Анна Богарне

ПАРАЛЛЕЛЬНАЯ

Часть 2. Лорд

Предисловие

Война. Что нам о ней известно? Современное общество привыкло судить посредством памяти. Вспоминаем тех, кто не вернулся, и чествуем, кто смог. Никто из нас, не прошедших сквозь ад, не может судить здраво.

Мы вечно зациклены на мелочах, но при этом отчаянно жаждем счастья. Для каждого оно своё: деньги, дети, отдых, здоровье. Угнетает наличие проблем, важнейшие из которых: повышение на работе, или двойка по математике. Привыкли полагаться на других, и что мир принимает со всеми недостатками. Мы зажрались. Зона комфорта одним не даёт развиваться, другие скучают от размеренной жизни.

Что будет, если начнётся война? На ум приходит одно слово — смерть. Массовая, беспощадная, жадная. Настигнет миллионы. Голод — ее младший брат. Останутся лишь воспоминания о былых днях обжорства и сетования на лишние килограммы. Жестокость и боль прибудут рука об руку с ней, поглощая людей, убивая надежду.

Не думаю, что те, кто прошёл через это, смогут пережить подобное вновь. Наверняка, они хотели бы никогда этого не испытывать. Но смогли закалить характер и сохранить что-то живое в душе. Потомки героев деградируют на фоне вседозволенности, меняются приоритеты, менталитет и устои. Кто-то назовёт это подъёмом, кто-то падением в пропасть безысходности. Единственное, что объединяет народ — забота о будущем. Ради нас самих, родных, детей, друзей. Угроза будущему сможет породить желание сражаться. И когда массы захотят видеть его другим, появится на свет идея, остановить которую не будет подвластно ни тысячи автоматам, ни танкам, ни самому сильному противнику.

Глава 1

База

Катарина начала приходить в сознание, от тряски голова моталась во все возможные стороны, то и дело, попадая на что-то твёрдое. Руки, связанные за спиной, свело, пальцы покалывало. Она открыла глаза, но увидела только кусочек грязного, металлического пола под собой. С трудом повернув голову в бок, заметила поодаль от себя Стива и Мартина, также связанных, но ещё не очнувшихся. Их головы тоже мотались и ударялись о стену автомобиля. Грузовик подскочил на кочке, и она смачно ударилась носом, разбив. Кровь хлынула потоком, заливая полы и одежду. «Ну, отлично». Катарина хаотично соображала, что делать дальше. Руки развязать не смогла, даже с помощью заклинания, которое опробовала первым делом. Шевельнула ногой и, осознав, что они также связаны, подавила стон разочарования. Отвлекаясь от физического неудобства, задавалась вопросами: «Они запрут нас в местной тюрьме? Или везут туда, где выкопаем себе яму? И где, чёрт возьми, Габриэль?». В воспоминаниях всплыли последние события, произошедшие перед тем, как она отключилась. Не было сомнений, что напали люди правительства планеты «Гор». Предводителя Катарина прекрасно помнила, ведь он когда-то убил её предка мощнейшим из заклинаний. До этого дня он не знал о существовании перехода. «Что ж, теперь знает». Не смотря на численность врагов, они еле-еле с ней справились. «Значит, я сильнее. Осталось придумать, как отсюда выбраться». Она винила себя. Если бы не опрометчивый поступок в попытке спастись, лорд Заман никогда не узнал бы о переходе. Спасая свою шкуру, поставила под угрозу жизнь целой планеты. Была и еще одна проблема — отсутствие могло навредить дому. Ему будет тяжело одному сдерживать натиск «параллельной». Хорошо, если он продержится хотя бы месяц. Она припомнила, как ощутила усталость, когда вернулась домой после недельного отсутствия. И не собиралась долго пребывать в другом мире снова. Поездка была вызвана необходимостью спасти Мартина. «Кто же теперь нас спасёт?». Стив пошевелился, распахнул глаза и застонал от боли. «Похоже, его связали крепче». Обладателя огромного тела посчитали самым сильным из тройки. Возможно, так оно и было.

— Кэти? Как ты? — прохрипел он.

— В норме. Не двигайся. Не сможешь освободиться. Я всё перепробовала, — приподняла голову и мельком посмотрела в угольно-чёрные глаза напротив.

— Теперь они знают о переходе. Мы им не нужны. Кэти? Ты должна попытаться сбежать, слышишь? Я выиграю время, как только начнут выгружать из машины, — тревожные морщинки пролегли на его лице. Она кивнула.

Мартин очнулся последним. Он заерзал на месте, пытаясь освободиться. Когда осознал, что не сможет, стал интересоваться её самочувствием. Везли долгое время, машина не останавливалась. «Куда можно ехать так долго? Подальше от дома», — оформился ответ в голове. Ещё раз попыталась применить заклинание. Не вышло.

— Они лишили тебя магии. Заморозили способности, на время, конечно. Так поступают пред тем, как решить судьбу. Так меня везли когда-то на суд, — отстранённо произнёс Мартин, и они расслышали, потому что дорога стала ровнее, тряска не создавала больше шума.

Она всегда становилась упрямой, когда дело касалось того, что не является безразличным. Сейчас ей было не наплевать на дом, на связь, на собственную жизнь и жизни друзей. Катарина сосредоточилась и ощутила нить, тянувшуюся к энергии «параллельной». Соединившись с ней, стала питать себя и ощутила небывалый прилив. Затем перевернулась на спину и села. Расслабившись и прикрыв глаза, произнесла:

— Освободи меня! И моих друзей! Скорей! — властный тон разнесся в пространстве, верёвки лопнули.

Стив и Мартин потирали затёкшие руки, а её уже исцелились благодаря связи. Озорные, золотые лучики закружили, ластясь к хозяйке.

— Ты великолепна, — выдохнул Мартин, забывшись. Щёки у нее тут же зарделись румянцем.

Грузовик, наконец, остановился. Снаружи грохотали голоса и грузные шаги мужчин. Стив разработал стратегию нападения, которая заключалась в том, что он выиграет время. Она была категорически против плана, но они и слушать ничего не захотели. Она злилась на Мартина, что поддержал здоровяка. Металлические двери отворились, и Стив вылетел из машины, как молния, сокрушая тяжелыми ударами. Как минимум четверо, одетых в униформу цвета хаки, повалились на землю. К слову, форма у врага была более элегантная и приталенная, нежели земная. На головах прозрачные шлемы, а на глазах тёмно-зелёные очки. Парочку таких он впечатал в череп. Мартин тянул её за собой, но практически возле выхода их настигли ещё трое. Он бросился в бой, но был сразу повержен. Она не могла бросить друзей, но и подвергнуть опасности свою планету не хотела. Между чувством любви и долга колебалась всего секунду. Заклинание раскидало военных в стороны и пробило дыру в стене здания. Она выбежала на улицу. Вокруг не было ничего живого: мёртвая, голая земля без единого ростка. От свободы отделял высоченный забор базы. С лёгкостью пробила брешь и в нём. «Ничто теперь меня не остановит». И тут боль пронзила шею, ноги подогнулись, картинка размылась. Нечто свалило ее и погрузило в крепкий, долгий сон.

Очнувшись, вскочила на ноги и вцепилась в решётку, отделявшую от коридора. Ток пронзил тело, уложив на лопатки. Придя в себя, стала мерить шагами пространство. Попыталась освободиться излюбленным способом. Не вышло. «Блокировали магию. Ну, конечно». Закричала в темноту коридора:

— Эй! Есть кто живой?!

Тишина, спустя несколько часов, стала невыносимой. Катарина металась, рычала от бессилия. «И что же теперь? Они будут держать меня в клетке всю жизнь?». Прошло ещё некоторое время. По маленькому окошку, находившемуся вверху крыши и пропускавшему дневной свет, предположила, около трёх дней. Возле ограждения появился человек, на вид лет сорока. Он был высок, красив, брюнет, аккуратно пострижен. Имел строгий, изумрудный взгляд и отличную осанку. Сощурившись, надменно осматривал пленницу. Она затравленно подняла глаза.

— Что дальше? — прошептала слабо.

— Хотел посмотреть на ту, которая победила самого Неиса. Ты крепкий орешек. Три дня в карцере и ни следа морального разложения. Другие умоляют пощадить, — глаза, отчего-то такие знакомые, ехидно блеснули, в улыбке обнажились ровные, белые зубы.

— Мои друзья никогда не станут никого умолять, — сказала она с вызовом.

— А… Эти? Нет, конечно. Им недолго осталось. Несговорчивых здесь не любят. Тебя тоже касается.

— Что тебе нужно?

— Это место обучает людей работать на наше правительство. Работёнка грязная, но другого выхода нет. Отсюда не выпускают в свободное плавание. Только, если на тот свет. Так что. Либо учись, либо сдохни. Такой девиз. Как тебе? — он нахально торжествовал.

Катарина приблизилась к прутьям и плюнула ему в лицо. Он развернулся и с хохотом покинул коридор. Через мгновение прутья клетки исчезли в полу, и ворвались трое военных. Они избили её до полусмерти, и она провалилась в забытье. Лица родных расплывались где-то высоко, шум в ушах напоминал гудок парохода, голова раскалывалась на тысячи кусочков. Голос Лины зазвенел над ухом, чисто и нежно:

— Не сдавайся! Борись! Ты сильнее, чем они! Пора научиться быть хитрее! Не противься! Подыграй! — и удалялся, исчезая.

И она жалела об этом, потому что не хотела снова оставаться одна. Тело во всех уголках пронзала острая боль. Не могла пошевелиться и в надежде произнесла про себя исцеляющее заклинание. Не подействовало. Катарина взвыла. Злость плескалась внутри испепеляющей лавой, подогревая желание выжить и уничтожить их всех, одного за другим.

Тот военный явно не собирался доводить ее до смерти, потому что дважды в день стала приходить медсестра. Это была красивая, молодая, смуглая шатенка с родинкой на щеке. И даже халатик как нельзя кстати ей подходил. Она меняла повязки, наносила мазь на раны. Однако что-то в образе казалось странным. Она не походила на кровожадных людей, у которых оказались в плену. Несколько дней Катарина пыталась понять, задаваясь вопросами. Дошло до того, что не могла думать ни о чём другом. В очередной визит, когда она молчаливо позволяла себе помогать, соблазняясь открытой клеткой, заметила татуировку у нее на руке. Кусочек изображения, выглядывавший из-под рукава, кое о чём напомнил. Она схватила её за руку и задрала рукав, девушка крепко вцепилась в ответ. Лиса, та самая, фамильная, с приподнятой лапкой и наклонённой, умной мордочкой пристроилась на теле у медсестры. Она непонимающе уставилась на девушку, а та наклонилась ближе и яростно зашептала:

— Если хочешь выбраться отсюда, никогда так больше не делай! — карие глаза горели огнём и сместились чуть влево, где была аккуратно пристроена камера.

Она кивнула, а девушка спешно удалилась, закончив работу. «Естественно, они следят за мной. Как же иначе». Катарина задумалась над татуировкой и медсестрой, которая, скорее всего, таковой даже не являлась. «Она собирается помочь? Но зачем? В любом случае, это больше, чем обычное, человеческое сострадание».

Она практически выздоровела, и медсестра приходить перестала. Никак не могла понять, какой у той план, потому что сама выхода не видела. «Как сказал военный козёл, только вперёд ногами». И тогда решила играть по правилам, получить ещё одно избиение не хотелось. Для того чтобы вернуться в дом, она должна для начала выжить. Способ только один. Она вновь подавила желание крушить, возросшее в десятки раз за время заточения. Военный появился на пороге, как будто почувствовав решительность. Он держал в руке большое, красное яблоко, и с хрустом откусывал. В животе заурчало.

— Что скажешь теперь Катарина? Готова начать? — опасный взгляд заставил съёжиться, но она быстро преодолела навязчивый страх.

— Начнём, — ответила твёрдо, поднимаясь на ноги.

Он победно улыбнулся и кивнул, прутья клетки исчезли в полу. А она уверенно вышла в коридор. Потянуло свежим сквозняком, жадно втянула воздух носом. Он осторожно косился, наблюдая.

— Идём, — зашагал он вперёд, — будешь звать меня капитан Прайс. Я твой ментор, если угодно. Обычно за пленными не закрепляют наставника, но ты другое дело. Особенная Катарина из другого мира! Для меня честь обучать тебя! Посмотрим, сможешь ли выжить в нашем мире! И быть полезной, — он чеканил шаг, мускулы напрягались под униформой.

Она невольно задумалась, как тяжело, должно быть, пребывать в таком напряжении постоянно.

Они проходили мимо камер, которые пустовали. И перед тем, как свернуть в другой коридор, она увидела в одной из них знакомую футболку. Мартин. Выглядел он ужасно, лицо сильно опухло и пестрело от кровоподтёков. Сидел спиной к стене и смотрел в потолок. Взгляд случайно обратился в её сторону. Он сощурился, в надежде разглядеть кто там, но глаза сильно заплыли. Катарина понимала, что должна выдержать испытание. Прайс наблюдал за эмоциями, сменявшимися на лице. Она уверенно развернулась и последовала за ним, удаляясь от Мартина. Сердце разрывалось от боли. «Он не сдавался, не предавал идеалов! Если продолжит, умрёт». Слёзы напрашивались на глаза, но она стойко запрятала боль глубже и забыла о ней на время. Этому фокусу научилась после смерти мужа. Побочный эффект, всё же, существовал. Он помогал временно, и совсем скоро она взорвётся, накопив достаточное количество негатива. Прайс довольно хмыкнул.

База была огромной, и она старалась не позабыть, в каком крыле видела Мартина, надеясь вернуться за ним. Наставник показал основные места: столовую, зону отдыха, зону тренировок. Затравленного вида люди, смотрели исподлобья. Некоторые шептались, другие выглядели опасно. Прайс закончил экскурсию возле комнатки с металлической дверью и круглым окошечком, больше похожей на каюту круизного лайнера самого низшего класса.

— Твоя. Располагайся и отдохни. Сейчас уже поздно. Тренировка будет утром. Дверь блокируется, как только зайдёшь. Будь, как дома, — заискивающе подмигнул и затопал в обратном направлении.

Дверь отворилась, впуская, и тут же захлопнулась, как только оказалась внутри. Комнатка была очень маленькой, но чистой. На тумбочке лежала книга. И… О, удивление! Человеческая Библия! Она рассмеялась в голос, взяв её в руки. «Это всё, что обо мне известно? Значит, козыри у меня в рукаве. Как и сказала Лина, я должна быть хитрее». Катарина рухнула на кровать, которая показалась мягкой периной, после нескольких дней, проведённых на холодном полу. И снова попробовала колдовать, произнося исцеляющее заклинание. Тело нестерпимо зачесалось, исчезли повреждения, кожа стала бархатистой, как у младенца. Мало интересовало, как смогла обойти защиту от колдовства. Судя по всему, в каютах та была не такой сильной, как внизу. И не подала вида, что сотворила, опасаясь наличия камер. А после провалилась в сон, который растревожил. Мартин был окружён чернотой и весь в крови звал на помощь. Затем лицо изменило черты, и пред ней предстал Габриэль. Он взрывался, куски мяса разлетались, прилипая к одежде и стенам. Прошиб озноб, завертелась в кровати.

Не выспавшись, Катарина подскочила от звука ужасной сирены, содрогающей воздух. Дверь автоматически отворилась, коридор заполнился людьми, бредущими куда-то. Решила плыть по течению, последовав за толпой, и достигла душевых. Холодная вода смыла бремя последних дней, очищая разум и бодря. Стадо двинулось вновь, но уже оживлённее. Кто-то болтал еле слышно, кто-то предпочитал держаться поодаль. Неизменным оставалось одно — все они откровенно её разглядывали, словно знали что-то, чего не знала она сама. Чувство напомнило детство, отверженность, одиночество, злобу сверстников. Она проглотила ком обиды и решила не обращать внимания. Оказавшись в просторной столовой, осторожно встала в очередь с подносом в руках. Пахло отвратительно, но нужны были силы для предстоящей тренировки. Чем бы она ни была. Очередь тянулась через весь зал и продвигалась медленно, сонно, как и повара за прилавком. Тучные и уставшие, они будто всю ночь готовили. Может, так оно и было. Позади, раздался шёпот:

— Псс… Эй! Колдунья?

Она обернулась и взглянула в лицо парню лет сорока. Оно было испещрено шрамами, из уха свисала золотая серьга, верхние зубы неестественно выпирали, а лысина блестела в свете помещения.

— Прости. Что? — также тихо отвечала она.

— Ну… Ты же колдунья? Все знают. Они боятся тебя до усрачки. Ты же убила мощнейшего из земных магов! А ты тощая для бойца. Я Ангус, — лукаво усмехнулся и протянул худосочную руку. Она робко её пожала.

— Не думала, что он пользовался здесь популярностью, — проворчала в ответ. Очередь немного сдвинулась.

— О нём слагают легенды. Конечно, всё это не больше, чем слухи. Но говорят, что он мог перемещаться в любые миры, когда пожелает, и был непобедим в бою. Ты, правда, приложила ручонку к его смерти?

Она не успела ответить, потому что в этот момент на неё налетел здоровенный бугай и поднял за грудки, прислонив к стене. Ноги оторвались от пола и повисли в воздухе.

— Ну, и что ты мне сделаешь колдунья?! — хрипло выкрикнул он, смердя дыханием.

Катарина побелела от страха, который тут же уступил место другим эмоциям, более агрессивным. Она вскипела, раскраснелась, призвала энергию «параллельной» и прошептала нечто, что противник не смог разобрать. В животе у него громко булькнуло, и из задницы раздался оглушительный залп. Бугай прикрыл зад рукой и припустил из столовой, еле сдерживая позыв. Дикий хохот заполнил помещение и сразу же стих, потому что на пороге появились люди в униформе, хмуро оглядывающие толпу. Мигом оформилась очередь и продолжила продвигаться. Ангус похлопал по плечу.

— Я буду с тобой дружить, — заключил он самоуверенно. — Если, конечно, не поставят против тебя. Но тогда я точно труп… Так что без разницы, — пожал он плечами и оскалился странной, уродливой улыбкой.

Больше к ней никто не подходил. От страха ретировались несколько человек, к которым хотела подсесть за столик. Вздохнув, принялась уплетать, ужасную на вид, коричневую жижу, оказавшуюся на удивление сносной. Ангус с невозмутимым видом сел рядом и зачавкал. Она собиралась спросить, что он имел в виду, но зазвучала сирена, и стадо двинулось вновь. Катарина раздражённо стукнула подносом о стол, часть жижи вылилась, вязкой гущей заполоняя поверхность. Ангус подпрыгнул, встал и кивнул в сторону двери. И она последовала за ним, не скрывая огорчения. Такие условия были невыносимы. Она никогда не была частью чего-то подобного, стараясь держаться, как можно дальше от коллективных сборищ. Здесь люди были подчинены и сломаны системой. И это вызывало отвращение и ненависть к организаторам.

Вскоре они оказались в огромном зале для тренировок. Он был заставлен тренажерами в виде людей и мишенями в дальнем углу, где любители оружия уже стреляли. Собравшиеся выстроились в несколько рядов. Она оказалась во втором. Увесистый мужчина, преклонного возраста, вышел вперед. Он был широким и низким, узковатые глаза оглядывали людей, курносый нос, будто принюхивался в попытке уловить запах страха. Девушка, стоявшая перед ней, худая и бледная, с жидкими, чёрными волосами, собранными наспех в высокий хвост, тряслась всем телом, вжав шею практически в плечи. Мужчина, как назло, остановился прямо напротив неё и слегка наклонился.

— Меня зовут мистер Руд! С сегодняшнего дня и вплоть до конца я буду обучать вас технике сражения! Из кого-то выйдут отличные бойцы, и они смогут побороться за свободу! Другие умрут, не дождавшись рассвета! А сейчас, покажите, на что способны! Ты…  — он указал на несчастную девушку, у которой сердце вот-вот готово было остановиться. — Имя!

— Регина Майлс, — пропищала она.

— Громче! — заорал Руд, и она подпрыгнула на месте.

— Регина Майлс!

— Вышла на середину! — безжалостно напирал учитель.

Девушка поспешила на середину зала, хватаясь за локти. Катарина не смогла этого вынести и сделала шаг вперёд, оказавшись с грузным Рудом лицом к лицу.

— Может, выберешь кого-нибудь посильнее? — прошипела, еле сдерживаясь. Энергия плескалась внутри, грозясь высвободиться наружу.

— Как мило! У нас доброволец! Имя! — брызгал он слюной.

— Катарина Мансдантер! — с вызовом отвечала она.

Он жестом пригласил занять позицию. Регина больше была не нужна и покинула место, благодарно кивнув спасительнице. Он скомандовал одному из крепышей, но тот робко опустил глаза вниз. Никто не хотел связываться после инцидента в столовой. Руд, всё же, вынудил долговязого блондина занять позицию.

— По команде вы начинаете бой! Правил нет, ограничений тоже! Хотите убить, пожалуйста! Одной тряпкой меньше в строю! Ведём бой на выживание! — в груди похолодело, но она собралась с духом и твёрдо кивнула.

Руд скомандовал. Долговязый начал обходить со стороны. Она ничего о нём не знала и старалась не пытаться угадать намерений. Нападать желания не имела, но решила, что должна приблизиться к врагу. Первый шаг к цели — зарекомендовать себя сукой. Энергия вырывалась потоками, пальцы рук сводило, глаза полыхали огнём. Выбрала удачный момент, подняла руку вверх, над головой закружились золотые лучи. Толпа ахнула. Долговязый метнул молнию, один из лучиков отбил нападение и ласково обернулся вокруг шеи хозяйки. Катарина прошептала:

— Порази врага, но в живых оставь. Не калечь, отступить заставь! — лучи испарились, а долговязый с остекленевшим взглядом упал на колени и завис в таком положении.

Осуществив задуманное, поняла, как сильно ошибалась, показав свою мощь. «Теперь они снова запрут меня в клетке!», — пронеслось мимолётом. Неосознанно сделала шаг назад, готовясь обороняться. «Я не вернусь туда». Руд, с отвисшей от удивления челюстью, тряс квадратной головой. Охрана на выходе усилилась. Она ощущала их нервозность и страх. Но Руд разогнал толпу, возвестив об окончании тренировки, и повёл коридорами в неизвестном направлении.

Глава 2

Сотрудничество

Руд доставил к кабинету, который был за стальными дверями. Оставив в компании троих военных, скрылся за ними. Она напрягла слух, но не смогла ничего разобрать. Сквозь толщину стали различалась только интонация, которая оставляла желать лучшего. Дверь отворилась, пригласили внутрь. Прайс с любопытством разглядывал, а потом велел Руду оставить их наедине. Тот замешкался, но повиновался начальнику. Прайс прочистил горло и сделал глоток из кружки. Она откровенно разглядывала фотографии на столе. На них была женщина, красивая, и детки. А ещё старики, восседавшие в обнимку. В пожилом мужчине уловила знакомые черты, но мысли перебил собеседник.

— Как ты это делаешь? — он нахмурился.

— Что именно? — она знала, о чём идёт речь.

— Лучи. Ты такой родилась?

— Если расскажу, выпустишь отсюда? — он расхохотался.

— Любопытство не стоит смерти девочка! Лорд Заман заинтригован твоим появлением. И находкой. Ты никогда не попадёшь обратно в свой мир! — на последнем слове он намеренно сделал ударение и состроил гримасу. — Если будешь сотрудничать, сможешь жить не хуже меня.

— Конечно. Это я уже слышала. Информацию предоставлю. Только вот, есть у меня одна просьба. Взамен хочу, чтобы отпустили моих друзей! Переведите их из клеток на мой этаж, и я расскажу всё, что знаю, — голос слегка дрогнул, когда говорила о них. Прайс задумался.

— Будь, по-твоему. Сегодня же они будут спать в уютных камерах по соседству. Ответь на один вопрос сразу. Почему, обладая такой силой, ты не пытаешься бежать? — он затянулся сигаретой, выпуская облачко дыма.

— Не вижу смысла тягаться с военной численностью, — сказала она, про себя добавив, что обязательно попытается, как только получит друзей назад.

Прайс кивнул в сторону двери. Она встала и покинула кабинет, не обернувшись.

Ночью Катарина тревожно ворочалась в кровати. Утро было желанным и долгожданным впервые за прошедшее время. Завтра она увидит друзей. «Мартин. Ему станет легче. Первое, чем займусь, исцелю его опухшую рожу». Заулыбалась и поймала себя на том, что ни разу не вспомнила о Габриэле. Хотя он, возможно, находился в гораздо худшем положении. И снова терзалась чувством вины. Он был её половинкой, продолжением. И, увидев его сейчас, сразу бросилась бы к нему в объятия, крепкие и надёжные. Но с тех пор, как поцеловала Мартина, не могла думать ни о ком другом. Конечно, она ненавидела себя за это, понимая, что должна образумиться. И вдруг вспомнила жаркие ночи, стыдясь за них перед Мартином. «Что же мне с этим делать?». Любовные терзания истощали морально сильнее битвы с колдуном. В конце концов, решила искоренить чувства к коту и дождаться воссоединения с Габриэлем, чтобы никому не навредить. «Как только окажусь с ним рядом, сразу пойму, с кем хочу быть», — наивно полагала она. Лучики материализовались, подгоняемые эмоциями, и закружили над потолком. За ней могли наблюдать, поэтому с огорчением их нейтрализовала. Она безмерно любила присутствие энергии в своей жизни. Логическая цепочка навела на размышления о «параллельной». Сосредоточилась и прислушалась к дому, отыскав в сознании. Он мирно сопел, слегка подрагивая, состояние было обычным, спокойным. Это обнадёживало. Катарина чуть вздрогнула, возвращаясь из наследных стен обратно. Совсем не хотелось этого делать. Комнатка давила стенами. И тут почувствовала иной призыв, будто кто-то желал присутствия, кричал о помощи. Прониклась ощущением, закатила глаза, покрывшиеся плёнкой, и оказалась в доме Стива. Он стал серым и угрюмым в отсутствии хозяина. Она удивлённо оглядела себя, понимая, что открыла нечто новое — ментальное перемещение. Из дома доносились голоса, и она последовала на звук, заглянув в дверной проем обеденного зала, где за столом восседало несколько мужчин. Большинство были облачены в тёмно-серые костюмы, и лишь один в тёмно-синий. А на груди сверкала золотом звезда, размером с ладонь. Она протиснула ухо, чтобы иметь возможность лучше слышать разговор. Голос говорящего сразу узнала.

— Ваше высочество. Дом необыкновенен. Мы и представить не могли, какими он обладает возможностями! — лорд Заман говорил, на первый взгляд, восхищённо и откровенно, но она уловила истинный посыл. Ненависть скрывалась за доброжелательным фасадом человека. «Он, наверняка, мечтает занять место главного».

— Вы нашли переход, как я велел? — интересовался человек в синем.

Заман стал нелепо оправдываться, и Катарина потеряла нить разговора. Она рассматривала Его высочество. Он был стар, но точные годы угадать невозможно. Красив, высок, статен, лицо строгое, глаза голубые и большие, как плошки, нос аккуратен, пухлые губы. И в принципе создавал приятное впечатление. «Интересно, какие у него цели на самом деле?». В отличие от главного, Заман был низкого роста. Седовлас, но не полностью, кое-где проглядывались островки тёмных волос. Глаза серые, злые и надменные. Имел неприятный, масляный голос. А крючковатый нос занимал большую часть лица и выглядел так, будто его туда небрежно прилепили.

— У нас в плену девчонка. Мансдантер! Она, насколько мне известно, согласилась сотрудничать. Как только будет завербована, Прайс доставит сюда. Она покажет переход. Девочка сильна, и, если бы не численность людей, разнесла базу к чертям! Я сам видел, как она открывала переход! Завораживающее зрелище. — Его высочество заинтриговано наклонился вперёд.

— Подумать только. Последний раз я слышал о нём от матери. Это было так давно, учитывая мой почтенный возраст. И как только Ризам удавалось держать в тайне его столько лет? Впрочем, неважно, — он задумчиво почесал подбородок. — Открыв его, мы сможем изучить мир другой вселенной. И если верить словам моей матери, властвовать над обитателями. Она утверждала, что они слабы. Я бы не отказался от нового развлечения, — голубые глаза вмиг стали жестокими.

Катарина вздохнула. «Ну и чего можно ожидать от таких, как они? Остаётся только пожалеть планету „Гор“».

— Есть ещё одна проблема — мятежники не желают сдаваться. Перевёртыш должен быть в шкуре кота. Он был приговорён и нарушил закон. Риз ни за что не станет сотрудничать, учитывая амбиции. Он же великий Алхимик! — толпа весело рассмеялась, но затихла под тяжелым взглядом предводителя.

— Кот будет казнён. Алхимик ценен в любом случае. Когда-то он, и правда, был велик. Таких нужно уважать. Ему я прощаю предательство. — Заман кивнул, Его высочество встал из-за стола.

Собрание было окончено. Катарина вернулась в комнатку и тяжело задышала, пытаясь осознать, что это было. «Мартин! Они убьют его! Но Прайс обещал!». Она стала раскачиваться на кровати за неимением возможности походить из стороны в сторону. «Значит, правит планетой синий. Заман правая рука. Интересно, синий в курсе о планах Замана подсидеть его? Наверное, да. Просто считает себя сильнее». Она ужаснулась от мысли, что ей предстоит открыть переход и приложить руку к порабощению Земли. Если это окажется единственным способом попасть обратно в дом и сдержать натиск «параллельной», так и сделает. Замутило. Успокоилась, медленно выдыхая, и решила, что нужно справляться с проблемами постепенно. Начать стоило с освобождения друзей. Сотрудничество с врагом, рано или поздно, приведёт в дом Стива. «Чем раньше, тем лучше». Завтра она расскажет Прайсу о «параллельной» и своём мире, и силах, опуская некоторые моменты. «История будет такая, что он спать неделю не сможет!». Катарина была уверена в себе, как никогда раньше. Не было ничего важнее спасения родных сердцу людей. «Вместе мы найдём выход, вернём дом!». Усталость брала своё, и она свернулась калачиком, уткнувшись в стену носом. Новый день обещал быть занимательным.

Взвыла сирена, дверь отворилась, по коридору хлынула толпа, зевающих и поникших духом, людей. Она и сама была порядком разбита — бессонная ночь и размышления не пошли на пользу. В очереди перед душевой, скучно зевая, вздрогнула от того, что кто-то схватил за руку. Ангус.

— Доброе утро красавица! Чудесный день, не правда ли? Идём со мной! Колдунье не пристало стоять в очереди!

Она запротестовала, но он, сверкая лысиной, потащил за руку, и никто не осмелился сказать ни слова. Катарина уединилась, наслаждаясь ощущением чистоты. Холодная вода снимала тревоги, бодрила. Не отказалась бы сейчас от ванны, но была рада и тому, что имела. Как только вышла в коридор, взял под руку Ангус. Он весело улыбался, и некоторые из окружающих морщились от этой картины. Она шагала рядом и тихонько его разглядывала. Как ни странно, её ничуть не смущала отталкивающая внешность, от него исходило тепло. «Не сомневаюсь, он прекрасен душой». Шли по коридору молча, и она решила нарушить тишину:

— Как ты здесь оказался?

— Я думал, колдунья может сама всё разузнать, если захочет? — хмыкнул он, встретился взглядом и изменился в лице. — Я вырос недалеко отсюда. В городе Арух. Был травником, помогал людям. Не за бесплатно конечно. А потом связался с лордом, погряз в паутине лжи, выполнял ужасные просьбы. Я ведь не от страха за себя, не подумай. Боялся за родных. А когда сказал твёрдое нет, он подставил. Отвезли сюда и заточили, — он остановился и грустно посмотрел в лицо. — А ты? За что тебя?

— Моя история длиннее. Не хватит и суток, чтобы всё рассказать. Лорд. Заман? — он закрыл ей рот рукой, но она отбросила её в сторону, взглядом. — А мне плевать! Я не боюсь ублюдка! — глаза полыхали огнём, лучики закружили вокруг. Ангус ахнул, несколько людей остановились, тыкая пальцами.

Он достал из кармана какие-то крошки и сдул в лицо. Эмоции в тот же миг исчезли, и она обрела ясность ума, усмирив лучи.

— Не свети ими особо. Как бы тебя не выпотрошили из-за них, — угрюмо пробубнил он и снова взял под руку.

— Твоя семья? Они целы?

— Да. Живут не плохо. Сыну уже семнадцать. Нам позволяют видеть родных раз в году. Даже в тюрьме бывают свидания. — Она ощутила его боль, сердце заныло. И тут же отстранилась, ведь сострадание делало слабой, а для нее было не время.

Столовая гудела, гремела, запахи сбивали с ног, очередь прогрессировала. Он провёл в самое начало, и опять же никто не стал возражать. Здоровяк, которого вчера разгромила, опустил вниз глаза, боясь встретиться взглядом. «Я всех запугала!». Один Ангус был исключением и не трясся, когда находилась рядом. Они сели за столик у самого края, вокруг было пусто, не смотря на количество людей. Уткнулась носом в тарелку. Раньше люди сторонились, потому что была не достаточно хороша, сейчас из-за страха за свою жизнь. Не знала, что хуже. В зале появились военные и приволокли под руки, еле передвигавшего ноги, Стива. Плюхнули на свободный стул, и он скорчился от боли. Катарина подбежала, зеваки с любопытством таращились. Многие кости были сломаны, лицо синюшного цвета, шея в засохшей крови, размазанной подтёками. Волосы мокрые. «Держали под душем, чтобы отбить запах». Вонь всё равно пробивала дорогу. Она плакала, не стыдясь перед незнакомцами, гладила его по лицу. Караульные доложат об этом Прайсу, но ей плевать. Скоро они уберутся отсюда. Стив захлопал разлепившимися ресницами.

— Детка это ты? Вивиан? Я умер? — шептал он.

— Нет, Стив. Это Кэти. Ты ещё жив. Ты мне нужен. Соберись! — коснулась его ладонями, пропустила через себя энергию «параллельной» и передала вместе с заклинанием восстановления.

Лицо уменьшилось, отеки сошли, кости вправились с хрустом. Ситуация прибавила зрителей. Стив сфокусировал на ней взгляд угольно-чёрных глаз.

— Ты колдуешь? Здесь? Невозможно.

— Если это значит спасибо, то всегда, пожалуйста. Засранец, — радостно рассмеялась и обняла крепко за шею.

— Спасибо Кэти, — сказал он и шёпотом добавил, — но это не спасёт нас от смерти.

Ангус появился рядом и подал Стиву руку, представляясь. Тот хотел прогнать, но она не позволила. Сейчас им нужны друзья и свежие силы. К тому же новый знакомый был здесь давно, и многое знал об этом месте. По сирене они прошли в зал тренировки, где Руд проводил первый урок, обучая нападению с тыла. «Излюбленный метод», — заключила она. По окончании все расходились по комнатушкам.

— Такими темпами завтрак и тренировка станут лучшими событиями за день, — ворчала она.

— Только с позволения Прайса можно посещать комнату отдыха, — отвечала Регина Майлс, шествующая впереди. — Спасибо за вчера.

— Не вопрос. Знаешь, как добиться этого?

— Победить в недельных соревнованиях, — в один голос отвечали они с Ангусом.

Она заходила в комнатку, отметив, что Стив теперь живёт по соседству, как и обещал Прайс. Обстоятельство слегка обнадёжило, но как только осталась наедине с собой, страх за Мартина снова сковал сердце. Хаотично соображала. «Приказ ещё не мог поступить в исполнение. Однако времени должно быть осталось совсем не много. Нужно шевелиться. Почему Прайс не посылает за мной? И что это за соревнования? Я обязана их победить!».

Вскоре прибыл конвой. Прайс не смог бы удержаться от встречи и любопытства. Военные повели знакомыми коридорами. Она отметила, что неплохо ориентируется, хоть и пребывает здесь не долго. Размышления прервались, как только оказалась в кабинете Прайса. Он лучезарно светился и встречал с распростертыми объятиями.

— Дорогая, рад тебя видеть! Ты похорошела. Слышал, обзавелась новыми друзьями? Будь осторожней. Прохвост Ангус Родч любит использовать людей в своих целях! Он рассказал, что сотворил? — Прайс ехидно ухмылялся, затягиваясь сигаретой. — Заклинание, позволяющее разрывать сильнейших из колдунов пополам. И кому его продал? Высокомерному Заману! Представляешь? — Катарина похолодела, от такого заклинания погиб её предок, от руки Замана. — Ну, давай сразу к делу. Я часть сделки выполнил. Твоя очередь.

— Ты вернул только одного. Мы договаривались о двоих! — закричала она, вскипая.

— О! К сожалению, котёнок приговорён, дорогая. Даже у меня нет таких полномочий, чтобы спасти его. Если хочешь, я могу вернуть второго на прежнее место, где он обязательно сдохнет! — он встал и напрягся, скулы заходили на лице.

— Неужели? Сомневаюсь, что ваши захотят убивать великого алхимика планеты! Вы блефуете, мистер! Я не такая дура, какой выгляжу на первый взгляд! — Прайса перекосило от злости. — Если угодно, я поделюсь частью знаний за возвращение одного из моих друзей. Однако важнейшие детали будут опущены, оставляя вас в дураках!

Он хлопнул кулаком по столу, ручки и карандаши взлетели в воздух и задержались. Скоропалительно метнулись в нее, но упали на пол, разбившись о защиту. Лучи засверкали и окружили, а он сложил ладони и сделал выпад. Ярко-голубой поток вырвался, и чуть было не попал в неё. Его мастерски отбили золотые лучи. Она пожелала, и они стали оформляться в хищных птиц, из горла которых вырывались угрожающие крики. Конвой пытался прорваться, но дверь заклинило. Птицы настигли противника и крыльями рассекли лицо. А затем и руки, когда закрыл его от нападения. Катарина отозвала их, пытаясь успокоиться. Она сверлила его глазами, а он истекал кровью. И понимала, что за выходку будет заперта внизу, и не хотела повторений, потому исцелила нужным заклинанием, и ослабла.

— Зачем? — хрипел он.

— Потому что я не такая, как ты, — выплюнула она в ответ.

Военные отвели обратно в комнатку и захлопнули дверь, и она рухнула на кровать.

В небытие, где-то в грёзах сновидения, набралась сил и отправилась на поиски Мартина. Долго витать не пришлось. Настигла его в клетке дальнего коридора. Он выглядел немного лучше. Похоже, избиения прекратились. Эдакая поблажка для смертника. Опустилась рядом и прислонилась к стене, на его манер. Он тяжело дышал, слёзы катились из глаз. Она и сама не сдержалась, разрыдавшись. Военные появились возле клетки, потешаясь за проявленную слабость. Он не стал отвечать, сжав руки в кулаки и стиснув зубы. Они ушли, оставляя их наедине. Катарина положила голову ему на плечо и ласково погладила по руке. Он напрягся и посмотрел в её сторону.

— Кто здесь? — рассеянно шептал, опасаясь быть услышанным.

— Ты меня чувствуешь? Мартин! Соберись! Это я! — Она схватила его за рубашку и потрясла, но ничего не произошло.

Катарина заходила кругами по клетке. «Он ощутил меня, когда дотронулась. Почему же больше не получается?». Мысли кружили, словно осенние листья, подгоняемые ветром куда-то. Как вдруг появилась идея, которая шла в разрез с недавно принятым решением. «Что если он чувствует особенно сильные эмоции? Любовь». Боролась с собой некоторое время, но решила попробовать. Присев на корточки, взяла его лицо в ладони и осторожно дотронулась губами до губ. Он затрясся, заморгал, рыжие глаза округлились.

— Что ты здесь делаешь? У меня галлюцинации, да? — шептал несвязно.

— Нет. Я кое-чему научилась. Мартин. Ты меня видишь? — он выглядел так, будто забыл кто такой.

— Да, конечно. Невероятно! Ментальная проекция! Как ты? Не важно.

— Тебя приговорили, — резко перешла она к делу и помрачнела. Он кивнул. — Времени мало. Ты что-нибудь слышал?

— Через три дня перевозят на другую базу. Один из военных сжалился до информации, — затравленно смотрел в глаза, то и дело, опуская.

— Я не позволю этому случиться. Слышишь? Мы обязательно придумаем выход. Стив рядом. Вдвоём шансов на успех больше.

— Отсюда нет выхода Кэти. Я был здесь однажды… до суда. Никто никогда не сбегал с базы. Не рискуй ради меня. Сделай всё, чтобы вернуться в свой мир. Дом не сможет справляться один вечно. — Она тяжело вздохнула и прислонила лоб к его лбу, соприкоснувшись носами.

— Жди меня, — выдохнула она. Он потянулся и поцеловал, перед тем, как исчезла.

Уши горели, сна, словно не бывало. Чувство вины постучалось вновь в двери. Но она ничего не могла с собой поделать. Рядом с ним становилось легко и свободно. Он манил, притягивал, интриговал. Вспомнила о Габриэле и неизвестности, и поникла. «Как гадко я поступаю! Я не достойна его любви!». Она металась между двух огней, обжигающих, диких. Стараясь отвлечься, стала изучать пространство и обнаружила камеру на потолке. Долго разглядывая объектив, побаловавшись с заклинаниями, отключила её, огонёк погас. Взяв на заметку, снова включила, чтобы не выдать себя. «Завтра нужно узнать о соревнованиях. Это идеальный способ доказать лояльность Прайсу. Мне и моим друзьям понадобится свобода действий». Времени на вызволение Мартина оставалось в обрез, нужно было разработать план.

Стив присоединился к ней первым, Ангус и Регина появились чуть позже. Банда была в сборе. Встав чуть поодаль от основной очереди, они незаметно переговаривались. Катарина покрыла заклинанием, благодаря которому никто не обращал на них внимания. А слепая зона, которую обнаружил Ангус пару лет назад, способствовала защите от наблюдателей сверху.

— Я говорила с Мартином, — начала она с ходу, новенькие переглянулись. — Наш друг ещё внизу, в клетках, и его увозят через три дня. Он приговорён. — Они опустили глаза. — Стив мы обязаны что-то сделать!

— Это невозможно. Я бы сбежал отсюда столетия назад, если бы был выход, — виновато говорил Ангус, Регина кивала.

— У тебя тогда не было меня, — она была тверда и настроена на победу. — Расскажете о соревнованиях?

— Допускают десять человек, отбор сегодня. Проходят лучшие бойцы, многие хорошо тренированы и имеют привилегии начальства базы. Ты не готова к ним. — Регина имела тихий голосок, быть может, ввиду извечной слабости, но она расслышала каждое слово.

— Другого выхода нет. Только так смогу приблизиться к Прайсу. Они должны завербовать меня, тогда смогу помочь Мартину выжить. — Стив понимающе кивнул.

— Какой в этом смысл? — не мог никак сообразить Ангус.

— Как только выиграю бой, предоставят мне свободу действий. Я улизну и освобожу Мартина. А затем попытаемся прорваться из этого ужасного места. Или вы хотите закончить здесь?

— Сделаем это, — сказали они хором и разошлись по душевым кабинам.

В женской части им с Региной достались соседние кабинки. Вытираясь насухо, Катарина заметила, какими потрясающими татуировками покрыто тело новой знакомой. Цветы переплетались по всей спине, а посреди них на лопатке притаилась чёрная, как ночь, змея, с умными, блестящими глазками.

— Что они значат? — спросила она, не сдержавшись.

— Мой тотем. Животная магия. Я близка к природе. Вдали от неё, в пустыне и камне, мне нелегко. — Она, и впрямь, выглядела неестественно бледной и очень усталой, улыбнулась и ответила на немой вопрос собеседницы. — Нет. Я не могу повелевать стихиями. Я только говорю с животными, понимаю их природу, и обладаю всеми качествами своего тотема, — последнюю фразу приглушила, оглядываясь по сторонам. — Надеюсь, у тебя получится то, что задумала. Я обязана тебе Кэти. Помогу, чем смогу.

В столовой на их столик косились практически все. То, что они скооперировались, вызывало у людей любопытство. Катарина думала о новых знакомых, ловя себя на мысли, что не равнодушна к обоим и рада встрече. Открытие, о котором поведал Прайс, сконфузило, но не оттолкнуло от Ангуса. Даже если это и было правдой, он не желал Аластеру зла, и она решила не поднимать тему. Тренировочный зал ожидал. Руд распределил на группы и дал список, в который следовало внести фамилию для участия в соревнованиях. Правила были просты — борись или умри. Тройка сильнейших проходила в финал, назначенный на вечерние часы. Отбирать победителя будут в присутствии начальства, и только. Она внесла имя в список, уловив взгляд Руда, сиявшего от предвкушения. Битва обещала быть интересной. Общая масса вжалась в угол и не решилась на участие, но несколько человек составили ей компанию. Сразу их разглядеть не успела, события развивались стремительно.

В зале появился Прайс и занял место, рядом приземлился Руд, замыкал жуткое жюри худосочный мужчина в очках. Зализанные назад волосы были, как будто покрыты воском, нос картошка на худом лице выглядел омерзительно. В центр зала вышел военный и объявил начальство. Третьим мужчиной оказался генерал Шарк. Она удивлённо моргнула. «Никогда не подумала бы, что он генерал. Внешность бывает обманчива». Несколько человек из охраны взялись за руки, закрыли глаза, замычали, и в полуметре от пола засияла серебристая линия. В кругу и будет проходить соревнование. Когда жюри приготовилось и дало отмашку, военный стал называть имена. Гарп и Дара. Длинный парень с серьгой в ухе и прической а-ля восьмидесятые, и женщина лет за сорок, крепкая, сильная, с толстой светлой косой, доходившей до пояса. Парень недавно пулял в Катарину молнии, когда она заступилась за Регину. Схватка началась. Поначалу они присматривались, прощупывали слабые места, а потом Гарп перешёл в тотальное наступление. Молнии искрились, рассекали воздух. Одна задела противницу, угодив в плечо. Конец был неожидан. Дара прыгнула вверх и ударила кулаком в пол. Вместе с трещиной заклинание достигло его ног. Мясо слезало с костей, и он истошно кричал, вплоть до последнего вздоха. Катарина побледнела от ужаса. Только сейчас осознав, куда ввязалась. Придётся убить, чтобы выжить. Однажды она уже делала это. Но тогда была необходимость для всего человечества. Стив взял за руку, тепло успокоило. Регина сжала плечо.

— Ты справишься, — прошептала она.

Объявили следующую пару. Дирк и Тод. Огромных размеров первый и юркий коротышка второй. Большой колдовал не очень, но наносил тяжелейший физический вред. К концу пятиминутки коротышка был повержен, а его череп расколот надвое. Следующая пара — Мигель и Рината. Испанец метал боевые шары разных цветов. Все они были окружены особым полем, каждый раз разным. Один заморозил противнице руку, но она быстро расколдовала её и стала атаковать. Она владела редким даром — могла перемещаться предельно быстро, а каждый удар сопровождался оглушительным хлопком. Лишив слуха, быстро расправилась с ним. Вышла ещё одна пара, чьих имён Катарина не расслышала. Победил мужчина: высокий, с длинными, пепельными волосами, заплетёнными в косу. Настал её черёд, противник занял позицию. Им оказалась девушка по имени Фан: хрупкая на вид, худая, чёрная, с длинными руками, и волосами небрежно собранными в пучок. Зал затих. Фан начала битву, выплеснув волну, яркую и красную. Она снесла её с ног. Толпа ахнула. Катарина поднялась на ватных ногах, голова гудела, противник приближался. Собралась с духом. «Я не дам себя победить! И спасу Мартина! Во что бы то ни стало!». Она встала и соединилась с энергией «параллельной». Силы захлестнули с головой, глаза обрели ледяную чёткость, стали безжалостными. Фан метала волны одну за другой, но они исчезали, не достигнув цели. Катарина была достаточно близко для ближнего боя. Фан вытаращила глаза, ведь была не способна на это.

— Связываю руки, вяжу ноги! Уйди с пути и с дороги! — волосы взметнул ветер, они хлестали по лицу.

Фан не могла пошевелиться, а затем схватилась за сердце и упала на колени, изо рта пошла кровь. Она не собиралась вредить, и противница выжила, но и получила сполна. Бой был насмерть. Не хотелось упрёков, что щадит оппонента.

Дальше состоялись бои среди победивших. В финал вышли трое: Рината, загадочный, длинноволосый Мун, и она. Основная толпа покинула зал. Стив, уходя, огорчённо помотал головой. Регина серьёзно кивнула. Ангус хмурился. Генерал махнул рукой, и объявили следующий бой. Рината против Муна. Он с лёгкостью победил в своей паре, быстрого и статного колдуна, выживавшего на базе столетиями. А всё потому, что обладал силой невиданных размеров, подчиняя материю. Расплющил оппонента так, будто прошёлся каток, даже глазом не моргнув. Тот же исход ожидал Ринату. Они кружились в боевом танце, коса Муна рассекала воздух со свистом. А когда тело побеждённой упало замертво, серебристый круг засиял ярче. Он будто подпитывался душами умерших дуэлянтов. Заинтригованное жюри ожидало следующего сражения. Она проглотила комок и приготовилась. «Сейчас или никогда!». Энергия била ключом, шансы на победу были существенными. Мун кружил и пытался пробить оборону, отметая заклинания, уворачиваясь. Она понимала, что не использует всю мощь, но никак не могла сосредоточиться. Что-то мешало, залезало в голову. «Он ослабляет меня». Она задела его лучом, и он упал. И совершила величайшую из ошибок, быстро расслабившись. Мун подловил момент, и кости захрустели. Она успела отчасти оградиться, и это спасло от выворачивания наизнанку. Катарина упала, потеряв от боли сознание.

Глава 3

Выход

Глаза распахнулись, она втянула ртом воздух, чьи-то руки прижали обратно к твёрдой поверхности. Хотела сопротивляться, но решила для начала рассмотреть их обладателя. Картинка медленно восстановилась, и увидела медсестру, навещавшую недавно. Смуглое лицо было серьёзным, но глаза выдавали заинтересованность.

— Не дёргайся так. Это опасно. Кто знает, может, заклинание ещё найдёт дорогу, — голос был грубым и резким, как и тогда. «Она всегда в одном настроении?». Катарина приподняла голову, её пронзила острая боль.

— Аааа. Что это?

— Последствия. Ты же не думала, что после такой взбучки сможешь скакать? Я наблюдала за боем. Самоуверенно с твоей стороны. Мун мог раскатать тебя до смерти. Однако ты жива. И это вызывает больше вопросов, чем прежде. К слову, думала, попадёшь ко мне раньше. Времени остаётся не так много, правда? Скоро дом начнёт сдавать позиции, и людям придётся туго. Ты и сама это знаешь. — Катарина удивлённо моргала. Отвлёкшись на спасение Мартина, упустила этот момент. — Серьёзно? Кто здесь, по-твоему, смотритель? Кстати, спасибо, что сообразила тогда не выдавать меня, — она перевязывала ей руку, слегка опухшую.

— Кто ты такая? Откуда столько знаешь? — хрипела она в ответ, вновь справляясь с нахлынувшей болью.

— Я Диана. Ты уже успела заметить небольшую отметину у меня на руке. Обычно её не видят непосвящённые. Поэтому скажу. Я состою в ордене «Вечность». Основались столетиями назад после первого земного катаклизма, связанного с влиянием этой вселенной. Меня послали следить за тобой, как только узнали, что ты путешествовала сюда. Такие моменты держим на контроле. Твоя бабка чуть не умерла в свою единственную поездочку. Кто, спросишь, спас ей задницу? — она ткнула пальцем в грудь. — Я что-то наподобие защитника нашего мира от этого. Иногда приходится ввязываться в авантюры из-за хозяев дома. А теперь давай ближе к делу. Ты уходишь со мной сейчас же и возвращаешься в дом. Тем самым мы спасаем Землю от неминуемой гибели. Все счастливы, — она забросила за спину рюкзак.

— Почему лиса? Это же символ моей семьи, — упрямо игнорировала она услышанное.

— Потому что всё началось с твоей семьи, а точнее с Аластера. Ты вообще ничего не узнала, да? Идём, вопросы в пути, — она потянулась, разминая спину. Катарина отметила, каким гибким и спортивным было её тело.

— Я не уйду без друзей, — она, наконец, смогла присесть. Энергия питала, самочувствие улучшилось. На глазах удивлённой Дианы повреждения сошли на нет.

— Во-первых, как ты, мать твою, это делаешь? Во-вторых, нет времени, и мы не сможем забрать их. Выход с дальнего торца здания может быть безопасным только для двоих. Сенсоры детка. Однако я наслышана про твою способность, открывать переход. Ты могла бы попытаться. Тогда всё было бы гораздо проще. В медпункте нет заглушек для магии.

Катарина сосредоточилась и провела в воздухе знак бесконечности, но ничего не произошло. Она пожала плечами. Диана шумно вздохнула.

— Я не уйду без друзей, — продолжала она упрямиться. Диана обожгла взглядом и взвыла.

— Это невозможно! Чтобы обойти сенсоры, надо отключить защиту! Карта есть только у Прайса! — Катарина удовлетворённо заулыбалась. — Нет, нет, нет. И ещё раз нет! Пойдёшь на верную смерть? Помни, если умрёшь, подведёшь свой народ. — Диана была права полностью и целиком, но она не смогла бы бросить друзей ни за что на свете.

— В клетке дальнего коридора мой друг. Он приговорён к смерти. Возьми его с собой и покинь базу. Я добуду ключ и заберу остальных, — она уже встала на ноги, отмечая, как замечательно исцелилась.

— Ты хоть представляешь, что несёшь? Даже если добудешь его, предположим. Времени у тебя четыре часа максимум, а после они обнаружат мою пропажу, и пленного, и установят двойную охрану. Или вовсе прикроют лавочку!

— Я успею. Просто доверься мне.

— Встретимся здесь, — отдала клочок бумаги с картой, на которой крестиком было отмечено место, — постарайся не сдохнуть, — развела напоследок руками и выбежала из медпункта.

А она отправилась к своей комнатке, возле которой уже ожидал конвоир. «Полдела сделано. Прайс желает аудиенции».

По пути задавалась вопросом, почему не попробовала открыть переход раньше. Сейчас эта идея казалась более чем логичной. Похоже, на подсознательном уровне была уверена в провале, потому и не попыталась. База глушила магию всех обитателей. Вдруг дошло предназначение серебристого круга, питавшегося смертью. «Идеально. Только в нём можно прибегнуть к способностям ради выживания». Военный отвёл до кабинета и удалился. Галантный начальник базы встретил широкой улыбкой, усадил в кресло, налил шампанского и устроился напротив.

— Ты поражаешь меня, дорогая. Не думал, что сможешь выжить после фиаско. Но ты непотопляема! Ни царапины! Только посмотри на себя! Предлагаю выпить за новую жизнь! — разглагольствовал он, стреляя глазками. — Думаю, после нашего последнего разговора, мы стали ближе друг другу, — отхлебнул из бокала, и она последовала примеру, обезопасив тот заклинанием, на всякий случай.

— О какой новой жизни идёт речь? — сказала она, делая вид, что расслабилась.

— О твоей, конечно же. Я хочу завербовать тебя Катарина. Генерал дал добро. Именно ради этого и проходят испытания. Мы выбираем сильного бойца и предлагаем лучший из исходов, — взгляд стал серьёзнее.

— Но я проиграла.

— Естественно. Мун тот ещё ходок. Мы и сами с трудом удерживаем волосатого мага в узде. Удивишься ли ты, если скажу, что он был подставным участником? — хитро блеснул он глазами.

Её буквально тошнило от этого человека, его манер, надменности и падкости. Он не просто приспосабливался к жизни, а наслаждался издевательствами. Хоть сам в этом и не признавался, питаясь ложными иллюзиями и освобождая совесть от истязаний. Катарина не прерывала зрительного контакта, выжидая момент, когда он отвернётся. И когда тот настал, быстро оглядела пространство на предмет наличия ключа-карты. На видимой поверхности его не было. Взгляд угодил на шею Прайса, и она заметила веревку, скользившую под рубашку. Хаотично засоображала. «Если нападу сейчас, придётся с ним покончить, потому что испортит побег, когда очнётся. Долго без сознания не пробудет, он ведь тоже колдун, и со стажем. Сильное заклинание требует подготовки, времени нет. Остаётся хитрость. Ох». От одной мысли, что придётся соблазнять противнейшего человека, колени предательски подогнулись. Но она сосредоточилась на главном — спасении друзей, и хандра отступила, забирая с собой отвращение и страх провала. Катарина призвала энергию и усилила влияние феромонов. Прайс чуточку побледнел, проглатывая ком, и уставился на неё во все глаза.

— Не замечал раньше, какая ты изящная, — хрипло начал он.

Она привстала и подошла ближе, положив руки на мускулистые, напрягшиеся плечи. Он тихонько застонал.

— Что ты делаешь?

— То, чего ты заслуживаешь, — шептала нежно на ухо, морща нос, пока он не видит.

Часы на стене громко тикали, стрелки не стояли на месте. Она наклонилась и поцеловала его. В процессе дотянулась до верёвки на шее, заклинание без труда развязало её. Ключ добыт. Пальцы случайно коснулись кожи Прайса, и произошло нечто совершенно непредвиденное — глаза закатились, покрылись еле видимой плёнкой, воспоминания запестрели в сознании. Детство, братья, сёстры, родители. Отношения, тёплые и нежные. Со всеми за исключением отца. Правда, которую узнал в шестнадцать лет. Она не могла остановить поток информации. Раньше подобного не случалось. Воспоминания дома — одно, людские — совсем иное. Они неустанно прыгали, перемещаясь то в настоящее, то в былое, и не давали прояснить ни то, ни другое. Она собралась и попыталась освободиться ещё раз. Не вышло. Время уходило, кончалось, и если кто-то заглянет в кабинет, наступит конец: ей, друзьям и человеческому миру. Вспомнив о главной цели, укрепилась в желании выбраться. «Что ж, раз не могу выйти, может всё кончится, если перестану сопротивляться?». Подействовало. Картинки стали более медленными и менее сумасшедшими. Она чувствовала эмоции: счастливые, грустные. Отец, показавшийся знакомым на фотографии, в воспоминаниях был гораздо моложе и напоминал кого-то. От осознания Катарина побледнела. «Неис». Юный Джорджиан Прайс в свои шестнадцать обладал пытливым умом и обнаружил в кабинете отца фотографии дяди. Ответов на вопросы не получил, вместо этого был сослан в военную академию. А редкие выходные с семьёй с тех пор сопровождались укоризненными взглядами отца. Когда ему исполнилось тридцать, он накопал достаточно о Неисе и о «параллельной» тоже, так как участвовал в спецпроекте. Он сокрыл от людей существование другого мира за возможность самому жить в нём. Прайс с первого взгляда полюбил планету «Гор». Воспоминания продолжали повествование. Она внимательно смотрела, стараясь не упускать детали, понимая, что это крайне важно, раз происходит. Джорджиан был хорошим человеком, обзавёлся семьёй, жену любил, в детях души не чаял. Но вскоре всё изменилось. Он познакомился с дядей. Отыскав его на просторах Земли, куда возвращался каждое лето увидеться с родными, сразу понял, что тот из себя представляет. Он хотел уйти, но Неис не позволил. Выслушав историю, Прайс проникся к дяде сочувствием и понял, почему отец не любил говорить о семье и юношестве. Колдун за время тайных встреч научил многому, поведал о намерениях завладеть энергией другой вселенной, грамотно подводя к этому. Он отказался участвовать, изучив феномен другого мира основательно. Чувствовал, чем это грозит планете, которую полюбил, и перестал общаться с дядей. Они больше не виделись. Однако продолжал следить за ним через связи. И даже за тем, как он пытался заполучить дом. Пару раз Прайс вмешивался и помогал отбить нападение, посылая своих людей. Он разрывался между чувством долга и любви к родному человеку. Катарина поняла одно — колдун успел отравить ему душу. Всё, чего когда-либо касался Неис, умирало медленно и мучительно. Так и племянник в течение двух лет изменился до неузнаваемости, бросил жену и детей, ради работы на лорда Замана и власти, которую имел над другими. Забавно, как он оправдывал себя в своих же глазах и довольствовался малым, придерживаясь мнения, что за большее придётся платить. Он стал мини копией Неиса, жёстким и низменным. Разница была лишь в масштабах. Неис хотел владеть мирами, а не кучкой дегенератов, избивающих по щелчку пальцев. Воспоминания испарились. Она заморгала. Он не почувствовал подвоха, довольно улыбаясь.

— Отложим разговор? Я слишком устала, — притворно сообщила она.

— Как пожелаешь, — он стал мягким, как никогда раньше.

Конвоир отвёл в комнатку. Она мысленно произнесла заклинание, и он не стал закрывать дверь до конца. «Почему я не сделала этого раньше? Попав сюда, я лишилась возможности здраво мыслить». Как только шаги удалились, отключила камеру и вышла в коридор.

— Время подскажи, сколько в запасе покажи, — произнесла сбивчиво, зажмурилась, и перед внутренним взором возникли цифры.

Оставалось менее двух часов на побег, потом всё будет кончено. Решила пошевеливаться. Первым делом освободила Стива, который, щурясь, вышел на свет ламп.

— Идём, скорее.

— Как же камеры?

— Я их отключила на время, — он хмыкнул в ответ. Мол, не удивлён, что ты на это способна. — Что было в финале? — спрашивал на ходу.

— Не важно. Это потом. Нужно найти Регину и Ангуса.

Стив кивнул и предложил заклинание поиска. Они взялись за руки и произнесли его слаженно. В ладонях появилась серая, уродливая мышь. Катарина скривила лицо, вызвав у бывшего тестя улыбку. Он отпустил зверушку, и та побежала по коридору. На базе был отбой, и солдаты разошлись по домам. Но кое-где попадались часовые, которых она быстро обездвиживала заклинаниями, не нанося существенного вреда. Вскоре добрались до другого коридора, где раньше не бывали. Она отворила двери, указанные мышью, закатив глаза от того, что приходится доверять грызуну. А потом вспомнила Мартина и перестала потешаться над создавшейся ситуацией. Регина ошеломлённо смотрела на них, Ангус сразу понял, что происходит, и крепко обнял Катарину.

— Я знал, что ты вытащишь меня отсюда! — радостно воскликнул он.

— На нежности нет времени, бежим. У нас меньше часа.

Не успели ступить и шага, как из ближайшей комнатки раздался раскатистый бас:

— Возьми меня с собой.

Она сразу узнала голос. Это был противник в битве — Мун. Он путал ей мысли во время боя, и она запомнила тембр. Стив и Ангус запротестовали. Регина выглядела рассеяно, не веря в освобождение. С одной стороны Катарина хотела помочь, не смотря на то, что он чуть не убил её. С другой стороны знала, что он работал на Прайса и был крайне опасен. Здравый смысл задвинул сострадание в дальний угол.

— Нет. Ты работаешь на Прайса. Пусть он тебя и освобождает!

Не дождавшись ответа, они припустили к заветному выходу, возле которого была охрана. Насчитали пятерых, сменяющих друг друга поочерёдно. В кабине находилась кнопка тревоги, включавшая сирену. Они должны были не допустить её включения любой ценой. Стив отвлёк троих, вступая в бой. Регина вовремя предотвратила нажатие кнопки, бросившись ещё одному на спину и вцепившись в лицо ногтями. Пятого Катарина быстро уложила на лопатки и подоспела на помощь Стиву, и Ангусу. Последний неслабо отхватил по лицу, глаз распух. Связав военных невидимыми путами, она выбежала на улицу. Свежий воздух был сух, но пьянил слаще вина. Они замешкались на минутку.

— Что дальше? — пробубнил Стив.

Об этом она не успела подумать, целью было выбраться наружу. Перед ними раскинулась пустыня — голая земля на многие километры. «Чёрт».

— Возьмём грузовик, — заключил Ангус и куда-то исчез.

Через мгновение подъехал военный грузовик, и они спешно забрались в кузов. Внутри оказалась и форма. Ангус повёл агрегат, а они переоделись на всякий случай.

Машину трясло из стороны в сторону. Замутило. Она дала Ангусу карту, и он периодически сверялся с ней в пути. Несколько часов колесили по пустынной дороге. Она нервно поглядывала назад, опасаясь погони. Спрятаться было совершенно негде. Стив подсел рядом и обнял за плечи. Она поведала о финале, и о том, как оказалась с Дианой в медпункте. Он закивал в ответ.

— Я слышал об этой организации. Твоя бабка говорила о них когда-то. Она называла их недоучками. Конечно, прошло много лет, и они могли понабраться опыта. Спасибо, что второй раз спасаешь мою дряхлую шкуру, — угольки глаз блеснули, а она лишь ближе прижалась, надеясь, что Мартин жив, и они встретят его в логове недоучек.

Пустынные пейзажи закончились, и зелень засверкала в лучах восходящего солнца. Она наслаждалась видом, расположившись у самого края грузовика. Больше не мешала тряска пути, дорога стала ровнее. Регина присела напротив. Катарина отметила, что выглядит та вполне здоровой, и ощутила исходящую от нее, мощную энергию. Она и не заметила, что пристально рассматривает девушку. Регина заулыбалась.

— Я становлюсь сильнее рядом с живым. Ты удивишься, на что могу быть способна через час.

Регина тоже благодарила за спасение. Катарина подумала, как хорошо, что у неё появилось столько должников, ведь это могло значительно облегчить жизнь. На самом деле она была просто рада, что не одна, и обрела новых друзей.

Спустя часы непрекращающейся езды, грузовик остановился посреди заасфальтированной, новой дороги, на которую выехал совсем недавно. Стив крикнул Ангусу, тот ответил, и они стали выбираться из транспорта. Топливо кончилось. До ближайшего города далеко, а место встречи с членами ордена отмечено на карте за его окраиной. Они побрели по обочине дороги. За час ходьбы ни одной машины. Устали и еле волокли ноги. Все, кроме Регины возглавлявшей поход и сиявшей, словно солнце. Кожа стала румяной, истощённый вид нормальным, тело упругим и аппетитным. Ангус, то и дело, бросал жадные взгляды. Стив тоже, но делал это более осторожно. «Сказывается опыт, сразу видно», — подумала Катарина и раскраснелась. Тревожные мысли вернулись. «Погоня будет. Прайс, наверное, в бешенстве из-за побега. И от того, как ловко я его одурачила». Она понимала, насколько ценна для них — Замана и Его высочества. Вспомнив о хитрости, придумала план и возвестила остальных.

— Для того чтобы это провернуть, тебе потребуется слишком много. Колдунья, извини, но даже с твоей мощью, останешься опустошена. Есть и другой способ, — сказал Ангус и свернул с асфальтированной дороги в поле.

Они неспешно ступали вперёд. Через некоторое время он нагнал их, держа в руках пучок трав. Растерев в ладонях, произнёс заклинание и вдохнул чуть-чуть. Облик изменился, и перед ними предстал высоченный, курносый брюнет из конвоя. Они ахнули.

— Это потрясающе! Сколько держится эффект?

— Если вдохнуть больше, часик может держать.

Решили следить за дорогой и продолжили путь. Катарина поравнялась с ним.

— Что не так?

— О чем ты колдунья? — он пытался выглядеть непринужденно.

— Ты сам не свой. Я же вижу, — она взяла его за руки, которые тряслись.

— Ближайший город — мой дом. Но я не смогу вернуться, — боль сквозила в каждом слове. Она вздохнула.

— Прости. Со временем всё образуется. А пока надо добраться до ордена. Может, вам с Региной найдётся в нём место? Ну, или вы могли бы уйти со мной на Землю. Конечно, тогда придётся рискнуть жизнью. Просто так вернуться Заман мне не позволит. — Он побледнел ещё сильнее.

— С ума сошла! Ты собираешься биться с ним? Он уничтожит тебя! Не вздумай этого делать! — он остановился, на лице застыла гримаса ужаса.

Вдалеке показался грузовик, прерывая разговор, и они быстро вдохнули порошок. В носу защипало, Катарина чихнула. По выражению лица Ангуса поняла, что тот подействовал. Странно было ощущать себя кем-то другим. Она рассматривала мужские, огрубевшие руки. Машина настигла, с пассажирского сиденья показалась увесистая, узкоглазая морда Руда.

— Что здесь забыли придурки?!

Они рассказали выдуманную историю, как гнались за беглецами и забыли включить сирену. Руд спешил и не стал вдаваться в подробности. Они залезли в грузовик к солдатам и отправились в путь. К городу Арух.

Глава 4

Орден

Солдаты болтали без умолку, делились забавными, на их взгляд, историями, пошлыми и совершенно неуместными. Один хлопнул Катарину по плечу, и она чуть не прикусила язык. Но ему будто было этого мало, и он начал обсуждать её настоящую на повышенных тонах, перекрикивая шум дороги. Желчь выливалась изо рта, провоцируя агрессию. Она крепко сжала кулаки и, с застывшим от гнева выражением на лице, уставилась в пол, повторяя про себя, как мантру: «Держись, не сейчас, не время». Энергия начала питать, подготавливая к битве. Стив заметил, что происходит, и попытался перебить бойца, вызвав гул и улюлюканье собратьев. Они начали издеваться над привязанностью к земной шлюхе. Она и это стерпела. А потом упомянули Мартина. Подогревало ситуацию, что заводилами оказались именно те двое, потешавшиеся над ним за пределами клетки. Она взорвалась. Золотые лучи закружили над головами, испуганные бойцы схватились за оружие, но не успели пошевелиться. Тех двоих настигло первыми: одному разрезало щёку, второго ударило в грудь. Стив вырубил ещё двоих. Регина быстро стянула майку. У Ангуса изо рта вырвался нервный смешок, но спустя мгновение лицо побелело от страха и вытянулось. С правого плеча красавицы сошла татуировка, в буквальном смысле слова. Чёрная, лоснящаяся змея прыгнула в лицо солдату, поражая смертельными укусами. Со стороны кабины раздались глухие удары и крики. Руд очнулся. Машина остановилась. Руд взял их на прицел, но тут же был парализован порошком Ангуса, который довольно ухмылялся ситуации. Водитель грузовика дал дёру, оглядываясь на бегу. Они почти добрались до города, за холмом уже виднелись дома.

— Спустим с него кожу ребята? — ехидно потирал Ангус ладоши.

— Нет. Он нам ещё пригодится.

Она подошла к нему вплотную, щёлкнула пальцами, из карманов вылетели ножи, пистолет и рация, оказавшиеся в руках у Стива. Руд не мог говорить, но по выражению лица можно было понять, как сильно он разгневан и сконфужен. Дальше отправились пешком, волоча за собой парализованного заложника, тормозившего всех.

Город Арух открылся взору и засверкал золотыми крышами. Некоторые дома были неестественно высоки и напоминали родной город Стива — Сарамак. Только здесь преобладали небольшие, овальные домики с блестящими крышами, круглыми окнами и дверьми. Визитной карточкой города было разведение лошадей, которые цокали копытами, где и когда хотели. И каждая была краше предыдущей. Многочисленные зелёные пастбища окружали город со всех сторон. А за ним, вдалеке, виднелся лес, в чаще которого притаился лагерь ордена «Вечность». Она подумала о Мартине и глубоко вздохнула, не сводя глаз с верхушек деревьев. К реальности возвратил протяжный гудок машины. Здесь они, также как и на Земле, ездили по дорогам. У жителей городка не хватало денег на инновации. Ангус с восхищением оглядывался, шествуя по родным улицам и восклицая, как сильно всё изменилось за время отсутствия. Катарина заколдовала Руда, и он выглядел так будто и не парализованный вовсе. Иллюзию подкрепил Ангус, изменив ему внешность.

Люди суетились, детишки играли, лошадки скакали по улочкам и газонам. Рынок обошли стороной, ведь там Ангуса могли узнать местные. Когда-то давно он имел лавку с травами. От воспоминаний в глазах у него заблестели слёзы, и Катарина поравнялась с ним вновь.

— Знаю, ты не можешь остаться. Но мы могли бы заглянуть к ним на минутку, — он опешил, но утвердительно кивнул.

Решили разделиться, игнорируя протесты Стива. Она и Ангус отправились к его родне, остальные сопровождали Руда в бар «Соло», находившийся сразу за рынком. Катарина подмигнула друзьям на прощание и бодро взяла Ангуса под руку.

— Идём. У нас много дел.

Он вёл узкими улочками, уютными и красивыми. И вскоре они оказались на другой стороне города, у дома, построенного на манер людских. Она удивлённо приподняла брови.

— Да. Моя семья всегда отличалась. Чертежи взяли из городской ратуши. Кто-то давным-давно строил дома по людским представлениям. Полагаю, тогда это было в моде, — пожимал он плечами.

Женщина вышла на крыльцо и присела на скамью. Она была невероятно красивой, хоть и в годах. Рыжие локоны каскадами ниспадали на плечи, миловидное, круглое личико украшалось румянцем, карие глаза сверкали на солнце. Катарина остановилась в тени деревьев, походивших на дубы. Только вместо жёлудей на них росли огромные, колючие цветы. Она сжала Ангусу руку и кивнула в сторону женщины. Не нужно было задавать вопросы, чтобы понять, кто перед ними. Любовь и боль отразились на его лице. Он вышел в свет дня, женщина повернулась и застыла на месте. Она сделала несколько неуверенных шагов.

— Ангус? — голос дрогнул, слёзы покатились из глаз.

Он вмиг преодолел разделявшее их расстояние и заключил в объятия, крепче которых Катарина не видела. Когда они немного отстранились, женщина заметила её в тени дерева. Она подошла виновато, не желая нарушать воссоединения.

— Марта познакомься — Катарина. Ей я обязан свободой, — женщина просияла.

— Очень приятно. Стало быть, и я вам обязана за возвращение мужа. — Ангус стал вдруг черней тучи, но старался не подавать вида.

Они прошли в дом, пообедали, дети вернулись из школы и с визгом бросились в объятия отца. Старший был вылитая мать, и дочка тоже больше походила на неё. Может, так казалось из-за огненного цвета волос семейства. Они приняли Катарину, как свою, и от того сердце ныло в груди лишь сильнее. Она задвинула грустные мысли подальше и повернулась к нему:

— А какие у тебя были волосы? — неожиданно громко спросила она, и все расхохотались.

— Вообще-то, я блондин, — гордо отвечал он, веселясь и приглаживая невидимую шевелюру.

Позже, они вышли во внутренний двор. Лошади скакали, затаптывая цветы на клумбах. Марта грозно отгоняла их палкой.

— Они всегда так. А мать не унимается, любит цветы. Мы начали разводить лошадей из-за отца, раньше нам хватало на жизнь, — поясняла рыжеволосая Индра. — Этот у нас с самого начала. Красавец, но никто не берёт из-за нрава. Так и остался.

Чёрный с белой спиной и гривой жеребец, со сверкающей на солнышке шерстью, крепким туловищем и ногами, фырчал, прорывая землю копытами.

— Как его зовут? — заворожённо спросила она, влюбляясь в величественное животное.

— Мы зовём его Гранд.

Катарина подошла ближе. Одна из кобыл ткнула мокрый нос в руку, и она потрепала её в ответ. Энергия забурлила, заиграла по венам. Точно такая же окружала красавца коня. Она ощущала это. Он будто был создан для неё. Присмотрелась и охнула, заметив нить, исходившую от гривы и уходящую высоко в небо. Она была золотой, как и та, которая соединяла её с «параллельной». Марта и Ангус кричали что-то, но она не хотела слышать. Ноги сами вели к нему. Он развернулся, встал на задние копыта и сотрясал воздух передними. Катарина улучила момент, протянула руку и положила на морду. Широкие ноздри шумно втянули воздух, и он успокоился. Тёмные, практически черные, большие глаза казались самыми умными, какие встречала у животного. Не считая Мартина, конечно же.

— Гранд, — прошептала она, и он наклонил шею, приглашая.

Ангус пытался подойти ближе, но опасался реакции коня. Он вытянул вперёд руку и призывал не делать глупостей. Она не послушала и резким движением оседлала коня. В этот миг энергии сплелись воедино, будто она была его продолжением. Катарина пожелала, и конь мягко пошёл, а затем перешёл в галоп. Никогда раньше не сидела в седле, но на нем была лучшей из наездниц: опытной и зрелой. Слезая, прошептала на ухо благодарность за прекрасную поездку, и он удовлетворённо заржал в ответ.

— С ума сойти! Зверуга никого не слушал! Ты владеешь животной магией? — вопрошала Марта.

— Нет. Просто он создан для меня. — Марта захлопала ресницами. — Сколько он стоит?

— Для тебя даром, дорогая. Будем считать, я вернула долг. — Катарина кивнула, радостная, словно дитя, мечтавшее о пони, а получившее целую лошадь.

На улице вечерело, и она знала, что Стив скоро начнёт бить тревогу. Потому попрощалась с Ангусом и его семьёй, и отправилась в бар «Соло» верхом на новом питомце. Ангус уверил, что присоединиться утром, и прихватит с собой ещё парочку лошадей. Не хотелось думать, как отреагирует Марта и дети на новости, а тем более присутствовать при этом. Стив встретил на пороге, заключая в медвежьи объятия. Конечно, он беспокоился. Они через многое прошли вместе и стали настоящими друзьями. Регина сидела в видавшем виды кресле напротив Руда и кидала скомканные бумажки ему в лицо. Он моргал каждый раз, как замахивалась рукой.

— Развлекаешься?

— Это лишь малая часть того, что мне хочется с ним сделать, — угрюмо отвечала она. — Ты пробыла там не так долго, как мы. Урод издевался долгие годы.

Угрозу можно было ощутить физически, и Катарина выдохнула, радуясь, что не взяла Стива с собой, как изначально планировала.

— Ты так и не сказала, зачем он нам.

— Всё зависит от того, что вы с Ангусом собираетесь делать дальше. Мне нужно вернуться на Землю. Учитывая мою, кхм, значимость для Замана, сделать это будет не так просто. Не думаю, что он оставит попытки меня схватить. Руд может понадобиться, чтобы выиграть время. — Стив, догадывающийся о намерениях, хмыкнул, как бы участвуя в беседе.

— Заман? — у Регины появился прежний затравленный вид. — Почему ему есть до Вас дело? — она даже немного заикалась.

Катарина рассказала практически всё, опустив детали, чтобы не напугать девушку окончательно, потому что та и так тряслась от страха. И предложила отправиться с ней на Землю или остаться в ордене, если там найдется место. Регина задумалась, перестала донимать Руда и обещала поразмыслить. В любом случае она была беглянкой, как и остальные. Выживать с этим статусом на планете «Гор» будет нелегко.

Легли спать, а утром присоединился, как и обещал, Ангус. Дождь капал с небес, серость затянула небо. Погода разделяла грусть друга. За спиной у него разместился объёмный мешок, как оказалось с запасами трав. Позавтракав в баре, отправились в путь. Он прихватил с собой парочку лошадей, коричневую и белую. Гранд поприветствовал знакомых кобылиц весёлым ржанием. Регина откровенно разглядывала жеребца, но промолчала. Стив скакал впереди, прижимая к себе рукой парализованного заложника. Следом Регина и Ангус. Она замыкала процессию. Просёлочная дорога приближала к лесу и становилась шире. Катарина поравнялась с ребятами. Гранд затряс белоснежной гривой и сбавил шаг.

— Ты хоть представляешь, что у тебя за конь?! — воскликнула Регина, не выдержав. — Он из вымирающего вида «Белогривых»! Ты необыкновенная, подруга! Такие лошади выбирают хозяина навсегда. Он будет верен тебе до самого конца! Береги его! — она кивнула, польщённая комплиментами.

К ночи достигли леса, укрывшись под кронами деревьев от дождя, который разошелся не на шутку. До крестика на карте оставалось несколько километров пути. Решили взять передышку. Да и ночной лес не внушал доверия. Расположившись на ночлег, развели костёр и согрелись теплом. Она убрала часть заклятия со рта заложника, чтобы тот мог поесть, чем он и занялся без промедления. А позже, когда все уже спали, они со Стивом остались одни у костра. Катарина смотрела на огонь, вспоминая каминный зал и скучая по дому.

— Ложись спать, я подежурю, — пробасил он.

— Не хочу. Нужно кое-что проверить.

Она закатила глаза, вмиг покрывшиеся плёнкой. Оказавшись в доме, хваталась за сердце. Он изнывал от усталости. Она не могла понять почему, ведь прошло около недели или может быть двух. Энергия «параллельной» усилилась втрое и активно атаковала переход, пользуясь отсутствием. Наличие сил Катарина заметила и раньше, но сейчас была полностью поглощена ими. «Он не сможет сдерживать долго. Нужно поторопиться». Когда вернулась обратно, Стив таращил глаза, тыкая пальцем. Стала осматривать себя и обнаружила, что светится, словно факел. Яркость достигла максимума, энергия разрывала изнутри, причиняя боль, сравнимую, быть может, с переломом костей. Попутчики проснулись и закрывали лица от слепящего, золотого света. Она закричала в тишину ночи и вместе с криком высвободила часть энергии, направив вверх. Сигнальный огонь пронесся по ночному небу, рассекая, и скрылся вдали. Они ошеломлённо смотрели на неё, рухнувшую на колени. А затем подоспели на помощь. Уснуть после такого шоу оказалось не просто, но в конечном итоге с задачей все справились.

С первыми лучами солнышка, их сонных и помятых, ожидали двое с автоматами наперевес. Оба были облачены в зелёные костюмы с вышитой буквой «В» на груди. Стив хотел начать атаку, но Катарина вышла вперёд, хоть и чувствовала себя не очень хорошо после вчерашнего.

— Не знаю, как вы это вчера провернули, но было довольно рискованно! Если бы люди Замана заметили сигнал, вас и в живых-то не было! — грубо прокричал высокий блондин.

— Для начала неплохо было бы представиться, — надменно подметила она, раздражаясь. — К тому же мы как-то выживали без вас и раньше.

— Я Ден, это Сили. Нас отправила Диана. Если выйдем сейчас, успеем к обеду, — он оглядел всех и с любопытством уставился на коня.

Быстро собрались и последовали за членами ордена. По пути она вспомнила мощь, проходившую через тело во время посещения дома, и страх поселился в сердце. Она могла бы вернуться туда прямо сейчас, ведь магические оковы базы больше не сдерживали способностей. Но не хотела бросать Мартина. Первостепенной задачей оставалось его спасение. Катарина даже себе боялась признаться в том, как он был ей дорог. Как только доберутся до ордена, тут же перенесутся на Землю. Дом успокоится и отдохнёт, а она возьмёт на себя часть обязанностей. Стив может остаться с ней. Пока оба будут находиться возле перехода, опасность Земле не грозит. Регина и Ангус найдут, чем заняться. Вдруг поймала себя на мысли, что могла бы перемещаться в пространстве чаще, как это делал Неис, но решила не рисковать. Путешествия отнимали много энергии, которая могла пригодиться в любую минуту.

Дорога до лагеря заняла несколько часов. Уставшие и голодные, они достигли пункта назначения. Посреди леса, окружённый со всех сторон высоченными деревьями, расположился орден «Вечность». Его было бы ни за что не отыскать, не зная куда идти. Местность казалась настолько непримечательной, что блуждать здесь можно кругами столетиями. Она улыбнулась. «По крайней мере, я лишила нас этой проблемы». Гранд обернулся на хозяйку и лизнул руку, нетерпеливо постукивая копытами. Катарина вновь погрузилась в мысли и поежилась. Из головы никак не выходило, что энергия утроила силы. Такое происходило впервые за многие столетия.

Лагерь представлял собой стратегический пункт, окружённый по периметру непроходимой чащей и вышками с автоматчиками наверху. Пробраться сюда было сложнее, чем выбраться с базы. Здания построены из неизведанного материала, отливающего мрамором, округлой формы, на манер увиденных в Арухе домиков. Лаконичность просматривалась абсолютно во всём. Люди в зелёном, мужчины и женщины, по большей части молодые, занимались своими делами и исподтишка разглядывали гостей. «Мы популярны не только в правительстве», — посмеивалась она про себя. Навстречу вышла Диана. Она широко улыбалась, обнажая идеальные зубы.

— Рада, что ты жива! А вот и они, те самые друзья! Мечтала посмотреть на людей, ради которых она решила рискнуть жизнью всего человечества Земли! — грубо сказала она, с укором взглянув на Катарину. — Как тебе удалось?

— Ты спасла моего друга? — отвечала она вопросом на вопрос намеренно, Диана ухмыльнулась.

— Естественно, я не нарушаю слова.

Из дальнего домика вышел Мартин. Когда увидел друзей, в глазах промелькнуло что-то странное. А потом, прихрамывая, он направился к ним так быстро, как только мог. Опухлость лица испарилась, но остались синяки, напоминавшие о жутких избиениях и заточении. Катарина побежала навстречу и крепко обняла, а он зарылся ей лицом в волосы. Слёзы хлынули из глаз, напряжение последних дней уходило, лёгкость и радость заменяли его.

— Как же я рада, что ты жив! — воскликнула она и вспомнила о только что увиденной хромоте.

И тут же присела перед ним на корточки, заставив раскраснеться, как младенца, и направила вместе с заклинанием на ногу энергию. Мартин совершил несколько шагов ровной походкой и улыбнулся, рыжие глаза обжигали. Между ними появились бы молнии, будь такое возможно.

— Что ж. Будьте как дома. Поговорим за ужином, — сухо сказала Диана, провожая к тому дальнему домику. Оставшись одни, они стали засыпать друг друга вопросами. Катарину интересовал орден и его устройство. Мартин рассказал об основателе Талари — итальянском, импульсивном мужчине. Сейчас его последователем являлась Диана. «Вот откуда у неё смуглая кожа и густые волосы». Орден издревле был вовлечён в дела перехода и старался делать всё возможное ради блага Земли. С некоторых пор он стал официальной организацией, которую спонсировали крупнейшие политические деятели земной цивилизации. Она задумчиво вглядывалась в картину, висевшую на стене, не различая изображения.

— Получается, определённый круг людей знает о переходе?

— Нет. Они жертвуют деньги на иллюзию. Орден веками туманил мозги. Если бы они знали про реальное местонахождение перехода, в твоём наследном доме давно была бы оккупация. — Она согласно кивнула. — Диана помогала не просто так Кэти. Ты же понимаешь, что нужно вернуться домой, как можно быстрее? Ты давно должна была этим заняться! — он был сильно обеспокоен.

— Я ни за что не вернулась бы без тебя, — прошептала она, и оба раскраснелись. — Это, скорее, в интересах Дианы бросать друзей, ради цели.

— Что дальше? — Стив обрёл дар речи. — Вернуться в свой дом я не смогу. Так что придётся тебе потесниться, — он игриво ей подмигнул, вызвав улыбку.

— Я с удовольствием.

Регина и Ангус тоже решили отправиться с ними. Попадать в лапы Замана вновь не хотелось. До утра путешествие терпело, и они собирались провести ночь в ордене.

Она вышла из домика и присела на крыльце в свете луны и ярких звёзд, усеявших небо. Ребята болтали, делились секретами за бутылочкой земного вина. Ужин состоялся, был сытным и вкусным. Диана напирала, повествуя о долге, и от этого слипались глаза. Катарина выдохнула, когда друзья решили отправиться к себе в апартаменты. Но спать не хотелось. Гранд притопал и просунул морду под перила крыльца. Она достала из кармана припрятанное за ужином яблоко и поделилась. Он довольно захрустел сочным фруктом. Под хруст, издаваемый питомцем, размышляла, сможет ли создать более широкую воронку, чтобы все смогли пройти одновременно. С магией пока что проблем не возникало, но всё же решила проверить силы. Проведя знак бесконечности в воздухе, разверзла воронку и с облегчением установила, что та открывается. Заман заблокировал силы на время. Вспомнился их разговор с Его высочеством, и она вздрогнула. «Не хотелось бы встретиться с ними когда-то ещё». И вдруг совесть, проснувшаяся где-то в глубине души, кольнула. Перед внутренним взором появилась улица «проклятых», женщина со стеклянными глазами, заблудшие по жизни люди, и те, кого держали на базе. «Они страдают». Правительство планеты было эгоистичным, ужасающим, жестоким. Она жалела всех, кого коснулась их безжалостная рука. «Но выхода нет. Земля вот-вот поглотится этой планетой. Я должна защитить свой дом». Мартин вышел и присел рядом, руки случайно соприкоснулись. Он аккуратно накрыл ей плечи одеялом.

— Спасибо, — робко сказала она, стараясь не показывать, как сильно он её волнует, и вновь возвращаясь мыслями к Габриэлю.

— Не за что. Это ты меня спасла. Тебе и спасибо. Забавно. Этот мир пытается убить меня не в первый раз, а мне до этого всё равно есть дело, — печально улыбнулся, потирая ладошки. — Не хочешь возвращаться? — она подняла глаза, и в них он прочитал ответ. — Кэти. Я знаю тебя. Ты герой. Но сейчас это может привести к гибели целой планеты. Мы вернёмся и спасём остальных, как только всё устаканится, хорошо? — она, не отрывая взгляда, пожала плечами.

Мартин умолял, кричал всем своим естеством, и это было написано на лице. Она дернулась навстречу, и они утонули в поцелуе, жарком, неистовом. Внутренности горели будто огнём, и она вдруг начала светиться. Мартин ласкал её под рубашкой, каждое прикосновение пронзало насквозь. Конь возбужденно заржал, наблюдая картину. И тут он отстранился, понимая, что она светится, словно маяк в темноте.

— Кэти. Что происходит? — испуганно спросил он. Катарина выдохнула, потушив сияние.

— Энергия утроилась с недавнего времени, и я с трудом её сдерживаю.

— Так вот что за луч вчера вы сделали! Почему её стало больше?

— Не знаю. Должно быть, они что-то сделали в доме Стива. Другого объяснения у меня нет. И… этого между нами не должно повторяться, Мартин! — сурово добавила в конце.

— Я не отступаю Кэти. Так просто, чтобы ты знала.

Он выглядел серьёзным и уверенным. Стало безумно приятно, но она попыталась скрыть эмоции, хоть и довольно неумело.

Ещё долго Катарина не могла уснуть, возбужденная поцелуями и ощущением рук на теле. Хотелось повторять без остановки, снова и снова, а потом он накрыл бы её собой. Но тогда она предала бы Габриэля, отсутствие которого, возможно, и побуждало тянуться к нему. В любом случае нужно было выяснить это как можно скорее, пока бесповоротно не переступила черту. Она вспомнила о новой, ментальной способности и решила немножко использовать перед сном. И вскоре оказалась в богатом лофте, обставленном дорогущей мебелью. Золотые полы сверкали, отражая громадные люстры, а за вид из окна можно было убить. Знакомый силуэт корюзлого лорда расположился к ней спиной. Он скрестил сморщенные руки и устремил взгляд на свои владения. Подойдя чуть ближе, разглядела не только пейзаж, но и верхушки небоскрёбов, которыми был заставлен город. Похожие видела в Сарамаке. Возможно, это и был он. Катарина поравнялась с ним, созерцая и позабыв о том, зачем прибыла. Он слегка повёл лицом в её сторону и шумно втянул носом воздух.

— Приятно пахнешь. До отвращения приторно. Пришла посмотреть на своего возлюбленного? — в безжалостном взгляде не было ничего, кроме злости. Она вздрогнула всем телом.

— Ты не можешь видеть меня. Я не настоящая, — лепетала она.

— Он не может, — лорд указал ей за спину. — Я могу, — пытливые глазки забегали.

Она повернулась и увидела Габриэля: прекрасного, широкоплечего, облачённого в рваные джинсы и белоснежную рубашку. Он сидел в кресле, положив руки строго на ручки, и разглядывал начищенные до блеска ботинки. На пленного совсем не походил.

— Задаёшься вопросами милая? Почему твой парень не сидит на цепи? Не истощён и избит? Ты и сама знаешь ответы, так ведь? Мы завербовали его. Теперь он наш и сделает всё, что я прикажу. Чтоб ты знала, он быстро сломался. Рассказы о тебе, доме, силе, связи, Земле пополнили мою коллекцию знаний. Его высочество никогда не обладал дальновидностью истинного монарха. Ну, ты и сама это поняла, когда присутствовала на собрании в прошлый раз. Порабощать людей? Да, конечно, это могло быть весело, и только. Я же хочу использовать вашу планету в более прагматичных целях. Только представь, что будет, если найду способ выкачивать энергию из вашего мира? Правильно. Он затухнет, сойдёт на нет, вымрет, исчезнет и поглотится насовсем. Да, печально. На что только не пойдёшь ради науки! Я ведь учёный. Ты знала об этом? — она с ужасом распахнула глаза, пытаясь осознать происходящее.

— Зачем тебе это? — глухо вырвалось, наконец.

— Я долгие столетия разрабатывал машину, которая смогла бы преобразовать энергию в нечто большее. Попытки увенчались успехом. Первое преобразование прошло через меня непрерывным потоком, давая определённые преимущества организму. У меня повысился уровень интеллекта, магическая составляющая стала мощнее. Я жаждал большего тогда и не перестаю идти к цели сейчас, дорогая. Изобретение сделает меня непревзойдённым, непобедимым, неиссякаемым! Я буду жить вечно! А планета «Гор» станет пристанищем на тысячелетия вперёд! Не хватало одной маленькой составляющей — нужного количества энергии. Наша планета не смогла дать мне этого, и я стал искать следы перехода, потратив на это многие годы. Твой предок Аластер был не плохим парнем, но не оставил выбора. Ничего личного, — руки сжались в кулаки, энергия в комнате пульсировала. — Знаешь, были легенды и о других точках соприкосновения, с иными мирами. Но я отчаянно верил в существование Земли, не переставая ждать и надеяться, что рано или поздно она мне откроется. Я усилил поток энергии «параллельной». Ты это почувствовала?

— Ничего не выйдет Заман. Ты не сможешь питать свою машину, не открыв перехода, — процедила она сквозь зубы, и он захлопал в ладоши.

— Эврика! Ты догадалась! Тут и начинается твоя партия! Ты поможешь мне в этом! Не смотри так! Тебе придётся, или я прикажу Габриэлю отрубить самому себе голову. Достаточная мотивация? Как считаешь?

Она застыла от ужаса, но быстро прогнала назойливое ощущение. Золотая волна, сотканная из множества лучиков, приправленных гневом, ударила лорда в грудь. Он отлетел в конец лофта, приземлившись на пятую точку. Габриэль вскочил на ноги, не понимая, что происходит. Она нахмурилась, глядя на предавшего её мужчину, и перенеслась обратно, вновь оказавшись в кровати.

Неприятная встреча пролетела быстро, на улице светало. Скоро они отправятся на Землю, убегая прочь от Замана, другой планеты и её проблем. Конечно, возвратить энергию в былое русло и уменьшить объёмы не смогут. Но всегда есть возможность научиться справляться. По этому поводу переживать не приходилось. Она вышла на улицу и босиком прошлась по холодной, покрытой утренней росой траве. Солнышко слабо светило торчащим из-за горизонта краешком, ветерок развивал волосы. Катарина оглядела лагерь, в котором спряталась от тиранов, поработивших целый мир. Печаль и тоска, что он позволил себя завербовать, разрушала душу, рвала на части. Закололо в груди, и она крепко прижала к ней руку. «Как он мог рассказать ему всё?! Заман не знал и половины, чтобы начать действовать, до него». Не понимала смысла поступка, не видела связи. И всё же не могла в это поверить, отказывалась принимать. Она не переставала любить его ни на мгновение, хоть и запуталась. И, увидев, лишний раз убедилась в этом. Вздохнула. Проблемы в личной жизни не могли стоять на первом месте в мире, когда вокруг творится такое, но именно так и обстояли дела. Задвинув переживания в дальний уголок сознания, вернулась к размышлениям о планете. «Что сделала бы Лина? Бежала, поджав хвост? Это вряд ли… Даже Чера попыталась бы надрать зад этому снобу!». Разгорячившись, заходила кругами, не обращая внимания на человека, наблюдавшего со стороны за метаниями. «Чёрта лысого! Машину он построил! Ага! Как же! Я просто обязана сюда вернуться!». Она подняла голову к небу. Голубое, чистое, не омрачённое пребыванием облачков, оно просто висело над головой. Как вдруг, из ниоткуда хлынул дождь, каплями покрывая красивое лицо, пропитывая одежду и волосы. И ее посетило ощущение чистоты и невесомости. Катарина твёрдо решила, прошептав под нос еле слышно:

— Я обязана всё изменить.

* * *

Он открыл глаза в затхлой комнатке, напомнившей о недавнем заточении у колдуна. На пороге появился неприятный мужчина, который смог испортить побег. Он подошёл слишком близко, рискуя быть атакованным. Как только Габриэль подумал об этом, он хмыкнул и замотал головой.

— Я бы не рисковал на твоём месте, — голос спокойно и твёрдо раздался эхом в крошечном помещении.

— Ты не на моём месте! — прорычал он в ответ, но мужчина не обратил на это внимания.

— Я лорд Заман. Ты не понимаешь, ради чего сей спектакль? Я мог бы пытать тебя, заставить ощутить невыносимую боль. Только вот к чему подобные траты сил и времени? Ты нужен мне… в качестве рычага воздействия… на неё. Нет смысла скрывать. Она женщина, к тому же достаточно вспыльчивая. Такие пойдут на всё ради любви.

— Что ты можешь знать о любви? — лорд скривил, и без того, отвратительное лицо.

— Я знаю достаточно. Ты можешь согласиться работать на меня и дать полезную информацию, или я убью её. Хотя нет, постой-ка, есть идея поинтереснее. Я заставлю её страдать всю оставшуюся жизнь, сделаю калекой, уничтожу морально. — Габриэль замахнулся, но он предугадал намерение и увернулся. В ответ чёрная волна ударила его в бок, и он сполз по стене, стараясь восстановить дыхание. Заман невозмутимо одернул пиджак. — Я не так прост, как может показаться на первый взгляд. В нашем мире гораздо более важную роль играет интеллект в совокупности с магической составляющей, нежели наличие мышц. Подумай о предложении. Времени у тебя мало. Я приведу задуманное в исполнение, если к следующему визиту не окажешься на моей стороне, — и он ушёл, оставив его одного.

Габриэль хаотично соображал, как поступить. Ни за что не подвергнул бы её опасности, ведь любовь к ней была запечатлена в сердце. Он не знал, где она, и что происходит. Быть может, ей удалось сбежать. По крайней мере, отчаянно на это надеялся. Заман посетил его позже, так и не дождавшись сговорчивости. Следующий визит лорда оказался не таким приветливым. Он не дрогнул ни единым мускулом, продемонстрировав видеозапись на электронном экране. На ней Катарину подвергали чудовищным избиениям. Мужчины в камуфляже разъярённо наносили удары ногами, кости хрустели, крики любимой застыли в ушах, причиняя душевные страдания. Его парализовало от ужаса, и следующие несколько дней были посвящены самобичеванию и отрешённости. Он не мог допустить повторения, и скорей бы умер сам от разрыва сердца, чем подверг любимую издевательствам вновь. Где-то в глубине закралась мысль, что это ловушка и видео не настоящее. Но потом вспомнились крики, и он вновь пришёл к обратному выводу. И переступил через себя, предавая друзей, Землю и миллиарды её жителей, ради благополучия женщины, без которой не видел смысла существования. Заман расцвёл, впитывая каждое слово. Габриэль пытался укрывать важную информацию, но он чувствовал это каким-то неведомым образом, будто имел встроенный детектор лжи. Пришлось поведать буквально обо всём, что знал сам. В тот же день вывели из подвала и поселили рядом с просторными апартаментами лорда. Непонятное стало приобретать краски, которые казались тёмными и беспросветными. Заман ежедневно промывал ему мозги, и вскоре он начал считать идею психопата гениальной. Конечно, он подозревал, что всё это чушь, но, как только оказывался рядом с ним, подвергался пагубному воздействию и, может, гипнозу. Ночами, оказываясь наедине с собой, пытался найти себя, собрать по кусочкам, ускользая куда-то, проваливаясь. Начал забывать её, и Стива, и дом, и прошлое в целом. Обновление происходило успешно. Он и сам понимал, что скоро от него ничего не останется. Тот день поселил сомнение в душе, заставив копаться в себе с новыми силами. Заман пролетел несколько метров, ноги оторвались от пола. В этот момент затуманенный взгляд прояснился, и он увидел Катарину: прекрасную, разгневанную, невероятно притягательную. Холодные, ледяные глаза сверлили неприязненно, лицо скривилось от отвращения. В груди что-то надломилось, оборвалось и упало вниз, прямиком в пятки. Она исчезла, растворившись в пространстве, а он сделал вид, что не понимает происходящего. Вспомнив о том, как сильно влюблён, и кем является, утаил от лорда, запрятав мысли глубоко в сердце. Теперь он хватался за ее воинственный образ, опасаясь вновь позабыть всё на свете.

Глава 5

Шаг назад

Она не хотела возвращаться домой. Ощущение трусости подливало масло в огонь. Катарина тяготилась принятым решением и обещанием ордену вернуться на Землю незамедлительно. Однако понимала, что нарушив обещание, накликает беду не только на себя, но и на друзей, которым и так не было места на этой планете. Прошептав под нос заклинание, обратила Мартина в кота, и Регина охнула от неожиданности.

— Он перевёртыш? — спросила она, разглядывая рыжего.

— Не знаю, что ты имеешь в виду. Но, наверное, да. Долгая история. Он не может переходить в облике человека. В прошлый раз чуть не умер. — Стив грубо схватил кота и закинул на плечо.

Она не могла подвести их, и Землю, а потому, переступая через себя, перенесла во внутренний двор наследного дома. Лошади прижимали уши, склоняли головы, с трудом удерживаясь на ногах. Все, кроме Гранда, ни капли не изменившегося после перехода. «Это мой мальчик», — радостно думала она, испытывая чувство гордости за своего питомца, и союзника. Стив делал вид, что его это не коснулось, но зелёный цвет лица спрятать не удалось. Остальные страдали ровно до тех пор, пока Ангус не подкинул светящийся порошок, который распылил ветер. На неё лекарство не подействовало, зато у других пропали симптомы болезни. Затем она прошептала заклинание, обратив Мартина назад, и он тут же спрятался за нее, прикрываясь. Обе девушки раскраснелись. Гости находились в доме впервые и не уставали восхищаться убранством. Регина ощутила магию невероятных масштабов и бесконечно охала.

Катарина скрылась, уединившись в спальне, и провела рукой по шёлковым простыням, вспоминая объятия и ночи, проведённые с ним. Сердце предательски заболело. Дверь робко отворилась, и на пороге появился Мартин. Он выглядел сконфужено. Территория, на которой находился, была запретной. Невольно он представлял себя с ней, и она это знала.

— Что происходит? Что-то не так с домом? — спросил, присаживаясь рядом.

Она вдруг поняла, что, снедаемая душевными муками, не заметила встречи с домом, который являлся её неотъемлемой частью. Прислушавшись, ощутила, что всё замечательно, и он безмерно рад возвращению. Никаких следов усталости, тяжкой ноши. Энергия по прежнему била ключом.

— Как ни странно всё лучше, чем я ожидала. Могла и не торопиться, — недоумённо проговорила она.

— Но нас не было довольно долго! Ты и сама говорила, что всё может быть плохо, — он тоже не мог ничего разобрать, и разговор зашёл в тупик.

Мартин помедлил и осторожно взял ее ладонь, мурашки пробежали от кисти по всему телу.

— И всё же ты подавлена. От меня не укроешься Кэти. — Она повернулась лицом, слёзы катились крупными, солёными каплями.

— Я хотела увидеть Габриэля, чтобы понять… Не важно. Он предал нас. Заман завербовал его и теперь в курсе всего. И она рассказала обо всём, что произошло. Мартин задумался.

— Рано делать выводы. Такие, как Заман, умеют воздействовать на людей, если им что-то очень нужно. Помнишь, ты говорила, что он убил Аластера только потому, что не смог приручить. Может, оно и к лучшему, что Габриэль встал на его сторону. Это временно Кэти. Я уверен, всё образуется, — он провёл ей рукой по щеке, и она затрепетала в ответ, но быстро встряхнулась, в который раз подавляя желание.

— Ты прав. Сейчас мы должны подумать, как освободить нуждающихся. Чем ближе к Габриэлю, тем ближе к Заману. Он будет держать его подле себя, несомненно. Пора разработать план.

Она была не намерена брать передышку, и он не стал уговаривать, понимая, как серьёзно настроена. В животе заурчало. Вспомнила, что голодна. И вот крестовый поход отложен до утра, а Мартин сияет хитрой улыбкой.

После ужина расположились в бархатном зале, отвешивая шуточки про королей. Она стояла у окна, потягивая вино из хрустального бокала в неподходящей к интерьеру одежде, но с наиболее точным выражением на лице, которое возможно было представить. Мартин не сводил с неё глаз, не скрывая чувств, бушующих в нём, словно море. Стив заметил её отстранённость и прочистил горло нарочито громко. Остальные умолкли.

— О чём задумалась Кэти?

— О том, что другие всё ещё заперты в клетках, пока мы наслаждаемся красным полусладким, — ответ прозвучал резко, хоть она и не собиралась никого обидеть. — Стив замялся, в зале воцарилась тишина.

— Расслабься. Мы заслужили один день, так ведь? Ничего ужасного в этом нет. Всем иногда требуется отдых. Завтра разработаем план. Я всегда с тобой, ты же знаешь, — голос звучал настолько обиженно и искренне, что её кольнул укол совести.

Узнав о планах Замана, выуженных во время ментального путешествия, они повесили головы. Регина заговорила первой.

— Ты всё ещё хочешь противостоять этому ублюдку? Ты хоть понимаешь, что отправляешься на верную смерть? Он уничтожит тебя щелчком пальца! — она щелкнула в подтверждение своих слов. Катарина вспылила.

— Я не прошу тебя следовать за мной! Можешь начать новую жизнь на Земле! Я никогда не просила никого из вас! Но и людей гнить на той проклятой базе не брошу! Для меня всё закончится смертью одного из нас! Либо я, либо лорд Заман! Он ответит за смерть моего предка! И за истязания людей столетиями! Хочешь ты этого или нет! — ветер растрепал волосы, гул завываний разнесся по коридору, золотые лучи кружили под потолком с бешеной скоростью, умножаясь и напоминая грозовые тучи. Глаза Регины распахнулись от страха. Мартин вскочил с места.

— Угомонись! Ты пугаешь их! Каждому из нас пришлось нелегко, не одной тебе! — его грудь вздымалась, дыхание стало прерывистым, золотые лучи спустились на пол и стали преобразовываться в громадных тигров. Она не владела собой.

— Серьёзно Мартин? Как ты смеешь говорить так со мной?! — сказывалась утроенная мощь энергии «параллельной» и тяжелейшее пребывание на базе.

Он преодолел расстояние в один прыжок, схватил за локоть и выволок прочь, лучи растворились. Затолкнул в каминный зал, она гневно вырвала руку. Камин вспыхнул и затрещал поленьями. Напряжение достигло апогея, между ними буквально трещал воздух, и он поцеловал её, назойливо и грубо. Она ответила, позволяя себя ласкать. Руки блуждали по телу, возбуждая. Он был настойчивым и трясся всем телом. Огонь полыхал не только в камине. Разгорячённая и смущённая, она не могла остановиться, мысли покинули голову. Не оставалось ничего, кроме них двоих, его губ, щетины, рыжих глаз, поджарого тела, крепких объятий. Мартин сорвал с неё одежду и повалил на пол, накрывая собой. Мягкий ковёр приятно касался обнажённого тела. Прижался плотнее, протискиваясь между ног, и она застонала от наслаждения. В этот момент Катарина совершенно не терзалась чувством вины. Оно придёт позднее. А сейчас они были едины. Золотые лучи кружили, извиваясь и совершая кульбиты, дом скрипел паркетом. Энергия захлёстывала, рвалась наружу. Она засветилась, как маяк во тьме. Только теперь он не остановился, не смог. В момент экстаза энергия потоком прошла сквозь обоих, даруя небывалые ощущения. Они не могли остановиться до поздней ночи. А после опустошённые долго ещё не могли перевести дыхание. Катарина положила голову ему на плечо, и он обнял в ответ, проводя пальцами по изящному бедру. Прикосновение было приятным, щекотным и расслабляющим. Они так усиленно боролись с собой и держали чувства под запретом, что, в конечном итоге, те чуть не разорвали их на куски. Мартин прижал её сильнее, тёплое дыхание обдало лицо. Он заглянул в ледяные глаза, потеплевшие в одночасье.

— Я люблю тебя Кэти. И пойду за тобой, куда пожелаешь. Я никогда не попрошу выбирать. Не сделаю больно. Не буду давить. Просто знай, что я рядом. Всегда, — он говорил, и на сердце разливалось тепло, от которого хотелось летать.

— Я тоже люблю тебя, — слегка запнулась, осознавая, что сказала правду.

Теперь она понимала, что отсутствие Габриэля не играло роли. Чувства к Мартину были у неё изначально. Правда, слишком противоречивые.

Целую неделю они посвятили разработке плана нападения. Стив оказался в их лодке. Ангус тоже присоединился, боготворя её и превознося. А вот Регина откололась и решила покинуть, что собственно и сделала. Никто был не в обиде. И только Катарина печалилась, привыкнув к девушке за время путешествия. К тому же считала её смелее и разочаровалась, в отличие от остальных. Прошло порядочное количество времени, а у них все еще не было плана. Стив перерывал библиотеку в надежде, что подвернётся нужная стратегия. Ангус заготавливал снадобья на все случаи жизни. А она вновь погружалась в воспоминания, пытаясь разузнать о Замане больше. Однако в этом мире следов его пребывания не было. Других идей существовало навалом, только все они отметались мужчинами, которые начинали не на шутку сердить. Мартин тоже ломал голову, как помочь, прерываясь лишь для того, чтобы уделить ей внимание. Каминный зал стал излюбленным местом встреч, соединения тел и душ. Каждый раз она отключалась от всего, время останавливалось, жаркие поцелуи затуманивали рассудок. Катарина поверить не могла, что это с ней происходит. Снова. Чувство было сильнее, чем прежде, и сметало с пути остальные. Совесть периодически грызла из-за Габриэля, вина прогрессировала. Но она излечивалась, как только Мартин оказывался рядом и пожирал глазами. Не раз возникало желание отправиться к Габриэлю ментальным способом и попытаться поговорить. Останавливал здравый смысл. Лорд мог её видеть, а значит, мог и навредить. Отчасти так она и думала, но было и ещё кое-что — страх за его разбитое сердце. Она не боялась за себя, быть отвергнутой, ощутить его гнев. Меньше всего хотелось, чтобы ему было больно, потому что всё ещё любила. По правде говоря, она не знала точно, кого из них любит сильнее. Окажись Габриэль рядом, металась бы между двух огней.

Время будто застыло, и Стив хватался за голову, раскалывающуюся от усталости. Ангус протянул пузырёк со снадобьем, и он благодарно кивнул в ответ. Эти двое заметно спелись, проводя много времени вместе. Собственно, а что ещё оставалось, когда двое других членов команды утопали в любви. Катарина ворвалась в библиотеку, принеся за собой единоличный, маленький вихрь. Нестабильное состояние и выражение бешенства на лице говорили о том, что скоро она взорвётся и отправится на планету «Гор» одна, с миссией крушить до победного. Оба сделали неуверенные шаги назад.

— Сколько ещё мы будем прозябать за книгами Стив? Прошло достаточно времени! Ты обещал, если к концу недели не найдёшь стратегию, выдвигаемся и делаем по-моему! Сегодня последний день! — каждое слово было объято яростью, в комнате бушевал ураган прямо у них над головами.

— Тише. Кэти. Без обид, но твой план отстой, — он поднял и выставил перед собой руки, сдаваясь. Она зарычала от бессилия. — Слушай, злись сколько влезет! Это не убивает, в отличие от отсутствия хорошего плана. Как только нападёшь на базу, будешь схвачена. Оказавшись в клетке, людям не поможешь. В твоём случае отправишься к Заману, который не станет ждать, пока согласишься примкнуть. Он заставит открыть переход и станет всесильным. Вот тогда дорогая у нас начнутся реальные проблемы.

Стив был спокоен, рассуждая на эту тему множество раз. Он просчитывал массу вариантов, но ни один не посчитал подходящим. Она плюхнулась в кресло и схватилась за голову.

— Хорошо. Проникнуть на базу не можем. В твой дом тоже. С чего же тогда начинать?

— Без понятия, — выдохнул он.

Она заходила по комнате, не заметив появления Мартина. Он встал в дверях и пристально наблюдал.

— Что если мы обратимся к ордену?

— Нет! — хором ответили мужчины, и она повернулась на своего.

Да, она считала его своим, как и Габриэля, до сих пор. И иногда сокрушалась, почему вообще должна выбирать. Ситуация оказалась сложной и эмоционально неустойчивой. Она даже смеялась над тем, что когда-то у неё не было ни одного, а теперь целых два, хоть второй и оказался предателем с промытыми мозгами. И вдруг вспомнила момент, когда впервые осознала, что любит Мартина, наблюдая за поцелуем в воспоминании. Она искала его за спиной у Габи, лгала. И себе в том числе, отказываясь принимать чувства, испытываемые к Мартину. Поймав обеспокоенный взгляд рыжих, соблазнительных глаз, вспомнила и то, как искала его на улице «проклятых» и думала, что никогда больше не увидит. Катарина внезапно распахнула глаза, закусив нижнюю губу.

— Кэти? Что происходит? — Мартин приблизился, ожидая.

— Стоп. Стоп. Стоп. Стоп, — бормотала она. — Приют. Стив? Ты помнишь? — он хмурился, соображая. — Женщина, напавшая на нас!

— Разве забудешь такую суку, — бубнил он, всё ещё не понимая, к чему она ведёт.

— Она говорила странные вещи. Тогда я не хотела слушать, потому что желала лишь одного… — поймала печальный взгляд и улыбнулась, как бы извиняясь. — Женщина говорила, что я должна продолжить чьё-то дело. Вот с чего мы начнём. Отправимся на улицу «проклятых»! — Мужчины заинтригованно переглянулись.

В ночь перед путешествием они, как и всегда, обнимались, лёжа перед камином. Тепло, исходившее от огня, ласкало спину, его глаза всё остальное. Он нежно провёл ей пальцами по губам и спустился к шее.

— Я ждал тебя столетия. Даже будучи в обличии кота, я сходил по тебе с ума Кэти, — жарко шептал он.

— Правда? Что-то было не особо заметно, — шептала она, улыбаясь.

Поцелуй соединил воедино, но она нехотя отстранилась. Мартин посмотрел вопросительно.

— Регина, — вздохнула она, — возвращается к нам. Я не смела надеяться, — она просияла, ощущая, как та появилась в долине и направлялась к дому.

— Думаешь, стоит ей доверять?

— Почему нет?

— Ну… Хотя бы потому, что она повелевает всем животным миром. При желании она могла бы поработить другие миры, натравив зверей на кого угодно.

Катарина принимала его правоту, но не хотела думать о ней плохо. Она будто всегда её знала, видела желание бороться с несправедливостью, разделяла горячность. Регина прибыла и изъявила желание отправиться с ними. Катарина хотела согласиться, но остальные выразили сомнение. Они хотели знать причину, по которой она изменила мнение. Девушка говорила, что осознала трусость и не хочет всю жизнь трястись от страха, ни в этом мире, ни в каком-либо другом. Аргумент был засчитан. Однако Катарина уловила тень лукавства. Она не договаривала что-то важное. Выяснять времени не было, и ранним утром она перенесла их на улицу, давно покинутую надеждой.

Мартин шагал впереди, стараясь скрыть нахлынувшие эмоции пробудившихся воспоминаний. Она могла только предполагать, каким ужасным было его детство. Однако испытания прошлого сделали его тем, кого полюбила. Без них никак не обойтись. Катарина взяла его за руку и крепко сжала, давая понять, что рядом. Люди в лохмотьях, пьяные, изуродованные, калеки, попрошайки, дети впивали в гостей любопытные взгляды. Она помнила, как Стив говорил о них когда-то, как опасался. Даже правительство не ступало на эти земли многие годы, побаиваясь изгнанников. Был в этом и плюс — они были в безопасности и защищены от влияния Замана. «Перенестись сюда оказалось отличной идеей». Теперь она в этом ни капельки не сомневалась. Мартин прижал к себе, сокращая расстояние.

— Когда окажемся на пороге приюта, дай мне минутку, хорошо? Я сам поговорю с Карен, — она удивлённо заморгала. — Да. Она может быть занозой в заднице. Особенно, когда дело касается её детей, которым и я был когда-то. Знаешь, она заменила мне мать. Я буду благодарен этой женщине до конца своих дней, не смотря ни на что, — она кивнула, хоть и не могла представить злобную тётку со стеклянными глазами в качестве матери.

Приют был также запущен, как и в предыдущий визит. Процессия остановилась возле крыльца, ожидая дальнейших указаний. Мартин поцеловал её и прошёл внутрь. Регина тут же выразила сомнение.

— Я не понимаю, зачем мы здесь. Это место хуже, чем база в тысячу раз! Ты позволила ему пойти одному? — она нервничала и срывалась на писк. Катарина спокойно посмотрела ей в глаза.

— Я доверяю ему больше, чем себе. Тебе тоже следует попробовать довериться кому-то. Это значительно упрощает жизнь. И я никогда не пожертвовала бы никем из вас, — Регина покраснела, вжала шею в плечи и умолкла.

Прошло около получаса, на приличном расстоянии стали собираться зеваки. Их становилось всё больше, и они уже превосходили численностью в несколько раз, подбираясь ближе. Стив занервничал, остальные тоже ожидали удара в спину. Катарина не могла больше ждать, в голову лезли ужасные мысли. Да и потом обещанную минутку она предоставила.

— Я иду внутрь, — уверенно сказала она, вызвав новую волну недовольства.

Громче всех заголосила Регина. Пришлось согласиться пойти вместе, лишь бы не привлекать внимание. Они преодолели крыльцо, и потрескавшаяся парадная открылась взору. Крысы без стыда и совести свободно мигрировали по ней. Мерзкий вид отразился множеством эмоций на лицах друзей. Из ближайшей двери вышел мужчина: горбатый, кривоногий, маленького роста, сальная кожа поблёскивала на обвисшем лице, затуманенный взгляд был с прищуром, один глаз закрывало бельмо.

— Чужие, — протяжно прокряхтел он, — убирайтесь, пока целы.

— Мы пришли не к тебе. Позови Карен, — вызвалась она говорить.

— Или что? Позовёшь лорда на помощь? — он изучал её единственным, зрячим глазом, обнажив гнилые зубы в полуулыбке.

Другая дверь отворилась, и в коридоре появился Мартин. Следом за ним вышла та самая женщина, с которой они когда-то не сладили. На шее у неё также красовалось вульгарное ожерелье. Она быстро оказалась рядом, не сводя с неё стеклянных глазниц, и взяла за руки. Цепкая хватка была неприятной, как и сама женщина. Но в её поведении что-то с тех пор изменилось. Она не желала им зла.

— Добро пожаловать, ещё раз. Я ждала тебя, — горбатый начал бубнить, но она быстро отправила его куда-то. — В прошлую встречу ты проявила себя. Я рассказала людям, но они не поверили. Могу я поговорить с тобой наедине? — ее била мелкая дрожь, сотрясая всё тело.

Катарина посмотрела на Мартина. Он еле заметно подмигнул, и она согласилась на приватную беседу. Карен отправила всех в гостиную, где они могли познакомиться с жителями приюта. Энтузиазма на лицах написано не было, но и противиться они не стали. А её привела в кабинет, прокуренный настолько, что запах вселился в стены и жил своей жизнью. Она усадила гостью на грязное, потрёпанное кресло. Катарина ощущала себя, мягко говоря, не в своей тарелке. Ну, а если быть честной, каждая клеточка её существа кричала от эстетического шока, а одежда казалась грязной и пропитанной бактериями. Она отметила про себя, что обязательно сожжёт всё, как только покинет это место. Карен села напротив, сложив руки на колени, голос дрожал, пальцы, усеянные язвами, не могли найти себе места.

— Катарина. Я понимаю, что тебе противно находиться здесь. Я чувствую это. Тем не менее благодарна за то, что ты не бросила нас. Пока что мне трудно довериться твоим спутникам, но я попытаюсь. Как и мои люди. Мы наслышаны о вашем побеге. Новости доходят, но не так часто, как хотелось бы. Мы ждали тебя столетиями. И вот ты здесь! Даже не верится! — выглядела она странной, нервной, боязливой.

— В прошлый раз ты говорила о какой-то миссии. Что это значит?

— Аластер. Этот район начал образовываться ещё в его время. Моя бабка была с ним знакома и дружна. Он не бросал её, и других, даже когда сослали сюда. Твой предок пытался бороться с правительством. Забавно, правда? Он ведь даже не был нам земляком. Как и ты. В этом вы схожи. Иначе, зачем бы тебе понадобилось вызволять таких отщепенцев, как мы? Так вот. Он говорил, что если с ним что-то случиться, на его место придёт красивая, молодая, умная и бесстрашная девушка, которая будет повелевать мощнейшей магией из всех возможных. Как только я увидела то, что ты сделала, сразу всё поняла.

— Он знал. Безумие не смогло уничтожить дар. В который раз я жалею, что не была с ним знакома. У меня есть план, и я надеялась на вашу помощь.

— Чем же мы можем помочь? Ведь мы даже не в силах покинуть отведённый для жизни клочок земли. — Карен заметила недопонимание и прищурилась. — Ты не знаешь? Район покрыт заклинанием. Переступивший истечет кровью до смерти. Мы пытались бежать, искали лазейки, но в итоге покорно приняли судьбу. — Катарина резко поднялась со стула.

— Я хочу это видеть!

Карен привела к границе, покрытой заклятием и проходящей через весь район. Зеваки высыпали на улицу, толпились, шептались. Она подошла к краю и ощутила это — поток энергии пульсировал. Провела рукой в воздухе, пытаясь понять, сможет ли справиться в одиночку. Древнее, неистовое и нереально мощное оно испугало. И она решила для начала посоветоваться с друзьями. Ангус выдвинул теорию, что смог бы изготовить снадобье, способное ослабить поток, и заклятие было бы проще нейтрализовать. Она и сама ощутила, насколько сильная защита наложена. «А как же иначе? От этого зависела безопасность правительства. Они ограждали себя от тех, кого посадили на цепь!». Затрясло от ненависти, но поборола эмоции. Они решили остановиться на этом варианте. Ангус приступил к работе, как только получил необходимые ингредиенты. Катарина повернулась к Карен и заулыбалась.

— Собери, пожалуйста, всех. Я должна сказать речь.

Стив и Мартин находились рядом, словно телохранители, а Регина прикрывала тылы. К вечеру на главной улице, вместившей множество отщепенцев со всего «проклятого» района, собралась толпа. Потерянные, обозлённые, хмурые люди обратили взоры, повидавшие лишение и горе, на чужеземку, зашедшую на самодельное возвышение из досок, сделанное на скорую руку. Она оглядывала их, и сострадание разрывало на куски сердце, ненависть к узурпаторам клокотала внутри, энергия переполняла. Катарина заговорила, и голос, подхватываемый энергетическим потоком, усилился и загрохотал над забытым Богом местом.

— Я Катарина Мансдантер! Потомок самого Аластера — величайшего из колдунов Земли! Мой предок начал противостояние угнетателям задолго до моего рождения! Но не смог завершить начатое, будучи убитым лордом Заманом, сославшим большинство из вас сюда! Если не каждого! — при упоминании о тиране пронеслась волна шёпота. — Я не землячка вам, не родная, не своя! И понимаю, как тяжело довериться кому-то, кого не знаешь! Но хочу помочь от всего сердца! Не ради мести ублюдкам, поступившим скверно со мной, родными и близкими! Не ради славы! А просто потому, что так быть не должно! И потому, что могу! — злость опутывала каждую клеточку, глаза сверкали, золотые лучи закружили в вихре, кожа засветилась, словно гирлянда. Толпа охнула, кто-то закрыл рот рукой, не веря своим глазам. — Я не стану лгать! Если пойдёте за мной, придётся бороться, будут потери, смерти! Размеренному укладу придёт конец! Но разве можно назвать это жизнью? — она обвела их рукой. — Разве свобода не стоит того, чтобы проливать за неё кровь? Вместе мы сможем одолеть противника! Вместе мы создадим новый мир! И в нем не будет места угнетателям с их жестокостью и цинизмом!

Толпа начала оживать, кто-то выкрикнул её имя, другие подхватили. Они топали ногами и скандировали: «Катарина!», принимая условия и показывая готовность к переменам, к битве. Она переполнилась энергией через край и направила на них. Они гулко охнули вновь, ощутив незримый поток. Свечение угасало, люди подпитывались невероятными силами, увечья выправлялись, ум прояснялся. Кто-то кричал: «Это чудо!», разглядывая себя. Друзья смотрели на неё с восхищением и гордостью. Стив утирал лицо рукавом, смущённо улыбаясь. Она смогла заполучить расположение местных. Оставалось дождаться снадобья Ангуса. Ещё долго они не отпускали её, окружив плотным кольцом. Увещевания Карен о том, что гостья устала, проходили мимо ушей. Мальчишка, лет двенадцати, робко стоял в стороне, а потом решительно сделал шаг вперёд.

— Каково это когда можешь всё? — голубые, крупные глазки на изможденном от голода лице ожидали ответа. Она поняла, что является примером, героем, освободителем, и ощутила странное чувство, но приятное.

— Ты и сам узнаешь, когда всё закончится. А если будешь прилежно учиться, обязательно сможешь всё, — он просиял.

— Ты научишь меня? — надежда лучилась на детском лице.

— Я постараюсь, — и он повис у неё на поясе, крепко обхватив тощими ручками, а люди захлопали в ладоши.

Когда очередь желающих пообщаться наполовину иссякла, Карен всё-таки отвоевала её и отвела в приют. Им достались лучшие комнаты здания. Катарина запротестовала. Хозяйка обиженно восклицала, что подготавливала жильё ради них, но она оказалась непреклонна. Смещать детишек в подвал была не намерена. В итоге они заняли первый этаж, просто бросив матрасы на пол там, где не было дыр в полу. Двери пришлось закрыть, народ не желал оставлять в покое. Усталость брала своё. Устроившись рядом с Мартином, согреваемая его теплом, стала погружаться в сон. Он шепнул на ухо: «Отдохни. Я так тобой горжусь». И она окончательно расслабилась. Во сне происходили какие-то непонятные события, каких не могло существовать в жизни. Сумбурность, шутовство, смена декораций говорили об эмоциональной усталости. Она не зацикливалась на происходящем и плыла по течению. Внезапно перед глазами промелькнула тень. Почему-то она знала, что должна последовать за ней. Нагнав негодницу, сразу её узнала. «Лина». Не первый раз важные события в реальности связаны именно с ней. И Катарина задавалась вопросами: «Настоящая ли она? Или так выглядит моё подсознание?».

— Ты молодец! Я ожидала подобного! Только посмотри, какой огромный проделала путь? Как ловко избавилась от недостатков, зажатости и комплексов! Эти люди готовы сражаться за тебя! Но не сейчас! Они слишком уязвимы Кэти. Он знает о твоих намерениях, у лорда везде есть уши! И не станет ждать, когда ты их подготовишь. Он уже отправил людей. Открывай границу с северной стороны и уводи их, или разразится бойня! Кровь будет на твоих руках! — Лина отвесила знатную пощёчину, гневно сверкнула глазами и растворилась.

Она вскочила, щека горела, пульсируя. Пригладив вспотевшие волосы, растолкала остальных. На дворе стояла ночь, тихая и жуткая. Регина застонала и перевернулась на другой бок. Мартин пробубнил что-то невнятное. Тогда она встала и заорала, что есть сил. Свет зажёгся во всём приюте. Карен выбежала в коридор, стеклянные глаза вращались в разные стороны. Похоже, она снимала их на ночь.

— Ты что сдурела? — закричала Регина, но она щелкнула пальцами, запечатав той рот.

— Мы уходим сейчас же! Карен собери народ и отправь к северной границе! Заман идёт сюда!

— Откуда ты… — начал Стив, но умолк.

— Почему ты не можешь сразиться с ним? — вопрошала Карен.

— Потому что их слишком много. А твои люди не готовы сражаться, — отвечала за неё Регина, потирая подбородок. Катарина посмотрела на подругу с благодарностью.

— Хорошо. Как быть с заклятием?

— Не переступайте, пока не подоспею. — Карен кивнула и умчалась прочь.

Катарина нашла Ангуса, задремавшего за столом. Когда понял, что от него зависит исход событий ночи, он побледнел и стал похожим на труп. Снадобье было не готово. На это потребуется больше времени, чем рассчитывал. Его то, как раз и не было. Друзья засуетились, не зная, что предпринять. Она и сама не могла сообразить, как лучше поступить, испытывая чувство вины, что втянула сотни людей в смертельную авантюру. Да, конечно, действовала из лучших побуждений, но факт оставался фактом и был на лицо.

— Я попытаюсь сама! — заключила она. Мартин затряс головой и схватил за локоть, причиняя боль.

— Ты умрёшь! Там слишком опасное заклятие Кэти! Я не позволю! — он в отчаянии вцеплялся, любимые глаза умоляли.

— Ты не можешь указывать мне! Я всё решила! — отрезала она, отметая любые попытки отговорить.

Катарина отправилась к северной границе, игнорируя протесты спутников, бежавших трусцой позади. Один Стив согласился и шёл следом, не торопясь. Он знал, что переубедить не получится, и не хотел тратить зря силы, которые могли понадобиться в битве. Народ, сонный и до конца не осознавший происходящего, скапливался у границы. Она ощущала, что скоро прибудет военный отряд лорда, кожа покрывалась мурашками в преддверии сражения. Добравшись до места, встала посреди линии заклятия, пропустила через себя, прочувствовала. Его сотворил сильный, древний колдун. Каким-то ведомым ей одной образом уловила энергетику Неиса. «Даже после смерти он не перестаёт делать мне гадости! И откуда бы ему здесь взяться?». История об этом умалчивала. Она сосредоточилась, пропустила через себя луч, связывающий с «параллельной», и засветилась в ночи, ослепляя близ стоявших людей. Потом они будут вспоминать этот день, как знаменательный, и рассказывать детям байки про колдунью, чей светлый лик спас от неприятеля. Катарина подняла руки над головой и в нужный момент произнесла:

— Убираю, отрезаю, навсегда уничтожаю! Пусть исчезнет, сгинет, канет! То, что держит, не пускает! — направила энергию на линию, которая заискрилась, загорелась огнём, и продолжила. — Гори! Уйди! Не возвращайся! Связать их больше не пытайся! — завоняло тухлятиной, гнилым мясом.

Чернь от линии распространилась, окутала ноги и стала подниматься выше. Мартин схватил и повалил на землю. Она содрогалась в припадке, изо рта пошла пена, свечение угасало. А он прижимал до тех пор, пока не затихла, потеряв сознание.

Глава 6

Войско

Катарина открыла глаза, слабость не давала повернуть головы. Она, определённо, двигалась. Он зашикал и приказал не шевелиться. «С какой стати приказывает?». Поняла, что не может облачить вслух недовольства, нет сил. Позади, раздались выстрелы, возня и крики. Мартин перешёл на бег. Голову с каждым очередным прыжком пронзала острая боль. А ведь он быстро прыгал по неровной дороге, пыхтя и потея. Вскоре оторвались от преследователей. Но те настигали трижды, пока они не затерялись в лесной чаще, где и остановились на привале. Он посадил её аккуратно у дерева, а сам присел рядом, но не так близко, как сделал бы раньше. Оба молчали. Она думала, что делать дальше, и пыталась подпитаться от «параллельной», осознавая, что истратила слишком много. Переход, конечно, как в прошлый раз, не закрылся, но и быстро восстановиться не получится. «Придётся подождать, хотя бы до утра». Мартин отгонял зевак и не позволил даже своим выразить сочувствие. «Так он наказывает меня». Когда она набралась достаточно сил, чтобы говорить, решила прояснить ситуацию. Он взбесился.

— Я просил! Умолял! Ты чуть не погибла! Опять! Сколько, мать твою, раз я должен вытягивать тебя с того света?! Мне это надоело Кэти! Может, будет лучше, если мы прекратим это прямо сейчас! — он кричал, брызгал слюной, лицо побагровело, рыжая щетина топорщилась, как у кота. Кольнуло в области сердца.

— Хорошо, — слабо прошептала, расплакавшись.

Хотел подойти ближе, но она отвернулась, выставив вперёд руку, и он оставил одну. Катарина на виду у всех разрыдалась в голос, не сдерживая эмоций. А потом пыталась припомнить, когда в последний раз испытывала такую боль. И в памяти всплыл день, когда потеряла первого мужа. Страдание сменилось злостью, и она надулась, проворачивая в голове способы линчевания Мартина, снова и снова. «Давно ли я превратилась в психопатку?». Внутренний монолог прервала Регина. Дружеские объятия успокоили, отпустило, ситуация открылась с иной стороны и теперь казалась эгоистичной. Погибли люди, а она переживает из-за парня. «Может, оно и к лучшему. Неизвестно, чем закончится война». Не хотелось бы хоронить ещё одного любимого мужчину. Потери в новообретённом войске были не критичны. Преобладающее большинство благополучно спаслось, благодаря ей. Сейчас они отдыхали и набирались сил. Размышления вновь прервали. На этот раз Карен, намеренно прокашляв над ухом прокуренным голосом.

— Ты, и правда, могущественна… Я никогда не видела ничего подобного. Не представляю, как ты смогла… Да и не важно. Просто хочу, чтобы знала, я с тобой до конца. Что делаем дальше?

— Я должна восстановиться. Людей необходимо обучить азам ведения битвы. Только потом двинемся дальше.

— Они идут по пятам, хоть мы и уложили некоторых.

— Понимаю. Поэтому потребуется укромное место, — потирала она подбородок, — и, кажется, я знаю одно такое.

Катарина рассказала об ордене, и она согласно закивала. Идея обратиться за помощью к детям Земли выглядела уместной, учитывая связь гостьи с этой планетой. Карен посвятила в детали народ, который воспринял решение воодушевлённо. Вообще-то они заметно изменились, переступив через черту. Повсюду слышался смех, люди стали общаться, заводить знакомства. Она дала им надежду на светлое будущее и повод жить дальше.

Поутру отправились в путь. Стив, ориентировавшийся на местности лучше остальных, составил маршрут: длинный, но безопасный. За трое суток должны были добраться до лагеря ордена. Она уже шла сама, «параллельная» восполнила потраченную часть и вернула былое величие. Вместе с тем вернулась и паранойя, потому что энергии стало ещё больше. Ощущала это, практически, кожей. Странное явление могло означать только одно — Заман намеренно увеличивает её. Мысли о «параллельной» привели к дому, и она резко остановилась. «В прошлый раз, когда из меня вырвалась объёмная часть, которую больше не могла сдерживать, я взяла её из него, из своего дома. И когда вернулись, там не было никакого дискомфорта, связанного с отсутствием. Получается, я освободила его от влияния вселенной, пропустив всё через себя… на расстоянии». Катарина не могла поверить, что такое возможно, но всё же решила попробовать методику снова, как только придёт время. Был у способа и побочный эффект, огромный луч мог навести на след врага. Почему-то не оставалось сомнений, что именно этого от неё ожидает Заман, увеличивая количество энергии. На ходу с ней поравнялся мальчишка, недавно задававший вопросы.

— Ты светилась… там на границе! Круто! Меня зовут Видар. Я могу звать тебя Кэти? Так тебя зовут друзья? Мы можем дружить? — он тараторил без умолку, не успевала отвечать на вопросы.

Заметив интерес Видара, рядом оказалась женщина лет тридцати с хвостиком: симпатичная, приземистая, блондинка с аккуратной ямочкой на подбородке. Она заулыбалась, и морщинки пролегли по краешкам глаз.

— Извините. Он слишком возбуждён. Бирри, — протянула руку, и Катарина с радостью её пожала. — Орден «Вечности» славится своей непредсказуемостью. Надеюсь, тебе об этом известно, — добродушно говорила она.

— Больше, чем кому-либо. Откуда ты слышала о них?

— Я состояла в ордене давным-давно. А потом осталась на планете «Гор» навсегда. Любовь. Он вляпался по уши, загремел в тюрьму, а я оказалась на улице «проклятых». Там и родился наш сын, — она погладила мальчика по густым, чёрным волосам. — От меня внешне не унаследовал ничего, — хихикнула Бирри. — Сын своего отца. Напоминание о нём до конца дней, — в глазах девушки промелькнула печаль.

Регина вытеснила новых знакомых, небрежно вклинившись между ними. Она оберегала ее от ненужных разговоров, за что Катарина была отчасти очень признательна. Грусть от истории Бирри растворилась, сменяясь пустотой, разраставшейся внутри. Так бывает, когда теряешь любимого человека. Ощущение сравнимо с потерей ногтей, или волос. Ты знаешь, что они часть тебя, и, лишившись, продолжаешь чувствовать присутствие, дополняемое непонятной пустотой. В её случае, Мартин ко всему прочему был постоянно на виду. И это причиняло ещё большее неудобство, отчаянно хотелось к нему прикоснуться. В такие моменты она забывала, что злится, и старалась не смотреть в его сторону.

Наступала ночь, сменяясь закатом. Они не прекращали идти. Преследовать перестали, видимо, сбившись со следа. Мартин не раз пытался поговорить, но она обрубала попытки на корню, заставляя его безмолвно страдать. В конце концов, он бросил её. Гордыня не позволяла переступить через ситуацию и простить. Друзья видели, что происходит, но не решались вмешаться. Ровно в отмеченный Стивом срок прибыли к лагерю ордена. От наплыва количества людей у военных отразилась паника на лицах. Диана стремительно выбежала на встречу.

— Как ты посмела привести их сюда?! Ты впутываешь орден в свои дела? Не выйдет! Убирайтесь! — она была готова к радушной встрече.

— Ты обосновалась на их земле, прячешься в их лесу и не можешь приютить? Зачем тогда нужен твой орден, если вы просто крысы, которые боятся истребления?! Помоги восстановить справедливость для них! И тогда о твоём ордене будут слагать легенды веками! Откажи! И останешься не удел, питаясь объедками со стола лорда Замана, и спонсирующих толстосумов с Земли! — она говорила без тени сомнения, ведь ему не было места в сердце с тех пор, как приняла решение освободить планету от гнёта.

К тому же за спиной стояла толпа людей, боготворивших, веривших в победу и успех. Катарина не могла их подвести. Хрупкая, замкнутая, забитая, боязливая, не понятая себе подобными давно умерла. Но иногда где-то в глубине сознания появлялся её проблеск. Мимолетный, еле заметный, но осязаемый. И она делала усилие, чтобы потопить его вновь. С недавнего времени это стало самым большим её страхом. Она ненавидела ту себя, беспомощную и бесполезную. Даже сама смерть не внушала такого трепета, нежели мысль о том, чтобы стать прежней. Диана затряслась всем телом от злости, выдохнула, пристально посмотрела в глаза и кивнула следовать за ней. Маленькое сражение было выиграно, и отщепенцы расположились в лагере. Друзья заняли домик, в котором гостили в прошлый раз. После долгого пути не хотелось ничего обсуждать, тело требовало отдыха. Но Стив думал иначе и начал разговор, как только лишние люди покинули жилище.

— Кэти. Какой план? Мы не можем оставаться здесь вечно, так? — пробасил он деловито.

— Орден умеет выживать. Сам посуди, они прятались в лесу столетиями, и научат постоять за себя. Без подготовки базу не одолеть.

— Ты всё-таки нацелилась на базу? — спросил Мартин, поймав её обиженный взгляд. — Какой в этом смысл? Думаю, надо мыслить шире.

— Мы дадим свободу тем, кто этого заслуживает. Это и есть главная цель, — она устало рухнула в кресло. — Шире в смысле напасть на правительство? — нервные смешки разлетелись по комнате. Он не изменился в лице. — Переворот, — прошептала она, и шестерёнки мозгового механизма завертелись в нужном направлении.

Остальные запротестовали. Слишком опасно. Атаковать базу одно, верха совсем другое. В конце концов, голоса разделились. Большинство было против, и они решили остановиться на базе. Однако последующие дни из головы никак не выходило рискованное предложение.

Отщепенцы усиленно тренировались, набираясь опыта. Некоторым нужно было просто вспомнить, на что были когда-то способны. Силы и умения, долго сдерживаемые заклятием предыдущего места обитания, возвращались. Да. Сейчас они были ничтожны. Требовалось упорство, чтобы вернуть их в прежнее состояние. Но начало было положено. Все, без исключения, смотрели на неё с благоговением и надеждой, но подходить близко побаивались. Только Карен, Бирри и мальчишку Видара не смущали ни золотые лучи, ни колдовская составляющая. Со стороны лорда была тишина, и они воспользовались заминкой в своих целях. Что бы тот ни планировал, они обязательно справятся с таким-то громадным войском людей, мечтавших ему отомстить.

Она присела на окраине полянки и замычала от удовольствия. Солнечный свет покрывал лицо, даруя ощущение тепла, которое так любила. Мысли вновь хороводом закружились в голове, взвешивая за и против. Подумала о лорде на свой страх и риск. Закрыла глаза, те закатились. И отправилась в ментальное путешествие. Оказавшись в том же месте, что и в первый полёт, притихла и стала озираться по сторонам. Заман не должен узнать, что она там, ведь он видит её проекцию. Пригнулась и тихонько прокралась к резным дверям. Секретарь — худая и лупоглазая девица, не повела и ухом. Раскатистые голоса грохотали из-за двери. Маленькая щель в дереве позволила расслышать абсолютно всё.

— Как это сбежала?! И ты сообщаешь мне об этом только сейчас?! Ты в своем уме? — кричал Его высочество с надрывом.

— Есть проблема поважнее. Она освободила район ссылочников, — спокойно парировал Заман без тени страха в голосе.

— Улицу «проклятых»? — медленно произнёс правитель. — Я надеялся на тебя. А ты подвёл. Надеюсь, не придётся объяснять, чем это закончится? Дальше я разберусь сам, — от холодного тона мурашки пробежали по коже, она застыла в ожидании развязки.

— Неужели? Столетиями я терпел твою спесь напыщенный ты индюк! Может, спросишь у своего совета? Здесь же собрались все, не так ли? Девять твоих представителей со всей планеты? Прошу встать тех, кто устал от манеры правления Его высочества! — топот ног и скрип отодвигаемых стульев возвестили об этом. — Так что это Вам придётся принять отставку, дорогой мой, и инъекцию. — Заман торжествовал, правитель потерял дар речи. Она жалела, что не видит картины, и приходится представлять детали самой.

— Ты пожалеешь об этом! Не править тебе долго Кай! Я знал тебя лучше других, вытянул из нищеты, дал кров, сделал приемником! И вот как ты отплатил? — процедил он сквозь зубы, лорд не ответил.

Катарина отпрянула. Его высочество вывели из зала под руки. Лорд подозрительно посмотрел в её сторону, но ничего не заметил. Она осталась, невероятно рискуя.

— Господа! Эра правления сноба подошла к концу! Мы не можем тратить время на развлечения, пока отребье бунтует! Только представьте, как придётся тяжело, когда разразится война! Ещё тяжелее, если мы проиграем! Предлагаю опередить события. Начнём с близлежащих городов. Полностью подчиним. Возьмём силой, если потребуется! Каждый из вас будет отвечать за свой клочок планеты! Все континенты должны быть прижаты к ногтю! Пойти против всех они не смогут! И вскоре мы перебьём мятежников! Жители должны бояться идти против власти! Продемонстрируем нашу мощь! Отныне и на века я ваш новый правитель! Разнесите эту весть! Скоро я открою вам новый мир, полный чудес и богатств! Но сначала решим проблему с бунтом!

Он хлопнул в ладоши, возвещая об окончании собрания, представители одобрительно загудели, соглашаясь.

Катарина, еле сдерживаемая начинающейся паникой, вернулась обратно. «Война». Настоящая, безжалостная, кровопролитная. И всё потому, что она влезла в их дела, подняла мятеж и изменила уклад. Она побежала, спотыкаясь, к друзьям, и врезалась в Мартина, чуть не сбив с ног. Он сразу понял по лицу, что происходит что-то опасное. Она схватила его за руку и потащила за собой, бросив на ходу: «Некогда объяснять». Спустя полчаса в домике собрались все, включая Карен и Диану, специально приглашённых на таинственное мероприятие. Они переглядывались, не понимая происходящего. Катарина начала рассказ о том, что узнала.

— Что ты видела? Этого не может быть! — кричала Диана.

— Очень даже может! Пока ты сидела в лесу с головой в заднице, жизнь, знаешь ли, не стояла на месте! — Диана нарушила границы и раздувала ноздри, вокруг Катарины закружили золотые лучи, готовые к схватке. Мартин встал между ними и выставил руки.

— Остыньте! Мы на одной стороне, так? Нужно менять планы! — и он многозначительно взглянул на неё, намекая на поддержку со своей стороны.

— Я понимаю, как тяжело принимать случившееся, — она шумно вздохнула и собралась с духом. — Атаковать базу будет глупо, если повсюду разразится война, и против нас восстанет не только правительство, но и народ. Заман добивается того, чтобы мы отступили! Тогда он сможет перебить нас, разделив! Мартин прав. Нам нужно выдвигаться на Сарамак, рыба гниёт с головы! Эту самую голову мы и обязаны отсечь! — Регина резко вскочила с места.

— Я предполагала, куда ты в итоге меня заведёшь! Я по-прежнему на твоей стороне! И буду верна до самой смерти! Но то, что ты предлагаешь, убьёт этих людей! Нам нужна база и её обитатели! Чем больше, тем лучше! Не забывай, что у Замана в арсенале вся боевая мощь планеты! — Катарина напряжённо кивнула, подруга была абсолютно права.

Без должного количества готовых сражаться бойцов, не получиться осуществить задуманное. Но и отступать некуда. Лорд сделал ход и побеждал, шах и мат королеве. Война уничтожит живое на планете, а то, что уцелеет, вряд ли можно будет назвать человеческим.

— Он будет ожидать нас. И меня в особенности.

— Предсказуемо, — буркнул Стив, соглашаясь.

— Может, сейчас и нужно быть предсказуемыми? — рассуждала она. — Поведём войско на базу. Там всё и решится. Раз и навсегда, — сказала она твёрдо, и друзья согласились.

Несколько дней она томилась в ожидании выступления. Дошли новости, что Заман стал правителем, захватил ближайшие города и продолжает наступать. Она никогда не сможет забыть лицо Ангуса, услышавшего о захвате Аруха. Боль, скопившаяся в груди, не давала дышать, лорд уничтожал морально. Ждать промедления нельзя. Оттягивая момент, не смогли бы научиться большему, попросту теряя драгоценное время и города, и потому выступили в сторону базы. Катарина должна будет отвлекать от главного входа солдат, Стив и Мартин сопровождать. Другие прорвут оборону с тыла. Оказавшись напротив базы, в которой мирно горел свет, разбили лагерь. Повезло, что на улице была глубокая ночь, и они смогли укрыть войско. Она нервничала больше остальных, но не подавала вида. Диана, поддержавшая идею с походом и направившая своих людей следом, мгновенно выросла в её глазах. Сейчас она сладко беседовала с Мартином, вызывая в ней ревность. Стив сжал плечо и обнял за плечи.

— Назад пути нет. Но я рад, что последовал за тобой. Всё или ничего. Так лучше, чем сидеть и бояться вздохнуть, — она обняла его крепко. — Боишься?

— Немного.

— Только не вини себя Кэти. Эти люди благодаря тебе получили больше, чем за прошедшие столетия. Ты дала им надежду, дорогая, — слова и тепло тела успокоили, и придали уверенности.

Глава 7

Война

Рассвет не застал врасплох, они были уже готовы. Катарина ступила вперёд, позади заняли позиции самые стойкие и шустрые воины, отобранные ими заранее. Солдаты с базы заметили чужаков и начали обстрел, но пули не долетали, звонко падая на голую землю. Она раскрыла объятия, принимая выпады. Энергия пульсировала, изменяя цвет пространства на ярко-золотой, лучи кружились в агрессивном вихре. Друзья рассредоточились, и стали осторожно подбираться к проходным. Стива ранило в плечо, он упал на одно колено. Катарина быстро оглянулась на него и заговорила, ветер подхватил слова и разнёс на многие мили:

— Не навреди! Оружие опусти! Дай пройти! Повелеваю! Подчиняю! — золотая гроза разразилась в небе и сверкала, набирая обороты с каждым сказанным словом. Взгляд врагов помутнел, они встали на колени и замычали, словно телята.

Захватчики беспрепятственно прошли внутрь. По пути она коснулась плеча Стива, залечив прямо на ходу. Заман утроил количество энергии в своих целях, не понимая, что наделяет её большей силой и возможностями. Войско с другой стороны также прорвало оборону. Они встретились на середине. Хаос воцарился вокруг. Бойцы открывали каморки, выпуская на волю будущих товарищей по оружию. Среди сражения, суматохи, метаний она увидела довольно ухмылявшегося Прайса. Время будто остановилось. Из-за спины у него не спеша вышел Мун. Тот самый, который победил её в прошлый раз и чуть не отправил на тот свет. «Вот он — козырь в рукаве». Мун мотнул длинными волосами, гадкая гримаса отразилась на бледном лице, дополняемая жуткой улыбкой. Это была её битва, поэтому она поспешила выбежать на улицу, не желая задеть кого-то в процессе. Мун последовал за ней. Посреди голого поля, они оказались лицом к лицу. Он медлил, а она рассматривала его. Высок, худощав, на вид лет тридцать, лицо вытянутое, подбородок остр, голубые глаза, волосы цвета серебра до пояса. «Сейчас или никогда», — подумала она и бросилась в бой. Золотые лучи настигли, не без усилия он отбросил их в противоположную сторону и расхохотался:

— Тебе следовало взять меня с собой, когда была возможность! Другой не будет, малышка! Я уничтожу тебя и получу обещанный приз!

Он вытаращил глаза и начал наступление. Катарина покрыла себя защитой, но та с трудом сдерживала атаку противника, пробивавшего брешь за брешью. Он кружил, полы плаща и длинные волосы развивались на ветру. Вскоре Мун пробил очередной участок защиты и начал воздействовать на неё саму, из носа и ушей хлынула кровь. Она отгородилась вновь. Не имея стратегии, его было не одолеть. Понимая это, сосредоточилась, подпиталась от «параллельной» и позвала на помощь. В тоже мгновение на поле появился Гранд. Он встал на дыбы, громко заржал и, приземлившись, склонил голову. Одним махом она запрыгнула на коня и ощутила, как энергия проходит через обоих, соединяясь. Защиту пришлось немного расширить, но это стоило того. Мун продолжал наступление, не остановившись ни на секунду, однако делал это не так стремительно, как в начале. «Он устал». Катарина мысленно приказала коню скакать вперёд, и тот с радостью повиновался. Подобравшись ближе, махнула рукой, ноги Муна подлетели в воздух, и он рухнул на землю. Волосы взъерошились, перепачканное в глине лицо исказилось. Она проскакала рядом вновь и махнула рукой сильнее, направив на него энергию. Он отлетел ещё дальше. В голове появились помехи. Противник осознавал, что проигрывает, и использовал главный козырь. В прошлый раз стала жертвой гордыни и не допустит этого вновь. Она еле слышно заговорила, но он расслышал каждое слово:

— Пусть твой дар во благо станет! От войны нас всех избавит! И от злобы исцеляю! Взгляд твой острый проясняю! Мир увидишь ты отныне, так как смотрят на него другие! — заклинание подействовало, и она ликовала.

Мун закатил глаза, обнажая белки, и застыл в причудливой позе. Не успела перевести дух, как рядом появился Мартин. Он подоспел и помог слезть с коня. Она мимолётно погладила Гранда по шее, поблагодарив за своевременную помощь, тот довольно заржал.

— Мы взяли базу! — воодушевлённо кричал Мартин, лучась от счастья. — Кто это?

— Мун. Скоро он будет на нашей стороне. Наверное. Что у тебя с лицом? — она заметила у него на щеке царапину и нахмурилась. А затем провела рукой, и та исчезла, оставив после себя кровоподтёки.

Встретились глазами, Мартин приоткрыл рот и тяжело задышал.

— Я не смогу без тебя жить. Не бросай меня Кэти, — хрипло произнёс он.

— Это ты меня бросил, забыл? — она заулыбалась, а он умоляюще на неё посмотрел. — Я подумаю.

Он просиял в улыбке, наклонился и нежно поцеловал. Ужасно хотелось большего, так сильно она соскучилась, но время и место были не подходящими. Мартин разделял позицию, глубоко вздохнув и нехотя отстранившись. На сердце стало легко и спокойно, примирение было необходимым. И никакие отговорки, которые придумала, не смогли бы уничтожить чувства испытываемые к нему.

Они собрались в тренировочном зале, распихав пленных солдат по комнаткам. Была в этом некоторая ирония. Муна они приволокли вместе, тот оказался на редкость тяжёлым, хоть и был худым, как палка. Он всё ещё пребывал под действием заклинания, слёзы непрерывно катились по щекам. Катарина под восторженные крики толпы вышла вперёд:

— В этой битве мы одержали победу! Освободив вас, мы не станем требовать присоединиться! Это будет выбор каждого! Но я прошу вас об этом! Лорд Заман начал войну, подчиняя города! Поработив планету «Гор», он вновь начнёт заполнять базы и улицу «проклятых»! Сколько ещё мы будем это терпеть?! Сколько не угодных должны влачить жалкое существование на этой земле?! Присоединяйтесь к нам! И вместе мы сотворим новое будущее! Без тирании! Без угнетения! С равными правами для всех и каждого!

Толпа ревела, ладоши не переставали смыкаться. Часть спасённых откололась от войска и отправилась в своё путешествие. Но большая часть осталась с ними. Здоровяк, который наехал на неё в первый день пребывания на базе, подбежал и крепко обнял, до хруста костей, в благодарность за освобождение. Позже все разбрелись по углам, набираясь сил для следующей битвы, которая обещала быть более жёсткой, а потери обширными.

Катарина, не теряя времени, собрала друзей в комнате отдыха. Общим голосованием решили выдвигаться утром на Сарамак. На их стороне было порядка пяти сотен людей, и каждый обладал какими-то дарами, за которые и был сослан в ужасное место. У Замана людей наверняка больше, но и возможностей имеют меньше. Поэтому шансы на победу были приблизительно равны. К тому же захватив базу, они получили доступ к оружию, которого здесь было навалом. Карен обещала проследить, чтобы оно попало в руки только тем, кто имел о нём представление. Диана усмехнулась в ответ, её люди практически рождались с автоматом в руках. Не хватало только карты, по которой могли бы просчитать подходящее место для нападения. Катарина обещала выстроить её, воспользовавшись даром ментального перемещения. Да, Заман мог засечь, но риск был оправданным, и спорить с этим никто бы не стал. Она распорядилась, чтобы новоиспеченными воинами командовала Регина, игнорируя её рьяные протесты. В конечном итоге той пришлось смириться и с этим. Обсудив насущные вопросы, они решили тоже немного передохнуть. И только Стив пошёл удостовериться, что пленные не сбежали. В особенности его интересовал Прайс, который знал базу и её преимущества вдоль, и поперёк.

Она облокотилась о стену, Мартин задремал, положив голову ей на плечо. Сейчас было самое время для маленького путешествия, но ей этого совсем не хотелось. Бирри тихонько подошла и присела рядом, её глаза провалились, лицо казалось уставшим и грустным.

— Что ты сделала с ним? — она не сразу поняла о ком идёт речь, а проследив за взглядом знакомой, охнула.

— Он придёт в себя, не волнуйся. Так, он и есть отец Видара? — удивлялась она, будто делая для себя открытие, та напряжённо кивнула.

Теперь, зная об этом, отметила, как сильно мальчишка походил на Муна. Бирри неожиданно поцеловала её в щёку и прошептала:

— Спасибо, что сохранила ему жизнь. Я твоя должница.

Приятное ощущение теплоты и воодушевление от воссоединения семьи подтолкнули не медлить с картой местности Сарамака. И она отправилась туда незамедлительно.

Как и всегда, соединившись с «параллельной», пожелала оказаться на местности врага и материализовалась, всколыхнув воздух. Какая-то женщина ухнула от резкого порыва ветра, истинная суть которого ей была неизвестна. Катарина обошла здание правительства по периметру, запоминая проходы, подъёмы, уровни. Оно выглядело обычно, даже пустынно. На первый взгляд штурмовать его не составляло особого труда, но приблизившись, она ощутила мощную энергетику, исходившую из-под земли. Ноги горели на не примечательном асфальте. Она решила пройти внутри, понимая, как сильно рискует, любопытство всё-таки взяло верх. Да, и отправлять в неизвестность людей ни за что бы не стала. Первый уровень оказался пуст, тишина сдавила виски. Осторожно Катарина спустилась ниже по лестнице и застыла на месте, увидев множество мужчин и женщин в белых костюмах. Здесь царила боевая готовность. Она помнила белоснежные одежды тех, кто схватил их в доме Стива, и заклинание, остановившее её выпад. «Они не так просты, как кажутся». Люди мельтешили, передавая друг другу клочки бумаги. На нижнем подуровне здания существовал целый мир, обеспечивающий сильную защиту периметру. Старалась не задевать других, не зная, чем это может закончиться. Но все прошло на удивление гладко. Она быстро обошла этаж, запомнила места, где были установлены особые приспособления. Из разговоров поняла, что эти штуки генерировали энергию в их пользу и питали посылаемое Заманом заклинание в определённые точки локации. Выглядели они со стороны чудно, будто компьютер, обмотанный миллионом лишних проводков. Задание, ради которого отправилась сюда, было успешно выполнено, если конечно в итоге ничего не забудет отметить на бумаге. Но уходить совсем не хотелось. Желание вновь увидеть Габриэля боролось с другим не менее сильным — не ступать на территорию Замана, почуявшего присутствие в прошлый визит. Она встала напротив выхода и раздумывала минуту, другую, пока не услышала за спиной шаги. Спрятаться не успела. Позади, раздался тихий кашель, кто-то прочищал горло. Обернулась. Это был он: красивый, широкоплечий, великолепно сложённый, одетый с иголочки. Грустные глаза говорили о том, что понимают, насколько он виноват, и признают это. Машинально подошла чуть ближе и протянула руку, вспомнив в одночасье, что он не видит её. Это было и к лучшему. Как вдруг он тоже сделал шаг навстречу, сверля небесного цвета глазами.

— Я забыл тебя. Не понимаю как смог, но в итоге забыл. В тот день, когда ты оттолкнула его, я увидел тебя. И вспомнил, как сильно любил. Прости меня Кэти. Я предал тебя, и ребят. Но я не мог поступить иначе, — глаза блестели от слёз, а голос срывался, переполняемый эмоциями.

— Всегда есть выбор Габи. И ты свой сделал, — она не узнавала свой тембр, звучавший, будто издалека.

— Я понимаю. И надеюсь, что тоже сможешь понять. Он обещал убить тебя. Я не поверил. И тогда он подверг тебя тому ужасу. Я видел, как в клетке тебя избивали ногами до полусмерти! Я не мог допустить подобного вновь! И рассказал ему всё, что знал. Теперь я понимаю, что он манипулировал мной. Я услышал про твой побег и хотел бежать сам, но отсюда не так просто выбраться, — он указал на себя рукой, и она ощутила, как энергия заклинания защиты пульсирует вокруг него самого. — А пробраться внутрь тем более, — он многозначительно посмотрел на неё, давая понять, что знает ее достаточно хорошо, также как и планы.

— Я не отступлю Габи! И ты это знаешь! Я слишком далеко зашла! Заман не достоин быть правителем! Никто не встанет у меня на пути! Скоро мы разнесём это место в щепки, а Заман, если выживет, отправиться гнить на базу до конца своих дней! — она полыхала огнём, глаза горели, руки затряслись от возбуждения, и он взял её за плечи.

— Не вздумай этого делать! Его машина питает определённые участки территории. Не успеешь ступить, сгоришь заживо! Он увеличил количество энергии ещё в несколько раз! Разум его уже подводит, и он не ведает, что творит! — от родного прикосновения ток былой страсти прокатился по телу, напоминая о проведённом времени вместе.

— Так помоги мне, — хрипло сказала она. — Он же держит тебя возле себя не просто так! Ждёт, когда я приду за тобой! Отключи машину! — Габриэль побледнел лицом.

— Её нельзя отключить Кэти. Даже он сам не знает, как это сделать. На той неделе я подслушал разговор с Прайсом, — он виновато склонил голову. — Я попытаюсь отключить хотя бы одну из точек, чтобы вы смогли пройти внутрь. Думаю, это возможно, — она благодарно кивнула, утопая в его глазах, как когда-то раньше.

А потом нехотя отстранилась, развернулась и собиралась уходить, когда он тихо спросил вслед:

— Правда, что ты теперь с ним? — несчастный вид причинил нестерпимую, душевную боль.

— Прости меня Габи, — прошептала она в ответ и исчезла.

Вернувшись в тело, провалилась в сон, тревожный и ужасный. Она разрывалась между двух мужчин, линчевавших за то, что не может сделать выбор. Проснувшись, вытерла тыльной стороной ладони испарину со лба, схватила блокнот и стала зарисовывать карту. На улице светало, люди поднимались, завтракали, собирали рюкзаки и оружие в дорогу. Вскоре карта была готова. Команда столпилась вокруг, и она быстро разъяснила, где и что там находится, не забыв упомянуть про машину, сотворённую злодеем и множество таких же на нижнем уровне здания.

— Как же мы пройдём внутрь?! — Диана не скрывала скептицизма.

— Рядом с ним наш человек. Он поможет, — она поймала встревоженный взгляд Стива и слегка осуждающий Мартина.

— Он нас предал, разве нет? С чего ему помогать? — начал последний.

— Я говорила с ним ночью. Он поможет, чтобы искупить вину, — робко мямлила она, предательски краснея и отводя глаза.

— Если ты ему веришь, то и я тоже, — закивала головой Диана, остальные согласились, и тема была закрыта.

Ребята продолжили собираться. А Мартин, дождавшись момента, оказался рядом и покровительственно обнял.

— Знаешь, я не хочу давить, но будет лучше, если ты сделаешь выбор прямо сейчас. Я обещал, что не заставлю выбирать. Похоже, я погорячился с этим, — он внимательно, нахмурившись, ждал ответа.

— Я уже сделала. И выбрала тебя. Так что давай не будем больше поднимать эту тему, — он довольно просиял, развеселив на минутку, а потом принялся целовать, заставляя забыть о сомнениях.

Она и так знала, что любит его гораздо сильнее, чем Габриэля. И поняла это ещё тогда, когда нашла после исчезновения. Просто долгое время пыталась убедить себя в обратном, при том не безуспешно. Увидев вновь Габриэля, сердце ёкнуло, чувства никуда не исчезли, но и не были такими сумасшедшими, как в случае с Мартином. Выбор был очевиден. Однако о своих искромётных эмоциях она умолчала, не желая ранить Мартина.

Катарина оглядывала друзей, собиравшихся в долгий и трудный путь, пройти который так необходимо. На мужественных лицах не было и тени сомнения, ведь они будут биться за лучшую жизнь для себя и близких. Она кивнула, расправив плечи, готовая на всё ради победы. И вдруг заметила, что Регины нет в поле зрения. «И на сборе она не присутствовала». Внутри что-то шевельнулось, подталкивая к действию. Не хотелось думать о плохом, но отсутствие подруги казалось более, чем странным. Особенно сейчас. Она бросила Мартину на бегу, что скоро догонит, и припустила по коридорам в поисках Регины. База пустовала, разгром напоминал о прошедшем сражении, а его фигуранты, по крайней мере большая часть, уже покинули это место, даже не оглядываясь. Рецепторы обострились, на топот ног реагировали заточённые в каморках военные, выкрикивая мольбы и угрозы. Она не обращала внимания, поставив перед собой конкретную цель. В дальнем, северном коридоре заметила отворённую дверь одной из каморок, а душераздирающий крик, пронёсшийся по нему, подтвердил правоту терзаний. Она оказалась на пороге, сердце стучало и норовило выпрыгнуть из груди от изнуряющего бега, к которому до сих пор не привыкла. Увиденное, ужаснуло и парализовало на месте. Регина стояла, выгнув шею, будто коршун перед броском, подтянутое тело напряжено. Она напоминала каменное изваяние, а не человека. Вытаращенные глаза налились кровью, вены проступили на лбу и шее. Напротив, на кровати крутился, как уж на сковородке, Руд. «Как он здесь оказался? Мы же на Базе его оставили?». Жестокий ментор боевых искусив, видимо, умудрился сбежать. Он уже не мог кричать, но всё ещё продолжал издавать звуки, кряхтящие, потому что чёрная, лоснящаяся змея безжалостно душила в своих объятиях. Гадюка обнажила белые, острые клыки и приготовилась нанести смертельный укус. Медлить было нельзя. Катарина положила руку на плечо подруге, и та вздрогнула всем телом. Змея немного ослабила хватку, но пасть не сомкнула, ждала команды хозяйки. Регина нахмурилась, по спине пробежали мурашки, эмоции на лице стали сменяться одна за другой. Катарина не могла ничего разобрать.

— Ты не остановишь меня Кэти. Этот человек заслуживает смерти больше других, больше самого Замана! — лицо раскраснелось, испарина проступила на лбу, в голосе звучало столько гнева и боли, что ком невольно подкатил к горлу.

Катарина не могла винить её за то, что желает смерти человеку, угнетавшему и издевавшемуся годами. Она могла бы просто уйти и позволить подруге вершить самосуд, но не сделала этого. Её мировоззрение не было замутнено желанием отомстить, а внутреннее чутьё велело поступать правильно. Она вдруг припомнила ложь, которую распознала в её возвращении, и разозлилась.

— Неужели? Так твоё возвращение было только ради этого? Что ж. Давай! Убей его! Не сомневаюсь в том, что он этого заслуживает! Но ты? Что будет с тобой? Ты сможешь жить с этим дальше?

— Ты не понимаешь, — цедила она сквозь зубы.

— Я понимаю, что ты стала мне другом, и я доверилась тебе, а ты обманула! А ещё я прекрасно понимаю, что убиваешь его, не дав возможности сражаться на равных! Сделав это, ты поставишь на себе клеймо, которое не сможет смыть ни одно мыло на свете! — Регина тяжело вздохнула, змея отступила и заползла на руку, шмыгнув под одежду.

Руд потерял сознание, выглядел нелепо и жалко. Девушки смотрели на него, избегая встречаться глазами. Катарина сжала ей плечо, давая понять, что рядом. Подруга развернулась и обняла, и это оказались самые крепкие объятия в жизни. Они никогда больше не говорили об этом, не вспоминали, похоронив секрет где-то на задворках души. И Регина была бесконечно благодарна за это. Времени на сантименты не оставалось, и они поспешили к друзьям, ожидающих во всеоружии. На немой вопрос Мартина: «Где вы двое пропадали?», поцеловала игриво, и он моментально позабыл об этом. Пришло время перемен. Время войны.

Значительная часть войска отправилась на машинах в сторону Сарамака. Другие топали пешком, в надежде обзавестись лошадьми в Арухе. Она погорячилась, полагая, что сможет прибыть туда к ночи. Пешком добираться, как минимум, полтора суток. А войско должно быть в полном составе перед наступлением. У них с друзьями в арсенале были три лошади. Катарина и Мартин скакали на Гранде. Любимый вцепился в неё мертвой хваткой, потому что конь пытался скинуть балласт. Регина поехала впереди, на машине с новой командой, поэтому одно место на лошади освободилось. Его и занял Мун, не так давно пришедший в сознание. Окружавшие мужчины не разделяли идеи брать с собой законченного убийцу, но она настояла. Выглядел он помятым, глаз подёргивался. Похоже, увиденное под воздействием заклятия сильно пошатнуло психику. Он скакал на лошади чуть поодаль, держась в седле не очень уверенно. Если доверять подсчётам, Регина уже была на полпути к Сарамаку, а они только достигли Аруха.

Город выглядел серым, унылым и мрачным. Завидев хлынувшее на улицы столпотворение, горожане поспешили покинуть их и спрятаться в уютных домиках. Напуганные до безумия тиранией лорда, люди боялись даже попадаться на глаза, не то, что заговорить. Но было в городе одно место, которое могло бы принять и оказать поддержку. На него они и рассчитывали. К великому облегчению Ангуса, надежды оправдались. Марта выбежала на крыльцо и обвила ему шею руками, покрывая лицо поцелуями, заставившими Стива раскраснеться. Катарина подъехала ближе и ущипнула того за локоть, подмигивая и усиливая краску, заливавшую щёки. Дети тоже были дома, с радостью встретили и отца, и гостей. Поблизости, на обширном поле расположилось пешее войско, устроив небольшую передышку. «Люди должны быть отдохнувшими, а не забитыми походом, иначе не будет толку», — рассуждала она на правах лидера. Лошадей напоили водой, гостеприимная хозяйка усадила путников за стол. На обед подала чёрствый хлеб и остатки мясного рулета, который достала из чулана. Катарина прищурилась.

— Что происходит? — Марта отбросила назад рыжие волосы, на шее красовался огромный синяк, и она, опомнившись, его тут же прикрыла.

— Лорд. Хотел, чтобы донесла, когда вы появитесь. Это малая плата за отказ, не более, — она не выглядела несчастной, но глаза выдавали, как тяжело ей на самом деле приходилось.

Катарина вспыхнула, резко встала из-за стола, вышла на улицу и зашагала разъярённо взад и вперёд. «Он посмел пытать этих замечательных людей! Сотворил непонятно что с городом, и другими наверняка тоже! Сделал предателя из моего мужчины! Убил предка! Причинил боль тем, кого люблю! Я уничтожу тебя, чего бы мне это не стоило!». Энергия распространялась, росла, обволакивала, и она засветилась, готовая взорваться. Кости ломило, голова кружилась, и Катарина уже не могла остановить это. Повезло, что кто-то оказался рядом и прижал к земле, прохлада которой остудила пыл. Задыхаясь, она перевернулась на спину и увидела Муна.

— Сдурела? — кряхтел он. — Ты… зависишь от неё? Я сразу почувствовал. Она убьёт тебя, если не возьмёшь себя в руки! — она понимала, о чём говорит Мун и с интересом смотрела на него. — Откуда я знаю? Я владею даром, связанным с энергией. И ощущаю тебя, твою силу, — отряхнул пыль с одежды. — Кстати… спасибо, что вправила мне мозги. Пусть даже такой ценой, — он помрачнел и слегка улыбнулся, не желая жаловаться, а после встал на ноги и подал руку.

Катарина поблагодарила за помощь, но он не спешил отпускать руку.

— Я мог бы помочь тебе с этим, — и она ощутила, как ненужная часть энергии покидает, проходя сквозь ту самую руку.

— Как ты?

— Неважно, — заулыбался он в ответ. — А теперь мне надо найти жену и сына до начала бойни, если позволишь? — она вновь закивала, поражённая тем, что он сотворил.

Загадочный Мун пополнил коллекцию вопросов, остававшихся без ответов. Однако на расспросы времени не оставалось, и Катарина вернулась в дом. Мартин тут же обнял, зарываясь лицом в волосы. Передышка закончилась, Регина достигла цели и отправила машины в Арух обратно за ними. Грузовики уже тарахтели снаружи. Они вместили не всех. Сама она не смогла оставить Гранда и отправилась верхом, сопровождаемая частью войска и друзьями. Не способные биться женщины и дети остались на ферме у Марты. В том числе и Бирри с Видаром. Она умилялась, как нежно Мун прощается с ними, быть может, на этот раз навсегда. Никто не знал, настигнет ли смерть или посчастливится прожить долгую жизнь. В глубине души она надеялась на лучшее для этой семьи, и что никогда не увидит боль на их лицах. Катарина встретилась взглядом со Стивом, одним махом водрузившим объёмное тело на лошадь, которая прогнула спину. В его глазах, так похожих на бывшего мужа, в чёрных, как ночь угольках, прочитала небывалую решимость, и та каким-то неведомым образом распространилась и на неё.

Скакали всю ночь и к утру достигли границы города, где столпились люди. Они приветствовали Катарину визгами и улюлюканьем, некоторые топали ногами, другие потрясывали кулаком в воздухе. Те, кто шёл пешком, прибыли следом. Она окидывала взглядом многочисленную толпу и соображала, как пробраться сквозь жуткое заклинание. Искоренить его самой означало лишиться сил, а они были необходимы для схватки. Посовещавшись, решили отправить малую группу к зданию правительства. Остальные будут ждать на линии города и вступят в бой, как только Катарина подаст знак. Диана передала ей сигнальную ракету, которую та убрала в карман. Сопровождали друзья, парочка мужчин из ордена и Мун, вызвавшийся помочь. Мартин был против, но она пресекла попытку командовать. Он надулся, но вскоре оттаял. Группа Регины заняла позицию у парадного входа возле здания правительства, чтобы отвлечь на себя внимание. А они быстро достигли защищаемой заклинанием территории. Снаружи никого не было видно, но она знала, что противник следит изнутри. Оставалось надеяться на Габриэля и его смекалку. Время шло, два часа пролетело, и сопровождение начало выказывать сомнения. Она же до последнего верила, что всё получится. Регина и её люди перестреливались с охраной парадной, то наступая, то отходя. И тут она ощутила, что в том самом месте, где стояла, заклинание ослабло.

— Он смог, — победоносно прошептала она и махнула рукой.

Сигнальная ракета с хлопком взлетела в воздух, разрываясь на части и окрашивая небо красными огнями. Вдали раздались воинственные крики толпы. Не теряя времени, они беспрепятственно прошли в здание. Мужчины спустились на этаж ниже и стали вести борьбу за отключение остальных машин. А она встревоженно посмотрела на Мартина, умоляя себя отпустить. Он боролся с собой, но понимал, что это не его битва, и на этот раз помочь не сможет. Молчание затянулось, и он поцеловал её крепко в губы, задержавшись возле них на мгновение.

— Разберёмся внизу, сразу приду на помощь! Только держись! — задыхаясь, горячо говорил он.

— Обещаю, — и он поспешил вниз, а она к лифту, который доставил на верхний этаж.

Там и находился зал совета, который сразу узнала. В зоне ожидания встретили пятеро в белых костюмах. Секретаршу, как ветром сдуло, и только стул продолжал делать немыслимые, скрипучие обороты. Они двинулись на неё, взявшись за руки. Как-то раз она проходила через это и не стала спешить. Они зашептали синхронно, а она покрыла себя защитой. Атака врага не удавалась. Один даже покраснел лицом, угрожая взорваться, как перезрелый томат. Катарина поняла принцип стратегии и зашептала:

— Не нападаю, а созерцаю. Не несу вреда. Отойти прошу, пропустить. Не мешать правосудие вершить! Раз, два, три! Цепь разомкни! — взвыл ветер, поднимая волосы вверх, золотые лучи кружились, опоясывая хозяйку.

Мужчины остановились, разомкнули руки, и отошли в разные стороны с опустошёнными выражениями на лицах, пропуская. Она ликовала, но как только ступила в зал, страх сковал по рукам и ногам. Лорд стоял в излюбленной позе, заложив руки за спину, и созерцал в окно порабощённые владения. Габриэля рядом не было.

— Ты далеко зашла! Я не ожидал. Впервые в жизни недооценил врага! — мерзкий хохот отразился эхом от стен, противное лицо развернулось, злые глазки прожигали дыру в самом сердце. — Тебя не остановило даже то, что держу в заложниках твоего любовника. Он ничего не значит для тебя? Забавно, потому что ты для него всё ещё имеешь значение. Иначе он не помог бы тебе захватить здание. В любом случае слишком поздно Катарина. Сколько у тебя людей? Пять сотен? Может, шесть? — он пожимал плечами, угрожающе приближаясь. — Я подчинил миллионы по всей планете. Страх сильнее любых других чувств. Тебе ли не знать, дорогая. Ради сохранения жизней, они уничтожат вас в одно мгновение. Ты и пикнуть не успеешь! — вид лорда стал по-настоящему страшным: шея напрягалась, на лбу выступили вены, глаза полыхали безумием.

Он хлопнул в ладоши, ухмыляясь, и из соседней комнаты вышел Габриэль. Он не был связан или истерзан. Виноватый взгляд некогда любимого мужчины и всё ещё родного, и важного, терзал душу.

— Он мне подвластен. Желаешь увидеть демонстрацию? Убей её. — Габриэль испуганно посмотрел на лорда. — Я не стану повторять дважды! Исполняй!

Он вспотел и напрягся, руки сжал в кулаки и зажмурился. Было видно, как борется с собой. Изменился, глаза стали холодными и чужими, заклинание взяло верх. Она отпрянула, распахнув от страха глаза, а Лорд отступил и прикурил сигару, наслаждаясь шоу. Габриэль побежал, отчаянно крича в голос. Она махнула рукой, и он отлетел в стену, сползая, на голове заблестела кровь. Она плакала, боль за него осела в груди. Он встал, не замечая повреждения, и побежал вновь. Катарина не ожидала, замешкалась. Габриэль достиг цели и схватил за горло. Воздух перестал поступать в лёгкие, она задыхалась, смотря в любимые глаза и искаженное от горя и ненависти лицо. Казалось, выхода нет: либо она, либо он. Но и сил убить его тоже. Жизнь покидала. Лорд хохотал, торжествуя. Внезапно на ум пришло кое-что важное. Из последних сил она дотронулась ему до щеки, передав чуточку энергии «параллельной», а вместе с ней воспоминание о первой ночи. Он ослабил хватку, прозрел и замотал головой, подхватывая её в падении, совершенно обессиленную.

— Почему ты остановился? Я приказал убить! — взревел лорд.

Габриэль развернулся и кинулся на него. Заман пропустил несколько увесистых ударов и рухнул на пол. Он придавил его немалым весом, и лорд какое-то время чудно барахтался, пытаясь освободиться из медвежьих объятий. А потом ударил кулаком в грудь и задержался на том месте. От удара на коже начали разрастаться кровяные линии, сосуды переполнялись и лопались, кровь стекала по широкой груди. Он посмотрел на неё, пытавшуюся подняться, кричавшую что-то, что уже не мог разобрать. Во взгляде было больше, чем прощание. Он как бы извинялся за все, хоть и не был виноват. С громким хлопком Габриэль взорвался, кожа разошлась по швам, кровь хлынула водопадом, заливая лорда с головы до ног. Окрасившись, тот стал ещё страшнее и ненавистнее, кривые зубы выделялись на фоне алого месива.

— Теперь твоя очередь, — прошипел он на змеиный манер.

Она засветилась, переполняемая энергией, кости вновь заломило, внутренности обдало жаром. Ненависть являлась холодным блюдом, и не была сейчас её вариантом. Она горела. Сумасшествие, безумие застилало сознание. Катарина хотела только одного — его смерти. И знала, что не будет об этом жалеть, как когда-то сокрушалась из-за Неиса. Заман попытался провернуть то же самое и сделал выпад кулаком, но она поймала за руку, сжала, впив в неё ногти. Глаза лорда округлились.

— Я тебя не убиваю! В темноту заточаю! Тело пусть живёт, остальное в век падёт! Уничтожаю навсегда! Разлетись на осколки душа! Так есть! И так будет! — она говорила, а исходящее от нее сияние ослепило его, и тех, кто ворвался в зал.

Золотые лучи хлестали противника, разрезая одежду и не затрагивая плоти. А затем соединились в один длинный луч и пробрались прямиком в грудь. Он кричал от боли, цепляясь руками ей за плечи. А она безразлично наблюдала за местью. Луч прошёл сквозь грудь и вышел через рот, прихватив с собой чёрный комочек, растворившийся, как дымок от костра, в пространстве. Так выглядела душа гнилого, отвратительного существа и убийцы. Лорд сел на пол с полуоткрытыми глазами, повесив голову и руки. Катарина продолжала светиться, понимая, что должна остановиться. Мартин подоспел и тряс за плечи.

— Кэти остановись! Умоляю! — из глаз и ушей хлынула кровь.

— Мун, — шептала она. Топот ног возвестил о его прибытии.

Он схватил за руки, прижал к себе, заставляя придвинуться. Закрыв глаза, прошептал заклинание. И в тот же миг она ощутила, как разрывающая её сила, иссякает. Теперь Мун светился также как она. Закончив процесс, он закрыл руками лицо и закричал, раскачиваясь на месте, а она потеряла сознание.

Эпилог

Катарина очнулась в мягкой постели и подскочила, перед глазами поплыло.

— Тише. Понадобится время, — ласково прошептал Мартин, убирая ей прядь волос за ухо.

Она осмотрелась и поняла, где находится. Радость заполнила сердце, но ровно до того момента, пока не вспомнила прощальный взгляд Габриэля. Виноватый и рассеянный вид оповестил об этом.

— Я понимаю. Для этого тоже потребуется время. Он ушёл как герой и достоин почестей! Есть и хорошие новости, — утирал ей ладонью пролившиеся слёзы. — Мы победили. Лорд и Прайс на базе в одной камере. Представляешь? — Мартин сиял. — Люди боготворят тебя. Города освобождены. Диана с ребятами из ордена вернулись на Землю. А мы, наконец, в доме у Стива, который, к слову, рад как младенец, что вернулся. — Она слегка улыбнулась, представив Стива, скакавшего как ребёнок и хлопающего в ладоши. — Ребята ждут твоего пробуждения. Ты заставила нас поволноваться.

— Сколько я была в отключке?

— Неделю. Мы уже начали подыскивать подходящее заклинание, — он нервно заерзал на месте. — Я рад, что ты вернулась. К тому же ты мне обещала. Ах, да. Твой конь изводил нас. Все нервы истрепал Стиву, уничтожая сад, — она провела ему рукой по щеке, и он тут же прильнул, как кот. — Я скучал, — ласково прошептал он и поцеловал нежно в губы.

— Как Мун? — нехотя отстранилась.

— В порядке. Ему было тяжело. Ты переносила последствия энергии проще, на него та подействовала в разы разрушительнее. Но ничего, он тоже оклемался, даже раньше тебя самой.

Дверь в комнату приоткрылась, и на пороге появились друзья. Они радовались, что теперь все в сборе. Стив прижал к себе и чуть не придушил. Он утирал слёзы, и она тоже расплакалась. Регина целовала в макушку, что было не свойственно для той в принципе, потому как избегала любых проявлений чувств. Ангус кричал: «Я был уверен, что она очнётся! И знал, что надерёт задницу придурку лорду!». Все рассмеялись. Мун робко присел на край кровати и серьёзно кивнул. Она поблагодарила за помощь.

— Теперь я должна тебе. Думаю, что ненадолго, — они обменялись взглядами, как старые, добрые друзья.

Через пару дней Катарина полностью восстановилась и вышла в сад. Пребывание в постели было нудным, но временами очень приятным. Особенно, когда Мартин оставался с ней. Она так сильно соскучилась, что чуть не покалечила лучами во время близости. Сердце пело, словно птицы поутру. Радость победы и соединения с друзьями била ключом. И лишь временами вспоминала глаза Габриэля в тот момент, когда его жизнь висела на волоске. В такие мгновения комок в горле было невозможно проглотить. Странные, но красивые растения услаждали взор и дарили эстетическое удовольствие, солнце ласкало кожу. Жизнь налаживалась. Она не жалела о том, что сотворила с Заманом. Он заслуживал всего, что получил. Смерть была бы слишком простым решением. Это не означало, что она стала чёрствой. Лорд причинил много боли, убил родных, пусть и не знала Аластера лично. А ещё мучал людей прекрасной планеты «Гор», которая стала для неё родной. Этот человек никогда бы не смог остановиться.

Она могла бы весь день находиться в саду на любимой скамейке, где впервые поцеловалась с Мартином. Когда-то их чувства были запретными, а сейчас он занимал всё сердце, оставляя незначительное пространство для отца и друзей. Она прислушалась к окружающим звукам и уловила еле заметный шорох. Любопытство отправило на звук, и, притаившись неподалёку, увидела Стива и Регину. Они спрятались с другой стороны сада в зарослях фиолетовых цветов с ярко-красной сердцевиной и мило держались за руки. Стив нервничал и краснел, Регина хихикала. «Не думала, что она вообще способна на это». Довольная увиденной картиной, Катарина тихонько отступила, оставляя влюблённых наедине. Она была несказанно рада тому, что бывший свёкр, а по совместительству и друг, нашёл своё счастье, учитывая лишения, повстречавшиеся ему на жизненном пути. Наблюдая за окружающими, понимала, что теперь всё будет иначе. Отсутствие деспотичного устройства планеты и конец войны давали о себе знать, и люди стали проявлять лучшие свои стороны, напряжение сошло на нет.

Она направилась в дом. С веранды доносился раскатистый смех, ему вторил другой, звонкий. Здесь обосновались Мун и его семья. Видар не отлипал от отца ни на секунду, а того это ничуть не смущало. С Бирри у Муна отношения тоже наладились. Они выглядели, как счастливая семья из рекламы. Ангуса в доме не застала, он отправился в Арух к семье. И поймала себя на мысли, что уже соскучилась по этому прохвосту травнику. «Надо будет обязательно его навестить».

Прошло две недели, и совет представителей других городов прибыл в Сарамак. Они должны избрать Его высочество и наладить политическую составляющую на планете. Катарина как раз собиралась возвращаться на Землю, считая, что и так задержалась непозволительно долго. Да и дом скучал, о чём ей было известно из ментальных путешествий. «Как бы хорошо тут не было, пришло время вернуться. Отец, наверное, бьёт тревогу и обзванивает СМИ». Кристоф Мансдантер всегда отличался упрямостью, которую просто невозможно было пробить. Она улыбнулась при мысли об отце, и поникла, вспомнив, что придётся сообщить о Габриэле, которому как герою возвели монумент в центре города. Она рыдала в голос на плече у своего мужчины в тот момент, когда ткань обнажила бронзовую статую невероятно похожую на того при жизни.

Катарина подготовила Гранда к путешествию, напоив выручавшим не раз зельем Аластера, а Мартина обратила в кота, дабы не допускать уже случавшейся смертельной ситуации, и попрощалась с друзьями. Но не успела ступить в открытую воронку, как на пороге появился запаздывающий Ангус.

— Подожди колдунья! — весело прокричал он и заключил в объятия. — Ты не можешь уехать сейчас! Люди собрались на главной площади возле памятника Габриэлю и требуют тебя! Совет принял решение и выбрал одного из толстосумов! Народ против! Они хотят видеть освободительницу! — он лучился от счастья, по большей части от того, что тогда ей придётся остаться.

— Я поговорю с ними. Но потом отправляемся домой, — адресован ответ был коту, понимающе сощурившему рыжие глаза.

Вместе с друзьями они отправились на главную площадь. Толпа взвыла, завидев издалека. Они скандировали её имя, трясли кулаками в воздухе, прыгали. Она взошла к подножью монумента, нежно погладив рукой. Люди стихли, ожидая, когда заговорит обожаемая ими воительница.

— Мы победили в этой войне! Но всё ещё зависим от скряг, что делят власть на планете! Я понимаю ваши чувства и разделяю их! — голос, властный и резкий, заполнил пространство, никто не смел шевельнуться, впитывая каждое слово. — Многие отдали жизни ради свободы и возможности жить без насилия, и несправедливости! Как освободительница планеты «Гор» я имею право решать! Совет представителей планеты отныне не действителен! — толстяки с залысинами, наблюдавшие со стороны за происходящим, побледнели и затряслись от страха. Она обернулась на них. — Отныне вы свободны от обязательств! — они закивали и исчезли, подгоняемые криками толпы, вот-вот готовой перейти к линчеванию. Она выставила вперёд руку, и на площади вновь воцарилась тишина. — Мы должны избрать новых членов совета! Позволите мне решать? — они взревели в ответ. — Итак, города займут! Сарамак — Мун! — тот округлил глаза, она заулыбалась и кивнула. Он поднялся и занял место рядом с ней. — Арух — Ангус! — Он также поднялся к подножью памятника под ликование толпы и, не растерявшись, кланялся людям.

Катарина продолжала называть имена. Хозяйке приюта Карен со стеклянными глазами также достался один из постов представителей городов планеты. Многие из предложенных оказались бывшими заложниками с улицы «проклятых» и базы, начальником которой впоследствии назначили того самого бугая, что пытался влиять на неё в первый день пребывания там.

— И самый ответственный пост! Его высочества планеты! Знаю, вы хотели бы, чтобы это была я! — толпа ликовала. — Но у меня есть и другие обязанности, которые не могу оставить! Потому, я предлагаю назначить правителем планеты умного, ответственного, решительного и смелого человека, величайшего алхимика — Стива Риза!

Он стоял среди них, некогда известный, потерявший всё и даже дар речи. На ватных ногах поднялся и обнял её на виду у всех. Они поклонились народу. Стив сказал речь, проникновенную и тронувшую многих до слёз. Он обещал заботиться о них, как о собственных детях. Позже, его качали на руках, а Регина, позабыв о заскоках, поцеловала.

Машину, которую соорудил Заман, сломали, и энергия вернулась в прежнее русло. Однако Катарина не ощутила её убавление. Со временем стала сильнее, в этом и крылась причина. Она возвращалась домой со спокойной душой. Планета «Гор» была в безопасности под руководством хорошего друга, который никак не хотел с ней расставаться. Однако им и без неё будет, чем заняться. И он, в конце концов, упрямо с этим согласился. Они с Мартином пересекли переход и оказались в наследном доме. Тот буквально пел от счастья. Напряжение из стен испарилось, возлагаясь на её хрупкие плечи. Она прошептала заклинание и обратила Мартина обратно в человека. Он предстал перед ней абсолютно голый, и она не стала отводить взгляда. Теперь они были предоставлены только друг другу. И Катарина была на седьмом небе от счастья, осознавая, что они, наконец, смогут расслабиться без войн и других приключений. Гранд сразу определил себе место на заднем дворе. Дом вновь соединился с хозяйкой, и вся долина вздохнула свободно, радуясь наступившей весне, свежему ветерку, ясному небу и пению птиц.

Катарина стояла возле обрыва, дом и гора, уже такая зелёная, красовались на заднем фоне. Мелкий дождик покрывал лицо каплями. Он шёл будто из ниоткуда, ведь на небе не было ни одной тучки. Она ощущала в себе силу, мощную, непреодолимую, которую не смог получить ни один из её родственников, которую было уготовлено открыть в себе именно ей. Душа порхала, окрылённая единением с долиной. Она раскинула руки в стороны и закричала, выпуская радость наружу, на полянах распустились цветы, солнце засветило с небес, несмотря на хлынувший в полную силу дождь. И тогда увидела в небесах Черу, улыбка которой не спадала с красивого, старого лица, а взгляд возвещал о гордости за внучку, разлучённую с ней когда-то волей судьбы. Там же появилась и Лина, и Аластер, и даже его жена, и дочь, и многие другие члены династии. Они были счастливы и горды, и её переполняла беспредельная радость, а слёзы катились по щекам, смешиваясь с дождём, и исчезая. Ощущение крыльев за спиной, расправивших перья, она запомнит навсегда, полагая, что нет ничего лучше и приятнее, чем это. Внутренний подъём взрывался миллиардом чувств, обострённых до предела. Там, далеко за долиной, когда-то всё началось с забитой и замкнутой девочки, страдавшей от гонений общества. Там закончилась жизнь колдуна, давая росток могуществу и начало новому путешествию. «И этот очищающий дождь пусть прольётся, словно слёзы тех, кто страдал на этой и другой Земле! Пусть будет он в честь тех, кто не дошёл со мной до конца! Не дождался спасения!». Мысли создали грозу в небе, гром заложил грохотом уши, а молнии прорезали пространство, выводя причудливые узоры. Ветер усилился и хлестал по щекам. Она отпустила боль, потери, страдания из своей жизни, и стала взрослее. Хорошее грело душу, плохое покинуло навсегда.

Продолжение следует…

Content

Анна Богарне
ПАРАЛЛЕЛЬНАЯ
Часть 2. Лорд

Предисловие

Глава 1 База

Глава 2 Сотрудничество

Глава 3 Выход

Глава 4 Орден

Глава 5 Шаг назад

Глава 6 Войско

Глава 7 Война

Эпилог