрала, да ещё и на стену повесила…

Снова послышались возня, смешки, шёпот. Характерно скрипнула кровать.

А Вит неплохо здесь устроился! И ежи с ящерами – не помеха.

Я повертел в руке первую попавшуюся булаву с металлическим наконечником. Судя по нехилому весу, это оружие Юля точно не использует. Против ежей булава должна подойти: удар такой палкой с тяжеленным набалдашником расплющит любого ёжика.

Я поставил булаву на место и вошёл в каморку, которую Вит назвал моей комнатой. Нос снова зачесался от стоящих здесь запахов.

Первым делом я, затаив дыхание, взобрался на спинку кровати и распахнул окошко. Свежий воздух ворвался в комнату, которая, похоже, давно не впускала его в гости. Я жадно дышал у окна, ожидая, когда уйдёт тяжёлый смрад.

Условия в каморке оказались, мягко говоря, не лучшие. Здесь стояли лишь узкая жёсткая кровать и небольшой шкафчик. Бельё на кровати лежало настолько грязное, что непонятно, какого оно изначально было цвета. Приглядевшись, я заметил на простыне несколько бурых пятен.

Так, приехали! Кого там Вит хоронил этой ночью? Это что, койка прямо из-под трупа? Почти наверняка. Куда же ещё меня селить? Только в комнату умершего.

Ладно, в моём случае привередничать, вроде, не положено. По крайней мере, пока. Рта лишний раз не раскрою, пока не выясню, что и как в славном городе Эликае и его окрестностях. Прежде всего, по возможности, надо пообщаться наедине с тем обиженным-обездвиженным, который хотел прибить инструктора топориком. Наверняка от него можно узнать много интересного, о чём умалчивает Вит.

Я соскочил на пол и сгрёб с кровати перепачканное бельё. В последнюю очередь – брезгливо снял с подушки наволочку, стараясь не думать, что кто-то совсем недавно умирал на этой постели.

Я выскользнул из домика с узлом белья в руке и внимательно огляделся.

Да уж, на крепости дома "защитников города" никак не тянут. Внешне вполне симпатичные домики напоминают деревянные коттеджи на базах отдыха. Только окна расположены очень уж странно: где-то – на нормальном уровне, а где-то – почти под потолком. Стоят дома совсем рядом, буквально метрах в трёх друг от друга. Видимо, в одном живут люди, а в другом обустроена какая-нибудь кухня или прачечная.

Я взбежал по двум ступенькам на крыльцо и чуть не сбил с ног русоволосую темноглазую девушку в длинных синих шортах и футболке. Реакция у девчонки оказалась хорошая, в последнюю секунду она отшатнулась в сторону, выдав совсем не женское ругательство.

– Извини, – машинально пробормотал я.

Ничего себе! Так тут не одна девушка, что ли?

– Новенький? – поморщилась она. Взгляд девчонки остановился на узле белья в моей руке. – Это в бак, он около шкафа. Свежее бельё в шкафу, пылесос в углу за шкафом. Лук и стрелы не трогай.

Девушка собиралась прошмыгнуть на улицу, но я удержал её за руку.

– Подожди! Можешь хоть ты объяснить, что здесь происходит?

– Руку убери! – девчонка заметно напряглась. Взгляд у неё был такой, как будто девушка готова меня убить.

Я разжал пальцы. Снова появились сомнения в нормальности обитателей домиков. Может, и нет никакого Эликая, а если и есть, то эти загородные постройки – филиал местной психушки? Пока я не увидел здесь ни одного адекватного человека.

– Тебя как зовут? – примирительно спросил я.

– Рита, – сухо проронила она.

– Я – Аркадий.

Никакой реакции, девушка пристально смотрит мимо меня в сторону леса.

– А где остальные? Кто они? – спросил я.

Надеюсь, среди шести "защитников города" найдётся хоть один нормальный.

– Дежурят в лесу, – нехотя ответила Рита. – Скоро всех увидишь.

Она скользнула мимо меня и двинулась к соседнему домику, но тут же остановилась. Слева, в глубине леса, над деревьями что-то загремело и полыхнули разноцветные искры.

– Вит, тревога! – закричала девушка.

– Слышу, – немного растрёпанный инструктор высунулся из окна. – Готовься!

Девчонка тут же вернулась в дом и ринулась к стене, на которой висел лук – такой же, как в соседнем доме. Правда, здесь это было единственное оружие.

Взгляд Вита упал на меня.

– Брось к чертям эти тряпки! – рявкнул инструктор. – Быстро за копьём! Ежи будут здесь минуты через четыре!

Глава 3

Честно говоря, предстоящую встречу с лесными ежами, пусть даже и разумными, я всерьёз не воспринимал, но раздражать Вита медлительностью не решился. Узел белья отшвырнул на пол – потом разберусь. Что-то подсказывало, что "опытный руководитель и инструктор" может озвереть, если я именно сейчас начну разбираться, что постелить на кровать.

Я пробежал к скромному дому-музею старинного холодного оружия. Навстречу мне выскочила Юля. Лук она повесила через плечо, на поясе девушки болтался колчан, так густо набитый тонкими стрелами, словно лучница впихнула туда гигантского ёжика.

– Тоже не разбирала? – нервно хмыкнула она.

Я оглянулся. Рита уже стояла на пороге с луком в руке и таким же, как у девушки Вита, колчаном на поясе.

– А какой смысл разбирать? Ясно же, что скоро вернутся, – передёрнула плечами Рита.

– Откуда ясно? – заинтересовался я.

– Мы вечером не всех уничтожили, – быстро ответила Юля. – А в таких случаях они скоро возвращаются, собрав стаю побольше.

– Стая ежей – это звучит страшно! – ухмыльнулся я.

– Идиот! – хмуро бросила Рита.

– Эй, а повежливее нельзя? – огрызнулся я.

– Какая тут вежливость? – рявкнула Рита. – За оружием иди! Вит! – заорала она.

Инструктор выглянул из двери.

– Что надо? Занимайте позиции!

– Ты как его инструктировал? – негодующе зашипела Рита, наградив меня пренебрежительным кивком. – Этот придурок хихикает при упоминании о ежах! Хочешь получить второй труп за два дня?!

– Спокойно, Ритуль, никаких трупов не планируется, – деловито произнёс Вит. Прозвучало это банально, будто речь шла о какой-нибудь ерунде. – И нечего шипеть на старшего, я сам со всем разберусь. По местам, обе! – уже жёстко скомандовал он. – Время идёт.

Юля ринулась направо, за угол дома. Рита проводила её взглядом и, сузив глаза, негромко отчеканила:

– Ты что, …, не мог с … подождать и объяснить новичку всё подробно? Так попросил бы меня, …, озабоченный …!

Я чуть не присвистнул, услышав, какими словами симпатичная курносенькая русоволосая девушка кроет своего "опытного руководителя".

– Рита, время! – рявкнул Вит. – Бегом на позицию!

– …! – напоследок припечатала Рита и побежала за левый угол дома.

– Ты чего ушами хлопаешь? Быстро за оружием! – как ни в чём не бывало продолжал Вит. – И держись сегодня около меня. Только за моей спиной. Вперёд не высовываться, к ежам не приближаться!

Я взял присмотренную булаву. Пару раз подкинул – невысоко, чтобы привыкнуть к её весу. Вит неодобрительно наблюдал за мной.

– Не худший выбор, – проронил он. – Но против ящеров точно не поможет. Советую присмотреть копьё, у тебя есть полминуты.

Инструктор шагнул в комнату, где разговаривал с "обездвиженным" бунтарем.

– Пойдёшь или будешь прятаться за нашими спинами? – сухо спросил он.

– Пойду, – проскрипел незнакомец.

Что-то зашуршало, щёлкнуло, и Виталий отрывисто произнёс:

– Оружие – и на выход!

В ответ ему понеслась такая ругань, что слова Риты показались почти ласковыми.

– Ну ты прям как во второй раз на ежей выходишь! – в голосе инструктора прозвучала насмешка. – Мы с тобой почти в одинаковом положении. Правда, твоё – лучше: ты отвечаешь только за свою шкуру, а я – за всех вас.

Из комнаты выскочил светловолосый парень в грубых коричневых брюках и бежевой футболке. Лицо перекошено от ненависти, руки трясутся, выглядит как буйный псих. В принципе, понятно, почему его "обездвижили". Странно было бы, если бы дали неадеквату полную свободу. А вот зачем сейчас его выпускать – это загадка так загадка. Парень, по виду – мой ровесник, тут же коршуном ринулся к деревянной стойке за никому не нужной добычей – копьём с узким заострённым наконечником. Затем он рванул со стены отвергнутый мной топорик. Я скептически смотрел, как очередной встреченный здесь псих, потрясая оружием, выбегает из дома и мчится в сторону луга.

– Копьё не взял? – спросил сзади Виталий. – Напрасно. Надеюсь, сегодня поймёшь и запомнишь, что к моим советам стоит прислушиваться. Пошли!

Сам он уже вооружился копьём с широким, похожим на лопату наконечником и какой-то палкой с прикованной к ней гирькой на цепи. Инструктор скептически взглянул на булаву в моей руке и вышел на крыльцо. Я нехотя двинулся за ним.

Между лесом и домами застыли две фигуры в зелёном камуфляже, совсем как у Вита. Видимо, те самые парни, что дежурили в лесу. Белобрысый буйный псих уже подбегал к ним. Мы быстро направились в ту же сторону.

– А в лесу этих ежей нельзя перебить? – поинтересовался я. – Обязательно нужно, чтобы они притопали сюда?

– Возможно, Рита права, и я действительно должен был больше тебе рассказать, – после паузы ответил инструктор. – Но обычно новички мне не верят, пока не увидят противника вживую. В общем, старайся держаться за нашими спинами, вперёд не лезь, – повторил "инструктаж" Вит.

– Я уже понял, – не скрывая раздражения, буркнул я.

Совсем он меня, что ли, дегенератом считает? Я и с первого раза запомнил, что высовываться мне не надо.

– Посмотришь на всё вблизи, а потом тебя потренируем… – Вит осёкся. – Можем не успеть до того, как ежи появятся, – с досадой добавил инструктор.

Он перехватил рукой с копьём ещё и палку с гирькой и уцепил меня свободной рукой за локоть. Я и понять не успел, что происходит, как Вит придвинул руку с оружием и браслетом поближе и одним пальцем нажал на кнопку каэя. В следующую долю секунды мы уже стояли прямо за спинами темноволосых парней в камуфляже. Сзади я услышал прерывистое сопение. Оказалось, что это подбежавший псих пытается отдышаться. Белобрысый на ходу кинул вожделеющий взгляд на каэй и встал впереди нас, рядом с парнями в камуфляже.

Странно, но никто, кроме инструктора, меня вообще не замечал. Парни смотрели в сторону леса. Оба опирались на копья с сужающимися кверху наконечниками.

– Сколько ежей? – тихо спросил Вит.

– Пять, – не оборачиваясь, ответил один из парней.

– Ящеры есть?

– Видели двух издали.

На несколько мгновений наступила тишина. На лицо мне упала тень. Я вздрогнул и поднял голову. Над нами бесшумно парил железный страж.

И что? Вся шумиха из-за пяти ежей – пусть даже и разумных? Два ящера меня не особо волновали. Не знаю уж, как выглядит ящер, но по двое мужиков с копьями на одно летающее чудовище – по-моему, достаточно. Да плюс затаившиеся где-то Юля и Рита со своими бесценными луками. Стрелять девчонки, конечно, станут в ящеров – не в ёжиков же стрелы пускать!

Напряжённая, тревожная тишина сильно действовала на нервы.

– Ну и куда мы не успевали? – не выдержал я. – Вполне могли дойти пешком.

– А могли не успеть, – ответил Вит. – Ежи за ближайшими деревьями. Похоже, чего-то или кого-то ждут.

– Подкрепления, что ли? – хмыкнул я.

– Вит, можно его заткнуть? – спросил один из парней в камуфляже.

– Сейчас он и сам заткнётся, – пообещал "опытный руководитель". – Смотри! – он кивнул в сторону леса.

Из-за деревьев быстро выкатывались шары – огромные, кажется, ненамного меньше меня. Нет, не выкатывались. Я сморгнул и потёр глаза. Шары резво двигались по лугу, но не катились, а как будто бежали. Всё ближе и ближе, вот уже видно, что они утыканы длинными лезвиями, словно подставки для кинжалов или, скорее, мечей, каким-то образом вывернутые наизнанку.

– Это что? – внезапно севшим голосом спросил я, уже зная, что именно услышу в ответ.

И всё равно вздрогнул, когда Вит произнёс одно короткое слово:

– Ежи.

Сначала мутанты держались рядом друг с другом. Но вот раздался противный тонкий писк, и ежи, как по команде, разделились. Противники двинулись в разные стороны, словно собирались нас обойти. Парни в камуфляже направились прямо, навстречу двум блестящим, шипастым шарам, блондин – направо, Вит – налево. И всё это без единого слова, если не считать ругани белобрысого, слаженно, как будто специально репетировали. Я подумал, что обо мне забыли, однако Вит бросил через плечо:

– Аркадий, за мной!

Я посмотрел на булаву, которую машинально сжимал в руке. Бесполезное оружие против таких махин! Теперь понятно, почему начал буянить белобрысый, из-за чего ругалась Рита и зачем инструктор так настойчиво советовал взять копьё. Только ясно всё это стало слишком поздно. Я уже иду по лугу с допотопным оружием, понимая, что ничего не смогу сделать против чудовищных гигантских ежей. А сверху на лицо падает тень – это страж парит над лугом, собираясь транслировать бой. Я скрипнул зубами и выставил вперёд средний палец. Надеюсь, неприличный жест увидит как можно больше жаждущих развлечений горожан.

– Можешь не стараться, – негромко бросил Вит. – Я сказал диспетчеру Эликая, что в мире, где мы росли, это что-то вроде воинственного "ура". А теперь – отстань шагов на семь.

Я и не заметил, что иду не позади, а рядом с инструктором. Рука опустилась: "воинственное ура" – совсем не то, что я хотел бы сказать эликайцам. Я замедлил шаг, с замиранием сердца глядя, как приближаются друг к другу ёж, почти достающий мне до макушки, и Вит с копьём наперевес в правой руке и палкой с гирькой – в левой.

Глава 4

Похоже, ёж действительно обладал разумом: в нескольких метрах от Вита странный гибрид свернулся в клубок и покатился на инструктора, оставляя за собой выдранную и порубленную чудовищными иглами траву и вспаханную ими почву. Вит выставил навстречу копьё под углом, упирая наконечник древнего оружия в землю. Наткнувшись на препятствие, клубок попытался укатиться в сторону. Копьё следовало за ним.

Неподалёку что-то зашуршало.

Я мельком поднял взгляд на этот звук и на какое-то время перестал следить за инструктором и ежом. Со стороны леса приближались два дракона – такие, каких обычно рисуют в книжках и мультфильмах: тёмно-зелёные, блестящие, с приоткрытыми клыкастыми пастями и мощными когтистыми лапами. На спине такого зверя вполне могла бы уместиться пара человек.

– Вит… – я хотел крикнуть, предупредить о новой опасности, но в горле пересохло и вырвался невнятный хрип.

– Знаю, – не оборачиваясь, бросил инструктор.

Со свистом разрезая воздух, откуда-то со стороны дома в сторону ящеров понеслись две стрелы, затем ещё, и ещё… Стрелы попадали в гигантские мишени примерно через раз, но, казалось, не причиняли им ни малейшего вреда. Металлический страж нарезал круги над лугом, довольно ловко избегая столкновения со стрелами. Наконец, после очередной попавшей в цель стрелы, один из ящеров бесформенной кучей с размаху рухнул на землю между блондином и ежом, чуть не придавив парня – тот еле успел отскочить.

Я перевёл взгляд на Вита. Он уже каким-то образом успел перевернуть покрытую смертоносными шипами махину и вдавливал копьё куда-то внутрь клубка, пока гигантский шар с тошнотворными булькающими звуками не расплылся по земле, превращаясь в нечто вроде колючей овальной трибуны.

Второй ящер рухнул, не долетев до Вита всего нескольких метров.

– Я – к остальным, а ты держись подальше от боя, – отрывисто произнёс инструктор. – Можешь пока полюбоваться!

Он кивнул на мёртвых чудовищ и бегом рванул туда, где маневрировали между тремя ежами два молчаливых парня в камуфляже. Я кинул на землю бесполезную булаву и наклонился к мёртвому, распластанному по траве ежу. Земля вокруг была так взрыхлена иглами, словно по лугу тёмной ночью катался пьяный тракторист. Я не обратил на эти следы внимания, когда здесь оказался. Теперь понятно: они остаются там, где прокатывается чудовищный ёж. Не представляю, с помощью каких экспериментов можно создать такую жуть! Иглы ежа оказались в длину примерно мне по локоть и расширялись к основанию, напоминая лезвия узких кинжалов. Я осторожно коснулся одного из многочисленных "лезвий". Да, иглы остры не только на вершине, они заострены по всей длине кромки.

Меня затошнило от одной мысли, во что превратится человек, если по нему прокатится кошмарный ёж. Я поднял голову. Блондин уже справился с колючим противником и, не слишком торопясь, направлялся туда, где три человека и три ежа пытались убить друг друга. Внезапно один из ежей развернулся и ринулся к лесу. Блондин сорвался с места и помчался ему наперерез. Он на бегу рванул откуда-то из-за пояса топорик и с размаху метнул несерьёзное орудие вниз. Еж издал отвратительное бульканье и остановился. По траве потекла фиолетовая жидкость.

Все мои эмоции куда-то исчезли. Я смотрел вокруг так, будто сидел в кинотеатре с попкорном и отмечал детали не слишком интересного боевика. Похоже, блондин подшиб мутанту лапу, и фиолетовая субстанция – это кровь ежа.

Я отвёл взгляд и вернулся к созерцанию убитых чудовищ. Морда ежа напоминала свиную – с тонким, неестественно вытянутым пятачком, а лапы оказались толстыми, мощными, словно у носорога. Преодолевая отвращение, я дотронулся до лапы. Оказывается, кожа у эликайских ежей совсем не толстая, какая бывает у носорога, а тоненькая, нежная. Вот оно, слабое место чудовища. Если добраться до спрятанного под иглами тела – убить ежа будет совсем не сложно.

Вновь послышалось громкое бульканье: один из парней в камуфляже добивал противника.

Белобрысый псих сделал резкое движение. Тяжёлое колючее тело завалилось набок, парень еле успел отскочить. По траве странным, неправильной формы мячом покатилась круглая, светло-розовая голова мутанта.

Вспомнилось, как совсем недавно я думал, что неплохо бы сходить в кино на боевик или ужастик. Вот и попал, да не в кино, а в театр – на представление из тех, где зрителям предлагается поучаствовать в спектакле. Правда, тут правила особые: отказы от зрителей не принимаются, и уходить со спектакля запрещено.

Блондин, морщась от боли, опустился на землю рядом с поверженным ежом. "Вот он, шанс поговорить с парнем без Вита!" – пронеслось в голове. Я ещё додумывал, а ноги уже несли меня в сторону несостоявшегося убийцы инструктора.

Парень снял прорванный грубый ботинок и разглядывал рваную рану на ступне сверху.

– Ничего себе! – присвистнул я.

– Могло быть хуже, – буркнул он. – Неглубоко зацепил. По Жорику ёж вчера начал катиться. Мясо клочьями летело, – парень поморщился.

– Жорик – это тот, что умер? – нахмурился я.

– Он не умер, его добили, – угрюмо сказал блондин. – Жорик без сознания лежал. Прилетел доктор из Эликая. Он только глянул мельком и сразу сказал – не жилец. Укол сделал с каким-то мгновенным ядом.

Я присвистнул. Значит, глянул мельком? Получается, проще добить тяжело раненого, чем попытаться лечить его. Потом можно притащить к границам Эликая нового "гладиатора". Интересно, сколько на земле таких, как я, и как часто они оказываются нужны?

С самого начала было ясно, что из этого сумасшедшего мира нужно бежать как можно скорее. Только вот как вернуться домой? Должен же быть какой-то выход! Надо только его найти.

Я покосился в сторону остальных. Трое в камуфляже пытались перевернуть отчаянно вертящийся колючий клубок, над ними парил железный страж. Скоро Вит и парни добьют единственного оставшегося в живых противника. Мне надо использовать время с толком.

– В какой мизинец ставят чип? – быстро спросил я.

И только потом понял, насколько некстати это прозвучало.

Белобрысый понимающе усмехнулся.

– В левый, вживляют в один из суставов. Только до каэя не доберёшься. Вит был прав, глупая затея. За нами постоянно наблюдают. Если увидят, что режешь мизинец – каэй тут же будет отключен.

– А почему бы не отрезать мизинец в доме, а потом выйти с каэем?

– Вит не отдаст каэй. Если кто-то сбежит, отвечать будет он, а наказание здесь одно – выход в бой без оружия.

– Почему тогда Виталий сам не удрал отсюда? Каэй-то всё время у него, так или нет?

Алекс поморщился, глядя куда-то за мою спину. Сзади иронически кашлянули. Я резко обернулся и вскочил. Инструктор стоял совсем рядом и убирал палец с кнопки чудо-прибора.

На лугу распластался ещё один "коврик" из иголок. Парни в камуфляже неторопливо шагали к домикам. Быстро же они расправились с последним мутантом!

– Я тебя недооценил, – задумчиво произнёс Вит. – Сюда нечасто попадает кто-то с настолько крепкими нервами. Обычно новичка, как минимум, выворачивает наизнанку, и планировать побег он в ближайшие часы после боя не в состоянии. Насчет того, почему я до сих пор здесь – бежать мне попросту некуда. Тут я, по крайней мере, нужен. Подумай, что с вами всеми будет, если я исчезну. Не уверен, что вам пришлют опытного инструктора, наверняка их не так уж много.

Он на секунду осёкся. Проследив за взглядом Вита, я увидел подлетающего стража. Инструктор, глядя на железный агрегат, сообщил деловым тоном:

– Врач не нужен, рана не глубокая, обработаем сами, – затем он отвернулся от стража и продолжил: – Аркадий – отдыхаешь, осваиваешься, на всё даю тебе полчаса. Потом пойдём выбирать оружие и тренироваться. Алекс, сам встанешь или помочь?

– Встану, – хмуро сказал белобрысый.

Я неприязненно косился на стража, а Вит и Алекс словно не замечали парящего над головами шпиона.

– Думаю, взрывать ежей было бы эффектнее, – буркнул я и, не оглядываясь двинулся к домикам.

Я прошёл мимо дохлых ежей, а около одного из ящеров ненадолго притормозил. Вот у кого носорожья кожа! Торчащие из летучего монстра стрелы даже до крови его не поранили. Зелёная густая жижа вытекла на смятую траву только из одной раны на шее ящера.

Интересно, сколько здесь находятся девчонки? Не слишком разбираюсь в лучном спорте, но, на мой взгляд, стреляют они профессионально. Хотя жить захочешь – всему научишься. А Юля наверняка ещё и о своём любовнике-инструкторе волнуется, вдвойне старается.

Девчонки бесшумно и почти одновременно появились из-за разных углов дома. Рита обменялась с молчунами короткими репликами и сразу прошла в комнату. Юля остановилась у крыльца, и тут же рядом с ней возникли Вит и Алекс. Инструктор обнял девушку, парочка вошла в дом. Сзади, прихрамывая, плёлся белобрысый.

Я ускорил шаг. В ближайшее время надо во многом разобраться. Похоже, я могу задержаться здесь надолго. Прежде всего нужно выяснить все бытовые подробности – какие и где именно есть удобства, что где находится в обоих домах, когда и что тут едят; разобраться, как быть с одеждой и прочими нужными вещами. Потом – обязательно тренировки. Я и в обычной жизни не отказался бы от нескольких уроков у такого мастера боя, как Вит. Необходимо поскорее выяснить всё, что только возможно, об этом безумном мире и, главное, об Эликае. Что и как там устроено? Может быть, из города было бы проще попасть домой? Сомневаюсь, что над эликайцами постоянно летают такие вот стражи.

Глава 5

За день я выяснил массу подробностей о быте и отношениях защитников Эликая. Узнал, что оба домика жилые, во втором живут Рита и Юля. Правда, Юля там, скорее, просто числится: её комната пустует. Вит и девушка своих отношений не скрывают и живут вместе. Рита почему-то из-за этого страшно зла на инструктора. Первым, что пришло в голову по этому поводу, был, конечно, банальный любовный треугольник, но эту идею я отмёл почти сразу. Непохоже, чтобы Рита ревновала, с Юлей они общаются как подруги, а вот на инструктора темпераментная девушка смотрит волком. Обитатели домиков находятся тут достаточно давно, из новичков, кроме меня, – только Алекс. Никто не любит говорить о жизни, из которой его выдернули нажатием кнопки каэя, да и вообще разговаривают "защитники" между собой мало. Перебросились несколькими словами за столом – и разошлись по комнатам. Хотя что там делать – загадка, никаких мало-мальских развлечений я на границе Эликая пока не заметил.

Еду регулярно приносит металлический брат-близнец нашего стража. Вкус у мяса и овощей непривычный, но пища вполне съедобна.

Я заметил, как Вит, когда разгружали ящичек с едой, сунул в карман маленький контейнер.

– Что это? – шепнул я Рите.

– Лекарство от страха, – довольно громко ответила она. – Здесь никто его не пьёт, и тебе не советую.

– Наркота, что ли? – нахмурился я.

– Вроде того, – ответил Вит. – Рекомендуется принимать перед боем. Бояться не будешь, но и остерегаться тоже посчитаешь лишним. Всех, кто это пробовал, уже нет в живых. Я не могу решать за вас. Если кому-то это нужно – оставлю одну-две таблетки.

Смотрел он при этом только на меня. Разумеется, остальные давно отказались от "порции смелости".

– Не нужно, – ответил я. – А вот тренировка нужна.

– Будет тебе тренировка, – пообещал Вит.

Один из молчаливых парней, сменивших камуфляж на обычные шорты и футболки, прицепил к летающей железке большой ящик, а снизу к нему – пустой, из-под еды. Я уже прикидывал, насколько реально поместиться в этом ящике, когда Вит понимающе хмыкнул.

– Можешь даже не смотреть на это, – сказал инструктор. – Там грязное бельё, его сразу сгружают в стирку автоматы. Даже если влезешь туда – глупо погибнешь в чем-то вроде большой стиральной машины.

Ещё пару часов назад я насмешливо спросил бы: "А что, кто-то уже пробовал?" Сейчас спрашивать об этом совсем не хотелось. Если существует война с ежами, то почему не быть гигантской стиральной машине? Иногда стоит прислушаться к поговорке: "Меньше знаешь – лучше спишь".

– Я опознавал в Эликае одного такого умника, – после долгой паузы сказал Вит. – Больше не хотелось бы.

Я кивнул. Предупреждение принял, в ящик с грязным бельём не полезу. Да и смысла пока нет бежать в незнакомый, враждебный город. Даже если получится – что я там буду делать? Меня быстро поймают и отправят сюда, на иглы к ежам без оружия.

Лучше для начала расспросить Вита подробнее об Эликае. Знать бы ещё, какая именно информация может мне пригодиться…

Когда все обедали в свободной комнате второго домика, я увидел в окно такое, что тут же забыл о еде. По лугу бесшумно катила довольно большая металлическая коробка. У ежиного трупа она остановилась, одна из стенок отъехала в сторону, из неё показался здоровенный ковш, по форме напоминающий детский совочек. Пара взмахов – и "совочек" спихнул останки ежа в образовавшуюся яму. Ещё пара взмахов – и яма оказалась засыпана землёй, ковш втянулся назад, а коробка принялась разравнивать место ежиного захоронения.

– Это всегда так? – спросил я у сидящего рядом Алекса.

– Всегда. Из Эликая присылают эту штуку, чтобы приводила всё в порядок и сеяла новую траву.

– Траву? – ошарашенно переспросил я.

– В Эликае любят природу, – желчно ответил Алекс.

– А где водитель этой штуки?

Я прикинул размеры ковша. Места для человека внутри коробки вряд ли хватило бы.

– В городе всё автоматизировано, – сухо произнёс Вит. – И даже не думай, что сможешь уехать внутри лавиля в Эликай. При движении ковш вращается, как в мясорубке, доберёшься до города в виде фарша. Опознать можно будет только по клочкам одежды.

Юля резко вскочила и, зажав рот, выбежала из комнаты. Меня и самого замутило от описанной инструктором картины.

Вит коротко бросил мне:

– Через час – тренироваться! – и быстро вышел за девушкой.

Рита проводила его тяжёлым взглядом, остальные уставились в тарелки. Да уж, весёлое местечко! Они как будто не замечают друг друга. В такой обстановочке и с ума сойти недолго. Хотя, может быть, удастся разговорить их всех по отдельности.

На тренировке я понял, что не настолько спортивен, как думал.

– Реакция неплохая, – отметил Вит после того, как я раз сорок уклонился от кидаемых им крупных, но поразительно лёгких камней. – А вот дыхалку надо тренировать. Каждый день по нескольку раз будешь бегать по лугу кругами. В том мире ты наверняка считался сильным и выносливым, но здесь всё по-другому, здесь нужно больше сил. Теперь бери копьё, – инструктор протянул мне приготовленное заранее оружие. – Твоя задача – перевернуть ежа.

Он наклонился к лежащему у стены дома объёмистому свертку и развернул ежиную шкуру, осторожно держась за два шипа-"колючки".

– Ого! – вырвалось у меня.

– Это наш тренажёр, – сказал Вит и обернулся в ежовый наряд. – Сейчас застегну – и ёж готов.

Ёж, и правда, получился правдоподобный. Вита не было видно, я даже не понял, через что он оттуда смотрел и каким образом двигался. Но в том, что инструктор всё видит, сомнений не было. "Ёж" маневрировал вокруг меня, почти касаясь кошмарными иголками, я только успевал отскакивать.

– Быстрее! – звучал изнутри "врага" голос Вита. – Настоящий ёж уже насадил бы тебя на иглы! А сейчас он прокатился бы по тебе, впечатывая в землю! Копьё! Используй копьё!

Я с трудом удержал тренажёр, уперев в него оружие.

– И что? – хмыкнул невидимый инструктор. – Он может сделать вот так! – и "ёж", отступив на несколько сантиметров, покатился в сторону, а затем на меня.

Я рывком упёр копьё вниз, под тренажёр, и резко приподнял верхнюю часть, словно работал очень длинным ломом. "Ёж" перевернулся и замер.

– Сойдёт, – сказал Вит. – На сегодня хватит.

Иголки разошлись в стороны, и инструктор с лёгкостью вылез из шкуры.

– Вернее, мне хватит, – поправился он. – А тебе прямо сейчас нужно сделать круга четыре от домов по лугу. Бегом!

Бежал я уже в сумерках, задыхаясь, обливаясь потом после непривычной тренировки и проклиная ежей, ящеров, Эликай и его сумасшедших жителей.

Алекс и Рита, оба в камуфляже, прошли к лесу, мельком взглянув в мою сторону. Я прибавил скорости, чтобы их догнать, и крикнул:

– Вы куда?

Голос срывался, дыхание упорно не хотело восстанавливаться. Оценивающе взглянув на меня, Рита остановилась, а вслед за ней – и Алекс. Я с удивлением отметил, что парень уже не хромает. Наверное, тут есть какие-то чудодейственные лекарства из "цивилизованного" Эликая. Я затормозил рядом с ними.

– В лес, дежурить, – сухо ответила Рита. – Не останавливайся, походи шагом.

Они снова двинулись к лесу. Я пошёл рядом, лихорадочно глотая воздух. Вскоре удалось выдохнуть:

– А с вами можно?

Хорошо было бы посмотреть, что представляет из себя лес, и заодно попробовать порасспросить этих двоих. Возможно, оторвавшись от молчаливой компании, они станут разговорчивее. Псих уж точно пойдёт на контакт, а Рита… В конце концов, в моём мире мне было нетрудно поговорить с любой девушкой.

– Нет! – отрезала Рита, ломая все мои планы. – Мы не на прогулку.

– Ну, мне же надо учиться… – старательно замямлил я.

– Все вопросы – к Виту, – сказала девчонка и двинулась дальше.

Алекс угрюмо потопал за ней, а мне пришлось возвращаться к домикам.

Молчуны уже разошлись по комнатам, Вит с Юлей целовались у окна в комнате инструктора – я видел, как сплетаются в объятиях их силуэты.

Ну и скукота же здесь, наверное, царит в мирные дни! Один Виталий хорошо устроился: выбрал девчонку посговорчивее. А остальным-то что делать? Чем можно заниматься вечерами одному в комнате?

Ответ пришёл в голову мгновенно. Спать! После безумного дня меня шатало от усталости. Надо же – кто-то постелил мне чистую постель. Есть тут, оказывается, как минимум, одна добрая душа.

Я прямо в одежде рухнул на свежую простыню из неизвестного, но приятного на ощупь материала. Глаза закрывались сами собой. Одна из последних мыслей была о доме. Меня наверняка уже хватились, мамуля с отцом обзванивают всех подряд – друзей, педагогов, больницы, полицию, морги, – а я не могу даже отправить им весточку типа жив-здоров-не волнуйтесь.

"Ничего, я вернусь, обязательно вернусь, – несколько раз повторил я то мысленно, то шёпотом, сжав руку в кулак. – И надеюсь, что скоро".

Но для того, чтобы вернуться, надо выжить в этом "цивилизованном" мире. Нужны силы, тренировки, еда и, конечно, сон. Нужно выносливое тело и свежая голова. Вита и остальных, может, никто и не ждёт, а мне есть куда возвращаться.

Уже сквозь дрёму я услышал приглушённые всхлипывания Юли и тихий, успокаивающий голос Вита. Правда, с утра я уже не мог сказать с уверенностью, снилось мне это или было на самом деле.

На завтрак парочка не пришла, Алекс сказал, что Вит и Юля сегодня дежурят в лесу. За едой – чем-то вроде булочек и травяного чая – мы молчали впятером. Единственное, что удалось узнать за завтраком, – имена неразговорчивых и суровых на вид парней: Коля и Тарас. Алекс постоянно зевал и в собеседники особо не годился. Рита вообще не поднимала глаз от тарелки.

– Вит просил проследить, чтобы ты не забыл с утра побегать, – сказал Коля, когда мы встали из-за стола.

Я бежал по зелёной смятой траве шестой круг, следя за дыханием, и раз за разом повторял: "Это нужно, чтобы вернуться!"

Глава 6

За три дня я мало что узнал, зато тренироваться пришлось много. Один раз случайно застал Юлю за уборкой в моей комнате и выяснил, как управляться с местным пылесосом. Оказалось – всего лишь нажать кнопку и выпустить цилиндр на колесиках в комнату. Он бесшумно скользил по полу, пока не собрал каждую соринку, а затем подкатился к моим ногам.

– Всё, выключи его и неси на место, к Рите в коридор, – сказала Юля.

– К Рите? – переспросил я. – Слушай, может, объяснишь, почему она так от меня шарахается?

– Не только от тебя, – нехотя ответила Юля. – Здесь стараются не заводить близких отношений. Так проще, защитникам Эликая лучше ни к кому не привязываться.

– Кто бы говорил! – хмыкнул я.

Юля отвернулась и вышла из комнаты. Мне показалось, что глаза девушки налились слезами. Не ценит, что ли, Вит такое сокровище? Казалось бы, должен понимать, что его Юля – единственный более-менее нормальный человек из всей боевой компании.

Время тянулось медленно, час за часом, день за днем. Ежи не появлялись, я научился переворачивать тренажёр, не натыкаясь на иглы-кинжалы, но прекрасно понимал, что с настоящим, живым и разумным колючим противником справиться будет гораздо труднее.

На третий день Вит после тренировки отправил меня вместе с Ритой в лес дежурить.

– Почему с ней? – поинтересовался я.

– А почему нет? – прищурился инструктор. – Коля и Тарас хорошо сработались, ты им точно не нужен. Не с Алексом же тебе идти! Лучше даже не представлять, до чего вы, два мечтающих о побеге новичка, там договоритесь.

– Вит, ты не замечал, что Рита не совсем адекватна? – напрямую спросил я.

– Она полностью адекватна, – отрезал он. – Если не будешь приставать к девушке и распускать руки – всё будет в порядке.

– Ну, ты к ней, вроде, не пристаёшь, а разговаривает Рита с тобой совсем не как с руководителем, – напомнил я, надеясь на очередное объяснение странностей "защитников". – Это всем так можно?

– Нет, любому из вас я бы за такое шею свернул, – спокойно ответил Вит. – А девушке – да, можно. Тем более, что основные обязанности Рита выполняет блестяще. Да и злится, в общем-то, по делу, – задумчиво добавил он. – Собирайся, форму найдёшь в шкафу в соседнем доме. Вчера из Эликая прислали, я её уже подписал, размер твой.

Камуфляж оказался неожиданно удобным: в нем не было ни холодно, ни жарко, он не стеснял движений и пришёлся мне настолько по размеру, словно его шили на заказ, снимая все мерки.

– Здесь всё механизировано, – сухо объяснила Рита, когда я по дороге спросил у неё, как в Эликае определяют размер нашей одежды. – Страж фиксирует мерки новичка и передаёт их куда-то дальше. А потом специальные машины кроят и шьют всё, что нужно, точно по размерам.

– А люди в Эликае чем занимаются? – поинтересовался я. – Кроме того, что смотрят бои с ежами?

– Не знаю, – ответила девушка. – Спроси лучше у Вита. Он там был.

– Как он оказался в Эликае? – насторожился я.

– Инструктора иногда туда отвозят, если нужно что-то обсудить. Это не секрет, позже сам всё увидишь. А теперь тихо, в лесу не стоит разговаривать.

Рита уверенно пошла между деревьями, я двинулся за ней, внимательно оглядываясь. Деревья здесь росли огромные, с толстенными стволами, или наоборот с тонкими, не толще каната, все незнакомые. У тонких стволы были совершенно гладкие, ветки росли высоко, метрах в четырёх от земли, листья на них были овальные – крупные, мясистые, раза в два больше моей ладони. Стволы толстых деревьев покрывала шершавая, колючая кора, а на мощных ветвях росли нежные, кружевные по краям, светло-зелёные листочки. Тропы не было, по крайней мере, я её не видел. Местами деревья росли так густо, что между ними приходилось почти протискиваться. Кое-где встречались колючие кусты с большими синими ягодами.

Рита рвала и ела их по дороге с явным удовольствием. Я осторожно попробовал одну – ягода оказалась сладкой, сочной, без косточки. По вкусу она немного напоминала киви и почему-то – шоколад. Я улыбнулся: а девчонка-то, оказывается, сластёна.

– Тут тропинки нет? – шёпотом спросил я, когда мы полезли через разросшийся кустарник с ягодами. – И одежду разорвём, и сами исцарапаемся.

Рита остановилась, я встретил её недовольный взгляд. Девушка приподнялась на носочки. Прямо мне на ухо, почти касаясь его губами, Рита прошептала:

– Эта одежда от таких колючек не порвётся, а руки и лицо старайся прятать. Мы идём вдоль единственной дороги, по которой ежи могут выйти из леса. Здесь сравнительно безопасно, ежи не пройдут: деревья растут слишком часто. А вот ящеры могут до нас добраться, так что не болтай. Если что надо сказать – только на ухо.

Я огляделся и негромко сказал:

– Да нет здесь никаких ежей и ящеров.

– Тише! – уже с раздражением прошипела Рита. – Вообще-то мы сюда пошли, чтобы вовремя их увидеть и всех предупредить. Конечно, можем и не встретить зверей, но это – как повезёт.

Она достала из глубокого кармана штанов маленький прибор, нажала на кнопку и подержала его то над одной ладонью, то над второй, потом молча протянула мне.

По ладони прошёлся приятный ветерок, и липкие следы от синих ягод полностью исчезли, словно я помыл и насухо вытер руки.

– Хороший приборчик, – одобрил я.

– …! – выругалась девушка. – Сказала же, тише говори! Хотя уже поздно, – добавила она и вдруг с силой толкнула меня прямо в колючий куст.

Я машинально прикрыл лицо кистями рук и ощутил, как камуфляж цепляется за тонкие ветки и шипы. Сломав часть куста, я рухнул под нижние ветви. Удивительно, что ладони не повредил. Шипы тут такие, что могли не только расцарапать, но и глубоко воткнуться в тело. А если бы лицо не успел закрыть – мог и без глаза остаться. Спятила, что ли, Рита, защищая Эликай?

Не успел я возмутиться, как девушка оказалась рядом, прикрывая рукой лицо.

– На корточки садись, – прошипела она. – Ты своей болтовнёй ящера приманил!

Я проследил за её взглядом. С неба действительно спускался тёмно-зелёный дракон. Летел он странно – поджав еле двигающиеся крылья, штопором, вниз головой. И нацеливался на кусты, в которых мы сидели, в этом сомнений не было.

Лицо обожгло горячее дыхание ящера, запах гнили из приоткрытой пасти перебил все остальные – аромат "шоколадных" ягод, терпкий запах травы, пряный – от соседних деревьев.

Я нащупал ветку с шипами подлиннее, с палец величиной, и сломал её, не отводя взгляда от чудовища. Глаза ящера были тёмные, а взгляд – завораживающий, как у удава. В голове мелькнула дурацкая мысль: не использовали ли эликайцы змей для создания этого чудовищного гибрида?

Я резко распрямился и ткнул шипастой веткой в горло ящера.

– Стой! – громко прошипела Рита.

Один из шипов попал, куда нужно: из горла монстра потекла густая зелёная жижа, ящер захрипел. В следующую секунду поднявшаяся Рита с силой дёрнула меня в сторону ближайших деревьев.

Зелёное чудовище, ломая кусты, повалилось на землю.

– Сумасшедший! – выдохнула Рита. – А если бы он на нас упал? Вит говорил, ящер килограмм двести пятьдесят-триста весит.

– И что? Надо было подождать, пока он откусит кому-нибудь из нас голову? – разозлился я. – Могла бы и спасибо сказать!

– Он бы не полез в колючие кусты. Посмотрел бы и улетел, – яростно зашипела Рита. – А вот если бы ящер на нас упал – раздавил бы обоих! Вит что, совсем тебя перед дежурством не инструктировал?

Я промолчал. Рита скрипнула зубами и прошипела:

– Всё время будь рядом и, если будешь говорить, – только шёпотом. А ещё лучше – молчи. Вернёмся немного назад.

Время текло медленно. Я сидел рядом с Ритой между двумя деревьями и думал о том, что теряю ещё один день. За несколько часов я ничего толком не узнал, кроме того, что Вит иногда, как инструктор, бывает в Эликае.

Когда местное тускловатое солнце (если это, конечно, солнце) начало путь за деревья, к невидимому горизонту, девушка прошептала:

– Пошли.

– А почему никто не дежурит ночью? – спросил я, когда в просвете между деревьями стали видны луг и домики.

– Ночью ежи и ящеры спят, – ответила Рита. – А на рассвете в лес пойдут Коля и Тарас.

Я сразу, не переодеваясь, двинулся в столовую. В животе урчало: ягод в качестве обеда моему желудку не хватило. Все уже сидели за большим овальным столом, и Юля накладывала в последнюю тарелку какую-то кашу с мясом. На моём месте уже ждал ужин. Я сел за стол, послав девушке Вита благодарный взгляд. Больше никто здесь не подумал бы положить еду в тарелку дежурившим.

Рита подошла к инструктору и смерила его яростным взглядом.

– Вит, как ты мог отправить его неподготовленным? – она кивнула в мою сторону. – У тебя что, мозги отшибло от великой любви? Так я тебе напомню: ты – инструктор и руководитель, …! И обучать новичков – твоя обязанность! А ты вместо этого…

– Хватит! – Вит стукнул кулаком по столу так, что подпрыгнули тарелки. – Да, я отправил с тобой зелёного новичка, потому что ты вполне готова его инструктировать. Чем я был занят вместо этого – не твоё дело. И ничьё, – он обвёл всех тяжёлым взглядом.

Однако ни стук по столу, ни взгляд инструктора Риту не смутили.

– А предупредить можно было, что он ничего не соображает? – продолжила она, не меняя тона.

– Нет. Тебе надо учиться действовать в любых условиях и ситуациях, – сверкнул глазами Вит. – А теперь садись и ешь. Желательно молча.

Тишина за столом в тот вечер стояла гробовая.

После ужина все разошлись по комнатам, только неуёмная Рита задержала Юлю, чтобы решить, что из "чисто женских вещей" заказывать следующему железному посланнику из Эликая.

Я сидел на кровати и думал, с кем бы завести разговор о возможностях побега. Чисто технически проще всего – с Ритой, в соседнем домике, подальше от Вита. Одна проблема – девушка совершенно не хочет со мной общаться. Можно дождаться, пока в домик зачем-нибудь пойдёт Алекс, и выйти вслед за ним, но неизвестно, сколько ещё белобрысый псих проторчит в своей комнате и вообще выйдет ли сегодня из домика.

– Доигрался?! – донёсся из коридора голос Риты. – Вит, ты – …! У тебя вместо головы – …! Ты вообще чем думал, когда начинал крутить с Юлькой?

– Замолчи! – резко перебил инструктор.

– Ты же знал, чем это может закончиться!

– Рита, не лезь! Это не твоё дело, – жёстко произнёс Вит. – Если скажешь хоть слово при страже – убью, – после короткой паузы добавил он.

Последние слова прозвучали очень спокойно, буднично, но в том, что это не пустая угроза, я почему-то не сомневался.

– Я, естественно, не скажу, но это и так заметят, – сухо произнесла Рита. – Поняла я – поймут и другие. Или есть возможность сделать аборт в таких условиях? – в её голосе прозвучала надежда. – Вит?

– Рита, я сам разберусь, что делать, – сдержанно ответил инструктор. – Это наше дело, моё и Юлино. Ты своими воплями уже всех оповестила о ситуации. Так вот, повторяю ещё раз, для остальных: кто скажет хоть слово при страже – убью.

Наступила тишина, были слышны только отдаляющиеся шаги. В окно я увидел, как Рита быстро идёт к соседнему домику, слишком сильно размахивая руками.

Права девчонка, Виту головой надо было думать. Если у них с Юлей будет ребенок, новорождённого, так же как в своё время и всех нас, с чипом в мизинце отправят в тот, родной мне мир, а потом выдернут оттуда на забаву эликайцам защищать границы города от ежей и ящеров.

Ночью я слышал тихие голоса Юли и Вита. Девушка всхлипывала, инструктор говорил что-то успокаивающее. Я разобрал только банальные слова, подходящие почти для всех ситуаций:

– Доверься мне, всё будет хорошо.

Да уж, и хотелось бы верить, но я – реалист. Эта ситуация – исключение, ничего хорошего Юле ждать не стоит.

Глава 7

Наутро я проснулся от шума в коридоре.

– Подъём! Ежи на подходе! – кричал Вит. – Готовьте оружие!

Я открыл глаза и тут же вскочил с кровати. Брошенный вчера прямо на пол камуфляж не помялся. Интересно, из чего эликайцы клепают форму для нас? Девчонки, в основном, ходят в шортах, если им не нужно в лес на дежурство, а вот парни и инструктор всё время в форме. Теперь я понял, почему – удобнее неё ничего не найти. Я торопливо натянул одежду.

Сонный мозг наконец заработал, как следует. В горле тут же пересохло: я осознал, что пришло время первого боя. А ведь я совсем к нему не готов. Одно дело – переворачивать тренажёр, зная, что внутри него сидит инструктор, и совсем другое – встретиться с настоящим противником.

Я вышел в коридор, рука сама собой машинально взяла одно из копий. Вит ободряюще хлопнул меня по плечу.

– Всё нормально, ты готов, только держись поближе к остальным. И не геройствуй сильно, – сказал инструктор. – Потом ещё с кистенём потренируешься, копьё ты освоил.

Я машинально кивнул. Алекс уже стоял в стороне с копьём в руке и булавой с шипами на круглом наконечнике, заткнутой за крепкий кожаный пояс. Юля расчехлила детали лука и собирала своё оружие.

– Он сломан, – в голосе девушки прозвучала растерянность. – Вит, я же ничего не смогу сделать!

– Покажи! – инструктор шагнул к девушке. – Да, тетиву не натянешь.

– Как такое могло получиться? – чуть не плача, выдохнула Юля. – Когда я его разобрала, всё было в порядке.

– Разберёмся после боя, – хмуро произнёс Вит. – Сейчас ничего не исправишь. Бери копье.

Я смотрел на инструктора как на сумасшедшего. Он что, собрался отправить в реальный бой беременную девчонку?

– Вит, я не умею с ним обращаться! – в голосе Юли прозвучал страх.

– Неважно. Просто бери его и держись у меня за спиной, – инструктор взял девушку за руку. – Ты мне доверяешь?

Юля кивнула, покусывая губу.

– Вот и хорошо. Будь всё время за моей спиной, в шаге от меня.

– С ума сошёл?! – выдохнула Рита, когда мы вышли на улицу.

Она уже стояла у крыльца с луком через плечо. Взгляд девушки остановился на Юле, глаза Риты расширились.

– Второй лук сломан, сегодня прикрываешь нас ты одна, – не отреагировал на очередную грубость Вит. – Не подведи, Ритуль.

– Постараюсь, – Рита сосредоточенно огляделась. – Я могу сменить позицию?

– Действуй на своё усмотрение, только не рискуй, – с кислой улыбкой сказал Вит. – Лучницы для нас на вес золота.

Рита сорвалась с места и помчалась куда-то за домики.

– Удачи! – крикнула она, заворачивая за угол. – Вит, за сломанный лук потом будем убивать кого-то вместе!

Инструктор вымученно улыбнулся. Я поморщился: неужели Рита кого-то подозревает? Кому нужно портить лук и выводить из строя Юльку, которая нас же и прикрывает? Если бы Вит не взял её на луг, я был бы уверен, что над луком поработал сам инструктор, чтобы обезопасить беременную подружку. А так, скорее всего, Юля случайно сама его сломала и не заметила. Она сейчас нервничает, могла и дёрнуть что-нибудь сильнее, чем нужно.

По лугу со стороны леса навстречу нам бегом примчались Коля и Тарас: наступление ежей вновь выпало на их дежурство. Я вздохнул: парни даже не запыхались. А если меня заставить так пробежаться, потом с трудом отдышусь. Прав Вит, дыхалку мне ещё тренировать и тренировать.

Все мы, вооружённые, двинулись к лесу.

– Сколько их? – сосредоточенно спросил Вит.

– Ежей восемь, ящеров, вроде, три, – ответил Коля.

– Восемь на пятерых… – задумчиво пробормотал Вит. – Тарас, держишься рядом с Алексом, Коля – с Аркадием, – после секундной паузы приказал он. – Постарайтесь, чтобы на двоих приходилось по три ежа. Пошли!

Вит протянул руку с каэем каждому по очереди. Парни молча нажимали на кнопку. Тарас и Коля оказались по разным сторонам луга, Алекс – в нескольких метрах от Тараса.

– Подумай о том, чтобы оказаться рядом с Колей, – сказал мне Вит.

Я протянул руку. В голове пронеслась шальная мысль: а что если подумать о доме? Нет, сейчас пытаться бежать бессмысленно, Вит тут же вернёт меня, нажав на кнопку. А вот если попробовать во время боя – может и получится. Инструктору будет не до меня, и я за несколько минут избавлюсь от мизинца с чипом, рука не дрогнет.

– А вот об этом даже не думай, – тихо сказал Вит.

– О чём? – хмуро переспросил я.

– Тебя моментально вернут назад, – спокойно продолжил он. – Каэй есть не только у меня. Диспетчер Эликая постоянно наблюдает за нами через стража и тут же нажмёт нужную кнопку. Насколько я знаю, отсюда никогда не было удачных побегов.

– Будет, – усмехнулся я.

– Забудь об этом, – инструктор смотрел мне в глаза так, словно пытался загипнотизировать. – Побег защитника Эликая означает одно – смерть, и обычно – мучительную.

Я молча нажал на кнопку каэя и тут же увидел, что стою в паре метров от Коли. Как оказалось, все перенеслись как раз вовремя: из леса по широким тропам с двух сторон выкатывались ежи, а одновременно с ними над верхушками деревьев поднялись три грузные тёмно-зелёные крылатые туши. Краем глаза я заметил, как посреди луга возникли Вит и Юля.

Рита права: инструктор сошёл с ума! Куда он притащил девчонку, которая мало того что с копьем обращаться не умеет, так ещё и беременна?

– Вперёд не лезь, держись на подхвате! – бросил молчаливый парень, не глядя на меня.

Просвистела в воздухе стрела, ещё и ещё одна. С четвертой попытки Рита подстрелила одного из ящеров. Разумный дракон рухнул почти на границе леса и луга. Я и не представлял, что из лука можно так часто выпускать стрелы.

В следующие секунды мне пришлось отвлечься от наблюдений за ящерами: ежи разделились. Восемь шаров, покрытых смертоносными иглами, взрыхляя землю, покатились в разные стороны. К нам приближались три колючих противника.

– Твой – крайний, – отрывисто сказал Коля и двинулся навстречу ежам так, чтобы оказаться между ними.

Сбывалось то, чего я неосознанно боялся. Страх удалось загнать поглубже, забивая мыслями о побеге, но теперь страх выползал, покалывал ежиными иглами, заставлял руки леденеть, а тело – покрываться холодным потом. Я оказался наедине с противником, и помощи от опытного наставника ждать не приходилось. Инструктору самому пригодились бы помощники: на него нацелились разумные ящеры и два ежа. Да ещё и за спиной дополнительная сложность – Юля с бесполезным копьём в руке. Зачем только Вит потащил её с собой? И назад ведь уже не отправишь!

Стрелы пролетали над головой постоянно, но посмотреть, достигли они цели или нет, времени уже не было. Ёж подкатился на расстояние вытянутого копья.

Оказалось, тренировки с Витом не прошли даром. Пока я боролся со страхом, руки действовали сами собой, а в голове проносились отрывочные мысли-команды: "Упереть копьё под углом! Толчок! Не вышло – начинай заново! Поддень ежа снизу!"

Над головой шумно взмахнули огромные крылья. Я машинально пригнулся и тут же понял: так ящер не может до меня добраться, потому что тут же влетит в ежа и окажется на жутких иглах. Снова свистнуло над головой, и развернувшийся для новой атаки крылатый монстр со стрелой в горле рухнул на ежа, вдавливая его в землю. Послышалось уже знакомое хрипение ящера и бульканье изнутри колючего клубка. Я поднажал на копьё-рычаг и рывком перевернул ежа. Копьё вошло в мягкую светло-розовую плоть, словно в тягучее, вязкое желе. Я с остервенением ударил ещё раз, и ещё, чувствуя, как меня покидает страх, как вместо него нарастает злость, причем совсем не на ежей. С каждым ударом я представлял, что копьё вонзается в любого жителя Эликая, который сейчас с увлечением смотрит трансляцию боя. Может быть, даже с попкорном или чем-то на него похожим.

В голове снова зазвучал мысленный голос – напоминание об изнурительных тренировках с Витом: "Не отвлекайся! Не расслабляйся! Справился с одним – вспомни о других противниках!"

Я огляделся. Алекс и Тарас уже прикончили одного ежа, Коля – второго, неподалеку от Вита бесформенной тушей, растопырив крылья, лежал мёртвый ящер, а сам инструктор как раз переворачивал копьём ежа, каким-то чудом удерживая второго колючего противника на расстоянии длинным мечом.

Похоже, моя помощь никому не была нужна. Я с интересом наблюдал, как справляются остальные. Вот Тарас покончил со своим ежом и ринулся помогать Алексу: не в меру резвый гигантский колючий клубок кружил вокруг парня, не давая тому времени для манёвров. Вот знакомо тошнотворно забулькал ёж под копьём Коли.

Я встретился взглядом с Витом. Инструктор одобрительно кивнул. Я с интересом смотрел в его сторону, готовясь увидеть мастера боя в деле. Последний оставшийся в живых мутант откатывался, словно пятился, отступая. Вит что-то сказал Юле. Девушка побледнела, замотала головой, инструктор настаивал. Убить ежа, что ли, девчонку отправляет? Если так, он действительно сумасшедший.

Ёж, разгоняясь, снова покатился в их сторону. Немного отступив, Вит задел Юлю плечом. Девушка взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие. Возможно, и удалось бы, но Вит споткнулся и упал, увлекая Юлю за собой на землю. На пару секунд подкатывавшийся клубок игл-кинжалов скрыл инструктора с девушкой от моего взгляда. Я даже не понял, как ноги понесли меня в ту сторону, а рука подняла копьё наперевес. С другой стороны уже бежал Тарас.

Успеть было невозможно, оба мы находились гораздо дальше, чем разъярённый боем ёж. Раздался страшный крик Юли, а потом наступила тишина. Не менее страшная, прерываемая знакомым бульканьем.

Клубок размяк, развернулся: ёж лежал иголками вниз, а из его поросячьей шеи торчал меч Вита.

– Оба – насмерть? – выдохнул подбежавший Алекс.

– А ты как думаешь? – мрачно произнёс Тарас.

Умом я понимал, что у инструктора и Юли не было ни одного шанса выжить, но поверить в это никак не мог. Вит – мастер, опытный боец! Как могло случиться, что он не справился с единственным противником? Отвлёкся на Юлю? Оступился? Упал? Да он и лёжа успел убить колючее чудовище. Но почему инструктор подпустил противника настолько близко? Почему не воспользовался копьём?

– Мы уже послали к вам лавиль, – раздался бесстрастный голос откуда-то сверху. – Он будет с минуты на минуту.

Я поднял голову. Голос шёл от парящего над нами стража.

– Не спешите, мы их похороним, – холодно сказала Рита.

И когда она только тут появилась?

– Вы уверены? – в голосе прозвучало недоумение. – Зрелище может оказаться шокирующим…

– Инструктор и лучшая лучница не будут лежать в одной яме с ежом, – отрезала Рита. Она отвернулась от железного агрегата и обратилась к Коле и Тарасу. – Ежа нужно перевернуть.

Страж отлетел на другой конец луга и скрылся за деревьями с такой скоростью, словно за ним гнался истребитель.

– Куда это он? – не понял я.

– Не будет же он показывать жителям Эликая такую шокирующую картину! – процедил Алекс.

– Если здесь есть слабонервные, им лучше уйти, – сказала Рита.

Намекала она явно на меня и Алекса, молчунов слабонервными не назовёшь. Коля и Тарас с двух сторон поддели колючий "коврик" и рывком перевернули его. От увиденного меня замутило. Клочья одежды вместе с выдранными из тела кусками были нанизаны на иглы, земля залита кровью, почти неповрежденная рука мёртвой хваткой сжимала копьё, а совсем рядом лежал тонкий, ровно обрубленный палец. Мизинец.

Я ещё соображал, что это значит, а Рита уже быстро распоряжалась:

– Носилки! Скорее! И обязательно накрыть! Лопаты!

– Может, пусть всё-таки лавиль пару раз ковшом махнёт? – заикнулся Алекс.

– Нет! – отрезал Тарас.

– Из уважения к нашим убитым друзьям мы всё сделаем сами! – неестественно громко сказала Рита.

Я кивнул. Они правы, пусть лучше эликайцы думают, что Юля погибла вместе с Витом.

Я вспомнил, как она пыталась от чего-то отказаться. Значит, девушка сопротивлялась возвращению домой. Юля наверняка понимала, какую цену за это заплатит Вит. Инструктор нашёл единственный выход из ситуации, которая казалась безнадёжной.

Останки собирали на носилки Тарас, Коля и Рита. Меня мутило, Алекс отбежал в сторону, и его стошнило. Рита при этом что-то пробормотала об излишне нежных организмах.

Похоронили Вита в лесу – там, где деревья растут не слишком далеко друг от друга, и ежи не могут прокатиться между ними.

Когда Коля уже собирался бросить первую лопату земли, Рита наклонилась над могилой. Когда девушка распрямилась, меня передёрнуло. Рита надевала на запястье каэй, снятый со второй, покалеченной руки инструктора.

Глава 8

Над лугом нарезал круги страж, транслируя эликайцам очередное увлекательное кино: лавиль закапывал последнего ящера.

– А куда он будет девать всё это зверьё, когда место для кладбища эликайских животных закончится? – хмуро поинтересовался я.

От увиденного меня до сих пор мутило. Тошнота подступила к горлу, стоило лишь представить, как лавиль сваливает в яму ежа вперемешку с останками Вита.

– Давно закончилось, – буркнул Тарас.

– Он их слоями укладывает, – объяснил Алекс.

В воображении тут же возникла картинка: гигантский слоёный торт из ежей, где вместо крема – прослойки эликайской земли – как оказалось, мягкой, лёгкой и рассыпчатой.

– Я с прискорбием должен сообщить, что на сию минуту вы остались без инструктора, – без малейших признаков скорби сообщил уже знакомый голос с небес. – Вижу, что вы умеете принимать решения и действовать самостоятельно. В частности, вы не забыли про каэй.

На всех лицах застыло напряжённое ожидание. Я и сам отвлёкся от мыслей о жуткой смерти Вита и с тревогой ждал, до чего додумаются жадные до зрелищ эликайцы.

– Поэтому новый инструктор к вам прислан не будет, – продолжал голос, звучащий из стража. – По издавна заведённым правилам, Виталий периодически, раз в двадцать один день, называл имя возможного преемника. Это лучница Маргарита. Я вижу, именно вы надели каэй. Это подтверждает, что ваш бывший руководитель полностью прав в своём выборе.

Теперь взгляды были прикованы к побледневшему лицу Риты. Молчуны смотрели сочувствующе, Алекс – с недоверием.

– У вас что, нет опытного инструктора? – сухо спросила девушка. – Я здесь всего год. Вы считаете, что я могу руководить группой?

– Так считал ваш инструктор. Вы назначаетесь руководителем этого отряда защитников Эликая. Первое задание для вас – воспользоваться каэем для вызова двух новых бойцов. Каэй будет включён через пятьдесят мгновений.

– То есть, через пятьдесят мгновений я должна нажать кнопку и неизвестно сколько прообщаться с новичками? – недобро прищурилась Рита. – Вы видели бой, видели, что мы только что хоронили наших друзей, видели, что мы, в конце концов, усталые, голодные и, уж извините за подробность, грязные…

– Вы не поняли, – перебил голос. – Каэй будет включён через тридцать восемь мгновений. Ваше право – решать, когда именно вы им воспользуетесь. Разумеется, вы можете обращаться к нам с любыми вопросами.

– Я это учту, – процедила Рита и двинулась к домикам.

До дверей мы дошли в полном молчании. Страж бесшумно летел над нами. Надо будет учесть, что через него можно общаться с кем-то из эликайцев, и подумать, как это может мне пригодиться.

– Переодевайтесь, приводите себя в порядок и приходите, – голос Риты прозвучал жёстко, но во взгляде девушки я заметил растерянность.

В коридоре Алекс показал мне взглядом на свою комнату. Угрюмые молчуны тут же отправились каждый к себе. Я шагнул к Алексу. Комната оказалась такой же безликой, как и моя.

– Аркаш, – брызгая слюной, зашептал он, – ты хочешь отсюда выбраться? Хочешь, я знаю. Теперь Вита нет, а каэй – у девчонки, которая вообще не боец! Каэй можно отобрать, Риту и убивать для этого необязательно. А потом рубануть друг другу мизинцы и выйти…

Алекса трясло от возбуждения, в глазах горели неприятные огоньки. Я невольно поморщился. Неужели он думает, что никто никогда не пробовал сбежать именно так, отобрав каэй у руководителя? Да эликайцы наверняка только и ждут, когда кто-нибудь из нас психанёт и кинется к Рите за вожделенным прибором! Надо же горожанам иногда разнообразить шоу!

– А я тебе зачем? – вслух поинтересовался я. – Сделал бы всё сам.

– Не уверен, что сам справлюсь, – забубнил Алекс. – Вернее, я-то справлюсь, но всё надо сделать тихо и быстро. А Рита точно начнёт шуметь, сопротивляться…

– И что ты предлагаешь? – мне вдруг стало откровенно скучно.

Будь всё так просто – защитники бежали бы отсюда толпами!

– Оглушить! – выпалил Алекс.

– Да пошёл ты!..

Я вышел в коридор, больше не прислушиваясь, что бубнит за спиной обезумевший белобрысый парень. Вит слишком хорошо за эти несколько дней вдолбил мне мысль, что за неудавшийся побег полагается выход в бой без оружия. И я на всю жизнь запомню, что остаётся от человека, если ежу удается до него добраться.

Нет уж, тут надо действовать наверняка, нападать на девчонку точно ни к чему. Если бы был шанс – Рита наверняка и сама воспользовалась бы им для побега. Предупредить её, что ли, на всякий случай, чтобы была осторожнее? А то с безумного Алекса станется действительно дать чем-нибудь тяжёлым девушке по голове, чтобы забрать каэй.

Я постарался поскорее переодеться, умыться и забросить грязную, забрызганную кровью ежа, ящера и человека одежду в бельё для стирки. Надо поговорить с Ритой о белобрысом психе. Не хватало ему выкинуть какой-нибудь номер вроде недавнего размахивания топором. Опоздал. Когда я входил в столовую, навстречу мне вылетел Алекс с большим ножом в руке. Парень чуть не сбил меня с ног и помчался к выходу.

– Стой, идиот! – за ним выскочила Рита.

Чёрт! Надо было предупредить её сразу! Конечно, нетерпеливый Алекс не захотел подождать ни часа.

Я развернулся и вылетел из домика. Рита бежала следом, а Алекс на ходу примеривался ножом к мизинцу.

– …! – кричала Рита. – Отдай, пока не поздно! …!

Девушка поравнялась со мной, и я увидел у неё на запястье довольно глубокий порез. Кровь капала на землю, на траву, прибавляя на ней красных пятнышек. Я вздохнул с облегчением. Значит, Алекс просто срезал браслет с руки девушки? Могло быть гораздо хуже. Не подумал бы, что ремешок каэя можно перерезать кухонным ножом. Краем глаза я заметил, что Коля и Тарас выскочили из дома и пытаются двигаться наперерез Алексу.

– Каэй отключён, – провозгласил сверху голос эликайца. – Наказание за попытку побега – выход на поле боя без оружия. Инструктор, проследите за исполнением наказания.

Голос смолк. Мне показалось, что все мы находимся в дурацкой компьютерной игре. Пять фигур застыли посреди луга и ждут, когда игрок примет важное для них решение. Алекс, так и не успевший воспользоваться ножом, раз за разом нервно жмёт на кнопку каэя.

– Что делать с идиотом? – флегматично поинтересовался Тарас.

– Забрать каэй и обездвижить, – отчеканила Рита.

Молчуны двинулись в сторону Алекса. Рита махнула рукой стражу, и железный агрегат тут же завис над нами.

– Он не сбежал, – голос Риты прозвучал сухо.

– Но собирался, – ответил эликаец. – Наказание за попытку побега и за побег – одинаковое. Вы не о том думаете, инструктор. Двое из семи бойцов вышли из строя, третий – почти вышел. Вам нужно как можно скорее воспользоваться каэем, чтобы пополнить отряд.

– Если он останется жив после боя, в следующий тоже пойдёт без оружия? – уточнил я, покосившись на застывшее в напряжении лицо Риты.

– Нет. Наказание будет считаться исполненным. У вас есть ещё вопросы, инструктор?

– Нет.

Страж поднялся выше и снова закружил над лугом.

Алекс громко втолковывал что-то равнодушно слушающему Коле. Тарас подошёл к Рите и протянул каэй с перерезанным ремешком.

– Разберитесь сами и идите завтракать, – Рита не отводила взгляда от каэя.

– Может, подстраховать? – нахмурился Тарас.

– Нет, я сама справлюсь.

Рита двинулась к домику.

– Ты куда? – не понял я.

Девушка остановилась и обернулась.

– За оружием. Через несколько минут я вызову сюда новичков, они могут начать буянить. И учтите, мне на лугу никто из вас не нужен. Я буду разговаривать сама.

Сама так сама. Мы отнесли завтрак (или, скорее, обед) прикованному за руку к стене Алексу и успели поесть сами. Коля быстро обрабатывал знакомым очищающим прибором миски из непонятного материала, когда в столовую вошла Рита.

– Ну как? – спросил Тарас.

– Две ходячие проблемы, – устало произнесла девушка. – Впятером было бы спокойнее, чем с таким пополнением.

– Усмирить? – деловито предложил Коля.

– Они не буянят, – Рита нервно хихикнула. – Они… Они… – девушка истерически расхохоталась.

– Ритуль, спокойно, – сказал Тарас. – Не хватало ещё тебе сорваться. Проблемы решим…

– Не-е-ет, – сквозь смех выговорила Рита. – Такое вы не решите! Мы не сможем их подготовить!

Коля вздохнул поглубже, подошёл и с размаху влепил новой инструкторше пощёчину.

– Не истери! – коротко бросил он.

Тарас молча поставил перед Ритой чашку воды. Девушка, всё ещё вздрагивая, выпила воду. Я слышал, как постукивают о чашку её зубы.

– Всё, считайте, что успокоилась, – проговорила она с нервной улыбкой. – Сейчас новички полюбуются домом и оружием и придут сюда. Такого вы у Эликая ещё не видели.

– Не видели – увидим, – пожал плечами Тарас.

– Так что с ними не так? – спросил я.

– Один ведёт себя как уголовник. Я так поняла, парень там что-то серьёзное натворил, за ним гнались, и в этот момент он перенёсся. В общем, в ежей не верит, ржёт, пытался приставать…

– Самоубийца, – тихо хмыкнул Тарас.

– Ну, пока ничего особо страшного не вижу, привыкнет, – заметил Коля. – Надо будет – утихомирим. А второй?

– Ещё хуже – святоша. Молитвы бормочет, в карманах какие-то иконки, свечки…

– А вот это проблема, – хмуро согласился Коля. – Пацифист, что ли?

– … его знает, – буркнула Рита.

– Брань чернит душу, – поучительно сообщил кто-то у двери. – А тем более, нельзя так выражаться девушке, будущей матери…

Я взглянул на побагровевшую Риту. Глаза девушки сузились, пальцы крепко сжали чашку. После истории с Витом и Юлей самое время поговорить о будущих матерях!

Рита сквозь зубы выдала невидимому новичку такую "чёрную брань", какой и я до этого не слышал. В ответ донеслось удаляющееся монотонное бормотанье: парень бубнил какие-то молитвы.

– Да ладно, зёма, не кисни, – раздался в коридоре развязный голос. – Тёлка есть, картишки у меня с собой – уже, так сказать, досуг обеспечен. Ты чего в обратку двигаешь? Пошли, глянем, чем тут харчуются!

Я вышел в прихожую: лучше всего будет увести две ходячие проблемы от Риты подальше. Девчонка поест, успокоится и уйдёт к себе в комнату. Пусть тогда новички и выясняют, чем тут харчуются и как обеспечивают досуг.

При мысли о досуге я мрачно улыбнулся. Не надо быть пророком, чтобы предсказать, как они оба будут проводить свободное время в ближайшие несколько дней.

Глава 9

Посреди прихожей стояли двое парней: жилистый очкарик с прилизанными тёмными волосами и спортивного вида бритоголовый громила.

– Привет! – я подошёл к ним, прикидывая, куда бы увести новичков.

В принципе, мне надо утащить отсюда бритоголового, а очкарик и сам уйдёт.

– Ы! Так тут не только тёлки есть, что ли? – просиял очкарик. – Ну, привет, братан! Я – Лёха, это вот – Кирюха, – он хлопнул бритоголового по плечу. Тот сдержанно кивнул, явно не испытывая от общения с Лёхой никаких светлых эмоций. – А твоё погонялово как?

– Наверное, Аркаха, – хмыкнул я.

– Слышь, вот как нормальный, адекватный чел объясни, что это за …? А то там на лугу какая-то малахольная тёлка что-то несла про иной мир и ежей.

– Пошли, объясню, – пообещал я.

По дороге Лёха рассказывал анекдоты, от которых бритоголовый брезгливо морщился. Я хмуро выжидал, когда нас не станет видно из окна столовой. Как только мы зашли за следующий домик, я с размаху впечатал очкарика в бревенчатую стену. Удар, конечно, рассчитывал: не хватало ещё устроить новичку сотрясение и так недоразвитого мозга.

– Рита – не тёлка, – отчеканил я, глядя в изумлённые глаза. – И не малахольная. Стоять спокойно! – я снова слегка приложил рыпнувшегося парня об стену. – Ежи есть, и ящеры тоже. На нормальном языке говорить умеешь?

– Умею, – обалдело выдохнул Леха. – Ребят, вы из какой дурки сбежали?

Мне безумно захотелось усилить воспитательный эффект парой фирменных ударов, сдержался с трудом. Интересно, как сейчас поступил бы Вит? Наверняка нашёл бы нужные слова, он-то пускал силу в ход только при крайней необходимости.

– Что происходит? – раздался голос сверху.

Чёрт! Совсем забыл про стража! Голос из него сейчас звучал другой, ниже, чуть хрипловатый. Понятное дело, не будет же один человек сутками за нами следить.

– Разъясняю новичкам обстановку и правила поведения в коллективе, – широко улыбнулся я стражу, не отпуская Лёху.

Кирилл перекрестился и что-то пробормотал.

Видимо, эликайца устроил мой ответ, потому что страж тут же пошёл на очередной круг над лугом.

– Это что было? – добродушным тенорком поинтересовался Кирилл.

– Это страж, он транслирует в Эликай всё, что у нас происходит, – ответил я. – Пошли, покажу главное доказательство, что ежи существуют.

Я подвел невозмутимого Кирилла и притихшего Лёху к подвальчику, где Вит хранил инвентарь для первых тренировок: тупые копьё и меч и, конечно, ежа-тренажёр. При виде ежовой шкуры Кирилл вспомнил Небесные Силы, а Лёха загнул несколько этажей отборного мата.

– Если хотите здесь выжить – придётся тренироваться, причем много, – говорил я то же, что совсем недавно слышал от Вита.

– Огнестрел есть? – с надеждой спросил Лёха.

– Нет, только то, что вы видели в доме.

Очкарик снова смачно выругался. Бритоголовый укоризненно качнул головой.

– Не бранись и не унывай, грех это, – сообщил он. – Огнестрела нет, так другого оружия полно. Надо довольствоваться тем, что есть, и Бога благодарить.

К концу этой тирады Кирилл поднял копьё в горизонтальное положение и завертел его в руке так, что древнее оружие превратилось в почти невидимую преграду. Затем парень быстрым движением ткнул копьё Лёхе почти под ноги, в нескольких сантиметрах от носков кроссовок.

– Ого! – вырвалось у меня. – Ничего себе пацифист!

– Почему – пацифист? – Кирилл кинул на меня удивлённый взгляд. – Я в армии только отслужил.

– Это тебя там научили? – Лёха кивнул на копьё.

– Нет, в военно-патриотическом клубе. Мы и древнее оружие изучали, и в реконструкциях боёв участвовали.

– А как же Небесные Силы? – не удержался я. – Они не против?

– Не шути с этим, – нахмурился Кирилл. – Мужчина должен уметь защищать свой дом, свою семью, свою родную землю. В большие битвы раньше даже монахи ходили…

– Бог с ними, с монахами. Пошли-ка, посмотрите ещё раз оружие, – перебил я, и мы двинулись ко входу в дом. – Кирилл, а из лука ты не стрелял?

Вдруг странный парень сможет заменить лучницу Юлю?

– Не приходилось, – с сожалением ответил новичок. – Мы только с копьями, булавами и мечами работали.

– Ничего себе – только! – присвистнул Лёха.

В доме он снял со стены топорик и с интересом принялся разглядывать его идеально заточенное остриё. Я, на всякий случай, сжал в руке увесистую булаву с торчащими из её круглого наконечника заострёнными металлическими штырями. Вдруг Лёха припомнит недавнюю обиду и, как психованный Алекс, начнёт махать боевым топором?

– Вещь! – с восхищением произнёс очкарик и аккуратно повесил топор на место. – Слушай, Аркаш, а как отсюда назад попасть?

– Никак, – хмуро сказал я. – Рита не говорила?

– Говорила, но так не бывает. Должен быть какой-то выход.

– Каэй! – вдруг завопил из комнаты безумный Алекс. – Единственный выход – каэй!

Я поморщился. Совсем забыл о белобрысом психе!

– А это кто там? – кивнул в ту сторону Кирилл.

– Пошли на улицу, всё расскажу.

Когда мы вышли, фигура в камуфляже пересекала луг. Тарас шёл дежурить в лес. Один. Понятное дело, нас осталось слишком мало, новички и Алекс не в счёт. Да и неизвестно пока, чего от ребят можно ждать, потому Коля и остался здесь. Он вышел из домика Риты и прошагал мимо нас, едва взглянув на новичков. Я мысленно позавидовал Коле: он сейчас будет отдыхать, да и Рита – тоже. Ладно, должен же кто-то ввести Лёху и Кирилла в курс дела, раз очкарик пока всерьёз не воспринимает девушку-руководителя.

Я рассказывал о проведённых здесь днях, побеге Юли, страшной смерти Вита и совершённой Алексом глупости, сидя на крыльце домика.

– Так, говоришь, этот чип – в мизинце? – заинтересованно переспросил Лёха и покосился на пролетающего мимо стража. – Интересненько… Я так понимаю, вы все тут спите и видите, как рвануть назад?

Я тоже покосился на стража, затем кинул на Лёху выразительный взгляд.

– Надеюсь, в комнату эта курица не влетит? – ухмыльнулся он. – Или в сортир?

– Страж летает только на улице, – ответил я и пристально посмотрел на очкарика. – Слушай, а ты ведь не блатной.

– Не блатной, – весело согласился тот.

– А чего дурака валял с "зёмами" и "тёлками"? – я нервно хмыкнул, вспомнив истерику Риты.

– Я сначала в Эликай не поверил, думал, картёжники какую-то пакость устроили. Ну и говорил, как обычно с ними.

Кирилл перекрестился и что-то пробормотал о спасении души. Лёха скептически взглянул на него и продолжил:

– Зарабатываю я игрой. Родственников нет, учиться надо, жить на что-то – тоже. Ну, в общем, сегодня засекли, что я играл… – Лёха осёкся и снова покосился на Кирилла, – не совсем честно. Выскочил я на улицу – и тут же сюда попал. Девчонка ваша про Эликай, защитников и ежей заговорила – ну, кто бы сразу поверил? Я и начал на скандал провоцировать, в запале человек столько всего расскажет, чего из него в обычной ситуации клещами не вытянешь.

– А ты где учишься? – заинтересовался Кирилл.

– В медицинском. Специальность, между прочим, хирургия, – почти шёпотом добавил он, убедившись, что страж кружит на другой стороне луга.

И задумчиво посмотрел на свой мизинец.

– Потом, в доме обсудим, – понимающе кивнул я.

– Да, обсудить есть чего, – задумчиво протянул Кирилл. – Так что, эти животные – действительно разумные существа?

– Говорят, что разумные. Не знаю, я с ними не общался, – хмыкнул я. – Как явятся – сам посмотришь.

– Почему тогда они нападают маленькими группами? Если бы все ежи и ящеры объединились – никакой Эликай не устоял бы.

– Вот и радуйся, что они до этого не додумались! – буркнул я, живо представив, как по лугу катится полчище ежей, а небо закрывает зелёная туча из ящеров. – Если эти мутанты объединятся – в первую очередь сметут нас.

– На всё воля Господня! – Кирилл истово перекрестился и очень тихо добавил: – Может, и не сметут. Надо подумать.

Я мысленно порадовался, что всего этого не слышит Рита: похоже, Кирилл начинает строить совершенно фантастические планы спасения. Впрочем, можно будет порадовать девушку: оба новичка со странностями, но вполне вменяемые и могут оказаться полезными. Кирилл знаком с древним оружием, а Лёха должен хоть немного представлять, как оказывают медицинскую помощь.

– Думать, конечно, надо, – согласился я с Кириллом. – И тренироваться надо, чтобы дожить до побега. Так что совместите одно с другим. Сначала бег, пять кругов по лугу. Потом – работа с ежом-тренажёром.

При слове "бег" Лёха брезгливо скривился, словно влез ногой в вонючую грязь. Кирилл молча поднялся и затрусил к границе леса с лугом. Очкарик нехотя двинулся за ним.

Я вздохнул с облегчением: контакт налажен. Остаётся только вдохновить Колю поработать в еже-тренажёре (парень разок успешно заменял Вита на моей тренировке) и успокоить Риту по поводу новичков.

Я кинул последний ненавидящий взгляд в сторону стража и вошёл в дом.

Глава 10

К вечеру выяснилось: Кирилл исчез. Побегал по лугу, потом была тренировка с Колей, причём Коля заметил, что парню и учиться особо не нужно, а куда дальше делся новичок – никто не смог сказать.

Лёха на все вопросы отвечал, что Кирилл задержался на лугу, а сам он пошёл в дом. Больше парня никто не видел. Кирилл не обедал, не ужинал, в домиках не появлялся. Он даже свою комнату не посмотрел! Точнее, с утра непонятно было вообще, куда селить новичков. Дальше успокоившаяся Рита и молчуны решили, что Коля перейдёт в соседний дом: в нашем места было только на пятерых. В его бывшей комнате обустроился Лёха. Когда я заглянул, парень развлекал сам себя карточными фокусами. А комната Вита, ничем не отличавшаяся от остальных, пока напрасно ждала нового жильца.

После ужина Рита нервно чистила посуду знакомым прибором. Слова, которыми она при этом щедро осыпала пропащего новичка, не рискнули бы напечатать ни в одной книге.

– Пойти поискать в лесу? – спросил Тарас.

– Ты и так там весь день просидел, – хмуро сказала Рита. – Подождёшь тут вместе с Лёхой. Ну, и Алексом, конечно. А мы втроём будем прочёсывать лес.

– Эй, я тоже хочу в лес! – подал голос Лёха.

– Мы не на экскурсию пойдём, – сухо произнесла Рита. – В лесу ещё побываешь, и не раз, но не сегодня. Не хватало ещё и тебя там искать!

– Да ладно вам, – хмыкнул Лёха. – Кирилл что, маленький, что ли? Пошатается где-нибудь и вернётся. Куда он денется-то?

– К ежам на иголки, …! – сорвалась Рита. – Он же леса не знает!

– Он не идиот, рисковать просто так не будет, – возразил Лёха.

– Он – не идиот? – переспросила Рита, метнув на парня уничтожающий взгляд. – Да вы оба хуже, чем идиоты! Вы – две бомбы, неизвестно, когда взорвётесь! Вот какой чёрт понёс этого святошу в лес? И главное, зачем ему туда приспичило? …! – припечатала новый руководитель.

– Не надо поминать нечистую силу, – раздался у окна знакомый голос. – И ругаться не надо. Сейчас всё расскажу.

Рита на секунду закрыла глаза и вздохнула с явным облегчением. Я заметил, что у неё подрагивают руки. Я и сам расслабился, услышав голос Кирилла: слишком хорошо помнилось, что остаётся от человека после того, как по нему прокатится гигантский ёж.

– Ну, говорил же, придёт! Никуда не денется! – весело сказал Лёха.

Рита села за стол и устремила недобрый взгляд на открытую дверь. Тарас демонстративно отодвинул от неё подальше забытый на столе нож.

– Не смешно, – прошипела девушка.

– Конечно, если бы ты запустила в Кирюху ножиком, было бы не смешно, – ухмыльнулся Лёха.

– Приятного аппетита! – жизнерадостно пожелал с порога Кирилл.

– Приятного? – сдержанно переспросила Рита. – Ты нам, …, всем … аппетит испортил, …! Ты думаешь, ты тут на курорте? Ни один из нас не попёрся бы в этот … лес, не предупредив остальных! Тем более – в незнакомый лес! Ты можешь объяснить, какого … тебя вообще туда понесло?

Кирилл страдальчески поморщился в ответ на ругань.

– Я искал свежую могилу, – спокойно сказал он. – Аркадий рассказал, что сегодня погиб ваш инструктор. Я хотел прочесть необходимые молитвы.

– Ты ненормальный? – прошипела Рита. – Кому здесь нужны твои молитвы? В Эликае вообще нет религии!

– В Эликае, похоже, много чего нет, – невозмутимо ответил парень. Он подошёл к окну и закрыл его. – Могилу я нашёл, всё, что было нужно, прочёл, крест из камушков выложил. Может, вашему инструктору это и было бы важно.

Рита скривилась, но промолчала. Я вспомнил, что на шее Вита была цепочка. В кровавом месиве я совершенно точно видел металлический крестик.

– Ну, ладно, Кирюх, ты нашёл могилу и прочёл всё, что собирался, – вступил Лёха. – Ты что, весь день там, на могиле, просидел?

– Хороший вопрос! – сверкнула глазами Рита. – Ты хоть соображаешь, … … , что мог встретить … ежей и … ящеров?!

– Их я тоже нашёл, – сообщил парень и теперь уже в полной тишине продолжил: – Они действительно разумны. Мы, как смогли, пообщались, ежи понимают человеческую речь. Договорились, что когда надо ответить "да", они будут поднимать лапку, а когда "нет" – морщить нос. Они собирали силы для очередного рывка, но я убедил их подождать, пока поговорю с вами. Я предложил им перемирие. Ежи и ящеры дадут нам время на подготовку, а затем мы сдадим им Эликай и отправимся назад, по домам.

– Мы… – Рита осеклась и недоверчиво прищурилась. – Мы что сделаем?

– Сдадим им Эликай, – чётко повторил парень. – Пропустим к городу полчища животных, которых сами же эликайцы когда-то создали для войны. Если будет нужно – поможем ежам и ящерам захватить город. Эликай сотрут с лица земли, и в этом мире воцарятся звери. Ежи будут ждать меня с вашим ответом завтра весь день. Если не приду – послезавтра пойдут в наступление.

Несколько секунд стояла звенящая, действующая на нервы тишина.

– Ну, зёма, ты даёшь! – с уважением выдохнул Лёха. – Давай, жги дальше!

– Я – за! – коротко бросил Тарас.

– За, – подтвердил Коля.

– И я за, – подхватил я.

– Вы все сошли с ума, – тихо сказала Рита. – Как вы себе это представляете? Ну, пропустите вы ежей, может, под шумок даже успеете воспользоваться каэем, – она невольно кинула взгляд на запястье, где на новом ремешке красовался вожделенный для всех прибор. – Сначала ежи и ящеры сметут остальные отряды защитников, потом у границ Эликая их за несколько секунд уничтожат настоящим оружием – и всё пойдёт по-прежнему. Хотите бежать – я тоже. Но нужен совсем другой план. Да и наш каэй эликайцы могут попросту отключить, когда увидят, что мы пропускаем зверей к городу и рубим мизинцы.

– Солнышко, – снисходительно улыбнулся Лёха, – проблему с мизинцами я решу, скорее всего их и отрезать не придётся. Только надо знать, куда именно вживляют этот чип.

– Я тебе не солнышко, – отчеканила Рита. – Вы не о том думаете. Если ты избавишь всех от чипов, значит и бежать должны все, одновременно. Потому что тому, кто останется, ничего хорошего не светит.

– Рита, они дело предлагают, – вмешался Тарас. – Надо всё хорошо обдумать. Ежи будут копить силы, а мы – готовиться к побегу. Будем вспоминать всё, что слышали об Эликае, потом зашлём тебя как инструктора в город под любым предлогом, осмотришься на месте. Пока предлагаю разойтись по комнатам и всем хорошо подумать.

– Единственное разумное предложение за этот вечер, – устало произнесла Рита. – Встретимся утром, перед рассветом. Пока ночью будете переходить из дома в дом – покажите побольше недовольства: зевайте, ругайтесь, нойте, что хотите спать, а чокнутая инструкторша ничего не соображает, созвала всех в такую рань. Можете сейчас по дороге разыграть то же самое. Да, и Алексу еду отнесите, только ему ничего пока не рассказывайте.

– Нехорошо это – человека на привязи держать, – тут же встрял Кирилл.

– Это не обсуждается! – отрезала Рита. – Кто поел – свободен!

Я лежал в комнате и смотрел на полную луну, словно скрытую за вуалью-дымкой в чёрном небе. Это, конечно, не луна, хотя бы потому, что она светло-зелёная.

Слишком много всего произошло за день, мозг отказывался всё переварить, отказывался думать. Я пытался сосредоточиться на плане, предложенном Кириллом, но не мог: мешали шаги за стеной. Кто-то ходил взад-вперёд по "оружейному залу".

Звуки раздражали всё больше и больше. Я вышел из комнаты и чуть не столкнулся с Лёхой.

– Ты чего тут лазишь? – прошипел я.

Из комнаты Тараса доносилось сонное сопение. Завидно крепкие у парня нервы! После всего спокойно завалился и уснул, и никакой шатающийся по прихожей новичок ему не помеха.

– Кирюху жду.

– Там не наобщался, что ли? – буркнул я. – Кирилл наверняка устал, сейчас плюхнется в койку и проспит до утра.

Я покосился на комнату Тараса. Что-то подсказывало, что странный святоша отключится так же быстро и задрыхнет так же крепко, как дежуривший сегодня в лесу молчун.

– Да мне не он нужен, – с досадой отмахнулся Лёха. – Жду, когда он выйдет. Надо ж девушку успокоить, – он весело подмигнул мне. – Она почему такая нервная? Внимание ей нужно…

– Ну-ну, – скептически хмыкнул я. – Только потом не жалуйся, если девушка на твоё внимание слишком нервно отреагирует.

Как только Кирилл появился на пороге, Лёха радостно рванул к выходу, не слушая моих предупреждений.

– Куда это он? – удивлённо поднял брови домиком Кирилл.

– Навстречу приключениям, – буркнул я. – Спорим, вернётся с повреждениями кожных покровов?

Почему-то мысль о том, что Лёха может остаться с Ритой, мне не понравилась. Но я говорил себе, что девушка пошлёт вконец обнаглевшего новичка по самым разнообразным адресам и тут же выставит из домика.

Кирилл махнул рукой, ушёл в комнату, где провели прошлую ночь Вит и Юля, и забубнил там какие-то молитвы. Минуты шли, а Лёха не появлялся.

– Не мог же ей понравиться этот клоун! – пробормотал я, расхаживая от стены к стене.

Во мне нарастало непонятное, но сильное раздражение. Бред какой-то! Ревную я, что ли? Девчонка, конечно, симпатичная, но я к ней особого интереса не испытывал, да и не до того было. Только почему-то при одной мысли, что Лёха прикасается к Рите, мне хотелось размазать очкарика по стенке.

Входная дверь распахнулась, и в прихожую ввалился Лёха – растрёпанный, в полурасстёгнутой рубашке и с ошарашенным выражением лица. Очки съехали на бок, на щеке – красный след от пощёчины. Я с облегчением улыбнулся:

– Ну что?

– Выгнала, – Лёха развёл руками, словно не понимая, как от него можно было отказаться. – Может, в картишки? – предложил неунывающий очкарик.

– В другой раз, – пообещал я и направился к выходу.

– Ты куда? Она реально не в настроении, – предупредил Лёха.

– На крыльце посижу.

На улице было тепло, сквозь туманную дымку светили звёзды и неизвестная мне зелёная планета. В лесу выводила виртуозные трели какая-то незнакомая птица, и её голос разносился в ночной тишине по всему лугу. Пахло пряными травами, этот запах смешивался с нежным цветочным ароматом. В темноте у земли видны были белые пятна. Я пригляделся. Среди травы распустились большие цветы, напоминающие колокольчики. Я наклонился к ближайшему цветку, осторожно потрогал невесомые лепестки, аромат закружил голову.

– В Эликае их называют "цветы любви", они распускаются по ночам, а утром смыкают лепестки, – тихо произнёс знакомый голос.

Я поднял голову. На крыльце соседнего домика сидела Рита.

Глава 11

Я подошёл к девушке и сел рядом. Даже в призрачных лучах зелёного светила и далёких звезд было видно, что лицо у Риты бледное, а под глазами появились тени, которые к утру превратятся в синяки.

– Устала? – спросил я.

И тут же понял, насколько глупо это звучит. Странно было бы, если бы после кошмарного дня Рита была бодра и выглядела весёлой.

– Устала, – тихо ответила девушка. – От всего устала. Вит говорил, что его преемницей могу быть только я, но я была уверена, что он шутит. Теперь поняла, почему он так решил. Остальные начали бы наводить порядок силой, а из этого ничего хорошего не вышло бы.

– А кто сейчас новичку по физиономии дал? – хмыкнул я.

– А новичку нечего было руки распускать, – Рита прислонилась головой к деревянным перилам крыльца.

– Тебе выспаться надо, – сказал я. – Ты же утром на ногах стоять не сможешь.

– Не могу я спать, – Рита вздохнула. – Из всех, наверное, только ты и поймёшь. Глаза закрываю и вижу Вита, – она покосилась в сторону бесшумно парящего над лугом стража и добавила: – и Юльку. Я ведь только благодаря Виту тут выжила. Он в тот день за голову схватился, когда увидел, кого каэй принёс. Тут же дал лук и заставил тренироваться. Часами, каждый день. Мышцы болели, я плакала, а Вит давал немного отдохнуть и заставлял продолжать. Как же я, идиотка, тогда его ненавидела… – девушка потёрла глаза. – Только потом поняла, что он меня защитил от всего, от чего смог. Я ежей вблизи видела только мёртвых, да и ящеры к лучнице близко не подлетят, они умные. И парни обидеть меня боялись – лучницу ведь ценить надо, пылинки с неё сдувать. А потом появилась Юля. Как я разозлилась на Вита! Он ведь знал, чем всё это может закончиться, и всё равно затащил её в койку, в первый же день. Я до сегодняшнего дня не понимала, как Вит к ней относится, пока не оказалось, что Юля для него дороже жизни. Он же всё продумал, – теперь Рита зашептала еле слышно, так что мне пришлось придвинуться ещё ближе. – Вит знал, что это их последние дни. Он сам повредил лук, чтобы взять Юлю в первый же бой, а я и не поняла… Он даже перед смертью хотел всех защитить. Вит дожидался, когда на лугу останется только один противник, когда никому, кроме него, не будет грозить опасность… Если бы можно было всё вернуть… Я бы ни словом ни за что его не упрекнула…

Я наконец заметил, что Рита потихоньку смахивает слёзы. Ну вот, только ещё одной истерики нам и не хватало! Я даже не понял, как так получилось: руки сами обняли Риту, её тёплая щека прижалась к моей груди. Я поглаживал вздрагивающие плечи девушки и шептал:

– Вит всё понимал, он на тебя не злился и не обижался. Ну, что ж ты так расклеилась? Казалась такой сильной…

– Мне и нужно быть сильной… – бессвязно бормотала Рита. – Только я устала… Я так хочу побыть слабой, хоть немного, и не могу, нельзя…

– Можно, – я провёл ладонью по её влажной от слёз щеке. – Сейчас можно. Мы тут посидим, ты успокоишься, и я отведу тебя в комнату. Тебе надо отдохнуть.

– Я не могу… – Рита подняла на меня несчастные глаза. – В комнате ещё хуже. Не могу сидеть там одна…

Я продолжал гладить её по щеке, по мягким русым волосам, с которых мне безумно захотелось снять экологически чистую эликайскую заколку, по плечу. Аромат "цветов любви" дурманил, раздразнивал, и я чуть приподнял подбородок девушки, наклонился к её лицу. Сначала целовал осторожно, еле касаясь губами её нежной кожи, в любую секунду готовый остановиться. Мелькнула мысль, что закончится всё это пощёчиной, но я тут же понял, что Рита уже сама тянется ко мне. Неожиданно нежные руки легли на шею и спину, тело девушки в моих руках стало мягким, податливым.

Я жадно прильнул губами к её губам, провёл языком по её зубам, коснулся нёба. Рука скользнула по телу Риты, нырнула под футболку. Девушка испуганно вздрогнула, но тут же расслабилась, когда я, медленно поглаживая тело, повёл руку вверх. Сам не понял, как расстегнул какую-то застёжку и с наслаждением провёл пальцами по груди, ощутил, как под моими прикосновениями словно вырастает и становится твёрдым маленький бугорок соска.

Рита тихо застонала. Я осторожно опустил её на крыльцо, освобождая вторую руку. От прикосновения к бедру девушка немного напряглась. Я снова прильнул к её губам, одной рукой продолжая ласкать грудь, а другой поглаживая бёдра.

– Вы бы хоть до комнаты дошли, – грубо ворвался в сознание голос Коли. Силуэт парня чётко нарисовался в одном из окон. – Мне-то всё равно, а эликайцам будет интересно!

Рита вздрогнула и открыла глаза. Я нехотя отстранился, не выпуская девушку из объятий, молча помог подняться, схватил на руки и ногой распахнул дверь. Пока дошёл до комнаты – столкнулся с заспанным Колей.

– Мог бы и заранее предупредить, – буркнул он. – Я у тебя переночую.

На щеках Риты выступил румянец. Сильно смутиться я ей не дал – отвлёк очередным поцелуем. За спиной хлопнула дверь: Коля отправился досыпать.

В комнате я опустил Риту на кровать. Раздевал неторопливо, лаская, раздразнивая, чувствуя её желание и наслаждаясь им.

– У тебя кто-то был до этого? – шепнул я между ласками.

– Нет, – еле слышно ответила Рита.

Хорошо хоть спросил! Теперь я был осторожен, насколько мог. Тело девушки выгибалось, с губ срывались тихие вздохи, перешедшие в стоны.

А потом Рита лежала, прижавшись головой к моему плечу, её пальцы поглаживали моё лицо, грудь, иногда спускались к бедру.

– Ритуль, сколько тебе лет? – спросил я.

– Когда попала сюда – было почти восемнадцать. А теперь – даже не знаю, здесь время другое.

– Это как?

– Вит говорил, что здесь время идёт в несколько раз быстрее. То, что в том мире – один день, здесь – несколько. Какой-то парень несколько лет назад сбежал, утащив у Вита каэй. Бегуна, конечно, вернули тут же, вместе с каэем. Вот парень и рассказал, что оказался там же, откуда исчез. Причём пробыл он тут полгода, а там прошло всего месяц или два.

– И чем для парня закончилось это приключение? – спросил я, уже представляя, что услышу.

– Пошёл в бой без оружия, как положено в Эликае. Битва тогда был большая, такие редко случаются. Вит говорил, что прикрывали того бегуна, как могли, но парень всё же попал ежу на иглы. После этого Вит и начал носить каэй на руке постоянно – чтобы у остальных было меньше шансов до него добраться. Я только теперь поняла, зачем он так много мне рассказывал. Не представляю, что теперь будет и что вообще делать, – Рита напряглась.

Я погладил её по щеке.

– Надо выбираться отсюда, Ритуль. Продумать всё, подготовиться – и исчезнуть. А в нашем мире найдёмся. Где ты жила? В каком городе?

Как оказалось, жила Рита в одной области со мной, километров за двести от нашего городка.

– В семье? – спросил я.

– Да уж, в семье, – хмыкнула девушка. – Опекуны набрали восемь детей, жили на пособия, а мы особо никому не были нужны. Если вернусь – ещё вопрос, куда мне вообще идти. Там мне вряд ли будут рады. Но перекантуюсь у них, наверное, пока разберусь. По идее, мне должны дать какое-то жильё. Скажи лучше, как тебя найти, если у нас всё получится.

Домашний адрес, странички в соцсетях, институт, номер мобильного телефона… Рита сосредоточенно слушала, потом сказала:

– Вроде запомнила, вечером повторю.

Я внимательно вгляделся в её лицо. Теперь, когда Рита была совсем рядом, со спокойным умиротворённым видом, с распущенными волосами, – мне вдруг показалось, что я уже видел её раньше. Не встречался, не общался, но точно видел.

– Ты что? – мягко улыбнулась девушка, встретив мой пристальный взгляд.

– Подожди… Ритуля, у нас всё получится! – я резко сел на кровати. – Я же видел тебя! Мельком, но каждый день… Или почти каждый… Месяц или два я видел тебя по утрам, когда шёл в институт. Ты сидела на скамейке в парке. А это значит, что ты уже там и ждёшь меня!

Перед рассветом в столовую вошли трое заспанных парней и вполне бодрый Кирилл. Лёха, проходя мимо, хлопнул по плечу и тихо буркнул:

– Мог бы предупредить, что твоя.

Рита заговорила сразу, как только все расселись по местам.

– Я согласна рискнуть, но плана у нас пока нет.

– Как нет? – вскинулся Лёха.

– Плана нет, – с нажимом повторила Рита. – Есть идея – и только. Для начала надо поговорить с ежами. Поднятые лапки и сморщенные носы – это, конечно, хорошо, но есть другой способ.

– Думаешь, крыж переведёт? – нахмурился Тарас.

– Почему нет? В него заложены все языки, известные с основания Эликая. Общались же как-то с животными их создатели.

– Проверить стоит, – кивнул Коля. – Кому доверишь?

– Никому. После завтрака я иду с Кириллом в лес, на дежурство, – будничным тоном произнесла Рита. – Крыж беру с собой – как инструктор, имею право. Мы хотим проверить, понимает ли прибор язык врагов. И если понимает – послушать, о чем говорят ежи.

– В принципе, правдоподобно, – кивнул Коля.

– На дежурство ходят втроём? – спросил я.

– Нет, – Коля бросил на меня понимающий взгляд и обратился к Рите: – Нам тут чем заниматься? Тренировать втроём Леху весь день, что ли?

– Потренируйте пару раз, – Рита внимательно посмотрела на Лёху. – Ты говорил, что можешь что-то сделать с чипом?

– В принципе, могу попробовать, – ответил тот. – Только мне нужны будут инструменты, что-то дезинфицирующее, анестезия тоже не помешала бы…

– В аптечке найдется всё, кроме анестезии, – подумав, сказала Рита.

– А если по старинке – бутылку водки? – нахмурился Лёха. – Мало кто сможет сидеть спокойно, когда я буду разрезать палец до кости.

– Откуда тут водка? Можно попробовать эликайские таблетки от страха, – с сомнением произнесла девушка.

– Попробуем на мне, – решительно сказал Коля. – Только сначала вы свяжете меня покрепче. Мало ли, как действуют эти колёса: если мозги отключатся, я его, – кивок на Лёху – могу убить голыми руками.

– Я рядом постою. Надо будет – удержу, – пообещал Тарас. – Таблетки есть?

– Найдёте сегодня в очередной передаче из Эликая, – ответила Рита. – Пока тренируйтесь. И надо подумать, как вывести из-под удара остальных защитников и выяснить, что за оружие есть на подступах к городу. Нужно будет разобраться, как помешать его использовать.

– Есть ещё момент, – кашлянул Кирилл. – У эликайцев есть дети, не впитавшие жестокости и…

– Нет у них детей! – перебила Рита. – По крайней мере, в городе. Дети – это пережиток прошлого, помеха счастливой жизни. То есть, рожать их, конечно, надо, чтобы Эликай не вымер, но их тут же отправляют в какой-то другой мир или на другую планету, не знаю подробностей. Там они воспитываются в духе горожан Эликая и вызываются сюда каэем, как только им исполняется семнадцать лет. А так как время везде течёт по-разному, их родители могут быть уже старыми или умереть. Тут вообще нет понятия "родители".

– Весёлое местечко, – заметил Лёха.

– Иногда городу или стране приходит конец, если его жители развратились и забыли о вечном, – сказал Кирилл.

– Вот и ускорим конец города, – кивнул Тарас.

Я смотрел вслед двум фигурам в камуфляже, подходящим к лесу, и думал, что этой ночью Рита совсем не спала.

– И зачем я мотался по комнатам? – хмыкнул рядом Коля. – Сегодня возвращаюсь к себе. А вы там сами разбирайтесь, в одной комнате будете обитать или в разных.

Глава 12

Всё утро мы старательно изображали тренировку: нарезали круги по лугу, упражнялись с тренажёром, потом Тарас и Коля устроили показательный бой на коротких мечах – да такой, что я засмотрелся. Лёха какое-то время поёрзал рядом, а затем прошептал:

– Слышь, зёма, а где тут сигареты можно достать?

– Нигде, – ответил я, не отводя взгляда от кружащих по лугу фигур с мечами.

Манёвры парней напоминали воинственный танец, в котором многократно было отрепетировано каждое движение.

– Типа, курить – здоровью вредить? – хмыкнул новичок. – Я без курева не могу, с двенадцати лет подсел.

– Придётся смочь, – пожал я плечами. – Эликайцы не позволят тебе вредить экологии. Вряд ли у них вообще есть что-то, напоминающее сигареты.

Лёха пробурчал под нос что-то невнятное, но явно нецензурное об Эликае и его жителях, и двинулся к молчунам.

В это время Коля раскрутил над головой меч так быстро, что его почти не было видно, а Тарас со второй попытки выбил у него оружие. Меч отлетел в сторону, едва не задев Лёху. К счастью, у парня оказалась хорошая реакция, и он мгновенно уклонился.

– Мог без головы остаться, – спокойно констатировал Тарас.

– А она ему сильно нужна? – хмыкнул Коля.

– Скоро проверим, – неприятно усмехнулся Лёха, покосившись на стража над головой. – Вот пойдём в дом, картишки раскинем – и узнаем, зачем мне голова.

– Ну, пошли, раскинем, – флегматично согласился Коля. – Только туда, – он кивнул на дом, оставленный нам с Ритой.

Мы молча двинулись к дому. Страж следовал за нами до входной двери. Я с улыбкой смотрел на него и мечтал, чем и как разобью пакостную железяку, когда на Эликай двинется полчище воинственных зверей-мутантов.

– Ну что, хирург-недоучка, готов? – спросил Коля.

Меч он бережно положил у стены. Рядом опустил оружие и Тарас.

– Я-то всегда готов, – ухмыльнулся Лёха. – А ты? Колёса здесь?

– Может, на живую резанёшь? – уже серьёзно спросил Коля. – Я не знаю, как эта дрянь подействует. Если что – убить могу голыми руками, понимаешь?

– Не переживай, я тебя сам зафиксирую так, что дёрнуться не сможешь, – хмуро пообещал Тарас. – Давай, Гиппократ, готовь всё, что тебе нужно, а мы тут разберёмся, как тебя обезопасить.

Комната, из которой ночью ушёл Коля, была мало похожа на операционную. Разобранная, смятая постель, грязноватое бельё, на тумбочке валяется Колина камуфляжная рубашка, которой явно пора в стирку. Лёха стряхнул рубашку на пол и уселся на кровать рядом с тумбочкой. Из широкого кармана шорт он извлёк колоду карт и неторопливо перетасовал. Затем парень поморщился от упавшего на лицо света. Его свободная рука нажала неприметную кнопку в правом углу окна, и откуда-то из откоса выехало нечто полупрозрачное, напоминающее жалюзи.

Надо же! Я пробыл тут дольше, но не знал, что на окне есть такая штука!

– Ну и зачем цирк с картами? – не удержался я.

– Стоило подстраховаться, – бросил Лёха. – Отсюда нас не будет видно, а если страж кружил у окна – должен был показать, кому надо, меня с колодой. Принимай таблетку. И фиксируйте руки так, чтобы он точно пошевелиться не смог. Тут дело не в моей безопасности, – он выразительно посмотрел на Колю и Тараса, – а в том, что если пациент дёрнется, могу действительно палец отрезать. Всё, скоро начну.

Лёха вышел из комнаты. Коля достал из кармана знакомую коробочку. Внутри лежали кругленькие белые шарики, напоминающие конфеты "Клюква в сахаре". Парень скептически посмотрел на таблетки, но всё же сунул одну в рот.

– И как? – поинтересовался Тарас.

– Приторная, – сморщился Коля.

Тарас извлёк из кармана тонкий плоский жгут из незнакомого мне материала. Коля боком сел на кровать и положил руки на её спинку. Тарас с легкостью оторвал кусок от жгута и прижал его с обеих сторон к спинке кровати, закрепляя Колину правую руку, затем повторил то же самое с левой рукой.

– Вырваться можешь? – спросил он.

Коля дёрнул пару раз руками, однако несерьёзные, на первый взгляд, жгуты держали его крепко.

– Ноги как будем фиксировать? – вместо ответа деловито спросил он.

– Я на них сяду, как только Лёха подойдёт, – пообещал Тарас.

Он спрятал остатки жгута в карман.

– И тряпку какую-нибудь в зубы, – спокойно добавил Коля.

– Само собой.

Мне стало не по себе. Может, эликайские таблеточки и дают бесстрашие, но от боли-то почти наверняка не спасают.

– Ну что, вперёд! – бодро произнёс с порога Леха.

Он положил на кровать очищающий прибор, поставил рядом тарелку с маленьким, острым кухонным ножом и прозрачным пузырьком, наполненным оранжевой жидкостью.

– Где чип? – сосредоточенно спросил Лёха.

– Здесь, – Тарас показал на сгиб мизинца левой руки. – По крайней мере, он должен там быть, – менее уверенно добавил он.

Лёха задумчиво выругался.

– Мало того, что место само по себе болезненное, так ещё и неизвестно, стоит ли его трогать, – проворчал он, включая над Колиной ладонью очищающий прибор.

– Ты когда успел подготовиться? – я кивнул на тарелку с пузырьком и ножом.

– А ты как думаешь, с чего я тут вечером так долго сидел? – хмыкнул Лёха. – Сначала узнал всё, что для дела нужно, а уж потом у девушки появился повод меня выгнать. Воды принеси, в горле пересохло.

Когда я вернулся с чашкой воды, Лёха уже сосредоточенно расковыривал разрезанный до кости мизинец. Коля сидел с закрытыми глазами и крепко сжимал в зубах какую-то тряпку.

– Рядом поставь, – Лёха бросил на меня мимолётный взгляд. – Спасибо, зёма. Слушайте, а как так получается, что мы все из соседних областей? Случайно, или эликайцы спецом будущих защитников только туда и засылают?

– Вит говорил, что засылают в такую зону, у которой климат совпадает с климатом Эликая, чтобы у защитников не возникало никаких проблем с акклиматизацией, – ответил Тарас непривычно длинной для него фразой. – Насколько мы поняли, эта зона – около тысячи километров.

– Заботливые, – ухмыльнулся Лёха. – Ты чем там, в нашем мире, занимался?

– Бои без правил, – коротко ответил Тарас.

Лёха присвистнул.

– Это которые нелегальные, за бабки?

– Они. Мы оттуда с Колей оба и перенеслись. Должны были в тот вечер между собой драться. Не судьба.

– Случайно, что ли, встретились? – недоверчиво приподнял бровь Лёха.

– Ну да. За несколько минут до боя каэй сработал. Только что были в закрытом клубе – и вдруг стоим ночью в чистом поле, а вместо луны что-то зелёное светит. В общем, бой в ту ночь всё равно состоялся, – хмыкнул Тарас. – И гораздо интереснее, чем в клубе. Мы вдвоём против Вита.

– И как? – я невольно улыбнулся.

– А как ты думаешь? Отметелил он нас обоих, – ответил Тарас. – Причём, как потом оказалось, бил осторожно, чтобы не покалечить.

– Судя по рассказам, крутой мужик был, – с уважением сказал Лёха. – Ну, вот и наш чип, – он кинул на тарелку плоскую металлическую пластину в несколько миллиметров длиной.

Снова заработал очищающий прибор – над раскрытой раной, над окровавленным ножом, а потом над руками Лёхи. Затем парень принялся капать в рану оранжевую жидкость из пузырька. Я видел, как лицо Коли перекосило. Лёха продолжал болтать:

– Чип советую пока сохранить, носить при себе. Чёрт его знает, может нас по чипам как-то можно отслеживать, или без них нельзя будет перенестись.

– Само собой, – проронил Тарас.

Пальцы Лёхи стягивали края раны.

– Как думаете, сколько вообще отрядов защитников? – спросил он.

– Думаю, как минимум, четыре, – хмуро ответил Тарас. – Во всех частях света.

– Эх, жаль, не могу с этими ежами поговорить, – досадливо поморщился Леха. – Они-то наверняка знают о границах Эликая больше, чем мы.

– Рита вполне справится, – сдержанно сказал Тарас. – Она хорошо представляет, о чём нужно узнать.

– Всё, молодцом! – Лёха поднялся с пола и отошёл к двери. – Высвобождай его – получилось! Хорошая штука, – он подкинул опустевший на четверть пузырёк. – Даже шрама не осталось. Рассказал бы кто – не поверил бы!

Я с удивлением увидел, что на мизинце Коли действительно не осталось никаких следов Лёхиной операции.

– Ну, как? – Тарас вынул изо рта приятеля тряпку.

– Нормально, – тяжело выдохнул Коля. – Только каждого надо будет так фиксировать: когда он резал – ещё ничего. Но когда поливать начал… Боль такая, будто руку в огонь засунул и держишь. Спасибо, Гиппократ! Может, сразу и с остальными разберёшься? Я подержу.

– С остальными – потом, – сказал Леха. – Сначала посмотрю хоть день, как у тебя дела будут. Как, кстати, ощущения от таблетки?

– Страх действительно отшибает, – Коля пожал плечами. – А вот агрессии прибавляет. Если бы я мог до тебя добраться, когда ты над рукой колдовал – точно шею свернул бы. Отвязывай давай! – добавил он, взглянув на замершего в задумчивости Тараса. – У меня уже мозги на месте.

Рита и Кирилл вернулись в сумерках, как и полагалось тем, кто дежурит в лесу. Мы ждали их в столовой. Кирилл вошёл, крестясь и бормоча молитвы. Рита хмурилась и задумчиво покусывала верхнюю губу.

– Ну, как? – спросил Лёха. – Мы тут без вас первую операцию провели. Вроде, успешно. Чип у Коляна в кармане.

– Хорошо, потом покажешь, – сосредоточенно кивнула Рита и села рядом со мной. – Шансы у нас есть, и немалые. Сразу насчет операции. Ежи показали одну траву, она действует как мощная заморозка. Если пожевать – с полчаса тела не чувствуешь вообще.

– Это ежи сказали? – недоверчиво уточнил Лёха.

– Я на себе попробовал, – сказал Кирилл. – Растёт это чудо на больших полянах, как раз там, где ежи ходят.

– На наших тропках я такую траву не встречала, – добавила Рита. – Даже не знаю, как она называется.

– Уже дело! – просиял Лёха. – А то садистом себя чувствуешь, когда на живую режешь.

Коля мрачно кивнул.

– Тебе что-то не понравилось в разговоре с ежами? – напрямую спросил я хмурую Риту.

– Да, есть одна странная вещь. С другими отрядами защитников ничего не понятно, – ответила она. – Вит был полностью уверен, что другие защитники существуют, а ежи говорят, что, кроме нас, в окрестностях Эликая никого нет. Один из ящеров был на поляне, он это подтвердил. Ящеры летают вокруг города. Везде, кроме нашей стороны, Эликай окружает большая вода, как они говорят. По описанию, похоже на море или океан. Ежи с той стороны, конечно, подойти не могут. Город ограждён высокой стеной. Насколько мы поняли, высокая – это метра три-четыре. Над ней действует мощная защита: подлетающий к стене ящер вспыхивает и за несколько секунд превращается в пепел.

– Ну, про оружие-то мы знали, с другими защитниками проясним. Я главного не пойму, – Лёха побарабанил пальцами по столу. – Зачем этой живности вообще нужен Эликай? Леса им мало, что ли?

– Они генетически настроены на войну с людьми, – объяснил Кирилл, отвлекаясь от тарелки: за столом он был единственным, кто с аппетитом уплетал ужин. – Эликайцы сами вывели для этого мутантов. Только не рассчитали, что, когда ежи и ящеры уничтожат врагов города – примутся за сам Эликай. Эти звери – опасные союзники, но пока у нас одна цель – их можно не бояться.

– Хоть бы глянуть вживую на это чудо! – хмыкнул Леха. – Ёжик размером больше коровы и настоящий дракон!

– Завтра полюбуешься, – сухо пообещала Рита. – Долгая тишина может насторожить эликайцев. Поэтому мы инсценируем бой.

Глава 13

С утра Коля и Лёха отправились для виду дежурить в лес и ожидать появления ежей. Лёха был полон желания посмотреть на опасных союзников до постановочного боя. Кроме того, парень собирался прихватить из леса для следующей операции рекомендованную ежами чудо-траву.

Кирилл и Тарас пошли инструктировать воспрявшего духом Алекса, а мы с Ритой остались в домике одни.

– Аркаш, я теперь ничего не понимаю, – она прижалась головой к моему плечу. – Ящерам и ежам, вроде, не было смысла в этом врать. Зачем эликайцы говорили нам, что есть другие отряды, такие же, как наш? И для чего вообще мы нужны, если на границах города действует настолько мощная защита?

– Ритуля, ты права, вопросов слишком много, – я наконец решился сказать то, о чём думал несколько часов. – Нам нужна точная информация, и получить её можно только от эликайца. В конце концов, "языков" принято брать на любой войне.

– Откуда ты его возьмёшь? – вяло улыбнулась Рита. – Я за год не видела ни одного эликайца. А даже если это удастся – куда его вести? Где говорить? Мы же всё время на виду.

– Куда деть – не проблема, – я принялся выкладывать Рите расплывчатый план, пришедший в голову сегодня под утро. – Можно отвести к ежам. И там расспросить обо всём.

– А дальше? – Рита немного отстранилась и внимательно посмотрела мне в глаза.

– А дальше – посмотрим, – нехотя произнёс я. – Скорее всего, придётся убить. Ты сама это понимаешь.

– До этого мы убивали только зверей… Я не смогу.

– Тебе и не нужно, – я погладил её по руке. – Вспомни, что горожане спокойно отправили всех нас, и многих до нас, на верную смерть. Просто так, ради развлечения. И после того, как мы все окажемся у ежей на иглах или у ящеров в зубах – эликайцы приговорят стать "защитниками города" кого-нибудь ещё.

Со стороны леса донёсся знакомый звук сигнала, далеко в небе вспыхнули разноцветные искры.

– Потом обсудим, – напряжённым голосом пообещала Рита. – Пошли спектакль показывать.

– Единственная постановка! Эксклюзив! – через силу улыбнулся я.

– Надеюсь, что единственная, – вздохнула девушка.

Для спектакля, сыгранного без единой репетиции, бой вполне удался. Четверо ежей аккуратно бегали или катались по лугу, стараясь никого не задеть, а по небу, расправив крылья, неторопливо кружил ящер. Рита, не жалея стрел, пускала их мимо летающей рептилии. Безоружный Алекс вполне правдоподобно разыгрывал страх, прячась за спинами Коли и Тараса. Я для виду пару раз изобразил, что пытаюсь поддеть своего ежа копьём. Он при этом откатывался, даже не пытаясь атаковать. Минут через десять над лугом прозвучал оглушительный писк, и все ежи тут же рванули к лесу. Впереди нёсся ящер, который и издавал отвратительный высокочастотный звук. Из спины рептилии торчали несколько стрел.

Специально для парящего над нами стража мы тут же принялись горячо обсуждать необычное бегство противника и бурно радоваться, что безоружный Алекс остался жив.

– Подозрительно всё это. Вы возвращаетесь в лес, – наконец сказала Рита Коле и Лёхе. – Понаблюдайте не только за дорогой, но и за ежами. Они как-то очень уж странно себя вели.

– Слышь, совесть имей! – грубовато перебил Лёха. – Я копыто подвернул. Как я, хромоногий, среди эликайских ёлок буду лазить?

В доказательство парень прохромал пару метров по лугу.

– Пойти? – спросил Тарас.

Рита кивнула.

– Остальные – в столовую, – бросила она и двинулась к домику.

Лёха хромал последним. Правда, закрыв за собой дверь, он тут же пошёл нормально.

– Переигрываешь, – хмуро сказала Рита. – Почему в лес не пошёл?

– Тут я нужнее, – широко улыбнулся Лёха. – На ёжиков и драконов насмотрелся, впечатлился, а теперь за дело. Ну что, кто сегодня будет пробовать чудо-траву?

– Могу я, – почти одновременно ответили я, Рита и Кирилл.

– Подожди, – сказал я девушке, коснувшись её руки. – Дай я опробую сначала на себе.

– Трогательно, – пробурчал под нос Лёха. – Почти героически. Но вообще-то, Кирюха эту штуку вчера уже опробовал.

Он вытащил из глубокого кармана камуфляжных штанов несколько фиолетовых стебельков с крупными листьями в форме ромба и показал Кириллу:

– Оно?

Кирилл кивнул.

– Только я не знаю, чувствуется ли боль, – замявшись, сказал он. – Трава парализует, это точно. Но вдруг на человека она подействует не так, как на ежей? Я хочу сказать, что чувствительность может и сохраняться. Давайте всё-таки опробуем на мне?

– А почему на тебе? – вскинулся Алекс. – Ты здесь только что появился, а я – несколько месяцев назад! Я тоже хочу попробовать!

Рита глубоко вздохнула. Я почувствовал, что она начинает закипать. Да и у меня самого при одном звуке голоса Алекса возникло желание заехать обнаглевшему психу кулаком в челюсть с разворота.

– А "спасибо" ты никому сказать не хочешь? – сухо спросил я, пока моя девушка не успела высыпать на голову Алекса много слов, от которых у Кирилла завяли бы уши. – Тебя из такого дерьма вытащили – сам бы точно не выбрался.

– Спасибо?! – в глазах Алекса полыхнула ненависть. – Да если бы она дала мне уйти, – парень кивнул на Риту, – меня бы не пришлось ниоткуда вытаскивать! Я знаю, почему каждый из вас хочет первым избавиться от чипа! Чтобы кидануть остальных и удрать отсюда! А ты, новичок, – он театрально потряс руками в мою сторону, – резвый оказался! Сговорился с этой своей подстилкой…

Взмахнуть рукой в сторону скептически смотревшей на него Риты Алекс не успел. Я действовал бессознательно: рука сама размахнулась и четким, давно отработанным и рассчитанным движением долбанула Алекса под дых. Белобрысый псих согнулся, в следующую секунду Кирилл оказался между нами, выставив вперёд руки, словно собирался меня удерживать. Рита повисла у меня на плече, быстро приговаривая:

– Аркаша, спокойно, он же чокнутый! На … не обижаются.

Лёха оттащил Алекса к стулу и, придерживая, помог разогнуться.

– Зёма, как скажешь, – весело сказал он. – Хочешь быть добровольцем? Нет проблем, опробуем травку на тебе.

Я осторожно отстранил Риту и сказал:

– Лёх, реально переигрываешь. Умеешь ведь нормально разговаривать и нормально себя вести. С чего мы все у тебя – "зёмы"?

– Земля – наш общий дом, – торжественно ответил Лёха. И уже без пафоса продолжил: – На добровольце проверим, что и как, а потом за вас возьмусь. Слышь, – он хлопнул по плечу до сих пор пытавшегося отдышаться Алекса, – всё по-чесноку! Я себе последнему чип удалю.

– Подожди! – Рита побледнела. – Ты как сам себе чип удалять собираешься? Трава парализует, ты и пошевелиться не сможешь.

– А кто сказал о траве? – ухмыльнулся Лёха. – Себе удалю осторожно и нежно, без наркоза. У Коляна тряпочку в зубы одолжу – и вперёд. Всё, расходитесь, не в цирке! Сейчас зёма посидит чуток, продышится – и пойдём с ним от чипа избавляться, чтобы зёму точно никто не кинул, – голос парня звучал так, словно Лёха пытался успокоить буйного сумасшедшего. – А потом следующего позову, так что давайте, все в очередь!

Кирилл всё же пошёл вслед за Лёхой и Алексом в "операционную" и сразу забубнил там молитвы. Удивительно, но его не выгнали. Лёха только попросил поплотнее закрыть дверь комнаты.

Я тут же затащил Риту в нашу комнатку и тоже прикрыл дверь поплотнее.

– Ритуль, ты зачем ящера стрелами нашпиговала? – негромко спросил я.

– Я стреляла в броню, он их даже не почувствовал, – ответила девушка. – Я предупреждала, что стрелы будут в него попадать. Странно было бы, если б я ни разу не задела одного-единственного ящера. Вообще, надо поскорее решать, что делать дальше. Ещё один такой спектакль – и эликайцы точно поймут: что-то не так. Они же не идиоты, должны заинтересоваться, почему ежи уходят с поля боя и с чего вдруг никому из опытных бойцов не удаётся убить ни одного противника.

– Я тебе уже сказал, что делать, – шепнул я. – Нам нужен эликаец, без информации из города мы завалим всё дело.

– Поговорим об этом вечером, – пообещала Рита. – Когда ребята вернутся.

– А что до вечера? – я приобнял девушку и коснулся губами её шеи.

– А до вечера, – протянула Рита, – Лёха поудаляет чипы всем, кому успеет. И надо будет нам для виду потренировать Кирилла на лугу.

– Ну, как минимум, полчаса у нас есть, – хмыкнул я. – Пока он там с "зёмой" разбирается.

Времени у нас оказалось даже больше. Лёха постучал в дверь почти через час.

– Приходите, мы с ножиком ждём!

И ушёл, не дожидаясь ответа. Пока мы одевались, успели увидеть из окна бегающего по лугу трусцой Алекса.

Ежи не обманули: фиолетовая трава действовала парализующе и полностью блокировала боль.

– Вечером режу палец Тарасу, с утра – себе, – сказал Лёха, очищая прибором свои окровавленные руки. – А насчёт того, чтобы отловить эликайца, – идея хорошая. Выяснить бы, где они водятся.

– Ты откуда об этом знаешь? – напрягся я, тут же сообразив, что делился мыслями только с Ритой.

– Травка эта непростая, – улыбнулся Лёха. – Тут каждый столько выболтал из того, что было на уме…

– И я? – нахмурилась Рита. – О чём я говорила?

– Тебе какая разница? – хмыкнул Лёха. – Ты молчала почти всё время, под конец только болтать начала, когда Аркадий уже траву пожевал и сам стал такой же. Про эликайца он рассказывал, ты только на личные темы распространялась.

Рита покраснела. Лёха ухмыльнулся:

– Да ладно тебе, все и так в курсе, – он кивнул в мою сторону. – Ближе к делу – вы с Алексом поосторожнее, – парень брезгливо поморщился. – Этот точно всех нас кинет, не задумываясь. Ты бы каэй сняла и запрятала получше. Если у Алекса будет возможность нажать на кнопку – он это сделает и всех подставит.

Рита задумчиво кивнула.

– Спрячу. А ты на улице хромать не забывай.

– Кого ты учишь! – хохотнул Лёха.

Вечером на общем совете было решено: надо как можно скорее найти какого-нибудь эликайца и доставить на поляну ежей.

– Я ночью пройдусь в лес, посоветуюсь с ящерами, – решительно сказал Коля. – Они-то сверху много видят, может, чего дельное и подскажут. Дай крыж, вернусь до рассвета.

– А страж? – насторожился я.

– Он меня не заметит, – Коля выразительно посмотрел на нас с Ритой. – Если вы отвлечёте: выйдете на крыльцо, пообнимаетесь там, или можете поругаться, это неважно. Главное, чтобы железяка повисела над вами минуты две-три. Я за это время успею вылезти из окна и добраться до леса.

– Это мы сделаем, – пообещала Рита. – А назад ты как вернёшься?

– Придумаю что-нибудь, – отмахнулся Коля. – В конце концов, если страж засечёт, могу сделать вид, что тренировался там, или ходил на разведку, или за ягодами. В конце концов, никто мне не запрещал ночью пойти поесть твоих любимых сладких ягод.

– Ага, только ты их терпеть не можешь, – улыбнулась Рита.

– Я об этом эликайскому диспетчеру не докладывал, – пожал плечами Коля. – Короче, разберусь, как вернуться. Постараюсь проскочить мимо нашей железяки незаметно.

– А мне что делать? – спросил Кирилл. – Может, с тобой пойти?

– Тебе? Ну, даже не знаю… С собой я точно никого не возьму. Ты можешь помолиться об успехе дела, – с весёлыми огоньками в глазах посоветовал Коля.

– Это само собой, – серьёзно ответил Кирилл.

– Подумай, может, действительно лучше вдвоём, – нахмурился Тарас. – Мы с тобой притащим в лес кого угодно.

– Нет, – помедлив, отказался Коля. – Если нас засечёт страж, никто не поверит, что два самых сильных бойца просто ходили за ягодами. Да и пойду я пока что только с ежами поговорить. Эликайцы по ночам наверняка сидят за городской стеной, до них не доберёшься.

Из домика парни расходились, стараясь вести себя как ни в чем не бывало. Кирилл вышел, что-то бормоча, крестясь и загибая один за другим пальцы левой руки. За ним следовал Алекс, он брезгливо-снисходительно глядел на Кирилла. Хромающий Лёха за спиной Алекса громко рассказывал Тарасу пошлый анекдот.

Мы с Ритой остановились на крыльце. Ночь была пасмурная, тёмные тучи скрыли все звёзды. На нас падал свет из окон – неяркий, непонятно откуда исходящий. Летучий страж проводил остальных до двери дома и завернул назад. Всё, пора!

– Ну, и чего ты так смотришь на этого клоуна? – я постарался говорить погромче.

Не умею я устраивать скандалы, тем более, из-за ревности. Первая фраза показалась мне самому неестественной и глупой. Но раз начал – надо играть. Тем более, что страж движется к нам. Если он не остановится и пролетит над домом – диспетчер и эликайцы увидят, как Коля бежит по лугу к лесу.

– Ты о ком? – округлила глаза Рита. – Как я смотрю?

– О хромоногом новичке! Раскрыв рот ты на него смотришь! С чего ему поблажки делаешь? От дежурства освободила, от тренировки…

– Аркаш, не говори ерунды! – нахмурилась она. – Конечно, освободила, раз он ногу потянул.

Я с удовлетворением отметил, что страж тёмной тенью завис над нами. Продержать бы его подольше…

– А то, что ты ему улыбаешься? – я, как мог, продолжал изображать ревнивого идиота.

– Аркаш, перестань, – Рита погладила меня по плечу, обняла за шею. – Я всем иногда улыбаюсь, это ничего не значит. А вот это – значит, – она приникла губами к моим губам.

Когда мы вернулись в дом, Коли там не было. В нашей комнате было свежо, воздух шёл из приоткрытого окна. Рита беззвучно нажала на замаскированный выключатель над кроватью. В темноте мы с ней приникли к окну. На лугу никого не было видно.

– Успел! – с облегчением выдохнула Рита.

Я притянул девушку к себе. Скользя рукой по её руке, понял: чего-то не хватает. Рита сняла с запястья каэй.

Глава 14

Под утро в комнату без стука вломился Коля.

– Подъём! Эликаец уже в лесу, – быстро сказал он. – Срочно уходим, все, чем скорее – тем лучше.

– Куда уходим? – Рита сморгнула спросонья, натягивая простыню повыше. – Сейчас? Мы же выдадим себя!

– Мы уже себя выдали! – нетерпеливо бросил Коля. – Уходим срочно! Соображай скорее! Кирилл сейчас будит остальных. Одевайтесь, тут в любую минуту могут появиться эликайцы. Я пока прихвачу паёк на первое время.

Коля быстро вышел. Остатки сна слетели с нас в один миг. Через минуту мы, кое-как одетые, выбежали из домика. На улице уже стояли остальные. Лёха держал в руке узелок, оттуда торчала рукоять знакомого "операционного" ножа. Коля зажал подмышкой коробку, в каких приходили передачи из Эликая. Страж беззвучно парил над ними.

– Как думаете, почему он молчит? – Коля кивнул на железяку.

– Есть время отгадывать загадки? – хмуро спросил Тарас.

– Я утащил в лес диспетчера, – просиял Коля.

– Каэй! – перебил Алекс. – Где каэй? Мы же можем вернуться домой, пока никто не следит!

Лёха скептически посмотрел на свой левый мизинец, и я сразу вспомнил, что парень ещё не успел избавиться от чипа.

– Палец сейчас же надо рубить! – отчеканил Коля, не обращая внимания на Алекса. – Иначе тебя в любую секунду вызовут в Эликай одним нажатием кнопки.

– Где каэй? – истерил белобрысый псих.

– Заткнись! – не удержался я.

– У меня, конечно, – сухо произнесла Рита. – Уходить будем все вместе.

– Есть время вернуться в дом? – прошептал Лёха.

Коля поставил на траву коробку и извлёк оттуда небольшой боевой топорик.

– Подставляй мизинец!

Меня замутило, видеть то, что должно было произойти, было невмоготу. Наверное, я был единственным, кто отвернулся. Мне хватило и звуков – глухого удара и болезненного хрипа. Не представляю, как можно было сдержать крик, но Лёхе это удалось.

– Ну, давай же каэй! – торопил Алекс.

– Отправь ты его отсюда первым, ко всем чертям! – скрипя зубами от боли, рыкнул Лёха.

Рита достала каэй из кармана камуфляжных штанов и, крепко сжимая, протянула Алексу. Тот надавил кнопку с такой силой, что девушка чуть не уронила прибор.

Алекс исчез.

– Действует! – выдохнула Рита. – Кто за ним?

– Ты! – недружным хором ответили все.

– Что сказал эликаец? – девушка впилась взглядом в Колю.

– Долгая история, – он отвёл глаза.

– Ты тоже уйдёшь сейчас? – прищурилась Рита.

– Нет. Я постараюсь, чтобы от Эликая и следа не осталось. Но ты точно уйдёшь. А дальше уйдут все, кто захочет.

Рита посмотрела на меня и покачала головой.

– Я остаюсь.

Коля скрипнул зубами и повернулся ко мне:

– Отправь её отсюда! И скорее, пока каэй ещё действует. Девчонке тут делать нечего, пусть ждёт тебя в безопасности.

– У вас, кроме меня, нет лучников… – начала Рита.

– Не обсуждается! – рявкнул Коля.

Я взял из руки девушки каэй, погладил Риту по щеке и сказал:

– Нажимай.

– Нет.

– Рита, – я отвел её немного в сторону и заговорил очень тихо. – Ритуль, мы ведь толком не предохранялись. Вспомни Юлю и Вита. Мы не знаем, что будет дальше. Ты должна нажать на кнопку.

– А ты? – она прикусила губу.

– Не знаю, – честно сказал я. – Я постараюсь вернуться поскорее. Думай о доме и жми! И выбрось там сразу же чип, на всякий случай.

Рита быстро обняла меня, холодные губы коснулись моих губ. Я с трудом заставил себя отстраниться. Как же это трудно, когда больше всего хочется не выпускать девушку из объятий. Я взял Риту за руку и прижал её указательный палец к заветной кнопке.

Вместо ладони Риты моя рука сжимала пустоту. Я вздохнул с облегчением. Как хорошо знать, что моя девушка в безопасности и больше никогда сюда не вернётся! И как хорошо знать, что всё идёт, как должно быть: Рита станет ждать моего возвращения, и пока что будет смотреть на меня, ещё не перенёсшегося в Эликай, ещё не знакомого с ней.

Я вдохнул полной грудью и ощутил аромат цветов любви. Как же мне в этот миг хотелось нажать заветную кнопку…

Я двинулся к парням и протянул каэй Коле.

– Себе оставь, – буркнул он. – Только если вдруг передумаешь и захочешь уйти – не утащи его случайно с собой. Подожди, не прячь. Раз уж он работает, погнали переноситься к поляне ежей. Только смотрите – к поляне, а не на неё.

Четыре руки хищными тенями метнулись к каэю. Один за другим парни растворились в воздухе.

– Что происходит? – раздался требовательный голос стража, когда Лёха протянул руку.

Парень нажал на кнопку – без результата.

– Каэй отключён, – холодно произнёс диспетчер. – Вы приговариваетесь…

– Бежим!

Леха рванул меня за руку и потащил через луг.

– Остановитесь!

Перед нами, прямо под ноги, с неба полетели огненные искры.

– Это предупреждение! Остановитесь!

Мы остановились одновременно. До леса было слишком далеко, и мы хорошо помнили рассказы о ящерах, которые успевали полностью сгореть за несколько секунд над городской стеной Эликая.

– Ну, стоим, – в своей обычной наглой манере сказал Лёха. – Дальше-то что?

– Что происходит? Где диспетчер?

– Какой диспетчер? – спросил я.

Неужели они не знают, что произошло? Сообразить бы, как на этом сыграть!

Следующий вопрос подтвердил мою догадку:

– Откуда у вас каэй?

Лёха соображал быстрее и отреагировал первым.

– Украли, – он пожал плечами. – Хотели сбежать, пока Рита сны досматривает.

– Куда? В лес? – с мрачным сарказмом спросил голос. – Не морочьте мне голову. За вами вот-вот прибудут. Что у вас происходит? И что с диспетчером?

– Ты тупой? – ухмыльнулся Леха. – Тебе же сказали – хотели сбежать. О, видишь! – он ткнул вверх ладонь с растопыренными четырьмя пальцами и обрубком мизинца. Даже в свете звёзд я видел, что из открытой раны ручейком течёт кровь. – Приговор знаем – к ежам на иглы без оружия. Потому и побежали, когда тебя услышали, сами не думая куда. А про диспетчера мы не…

Он вдруг резким движением швырнул узелок в покачивающегося над нами стража и кинулся к лесу. Я помчался туда же, стараясь держаться от парня подальше. За двумя зайцами… Я был почти уверен, что Лёха попал в железяку, но вряд ли её так легко вывести из строя. Так будет больше шансов, что хотя бы один из нас доберётся до леса. Вряд ли эликаец из-за беглецов рискнёт устроить большой лесной пожар.

Огненные искры упали в нескольких сантиметрах от петляющего на бегу Лёхи, когда над землёй пронеслась гигантская тень. Что-то просвистело в воздухе, ещё раз и ещё…

Я перевёл дух, лишь пробежав несколько метров под деревьями. Рядом пытался отдышаться Лёха. Он попробовал улыбнуться, но улыбка была больше похожа на гримасу.

– Каюк железяке! – выдохнул он.

– Каюк, каюк, – успокаивающе ответили сверху.

Я вздрогнул и резко поднял голову.

Над деревьями парил ящер, а с его спины наполовину свесился Тарас.

– Подобрать не могу: стража мы сбили, но на луг всё-таки лучше не выходить, – с сожалением сказал он. – Кто знает, какие там ещё могут быть сюрпризы. Пробегитесь до поляны сами.

И ящер улетел.

Бежать в открытую не рискнули: наверняка в Эликае уже знают о побеге всех "защитников". И, разумеется, легко понять, что кто-то из нас уволок диспетчера-наблюдателя. Помнится, в древние времена сбежавших гладиаторов убивали. Не удивлюсь, если на нас объявили или вот-вот объявят охоту. Потому мы и крались под деревьями и по кустам, царапая лица и руки о незамеченные в темноте ветки и шипы. По дороге Лёха сорвал тонкую, гибкую ветку и попросил как можно крепче обмотать её вместо жгута вокруг обрубка мизинца. Как ни странно, кровь удалось остановить.

К "военному лагерю" ящеров и ежей мы приковыляли на рассвете.

Поляна оказалась огромной – с наш луг размером, а за ней далеко протянулась тропа метра в три шириной. И насколько видел глаз, отовсюду торчали иглы-кинжалы ежей. Ящеры, как гигантские летучие мыши, болтались вниз головами на деревьях, едва не задевая шишковатыми макушками землю. А перед поляной, скрытые сверху густыми деревьями, расположились Коля, Тарас и Кирилл.

Нас встретили приветственными криками, даже ежи что-то одобрительно пищали. Тарас и Коля хлопали нас по плечам. Кирилл перекрестился и зашептал какую-то молитву.

– Палец у тебя? – первым делом спросил Лёха.

– Был у меня, – сказал Коля. – Чип я уже вырезал, палец закопал. Держи.

Лёха спрятал в карман маленькую пластину.

– Ну, и где ваш эликаец? – он огляделся. – Хоть покажьте, из-за кого на нас огонь напустили.

– Ежи его ликвидировали, – хмуро сказал Коля. – Слишком вызывающе себя вёл, показывал, что он – хозяин положения. В общем, как только я ушёл, эликайца не стало. Это и к лучшему – иначе убивать пришлось бы мне.

– Глупо, – покачал головой Лёха. – Лучше бы дали ещё пообщаться. Он хоть много успел рассказать?

– Довольно много. И о защитниках, и об Эликае, и о городской стене, и об оружии внутри неё. С такими знаниями мы можем помочь зверям захватить город в самое ближайшее время.

– И что – он так легко тебе всё это рассказал? – недоверчиво прищурился я.

– Я умею выбивать информацию.

В глазах Коли появилось такое угрюмое, мрачное выражение, что я потерял всякое желание задавать лишние вопросы. Лучше не интересоваться, каким способом парень выпытал из эликайца всё, что было нужно.

– Обмануть не мог? – деловито спросил Лёха.

– Нет.

И Коля начал рассказ.

Глава 15

– Вокруг города со всех сторон стоит защита. Стоит кому-либо приблизиться к его стенам – срабатывает… Ну, скажем, мощный огнемёт. Он в считанные секунды превращает чужака в пепел.

– Почему именно чужака? – перебил Тарас.

– Свои дома сидят, – хмыкнул Лёха.

– Точно, – кивнул Коля. – Свои сидят дома. А если они по какому-то поводу находятся за городской стеной – у каждого эликайца есть приборчик для блокировки защиты. Вот такой, – Коля вытащил из-под футболки висевшую на шее толстую синюю металлическую цепочку. На ней сверкнул ослепительно белый треугольный кулон с мягкими закруглениями на углах. – Работает всегда, эликайцы получают его при первом появлении в городе во взрослом возрасте и постоянно носят при себе.

– Вместо креста, что ли? – поморщился Кирилл.

– За пределами города они бывают редко и только по необходимости, – продолжал Коля, не обращая на него внимания. – Как наши диспетчеры, например. Эликайцы действительно помешаны на экологии. Стражем можно управлять безопасно для окружающих и атмосферы, только если находишься достаточно близко от нашей резервации. Это эликайцы так наши домики называют, – с неприятной усмешкой пояснил он. – Поэтому диспетчер сидит в маленьком, хорошо замаскированном строении. Кстати, это одно из эликайских развлечений для избранных: порулить нашим стражем.

– Ну, а мы-то им зачем? – нахмурился Лёха.

– Когда людям дано слишком много – они начинают развращаться, – будничным тоном произнёс Кирилл. – Если эликайцы много лет видят только тихую, мирную жизнь, если у них великолепная экология, нет трудностей с детьми, а большую часть труда, похоже, выполняют роботы – им, как любым людям в таких условиях, просто должно захотеться "хлеба и зрелищ". Кроме того, у них нет религии, которая дала бы эликайцам какие-то нормы морали…

– Суть ты излагаешь правильно, – нетерпеливо перебил Коля. – С "хлебом" проблем нет, а вот "зрелищ" в Эликае маловато. Так что главное зрелище для горожан – это мы. Что-то вроде нескончаемого он-лайн шоу. И главное, его можно смотреть с любого момента, можно даже пересматривать наиболее интересные бои. Бойцов действительно делают из детей, которые рождаются от преступников. Рассказывают сказку о необходимости защиты Эликая – все мы её слышали – и вперёд! У горожан даже что-то вроде тотализатора есть: пытаются предсказать наше поведение в мирных условиях и финалы боёв. Не знаю уж, что там служит призом, не хватило нервов дослушать.

Я тихо выругался, Кирилл страдальчески поморщился.

– Так, может, и второго города никогда не было? – хмуро спросил Тарас.

– Карлинай был. И зверей создали для войны с ним, а потом мутанты вышли из повиновения. Эта часть истории – действительно, правда. Другой вопрос, что эликайцы с такой защитой вообще не воспринимали ежей и ящеров как возможных захватчиков города. Вообще-то в Эликае и нас не принимали всерьёз. Видели бы вы глаза диспетчера, когда я вломился в то строение! Им казалось, что всё предусмотрено: лес там густой, ежи, кроме как мимо нас, до диспетчера не доберутся. Сверху – от деревьев и до городской стены – защитная сеть от ящеров. Он был уверен, что мы всё время под наблюдением, ведь он же сам рулил стражем, – Коля мрачно усмехнулся. – Да и не так просто найти это место. Никому в Эликае не могло прийти в голову, что мы можем договориться с врагами. Я бы точно не нашёл туда дорогу, если бы мне не показал её один из ящеров.

– Надо всё сделать сегодня же, – твердо сказал Кирилл. – Пока они не притащили для боёв других "защитников". Кто знает, сколько ещё есть таких, как мы.

– Сначала надо выяснить, как включить каэй, – возразил я. – Мы должны вернуться в наш мир, когда звери войдут в Эликай. Да и потом, ну, пройдёт кто-то из нас с этой белой штуковиной в город – и что? Надо хорошо представлять, куда идти и что делать. И не забудь, горожане много раз видели наши лица, нас сразу узнают…

– Сначала дослушайте, – Коля зевнул. – Сегодня всё сделать, в принципе, реально. Надо только сообразить, как попасть в город.

– Идея уже есть, – в глазах Лёхи засверкали весёлые огоньки, но он тут же поморщился.

– Руку не успел обработать? – нахмурился Тарас. – Чего молчал? Вон видишь, ягоды оранжевые на кусте, мелкие? Их соком тут раны и заживляют, он в том пузырьке был.

– Тогда подождите, я сейчас!

Лёха рванул с места к кусту, мы с Кириллом вскочили.

– Сидеть! – рявкнул Коля. – Вы что, весь куст оборвать собираетесь? Надо всего три-четыре ягоды! – крикнул он.

Лёха вернулся с несколькими ягодками в кулаке и тут же принялся давить сок на обрубок мизинца. Я увидел, как посерело его лицо, как парень прикусил губу до крови, и невольно отвёл взгляд. Врачом я бы точно не смог стать: слишком жутко было смотреть на открытую рану, на обрубок кости, на перекошенное от боли лицо парня.

– Может, траву пожуёшь? – спросил Кирилл. – Я тебе рану обработаю, я видел, как ты это делал. А ты ничего чувствовать не будешь…

– Правильно, что головой мотает. Ему потерпеть всего пару минут, – сказал Коля. – А у нас времени в обрез. К границе Эликая могут притащить новичков, да и нас с эликайской техникой легко найти и пристроить к нам ещё какого-нибудь стража, да мало ли что… Штурмовать город надо быстро, пока в Эликае от нас не ждут никаких действий. Слушайте дальше. Огнемётное оружие на границах срабатывает автоматически. Систему можно вывести из строя в круглой диспетчерской – стеклянное здание типа большого аквариума. Крыша поднимается сама, когда сверху подлетает какая-нибудь эликайская железяка. Внутри можно смело опускать все рычаги, что под руку попадутся: это выведет из строя всю технику города.

– А каэй? – нахмурился Тарас.

– Каэи – рычаги у входа. Главный каэй города находится в этом стеклянном строении, и он может отменить действие любого другого каэя. Тумба в центре с чёрной кнопкой посередине. Рычаг у него отдельный, прямо рядом с тумбой.

– Лучше не представлять, как ты выбил всё это из диспетчера, – не удержался я.

– Не представляй, – кивнул Коля. – Лучше Вита вспомни. Я ещё несколько таких смертей видел, так что особой жалости к эликайцу не испытывал. Ну что, Лёх, ты как?

– Нормально, – надтреснутым голосом ответил парень.

Я осторожно перевёл взгляд на Лёху. Он уже не морщился, обрубок мизинца обтягивала тонкая кожа.

– Мы влетим в город, – просипел Лёха. – На ящерах… Они должны лететь чётко друг над другом. Тот из нас, кто полетит снизу, возьмёт кулон, – его голос звучал всё свободнее и легче. – Двигаем к этой стеклянной штуке, вырубаем все рычаги, какие попадутся, и жмём на главный каэй. А дальше пусть ежи и ящеры сами разбираются, что им тут делать.

– А если не сработает? – нахмурился Кирилл. – Сгорим же все! Давайте сначала я пролечу над стеной, а потом, если получится, – сделаем, как говорит Алексей.

– Почти уверен, что получится, – сказал Коля. – Но можно и так. Только полечу я.

– Но…

– А ты будешь молиться за успех дела, – хлопнул Кирилла по плечу Лёха.

Коля извлёк из кармана крыж и двинулся на поляну. Проснувшиеся ежи пищали, переговариваясь между собой. Ящеры взлетали над лесом, расправляя крылья.

– Не нравятся мне эти союзники, – пробормотал Лёха. – Мотать отсюда надо сразу, как доберёмся до главного каэя.

– Ему поспать нужно, хоть немного, – я кивнул в сторону Коли, который уже объяснял мутантам, что от них потребуется.

– Некогда, – ответил Тарас. – Если всё получится – выспится уже в обычном мире. Он выдержит.

Несколько ящеров спустились ниже. Когтистые лапы вцепились в толстые ветви деревьев, и летающие рептилии снова повисли вниз головой, как гигантские летучие мыши. Только на этот раз глаза их были открыты. Я поймал взгляд одного из ящеров, и мне стало не по себе: в чёрной, бездонной глубине зрачка отчетливо были видны красные всполохи.

– А вам есть куда идти в обычном мире? – спросил я. – Вы ведь давно тут?

– Два года, – поморщился Тарас. – Найдётся куда идти. Я незадолго до Эликая девчонку в своей квартире прописал. Не думаю, что она меня ждёт, её как-то больше деньги интересовали, но живёт наверняка там. У Коли тоже какая-то хата есть… Разберёмся, в общем.

Ежи на поляне пищали, ящеры издавали душераздирающие вопли. Коля прижимал к уху крыж и сосредоточенно вслушивался.

Наконец, он двинулся к нам. Смотреть, как парень осторожно маневрирует между ежами, было жутковато.

– Летим прямо сейчас, – сказал Коля. – На ящеров садитесь по двое, я буду один.

Кожа ящера на ощупь напоминала шершавый камень. Чтобы удобнее было влезть к нему на спину, эликайский дракон распластал брюхо по земле. Пасть скалилась в опасной улыбке, обнажающей ровные клыки с палец величиной. За моей спиной примостился Лёха.

– Тесновато, – заметил он. – А держаться как?

– Держаться не надо, – сказал Тарас. – Падать будет некуда.

– Ну, с Богом! – тяжко вздохнул Кирилл.

– На Эликай! – мрачно выдохнул Коля.

Взмахнули три пары огромных крыльев, всколыхнулись листья на деревьях, зашуршала зелёная трава с красными крапинками, и ящеры взмыли над лесом.

В полете трясло и качало. К счастью, падать с "каменной" спины рептилии оказалось действительно некуда – справа и слева "пассажира" удержали бы коротко взмахивающие широкие крылья.

Ушла вправо и осталась за спиной поляна ежей. Мы мчались на летучих "конях" над густеющим лесом, впереди блестела голубая вода – то самое море или океан.

Я перевёл дыхание. Пока всё совпадало с тем, что рассказывали ящеры и диспетчер из Эликая. Почти у кромки воды чужаков поджидала высокая серая стена. В неярком свете Эликайского солнца она переливалась мелкими разноцветными искорками.

Глава 16

Метров за двадцать до стены ящер с Колей на спине отделился от наших "крылатых коней". Его крылья взмахивали всё быстрее. Наши ящеры, напротив, замедлили полёт. Кирилл перекрестился, все застыли в напряжении.

Вот ящер с одним седоком на спине приблизился к стене вплотную, вот завис над серой оградой… Пламя мощной струёй вырвалось из стены, и ящер превратился в факел. Наши чудовища издали высокие душераздирающие вопли. Я зажмурился. Ещё одна страшная, бессмысленная смерть…

И вдруг почувствовал, как наш ящер начал медленно двигаться вперёд. Я открыл глаза и вздохнул с облегчением. Коля сидел на стене. Где-то в глубине сознания мелькнула мысль, что эликайский камуфляж, видимо, не горит. Коля взмахами руки подзывал ящеров. Увидев, что мы подлетаем, парень проворно лег вдоль стены, полностью закрывая часть её собой.

Меня замутило. Да, на Коле кулон Эликая, но если он не сработает – парень погибнет мгновенно, а вслед за ним – и все мы. С другой стороны, выбора у нас нет. Я не хочу провести всю оставшуюся жизнь в эликайских лесах.

Кирилл рисовал рукой в воздухе кресты. Тарас с невозмутимым видом смотрел вперед. Их ящер разогнался, поравнялся со стеной и пролетел над Колей, поджав на пару секунд крылья. Манёвр сработал! За стеной чудовище, по всем законам физики, потянуло вниз, но ящер тут же взмахнул крыльями и набрал высоту. Не оглядываясь, он понёсся над городом.

Снизу до нас долетели испуганные крики – преодолевшего преграду врага заметили очень быстро.

Наш ящер, тем временем, взлетел повыше и понёсся к Коле. Две секунды с поджатыми крыльями и потерей высоты – и мы оказались за стеной. Мощный драконий хвост метнулся назад, Коля схватился за него и повис в воздухе. Ящер немного снизился. Он летел чуть медленнее собрата, стараясь не двигать сликом резко хвостом, на который уже успел сесть верхом Коля.

– Это и есть Эликай? – скептически спросил Лёха.

Я с удивлением смотрел вниз. Живые изгороди окружали одноэтажные домики, похожие на деревенские, а впереди виднелось круглое стеклянное строение. Это что, центр Эликая так близко? По нашим меркам, это вообще не город, а большая деревня или, максимум, поселок. Правда, вдали виднелись несколько высоких домов – тех самых, что мы видели со своего луга. Какой-то агрегат, вроде нашего стража, пролетел около ящера. Разомкнулись мощные челюсти, щёлкнули зубы, и обломки металла посыпались на землю.

– Невкусный попался, – хмыкнул Лёха.

Внизу метались люди, превращаясь перед глазами в разноцветное пятно. Как глупо они себя ведут! Сколько же лет в Эликае ничего не случалось, раз жители не представляют, как в таких случаях действовать. Не прячутся, оружие не достают (если оно у них вообще есть, конечно)…

– Если они не совсем дебилы – должны сообразить, что надо переноситься со своими каэями как можно дальше, – заметил Лёха.

Ящер сделал круг над стеклянным зданием. Видимо, здесь у эликайцев центральная площадь – "аквариум" стоял особняком посреди вымощенного блестящим синим камнем круга. Крыша оказалась разбита, и я видел, что Тарас и Кирилл уже жмут на все рычаги, какие попадаются под руки. А рычагов там – в несколько рядов вдоль круглой стеклянной стены. Их ящер тоже там был, мощное крыло било рычаги и кнопки на верхних рядах, расположенных выше человеческого роста.

Наш ящер аккуратно спланировал вниз, мы соскочили с его спины. Через стену я заметил женщину, которая нажала что-то на руке и исчезла. Да, те, кто умнее, успеют воспользоваться каэями. Тем лучше для них. Я кинулся к рычагам и принялся жать вниз всё подряд.

– …! – выругался Лёха. – Гляньте!

Со стороны высоток к нам летела чёрная туча. Я прищурился. Туча постоянно меняла форму. Это были стражи, множество стражей.

– Надо уходить! – бросил Лёха. – Они спалят нас за несколько секунд.

Один из ящеров коротко рыкнул, и из кармана Коли послышался равнодушный бесполый голос: "Берём на себя!" Так вот как, оказывается, действует крыж! Я машинально продолжал жать рычаги. Надеюсь, что мы уже отключили защиту городской стены.

Ящеры взвились под разбитый купол, отбросив на нас зловещие гигантские тени, и понеслись навстречу эликайским железкам. Я смотрел, как они врезаются в тучу, сшибая стражей крыльями и хвостами, превращая в обломки челюстями. При этом ящеры издавали оглушительные трубные звуки. Как оказалось, не зря. Со всех сторон им на выручку мчались собратья-мутанты.

– Всё, защиту границы отключили, – выдохнул Коля. – Пора домой. Дальше пусть разбираются сами.

Он шагнул к центру строения, где стояла тумба с большой чёрной кнопкой посередине, и надавил кнопку. Я на секунду расслабился, испытав облегчение, – Коля исчез.

За стеклянными стенами творилось невообразимое. Ящеры крушили всё, что попадалось на пути, неслись за потерявшими остатки разума эликайцами, звучно щёлкая челюстями. Оставшиеся стражи бестолково носились по воздуху и бесцельно плевались огнём. По земле катились колючие смертоносные шары. На моих глазах несколько из них снесли и смяли в щепки ближайший дом.

– Создам в соцсетях группу "Эликай", – сказал Тарас. – Найдёмся.

Он счастливо улыбнулся – впервые за всё время, пока я его видел, – и нажал кнопку.

Лёха и Кирилл шагнули к главному каэю почти одновременно, я отстал от них всего на шаг. В ту секунду, когда Лёха уже протянул над тумбой руку, сверху, из разбитой стеклянной крыши, хлынули три потока огня. Я ещё не успел понять, что происходит, когда Кирилл с силой оттолкнул меня в сторону.

Это было последнее, что он успел сделать. Когда я упал метрах в полутора от главного каэя, перед тумбой лежали два неестественно изогнувшихся тела. И Кирилл, и Лёха были мертвы. Эликайское оружие ударило в сердца, на одежде остались лишь небольшие обгорелые дырочки.

Я поднял взгляд. Наверху ящер разбивал последних стражей. Поздно! Они успели выполнить задание и уничтожить врагов проклятого города.

Я почувствовал на губах солёный вкус и понял, что тихо подвываю, а по лицу катятся слёзы. Подполз к ребятам, на всякий случай проверил на шеях пульс. Глупая надежда! Пульса нет, дыхания нет, взгляды стекленеют с каждым мигом.

Я закрыл глаза обоим, мысленно прощаясь с каждым. Надо будет дома зайти в церковь и узнать, что там положено заказывать по умершим. Для Кирилла это наверняка было бы важно. Не знаю даже, где жили ребята и кому сообщить о смерти. Да и есть ли кому сообщать?

Опомнился я от треска. Разобравшись с ближайшими домами, ежи ломали стеклянные стены. Стекло сыпалось вокруг, небольшой острый кусок рассёк мне щёку.

Пора! Домой, к Рите, к родителям! Я поднялся на колени и нажал кнопку, выдохнув: "Домой!" Остатки стен и потолка закачались и посыпались вниз.

Я зажмурился. По глазам резанул яркий солнечный свет, от которого они уже успели отвыкнуть. Я в эликайском камуфляже стоял на коленях посреди двора. А из подъезда выходил… тоже я. В джинсах и футболке, с мобильником в руке. Я машинально прикрыл лицо рукой и услышал свой голос:

– Привет, Нин! Ну как, завтра пойдём?..

Понимание пришло сразу: я оказался во дворе на день раньше, чем перенёсся оттуда. Я хорошо помню этот момент. Тем утром я договаривался о свидании с Нинкой и проходил мимо пьяного в грязной одежде непонятного цвета. Вернее, это я тогда подумал, что иду мимо пьяного.

Я осторожно убрал руку от лица и посмотрел, как мой двойник из недавнего прошлого заворачивает за угол дома, весело болтая с девушкой, которая меня интересует теперь меньше всего на свете.

Я медленно побрёл за двойником, снова прикрывая лицо рукой. Меня и впрямь шатало как пьяного, ноги еле держали, а в горле стоял комок.

Видел ли я в то утро Риту? Не помню. Я вообще не обращал на неё внимания – мало ли, кто встретится по дороге.

Идиот! Как я мог её не замечать!

Я вошёл в тихий скверик неподалеку от дома и опустился на свободную скамейку. До завтра меня никто не должен увидеть. Легко сказать! Только где мне прятаться целые сутки?

– Аркаша? – дрогнувший голос Риты прозвучал совсем рядом. Девушка заглянула мне в лицо и кинулась на шею. – Вернулся! Как же я за вас переживала! Ну зачем я тогда ушла?!

– Тише, – прохрипел я, крепко обнимая девушку. – Хорошо, что ушла. Только тебя там и не хватало!

– Да, надо тише, – кивнула Рита. – Ты только не волнуйся, мы всё сделаем, как надо. Ты оказался здесь раньше…

– Знаю, – я жадно впился губами в её губы.

Рита мягко отстранилась.

– Я снимаю гостинку в доме рядом с твоим. Пойдём, не надо, чтобы тебя заметили.

К соседнему дому мы подошли в обнимку. Я продолжал прикрывать лицо рукой, другой рукой обнимая Риту.

– Вот же ж бедное дитё, а? – громко прокомментировала какая-то бабка. – Да что ж ты пьянь эту на себе таскаешь?

Рита отчётливо пробормотала что-то совершенно нецензурное, и бабка тут же замолчала.

В крохотной квартирке девушка засуетилась, сразу ринулась к стоящему у входной двери холодильнику.

– Ритуль, оставь, в меня сейчас ничего не полезет, – я устало опустился на корточки и привалился к двери. – Мне бы поспать. Рядом с тобой, – я слабо улыбнулся.

Рита извлекла из дальнего угла нижней полки знакомый пузырек с оранжевой жидкостью.

– Придется потерпеть, родной, шрама на щеке остаться не должно. Ты вернёшься домой, как ни в чём не бывало. И никто не заметит, что тебя здесь не было, – она отвинтила крышку. – Сейчас обработаю, и ты мне всё расскажешь. Скажи только – все вернулись?

– Нет, – я вздохнул поглубже. – Ритуль, мне надо будет сходить в церковь. Недели через две… А то в нашем мире они оба ещё живы.

Эпилог

Я вышел из-за угла дома и поднял оставшуюся на асфальте папку с рефератом. Одет так же, как был в тот день – спасибо Ритуле! Подержанный телефон нужной модели она тоже приготовила заранее. Номер, разумеется, новый, но этому несложно будет придумать объяснение.

Рита подошла и встала рядом.

– Ты должен сделать всё, что собирался в тот день. А вечером я буду тебя ждать.

– Конечно, Ритуль, – сказал я.

И подумал, что надо будет отменить одно дело. У меня не было ни малейшего желания вести Нинку в кино. Вспомнился разговор с мамой перед выходом из дома, и я улыбнулся. Что я ей там обещал? Когда появится постоянная девушка – приведу знакомиться?

– Слушай, Ритуль, а пойдём вечером ко мне? – сказал я.

Постоянная девушка? Куда уж постояннее! И я сделаю всё, чтобы больше никогда не теряться с Ритой – ни в пространстве, ни во времени.

ЖЕНИХ ДЛЯ ПОПАДАНКИ

Глава 1. КОЛЛЕКЦИОНЕР

"Лера, нам надо росстаться. У меня есть девушка, и это сирьезно".

Я ещё раз перечитала сообщение от Славика, хмыкнула и принялась настукивать на компьютерной клавиатуре ответ: "Ну, если сирьезно, тогда, конечно, росстанемся".

– Ну ты и язва, Лерка, – хохотнул прямо за спиной редактор.

– Ты чего подкрадываешься? – я подскочила и возмущённо уставилась на него.

Вернее, попыталась изобразить возмущение – на этого человека невозможно ни злиться, ни долго обижаться.

С редактором, которого я называю просто Вовчиком, мы учились в одном классе, а потом – и на одном курсе института. Ещё на четвёртом курсе Вовчик начал выпускать газету или, скорее, листок "Жёлтые вести". Название многообещающее, однако со сплетнями в нашем городе туго. С самого начала "Вести" находились на грани закрытия и держались на плаву только благодаря инициативному редактору. В итоге в штат сотрудников входим только сам Вовчик и я.

– Откуда я знал, что у тебя тут такая драма? – усмехнулся Вовчик, кивнув на монитор компьютера. – Думал, работаешь. Ты как, орошать слезами компьютер, кресло и пол в офисе собираешься?

– Нет уж, полы тебе пусть уборщица водой моет. Думаешь, у меня там могло быть что-то серьёзное? – я тоже кивнула на монитор.

– Сомнительно. Хорошо, что обойдёмся без слёз, они сейчас были бы не вовремя. Слушай сюда, Лер, – Вовчик придвинулся поближе. – Тема есть. В город переехал один дед, зовут – Аполлон Дементьевич Фетлисов. Он коллекционер старины – картины, антиквариат, старинные драгоценности…

– Предлагаешь закадрить дедушку? – хмыкнула я.

– Это уж сама смотри. А мне в завтрашний номер нужно интервью – кто такой, чем занимается, что его привлекает в ценном старье, когда начал собирать коллекцию… Короче, кого я учу!

Я взглянула на часы.

– Как – в завтрашний номер? Время – полдень!

– Я уже позвонил любителю старины. Держи адрес, Фетлисов весь день дома и будет тебя ждать. Так что давай, солнце, – в машинку и вперёд. Вопросы продумаешь по дороге.

Через десять минут я остановила жёлтый "Матисс" перед двухэтажным домом постройки конца девятнадцатого века. Здание было щедро украшено лепниной. Прикреплённая к шершавой стене табличка сообщала об исторической ценности дома.

Интересно, чем занимается дед-коллекционер, если может позволить себе скупать ценности и жить в безумно дорогой квартире в центре города?

Впрочем, это я в самом скором времени и узнаю.

Массивная на вид дверь подъезда открылась легко. Я огляделась. С ума сойти! Пол устелен красной ковровой дорожкой, настолько чистой и яркой, будто её постелили на вручение "Оскара". Стены разрисованы яркими цветами и птицами, потолок ослепительно белый. И никаких тебе сердечек и традиционных, всем известных слов, которые даже в подъездах новостроек появляются в течение нескольких дней, а то и в первые сутки. Да и обычных для многоквартирных домов неприятных запахов здесь нет. Ноздри приятно защекотали ароматы дорогих духов и молотого кофе.

Вход в этот прекрасный уголок, разумеется, стерёг Цербер – грозного вида охранник шагнул мне навстречу, преграждая путь.

– Вы к кому? – вежливо спросил он.

– К Фетлисову Аполлону Дементьевичу, – чётко выговорила я.

– Да, он предупреждал, что ждёт гостью, – мужчина в камуфляже любезно улыбнулся и отодвинулся с дороги. – Вам на второй этаж.

Дверь открыл щупленький старичок с белой бородой почти до пояса, напоминающий сказочного гнома.

– Здравствуйте! Я – Валерия Каргина, корреспондент газеты "Жёлтые вести".

– Здравствуйте, барышня, – просиял улыбкой старичок. – Прошу! – он сделал широкий приглашающий жест. – Нет, нет, не разувайтесь. Предложить даме тапочки взамен таких изящных туфелек было бы верхом неприличия с моей стороны. Проходите за мной, пожалуйста.

Хозяин двинулся по темноватому коридору, ещё больше напоминая гнома в пещере. Коридор петлял, делал неожиданные повороты и показался мне таким же бесконечным, как секс с неумелым любовником.

– Сколько здесь комнат? – заинтересовалась я после очередного поворота.

– Двенадцать, – отозвался Аполлон Дементьевич. – Я скупил все квартиры на этаже. Небольшой ремонт, снос нескольких стен – и получилось очень удобное жильё.

Я чуть не присвистнула. Откуда же у "гнома" такие деньги? Четыре квартиры в историческом центре города! Страшно представить в какую сумму обошлась Фетлисову их покупка и перепланировка.

– Прошу, Лерочка, – старик распахнул дверь в конце коридора.

Я сморгнула. Возникло ощущение, что нахожусь в маленьком музее, где безумный директор в одном помещении соединил несколько совершенно разных экспозиций.

На белой стене напротив двери висели разнообразной формы мечи и кинжалы в ножнах, боевые топорики, булавы с гирьками на цепочках и без гирек. Всё идеально начищенное, блестящее, ножны и рукояти тиснённые, с вделанными в них крупными камнями.

Другие две стены украшали картины, развешанные по странной системе: пейзажи, натюрморты, женские портреты, какие-то абстракции – и всё это вперемежку. Причём висели картины почти впритык друг другу и в несколько рядов. Посреди комнаты стоял небольшой изящный столик и два кресла с резными ножками. Прямо на столике лежало колье, – похоже, изумруды в окружении бриллиантов. От обилия красочных экспонатов мини-музея у меня зарябило в глазах.

– Новый экземпляр моей коллекции, – гордо сообщил Аполлон Дементьевич.

Он взял в руки колье. Камни заиграли разными оттенками зелёного, засверкали в проникших через гардину на окне солнечных лучах.

– И вы держите такую ценность вот так, на столе? – не удержалась я. – Не боитесь, что вас могут обокрасть?

– Деточка, меня обокрасть не смогут, – улыбнулся старичок. – У меня есть такая защита, какую не обойдёт ни один преступник.

– Новейшие технологии? – скептически поинтересовалась я.

– Скорее, древние, но очень надёжные.

Дед выглядел таким наивно-уверенным в своей безопасности, что я мысленно поклялась не вставлять в будущую статью ничего, что могло бы спровоцировать потенциальных преступников.

– Присаживайтесь, – Аполлон Дементьевич сделал приглашающий жест.

Кресло оказалось непривычно жёстким. Хозяин сел напротив и положил колье на столик. Я машинально проследила взглядом за драгоценностью. Оказывается, за блеском изумрудов ещё одна вещь оставалась незамеченной.

На столике лежал акварельный портрет в современной дешёвой фоторамке. Бледноватая девушка в старомодном розовом платье с открытыми плечами и в широкополой шляпе мечтательно улыбалась художнику. Из-под шляпки выбился каштановый локон. Шею девушки обвивало колье, очень похожее на то, что лежало сейчас на столе коллекционера, а на безымянном пальце сверкал перстень с большим изумрудом, явно из одного комплекта с колье.

"Гном" мельком взглянул на портрет, затем на меня – изучающе, будто только сейчас разглядел. Глаза старика заблестели, как у молодого, во взгляде появился откровенный интерес.

– Поразительное сходство! – воскликнул Аполлон Дементьевич. – Просто потрясающе! Одно лицо!

– Считаете, я на неё похожа? – вежливо уточнила я.

– Одно лицо! – возбуждённо повторил "гном".

Я вгляделась в девушку на портрете, пытаясь представить себя в таком наряде. Надеюсь, я всё же стройнее этой барышни и не такая бледная. Форма рук похожа, в чертах лица тоже есть сходство. Только почему старик чуть не пляшет вокруг столика из-за того, что я похожа на девицу с портрета?

– Кто она? – спросила я.

– О-о-о, я обязательно расскажу вам об этой девушке! – радостно потирая руки, пообещал коллекционер. – Но сначала… Лерочка, позвольте мне маленький опыт! Я дам вам похожую шляпу, и вы примерите её, колье и колечко. Очень хотелось бы представить, как эта дама выглядела бы вживую, – тон Аполлона Дементьевича стал заискивающим.

Я задумчиво посмотрела на старика. С ума он, что ли, сошёл? Неужели собирается так просто надеть на незнакомую девушку драгоценности, на которые можно купить несколько машин?

У меня возникло нехорошее ощущение большой подставы. Казалось бы, что мне сделает безобидный старик, который может рассыпаться от дуновения ветра? Логика говорила, что ничего: дед странноватый, но безобидный. Только моя пятая точка всегда чувствовала проблемы, как барометр – перемену погоды.

– Боюсь, шляпа и драгоценности не подойдут к джинсам и футболке, – улыбнулась я.

– Лерочка, вы совершенно правы! Я дам вам платье почти как на картине!

– Вы и одежду коллекционируете? – нахмурилась я.

Не знаю, что это за портрет и какое отношение он имеет к Аполлону Дементьевичу, но при виде возбуждённо подпрыгивающего старика мне в голову поневоле полезли мысли о маньяке.

– В каком-то смысле, – тонко улыбнулся Аполлон Дементьевич. – Я сейчас принесу платье и кольцо. Вы пока можете ознакомиться с основными экземплярами моей коллекции. А после нашего маленького эксперимента я с удовольствием отвечу на все ваши вопросы.

Ладно, придётся сыграть с чудаковатым миллионером в его игру. В конце концов, Вовчик знает, где я, и охранник меня встретил, и машина моя припаркована перед подъездом, её хорошо видно из окна. Маньяки действуют не так открыто, вряд ли мне что-то грозит.

Сейчас по-быстрому влезу в платье, надену дорогущие драгоценности, а потом возьму, наконец, интервью у престарелого Аполлона. Вовчик ждёт меня с материалами, и надо заставить деда наговорить столько, чтобы хватило на целый разворот.

– Прошу, Лерочка, – запыхавшийся коллекционер влетел в комнату со скоростью молодого зайца. – Переоденьтесь, я подожду за дверью.

Он положил перстень поверх колье и накрыл украшения грудой блестящей розовой материи со складочками и кружавчиками. Увенчала эту небольшую пирамиду белая шляпа с широкими полями и искусственным розовым цветком с ладонь величиной. Цветок напоминал колокольчик, только увеличенный раз в двадцать.

Я покосилась на закрытую дверь и, на всякий случай, вытащила из сумки газовый баллончик. Пусть лучше будет под рукой. Кто его знает, до чего всё же может додуматься этот "гном"?

Платье село по фигуре идеально, словно его шили для меня на заказ. Материал на ощупь был приятный и напоминал шёлк. Юбка оказалось с небольшим кринолином. Я с неудовольствием поняла, что бюстгальтер под платье не предусмотрен: изнутри уже были нашиты чашечки. Выглядела одежда как новая и пахла чем-то приторно-цветочным.

Надев шляпу, я посмотрелась в зеркало. Да, действительно, портрет незнакомки словно с меня писали. Даже фигура та же: розовое платье немного меня полнит.

Я задрала ворох юбки и засунула газовый баллончик в чулок. Не слишком удобно, зато не видно. Теперь осталось надеть украшения, и можно звать хозяина. Я взяла в руки массивный перстень. По золотому ободку шли узоры, напоминающие диковинные иероглифы. Большой изумруд в центре перстня обрамляла россыпь бриллиантов.

"Остановись!" – завопила интуиция. Ощущение подставы усилилось.

Я внимательно посмотрела на перстень. Вполне безобидный и очень красивый. Когда ещё появится возможность надеть такие роскошные драгоценности?

Я попробовала втиснуть в кольцо средний палец, но оно застряло на фаланге. Девушка с портрета носила такой перстенёк на безымянном пальце, а я воспринимаю безымянный палец как место для обручального кольца. И неважно, что я не замужем и совсем туда не спешу.

Я ещё раз взглянула на портрет. А у девушки-то украшение на левой руке! Неужели тоже не хотела носить роскошный перстень вместо обручального колечка?

Безымянный палец левой руки скользнул в кольцо. Золотой ободок пришёлся впору – не жал и не болтался. В ту же секунду вокруг потемнело, как будто кто-то выключил свет. Я растерянно подумала, что никакие лампочки в домашнем музее Фетлисова не горели, и выключить в таком случае пришлось бы солнце.

Глаза защипало, и я машинально прикрыла их. Надо постоять так несколько секунд, дальше глаза привыкнут к темноте. Шагов и подозрительных шумов вокруг слышно не было. Досчитав до десяти, я открыла глаза, а затем сам собой раскрылся и рот – от изумления.

Направо и налево от меня тянулся длинный коридор. Его пол, стены и даже потолок были выложены большими, неровными гладкими камнями. А сверху на стенах оказались прикреплены горящие, а точнее, – чадящие факелы. От их-то дыма и щипало глаза. Вокруг – никого.

Ну вот, приехали! Чуяла ведь я какую-то подставу. Теперь стою чёрт знает где, в платьице а-ля "Барби собирается на бал" и шляпке с колокольчиком-мутантом. Да ещё на пальце такое дорогущее кольцо, что за него и руку оторвать могут. Ой!

Я оглядела левую руку, потом зачем-то ощупала её. Перстня не было. Зато газовый баллончик остался на месте, он слегка давил мне на бедро. Это успокаивало – в такой ситуации баллончик ценится гораздо дороже перстня с крупным изумрудом.

Ну, и где это я? В квартире безумного коллекционера есть тайная комната или подвал? В общем-то я бы этому не удивилась – мало ли тайн могут хранить такие старые дома. Непонятно другое – я-то как сюда попала? И куда делся перстень? Не хватало только, чтобы меня обвинили в краже!

Аполлон Дементьевич возник рядом словно из воздуха.

– Я вижу, вы тут уже осмотрелись, Лерочка, – проворковал он.

– Вам лучше немедленно выпустить меня отсюда, – прошипела я. – Иначе вы сядете в тюрьму за похищение человека.

– У вас крепкие нервы, – как ни в чём не бывало продолжал "гном". – Это очень хорошо. Принцу нужна именно такая невеста. Я опасался, что начнутся истерики, обмороки…

– Какому принцу? – перебила я, стараясь говорить помягче.

С сумасшедшими нужно вести себя осторожно, с ними не спорят, им подыгрывают. Хотя больше всего мне хотелось приложить свихнувшегося коллекционера головой о стенку и пойти искать выход.

– Прекрасная реакция, просто прекрасная! – в голосе Фетлисова зазвучало ликование. – Сейчас мы с вами пройдём вот в эту комнату, и я вам всё расскажу.

Он сделал несколько шагов по коридору и толкнул незамеченную мной в полутьме дверь. Я, мысленно костеря старика, а заодно и Вовчика, словами, из которых приличными были только предлоги, двинулась туда за сумасшедшим "гномом".

Будущая статья обещала стать захватывающей.

Комната оказалась крошечной. Свет проникал в нее через окошко, вернее застеклённую овальную дыру под самым потолком, метра на два с половиной от пола. В комнатке с трудом помещались кровать, покрытая вместо покрывала какой-то звериной шкурой с мехом, массивный деревянный стол с резными ножками и такой же стул. В углу стояло нечто вроде глиняного ведра, накрытого крышкой.

Я села на кровать так, чтобы в любой момент можно было задрать пышную юбку и добраться до баллончика. Аполлон Дементьевич поудобнее устроился на стуле.

Если он – маньяк, то странный. Старик даже не пытается ко мне прикоснуться. В голове завертелся сюжет из культового романа Фаулза "Коллекционер". Уж не решил ли этот дед пополнить мной свою коллекцию ценностей?

– Начну с главного, – неторопливо начал Аполлон. – Мы находимся в созданной великими магами стране, и ход в ваш мир для вас закрыт.

– Угу, – серьёзно кивнула я.

С больными ведь не спорят. Теперь к сюжету "Коллекционера" ещё и маги добавились с волшебной страной. Изумрудный город, не меньше!

– Отсюда можно перенестись в любой мир, в любое время, – продолжал сумасшедший. – Но вы этой возможности лишены.

– За что же такая дискриминация? – криво усмехнулась я.

– Принцу нужна невеста. По традиции, это должна быть девушка из вашего мира. От таких браков получаются долгожители. Например, отец нашего принца живёт уже сто шестьдесят лет.

– Понятно, – ласково пропела я. – И где я могу увидеть принца? Или короля?

– Всему своё время. Вы скоро познакомитесь с женихом, – пообещал Аполлон Дементьевич.

Прекрасно! Будем надеяться, что "его высочество" окажется достаточно адекватным человеком и тут же вызовет к коллекционеру полицию и бригаду из психбольницы.

– Принц описал, какая ему нужна жена, придворный художник нарисовал тот самый портрет, который вы у меня увидели. Несколько исследующих ваш мир учёных, и я, недостойный, среди них, должны были найти похожую барышню. Вы подошли идеально! Мне даже искать не пришлось – случайная встреча! И внешность, и размеры платья и кольца – всё совпало… – он причмокнул от восторга.

– Золушка, блин, – буркнула я и ехидно сообщила: – Кстати, ваше кольцо потерялось по дороге во дворец.

– Разумеется, оно вернулось ко мне, – улыбнулся Аполлон Дементьевич. – Это и есть защита от воров. Любой, кто возьмёт мою вещь, попадёт сюда. В этом мире ему найдут применение, рабы всегда в цене.

– Ага, – я нервно улыбнулась.

С головой у коллекционера совсем беда! Спятил старичок от обилия древностей. Сначала короли-долгожители, теперь – рабовладельческий строй. Так скоро и до наших предков-обезьян дойдёт.

– С его высочеством вы встретитесь сегодня, когда он вернётся с охоты на дракона. Вообще-то здесь тихо, но иногда прилетает один-другой.

– Я понимаю, – проворковала я. – А принц уже знает, что я здесь?

– О да, разумеется! Я мысленно сообщил ему об этом. Правитель и его приближённые могут обмениваться мыслями на расстоянии.

– В таком случае, передайте его высочеству, что я очень, просто очень его жду, – проникновенно попросила я.

Аполлон Дементьевич уставил в пространство невидящий взгляд и застыл, больше напоминая восковую фигуру, чем человека.

– Принц тоже с нетерпением ждёт встречи с вами, – спустя несколько секунд проговорил старик. – Охота закончилась благополучно, и скоро его высочество прибудет в замок. Я вынужден ненадолго вас покинуть. Если что-то будет нужно – позвоните, и сюда сразу же подойдёт кто-нибудь из прислуги.

– Позвонить не смогу, телефон остался в вашей квартире, – скрипучим от злости голосом напомнила я.

– Телефон здесь не подействует. Позвоните в колокольчик, – безмятежно улыбнулся Фетлисов.

Только сейчас я обратила внимание, что на прикрытой двери действительно болтается колокольчик, точнее, маленький колокол такой же формы, что и розовый цветок на шляпе, которую вручил мне сумасшедший дед.

Да уж, Вовчик получит шикарную статью, прямо-таки эксклюзивную. Интересно, "принц" появится тут раньше, чем редактор начнёт меня искать?

Глава 2. НЕПРЕКРАСНЫЙ ПРИНЦ И ЕГО СВИТА

Безумный миллионер скрылся за дверью. Я посидела, внимательно прислушиваясь, досчитала до ста. Ну всё, пожалуй, можно подниматься. Престарелый Аполлон за это время должен был уйти достаточно далеко.

Я подкралась к двери. Из коридора не доносилось ни звука. Теперь надо осторожненько приоткрыть дверь. Если коллекционер действительно ушёл, можно, вооружившись баллончиком, поискать выход из странного подземелья.

Я легонько толкнула дверь, потом ещё раз, уже сильнее. С губ сорвалось ругательство, никак не подходящее невесте принца. Старый шизофреник меня запер!

Взгляд упал на колокольчик (или всё же колокол?), и я решительно схватилась за свисавшую с него верёвочку.

Древний музыкальный инструмент болтался во все стороны. Трезвон поднялся оглушительный, ощущение было такое, будто в ответ колоколу звенит каждый камень. Не может быть, чтобы такого шума никто не услышал. Кто-нибудь обязательно найдёт меня и выпустит отсюда. А если вернётся Фетлисов, могу сказать, что хочу есть или пить.

В двери заворочался ключ. Я встрепенулась и приготовилась объяснять избавителю, как тут оказалась. Однако объяснений от меня никто не ждал.

Дверь отворилась, и на пороге возникла бледная, очень худая девушка, напоминающая обтянутый кожей скелет. Наверное, мумии выглядят именно так. Единственное, что было красивого в вошедшей, – это роскошные золотистые волосы до попы длиной. Одета девушка была в зелёное платье вроде того, что было на мне.

Ходячий скелетик присел в реверансе и тонким голоском проговорил:

– Приветствую госпожу-возможную невесту принца! Наше солнце меркнет перед вашей красотой, госпожа. Меня зовут Каи. Чем я могу вам помочь?

Я остолбенела. Вряд ли в одном доме могут жить двое сумасшедших, одержимых одной и той же идеей.

Хотелось бы думать, что всё происходящее, – грандиозный розыгрыш, но кому нужно было бы его устраивать? Да ещё и в таких масштабах! Дурацкий наряд Барби на балу, пропавшее кольцо, материализовавшийся в коридоре из ниоткуда коллекционер, а теперь вот ещё и Каи… Неужели я недооценила размеры проблемы? Она казалась мне небольшим холмиком, а теперь за несколько секунд разрослась в целый Эверест.

– Как называется этот город? – после паузы выдавила я.

– Вериэль, госпожа.

– А где он находится?

– В центре страны Каралиэль. Завтра вы обязательно его увидите, госпожа. Принц уже предупредил, что собирается показать вам весь Вериэль с высоты драконьего полёта.

Драконьего? Это было уже чересчур!

– У вас должен быть свой язык! Почему мы понимаем друг друга? – я попыталась уцепиться за главную нелогичность навязываемой мне новой реальности.

– Это одна из особенностей нашего мира: здесь все друг друга понимают, – с удовольствием объяснила Каи. – И где бы мы ни оказались – нас поймут в любом мире и любой эпохе. Видите ли, госпожа, наш мир создали маги, гонимые во всех других мирах. Разумеется, они старались для себя и потомков и создали здесь множество удобных вещей. Мы долго живём, общаемся мысленно, можем перенестись в любой мир и любое время, кроме будущего.

– Это всё здорово, Каи, но я-то тут зачем? – осторожно вклинилась я.

Помнится, чёртов коллекционер говорил, что от брака с обычной девушкой зависит долголетие будущего ребенка. А теперь выясняется, что тут и так собрались долгожители.

– Пока существует связь между мирами, сохраняется дар долгой жизни, данный нашей прекрасной стране, – объяснила девушка.

М-да, похоже, выбраться отсюда будет не так уж просто. А выбираться надо: у меня нет ни малейшего желания на всю жизнь остаться в странной сказке, летать на драконе, выходить замуж за принца и рожать ему наследника.

– По традиции, невесту для принца ищут по написанному лучшим художником портрету, – продолжала Каи. – Она должна быть умна, хороша собой…

– Невинна, – вкрадчиво подсказала я.

– Это необязательно, – опустила глаза Каи. – В современном мире слишком распущенные нравы. Принц учитывает это.

– А что будет, если невеста ему не понравится? – с надеждой спросила я.

Внушить к себе антипатию было бы не так уж трудно.

– В таких случаях девушка становится невестой кого-то из приближённых принца или просто горожанина, пожелавшего взять её в жёны, – ответила Каи, невозмутимо глядя, как вытягивается моё лицо. – В любом случае, в ваш мир вас не вернут.

Я мысленно чертыхнулась. Главные козыри превратились в пустышки! Ну что ж, посмотрю на его высочество, осмотрюсь здесь, а потом подумаю, как вернуться домой. Местные жители шныряют по мирам и эпохам – надо узнать, как они это делают.

– Вы звали меня, чтобы побольше узнать о городе и наших традициях, госпожа? – церемонно осведомилась девушка.

– Не только, – я вздохнула. Придётся тут задержаться, и, возможно, надолго. – Покажите мне замок, Каи. Где здесь можно выпить воды, умыться, где находится туалет, что тут вообще есть…

– К сожалению, я не могу показать вам замок раньше, чем вы познакомитесь с принцем. Таковы законы, – ответил живой скелетик. – Я принесу вам кувшин воды, а туалетов у нас нет.

– Простите? – я поперхнулась воздухом и закашлялась.

– Мы блюдём традиции предков и не любим всяких новомодных штук вроде компьютеров, телефонов, холодильников, электричества…

– А что же у вас вместо канализации? – с трудом выговорила я.

Каи скромно показала глазами на стоящее в углу ведро. Я стиснула зубы. Одного этого хватило бы, чтобы отказаться в этом мире от самого прекрасного сказочного принца! Чародеи несчастные! Не могли к своим магическим штучкам раковину и унитаз добавить! Боюсь даже представить, как здесь купаются.

Больше от Каи не удалось получить никакой информации. Девушка принесла обещанный кувшин воды и с поклонами испарилась из комнаты, не забыв запереть дверь.

Ну что ж, поиграю по их правилам, то есть, традициям.

Я скинула туфли и прилегла на непривычно мягкую кровать. Пока его высочество доберётся до фамильного замка, у меня есть время подумать. Только вот информации мало, а вредная Каи не хочет больше ничего рассказывать. Впрочем, того, что видно и слышно, достаточно, чтобы понять, насколько сильно я влипла.

Придумать ничего не получилось: пока я эмоционировала, в двери снова заворочался ключ. Я рывком спустила ноги на пол. Каи, что ли, решила вернуться? Или Аполлон, которого я могу вспоминать только нецензурно, заявился?

Это, и вправду, был Фетлисов. Он влетел в комнату с удивительной для своего возраста прытью. Безумный взгляд коллекционера упёрся в мои босые ноги.

–Лерочка, быстренько приводите себя в порядок! Его высочество сейчас войдёт в комнату, – с благоговейным придыханием сообщил этот подлец.

Я молча втиснула ноги в туфли и встала с кровати. Больше всего в эти секунды было жаль, что нельзя испробовать на Аполлоне – или как там его на самом деле зовут – газовый баллончик. Вернее, можно, конечно, но кто знает, что будет дальше. Баллончик точно отберут. Оружие он, конечно, ещё то, но вдруг пригодится?

Стоящий ко мне боком Аполлон всё время косился на распахнутую дверь. Его спина постепенно сгибалась всё ниже, как будто дед собирался распластаться по полу.

– Его высочество принц Каралиэли, Гербиниан, сын достославного короля нашего Цаирна! – торжественно провозгласил старик.

Из коридора доносились неторопливые шаги, причём не одного человека. Я изо всех сил попыталась придать лицу приветливое выражение. Принца я уже заранее ненавижу, но ссориться с ним не стоит.

В комнату вошла небольшая процессия. Впереди, приседая почти на каждом шагу от излишней почтительности, двигалась Каи. За ней вошёл бледный черноволосый мужчина лет тридцати. Внешне он, возможно, был бы симпатичным, если бы не дурацкая старинная мода. Даже самую классную мужскую фигуру сделают смешной расшитый цветочками и веточками жилет, фиолетовые чулки и объёмные полосатые панталоны, придающие хозяину сходство с гигантским шмелём. Спасибо хоть, "жало" спрятано! К тому же меня никогда не привлекали длинноволосые, бородатые мужчины, а у этого молодого человека волосы спадали на плечи, и бородка закрывала большую часть шеи. За ним шествовал маленький субъект, комплекцией напоминающий Колобка. Особенное сходство с известным сказочным героем достигалось тем, что мужчина был совершенно лысым (или обритым, уж не знаю). В другой ситуации мне вряд ли удалось бы сдержать улыбку при виде человека с шарообразной фигурой, упакованного в розовые чулки и пышные бежевые панталоны.

И этот-то субъект с оценивающим взглядом подкатился ко мне.

– Позвольте представить вам Валерию, принц.

Аполлон поклонился так, словно собирался облизать длинноносые, расшитые блестящими камушками туфли толстячка.

Кажется, в этот миг моя тщательно изображаемая улыбка стала нервно-перекошенной. На сказочного принца Колобок, то есть, Гербиниан, никаким образом не походил.

– Моя предполагаемая невеста прекрасна! – радостно заявил толстячок. – Ты получишь награду сразу после свадьбы, Аполлион.

Спина мерзкого коллекционера согнулась ещё ниже. А я-то была уверена, что это невозможно. Аполлон, он же Аполлион, забормотал что-то невнятно-благодарственное.

– По традиции, я не могу задержаться, первая встреча должна быть короткой, – скороговоркой сообщил мне толстяк.

"И слава Богу!" – мысленно ответила я.

– Но надеюсь завтра показать вам город. Как раз после первого испытания. До свидания, Валерия.

Непрекрасный принц сцапал мою руку и смачно поцеловал её.

– До свидания, – с трудом выговорила я, мечтая пустить в ход баллончик.

По тонким губам "жениха" скользнула усмешка.

– Собственно, первое испытание моя невеста уже прошла, – проговорил он. – Эрайх, потрудись объяснить Валерии некоторые особенности людей нашего мира. Каи, ты пойдёшь со мной.

– Да, принц.

Колобок-Гербиниан важно удалился, за ним семенил живой скелетик, процессию замыкал Аполлион.

Эрайх заговорил, только когда за ними закрылась дверь.

– Подозреваю, что принц как мужчина вас не заинтересовал, – приятный баритон прозвучал не вопросительно, а вполне утвердительно.

– Разве невеста его высочества должна обсуждать это с вами? – прищурилась я.

По логике, тут пахло очередной подставой, хотя моя интуиция сейчас онемела (видимо, от изумления и ужаса) и не подсказывала ровным счётом ничего.

– Невеста его высочества, – едко ответил носитель панталон в полосочку, – должна послушать то, что я скажу. Собственно, невестой вы станете только после того, как пройдёте несколько испытаний. Первое вы уже прошли, когда не устроили истерику и не упали в обморок при виде жениха, – уже без тени иронии продолжил он. – Принц Гербиниан показался в своём настоящем обличии, однако каждый рождённый в нашем мире может принимать любой облик. Думаю, в дальнейшем вы с принцем подберёте несколько внешностей, наиболее приятных для вас.

– Что? – я попыталась вникнуть в эту ахинею. – Чего-чего мы подберём?

– Посмотрите.

В ту же секунду на месте Эрайха оказался старик с длинной бородой, обмотанной вокруг шеи вместо шарфа.

Мои ноги подкосились, и я даже не села, а с размаху плюхнулась на стоявшую за спиной кровать. Старик улыбнулся и тут же превратился в кудрявого розовощёкого юнца, похожего на пупса. Затем – в юношу постарше, гибкого, тонкого, похожего на эльфа. По крайней мере, на эльфа, как я их себе представляла.

– Я поняла, – полуобморочным голосом проговорила я.

Эльф тут же вновь трансформировался в черноволосого бородатого мужчину.

– Какая из этих наружностей показалась вам наиболее привлекательной? – на полном серьёзе поинтересовался Эрайх. – Спрашиваю только исходя из интересов его высочества.

"Старик! – вертелось у меня на языке. – Потому что в силу возраста вряд ли способен на близость".

– Ни одна не привлекает, – произнесла я. – Зато после этой смены лиц ваш собственный вид показался мне симпатичнее.

– Благодарю, – усмехнулся Эрайх. – Теперь вы знаете о нашей особенности. Принц может являться перед вами в любом облике.

Да уж, интимная жизнь при таких особенностях "жениха" может стать очень разнообразной. Даже слишком разнообразной. Моё разнузданное воображение тут же нарисовало постельную сцену с партнёром, в самые неподходящие моменты превращающимся в старика или румяного юнца.

– Вы говорили о нескольких испытаниях, – мрачно напомнила я. – Хотелось бы узнать об остальных проверках.

– В общем-то, ничего особенного, – подумав, ответил Эрайх. – Пройти сегодня ночью по коридорам замка. Утром – полёт на драконе, после него будет несколько часов на отдых и подготовку к балу, а затем и сам бал. Если всё пройдёт хорошо, на следующий день официально объявят о помолвке и назначат дату свадьбы.

– А если нет?

– Тоже назначат. Только замуж вы выйдете за кого-то другого. Впрочем, испытания просты. Думаю, у вас ничто не вызовет затруднений.

– Конечно, ведь я всю жизнь летаю на драконе, – тихо буркнула я.

– Можете не волноваться: там не будет опасно, – скупо улыбнулся мужчина. – Испытание должно показать, насколько вы контролируете страх.

– А бал? – нервно хмыкнула я. – Откуда мне знать, что и как у вас танцуют?

– Никто и не требует от вас таких знаний. Вы можете участвовать только в танцах-шествиях – шагать по залу под руку с принцем. Все просто посмотрят, как вы умеете вести себя в обществе, – снова с лёгкостью развеял мои сомнения Эрайх.

Я напрягла память. Перспектива полёта на драконе затмила то, что приближённый принца говорил раньше. Что ж там ещё было-то?

– Единственное опасное испытание предстоит вам сегодня ночью, – продолжал Эрайх. – Признаться, я думал, что вы спросите о нём сразу.

– Пройти по коридору? – вспомнила я. – И что же в этом опасного?

– Я не имею права вас предупреждать. Просто будьте настороже. Опасность, в общем-то, не слишком серьёзная, да и я буду поблизости. Ночью я открою дверь, и вы пройдёте по замку, а я буду следовать за вами.

Звучало это так, будто высокий, крепкий бородатый мужик собрался прятаться за мою спину от пока неведомой мне опасности. В общем, не слишком обнадёживающе звучало.

– Я буду подсказывать, куда идти, и, в случае чего, помогу вам. Но постарайтесь справиться самостоятельно.

– Угу, – буркнула я.

Знать бы ещё, с чем именно нужно справиться.

– Мне пора, встретимся ночью.

Эрайх слегка поклонился и шагнул к двери.

– Почему меня запирают? – спросила я вслед.

– Запирали, – поправил он. – Но вы ведёте себя разумно, поэтому ограничивать вашу свободу больше никто не будет.

Эрайх вышел и плотно затворил дверь. Я побарабанила пальцами по матрасу. Да уж, Лера, попала так попала! Ну, и что теперь делать?

Ответ пришёл сам собой, причём совершенно неожиданный – спать! Половину прошлой ночи мне названивал Славик и рассказывал о замучившей его бессоннице. Видимо, бывший бойфренд никак не решался сообщить о своей великой и серьёзной любви. Трус несчастный, выспаться не дал! А этой ночью мне предстоит лазить по коридорам замка в компании сомнительного бородатого субъекта, пытаясь уберечься от неизвестно какой опасности.

Я извлекла из чулка баллончик и засунула его между закрытой ярким ковром стеной и матросом (или, скорее всего, периной).

Уснула я почти сразу – крепко и без сновидений. Когда открыла глаза, в комнате было уже темно. На столе стоял подсвечник с тремя высокими красными горящими свечами, ещё три лежали рядом. На тиснёном серебряном подносе стояли два кувшинчика, миска с тонко нарезанным хлебом и глиняный горшочек. С краю от него лежали серебряные ложка и вилка.

Перед тем, как изучить содержимое кувшинов и горшка, я вернула баллончик на место, в чулок. Кто знает, что за опасности ждут в коридоре и когда Эрайх позовёт меня на ночную прогулку.

Глава 3. НОЧНАЯ ПРОГУЛКА

Ужин в этом мире нельзя было назвать лёгким. В горшочке оказалось горячее овощное рагу с нежнейшим мясом. Хоть что-то в этом замке есть хорошее – повар, которого мог бы взять на работу любой ресторан. В одном из кувшинчиков оказалась вода, в другом – креплёное красное вино, терпкое, пропитанное запахами чернослива и вишни. Пить пришлось из носика кувшина – ни бокалов, ни чашек на столе не оказалось.

Ужин я проглотила с удовольствием, осушив под него кувшинчик вина. Эрайх вошёл, как только я положила на поднос вилку, – как будто ждал под дверью.

– Вы готовы? – вежливо спросил он.

Я кивнула и поднялась. Пол под ногами качнулся, будто на яхте в ветреную погоду. Эрайх с неудовольствием покосился на пустой кувшинчик.

– Валерия, у нас вино разбавляют водой, – сдержанно сообщил он. – И выпивать всё, что подали в кувшине, не принято.

– Я об этом не знала, – сухо ответила я.

– Надеюсь, это не помешает вам пройти по коридору?

– Разумеется, нет.

Я, стараясь идти твёрдо, с гордо поднятой головой прошествовала мимо сопровождающего.

– Направо, – сказал за спиной Эрайх.

И я при свете факелов двинулась по каменному полу вдоль стены. Уже через несколько метров мне пришлось пожалеть, что на туфлях есть небольшие каблуки. На коварных камнях каблучок постоянно норовил подвернуться.

Я внимательно оглядывала всё вокруг. Довольно скучная картина – только камни и закрытые деревянные двери вдоль коридора. Хотя на что я рассчитывала? Не соорудят же тут портал с надписью: "Добро пожаловать домой, Валерия!" Какое-то время уйдёт на то, чтобы разведать, как местные перемещаются в наш мир. Ой!

В полутьме я не заметила ведущие наверх ступени и чуть не упала на лестницу. Твёрдая рука поддержала меня за плечо.

– Поднимайтесь наверх, – сказал Эрайх.

Однако подняться я успела лишь на две ступеньки. Что-то в темноте зашуршало, раздался режущий уши писк на неестественно высоких нотах. По стенам замелькали устрашающие тени. Над головой захлопали крылья.

Я осторожно посмотрела наверх и чуть не рассмеялась от облегчения. Надо же, я их почти испугалась! Нога уже поднималась на следующую ступеньку, когда Эрайх резко сказал:

– Стойте!

– А в чём дело? – не поняла я.

– Не двигайтесь, это опасно.

– Да это же обычные летучие мыши! – фыркнула я.

– Это мыши-вампиры, – голос за моей спиной стал неожиданно мягким. – В каждом мире есть свои хищники.

Протрезвела я моментально.

– Это те, что всю кровь выпивают?

– Не всю, но лучше их не провоцировать.

В этот миг одна из мелких летучих тварей пролетела так близко, что коснулась крылом моей щеки. Я машинально отмахнулась, как от мухи. Уши заполнил писк, шум, вой, хлопанье многочисленных крыльев и то, что ассоциировалось у меня со "скрежетом зубовным". Клыками они лязгают, что ли?

– Говорил же, не двигайтесь! – с досадой произнёс Эрайх. Он быстро прошёл мимо и встал впереди, заслоняя меня собой. – Замрите, не вздумайте шевелиться и, тем более, убегать.

Ответить я не смогла – от ужаса сдавило горло. Издать при этом можно было лишь невнятный писк, да и тот заглушили бы летучие хищники. На нас двигалась тёмная туча, которая и издавала кошмарные звуки.

В руке мужчины тускло блеснуло лезвие то ли длинного кинжала, то ли небольшого меча. Эрайх принялся крутить оружие в разные стороны. Казалось, у него на руке вращается большое колесо. Несколько мышиных тушек упало на лестницу. Я не приглядывалась, но наверняка их просто разрубило на части.

Эрайх, конечно, виртуозно владеет оружием, но восхищаться сейчас некогда. Хищников слетелось столько, что они обязательно прорвутся сквозь заслон: человек не сможет проконтролировать всю эту тучу. Я представила, как зубы этих тварей впиваются в кожу, чтобы выпить мою кровь. Не успела эта картина погаснуть в воображении, как моё тело уже начало действовать. Спина сама согнулась, рука задрала платье и вытащила из чулка баллончик. Похоже, вовремя: две мыши уже проскользнули мимо вращающейся "вампирьей смерти" и нацелились на мою шею. Я уже видела приоткрытые пасти и острые белые клыки. Рука сама вскинула баллончик.

– Не дыши! – крикнула я, задерживая дыхание.

И нажала кнопку. Обе мыши рухнули на лестницу, как подстреленные. Раздалось неровное шмяканье о камни, туча мышей-вампиров перед Эрайхом заметно поредела. Наиболее стойкие рванули наверх, тяжело взмахивая крыльями.

Я кашлянула. Хоть и не дышала, носоглотку неприятно защекотало, потом защипало в горле. Эрайх, сдерживая приступ кашля, схватил меня за руку и потащил за собой с лестницы. Не знаю, как мои каблуки не сломались, спотыкалась я на каждом шагу и не падала только благодаря поддержке молчаливого мужчины.

Эрайх пинком распахнул первую попавшуюся дверь, и мы ввалились внутрь. Дверь захлопнулась. Какое-то время мы в полной темноте жадно хватали ртами воздух.

– Хороший у тебя баллончик, качественный, – выдохнул Эрайх.

– В первый раз попробовала, – нервно усмехнулась я. – А почему "на ты"? Статус уже не тот? Я не прошла испытание?

– Ещё как прошла, – со смешком ответил мужчина. – Вообще-то "на ты" ты сама перешла. Но если хочешь, это можно отменить.

– Не хочу.

В голову пришла простая мысль. А что если пофлиртовать с Эрайхом? Может, удастся выведать что-нибудь о средствах передвижения в наш мир? Ради этого я и в постель с бородачом залезть готова!

Я огляделась. Глаза привыкли к полутьме. Вокруг вырисовывались очертания бочек и длинных полок с батареями бутылок и кувшинов.

– Это что – винный погреб?

– Да, здесь хранятся хорошие вина, но не элитные. Эксклюзив для особых случаев – в другом погребе, через несколько дверей отсюда. Вино на свадьбу, разумеется, подадут оттуда.

– А ты сам женат? – поинтересовалась я.

– Нет, – после паузы суховато ответил Эрайх.

– Я всё думаю… – я изо всех сил попыталась изобразить трогательное волнение. – Что будет, если не пройду испытания? Ведь меня не будут спрашивать, чего я хочу. Выдадут замуж за кого угодно.

– Тебя выдать за кого угодно вряд ли получится, – хмыкнул Эрайх. – Кстати, баллончик мне отдай, на всякий случай.

Я нехотя протянула мужчине своё единственное оружие. Заодно и придвинулась поближе, так, что почувствовала на своём лице дыхание Эрайха.

– Тебе хорошо смеяться, – вздохнула я. – Ты у себя дома, ты хозяин положения, а я…

– Я дома у принца, – сдержанно поправил Эрайх. – И хозяин положения здесь тоже он. Но раз ты действительно так переживаешь, могу сказать: принц всерьёз настроен на женитьбу. А если вдруг свадьба отменится… – он помедлил. – Я сам мог бы на тебе жениться.

Ух ты! Как всё просто! Не подумала бы, что я ему настолько приглянулась. Теперь главное – не спугнуть.

– Это успокаивает, – вяло хмыкнула я и поёжилась. – Как тут холодно! Бутылкам хорошо, наверное, а я закоченела. И в коридоре, скорее всего, ещё воняет.

Эрайх снял плащ и накинул на меня. Руки мужчины задержались на моих плечах чуть дольше, чем это требовалось. Хороший знак!

– Спасибо, – прочувствованно прошептала я. – Может, открыть какую-нибудь бутылку? Так быстрее согреемся.

– Не стоит. Ты уже выглотала две меры довольно крепкого вина, – напомнил Эрайх. – Да и я тоже пил спиртное за ужином.

Зануда! Я так надеялась, что он выпьет и расскажет что-нибудь интересное о порталах.

– Кем ты была в своём мире? – спросил Эрайх после небольшой паузы.

– Журналисткой, – ответила я, мысленно помянув друга-Вовчика недобрыми словами.

Надо же было ему отправить меня к престарелому Аполлону! Если бы не интервью, спала бы я сейчас в своей постели, а не пряталась от газа и мышей-вампиров в погребе ненужного мне жениха в компании длинноволосого бородача.

– Интересно было? – спросил Эрайх.

– Да, мне нравилось. А ты бывал в нашем мире? – как можно небрежнее спросила я.

– Бываю достаточно часто, – так же небрежно ответил он. – Это предполагает мой род деятельности. Честно говоря, мне кажется, что журналист – не женская профессия. У нас женщины не работают.

Я с отвращением представила себя домохозяйкой. Стирка, глажка, уборка, готовка, беготня с ребёнком, а то и несколькими детьми, постоянное подстраивание под "добытчика-кормильца", а в качестве развлечения – сериал про любовь или, на худой конец, детективчик в яркой обложке. Я бы не выдержала такой жизни и неделю.

– Кстати, а чем ты занимаешься? – поинтересовалась я.

– У вас это называют "снабженец". Я закупаю в вашем мире то, чего нет у нас.

– Неужели ваши маги чего-то не предусмотрели? – в моём голосе прозвучала ирония.

– Они предусмотрели главное, – невозмутимо ответил Эрайх. – Здесь есть то, что у вас очень ценится. Наши камни считаются у вас весьма дорогими, а здесь они просто валяются под ногами. Есть и ещё кое-что, но рассказывать заранее не буду, чтобы завтра тебе было интереснее смотреть на город и его окрестности. В общем, поверь, что мы постоянно можем покупать в вашем мире необходимые вещи.

– То есть ты ходишь в наш мир, как в большой магазин? – уточнила я.

– Именно, – серьёзно подтвердил он.

– А драгоценности, которые коллекционирует этот ваш… – я проглотила ругательство, – Аполлон? Они отсюда?

– Насколько я знаю, да. Кольцо, что ты примерила у него дома, точно отсюда. Такие украшения отливают специально, по определённому ритуалу, для определённых людей и только с разрешения короля или принца.

– Чтобы все подряд не шастали в наш мир? – уточнила я.

Сердце замерло в ожидании ответа. Значит, порталы делаются из драгоценных камней. Наверняка и у Эрайха тоже есть что-то в этом роде.

– Именно, – ответил мужчина. – Со временем всё узнаешь. А сейчас пойдём назад. Думаю, запах уже выветрился, в замке отличная вентиляция.

Воздух в коридоре действительно был свежим. Я двинулась было к лестнице, но Эрайх удержал меня за локоть.

– Лера, лучше не смотри на это. Зрелище будет очень неприятное.

– Но я же должна пройти по всему замку, – для порядку возразила я.

– Испытание заключалось во встрече с мышами, – объяснил он. – Ты его прошла. Скажу больше, ты сделала то, чего никому не удавалось: выгнала мышей из замка.

– А ты откуда знаешь? Может, они где-нибудь в подвале отсиживаются?

– Это и есть подвал, – любезно сообщил Эрайх. – На первый этаж ты перейдёшь, когда все испытания будут пройдены. О мышах мне мысленно рассказала Каи. Она ждала нас на первом этаже. А вместо нас мимо неё пронеслась небольшая стая вампиров и вылетела в окно. Теперь Каи просит как можно скорее закупить в вашем мире прочные сетки на окна, чтобы мыши не смогли вернуться. Пойдём, я провожу тебя в комнату. Тебе нужно отдохнуть. Утром, после завтрака, вас с принцем ждёт полёт на драконе.

– С тобой я бы чувствовала себя увереннее, чем с принцем, – сказала я.

И поняла, что это правда. Бородатый мужчина не в моём вкусе, но рядом с ним мне спокойно.

– С Гербинианом тоже будешь чувствовать себя уверенно, – сказал Эрайх и потянул меня по коридору в сторону комнаты, которую мне не хотелось называть своей.

Остаток ночи я проворочалась на кровати. Сначала было ужасно жаль газового баллончика, потом я, наконец, осознала, насколько страшно было в коридоре с мышами-вампирами. Но большую часть времени я думала о драгоценностях-порталах. У Эрайха точно есть такой портал. Значит, снабженца нужно затащить в постель, и чем скорее – тем лучше. Только надо, чтобы это произошло в его комнате. Потом я найду возможность поискать драгоценность. Как бы всё устроить? В голову ничего умного по этому поводу не приходило.

Глава 4. ПОЛЕТ НА ДРАКОНЕ

Вскоре после рассвета Каи внесла в комнату поднос с завтраком. Глаза у девушки-скелетика были сонные, веки опухли. Наверняка и я выгляжу не лучше.

Поблагодарив Каи, я присела за стол. Завтрак оказался вполне привычным – яичница всмятку, поджаренный бекон и бутерброд с сыром. В кувшинчик на этот раз налили приятный травяной чай.

– Валерия, по нашей традиции, я должна рассказать вам немного о принце, – сказала Каи.

Она присела напротив меня. Я с готовностью отставила тарелку. Прекрасно! Чем больше получу информации – тем лучше.

– Нет-нет, кушайте, – запротестовала девушка. – Дракона уже седлают. Город в это время особенно красив, вам будет на что посмотреть.

Упоминание о драконе тут же лишило меня аппетита. Под умоляющим взглядом Каи я заставила себя сунуть в рот кусочек яичницы.

– В постели принцу нравится, когда женщина сверху, – заговорила Каи таким тоном, словно описывала расположение комнат замка. – Для разнообразия он иногда не прочь попробовать позу…

Я подавилась яичницей и закашлялась. Девушка тут же заткнулась и принялась заботливо хлопать меня по спине.

– Каи, это вам Гербиниан сообщил? – с трудом выговорила я.

– О, видимо вы не поняли меня сразу, – улыбнулась "просветительница". – По традиции наложница принца должна рассказать его невесте, чего ожидать от будущего мужа.

– То есть вы спите с принцем? – ошарашенно уточнила я. – И собираетесь рассказать мне, как ублажать его в постели?

– Именно, – откровенно обрадовалась моей понятливости Каи.

Я сморгнула. До этого считала себя достаточно раскрепощённой и периодически слышала за спиной шепоток бабок с лавочки о себе-развратной. Но такая беседа, на мой взгляд, уже перебор. Впрочем, послушаю, раз тут настолько уважают идиотские традиции. Вдруг проскочит что-нибудь интересное об этом мире?

– И вас не волнует, что Гербиниан женится? – полюбопытствовала я.

– Разумеется, нет. Так и должно быть. Помимо наложницы принцу нужна законная супруга.

– Понятно, – я поддела вилкой кусок бекона. – Так что там особенно нравится моему будущему мужу?

В течение следующих нескольких минут выяснилось, что любовник из принца никакой. Каи описывала способы возбуждения, которые нравятся Гербиниану, предупреждала, что сам акт любви с принцем длится весьма недолго, и Гербиниан при этом не любит шевелиться. Я понимающе кивала, от всей души надеясь как можно скорее выбраться отсюда. Мелькнула мысль специально завалить испытания. Упасть в обморок при виде дракона, например. Будь я уверена, что Эрайх всерьёз говорил о женитьбе – так бы и сделала. Лучше уж провести время до побега со спокойным бородачом, чем с Гербинианом.

– Не желаете переодеться? – спросила Каи, завершив монолог о пристрастиях принца.

– Просто мечтаю об этом! – выпалила я. – И дезодорант можно получить? У вас такое есть?

– Да, конечно, – проворковала Каи. – Сейчас всё будет.

Переодеваться мне пришлось в светло-зелёное платье с открытыми плечами, обтягивающее сверху, с безумной ширины кринолином и многочисленными оборочками внизу. Выглядело-то оно совсем неплохо, гораздо лучше предыдущего бального платья для Барби. Однако я чувствовала себя в этом наряде пышным, всячески украшенным розочками и завитушками тортом на коротеньких, торчащих из нижнего коржа ножках. А чего стоило бельё! Вместо привычных для меня стрингов Каи притащила отделанные кружавчиками панталоны до колена.

– Причёска не очень подходит, – она покачала головой, разглядывая растрепавшуюся косичку, которую я, как смогла, заплела ночью. – Сейчас нет времени, наденьте пока шляпу. Когда вернётесь с воздушной прогулки, я сделаю вам роскошную причёску для бала.

Знакомую шляпу теперь украшали тонкие зелёные веточки с мясистыми листьями. Выглядели они лучше, чем розовый цветок. Я покосилась на кожаные сандалии Каи, обшитые яркими камушками. Попросить, что ли, обувь поудобнее? Хотя к моему платью такое не подойдёт. Вот на Каи сейчас платьице попроще – тёмное, длиной до колена, тоже открытое, но без кринолина. Видимо, только невесте принца обязательно положено мучиться в неудобных одёжках.

Уже знакомой мне дорогой мы прошли по коридору к лестнице. Разрубленных и отравленных летучих мышей там не было, но несколько небольших кровавых пятен въелись в каменный пол. Я с отвращением шла по ступенькам, приподняв платье. Не хотелось даже смотреть на следы мышиной крови, не то что наступать на них.

Коридор на первом этаже оказался светлым – с обеих сторон он заканчивался окнами во всю стену. Пол тут был ровный, деревянный, вскрытый лаком, стены оштукатурены и расписаны странными картинками, напоминающими красочные иллюстрации к детским сказкам.

На одной седобородый старик в сером балахоне жестикулировал над маленькими холмиками. Лицо у старика было сердитое, брови насуплены.

– Картины посвящены сотворению нашего мира – проследив за моим взглядом, сказала Каи. – Это – начало начал. Маг Гибасиус создал портал в этот мир и увидел пустыню. Он выращивает горы, а между ними будет течь река.

Я только теперь заметила между холмиками лужицу и чуть не хихикнула. На следующей картинке тот же старик и длинноволосый молодой человек в белом балахоне махали руками уже на фоне жёлтых гор, на берегу реки. Рядом с ними стояли на травке две лошадки неопределённого пола, у реки пила воду корова.

– А это уже сотворение растений и животных, – продолжала Каи.

– Так уж и сотворение? – не удержалась я. – Ваши маги – не боги всё-таки. Может, они и могли заставить горы вырасти, а какие-нибудь подземные воды пройти поверху, но сомневаюсь, что с помощью магии можно сотворить живой организм из ничего.

– Вы очень умны, ваше высочество, – просияла улыбкой Каи.

Меня передёрнуло от этого обращения, но возразить я не успела: наложница принца тут же выдала длинную речь почти без пауз на тему: "Как появился этот мир".

В общем-то, появился он так, как я и предполагала. Несколько набедокуривших (по версии Каи, безвинно гонимых) в эпоху средневековья магов рванули через созданный сердитым стариком портал в неведомую пустыню. Там они переделали под себя рельеф местности и оградили колдовскую страну горами и рекой – непонятно от кого, потому что кроме них в этом мире никого не было. Затем маги притащили через портал растения, какие хотели бы видеть у себя и вырастили их за день с помощью заклинаний. Дальше очередь дошла и до животных. Маги доставили в свою страну лошадей, коров и прочую домашнюю живность, а так же нескольких зайцев и безобидных птиц. Потом дошла очередь и до людей. Здесь поселились близкие магов, пришли другие чародеи со своими семьями. А седобородый Гибасиус стал первым королём Каралиэли. За многие годы вокруг главного города – Вериэля, – образовались ещё несколько поселений. Эта земля прекрасна, и жить на ней, по мнению Каи, – счастье и большая честь.

– Каи, – вкрадчиво вклинилась я в паузе, – а откуда на такой мирной и прекрасной земле взялись драконы и мыши-вампиры?

– Драконы прилетают откуда-то с юга, – ответила девушка. – Они жили здесь ещё до людей, маги не сразу узнали об этом соседстве. Драконы появляются здесь очень редко, раз в несколько десятилетий. Их не убивают, а приручают.

– Ручной дракон – это круто! – усмехнулась я.

Мы спустились по лестнице в три ступени и двинулись по очередному коридору к деревянной двери, украшенной драгоценными камнями гигантских размеров.

– А мыши-вампиры – это очень неприятная история, – продолжала Каи. – Несколько лет назад отсюда изгнали чёрного мага. Он нарушил закон, запрещающий тёмное колдовство в нашей стране. Маг ушёл в ваш мир, прихватив с собой кольцо. Из каких тёмных глубин он вызвал этих тварей – никому неведомо. Подлый маг открыл кольцом ход в нашу страну и выпустил стаю прямо в королевский подвал.

Я сочувственно покачала головой, хотя мысленно полностью одобряла опального мага. Я бы тоже много чего запустила в этот замок, если бы могла.

Удачно у нас с Каи сложился разговор. Значит, порталы – это именно кольца. Теперь остаётся найти в замке подходящее колечко и сообразить, как им пользоваться.

Мои размышления прервались самым неприятным образом. Каи распахнула дверь, и я тут же услышала низкий гул. В лицо пахнуло жаром, меня окутал туман. И в этом тумане в нескольких метрах от меня вырисовалась чёрная рогатая голова в половину моего роста величиной. Из ноздрей дракона валил дым, пасть была приоткрыта, и я видела фиолетовый язык зверя и зубы-кинжалы.

– Подходите, Валерия, – Каи слегка потянула меня за локоть в сторону чудовища. – Его высочество уже там.

На языке крутился резкий ответ. Плевать мне на ожидающее меня высочество, на искусственно созданный средневековыми магами мир и на испытания для будущей принцессы! Я не сяду на этот "самолёт"!

Сказать я ничего не успела, потому что рядом прямо из воздуха возник Эрайх, одетый в джинсы и футболку. Волосы снабженец собрал в хвост. Выглядел мужчина вполне современно и для нашего времени – прилично.

– Успел, – он улыбнулся мне. – Каи, сетки в замке, их сейчас установят.

– Ты тоже собираешься лететь, Эрайх? – спросила девушка.

– Да, его высочество предлагал мне присоединиться к прогулке.

Мужчина сделал приглашающий жест, пропуская нас вперёд. Я поплелась за Каи к лежащему горой на земле чёрному дракону. От того, что Эрайх поблизости, мне стало немного спокойнее. Правда, ненадолго, только до того момента, как я увидела приставленную к боку дракона деревянную лестницу и летающий за ней из стороны в сторону огромный хвост.

– А может, будем считать, что я не прошла испытание? – вырвалось у меня.

– Валерия, в этом нет ничего страшного, – проговорил Эрайх и, твёрдо поддерживая меня под локоток, почти силой подтащил к лестнице.

Проделал он это с самым учтивым видом. Каи ступила на лестницу, не обращая внимания на рычание дракона, дым и вертящийся хвост.

Я обернулась к Эрайху и прошипела:

– Не пойду.

– Пойдёшь, – тихо ответил он.

Сильные руки оторвали меня от земли, и я оказалась сразу на второй ступеньке, прямо за спиной Каи. Эрайх поднимался следом за мной. Мужчина поддерживал меня за талию, пока я не оказалась на спине дракона. Ощущение было такое, будто ступаю по каменному полу замка: драконья кожа не уступала ему в твёрдости.

На спине чудовища была прикреплена застеклённая кабинка вроде тех, что ставят на колесе обозрения. Около неё стоял сияющий улыбкой принц. С другой стороны от кабинки остановилась Каи. Я на негнущихся ногах подошла к Гербиниану. Принц-колобок тут же сцапал мою ручку. Меня затошнило, когда "жених" припал к ней губами. Ох, надо поскорее соблазнить Эрайха и выведать у него всё, что возможно, о камнях-порталах.

– Валерия, вы прекрасны! – с пафосом произнёс Гербиниан. – Вам очень идёт этот наряд.

– Благодарю, – натянуто улыбнулась я.

– Прошу вас, – принц за руку ввёл меня в кабинку.

Внутри оказались мягкие диванчики, на полу (или спине дракона?) – пушистый ковёр, по которому все протоптались в обуви.

Мне пришлось сесть рядом с принцем, который упорно не отпускал мою руку.

– Сегодня мы откроем бал, – сообщил Гербиниан. – Вас увидит весь цвет нашего города. А наутро объявим о помолвке, и вас поселят на первом этаже. Сейчас я покажу вам город, которым мне суждено править.

Принц застыл, как статуя, и дико вытаращил глаза. Я с интересом уставилась на "жениха". В его глазах я должна увидеть город, что ли?

Ой, мамочки!

Спина дракона закачалась. Я мёртвой хваткой вцепилась в диванчик, поминая недобрыми словами и магов-основателей города, и принца, и Аполлона, и, конечно, транспортное средство, на котором мне намеревались показать город.

Дракон неожиданно плавно набирал высоту. Принц продолжал таращить глаза. Я вопросительно взглянула на людей напротив.

– Его высочество подаёт дракону мысленные команды, – объяснила Каи, преданно взглянув на Гербиниана.

Я отвела взгляд и, наконец, отважилась оглядеться по сторонам. Посмотреть было на что! Дома напоминали средневековые замки в миниатюре – каменные крепости, обнесённые толстыми стенами ограждений. Но во дворах зеленели трава и плодовые деревья, стояли детские качели. Я углядела несколько надувных бассейнов.

– Эрайх, это вы доставили сюда всё это? – я неопределённо ткнула пальцем вниз.

– Что-то – я, что-то – Аполлион. Вы увидите здесь много вещей из вашего мира. Нравится город?

– Да, здесь интересно, – признала я.

И тут же вспомнила ведро в своей комнате. Нет уж, в нашем мире лучше. Там есть канализация, водопровод, там отношения просты и понятны, женщину не заставляют осесть дома, и невесту не держат в подвале, развлекаясь с любовницей. И в нашем мире мало кто способен послать любовницу рассказывать невесте, как обращаться в постели с бревном-женихом.

– Посмотрите туда, – Каи показала рукой вперёд.

Мой рот приоткрылся сам собой. Впереди были горы, довольно высокие, некоторые пологие, некоторые крутые. Целая гряда. В общем, в их форме не было ничего удивительного, горы как горы. Потрясло другое – они были золотые. То есть полностью золотые, от основания до макушки, и в лучах утреннего солнца вокруг них сияли золотые воздушные ободки.

– С ума сойти! – выдохнула я.

Дракон, взмахивая мощными крыльями, стремительно приближался к драгоценной горе. Мне показалось, что чудовище потеряло управление и сейчас врежется в сияющую твердыню, однако дракон осторожно обогнул гору.

– Это один из финансовых источников нашей страны, – сказал Эрайх.

Я вспомнила его рассказы о драгоценных камнях, и посмотрела вниз. С такой высоты не разберёшь, что лежит на земле, но то тут то там действительно что-то сверкает.

– А это второй источник, – добавил Эрайх, не спуская с меня взгляда.

Я покосилась на принца, всё так же сидящего с выпученными глазами. Управлять драконом мысленно – это, конечно, хорошо, но, по-моему, приличнее было бы уступить роль кучера-телепата Эрайху, не брать с собой любовницу и развлекать меня самому. Хотя это и не доставило бы мне удовольствия.

Назад дракон нёсся гигантской чёрной стрелой, у меня аж в ушах засвистело.

– Это на такого дракона вчера охотился его высочество? – спросила я, поневоле начиная испытывать к "жениху" уважение.

Даже представить не могу охоту человека на подобного монстра!

– Да, принц Гербиниан охотился на такого же дракона, – восторженно отозвалась Каи. – Принц потратил много времени, чтобы мысленно заставить дракона покориться.

– Мысленно? – разочарованно переспросила я. – Я думала, охота – это бой с чудовищем.

– Что вы?! – ужаснулась Каи. – Здесь вообще не бывает боёв, и мало кто умеет обращаться с оружием.

Я понимающе кивнула. Спрашивать, в каких отношениях с оружием находится принц, не хотелось. Подозреваю, что Эрайх владеет кинжалом лучше, чем его господин.

Дракон приземлился неожиданно мягко. Принц сморгнул и зашевелился. Наконец-то! Мне уже казалось, что рядом сидит покойник с остекленевшими глазами.

– Вам понравился полёт, Валерия? – учтиво спросил он.

– Да, было интересно, – улыбнулась я.

Принц вышел из кабинки и подал мне руку. С дракона все спускались в гробовом молчании.

Два человека в тёмных плащах тут же подошли к чудовищу, а мы двинулись к двери замка. Каблук у меня всё-таки подвернулся, а растяпа-принц не успел меня удержать, так что я почти долетела до земли. Рука машинально сделала хватательное движение, и я ощутила в кулаке несколько камней. В следующий миг Эрайх подхватил меня и поставил на ноги.

– Спасибо, – машинально проговорила я.

Только сейчас заметила, что во дворе под ногами валяются драгоценные камни – изумруды, рубины, топазы. Потом посмотрю, что я случайно подхватила. Главное – не разжимать кулак.

Под руку с Гербинианом я вошла в замок. Как только закрылась дверь, принц с поклонами произнёс:

– Валерия, советую вам отдохнуть перед балом. Каи проводит вас в комнату.

И тут же ушёл с Эрайхом, свернув в одну из комнат. Похоже, "жених" хочет общаться со мной примерно так же, как и я с ним.

– Пойдёмте, – Каи сделала приглашающий жест.

Мы двинулись в сторону подвала.

– Отдыхать перед балом до самого вечера мне будет скучновато, – не удержалась я. – Здесь можно найти что-нибудь почитать?

– В замке есть обширная библиотека, книги на разных языках. Только у вас на отдых будет всего часа два, а дальше будем готовить вас к балу – наряд, причёска, украшения. Бал начнётся в три часа.

– Ночи? – не поняла я.

– Почему – ночи? Дня, – невозмутимо ответила Каи.

– Я думала, балы начинаются поздно вечером.

– У нас они начинаются днём и заканчиваются до полуночи. Здесь все ценят ночной сон.

Утренник, значит? Тем лучше. Значит, ночью я пройдусь по замку, поищу порталы. А если кого и встречу, скажу, что мне не спится.

Как только Каи ушла, я разжала кулак и осмотрела случайную добычу. Два прозрачно-голубых камня размером с персиковую косточку и розовый многогранник величиной с крупную фасолину. Не слишком разбираюсь в драгоценностях, но даже я понимаю, что эти камни – очень большие. Такую добычу лучше держать при себе, чтобы прихватить в свой мир, если найду портал. Надеюсь, этого хватит, чтобы оплатить остаток ипотеки. А может, и на ремонт машины останется – в ней давно не мешает поменять изношенные детали.

Луч света пробрался в комнату и упал на мою ладонь. Голубые камни заиграли тремя цветами – белым, голубым и зелёным. Многогранник заблестел красным. Полюбовавшись случайным приобретением, я сунула камни в чулок. Надо будет найти для них более подходящее место. Учитывая, что я собираюсь соблазнить Эрайха, чулки для тайного хранения ценностей не подойдут.

Глава 5. БАЛ

До прихода Каи я успела немного передремать. Явилась любовница принца с ворохом разноцветных платьев в руках и коробкой приспособлений для парикмахера – в основном, древних, вроде шпилек, каких-то мягких валиков и бигуди. Я с облегчением увидела в коробке нормальную расчёску и лак для волос.

Каи колдовала над моей причёской часа полтора. Накручивала отдельные пряди волос, начёсывала другие, заплетала третьи в тонкие косички, пристраивала на мою голову валики… Я чувствовала себя куклой, с которой ребёнок играет в парикмахера.

– Потерпите немного, – приговаривала девушка. – Такие причёски делаются на две недели, не меньше. Зато вам полмесяца не придётся ничего делать с волосами.

Да уж, мыть голову мне, видимо, тоже не придётся.

Сидеть в одной позе надоело, и я откровенно обрадовалась, когда Каи, наконец, оставила мои волосы в покое.

– Теперь платье, – девушка показала на груду нарядов, сложенных на кровати.

– Каи, а чулок или колготок тут нет? – спросила я. – Хотелось бы постирать те, что сейчас на мне.

– Ой, простите моё упущение, – смутилась любовница принца. – Совсем забыла и о чулках, и о ночной одежде. Бедняжка! Вы же спали в платье! Сейчас всё принесу. Вы предпочитаете чулки или колготки? Пижаму или ночную сорочку? Завтра закажете Эрайху всё, что вам нужно, и к вечеру он доставит вещи, которые будут вам по душе.

Выпроводить Каи за чулками или колготками удалось с трудом. Девушка ещё несколько раз извинялась и уточняла, какие именно нужны колготки. Или всё-таки чулки?

Наконец, Каи вышла. Я подождала, пока её шаги достаточно отдалятся. Чулки, разумеется, пора стирать, а камни – перепрятать, благо теперь есть, куда.

Я нащупала на голове обтянутый волосами мягкий валик и осторожно запихнула под волосы первый камушек. Не вижу, как выглядит причёска, но, главное, валик прикрыт сверху кудряшками, камень не должен быть заметен. Я повторила это со вторым и третьим камушками. Надеюсь, они драгоценные. Не хотелось бы возиться с обычными стекляшками.

Выбор наряда с дотошной Каи превратился в пытку. Я перемерила одиннадцать бальных платьев разных цветов, причём три из них – по нескольку раз. Каи никак не могла определиться, какой из нарядов мне больше подойдёт.

– Может, спросить у принца? – устало предложила я. – В конце концов, всё это затевается для него.

– Пока вы не объявили о помолвке, такой вопрос считается непристойным, – ответила любовница моего "жениха". – Нет, пожалуй, это я тоже уберу, – она отложила на кровать бордовое платье с глубоким вырезом. – Красиво, но для первого появления на балу выглядит нескромно. Примерьте ещё раз вот это и вот это.

Наконец, когда я уже почти ненавидела Каи, девушка выбрала светло-бежевое платье с отделкой из шикарных коричневых кружев и с широким коричневым поясом.

В дверь постучали.

– Можно войти? – тоном примерного ученика поинтересовался Эрайх.

– Да, – ответила я, поправляя пояс платья.

– Нет! – одновременно со мной воскликнула Каи. – Это неприлично – впустить его во время подготовки к балу, – шёпотом добавила девушка.

Я хмыкнула. Значит, когда Эрайх входит ко мне в комнату ночью, а потом мы с ним лазим по коридорам и сидим в винном погребе, – это прилично. А войти в комнату днём, когда со мной сидит Каи, нельзя. При этом любовница принца находится рядом с ним, а предполагаемую невесту держат в подвале. Да уж, логика в этом мире сломала обе ноги!

За дверью послышался отчётливый смешок.

– Тогда выгляни, Каи, – сказал снабженец. – Я хочу кое-что передать Валерии.

Кое-что оказалось дорогущими духами с нежным цветочным ароматом. Запах был совсем "не мой", но я решительно пшикнула духами шею и декольте. Раз уж я собираюсь соблазнять Эрайха, от меня должно пахнуть так, как ему нравится.

– Любимые духи принца, – с умилением произнесла Каи.

Я проглотила ругательство и медовым голосом предложила:

– Хотите – отлейте себе часть в пузырёк.

– Спасибо, – Каи улыбнулась не учтиво, а вполне по-человечески. – У меня есть.

Похоже, девушка-скелетик действительно влюблена в колобка. Жаль, что принц не может жениться на Каи, они могли бы жить вполне счастливо.

– Пора идти, – сказала Каи. – Все уже собрались. Принц ждёт вас, чтобы открыть бал.

– Откуда вы знаете? – спросила я.

– Гербиниан только что сообщил об этом. Мы разговариваем мысленно, – напомнила Каи. – Пойдёмте, пожалуйста, нам надо поторопиться.

Торопилась девушка так, что я еле успевала за ней. На памятной лестнице Каи пришлось пойти медленнее: я наотрез отказалась бежать по крутым, неровным каменным ступенькам. Принц подождёт, и ничего с ним не случится, а вот если я сломаю ногу – это будет действительно проблема.

На первом этаже мы не задержались: Каи устремилась по лестнице выше. Я отметила, что лестница здесь деревянная и ровная, с отполированными до зеркального блеска ступеньками. Правда, я и сейчас не рискнула прибавить шагу: ступеньки оказались скользкими. С лестницы мы вышли в просторный полукруглый холл.

– Ничего себе! – вырвалось у меня.

– Я знала, что вам понравится! – просияла Каи.

А какой женщине могли бы не понравиться зеркала во всю стену, соединённые золотыми узорчатыми рамками? А особенно прекрасно в них было моё отражение. Всегда считала себя симпатичной, но не красавицей. Однако Каи удалось сделать из меня красотку. Платье подчеркнуло тонкую талию и скрыло узковатые бёдра, вставочки и рюшечки зрительно увеличили грудь. Оказалось, что когда шея открыта, я выгляжу гораздо привлекательнее. Высокая причёска получилась великолепной, два завитка волос спускались к шее, ещё несколько небольших завиточков венчали гладкую укладку сзади. Волосы у меня не слишком густые, но Каи удалось создать впечатление, что они роскошны.

Девушка дала мне несколько секунд полюбоваться отражением в зеркале, а затем потянула к белой с позолотой двери в конце холла.

Когда Каи распахнула дверь, мне показалось, что комната заполнена множеством манекенов в старинной одежде. Все они были обращены в сторону двери. Только глаза у манекенов были слишком живые.

От стены отделился Гербиниан в зелёном жилете и розовых шароварах. Он двинулся ко мне, улыбаясь во весь рот. Как только принц коснулся моей руки, "манекены" ожили, начали двигаться, негромко переговариваться.

– Прошу вас, Валерия, – принц за руку провёл меня в центр огромного зала. – Мы должны открыть бал.

– А разве вы не представите меня присутствующим?

Не скажу, что хотела бы познакомиться со всеми знатными потомками магов – скорее всего, я бы мало кого запомнила. Но меня удивило, что в стране, где уважают традиции и следят, чтобы соблюдались правила приличия, может не состояться обязательная процедура знакомства. По всем правилам всех времён меня должны были представить собравшимся.

– По нашим традициям, я смогу представить вас как свою невесту только завтра утром, – учтиво ответил принц.

– Почему именно утром? – я немного напряглась.

Не надеется ли этот колобок, что после бала я переберусь в его постель?

– К ночи все разойдутся, а наутро соберутся вновь. По ритуалу невеста проводит ночь в той же комнате. Наутро объявят, что вы прошли испытания, и тогда я представлю вас всем как свою невесту.

Я встретила одобрительный взгляд тучного лысого старика. Принц тоже взглянул в его сторону и улыбнулся.

– Моему отцу вы понравились.

Рядом со стариком сладенько улыбалась стройная дамочка лет тридцати пяти в броском фиолетовом платье.

– Это ваша сестра? – поинтересовалась я.

– У меня нет ни сестёр, ни братьев. Это наложница моего отца.

На несколько секунд я лишилась дара речи. Мне всегда казалось, что на официальных мероприятиях глава государства любовницу не выгуливает. Воистину, логика в этой стране серьёзно покалечена.

– Мать не любит таких приёмов, – продолжал принц. – Но утром она обязательно выйдет познакомиться с вами, – он остановился посреди зала. – Сейчас мы откроем бал. Пройдите со мной под музыку по кругу.

Я только теперь заметила небольшой оркестр – человек десять-двенадцать сидели на возвышении у стены. За нами выстраивались пары, прямо за спиной оказался король со своей дамой. Среди пар я увидела Эрайха под руку с Каи.

Один из скрипачей не сводил взгляда с принца. Гербиниан коротко кивнул, и музыкант тут же картинно взмахнул смычком. Оркестр дружно заиграл нечто медленное и тоскливое, и мы чинно двинулись по кругу. Меня раздражало всё: унылое шествие, потная рука принца, сжимавшая мою руку, толпа незнакомых людей, потихоньку разглядывавших меня. Бал только начался, а я уже ждала его окончания.

Мы ходили по кругу минут десять, под конец я почувствовала себя цирковой лошадью. Наконец, музыка закончилась, и все застыли на месте.

– Валерия, дорогая, вы, наверное, устали? – любезно произнёс принц. – Пойдёмте посидим вон там, – он махнул рукой в неопределённом направлении.

Стоило нам двинуться с места, остальные зашевелились как солдаты, которым дали команду: "Вольно". Хорошо они тут выдрессированы, ничего не скажешь.

"Вон там" оказалось почти незаметной снаружи просторной нишей, скрытой за занавесочкой под цвет стены. Внутри обнаружились небольшой диванчик и вполне современный журнальный столик.

Принц усадил меня на диванчик так бережно, словно я была слеплена из песка.

– Валерия, вы ведь не обедали? Я распоряжусь, чтобы сюда принесли еду, – сказал принц. – Наконец-то мы одни, – с удовольствием добавил он.

Я удовольствия Гербиниана не разделяла, но принца это не беспокоило. Он рассыпался в комплиментах и заговорил о свадьбе, которую можно будет устроить только через две недели.

– Всего через две недели?! – я подскочила на месте.

– Это минимальный срок после помолвки, – безмятежно объяснил принц. – Я не вижу смысла тянуть, когда всё уже решено.

– Боюсь, я не готова к такому стремительному замужеству, – с трудом выговорила я.

– Что вас смущает? Вы девственница? – глаза принца похотливо блеснули.

– Нет, – со скрытым злорадством ответила я. – У меня было четверо мужчин.

– Тоже неплохо, – после небольшой паузы сказал неунывающий Гербиниан. – Значит, вы получили необходимый опыт. Валерия, а как вы посмотрите на то, чтобы познать друг друга здесь и сейчас?

– Ни в коем случае! – выпалила я.

Прозвучало резковато. Во всяком случае, лицо у принца заметно вытянулось.

– Я ведь ещё даже не невеста, – попыталась я исправить ситуацию. – Кем я буду себя чувствовать, если прямо во время бала, за занавеской… – я осеклась, чуть не употребив глагол, для невесты принца совсем неподходящий, – отдамся вам?

– Сюда никто не зайдёт, – сказал Гербиниан.

Одна его рука легла на моё плечо и медленно поползла к груди. Другая опустилась на моё колено и стала продвигаться выше.

– Ваше высочество, я не готова так скоро познавать друг друга, – я попыталась отодвинуться, но проклятый диван не был на это рассчитан.

– А ты с характером, – хрипло прошептал Гербиниан. – Решаю здесь я, и тебе придётся уступить.

Его рука забралась в декольте и копошилась на моей груди. Вторая нырнула под пышную юбку и коснулась моего бедра.

– Панталоны, – он усмехнулся. – Бельё из вашего мира мне нравится больше, но и в этом есть своя прелесть. Ты заметила, что они с застёжками? Как думаешь, для чего? – Гербиниан хихикнул.

Меня замутило. А вот теперь – действительно попала так попала! Я же полностью завишу от этого мерзкого типа. Принц может делать со мной всё, что захочет.

Наглая рука расстегнула незамеченную мной застёжку на панталонах – прямо между ног. Вторая рука принца уже тянула платье вниз, с моей груди. Я дёрнулась в сторону.

– Ваше высочество, я так не могу! Там же полный зал народа!

– Вот и не шуми, – прошептал принц, по-хозяйски ощупывая мою обнажённую грудь. – Они и так прекрасно понимают, что здесь может происходить.

Вторая его рука уже задрала на мне платье до пояса.

– Ваше высочество, – раздался из-за занавески голос Эрайха. – Обед подавать?

– Иди к чертям! – отозвался распоясавшийся принц.

– Прошу прощения, но вас хочет видеть его величество, – невозмутимо продолжал Эрайх.

– Сейчас выйду, – принц поморщился, словно засунул в рот половину сочного лимона. – Не скучай, – тихо добавил он. – Я скоро вернусь. Платье одёрни, а вот панталончики можешь не застёгивать.

Гербиниан вышел в зал. Я услышала, как он говорит:

– Пришли обед моей невесте.

Меня затрясло. Руки дрожали, и натянуть на грудь платье получилось только с третьей попытки. Я кое-как одёрнула юбку. С Каи принц разыгрывает в постели бревно, а со мной вдруг решил взять на себя активную роль. Как это ни мерзко, но, похоже, придётся уступить Гербиниану.

– Можно? – Эрайх вошёл и поставил на столик поднос с закрытым горшочком. – Да на тебе лица нет! Что случилось?

Я уткнулась лицом в его грудь и разрыдалась.

– Ну вот, – Эрайх успокаивающе погладил меня по голове. – Принц хотел получить своё?

Я кивнула.

– Он мне противен. Понимаешь? Противен!

–Тише, не надо оповещать об этом всех гостей. Успокойся, Гербиниан ушёл надолго.

Сильные руки погладили мои плечи. Я подняла взгляд.

– Откуда ты знаешь?

– Если я хочу кого-то услать, то рассчитываю всё. Принц не дойдёт до этой ниши часа два, а то и три, – Эрайх вытер слёзы с моего лица.

Я так и не поняла, кто из нас к кому потянулся, но через несколько секунд мы уже целовались. Я, как в бреду, расстёгивала какие-то пуговицы, мешавшие прикасаться к этому мужчине. Его руки касались моего обнажённого тела. Я даже не поняла, как платье очутилось на полу. Долго скучать ему там не пришлось: рядом оказался жилет Эрайха, а потом – вперемежку – наши чулки и нижнее бельё.

Я жадно целовала Эрайха, он страстно ласкал моё тело, и каждое прикосновение распаляло меня всё больше. С чего я взяла, что мне не нравятся бородатые мужчины? Эрайх сел на диванчик и притянул меня к себе. Теперь я стояла над ним на коленях. Мужчина осторожно поглаживал мой лобок, спускаясь всё ниже, касаясь самых чувствительных точек. Я застонала, когда на одной из них рука Эрайха задержалась, то слегка надавливая, то еле касаясь.

– Тише, сумасшедшая, – негромко засмеялся мужчина.

Да уж, попробуй вести себя тихо, когда изобретательный бородач одними лишь прикосновениями доводит меня до безумия. Я придвинулась ещё ближе и опустилась на его напряжённую плоть. Эрайх продолжал ласкать меня, позволяя делать всё, чего мне хотелось. А желала я подольше продлить удовольствие, от которого тянуло стонать и кричать, от которого звенело в ушах, и голова откидывалась назад, и сладкие судороги сводили всё тело. Казалось, что от наслаждения можно потерять сознание.

Внутри пульсировало, заставляя двигаться всё быстрее, сливаясь в одновременных движениях, в беззвучных стонах, в объятиях, в едином замирании, снова переходящем в сладостные судороги.

Когда всё закончилось, Эрайх положил меня на диванчик и склонился к моему лицу.

– Ты не прошла испытания, – улыбнулся он.

Глава 6. ПОБЕГ

Блаженную расслабленность как ветром сдуло.

– Хочешь сказать, что это было испытание? – прищурилась я.

– Лера, это последнее испытание. Жена может изменять принцу и даже королю, но невеста должна вести себя безупречно.

– То есть вы с принцем договорились?..

Я попыталась приподняться, но Эрайх не позволил.

– Да, договорились, только я пришёл раньше, чем он рассчитывал. Все гости понимают, почему я здесь задержался. В таких случаях девушку обычно отдают тому, кто сумел её соблазнить. Она может стать рабыней, наложницей или женой – на усмотрение хозяина.

Я бы наверняка взорвалась, если бы не одна вещь, полностью владевшая теперь моим вниманием. На шее Эрайха на толстой золотой цепочке висел перстень с изумрудом – двойник того проклятого колечка, что дал мне примерить Аполлон. Надо же мне было настолько потерять голову, чтобы какое-то время не замечать возможный портал.

– И кем же стану я? – язык выговаривал слова, а мысли крутились вокруг перстня.

– Посмотрим на твоё поведение, – хмыкнул Эрайх.

– Моё поведение будет образцовым, – многообещающим голосом произнесла я, лаская его грудь.

Перстень был совсем рядом, всего несколько сантиметров от моей руки. Только не спешить. Это вполне может оказаться очередной ловушкой.

– Образцово-развратным, – Эрайх прикрыл глаза от удовольствия.

Я осторожно просунула палец в большой для него перстень и прижала палец к золотому ободку. Ну что, перенесёшь меня или как?

Эрайх исчез, ниши не было. Я сидела на полу в безумном "музее" Аполлона, совершенно голая, зато с шикарной причёской и дорогущим перстнем-порталом на пальце.

Моих сумки и одежды тут, разумеется, не было. Пришлось сдёрнуть со стола скатерть и замотаться в неё. Идти к Аполлону безоружной было бы глупо – кто знает, до чего додумается подданный принца Гербиниана. Я внимательно осмотрела стену с оружием. Чем из всего этого можно воспользоваться? Топорики сразу отпадают: я не смогу ударить человека топором, да и вообще не собираюсь убивать Аполлона. Кинжалы и ножи тоже под сомнением. А вот тюкнуть старика по голове булавой с гирькой на цепочке я, пожалуй, при необходимости смогла бы.

Из окна было видно мою машину. Уже хорошо. Надеюсь, подданный принца не выкинул мою сумочку с ключами от квартиры и автомобиля.

Я сняла со стены булаву. Оружие оказалось не слишком тяжёлым, я иногда приношу домой сумки раза в два увесистее. Но верхушка булавы выглядела очень внушительно: из неё торчали острые шипы. Да и гирькой на цепочке, если её раскрутить, наверняка убить можно. Надеюсь, мне не придётся пускать оружие в ход – разве оглушить Аполлона.

С булавой наперевес я двинулась к двери, другой рукой придерживая скатерть. Стоило мне взяться за ручку, как дверь резко распахнулась, и я оказалась лицом к лицу с Аполлоном. Моя рука машинально дёрнулась вверх, норовя легонько въехать коллекционеру гирькой по голове – для профилактики.

– Валерия?! – хозяин торопливо отступил на пару шагов.

Его взгляд упёрся в кольцо на моём пальце.

– Как вы сюда попали?

– Какая разница? – прошипела я. – Сейчас же верните мне сумку и вещи! Или я подниму такой шум, что вас арестуют за похищение человека.

– Пойдёмте, – старик покосился на булаву. – Я так понимаю, испытание вы всё равно не прошли. И кто же этот несчастный?

– Ну почему же несчастный? – сухо произнесла я. – Выглядел он вполне довольным жизнью.

– По нашим законам за помощь невесте принца в побеге положена смертная казнь, – старикашка откашлялся.

Сердце, кажется, на пару секунд остановилось. Нет, не может быть, это просто очередная ловушка Аполлона. Эрайх не мог так подставиться! Он не стал бы показывать мне кольцо, зная, чем это грозит.

– Но я-то не прошла испытание, – напомнила я.

– А об этом было объявлено? – уточнил Аполлон.

– Нет. Но и о помолвке тоже не объявляли.

– Это неважно. Пока принц не отдал вас кому-то другому, вы принадлежите ему. Он вполне мог сделать вас наложницей, хотя это и не принято.

– Хотите сказать, что Эрайха казнят за то, что я украла кольцо? – к горлу подступила тошнота.

– Эрайха? – протянул Аполлон. – Мне никогда не нравился этот нарушитель спокойствия. Хотя чисто по-человечески его жаль, Эрайх ещё молод. Из такой переделки ему не выкрутиться. Разве что вы вернётесь и отдадите кольцо.

– Ни за что, – через силу ответила я.

Дед может просто меня пугать. Если я вернусь, второго шанса на побег мне не дадут. Сделают рабыней Эрайха или, что гораздо хуже, наложницей принца.

Откуда-то послышался звон и скрежет, а затем из воздуха появился полностью одетый для бала Эрайх с длинным кинжалом в руке. Мужчина быстрым движением сорвал с пальца кольцо с изумрудом и швырнул его в нашу сторону. Кольцо исчезло в воздухе.

– Надо же, живой, – с удивлением протянул старик.

Я вздохнула с облегчением и машинально дёрнулась в его сторону.

– Лера, не подходи, мне нужно место для манёвров, если Аполлион вздумает геройствовать, – произнёс Эрайх.

– Геройствовать? – старик откашлялся. – Я не самоубийца. Забирай свою девицу и проваливайте отсюда.

– Обязательно. Только сначала верни девушке вещи, – тихо произнёс Эрайх.

В его голосе прозвучала угроза. Вернее, даже не угроза, а предупреждение, что непослушание ничем хорошим не закончится.

– Да, конечно, – дед поспешно двинулся к картинам.

Точнее, к портрету молодого человека, подозрительно похожего на Гербиниана. Аполлон поводил руками по раме картины и вокруг неё, и портрет отъехал в сторону, открывая нишу в стене. Я с радостью увидела свою одежду и сумку.

– Достань сам, – с нажимом продолжал Эрайх.

– Как ты только вырвался! – с досадой буркнул старик.

– Одолжил кольцо у принца, – хмыкнул снабженец. – Он был этим очень недоволен и позвал стражу. Пришлось пробиваться сюда с оружием. Поставь всё на стол. И смотри – без своих штучек. Отколешь какой-нибудь фокус с порталом – уши отрежу и заставлю съесть на ужин.

Судя по тому, как побледнел Аполлон, эту угрозу он воспринял всерьёз.

– Отойди от стола, встань рядом со мной, – продолжал командовать Эрайх. Дед беспрекословно повиновался. – Лера, проверь, всё ли на месте.

Я поспешно шагнула к столу и раскрыла сумку, продолжая другой рукой крепко сжимать булаву. Ключи от дома, от машины, кошелёк, выключенный мобильник.

– Да, всё на месте.

– Прекрасно. Сейчас Аполлион отвернётся, ты переоденешься, и мы сразу же выходим отсюда. Кольцо оставишь на столе.

– Ты хоть понимаешь, безумец, что пути назад для тебя не будет? – устало поинтересовался старик.

– Я понимаю, что наши законы не властны в этом мире, – широко улыбнулся Эрайх. – Отворачивайся.

Аполлон повернулся ко мне спиной. Я сдёрнула и отшвырнула скатерть и неохотно положила на стол палицу.

– Думаешь, у тебя выйдет что-то с этой девицей? – ворчал коллекционер. – У неё есть мужчина, он её ищет, несколько раз приезжал ко мне, даже вызывал сюда полицию. Я еле от них отвязался!

Я с благодарностью подумала о Вовчике. Наверняка это он вчера начал поиски, когда я не вернулась в редакцию и перестала отвечать на звонки.

– Что выйдет, а что нет, мы разберёмся без тебя, – сухо произнёс Эрайх. – Найди любую женскую обувь.

– У меня только сандалии, делал для Каи.

– Прекрасно, давай их сюда, – одобрил Эрайх. – Можешь повернуться, Лера уже одета.

Аполлон со вздохом нажал сбоку на крышку столика, и она отъехала, открывая плоский ящичек. Россыпь драгоценных камней, какие-то украшения и кожаные сандалии, украшенные крупными камушками.

– Ты ведь не против, если мы прихватим их с собой? – небрежно спросил Эрайх.

– Не против, – сквозь зубы ответил Аполлон.

– Прекрасно. Лера, обувайся.

Выглядела я, конечно, как чучело – босая, в джинсах и футболке на голое тело, зато с бальной причёской и в сандалиях, расшитых драгоценными камнями. Это неважно. Надо как можно скорее выйти отсюда. Не знаю, что на уме у Эрайха, но спрашивать об этом сейчас точно не стоит. Главное, снабженец принца жив.

– Бери сумку и выходи, я пойду за тобой, – сказал он мне. – Только оставь кольцо на столе. Аполлон передаст его принцу. Ведь так?

– Безумец! – горестно воскликнул старик. – Ты лишаешь себя возможности вернуться в нашу страну!

Поколебавшись, – кто знает, как действуют порталы – я сняла кольцо. Ничего не случилось, комната не исчезла. Я перевела дух.

Путь к входной двери показался бесконечным, полутёмный коридор напоминал о подвале замка Гербиниана.

– Постой у двери, – сказал Эрайх. – Подожди меня.

Он повернулся ко мне спиной и сухо произнёс:

– Я не могу выйти в таком виде. Мне нужно твоё разрешение на смену облика.

– Какая наглость! – попытался возмутиться Аполлон.

Однако в голосе старика явственно слышалась тревога.

– Честная сделка, – холодно ответил Эрайх. – Если согласишься – останешься жив.

Аполлон несколько секунд помолчал, пожевал губами и с сомнением произнёс:

– Разрешаю.

– Прекрасно! Только одна предосторожность.

Эрайх извлёк из кармана жилета длинную тонкую верёвку.

– Я привяжу тебя к той двери за руку. Узел сделаю такой, что распутывать будешь минут семь, а то и десять. Достань мобильник из кармана, положи на пол. Теперь пошли.

Я уже совсем успокоилась – возвращать меня к колобку-Гербиниану никто не собирался – и теперь с любопытством наблюдала, как Эрайх отводит старика метра на три от лежащего на полу телефона. Руку Аполлона Эрайх привязал к ручке двери несколькими сложными узлами, да ещё и затянул их потуже. Старик буравил мрачным взглядом беглого снабженца.

Эрайх положил меч рядом с телефоном деда, подошёл ко мне, и в какую-то секунду изменился. Рядом со мной стоял ещё один Аполлон, в таких же брюках и летней рубашке, как и у первого Аполлона, привязанного к двери. Я ойкнула. Эрайх-Аполлон улыбнулся.

– Оказывается, изменяться иногда полезно, – он открыл передо мной дверь. – Иначе мы привлекли бы слишком много внимания.

– Сумасшедший! – проскрипел старик нам вслед.

По лестнице я спускалась, еле сдерживая нервный смех: очень уж похоже Эрайх копировал коллекционера.

– Лерочка, деточка, надеюсь, вам было интересно осмотреть главные экспонаты моей коллекции, – ворковал он.

– Аполлон Дементьевич, простите, но разве не эту даму вчера здесь искали? – насторожился охранник.

– Вы ведь нас не выдадите? – проворковал лже-Аполлон. – У Лерочки такой ревнивый муж.

Я еле удержалась, чтобы не въехать Эрайху локтем под рёбра. Охранник с широкой улыбкой пообещал не выдавать уважаемого Аполлона Дементьевича и чуть не с поклонами проводил нас до выхода.

Эпилог

В машине Эрайх поинтересовался:

– С кем ты живёшь?

– Видимо, теперь с тобой, – нервно хмыкнула я. – Извини, но мне очень не хотелось оставаться в вашем мире.

– А сказать об этом нельзя было? – буркнул Эрайх. – Заводи мотор, поехали отсюда.

Я послушно повернула ключи в замке зажигания.

– Можно подумать ты бы дал мне вернуться!

– Я давно подумывал уйти в ваш мир, – ответил Эрайх. – Сказала бы – пошли бы вдвоём, причём безо всяких сложностей.

– Сложности только начинаются, – заметила я. – Как ты собираешься жить в нашем мире без документов, без работы?..

– Кто сказал, что без документов? У каждого снабженца есть вполне нормальный паспорт. С работой как-нибудь разберусь, задумки есть. К тому же на моём жилете пуговицы сделаны из крупных сапфиров. Я знаю, где их сбыть за настоящую цену, а стоят сапфиры такого качества около шести тысяч долларов за карат.

Я вспомнила крупные синие пуговицы на жилете Эрайха и присвистнула.

– Да, Лер, манеры у тебя не для принцессы, – с удовольствием заметил Эрайх. – Посчитала? А теперь представь, что пуговиц четыре и в каждой около десяти-двенадцати карат. И ещё на сандалиях камни есть – на несколько лет хватит, так что можешь не волноваться, деньги будут. Только для начала я отправлю тебя за какой-нибудь мужской одеждой. А то, благодаря некоторым, я не успел прихватить с собой ничего подходящего.

– Ну, извини, – буркнула я. – Нечего было говорить, что я могу стать твоей рабыней.

– Вообще-то я собирался на тебе жениться, – напомнил Эрайх. – И сказал об этом до того, как помог тебе с треском провалить испытания.

– Тебе правда грозила смертная казнь? – помолчав, спросила я.

– Правда, – нехотя ответил он. – Но теперь ничего не грозит: здесь законы нашего мира не действуют.

Рука Эрайха скользнула мне на колено. Я ощутила, как растёт желание поскорее оказаться с этим мужчиной в постели.

– Подожди до дома, – выдохнула я. – Ты мешаешь вести машину. И ещё, я не хочу, чтобы до меня дотрагивался Аполлон.

– Как только доедем, я тут же стану собой, – пообещал Эрайх.

– Дома я распущу волосы и вымою голову, – мечтательно сказала я.

– В ванну залезем вместе, – добавил Эрайх.

Из дома я прежде всего позвонила Вовчику, сказала, что со мной всё в порядке, и пообещала рассказать всё завтра. Правда, с трудом представляю, что ему рассказывать. Скорее всего, сочиню что-нибудь о знакомстве с новым мужчиной, у которого и провела столько времени. Прозвучит, конечно, странновато, но всё же правдоподобнее, чем визит к непрекрасному принцу, нападение вампиров и катание на драконе.

Затем я отправилась в ванную и принялась разбирать бальную причёску. Обнажённый Эрайх стоял сзади и забирал у меня шпильки. Когда я вытаскивала валик, мужчина подхватил что-то небольшое, пытавшееся упасть, и что-то ещё вынул из моих запутавшихся волос.

– Ничего себе! – вырвалось у Эрайха.

Я обернулась. На ладони мужчины лежали три камушка, которые я утащила с земли после полёта на драконе.

– Они дорогие? – поинтересовалась я. – Как думаешь, на приличную машину хватит?

– Машину? – переспросил Эрайх. – Да тебе этого на всю жизнь хватит! Это же бесценные камни – два грандидьерита и красный алмаз! Считай себя миллионершей.

Расчёска выпала из моей руки в раковину.

Эрайх подхватил меня на руки и засунул в ванну с пеной, а затем забрался туда сам.

– К чёрту камни! Насчёт женитьбы я говорил всерьёз, – шепнул он, размазывая по моей шее и груди мыльную пену. – А ответа так и не услышал.

– Посмотрим на твоё поведение, – хмыкнула я.

– Образцово развратное?

Эрайх притянул меня к себе.

Надо же, оказывается, из лавины проблем можно выбраться миллионершей и получить предложение от мужчины, который мне действительно нравится. Надо будет посмотреть, что такое грандидьерит и красный алмаз, – потом, когда мы с Эрайхом достаточно устанем.

– Только не превращайся ни в кого в постели, – выдохнула я.

– Ни в постели, ни в ванне, ни вообще – без крайней необходимости, – заверил он.

Ответить я смогла только стоном – Эрайх принялся экспериментировать с самыми приятными и чувствительными точками на моём теле.

– А ещё могу обещать не раскидывать по квартире носки и сбрить бороду, – протянул он.

– Не-а, бороду оставь,– на одном вдохе выпалила я.

И тут же выкинула из головы все мысли, наслаждаясь ласками Эрайха. Прикрывая глаза от пьянящего удовольствия, я видела, как волшебно играют белым, голубым, зелёным, красным цветами в электрическом свете камни из Вериэля.

БОГИНЯ В КРОССОВКАХ ИЛИ ПАРА ПОДВИГОВ ГЕРАК-ХЛА

Глава 1. Квест – начало

Мир вокруг раскалывался. Его обломки распадались на мелкие разноцветные частицы, и эти радужные осколки вертелись перед глазами, как будто я попал внутрь гигантского калейдоскопа. Ветер выводил в ушах причудливые мотивы с угрожающими глиссандо. В голове вертелась строчка из какого-то стиха:

Гарун бежал быстрее лани,

быстрей, чем заяц от орла.

Хорошо ему, неведомому Гаруну, а мне, возможно, надо сейчас удрать от новёхоньких бронированных иномарок. Куда до них каким-то лани и орлу! Если догонят – конец сказке под названием "Жизнь Германа Картазаева". Против этих ребят никакие приёмы не помогут: пристрелят, как того зайца, или взорвут – клочки полетят по закоулочкам.

А начиналось всё по привычной, давно отрепетированной схеме: явиться в кабинет одного из местных денежных мешочков и толкнуть речь, достойную великого Остапа Ибрагимовича Бендер-бея. Больше часа я в красках расписывал проект, который может принести триста двадцать процентов прибыли, жонглировал цифрами, то просил в долг, то предлагал стать компаньоном. Дяденька, восседавший напротив в кожаном кресле, всё это время сверлил меня инквизиторским взглядом. Однако к концу моего горячего выступления денежный мешочек вызвал секретаршу с длинными ногами и ресницами, тонкой талией, большой грудью и упругой задницей и потребовал кофе и коньяк.

Я ещё подумал в тот момент – какие же они все одинаковые, предсказуемые. И кофе у них как будто из одной банки, и очаровашки-секретарши с томными взглядами – словно клонированные, и говорят денежные мешочки одно и то же, с одинаковыми интонациями. Аж скучно становится!

"Теперь тебе весело, придурок?" – мысленно спросил я себя, ныряя в какой-то узенький вонючий проулочек.

Весело не было. Кинуть родного брата местного вора в законе оказалось совсем не смешно. И ладно бы я тут же свалил из города, так нет! Меня угораздило всю ночь протусить в местном казино в поиске полезных знакомств. Оправдание одно: я был уверен, что в запасе есть несколько дней и можно будет быстренько провернуть ещё что-нибудь. Кто же знал, что брат обманутого дяденьки с инквизиторским взглядом за несколько часов успеет навести обо мне справки? Не помогли ни выдуманное имя, ни поддельные документы.

К утру меня уже ждали в гостинице, и не сработай моя реакция – скорее всего, в номере в самом скором времени обнаружили бы труп. А местный следователь быстренько сделал бы вывод: данный труп повесился, или перерезал вены, или неудачно обращался с электроприборами. В общем, Германа в землю, дело – в архив.

Я петлял по переулкам-закоулкам, забегал в подъезды. Понятное дело, что теперь мои шансы покинуть город живым ещё ничтожнее, чем быть причисленным к лику святых. Наверняка оскорблённый в лучших чувствах авторитет приказал перевернуть в поисках меня всю область.

К своей машине можно даже не соваться. На стоянке меня точно ждут, как и на вокзалах, и в аэропорту. Даже попутку искать опасно – не сомневаюсь, что у стражей порядка, стоящих на выездах из города, есть не только мои приметы, но и качественная фотка.

Вообще-то удача мне пока не изменила. Я успел сигануть в окно от двух ребят с рыбьими глазами и каменными лицами, а перед этим они объяснили мне в номере гостиницы, кого именно я кинул. Итого – я жив и представляю всю глубину задницы, в которой очутился. Это уже немало.

Руки саднило от порезов. Ничего, могло быть хуже. По крайней мере, разбитым оконным стеклом не повредило вены и не задело лицо. К счастью, я влетел со второго этажа в какие-то мягкие кусты, сломать ногу в моём случае было бы ещё хуже, чем сломать шею. Главное теперь – не упустить ни единого шанса на спасение. Затаиваться в городе мне нельзя: эти люди найдут где угодно и довольно быстро. Значит, надо найти способ выбраться.

Из разноцветного мельтешения перед глазами всплыли чёткие красные буквы: "ОБЛАСТНАЯ ЯРМАРКА". Как провинциально! Я, не задумываясь, ринулся под яркий плакат, к торговым палаткам на большой людной площади. Тут-то искать будут в последнюю очередь. Отдышусь, подумаю, пошатаюсь среди покупателей, а дальше, может, и соображу, как отсюда выезжать.

Вскоре я с аппетитом жевал пережаренный беляш и разглядывал чересчур разнообразные товары. Домашние творог и сметана соседствовали с женскими халатами, дальше продавались амулеты от злых сил, подержанные учебники, фигурные пряники, дешёвые спортивные костюмы…

А вот сменить шмотки мне не помешает! Серый костюм, сшитый леворукими мастерами, и кошмарные кеды – уже половина маскировки. Остричь бы ещё длинноватые волосы и сбрить бородку! Но парикмахерских услуг на этой ярмарке, вроде, не предусмотрено. Хотя чего тут только нет!

Взгляд упёрся в старый "москвич" с надписью: "Квест! Тропа приключений! Реалистично, ярко, незабываемо!"

Рядом с ним лысый дед с хитрой улыбкой и ленинским прищуром задорно выкрикивал:

– Тропа приключений! Воспоминание на всю жизнь! Ничего подобного вы не видели и не увидите!

Я хмыкнул. Кто клюнет на такую рекламу? Тропа приключений! Лучше бы пиратов каких-нибудь обещал, рыцарей, вампиров, зомбиков, эротический тур по временам и странам.. А вот "москвичонок" – это хорошо. У меня есть все шансы стать единственным игроком, а там, может, я и уболтаю старикана вывезти меня куда-нибудь в безлюдное место за городом.

– Мне это неинтересно, – проговорила совсем рядом девушка.

Я машинально обернулся. Нет, не девушка, а мышь бледная – без косметики, в мешковатом сером пиджаке и серых джинсах. Картину дополняла линяло-зелёная водолазка под горло и причёска – волосы девицы были стянуты в короткий хвостик дурацкой тёмной резинкой. Не представляю, какое нижнее бельё носят такие мышки. Хотя, наверное, это лучше и не представлять.

Рядом с бледной особой важно вышагивал солидный, дорого одетый мужик в возрасте. Видимо, папаша – вряд ли она могла бы заинтересовать респектабельного мужчину как любовница. Вид у мужика был такой, будто вся эта безумная ярмарка принадлежит ему.

– Ольга, мы ведь договорились,– настойчиво загудел он. – Ты хорошо проведёшь время, и мы с твоей мамой – тоже.

– Я и так могу прекрасно провести время, – сопротивлялась девица. – Здесь есть музеи, старинные дома…

И на какой фабрике выпускают таких Олечек? Впрочем, до серой мыши и поклонника (или мужа) её матери мне не было никакого дела. А вот до старого "москвича" – было.

Я решительно шагнул к деду.

– Ну что, отец, где там твоя тропа приключений?

– Далековато, километров тридцать от города будет, – не слишком приветливо буркнул он.

– И что там? – небрежно поинтересовался я.

– Э, нет, – старикан хихикнул, обнажив крепкие желтые зубы. От него пахнуло дешёвым куревом. – Заранее о квесте не рассказываю. Так сюрприза не выйдет.

– Ну, хоть намекни, что ли, – хмыкнул я.

– Вот и мы, – произнёс сзади важный бас.

Я мысленно чертыхнулся. Теперь точно придётся потратить уйму драгоценного времени на дурацкую игру для взрослых. Ну, откуда взялись ещё желающие побродить по тропе приключений?!

– Да-да, ждал, ждал, – дед расплылся в почти приветливой улыбке. – Незабываемый квест, красавица не пожалеет!

Вперёд выступила Ольга-серая мышь.

– Ну, раз такая красавица едет, то и я посмотрю тропу приключений! – подхватил я, без приглашения распахивая дверцу машины. – Девушка, только после вас!

Случайная попутчица одарила меня брезгливым взглядом и с видом королевы уселась на заднее сиденье "москвичонка".

Из города выбрались без проблем. Дед всю дорогу нахваливал свою приключенческую тропу, обещая нам непередаваемые ощущения. Ольга угрюмо смотрела на дорогу, я прикидывал, что теперь делать. Вернее, что делать, было как раз понятно – убираться всё дальше и дальше от города. Неясно только, каким действовать после "незабываемого" квеста. Еды нет, воды нет, смены белья – и той нет, не успел купить. Ладно, посмотрим, кто пасётся на этой "тропе приключений". Возможно, там окажется кто-нибудь из области и у меня получится набиться ему в попутчики. Деньги-то есть, и это уже немало.

Пока что маршрут меня устраивал: "москвич" скакал по колдобинам просёлочных дорог, словно старикан выбирал путь подальше от людей. За десять минут нам не встретилась ни одна машина и, разумеется, ни один дорожный патруль. Мы ползли по широкой тропе, не знающей, что такое асфальт, и на глаза попадались лишь одинокие кривоватые деревца и реденькие пучки травы.

– Приехали, – радостно сообщил дед.

Ольга страдальчески поморщилась. Я тихо выругался. Похоже, мы нашли то место, куда Макар из пословицы таки не гонял своих телят. Перед нами простиралась глубокая чёрная грязища. Из неё торчали одинокие кривоватые деревца и собравшиеся в маленькие компании травинки.

На улице я лихорадочно огляделся – никаких следов того, что здесь вообще когда-нибудь появлялись люди. Пахло сыростью и гнилью. Поблизости что-то хлюпнуло.

– Папаша, ты куда нас привёз? – прищурился я, оглядывая мрачный пейзаж.

– На тропу приключений, – бодро ответил дед. – Останетесь довольны, никто из клиентов не жаловался!

– Это же болото! – подала голос бледная мышь.

– Это начало квеста, – заявил старикан. – Сейчас мы подойдём к тому дереву и будет первый сюрприз.

Ольга смотрела на деда как на сумасшедшего.

– Ну, пошли, – включился я в идиотскую игру.

По крайней мере, здесь меня точно не найдут. Дед, конечно, ведёт себя странновато, но чего его бояться? Физически я всё равно сильнее.

Вслед за стариканом мы подошли к единственному среди тоненьких деревцев здоровенному раздвоенному дереву, уходящему обоими стволами далеко в серое небо.

– Поглядите между стволами, – сказал старик таким тоном, будто обещал детсадовцам невиданный фокус, если они хорошо покушают.

Он обошёл дерево и оказался напротив нас. В тот же миг вокруг сгустился туман, поглощая и ненормального старикана, и дерево, и Ольгу, стоявшую рядом со мной. Я услышал её испуганный возглас:

– Что это?

Что-то чвакнуло, неприятно хлюпнуло, и туман растаял, как будто его и не было. Мы всё так же стояли у громадного дерева, в его расщелину виднелось болото, однако старик исчез.

– Утонул! – испуганно выдохнула ещё более побледневшая мышь.

– Ага, с машиной вместе, – буркнул я. – Сбежал дед с нашими денежками. И как он только эту штуку с туманом провернул?

– А вам не кажется, что здесь что-то изменилось? – Ольга настороженно огляделась.

Я пожал плечами. Болото всё то же – чахлые деревца, растущая пучками трава…

– Ручей, – продолжала мышь. – Его не было, точно не было!

На том месте, где оставил машину старый проходимец, действительно журчал теперь широкий ручей с чистой, прозрачной водой. Вдалеке над ним склонилась мощного вида фигура в какой-то хламиде. Кажется, человек пил воду прямо из ручья.

– Самоубийца, – пробормотал я. – Ещё из лужицы попей, – и добавил: – Не трусь, сейчас узнаем, как отсюда выбраться. Эй, брат! – крикнул я.

Фигура подняла голову – гривастую, как у льва. Человек вскочил, хламида распахнулась, под ней сверкнул металл. Кольчуга! Ролевики тут собираются, что ли? Тем лучше, они должны неплохо знать окрестности и смогут точно подсказать, куда двигаться, чтобы оказаться подальше от города.

– Мы тут заблудились! – крикнул я. – Помощь нужна!

Гривастый нервно дёрнулся и ринулся бежать, словно увидел смерть с косой.

– Кажется, старик не шутил насчёт незабываемого квеста, – пробормотала Ольга, провожая взглядом странного ролевика.

Глава 2. Бой

Мою жизнь скучной не назовёшь, всякое бывало – драки, стрельба, бег по пересечённой местности, компании отморозков или же, наоборот, сборища махровых интеллигентов, большие города и забытые всеми богами деревушки, ночёвки в номерах люкс лучших гостиниц мегаполисов и ночлег на земле, под открытым небом. Но в такой ситуации я ещё не оказывался – на болоте, без карты, без провожатого, зато с девицей, от которой никакого толку нет и быть не может. Первым делом стоит избавиться от неожиданной попутчицы – балласт мне не нужен.

А ещё надо, на всякий случай, поискать сумасшедшего деда.

– У тебя телефон с собой? – спросил я. – Может, позвонишь своим?

– Он не работает, – хмуро ответила мышь. – Я уже проверяла. Сеть пропала, когда появился туман. Что-то здесь не так. Теплее стало, ручей появился, солнце намного ниже, здесь даже воздух изменился, стал тяжелее. Как это возможно?

– Вот найду чёртова старикана – и спрошу, – в сердцах бросил я. – Уехать он не мог – мы бы это услышали. Значит, прячется где-то здесь. Вон, трава колышется, там и посмотрю для начала.

В общем-то на деда я был не в обиде – он свою роль сыграл, окольными путями вывез меня из города. Только пусть скажет, как отсюда выбираться дальше, и отвезёт назад серую мышь. Девица явно хочет играть в приключения ещё меньше, чем я. Чтобы прервать дурацкий квест и избавиться от Ольги, я был готов даже доплатить старику.

В болото лезть не хотелось. Для начала я громко позвал:

– Эй, папаша! Пошутили и хватит! Выходи, разговор есть

Трава метрах в двадцати от нас колыхнулась сильнее, над ней мелькнуло что-то чёрное – похоже, древняя куртка деда. В той стороне что-то громко, басовито фыркнуло.

Верно заметила серая мыша – воздух изменился, причём не в лучшую сторону. Тут и сразу-то пахло не розами, а теперь к сырости, гнили и плесени добавились запахи разложения, отрыжки и гнилых зубов. Ощущение было такое, что совсем рядом страдает от проблем с пищеварением какой-то великан.

– Дед, завязывай шутить! – громче крикнул я. – Мы не хотим играть! Выходи, я доплачу!

– Тише, – выдохнула рядом Ольга. – Кто знает, что там может прятаться.

– Да кто там будет прятаться, кроме старого?.. – я подавился ругательством.

Ольга тихо, коротко взвизгнула. Из-под земли вырастало нечто, чего в реальности быть не могло: драконья голова на крепкой шее, за ней вторая, третья…

– Чего это мы тут нанюхались? – выдохнул я. – У меня, кажется, глюки.

– Глюки одинаковыми быть не могут, – полуобморочным голосом отозвалась мыша.

– Ты тоже их видишь? – уточнил я.

– Седьмая голова… Восьмая… Девятая, – медленно считала Ольга.

Да, их было девять – драконьих голов на толстых длинных шеях. И все они одновременно издали угрожающее шипение.

– Ну, и в чём смысл квеста? – недоверчиво хмыкнул я.

Признаюсь, в эту минуту мне стало не по себе: очень уж натурально выглядел дракон и слишком сильные запахи он издавал, чтобы оказаться иллюзией.

– Решений тут только два – убегать или оставаться, – напряжённо сказала Ольга.

– Ещё я от чучела не бегал, – буркнул я.

– Я бы, может, и побежала, на всякий случай, но только не по болоту.

Я машинально сунул руку в карман. Из оружия – несерьёзный складной ножик, таким только яблоки чистить.

Теперь стало видно: все головы (и шеи) веером торчат из одного туловища – мощного, змеиного, серо-зелёной спиралью поднимавшегося над землёй.

– Пищ-щ-ща! – прошипела одна из голов, глядя на нас в упор.

"Это квест, игра," – повторял я себе, но тело уже действовало само, не слушая доводов разума.

Я схватил оцепеневшую Ольгу за руку и потянул по тропе к ручью. Насколько я помнил, прошли мы сюда без проблем, дед вёл нас уверенно. Мой взгляд метался в поисках хоть чего-то, напоминающего оружие. Если это квест – здесь должно найтись оружие, которым можно прикончить девятиголового монстра.

У ручья действительно лежала позолоченная штука, похожая на топор, только полностью, включая рукоятку, отлитая из металла и с лезвиями с обеих сторон. Я выругался. Да уж, против гигантской змеюки – то, что надо! По-хорошему, тут гранатомёт нужен, а не красивый, блестящий золотом топорик.

За спиной уже слышалось зловонное дыхание вперемежку с угрожающим шипением. Я одним прыжком оказался около странного топора, больше похожего на плоский молот. Какое-никакое, а всё ж таки оружие.

Тяжесть металла в руке немного успокаивала. Разрубить змеиное туловище, в котором могли бы поместиться человека три, этим, конечно, не получится, да и чудовище к себе настолько близко не подпустит. А вот отрубить голову монстру вполне возможно. Лезвия на ощупь, вроде, неплохо наточены. Бледная мышь застыла рядом. Её взгляд метался от топора в моей руке к стремительно приближающимся драконьим головам. Головы облизывались, из двух приоткрытых пастей медленно вытекала густая, вязкая слюна.

– Зажигалка! – вдруг завопила Ольга. – У вас есть зажигалка?

– В кармане, – буркнул я, сжимая странный топор покрепче.

Сбрендила девица? На кой чёрт ей сейчас зажигалка? Курить, что ли, собралась? Неважно. Пусть курит, главное – чтобы под ногами не путалась.

Чудовищная змея сделала резкий рывок. Я еле успел отшатнуться, рядом с моим лицом клацнули зубы двух пастей одновременно. У меня закружилась голова от запаха непереваренной дохлятины откуда-то из глубины желудка монстра.

Пища, говоришь?! Нет уж, я к тебе в пасти не пойду!

Я с размаху ударил топором по ближайшей шее, и отрубленная драконья башка отлетела в сторону от тропы. Ну вот, на одну меньше!

Я почувствовал, как из кармана что-то вытаскивают. Точно – свихнулась девка! Только этого мне не хватало. С одной стороны – теперь уже восьмиголовый то ли змей, то ли дракон, с другой – полоумная Ольга, которой именно сейчас, в самый сложный момент жизненно необходима зажигалка.

Моя рука сама собой орудовала топором, а тело уворачивалось то от свистящих ударов мощного змеиного хвоста, то от яростно клацающих зубами оставшихся голов.

Рядом полыхнуло, занявшийся огнем здоровенный обломанный сук какого-то дерева, похожий на факел, прижался к очередной распрощавшейся с головой змеиной шее. Я еле успел отшатнуться. Так ненормальная Ольга, пожалуй, и меня подожжёт. Зачем только дал зажигалку?

– Иди на… отсюда! – рявкнул я. – Не лезь под руку!

– Головы отрастают! – пронзительно выкрикнула мыша. – Надо прижигать!

Я уже открыл рот, чтобы загнуть на неё многоэтажным матом, но взгляд скользнул по отступившей и ревущей от боли змее. До этого мне некогда было ни остановиться, ни приглядеться. Теперь же стало видно, что на двух шеях торчат уже по две головы взамен каждой отрубленной. Тропа была залита густой чёрной кровью.

Больше заметить что-либо или даже просто подумать об увиденном мне не удалось: разъярённая болотная тварь ринулась в бой. Я отметил лишь, что на прижжённой шее новые головы не появились. Первым делом дракон махнул хвостом в сторону Ольги, сбивая ту с ног. Я краем глаза заметил, что мыша валится на бок на тропе, не выпуская горящий сук из руки.

У меня была лишь секунда – монстр отвлёкся на другого противника, гораздо слабее меня. Дракон уже начинал разворачиваться, я видел, как мощный хвост снова замахивается в сторону Ольги, а головы поворачиваются ко мне. Целая секунда – такой шанс нельзя упускать. Я с размаху ударил топором по змеиному туловищу. Лезвия с отвратительным хлюпающим звуком вспороли серую кожу. Я отскочил, готовясь наносить удары, но это было уже не нужно. Монстр плюхнулся на землю, чудом не придавив Ольгу. И придавил бы, но девушка неожиданно ловко и быстро откатилась в сторону.

Чёрная кровь хлестала из рваной раны, а вместе с ней выплёскивались какие-то бурые внутренности чудовища. Гладкое, чешуйчатое тело несколько раз вздрогнуло.

Ольга поднялась, её заметно трясло. Пальцы всё ещё сжимали горящий сук. Я отобрал его и кинул на монстра. Зря – в ноздри ударил тошнотворный запах палёной кожи.

– Найду деда – убью! – я покосился на мышу. – Ты в такое уже играла, что ли?

– Нет, – она посмотрела на меня как на сумасшедшего.

– Тогда откуда знала, что головы надо прижигать? Ты же про зажигалку сразу спросила, как только увидела это чудо болотное! – я подозрительно нахмурился.

– Это не чудо болотное. Это Лернейская гидра, – с трудом проговорила Ольга, пытаясь отдышаться.

– Чего? – переспросил я.

– Вас как зовут? – спросила мыша. Её голос зазвучал немного твёрже.

– Герман. Можно Гера и на ты. Так что там с гидрой? Где наш старикан её раздобыл, и откуда ты о ней знала?

– Ге-ра, – прохрипело за спиной.

Я резко обернулся. Одна из отрубленных голов приоткрыла пасть и повторила:

– Ге-ра, – она закашлялась. – Кхл! Гера… Кхл-кхл!

Я шагнул к говорящей башке и размозжил топором её череп. Надеюсь, больше гидра не будет подавать признаков жизни.

Ольга вздрогнула, услышав треск проломленных костей.

– Слышал, как она тебя назвала? – полуобморочным голосом произнесла девица.

– Ты не увиливай! Я спросил… – раздражённо начал я.

– Девятиголовая Лернейская гидра – это из греческой мифологии, – перебила мыша таким тоном, словно читала по книжке. – Она жила на болоте, которое образовалось из источника чистой воды – Лерны. Ела всё и всех, кто туда забредал. И её победил Геракл. Не помню, в каком по счёту подвиге.

– Ну и причём тут твоя гидра? Я про вот это спрашиваю, – я яростно пнул ногой отрубленную драконью голову. Она как мяч взлетела над болотом и плюхнулась в грязь метрах в десяти от нас. – Зачем мне древнегреческие сказки?

– Похоже, что не сказки, – хмуро произнесла Ольга. – Гера-кхл, – передразнила она отрубленную голову.

Я тупо смотрел, как грязь с тихим чавканьем облизывает башку дракона или гидры, постепенно засасывая её всё глубже в болото.

Глава 3. Глашатай царя Эврисфея

– Хочешь сказать, мы в Древней Греции? – скептически уточнил я через пару минут.

– Пока что для подвига Геракла не хватает только одной детали, – задумчиво протянула ненормальная девица. – Гигантского рака. Держи, на всякий случай, лебрис наготове.

– Что держать наготове? – машинально переспросил я.

Как же хотелось верить, что всё это – просто розыгрыш! Но гидра была вполне себе настоящей, и сколько я ни искал глазами деда, предлагавшего за небольшую цену незабываемые приключения, я не увидел ни намёка на его присутствие. И "москвич", и его хозяин как в воду канули. Вернее, как в болото.

– Лебрис – это топор, – снисходительно проронила Ольга. – А вот и недостающая деталь, – уже живее прибавила она, торопливо отступая.

Из болота в паре метров от нас показались гигантские клешни с мои ладони величиной, затем – здоровенная усатая морда. Существо действительно было похоже на рака, если смотреть на обычного рака через большую, мощную лупу. Я покрепче сжал в руке древнегреческое оружие. На сушу медленно выбирался тёмно-зелёный рак длиной сантиметров семьдесят, если не больше.

– Надеюсь, ему башку прижигать не надо? – негромко поинтересовался я.

– Нет, – отозвалась из-за моей спины Ольга.

Поразительная у мыши нервная система. Большинство девушек уже бились бы в истерике, а этой – хоть бы что. Гидры, конечно, испугалась, но быстро пришла в себя. И про мифы вспомнила, и про огонь сообразила.

– Только дай ему вылезти, – выдохнула Ольга. – Не стоит разбрасываться деликатесами. Неизвестно, когда и что мы потом сможем поесть.

– Нашла кого учить, – хмыкнул я.

Желудок тихо заурчал в предвкушении выползающей из болота вкусняшки. Я взмахнул топором, когда гигантская клешня нацелилась на мою ногу. Голова рака откатилась в сторону.

– Нямка,– с удовольствием прокомментировала Ольга. – Жаль, сварить нельзя.

– На костре зажарим, – пообещал я. – Шашлык из рака пробовала?

– Не приходилось. Только давай сначала найдём место, где будем не на виду, – предложила она. – Мало ли кто тут может проходить.

– Вряд ли кто-то станет гулять там, где жила эта милая змейка, – я кивнул в сторону трупа гидры.

– Один-то гулял, – напомнила девица.

Действительно, я уже успел забыть о бородатом типе в доспехах, которого сначала принял за ролевика.

– Кстати, осторожнее около этой змейки,– серьёзно сказала Ольга. – Кровь Лернейской гидры ядовита.

– Я всё-таки подойду. От того сучка ещё можно развести костёр. Поищи пока ветки, траву, что-нибудь, что можно сжечь для начала.

Вскоре мы уже сидели на корточках у тлеющего костра и наблюдали, как рак-гигант жарится на самодельном вертеле из крепкой ветки.

– Ты диссертацию по мифам писала, что ли? – поинтересовался я.

– Нет, всего лишь диплом. Красный, – уточнила мыша.

Кто бы сомневался!

– Ну, Володя, скотина, красиво решил от меня избавиться, ничего не скажешь! – с досадой пробормотала Ольга. – Если выберемся отсюда… – она осеклась

На лице девушки появилось кровожадное выражение, для серых мышек обычно несвойственное.

– Чуяла же, что-то не то с этим квестом, слишком уж Вовчик меня уговаривал… Тебя-то как занесло на тропу приключений, а, Гера-кхл?

Я прищурился и впервые внимательно посмотрел на случайную знакомую. Что-то с ней было не так. И заговорила совсем по-другому, и в глазах опасный блеск появился. Не настолько проста мышка Олечка, как мне показалось. Да и мышка ли она? Или только притворяется?

– Зачем ему было от тебя избавляться? – поинтересовался я.

Отвечать на вопросы девушки я не спешил. Надо для начала прояснить, с кем меня угораздило вляпаться в незабываемое приключение.

– По личным причинам, – буркнула Ольга.

Она стянула с волос резинку и сунула в карман джинсов. Светло-русые, вьющиеся волосы мягко легли на плечи девушки. Нет, точно не мышка, но хочет ею казаться. Черты лица правильные, этакая трогательная блондиночка. Была бы, если бы не цепкий взгляд.

Вдруг Ольга быстрым движением сунула сумочку в траву, за поросшее мхом дерево

– Сюда идут, – выдохнула она. – Держи лебрис наготове.

Могла бы и не говорить. Я и так всё время держал топор под рукой: чёрт его знает, что и кто тут ещё может водиться.

Ну, и кто к нам пожаловал? Надеюсь, человек? Я обернулся и проследил за настороженным взглядом Ольги. На душе стало легче: никакой угрозы я не увидел. К нам приближался высокий лысый старикан в длинной белой хламиде, перевязанной через плечо чем-то позолоченным. Тот самый дед, что отправил нас на "Тропу приключений"!

– Кажись, квест на этом не закончен, – нервно хмыкнул я. – Теперь выбор перед нами стоит гораздо сложнее. Можно утопить старикана в болоте, а можно поджарить вместе с этим раком. Но оба варианта возможны только после того, как я вытрясу из деда, где он спрятал машину.

– Не смешно, – буркнула Ольга. – Слишком всё исторично и натурально для квеста. Это не тот дед.

– Да ладно, одно лицо, одна фигура. Ну, нарядился как на маскарад…

– Это не он, – с нажимом произнесла девушка. – Похож, но не он.

Я пригляделся повнимательнее. Старик шествовал так, словно пытался удержать на голове стопку книг: медленно, задрав подбородок. Чересчур ровная спина деда казалась несгибаемой, будто вместо позвоночника ее держал стальной штырь. Тот, что нас привёз, держался совсем по-другому – суетился, ходил быстро, немного сутулился и вдобавок постоянно сгибал спину в подобии поклонов – в знак почтения к дорогим клиентам.

Непонятно, какой ему толк посылать случайных людей на верную смерть. Денег он за свой "квест" взял немного. Уж точно не такую сумму, чтобы за неё убивать. В его сговор с Ольгиным отчимом тоже как-то не верилось. Вряд ли старик в таком случае прихватил бы меня на свою "Тропу приключений". Ладно, надеюсь, скоро всё прояснится.

Я осторожно подцепил с двух сторон обугленную ветку-вертел и быстрым движением сбросил её вместе с покрасневшим раком на островок жухлой травы. Обед готов! Но его придётся отложить.

Я с сожалением вспомнил о пирожках на ярмарке. Надо было купить по запас. У меня, кроме пережаренного беляша, с вечера ничего во рту не было.

– Приветствую вас, люди из грядущего, – басом провозгласил старик.

Я с сожалением признал: дед действительно был не тот, что отправил нас сюда. Тот говорил быстро, суетливо, и голос – дребезжащий тенорок – даже отдалённо не был похож на этот важный бас.

– Вам удалось то, чего не успел сделать наш величайший герой, сын Зевса, Геракл, – продолжал старик. – Ваш бог всё же нашёл героев, которые оказались способны на подвиг.

Я сморгнул. Говорил дед вполне понятно, с еле слышно заметным акцентом. Может, это всё-таки игра? Хотя нет, не может быть. Гидра-то была вполне настоящая.

– Но где же мой брат? – вдруг надменно заговорила Ольга. – Где Геракл? И кто ты таков, человек?

– У Геракла есть сестра? – нахмурился старик.

– Неужели ты думаешь, смертный человек, что кто-то смог бы без помощи богов Олимпа победить Лернейскую гидру? – Ольга поднялась и выпрямилась во весь небольшой рост. – Я пришла помочь этому герою, когда его боги от него отказались, – она торжественно возложила тёплую ладонь на мою голову. – И направляла его руку, чтобы он поразил чудовище Лерны.

Что она несёт? Я уже собирался слегка толкнуть в бок новоявленную "богиню Олимпа". Надо срочно приводить девицу в чувство. Кто знает, до чего она ещё может договориться! Но, видимо, Ольга знала, что делает. Старикан плюхнулся на колени, его орлиный нос ткнулся в землю перед кроссовками "богини".

– Велика Афина Паллада! – душераздирающе завопил дед. – Победу несёшь ты всем, кого одаришь своим покровительством! Какую жертву желаешь ты за избавление Лерны от гидры, великая богиня?

– Принеси мне в дар украшение со своей одежды, – не задумываясь, потребовала девушка.

Старик распрямил спину, не вставая с колен, сорвал с хламиды сияющую пряжку и протянул Ольге. Она милостиво кивнула. Пряжка исчезла в кармане пиджака девицы. Я успел заметить, что украшение сделано из многочисленных тончайших золотых нитей. Ничего себе! Знала Олечка, чего просить: эта штучка бешеных денег стоит! Работа сложнейшая, а если учесть, когда изготовлена пряжка, она становится поистине бесценной.

– Так кто ты, человек? – продолжала Ольга. – И где мой брат?

– Я – Копрей, глашатай великого царя Эврисфея, – почтительно представился дед, явно размышляя, не уткнуться ли ему снова носом в землю. – Геракл должен явиться сюда завтра на рассвете, и я сообщу ему волю царя.

– Зачем же ты пришёл сюда так рано? – нахмурилась "богиня".

– Вот уже несколько лет в начале почти каждого месяца их бог, – Копрей кивнул на меня, – посылает сюда своих героев, чтобы они сразились с Лернейской гидрой. Я много раз находил их останки – увы, чудовище оказывалось сильнее. Иолай, спутник героя нашего Геракла, увидел вас и поспешил рассказать мне.

Я снова вспомнил бородача в доспехах, так стремительно удравшего при виде "людей из грядущего".

– Тот бог сказал, что я должен всякий раз перед появлением героев из грядущего оставлять для них остро наточенный лебрис, – продолжал старик. – И потом забирать его.

Я сдержал желчную усмешку. Благородно, ничего не скажешь! Устроитель "квеста" должен был понимать, что у "играющих" нет шансов уцелеть на этом болоте хоть с лебрисом, хоть без него. Топорик мог лишь на несколько минут продлить жизнь и страх того, кто оказывался один на один с легендарным чудовищем.

– Копрей, так ты с этим богом разговаривал? – уточнил я.

– Как с вами! Очень он был опечален, что завтра должен прийти великий герой Геракл. Сказал, придётся теперь своих героев в другое место отправлять, потому что Геракл уж точно победит гидру.

– В какое место? – хором спросили мы с Ольгой.

– А это он мне теперь каждый раз будет являться и говорить, куда их вести.

Чем дальше – тем бредовее выглядит ситуация! То есть, если старикан отправит ещё кого-то на свой "квест", Копрей должен будет встретить ни о чём не подозревающих людей и проводить к очередной опасности?

– И когда же теперь явится наш бог? – спросил я, размышляя, утопить создателя "квеста" в болоте вслед за драконьими головами, или всё же поджарить на костре, как сделали бы в прекрасное время Средневековья.

– Да к началу следующего месяца и явится. Он вон оттуда выходит, – старик показал на старое раздвоенное дерево. – Каждый раз на рассвете.

Я тихо ругнулся. Неужели придётся проторчать целый месяц в Древней Греции? Я о ней толком ничего и не знаю. Одна надежда на Ольгу.

Я покосился на "богиню Афину". Не расстроена, даже улыбается. И в глазах огоньки, как у игроков в казино, – азартные. Ой, не проста эта Оленька!

– Слушай мою волю, Копрей, – решительно заговорила девушка. – К богу этому в следующий раз не ходи. Я говорить с ним хочу, смертные этого видеть не должны: в камень обратятся.

От неожиданности я чуть не фыркнул – вместо этого кашлянул. Тут уж Ольга загнула. Какой идиот поверит в откровенные сказки?

Однако Копрей тут же пообещал ни за что не появляться через месяц на болоте.

– Всем говори, что гидру победил Геракл, – продолжала Ольга.

Копрей снова энергично ткнулся лбом в землю в знак согласия.

– Обо мне и этом герое никому не рассказывай, – изъявляла волю "великая богиня". – И принеси нам сюда одежду, как у всех. И украшения, достойные меня, – после небольшой паузы добавила она.

– И поесть что-нибудь, – торопливо вклинился я.

Украшения – это, конечно, хорошо, но пока из еды у нас есть только один, хотя и очень большой, зажаренный на костре рак.

Дед с поклонами неожиданно резво кинулся исполнять все приказания.

– Ну, – заговорил я, как только он скрылся из виду, – и чем ты по жизни занимаешься?

– Мифологию изучаю. И историю, – со спокойной улыбкой ответила Ольга.

– Зарабатываешь не этим, – я не спрашивал, а утверждал.

Сказочное везение – я попал в прошлое не просто со знатоком местных особенностей, но и с авантюристкой, похоже, такой же, как я. Ни одна серая мышь не потребовала бы у первого встречного подарить ей местные драгоценности! И ни у одной не хватило бы наглости назваться богиней.

– А ты? – прищурилась Ольга.

– Я влез в эту историю, потому что кинул серьёзных людей. Такие не прощают. За мной наверняка шли по следу, надо было быстро и по-тихому выехать из города – вокзалы и аэропорт исключались, – честно ответил я. – Теперь твоя очередь. Чем ты занимаешься по жизни?

– Ты правильно понял, зарабатываю не историей и мифологией. Меня нанимают, когда есть заказ на раритетную драгоценность или произведение искусства, – помедлив, ответила Ольга. – Войти в доверие, подменить или помочь выкрасть…

– В вашем городке? – ухмыльнулся я.

– Я живу в другом городе. А сюда приехала с матерью и Вовчиком на отдых, – девушка задумчиво наморщила лоб.

– Так уж и на отдых? – скептически переспросил я. – В эту дыру?

– В этой дыре, между прочим, сохранилось множество домов позапрошлого века, есть пара довольно интересных музеев… – с умным видом начала Ольга.

– И у тебя был заказ на что-то из этих музеев, – перебил я.

– Нет, на экспонат из частной коллекции, – кисло улыбнулась она. – Малоизвестная картина Гогена. Надо же мне было отдать её Вовчику! …! – неожиданно энергично выругалась она.

– Ты отдала отчиму ворованную картину, которой цены нет? – недоверчиво уточнил я.

Странно. Ольга совсем не похожа на дурочку.

– Мы с ним несколько раз работали в паре, – нехотя объяснила девушка. – Ещё до того, как он познакомился с моей матерью. Мать, кстати, ни о чём не знает. Получается, этот … нанял старика с его квестом, чтобы я исчезла без следа. Вовчик меня весь вечер уговаривал поиграть в "Тропу приключений". Завтра мы должны были уехать из города, он настаивал, чтобы я пока, на всякий случай, исчезла куда-нибудь, говорил, что нашёл безобидный дурацкий аттракцион, там я точно буду в безопасности.

– Слушай, так получается, что дед с его "Тропой приключений" – высококлассный киллер? – присвистнул я. – За месяц находил заказ, в начале месяца отвозил очередного клиента на болото – и всё остальное делала за него гидра.

– И получается, что его заказ – это я, – добавила Ольга. – А ты просто случайно здесь оказался.

Девушка с усилием отломала от рака клешню и поднесла к губам.

– Ну, и что думаешь делать, великая богиня? – спросил я.

Впервые у меня не было никаких идей. Просуществовать в древнем рабовладельческом государстве месяц, почти ничего о нем не зная, казалось очень сомнительной авантюрой. Хотя какой ещё есть выбор?

– Думаю, что мы будем делать из тебя героя, – прищурилась Ольга. – Гера-кхл.

– Не понял!

– Объясняю. Ты заменишь Геракла, совершишь за месяц подвиги, какие получится, и мы уйдём домой, как только откроется ход в наше время. Это наиболее безопасный вариант, я хотя бы представляю, с чем мы будем иметь дело. А во что мы влипнем, если пойдём в неизвестность, – лучше не думать.

– Та-ак, – протянул я. – Ну и кого ещё нам надо будет прирезать?

– Вон Копрей возвращается, – Ольга кивнула в сторону ручья. – Сейчас и выясним. Честно говоря, не помню последовательность подвигов.

– Зажигалку верни, – сказал я.

– Не получится, я её сломала, – ответила Ольга.

Она бросила косой взгляд на царского посланника. Копрей был ещё достаточно далеко, чтобы нас слышать.

– Я сломала её, чтобы брызнуть бензином на тот сук, – шепотом продолжила Ольга. – Надо было, чтобы он хорошо горел. Я же не знала, что ты и без огня справишься.

Да, горел сук хорошо, ничего не скажешь. Костёр мы разводили от него.

Я скрипнул зубами. Значит, теперь мы остались без огня. Тут, правда, тепло, но ночи могут быть и прохладными. Как мы сможем пережить здесь месяц? Ни еды, ни воды, ни знакомых, кроме полоумного Копрея, ни огня. И главное – нет какой-либо крыши над головой. Скорее всего, месяц нам придётся здесь попросту бомжевать. Я-то выдержку, всякое в жизни случалось. А вот как поведёт себя Ольга – это вопрос. Сомневаюсь, чтобы интеллигентная блондинка хоть раз ночевала под открытым небом в компании незнакомого мужика. Может испугаться, запаниковать…

Мои мысли прервал Копрей: старикан снова бухнулся рядом с нами на колени и торжественно положил к ногам "великой богини" два туго набитых мешка.

Я машинально коснулся одного из них. Натуральная кожа. Наверняка эти мешочки у нас можно было бы неплохо продать.

В одном из мешков оказались припасы – несколько больших лепёшек, яблоки, пара фляжек – одна с водой, другая – побольше – с вином. Негусто, но для начала и это сойдёт.

Из другого мешка Копрей с поклонами достал и вручил нам две белые хламиды, а затем принялся торжественно извлекать украшения: два широких – сантиметров по десять-двенадцать – браслета с сочетанием нескольких сложных орнаментов. Я чуть не присвистнул. Ольга надела браслеты, приподняв рукава пиджака, с таким видом, словно ей каждый день преподносили в подарок антикварные ценности.

Дальше на свет из мешка появились сложной работы ожерелье из множества тонких золотых листочков, брошь в виде изогнутых золотых змей с соединёнными хвостами – соединял их довольно крупный изумруд, – и, наконец, что-то вроде шапочки, сотканной из золотых нитей.

– Я довольна, Копрей, – милостиво улыбнулась Ольга. – Эти украшения воистину достойны меня. С этого дня я буду покровительствовать тебе в делах.

– А откуда ты их взял-то? – поинтересовался я.

Неужели дом старика набит такими ценностями? Напроситься, что ли, к нему в гости в конце месяца?

– Это дар жреца твоего Терия, – с очередным поклоном сообщил дед. – Он кланяется тебе, великая Афина, и собирается прийти сюда с дарами и принести тебе жертву.

– Слушай же волю мою, Копрей, – после небольшой паузы заговорила Ольга. – И передай жрецу – покровительство моё с ним, а жертва мне сегодня не нужна. Этот герой, пока он здесь, заменит брата моего Геракла, Геракл же пусть отдыхает и набирается сил. Есть ли уже распоряжение царя Эврисфея о новом подвиге, какой должен совершить Геракл?

– Да, великая богиня! Царь желает, чтобы герой наш Геракл, сын Зевса, отправился в Аркадию Пелопонесскую.

Я заметил, что Ольга немного побледнела. Ну, и куда мы влипли? В первый раз жалею, что не интересовался древними мифами.

– Там, на Стимфалийском озере, завелись птицы, – продолжал Копрей. – Они опустошают окрестности, убивая людей и скот. Царь Эврисфей желает, чтобы Геракл уничтожил или прогнал Стимфалийских птиц.

Значит, хищные птицы. Не так уж и страшно. Было бы, если бы я не видел, как белеет лицо Ольги.

– Нужно ли герою из грядущего какое-то оружие? – предупредительно поинтересовался Копрей.

– Оставь нас до заката, герою нужно подумать, – решительно сказала Ольга. – На закате приходи, я скажу, что ему понадобится. И не присылай сюда больше никого: я отправлюсь на Олимп.

Копрей удалялся медленно, пятясь от нас задом и почтительно кланяясь. Это было бы смешно, если бы не ситуация, в которую мы влипли благодаря старому киллеру и что-то не рассчитавшей Ольге. Сейчас мне больше всего хотелось развернуть глашатая царя Эврисфея к нам спиной и дать ему хорошего пинка для увеличения скорости.

Глава 4. Как Гера-кхл на подвиг собирался

– Какой, к черту, Олимп? – прошипел я, когда дед отошел от нас метров на двадцать. – Куда ты нас втянула?!

– Ты знаешь, а ведь это было предсказуемо, – Ольга вяло улыбнулась, к её лицу возвращался нормальный цвет. – По мифам, Гераклу в победе над Стимфалийскими птицами помогала богиня Афина. У нас есть несколько часов, чтобы продумать, что делать и что ещё попросить у Копрея.

Я хмуро смотрел, как старик выходит к источнику Лерны. Копрей, наконец, повернулся к нам спиной. Его осанка и походка тут же изменились, теперь дед снова вышагивал так, словно ему вогнали кол в позвоночник.

– По мифам, Стимфалийские птицы – это большие птицы-чудовища, – Ольга снова заговорила так, будто читала по книге. – У них есть острые клювы и когти, но главная их сила – в перьях. Они бронзовые, и птицы мечут эти перья, как стрелы.

– Оля, ты сама-то в это веришь? – хмыкнул я. – Скорее всего, там обычная стая хищных больших пернатых, а миф, как любая сказка, просто преувеличивает.

– Не скажи. С Лернейской гидрой всё оказалось примерно так, как было описано. В общем, пока подумай, что тебе нужно, чтобы с ними справиться, а я переоденусь.

Ольга подхватила мешок с одеждой и лёгкой походкой осторожно двинулась к яме, из которой до этого вылезла девятиголовая гидра. Я хмуро наблюдал, как девушка спрыгнула вниз и исчезла в логове убитого чудовища. Переодеться и мне не помешало бы: хоть на болоте и сыро, солнце припекало всё жарче. Пока Ольга там разберётся, я вполне успею скинуть одежду и влезть в белую хламиду.

Однако всё оказалось не так просто. Я никак не мог разобраться, как же надевается и застёгивается (или завязывается?) одеяние из белой, приятной на ощупь ткани. То у меня выглядывало плечо, то вся рука, то хламида задиралась, демонстрируя ногу почти до бедра.

За спиной раздался смешок. Я обернулся. Ольга в белом, струящемся одеянии действительно была похожа на античную статую какой-нибудь богини. Волосы она упрятала под золотую шапку, хламиду сколола под грудью изумрудной брошью с золотыми змеями. А фигурка у девушки – что надо: стройная, и формы вполне себе аппетитные. Неплохо бы познакомиться поближе…

"О чём ты думаешь, придурок? – одёрнул я себя. – Сейчас твои мысли должны быть о хищных птичках и древних греках! И о хламиде, которую нужно надеть, как положено".

– Хорош! – весело сказала Ольга. – Давай помогу.

Ловкие пальцы одёрнули ткань, что-то куда-то подвязали, скололи хламиду на моей груди брошью, которую снял с себя Копрей, – и древнее одеяние село точно по моей фигуре.

– А тебе идут эти шмотки, – заметил я. – И правда, на богиню похожа.

– Тебе тоже идёт, – улыбнулась Ольга.

Я скептически посмотрел на одеяние, похожее на женское платье. Выглядит, мягко говоря, не очень хорошо, я вообще-то мужиков в платьях не признаю. Но ладно ещё внешний вид, хуже то, что ноги при ходьбе наверняка будут путаться в длинноватой "юбке".

– Ну, так что там с птицами? – я осторожно присел на траву и разрубил остатки рака топориком-лебрисом. – Чем их убивал Геракл по легендам? Помнишь?

Ольга присела на пустой мешок. Это правильно, я совсем потерял голову. Одежду надо беречь и стараться не пачкать – другой, подходящей для прогулок по Древней Греции, у нас нет.

– В мифе он стрелял из лука. Ты умеешь? – на полном серьёзе спросила девушка.

– Нет, – буркнул я. – Слушай, ещё не поздно соскочить. Придёт Копрей, скажешь, что мы передумали, и теперь твоя воля – чтобы Геракл сам совершал свои подвиги.

– И чем мы будем тут месяц заниматься? – вкрадчиво поинтересовалась Ольга. – Думаешь, я смогу долго изображать богиню? Да через день-два меня расколют! А потом нас обоих могут и в жертву принести – чтобы боги Олимпа не гневались. Или в рабство возьмут. Так что, Гера-кхл, давай, готовься к подвигам. Я хочу через месяц благополучно выбраться отсюда.

Да уж, перспективы Оленька обрисовала одну другой краше.

– Слушай, я не умею стрелять из лука и точно не научусь за несколько дней, – попытался я воззвать к её рассудку. – Может, просто отсидеться где-нибудь и прийти сюда через месяц?

– Негде нам отсиживаться, – твёрдо сказала девушка. – У нас есть время подумать, что попросить у Копрея для борьбы с птицами. Сейчас дослушай спокойно, какая есть ещё проблема.

Я кивнул и выжидающе уставился на Ольгу. Значит, помимо стаи хищных птиц с бронзовыми перьями-стрелами есть ещё одна проблема? Прелестно!

– Птицы живут где-то у озёра, насколько я понимаю, – принялась рассказывать Ольга. – А у воды или под водой есть пещера, по легенде, – это ход в Аид, царство мёртвых. Не знаю, как это объяснить, возможно, дело в особых испарениях из пещеры… – она замялась. Я невольно напрягся. – В общем, человек, по преданию, чувствует там жуть подземного царства мёртвых. Геракл, например, под воздействием пещеры оцепенел, у него отнялись руки и ноги, он весь дрожал…

– Звучит заманчиво, – едко прокомментировал я.

– Но Геракла и его друга и спутника Иолая привела в чувство сброшенная откуда-то богиней Афиной погремушка. Звук их оживил, они взялись за луки и перебили часть летевших к ним птиц. А остальные птицы испугались и навсегда улетели из Эллады – неведомо куда. Вот примерно так эту историю расскажут в мифах. А наша задача – проиграть её в реале. Выиграть квест, – хмыкнула Ольга. – Так что надо подумать, чем заменить лук, чтобы перебить часть летящих птиц.

– И откуда взять погремушку, – хмуро добавил я.

– Нужны щиты. Два, – задумчиво сказала Ольга. – По крайней мере, можно будет прикрыться ими от птичьих перьев, если те действительно острые, как стрелы. Думаю, как погремушку, щиты тоже можно будет использовать.

– Ну, допустим, – кивнул я. – А где конкретно эти птицы кучкуются? Знаешь?

– Вроде, в какой-то роще рядом с озером, – Ольга наморщила лоб. – Честно говоря, не помню.

В роще – это хорошо! Там есть возможность пугануть птиц так, что они действительно разлетятся как можно дальше. Надо будет хорошо осмотреться на месте. Действовать можно только наверняка.

– Нужно будет что-то для высекания огня, – произнёс я.

– И узнать дорогу к Стимфалам, – пробормотала Ольга, словно говорила сама с собой. – И сколько туда идти.

– Ты хотела сказать – ехать? – с нажимом уточнил я.

– Я хотела сказать то, что сказала, – чуть сварливо отозвалась "великая богиня". – Мы пойдём пешком. Времени у нас вагон. Можно, конечно, попросить у Копрея лошадей, но, во-первых, боги могут перенести человека куда им вздумается, так что просьба о лошадках прозвучит подозрительно. А во-вторых, я не умею обращаться с лошадьми. А ты?

Я нехотя признал, что тоже не знаю, как сидеть верхом или править повозкой.

Пока мы в самых общих чертах обговорили будущий подвиг, на болоте начали сгущаться сумерки. Становилось темно и сыро, холод касался кожи, заставляя поёживаться.

Мы подбрасывали в костёр всё, что успели притащить, – сучья, ветки, пучки травы. Я вполголоса вспоминал последними словами старого киллера с его "Тропой приключений", Ольгиного напарника Вовчика, кинутого мной предпринимателя и его мстительного братца. Ольга молча смотрела на костёр. Поверх древнегреческой хламиды она накинула пиджак и выглядела теперь странно и забавно.

– Ну что, может, по глоточку? – я кивнул на мешок от Копрея, тот, в котором лежала фляга с вином.

– Можно. Если только по глоточку, – согласилась девушка. – Вино надо экономить, может так случиться, что больше греться будет нечем.

– Прямо совсем нечем? – я выразительно взглянул на неё.

Сидеть нам в Элладе, как минимум, месяц… Почему бы, и впрямь, не разбавить опасные подвиги приятными, ни к чему не обязывающими отношениями?

– Совсем нечем, – насмешливо подтвердила Ольга. – Гера-кхл, нам сосредоточиться надо, а не расслабляться. Одна малейшая ошибка, неосторожное слово, не говоря о делах, – и всё пропало, рабство или смерть, – уже серьёзно заговорила она. – Так что готовимся к подвигу, герой, и забываем о всяких глупостях.

Я хмуро отхлебнул из фляги. Вино оказалось кислым, терпким и неожиданно крепким. Приятное тепло тут же разлилось по телу. Права Оленька, ох, как права. Придётся пожить монахом. Лучше не представлять, что будет, если кто-то увидит, как "герой из грядущего" кувыркается в самом недвусмысленном положении с "богиней Афиной".

Я зевнул, лениво наблюдая, как Ольга делает глоток из фляги и с отвращением морщится.

– Кислятина, но греет, – после паузы сказала она. – Хорошо, что не вкусное, так его надолго хватит. Гера-кхл, что будем просить? Нам надо продержаться месяц.

– Давай сначала посмотрим, что у нас есть, – предложил я. – У меня банковская карта, немного налички, телефон, ключи от машины и ножик. Не серьёзный, – уточнил я. – Так, замок взломать, бутылку открыть… Ну, и лебрис этот с собой возьму.

– У меня.. – Ольга вытащила из-за дерева спрятанную от Копрея сумочку и вывалила её содержимое на траву. – Это всё, что есть.

Никогда не понимал, как может в женской сумке уместиться столько всего. Я внимательно рассматривал груду вещей. Маленькая упаковка влажных салфеток, пачка бумажных носовых платков, косметичка, пара ручек, мобильник в чёрном кожаном чехле, две упаковки пальчиковых батареек, расчёска, толстая записная книжка, резинка для волос, пачка презервативов, обезболивающие таблетки, паспорт, ключи от машины…

Если кто и усомнится в божественном происхождении Ольги, достаточно будет показать ему что-нибудь из этой сумочки – и древний грек навсегда уверует в Оленьку-Афину.

Девушка выцепила из всего этого паспорт и ключи. Правильно, такими вещами не разбрасываются, им место в сумке, причём в закрытом отделении. А вот батарейки – вещь ценная, и пригодиться они тут могут гораздо больше, чем ключи от машины.

– Полцарства за коробок спичек, – пробормотал я.

– Можешь готовить полцарства, –хмыкнула Ольга.

Она торжествующе извлекла из внутреннего кармана сумочки драгоценный коробок.

– Не понял! – вырвалось у меня. – Зачем тогда зажигалку просила?

– Ну, забыла я про них, – нехотя призналась девушка. – Уже с неделю в сумке болтаются. Ездили на шашлыки, я и прихватила. А тут ещё сначала растерялась, испугалась…

– Не куришь? – с лёгкой завистью спросил я.

Не думал, что могу позавидовать некурящим. Ни одной сигареты с собой! И достать их тут никак нельзя, табак откроют только через много веков.

– Нет, – подтвердила Ольга. – И тебе придётся бросить.

Она снова убрала спички в сумку, туда же последовали остальные вещи. Девушка засунула свои сокровища в принесённый Копреем мешок.

– Пригодится что-нибудь?

– Батарейки точно пригодятся, – сказал я. – И резиновые изделия могут понадобиться.

Ольга насмешливо подняла бровь.

– Спички в сырость туда можно засунуть, чтобы не испортились, – невозмутимо продолжил я. – Они у нас будут на вес золота. Или алмазов, – подумав, добавил я. – Красных.

– Запакую, – согласилась девушка. – Давай думать, что ещё может пригодиться.

– Пистолет, – мечтательно протянул я.

– А гранатомёт не хочешь? – хмыкнула Ольга.

– Хочу, – я притворно вздохнул. – Но придётся обойтись тем, что есть. Предлагаю больше ничего не брать и пойти налегке, причём прямо сейчас. Если сюда припрётся жрец богини Афины, у нас могут быть проблемы.

Лжебогиня энергично кивнула.

– Согласна, но Копрея надо дождаться. Хотя бы чтоб узнать, в какую сторону нам двигаться. Надеюсь, он не ослушается Афину Палладу и не приведёт сюда хвост из жрецов и фанатиков-горожан.

Копрей действительно явился один. К тому времени мы уже собрали вещи в дорожные мешки, доели рака и загасили костёр.

– Великая Афина Паллада, я взял на себя смелость предложить герою эти вещи.

Старик торжественно возложил к ногам "великой богини" грубую, длинную верёвку, лук, колчан со стрелами и довольно большой щит. Ольга милостиво кивнула.

Узнав у Копрея дорогу, она с благословениями отпустила деда.

– Но, может быть, великому герою из грядущего понадобится что-нибудь ещё? – почтительно спросил он.

– Не понадобится, – отрезал я.

Мы выступили почти сразу после его ухода. Лук и стрелы я запрятал в яме Лернейской гидры, присыпав землёй. Таскать за собой оружие, которым я не умею пользоваться, казалось глупым.

Выбираясь из ямы, я внимательно оглядывался, чтобы не вступить в темноте в оставленные гидрой высокие вонючие кучки. Взгляд упал на торчащий из давно засохших экскрементов предмет.

Видимо, Ольга не слишком приглядывалась к следам жизнедеятельности гидры, иначе тут же вытащила бы такую находку из кучки. Брезгливости тут не место! Я потянул за прохладную рукоятку и извлёк покрытый засохшей слизью и экскрементами пистолет. Поспешно проверил – в барабане оказалось три патрона.

Не повезло кому-то из наших предшественников, не успел пустить оружие в ход. К счастью, желудок гидры не смог переварить железо.

Я запрятал пистолет в свой мешок. Надеюсь, узнавать, всё ли в порядке с ним и патронами, не понадобится. Жаль, что не получится скормить владельца старого "москвичонка" и "Тропы приключений" девятиголовому дракону. Не люблю громких фраз, но это был бы справедливый финал для жизни старикашки.

Глава 5. Путь в Микены

В первый же час нашего похода на Стимфалы выяснилось, что идти пешком здесь не так уж и легко. Местность оказалась холмистой, а впереди виднелись горы.

– Хорошо хоть, не попросила местную обувь, – тяжело дыша, сказала Ольга.

Я покосился на её кроссовки, потом на свои туфли – итальянские, купленные за такую сумму, какую далеко не каждый человек за месяц зарабатывает. Пожалуй, какие-нибудь сандалии у Копрея можно было бы и попросить. Есть все шансы, что через месяц я вернусь сюда босой, туфли не рассчитаны на прогулки по горам. К тому же, если встретим кого-нибудь, наша обувь тут же вызовет ненужный интерес.

Но пока встретить кого-либо в этой глухомани нам точно не грозило. Мы шли в очередную горку – пологую, покрытую реденькой травкой. Было сыро, скользко, в воздухе ещё чувствовалась близость болот. Искать путь на такой дороге в темноте, которую лишь немного рассеивал тусклый свет луны и звёзд, – то ещё удовольствие. Ноги подворачивались, попадали в небольшие ямки, скользили, дыхание сбивалось.

– По-моему, в программе квеста не было фитнеса, – вяло пошутил я.

– Надо будет поделиться идеей со старым киллером, – буркнула Ольга. – Тропа приключений и программа для похудения одновременно. И диета, и спорт, и стресс – всё для фигуры!

Она тихо выругалась.

Деревьев на пути попадалось всё больше, и я не заметил, как мы оказались в лесу. Ветки и листья высоко над нашими головами, как могли, скрывали свои владения от лунно-звёздного света. Силуэты деревьев почти растворились в темноте. Я по привычке прислушивался, не раздастся ли какой-то подозрительный звук, но казалось, тьма поглотила здесь всё живое, оставив вокруг лишь напряжённую, тревожную тишину. Несколько раз мы с Ольгой натыкались друг на друга. Наверное, со стороны мы были похожи на слепых призрачно-белых привидений.

Предрассветные сумерки я воспринял как избавление. Ольга с явным облегчением выдохнула:

– Пора отдыхать! Где устроимся?

Я с трудом проглотил рвущийся с языка ответ: " Без разницы, падаем прямо здесь".

Нет, сначала нужно как следует осмотреться. Небо розовело, яркие краски появлялись на серых облаках, словно невидимый художник наносил кистью мазок за мазком, добиваясь смешения разных оттенков розового и красного. Слабый отсвет проник сквозь ветки и листья деревьев. Я чертыхнулся.

– Тропа, мы идём по тропе!

– Это хорошо, – заметила Ольга. – Значит, мы на верном пути. К Микенам и должна вести хорошо заметная дорога.

– К Стимфалам, – поправил я.

– Микены будут по пути, – объяснила она. – Надо не потерять тропу.

– Но устроимся мы подальше от неё, – решительно сказал я.

Неподалёку обнаружились заросли какого-то кустарника и небольшой грот в очередном холме. Внутри грот порос мягким мхом и выглядел вполне уютно.

– Ни за что, – отрезала Ольга, когда я предложил провести день в этом убежище. – Залезаем в кусты, и поглубже. Мы не знаем, кто может зайти туда же отдохнуть.

Кустарник оказался колючим, и это обрадовало "великую богиню".

– Меньше шансов, что сюда кто-нибудь полезет. Смотри! И место есть!

Место действительно было – чуть больше полутора метров в длину и чуть меньше метра в ширину. То есть ровно столько, чтобы лечь рядом и скорчиться.

– Романтично, – хмыкнул я.

– Ага, сплошная романтика, – иронически улыбнулась Ольга. – Ну что, кто первый спит?

Разумеется, спать в незнакомом и странном мире надо по очереди. Чёрт его знает, что тут можно встретить помимо Лернейской гидры.

– Могу уступить даме, – галантно ответил я.

– Только разбуди, если кто появится, – девушка сладко зевнула.

Она растянулась на земле, подложив под голову кожаный мешок Копрея и укрывшись извлечённым оттуда пиджаком.

– Настолько доверяешь незнакомому мужику, что не боишься при мне засыпать? – не удержался я.

–А чего бояться? – усмехнулась Ольга. – Я тебе нужна.

– Да уж, – согласился я. – Ни об одной женщине до этого не мог сказать, что она мне так необходима.

Девушка довольно улыбнулась и закрыла глаза. Через каких-то полминуты я услышал сладкое посапывание. Ну, и чем мне заняться в этой засаде, чтобы не заснуть? Больше всего хотелось улечься рядом с "великой богиней" и проспать до темноты. Настолько разбитым я давно себя не чувствовал. Больше суток на ногах, и с такими приключениями! Почти уверен, что нам ничего не грозит. Кого занесёт в сторону от тропы? И, тем более, в центр колючего кустарника.

Я вспоминал таблицу умножения, мысленно читал обрывки стихов, которые ещё в школьные годы врезались в память, но в цифры и стихи вторгались какие-то образы, каких там быть никак не могло. Длинноногая секретарша обиженного денежного мешочка… Рулетка казино… Хитрое лицо старого киллера… Сочный шашлык на шампуре… Нет, спать пока нельзя.

Я попробовал представить, как раздеваю Ольгу. Тело почти не отреагировало на вполне соблазнительные картинки. Я немного помассировал себе уши, чтобы к ним прилила кровь. Это помогло встряхнуться, но ненадолго.

Желудок заныл, требуя завтрака. Перед глазами снова проплыл аппетитный шашлык. На этот раз румяные, блестящие от жирка куски мяса чередовались на шампуре с крупными шампиньонами. Я сглотнул. Во рту почти чувствовался привкус запечённого на углях мяса с грибами.

"Если сейчас поесть – точно вырублюсь", – говорил рассудок, но рука уже сама развязывала мой мешок. Нужен всего кусочек лепёшки, чтобы притупить голод. Почти вегетарианский завтрак – суховатая ячменная лепёшка и кисловато-водянистое яблоко. Надо будет подумать, где разжиться более-менее нормальной едой. Я не хочу становиться на месяц веганом.

Глаза слипались. Я уже подумывал о том, чтобы разбудить Ольгу, когда услышал странный, неуместный здесь звук – по земле стучали копыта. Я распластался на траве и внимательно вгляделся между листьями. Да, по бездорожью довольно бойко передвигались три всадника. Они темпераментно жестикулировали, потрясали копьями и издавали воинственные крики. Странно смотрелись эти люди – бородатые, голые, с длинными спутанными волосами. Да и кони у них какие-то непонятные, чего-то у них не хватает…

И тут я проснулся окончательно. У коней не было голов! Я поморгал. Всадники приблизились настолько, что стало понятно: мускулистые человеческие торсы растут прямо из туловищ породистых лошадей. Кентавры!

Они подскакали к гроту, один – рыжеволосый, коренастый – крикнул:

– Здесь нет! Может, не поздно?

Они пронеслись мимо кустов, буквально в полуметре от нас. Ольга вздрогнула и дернулась спросонья. Я молча прижал её к земле, зажимая рот. Не уверен, что кентавры дружат с людьми, и что они поверят в "великую богиню" Афину-Олю. Девушка замерла, глядя на этих мутантов. Я убрал руку: кричать от неожиданности Ольга явно не собиралась.

– Потрясающе! – возбуждённо прошептала она, когда кентавры скрылись за деревьями. – Значит, они действительно были! Подвиги Геракла, кентавры… И циклопы, – еле слышно, упавшим голосом добавила Ольга.

Я проследил за её взглядом. Из-за деревьев показалось высокое мускулистое существо в набедренной повязке, похожее на человека. Мощный торс, тонкая шея и круглая лысая голова с плотно прижатыми к ней ушами. Там, где у нормальных людей должны быть глаза, не было ничего, кроме морщинистой кожи. Зато на лбу, прямо над приплюснутым носом располагался здоровенный круглый глаз без ресниц. На плечах урод тащил окровавленную тушу, в руке – увесистый топор. Ещё один мутант!

– О, Боже! – выдохнула Ольга.

Я пригляделся и тихо чертыхнулся: циклоп нёс к гроту мёртвого кентавра. Видимо, его-то и искали те трое. Надо же, разминулись всего на минуту-другую.

– Зачем ему кентавр? – прошептал я.

– Видимо, чтобы сожрать, – поморщилась Ольга. – Циклопы были людоедами. Вообще-то в мифах о них говорится, как о великанах, а он просто высокий… – она сглотнула. – Надеюсь, это существо не будет завтракать здесь, а то меня стошнит.

Меня тоже слегка замутило. Смотреть, как один мутант будет разделывать и жрать другого, совсем не хотелось. К нашему облегчению, циклоп утащил добычу в грот. Нам не было его видно, но вскоре донеслись тошнотворные звуки – удары топора, треск костей, чавканье. Запахло сырым мясом. Кажется, теперь я нескоро захочу шашлыка.

– Надо отсюда выбираться, – прошептала Ольга.

– Зачем? – я растянулся на земле рядом с ней. – Место безопасное, нас не видно. Вряд ли тут будет много прохожих, разве что кентавры встретятся с циклопом.

– Я не хочу, чтобы он нас съел, – прошипела девушка.

– Вот и не паникуй, – оборвал я. – Не вылезать же сейчас, когда он рядом. По идее, любому существу требуется время, чтобы переварить пищу. Трапеза у циклопа обильная, голода он какое-то время испытывать не должен. Может, и спать завалится. После сытного обеда.

Бледная Ольга потёрла рукой горло. Её явно мутило.

– Всё, твоя очередь сторожить. Всё равно не уснёшь, – я подложил под голову руку, а другой рукой прижал к себе мешок так, чтобы можно было быстро достать пистолет.

– Ты что, сможешь спать, когда тут такое?.. – даже в шёпоте девушки слышалось изумление.

Я блаженно улыбнулся и закрыл глаза. Если повода будить меня не будет – впереди несколько часов сна.

Вскоре я уже видел, как Лернейская гидра с аппетитом жуёт обманутого мной брата криминального авторитета, приговаривая: "Пищ-ща!" Я стрелял в неё из пистолета, а её головы только смеялись и шипели: "Обедом будеш-ш-шь". Оля скакала куда-то на кентавре, а я бежал за ней, но никак не мог догнать. Зато из-за дерева вышла секретарша денежного мешочка в одной набедренной повязке и интимно промурлыкала:

– Чай, кофе, или десерт?

– Десерт!

Я схватил её, протянул к себе податливое тело, пришёлся руками по высокой груди, по бёдрам… И тут кто-то довольно сильно толкнул меня в плечо и совсем не интимным шёпотом потребовал:

– Просыпайся!

Я с трудом приоткрыл глаз. Ещё светло. Вокруг тихо. Даже одноглазого мутанта не слышно.

– Что тебе надо? – хрипло буркнул я.

– Это тебе что-то надо, – едко ответила Ольга. – Руку убери!

Я с трудом сообразил, что моя рука с мешка перекочевала на бедро девушки. А неплохо было бы сделать сон явью. Вряд ли Оленька рискнёт особо сопротивляться, когда по соседству расположился одноглазый людоед с топором.

– А если не уберу? – шепнул я.

Рука скользнула ниже, к краю уже подпачканной травой и пылью белой хламиды. Я ощутил под пальцами неожиданно нежную кожу. Ольга вздрогнула, в её глазах заплескался страх.

– Мы же договорились, – прошептала девушка.

– Что, совсем не нравлюсь? – хмыкнул я.

Теперь моя рука перемещалась по её бедрам уже под хламидой. Да, фигурка у Оленьки что надо. Второй рукой я притянул её к себе поближе. Жаль, девушка оставила на себе нижнее бельё.

Ольга молчала, не сопротивлялась, только глаза девушки немного сузились.

Я с удовольствием прошёлся пальцами сверху по её груди – одновременно упругой и мягкой, – коснулся губами шеи, снова вернулся к бедрам.

– Так всё-таки нравлюсь? – не удержался, спросил, когда уже собирался сдвинуть в сторону полоску стрингов.

– До этого нравился, – сухо прошептала Ольга.

– А сейчас в чём дело?

– Ни одной нормальной женщине не понравится изнасилование, – ответила она.

Я резко убрал руки. Вот уж насильником меня ещё не называли!

– Оля, ты о чём? – прошипел я. – Ты даже не пыталась сопротивляться.

– А есть смысл? – она прищурилась. – На шум явится циклоп с топором. И потом, мы пропадём здесь друг без друга. Я знаю мифологию, а ты – сильный, уверенный, хладнокровный… В общем, делай, что хочешь, – Ольга отвела взгляд. – Я не буду сопротивляться. Нам ещё месяц быть вместе, лучше, когда рядом сытый хищник, чем голодный и злой.

– Хищник, говоришь? – я отстранился от девушки. – Ладно, нам, и правда, ещё месяц быть вместе. И лучше, если ты не будешь меня бояться или ненавидеть. Трогать тебя не стану, но если сама захочешь – только намекни, – я ободряюще улыбнулся. – Мир?

– Мир.

Она одёрнула хламиду и приподнялась на локте, вглядываясь в сторону грота. Оттуда неслись сопение и похрюкивание.

– Послеобеденный сон, – прокомментировал я. – Слушай, может, ему руку сломать? Или, лучше, ногу?

– Лучше шею, – серьёзно ответила Ольга.

– Оль, я всё-таки мошенник, а не киллер, – напомнил я.

– Гидру же убил.

Вид у девушки до сих пор был надутый. И чего обижаться? Ну, погладил, потрогал, но не завалил же силой.

– Если бы циклоп на нас с топором кидался, убил бы, – мирно объяснил я. – А спящего, уж извини, не могу. Кстати, его могут и кентавры укокошить. Почти уверен, что они вернутся.

– Он очень сильный, – возразила девушка. – Неизвестно, кто победит в бою. Не удивлюсь, если циклоп справится с тремя кентаврами. И с тобой.

Она взяла лебрис и неожиданно поднялась во весь рост.

– Ты куда? С ума сошла? – прошипел я.

– Мне не нужен людоед за спиной, когда мы будем отсюда уходить.

Ольга через кусты двинулась к гроту. Ступала она быстро и бесшумно. Я вскочил и, прихватив мешок, поспешил за ней. Рука уже нащупывала прохладную сталь пистолета. Когда я подошёл к гроту, послышался звук удара и тошнотворное хлюпанье. Ольга вышла с окровавленным лебрисом, и её тут же стошнило.

Я заглянул в грот. На земле грудой валялись обглоданные добела кости, куски шкуры, лошадиные ноги, измазанные кровью длинные светлые волосы. Я сглотнул и отвернулся. Лучше не приглядываться, что ещё там есть.

Однако с другой стороны зрелище было не лучше: тело циклопа слабо вздрагивало в агонии, полуотрубленная голова была откинута, и из зияющей раны на горле мутанта на землю с хлюпаньем, толчками вытекала алая кровь.

Я торопливо вышел. Оля распрямлялась у каменной стены грота и пыталась отдышаться. Я отобрал у девушки топорик, обнял её и потащил назад, в кусты.

– Давай, девочка, шевелись, – шептал я. – Времени нет, отдышишься там.

Стоило нам присесть в укрытии, как Ольга разрыдалась. Это хорошо, она должна была как-то выплеснуть напряжение прошедших суток. Какая девушка такое выдержит?

Я покрепче прижал её к себе, зашептал что-то успокаивающее. Ольгу трясло крупной дрожью, она судорожно всхлипывала.

– Я не думала, что это так страшно, – проскулила девушка.

– Больше так не будет, – пообещал я. – Сейчас просто не успел. В следующий раз, если будет нужно, пойду я. Постарайся поспать, нам ещё ночь идти.

– Я не смогу…

– Просто закрой глаза.

Она заснула в моих руках почти сразу. Вот и хорошо. Я осторожно опустил Ольгу на траву и прилёг рядом. Необычная девушка – жёсткая, циничная, и вместе с тем – ранимая, неожиданно чувствительная.

Коснуться бы сейчас губами её губ, взять хрупкое, нежное тело, сделать эту девушку своей… Но сейчас нельзя, надо подождать. Пусть немного привыкнет ко мне. Я закрыл глаза и провалился в темноту – глухую, слепую, безмолвную.

– Герман! Гера, просыпайся!

Я мгновенно вынырнул из небытия. Над головой светили звёзды. Рядом сидела Оля и осторожно трясла меня за плечо. Да, нехорошо получилось – отключился, хотя должен был, на всякий случай, сторожить девушку.

– Пойдём? – я встряхнулся и протёр глаза. – Пока кентавры не появились.

– Они тут уже были, – сказала Ольга. – Забрали то, что осталось от собрата. И, кажется, расчленили циклопа.

– Почему не разбудила? – я резко сел на земле.

– Зачем? Они нас не видели.

Мой взгляд упал на чистый лебрис. Рядом валялась окровавленная влажная салфетка. Я поднял топорик.

– Пошли.

По дороге к тропе я срезал две толстые ровные ветки со старого дерева. Лебрис с лёгкостью обтесал их от сучков и листьев. Я протянул одну получившуюся палку Оле.

– Держи. Не зря же в древности ходили с посохами.

Глава 6. Гробница неизвестного скелета

С палками идти по неровной, холмистой дороге стало гораздо легче. Несколько дней пейзаж почти не менялся – звезды, тропа, тёмный лес. Каждое утро мы находили какое-нибудь убежище подальше от тропы и спали там по очереди. Запасы воды пополняли из попадавшихся на пути родников. Одежда стала чудовищно грязной, вино было на исходе, лепёшек осталось всего две. Иногда мы набредали в лесу на какие-то ягоды и на свой страх и риск ели их – жадно, почти не жуя. Пару раз на пути попадались какие-то городки или деревеньки, но Ольга настаивала, чтобы мы обходили их стороной.

Очередной ночью мы издали увидели высоченную стену.

– Крепость? – заинтересовался я, прикидывая, насколько далеко лучше её обойти.

– Нет, Микены, – Оля улыбнулась. – Ты пойдёшь туда. Скажешь, что по заданию царя Эврисфея должен изгнать Стимфалийских птиц.

– Что значит – пойдёшь?! – я резко остановился. – А ты?

– А кем я назовусь? – сказала девушка. – Жены у Геракла нет, рабынь, вроде, тоже. На богиню Афину в таком виде никак не потяну… Нам нужно достать еды, воды, и – желательно – одежду. Скоро мы будем выглядеть как два бомжа.

– Оля, я же могу всё испортить. Я ничего здесь не знаю и не понимаю.

Она нерешительно покусывала губы.

– Есть один вариант, – с сомнением произнесла девушка. – Я могу пройти с тобой в город как блудница. Геракл вполне мог периодически обращаться к их услугам.

– Хочешь сказать, в это время уже были проститутки? – вырвалось у меня.

– Были, распространенная профессия, между прочим. На высшей ступени стояли гетеры – свободные и богатые, на низшей – рабыни и девушки, от которых отказалась семья, они принимали только в публичных домах. Я подойду примерно на среднюю ступень – вольная, но не слишком обеспеченная…

Что-то мне во всём этом не нравилось.

– Ну, и что дальше? Вот я, герой Геракл, явлюсь в город с… жрицей любви, в самом непотребном виде. Ты думаешь, нам тут бесплатно выдадут одежду и еду? Особенно – тебе.

– Допускаю, что накормить могут. Тебя, по крайней мере, – невозмутимо ответила Оля.

– Рисковать из-за куска мяса? – я покачал головой. – Не пойду.

– А если из-за царских сокровищ? – глаза девушки азартно сверкнули в темноте.

– С ума сошла?! – возмутился я. – Если нас тут повяжут, можем домой и не вернуться. И неизвестно, чем кончится.

– Ты не понял, – быстро, возбуждённо зашептала Оля. – Это почти наверняка безопасно. Где-то в окрестностях города должны быть подземные гробницы, над ними установлены купола. Я читала, что их строили до того, как обнесли город стеной. Нам надо просто поискать здесь такие купола. Допускаю, что они могли оказаться за пределами города. Если найдётся хоть один – в город заходить необязательно.

– Ну и что? Будешь снимать с мертвецов украшения? – недоверчиво хмыкнул я.

Оленька закатила глаза.

– Гера, ты вообще историю в школе учил? Хоть в каком-то виде? Древние гробницы правителей и вообще знатных людей выглядели как комнаты, набитые всем, что дорогому покойнику пригодилось бы на том свете. Труп там, конечно, тоже был, и часто – не один, но снимать с него ничего не придётся, там и так будет, что прихватить. Между прочим, у нас нет денег, – напомнила она. – А кушать хочется.

– Ладно, пошли, – нехотя согласился я. – Поищем купола.

Вблизи стена оказалась огромной, в несколько человеческих ростов, выложенной из неподъемных каменных плит.

– Есть легенда, что это строили циклопы, – шёпотом просвещала меня Оля. – Около семи метров в высоту, насколько помню, и очень толстая, никакой из современных ей таранов не разрушил бы.

Микены оказались на удивление небольшим городом. Мы обошли половину стены за час, если не меньше, притом что двигались очень неторопливо, высматривая над землёй какой-нибудь купол. Напротив городских ворот с высеченными в камне львами Оля остановилась.

– Фантастика, – восторженно выдохнула она. – Мы видим легендарные Микены!

– Лучше бы я их не видел, – буркнул я.

– Ты просто без курева злишься, – пожала плечами девушка. – Зато потом будет, что внукам рассказать.

– Ага, без курева, – раздраженно согласился я. При упоминании сигарет горло защекотало в бессмысленном предвкушении табачного дыма. – А ещё без нормальной еды, питья, одежды, кровати и, в конце концов, женщины в этой самой кровати.

– Бедный, – едко отозвалась Оля. – Я вообще-то в таких же условиях… – она осеклась и уставилась на скалу в нескольких десятках метров от городской стены. – Вот она, гробница!

Прямо в скале был вырублен ход, сужающийся треугольником. Мы, не сговариваясь, кинулись к нему. Большой проход-арка был плотно заделан каменной плитой.

– Ну, нашли, – сказал я, без энтузиазма осмотрев плиту. – Что дальше?

– Как что? Подкопать немного – и мы там. Со стены нас не видно, деревья скрывают.

– Оля, я не экскаватор, – сдержанно сообщил я. – У нас нет ни лопаты, ни даже детского совочка для песочницы.

– Зато есть палки-копалки, – Ольга весело показала на посох. – Давай, Гера-кхл, шевелимся живее. День мы должны пересидеть там, внутри.

– И зачем я только поехал на этот квест? – пробормотал я и с размаху ткнул палкой в рыхлую землю.

– Если бы не поехал, меня бы точно в живых не было, – поёжилась Оля.

– Ну, значит, смысл поиграть всё-таки был, – желчно заметил я, отбрасывая очередную порцию земли.

– Слушай, если ты такой злой из-за отсутствия женщины в кровати, то это желание я могу исполнить, – начала девушка. – Правда, без кровати…

– Обойдусь без одолжений, – буркнул я.

К рассвету у нас была готова яма-подкоп, в которую мог с горем пополам протиснуться не слишком упитанный человек. Как только мы оказались внутри скалы, я тут же принялся забрасывать яму землёй, оставляя небольшие щели. Надеюсь, подкоп не бросится никому в глаза.

– Ух ты! – восхищённо протянула Оленька.

Включив мобильник, она уже изучала гробницу с фонариком. Я оглянулся. Бледный луч скользил по стенам, выложенным ровными каменными плитами с какими-то узорами. Мы оказались в настоящей каменной комнате с высоким сводом над головой. Так вот он какой, древний склеп!

– Я думал, гробница будет всего метра три, – признался я.

– Обычно метров четырнадцать, – рассеянно сказала Оля. – Насколько я помню. Воздух тут, конечно, затхлый, но потерпеть можно.

Почти вся комната была завалена чем-то блестящим. В центре, на каменном возвышении, просматривалась фигура, усыпанная драгоценностями. Я подошёл ближе. В свете Олиного фонарика на меня пустыми глазницами пялился скелет.

Я вздрогнул и тут же одёрнул себя. А что ещё тут можно было бы увидеть?

– Оставь в покое мертвеца, – тихо позвала Оля. – Посмотри лучше, сколько тут всего!

– Ты это заранее придумала? – сухо спросил я.

– Честно говоря, только прошлой ночью вспомнила про Микенские гробницы, – девушка неторопливо складывала в мешок крупные серебряные монеты.

Я подошёл поближе и взял одну из монет. На ней была отчеканена в профиль какая-то бесполая личность с кудряшками и квадратной шапочкой на голове.

Я сунул несколько монет в мешок и проворчал:

– Расхитители гробниц, …!

– Бери больше, – хладнокровно посоветовала Ольга. – Ему они точно не нужны, – она кивнула в сторону скелета. – А нам пригодятся. Кстати, некоторые гробницы благополучно разграбят или уже разграбили, и многие сокровища до наших дней не дойдут.

– Может, это мы и разграбили? – хмыкнул я.

– Мы столько не утащим, – парировала Оля. – Смотри, там и оружие есть. Можешь прихватить что-нибудь. Я, например, взяла кинжал. Или клинок. Честно говоря, не очень в этом разбираюсь.

Хорошенько разглядев и поперебирав оружие, я тоже приглядел себе кинжал (или клинок) в ножнах, а ещё – булаву с острыми шипами, похоже, медную.

– Странно, что до нас никто сюда не пролез,– заметил я. – Преграда-то детская.

– Не пролез, потому что за воровство здесь положена смертная казнь, – невозмутимо объяснила Ольга.

Я выронил мешок, и он с громким гулом бухнулся на каменные плиты.

– Почему ты только сейчас об этом говоришь? – я подскочил к девушке и с силой встряхнул её за плечи. – А если нас здесь поймают?!

– Не будешь шуметь – не поймают, – она вывернулась из моих рук. – Нам по-любому нужны деньги. И не только здесь. В нашем мире тебя ищут, меня наверняка тоже, я ведь взяла очень неслабый аванс за заказ. Так что нам, Гера, надо не только выбраться отсюда, но и остаться в живых там, дома. Не знаю, как ты, а я собираюсь отдать часть трофеев заказчику, а на оставшееся жить долго и счастливо. Завязать, не брать больше заказов, остепениться, в общем.

– Завязать? – задумчиво повторил я.

– Ага. Где сбыть такие вещи за настоящую цену, я знаю. Куплю себе отель где-нибудь на Кипре… – Оля улыбнулась и закинула в мешок ещё какие-то побрякушки. – Сейчас предлагаю поспать. У меня глаза слипаются.

Спали снова по очереди. Пока я бодрствовал – лежал в яме подкопа и смотрел в щель, что происходит вокруг. Изредка в отдалении проходили люди, но никто не присматривался к гробнице в скале. Через несколько часов я немного ободрился. Пожалуй, у нас есть неплохие шансы незаметно выбраться отсюда ночью.

– Я всё же не ходил бы в город, – сказал я, когда Ольга проснулась. – Ни к чему рисковать и светиться там с мешками сокровищ. Мы можем зайти в какое-нибудь поселение по дороге и купить еду.

– Ладно, – подумав, согласилась она. – У озера вообще можем переодеться в своё и постирать это безобразие, – девушка брезгливо потрогала свою хламиду. – Почти уверена, что там никто не бывает, все боятся птиц и близости Аида.

Выбраться из гробницы оказалось сложнее, чем туда залезть. Только я приготовился раскидать землю посохом, как заметил две фигуры, направлявшиеся прямо ко входу. Оля замерла рядом, пристально глядя на подходящих мужчин в доспехах. Я затаил дыхание. Неужели нас здесь засекли? Рука нащупала в мешке булаву. Если что, противников всего двое. Можно будет расправиться с ними по очереди, если они полезут в гробницу.

Мужчины остановились в нескольких метрах от входа.

– Антея точно не увидит тебя отсюда, – успокаивающе сказал один из воинов. – Ты слишком печёшься о жене и чересчур к ней прислушиваешься.

Он похлопал более молодого приятеля по плечу, а затем… коснулся губами его губ. Я сглотнул и отвернулся к Оле. На неё, по крайней мере, смотреть приятнее. Девушка приподняла бровь.

– Чего угодно ожидал, но не этого, – еле слышно шепнул я и случайно дотронулся губами до её уха.

– Не всю же ночь они будут развлекаться, – шепнула в ответ Оля. – Как только уйдут, мы выйдем.

Я собирался отползти подальше, но цепкие пальцы вцепились в мою руку.

– Куда? – выдохнула мне на ухо Оля. – Услышат!

– Хочешь на это смотреть? – я кивнул на бравых воинов.

Старший уже пристраивался к младшему в самой недвусмысленно позиции.

Оля качнула головой и придвинулась поближе, потянулась ко мне губами. Поцелуй был неторопливый, сначала нежный, потом всё более страстный. Язычок девушки коснулся моих губ, скользнул к нёбу. Я сгрёб её тело в объятия, задрал, насколько смог дурацкое древнее одеяние. Грудь, к моему удовольствию, на этот раз оказалась голой. Я неторопливо поиграл её холмиками – упругими, нежными, приятными. Соски под моими пальцами твердели, выдавая желание застывшей в моих руках девушки. Жаль, особо шуметь нельзя. Подозреваю, что в безопасности Оля вела бы себя по-другому.

Я спустился ниже, руки прошлись по тонкой талии к бёдрам. Я немного посжимал аппетитные ягодицы, сдвинул, наконец, в сторону полоску стрингов. Пальцы неторопливо гладили, ласкали снаружи. Торопиться нам некуда. Пусть Оля захочет меня как следует. Вот её тело немного выгнулось, словно приглашая. Нет, девочка, потерпи немного, я ещё только начал. Могу обещать бешеное удовольствие, но придётся подождать, ты ещё к нему не готова.

Я почувствовал, как её рука ласкает меня через ткань, сдвигается от бедра к центру. Поторопить меня решила? Я улыбнулся, взглянув на её лицо. Губы приоткрыты, глаза закрыла, головку откинула. Тело девушки тянулось ко мне, вот Оленька прикусила губу, явно подавляя какой-то звук страсти. Жаль, что здесь надо вести себя тихо. Ну да ничего, потом послушаю. Я закрыл ей рот очередным поцелуем и осторожно притянул девушку на себя, посадил сверху. Сначала двигался сам, потихоньку наращивая темп. Только бы не потерять голову. Если нас тут услышат, возникнут большие проблемы.

Вот Оля села поудобнее сверху, и я расслабился. Пусть двигается, как хочет, – заодно увижу, как ей больше нравится.

Когда мы расцепили объятия после долгих блаженных финальных судорог, сластолюбивая парочка воинов уже ушла.

– Значит, всё-таки нравлюсь? – хрипло выдохнул я.

– Надо же было тебя как-то удержать, чтобы не шумел, – пытаясь отдышаться, сказала Ольга.

– Врёшь, – я тихо рассмеялся. – Вернее, почти врёшь.

– Надо выбираться, – Оля отвела взгляд и потянулась за мешком.

И тут появились они. Трое мальчишек лет по двадцать.

– Опять?! – поморщился я. – У них что тут, любимое место?

– Хуже, – хмуро ответила Оля.

Я уже и сам увидел пустые мешки за их спинами и что-то типа кирки в руках одного из них. Конкуренты! И большой вопрос, сможем ли мы разойтись мирно.

– Только оружие, – негромко проговорил один из них

Кирка ткнулась в землю, разрушая тонкий слой, закрывающий наш подкоп. Я торопливо откатился в темноту, увлекая за собой Ольгу.

– Тут уже кто-то был! – послышалось снаружи.

– Главное, чтобы осталось оружие, – ответил другой голос. – Оружие, несколько монет, и мы доберёмся до моря. Я не собираюсь всю жизнь быть рабом.

В яме закопошились, недалеко от нас кто-то поднялся на ноги и отряхнулся. Я бесшумно поднялся и потянул за собой Олю. Пока глаза пришедших не привыкли к темноте, нам лучше отойти подальше.

– Нас покарает великий Зевс, – дрогнувшим голосом произнёс второй парнишка, вылезая на каменную плитку.

– Он уже тебя покарал, когда сделал рабом. Помогите нам, Зевс, Гефест и великая Афина Паллада!

Трое мальчишек оглядывались по сторонам в полной тьме. Мы вжались в каменную стену. Лучше всего исчезнуть отсюда без стычки, только как это сделать?

Оля резко включила фонарик на телефоне. Вспышка света показалась ослепительной. Беглые рабы закрыли лица руками.

– Афина Паллада с вами! – негромко, чётко заговорила Оля. – Падите ниц перед моим лицом!

Она показала мне на яму. Я схватил мешок и нырнул в ход к свободе. Вылезая, я слышал:

– Сила моя с вами! Будьте осторожны. Я пройду вашим путём.

Через несколько секунд Ольга выглянула из ямы. Я рывком вытянул её наружу. От гробницы мы бежали бегом – вот за спиной осталась скала, мы занырнули в какую-то рощицу. Теперь можно было остановиться, отдышаться.

– Надеюсь, ребятам повезёт, – выдохнула Оля.

– Слишком неосторожные, – с сожалением сказал я. – Но, может, и повезёт.

Мы снова двинулись по холмистой дороге. Посохи пришлось вырезать новые – те остались в гробнице неизвестного скелета. Хорошо хоть, я успел прихватить лебрис. По дороге к Стимфалам нам навстречу никто не попался, да и тропа здесь была давно нехоженая, заросшая травой, а кое-где и тонкими, гибкими молодыми деревьями. Теперь мы спали ночью, а шли днём. Олечка готовилась, в случае чего, изобразить древнегреческую путану. Но изображать её можно было разве что перед птицами, которые стаями кружили высоко в небе.

Глава 7. Секрет Стимфалийского озера

В последнюю ночь, когда с очередного холма уже можно было увидеть озеро, мы расслабились настолько, что устроились на травке неподалёку от тропы. Оленька постанывала от удовольствия, когда я ласкал её, а потом стоны перешли в настоящую песню страсти.

– Ну давай же, – просила она.

– Не спеши, – посмеивался я, распаляя девушку всё больше.

В этот раз ощущения были гораздо ярче, не нужно было думать о тишине и таиться от случайных глаз и ушей. Видимо, за это надо сказать спасибо распугавшим всю округу Стимфалийским птицам.

– Так, говоришь, не нравлюсь? – рассмеялся я, когда мы, обнявшись, лежали в траве.

– Нравишься, – улыбнулась Оленька. – Наверное, даже чуть сильнее, чем нужно.

– А насколько нужно? – поинтересовался я.

– Настолько, чтобы спокойно разойтись в разные стороны, когда вернёмся домой, – серьёзно ответила она.

В душе что-то неприятно царапнуло. Мысль о том, чтобы разойтись в разные стороны, мне не понравилась.

– Посмотрим, – задумчиво процедил я.

– Что – посмотрим?

– Расходиться ли в разные стороны. Мне с тобой слишком легко, и так просто я тебя не отпущу, – я погладил Олю по щеке. – Ты уже меня знаешь, с тобой не нужно притворяться, лучше тебя я вряд ли кого-то встречу.

В глазах девушки застыло ожидание. Знаю я, чего она ждёт. Только в любви я никогда никому не признавался. Зачем нужна эта показушная банальность и пошлость?

Оля улыбнулась.

– Да, посмотрим, – повторила она мои слова.

И почему-то это "посмотрим" прозвучало для меня неприятно. На что тут смотреть? Впервые в жизни я действительно хотел остаться рядом с определённой девушкой, именно с этой. Сказал бы кто пару недель назад – не поверил бы, что такое может произойти.

– У тебя кто-нибудь есть там, дома? – спросил я.

Такие вещи лучше прояснить заранее, не люблю внезапных сюрпризов.

– Для тебя это имеет значение? – после заминки отозвалась Оленька.

Не понравилась мне эта заминка.

– Имеет. Должен же я знать, если придётся отбивать тебя у какого-нибудь бывшего, – сказал я.

– Не придётся, – она улыбнулась. – Ничего серьёзного у меня там нет.

– А что не серьёзное? – чуть жёстче продолжил я.

– Женатый любовник, – Оля дёрнула плечом. – Не понимаю, зачем тебе эти подробности!

– И давно встречаетесь?

– Гера, давай ты сменишь тон, – чуть раздражённо проговорила девушка. – Не надо меня допрашивать. Встречаюсь я с ним три года.

– И это называется – ничего серьёзного? – прищурился я.

– Представь себе. Просто удобная связь без обязательств.

Я перевёл дыхание. Знакомо! Я и сам всегда заводил такие вот "связи без обязательств". Отбивать Оленьку ни у кого не придётся.

К полудню мы спустились с горы к озеру, у которого нам предстояло совершить подвиг вместо Геракла. Вода в озере оказалась мутная, местами густо покрытая тиной, как в болоте. Только лягушек не хватало.

– Красивые цветы, – сказала Оля, разглядывая берег.

Я огляделся. По всему берегу росли знакомые кустарники с зубчатыми тёмно-зелёными листьями, покрытые крупными белыми цветами. Я выругался. Вот уж чего никак не ожидал здесь увидеть!

– Не вздумай их нюхать! Даже не подходи туда! Как, говоришь, народ тут себя чувствовал?

Оленька понимающе посмотрела на скопище кустарников.

– Подробностей не помню, но здесь чувствовали жуть подземного царства. Человек ощущал себя скованным, не мог пошевелиться, голос срывался, в общем что-то такое.

– Это сильный галлюциноген, – объяснил я. – Одним запахом одурманивает человека. А если ещё и листок пожевать – на тот свет отправиться можно. Смотри, сколько их тут растёт, – целая плантация! Вот народу и мерещатся подземное царство да птицы с перьями-стрелами. Тут и зелёных человечков увидишь, если подольше посидишь, воздухом подышишь. Пошли-ка назад, хотя бы на холм. Подумаем, что делать.

– А что делать? – уже на ходу ответила Оля. – Сжечь это всё – и будет уже половина подвига. Если не весь.

– Само собой – сжечь, – кивнул я. – Только сначала посчитать по времени, когда жечь, чтобы вернуться в Лерны не слишком скоро. Я лучше посижу тут, в тихом безлюдном месте, чем там, на болотах у города. Кстати, по-моему, там водится рыба, – я махнул рукой назад, в сторону озера. – Вроде, что-то плескалось.

Рыба в озере действительно водилась, причём в переизбытке. В первую вылазку, обвязав нос и рот своей майкой, я вошёл в пахнущую тиной воду и голыми руками без труда выловил две здоровенных рыбины. Жить сразу стало веселее. Желудок уже не хотел принимать лепёшки Копрея, да они почти и закончились, осталось по небольшому кусочку. Запечённая на костре рыба без соли казалась после постных лепёшек и кисловатых яблок изысканным лакомством.

– Дома буду есть в кафешках пирожные, пока не надоедят. И запивать их кофе, – мечтательно протянула Оленька. – А ещё лучше – шампанским.

– Договорились. Вернёмся – буду кормить тебя пирожными, – пообещал я.

Неподалёку от озера мы провели десять дней – беззаботных и непривычно спокойных. Ели печёную рыбу, стерегли костёр, чтобы пореже гас, нашли в лесу чистый родник и кусты съедобных ягод – крупных и сочных. Особым счастьем было переодеться в нашу одежду и, обвязав лица, постирать в озере греческие шмотки. Нам удалось даже худо-бедно помыться.

Мои туфли пришлось выкинуть – они уже безнадёжно разорвались и "просили каши" сразу с нескольких сторон. Теперь я бродил босиком, получая удовольствие от прикосновения ступней к тёплой сухой земле, к нежной траве. Оленька с наслаждением стянула с себя удивительно живучие кроссовки.

– Здорово ходить босиком! – радостно заметила она. – Особенно, когда знаешь, что не наступишь на разбитое стекло и не влезешь ни в какую гадость.

За всё время мы не встретили в этих местах ни человека, ни зверя. А вот птицы действительно были. Большая стая хищников с грозными, загнутыми клювами иногда взлетала над озером. Несколько птиц в первый вечер кружили и над нами, роняя на землю гигантские тени в кровавых лучах заката. В тот раз я опробовал найденный пистолет. Поразительно, но он после желудка гидры был исправен. Патрон разнёс часть головы огромному стервятнику. Больше гости к нам не летали, а мы, рассмотрев хищника, убедились: перья у него самые обычные и никакой брони на нём нет.

– Где ты научился так стрелять? – спросила Оленька, когда я рассказал ей, откуда взял оружие.

– В школе в кружок ходил. На соревнования ездил, у меня и разряд есть, первый юношеский.

– А почему в спорт не пошёл?

– В смысле, как дошёл до жизни такой? – невесело усмехнулся я. – Да просто всё. Жил с бабушкой – мать умерла, когда мне было года четыре, я её почти не помню. Потом, когда мне было пятнадцать, умерла и бабушка. Три года жил с отцом и его семьёй и постоянно слышал о своём "лишнем рте". Спорт, конечно, тут же закончился. Как мне сказали: "Нечего балбесничать, мы тебя к делу пристроим". А дело, Оленька, было работой в частной ремонтной бригаде в свободное от школы время. Все деньги – отцу. В общем, я ушёл от родственников в восемнадцать лет и вдруг понял, что у меня лучше всего получается не зарабатывать деньги, а выдуривать. Этим я до сих пор и занимаюсь. Хотя идея с отелем где-нибудь на Кипре мне нравится, – я улыбнулся. – Ну, теперь твоя очередь пооткровенничать.

– Со мной ещё проще, – Оленька покрепче прижалась ко мне. – Была домашней девочкой, жила с мамой, очень интересовалась искусством и мифологией.

– Хорошо училась, – не удержался я.

– Слишком хорошо училась, – подтвердила она. – Настолько, что меня на четвёртом курсе приметили. Свели с человеком, который предложил подзаработать. Для начала – оценить несколько вещей. Как я сейчас понимаю, меня просто проверяли. Вещи наверняка были краденные, среди хлама попались две очень ценные. Как сейчас помню, – карандашный набросок Дега и античная ваза. Заплатили неплохо, вопросов я не задавала. Потом ещё несколько раз звали по тому же поводу. А на пятом курсе предложили пройти с сотрудником в запасник музея и выбрать наиболее ценные экземпляры. С этого и началась моя работа на серьёзных людей. Я, конечно, сразу всё поняла, но в тот момент были нужны деньги. Мама, она как ребёнок, совершенно неприспособленная… В общем, скоро я уже втиралась в доверие коллекционеров по всей стране, а потом у них пропадали некоторые экспонаты. Точнее, экспонаты на месте, но это уже не оригиналы, а неплохие копии.

– И ты думаешь, заказчики тебя просто так отпустят? – нахмурился я.

– Думаю, возникнут сложности.

– Оля, ты сможешь мне полностью довериться?

– Спросил аферист на доверии, – улыбнулась девушка.

– Я достану тебе документы, настоящие, но на другое имя, связи есть, я могу это сделать. Мы просто выедем из страны куда-то, где не нужна виза. А дальше уже разберёмся, как сбывать ценности, где обосноваться и чем заняться.

– Гера, я что-то не поняла, – глаза Оленьки округлились. – Ты мне сейчас предложение делаешь, что ли?

– Ну, по крайней мере, предлагаю жить вместе, – ответил я.

Наконец, после подзатянувшегося отдыха мы решили, что пора действовать. Для начала я запалил с нескольких сторон галлюциногенные кусты. Сидя против ветра, мы издали смотрели, как выгорает пространство вокруг озера.

– Так уходит жуть подземного царства, – прокомментировал я.

– С царством понятно. А птиц-то как выгонять будем? – задумчиво спросила Оленька. – Их же тут просто туча летает.

– А вот для этого пригодятся батарейки, – я потёр руки. – Сегодня ночью и шуганём птиц. Жаль, патронов всего два. Я бы тут развернулся!

Когда стемнело, мы начали подготовку. Накрыв, на всякий случай, головы щитом, мы спустились с холма. Путь лежал по выжженной земле мимо озера, где до сих пор стоял запах горелой травы, к облюбованной птицами роще.

– С ума сойти! – прошептала Оленька. – Сколько же их тут!

Казалось, огромные гнезда оттягивают ветки на каждом дереве.

– Хорошо, что батареек много, – заметил я. – Кстати, зачем тебе столько?

– Покупала в часы и компьютерную мышку, и ещё упаковку взяла, потому что сдачи не было. Подумала – пригодятся, – она улыбнулась. – Вот и пригодились.

В разных частях рощи мы складывали будущие костры из сухих веток, травы, листьев. И в каждую из заготовок я клал одну-две батарейки, в центр, чтобы огонь не сразу добрался до них.

Хорошо, что здесь нет ночных хищников. Птицы спят в своих гнёздах и проснутся от нашего сюрприза.

Когда всё было сделано, я поджёг две сухих ветки, и мы с Олей принялись с разных сторон разводить костёр за костром. Я настоял, чтобы Оленька прикрывала голову щитом – кто знает, как поведут себя хищные птицы.

Когда я раздувал огонь в последнем костерке, прозвучал первый взрыв – небольшой, но в тишине ночи показавшийся громоподобным. Бахнуло с другой стороны, ещё и ещё.

– Гера, держи, – Оленька протянула мне газовый баллончик. – Для большего эффекта.

– Почему не сказала, что он есть? – я огляделся, прикидывая, куда бы его закинуть.

– Ты о пистолете тоже молчал, – напомнила девушка.

Я швырнул баллончик в костёр подальше от нас и потащил Олю за собой за ближайшие деревья. Над головой хлопали крылья, слышались крики проснувшихся птиц. За спиной бабахнул громкий взрыв. Я обернулся – как раз вовремя, чтобы увидеть небольшой огненный фейерверк, ещё один, и ещё. Занялось огнём ближайшее дерево. Вот это жаль: жечь рощу мы не планировали.

– Маловато, – с сожалением сказала Оленька. – Не испугаются.

Я молча показал наверх. Облако птиц взвилось над деревьями, заслоняя луну и звезды, и с беспорядочными криками двинулось к озеру. Я достал пистолет и выстрелил, не целясь. Не попасть в этой ситуации было бы невозможно. На землю рухнули и забили крыльями в агонии сразу две птицы. Многокрылая, горластая туча стремительно пронеслась над озером, в ночной тишине трещали костры и затихал вдали шум крыльев.

– Наши птицы не испугались бы, – я вздохнул с облегчением. – Они ко всему привыкли. А эти похожих звуков наверняка не слышали, да плюс огонь в роще. В общем, подвиг Геракла состоялся. Пошли-ка отсюда скорее.

Вскоре мы с холма наблюдали, как догорает дерево в роще и с призрачным красным светом угасают угольки костра.

Глава 8. Путь домой

Назад мы выступили днём, переодевшись в чистые греческие одеяния. Шли босиком, не спеша, всё так же не встречая ни людей, ни зверей. Наверное, скоро эти места не будут такими тихими. Животные быстро учуют, что опасных растений больше нет, а до людей дойдёт слух об исчезновении знаменитых Стимфалийских птиц. Интересно, действовали ли кусты с белыми цветами на птичек? Похоже, что нет. Может, птицы – тоже мутанты, как кентавры, циклопы и Лернейская гидра?

Первых людей мы встретили на подходе к Микенам. Несколько воинов поинтересовались, кто я такой. Ничего в этом мире не меняется – обычный патруль, только в доспехах.

– Геракл, – гордо сообщил я. – По приказу царя Эврисфея прогнал от Стимфалийского озера птиц.

Оленька при этом смотрела на меня глазами, полными обожания. Воины переглянулись с видом крайнего изумления, а затем принялись усердно кланяться "великому герою, сыну Зевса". Подозреваю, что здесь можно было бы неплохо устроиться: народ поразительно доверчивый. Назовись хоть богом, хоть героем – и будет тебе счастье.

Один из воинов начал настойчиво зазывать нас к царю Микен: тому будет интересно послушать об изгнании грозных Стимфалийских птиц. Я чуть не хмыкнул, узнав в нём страстного мужеложца, встречавшегося с молодым любовником у гробницы неизвестного скелета.

– Увы, не могу, мне нужно поскорее попасть к царю Эврисфею, – с показным сожалением ответил я. – Я и так потратил больше времени, чем нужно.

– Иолай ждёт героя дальше с колесницей, – впервые вступила в разговор Оленька. – Велика Афина Паллада, покровительница Геракла, сына Зевса!

– Велика Афина Паллада! – подхватили воины.

Они провожали нас вдоль стены и дальше, до вершины первого холма.

– Ищете кого-то? – поинтересовался я напоследок.

– Трое рабов сбежали, обокрав гробницу великого царя, – проронил всё тот же герой-любовник. Похоже, он у этого отряда в начальниках. – Ищем в городе, в окрестностях, но их нигде нет.

Я покачал головой, Оленька бурно посожалела, что случилось такое злодеяние, и мы отправились дальше.

– Рада, что их не нашли, – шепнула мне девушка, когда мы отошли достаточно далеко.

Я улыбнулся. За это время мальчишки уже наверняка добрались до какого-нибудь порта и нашли на чём выйти в море. Интересно, когда микенцы обнаружили наш подкоп? Явно не сразу, если до сих пор ищут воров в окрестностях города.

В первой же деревеньке (или небольшом городке?) мы купили ячменных лепёшек, вина, гусиных яиц и козьего сыра. Пока смуглая черноволосая женщина складывала всё это в прочный мешок, Оленька оживлённо рассказывала хозяевам дома, как герой Геракл с помощью богини Афины, лука со стрелами и верного оруженосца Иолая перебил большую часть Стимфалийских птиц, а остальных изгнал за море.

– Ну и зачем ты это наплела? – спросил я, когда мы отошли от поселения.

– Примерно так подвиг Геракла описывается в мифологии, – серьёзно ответила девушка. – Это фантастика! Я участвовала в рождении древней легенды.

– Ты не просто участвовала, ты её создавала, – улыбнулся я и обнял Оленьку покрепче.

– Не забудь, что в Лернах я – великая богиня Афина, – напомнила она. – Так что с завтрашнего дня держись на пионерском расстоянии.

До Лерн мы добрались на два дня раньше срока и на удивление без приключений. Пришлось отсиживаться в ущелье недалеко от болот и снова спать по очереди. Мешки мы, на всякий случай, привязали к рукам взятой у Копрея верёвкой. Кто знает, что нас ждёт. Не стоит тратить время на заботу о ценной поклаже.

Иногда через болота проходили путники, разок грациозно прошествовали два кентавра. Весть об уничтожении Лернейской гидры явно уже прошла по окрестностям. Мы решили не рисковать, показываясь местным. Оставалось сидеть и ждать. Рассветы мы встречали, прижавшись с обеих сторон к раздвоившемуся дереву. И на третье утро вокруг нас внезапно сгустился долгожданный туман, поглощая и нас с Оленькой, и дерево, и всё вокруг. Я замер в ожидании.

– Ты здесь, Копрей? – раздался голос, который я узнал бы из тысячи.

Я протянул руку, мои пальцы вцепились в что-то мягкое, и я изо всех сил рванул это на себя.

Туман рассеялся. Передо мной стоял тот самый дед – создатель гениальной схемы убийства без следов, "Тропы приключений". Тёмные глаза старика округлились, делая его похожим на филина.

– Ну, как вам игра? – через пару секунд выдавил он.

– Как видишь, выиграли, – сухо ответил я.

Сколько раз представлял эту встречу, всё, что я скажу старикану, как размажу его по этому самому дереву. А сейчас и говорить ничего не хотелось, и бить было как-то противно.

– Ключи от "москвича", – будничным тоном произнесла Оленька. – Сюда и быстро.

– Так в машине они. Сейчас вас отвезу, куда скажете, – залебезил дед.

Я быстрым движением похлопал по карманам его ветровки и извлёк ключ.

– Как отсюда выбраться? Как работает тропа? – спросил я.

– Пустите, сейчас я вас выведу…

– Дед, ты не понял? – я взмахнул лебрисом совсем рядом с шеей старикана. – Я спрашиваю, как работает тропа! Мы выйдем отсюда первыми.

– Но без меня у вас ничего не получится…

– Оля, проверь, – приказал я. Оленька шагнула к расщелине между стволами.

– Стой! – истошно завопил дед. – Останови её.

Ольга и сама остановилась и с брезгливым интересом уставилась на старого киллера. Я с показным вздохом отшвырнул старикана в сторону и встал рядом с девушкой, закрывая ему дорогу к заветному дереву. Дед плюхнулся на мягкое место и медленно поднялся, старательно кряхтя.

– Дед, давай уже карты на стол, – поморщился я. – Кто заказчик нашего "квеста"? Учти, мы и так о многом догадались. Не зли меня враньём.

–Ну, отчим её – заказчик, – дед кивнул на Оленьку. – Тебя я вообще брать не хотел. Правда, ко мне через день пришли серьёзные люди, тебя искали. Были довольны, когда поняли, что ты не вернёшься.

Я хмуро кивнул. Это хорошо. Значит, меня уже не ищут, и можно будет спокойно убраться подальше от города, где правит бал брат обиженного денежного мешочка.

– Портал этот как действует? – спросила Оля.

– Выпускает только одного человека, – нехотя ответил старик. – А там, у нас может открыться только мне. Приводит меня к предкам. С незапамятных времён мой род по эпохам бродил.

– И все убийствами зарабатывали? – едко спросила Оленька.

– Сами святые, что ли? – искренне обиделся дед. – Ну, не все. Вроде, я первым додумался. Остальные просто из интереса бродили. А я как к Копрею добрался, сразу понял, как это использовать можно.

– Стоп! – оборвал я. – То есть впускает хоть толпу, а выпускает одного?

Дед развёл руками. Я прикусил губу и посмотрел на Оленьку. Я тут не пропаду, а вот слабая девушка, пусть даже умная…

– Значит, выйдешь ты – решился я.

– С ума сошёл, парень! Мы же с тобой тут навсегда останемся! – завопил старикан. – Давай я выйду первым, а потом вас выпущу. По одному. Клянусь всем святым!

– Каким ещё святым? – фыркнула Оля. – Тропой своей, что ли? Гера, мы выйдем вдвоём. Думаешь, я бы тебя здесь навсегда оставила?! Я понимаю, как это сделать. Только… – она замялась и взглянула на деда.

Я кивнул. Разумеется, киллер не должен вернуться назад. Рука нырнула в мешок и вытащила пистолет.

– Парень, не дури! – взвыл дед. – Вы оба живые, поладили… Ну, посидели месяц на болоте, на Геракла живого посмотрели, так? Это ж какое приключение! Да любой историк за такое полжизни бы…

– Назад. На двадцать шагов, – не повышая голоса, приказал я.

Старикан начал медленно отступать. Его взгляд не отрывался от пистолета. Надо же – киллер боится смерти! Хотя он ведь своими руками не убивал. Всего лишь отправлял наивные жертвы прямиком гидре в пасти.

– Что ты придумала? – негромко спросил я.

– Старый трюк, – дёрнула плечом Оленька. – Обнимаемся, рука к руке, нога к ноге – и проходим. Надеюсь, сработает, – её голос дрогнул.

Продолжая держать под прицелом старикана, я другой рукой сжал ладонь Ольги. Её рука коснулась моей руки с пистолетом. Девушка поставила свои ноги на мои. Я чувствовал, как напряжена Оленька.

– Успокойся. Если не получится – найдём, чем здесь заняться, – заговорил я, медленно продвигаясь к дереву. Нога к ноге, рука к руке, мешок к мешку. – Мы можем стать здесь богами, героями, местной знатью…

Щека к щеке мы повернулись к просвету между стволами раздвоенного дерева.

– Стойте! – раздался отчаянный вопль старого киллера.

Я качнул в его сторону пистолетом, готовясь потратить последний патрон, если дед решит приблизиться, но в эту секунду нас окутал туман. В белой пелене я слышал плюханье по влажной почве ног старика и крепко сжимал руки Оленьки.

Плюханье затихло, похоже, дед затаился где-то поблизости и даже перестал дышать. Сквозь пелену проступило напряжённое лицо девушки. Туман рассеивался. Я поспешно огляделся. Деда не было. Зато была просёлочная дорога и старый "москвичонок" метрах в пятидесяти от нас.

На негнущихся ногах, не отпуская Олю, я сделал несколько шагов к машине.

– Получилось, – тяжело дыша, выдавила девушка. – Гера, у нас получилось!

Я молча впился губами в её губы сумасшедшим поцелуем. Вот оно – доказательство, что всё удалось. Не "москвичонок" и набитый ценностями древнегреческий мешок, а Оленька, оставшаяся рядом.

– Всё-таки любишь? – прошептала девушка, когда я отстранился.

– Всё-таки люблю, – согласился я. – Пошли переодеваться и уматывать отсюда.

– Романтик, – хмыкнула Оленька.

– Реалист, – гордо поправил я.

Эпилог

– Гера, ну, почитай ребёнку мифы Древней Греции!

– А своими словами можно?

– Не вздумай!

Оленька возмущённо посмотрела на меня. Ариша забралась ко мне на колени и вручила книжку в яркой обложке.

– Давай-давай, – кивнула жена. – Мне некогда, я нужна в отеле.

Я вздохнул и отставил на столик бокал с остатками вина. Взгляд лениво скользнул по пальмам во дворе. Хорошо на крыльце, всё-таки климат тут, на Кипре, – что надо.

– Может, я в отель? – я тоскливо посмотрел на толстую книжку.

– Тебе будет интересно, – хмыкнула Оленька. – А я это и так почти наизусть знаю.

Я перевернул книжку и улыбнулся.

"Двенадцать подвигов Геракла".

– Ладно, почитаем.

Ариша радостно открыла книжку на закладке и ткнула пальцем в заголовок:

"Второй подвиг Геракла. Лернейская гидра".

"Когда Геракл и его друг Иолай, выдубив шкуру льва, сидели за дружеской трапезой, – начал я, – к ним вошел глашатай Эврисфея, Копрей, и обратился к великому герою: "Царь повелевает тебе идти к источнику Лерне, близ Аргоса, и убить засевшую в его болоте Лернейскую гидру, опустошительницу тамошней местности"…

– Так вот оно как, оказывается, было?

Я покосился на спускавшуюся с крыльца Оленьку. Она обернулась и лукаво улыбнулась мне.

Content

Анна Гале
Истории попаданок и попаданцев

ВИЗИТ К ПРАПРАДЕДУШКЕ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Эпилог

ЗАЩИТНИКИ ЭЛИКАЯ

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Эпилог

ЖЕНИХ ДЛЯ ПОПАДАНКИ

Глава 1. КОЛЛЕКЦИОНЕР

Глава 2. НЕПРЕКРАСНЫЙ ПРИНЦ И ЕГО СВИТА

Глава 3. НОЧНАЯ ПРОГУЛКА

Глава 4. ПОЛЕТ НА ДРАКОНЕ

Глава 5. БАЛ

Глава 6. ПОБЕГ

Эпилог

БОГИНЯ В КРОССОВКАХ ИЛИ ПАРА ПОДВИГОВ ГЕРАК-ХЛА

Глава 1. Квест – начало

Глава 2. Бой

Глава 3. Глашатай царя Эврисфея

Глава 4. Как Гера-кхл на подвиг собирался

Глава 5. Путь в Микены

Глава 6. Гробница неизвестного скелета

Глава 7. Секрет Стимфалийского озера

Глава 8. Путь домой

Эпилог