Анна Богарне

Наследство Катарины. Книга 4

Крылатый демон. Часть 2

Глава 1

Кая

Прошло пару месяцев, и живот округлился. Тошнота и головокружения пропали, на их место пришёл зверский аппетит. Дом бесконечно образовывал вкусности, не сочетаемые между собой. Стол ломился, и щёки стали увесистее. Настроение менялось мгновенно: то плакала, то грустила, то смеялась без причины. Ленц уехал к матери, скрипя сердцем. Катарина не хотела, чтобы его выгнали из университета. Земной жизни должно было быть место. Крайд и Фира освоились. Чего спросите, она выжидала? После возвращения собиралась сразу броситься во все тяжкие, но Регина прислала весть, чтобы подождала. Девочки успели раскопать что-то важное. Что именно не сказали. Она раздражалась от надуманных поводов и тайн. Бинар пытался связаться посредством связи, и её как-то раз утягивало в пограничное состояние, глаза загорелись белым, но соединение прервала. Говорить с ним ещё боялась, хоть и безумно скучала. Каждый день без супруга причинял осязаемую боль. Волчонок ощущал печаль матери, и притихал в моменты особой скорби. Белый волк был силён, и даже в былые времена мог следить за происходящими явлениями и жизнями на других планетах. Не говоря о том, что Катарина была его излюбленным фильмом. Наложив защитное заклинание, отгородилась на время. Сейчас она была для него недосягаема во всех смыслах.

Ангус заезжал на прошлой неделе, но делиться информацией отказался, ссылаясь на то, что путешествие может подождать. В любом случае она была рада принять друга. Однако с каждым днём все острее ощущала необходимость встречи с крылатым Эйнаром. В темечке стучало, бросало в пот, сны стали тревожнее. Крайд и Фира снова были вместе. Он долго отходил от случившегося, переваривал информацию, находясь в своём панцире. И до сих пор колдунья ловила его отстранённый взгляд. Волк отчаянно винил себя, и не без причины. Ненависть застилала глаза, и он погубил белых волков, устроив на планете геноцид. Столько жизней загубил нерадивый правитель! Тем, кто толкал к власти, было выгодно, а он принимал видения за настоящее. Их наложили жрицы, чтобы скрыть правду. Считали, что волка нельзя растить, как сына Уны и крылатого демона с другой планеты. Перстень Эйнара по праву принадлежал Крайду, и он не снимал его с пальца. Чёрный камушек иногда светился золотым, как и глаза волка. Немного приведя мысли в порядок, он решил поговорить с Фирой по душам. Благодаря связи супругов выудил из её сознания интрижку с Ангусом, и разозлился. Но ровно до того момента, пока она не прижалась и обвила шею руками. Пронеслись искры, и трое суток они завывали где-то на горе. А Катарина грустила одна, но была рада за пару. Их любовь достойна уважения: крепкая, сильная, не преломляемая. Колдунья привыкла к гостям и не хотела никого отпускать. Да, и они были не против, проникнувшись к дому и хозяйке.

Вечер спустился в долину, солнышко скрылось, лишив единственного тепла. Морозы ударили, и снег валил с неба. В горах он выпадал раньше, чем в городе. Снежная сказка раскинулась у крыльца. Катарина сидела в свете фонаря, думая о любимом. Разлука стала поистине невыносима. Закатила глаза, ставшие вмиг белоснежными, и перенеслась. Благо теперь знала, как выглядит Канум, и сил огненного естества хватало для связи. Раньше она не могла себе позволить далёкого путешествия, витая в космических далях и тыкаясь, как слепой котёнок. Бинар сидел на троне: красивый, гордый, но до боли печальный. Встала за спиной, наблюдая с любовью, как он устало потирает белесые брови. Собранные в хвост волосы искрились в свете факелов и чудесного потолка. Впервые заметила, как тот сияет миллионом огней. «Электричества на планете нет. Значит, волки преобразовали энергию звезды и получили красоту», — рассуждала она. Супруг слишком устал, чтобы ощутить присутствие. В зал вошёл чёрный волк — Хорн, и низко поклонился. Бинар поднял голову.

— Повелитель, спешу доложить, что последствия разрушений полностью устранены, — пролепетал он.

— Отлично. Рад слышать, — отвечал он бесцветным тоном. — Хорн задержался, не торопясь уходить.

— Нет вестей? — спросил осторожно.

— Нет. Она меня с ума сводит. Таос может напасть в любую минуту, а жена играет в недотрогу. Совершенно лишила возможности наблюдать. Не могу больше ждать.

— Понимаю, дружище. Но пока нельзя покидать пост. Серая знать имеет влияние на народ, не вовлеченный в сражение. Наши тебя всегда поддержат, а вот их расположение нужно заслужить, — белый гневно сверкнул глазами. — Ну, или хотя бы не усложнять. — Бинар вздохнул соглашаясь.

Дверь в зал вновь отворилась. Ри грациозно ступала по каменному полу, выполненному из драгоценной породы.

— Повелитель, — поклонилась. — Пришло письмо из Грика, — передала конверт. Бинар махнул рукой, и она начала читать. — «Поздравляю с победой в битве за власть, сын Халы! Искренне рада! Надеюсь, сдержишь, по крайней мере, одно из своих обещаний, и даруешь моему народу неприкосновенность и свободу. Раньше клятва для белого волка была важнее жизни. На данный момент мы вынуждены поддерживать иллюзию. Тебе ли не знать, каким способом это удаётся. С наилучшими пожеланиями. Шиа». Тут стоит печать жриц, — повисла напряженная тишина.

— Ответ, — указал Ри на стол, и она спешно села.

Катарина отметила, что ни пера, ни ручки у неё не было, волчица просто сосредоточенно смотрела на серый лист. Правитель диктовал, и на нем появлялись золотые линии, даже не буквы. «Конечно, язык то у них другой». Она давно размышляла над тем, почему слышит их так, как если бы они говорили на её языке. И пришла к выводу, что волки желают этого, и преобразовывают речь.

— Я выполню клятву. Моим указом жрицы отныне свободны! Но не переходи границы дозволенного! Я не позволю творить бесчинства на своей земле! Нам есть о чем поговорить. И я желаю видеть тебя во дворце в ближайшее время. Буду надеяться, не откажешь правителю планеты о встрече. С уважением, Глава.

Ри свернула бумагу в подобие конверта, опечатала печатью с изображением белого волка, откланялась и вышла.

— Зачем она тебе? — любопытствовал Хорн.

— Хочу узнать больше о Таосе. Как-никак существо опасно для моего ребёнка, — друг кивнул.

— Будь с ними осторожней. Жрицы опасны. — Глава засмеялся.

— Мне ли не знать.

Катарина поняла, что устала. Силы истощались. Долгое пребывание сказывалось на самочувствии. Вернулась, проморгалась, и вздрогнула. Прямо перед ней на корточках сидела Фира.

— Я не хотела напугать, — извинялась она, вытягивая вперёд руку.

— Ничего.

— Ты устала. Куда летала? — подняла волчица брови.

— Сама знаешь, — смущенно отвечала колдунья.

— Как прошло?

— Не стала говорить, наблюдала. Теперь буду переживать. Он вызвал к себе Шиа, — волчица побледнела.

— Зачем?

— Хочет знать о существе больше. Его можно понять. Мне тоже хотелось бы, чтобы он не лез туда.

— Как и мне. Жрицы безжалостны, — опускала глаза.

— Ты не такая, — ободряла Катарина.

— Все равно они меня не оставят в покое. — Колдунья непонимающе смотрела на волчицу. — Кэти. Я пошла с тобой не только из-за Крайда. Жрицы обещали существу меня, и он не остановится, пока не получит. Другая ему не нужна, — испуганные серые глаза забегали.

— Не переживай. Я тебя в обиду не дам, — произнесла уверенно, вставая с крыльца, воинственный взгляд подтвердил правдивость слов. Фира искренне заулыбалась.

— До сих пор не пойму, почему мне так повезло, — они обнялись.

* * *

Регина отправилась в Сарамак, оставив мужа и сына вдвоём. Подруга нуждалась в ней, и пусть Стив не одобрял помощи, её это не останавливало. Катарина только перенеслась, а она уже вовсю штудировала книги, выискивая упоминания о крылатом существе. К ночи, когда глаза слипались, а буквы образовывали сплошную линию, собиралась прекратить и взять передышку, но наткнулась на интересный абзац из пыльной колдовской книжки. В нём рассказывалось о страшном времени для планеты. Массивные разрушения, вызванные катаклизмами, поражали. Горы раскалывались на куски, накрывая города, долины затапливали беспрерывные дожди. Урожаи погибали, и начался массовый голод. Происходило это задолго до установления привычного социума. Полистала немного вперёд. «Не слышала про такое». Посмотрела на обложку, сдула пыль, закашлялась. Провела пальцами по надписи. Закорючки жителя были выведены на старом языке. К счастью Регина прекрасно им владела. Новый больше походил на земной, смесь латыни и английского. Однако чаще всего, каждый разговаривал на том, каком сам желал, и все понимали друг друга. Особая магия земли соединяла, преодолевая всяческие различия. А старый казался настоящей тарабарщиной для не посвящённого, и со стороны могло показаться, что люди просто придумывают слова. Надпись гласила: «Кая, исма тиа». Регина перевела вслух: «Кая, история демона». И начала читать, забыв про сон, и делая заметки. К утру белки покраснели, руки уныло перелистывали страницы, а глаза продолжали бегать по строчкам, жадно впитывая информацию. Сделала закладку, отложила книгу. Регина собирала всё в голове, словно пазлы. В отгадывании загадок ей нет равных. Ясно было, что Кая являлась жителем того времени и помощницей шамана. Девушка описывала в книгах способы совершить жертвоприношение. Те люди жили по другим законам, и создавали культ из всего. Этому она ни капельки не удивилась. Только вот после принесённых жертв начали происходить страшные вещи: события, разрушения. Они переплетались, одно накладывалось на другое. Регина размышляла, силясь понять, что такого могло спровоцировать ужасные катаклизмы. Сама земля отвергала людей. Как вдруг вспомнила одну из занятных иллюстраций. Открыв картинку с изображением ритуала, всмотрелась внимательнее, прогоняя пелену с глаз. И застыла. Мужчина держал в руке нож, собираясь пустить кровь буну. Слева от него горел костёр, а в пламени, как бы возвышаясь к небесам, отпечаталась тень крылатого существа. Начала листать дальше. Оказалось, что в середине книги страницы слепились. Читала, переводя: «Во время ритуала я увидела его: огромный, чёрный, крылатый, золотые глаза жаждали крови. Энергия струилась в наш мир, трава в том месте засохла, как и цветы. Спустя два дня начали рушиться горы, высыхать вода. Наступил голод. Безумие объяло планету. Спустя месяц вымерли звери. Люди должны были стать следующими. Шаман Рун совершал жертвы каждый день, но Боги будто не слышали. А потом появился он. Существо было злым и беспощадным. Оно рассказало о планете Дарат, и о том, что не может долго находиться на других. Его это истощало. Оно пообещало, что вернёт благополучие в наш мир, но взамен потребовало женщину. Когда Рун согласился, и привёл одну из деревни, существо отказалось. Ему нужна была определенная. И тогда оно указало на меня. Сердце перестало биться. Рун мог бы заставить меня силой, но я согласилась сама. Ради жизни родных я была готова на всё. Приблизился день соития. Победить страх оказалось невозможно, но я отправилась к шаману, чтобы дать процветание нашему миру. Однако сначала заговорила воду, и выпила. Мне не хотелось, чтобы существо изменило меня, или как-то повлияло на внутренний мир. Не стану описывать то, что оно со мной сотворило. Я не забуду этого никогда! Но планета перестала разрушаться, а я прожила счастливую жизнь. Мой мужчина так и не узнал о той ночи, и о крылатом демоне. Наши дети оба стали шаманами и поводом для гордости. Я пишу эти строки в кожаном переплёте и ведаю историю не просто так. С недавних пор существо приходит ко мне во сне. Оно разгневано и требует дань. Крылатый демон рассчитывал, что я забеременею. Ради этой цели совершалось соитие. Однако заговоренная мной вода оградила от этого. Чему я несказанно рада. Времена обрядов прошли». Перелистнула страницу, на ней почерк разительно отличался, писала Кая на эмоциях: «Демон прибыл на планету! Он в гневе крушил всё вокруг. Требовал совершить иное соитие! Община пообещала выбранную им девушку. Но на поводу не пошла. Они провели ритуал, изгоняющий тьму. И оно исчезло». Текст кончился, захлопнула книгу. Тут же отправила весть Катарине, чтобы не посещала Эйнара, по-прежнему считая, что это слишком опасно. Опыт Каи в очередной раз натолкнул на эту мысль. А сама вернулась в дом.

* * *

Катарина не могла унять внутреннюю дрожь. То ли ребёнок влиял иным образом на организм, то ли внутренне чутьё. Склонялась ко второму. Ощущение, что всё катится в бездну, пока она отсиживается, не покидало. «Может, я привыкла к перемещениям?», — пыталась успокоиться и дивилась тому, как это кто-то из родственников еще не навестил её во сне. В подтверждении догадок и ощущений, это всё-таки произошло. Лина обняла, сидя на краю кровати, а потом отстранилась с тревожным выражением на лице.

— Почему ты сидишь здесь? Думаешь, Таос не найдёт тебя в доме? — хмурилась. — Ты должна позаботиться о ребёнке. Грядут тяжелые времена. Он силён, как никогда. Румиты могут копить силы. Угадай, на что он потратит свои, — холодок пробежал по спине. — Твой супруг и ты — могущественные создания, каждый по-своему. Но вы не справитесь с угрозой, если продолжите в том же духе! — грубо прикрикнула в несвойственной ей манере.

— Что же нам делать? — лепетала она.

— Двигаться дальше. Катарина, дорогая, — сделала паузу, смотря в одну точку, словно слушала кого-то, — слушай сердце. Ты смогла открыть истинные силы лишь благодаря ему. Настало время ими воспользоваться. Таос накопил достаточно для броска.

— Чего же он выжидает? — взяла она Лину за холодную руку.

— Если бы я знала, — грустно отвечала та, растворяясь.

Проснувшись, спустилась вниз. Огонь в камине загорелся. Села в кресло, призвала белую нить и перенеслась к Регине. Застала подруг за беседой. Карен, Диана, Марта и Бирри. «Все в сборе», — недовольно бурчала она, устраиваясь поблизости. Они её не видели. Для того чтобы проекция обрела видимость, нужно этого, как минимум, захотеть. Сейчас она подслушивала.

— Получается, книгу написала шаманка из древнего мира?

— Да. Кая. Здесь говорится, что планета разрушалась, а потом пришло существо. В описании похоже на то, про которое говорила Кэти, — объясняла Регина.

— Зачем оно хотело ребёнка от шаманки? — размышляла Диана.

— Продолжало род, что тут непонятного! — раздражалась Карен.

— Он выбирал девушку сам. Каждый раз. Возможно, он плодил кого-то особенного, — вклинился Ангус, слышавший разговор в дверях.

— Прости, что не дождались, — пропела Марта, прильнув к мужу, и он обнял в ответ.

— Таос создавал армию? — спросила Бирри, отпивая из бокала.

— Какова бы ни была причина, существо делало это не просто так. На Кануме оно дважды получало в подарок женщин. И обе были жрицами. А все жрицы обладают дарами. Недавно он попросил взамен своей силы ещё одну — Фиру, — голос еле заметно дрогнул, Катарина нахмурилась. — У нас он выбрал шаманку. Думаю, тоже неспроста, — женщины закивали.

— Уже известно, кто отпрыски чудища? — включила Диана разведчицу.

— Нет. Мы знаем наверняка только, что Крайд сын Эйнара. Это подтвердило кольцо. Хорн отличается по цвету. Однако доказательств нет.

— Он тоже чёрный, как и крылатый! Какие ещё нужны доказательства?! — возмутилась Диана, он обнажил кривые зубы в усмешке, и вопрос отпал сам собой.

— Дамы. Советую поторопиться с поиском истины. Уверен, колдунья на нервах и скоро наплюет на деликатную просьбу подождать.

— Если уже нет, — подтвердила Регина.

Катарина вернулась назад. Друзья прибавили размышлений.

Проспав до обеда, встала. Голова болела. Исцелилась. Если бы боль оказалась проявлением волчонка, заклинание не подействовало. Токсикоз ощущала самый, что есть, настоящий. Ребёнок не позволял воздействовать на себя. «Упёртый», — гордилась она малышом. Позавтракав в компании постоянно переглядывающихся серых, поспешила навестить Гранда. Конные прогулки доставляли особое удовольствие. Фира ворчала, ведь тряска могла негативно сказаться на волчонке, но она чувствовала иначе, и этого было достаточно. Прогулявшись по окрестностям, слезла с коня у обрыва. Сняла седло. Гранд вопросительно взглянул на хозяйку, взбрыкнул и вольно помчался, развевая белую гриву на ветру. Ноги утопали в снегу, доходившем уже до колена. Яркое солнце зависло на небе. Облачка гнал торопливый ветер, и они быстро перемещались, сменяя друг друга. Упиваясь моментом, вспомнила зиму, когда впервые увидела дом. «Габи», — вздохнула. Его глаза были такого же цвета, как сегодняшнее небо. Вспомнила, как кот в первый раз спас ей жизнь, напав на приспешников колдуна, на крыльце наследного дома. Где-то на задворках души ощутила печаль. Не такую свежую, чтобы заплакать, но такую, что невозможно не заметить. «Мартин. Где сейчас? Чем занят? Знает ли об интересном положении?». У Стива она его не видела, а спрашивать побоялась. Мысли вернулись к насущной проблеме. Как уверяла Лина, существо накопило силы. Подруги узнали, что он творил детей. А друг решил, что не так всё просто. Каждая выбранная им девушка была жрицей и обладала силой. Даже та, с планеты «Гор», была шаманкой, а значит, развивала силы со временем. Если бы знал, что одолеет, крылатый давно бы напал. Следовательно, сделать этого не может. Задумалась насчёт Хорна, так не похожего на собратьев. «А ведь Эйнар грешил на него, указывая на родство». Настоящий его сын — Крайд совершенно не отличался от других серых, за исключением золотого свечения глаз. Но и оно появлялось исключительно из-за кольца. «Эйнар». Лина просила не сидеть на месте, друзья подождать. Катарина определилась, кого послушает, свистнула Гранду, и засобиралась домой.

Глава 2

Гости

Дом взволнованно поскрипывал, предвещая очередное исчезновение хозяйки. Она же на скорую руку приготовила укрепляющее зелье, четко следуя инструкции. Затем, как следует, перекусила и нашла влюблённых, которые нежились в постели. Катарина отвернулась.

— Вы нужны мне. Оба. Спуститесь, пожалуйста, вниз. Одетые, — пробубнила, и не стала дожидаться, пока они соберутся.

Серые почтили присутствием в каминном зале. Колдунья держала золотую шкатулку на коленях, поглаживая урчащего лисёнка.

— Что происходит? — спросила Фира, супруг наблюдал за зверушкой.

— Я подумала, и решила…, — застыла, улавливая знакомую энергетику в долине. — Не может этого быть…, — произнесла тихонько, волки втянули носом воздух.

— Человек? — спросил Крайд. — Ты его знаешь? — острые черты лица стали ещё выразительнее.

— Да. Не выходите из дома. Продолжим, когда вернусь.

Она вышла в прихожую и отодвинула штору. Разгребая сугробы, по волчьим и лошадиным следам, ещё не припорошенным разыгравшейся метелью, ступал Кристофер Мансдантер. Катарина думала о нем иногда, но не хотела торопить событий. И вот отец лично прибыл к загадочному дому, чуть не сведшему его с ума. Задергалась. «Как быть? Провести в дом? Чера отгородила сына неспроста. Не впустить? Ещё хуже». Отец не видел дома, но предполагал, где тот находится. Встал метрах в двух от крыльца, отдышался.

— Катарина! Выйди немедленно! Я знаю, что ты где-то здесь! — чертыхнулся, отряхивая снег с дорогого пальто.

Она глубоко вздохнула, путешествие придётся немного отложить. Вышла на крыльцо, и дом буквально вырос перед Кристофером, тот потерял равновесие и сел в сугроб, смягчивший падение. А затем поднял ледяные глаза на дочь. Она сбежала вниз по лестнице, неизменно скрипнувшей на третьей ступени, и потянула его за рукав, помогая подняться. Он дрожал.

— Папа. Что ты здесь делаешь? — спрашивала, наблюдая, как он нервно поправляет сумку, закинутую через плечо.

— Решил что нужно обсудить…это, — посмотрел с опаской на дом.

— Боюсь, тебе нельзя внутрь, — грустно сказала она. Кристофер округлил глаза и открыл рот, собираясь что-то возразить, но ветер встрепал ей волосы.

Колдунья обернулась, с интересом сощурившись. Ветерок подул сильнее, принося нежные слова: «Впусти. Он должен через это пройти». Тогда она кивнула, взяла отца за руку и без лишних слов завела в дом. Кристофер оглядывался, вспоминая стены, потолок, странные картины. Усадив его за стол, устроилась рядом.

— Помню это место. Немного. Странное чувство, — пробормотал он, из угла зазвучала приятная, расслабляющая мелодия.

— Пап. Ты прости. Как о таком расскажешь тому, кто не верит в то, что нельзя потрогать? — скривила она лицо, ведь и сама недавно была такой.

— Ты изменилась. Поправилась? — в глазах растаял лед, стали ласковыми, родными. — Это ты меня прости. Я бурно среагировал. Обидно было осознавать, что дочь знала тайну, и ничего не сказала, — осунулся и вздохнул.

— Я не хотела разрушать твой мир. Куда не отправлюсь, везде разбиваю сердца, — криво улыбнулась, а он крепко обнял.

— Рад, что мы снова вместе. Где твой рыжий? — слова укололи.

— О! Мы расстались.

— Жаль. Он был ничего, не считая бледной кожи. Тоже колдун? Или может оборотень? — усмехнулся отец.

— Тебе лучше не знать. Вводи паранормальное в жизнь постепенно, — он рассмеялся. — У меня гости. Они не совсем люди, и если хочешь остаться, придётся познакомиться с ними, — серьёзно сказала она, и улыбка сползла у него с лица.

— Не думаю, что готов…, — взгляд помутился.

Она схватила его за руку, соединилась с белой нитью, и ментально присоединилась к видению. Картинки мелькали, сменялись, пестрели. Кристофер ступает по дому, руки из картин хватают воздух. Но он не боится. Молодой, худой, выразительные голубые глаза, белые брови. С интересом рассматривает иное, видит проекцию Черы, обеденный зал, энергию радужных лучиков, витающих под потолком. С открытым от удивления ртом, протягивает руку, и лучи садятся, обвивают. Он органичен, дом ему рад и принимает словно хозяина. Катарина не понимает, в чем подвох. Раздаётся звонок. Кристофер идёт к двери, лучи преграждают дорогу, голосок шепчет: «Не открывай». Но он открывает. Неис. Достаточно молод, точнее не совсем ещё стар, высок, широкополая шляпа украшает голову. Зеленые глаза горят любопытством.

— Добрый день, молодой человек. Мама дома? — заискивает колдун.

— Нет. Я здесь один, — отвечает Кристофер слабым голоском.

— Отлично. Так, может, пригласишь меня в дом? — ветер вырывается из-за спины и уносит шляпу визитера.

Он оборачивается, смотрит на лучики, мельтешившие агрессивно, и догадывается, что делать этого не стоит. Трясёт головой. Скулы Неиса напрягаются, зеленые глаза сверкают на солнце, словно и не были настоящими. Взгляд ожесточается, становится пронзительным. Катарина поняла, что за этим последует. Кристофер хватается за горло, воздух не проникает в легкие. Жизнь покидает, лицо отдает синевой. Как вдруг дом заскрипел, и доски подпрыгнули, скидывая злодея. Колдун молниеносно вскочил на ноги, полы плаща развивались. Направив руку на крыльцо, усмирил изваяние. Заминки хватило, чтобы захлопнуть дверь. Кристофер побежал по коридорам, хватаясь за голову. Он не верил в происходящее, да и своим глазам тоже. Внезапно в голову закралась мысль, что всего этого нет, и он видит реальность не так, как другие. А значит, сошёл с ума. Или всегда был таким. Забившись в подвале, по иронии судьбы рядом с сердцем дома, раскачивался, обхватив колени, и прислушиваясь к каждому шороху. Дом нервозно наблюдал, не пугая проявлениями, а затем вернулась Чера. Она прижала сына к груди, как и в детстве. Заглянула в родные глаза, которые безумно вращались. Подняла на ноги и вывела за собой.

Видения кончились. Катарина смотрела на отца, силясь понять, что будет дальше. Чера считала, что правда вновь сделает его безумным, потому и прогнала из семьи под мнимым предлогом, якобы за женитьбу не на той девушке. Отец погрузился в состояние оцепенения. Прошло несколько минут. Щёлкнула пальцами перед носом. Ничего. Запрокинула голову и зафырчала губами. «Самое время для этого», — раздражалась, подыскивая варианты исцеления. Ветерок вновь всколыхнул волосы: «Он очнётся, когда будет готов». Напряжение отступило. Раз дом был в этом уверен, ничего страшного не произойдёт. «Если только Кристофер когда-нибудь будет готов». Прогнала прочь назойливые мысли. В зале появились серые.

— Что с ним не так? — разглядывал отца Крайд.

— Ничего. Долгая история. Отнеси его, пожалуйста, в гостевую спальню. Если не трудно? — попросила учтиво, откусывая бутерброд.

Стресс теперь излечивался едой. «Похудею потом», — успокаивалась она, продолжая кушать за двоих. Крайд подхватил отца на руки и вышел из зала. Фира присела на освободившееся место.

— Это твой отец?

— Похожи?

— Вполне.

— Колдун виноват в том, что с ним происходит! Я убила его дважды! — посмотрела на ладони. — Вот этими руками! — гнев вырывался наружу, кожа светилась. — А он умудряется доставать меня с того света! — дала волю слезам.

— Успокойся, это временно. Да и гормоны у тебя шалят, — обнимала подруга.

Катарина притихла, перестала хлюпать, и поспешила отдохнуть. Эмоциональный день подошёл к концу. Легла в кровать, и корячилась, запихивая одеяло между ног. Отчего-то располневшие ноги, соприкасаясь, нервировали. Волчонок корячился в животе вместе с ней.

* * *

Бинар маялся от безделья. Трижды оббегал владения. Пришёл к выводу, что обязан восстановить старый город, и отдал соответствующий приказ. Он много времени проводил рядом с местом силы. Не раз клал большую ладонь в волчью голову, надеясь, что оно перенесёт его к ней. Серая знать, ставшая ею после геноцида белых, ненавидела освободителя. И он их тоже. Но и убить не мог. Они расположили к себе население планеты, правя за спиной Крайда годами. Уйти сейчас на другую планету, означало вновь лишиться трона. Отвоевывать его оказалось гораздо интереснее, чем восседать. Не зная, сколько ему придется изображать идеального Главу и слушать скучные заседания, неимоверно грустил. Жена не давала покоя, занимая все его мысли. Встряхнулся и заходил по месту сражения с Ори, кровь впиталась в камень, благоухая. Втянул носом металлический запах. Почувствовал присутствие и оглянулся. Рас стоял, облокотившись о руины.

— Думаешь, зацветёт местечко? — лениво спросил потягиваясь.

— Ты единственный, кто не выказывает мне почтение, как правителю, — хохотнул он. — И не нужно. Это так утомляет, — закатил глаза.

— Особенно, когда не можешь отправиться к той, которую любишь, — ткнул в больное место. — Ты ещё не передумал насчёт серых предателей? Разве их не казнят по нашим законам?! — оскалился, напрягая тощее тело.

— Я бы и сам хотел, — прорычал Бинар. — Начнём вытеснять, как считаешь?

— В смысле?

— Совет. Я принимаю решения единолично, но обязан иметь сборище умов современности. Собираюсь добавить в него новых членов! — просиял он буквально, лицо Раса зажглось идеей.

— Возьмёшь? Я просто создан для этого! — указал себе на голову, и они расхохотались.

Рас пришёл не поболтать, а позвать на очередное заседание великих умов — серых. Тех, кто был рад смерти его родителей, и поспособствовал этому.

Он гордо задрал вверх подбородок, ступая к трону. Советники ожидали.

— Приветствую, повелитель! — отозвался подхалим Олл.

Старый, сгорбленный, кое-где седой, обвисшая кожа, болтающаяся шея, морщины везде, где только можно представить. Голос, словно скрип по стеклу, усиленный слух волков страдал, а уши подрагивали.

— Решили, что будет с Гриком? — пробасил Кнут.

Он был моложе на порядок лет, но седина пополнила виски. Высок, сер, подтянут, глаза выразительные, но потухшие. Будто из него давно ушла жизнь и стремления. Бинар знал, что это маска, истина выглядела куда непригляднее.

— Жрицы — прошлый век. Давно нужно было с ними разобраться, — встрял Ове.

Этот волк был толстым, круглое лицо свисало, нос маленький, рот кривой. Бинар задавался вопросом, как Ове выглядит в волчьей шкуре. «Наверное, как жирная собака», — засмеялся нечаянно вслух. Серые возмущённо заохали.

— Вы не уважаете наше участие? — вкрадчиво произнёс Нел, когда буря утихла.

Он казался самым опасным из всех. Волк был молод, и вступил в совет по праву переданному по наследству от матери. К счастью та погибла от руки белых, гонимых и уничтожаемых. Глава с особым упоением думал об этом. Судьба свершила одну месть за него, и он благодарен. Нел был широк в плечах, красив, улыбка надменная, острые зубы. Волосы серые, но темные, как у Раса. Такие же брови. Крепкие руки, покрытые густой шерстью, даже в человечьем обличии.

— Отчего же. Я бесконечно рад, что есть волки способные думать за меня. Однако я бы хотел внести коррективы.

— В каком это смысле? — проскрипел Олл.

— В совет, — тишина стала осязаема. — Отныне в него будут входить ещё четверо.

— Совет выбирает правитель, но в святыне прописаны правила. Претенденты обязаны пройти испытание ума, — возвестил Нел, белый скрестил на груди могучие руки.

— Что ж. Они пройдут. А когда вы в последний раз его проходили? — грохотал он улыбаясь.

— Мы не обязаны! — подпрыгнул Кнут.

— Извольте. Святыня как раз обязывает проходить его каждому члену совета раз в столетие! — достал из-за спины свиток и развернул, тыкая в золотую линию пальцем.

Серые стали ещё невзрачнее. Не все смогут пройти сложнейшее испытание: кто-то в силу возраста, кто-то по причинам иным. Они опустили головы. Один лишь Нел с обидой в глазах не сводил с Главы взгляда.

— Отлично. Раз никто не возражает, — хлопнул в ладоши, в зал вошли Хорн, Рас и Ри. Друзья заняли места рядом с правителем.

— Ты не имеешь права сажать чёрного в совет! — взревел Нел, но был награждён испепеляющим взглядом и сразу умолк.

— Ещё раз я услышу нечто подобное, и ты первым пойдёшь на то испытание! — прикрикнул Глава, и тут же остыл. — Теперь о Грике. Он неприкасаемый, а жители свободны, — слышно было, как скрипят зубы. — Жрицы нам не враги. Так было при моем отце! И будет при мне! — помедлил, прислушался к шагам. — Проходи Док, — бросил не глядя. — Четвёртый, новый член совета, — тот сел за стол, здороваясь с остальными.

— Жрицы опасны! Что скажут люди? Наш правитель глупец?! — оборонялся Кнут.

— И моргнуть не успеешь, как они сместят тебя с трона, — скрипел Олл.

— Как считают новые члены совета? — обратился он к ним.

Друзья поддержали, однако высказались по поводу опасности, также как старые советники, и предложили запретить жрицам проводить ритуалы на своей земле. Единогласно подписали указ. Он принял к сведению мнение каждого, но решение ещё раньше. И если совет не согласился бы с ним, просто сделал по-своему. Заседание было окончено. Скучный день подходил к концу, и правитель отправился в покои. Волки не спали, но иногда погружались в лёгкую дрему по собственному желанию. Отдых, в котором существа, по сути, не нуждались, всё же способствовал приведению рассудка в рабочее состояние. Многие пользовались таким трюком. Вот и он решил. Тем более что был женат на человеке, и часто видел, как она спит. Катарина улыбалась во сне, и он гадал, что же такое видит прекрасная колдунья. И надеялся, что его, а не Мартина. При мысли о рыжем инстинктивно сжал кулаки. Читая жену, как открытую книгу, благодаря ребёнку и связи, видел попытку кота ей завладеть. И как она вздыхала от прикосновения. Конечно, Катарина отбросила руку и отстранилась, но это не меняло того, что ей понравилось. «Она его ещё любит». Бинар не забывал об этом, отчаянно желая, чтобы его любила сильнее. И пусть уверил, что не ревнует, на самом деле сходил с ума. Особенно сейчас вдали. Воспользовался белой нитью, сплетая с золотой, и отправился к жене. Она сбавила обороты, ослабляя влияние заклинания, и отворила. Растрепанная, сонно тёрла глаза, за окошком светало, тонкий пеньюар просвечивался.

— Как дела? — приближался к кровати, жадно лаская взглядом.

— Не очень. Рада, что пришёл. Ты стал сильнее, — виновато опускала глаза.

— Так и есть. Я теперь Глава и возможностей больше, чем прежде. Ещё недавно нам так этого не хватало! — намекал он на времена, когда они не могли общаться ментально. Присел на край, тёплое дыхание сдуло волосинки с её лица, грудь часто вздымалась.

— Верно, — прижалась щекой, он напрягся. — Прости меня любимый. Я боялась говорить с тобой, после того поступка, — провела рукой по животу, возбуждаясь от вида того, что располагалось ниже.

— Я понимаю причину! — схватил за плечи и чуть приподнял. — Нет ничего важнее тебя! И малыша! Больше никогда не игнорируй меня! — она закивала, а он прильнул к губам.

Катарина потянула супруга на себя. Ощущения казались реальными, как если бы он действительно был здесь. Твёрдые мышцы накрыли хрупкое тело, но он резко отпрянул. Она тяжело дышала, ночнушка задралась до бёдер, обнажая, в глазах мелькнул страх быть отвергнутой.

— Сейчас опасно заниматься этим, — протянул ладонь и погладил по животу, — она выдохнула, привстала и обвила шею руками.

— Не лишай меня…, прошу, — и сладко поцеловала, проникая в рот языком.

Супруг запыхтел, и осторожно уложил на кровать. Ласкал, словно хрупкое изделие. Бело-золотой купол сиял над ними, искрил, переливался. К нему присоединилась и ещё одна энергия — пламя полыхало яркими вспышками. На пике наслаждения он завыл. А она услаждалась и духовно, и физически, испытывая ни с чем несравнимые ощущения.

К завтраку спустилась последняя. Ночь изрядно измотала. Фира покраснела. «Или показалось?». Крайд хмыкнул, не отвлекаясь от кружки с кофе. Здесь, на Земле, волки быстро обзавелись человеческими привычками. Она умяла свой завтрак, и поблагодарила дом, заигравший в ответ весёлую песенку. Погладила себя по животику, и подняла на друзей глаза. Во взгляде что-то молниеносно изменилось, вспомнила об отце.

— Пойду, навещу папу, — возвестила вставая.

— Удивительно, что у тебя на это остались силы, — съязвил Крайд, улыбаясь, Фира закатила глаза.

Конечно, волки слышали песни вожака, а как же иначе. Краснея, она побежала к отцу в комнату. Он лежал на кровати, на спине. Кристофер никогда не спал в такой позе, потому что давился слюной. Глаза уже не бегали, но были открыты и мутные. «Видимо, папе потребуется больше одного дня, чтобы переварить увиденное». Присела на край и погладила по седым волосам. То, что Кристофер Мансдантер пришёл в этот дом, зная, как она с ним поступила, и простил ложь — дорогого стоило. «И вот чем для него всё обернулось». Воспоминание дома о встрече с Неисом открыло глаза на сложившуюся ситуацию. Отец зациклился не из-за влияния «параллельной», дом его принимал, как своего. А значит, имел в зародыше способности: не развившиеся, умирающие под натиском рамок, возведённых обществом и им самим. Вздохнула. Она тоже любила ограничивать себя почём зря, и ни к чему хорошему это не приводило. Вот и сейчас, ждала вестей от друзей, вместо того, чтобы действовать. А теперь еще прибавилась проблема с отцом. «Я не могу оставить его одного, и отправиться к Эйнару. С другой стороны, кто знает, сколько продлиться вынужденная кома. К тому же фактически буду находиться в доме, только в недосягаемом состоянии». Однако если отец очнётся и увидит её такой, вполне возможно сойдёт с ума по-настоящему. Да и девочки могли узнать ещё что-нибудь интересное о крылатом демоне. В конце концов, оставила Кристофера, не было толку сидеть у постели. Дом заверил, что явление временно, и исключил беспокойство. Вышла на задний двор, и поухаживала за Грандом, преодолевая внутреннюю дрожь, поселившуюся в душе, с момента возвращения домой. Ток пробежал по затылку. Поёжилась. Бездействие медленно уничтожало, и потому она ментально перенеслась к Регине, призвав энергию белой нити. Материализовавшись у той перед носом, до чертиков напугала. Подруга хваталась за сердце.

— Чуть укой не сделала! — колдунья подняла брови.

— Кем?

— Ууукой, — повторила она, и смысл сказанного усвоился собеседницей.

— Проехали. Нашла что-то? — присела на кромку стола. В комнату вошёл Ангус, намеренно стала видимой и для него.

— Привет колдунья! — обрадовался он.

— Полагаю, вы ищите заклинание, с помощью которого предки обезопасили планету от Таоса? — они переглянулись. — Успешно?

— Откуда ты? Не важно. Перерыли, что могли. Ни намёка, — протянул руку и попытался дотронуться. Она схватила за локоть, и тот охнул. — Как настоящая!

— Силы растут и меняют восприятие, — пояснила, понимая, откуда знает об этом. — Будете просить ждать дольше? — Регина нахмурилась.

— То заклинание, возможно, до сих пор нас защищает. С его помощью мы могли бы обезопасить и твою планету! А сейчас, думаю, лучше на время вернуться сюда! — подошла ближе, не прерывая зрительного контакта.

— Занятно. Только вот отец пришёл в дом. И тот показал ему правду. Когда-то давно, Неис воздействовал на него, и отец заклинился. А потом бабушка стёрла ему память. Долгая история. Сейчас он в вынужденной коме, переваривает правду.

— Как это? — соображала Регина.

— Полагаю, он в состоянии акха, — понял Ангус, имея в виду транс.

Катарина поймала себя на мысли, что их язык стал просачиваться. Раньше не замечала подобного, разговор всегда складывался ровно.

— Именно. Я ро ате вилар, — друзья открыли рты. — Почему я говорю на вашем языке? — они словно приросли к месту.

— Это странно, — вымолвил, наконец, Ангус. — Оставайся пока с отцом. А мы поищем заклинание.

— Я не стану сидеть на месте и ждать! — разозлилась она. — К тому же, иро кадас инг. Чёрт! Заклинание не решит проблемы с Эйнаром. Я должна сдержать клятву!

— А если наткнёшься на него? — Регина схватила за плечи.

— И что он мне сделает? Я тут же вернусь назад! Только и всего!

Они не хотели допускать этой ситуации, но пришлось смириться. В ледяных глазах полыхало пламя, колдунью теперь не остановить. Регина собиралась побороться, но Ангус остановил жестом.

— Дар ин окко, — произнёс он уверенно, и она растворилась, оставляя их наедине.

— Уверен, что поступил правильно? — раздосадовалась Регина.

— Видела взгляд? Она и так дала нам предостаточно времени. По крайней мере, не солгала и сказала, как есть, — она кивнула и продолжила рыться в книгах.

* * *

Бинар вернулся после чудесной ночи воссоединения, и начал сиять белоснежными искрами, освещая пространство. Счастье сочилось, пробиваясь сквозь кожу. Какое-то время неподвижно сидел, воспроизводя в мыслях каждое движение, полу взгляд, стон и прогиб Катарины. Мечтательно вспоминал, как светлые волосы струились по спине, ложились ему на лицо, когда седлала его, и прикрывали потом грудь, когда лежали в объятиях. Охнул, вытирая пот со лба. В дверь постучали. Громогласный ответ позволил визитёру войти. Ри внимательно смотрела на повелителя, лучезарно улыбавшегося. Догадалась в чем дело, и опустила глаза.

— Жрицы прибыли. Трое. Шиа во главе. И та, другая, которую мы хотели обвести тоже, — сообщила смущенно. Лаю он пытался совратить в корыстных целях. Хоть она и была пьяная, но вряд ли позабыла об этом. Он и сам зарделся еле уловимым румянцем.

— Отлично. Пора поговорить с Шиа по душам. Последняя наша встреча закончилась не очень, — скривил губы, вспоминая, как сражался с той на мосту, пока жена искала выход из иллюзии. Подошёл, и остановился возле Ри.

— Она простила меня, — сообщил игриво, и та рассмеялась.

— Что ещё нужно для счастья мужчине?! — он заглянул волчице в глаза.

— Не знаю, что у тебя с Хорном, но будь аккуратнее. Я люблю его, как брата. Однако он любит только себя, — Ри поникла. — Он не всегда был таким. Это моя вина. Просто, не питай особых надежд, ладно? — она кивнула.

— Спасибо, — прошептала ему в след.

— Не за что. Мы ведь друзья, — серьёзно сказал он, не оборачиваясь, и вышел.

Бинар распорядился, чтобы жриц встретили подобающе и устроили в зале совета, куда мгновенно прибыл лично. Словно вихрь правитель пересёк зал, и занял трон, уперев длинные руки в деревянный стол из красного дерева. По правую сидела Шиа. Две другие по левую. Лая бросала вожделенные взгляды, которые он стойко игнорировал. Слуги принесли бокалы и графин из чистого золота. Правитель лично наполнил их элем. Жрицы молчали. Поднял бокал.

— Добро пожаловать в Цирет, дорогие гостьи! — они подождали, пока пригубит, и выпили следом. Напиток наполнял энергией, кожа женщин засияла искрясь.

— Приятно вновь пребывать в столице. В последний раз я была здесь столетия назад. А девочки вообще впервые, — прокрякала Шиа. — Чем мы обязаны такой честью, правитель? — глаза главенствующей блеснули. Он щелкнул пальцами, и в воздухе появился свиток. Развернул и продемонстрировал.

— Вчера я официально освободил вас. Хоть и мои советники были против. Они предлагали отрубить вам всем головы, — скалился он. — Но белые держат слово, и я не исключение. — Шиа почтенно кивнула. — Будьте, как дома. Единственное ограничение — ритуалы на нашей территории запрещены, — жрицы напряглись.

— Ничего. Мы и не имели намерений, — голос Шиа стал приторно сладок.

— Отдохните с дороги. Вечером я велел устроить в вашу честь праздник. Альфа умеет встречать гостей, — произнес он, откланялся и удалился.

День пролетел незаметно. Насущные дела ускорили течение времени. Яс лишил своего присутствия, погружая во тьму. На главной площади города закончились приготовления. Зажглись фонари, питавшие энергию в течение дня. Группа волков играла на инструментах, напоминавших небольшие гитары, но звучание у каждого отличалось. Эль лился рекой. Правитель встал на возвышение, и жестом пригласил жриц подняться. Они робко заняли места позади него.

— Стая! — поднял бокал, от визга толпы заложило уши. — Сегодня особый день! Мы празднуем провозглашённый мир с жителями Грика! Теперь они отдельны от нас, как это было в незапамятные времена, когда на планете правили белые! — толпа ревела. — Пятьдесят третий день цикла велю считать днём объединения стай! Да будет мир и процветание на Кануме! — визги достигли критической точки, жрицы стояли с распахнутыми от шока глазами.

Правитель перевоплотился в громадного, белоснежного, светящегося в темноте волка, и взвыл в небо. Яркий луч озарил черноту, освещая себе путь и весь город. Вспышка заставила закрыть глаза. Волки моргали и скандировали его имя. А потом начали прыгать и выкрикивать: «Жрицы! Жрицы!». Он выпил несколько бокалов. Пробираясь сквозь толпу, уворачивался от назойливых дам. К чему они, когда там, далеко, ждёт идеальная женщина, при одном взгляде которой, подкашивались колени. Лая повисла на Доке. Тот сконфуженно пытался её отлепить. «Надо бы найти ей кого-то», — хохотнул, продвигаясь дальше. Шиа стояла в одиночестве, наблюдая за спутницами: то ли с отвращением, то ли с интересом. Разобрать было сложно. Поравнялся.

— Приём выше всяких похвал, повелитель, — крякнула она деловито.

— Рад, что смог угодить. Поговорим наедине? — понизил тон.

— Ждала, когда попросишь, — улыбнулась Шиа и последовала за ним.

Бинар привёл её в свою спальню. Старушка вскинула брови, а он откровенно заулыбался.

— В зале совета может быть небезопасно. Во дворце есть уши, которые служат не мне, — она серьёзно кивнула.

— Хочешь знать о Таосе? — присела на кресло, потирая уставшие ноги. — Ты хорошо постарался для нас. Не ожидала, после той размолвки, — подняла на него глаза. — Я не сообщала существу о вас. Подвергнуть ребёнка Главы опасности было бы глупо. Но оно узнало, когда призывала той ночью. Ощутило. Я так понимаю, Катарина сейчас на Земле? — кивнул, поджав губы. — Её планета дальше Канума. Определённо, там будет безопаснее. С другой стороны, Канум защищён от Таоса заклятием. — Бинар не понимал, к чему она клонит. Шиа вздохнула. — Твоя мать, будучи главной, оградила нас. Именно поэтому он приходит только по призыву, — правитель осознал.

— Тогда мне стоит вернуть её назад, — прошептал он. — Что тебе ещё известно о нём? Слабые места?

— Существо всесильно. Больше мне нечего тебе поведать, — отхлебнула из бокала, поиграла напитком за губой.

Бинар встал и подал главенствующей жрице руку. Она приняла помощь, и поднялась.

— Тебе больше ни к чему его услуги! Я клянусь защищать тебя и твою стаю, как свою собственную! — белоснежное лицо застыло и походило на каменное. Шиа протянула руку.

— А я клянусь исправить ошибки, и помочь справиться с ним! — ответила с тем же запалом.

Встреча была окончена. Он сидел в кресле, где минуту назад ерзала Шиа. Оно сохранило тепло её тела. И размышлял о том, как хитра чертовка судьба. Старушка всего сутки назад являлась врагом, как вдруг стала союзником. Почесал подбородок. Доверять в полной мере ей не мог, но и гнушаться помощью не намерен. Не терпелось скорей рассказать Катарине. «Интересно, она обрадуется, когда скажу, что на Кануме безопаснее?». Вспомнил о Крайде, и радость испарилась. «Она говорила, что ещё не отправлялась к тому, другому. Значит, пора навестить папочку Крайда. А после мы будем снова утопать в объятиях друг друга».

* * *

Вернувшись домой, Катарина собрала волков в каминном зале. Фира испуганно моргала, Крайд щурился от света огня. Ожидание нервировало, но объяснить, что происходит, была обязана. «Потрачу ещё пару минут, не утянет», — думала она, но внутренние ощущения были совершенно другими. Что-то подстегивало изнутри. Нервно пригладила волосы.

— Друзья ищут заклинание, способное защитить Землю от существа. Я дольше ждать не намерена, — холодный тон, словно заморозил комнату. — Крайд. Пришло время встретиться с настоящим отцом. — Он опустил голову на грудь и посмотрел исподлобья.

— Я готов.

— Отлично.

— Как же твой отец? — затряслась Фира, цепляясь за руку супруга.

— Мы пойдём ментально. Встретиться с Эйнаром можно только на перекрёстке миров. С помощью кольца тьмы, — потрясла шкатулкой. — Тела будут здесь. А тебе придётся присмотреть за ними. Если что-то пойдёт не так, выдерни нас назад.

— Как я это сделаю?

— Стащи кольцо у меня с пальца, — та кивнула. — Крайд, — вздохнула. — Эйнар не волк. Он нечто другое. Опасное. Давай без эмоций?

— Без проблем, — фамильное колечко засветилось.

Колдунья отметила что нужно приглядывать за ним активнее. Свет стал ярче, силы росли. Она надела перстень, алая присоединилась к остальным нитям. Затем взяла его за руку, и глаза стали полностью кровавыми.

Громадные дубы так же стояли, маленькие сгустки золотой энергии неизменно витали в воздухе. Крайд удивленно разглядывал место.

— Это его дом? — прошептал он.

— Нет. Место — прибежище. Здесь мы можем общаться, только и всего.

Прислушалась, звука крыльев не было. Позвала. Ответа не последовало. Озарила поляну алым свечением. Ничего.

— Будем ждать? — спросил Крайд, ему здесь было не по себе, затряс длинной гривой.

Расхаживала соображая. «Где же ты Эйнар?». Беспокойство усиливалось с каждым шагом. Худшим вариантом казалась его смерть, менее ужасным плен. Если кольцо с лунным камнем попало к Таосу, ему останется только заполучить перстень тьмы. «А он, на минуточку, у меня на пальце». Огненная сила прорывалась сквозь исходившее от неё алое свечение. Чем сильнее она переживала, тем ярче становилась кожа, в глазах уже пламя плясало танец смерти. Крайд заметил изменения и попытался вразумить, подбирая слова, но состояние оказалось необратимым. Огненный столп вырвался из ладоней. Линии соединялись над головой, и в небеса, защищённые силой Эйнара, уносился огненный луч, опоясанный алым. Через мгновение небо разверзлось, крылья захлопали, содрогая землю. Крайд с ужасом и благоговением следил за приближением существа. Она с надеждой.

Тем временем Фира ходила по каминному залу. Супруг и подруга крепко держались за руки с алыми, жуткими глазами. И походили на манекены из человеческого мира, только на Хэллоуин. Она успела незаметно побывать в городе, а упомянутый праздник видела по телевизору. Ей нравилась эта планета с инфраструктурой, возможностями. Люди уже не казались такими унылыми, как раньше. А как ещё существо выше рангом будет относиться к другим? Негодовала, почему её раса не додумалась до благ цивилизации. И пришла к выводу, что волки выше всего этого. «Может, и люди смогли бы развиться до нашего уровня, если бы не пользовались ими». Возле крыльца раздался грохот: отчетливый, громкий. Волосы на загривке встали дыбом. Принюхалась. Люди с магической составляющей, которая особенно ярко прослеживалась. Оставила манекены стоять, надеясь, что за время отсутствия ничего не случиться, и пошла проверить. Когда подходила к двери, грохот повторился. Что-то ударяло об неё. Фира утробно зарычала. Отодвинула занавеску. Напротив стоял увесистый мужичок с узкими глазками и круглым лицом. В одной руке он удерживал множество камней, другой швырял их о дверь. Она отворила её и оскалилась. Мужичок замялся, но лишь на долю секунды, а затем нарочно выронил камни.

— Кто ты такой? — приближалась она.

— Друг. Пришёл к Катарине! Позови, а?! — грубый голос соответствовал внешности.

— Убирайся, пока цел! — зарычала, кожа начала искрить, волчица была готова к перевоплощению.

— И не подумаю! Эй! Колдунья! Слабо выйти?! — кричал тот, прорывая сугроб, и направляясь к крыльцу.

Фира приготовилась атаковать, но ощутила за спиной чьё-то присутствие. Обернулась и увидела молодую Черу. Та стояла и указывала пальцем в противоположную сторону. Из каминной в подтверждение догадки раздался шорох. Быстро захлопнула дверь и побежала туда. Распахнув настежь, застыла. Кристофер очнулся, и пытался стащить с пальца дочери перстень.

Существо приземлилось напротив. Эйнар изменился, цвет кожи стал не таким насыщенным. Плечо было раскурочено, торчала золотая плоть, струилась жижа. «Темный снаружи, и яркий внутри», — восхитилась она без тени отвращения. Он тяжело дышал и упал на колени. Одно крыло трепыхалось, в нем отсутствовал приличный кусок. Катарина приложила руку к зияющей ране, отдала часть энергии, и та затянулась. Затем исцелила и крыло, и обесточено села на траву, потирая виски. Волчонок в животе зашевелился. Увидела, что нити заметно ослабли. Однако огненная часть весело подпрыгивала внутри, готовая прорваться. Убедившись, что не окончательно истощена, подняла на него глаза. Он выпрямил могучую спину, хлопнул за спиной крыльями, и стал меньшей версией себя, как и в тот раз. В таком обличии Эйнар был не намного выше сына. Он заворожённо подошёл к нему, тот не сводил с существа глаз.

— Дитя, — грохотал голос, отчего-то осипший. — Прости меня, — взял за плечи, и слеза проделала путь по щеке Крайда. — Знаю, сейчас тяжело. Но будет легче. К сожалению, у нас нет времени, — повернулся к ней. — Спасибо, что спасла его. Вижу, как это было, — улыбнулся, — моя смелая Исимида.

— Что с тобой случилось?

— Таос, — указал на кольцо. — Ему нужно оно, чтобы преломить пространство! Как только соединит оба, отправиться за твоим ребёнком! — смутился. — Я сразу почувствовал. Но ты же понимаешь Исимида? Ты бы мне не поверила.

— Что будет потом, — медленно прошептала она.

— Он сможет пребывать здесь благодаря накопленной веками энергии, столетия! Надо ли говорить, во что превратиться твой мир? И, конечно, уничтожит дитя, дабы защитить себя и правление! Катарина! — взял за руки. — Я предвидел это давно! Твой сын будет особенным! Он единственный, кто сможет освободить нас от Таоса! — она силилась понять. — Как думаешь, зачем мне было отправлять кольцо к тебе? Я хотел, чтобы ты освободила туроса! — понимание отразилось у неё на лице.

— Но как ты узнал, что мы…, - хохотнул.

— Ты не веришь в судьбу моя прагматичная колдунья! А зря! Ты была предначертана белому волку также как когда-то Исимида мне! Ваш сын — будущее многих планет! — закрыл золотые глаза и застонал. — Сейчас же назад! Они пытаются забрать кольцо!

— Что?! — Эйнар повернулся к сыну.

— Открой себя заново сын мой! Посмотри! Ты моё дитя! Сильнее тебя ещё не родился мужчина! — и он стремительно взмыл в небо.

Фира заметила, что у Кристофера расширились зрачки, радужка стала фиолетовой. Он отчаянно пыхтел, пытаясь разорвать сцепившиеся руки друзей. Попыталась оттащить его, но не справилась. Еще попытка. Он развернулся и дал кулаком в нос. Удар такой силы обрушился на волчицу, что она вылетела в коридор. Встала, обернулась волком и ринулась в бой. Ещё один удар швырнул о стену. Руки расцеплены. Пошёл обратный отсчёт. Очередная попытка провалилась, и Фира упала не так удачно, вывернув лапу. Она лежала и смотрела, как перстень соскальзывает с пальца Катарины, а её отец с безумной улыбкой торжествует. Как вдруг алая пелена упала с глаз, и колдунья сжала руку в кулак. Кристофер взревел и схватил ее за горло. Растерялась, всё-таки перед ней стоял отец. Крайд тоже вернулся и бросился на обидчика. Его глаза и перстень горели золотым. Может, благодаря этому сумел сбить его с ног. Кристофер быстро поднялся, но Катарина уже читала заклинание:

— Верни отца! Демона изгони! Больше не дай сюда хода, пути! Пусть возвращается в свой мир! Я велю! — огненный луч вырвался из ладони, и проник отцу в грудь.

Зрачки вернулись на место, и он упал, ударившись головой. Но не очнулся, продолжая вынужденную кому. Она рухнула в кресло, пытаясь отдышаться. Крайд подоспел к Фире на помощь.

Глава 3

Союзники

Он бежал в облике кота, задевая углы, сшибая лапами камни. Израненные, они кровоточили. В затылке стучало. Рыжая шерсть скаталась. «Зачем я её поцеловал? Каков идиот!», — ругал он себя, терзаясь чувством вины. Любовь к этой девушке лишала рассудка. Еще никогда Мартин не был на краю так близко. Пропасть манила. Один единственный шаг, погружающий во тьму навсегда. Спотыкнулся, упал. Лежал, рыдая, словно дитя. Если бы кто-то увидел картину, как минимум очень удивился. Не каждый день наблюдаешь за плачущим котом. Вспышка страсти была подобна молнии: стремительная, яркая. До сих пор горело в груди. Он ненавидел её: за предательство, за то, что стала супругой волка, за то, что любила больше него. Но и противиться притяжению не мог. Перед глазами стояла картина, как она блистательная, изящная спускается по лестнице, с каждым шагом полы платья колышутся, а непокорная прядь выбивается из причёски. Ледяные глаза пронзали душу. Опаснее и сексуальнее не видел создания. Отсутствие волка сыграло на руку, но Катарина остановила, не поддалась искушению, которое он явно ощутил. «Она меня всё ещё любит», — сделал вывод, горький и спасительный. «И снова делает по-своему. Носит кольцо тьмы. Затевает нечто опасное», — скривил нос. Эта черта дико его раздражала. Поднялся на четыре лапы и захромал дальше. Мягко ступая, с каждым пройденным километром, понимал, что уже не вернётся. Он сделал всё, что мог, чтобы они были вместе. Переступил через себя, подарил ценную вещь, брал нахрапом. «Насильно мил не будешь». Мысль оставить её навсегда, и дать возможность обрести счастье казалась благородной. «А ведь совсем недавно она просыпалась в моих объятиях! И любила только меня!» Тяжело вздохнул, обращаясь в человека. Дорога была пустынной, люди редко сюда захаживали. Мартин оказался далеко от обитаемых мест, и приближался к глиняной долине, на которой и стояла База. Шаг за шагом был ближе к месту, где мог умереть, но Катарина не позволила этому свершиться. Тогда казалось, будто у них вся жизнь впереди. «Чёрт бы побрал этих женщин!», — руки сжал в кулаки. Нога посинела и распухла. Затряс ей, пытаясь прогнать колющее ощущение. Разозлился. Время преломилось, и он увидел белесые волны. Они струились перед ним, образовывая дорожку. Шагнул и перенесся на приличное расстояние вперёд. Недоуменно моргнул. Беспредельная радость наполнила сердце. Когда-то Мартину легко удавалось проходить сквозь стены, но это определенно являлось новым уровнем. Закрыл глаза, пожелал отправиться к Базе. Открыл и увидел ту же волнообразную дорожку. Вжик. Стоит на своих двоих прямо перед невзрачным на вид зданием. «Здесь мне самое место». В каком-то смысле хотел наказать себя, сам того не понимая. Так бывает, когда переживаешь сильное потрясение. Кто-то зацикливается на жалости, а кто-то невольно винит себя. Мартин давно решил, что не станет возвращаться на Землю. Он колесил по ней довольно долго, и всё равно неумолимо тянуло к ней. В итоге сломался и отправился, пусть и под важным предлогом. Парни в униформе встретили не очень радужно.

— Куда собрался? Че с ногой? Больной что ли?!

— Смотри, какого хлюпика к нам занесло! Ещё и голый!

— Эй? Куда одежду дел? Говорить умеешь?

— Отвалите придурки! Видите ему плохо! — отозвался один из ребят.

Он накинул Мартину на плечи куртку и отвёл в душ. А затем выдал солдатскую униформу.

— Моя старая. Идём. Провожу к боссу! — бросил на ходу, и Мартин наспех натянув штаны, поскакал следом.

Кабинет Прайса погибшего почём зря из-за ненависти к Катарине, теперь заиграл новыми красками. Начальником базы стал здоровяк Корнель Урх. И судя по всему неплохо справлялся. Мартин разглядывал громадного человека, занимавшего практически все пространство дальней части кабинета. Лицо у него было не молодое, суровое, губы тонкие, нос с горбинкой, волосы жидкие. А вот мускулы поражали размерами. «Где он покупает одежду?», — пронеслось у путника в голове. Как только Урх увидел знакомое лицо и рыжую гриву, тут же ободрился.

— Мартин! Дружище! Что стряслось? — распухшую ногу не возможно было скрыть под облегающей формой.

— Да, так. Споткнулся, — постарался он скрыть душевную боль за фасадом лжи.

— Ну. Ничего. Мигом вылечим, — достал из ящика стола маленький свёрток, передал ему.

Мартин открыл кулёк, в нем лежала синеватая пыльца. Посыпал на ноги, отек сошёл. Вытер пот со лба тыльной стороной ладони.

— Спасибо. Оставишь меня здесь? — спросил он устало.

— А как же колдунья? — Урх проследил за реакцией, и допытываться не стал. — Конечно, можешь остаться. Нам как раз лекаря не хватает.

— Я не умею лечить, — пожимал он плечами.

— Это не беда. Книги ж есть. Втянешься…со временем, — пожал ему руку, и заглянул в рыжие, печальные глаза.

— Будь как дома.

Так он и остался на Базе. Правила сильно изменились. Он понял это сразу же, на следующий день. Стражники не избивали людей, не принуждали. Везде слышался смех, играла музыка. В столовой были предельно вежливы. Повара выкладывали на подносы ароматную еду. Он не успел застать прежнего отношения, потому что пребывал в клетке на нижнем уровне. Однако помнил, как хорошо его там избивали и издевались. Комната отдыха удивила приличной мебелью, игровыми автоматами, столом для бильярда. Многие вещи были позаимствованы с Земли. Мартин широко улыбнулся. Он располагал к себе людей, и они делились проблемами, тайнами, настроением. Не прошло и недели, а кот был зачислен в любимчики у преобладающего большинства Базы. В зале для тренировок каждодневно проходили занятия. Их учили основам выживания, приемам. Некоторых сдерживать силу и порывы. Он и сам с удовольствием наблюдал за занятиями, учась чему-то новому. Вёл их молодой юноша по имени Аман. Он напоминал Стива в молодости: высокий, широкоплечий, подтянутый, черноволосый и черноокий. Только в отличие от того, имел более нежные черты лица и пухлые губы. Девушки заискивали перед учителем, стараясь выполнить указания идеально, чтобы тот обратил внимание, а ещё лучше похвалил. Достаточно быстро Мартин освоил технику оказания первой помощи. Книжечка не пугала толщиной, и изучалась на раз. Подошёл к вопросу ответственно, выписав основные методики и заучив наизусть. Первым пациентом стал рослый мужчина, сломавший во время показательного боя руку. Лекарь сработал оперативно и спас её. Теперь благодарный пациент при малейшей возможности выказывал восхищение. Прошло всего пару — тройку недель с момента исчезновения. Понимал, что Стив переживает, и остальные тоже, но дивился, отчего они до сих пор не вышли на след, который он нарочно не старался замести. Катарина сломала его, и теперь кот думал только о себе.

Тёплым, приятным деньком вышел на улицу, бросив товарищам на ходу приветствие. Не держал зла за холодный приём. А какой в этом смысл? Стоял и смотрел на голую, глиняную землю, размышляя, почему та стала такой. Что-то коснулось плеча. Повернул голову и увидел Амана. Тот закурил сигаретку и выдохнул облачко дыма.

— Гиблое место, — гаркнул он хамовато. — Когда-то здесь были луга дивной красоты. Письмена говорят, что всему настал конец, когда на землю спустился крылатый монстр, — осклабился. — Он был чёрный, как ночь, глаза горели золотым. Холодная кожа не пробивалась ни одним оружием, не свергалась ни одной силой! Хотел бы я быть таким! — во взгляде собеседника зажглась искорка безумия.

— Слышал. Сказки всё это, — угрюмо отвечал он, вспоминая, как она охотилась за кольцами.

— Не скажи. Колечко то заветное нашла колдунья. И не одно. Глядишь, и призвала крылатого, — Мартин метнул взгляд полный злобы.

— Чушь!

— А вот и нет. Хочешь знать больше? За Базой деревня есть — Гуна (мертвая). Крайний дом, ближе к лесу, мой. Приходи после смены, — заговорщически подмигнул, и поковылял прихрамывая.

Смена кончилась, а он не торопился в спальню. Да и уснуть сегодня точно бы не смог. Любопытство и беспокойство смешались, утягивая каждое в свою сторону. В итоге он сдался и посеменил в Гуну. Крайний дом оказался ветхой избушкой. Внутри горел тусклый свет, на столе мерцала лампа, откидывая причудливые тени на стены. Лишней мебели не было, и Мартин сделал вывод, что у Амана военная выправка. А может и прошлое. Только подумал, как собеседник вышел из второстепенной комнатки, потирая сонные глаза, слегка заплывшие.

— Пришёл всё-таки, — буркнул он, усаживаясь за кривой стол.

— Давай сразу к делу, — сухо отрезал Мартин.

— А то, как же! Это я люблю! Сам такой! — ехидничал тот. — Если скажу, что колдунья вызвала существо, соединив кольца? Поверишь? — отпил из жестяной кружки крепкий напиток и поморщился. — Будешь? — Мартин не отказался.

— Друзья присутствовали при этом. Ничего не произошло, — закашлялся, самогон был самопальным, градусов семьдесят.

— Поначалу да. А потом она одела кольцо тьмы, и её перенесло на перекрёсток миров. Туда, где существо встречалось с возлюбленной, — рожа покраснела, глаза собрались в кучу, налил из стеклянной бутыли ещё.

— Сказки! — выпалил он, отпивая.

— А вот и нет! Она встретилась с ним, и он сказал, как отправиться на Канум! Колдунья уже мчится туда за своим обожаемым волком! Она отдала кольцо с лунным камнем существу взамен возможности отправиться в чужой мир. Спасает волчонка, — язык стал заплетаться. — И греет на груди фамильное кольцо, способное выяснить, кто является сыном существа. — Мартин подавился. — Да, да. У него и дети есть на Кануме. Колдунья приняла условие сделки.

— Откуда ты знаешь? — не верил он, отрицая.

— Потому что я и сам говорил с существом…во сне. Не смотри так! Оно властное, сильное, опасное. Древнее, чем наша планета. Злое, словно сам чёрт! — поперхнулся. — И просило найти тебя. Сказало, придёшь сюда. Я и ждал. — Мартин чесал подбородок.

— Так что ему нужно? — задумчиво произнёс.

— Кто ж его знает? — достал из сумки предмет, которым оказался золотой браслет с тремя фиолетовыми камушками. — Сказало, пусть наденет и сможет поговорить со мной лично. Якобы оно знает, чего ты желаешь больше всего, и готово на сделку, — Аман зевнул.

— Цены сделок всегда завышены, — хохотнул он и заметил, что лицо собеседника, уснувшего прямо за столом, рябит.

Мартин моргнул несколько раз, протянул руку, прикоснулся, и пелена спала. Перед ним сидел совершенно другой человек. Широкий, низкий, мордатый, с зауженными глазами. Забрав браслет, он вышел из избушки и отправился на Базу.

Похмельное утро разрывало голову на куски. Кряхтя, добрался до медпункта и опрокинул залпом пакет человеческого аспирина. Полегчало. Переваривал события вечера. Мужчина оказался не тем, за кого себя выдавал. «Но зачем маскировка?». Старался припомнить, где раньше мог его видеть. Ощущение, что это было совсем не давно, не покидало. Вспомнились слова обманщика. Новый приступ боли пронзил виски. «Она просто не могла подвергнуть себя такой опасности! Говорить с демоном с другой планеты перебор даже для неё!». Вспомнил, как легко она нашла общий язык с волком. А ведь тот похитил и держал в пещере. Обхватил плечи руками. Весь день не мог сосредоточиться, думая о Катарине. Надоело мучиться догадками, и вернулся на Землю. Теперь с перемещениями проблем не было. Сосредоточился, и шагнул в волнообразный коридор. Так как расстояние до Земли приличное, добирался с пересадками. Но и это не омрачило впечатления от использования способностей. Долина встретила учтиво, солнышко ласкало рыжую макушку, птицы заголосили чудесные трели. Взору открылся дом, ставший родным. И тот, видимо, ощущал то же самое, раз впустил внутрь. Дверь сама отворилась приглашая. Побродил. Пусто. Посидел в любимом каминном зале у огня, припоминая, как обладал ей на этом ковре. Иронично усмехнулся. Пожалел себя неумело. А затем перенёсся в дом Стива. Волнообразная дорожка привела прямиком в сад. Не выходя из кустов, услышал разговор друзей. Они обсуждали выходку Катарины, сбежавшей на планету Канум. К несчастью колдунья прихватила с собой Ангуса и Ленца. «Так вот, что замышляла в день свадьбы?». Невесело расхохотался. Друзья притихли, уловив шум, а после паузы обыденно продолжили обсуждать поступок подруги. Разочарованный и разгневанный, он вернулся на Базу. Ночь уже накрыла планету. Мерил крохотную комнатку шагами. Она была больше, чем у заключённых, но меньше, чем в любом нормальном доме. Злость захлестывала изнутри. «Взяла с собой Ангуса! И Ленца! Второй ещё дитя! Сумасбродная! Невыносимая!». Вскипал, сам того не замечая. Начал припоминать её глупые и опасные поступки, и уставился в стену. «Тот мужик! Ну, конечно! Я видел его в ордене „Вечность“! Он был в заложниках у Катарины! Мы оставили его там, когда перенеслись на Землю! Как там его звали? Не помню!». Мартин обладал идеальной памятью на лица. Увидев человека хоть раз в жизни, мог вспомнить об этом мгновенно. В случае с заложником бывшей получилось с натяжкой.

Затворив за собой дверь, вышел в коридор, и воспользовался даром. Ветхая избушка стояла на том же месте. Прошёл внутрь. Мужчина вздрогнул и отвернулся, пряча настоящее лицо. Он не был готов к встрече. Приглушённый свет комнаты сыграл бы на руку, если бы Мартин не знал правды.

— Ты служил на Базе, — заключил он, — когда здесь была Катарина. Она взяла тебя в заложники, направляясь ко мне. Ты остался в ордене, — мужчина не стал отрицать, и развернулся лицом.

— Верно. Она запечатала мне рот, парализовала, похитила, и оставила людям, — невзрачно произнёс он. — Сбежать из ордена оказалось не просто, но я обвёл их вокруг пальца! — засмеялся. — Вернувшись на Базу, прослужил недолго. Ведь колдунья пришла освобождать! — вена вздулась на лбу, щёки тряслись. — Когда разразилась битва, я понял что нужно бежать. — Мартин ощутил его боль. Это говорил человек, сражавшийся за свою планету и предавший идеалы в один миг. — Заскочил забрать одну вещицу, но меня нашла Майлс.

— Регина, — прошептал Мартин.

— Она самая. Девчонке я попил крови, признаю, — откинулся на спинку стула. — Ну, та и решила вершить самосуд! А я что? С честью готов был принять смерть! Однако появилась колдунья и спасла, — скривил лицо. — Даже сейчас не пойму на хрена. Да и неважно уже. Под шумок я сбежал. Прятался по городам. Где только не был. Ну, а дальше ты знаешь, — скрестил на груди короткие руки.

— Увидел во сне демона, и тот просил найти меня.

— Верно. — Мартин призадумался, тот принялся разливать из подкопченного чайника по кружкам. — Меня, кстати, Херлиф зовут. Руд второе имя.

— Точно. Руд. Я вспомнил, — помешкал. — Херлиф, а что демон обещал тебе? — прищурился, ожидая ответа.

— Вернуть одного человека, — тьма скользнула по лицу собеседника, или так показалось. — Ты уж подсоби старику. Сходи, а? Я в долгу не останусь, — глаза блестели в свете лампы. Мартин вздохнул.

— Я подумаю, — и оставил Руда одного, заливать горе вином.

Прошла неделя с тех пор. Каждый день он вертел в мыслях разговор с Рудом. Любопытство имело место, но Мартин умел с ним справляться. Конечно, было бы здорово узнать, как выглядит демон, на что способен. Но не на своей шкуре. Ещё притягивала возможность получить желаемое. Он мог бы исполнить одно маленькое указание и обладать Катариной, как и хотел. В очередной раз тряс головой, избавляясь от зловещих мыслей. Временами находил гнев: на друзей, которые искали её, а не его, на неё, подвергавшую опасности друзей. Однако вскоре приступ утихал, и он снова скучал по Катарине. Надежда теплилась в уголке сознания. Замужество не останавливало, не усмиряло намерений. Внезапно нестерпимо захотелось вернуться и проведать. Волнообразная дорожка, зависшая в воздухе, тут же его пригласила. Мартин оказался в доме Стива. На веранде звучали голоса друзей. Притаился поблизости. Увидел среди своих серых, только других. Толстая волчица разительно отличалась от той изящной. «Если, конечно, она не поправилась так быстро». Напряг кошачий слух. Как раз вовремя.

— Я беременна, — возвестила Катарина.

Он схватился за лицо, впивая до крови ногти, и уже не слышал, о чем идёт речь. Возможно, стоило, но просто не мог. Слезы катились, стекая прямиком в израненную душу. Начал рвать на груди униформу, трудно было дышать. То, что связывало, оборвалось. С застланными от гнева глазами, ставшими вмиг безжалостными, вернулся на Базу, и надел браслет. Фиолетовые камушки засияли, вещица сжала запястье до хруста костей, и перенесла в иное место.

Мартин оглядывался по сторонам. Низкая трава на многие мили, свежескошенная, ласковое солнышко, звук проносящегося в небе самолета. Все это он очень любил. Крылья хлопнули над головой, воздух всколыхнулся, и чуть не снес с места. Упёрся ногами в землю, закрывая лицо руками. А когда взглянул, поистине ужаснулся. Громадное, чёрное, широкая грудь, исполинские ноги, крылья с золотыми концами, такого же цвета глаза. Из плечей торчали острые, загнутые шипы. Кожа блестела на солнце, кое-где мелькали золотые искорки. Лицо было одарено неземной красотой: прямые черты, тонкие губы, широкие скулы. Существо хлопнуло крыльями и уменьшилось в размере, но все равно оставалось гигантским, по сравнению с ним. Оскалившись в острозубой, белоснежной, устрашающей улыбке, оно почтенно кивнуло.

— Добро пожаловать Мартин. Я ждал тебя, — грохот голоса разносился по округе, земля дрожала. — Вижу гнев в твоём сердце, — его это забавляло, Мартин сжал кулаки и скрипел зубами. — Как жестоко с её стороны! Вышла замуж за белого урода! Ещё и ждёт от него потомство! — глаза у кота пребывали в невиданном напряжении, капилляры лопались. — Я правитель планеты Дарат! Сильнее меня нет существа! Я могу помочь тебе отомстить. Ещё недавно ты попросил бы влюбить её в тебя, но ситуация изменилась, — читало его, как открытую книгу. — Чего же ты хочешь теперь?

— Её смерти! — вскричал он безумно и заплакал.

— Тише мой мальчик, — довольно пропело существо. — Наши цели отныне едины. Вот почему меня тянуло именно к тебе, — размышлял он вслух. — Я не могу позволить её отпрыску жить по многим причинам, и готов вступить в бой. Но…разрушить силовые поля смогу лишь, соединив кольца.

— Что нужно от меня?

— Достань перстень тьмы!

— Я не справлюсь с Катариной, — повесил он голову.

— Найди иной способ. Ты умён. Уверен, сможешь придумать, — пропел демон. — Когда получишь, одень браслет, и передай его мне. — Мартин часто закивал, сердце начало обрастать чёрными прожилками, пока окончательно не почернело.

Существо стянуло у него с руки браслет, в реальности тот звякнул о пол, а он потерял сознание.

Разочарованный, ослеплённый ревностью, яростью, ненавистью, он нашёл Руда и приказал следовать за ним. Тот полагал, что его миссия окончена, но Мартин быстро переубедил. Он поставил его у крыльца, и велел отвлечь внимание. Разведка показала, что в доме два волка. Сам мог в любой момент умчаться с помощью силы, а вот Руда сожрут. Конечно, после того, как выкачают информацию. Надел браслет, и попросил Таоса вселиться в отца Катарины. Существо громогласно расхохоталось, восхваляя ясный ум союзника. Мартин стоял неподалёку и скрипел зубами. Если бы не проекция Черы, удалось бы заполучить кольцо. Вертел браслет в руке. Вещица испускала темную магию, и ему это нравилось. Нужен был новый план.

* * *

Бинар ощутил призыв, закрыл глаза и перенесся. Она была растрепанна, руки тряслись.

— Что случилось любимая? — обнял за плечи.

— Отец напал на меня, пытался снять перстень во время путешествия к Эйнару, — изредка заикалась, путая буквы. — Как такое возможно? И что твой отец забыл в доме? — не понимал супруг.

— Долго объяснять, родной. Важно, что сам он пребывал в воспоминаниях. Кто-то использовал тело для нападения, — встревоженно заглянула в белые глаза.

— Таос…, - она кивнула. — Я провозгласил мир с Шиа. Она обещала помочь с демоном. Поведала о заклятии, которое использовала мать.

— Знаю. Забыла тебе сказать. Фира говорила об этом, — он нахмурился. — Похожее возведено на планете «Гор». Регина выясняет, как его воспроизвести. Ты уверен, что жрице можно доверять? — потянулась и чмокнула в губы.

— Нет. Другого способа узнать о демоне тоже нет, — обвил талию громадными руками, а она уткнулась носом в шею. — Тебе безопаснее на Кануме, — отчеканил он. — У меня плохое предчувствие.

— Как и у меня. Ты прав, — коснулась легонько щеки.

— Приятно слышать, — обнажил зубы в улыбке.

— Отец очнётся, и отправлю его домой. А затем сразу к тебе, — резко отстранилась, глаза округлились, мысли вертелись оформляясь.

— Как ты могла забыть о таком?! — вскочил супруг.

— Отец вытеснил все на свете! — переживала она за Эйнара, вспомнив раскуроченное плечо.

— Таос получит кольцо! И ему нужно будет твоё! Манипуляция с отцом только начало! — подпер бок, всматриваясь в окно. — Некогда возиться с отцом. Бери с собой, и возвращайся немедленно!

— Кстати о возвращении, — истребляла она в себе страх. — Как насчёт Крайда? И Фиры? — закусила губу.

— До жрицы мне дела нет. А он должен понести наказание! Убийца ответит за всё, что натворил! — желваки заходили по лицу, запыхтел.

— Ясно, — опускалась она на кровать. — А…какого рода наказание? — супруг зарычал. — Любимый, просто подумай. Крайду внушили, навязали правду. Он не понимал, что делает. Заблуждался. В смерти твоей стаи он виноват лишь отчасти, — дотронулась до ладони, он повесил голову и сгорбился.

— Понимаю, — вздохнул. — И всё же принять это гораздо труднее, чем кажется. Полагаю, обойдётся заточением на год. — Катарина заметно ободрилась.

— Знаешь, Фира сказала, что жрицы не оставят её в покое. Я хочу, чтобы она осталась со мной, — ласкала сильные руки, супруг вскинул брови.

— После того, что она сделала?

— Это в прошлом, — встала на цыпочки и жарко поцеловала.

На ласки не было времени. Таос рыскал в поисках кольца с лунным камнем, и вёл охоту за вторым перстнем. Жена рассказала, что Фиру отвлекал низкорослый, крепкий мужчина. Понятие роста для волка оставалось загадкой. Свой он считал вполне приемлемым. А люди все казались ему низкорослыми. Завязал длинные волосы в хвост. Они раскачивались при ходьбе, раздражая. Впрочем, выводило из равновесия буквально всё вокруг. Проникнув в мысли Катарины, увидел картину встречи с Эйнаром. И как она его заботливо исцеляла. Сердце пронзил укол ревности, но он никогда бы не подал вида. В жизни, итак, достаточно проблем и тревог. Бинар берег её и малыша. Рассмеялся, дивясь беспечности. «Как можно было забыть о такой встрече?». Катарина безумно любила отца, хоть их отношения не были образцовыми. А ещё он очень гордился тем, что она сдержала клятву, пусть и вопреки его решению. Заулыбался. Огненная натура супруги прельщала, вовлекая в зыбучие сети. Она сжигала дотла его душу, а потом возрождала из пепла. «И как только умудрялась прятать её четверть жизни?». Сам правитель действительно стал сильнее, словно Яс питала активнее после того, как взошёл на трон. И теперь мог, благодаря связи, соединяющей обоих белой нитью энергии, когда пожелает связываться с любимой. Если, конечно, она не была против. Колдунья отличалась от остальных, и владела ситуацией.

Налил в бокал игристого эля, выпил, и кожа засияла, освещая комнату. Рас заглянул, постучав, судя по грохоту, ногой.

— Привет владыке! — хохотнул он, доставая из углубления в стене, скрывавшего напитки, золотой кубок.

— Как дела? Всех уже достал? Или в процессе? — развернулся правитель лицом.

— Пришёл доложить, вашство! — смачно глотнул, ток энергии пробежал по телу, засветился, волосы наэлектризовались и торчали. — Жрицы достигли Грика. Мы их проводили с почестями, как и было велено. Как ваша супруга поживает?

— Собери наших, есть информация, — грустно сказал он.

Когда друзья прибыли в покои, рассказал о происшествии с женой. Ри заерзала на стуле.

— Человек у дома? За ними следят? Позволь мне отправиться к ней! — задергалась она, вставая.

— Нет нужды. Она скоро прибудет сама. Оставаться в доме слишком опасно, — они кивали.

— Заклинание Халы сохранилось? — выпалил Хорн.

— Не думаю. По крайней мере, не в закромах жриц. Шиа сказала бы об этом. Было еще одно на планете «Гор». Таос и там пытался заиметь потомство.

— Мы так и не выяснили, кто его дети. У меня есть одно предположение, — ехидно косился Рас на Хорна, тот гневно вскочил и вышел.

— Когда-нибудь ты нарвёшься, — угрюмо сказал правитель, Рас пожал плечами.

— А как насчёт нашего брата? — робко пропищала Ри, и опустила взгляд.

— Я накажу его заключением в темнице, сроком в год. Благодаря Катарине.

— Я и забыл, что у нас теперь есть брат! К тому же убийца! А ты говорила, что это я взял худшее от папы! — смеялся Рас, сестра печально смотрела перед собой.

Правитель распорядился быть начеку. Серые, недовольные члены совета могли что-то затевать. Поручил Расу разведать и держаться в тени. Тот низко откланялся. Этот волк нравился ему всё больше. Жестокость и дерзость умело сочетались с прагматичностью и упрямостью. С недавних пор Бинар стал улавливать в поведении Раса проблески иных эмоций. «За внешним фасадом скрывается нежная, израненная душа, но развращенная».

Прогулялся по городу, поприветствовал жителей. Они тепло здоровались, кланялись, улыбались. В принципе народ был доволен правлением белого, нововведениями, благосклонностью. Глава не задирал нос. Затем он спустился в старый город, присел возле волчьей головы, и стал думать о Катарине, предвкушая скорое возвращение.

* * *

Супруг вел себя беспокойно и ясно дал понять, чего хочет. Она и сама готова была бежать без оглядки, и дом вновь загрустил. Взяла себя в руки. «Но как же отец? Тащить его на Канум затея опасная, как минимум потому, что свет звезды начнёт уничтожать физическое тело. Люди подвергаются её губительному воздействию. Да и медлить тоже не вариант. Таос могучее существо, и найдёт способ похитить кольцо. Пока на его стороне только один человек, а там кто знает». За серых больше не переживала. Крайд получил меньшее из того, что мог. Фиру ни за что не даст в обиду ни жрицам, ни кому-либо ещё. Они стали хорошими подругами, и Катарина искренне её полюбила. Оставаться на Земле долго, как и на планете «Гор» им нельзя. Кровавую луну никто не отменял. «Так что возвращение лучший из всех возможных вариантов».

Спустилась вниз. Крайд задумчиво крутил бокал в руке, устроившись на бархатном диване. Фира куда-то пропала. Как выяснилось, прочёсывала окрестности.

— Бинар полагает, нам лучше вернуться на Канум. В свете последних событий не плохая идея.

— Хм. Пожалуй. Как думаешь, он меня вздёрнет?

— Не думаю. Накажет, да. Убивать не станет. — Крайд тряхнул блестящей гривой и рассмеялся.

— Договорилась?

— Немножко, — схитрила она. — Эйнар не плохой, даже наоборот, — сказала вдруг, ругая себя за дрянной язык.

— Он сильный! Поверить не могу, что от такого существа могло получиться это, — указал на себя с отвращением. Катарина вспомнила ранние годы.

— В каждом есть сила. Просто нужно открыться, отбросить сомнения, и смотреть, что будет, — придвинулась, взяла за руку, закатила глаза, покрывшиеся пленкой, и показала свою жизнь до получения наследства.

Крайд не верил глазам, и открывал рот, не в силах вымолвить и слова. Фира прервала неловкую ситуацию.

— Мне нужна твоя помощь с отцом, — возвестила подругу Катарина.

— Конечно. Но что я могу?

— Кое-что можешь.

Они прошли в комнату, где на кровати покоился Кристофер. Глаза все также покрывала дымка. Он скулил, кряхтел, плакал. Воспоминания сильно потрепали, выглядел старо. Колдунья присела на край кровати, и подозвала жрицу.

— Думаю, можно ускорить процесс. Ты пленяешь мужчин, — взяла её руку и положила отцу на глаза. — Попробуй выместить воспоминания чем-то более…приятным, — обе раскраснелись.

Фира кивнула, зажмурилась, и запела ритуальную песнь. Она отличалась от тех, что приходилось слышать. Была приятной, мелодичной, успокаивающей. Голос становился все громче, и звучал в каждом уголке дома. А главное проникал в сознание Кристофера. Он застонал, стал оттягивать ворот рубашки рукой, чмокать губами, улыбаться. Дымка становилась все меньше, и растворилась. Отец хлопал ресницами. Повернул голову на Фиру и потерял сознание.

— Прости, — пробубнила она. Катарина вздохнула, и они рассмеялись.

Очнувшись, он увидел в кресле спящую дочь. Она тут же проснулась и прыгнула к нему в объятия. В долгие объяснения не пускалась, но необходимую информацию выдала. А он неустанно задавал вопросы.

— Значит, мама спасала меня, — размышлял он вслух.

Молодая Чера материализовалась в комнате, и отец вздрогнул всем телом.

— Папа, подумаешь обо всем позже! Уезжай домой! Здесь опасно!

— Что происходит?

— Не важно! Просто послушай меня, и сделай, как прошу!

— Птичка. Ты изменилась. Ничего не хочешь мне рассказать? — вопрос ударил, словно молния, волчонок бултыхнулся.

— Нет времени. Я хочу, чтобы ты был в безопасности. Как вернусь, сразу приеду. И прости, наконец, Вету. Ей тоже не сладко пришлось в жизни! — перевела она тему на личную, и отец отступил.

Покрыла его защитным заклинанием, и отправила прочь из наследного дома. «Одной проблемой меньше». Засобиралась в «параллельную», как и обещала супругу. Запрыгнула на Гранда и сосредоточилась для перехода, серые держались за шею коня, стоя по бокам. Но тут с крыльца раздался стук. Фира зарычала и уже собиралась броситься туда, но она остановила. Проследовала к входной двери, открыла и увидела Руда.

— Катарина! Какой сюрприз! Рад тебя видеть, — сощурил и без того узкие глазки.

— Что тебе нужно? — затряслась всем телом, предвещая неладное.

— Я пришёл с миром. Не злись. А вот твой бывший совсем спятил! — вернулась тошнота, она уперла руку в проём, взгляд замутился. — Как узнал, что ты в положении, взбесился. И угадай что? Совершил сделку с крылатым!

— Лжёшь, — чуть не упала, Фира подхватила и зарычала на чужака.

— Ни в коем случае. К чему мне это? Я и сам сотрудничал с ним. Только вот он меня обманул, — скривил лицо. — Ты мне жизнь спасла. Вот пришёл отплатить. Рыжий собирается напасть на Риза и его семью, — охнула, прикрыв рот рукой. — Именно. Будет менять их на кольцо.

Он откланялся, и припустил по тропинке. В подтверждении слов по паркету зацокала толстая крыса. Опираясь о подругу, присела на диван в холле. Фира открепила записку и протянула, но она отрицательно покачала головой. Перед глазами ещё плыло от потрясения. Крайд взял её у жены и прочитал сухим тоном:

— Пришло время ответить за предательство. Отдай перстень тьмы, или Стив и Регина умрут. Малыша я готов пощадить. Мартин.

— Тот гном не врал, — удивленно моргала Фира.

Катарина погладила себя по животику, стараясь усмирить эмоции, но не смогла. Взгляд прояснился, арктические льды заняли место огня.

Глава 4

Из-за тебя

День Бинара был скучным и не отличался от других. Приближение ночи тревожило. «Почему так долго? Где она пропадает?». Спустился в старый город, курсировал. Собрался отправиться к ней, белоснежные глаза засияли. Как вдруг ощутил мощный толчок, земля словно всколыхнулась. Выходы из подземелья с шумом завалило, могучий правитель упал. «Что это было?», — думал он, потирая ушибленную голову, на ладони отпечатался кровавый след. Наверху топали ноги, слышались крики. Добрел до одного из выходов. Камни стремительно разгребали его люди. В проёме показалась чёрное лицо Хорна. Он победно улыбнулся.

— Нашёл! Он здесь!

Камни быстро убрали, а его подняли. Волчицы окружили правителя, толкаясь, чтобы нанести на голову мазь. Бинар рыкнул отгоняя. Он пристально посмотрел на друга.

— Послал рей выяснить, — отозвался тот, и белый кивнул.

Советники затряслись от страха и вынудили собрать всех членов в тронном зале. Бинар неохотно пошёл у них на поводу.

— Как думаете, что это было? — скрипел Олл.

— Может, землетрясение? — предположил Кнут.

— У нас? Очень вряд ли. Планета устойчива к катаклизмам. Мы же не люди какие-нибудь! — высокомерно заявлял Нел.

Правитель молча ожидал новостей. В землетрясение он не верил. Но и представить не мог, что могло вызвать такой сильный скачок энергии, разрушивший половину столицы в один миг. Мысли вращались вокруг Таоса. «Если существо прибыло на Канум так громко, дальше будет намного интереснее». В зал вбежал волк из стаи Дока, и зашептал тому на ухо. Док обеспокоено повернулся.

— Правитель. Неизвестно происхождение, но волна пришла из Грика. В этом сомнений нет, — тихий голос смотрителя Лавра отдавал эхом от стен.

— Я же говорил! Пришла расплата за благосклонность к жрицам! — вскричал Ове. Бинар хлопнул кулаком по столу, раздробив до трещины, советники умолкли.

— Нет доказательств! Не сметь клеветать! Я уверен, Шиа не нарушит соглашения между нами! — возразить было нечего, и опасно, так что они промолчали. — Я сейчас же отправляюсь в Грик! И лично развею ваши сомнения! — встал из-за стола, сверкая глазами.

— Нет! Это слишком опасно! Мы не можем подвергать вас…, - начал Док.

— Тогда пойдёшь со мной, — отрезал правитель. — Хорн, Рас — тоже. Соберите отряд из десяти лучших. Происхождение волны может быть не связано с нашей планетой. Стоит выдвигаться немедленно, — намеренно дал друзьям понять, кого винит в случившемся, они закивали соглашаясь.

А Док развёл руками. Он не был в курсе мистических событий. Совет шушукался по коридору. Серые осуждали действия вожака. Оставалось надеяться, что они не выкинут ничего, пока выясняют причину тряски. За главного оставил Ри. Она густо раскраснелась, серый цвет почти вытеснился румянцем. С почтением приняла честь править в его отсутствие, и приглядывать за старыми членами совета в одночасье.

Они встретились у ворот дворца. Выносливые, умелые бойцы ожидали приказа. Бинар оглядел их и довольно хмыкнул.

— Будьте во всеоружии. Если жрицы сотворили волну, сражаться с ними будет не просто! Каждая обладает умением! Если нет. Кто бы это ни был, он очень силён! Вперёд.

Они разом обернулись в животных. Правитель бежал впереди: большой, белый, сияющий, быстрый. Серые сзади, на порядок отставая. Но вскоре Рас начал его догонять, глаза белого полезли на лоб. «Невозможно!», — думал он, прибавляя ход. Ещё никому не удавалось поравняться с ним в беге. Рас выдохся и сбавил темп, но и немало удивил друга. К ночи достигли Грика. Мост был коротким, и не скрывался иллюзией.

— Шиа не использует силу Таоса, — шепнул он друзьям, догнавшим его, наконец.

— Верно. Без его мощи она не смогла бы сделать нечто подобное, — заключил Хорн.

— Старая карга знает о чести больше нас, — присоединился к разговору Рас.

— Уж побольше тебя! — съязвил Хорн, всё ещё дуясь за его последнюю выходку. Рас оскалился.

— Перестаньте. Не время для этого. Отправь рей на разведку, — указал Расу, чтобы тот оставил их с чёрным наедине. Он театрально поклонился и вальяжно пошёл исполнять приказ. — Друг, — обратился он к чёрному, — не грызись с пацаном. Ему и так нелегко.

— С какой стати ты его защищаешь? — опешил чёрный.

— У него мать умерла, как и наши. А отец злобный хмырь. У вас с ним много общего, — подколол и задел локтем, чёрный расхохотался.

— И правда. Ладно.

Ожидали в засаде. Бинар разглядывал землю под ногами. Катарина не вызывала. Решил сам, но не смог достучаться. «Снова колдует», — ворчал, изо всех сил надеясь, что с ней все в порядке, и существо не закинуло лапу на Землю. Теребил пальцы, сам того не замечая. Попытался перенестись ментально в Грик, и посмотреть, что творится в городе, но наткнулся на непроходимую стену. Док прокашлял, усаживаясь рядом.

— Расскажешь о ваших секретах? — кивнул на чёрного и Раса.

— Это слишком утомительно, — зевнул правитель.

— Тогда покажи. Ты же можешь, — не отступал Док.

Бинар колебался. Ведать о существе сейчас было крайне опасно. Оно могло воздействовать на слабых духом. Откуда ему знать, не слаб ли на самом деле Док? Но союзник в битве с тьмой, посвящённый в детали, не повредит. Тем более, учитывая обстоятельства. Принял решение, повернулся к товарищу, глаза засияли, погружая в глубины. Док видел встречу с Шиа, тираду, близость появления существа. Когда процесс прервался, он вытаращил глаза, а затем напряжённо выдохнул.

— Думаешь, это оно? — понизил он голос.

— Не знаю дружище. Не знаю.

Ночь пролетела незаметно. Реи назад не торопились, вынуждая действовать. Правитель направился к мосту, стая за ним. Как вдруг заметили вдалеке движение. Трое разведчиков, отправленных на задание, пересекли мост и неспешно прибыли. От сердца отлегло. Один из них вышел вперёд, и посмотрел на Бинара.

— Совсем не изменился, — произнёс как-то странно.

— Где вас носило?! Докладывай! — взревел Хорн, волк медленно перевёл на него взгляд и застыл.

— Перережьте себе глотки в назидание чёрному! Никто не смеет так разговаривать с новой главенствующей жрицей Грика! — от властного тона волки покрылись мурашками.

Реи без каких-либо эмоций подняли руки, засиявшие голубым светом, и полоснули ребром ладони по горлу. Никто не успел помочь. Они умерли у товарищей на руках. Правитель оскалился и зарычал в сторону города.

* * *

Катарина воинственно поднялась и перенесла серых на планету «Гор». Они тут же закрыли её собой. Фира наклонилась и прошептала:

— Есть план? Он же будет угрожать жизнью твоих друзей!

Подруга намекала, что неплохо было бы все обдумать, но колдунья кипела изнутри. Она любила его, а он перегнул палку, и теперь намерена вершить правосудие. Не хотелось подвергать волчонка опасности, но по-другому никак. Надела перстень, скрыв на пальце, и посмотрела в пустую шкатулку. Провела над ней ладонью, и сотворила похожую вещицу. Крайд охнул.

— Может сработать.

Держа фамильную ценность под мышкой, осторожно проследовала в дом. Волки распределились: Фира кралась впереди, Крайд замыкал. Оба заметно дёргались. Серые переживали за неё. В гостиной застала обитателей дома. Стив сидел на диване с заклеенным ртом и связанный. Он спал. Регина бодрствовала. Однако имела странное выражение лица: глаза бегали, остальное, будто не могло пошевелиться. Катарина хотела броситься к ним, Фира остановила. Из кресла поднялся Мартин. Он был истощён, синяки под глазами, рыжие волосы поблекли, приобретая соломенный оттенок. Буравил её взглядом, приглаживая трясущимися руками причёску.

— Ты сошёл с ума? — спросила она, выходя из-за спины волчицы.

— Толстая собака твой новый телохранитель? Занятно, — морщился он, словно от боли. Фира утробно рыкнула.

— К чему этот концерт? Ты готов убить друзей из ненависти ко мне? — хмурилась она, глаза увлажнились.

— Вполне. Это твоя вина Кэти! — вскричал он отчаянно. — Стива пришлось усыпить. Ах! Эти лучи! Такие назойливые, не находишь? — хохотнул. — А она парализована, — указал на Регину. — Кино ей по вкусу! Правда, Регина? — подошёл ближе, волки напряглись, кожа светилась. — Вначале я думал о том, чтобы попросить у демона твою любовь! — шмыгал он носом. — А когда узнал о зародыше, мир померк! Нет больше надежды! Ты погубила нас! Уничтожила всё! Только не мои чувства! Ненавижу! — сорвался, брызжа слюной, рыжие глаза безумно вращались.

Огонь в колдунье вскипел окончательно. Она засияла на всю комнату, в глазах плясало пламя, ладони горели. Мартин восхищенно смотрел отступая.

— Ты горишь! Ты всегда любила его! Огонь! Завораживает! Отдай кольцо, и я отпущу их! — кивнул на диван.

— Амет, — чертыхнулась, язык вновь просачивался. — Только сначала ты ответишь, что попросил у Таоса взамен! — ветер колыхал волосы, предметы начали подниматься в воздух, она раскинула руки, наслаждаясь мощью энергии.

Мимолетно ощутила желание мужа связаться, но погасила зов. Колдунья была немного занята. Мартин опустил глаза и плечи, тихо произнося: «Твою смерть». Ударил ножом в самое сердце. Она опустила руки, ветер стих. Не верила в происходящее. Тот, кого любила и берегла, желал ей смерти. Мартин понимал, что ей больно, ощущал и упивался содеянным. Чёрное сердце, погрязшее во тьме, не могло излечиться. Тот Мартин, носивший её на руках, засыпавший с мыслями о ней одной, уже умер. Катарина молча подошла и передала шкатулку. Он пронзительно посмотрел на неё, открыл, достал кольцо. Прищурился, повертел в руках. Повисла напряженная тишина. Склонился к нему, словно принюхиваясь. И заулыбался.

— Я мог бы поверить, но ощущаю его никчемность. Перстень тьмы излучает особую силу.

Она собиралась атаковать, огненная сфера была готова вырваться из ладони, но Мартин исчез. Оказавшись за ней, прислонил к горлу нож. Волки застыли.

— Удивлена! Я не так прост, как ты считала! — другая рука нащупала у нее на пальце и стянула настоящий перстень. Так просто он еще не снимался с руки.

Мартин отпрыгнул в сторону, ехидно заулыбался и исчез. Крайд совершил скачок в тот самый момент, и пролетел мимо, вырезавшись в стену. Шишка тут же вскочила на голове. Катарина бросилась на помощь Регине, расколдовав. Подруга крепко её обняла.

* * *

Бинар ходил кругами. Друзья усиленно соображали. Потеряв троих странным образом, остальные переполошились, но Док быстро успокоил.

— Новая жрица? — хохотнул Рас. — Вот тебе и на! А мир-то мы со старой заключили! — белый остановился на мгновение, и продолжил.

— Верно.

— Как могла появиться новая без ведома Шиа?

— Шиа скорее всего мертва, — вклинился Док. — Жрицы сменяют друг друга, передавая знания. И это их убивает.

— Отлично! Старухи нет! Волна непонятно чего сотрясает землю! Что дальше? — бесновался Рас.

Бинар никак не мог выкинуть из головы слова рей. Они были сказаны до боли знакомой интонацией. Хорн предложил отступить и обдумать ситуацию, разработать стратегию. Война со жрицами являлась последним, что правитель хотел бы свершить. Его люди только отошли от государственного переворота. Втягивать в кровопролитное сражение мирных жителей, которые, итак, понесли потери, глупо. Кем бы ни была новая главенствующая, настроена она воинственно, и трупы рей доказывали это. Комментарии друзей, пустые и бессмысленные, нервировали, и он решил уединиться в лесу. Присев на том самом месте, где недавно ласкал супругу, тяжело вздохнул. Бинар полагал, что воссядет на трон, и проблемы закончатся, но они и не думали уходить, события набирали обороты. Старые члены совета плели интриги, Катарина и ребёнок находились в опасности двадцать четыре часа в сутки, мимолетный мир со жрицами рухнул. Всё катилось к чертям. Попытался связаться с женой. Не вышло. Ещё и ещё. Вены вздулись на могучих руках. Он отчаянно желал увидеть любимую. Как вдруг его потянуло куда-то. Он перенесся к горе, расположенной прямо за Гриком. Картина матери, выдолбленная в стене, сияла белоснежными искрами. Она улыбалась. Волк подошёл ближе, и погладил пальцами.

— Прости меня мама, — упёрся лбом в холодный камень. — Я не знаю, как быть. Всё стало слишком сложно, — нежная, лёгкая рука погладила по волосам, спустилась ниже и коснулась щеки. Он отпрянул.

Хала с сожалением смотрела на сына, а после сошла с камня невесомой походкой.

— Это не сон, — прочитала мысли мать. — Милый, я пришла к тебе не просто так. Времени на разговор у нас мало. Я пыталась пробиться в сон твоей супруги — она проводник и могла бы принять. Но у неё свои проблемы, — он испуганно моргал. — Она жива. Не тревожься. Ребёнок тоже. А вот ты в большой опасности, — белые глаза стали серьезными. — Защита, которую я возвела от Таоса пала! Ненависть той, что разрушила её, не знает границ! Есть и иное заклинание. Я сделала его на случай, если румит вернётся. Оно сильнее и требует много энергии, никто о нем не знал. Свиток я спрятала…, - покосилась на портрет в скале, и он догадался. — Она не остановится. К сожалению, сделка с демоном уничтожила в ней добродетель, — мать хмурилась. — Новая жрица…, - не успела договорить растворяясь. — Береги себя сын! — разнесся эхом удаляющийся голос. Выдернуло из видения. Он вытер испарину со лба и зашагал к друзьям.

Рассказал им подробно. Док недоверчиво скалился. Хорн закатывал глаза.

— А ты уверен, что это было по-настоящему? — спрашивал чёрный.

— Да. Ты же не ясновидец. Может, фантазия разыгралась? — вторил ему Док. Правитель сжал кулаки и яростно рыкнул.

— Я тебе верю, — отозвался Рас. — Я знаю, что твоя жена обладает чем-то таким. Вы с ней связаны, и ты тоже можешь, теоретически. Что говорила мать? — скрестил он на груди руки, готовый выслушать.

— Защита от Таоса пала. Её разрушила новая главенствующая. Волна силы была проявлением, и только. И ещё она показала, что спрятала свиток с другим заклинанием на территории Грика. Оно сильнее, и способно его остановить.

— Я по-прежнему прошу тебя отступить! — горячо начал Хорн.

— А дальше что? Таос будет здесь в любую минуту! Ему теперь не понадобится перстень тьмы, чтобы творить бесчинства на Кануме! Отступить и собрать войско? Втянуть народ в очередную войну? — Док повесил нос. Он потерял много людей в предыдущей битве.

— Каков план? — спросил Рас без лишних соплей.

— Мы зайдём в Грик. Я отвлеку главенствующую. А вы найдёте свиток, и отвезёте в Альфу.

— Для того чтобы установить защиту нужна жрица, — сообразил Док.

— Прихватим с собой одну, — в мозгу созрел план. — Док. Как тебе Лая? — тот зарделся румянцем. — Женишься на ней?

— Это безумие! — закричал Хорн отворачиваясь. Бинар улыбался, Док кивнул.

— Отлично. Док позовёт замуж жрицу. Она будет обязана уехать за ним. А когда вы окажетесь в Альфе, расскажешь о свитке. Уверен, она поможет.

— Ну, кончено! После того, как узнает, что он врал! — возмущался Хорн.

— Совместим приятное с полезным. Лая поймёт.

— А как же ты? — спросил Рас, хмурясь.

— Я разберусь с главной. Она заключила с демоном сделку, и теперь враг. Догоню вас, когда перестанет дышать.

Только Хорн был против сумасшедшего плана правителя, остальные условия приняли. Расу было поручено найти свиток. Доку очаровать и забрать Лаю. А Хорн решил остаться рядом с другом, хоть тот и противился. Пошли вчетвером, оставив отряд за мостом. Даже небольшой, он мог навести жриц на мысль о войне. Тогда план провалится. Шли по улочкам, удивляясь пустоте и тишине. Рас стал заглядывать в дома. Двери были открыты, ветер гулял по жилищам, ни следа жизни. Внутри у Бинара появлялось неприятное ощущение, словно что-то застряло в груди, и периодически поднималось к горлу. Он указал Расу на дорогу, которая вела к скале. А Док шмыгнул в дом Лаи. Он пробежался по лестнице и спустился в подвал. За массивной дверью сидела она, трясясь от страха. Помог подняться и вывел на улицу. Белый и чёрный ожидали.

— Что стряслось? — поинтересовался правитель.

— Пришла жрица! Сильная! Мы пытались биться, но она одолела всех! Многие погибли.

— Где она?

— Пошла к ритуальной звезде, и забрала с собой Шиа! — хлюпала носом.

— Пойдёшь со мной в Цирет? — спросил неожиданно Док, и она закивала, уговаривать не пришлось.

Чёрный и белый попрощались с Доком, и направились к дому старухи. А тот забрал жрицу и увёл за собой, как и планировалось. Полдела сделано. Остальное за Расом. Правитель остановился у входа и выставил вперёд руку.

— Иди к Расу. Миссия с заклинанием важнее. Я сам разберусь, — за серьезностью волка скрывался страх, чёрный его почувствовал.

— Я умру, сражаясь рядом с тобой! И никак иначе! — глаза белого блеснули.

Ступили на порог дома. Спустились этажом ниже. Нашли волчью голову. Проход открыт. Враг ожидает. Она знала, что придут гости. «Просто не будет», — пронеслось в голове. Он двигался первым, Хорн позади. Взору открылась ритуальная золотая звезда, и стеллажи со свитками по краям. На подножке, у громадного стола из камня сидела старушка. Она как-то странно свалилась на бок, подогнув под себя руку. Глаза Шиа метнулись, попыталась выдавить звук, но тот застрял в горле. Жрица была обессилена. Хорн бросился помогать и приподнял.

— Она такая тяжелая! Невероятно! — старушка весила несколько тонн. — Помоги! — крикнул Бинару, тот сделал шаг и остановился, открыв рот.

— Удивлён? Я бы не стала трогать жрицу! Вели ему отойти! Ты же теперь правитель! — когда-то нежный и ласковый, голос пополнился стальными нотками.

— Мьяра, — выдохнул он и шагнул к ней, но она остановила жестом.

— Жрица передаст мне силы, и я стану главенствующей. Грик всегда принадлежал женщинам нашего рода! Вижу, ты заметил братец, что защита матери пала? — обходила стороной, приближаясь к Хорну. — Маленькая услуга для демона. Только я знала заклинание, утерянное столетия назад, — держала руки за спиной, натянутой, словно струна, белая кожа мерцала в полутьме подземелья.

— Старуха важна! Я заключил с ней мир! И поклялся защищать её стаю! А ты истребила их! — взревел Бинар, сверля сестру глазами. Она резко развернулась лицом, которое перекосило от гнева.

— Ты уничтожил мою жизнь! Лишил любви! Столетиями я жила в глухих землях за горой Грика! И каждый день мечтала вернуться! Слух о смерти семьи дошёл до меня спустя двадцать лет! Если бы не тот путник, вообще не узнала бы! — брызгала она слюной, кукольные черты лица исказились, рот стал кривым. — А ты всего лишь нарушил клятву! И заныл, словно дитя, — демонстративно захныкала. — Я победила в бою! Сила жрицы, как и жизнь, по праву мои!

— Что же ты получила за услугу? — обрёл дар речи чёрный, закрывая собой старушку. Мьяра взглянула на него и на мгновение смягчилась.

— Я вспоминала о тебе каждый день, — отстраненно пропела. — А ты до сих пор подле него, — указала на брата.

— Я предал его ради тебя! В память о тебе! Он чуть не погиб из-за меня! — на эмоциях говорил чёрный, косившись на белого.

— Чуть-чуть не считается, — съязвила она.

Бинар прыгнул и прижал сестру к земле. Хорн, не теряя времени, схватил Шиа за ногу, и начал тащить. Неподъёмное тело с трудом сдвинулось с места. Столп голубоватого яркого света откинул правителя. Он прокатился по полу и затормозил ногами прямо посреди ритуальной звезды. Мьяра взвыла и взметнула рукой в воздухе, голубая волна накрыла Хорна. Тот отлепился от жрицы и прижался к земле, не в силах пошевелить и пальцем. Энергия была необъятной и давила на череп, в глазах потемнело. Бинар уже поднялся на ноги и швырнул белоснежную сферу. Волна с лёгкостью её поглотила. Сестра улыбнулась невесело и ударила его в грудь. Правитель упал лицом вниз, грудь была пробита, из неё вытекала белая жижа, силы покинули тело. Хорн кричал, надрываясь, голос срывался, но подняться не мог. Как вдруг кто-то молниеносно сбил волчицу с ног. Она вывернулась и схватила обидчика за шею с тыльной стороны. Это был Рас. Он скалился огрызаясь. А она пустила по руке волну. Та проникала в шею, сосуды. Волк заскулил, энергия жгла. Внезапно он поднял на неё глаза. Они горели, алые, словно кровь. Рас обнажил зубы, ставшие заострёнными, и вцепился ей в руку. Вырвав кусок плоти, выплюнул. Мьяра закричала от боли. Заминки хватило, чтобы Хорн подоспел на помощь. Он поморщился и с размаха ударил по голове, она потеряла сознание.

— Тебе было велено убегать! — закричал он на Раса, на самом деле злясь на неё.

— Ага. Я знал, что вы без меня не справитесь, — буркнул тот, вытирая белую жижу со рта. — Бинар! — вмиг оказался рядом с ним.

— Я за подмогой! Смотри за волчицей! Очнётся, выруби! — Рас кивнул, а Хорн умчался.

Вскоре чёрный возвратился назад вместе с тем небольшим отрядом. Они подняли правителя на ноги, залепили рану мазью. Мьяра ещё не очнулась. Бинар бросил на неё растерянный взгляд и скомандовал:

— Доставить в Альфу!

В этот момент над головой разверзлась воронка. Фиолетовая, она крутилась гипнотизируя. Волки прижали уши, испуганно поглядывая на неизвестное явление. В воздухе материализовался крылатый, чёрный демон с золотыми кончиками перьев и глазами. Он покачал головой.

— Неужели ты думал, что я брошу союзника, пёс?! — дрожали стены, с потолка сыпалась известь. — Ты слаб! И скоро я избавлюсь от твоего дитя! Как видишь, перстень тьмы уже у меня! Ещё один перстень, и я смогу править на Кануме, Земле и, где пожелаю! Ваша жизнь станет хаосом! Слабые обязаны склонить голову перед сильными! — развернул руку ладонью вверх и поднял, Мьяра взлетела.

Рас высоко прыгнул, и прижал волчицу обратно, глаза вновь горели, зубы заострились. Демон усилил влияние, но он стал сильнее. От напряжения открылось второе дыхание, и спину пронзила боль — что-то прорезалось сквозь кожу. Взвыл. Крылья: громадные, чёрные, шелестящие. Зажмурился, подавляя приступ тошноты.

— Сын! Вставай на мою сторону! Будем править вместе! — довольно откликнулся Таос.

— Черта с два урод! — огрызнулся Рас.

— Скоро ты исполнишь предназначение, сын! Я сотворил тебя не просто так! — он хлопнул крыльями и оказался рядом, но Рас также хлопнул и отлетел назад, а потом и вовсе устремился на выход, цепляя за ногу Мьяру.

Существо взглянуло на Бинара. Он умирал, сердце билось медленно, и румит чувствовал это. Добить волка означало прибавить колдунье ненависти. А та помогала в сражениях. Таос шмыгнул в воронку, огорченный, что не смог вернуть союзника. Мьяра была сильна, ненавидела брата всем сердцем, и могла быть полезна. Глупышка думала, что он даровал ей силу. Крылатый обманом совершил сделку. Он просто раскрыл дремавший под эмоциональным гнетом дар. Решил, что попробует вызволить позже и вернулся на планету, дабы не тратить силы. Они понадобятся, когда завладеет кольцом с лунным камнем. «Не думал, что Эйнар окажется стойким соперником», — сокрушался злодей. Сородич на порядок слабее сумел скрыться от всевидящего ока, и это выводило из равновесия.

Рас вернулся в подвал, и под шокированные взгляды волков, схватил правителя под руку, и взмыл в небо. Он не знал, как летать. Получалось как-то само. Как будто делал это всю жизнь. Ветер приятно обдувал, просачиваясь сквозь перья. Приземлился прямо посередине площади, куда только что прибыли Док и Лая. Жрица подбежала, произнесла заклинание и залечила часть раны правителя. Ослабнув, облокотилась о Дока.

— Не хватило…Нужна ещё мазь.

— Вы слышали! — крикнул Рас.

Все до единого таращились на крылья. Сестра особенно сильно. Ри подошла и осторожно погладила, вздрогнули. Рас вдруг захотел, чтобы те исчезли, и они, громко хлопнув, упаковались обратно в тело. Правителя отнесли в покои и уложили на кровать.

Глава 5

Интрига

Когда Регина пришла в себя, а Стив очнулся, она была рядом. Малыш Ромео оказался в своей кроватке, к нему Мартин не прикоснулся. Подруга до сих пор дрожала. Фира и Крайд не мозолили глаза, прогуливаясь по саду. Стив размял непослушные пальцы и серьёзно на неё посмотрел.

— Ничего не хочешь сказать? — напирала жена.

— Нечего тут говорить, — буркнул сердито. — Если бы не разбитое сердце…

— Он не решил бы убить тебя? И твою даду? И агна? — продолжила Катарина, тряся головой. — Я виновата Стив! Но только не в том, в чем ты меня обвиняешь! Это жизнь! Сегодня любишь, завтра нет! — плакала, жалея себя. Регина поспешила обнять.

— Что дальше? — вошёл в комнату Крайд.

— Таос получил кольцо, — хлюпала носом. — Если получил и второе — нам конец. Если нет, есть время найти заклинание.

— Почему ты используешь наш язык? Земля должна скрывать барьер между мирами, — заинтриговано спросила Регина.

— Понятия не имею.

Стив отказался участвовать. А потом кто-то должен был охранять переход, дом и сына. А они отправились в Сарамак переворачивать вверх дном библиотеку. Когда друзья занялись делом, ментально перенеслась к мужу. И увидела картину: Бинар на земле, Лая пытается исцелить, Рас с крыльями. Прикрыла рот рукой и вернулась назад. Замельтешила.

— Значит, Рас сын демона?! — крикнула Регина, и голос отразился эхом от стен. Катарина кивнула.

— Если Бинар ранен, значит, бился с Таосом, — поняла Фира.

— И защита Канума рухнула, — догадалась Катарина.

— Тебе нельзя туда, — прочла волчица её намерения.

— Но он умирает!

— Выкарабкается, — встрял Крайд.

— Он сильный волк. И сможет выжить, — согласилась Фира.

— А если вернётся Таос?

— У него теперь есть свой крылатый, — хохотнул Крайд и затих под тяжелым взглядом колдуньи.

В конце концов, согласилась, принимая их правоту. Планета «Гор» была под защитой, а волчья открыта для посещений румита. Сердце безудержно билось в груди. Появился и ещё один стимул обезопаситься тем заклинанием. Припомнила, что видела белую волчицу. «Показалось, наверное». Белые вымерли благодаря Крайду. Продолжила поиск, помогая остальным.

После двух дней безнадежных метаний, выяснили только одно — о румитах даже шаманы не особенно распространялись. В книгах не было ничего полезного, а время потрачено впустую. Катарина навещала мужа, отмечая, что он выглядит просто ужасно: слабый, осунувшийся, вспотевший. Приподнимаясь в постели, Бинар улавливал присутствие, ощущал. Она предстала перед ним лично лишь на третьи сутки, когда немного окреп.

— Мьяра — моя сестра, — кряхтел он, — заключила сделку с крылатым и разрушила заклинание.

— Так вот почему я видела белую? — шептала она, лаская здоровую часть груди.

— Да. Я нашёл другое заклинание матери — более мощное, и сделал для тебя копию, — взял с тумбочки свиток и передал. — Нужно исполнить. Для него потребуется много сил. Не трать все. Пусть Фира поможет, — поморщился.

— Перстень тьмы теперь у Таоса, — грустно сказала она, терзаемая ненавистью Мартина. Супруг нахмурился. — Как я хочу тебя исцелить, — смотрела с сожалением.

— Здесь опасно. Пока Лая не установит защиту, не вздумай. К тому же без кольца тьмы звезда тебя испепелит. — Катарина охнула, об этом она совершенно забыла.

— Хорошо. Отдыхай. Тебе нельзя напрягаться, — гладила по волосам. — Как Рас?

— Не знаю. Ещё не видел. Ри о нем позаботится. Совет пытается свергнуть меня с трона, — расхохотался, и тут же стих, хватаясь за рану. — Жужжат об опасности. Угадай, в ком она заключается.

— А Мьяра?

— В темнице. Там ей и место. Пусть подумает, что натворила. Ещё бы немного, и меня бы здесь не было, — боль физическая не сравниться с той, что отразилась в белых глазах. — Любимая, Таос ещё не завладел кольцом с лунным камнем! Время есть, но тебе нужно поторопиться! Ты бы только видела! Он невероятен! — прогрохотал, превозмогая боль.

Со свитком она вернулась к друзьям. Фира внимательно его изучила.

— Опасное. Древнее. Понадобятся все твои силы, и мои тоже. Нужен отвар. Некоторые ингредиенты редкие. Придётся попотеть.

— Возведёшь его на Земле? — спросил Крайд, мечтая вернуться в дом.

— Нет. Сначала покроем им планету «Гор». Земля находится в другой вселенной, и ему будет сложнее там удержаться. Эйнар ни разу не бывал на моей планете. Планета «Гор» покрыта неизвестным заклинанием. Большой вопрос — насколько оно действенно, и выстоит ли против силы колец.

— Ну, он же разрушил заклинание Халы, — размышляла Фира. — Значит и на этой планете сможет. Не думаю, что оно сильнее волчьего.

— Вообще-то его разрушила Мьяра, — как бы извиняясь, возвестила она.

— Белая? Она жива? — удивилась Фира, и задумалась. — Получается, без кольца Эйнара он не может действовать. Мьяра жрица, как и я. До ссылки её несколько лет обучали в Грике. Но зачем она разрушила защиту планеты?

— В отместку брату за утерянную ауну. Любовь, — закатила глаза, они замолкли, переваривая информацию.

— Нам потребуется эксперт в области трав, — заулыбалась Катарина, переводя тему.

Ангус примчался на помощь. Он составил список, и отметил на карте в каких городах можно найти составляющие. Волки умчались на поиски. Катарина и Регина вернулись в дом Стива. Заклинание Халы требовало духовного спокойствия. Жрица входила в транс, отдавала энергию, и запевала песнь. Последнее было на совести Фиры. Душевного равновесия колдунья достигнуть никак не могла, а без него ничего не выйдет. Зажмурилась. Перед внутренним взором снова и снова всплывало лицо Мартина, и истощенный супруг. Ещё и Стив хмуро поглядывал. Друг никак не мог понять, обвиняя в случившемся. Ожидание затянулось. Волки не спешили возвратиться. Вспомнила об Эйнаре. Он находился в бегах и большой опасности. И лишь благодаря ему, они ещё не встретились лицом к лицу с чудищем. Надеялась, что ему удастся скрываться как можно дольше. Связаться с ним без кольца не могла. Да и на Канум отправиться при всём желании тоже. Звезда Яс сотрёт в порошок без влияния алой энергии. А значит, она не сможет помочь супругу в любом случае. Тяжело вздохнула. «Где же носит волчат?». Вскоре в «параллельную» прибыл Ленц. На недоуменный взгляд развёл руками:

— Сердце дома согласилось помочь с перемещением.

Заворчала. Она намеренно отправила его домой и запретила ввязываться, но сын могущественного колдуна не мог усидеть на месте. Он быстро вошёл в курс дела. Однако помочь ничем не смог ожидая. Семья Ангуса прибыла следом. Индра просто не могла пропустить появление любимого и буквально принудила отца к поездке. Дом снова наполнился смехом и разговорами. Обстановка слегка разрядилась, стало легче дышать. Друзья отвлекали от тяжелых раздумий. Перенеслась к мужу, настроение улучшилось, он встал на ноги. Рана становилась все меньше, и Бинар расправил плечи. Скоро они наложат на обе планеты заклинание защиты, а затем и на Землю. И будут надеяться, что даже с помощью перстней он не сможет разрушить сильное заклятие Халы. Затея была сомнительной, как и все другие, ведь никто не мог ручаться, что существо не одолеет барьер. Раньше у него колец не было. Она помнила, что было, когда соединила их — стала всесильной. Добавляла шансы и древняя магия румита. На это и надеялся Таос. Почему — то ей тоже казалось, что существо движется в правильном направлении, потому особых иллюзий не питала, и готовилась к битве. Ощущала кожей, что рано или поздно всё равно придётся сразиться на равных. На кону было всё. Не стала пугать друзей размышлениями. Они и так натерпелись от её недоброжелателей.

* * *

Как только встал на ноги, отправился к Расу, но он пропал. Нашёл Ри за опоясывающей столицу стеной, у леса. Просто почувствовал, что она там. Являясь вожаком, мог отыскать любого из подданных, кто связал себя клятвой верности. Внутренний навигатор редко ошибался. В случае с Расом не подействовало. Видимо, его энергия изменилась. Присел рядом и обнял за плечи громадной рукой.

— Где он?

— Без понятия, — уложила голову на плечо. — Как только совет поднял тему об уничтожении, улетел. А кто бы остался? — бесцветным тоном говорила она.

— Я бы точно нет, — Ри улыбнулась. — Тяжело принять, что твой отец тот ещё урод.

— Да. Как и мне. Последние недели выдались нелегкие. Я узнала, что у меня есть брат, зачатый от крылатого существа. А родной оказался чужим, но не менее крылатым, — повесила нос.

Бинар соображал, стараясь разобраться в хитросплетениях родословной. Действительно, Уна скрыла, что родила Крайда. Его забрали по понятным причинам и передали в другую семью. Внушили иные воспоминания, стирая предыдущие. Правитель хмурился, выпятив нижнюю губу. Он ненавидел Крайда, но теперь понимал, как тяжела его судьба. Ещё от Катарины узнал, что Уна перед смертью назвала имя другой волчицы, которая дважды рожала от крылатого детей — Ирима. Получается, Рас её сын, и Таоса. «Тогда почему Уна выдавала его за своего все эти годы?». В любом случае Расу повезло не многим больше Крайда. Всю жизнь он прожил с чужими людьми, принимая за родных. И даже сейчас не мог назвать Ри сестрой, потому что фактически та ей не являлась. Вздохнул.

— Он очухается. С советом я разберусь.

— Уверен? Слышала, Григор вернулся. Сучок спрятался, когда началась заварушка. Двое из трио погибли, не хотел к ним примкнуть. — Бинар поджал губы.

— Где он сейчас?

— Понятия не имею, но реи засекли, как встречался с Нелом.

— Держи меня в курсе. Пойду, навещу сестренку, — медленно поднялся, рана ещё тянула.

Прогулочным шагом двигался к городу. Свет звезды ласкал кожу, питая энергией. Трава зеленела, поблескивая от росы. День был прекрасен. Рана затягивалась, но побаливала при ходьбе. Вспомнил преобразование Раса: быстрота, красные глаза, острые зубы, крылья. Зрелище заворожило правителя. Кусок, который вырвал из сестры, так и не смогли залечить. Его укус будто не поддавался заклинаниям жрицы, как бы та не пыталась. В конечном итоге, вспотевшая, Лая бросила эту затею. Припомнил и силу Мьяры: голубые волны, яркие, разрушающие. Они практически вырвали ему сердце. «Этого она и добивалась», — пробубнил под нос. Некогда было отдыхать. Бинар и так провалялся трое суток в кровати. Вынужденно, но всё же. Нужно было поговорить с Лаей, с советом, затевавшим бунт, и с сестрой. Начать решил с последней. Он мог бы побояться встречаться в ослабленном состоянии, но стены темницы были подобны пещере, в которой коротал века — не пропускали энергии вселенной. За проведённое там время сестра, наверняка, ослабла. Разговор будет на равных. Спустился в каземат. Сырость и вонь. «Идеальное место для убийцы», — злился, рассуждая на ходу. Решёток здесь не было, как и на корабле. Только невидимые энергетические лучи от потолка до пола. Провёл рукой, блеснули и исчезли. Зашёл в камеру. Мьяра сидела в углу, упирая голову в сложенные на коленях руки.

— Пришёл торжествовать? — слабо спросила она.

— Я не настолько мелочен, сестра, — вздрогнула от резкого тона. — Я пришёл попросить у тебя прощение, — подняла глаза, наполнившиеся слезами. — Прости меня, — выдавил Бинар, как бы тяжело не было, после попытки его убить. — Я был не прав. Ревновал. Когда узнал о вас, сходил с ума. Тогда мне это казалось предательством. Но истинным предателем был я! — схватился за грудь, сдвигая повязку. — Мьяра тряслась от рыданий, лицо исказилось, закрыла рот рукой. Он присел на корточки. Она слегка успокоилась. Терпеливо ждал ответа.

— Слишком поздно, брат, — произнесла горестно. — Прошлого не вернёшь. Ты не сможешь…, и я тоже.

— Нет. Но будущее в наших руках, — пристально посмотрел в глаза. — Прости меня, а я тебя, — указал на рану, хохотнув. — И будем править вместе. Я Альфой, ты Гриком! Как когда-то мать с отцом! — она хотела ответить, но он резко схватил за плечи. — Не отвечай сейчас! Подумай! Мне плевать, что ты совершила сделку! Что пыталась меня убить! Что уничтожила половину жриц Грика! Я прощу тебе всё, сестра! Потому что люблю! Ты моя кровь! Этого не изменить! Подумай! — прогрохотал горячо, сжал плечи, встал и вышел, возвращая решетки на место. Он медленно удалялся по коридору, а она вновь опустила голову на руки, и в голос зарыдала.

Бинар всегда тепло относился к сестре. В семье их было пятеро: три сестры и два брата. Старшие только поучали, и он относился к ним, как к матери. А Мьяра была сообщницей, союзником, другом. Брат же был слишком мал для совместных игр. Детство белого волка настолько беззаботно проходило, что самому приходилось выдумывать развлечения. Зато теперь скучать времени не было. Вернулся в покои. Отправил волков за Лаей, оттягивая момент встречи с советом. Скривил лицо, подумав о них. Сегодня решил начать с более приятных тем, нежели обсуждать охоту на друга, который продемонстрировал крылья всем жителям столицы. Сел в кресло, взгляд остекленел, белые глаза засияли. Попытался проследить за Расом и оказался в пещере, где они коротали время возле города Лавр. Он сидел лицом к выходу, спиной к нему, вжав шею в плечи. Осторожно приблизился и уселся рядом, поглядывая исподлобья.

— Позволил прийти? — спросил, полагая, что Рас не слышит.

— Иначе ты бы не смог, — ответил он, и белый вздрогнул, не ожидая. — Как твоя рана? — грустно смотрел друг.

— Затягивается. Спасибо, что встрял. Если бы Мьяра разрушила заклинание на планете «Гор», Таосу не понадобился бы перстень, чтобы напасть, — ощущал исходившую от друга энергию, мощную. Что-то пробудилось, и дело было не только в крыльях.

— Пожалуйста. Мы ведь друзья, так? — Бинар кивнул, обнял громадной рукой, и потрепал по волосам.

— Возвращайся домой. Я не дам тебя в обиду.

— Знаю, — поднял лицо, по нему катились слёзы. — Просто не могу смотреть ей в глаза! Видел бы ты их! Испуганные! Словно я чудище! Может, так оно и есть, — вытирал слезы, но они не переставали стекать. Правитель развернул волка к себе.

— Не смей так думать! Она любит тебя! Ты её брат, не смотря ни на что! И мой друг! Уна была тёмной лошадкой при жизни. Одного потеряла, а тебя растила, как своего, — пожал плечами. — Известно имя настоящей матери. Кончится война с демоном, и я обещаю, мы её найдём! И получим ответы! — крепко обнял. — Рас. Ты лучше, чем думаешь. Я давно вижу в тебе это. Не время для терзаний. Григор вернулся и что-то затевает! Таос ищет способ пробраться и убить мою жену, и сына! Ты нужен мне больше, чем когда-либо! — Рас обдумал сказанное и уверенно кивнул. — Твоя сестра, пусть и не родная, зато не пыталась убить, — заворчал Бинар, и Рас громко расхохотался.

Вернулся в тело, устало зевнул. На улице уже было темно. Лая робко стояла в дверях.

— Вы путешествовали, и я не знала, могу ли присесть, — робко сказала она.

Указал рукой на соседнее кресло. Осторожно села, слегка покраснев. Лая ещё помнила их интрижку, не зная, что для него это было лишь представлением. Он мысленно закатил глаза.

— Я позвал тебя не для того, чтобы ворошить прошлое, — наполнил бокалы. — Меня больше интересуют твои умения, Лая. Сейчас ты единственная доступная жрица. Моя мать сделала защиту от Таоса. Взгляни, — передал свиток, она бегло прочла.

— Правитель, я понимаю ваши намерения. Однако такое заклятие по рангу мне не доступно. — Он побледнел. — Для его свершения потребуется две жрицы одного ранга, как я, или одна сильнее.

Такая имелась в темнице, но ещё не дала ответ. Привлекать её сейчас, он не мог.

— Спасибо за помощь, — отпил из бокала, голова начинала болеть.

— Конечно. Я тоже хотела…попросить вас… об услуге, — понизила тон.

— Какого рода?

— Благословите наш с Доком союз. Он же теперь в совете, и только вы можете решать, с кем ему быть, — смущенно опускала взгляд.

— Благословляю, — улыбнулся Бинар, кожа волчицы засияла от радости. — Только вот со свадьбой придётся подождать, — это её мало волновало.

Попрощавшись с будущей женой Дока, отправился в тронный зал, и стал терпеливо ожидать советников. Они не торопились. Заглянул к Катарине, которая тоже ожидала, только ингредиенты для исполнения заклятия. Она ощутила присутствие и широко улыбнулась, а потом погрозила в воздухе пальцем. Вернулся в приподнятом настроении, которое тут же испортили гнусные лица старого совета. Все были на месте, за исключением Раса.

— Правитель вы решили судьбу существа? — начал знакомую песню Кнут.

— Конечно. Он присоединится к нам в скором времени. Сколько можно отдыхать? — дразнил Бинар, чёрный хохотнул.

— Вы не имеете права ставить под удар планету! Ваши привязанности нас не касаются! Мы трудимся ради общего блага! — вскочил с места, брызжа слюной, Нел.

— Кхм, — приподнялся следом, опасно взирая на строптивого волка. — Не сомневаюсь. Вы хорошо потрудились, истребляя мою семью, — рычал он открыто. — А теперь привели в город изменника Григора, — захлопал в ладоши. — Что может быть благостнее?

— Мы…ты…я…да…что, — скрипел Олл.

— Хотите свергнуть меня с трона? Рискните. Я готов биться за него столько, сколько потребуется, — наклонил голову, улыбаясь. — А пока решения принимаю здесь я!

Дверь в зал распахнулась, и по каменному полу прошлёпал Рас. Он оглядел друзей, виновато кивнул сестре, и занял место рядом с правителем. Кнут попытался дать деру, но Бинар вернул взмахом руки и усадил на стул. Однако немного не рассчитал силу, ножки подломились, и беглец упал. Длинные ноги торчали из-под стола.

— Ещё возражения имеются? — серые дулись, но молчали. Нел сверлил взглядом. — Если я ещё раз услышу, что затеваете нечто против меня, казню всех четверых не глядя.

Ультиматум повлиял, как и положено, советники опустили головы, а старикан Олл зашёлся в кашле. Правитель собирался обсудить и другие темы, но Кнут затрясся, потея, и затараторил:

— Ваше величество. Я…не причём! Это…они всё…придумали! — указывал на остальных.

— Заткнись! — вскочил Нел, но Хорн быстро усадил его на место.

— Они отвлекают вас! Настоящая цель ваша сестра! Хотят украсть, а потом войной на вас идти! И на трон её посадить!

Внутри похолодело, метнул острый взгляд на Раса, тот вскочил и выбежал. Хорн за ним. Правитель грозно зарычал наступая. Волки прижали уши. Нел и не думал склоняться, не испугался. Бинар запрыгнул на стол, оказался рядом, и со всего размаха ударил. Голова оторвалась от тела и покатилась. Друзья зарычали, и в одно мгновение завершили казнь. Тела советников покоились на полу зала, заливая его серой жижей. Рас первым показался в двери.

— Её нет! Увели! Прямо из-под носа!

— Найди! — орал правитель.

У него из спины вырвались огромные, чёрные крылья. Они грациозно возвышались, притягивая взгляды. Бинар смотрел на него с гордостью и надеждой, сестра с восхищением. Один взмах, и он парил в воздухе, пытаясь отыскать беглецов.

Бинар никак не мог унять нервы, скрипя зубами. Связался с женой.

— Сбежала? — застыла Катарина и закусила нижнюю губу. — Нужно ускориться с заклинанием. Фира и Крайд собрали все компоненты и скоро будут в Сарамаке. Мы сразу начнём. — Он кивнул. — Не переживай, родной. Даже если защита не выдержит, мы сможем дать отпор чудищу! Посмотри! На нашей стороне сильные бойцы! Диана вчера привела целый отряд из Дорбы! — белесые брови поползли наверх. — Она их приобщила к цивилизованности и обучила азам боя. В этом вся Диана, — пожимала она плечами. — Ленц снова со мной. И ещё у нас два сильных волка. Всё будет хорошо. Займись поиском сестры. Может, она действительно пленница Григора.

— Это вряд ли. Она сильнее меня, Кэти. Этого слизня расплющит на раз. Не удивлюсь, если Рас принесёт его тело, — обнял, прижимая к себе.

— Он вернулся? — улыбнулась. — Я люблю тебя белый волк, — прошептала целуя. Волчонок толкнулся, откидывая его руку. Он наклонился и поцеловал живот.

— И я вас, очень. Будь осторожна, ладно?

— Всегда, — рассмеялась, прогоняя в реальность.

Как и предполагал, тело Григора обнаружили за чертой столицы, у кромки леса. Он посинел, глаза лопнули.

— Глупо было полагать, что моей сестре нужен трон, — хватался за голову.

— Что же ей нужно? — прошептал Хорн.

— Сделать мне больно. Я готов был простить ей всё, но она решила завершить начатое. — Друзья не понимали. — Она винит меня в потерянных годах без любви, семьи, друзей. Завершив сделку, открыла в себе мощную силу. Стала союзником тьмы.

— Думаешь, отправится к Таосу? — вклинился Рас.

— Уверен. Мы должны немедленно вылетать на планету «Гор»! Катарина готовит заклинание, но может не успеть! Мьяра разрушит предыдущее на раз! И откроет ему дорогу! Даже без перстня с лунным камнем он сможет пребывать на планете около часа, двух!

— Этого вполне хватит, — продолжил Хорн, поглядывая на Ри, теребившую пальцы.

— Так чего же мы ждём? Летим! Я подготовлю корабль! — вскочила она с места.

— Тебе лучше остаться, — резко сказал Хорн, и она сжала кулаки. — Кто сохранит правителю трон? — тут же оправдался.

— Ри лучший капитан на планете. Извини друг, но она мне нужна, — вкрадчиво произнёс Бинар, наблюдая за реакцией.

— Я останусь, — вызвался Док. — Так я смогу отблагодарить за оказанную честь, — смутился волк.

— Как только разберёмся с демоном, закатим в Альфе такую свадьбу, что Лая в обморок упадёт! — они рассмеялись, друзья понимающе закивали.

Решено — отправляются назад. Ри мгновенно подготовила корабль к полету и запаслась всем необходимым. Хорн зло поглядывал в сторону друга. Он скрывал чувства к волчице, и подвергать опасности не хотел. Однако Бинар был прав, без неё им быстро до планеты «Гор» не добраться.

* * *

Катарина ожидала волков. Фира, запыхавшись, вбежала в дом. Крайд вальяжно вошёл следом.

— Ну, что вы так долго?! — кричала, сама того не желая.

— Возникли осложнения за чертой Дорбы.

Только сейчас заметила, что у подруги царапина на щеке. Подошла и мгновенно её исцелила. Затем помогла и Крайду, у того была вывихнута рука. Не теряя времени, начали готовить отвар. Соединял компоненты Ангус, она мешала, а волчица раскладывала по очередности. К вечеру неимоверно устали, но продолжали. Появление зла предугадать было невозможно. В любой момент могли оказаться в опасности. Стив недобро поглядывал. «Конечно, он же считает, что всё это моя вина», — гладила она животик. «Заблуждался много лет, прозрел, и опять за своё», — сделала вывод, и решила не обращать на него внимания. Сейчас проблемы были важнее обиженного друга. Соединили всё воедино. Когда последний компонент оказался в котле, столп света прорезал ночь. Он сиял всеми красками радуги, а потом стал серебристым. Фира вздохнула — приготовили правильно. Больше всего Катарина опасалась допустить ошибку, на повторный сбор редких веществ, время не хватит. Вышли во двор. Мужчины, кряхтя, перенесли котёл, и установили на открытом пространстве. Там же она, казалось, недавно, соединяла перстни. Оттуда же переносилась на другую планету. Собиралась с духом, стараясь отбросить ненужные мысли. «Защитить друзей необходимо! Хала не просто так показала заклинание! Должно сработать! Сработает!», — уверяла себя. Регина подошла и положила руку на плечо, поблизости встали Карен и Диана.

— Пора начинать, — сказал Ангус.

— Пора, — откликнулась она, будто чужим голосом.

Как и было задумано, Фира вышла вперёд, окунула руки в чан, и они засияли серебристым светом. Возвела к небу и запела. Друзья заворожённо слушали волчью песнь, Ленц даже заплакал. В воздухе начали проявляться яркие искорки. Они витали, соединялись, образовывая нечто наподобие ковра. Катарина окунула руки следом, и они засияли. Но тут проявилась огненная сила, выжигая серебристый свет. Регина охнула поблизости. Попыталась вновь. Не вышло. Разозлилась, и только прибавила огня, испепеляющего защиту. Фира уже соткала приличный ковёр, устала, и пот струился со лба. «Я должна ей помочь! Она не справится без меня!». Сосредоточилась, усмирила себя, и вновь окунула руки. С трудом удерживая пограничное состояние, и подавляя огненную энергию, начала произносить заклинание:

— Творим защиту для планеты! Крылатым места нет! Огради! Защити! Появление предотврати!

Серебро окутывало руки и поднималось, дополняя ковёр Фиры. Почти готово. Осталось только направить его выше. Как вдруг земля затряслась. Голубая волна пробежала, сбивая с ног. Катарина упала, ударившись головой. В ушах звенело, перед глазами плыло. Чан с зельем разлился, жидкость искрила угасая. Ковёр мигом исчез.

— Ох! — приподнялась, залечивая голову.

Друзей раскидало. Они стонали от боли, но тяжких повреждений не имели. Встала на ноги. Помогла подняться Регине, и Ленцу. Фиру поднял Крайд.

— Что это было? — спросил Ленц, тараща глаза.

— Это пала ваша защита! — раздался бодрый, звенящий голосок. — Скоро он будет здесь! Я слышу шелест крыльев! — она вышла из-за дерева: изящная, миниатюрная, красивая. — Катарина! Приятно познакомиться! Наслышана о тебе! — скалилась белая волчица.

Фира прыгнула, атакуя, но она откинула, словно куклу, пошевелив лишь одним пальцем. Та отлетела и сбила с ног Крайда, и Ангуса.

— Не стоит тягаться со мной! Я наделена силой могущественного существа! Дорогая Катарина, — сложила ладони у груди. — Он заберёт дитя. Больно не будет. А затем станет править везде, где пожелает. И угадай, кто будет подле. Именно! Я! И ещё тот рыжий, доставший кольцо! Он, кстати, ничего! — облизнулась.

Речь зашла о Мартине, и она запылала от гнева, кожа засветилась. Огненный шар вылетел и ударил Мьяре в лицо, обжигая. Волчица взвыла. Выпустила в ответ волну, но её отбила чёрная сфера Ленца. Он подбирался ближе. Мьяра швыряла волнами, безумно крича. Они с трудом отбивались. Одна ударила Диану, повредив ногу. Та свернулась клубком, стопа висела на волоске, кровь заливала землю. Карен тоже досталось, в плечо. Ленцу угодило в шею, но он отбил часть атаки, и рана оказалась не смертельной, но очень серьезной. Он затыкал её ладонью, скуля. Ангус швырнул самодельную бомбу, взорвавшуюся ещё в воздухе, и развёл руками. Она в ответ поразила волной, но Катарина успела отвести удар, раскурочив ближайшее дерево. Голубые волны сталкивались с огненными шарами. В какой-то момент она наступала, но Мьяра не расслаблялась и снова откидывала назад. Фиолетовая с чёрным воронка разверзлась над головой и крутилась какое-то время. А затем появилось существо, от которого так долго бежали. Размером раза в два превосходило Эйнара. Оно поражало, восхищало и до смерти пугало. Катарина отвлеклась, и соперница откинула её в сторону. Фира помогла подняться, Крайд закрыл собой. Существо с грохотом приземлилось, свернуло крылья и рассмеялось.

— Отличная работа Мьяра, — похвалил он союзницу. Катарина отметила, что только одно кольцо сияет на пальце. — Если ты не можешь одолеть её, то, как будешь биться со мной? — издевался крылатый. — Достойный бой…для человека, — перевёл взгляд на Крайда. — Сын Эйнара! Ты более жалок, чем я ожидал. — Тот зарычал. — Твой отец умеет скрываться! Пожалуй, это у вас из-за отсутствия силы! — вновь развернулся к Катарине. — Волчата не спасут тебя, колдунья! Выйди и позволь забрать дитя! И тогда я сохраню тебе жизнь!

— Спасибо за предложение, но…, - швырнула огненный шар, угодивший в крыло, — я лучше умру в бою!

Следующие события происходили молниеносно. Она стояла на месте, и слышала только стук собственного сердца. Фира бежала, сбив с ног Мьяру. Крайд прыгнул на Таоса, неудачно. Люди Дианы стреляли из автоматов, но пули падали, не долетая существа. Оно целенаправленно шло к ней. Их разделало всего пара шагов. Защитить больше некому. «Только ты и я! Сейчас!». Собрала энергию со всех уголков естества, и огненная волна вырвалась, сжигая всё на своём пути. Таос опалил крылья и рухнул. Золотые глаза выражали удивление, которое длилось недолго. Махнул крыльями и оказался рядом. Схватил за горло. Кожа обжигала руку, но он не отпускал. Огонь плясал в глазах, кожа сверкала, золотые тигры хватали противника за ноги. Сдавил горло сильнее, и тигры начали исчезать. Крайд прыгнул на спину, но он стряхнул, как назойливую муху. Она ещё сопротивлялась, но Таос был слишком силён. Грохот раздался в небе, и из золотой воронки появился Эйнар.

Таос отпустил колдунью и взмыл в небо. Началась крылатая битва. Кто-то схватил её за руку и потащил, но она сопротивлялась. Повернула голову. Стив. Хотела отбросить силой, но за спиной увидела Ангуса. Он дунул ей в лицо порошком, сознание помутилось. Стив закинул на плечо, махнул Ленцу и побежал в дом. Собрав всех возле сердца дома, начал призывать красные лучи.

— Мы не трусы, чтобы бежать, — кряхтел Ленц, заливаясь кровью.

— Он прав, — встряла Регина, появившаяся на пороге. — Она по-настоящему тебя возненавидит!

— Плевать! — брызгал он слюной. — Зато будет жива!

Разверзлась красная воронка, и он затолкнул туда Ленца, затем Диану, Карен, и Катарину.

— Будь здесь! — скомандовал жене, и кивнул на люльку с сыном, который мирно спал. Малыш Ромео не был обеспокоен сражением. Стив спрятал его здесь, как только началась битва.

А сам выбежал на улицу, призвал лучи, и направил на Мьяру. Она отбила атаку. Сосредоточился и образовал из них громадного носорога. Тот пронёсся, задевая, а Фира завершила манёвр, ударив противнице со всей силы по лицу. Мьяра потеряла сознание. Крылатые демоны бились в небе: всесильные, огромные, мощные. Каждый удар сотрясал воздух, посылая к земле звуковую волну. Эйнар был проворнее и уворачивался. Таос пропускал чаще, но удар у него был сильнее. Эйнар замешкался и пропустил всего один. Оказалось достаточно. Словно снаряд он полетел к земле и вспахал её телом. Все тряслось, будто во время землетрясения. Стив упал на колени, но быстро поднялся, подбежал к Фире и поставил на ноги, оглядываясь на существ. Рисковать жизнью ради Эйнара он бы не стал. Оттаскивая волчицу к дому, краем глаза видел, как Таос спустился и вонзил клыки тому в шею. Эйнар кряхтел захлёбываясь. Крайд очнулся и бросился на защиту, но он вновь уложил на лопатки. Лицо перепачкалось в золотой жиже, победоносно скалился. Крайд смотрел в глаза отца, который прокряхтел: «Открой себя». Уверенность появилась в серых глазах. Он поднялся и с вызовом взглянул на чудище. Изнутри стало пробиваться золотое свечение, перстень сиял, глаза тоже.

— Это всё? — измывалось существо.

Ненависть и страх за отца затмили собой остальные эмоции. Он открыл острозубый рот и зарычал, сдувая капельки жижи у него с лица. Тело стало сильнее, ощущался прилив. С болью из спины прорезались крылья: они были полностью золотые, словно у ангела. Таос ослеплено смотрел, а затем бросился в бой. Крайд зарычал ещё громче и побежал навстречу. Он пригнулся, выставив крыло вперёд и резанул по плечу. Таос взревел, черно-фиолетовая жижа хлынула на землю. В это мгновение небо прорезал звук приближающегося корабля. Он остановился и завис, из открытого люка выпорхнул Рас, с восторгом разглядывая золотые крылья Крайда.

— Ты времени зря не терял, а братец? — съязвил он. Крайд заслонил отца.

На землю спрыгнули и волки, во главе с Бинаром. Противник сделал два шага назад, но отступать не собирался. В глазах горело желание побеждать. На веранде прямо из воздуха появилась Катарина. Бинар увидел её, и от сердца отлегло.

— Это ненадолго, волк! — прогремел Таос. — Золотой мальчик Эйнар мог меня победить! Теперь нет! Спасибо, что привёз моих детей! — Хорн зарычал. — Ты мой! И всегда им был! Подчинись! — брызгал он слюной.

Хорн вдруг замер. Из спины вырвались чёрные крылья, глаза стали фиолетовыми, и пошёл навстречу. Ри цеплялась за руку, но он толкнул высвобождаясь. Встал рядом. Таос посмотрел на парившего в небе Раса.

— Тебя тоже касается! Я велю!

Рас мотал головой, глаза покрывались фиолетовой дымкой. Прогонял, возвращая золотой цвет, но в итоге сдался. Спикировал и встал рядом, закрывая собой существо.

— Справишься с ними, волк? Убьёшь друзей? — упивался победой крылатый демон. Крайд дёрнулся, но Бинар остановил жестом.

— Рас! Друг! Ты сильнее этого! Прошу! Борись! — Таос зло хохотал.

— Он принадлежит мне!

— Брат! Я люблю тебя! Прошу! — плакала Ри.

Катарина обхватила плечи руками, не зная, что предпринять. И тут заметила, что Эйнар лежит совсем без движения. «Он умирает». Воспользовавшись драматичной постановкой, подобралась к нему. Благо Крайд скрыл за массивными крыльями. Эйнар кряхтел.

— Тише, — прислонила ладонь и направила золотую энергию, исцеляя.

Подействовало. Однако он был слишком слаб, и не мог подняться. Сражение истощило.

— Лежи, — погладила по лицу, он слабо улыбнулся и передал кольцо.

— Моя Исимида, — прошептал с любовью.

Как только взяла, засияло на пальце. Золотая энергия усилилась. Рас и Хорн уже кинулись на волков. Те откидывали, стараясь не ранить. Бинару рассекли грудь, Ри ранили руку. Колдунья соображала, как быть. Таос повернулся к Крайду.

— Продолжим. Твой папаша испустил дух? — чеканил слова, ударяя в больное место. Она ущипнула его за ногу, чтобы не вздумал поддаваться гневу. Он понял и подыграл.

— Я рад, что мой отец он, а не ты!

Таос разразился тирадой, уязвлённый высказыванием. Она не слушала, думала. «Лунное кольцо сдерживает энергию». В голове оформилась мысль. Как и всегда дикая, но могло сработать. Ковырнула пальцем, выудив из него камень. Выбежала из-за спины Крайда, подкинула в небо и разбила огненной сферой вдребезги. Крошка спустилась на землю. Рас и Хорн остановились, вдыхая, взгляд прояснился. Три крылатых существа, совершенно разные, но в чём-то схожие, двинулись на Таоса. Он бубнил что-то несвязное, отстраняясь. За ним разверзлась воронка, но Катарина швырнула в неё огненную волну, затворяя. Он огрызался, а они гневно сверлили глазами. Правосудие свершилось бы с минуты на минуту, но голубая волна сбила крылатых с ног. Таос воспользовался заминкой и скользнул на свою планету.

Эпилог

Катарина крепко обняла супруга, утыкаясь лицом в белоснежное тело. Он был так счастлив, что боялся расплющить её в объятиях. Фира вышла из дома и помогла мужу поднять Эйнара. Тот побледнел, став местами серым. Колдунья сразу догадалась, в чём дело.

— Он оларак! Тьфу ты! Истощен! — коснулась груди рукой, передала часть золотой энергии, и он набрался сил, серые пятна исчезли.

— Спасибо Исимида, — поблагодарил ласково. — Волчица приглушила силу земли этой планеты своим даром. Со временем все будет как прежде, — повернулся к сыну. — Я горжусь тобой, мой мальчик! Ты сражался на равных! — крепко обнял, и Крайд прослезился. — Без кольца я здесь долго не протяну. Мне нужно домой.

— Как же Таос? — переживала она.

— Он меня не найдёт. Раньше не смог, и сейчас не получится. Жаль, что забрал у тебя кольцо тьмы. Но я обещаю соткать новое, — заулыбался во весь рот и откланялся. — Береги себя сын! — удалялся голос крылатого в золотой воронке.

Регина вышла из дома с Ромео на руках. Стив обнял за плечи. Ри и Рас повисли на Катарине.

— Я, правда, скучал! — кричал дерзкий волчонок, ставший всесильным существом в одночасье.

Крайд повесил нос, стоя перед правителем, и ожидая приговор. Тот склонил голову набок, и прокашлялся.

— Ты рисковал жизнью ради моей жены и друзей! И отныне прощён! — возвестил он сурово.

Фира кинулась супругу на шею и горячо расцеловала. Бинар посмотрел на сестру, свернувшуюся калачиком на земле. Она изредка всхлипывала.

— Ри!

— Правитель?

— Запри её на корабле! Когда вернёмся, отправиться в темницу на неопределенный срок!

Он был напряжен, скулы сжались до невозможности. Катарина подошла и взяла за руку. Ри подняла белую волчицу на ноги, заталкивая в корабль.

Супруга чмокнула его в щеку и испарилась. В тот же вечер на планету вернулись друзья. Она всех исцелила. Праздновали победу шумным застольем.

Колдунья стояла в дверях, наблюдая за тем, как они смеются, обнимаются, весело переглядываются. Для неё во всем мире не было прекраснее зрелища. Поравнялся Стив. Он нервно теребил длинную бороду.

— Прости. Я вёл себя, как идиот. Наговорил гадостей. И остальное…, - щеки от стыда раскраснелись.

— Ничего. Попытка меня вырубить и спасти оправдала всё это, — метнула острый взгляд, и они рассмеялись.

— Хотел, как лучше, — разводил руками.

— Знаю, — волчонок зашевелился, и сквозь одежду стал светиться серебристым светом.

— Ого! — воскликнул Стив. — А он сильный!

Ленц не отлипал от Индры. Фира и Крайд умчались в леса, завывая. Диана с Грегом вернулись в Дорбу, прихватив с собой самодельных бойцов. Карен попрощалась с отцом, подколов о скором появлении братика, и умчалась в Солд, где её давно ожидал Дарен. Бирри и Видар, пропустившие битву, прибыли только на следующий день, и собирались обратно, ссылаясь на какие-то дела. Катарина подошла к юноше, положила руку на грудь. Она загорелась пламенем, слегка обожгла, энергия проникла внутрь. Видар заморгал и заплакал.

— Отец…, - прошептал сквозь слезы. Она обняла утешив.

Его жизнь не будет прежней, но он достаточно разобрался с даром, и сможет пережить потерю без вредя для других, и себя. В этом колдунья не сомневалась. Тем же вечером они с матерью отправились домой.

Друзья разъезжались, и печаль вновь поселилась на сердце. Они выиграли сражение, но не войну. Таос всё ещё жив, и опасен. Что-то подсказывало, что он так просто это не оставит. Ри томно вздыхала на веранде, заливая в себя бокал за бокалом. От пытливого взгляда Катарины не укрылось угасающее состояние подруги. Она подошла к Хорну и отвела в сторону.

— Ты любишь её? — открыто спросила, а он вытаращил чёрные глаза. — Если да, самое время сказать об этом! Другого шанса не будет!

Наутро Ри сияла в объятиях чёрного волка. Катарина ему подмигнула, и разговор остался секретом. Она была безумно рада за подругу, которая, наконец, обрела счастье.

Малыш Ромео развивался быстрее детей с планеты Земля и удивил первыми, небольшими шажками. Она так хлопала, что чуть не отвалились ладони. Стив нашёл общий язык с Бинаром. Ангус стал учить его делать укрепляющий отвар. Марта спешила вернуться в Арух, и канючила день ото дня.

Спустя неделю Катарине, утопающей в объятиях белого волка, приснился сон. Она брела по перекрестку миров. Деревья возвышались к небесам, яркие сгустки энергии плясали в воздухе, напоминая пыльцу. На поляну вышел Эйнар. Он широко улыбался.

— Исимида! Как я рад! — обнял по-дружески. — Прекрасно выглядишь!

— Как и ты! — рассмеялась она. Улыбка исчезла, как только заметила отметину на шее.

— Благодаря тебе я жив, — стал он серьезным. — Остальное неважно. Как там мой сын? Уже вышел из леса? — грохотал заливаясь. — Весь в отца! — подмигнул игриво, а затем передал кольцо. Оно тут же оказалось на пальце и засияло алым. — Как и обещал.

— Спасибо! — запрыгала от радости. — Быстро ты его сделал!

— Не делал. Украл, — скривил он лицо.

— У него? Но как?

— С помощью одного рыжего раскаявшегося кота. Он одолжил мне браслет, переносивший в мир вроде этого. Таос перенесся, но был ещё слаб. Я и забрал кольцо. Хотел расправиться, но он всё-таки смог ускользнуть.

— Кто бы сомневался, — пробурчала она. — Будь осторожнее.

— Переживаешь? — ехидничал крылатый.

— Конечно, — волчонок вновь засиял в животе.

— Он уже проявляет силу! Восхитительно! — обнял на прощание и исчез. — До новых встреч Исимида! — звучал вдали веселый бас румита.

Катарина очнулась с кольцом на руке и поделилась информацией с мужем.

Фира вернулась из запланированного секс отпуска, и они возвели защиту над планетой. Серебристый круг сиял, ограждая от ненужных вторжений. Затем возвели такую же на Земле. Время шло, гости задержались. Волкам нужно было возвращаться домой. Док, наверняка, неплохо справлялся, но присутствие белого вернёт жителям спокойствие. Бинар не хотел улетать. Она забралась к нему на колени в каминном зале и обвила шею руками.

— Я вернусь на Канум, как только разберусь с домом. Он скучал. Оставлять его надолго нельзя. Ты же знаешь, — волк сделал печальную мордочку.

— Я тоже буду скучать.

— И я. Придётся подстроиться. Что-нибудь придумаем.

— Не сомневаюсь. С женой мне повезло, — потянулся и страстно поцеловал, энергия заискрилась вокруг.

Фира и Крайд тоже улетать не хотели. Да и на Земле им нравилось больше. А потому Катарина выпросила у супруга разрешение оставить их с собой. Конечно, они могли ослабнуть и начать поглощать души. Но она уверила, что тут же отправит назад через место силы. Бинар согласился. Ри тоже улетать не хотела, но Хорн настоял.

— Наше место рядом с правителем, — сказал он лукаво.

— Чёртов Инь и Ян, — прыснул со смеху Ленц. Волки нахмурились. Все, кроме Крайда, успевшего познакомиться с некоторыми фишками планеты.

Друзья обнимались прощаясь. Супруг нежно поцеловал и вбежал по трапу корабля. Напоследок он обернулся, печально улыбаясь.

Всё вернулось на круги своя. Ленц отправился к маме, обрывавшей телефон. Катарина, порядком округлившаяся, заглаживала вину отсутствия перед домом и Грандом. Волки совсем одомашнились. Перстень тьмы вернулся к хозяйке. Она спрятала его в шкатулке и закрыла в тайнике, до поры, до времени. Стив с Региной восстановили сад после битвы и уже звали в гости соскучившись. Катарина сидела в любимом кресле, с упоением отмечая, как же всё-таки хорошо дома. Опасность временно миновала. Таос если когда-нибудь и вернётся, то не скоро. Мьяра в темнице. Дом пел от радости, изображая на картинах сражение с крылатым демоном и победу над злом. Она вновь соединилась с ним полностью, ощущая ликование и возбуждение. Вспомнила о Мартине. Помрачнела. Глаза вмиг стали белыми. Скрипя сердце, перенеслась к нему ментально. Он сидел в медицинском кабинете Дианы на Базе, делая заметки в блокноте. Рыжие брови сошлись на переносице. Поднял лицо.

— Кэти? — произнёс испуганно. — Прости меня, если сможешь.

Удивительно, как их до сих пор могло что-то связывать, после случившегося. Ещё недавно он откровенно желал ей смерти, но смог почувствовать присутствие, как прежде. Она не стала проявляться и освобождать от груза совести. «Пусть помучается». Возвратилась обратно. Одно было хорошо — он исправился, помог вернуть кольцо, которое сам же украл, и нашёл дело. Камень свалился с души. Чувства еле теплились в сердце к рыжему, родному коту, которого когда-то сильно любила.

Дождь лил, не переставая. Небо заволокли тучи. Она вышла на крыльцо и устремила взгляд далеко, в горы. Вдохнула сырой воздух, волчонок шевельнулся. Призвала немного огненной энергии, тучи разошлись. А те немногие, что остались, окрасились в розовый цвет из-за уходящего за горизонт солнца. Живот напоминал арбуз и тянул книзу. Ложные схватки участились. Как и говорил Эйнар, близилась кровавая луна — день рождения сына. Она была на Кануме, но вернулась сюда. Родные стены помогали. Последние месяцы вдали от дома приходилось особенно тяжко, терпела ради супруга. Он, конечно, был против предродового путешествия, но опустил руки, дабы не удостоиться гневной вспышки. Ленц переехал к ней, как узнал о возвращении. С восторгом ожидал появления малыша, обустраивая для него комнату. Фира и Крайд были рядом. Теперь они занимали весь чердак, наведя в нём порядок. Он стал по-настоящему уютным местом. Бинар прибыл через место силы, как только узнал о схватках. Сестра помогла перейти. Мьяра вышла из темницы, усвоив урок, и ужасно сожалела о содеянном. И о том, что Хорн принадлежит другой. Катарина строила рожицы, когда наблюдала за этим треугольником украдкой.

Колдунья схватилась за живот и завыла. Сильные руки подхватили и понесли наверх. Сквозь агонию и боль, которые были ничем по сравнению со страхом всё потерять, в ту ночь появился на свет очаровательный малыш. Он покоился на груди у матери, пока Фира хлопотала вокруг. Супруг утирал слезы в изголовье кровати. Ребёнок внешне походил на него, только сиял не белым, а серебристым светом. Кожа искрила, и была холодной. Глаза такого же цвета, только дополненные зрачками — голубыми, ледяными. Родители оба плакали от радости.

Малыш подрастал. Кристофер долго пытался подобрать челюсть с пола, разглядывая необычного ребёнка. Вета приехала с ним, помирились. Она, казалось, не была удивлена. Никак не могли придумать имя. Катарина отметала все предложенные варианты. Просто чувствовала, что это не то, и сына должны звать как-то иначе. Однажды ночью ей приснился сон. Высокий, бородатый предок сидел на плоту сверкающего водной гладью озера. Она присела рядом, не сводя с него счастливого лица. Поднял ледяные глаза, так похожие на Черу, Кристофера, её, и сына.

— Назови его Креон, — внезапно произнёс он.

— Почему?

— Потому что так будет правильно. Сделай, как прошу, — перестал разглядывать пальцы, моргнул и исчез. Так у малыша появилось имя.

Он рос стремительно. Всего через год вытянулся, словно пятилетка, и побежал. С легкостью щелчка пальцев научился менять облик. Принимая любую форму, какую пожелает, Креон мог бегать не только в долине, но и спускаться в город. Несколько раз, испуганная и злая, она возвращала его домой. Бинар не мог долго пребывать на Земле из-за обязанностей правителя, сын был неуправляем, и она решила переселиться на Канум окончательно. Навещать дом, когда нужно, сможет в любом случае. Счастью супруга не было предела. Однако Катарина часто скучала по долине, замирая, и возвращаясь туда ментально. Но и Альфа стала ей со временем родным городом.

Фира и Крайд остались в доме, с радостью их принимавшем. Ленц тоже переехал туда насовсем. Он любил это место больше всего в жизни и захотел приглядывать в её отсутствие. Тем более что являлся официальным приемником колдуньи. А находясь в доме, был ближе к «параллельной», и к Индре соответственно.

Катарина вошла в тронный зал, изящное платье спускалось до пят, обнажая спину. Волосы струились по обнаженной части, колыхаясь при ходьбе. Супруг восседал в центре стола. Хорн, Ри, Рас и Док занимали свои места. Они обсуждали дела государства.

— Грик полностью восстановлен, — сообщал Хорн.

Восстановление разрушенной земли жриц и розыск сбежавших занял какое-то время.

— Кто станет главенствующей? Мьяра? — спросила Ри раздраженно, и Хорн закатил глаза.

— Не думаю, что народ Грика выберет её после того, сколько волков она погубила, — Рас закивал соглашаясь.

Катарина присела на край стола, невольно слушая беседу, но не встревая. Она не входила в совет, хоть супруг неоднократно просил об этом. «Власть это не моё», — отвечала просто и понятно. Колдунья терпеливо ждала, когда закончится собрание.

— Я бы предложил Лаю, — прогрохотал Бинар, подмигивая Доку, тот заметно сконфузился.

Воину были чужды проявления чувств, но с возникновением в жизни любви стал мягче, чувствительнее. Бинар знал об этом, иногда подкалывая.

— Как правитель я имею право выдвинуть кандидатуру. Они не обязаны соглашаться.

— Тогда Лая, — согласилась Ри, и только заметила Катарину. — Привет.

— Любимая что-то случилось? — голос белого смягчился, он жадно впивался глазами в её платье. — Или ты передумала по поводу совета?

— Нет. У меня новости для крылатых мальчишек! — намеренно сделала паузу, они боязливо переглянулись. — Я нашла Ириму.

— Она пропала сотни лет назад. Как тебе удалось? — не понимал супруг.

— Поискала информацию в Грике и вышла на след. Угадайте, куда он привёл? В Опалу! Я была в том доме ментально. Это определенно она! Сменила имя. Теперь её зовут Киат.

— Поверить не могу, что у нас одна мать, — пробубнил Рас, косясь на Хорна.

— Ну, отец то у нас точно один, — недовольно припомнил чёрный.

— Хотите узнать правду? Или продолжите совещание? — подколола колдунья.

Они посмотрели на правителя, тот покровительственно кивнул. Засобирались в Опалу.

Катарина вела их по улочкам городка на отшибе. Ри вприпрыжку шагала рядом. Правитель и крылатые братья замыкали процессию. Док пожелал остаться с любимой и в сомнительную поездку не отправился. Остановились у двери. Колдунья вопросительно на них посмотрела. Хорн вышел вперёд и зарычал — по жилищу пронёсся звонок. Раздались шаги. Дверь открыла волчица: в возрасте, седая, длинные волосы собраны в небрежный пучок, ниже их ростом, худая, глаза серые, ввалившиеся. Линии лица узкие, как у Раса, а губы такой же формы, как у Хорна. Катарина, не напрягаясь, её разглядывала. На остальных вечно приходилось задирать голову. Выражение лица у волчицы менялось. Она вдруг разрыдалась и повисла на чёрном. Он растеряно обнял, не зная, что делать. Ирима отстранилась, взглянула на Раса, и разрыдалась сильнее, закрывая рот рукой. А затем забежала обратно в дом. Они вошли, оглядываясь по сторонам. Здесь было чисто, но бедно. Комнате не хватало мебели. Молчали. Крылатые опустили головы. Одного поддерживала любимая, другого названая сестра. Бинар встал у окна, выглядывая из-за шторки на прохожих. Катарина нарушила тишину.

— Ирима, верно?

— Когда-то была, — срывалась на писк старушка, разглядывая сыновей. — Прости меня Раси, — прошептала она.

— За что? — в глазах дерзкого волка появились слёзы.

— Что не смогла уберечь, — хлюпала. — Таос пожелал забрать тебя с собой. Ты ещё крошечный был! Помню, как держала на руках, завернутого в кулёчек. Как передали существу.

— Как тогда он оказался у нас? — очнулась Ри, вопрошая.

— Не знаю. Наверное, существо вернуло жрицам. Я к тому моменту уже сбежала, — глухо говорила она, руки тряслись.

— А я попал к Уне, — заключил Рас.

— Хорни, сынок. Ты был со мной. Я сбежала сразу после произведения тебя на свет. Скрывалась. Но однажды жрицы нашли меня. Я тогда неподалёку от Праса проходила. Ты уж прости старуху! Оставила тебя Сиду! Он не лучший кандидат на роль родителя! — чёрный поднял глаза, полные злобы, вскочил и выбежал прочь. Ри поспешила за ним.

— Он отойдёт, — присела Катарина рядом и взяла её за руку.

— Я просто пыталась его защитить. Забирать обратно чёрного волчонка, который засветился на весь город, было опасно, — посмотрела на Раса. — Я не знала, где ты, сынок. Искала по всей планете много лет. В случае с Хорни было проще. Могла навещать. И то украдкой, — вытерла слёзы. — С годами надежда истлела, и я поселилась тут, подальше от Грика. Взяла новое имя. Заняла дом.

Катарина уловила смысл сказанного и призадумалась. Супруг зазвучал в голове, проникая в сознание: «У волков нет денег. Мы занимаем жилище в связи с имеющимся статусом. Иерархия подразделяет на группы. Рытные — работники кратера смерти. Реи — разведка. Сима — связные. Валды — охраняют дворец и столицу. Мунры — артиллерия. Тиады — занимаются искусством во всех его проявлениях. Вето — члены высшего совета. Есть ещё жрицы, и Бархи — вредители». «Чем выше статус, тем лучше дом. Понятно. Удобно. Мы люди совсем с этими деньгами запутались». Супруг хохотнул. Ирима сощурилась.

— У вас сильная связь. Наслышана о тебе, колдунья. Не знаю, как благодарить, что нашла меня! — сердобольно тараторила волчица.

— Подари любовь сыновьям. Дай им то, чего были лишены все эти годы.

Ирима робко встала, подошла к Расу. Тот вскочил с места и горячо обнял, уткнувшись носом в плечо. Волчица рыдала, и он прослезился. Но тут же пригрозил, что если проболтаемся, уничтожит. Они рассмеялись.

Хорн вскоре остыл и начал общаться с матерью. Как ни странно уговорил его брат. Они изначально недолюбливали друг друга, издевались. Иронично, что оказались кровной родней. Рас привёл контраргумент:

— Наш отец последняя тварь! Она не виновата, что он её выбрал! И что весь мир был против нас! — чёрный сдался.

Как и обещал Бинар, вся Альфа горела огнями и праздновала свадьбу Дока и Лаи несколько дней. Пусть правитель немного припозднился, но слово сдержал. Катарина сбежала от шумной толпы, прокралась в спальню сына и украдкой смотрела, как он спит посапывая. В темноте серебристая кожа сияла ярче, обычного. «Моему мальчику никогда не понадобится ночник», — пошутила она, и сама тихонечко рассмеялась. Талию обвили сильные, белые руки. В огромной груди громко стучало сердце.

— Когда-то давно ты сказала, что никогда не будешь моей, — прошептал он игриво. — Помнишь, что я ответил? — Креон повернулся на другой бок, чмокая губами.

— Что буду. И не раз.

Развернул её лицом, подхватил на руки и отнёс в спальню. Они утопали в объятиях, руки скользили по массивной груди, шее, крепкому торсу. У Катарины словно крылья выросли за спиной. Бинар слегка отпрянул дразня.

— У нас вся жизнь впереди, — прошептал в лицо, обдавая горячим дыханием. — Долгая, счастливая жизнь.

— Люди не живут так долго, — поспешила вернуть его с небес.

— На Кануме все живут долго. Я не отпущу тебя, по меньшей мере, ещё тысячу лету, — оскалился и накрыл собой.

Конец.

Content

Анна Богарне
Наследство Катарины. Книга 4
Крылатый демон. Часть 2

Глава 1 Кая

Глава 2 Гости

Глава 3 Союзники

Глава 4 Из-за тебя

Глава 5 Интрига

Эпилог