Александр Михайлович Гулевич

Легионер Тур‑3

Глава‑1

Столичный округ королевства Лейрин пылал со всех концов, куда ни кинь свой взгляд, везде поднимались высоко в небеса чёрные клубы дыма из‑за чего дышать без маски становилось всё труднее. Бой шёл, не стихая ни на минуту третьи сутки, накал локальных сражений был таков что уже треть всех строений превратились в догорающие руины. О мирных жителях и рядовых обывателях никто и не думал, они стали заложниками ожесточённой борьбы за опустевший трон. За трон сцепились принц Меркво с поддерживающими его вассалами и союз трёх принцев. Сражение было настолько яростным, что даже на третьи сутки с уверенностью утверждать кто берёт верх было решительно невозможно. Единый фронт распался на локальные участки по всему центральному округу и определить кто где было крайне проблематично.

Хаос. Кругом царил хаос в самом что ни на есть неприглядном его виде. Благо ещё авиации уже в небе не было, сражение вели пехотные части аристократов с отрядами наёмников при поддержке штурмовых роботов и мобильной артиллерии. Авиация двух противостоящих друг другу сторон была уничтожена на второй день и если бы не это обстоятельство, то мирным жителям пришлось бы куда как хуже.

Это было не сражение с точки зрения военной науки, это была самая настоящая беспощадная бойня за выживание. Оставалось только удивляться как командующие враждующих сторон умудряется командовать подчинёнными им частями в этом аду, хотя скорей всего они давно и безнадёжно потеряли многие командные нити и сражение превратилось в жесточайшую свалку, где каждый бился сам за себя и за тех, кто был рядом. На кону у каждой из сторон стояло всё в прямом смысле этого слова. Проигравшая сторона теряла всё и не только статус и имущество, но и свои жизни. Победившие церемонится не собирались и непременно устроив бутафорский суд на публику приговорили бы своих противников к казни. Нет, казнили бы не всех, а сделав широкий жест помиловали какое‑то количество рядовых и младший командный состав или отправили бы на каторгу, а вот командиров непременно ждала незавидная участь. Такова правда жизни и ничего с этим не поделаешь, гуманизм в таких обстоятельствах проявлять принято только на публику. Здесь царит сплошной прагматизм и, наверное, это правильно…. Иначе излишняя доброта обернётся тебе боком, да если бы только для тебя лично, а то ведь для всего народа и государства в целом, что совершенно недопустимо! Да и окружение твоё не позволит проявить мягкость, слишком это опасно для него в будущем, так как планирует за щедро пролитые пот и кровь основательно поживиться за счёт проигравшей стороны….

— Командир, может быть уже пришло время задействовать наши войска и прекратить эту кровавую бойню? — Не выдержав напряжения, поинтересовался Ржавый, хмуро оглядывая побоище, учинённое аристократами, претендующими на трон королевства Лейрин.

Медленно обернувшись, я выдержал небольшую паузу и посмотрев на сосредоточенного подполковника возглавлявшего личную гвардию покойного принца Фэя, место которого я был вынужден занять согласно его завещанию и спокойным тоном поинтересовался:

— А вы что по этому поводу думаете барон?

— Возражаю, — после нескольких мгновений напряжённого молчания отозвался он, — и вот почему. Пусть принц Меркво и его оппоненты как можно основательнее друг друга покрошат, нам меньше грязной работы. Пока ещё не ясно чья сторона берёт верх, так что лучше выждать, когда кто‑то из них победит и зачистит проигравших, вот только тогда и придёт наше время. Думается мне нам ждать осталось не так уж и долго….

— Полностью разделяю ваше мнение Симеон, — одобрительно качнув головой, ответил я и вновь взглянув на горящий округ, задумчиво потёр щетину на правой щеке и вновь заговорил:

— Вот только что прикажите делать с той гуманитарной катастрофой что разыгрывается прямо на наших глазах?

— Да, это проблема, — вынужден был признать барон Альбрехт, — которая может крайне отрицательно сказаться на вашем имидже как будущего короля Лейрина.

— Рад что вы это понимаете. Хотелось бы услышать ваши предложения как нам поступить в данных обстоятельствах?

В задумчивости постояв некоторое время, барон всмотрелся в дымящийся горизонт и совсем негромко ответил на поставленный вопрос:

— Надо пробить гуманитарный коридор и по инфоканалам сообщить населению о его существовании. Наилучшее направление — это Юго‑Восток, там интенсивность боёв достаточно низка. Думаю, для этой цели вполне достаточно четырёх штурмовых взводов и десятка три боевых роботов, да плюс с десяток артиллерийских самоходок с разведывательными дронами. Ну и ещё надо задействовать усиленную оперативную группу психологических операций для работы с населением, они точно лишними не будут.

Внимательно взглянув на офицера и увидев в его глазах полную решимость выполнить любой поставленный приказ, я глубоко вздохнул и распорядился:

— Барон, поручаю вам это ответственное дело. Пробейте гуманитарный коридор и организуйте эвакуацию мирного населения пока эти сумасшедшие его не перебили, да и вот ещё что…. Устройте где‑нибудь в подходящих для этого местах временные лагеря для беженцев и наладьте хоть какое‑нибудь горячее питание с оказанием медицинской помощи пострадавшим. Я на вас надеюсь Симеон.

Встав по струнке, подполковник приложил правую ладонь к сердцу и с чувством, воскликнул:

— Будет исполнено Сир! Разрешите выполнять?

— Выполняйте и да помогут вам в столь благородно деле Святые стихии.

Барон, чуть склонив голову, резко развернулся и покинул аппаратную разведывательного глайдера.

— Тур, а ты этому аристократу доверяешь? — Через некоторое время, в глубокой задумчивости поинтересовался Ржавый.

— Нет, не доверяю, но ему деваться некуда, он потерял всё и я для него последняя надежда, так что он в лепёшку разобьётся, но сделает всё от него зависящее чтобы я взошёл на престол.

— Вот же тебя угораздило…. — С нескрываемой тоской проронил Ржавый и в задумчивости покрутив головой, произнёс:

— Ладно, пойду я командир, надо проверить готовность наших подразделений, чует моя задница без дела они долго не засидятся….

Оставшись в одиночестве, я скрестил руки на груди продолжая без всякой цели всматриваться в пожарища и глубоко задумался. Прав был Ржавый, угораздило же меня влипнуть в очередную историю, планировал одно, а на деле получается нечто совершенно другое. И всё у меня происходит так как гласит народная мудрость: Хочешь рассмешить Бога — расскажи ему о своих планах….

Неожиданно за моей спиной послышался еле уловимый шорох. Резко обернувшись я увидел в дверях стоящего как сквозь землю пропавшего два месяца назад штаб‑майора Лейб‑гвардии Рашпиля.

— Ну и где тебя всё это время носило чертяку воинственного? — Без всякого удивления поинтересовался я, внимательно рассматривая необычную боевую снарягу в которую он был облачён.

— Да так… дела свои были. На Новую Москву летал, теперь вот обратно вернулся в твоё распоряжение. — Каким‑то уж больно будничным тоном ответил он и подойдя ко мне протянул правую руку для приветствия. Крепко её пожав, я с прищуром взглянул на штаб‑майора и вкрадчиво так поинтересовался:

— А с чего бы, я ж тебя по статусу даже и не ровня вовсе, а тут вдруг в моё подчинение?

Многозначительно хмыкнув, Рашпиль открыл тактический планшет и вынув из него старомодный конверт, запечатанный несколькими сургучными печатями и молча протянул его мне. Взяв его и внимательно рассмотрев печати, я вскрыл конверт и вынув несколько стандартных листов и вчитался в текст, вот только особо ничего не понял. Текст содержал какие‑то графики, таблицы и изображения по всей видимости ДНК, да ещё к тому же изобиловал многочисленными научными терминами, в которых я признаться честно, ни в зуб ногой. Оторвав свой взгляд от текста, я хмыкнул и задал штаб‑майору вопрос:

— И что сие означает?

Леонид в некоторой задумчивости чуть пожевав губами, заговорил:

— Исходя из проведённых лабораторных исследований достоверно доказан тот факт, что с биологической точки зрения ты русский, мало того мы с тобой находимся в дальнем родстве. У нас с тобой общий предок, ДНК генеалогия не ошибается Тур.

— И что из этого следует, я должен всецело подчинятся Совету старейшин из Новой Москвы?

— Совсем не обязательно, — с выдохом, отозвался штаб‑майор, — свободы личного выбора тебя никто не вправе лишить, да это и невозможно в принципе, за исключением тех вопросов, которые касаются выживания всего нашего народа в целом. Здесь мы с тобой в совершенно одинаковом положении…. Есть только один вопрос, кто ты такой Легионер Тур?

Гммм…хороший вопрос, на который я и сам не прочь бы услышать предельно откровенный ответ, но прежде чем отвечать на поставленный вопрос следовало кое‑что для себя выяснить….

— Хорошо я отвечу, но сначала будь добр Леонид объяснить, что от меня на самом деле хочет Совет старейшин или командование Генерального штаба Империи Орла.

— Хммм… вот так просто и не ответишь, на, казалось бы, такой простой вопрос. — Задумчиво протянул штаб‑майор, разминая пальцы и помолчав некоторое время, тихим голосом стал говорить:

— Мы русские слишком долго жили за изолированно от всего остального мира, мы восстанавливались после того как нас почти всех уничтожили, но мы выжили и восстали из пепла и теперь пришло время нам о себе заявить во весь свой могучий голос. Именно по этой причине Совет старейшин послал к тебе на помощь сотню лучших бойцов под моим началом, вот такие дела Тур.

Пройдясь вдоль разведывательной аппаратуры, я остановился возле панорамного окна и посмотрев на зарево пожарищ, заговорил:

— Не спорю, звучит красиво, вот только для того чтобы нас услышали и уж тем более последовали за нами надо предложить миру нечто альтернативное и крайне привлекательное, а я этого что‑то не наблюдаю, от слова совсем. Налицо ваше стремление жить обособленно и заниматься своими внутренними проблемами, а этим никого на свою сторону не привлечёшь. Мы — русские давно перестали быть национальностью как токовой, мы стали нечто большим, чему я пока определения подходящего подобрать не могу. Именно по этой причине надо предложить людям и миру альтернативную даже не повестку дня, а альтернативный взгляд на мир и на жизнь, иначе Новая Москва обречена существовать на задворках человеческой цивилизации, а это не достойно столь великого народа как мы….

Штаб‑майор Рашпиль молчал долго. Он напряжённо думал, посматривая загадочным взглядом то на меня, то на полыхающие пожарища которых за последнее время существенно прибавилось. Там гибли люди, много людей, там ручьями и даже реками текла человеческая кровь, там были страдания и огромное человеческое горе. Я мог остановить его сейчас своим волевым решением, но не мог позволить себе этого сделать как ни хотелось, иначе в будущем всё повторится вновь только в куда худшей форме, надо было ждать. Ждать, когда основные силы аристократов и поддерживающих их олигархов падут на поле брани и только тогда я отдам команду боевым подразделениям пойти в атаку и добить тех, кто остался. Проблему эту надо было решить одним ударом, при этом не распыляя свои скудные силы, иначе Священный Союз ещё сильнее раздует всепоглощающий на своём пути пожар хаоса и тогда никто и ничто его не сможет остановить….

— Так кто же ты такой есть легионер Тур? — Послышался за моей спиной вопрос штаб‑майора произнесённый необычным для него тоном, в котором ощущались просительные нотки. Не став больше тянуть время я, не оборачиваясь к нему, заговорил:

— Фамилия моя настоящая и имя с отчеством совершенно ничего тебе не скажут, они обычные и по большому счёту ничем не примечательные в том мире или времени откуда я неведомым путём перенёсся сюда. Быть может это сон страшный или параллельная реальность я до сих пор не разобрался, а если честно, то и разбираться‑то не хотел. Родился, был любим родителями, когда вырос пять лет по контракту служил в армии, отслужив занялся мелким бизнесом и прогорел, пошёл в мастерскую автослесарем, где и проработал три месяца и надо было такому случится, у одного из мастеров сын родился и он как положено проставился, я выпил, уснул и…. Очнулся неведомо где, да ещё и к тому же в чужом совершенно теле, как оказалось принадлежащему быку из банды Кабана. В общем, обычная и ничем не примечательная жизнь обычного рядового человека, за исключением конечно того, что я какими‑то неведомыми силами оказался здесь и сейчас с тобой разговариваю. Больше мне тебе добавить нечего, это вкратце и вся моя история.

Штаб‑майор смотрел на меня разинув рот от удивления, но быстро взяв себя в руки, с клацаньем зубов захлопнул нижнюю челюсть и в растерянности почесав стриженный затылок, проронил:

— Да уж, вопросов стало после твоего признания ещё больше.

Помолчав некоторое время лейб‑гвардеец, не находя для себя хоть какого‑нибудь приемлемого логического объяснения, резко дёрнулся и неожиданно осипшим голосом воскликнул:

— Ну хоть эпоху свою назови или там выдающиеся исторические персоналии, которые жили в твоё время, иначе ориентироваться ну нет никакой возможности!

Да уж, и ответить нечего чем примечательна моя эпоха, разве что развал СССР и предательство своего народа элитой этого великого государства…. Прямо‑таки стыдно и до глубины души обидно за свою эпоху честное слово….

— Сталин, Гитлер, победа в тяжелейшей Великой отечественной войне нашего народа завершившейся водружением красного знамени на рейхстаге в Берлине, Юрий Гагарин впервые в истории человечества вышедший в космос на орбиту Земли 12 апреля 1961 года. Ну и конечно развал первого в истории социалистического государства под названием СССР в 1991 году, правда я тогда маленьким был, но тем не менее помню, как нам всем тяжело было….

Штаб‑майор лейб‑гвардии глядя на меня выпученными до предела глазами зашатался и схватившись за голову, не своим голосом взревел:

— Боже ты мой, это же более трёх тысяч лет прошло!!! Невероятно, надо немедленно доложить Совету старейшин.

— И что это даст? — Без всяких эмоций взирая на мечущегося офицера, поинтересовался я, даже не надеясь получить сколько‑нибудь вразумительного ответа.

— Ну как же?! Если всё, то что ты рассказал правда, то это самое настоящее грандиозное событие для нашего народа!

— Может да, а может нет, не мне судить, — с пренебрежением обронил я, — но точно знаю, что мне надо делать сейчас. Бери свою сотню и выдвигайся на Юго‑Восток в помощь барону Симеону Альбрехту. Помогите ему пробить гуманитарный коридор для того чтобы вывести из зоны боевых действий страдающее мирное население. Коды связи и декодер для прямой связи с подполковником возьми у дежурного связиста.

— Будет исполнено Сир! — Лихо козырнув, выпалил он и быстро покинул аппаратную.

Я опять остался в одиночестве продолжая с затаённой болью взирать на пламя пожарищ, окутавших весь горизонт.

Вот и выяснилось наконец где я оказался. Вот оно какое далёкое будущее…. Какое‑то безрадостное оно если честно, — подумалось мне, — прошли тысячелетия, а натура человеческая так и осталась прежней. Те же склоки и свары за власть и влияние, всё та же внутривидовая борьба за самок, доминантность и ресурсы, только инструменты этой борьбы стали куда как совершеннее….

Противно зазвенел сигнал вызова. Скосив свой взгляд на коммутатор, я мысленно дал команду на соединение и на экране появилось хмурое лицо криминального авторитета.

— Приветствую Тур, ты случаем в ближайшие сутки не собираешься отдать нам команду штурмовать родовые замки этих полоумных принцев? — Без всяких церемоний поинтересовался он, исподлобья посматривая на меня, в позе которого ощущалось немалое внутреннее напряжение.

— Нет, а в чём собственно дело Зубец?

Выдохнув с облегчением он, улыбнувшись одними губами, стал отвечать:

— Да видишь какое тут дело Тур, конкуренты зашевелились и собираются за мой счёт поживиться и меня в сторону отодвинуть, надо им показать, что они глубоко ошибаются на мой счёт.

— Так в чём же проблема, покажи кто тут хозяин, как минимум два, а то и три дня у тебя в запасе точно есть…. В общем, четыре дня я тебя беспокоить не буду, но по истечении этих дней будь готов начать штурм родовых замков принцев и их вассалов.

— Я тебя понял Тур и фарта тебе большого, он нам всем ой как нужен. — Скороговоркой проговорил Зубец и отключил связь.

Усмехнувшись, я прошёлся до пульта управления разведывательными дронами и присев в кресло задумался, что‑то в этом роде я и ожидал. В такие времена криминал всегда выходит на большую дорогу, так как все сдерживающие его механизмы испаряются без следа. В первую очередь в дело вступают давно организованные группировки, а за ними следом сбиваются всевозможные шайки различного разлива и начинают творить разбой с беспределом и в какой‑то момент им становится тесно, и они начинают воевать друг с другом за резко сужающуюся кормовую базу. Чем больше они перебьют друг друга в междоусобице тем народу будет легче, да и в дальнейшем наводить порядок будет куда проще, так как основная часть отморозков сгинет от рук таких же, как и они сами.

— Вот же компанию я себе подобрал, — пробурчал я себе под нос, — мелкие аристократы, бандиты и бизнесмены средней руки, налётчики и люди без будущего у которых вдруг появился лучик надежды занять более высокую социальную нишу и тем самым добыть себе и своим детям это самое пресловутое будущее. Хотя конечно любой потомственный аристократ имеет основателем рода отъявленного головореза или бандита. Не зря же в элите давно существует неписанное правило, если основатель твоего благосостояния добился своего капитала менее чем триста лет назад, то элита с тобой даже и разговаривать не будет, ты никто для них и звать тебя никак. Именно время легализует начальный капитал, добытый далеко не благовидным образом. Исключения, конечно, бывают как же без этого, вот только это исчезающе малая редкость, только лишь подтверждающее общее правило…. Стану ли я этим исключением Бог весть. Скорей всего нет, чем да, из‑за отсутствия за своей спиной длинной вереницы аристократических предков единственным моим весомым аргументом является мощная военная сила и сила спецслужб которых у меня по сути и нет…. Правда после учинённого аристократами кровавого погрома в центральном округе королевства Лейрин и у них не останется сколько‑нибудь серьёзной военной силы и на это вся моя надежда….

От перенапряжения я потёр виски и вскрыв само разогревающуюся консервированную банку крепкого натурального кофе и малыми глотками опустошил её. Смяв банку и бросив её в утилизатор, я вывел на экран изображение, транслируемое с нескольких десятков разведывательных дронов и пересмотрев их, тяжко вздохнул. Ожесточённое побоище продолжалось всё с тем же накалом и даже не думало останавливаться, радовало только одно, подполковник Альбрехт при поддержке сотни Леонида Рашпиля начал пробивать гуманитарный коридор, благодаря чему появились первые беженцы, спешившие поскорее покинуть столь опасное место. Зрелище было не из приятных, смотреть на это было выше моих душевных сил, сердце кровью обливалось, но я продолжал смотреть, пока вновь не сработал настойчивый вызов коммутатора. Тяжело поднявшись с кресла, я переключился с трансляции на вызывающего меня абонента секретной связи.

— Привет Тур, как твои дела?

— Да в общем не жалуюсь Лосяра, а ты‑то как сам?

Мой заместитель, а теперь уже полноценный командующий ферсианского подполья, нахмурив брови, помолчал некоторое время и негромко произнёс:

— Тур, я только что получил прямой приказ начать подготовку к восстанию. На всё про всё мне отвели ровно один месяц начиная с сегодняшнего числа. Я пытался возражать, слишком мало времени отвели, но меня послали очень и очень далеко, правда командование обещалось в ближайшую неделю прислать к нам на помощь несколько сотен бойцов ОСНаза для усиления, вот такие дела Тур.

— Вот так… значит завертелось. — Протянул я, лихорадочно соображая к чему такая спешка потребовалась Генеральному штабу Империи Орла и не находил ответа, информации катастрофически не хватало. Постояв в задумчивости несколько мгновений, я поинтересовался:

— И что ты планируешь делать?

— Выполнять поставленный приказ, — выдохнул он, — несколько вариантов плана давно подготовлено, да и люди уже засиделись, рвутся в бой, вот только после всего от нас мало что останется, хотя конечно в последнее время крестоносцы по какой‑то причине вывели с Ферси и системы Ардана около половины всех своих оккупационных сил, но нам и оставшихся за глаза хватит.

— Ты главное наш костяк сохрани, да и сам постарайся не подставляться, ты мне здесь в королевстве Лейрин позарез нужен, проверенных и надёжных людей катастрофически не хватает, а дальше так и вообще задница большая на горизонте маячит.

— Гммм… задница — это череда неприятных событий, а большая жопа — это целая череда таких задниц, приведших к большой жопе, а раз так, то не всё у тебя так плохо и это радует. — Хохотнул Лось и ухмыльнувшись хотел было со мной попрощаться, но я его остановил.

— Подожди Лосяра, дело есть. Не хотел я через тебя на командование выходить, но видимо придётся. Наш куратор Химера со своими бойцами погиб на моих глазах, в борт глайдера мощной ракетой саданули, даже защита не спасла, так что я всякой связи лишился. Сообщи им, мне срочно требуется связь и чёткое взаимодействие с Главным разведывательным управлением Генерального штаба. Этот канал связи со мной им передай, а сам переходи на резервный, нечего им знать о чём мы с тобой разговариваем.

— Хорошо Тур, я передам. — Хмуро отозвался он и пожелав мне всего хорошего, отключился.

Что‑то происходило в мире…. Происходило что‑то нехорошее, а вот что конкретно было совершенно непонятно, ясно было только одно, это что‑то явно очень тревожное, ведь не просто так командование отдало приказ в экстренном порядке начать подготовку к восстанию на Ферси. А тут ещё и побоище в королевстве Лейрин до кучи. Ох не к добру это всё, не к добру….

Снедаемый тревожными предчувствиями я вошёл в сеть и открыв папку с новостными каналами и углубился в изучения последних сообщений. На первый взгляд всё было как обычно, сплетни, интриги, расследования, скандалы в гламурной среде больше смахивающих на пиар компании по продвижению себя любимых, но тем не менее определённо что‑то было не так. Вот к примеру побоище, устроенное аристократами в королевстве Лейрин практически не упоминалось, разве что вскользь. Всё выглядело так как будто ничего серьёзного не случилось и нет многочисленных жертв из числа мирного населения. Не показывали это инфоканалы не только Священного Союза, но и Империи Орла, как будто единый центр нажал кнопку и отключил электричество или наложил строжайшее табу. Для чего, зачем, непонятно.

Подумав немного я решил подойти к этому делу с другого конца и вошёл в самые популярные социальные сети. Перелопатив целую кучу страниц разных блогеров я кое‑какую скудную информацию раскопал. Судя по отдельным фразам и предложениям в столице Священного Союза проходили массовые манифестации протеста против действующего Президента Рудольфа Чентая, да и в столице Империи Орла было нечто похожее, правда далеко не столь масштабное.

Оставив терзать соцсети, я вышел на городские форумы обоих столиц и, внимательно пересмотрел многочисленные подфорумы. В них было полным‑полно всякого бреда и откровенной ахинеи, те кто её нёс воображали из себя непризнанных обществом и властью то ли гениев, то ли выдающихся интеллектуалов современности. В общем, много там было городских сумасшедших помешанных на разных тематиках, но среди всего этого информационного шлака изредка попадались интересные сообщения и переписка блогеров, правда она была крайне поверхностной и не открывала полной картины происходящего, но на кое‑какие моменты она раскрыла мне глаза. В столицах Священного Союза и Империи Орла происходили некие странные события, скрытые от глаз рядового обывателя, где‑то кого‑то арестовывали или сажали под строгий домашний арест, кто‑то против кого‑то протестовал или сторонники разных сил сталкивались между собой. Похоже, кто‑то целенаправленно раскачивал накал страстей и это рано или поздно должно было выстрелить, вот только в какую сторону большой вопрос….

Эх, мне бы свою собственную биг дейту или Большие данные собирающую и анализирующую деятельность пользователей в сети, тогда бы и реальная картина открылась мне, в том числе и социологического характера. А так приходится в ручном режиме перелопачивать и анализировать, а это никуда не годится, слишком много информационного мусора, в котором теряется настоящая информация. — С тоской подумалось мне, от чего на душе становилось всё поганее и поганее и ничего с этим я поделать не мог, не мой уровень компетенции…. Мне до него как до Луны раком, если не дальше….

Резко поднявшись и пройдясь по аппаратной, я остановился возле зеркала и, увидев своё утомлённое отражение, глубоко вздохнул и, подмигнув самому себе, с чувством произнёс:

— Если уж я ни на что не могу повлиять, то прочь все сомнения, делай что должно — случится то чему суждено.

Резко развернувшись, я подошёл к коммутатору и набрал соединение с командующим эскадрой.

— Здравствуйте адмирал.

— Здравствуйте Сир.

— Скажите, когда возглавляемая вами эскадра займёт боевые позиции?

Бравый адмирал сверился с поступающими данными и ответил:

— Через сутки Сир эскадра выйдет на рубеж атаки, а ещё через сутки мы уничтожим все военные флотилии принцев и займём орбитальный терминал и уже никто нас оттуда вышибить будет не в состоянии, разве что, если в наши дела не вмешается Орден крестоносцев.

— На всё воля Святых стихий адмирал. — Выдохнул я и, выдержав некоторую паузу, пожелал ему и бойцам его флотилии удачи в предстоящем сражении и, попрощавшись, отключил соединение. Подразделения выходили на исходные рубежи и до часа икс оставалось всё меньше и меньше времени.

Глава‑2

Начальник разведывательного управления Империи Орла, полный адмирал Савелий Карионт пребывал в прекрасном расположении духа, его план под кодовым названием «Ёжики в тумане» воплощался в жизнь без сучка и задоринки. Оккупированная планета Ферси Орденом крестоносцев стала отличным полигоном для отработки новейших технологий ведения войны, да к тому же позволила насытить Священный Союз значительным числом глубоко внедрённой агентуры. Последняя партия и двух сотен подготовленных разведчиков должны были отправится на Ферси через пару дней, где они во время восстания под видом беженцев должны были разойтись по всей территории Союза. Ему было чем гордится, настолько масштабной и настолько успешной операции по внедрению глубоко законспирированной агентурной сети Империя Орла не проводила очень давно. Это был его личный триумф как руководителя Главного разведывательного управления, и он имел все основания считать, что эта его блестящая во всех отношениях операция войдёт со временем во все учебники и наставления для спецслужб….

Столь благодушный настрой неожиданно прервал настойчивый сигнал оповещения его рабочего ежедневника. Взглянув на дату и время, он беззлобно выругался сквозь зубы. Он был приглашён на очередное заседание закрытого клуба «Щит и меч» в который входили все значимые представители силовых структур Империи, в том числе и те, кто вышел в разное время в отставку. Ехать не хотелось, но пропустить не представлялось возможным, так как этот его поступок в обществе восприняли бы не иначе как моветон. Делать было нечего, надо было ехать. Переодевшись в цивильный костюм от лучшего кутюрье столицы, адмирал Карионт покинул свой рабочий кабинет и направился в ангар где находился его служебный глайдер и наряд охраны, а спустя пять минут он уже летел за пределы городской черты, где и находился хорошо охраняемый клуб.

Прилетев на место, адмирал, пройдясь по живописному парку вошёл в двухэтажный особняк и натурального тёмно‑бурого кирпича, выложенного вручную где, был с почестями встречен дворецким и сопровождён в барный зал, где обычно любили обитать те, кто прибыл несколько раньше назначенного времени. Присев за барную стойку и, заказав себе слабоалкогольный коктейль, адмирал только теперь позволил себе оглядеть зал. Зал был практически пустой, только лишь несколько маленьких компаний вели между собой неспешный разговор, совершенно не обращая никакого внимания что происходит вокруг, так как каждый столик был защищён индивидуальным полем, не позволяющим вести прослушку. Некоторых из присутствующих по роду своей службы он знал в лицо, и какие они занимают должности, но и только. Более близких друзей или знакомых в барном зале не было. Нисколько не расстроившись данному обстоятельству, адмирал приложился к трубочке и вдруг услышал за своей спиной приглушённый возглас давно ему знакомого человека. Поставив на столешницу свой бокал, он медленно обернулся и произнёс:

— Давненько мы с тобой не виделись Гордей, наверное, уже года как три после того как ты подал рапорт на отставку. Как на заслуженной пенсии живётся проживается?

— Не жалуюсь Савелий, тем более сейчас мне платят куда как больше чем на государевой службе. Работа мне нравится, хотя и не совсем по моему профилю, но главное своего личного времени много. — Отозвался полковник в отставке ещё три года назад служивший в отделе кадров центрального аппарата ВКС Империи Орла.

— Присаживайся Гордей и расскажи где работаешь. — Предложил Карионт, желая расспросить своего давнего знакомого, как там живётся на гражданке, ведь недалёк тот час, когда и он по истечении положенного возраста пойдёт в отставку.

Устроившись поудобнее за барной стойкой и заказав себе бокал виски со льдом, отставной полковник сделал пару маленьких глотков и, поставив бокал на столешницу, заговорил:

— Первые полгода я, как и многие рыбалкой и охотой занялся, да в спортзале себя гонял, сгоняя лишний жир, но потом решил на работу устроится. Ещё полгода разные места сменил, пока не осел на должности начальника службы безопасности в одном из крупнейших информационных агентств. Работа не пыльная, да и свободного времени завались….

Внимательно вглядевшись в лицо бывшего сослуживца, Карионт будучи опытным человеком подметил некое несоответствие, между словами, голосом и выражением глаз, в которых затаилась глубокая печаль.

— Что‑то ты брат темнишь…. Что случилось‑то? — Напрямую без всяких политесов задал он вопрос своему собеседнику.

Тяжело вздохнув, Гордей, сделав один большой глоток виски и лихо выдохнув стал совсем тихим голосом отвечать:

— Что‑то неладное в нашей Империи происходит, а что понять никак не могу, концы с концами как‑то не сходятся. Какие‑то сектанты постоянно приходят в редакцию и главному редактору огромные суммы предлагают за прямые трансляции своих проповедей, да и не только они. Представители крупнейших корпораций чуть ли не по нескольку раз на дню объявляются и тоже что‑то продвигать собираются. Прямо‑таки паломничество какое‑то честное слово. За последнее время к тому же открылась целая куча всяких там обществ, институтов и других шарашек по изучению будущего и давай продвигать свои прожекты, в большей своей части проходящие по части творчества городских сумасшедших. Не знаю, чем всё это закончится, но что‑то мне подсказывает ничем хорошим. Какое‑то поветрие сумасшествия и иррационального поведения в воздухе витает и определённо негативно сказывается на настроениях в обществе. Подозреваю, некто задумал дестабилизировать Империю….

Замолчав, отставной полковник, сделав глоток виски и с отвращением отставив бокал в сторону полез во внутренний карман пиджака и достав флэшку и протянув её адмиралу, произнёс:

— Здесь мои некоторые соображения и записи с видеокамер, а также сканы документов из сейфа главного редактора. Я хотел их лично министру госбезопасности передать, но подозреваю с ним поговорить желающих будет вагон и маленькая тележка, так что до меня даже очередь не дойдёт, благо ты подвернулся, вот тебе и отдаю. Посмотри на досуге, думаю тебе будет интересно….

Поднявшись, полковник в отставке хмуро оглянулся и сделав пару шагов в сторону выхода и повернув голову, с извиняющимся тоном произнёс:

— Пойду я проветрюсь на свежем воздухе, что‑то мне дурно стало.

Проводив задумчивым взглядом своего давнего сослуживца, адмирал Карионт повертел в руках флэшку и засунув её в отдельный кармашек портмоне и одним махом допив слабоалкогольный коктейль, решительно поднялся и хотел было проследовать за Гордеем и более подробно его расспросить, но в этот момент сработал служебный коммуникатор. Взглянув на адресата, он подобрался и окружив себя защитным полем высшей категории, включил соединение.

— Приветствую Савелий, я вижу ты в клубе, жаль, что пришлось тебя потревожить, но нас срочно вызывает к себе Император. Час тебе хватит чтобы добраться до резиденции? — Послышался встревоженный голос Начальника Генерального штаба Империи Орла князя Афкура.

— Хватит.

— Тогда жду тебя в приёмной ровно через час.

Отключив связь, адмирал глубоко вздохнул и направился на выход и уже подходя к стеклянным дверям заметил какую‑то суету на лестнице. Не подозревая ничего плохого, Карионт самостоятельно открыл дверь и от увиденной картины замер на какое‑то мгновение. На ступеньках головой вниз лежал в небольшой луже собственной крови его давний сослуживец полковник ВКС в отставке Гордей Марховский. Не обращая внимания на нервную суету стюардов, адмирал приблизился к телу и присев на корточки пощупал пульс. Его не было, его старый сослуживец был мёртв.

Медленно поднявшись и протерев руки салфеткой, адмирал оглядел суровым взглядом мрачных стюардов и командным голосом что есть мочи рявкнул:

— Что здесь произошло?!

— Не могу знать господин адмирал! Вышел человек, стал спускаться по лестнице и вдруг схватился за сердце, покачнулся и рухнул как подкошенный, никто даже среагировать не успел, настолько это быстро произошло. — По‑военному отчеканил стюард, видимо отставник из нижних чинов.

Пристально оглядев замерших стюардов, адмирал задал вопрос:

— Полицию уже успели вызвать?

— Ни как нет, только собираемся.

— Значит так, полицию не вызывать, тело не трогать и никого к нему не допускать, я пришлю своих спецов из лаборатории. Приказ понятен?

— Так точно господин адмирал!

— Выполнять.

Окружив себя защитным полем, Карионт в экстренном порядке вызвал дежурный наряд криминалистов, после чего лично убедившись в качестве выполняемого приказа вылетел в резиденцию Императора. Весь недолгий полёт он корил себя за то, что так и не успел подробно расспросил своего давнего знакомого, но теперь уже с этим ничего не поделаешь, его нет, осталась только его флэшка….

Прибыв в резиденцию императора, адмирал, пройдя через сканирующие устройства прямиком направился в приёмную и оказавшись там увидел мрачного начальника Генерального штаба и подойдя к нему, поздоровался и присел рядом.

— Савелий что‑то на тебе лица нет, случилось чего? — Поинтересовался он, заинтересованно рассматривая всё ещё бледное лицо начальника Главного разведывательного управления.

— Конечно случилось. В клубе «Щит и меч» я встретился со своим знакомым отставником полковником Марховским, он кое‑что интересное мне поведал и передал флэшку с какими‑то материалами, а когда я направился на выход чтобы сюда прилететь, увидел его мёртвым с разбитой головой на мраморных ступеньках. Я своей властью запретил вызывать полицию, так как нет у меня к ней доверия и вызвал своих ребят, пусть точно установят причину смерти, похоже здесь что‑то не чисто. Собираюсь в этой истории разобраться лично. — Полушёпотом ответил адмирал Карионт и сделав короткую паузу, задал вопрос:

— В случае не знаешь по какому поводу нас вызвал император?

— К моему глубокому сожалению не знаю. — Со вздохом отозвался князь, в глубине души ощущая внутреннее беспокойство, такие срочные вызовы как привило не сулили ничего хорошего.

Адмирал Карионт хотел было ответить, но в этот момент отворилась массивная дверная створка и в приёмную вошёл личный секретарь императора и чуть склонив голову обратился к князьям:

— Ваши светлости пройдёмте на аудиенцию, император ждёт вас.

Степенно поднявшись, высшие офицеры вооружённых сил Империи Орла отвесив в ответ учтивый поклон, прошли в соседнее помещение где ещё раз подверглись досмотру чутких сканирующих устройств безопасности и только после этого оказались в рабочем кабинете Его Императорского Величества Фердинанда XII. Вытянувшись по струнке, они отдали честь своему верховному сюзерену и замерли, ожидая разрешения присесть.

— Проходите господа и присаживайтесь. — Устало проговорил император, отложив в сторону довольно внушительную папку с документами для подписи.

Дождавшись, когда старшие офицеры присядут, Фердинанд XII вздохнув и поднявшись, прошёлся вдоль массивного письменного стола и вдруг резко остановившись, распорядился:

— Как идёт подготовка к восстанию на оккупированной крестоносцами планеты Ферси?

Переглянувшись друг с другом и мгновенно разобравшись кому отвечать на поставленный вопрос, поднялся адмирал Карионт и оправив полы гражданского смокинга, стал отвечать:

— Подготовка к восстанию идёт в соответствии с ранее утверждённым планом. Через двадцать восемь дней ферсианское подполье скрытно возьмёт под свой контроль две орбитальные крепости, а также станцию объективного контроля космического пространства. Это первый этап, на следующем этапе операции будет взят под полный контроль космопорт и его оборонительные комплексы, а вот на третьем самом опасном этапе штурмовые группы подполья совершат дерзкое нападение на центральный склад вооружения и боеприпасов. Это отвлекающие атаки, которые заставят командование выдвинуть все наличные силы для отражения нападения и попадут в заранее подготовленные засады, а так как космопорт будет в наших руках, они лишатся воздушного прикрытия и соответственно достаточно быстро будут уничтожены. Завершающим этапом операции будет выдвижение основных сил ферсианского сопротивления сразу по нескольким направлениям в столицу чем вызовут страшную панику и немедленную эвакуацию которой мы противодействовать не собираемся, так как с этой толпой на гражданские суда проникнут и наши нелегалы, подготовленные для глубокого внедрения в различные структуры Священного Союза. Через сутки после захвата всех ключевых стратегических точек на Ферси подойдёт усиленная эскадра ВКС и возьмёт под свой контроль всю систему Ардана и на этом освобождение оккупированной территории можно считать завершённой. Правда ещё долгое время после этого придётся держать карантин для местного населения и проводить его плотную фильтрацию выискивая вражескую агентуру и коллаборационистов, но это уже дело техники и головная боль министерства государственной безопасности.

Помолчав в задумчивости некоторое время, император, глядя на статую Венеры, вкрадчиво поинтересовался:

— А что делать с бойцами подполья вы продумали, ведь они далеко не законопослушные подданные, да к тому же хорошо вооружены и имеют серьёзную подготовку конспиративной работы привыкшие сами себя считать властью?

Князь Афкур которому и был адресован вопрос поднялся и нахмурив брови, стал обстоятельно отвечать:

— Да действительно ферсианское подполье — это большая проблема, тем более что в их рядах довольно значительное число представителей криминальных кругов и после освобождения планеты они вероятнее всего продолжат своё ремесло, влившись в бандитские группировки или скорей всего образуют новые, а это крайне опасно. Для того чтобы избежать в будущем проблем или по крайней мере в значительной степени купировать её следует сразу после освобождения планеты часть боевых отрядов мобилизовать в действующую армию. Других более заслуживающих доверия направить на учёбу, а затем назначить на различные низовые должности в госаппарате, причём равномерно распределив их по всей территории Империи, а самых отмороженных отправить на помощь их бывшему командующему Джокеру, успешно действующему сейчас в королевстве Лейрин.

— Поддерживаю. — После непродолжительного молчания, согласился император и вновь задал начальнику Генерального штаба вопрос:

— Это всё конечно хорошо и правильно, но как быть с социальной сферой местного населения?

— План есть. На первое время конечно не обойтись без масштабной гуманитарной интервенции, но в дальнейшем после ревизии местного производства будут построены в достаточном количестве промышленные и аграрные предприятия, позволяющие радикально сократить безработицу и со временем вывести уровень жизни в один уровень со всей остальной империей.

Присев в рабочее кресло Фердинанд XII в глубокой задумчивости обведя взглядом свой кабинет заговорил:

— Вы хорошо поработали на благо империи господа, но освобождение оккупированной системы Ардана лишь малая часть общей картины происходящего. Сейчас основные ключевые события происходят в королевстве Лейрин. Жаль конечно, что погиб такой способный офицер разведки как Химера, но уж с этим ничего не поделаешь. Именно по этой причине я хочу услышать ваши профессиональные соображения относительно того как нам поступить в предложенных жизнью обстоятельствах?

Князь Афкур пожевав губами, взглянул на начальника Главного разведывательного управления и стал отвечать:

— Считаю, что на данном этапе мы сделали всё от нас зависящее, разве что после освобождения от крестоносцев системы Ардана следует передать всё трофейное вооружение и боеприпасы агенту Джокеру ну и подбросить некоторое количество боеприпасов для военно‑космической флотилии, в особенности для авиакрыла единственного авианосца. Вмешиваться сейчас нам не выгодно как с политической точки зрения, так и с экономической. Всё дело в том, что империи придётся основательно вложиться в восстановление Ферси, а это огромные затраты. Пусть в эту катавасию урусы как можно глубже встревают, а мы в сторонке постоим и посмотрим, а в случае необходимости будем негласно события корректировать в нужную нам сторону. В общем, примерно где‑то так.

Побарабанив пальцами правой руки по лакированному столу, Фердинанд XII поднял голову и кивнув каким‑то своим мыслям, произнёс:

— Да вы совершенно правы князь, мы сделали всё что в наших силах, разве что стоит агенту Джокеру подбрасывать некоторые необходимые ему разведданные. Пусть всё идёт как идёт, а мы пока постоим в сторонке и понаблюдаем за всем происходящим, тем более у нас самих в империи далеко не всё в порядке, некто в преддверии выборов в нижнюю палату Сената начинает раскачивать внутриполитическую обстановку, но это уже не ваши проблемы, а проблема министра Государственной безопасности. На этом и завершим сегодняшнюю аудиенцию, но имейте ввиду, через десять дней на очередном заседании Совета безопасности я жду от вас подробных докладов.

Откланявшись, адмиралы покинули рабочий кабинет императора и уже в приёмной договорившись, встретится ещё раз сегодня вечером и обсудить предстоящую операцию, после чего разъехались. Адмирал Карионт прибыв в свой рабочий кабинет и усевшись в кресло ознакомился с поступающей оперативной информацией. Ничего особо ценного или выходящего за рамки обычной текучки не было и поэтому он смог позволить себе немного расслабится, но вспомнив о гибели в клубе его давнего сослуживца, достал из кармана флэшку и открыв папки, стал их изучать. Внимательно перечитав многочисленные сканы разных контрактов и бухгалтерских отчётов, он, особо ничего не поняв, перешёл к просмотру видеофайлов и вот на одном из коротких видео он увидел, как главный редактор общается с одним из оппозиционеров, а рядом с ними находился представитель одного из международных фондов, специализирующихся на продвижении демократии и прав человека. Звука не было, но специалистам не составляло никакого труда выяснить текст разговора. Закрыв папку с видеофайлами, Карионт взялся читать запись от руки сделанную полковником Марховским и вот тут‑то он наконец сообразил, что это за контракты и бухгалтерские отчёты, это была чёрная бухгалтерия информационно‑коммуникационной корпорации. Скопировав файлы на другую флэшку, адмирал вызвал начальника спец лаборатории и выяснив есть ли первичный результат тела покойного офицера, потребовал немедленно прибыть с результатами к нему в кабинет. Спустя пятнадцать минут в кабинет вошёл пятидесятилетний полковник и отдал воинское приветствие. Получив разрешение присесть в посетительское кресло, он присел и молча передал папку с результатами исследований.

Открыв папку и вчитавшись он от удивления устремил свой взгляд на офицера и проговорил:

— Значит всё‑таки полковник Марховский был отравлен.

— Так точно господин адмирал, отравлен спецпрепаратом?232 произведённым спецлабораторией?2 около трёх месяцев назад, номер партии установлен. Данный яд состоит на вооружении нашего управления и МГБ, определить его в организме обычными средствами невозможно, он практически полностью разлагается. Яд попал в организм через пищу двенадцать часов назад, в обычных условиях данный спецпрепарат гарантированно убивает через десять часов, противоядия не существует, но из‑за того, что погибший принимал сильнодействующий иммуностимулятор, действие яда немного замедлилось. — Отчеканил начальник спецлаборатории, и помолчав некоторое время, заговорил вновь:

— Судя по номеру партии заказ на яд поступил от Главного разведывательного управления. Данная партия из тысячи двухсот ампул поступила на наш склад в полном объёме два месяца назад. Исходя из складских ведомостей она там сейчас и пребывает и за прошедшее время никто его не заказывал. Тут только одно из двух, или ампулу украли со склада и её отсутствие не отражено в документах или в лаборатории?2 сделали больше заказанных единиц, других вариантов нет и быть не может. Данное изделие производит только одна лаборатория, другие такой компетенцией не обладают.

Услышав отчёт начальника спецлаборатории, адмирал Карионт замер и пристально посмотрев на химика, с протяжкой произнёс:

— Похоже дело приобретает совсем уж скверный оборот….

— Куда уж хуже, это грандиозный скандал если эта информация утечёт в средства массовой информации.

Тяжело вздохнув, адмирал Карионт распорядился:

— Примите все возможные меры чтобы не допустить утечки, отвечаете лично.

— Есть принять меры! — Выдохнул полковник, вполне себе отдавая отчёт насколько это опасно, убийство спецпрепаратом особого назначения доступного только для двух силовых ведомств грозило таким громким разбором полётов что неизбежно повлечёт за собой целую вереницу отставок от которых пострадают практически все….

— Хорошо полковник, можете быть свободными.

Начальник спецлаборатории удалился. Оставшись в одиночестве, Карионт от души выматерился. Такого поворота он себе и представить не мог, убийство попахивало конкретной подставой Главного разведывательного управления и лично его. Подумав немного, адмирал набрал номер начальника отдела спецопераций и вызвал его в кабинет. Контр‑адмирал Гринзбург появился в кабинете своего непосредственного начальника через полчаса, от него разило хорошим коньяком и элитным женским парфюмом, а на воротнике белоснежной рубашки отчётливо виднелся отпечаток женской губной помады. Отдав воинское приветствие, он присел напротив Карионта и замер ожидая, когда заговорит начальник.

— Константин ты что сегодня выходной? — Бесстрастно взирая на своего подчинённого поинтересовался Карионт.

— Нет, — с неудовольствием выдохнул он, — встречался с переводчицей из посольства Священного Союза, процесс вербовки, так сказать. Думается мне дама эта в ближайшей перспективе даст своё согласие работать на нас.

— Она знает кем ты в действительности являешься?

— Нет конечно, я уже давно работаю в образе предпринимателя из королевства Лейрин из старого дворянского рода, прикрытие то что надо, действует на всех в особенности на хорошеньких женщин. Хорошие манеры, правильная речь, красивые поступки и юмор с удачливостью творят чудеса.

Ухмыльнувшись, Карионт одобрительно качнув головой, молча протянул ему папку.

Гринзбург взял папку в руки и открыв её, внимательнейшим образом перечитал результат исследований спецлаборатории и его лицо медленно стало багроветь. Осторожно закрыв папку и медленно положив её на стол словно это была гремучая змея и выпустив воздух сквозь зубы, он поднял глаза на Карионта и охрипшим голосом заговорил:

— Это подстава с далеко идущими последствиями, удар направлен конкретно против нас.

— Я тоже так думаю, — согласился Карионт, — полковника Гордея Марховского убили столь экзотическим способом не просто так. Он передал мне флэшку с копиями чёрной кассы информационно‑телекоммуникационной корпорации, хотя он собирался передать её министру госбезопасности в клубе «Щит и меч». Переданные документы несомненно интересны, но не до такой степени чтобы его убивать столь экзотическим способом, для этого есть куда проще варианты. На мой взгляд, некто хотел, чтобы полковник, передав министру МГБ флэшку умер на его глазах. Скандал, топотание ногами высших сановников, истерика в СМИ и в результате экспертизы выясняется, что к этому убийству причастно ГРУ. Как думаешь какие были бы последствия?

Контр‑адмирал Гринсбург напряжённо думал несколько минут, Карионт ему не мешал. Потерев виски начальник отдела спецопераций глубоко вздохнул и заговорил:

— Похоже в преддверии неких событий кто‑то решил столкнуть между собой МГБ и ГРУ и тем самым парализовать эти силовые структуры. Надо ещё посмотреть вполне возможно и с МВД могут приключится большие неприятности. Ничего не скажешь, красивая картинка получается…. От которой между лопаток мурашки холодные в истерике бегают.

— Вот то‑то и оно. — Проворчал Карионт и поднявшись с кресла, посмотрел в окно и распорядился:

— В общем так, подбери самых проверенных и надёжных людей и пусть они хоть носом землю роют, но выяснят кто убил полковника Марховского, а как выяснят оттого и плясать дальше будем. Я понимаю, это незаконно, ГРУ действовать на внутренней территории империи запрещено на законодательном уровне, но у нас иного выхода нет.

— Разрешите выполнять?

— Иди Константин и да прибудут с тобой Святые стихии, да и забери папку с результатом анализов и флэшку и информацией переданной полковником.

Забрав документы, контр‑адмирал приложил правую ладонь к сердцу и развернувшись, стремительно покинул кабинет.

Продолжая задумчиво смотреть в окно, Карионт размял кисти рук и совсем тихо прошептал:

— Что‑то такое происходит, а что конкретно даже я сам ответить не в состоянии….

Глава‑3

Действительный тайный советник Рудольф Чентай исподлобья посматривал на мрачного Президента Священного Союза, он всё никак не мог решиться взять на себя ответственность поднять Национальную гвардию в ружьё. Ситуация медленно, но верно выходила из‑под контроля не только полиции, но и истеблишмента так называемого глубинного государства. Внутри элитные разборки давно перешли ту черту, за которую переходить было строжайше запрещено негласной конвенцией. Кто это сделал первым было уже не так уж и важно, однажды запустив процесс уличных протестов в борьбе друг с другом протесты в какой‑то момент зажили своей собственной жизнью. Конечно их можно было бы технично развести по принципу разделяй и властвуй, но это было возможно только в том случае если истеблишмент придёт к единому знаменателю, но этого не было и в помине. Противоборство элитных групп не только не утихало, оно с каждым днём обострялось и чуть ли не ежедневно пробивало очередное дно, за которое переходить было крайне опасно. Вся эта под ковёрная борьба ни на жизнь, а насмерть выплеснулась на улицы городов и главной целью этих протестов стал Президент Руной. Безумствующая толпа избрала его своей главной целью и назначила виновником во всех возможных и невозможных прегрешениях. Конечно он мог подать в отставку чтобы успокоить беснующуюся толпу, вот только ничего бы это уже не изменило, ситуация в стране пошла в разнос и остановить этот негативный процесс простой отставкой не представлялось возможным. Надо было принимать принципиальное решение о силовом подавлении беснующихся в противном случае недалеко и до полномасштабной гражданской войны, тем более многие элитные кланы настоятельно требовали от Президента поступить именно так, а он всё не мог решиться поставить свою подпись под документом об объявлении в стране чрезвычайного положения….

— Господин Президент, надо что‑то решать у нас каждая минута на счету, ситуация настолько критична что в любой момент может начаться стихийный кровавый и беспощадный бунт. — Не выдержав напряжённого молчания, хладнокровно произнёс тайный советник, стараясь не подать виду что он пытается ненавязчиво надавить на главу государства.

Гаваэль Руной, прекрасно отдавая себе отчёт что именно его руками хотят сделать всю грязную работу, а по завершении её навесить на его шею всех дохлых собак и задвинуть куда подальше с глаз долой или вообще устроить несчастный случай. Именно по этой причине и хотят, чтобы он единолично принял столь радикальное решение и соответственно понёс потом за это персональную ответственность, но он не собирался попадать в столь примитивную ловушку….

В задумчивости постояв некоторое время, Президент внимательно посмотрел на своего советника и собравшись с духом, ответил:

— Мне надо время для того чтобы подумать, а пока вы можете быть свободны, когда вы мне потребуетесь я вас вызову.

Ощутив глубокое разочарование Чентай не имея возможности открыто возразить, сделал учтивый поклон и покинул президентский кабинет, спеша поскорее доложить главе своего клана о том, что Руной пока отложил подписание столь необходимого документа….

Выпроводив своего советника, навязанного ему одним из крупнейших консорциумов банковского сектора, Гаваэль тяжело вздохнул и подойдя к коммутатору правительственной связи решительно вызвал на связь Верховного магистра Ордена крестоносцев и спикера Парламента Гарнея Саакса. Минуты через две на голографическом экране появились лица вызываемых. Президент Священного Союза под пристальными взглядами двух одних из самых влиятельных людей подобрался и обратился у ним:

— Добрый день господа. Я констатирую факт, мы в своём противостоянии друг с другом зашли слишком далеко, ситуация в стране выходит из‑под контроля, ещё чуть‑чуть и начнутся массовые погромы и бесчинства, а в элите полный раздрай. Надо выработать общий план спасения и сохранения позиций на внешней арене иначе крах неизбежен, а за ним следом и развал государства. Что вы на это думаете господа?

Верховный магистр Гонориус откинулся в кресле и помолчав несколько мгновений, с глубокомысленным видом стал говорить:

— Моё мнение таково, на данном этапе сдерживать народное недовольство из‑за резкого снижения уровня жизни не надо, это не в наших общих интересах, слишком затратно, да и результат непредсказуем. Наоборот выгоднее если произойдёт бунт и кровавая вакханалия, надо спустить пар народного гнева, пусть плебс вдоволь насытится и только тогда следует начинать железной рукой наводить порядок и ввести институт военно‑полевых судов. Кого‑то расстреляем или повесим, кого‑то отправим на каторгу, а остальные такие жёсткие меры по наведению порядка будут только приветствовать. Единственный вопрос — это наличие большого числа военных складов, надо приложить все силы чтобы армейское вооружение не досталось беснующейся толпе. Одно дело несколько десятков миллионов стволов гражданского оружия и совсем другое армейское вооружение. Да и вот ещё что…. Необходимо войска Ордена вывести на периферию, во избежание ненужных эксцессов на границах, особенно это касается Империи Орла, кроме Ферси разумеется. По моим сведениям, ВКС империи в ускоренном темпе готовится к вторжению, видимо при содействии ферсианского подполья, я своей властью вывел лучшие части из системы Ардана, оставил лишь те, которые не внушают доверия.

— Я категорически возражаю! — Встрепенувшись, воскликнул спикер Парламента, заёрзав пятой точкой в рабочем кресле и уже чуть тише заявил:

— Это неприемлемо, потрачены сумасшедшие ресурсы на захват и оккупацию, а также на строительство мощнейшего оборонительного пояса и всё это отдать врагу даром, да ни за что!

— Ну почему же даром, — с весёлой ухмылкой отозвался магистр, — как раз и не даром. Мы имперцам на Ферси подложили жирную свинью, основав многочисленное количество всевозможных тоталитарных сект, которые распространятся словно пожар и ещё фактор ферсианского подполья. Не спорю, я бы хотел иметь в Ордене тех, кто его основал, очень способные люди жаль, что не удалось выяснить кто они, но не в этом суть. После захвата Ферси имперцами многие из них вольются в организованную преступность или скорей всего организуют свои группировки, что на пользу короне совершенно точно не пойдёт. Помимо этого, на Ферси останется значительное число завербованных агентов, которые со временем разойдутся по всей территории Империи Орла. В общем одни плюсы, мы сбрасываем убыточный актив на плечи Фердинанда XII и заодно наводняем Империю своими агентами.

Президент Руной задумчиво покачал головой, ему как опытному в игрищах подобного рода человеку сразу стало понятно, что Орден крестоносцев давно разработал этот план, который планомерно и воплощал в жизнь в глубокой тайне от всех. Магистр фактически не предлагал один из вариантов, а ставил его Президента Священного Союза в известность. Ему было до боли обидно, его обставили по всем статьям. Проглотив оскорбление его интеллектуальных способностей и способностей его команды консультантов, Руной сделал несколько глубоких вдохов‑выдохов, заговорил:

— План действительно отличный придраться не к чему, но как быть с реализацией другого плана по созданию большого пояса нестабильности на границах Империи Орла?

— А что план? План как реализовывался, так и продолжает успешно реализовываться. Сейчас самые главные события происходят в королевстве Лейрин и на Ронде, пожар гражданской войны разгорается и остановить его уже не в силах никому. Мы, оставаясь в стороне будем подбрасывать по мере необходимости дровишек и заодно негласно корректировать события в нужную нам сторону, а за это время мы управимся со своими внутренними трудностями. По нашим прикидкам это займёт порядка двадцати лет, быть может двадцать пять, в самом худшем случае продлится тридцать. За это время пока все остальные будут разбираться с хаосом тратя значительные ресурсы, мы полностью перестроим свою экономику и не только восстановим своё положение как внутри страны, так и на международной арене, но и выйдем на качественно новый уровень. В общем, где‑то так в общих чертах. — С глубоким удовлетворением ответил Верховный магистр озабоченному Президенту, его давно разработанный план практически полностью реализовался в жизнь, и никто из его прямых конкурентов так и не смог разгадать его истинной задумки даже сейчас.

— Но постойте господа, — неожиданно вмешался спикер Парламента, — если реализовать эту идею в жизнь, то погибнет огромное количество наших сограждан, речь идёт о десятках миллионов человек!

Президент Руной кивнул и ответил на вопль души Саакса:

— Что поделать, это цена за наше будущее, будущее всех старых кланов, иногда приходится жертвовать малым чтобы сохранить большее. Конечно не все кланы войдут в это будущее, на пути к нему придётся многих раскулачить и пустить под нож, а народ…. Мы избавимся от лишней биомассы, неквалифицированных рабочих рук, требующих постоянно для себя свободы, равенства и качественных продуктов питания по доступным ценам, профессиональных дармоедов и заодно от протестного электората. В общем, всё предельно логично, хотя не буду спорить, крайне цинично. Я полностью поддерживаю предложенный магистром план.

Гарней Саакс молчал долго, он обдумывал слова Верховного магистра Ордена крестоносцев и Президента Руноя и не находил изъяна, за исключением огромных человеческих жертв, но в конце концов мысленно махнув на всё рукой, заговорил:

— Хорошо, я поддерживаю данный план, но вы вообще отдаёте себе отчёт если о нашем сговоре хоть кто‑то пронюхает? Нас же с подтяжками и потными носками сожрут!

— Расслабься Гарней, кроме нас троих о нём никто не знает и знать не должен по вполне понятным причинам. — Суровым взглядом рассматривая своих собеседников, проговорил магистр Гонориус и сразу же вкрадчиво поинтересовался:

— Так как, план принимается?

— Работай Адальберт а мы тебе в меру своих сил и возможностей будем оказывать поддержку и всестороннюю помощь. У меня есть только один вопрос: Подписывать мне Указ о введении чрезвычайного положения сейчас или отложить его подписание на неопределённый срок.

Верховный магистр, сделав вид, что размышляет отрицательно, мотнув головой, стал отвечать на поставленный Президентом вопрос:

— Не стоит, сейчас следует в экстренном порядке обратиться с воззванием к населению и призвать его сохранять спокойствие. Это для публики, а на самом деле надо поднять Национальную гвардию в ружьё и отправить на учения со всем наличным вооружением и боеприпасами далеко за пределы городов и населённых пунктов. В расположении частей оставить только лишь самый минимум личного состава. Они, разумеется с хаосом справится будут не в состоянии и будут разгромлены беснующейся толпой и в тот момент, когда Империя Орла нанесёт свой удар по системе Ардана, это позволит нам на вполне законных основаниях объявить даже не чрезвычайное положение, а сразу военное. Таким образом мы формально поступим согласно букве закона и одновременно задействуем для наведения внутреннего порядка силы правопорядка, Национальную гвардию и подчинённые мне вооружённые силы Ордена крестоносцев. Для дымовой завесы и информационного обеспечения предстоящей спецоперации следует немедленно начать пропагандистскую компанию обвиняя во всём происходящем злую руку Империи Орла.

— Всё верно, — согласился спикер Парламента, — именно так и следует поступить, причём как можно скорее и ещё…. Военное положение автоматически отменяет выборы как в Сенат, так и президентские выборы до официальной его отмены.

Президент Руной в глубине души остался довольным, не он первый заикнулся об отмене выборов, это сделал спикер и тем самым он сохранил лицо, а значит его политическая карьера продолжалась…. Помолчав несколько мгновений, Руной с деловым видом заговорил:

— Хорошо господа, я немедленно включаюсь в работу. В ближайший час командование Национальной гвардии получит приказ на немедленное выдвижение вверенных ему частей на дальние полигоны вместе с вооружением и эвакуацию складов.

— В таком случае я возьмусь за раскручивание маховика оголтелой пропаганды. Есть доказательства, нет доказательств, не важно, главное заложить в головы большинства образ назначенного нами виновника, а факты мои специалисты сфабрикуют в достаточном количестве, тем более проверять их никто не будет, я об этом позабочусь. — Отозвался Гарней Саакс и извинившись, отключил связь.

— Пожалуй и я удалюсь, надо срочно готовить приказ для Национальной гвардии.

— Удачи вам господин Президент.

Отключившись, Верховный магистр от всей души расхохотался, его план заманивания в смертельную ловушку Президента Руноя сработал, ранее попался в неё и Гарней Саакс, правда они об этом ещё даже не догадывались, но, когда поймут будет уже поздно. Он долго к этому стремился и сегодня был близок как никогда к завершению столь долгой и многоходовой интриги высшего порядка. Как говорится: ничего личного, только бизнес. Главной его целью были не сколько эти высокопоставленные персоны, а те силы и кланы, которые стояли за их спинами и которые ни в какую не желали признавать его Верховного магистра Ордена крестоносцев наследственной элитой. Он беспокоился о положении своей любимой дочери. Адальберт Гонориус стремился обеспечить Эстель гарантированное место в старой элите Священного Союза, а это было крайне непростой задачей. Даже сейчас уйди он в мир иной и дочь его получит только лишь небольшой пенсион от Ордена и всё, хорошее место и положение в будущем для неё так и будет навсегда закрыто, но, если довести хитроумную интригу до конца и провести зачистку некоторых кланов, остальные будут вынуждены вести его в узкий состав настоящей наследственной элиты. Именно по этой причине он и пошёл на столь радикальные меры, в том числе и на дестабилизацию внутренней обстановки. Более двух десятилетий он к этому стремился и результат его усилий наконец стал материализовываться в реальности, но дело ещё не было завершено, впереди его ждало много кропотливой работы…. Повздыхав с сочувствием к самому себе, Верховный магистр набрал номер своей дочери и когда её лицо появилось на голографическом экране, ласково поинтересовался:

— Ты как себя чувствуешь?

— Хорошо отец, реабилитация успешно завершена и в ближайшее время я отправлюсь отдыхать на коралловые рифы, дайвингом займусь, сёрфингом, а также подводной охотой и остальными приятными вещами, полагающимися курортнице. — Отозвалась Эстель поправляя непослушный локон волос, свалившийся ей на левое плечо.

— А каково теперь твоё отношение к небезызвестному Нестору Махно? — C замиранием сердца, вновь поинтересовался он, категорически не желая какого‑либо продолжения этих не совсем нормальных отношений, иначе все его труды по введению дочери в наследственную элиту накроются медным тазом.

— Да ни как, он конечно интересный человек, не обделённый многими талантами, но как мужчина он меня не привлекает. — Без выражения всяких эмоций отозвалась Эстель, с некоторой отрешённостью во взгляде посматривая на своего отца.

— Хорошо. — После нескольких мгновений напряжённых раздумий, ответил Гонориус и сделав короткую паузу, продолжил:

— Я тебя не буду беспокоить три месяца, отдыхай в своё удовольствие, но по истечении этого срока будь добра быть готовой по первому моему требованию вылететь в столицу и включится в работу. Тебя ждёт дипломатическое поприще, где ты будешь представлять интересы не только Ордена крестоносцев, но и интересы нашей семьи.

— Я свой долг выполню отец.

Пожелав хорошо отдохнуть и ни в чём себе не отказывать, Верховный магистр попрощался с дочерью и отключил связь. Посидев какое‑то время в глубокой задумчивости, он вновь взялся за изучение поступающей информации с различных уголков Священного Союза, но работа не шла, душа его болела за любимую дочь. В конечном итоге плюнув на всё и собравшись, он выехал домой, желая хорошо выспаться перед завтрашним днём, так как в последующие дни у него не будет даже лишней минуты на сон. Его план переходил в горячую фазу и насколько он будет успешен зависело буквально всё….

Глава‑4

— Сир разрешите начинать?

— Начинайте атаку адмирал. — Распорядился я, продолжая просматривать телеметрию, передаваемую в режиме реального времени с флагмана нашего флота, под командованием отставного контр‑адмирала Казимира Иволгина. Он был лихим, опытным и очень одарённым флотоводцем, выигравшим за свою военную карьеру не один десяток сражений в открытом космосе, но как это часто бывает, характер его был далеко не сахар, из‑за чего был вынужден десять лет назад подать в отставку из ВСК Империи Орла. Не дипломат он был, а прямолинейным военным, говорил, что думал, поступал как считал нужным и в результате нажил себе бесчисленное множество врагов и как результат, вынужденная отставка.

Не желая расставятся с делом для которого был рождён Иволгин подался в наёмники, сколотил эскадру из нескольких вымпелов, сопровождал торговые суда, участвовал во всевозможных стычках с пиратами, а также в локальных заварушках между различными мелкими государствами. За прошедшие десять лет он заработал себе славу и безупречную деловую репутацию, из‑за чего его услуги стоили дорого и вот такой бравый вояка командовал сейчас нашим небольшим, но грозным флотом в составе которого был старенький авианосец, хотя и основательно модернизированный.

— Смотри командир, миноносцы сейчас выпустят гончие торпеды! — С воодушевлением взревел Ржавый, подавшись вперёд всем корпусом, неотрывно пялясь в голографический экран, на котором отображался весь флот, двинувшийся в эшелонированном порядке на корабли принца Меркво защищающих орбитальную станцию.

Внимательно вглядевшись, я увидел, как шесть небольших торпедоносцев резко вырвались вперёд и разделившись на две группы стали обходить боевой порядок противника и неожиданно став разворачиваться, выпустили в едином залпе сорок восемь гиперзвуковых торпед, после чего увеличив скорость до предела унеслись прочь на перезарядку. Командующий вражеской эскадры был не дурак и моментально выпустил противоторпеды и включив на полную мощность системы радиоэлектронной борьбы выбросил перед своими кораблями защитную сеть способную даже разрезать военный корабль. Выпущенные торпеды приближались к сети и в этот момент совершенно неожиданно из‑за орбитальной станции выскочили как чёрт из табакерки ранее не видимые во всех диапазонах два наших торпедоносца и осуществив залп, тут же укрылись полем невидимости. Первый залп шести торпедоносцев достиг защитной сети и торпеды стали взрываться, только лишь пять из выпущенных сорока восьми преодолев барьер, пробив обшивку кораблей взорвались. Четыре корабля, один из которых довольно большой крейсер разнесло в пыль, боевой строй смешался и тут им с тыла ударили шестнадцать торпед и ещё девять кораблей класса эсминец погибли в огненной вспышке. Началась паника, оставшиеся корабли заметались и в рассыпную бросились прочь в разные стороны, тем самым освободив пространство возле орбитальной станции.

Гончие эсминцы и четыре торпедоносца отделившись от нашей эскадры бросились преследовать убегающего противника, а лёгкие крейсера держа на прицеле станцию подошли поближе и выпустили десантные боты. Быстро преодолев разделяющее пространство пристыковались к шлюзовым камерам и десант со штурмовыми роботами проник внутрь. Скоротечный бой был практически закончен, флотилия принца Меркво как военная сила прекратила своё существование. Оставшиеся корабли адмиралом Иволгиным будут уничтожены или пленены, а орбитальная станция в ближайшие часы будет зачищена и взята под наш полный контроль.

— Ах хорошо адмирал работает прямо загляденье, — не скрывая своей радости взревел Ржавый вскакивая с кресла и аплодируя его победе, — таких бы нам вояк побольше, и мы целый мир перевернём! Сработал красиво, без потерь, противник даже не успел выстрелить, вот что значит тактическое и техническое превосходство в вооружении.

— Не спорю, красиво сработано, — согласился я, — вот только торпед таких у нас осталось на три полных залпа, грубо говоря ещё одно сражение и у нас их не останется вообще, а для того чтобы их доставить с базы хранения целый месяц потребуется, да и то нам их выделили с гулькин нос, а новых поставок не предвидится. Надо думать, где их можно купить в необходимом количестве, но для начала следует деньгами разжиться. Опять же провиант покупать надо, бойцам и командирам платить надо вовремя, энергетические сердечники для кораблей нужны, запчасти для боевых роботов, а денег у нас на два месяца.

— Ничего на первое время местными ресурсами обойдёмся, тем более имущество полоумных аристократов, учинивших побоище в городской черте конфискуем, промышленность как‑нибудь наладим и на полную мощь выведем агропредприятия, народ‑то кормить надо. Правда для начала добить остатки войск принца Меркво требуется, но думаю много времени это уже не займёт, от них после сражения с коалицией двух принцев рожки да ножки остались. — Замахав руками, легкомысленно заявил Ржавый, продолжая с восторгом смотреть как десант, не встречая на своём пути никакого сопротивления планомерно берёт под свой контроль орбитальную станцию.

Эх если бы всё было так просто, — подумалось мне, — одно дело продовольствие тырить у оккупантов на Ферси и совсем другое налаживать собственное производство. Тут опытные инженеры нужны, специалисты разные в немереных количествах, а где их взять если одни руины остались после недельного сражения между претендентами на престол? Многое чего надо того что у нас нет и не было никогда, но да ладно, глаза боятся — руки делают. Пора было приступать с следующему этапу операции….

Пересмотрев поступающую оперативную информацию вместе с разведданными я с удовлетворением вздохнул, как и предполагалось, принц Меркво победив в сражении вместо того чтобы заняться неотложными делами засел в королевском замке и устроил грандиозную попойку. Он и его окружение даже не заметили, что флотилия их прекратила своё существование, а орбитальная станция перешла совсем в другие руки. Жалкие остатки его войск добив очаги отчаянного сопротивления своих противников отдельными малыми отрядами хаотично разбрелись по всему центральному округу и на правах победителей с увлечением занялись мародёрством. Негласный закон войны так сказать, три дня на разграбление….

— Хорош зубоскалить Ржавый, давай собирайся мы начинаем. Ты берёшь на себя округ и зачищаешь от отрядов Меркво, это теперь не сложно, они разбрелись кто куда и поэтому особого сопротивления не окажут, а я беру на себя королевский дворец, начинаем одновременно. — Командным голосом распорядился я и стал облачаться в армейскую штурмовую снарягу, хотя признаться честно за последнее время от неё отвык, но мышечная память‑то осталась и никуда не делась.

— Быть может барона Альбрехта и сотню Леонида Рашпиля привлечём для этого дела? — Также облачаясь в тяжёлое защитное снаряжение, как бы невзначай поинтересовался Ржавый, краем глаза посматривая на меня.

— Барона и его людей привлекать не будем, я не знаю их реальную боевую подготовку, так что пусть и дальше занимаются вопросом беженцев, их размещением и питанием, а Рашпиля привлекать…. Так не царское это дело элитному спецназу такой мелочёвкой заниматься, пусть охраняют командный пункт, а в случае необходимости мы их вызовем на подмогу, но не думаю, что до этого дойдёт. Слишком тут всё очевидно и прозрачно как стёклышко….

Полностью облачившись в снарягу и попрыгав я, взяв командирский планшет, подключённый в общую сеть и пристегнув его на левый бок, подошёл к коммутатору и набрал номер.

— Привет Зубец, как у тебя дела?

— Всё в лучшем виде командир! Всех конкурентов уделали, кого завалили, кого к себе взяли, а остальные разбежались как крысы позорные. — С заразительным гоготом протараторил он и продолжая ухмыляться во все тридцать два зуба поинтересовался:

— Что командир мы начинаем?

— Да, ровно через час начинай штурм родовых замков принцев, в том числе и Меркво. За небо не беспокойся, оно чистое, авиация уничтожена, в космосе флотилия кораблей разбита и орбитальная станция практически взята под наш контроль. — Ухмыльнувшись в ответ, проговорил я и пожелав ему удачной охоты, отключил связь.

Настроение после разговора с криминальным авторитетом значительно приподнялось. Зубец впервые ко мне обратился не по прозвищу, а назвал командиром, при этом без всякой фамильярности, а это дорогого стоило. Он только что окончательно и бесповоротно меня признал для самого себя тем человеком кто вправе отдавать ему приказы, а он их неукоснительно выполнять.

— Ну что Тур пойдём что ли? — В нетерпении проронил Ржавый, находясь в предвкушении боевой схватки.

— Пойдём. — Выдохнул я и схватив пехотный лучемёт направился на выход. Выйдя наружу мы разошлись в резные стороны, Ржавый вместе с личной охраной погрузился в десантный глайдер и улетел. Пора было и мне лететь, но тут подошёл штаб‑майор и отдав воинское приветствие, обратился ко мне:

— Тур, разреши вместе с тобой полететь.

— Если хочешь, полетели, но там особого веселья не предвидится, скорее будет скучно, принц и его приближённые бухают по‑чёрному как портовые грузчики, видимо сказалось напряжение последних дней. — Согласился я, при этом высказав своё мнение о предстоящем штурме.

— Ничего страшного, — с усмешкой отозвался Рашпиль, — главное мне самому интересно, ещё никогда не участвовал в захватах королевских дворцов, а это значит пробел такой в моей биографии надо непременно заполнить. Такой шанс раз в жизни выпадает и то далеко не каждому это дано.

— Тогда полетели.

В сопровождении десятка своей личной охраны и десятка бойцов штаб‑майора мы погрузились на тяжело бронированный с подвесным вооружением глайдер и взлетели. Отдав команду пяти десяткам летательных аппаратов с десантом на борту следовать за мной, мы направились в сторону королевского дворца и через сорок минут под прикрытием штурмовиков и двух пар истребителей пошли на посадку.

— Они тут что совсем страх божий потеряли? Противовоздушного вооружения не поставили, мало того даже на внешних постах вообще никого нет. — С недоумением проронил Леонид, направляясь к открывающейся аппарели.

— Посмотрим… — неопределённо протянул я и направился на выход следом за штаб‑майором, — возможно сопротивление нам окажут внутри. По моим данным принц Меркво с собой приволок порядка полутора сотен и половина из них его приближённые.

— Что‑то больно уж легко всё получается, как бы засады не было. — Задумчиво проворчал он, спрыгивая на гранитную брусчатку.

— Пошли и посмотрим. — Усмехнулся я, приземляясь рядом с ним и быстро оглядевшись по сторонам, вывел на экран тактического планшета изображения транслируемое с защитных шлемов бойцов, берущих под свой контроль внешний периметр дворца довольно слабо пострадавшего во время уличных боёв. Отдав команду отделению штурмовых роботов сломать закрытые ворота и запустить внутрь разведчика, я подмигнул своему спутнику и решительно направился вперёд прикрываемый телохранителями и десятком бойцов спецназа Леонида Рашпиля.

Дистанционно управляемый штурмовой робот аккуратно вскрыл замок и приоткрыв воротину, запустил внутрь разведчика, но ожидаемой засады там не было и в помине. Проход был совершенно свободен и в него хлынули несколько отделений десантников, а остальные взобравшись по стенам вскрыли окна и проникли в никем не охраняемый дворец.

— Бред какой‑то честное слово. — Проворчал штаб‑майор, через плечо посматривая на планшет, где транслировалось изображение с внешних камер и на каждом отдельно взятом окошке было видно, как мои бойцы насторожённо идут по длинным коридорам никого, не встречая на своём пути.

Прошло пять напряжённых минут и тут в друг сразу на нескольких окошках появилось изображение большого зала где шла гулянка на полную катушку. Полуголые визжащие девицы, за которыми гоняются опьяневшие в край соратники принца, шатающиеся от усталости официанты или как их там принято называть в домах аристократов. Кто‑то кого‑то зажимал и лапал, а кто‑то кого‑то драл совершенно, не стесняясь и не обращая никакого внимания на окружающий. В общем, пьяны в хлам были все, а некоторые уже в беспамятстве валялись под огромным столом и о них время от времени кто‑то с дикой руганью, да и спотыкался.

— Ну нихуа себе! — Вытаращившись, выпалил штаб‑майор, разглядывая смесь дикой пьянки с оргией и совершенно непонятно чего было в ней больше. Помолчав в некоторой прострации от всего увиденного с растерянностью в голосе поинтересовался:

— И что теперь будем делать?

— А ничего, — ухмыльнулся я, — пусть напьются до чёртиков, и мы их всех тепленькими возьмём. Снимем видео и после народу его продемонстрируем на всех местных голоканалах, пусть полюбуются на хероев и потомственных аристократов, учинивших кровавое побоище в центральном округе. Правда есть одна проблема, что‑то среди всех этих мудозвонов пьяных самого принца Меркво не наблюдаю, а его надо найти непременно желательно живым, а вот невредимым совсем даже необязательно.

— Тогда пойдём поищем, тем более в таком…гммм…бедламе на нас вообще никто не обратит никакого внимания. — Предложил штаб‑майор и от души расхохотался, увидев изображение одной из камер где какой‑то вассал принца с горем пополам взобрался на стол и неимоверно шатаясь, спустил штаны и стал мочится на окружающих, но не удержавшись на ногах рухнул на пол прямо в свою собственную лужу где и немилосердно захрапел.

От души рассмеявшись, я взглянул на Рашпиля и с глубокомысленным видом изрёк:

— Ты посмотри экие эстеты в окружении принца Меркво обитают. Специально захочешь найти, хрен получится, тут особая одарённость нужна.

Схватившись за живот и выронив на брусчатку лучемёт, штаб‑майор заржал как сумасшедший. Отсмеявшись, он утёр выступившие слёзы и подобрав оружие, с большим трудом состроил серьёзную физиономию и проговорил:

— Такому впору в пошлых комедиях сниматься, какой талант пропадает зря! Аристократ породистый понимаешь ли….

Ухмыльнувшись я ни слово, не говоря, чтобы опять не рассмеяться сделал отмашку, и мы вошли в королевский дворец на розыски куда‑то задевавшегося принца Меркво на широкую ногу отмечавшего свою победу за вакантный трон.

— И где его искать в таких‑то хоромах? — Озадаченно озираясь по сторонам поинтересовался Леонид ни к кому конкретно собственно не обращаясь.

— Наверное в королевской опочивальне или там, где трон стоит, а может там, где королевские регалии хранятся, может ещё в монаршей сокровищнице золотишко перебирает. Сбылась мечта идиота и теперь он наслаждается кратким мигом своего триумфа. — Выдвинул я своё предположение поднимаясь по старинным каменным ступенькам.

Соблюдая меры предосторожности мы, следуя карте сначала поднялись в тронный зал, но там никого не было, но кое‑какой намёк заприметили. На троне сиротливо покачивался порванный женский бюстгальтер ядовито сиреневого цвета. Следуя подсказке, наша компания прошла в крыло где располагалась королевская опочивальня и наткнулась на четверых совершенно трезвых бойцов в отличной экипировке. Упакованы они были на славу, да и оружие в руках держали не из дешёвых, по всей вероятности, они были не из местных, явно высокооплачиваемые наёмники, а раз так, то договорится будет несложно. Ни один опытный наёмник при таких раскладах биться до конца за своего нанимателя не будет, потому как дохлое дело, бесперспективное.

Объяснив через внутреннюю связь шлемофонов что надо делать, я чуть заплетающейся походкой вышел из‑за угла и направился к телохранителям принца Меркво. Увидев меня, они мимолётно переглянулись и подобравшись, стали внимательно наблюдать как я к ним приближаюсь, правда за оружие не хватались, вели себя как настоящие профессионалы своего дела. Подойдя к ним на три метра и остановившись, я оглядел четверых наёмников и спокойно задал вопрос:

— Вы откуда будете парни?

— А тебе какое до этого дело? — С некоторой угрозой в голосе, отозвался один из них, пристально изучавший мой доспех высшей категории элитного спецназа Ордена крестоносцев, правда довольно существенно тюнингованый. Именно это обстоятельство и заставило его занервничать, такой комплект просто так не купишь, эксклюзивная вещь.

— Да в общем‑то никакое, — сделав примирительный жест, ответил я, — просто хочу, чтобы вы в целости и сохранности вернулись домой только и всего. Скажу прямо, я не любитель проливать чужую кровь если есть возможность договориться полюбовно, мне нужен принц Меркво, а не вы. Для того чтобы вы поняли всю серьёзность моего предложения я сейчас подключусь к вашим тактическим планшетам, для меня ваша защита не проблема и выведу на экраны трансляцию со всей планеты в режиме реального времени. Посмотрите, думаю вам будет над чем серьёзно подумать.

Отдав команду искусственному интеллекту аккуратно пробить защиту и вывести картинки с трёх десятков камер с королевского дворца, орбитальной станции, а также центрального округа, где бойцы под командованием Ржавого приступили к отлову мародёров. Наёмники охранявшие королевскую опочивальню с насторожённостью взялись за планшеты и стали внимательно смотреть на то что происходило в округе и лица их в один миг побледнели, вырваться живыми с планеты не представлялось никакой возможности.

— Кто вы такой? — Затравленно озираясь по сторонам, спросил один из них с нашивками сержанта.

— А это сейчас столь важно?

— Нет. — Мотнул он головой и сразу же поинтересовался:

— Так что вы от нас хотите?

— Отдайте принца без боя и тогда сможете при первой же возможности покинуть королевство Лейрин, а если захотите, то можете вступить в мою армию, такие опытные бойцы как вы мне нужны. — Предельно честно ответил я на поставленный вопрос, продолжая спокойно стоять и рассматривать их задумчивые лица.

Обменявшись мимолётными взглядами, в которых явно читалось желание принять моё предложение, сержант, качнув головой, сделал шаг вперёд и обратился ко мне:

— Хорошо мы согласны, но нас не четверо, а десять человек, остальные в опочивальне охраняют покой…несостоявшегося короля.

— Подайте сигнал пусть немедленно уходят и вместе закройтесь в каком‑нибудь кабинете или будуаре, их тут немерено и сидите тихо, а когда мои бойцы вас найдут, пусть при первой же возможности вас ко мне проведут, и мы с вами обстоятельно поговорим. Меня зовут Тур.

Понятливо кивнув в ответ, сержант через гарнитуру вызвал на связь остальных бойцов охраны и вкратце объяснив, что происходит, потребовал немедленно уносить ноги. Остальные шесть человек в полной сбруе появились через несколько минут и с любопытством осмотрев меня, направились прочь и в этот момент из‑за угла появилась моя охрана с десятком Леонида Рашпиля и пройдя мимо наёмников, подошли к двери и остановились.

— Командир постой‑ка чуток в сторонке, мы сейчас зайдём и проверим нет ли тут засады. — Потребовал мой начальник охраны отдав жестом команду своим подчинённым открыть двери и осмотреться. Опытные воины осторожно приоткрыли дверь и соблюдая штурмовой порядок вошли в королевскую опочивальню. Тщательным образом осмотрев всё и не найдя подвоха, сопроводили меня в спальню. Осмотревшись я чуть не заржал как лошадь, принц Меркво пьяный в хлам в одних полуспущенных подштанниках, короной на голове и скипетром в правой руке восседал с величественным видом в кресле и что‑то невразумительное бормотал, пытаясь командовать запуганной девицей в рваном пеньюаре, мёртвой хваткой вцепившейся в королевский штандарт.

— Вот это я понимаю картина, свинья породистая дорвалась до власти разгромили всё, народ грабят все, кому не лень, а он тут…. Гммм… развлекается животное бешенное, вздёрнуть бы эту падаль на фонарном столбе, руки так и чешутся…. ‑С отвращением взирая на принца Меркво даже не заметившего нашего появления, прорычал штаб‑майор.

— Может ещё и вздёрнем, но сначала его допросить основательно надо, он должен многое знать. — Без всяких внешних эмоций, отозвался я и оглядевшись по сторонам, распорядился:

— Меркво скрутить и засунуть куда‑нибудь в подходящее место под надёжную охрану, королевские регалии и штандарт забрать, а девку одеть и выпроводить из дворца.

Трое бойцов решительно подошли к принцу и сняв с голову корону и вырвав скипетр отвесили внушительную оплеуху и когда Меркво вскочил и дурным голосом что‑то завопил, немедленно получил под дых, после чего ему завели руки за спину и надев браслеты, залепили рот клейкой лентой. Грубо схватив его под руки двое бойцов без всяких церемоний бросили его на постель и попытались вырвать королевский штандарт из рук оцепеневшей девицы, но она вцепилась в него словно утопающий за соломинку и дико заорала:

— Помогите насилуют!

Один из бойцов отвесив звонкую затрещину вырвал из её рук штандарт и несильно оттолкнул от себя, отчего девица в рваном ядовито сиреневом пеньюаре заткнулась и оглядев нас безумными глазами с неистовством воскликнула:

— Рыцари вы пришли спасти меня из лап мерзкого негодяя, мой отец щедро вознаградит вас за моё спасение!

— Гммм…похоже барышня бульварного чтива перечиталась или вообще умом тронулась. — Шёпотом выдвинул своё предположение Рашпиль, глядя на девицу с сумасшедшими глазами. И действительно, глядя на неё на ум приходила мысль о её невменяемости.

— Ты кто такая будешь? — С некоторым любопытством рассматривая девицу где‑то двадцатилетнего возраста, стоящую в неглиже напротив нас.

Приняв горделивую осанку и кое‑как поправив рваный пеньюар, она с вызовом ответила:

— Я баронесса Екатерина Ди Форне, дочь министра внутренних дел барона Эммануэля Ди Форне!

— Ну и где министр внутренних дел пропадает и почему его нет на рабочем месте?

Девица, понурив голову и увидев в каком наряде стоит перед многочисленными вооружёнными мужчинами охнула и стянув с постели простынь, накинула её на себя и с отвращением взглянув на связанного принца, расплакалась и сквозь слёзы прошептала:

— По приказу Меркво его в королевские казематы отправили.

— И где эти казематы находятся?

— На нижнем уровне подвалов, я знаю где это и могу вас провести.

— Для начала хотя бы оденьтесь, а то знаете ли в таком виде в тюремные казематы хаживать как‑то не очень…. ‑Предложил штаб‑майор взглядом разыскивая во что бы её нарядить, но так ничего и не нашёл, не было в спальне ничего подходящего.

— Одну минутку господа, я сейчас приведу себя в порядок и сопровожу вас в королевские казематы, где вы освободите моего несчастного отца из темницы.

С высоко поднятой головой девица прошествовала мимо нас и удалилась в какую‑то комнату, видимо гардеробную. Её одна минутка затянулась на полчаса. Появилась она накрашенной и в длинном платье с чужого плеча на пару размеров больше и предложила идти следом за ней. Прежде чем отправится в тюремные казематы я ещё раз посмотрел трансляцию попойки где от общего числа на ногах осталось процентов так двадцать и отдал команду всех разоружить, связать и охранять до особого распоряжения. Оставив четверых бойцов сторожить принца Меркво и королевские регалии, я вместе с Леонидом Рашпилем и бойцами пошёл следом за девицей, поразительно быстро пришедшей в себя после всего пережитого.

Проследовав за девицей на нижний уровень королевского дворца, мы остановились перед бронированной дверью, она была закрыта, пришлось её вскрывать плазменным резаком. Хитрый сплав поддавался туго, так что пришлось какое‑то время повозится и наконец она поддалась, и мы спустились по широкой лестнице вниз где обнаружили КПП и комнату охраны, вот только в ней не было вообще никого. Преодолев турникет со стационарным сканером, сработавшим на наше оружие, мы прошли дальше и осмотрелись. Здесь находились рабочие кабинеты дознавателей, а вот тюремных камер не было, они находились где‑то в другом месте.

— И куда дальше сударыня? — Поинтересовался штаб‑майор, подходя ближе к озадаченной девице, озирающейся по сторонам.

— Не знаю, дальше я никогда не заходила, но вход в казематы совершенно точно где‑то здесь, надо искать.

Мои бойцы, получив команду обыскать все помещения, разбились на двойки и стали вскрывать запертые двери и в результате обнаружили замаскированный лифт, с помощью которого мы поочерёдно спустились вниз. Здесь было что‑то вроде небольшого перрона с монорельсом, на котором сиротливо стоял вагон, рассчитанный человек так на пятьдесят пассажиров. Туннель куда‑то далеко уходил и где он заканчивался можно было только догадываться.

— Кто‑нибудь знает, как этой штукой управлять? — Громко поинтересовался я и удивился отсутствию эха, звукоизоляция тут была на высшем уровне.

— Я знаю, ничего сложного тут нет, старая конструкция, таких мало где осталось, прямо‑таки антиквариат для музея транспорта. — Отозвался штаб‑майор и взобравшись в вагон, прошёл в его голову и занялся пультом управления. С комфортом разместившись на удобных сиденьях мы медленно тронулись вперёд и через десять минут вагон остановился на перроне и двери разошлись, открывая нам проход. Покинув салон, мы вышли и осмотрелись, это был тупик, конечная остановка ничем не отличалась от той с которой мы выехали. Найдя лифт, мы поднялись наверх и оказались в пустынном вестибюле с одним единственным эскалатором, ведущим почему‑то вниз. Спустившись по нему мы, соблюдая предельную осторожность подошли к КПП, но присмотревшись обнаружили отсутствие охраны.

— И что ты на это думаешь Тур? — В глубокой задумчивости рассматривая пустующие посты на КПП задал вопрос Леонид Рашпиль.

— Да что тут думать, — выдохнул я, — верховной власти нет, претенденты передрались между собой, совершенно не обращая никакого внимания на местное население, а кто победит неизвестно, хаос кругом царит вот служивые и рванули по домам спасать свои семьи. В принципе обычная картина, когда центральная власть рушится, особенно это касается полиции.

— Тоже верно. — Согласился со мной штаб‑майор и решительно направился вперёд, но в тоже время постоянно находясь настороже, последовал за ним и я. Пройдя через КПП мы оказались в предбаннике где висела схема пожарной эвакуации и внимательно изучив схему пошли в тюремный бокс и вот тут мы встретили нескольких надзирателей. Они не испугались появления вооружённых людей, но встретили нас насторожённо.

— Кто здесь старший? — Выйдя вперёд, поинтересовался я, оглядывая замерших служивых, не знавших что от нас можно ожидать.

Один из них в звании капитана сделал несколько шагов вперёд и представился:

— Начальник дежурной смены капитан внутренней службы Каверий Шмидт, а вы простите кто будете?

— Я Нестор Махно, наследник принца Фэя. Орбитальная станция под моим контролем, а центральный округ в данный момент моя армия берёт под контроль и зачищает от полчищ мародёров, принц Меркво задержан и в ближайшее время будет доставлен сюда.

— Здравия желаю Сир! — Подобравшись, выпалил он с явным облегчением.

— Доложите, что у вас здесь происходит.

Быстро собравшись с мыслями, капитан вытянулся и стал обстоятельно отвечать.

— В тюремном боксе сто камер, четырнадцать из них заняты, остальные пустуют. На посту наряд двенадцать человек, смены нет уже шестой день, запасы продовольствия заканчиваются, ещё два дня и кормить арестованных будет нечем. Что происходит не знаем, информации нет, связь с командованием отсутствует. Пять часов назад представители принца Меркво без всяких документов доставили девять министров и их заместителей и угрожая оружием потребовали поместить их в камеры. Мы были вынуждены подчиниться….

— Благодарю за службу капитан, а сейчас проведите меня в какой‑нибудь кабинет и предоставьте личные дела арестантов, я с ними ознакомлюсь, а уж затем с министрами познакомлюсь. — Распорядился я и вместе со штаб‑майором и бойцами пошёл следом за капитаном. Шмидт завёл нас в свой кабинет и выложил на стол четырнадцать папок с личными делами содержащихся арестантов.

— А почему они не в электронном виде, а в бумажном? — C немалым удивлением рассматривая стопку картонных папок, поинтересовался я с любопытством, так как видеть раньше как‑то не доводилось, да и отвык я от такого.

— Исключительно в целях безопасности, — с готовностью отозвался капитан Шмидт, — электронная форма в отличие от старомодной бумажной не даёт стопроцентной гарантии безопасности. Именно по этой причине у нас давно заведен такой порядок делопроизводства.

Хмыкнув, я взялся за первую папку и углубился в чтение, а затем взялся за другие. Четырнадцать арестантов содержащиеся в тюремном боксе оказались колоритными персонажами, крупные аферисты международного уровня, матёрые контрабандисты, двое сектантов из тоталитарной секты и один бомж обвиняемый в незаконном проникновении на орбитальную станцию взятый под стражу десять дней назад. Внимательно изучив голографические фотографии, сделанные с разных ракурсов, я неожиданно поймал себя на мысли, что лицо бомжа мне показалось смутно знакомым. Покопавшись в глубинах своей памяти, я вспомнил. Я некоторое время назад затребовал от Лося на Ферси досье на двух людей, засланных спецслужбами Священного Союза в королевство Лейрин с целью ликвидации короля Реднара VII. Бомж в камере был не кто иной как сам полковник Коллинз, профессиональный диверсант собственной персоной….

— Скажите капитан, бомжа на допрос выводили? — Закрыв папку, поинтересовался я у начальника дежурной смены тюремного блока.

— Ни как нет Сир, как закрыли так с тех пор и сидит, разве что каждый день на полчаса из камеры на прогулку выводят, прикажете привести?

— Нет не надо, пусть сидит, но присматривайте за ним повнимательнее, я кажется знаю кто это такой, имейте ввиду, он очень опасный человек. Сейчас приведите мне для разговора министра внутренних дел барона Эммануэля Ди Форне.

— Есть Сир!

Капитан Шмидт удалился. Оставшись вдвоём, Леонид Рашпиль задумчиво взглянув на меня, задал вопрос:

— И кто этот бомж если не секрет?

— От тебя секретов нет, — со вздохом отозвался я, — этот так называемый бомж полковник Коллинз, заместитель генерал‑лейтенанта Тареши, начальника одного из отделов Управления специальных операций Священного Союза. Есть основания полагать, что это именно он организовал убийство местного королька.

— Ух ты, крупная акула по случаю к нам в руки попалась! Такие спецы крайне редко сами участвуют в операциях, предпочитая командовать на удалении. Ему есть что нам поведать, он же самая настоящая бездонная кладезь информации. — С воодушевлением воскликнул штаб‑майор, в предвкушении предстоящего допроса потирая руки.

В дверь настойчиво постучали.

— Да, войдите.

Дверь открылась и в кабинет вошёл, прихрамывая мужчина лет пятидесяти с огромным кровоподтёком на лице и сделав несколько шагов, остановился и переведя проницательный взгляд со штаб‑майора на меня, довольно приятным тембром голоса, задал вопрос:

— С кем имею честь господа?

— Нестор Иванович Махно. — Представился я, поднявшись из‑за рабочего стола.

— Сир, я вам премного благодарен за спасение своей дочери, поверьте я этого никогда не забуду, но хотелось бы выяснить какой будет моя дальнейшая участь?

Поднявшись, я подошёл к барону и пожав руку, внимательно посмотрев на него, и ответил:

— В центральном округе царит хаос и мародёрство, мои войска по мере возможности пресекают этот беспредел, но их не так уж много, везде они поспевать не в состоянии. Именно по этой причине я обращаюсь к вам за помощью. Находите старший командный состав полиции и начинайте действовать, некоторое количество людей и техники я вам выделю.

— Я возьмусь за это дело, но я один не в состоянии навести порядок в центральном округе столицы после сражения между войсками коалиции и принца Меркво. Тут ещё нужен министр по чрезвычайным ситуациям, министры финансов и продовольствия. Да что там говорить, все содержащиеся министры нужны, они ведь настоящие профессионалы своего дела!

— Хорошо, — после нескольких мгновений молчания, отозвался я, — я своей волей освобождаю всех министров и начинайте готовить план по ликвидации хаоса, предотвращения голода и санитарно‑ эпидемиологической катастрофы. Отчёты за проделанные работы будете давать вы два раза в сутки. Если что‑то вам требуется немедленно обращайтесь ко мне, всё что в моих силах и возможностях я вам предоставлю.

— Вы можете всецело на нас положиться Сир, мы не подведём. — С глубоким поклоном, проговорил барон и испросив разрешение приступить к работе, удалился.

— Ты ему доверяешь? — С любопытством посматривая на меня, негромко спросил штаб‑майор.

— Нет не доверяю, но лучшей кандидатуры у меня нет, как и нет подготовленной замены всем министрам. Пусть работают, а мы посмотрим и в случае необходимости одёрнем или вышвырнем пинком под зад. Вообще конечно надо свои кадры готовить, только это дело не быстрое, на это многие годы требуется, а их нет, работать надо уже сейчас, в противном случае все наши труды пойдут коту под хвост.

Глубоко вздохнув, я сложил в сейф личные дела арестантов и закрыв его, махнул рукой и пошёл на выход, нас ждало очень много неотложным дел….

Глава‑5

Третий час находясь во главе круглого стола в правительственном зале заседаний я выслушивал различные предложения каким образом следует восстанавливать разрушенное и чем кормить народ. Предложений было высказано столько, что у меня уже кругом начала ходить голова. Многое я просто не понимал о чём идёт речь и всё из‑за многочисленных научных терминов, в которых я мало что смыслил, особенно в экономических, но главное я и так знал. Царила разруха, предприятия не работали, казённые склады продовольствия в значительной степени разграблены, защитились от мародёров только крупные латифундисты нанявшие на свои средства вооружённую охрану. С огромным трудом удалось за неделю прекратить массовое мародёрство, арестовать остатки войск принца Меркво и отправить в концлагерь используя их в качестве дармовой рабочей силы для ликвидации следствий тяжёлых боёв в городской черте. За это время кое‑как собрали местную полицию и вооружив направили на охрану правопорядка, а мои подразделения рассосавшись по всей планете взяли под свою охрану стратегические объекты и склады госрезерва, а также администрации округов и районов. В резерве осталось только три сотни бойцов, охранявших королевский дворец. Все были в разгоне, свободных людей не было вообще.

Положение было аховым, население пока ещё питалось своими запасами, но они должны были в ближайшие дни подойти к концу. Уже сейчас очереди к полевым кухням выстраивались километровые. Самих кухонь тоже не хватало, с горем пополам удалось на военных складах длительного хранения найти и запустить три сотни штук, которые сейчас и работали на полную мощь целые сутки напролёт. Продовольствия мало, денег нет, кредит после всего произошедшего никто не даст, а если и дадут, то под сумасшедшие проценты, электричества нет, воды нет, канализация не работает, бытовые отходы никто не вывозит, того и гляди эпидемия какой‑нибудь заразы разразится. По самому центральному округу не проехать, мешают многочисленные завалы рухнувших строений и жилых домов, хорошо ещё пригороды более или менее уцелели, а то вообще бы была задница полная. И вот со всем этим апокалипсисом местного масштаба мне предстояло разбираться чуть ли не самостоятельно, помощи‑то ждать неоткуда….

Послушав ещё некоторое время препирательства министров и их заместителей, я поднялся и обозрев замолчавших чиновников, негромко заговорил:

— Господа всё это время я вас внимательно слушал не перебивая, вот только большинство ваших предложений никак не соответствует текущей обстановке. Вы не антикризисные менеджеры — это ясно, но придётся вам перестраиваться на ходу если хотите и дальше занимать ваши высокие должности. На всё и сразу у нас нет ресурсов, а посему надо сосредоточить все свои силы на трёх, максимум четырёх направлениях. Во‑первых, надо расчистить дороги и восстановить транспортные пути, а для этого надо создать из числа работоспособного населения восстановительные отряды. Платить им нечем, так что будут работать за продовольственный паёк для работающего и членов его семьи, а для этого надо прекратить кормить здоровых лбов, нечего им шататься без дела, это опасно в конце концов. Полевые кухни должны кормить стариков, инвалидов, раненых и детей, остальные должны отработать свою еду на восстановлении разрушенной инфраструктуры. Во‑вторых, необходимо восстановить водоснабжение и электрические сети, а в‑третьих необходимо озаботится санитарно‑эпидемиологической очисткой от трупов и бытовых отходов, ни приведи господи эпидемия вспыхнет и в‑четвёртых следует обеспечить надлежащее медицинское обеспечение людей в круглосуточном режиме. Теперь продовольствие…. Созовите всех сельхозпроизводителей, будем с ними договариваться насчёт условий поставок их продукции. В общем, на этом и следует сейчас сосредоточить все наши силы, на остальное сейчас при всём желании не хватит. На этом позвольте завершить наше совещание, но завтра в это же самое время жду вас с предложениями в области реализации четырёх озвученных мною пунктов. Попрошу только задержатся министру финансов для отдельного разговора.

Министры и их заместители поднялись и отвесив лёгкие поклоны покинули правительственный зал заседаний, остался лишь министр финансов, барон Амадей Ди Шрай. Человек он был молчаливым и особо неприметным на общем фоне, но тем не менее фигурой он был крайне влиятельной, за которым стояли местные, а может и не только воротилы финансового рынка, так что ухо с ним следовало держать востро. Непростой он был человек и не мне в нынешнем своём состоянии с ними бодаться, так что придётся договариваться….

— Господин барон присаживайтесь ближе, а то как‑то неудобно через весь стол с вами вести беседу. — Распорядился я, продумывая с чего бы лучше начать.

Ди Шрай степенно поднялся и пройдясь, присел в кресло в двух метрах от меня и с интересом стал меня рассматривать, типа как экзотическую зверушку в зоопарке от которой неизвестно что можно ожидать, а вдруг она ядовитая, что вообще‑то было недалеко от истины, я ещё какой гад ядовитый, каких поискать….

— Господин барон каковы наши золотовалютные резервы?

Задумчиво пожевав губами, он нахмурился и стал обстоятельно отвечать:

— На сегодняшний момент ревизия ещё не окончена, но в вашем распоряжении имеется золота, серебра и не огранённых алмазов на общую сумму примерно в десять миллиардов крон и порядка двадцати миллиардов в валютах Священного Союза и Империи Орла, что по нашим потребностям сущая мелочь, тем более на нас висит суверенный долг в размере ста миллиардов. Очередной кредитный платёж должен произвестись через пятьдесят дней в размере двенадцати миллиардов крон. Денег нет, казна пуста, собирать налоги практически не с кого, золотовалютных резервов хватит для погашения задолженности на девять месяцев, если в экстренном порядке что‑то не придумать нас ждёт дефолт, а за ним следом последует арест заграничного казённого имущества и счетов в счёт погашения суверенного долга.

Мать моя женщина и на хрен я во всё это дерьмо влез, спрашивается? — С тоской подумалось мне. После восстания на Ферси свалил бы с баблом куда подальше и жил бы себе в своё удовольствие, так нет же на подвиги потянуло млять…. Но раз взялся, придётся тянуть эту лямку до конца, ну не могу я бросить людей, доверившихся мне, не тот я человек чтобы так по‑скотски поступить. Ну, да ладно, глаза боятся — руки делают….

— А как насчёт получения нового кредита или отсрочки платежей старого? — Нахмурившись, поинтересовался я у него, прикидывая в уме как бы разжиться деньгами для погашения суверенного долга, но ничего толкового на ум не приходило, слишком уж долг королевства Лейрин фантастически астрономическим был.

— Новый кредит если кто и даст, то под залог земли или месторождений природных ресурсов, да ещё и под огромный процент. Нет конечно на первое время это нас выручит, но в перспективе иностранные крупные корпорации всё здесь захватят и будут нас иметь как хотят. Нет, новый кредит — это не решение проблем, а отсроченная во времени смертельная удавка на нашей шее. Что касается отсрочки платежей, то тут надо в каждом отдельно взятом случае вести длительные переговоры с кредиторами иначе никак.

В задумчивости помолчав некоторое время, я чуть отвёл взгляд в сторону и распорядился:

— Барон, готовьте делегации для переговоров с кредиторами, на всё про всё у вас неделя, больше к моему глубокому сожалению дать вам не могу. Торгуйтесь, выбивайте лучшие условия отсрочки под разумные проценты иначе нас всех ждёт катастрофа.

— Хорошо, я всё сделаю в срок Сир, можете на меня положиться.

— В таком случае я вас больше не задерживаю господин барон, да и будьте добры позовите министров торговли и природных ресурсов, мне надо срочно с ними переговорить.

Откланявшись Ди Шрай удалился, а я остался сидеть в кресле размышляя в какую задницу я угодил. Банковский кредит…. Вот не зря христианская церковь и ислам запрещали ссудный процент, считая ростовщичество большим грехом. Это закабаление человека, общества и государства в целом, инструмент управления и манипуляции, так сказать, через долг.

Министр финансов удалился, а спустя минут пятнадцать в зал заседаний зашли двое министров и получив указание присесть поближе, подошли и присели с разных сторон от меня. Эти двое не были родовитыми аристократами, они были способными представителями среднего класса, благодаря своим способностям и трудолюбию пробившие свой путь в правительство королевства. Вот только и они не были самостоятельными фигурами, а лишь представляли интересы тех, кто за ними стоял. Министр торговли Альфред Мокс был выходцем из крупнейшей торговой оптово‑розничной корпорации, а за министром природных ресурсов Константином Мором маячила тень добывающей и перерабатывающей компании. И так за каждым министром из‑за чего приходится сплошную дипломатию разводить, ведь абсолютной власти не бывает, вот и приходится вертеться чтобы и волки сыты были и овцы целы, непростая кстати говоря задача. Что сказать, политика — искусство возможного….

Посмотрев на министров, я в глубине души повздыхал и задал вопрос:

— Господа я хочу знать в каком состоянии находятся казённые активы в области добычи полезных ископаемых и каковы возможности восстановления данных предприятий, а также реализации продукции на внешних рынках?

Константин Мор стрельнул в меня задумчивым взглядом и стал отвечать:

— Полный отчёт пока ещё не готов, но по предварительным данным две трети добывающих и перерабатывающих сырьё предприятий сохранилось в целости и сохранности и запустить их не составит особого труда, но для этого необходимо наладить бесперебойное энергоснабжение. Перечень полезных ископаемых широк, в том числе из списка самых редкоземельных, таких как золото, платина, рутений и рений с родием используемые в производстве космических кораблей. Думаю, где‑то через месяц нам удастся запустить некоторую часть предприятий, правда на полную мощность они выйдут далеко не сразу, так как нарушена технологическая цепочка, которую ещё предстоит восстановить в полном объёме.

Предварительный отчёт министра природных ресурсов порадовал, продажа сырья в ближайшее время должна заткнуть наши дыры и начать выплачивать суверенный долг, ну и заодно начать выплачивать хоть небольшую, но всё‑таки заработную плату.

— Это радует, господин Мор. Жду от вас подробный отчёт о состоянии дел в добывающей отрасли и перспективах её развития, но весь вопрос, где и как мы будем продавать добытое…. — Проговорил я и перевёл взгляд на министра торговли. Он намёк понял на лету и стал отвечать:

— Сырьё продавать на внешних рынках не проблема, проблема в доставке. Нужны большие рудовозы и торговые карго, а их на казённом балансе нет, они есть только лишь в частных руках, да и то очень мало, придётся нанимать иностранные транспортные компании, а это неизбежно повлечёт существенное снижение нормы прибыли. Хотя конечно мы не в том положении чтобы сейчас решать эту проблему, но в любом случае поступления в бюджет будут исчисляться многими десятками миллиардов крон, что позволит в ближайшей перспективе обслуживать государственный долг и постепенно модернизировать нашу промышленность.

Для начала и это сгодится, — подумалось мне, — не в нашем положении привередничать, придётся к подружке Ржавого обратится, она как ни как, а управляющая крупной транспортной компании и к тому же свои собственные карго имеет, правда их немного, но тем не менее….

— Кстати о долге…. Откуда такая государственная задолженность образовалась? — Поинтересовался я, обдумывая возможные варианты организации поставки природного сырья на внешние рынки.

Оба министра между собой задумчиво переглянулись, и господин Мор тяжело вздохнул и заговорил:

— Это один из главных тщательно охраняемых государственных секретов, но что уж теперь, придётся рассказать. Вы не только захватили власть, но и заботитесь о людях и интересах нашего королевства, так что вы этого достойны. В общем, покойный король Реднар VII в глубокой тайне от всех целенаправленно строил в подземных катакомбах мега завод по производству антиматерии. Стоит сказать, что запустил этот проект ещё его дед семьдесят четыре года назад и с тех пор его строительство, и научные исследования в этой области не прекращались ни на минуту. Таких заводов в человеческих мирах существует только три, один в Священном Союзе, другой в Империи Орла и третий на Ронде. Антиматерия большой дефицит на рынках, так как она является топливом современных космических кораблей. Мы думаем именно это и послужило главной причиной убийства короля агентами Священного Союза….

— Вот оно что…. ‑Совсем тихо протянул я, кажется начиная понимать всю глубину запущенной крестоносцами интриги. Помолчав несколько мгновений, я как бы невзначай поинтересовался:

— И какова готовность этого мега завода?

— Порядка девяносто два процента. Мощнейшая энергетическая станция полностью протестирована и готова к эксплуатации, осталось только поставить недостающее оборудование и протестировать его, после чего можно начинать производство антиматерии. Цена одного грамма порядка трёх триллионов крон, а наш завод будет в состоянии производить порядка двухсот грамм в год. Одна проблема, для того чтобы достроить и запустить завод на проектную мощность требуется порядка двадцати миллиардов крон, а их нет.

Вот так‑так…. С одной стороны, вот оно решение наших проблем, а с другой стороны с какого боку к этому решению подойти даже и не знаешь. Даже не в том дело что у нас таких денег нет, а в том кому такой продукт продать, да так чтобы самим не засветится, а то в любой момент пираты или тот же самый Орден крестоносцев пожалует и от нас даже мокрого места не останется. Куш слишком велик, за куда меньшее сбегутся лихие люди всех мастей чтобы поживиться, а мы слабы. Мы даже не армия, а так… отряд. Пусть и сильный, но всё‑таки отряд для мелких локальных стычек и не более того. Полноценная армия — это не отряд, а целый комплекс и система различных подразделений и родов войск под единым командованием и снабжением чего у нас и близко нет….

— Деньги под такое дело найдём, хоть это будет и тяжело, тут другой вопрос, как столь дорогой товар продать и главное кому? — С практическим интересом поинтересовался я, пребывая в глубокой задумчивости.

Альфред Мокс поднявшись, пожал плечами и заявил:

— Пока не знаем, но в самое ближайшее время цена на антиматерию резко возрастёт так как на Ронде разгорается гражданская война, из‑за чего третий завод непременно остановится, так что от покупателей отбоя не будет.

Вот же…. Вроде умный и толковый человек, а поди ж ты не понимает таких простых вещей.

Медленно обернувшись в его сторону и внимательно посмотрев ему в глаза, произнёс:

— Господин Мокс, вы поймите мир вступает в зону непредсказуемой турбулентности и прежние законы, и правила более не действуют, а отсюда следует что продавать надо так чтобы о нас никто не знал иначе то побоище, которое устроили в центральном округе принц Меркво и его оппоненты покажется нам детским лепетом.

— Да, пожалуй, вы правы Сир…. — Через пару минут напряжённых размышлений совсем тихо проговорил министр торговли, понурив голову.

— Рад что вы это понимаете. — Также тихо отозвался я и через несколько мгновений неожиданно для самого себя командным голосом спросил:

— Кто кроме вас двоих осведомлён о существовании данного проекта?

Константин Мор поднялся и посмотрев на Мокса сверху вниз и переведя взгляд на меня, стал отвечать на поставленный вопрос:

— В правительстве только мы курировали этот вопрос, остальные не в курсе. Реализацией данного проекта заняты триста человек, проживающие в подземном городке при мега заводе. Режим там соблюдается строгий, выход на поверхность разрешён только по специальным пропускам. Все люди проверенные и перепроверенные десятки раз, но тем не менее утечка где‑то произошла, надо проверять по новой и выяснить где случился прокол иначе действительно руины центрального округа нам детским лепетом покажутся.

— Значит так, собираемся и летим на этот ваш мега завод и посмотрим, что там да как. На сборы вам двадцать минут. — Распорядился я и после того как министры удалились, я вызвал начальника своей личной охраны и дал команду готовить к взлёту три десантных глайдера и сотню бойцов, а также отделение контрразведки.

Начальник охраны удалился. Он был великолепным мастером своего дела, некогда служивший в вооружённых силах Империи Орла, но по воле судьбы вставший на криминальный путь и получивший прозвище Енот. Я ему всецело доверял, он прекрасно отличился в ферсианском подполье, лично вычислив более двух сотен агентов, засланных спецслужбами Священного Союза. Вся моя надежда была на него, если уж он не сможет вычислить источник утечки информации, то это не сможет сделать никто….

Облачившись в боевую снарягу, я вышел из правительственного зала заседаний и в сопровождении пятерых телохранителей направился на взлётно‑посадочную площадку. Поднявшись в глайдер и оглядевшись, я увидел сидевших в креслах министров и присев рядом, поинтересовался координатами и выяснив их, через гарнитуру, отдал команду на взлёт, и мы полетели. Лететь пришлось чуть больше двух часов и за этот время я завалил министров целым валом интересующих меня вопросов и на многие из них получил вполне толковые ответы на многое открывшие мне глаза. Помимо мега завода антиматерии работал ещё и засекреченный институт, занимающийся перспективными разработками главным образом в военной сфере, а также в области информационных технологий построивший не имеющий аналогов в человеческих мирах квантовый суперкомпьютер на майорановских частицах. Всё это было крайне интересно и полезно, но для продолжения столь важных вещей требовалось стабильное финансирование, а денег нет….

Прилетев вглубь континента наши три глайдера приземлились в предгорьях на какой‑то поляне возле небольшой отвесной скалы. Покинув борт и с любопытством оглядевшись, поинтересовался:

— И где мы находимся?

— Одну минутку. — Отозвался господин Мокс и подойдя к скале, отодвинул в сторону каменную пластину за которой оказался не совсем стандартный сканер, снимающий сетчатку глаза. Идентифицировав себя, он набрал код и часть скалы приподнялась и открыла вход в туннель, куда мы и вошли. Идти пришлось по туннелю метров около ста, и мы вышли к стандартному КПП где нас встретили четверо военных и потребовали немедленно остановиться и предъявить пропуска.

Константин Мор и Мокс минут пять доказывали право привести с собой посторонних, но столкнувшись с решительным отказом всех нас пропускать, потребовали привести для разговора начальника службы безопасности секретного объекта. Он появился минут через десять, видимо до этого момента внимательно рассматривая через камеры наблюдения нежданно объявившуюся компанию хорошо вооружённых людей, хотя и в сопровождении тех, кто имел безусловное право беспрепятственно посещать секретный объект.

— Кто эти все люди? — Вежливо, но настойчиво поинтересовался он у обоих министров, то и дело бросая насторожённые взгляды на меня и моего начальника личной охраны.

— Это наследник принца Фэя, взявшего в свои руки всю полноту власти в королевстве. Именно его войска сейчас контролируют всю планету, его имя Нестор Махно. — Сделав шаг вперёд ответил ему Альфред Мокс.

— Хорошо, — после нескольких мгновений напряжённого молчания отозвался начальник службы безопасности, — вы и наследник принца без оружия в сопровождении одного из его людей идите за мной, пусть начальник объекта с вами сам разбирается.

Пришлось подчиниться. Передав одному из охранников своё личное оружие я вместе с министрами и Енотом проследовал за начальником службы безопасности дальше по коридору где имелось ещё несколько постов охраны и только тогда, мы оказались в лифте, и он вознёс нас куда‑то наверх и остановился. Двери разошлись, и мы вышли в обширный зал с прозрачным потолком через которое отлично были видны проплывающие облака. Это был даже не зал, а некое подобие дендрария с лианами и экзотическими цветами.

— Пройдёмте господа мы уже практически на месте.

Ещё раз окинув взглядом живой уголок видимо выполняющий роль помещения для релаксации, я вздохнул и проследовал следом за безопасником и в результате он завёл нас в кабинет, где за рабочим столом сидел пожилой мужчина и что‑то внимательно рассматривал на голографическом экране. Он был настолько увлечён что даже не заметил нашего появления в его кабинете. Начальник службы безопасности привлекая к себе внимание кашлянул, что заставило пожилого мужчину отвлечься и с глубокой грустью в глазах, посмотрел на присутствующих и грудным голосом заговорил:

— Присаживайтесь господа, я вас давно ждал и вот наконец вы появились. Нам есть о чём с вами поговорить сир.

— Простите, как вас зовут? — С некоторым недоумением взирая на смотрящего на меня мужчину с пронзительным взглядом, в котором читался глубокий ум и немалый интеллект.

— Профессор Альфред Ноэль, действительный тайный советник к вашим услугам господин Махно. — Отозвался он, ясно давая понять, что знает обо мне достаточно много. Помолчав несколько мгновений, давая мне осознать глубинный смысл сказанного, он заговорил вновь:

— Вы на сегодняшний день единственная сила в королевстве способная не только взять власть в свои руки, но и удержать её. Я внимательно наблюдал за тем что происходило в центральном округе и продолжаю наблюдать сейчас. Не скажу, что мне всё устраивает в ваших действиях, но тем не менее я хорошо понимаю из каких соображений вы поступаете именно таким образом и должен сказать, я на вашей стороне. Вы заботитесь о своих будущих подданных и это самое главное, но должен вас упрекнуть в одном, вы до сих пор так и не нашли время обратиться с посланием к народу и это ваше главное упущение, которое надо как можно скорее исправить. Люди должны знать кто их военный вождь, ведь мы живём в состоянии войны, да что там, весь мир, всё человечество сегодня в этом прискорбном состоянии пребывает….

Задумчиво покрутив головой, я перебросился многозначительными взглядами с Енотом и вкрадчиво поинтересовался:

— Что вы имеете ввиду профессор?

Ноэль некоторое время молчал, обводя скорбным взглядом всю компанию, собравшуюся в его кабинете и неспешно, стал отвечать:

— Видите ли господин Махно, насколько я понимаю ситуацию, до недавнего времени человечество развивалось более или менее ровно, концентрируясь главным образом на развитии и саморазвитии самого человека. Именно в этом заключалось развитие всего человечества в целом но не так давно некие силы приняли решение образовать ядро цивилизации, устремлённое в будущее, а остальных выбросить на обочину как не нужный балласт. Быть может кое‑кому удастся попасть в полу ядро, но даже находясь в полу ядре в полной мере развиваться не получится, ядро не даст. Устроив гражданскую войну нас выбросили на обочину практически без всяких шансов прорваться в ядро цивилизации, а значит лишили нас, наши детей и внуков будущего. Нужны беспрецедентно радикальные меры чтобы совершить рывок, но после всего происшедшего у нас даже на банальное физическое выживание нет ресурсов, вся надежда только на вас и ваши таланты господин Махно.

Хмыкнув, я в задумчивости пристально посмотрев в глаза профессора и увидев в них надежду, задал вопрос:

— Я так понимаю, если не совершить нечто такое сверхординарное, то все ваши усилия пойдут прахом?

Глубоко вздохнув, профессор тяжело поднялся и пройдясь вдоль стола, посмотрел на большой аквариум с экзотическими рыбками и согласно кивнув, заговорил:

— Да, нам действительно очень нужна помощь и не только финансовая, но и научная, мы стоим на пороге технологического прорыва в области энергетики, а также в военных технологий. Вся проблема в том, что нас остановили в тот самый момент, когда на горизонте замаячила финишная ленточка, вот только где эту помощь взять я не знаю. Очень хотелось бы верить, что вы сможете предложить приемлемый вариант.

Вот же жук, — подумалось мне, — сам не знает, как решить проблему и перебрасывает всю тяжесть решения на меня. Демонстративно выждав паузу, я поднялся и как бы невзначай поинтересовался:

— А как вы отнесётесь если помощь окажут урусы?

Медленно обернувшись в мою сторону, профессор, пожевав губами, ответил на поставленный вопрос:

— Это было бы идеальным вариантом, но к моему глубокому сожалению, они затворники, думающие только о себе, а на остальных им плевать. Не придут они к нам на помощь, они сами по себе, хотя и очень жаль.

— А если я вам скажу, что сам являюсь урусом и готов устроить переговоры с Советом старейшин на тему оказания всесторонней помощи королевству Лейрин, вы своё мнение поменяете?

— Поменяю. — Протянул он и прищурив правый глаз, поинтересовался:

— Насколько вы говорите серьёзно господин Махно?

— Я сама серьёзность господин профессор.

— Когда вы начнёте приговоры?! — Деловито потирая руки, с чувством выпалил профессор Ноэль.

— Сегодня и отправлю делегацию для переговоров на Новую Москву, но будьте так добры подготовить материалы ваших достижений и потребностей для Совета старейшин исходя из которых он и будет принимать окончательное решение, хотя…. Случаем сами не хотите на Новую Москву слетать и лично высказать свои аргументы?

— Почту за большую честь. — Удивлённо приподняв брови, проговорил Ноэль, взглянув на задумчивое лицо начальника службы безопасности.

— Вот и хорошо, собирайтесь и возьмите с собой ещё кого‑нибудь и полетели во дворец. Подготовим космический корабль, и вы полетите на Новую Москву. — Распорядился я и помолчав несколько мгновений сделал предложение:

— Случаем вы не сделаете для меня экскурсию по вашему мега заводу?

— Артём проведи для наших гостей ознакомительную экскурсию. — распорядился профессор, давая указание начальнику службы безопасности.

Поднявшись вместе с Енотом, мы пошли следом за Артёмом, очень мне хотелось хотя бы в общих чертах понять, что на самом деле представляет этот сверхсекретный объект и не поспешил ли я с принятием решения отправить профессора Ноэля вместе со штаб‑майором Леонидом Рашпилем на Новую Москву. Хотя если дела обстоят таким образом как говорят, то перспективы открывались самые широчайшие для любого, кто им сумеет толково воспользоваться, но для начала проект следовало довести до своего логического завершения….

Глава‑6

С некоторым пафосом произнеся последнее заученное на память предложение из текста обращения к народу я с огромным облегчением выдохнул. Свет софитов погас, трансляция в режиме реального времени была завершена, что позволило мне наконец хоть немного расслабиться. Расстегнув верхнюю пуговицу парадного кителя и пройдя в комнату отдыха, я устало рухнул на диван и прикрыв глаза, припомнил последние четыре дня вконец измотавшие меня. Все эти дни я под руководством опытных стилистов, спичрайтеров и имиджмейкеров только и делал что выполнял их настоятельные требования. Это было что‑то с чем‑то, повернитесь так, обернитесь вот эдак, здесь подправьте интонацию и тому подобные хитроумные загогулины, влияющие на обывателей, меня разве что в позу зю не ставили, иначе бы я не выдержал и сорвавшись набил от щедрот своих такому деятелю физиономию. В общем все эти многочисленные специалисты загоняли в край. Одно мне было непонятно, как это всё сносят профессиональные поликаны, это же сущий ад, в который некоторые прямо из кожи вон лезут чтобы в него попасть или хоть коготком зацепиться. М‑да‑а…вот странные же люди честное слово….

— Командир что‑то на тебе лица нет. — Неожиданно послышался ухмыляющийся голос Ржавого. Как он вошёл в комнату я и не заметил всецело погружённый в свои размышления, а это было опасно, зацикливаться на себе любимом и уходить в себя не следовало, слишком опасно, невзирая даже на наличие надёжной личной охраны, а то ведь может нечаянно явиться писец лохматый и сказать последнее прости‑прощай и выстрелить прямо между глаз.

— Ржавый у тебя выпить есть? — Вяло поинтересовался я, желая, как можно скорее снять напряжение последних дней.

— Есть коллекционный коньяк во фляжке из винных подвалов принца Меркво. — Продолжая ухмыляться ответил он и достал из внутреннего кармана серебряную фляжку и протянул её мне. Схватившись за неё и открутив крышку, я приложился к горлышку и одним махом влил в себя грамм так двести коньяка. Прислушавшись к своим ощущениям, я медленно закрутил крышку и вернул фляжку Ржавому.

— Ну как командир полегчало?

— Есть такое дело. — Признал я и помолчав несколько мгновений, поинтересовался:

— Как обращение, надеюсь получилось, и я не облажался?

— Не то слово командир, — с чувством выпалил он, — прямо‑таки заботливый отец нации и суровый командир в одном флаконе, ни добавить, ни прибавить, истинный вождь краснокожих. Не знаю, как тебе это удалось, но выглядел ты действительно потрясающе, думаю народу очень понравится.

— Случаем со мной местами поменяться не хочешь? — С кислой миной на лице, спросил я его:

— Упаси боже, ни дай бог жена, брошенная с детишками, прознает где их непутёвый папаша пропадает, заявятся и предъявят длинный счёт. Нет уж командир, я мышь половая и не горю желанием из себя делать публичную фигуру, не моё это и точка.

— Ты это серьёзно? — Немало удивившись на откровения Ржавого, поинтересовался я, впрочем, без особого желания узнать правду о своём подчинённом.

— Шучу я командир шучу, — замахав руками отозвался он с ехидной усмешкой, — нет у меня жены и не было никогда, я как перст один на этом свете божием. Родителей давно нет в живых, правда есть родная тётка, только где она я понятия не имею, детишки может где и бегают, но мне об этом ничего неведомо, мало ли где я нашкодил, поди всех упомни….

Хохотнув, я с уже куда лучшим настроением поднялся и поблагодарив Ржавого за отличный коньяк, покинул комнату отдыха дворцовой студии и направился в рабочий кабинет, но на пол пути неожиданно в коридоре объявилась смазливая девица, что‑то типа местной гламурной львицы и чётко виляя бёдрами направилась в мою сторону. Остановившись метрах так в полтора от меня, она сделала классический реверанс и как бы случайно поскользнувшись, рухнула в мои объятия. Осторожно поставив девицу на ноги и внимательно посмотрев на неё, я уловил тонкий запашок женских духов с примесью феромонов действующих на либидо самцов.

— Простите за мою неуклюжесть Сир. — Залепетала она, очень убедительно хлопая глазками и строя из себя саму невинность, разве что для полной картины ножкой по полу туда‑сюда не водила.

— С кем имею честь?

— Мисс Элизабет Ди Клари к вашим услугам Сир. — Продолжая невинно хлопать глазками представилась она и вновь сделала отточенный многими годами практики элегантный реверанс, способный завести с пол‑оборота очень многих мужчин.

— Больше не оступайтесь мисс Элизабет, а то ведь в следующий раз могут и не поймать, а падать знаете ли бывает порою очень больно, тем более если не знаешь, как. — Предупредил я и обойдя стороной замершую девицу, неспешной походкой продолжил свой путь. Встреченная как бы случайно в коридоре смазливая девица была как пить дать профессиональной куртизанкой, а это значит меня решили проверить на слабости и начали с самого примитивного, с клубнички. Мои парни этого сделать не могли, они и так меня знали, как облупленного, это сделали местные, вот только кто большой вопрос, хотя если вдуматься, не такой он уж и заковыристый.

Войдя в кабинет и дав возможность своей охране проверить помещение на наличие различной шпионской аппаратуры и убедившись в её отсутствии, я отдал команду:

— Парни выясните всё об этой мисс Ди Клари, особенно меня интересует как эта особа попала во дворец, и кто её направил по мою душу. Тот, кто это сделал знал в точности время и место моего появления, а таких наберётся не так уж и много. Только сделайте всё крайне деликатно, без задержаний и допросов в тюремных казематах.

— Будет исполнено командир! — Отчеканил начальник дежурного наряда и забрав своих подчинённых, покинул рабочий кабинет. Устроившись поудобнее в кресло, я включил голоэкран и стал просматривать информационные каналы. Новостей было много, но сосредоточившись на интересующие меня темы я нашёл то что искал. Заполыхала Ронда, там искусственно созданный гражданский конфликт перерос в полноценную гражданскую войну, правда интенсивность её была пока ещё не высока, но всё шло к тому что ожесточённость противостояния будет в ближайшее время возрастать в прогрессирующей прогрессии. Несколько иначе дела обстояли на Белой Пуще, пока там шли массовые манифестации и акции протеста с участием так называемой творческой интеллигенции, но среди этих толп протестующих то и дело появлялись провокаторы и откровенные боевики. На данном этапе раскачивания внутренней обстановки они себя не проявляли, но в достаточно скором времени они перейдут к иной тактике и тогда всё радикальным образом изменится.

Ситуация обострялась и в Халифате Азгар, состоящий из двух частей, делящийся главным образом различием в вероисповедании. Здесь противостояние приобретало явно религиозный окрас и сопровождалось это многочисленными террористическими актами и акциями устрашения. Под дикие вопли о неверных они друг друга фанатично уничтожали и ожесточение это росло день ото дня. Все готовились отчаянно воевать со всеми, как будто мир сошёл с ума или готовился к Армагеддону….

Кое‑как переварив полученную информацию, я переключился на мировые новости из королевства Лейрин. На голоканалах активно транслировали руины центрального округа, длинные очереди на пунктах раздачи пищи, а также то как люди вручную разбирают завалы и на носилках выносят битый щебень. Исправной техники не хватало, а имеющаяся работала в круглосуточном режиме, но тем не менее транспортные пути и дороги, хоть и медленно, но восстанавливались. Появилось электроснабжение и питьевая вода, с отоплением правда были проблемы, но и оно должно было быть восстановлено в ближайшее время. В общем, если можно так сказать жизнь потихоньку налаживалась. Вот только все мои старания пресса не оценила, меня обливали помоями со всех сторон, называя узурпатором и кровавым деспотом заставляющий людей заниматься непосильным физическим трудом на разборе развалин. Мало того, во всех разрушениях огульно обвинили меня и моё маниакальное стремление к власти. Какие‑то приглашённые в студию эксперты то ли психологи, то ли политолухи или даже недоучившиеся психиатры на мой счёт несли такую откровенную ахинею что в пору было рвать на своей голове коротко стриженные волосы, но я не рвал, а продолжал с болезненным любопытством смотреть всевозможные россказни о себе любимом.

Складывалось такое ощущение как будто мне целенаправленно создавали имидж с крайне негативным уклоном, обвиняя во всех смертных грехах. Весь вопрос, для чего это делалось и главное, кому хотели внедрить в сознание мой отрицательный образ, ну уж точно не жителям королевства Лейрин, они‑то как раз были в курсе реально всего происходящего. Вопросом кто задал именно такую установку я даже не задавался, вполне обоснованно полагая что это сделали в Священном Союзе, но для чего и с какой целью вопрос оставался открытым….

Выключив экран и посидев в задумчивости какое‑то время, я взялся за работу. Отчёты о проделанной работе и запросы на дополнительные ресурсы шли сплошным потоком, вот только единого образца не было, приходилось пользоваться стандартом, принятым в королевстве, а он меня ну никак не устраивал. Пришлось озаботиться ещё и этим, озадачив своих программистов, жаль только это дело не быстрое и займёт довольно продолжительное время, но ведь с чего‑то надо начинать чтобы поставить толковое делопроизводство иначе медный грош мне цена как управленцу….

Неожиданно тревожно раздался сигнал вызова прервавший плавный поток моих мыслей, пришлось нехотя отвлечься и включить связь.

— Что случилось Ржавый? — Предчувствуя беду, несколько резче обычного поинтересовался я у него.

— Беда командир, на королевский оружейный склад напали порядка тысячи отлично вооружённых и экипированных вояк при поддержке штурмовых роботов, а наших ребят там всего семьдесят четыре человека, срочно нужна поддержка. Как сообщает Михей, они продержаться от силы час, так что надо спешить иначе они там все полягут. — Со звериным оскалом выпалил он, крепко сжимая в руках тяжёлый лучемёт.

— Откуда они взялись?!

— А хрен его знает, на месте разберёмся!

— Хорошо, — после нескольких мгновений отозвался я, — поднимай две сотни с авиацией и дуй на всех порах туда, парней наших надо выручать. Главное толковый языков возьми, надо выяснить кто это такие и, кто организовал налёт.

— Будут тебе пленные командир! — Дико вращая глазами, выпалил Ржавый и отключил связь.

Только я поднялся с кресла, вновь прозвучал настойчивый сигнал вызова. Чертыхнувшись про себя, я нажал кнопку соединения и на экране появилось взволнованное лицо барона Альбрехта, и он скороговоркой заговорил:

— Сир, на энергостанции диверсия, она вышла из строя и ещё на продовольственные склады госрезерва совершено нападение. Примерное количество нападающих что‑то порядка трёхсот человек, все хорошо вооружены и имеют в наличии самоходную артиллерию.

— Я вас понял барон, немедленно собирайте отряд и выдвигайтесь на выручку. Имейте ввиду, мне нужны пленные. — Отчеканил я, отчётливо понимая, что одновременное нападение на два стратегически важных объекта не могут быть просто случайностью.

— Будет исполнено Сир!

Я как в воду глядел, за десять минут поступило ещё три сообщения о вооружённых нападениях, так что пришлось в экстренном порядке отзывать бойцов из других объектов. Дело начинало принимать скверный оборот, резервов больше не было, а если снять с других объектов, то они непременно подвергнуться разорению, что чревато крупными неприятностями. Подумав некоторое время, я связался с адмиралом Иволгиным и потребовал поскрести по сусекам и найти из числа личного состава корабельной группировки хотя бы сотню бойцов и прислать их в королевский дворец на усиление. Понимая сложившуюся обстановку, адмирал согласился и попросил полтора часа на сборы. Все возможные резервы были вычерпаны до донышка, оставалась только надежда что более нападений не случится….

Выведя на карту объекты, подвергшиеся атаке неизвестных воинских формирований, я сразу сообразил, что все они находятся в центральном округе. Постояв возле карты в глубокой задумчивости пару минут, я решительно подошёл к коммутатору и вызвав начальника личной охраны, распорядился:

— Енот, поднимай всех в ружьё, в том числе министров и их замов, а также дворцовую челядь. Вооружи их и снарягу хоть какую‑нибудь выдай, чует моя задница одновременное нападение на пять объектов такими крупными силами может быть отвлечением от чего‑то более важного.

— Я понял командир, сейчас сделаю.

Отключив связь, я словно тигр, загнанный в клетку метался по кабинету, не находя себе места. На всех пяти объектах шли тяжёлые бои, нападавшие явно были профессионалами в своём деле, вот только откуда они взялись понять было решительно невозможно, не с неба же они свалились в конце‑то концов.

Прошёл час с момента поступления первого сообщения и в этот момент вновь сработал коммутатор. Взглянув на номер, я сражу же нажал кнопку соединения и внимательно посмотрел на хмурое лицо Иволгина и вкрадчиво поинтересовался:

— У вас что‑то случилось адмирал?

— Случилось это мягко сказано Сир, — выдохнул он, словно бросаясь в ледяную воду, — боюсь, я не в состоянии выполнить ваш приказ и прислать вовремя подкрепление во дворец. Собранные по нитке со всех экипажей в количестве ста двадцати человек были вооружены и доставлены на орбитальную станцию, где ожидали десантные глайдеры для переправки на поверхность планеты, но случилось непредвиденное…. Произошла атака неустановленными вооружёнными лицами на центр управления орбитальной станцией, и сейчас мои бойцы отбивают эту атаку. Работают профессионалы, так что мне в экстренном порядке придётся ещё собрать людей чтобы отбить атаку и уничтожить противника.

— Действуйте адмирал. — Распорядился я, хотя в этом не было ровным счётом никакой необходимости, Иволгин и так действовал так как это было необходимо в сложившихся обстоятельствах, но формальность должна была быть соблюдена иначе какой я к лешему командир….

Отключив связь, я присел и глубоко задумался. Это была без всяких сомнений хорошо продуманная и спланированная операция, правда реализация её захромала в самом начале, слишком мои бойцы хорошо себя в бою показали и атакующим не удалось осуществить задуманное, но ещё не вечер как говориться…. Всё зависло в точке неопределённости, куда качнут весы, тот в конечном итоге и одержит верх.

Неожиданно в дверь настойчиво постучали кулаком и послышался взволнованный возглас начальника моей личной охраны:

— Командир открывай у нас большие проблемы!

Мысленно дав команду, я открыл замок и в кабинет ворвался Енот и остановившись в паре шагов от меня, охрипшим голосом заговорил:

— Командир, дворец окружают порядка двух тысяч хорошо вооружённых бойцов в сопровождении трёх десятков штурмовых роботов и восьми единиц самоходной артиллерии. Отступить нет никакой возможности, разве что через туннель ведущий в королевские тюремные казематы, но думается мне, те кто это затеял эту атаку о нём прекрасно осведомлены и подготовили засаду.

Глубоко вздохнув и размяв шею, я спокойно произнёс:

— Значит принимаем бой и будь что будет. Возможно он будет последним, но мы уйдём несломленными с гордо поднятой головой и нас запомнят надолго как сильных воинов.

— Я с тобой до самого конца командир. — Без всякой неуместной напыщенности и пафоса отозвался Енот, прикладывая правую раскрытую ладонь к сердцу.

— К бою и да прибудут с нами Святые стихии. — Выдохнул я в ответ и стал надевать боевое снаряжение и после того как в него облачился, зарядил штурмовой лучемёт и вместе с начальником своей личной охраны, покинул кабинет, особо даже не рассчитывая вернуться обратно, слишком уж нападающих было много, а ждать помощи не приходится, оставалось только надеяться на себя и боевых товарищей.

Пройдя через коридоры и подойдя к окну, я посмотрел на окружающую площадь и достав бинокль, стал внимательно наблюдать за действиями противника. Действовали они достаточно слаженно, подготавливаясь к решительной атаке, хотя на саму площадь не заходили. Шевронов или каких‑либо знаков отличия и принадлежности у них не было за исключением тактических жёлтых лент на обеих руках для идентификации в бою свой‑чужой.

— Что думаешь Енот?

Помолчав несколько мгновений, от продолжая наблюдать за действиями противника, стал обстоятельно отвечать:

— Это наёмники, скорей всего не из местных, какая‑нибудь частная военная компания или даже корпорация. План операции продуман практически без огрехов, просто не рассчитывали встретиться с таким сильным противником как мы, а для местного воинства этого хватило бы с избытком. Примерно через десять минут завершат свои приготовления и начнут расстреливать замок из самоходной артиллерии, а затем под её перекрытием пустят в атаку штурмовых роботов и только тогда пойдёт пехота. В общем, стандартная без всяких изысков схема атаки, но нам и этого за глаза хватит.

— Сколько нас?

— Наших сто десять человек, тридцать два полицейских, остальные двести сорок три гражданские. Они скорее пушечное мясо, но какое‑то количество нападающих на себя непременно отвлекут. В общем, кот наплакал, но мы ещё поборемся и покажем им что такое настоящее боевое ферсианское подполье и что оно из себя представляет в реальном бою. — Ответил Енот и решительно потребовал:

— Командир отсюда надо немедленно уходить вглубь, так как по этому этажу арта в первую очередь отработает.

— Пошли, — согласился я без всякого начальственного выпендрежа, — теперь ты командуешь обороной, а я тебе всецело подчиняюсь, так как каждый делать должен то, что он умеет лучше всего, так сказать на благо общего дела. Рассчитывай на меня как на рядового бойца, хотя мы сейчас все рядовые невзирая на наши звания и должности. Мы все в одной лодке, или все выгребем или все до одного погибнем иного не дано, так как на пощаду рассчитывать глупо.

Шагая следом за Енотом, я вдруг поймал себя на мысли, а действительно какое наше общее дело и что оно из себя представляет. Ответ, казалось бы, на такой простой вопрос что‑то не вырисовывался, одно дело организация ферсианского подполья против оккупантов и совсем иное, то что мы делаем сейчас. Нет у нас чётко сформулированной идеологической платформы, ясной и понятной для большинства и в этом наша ущербность, от которой надо как можно скорее избавляться. Пока мы спаяны совместным прошлым и это нас всех держит вместе, но как только это прошлое растает под воздействием внешних факторов таких как значительное пополнение из числа местных и противоречий шкурных интересов оно это единство рассыплется как карточный домик. Эх, кто бы подсказал что ли что‑нибудь толковое, а то у меня уже от этих философских мыслей шарики за ролики начинают заходить, того и гляди крыша поедет….

Не успел я додумать свою мысль, как за нашими спинами сильно громыхнуло, начался обстрел точно с того места где мы были и вели наблюдение за действиями противника, а затем взрывы слились в один, заработали все восемь артиллерийских самоходок и уже стало не до философствований. Не время было и не то место, тут бы выжить и, если улыбнётся хоть немного удача победить в неравной схватке.

Вот уже сорок минут продолжался интенсивный обстрел королевского дворца, мы не отвечали, занимаясь организацией засад, минированием и нагромождением баррикад из дорогущей антикварной мебели. Сущий вандализм, но иной мебели во дворце не имелось, стулья, столы и шкафы всё пошло в дело. Баррикады на скорую руку в общем получились, правда они надолго не задержат, но хоть так чем вообще никак. Ещё был у нас немалый плюс, это наличие многочисленных камер скрытого наблюдения во всех коридорах, имеющих и в большинстве кабинетов. Система была дублированной и хорошо защищённой от обнаружения портативными сканерами, что существенно должно было нам помочь в обороне. Мы готовились к бою, хотя весь дворец сотрясался от разрывов артиллерийских снарядов, с потолков сыпалась штукатурка и пыль, но пожара не было, разве кое‑где горела мебель, но не более того, так как здание было построено из негорючих строительных материалов, иначе бы нам пришлось совсем уж несладко.

Артиллерийский огонь стал стихать, и Енот незамедлительно отдал команду выдвинуться гранатометным расчётам на боевые позиции, что они и сделали, а спустя две минуты открыли огонь по наступающим штурмовым роботам. Видимо они нанесли достаточно серьёзный урон, так как вновь заработали самоходные артустановки и гранатомётчики были вынуждены отступить вглубь королевского дворца. Арта отработала ещё минут десять и опять пошли в атаку штурмовые роботы, отбили мы без потерь и эту атаку, но так долго это продолжаться не могло и командование противника пустили в дело своё главное оружие — дроны с бомбовой начинкой и вот тут‑то нам пришлось попотеть, да к тому же мы понесли первые потери. Погибло около пятнадцати человек из числа дворцовой челяди, главным образом из‑за своей халатности и неумелости.

Опять активно заработала арта и через некоторое время вновь пошли штурмовые роботы, только на этот раз в сопровождении пехоты. Вот тут‑то и пришлось задействовать все наши наличные силы для отражения штурма. Бой был скоротечный, но очень яростный, противник тактически грамотно всеми силами стремился прорваться в дворец, но и мы были не промах, били агрессивно и зло что и позволило нам отбить и эту атаку, враг был вынужден откатиться на исходные позиции.

На некоторое время наступило затишье, противник не стрелял, но усиленно занимался перегруппировкой тактических штурмовых групп и готовился вновь пойти на штурм. Не теряли время зря и мы, подготавливали всё новые и новые ловушки, работали все прекрасно понимая, что удержать противника наличными силами на площади нам долго не удастся, слишком их много было для нашей отчаянной горстки. В конечном итоге так оно и получилось. Начался обстрел, проводившийся на пределе технической возможности артустановок и под их прикрытием вновь пошла атакующая волна. Командование противника было вынуждено пойти на риск, так как атакующие рисковали попасть под огонь своей собственной самоходной артиллерии, но риск это был вынужденным и оправданным с их стороны, они спешили, опасаясь появления подкрепления для обороняющих королевский замок.

Сделав несколько десятков выстрелов из гранатомётов, мы были вынуждены отступить чтобы избежать преждевременных потерь. Заняв второй эшелон обороны, мы приготовились к бою и, он не заставил себя долго ждать. Первая линия под прикрытием основательно потрёпанных штурмовых роботов ворвалась на первый этаж и заняв оборону, дождалась вторую волну и двинулась вперёд по коридорам, но в этот момент сработали мины ловушки и от двух волн практически ничего не осталось. Полыхнуло знатно, взрывной волной завалило практически все коридоры с внешней стороны, да так что без специальной техники пробраться стало практически невозможно из‑за чего очередное наступление захлебнулось.

Устало присев на запыленное битой штукатуркой кресло я со стоном стянул с себя защитный шлем и прикрыв глаза задумался. Вроде и короткий бой, а два полных боекомплекта как с куста. Прошло каких‑то полтора часа, а меня уже хоть выжимай, благо армейское термобельё спасает, иначе от пота в снаряге хлюпало бы мама не горюй. Давненько мне так выкладываться не доводилось, военный фитнес мать его так….

— Что устал командир? — Неожиданно послышался бодрый голос Енота над моей головой. Медленно открыв глаза, я посмотрел на него и кивнув, заговорил:

— Задали мы им трёпку будь здоров, не ожидали они такого яростного сопротивления, теперь будут каждой тени бояться. Кстати, а как там дела обстоят на других объектах?

Енот, глубоко вздохнув и потерев подбородок, стал отвечать:

— Ни один объект противнику захватить не удалось. На двух в ближайший час враг будет ликвидирован, ещё на двух для этого потребуется часа три. Самая тяжёлая ситуация на армейском военном складе, противник там имеет значительный перевес в живой силе и к тому же на вооружении у него имеются современные зенитные переносные комплексы, предположительно производства Священного Союза. Авиации приходится, не входя в зону поражения вести огонь из‑за чего её эффективность довольно низка. Ржавый крутится как уж на раскалённой сковородке, тяжело ему, но он справляется к ночи эта группировка непременно прекратит своё существование.

— Значит нам до получения подкрепления ещё часа так полтора, а то и все два продержаться надо. — В задумчивости проворчал я себе под нос, помолчав несколько мгновений, поинтересовался:

— А как там дела на орбитальной станции обстоят?

— Там патовая ситуация, — выдохнул Енот, — летуны ведь не пехотинцы, но тем не менее смогли забаррикадировать подступы к командному пункту, энергетической установке и причальным пирсам и не позволяют противнику прорвать оборону, на большее у них сил нет. Для ликвидации противника потребуется порядка пяти сотен десантников, а их у нас пока нет.

— Что ж, похоже у нас получается. — Промолвил я и вдруг услышал звук инженерной машины, начинающей разбирать завалы.

— Похоже опять начинается. — Проворчал Енот и схватив лучемёт бросился к бойцам первой линии обороны.

Тяжело вздохнув, я взялся за тактический планшет и вывел на экран изображения со шлемов бойцов под командованием Ржавого и внимательно всмотрелся. Бой действительно шёл тяжёлый, противник всё ещё пытался прорваться на военные склады, но так и не мог этого сделать. Отряд охранявший стратегический объект работал в обороне чётко без нареканий, а бойцы Ржавого разбившись на мелкие тактические группы со всех сторон болезненно покусывали нападавших точным снайперским огнём, от чего он постоянно нёс существенные потери. Ржавый, не имея так такового военного образования действовал прямо‑таки как выпускник Академии Генерального штаба, с лихвой компенсируя значительный численный перевес противника, своим тактическим мастерством, полностью полагаясь на опытных бойцов ферсианского подполья. Ряды атакующих редели, но вражеский командир так до сих пор не смог ничего противопоставить тактике пчелиного улья и это радовало.

Посидев некоторое время в задумчивости, я вошёл в сеть и найдя папку с информационными каналами, стал их внимательно пересматривать, особо уделяя внимание сообщениям из королевства Лейрин. Информация была, вот только совсем не той она оказалась, какой я ожидал, совсем не той. Буквально все голоканалы пестрели экстренными сообщениями из королевства, где сообщалось что народ поднял восстание против тирании бывшего театрального деятеля Нестора Махно, ущемляющего демократические нормы и права человека. Больше всего умилило интервью какого‑то хмыря представляющегося как председатель Комитета спасения родины. Он нёс такой словесный понос, от которого хотелось ржать во всё горло, вот только мне было совсем не до смеха. Ведь не просто так на меня набросились словно бешенные псы, спущенные с цепи неведомыми кукловодами. Тут только два варианта на ум приходило, или некто хочет, чтобы я что‑то такое не сделал и тем самым ограничивает мои возможности или наоборот хочет из меня что‑то сделать. Уж не пугало ли мирового масштаба в глазах общественности, но опять же возникает всё тот же окаянный вопрос, а для чего и с какой целью это делается, вот кто бы мне на него ответил, а?

Вновь загремели взрывы и послышалась частая стрельба, пришлось спрятать планшет и взяться за лучемёт. Быстро прибежав на свой боевой пост на баррикаде и встав наизготовку стал ждать, когда инженерная машина разберёт завал на нашем участке обороны. Ждать пришлось минуты три. Рухнувшие межэтажные перекрытия отошли в сторону и в образовавшийся проход стал въезжать штурмовой робот, но наши гранатомётчики сработали чётко, одновременно выстрелив из шести тубусов и смертоносная машина замерла на месте и стала дымиться, а потом её в один момент охватило пламя, и она взорвалась. Сила взрыва была такой, что меня буквально приподняло и швырнуло метров так за пять. Всей своей немаленькой тушкой я рухнул на мозаичный пол отчего он покрылся многочисленными трещинами. Со скрипом во всём теле я с трудом поднялся и оглядевшись, бросился на помощь остальным бойцам пострадавшим куда сильнее моего, так как они не имели такой снаряги как у меня. Быстро оказав помощь, я вновь подошёл к баррикаде, но сработал сигнал вызова. Включив связь, я услышал взволнованный голос Енота:

— Командир, быстро минируйте позиции и уносите оттуда ноги на запасную позицию, прорыв этажом выше и с правого фланга, ещё четыре минуты, и вы окажетесь в окружении.

— Я понял.

Отключив связь, я отдал команду быстро всё тут заминировать и отступать. Парни, ловко установив заряды подхватили под руки пострадавших товарищей и перебежали на следующую позицию, где мы и заняли оборону. Пристроившись за колонной, я внимательно прислушался, бой кипел везде и с верху и обоих флангов и даже под нами постоянно что‑то бухало. Противник, не считаясь с потерями продолжал активно наступать, вот только движение это давалось ему с огромным трудом, мины и гранатомётчики с засадами отлично делали своё дело, что лишь подтверждало изначальную правильность выбранной нами тактики сражения.

Неожиданно за нашими спинами в метрах так пятнадцати рвануло, и плита межэтажного перекрытия со страшным грохотом рухнула. Быстро натянув маску на лицо, я развернулся и прицелился, в образовавшуюся дыру спрыгнули сразу несколько противников. Пришлось открыть прицельный огонь, и они как подкошенные рухнули на пол. Мгновенно переведя прицел в дыру, я выпустил заряд из подствольного гранатомёта и там на верху сразу после прогремевшего взрыва раздались дикие вопли раненых противников. Мои парни очухавшись также выпустили несколько зарядов из подствольников и мы, не тратя даже лишней секунды бросились наутёк к следующей оборонительной позиции. Сделали мы это вовремя, так как через минуту там, где была наша баррикада прогремел сильный взрыв и рухнувшее перекрытие подгребло вод собой нашу импровизированную крепость. Если бы мы хоть немного под задержались, нас бы сейчас раскатало в тонкий блин….

Пока перебегали на новую позицию, я на бегу сообщил Еноту о применении противником нового тактического приёма. Устроившись на новом месте мы уже более внимательно прислушивались что происходит по сторонам, но бои шли дальше впереди нашей группы, получалось только нас противник вынудил отступить вглубь королевского замка дальше всех.

Сработала гарнитура тактической связи и вновь послышался спокойный голос Енота:

— Командир, ставьте мины ловушки и сваливайте к бальному залу, противник на вашем направлении концентрирует все свои наличные силы чтобы развить успех. Пойдут в атаку буквально с минуты на минуту. Пусть наступают, мы препятствовать особо не будем и когда они углубятся я одновременно активирую все минные заряды и тогда мы их обложим со всех сторон малыми тактическими группами, а все возможные пути отхода заминируем. Не уйдёт никто, гарантирую.

— Я тебя понял Енот, сейчас сделаем. — Выдохнул я и продублировав полученную команду, занялся установкой минных заграждений, а спустя три минуты ориентируясь по карте, повёл бойцов в сторону большого бального зала. Прибыв на указанное место, мы застали несколько баррикад уже занятыми бойцами из других тактических групп. Выяснив где наш участок обороны, направился туда и вместе с бойцами приступил к обустройству огневых позиций, всё время внимательно вслушиваясь в отголоски боя, который к нам медленно, но верно приближался. В какой‑то момент произошло короткое, но жаркое боестолкновение буквально в нескольких десятках метров от нашей баррикады и тогда оглушительно рвануло. От слитного взрыва многочисленных мин ловушек содрогнулся весь замок, попадали многие межэтажные перекрытия и неожиданно наступила оглушительная тишина, иногда нарушаемая противным скрипом повисших на арматурных струнах бетонных обломков.

Сбросив с себя откуда‑то упавшую на меня столешницу я, опираясь на лучемёт поднялся и отряхнувшись от вездесущей пыли, вызвал начальника личной охраны:

— Как наши дела Енот?

— Отлично командир, противник по самые уши влез в расставленную ловушку, каковы его реальные потери судить не берусь, но никак не меньше половины от общего числа атакующих. Сейчас наши парни завершают его окружение на всех этажах и начнут его расстреливать снайперским огнём, а где‑то через полчаса подойдёт к нам на помощь отряд барона Альбрехта, и мы начнём планомерно производить зачистку дворца.

— Отлично сработано Енот, продолжай в том же духе, и ты у меня генералом непременно станешь. — Похвалил я его помолчав несколько мгновений, поинтересовался:

— Каковы наши фактические потери?

— На текущий момент семьдесят восемь человек погибло, все гражданские. Из наших бойцов имеют различной степени тяжести сорок два человека из них девять находятся в реанимационных камерах. Гражданские имеют ранения порядка сотни человек из них четверо министров и шесть их заместителей. — По‑военному чётко доложил он и испросив разрешение, отключил связь, ему надо было работать, сражение хоть и подходило к своему логическому завершению, но тем не менее завершённым ещё не было.

Постояв в задумчивости несколько минут, краем уха прислушиваясь к отдалённым выстрелам и глубоко вздохнув, присел на стул и достав тактический планшет вошёл в сеть и стал просматривать международные информационные каналы, касающиеся происходящих событий в королевстве Лейрин. Пересмотрев несколько десятков каналов я в конечном итоге забросил это бесперспективное занятие, так как выдаваемая информационная картинка была прежней, народ восстал против самозванца и кровавого деспота и сражался за демократию и всеобъемлющие права человека. Всё тот же председатель Комитета спасения родины на все лады верещал, обращаясь ко всем цивилизованным странам и народам помочь повстанцам и чуть ли не прямым текстом призывая к немедленной иностранной интервенции ради защиты демократических свобод.

Отключив планшет, я глубоко задумался. Надо было создавать свой информационный канал, а лучше сразу два иначе это не дело, меня с головы до ног все, кому не лень помоями поливают, а я сделать ничего не могу, нет у меня информационного обеспечения для проводимой политики, а это никуда не годится. Одна проблема — деньги, вернее их практически полное отсутствие, но ради такого дела придётся подтянуть пояса на несколько дырочек и что‑нибудь оригинальное взять, да и придумать….

Глава‑7

Две недели без перерыва шли допросы пленных. Наши предположения полностью подтвердились, это были профессиональные наёмники, собранные со всего света. Всего их было нанято неизвестными лицами пять тысяч человек. Начали их доставлять под видом туристов в королевство ещё до убийства монарха, последняя партия пришла за день до закрытия на карантин орбитальной станции. На Лейрин их разместили в нескольких подземных казармах, вооружили и провели многочисленные учения. Кто это сделал наёмники не знали, но хорошо знали, что им предстоит сделать. В их задачу входило захват королевского дворца и физическая ликвидация всех, кто в нём находился. Наградой за работу были дворцовые трофеи и сокровищница, в которую я так за всё это время так и не удосужился наведаться.

В плен нам сдались чуть более двух тысяч наёмников в том числе и их командир с двумя заместителями, многие из них были ранены и покалечены, вот только что‑либо толкового они к сожалению, сообщить не могли. Кто их нанял, кто доставлял в королевство, кто вооружал и, кто поставил задачу, они не знали из‑за чего следствие не то что бы застопорилось, но продвигалось с большим скрипом. Следственные группы из числа местных и моих контрразведчиков из ферсианского подполья, не зная сна и отдыха носом землю рыли, чтобы выйти на тех, кто устроил эту атаку, но пока результатов не было, слишком уж всё профессионально было проделано, что называется на самом высшем уровне….

Мои размышления прервал настойчивый вызов коммутатора, пришлось отвлечься. На том конце был Ржавый собственной персоной, пришлось соединить.

— Привет командир скажи своим архаровцам чтобы меня пропустили, есть кое‑какая новая информация с которой я бы хотел переговорить с глазу на глаз.

— А что тебя разве не пропускают? — В немалой степени удивился я, рассматривая его физиономию, покрытую густой двухнедельной щетиной с редкой проседью.

— В том‑то и дело что нет, твоя личная охрана требует, чтобы ты лично отдал им спустил приказ. Перестраховываются и правильно кстати говоря делают, после всего произошедшего бдительность превыше всего.

— Хорошо я сейчас распоряжусь.

Переключив канал, я отдал приказ начальнику дежурного наряда пропустить Ржавого, продолжая при этом просматривать поступающие отчёты, где‑то удалось запустить предприятие, где‑то вот‑вот запустят производственную линию. Тяжелейшая ситуация выправлялась, хоть это давалось с огромным трудом, как правило образно выражаясь через пинки, да затрещины, по‑другому почему‑то никак не получалось. Пришлось даже пойти на радикальные меры и взять бюджетно‑образующие предприятия под внешнее управление, а то частные собственники даже не пошевелились, тем более многие из них вообще куда‑то свалили, похоже с концами. О национализации пока разговор не шёл, сначала надо было выстроить твёрдую вертикаль власти и вообще легитимировать саму новую власть и вот тогда можно будет и подумать насчёт национализации стратегических отраслей экономики, а пока об этом можно только мечтать….

Дверь открылась и в кабинет вошёл Ржавый в цивильном дорогом костюме от которого шёл аромат тонко подобранной мужской туалетной воды, без всякого сомнения выбирала женщина и кажется догадываюсь кто.

Присев в кресло напротив меня Ржавый оглядел меня и кивнув каким‑то своим мыслям, заговорил:

— Мы выяснили кто этот Председатель Комитета спасения родины. Это один из пасторов секты основанной на Ферси спецслужбами Священного Союза, его настоящее имя Саймон Грейс. Проходил полугодичные курсы на Ферси в Институте религиозных свобод, был подданным Империи Орла, но сменил его на лейрианское подданство более года назад. С психикой у него не совсем всё в порядке, до оккупации Ферси несколько раз помещался в психиатрический стационар, где проходил углублённое лечение. В общем, человек со справкой о недееспособности. Съёмки проводились на фоне развалин одного из посёлков на Ферси, в смысле за всем этим фейком со всех сторон торчат ушки спецслужб Священного Союза. Постановка довольно качественная, но не без огрехов, благодаря которым наши спецы и смогли вычислить точное место. Этот сумасшедший пастор сейчас находится на Ферси в столичном округе, частенько захаживает в твоё варьете. Бывает в казино по соседству, играет по‑крупному. Я попросил Лося за ним понаблюдать, но пока не трогать, для начала надо выяснить его круг знакомств, а уж тогда подготавливать операцию по его захвату вместе с компанией.

Гммм…растёт Ржавый прямо на глазах, — подумалось мне, — так глядишь и в конкуренты Лосю выбьется, как бы в дальнейшем враждовать между собой не стали на почве конкуренции, так сказать. Придётся их как‑то развести чтобы между собой особо не пересекались, а то ещё не хватало мне в своём же ближнем кругу свар и жёсткой игры на выживание….

— Отлично поработал хвалю. Ты занялся этим пастором, вот им и занимайся дальше, как только на Ферси произойдёт восстание, хватайте его и всех тех, кто с ним связан. Доставьте сюда, будем разбираться с ними в особом порядке. — Распорядился я, помолчав некоторое время, задал вопрос:

— Как там твоя подружка Алисия де Оливейра свои торговые карго с Ферси вывела?

Ухмыльнувшись, Ржавый отчитываться:

— Да, корабли покинули систему Ардана. Под завязку загрузились товаром и полным ходом идут сюда, недели через две будут. В трюмах в основном продовольствие и строительная техника, как раз то что нам сейчас позарез необходимо. Лось поступил мудро, он активно избавляется от наличности Священного Союза вкладываясь в ликвидный товар и золото, а также в антиквариат, ну ещё открыл несколько счетов на подставные лица в некоторых мирах Союза. Уже сейчас практически все схроны под завязку полны, так что после восстания мы без бабла не останемся, будет на что встретить безбедную старость и поддержать наших ветеранов, не полагаясь на маленькие пособия Империи Орла.

— Неплохо, — согласился я, — будет у нас свой золотой запас на случай если придётся уносить ноги.

Поговорив ещё несколько минут о текущих делах, Ржавый ушёл, а я остался один. Посидев в задумчивости какое‑то время, я решил вновь взяться за отчёты, но дело хоть убей не шло, напрочь настрой исчез. Помучавшись какое‑то время, я вызвал начальника дежурного наряда и велел готовить глайдер и сопровождение охраны. Первым делом наведался в больницы, поговорил с пациентами и выяснив нужды, пообщался с медиками. Записав целый список необходимого, облетел стройки, побеседовал с работающим людом, выслушал жалобы и разъяснил текущую обстановку и наши перспективы. Посетил несколько заводов и фабрик, ознакомился с выпускаемым товарным ассортиментом и перспективами развития новых производственных линий, и количеством будущих рабочих мест. Опять же выслушал многочисленные жалобы и всякие предложения, многие из которых оказались на удивление дельными.

Поздно вечером вернувшись в особняк, я попарился от души и присев на веранде, глубоко задумался. Всё тянуть на себе просто физически невозможно, надо было воссоздавать хоть какой‑нибудь парламент с народными представителями, кто будет с людьми напрямую работать иначе с народными проблемами и разбираться будет особо некому, нужна была действенная обратная связь между народом и властью. Попив горячего чайку, я взялся за планшет и набрал номер барона Альбрехта.

— Добрый вечер Сир. — Поприветствовал он меня, всем своим видом выражая готовность выполнить любой поступивший приказ.

Поприветствовав его в ответ, я помолчал несколько мгновений и устало заговорил:

— Симеон, я предлагаю вам заняться формированием Законодательного собрания королевства. Дело для вас новое и необычное, вы вправе отказаться, я не настаиваю.

Барон как‑то больно уж загадочно посмотрел на меня и с глубоким уважением ответил:

— Это для меня большая честь Сир, я принимаю ваше предложение и приложу все свои силы и даже сверх того, чтобы выполнить ваше поручение.

— В таком случае с завтрашнего дня сдайте дела своему заместителю и немедленно приступайте к созданию парламента народных представителей. Будут какие‑то трудности или потребности в ресурсах обращайтесь ко мне сразу напрямую, всё что в моих силах я сделаю.

Озадачив барона Альбрехта столь сложной задачей я с ним попрощался и отключил связь, переключился на новостные голоканалы. Выбрав новости из Священного Союза и взглянув на трансляцию в режиме онлайн я чуть с пуфика не свалился от неожиданности. В столице Союза проходили не просто протестные манифестации, а самые что ни наесть натуральные погромы и грабёжи магазинов и супермаркетов и всё это веселье сопровождалось пожарами, драками, поножовщиной и эпизодическими перестрелками между различными бандами за хабар. Сил правопорядка и армии не наблюдалось вообще, никто не разгонял толпы мародёров и не препятствовал уличным бандам чинить беспредел, что было крайне подозрительным если не сказать больше….

Переключившись на голоканалы Империи Орла и пересмотрев кучу всяких ток шоу, довольно быстро сообразил, что и в Империи далеко не всё гладко, определённо все эти передачи раскачивали внутриполитическую обстановку и это было не просто так. Определённо за этим что‑то такое стояло…. Такие пропагандистские раскачки общества всегда делают с какой‑то определённой целью, то ли для скрытой мобилизации, то ли для войны или…. Или для массовых беспорядков под прикрытием которых проводятся мутные дела или передел собственности в среде элиты или крайне необходимые реформы, которые невозможно провести в обычной мирной обстановке из‑за активного противодействия крайне влиятельных сил….

Выключив планшет, я поднялся с пуфика и в задумчивости заложив руки за спиной, прошёлся по веранде и остановившись возле небольшого водопада и глядя на журчащую водичку, стал осмысливать всё то что увидел в сети. Элиты были расколоты как в Священном Союзе, так и в Империи Орла хотя, хотя, хотя…. Тут вполне может иметь место быть и сговор между частью элит Союза и Империи и всё происходящее не более чем постановка для плебса и среднего властного звена, вот только с какой цель совершенно непонятно. Без инсайдерской информации и не узнаешь так ли это на самом деле или нет….

От тяжёлых размышлений у меня аж в висках заломило. Вновь пройдясь по веранде, я остановился и облокотившись на перила, продолжил свои размышления, но неожиданно за моей спиной настойчиво запиликал планшет, сообщавший о поступлении экстренных новостей. Неспешно оттолкнувшись от перил, я подошёл к столу и взяв планшет, посмотрел на экстренное сообщение и не поверил своим глазам. На Ферси началось восстание, хотя по сообщениям Лося оно должно было произойти через пять дней. Подробностей произошедшего практически не было, разве что постоянно крутили парочку коротких видео где было видно, как ферсианское подполье из засад расстреливает военную колонну и сбивает несколько штурмовых глайдеров сопровождавших её.

Бросившись в рабочий кабинет к коммутатору, я быстро набрал номер своего заместителя. Минут пять он не отзывался, но потом пошло соединение и на экране появилось серьёзное лицо Лося.

— Привет командир, ты уже знаешь, что мы подняли восстание?

— Да вот только что в экстренных новостях увидел. Почему раньше срока начали атаку? — С любопытством поинтересовался я, внимательно вглядываясь в спокойное лицо Лося.

Глубоко вздохнув он, покачав головой, стал отвечать:

— Неожиданно приказ пришёл на немедленное выступление, вот и пришлось в срочном порядке вносить коррективы в план восстания. На данную минуту две орбитальные крепости, космопорт и центральные военные склады, а также станция объективного космического контроля в наших руках. Авиабаза противника уничтожена, в ближайший час захватим оккупационную администрацию. Орбитальную причальную станцию пока не трогаем, давая возможность многим эвакуироваться, как того требует Генеральный штаб. В общем, максимум через сутки возьмём всю планету под свой контроль и займёмся зачисткой территории от коллаборационистов, предателей, а также остатков войсковых подразделений Ордена крестоносцев. ВКС Империи по моей информации войдёт в систему Ардана примерно через час после того как её покинет последний борт с эвакуантами и на этом нашу миссию можно смело считать завершённой.

— Ну что ж, — с облегчением выдохнул я, — желаю вам удачи и как только сдадите дела я за вами сам лично прилечу и заберу на Лейрин, вы мне здесь позарез как нужны. У меня тут жуткий кадровый голод, хотя местные и неплохие парни, но я им пока особо не доверяю, сам понимаешь, доверие ещё заслужить надо. Работы поле непаханое, должностных вакансий немерено, как и карьерных перспектив, хотя конечно тут далеко не всё так просто как на Ферси, главным образом из‑за местной родовой аристократии, но она пока сидит тихо и не отсвечивает, а как там дальше будет, неизвестно ещё. Если начнёт выпендриваться придётся прищучить и указать её реальное место, вплоть до национализации недвижимого имущества и других ценных активов….

— С удовольствием, — согласился Лось, — а то у меня что‑то нет совершенно никакого желания вновь рядовым или там сержантом возвращаться в строй какого‑нибудь имперского легиона, на свободе и вольных хлебах как‑то оно поинтереснее будет.

— Ладно Лось не буду тебя отвлекать, работай, но по мере возможности держи меня в курсе всего происходящего. — Распорядился я и попрощавшись со своим заместителем, отключил связь и присев на диванчик, задумался. Генеральный штаб Империи Орла спешил, видимо это было напрямую как‑то связано с внутриполитической обстановкой, иначе такую спешку объяснить практически невозможно.

Послышался какой‑то шорох в высоких декоративных кустах, затем чей‑то протяжный стон и всё затихло. Немедленно среагировав, я ушёл под прикрытие мраморной колонны и вызвал начальника дежурной смены охраны и требовательно поинтересовался:

— Что в парке происходит?

— Какой‑то парень перелез через забор и хотел попасть в особняк, но мы его задержали и сейчас будем допрашивать. — Нехотя отозвался он, совсем не горя желанием беспокоить меня на его взгляд какой‑то мелочью.

— Где задержанный сейчас находится?

— Мы его под конвоем сопроводили в здание охраны.

— Хорошо я сейчас подойду. — Проговорил я, желая лично посмотреть на того, кто решился проникнуть на хорошо охраняемый особняк. Не то чтобы мне сильно хотелось это сделать, просто работать уже не хотелось, а спать было ещё рано, вот я и решил немного отвлечься и посмотреть на возможного злоумышленника.

Спустившись по ступенькам с веранды я по дорожке прошёлся до небольшого здания где квартировала моя личная охрана и открыв дверь, вошёл внутрь и увидел молодого парня лет пятнадцати от роду со скованными за спиной руками. Он не брыкался и не сопротивлялся, но смотрел на моих телохранителей с дерзким вызовом во взгляде. Он был далеко не трус.

— Как тебя зовут парнишка? — C любопытством разглядывая его, поинтересовался я, приблизившись к нему чуть ближе.

— Эдвард Свардс. — С некоторым вызовом ответил он, продолжая спокойно стоять и не делать резких движений способных спровоцировать мою личную охрану на применение физической силы или спецсредств.

— Так и зачем ты сюда проник Эдвард Свардс?

— Я хочу лично передать послание от нашей школы господину Махно.

— Так передавай его, а я послушаю. — С немалым удивлением взирая на него, отозвался я, не совсем понимая, что школьникам от меня могло потребоваться.

— Нет, а должен лично ему передать это послание. — Категорично заявил он, приняв горделивую осанку.

— Я и есть тот самый господин Махно, так что говори смело, а я тебя внимательно послушаю.

С недоверием оглядев меня, парнишка вздохнул и заговорил:

— Через месяц начинается учебный год, а у нас школа полуразрушенная, нет тетрадей, учебников и учебных пособий, да что там! У нас практически ничего нет и как теперь учится мы не знаем, вот мы и просим вас оказать нам хоть какую‑нибудь посильную помощь.

Вот же блин, — подумалось мне с досадой на самого себя, — а ведь это у меня совсем вылетело из головы. Учёба ведь — это очень важно, а я осёл педальный об этом даже и не вспомнил, замотался совсем. Всему учиться самому приходиться буквально с колёс, а министры и их заместители даже и полусловом не обмолвились об необходимости налаживания образовательного процесса. Надо будет завтра им наставлять пистонов по полной программе, да и не было у нас министра образования и культуры, а это огромное упущение с моей стороны….

Подумав некоторое время, я внимательно вгляделся в дерзкие глаза юнца и решительно распорядился:

— Собираемся и летим в твою школу и на месте посмотрим, чем я смогу вам помочь.

Парню сняли браслеты, и я вместе с ним в сопровождении двух десятков личной охраны погрузился на армейский глайдер и вылетел на указанное место. Был поздний вечер и кого‑либо я там застать не надеялся, но мне захотелось лично посмотреть на то что осталось от школы и хоть как‑то разобраться, как и чем я могу помочь. Дело‑то и вправду было очень важным. Дело без всякой иронии государственного значения, требующее постоянной заботы и чуткого внимания….

Подлетев на место, первый глайдер просканировал окружающее пространство и не обнаружив возможной засады приземлился и высадил десант. Когда бойцы заняли позиции, мой глайдер приземлился, и я вместе с парнем покинул борт и осмотрел то что осталось от средней образовательной школы. От неё осталось примерно половина, но и та часть что осталась довольно сильно пострадала. Окон нет, крыша во многих местах пробита, кругом битый щебень и куски арматуры с бетоном, учиться в таких условиях конечно было нельзя, но кто хотел тот и в таких условиях будет грызть гранит науки, но всё же будет куда как лучше если для этого есть надлежащие условия. Походив по развалинам и позаглядывав к кое‑каким учебным классам я неожиданно для себя натолкнулся на несколько человек которые своими силами хоть как‑то пытались привести в порядок несколько кабинетов. Они настолько были заняты что даже не обратили на нас ровным счётом никакого внимания, пришлось подойти.

— Добрый вечер дамы и господа, позвольте полюбопытствовать, что вы здесь делаете в столь позднее время?

Люди оторвались от работы и с немалым удивлением посмотрели на меня и одна женщина средних лет с миловидным лицом сделав пару шагов мне навстречу, поглядывая краем глаза на вооружённую охрану, с вызовом произнесла:

— А что разве это запрещено? Насколько я знаю комендантский час был отменён пять дней назад, так что мы в своём праве.

Примиряюще подняв руки, я сделал ей шаг навстречу и спокойно ответил:

— Да вы правы, комендантский час моим указом отменён, но всё‑таки я хотел бы знать, чем вы сейчас здесь занимаетесь?

Мгновенно сообразив кто перед ней стоит, женщина уже без всякого вызова стала отвечать:

— Мы преподавательский состав среднеобразовательной школы своими силами пытаемся привести хотя бы несколько учебных классов для того чтобы их подготовить к началу учебного года. Дело трудное, но мы уж как‑нибудь да управимся.

— Достойное занятие. — Согласился я и помолчав несколько мгновений, поинтересовался:

— Простите сударыня, как ваше имя и занимаемая должность?

— Я директриса Екатерина Аврон, возглавляю вверенную мне школу уже двенадцать лет. — Представилась она и с выжиданием посмотрела на меня, как бы давая намёк, что и мне не мешало бы представиться даме.

— Позвольте представится, Нестор Иванович Махно, глава временной администрации переходного периода королевства Лейрин.

— Очень приятно Сир. — Произнесла она, делая достаточно неуклюжий реверанс.

Чуть склонив голову в ответ, я помолчал несколько мгновений, всматриваясь в усталые глаза женщины и задал вопрос:

— Насколько я понимаю, вам помощи нет, как и нет её и для других школ, я прав?

— Да, вы совершенно правы Сир, помощи никакой нет, но мы всё понимаем, сейчас все силы брошены на устранения последствий боёв в центральном округе, так что мы не робщим, единственная просьба посодействовать в закупке учебных программ, школьных учебников и учебных пособий. — Выдохнула она, на мой вопрос и обернувшись к своим подчинённым, с благожелательностью кивнула, поощряя их к вступлению в дискуссию.

— Хорошо, — после минутной паузы отозвался я, — обещаю, сделаю всё что в моих силах чтобы обеспечить все школы необходимым инвентарём, обеспечивающим непрерывный процесс обучения к началу учебного сезона. Кое‑какую строительную технику и рабочие бригады я выделю на восстановление школ, но крайне необходимо детей и подростков привлечь к этому делу, нечего им по улицам без дела шататься и сбиваться в уличные подростковые банды. Работать разумеется должны согласно возрастного норматива, под бдительным надзором педагогов и вожатых, а также медработников. Надо приучать детей и подростков к дисциплине и трудовой культуре с этикой иначе мы упустим подрастающее поколение и сами не возрадуемся от того что из них выйдет в конечном итоге

— Простите, а вы случаем не педагогическое образование имеете? — С искренним интересом, спросила Екатерина Аврон, чуть ли не с профессиональным интересом внимательно всматриваясь в меня.

— Нет, не учился я на педагога, но кое‑какое представление об этой очень важной и уважаемой профессии имею. — Отрицательно покачав головой, ответил я и задумался на некоторое время. Нужен был тот человек кто возьмёт на себя столь тяжкий труд поднимать из руин школы и образование. Это должен быть настоящий талантливый фанатик своего дела, обычный чиновник здесь определённо не годится. Образование слишком важное социальное дело чтобы отдавать его на откуп обычным чинушам….

— А знаете сударыня, я предлагаю вам занять пост министра образования с полным правом голоса в кабинете министров. Больших окладов, не обещаю, зато работы будет очень много, да вы и сами это прекрасно понимаете. Ну так как, принимаете моё предложение?

— Ой, а разве так бывает?! — В полной растерянности воскликнула она и озираясь по сторонам, взглянула на своих коллег, пребывающих чуть ли не в шоковом состоянии от озвученного предложения.

— Ведь кто‑то же должен делать эту работу, так почему бы не вам заняться этим нелёгким делом, тем более у вас есть достаточный опыт руководства школой и соответствующая компетенция. — Пожав плечами проронил я, и помолчав несколько мгновений, заговорил вновь:

— Ну же сударыня, давайте решайтесь, это же ваш шанс войти в историю королевства.

— Вы серьёзно это говорите? — С недоверием в голосе, спросила директриса, продолжая в полной растерянности посматривать на своих коллег.

— Какие тут могут быть шутки. Я говорю совершенно серьёзно, нельзя допустить срыва начала учебного года.

Помолчав несколько мгновений, Екатерина Аврон продолжая пребывать в ошеломлённом состоянии, произнесла:

— Хорошо Сир, я принимаю ваше предложение.

Дружелюбно улыбнувшись, я поздравил её с новым высоким назначением и пожал руку.

— Завтра в десять часов по утру жду вас в приёмной, я подпишу приказ об вашем назначении, и мы поговорим уже более обстоятельно и предметно на тему как нам восстановить надлежащее функционирование школ и других королевских учебных заведений. Да и вот ещё что….

Отдав команду привести юнца и дождавшись, когда его приведут, обратился к теперь уже коронному министру:

— Благодарить меня за назначение не стоит, так как в нынешнее время — это каторга, на которой вам придётся словно рабыня пахать с утра до ночи. Поблагодарите вашего ученика Эдварда Свардса, именно благодаря ему я и обратил внимание на данную проблему. Будьте добры, сопроводите его домой к родителям и на этом позвольте откланяться.

Попрощавшись с коллективом учителей я, пребывая в задумчивом состоянии вернулся в глайдер и полетел в особняк. Пока летел, всё время думал, меланхолично поглядывая в иллюминатор, я действительно упустил из виду образование и образовательные учреждения, что не делало мне чести. Да, это была моя ошибка и я её всецело признавал. Посещение школьных развалин здорово прочистило мне мозги. В ближайшее время надо было посетить как можно большее число школ и уяснить для себя обстановку, но не только это. Жизненно необходимо было обратить своё самое пристальное внимание на королевские университеты и пообщаться со студентами. Без негласного надзора и скрытого управления этой свободолюбивой публикой в ближайшем будущем могут быть очень серьёзные проблемы, мало ли что многим из них в головы придёт или кто‑то в их головы вложит. Университеты — это кузница высокоинтеллектуальных кадров, а это значит талантливых, способных и трудолюбивых студентов в обязательном порядке надо привлекать в формирующийся государственный аппарат и продвигать их вперёд по карьерной лестнице…. Ведь не просто так студентов собирали в строительные отряды и посылали на стратегически важные объекты. Во‑первых, они зарабатывали деньги, во‑вторых, у них было мало времени на всякие глупости, ну и в‑третьих, совместный труд сплачивает коллектив. Это своего рода скрытые механизмы для управления студентами из числа бедных семей и представителей среднего класса, им и стипендии небольшие платят как раз для того чтобы побудить их активно подрабатывать, лишая тем самым свободного времени, направляя их неуёмную энергию в конструктивное русло. Совсем иное дело студенты из старых родов, к ним эти методы воздействия не так уж и применимы, там действуют давно сформировавшиеся ограничения в семьях, такие как забота о чести семьи, своего круга и деловой репутации. Самая дурная категория студентов, отпрыски нуворишей, на них не действуют обычные методы и не действуют внутрисемейные ограничения, так как в этих семьях нет сформированных традиций, оттого они и исполняют всякие непотребности вызывая в обществе раздражение и озлобленность. И со всеми этими делами мне предстояло разбираться, что по правде говоря было крайне непростой задачей….

Уже глубокой ночью покинув комфортабельный салон хорошо бронированного глайдера я вошёл в особняк и почистив зубы, прошёл в спальную комнату и скинув одежду, устало завалился на мягкую кровать и мгновенно уснул.

Глава‑8

Двухнедельный перелёт на Ферси я воспринял как отпуск от ежедневных забот по восстановлению разрушенной инфраструктуры и налаживанию нормальной жизни в королевстве. Восстание ферсианского подполья прошло в общем и целом гладко и сейчас на планете вовсю работали спецы Империи Орла. Вся система Ардана была освобождена от Ордена крестоносцев без особых потерь как имперских войск, так и подполья, трофеев досталось столько что я был вынужден оставить за себя Ржавого командовать военным гарнизоном, а барона Альбрехта назначил главой гражданской администрации и вылететь на Ферси. Имперцы безвозмездно отдавали нам всё трофейное вооружение, склады боеприпасов и военное снаряжение, в том числе и армейские рембазы. Всё это нам было крайне нужно, так как позволяло сэкономить на приобретении боеприпасов и сопутствующего снаряжения, из‑за чего я и принял решение лететь на Ферси и лично обеспечить переправку всего этого добра в королевство Лейрин.

Все две недели перелёта я отдыхал и тренировался в тренажёрном зале, в том числе и фехтованию на шпагах. Своими звонками я не беспокоил барона и Ржавого, разве что они сами раз в сутки отзванивались с отчётами за проделанную работу, а вот мои парни, получившие приказ за ними присматривать докладывали три раза в сутки и пока поводов для беспокойства не имелось. Всё шло более или менее гладко, без эксцессов и это успокаивало.

И вот наконец по прошествии двухнедельного перелёта караван грузовых карго Алисии де Оливейры вошёл в систему Ардана и пристыковался к грузовым терминалам. Армейские полицейские подразделения самым тщательным образом обыскали суда и проверили документы каждого пассажира и членов экипажей что заняло целых два дня и только потом нам позволили спуститься на поверхность планеты. Всей делегацией, погрузившись на челнок нас, доставили в космопорт и вот тут‑то мы разошлись в разные стороны. Алисия и её помощники с консультантами, наняв автоматическое такси прямиком направилась в торговую факторию, а я в сопровождении телохранителей поехал на рынок, мне хотелось Лося повидать.

Пока проезжал по улицам города на меня неожиданно накатила ностальгия, припомнилось как я, будучи сержантом самого занюханного имперского легиона попал на Ферси, как мы держали оборону от штурмующих войск Ордена крестоносцев и как после захвата планеты ушли в глубокое подполье и практически с нуля без посторонней помощи организовали Сопротивление. Было очень трудно, но мы ведь невзирая ни на что справились и вот оно, Ферси освобождена, изначально поставленная цель достигнута и в этом самую главную роль без всякого сомнения сыграло наше подполье. Было что вспомнить и приятное, и смешное, и страшное, всё оно как‑то в моей памяти в одну кучу смешалось, почему‑то оставляя где‑то в глубине души некую тоску и недосказанность. В общем какие‑то странные и противоречивые ощущения душу мою будоражили и не сказать, чтобы они вызывали негатив, но и положительными их назвать язык никак не поворачивался. Какая‑то значимая часть моей жизни осталась позади, а впереди открывалось что‑то совсем новое и неизведанное, со своими рисками, опасностями и, наверное, радостями. Противоречиво как‑то на душе у меня было и не тоска то была и не грусть, а что‑то такое человеческими словами непередаваемое….

По моей просьбе такси остановилось в двух кварталах от рынка, давно уже выросшего в громадный торговый центр, самый крупный на Ферси. Покинув комфортабельный салон, я неторопливо направился на главную торговую площадку планеты окружённый со всех сторон неприметными телохранителями, одетыми в обычную гражданскую одежду. Войдя внутрь я поразился насколько тут всё изменилось за время моего не такого уж и продолжительного отсутствия. Кругом реклама, огни, дорогая отделка натуральным мрамором и лифты с многочисленными эскалаторами. Много было на этажах предупредительных и отлично вышколенных стюардов. Одним словом, некогда местный гадюшник переполненный криминалом всех мастей на окраине города превратился в самое натуральное царство шопинга и всевозможных развлечений.

Посетителей было очень много, в том числе и военных Империи Орла. Они бродили по длинным аллеям словно на экскурсии и не могли поверить своим глазам что на далёкой имперской окраине только что освободившейся от оккупации может существовать такое место, которое по своим масштабам было достойно даже блистательной столицы. Побродив какое‑то время по центру, я подошёл к администрации и спокойно туда вошёл и огляделся. Знакомых лиц среди персонала не было, все они были новенькими и именно по этой причине я не стал к ним обращаться за помощью, развернулся и вышел обратно. Постояв в задумчивости несколько мгновений, я направился на выход, почему‑то остро ощутив своё одиночество. Пока суетился, что‑то делал и к чему‑то стремился было как‑то не до рефлексий, а теперь вдруг оставшись наедине с самим собой стало не по себе. Некогда запущенный мною механизм зажил самостоятельной жизнью. Мне бы следовало радоваться, но по какой‑то неведомой причине я стал ощущать себя чужим на этом празднике жизни….

Ехать на такси расхотелось, и я решил, как во времена начала оккупации пройтись пешком. Шёл я, не торопясь, с интересом замечая произошедшие изменения и таковых оказалось очень и очень много, жизнь изменилась радикально, изменилось и её качество. Кругом царил достаток и безопасность. Во многом это была моя личная заслуга и заслуга тех, кто пошёл следом за мной….

Шёл я без какой‑либо цели уже часа полтора и вдруг обнаружил что нахожусь буквально в квартале от дома где была моя небольшая трёхкомнатная квартирка, в которой я не был уже год как. Ноги сами меня понесли туда и подойдя к закрытой двери я достал электронный ключ и открыв её, вошёл в подъезд. Трое телохранителей прошмыгнули следом за мной и сопроводили меня до квартиры. Велев им оставаться на лестнице на разных этажах, я открыл дверь и вошёл. Внимательно оглядевшись я удивился, в квартире было чисто, отсутствовала вездесущая пыль, да и вообще было видно тут кто‑то регулярно проводит влажную уборку. Пожав плечами, я прошёл на кухню и осмотрелся. От значительного запаса продуктов практически ничего не осталось и что самое интересное в красивой вазе стояли свежие цветы возле моей голографической фотографии и недопитая чашка натурального кофе.

Обойдя квартиру и присев на диван, задумался. В квартире не жили, но регулярно её посещали, убирались, занимались в небольшом тренажёрном зале и питались запасами продуктов и больше ничего. Все оставленные мною вещи как были на своих местах, так там и оставались, никто их не сдвигал и никуда не переставлял. Меня это не беспокоило, тут не было ничего ценного или для меня значимого, да и возвращаться сюда я больше не собирался, мой визит в свою бывшую квартирку был чем‑то вроде прощания с прошедшим этапом своей жизни закончившийся с освобождением Ферси. Впереди меня ждала совсем иная жизнь….

Продолжая сидеть на диване в глубокой задумчивости я краем уха услышал, как открывается дверь. Вздохнув я поднялся и пошёл в коридор и от неожиданности замер как вкопанный, в дверном проёме стояла Олия… Олия Фоаси, моя милая соседушка.

— Ну здравствуй Олия. — Выдохнул я, рассматривая её побелевшее лицо.

— Здравствуй Нестор неужели ты живой? — Полушёпотом отозвалась она в ответ, продолжая стоять словно солевой столб.

— Живой, куда уж я денусь. — Проворчал я, ощущая какую‑то странную неловкость и вздохнув, произнёс:

— Да ты проходи не стесняйся, чайку попьём, поговорим.

В нерешительности постояв на проходе несколько мгновений, девушка вошла в квартиру. Проводив на кухню и заварив чай, я налил его в две кружки и присел рядом с ней. Олия молчала, видимо собираясь с духом и вдруг её прорвало.

— Нестор ты так неожиданно пропал, тебя нигде не было хотя я пыталась разыскать, пока до меня не дошёл слух как будто тебя контрразведка загребла в свои застенки, где и повесили, ты же ведь скорей всего был в подполье…. ‑Опустив голову, всё так же тихо проговорила она стараясь не показывать своих слёз, но они помимо её воли текли и скатываясь по щекам, капали на стол….

Наблюдая за девушкой у меня что‑то больно кольнуло в сердце и я, не отдавая отчёта своим действиям крепко обнял её и прижав к груди стал ласково гладить светло‑русые волосы. Как это произошло, не знаю, но в какой‑то момент наши губы встретились, сойдясь в страстном поцелуе и время для меня остановилось…. Сколько прошло времени, неизвестно, но в какой‑то момент я пришёл в себя в горячих объятиях счастливой Олии ощущая во всём теле сладостную усталость. Отдышавшись, я взгляну в её бездонные глаза и поцеловав в губы, прилёг рядом с ней.

— Так всё же Нестор что с тобой такое приключилось, почему ты пропал на целый год? — Настойчиво поинтересовалась она, крепко ухватившись за моё правое ухо.

— Ой больно, отпусти расскажу, что смогу. — Дурачась проворчал я, неожиданно ощущая, как на душе становится легко и просто, тоска и одиночество испарились, оставив о себе лишь неприятную память.

— Ну и где ты пропадал душа пропащая?

Помолчав несколько мгновений, я стал негромко говорить. Многое я опускал и сознательно выводил за скобки всё то что касалось государственных секретов и секретов подполья, но и того что наговорил заставило девушку прикрыть рот ладонью и с округлившимися глазами смотреть на меня как на некое чудо.

— Так ты тот самый легендарный и неуловимый Джокер, командующий ферсианским подпольем?! — Придя в себя после шока, воскликнула она, прижимаясь ко мне разгорячённым телом.

— Да, это я и есть тот самый Джокер, вернее это одно из многих моих имён.

— И что ты теперь после освобождения Ферси делать будешь? — C насторожённостью в голосе поинтересовалась она, крепко ухватившись за мою руку.

— Олия я себе не принадлежу, — выдохнул я, — где‑то через неделю, а может чуть больше я покину планету и может случиться так что уже не смогу сюда вернуться никогда. У меня всё сложно и опасно, такова моя жизнь, где‑то я её сам выбрал, а где‑то она сама на меня сделала ставку и отказаться я не вправе, так как слишком много людей от меня зависит.

— Я полечу с тобой! — Решительно заявила она и нежно поцеловав в губы, продолжила:

— Тебя один раз я уже потеряла, второй раз этого я уже не переживу.

— Полетели, но имей ввиду, туда куда мы полетим будет сложно, ситуация там прямо скажем аховая, без охраны ты ходить никуда не сможешь даже в уборную.

— Ничего, меня это не пугает, я девушка смелая и решительная. — С усмешкой отозвалась Олия нежно перебирая волосы на моей груди.

Взглянув на часы и увидев сколько прошло времени, я про себя беззлобно ругнулся и поднявшись, распорядился:

— Ладно, решительная ты моя, давай в душ, а потом мы соберёмся и поедем в торговый центр и прикупив приличный гардероб мотанёмся в варьете и развеемся пока у меня ещё есть свободное время.

— Уже бегу любимый!

Проводив взглядом ладную девичью фигурку, я глубоко вздохнул, ощущая прилив желания, но сдержался. Мне действительно требовалось развеется и заодно выяснить как идут дела в моём варьете и казино, а также что требует новая имперская администрация от командования подполья, а уж потом с Лосем встретиться и предметно с ним переговорить.

Быстро собравшись мы пошли пешком в торговый центр мило беседуя на ходу о всяких житейских пустяках и забавных случаях из жизни. Телохранители, не выказывая своего присутствия сопровождали нас, их Олия даже не заметила и это радовало, не хотелось её смущать преждевременно той частью моей жизни, которая вынужденно присутствует в личном пространстве. Слишком уж много рисков в моей такой непростой жизни.

Неспешно добравшись до торгового центра и пройдясь по магазинам торгующими брендовой одеждой, я выбрал для Олии вечернее платье, обувь и всё то что полагается для посещения элитного заведения, а она подобрала для меня мужской костюм с туфлями и галстуком. Приодевшись надлежащим образом, я вызвал такси и, мы поехали в варьете. Где‑то через час машина остановилась возле парадного входа и подав руку девушке, я помог ей выбраться из салона и мы, поднявшись по ступенькам вошли внутрь, где нас встретил предупредительный стюард. Выяснив наши пожелания, он провёл нас к столу и удалился, а на его месте объявился официант с меню в руках в двух экземплярах. Выбрав лёгкие блюда и бутылку белого коллекционного вина, он удалился исполнять полученный заказ.

— А здесь очень мило, и почему я раньше сюда не наведывалась, хотя да, на мне две гостиницы, куда уж тут по злачным местам хаживать, работы слишком много. Частенько бывает, что и ночевать там приходится. — С некоторым огорчением в голосе, проронила девушка, стараясь держать осанку и не вертеть головой.

— Мило, — согласился я, — но не это самое главное достоинство, а театральные постановки, одна из которых начнётся с минуты на минуту. Артисты тут работают великолепные, да и техническое оснащение самое передовое, таким мало кто может похвастаться и всё это ферсианской разработки.

— Что правда?! — Удивлённо хлопая ресницами, воскликнула Олия, скрестив руки на груди.

— Конечно правда, это оборудование здесь производят и поставляют по всему миру, правда оно очень дорогое и по этой причине его мало кто может себе позволить, разве что очень богатые театры со своими постоянными спонсорами и меценатами.

— А я и не знала…. ‑Совсем тихо протянула она, обратив внимание на появление двух официантов толкающих столик на колёсах.

Официанты подошли и сноровисто сервировав стол, наполнили бокалы вином и пожелав приятного аппетита удалились. Взявшись за бокал, я произнёс короткий тост и, мы пригубили отличное вино и взялись за еду, а спустя минут десять началась постановка. Активировав индивидуальный кокон, полностью отгородивший Олию от окружающего пространства, оставив её наедине со сценой, я встал и направился в администрацию варьете. Пройдя хорошо знакомым мне путём, я вошёл туда и как ни странно не обнаружил никого знакомого, все люди были новыми.

— Простите, но сюда посетителям варьете вход воспрещён, будьте добры покинуть помещение. — Приблизившись ко мне, настоятельно потребовал подошедший ко мне администратор средних лет с бородкой эспаньолкой.

— Где Лось? — Чуть резче обычного спросил я его, озираясь по сторонам в поисках хоть одной знакомой физиономии, но таковых почему‑то не находилось.

— Простите кто?! — Воскликнул он, на лице которого отчётливо отображалась глубокая озабоченность.

С досадой ругнув себя, я уточнил:

— Где командующий ферсианским подпольем? Мне он срочно нужен для приватного разговора.

— Простите, а кто вы будете? — Захлопав глазами словно юнец, вкрадчиво поинтересовался администратор.

— Я хозяин этого заведения Нестор Иванович Махно.

От неожиданности клацнув челюстями, администратор, изменившись в лице, затараторил:

— Господин Лосс сейчас на совещании в военной администрации, но должен прибыть сюда отужинать где‑то через час, мы ему столик зарезервировали.

— Хорошо, я вас понял. — Разочарованно проворчал я и ободряюще подмигнув ему, направился в свой кабинет. Открыв биометрический замок и войдя в него, я осмотрелся. Кабинет с моего последнего посещения совсем не изменился. Тут за время моего отсутствия никто не работал, разве что проводили уборку. Постояв некоторое время в задумчивости, я подошёл к платяному шкафу и сдвинув его в сторону, открыл потайную дверь, ведущую в подземные коммуникации и направился к прослушивающему кабинету, куда сходились слуховые трубы с каждого отдельного стола и ложи.

Пробравшись на место через многочисленные потайные ходы, я подошёл к стене и нажав знакомую мне комбинацию и, она плавно отошла в сторону и вошёл внутрь и неожиданно натолкнулся на выставленный в мою сторону лучемёт.

— Осторожнее мастер, смотрите дырку мне не сделайте. — С иронией проворчал я, внимательно рассматривая старика крепко державшего боевое оружие, направленное в мою сторону.

— Ой командир неужели вы вернулись! — Радостно воскликнул он, опуская ствол лучемёта.

— Вернулся Мастер, только ненадолго. — Со вздохом отозвался я и помолчав несколько мгновений, заговорил вновь:

— За какой‑то год тут всё так изменилось, что прямо и не узнать. Люди другие, город другой и вообще….

— Есть такое дело командир. — Согласился он со мной и отложив сторону оружие предложил пройти к дивану и присесть.

Пройдя в комнату отдыха, я присел и задумчиво наблюдая как Мастер заваривает травяной чай, тяжело вздохнул. Как‑то оно даже неприятно на душе стало, Лось теперь всем известный официальный командующий подпольем, а обо мне и не знает практически никто, хотя оно и к лучшему. Слава мне безразлична, деньги тоже как‑то не особо привлекают, разве что власть…. Да и власть как таковая меня тоже не интересует, разве что как инструмент достижения своих целей. Быть может я какой‑то неправильный в глазах окружающих, но мне так нравится и отказываться от своей неправильности не собираюсь.

Мастер с доброй ухмылкой поставил на стол обычную керамическую кружку и я, ухватив её за ручку, сделал несколько глотков горячего чая.

— Надолго ли к нам командир? — Спросил мастер через пару минут, продолжая пить свой чай маленькими глотками.

— Где‑то на неделю, а затем вылечу в королевство Лейрин, теперь там для меня главное поле боя, на Ферси‑то всё уже закончилось, все довольны, все счастливы и теперь во мне здесь надобность отпала. — Негромко ответил я большому специалисту в области прослушки и помолчав несколько мгновений, задал интересующий меня вопрос:

— А вы уважаемый Мастер, всё продолжаете прослушивать и документировать разговоры посетителей варьете и казино?

Отставив в сторону свою кружку, он внимательно посмотрел на меня и ответил:

— Разумеется командир, всё чётко день в день, минута в минуту без пропусков. Под моим контролем находятся варьете, казино и две элитные гостиницы. В ближайшее время ещё несколько зданий возьму под свой полный контроль.

— Всю ли полученную информацию вы передавали Лосю?

Мастер далеко не сразу ответил на поставленный вопрос. В задумчивости помолчав некоторое время, он вздохнул и честно ответил:

— Нет командир я далеко не всю информацию ему передавал, только то что касалось замыслов оккупационной администрации и командования Ордена крестоносцев.

Поднявшись, Мастер вышел из комнаты отдыха и вернулся обратно через две минуты неся в руках толстую папку и передав её мне, я взялся за чтение. Это была выжимка с интересными разговорами высших чинов оккупационных властей, многие из которых раскрывали стратегические замыслы. В одной из бесед генерал‑лейтенант Ордена крестоносцев своему деловому партнёру намекнул о необходимости скорейшего избавления от всех активов в системе Ардана, так как эту головную боль собираются спихнуть обратно Империи Орла из‑за чего эти активы станут токсичными и не будут стоить ровным счётом ничего. Разговор состоялся за две недели до начала восстания….

— Благодарю за службу Мастер. — Поблагодарил я его и помолчав, поинтересовался:

— Мастер, вы хотите и дальше заниматься своим делом или предпочтёте вернуться к своей прежней профессии?

— Я бы, пожалуй, продолжил заниматься тем же делом, что я делаю сейчас.

— Хорошо, в таком случае вы будете передавать всю поступающую информацию непосредственно мне напрямую. — Распорядился я и достав из внутреннего кармана миниатюрный передатчик, отдал его мастеру.

— Аппарат настроен на мой личный коммутатор и имеет приоритетный режим доступа. Деньги я вам буду перечислять раз в год в размере двух с половиной миллионов в валюте империи, да и вот ещё что…. Пусть ваши сыновья в официальном порядке зарегистрируют общественную организацию Ветеранов ферсианского подполья. Будете помогать семьям погибших и тем, кто не нашёл себя в новой жизни, деньги на это дело я вам отдельно выделю.

— Благодарю вас командир, это действительно достойное дело. — С чувством признательности отозвался Мастер продолжая стоять возле стола.

— И кстати, какие‑нибудь записи приватных переговоров Лося у вас имеются в наличии и видел ли кто записи разговора генерал‑лейтенанта где он намекает на то что система Ардана будет умышленно сдана? — Спросил я у него, прикидывая в уме возможные расклады.

Согласно кивнув, Мастер стал негромко отвечать:

— На счёт умышленной сдачи Ферси смею вас уверить командир, эту информацию никто кроме меня не знает, а что касается переговоров Лося…. Есть конечно, как же не быть. Он совершенно не в курсе о моей системе контроля. Сейчас папочку я вам принесу, любопытное доложу я вам чтиво….

Мастер принёс тонкую папку и вручив её, вновь удалился из комнаты отдыха, а я, внимательно перечитав переговоры своего заместителя с некоторыми высокопоставленными представителями военной администрации и даже одним из имперских заместителей министра регионального развития, сделал для себя кое‑какие далеко идущие выводы.

Взглянув на наручные часы, я вышел из комнаты отдыха и приобняв старика, тепло попрощался с ним и быстро вернулся в свой бывший кабинет. Закрыв за собой потаённую дверь, я вернулся за стол, как раз к тому самому моменту, когда заканчивалась постановка. Опустилась занавесь и индивидуальный кокон исчез.

— Ну как тебе постановка? — Поинтересовался я, хотя по её счастливому лицу и так было понятно, что она пребывает в полном восторге от всего увиденного на сцене.

— Нестор, это же самый настоящий шедевр! Нет, я и раньше часто слышала, что постановки в варьете хороши, но всё никак не сподобилась сходить и лично в этом убедиться, хотя совсем рядом тут вертелась. — С чувством воскликнула она, хлопая в ладошки.

— Шедевр. — Согласился я, краем глаза заметив Лося, он поднимался в сопровождении охраны по лестнице, как раз туда где располагались ложи для особо важных персон.

— Олия, я тебя на некоторое время покину, мне надо кое с кем серьёзно переговорить. Не бойся, это не займёт много времени.

Заговорщицки подмигнув ей, я поднялся и оправив полы пиджака, направился на второй этаж и подошёл к двери ложи где обычно любил отдыхать мой заместитель, возле которой стояли четверо хорошо вооружённых охранников. Лица мне их знакомы не были, так что пришлось не делать резки движений и обратится к ним.

— Парни, мне надо встретится с Лосем и с ним переговорить.

— Мужик иди своей дорогой, командующему не до тебя. — Отозвался один из охранников, пристально разглядывая меня.

— Передайте ему, его хочет видеть сержант Тур собственной персоной. Поверьте, услышав это имя он непременно даст вам команду меня пропустить.

Равнодушно пожав плечами, верзила вошёл в ложу и через минуту буквально вылетел оттуда как ошпаренный и с изумлением глядя на меня, охрипшим голосом обратился ко мне:

— Командир, проходите командующий вас ждёт с нетерпением.

Я вошёл и увидел Лося, вскакивающего с дивана. Он бросился ко мне, и мы обнялись. Чуть отстранившись, теперь уже бывший мой заместитель оглядел меня с головы до ног и проговорил:

— А ты изменился Тур, прямо‑таки породистый аристократ, куда только подевался тот мордоворот, которого я знал раньше.

— Что делать, подстраиваюсь под ту среду, в которой сейчас пребываю в королевстве Лейрин, но и ты я вижу тоже в немалой степени изменился.

— Все мы изменились Тур, не только мы с тобой, жизнь вокруг нас изменилась до неузнаваемости. — Выдохнул он, и в некоторой задумчивости предложил присесть за сервированный стол.

— Будешь виски или коньяк тебе налить?

— От отличного коньяка не откажусь.

Откупорив бутылку коньяка, Лось налил две рюмки, и мы, чокнувшись одним махом их опустошили. Помолчав некоторое время, он задал вопрос:

— Тур ты надолго на Ферси или навсегда?

— Где‑то на неделю или чуть больше, загрузим транспортники трофейным оружием и полетим обратно на Лейрин, ты кстати со мной лететь планируешь? — Спросил я его, хотя уже и сам знал на него ответ, никуда он со мной не отправиться, ему и здесь хорошо. Слава, почёт и уважение здесь его на каждом шагу окружает как официального командующего ферсианским подпольем, победившим в неравной схватке с войсками Ордена крестоносцев, куда уж тут пускаться в новую авантюру….

Нахмурившись, Лось помолчал несколько мгновений и посмотрев на меня, ответил на прямо поставленный вопрос:

— Нет командир, никуда я не полечу. Я женился, жена беременна, и мы ждём сразу двойню и к тому же я получил направление на обучение в Академию государственного управления и месяца через три отправлюсь в столицу. Перспективы на будущее у меня вырисовываются просто блестящие от которых грех отказываться. Ты сам посуди, я потомственный городской оборванец без всякой надежды на будущее вдруг поступаю учиться в Академию без экзаменов, в которую далеко не каждого аристократа принимают. Нет Тур от такого не отказываются. Кстати не только я получил направление на обучение, его получили практически все командиры нашего подполья, кого‑то в военные училища распределили, кого‑то в гражданские университеты на различные специальности, в общем кого куда и ещё…. Практически треть всех боевых отрядов собираются призвать в вооружённые силы, остальных распихают на различные должности и не только на Ферси, неприкаянными остались только чуть более пяти тысяч бойцов, вот они и полетят вместе с тобой хоть к чёрту на кулички. Ты для них как был командиром, так им и остался, других авторитетов они не признают и признавать не желают.

Неприятно его слова отозвались в моей душе, ой как неприятно, но жизнь есть жизнь и каждый волен сам выбирать свою дальнейшую дорогу….

— Это твоё право и твоё решение Лось, я его уважаю, но хочу тебе дать по‑дружески один маленький совет, держись от политики как можно дальше. Тебя как официального командующего ферсианским подпольем непременно в будущем будут втягивать во всякие политические игрища, но ты принципиально в них не встревай и не ведись ни на какие посулы, не твоё это…. — Негромко проговорил я, внимательно наблюдая за реакцией на свои слова моего бывшего зама.

— Это почему это?! — Вытаращившись, выпалил он, видимо уже рассчитывая сварганить себе отличную политическую карьеру в будущем.

— А потому, что систему Ардана Священный Союз и Орден крестоносцев по каким‑то причинам сознательно сдал Империи Орла. Для чего, почему, не спрашивай, я пока не знаю, но видимо для этого были очень веские причины. Возможно даже это был сговор между Империей и Союзом, но утверждать так ли это на самом деле не возьмусь. Единственное что я знаю достоверно точно, так это то что об этом знает Император и его ближайшее окружение. Полезешь в политику опираясь на популярность в народе как командующего подпольем и непременно перейдёшь кому‑нибудь дорогу и тебя мордой в дерьмо опустят как нашкодившего щенка. Нет, народу об этом никто сообщать не будет, но в кулуарах непременно утопят и лишат всего. Для публики найдут убедительную причину, краха твоей карьеры, так что не суйся в политику, это для тебя смертельный приговор.

— Спасибо за предупреждение, я его непременно учту. — Нахмурившись, очень тихо проронил мой бывший заместитель и хмыкнув, предложил:

— Ну что командир ещё по рюмашке?

— Наливай. — Согласился я, осознав, что цели своей добился. Лось, будучи далеко не глупым человеком в полной мере оценил моё предостережение и в политику не полезет, слишком уж это опасно для него и его семьи. Он и так достиг максимум возможного и на большее ему лучше роток не разевать, в один миг обломают и окажется он там, где и был изначально. Человеком без будущего в городских трущобах. Мир жесток, а его элита ещё злее и вписаться в неё очень сложно, так как им сами там тесно….

Глава‑9

Полторы недели пролетели как один день, а я этого даже не заметил. С утра и до самого позднего вечера встречался с людьми, общался и всеми силами старался помогать в загрузке трюмов наших грузовых карго трофейным оружием и боеприпасами, а также закупленной строительной техникой с продовольствием. Всего этого было столь много, что пришлось нанять с десяток грузовых лихтеров большого объёма. Алисия де Оливейра, подружка Ржавого будучи великолепным профессионалом своего дела сработала отлично и на следующий день наш тяжело загруженный караван должен был покинуть пределы системы Ардана и направится в королевство Лейрин….

— Нестор ты что такой задумчивый? — С беспокойством поинтересовались Олия нежась в моих объятиях.

— Да так…. Жизнь моя опять сделала крутой поворот и как оно дальше сложиться, только одним Святым стихиям и ведомо. — Неопределённо пробурчал я в ответ, поглаживая волосы Олии.

— Всё будет хорошо, я это знаю. — Резко поднявшись и присев в позе лотоса, с полной уверенностью в голосе заявила она.

— Скорей всего. — Согласился я, чтобы только её успокоить, хотя на самом деле такой уверенности у меня не было и в помине, ведь не зря же Генеральный штаб Империи Орла отдал трофейное вооружение с боеприпасами в таком сумасшедшем количестве, им в пору было вооружить в тридцать раз больше людей чем было у меня в строю. Это совершенно точно было сделано не просто так, а с какой‑то определённой целью, а какова она та цель, я до сих пор терялся в догадках и это напрягало.

— Ладно Олия пора вставать, а то у меня сегодня очень много дел, ведь завтра где‑то во второй половине дня мы вылетаем.

Откинув одеяло и поднявшись с кровати я босыми ногами прошёл в санузел и приведя себя в порядок стал одеваться.

— Ты что даже не позавтракаешь?

— Нет, разве что кофе с бутербродом съем и побегу. — Мотнув головой, отозвался я и в этот момент в дверь настойчиво позвонили. Пройдя в коридор и посмотрев на экран, кто там стоял на лестничной площадке, я очень удивился и открыл замок.

— Ну здорово мужики!

— Привет командир давно не виделись. — Отозвался в ответ бывший исполнительный директор четвёртой мехколонны Гаул Корей, в последствии ставший толковым командиром одного из боевых отрядов ферсианского подполья, а за его спиной стоял улыбающийся заместитель Саул Кенот, а вот третьего я что‑то признаться никак не узнавал, лицо его было смутно знакомым, но кто это был я так и не мог припомнить.

— Проходите парни я очень рад вас всех видеть.

Мои бывшие бойцы вошли в квартиру и поздоровавшись с Олией, присели за стол, присел рядом с ними и я. Посмотрев на их улыбающиеся лица, я широко улыбнулся в ответ и задал вопрос:

— Интересно и как же вы меня нашли бродяги этакие?

— Лось…. Гммм…теперь уже уважаемый господин Вальтер Лосс подсказку дал. — Чуть скривившись, отозвался Саул Кенот и бросив мимолётный взгляд на Олию заваривающую кофе, поинтересовался:

— Командир, ты что женился?

— Нет, но в скором времени непременно свадьбу справим как полагается, вот только не на Ферси это будет, а в столичном округе королевства Лейрин, теперь там я делишки кручу. — Честно признал я, всё ещё продолжая вспоминать кто был третий в этой приятной компании.

— Что командир всё ни как меня вспомнить не можешь? — С усмешкой, просил он, верно подметив мою забывчивость.

— Есть такое дело, лицо смутно знакомое, но вот где и как мы пересекались вспомнить никак не удаётся.

— Артур я, мы вместе с тобой в учебку попали, а когда отправили оборонять Ферси, нас в разные подразделения распихали. Ну как вспомнил командир?

И тут я вдруг вспомнил всё и от избытка чувств хлопнул себя по лбу за забывчивость, правда после этого мы никогда больше друг с другом не пересекались.

— Ты был в ферсианском подполье? — Ради проформы спросил я его, вспоминая как мы вместе пробивались через толпу к десантному боту.

Помолчав несколько мгновений, он стал рассказывать:

— Мой взвод оборонял триста двадцать первый укрепрайон и практически полностью был уничтожен, от него только я и ещё пятеро остались. Пришлось несколько месяцев прятаться в подземных коммуникациях пока на нас случайно не нарвались бойцы подполья и после проверки зачислили в подразделение Саула Кенота, но тогда я его знал под позывным Крот, дослужился до начальника штаба его отряда. И вот буквально вчера с ним разговаривая узнал наконец кто был в действительности нашим командующим. Неожиданным открытие оказалось, очень неожиданным….

Вот оно как в жизни бывает, — подумалось мне, — всё время друг у друга под боком ходили и о существовании не знали, хотя с Кенотом встречался во время оккупации довольно часто.

— И чем же ты сейчас занимаешься Артур? — Полюбопытствовал я, с немалым интересом рассматривая его.

— А ничем, бездельничаю я. Комиссовали меня по ранению и назначили пожизненный пенсион, а от предложенной должности хрен знает где категорично отказался. Мы командир, как услыхали что ты на Ферси объявился, так встретились и решили с тобой лететь на Лейрин, если конечно ты нас с собой возьмёшь.

— О чём разговор?! Конечно возьму, мне там проверенные бойцы ой как нужны, людей не хватает катастрофически. Поверьте, работы будет непочатый край. — С восторгом выпалил я, ощущая в себе прилив сил, обрадовали они меня честное слово.

— Вот и отлично командир, — ухмыльнулся Кенот, — мы тебе сюрприз хороший приготовили, если ты не сильно занят, поехали посмотришь….

— Даже если и занят, для вас я сейчас абсолютно свободен. — Хохотнув, ответил я и спросил:

— Едем сейчас или чуть попозже?

— Поехали сейчас. — Отозвался Артур и поднявшись, направился на выход, а за ним следом потянулся Кенот и его заместитель. Поцеловав в щёчку Олию и пожелав ей хорошего дня, поспешил следом за боевыми товарищами. Выйдя из подъезда, мы погрузились на автоматическое такси и поехали куда‑то в центральный район. Они категорически отказывались признаваться, что за сюрприз мне приготовили и вообще куда едем.

Пока ехали, они рассказывали на перебой о своей жизни, мне было интересно их слушать, да и сам кое‑что рассказывал о новой жизни на Лейрин и в какой‑то момент обратил внимание на то что город празднично украшен. Везде были развешаны имперские флаги и символика и какие‑то плакаты, по тротуарам бродили много людей, семейных пар с детьми и пожилые люди. Атмосфера в городе царила праздничная, вот только что‑то я никак не мог припомнить какой сегодня праздник.

— Парни, а вы случаем не подскажете мне, что сегодня в городе такое отмечают? — Уловив момент, когда сделает паузу Артур, поинтересовался я у всей боевитой троицы, пребывающей в прекрасном расположении духа.

— Нет не знаем, как‑то не до того было. — Вполне убедительно выдохнул Саул Кенот, но я ему не поверил сразу, что‑то парни темнили и не хотели признаваться раньше времени. Значит сюрприз говорите…ну‑ну…. Посмотрим, что это за сюрприз такой, совсем уж мне интересно стало после того как увидел по‑праздничному украшенный город.

Минут через пятнадцать машина въехала на территорию огромного стадиона и остановилась возле центрального входа и мы, покинув салон, вошли внутрь. Троица провела меня через служебные коридоры и я, выйдя на поле от неожиданности замер как вкопанный. Передо мной стоял длинный и ровный строй в парадной форме Империи Орла. В нём стояли и совсем ещё безусые юнцы с горящими глазами и умудрённые жизненным опытом старики, на кителях которых от падающих лучей солнца сверкали многочисленные ордена и медали. Они все стояли и чего‑то или кого‑то ждали….

— Что это? — Почему‑то вдруг осипшим голосом спросил я у троицы, даже не оборачиваясь в их сторону, продолжая смотреть на парадный строй, в котором находилось уж никак не меньше тридцати тысяч воинов.

— Командир — это твоя армия и она ждёт своего Командующего чтобы пройтись парадным строем через город и попрощаться перед своим расформированием с народом, за который мы все в меру своих сил сражались с оккупантами. — С глубоким чувством уважения ответил Саул Кенот и вновь заговорил:

— Ты был первым кто всех нас поднял на борьбу и поэтому обязан идти впереди своей народной армии, а все мы пойдём за тобой, как в то время, когда ты нас всех призвал в строй. Поверь командир, мы этого никогда не забудем, а сейчас пройдём в раздевалку для тебя лучшие портные пошили парадный китель, негоже командующему выходить перед строем в обычных штанах и старой ветровке с потёртыми кроссовками.

В душе моей забурлил самый настоящий ураган эмоций, я хотел что‑то сказать в ответ, но не смог, ком в горле застрял и одинокая слеза, сорвавшись с ресницы, скатилась по моей щеке и упала на обрезиненный пол. Волнение, радость и восторг вперемешку с глубокой печалью переполняли меня, и чтобы хоть как‑то удержать в узде вырывающиеся наружу эмоции, я склонил голову и направился вслед за троицей. Войдя в спортивную раздевалку, я увидел на манекене выглаженный парадный китель с погонами гвардии капитана с несколькими орденами и медалями, возле которого спокойно стояла Олия в форме рядовой с двумя медалями на груди и с изумлением поинтересовался:

— А что это ты тут делаешь, а?

— Встречаю своего Командующего, ведь я как ни как, в подполье была и занималась разведкой и даже предположить себе не могла, что мой милый соседушка окажется самим легендарным Джокером. — Чарующе улыбаясь ответила она и подойдя ко мне, нежно поцеловала в губы и потащила меня к манекену. Скинув одежду, я натянул галифе с хромовыми сапогами и надев китель с позвякивающими наградами, затянул портупею с саблей на левом боку и подойдя к большому зеркалу, посмотрел на своё отражение и не узнал самого себя. На меня смотрел волевой офицер со статной фигурой и дерзким взглядом давно привыкший отдавать приказы и добиваться их выполнения….

— Хорош командир! — Послышался за моей спиной самодовольный возглас Артура. Обернувшись я увидел всю троицу в парадной форме, все они были награждены одинаковыми орденами и медалями за проведённые операции, вот только воинские звания у них были разные. Саул Кенот имел золотые погоны старшего лейтенанта, его заместитель щеголял в лейтенантских, а Артур был почему‑то был старшиной.

Приблизившись ко мне Кенот из‑за спины достал защитный шлем и протянув его мне, заговорил:

— Мы всё понимаем, твоё лицо не должно быть засвечено, хотя твоя армия и народ жаждет увидеть в лицо того, кто создал Сопротивление и так успешно им командовал всё это время, но что поделать, безопасность превыше всего.

Взяв шлем и в глубокой задумчивости покрутив его, я поднял свой взгляд на него и спокойным голосом ответил:

— Я благодарен тебе за заботу Саул, но время пришло сбросить маску и с этого момента пойти по жизни с открытым забралом. Не знаю, наверное, это будет трудно, но это мой сознательный выбор и от него я уже не отступлюсь.

Чётко отдав воинское приветствие, Кенот забрал у меня шлем и чуть отступил в сторону, пропуская Олию, державшую в руках парадную фуражку. Надев её и натянув белоснежные лайковые перчатки, я вновь посмотрел на своё отражение и подмигнув ему, распорядился:

— Всё пошли, дальше тянуть резину не имеет смысла.

Покинув раздевалку, мы вышли на поле, и я увидел, как Лось, стоявший напротив строя в форме капитана что есть мощи, взревел:

— Равняйсь! Смирно! Равнение на лево!!!

Чётко развернувшись через левое плечо, он строевым шагом подошёл ко мне и остановившись в четырёх шагах от меня и рявкнул:

— Командующий, партизанская армия ферсианского подполья для прощального парада построена. Капитан имперских десантных войск Вальтер Лосс!

Отдав в ответ воинское приветствие я, чеканя шаг вышел в центр и пристально всматриваясь в лица замерших бойцов, глубоко вздохнул и обратился к ним:

— Здравия желаю доблестные бойцы ферсианского подполья!

Строй в едином порыве чуть подался вперёд и по стадиону пронеслось громкое эхо, хорошо слышимое далеко за пределами спортивного сооружения.

— Здравия желаю Командующий!!!

Я смотрел на незнакомые мне лица, их было очень много и все они взирали на меня с восторгом и обожанием. У каждого из них за плечами была своя личная история почему они взялись за оружие и стали сражаться с оккупантами, но цель у всех замерших передо мной воинов была одна победа и вот эта цель была достигнута и пришло время для большинства из них вернуться к мирной жизни и переход этот не обещал быть таким уж лёгким….

Молча постояв ещё несколько мгновений и набрав в лёгкие побольше воздуха, я заговорил:

— Бойцы, я восхищён вашим беспримерным мужеством и отвагой, победа нам далась дорогой ценой. Далеко не все дожили до этого дня, сложив свои буйные головы кто на поле брани, а кто и в застенках контрразведки, не выдержав бесчеловечных пыток, но не выдав своих братьев по оружию. Все эти годы нам приходилось тяжело, но мы несмотря ни на что выстояли и победили. Ура товарищи!!!

Строй колыхнулся и по стадиону и его окрестностям прокатилось громогласное троекратное ура, что заставило взвиться в небеса десятки тысяч белых голубей. Наблюдая за полётом птиц, я тяжело вздохнул и вновь всмотревшись в лица бойцов, произнёс:

— Помянем минутой молчания наших боевых друзей и товарищей, не доживших до нашей общей победы.

Я снял фуражку и бойцы, повторив мой жест, замерли и все мы вместе всмотрелись в небеса, где кружились белоснежные голуби и создавалось такое ощущение как будто все ушедшие из этой жизни боевые товарищи, наблюдали за нами с голубых небес. Нет, даже не наблюдали, а стояли с нами живыми в едином строю, готовые в любой момент выполнить любой боевой приказ. От переизбытка чувств предательски дёрнулись веки и по щекам моим покатились две обжигающе холодные слезинки.

Медленно надев фуражку, я замер на несколько мгновений, дожидаясь, когда бойцы наденут головные уборы и продолжил говорить:

— Сегодня и сейчас вы стоите последний раз в строю доблестной армии ферсианского подполья, запомните этот день навсегда, он более не повториться, ощутите локоть боевого товарища, стоящего рядом с вами в едином строю это бесценно. Сегодня великий день, мы промаршируем по городу на глазах многих миллионов людей, промаршируем с честью и гордостью победителей, на вас будут смотреть и восхищаться вашей силой, мужеством и отвагой не только жители Ферси и Империи Орла, но и всё человечество. Вы несгибаемая сила и такими вас должны все запомнить, так давайте наконец поставим точку в этой истории и будем жить дальше, вы этого достойны как никто другой.

Закончив речь, я приложил раскрытую ладонь к правому виску на русский манер и резко повернувшись через левое плечо, отошёл предоставляя Лосю командовать выстроенной повстанческой армией.

— Равняйсь! Смирно! Налево!!!

Строй слаженно повернулся и замер в ожидании следующей команды. Вперёд вышел знаменосец в сопровождении почётного караула, и я вместе с Лосем и Саулом Кенотом встал за ними, мой заместитель с правой стороны, а Кенот по левую руку отступив на шаг назад.

— Эх жаль Ржавого нет, вот бы порадовался. — С грустью в голосе проворчал Лось и резко переходя на командный голос, скомандовал:

— Оружие на плечо! Шагом марш!!!

Громко заиграл марш и мы, чеканя шаг направились на выход со стадиона. Чёткий шаг десятков тысяч бойцов грозным эхом отражался от стен придавая небывалой величественности происходящему действу отчего непроизвольно замирало сердце и хотелось кричать от дикого восторга, переполнявшего душу. Мы шли в едином строю вперёд решительно и смело ощущая общее единение и нашу несгибаемую силу и вот покинув стадион, мы вышли на широкую дорогу и пошли на центральную городскую площадь. Настоящий океан ликующих людей окружал нас со всех сторон и нам под ноги многие бросали живые цветы, а некоторые молодые девушки и дети подбегали к колонне и вручали их лично приглянувшимся бойцам. Кто‑то смеялся, а кто‑то плакал от счастья, но всё это было от всей души настолько искренне, что буквально хотелось петь и танцевать, что многие и делали, хотя на тротуарах места было совсем мало.

Не совсем отдавая отчёт в своих действиях и находясь под воздействием сумасшедшей людской энергетики, я выхватил из ножен саблю и лихо взмахнув ею, приложил к правому плечу, чем вызвал совершенно дикий рёв счастливых людей. Продолжая шагать строевым шагом впереди парадной колонны, я вспоминал как всё начиналось, как происходило наше становление, трудности на этом пути и наши потери, оставившие после себя глубокие зарубки на сердце, но всё рано или поздно заканчивается. Вот он наш триумф. Триумф победителей, который непременно войдёт во все анналы истории, которую со временем подчистят от тёмных пятен или наоборот их выставят на всеобщее обозрение и будут нас поливать грязью с целью дискредитации нашей победы, но пока этот день чист и светел своей незамутнённой радостью и бескрайним счастьем безбрежного людского океана, в лучах которого мы все сейчас в буквальном смысле этого слова утопали. Мы были главными героями сегодняшнего дня и всецело наслаждались этим, но придёт новый день и придут на смену нам новые времена и новые герои и так будет продолжаться до тех пор, пока живо человечество. Всё течёт — всё изменяется, но вечные ценности должны оставаться в неизменности, хотя многим сильных мира сего это очень не нравится….

Пройдя через полгорода в парадном строю, мы вышли на площадь и встали по стойке «Смирно» перед трибуной на которой стояло несколько человек, все они были высшие чины военной администрации в генеральских званиях. Вложив саблю в ножны, я под ликующие вопли людей дошёл до трибуны и поднявшись на неё по ступенькам, встал в трёх шагах от генерал‑лейтенанта и приставив правую раскрытую ладонь к виску, чётким голосом доложил:

— Товарищ генерал‑лейтенант Народно‑освободительная армия ферсианского подполья в ознаменование празднования победы над оккупантом построена. Гвардии капитан Нестор Махно!!!

Удивлённо хлопнув глазами от непривычного к нему обращения «товарищ», но быстро стерев с лица недоумение, с некоторой заминкой произнёс:

— Здравия желаю…товарищ гвардии капитан.

Крепко пожав руку старшему офицеру, я чуть отступил в сторону, давая возможность ему выйти на возвышающийся постамент и когда он там оказался, обратился с речью к добровольческой армии сопротивления Ферси. Говорил он красивым хорошо поставленным голосом, с огоньком говорил, мне понравилось, хотя и ощущалось в его словах некая формальность, но для того чтобы её уловить нужен был опыт, а у абсолютного большинства он отсутствовал напрочь, такое мог заметить разве что искушённый опытом профессиональный политик или дипломат.

Закончив толкать свою речь, генерал‑лейтенант уступил место следующему оратору и так продолжалось чуть больше часа. Нас хвалили, называли героями и отчаянными смельчаками и тому подобные слова благодарности, положенные в такие торжественные моменты, а потом началось награждение. Я стоял и смотрел как выходят из строя отличившиеся бойцы и как после зачитки выписки из приказа об награждении прикрепляют к кителям ордена и медали и вручают памятные подарки, на награды Империя не поскупилась, щедрым жестом одаривая всех.

Я стоял на трибуне в окружении гражданских чиновников и старшего комсостава и в тоже время ощущал себя чужим на этом празднике жизни, впрочем, судя по лицам многие мои бойцы пребывали точно в таком же состоянии. Война и оккупация закончилась и теперь необходимость в отчаянных бойцах отпала. Те качества что крайне необходимы во время войны совершенно не нужны и даже опасны в новой мирной жизни и от лихих героев былых боёв и сражений избавляются за ненадобностью, как привило это делают спустя какое‑то время под разными предлогами. Кого‑то в отставку отправят, кого‑то кнутом или пряником в общее стойло загонят, а самым дерзким и непокорным карьеры и репутации сломают или ещё какую‑нибудь подлую провокацию устроят. В общем обычная житейская история, ничего нового…. Власть имущие по окончании войны всеми силами стараются избавиться от чувства единения боевого братства, крепко спаянного совместно пролитой кровью и потом, так как видят в нём большую для себя опасность или потенциальную угрозу….

— Гос…гммм…товарищ гвардии капитан, пройдёмте в главный концертный зал, в вашу честь будет дан концерт и состоится церемония награждение, тут и без вас есть кому присутствовать. — Неожиданно послышался за моей спиной голос одного из гражданских чиновников присутствующих на трибуне.

Медленно обернувшись, я внимательно на него посмотрел и тщательно подбирая слова, задал ему вопрос:

— Вы предлагаете покинуть вверенные мне войска и отправиться на праздничный концерт?

— Да, а что тут такого? — C немалым удивлением отозвался он и вдруг что‑то такое сообразив, отступил на полшага назад и на его хитроватой физиономии отразился лёгкий испуг.

— Да в общем‑то ничего, за исключением того, что Командующему покидать войска в столь торжественный день не делает ему чести. Именно по этой причине я отказываюсь. Завершив церемонию награждения, я лично сопровожу нашу повстанческую армию и когда, мы сдадим оружие прибуду вместе со своими заместителями и отличившимися воинами в главный концертный зал. — Без всякой агрессии и выражения неудовольствия ответил я чиновнику и вновь продолжил наблюдать процесс награждения и в тоже время обдумывать что это такое было, уж не подослал кто его с целью выманить командующего, а при случае раструбить в средствах массовой информации о неблаговидном поступке Командующего. Очень уж на это было похоже, но да ладно, я сегодня бесспорный хозяин положения, герой дня так сказать и мне многое что дозволено, а вот завтра…. Завтра поутру я уже буду никто и звать меня никак. Армия сложит боевое оружие, и вся моя сила исчезнет как небывало, одни ошмётки останутся, а пока что пусть шакалы потерпят, не долго ведь осталось….

Всю процедуру награждения отличившихся бойцов я так и простоял на трибуне внимательно наблюдая за всем происходящим. Среди награждаемых я изредка замечал знакомые лица и имён и позывных совершенно не помнил, слишком уж законспирировано было наше командование, что и не позволило противнику выйти на него. Мыслей всяких и разных в голове вертелось много и только лишь окончание награждения прекратил этот поток раздумий.

Лось опять взял командование парадной колонной на себя, и мы строевым шагом покинули площадь и уже на улицах погрузившись на пассажирские платформы направились за город в казармы, где и под личную подпись сдали личное оружие с боеприпасами. Выполнив всё полагающееся, большинство могло возвращаться домой, но теперь уже бывшие бойцы повстанческой армии не расходились, находясь в ожидании чего‑то и оно не заставило себя долго ждать. Подъехали грузовики и выгрузили готовые блюда и деревянные бочки с коллекционным коньяком. Народ развлекался и отдыхал после утомительного стояния на центральной площади, но было видно, что веселье это наигранное, люди расставались друг с другом и оттого в воздухе неосязаемо витала грусть и печаль.

Подумав немного я взял нержавеющую кружку и зачерпнув в бочке отличного коньяка и подойдя к мегафону, обратился к своим бывшим бойцам.

— Мои боевые товарищи попрошу минуточку вашего внимания.

Народ замер и внимательно посмотрел в мою сторону. Музыку выключили и наступила мёртвая тишина и я заговорил вновь:

— Товарищи, я безмерно благодарен вам за безупречную службу, если бы не вы и ваша воля к победе ничего бы не было. Вы лучшие и помните об этом. Вы вступаете в новую жизнь, став за время оккупации совершенно другими сами на себя прежних непохожими людьми. Возможно не все из вас найдут своё место и не смогут адаптироваться к новой реальности. Если у вас возникнут трудности и большие проблемы смело обращайтесь ко мне в любое время дня или ночи, и я обязательно приду к вам на помощь, это говорю вам я ваш Командующий.

Подняв кружку и вздохнув, произнёс:

— А сейчас я хочу выпить за вас воины, да прибудут с вами Святые стихии.

Одним махом осушив полную кружку и выдохнув, услышал дружный вопль нескольких десятков тысяч бойцов.

— За тебя наш Командующий!!!

Послышался звон железных кружек и слаженный выдох и по плацу ощутимо потянуло коньяком. Отойдя в сторону, я подозвал к себе Лося и Саула Кенота и мы, вместе погрузившись в штабную машину покатили в главный концертный зал, где нас давно дожидались чтобы начать концерт и по завершении его произвести процедуру награждения….

Глава‑10

Прямая трансляция военного праздничного парада ферсианской повстанческой армии, так много крови попившей Священному Союзу и Ордену крестоносцев прекратилась, но Эстель ещё долго сидела на диване смотря в одну точку и не могла прийти в себя. Состояние её было подавленным, она испытала самый настоящий шок увидев лицо того, кто возглавлял эту армию, это был Нестор Махно. Как такое могло быть, у неё не укладывалось в голове. Командующего, больше известного как Джокер, надрывая пупы разыскивали все спецслужбы Священного Союза, но так и не смогли даже на йоту приблизиться в понимании того, кто им может быть, он для всех оставался загадочной, неуловимой и грозной фигурой. Некоторые даже выдвигали предположение что так называемый командующий ферсианским подпольем не более чем легенда, но оказалось нет, он в действительности существует и всё это время был на виду. Мало того, он стал почётным рыцарем клана Саакс, что само по себе грандиозный скандал и ещё неизвестно удержится ли на своих позициях нынешний его глава, действующий спикер Парламента Священного Союза Гарней Саакс. Скандал обещал быть грандиозным, хотя на общем фоне в принципе не особо выделялся. Многие города были охвачены массовыми беспорядками и стихийными погромами, кровь текла рекой, кругом царила жуткая анархия и хаос, но далеко не это волновало её сейчас. Хаос был давно спланирован и во многом управляем для радикального решения давно накопившихся проблем и внутренних противоречий всего Священного Союза, в том числе для резкого снижения поголовья иждивенцев живущих на государственные пособия и списание невероятно огромных внутренних долгов. Это была в первую очередь внутри элитная разборка за своё место в будущем и борьба эта была до предела ожесточённой.

Всё это она прекрасно знала и её это нисколько не беспокоило, так как являлась одной из участниц в этой борьбе, правда находилась она в этом не таком уж длинном списке на самых нижних строчках. Её взволновал даже не сам парад, а тот, кто возглавлял его. Казалось бы, пройденная процедура очистки от внедрённых в подсознание поведенческих программ и матриц избавило её от влюблённости, но почему‑то увидев Нестора величественно марширующего впереди своей победоносной армии, у неё очень больно защемило в груди….

Неожиданно настойчиво зазвучал коммуникатор, кто‑то её срочно хотел увидеть. Пришлось нехотя оторваться и включив его она увидела отца.

— Здравствуй папа.

Внимательно всмотревшись в сумрачное лицо своей дочери Верховный магистр, без всякого выражения эмоций задал вопрос:

— Ты видела прямую трансляцию военного парада с Ферси?

— Да посмотрела. Вот только не совсем понятно какие теперь будут последствия, ведь тот, кого мы, казалось бы, так хорошо знаем оказался тем самым неуловимым Командующим по прозвищу Джокер. Вот для чего он своё инкогнито раскрыл, ведь свободно мог и дальше оставаться в тени выставляя вместо себя подставные и декоративные фигуры, причём сделал это в крайне вызывающе демонстрационной форме. Теперь его лицо будут знать буквально все и это остаётся для меня полной загадкой. — Нахмурившись пуще прежнего, произнесла она, в глубине души, не находя для себя сколько‑нибудь приемлемого ответа.

Верховный магистр, внимательно посмотрев в лицо своей дочери улыбнувшись, ответил:

— То, что наши спецслужбы прошляпили Джокера буквально у себя под носом и то что он открыл своё лицо нам только на руку, мало того, я бы при иных обстоятельствах его своей властью бы щедро наградил и возвёл в звание почётного коммодора Ордена. Абсолютно безупречный повод провести зачистку самих спецслужб и избавиться от неугодных и поставить на ключевые посты этих структур своих проверенных людей, но не только. После всего случившегося можно с уверенностью утверждать, Президент Руной и те структуры которые за ним стоят безвозвратно вышли в тираж, хотя сами об этом ещё не догадываются, а теперь за ним следом в тираж уйдёт и спикер Парламента, и его могущественный клан Саакс с союзниками. Фактически на вершине в единственном числе остаётся Орден крестоносцев, то есть мы, что даёт нам полное право в любой момент начать операцию по наведению внутреннего порядка и перестройки существующей системы под наши интересы, при этом влияние конкурирующих структур практически не предвидится. Многих мы просто выбросим на обочину истории и всё.

— Ну что ж, отец тебя можно поздравить с блестяще проведённой интригой высшего порядка. — С глубоким вздохом отозвалась Эстель и чуть отвернув в сторону свой взгляд, поинтересовалась:

— А что теперь будет с Нестором Махно, ты пошлёшь по его душу команду ликвидаторов?

— В этом нет ровным счётом никакой необходимости. Ну сама посуди, он профессиональный наёмник безупречно выполнивший заказ, может он нам самим когда‑нибудь пригодится, да и убивать его, это значит навлечь на нас самих гнев урусов, а оно нам надо? Как сообщают наши агенты из королевства Лейрин ему Новая Москва в подчинение целую сотню элитного сцецназа особого назначения прислала, а это очень серьёзно, такого их Совет старейшин никогда не делал. Вообще конечно красиво он поступил, элегантно промаршировав по главной улице Ферси во главе своей армии с открытым лицом под звуки военного марша. Думается мне, даже сам Император, увидев это зрелище вздрогнул и теперь ему придётся от неё всяческими способами избавляться, так как наличие такой армии — это потенциальная угроза центральной власти и олигархической корпаратократии, что без всякого сомнения в перспективе приведёт к крупным имиджевым потерям центральной вертикали власти Империи Орла в глазах собственного народа. Чему мы всеми силами и поспособствуем…. Что касается нашего общего знакомого, как он, сняв маску заявил о себе на весь мир в полный голос и теперь его услуги как профессионального наёмника существенно возрастут, ничего личного, только бизнес.

В задумчивости покрутив головой и накрутив на указательный палец правой руки локон волос, Эстель вновь задала вопрос:

— И кто же тогда его нанял наводить порядок в королевстве Лейрин?

— Пока не знаю, но все его действия пока идут в общем русле нашего стратегического плана, так что нет никакого повода для беспокойства. Вполне возможно он туда влез по своей личной инициативе, пусть развлекается, но как только перейдёт определённую черты мы выйдем на Совет старейшин и предложим угомонить своего бойца в обмен на какие‑нибудь незначительные для нас уступки, а для Новой Москвы важные. Поверь, таких позиций для дипломатических переговоров в нашем распоряжении более чем достаточно.

— Я тебя поняла отец. — Уже спокойно произнесла Эстель и попрощавшись с ним, отключила связь. Посидев какое‑то время, она поднялась и медленно пройдясь по комнате, остановилась возле окна и посмотрев вдаль глубоко задумалась. Всё что сказал отец было правильно и предельно логично, но почему у неё так заныла душа, увидев гордо марширующего Нестора Махно впереди своей добровольческой армии, она побоялась честно признаться даже себе самой….

Посидев некоторое время в размышлениях, магистр Гонориус самодовольно усмехнулся. Все его усилия на протяжении долгих десятилетий напряжённого труда фактически взошли и наступало время сбора богатого урожая. Система, построенная когда‑то полностью исчерпала свой жизненный ресурс и её надо было перестраивать, лучшие интеллектуалы Ордена давно пришли к этой мысли, но, чтобы приступать к болезненным реформам требовалось несколько обязательных условий. В первую очередь требовался раскол элит и вызванный этим обстоятельством во многом управляемый хаос, как внутри Союза, так и во всём мире, что и было с успехом достигнуто. Теперь наступало новое время, скорее даже новая цивилизационная эпоха, построенная на совершенно новых принципах и на новом фундаменте, вот только одна дилемма, в этом новом мире место было далеко не для всех и вот ему и предстояло этих лишних выбросить на обочину истории…. Именно за право решать кому быть и какое место в нём занимать или вообще не быть в этом новом мире и шла ожесточённая борьба, в которой он одержал убедительную победу, но раньше времени расслабляться совсем не стоило в любой момент мог появиться тот самый пресловутый неучтённый фактор и тогда все его усилия могут пойти прахом….

Его размышления где‑то даже философского порядка неожиданно прервал настойчивый сигнал вызова секретной связи. Постояв ещё несколько мгновений, Верховный магистр подошёл к коммутатору и начал кнопку соединения. Раскрылся голографический экран и на нём появилось взволнованное лицо спикера Парламента.

— Здравствуй Адальберт, ты уже видел прямую трансляцию военного парада с Ферси? — С ходу поинтересовался он, с глубокой озабоченностью всматриваясь в спокойное лицо магистра Гонориуса.

— Видел.

— И что ты на этот счёт думаешь? — Вкрадчиво задал новый вопрос глава клана Саакс, всеми силами стараясь держать лицо, но это ему плохо удавалось, выступившие капельки пота на лбу предательски его выдавали.

— Что ты имеешь в виду? — Всё тем же спокойным и размеренным голосом, уточнил Верховный магистр, в глубине души наслаждаясь глубокой озабоченностью своего визави.

— Не прикидывайся шлангом магистр, всё ты прекрасно понимаешь, я имею ввиду нашего общего знакомого Нестора Махно оказавшегося тем самым легендарным командующим ферсианского подполья, ведь он в официальном порядке признан Рыцарем клана Саакс! — Сорвавшись, заорал Гарней ощущая, как из‑за допущенной ошибки на его шее медленно затягивается смертельная удавка.

— Тебя это что так сильно волнует?

— Конечно волнует, — ещё пуще прежнего взревел спикер Парламента, — волнует это ещё мягко сказано!!! Меня разрывает от ярости, такой оглушительной оплеухи я не получал никогда. Надо немедленно что‑то делать чтобы Президент Руной не воспользовался подвернувшимся шансом и не похоронил мою карьеру, ведь ты тогда лишишься своего союзника в борьбе с ним.

Магистр Гонориус наблюдая за вышедшим из себя Сааксом наслаждался моментом. Это был его личный триумф, его конкурент сходил с беговой дистанции, но раньше времени его списывать всё‑таки не стоило. Им ещё можно было воспользоваться в своих интересах, предоставив возможность сделать за себя всю грязную работу, а затем воспользоваться его трудами и стать главным выгод получателем оставаясь для всех белым и пушистым зайчиком. Оставалось только направить его в нужное русло, и он как слон в посудной лавке следуя своему инстинкту выживания разнесёт в пух и прах всё то что стоит на его пути, оставив за собой широкую просеку, по которой он за ним и пройдёт, а уже потом при случае избавиться от него не составит особого труда. Это в конце концов дело техники, не требующей особых ресурсных затрат….

— Гарней я не пойму в чём проблема, решение ведь этой задачки лежит буквально на поверхности. — Пожимая плечами, произнёс Верховный магистр, готовясь забросить жирную наживку для этого надоевшего ему борова и тем структурам которые стояли за его спиной.

— И какое это решение?! — Встрепенувшись всем телом, спросил Саакс, нервно схватившись руками за стол.

— Слушай Гарней ты что действительно этого решения своей проблемы не видишь? — Изобразив на своём лице искреннее недоумение, поинтересовался Верховный магистр, стараясь не очень больно задеть самолюбие спикера Парламента.

— Да говори уже, хватит ходить вокруг да около, говори прямо, а я послушаю. — Скривившись словно съел недозрелый лимон, взмолился Саакс, пристально всматриваясь в холодные глаза Верховного магистра Ордена крестоносцев.

Состроив скорбную мину на лице, Гонориус стал отвечать:

— Все спецслужбы Священного Союза на протяжении многих лет с ног сбились, разыскивая Командующего ферсианским подпольем, но так и не смогли установить его личность и тут вдруг такая новость! Тем самым легендарным Командующим с позывным Джокер оказался тот самый человек, который был у нас всех на виду и крутился буквально под носом. Тут в пору поднимать вопрос о профпригодности руководства всех спецслужб Священного Союза на ближайшем пленарном заседании Парламента. Ты его глава вот и поднимай этот вопрос. Создай межфракционную комиссию и надели её надлежащими полномочиями и пусть она до самого донышка перетрясёт спецслужбы и найдёт или назначит крайних кто повинен в том, что Командующий ферсианским подпольем открыто разгуливал по столице Священного Союза и имел контакты с высшими должностными лицами. Необходимо всех проверить на профпригодность, кого‑то выгнать со службы пинком под зад, а на кого‑то так и вообще возбудить громкие уголовные дела и таким образом ты снимешь с себя ответственность за признание Нестора Махно Рыцарем клана Саакс.

В глубокой задумчивости Гарней пребывал не долго, он словно схватился за брошенный ему спасательный круг и решительно заявил:

— Спасибо Адальберт, я этого никогда не забуду считай, что я твой должник, а сейчас я немедленно буду созывать экстренное пленарное заседание Парламента, на котором подниму вопрос о профпригодности целого ряда должностных лиц спецслужб Священного Союза. Спасибо тебе ещё раз.

Экран исчез как не бывало, и магистр Гонориус чуть слышно рассмеялся. Наживка для Саакса и его клана с союзниками была не просто проглочена, она вошла в пасть вместе с поплавком и удилищем, которое его желудок переварить совершенно точно уже будет не в состоянии. Гарней попался и теперь будет сносить всё на своём пути чтобы отвести от себя обвинения в возведении в Рыцари клана того, кто так успешно вёл борьбу на Ферси против Священного Союза. Выгнав со службы значительное число старших офицеров он без всякого сомнения наживёт себе огромное число врагов и в конечном итоге свернёт сам себе шею. Весь его клан станет изгоем, а союзники будут вынуждены от него отвернуться, так как изгоями стать не захотят…. Ничего личного, только бизнес.

Вновь настойчиво зазвучал сигнал коммутатор и Верховный магистр, мысленно отдав команду, увидел на появившимся экране страшно деловую физиономию Президента Руноя.

— Здравствуй магистр, ну как тебе впечатление военно‑повстанческого парада на Ферси?

Внимательно посмотрев на Руноя, Гонориус глубоко вздохнул и заговорил:

— Признаюсь честно, впечатлило. Красивая картинка для публики, в том числе и для нашей. Неуловимый Командующий ферсианским подпольем сняв свою маску наделал немало шороху и теперь мне думается Саакс будет рвать и метать чтобы только избежать обвинения в содействии противнику.

— Я тоже так думаю, — ухмыльнулся Руной, — и считаю необходимым ему в этом помочь, чтобы он наломал как можно больше дров, которые его в конечном итоге и подгребут под собой.

— Помоги, — согласился Верховный магистр, — в помощь ему запусти в подконтрольных тебе средствах массовой информации истерию, что только подстегнёт его к более решительным действиям и результат не заставит себя долго ждать. Саакс непременно перегнёт палку чем ты и воспользуешься в полной мере, и он и его клан с союзниками вылетят с орбиты как пробка из бутылки шампанского.

— Непременно так и поступлю. — Гоготнул Президент, не скрывая своей искренней радости и пожелав всего хорошего, отключил связь.

Президента можно было понять, находясь на краю пропасти, он был готов ухватиться даже за соломинку чтобы спасти свою политическую карьеру, а тут ему вдруг выпал такой шанс! Он будет из кожи вон лезьте чтобы выкарабкаться из того положения, в котором он находился сейчас. Сначала поможет своему конкуренту, да так поможет чтобы для Саакса пути отступления были превращены в пепел, а уж затем начнёт его топить по полной даже не замечая того что они оба идут на дно с камнем на шее, правда с разной скоростью.

Ухмыльнувшись своим мыслям, вызвал коммодора Войду в свой рабочий кабинет. Появился он спустя пять минут и поприветствовав Верховного магистра присел в кресло и замер. Несколько мгновений рассматривая его, Гонориус заговорил:

— Тадеуш начинай подготовку операции под кодовым названием «Холодный душ», пора начинать наводить внутренний порядок. Хаос сделал своё дело и теперь настало время загнать всех в стойло и не мелочитесь там, церемонии тут неуместны. Используйте военно‑полевые суды на полную катушку. Где‑то две недели на подготовку у тебя точно есть, возможно чуть больше, но ненамного, точная дата будет зависеть от того как будут развиваться дальнейшие события. Гарней Саакс и Президент Руной в самое ближайшее время спустят с цепи всех своих шакалов на спецслужбы. Пойдут громкие отставки и возбуждения уголовных дел, что заставит командный состав броситься к нам и слёзно просить у Ордена защиты. Мы им разумеется дадим, но только на наших условиях и вот тогда мы и начнём операцию по наведению порядка, уже не имея на своём пути противодействия элитных группировок.

— Будет исполнено Сир. — С многообещающей ухмылкой ответил коммодор и помолчав несколько мгновений, задал вопрос:

— Сир, разрешите выполнять?

— Выполняй Тадеуш, да помогут всем нам Святые стихии….

Глава‑11

— Нестор ты почему свой парадный военный мундир не надел, ты ведь в нём отлично смотришься? — C укором глядя мне в глаза поинтересовалась Олия, пристраиваясь с правой стороны от меня, перед тем как покинуть борт орбитального челнока и спуститься на землю столичного округа королевства Лейрин.

— Во‑первых мы не в империи, а во‑вторых это людям и местной аристократии совершенно точно не понравится. Из‑за такого пустяка не стоит гусей дразнить и без этого проблем выше крыши. — Совсем тихо ответил я и подмигнув ей, направился на выход. Спустившись с трапа нас встретил почётный караул из двух комендантских рот и Ржавый с бароном Альбрехтом. Заиграл оркестр и оба моих заместителя подошли ко мне и с любопытством посматривая на Олию, поздоровались со мной. Ржавый её знал, а вот Симеону пришлось представить свою спутницу, после чего мы погрузились в глайдер и полетели в особняк где я обитал после того как дворец серьёзно пострадал от штурма. Его конечно приводили в порядок, но это должно было занять довольно продолжительное время, а жить на стройке мне как‑то не улыбалось, вот и пришлось переселиться.

— И зачем меня надо было столь помпезно встречать? — C любопытством рассматривая бывшего уличного громилу и потомственного аристократа быстро нашедшие между собой общий язык даже несмотря на столь колоссальную разницу их социального происхождения.

— Эээ… нет командир, так положено. Мы не просто тебя встретили надлежащим образом, но и по местным голоканалам трансляцию устроили, для того чтобы люди знали, что их военный вождь вернулся с победой. Эх, жаль меня не было на параде! — Проговорил Ржавый и помолчав несколько мгновений, продолжил:

— Красиво ты маршировал во главе армии ферсианского подполья, прямо загляденье, под звуки оркестра и барабанную дробь, да и Лось показал себя во всей красе, он кстати скоро собирается в королевство вылететь?

— Не будет Лося, — выдохнул я с разочарованием, — он иную дорогу выбрал. Ему направление выдали на обучение в Академии государственной службы и месяца так через два в столицу Империи Орла вылетит. Кстати говоря, многие предписания получили и разлетятся кто куда, одних учится направили, а имеющим образование назначили на различные должности распределив по всей империи. В общем нет больше нашей армии, но через несколько дней около шести тысяч добровольцев, отказавшихся от всяких предложений, прибудут на Лейрин. Помимо них в одном караване идут тридцать два грузовых карго с трофейным оружием и боеприпасами, а также строительная техника и продовольствие.

— Это очень кстати, — обрадованно потирая руки, вмешался барон, — если с продовольствием более или менее разобрались, то вот строительной техники у нас катастрофически не хватает, да и оружие уж точно лишним не будет, военные заводы пока ещё не восстановили, до них всё никак руки не доходят.

— А у вас тут как дела продвинулись за время моего вынужденного отсутствия?

— Работаем командир в поте лица, дел полно, бывают такие дни, что даже не знаешь за что хвататься в первую очередь, но ничего справляемся, главное процесс сдвинулся с мёртвой точки. — Тяжело вздыхая, пожаловался Ржавый и ещё раз вздохнув, заговорил вновь:

— Неделю назад Леонид Рашпиль привёз из Новой Москвы целую делегацию учёных, порядка двухсот человек и сейчас они на особо секретном объекте разбираются что там такого интересного местные умельцы сварганили. Всё тебя ждёт не дождётся чтобы с тобой поговорить, вроде как у него послание от Совета старейшин при себе имеется.

— Вызывай его, мне тоже с ним пообщаться надо. — Дал я распоряжение и пока мы ехали устроил почти что допрос с пристрастием на тему как они провели время в моё отсутствие и чего добились. Добились они, надо признать многого, запустили повреждённую взрывом во время нападения наёмников электростанцию, полностью очистили дороги в центральном округе и запустили транспортные пути и метро. Заработали сразу несколько госпиталей и даже детские сады, правда с восстановлением школ было далеко не всё так гладко, но хоть так чем вообще никак и всё из‑за недостатка строительных роботов. Кстати о роботах…а что произойдёт с людьми если всю работу за них будут делать только они? На эту тему надо хорошенько с учёным людом переговорить, чтобы невзначай дров не наломать….

Наконец добравшись до особняка и поприветствовав охрану, вошёл в дом и удивился, меня встречали сразу несколько горничных и, наверное, повариха с садовником, хотя раньше здесь ничего такого не было, обходился сам, питаясь армейскими пайками или тем что сам на скорую руку сварганил на электрической плите. Поздоровавшись, я вместе с Олией, бароном и Ржавым прошли в общий зал, стол оказался накрыт по всем правилам ресторанной науки и мы, присев, приступили к обеду.

— Сир, я не хотел говорить раньше времени, — насытившись, обратился ко мне барон Альбрехт, — тут вот какое дело…. Старая аристократия и бизнес элита не давали о себе знать ровно до того дня, пока не прошла трансляция военного парада с вами во главе на Ферси. Они как вымерли, но тут их словно прорвало, меня уже вконец достали предложениями организовать с вами встречу, на дню каких предложений более десятка поступает. Что со всем этим делать я ума не приложу….

Подумав некоторое время, я взглянул на барона и произнёс:

— Хорошо Симеон, договоритесь с ними таким образом, через пять дней я проведу встречу с представителями старой аристократии и с ними переговорю, а на следующий день буду общаться с бизнес элитой, думаю нам есть о чём потолковать друг с другом.

— Я обязательно передам Сир и обеспечу эти встречи. — Отозвался барон и помолчав некоторое время поднялся и дав сигнал Ржавому, заговорил:

— Сир, пожалуй, пойдём мы, вам после дальней дороги надо хорошо отдохнуть.

— Пожалуй и я пойду. — Выдохнул мой заместитель, с некоторой неудовлетворённостью посматривая на сервированный стол.

Проводив их до ворот я вместе с Олией стал возвращаться в дом, но в этот момент стал заходить на посадку одноместный спортивный глайдер и приземлился прямо на лужайке, кабина открылась и из салона вышел улыбающийся штаб‑майор Рашпиль.

— Ну здравствуй герой! — Крепко пожимая протянутую руку, воскликнул он и переведя взгляд на девушку, совсем другим тоном произнёс:

— Будь добр представь мне свою спутницу.

— Это Олия, прошу любить и жаловать, моя боевая подруга с Ферси.

— Очень приятно сударыня, я штаб‑майор Леонид Рашпиль.

Пожав протянутую руку, Олия чуть смутилась и предложила всем войти в дом, и мы войдя вновь уселись за стол, только с уже обновлёнными блюдами. Неспешно ковыряясь вилкой в салате, Леонид расспрашивал нас о параде и о ферсианском подполье, при этом не забывая шутить, чем время от времени вызывал заразительный смех девушки. Было весело, но будучи умной она, посидев некоторое время за столом, чмокнула меня в щёку и сославшись на то что ей надо отдохнуть, удалилась.

— Хорошая девушка, сразу видно настоящая спутница воина. — Произнёс штаб‑майор, когда за Олией закрылась дверь.

— Хорошая, — согласился я, — даже не так, она лучшая.

— Ладно, теперь пришло время и о делах наших поговорить. — Отставляя тарелку с недоеденным салатом, проворчал штаб‑майор и помолчав несколько мгновений, заговорил:

— Совет старейшин с Новой Москвы перечислил в бюджет королевства пятьдесят миллиардов рублей золотом. Это первый транш, через два месяца поступят ещё десять. Отдельно стоит сказать, что Новая Москва отправляет роботизированные заводы полного цикла для производства строительных роботов, а также самый современный цех по изготовлению радиоэлектронной компоненты, в том числе для широкого спектра вооружений вплоть до космических кораблей. Инженерный состав также послан, будут заниматься монтажом и отладкой производственной цепочки. Здесь они и останутся надолго, займутся обучением местных.

— Прекрасная новость, но что Совет старейшин требует от меня взамен, ведь не просто так мне они такой щедрый подарок делают? — С любопытством поинтересовался я, прекрасно отдавая себе отчёт что за всё в этой жизни приходится платить, вопрос лишь в цене, а тут явно от меня потребуют нечто такое от чего у меня и пупок развязаться может запросто.

— Да в общем ничего, продолжай обустраиваться и укрепляй свою власть, налаживай производство и поднимай уровень жизни населения, не забывая при этом всеми силами укреплять оборону. Тебе надо выиграть время, пока основным игрокам не до тебя, а когда станет, то уже никто тебя отсюда не выковыряет. По сути, ты строишь передовой форпост Новой Москвы и в этом главный интерес Совета старейшин. — Предельно откровенно ответил штаб‑майор, смотря на меня немигающим взглядом.

Передовой форпост говоришь, — подумалось мне, — а это значит первому встречать противника, вот только кто он этот противник большой вопрос….

— Форпост, так форпост, надо значит будем строить неприступную крепость, тем более в этом есть прямая необходимость и всё главным образом из‑за особо секретного объекта по производству антиматерии. Кстати о заводе, что там такое обнаружилось, Лёня случаем не подскажешь?

Штаб‑майор нахмурившись молчал довольно долго, а затем поднял голову и вперив в меня тяжёлый взгляд, задал вопрос:

— Нестор ты знаешь, что такое международные венчурные фонды и бизнес‑ ангелы, хотя куда вернее их назвать демонами или шакалами в овечьей шкуре?

— Как‑то я сам с держателями венчурного капитала не сталкивался, но кое‑какое общее представление имею что это такое. — Удивлённо приподняв правую бровь, ответил я, не совсем понимая к чему клонит штаб‑майор, вернее даже вообще не понимая, чего он от меня добивается, но отвечать вопросом на вопрос не хотелось, пришлось ответить:

— Насколько я понимаю, венчурный фонд рискованное предприятие, специализирующееся на работе инновационными проектами или стартапами. Как правило до восьмидесяти процентов не приносят прибыли, а остальные двадцать с лихвой покрывают убытки и приносят сумасшедшую прибыль. Это своего рода рискованные инвестиции в ценные бумаги и доли стартапов, а бизнес‑ангелы — это частные венчурные инвесторы, обеспечивающие финансовую и экспертную поддержку стартапов на ранних стадиях развития. В общем где‑то так, особых подробностей этого рода бизнеса я не знаю, так как никогда этим направлением не интересовался, хотя, наверное, это очень перспективно, хотя существует серьёзный риск потерять вложенные в какой‑нибудь проект инвестиции.

Кивнув, каким‑то своим мыслям, штаб‑майор, взглянув в окно, негромко заговорил:

— Ты конечно прав, это всё так, за исключением того, что все эти международные венчурные фонды и бизнес‑ангелы на самом деле представляют интересы самых крупных мега корпораций и по сути своей занимаются контролем и направлением технического развития в нужном им направлении. По сути своей это инструмент подавления научно‑технического прогресса. Какие‑то идеи они отжимают у их авторов, становясь сначала совладельцами, а затем единоличными собственниками. Многие из толковых идей они целенаправленно хоронят, а некоторым позволяют занять долю рынка и так продолжается очень давно…. Это работа мега корпораций на опережение чтобы обезопасить от непредсказуемости человеческого гения своё доминирующее положение на рынке. Вот такие дела Нестор Иванович….

— К чему ты клонишь? — Ощутив внутреннее беспокойство, прямо спросил я его, начиная наконец ухватывать его мысль, которую он хотел донести до меня.

— Я говорю это к чему, — выдохнул штаб‑майор, — любые исследования в области современных и уж тем более перспективных технологий находятся под бдительным присмотром и фактическим контролем, что не даёт совершить сколько‑нибудь значимый цивилизационный технологический скачок. Любая, я подчёркиваю любая прорывная технология неизбежно изменяет мир и человеческие взаимоотношения именно по этой причине научно‑технические исследования жёстко контролируются и направляются в то русло которое выгодно, даже не государствам как институтам, а мега корпорациям.

— Ну в принципе это не такой уж и секрет, многие об этом догадываются, в том числе и я, вот только какое это обстоятельство имеет отношение к нашему совершенно секретному объекту? — С тревогой поинтересовался я у него, начиная предчувствовать крупные неприятности, от которых неожиданно заныло под лопаткой.

— Этот объект по сути есть революционная технология способная в корне изменить всё человечество. Короли Лейрина в глубокой тайне от венчурных фондов и бизнес‑ангелов обладая очень скромными финансовыми ресурсами умудрились почти за восемьдесят лет напряжённого труда добиться невероятного успеха. Главное в нём это минимальная энергетическая потребность в производстве антиматерии, а также в банках её хранения, себестоимость конечного продукта ниже даже не в разы, а исчисляется сотнями порядков. Если об этом прознают великие державы нам всем конец, за обладание эксклюзивным правом на такою технологию они пойдут на всё, в том числе и на новую мировую войну, так как она в корне меняет соотношение сил в этом мире и тот, кто ею владеет встанет во главе всего человечества. Это и дешёвое топливо для космических кораблей и это мощнейшее энергетическое оружие и многое что ещё, в том числе минимальная себестоимость выпускаемой продукции на единицу товара, отчего все остальные производители окажутся не удел, так как не смогут конкурировать со столь низкой ценой. Все эти факторы неизбежно приведут к большой войне, так как это борьба за будущее и свое достойное место в этом будущем.

Штаб‑майор умолк, продолжая в глубокой задумчивости смотреть в окно, думая о чём‑то своём и похоже мысли эти ему совсем не нравились. Не нравились мне и мои собственные выводы от того что наговорил Леонид Рашпиль. Пахло тут очень скверными перспективами, вернее не так…. Тут или на самую вершину взлетишь или в бездну с концами провалишься, унеся за собой многие миллионы тех, кто пошёл за мной. Чего‑то среднего в данной задачке со многими неизвестными не предусматривается и это пугало до дрожи в коленках….

— И как же такое стало возможно, что на периферии от главного ядра человеческой цивилизации смогли создать такой объект и изобрести столь прорывные технологии? — Чтобы прервать затянувшееся молчание, создающее гнетущую атмосферу задал я вопрос, даже не представляя себе, как теперь быть со всем этим взрывоопасным наследством от ушедшей в небытие прошлой королевской династии.

В задумчивости пожевав губы, штаб‑майор, не меняя позы, стал негромко отвечать:

— Допустим, королевство Лейрин не такие уж и задворки человеческой цивилизации, оно твёрдо входит в его полу ядро и обладает довольно значительным интеллектуальным и природным ресурсным потенциалом, что и позволило совершить в тайне от всех столь огромный рывок, правда не доведённым до своего логического конца. Начиная этот проект короли Лейрин сознательно не воспользовались услугами венчурных фондов и бизнес‑ангелов, что и привело к столь грандиозному результату. Вся проблема, что теперь нам со всем этим делать…. На этот вопрос даже Совет старейшин на Новой Москве точного ответа не знает, споры ожесточённые споры продолжаются по сей день и ещё неизвестно сколько это вообще будет продолжаться.

Да уж, ничего не скажешь, приятная перспективка, — подумалось мне, — они до сих пор бодаются между собой как мне действовать дальше, а ждать их окончательного решения я больше не могу, надо работать уже здесь и сейчас иначе трындец….

— Значит на внешнем рынке продавать полученную антиматерию никак нельзя? — На всякий случай задал я уточняющий вопрос, в общем уже предполагая ответ, но для уточнения позиций он обязательно должен быть задан и уже исходя из этого планировать дальнейшие свои действия.

— Ни в коем случае! — Резко дёрнувшись всем телом воскликнул штаб‑майор, бешено вращая глазными яблоками, нелепо взмахивая руками, что свидетельствовало о его крайне взвинченном состоянии. Помолчав несколько мгновений и чуть успокоившись, он заговорил вновь:

— Продавать на внешних рынках антиматерию местного производства категорически нельзя иначе нас довольно быстро вычислят и тогда пиши пропало. От нас даже мокрого места не оставят. Что делать и как быть нам в этих обстоятельствах я просто теряюсь, чёткого и ясного ответа у меня нет.

Нет у него решения видите ли, — сварливо подумалось мне, — а мне опять самому предлагается выкручиваться. Млять, как же мне это надоело кто бы знал…. Начальников вышестоящих хрен знает сколько, а решение принципиальное принимать некому. Ну, вот что за невезуха такая, а?! Ай да ладно, ну их на хрен всех этих деятелей, не в первый раз на себя ответственность принимать приходиться….

— Собирайся Лёня, немедленно вылетаем на секретный объект и там уже на месте будем думать, правда для начала надо с учёными поговорить, а уж затем решать, а то дров наломаем, а это недопустимо. Любая наша ошибка, даже самая крохотная способна обернуться для нас катастрофой, а я раньше времени на тот свет не тороплюсь и тебе не советую.

— Полетели. — Согласился он, впрочем, без особого желания поднимаясь с кресла.

Поднявшись следом за ним, я вышел из зала и поискав Олию, обнаружил её спящую в спальне. Не став её будить, вернулся обратно и вместе со штаб‑майором покинул особняк и погрузившись в бронированный глайдер и мы полетели. Весь перелёт я молчал, напряжённо размышляя что мне делать дальше, мыслей и идей всяких пришло в мою голову пруд‑пруди, вот только все они никак не подходили под наши реалии, так как у нас банально не было на это всё ресурсов. Вот с такими невесёлыми мыслями я и долетел до секретного объекта.

Беспрепятственно пройдя через посты охраны мы в сопровождении начальника службы безопасности объекта Артёма Тойнби, оказались в приёмной кабинете Альфреда Ноэля. Его не было, он должен был появиться где‑то через полчаса, так что пришлось присесть на диван и ожидать его. Секретарь услужливо заварил нам натуральное кофе, и мы с удовольствием его выпили и продолжили ожидать профессора. Ни о чём серьёзном мы с Рашпилем не говорили, больше предпочитая молчать и обдумывать как наилучшим и самое главное наименее затратным способом выкрутиться из создавшегося положения.

Прошло чуть больше получаса и в приёмной появился страшно деловой профессор Ноэль и в спешке нас поприветствовав, завёл в свой рабочий кабинет. Присев в кресло я, внимательно посмотрев на учёного мужа и задал ему вопрос:

— Скажите господин Ноэль, насколько задействован ваш суперкомпьютер в разработке вашего проекта?

— Максимум на тридцать процентов от пиковой нагрузки, а что? — С немалым удивлением взирая на меня, проговорил он, не совсем понимая к чему я затеял этот разговор.

В задумчивости помолчав пару мгновений, я бросил мимолётный взгляд на штаб‑майора и вкрадчиво поинтересовался:

— А скажите уважаемый профессор каковы перспективы вашего изобретения в военно‑прикладной сфере?

Пожав плечами, он стал отвечать:

— Самые широчайшие Сир. Практически любое энергетическое оружие способное работать сотни лет без перезарядки, хотя конечно мы этот вопрос не разрабатывали, целиком и полностью сконцентрировавшись на гражданском направлении, в чём мы смею вас уверить добились небывалых результатов.

Вот что значит человек увлечённый наукой…. Придётся осадить немного и направить в нужное русло, а то это никуда не годиться….

— Значит так профессор, требую немедленно приступить к разработке модульных автоматических платформ с энергетическим оружием, построенным на базе вашего изобретения. Они должны быть просты в производстве и безотказны в космическом пространстве. Что ещё важно, они должны быть объедены в единую сеть и управляться из единого пункта управления. Вернее, даже не так…. Надо создать единую военную сеть к которой будут подключены все вооружённые юниты, от рядового пехотинца, до авианосца, все камеры наблюдения и телескопы с пунктом объективного контроля космического пространства и всё это вывести на суперкомпьютер. Мало того, надо подключить все гаджеты и компьютеры королевства к суперкомпьютеру, который будет анализировать поступающую информацию в режиме онлайн и выдавать рекомендации. Сделать это необходимо в самые сжатые сроки, чтобы превратить королевство в неприступную крепость зубы о которую обломает любой потенциальный противник. Надо спешить, времени на раскачку у нас нет….

Профессор от изумления хрюкнул и в задумчивости покрути головой, проворчал:

— Однако у вас и запросы Сир…. Таких систем нет ни у кого, разве что отдельные её элементы имеют место быть и то они создавались многими десятилетиями. Фактически вы требуете невозможного, хотя если вдуматься, то ничего принципиально невозможного в этом нет. Чисто отдельную военную сеть создавать на данном этапе нет никакого смысла, надо на платформе гражданской сети и её Больших данных выстраивать несколько независимых друг от друга сетей с контролируемыми точками соприкосновения друг стругом. Каждый круг будет иметь свой персональный иерархический статус и свою структуру защиты от несанкционированного доступа, кроме верховного администратора в виде нашего суперкомпьютера собирающего и перерабатывающего огромный массив поступающей инфы со всех уровней. Всё это возможно, главная трудность в том, что придётся создавать с нуля программное обеспечение в невероятном объёме.

Поднявшись с удобного дивана я в глубокой задумчивости прошёлся по кабинету и остановившись возле профессора, задал интересующий меня вопрос:

— В этом вы разбираетесь куда как лучше меня, вот вам и карты в руки, работайте, меня сейчас интересует оружие способное полностью перекрыть доступ вероятного противника в королевство Лейрин. Как вы собираетесь его разрабатывать?

— На суперкомпьютере, разумеется. — Выдохнул профессор и поднявшись со своего рабочего кресла, продолжил:

— Разработать автоматические платформы с энергетическим оружием, минными заградителями и противокорабельными ракетами самая меньшая из трудностей, наш суперкомпьютер с этим справиться без проблем, да там в сущности особо и переделывать ничего не надо, только перенастроить существующие проги. Самая большая проблема — это единая сеть и вот тут‑то нам придётся изрядно голову себе поломать как это сделать наиболее рациональным образом.

Внимательно прислушиваясь к нашему разговору, штаб‑майор, также поднявшись и в задумчивости почесав затылок, обратился к Ноэлю:

— Господин профессор вы смело можете задействовать в своей работе весь личный состав научной делегации из Новой Москвы. Если потребуется ещё, я немедленно затребую дополнительную партию специалистов в требуемых вами количествах и надлежащей компетенции.

— Непременно ими воспользуюсь, можете даже не сомневаться, — с немалым облегчением выдохнул Ноэль, — и ещё дополнительно затребую, так как поставленная задача по своему размаху слишком грандиозна.

— Хорошо профессор, составьте список необходимых вам в работе специалистов и как он будет готов, я сражу же его отправлю на рассмотрение в Совет старейшин. Попросил бы вас сделать его как можно скорее.

— Завтра к обеду он непременно будет готов. — С улыбкой отозвался Ноэль пребывая в прекрасном расположении духа, его детище будет жить и приносить пользу людям, новый шаг в научно‑техническом прогрессе будет доведён до ума, хотя прежде ему уже начинало казаться, что это в принципе невозможно. Очень приятно ошибаться в своих пессимистических прогнозах….

— Желаю вам успехов в столь трудном деле. — Проговорил я и попрощавшись с профессором направился на выход вместе со штаб‑майором. Молчаливо преодолев весь обратный путь, мы погрузились в глайдер и полетели обратно в особняк. Где‑то через десять минут полёта, штаб‑майор пребывающий в глубокой задумчивости, сложил руки на груди и негромко заговорил:

— Задуманное тобою дело по большому счёту можно смело назвать очередным революционным шагом в сфере информационных технологий, на который у Новой Москвы нет ресурсов главным образом финансовых. Ещё конечно Совет старейшин выделит десятка два или три миллиардов рублей золотом, но это всё что мы можем. Нужно искать дополнительные ресурсы, а где их взять, большой вопрос….

Да уж…финансы больная тема и то надо и это надо и вообще всё надо, а денег нет, — подумалось мне, — не к хозяевам денег же за помощью обращаться…. При отсутствии денежных ресурсов есть только два пути как возможно резко совершить цивилизационный прыжок. Грубо говоря первый путь на костях народа как это сделал Пётр‑I. После его реформ Россия потеряла до четверти своего населения, часть умерла от непосильных тягот, а другая разбежалась кто куда, в основном в Сибирь и на Дон основательно пополнив донское казачество. Потребовалось целых пятьдесят лет чтобы численность народа после петровских реформ восстановилась. Он создал первых российских олигархов европейского типа, которые без зазрения совести обирали казну и народ ввергая его в нищету и безысходность. Наверное, именно из‑за этого он так любим элитой….

Был и второй путь…. На костях элиты как это сделал в своё время товарищ Сталин. Получив в свои руки страну с разрушенной промышленностью и элитой переполненной иностранными агентами и агентами влияния мировых финансистов, он главным образом на костях элиты восстановил статус великой державы, привёл народ к победе в Великой отечественной войне, создал ядерное оружие и заложил основу для полёта первого человека в космос. Оттого этого человека так не любит элита, не без основательно опасаясь, как бы не появился некто кто их бросит в топку нового цивилизационного рывка в будущее….

М‑да‑а…нелёгкий выбор мне предстоит сделать…. Полумерами здесь ограничится никак не удастся, не тот случай. Выбор предстоит нелёгкий и самое паршивое во всей этой истории, что времени для окончательного решения практически не осталось….

— Нестор ты слышишь меня? — Неожиданно послышался встревоженный голос штаб‑майора у себя над головой.

— Да слышу я тебя, слышу. — Выдохнул я, выходя из своей глубокой задумчивости.

— Я тебя уже три минуты зову, а ты никак не реагируешь, словно в нирвану вошёл и не обещал вернуться.

— Прости задумался маленько.

Присев возле меня штаб‑майор, сильно потерев виски, заговорил:

— Нестор, я тут подумал и решил сюда свою дальнюю родственницу вызвать. Зовут её Биталина, специализируется она на психологических операциях главным образом военно‑политического характера. Для того чтобы королевство Лейрин превратить в осаждённый военный лагерь требуется подготовка населения к таким радикальным изменениям, а это далеко не просто. Наши тактические группы психологический операций хоть и хороши, но их, во‑первых, мало, а во‑вторых, это не совсем тот уровень, который нам сейчас требуется. Сам понимаешь, старую аристократическую и финансовую элиту королевства придётся зачищать и делать это придётся жёстко, так как они непременно будут сопротивляться. Надо подготовить общественное мнение чтобы основная масса народа была на нашей стороне.

— Вызывай. — Согласился я, только сейчас сделав окончательный выбор для цивилизационного рывка, старую элиту предстояло пусть в топку прогресса, но для того чтобы приступить к этому делу следовало основательно укрепить армию и другие силовые структуры иначе старая элита меня самого в топку отправит.

Психологические операции…. М‑да‑а…, наверное, только сейчас я в полной мере осознал насколько то время откуда я оказался здесь отличается от того где я пребываю здесь и сейчас. Информационные потоки супербыстры и время от какого‑либо события и до принятия решения как на него реагировать измеряется минутами и секундами, причём информационные потоки переполнены откровенной ложью, провокациями и постановочными фейками. Если ориентироваться только на поступающую информацию, ты обречён только реагировать на происходящие события, а это значит находиться в кем‑то для тебя сконструированной матрице без всякой возможности вырваться за её границы. Жить в чужой проектной матрице, равносильно тому что быть куклой‑марионеткой в руках неведомых кукловодов, при этом ничего не зная о существовании тех нитей за которые тебя дёргают и ведут по жизни. Для того чтобы вырваться из этого порочного круга и разломать чужую матрицу надо самому конструировать события, создавать здесь и сейчас будущее для себя, своих детей и своего народа. Пусть другие реагируют на те или иные события и принимают решения, причём сами себе не отдавая отчёт в том, что делают они не в своих интересах, а в интересах кукловода.

Впереди меня ждала битва конструируемых матриц в мире свободных воль, битва или даже битвы идеологий, культуры и науки с экономикой, медицины и спорта в конце концов, а это совсем не одно и тоже что горячая война, она как раз проще всего. Когда говорят пушки, то это значит, что ты все эти битвы уже проиграл. Горячая фаза войны лишь последний этап большого сражения за выживание тебя самого и твоего народа.

Всё стало вдруг очень сложно, если мне раньше казалось главным физически уничтожить оккупанта, то по прошествии многих лет, я на мир и войну стал смотреть совсем иначе чем прежде. Моя главная борьба как‑то незаметно переместилась на уровень миллионов и даже миллиардов свободных воль, за их чувства, чаяния, надежды и мечты. Справлюсь ли я с этим…. Честно, не знаю, слишком всё сложно и противоречиво, но я сделаю всё что в моих силах и даже больше чтобы одержать победу в этой борьбе, хотя на этом поле боя нет и быть не может окончательной победы или поражения, она нескончаемо продолжается с того самого момента как появилось человечество. Сегодняшняя победа через некоторое время может обернуться стратегическим поражением и наоборот, твоё страшное поражение сегодня, может при определённых конструируемых событий обернуться против победившего тебя на поле боя противника.

Всё сложно, всё невыносимо зыбко и неоднозначно в этом непредсказуемом мире, сегодняшний враг, в будущем может стать твоим верным союзником и наоборот. Всё может быть и ничего исключать нельзя, как говориться, дьявол кроется в деталях и тот, кто это заметил без всяких сомнений был гением. Вся наша жизнь и бытие состоит из этих самых проклятых деталей способных в один миг перевернуть всю твою жизнь, вывернуть её наизнанку и выбросить на помойку как никому ненужную вещь.

Всё вдруг стало таким сложным и как такое могло со мной произойти я даже и сам не заметил, как мой чёрно‑белый взгляд на жизнь вдруг запестрел множеством красок, бесчисленных оттенков и полутонов. Это не мир, окружающий меня изменился, он как был таким, таковым и остался, изменился я сам, изменилось моё восприятие. Нравиться мне это или нет, но я стал совершенно другим, но всё же что‑то от меня прежнего осталось и этим я стал дорожить как нечто необычайно ценным и отчего никогда не откажусь чего бы мне это не стоило. Сознательный отказ от того что ещё осталось от меня прежнего скорей всего сделало бы из меня бездушного монстра, а я этого не хотел категорически. Власть штука страшная, а бездушный монстр во власти страшней в разы….

— Всё Нестор мы прилетели. — Как‑то уж больно приглушённо проговорил штаб‑майор, не отрывая от меня своего пронзительного взгляда, в котором читался глубокий ум и искреннее сочувствие.

Покинув борт глайдера я проводил Леонида Рашпиля до его спортивного кара и попрощавшись с ним, направился в особняк, где меня ждала любящая женщина и на душе вдруг от этой простой, в сущности, мысли на душе моей потеплело и я ускорил шаг желая окунуться в её горячие объятия. Да, я изменился, но многое осталось прежним и это наполняло мою буйно помешанную душу огромным счастьем, с которым я хотел, как можно скорее поделиться с любимым человеком….

Глава‑12

Заседание, длившееся почти четыре часа, подошло к концу, и представители старой и влиятельной аристократии потянулись на выход. Барон Альбрехт встречу организовал на самом высшем уровне, с почётным караулом, музыкой и богатым застольем. Антураж был создан соответствующий моменту, вот только если вдуматься, всё это было напрасно, местная родовитая аристократия меня как своего правителя признавать не желала. Прямо об этом не сказал ни один делегат, но намёков было отпущено более чем достаточно чтобы сделать однозначный вывод.

Требований они выдвинули много, и большая часть из них касалось закрепления своего наследственного статуса, а также неприкосновенности частной собственности на всё движимое и недвижимое имущество, а также интеллектуальную собственность. Вопрос о престолонаследии не поднимался вообще, по всей вероятности, они не считали нужным обсуждать этот вопрос со мной, считая мою фигуру лишь временным персонажем которую они собирались в ближайшем будущем скинуть. Как‑либо по‑иному трактовать уклонение от обсуждения этой темы я не мог, да и барон Альбрехт был со мной в этом полностью согласен. Он от злости поскрипывал зубами, но ничего с этим поделать не мог, хотя очень хотел всех этих герцогов с графиями поставить на место, используя для этого военную силу, но в данном случае это было крайне невыгодно, тут надо было искать какой‑то иной путь решения проблемы…. Или самому создать веский повод для того чтобы эту силу применить.

Все эти представители старой аристократии королевства Лейрин с большой бы охотой прямо в зале приёмов мне пустили кровь, это хорошо было видно по глазам многих особенно молодых и не умудрённых опытом аристократов. Единственное что их сдерживало так это та вооружённая сила, которая стояла за моей спиной. Никто из них не мог похвастаться подобной армией, разве что если они объединятся, то смогут, наверное, выйти вровень, но на военно‑технический паритет навряд ли потянут. Это касалось в первую очередь ВКС и тяжёлой роботизированной техники. Любая попытка с их стороны скинуть меня вооружённым путём непременно обернётся для них катастрофой, а раз так то вероятнее всего они составят комплот или заговор кому как нравится с целью моей ликвидации или оголтелой дискредитации.

— Что делать будем командир быть может всех арестуем и национализируем всё имущество? — Шипя от душившей неприязни к породистым аристократам задал мне вопрос Ржавый совсем тихим голосом.

— Ещё не время. — Также тихо ответил я ему, обдумывая превентивные меры против будущих заговорщиков, которых следовало нейтрализовать, вот только для этого любые методы не годились, тут надо придумать нечто изящное….

— Эти хитрованы подлые откладывать ничего не будут. — Пропыхтел Ржавый и я с ним был полностью согласен, времени на раскачку у нас нет. Скорей всего заговор состоится в ближайшие часы и ему необходимо что‑то противопоставить.

— Ладно, я подумаю, что тут можно сделать, а пока расходимся. Работы у нас всех выше крыши и терять даже минуту как‑то не хочется. — Выдохнул я и решительно направился на выход из зала, а за мною следом пошли Ржавый и барон Альбрехт, пребывающий в крайне взвинченном состоянии. В широком коридоре расставшись с ними, я вышел на улицу и погрузившись в глайдер, полетел в свой особняк.

— Как прошло командир? — Осторожно поинтересовался начальник моей личной охраны, внимательно всматриваясь в мою хмурую физиономию.

— Плохо прошло, — выдохнул я, — хотя ещё с какой стороны на это посмотреть. Старая аристократия меня за своего не признала и признавать своим верховным правителем не собирается. В обще конечно они прямо скажем сглупили, я бы на их месте поступил совсем иначе, признал бы по всем пунктам, а сам втихаря стал готовить заговор с целью моей ликвидации.

— Что будем делать командир? — Встревоженно поинтересовался он, прекрасно отдавая себе отчёт, что если захотят убить, то рано или поздно они это смогут сделать, невзирая на наличие бдительной охраны и телохранителей.

В задумчивости посидев какое‑то время в кресле без движения, я поднял голову и посмотрев в глаза Енота, задал тому интересующий меня вопрос:

— Слушай у нас в ферсианском подполье подданных Лейрин случаем не было?

— Да были несколько человек, где‑то в архивных папках у меня их имена имеются. Сходить посмотреть?

— Посмотри. — Согласился я и глубоко задумался, рассматривая со всех сторон пришедшую на ум идею.

Вернувшись через несколько минут Енот вручил мне распечатки личных дел и, я внимательно вчитался. Действительно в нашем подполье были семь человек являющиеся полноценными подданными королевства Лейрин, причём двое из них на Ферси были командирами, один из них командовал штурмовой сотней, а другой руководил подпольной разведывательной ячейкой в самом городе. Эти двое за время оккупации весьма отличились и были награждены орденами и медалями Империи Орла.

Все эти семь человек сейчас находились здесь в королевстве в рядах моей армии. Всех их отъединяла лютая ненависть к старой аристократии, так как их семьи в своё время пострадали от самодурства местных владетелей из‑за чего они были вынуждены бежать в Империю Орла и после оккупации Ферси гармонично влились в ряды ферсианского подполья.

— Слушай сюда Енот, найди мне этих людей и доставь по одному на конспиративные квартиры я хочу с каждым из них поговорить лично. Сделай это как можно скорее. — Распорядился я, прикидывая в уме различные варианты.

— Что вы задумали командир? — Напрямик спросил он, прищурив правый глаз.

Помолчав в задумчивости несколько мгновений, я заговорил:

— Надо чтобы не менее двух из этой семёрки дали своё согласие принять участие в одном довольно рискованном дельце. Они дезертируют и должны организовать отряды сопротивления нашей армии, пусть совершают набеги, постреливают по блокпостам и время от времени устраивают запланированные диверсии. Всё это должно сопровождаться грозными заявлениями в мой адрес. Заниматься придётся практически тем же самым что они делали на Ферси, за исключением того чтобы к ним потянулись недовольные и готовые с оружием в руках воевать против нас и рано или поздно на них выйдут представители старой аристократии и нечто такое предложат после чего мы всех их на законных основаниях арестуем и повесим. Чем больше аристократов в эту ловушку влезут, тем нам же лучше.

— А что это дельная мысль, — согласился со мной Енот, — собрать в таких отрядах всю эту публику и устроив засаду одним махом отправить к праотцам.

— Да, надо избавиться от пассионариев являющихся сторонниками старой королевской аристократии. Вообще конечно это надо было сделать раньше, но и сейчас ещё не поздно, так что тебе и карты в руки, давай найди мне этих людей и начинай подготавливать операцию под кодовым названием «Свининка на вертеле». Если не можешь избавиться от некого явления, возглавь его, главное, чтобы не заиграться в игрища своевременно прикрыв лавочку, а то ещё может случится так что оно выйдет из‑под контроля и заживёт самостоятельной жизнью. Ещё не хватало своими собственными руками подполье создавать против самого себя, как‑то это уже чересчур будет.

Согласно кивнув, Енот дождался, когда я выскажусь и стал говорить сам:

— Ваша идея командир действительно хороша, но этого недостаточно, надо задействовать все наши группы психологических операций по дискредитации в глазах основной массы народа старой аристократии и созданию положительного и главное устойчивого образа Нестора Махно и его армии, верее нашей армии. Сначала слухи пустим, а потом задействуем средства массовой информации с прямой линией, по которой любой желающий может сообщить о своих проблемах и горестях, а мы им будем оказывать действенную помощь.

— Кстати да, забыл тебе сообщить, Леонид Рашпиль обещал доставить сюда с Новой Москвы свою давнюю знакомую специализирующуюся на психологических операциях военно‑политического характера, её имя Биталина. Как прибудет, так сразу задействуй её на полную катушку, специалистов такого высокого уровня у нас просто нет, тем она и ценна для нас.

— Разрешите выполнять командир?! — Вытянувшись в струнку, выпалил он и получив разрешение покинул мою каюту. Оставшись в одиночестве, я сидел и думал о превратностях судьбы, сначала организовывать боевое подполье, а теперь вот делать приходится всё для того чтобы оно не появилось хотя, конечно имея за плечами такой богатый опыт работать куда как проще. Не имея достаточных сил, приходиться вертеться как уж на раскалённой сковородке….

Мои размышления неожиданно прервал противный сигнал коммутатора секретной связи, пришлось отвлечься, на проводе был отставной контр‑адмирал Казимир Иволгин.

— Добрый день адмирал.

— Здравия желаю Сир! Не хотел вас беспокоить, но вынужден. Похоже на нас идёт флот. Вымпелов в нём порядка тридцати, в том числе два малых авианосца. — Проворчал он, нахмурив брови и помолчав несколько мгновений, заговорил вновь:

— Исходя из наших разведданных корабли стартовали с территории Халифата Азгар. Изначально мы не думали, что они идут по нашу душу, но похоже именно к нам. Пока ещё не все перехваченные сообщения расшифрованы, но уже сейчас можно с большой долей уверенности утверждать, что да, именно по нашу душу. На боевых кораблях экипажи состоят из сплошных джихадистов‑фанатиков, так как в расшифрованных донесениях много цитат из их молитв.

— Насколько они представляют для нас угрозу? — Моментально среагировав, спросил я его, впервые столкнувшись в своей практике с таким явлением, хотя, казалось бы, повидать пришлось за эти годы многое.

— С точностью утверждать я конечно не могу, но исходя из своего опыта могу сказать, что как воины они довольно приличны, но далеко не идеальны, хорошо воюют в малых группах, но в больших подразделениях проявляют себя достаточно слабо. Сейчас я выслал на встречу три гиперскоростных разведывательных зонда и где‑то через пять часов пойдёт первая информация о точном составе кораблей, их вооружении и тогда уже можно будет планировать сражение, если они конечно по дороге не свернут куда‑нибудь в сторону, что тоже вполне возможно. — Отчитался Иволгин, пребывая в задумчивом состоянии.

— Так всё‑таки насколько это опасно для нас если они всё же по нашу душу идут? — Повторил я свой вопрос, желая получить на него внятный ответ.

— Достаточно опасно, но не более того, мы с ними в любом случае справимся, наличных сил и вооружения более чем достаточно. Каковы возможные наши потери, пока сказать затрудняюсь, так как неизвестен точный состав флота и его штатное вооружение. Ориентировочное время вхождения в нашу систему через семьдесят два часа. К этому времени мы хорошо подготовимся и встретим вероятного противника на передовых рубежах, где и состоится бой.

— Я вас понял адмирал, держите меня в курсе всего происходящего. О любом изменении оперативной обстановке делайте доклад немедленно.

— Будет исполнено Сир! — Выпалил он и попрощавшись со мной отключил связь.

А этим‑то что от меня потребовалось — подумалось мне, — вроде как нигде на тесной дорожке не пересекались, однако же попёрлись по мою душу. Хотя вполне возможно это обыкновенные наёмники, ведь кто‑то же нанял тех, кто штурмовал королевский дворец, быть может это вообще сделал один и тот же человек или структура. Жаль, что пока выяснить кто за этим стоит следственной группе всё никак не удаётся, слишком уж хитрая схема была применена и быстро распутать её хитросплетения никак не получится. Ох сдаётся мне за нас начинают браться всерьёз, вот только кто за этим стоит интересно мне знать. Уж не Священный ли Союз с Орденом крестоносцев, с них станется тем более после того как я раскрыл своё инкогнито….

Рассмотрев изображение планетарной системы Лейрин, я подошёл к коммутатору и набрал номер своего заместителя.

— Привет Ржавый, как там у тебя дела?

— Нормально командир, всё идёт по плану. Прибывших с Ферси разместили в казармах, офицерам и сержантам выдали жильё, остальных поставили на очередь. Сейчас полученное трофейное оружие приводим в порядок и загоняем в ангары на хранение, боеприпасы уже складированы в подземные хранилища в полном объёме. — Ответил он, вытирая руки от машинного масла об какую‑то грязную ветошь.

— Это хорошо, — отозвался я, — но имей в виду, возможно на нас идёт флот из Халифата Азгар. Если никуда не свернут, то войдут в нашу систему ровно через три дня, так что будьте готовы в любой момент подняться в ружьё.

— Вот же зараза! Ещё этого не хватало, только разгреблись и на ноги вставать начали, а тут опять на нас какие‑то оборванцы лезут. Что им всем от нас надо командир? — С чувством вспылил мой заместитель, командующий нашими наземными вооруженными силами.

— Кому‑нибудь точно надо, — выдохнул я, — не просто так ведь появился Председатель Комитета спасения родины, пастор тоталитарной секты, основанной спецслужбами Священного Союза на Ферси. Где он, кстати говоря, ведь ты должен был заняться этим вопросом?

— Да выяснил я всё командир. Саймон Грейс эвакуировался с планеты во время восстания, но наши ребята ему сели на хвост и сейчас изыскивают возможность войти к нему в доверие. Брать его сейчас за жабры нет никакого смысла, надо внедриться в его окружение и качать информацию, так правильнее будет. Ну уберём мы его сейчас, а на его место ещё кого‑нибудь поставят, тут надо действовать куда как хитрее. — Высказал своё мнение Ржавый, выбросив в мусорную корзину грязную ветошь и стряхивая пыль с пропитанного маслом комбинезона.

— Ты где это так в масле извозюкался? — Оглядывая его чумазую физиономию, поинтересовался я, не замечая прежде за Ржавым такого непосредственного интереса к ремонту военной техники.

Устало выдохнув, мой заместитель, покрутив головой, ответил:

— Ремонтный завод, доставленный с Ферси возводим, благо он модульный, да к тому же совершенно новенький, его крестоносцы даже не успели распаковать, был в заводской упаковке. Через пару дней запустим, а затем за второй возьмёмся, вот только он посложнее будет, так как на нём не только проводить ремонт и техническое обслуживание можно, но и выпускать штурмовые роботы и даже самоходную артиллерию в режиме полного цикла. Он хоть и не новый, но спецы говорят, что всё с ним в полном порядке.

— А как на счёт запчастей? — C практическим интересом спросил я у него, прикидывая в уме, как и главное где их можно достать, если на Ферси все трофейные склады были переброшены на Лейрин.

— Полно, на несколько лет точно хватит, а за это время своё собственное производство наладим и будет у нас всё в ажуре‑абажуре. — С ухмылкой на всё лицо, выдохнул Ржавый и сославшись на сильную занятость, попрощался и отключил связь.

Не успел я подняться, как вновь за сигналил коммутатор. Пришлось разрешить доступ.

— Здравствуйте Сир! — С придыханием поздоровался со мной криминальный авторитет.

— Привет Зубец, а чего это ты ко мне прямо‑таки как на официальном приёме обращаешься? — Удивлённо взирая на него, поинтересовался я, глядя на его холёную физиономию, видать завёл за правило в последнее время элитных косметологов посещать не иначе, да и вообще он с нашей последней встречи капитально изменился, поднабрав почтенной солидности. Видать нынешний статус так на него подействовал….

— Ну как же, ведь вы командир таких высот достигли и как раньше обращаться совсем негоже.

— Ты это мне брось Зубец, — шутливо погрозив ему указательным пальцем, проговорил я, — обращайся ко мне как прежде, я тебе что заносчивый аристократ что ли?

— Лады Тур, — ухмыльнулся он, — а то я было уже подумал к тебе теперь на хромой кобыле как в прежние времена не подъехать, как ни как, а правителем стал всего королевства, правда без короны и трона, но тем не менее….

— Ты‑то как сам поживаешь бродяга?

— Благодаря тебе выбился в уважаемые люди, большой вес заимел. Две трети всех криминальных группировок королевства теперь подомной ходят. После больших пострелушек жизнь стала налаживаться, беспредельщиков на кладбище спровадили. Живём помаленьку и жизни радуемся. Корней, кстати большой привет тебе передаёт, отбил он с лихвой вложенные деньги, да и мне не неслабо перепало, так что всё хорошо Тур, грех жаловаться. Теперь уж мой статус не только в королевстве все признают, но и вообще везде, Корней расстарался, недавно на большую сходку позвали, придётся лететь.

— Я рад за тебя. — Отозвался я, в душе хваля себя за предусмотрительность, ведь такой инструмент негласного управления как криминальный мир всегда должен быть под контролем чтобы он не распоясался и не вышел из берегов, а это грозит большими потрясениями в обществе, что совершенно недопустимо.

— Тур я тебе вот по какому поводу звоню, — резко меняя тон и выражение лица, отозвался Зубец, — тут буквально час назад вышел на меня один скользкий тип и предложил пятьдесят миллионов крон золотом за твою голову, я поторговался и затребовал восемьдесят, он согласился и этой ночью мне доставят задаток в слитках.

— Кто это был и чьи интересы он представляет ты знаешь? — Живо поинтересовался я, уже примерно догадываясь кто это мог быть.

— Пока не знаю, мои люди плотно его обложили и следят за ним. Докладывают мне о каждом его шаге, как что‑то станет известно сразу тебе сообщу.

— Ты правильно сделал Зубец что дал своё согласие, теперь уж главное выяснить чья это инициатива, а остальное уже моя забота. — Напряжённо размышляя, проворчал я в ответ.

— Тур быть может ты хочешь, чтобы я с этими деятелями cсамостоятельно разобрался? — Как бы невзначай, задал он вопрос, видимо желая сделать для меня приятное.

— Пожалуй нет Зубец, мне самому надо разбираться, — отклонил я его предложение, — тут дело на версту воняет политикой, а в неё тебе никаким боком касаться нельзя, дурно на твоей репутации отразится, а оно нам обоим совершенно ни к чему, да и не простые судя по всему люди тут задействованы, надо действовать деликатно, а потом сразу бить ботинком по яйцам и валить наповал. Другого языка такие людишки не понимают. Я к тебе пошлю пятерых своих проверенных людей, представь их клиенту в качестве киллеров.

— Да, ты прав Тур, в такие игрища мне соваться не с руки. — Согласился он со мной и мы ещё какое‑то время пообщались, и он отключил связь.

Вернувшись в особняк и пройдя в свой кабинет, я устроился поудобнее в кресле и глубоко задумался. Всё происходящее наводило на одну мысль, как будто тут на Лейрин был некто в глубокой тайне готовившийся к захвату трона. Он заблаговременно нанял наёмников и доставил в королевство, вот только он нарвался на один неучтённый фактор в виде меня любимого, который в один миг спутал ему все карты. Он или неустановленная пока группа лиц затею свою не оставили, слишком уж куш был лакомым и продолжили плести интригу в среде старой лейрианской аристократии. По всей вероятности, именно он и нанял наёмников в Халифате, а теперь ещё и наёмных убийц нанять желает. Это только то что стало известно мне, а что он мог придумать ещё я прямо скажем терялся в догадках, но судя по всему, как минимум три дня у меня в запасе точно есть, но в любом случае ситуация опять обостряется….

— Нестор всё сидишь и думу думаешь. — Неожиданно послышался озабоченный голос Олии буквально рядом со мной. Стараясь не делать резких движений, я медленно обернулся и выходя из глубокой задумчивости, проговорил в ответ:

— Да думаю, слишком много всего в последнее время навалилось, да и ты сама, взявшись за восстановление детских садов, школ и университетов вечно там пропадаешь.

— Это да, — вздохнула она, — работы непочатый край, но как выяснилось восстановление далеко не самая главная проблема. Главная проблема с самой системой обучения, но об этом тебе куда лучше меня Екатерина расскажет, она сейчас в зале тебя ожидает.

Да уж, с новым министром образования нам несказанно повезло. Случайно встретив её в развалинах школы и назначив на столь высокий пост Екатерина Аврон за дело взялась рьяно из‑за чего восстановление разрушенных учебных заведений ускорилось и во многих местах уже начался учебный год. Первое время министры нос крутили, выражая неудовольствие появлением человека из низов, но быстро сообразив, что она не лезет в их дела, успокоились, только держали её на расстоянии.

— Ну что ж, пошли поговорим. — Устало проворчал я, хотя откровенно говоря особо не хотелось и так моя голова была забита всякими делами и заботами, которые требовали моего личного внимания. Поднявшись, я размял плечи и направился вместе с Олией в зал.

— Добрый день Екатерина.

— Добрый день Сир! — Делая неуклюжий реверанс отозвалась она. Было видно, что она довольно сильно измотана, да и Олия выглядела не лучше. Жестом предложив ей присесть, я прошёл к дивану напротив и присев на него, задал вопрос:

— Так и о чём вы хотели со мной поговорить?

Собравшись с мыслями, Екатерина, глубоко вздохнув, задала мне встречный вопрос:

— Скажите Сир, вы знаете такую мудрость: Если хочешь победить своего врага, обучай его детей?

— Да, слышать доводилось, — признал я, — да и не только слышать, на оккупированной Ферси Орден крестоносцев этим занимался, а мы этому активно противодействовали, в общем достаточно успешно.

— Значит вы поймёте о чём пойдёт речь, — с немалым облегчением выдохнула она, — по сути, речь идёт о нашем с вами будущем. Все существующие программы как школьного, так и дошкольного обучения надо в корне менять, так как в них заложены вредоносные закладки поведенческих установок.

— Что вы имеете ввиду? — Насторожившись, поинтересовался я, вдруг ощутив в глубине души немалую тревогу.

— Правящий класс, в нашем случае старая аристократия желая намертво застолбить своё доминирующее положение контролирует этот процесс через общее образование и подготовительные курсы, тем самым с самого раннего детства формирует нужную им модель поведения основной массы населения более низших классов. По сути, все эти искусственно созданные поведенческие матрицы воспроизводят кастовое общество, где нижестоящие практически лишены качественного образования формирующие целостную и всесторонне развитую личность. Эту систему необходимо сломать и вернуть на путь истинный, где каждый отдельный человек есть образ и подобие божьего и развивая каждого индивидуума двигать вперёд человеческую цивилизацию к новым вершинам иначе мы обречены влачить жалкое состояние на периферии. Понимаю, старая аристократия будет всеми силами сопротивляться, но иного пути для нас нет.

Нет ну как же всё стало так сложно, — с глубочайшей тоской подумалось мне, — смешалось всё в одну кучу и здравоохранение, и промышленность, наука и всеобщее образование с военным делом, опять же политика вечно под ногами путается, словно гигантская гиря. Слишком много группировок и кланов со своими интересами, на которых постоянно приходится играть чтобы и овцы были целы и волки сыты. Тут ещё и коррупция как элемент игры на противоречиях, того не тронь, этого не тронь, а то хуже будет. За тем могущественные банкиры стоят, за тем промышленники, а за другим торговый капитал, а за третьим крупные криминальные группировки и как со всем этим справляться одному Богу только и ведомо…. Вот скажите мне на милость, как в таких условиях товарищ Сталин страну из руин поднял и вывел её в ранг сверхдержавы?! Не иначе он был даже не гением, а натуральным сверхчеловеком в самом прямом смысле этого слова. Титан в человеческом обличии не иначе….

— Я вас понял Екатерина, это действительно огромная проблема, которую жизненно необходимо разрешить. Ищите настоящих сподвижников кто готов взяться за это неподъёмное дело и составить новые программы обучения начиная от дошкольного образования и заканчивая университетами. Вы работайте, а я позабочусь об нейтрализации старой аристократии королевства. — Отозвался я, дав своё согласие на подготовку начала принципиальных изменений всего общества в целом. Да этот процесс не быстрый, но крайне эффективный, новому миру требовался новый человек, свободный, образованный и способный к великим свершениям. Человек как пластилин или глина в талантливых руках педагога‑скульптора может стать кем угодно, например, ослом вьючным или гениальным изобретателем, а может даже святым подвижником, всё возможно, ну почти всё. Индивидуальные особенности головного мозга тоже играют свою немаловажную роль…. Для того и существует отбор самых одарённых и талантливых которых следует вести, начиная с момента его зачатия в утробе матери.

— Спасибо Сир, я непременно займусь этой работой и созову самых лучших специалистов в этой области, и мы приступим к работе. — С глубоким чувством признательности произнесла Екатерина и попрощавшись с нами, покинула наш особняк.

Я ещё долго сидел в глубокой задумчивости, обдумывая каждое слово, произнесённое Екатериной, она была абсолютно права, решать вопрос с качеством образования было жизненно необходимо, вот только контроль над ним так просто никто не отдаст. Сильные мира сего кровно не заинтересованы иметь образованное население, понимающее куда его, ведут, ведь что такое власть на самом деле. Власть — это совокупность контроля над ресурсами, информацией и образованием, правда абсолютной власти не бывает, но тем не менее доминирующее положение даёт невероятное преимущество, от которого никто добровольно никогда не откажется….

— Нестор с тобой всё в порядке? — C беспокойством смотря в мои задумчивые глаза, поинтересовался Олия, присаживаясь рядом со мной на диван.

— Да в порядке, — выдохнул я, — если конечно это так, можно сказать. Подготовку реформирования образования надо держать в глубоком секрете иначе боюсь у нас возникнут крупные неприятности. Всесильные мира сего узнав об этом раньше времени нам всем тут головы скрутят, ведь они совершенно не заинтересованы чтобы из холопов создали сильных и умных людей способных бросить им вызов.

— И что же нам делать?

Помолчав несколько минут я, взглянув в окно, ответил:

— Для начала надо сосредоточится на строительстве мощных вооружённых сил, а затем уж приступать к созданию сильных правоохранительных органов и спецслужб. Да будет страшная коррупция, да будут перегибы на местах, но мы пока не сможем с этим что‑либо сделать и избавиться от этих негативных явлений. Для начала армия и вообще силовой блок, а затем уж и наведение внутреннего порядка. Только в такой последовательности нам и следует поступать иначе нас раздавят как тараканов. Врагов много, а мы одни. Единственное наше бесспорное преимущество — это умение воевать, а вот в сфере поведенческой психодуховной войны мы не просто слабы, мы вообще никто. Единственный наш шанс поднять всеобщее образование на уровень элиты. Учить всех даже детей дворников так как это делают в элитных образовательных учреждениях и не пускать туда частных инвесторов, это должно делать только государство. Думается мне надо создавать куль армии в народе, как главной защитнице народа и его интересов, другой идеологии в предложенных жизнью обстоятельствах пока невозможно сформировать в кратчайшие сроки.

Олия в задумчивости подёргав мочку правого уха, исподлобья взглянула на меня и совсем тихим голосом произнесла:

— Всё это очень сложно, но мы все вместе непременно справимся.

— Справимся. — Согласился я и чмокнув её в щёку, вернулся в кабинет и вновь взялся за изучение поступающих докладов.

Глава‑13

— Олия будь предельно осторожна, охрана охраной, но всякое может случится, так что особо не отсвечивай. — На прощанье предупредил я, провожая её до глайдера.

— Не тревожься Нестор, главная мишень не я, а ты, так что сам будь осторожен, но ты мальчик опытный и хорошо знаешь, как поступать в критических ситуациях. — Постаралась успокоить меня Олия и чмокнув в правую щёку, взбежала по ступенькам в глайдер и через минуту он взмыл в воздух и улетел в сторону предгорий. Постояв пару минут провожая взглядом летательный аппарат, я вернулся в кабинет, где меня дожидался начальник личной службы безопасности.

— Ну как у тебя всё готово к встрече? — Войдя в кабинет, задал я ему вопрос.

— Так точно. Скрытно установили автоматические зенитные комплексы и в контрольных точках разместили засады и снайперские группы, на случай если будет несколько независимых друг от друга команд киллеров.

— Хорошо, а что там с тем мутным типом, который Зубцу меня заказал?

— Держим его под плотным наблюдением, зафиксированы его контакты с двумя людьми, личности обоих установлены, это доверенные лица барона Ди Хорста и графа Отто фон Крафта. Не самые влиятельные аристократы, оба входят в разные вертикали подчинения. Ди Хорсты ходят под герцогом Ди Канти, а Крафты несколько столетий находятся под рукой герцогов Ди Грасси. Обе группировки примерно равны по своим возможностям и давно конкурируют друг с другом, кто из них вас заказал установить пока не удалось, вполне допускаю что какая‑то другая группировка ими прикрывается. — Чётко доложил начальник службы безопасности и помолчав несколько мгновений, задал вопрос:

— Что будем делать если в точности не удастся установить заказчика?

— Устроим образцово‑показательную порку, — равнодушно пожал я плечами, — штурмом возьмём родовые замки герцогов и их вассалов. Церемониться не будем, всё должно пылать до горизонта и от замков остаться одни фундаменты чтобы остальным неповадно было. Ржавый готов поднять армию по полной боевой?

— Так точно. Все бойцы и командиры отозваны с отпусков и сейчас находятся в расположении частей на казарменном положении. — Всё так же спокойным голосом, отчеканил Енот, продолжая стоять по стойке «Смирно».

— Отлично, значит ждём, когда противник проявит себя и начинаем решительно действовать.

— Разрешите идти?

— Иди Енот, да пребудут с тобой Святые стихии.

Развернувшись через левое плечо, он удалился, а я, присев в кресло за своим рабочим столом глубоко задумался. Тот, кто затеял всю эту интригу определённо спешил вполне обоснованно, полагая что, если пройдёт ещё хотя бы два‑три месяца и тогда меня уже сковырнуть не получится. От абсолютной анархии, царившей в первый месяц после ожесточённых боёв, практически не осталось и следа, жизнь налаживалась, стремительно выстраивалась и укреплялась властная вертикаль. С разборов завалов рухнувших домов перешли на активное строительство, никто не глодал, хотя с продовольствием всё ещё была напряжёнка, но и эта проблема решалась. Решались вопросы досуга, медицинского обслуживания, образования и жилищно‑коммунального хозяйства, много чего решалось. Люди всё это видели и одобряли в основной своей массе всё то что делается, так что чем дольше заговорщики будут откладывать попытку моей ликвидации с последующим переворотом, тем у них всё меньше оставалось шансов получить поддержку, а значит и на успех своего комплота. Они находились в цейтноте, а это подстёгивало к активным действиям, а спешка как всем давно известно хороша лишь при ловле блох, особенно в таких скользких и смертельно опасных делах….

Взглянув на таймер обратного отчёта, я набрал номер Иволгина и поздоровавшись с ним, задал вопрос:

— Флот всё также и продолжает идти в нашем направлении?

— Так точно Сир. Если они в ближайшие три часа не изменят курс, то это будет означать только одно, они идут к нам, подойдут к системе через шесть часов. На пути следования мы установили дрейфующие мины ловушки и базовые станции гончих торпед, если решаться сунутся, то им совершенно точно не поздоровится. — Отрапортовал Иволгин, находясь в предвкушении боя, для которого он в сущности и был рождён, бой — вот его стихия и его стезя, а никакие там аппаратные игрища, от которых его воротило и выворачивало наизнанку.

— Каков состав флота предполагаемого противника?

— Два стареньких авианосца, девять крейсеров различных серий, один из которых тяжёлый артиллерийский равелин, шестнадцать эсминцев и всего шесть торпедоносцев. Также с ними идут два крупных пассажирских лайнера и десяток тяжёлых грузовых лихтера. Для флота вторжения как‑то не слишком похоже, никто в такие рейды с пассажирскими лайнерами и грузовыми лайбами не ходит. По крайней мере о такой тактике мне прежде слышать никогда не доводилось. — Ответил адмирал Иволгин и нахмурив брови, заговорил вновь:

— Как‑то оно неправильно всё идёт, определённо что‑то не то с этим флотом. Наверное, я попытаюсь выйти на связь с командующим этим флотом и с ним поговорить.

— Попытайтесь адмирал, вдруг прислушаются и отвернут в сторону, а нам сейчас принимать бой не с руки и без этого проблем более чем с избытком.

— Хорошо Сир, я сейчас попытаюсь с ними связаться. — Скороговоркой выпалил Иволгин и козырнув, отключил связь.

Прошло чуть больше полчаса, и адмирал вновь вышел на связь и с глубоким разочарованием доложил, на постоянные вызовы командование приближающегося флота не отвечает, двигаясь в полном радиомолчании, но при этом до максимума усилив защитные поля.

— Значит придётся принимать бой. — Вздохнув, проронил я и пожелав адмиралу и его флоту воинской удачи, отключился.

Пройдясь по кабинету я вдруг на достаточном удалении от особняка услышал гулкий разрыв отчего стёкла в окнах противно задребезжали, а чуть погодя один за другим сильно бахнуло три раза. Осторожно приблизившись к окну и взглянув в него, увидел с десяток дымных шлейфов противовоздушных ракет, устремившихся в небо. Целей видно не было, но скорей всего это были тактические ракеты класса «земля‑земля». За десятком ракет сорвались со стартовых позиций ещё десятка полтора дымных шлейфов. В небе загрохотало так как будто разразился самый настоящий ад, очень уж было на то похоже. Яркие вспышки и разлетающиеся в разные стороны горящие обломки были тому подтверждением.

Обстрел стал усиливаться и всё новые и новые противоракеты взлетали на их перехват, не переставая гремели взрывы и наконец не выдержав очередной мощной взрывной волны, оконные стёкла со страшным звоном посыпались на мозаичный паркет. Пришлось мне рвануть в свою оружейку и быстро облачиться в защитную снарягу и вооружиться, хотя в этом особой необходимости не было, но инстинкт самосохранения и многолетний опыт заставлял поступить именно таким образом.

— Командир, надо срочно спустится в убежище. — Настоятельно потребовал появившийся Енот в сопровождении пятерых бойцов из моей личной охраны. Пришлось подчиниться, мало ли вдруг какая‑нибудь шальная ракета прорвётся через противоракетные заслоны и саданёт по особняку, мало не покажется никому, но прежде чем идти, пришлось захватить с собой коммутатор и блок памяти и только тогда я спустился в подземное убежище.

Устроившись поудобнее на комфортабельном диване, я вывел на тактический планшет изображения с трёх десятков камер и стал внимательно наблюдать за всем происходящим на верху. Ракеты запускали с разных точек центрального округа, причём с установки были замаскированы в кузовах гражданских грузовозов, многие из которых имели логотипы городских коммунальных служб. Ржавый и его штаб среагировал мгновенно, подразделения окружали ракетные установки, но каждая из них имела передовое охранение, с которым и пришлось вступить в ожесточённые бои. Пришлось вызвать на связь своего заместителя.

— Ржавый ты почему не задействовал штурмовую авиацию? — Потребовал я у него разъяснений его тактике.

— Не время ещё командир, — отозвался он, — насколько я вижу ситуацию, противник задействовал далеко не все свои наличные силы, явно чего‑то выжидая, так что я пока авиацию придерживаю в резерве.

— Я тебя понял, действуй по своему усмотрению.

Отключив связь, я поднял голову и внимательно посмотрев на Енота, задал тому вопрос:

— Что вы с Ржавым задумали?

В задумчивости покачав головой, начальник службы безопасности отвёл чуть в сторону свой взгляд и негромко стал говорить:

— Командир, мы не вводили тебя в курс дела, стараясь не отвлекать от дел насущных, не всё же тебе с лучемётом на перевес бегать, это для тебя уже в безвозвратном прошлом. Ты наш командир и ты ставишь стратегические цели и решаешь их, а тактику оставь нам. На совете командиров мы приняли решение выманить всех тех, кто ещё готов с оружием в руках бросить нам вызов и разом уничтожить их, был проработан план, по которому мы и действуем. Сейчас идёт завершающий финал реализации этого плана, в котором и будет поставлена жирная точка во всей этой истории. Ловушка расставлена добротно и в неё влезла значительная часть высших аристократических кланов со своими вассалами. Осталось дело за малым, выманить основные их силы и разом уничтожить, войска полностью к этому готовы и ждут условленного сигнала.

Вот так‑так, — подумалось мне с налётом грусти, — окружение моё ближнее уже само стало играть короля…. За моей спиной значит собираются и решают, как им поступить, меня, при этом совершенно не ставя в известность. С этим надо было что‑то делать, но не сейчас, тут с кондачка такие вопросы не решаются, тут с большим умом подходить надо чтобы дров не наломать, иначе дороже выйдет, как ни как, а это ближний круг.

— Я тебя понял, но так всё же что вы этакое хитроумное задумали там на своём совете командиров?

Енот заговорил далеко не сразу, помолчав в задумчивости некоторое время, он ответил на поставленный ребром вопрос:

— Командир мы давно создали несколько подконтрольных нам повстанческих отрядов в которых влились почти семь тысяч всякой разной гнуси. Как изначально и предполагалось, аристократические кланы подмяли под себя руководство этими отрядами и пополнили их наёмниками, а также дружинами своих вассалов, что увеличило общее число до двадцати тысяч активных штыков. Мы им кое‑какое тяжёлое вооружение подбросили с чипами контроля и в любой момент можем его вывести из строя, но пока время ещё не пришло. Надо создать для противника иллюзию его победы чтобы вся эта публика полностью раскрыла себя повылазив со всех щелей и тогда ударить в полную силу. Ждать осталось совсем немного….

Вот же…. Поднаторели как я погляжу, — подумалось мне вновь, — интриги мутят в лучших традициях спецслужб и что самое интересное, придраться не к чему, всё правильно спланировали и план свой реализуют красиво.

— Хорошо, я принципиальных возражений не имею, — заметил я, — но хочу уточнить, что послужит сигналом для начала активных действий противника?

Взглянув на наручные часы Енот, глубоко вздохнув, стал подробно отвечать:

— Через десять минут состоится инсценировка эвакуации командующего из особняка на глайдере и он будет сбит заговорщиками, причём это будет сделано на глазах всего центрального округа. Одновременно наши группы психологических операций запустят слух о вашей гибели что и послужит сигналом к активным действиям. Мы позволим им потеснить наши части и втянуться поглубже в центральный округ и замкнём кольцо окружения и тогда за них возьмёмся всерьёз. Никто не уйдёт, гарантирую. Одновременно с зачисткой мы блокируем родовые гнёзда старой аристократии с их вассалов и приступим к их ликвидации. Старой аристократии и нам вместе на Лейрин не ужиться, нам просто тесно на одной поляне. Они постоянно будут нам палки в колёса вставлять и служить дестабилизирующим фактором, так что надо эту проблему решить раз и навсегда путём утилизации основных кланов.

Отрицать очевидное было бессмысленно, нам действительно было тесно друг с другом на одной поляне, делить которую совершенно не хотелось, да и нецелесообразно это было по многим причинам. Не моим обормотам в интригах, рассчитанных на многие года, а то и десятилетия вперёд тягаться со старой аристократией, они за многие поколения на этом не одну собаку съели. В долгой игре они рано или поздно моих обормотов какие бы они лихие не были как пить дать переиграют. Сейчас они воинственные волки готовые вцепиться любому в глот и перегрызть её, но со временем переженившись на местных красавицах и став состоятельными людьми многое изменится в том числе, и они сами. Им захочется застолбить для своих детей наследственный высокий статус в обществе, а этому будет противодействовать старая королевская аристократия. Именно они и хотят это препятствие уничтожить сразу и заодно неслабо на этом поживиться, ведь трофеев ожидается неслыханно много, достанется всем, да и бюджет на национализации неплохо так пополнится, что позволит решить множество проблем с восстановлением Лейрин. Ничего личного, естественный, пусть и жестокий внутривидовой отбор пусть, но ведь среди всех живых существ занимается им только человек. Внутривидовая конкуренция за ресурсы, размножение и доминантность и не более того….

— Действуйте, ваш генеральный план я целиком и полностью поддерживаю, неплохо задумано, но как он будет воплощён в реальность, посмотрим на деле. По результатам каждый получит заслуженную награду или взыскание. — С грудным выдохом проговорил я, внимательно наблюдая краем глаза за начальником личной службы безопасности уже сейчас выходящего в ранг серого кардинала. К добру ли это или к худу, не знаю, но по сути так оно и есть. Многое уже было не в моей власти, за меня начинала играть спаянная команда и я был её официальным вождём или лидером, вполне возможно за моей спиной команда моя разделилась на фракции или же в ближайшем будущем это произойдёт, не столь важно, главное мне придётся играть роль арбитра между различными группировками, что на самом деле очень непросто. Готов ли я к этому? Возможно да, а возможно, что и нет, но с лодки мне уже никуда не сойти, я сам выбрал этот путь и по нему иду вперёд и пока не нашёлся тот, кто меня смог бы остановить…. По крайней мере пока….

— Командир, глайдер пошёл. — Послышался сосредоточенный голос Енота, отвлёкший меня от раздумий и неуместных в данный момент философствований. Взглянув на экран его тактического планшета, я увидел, как мой хорошо бронированный глайдер резко взмыл в небо и пролетев где‑то пять километров был сбит сразу пятью ракетами и огненным шаром устремился к земле, где и взорвался спустя несколько мгновений.

— Надеюсь на его борту никого живого не было? — C подозрением посмотрев на Енота, негромко поинтересовался я, прекрасно отдавая себе отчёт в том, что он ради необходимости непременно может послать своих людей на верную смерть.

— Нет конечно, в этом нет ровным счётом никакой необходимости, на борту андроиды и всё управлялось дистанционно. — Не отрываясь от просмотра трансляции отозвался он, продолжая сидеть на диване и время от времени кому‑то посылая кодированные сообщения. Я ему не мешал, в конце концов каждый должен заниматься своим делом, это была его личная война и война Ржавого, а моё дело наступит потом, когда всё это дерьмо разгребать придётся. Вся проблема даже не в том, что на мне вся ответственность лежит, а в том, что если не предпринять превентивных мер, то они из меня рано или поздно сделают лишь декоративную фигуру, взяв в свои руки всю реальную власть, а это никуда не годится. Надо было что‑то такое измыслить чтобы этого избежать и при этом ни одна живая душа даже заподозрить ничего не смогла…. Вот только в голову что‑то ничего путного не приходило, но у меня в запасе было время и это радовало….

— Командир аристократы клюнули и в центральный округ с разных направлений малыми группами двинулись все девять отрядов, а десятый скрытно пытается окружить авиабазу и её заблокировать. Наивные, там всё заминировано и находится под плотным контролем снайперских групп. Да в сущности нам штурмовая авиация и не нужна вовсе, как окончательно втянутся в город, так мы их из засад всех перебьём и за родовые гнёзда герцогов и их вассалов возьмёмся. — Со злорадной усмешкой, выдохнул Енот, продолжая внимательно изучать поступающее видео с многочисленных камер наблюдений.

Пришлось самому вывести на свой тактический планшет то что просматривал Енот и внимательным образом вглядеться, а там действительно было на что посмотреть. Малыми группами по десять, пятнадцать человек на бронетехнике с эмблемами ферсианского подполья в центральный округ двигались отряды со всех сторон. Они особо не скрывались, маскируясь под наши патрули, вот только амуниция выдавала их с головой, у нас в основной своей массе использовалась стандарта Священного Союза, правда значительно модифицированная, а они были облачены в защиту местного производства значительно уступающее по своим тактико‑техническим характеристикам. Оно отставало как минимум на поколение, а то и на целых два, нет конечно они с этим вооружением способны были нанести серьёзный ущерб, но победить определённо нет.

Неожиданно на планшете сработал сигнал оповещения, Иволгин срочно меня вызывал.

— Я вас слушаю адмирал.

— Сир, спешу доложить, приближающийся флот оставил под охраной одного старенького крейсера два пассажирских лайнера и грузовые лихтеры и прямиком устремился к нашей системе готовясь к бою. В зону действия минных полей и гончих торпед они войдут через сорок минут, а в зону прямого огневого контакта примерно через час. Более точно сказать не могу, так как неизвестно сколько времени им потребуется чтобы преодалеть минные заграждения. — По‑военному чётко доложил Иволгин и выжиданием посмотрев на меня, замер.

— Я жду от вас только победы адмирал. — Отозвался я и пожелав ему успеха в бою отключил связь и продолжил наблюдать за тем как входят в центральный округ отряды заговорщиков. Они продолжали входить и где‑то через полчаса все они втянулись в город и направились на стратегически важные объекты. Препятствий им никто не чинил лишь скрытно сопровождали их находясь в некотором отделении готовые в любой момент вступить с заговорщиками в огневой контакт.

Так продолжалось ещё примерно пятнадцать минут и тот отряд который имел задачу блокировать нашу авиабазу стал занимать позиции, готовясь открыть массированный ракетный обстрел взлётно‑посадочной площадки. Наблюдая как, заговорщики подготавливают позиции, я краем глаза посматривал на Енота, ожидая, когда он отдаст команду на уничтожение, но он всё никак её не отдавал.

Прошло ещё пять минут, и противник открыл массированный огонь по взлётно‑посадочной полосе где стояли штурмовые глайдеры и только после того как некоторые ракеты попали по ним, я сообразил, что это стояли муляжи, а не реальная боевая техника. Минуты три продолжался мощный обстрел и наконец Енот отдал команду и среди вражеских позиций стали одни за другим взрываться заложенные заряды и заработали снайперские группы точным огнём буквально выкашивая противника. Он не выдержал и началось паническое бегство, а следом за этим во всех частях центрального округа начались боестолкновения, сгруппировавшиеся малые отряды в четыре больших попали в засады и началось побоище. Бронетехника и самоходная артиллерия замерла, превратившись в груду бесполезного хлама и пехота в панике заметалась, не зная куда бежать, со всех сторон по ним вёлся прицельный огонь, от которого не было спасения.

— Енот что там с тем типом, который заказал меня Зубцу? — Как бы вскользь поинтересовался я у него, всё также продолжая безучастно смотреть побоище и одновременно краем глаза посматривая на своего начальника службы безопасности.

— Взяли его только что, да не одного, а с целым десятком очень даже любопытных типов, сейчас с ними разбираются кто это такие, но судя по всему довольно значимые персоны из различных аристократических кланов, имеющие интерес в вашей ликвидации. — Пробубнил он и оторвав свой взгляд от тактического планшета заговорил вновь:

— Сейчас их допросят, и мы начнём переходить к следующему этапу операции. Родовые замки герцогов и их вассалов будут к вечеру полностью блокированы, а затем взяты штурмом и начнётся зачистка всей этой высоко породистой публики. Остальным кланам кто хоть как‑то причастен к заговору также достанется на орехи неслабо, никто от наказания не уйдёт.

— Вот и отлично. — С удовлетворением выдохнул я и заметил сигнал с видеокамеры установленной в командном пункте флагмана нашего флота. Я вывел её на весь экран, на котором увидел, как вражеский флот нарвался на эшелонированное минное поле, а затем в дело вступили торпедные блоки, выпустив на волю самонаводящуюся смерть. Защитное поле многих кораблей, не выдержав нагрузок сжалось и обшивки стали разрываться словно это был картон. Идущие следом за передовым отрядом два небольших авианосца застопорили ход и стали разворачиваться, стараясь избежать нарваться на минное поле, но уйти им не удалось, в борта обоих авиаматок врезались десятки гончих торпед и один из них ярко полыхнул, не оставив после себя ровным счётом ничего. Вторая же авиаматка замерла на месте паря словно самовар из всех щелей и пробоин травил воздух.

Взорвалось ещё несколько крейсеров с эсминцами и только тогда адмирал Иволгин ввёл в бой свой флот. Первыми отстрелялись торпедоносцы, а за ними следом пошли эсминцы, а крейсера их прикрывали, выпустил штурмовиков и истребителей наш единственный авианосец и противник дрогнул окончательно и попытался рвануть в разные стороны, но флот не позволил ему удрать и продолжил методичное избиение. Когда от флота вторжения осталось меньше половины, адмирал потребовал незамедлительной капитуляции в противном случае все корабли будут уничтожены.

Они сдались на милость победителя. Адмирал Иволгин в очередной раз продемонстрировал свой выдающийся талант флотоводца и выпустил абордажные партии, держа на постоянном прицеле оставшиеся в строю боевые корабли, большинство из которых были сильно повреждены. Не оставил он без внимания и два пассажирских лайнера с десятком грузовых лихтеров, послав за ними восемь эсминцев и один крейсер. Бой в космосе был фактически окончен, да и на земле он подходил к концу. Большинство комбатантов было уничтожено, а оставшиеся в живых бросали оружие и поднимали руки вверх, сдаваясь нашим боевым отрядам. Ещё немного и можно было приступать к зачистке территории от спрятавшихся и сбором богатых трофеев, бронетехника и самоходная артиллерия нам пригодится, да и снарягу куда‑нибудь, да и используем по её прямому назначению. Нам всё пригодится, даже любая мелочь, пока ещё наладим своё полноценное военное производство….

— Что и требовалось доказать. — С полным удовлетворением проронил Енот, снимая нервное напряжение потиранием рук и помолчав несколько мгновений, произнёс:

— Ржавый поднял в воздух нашу штурмовую авиацию и выдвинул главные наши силы на блокировку родовых замков герцогов и их вассалов. Где‑то под утро выдвинем требование немедленно сложить оружие, которое они разумеется не сложат и приступим к массированному обстрелу и бомбардировке, а потом пойдём на штурм.

— Отлично сработано, — выдохнул я с немалым облегчением, — надеюсь уже можно покидать убежище.

— Не стоит командир этого делать самого до утра, во избежание непредвиденных эксцессов. Пусть наши парни зачистят центральный округ, как раз к утру и управятся, вот тогда и выйдем. — Отрицательно покачал он головой, внимательно посмотрев в мои глаза.

— Ладно, согласен, — вынужденно признал я его правоту, — пусть работают, а я тогда пойду посплю, а то я сегодня ночью почти не спал, всё с отчётами работал, глаза сами уже закрываются.

Поднявшись, я прошёл в спальню и скинув снарягу вместе с армейским комбинезоном и завалившись на кровать мгновенно уснул.

Глава‑14

Третий час шёл массированный обстрел родовой крепости Ди Хорстов, а это именно и была самая настоящая неприступная крепость, а никакой не замок со всякими там рюшечками и завитушками в стиле готики или более ранних периодов. Крепость активно оборонялась, но силы обороняющейся стороны не шли не в какое сравнение с нашими и поэтому они были обречены. Сопротивлялся не только не только герцог Ди Хорст с вассалами, сопротивлялись все герцоги в том числе и Ди Грасси. После неудавшегося путча на пощаду они не рассчитывали и правильно кстати говоря делали, никто прощать им ничего не собирался. Даже если бы я и захотел, то всё равно не смог остановить своих людей, они хотели мести и заодно заполучить свою законную долю военной добычи. Нельзя требовать от людей невозможного иначе подорвёшь свой авторитет в их глазах и власть твоя пошатнётся, что недопустимо. Именно по этой причине и существует негласный закон три для на разграбление чтобы утолить жажду наживы своих воинов. Бойцы насытятся и спустят боевой угар и уж только тогда можно будет начинать наводить порядок жёсткой рукой и прекращать беспредел. Нравится ли это кому или нет, но это негласный закон войны и дерзкой волчьей стаи, которой мы по сути и являемся. Пока являемся….

Герцоги бы с огромной радостью сбежали с королевства, но покинуть планету было нереально, адмирал Иволгин после победы над наёмным флотом вторжения из Халифата Азгар плотно держал под своим контролем всю систему с орбитальной станцией, параллельно занимаясь разбором богатых трофеев. Один, пусть и достаточно сильно повреждённый авианосец, пять крейсеров, один из которых тяжёлый артиллерийский равелин, а также девять эсминцев и это, не считая десяти грузовых лихтеров с полностью забитыми трюмами в которых было продовольствие и множество боеприпасов. Два пассажирских лайнера с десантом мы уничтожать не стали чтобы не прослыть совсем уж отмороженными мясниками, только разоружили и выпроводили восвояси, настоятельно предупредив, чтобы больше на нашу территорию не совались, в противном случае никого не отпустим живыми. Насколько это подействовало, сказать было трудно, но они не сопротивлялись, смирно позволив себя разоружить, после чего взяли курс прямиком в свой Халифат.

Крепость Ди Хорстов пылала, во многих местах стены рухнули, накрыв своими обломками целые участки обороны. В принципе можно было уже сейчас начинать подготовку к штурму, но мы не спешили, желая сначала уничтожить всё тяжёлое оборонительное вооружение, для чего и продолжали вести активный ракетный обстрел и обрабатывать крепость штурмовой авиацией. Боеприпасов мы не жалели, так как использовали трофейные запасы заговорщиков, которых оказалось на удивление очень много.

— Командир, тут кто‑то из крепости очень настойчиво нас вызывает на связь на открытом канале. Послушать что ли? — Просматривая поступающие разведданные подал голос Ржавый, находясь в кресле управления ведения боя, куда стекалась вся текущая оперативная информация.

— А ты что сам думаешь? — Ответил я ему вопросом на вопрос.

— Да пошли они к такой‑то матери, надо было сразу принимать наши условия капитуляции, а не строить из себя великих и всемогущих вершителей мира и судеб.

— Вот ты сам и ответил на свой вопрос. — Без всяких эмоций, отозвался я, взирая на всё происходящее взглядом стороннего наблюдателя. Я быть может и принял бы сейчас капитуляцию хотя бы для сбережения своих людей и боеприпасов, но ведь не такая победа была нашей главной целью, а утилизация высшей аристократии. Лейрин — это наша малиновая поляна и она должна быть зачищена от конкурентов и в данном случае всякие там политесы совершенно неуместны.

— Кстати командир, а ты смотрел сегодняшний последний выпуск мировых новостей? — Не отвлекаясь от изучения действий обороняющегося противника, негромко поинтересовался Ржавый, неожиданно охрипшим тоном.

— Нет, — помотал я головой, — уже неделю как не заглядываю, всё как‑то времени не было, то одно, то другое навалится.

— Обязательно посмотри Тур, очень уж интересные события в мире разворачиваются и на этом фоне наши здешние пострелушки с разборками выглядят как натуральные игры в детской песочнице. По сути, до нас никому никакого дела нет, так что у нас руки практически полностью развязаны.

Послушавшись дельного совета, я вывел на экран тактического планшета сразу несколько ведущих новостных голоканалов и стал с большим интересом их просматривать. Новости и вправду оказались очень любопытными. В Священном Союзе было объявлено военное положение и введён комендантский час, а Орден крестоносцев приступил разгону беснующихся толп, совершенно не стесняясь применять боевое оружие. Неорганизованная толпа и есть толпа, её не так уж и трудно разогнать, но были в ней и сплочённые группы, оказывающие организованное вооружённое сопротивление, но против высоко дисциплинированных армейских и полицейских подразделений у них не было не единого шанса. Опытные крестоносцы, действуя жёстко постепенно квартал за кварталом зачищали территорию, причём начали они одновременно в нескольких десятках крупных городских агломерациях. Работали никуда не спеша, но предельно качественно, оставляя после себя тишину и спокойствие, чему я нисколько не удивился. Такими темпами Орден крестоносцев непременно за несколько дней возьмёт под свой полный контроль все городские агломерации и фактически станет единственной реально организованной силой в государстве.

Переключившись на текущие новости из Империи Орла, я маленько ошалел от того что там происходило. Мирные протесты каким‑то непостижимым для меня образом переросли в массовые беспорядки. Какие‑то придурки или провокаторы на окладе стали бросать бутылки с зажигательной смесью и тротуарную плитку в отряды правопорядка. Полиция по какой‑то причине отвечала вяло, видимо до сих пор не получив чёткого приказа начать разгонять беснующуюся толпу. Парадоксально, такое происходило не только в центре столицы Империи, но и в шести самых крупных городах. Прямо‑таки всеобщее помешательство с людьми приключилось, да и только или…. Или кому‑то с какими‑то определёнными целями требовалось чтобы у многих крыша напрочь поехала и свалилась в управляемый разнос.

Совсем иные дела происходили на Ронде и Белой пуще. Там массовые беспорядки переросли в самую настоящую гражданскую войну, причём в самом худшем из возможных вариантов. Противоборствующих сторон было не две как обычно, а сразу несколько и вот они под разными флагами и девизами с лозунгами с упоением сражались друг с другом. Нечто похожее происходило и в Халифате Азгар, вот только группировок различных было там куда больше и вооружены по хуже, правда ожесточение боёв оказалось в несколько раз выше и потерь больше. Халифат стремительно скатывался в анархию и ещё неизвестно что легче сама гражданская война или всеобщий хаос анархии, в последнем случае жертв как правило во много раз выше чем в вооружённом гражданском конфликте….

— Да уж, мир действительно сошёл с ума или вернее будет сказать ему помогли слететь с катушек. — Проворчал я себе под нос и помолчав несколько мгновений, заговорил вновь:

— Ты совершенно прав Ржавый миру сейчас совершенно не до нас. По сравнению с тем что происходит в Священном Союзе и Империи Орла у нас действительно детсадовская песочница, правда не такая уж и безобидная, хотя конечно есть и существенные различия. В отличии от всех остальных у нас на Лейрин основные сражения уже завершились, осталось только подчистить старую аристократию и можно полностью сосредоточится на строительстве нового государственного образования, пока все остальные заняты своими внутренними проблемами.

В глубокой задумчивости Ржавый покрутил головой и вздохнув, ответил:

— Хотелось бы мне в это верить, но что‑то не верится и всё тут. Не дадут нам спокойного житья, не для того нас сюда ветром попутным занесло по воле Святых стихий чтобы мы тут в тишине и спокойствии жировали, набивая брюхо всякими изысканными деликатесами.

— Да ты прав, спокойно нам здесь на Лейрин сидеть никто не даст, — согласился я с ним, целиком и полностью разделяя его мнение, — тут нужна совсем иная стратегия, чем сиднем сидеть в королевстве, наслаждаясь завоёванным статусом.

— Что ты предлагаешь Тур? — Резко развернувшись в кресле, поинтересовался он с немигающим взглядом смотря на меня.

— Нужна экспансия.

— Какая ещё экспансия?! — Удивлённо хлопнув глазами, громко выпалил он, не совсем понимая, что я имею ввиду.

— Я несколько не верно сформулировал свою мысль, — выдохнул я, — нужна ограниченная экспансия негласного характера, на большую и уж тем более на открытую у нас нет ресурсов и ещё не скоро они в нашем распоряжении появятся. После того как разберёмся с герцогами и их вассалами надо будет подготовить боевые отряды из добровольцев и отправить их в Халифат Азгар, Ронду и Белую пущу. Пусть присоединяться к каким‑нибудь повстанческим отрядам и начинают готовить почву чтобы со временем перехватить управление ими. Общая стратегическая цель для всех отрядов будет одна, а именно, захват власти на этих планетах и создание единого импероподобного военно‑политического и экономического образования во главе с королевством Лейрин, то есть под нашей рукой. Как тебе Ржавый такая моя затея?

Мой заместитель на некоторое время погрузился в раздумья, не забывая при этом бдительно фиксировать все текущие изменения на поле боя, а затем внимательно на меня посмотрев, негромко заговорил:

— Мысль дельная, я бы даже сказал очень перспективная. В мутной водице гражданских войн свободно можно жирную рыбку наловить, вот только потянем ли мы создание как ты выразился импероподобного образования?

— Обязаны потянуть, так как от этого зависит наше с тобой физическое выживание. Сам понимаешь, бежать нам некуда, везде хаос. В Священном Союзе нас ждёт виселица, а Империя Орла от нас технично избавилась, мы им больше не нужны ни в каком качестве. Спокойных мест нигде больше не осталось чтобы можно было с нашими капиталами где‑нибудь осесть и жить в своё удовольствие. Везде найдут и оберут до последней нитки, а то и вообще ликвидируют как неугодных свидетелей. Единственный выход всеми силами карабкаться дальше на самый верх и стать по настоящему грозной силой с которой будут вынуждены все считаться. Примерно где‑то так в общих чертах я и вижу дальнейшую нашу жизнь. — Ответил я ему, хотя сказал далеко не всё, Империя от меня и моих самых лихих бойцов избавилась, пустив в свободное плавание, ну почти свободное, а теперь и я вынужден подумать о будущем и потенциальную для себя угрозу со стороны соратников направить в безопасное для себя русло. Хотите воевать и поживиться трофеями, да пожалуйста вот вам такая возможность используйте её на полную катушку и ни в чём себе не отказывайте, а заодно и построите нечто стоящее, например, Лейрианскую конфедерацию или что‑то в этом духе. Цинично скажете вы. Да цинично, не спорю, но, когда управляешь огромным числом свободных воль приходиться становиться холодным и расчётливым циником, главное при этом не перейти определённую черту, чтобы не потерять самого себя и не стать бездушным монстром, а черта эта очень зыбкая и временами трудноуловимая, я бы даже сказал она вообще призрачна….

— Ты знаешь Тур, я, пожалуй, с тобой соглашусь, иного сколько‑нибудь подходящего варианта у нас и вправду нет, надо карабкаться на самый верх, хотя конечно это очень сложно. Тут дело уже касается большой политики, а у нас на этом скользком поприще опыта практически никакого нет, мы ведь специализируемся на совершенно другом. Мы мастера кулаками помахать, да хорошо пострелять, а в данном случае этого явно недостаточно. — Без всяких эмоций отозвался Ржавый спустя какое‑то время, взвесив все «за» и «против» и придя к выводу о целесообразности такого плана.

— Да это так, — согласился я с ним, — дипломатия далеко не наш конёк, наш главный и, пожалуй, единственный козырь — это армия. Она пусть и небольшая, но сплочённая, опытная и грозная, которой практически любая задача по плечу. Этим козырем надо распорядиться с умом чтобы его бездарно не профукать, а для этого надо всё самым тщательным образом просчитать и продумать каждый наш шаг. Сам понимаешь, пока мы вместе, мы что‑то из себя представляем, а разбежавшись по разным углам и закоулкам мгновенно станем никем.

— Соберём совет командиров и непременно разработаем генеральный план, а сейчас надо с герцогами и их вассалами покончить раз и навсегда чтобы у нас больше под ногами не путались. Ещё пять минут обстрела, и я пошлю в атаку штурмовых роботов под прикрытием самоходной арты. Это будет разведка боем, если получится прорвать линию обороны, пойдём дальше, а если нет, то выявим до этого момента молчавшие огневые точки и продолжим интенсивный обстрел. — Сосредоточенно смотря трансляцию сразу пяти десятков камер, проронил Ржавый, продолжая при этом отдавать приказы по корректировке огня артиллерии и работы штурмовой авиации.

В работу своего заместителя я не вмешивался, он сам прекрасно справлялся со своей работой, а в этом деле командовать должен только один человек и мешать ему было бы огромной ошибкой. Как Ржавый и обещал, через пять минут интенсивность ракетного обстрела уменьшилась до минимума и в атаку пошли штурмовые роботы и заработала наша самоходная артиллерия. Противник занервничал и открыл суматошный огонь, но долго ему стрелять безнаказанно не дала наша штурмовая авиация, практически молниеносно уничтожив артиллерийские спарки крупного калибра. Где‑то до трети всех наших штурмовых роботов вышли из строя или были уничтожены прямыми попаданиями, но оставшиеся две трети преодолев поле отчуждения подъехали к стенам и стали пробивать проходы для пехоты в том числе подрывая минные закладки.

Первая линия обороны была уничтожена полностью, вторая пока молчала, хотя и ей досталось неслабо, но в любом случае пехоту посылать было рано, не все ещё замаскированные огневые позиции были выявлены, а мы не имели такой дурной привычки своих бойцов посылать на убой. Мы всегда стремились избежать потерь среди личного состава, хотя конечно не всегда это удавалось, но в любом случае потери наши должны быть минимальны. Пусть уж мы технику потеряем, чем проверенных и надёжных бойцов, каждый из которых мог бы стать красой и гордостью любой армии. Такие уж у нас собрались псы войны, все поголовно прирождённые воины, которых как известно в каждом поколении рождается не более двух процентов от общего числа.

Дистанционно управляемые штурмовые роботы, проделав проходы пошли дальше вглубь где и столкнулись с отчаянным сопротивлением следующего оборонительного пояса. Сразу подавить все огневые точки не получилось, пришлось немного отступить и продолжить методичный расстрел из арты и установок залпового огня с головками самонаведения, а штурмовая авиация наносила точечные удары по выявленным целям. Вторая линия обороны под столь слаженным воздействием продержалась полчаса и штурмовые роботы, преодолев её взялись за следующую линию, которая под нашим напором продержалась всего лишь девять минут, после чего взялись за следующую линию.

Гвардия герцога Ди Хорста выдохлась и местами прекратила бессмысленный огонь. Практически точно такая же картина происходила и с крепостью герцога Ди Грасси. Помощи им ожидать не приходилось, основные резервы были уничтожены или пленены нами во время неудавшегося путча, а замки их вассалов уже были нами захвачены. Всё это транслировалось в режиме реального времени по нашему внутреннему информационному инфоканалу на всё королевство Лейрин. Пошли мы на это сознательно, чтобы всем остальным была наука на будущее, так сказать в воспитательных целях.

Все должны были накрепко усвоить одну простую и незамысловатую мысль, мы пришли сюда всерьёз и надолго. Хотите жить спокойно включайтесь в общую работу по восстановлению, а если вздумали устроить против нас ещё один заговор, то будьте готовы к тому что сейчас происходит с герцогами и их вассалами. Вот такой у нас демотиватор, без особых изысков, но очень уж убедительный. Сурово? Да сурово, но без недопустимых зверств, зато предельно ясно и доходчиво….

— Тур, мы ещё сделаем три полных залпа и, пожалуй, можно будет нашу пехоту посылать для зачистки руин родовой крепости. Тяжёлое вооружение практически полностью выведено из строя или уничтожено. — Послышался удовлетворённый возглас моего заместителя, умело командовавшего нашей пусть и небольшой, но такой грозной армией.

— Это хорошо Ржавый, хотя ты знаешь, что…. Пора тебе уже от своего позывного избавляться и предстать перед широкой общественностью под своей настоящей фамилией и именем, а если по каким‑то своим соображениям не хочешь, выбери сам какое только пожелаешь. — Обронил я, внимательно наблюдая как отстреливают последний залп самоходная артиллерия с реактивными установками залпового огня и пехота погружается на бронетехнику готовясь пойти в атаку.

— Да и тебе командир тоже не мешало бы от своего погоняла избавится, а то всё Тур, да Тур, а звать‑то тебя как по‑настоящему я до сих пор, так и не знаю, да и никто не знает. — Совершенно справедливо заметил он, мы ведь никогда по‑настоящему друг другу не представлялись и не лезли с расспросами, не интересуясь прошлым. Нас объединяло вместе только суровое настоящее, а о будущем мы особо и не задумывались, а уж прошлое не интересовало нас вовсе. Жизнь ведь — это здесь и сейчас, а не когда‑нибудь потом, вот мы и жили, а теперь видать пришло время окончательно сбросить маску, хотя от имени своего и фамилии с отчеством я давно отвык. Оно конечно осталось в памяти моей, но где‑то далеко задвинутое на самый край из‑за ненужности и не востребованности, я был человеком с прозвищем Тур или для всех Нестор Махно и мне этого вполне хватало. Хватало как раз до сегодняшнего дня, а теперь я должен, нет просто обязан был извлечь его наружу и озвучить хотя бы один раз, а потом оно опять уйдёт в небытие….

— Моё настоящее имя Ярослав Юрьевич Громов, этническая принадлежность русский, ни к какому конкретно роду или клану не принадлежу, одним словом вольный казак. Вернее, был таковым, а теперь уж от былой вольности не осталось и следа. О моём настоящем имени будь добр не распространяйся это только между нами, пусть для всех я так и останусь Нестором Ивановичем Махно….

Помолчав несколько мгновений Ржавый поднялся и оправив зачем‑то армейский комбинезон, сделал пару шагов в мою сторону и остановившись, стал говорить:

— А я Майкл Квери, девичья фамилия матери, бастард, незаконнорожденный сын герцога Ди Хорста. Моя мать была служанкой, в его замке которую мы сейчас штурмуем. Узнав, что мать беременна мною выкинул её на улицу без всякого содержания и пришлось ей бежать в Империю Орла чтобы скрыться от разъярённой герцогини. Осела она на комбинате по переработке отслуживших своё космических кораблей, и я сколько себя помню возился с ржавыми железяками, оттого и прозвище такое ко мне приклеилось.

— Значит это твоя личная вендетта, я правильно понимаю? — Осторожно поинтересовался я у него, чуть отведя в сторону свой взгляд.

— Всё верно командир, это моя личная месть за мать, оттого я и рванул с тобой на Лейрин чтобы её свершить. — Откровенно признался он и протянул руку для пожатия.

— Вот наконец и познакомились по‑настоящему Майкл. — Пожимая её, отозвался я с доброй ухмылкой и взглянув на экран, произнёс:

— Похоже пора дать сигнал для начала штурма, бойцы уже на исходных рубежах готовы и ждут твоей команды.

Отпустив руку, мой заместитель, подойдя к пульту управления, внимательно рассмотрел замерших бойцов, многих из которых он знал лично и глубоко вздохнув, отдал команду атаковать. Бронетехника с десантом пробуксовывая гусеницами рванула вперёд под прикрытием штурмовой авиации и спустя три минуты ворвавшись внутрь крепости выпустила бойцов, и они под прикрытием железобетонных обломков стали её зачищать. Сопротивления практически не было, разве что время от времени встречались на их пути отдельные очаги отстреливающихся гвардейцев, но их быстро ликвидировали и шли дальше вперёд.

Спустя два часа всё было кончено, родовая крепость герцогов Ди Хорстов пала и наши бойцы стали выгонять из всевозможных закоулков, оставшихся в живых после штурма гвардейцев и челядь. Мои бойцы не церемонились, сгоняя выживших в группы по пятьдесят человек и после тщательного обыска накрывали их силовыми куполами, а затем к своему делу приступили наши сапёры, обезвреживая взрывоопасные предметы и многочисленные минные заграждения, а ещё через полчаса вывели самого герцога. Вид его был забавен, волосы на голове всклочены и торчали в разные стороны, да ещё к тому же обильно присыпаны битой штукатуркой и бетонной пылью, но даже несмотря на это он шёл с гордо поднятой головой в сопровождении конвоя, бросая на своих конвоиров взгляды, переполненные искренним презрением.

— Командир ты мне свою шпагу случаем не одолжишь? — Послышался совершенно неожиданный вопрос. Обернувшись на Ржавого и внимательно посмотрев в его спокойные глаза, отозвался:

— Дам конечно, но разве ты умеешь ею пользоваться?

— Умею, я с самого раннего детства в тайне от всех тренировался, не прекращал я свои тренировки и на Ферси, так что будь уверен владею я этой штукой не хуже тебя, наверное, даже получше. — Всё тем же спокойным голосом лишённых каких‑либо эмоций ответил он и с выжиданием посмотрел на меня.

В задумчивости помолчав несколько мгновений, я задал ему интересующий меня вопрос:

— Ты папашу своего на дуэль собрался вызвать?

— Да. Ты меня осуждаешь?

— Кто я такой чтобы тебя осуждать или уж тем паче судить? Это твой бой, это твой выбор и твоё решение. Ты этого хотел долгие годы и вот он твой шанс исполнить своё чаяние или от него отказаться, я лишь хочу спросить тебя, готов ли ты убить в поединке своего отца? Не спеши сразу отвечать, подумай для начала хорошенько, а потом отвечай.

Ржавый, оказавшийся вдруг Майклом Квери, бастардом герцога Ди Хорста глубоко задумался. Молчал он минут пять, а потом подняв на меня свой взгляд, наполненный дикой тоской и болью, обратился ко мне:

— Ну так как, даёшь свою шпагу?

Тяжело вздохнув, я взял лежавшую на столе шпагу и ничего не сказав, протянул её Ржавому. Он её взял и также молча прицепил на левый бок ремня и произнёс:

— Поехали командир в крепость и посмотрим на пленных.

Пожав плечами, я быстро облачился в свою снарягу и подхватив тяжёлый пехотный лучемёт направился на выход из нашего командного пункта и вместе со своим заместителем погрузившись на колёсный бронетранспортёр понеслись в разрушенную нашими стараниями крепость. Вкатившись на внутреннюю площадь, заваленную всякими обломками наша машина остановилась и мы, выйдя из неё осмотрелись. Разоружённые и пленённые гвардейцы и челядь понукаемая нашими бойцами разгребали завалы и извлекали погибших, складируя изуродованные тела защитников в отдельный штабель. Зрелище было не из приятных, но нам к таким делам давно не привыкать, в конце концов это наша работа, которую мы и выполняли, вот только если раньше мы это делали в чужих интересах, то теперь исключительно в своих личных, правда с некоторыми оговорками, но тем не менее.

— Хорошо мы поработали командир, прямо загляденье. — Проворчал он и найдя взглядом пленённого герцога Ди Хорста решительно направился в его сторону. Мне ничего не оставалось как последовать за ним отступив всего на пару шагов назад. Подойдя к силовой клетке, Ржавый велел бойцам вывести из неё герцога и когда его подхватив под руки поставили перед моим заместителем он, внимательно вглядевшись в понурое лицо, официальным тоном задал тому вопрос:

— Альфред Ди Хорст вы помните такую Маргарет Квери, она была служанкой в вашем родовом гнезде?

— Нет не помню. — Спустя нескольких мгновений напряжённых размышлений отозвался герцог, на лице которого читалась явная растерянность.

— Она забеременела от вас, и вы её выгнали взашей, лишив всего. Так вот я её сын и вызываю вас герцог на дуэль. Отказаться от неё вы не сможете, в противном случае я дам команду вас повесить на разбитых воротах вашего родового гнезда, а с членами семьи поступлю точно также как это сделали вы с моей матерью и со мной, когда я был в её утробе. — Всё тем же официальным тоном проговорил Ржавый, бесстрастно смотря в глаза герцога, проходившегося ему родным отцом.

— Значит ты бастард пришёл за моей жизнью…. ‑Прохрипел Ди Хорст в глазах которых появилось наконец истинное понимание смысла всего происходящего с ним.

— Да, именно так герцог. — Проронил мой заместитель и обернувшись в сторону бойцов, громко распорядился:

— Парни найдите его шпагу и принесите её сюда.

Я про себя хмыкнул. Ржавый в точности повторил то что проделал я сам с похитителем дочери Верховного магистра Ордена крестоносцев. Он хотел поставить красивую жирную точку в своей личной печальной истории, которая по‑видимому мешала ему жить, вот только стать отцеубийцей…. Даст ли ему это покоя? Нет не даст, скорее создаст куда большее число проблем, но мешать я ему не буду, он не маленький, пусть решает сам как ему поступить….

Шпагу принесли где‑то через полчаса и всё это время сам герцог, его супруга и двое взрослых дочерей и сын подросток смотрели со страхом на Ржавого, пощады от него они не ждали, да и рассчитывать на неё было после неудавшегося путча по меньшей мере наивно. На примере стремительного разгрома восстания и взятия мощных крепостей герцогов Ди Хорстов и Ди Грасси всем была продемонстрирована наша сила и решительность, против которой никто в королевстве Лейрин совладать был не в состоянии. Мы были той самой силой которой следовало безоговорочно подчиниться и влиться в неё почти на равноправных началах иначе разгром и даже полное уничтожение неизбежно….

Пока я стоял в стороне и размышлял, Ржавый подобрал двух секундантов и вручил им шпагу, которую они передали герцогу и очистив площадку для дуэли, обратились к дуэлянтам с вопросом желают ли они завершить дело миром, но оба промолчали. Ржавый не для того уничтожил родовую крепость чтобы сейчас отступать и идти на попятную, а герцог…. Герцог будь его воля уступил, но отступать ему было некуда, его бастард о существовании которого он до сегодняшнего дня ничего не знал, жаждал крови. Он вспомнил ту служанку, которую выгнал, небезосновательно опасаясь сурового гнева своей законной супруги, но за всё в этой жизни приходится расплачиваться и далеко не всегда расчёт этот измеряется деньгами, пришло и его время сурово заплатить по старым долгам….

Противники встали друг напротив друга, и секунданты официально объявили начало дуэли на глазах около десяти тысяч наших бойцов и пленных гвардейцев. Противники выхватили шпаги и приблизившись к друг другу на несколько мгновений замерли и вдруг сошлись в смертельном поединке. Схватка была короткой, всего лишь какие‑то секунды с долями и Ржавый отпрыгнул назад на пару метров и остановился готовый в любой момент продолжить бой, но этого уже не требовалось. Герцог Ди Хорст, тяжело опираясь на шпагу медленно опускался на брусчатку, его белоснежная рубашка на груди имела кровавую полосу, а правая штанина так и вообще вся была залита его же собственной кровью.

Я стоял, скрестив руки на груди и безучастно смотрел. Ржавый умудрился за какие‑то короткие мгновения нанести сразу два колющих удара, он добился своего, причём на глазах своих единокровных двух сестёр и брата. Убил ли он своего отца, пока было непонятно, герцог потерял сознание и возле него засуетились наши медики.

— Ну вот и всё, месть моя состоялась. — Каким‑то потерянным голосом проронил Ржавый становясь рядом со мной и так же, как и я, наблюдая за работой врачей.

— Ты доволен?

— Нет. Как‑то неожиданно пусто на душе стало. Всю свою жизнь я страстно мечтал ему отомстить и вот отомстил, а облегчения никакого не наступило, одна лишь глухая боль на душе и больше ничего. — С тоской отозвался Ржавый очень тихим шёпотом и протянул мне мою же собственную шпагу. Я её взял и покрутив туда‑сюда, взглянул на своего заместителя и тоже шёпотом задал ему вопрос:

— Ты его убил?

— Нет, — мотнул он головой, — только болезненно ранил в грудь и ногу, но это не смертельно. За неделю оклемается, вот только что теперь с ним делать ума не приложу.

Меня резко отпустило. Он его не убил в поединке, о котором так страстно мечтал и это было хорошо и в первую очередь для самого Ржавого, не всё в его душе отмерло, что он всем публично и доказал. Он был достойный человек, который шёл по жизни с гордо поднятой головой, а это далеко не просто и дано далеко не каждому и отец его благородных кровей здесь совершенно не причём. Можно родиться в семье с длиннющей родословной и стать отпетым негодяем и мерзавцем, а можно выйти из самого социального дна и быть благородным, честным и сильным человеком, который преодолев жизненные невзгоды и всевозможные препоны на своём пути поднялся на ноги. Всё можно. Можно упасть ниже плинтуса и снова подняться на ноги и даже взлететь в небеса без крыльев, всё возможно, главное не опускать руки и идти вперёд, падая подниматься, а если ты на самом дне, оттолкнуться от этого самого дна и всеми силами барахтаясь выплыть на поверхность. Всё возможно, главное не сдаваться и не опускать руки, что Ржавый…. Нет, теперь уже Майкл Квери прямо здесь и сейчас на этой площади захваченной нами крепости всем и доказал, но главное он доказал самому себе и за это я его искренне считаю своим настоящим другом. Он человек с большой буквы и большим сердцем, а это самое ценное что в нём есть на самом деле….

— Так всё же командир что теперь делать с герцогом и его семейством, женой и детьми? — Уже чуть громче поинтересовался у меня Ржавый, продолжая наблюдать как наши медики наложили тампоны на раны и уложив раненого герцога на носилки, понесли его в медицинскую капсулу.

— Он твой настоящий отец, тебе и решать. Хочешь замок его себе забери вместе со всем его движимым и недвижимым имуществом, а хочешь отпусти на все четыре стороны. Ты победитель, тебе и принимать окончательное решение. — Пожав плечами, отозвался я на его вопрос. Он действительно не знал, что теперь со всем этим делать, а решать за него я совершенно не собирался, как решит, так пусть и будет. Он правильный человек, а значит и выход правильный найдёт.

— Хорошо командир, я подумаю, как со всем этим делом разобраться.

— Вот и разбирайся, а я полетел в замок герцога Ди Грасси и посмотрю какие там трофеи нам достались. — Ответил я ему и попрощавшись, погрузился в бронетранспортёр и в сопровождении десятка бронемашин, поехал в другую захваченную нашими войсками родовую крепость. Не то чтобы это было так уж необходимо, просто я решил предоставить своему заместителю самому во всём разобраться и в особенности в себе самом, что позволит ему самым разумным образом решить участь своего отца, его семейства и замка где он был зачат….

Глава‑15

Образцово‑показательное побоище, устроенное нами высшему слою старой аристократии, потрясло до глубины души все слои общества королевства Лейрин. Никто не ожидал такой скорой расправы с теми, кто долгие столетия находился на вершине власти, считая себя избранными и неприкасаемыми и вот на тебе, в один миг их не стало. Герцоги погибли все до единого, в живых остался только лишь Ди Хорст со своим семейством. Также во время штурмов замков их вассалов были в значительной степени уничтожены гвардейцы и на сегодняшний день в королевстве не осталось никого кто бы мог бросить нам вызов. Мы стали безраздельными хозяевами этого государственного образования, пока ещё официально именуемое королевством. Как оно будет называться в дальнейшем, пока нам было неясно, вариантов предлагалась масса, но я, подумав некоторое время принял принципиальное решение созвать Всеобщий учредительный съезд, в котором будут самые уважаемые делегаты из разных слоёв общества в том числе и от аристократов. Вот они и должны решить каким будет наше новое государство.

В том виде которое оно существует сейчас, государством назвать было сложно, какая‑то дикая смесь прошлого монархического уклада с элементами управления ферсианского подполья и всё это без чётко прописанных регламентов и законов. Стихийно оно всё так складывалось, а это никуда не годиться. Надо было выстраивать чёткую иерархическую властную вертикаль, но как её строить если не знаешь каким будет само государство?! Тут надо со знающими людями советоваться и вырабатывать стройную концепцию чтобы она удовлетворяла широкие массы населения и страты иначе дров наломаешь мама не горюй. К таким делам с бухты‑барахты никто не подходит, слишком уж серьёзное дело. Тут нужны теоретики, экономисты, финансисты с социологами и даже философы‑концептуалисты и вот они скорей всего должны быть на первом месте в этом длинном списке требуемых квалифицированных специалистов для столь судьбоносного дела.

Всё стало очень сложно, одно дело бегать с лучемётом и совсем другое заниматься проектированием будущего государства, вещи по своей сути несопоставимые, а тут вдруг приходится заниматься такими делами что раньше и помыслить не мог. Тут тебе и социалка с образованием, экономика и финансы, внутренняя и вешняя политика, плюс ещё информационная составляющая…. Столько всякого и разного и всё это в одном флаконе, от чего голова кругом идёт и всё из‑за того, что как токовой нет общей концепции строительства государственного образования, нет конституции, нет законов и институтов, занимающихся контролем их соблюдения. Всё управляется в ручном режиме и висит буквально на волоске, оборви его и всё обвалится.

Волоском этим является наша армия, которая и контролирует властную вертикаль и исполнение наших приказов и распоряжений, что не есть хорошо. Если так и будет всё продолжаться дальше наша армия превратится в армию чиновников и бюрократов, потеряв при этом главное своё качество, а именно способность квалифицированно воевать. Последствия потери боеспособности неизбежно приведут к нашему падению, это лишь вопрос времени, а, чтобы этого не допустить, жизненно необходимо ускорить создание гражданской вертикали власти и вывести армию за скобки, в том числе и из политического процесса. Армия должна заниматься тем для чего она и предназначена, а именно защищать, но это будет уже только тогда, когда гражданская структура будет выстроена в полном объёме….

— Нестор ты всё голову ломаешь? — Послышался звонкий голосок Олии, подходящую к моему рабочему столу с подносом в руках на котором дымились две чашечки натурального кофе.

— Ломаю, — согласился я, — потому как ничего другого мне не остаётся. Слишком много всего надо сделать, причём в кратчайшие сроки, вот и приходится голову ломать постоянно.

Поставив на стол поднос, Олия присела напротив меня и с сочувствием вздохнув, взяла чашку кофе и сделав маленький глоток, произнесла:

— Тебя в приёмной дожидаются Леонид Рашпиль с Енотом, хотят с тобой переговорить по какому‑то очень серьёзному делу, а ты всё никак не отзываешься на постоянные вызовы секретаря.

Взглянув на запавшую клавишу, я беззлобно выругался сквозь зубы и включив её, взял с подноса чашку и маленькими глотками выпил кофе и поинтересовался:

— Тебя что специально позвали чтобы ко мне войти?

— Разумеется. — Насмешливо отозвалась она и поставив опустевшую чашку на поднос, добавила:

— Тебя никто не решался побеспокоить вот и вышли на меня и попросили взглянуть чем ты тут таким важным занят.

Это что‑тот новенькое, — подумалось мне, — раньше вламывались в кабинет без всякого спроса по несколько раз на дню, а теперь видите ли, перестали себе это позволять. Нет, определённо что‑то изменилось….

— Хорошо Олия, скажи им пусть войдут. — Попросил я её, силясь сообразить, что такого могло измениться, раз эти два человека перестали вламываться в мой кабинет, но всё никак не мог уловить эти изменения, а они определённо были….

Олия подхватив поднос удалилась, а спустя пару минут в кабинет вошёл штаб‑майор вместе с начальником службы безопасности и поприветствовав меня, присели в креслах напротив меня.

— С чем пожаловали господа?

Рашпиль с Енотом мимолётно переглянулись друг с другом, и начальник службы безопасности заговорил:

— Командир по вашему приказу мы всё выяснили насчёт профессиональной куртизанки мисс Элизабет Ди Клари. Её действительно по вашу душу направили. Вы её главная цель, чем она усиленно сейчас и занимается. Её задача всеми правдами и неправдами попасть в вашу постель и закрутить бурный роман. Нанял её министр финансов, барон Амадей Ди Шрай, вернее даже не нанял, она давно на него работает. Какова его цель не совсем понятно, если за компроматом, то в нынешних условиях клубничку и за компромат считать нельзя, мелочёвка самая настоящая не стоящая даже выеденного яйца, а вот если с разведывательной целью или как агента влияние в ваше окружение внедрить, то да, перспективно. Сейчас мои спецы деликатно за ним присматривают, но пока каких‑либо подозрительных контактов не замечено, придётся наладить радиоэлектронную систему наблюдения и перехвата. Вероятнее всего он со своими покровителями держит связь через какой‑нибудь хитрый гаджет, но то что мы действительно установили, так это то что в его штате таких куртизанок целый выводок имеется. Все красавицы с утончёнными манерами как на подбор прошедшие качественную подготовку. Есть основания полагать им поставлена цель влезть в постели к самым значимым персонам нашей армии и в особенности к Ржавому, как командующему нашими вооружёнными силами.

— Это уже что‑то, есть на что опираться. — Выдохнул я, без какого‑либо удивления, нечто подобное я и предполагал, не доверял я ему от слова совсем. Он конечно опытный финансист, тут спору нет, одно то что он добился отсрочки платежей по суверенному долгу чего стоит, но тем не менее за его спиной маячила чья‑то незримая тень и это напрягало. Избавляться от него было преждевременно и даже нежелательно, пусть пока поработает на своём месте, а мы посмотрим со стороны, будут железобетонные доказательства его вины, за жабры возьмём, а сейчас нельзя, не время ещё. Ему замены нет и это самая главная проблема….

— Хорошо, с этим разобрались. Есть у тебя что‑нибудь ещё?

— Пока нет, но мы работаем. — Бесстрастно проговорил Енот и умолк, предоставляя слово Леониду Рашпилю.

Штаб‑майор, чуть подавшись вперёд, заговорил:

— Командир, проведена полная ревизия секретного объекта и научно‑исследовательского института, результаты впечатляют. Сам завод по производству антиматерии чем‑то особо новым не отличается, но вот банки хранения по своим характеристикам не имеют себе равных в человеческих мирах. Они на порядок выше чем ныне существующие аналоги, фактически это технологический прорыв, позволяющий в разы увеличить мощность энергетического оружия, да и не только его. Себестоимость единицы энергии вообще получается дармовой, а это в свою очередь скажется на цене товара. В сущности, одним махом мы можем завоевать нашей продукцией почти все рынки.

Да уж, завоевать…. Кто же нам это позволит интересно мне знать? За такое нас в порошок сотрут буквально все, — подумалось мне с тоской, — объединятся и разом на нас нападут. Рынки — это же ведь священная корова, на которую руку поднимать нельзя. Передел мирового рынка только очень сильные могут себе позволить, да и то с оглядкой, а мы кто? А мы никто и звать нас никак…. По сравнению с такими гигантами как Священный Союз и Империя Орла мы шпана подзаборная. Залезем в их пенаты и пиши пропало, объединятся и нас мгновенно на ноль помножат. Ведь за рынки сбыта мировые войны начинаются в лёгкую и ради них пойдут на любую гнусность и многочисленные убийства….

— Насчёт мировых рынков лучше бы тебе Лёня на заикаться, больно уж это опасно, сконцентрируйтесь на разработке нового вооружения, ну и на товарах, ориентированных в первую очередь для внутреннего рынка. Для начала следует вытеснить иностранный товар, а уж только затем будем думать об экспорте, да и то в ограниченных количествах, чтобы ни дай Бог не спровоцировать на вторжение, а токовых найдётся немало. — Распорядился я строгим голосом, в глубине души надеясь, что он на самом деле понимает, чем нам может грозить товарная экспансия на внешние рынки, где конкуренция и так до предела острая, а тут ещё мы со своим дешёвым товаром….

— Что там кстати говоря с заводом, когда он начнёт производить антиматерию с банками хранения и главное кому сбывать столь дорогой товар? — Поинтересовался я у штаб‑майора, желая точно знать на что нам следует рассчитывать.

— Примерно через четыре месяца. В ближайшие две недели из Новой Москвы прибудет целый караван с недостающим оборудованием и необходимыми специалистами. Готовый товар будем отправлять на Новую Москву, через которую и будет налажен процесс реализации малыми партиями, но только в банках стандартного образца, нечего нам засвечиваться с нашей инновацией, а то действительно за нас возьмутся всерьёз и тогда от нас даже мокрого места не останется.

— Верно, отсвечивать нам совершенно не стоит, слишком велик риск нарваться на крупные неприятности. — Согласился я с Рашпилем, он верно уловил проблему и рассуждал в правильном направлении, не время нам о себе в полный голос давать о себе знать, да и придёт ли оно вообще большой вопрос. По мне так пусть уж оставаться в тени и крутить свои делишки, слава‑то нас не интересует ни каким боком, нам важен результат, а не дешёвые понты на публику.

— Это всё?

— Да командир.

— Хорошо если у вас больше нечего мне сказать, я вас не задерживаю, хотя нет Енот, подготовь мой глайдер к отлёту вместе с сопровождением, я вылетаю во дворец. Надо посмотреть, как там идут восстановительные работы. — Распорядился я и поднявшись, лично проводил их обоих до двери, после чего переоделся в армейский комбинезон и покинув свой рабочий кабинет, направился на взлётно‑посадочную площадку и погрузившись в глайдер полетел в сторону дворца. Летел я не просто для того чтобы проинспектировать восстановление королевского дворца, он сам меня волновал мало, мне и отдельном хорошо охраняемом особняке неплохо жилось на свежем воздухе. Я летел туда для того чтобы посетить тюремный бокс и встретится с полковником Коллинзом. Были у меня на него свои виды, такой профессиональный диверсант как он мог бы быть мне очень полезен, ну а если откажется сотрудничать, так тому и быть…. Домой он уже никогда не вернётся и как говориться, все концы в воду. Хотя он далеко не дурак, согласится никуда не денется, тем более ничего запредельного я от него требовать не собирался.

Прилетев на место я для вида обошёл всю строительную площадку постоянно выслуживая различные объяснения начальника объекта о проделанной работе и то что будет сделано в ближайшее время. Я его внимательно слушал, иногда задавая вопросы по существу, на что и получал вполне обстоятельные ответы. Часа два я с ним по стройке бродил и в конце концов выпроводил его восвояси и вместе с сопровождающей меня охраной спустился в тайную подземную тюрьму, где встретил всё того же начальника дежурной смены капитана внутренней службы Каверия Шмидта.

— Приветствую капитан. — Пожимая ему руку, поприветствовал я его и тут же поинтересовался:

— Как ваши дела?

— Отлично Сир. Обеспечение специзолятора налажено даже лучше, чем было при покойном короле, продовольственные пайки выдаются вовремя и даже положенный оклад выплачивается своевременно и без задержек. Жизнь потихоньку налаживается и входит в мирное русло, так что грех жаловаться. — Отрапортовал он, опытным взглядом уловив моё хорошее настроение, видимо прицеливаясь по возможности мне понравиться и в результате получить должностное повышение, чему я совершенно не возражал, такие матёрые волки как он мне были нужны, так что долго в капитанском звании от точно не засидится….

— Я рад за вас капитан, но думаю скоро и майором станете. — Не став скрывать свои виды на него, проговорил я, чем вызвал в ответ приятную улыбку.

— Спасибо Сир.

— Не за что, вы этого достойны, как никто другой, а сейчас я бы вас попросил привести из камеры в допросный кабинет того самого бомжа для приватного разговора.

— Будет исполнено Сир! — Отчеканил он и лихо развернувшись, поспешил выполнить полученный приказ. Проводив его взглядом я с удовлетворением выдохнул и пройдя в допросную, присел за стол и достав из сейфа папку с личным делом так называемого бомжа и перелистал её. С того самого дня, когда я брал эту папку в руки в ней ничего ни добавилось, ни убавилось. Папка прямо‑таки блистала своей лаконичностью, в ней кроме голографических фотографий со всех ракурсов и характеристик тела с постановлением об аресте ничего не было.

Минут через пять в дверь постучали и услышав моё разрешение, в кабинет зашёл капитан с двумя дюжими конвоирами, сопровождавшими так называемого бомжа со скованными за спиной руками и усадив в кресло, удалились. Он сидел спокойно и не дёргался, да в сущности с чего бы это ему нервничать? Против него ничего не было и даже если бы что‑то и было, ему и предъявить в официальном порядке нечего, власть рухнула и сам институт монархии под большим вопросом. Вот он и ведёт совершенно спокойно, но это ненадолго…. Поднявшись, я подошёл к нему и сняв браслеты, вернулся в кресло и внимательно рассмотрев профессионального диверсанта растирающего кисти рук и глубоко вздохнул, заговорил:

— Я вижу вы прекрасно живёте в тюремной камере и в отличии от всех остальных ни на что не жалуетесь.

— А на что мне жаловаться, — с видимым безразличием пожал он плечами, — вполне себе уютная камера, кормят три раза в день и на прогулки выводят. Чистое бельё, сортир под боком и душевая кабина с холодной и горячей водой. Мне о таких райских условиях за время моей бродячей жизни только мечтать приходилось.

— Ну в этом я даже не сомневаюсь, — хохотнул я, — такому опытному диверсанту как вы полковник Коллинз не раз приходилось выполнять поставленные задачи даже в самых смрадных выгребных ямах, в которые нормальные люди ни за какие деньги не полезут.

Диверсант замер на несколько мгновений, напряжённо рассматривая меня и ответил:

— Вы, наверное, меня с кем‑то путаете, я никогда в армии не служил и уж тем более не был каким‑то там диверсантом.

— Оставьте Коллинз, — махнул я рукой, — вы действующий заместитель генерал‑лейтенанта Тареши, начальника одного из отделов Управления специальных операций Священного Союза. Были посланы в королевство Лейрин для ликвидации монарха Реднара VII. Отрицать бессмысленно, у меня есть на вас полное досье с послужным списком из Кадрового управления Генерального штаба Союза. Поздравляю, операция прошла успешно, за исключением того, что вы обратно вернуться в Союз так и не смогли. Интересно и как же вас такого матёрого волчару какие‑то местные олухи подловили на орбитальной станции?

— Кто вы такой? — Задал он мне вопрос, окончательно сообразив, что отпираться действительно бесполезно, вальяжно сидящий напротив него человек знал всё….

— Я тот самый человек кого вы должны знать под именем Джокер….

— Значит вы тот самый неуловимый Командующий ферсианским подпольем…. ‑Выдохнул он, внимательно рассматривая моё лицо и вдруг заговорил вновь:

— Странно, но мне почему‑то кажется ваше лицо очень знакомым, вот только всё никак не могу вспомнить где мы с вами могли пересекаться.

— Что никак не вспомните? — C лёгкой подначкой поинтересовался я у него, всматриваясь в его напряжённые глаза, в которых наконец появилась некая тревожность.

— Нет, не могу вспомнить, но лицо ваше мне определённо знакомо, но откуда не могу вспомнить. — С разочарованием проворчал Коллинз, в глубине души матеря себя за неожиданно напавшую на него беспамятность.

— Я рыцарь клана Саакс, спас дочь Верховного магистра Ордена крестоносцев Гонориуса, автор нашумевшего мюзикла о прекрасной маркизе, известный всем под именем Нестор Иванович Махно. Ну, что теперь вы меня вспомнили?

В глазах полковника загорелся огонёк понимания и он, помолчав в глубокой задумчивости некоторое время, поднял голову и заговорил:

— Да действительно, теперь я вас вспомнил, но убей меня Святые стихии, я не пойму, как такое вообще возможно. Вас в поте лица разыскивали все спецслужбы Священного Союза, а вы буквально под носом высших должностных лиц спокойно разгуливали….

— Разгуливал, — согласился я с ним, — но не только, я активно работал, но это уже не важно, Ферси освобождена силами ферсианского подполья и вооружёнными силами Империи. Да и вообще, за то время которое вы провели в камере лишённые возможности просматривать текущие новости очень многое изменилось в мире. Желаете лично в этом убедиться?

Он кивнул, и я протянул ему гражданский планшет, подключённый к всемирной сети. Он его взял и открыв попку с новостными архивами и углубился в их изучение. Просматривал он видео где‑то около часа и всё это время он без всяких эмоций делал своё дело, только один раз он чуть дёрнулся, просматривая видео военного парада ферсианского подполья, где я собственной персоной возглавлял парадную колонну. Удовлетворив свой информационный голод, Коллинз, отложив в сторону планшет, поднял на меня свой взгляд и спокойно задал вопрос:

— И что от меня понадобилось Империи Орла?

— При чём здесь Империя? — Внешне выказывая немалое удивление, ответил я ему вопросом на вопрос.

— Как при чём? вы же ведь кадровый офицер разведупра Империи, разве не так?

— С чего вы взяли? Я урус, вольный стрелок, выполнил дело, получил вознаграждение за свои услуги и сейчас работаю исключительно на себя, даже Новая Москва мне не указ, хотя друг другу мы конечно дорогу не переходим. — Проговорил я, внимательно изучая реакцию полковника на мои слова.

Помолчав несколько мгновений, Коллинз, поёрзав в кресле и устроившись поудобнее, задал вопрос:

— Ясно, значит вы высокопрофессиональный наёмник, но в таком случае что вы лично от меня хотите?

— Да в сущности ничего сверхъестественного. От вас я не требую изменить присяге и работать на меня или на кого‑то ещё, я лишь хочу наладить устойчивый контакт с генерал‑лейтенантом Тареши. В ближайшем будущем я и моя команда планируем организовать самую крупную биржу для самых квалифицированных наёмников со всего света. Мне без разницы будут ли они подданными Империи Орла или граждане Священного Союза или там к примеру выходцы из Халифата Азгар, главное профессиональные навыки. В сущности, мы создаём профессиональную наёмную армию, которую сможет нанять любой, у кого есть на это деньги. Хотя нет, не любой, всяким отморозкам мы продавать свои услуги категорически не будем, наша безупречная репутация стоит куда как дороже. Именно для взаимодействия со всеми мировыми игроками я и желаю наладить через вас Коллинз надёжный канал связи. Жду вашего решения здесь и сейчас, на раздумья времени нет.

— Хорошо господин Махно, я готов организовать личную встречу с генерал‑лейтенантом Тареши, но вы сами должны понимать, никаких гарантий я вам дать не в состоянии. Окончательное решение будет принимать мой начальник. — Выдохнул полковник Коллинз, ощущая приближающееся освобождение из застенков королевской тюрьмы.

— Ничего страшного, не он так другие дадут своё согласие, знаете ли у меня вариантов на самом деле более чем хватает, но всё‑таки такой опытный человек как Тареши к тому же твёрдо выполняющий взятые на себя обязательства был бы для нас куда как предпочтительней. С политиками я связываться принципиально не желаю, слишком там много всяких скользких как глисты прохиндеев. Мы предпочитаем иметь дела с теми, кто стоит за политиками, а не с этими фиглярами, выставленными на потеху избирателям. Меня интересуют военные, представители спецслужб и полиции, а остальные пусть идут куда подальше, хоть лесом, хоть степью, мне без разницы.

Коллинз внимательно меня выслушал, но сразу отвечать не спешил, предпочтя хорошо обдумать всё то что услышал от меня и мне это в нём понравилось. Он не дешёвый фраер, а профессионал высшей пробы, а таковых всегда мало и каждый из них на вес золота, тем они и ценны.

— Господин Махно, я искренне понимаю ваш интерес к контактам подобного рода, но ведь любые силовые структуры есть инструмент в руках политиков, представляющих интерес господствующего класса. Сами военные не решают практически ничего, за исключением судьбоносных моментов, когда от них зависит физическое выживание народа и государства в целом. В чём ваш реальный интерес я не совсем понимаю, будьте добры поясните пожалуйста.

— Всё предельно просто, — выдохнул я, — я не хочу по своему незнанию переходить дорогу всесильным мира сего и поэтому желаю со всеми ведущими игроками сотрудничать на взаимовыгодных началах. Имейте ввиду Коллинз, о нашем разговоре кроме нас двоих знать никто не будет. В случае вашего согласия я передам вам посылку для Тареши с аппаратом особо секретной связи для прямого контакта со мной, после чего вас скрытно доставят на орбитальную станцию и ближайшим рейсом отправят в столицу Священного Союза.

— Хорошо Сир, я согласен выступить посредником. — Без раздумий согласился полковник Коллинз, чему я нисколько не удивился, ведь от него требовали сущую мелочь.

— Тогда собирайтесь и мы немедленно полетим на орбитальную станцию, но сейчас давайте ваши руки, я обратно скую их браслетами.

— Да мне‑то и собираться не надо, вещей‑то моих нет в камере, так что я готов лететь прямо сейчас. — С чувством проговорил полковник, протягивая свои руки для столь примечательного украшения.

— Покинете вы специзолятор в браслетах, нечего тюремную охрану смущать, а то слухи всякие пойдут нездоровые, а оно нам надо? Выйдем из каземата, вот тогда и снимут с вас это украшение. — Проговорил я, надевая специзделие на его руки.

— Да, вы абсолютно правы. — Согласился он с моими доводами и поднялся, всецело выражая готовность следовать за мной, поднялся и я. Покинув допросный кабинет мы в сопровождении охраны покинули специзолятор и погрузившись на глайдер полетели на космодром, где пересели на бот и стартовали на орбитальную станцию. Пробыв там порядка четырёх часов в ожидании рейса в Священный Союз, я более предметно переговорил с Коллинзом и снабдив его деньгами и документами с посылкой для генерал‑лейтенанта Тареши и отпустил его.

После его отлёта, я полетел обратно в свой особняк, обдумывая затеянную мной комбинацию. Я ничего не собирался просить или уж тем более требовать от Тареши, я лишь хотел наладить негласный канал для сотрудничества по линии спецслужб на взаимовыгодных началах и в этом заключалась расставленная мною ловушка для начальника одного из ключевых отделов Управления специальных операций. Для начала наладить устойчивый канал связи, а затем плавно повязать его со мной на почве совместного бизнеса и тогда он и сам не заметит, как начнёт работать на меня, так как мои интересы намертво переплетутся с его интересами. Любой ущерб, причинённый мне, неизбежно принесёт ему убытки, против чего он будет всеми силами противодействовать. Мои убытки станут его убытками, на что он не пойдёт, а так как самостоятельно крупный совместный бизнес он совершенно точно не потянет, будет вынужден привлекать своих доверенных друзей и приятелей, которые также привлекут своих друзей и знакомых и так далее по цепочке.

Лиха беда начало, достаточно коготок свой опустить в зыбучий песок и сам не заметишь, как он тебя поглотит с головой. Конечно одной такой ловушки явно недостаточно, надо как можно большее число различных деятелей среднего звена повязывать совместными коммерческими проектами и тогда будет результат. Дело это далеко не быстрое, но тем не менее страшно эффективное. Нужно создавать хитроумную многоуровневую паутину совместных коммерческих интересов из различных государств и наднациональных мега корпораций и тогда никто не сможет нас тронуть, так как наше существование будет выгодно почти всем…. Вот этим мне и придётся заниматься, а это ой какая непростая по своей сложности задача….

Глава‑16

Целый час я не мог дозвонится до штаб‑майора Рашпиля, его номер был отключён. Пришлось позвонить начальнику его личной охраны и выяснять у него где тот пропал. Как оказалось, он ещё вчера вечером отдал строжайшее распоряжение его не беспокоить и заперся в спальне с какой‑то молодой особой и до сих пор оттуда носа не показывал. Это было настолько не похоже на него, что я даже подумал, что ослышался и переспросил, но нет, я услышал всё верно, Рашпиль загулял. Подумав немного, я оторвал свой зад от кресла и немедленно вылетел в коттедж, в котором квартировал штаб‑майор. Его загул был настолько неожиданным, что я захотел самолично посмотреть и убедиться, так ли это на самом деле. Прилетев на место, я выбрался из глайдера и вошёл в коттедж и вместе с начальником его личной охраны подошёл к двери спальни и решительно постучал.

— Я же просил меня не беспокоить!!! — Послышался злой рык штаб‑майора из‑за запертой двери. Удивлённо переглянувшись с безопасником я, вновь постучав в дверь и отозвался на его недовольный рёв:

— Лёня это я Тур, ты мне срочно нужен.

— Сейчас выйду. — С несколько иным тоном ответил он. Из‑за запертой двери послышалась какая‑то возня и через две минуты дверь открылась и в её проёме появился Рашпиль, по самую шею укутанный помятой простынею. Краем глаза взглянув на широкую кровать я неожиданно для себя увидел милое личико Екатерины Ди Форне, дочери министра внутренних дел барона Эммануэля Ди Форне. Резко захлопнув дверь штаб‑майор с неудовольствием посмотрев на меня, прошествовал в зал и присев на диван, дождался, когда я присяду рядом с ним и задал вопрос:

— Зачем я тебе понадобился Тур?

Удивлённо хлопнув веками я, внимательно посмотрев на него, спокойно заговорил:

— Вообще‑то я никак не могу найти Биталину, она мне срочно требуется, а её контактов у меня до сих пор нет, ты не соизволил мне их предоставить. Позвонил тебе чтобы их выяснить, и ты тоже недоступен, бросаю всё и прилетаю к тебе и застою в твоей постели дочь министра внутренних дел. Как это вообще понимать?

— Это не ваше дело Сир. — Проворчал штаб‑майор, отводя в сторону свой взгляд.

— Это верно твои амурные дела меня действительно не касаются, хотя конечно она тебе в дочери годится, но на будущее имей ввиду, ты не в той должности находишься чтобы позволить себе пускаться в загулы и отключать аппарат связи, на которой ты просто обязан находится в круглосуточном режиме. — Сохраняя хладнокровие проговорил я и помолчав несколько мгновений, поинтересовался:

— Слушай Лёня, ты часом не влюбился?

— Есть такое дело… — Признал он спустя минуту молчания и добавил:

— Тур я на ней женюсь….

— Твоё право, — пожал я плечами, — но что на это скажет её отец, барон Ди Форне и вообще, как к такому браку отнесутся в Совете старейшин на Новой Москве?

— Совет старейшин и уж тем более моя семья будут только рады, они давно мне всю плешь проели с вопросом, когда я женюсь, а вот насчёт её отца не знаю…. ‑Совсем тихо проворчал он и посмотрев на меня, задал вопрос:

— Надеюсь ты поспособствуешь нашему браку?

— Если девица не возражает, всецело можешь рассчитывать на меня, но имей ввиду, я ни за что не буду принуждать её отца дать своё согласие на ваш брак и это не обсуждается. — Всё также спокойно ответил я на его вопрос, в глубине души удивляясь, как столь матёрого вояку угораздило влюбиться, да ещё в кого!

— Хорошо, я возьму переговоры с её отцом на себя, но ты мне тоже помоги в качестве свата.

— Что прямо сейчас?! — Ещё сильнее удивился я на его слова, чего‑чего, но такого я от него совсем не ожидал….

— Нет почему же сегодня, сначала подготовлюсь и где‑то через недельку и придём к барону свататься. — Проронил штаб‑майор, внимательно всмотревшись в мои глаза.

— Хорошо, как скажешь, только за день предупреди, чтобы я смог внести изменения в свой график, но сейчас мне нужен контакт с Биталиной, где она кстати говоря сейчас находится?

— Она на нашей секретной базе в заливе Орклин, вместе с группой социопсихологов занимается разработкой программы корректировки общественного сознания, вернее корректировке давно существующих и преобладающих взглядов в королевстве Лейрин. — Ответил штаб‑майор, физиономия которого из хмурой превратилось вполне нормальное улыбающееся лицо.

— Собирайся полетели туда прямо сейчас и не вздумай подружку с собой брать, я категорически запрещаю, это секретный объект в конце концов. Я ведь Олию тоже во многие свои дела не посвящаю, зачем ей ещё и этот геморрой? — Строго распорядился я, с ходу купируя возможное желание штаб‑майора взять с собой даму сердца, с него в таком состоянии и не такое возможно ожидать, влюблённые люди даже будучи очень умными глупыми становятся в один миг.

— Ясно, сейчас соберусь. — Проворчал он, поднимаясь с дивана и ещё раз внимательно посмотрев на меня, неспешной походкой направился в спальню.

Его не было около получаса и всё это время я терпеливо ждал его. Появился он в зале поддерживая под ручку баронессу Ди Форне. Она остановилась в центре зала и сделала реверанс.

— Добрый день Сир!

— Добрый день Екатерина. — Поднявшись с дивана, поздоровался я с ней в ответ.

— Сир, вы действительно не против нашего счастья? — Cразу переходя к делу, задала она мне вопрос, с нежностью посматривая на чуть растерянного штаб‑майора.

Вот же хваткая девица, — подумалось мне, — сразу берёт быка за рога, да и вопрос задала с этакой заковыркой, не предусматривающий отказа, но в конце концов, пусть Рашпиль сам с ней разбирается.

— Я‑то не против, но что на это скажет ваш почтенный отец? — Осторожно подбирая слова, задал я ей вопрос.

— Думаю, батюшка одобрит мой выбор. — Потупив свой взор, словно невинная девица, совсем тихо проронила она, при этом краем глаза внимательно наблюдая за моей реакцией.

Конечно одобрит, — пришла на ум мне неожиданная мысль, — представители старой аристократии после того что у неё произошло с принцем Меркво навряд ли кто на ней женятся, она в их глазах уже является девкой порченой, да и родители не позволят. Если кто и предложит вступить с ней в брак, так только отъявленные карьеристы, надеющиеся получить протекцию от её папаши, а тут вдруг высокопоставленный урус под руку подвернулся, вот она и воспользовалась удачно подвернувшимся моментом. Ничего не скажешь, пронырливая девка, но это не мои проблемы, со своей личной жизнью пусть Рашпиль сам разбирается, у меня и без этого дел невпроворот….

— Будем надеяться. — Отозвался я и дав отмашку штаб‑майору направился на выход. Он поцеловал Екатерину в щёчку и поспешил за мною следом. Погрузившись в глайдер, мы вылетели на секретную базу. Минут пятнадцать мы молчали и наконец гнетущей тишины первым не выдержал Рашпиль и задал вопрос:

— Что командир не одобряешь?

— Не в том дело, одобряю я или нет, — выдохнул я спустя минуту, — это в конце концов дело твоего личного выбора. Тут похоже со стороны Екатерины есть прямой расчёт. Плохо это или хорошо, я не говорю, просто с её стороны это брак по расчёту. Если лично тебя это устраивает, то флаг тебе в руки, а если нет, то что тогда?

Штаб‑майор в глубокой задумчивости молчал долго, разбираясь с самим с собой и своими эмоциями и придя к неким выводам, честно ответил:

— Тур время идёт, а у меня до сих пор нет наследников, жизнь коротка, а мы занимаемся далеко не самым безопасным ремеслом на свете, так почему бы мне не завести своих детей с Екатериной? На мой взгляд она самая подходящая кандидатура на роль матери моих будущих детей.

— Ну если ты так на это смотришь, то все мои вопросы снимаются. Никогда не думал, что буду вынужден тебе это сказать, но я настоятельно тебе рекомендую держать её и её родственников от наших секретов как можно дальше. — Понимающе кивнув, ответил я ему, продолжая задумчиво смотреть в иллюминатор, в котором мелькали живописные природные виды.

— Разумеется, я же ведь не совсем с катушек слетел. — С глубоким вздохом отозвался он, также, как и я, смотря в иллюминатор.

— Я надеюсь на твоё благоразумие Лёня….

Примерно через час полёта наш глайдер сделав крутую дугу зашёл на посадку и приземлился на взлётно‑посадочной площадке секретного объекта, где велись наши социологические исследования и разрабатывались методики переформатирования социума королевства Лейрин. До этого момента мне здесь бывать не приходилось, созданием этого центра лично занимался Леонид Рашпиль и то что я увидел, выйдя из глайдера произвело на меня сильное впечатление. Ничто не говорило, что это сверхсекретный военный объект, скорее это был оздоровительный или даже туристический комплекс закрытого типа на берегу океана в курортной черте. Очень хорошо здесь было и комфортно, скалы, покрытые хвойными и эвкалиптовыми лесами, океанский берег и великолепный пляж и совершенно никого вокруг. Прямо‑таки идиллия для отдыхающего отпускника. Маскировка то что надо, да и персоналу хорошо работать в таких‑то райских условиях.

— А неплохо ты тут центр обустроил. — Озираясь по сторонам, высказал я своё мнение и тут же поинтересовался:

— Что здесь было раньше?

— Это был санаторий. Раньше он принадлежал принцу Меркво, мы его реквизировали для наших нужд и несколько перепрофилировали, в полном объёме сохранив оздоровительную составляющую. Добавили несколько отделов и научно‑исследовательских лабораторий, главным образом специализирующихся на изучении общества и его управлении. Теперь это учреждение возглавляет Биталина Татьянина, очень толковый специалист в этой области, пожалуй, даже один из крупнейших в человеческих мирах.

— Вот давай сразу к ней и направимся. Обойдёмся без экскурсии по объекту, оно конечно интересно, что вы тут наворотили, но у меня совершенно нет времени. — Распорядился я и направился следом за штаб‑майором, который провёл меня через центральный холл к лифту, и мы поднялись на самый верх, где располагался стеклянный купол. Пройдя в приёмную нас встретил предупредительный секретарь и сопроводил в кабинете Татьяниной. Поднявшись из‑за стола и пройдя к нам элегантной походкой, она с нами поздоровалась и предложила присесть, что мы и сделали.

— Я вас давно ожидала господа, особенно вас Нестор Иванович, у нас есть о чём поговорить. — Первой заговорила Татьянина, устремив свой пристальный взор на мою персону.

— Да сударыня, у нас с вами действительно есть о чём переговорить. Простите как вас по отчеству величать? — Согласился я с ней, внимательно присматриваясь к ней. Ранее не знакомая мне женщина была очень интересным человеком, было в ней некое изысканное сочетание ума, элегантности и благородства и в тоже время она имела отличную военную подготовку. Редкое сочетание таких качеств в одном человеке, что только подогревало интерес к Татьяниной.

— Для вас я просто Биталина. — Улыбнувшись уголками накрашенных губ, отозвалась она, продолжая всё также изучать меня.

— В таком случае я для вас Нестор или просто Тур. Обращайтесь ко мне так как вам больше нравиться.

— Договорились Нестор.

— Чем можете нас обрадовать Биталина? — Задал я вопрос в лоб, чтобы не ходить вокруг, да около.

— Что вас конкретно интересует? — Задала она уточняющий вопрос, желая чётко уяснить для себя что конкретно меня как командующего интересует в первую очередь.

— Мне хотелось бы знать на какой стадии находится программа изучения социума и что нам следует делать в первую очередь для его переформатирования.

Биталина в задумчивости помолчав некоторое время, чуть повернув голову в сторону, стала отвечать:

— Общество королевства Лейрин давно устало от засилья старой аристократии, главным образом из‑за того, что отсутствовали социальные лифты не только для среднего класса, но и социальных низов и сейчас у них появился шанс прорваться на более высокую социальную ступень. Исходя из вышеизложенного, есть острая необходимость создания этих самых социальных лифтом не в случайном порядке как это происходит сейчас, а на системном уровне и на это необходимо бросить сейчас основные наши ресурсы, которые очень быстро окупятся. Это первое и основное, что нам всем следует сделать, а вот на что необходимо обратить особое внимание, так это на усталость людей. Они постоянно работают как проклятые на восстановлении разрушенного центрального округа, а развлечений и каких‑либо значимых событий у них нет на котором они могут отдохнуть и спустить накопившееся напряжение. Необходимы некие громкие события, свадьбы, например, высших должностных лиц вашей армии и администрации, а также спортивные соревнования и турниры по различным видам спорта. Это позволит воздействовать на общество и направить его в нужную нам сторону. Это два пункта которые требуют незамедлительной реализации, в противном случае в обозримом будущем у нас возникнут очень серьёзные проблемы….

Понятно, люди требуют не только хлеба насущного, но и зрелищ, — подумалось мне, — от угрозы голода мы избавились, но теперь придётся ещё озаботится и зрелищами, например, боями без правил, различными военно‑прикладными дисциплинами и другими видами спорта. Раз народ требует зрелищ, значит он его получит, в этом особых проблем нет, а вот с некими значимыми событиями, куда как сложнее…. Придётся организовать громкую свадьбу для Леонида Рашпиля и баронессы Ди Форне. Всё это красиво обставить и транслировать на всё королевство, представляя, как главное событие столетия. Высокопоставленный урус, приближённый к Командующему женится на аристократке. Очень интересный сюжет получается с далеко идущими последствиями для общества. М‑да‑а… хорошенько это надо будет обмозговать….

— Я вас понял Биталина. Будут вам и спортивные соревнования, и некие громкие события, я позабочусь об этом, но сейчас я бы вас попросил заняться ещё одним делом. — Проговорил я и замолчал на некоторое время, чем и воспользовалась Татьянина, задав мне вопрос:

— И каким же?

— Мне необходимы подробные исследования социумов Ронды, Белой Пущи и Халифата Азгар, но не просто исследования, а практические выкладки как нам объединить все эти территории под рукой Лейрин. Это официально, а на неофициальном уровне над этим образованием будет стоять Новая Москва. Понимаю, это непростая задача, и по этой причине я вас не тороплю. Нужна целостная программа, рассчитанная на многие годы и даже десятилетия вперёд. Нам жизненно необходимы эти территории, это вопрос нашего с вами выживания. Учтите, нам надо взять эти территории не силой оружия, а силой духа, они должны прийти к пониманию того что только вместе мы являемся грозной силой, а по отдельности голодранцами и уличной босотой. Нужна программа как эту мысли вложить в головы элит и народов Ронды, Белой пущи и Халифата Азгар ну и королевства Лейрин разумеется.

— Гммм…однако вы Нестор и замахнулись…. Это действительно грандиозная по своим масштабам задача и если она действительно воплотится в жизнь, то в результате выйдет новая даже не перспективная свердержава, а самая что ни на есть настоящая, пусть она будет и не столь сильная как Империя Орла и Священный Союз, но тем не менее никто из них не посмеет нам объявить открытую войну. Гадить исподтишка непременно будут и те, и другие, но на открытое противостояние не пойдут, слишком опасно. — Нахмурив брови, отозвалась Татьянина, несколько ошарашенная масштабностью, поставленной перед ней задачей.

— Ну так как берётесь за эту работу? — Настоятельно потребовал я от неё ответа на поставленный вопрос.

— Разумеется берусь. — Словно кидаясь в прорубь с ледяной водой сразу ответила она.

— В таком случае назначаю вас официально личным тайным советником по стратегическим вопросам интеграции. Разрабатывайте комплексную программу и занимайтесь ею реализацией. С этого дня внешняя разведка и Управление специальных операций находится в вашем полном распоряжении. — Распорядился я, в душе наслаждаясь как столь опытная женщина маленько растерялась, от того как я одним махом подчинил ей сразу разведку и военный спецназ особого назначения.

— Значит так сударыня готовьте план вежливой поступи русского реванша и на этом позвольте откланяться, спешу слишком много дел. — Проронил я, поднимаясь и пожав её руку вместе со штаб‑майором покинул её рабочий кабинет и направился к глайдеру.

— Тур, а не слишком ли ты лихо завернул насчёт Ронды, Белой пущи и Халифата Азгар и уж тем более нашего русского реванша? — Уже находясь на борту летательного аппарата, поинтересовался Рашпиль, пребывая в крайне задумчивом состоянии.

— Другого выхода у нас нет кроме как создавать тихой сапой свою свердержаву. Вообще конечно это вопрос большой геополитики, так как создав третью свердержаву мир получит куда большую стабильность, нежели наличие двух вечно воюющих между собой Империи Орла и Священного Союза. Наличие в мире третьей силы самим фактом своего существования уравновесит сам мир, так как создаст своего рода баланс нарушение которого повлечёт за собой самые непредсказуемые последствия. — Негромко ответил я на его вопрос, продолжая обдумывать то что мне давно пришло в голову, но до этого самого момента я всё никак не мог взяться за реализацию своей задумки в жизнь, а теперь процесс это был запущен, впереди нас ждал тихий реванш.

— Что ты имеешь в виду? — Удивлённо обернувшись в мою сторону, спросил он меня, с необычной для него интонацией в голосе.

— Всё предельно просто как дважды два, — проронил я, — мы конечно в один уровень со Священным Союзом или Империей Орла не выйдем, хотя нет, может когда‑нибудь и выйдем, но на это потребуется довольно продолжительное время, скорей всего это произойдёт не при нашей жизни, а жизни наших детей или даже внуков, но не в этом суть. Создав альтернативную третью сверхдержаву каждая из них будет опасаться, что две из них объединяться против одной и пойдут войной и она неизбежно проиграет, а, чтобы этого не произошло, политики будут прилагать все свои силы чтобы этого сценария не допустить. Грубо говоря это будет выпуск пара в гудок, что повлечёт за собой политическую стабильность и в конечном итоге мир и благополучие для абсолютного большинства человечества.

— Слушай Тур и где ты всему этому набрался? — Замерев словно громом поражённый, задал он мне вопрос, смотря на меня как будто увидел в первый раз или наконец разглядев под совершенно иным для себя ракурсом.

— Где‑где…. Постоянно голову себе ломаю, людей умных слушаю, много читаю вот и надумал. — Нехотя пробурчал я сам себе под нос.

Больше штаб‑майор мне вопросов не задавал, да я и сам не горел особым желанием разговаривать, пока глайдер не приземлился возле коттеджа, в котором он обитал. Высадив его и попрощавшись с ним, я полетел в свой загородный особняк и где‑то на полпути зазвонил коммуникатор секретной связи. Пришлось прервать свои размышления и соединить абонента.

— Привет командир как твои дела?

— Работаю Ржавый, — выдохнул я, — а ты где сам пропадаешь?

— Я тоже работаю, поднимаю боеспособность нашей армии и уже организовал вербовочные пункты для приёма местных рекрутов и скажу тебе от желающих служить отбоя нет, но я тебе не по этому поводу звоню. Мы с Алисией женимся и приглашаем тебя на свадьбу в качестве особо почётного гостя. — С самым серьёзным выражением лица на которое был он только способен, заявил мой заместитель.

— Мои поздравления, но ты не спеши, свадьбу будем играть две твою и Леонида Рашпиля. Мы устроим грандиозное представление с трансляцией на всё королевство. — Настоятельно порекомендовал я ему, хотя это даже не рекомендация была, а самый настоящий приказ. Людям требовалось грандиозное шоу, а значит они его должны получить.

— И для чего это? — Удивлённо воззрившись на меня, негромко поинтересовался Ржавый, пребывая в некоторой растерянности.

— Народ должен знать своих героев и погулять на их свадьбе, из‑за чего будет объявлен двухдневный выходной. Учти, это не обсуждается, просто так надо, так и передай вместе с моим приветом Алисии Де Аливейре.

— Я понял тебя командир. — Ответил он и попрощавшись отключил связь.

Продолжая лететь в особняк, я неожиданно поймал себя на мысли что одновременно две свадьбы, слитые в одну, будут недостаточны, нужна третья для симметрии, так сказать. Достав планшет и найдя через поисковик самый лучший ювелирный магазин, торгующий эксклюзивными украшениями, я дал команду пилоту лететь туда и прибыв на место, вошёл в магазин чем вызвал огромный ажиотаж своим неожиданным появлением. Люди устремились ко мне и всячески выражали верноподданнические чувства и мне пришлось на некоторое время отвлечься и пообщаться с народом, после чего прошёл к витринам и с помощью продавца‑консультанта занялся подбором женского кольца. Ох и непростым это дело оказалось, выбор был велик, но выбрать следовало только одно….

Провозившись около полутора часов, я наконец сделал свой выбор и расплатившись за него, поинтересовался всё у того же предупредительного продавца где тут поблизости находится цветочный магазин и получив ответ, пешком в сопровождении личной охраны направился на указанный адрес. Цветочный магазин и вправду оказался великолепным, выбор букетов впечатлил даже меня толстокожего и неуклюжего в этих вопросах человека, так что вновь пришлось прибегнуть к помощи молодой девушки консультанта.

Забросав меня кучей вопросов и получив на них ответы, она тут же составила сногсшибательный букет, благоухающий какими‑то экзотическими цветами из диких джунглей. Озвученная сумма меня заставила маленько ошалеть, так как за такие деньги можно было купить полную воинскую амуницию причём вместе с оружием, но мелочиться я совершенно не хотел, не тот был случай. С улыбкой расплатившись за эксклюзивный букет я неторопливо вернулся к глайдеру и продолжил полёт.

Прилетев домой и покинув борт я с букетом цветов поднялся по ступенькам в особняк и поинтересовавшись у телохранителя где сейчас находится Олия и получив ответ, нетвёрдой походкой подошёл к её кабинету, где она частенько засиживалась, занимаясь корректировкой новых программ обучения и негромко постучал.

— Да‑да, войдите! — Послышался приглушённый закрытой дверью, уставший голосок Олии.

Спрятав букет за спину, я осторожно открыл дверь и сделав пару шагов вперёд остановился. Олия не глядя в мою сторону продолжала что‑то набирать на клавиатуре. Пришлось мне слегка кашлянуть, привлекая к себе её внимание. Оторвавшись от работы она с немалым удивлением взглянула на меня и вдруг с прорезавшимся подозрением зыкнув, задала вопрос:

— Ты где это пропадал и почему от тебя так пахнет дорогим женским парфюмом?!

Ничего не ответив, я подошёл к ней и наклонившись, поцеловал в правую щёку и вручил букет. Ошарашенно взглянув на него, она ойкнула и взяв в руки, стала наслаждаться исходившим от живых цветов непередаваемым ароматом.

— Чему надо было такому случится чтобы ты наконец подарил мне букет цветов, да ещё к тому же такой дорогущий уж не налево ли ты сходил с какой‑нибудь покладистой аристократишкой?! — Выпалила она, продолжая с подозрением всматриваться в мои глаза.

Вот же язва, — подумалось мне, — я тут стараюсь, а она весь романтик сбивает.

Чуть улыбнувшись я достал из кармана бархатную коробочку и открывая её, встал на правое колено и произнёс:

— Олия, выходи за меня замуж.

Онемев от неожиданности она с широко открытыми глазами осторожно взяла кольцо и надев на безымянный палец левой руки нежно поцеловав в губы, очень тихо прошептала:

— Да любимый.

— Тогда полетели в ресторан Орлиное гнездо, говорят нам самая вкусная и изысканная кухня во всём королевстве, да и постановки там очень недурны. — Предложил я и подхватив её на руки, вынес из кабинета и со смехом отнёс в гардеробную, где мы привели себя в порядок и переодевшись в подходящие такому знаменательному случаю одежды, покинули особняк и полетели далеко за центральный округ, где на одинокой скале возле живописного озера располагалось самое лучшее заведение для гастрономических гурманов….

Глава‑17

Подготовка к грандиозной тройной свадьбе шла полным ходом, суета стояла страшная, но это никак не отменяло текущей работы по управлению всем королевством, хотя конечно организацией столь знаменательного события занимался не я, а совсем другие люди, но всё равно проходилось уделять и своё внимание. Времени не хватало катастрофически, приходилось спать по четыре часа, не забывать заниматься в тренажёрном зале и мотаться по строящимся объектам инфраструктуры, но даже не это оказалось самым сложным. Самым сложным оказалось организация Всеобщего учредительного съезда. Создавая организационный комитет, я конечно предполагал, что начнётся лихая мышиная возня, но даже и вообразить себе не мог, насколько она будет бурной и острой. Драчка началась будь здоров, причём на всех уровнях, начиная от самого верха и дошло аж до самых глухих жилых улиц городских окраин. Временами даже приходилось посылать силы правопорядка для охлаждения разбушевавшегося пыла и разгонять массовые драки. Народ очень долгое время, лишённый возможности хоть как‑то высказать своё мнение с горячим азартом бросился его высказывать, вот только бросился спорить он с кулаками. С одной стороны, конечно плохо, а с другой он самым безопасным образом для центральной власти спускал пар, разбираясь между собой. Была для нас в этом своя выгода, но и за дозволенные рамки — это выпускать было никак нельзя, чтобы невзначай оно не вышло из‑под нашего контроля. Что скрывать, были у нас огрехи и маленькие, и большие, но несмотря на это дело двигалось вперёд. Далеко не всё давалось нам легко, многое реализовывалось со страшным скрипом, где‑то и кто‑то что‑то да сворует или даже сознательно саботирует, так что регулярно приходилось раздавать волшебные пендали для ускорения. Дурной привычки сразу выгонять я не имел, даже вороватых чиновников из старой администрации, ну выгонишь ты, а дальше что? Замену ведь так сразу не найдёшь, а поставить преданного тебе человека, но совершенно несведущего в госуправлении так он таких дров наломает, что просто туши свет. Нет, в таких делах нельзя делать резких телодвижений и поддаваться эмоциям, ко всему надо относиться с сугубым прагматизмом. Ведь в этот‑то и заключается искусство управления, умный даже дураку и тупым ножницам всегда применение найдёт. Вот я и моя команда находила применение даже вороватым чинушам, вылетали со свистом только те, кто в конец берега попутал. Сажать в тюрьму пока никого не сажали, не в том сейчас мы были положении. Это же ведь надо было уголовные дела возбуждать, вести долгое следствие при полном соблюдении регламентных процедур с адвокатами и обвинителями. Так что не до того было, но вот уголовные дела по уличной преступности и мародёрству возбуждались на раз. Народ должен жить спокойно и быть уверенным в завтрашнем дне и главным показателем для него есть уровень уличной преступности.

В данном вопросе мы поступали жёстко и это принесло отличные результаты. Уличная преступность конечно была, от неё никому ещё избавиться не удавалось, но тем не менее уровень её стал низкий, что позволило отменить комендантский час и наладить довольно безопасную жизнь рядового обывателя. Удалось не только это, удалось запустить многие производства и занять людей работой, с продовольствием проблем не было, хотя общий уровень жизни вывести на тот уровень, который был до убийства монарха не удалось, для этого потребуется как минимум ещё три года кропотливой работы, но не вызывало сомнений, что нам это непременно удастся….

Группы психологических операций под командованием Биталины активно работали во всех слоях общества, деликатно подводя все эти склоки к единому знаменателю и создавали так называемые ЛОМы, лидеров общественного мнения, являющихся альтернативой официальным средствам массовой информации. Эффективно так создавали, правильно. Негласно оформив в общих чертах тот взгляд, в обществе который нам и требовался. Ещё два или три месяца и можно будет созывать Учредительный съезд….

От глубоких раздумий меня оторвал настойчивый вызов личного секретаря. Пришлось оторваться и включить связь.

— Сир, к вам на приём просится барон Симеон Альбрехт. Что мне делать, его пропустить или назначить какое‑нибудь другое более подходящее для вас время? — Чопорным тоном поинтересовался он у меня, как будто сам был настоящим родовым герцогом или там графом, например, хотя таковым не являлся по определению.

— Пусть войдёт.

Спустя полторы минуты в кабинет вошёл барон и я, поднявшись, ответил на его приветствие и крепко пожав ему руки, предложил присесть. Он присел и выдержав некоторую паузу заговорил:

— Сир я к вам вот по какому поводу. Вы до сих пор официально являетесь наследником покойного принца Фэя и пока не предъявили каких‑либо прав на его активы из‑за чего его вдова и дети оказались в подвешенном состоянии. Они без вашего одобрения не могут пользоваться деньгами на счетах, а также распоряжаться имуществом, именно по этой причине вдова оказалась в тяжёлом положении. Вам надо в официальном порядке определиться как поступить в данной ситуации.

Вот же…. Ну надо же мне было об этом забыть?! Это ведь очень важно, а у меня это совсем из головы вылетело, — с большой досадой подумалось мне, — хотя совершенно не стоило.

— Где она сейчас?

— В родовом замке вместе с детьми. — Ответил он, бесстрастно взирая на меня.

— Хорошо, мы сейчас вместе вылетаем к ней и разрешим сложившуюся коллизию. Я ни на что не претендую, всё движимое и недвижимое имущество должно принадлежать вдове и детям. — Отчеканил я и поднявшись, решительно направился на выход. Такое действительно нельзя было забывать, но тем не менее забыл и теперь надо было в срочном порядке исправлять свою личную промашку. Погрузившись на глайдер мы вылетели к вдове принца Фэя, которую я даже в глаза ни разу не видел и даже имени её не знал, как‑то всё не до того было. Выяснив у барона Альбрехта её имя, мы прилетели на место и покинув борт нас встретил почётный караул из гвардейцев и вдова со своими детьми.

— Добрый день Ваше высочество.

— Добрый день Сир. — Сделав придворный реверанс отозвалась она и замерла в ожидании продолжения.

— Давайте пройдём в ваш кабинет и уладим сложившуюся коллизию. Поверьте, я не претендую ни на что, всё имущество движимое и не движимое, а также интеллектуальные права принадлежат исключительно вам и больше никому. Соблюдём эту формальность и дело с концом. Убийцам вашего супруга я отомстил, а принц Меркво…. Его ожидает публичный суд, в который я не вмешиваюсь, как он решит, так и будет. Суд должен быть независим и по этой причине будет честное судебное состязание между стороной обвинения и защиты, но как мне думается Мерко давно заслужил удавки на шею или пожизненное заключение где‑нибудь в далёкой глуши. — Проговорил я, и увидел, как благожелательно сверкнули в ответ на мои слова глаза вдовы.

— Простите Сир, аристократов не вешают, их казнят путём отрубания головы умелым палачом или гильотиной. — Внесла она уточняющую поправку, жестом предлагая следовать за ней, что я и сделал.

— Мария, будь моя воля, я бы его не задумываясь повесил без всякого суда и следствия. — Шагая рядом с вдовой, предельно откровенно, ответил я на её справедливое замечание.

— Так в чём же дело? — С любопытством посматривая на меня, задала она вопрос.

— Мы строим правовое государство и людям необходима законность, а если власть будет поступать беззаконно, то ничего из этого хорошего не выйдет. Именно по этой причине я не могу поступать так как мне самому хочется. Я не самодур в конце концов.

— Я очень рада что вы это понимаете. — Выдохнула она и мы, прибыв в её кабинет составили официальный документ об отказе имущественных прав на наследство принца Фэя. Посидев ещё с Марией некоторое время и поговорив, я попрощался с ней и вместе с бароном Альбрехтом вылетел обратно в особняк.

Пролетев минут десять, я взглянул на своего спутника и задал тому интересующий меня вопрос:

— Симеон как там идёт подготовка судебного процесса над принцем Меркво?

— Ди Форне лично готовит обвинение, готовит со всем тщанием, на которое только способен. Ведь принц попрал честь его дочери, а такое не прощается. С другой стороны, защита принца представлена сразу пятью лучшими королевскими адвокатами. Так что суд действительно обещает быть объективным в глазах всего народа. — Отозвался барон с лёгкой улыбкой и помолчав несколько мгновений, добавил:

— Вообще конечно возложить на барона Ди Форне подготовку обвинения было очень удачным ходом. Он воспринял это как ваш подарок ему за заслуги.

— Это и есть подарок, — честно признал я, — тем более он этого действительно заслуживает, но не только. Людям надо показать, что мы стремимся к законности, а этот открытый судебный процесс и призван это всем слоям общества продемонстрировать.

— Я так и понял Сир. — С удовлетворением выдохнул барон и в молчании продолжил без всякой цели смотреть в иллюминатор.

Прилетев обратно в особняк, я попрощался с Симеоном и пошёл в свой кабинет и на полпути столкнулся с дожидающимися моего появления портными. Пришлось мне со смирением отдать им свою тушку. Портные взялись за меня основательно снимая мерки для парадного кителя, в котором я и должен был быть на своей собственной свадьбе. Провозились они со мной почти два часа, так как всё делалось исключительно вручную с тканевыми линейками и прочими старомодными портняжными аксессуарами. Традиция тут такая местная и ничего с этим не поделаешь, так что пришлось стоически терпеть все эти мытарства и наконец сняв все мерки, стали собираться.

— Простите Сир, тут у нас есть один вопрос, в каком звании нам вышить новые погоны? — Поинтересовался глава артели, чуть склонив голову.

— Мне гвардии полковника, а Ржав…. Майклу Квери погоны генерал‑майора, он ведь командующий нашими вооружёнными силами. — Распорядился я после нескольких мгновений напряжённых размышлений.

Поклонившись, портные удалились, а я задумался, правильно ли я поступил сам себя произведя в гвардии полковники, но с другой стороны, а кто вообще будет против? Не выходить же в самом деле в кителе гвардии капитана Империи Орла! Лейрин это ведь совсем другое государство и люди такой поступок совершенно точно не поймут, а значит непременно надо выходить в кителе местного образца, а звание полковника…. Ну пусть будет полковник, а то неформальному главе государства в капитанских погонах щеголять как‑то не комильфо, а вот Ржавому генеральские погоны в самый раз будут, он же в конце концов командует армией и это ему действительно очень надо.

Мысленно махнув рукой, я неспешной походкой вернулся в свой кабинет и включив компьютер взялся за просмотр поступающей оперативной информации, но настойчивый вызов личного секретаря заставил меня оторваться и включить соединение.

— Сир, к вам на приём рвётся Полномочный посол Священного Союза Артур Уго Шварцман. Что прикажете делать?

Cердце моё на одно мгновение ёкнуло, нет не от страха, а от неожиданности. Чего‑чего, но такого я не ожидал, хотя скорей всего оно рано или поздно должно было произойти….

— Хорошо, пусть войдёт. — Отдал распоряжение я, обдумывая что ему от меня потребовалось, вернее не ему самому, а тем, кто за ним стоял.

Дверь открылась и в кабинет вошёл посол и мне пришлось подняться и выйти ему на встречу. Пожав руку, я предложил ему присесть и вернувшись в своё кресло, внимательно стал его разглядывать. Человек он был импозантным, с ухоженной шпикерской бородкой, да и взгляд и все его манеры напоминали морского волка, разве что курительной трубки для завершения образа ему явно не хватало.

Поняв, что первым я не заговорю, посол вздохнув заговорил:

— Сир, должен вам сказать, вы немало попили крови Священному Союзу возглавляя ферсианское подполье, но даже несмотря на это вы официально являетесь полноценным гражданином Союза и почётным Рыцарем клана Саакс.

— К чему этот разговор господин Шварцман? — Не выказывая внешнего удивления, задал я ему вопрос.

— Я уполномочен вам передать сообщение от Верховного магистра Ордена крестоносцев, являющийся на данный момент временным диктатором что все обвинения в ваш адрес полностью сняты. Мало того, Верховный магистр выражает вам персональную благодарность за то, что избавили Союз от этого бремени. Ферси стала для нашего государства непосильной ношей и теперь это головная боль Империи Орла. Все имущественные, интеллектуальные права и банковские счета разблокированы, и вы вольны ими распоряжаться на своё личное усмотрение, как и свободно посещать территорию государства.

Достав из внутреннего кармана пиджака конверт, посол с благожелательным видом передал его мне. Я взял и открыв его извлёк из него два паспорта, один дипломатический, а другой общегражданский. На обоих красовались голографические изображения моей физиономии….

В задумчивости помолчав некоторое время, я взглянул на посла и негромко задал тому вопрос:

— И к чему это всё господин Шварцман, неужели Верховный магистр Гонориус от меня что‑то хочет?

— Нет, это ни к чему вас не обязывает. Вы сделали то что должны были и избавили нас от избыточной нагрузки, в ответ Верховный магистр избавил вас от лишних трудностей вот в сущности и всё. — Спокойно ответил Полномочный посол, продолжая изучать мою физиономию.

— Что‑нибудь кроме паспортов у вас для меня ещё есть?

— Нет Сир.

— Хорошо, в таком случае считаю аудиенцию законченной.

Попрощавшись, посол удалился, а я продолжал сидеть и смотреть на лежавшие на столе документы и никак не мог взять в голову что это было за послание и что им мне пытались донести, а то что это было именно послание, у меня не было и тени сомнений. Глупо было бы считать, что я когда‑нибудь ими воспользуюсь, я ещё не выжил из ума. На территорию Священного Союза я больше не ходок и это без всякого сомнения знает и Верховный магистр, так что же он мне этим своим посланием хотел сказать?!

Взяв в руки паспорта и рассмотрев их более внимательно я ничего в них не нашёл, обычные документы стандартного образца без всяких вкладышей и дополнительных отметок. Отложив их в сторону, я взял в руки конверт и осмотрел его и вот тут‑то я и заметил еле просвечивающую надпись. Полностью раскрыв его по швам и посмотрев на свет, я увидел номер секретной связи Гонориуса. Подумав некоторое время, я взял и набрал этот номер. Первое время абонент не отвечал, но затем пошло соединение, открылся голографический экран и из него на меня смотрел сам Верховный Ордена крестоносцев.

— Здравствуйте господин магистр. — Без всякого выражения поприветствовал я его, совершенно не знаю, что вообще можно ожидать от нашего с ним разговора, слишком уж много неопределённостей было.

— Ну здравствуй Джокер, давненько не виделись. — Ухмыльнувшись, отозвался он на моё приветствие посматривая в мою сторону с лёгкой иронией.

— Есть такое дело, — согласился я, — вот только зачем потребовались такие сложности чтобы со мной связаться?

— Слишком ты многим насолил Тур, особенно Президенту Чантаю и Гарнею Сааксу, да и не только им, но эти две ключевые фигуры пострадали в первую очередь и теперь их положение очень шатко. Они готовы за любой случай ухватиться и раздуть скандал, чтобы только себя отмазать, вот и пришлось мне сделать такой финт чтобы наш контакт остался неизвестен для всех. Это дело только между нами и между нами оно и должно остаться. — Стерев ухмылку, ответил Верховный магистр и помолчав несколько мгновений, кашлянул в кулак и продолжил говорить:

— Тур, скажу честно, мои спецы выдвигали предположение что именно ты являешься тем самым неуловимым Джокером, командующим ферсианским подпольем, но доказательств не было найдено ровным счётом никаких, пришлось посылать свою собственную дочь для выяснения. Должен сказать, ты очень умело всё провернул, прямо‑таки виртуозно, она тебя хоть и подозревала, но тоже не смогла найти доказательств, зато на эту приманку клюнула крупная дичь и теперь мои прямые конкуренты в ближайшее время вылетят со свистом из Большой игры и за это я тебе очень признателен.

— Что вы от меня хотите? — Никак не отреагировав на его признательность, напрямую поинтересовался я, совершенно не веря в то что Верховый позвонил мне только ради того, чтобы выразить мне свою благодарность.

Магистр внимательно на меня посмотрев, качнул головой и чуть отвернув в сторону свой взгляд, стал отвечать на поставленный вопрос:

— Тур, настоятельно тебе рекомендую не останавливаться на королевстве Лейрин, для тебя это слишком мелко, а пойти куда дальше, забирай себе Ронду, Белую пущу и Халифат Азгар и строй пока все заняты своими проблемами единое государственное образование. Священный Союз тебе в этом серьёзно мешать не будет, разве что по мелочи, так сказать для галочки. Империя Орла тоже палки в колёса вставлять не планирует.

— С чего такая благотворительность? — C подозрением взирая на магистра, задал я ему вопрос.

Ухмыльнувшись, он ответил:

— Нам это выгодно, мы ведь не зря разрушили государственные институты на этих планетах. Специально подожгли пламя гражданских войн чтобы утилизировать сторонников этих государственных образованиях, а затем на их обломках создать новое мощное государство. Мы даже готовы тебе в этом негласно помогать, передавая современные военные технологии и производственные линии.

— Ну хорошо, допустим я вам поверил, — выдохнул я, — только какая в этом вам будет выгода?

— Появление третьей силы, вот наша цель, что наконец положит конец затянувшейся войне между Империей и Союзом. Слишком много ресурсов — это противостояние пожирает, а это не способствует поступательному развитию. В этом и заключается интерес тех сил, которые стоят за моей спиной. Ресурсы не бесконечны и с каждым десятилетием для поддержания уровня жизни основной массы населения приходится ресурсы эти расходовать всё больше и больше. Гражданские войны на Ронде, Белой пуще и Халифате Азгар утилизируют значительное поголовье человеческих особей и тем самым снизится расход ресурсов и потребности значительного числа оставшихся людей. Так что всё предельно логично, хотя и цинично, но такова жизнь, мы заботимся о будущем всего человечества, а не отдельно взятых индивидуумов, многие из которых обыкновенное быдло недостойное называться человеком.

— Хорошо, я согласен взять на себя это бремя. — Спустя пару минут напряжённых размышлений, согласился я, хотя и до этого именно к этому и стремился, вот только тяжело было осознавать то, что меня к этой мысли технично подводили совсем другие люди.

— Отлично, координировать связь друг с другом будем по этому каналу и будь так добр, не оглашай никому о наших с тобой контактах. — Дружелюбно улыбнувшись, отозвался Верховный магистр и попрощавшись, отключил связь.

Я сидел и размышлял. То, что существуют некие могущественные силы и структуры наднационального характера я и раньше подозревал, но только сейчас мне практически прямым текстом дали понять. Радовало только одно, меня приняли в этот клуб, нет не на равных правах, а как достаточно крупную фигуру на шахматной доске мировой геополитики, а вот стану ли я когда‑нибудь не фигурой, а самостоятельным игроком, очень большой вопрос. Вопрос со многими неизвестными, на которого у меня нет ответа….

— Нестор, ты опять ничего не слышишь и не видишь?! — Неожиданно послышался встревоженный голос Олии.

Обернувшись, я глубоко вздохнул и в который раз себя обругал, ушёл в себя так что даже не слышал, как она вошла в мой кабинет.

— Я тебя зову‑зову, а ты не отзываешься. Это всё из‑за посла Священного Союза, что он кстати говоря хотел от тебя? — Ещё более встревоженно вглядываясь в мои задумчивые глаза, спросила она.

— Ничего. Вот паспорта на моё имя принёс гражданина Священного Союза, один из них даже дипломатический, мало того, они там с меня все обвинения сняли это очень странно. — Покривил я душой, любимому человеку этот груз знаний был совершенно ни к чему, от многих знаний — большие печали, а оно мне надо чтобы она грузилась ещё и этим….

— Вот даже как…. И к чему бы такая щедрость интересно мне знать?! — Опешила Олия, отчего у неё забавно округлились глаза и упала красивая чёлка.

— Вот и я сижу и думаю, к чему бы это и ничего толкового в голову не приходит. Одни вопросы в голове, на которые нет ни одного сколько‑нибудь разумного ответа.

— Надеюсь ты не собираешься ими когда‑нибудь воспользоваться? — C подозрением, поинтересовалась она, приближаясь ко мне.

— Я не сумасшедший. — Отрицательно покачал я головой и сложив паспорта их в нижний ящик рабочего стола, поднялся.

— Как прошла процедура снятия мерок? — C лёгкой подначкой поинтересовался я и как ожидал, она смешно скривилась и сердито ответила:

— Забодали в конец со своей примеркой! Кто же знал, что традиция такая снимать их вручную. Это не примерка, а самая настоящая пытка, полтора часа мучений. Повернитесь так, потом вот этак, а потом ещё и так…. Больше я ни за что не соглашусь на такую утомительную процедуру! — С возмущением воскликнула Олия, продёргивая плечами.

— Что поделать, традиция. — Выдохнул я, улыбнувшись одними губами и сделав короткую паузу, распорядился:

— Олия иди собирайся, я тебя приглашаю на заповедные водопады, где нас ожидает накрытый столик с прекрасными видами на чудо природы. Поверь мне на слово, тебе очень понравится, в конце концов не всё же время нам работать как каторжникам, надо хоть иногда вырывать время и для совместного отдыха.

Резко повеселев, Олия чмокнула меня в щёку и убежала переодеваться, переоделся и я, хотя всё это время продолжал обдумывать наш разговор с Верховным магистром. Смысл его никак не противоречил моему плану, но очень многое мне не понравилось, например, по сокращению населения, а это уже попахивало самым настоящим сатанинством и никак не меньше.

Олия появилась через пятнадцать минут в полной боевой раскраске и мы, покинув особняк, погрузились на глайдер и полетели провести прекрасный вечер вдвоём, чего у нас в последнее время случалось всё реже и реже, слишком уж много работы было у нас….

Глава‑18

Стояла чудная летняя погода, вот только адмиралу Карионту было не до неё, настроение его было хуже некуда. Достаточно было посмотреть в окно и хорошее настроение вмиг улетучилось бы у любого нормального человека. Вся центральная площадь столицы превратилась в одну большую помойку, протестующие жгли всякий мусор и пластик от чего клубы чёрного дыма поднимались вверх, а в ответ с небес сыпался чёрный пепел запорошив собой все здания. Прежде великолепная по своей красоте площадь стала непригодной для жизни и это как минимум. В столице стало небезопасно, всё чаще и чаще случались грабежи и акты вандализма, да и изнасилования не были такой уж редкостью. Правоохранительные органы конечно пытались обуздать вал преступности, но на всё их не хватало, но самое паршивое протесты превратились в своего рода андеграундую тусовку, протестовать и палить всякий мусор и кидать брусчатку в полицейских стало сиюминутной модой. Весь этот бедлам если не прекратить его вовремя непременно должен был привести к самым плачевным последствиям, но тем не менее центральная власть никаких реально действенных мер по противодействию раскручивающегося маховика анархии до сих пор так и не предприняла. Зато случилась в силовых структурах самая настоящая грызня. Треугольник МГБ, МВД и ГРУ переругались так что только одни клочья по ветру летели, досталось и ему лично, хотя он всеми силами старался избегать противостояния, но это удавалось ему далеко не всегда. Хорошо ещё убийство отставного полковника Гордея Марховского на ГРУ повесить не удалось, да и то по случаю. Проведённая ревизия склада спецоборудования выявило отсутствие трёх ампул, вернее они были разбиты. В принципе ничего в этом такого удивительного не было, такое время от времени случалось, вот только при более тщательном исследовании выяснилось, что их содержимое было извлечено, а ампулы разбиты.

Если бы прошёл ещё месяц и какой‑нибудь служащий склада обнаружив разбитые ампулы, оформил как полагается акт списания и тогда все концы в воду, докопаться до истины уже было бы невозможно. Вовремя спохватились, что позволило пройти по всей цепочке и выяснить кто полковника отравил и, кто его заказал. Имена и мотивы были установлены, цель, как и ожидалось была подставить ГРУ, но слава Святым стихиям, этого не произошло, а то последствия были бы просто катастрофическими. Вполне мог встать вопрос о его персональной отставке, но пока этого не случилось….

Контр‑адмирал Гринсбург отлично провёл негласное расследование, он и его группа лучших оперативников сработали чисто и нигде не засветились. Начальнику отдела спецопераций выяснил не только заказчика, но и пройдясь дальше по цепочке фактически выявил всех участников всего того безобразия, которое происходило в империи. Это был самый настоящий заговор в высших эшелонах власти в котором были задействованы очень видные персоны, в том числе крупнейшие финансисты и промышленники, а также некоторые из числа приближенных к самому императору. Всё ему было предельно ясно, все схемы, все контакты и убойные доказательства были собраны в полном объёме достаточные для виселицы и все эти материалы лежали на столе перед ним. Единственного он никак понять не мог, для чего все эти люди пошли на столь вопиющий шаг, ведь это в конце концов опасно для них самих. В случае переворота, если таковой действительно произойдёт, активы их обесценятся, а сами они значительно обеднеют если не сказать больше.

Нет, конечно самые ушлые и на этом непременно деньги себе заработают, но что дальше если империя развалиться?! Будет хаос, гражданская война, эпидемии и остальные малоприятные «прелести» от которых тошно станет всем и бедным, и богатым без разницы. Богатые с оставшимися капиталами сбегут за границу, а что прикажете делать остальному простому люду?! Нет, так никуда не годилось, надо было срочно принимать принципиальное решение….

Взяв в руки увесистую коробку, он сложил её содержимое в дипломат и тяжело вздохнув, покинул кабинет, ему была назначена аудиенция с императором Фердинандом XII. Он должен был всё знать, чего бы ему это не стоило. Поднявшись на крышу и погрузившись в глайдер он вылетел в императорский дворец. Посадив машину на взлётно‑посадочной площадке адмирал Карионт поднялся по ступенькам на третий этаж и вошёл в приёмную, в которой был вынужден прождать своей очереди чуть более часа.

— Господин адмирал, император ждёт вас.

Степенно поднявшись, Карионт вошёл в кабинет и поприветствовал своего императора.

— Проходите и присаживайтесь адмирал.

— Карионт присел, выжидая, когда вновь заговорит император.

— Что на этот раз вы мне принесли? — Поинтересовался Фердинанд XII, со скучающим видом, заниматься делами сегодня у него не лежала душа, но он был вынужден это делать.

— Ваше величество, я взял на себя смелость нарушить закон согласно которому возглавляемому мною ведомству запрещено проводить операции и расследования внутри государства. Проведённое со всем тщанием негласное следствие выявило масштабный заговор ставящим своей целью внутриполитическую обстановку в империи. Все доказательства преступной деятельности видных деятелей, в том числе из числа вашего ближайшего окружения собраны в полном объём и будут приняты к рассмотрению судом любой инстанции, так как не имеют процессуальных изъянов. Все материалы по делу у меня с собой. — Чётко поставленным голосом ответил адмирал Карионт, выжидая реакции императора на его слова.

Фердинанд XII не изменился в лице, но нахмурился и промолчав минуты две, чуть прищурив глаза, распорядился:

— Продемонстрируйте ваши доказательства.

Адмирал, открыв дипломат выложил из него все собранные свидетельства существования полномасштабного заговора и стал в деталях разъяснять императору всё в деталях, акцентируя внимание на именах тех лиц кто возглавляет это дело, а имена эти были громкими и у всех на слуху. Фердинанд слушал внимательно, иногда перебивая его уточняющими вопросами.

Выложив всё, Карионт умолк, внимательно наблюдая за императором и реакция его ему не понравилась. По всему выходило, он всё прекрасно знал, а это уже выходило за его рамки понимания ситуации….

Фердинанд XII молчал довольно продолжительное время, а затем собравшись с мыслями, заговорил:

— Блестящая работа адмирал. Я всегда знал, что вы являетесь настоящим профессионалом своего дела, но в данном случае вам не следовало проявлять инициативу, вы должны были следовать букве и духу закона, но вы не последовали и я не знаю, что с вами теперь делать. Вы зашли слишком далеко.

Помолчав несколько мгновений, император, ещё раз взглянув на начальника Главного разведывательного управления и заговорил вновь:

— Да, все эти массовые беспорядки в стране имеют искусственное происхождение. Разогнать их можно в любой момент, всё у нас под контролем. Тут дело вот в чём, вся эта катавасия затеяна для того чтобы продемонстрировать Священному Союзу как будто у нас проблем не меньше чем у них самих. Иначе они могут в целях своей безопасности принять радикальные меры по своей защите, а новый конфликт не в наших интересах. Это не надо Священному Союзу и Империи Орла, это большая политика адмирал, на кону стоит слишком многое чтобы им можно было рисковать…. Да, соглашусь, схема выглядит неприятно и сопряжена с огромными издержками, но тем не менее именно она избавит нас от новой войны и заодно позволит избавиться от всяких протестующих люмпен‑пролетариата и так называемой около творческой интеллигенции, а то возомнили о себе бог весть что. Пупы земли, понимаешь ли…. Пришло время указать им своё истинное

— Я вас понял Ваше величество, можете всецело на меня рассчитывать, я верный сын империи! — С жаром выпалил Карионт, ощущая в глубине облегчение.

— Я на вас рассчитываю адмирал, всё что вы услышали сейчас должно с вами и умереть. — Сурово предупредил император, от чего между лопаток Карионта пробежали многочисленные мурашки.

— Так и будет Ваше величество.

— В таком случае оставьте все ваши материалы и можете возвращаться в ваше управление и помните, о нашем с вами разговоре никому.

Адмирал Карионт, поднялся и чуть склонив голову, покинул императорский кабинет. Фердинанд XII оставшись в одиночестве виртуозно выругался. Начальник Главного разведывательного управления проявив самостоятельность, фактически подверг его хитроумный план огромному риску быть проваленным у самой финишной черты. Что самое поразительное, агенты Карионта настолько виртуозно провели расследование что никто этого и не заметил, хотя наблюдателей было с избытком, что лишний раз подтверждало профессионализм адмирала. От кого‑нибудь другого он непременно бы избавился учинив, например, несчастный случай, но от такого мастера избавляться никуда не годилось, именно по этой причине он не отдал немедленно приказ об его устранении, предпочтя посмотреть сперва, выполнит ли он императорский приказ держать рот на замке….

Он и его лучшие аналитические умы давно пришли к мысли, что ныне существующая система закостенела до мозга костей, да к тому же длившееся вот уже второе столетие противостояние со Священным Союзом превратилось в самый настоящий бизнес на крови из‑за чего она была обречена. Время неумолимо подтачивало силы и ресурсы как Империи Орла, так и Союза. Ещё лет пятнадцать, максимум двадцать и начался бы медленный, но верный процесс распада империи, да и Священный Союз стоял перед точно такой же дилеммой.

Если вовремя не переформатировать существующий порядок вещей, сложившийся за многие столетия, то две сверхдержавы прекратят своё существование, а это повлечёт за собой беспрерывную череду войн мелких держав и так будет продолжаться бесконечно долго, от чего проиграет всё человечество как биологический вид. Пришлось ему задуматься как выйти на тайные переговоры с Верховным магистром Ордена крестоносцев, но первым на него вышел сам Гонориус. Это случилось ровно шесть лет назад….

После длительных тайных согласований на нейтральной территории состоялась встреча, продлившаяся несколько дней. Переговоры были трудными, ни одна из участвующих сторон не желала уступать свои позиции, но в конечном итоге консенсус был найден и соглашение между Верховным магистром и Фердинандом XII было заключено. Был разработан многоуровневый план, рассчитанный на многие годы вперёд и началом его реализации в жизнь, стал захват планеты Ферси войсками Ордена крестоносцев. Это была тщательно проработанная ловушка для Священного Союза, на которой он должен был подорвать свои силы, правда исходя из первоначального плана на это требовалось пятнадцать лет, но в дело вмешался господин случай послав очень деятельного Командующего ферсианским подпольем.

Никто себе и вообразить не мог, что какой‑то голодранец из трущоб по воле случая попав в легион смертников вдруг возьмёт и создаст очень деятельное подполье, причём не получая помощи извне. Действовало оно настолько дерзко и профессионально, что справиться с ним не могла ни одна спецслужба Священного Союза, даже Гонориусу одёргивать никого не пришлось. Одёргивать приходилось само подполье чтобы раньше времени оно не начало действовать в полную силу. Вот из‑за этого подполья и его сверх всякой меры деятельного командующего и пришлось срочно вносить коррективы в план и ускорять внутриполитические кризисные процессы.

Как изначально и планировалось очень многие клюнули на это и началась свара как Империи, так и в Священном Союзе. Результат превзошёл все мыслимые и немыслимые ожидания, значительная часть элиты обеих сверхдержав сами того не ведая вляпались в историю по самое не могу. Элиту ждала зачистка или очистка, кому как больше нравится. От ястребов и тех, кто наживался на бесконечном противостоянии теребя казённый бюджет следовало избавиться самым радикальным образом, после чего заняться внутренним переустройством, а пока Империя Орла и Священный Союз заняты своими внутренними проблемами, должен появится некто, кто займётся Диким полем.

Выбор пал на бывшего командующего ферсианским подпольем и Новую Москву, стоявшую за его спиной. Такой вариант устроил Верховного магистра и императора Фердинанда XII. Вот они и должны были создать третью силу способную стабилизировать пошатнувшийся миропорядок, но для того чтобы это они смогли сделать, надо было создать хаос на Ронде, Белой пуще и Халифате Азгар. Магистр Гонориус по всем пунктам выполнил свою часть обязательств и приступил к наведению внутреннего порядка, безжалостно вычёркивая многие старые кланы из элиты. Он не церемонился, взяв всю полноту власти в стране, магистр фактически стал единоличным правителем переходного периода и надо признать, у него отлично получалось. Теперь пришло время выполнить и императору свою часть заключённого договора. Жаль только для этого пришлось пожертвовать многими достойными людьми, но ничего не поделаешь, интересы государства и всего народа превыше всего. Ради него и не на такие жертвы бывало приходилось идти….

Тяжело вздохнув, император включил защитное поле высшей категории и набрал только ему известный номер абонента совершенно секретного канала связи.

— Приветствую вас магистр.

— Здравствуйте Ваше величество. — С лёгкой улыбкой поприветствовал Гонориус императора Фердинанда XII.

— Признаю, вы полностью выполнили свою часть нашего договора, теперь пришла моя выполнить свою. Через трое суток МГБ и силы правопорядка начнут операцию по наведению порядка и приступят к арестам тех, кто финансировал массовые беспорядки и принимал самое деятельное участие в их организации. Провокация удалась на славу, в ловушку угодило весьма значительное число высокопоставленных особ, в том числе и из моего личного круга. — Также усмехнувшись в ответ, произнёс монарх Империи Орла, ощущая в глубине глубокое чувство удовлетворения, интрига столь высокого уровня блестяще удалась.

— Прекрасно Ваше величество. Вы оказали помощь Нестору Махно, теперь и мы ему подбросим кое‑что для усиления и на этом всё. Пусть он сам дальше барахтается как может, человек он способный как‑нибудь да выкрутится. Вы же ведь понимаете, что не стоит ему и его отмороженной банде слишком многое давать иначе они такое сотворят…. От чего у нас только лишних хлопот прибавиться, а оно нам надо? — Проворчал Верховный магистр, чуть нахмурив брови и помолчав несколько мгновений продолжил:

— Вообще‑то конечно Джокер, он же гвардии капитан Тур или Нестор Махно чересчур способный парень, как бы из‑за этого у нас у всех со временем проблем не возникло. Даже не знаешь, что он может выкинуть, мои самые лучшие аналитики не могут просчитать его поступки, так что думается мне, через какое‑то время придётся ему по мелочи палки в колёса вставлять чтобы хоть как‑то его сдерживать.

Фердинанд XII в задумчивости помолчав несколько мгновений, кивнул головой и посмотрев на Верховного магистра, произнёс:

— Пожалуй я с вами соглашусь, как вы говорите, палки в колёса его колесницы вставлять придётся, слишком уж он ушлый малый, да и Новой Москве заодно. Дадим фору один год и начнём по мелочи, но не с Лейрин, а, например, с Халифата Азгар или с Ронды, самое подходящее на мой взгляд.

— Согласен.

— В таком случае Гонориус, желаю вам успеха.

— Попрощавшись с Верховным магистром Ордена крестоносцев, император отключил связь и задумался. С одной стороны Нестор Махно принёс короне значительную пользу, а с другой стороны он сильная фигура, на шахматной доске которая вдруг стала метить в независимые игроки двигающие шахматные фигуры. Пока он только метит, но ведь способен же им стать в конце концов, а раз так, то пусть покрутится. Выйти на этот уровень способны единицы, преодолевая при этом серьёзнейшие препятствия. Справится — молодец, а нет, так и суда нет. Не всё так просто в этой жизни даётся и чем выше ты поднимаешься, тем сильнее и опаснее эти препоны, и он сам об этом прекрасно знает. Если пройдёт через все преграды, то станет игроком с большой буквы, ведь подняться из самых гадких трущоб за одну человеческую жизнь это из разряда нечто выдающегося если не сказать больше….

Глубоко вздохнув, отгоняя нахлынувшие мысли, император набрал секретный номер Председателя Тайного совета Империи Орла князя Кройгана.

— Добрый день князь.

— Добрый день Ваше величество. — Отозвался он, напряжённо всматриваясь в лицо своего монарха, безмятежно сидящего в рабочем кресле.

— Князь, начинайте подготовку к операции «Петля анаконды», через три дня мы начинаем, с более точным временем определитесь сами по обстоятельствам. — Распорядился Фердинанд XII пребывая в великолепном настроении.

— Будет исполнено Ваше величество! — Со зловещей ухмылкой воскликнул князь Кройган, предвкушая предстоящее кровопускание вконец зарвавшейся элитной прослойки Империи Орла.

— Я на вас надеюсь князь.

Попрощавшись с Председателем Тайного совета, Фердинанд XII поднявшись с кресла и напевая себе под нос слова модной песенки покинул свой рабочий кабинет и вылетел на свидание со своей давней любовницей прима‑балериной императорского театра. Ему требовалось хорошо развеяться перед тем как с головой погрузиться в напряжённую работу, а самым лучшим способом было провести свободное время в объятиях любимой женщины….

Глава‑19

Отключив связь Верховный магистр Ордена крестоносцев с облегчением выдохнул. Разговор с монархом Империи Орла дался ему нелегко. Он действительно выполнил все взятые на себя обязательства и хотел убедиться, выполнит ли Фердинанд XII. Были у него на этот счёт некоторые сомнения, но они развеялись, император полностью подтвердил готовность выполнить свою часть договора, обозначив точные сроки и это подняло ему настроение. Отключив защитное поле, Гонориус поднялся и прошёл в крыло где жила его дочь и неожиданно дверь оказалась наглухо закрыта, пришлось вызывать через коммуникатор, его дочь не отзывалась минут пять.

— Доброе утро отец. — Послышался потухший голос его любимой дочери.

— Открой дверь. — Обеспокоенно распорядился он, предполагая самое худшее, настроение Эстель ему категорически не понравилось.

Дверь открылась, и Верховный магистр вошёл в апартаменты и от неожиданности замер, с изумлением рассматривая учинённый погром. Разбитые зеркала усыпали фигурный паркет вперемешку с битыми антикварными вазами, досталось даже мягким гостевым диванам, они были вспороты чем‑то острым….

— Что здесь происходит?! — Воскликнул он, вперив свой строгий взгляд на поникшую дочь.

— Он женился…. ‑Прошептала она и по щеке её скатилась одинокая слеза.

— Кто? — Опешил магистр, несколько растерявшись от озвученного.

— Ты сегодня прямую трансляцию с королевства Лейрин смотрел?

— Нет, а что собственно случилось‑то хоть? — Продолжая пребывать в растерянности, с осторожностью поинтересовался Гонориус.

Эстель некоторое время помолчала и чуть отвернув свой взгляд в сторону, ответила:

— Транслировали тройное бракосочетание высших должностных лиц королевства и среди женихов был Нестор Махно, он женился на какой‑то девке….

Сердце магистра сжалось. Он уже и думать забыл об её влюблённости в этого человека считая, что процедура очистки психики избавило её от этого чувства, но как оказалось нет, не избавило и это было очень плохо.

— И что ты хочешь? — Глухо поинтересовался магистр, прикидывая в уме возможные варианты как исправить нездоровую ситуацию.

— Отец, я хочу его голову. — Прямо заявила Эстель, с силой сжав кулачки.

— Нет. — Решительно заявил магистр, строго вглядываясь в наполненные болью глаза своей единственной дочери и помолчав несколько мгновений, дал пояснение:

— Это вопрос национальной безопасности. Он должен жить, мало того я запрещаю тебе его трогать ровно один год по истечении, которого ты вольна ему устраивать разные пакости. Мешать тебе я не буду, но главное условие, он и его окружение должны жить. Почему это так, а никак иначе я не вправе тебе сказать, но поверь, это очень серьёзно, иначе будет нанесён огромный ущерб Священному Союзу, а на это я пойти никак не могу, слишком уж тяжёлые последствия для нас окажутся….

— Хорошо отец, я подожду ровно один год и за это время основательно подготовлюсь к своей мести. — Проворчала Эстель, зло сверкнув глазами, в которых читалась мрачная решимость претворить своё желание в жизнь.

— Не вопрос, — согласился Гонориус, — хочешь, значит делай, а для того чтобы ты привела свои чувства в порядок, отправляю тебя на Лейрин вместе с караваном производственных автоматических заводов предназначенных для передачи Нестору Махно. Ты с ним лично встретишься и передашь ему груз с моими наилучшими пожеланиями.

— Это что шутка?! — Изумилась Эстель, взирая на своего отца с глубоким недоверием.

— Какие могут быть шутки, я говорю совершено серьёзно. В наших национальных интересах передать ему некоторые военные технологии и производственные мощности для создания полноценной армии способной на региональном уровне поддерживать устойчивый военный баланс. Поверь, это так надо для нашего будущего. — Пояснил Верховный магистр, не желая посвящать свою дочь в детали всего происходящего.

— Я поняла отец. Скажи, когда вылетать?

— Через две недели, — с облегчением выдохнул Гонориус, — а пока отдыхай, собирайся с мыслями и готовься встретиться с Нестором Махно.

Поговорив ещё со своей дочерью несколько минут, Верховный магистр покинул разгромленные апартаменты и вернувшись в свой кабинет переоделся в гражданский костюм и вызвав охрану, вылетел на встречу с личным представителем реальных хозяев гигантской мега корпорации Диоли. Прибыв на уединённый остров, Гонориус в сопровождении стюарда прошёл в здание и спустя десять минут сидел в кресле напротив того, кто представлял интересы крупнейшего финансового кластера в человеческих мирах.

— Как прошли переговоры с монархом Империи Орла?

— Фердинанд полностью подтвердил готовность выполнить свою часть договора. Через три дня начнётся операция по разгону протестующих и аресты тех, кто поддержал массовые беспорядки финансовыми, информационными и иными ресурсами. — Проговорил Верховный магистр, спокойно всматриваясь в лицо одного из самых могущественных людей в человеческих мирах.

— Значит подождём ещё три дня и посмотрим насколько император верен своему слову, хотя конечно такого ещё не было чтобы он не выполнял взятые на себя обязательства, но всякое может быть, всё течёт — всё изменяется, мог изменить своим привычкам и Фердинанд XII. ‑Отозвался представитель клана Диоли, на породистом лице которого имелась лёгкая тень сомнений.

— Думается мне ему не выгодно отказываться от своих обязательств, слишком многое для него стоит на кону, так что рисковать он определённо не будет.

Конрад Диоли младший в задумчивости молчал несколько минут, он напряжённо размышлял. Его клан очень расковал, согласившись с предложением Верховного магистра скинуть Президента Руноя и спикера Парламента Гарнея Сскса, но иного выхода не было. Руной целиком и полностью дискредитировал себя и дальше ставить на него было чистейшим безумием, а Саакс…. С ним можно было ещё иметь дела, но после того как выяснилось, что он сам того не ведая принял в свой клан на правах почётного Рыцаря клана самого командующего ферсианским подпольем дальнейшее с ним сотрудничество грозило серьёзнейшими репутационными потерями. Вот тогда и появился Верховный магистр и предложил заключить взаимовыгодное соглашение, клан Диоли и союзные с ним кланы отказываются от поддержки Президента и переходят на сторону Ордена крестоносцев, в обмен он предложил свои услуги по ликвидации некоторой части конкурирующих кланов.

Межклановый совет мудрейших обстоятельно обдумал сделанное Гонориусом предложение и пришёл к выводу о необходимости его заключения. Верховный магистр всем продемонстрировал что считать его лишь фигурой на шахматной доске было огромной ошибкой, он, оставаясь для всех в тени сам себя возвёл в ранг мастера большой игры и теперь с этим невозможно было не считаться….

— Хорошо. Мы подождём эти три дня и, если Фердинанд XII реально начнёт действовать, как и обещал, поддержка Руноя и Саакса с нашей стороны полностью прекратиться. Остаётся один очень важный вопрос, что вы ходите в обмен за вашу помощь в ликвидации некоторых давних наших конкурентов? — C любопытством посматривая на Верховного магистра, поинтересовался представитель одного из древнейших кланов Священного Союза, потирая перстень на правой руке.

— Ничего сверхъестественного, — выдохнул Гонориус, — я хочу, чтобы моя дочь вошла на общих правах в наследственную элиту только и всего.

Хмыкнув, Конрад Диоли младший задумался на некоторое время и внимательно посмотрев на своего собеседника, негромко заговорил:

— Простите, но на общих правах вашу дочь в старую наследственную элиту взять невозможно так как это нарушает целую кучу древних традиций, но если её выдать замуж за какого‑нибудь отпрыска одного из старых кланов, то да, это вполне реально, а если уж она родит наследника, так и вообще её положение останется за ней навсегда.

Верховный магистр в глубине души возликовал, именно к этому моменту от стремился многие годы и вот наконец вот оно, один из представителей старого клана не отверг сходу его предложение, а предложил в ответ именно то на что он и рассчитывал, а именно брак….

— Меня такой вариант вполне устраивает. — Глубоко в душе сдерживая своё ликование, совершенно спокойно ответил Гонориус, даже не пошевелившись в кресле.

— Если вас такой вариант устраивает, то я лично возьмусь организацией брака вашей дочери, насколько мне известно у неё безупречная репутация. Девушка хорошо воспитанная, чистоплотная и не была замечена в предосудительных связях, осуждаемых обществом. Вы хорошо постарались на благо своей дочери магистр с чем я вас и поздравляю. — Ответил Конрад Диоли, в глубине души радуясь, что пришлось откупиться таким мизером, да за то, что предложил Гонориус любой старый клан пошёл бы и не на такие уступки, они пошли бы на куда как большее….

— В таком случае позвольте откланяться, у меня очень много дел, как вы понимаете, порядок в государстве ещё не наведён должным образом. Именно по этой причине за очистку элиты браться преждевременно, но как только мы разгребём всё это дело, так и начнём аресты тех, кто поддерживал протесты и массовые беспорядки, за исключением разумеется представителей вашего клана и верных союзников. — Проговорил Верховный магистр и поднявшись с кресла, попрощался с Диоли и покинул его кабинет.

Конрад в задумчивости посидел несколько минут и наконец поднявшись на ноги, снял голографическое изображение большого книжного шкафа, за которым оказалась отдельная комната, в которой находились трое человек преклонного возраста и обсуждали только что состоявшийся разговор.

— И что вы думаете Мастер, можно ли иметь с ним дело? — Первым делом поинтересовался Диоли младший, внимательно всматриваясь в лица главы клана и своего отца, являющийся его правой рукой.

Мастер в задумчивости пожевав губами, посмотрел на Конрада и хриплым старческим голосом ответил на поставленный вопрос:

— Бесспорно можно, ведь именно этого он и добивался все эти годы, чтобы обеспечить своей дочери отличную партию, чего он и достиг в результате своих трудов. Нам это только на руку, так как после такого брака наш клан приобретёт немалое влияние на Орден крестоносцев, что сделает нас только сильнее и могущественнее.

— И кого вы определили в женихи? — Не скрывая своего любопытства поинтересовался Диоли младший.

— Это будешь ты Конрад.

— Почему это вдруг я, что разве нет других кандидатов на вакантную должность мужа дочери Верховного магистра?! — Ошалев от неожиданности воскликнул молодой человек, совершенно не горя желанием связывать себя узами брака с неизвестным ему человеком, да ещё по слухам имеющим тяжёлый характер.

— Ты лучшая кандидатура, ведь не союзникам же предоставлять такой великолепный шанс для усиления своих позиций в самом деле. — С сочувствием глядя на своего старшего сына, ответил правая рука Мастера клана.

— Отец ты это серьёзно?! — Поникнув головой выпалил Диоли младший, нервно подёргивая плечами.

— А что ты так нервничаешь сынок? Ничего с тобой не случиться, женишься, обрюхатишь её, и все будут довольны, да и вообще тебе никто не запрещает целый гарем любовниц завести. Ну будет у тебя официальная жена и что с того? Ты как был свободным человеком, так им и останешься, тебя ведь не принуждают насильно хранить дочери Верховного магистра верность, главное свои похождения не афишируй вот и всё. — Постарался успокоить отец своего сына, хотя сам не испытывал душевного комфорта, но такова участь всех высших слоёв, браки тут по взаимной любви заключаются редко и ничего с этим не поделаешь. Деньги к деньгам, власть к власти и так далее по цепочке….

— Хорошо отец, я знаю свой долг перед кланом и готов жениться на дочери Верховного магистра в любое время. — Опустив голову, проронил Диоли младший, задумываясь как бы рвануть отсюда куда‑нибудь подальше и устроить со своими друзьями горячий мальчишник.

— А ты не торопись Конрад, пусть сначала Гонориус выполнит всю грязную работу, вот тогда и объявим о помолвке. — Вмешался Мастер и помолчав несколько мгновений, распорядился:

— Я своей властью освобождаю тебя на два месяца от твоих прямых обязанностей, слетай куда‑нибудь в экзотические места и оторвись по полной.

— Спасибо Мастер.

— Ступай Конрад, да прибудут с тобой Святые стихии.

Младший Диоли чуть склонив голову, попрощался с первыми лицами клана и покинул кабинет.

Помолчав некоторое время, Мастер хрипло рассмеялся. Он был очень доволен, брак на дочери Верховного магистра обещал принести очень даже значительные дивиденды. Гонориус продешевил и продешевил очень сильно, а таким грех было не воспользоваться. Возглавляемый им клан не только избежал крупных неприятностей, но и с огромным прибытком встал на новую ступень выше, потеснив тем самым своих прямых конкурентов, а некоторые так и вообще должны были в ближайшее время покинуть навсегда высший эшелон.

— Да господа, надо признать, очень удачно всё для нас сложилось, а я уж думал нас так потреплют, что мало не покажется. — С огромным чувством облегчения выдохнул заместитель Мастера, его одно лишь расстраивало, что пришлось его собственному сыну жениться по расчёту, но и он сам и его отец также женились похожим образом и ничего, жили не тужили и детей нарожали….

— Хорошо господа, ровно через неделю в полдень жду вас у себя с первоначальными вариантами как нам взять тихой сапой под свой контроль Орден крестоносцев и обеспечить устойчивую возможность возводить в ранг Верховного магистра своих людей. — Распорядился Мастер и двое его заместителей поднялись и сделав ритуальный поклоны, удалились….

Глава‑20

Неожиданно моё сознание выплыло из глубокого сна. Сперва я не понял, что происходит, была тихая ночь, но всё равно что‑то было не так и тут я ощутил, как на мою грудь упала обжигающе холодная капля. Я открыл глаза и вдруг увидел сидевшую рядом со мной Олию в позе лотоса, и она беззвучно плакала. Резко вскочив я приобнял свою теперь уже официальную жену и поцеловав в ушко, с нежностью посмотрел в её заплаканные глаза и полушёпотом поинтересовался:

— Олия что случилось, почему ты плачешь?

Она, ничего не ответив резко оттолкнула меня и утерев ладонью капающие слёзы поднялась с кровати и подойдя к окну остановилась. На фоне сереющего неба уходящей ночи она была чудо как хороша, но ей было почему‑то очень плохо, от чего мне вдруг стало не по себе, в душе поселилась тревога за любимого человека.

Олия стояла у окна и молчала. Пришлось подняться и подойти к ней. Стараясь не быть неуклюжим я с нежностью обнял её и положил свой подбородок её на плечо. Она перестала плакать, но мы так и продолжали молча стоять возле окна в обнимку. Прошло несколько минут и Олия неожиданно прервав наше молчание задала вопрос:

— Скажи Нестор почему ты на мне женился?

— Вообще‑то я тебя люблю, потому и женился, но не кажется ли тебе что этот вопрос надо было задавать несколько раньше нашего столь грандиозного бракосочетания? — C некоторым опасением, произнёс я чуть крепче прижимая к себе законную супругу с которой мы женились буквально вчера.

— Я тебя тоже очень сильно люблю. — Проговорила она, поглаживая мою руку и продолжая с затаённой грустью всматриваться куда‑то вдаль.

— Так в чём же тогда дело?

Олия осторожно освободилась от моих рук и обернувшись в мою сторону, прямо посмотрела в мои глаза и ответила:

— Нестор я до освобождения Ферси была действующим сотрудником личной разведки Его величества Фердинанда XII. После удавшегося восстания я написала рапорт об отставке, и император его удовлетворил. Понимаешь, я была приставлена к тебе чтобы следить и контролировать и в случае если бы тебя понесло ликвидировать. Вот такие дела Нестор….

Внимательно прислушавшись к себе, я не ощутил какого‑либо дискомфорта в своей душе, где‑то там далеко в себе самом я об этом и сам догадывался, но не хотел самому себе в этом признаваться. Наверное, именно из‑за своего внутреннего голоса я держал её от себя на некотором отдалении хотя и испытывал большую симпатию с того самого момента как её впервые увидел в дверях своей квартиры.

— Ну и что с того? Я и так сам где‑то на подсознательном уровне догадывался кто ты есть, но тем не менее я тебя полюбил и теперь ты моя законная жена. Ты могла мне отказать, но ведь не отказала, а значит ты тоже меня любишь и это самое главное. — Ответил я на её неожиданное признание и сделал попытку её обнять, но она меня опять оттолкнула и всхлипнув, что есть мочи воскликнула:

— И как мы теперь жить вместе будем после моего‑то признания?! О каком доверии между нами может идти речь, если я боялась тебе во всё признаться, а ты…. А ты лучше бы ты с той стервой дочерью Верховного магистра остался, мне бы было не так больно, как сейчас.

— Тфу на тебя дура этакая! Как жили, так и будем жить дальше. Ты думаешь ты одна такая? Да у меня в окружении кого только нет и бандиты бывшие и аристократы, и шпионы всех мастей, как говориться каждой твари по паре и некоторые из них на кого‑нибудь да работают, так что же мне всех их разогнать прикажешь, тогда с кем же я вообще останусь?! — Разозлившись на неё, вспылил я и чуть помолчав, уже куда спокойнее добавил:

— Надо было раньше думать и об этом сказать, а не бояться откровенности. Поверь если бы ты призналась раньше, то итог был бы точно такой как сейчас, ты бы всё равно стала моей женой и это не обсуждается.

Решительно подойдя к ней, я подхватил её на руки и уложив на помятую постель, прилёг рядом с ней. Сколько мы так лежали в обнимку не знаю, но за окном уже наступил рассвет и в этот момент раздался настойчивый вызов коммутатора секретной связи. Вставать не хотелось, слишком уютно было мне о объятиях Олии, но делать было нечего, пришлось вставать.

— Да я слушаю Ржавый.

— Ты меня извини командир что вызываю тебя сразу после первой брачной ночи, но и меня самого только что с койки сорвали. Мы срочно нужны на новом полигоне для обучения наёмников, с нами хотят лично поговорить очень серьёзные люди их Халифата Азгар. — Насупившись, проворчал мой заместитель, теперь уже официально назначенный на должность министра обороны.

— Хорошо, сейчас вылетаю. — Пробурчал я ему в ответ и отключив связь стал одеваться. Олия продолжая лежать на кровати какое‑то время молчала и когда я уже готов был выйти неожиданно произнесла:

— Нестор я тебя очень люблю.

Подойдя к ней, я нагнулся и жарко поцеловав в губы, ласково ответил:

— Я тоже тебя очень сильно люблю, так что не грузись и не морочь себе голову, нам хорошо вместе и это самое главное.

Разогнувшись, я помахал ей рукой и поспешил к глайдеру. Погрузившись на борт мне пришлось глубоко задуматься, что от меня и Ржавого потребовалось каким‑то типам из Халифата, но так ничего и не надумав, мысленно махнул рукой. Встречусь и выясню всё, а там дальше видно будет что они из‑под нас хотят….

Прилетев на новую учебную базу для наёмников для которой ещё не набрали курсантов, я вышел с глайдера и осмотрелся. Ржавый уже был здесь и спешил в мою сторону.

— Так кто там по нашу душу пожаловал? — Первым делом поинтересовался я у него, крепко пожимая его руку.

— Тайная делегация из Халифата заявилась для переговоров, одно не могу понять, что им от нас понадобилось. Вот же блин как же всё это не вовремя, прямо с первой брачной ночи сорвали, Алисия очень недовольна, устроила мне такой разнос мама не горюй, у меня до сих пор от её дикого ора в ушах звенит. — Сварливо пробурчал Ржавый с досадой покручивая головой.

— Ладно, меньше лирики, пошли встретимся с этими халифатчиками и выясним наконец, что им от нас надо.

Новоиспечённый министр обороны повёл меня к административному зданию учебного центра и поднявшись на второй этаж мы оказались в небольшом зале для гостей, где нас дожидались трое человек с окладистыми бородами с проседью. При нашем появлении они поднялись и в уважительном приветствии чуть склонили свои головы.

— С кем имею честь уважаемые? — Поинтересовался я с любопытством оглядывая колоритную троицу одетых вполне стандартные деловые костюмы, правда без галстуков с застёгнутыми под самое горло рубашками и что интересно, у каждого из них на лацкане имелся один и тот же значок со львом вставшем на задние лапы и с занесённой для удара саблей в правой передней лапе на зелёном фоне. Что он значил я понятия не имел вообще, но спрашивать было как‑то не комильфо.

— Полковник Корпуса стражи Дженаб Джавед с сыновьями Дарием и Омидом.

— Очень приятно господа, я гвардии полковник Нестор Махно. — Представился я в ответ и пожав всем троим руки предложил присесть.

— С какой целью вы к нам пожаловали господин полковник? — Не став разводить политесы, напрямик поинтересовался я у него, внимательно всматриваясь в мужественное лицо, явно потомственного военного, такое видится сразу, такая осанка свойственна только им и более никому.

— Сир, не скромничайте, вы подлинный властитель королевства Лейрин, хотя и не признанный в официальном порядке, но это лишь формальность и об этом знают все без исключения. Меня послал к вам с секретной миссией генерал Джехан, командир Корпуса стражи Халифата Азгар. Корпус просит у вас помощи в нашей борьбе за сохранение государства. Нам требуется оружие и боеприпасы, а также опытные воины и инструкторы. Нам очень тяжело, Священный Союз серьёзно постарался разжечь пламя гражданской войны и до сих пор поддерживает различные группировки чтобы мы убивали друг друга. — Нахмурив брови, ответил полковник, сдерживая внутренний гнев на тех, кто растоптал его страну.

— Простите, а почему вы обратились именно к нам, а не, например, к Империи Орла?

— Бесполезно, — с печалью в голосе выдохнул он, — они нам вежливо отказали, сославшись на тяжёлую внутреннюю обстановку.

— Хорошо, определённую помощь мы вам оказать сможем, — после минутной паузы отозвался я, — но что мы получим взамен?

— Доступ к природным ресурсам. — Ответил он, надеясь, что предложенного им будет для меня достаточным, но он сильно заблуждался на сей счёт, у меня были несколько иные виды на Халифат.

— Знаете господин полковник, ресурсов и в королевстве более чем достаточно, но я могу вам предложить в обмен за нашу всеобъемлющую военно‑техническую помощь несколько иной вариант. — Без всяких эмоций, хладнокровно произнёс я, продолжая внимательно изучать сидящего напротив меня военного.

— И какой же?

Отвечать на поставленный вопрос я не спешил, сознательно выдерживая паузу и заставляя занервничать своего собеседника и дождавшись, когда у него чуть дрогнет щека, заговорил:

— Я предлагаю Корпусу стражи стратегический союз с целью создания Конфедерации с единой внешней и военной политикой. Мы поможем вам одержать победу в гражданской войне, а вы нам поможете включить в нашу будущую Конфедерацию Ронду с Белой пущей и тем самым мы вместе создадим мощную военно‑политическую и экономическую державу с которой будут вынуждены считаться Империя Орла и Священный Союз.

— Простите, но это выходит за рамки моих полномочий. — Ошеломлённо проронил полковник, с чуть округлившимися глазами смотря на меня как на некое чудо или даже мессию и покачав головой, заговорил вновь:

— Ваше предложение очень неожиданно, хотя на мой взгляд весьма перспективное, вот только в какой форме вы видите будущую Конфедерацию хотелось бы мне знать.

— Исключительно на взаимовыгодных началах. Совместная оборона, единое экономическое пространство и согласованная внешняя политика. Это как начальный базис будущей Конфедерации, а остальные детали надо обсуждать в более расширенном кругу. Решайте, если командование Корпуса стражи решит принять моё предложение, то после заключения договора мы незамедлительно обязуемся начать оказывать Корпусу стражи всестороннюю помощь. Оружие, боеприпасы и запчасти к боевой технике вместе с добровольцами потекут к вам рекой. Поверьте, мелочиться мы не будем, так как вы станете единственными нашими союзниками.

Ответив на поставленный вопрос, я замолчал и переглянувшись с Ржавым, стал ждать реакцию на мои слова. Полковник в глубокой задумчивости молчал несколько минут, напряжённо размышляя о моём неожиданном предложении и наконец устремив свой орлиный взгляд в мою сторону, спокойно задал вопрос:

— Вы планируете под своим единоличным началом создать мощную державу?

— Почему только под моим началом? Я не настолько эгоцентричен чтобы так думать. Варианты будущей Конфедерации могут быть разными и поэтому я жду вашу делегацию для обсуждения и согласования будущего устройства, если конечно командование Корпуса стражи примет наше предложение. Поймите, и мы и вы остро нуждаемся в надёжных союзниках. Вы хотите сохранить единство своей страны, а мы не хотим, чтобы с нами когда‑нибудь поступили так как это было сделано с Рондой, Белой пущей и Халифатом, да и с королевством Лейрин тоже.

Высказав всё что, я считал нужным, умолк предоставляя полковнику Корпуса стражи Дженабу Джаведу осмыслить сказанное. Помолчав некоторое время, он глубоко вздохнул и произнёс:

— Хорошо Сир, я лично передам генералу Джехану ваше предложение, я сейчас я поспешу обратно в Халифат, но оставлю двоих своих сыновей для связи.

— Передайте мои наилучшие пожелания командующему Корпуса стражи, а в качестве жеста доброй воли я вместе с вами пошлю сотню инструкторов прошедших отличную школу ферсианского подполья.

Попрощавшись с полковником и его сыновьями, я оставил с ними Ржавого чтобы он обеспечил оправку подготовленных инструкторов и вылетел в Исследовательский институт на встречу с Биталиной. Настроение было великолепным, появление полномочного представителя Корпуса стражи Халифата с просьбой о помощи, разом решило целую кучу проблем. Группы для заброски в Халифат были готовы, но всё никак подходящего случая не было чтобы из перекинуть в Азгар, а тут они сами напросились, чем я и воспользовался. Подготовкой этой сотни руководила сама Биталина и, каждый боец в ней был заслуженным ветераном ферсианского подполья, а тут на Лейрин их ещё и основательно понатаскали в области психологических спецопераций и навыкам вербовки, в результате чего получилось нечто особенное. Многопрофильная сотня специального назначения, причём некоторые из них были рождены в Халифате. Не просто воины, а самая настоящая сплочённая волчья стая, любому противнику каким бы он ни был вмиг глотку перегрызут, хотя внешне ничем особым не выделялись от рядовых обывателей…. На чём и строился весь наш расчёт.

Глайдер приземлился на взлётно‑посадочной площадке и я, покинув борт направился в главный корпус и спустя пять минут оказался в приёмной, в которой мне пришлось просидеть в ожидании появления нашего главного специалиста ещё минут сорок.

— Сир приношу свои извинения….

— Оставьте Биталина, — махнул я рукой, — мы же с вами договаривались, я для вас просто Нестор, да и извиняться тоже не надо, я не имею дурной привычки отрывать людей от работы, лучше давайте пройдём в кабинет и поговорим.

Пройдя в кабинет, я присел в гостевое кресло и дождавшись, когда Биталина устроиться напротив меня, заговорил:

— Буквально полтора часа назад я имел разговор представителем командующего Корпуса стражи из Халифата, и они запросили у нас военной помощи. Я внимательно выслушал и предложил в обмен на нашу всеобъемлющую помощь войти в коалицию и вместе построить Конфедерацию с Рондой и Белой пущей. Они будут думать, но в знак своей доброй воли я направил вами подготовленную сотню в качестве инструкторов.

— Это идеальный вариант, — ухмыльнулась Биталина, — особенно учитывая то обстоятельство, что к этой сотне мы подключим оперативно‑тактическую группу «Грозный» и они вместе на славу поработают в Халифате Азгар, но это далеко не всё. Также подготовлены оперативно‑тактические группы «Харьков», «Одесса», «Днепр» и «Киев», а в ближайшее время пройдут полный учебный курс и группа «Минск». Все эти оперативно‑тактические группы ориентированы для работы на Ронде и Белой пуще и в самое ближайшее время они будут туда переброшены для ликвидации гражданской войны и подготовки общественного мнения для введения наших войск на эти территории и разумеется для ликвидации бесноватых упырей ещё до прибытия основных наших боевых подразделений.

— Отлично сработано Биталина. — С глубоким чувством признательности, поблагодарил я её и подумав несколько мгновений, задал практический вопрос:

— Теперь меня интересует как идут дела по переформатированию общественного мнения на Лейрин и как продвигается подготовка к Учредительному собранию?

— На сегодняшний день абсолютное большинство на нашей стороне, разве что старая аристократия ворчит, но и только. Какого‑либо противодействия с их стороны ожидать не приходится, они все погрузились в ссоры и дрязги между собой и всё из‑за того, кто из них станет делегатом от их сословия. Фактически всё уже готово для созыва Учредительного собрания, осталось только утрясти кое‑какие мелочи и можно начинать. Ориентировочно за две недели мы полностью управимся и официально объявим о его созыве.

Внимательно выслушав Биталину, я глубоко задумался. Дело предстояло далеко не шуточное, хотя мы и основательно подготовились, внедрив в различные социальные группы наших сторонников, но непредвиденных ситуаций всё равно избежать не удастся. Оно и к лучшему, так будет куда как достовернее, основная масса людей будет считать тут нет никакой постановки, хотя это было далеко не так, по некоторым пунктам у меня и моего окружения была жёсткая позиция, которую мы и будем строго следовать и никому не позволим её изменить в чьих‑то интересах. Дело предстояло очень сложное, делегатов будет от разных слоёв королевства Лейрин целых три с половиной тысячи, поди попробуй привести их всех к устраивающим всех консенсусу, ведь классовых противоречий никто не отменял, они как были, так никогда и никуда не девались.

Некоторые из моего ближайшего окружения настоятельно рекомендовали сохранить монархический строй и возвести меня в наследственного монарха и тем самым основать новую династию, но я не хотел. Моё предпочтение была республика президентского типа и сменяемость власти, да и многие со мной в этом полностью соглашались, например, Ржавый и как ни странно барон Альбрехт, но в отличии от нашего министра обороны он настоятельно рекомендовал создать второй контур власти в виде Ордена с различными фракциями.

Ни на чью сторону я не вставал и даже не собирался вмешиваться в решение Учредительного собрания какая форма правления будет у нас в дальнейшем, для меня это было не принципиальным. В данном случае как съезд решит, так оно и будет, мне главное, чтобы это устраивало основную массу людей и тогда уже можно будет приступать к конституционной реформе, от которой зависела дальнейшая судьба всего королевства, да и моя собственная если честно….

— Ещё раз поздравляю Биталина, вы проделали блестящую работу. Чтобы я без вас только делал ума не прилажу. — От всей души поблагодарил я её и поднявшись, подошёл и пожал руку. Попрощавшись, я неспешно покинул её кабинет и вернувшись в глайдер вылетел обратно к себе домой, но на полпути на меня вышел начальник службы безопасности и попросил свернуть на новую базу контрразведки, о которой я до этой самой минуты ничего не слышал. Уточнив координаты, я изменил курс и полетел туда, пытаясь сообразить для чего Енот скрывал от меня создание столь для нас важного объекта и где он для этого дела раздобыл ресурсы, не проходящие ни по одному отчёту по расходованию бюджетных средств.

Прилетев в указанное место, я облетел несколько раз по кругу довольно внушительный комплекс с несколькими раздельными блоками. База впечатляла, хотя была далеко не новой, скорей всего Енот использовал структуру королевской контрразведки и перезапустил по новой, что было правильно. Зачем огород городить если давно всё было ещё до нашего появления в королевстве Лейрин, архивы, сотрудники и учебные заведения, а также агентурные сети. Всё это надо было использовать, а не глупо выбрасывать на помойку и изобретать по новой велосипед, пока изобретём десятки раз себе шеи переломаем или скорее нам самим их свернут.

Посадив глайдер на взлётно‑посадочную площадку, я выбрался из салона и ступил на полосу, где меня встретил Енот в сопровождении троих поджарых мужчин в военных комбинезонах без знаков различия. Все трое мне не были знакомы я их видел впервые в жизни, но судя по чертам лица из местных.

— Здравия желаю командир! — Нарочито вытянувшись в струнку, рявкнул он всем своим видом демонстрируя преданность и готовность выполнять любой поставленный приказ. Сразу было видно, не для меня так он раскорячивается, а для этой любопытной троицы, что было очень даже разумным с его стороны. Козырнув ему в ответ, я ещё раз бросил свой взгляд на замерших военных и распорядился:

— Представь мне своих спутников.

Кивком подозвав старших офицеров, Енот приступил к представлению.

— Гвардии генерал‑майор лейрианских вооружённых сил Каверий Ди Штафф, начальник Управления сил специальных операций. Изъявил желание продолжить службу на благо королевства. Полковник внешней разведки Артур Ди Ворм и полковник Управления контрразведки, начальник отдела внутренних расследований Савелий Ди Кальмус.

— Очень рад знакомству господа офицеры. — Поприветствовал я их, пожимая всем троим руки и сделав паузу, потребовал:

— Господа устройте мне экскурсию по базе контрразведки.

— Пройдёмте Сир. — Чуть отходя в сторону, отозвался гвардии генерал‑майор Ди Штафф. Я последовал за ним и все остальные пошли вместе с нами. Экскурсия, как и ожидалась была очень интересной и познавательной. Большой комплекс контрразведки существовал здесь более века, здесь был центральный архив, различные тренажёрные и обучающие залы и кабинеты. Мало того, здесь базировались практически все отделы Управления, за исключением тыловых служб, но что самое приятное, практически весь личный состав изъявил желание продолжить служить, что разом решало проблему кадрового голода, ходя бы на этом важном для нас направлении.

Побродив по всем корпусам, я маленько ошалел от всего увиденного, людей было очень много, порядка пяти тысяч и все они были чем‑то заняты, да оно и понятно. Совершенно секретный объект был довольно продолжительное время законсервирован, и сейчас все были заняты его введением в эксплуатацию. Обойдя всё меня отвели в Центр управления и вот тут‑то меня ждал самый настоящий сюрприз. Центр был оборудован по самому последнему слову техники и даже имел свой собственный суперкомпьютер контролирующий всю жизнедеятельность королевства.

— Каковы возможности Центрального компьютера господин генерал? — Поинтересовался я, с огромным интересом наблюдая как работают две сотни офицеров перелопачивая огромные массивы поступающей информации.

— Самые широчайшие. Полный контроль всей территории королевства во всех сферах и частотах. Скорость обработки поступающей информации сумасшедшая. — Ответил Ди Штафф, с гордостью оглядывая Центр управления.

— Впечатляет. — Согласился я и тут же задал возникший у меня в голове вопрос:

— Если всё так в действительности как вы говорите, то почему удалось покушение на монарха и последующий бедлам, который нам всем сейчас приходится разгребать?

— Не успели ввести в эксплуатацию. Последние три года Центр модернизировали по самым современным стандартам, из‑за чего его вычислительные возможности были резко сокращены, а потом стало не до того. Он и сейчас работает на четверть от проектных показателей, потребуется ещё два месяца чтобы полностью отладить систему для того чтобы вывести на полную мощность. — Помрачнев лицом, ответил начальник Управления сил специальных операций, внимательно посмотрев на меня.

— Ясно. — Проронил я и помолчав несколько мгновений, предложил пройти в отдельный кабинет и серьёзно поговорить.

Меня провели к лифту, и мы спустились на самый нижний уровень где находились самые защищённые помещения и зашли в один из кабинетов. Удобно расположившись я, внимательно вглядевшись в лица сидевших напротив меня старших офицеров, обратился к ним:

— Господа, вы сами понимаете ситуация в королевстве сложная, слишком много агентурных сетей сопредельных держав, в особенности Священного Союза учинивших побоище на этой земле. Впереди у нас грандиозные дела и поэтому я требую активизировать работу контрразведки по всем направлениям. Необходимо выявить агентов и взять их под контроль, а некоторых арестовать. Надо пройтись частой гребёнкой и зачистить территорию королевства, в противном случае, на всех наших планах по созданию мощной Конфедерации можно смело ставить крест. Слушаю ваши предложения господа офицеры.

Поднялся начальник отдела внутренних расследований Савелий Ди Кальмус и оправив комбинезон, заговорил:

— Сир, ситуация действительно очень напряжённая, работа контрразведки продолжительное время была парализована из‑за чего приходится вертеться как белка в колесе собирая профессионалов. Кое‑какие успехи уже есть, но для того чтобы наладить полноценную работу потребуется ещё не менее двух месяцев напряжённой работы. Сразу каких‑либо результатов ожидать не приходится, но через полгода результаты непременно будут, а через года два мы непременно вычистим значительную часть разведывательных сетей.

— Работайте господин полковник, главное не спешка, главное результат. Проверяйте всех без исключения неприкасаемых нет и не будет. — Отозвался я на его слова и в задумчивости помолчав несколько мгновений, задал следующий вопрос:

— Теперь меня интересует внешняя разведка. Как она у нас налажена?

Ди Кальмус присел, а его место занял полковник внешней разведки Артур Ди Ворм и обстоятельно стал отвечать:

— Сир, из всех служб, внешняя разведка пострадала менее всех. Личный состав собран полностью и готов немедленно приступить к выполнению своих служебных обязанностей. В ближайшее время мы выйдем на наших резидентов и активируем разведывательные сети. На это потребуется два‑три месяца, быстрее не получится, так как вероятен риск провала, а мы своими людьми не разбрасываемся, мы же ведь не Империя Орла или Священный Союз, у нас таких ресурсов просто нет.

— Я вас понял, торопить не буду. — Согласился я, прекрасно понимая о чём говорит старший офицер разведуправления. Помолчав м минуту, я оглядел всех присутствующих и поинтересовался:

— Есть ли у вас ко мне какие‑нибудь вопросы и предложения?

— Пока нет Сир.

— Хорошо, в таком случае работайте господа, вы ведь настоящие профессионалы и не мне вас учить как действовать, а мне пора. Енот проводи меня.

Попрощавшись с офицерами, я вместе с Енотом покинул нижний уровень и выбравшись на поверхность направился к глайдеру и уже подойдя к нему, задал своему начальнику службы безопасности вопрос:

— Ржавого со всеми этими брачными делами у меня времени расспросить не было, поэтому хочу спросить у тебя, чем сейчас он таким важным занят, что его практически в последнее время видно не было?

— Командир, так он Генеральный штаб лейрианских вооружённых сил восстанавливает по крупицам вместе с Главным разведывательным управлением. Сложно ему, но несмотря на проблемы у него получается. Не знаю сколько это займёт времени, это лучше спросить у него, но то что Генеральный штаб необходим как воздух — это точно. Мы стремительно разрастаемся, превращаясь из сильного отряда, в слабую армию и с этим надо срочно что‑то делать, в противном случае наша боеготовность упадёт ниже плинтуса.

— Вот это и будем обсуждать на общем собрании командиров через пять дней, передай всем остальным подготовиться к этому времени. — Распорядился я, чуть скрипнув зубами, да он был прав, мы превращаемся в слабую армию, а этого допустить никак нельзя, надо создавать компактную, но сильную армию, от этого зависит наше физическое выживание….

— Ладно, полетел я, а с тобой я ещё завтра поговорю, почему ты мне ничего про эту базу раньше не говорил и главное откуда ресурсы раздобыл интересно мне знать.

Крепко пожав ему руку, я погрузился в глайдер и прямиком полетел к себе домой, напряжённо размышляя всём том что сейчас происходит в моём ближайшем окружении. Все погрузились в работу с головой проявляя не дюжую инициативу каждый на своём участке. Всё это было понятно, как дважды два, завоевав высокое положение каждый стремился застолбить своё право и выжить, оттого из кожи вон лезли, проявляя смекалку и изворотливость и это было отличной новостью. Фактически становление новой государственности состоялось, хотя это и не было пока признанно на официальном уровне….

Прилетев домой я поспешил в особняк, есть хотелось неимоверно, аж в животе забурлило, бурно проведённый вчерашний день и ночь сказывались, так что я сразу направился в столовую и от неожиданности замер, стол был накрыт на две персоны за которым сидела Олия в ожидании меня. Улыбнувшись ей, я быстренько помыл руки и сел напротив неё, и мы приступили к завтраку. Утолив голод, я расслабился и предложил пройтись по парку и подышать свежим воздухом, она согласилась и мы, покинув особняк, пошли по аллеям и вдруг жена, схватив меня за ухо, рассерженной кошкой зашипела:

— Больше никогда не называй меня дурой!

— Ой отпусти больно же! Всё‑всё, больше не буду честное слово! — Дурачась отозвался я в ответ и резко обняв её за талию, страстно поцеловал в губы….

Глава‑21

Адмирал Иволгин завершил свой доклад о боеготовности флота и предпринимаемых мерах по ремонту орбитальных верфей по производству новых кораблей и восстановлению трофейных. Не всё было так радужно, как хотелось бы, но и не так плохо, как ожидалось. Перспективы были, не хватало ресурсов, но пока выручали резервные склады хранения лейрианских ВКС, правда они были далеко не безразмерными, но на года три запчастей должно было хватить с избытком, а там уж к тому времени сами производство наладим, но даже не это оказалось самым важным. Иволгин, будучи в своей стихии занялся строительством серьёзного боевого флота, взялся за дело он с размахом, но начал он не с этого, а с того что призвал всех флотских офицеров и те, кто решил продолжить службу, взял их и воссоздал военное адмиралтейство.

Он не просто флотское управление воссоздал по прошлому образцу, а создал нечто новое. Что‑то он перенял от Империи Орла, что‑то из Священного Союза, но главным ориентиром он поставил Новую Москву, но в точности воспроизводить не стал, подойдя к процессу творчески. Первым делом он организовал тыловую службу, затем кадровое управление и только потом взялся за остальные службы и отделы в том числе и разведывательное управление флота, которое уже сейчас приступило к своей работе.

Конечно до создания серьёзного боевого флота было ещё очень далеко, но лиха беда начало, главное поставлена достойная цель и есть воля эту цель воплотить в жизнь. Проблем было много, надо было строить производственные мощности по выпуску комплектующих, боеприпасов, оружия и много чего ещё в том числе и научно‑конструкторские бюро где всё это будут разрабатывать и не только для флота, а весь спектр вооружений необходимых нам.

Денег на всё не хватало, но они всё‑таки были, мега завод по производству антиматерии мы запустили и малыми партиями через Новую Москву стали запускать продукцию на внешний рынок, что существенно облегчило нам жизнь, да и реализация добытых природных ресурсов неплохой такой прибыток приносило. Именно из‑за нехватки средств пришлось сосредоточить свои скудные силы по нескольким направлениям и во главу мы не раздумывая поставили науку и образование, а уж затем всё остальное по очерёдности.

Несмотря на все трудности главное у нас получилось, продовольствия было в достатке, рабочие места с каждым днём только увеличивались, а безработица быстрыми темпами сокращалась, уровень жизни неуклонно поднимался. Последствия разгрома столичного центрального округа ликвидировались и ещё полгода и от развалин не останется и следа. Все наши усилия не пропадали даром, что существенно снизило социальное напряжение и оно продолжало спадать, что только укрепляло нашу власть придавая ей настоящую легитимность в глазах народа. Успех был налицо, вероятно он некоторым представителям старой аристократии не нравился, но это было их личным делом, главное народу происходящие изменения в королевстве были по душе….

Выслушав доклады всех присутствующих в зале заседаний, я поднялся и оглядев всех, заговорил:

— Дамы и господа, без всякого сомнения вы каждый на своём посту сделали всё возможное и невозможное чтобы выправить критическую ситуацию, с чем вы с честью и справились, но дальше так продолжаться не может. Нужен единый план развития, рассчитанный на многие десятилетия вперёд. Сейчас вы пока друг другу дорогу не переходите, но пройдёт время и это непременно произойдёт и тогда начнётся грызня между министерствами и различными ведомствами, что королевству на пользу совершенно точно не пойдёт. Именно по этой причине я приказываю создать единый комитет стратегического планирования в который войдут представители всех без исключения министерств и ведомств. Он должен быть создан в течении месяца и будет тесно работать с комитетом по бюджету и бюджетной политике. Ровно через месяц я жду подробного отчёта о проделанной работе. Главой данного комитета я своей властью назначаю барона Альбрехта. На этом позвольте закрыть наше еженедельное совещание.

Министры и главы ведомств и департаментов поднялись и отвесив учтивые поклоны удалились, а я продолжал сидеть в кресле и напряжённо размышлять. Без всякого сомнения мы за всё прошедшее время с момента взятия власти в свои руки совершили самое настоящее чудо, но этого явно было недостаточно, требовался большой рывок, а для того чтобы его совершить нужен был долгосрочный план развития и чёткий механизм его реализации. Дело это было непростым, но иного пути у нас не имелось и всё из‑за того, что не хватало настоящих профессионалов в области стратегического планирования….

Посидев в задумчивости некоторое время, я решительно взялся за коммуникатор секретной связи и окружив себя защитным полем высшей категории, вызвал Командующего вооружёнными силами Новой Москвы, по совместительству занимавший должность заместителя Совета старейшин.

— Здравствуйте Василий Игнатьевич. — Поприветствовал я его, внимательно вглядываясь в уставшее лицо Командующего.

— Здравствуйте Нестор Иванович, как у вас дела?

— Живём и потихоньку выкарабкиваемся из…глубокой пещеры в котором королевство оказалось и в общем и целом надо признать удачно. — Вздыхая, ответил я ему и немного выдержав паузу заговорил вновь:

— Василий Игнатьевич мне требуется помощь от Совета старейшин, очень нужны квалифицированные специалисты в области стратегического планирования в смежных областях для подготовки комплексного долгосрочного плана развития королевства.

Помолчав несколько мгновений, Командующий с прищуром посмотрел на меня и ответил:

— Хорошо, Нестор Иванович я своей властью отправлю в ближайшее время необходимых вам специалистов, да и вот ещё что…. Совет старейшин несколько дней назад единогласно принял решение поставить вам автоматические сборочные цеха по производству комплектующих и запчастей для космических кораблей и различного вооружения к ним. Помимо этого, вам будут поставлены разведывательные зонды дальнего радиуса действия, которых у вас сейчас на вооружении нет.

— Это будет очень кстати Василий Игнатьевич. — С большой признательностью отозвался я, прекрасно понимая, что Новая Москва делает и так всё возможное и невозможное чтобы мы удержались и крепко встали на ноги, а тут ещё такой щедрый подарок….

— Не за что, вы главное оправдайте наше доверие, от этого слишком многое что зависит.

— Обязательно оправдаем, можете даже не сомневаться. — С полным убеждением заявил я и тут же задал ему вопрос:

— А как там в отпуске Леонид Рашпиль поживает с молодой женой?

— Отлично поживает, — ухмыльнулся он, — наконец‑то этот закоренелый холостяк женился всем нам, на радость. Мало того, молодая жена его забеременела сразу тройней и теперь он ходит страшно счастливый и всё время улыбается.

— Мои личные поздравления ему передавайте. — Ухмыльнулся я в ответ и пожелав всего наилучшего Командующему, попрощался с ним и отключил связь.

Настроение моё резко улучшилось, помощь нам была обещана существенная, что позволит основательно усилить наши ВКС и поднять их на новый уровень, да и специалисты в области стратегического планирования принесут огромную пользу…. Не успел я додумать свою мысль, как вновь сработал коммуникатор, кому‑то я срочно потребовался. Взглянув на входящего абонента, я хмыкнул, это был адмирал Иволгин….

— Я вас слушаю адмирал.

— Сир, разведывательные зонды зафиксировали приближение к нашей системе большого грузового каравана прямиком идущий к нам. Связисты связались с ними и выяснили что этот караван идёт из столицы Священного Союза. Как оказалось, Верховный магистр отправил для королевства Лейрин большую гуманитарную помощь и сопровождает её сама дочь магистра Эстель Гонориус. — Чётко доложил Иволгин, напряжённо всматриваясь в моё лицо, ожидая какой‑нибудь ответной реакции, но я не дал ему такой возможности. Сохраняя холодное спокойствие я в задумчивости потёр подбородок и в слух задал я вопрос, более адресованный самому себе.

— Любопытно, однако, с чего это магистр Гонориус нам помощь решил оказать, да ещё к тому же послал свою собственную дочь, как‑то странно это вы не находите?

— Согласен Сир, что‑то здесь не так. Надо будет самым тщательным образом проверить груз от возможных шпионских закладок и остальной канители способной нанести нам существенный вред. — Нахмурив брови, проронил он, продолжая всё так же внимательно наблюдать за мной.

— Через сколько часов караван этот войдёт в нашу систему?

— Предположительное время прибытия через двенадцать часов.

— Хорошо адмирал, готовьтесь встречать нежданный гостей и постоянно держите меня в курсе любых изменений. — Распорядился я и попрощавшись с Иволгиным, глубоко задумался. Случившееся не укладывалось у меня в голове, хоть ты тресни, но концы с концами никак сходиться не желали. Для чего и зачем Верховному магистру понадобилось что‑то там нам в дар посылать, тем более после того как я раскрыл своё инкогнито было ну совершенно непонятно, а уж посылать с грузом свою дочь, так и вообще выходило за рамки моего личного понимания. В любом случае, дело здесь нечисто, а значит ухо следовало держать востро, так как всякие подлянки и неожиданные сюрпризы более чем вероятны. Не те это люди, которые что‑либо делают исходя из гуманистических соображений. М‑да‑а… Придётся лично встречаться с Эстель и с ней поговорить, вот только боюсь, Олии это очень не понравится….

Все двенадцать часов я не находил себе место, постоянно пытаясь уяснить какую цель преследует Верховный магистр Ордена крестоносцев, но ничего путного в голову не приходило. Вконец измаявшись, я бросил это занятие и просто стал ожидать встречи с Эстель, которая лёгкой быть не обещала. Она обещала быть очень сложной во всех отношениях, лично мне бы хотелось её избежать, но я не в той должности состою чтобы избегать встреч с теми, кто мне не симпатичен или даже неприятен, но дочь магистра не входила ни в ту ни в другую категорию. Она была интересной и приятной в общении девушкой, но тут имело место быть наши с ней прошлые отношения, которые изменили нас обоих и к чему это могло привести, только одному Богу известно….

Прошло двенадцать часов и большой караван состоящий из двух десятков тяжёлых грузовых лихтеров вошёл в систему, а спустя ещё два часа стал медленно пристыковываться к орбитальной станции и пришлось мне лететь. Прибыв на станцию я в сопровождении личной охраны добрался до административного центра и войдя в зал для переговоров, стал ожидать появления дочери Верховного магистра. Не то чтобы я волновался, но некая тревога и внутренняя обеспокоенность в душе моей присутствовала, что заставляло мобилизовать все свои душевные ресурсы перед предстоящим далеко непростым разговором. И вот наконец Эстель появилась. Она зашла в зал переговоров одна, оставив охрану за дверью и элегантной походной зрелой хищницы направилась в мою сторону. Резко поднявшись, я решительно пошёл ей навстречу и в центре зала мы встретились и остановившись друг напротив друга, несколько мгновений насторожённо смотрели глаза в глаза.

Она очень изменилась с последней нашей встречи, я это понял сразу, глаза стали холодными как лёд и в тоже время там, где‑то в глубине её души бушевал самый настоящий огненный ураган чувств, в глазах мелькал лишь далёкий отголосок её настоящих эмоций и это пугало. Она стала держаться куда как лучше и увереннее в себе, она ощущала в себе мощь опытной и много повидавшей женщины, хотя была ещё девушкой. Она очень изменилась и стала крайне опасной особой с которой придётся считаться и не только из‑за того, кем является её могущественный отец….

— Здравствуй Эстель, давно мы с тобой не виделись. — Негромко выдохнул я, вполне отчётливо ощущая её ненависть, направленную лично на меня, хотя она всеми своими силами старалась её скрыть. Кто‑нибудь другой на моём месте этого бы не заметил, но я за прошедшее время и сам сильно изменился, стал ощущать многие вещи острее и более чётче, отчего большинство людей и их мотивы стали для меня открытой книгой. Для человека в руках которого была огромная власть над судьбами очень многих людей это было полезно, но для человека как отдельно взятого индивидуума, знания эти прямо скажем были неприятны.

— Здравствуй Нестор. — Поздоровалась она со мной в ответ и спустя мгновенья, произнесла:

— А ты сильно изменился Нестор, стал куда как солиднее и властью от тебя теперь веет серьёзной, а раньше я в тебе подобного никогда не замечала.

— Есть такое дело. — Согласился я, хотя честное слово за собой как‑то такого особого изменения не примечал, но как говориться, в данном случае со стороны виднее и сделав паузу, предложил ей пройти и присесть за переговорный стол, что мы и сделали. Эстель молчала некоторое время, с немалым интересом изучая моё лицо и наконец заговорила:

— Да, Нестор ты и твоя банда немало крови попила Священному Союзу. Ничего не скажешь, красиво ты снял своё инкогнито, промаршировав впереди парадной колонны на Ферси, это в Союзе произвело эффект разорвавшейся бомбы. Президент Руной и спикер Парламента Гарней Саакс со страшным скандалом лишились своих высоких постов, а их кланы безвозвратно вычеркнуты из списка самых могущественных и влиятельных, но мой отец на тебя зла не держит, он даже тебе за это весьма признателен.

По старой привычке, я чуть не хмыкнул от удивления, но сдержался, не хватало ещё перед ней выставлять себя не в лучшем виде. Выдержав короткую паузу, я внимательно вгляделся в глаза своей собеседнице и чуть приподняв правую бровь, поинтересовался:

— Да неужели?

— Хочешь верь, а хочешь нет, но это сущая правда, — пожав плечами проронила она, — он давно искал подходящего случая избавится от этих персон чтобы возвысить Орден крестоносцев и благодаря тебе он это сумел осуществить. В благодарность мой отец послал тебе две сотни универсальных производственных модулей на которых можно производить всё что угодно, начиная от обычной вилки и заканчивая модулями орбитальных крепостей, правда они энергии потребляют жуть как много, потому как бывшие в употреблении. — Сохраняя полное спокойствие, ответила она, продолжая очень внимательно изучать моё лицо, но не увидев никакой реакции, с некоторым разочарованием отвернула голову в сторону.

— Спасибо твоему отцу и тебе лично, производственные мощности нам действительно очень нужны. — Поблагодарил я Эстель, ощущая в душе некую неловкость от недосказанности, но переходить на откровенность с дочерью Верховного магистра первым я не собирался в принципе, хотя бы потому что это совершенно неправильная с тактической точки зрения позиция в разговоре.

— Говорят ты женился?

— Да и я её люблю, мне с ней хорошо, она надёжный человек и это, пожалуй, самое главное. — Согласился я, чуть напрягшись от того в какую сторону Эстель повела разговор.

Немного нахмурившись, она некоторое время молчала, отведя в сторону свой взгляд, а потом вдруг прямо посмотрев в мои глаза резко заявила:

— Нестор, а я ведь тебя любила и у нас могла бы быть крепкая семья.

Неужели она серьёз так считает, — подумалось мне, — нет всё‑таки в действительности она в это верит….

— Послушай Эстель, ты конечно вправе считать, как тебе самой удобно, но наш брак был невозможен от слова совсем. Кто ты, а кто я? Я тогда был командующим ферсианского подполья которое своими собственными руками создал и организовал сопротивление на Ферси, а ты дочь Верховного магистра Ордена крестоносцев. Мы были противниками, я тогда был на стороне Империи Орла, а ты представительница Священного Союза, да и к тому же тебе в голову какую‑то дрянь всучили которая на меня случайно сработала. Не было у нас совершенно никаких перспектив, как нет их и сейчас. Всё, разошлись навсегда наши пути дорожки в разные стороны, у тебя своя жизнь, у меня своя на том и сказочки конец.

Сказал я ей, но сам в некоторые свои слова не верил, не оставит она меня в покое никогда, будет мстить и всячески гадить. Она сама для себя всё окончательно решила и назначила меня виновником всех своих бед, но если вдуматься, я‑ то тут причём?! Мы с ней, не то что не делили вместе одну постель, мы даже ни разу не поцеловались и уж тем более не объяснялись в любви друг к другу, но да ладно, это не мои проблемы, считает так, пусть себе считает, но иметь ввиду всегда надо. Будет она мстить непременно, а тот, кто предупреждён, значит вооружён. Сглупила она, приехав со мной лично повидаться, думала скрыть свои планы, но не на того нарвалась красавица….

— Разошлись так разошлись, — наигранно покладисто проронила она в ответ, — но всё равно у нас с тобой был шанс.

— Эстель, я не буду с тобой спорить, всё равно каждый из нас останется при своём мнении, лучше продемонстрируй что там прислал мне в подарок твой могущественный отец. — Перевёл я тему разговора, совершенно не желая продолжать толочь воду в ступе, её уже было невозможно переубедить в обратном.

Она молча открыла портфель и достав папку, передала её мне, я взял и взялся за изучение её содержимого. Перечень безвозмездно передаваемого имущества был довольно коротким, но внушительным. Универсальные производственные модули, из которых можно было составить с десяток автоматических крупных заводов по выпуску всего чего твоей душе угодно стоили ой как дорого! Только они тянули миллиардов так на двадцать крон и это, не считая бункеров, с сырьём которых должно было хватить года так на полтора беспрерывной работы. Были ещё и запчасти для этих модулей в самом широком ассортименте, а также подержанная строительная техника различного профиля. Подарок был прямо скажем очень щедрым, вот только что мне этим хотели сказать, большой вопрос….

— За столь щедрую гуманитарную помощь ещё раз спасибо, нам она действительно нужна, но что вы потребуете от меня взамен интересно мне знать?

— А ты что Нестор не веришь в искреннюю благотворительность? — Эдак с ехидцей поинтересовалась она в ответ на мой прямой вопрос.

— Ты мне ещё расскажи во всех красках как хороша и прекрасна жизнь под плинтусная. Разумеется, я не верю в вашу благотворительность, поэтому спрошу прямо, что вы от меня хотите, чтобы я сделал?

Эстель молчала несколько минут, а потом поднявшись, медленно прошлась туда‑сюда и остановившись невдалеке от меня негромко ответила на поставленный вопрос:

— Нестор делай то что ты делаешь сейчас, это в стратегических интересах Священного Союза.

— Что именно я должен делать, можно услышать более поконкретнее пожалуйста? — Прикидываясь шлангом, поинтересовался я, хотя определённые догадки у меня в голове возникли довольно давно, но хотелось бы услышать так сказать подтверждение из официального источника.

— Восстанавливай королевство, бери под свою руку Ронду, Белую пущу и Халифат. Создавай какое‑нибудь государственное образование и рули им на своё усмотрение. Таково пожелание моего отца. — Продолжая стоять на месте, с ироничной улыбкой ответила она и пройдя к креслу, вновь присела.

Вот же…зараза, — подумалось мне с тоской, — и это блин знают и по какой‑то причине мне прямо так и заявляют.

— И зачем мне это всё надо позволь полюбопытствовать?

— Таков негласный договор между Священный Союзом и Империей Орла в отношении тебя Нестор. — Без всяких увёрток напрямую заявила Эстель всё также с лёгкой иронией наблюдая за мной.

— Ну допустим это так, но какова в этом выгода великих держав ты можешь мне наконец объяснить?! — Чуть повысив голос, настоятельно потребовал я от неё точного ответа.

Ухмыльнувшись, Эстель закинула ногу на ногу и вальяжно развалившись в кресле, стала подробно отвечать:

— На Ферси ты славно потрудился, став отличным военным оператором в интересах Империи Орла, всё дело сделано, думал ты свободен? Ага разбежался, нет ты не свободен Нестор, а как был обязан, так быть обязанным и продолжаешь, только теперь на нейтральной территории. Создавай Конфедерацию, и мы тебе немного в этом поможем, ведь кто‑то должен разгрести весть тот хаос, который образовался на этих землях. Ты самая подходящая фигура для такого дела, тем более опыта в критических ситуациях тебе не занимать. Это и будет моей личной местью тебе Нестор, огромная власть рано или поздно высушит тебя без остатка и сделает бесчувственным сухарём, лишённого всего человеческого. Ты уже сейчас изменился, а дальше будет только хуже и хуже. Нестор, ты себя потеряешь и станешь монстром, пугалом для всего мира и человечества, поверь, я об этом обязательно побеспокоюсь и ничто меня не остановит….

Ничего не скажешь, она была полностью права и месть её была особо изощрённой, причём Эстель этого даже не собиралась скрывать, всецело наслаждаясь моей реакцией, видать хвалёная моя выдержка впервые дала сбой. Она была права, соскочить с этой истории просто так я не смогу, и она это прекрасно знала. Она собиралась из меня сделать через медиа сферу тирана и ужасное пугало для всего цивилизованного человечества. Это был тупик, из которого не было выхода. То, что она обещала, Эстель непременно сделает, тут не было никаких сомнений, а противодействовать в её устремлениях у меня не было не единого шанса, масштабы несопоставимые….

— Поздравляю, ты действительно достойная дочь своего могущественного отца, наверное, он тобой гордится. — Сохраняя спокойствие, негромко проговорил я и демонстративно несколько раз хлопнул в ладоши.

— Спасибо, наконец‑то ты признал мои заслуженные таланты. — С ироничной ухмылкой, больше похожей на изощрённое издевательство отозвалась Эстель, демонстративно эротично закидывая ногу на ногу.

— Это всё что ты хотела мне сказать?

— Конечно, только ради этого я и полетела сюда вместе с грузовым караваном. — Откровенно призналась она, покачивая стройной ногой, обутой с сапог на длинной шпильке.

— На этом и закончим нашу с тобой встречу, надеюсь мы больше никогда в этой жизни не встретимся. — Ответил я на её откровенное признание и поднявшись, направился к выходу, но вдруг услышал за своей спиной короткий смешок, за которым последовал ответ на мои последние слова:

— Я бы на твоём месте Нестор не была бы столь категорична. Мы ещё с тобой непременно встретимся и далеко не один раз. Это неизбежно как восход солнца или его сияющий закат….

Ничего не ответив, я в глубокой задумчивости покинул зал переговоров и в сопровождении охраны вернулся на причальную палубу и погрузившись на орбитальный челнок полетел на землю. Уже прибыв домой поздно вечером я скинул пропахший потом армейский комбинезон и приняв контрастный душ пошёл в спальню. Олия не спала и я, улыбнувшись, ласково приобнял её и поцеловав прилёг рядом и попытался уснуть, но сон не шёл хоть ты тресни, состоявшийся разговор с дочерью Верховного магистра не выходил у меня из головы. Всё что она сказала было крайне серьёзно….

— Нестор что случилось, ты почему‑то сам не свой? — Потёршись щекой о моё плечо, совсем тихо поинтересовалась Олия, видимо всеми фибрами своей души ощущая мою напряжённость.

— Я имел сегодня днём разговор с Эстель, дочерью Верховного магистра Ордена крестоносцев. Магистр Гонориус нам прислал в дар крупную партию модульных заводов бывших в употреблении и ещё кучу всякого необходимого нам добра, а она этот груз сопровождала. — Честно признался я, хотя, наверное, этого не следовало делать….

Олия сорвав простынь, резко вскочила и рассерженной кошкой вспылила:

— Опять эта сучка нарисовалась! Я помню, как ты возле неё на Ферси увивался, делая мне больно. Что ей опять от тебя потребовалось?!

Поднявшись, я обнял её и чуть успокоив, заговорил:

— Привет она от магистра передала и прямым текстом сообщила, что собирается мне мстить. Это не было пустой угрозой, а лишь предупреждение с её стороны. Думается мне в ближайшем будущем у нас будут крупные проблемы, она уж точно постарается.

— Да и пошла она куда подальше. — С облегчением выдохнула Олия, плотнее прижимаясь ко мне и помолчав несколько мгновений, продолжила:

— Мы непременно справимся и не из таких передряг вырывались. Пусть своей ядовитой слюной подавиться сучка крашенная.

Переубеждать я её не стал, ни к чему это, лишь посильнее прижав к себе, глубоко задумался. То, что сказала Эстель было очень опасно, не только для меня лично и Олии, но и для нас всех. Из нас целенаправленно хотели сделать изгоев и бездушных монстров, навесив ярлыки законченных отморозков и негодяев. Этого надо было избежать любыми способами, но вот как это сделать было совершенно непонятно….

— Любимый, а ты знаешь я беременна. — Очень тихим шёпотом произнесла Олия, отчего я вдруг дёрнулся всем телом от неожиданности и замерев словно истукан, внимательно посмотрев в её глаза, задал совершенно дурацкий вопрос:

— Ты это серьёзно говоришь?

— Какие уж тут могут быть шутки, три недели уж как. — Ответила она на мой глупый вопрос и неожиданно рассмеявшись, обняла меня и приблизившись губами к правому ушу зашептала:

— Видел бы ты сейчас себя со стороны, весь такой грозный Командующий наводящий ужас на своих врагов вдруг в один миг стал выглядеть как счастливый подросток.

Глупо улыбаясь я прижал Олию к себе и также тихо прошептал ей на ушко:

— Я тебя очень‑очень люблю, а уж теперь так и совсем я счастлив как тот удав. Просто не вериться, у нас будет ребёнок, а это и есть самое настоящее и ничем не замутнённое счастье безграничное….

Глава‑22

Генерал Джехан, командир Корпуса стражи Халифата Азгар улетел. Ржавый, Биталина и я проводили его и его людей со всеми полагающимися почестями. Переговоры с ним и его советниками были трудными, они боролись за каждый пункт обсуждаемого договора о совместном создании Конфедерации с последующим включением в неё Белой пущи и Ронды. Генерал конечно был не в том положении чтобы нам диктовать свои условия, возглавляемый им Корпус стражи не был абсолютным лидером среди различных группировок в Халифате, но мы этим пунктиком сознательно не пользовались, стремясь заиметь убеждённого союзника, что нам и удалось сделать в конце концов.

Генерал Джехан был умным и изворотливым политиком, с которым нам пришлось очень туго, слишком много полномочий он желал под себя погрести, но не на тех напал. Мы ему буквально на пальцах разъяснили как ему выгодно создать совместную Конфедерацию и какие бонусы он получит взамен, за лишение части суверенитета Халифата. Суверенитет… Это громко сказано, не было никакого суверенитета в Азгаре и государства так такового тоже не имелось, разве что действовали отдельные его институты и не более того. Всем правили на своих подконтрольных территориях различные группировки многие, из которых были просто откровенными бандами нещадно грабившие мирное население. Экономика рухнула, хоть какая‑нибудь законность отсутствовала вообще, банды и группировки постоянно соперничали друг с другом и дело даже доходило до настоящих боёв. Самостоятельно без нашей помощи им ни за что не удастся навести порядок и взять весь Халифат под свой контроль.

Долго наши делегации спорили между собой, больше месяца на все эти политесы ушло, но результат того стоил, Генерал Джехан был вынужден отступить от многих своих притязаний, хотя и того что осталось было довольно много. В будущей Лейрианской Конфедерации ему было уготовано место вице‑короля Халифата Азгар, а это уже было ой как не мало. Тайный договор самым тщательным образом прописанный мы подписали, чему все возрадовались. Перспективы вырисовывались самые широчайшие, начиная от совместных вооружённых сил и заканчивая общим экономическим пространством, что позволит увеличить совместный товарооборот на многие порядки. Это было очень выгодно всем, Халифат нуждался в товарах, а мы нуждались в рынках сбыта чтобы не допустить перепроизводства, потому как у нас всё к тому шло, слишком уж быстрый темп мы набрали.

Наши заводы и фабрики с различными цехами работали сутки напролёт, покрывая товарный дефицит и набранный темп только увеличивался день ото дня, с одной стороны хорошо, люди заняты работой и зарабатывают деньги на жизнь, но с другой стороны всему есть предел и этот предел покупательной способности был не за горами, год, максимум полтора и всё. Придётся снижать темпы производства, что самым негативным образом скажется на бюджете, а за этим следом последуют социальные проблемы, единственный выход создавать единый рынок труда и свободное передвижение капиталов в рамках Лейрианской Конфедерации и первый большой шаг в этом направлении был нами сделан….

— Биталина оперативно‑тактическая группа «Грозный» когда вылетает в Халифат? — Задал я вопрос, в глубокой задумчивости просматривая поступающие на планшет оперативные данные со всего королевства.

— Через две недели начнётся погрузка на тяжёлые грузовые лихтеры бронетехники, амуниции и боеприпасов, а также топлива и запчастей. Отдельно отправим тактическую авиацию и личный состав усиленной бригады особого назначения. Всё займёт порядка двенадцати дней и затем они стартуют и возьмут курс на Азгар. Полёт продлится ровно две недели до точки выгрузки, где уже находятся наш разведывательный отряд с группой обеспечения. В боевом сопровождении каравана два крейсера и шесть эсминцев и на всякий случай Иволгин принял решение выделить два миноносца и один минный тральщик. Места там опасные, может всякое случится. — Ответила Биталина являющаяся главным куратором и разработчиком нашего масштабного проекта под незатейливым названием «Конфедерация».

Неторопливо переварив полученную информацию, я вновь взглянул на неё и задал вопрос:

— Когда отправляются на Ронду и Белую Пущу оперативно‑тактические группы «Харьков», «Одесса», «Днепр» и «Киев», а также «Минск» с «Хортица»?

— Сейчас в данную минуту началась погрузка тяжёлых грузовых лихтеров штатным вооружением и боеприпасами. Следующим этапом на погрузку пойдёт авиация и топливо и только затем на гражданские лайнеры погрузится личный состав усиленных бригад. — Всё так же чётко, ответила Биталина на мой вопрос, пребывая в прекрасном расположении духа, исследовательский институт под её чутким руководством не только проработал план, но и более чем успешно его воплощал в жизнь. Ей действительно было чем гордиться, за столь короткое время выполнить такой грандиозный объём работ, казалось невозможным, но тем не менее это было сделано.

Всё шло по давно утверждённому плану. Полгода назад на Ронду, Белую пущу и Халифат Азгар были заброшены отряды психологических операций. Первое время они вживались в окружающую их среду и выясняли внутренние военно‑политические расклады, а потом приступили к сбору разведывательной информации и только тогда начали работать по своему прямому назначению. Кого‑то ликвидировали по‑тихому, кого‑то подкупали, постепенно ставя под свой контроль средства массовой информации, распускали слухи, в общем подготавливали общественное мнение к появлению наших усиленных бригад особого назначения. Занимались разумеется они не только этим. Отдельным пунктом шло командование различных повстанческих отрядов, главным образом из мелких и средних. Самых упоротых ликвидировали различными способами и заменяли на тех, кто был готов с нами сотрудничать и в конечном итоге пойти под нашу руку.

Помимо всего прочего, отряды психологических операций активно занимались оказанием гуманитарной помощи от имени королевства Лейрин, тем самым работая на наш положительный образ в глазах рядовых обывателей. Это было очень эффективно, особенно на общем фоне анархии и царившего вокруг беззакония. Отдельные военизированные отряды боевиков первое время пытались захватывать наши гуманитарные центры на Ронде и Белой пуще, а также в Азгаре, но всякий раз получали таких пилюлей, что больше желающих попробовать не наблюдалось. Слишком это было опасно для жизни….

Имидж и репутация вот на чём были сосредоточенны наши главные усилия и результат не заставил себя долго ждать. К гуманитарным центрам широким потоком потянулись мирные жители, спасаясь из зон боёв между различными группировками. Хаос вынудил людей искать защиты, и мы им эту защиту дали. Вокруг наших гуманитарных центров образовались целые временные города из беженцев, получавшие продовольствие и безопасность, а также квалифицированную медицинскую помощь. Общее количество беженцев на всех трёх планетах давно перевалило за сто миллионов человек, и чтобы они не бездельничали одних заняли на работах по укреплению охранных периметров и подготовке баз для приёма наших бригад, а другие на фермах занимались выращиванием продуктов питания, чтобы избежать в дальнейшем голода и перейти на само обеспечение.

Наши гуманитарные центры были раскиданы не просто так, а держали под своим контролем все значимые со стратегической точки зрения участки и уже сейчас представляли из себя самые настоящие неприступные крепости. Это были уже даже и не крепости вовсе, а зоны безопасности куда вход вооружённым группировкам был заказан, и они были вынуждены обходить их стороной. Группы психологических операций работали и с беженцами, постепенно формируя отряды самообороны и тех, кто проходил курсы получали в руки оружие и становились в строй пока под флагом ферсианского сопротивления. Под флаг королевства Лейрин эти отряды ставить было преждевременно с политической точки зрения, но уже этот час был близок как никогда.

Мы ускоренными темпами готовились и рвали жилы тренируя бойцов добровольческих бригад усиленного состава для взятия интересующих нас территорий и последующей за этим зачистки от всякой отморози творивших кровавый беспредел. Бойцы рвались в бой, всем хотелось отличиться и взять богатые трофеи и винить их в этом было просто глупо, на поле боя они в своём праве и сдерживать этот порыв было глупо втройне. Они жаждали добычи, и они её непременно получат, за счёт тех, кто грабил и убивал мирное население, хотя это и было сопряжено с немалым риском для жизни, но каждый в этой жизни выбирает свой путь сам, они выбрали такой и не надо их в этом винить. Ратный труд тяжёл особенно в условиях войны и вооружённых конфликтов, а потому и вознаграждаться должен соответствующе….

— Биталина как насчёт лидеров Ронды и Белой пущи? — Прервав свои размышления, задал я вопрос по существу, для предстоящей операции мы остро нуждались в местных вождях, на которых следовало делать ставку для реализации проекта «Конфедерация».

— Разумеется Нестор, но пока кого‑то конкретно выдвигать преждевременно, посмотрим на месте как кандидаты будут действовать и по результату сделаем окончательный свой выбор и тогда бросим все свои силы и ресурсы для раскручивания выбранной персоны. Все они из числа командиров отрядов самообороны лагерей беженцев, с ними работают наши лучшие спецы. — Задумчиво всматриваясь в бесконечную вереницу транспортных платформ, двигающихся на грузовой космодром, отозвалась Биталина.

— Согласен, так будет разумнее всего. — Признал я правоту своего заместителя, кивая головой и также как она, наблюдая за передвижением транспортных платформ под завязку загруженных боевой техникой и снаряжением. Их было много, очень много и все они сутками напролёт без всяких остановок везли военных груз на тяжёлые боты, которые переправляли их на орбитальную станцию где перегружали в трюмы гигантских транспортных карго.

Помолчав некоторое время я, тяжело вздохнув, дал распоряжение своему пилоту:

— Здесь делать больше нечего возвращаемся в королевский дворец.

Тяжело бронированный глайдер плавно поднялся в воздух и взяв направление стремительно полетел вперёд. Спустя полтора часа покинув его борт я вместе с Биталиной направился во дворец через центральный вход, где нас встретил почётный караул и уже в сопровождении гвардейцев я пошёл в недавно отреставрированный зал заседаний и на полпути неожиданно встретил штаб‑майора.

— Лёня, ты чего это здесь как неприкаянный бродишь, ты же всё ещё в отпуске находишься, или тебя отозвали? — Удивлённо взирая на Рашпиля, задал я ему вопрос, совершенно не понимая, с чего это вдруг он прервал свой длительный и вполне заслуженный отпуск.

— Привет Нестор, тут такое дело…. Супруге домой очень сильно захотелось, сам знаешь, женщины во время беременности очень капризны, так что пришлось выполнить её пожелание, хотя на Новой Москве куда как комфортнее будет. Возражать я не стал, да и не могу я ей ни в чём отказать, вот такие дела. Так что я теперь вновь на службе. — Выдохнул он, с несколько отстранённым видом.

— Тогда пошли за мной, у меня к тебе есть серьёзный разговор, надо кое‑что обсудить. — Непререкаемым тоном потребовал я и не дожидаясь его реакции решительно направился вперёд. Он недолго думая проследовал за мной, и мы вместе вошли в зал заседаний. Усевшись поудобнее в кресле, я внимательно посмотрел на штаб‑майора и негромко заговорил:

— Значит так Лёня, прохлаждаться ты не будешь, я назначаю тебя своим первым заместителем, будешь эту лямку эту окаянную тянуть вместе со мной, но это ещё не всё, самое главное впереди. Я понимаю, у тебя супруга на сносях и тебе хочется быть всегда рядом с ней, но уж тут ничего не поделаешь, служба, придётся тебе возглавить экспедиционный корпус на Ронде, а Ржавый находясь в точно таком же положении, как и ты, направится командовать бригадами особого назначения в Белой пуще. Готовься, ровно через три недели войска погрузившись на транспорт полетят на точки назначения.

— Я военный, приказ есть приказ, и я обязан его выполнять. — Отозвался он, проявляя не дюжую выдержку, хотя поставленный приказ ему определённо не понравился.

— Вот и славно, а сейчас иди принимай командование над оперативно‑тактическими группами «Одесса», «Харьков» и «Хортица», Ржавый же возглавит «Днепр», «Киев» и «Минск». Иди в канцелярию, тебе там все необходимые документы выдадут.

Попрощавшись, штаб‑майор ушёл, а я остался с задумчивой Биталиной, которая выдержав некоторую паузу, с осторожностью в голосе задала мне вопрос:

— А не слишком ли посылать в столь рискованную экспедицию тех, у кого жёны беременные?

— Так и у меня тоже Олия на сносях, так что теперь? Других таких опытных и матёрых волчар у меня просто нет, так что приходится посылать. Задача‑то стоит далеко не рядовая и кого ни попадя на это дело ведь не пошлёшь, слишком уж ответственное задание. — Нахмурившись, ответил я на полтона повысив тон, мне и самому это совсем не нравилось, но куда прикажете деваться, если у меня и вправду другого выхода не было кроме как их посылать.

— Извини Биталина, немного погорячился. — Признал я свою неправоту, но я в последний месяц и так был весь на нервах, а тут ещё и Олию полночи тошнило, да к тому же с самого раннего утра генерала Джехана и его советников провожать пришлось не выспавшись.

— Да что там, я всё понимаю Нестор, мы все сейчас на взводе, слишком ответственное дело нам предстоит, это ведь далеко не шутка создавать совершенно новое государственное образование из таких разных территорий и народов их заселяющих. — Отмахнулась она и резко перейдя на деловой тон заговорила:

— Нестор, институту стратегических исследований срочно требуется дополнительное финансирование, выделенных средств не хватает. Нам нужно для продолжения эффективной работы сверх выделенных сумм ещё порядка пятисот миллионов крон и это по самому минимуму.

— Хорошо Биталина я распоряжусь чтобы министр финансов выделил вам дополнительное финансирование. — Резко погрустнев, согласился я, хотя финансы были нашей основной головной болью, средств категорически не хватало, особенно с того самого момента, когда в основную фазу вступил план «Конфедерация», но деваться было некуда, без стратегических исследований невозможно было что‑то планировать на будущее.

— Ладно, пойду я Нестор поработаю в своём новом кабинете. — Повеселев отозвалась она и поднявшись, удалилась из зала заседаний. Оставшись в одиночестве, я глубоко задумался. Предупреждение дочери Верховного магистра всё никак не выходило из моей головы, а решения этой проблемы как не было так до сих пор и нет. Я просто не знал, как выкрутится из создавшегося положения из‑за меня могли пострадать очень близкие и дорогие мне люди, а этого я допустить ну никак не мог. Всё стало ещё более сложнее и запутаннее чем было раньше и это походило на снежный ком несущийся со страшной скоростью с огромной скалы, остановить который не в сила был никто, а остановить его было надо во что бы то ни стало иначе он погребёт под собой нас всех….

Неожиданно зазвонил коммуникатор секретной связи и мне пришлось отвлечься от своих невесёлых размышлений и соединить абонента.

— Здравствуй Енот.

— Здравия желаю командир. Тут вот какое дело, наша контрразведка задержала очень интересного типчика и развязала ему язык, сейчас он поёт как тот соловей. Настоятельно рекомендую спуститься в тюремный блок и послушать. — Непривычно взволнованным тоном, проронил начальник службы безопасности и умолк, в ожидании моего ответа.

— Хорошо, сейчас спущусь. — Спустя несколько мгновений, согласился я и отключив связь, быстро собрался и неспешной походкой направился в подземный изолятор. Прибыв на место меня встретил Енот и проведя в кабинет, скороговоркой заговорил:

— Командир мы задержали курьера от финансового клана Диоли, который направлялся к барону Амадею Ди Шрайю. Он должен был обеспечить вывоз из королевства двести двадцать четыре тонны золота в слитках.

— Сколько?! — Опешил я, полагая что ослышался, слишком уж озвученная цифра выглядела фантастической чтобы её сразу можно было адекватно воспринять.

— Двести двадцать четыре тонны, практически весь золотой запас королевства Лейрин похищенный Ди Шраем во время хаоса. Документы о его существовании он видимо каким‑то образом подделал и произвёл подмену. — Повторил он с уточнением и умолк, давая время мне прийти в себя.

Отвечать я не спешил, переваривая полученную информацию. О клане Диоли мне приходилось слышать краем уха, но и только, они себя старались не афишировать, да оно и понятно, большие деньги любят тишину. Это только нувориши как дурни кичатся своим богатством, а представители старого капитала ведут себя тише воды ниже травы, они давно всем всё доказали и не нуждаются в привлечении к себе пристального внимания со стороны обывателя. Недолго думая, я достал планшет и забив в поисковик фамилию интересующего меня клана и от неожиданности замер как вкопанный. Первой новостью вылезло сообщение о помолвке дочери Верховного магистра Ордена крестоносцев с Конрадом Диоли, старшим сыном правой руки главы этого очень могущественного финансового клана из Священного Союза. Сообщение было коротким и не пестрело какими‑либо подробностями, но мне и этого хватило за глаза чтобы всё понять….

— Значит так Енот, министра финансов немедленно арестовать и поместить в этот тюремный блок, допросить и поместить в отдельную камеру, всё обыскать и найти похищенное золото. — Распорядился я, ощущая в глубине души прилив самой настоящей злобы, стояла ли за этим делом сама Эстель, было неизвестно, но вот тот клан, за представителя которого она собралась выходить замуж, стоял однозначно, а значит приданного этого её надо лишить….

— Будет исполнено командир! — Со зверской гримасой, прорычал Енот и козырнув, резко развернулся и быстро покинул кабинет.

Прошёл час и барона Ди Шрая привели в тюремный блок с закованными за спиной руками. Он был подавлен всем происходящим с ним, было видно такого развития событий он совсем не ожидал, видимо оттого и впал в самый настоящий ступор. Его сразу завели в допросную комнату и за него взялся сам Енот, а я в это время находился в соседней комнате и внимательно наблюдал через монитор всё происходящее. Первое время Ди Шрай вяло отпирался, но спустя какое‑то короткое время взял себя в руки и стал огрызаться, обвиняя в беззаконии и нарушении прав человека.

Енот, будучи тёртым калачом с сочувствующим видом выслушал все претензии в свой адрес и вдруг резко сменив тон, объяснил ему буквально на пальцах что курьер высланный для эвакуации золотого запаса в интересах Диоли нами задержан и даёт признательные показания. Наконец сообразив, что отпираться ему уже не имеет никакого смысла, он изменил свою тактику и стал угрожать всякими карами тем, кто встаёт на пути могущественного клана, при этом называя нас оборванцами и висельниками.

Енот терпел это недолго и поднявшись, подошёл к нему и закатав рукав правой руки вколол ему сыворотку правды. Барон дёргался и извивался, брызгая слюной в разные стороны, но ничего поделать не мог, так как был прикован к металлическому стулу, вмонтированному в пол. Спустя минут десять он поплыл под воздействием спецпрепарата и стал подробно отвечать на поставленные вопросы. Слушать его было пусть и неприятно, но очень уж интересно. Как оказалось, Ди Шрай ещё со студенческой скамьи стал в тайне от всех сотрудничал с кланом Диоли, а после окончания Финансовой академии был принят в клан Ди Кларков, где и шпионил против них, выступая в роли свободного агента влияния в интересах Диоли.

Рассказал он и где спрятано золото, не просто бумажные золотые сертификаты, а натуральное физическое, которое хранилось в особо секретном бункере. Заказ на его похищение за две недели до убийства монарха дали Диоли пообещав десять процентов передать ему в качестве вознаграждения. Со своей задачей он полностью справился, подменив документы и удалив все упоминания о наличии королевского золотого запаса во время схватки в центральном округе претендентов на опустевший престол.

У него всё могло получиться, но тут вмешался в дело его величество случай. Воссозданная служба контрразведки настолько рьяно взялась за дело что буквально накрыла всю планету глушилками которые не позволяли вести несанкционированную связь из‑за чего барон никак не мог связаться со своими реальными хозяевами, как и они с ним. Именно по этой причине и пришлось им высылать курьера, которого наши контрразведчики и повязали. Ничего не скажешь, удачно получилось, если действительно золото хранится там, где указал теперь уже бывший министр финансов, то это одним махом решит множество наших проблем и заодно даст по носу Диоли….

Долгий допрос был завершён и Ди Шрая с особым эскортом препроводили в камеру, а обыски между тем продолжались, но карту доступа в особо секретный бункер уже нашли в сейфе министра и доставили мне, после чего я в сопровождении Енота вылетел на место. Перелёт занял более пяти часов, так как объект находился на другой стороне планеты в высокой горной гряде, куда мы и прилетели. Просканировав окружающее пространство и не обнаружив людей, мы вдвоём покинули борт и по указанным ориентирам подошли к замаскированному входу в бункер, и я приложил карту доступа. Плита в точности воспроизводящая часть скалы отошла в сторону, и мы вошли внутрь.

Загорелись лампы и перед нами предстала интересная картина. Бункер был весьма внушительных размеров и практически весь он был забит под самый потолок пластиковыми контейнерами на которых висели пломбы. Сняв со штабеля самый верхний ящик и сорвав пломбу, мы подняли крышку. В ящике действительно находились золотые слитки.

— Насколько я понимаю, тут помимо золота есть ещё что‑то весьма ценное, слишком уж больно много ящиков тут хранится. — В глубокой задумчивости, проворчал Енот, оглядывая длинные ряды контейнеров, тянущихся метров так на двести вглубь скалы.

— Видимо так и есть. — Согласился я, полностью разделяя его мнение и помолчав, распорядился:

— Давай поснимаем несколько десятков ящиков с разных рядов и посмотрим, что в них находится.

Что мы и сделали. В восьми рядах были золотые слитки, а вот в оставшихся трёх оказались ювелирные украшения и предметы искусства, вазы там всякие и кубки, а также картины, написанные древними мастерами упакованные в прозрачные герметичные контейнеры. Сколько это всё могло стоить по рыночной цене я даже не мог себе вообразить, суммы вырисовывались просто астрономические.

— Командир, тут походу не одно поколение трудилось чтобы такой знатный запасец накопить.

— Похоже, что так, но сдаётся мне наш теперь уже бывший министр финансов во время хаоса существенно эту королевскую сокровищницу пополнил, надеясь видимо слинять вместе с этим добром. Золото он бы клану Диоли отдал, так как с таким багажом далеко не убежишь, узнают немедленно ограбят и прибьют, без вариантов, а так он надеялся соскочить и под мощной протекцией укрыться, но не вышло у него. — Ухмыльнулся я, осознавая в полной мере всю хитрость задуманной комбинации по ликвидации монарха и последующей схватки за опустевший монарший трон. Государство развалили и под шумок ограбили до самых ниток, даже нижнее бельё и то отжали, оставив лишь фиговый лист для прикрытия срамного места….

— Командир, быть может того министра вместе с курьером повесить и дело с концом? — Предложил Енот, в глубокой задумчивости потирая стриженный затылок.

— Нет, — покачал я головой, — ни в коем случае. От его хладной тушки нам не будет никакого прибытка, тут надо с умом к делу подойти. Помнишь, что Ди Шрай на допросе говорил, он со студенческой скамьи в тайне от всех сотрудничал с кланом Диоли, а после окончания Финансовой академии был принят в клан Ди Кларков и шпионил против их. Ты по своим каналам осторожно выйти на представителей Кларков и передай им живую бандерольку с материалами допроса. Курьера отдай им в придачу, вот они обрадуются. Пусть эти кланы между собой схлестнуться, а мы в сторонке постоим, мы тут как бы и не при делах вообще. Самая беспроигрышная позиция для нас во всех отношения.

— Так и сделаю командир. — С циничной ухмылкой, отозвался он и вновь оглядел уже открытые ящики. Поняв его скрытые надежды, я мысленно махнул рукой, отблагодарить его надо было щедро за безупречную службу, тем более он этого действительно заслуживал.

— Значит так Енот, забирай себе в личное пользование десять ящиков с ювелирными украшениями, тебе тут не только до конца жизни хватит, но и детям с внуками достанется. Слитки не бери они номерные и отлично отслеживаются, да и геморроя с ними мама не горюй. Я тоже возьму ящика три жене в подарок, а остальное уже завтра под опись примем всё это добро на баланс королевской казны.

— Благодарю командир! — С глубоким чувством выпалил Енот, облизываясь на сметану словно голодный котяра, каким он в сущности и был, только не домашним, а диким хищником, хотя…. Разбогатев, он уже таковым со временем быть перестанет к моему глубокому сожалению. Жена, детишки и свой дом ещё тот ошейник, держат покрепче иных цепей и дрессирует практически любого хищного зверя, превращая его в домашнего, ласкового и послушного котика. Это жизнь и ничего с этим не поделаешь и, наверное, оно и к лучшему….

Дружно взявшись за ящики мы их перенесли в салон глайдера и закрыв вход в особо секретный бункер полетели во дворец, пребывая в прекрасном расположении духа.

Глава‑23

Экспедиционный корпус был выстроен на огромной равнине. Всё было готово к торжественной церемонии отправки войск на Ронду, Белую пущу и Халифат Азгар. Народ ликовал неистово, приветствуя свою доблестную армию. Конечно, это была далеко не вся наша армия, а лишь семь бригад усиленного состава, но каждый из бойцов, стоявших сейчас в едином строю был доброволец, они были лучшие из лучших и народа это прекрасно знал. Он целиком и полностью уверовал в нашу официальную версию, что наши войска идут туда где царит хаос чтобы навести порядок на многострадальной земле, но для того чтобы подготовить общественное мнение к будущим радикальным изменениям на неофициальном уровне запустили слухи о создании единой Конфедерации во главе с королевством Лейрин и первые поступающие сигналы полностью подтвердили наши выкладки что и это широкие массы стали воспринимать с благосклонностью. В чём мы уже даже не сомневались.

Мы все долго готовились к этому дню, стараясь учесть даже самые малейшие детали и вот этот наконец этот день настал, пришло время решительных и бескомпромиссных действий. Нам всем без исключения пришлось приложить немалые силы, но ещё больше их придётся приложить в ближайшем будущем, но мы были к этому готовы как никто. Мы жаждали решительной победы, а о возможном поражении никто и не думал, оно исключалось в принципе. Победа, вот что было нашей истинной целью, мы страстно желали доказать самим себе и этому миру в целом что мы её достойны и это объединяло нас всех, хотя мы все были такими разными.

Нас впереди ждали огромные трудности, но никто перед ними уступать не хотел, мы стремились вперёд, и никто не смог бы нас остановить. Мы бились за наше достойное будущее, за будущее наших детей и внуков. Разве это не достойный стимул чтобы взять в руки оружие и идти в решительный бой, не оглядываясь при этом по сторонам, в надежде переложить на плечи кого‑нибудь другого всю тяжесть своего осознанного выбора?! Да мы шли вперёд, хотя это и было очень и очень тяжело, а уж тем, кто пошёл первым тяжелее и подавно, но мы не роптали, мы сами выбрали свой путь и этим гордились….

— Нестор, пора начинать. — Послышался чуть в стороне приглушённый голос штаб‑майора Рашпиля, в котором ощущалось сильное волнение, волновался и я, далеко не каждый день приходится обращаться к войскам и народу, но я давно не позволял себе эмоциям брать над собою верх, хотя порою так хотелось….

Согласно кивнув, я одёрнул парадный китель и глубоко вздохнув, решительно подошёл к многочисленным микрофонам и строгим взглядом оглядев море людей окружающие со всех сторон наши выстроенные бригады и заговорил:

— Солдаты, сержанты и офицеры доблестной лейрианской армии сегодня вы идёте на помощь людям. Вам предстоит сложная задача, но вы справитесь, мы это знаем, потому как вы лучшие. Как бы вам не было трудно, идите вперёд с гордо поднятой головой, на вас смотрят, затаив дыхание не только многие миллионы жителей королевства, но и весь мир. Вы должны стать примером мужества, чести и высокого воинского мастерства для всех. Так покройте же себя бессмертной славой, которая войдёт во все учебники истории и вас навсегда запомнят такими какими вы здесь и сейчас стоите в этом парадном строю и всегда помните, наше дело правое — мы победим!!!

Прогремело троекратное ура и огромное людское море взревело, размахивая знамёнами королевства. Эманация человеческих эмоций была такой, что даже меня толстокожего всерьёз проняло, отчего по всему моему телу пробежали мурашки и зашевелились волосы на голове. Выделяемая энергетика многими сотнями тысяч свободных воль, объединённых одной общей целью, была настолько мощной что в буквальном смысле этого слова могла сносить на своём пути любые препятствия, чего в сущности мы и добивались. Нам нужна была сила и силу эту мы получили, осталось только разумно ею распорядится. Нельзя разбазаривать народное доверие оно слишком ценно и непостоянно, а значит и сила — величина далеко не постоянная. Её так просто не удержишь и на стальную цепь не посадишь, так как она нематериальна и для того чтобы она имела высокие показатели необходимо постоянно трудится и побеждать, и ещё раз побеждать. Иначе никак, мандат народа штука серьёзная и не терпит к себе пренебрежительного отношения. Это очень сложно, но иного пути на верх не существует. Все те, кто в своё время пренебрёг этим неслабо поплатились и надо признать вполне заслуженно….

Спустившись с трибуны, я отошёл в сторону и на освободившееся место взобрался Леонид Рашпиль и со своей пламенной речью обратился к войскам. Говорил он хорошо поставленным голосом играя на полутонах и ударениях и в результате его речи народ опять взревел и размахивал флагами. Речь его была сильна, пожалуй, даже посильнее будет по воздействию на массы чем моя, но я не переживал и относился к этому совершенно спокойно. Так было нужно и в первую очередь мне самому….

Завершив пламенную речь, штаб‑майор уступил трибуну Ржавому и он, взойдя на неё в генеральском кителе с орденами и медалями энергично заговорил. Неплохо так заговорил, я прямо‑таки поразился, никогда не ожидал от него такого пыла и азарта. Пусть он и не имел такого опыта, но тем не менее говорил он чётко и зажигательно, что только подогрело накал страстей и сильнейших эмоций.

И вот наконец время пафосных речей подошло к концу и войска в полной боевой выкладке строевым шагом под приветственные вопли толпы двинулись на погрузочные платформы и спустя три часа корабли отшвартовавшись от орбитальной станции и разлетелись по трём направлениям. Основная часть операции «Конфедерация» началась….

— Енот, были ли попытки видео фиксации церемонии отправки наших оперативно‑тактических групп? — Поинтересовался я у начальника службы безопасности, с которым мы вместе возвращались на глайдере в королевский дворец.

— Да были, — признал он, — и всех их наша контрразведка взяла на контроль. В ближайшее время выясним кто на кого работает. — Ухмыльнулся он, пребывая в прекрасном расположении духа, его подчинённые отлично сработали, вычислив за время церемонии значительное число представителей иностранных спецслужб и ими завербованных агентов.

Да уж ничего не скажешь, поднаторели мы практически из любого события, даже самого негативного для нас извлекать максимальную выгоду, хотя такое умение всем нам нелегко далось. Далеко не один раз мы ошибались и допускали ошибки, но тем не менее двигались вперёд, учтя на будущее свой отрицательный опыт и в результате поднялись и наш новый высокий статус вынуждены были признать все. Вот только всё это меня с каждым днём всё больше и больше тяготило, хотя, казалось бы, живи да радуйся, ан нет, не получалось хоть разорвись….

Прилетев в королевский дворец, мы покинули борт и разошлись в разные стороны. Енот ушёл в выделенные ему личные апартаменты где и был его рабочий кабинет, а я направился на заключительное заседание Учредительного собрания королевства. Ох если бы кто только знал, как с этим собранием было тяжело и муторно! Намаяться нам всем пришлось будь здоров, представители различных срезов общества очень тяжело договаривались друг с другом, вспоминая старые обиды и притеснения. Приходилось вертеться как белка в колесе чтобы утрясать постоянно возникающие разногласия и конфликты. Работёнка была ещё та, никому не пожелаешь, но ведь и других вариантов‑то и не было. Улаживали, утрясали и согласовывали практически каждый день и по каждому пункту.

Всё это было очень сложно, три с половиной тысячи делегатов это вам не шутки. Пока распределили по отдельным фракциям чуть не свихнулись, а уж когда взялись за обсуждение будущего обустройства государства так и вообще караул, бывало даже до драк дело доходило, но ничего справились. Делегаты Учредительного собрания взялись за дело рьяно и после долгих пленарных заседаний пришли к единогласному мнению, что монархический строй в королевстве Лейрин необходимо сохранить исходя из древних традиций, но реформировать под условия современности. Именно этот пункт и стал главной причиной долгого противостояния между всеми фракциями.

Одни хотели так, другие эдак, а третьи желали совершенно другое, а четвёртые были не согласны со всеми остальными, и никто не хотел идти на уступки друг к другу из‑за чего и возникла эта проблема. Разрешалась она со страшным скрипом целые полгода, за которые нам всем изрядно помотали нервы. Ржавый так и вообще поучаствовав пару раз в таких баталиях наотрез отказался больше там появляться, целиком и полностью скинув на меня эту ответственность. Я справился, даже и сам не знаю, как мне это удалось, но Учредительное собрание после полугодия постоянных свар и склок наконец пришло к единому мнению и сейчас я направлялся на официальное оглашение его вердикта, к которому приложил ой как немало своей душевной энергии….

Подойдя к огромной двери ведущий в Большой зал заседаний, я оправил китель, и гвардейцы, дежурившие у входа, отворили её, и я вошёл внутрь. Поднявшись на трибуну, я обратился с приветственной речью ко всем присутствующим делегатам и сойдя с неё, прошёл в президиум и присел, после чего на трибуну поднялся Председатель Учредительного собрания. Граф Ди Коста был уважаемым человеком и очень талантливым дипломатом, благодаря его немалому опыту он все прошедшие месяцы очень умело сглаживал возникающие конфликты и направлял их в конструктивное русло, за что я был ему крайне признателен. Если бы не его практическая помощь и советы я сам скорей всего с этой малахольной публикой не справился….

Соблюдая протокол и старые традиции, граф поздоровался с Учредительным собранием и оглядев замерших людей, степенно открыл папку и отлично поставленным голосом зачитал подписанный всеми делегатами текст постановления.

— Мы Учредительное собрание королевства Лейрин после долгих обсуждений, единогласно постановляем. Первое. В Лейрин сохраняется наследственная монархия, но избрание нового монарха откладывается сроком на три года, а на переходный период вводится временная должность Верховного правителя, наделённая всеми полномочиями монарха. Правителем королевства назначается гвардии полковник Нестор Иванович Махно. Второе. Сенат, ранее состоявший из одной палаты пэров разделяется на верхнюю и нижнюю. Верхняя палата будет представлена всеми регионами нашего государства в лице представителей избираемых губернаторов, а Нижняя палата будет состоять из партий. Третье. Учредительное собрание королевства исходя из острой необходимости и экономии бюджетных средств преобразовывается в королевский Сенат и разделяется на две палаты.

Граф Ди Коста закрыл папку и оглядев всех присутствующий, заявил:

— Уважаемые дамы и господа давайте поприветствуем нашего нового Верховного правителя!

Я поднялся и замер. Поднялись и все присутствующие и оглушительно громко зааплодировали. Постояв пару минут, я вышел на трибуну и когда стих гул аплодисментов, заговорил:

— Уважаемые дамы и господа делегаты Учредительного съезда, благодарю вас за оказанное доверие, оно для меня очень ценно. Клянусь блюсти законность и интересы всего народа королевства Лейрин, а также защищать его от всех невзгод и опасностей этого мира и да поможет нам всем Святые стихии.

Депутаты вновь разразились бурными аплодисментами, и я в знак уважения ко всем присутствующим приложил правую ладонь к сердцу и сделал глубокий поклон. Гул стих и депутаты присели в кресла, и я вновь обратился к ним:

— Дамы и господа, мы за прошедшее время многое сделали на благо королевства Лейрин, но ещё больше нам сделать предстоит впереди. Нас ждёт огромная работа по переработке всей законодательной базы и написание нового конституционного акта по разделению властей на исполнительную, законодательную и судебную. Как назначенный на должность Верховного правителя приказываю, срок действия созданного Сената будет три года. После избрания нового монарха Сенат должен быть переизбран всеобщим тайным голосованием. На этом позвольте откланяться дамы и господа.

Попрощавшись с депутатами, я покинул трибуну и направился на выход. Шёл я в свой рабочий кабинет и внимательно прислушивался к себе. С одной стороны, меня наконец в официальном порядке назначили главой государства и это грело душу, хотя бы по тому что я уже никакой не самозванец, а с другой, вся та власть которой я обладал со страшной силой навалилась на меня. Теперь я уже не мог поступать и решать так как мне надо и выгодно, теперь придётся многие свои решения согласовывать хотя бы с тем же самым Сенатом и Верховным судом. Время моей свободы подошло к концу, и я попал в клетку, которую и создал своими собственными руками, но так было нужно для будущего всего королевства и людей, его населяющих. Надо было создавать нормальное правовое государство, а не сборище различных кланов, живущих по корпоративным понятиям и другого пути его создать кроме как поделиться своей властью не существовало….

Неспешно дошагав в сопровождении почётного караула до своего кабинета, я вошёл в него и присев в кресло, глубоко задумался. Впереди у меня было целых три года за которые я был обязан сделать очень многое для становления государства. С одной стороны, это очень мало, но это всё же время, которое надо было использовать с максимальной отдачей для достижения больших результатов на благо страны и людей, а также своего окружения которое пошло за мной и подвести я их всех был не вправе. Возможно некоторые назвали бы меня сумасшедшим, но по‑другому я не мог, таким уж я уродился….

Поразмышляв ещё некоторое время, я мысленно махнул на всё рукой, и резко поднявшись, покинул кабинет и направился к взлётно‑посадочной площадке. Сегодня и сейчас мне хотелось побыть наедине со своей любимой женой и расслабиться, так как уже начиная с завтрашнего дня у меня даже на это времени может и не быть. Впереди меня ждало очень много работы которую взвалить на другие плечи я не мог, я ведь с сегодняшнего дня стал официально признанным Верховным правителем королевства Лейрин и этим всё сказано….

Прилетев в свой особняк, я прямиком направился дом и быстро скинув парадный китель и одевшись в обычную одежду, пошёл искать Олию, но её нигде не было. Сильно удивившись, я вызвал начальника дежурного наряда и задал ему вопрос, куда запропастилась моя супруга.

— Вашей жене неожиданно стало плохо и пришлось срочно вызвать медицинский борт и отправить в Главный военный госпиталь на обследование, она сейчас там. Как сообщают, у неё сейчас уже всё в порядке, просто небольшой токсикоз свойственный беременности.

Скрипнув зубами, я сорвался с места и как сумасшедший влетел в салон глайдера и отдал команду лететь в госпиталь. Душа моя была не на месте, мне хотелось рвать и метать, только за то, что мне не сообщили об этом, но умом я прекрасно понимал, моя личная охрана не могла этого сделать, так как я был слишком занят на официальных церемониях. Не знаю, как я сдержал себя разговаривая с начальником дежурного наряда, но слава Богу сдержался иначе меня могло понести, а это никуда не годится. Не в той я должности чтобы эмоции мои брали надо мной верх….

Прилетев в военный госпиталь, я бегом взлетел на пятый этаж где находился кабинет главного врача и совершенно не обращая на вопли взволнованной секретарши ворвался в кабинет, где увидел главврача, что‑то рассматривающего на голографическом экране. Мгновенно взяв себя в руки, я остановился и в тот самый момент, когда хозяин кабинета обернулся в мою сторону, резко задал вопрос:

— Что случилось с Олией Махно?

Главврач поднялся и чуть склонив голову, с глубоким уважением заговорил:

— Сир, с вашей супругой сейчас уже всё в порядке, у неё случился ранний токсикоз первой степени, вызванный незначительным нарушением обмена веществ. Токсикоз — это не болезнь, а простой рефлекс, вызванный резкими переменами беременной женщины. Мы внесли корректировку и на данный момент никаких опасений о её здоровье нет, плод развивается нормально без патологий. Поздравляю вас Сир, у вас будет крепкий и здоровый сын. Через два дня мы выпишем вашу супругу.

— Благодарю вас доктор. — С огромным облегчением выдохнул я и извинившись, резко развернувшись покинул его кабинет, ощущая в душе своей как разгорается самая настоящая буря восторга. Боже, у меня будет сын. Вы понимаете, у меня будет сын!!!

Словно на крыльях, я слетел вниз и вернувшись к глайдеру, полетел к себе домой, продолжая пребывать в оглушённом состоянии. Наверное, только услышав от главного врача кто будет у нас с Олией я окончательно осознал, что в скором будущем стану отцом, а разве это не счастье?! Именно это и ничто иное стоит во много раз дороже чем вся та огромная власть, которая находилась у меня в руках. Да она даже обрезка ноготка не стоила будущего моего ребёнка и это я чётко осознал и меня вдруг резко отпустило…. Я взглянул на самого себя с совершенно новой, доселе неведомой стороны и сторона эта мне показалась крайне симпатичной. Изменился не мир, окружающий меня, нет он как был прежним, так таким и продолжал оставаться изменился я сам. Я изменился и эти изменения мне самому очень и очень понравилось….

Эпилог

Прошло три года….

Шла пышная церемония коронации нового монарха и его супруги на престол королевства Лейрин. Леонид Рашпиль и его молодая жена выглядели очень величественно. Штаб‑майор был предельно серьёзен, а супруга изящна и воздушна как сошедший с небес ангелочек. Они были прекрасной парой, даже скорее идеальной, несмотря на разделяющий их возраст, они действительно любили друг друга, хотя довольно продолжительное время я считал, что она вышла за него из меркантильных соображений и я очень рад тому что сильно заблуждался на её счёт. Она была во всём достойна своего супруга. Она стала для него не просто второй половинкой, она стала для него музой, ангелом хранителем и хранительницей семейного очага. Очень многие завидовали штаб‑майору, впрочем, завистницы были и у неё и их было ой как немало. Леонид и раньше до нашей с ним встречи был завидным женихом, а тут вдруг нежданно для всех он становится самым настоящим королём, а его супруга королевой.

Да, все прошедшие три года находясь на должности Верховного правителя королевства я исподволь продвигал его, заботясь об его репутации и поднятии народной любви к своему первому заместителю и надо признать, любовь и признание народное он заслужил сам. Он был героем, отличившимся на Ронде, Белой пуще и Халифате Азгар, именно благодаря его усилиям и усилиям Ржавого удалось за короткий срок, всего лишь за полгода взять под полный контроль все три планеты и уничтожить местные банды беспредельщиков, а остальных разогнать или включить в подразделения самообороны. Хаос и анархия пошли на убыль, а затем и вовсе и исчезли как страшный сон благодаря чему удалось избежать грандиозной гуманитарной катастрофы.

Было очень сложно, но он и Ржавый проявили себя выше всяческих похвал. Они не только взяли эти территории, но и наладили мирную жизнь, а также создали местные органы власти из числа командиров самообороны и в результате напряжённых усилий восемь месяцев назад состоялась официальная церемония заключения конфедеративного договора и сейчас мы уже на законных основаниях именовались Лейрианская конфедерация, во главе с королевством Лейрин.

Да, мы ещё были очень слабы, так как новое государственное образование находилось в стадии формирования в связи с чем возникало огромное количество трудностей, но мы руки не опускали и продолжали активно над этим работать. Работали не в холостую, результаты были, и они впечатляли своими достижениями, хотя давалось это всё с огромным трудом, но тем не менее мы двигались вперёд и своим примером заражали жителей Ронды, Белой пущи и Халифата Азгар. Мы стали лидерами, мы стали примером для подражания для них и нам действительно было чем гордиться, уровень жизни в королевстве за прошедшие три года, пролетевшие как один день, поднялся существенно выше чем это было до убийства предыдущего монарха Реднара VII. На полную мощность работали заводы и фабрики, производились гражданские и военные космические корабли, создавались мощные крепости, надёжно прикрывающие всю нашу планетарную систему. Люди радовались жизни и новым достижениям, развивалась наука, образование и культура.

Народ и элита смело смотрели в завтрашний день. Всем нравились происходящие в королевстве перемены, даже представителям старой аристократии, наконец ощутившей для себя пользу от тех преобразований которые мы смело вводили в оборот местной жизни. Мы становились на ноги всё твёрже и твёрже и смотрели на окружающий нас мир с гордо поднятой головой, нам всем было чем гордится. И вот сейчас я стоял на балконе огромного храмового комплекса Святых стихий и с лёгким сердцем взирал на коронацию своего друга которого я собственноручно и привёл к короне….

— Командир, а ведь на его месте должен был быть ты и никто другой. Ты же ведь всё это создал своими собственными руками, так неужели тебе не жаль всё это взять и бросить? — Совсем тихо задал мне вопрос Енот, находящийся рядом со мной на почётном балконе.

— Нет не жаль, — спокойно выдохнул я, — да и не бросаю я королевство, а передаю его в надёжные руки. Вот сам посуди, я бывший босяк и голодранец из городских трущоб и вдруг в наследственные короли. Меня банально за своего никогда не примут, тут нужна длинная череда предков за твоей спиной, а за Леонидом как раз такая и имеется, я уж не говорю про его родовитую супругу.

— Кстати о супруге…. Очень удачно всё получилось, буквально несколько дней назад выяснилось, что она является незаконнорожденной дочерью покойного Реднара VII. Так что старой аристократии и тут придраться не к чему. Фактически на троне осталась прежняя династия, правда по женской линии, но это никоем образом не противоречит королевскому уложению об престолонаследии. — С добродушной усмешкой, проговорил Енот, продолжая внимательно наблюдать за долгой процедурой коронации нового монарха.

— Гммм…Вот так оказывается…. Действительно более чем удачно получилось. — Согласился я, в глубине души ликуя, что сделал очень удачную ставку на Леонида Рашпиля.

— Так всё же командир, почему ты решил уйти и передать власть нашему бравому штаб‑майору? — Настойчиво потребовал объяснений начальник службы безопасности, пребывая в глубокой задумчивости, первый мой ответ по какой‑то причине его совершенно не устроил.

Постояв в задумчивости несколько мгновений, я глубоко вздохнул и стал предельно честно отвечать на поставленный вопрос:

— Знаешь Енот, именно потому что я так много своих душевных сил вложил во всё это я и ухожу. Я не хочу оставаться на этом посту до конца дней своих исходя из совершенно практических соображений. Я не желаю, чтобы после того как моя душа соединиться с вечностью всё построенное мною рухнуло в бездну, что вероятнее всего и произойдёт если я не уйду сейчас. Понимаешь, мы по сути своей являемся военным государственным образованием ориентированным главным образом на войну, а в истории ещё ни одно военное государство не просуществовало долго. После кончины военного вождя как правило начинались склоки среди его ближайшего окружения за власть доходящие порою до гражданской войны, а за нею наступал непременный крах всего ранее созданного. Для того чтобы этого избежать, надо строить нормально функционирующее государство со своими гражданскими институтами и гражданской жизнью, а для этого нужны совершенно другие люди и иные подходы нежели те, к которым мы с тобой привыкли. Хотя конечно я с концами никуда не ухожу и буду многие процессы держать под своим контролем, вот только на совершенно ином уровне….

Енот думал довольно продолжительное время, он обдумывал каждое произнесённое мною слово и придя к каким‑то своим выводам, с осторожностью в голосе задал мне интересующий его вопрос:

— И что это за уровень такой хитрый и почему я о нём ну совершенно ничегошеньки не знаю?

— Эх Енот‑Енот, — с неудовольствием покачал я головой, — надо создавать второй контур власти, хотя это конечно очень непросто, но иного пути не существует. Через проверенных людей создай общественную организацию ветеранов, а в ней тайную для всех структуру под названием…. Ну допустим Орден меченосцев. Туда будут входить только ветераны ферсианского сопротивления. Отдельно надо создать Братство Великого Севера, куда войдут все остальные, но и наши ветераны тоже. Эти организации должны создаваться по орденскому типу и иметь чёткую структуру иерархии, в неё необходимо привлечь самых способных и талантливых бойцов из ферсианского подполья. Необходимо продвигать своих на высокие должности, а также вести толковых молодых людей ещё со школьной скамьи и вводить в эти организации. Вопросы кадров сейчас для нас важнейшая задача, а уже всё последует следом. Если сейчас этого не сделать, то будет упущено драгоценное время и старая аристократия нас всех со временем подомнёт под себя. Для координации совместных действий, тебе необходимо выйти на Ферси с руководством общественной организации ветеранов ферсианского сопротивления и совместно с ними начать строить наш будущий тайный Орден, состоящий из двух параллельных структур.

— Я за это возьмусь командир, но ведь на это потребуются колоссальные средства, а где их взять, да ещё таким образом, чтобы об этом никто и догадаться не мог, я признаться не знаю. — С некоторой растерянностью в голосе, отозвался он, силясь придумать источник финансирования, не проходящих ни по одному королевскому бухгалтерскому отчёту.

— Вот насчёт финансирования, можешь себе голову не забивать, то хранилище золота и будет золотым запасом нашего будущего Ордена, да к тому же нигде неучтённый один процент от производства антиматерии уже сейчас перечисляется на несколько анонимных счетов. — Успокоил я его, вспоминая каких трудов мне стоило организовать переброску в другой тайный бункер огромное количество золотого металла и организовать неучтённый один процент от производства антиматерии. Деньги получались колоссальные, оставалось ими только разумно распорядиться в интересах нашего будущего.

— Тогда совсем другое дело. — С облегчением выдохнул Енот, уже находясь в предвкушении реализации столь грандиозного по своим масштабам проекта, от перспектив которого непроизвольно начала кружиться голова.

— Завтра я тебе передам пароли доступа к анонимным счетам и сразу начинай действовать. Поверь, дело не терпит отлагательств, если наш Орден не создать вовремя, за нас это кто‑то сделает другой и в результате станет реальным хозяином второго контура власти в королевстве. Это будет могущественная надгосударственная структура, исподволь направляющее развитие Лейрианской конфедерации. — На всякий случай постращал я его возможными перспективами, хотя возможно это и было лишним, но он должен отдавать себе отчёт, что свято место пусто не бывает и путь уж поторопится, но аккуратно, не афишируя своей реальной деятельности.

— Хорошо командир, я всё сделаю, но что делать будешь ты? — C любопытством посматривая на меня, поинтересовался Енот в глазах которого запылала жажда скорейших действий.

Выдержав короткую паузу, я взглянул на него и спокойно ответил:

— А я вместе с супругой и сынишкой по миру попутешествую, на большой мир погляжу, со старыми друзьями и приятелями встречусь и кое‑кого привлеку в наш тайный Орден, а ты будешь меня постоянно держать в курсе всего происходящего.

— Я тебя понял командир. — С удовлетворением выдохнул он и умолк, полностью сосредоточившись на коронации нового монарха, получившего монаршие имя Реднар VIII….

Высказав начальнику службы безопасности всё что требовалось, я сосредоточился на величественной коронации, которой в будущем предстоит попасть во все учебники истории и думал. Эта коронация была завершающей точкой определённой части моей жизни, если угодно подведением итогов, всего того что я сделал в этом мире и одновременно началом чего‑то совершенно нового и ранее не ведомого. Начиналась какая‑то новая жизнь по совершенно иным правилам, а каковы они мне ещё предстояло узнать, но это будет потом, а сейчас я смотрел на Леонида и его молодую супругу, всецело наслаждаясь делом рук своих и результат этот был мне по душе….

Content

Александр Михайлович Гулевич
Легионер Тур‑3

Глава‑1

Глава‑2

Глава‑3

Глава‑4

Глава‑5

Глава‑6

Глава‑7

Глава‑8

Глава‑9

Глава‑10

Глава‑11

Глава‑12

Глава‑13

Глава‑14

Глава‑15

Глава‑16

Глава‑17

Глава‑18

Глава‑19

Глава‑20

Глава‑21

Глава‑22

Глава‑23

Эпилог