Вечерина Анастасия

Исповедь мотылька

ПРОЛОГ

Лучи солнца прямыми яркими стрелами прорывались сквозь неплотно задернутые занавески. В пятнах света кружились пылинки, солнечные зайчики прыгали по стенам. Один из них нахально светил мне в правый глаз, отражаясь от пряжки пояса, валявшегося на полу. Пояс лежал поперек туфельки на высоком каблуке. Туфелька покоилась на смятой белой блузке, а блузка — на моей черной короткой юбке. Кружевной чулок того же цвета висел на подлокотнике кресла, стоявшего рядом с кроватью. Второго чулка и второй туфельки нигде не было видно…

Я улыбнулась. Никогда не замечала за собой привычки раздеваться быстро и с размахом, но вчера ночью все пошло кувырком! Вообще, с этим парнем все идет кувырком — мои привычки, мои принципы, мой устоявшийся образ жизни: все переворачивается с ног на голову!

Вставать не хотелось. В щёлку между шторами был виден кусочек моего двора, знакомого с детства. Заснеженные крыши соседних домов, заиндевевшие деревья, клубы пара, вырывавшиеся изо рта случайных прохожих… и солнце! Оно было везде — отражалось от снега на земле, искрилось снежинками в воздухе, ярким светом заливало комнату. Кажется, уже давно перевалило за полдень. Надо же так спать!

Я закинула руки за голову, сладко потягиваясь. Ммм-м-мммм! Как же здорово вот так просыпаться…

Что-то кололо мне спину в районе лопатки. Я повернулась. Половина кровати рядом со мной была пуста. Того, кого я ожидала там увидеть, рядом со мной не было. Вместо него на соседней подушке лежала роза. Видимо, он успел сходить за ней, пока я спала, и положил на подушку рядом со мной, чтобы, когда я проснулась, то…

Я вновь улыбнулась. Чёрт, никак не привыкну к его сюрпризам! Умеет же он застать меня врасплох, сделать что неожиданно-приятное…

К стеблю розы была приколота записка. Я потянулась, ойкнула, когда один из шипов царапнул мою обнаженную грудь, натянула одеяло до подбородка, после чего наконец-таки добралась до сложенного вчетверо тетрадного листка. Развернула и… долго протирала спросонья глаза, пытаясь прочитать и уложить в сознании те несколько коротких слов:

«Спасибо за все!

Ты очень милая.

Прощай…»

ГЛАВА 1

Жизнь (прошу прощения за небольшое философское отступление, прежде чем будет понятно — что за историю я собираюсь рассказать) порой напоминает мне побережье какого-нибудь заброшенного морского залива.

День за днем волны разной величины — то длиннее, то короче — накатываются на берег. Порой просто так, а порой выбрасывая что-то новое из морских глубин. Это может быть и пустая раковина рядом с обломком затонувшего корабля, и записка в бутылке рядом с дохлой рыбиной, и еще нечто такое, что вы с трудом сможете описать. Назовите любой предмет — сколько бы причудлив и загадочен он не был — и будьте уверены, что рано или поздно он будет выброшен на этот берег. Или уже был выброшен когда-то. Водоросли и камни, обломки и пена, странные случайности и человеческие судьбы, россыпи миров и миллиарды песчинок могут встретиться тут и лежать рядом, спокойно соседствуя какое-то время. До тех пор пока следующая волна не унесет одно из них, или не выкинет какой-нибудь новый неожиданный сюрприз.

Подобно той же причудливой игре морской стихии, нас выкидывает в странные места и побережья, среди водоворотов непонятных событий, предметов и людей. Иногда кого-то, к кому мы уже привыкли (а иногда и нас самих), слизывает очередная волна и на побережье становится пустынно. На какое-то время… А потом из морских глубин выкидывает новый предмет.

Бывает так, что по вине какой-то случайности или чьего-то странного чувства юмора два «знакомых» друг другу предмета вновь оказываются рядом на том же пустынном побережье. Или на каком-то другом. Вероятность такого явления, наверное, ничтожно мала, но кто возьмется утверждать, что оно невозможно? Море любит преподносить сюрпризы! Хотя… кто возьмется утверждать, что оно на самом деле любит?

Оно не бывает неподвижным, и в то же время никуда не двигается. Вы никогда не увидите двух одинаковых морских пейзажей, и в то же время все происходящее уже было когда-то. Его волны накатывались на этот берег тысячу лет до нас. И будут продолжать делать это, даже когда нас не станет. Порой лениво и нехотя, порой — с силой и ожесточением. Невозможно угадать, какими они будут завтра. Наверно, их движение подчинено каким-то законам и правилам, о которых нам известно очень мало. А может никаких правил и нет? И каждая волна делает так только потому, что так делали сотни волн до нее? И она старается поступать как все, и, несмотря на отклонения в частности, в среднем результат будет тот же. Хотя каждая волна в чем-то неповторима и не похожа не предыдущие.

Наша жизнь так же подчинена странным законам, о которых мы порой имеем весьма смутное представление. Кто, когда и зачем их создал? Половину вещей в своей жизни мы совершаем, не задумываясь о том, зачем это нужно именно нам. Просто так делают все. Просто так принято и так положено. Кто именно принял и положил — не знает, наверное, даже это седое море.

Мы проводим жизнь в погоне за странными иллюзиями, словно пытаемся достичь морского горизонта. Кому-то этих иллюзий хватает на всю жизнь, а кто-то сумеет быстро догнать свою и, поняв, насколько обманчивой и ненужной была эта цель, находит себе новую. Чтобы вновь бежать за ней вдаль, вслед ускользающей дымке морского горизонта…

Мы мечтаем, что вот когда-нибудь… Сначала, еще в детстве, мы мечтаем стать чуть постарше, например, как те подростки из нашего двора, чтобы жить, как нам захочется. Подростками мы становимся, но вот мечты наши почему-то не сбываются. И мы мечтаем стать взрослыми, уйти от родителей, стать свободными и независимыми, как это море, начать, наконец, жить так, как нам нравится и делать только то, что хочется. Мы взрослеем и понимаем, что до свободы нам все так же далеко, хотя с родителями мы уже давно не живем. И начинается новая погоня за чем-то еще, что может нам помочь наконец-то обрести желаемое. Мы не спим ночами, отказываемся от чего-то, выбиваемся из сил, строим планы и интригуем, не понимая в то же время, что волны-то катятся, не останавливаясь ни на секунду…

И вот когда мы, наконец, добились своего, когда достигли своей последней и окончательной цели, когда уже готовы прервать эту нескончаемую погоню по морской глади и начать жить по-настоящему, нам вдруг говорят: «Поздно! Ведь это-то и была настоящая жизнь…»

* * *

Его я встретила промозглым декабрьским вечером на самой обычной улице нашего города. Зима в том году никак не хотела устанавливаться окончательно, вялые морозы сменялись неожиданными оттепелями, мокрый снег — дождем, а если и было что-то постоянное тогда, так это унылое настроение, буквально-таки висевшее в воздухе.

Наверное, только он мог в такой обстановке жизнерадостно улыбаться всем прохожим. Люди с согнутыми спинами и поникшими головами невольно отводили глаза при его приближении, а потом оборачивались вслед, недоуменно переглядываясь…

Он догнал меня и несколько мгновений шел рядом. А потом просто повернул голову и сказал: «Привет!». Я никогда не знакомлюсь на улице, а тут… Даже захотелось ответить. Весело так, с улыбкой. Но я лишь скосила глаза на секунду, смерила его надменным взглядом и продолжила свой путь.

Его это ничуть не обескуражило. Он по-прежнему шел рядом со мной, не глядя в мою сторону. А пройдя несколько шагов, снова повернул голову и весело бросил: «Привет!». И снова отвернулся, не дожидаясь моего ответа. И снова мы шли рядом какое-то время. А потом опять вдруг: «Привет!»

Я остановилась. «Молодой человек, послушайте…» Слова гневной отповеди, доступно объясняющие этому субъекту всю несвоевременность его приставаний, уже были готовы сорваться с моих губ. Но он и не собирался слушать меня, преспокойненько топал дальше, даже, вроде бы, не обращая на меня внимания. Я почувствовала себя глупо. Стоять на улице одной, непонятно к кому обращаясь и непонятно с кем разговаривая, выглядело, мягко говоря, странно. Мне ничего не оставалось, кроме как отправиться вслед за ним. А он как будто нарочно сбавил темп, дождался, пока я догоню его, и снова пошел рядом, не глядя на меня и ничего не говоря.

Когда в мою сторону полетела очередная улыбка, и рядом со мной прозвучал очередной «Привет!», я сдалась. «Ну, хорошо, привет…» Буркнула это сквозь зубы, сама на себя злясь. Вы думаете, на меня хотя бы взглянули???

Вместо этого он по-прежнему бодро шагал рядом, как будто мы старые знакомые, время от времени окидывал меня насмешливым взглядом и говорил: «Привет!», но чаще всего даже не смотрел в мою сторону.

Я еще раз сказала ему: «Привет», уже менее раздраженно, даже попыталась чуть-чуть улыбнуться, потом разозлено бросила: «Ну, привет-привет, дальше-то что?», но, как и следовало ожидать, не добилась никакого результата.

Нет, это уже становилось просто невыносимо! Идти рядом с каким-то незнакомцем, слушать его приветы, выглядеть полной дурой… В конце концов, я не какая-нибудь 16-летняя девочка, чтобы со мной такие шутки шутить. За кого он меня принимает? Из детского возраста я вышла давно, а всякие дурацкие заигрывания меня только раздражают. Кто он вообще такой? Сумасшедший? Просто парень, который решил подурачиться? Или самый главный раздражитель сегодняшнего дня? Как будто мало их и без него было… Чего он добивается? Достать меня окончательно? Вывести из себя? Или это просто чья-то глупая шутка? Нелепый розыгрыш? Может, меня снимает скрытая камера? Этого только не хватало!

Самое дурацкое было то, что я почему-то с трудом сдерживала улыбку. Не знаю почему, но эта ситуация, несмотря на весь свой абсурд и нелепость, меня странным образом забавляла и смешила. Представляя со стороны, как я выгляжу, я готова была убить этого парня, но в то же время не могла не признать — какой же он все-таки обаятельный…

И снова: «Привет!»

Вот блин!!!

— Слушай, ты кто? Что вообще тебе от меня надо? У меня был сегодня не лучший день, а тут еще… Ты вообще другие слова знаешь, кроме этого своего «привета»?

— Конечно!

О чудо! Он ответил!!! И даже остановился посреди улицы, повернувшись в мою сторону. Я невольно остановилась тоже, глядя на него завороженными глазами, каждую секунду ожидая какого-то подвоха. А он медленно-медленно улыбнулся и произнес:

— Конечно, знаю. Например, «добрый вечер!»

Тут уж я не могла сдержать улыбку. Да что там улыбку! Закрыв лицо руками, покраснев до кончиков ушей, я хохотала посреди улицы, не обращая внимания на прохожих… Взрослая женщина, растерявшая на миг всю свою надменность и почувствовавшая себя ребенком на детской площадке. Надо же довести меня до такого!

Но, как оказалось, это было только начало…

* * *

Хмурое, пасмурное утро. Снег. Третий день подряд не видно солнца. Флегматичные дворники вяло скребут дорожки лопатами, зная, что завтра придется делать это снова. Я уткнулась лбом в холодное стекло окна, разглядывая случайных прохожих сквозь ледяные узоры.

Сегодня воскресенье, выходной день. Но отдыхать почему-то не хочется. Наверное, я бы уж лучше пошла на работу. Там хоть какое-то занятие — бегаешь, суетишься, крутишься. Вот как эти снежинки, что танцуют в воздухе свой замысловатый и бестолковый танец, прежде чем закончить путь в каком-нибудь придорожном сугробе. Порой мне кажется, что в моей работе столько же смысла. Но ведь так делают все, и до поры-до времени этого аргумента оказывается достаточно для многих из нас. Разве нет?

Я бесцельно крутила в руках кружку уже остывшего зеленого чая, которого налила себе в тщетной попытке взбодриться. Обоняния касался аромат жасмина, от кружки еще шел пар, и мысли мои вместе с этим паром уносились куда-то далеко и терялись в воздухе где-то там, на улице, среди снега.

Телефон молчал. Про моего нового знакомого (думаю, излишне упоминать, что после того случая мы все же познакомились) я уже стала как-то забывать, тем более что он не объявлялся несколько дней. Хотя номер телефона взял… Да что там «взял»! Просто-таки выведал и заставил сказать! Несмотря на все мои отговорки!

* * *

В тот вечер он проводил меня почти до дома. Мы прогулялись, поболтали… Он рассказывал какие-то забавные истории, постоянно смешил меня. С ним было как-то легко и беззаботно, так что я на какое-то время даже расслабилась и забылась. У меня был тяжелый день, о котором не хотелось вспоминать, хотелось отвлечься, а с ним это оказалось так просто — всего лишь идти рядом, разговаривая о чем-то, и мысли сами улетают куда-то, а слова связываются в веселый и непринужденный разговор…

Мда, иногда случайные попутчики, которых выкинуло на наш берег благодаря причудливой игре волн, оказываются на удивление интересными и понятливыми собеседниками.

Но за несколько кварталов до моего дома привычка быть осторожной в общении с мужчинами все же взяла верх, и мне почему-то не захотелось, чтобы он знал, где я живу. Поэтому я, «вспомнив», что мне надо еще зайти в магазин и в несколько других мест, предпочла попрощаться с ним на улице, а не на пороге собственного подъезда.

Он ничуть не был обескуражен таким поворотом событий (или сумел хорошо это скрыть!). Напротив, все с той же доброжелательной улыбкой он сказал, что был рад поболтать со мной и пожелал мне удачного вечера. И даже не предпринял попытки взять мой номер телефона. Чем, признаться, была немало обескуражена я!

Нет, давать свой телефон ему я не собиралась, но почему-то была уверена, что он это сделает. А он просто улыбнулся на прощание и… ушел.

Хотя нет, он еще успел сказать что-то о том, что если в целом городе с многотысячным населением я повстречала сегодня именно его, а он — меня, то, наверное, это неспроста. И что-то там еще добавил про судьбу, про предопределение и предназначение. Я сказала, что это просто совпадение, на что он тут же возразил: «Может и так, но… Вот если мы встретимся еще когда-нибудь… совершенно случайно… на улице или где-то еще, то… ты дашь мне свой номер телефона!» Я рассмеялась в ответ — таким забавным показалось мне это предложение (…случайно встретиться еще раз в многотысячном городе… судьба… неужели он верит в такие романтические бредни? …вот мальчишка!) — и пообещала так и сделать.

И вот тогда он улыбнулся этой своей довольной улыбкой Чеширского кота и ушел. А у меня, как у Алисы в стране чудес еще продолжала висеть перед глазами эта его улыбка…

Эх, как мало надо женщине, чтобы растаять! Впрочем, обаятельные и уверенные в себе мужчины всегда были моей слабостью. А этот был какой-то… не знаю даже, как описать. В общем-то, ничего особенного — высокого роста, темноволосый, не сказать что красивый, но симпатичный. Пожалуй, его можно было бы назвать обычным, если бы не одна неуловимая деталь… затрудняюсь ее точно охарактеризовать, но именно про таких мужчин чаще всего говорят: «В нем что-то есть!»

«Эй, подруга, хватит летать в облаках! — сама себя одернула я. — Пора спустится на грешную землю, у тебя еще тут дела!»

И действительно, надо было возвращаться. Вынырнув из своих сладких грез, я вновь ощутила себя замерзшей и продрогшей, стоящей на холодной улице возле магазина. И зачем только придумала эту глупую отмазку? Ладно, в магазин и правда надо было забежать. Даже не в один. Да и еще в пару мест.

Собрав волю в кулак, бодро шмыгнув носом и зябко поежившись, за полчаса я обежала все нужные мне места. Вот интересно, куда пропадают разом все обаятельные мужчины, стоит только девушке отправиться в магазин? Как глазки строить, так они тут как тут, а как помочь что-нибудь донести или хотя бы просто не толкаться… Впрочем, чего ворчать, сама же виновата. Наверное. Но от этого не легче.

В последнем из них (это про магазины… а вы думали — про мужчин?) я, уже находясь, можно сказать, на полпути к дому, столкнулась между прилавками с внезапно вышедшем из-за поворота парнем. Отшатнулась, подняла глаза… Он тоже на миг отстранился… а потом улыбнулся своей неподражаемой улыбкой, чуть наклонив голову на бок и глядя на меня как-то насмешливо и тепло одновременно.

…и я поняла, что мне придется-таки сдержать данное полчаса назад обещание!

* * *

Все это было несколько дней назад. А потом он куда-то исчез. Первые два дня я все же ждала его звонка, хотя и не хотела самой себе признаваться в этом. Напускала на себя суровый вид, придумывала, как я буду вести себя в следующий раз, чтобы не выглядеть ошарашенной и смущенной девчонкой. Потому что в первый раз я, наверное, выглядела именно так. Нельзя же допустить, чтобы это продолжалось! А потом снова принималась одергивать себя, совершенно отчетливо понимая, что следующего раза может не быть. Ну, встретились мы с ним совершенно случайно, ну, взял он у меня телефон. Это ведь никого ни к чему не обязывает, так?

Потом я перестала вспоминать свое забавное дорожное приключение, появились какие-то новые дела и заботы, а заодно появилась легкая обида и разочарование («неужели так ничего и не будет дальше? зачем тогда это все?»), но и они как-то быстро прошли. Я уже начала подзабывать эту историю, когда однажды телефон все-таки позвонил, и, сняв трубку, я услышала знакомый голос:

— Ты любишь сюрпризы?

— Я… что?

— Ты любишь сюрпризы?

— Воспитанные люди сначала здороваются.

— Я — невоспитанный. Мы это уже выяснили в прошлый раз. Так ты любишь сюрпризы?

— От невоспитанных молодых людей? Как-то не очень…

— Жаль. А то твой гороскоп утверждает, что у тебя сегодня день сюрпризов. И что судьба преподнесет тебе много приятных неожиданностей!

— МОЙ гороскоп? Слушай, ты ничего не путаешь? Откуда ты знаешь, кто я по гороскопу? Я не говорила тебе, когда у меня день рождения!

— Делов-то… Я еще и не такое знаю. Например, скоро тебе позвонят в дверь. Можешь уже идти открывать.

— Мне? В дверь? Кто???

— Вот видишь — ты не знаешь. А я знаю. Но ничего, это дело поправимое. Иди открывай — заодно и исправишь положение.

В это время и правда раздался звонок в дверь. Я пожала плечами

Хм… Кто бы это мог быть? И откуда ОН мог знать об этом? Совпадение? ОПЯТЬ???

Странно, очень странно…

Сбитая с толку и запутавшаяся окончательно, я пошла открывать дверь. На пороге стоял большой букет цветов, из-под которого торчали чьи-то ноги, а между стебельками цветов я, чуть-чуть приглядевшись, разглядела все ту же обаятельно-нахальную улыбку.

Думаю, лишним будет упоминать, что мой новый знакомый моего адреса не знал, я ему его не говорила. И если уж он мог хотя бы предполагать — где находится мой дом (хотя бы в каком районе), то уж квартиру не знал точно!

На пару минут я, что называется «выпала в осадок». В голове крутились какие-то обрывки мыслей, я бестолково хлопала ресницами и не могла ничего сказать…

Сейчас самой немного стыдно вспоминать, но в тот момент я была как глупая школьница, которой впервые в жизни подарили цветы вместо того, чтобы дернуть за косички.

«ПОЗДРАВЛЯЮ С ДНЕМ СЮРПРИЗОВ!» — весело продекламировал он и вручил мне букет. На меня пахнуло облаком цветочного аромата, капельки на розовых лепестках плясали у меня перед глазами, предательски выдавая мелкое дрожание моих рук. Я выдавила из себя: «Спасибо!». Не давая придти в себя, он обнял меня свободной рукой и чмокнул в щеку. У меня не было сил сопротивляться. Да и не хотелось…

Все это продолжалось буквально несколько секунд. Потом я стряхнула с себя то странное оцепенение и постаралась вернуться в реальность.

— Спасибо еще раз… А…слушай… как ты вообще узнал мой адрес? И что я буду дома? И вообще…

— Смешная ты! — он лишь загадочно улыбнулся.

— Ну, ответь!

— Лучше ты скажи — понравился тебе мой сюрприз? Или неожиданностями от невоспитанных молодых людей тебя трудно обрадовать?

— Ну что ты… Понравился, даже очень! А…вот…скажи, — в моей голове крутилось столько вопросов, что я даже как-то растерялась, не зная — с чего начать.

— Знаешь, — не давая мне договорить, перебил он меня. — сейчас я немного занят, но сегодня ближе к вечеру освобожусь и позвоню тебе. Мы с тобой встретимся и куда-нибудь сходим. Договорились?

— Хорошо, — прошелестела я, все еще не в силах придти в себя окончательно. — Как скажешь…

— Вот и отлично. До вечера!

Он побежал вниз, весело прыгая через ступеньки. В моей голове по-прежнему была каша, которую я с большим трудом удерживала от того, чтобы она не полезла наружу. Откуда он узнал мой адрес? Почему не позвонил раньше? Кто он вообще такой и откуда взялся???

— Да, кстати, — на последней ступеньке он вдруг остановился. — А ты на коньках кататься умеешь?

— На коньках?…На каких конь…а-а-а! …вообще-то я на них даже стоять не умею… с трудом… ну, то есть в детстве когда-то…

— Ладно, это даже лучше. Веселее будет! — снова улыбнулся он, не дослушав меня. — До вечера!

И исчез.

* * *

Что было потом — у меня до сих пор плохо вспоминается. Почему-то в такие моменты нам кажется, что столько всего случилось, столько произошло, но когда мы беремся об этом рассказать, то оказывается, что кроме собственных разбросанных мыслей и путанных эмоций и вспомнить-то нечего. Но я постараюсь.

Так… Надо бы привести мозги в порядок. И нечего тут стоять под дверью, подруга, иди хотя бы цветы в воду поставь! А красивый букетик все-таки… Кажется, у парня есть вкус! И пахнет так классно…

Сам он, кстати, тоже обалденно пахнет! Такой тонкий, чуть заметный аромат парфюма с легкой горчинкой, как я люблю. Вообще от него волнами исходит какое-то странное обаяние, нечто такое истинно мужское, что пробуждает во мне нечто такое… истинно женское!

Эй, подруга, не расслабляться! Ты же не позволишь, чтобы тебе так быстро вскружили голову, да? Ну-ка, соберись! Что-то тут не так… Что-то странное происходит в твоей жизни, что-то такое затевается, а ты даже не знаешь! Ты ведь не хочешь быть послушной игрушкой в руках мужчины, верно?

Верно. Хотя на самом деле…хочу…как не стыдно в этом признаваться. Порой хочется быть маленькой и беззащитной. Ну, хоть чуть-чуть! Можно? Слишком долго я оставалась одна. Надоело быть сильной, надоело со всем справляться одной. Можно я представлю себе, что я — маленькая девочка, которой хочется, чтобы ее пожалели, погладили по головке, а она бы свернулась клубочком и мурлыкала в сильных мужских руках… Можно, да?

Эй!!! Ну, ты совсем растаяла! Так нельзя!!! Возьми себя в руки и не поддавайся!

Ты ведь не сдашься так быстро, ага? Мы еще покажем ему — кто тут в кошки-мышки играет! С кем он тут шутить вздумал? Не на ту напал!

Та-а-ак! В следующий раз обязательно надо будет расспросить его хорошенько — кто он такой, откуда взялся, просто-таки ворвавшись в мою жизнь, почему так себя ведет и вообще… У меня накопилась к нему целая куча вопросов, которые мне не давали покоя и которые я даже с трудом могла сформулировать. И лучше бы мне сейчас не рисовать радужные картины маслом по хлебу, а постараться разобраться во всем. На самом деле — кто же он такой? И почему себя так ведет? Вроде, даже он казался мне смутно знакомым, как будто я его где-то видела раньше. Может, и правда? Нет, пожалуй, я бы запомнила. Тогда просто какой-нибудь влюбленный мальчишка с романтическими замашками? Хм, да вроде не похож… По повадкам скорей угадывается опытный самец, который ищет очередную жертву.

Стоп! Откуда во мне столько подозрительности и негатива по отношению к нему? С чего я вообще решила, что у него есть какие-то там планы относительно меня?

Но ведь, наверное, он заинтересован во мне — не просто же так устроил весь этот аттракцион?

Ладно, когда мы встретимся в следующий раз, то… Погоди-ка! Это следующий раз будет уже совсем скоро, я же договорилась с ним встретиться сегодня… кажется…или нет?

Блин, совсем мозги запудрены, ну как так жить? Надо срочно приходить в себя и начинать соображать. Да, что-то он говорил про то, что занят, но вечером освободится и зайдет за мной…или не зайдет? Вроде, он не говорил, что зайдет, но говорил, что мы куда-нибудь сходим. И еще что-то там было про коньки… Черт, какие коньки, зачем я согласилась? Как я буду выглядеть на катке с разъезжающимися ногами??? По-моему, не очень привлекательно. В последний раз я стояла на коньках лет в восемь.

Хорошенькое занятие для взрослой женщины, которая пытается сохранить остатки достоинства и не выглядеть смешной малолетней девчонкой! Но в то же время не хочет остаться с носом. Что лучше — быть гордой и неприступной, или не быть одной? Извечный женский вопрос…

Так! Чего это ты себе уже напридумывала, подруга? Закатай губёнки назад и лучше начинай собираться и прихорашиваться, а то так и останешься со своими мечтами у разбитого корыта.

И вообще, почему, собственно говоря, мне так хочется быть привлекательной для него? Тоже мне нашелся! …Но вообще-то… не идти же одетой чёрт знает как!

Блин! Время-то уже! А я все сижу. Даже не заметила, как быстро пронеслись эти несколько часов. Вроде только что закрыла за ним дверь и букет поставила… Черт!!!! С этими дурацкими размышлениями теперь придется идти не собранной?

Ну, уж нет! Надо предстать пред ним во всеоружии! А что же надеть-то? С этими коньками даже не знаю… Надо же было такое придумать! Конечно, ему хорошо надо мной издеваться, выдумывать там не знаю что, а у меня тут всемирный армагеддон, вселенский потоп и конец света в отдельно взятой косметичке… А время-то идет! Надо бы поторапливаться!

Я жестом, знакомым любой женщине, распахиваю дверцы шкафа и начинаю судорожно перебирать плечики — не то, не то… Опять не то…Совсем не то… То, но не совсем…

Ну почему нужных вещей никогда ни оказывается под рукой в тот самый момент, когда они нужны? Ничего не найдешь… бардак — мой верный спутник… а еще считаю себя аккуратной девушкой. Не хватало еще, чтобы он увидел меня в таком виде — растрепанную, запыхавшуюся…

Когда на диване скопилась уже гора одежды, я наконец-то остановилась на джинсах с вышивкой и обтягивающей кофточке. Еще раз посмотрелась в зеркало и осталась вполне довольна собой. Немножко поправить прическу, добавить капельку духов — и…

А вообще — чего я так ношусь? Он ведь может и не появиться даже. С него станется. Опять пропадет на неделю. Или даже совсем пропадет… или…

Звонок в дверь!!!

Черт, еле-еле успела… так, отдышаться чуть-чуть… вот… ну, теперь держитесь, все парни мира!

* * *

Когда я открыла дверь, то… никого не увидела. Лестничная клетка была пуста!

Хотя нет… перед дверью, прямо у моих ног лежала небольшая плюшевая игрушка — смешной мохнатый медвежонок, который, когда я взяла его на руки, вдруг начал громко смеяться забавным мультяшным смехом. А в лапках у медвежонка оказалась коротенькая записка, которая гласила, что если я уже успела собраться, то внизу меня ждет ОН в таком же хорошем настроении, как и этот медвежонок. Ну, как тут сдержать улыбку?

Некоторая нервозность, которая присутствовала во мне все это время, как-то сразу улетучились. Я выдохнула (на всякий случай!) и быстренько сбежала по ступенькам, не забыв, конечно, предварительно усадить плюшевого мишку на тумбочку под цветами.

Внизу меня и правда ожидал мой новый знакомый. Он улыбнулся своей вечной жизнерадостной улыбкой и пошел мне навстречу, а я поймала себя на мысли, что тоже невольно улыбаюсь ему в ответ.

— Привет! — когда он чмокнул меня в щеку, то я даже как-то и не подумала сопротивляться. Все было настолько естественно и словно само собой разумеющимся…

— Привет…

— Чудно выглядишь! Долго собиралась?

— Да нет…не очень, — я почему-то засмущалась, заметив насмешливые искорки в его глазах. Было такое ощущение, что ему все известно. И как он только догадался про мои лихорадочные сборы и сумасшедшую беготню по комнате? Вот блин! Неужели это так заметно?

— Классный узорчик! — он кивнул на мои любимые джинсы. — У моей младшей сестренки на пижаме такой же.

Я зарделась еще больше, не зная — считать ли это комплиментом или наоборот. Похоже, он надо мной все-таки издевается! Захотелось его стукнуть куда-нибудь… куда дотянусь… но не сильно и больно, а как-то ласково.

— Да ну тебя…

Я пихнула его в плечо, а он рассмеялся и, обняв меня одной рукой за плечи, повел к машине.

Сейчас вспоминая те моменты, я отдаю себе отчет, что находилась словно в каком-то трансе, действовала как во сне. Но это сейчас. Тогда я ни о чем подобном не думала.

— Слушай, а куда мы едем?

— Ну, зачем же портить сюрприз? — он снова улыбнулся мне, и было в этой улыбке, да и во всем его поведении, нечто такое успокаивающее и умиротворяющее. Дескать, не думай ни о чем, девочка, расслабься, я уже обо всем позаботился.

Что ж, ладно. Поиграем по твоим правилам. Пока…

Доехали мы быстро, тем более что он, не давая мне ни о чем задуматься, постоянно что-то говорил, спрашивал, развлекал меня непринужденной беседой. Я, конечно, постаралась направить эту беседу в нужное русло, и выведать у него все, что мне хотелось знать. Но как-то не очень получалось — он либо отшучивался, либо все с той же легкой иронией уходил от моих вопросов, элегантно уворачиваясь.

— Может, расскажешь мне немного о себе? А то я даже не знаю — ты кто?

— Хм. Без рифмы и не скажешь!

— Ну, серьезно…

— А что серьезного можно ответить на такой вопрос? Я — это я, веселый молодой человек, с которым у тебя есть небольшой шанс пообщаться. Но ты можешь меня называть «О, несравненный!» Я не обижусь.

— О как! Несравненный, а ты ведь тоже обо мне ничего не знаешь! Тебя не смущает? А вдруг я замужем?

— Отлично! Как будем шифроваться?

— Вот здрасте! А если у меня муж — жуткий ревнивец? Не боишься?

— Ну, в командировки-то он ездит?

— Ладно, я пошутила. Я не замужем, но у меня есть молодой человек.

— А у меня дома есть рыбки. Ну и что?

— Вообще-то мы собираемся пожениться через месяц.

— Значит, я — твой последний шанс одуматься.

— Я твердо решила и не передумаю!

— Ты знаешь, я давно хотел на чьей-нибудь свадьбе нажраться…ой, прости — погулять на свадьбе.

— Ты думаешь, я тебя приглашу?

— Если ты думаешь иначе, то у тебя есть еще месяц, чтобы передумать.

— Ладно, хватит прикалываться. Нет у меня никакого парня. Только скажи хотя бы — ты работаешь, учишься? Где? Кем?

— Учиться я уже закончил, освоил курсы хитро-мохнатых и получил должность старшего саблезубого хомячка. Сейчас работаю в открытом акционерном обществе закрытого типа «ЛУЧШИЕ ПАРНИ РФ». Мы производим аппараты по созданию хорошего настроения. Как раз сейчас вышла новая партия, могу опробовать их действие на тебе!

Ну что с ним поделаешь? Я рассмеялась и оставила бесполезные попытки вызнать хоть что-нибудь. Тем более, что мы уже подъезжали… к какому-то дому. Выйдя из машины и стоя у подъезда, я наконец-то чуть-чуть отрезвела и постаралась сбросить с себя то весело-расслабленное настроение, которым он запудрил мою бедную голову. Стоп-стоп-стоп! Куда это меня привезли? Что это еще за шутки? Или он и вправду думает, что… Кажется, парнишку пора поставить на место!

— Тэк-с…Ну и куда это мы приехали?

— Сейчас увидишь.

— Ну, уж нет! Я хочу узнать это прямо сейчас.

— Вот и очень хорошо! Прямо сейчас и узнаешь. Пойдем!

— Никуда я не пойду, и уберите руки, молодой человек, не надо меня обнимать. Пока ты не скажешь — куда и зачем мы идем, я с места не сдвинусь.

— Ну, если ты предпочитаешь стоять тут — ради бога!

Он с невозмутимым видом направился к подъезду, а я осталась стоять, как дура, посреди улицы. Да что же это такое? Сегодня день глупых ситуаций? Может, не стоило так резко?

— Погоди! Ну все-таки… Это — твой дом? Ты привез меня к себе? Зачем?

Он взглянул на меня удивленными глазами, будто не понимая, о чем я говорю. Потом, неожиданно «прозрев» и сообразив, улыбнулся насмешливо и ехидно.

— Милая, не льсти себе. Это — не мой дом, я не буду тащить тебя к себе в квартиру, и, самое главное, спать с тобой сегодня я не собираюсь.

Меня как будто с размаху окунули в холодную воду. Очень отрезвляюще! И правда — чего это я о себе возомнила? С таким обаянием ему наверняка есть с кем скоротать вечер и без меня. А я тут еще выкаблучиваюсь… Хотя и он тоже хорошо! Зачем постоянно надо мной издевается и провоцирует неизвестно на что? А я потом стой тут как дура, не зная, что ответить…

Он подошел ко мне, заглянул в глаза. И уже не было в нем прежней насмешливости, голос звучал как-то просто и искренне:

— Ладно, не дуйся, ты же не шарик. Все будет хорошо! Я всего лишь приготовил тебе маленький сюрприз. Надеюсь, он тебе понравится. А если нет — сможешь уйти в любой момент, когда захочешь.

Мне стало неловко за свои подозрения и захотелось тут же попросить у него прощения. Но я не собиралась сдаваться так легко:

— Я и не дуюсь! Просто не привыкла к тому, чтобы кто-нибудь так вел себя со мной, — передернув плечами и гордо вскинув голову, я старалась напустить на себя самоуверенный и независимый вид.

Но он смотрел на меня сверху вниз, насмешливо и снисходительно, как смотрит взрослый на проделки маленькой девочки. Под его взглядом я как-то съежилась и, виновато шмыгнув носом, спросила, просто для того чтобы сказать что-нибудь:

— А что за сюрприз?

— Вот сейчас и увидишь. Ну, пошли?

Он подставил мне согнутую в локте руку, и я, уцепившись за нее, бодро потопала навстречу таинственному сюрпризу в незнакомый подъезд. Вот любитель напускать туману! Как будто нельзя было сразу все сказать. Ну ладно, сейчас посмотрим!

Мы поднимаемся в лифте на самый верх. Я почему-то избегаю смотреть на него, постоянно опускаю глаза, встретившись с ним взглядом. А на его лице по-прежнему блуждает эта загадочная полуулыбка… Что же меня ждет?

Мы выходим из лифта. Последний этаж. Он ведет меня еще выше. Куда это мы? Я спотыкаюсь и мысленно произношу пару словечек, которые в печатном виде даже неловко упоминать. Да-да, знаю, из школы хороших манер меня выгнали, причем еще до вступительных экзаменов!

Он подхватывает меня и просто-таки вносит на самый верх. Мы на крыше! А там….

У меня перехватило дыхание. Представьте себе — вокруг нас полумрак (зимой темнеет рано), только светятся фонари и окна соседних домов, да звезды мерцают сверху. Искрится снег по краям крыши, а в центре ее залит аккуратный квадратик — настоящий маленький ледяной каток! И небольшая скамеечка сбоку с коньками, и раскладной столик с шампанским, двумя фужерами и вазочкой с фруктами. И снежинки танцуют в воздухе… Как в сказке!

Пару минут я просто смотрела на все это, не в силах вымолвить ни слова. Потом, кое-как разлепив губы, тихо прошептала:

— …ты все это сделал для меня?

— Нравится?

Чёрт, он еще спрашивает! Мне даже как-то неловко… так стараться ради почти незнакомой девушки…

— Ну, тогда пойдем одевать коньки. Сейчас посмотрим, какая из тебя фигуристка!

— Я же на них даже стоять не умею!

— А так еще веселее!

Он помог мне правильно зашнуроваться, подставил руку, в которую я судорожно вцепилась, и попытался поставить меня на ноги. Ой, мамочки-и-и-и!

Наверное, если бы у этой сцены были какие-то случайные свидетели, они бы просто попадали со смеху — таким забавным было это зрелище. Помню, как-то в библиотеке я видела дорого и модно одетую девушку, которой в соответствии с правилами читального зала на ноги одели синие бахилы, и она так смешно вышагивала в них, поверх своих сапожек на высоком каблуке… Наверное, я в тот момент выглядела так же смешно и нелепо, стоя в полусогнутом положении с трясущимися коленями и вытаращенными глазами, боясь пошевелиться.

Но, слава богу, свидетелей не было. Да и кому придет в голову заглядывать на крышу, чтобы поинтересоваться — не захотелось ли двум сумасшедшим покататься там на коньках?

— Только не отпускай меня, ладно? Только не отпускай! — я стараюсь не подать виду, но голос предательски дрожит. Кто только дернул меня согласиться на это!

— Спокойствие, только спокойствие! Дело-то житейское!

— Конечно, тебе хорошо говорить! Затащил куда-то хрупкую слабую девушку, а теперь…А-а-а!

— Так, без паники! Это не сложно. Сейчас я тебе все объясню.

— Только объясняй скорее, а то я сейчас упаду!

— Да куда же ты упадешь, если ты с такой силой схватилась за меня? Скорее у меня рука оторвется! А еще притворялась хрупкой и слабой девушкой.

Действительно, я ведь вцепилась в него, как ненормальная. А он и рад! Надо бы как-то… отлипнуть, что ли…

— Хорошо. Я постараюсь держать себя в руках!

— Ну, пока ты только меня держишь в руках.

А он еще и издевается!

Я все-таки слегка ослабила хватку. А ничего, стоять можно. Ну-ка, может, я даже чего-то вспомню? Как там меня папа в детстве учил? Толкаемся — и…

Мир вдруг резко перевернулся с ног на голову, звездное небо оказалось прямо перед моими глазами, а потом его заслонило улыбающееся лицо моего нового знакомого.

— Я смотрю, ты делаешь успехи!

Вот гад! Только и знает, что прикалываться надо мной! Хотя… Я посмотрела на его довольную физиономию и сама не смогла сдержаться от смеха. Наверное, действительно фееричное падение у меня получилось!

Если бы у этой сцены были бы свидетели, то они непременно бы прыснули в кулак от смеха или хотя бы сдержанно улыбнулись, глядя на то, как мои ноги в коньках мелькнули в воздухе, прежде чем я шлепнулась на лёд. Уф, слава богу, что никаких свидетелей здесь не было!

Он помог мне подняться, поставил на ноги, даже отряхнул осторожными движениями, словно сдувая с меня пылинки… Точнее, снежинки… Что-то у меня все путается в голове…

Однако вскоре мое тело начало постепенно вспоминать все то, чему его учили когда-то в детстве. У меня даже что-то получалось, тем более что крепкие руки моего знакомого всегда успевали меня поймать, если я вдруг собиралась упасть, или же просто приобнять — так, ненароком, совершенно случайно. Я, разумеется, замечала, что делает он это гораздо чаще, чем требовалось, но, в общем-то, была совсем не против. Было так весело и здорово, что я наконец-то оставила свои попытки выглядеть гордо и независимо. И это явно пошло мне на пользу! Я дурачилась и резвилась, как в детстве на катке, словно ребенок крутила головой во все стороны, разглядывая то одно, то другое… А посмотреть было на что!

Наверное, если бы у этой сцены были свидетели, они непременно бы задержали дыхание от восхищения — так красиво было вокруг! Огоньки в соседних домах забавно перемигивались, пошел легкий снежок, в свете фонарей сверкали и переливались хрупкие искорки снежинок. Они падали нам на головы, ложились на пряди волос, выбивающиеся из-под моей шапочки, таяли от тепла нашего дыхания…

Мы катались, взявшись за руки, болтали о чем-то… Мой новый знакомый постоянно то разгонял меня, то неожиданно тормозил, показывал какие-то повороты и поддержки. Я визжала, он улыбался, потом мы оба заливались смехом… Почему-то он казался мне смутно знакомым (вот только я никак не могла вспомнить — когда же и где мы познакомились?), как будто мы уже сто лет друг друга знаем и с ним можно болтать на любые темы, поделиться чем угодно и вообще…

Я уже давно забыла все свои намерения ставить кого-то там на место. И мне почему-то впервые в жизни хотелось чувствовать себя беззащитной и маленькой рядом с парнем, наконец-то понять это ощущение. Не уставшей от постоянных проблем и загруженной работой; не обиженной и бросающей вызов всему мужскому населению планеты; а просто маленькой девочкой, которую держат за ручку и ведут куда-то — к новым открытиям, к новым сюрпризам.

Я настолько расслабилась и забылась, что вспомнила любимую детскую забаву — стала ездить по льду вправо-влево и ловить ртом снежинки. Меня просто распирал изнутри какой-то сумасшедший задор, я задрала голову кверху и…, не удержав равновесия, с размаху плюхнулась на лед. Опя-а-а-ать!

Сил встать уже не было, и я оставила тщетные попытки подняться, просто раскинула руки и так лежала, смотря на падающий сверху снег. Холодный лед приятно прикасался к моей разгоряченной щеке, а сверху падали снежинки… И было почему-то удивительно хорошо вот так лежать и… Вот ненормальная!

Наверное, если бы у этой сцены были бы свидетели, они непременно повертели бы пальцем у виска, глядя на мои выходки. Да я и сама так сделала бы, будь я на их месте. Но вот если бы они были бы на моём!

Он подкатил ко мне, резко развернулся и затормозил, подняв тучу снежных брызг. Я взвизгнула и повернулась, пытаясь встать, а он протянул руки, чтобы мне помочь. Но когда я вцепилась в одну из них и потянула на себя, он неожиданно поскользнулся и, не удержавшись, упал сверху прямо на меня, попытавшись, правда, хоть как-то смягчить падение выставленными вперед руками. И в результате навис надо мной, а его лицо оказалось в опасной близости от моего. Я не ожидала такого поворота событий, и лишь оторопело смотрела в эти глаза, чувствуя, как мир вокруг меня начинает вращаться… или это кружится моя голова?

Мне показалось, что его губы приближаются к моим… хотя, может, мне это только показалось? Но что-то внутри меня заставило насторожиться, и я постаралась отодвинуться. Сама не знаю — почему… ведь в тот момент я была готова… Но все эти дурацкие подозрения внутри меня не давали покоя, и вообще…

Он сам отстранился от меня, посмотрел чуть искоса, и улыбнулся этой своей предательски сводящей с ума улыбкой. Я улыбнулась в ответ, но как-то виновато. А он словно ничего и не заметил, помог мне подняться и добраться до лавочки, продолжая что-то болтать, как ни в чем не бывало.

И действительно, разве что-то произошло? Может, мне просто почудилось… Я снова постаралась напустить на себя серьезный вид и войти в роль гордой и неприступной женщины, про которую совсем забыла в процессе моего превращения в хулиганистую девчонку. И после того, как он усадил меня на лавочку, снял коньки сам и помог переобуться мне, я снова попыталась завязать все тот же разговор, за шампанским и фруктами, надеясь, что теперь он окажется более сговорчивым:

— Ну, серьезно, ты расскажешь мне хоть что-то про себя?

— Тебе это так важно?

— Ну-у-у…не знаю… Как-то странно — мы ведь ничего друг о друге не знаем. Ни я про тебя, ни ты про меня. Ты меня ни о чем не хочешь спросить?

— Нет.

— Нет???

— А зачем? Все, что мне надо знать о тебе, я могу рассказать и сам.

— Серьезно?

— Не веришь? Ну, тогда слушай… Ты родилась в богатой семье, где все тебя очень любили и баловали. Вот только папа частенько пропадал на работе, у него были какие-то свои дела, и ему было не до тебя. Ты вообще редко его видела…

— Мои родители развелись, когда я еще ходила в школу.

— Вот-вот! Воспитывала тебя в основном мама, в результате ты переняла от нее предубеждение и холодность по отношению к мужчинам, которые оставил в ее сердце неудачный брак.

— С чего это ты решил?

— Ты всегда была очень красивой девочкой, еще с детства. Мальчики в тебя влюблялись, подруги завидовали и пытались подражать, не зная, что на самом деле в душе ты очень одинока. Конечно, у тебя были какие-то знакомые и друзья, некоторые даже близкие, ни никто из них тебя до конца не понимал, ведь для этого надо было быть такой, как ты.

А ты была уставшей от постоянных развлечений, нескончаемых походов по магазинам, ресторанам и дискотекам, тебе хотелось чего-то нового и необычного, чего-то НАСТОЯЩЕГО, что сделало бы твою жизнь стоящей, осмысленной, а не пустой и бесполезной. Такой образ жизни казался тебе чужим. В толпе людей, что кружились вокруг тебя, ты умирала от одиночества, среди шумных вечеринок тебе было тошно от скуки!

Ты ушла от родителей, отказалась от «теплого местечка», которое они тебе предлагали, и пошла работать простой журналисткой в простую газету. Родители не стали тебе мешать. Мама думала, что ты «перебесишься» и одумаешься, а отец считал, что такой образ жизни пойдет тебе только на пользу.

В личной жизни у тебя царил такой же беспорядок. Какие-то поклонники, прихлебатели, влюбленные мальчики, смешные в своей наивности, и просто знакомые парни у тебя были постоянно, но ты ни разу в жизни не влюблялась по-настоящему, все ждала своего принца на белом коне, про которого рассказывала тебе мама. Несколько случайных связей без безумства и настоящей страсти, секс без огня — так, из любопытства, вот и весь твоей «послужной список».

— Надо думать, у тебя список куда длиннее? — его беспардонная манера копаться в моем прошлом начинала меня раздражать. Но он продолжал, не обращая внимания на мое заметное недовольство:

— Ты давно мечтаешь о любви настоящей и искренней, мечтаешь влюбиться без памяти, забыв обо всем на свете, но твое сердце — это сердце снежной королевы, а к себе в душу ты не пускаешь никого…

— Просто я иду по жизни очень быстро, и не каждый за мной успевает. Но если бы нашелся человек, который догнал бы меня, то мы бы пошли рядом…

Он снова улыбнулся, задумчиво склонив голову на бок, и на этот раз меня почему-то только разозлила эта его улыбка.

— Да что ты вообще обо мне знаешь? Откуда ты все это взял? Я тебя вижу второй раз в жизни, а ты…

Он улыбнулся еще шире, а я еще больше разозлилась.

— Или ты претендуешь на роль того самого принца, в которого я влюблюсь? Думаешь, что вскружил мне голову? Думаешь, что всякими глупыми выходками в духе Дон Жуана можно так просто запасть мне в душу? Даже не…

— Поехали домой. Поздно уже.

Он сказал это так неожиданно и тихо, что я даже не сразу расслышала, а расслышав, сначала не поняла его слов. Мне еще многое хотелось высказать, но он уже повернулся и пошел к двери. Глупо было оставаться тут, на крыше, одной с этими коньками и фужерами с шампанским. Еще кто-нибудь заглянет, спросит — а что я тут делаю? Да так, знаете ли, на коньках решила покататься. С одним сумасшедшим мальчиком. На крыше и с шампанским. Почему бы и нет? Я всегда так провожу свободное время!

Мы спустились вниз молча, и, когда уселись в машину, мой боевой дух уже как-то угас, затевать новую перебранку не хотелось. В конце концов — кто он такой, чтобы что-то ему доказывать? Да пусть катится со своими мыслями, куда подальше! Мне-то что? Выдумал тут еще какую-то снежную королеву…

Я отвернулась от него, уткнувшись носом в стекло, сделала вид, что поглощена созерцанием ночного пейзажа, проносившегося за окном. Он тоже не предпринимал попыток завязать разговор, так в молчании мы и доехали до моего дома.

Открыв мне дверь, он дождался, пока я выйду из машины. И вновь я почувствовала этот его чуть уловимый и дразнящий аромат…

Ну уж нет, на этот раз я не поддамся!

Хотя…

— Ладно, давай не будем ссориться. Я сегодня чудно провела вечер, за что тебе большое спасибо. Но вот твои нахальные выходки меня порой… Ну чего ты смеешься?

По-моему, он меня даже не слушал. Все время, пока я произносила свою тираду, на его лица блуждала эта вечная загадочная полуулыбка…

— Так чего ты смеешься? То есть, улыбаешься… то есть…

— Смешная ты…

— Что такого смешного ты во мне нашел?

— У тебя волосы растрепались… и ресничка на глазу… да не на этом! …закрой глаза, я уберу…

Я послушно прикрыла ресницы и почувствовала сначала прикосновение его руки… он осторожно провел по моей щеке… а потом чьи-то жаркие губы коснулись моих, и я куда-то поплыла, отчаянно пытаясь уцепиться за свое ускользающее сознание, чувствуя, что мои щеки пылают, а я сама таю, как те снежинки от горячего дыхания, там наверху, на крыше…

Наверное, если бы у этой сцены были свидетели, они бы в тот момент просто отвернулись на минутку, чтобы нам не мешать!

Но все кончилось так же неожиданно, как и началось. Я открыла глаза, он убрал мои руки со своей шеи (как они там отказались?!) и, развернувшись, направился к своей машине. Взревел мотор, рванулись снежные брызги из-под колес, а я так и осталась стоять одна возле своего подъезда, посреди снегопада и путающихся мыслей…

* * *

В странные игры порой играет с нами судьба. Интересно, есть ли во всем этом какой-то смысл? Ну, хоть какой-то??? Так хочется, чтобы он был… Пусть какой-то далекий и недоступный нашему пониманию, пусть жестокий иногда, но ведь быть-то он должен! Или судьба подчинена воле случая и так же бесцельно блуждает в лабиринте жизненных хитросплетений, как я сейчас — по заснеженным улицам нашего города?

В этом городе я родилась и выросла. Интересно, я его люблю или просто привыкла? Если уж не могу разобраться в своем отношении к людям, то хоть в отношении к городу надо попробовать…

У меня нет каких-то восторженных чувств к нему. Я не принадлежу к числу тех, кто гордо бьет себя пяткой в грудь и кричит, что за родную деревню готов порвать пасть любому. Наш город не велик и ничем не примечателен. В нем нет восторженных архитектурных ансамблей, как в Санкт-Петербурге, той застывшей музыки в камне; нет шумной суматохи огромного муравейника, как в Москве; есть только два десятка грязноватых улочек, редкие скверы и аллеи, и множество тихих невзрачных дворов, в которых я люблю гулять, когда мне грустно. В них можно влюбиться?

Ко всему к этому я как-то привыкла и не замечаю в повседневной жизни. Но стоит мне уехать куда-то хотя бы на месяц, как я начинаю скучать, и по вечерам меня одолевает какое-то щемящее чувство. Как будто чего-то не хватает…

Это любовь? Или просто привычка?

Не знаю, откуда у меня эта прихоть, она взялась еще с детства — когда мне грустно и хочется побыть одной, отдохнуть от своих мыслей и ни о чем не думать, я вставляю наушники в уши, включаю звук погромче и бесцельно слоняюсь по улицам нашего города. Сворачиваю в какие-то дворы и закоулки, мысленно улыбаюсь попадающимся навстречу забавным прохожим, пытаюсь догадаться — кто они такие, что за люди, представляю, какая у них жизнь, работа, семья… А порой просто закрываю глаза и слушаю музыку.

Не хочу встречать знакомых, не хочу ни о чем говорить, мне никто не нужен в такое время. Только я и этот город. Я действительно отношусь к нему, как к живому существу в такие моменты; как к какому-то старому другу, которой намного меня мудрее и старшее, который все понимает и может помолчать с тобой вместе. Он не скажет ничего, но ведь не это главное, правда? Порой от такого молчаливого присутствия становится намного легче, чем от тысячи слов…

А в этих улицах так легко затеряться, стать одной из тысяч людей, что куда-то торопятся, слиться с ними, представить себя крошечной песчинкой, забыть обо всем… Ведь у каждого из этих людей, наверное, есть какая-то цель, раз они так спешат куда-то. А может, их шатание по городу так же бессмысленно, как и мое? Что ж, в любом случае — я не одинока. И пусть в голове будет полная пустота, в ушах — звуки музыки, надо мной — небо, а вокруг — эти улицы и дворы, пусть колючего и сырого, но такого родного города.

За годы такого блуждания я исходила, наверное, большую их часть. И тихие улочки на окраинах, и аллейки с бульварами, и шумные проспекты в центре. В каждой из них есть своя особая прелесть…

Мои родители не понимали такого времяпровождения, в их глазах стояло удивление всякий раз, когда я, еще в детстве, пыталась им о чем-то подобном рассказать. А потом я уже перестала рассказывать. Да и им стало как-то не до меня.

Они, конечно, пытались что-то скрывать, хотели как-то «оградить и не ранить ребенка»… Смешные! Родители почему-то всегда слишком поздно узнают, что мы уже не дети. Пока им не скажет кто-то посторонний, до последнего они не замечают, что мы повзрослели, не хотят видеть в нас кого-то, кто все понимает, и с кем можно держаться на равных.

Интересно, когда у меня будут дети (а ведь пора бы уже!), я тоже буду к ним так относиться? И мой ребенок тоже будет, притворяясь спящим, ловить раздраженные голоса двух самых дорогих ему людей сквозь неплотно прикрытую дверь в спальню? И глотать слезы, уткнувшись в подушку, а утром делать вид, что не замечает плохо замазанных косметикой мешков под глазами мамы и хмурого вида отца?

Я хорошо помню тот период, когда развелись мои родители. Помню, как меня раздражала фраза: «Девочка наша, когда вырастешь, то все поймешь. Сейчас тебе трудно с этим смириться, но потом… Мы ведь думаем в первую очередь о тебе. Ведь ТАК БУДЕТ ЛУЧШЕ». Ненавижу эти слова!

В своем подростковом эгоизме я не могла понять родителей. А им в их взрослом эгоизме было просто не до меня.

Как-то очень быстро об этом узнали в школе. Я помню фальшиво-сочувствующие взгляды одноклассников, за которыми сквозило плохо скрываемое любопытство: «Интересно, а что там твориться у них в семье? Как они живут, что происходит по вечерам? И каково ей сейчас? Наверное, хочется плакать? Ишь, гордячка, даже рта не раскроет!»

И я сжималась в комочек, стараясь закрыться от всего внешнего мира, прятала боль в глубине души, на самом донышке, и неслышно шептала про себя сквозь сжатые зубы: «Не дождётесь!»

А потом вставляла наушники в уши, закрывала глаза и отправлялась в очередное путешествие — топать себе по вечерним улицам города, улыбаться прохожим, пытаться угадать — кто они, какая у них жизнь, чем занимаются, ругаются их родители или нет… рисовать в своем воображении забавные картинки…

Если вы назовете меня сумасшедшей, то я отвечу, что это еще слабо сказано! Но кто из нас гарантированно стопроцентно нормален?

Когда я бреду по этим улицам, мне становится немного легче. Наушники в уши, музыку погромче… Такая уж и меня привычка.

Интересно, а тот доморощенный психолог, разложивший мою жизнь по полочкам за пару минут, об этом знал? Хотя, вообще — какая разница? Что он-то в этом понимает? Легко сказать «ее родители развелись», но попробуйте представить, прожить, прочувствовать это, прежде чем произносить такие слова! Ручаюсь, что у него-то в семье было все нормально. Так откуда ему знать…

Впрочем, ладно, забудем о нём. Мы не виделись уже неделю, после той нашей истории с коньками он снова куда-то пропал, и, видимо, не собирается появляться. Вот и замечательно, я тоже не хочу его видеть!

Или… хочу, но лишь для того, чтобы высказать ему все это! А потом… Впрочем, он все равно не поймет. Так зачем тратить слова?

…Я вновь бреду по этим улицам. Мне холодно. Ничего удивительного, ведь на дворе зима. Но, по-моему, дело не в этом.

Я поднимаю воротник, зябко поёживаясь, стараюсь поплотней закутаться. Но теплый мех моей шубки почему-то греет плохо. Вот если бы кто-нибудь обнял!

Странные взгляды бросают на меня прохожие. Что в них больше — зависти или жалости? Не пойму… Или мне просто кажется, а прохожие всего лишь торопятся домой, не обращая внимания на случайно встретившуюся им замерзшую девушку, и не бросают на нее никаких странных взглядов?

Я сама странная. Дочка богатых родителей, которой посчастливилось родиться красивой и интересной девушкой. В которую влюбляются мужчины и которой завидуют женщины. Наверное, у меня есть всё (или, по крайней мере, многое) из того, о чем другие могут только мечтать.

Но тогда почему, чёрт побери, мне так холодно сейчас?

…Я вновь бреду по этим улицам. Такая уж и меня привычка. Наушники в уши, музыку погромче. И мне становится немного легче…

* * *

Возможность «высказать ему все» представилась очень скоро. Уже на следующий вечер, после работы. Я возвращалась домой, а он сидел на перилах возле моего подъезда и задумчиво пинал сугроб. В руках его была лейка. Обычная детская лейка, которой поливают цветы. Правда, в данной ситуации она смотрелась как-то не очень обычно…

Если я и представляла себе нашу следующую встречу, если чего-то и ждала, то точно не этого.

— Привет! Это снова ты?

— Похоже на то…

Похоже, он не заметил иронии в моих словах. Да и меня саму как-то не очень. Во всяком случае, он даже не повернулся в мою сторону, тень легкой грусти светилась в его глазах, и мне почему-то расхотелось шутить.

— Ладно, смирю свое любопытство, не буду спрашивать, что ты тут делаешь. Но скажи хотя бы — зачем тебе лейка?

— Чтобы поливать цветы.

— Зимой???

— Ну да.

Он посмотрел на меня с легким удивлением, как будто я не понимала само собой разумеющихся вещей. Действительно, зачем же еще нужна детская лейка взрослому человеку на улице в декабре-месяце? Разумеется, чтобы поливать цветы! Разве не ясно? Вот только какие цветы можно найти среди сугробов, когда на дворе минус 5 градусов, и даже для подснежников еще как-то рановато?

Последний вопрос я задала вслух.

— Ты знаешь, — в его глазах опять появилось это странное грустно-мечтательное выражение, — есть такие цветы, которые растут только в сугробах и только зимой. Они похожи на настоящие, почти как живые, но целиком — от кончика стебля до последнего листочка — сделаны изо льда. Их нельзя сорвать и принести домой. От прикосновения теплых рук они тают. Неосторожное движение может их разбить. Но на них можно смотреть часами — они завораживают взгляд. А еще их можно поливать. Возможно, они в этом совсем не нуждаются, новый слой льда их покроет и без твоей помощи. Но — хоть какое проявление заботы. Или хотя бы видимость… иллюзия…

Если бы он не говорил это таким тоном, я бы, наверное, рассмеялась. Мы не в сказке, на дворе 21 век. Вокруг ездят машины, люди возвращаются с работы, девочки-кокетки убегают от мальчишек-подростков со снежками в руках, вялые дворники лениво скребут снег под ногами бодрых домохозяек, снующих туда-сюда с сумками, все живет своей жизнью, а тут, посреди большого заснеженного города — ледяные цветы и романтичный герой… с детской лейкой в руках! Картина, достойная поэтов… или юмористов.

Но когда это говорил он, в его слова почему-то странным образом верилось, и не хотелось смеяться. Так сумасшедший мечтатель порой увлекает вас за собой в свой мир красивых безумств. А вы, устав от серости однообразных будней, готовы поверить ему и…

Нет, если я как-то и представляла себе нашу следующую встречу, если чего-то и ждала, то точно не этого!

— И где же твои ледяные цветы?

— Пойдем — покажу. Тут не далеко.

Он спрыгнул с перил и протянул мне руку. Еще не успев ничего понять, я протянула свою, и мы, взявшись за руки, пошли… смотреть ледяные цветы! Посреди большого города, шумных машин, людей, возвращающихся с работы, девочек-кокеток и мальчиков-ковбоев, вялых дворников и бодрых домохозяек. В 21 веке. Зимой. Слева направо — я, он и лейка. Чудная троица!

Если вы назовете меня сумасшедшей, то я отвечу, что это еще слабо сказано! Но кто из нас гарантированно стопроцентно нормален?

Пройдя пару дворов, мы оказались в тихом заснеженном скверике. Я все время поглядывала на него исподтишка, ожидая какого-то подвоха, но он уверенно вел меня куда-то вперед, всем своим видом показывая, что никакого розыгрыша нет, а цветы зимой — абсолютно нормальная вещь. Кто может в этом сомневаться?

Наконец, остановившись возле большого сугроба, он вдруг сказал:

— Смотри!

— Где? Я ничего не вижу…

— Там, за сугробом!

Осторожными шажками, каждый момент ожидая неизвестно чего, я обошла сугроб и заглянула за него… а там…

Ледяная роза, чуть припорошенная снегом, сверкающая застывшими капельками-искорками в свете вечерних фонарей, притаилась в стороне от людских взглядов за придорожным сугробом. Самая настоящая! Вот так просто, стояла и все! В 21 веке. Зимой. Посреди большого города. Среди шумных машин, снующих туда-сюда, мальчишек-хулиганов, девочек-кокеток и дворников с домохозяйками…

Я не знала, что сказать. Просто стояла и глупо улыбалась, оторопело переводя восхищенный взгляд на него, потом снова на розу и обратно. Наверное, вид у меня был довольно-таки растерянный. Но — какая разница? Он все равно не смотрел на меня, а с самым серьезным видом принялся поливать свою розу из лейки. Я невольно улыбнулась, глядя на эту трогательную картину, и тихо спросила:

— А ее точно нельзя отнести домой?

— Нет. Такие цветы растут только в сугробах и только зимой. Дома, в тепле или даже просто от прикосновения горячих рук они тают, — он как-то странно посмотрел на меня. — Уж тебе ли не знать…

Я на мгновение растерялась. Смысл сказанного как-то одновременно крутился рядом, витая в воздухе, и в то же время постоянно ускользал от моего понимания. Как мошка, которая мельтешит перед глазами, а схватить ее никак не получается. Казалось, еще чуть-чуть и я смогу уловить и понять — что же было в этих словах такого, но…

А он, поставив лейку на снег и сняв перчатки, медленно коснулся розового бутона, опуская руку ниже, провел пальцами по стеблю… осторожно, словно боясь растопить лёд, погладил тыльной стороной заснеженные листочки…

— Не боишься, что растает?

— А ты?

А я? Что я? А я смотрела на его руки, на эти ладони с тонкими пальцами… и почему-то представляла их на себе. Не знаю, откуда взялась в моем мозгу эта шальная мысль, но не к месту проснувшееся воображение вместе с женским любопытством очень живо нарисовали мне картину прикосновения этих рук к моей груди… отчего у меня мурашки поползли и по коже, и я передернула плечами.

— Замёрзла? — из забытья меня вывел его голос. Видимо, он по-своему истолковал мое состояние. — Если хочешь, могу согреть тебя горячим глинтвейном.

— А он тоже растёт в ледяных бутылках где-то поблизости?

— Почти. Пойдем, это и правда недалеко.

— А роза? Останется здесь?

— А что ей сделается? Она же ледяная! Её нельзя срывать, нельзя нести в дом. Можно только поливать. Правда, она, наверное, в этом не нуждается. Но хоть какое-то проявление заботы… Я тебе отдам лейку, будешь пользоваться. Заодно отнесешь ее домой, а то я как-то глупо смотрюсь с детской игрушкой посреди улицы.

— А! Так ты заметил? Ну, надо же!

— Еще бы! За кого ты меня принимаешь?

— А я уж боялась тебе говорить…

Мы оба рассмеялись весело и беззаботно. Господи, по виду он старше меня года на два-три, но когда я смотрю на этих весёлых бесенят в его глазах, то не могу сдержать улыбки — какой же он, в сущности, еще мальчишка! Впрочем, я и сама веду себя с ним как-то… не по-взрослому. Никогда не ожидала от себя такого! То есть, если я чего-то и ждала от нашей встречи, то — точно не этого.

…Падал снег. Где-то далеко-далеко от нас, в каком-то другом мире ездили машины, куда-то спешили люди. Был 21 век…

А вокруг нас лишь медленно кружились снежинки в свете придорожных фонарей, и за сугробом в скверике притаилась настоящая ледяная роза…

Если вы назовете меня сумасшедшей, то я отвечу, что это еще слабо сказано! Но кто из нас гарантированно стопроцентно нормален?

Он взял меня за руку и повел куда-то. Я не сопротивлялась.

* * *

Говорят, по жилищу человека можно многое сказать о его хозяине. Особенно если он живет тут давно, и все предметы, обстановка, мебель и прочие вещи хранят в себе неуловимую память о нем, даже когда его нет. Ведь присутствие чьей-то живой души накладывает отпечаток даже на неодушевленные предметы. И они могут многое рассказать. Если только вы умеете слушать.

В этом смысле его квартира была загадкой. По ней можно было сказать много всего разного и ничего определенного. Её можно было считать кладом для психоаналитика, отражением внутреннего мира хозяина, свалкой обычных бесполезных вещей или просто ничем. На выбор.

Потрясающей красоты лесной пейзаж, с каким-то дивным очарованием выполненный карандашом на половинке оторванного листа бумаги, здесь служил закладкой в старой, потрепанной книге. Какой-то научный трактат по психологии, если я не ошибаюсь. Таких книг тут было много — Фрейд, Вейнингер, Козлов, Протопопов, Новоселов… А рядом с ними мирно уживались фэнтези Сапковского, Желязны, Толкиена пополам с философией Ницше и томиком стихов неизвестного мне автора. Несколько бумажек-напоминалок с непонятными каракулями были приколоты к стене старинным кинжалом, напоминающим испанский стилет, причем, отнюдь не сувенирного вида. Камин у стены, тяжелые занавески на окнах и пушистый ковер на полу были такого же оттенка, как и компьютерный стол и гитара в углу комнаты. Казалось, часть обстановки взята из средневековых рыцарских романов, а другая часть то ли из квартиры рокера-неформала, то ли программиста-хакера. Вдобавок еще на всем лежала печать небрежной забывчивости, эдакого декадентского полупрезрения. Казалось, хозяин с легкостью маленького демиурга создает необычные миры, а потом оставляет их пылиться на подоконнике, убежав шлепать босыми ногами по лужам. И так во всем…

Приведя меня к себе полчаса назад, он устроил небольшую экскурсию по дому, «познакомил» со своим жилищем. Но понятней от этого не стало. А потом попросил подождать чуть-чуть на кухне. Не уточнил — чего именно.

И вот я жду, сидя на табуреточке, разглядывая странноватую обстановку квартиры и гадая — чем же там занимается ее таинственный хозяин. Может, вытирает пыль со шкафа? А может — пятна крови с подсвечника, которым вчера ударил по голове девушку, что была тут до меня? Не знаю. Вообще, загадка — что происходит с ним, когда он закрывает за собой дверь…

Я вновь взглянула на нее и машинально убрала со стола ладошку. Только бы он не заметил, когда придёт!

Дело в том, что там, в коридоре, как раз перед дверью на кухню, стоял телефон. И, проходя мимо него, я заметила номер на аппарате. Решив, что было бы неплохо знать про моего нового знакомого хотя бы что-то конкретное, я быстренько записала этот номер у себя на руке. Так, просто на всякий случай. Вдруг пригодится? А то мало ли…

— Сейчас мы будем готовить настоящий глинтвейн! — дверь кухни он распахнул ногой, потому что руки были заняты кучей бутылок, кастрюлек, пакетиков со специями и еще неизвестно чем. — Ты знаешь, что это такое?

— Ну-у-у…кажется, что-то слышала… какой-то средневековый напиток, времен рыцарской Англии… но никогда не делала сама.

— Я тебя научу. Помогай!

Он мигом всучил мне в руки что-то из принесенного, я еле успела вскочить с табуретки, еще не представляя — что, собственно, нужно делать. Но он как-то быстро пододвинул меня к столу, что-то сказал, куда-то направил, и я сама не заметила, как весь этот веселый водоворот, именуемый процессом приготовления, закружил меня и увлек за собой.

Тот рецепт я помню до сих пор. Как говорят, «он врезался мне в память». Так что, если кто-то хочет знать, как готовится «настоящий глинтвейн» — могу поделиться.

У нас тогда было полбутылки красного сухого вина, крепкий ром (градусов 55, наверное), сахар-рафинад и немного специй (корица, цедра, ваниль). Вино мы вылили в кастрюльку и нагрели почти до кипения, добавили специй, перемешали, после чего сняли с огня и водрузили на нашу кастрюльку сверху дуршлаг. Сложили горкой сахар, полили его ромом, чтобы хорошенько пропитался, и подожгли. Ром горел синеватым пламенем, сахар плавился и тягучими светящимися каплями медленно падал вниз, в кастрюльку, отчего вино принимало приятный карамельный вкус. А в полумраке вечерней комнаты (свет мы так и не зажигали) все это создавало ощущение чего-то таинственного и нереального, словно какой-то старинный колдовской обряд.

Во время приготовления этого необычного напитка мой новый знакомый то оказывался рядом со мной, объясняя что-то негромким шепотом мне на ухо, так что его губы почти касались моего лица; то отходил в дальний угол комнаты, изредка бросая на меня дразнящие взгляды и озаряя темноту комнаты своей странной улыбкой, которую я никак не могла понять. Уж слишком она была переменчивой и загадочной. Иногда мне казалось, что он меня просто дразнит. А иногда казалось, что это мне только казалось…

Порой его улыбка была доброй и мягкой, словно бы он говорил ласково: «Ну что ты, глупышка? Не думай ни о чем, забудь свои опасения, и все будет хорошо!» И в это почему-то странным образом верилось… Но уже в следующее мгновение что-то неуловимо менялось в нём — наклон головы, выражение глаз или что-то еще, я не знаю — и улыбка вдруг становилась другой. В ней появлялось нечто насмешливое и ехидное, словно бы он говорил: «Эту игру, крошка, я знаю лучше! И как бы ты ни старалась, мне наперед известно, чем все закончится!». И я готова была вспыхнуть, разозлиться, но не успевала, потому что уголки его губ чуть-чуть приподнимались, и выражение лица уже становилось другим. Не знаю — каким именно…

Вообще, у его улыбки были сотни непередаваемых оттенков, она могла выражать целую гамму чувств, быть дразнящим призывом неизвестно к чему, обычной данью вежливости или просто ничем. Пытаясь в очередной раз понять, что же прячется за ней, я так увлеклась, что прозевала тот момент, когда наш сказочный напиток уже сготовился, и мы разлили его по бокалам.

Горячий и сладкий, глинтвейн оказался штукой предательской. Он был достаточно крепким, но крепость эта как-то совершенно не ощущалась, лишь приятно обжигала горло, струилась теплотой по венам, в результате чего очень быстро в голове у меня зашумело, а тело налилось пьянящей легкостью, после чего я уже с трудом сдерживала охватившее меня желание сладко замурлыкать.

Конечно, я отдавала себе отчет в том, что слишком уж расслабляюсь и теряю контроль, но останавливаться почему-то совсем не хотелось. Напротив, в тот момент я мечтала немножко похулиганить, «отпустить тормоза», отдаться этому необыкновенному ощущению, а там — будь, что будет. Наверное, это мое раздразненное любопытство подталкивало меня вперед, желая, наконец, выяснить — а что же дальше?

И я призывно улыбалась, чувствуя на себе его взгляд, от которого меня бросало в жар. Не знаю, что было в нем такое, может, просто от выпитого глинтвейна его глаза блестели, как и мои? Или что-то совсем иное заставляло мое сердце трепетать и сжиматься, когда я даже спиной чувствовала — КАК он на меня смотрит?

Нет, его взгляд не был наглым и раздевающим, как у некоторых пошлых типов. И не был заискивающе-умоляющим, как у изголодавшихся по женскому обществу мальчиков-подростков, которые впервые оказались рядом с красивой девушкой и потеряли голову. Скорее, в нем чувствовалось что-то истинно мужское, в нем были сила и воля уверенного в себе человека, который не стыдится и не скрывает своих желаний, а просто берет то, что ему хочется.

И когда он смотрел на меня, это обжигало почище глинтвейна. Случайный, мимолетно брошенный взгляд, казалось, был способен проникнуть внутрь тебя, добираясь до самого сокровенного, пробуждая тайные мысли, обнажая скрытые желания, в которых я сама себе боялась признаться. И по коже отчего-то ползли мурашки, и невольно хотелось отвести глаза.

Похожее чувство женщина испытывает во время профессиональной фотосъемки. Когда она знает, что на нее наведен объектив, знает, что выглядит превосходно, и в то же время все равно немного стесняется. Старается не смотреть в камеру, но все равно кожей чувствует ее присутствие, и что-то вроде легкой приятной щекотки пробегает по телу, заставляя ее передернуть плечами и чуть поёжиться.

Наверное, в этом есть что-то от эксгибиционизма, когда чей-то взгляд скользит по твоему обнаженному телу, и тебе одновременно немного неловко и невыразимо приятно. И все эти смешанные, еще не до конца осознанные тобой чувства жаркой волной прокатываются от кончиков пальцев до самого сердца, замирая где-то внизу живота…

Блин, кажется, я начинаю краснеть! Слишком уж все это будоражит воображение. Да и вообще… как-то… Стоп-стоп-стоп! Надо придти в себя.

Собрав остатки самообладания, я постаралась стряхнуть то странное оцепенение, охватившее меня под его взглядом и неожиданно для себя самой вдруг спросила:

— Слушай, зачем это все?

— Что именно?

— Ты понял. Все эти твои сюрпризы, неожиданные приятности, странные случайности. Каток на крыше, роза изо льда, букет у порога, глинтвейн… Зачем все это? Будь на твоем месте кто-то другой, я бы подумала, что просто какой-нибудь романтично настроенный мальчишка хочет произвести впечатление. Но ты не похож на такого. Чего же хочешь ты?

— Я? — он задумчиво отвел глаза и помолчал пару секунд. Потом вдруг неожиданно встал из-за стола и протянул мне руку. — Пойдем!

Я не успела ничего возразить, не успела даже спросить — куда он меня ведет, как мы уже очутились в соседней комнате. Он распахнул тяжелые шторы, подвел меня к окну. Сквозь ледяные узоры на стекле я увидела заснеженный двор, редкие машины, несколько прохожих, сугробы… Так странно. Разве все это еще есть на свете? Кажется, я почти забыла..

Стоя сзади меня так, что его губы почти касались моей щеки, он тихо произнес:

— Я хочу рассказать тебе сказку…

Сказку??? Я промолчала. Наверное, это выглядело нелепым, но в тот момент…

— Давным-давно… а может и недавно… Может, сто лет назад… а может в наши дни… жила-была на свете белом снежная королева…

Так! Опять он за свое? Зачем снова начинает? Знает, ведь, как я на это реагирую. Ну не нравятся мне эти его дурацкие сравнения! Уж не знаю — почему. Может, потому, что слишком уж они похожи на правду.

— На самом деле, она не сразу стала снежной королевой. Родилась она обычным ребенком, милой забавной девочкой, не лучше и не хуже других. Ну, разве что была она очень красивой. Как водится, родители в ней души не чаяли, баловали и угождали. А окрестные мальчишки в тайне друг от друга приносили цветы к ее окошку, писали признания корявыми каракулями и даже дрались из-за нее на заднем дворе. А потом с гордостью хвастались синяками и шишками. Девочка, видя это, называла их глупыми и снисходительно вздыхала. Хотя в душе (чего уж скрывать?) это льстило ее самолюбию.

А потом она выросла. Нет, это произошло не сразу и не вдруг. Все было как-то постепенно, неуловимо и незаметно. Никто даже и не заметил, как она стала другой. Избалованной и холодной, неприступной и гордой. И больше уже ее душа не способно трепетать, а сердце — сжиматься. И горе тому, кого угораздит влюбиться в нее. Потому что, однажды проявив слабость, он окажется зависим от нее, и будет она крутить и вертеть им как угодно, пока не надоест, а потом выкинет за ненадобностью. Приговаривая про себя: «Измельчали мужчины, какие-то совсем не те пошли…»

Пожалуй, самое забавное в этой истории то, что сама снежная королева страдает и мучается от такого положения вещей. И никак не может понять — что же случилось с миром, с окружающими ее людьми? Куда же все ушло?

И никак не может понять, что причину надо искать в себе, что всего-навсего ей нужно оттаять, отпустить на волю прежние чувства, не пытаться играть, не пытаться контролировать себя, снова стать милым и непосредственным ребенком, как раньше. Но сама она уже не может, потому что…

ВЖЖ-Ж-Ж-ЖЖЖЖЖЪ!!!

Какая-то машина вдруг резко затормозила у дверей нашего дома — так, что даже стекла задрожали. Я невольно дернулась и отшатнулась от него. Все это время, слушая ту необычную «сказку», я пребывала в каком-то странном оцепенении, как во сне. Стояла, словно завороженная, и вслушивалась в этот тихий голос… Плавала в каком-то тумане… Нежилась в его объятиях…

И только теперь вдруг пришла в себя, словно очнулась. И, убрав руки, обнимавшие меня за плечи, резко развернулась к нему, еще сама не понимая, что меня вдруг так разозлило.

— Ага! Сама, значит, она уже не может. И вот тут, конечно, появляется принц из сказки. Тот самый, кто растопит сердце снежной королевы. Только это немножко необычный принц. Он не пожелал влюбляться в снежную королеву, как это положено каждому добропорядочному принцу из сказки. Он, видите ли, решил, что тогда об него будут вытирать ноги. И поэтому он просто захотел походя вскружить голову снежной королеве, запудрить ей мозги и растопить ее сердце. Глинтвейном. В надежде, что когда она растает, то он получит все, что пожелает. А потом пойдет дальше — согревать других снежных королев, да?

Не знаю, что тогда на меня нашло. Что именно так раздражало в нем? Почему я так неожиданно разозлилась? Наверное, все дело было в том, что с ним я теряла контроль над собой, над ситуацией, теряла голову… А я этого очень не люблю! Разве можно позволять какому-то проходимцу играть мной? Разве можно так часто забываться, попадать в какие-то глупые ситуации, выглядеть смешно, вести себя как ребенок? Ну уж нет!

Он ничего не сказал в ответ на мою гневную тираду, лишь смотрел как-то грустно, понимающе и… снисходительно, что ли. И это разозлило меня еще сильнее.

— Ты прав, принцы из сказки в нашем мире давно повывелись. А остались, похоже, только обычные бабники, думающие о том, как бы споить девушку и затащить в постель. Не понимаю — зачем я вообще к тебе пришла?

Он вдруг улыбнулся, как будто я сказала что-то очень забавное. А потом легко, как будто речь шла о каком-то малозначительном факте, сказал:

— Если ты так думаешь, наверное, тебе и правда лучше уйти.

— И уйду!

Оттолкнув его, я бросилась к двери с обиженным видом, на ходу собирая свои вещи, натягивая куртку и разыскивая перчатки. Внутри меня все бурлило. Правда, я старалась не показывать виду, хотела выглядеть холодной и гордой. Но, наверное, не очень получалось. Слишком уж я была зла. И больше всего меня раздражало то, что он даже не сделал попытки меня остановить, как-то успокоить, извиниться, наконец, сказать какие-то теплые слова, что ли… Я бы, конечно, все равно не осталась, слишком уж сильна была тогда моя обида. Но ведь он даже не попытался! Только смотрел насмешливо на все мои лихорадочные сборы и криво улыбался.

В ту минуту я готова была его убить. Хотелось подойти и врезать ему, залепить пощечину, стереть с его лица это нахальное выражение. Но я не была уверена, что если окажусь с ним рядом, что если подойду и дотронусь до него, то…

НЕТ! Все, хватит! Не хочу больше тебя видеть! Не хочу больше видеть никого! Оставьте меня в покое все вы, чертовы всеведущие психологи и любители копаться в чужих судьбах! Ненавижу!!! Что вы понимаете???

— Ты забыла, — остановил он меня уже у двери и протянул забытую сумку. Все с тем же холодно-надменным видом я потянулась за ней, демонстративно не глядя в его сторону. И поначалу даже не поняла, что случилось, когда он поймал меня за руку и резко притянул к себе. Кровь прилила к лицу, меня почему-то обдало жаркой волной, когда наша губы встретились, кажется, я пыталась сопротивляться, но в его объятиях это было бесполезно. Я только дергалась, как бабочка в паутине, голова кружилась от этого чертового глинтвейна… или еще неизвестно от чего… я словно куда-то уплывала…

И вдруг неожиданно все кончилось.

— Вот теперь можешь идти, — насмешливо сказал он, отпустил меня и ушел в комнату.

* * *

…Давным-давно, миллион лет назад, в далекой галактике… Нет, какое-то уж слишком пафосное вступление у меня получается. Оставим его до той поры, когда я соберусь писать продолжение к звездным войнам. И вообще — чего это меня сегодня тянет на какие-то дурацкие философские размышления?

Тогда просто — картинка из прошлого. Мое безоблачное детство. Мама, папа и я дружно пьют чай на кухне и о чем-то весело болтают. Вдруг я с обиженным видом заявляю:

— Пап, а почему это ты предложил маме еще чаю, а про меня забыл?

— Ой, прости! Настенька, а ты будешь еще чай?

— Нет, я не хочу.

Занавес…

* * *

Скажите, вам доводилось когда-нибудь делать что-то из чувства противоречия? Не потому, что на самом деле чего-то хотелось (порой даже и вопреки своим желаниям), а лишь наперекор чему-то? Потому что не хотелось соглашаться, «из принципа» или точнее «из вредности»? Приходилось? Или я одна такая ненормальная?

Бывает, что меня просто клинит. Порой я ужасно, катастрофически, просто до печёнок НЕ ХОЧУ делать то, чего от меня все ждут. Хотя, быть может, ждут правильно. Быть может, это и правда лучшее, что я могла бы сделать. Но не желаю я оправдывать чьи-то ожидания! И, как дети в стишках про вредные советы, буду делать все наоборот. Нарочно!

А порой мне очень не хочется соглашаться с каким-то человеком. Особенно, если он излишне самоуверен и считает, что знает все наперёд. Он, может быть, даже и прав. Но я все равно буду ему возражать. Просто из чувства противоречия. Причем, даже не важно, что именно он говорит. С романтиками я буду циником. С прагматиками превращусь в мечтательницу. А с мечтателями, наверное, стану скучной и серьезной. И ни за что на свете не пожелаю признаваться даже себе самой в том, что кто-то из них может быть прав!

…А ведь он был прав. Тот, от кого я сбежала полчаса назад, приехав домой на такси, а теперь вот сижу в раздумьях и воспоминаниях, попивая мартини и с ненавистью поглядывая на номер телефона на руке. Тот самый доморощенный психолог, что разложил мою жизнь по полочкам еще тогда, на катке, и обрисовал в нескольких незамысловатых выражениях все мое теперешнее состояние. И про родителей, и про одиночество, и про неудачи в личной жизни…

Он был прав. Только мне не хотелось в этом признаваться. Да и кому понравится, когда все то, что вы переживали годами, о чем думали, чем наслаждались и от чего страдали, вдруг втиснет в пару расхожих поверхностных фраз какой-то нахальный мальчишка с улицы? Кто захочет с ним соглашаться? Кто откажется заявить: «Я — натура тонкая и глубокая, которую не так-то просто понять, со своим сложным внутренним миром, который тебе просто недоступен!» И кто не разозлится, увидев в ответ понимающе-снисходительный взгляд насмешливых глаз?

Но он был прав. Как же он был прав, этот странноватый и до сих пор незнакомый мне парень с замашками профессионального самца, и в то же время непонятно зачем строящий из себя мальчика-романтика!

Наверное, я в нем ошибалась. Но… каждый раз, когда я думаю, что ошибалась раньше, но теперь начинаю его понимать, то снова оказывается, что я ошибаюсь.

Вообще в моей жизни было много мужчин. Хотя, конечно, смотря с чем сравнивать. Ну, скажем так, достаточно. Однако этот был ни на кого не похож.

Если не принимать во внимание совсем уж детский и подростковый периоды моей жизни, то сначала мне «выпала честь» общаться большей частью с «золотой молодежью» — мужчинами «моего» круга, как говаривал когда-то мой отец. Уж не знаю, почему он решил считать «моим» мир надменных снобов и папенькиных сынков. Именно они-то и разочаровали меня первыми. Все эти самодовольные пыжащиеся ничтожества, закончившие с отличием престижные школы и университеты, и все равно остающиеся болванами. Приезжающие на очередную вечеринку на папиных машинах, в дорогих туфлях и модных рубашках, воняющие смесью виски, пота и дорогого парфюма. Я уж даже не говорю про нормальное, без понтов, общение с ними, которое просто невозможно. Но ведь, вдобавок ко всему, они еще и уверены, что заниматься любовью — это значит завалить тебя на спину, лениво расстегивая свою чертову модную рубашку, немного поелозить сверху (с трудом соображая, что он делает, потому что пьяный в стельку), кончить в тебя, после чего отвернуться и захрапеть.

Проблема таких ребят (в том числе и постельная) в том, что они с детства привыкли все получать, ничегошеньки не давая взамен. Дело тут даже не в эгоизме (все мужчины — эгоисты в постели), а в том, что просто некому было им объяснить, что все-таки существует разница между девушкой и папиной машиной. И заключается она не только в том, что когда помнёшь девушку, папа не ругается.

Всевозможные неформалы и рокеры, музыканты, поэты, художники и другие великовозрастные подростки, громко именующие себя «творческими личностями», заинтересовали меня чуть больше, но разочаровали еще быстрее. Наверное, потому что романтический образ парня рок-музыканта, который мы привыкли видеть по телевизору в красивых фильмах со счастливым концом, так же далек от правды, как сами эти фильмы далеки от реальности. Чаще всего, в глубине души эти «герои» оказывались нытиками и неудачниками по жизни, обожающими воспевать собственную печаль и меланхолию красивыми словами. Вместо того, чтобы, наконец, перестать ныть о враждебном и непонимающем их мире, и попытаться что-то изменить в себе.

Из той же категории, наверное, и мальчики-романтики. Во всяком случае, где-то рядом. Впрочем, о них подробнее я расскажу чуть позже.

Все они казались мне вечными детьми, застрявшими где-то на уровне подросткового периода полового созревания. И боявшимися повзрослеть, потому что тогда придется самому отвечать за все в своей жизни. При этом реальный возраст этих «детей» мог составлять 25–30 лет. А то и более.

Когда я уходила от очередного такого «непризнанного гения», вдоволь накушавшись его сопливого киселя, мне вслед обычно летели слёзы и проклятия, непременно сменявшиеся вскоре очередным приступом творчества, то бишь сочинения очередной байды разной степени гениальности, претендующей (по мнению автора) на более высокое звание. Впрочем, вскоре находилась какая-нибудь другая муза (еще не уставшая объяснять юному дарованию, что придуманному им же самим образу он же сам не соответствует, потому что не дорос еще), и меня благополучно забывали.

Те же девушки, кто все-таки успевал устать от подобных нытиков, обычно с удовольствием кидались в объятия «крутых» дядечек в возрасте, имеющих в своем арсенале связи полукриминального характера или «серьезный» бизнес. Наивным маленьким девочкам (опять-таки — вне зависимости от их физического возраста) почему-то казалось, что эти дяденьки дадут им чувство защищенности и уверенности в завтрашнем дне, что для любой женщины очень важно. То, что ты для такого «серьезного мэна» не женщина, а что-то среднее между его визитной карточкой и очередной дорогой игрушкой, своеобразная кукла для показа и предмет расчетливых инвестиций (которые он согласен в тебя вложить, лишь если потом они будут отработаны) как правило, осознается девушками лишь потом. Чаще всего — когда уже поздно.

Слава богу, мне хватило ума ограничиваться лишь поверхностными знакомствами с подобными типами. К числу девиц, пускающих слюни при виде «криминальных авторитетов» и считающих, что это круто, когда их избранник трижды сидел в тюрьме, я как-то не отношусь. А с человеком, способным хоть раз в жизни поднять руку на девушку (или просто на беззащитного человека в моем присутствии), грязно оскорбить ее (или любого другого человека) или просто относиться к ней, как к своей собственности, за которую заплачено, я расстаюсь моментально и без сожалений. Стоит простить такое один раз, и ты будешь прощать это всю свою жизнь.

Ну, про уличную шпану — пацанов, которых интересует «чиста пыво, семешки и деффки», которые матом уже не ругаются, а общаются, даже говорить не буду. Надо же иметь хоть каплю самоуважения? А ее достаточно, чтобы не только не спать с такими, но и даже просто не общаться.

Про всяких там толкинистов, сатанистов, программистов, пацифистов, анархистов и иже с ними так же не буду упоминать. Мне в свое время довелось много с кем пообщаться, и я люблю людей, увлеченных чем-то всерьез и по-настоящему. Но только когда это увлечение не перерастает в манию и не становится болезнью, переходя все мыслимые и немыслимые границы. Потому что в противном случае — зачем мне мужчина, у которого проблем с головой больше, чем у меня?

Впрочем, когда ты, устав от вечных надоедливых приставаний, надеваешь на лицо надменно-неприступное выражение, то такие сами стараются держаться подальше. Хотя, не только они…

Интересно, сколько парней побоялись со мной познакомиться из-за этой защитной маски? Скольким я отказала в грубой форме лишь из-за усталости и страха? И не сосчитать…

Ах, да! Я же обещала еще упомянуть про мальчиков-романтиков в моей жизни. Описывать этот тип подробно не стоит — наверное, каждой девушке хотя бы раз в жизни приходилось встречаться с ними. Забавные существа, сильно напоминающие инопланетян, которых случайно занесло на нашу грешную землю. И теперь они не перестают удивляться каждой травинке, в то же время не понимая очевидных вещей. Лет в 13–15 они кажутся нам воплощением тех самых принцев на белых конях, про которых пишут в книжках про любовь. Но стоит чуток подрасти, как мы понимаем, что они вовсе не такие, жить рядом с ними — совсем не счастье, и вообще в книжках все наврали. И чем дальше мы взрослеем, тем больше нас мучает удивление — как вообще эти существа способны выжить в современных условиях? Ведь они к этой жизни абсолютно не приспособлены! И, наверное, должны уже давно вымереть, как динозавры, тем более что размножение этого вида естественным путем обычно не происходит. Но видимо его с успехом заменяют все те же вредные книжки про любовь, которые рождают все новых и новых неприспособленных к жизни маленьких инопланетян.

Нет, с ними порой бывает интересно. Особенно если их романтики хватает больше чем на 2–3 первых свидания. И если они не повторяют одни и те же слащавые штампы, подсмотренные в романтичных мелодрамах или прочитанных все в тех же книжках про любовь. Ведь бывают же и те, для кого романтика — не способ произвести очередное впечатление на очередную девушку, а смысл и образ жизни. Мне как-то попался один такой.

Представьте себе кудрявое брюнетистое существо с забавной улыбкой и широко распахнутыми навстречу солнцу ресницами. Окружающий мир не переставал его удивлять. Восход он считал чудом. Закатом мог любоваться бесконечно, как маленький принц из сказки Сент-Экзюпери. В каждом банальном моменте нашей жизни он мог найти нечто потрясающее, нечто такое, о чем мы давно знали, но забыли насколько это здорово!

На фоне прожженного цинизма моих друзей и жуткого прагматизма родителей, на фоне надоевших «прикольных» вечеринок до утра и предсказуемых заранее светских тусовок — это чудо выглядело чем-то необыкновенным, чем-то неописуемо-загадочным и оттого более притягательным. Романтика жила в нем самом, причем Романтика настоящая, с большой буквы, а не тот суррогат, который можно получить, вырвавшись под утро из ночного клуба и примчавшись на набережную — встречать рассвет под аккомпанемент открываемых на капоте твоей машины бутылок шампанского.

Наш первый поцелуй был робким, неумелым и… каким-то непередаваемо нежным, словно легчайшее прикосновение крыльев бабочки. Не могу сказать, что мне это сильно понравилось, но было в этом что-то безумно трогательное, как в первом в жизни наивного мальчика прикосновении губами к щеке девочки. И все это странным образом подкупало и завораживало меня. Мне самой от всего этого снесло крышу поначалу, а потом было уже поздно — я прозевала тот самый момент, когда еще можно было бы остановиться, и все завершилось бы, так и не начавшись.

Что связывало нас с ним? Да практически ничего! Мы были слишком разные… ужасно, катастрофически разные, но… Почему я вообще обратила внимание на него? Ну, то есть, это-то понятно… Но почему допустила, чтобы у нас что-то было? Ведь никогда ни на секунду я сама не верила в то, что влюблена в него или смогу полюбить потом. Но что-то тронуло меня в его словах, в его образе жизни, в нем самом. И я решила — какая разница? Зачем я ищу какие-то самооправдания? Будь, что будет! Ведь встречаются же некоторые люди без любви… даже живут вместе. По расчету, из-за денег, ради престижа, ради карьеры, ради какого-то взаимного сотрудничества и удовлетворения совместных потребностей. Ради любопытства, в конце концов. Так почему бы и мне не быть с ним? Если нам хорошо вместе? На то, что будут болтать окружающие за моей спиной, мне давно было плевать!

Так мы стали встречаться. При отсутствии ответного чувства с моей стороны, «его огромной любви хватало нам двоим с головою», как поется в одной известной песне. Я же просто была довольна тем, что получаю от него нечто такое, чего никто другой из моего окружения мне просто не мог дать. И что не у каждой женщины в жизни было.

Наверное, близость со мной была для моего мальчика-романтика чем-то запредельным, каким-то венцом мечтаний. Но я не привыкла вечно жить в сказках и долго мечтать о чем-то. Это и отличало нас двоих. Он мечтал, а я просто брала, что хотела — так, из любопытства.

Секс с ним был таким же, как и наш первый поцелуй. Да вообще ВСЕ у нас было таким — неумелым, робким, но бесконечно чувственным и нежным. Не скажу, что была в восторге, физически я не получила большого удовольствия, но было в этом нечто такое трогательное и подкупающее… словами не передать!

И вот тогда я почувствовала себя последней дрянью. Он ведь любил меня. Любил по-настоящему, искренне и преданно, так сильно, как только был способен! Той самой любовью, которую воспевают поэты, и о которой пишут в тех самых дурацких книжках, из которых вышел он сам. Вот тогда я поняла, что слишком заигралась. Что пора положить этому конец. Пока еще не поздно.

Я хотела все сказать ему, попросить прощения, постараться объяснить, утешить и обнадежить, заверить, что когда-нибудь он обязательно найдет ту, что будет достойна его любви и так далее. Но не смогла сказать ничего. Я просто ушла на утро после той самой первой и единственной нашей ночи. Струсила и сбежала. Потому что не могла продолжать это дальше. Ведь я-то знала, что обманываю его, а он сам обманывается еще больше. И мое «До свидания!», сказанное тем утром, было последней ложью.

Что же ждет меня теперь?

Наверное, этот вопрос рано или поздно задает себе каждая женщина. А что впереди? Если отбросить всех этих вышеперечисленных мной, то — что останется? Неужели НИЧЕГО?

Нет, так не должно быть. Так неправильно. Так не будет.

Но тогда почему… Почему, блин, так постоянно получается? Что за злой рок меня преследует? Может, на меня наложено какое-то проклятие? Еще немного и я серьезно в это поверю! Может, какие-то высшие силы разгневались за то, что я так некрасиво поступила с тем мальчиком-романтиком? Ведь, наверное, это был единственный человек в моей жизни, который меня по-настоящему любил. А я… Нет, я много кого бросала или просто обламывала в своей жизни. Но смеяться над комплексами великовозрастных подростков, или весело наплевать на похотливые приставания нагловатых самцов — это одно. А вот играть с искренними чувствами того, кто готов дарить тебе самое дорогое, что у него есть — это совсем другое. И если прав мой отец, утверждающий что за все в жизни приходится платить рано или поздно, то…

Но что я могла поделать, если в моем сердце не родилось ответного чувства? В чем я виновата??? За что мне ваше проклятие?

Вот, блин, до чего я дошла. Уже готова поверить… Совсем крыша едет.

Нет, конечно, это бред. Проклятий не бывает. И глупо верить, что все мои беды только из-за этого. Что я теперь до конца жизни буду одна, что никогда не смогу найти свою любовь — настоящую и взаимную. Чепуха!

Вот только с тех пор у меня и правда не было ничего настоящего. Так, какие-то серые лица для мимолетного времяпровождения, которые не оставляли следа ни в моей памяти, ни в душе. Просто совпадение?

А то, что я уже устала быть одна; устала искать неизвестно что; устала каждый раз разочаровываться в мужчинах; начинать какие-то отношения, заранее зная, что они обречены; устала наступать на одни и те же грабли… Это тоже совпадение? И почему я теперь постоянно вижу в мужчинах какие-то недостатки, знакомлюсь с кем-то новым и понимаю, что это все — не то, почему глядя в глаза каждого моего нового знакомого, я не вижу там ничего, что смогло бы зажечь ответный огонек в моих глазах? Совпадение?

Блин, ну почему это происходит именно со мной??? Может, я какая-то неправильная?

Ведь ежедневно сотни людей влюбляются, что-то находят друг в друге, потом даже женятся, растят детей, наконец. Чем они лучше меня? Что в них есть такого? Разве я так не могу? Хм… Наверное, могу. Наверное, когда-нибудь мне встретится обычный нормальный парень, который понравится мне, а я ему. И я, наконец-то, выйду замуж. И даже, в конце концов, смогу себя убедить, что люблю его, а не делаю это только от отчаяния и безысходности, только чтобы убедить саму себя, что я еще на что-то гожусь и кому-то нужна, и что у меня еще может в жизни все быть хорошо… нормально… как у всех…

Он будет славным и милым, я буду считать, что мне с ним повезло, и он будет думать то же самое про меня, мы будем довольны друг другом, а наши родители не смогут на нас наглядеться, приговаривая: «Какая великолепная пара!». Поначалу мы будем пребывать в радужных мечтах, строить воздушные замки о будущем, о детях, о том, как замечательно у нас все устроится и т. д. Потом все это как-то сойдет на нет, забудется и войдет в привычно-будничную серую колею.

Наверное, поначалу мы будем часто заниматься любовью, на втором году брака — уже реже, а потом, наверное, сама мысль о сексе будет появляться у нас раза два в неделю, не говоря уже о её воплощении раз в месяц. Ничто так не убивает желание, как обязанность, вы замечали? И если человеку предстоит заниматься сексом не тогда и только тогда, как он этого захочет, а делать это по обязанности, исполнять супружеский долг, то желание мигом пропадает. И этот человек будет потом еще и упрекать себя и думать: «Как же так? Что со мной? Куда подевалась моя прежняя безумная страсть? Неужели я уже не люблю этого человека?» И будет преувеличенно-показушно стараться доказать, что чувства его еще не остыли. Чем только отобьет желание у другого, который непременно почувствует неискренность. Вскоре для каждого из нас секс превратиться в неприятное обязательство, которое, тем не менее, нужно исполнить строго по расписанию в соответствии с графиком, а то, не дай бог, еще подумают, что тебе уже не хочется.

И мы оба будем стараться реже бывать дома, выдумывать какие-то причины, отговорки, притворяться, что уже спим, что болит голова, что устали… что там еще в списке отмазок? Только бы не начинать опять этот бесполезный разговор, не испытывать опять это чувство стыда, вины, брезгливости и неудовлетворения.

Мало того, мы перестанем даже разговаривать друг с другом. Так, ничего не значащая бытовая болтовня по 15–20 минут в день — и все. Хотя, конечно, на людях еще сможем поддерживать видимость идеальной семьи, вести светскую беседу, обсуждать какие-то дела, погоду, друзей… Будем делиться впечатлениями об общих знакомых и приятелях. Разумеется, у него они будут свои, а у меня — свои.

Но про прежние нескончаемые разговоры до рассвета «по душам» можно будет забыть. В нашем общении уже не будет искренности, мы не будем друг с другом откровенничать, как раньше. Мы не будем общаться, мы будем передавать информацию.

Мой муж будет мучаться и не понимать — почему же мы так отдалились друг от друга? Что же он сделал не так? Может быть, я разлюбила его? Он начнет за мной следить и ревновать, чем, разумеется, только разозлит меня еще больше.

В свою очередь я в растущей тревоге начну спрашивать себя — может, это я всему виной, может, это со мной что-то не так, не в порядке, может, я какая-то неправильная? Может, я не смогла сохранить нашу любовь? Не смогла быть для него единственным смыслом жизни? Может, я перестала следить за собой и в результате больше не интересую его?

В конце концов, когда наш брак будет совсем уже висеть на волоске, я забеременею. И у нас родиться ребенок — чудная кроха, в которой мы оба будем души не чаять. И на какое-то время станем ближе друг к другу, будем заботиться, стараться понять… А потом все опять потихоньку войдет в привычную колею.

Затем я начну катастрофически толстеть, как моя старшая двоюродная сестра — у нее все было именно так. Сначала это будет не очень заметно, я буду списывать это на роды, убеждать себя, что я временно не в форме, но вскоре все вернется назад. Но потом я начну весить уже больше, чем была во время родов, и, хотя мой муж и будет уверять меня, что готов любить меня любую, я сама буду чувствовать, как меняется его отношение ко мне. В отчаянии я сяду на диету или начну принимать какое-нибудь из модных сейчас «чудодейственных» средств. И изо дня в день буду чувствовать себя подавленной и разбитой оттого, что все мои усилия бесполезны, а чтобы избавиться еще и от этого чувства начну пить еще и какие-нибудь антидепрессанты. Муж мой будет меня утешать, как сможет, и в результате, после ночей любви, столь редких к тому времени, я рожу еще одного ребенка. И буду твердить налево и направо, что дети для меня — смысл жизни, мое счастье — в них, и мне не важно, как я выгляжу, ведь у меня есть они! Хотя, если подумать, то как раз наоборот, ведь как раз моя жизнь — это смысл их жизни, сама ее причина.

Я не разведусь с мужем, потому что не захочу, чтобы мои дети были так же несчастны, как я когда-то. Как будто такое мое поведение делает их счастливыми!

Все вокруг будут считать нас идеальной парой, не догадываясь, что здесь, как и всюду, за видимостью счастья таится все та же горечь и тоска, все тоже беспросветное одиночество.

А потом мне однажды доложат, что мужа есть любовница. Я, наверное, устрою безумный скандал, хотя в душе буду чувствовать облегчение. Буду кричать о своей любви и о том, как он мог так поступить, хотя на самом деле мною будет владеть только чувство раздражение, потому что мой мужчина посмел отдавать свою теплоту и нежность кому-то еще. Быть может, мне самой они уже давно не нужны, но КАК ОН МОГ???

Накрутив себя таким образом, несчастная и заплаканная, я напьюсь и сяду в автомобиль, чтобы врезаться в дерево и покончить со всей своей неустроенной жизнью разом. Но к тому времени я буду уже старая и трусливая, расплывшаяся и обрюзгшая, с двумя детьми на руках, которым нужна моя помощь, их ведь нужно воспитать, дать им образование, помочь найти свое место под солнцем… Ведь у меня обязанности, от которых никуда не деться, так что какое уж тут самоубийство? Самоубийство придется отложить. И надолго.

Да и не будет никакого самоубийства, будут бесконечные скандалы, обвинения, угрозы уйти вместе с детьми. Муж, как водится, пойдет на попятный. Начнет уверять, что любит только меня одну, и что такое больше не повториться. Даже не понимая, что на самом деле никуда я не уйду, мне просто некуда деваться, разве что переехать назад к родителям, на этот раз навсегда, до конца дней своих. И с утра до ночи выслушивать мамины нотации и причитания, что я сама виновата, сама разрушила семейное счастье (пусть какое-никакое, но все-таки), что он, при всех его недостатках, был все-таки хорошим мужем, не говоря уже о том, как это сказалось на детях.

Еще через год у него появится новая любовница. Об это я либо догадаюсь сама, либо увижу их вместе, либо опять-таки кто-нибудь из доброжелательных знакомых поспешит мне сообщить об этом. И я, конечно, закрою глаза, потому что на борьбу с прежней уже ушло столько сил, что теперь уж лучше принять все, как оно есть. Что с того, что жизнь оказалось не такой, как я ее представляла?

Он будет со мной все так же добр и даже, испытывая чувство вины, будет делать все, что я скажу, и награждать меня подчеркнуто нежными ласками на людях. А я буду снисходительно принимать их, зная, что ни ему, ни мне они уже давно не нужны.

Я брошу работу и реже буду бывать на людях. Буду сидеть дома, болтать с подругами по телефону, пялиться в телевизор, в котором все останется таким же скучным и нудным и через 10, и через 20, и через 50 лет, буду есть свои бутерброды и запивать их кофе или пивом. А иногда даже буду тихо напиваться с подругами от безысходности, жаловаться им на свою судьбу и вместе с ними обсуждать какие же все мужики — сволочи, и почему они не понимают нас.

Только теперь бутерброды я буду есть с крепнувшим чувством вины, все более безнадежно толстея. В клубы, рестораны и на всякие вечеринки буду выбираться крайне редко — да и зачем это мне теперь-то? Ведь у меня есть муж, у меня есть свой дом, в доме дети, которые требуют моей заботы, которых надо воспитывать, принося им в безоглядную жертву свою оставшуюся жизнь. И теперь весь ее смысл сведется к ожиданию той поры, когда они вырастут, а потом… а что потом?

Да, потом меня вновь посетят мысли о самоубийстве, и даже будут более настойчивыми и неотвязными. Но тогда мне о нем останется только мечтать. Мать двоих детей, примерная жена — как я могу даже думать о таком? И в один прекрасный день я смирюсь с мыслью, что такова жизнь, и зачем я пыталась что-то изменить, кому нужны все эти мои бредовые мечты и фантазии, надо просто тихо существовать и не выпендриваться, и все будет хорошо. Ну и что с того, что в этом глупом и бесполезном существовании нет никакого смысла, что с того, что день за днем в этом затхлом болоте ничего не меняется? Все так живут. И мне, наверное, надо тоже…

НЕТ, Я НЕ ХОЧУ ТАК!!!

Ну, почему, почему, ПОЧЕМУ, черт побери, все в моей жизни обязательно должно быть так серо и буднично? Почему ежедневно сотни других людей влюбляются до беспамятства, теряют голову, сходят с ума от любви, что-то находят друг в друге, мечтают и их мечты сбываются? ПОЧЕМУ??? Чем они лучше меня? Что в них есть такого? Разве я такая уж замухрышка? Разве у меня такие уж высокие требования? Вроде бы, нет… Если, конечно, не считать «завышенными требованиями» желание увидеть рядом с собой настоящего мужчину. Не обычного среднестатистического представителя мужской половины человечества, а сильного, интересного, необычного, оригинального, не обделенного интеллектом и харизмой. Такого, с которым даже простое общение кажется праздником посреди серых будней. Что, разве таких нет? Совсем вывелись? Повымерли, как динозавры? Или где, черт их побери, они бродят, пока я сижу тут одна, а молодость проходит? Неужели в моей жизни никогда не будет ничего необыкновенного, красивого, какой-то сказки, что ли? Неужели все будет серо и буднично?

Мой отец с детства приучил меня за все в своей жизни отвечать самой. И, если что-то не получается так, как ты хочешь, искать причину прежде всего в себе. Значит, следуя твоей логике, папа, я сама во всем виновата? Я сама создала себе этой замкнутый круг, из которого не могу вырваться? Я сама не хочу общаться с теми, кто меня окружает, и сама отталкиваю тех, кто не похож на мое окружение?

…А ведь, может, и верно. В каждом из нас кроется причина и следствие собственных неудач и слабостей. Ведь оттолкнула же я сама того парня… Хотя он тоже хорош! Но все же теперь я понимаю, что зря сама полезла в бутылку. Напридумывала тогда себе чёрт знает чего на пустом месте. А, наверное, у нас могло бы получиться что-то интересное. Необязательно какие-то долгие и прочные отношения, но хотя бы нечто яркое и запоминающееся.

Или я сама боюсь этого? Боюсь впустить к себе в душу кого-то, в ком не уверена? Боюсь снова обжечься? Иду на поводу собственных моральных принципов и ограничений, которые существуют на самом деле только внутри меня и ограничивают мою же свободу? Так может…

Но ведь нельзя же спать с первым попавшимся проходимцем, только потому, что он оказался интересным человеком! Или можно? Или… с чего я вообще взяла, что он — проходимец? Или…

Блин! Совсем запуталась!!!

Ну почему, почему, почему о чем бы я ни начала думать, все мои мысли непременно возвращаются к нему? Что в нём такого? Чем он меня зацепил? Мда…Если б знать!

Наверное, просто он для меня олицетворяет некую свободу и независимость, о которой я сама давно мечтала, к которой стремилась, но не смогла достичь. Он делает то, что хочет, а не то, что должен. Берёт то, что ему нравится, ни у кого не спрашивая разрешения.

…Интересно, а я ему нравлюсь?

Чёрт, да не о том речь! ПОЧЕМУ Я ТАК НЕ МОГУ??? Что меня останавливает? Что мешает? Вроде бы, ничего. Но как только я захочу, взяв пример с него, тоже сотворить что-нибудь эдакое, как моментально появляются какие-то препятствия, какие-то моральные запреты, самоограничения и вообще… Я, может, и понимаю, что это глупо, но все равно никогда не решусь, потому что… Стоп! А почему? Почему мне нельзя? Откуда берутся все эти запреты и предписания? Даже не знаю… Может, дело в воспитании? Хотя… Раз они сами собой появляются в МОЕЙ голове, то… Стоп! Так получается, я сама себя ограничиваю? И все эти запреты живут только внутри меня самой? А на самом деле их нет! Кто их видел?

Блин, да что же это такое??? Бедные мои мозги!!! Ну как так можно жить? А-а-ааа!!!

С силой размахнувшись, я запустила бокал с остатками недопитого мартини в стену передо мной. А потом дотянулась до телефона на полке и набрала номер, записанный у меня на руке.

* * *

Не знаю, что тогда заставило меня это сделать. Был ли тот звонок жестом бессильного отчаяния, проснувшейся жаждой свободы или чем-то еще — кто его разберет теперь? До сих пор, когда я пытаюсь восстановить те события, у меня в голове какой-то сумбур, а память выхватывает лишь отдельные моменты того, что тогда происходило.

Помню, например, что когда разлетелись по комнате осколки разбитого бокала, я на мгновение закрыла лицо руками и вновь увидела этот его номер телефона на своей ладони. А потом, устав бороться сама с собой, взяла трубку и…

Кажется, тогда время уже приближалось к полуночи, но меня в тот момент это мало волновало. В конце концов, раз уж я терплю все его выходки, раз уж, забыв о гордости, сама звоню ему среди ночи, то уж он, наверное, как-нибудь стерпит один поздний телефонный звонок!

Помню, что он не спал, трубку взял быстро. И даже как-то не сильно удивился, услышав мой запинающийся голос. Который после стандартного обмена любезностями («привет-привет…не спишь… а ты… как дела… не разбудила…чем занимаешься…» и т. д.) вдруг сбивчиво попросил его приехать ко мне. Прямо сейчас.

Помню, что он только сдержанно-вежливо поинтересовался — что-то случилось? А я уверяла его, что все нормально, все в порядке, просто бывает иногда у человека такое, на него что-то находит, что-то переполняет его изнутри, и он, опьяненный собственной невесть откуда взявшейся смелостью, способен горы свернуть и море вброд перейти. Что именно в таком состоянии совершаются все красивые безумства и сумасшедшие поступки, на которые нормальный человек никогда не решится. Что если немного переждать, остыть, то это чувство пройдет, и все вчерашние порывы на утро покажутся тебе смешными и нелепыми. Но в то же время в глубине души ты будешь винить себя в том, что не сделал этого, что засомневался и упустил свой шанс. Ведь больше на такое ты уже никогда не решишься!

Что-то там еще я несла, наверное, мой лепет был сумбурным и невнятным, но он понял. Как мне показалось. Может, потому, что сам чувствовал нечто похожее…

Если бы в тот момент он посмел хмыкнуть насмешливо или хотя бы заикнуться о том, что заранее знал, что все так и будет, я бы убила его на месте. А если бы начал расспрашивать — зачем и почему, о чем это я и т. д., то я бы просто бросила трубку. Но он лишь тихо сказал:

— Хорошо. Скоро буду.

Помню, как потом еще минут 5 я сидела на полу и слушала гудки в трубке возле уха, прежде чем смогла оторвать вспотевшую руку с телефоном от раскрасневшейся щеки и перевести дыхание. Потом словно со стороны смотрела на себя и думала: «Ну и дура! Зачем я это сделала? Что ему скажу, когда он приедет?»

Помню как, спохватившись, наконец, вскочила с пола и начала носиться по квартире, принимаясь то оттирать пятно со стены и собирать осколки стекла, то приводить в порядок растрепанные волосы, то искать свою любимую белую блузку и короткую черную юбку. Которые в сочетании с кружевными черными чулками являлись тайным оружием сексуально-обворожительной стервы по имени Настя (то есть, меня, если вы еще не догадались).

Помню еще, что как глупая 16-летняя школьница я постоянно пялилась на часы. И одно время уже даже думала, что он не придёт, и мне пора начинать придумывать себе оправдание на утро, чтобы завтра не чувствовать себя дурой и не сгореть от стыда и неловкости.

Действительно — на что я надеялась? Что он, наслушавшись полуночных бредней взбалмошной девчонки, проникнется ими и примчится ко мне посреди ночи? Это надо быть еще большим сумасшедшим, чем я!

И в тот момент, когда я уже окончательно убедила себя, что он не придёт, и что мы больше никогда не встретимся, потому что я не знаю теперь, как смотреть ему в глаза, тем более, если он еще, не дай бог, кому-нибудь расскажет… нет, конечно, я даже виду не подам и внешне останусь спокойной, но в душе…

Короче, в тот момент, когда я окончательно убедила себя, что ждать уже бесполезно, раздался тихий стук в дверь…

* * *

Я не помню, что сказала ему тогда. Кажется, я так и не смогла объяснить, зачем вытащила его посреди ночи, и что со мной происходит. Кажется, я тогда вообще не смогла объяснить ничего. Да было и незачем.

Мы все прочли в глазах друг друга, как бы банально это не звучало. Знаю, что такая фраза отдает пошлым любовным романом, но по-другому не скажешь. Потому что было именно так.

МЫ ВСЕ ПРОЧЛИ В ГЛАЗАХ ДРУГ ДРУГА.

Просто он долго-долго смотрел в мои глаза, а я — в его, и потом….

Я не помню, кто из нас сделал первый шаг. Просто какая-то непреодолимая сила будто бы толкнула нас навстречу и мы оказались в объятиях друг друга. И все то, что до этой поры лишь тихо тлело внутри нас; все то, что мы сдерживали из последних сил и старались запрятать подальше на задворки души, вдруг прорвалось наружу подобно извержению вулкана.

Я не помню, что было дальше… Точнее, я просто не в силах этого описать…

* * *

К утру я обнаружила, что в свои 24 года не знала о сексе ничего. Что за нелепыми отговорками, глупыми комплексами, дурацкими самоограничениями и бесконечной погоней неизвестно за чем, я пропустила целый мир, проглядела небольшую вселенную, которая, оказывается, была так близко. И воздвигла такие барьеры изо льда вокруг своей чувственности, отгородилась такими заборами от собственной страсти, что непостижимым казалось — как за одну короткую ночь этому парню удалось сотворить со мной такое? Как он смог пробиться ко мне, достучаться, проникнуть внутрь, разбудить во мне женщину и погрузить в этот мир настолько, что я сама себе казалась тающим в густой сладкой жидкости розовым леденцом, вся поверхность которого стонала и плавилась от нежности и счастья?

В моей жизни было много секса. Хотя, конечно, смотря с кем сравнивать. Ну, скажем так, достаточно. Но в тот момент я поняла, что все это было ничем. Просто ничем.

Ведь ни один мужчина не разбудил во мне безумной страсти, не вызвал непреодолимого желания, не довёл меня до эмоционального оргазма еще до того, как прикоснулся ко мне. До этой ночи я занималась сексом из любопытства или уступая чьему-то настойчивому напору, я отдавалась холодно и без огня. Я искренне не понимала — что имеют в виду люди, когда говорят, что порой им трудно себя контролировать, так сильно они хотят кого-то.

Не скажу, что я не получала удовольствия от близости с мужчиной, но, как оказалось, я ни разу в жизни не хотела секса по-настоящему! До этого момента…

Той ночью я была королевой и рабыней, меня возводили на трон и низвергали в пропасть, сводили с ума непередаваемой нежностью и брали грубо и жестоко. В ту ночь я сама мечтала принадлежать мужчине вся, без остатка, чтобы меня покоряли и обладали мной, делали с моим телом все, что угодно, использовали для любых непристойностей, насиловали и обожествляли, безжалостно срывали последние покровы приличия, доводили до безумства, до грани, до последней черты, за которой уже нет ничего человеческого, только жар, пот, страсть, напор и запах, источаемый этим телом!!!

Наверное, в ту ночь я лишилась девственности. По-настоящему!

И, наверное, так и только так это должно случаться у каждой женщины, которая хочет разбудить свое тело, научиться говорить с ним на одном языке и получать наслаждение, а не просто первый раз в жизни отдаться мужчине в минуту близости.

Хотя, конечно же, это невозможно. Так не бывает. И никогда не будет.

Сколько времени должно пройти, сколько сил нужно потратить, чтобы научиться слушать и понимать свое тело, от скольких убеждений и самоограничений придется отказаться, сколько принципов, которые понапихали нам в голову еще с детства придется пересмотреть, чтобы, наконец, во вчерашней девочке проснулась настоящая, взрослая, созревшая женщина!

Говорят, это происходит годам к 35, не раньше. Что ж, наверное, мне повезло.

Или наоборот…

* * *

Будь эта книга любовным романом, наверное, в этом месте стоило бы поставить точку. Потому что дальше в любовных романах обычно идут перечисления всяких сладких глупостей и розовых соплей, которые у их участников вызывают умиление, а у людей посторонних — скуку и зевоту.

Наверное, отношения двоих потому и называют интимным и личным, что они не предназначены для широкой общественности, и, будучи опубликованными, моментально теряют свою непередаваемую таинственность и прелесть.

Наверное, если бы это была история любви, то она просто никогда не была бы написана. Я не стала бы делиться неизвестно с кем своими чувствами и переживаниями только потому, что не в силах держать их в себе. А сладкие глупости оставила бы для нас двоих.

Но это — не история любви…

* * *

Что было на следующее утро, когда я проснулась, вы уже знаете. Я писала об этом в самом начале. Но если хотите, можете перечитать пролог заново, чтобы освежить в памяти те события. А я с вашего позволения возьму небольшой тайм-аут. Слишком уж мне не хочется рассказывать дальше.

Но что же взамен? Может, рассказать вам немного о себе?

* * *

Меня зовут Настя, я — начинающая журналистка. Работа как и всякая другая, с чего-то надо жить, если совесть не позволяет тебе в 24 года сидеть на шее у родителей. Они, может, были бы и не против, но со временем тебе самой хочется независимости и самостоятельности.

Наверное, уже давно стоило бы устроить паузу в моем повествовании и поведать чуть-чуть о себе любимой, вот только все как-то не было времени, да и вообще я не принадлежу к числу тех авторов, кто стремиться заинтересовать читателя собой. Но пару слов все-таки скажу, чтобы удовлетворить ваше любопытство.

Я родилась и выросла в маленьком городке Нижегородской области, который я то ли люблю, то ли просто привыкла. Во всяком случае, я всегда возвращаюсь к нему, где бы я ни была. А возвратившись, снова начинаю ругать его, и так до тех пор, пока вновь не уеду куда-нибудь и снова не начну скучать. Забавно, да?

Судьбе было угодно, чтобы я появилась на свет в первый день осени, в ту самую пору, когда с деревьев начинают опадать листья, становится холоднее, и дни укорачиваются. Отсюда, наверное, и проистекают мои врожденные качества — глубокая впечатлительность и быстрая разочарованность. Так уж получилось, что я всегда не могу пройти мимо каких-то вещей, которые трогают за душу, а потом…

Быть может, поэтому у меня до сих пор нет каких-то постоянных отношений с мужчинами. Хотя частенько находятся парни, которые меня привлекают. Поначалу. А потом…

Пожалуй, права была какая-то умная женщина, которая еще за много лет до меня сказала: «Есть много тех, с кем я была бы не прочь заснуть в одной постели, но нет никого, с кем мне бы хотелось проснуться».

Я слишком рассудительна и пресыщена жизнью, чтобы влюбится по-настоящему. Я слишком впечатлительна и чувствительна, чтобы оставаться равнодушной.

Наверное, по тем же причинам у меня нет близких подруг. Хотя я — тусовщица и светский человек, постоянно на виду и каждый день завожу новые знакомства. Ничего удивительного в этом нет, все понятно и предсказуемо. Я — одиночка, затерявшаяся в море смутно знакомых лиц. Я стараюсь бывать там, где шумно, потому что можно не разговаривать. Затеряться в толпе и уйти в себя. Вечеринки и сборища на то и даны человеку, чтобы скрывать, что у него на уме.

В наши дни одиночество считается какой-то постыдной болезнью. А мне оно нравится. У меня практически нет близких подруг, и, знаете, как-то обхожусь. До сих пор не жаловалась.

Вообще, почему все так его чураются? Не потому ли, что оно заставляет думать? Никто не хочет оставаться в одиночестве, потому что оно высвобождает слишком много времени для размышлений. А это навевает тоску. Чем больше думаешь, тем становишься умнее, а значит и грустнее.

Кому захочется признаваться в этом? Куда интересней в компании друзей травить байки о том, как ты весело провела вчера время на какой-нибудь отвязной тусовке, отрывалась по полной, зажигала с кучей знакомых или незнакомых людей. Но мало кто захочет признаться в том, что на самом деле ты вчера весь вечер и всю ночь была дома одна; мало кто захочет рассказать вам про вечера полные тоски и одиночества, когда хочется завыть волком. Наверное, потому, что это неприглядней веселых рассказов о хулиганских выходках в компании подруг. Правда вообще всегда неприглядна. Поэтому люди и лгут.

Лгут случайным знакомым, потому что не хотят пускать их в душу. С беззаботной улыбкой отвечают, что у них все замечательно, в ответ на стандартное: «Как дела?». Лгут близким, потому что хотят выглядеть лучше в их глазах. Ну, это же близкие, их мнение для нас что-то значит. Лгут себе самим, потому что в правду верить уже просто не хочется.

Так чаще всего и бывает. Если слишком долго лгать другим, то со временем начинаешь обманывать себя.

Но мне лгать некому. Я одна, если не считать за компанию бутылку мартини, с которой тоже порой тянет поговорить. Одна в квартире, одна в этом городе, одна в целом мире. Как и следовало ожидать, моего тогдашнего знакомого я больше не смогла найти. Его телефон не отвечал, сам он не звонил и не появлялся. Впрочем, этого было предсказуемо с самого начала, только я почему-то долго не хотела в это верить. Первые несколько дней отчаянно пыталась его разыскать, ждала, что он все-таки объявится сам, так же неожиданно, как и раньше, придумывала какие-то слова, которые я скажу ему при встрече… Потом просто сидела, молчала и пялилась в одну точку. Наверное, в тот момент я впервые пожалела о своем одиночестве.

Хотя нет, одна подруга у меня все-таки есть. Веселая и жизнерадостная девчонка 17-ти лет отроду, с которой мы познакомились недавно на каком-то журналистском конкурсе. Не знаю, что сблизило нас. Может, то, что она сильно напоминала мне меня саму в том самом беззаботном возрасте, когда ты еще не успела пройти через большинство разочарований в жизни, и у тебя сохраняется иллюзия, что перед тобой все дороги открыты. Когда все вокруг вызывает у тебя кучу эмоций, когда впечатления переполняют, и тебе непременно нужно поделиться ими с кем-то. Когда ты готова говорить без умолку, рассказывать взахлеб о чем-то, взволновавшем тебя, и улыбка не сходит с твоего лица, наверное, даже во сне. Когда ты еще не разучилась мечтать, и не можешь понять, почему кто-то считает тебя наивной.

Такой я сама была когда-то. До того, как превратилась в уставшую циничную зануду.

И именно такой была Лёлька.

Неудивительно, что именно ей я позвонила в тот вечер, когда поняла, что если не избавлюсь от этих навязчивых мыслей, если не поделюсь ими с кем-то, то просто взорвусь.

* * *

Читая женские романы или дешевые приключенческие истории (а кто, скажите, не читал их, хотя бы раз в жизни? Только честно скажите, без рисовки!), мы частенько ассоциируем себя с главными героями. И представляем себя на их месте и фантазируем на тему — как бы я поступила в такой ситуации? А потом удивляемся, что, если в жизни и правда происходит нечто похоже, то все выглядит совсем не так, как в тех самых женских романах (которые мы, конечно же, вовсе не читаем!), и мы оказываемся совершенно не готовы к такому повороту событий. И не знаем, что делать и как поступить, а в голове вертятся лишь банально-пошлые и неуместные сейчас фразы всё из тех же гордо нечитаемых нами «бестселлеров». Типа — «это было для нее ударом, её мир разлетелся на тысячу осколков» или «её темные с поволокой глаза были подернуты облаком грусти» и т. д.

Ну, не смешно ли?

Вот только в такие моменты почему-то совсем не тянет смеяться…

То, что сказала мне Лёля, было для меня ударом. Нет, я не была в шоке, мой мир не перевернулся с ног на голову и не разлетелся на тысячу осколков, как обычно пишут в романах. И про глаза лучше даже не заикайтесь.

Я просто как-то даже не смогла в это поверить поначалу.

— Лёль…Так ты говоришь, он — пикапер?

— Ну да. Мне так кажется, — кивнула она. — Я просто как раз недавно писала статью об этих профессиональных соблазнителях, собирала материал, ну и… По-моему, некоторые замашки в его поведении уж очень напоминают…

— А кто они вообще такие? Расскажи поподробней.

— Мальчики-соблазнители, которые именуют себя пикаперами. От английского глагола to pick up (подцепить). Это целое движение, пришедшее к нам с Запада. У них есть свой сайт, они встречаются, обмениваются мнения, тренируются. Изучают женскую психологию, разрабатывают модели поведения, ну и все такое прочее. Лишь бы запудрить женщине мозги и затащить ее в постель, — Лёлька скривила губки и как-то поежилась. — В их арсенале очень много приемов, с помощью которых они могут очаровать тебя, «снести крышу» и делать с тобой всё, что угодно. Вот хотя бы — помнишь, как он с тобой познакомился? Это называется «каскад приветов». Я читала о таком способе на их сайте. А потом он просто незаметно шёл за тобой, чтобы разыграть вторую «случайную» встречу. Зная, что это сильно удивит тебя, и ты, находясь в шоке, скорее всего, не сможешь отказать и дашь ему свой телефон. Затем, по базе данных городских номеров он узнал твой адрес и устроил тебе еще один сюрприз, чтобы снова ошарашить тебя и лишить возможности сопротивляться. Это у них называется «крышеснос». И каток на крыше — из той же серии.

— А ледяная роза? — в моей голове по-прежнему не укладывалось сказанное Лёлей, и хотя я уже понимала, что она права, мой потрясённый мозг еще отказывался верить и судорожно искал хоть какой-то изъян в безупречном сценарии моего соблазнения.

— Берётся обычная роза, выносится на мороз и поливается водой. Из разбрызгивателя. В несколько слоев. То есть, сначала полить, дождаться, пока замёрзнет, и снова полить. Так несколько раз. В результате получается идеальная роза изо льда… Они еще и не такое придумывают! Вообще, они мальчики креативные, с фантазией. Не все, конечно, такие романтики, как тот, твой… Встречаются и невоспитанные наглецы, и уверенные в себе красавцы, и откровенно циничные типы. Кстати, девушек они оценивают по 10-бальной системе (от 0 до 10). А вообще, каждый из них должен уметь «работать» в разных моделях поведения. В зависимости от конкретной ситуации и конкретной девушки. Видимо, в твоём случае он просто решил, что лучше будет использовать модель романтика, вот и играл по такому сценарию.

…Я забралась на диван с ногами, зажалась в тесный комочек, обхватив коленки руками. Надо же, как все просто…

— Одного я не понимаю, Лёль. Если это такое распространенное течение, если про них многие знают, если любой желающий может залезть на этот их сайт в интернете и все там прочитать, почему же женщины все равно попадаются на их штучки?

— Не знаю, — вздохнула подруга. — Может, сами хотят… Ты видела когда-нибудь мотылька?

— Бабочку? — переспросила я слегка удивленно.

— Ну да. Бабочку. Которая сама летит на огонь. У нас в деревне их много. Я в детстве никак не могла понять — зачем же они это делают? Даже пыталась их спасти, отпугивать от огня, а они все равно… Всю жизнь проводят в темноте, а как завидят что-то светящееся, то устремляются к нему. Летят, торопятся…, — Лёля смотрела поверх меня куда-то вдаль, словно представляя себе это. — Потом крылья опалит пламя, глаза слепит нестерпимый свет, и мотылек падает, обожжённый, куда-то вниз, прервав свой полет… Видела? — Лёлькин взгляд перестал быть задумчивым и отрешенным, теперь уже она смотрела только на меня. — Так вот, мне почему-то кажется, что он знает об этом. Или хотя бы догадывается. Ведь столько мотыльков до него уже обжигались. Но все равно летит. Пламя слишком притягательно, языки огня завораживают, и так хочется… Понимаешь?

— Пожалуй… Какие же мы все-таки дуры! — я в отчаянии стиснула гобеленовую подушку, лежащую до этого на краю дивана. — Скажи, Лёль, ну почему женщины такие слабые?

Она лишь пожала плечами.

— Вот и я не знаю. Слушай, а покажи мне этот их сайт, а?

— Если хочешь — запросто. А зачем?

В ответ я сама лишь пожала плечами.

* * *

Действительно, зачем тогда я решила это сделать? Руководило ли мной простое женское любопытство или это было нечто другое? Возможно, мне хотелось узнать побольше об этих парнях, пообщаться с ними, постараться понять — кто же они такие и зачем так делают? А может мне, как всякой уязвлённой женщине, не давало покое желание разыскать того, кто бросил меня, взглянуть в его глаза, найти там ответ на все незаданные вопросы, которые меня мучили?

Я не знаю. Не знала тогда и не знаю сейчас. Может, уже в то время во мне зрел план — разузнать всё о них, выяснить побольше этих самых пикаперских штучек и приемов, а потом написать книгу, раскрывающие все их секреты. Чтобы любая женщина могла прочесть это и больше никогда в жизни не попадаться на их удочку.

В тот момент я еще не представляла себе — во что все это выльется. Ручаюсь, что и вы не догадываетесь сейчас, когда читаете эти строки, чем же закончится моё повествование.

Так или иначе, книгу свою я все-таки написала. Именно она сейчас перед вами. Вот только получилась она совсем не такой, как я задумывала вначале…

ГЛАВА 2

Они скрывают свои лица и настоящие имена от широкой общественности. Мало кто может догадаться — кто же они такие и чем занимаются на самом деле. Непосвященным очень редко удается увидеть их в реальной жизни, хотя как представители единого движения они регулярно собираются, ищут новых адептов. Что? Похоже на секту? Нет! Это вовсе не секта! Это своеобразный клуб по интересам, главный интерес которого — мы, то есть, прекрасная половина человечества. А молодые люди из этого клуба должны уметь завоевать расположение особы женского пола в кратчайшие сроки, да так, чтобы девушка и не заметила, что с ней начал встречаться профессионал быстрого соблазнения, а проще говоря пикапер.

Английский глагол to pick up можно приблизительно перевести как «цеплять, подцепить». Нетрудно догадаться, что он означает на сленге применительно к девушкам. Отсюда и взялось название этого учения — «пикап», а его последователи стали называть себя пикаперами.

Итак, по заданию редакции я встретилась с четырьмя молодыми людьми, которые продвигают идеи эффективного соблазнения у нас в городе. В кафе за столиком передо мной сидели Наглец, Художник, Грязный Стёбщик и Рэндом. Свои реальные имена они отказались назвать «по причине строгой конфиденциальности». Хотя их прозвища говорят сами за себя, и в определенных кругах эту четвёрку очень хорошо знают. Ведь именно они «заварили» пикаперскую тусовку у нас в городе, которая собирается как виртуально (на их сайте в интернете), так и реально.

На первый взгляд — обычные парни, которых можно встретить на улицах нашего города. А я, честно говоря, думала, что увижу каких-нибудь самовлюбленных красавцев, словно сошедших с первых обложек глянцевых журналов. Но нет, они — такие же, как все, разве что чуть более улыбчивы, раскованны, общительны и уверены в себе. А еще одеваются стильно, по сравнению с парнями, которые не умеют следить за собой (а таких в нашем городе большинство, к сожалению), это просто бросается в глаза. Я мысленно представила этих ребят на улице — пожалуй, выделяться они все-таки будут, особенно на фоне мальчиков-подростков с комплексами и психологическими проблемами…

Для тех, кто мечтает о донжуанских подвигах, но пока стесняется подойти к понравившейся девушке на улице, эти парни и предлагают свою науку. Я заинтересовалась — как же происходит обучение? Оказалось, что на первом этапе парни пытаются лишить начинающих соблазнителей их комплексов, которые мешают им наладить отношения с женским полом. Учат их правильно одеваться, правильно общаться, правильно вести себя…

Разумеется, раскрывают они и множественные секреты уличных знакомств, различные психологические аспекты, о которых обычные подростки даже не подозревают.

Настоящий соблазнитель должен научиться находить ключик к сердцу любой девушки. Например, суметь рассмешить гражданку, даже если она предельно серьезна. Или спустить с небес на землю, если мадам слишком высокого о себе мнения.

После непродолжительной теории новичков заставляют выходить на улицы города и тренироваться. Заданий для учеников много: собрать как можно больше подарков с идущих по улице девушек, наговорить дамам комплиментов, спеть песенку вместе с понравившейся вам девушкой и так далее.

После таких тренировок записная книжка учеников просто переполняется телефонами девушек. Конечно, обзвонить всех, а тем более встретиться — задача практически невыполнимая. Вот почему соблазнителю нужно научиться вовремя останавливаться.

Кстати, как оказалось, искусство пикапа вовсе не подразумевает стремление переспать с максимально большим количеством девушек. Главное тут — научится общаться, очаровывать их, ведь каждая из представительниц прекрасного пола мечтает, чтобы ее соблазнили красиво и со вкусом, а не абы как.

Кстати, парни признались, что есть категория пикаперов, которые стремятся к долгим и серьёзным отношениям, и у некоторых из них самих то же есть девушки, с которыми они встречаются достаточно давно. На мой вопрос, знают ли постоянные подруги об их увлечении пикапом, один из них ответил так: «Знают, конечно. Но ведь нет смысла ревновать, думать, что мы в любой момент можем с кем-то познакомиться. Если девушка в курсе нашего увлечения, это всего лишь стимул для нее, чтобы всегда выглядеть хорошо и всегда быть интересной».

Девушки-пикаперы тоже встречаются. По мнению моих новых знакомых, особенности общения и у мужчин, и у женщин одинаковы — вот почему пикап можно приравнять к одному из искусств общения. Другое дело, что всем нам хочется оказаться на месте соблазнителя, а не соблазнённого…

«Это уж точно!» — прошептала я про себя и с отвращением отбросила подальше журнал с Лёлиной статьей, так и не дочитав ее до конца. Блин, ну почему она не попалась мне на глаза раньше? Может, тогда бы я…

Хотя нет. Что толку себя обманывать? Никаких «тогда бы» не было. Все равно бы попалась.

«Но вот теперь, когда я изучу их сайт, когда опишу все их уловки и приёмчики в своей книге, любая женщина уже сможет вычислить в толпе пикапера, и ни за что не попадётся больше на их удочку!», — с этим мрачным манифестом и злобной мордой, свидетельствующей об активной жажде деятельности, я включила компьютер и залезла в интернет.

Оказалось, что сайт их достаточно известен. В принципе, мне даже не нужно было спрашивать у Лёли адрес, могла бы обойтись и сама. Достаточно было набрать в Яндексе фразу «клуб соблазнителей» или «как соблазнить девушку», чтобы получить сразу несколько ссылок на интересующий меня сервер. Вот я и тут…

* * *

«Вот ты и тут. Что ж, парень, мне остается только поздравить тебя, — такими словами встретила меня первая страница открытого мной сервера. — Ты знаешь, я сам иногда сожалею, что не узнал того, что знаю сейчас, где-нибудь к моему восемнадцатилетию. Это мне помогло бы сильно уменьшить количество столкновений моего многострадального лба с теми самыми граблями, которые подстерегают обычного молодого человека с первыми пятью-шестью девушками».

Так вещал со страниц сайта неизвестный мне оратор, и я невольно заинтересовалась его словами.

«Ведь как получается? До семи лет мы уверены, что детей находят в капусте, до 12 знаем, что от папы с мамой, после этого срока подозреваем, что люди занимаются сексом, лет в тринадцать посмотрим первую в жизни порнографию, а годам эдак к восемнадцати (кому раньше, кому позже) нам повезет познать вкус секса самим. И основная проблема в таком большом отрезке времени (от первого просмотра порнографии до первого исполнения ее вживую) состоит в отсутствии обучения. Например, если нас подробно учат есть, пить, ходить, говорить, читать и писать, то общению с женщинами не учат вообще.

Источники информации есть, но какие они? Кино, где в лучшем случае покажут пару стёбных диалогов, в худшем — герой страстно целует героиню и они падают на кровать, а на следующем кадре у них уже пятеро детей. Друзья-одногодки, которые знают не больше, чем ты сам. Или старшие товарищи, которые, по большому счёту, знают только один способ соблазнить женщину «влей в нее литру водки и всё».

Ну, про то, что спрашивать взрослых никто не будет лет до двадцати, а после двадцати ты уже сам взрослый и спрашивать не с кого, я вообще молчу. Глянцевые журналы часто пишут такой бред, что им нельзя даже вытереть зад в сортире. Бумага слишком жёсткая.

И что делать в подобной ситуации? Я не первый человек, который задумался над этой несправедливостью. Не считая мифического Казановы и легендарного Дон Жуана, на эту тему писали десятки очень умных и продвинутых людей. Сенека, например. Но где искать того Сенеку современному человеку? Правильно! Сейчас модно общаться электронным образом, то есть с помощью компьютера и интернета. И советчиков много, и советуют они быстро и с доставкой на дом. Именно так и была создана в середине девяностых годов тусовка пикаперов в России. В этом кругу лиц родились некоторые теории, способы, модели поведения и т. д. Все это мы с большим удовольствием сейчас и представляем в твое полное распоряжение.

Всё написанное здесь, конечно, очень неоднозначно. Тут нет инструкции «сделай шаг туда-то, скажи то-то, поверни левую грудь против часовой стрелки до щелчка, потом…» Соблазнение нельзя описать языком последовательности и причинно-следственной связи. Соблазнение можно описать словом «творчество» и только так. Но тем интереснее. Удачи тебе!»

«Спасибо!», — с мрачной ухмылкой прокомментировала я прочитанное. Больше всего меня раздражало то, что определенный смысл во всем этом все же был, и, хочешь-не хочешь, приходилось признавать, что писал-то всё-таки не глупый человек. Да и сайт был оформлен достаточно красочно, интересно и со вкусом. Вот только мне совсем не нравилось признавать его художественные или интеллектуальные достоинства, и я с гораздо большим удовольствием швырнула бы монитор об стенку, только бы не видеть рожу этого самодовольно улыбающегося красавчика, чью фотографию создатели сайта использовали как иллюстрацию к своему творению.

Слава богу, в этот момент меня отвлек телефонный звонок. «Как же ты вовремя, подруга!», — подумала я, увидев знакомый номер на экранчике.

— Привет, Лёль!

— Привет, Насть! Как ты? В целом?

— В целом — неплохо. Держусь. Вот залезла в интернет, любуюсь творением наших гениев соблазнения.

— А не рановато ты? Может, тебе лучше пока отдохнуть, отойти от всего этого? В целях объективности восприятия.

— Не волнуйся, Лёльк! От моей необъективности, если уж таковая проявится, не пострадает никто, кроме монитора. А он и не такое стерпит, не раз ему доводилось показывать мне всякую муру и созерцать потом убийственное выражение моего лица.

— А что с твоим лицом? Ну, кроме злобного выражения, конечно.

— Как раз кроме злобного выражения и жажды мести, каковая написана на моем лице крупными буквами, с ним всё прекрасно. Так что лучше не отговаривай, всё равно уже поздно.

— Ну, смотри. Тебе виднее.

— Ага. Слушай, Лёль, а как ты сама-то попала на этот сайт? В Яндексе наткнулась? Или случайно забрела?

— Нет, подружка «порекомендовала».

— Как это?

— Ну, есть у меня одна знакомая, одноклассница бывшая. Вот ей как-то однажды довелось пообщаться кое с кем из тамошних обитателей. Она потом рассказала мне, а я заинтересовалась, залезла туда, ну и… В результате потом написала статью. Ты, кстати, ее читала?

— Ага. Только не до конца. Пожалела монитор все-таки. Потом дочитаю, сейчас что-то воротит от всех этих пикапщиков… пикаперов… или как их там? Слушай, а с подружкой той вы еще общаетесь?

— Ну так, иногда. А что?

— Можешь меня с ней познакомить? Хотелось бы потолковать с «коллегой по несчастью». Узнать, как у неё это было и вообще…

— Ты знаешь, она вообще-то совсем не считает это несчастьем. Может, потому что у неё немножко по-другому все было. Или просто она такой человек.

— Странно. А чем же она это считает? Хотя ладно, на месте разберёмся. Вы как-нибудь вечерком приходи ко мне в гости вместе, ок? Пообщаемся, составлю я о ней собственное мнение. А там решим.

— Замётано! Заглянем как-нить. А ты держись давай, подруга, не раскисай!

— Будь спокойна! Мы этим братцам-кроликам еще покажем — с кем они связались!

— Точно! Ну, счастливо!

— Пока, подруга!

Нет, все-таки Лёлька — это потрясающий анти-стресс, лучший подниматель настроения, который только имеется в моем распоряжении. С её жизнерадостностью и вечным оптимизмом я в самые трудные моменты своей жизни получаю некий заряд позитива, который сразу настраивает меня на бодрый лад.

Так-с… Ну что, поехали дальше? Держитесь теперь, братья-кролики! Тигрицы вышли на охоту!

* * *

Облазив весь их сайт вдоль и поперёк, я пришла к неутешительным выводам. Поначалу мне почему-то думалось, что я встречу тут самовлюблённых мальчишек, носящихся со своими «гениальными» идеями, как дурень с писаной торбой. И мнящих себя крутыми только потому, что какая-то глупая малолетняя девчонка поддалась на их уговоры в минуту слабости. Но как оказалось…

Все мы привыкли (чего уж греха таить?) подтрунивать над мужиками в женской компании. И делаем это не столько со зла, сколько удовольствия ради и просто из любви к искусству. Ну как же не помянуть добрым словом заклято любимого, когда он даже со списком покупок, составленным среднестатистической женщиной, справиться не может? Ну, написано же русским языком: «Огурцы (немного)». Просто и понятно. Но его такая формулировка повергает в шок и трепет. Сколько это — «немного»? Он еще может понять, что сто огурцов — это много. Что один — это мало. Но вот семь огурцов — это много или немного?! И если согласиться с тем, что семь — это немного, то как быть с девятью? Вроде бы тоже немного, но по сравнению с семью получается два лишних! И в результате он обязательно или принесёт меньше, чем ты имела ввиду (и будет снова отправлен в магазин), или принесёт больше (и получит нагоняй за то, что теперь из-за него огурцы сгниют). А мы будем вздыхать и охать на тему примитивности наших мужиков и неспособности их мыслить творчески. И, наверное, будем неприятно изумлены, когда мыслить творчески они всё-таки начнут. И завопим — зачем же вы, мы же просто пошутили? Мы ж не со зла, а вы вздумали доказывать обратное, выдвигать какие-то научные идеи, задвиньте их обратно!

Так вот, они начали. Авторы этого сайта (уж не знаю — сколько их было и кто они) демонстрировали достаточный жизненный опыт и нехилые практические знания. Во всех аспектах. Тут тебе и как одеваться, и как знакомиться, как общаться на первом свидании, и как производить впечатление на девушку, как «дожимать» её и все такое прочее. Каждый новый совет я сопровождала про себя новым ехидным комментарием (ну как же иначе-то?), но в то же время не могла не признать, что все-таки мои оппоненты говорили дело, и, наверное, на девушек это оказывало нужное действие. Да, собственно, почему «наверное»? Разве я сама не лучший тому пример?

Особенно меня заинтересовала тогда статья о знакомстве в интернете, точнее, разбор основных ошибок, которые допускают обычные парни (то есть, не-пикаперы) во время такого знакомства. Читая её, я не могла не согласиться с автором, тем более, что сама совсем недавно говорила себе практически то же самое, слово в слово, сталкиваясь с чем-то подобным. Просто чтобы вы имели представление — о чём идет речь, я привожу эту статью здесь

ОСНОВНЫЕ ОШИБКИ ЗНАКОМСТВА В ИНТЕРНЕТЕ

Когда-то я был в очень теплых отношениях с некоторыми девушками, которые знакомились в сети, на одном большом и классном сайте знакомств, где самые красивые, самые общительные и раскрепощенные девушки собираются пачками. А за ними толпами бегают мальчики и пытаются их соблазнить. А девочки, избалованные вниманием (каждая их них получает штук 30 писем в день), мальчиков очень разборчиво выбирают и чаще всего посылают на фиг. Но у меня с ними были очень теплые и близкие отношения. Почему — догадайтесь сами, оставляю простор вашему воображению. Но речь не об этом.

Когда я писал эту статью (некоторое время назад), я попросил у двух девушек разрешение просматривать их почту. Они легко согласились, так как отношения у нас с ними было достаточно доверительные, они даже легко рассказывали мне обо всех своих проделках и выходках с глупыми мальчиками. Но опять же, речь не об этом. А вот о чем…

Не считая около 30 писем от спамеров, массажных салонов, модельных и эскорт-агенств, я просмотрел довольно большое количество писем с предложениями знакомства. Потом я пол-часа медитировал над вопросом: «Какого хрена?» и думал на тему тупости наших мужиков. Если бы я был девушкой, я бы таких нарочно оставил вечными девственниками. Честное пионерское. Просто потому, что такой генофонд должен умереть в зародыше.

В общем, мне понравилось только 1 (ОДНО) письмо. Все остальное написано ниже.

АШИПКИ

Самая большая, самая главная и самая глупая ошибка 99,9 % написавших письма «мужчин» (мальчиков и студентов) состояла в самом банальном и обычном просчете. А именно в том, что эти люди переносили обычая жизни в сеть. А если говорить еще проще, то сквозь письма красным по серому идет надпись ВЫБЕРИ МЕНЯ! 72-м жирным шрифтом.

И все это на фоне того, что сказать таким мальчикам по большому счету и нечего. Смысл всего их письма заключается в одной фразе: «Привет! Как дела? Давай познакомимся…»

Просто ради примера:

Привет! Меня зовут (имя). Мне 21 год. Веселый, общительный, но почему-то одинокий. Не то чтобы совсем один, у меня очень хорошие друзья, но хочется чего-то большего. Вот решил познакомиться с тобой…

Мне 27, не женат. Не привлекался, не участвовал. По большому счету я человек веселый, добрый, нежный и ужасно жизнерадостный. О деталях спрашивай.

Вот решил написать. Правда, чего писать и не знаю. Если о себе — то мне 27 лет, учусь в институте, если о лобаче слышала, то именно в нем. Перепробовал кучу разных вещей и занятий (единственное, наверно, что не пробовал — курить, но не тянет, иногда даже стыдно — все смолят, понимаешь, дымят, а ты один нет). Куча разных интересов, некоторые из которых постоянно меняются.

Я: Лет 26. высокий (187), внешне интересный, точно материально обеспечен. Весь и почти всегда на работе, хотя люблю отдохнуть как-нибудь весело. Это так, кратко, не люблю монолога.

Привет! Прочитал твое объявление, и ты мне понравилась. Захотел с тобой познакомиться. Меня зовут (имя). Холост, детей нет. 26 лет, рост 193, не курю, живу в Дзержинске, с предками и братом. Уже отучился, сейчас учу англ. язык и изучаю бухгалтерию. Из музыки мне нравится рок.

Ужас! Смею вас заверить, что таких писем ПОДАВЛЯЮЩЕЕ большинство. Эх, парни-парни… Как раньше говорилось в одном хорошем анекдоте, ГОЛОВОЙ надо выделяться, ГОЛОВОЙ! Кстати, некоторые мужчины это понимают, и предпочитают выделяться.

Смотрим дальше.

ПАЛЬЦЫ

Все мальчики знают, что очкарику-ботанику, программисту в 9 поколении с весом 35 кило при своих 151 сантиметров роста — девочки-супермодели не отвечают взаимностью. Если, конечно, он не обладатель фирмы Microsoft или какого-то другого пальцастого социального статуса, (примечание: пальцы в этой статье подразумеваются растопыренные. Ну, это так, к слову). Что же делают наши мужчины? О, наши мужчины изобретательны!

Помещают фотографии по 1,5 мегабайта, в которых человека нужно искать с лупой, но заодно видна крутая тачка, мотоцикл, рыбина на 10 килограммов, собор какой-то там парижской матери и прочее, прочее, прочее. Скрытая цель этих фотографий — приподнять статус. Явная цель — показать себя. Как будто девушки такие тупые и не понимают этого! Кстати, таких фотографий тоже подавляющее большинство. Интересно — кто-нибудь на них ведется? Спросите у своих знакомых девушек — они когда-нибудь знакомилась с мальчиком только потому, что он снялся со своей машиной или на фоне шикарного особняка? То-то и оно…

Более-менее стандартные варианты писем закончились, теперь начался смех сквозь слезы. Чем еще балуют красивых девушек изобретатели? О, блин, чего только спермотоксикоз не подсказывает юношам бледным со взором горящим!

Поехали:

НАСКОКОМ!

Смысл письма сводится к метасообщению: «мне тут влом писать, типа, звони, потрахаемся». В целом это выглядит как письмо из 1–3 строк, с кратким перечислением возраста-роста-веса, имени и телефона. Примеры:

Я: (имя). 27 лет. 184-75, не извращенец, приятной наружности, люблю общение с девушками. Телефон — (номер) Звони. Жду.

Привет! Меня (имя) зовут. Ростом невысокий, где-то 170 см. В целом симпотный, интересный человек. У меня много свободного времени, мы могли бы провести его вдвоем. Ну, если заинтересовалась, то ответь.

Приветики! Давай дружить:-) Не люблю анкетных ананасностей, апельсинностей и прочей банальной ерунды, так что если ответишь, то узнаешь обо мне поподробнее!

Мне 24 года. Работаю в сахарном бизнесе. Материальных проблем нет. Круг интересов обширен. Живу один. Пиши!

Меня зовут (имя). Будет желание — напиши пару строк:)))

Да уж… Краткость — сестра таланта. Но когда эта краткость стремится к единице, а не к нулю. Тот, кто изучал высшую математику на уровне первого курса и прошел тему «Логарифмы», меня поймет. Всем остальным могу сказать проще — парни, такие письма удаляются! Сразу. Быстро. Не задумываясь. Ответ на такие письма возможен при ОЧЕНЬ пальцастой фоте (которой, кстати, часто просто нет), либо от крайней степени скуки, вызванной отсутствием других кандидатов у девушки. Как говорится, делайте выводы!

ЮМОРОМ!

Есть и такие послания. Писатели, предпочитающие, этот стиль, стараются написать что-то смешное. Читая такие послания, я получил отличную коллекцию плоского юмора для учащихся ПТУ. Примеры? Ну нафиг такие примеры. Не будем тратить на них время. Самое приличное написано в предыдущем параграфе, 3 письмо сверху (или снизу).

ЗАГАДОЧНОСТЬ

Ну, уже кое-что поинтересней. Некоторые писатели пытаются произвести впечатление своей интеллектуальностью, загадочностью, длинными монологами и прочими стихами. Да, такой метод имеет место быть и имеет право на существование. Я его даже одобряю и считаю хорошим, с одной оговоркой: надо бить точно в яблочко, в карту другого человека, иначе вся твоя работа пойдет насмарку. Нечего открывать свою душу (а творчество — это именно открытая душа) навстречу первой попавшейся девчонке с сайта знакомств. Это, кстати, и о самоуважении говорит. Я вот никогда не стану распинаться перед тем, кто этого не стоит, или пока хоть немножко не узнаю человека. Свое творчество я уважаю и ценю.

Да и бесполезно это. Чтобы человеку понравился выбранный стих, этого человека надо достаточно хорошо знать, не на уровне анкеты сайта знакомств. Так что уж лучше это делать потом, когда более-менее познакомитесь. А когда присылают тщательно отобранный стих, но не к месту и не ко времени, толк равняется нулю.

УВЕРЕН… КАЖЕТСЯ

Самое страшное, что может быть в мужчине — неуверенный мужчина. Когда он весь стесняется, смущается, не знает — куда руки девать, заикается, не может 2 слов связать, ему неловко, и девушке с ним тоже неловко…Это просто мрак!

Девушкам нравится быть рядом с теми, кто сможет о них позаботиться. Кто уверен в себе, кто ничего не боится. Женщины любят уверенных доминатов, любят знающих себе цену мужчин. Даже если цена ему — 30 сребреников. Рядом с таким чувствуешь себя защищенной, спокойной, сразу забываешь обо всех проблемах. Такому можно уткнутся носом в плечо и ни о чем не думать, расслабиться в его сильных руках, закрыть глаза и молча слушать, как бьется рядом любимое сердце.

А тут у нас что? Примеры:

Прочитал твою анкету и решил попробовать познакомиться с тобой. Сразу хочу извиниться, просто не знаю, уместно ли для тебя сейчас знакомиться… Но, тем не менее, попытаюсь это сделать, а потом уж тебе решать, нужно это все тебе или нет. Хотелось бы найти человека, который понимал бы меня и которого понимал бы я…

Не знаю, к чему приведет это знакомство, пока виртуальное, но мне кажется, есть надежда… Вот и решил написать письмишко… В смысле, мне бы очень хотелось, чтобы ты обратила на него внимание, и мое письмо не утонуло бы среди других…

Ну, в общем-то, я не очень уверен, что из этой идеи знакомства через интернет что-нибудь получится… Но — кто знает?

Увидел тебя на сайте знакомств и ты мне понравилась. Наверное, у тебя уже есть мужчина, который носит тебя на руках, но…

Резюмирую: «Хрен знает, зачем я это пишу; фиг знает, чего я от тебя хочу; но, может быть, мне и обломится что-нибудь, а? Ну, пожаааалууууйстаааа!»

МУСОР

Еще лично меня очень раздражают неграмотные письма, с кучей мелких недочетов, ошибок, пропущенных запятых и т. д. Может, вы думаете — я один такой привередливый, а девушки не сильно обращают внимание на грамотность? Я вот даже сижу потом — ошибки исправляю в таком письме — по ходу дела, чисто машинально…

Кстати, очень «радуют» письма, в которых автор (зачастую еще и главный герой) расписывает на 2–3 экрана свою историю жизни и увлечения, а заодно рассказывает, где, с кем, как часто и почему живет. Заканчивается эта эпопея рассказом о работе и несколькими банальностями в стиле «ты красивая». Ну, ладно еще знакомому человеку такое писать, но первому встречному!!!! Так и хочется сказать: «Ребята, будьте проще. Что вы хотите? Познакомиться? Встретиться? Спросить телефон? Завязать переписку? Вот и пишите про это. Хотя бы…»

НАСКОКОМ, ШОКОМ!

Есть еще один тип людей, «работающих» по методу наскока. Суть их предложений сводится к тому, что они совсем нестандартны для нашей культуры и необычны. На мой взгляд, такой вариант имеет ненулевые шансы на успех, но только на более поздней стадии. Успех в начальной стадии знакомства — это если тебе ответят. Дальнейшее требует гораздо более другого уровня завлекания, чем мог бы быть. Так что в первой стадии отношений ходить с козыря — расточительство. Уж лучше потом. После того, как переписка завяжется, и ты уже заинтересуешь девочку, тогда можно и удивлять ее.

А сразу лучше не надо, особенно всякими идиотскими пошлыми предложениями — тебя просто пошлют, потому что выглядеть это будет дико…

Пример:

Как ты относишься к массажу? Причем не просто к массажу, а к массажу ступней? А если я сделаю это язычком? Я могу просто приехать к тебе, сделать это быстро и уехать. Представь, приезжает парень, лижет и проваливает… Например, в обеденный перерыв:) Звони!

Несколько других писем, которые я читал, начинались с невинного нежного поцелуя и заканчивались предложениями о золотом дожде. Мне вот просто интересно — кому-нибудь из «таких» мальчиков повезло?

Я ХРЕНЕЮ, ДОРОГАЯ РЕДАКЦИЯ…

«…Пишет вам семилетняя девочка Лена из Урюпинска. Я присоединяюсь» — как вам такой перл?

Есть еще несколько приколов, от которых я хренел полчаса минимум. Как вам нравится идея прислать фотографию с другой девочкой? Про парней, которые посылают письма под копирку — всем девушкам по экземпляру — говорить даже не буду. Один парень как-то даже прислал письмо методом ФОРВАРД — пересылка письма для другой девочки. Хоть бы имя поменял, копировальщик. Разумеется, что были еще и прочие приколы, например, некий турок, который прислал письмо, переведенное системой машинного перевода. Читать нам всем было весело.

По-моему, если уж парням некогда думать головой, то девушка просто по определению будет спать с кем-то другим. Делайте выводы.

Дочитав статью до конца, невольно захотелось заявить — а сам-то ты знаешь, как надо? Или только других высмеивать умеешь с умным видом?

Оказывается, он знал. И не только это. Чуть дальше даже был приведён пример удачной (с точки зрения автора) анкеты для сайта знакомств. Что взбесило меня еще больше. У них что — на каждый вопрос готов ответ? Заранее?

Кстати, об анкете. Вот она:

Итак, обо мне…

Характер твердый и властный. Хитёр, жесток, честолюбив, беспринципен, изворотлив, беспощаден… Мил и приветлив… Хам. До безобразия. А также во время и после безобразия, но в то же время добр и нежен, как пушистый саблезубый хомячок. Вместе с тем спокоен, уверен, иногда безнадёжно и невероятно нагл на фоне собственной же учтивости, деликатности и внимательности к девушкам. Легко втираюсь в доверие. Легко получаю от жизни то, что хочу получить. Окружен со всех сторон интереснейшими людьми, медленно сжимающими кольцо. Отвечаю всем требованиям Кришны, Рамы и других оконных принадлежностей.

Одинаково хорошо чувствую себя на светском рауте и на лесной поляне в компании добрых разбойников. Прекрасно стреляю (с двух рук по-македонски), пеку блины (пока летят пули), прыгаю с парашютом, люблю виндсерфинг, дайвинг, поматросинг-и-бросинг (шутка), изумительно горланю песни на иностранных языках, попутно играя на всем, что мне в руки попадается.

Готов обсуждать проблемы застоя женских нравов или провозгласить любое количество тезисов в поддержку спонтанной апперцепции при общении с незнакомыми людьми. Способен уловить разницу между хохломой и пахлавой и при этом легко обучаем. Дрессировке не поддаюсь. Заткну любого за пояс, желательно, чтобы любой был небольшого размера. Джеймс Бонд и его банда просто отдыхают, нервно куря за дверью…

Если все написанное здесь, уместилось в твоей голове, то ты — умница. А умниц я люблю. Будем общаться дальше?

Читая её я постоянно ловила себя на мысли, что если бы такое попалось мне в сети, пожалуй, я бы заинтересовалась. И даже ответила бы. И меня бы потянуло пообщаться, а дальше…

Ну, а чем такие вещи заканчиваются — мы уже проходили на собственном опыте. Плавали — знаем, как говорится. Любопытство, видимо, не только сгубило какую-то там кошку (будь она не ладна!), но еще и с нашим женским сознанием (воспаленным непрерывной борьбой нездорового интереса со здоровым цинизмом) тоже странные штуки проделывает. До сих пор краска заливает мне лицо, когда я вспоминаю, как, собирая с пола честь, достоинство, а так же другие элементы декора, пыталась придти в себя после того, как обаявшее меня создание загадочным образом испарилось. Предоставив мне чудную возможность с гаком и присвистом направляться по противоположной стрелке компаса.

Блин, зачем опять вспомнила???

Говорят, в жизни черные полосы чередуются с белыми, и после чего-нибудь плохого обязательно будет хорошее. Но, видимо, это правило с завидным постоянством имеет меня своим исключением. Причем так часто и качественно, что уже не верится в возможность перемен. Наверное, скоро я доживу до того, что каждую встречную особь мужского пола буду заранее относить в определенную категорию обломов. В зависимости от отсутствия или присутствия в недостаточных количествах чувства юмора, мозгов, привлекательности, умения готовить блинчики, не быть занудой и прочих составляющих образа идеального мужчины глазами отдельно взятой уставшей тётки. То бишь меня. Кстати, мужики почему-то не любят, когда их сравнивают с другими и даже обижаются, когда на них пытаются навесить какой-то ярлык. Хотя сами в своем кругу постоянно меряются… ну, всем тем же, что мы, женщины, в них и сравниваем. Парадокс, блин! Не понимаю я этого…

Собственно, я еще много чего не понимаю. Вот, к примеру… Предположим, есть на свете белом такие креативные и небанальные представители рода мужского, как эти самые авторы и последователи того самого клуба соблазнителей, сайт которого сейчас отображается на моём компьютере (тресни его экран!). Они, в отличие от среднестатистической особи мужеского полу, способны с ходу очаровать девушку, вскружить ей голову и удивлять потом хоть каждый день, принося новые и новые приятные эмоции. Тараканы девушки чинно и благородно рассортировываются по мусорным бачкам или отправляются в дальнее путешествие с билетом в один конец. Комплексы, самоограничения и всякие ханжеские запреты душатся в зародыше скоро и безжалостно. Результат не заставляет себя долго ждать в виде слияния не только в экстазе, но даже и на более высоком духовном уровне. Казалось бы — и оргазм с вами, будьте счастливы, аминь…

Так ведь нет же! Почему-то непременно наша ОЖП (особь женского пола) должна быть оставлена особью пола мужеского на самом интересном месте — у разбитого корыта. И вместо того, чтобы пытаться завести долгоиграющую пластинку, он предпочтет наслаждаться коротким музыкальным произведением, после чего отправится на поиски нового корыта, которое требует срочного разбития. Видимо, это как зачет: сдал — и иди дальше. Или они просто боятся строить долгие отношения, потому что опасаются сами влюбиться? Или…

Я не знаю. Просто не знаю…

* * *

Из состояния мрачной задумчивости меня вывело сообщение о пришедшем новом электронном письме. Автором его была, конечно же, Лёлька. Но не одна…

«Приветики, подружка! (Здравствуйте, Анастасия!)

Если ты еще не окончательно сбрендила от всяких там мальчиков-пикаперов, то будь готова к тому, что сегодня вечером мы это исправим! И доделаем то, что они не успели! (Лёля хотела сказать, что сегодня мы заглянем к вам в гости, если вы не против). Ещё бы она была против, сама же звала!

Настька, если ты ещё не поняла, то в скобках — комментарии той самой больной на голову подружки, которую ты просила меня привести. (Это я-то больная на голову? Тогда по тебе точно санитары и Наполеон из 6-й палаты плачут!)

Мы хотели написать тебе письмо, чтобы предупредить о нашем приходе. Точнее, это я хотела, а Юльке просто скучно (спасибо, что хоть представила меня), ну не может она посидеть спокойно, вот и пристаёт с комментариями (пристают к тебе мальчики на улицах, а я дополняю беседу). Это ко мне-то мальчики? Уж чья бы корова мычала! Это с тобой по улице спокойно пройти невозможно, все парни таращатся, я постоянно боюсь, что кто-нибудь из них не удержится и ущипнёт тебя за попу. (Я счаз сама тебя ущипну!!!) Вообще, не мешай мне писать письмо. Надо же проявить свой талант эпистолярного жанра и насочинять что-то умное, мы всё-таки будущей великой писательнице сообщение отправляем. Насть, это я про тебя вообще-то. (Окстись, клюшка! У тебя отродясь не получалось написать ничего умного. И вообще умных женщин не бывает. Бывают очаровательно-глупенькие и ужас какие дуры!!!) Это только твои приставучие мальчики с улицы так считают. С которыми ты бесстыдно заигрываешь. (Так! Я предупреждала!)

Ай!!! Насть, ты представляешь, она и правда ущипнула меня за попу! (Хе! А можно ещё раз?) Перестань!! Настенька, эта Булка (кто-кто???) здесь такое вытворяет, что я уже думаю — может, не стоит вести её к тебе? Как бы не пришлось потом за неё краснеть… (Счаз покраснеет кое-что другое!)

А-а-а!!! Ну, хватит! В конце концов, раз уж к твоей попе все окрестные мальчики так неравнодушны, как ты рассказывала, это ещё не значит, что нужно в отместку отрываться на мне. (Я рассказывала? Когда??? Всё, теперь буду говорить только через своего адвоката!) Вообще, ты знаешь, Насть, у неё у самой такая попа, что у нас в школе все её называли Булкой (за Булку ответишь! И вообще, попа тут не причём, на самом деле это повелось от моей фамилии — Булакова). Ага, оправдывайся-оправдывайся… (Буду бить аккуратно, но сильно!) На улице парни тебе тоже из-за фамилии проходу не дают? (Еще немного и к Насте сегодня я пойду одна. А тебя найдут завтра утром, удушенной подушкой!) А что по этому поводу скажет Настя? (Наверняка она меня поймет!) Как же… С тобой одной она и разговаривать не станет. Особенно когда узнает — кто виновен в моей смерти. (Тогда пошли вдвоём, а кирпич на твою голову я сброшу завтра утром!) Пошли, но если ты опять на улице будешь с мальчиками заигрывать, то я тебя… (Настя, ждите нас, мы скоро будем!)» А-а-а-ааа!!!!!

Я уже говорила, что моя Лёлька — чемпион мира по анти-стрессу? С ней даже домкрат не нужен, чтобы поднять настроение!

* * *

— Первый раз? — переспросила Юля. — Да ещё в школе… Если вам интересно, могу рассказать.

Я, конечно, понимала, что её рассказ, скорее всего, не имеет отношения к тому, что я хотела узнать, но Лёля быстро кивнула и как-то многозначительно посмотрела на меня, словно бы говоря: «Ты просто послушай!»

Что ж… Хотя за полчаса знакомства у меня и сложилось вполне определённое мнение о Юляшке (почему-то хотелось называть ее именно так), но узнать побольше о ней было бы совсем не лишним. И я тоже кивнула в знак того, что не прочь выслушать ее историю.

— Первый раз я переспала с парнем в 16 лет. Это был мой ровесник из параллельного класса, он считался чуть ли не первым красавцем в школе. Я, вроде, тоже не уродина, — Юлька хмыкнула и тряхнула головой, отчего ее задорные рыжие кудряшки рассыпались по плечам. «Да, действительно, такие мужчинам нравятся!» — невольно подумала я про себя. Юляшка была классическим примером очаровательной стервочки. Чуть вздернутый носик, пухленькие губки и умение ангельски-невинно хлопать ресничками наверняка умиляли ее родителей и прочих взрослых. Но хулиганский блеск в глазах, задорная улыбка и бесшабашный настрой явно выдавали в ней маленькую разбойницу, которые в детстве руководят мальчишескими компаниями во дворе, а став постарше, превращаются в «чудо-бэйби», способных свести с ума все мужское население в округе независимо от возраста. Тем более, что нежная бархатистая кожа ее щек, словно присыпанных пудрой, и мягкие округлости довольно аппетитных форм и правда наводили на мысль о чем-то сладком и сдобном. Все-таки Булочкой ее прозвали не зря!

— Я тоже далеко не уродина, — продолжала Юляшка, — поэтому, когда у нас начался роман, за ним следила вся школа. Тот парень… Не могу сказать, что была сильно в него влюблена, но то, что его внимание очень льстило моему самолюбию — это точно. Я знала, что у него и до меня были девушки, с которыми он спал. С некоторыми была даже знакома, кое-что от них слышала, так что…

Вообще, секс в школе был у нас в порядке вещей, — при этих словах Юльки Лёля передернула плечами, словно показывая, что она такого как-то не замечала. Но наша рассказчица не обратила внимания на этот жест и продолжала дальше. — Поэтому я отдавала себе отчет, что период ухаживаний скоро закончится, и ему потребуется нечто большее. И была морально готова к этому.

Улыбка Юляшки настолько удивительно сочетала в себе очарование юной хулиганки и капельку развратности, что я невольно улыбнулась в ответ. Какая же она все-таки обаяшка!

— Всё произошло, наверное, как и у многих. Он выбрал момент, когда родителей не было дома, и пригласил меня в гости. Я прекрасно понимала, для чего к нему иду, и что должно произойти. Во время страстных поцелуев и бурных ласк я позволила ему постепенно меня раздеть, потом сама обняла его за шею, привлекла к себе и откинулась на кровать, — Юлькин взгляд стал задумчивым и томным. — Вообще-то, честно говоря, первый секс никаких особых эмоций — ни положительных, ни отрицательных — не оставил. Имея опыт, мой первый парень сделал все достаточно удачно, без лишней боли и без дальнейших для меня «последствий». Удовольствием это назвать было нельзя (хотя я даже пыталась двигаться ему в такт, примерно так, как видела в фильмах), но все же… Да, по сравнению с тем, что было в моей жизни потом, это можно оценить как скромную возню под одеялом. Счастья и гордости от того, что «стала женщиной», тоже как-то не испытала. Скорее, было чувство радости и удовлетворения от «хорошо выполненной задачи» — теперь ему некуда деваться, и он точно будет мой! Но в общем-то, оба остались довольны и «после этого» осыпали друг друга ласками и поцелуями. В целом, впечатление на всю жизнь осталось хорошее. Я помню этот день, как будто всё было вчера.

Юлька чуть-чуть помолчала задумчиво, а потом вновь тряхнула рыжей гривой решительно и задорно.

— Но я изменила ему уже через несколько месяцев, в те же 16 лет. Почему? Обычно в таких случаях говорят «не сошлись характерами». Хоть мы с ним и претендовали на титул «лучшей пары в школе», но наши отношения были далеки от идеальных. Точнее, они были чересчур ровными. Он не так много времени уделял мне. Хотелось быть все время вместе, а он после школы играл в футбол или шел к друзьям выпить бутылку-другую пива. Они могли часами трепаться о совершенно неинтересных мне вещах, играли в карты и тому подобное.

На правах его девушки я тоже могла посещать эти посиделки, но вскоре это стало казаться пустой тратой времени. Мне там было скучно! Секса тоже почти не было — условия не позволяли, мы оба жили с родителями. Что особенно обижало — вместо того, чтобы вылезти из кожи вон и придумать что-нибудь, он спокойно довольствовался обществом друзей. Мне хотелось любви, его постоянного внимания, хотелось жить только друг для друга. Вместо этого я имела спокойное к себе отношение, очень похожее на равнодушие.

При этом он охотно отвечал на заигрывания других девчонок. Когда я упрекала его, он говорил: «Ну, ты же понимаешь, это несерьёзно». Но серьезно или нет, а раздражало это меня не на шутку. Так что после нескольких таких случаев я тоже решила ему досадить и демонстративно обратила внимание на своего одноклассника, Илью.

Он недавно перешел к нам в школу, и поначалу мы отчего-то не ладили. А тут я пересела к нему за парту и начала потихоньку «клеиться». Делала я это, конечно, не с целью затеять «параллельные» отношения, а затем, чтобы кое-какие слухи дошли, наконец, до кого надо. Но скоро я заметила, что Илья стал мне по-настоящему интересен. С ним можно было о многом поговорить и, вообще, он оказался ЛИЧНОСТЬЮ, очень независимым и самостоятельным.

Отличник, победитель городских олимпиад (но среди ребят никогда не считался «ботаником»). Водил знакомство с «авторитетными» парнями постарше, которые его уважали. Тоже мог выпить пива и чего покрепче, сыграть в карты, поучаствовать в мужских посиделках, но никогда на этом не зацикливался. Умница, он сразу догадался, что я делаю и с какой целью. Поэтому, вначале держал меня на расстоянии, не желая выступать в роли «игрушки». Но, с каждым днем, нам становилось все интереснее вместе. И теперь, хотя я считалась еще «чужой девушкой», проводила с ним больше времени, чем со своим парнем.

После школы мы отправлялись вместе домой и эти прогулки затягивались надолго… Первый мой парень, конечно, злился, глядя на все это. Но гордость не позволяла ему «прогнуться» передо мной. Не мог он и грубо отвадить Илью — тот был слишком уважаемой фигурой в школе. Однако, пытался по-иезуитски «подколоть» — приглашал его попить пивка или поиграть в футбол после школы (давай, мол, займемся мужскими делами) — как раз тогда, когда тот собирался меня проводить. Но Илюшка, к моему большому удовольствию, всегда отказывался.

Ситуация все больше выглядела странной, подвешенной. Я еще встречалась со своим первым, время от времени даже спала, но радости уже не было никакой, поскольку душой была не с ним. С Ильей же мы не говорили о любви и сексе (поскольку я была «чужой»), но то, что между нами уже далеко не дружба, было совершенно очевидно. Наши слова с каждым днем становились все откровеннее, глаза сияли при взглядах друг на друга. Нужен был только разговор, который расставил бы все по своим местам, но никто не решался его начать…

Устав от долго рассказа, Юлька остановилась на миг, чтобы перевести дыхание. Мы с Лёлей заинтриговано молчали, ожидая продолжения истории.

Это случилось в конце зимы на школьной лыжной олимпиаде. Нужно было сдавать какой-то норматив, но мы с Ильей уже давно «забили» на школу и её дела. Все классы дружно рванулись вперед, а мы неспешно передвигались рядом и наслаждались общением. Когда добрели до финиша, там уже никого не было. Кто-то поехал обратно в школу, кто-то развлекался катанием с близлежащей горки, на которой был даже устроен небольшой трамплин. А мы просто болтали…

Разговор дошел до критической точки. Илья наконец-то заговорил о наших с ним отношениях. Довольно пространными и путаными фразами он пытался мне объяснить то, что я уже хорошо понимала сама. Но я молчала — до чего же хотелось впервые услышать от него эти невыразимо сладкие слова первых признаний!

И тут из-за каких-то кустов вырулил на лыжах «мой парень». Пока еще «мой», — Юлька хмыкнула. — Видимо, он чувствовал, что происходит нечто особенное, и хотел это предотвратить. Вклинился в наш разговор и пристал к Илье с очередным дурацким предложением — прыгнуть с трамплина. Он был особенно агрессивен на этот раз, требовал, настаивал, брал «на слабо». Иначе, мол, тебя нельзя считать настоящим мужчиной, ты трус и т. п.

Боже, как я его ненавидела в тот момент! Не произнося ни слова, я мысленно желала ему… не скажу, чего. Многие говорят, что я человек опасный… то ли предвидение у меня, то ли сглаз могу навести…

Юлька замялась, словно ожидая недоверчивых комментариев с нашей стороны. Но Лёля только утвердительно кивнула, да и мне тоже почему-то совсем не приходило в голову сомневаться в способностях нашей маленькой ведьмочки. С гораздо большим интересом мы ждали продолжения рассказа.

— Илья же, к счастью, был, как всегда, спокоен (из-за чего мой первый парень только больше злился и брызгал слюной) ироничен, невозмутим и уверен в себе. «Что ж поделать, — с улыбкой сказал он. — Я трус? Да пожалуйста! Тебе легче от этого? Вот и здорово, а теперь отстань. Не пойду я на трамплин, прыгай сам!», — и посмотрел на меня с любовью. Как же я была благодарна ему тогда за эти слова и этот взгляд!

«Мой» покричал еще какие-то глупости и, произнеся что-то вроде: «Ну, так смотрите же, как поступают мужчины!», рванул на горку. Илья открыл было рот, чтобы продолжить объяснение, но в этот момент с горки донесся глухой удар, треск дерева и сдавленный крик.

Я знала, что там произошло! Не спрашивайте — откуда. Просто знала. И, испытывая от этого глубочайшее удовлетворение, приподнялась на цыпочки, повисла на шее у Ильи и закрыла ему рот страстным, продолжительным поцелуем. Слов больше не требовалось. Хотя потом были и слова, и секс куда более приятный, чем с первым парнем, и все остальное.

Но если «измена» происходит от слова «менять» — то вот это и был момент измены. Изменилась моя жизнь, изменились мои чувства. Поменялось отношение к предыдущему человеку — с любви на ненависть. Минутную, конечно. А главное, — теперь я стала «девушкой Ильи». И для себя, и для него, и для всех окружающих. А мой первый парень… Он всего лишь сломал ногу… И, по секрету скажу вам, — еще легко отделался!

* * *

Зимой темнеет рано. А когда приглушенные сумерки короткого зимнего вечера стремительно начинают уступать место наползающей темноте, за окном зажигаются фонари, и снежинки искрятся вокруг них в плавном танце, словно светлячки, то невольно впадаешь в какое-то задумчиво-отрешенное состояние. Хочется сидеть у окна, прислонившись лбом к стеклу, провожать равнодушным взглядом снующих туда-сюда людей, которые для тебя сейчас — всего лишь декорация этого пушисто-заснеженного вечера, и ни о чем не думать. И какая-то странная невысказанная грусть черной кошкой осторожно крадется по карнизу, чтобы свернуться у твоих ног, запустив пару коготков в душу, да так и остаться там, тихо мурлыкая.

Эх, закрыть бы сейчас глаза и забыть обо всем! Налить себе полную кружку горячего ароматного чая, завернуться в теплый плед и прихлебывать медленно, представляя, что ничего это нет на свете. Ну вот просто нет! Это был лишь сон, и я проснулась. Это было кино, но кто-то порвал пленку и включил свет посередине сеанса. Хотя нет, пожалуй, свет включать не надо, оставьте так. Я побуду в темноте еще немного, пока мои глаза не привыкнут к мраку и не утихнут где-то вдали чьи-то шаги. Только не трогайте, оставьте меня, пусть я затеряюсь тут и буду пылиться среди других забытых или отживших свое предметов мебели. И не вздумайте звонить, повесьте трубку, это не я, вы ошиблись номером, кого вам надо, тут таких нет, и не та эта квартира и дом, не та страна и другое столетие, повесьте, вам говорят, я автоответчик…

Зимний день короток. Зато вечера такие длинные, полные лениво-безмятежной грусти и веры в чудеса. Вот сейчас там, за тем поворотом начнется сказка, распахнется сугроб и что-то такое произойдет… Пойти, что ли, проверить? Нет, лень вылезать из-под пледа, где я так уютно свернулась в теплый комочек. Может, потом… Может, завтра при свете…

Но пройдет ночь и заберет с собой очарование пушистой зимней сказки. И будет серый день, пасмурное небо, ёжащиеся от холода люди, никто из которых не верит в чудеса. Днем все будет по-другому. Для того, чтобы наступило завтра, надо чтобы прошла ночь. Всегда так бывает.

Но зимний день короток. И скоро опять наступит вечер. Может и хорошо, что зимой темнеет так рано?

…Слушая рассказ Юльки, мы засиделись допоздна. Пора было уже расходиться, но я ведь еще так и не услышала, как состоялось ее знакомство с пикаперами из того самого «клуба соблазнителей». А ведь ради этого, собственно, и звала ее.

И вот тут Юлька меня ошарашила:

— Да чего там рассказывать? Вы залезьте в Интернет, да почитайте их отчеты.

— Какие еще отчеты?

— Ну, на их сайте есть форум. Там они обсуждают всякие вопросы, связанные с соблазнением, советуются друг с другом, помогают, если что. А еще там есть специальный раздел, в котором они пишут «полевые отчеты» о своих проделках. Есть там и моя история.

Юлька весело усмехнулась, как будто вспоминала об очередном забавном приключении. И пошла к компьютеру, чтобы залезть в Интернет и показать мне тот самый отчет. А я смотрела ей вслед с легким удивлением. Ну не фига себе! Она так легко об этом говорит? Ее даже ничуть не смущает то, что история о ее соблазнении висит в интернете, выставленная на всеобщее обозрение? Она даже, кажется, этим немножко гордится? Нда… Ну и новое поколение подрастает! На смену таким, как я. Которые девственности-то лишаются почти в 20 лет. Думая, что по любви. А тут…

Кажется, я чего-то не понимаю в современной жизни. Старею, наверное…

То, что показала мне тогда Юлька, я помещаю здесь. Слово в слово (только кое-где заменила специфические пикаперские термины на общедоступные и понятные слова и выражения). Без комментариев. Судите сами.

«Новогодняя сказка». Полевой отчет № 23

Дано: Юляшка-милашка, где-то 7 из 10 баллов, плюс еще обаяние этакой милой улыбчивой малышки, с которой просто приятно общаться.

КАК ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ

Увидел ее на сайте знакомств. С ходу определяю эту девушку как романтичную, но веселую и озорную особу. Поэтому письмо посылаю соответствующее:

Вглядываясь в глубину твоих глаз (на фото), неожиданно для самого себя я вдруг понял, что мной овладело странное желание — написать тебе длинное-предлинное письмо. (Вообще такие порывы у меня случаются не часто, но хорошо, что они все-таки еще существуют в моей душе, просто по умолчанию). Не найдя в себе достаточно сил для подавления столь неожиданного и непонятно откуда взявшегося желания, я все-таки решил ему поддаться и сел за компьютер.

А в результате вот сейчас сижу, набиваю этот текст, поминутно воюя с 2 очаровательными, но вредными котами (один рыжий, другой — черный), которые почему-то мои такие порывы не оценили. Эх, не чуткие они личности, что им до того, что творится в моей душе? (А о том, что творится в твоей, мы тоже поговорим, но чуть попозже, ок? Что-то мне подсказывает, что мы с тобой станем близкими друзьями… со временем)

Кстати, у тебя дома есть коты? Знаешь, такие усато-полосатые штуки с хвостами… лохматые по умолчанию… Если есть, тогда ты меня поймешь. Кто вообще придумал, что коты любят Вискас? Да еще с «новым улучшенным вкусом»… Интересно, кто его пробовал, этот новый улучшенный вкус? Не любят они его! Вот сейчас один из них уплетает йогурт «растишка» (видимо хочет подрасти), а второй пытается перегрызть мне провод от модема, тактично намекая, что в такую хорошую погоду не стоит сидеть дома за компьютером, а лучше пойти погулять с ними. Я бы, конечно, с удовольствием, но ведь надо же еще и успеть познакомиться с тобой, узнать друг друга получше, верно?

Правда для этого нам с тобой придется сделать над собой титаническое усилие, оторвать свою горячо любимую пятую точку от стула и изыскать такой ресурс как свободное время. У тебя он есть? Тогда пиши — когда именно.

Пока закругляюсь, а то коты уже по потолку бегают.

Общий смысл данной «поэмы» — показать девушке, что я веселый и общительный субъект, с которым ей будет интересно общаться. Только и всего. Пока.

Ответ девушки:

Добрый вечер.

Читая такое… любопытное сообщение, у меня появилось непреодолимое желание посмотреть, как коты могут бегать по потолку.

Свободное время есть у каждого, а если тебе говорят, что его нет — не верь! Тебе тонко намекают, что его нет на тебя.

У меня свободное время есть, и я с удовольствием проведу некоторое его количество с тобой и твоими котами…

А в жизни разнообразие просто необходимо…

и т. д.

Как видим, наша стрела попала в цель, письмо девушке понравилось. Развиваем успех:

>Добрый вечер.

И вам — доброго времени суток!

>Читая такое… любопытное сообщение, у меня появилось непреодолимое желание посмотреть, как коты могут бегать по потолку.

Если представится такая возможность — покажу непременно. Обещаю. Как только в следующий раз они начнут бегать — сразу же позвоню тебе и скажу: «Приходи в гости, котов смотреть. Быстрей пока они еще только по потолку бегают, а не забрались куда-то повыше!» Вот только — куда звонить? У тебя есть телефон?

>Свободное время есть у каждого, а если тебе говорят, что его нет — не верь! Тебе тонко намекают, что его нет на тебя.

Ну, зря ты так категорична, Юль. Бывают же занятые люди. По себе знаю — иногда времени катастрофически не хватает ни на что, и приходится жалеть, что в сутках только 24 часа. И тогда даже самым интересным людям приходится отказывать в общении — «как-нибудь в другой раз». Некоторые на меня за это обижаются, хотя я и стараюсь это делать тактично. Правда не всегда получается.

А все потому (и вот в этом ты права!), что иногда попадаются люди, которым так и хочется сказать открытым текстом, что на ТАКИХ у меня времени нет. Особенно сильно раздражают глупые малолетние девчонки, с мыслями на уровне школьных дискотек и интеллектом табуретки, которых интересуют только «пыво и чиста пацаны», весь разговор которых сводится к «У-у-у, дядь, какая у тебя тачка классная! покатай нас?», а внешний вид напоминает плохую пародию на выставку мод в послевоенное время. Вот уж точно говорят: «мода — это то, с помощью чего одевается толпа, не имеющая собственного вкуса». В Москве (где я частенько бываю по работе) их бы на рынок не пустили, не то что в какой-то приличный клуб. И как им объяснить, что даже если бы я действительно скучал (а НАСТОЛЬКО я никогда не скучаю!), то — в спутницы себе я предпочитаю выбирать девушек интересных и красивых, причем (а зачастую и — в первую очередь!) не только внешне?

Но прости, я отвлекся. Просто, как говорится — наболело, накатило в последнее время. Пардон муа, к тебе все вышесказанное ни коим образом не относится, скорее наоборот — тебя я выбрал потому, что ты показалась мне необыкновенной девушкой. Или скорее необычной. Разница между этими двумя почти синонимами все-таки есть, верно? Но мы с тобой ее обсудим при личной встрече, don't we?

>У меня свободное время есть, и я с удовольствием проведу некоторое его количество с тобой и твоими котами…

Вообще-то (признаюсь честно), в первую нашу встречу я собирался ограничить круг твоего общения только мной, но если тебе непременно хочется познакомиться и с котами, то — я не против. Заглянем ко мне в гости, знакомиться с котами и кормить рыбок? Правда, из рыбок у меня есть только банка шпрот, которую вышеупомянутые коты почему-то не доели… видимо, в результате какой-то нелепой случайности или шутки природы. Но думаю, нам это не помешает интересно и познавательно провести время, ага?

> А в жизни разнообразие просто необходимо.

Бьен сюр! Мне осталось только узнать от вас, мисс, номер вашего телефона и информацию о том, когда вам удобней, чтобы белая карета с волшебным кучером за вами заехала.

Как наверное, уже заметили самые наблюдательные, тут (в письме) есть и создание впечатления с помощью вставки фраз на различных иностранных языках, плавный перевод отношений в реал, взятие телефона и легкий намек на то, что ко мне домой мы пойдем не только рыбок кормить. Кстати, эти шпроты появились в данной истории совершенно случайно — этакая незапланированная импровизация, но сыграли потом неплохую службу (вот как важно уметь обыгрывать ситуацию на ходу!).

Впрочем, обо всем по порядку.

Ответ девушки:

У тебя очень привередливые коты. Интересно, куда это выше потолка они еще могут забраться? С такими котиками я действительно с удовольствием познакомлюсь! Думаю, эмоций хватит надолго.

Телефон у меня, конечно, имеется, и городской и сотовый. Сообщи, какой тебя больше интересует, и я оставлю номер.

А вот мое «необыкновение» меня очень заинтересовало, и я надеюсь, ты мне его объяснишь. Я, наверное, как и любая девушка, очень любопытна. Тем более меня всегда интересовало мнение окружающих о моей скромной (или не очень?) персоне.

Вот вроде бы и все пока. Шпроты оставь, я попробую скормить их твоим котам, если я им вдруг по не совсем понятным для меня причинам не понравлюсь.

Тут все понятно, она уже созрела, можно брать. Мой ответ:

Пожалуй, будет лучше, если ты скажешь мне оба номера — и городской, и домашний. Просто решать какие-то вопросы, договариваться и болтать лучше по домашнему телефону, а если нужно быстро найтись или что-то подобное — лучше сотовый.

Твое любопытство я обещаю удовлетворить при личной встрече. Ты в выходные свободна?

P.S. Шпроты тебя дожидаются…

Метасообщение: короче, хватит болтать, пошли встречаться. Девушка называет оба номера телефона и говорит, чтобы я сберёг шпроты для нее до самой нашей встречи.

Далее события развивались по моему сценарию. Выжидаю 2 дня, чтобы девушка занервничала и начала думать — а так ли уж сильно она мне нужна? Затем вытягиваю на свиданку. При встрече целую в щеку, усаживаю в машину, везу в одно милое местечко. Хороший ужин, милый треп, бла-бла-бла и все такое. Мимоходом упоминаю, что ее ждет кое-какой сюрприз… Заинтересовав девушку, опять отказываюсь отвечать на дальнейшие расспросы: «Подожди немного, сама все увидишь. Зачем портить сюрприз?» Девочка соглашается, но по ней видно, что она продолжает думать об этом в течение всего ужина, наверняка пытается догадаться — чего еще от меня можно ждать?

После ужина сажу ее в машину, везу ко мне домой. На вопрос: «Куда мы едем?», отвечаю коротко: «За сюрпризом!» Дальнейшие расспросы бессмысленны, она знает, что я на них не отвечу, и уже смирилась с этим, приняла мои правила игры.

Подъезжаем к дому. Возле подъезда я достаю коробочку в праздничной упаковке, завернутую в 33 фольги, перевязанную кучей ленточек и т. д. Вручаю ей. С детским восторгом, как малыш на Новый Год, она бросается разворачивать подарок, снимает одну ленточку за другой, разворачивает упаковки… Когда, наконец, вся мишура снята, перед ней предстает… как вы думаете — что?

Правильно, банка шпрот!:-)

Девушка смеется, настроение — лучше не бывает! Я обнимаю одной рукой и мы идем ко мне домой «кормить рыбок». Там потихоньку сближаюсь и плавно наращиваю приставательные телодвижения. И все было бы совсем хорошо, но… в самый неподходящий момент, когда я уже залез руками везде, где можно (а особенно — где нельзя!) у нее звонит телефон. Родители. Девушка спохватилась, опомнилась и хочет домой.

Мда…неудачно как-то…

Результатом этого неожиданного облома стало то, что девушка впредь категорически отказывалась приходить ко мне домой. Ну, чего вы хотите — лет ей мало, тараканов много, а тут еще я так прокололся…

Словом, сопротивлялась всячески, причем стандартные пикаперские уловки не прокатывали — то ли она уже все их знала (небось тоже на всякие сайты соблазнителей заглядывала!), то ли просто осторожничала — не в курсе. Но во всяком случае даже на самое безобидное предложения зайти на минутку ко мне домой, чтобы бросить вещи и идти дальше гулять, она отвечала немедленным отказом. А если я пытался настаивать — следовало каменное: «НЕТ!» и моментальная негативная реакция.

Нужно было что-то оригинальное, какой-нибудь необычный крышеснос, чтобы девушка и не заметила сама, как очутилась бы у меня дома… Что ж, раз надо — значит надо!

ВПЕРЕД, ЗА РОДИНУ!

Как-то однажды в разговоре девушка упоминает, что ей нравится все необычное, загадочное, таинственное, мистическое… Вообще, девочка фанатела от готики и тому подобных вещей. Хорошо, я обещаю устроить ей загадочно-таинственное, местами даже жутковатое, но интересное и приятное свидание. Она заинтересована, пытается вызнать побольше, но я молчу — зачем же портить сюрприз?

За день до предполагаемого свидания отправляю ей письмо по «мылу». Не обычное, в текстовом формате, а в формате html со всякими наворотами, — ну, думаю, все знают, как это делается. Использовал бланк с «пещерой» — мрачноватый фон, музыка старинная на заднем плане, анимированные рисунки — звездочки там мерцают на фоне ночного неба, летучие мыши летают, факелы горят на стенах и т. д.

Смысл письма очень простой — старинным слогом там говорилось о том, что в назначенное время ей надо придти туда-то и туда-то, где ее ждет немножко жутковатая, но интересная сказка… ее встретит монах со свечой в руке, когда свеча догорит — ее поразить внезапная слепота, но ей нужно будет довериться ему, он возьмет ее за руку и проведет через множество опасностей в старинный мрачный склеп, где с помощью древнего обряда с нее снимут проклятие, она вновь обретет зрения… и кое-что еще:-)

Ну и все такое в том же духе. Девочка долго ломала голову — как такое может быть, неужели это правда, но проверить это можно было только одним способом, как вы понимаете… И решила проверить!

Итак…

Еще не поздно, вечер, но на улице уже по-зимнему темно. В назначенное время девушка приходит в назначенное место (на окраине города, рядом — лес). Там сижу я с бенгальским огнем в руке. Девушка улыбается, настроение предновогоднее и т. д. На вопрос: «А где свеча?», показываю ей упаковку от бенгальских огней, там написано — «бенгальские СВЕЧИ». Девушка смеется, а я поясняю ей, что все написанное в письме — правда, но есть много иносказательностей и переносного смысла. Она спрашивает: «А про монаха — это тоже переносный смысл?» Нет, говорю, правда, завтра как раз решил уйти в монастырь. Но только в женский!:-)

Девушка смеется, настроение — замечательное. Ей уже самой интересно — что же дальше? На этой ноте (пока она веселая и ей все нравится) я завязываю ей глаза и говорю, что вот и пришла слепота, и дальше она пойдет так. Девушка немного поупиралась (все-таки страшновато — куда тебя заведет малознакомый человек, да еще и с завязанными глазами?), но я ей даю понять, что иначе ничего не будет, а она ведь уже заинтересована и безумно хочет узнать — что же дальше? Короче, соглашается…

И мы отправляемся в увлекательное путешествие! На самом деле идем по обычным городским улицам, но девушка этого не знает. Я держу ее за руку и завораживающим шепотом рассказываю, что сейчас мы выйдем из города и пойдем по неизвестной дороге в глухую чащу леса, где нас ждет нечто ТАКОЕ!!! Девушке и смешно, и страшно одновременно. Я продолжаю рассказывать разные жутковатые истории, делаю несколько ложных поворотов, чтобы сбить ее с толку и заставить окончательно потерять ориентацию. Скоро девушка уже просто не может представить — где же мы находимся и куда идем, лишь настороженно вслушивается в звуки вокруг, главный из которых — мой голос у нее над ухом.

Само собой, все это время девушка ничего не видит, и мне приходится держать ее за руку и вести. В отдельных случаях, например, когда попадается скользкий участок дороги, я еще и обнимаю ее второй рукой. А когда говорю что-то вроде: «Вот сейчас справа зашелестели ветки деревьев…кто там?!!», она сама испуганно прижимается ко мне. Вообще, невидящий человек чувствует себя уязвимым, и потому подсознательно ищет защиты у того, кто рядом.

А я продолжаю свое повествование, весьма красочно описывая все, что попадается нам по дороге:

«Сейчас навстречу нам едет странная повозка, запряженная парой гнедых лошадей… кучер одет в багровый плащ, у него в руке факел…» (на самом деле нам навстречу просто попались два парня, тащившие большие санки с елкой, но девушка слышит лишь скрип полозьев на снегу, а остальное дорисовывает ее воображение под влиянием моих слов). И так далее все это продолжается..

Мы подходим к моему подъезду, стоим возле крылечка. Я говорю: «Вот мы и дошли до фамильного склепа древнего рода Запупырисов, перед нами выщербленные каменные ступеньки и скрипучая дверь. Если мы войдем внутрь, назад дороги не будет. Подумай еще раз — хочешь ли ты этого?»

Конечно же, она хочет! Неужели она откажется ТЕПЕРЬ?! Раньше еще могла бы, но не сейчас…

Поднимаемся по ступенькам крылечка к двери в подъезд. Я задвигаю что-то насчет того, что один из старейших лордов клана Латурфиндерингов недавно погиб в схватке с темными силами, готовится обряд погребения, скоро его тело предадут земле, а пока его гроб стоит тут, прямо перед нами — можно потрогать рукой. Девушка вздрагивает и пытается натянуто рассмеяться. Я говорю: «Ты что не веришь? Протяни руку!» Она протягивает, ощупывает и тут же отдергивает…

Дело в том, что в нашем подъезде накануне преставилась какая-то старушка и крышка от гроба действительно стояла у дверей подъезда. Я заранее этого не знал, импровизировал на ходу, но получилось как раз в тему. Впрочем, если бы не эта крышка от гроба — обошлись бы и так, но с ней было лучше.

Говорю: «Чтобы увидеть это, сейчас на секунду зрение вернется к тебе!» На мгновение сдвигаю повязку с глаз девушки…она видит гроб перед собой…вздрагивает и отшатывается…я снова надвигаю повязку ей на глаза и обнимаю одной рукой: «Не бойся! Пока я рядом, никто не причинит тебе вреда…» Девушка уже явно в трансе, ей и жутковато, и интересно одновременно.

Мы открываем «ворчливо-скрипучую дверь в старинный склеп» и продолжаем наше путешествие под мои комментарии. Поднимаемся по «древним каменным ступенькам под мрачными сводами» наверх, открываем «старинную обитую железом дверь» в мою квартиру, входим…

В квартире полумрак, горят свечи, непонятно откуда слышится мрачноватая органная музыка (я включил ее заранее на компьютере, но сам компьютер стоит с выключенным экраном и его не видно), словом обстановка подходящая. Крыша у девушки съехала уже давно, я раздеваю ее сам (имеется ввиду верхняя одежда, а не то, что вы подумали), провожу в комнату, медленно-медленно снимаю повязку… она расширенными глазами смотрит по сторонам, на лице читается одновременно изумление и испуг, заинтересованность и легкий страх. При каждом неожиданном шорохе, постороннем звуке (например, раздались чьи-то шаги в подъезде или кто-то что-то крикнул за окном) она испуганно вздрагивает и прижимается ко мне в поисках защиты. Я ее успокаиваю, шепчу что-то на ухо, мои губы почти касаются ее лица.

НОГУ В СТРЕМЯ, И В СЕДЛО-С…

Дальнейшее, в общем-то, было уже делом техники. Но я все-таки расскажу до конца, потому что кое-какие моменты там были достаточно поучительные, и могут кому-то пригодится.

Мы уютно расположились на диванчике, сидим, попиваем вино из старинных бокалов, заедаем виноградом. Решили посмотреть фильм на компьютере. Фильм — «Звонок», очень неплохой ужастик, способный напугать даже меня. Как он действует на девушку, и что она делает в особо напряженные моменты — догадайтесь сами, я повторяться не буду.

Во время фильма постоянно обнимаю девушку, калибрую обратную реакцию. Понимаю, что ей это самой нравится, что она давно уже «не против», в результате чего к концу фильма идут уже достаточно откровенные ласки. Девочка нисколько не смущается, сама отвечает на мои приставания (чему, кстати, я немножко удивлен, не ожидал такого быстрого продвижения). В комнате по-прежнему полумрак, горят свечи, мы разговариваем полушепотом, атмосфера таинственности и все такое….

Кстати сказать, компьютер у меня расположен так, что смотреть фильмы с него можно только на диване и только лежа. Во всех остальных случаях — будет неудобно. Так что, к тому времени, как фильм закончился, мы уже пребываем в горизонтальном положении и практически в обнимку. Я начинаю целовать девушку, она не отстраняется, напротив — с удовольствием отвечает на мои поцелуи, ей это явно нравится, и я сам понимаю, что девушка делает это весьма профессионально. Честно говоря, я уже сильно удивлен, не ожидал от нее такого. Видно, учителя хорошие были, годы практики и постоянных тренировок…:-)

Еще немножко поболтали. Девушка смотрит на меня восхищенными глазами, рассказывает что-то о том, что у нее никогда такого не было…чтобы вот так…мы еще совсем друг друга не знаем, знакомы всего несколько часов, а уже общаемся так…легко и непринужденно, как будто знаем друг друга долгие годы… Так нельзя! Так не бывает!

Чтобы успокоить ее опасения, я рассказываю «метафору о часах со сломанной стрелкой». Ту самую, в которой жили-были часы, ходили они день за днем, но однажды у них отвалилась маленькая стрелка, и осталась только большая. Минуты они по-прежнему отсчитывали, но никто не знал — это 20 минут 6-го или 8-го, и вообще, какой сейчас день, или ночь, сколько времени прошло, неделя, год или полчаса. Сначала часы испугались, а потом оказалось, что и так тоже можно жить. И даже есть в этом своя особая прелесть…

Рассказываю медленно и таинственно, завораживающим голосом, смотрю ей в глаза, поглаживаю плечико…

Девочка явно «загрузилась», глаза широко распахнуты, легкий транс.

Я делаю вывод:

— И получается, что уже не важно — встретил ты человека полчаса назад или вы с ним 2 года знакомы. Время стерлось, границы размыты и условны. Ведь и в жизни тоже так бывает — с одним человеком можно общаться всю жизнь, но так и не стать близкими людьми, а с другим за несколько часов можно так сблизиться, что будет казаться, что вы давно знакомы.

Девушка согласна кивает, мы снова целуемся, долго и страстно…

РУССКИЕ НЕ СДАЮТСЯ!

Укладываю ее на кровать, расстегиваю блузку. Девушка не сопротивляется, но когда мои руки оказываются у нее на груди, пытается что-то сказать. Я не слушаю, затыкаю ее рот поцелуем, снимаю лифчик. Она отстраняется:

— Подожди… Не надо.

— В чем дело?

— Ты мне очень нравишься, но… сегодня не подходящий день.

— У тебя месячные?

— Да

— Сходи в душ, полотенце на двери.

— Как, разве можно…когда так…?

— Конечно можно, глупенькая. Большинство девушек в такой период даже хотят секса больше обычного.

— Я не такая. Мне в такой период вообще не хочется секса. Меня невозможно возбудить.

— Вот сейчас и посмотрим. Люблю делать то, что невозможно.

— У тебя не получится. Многие пытались до тебя, ни у кого не получалось.

— Я — не многие, запомни это.

— Ну, перестань… я не хочу…Ну все равно ты не сможешь меня возбудить! Говорю тебе, это невозможно!

— Тогда тебе нечего боятся, если я просто попытаюсь…

Затыкаю ей рот нежным поцелуем, начинаю ласкать грудь… руками… губами… языком… Тело девушки явно откликается на мои прикосновения, но сама она все еще шепчет: «нет!» Видимо, это такая изощренная проверка на настойчивость, или девочка просто мазохистка.

Опускаю руку ниже… еще ниже… ласкаю ее сквозь тонкую ткань трусиков… девочка уже «течет» (отвлеченные мысли: кто сказал, что девушки по мне сохнут? они по мне мокнут!), выгибается дугой, ее тело мелко дрожит… но она все равно не сдается!

Мои пальцы забираются глубже, в приятную теплоту, девочка сладко стонет, запрокинув голову, но губы ее все равно шепчут: «нет…не надо!» Вот упорная попалась!!! Наверное, ее девушка воевал под Сталинградом в Великую Отечественную и любил рассказывать ей (когда она была еще маленькая), что такое приказ Сталина: «Держаться до последнего!»

МЫ ПОБЕДИЛИ! И ВРАГ БЕЖИТ, БЕЖИТ, БЕЖИТ…

Наконец она обвивает меня руками за шею и шепчет на ухо:

— У тебя есть презервативы?

— Конечно. Стал бы я иначе тебя так возбуждать…Только зачем они тебе, раз ты все равно у нас «не хочешь»?

Сам отстраняюсь, убираю руки, смотрю на нее насмешливым взглядом. Она кусается губы от досады, дышит часто и глубоко, грудь вздымается как волны Балтийского моря во время бури.

— Ты меня хочешь?

— нет…не знаю…не………..

Я улыбаюсь, дразнящими прикосновениями ласкаю ее клитор.

— Так значит НЕТ? Или ДА?

— нет… ммм!!!.. не… Ну что ты издеваешься? …а-а-а… не…. да-а…ДА! Да, черт побери!!! Да-а-а!!!! Неужели ты сам не видишь?

Прижимаю ее к кровати, вхожу сразу — резко, на всю длину (блин, я сам возбужден неимоверно!) От ее стона в эту минуту проснулись, наверное, даже соседи близлежащих домов. Вот дает девчонка! А я-то считал ее почти девственницей…

Что было дальше, я, пожалуй, опущу, поскольку описание сего действа не вошло даже в Камасутру по этическим соображениям.

……………………

……………..

………

…Но это еще не все. Ближе к утру, когда я, уставший и обессиленный, пытаюсь хоть немного поспать, чувствую, что меня пытаются разбудить и раскрутить на секс. Я уже почти сплю, приятная полудрёма, просыпаться не хочется. Начинаю шутливо отнекиваться, но т. к. в голову ничего сейчас не лезет, в основном повторяю ее же «отмазки».

— Я хочу спать.

— Я тоже хочу. Спать с тобой.

— Не, я так быстро не могу. Мне надо получше узнать человека. Мы ведь с тобой знакомы всего несколько часов…

— Ты забыл, что у часов отвалилась маленькая стрелка? Прошло уже много времени. И мы узнали друг друга достаточно. А сейчас узнаем еще лучше!

— У меня есть девушка…

— У меня тоже есть девушка и она хочет тебя прямо сейчас!

— Блин! У меня месячные, в конце концов!

— Иди в душ, полотенце на двери. В такой период некоторые люди хотят секса даже больше обычного…

— Я не такой. Я тебя не хочу.

— Аппетит приходит во время еды.

— Я девственник!

— Это временно…

Короче, я проиграл. А девушка опять добилась своего, в очередной раз удивив меня и доказав — насколько же я ошибался относительно ее.

До утра мы так и не заснули. А утром, вызвав ей такси, я еще долго лежал, глядя в потолок, прежде чем заснуть, и размышлял об обманчивости первого впечатления.

Парни, никогда не верьте наивным глазкам и детскому личику 17-летних! Порой это просто ловушка для простаков, а за ними скрывается такая Hot Baby, что вам и не снилась; что знает о сексе куда больше вас; чей опыт в данном вопросе легко переплюнет все ваши жалкие попытки выглядеть круто…

Такова се ля ви! И никуда от нее не денешься! Да и не надо, наверное…

* * *

Дочитав до конца эту историю, мы с Лёлей обе долго молчали. Каждая из нас думала о своем. Потом я тихо спросила:

— Лёль, а как у тебя все было в первый раз?

— Ну…так вот сразу даже и не решусь рассказать… — Лёлька смущенно улыбнулась.

— Что, неудачный опыт? Твой первый мальчик не оправдал твоих надежд? Да брось, чего там стесняться… У многих такое бывает. Просто каждая из нас мечтает о красивой и незабываемой первой ночи; ждет, что это будет нечто такое волшебное и сказочное; и ОН будет самым-самым наилучшим-прелучшим из всех на свете; и ты покажешь себя непревзойденным образцом женственности и нежной страсти, устроишь ему сладкую пытку, переходящую в бурный оргазм со стонами (даже если весьма смутно представляешь себе — что вообще нужно делать), он будет от тебя без ума, и все вокруг — атмосфера, обстановка, настрой — будут лишь усиливать общее впечатление божественной Первой Ночи. И мы так ждем ее, рисуем в своем воображении мучительно-сладостные картины — что-то вроде полутемной комнаты с камином или сотней свечей и ты с бокалом шампанского у него на коленях или раскинувшаяся на шелковых простынях… а еще можно где-нибудь на вечернем пляже во время заката…

— Насть, ну хватит уже! — взмолилась красная от смущения и в то же время задыхающаяся от смеха Леля. Я чуть умерила свой пыл:

— И мы все ждем, и отказываем каким-то (неплохим, в общем-то) мальчикам только потому, что считает их «не идеальными» и потому неподходящими на роль Первого Мужчины… А потом вдруг спохватываемся и понимаем, что совсем не все в этой жизни происходит так, как нам хотелось бы, и как мы рисовали в своих мечтах. И, устав ждать своего принца, такая девочка нередко отдается первому встречному — лишь бы только избавиться уже наконец от надоевшей девственности. Хоть с кем-то. Хорошо, если этот «кто-то» окажется хотя бы понимающим и более-менее опытным и ответственным человеком. А вот если нет… Тут нередки всякие разочарования, слезы и даже психологические травмы порой. Особенно у впечатлительных девочек, которые нередко «заморачиваются» по этому поводу…

— Блин, да ты сама все знаешь, чего от тебя скрывать-то? Ладно, слушай…Ты помнишь Толика? Я о нем рассказывала.

— Что-то припоминаю. Но, если честно, не очень.

— Не важно. Достаточно знать, что он был почти моего возраста и такой же глупый. Но неоднократно повторял, что «у него-то опыт большой», нужно только, чтобы я была готова.

— Раз человек так хвастается своим опытом, то, скорей всего, на самом деле его не очень-то и много.

— Вот именно. Но ведь «надо же только чтобы я была готова». Эх… Не могу сказать, чтобы я очень уж этого хотела и была готова, но он уж больно настаивал, а так как я всегда была человеком очень мягким, то все-таки согласилась. Да и интересно же было, в конце концов! Все мои подруги уже… того…а я все никак…

Лёлька зарделась. Я постаралась не улыбнуться, чтобы не смущать ее еще больше.

— Чтобы не причинять мне боль, он старался подвести меня постепенно — то есть в первый день входил совсем чуть-чуть, пока я не скажу, что мне больно, на следующий день немного глубже и так далее. То есть, секса как такового с настоящим лишением девственности у нас все никак не получалось.

Причем он не особо заботился об обстановке, еще о чем-то… Как-то все происходило ни к селу, ни к городу… Ну, а тот самый «первый раз» был у меня дома, что само по себе неприятно, потому что дом у меня сумасшедший — в любой момент кто-то может прийти, заглянуть, и для всяческих эротических игр там вообще не место. Но ему было наплевать, а я под его напором отступила.

Так вот — я ничего не почувствовала. Ни боли, ни крови — ничего не было. Никакого удовольствия тоже. Даже какого-то волнующего чувства от осознания того, что я теперь женщина. Ничего. Он вошел в меня, сделал несколько движений, удивленно спросил — тебе не больно? Я сказала, что нет. Он предложил переменить позу. А в этот момент домой пришла мама. Мы поспешно натянули штаны (так как были почти одеты, да и вообще все происходило на маленьком неудобном диванчике) и вышли из комнаты, стараясь сделать вид, что просто болтали…

Вот, собственно и… Вообще, тот первый опыт оставил неприятный осадок в моей душе. И тот молодой человек тоже. Он создал во мне очень много психологических барьеров, каких-то комплексов, страхов. Я, конечно, понимаю, что они существуют лишь на уровне подсознания и вызваны ассоциациями из прошлого, но преодолеть их не могу. Пока. Каждый раз что-то внутри просто выворачивается… Наверное, поэтому я с тех пор больше ни с кем не встречалась.

— Мда. По сравнению с этими историями мальчиков-пикаперов… Так недолго и правда подумать, что уж лучше бы с ними… А давно это было?

— Что именно? Расстались мы с ним где-то полгода назад. Секс был чуть раньше.

— Лель…не хочу чтобы мои слова прозвучали банально. Просто поверь мне, хорошо? Говорю это искренне. У ТЕБЯ ЕЩЕ ВСЕ ВПЕРЕДИ! Все самое лучше, самое приятное, самое светлое… Не переживай и не думай ни о чем, ладно? ВСЕ ЕЩЕ БУДЕТ!

— Спасибо, Насть! Я и сама хочу в это верить.

Мы еще несколько минут посидели в тишине. Почему-то в такие моменты хочется сказать так много, но не получается. Слова становятся какими-то шершавыми и неудобными. Ими все равно не передать всего того, что на душе…

И снова я первая нарушила молчание:

— Лель, а ты ведь общалась с этими парнями, да? Ну, с пикаперами? Когда статью писала?

— Да. Некоторых даже знаю в лицо. И на сайте о них многое читала…

— Я тоже хочу познакомиться с ними. Пообщаться, узнать побольше, понять что они за люди. А то так и буду блуждать в потемках.

— Насть, ты… хорошо подумала?

— Да.

— И как ты хочешь с ними познакомиться?

— Для начала — заочно. Собрать побольше информации и т. д. Подготовь мне небольшое досье на каждого, с кем ты общалась. Какой человек, что из себя представляет, какое у тебя впечатление сложилось о нем. Хорошо?

— Ладно, мне не сложно. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь…

ГЛАВА 3

Скажите, что вы делаете утром, чтобы придти в себя? Долго трёте глаза? Умываетесь холодной водой? Трясёте головой, пытаясь привести мысли в порядок?

Господи, да откуда же там взяться мыслям, если вчера полночи ты тихо напивалась в одиночку, как последний алкоголик, а сегодня боишься даже подойти к зеркалу? Там с утра такие ужасы показывают… А если еще и улыбнуться! О, боже…

Нет, подруга, пора тебе заканчивать с мартини по вечерам. Хотя глотать собственные слезы тоже не намного лучше. Но от них хоть потом голова не болит…

А порой лучше чтоб болела! Тогда в ней не остается ни одной мысли. А тебе того и надо. Потому что жить с этими мыслями просто невыносимо. Потому что ты в сто тридцать восьмой раз называешь себя безвольной тряпкой, кричишь себе: «Хватит об этом думать!», но это не помогает. Потому что вновь и вновь накатывающие воспоминания отзываются в твоем сердце щемящей тоской, и ты уже ни чем не в состоянии заняться, ничего не можешь делать, разве что кидаться на стенку в бессильном исступлении. Даже просто сидеть на месте уже невыносимо, хочется немедленно что-то изменить, поправить, вернуть на свои места. И в то же время с убийственно-трезвой отчетливостью ты понимаешь, что изменить что-либо уже не в силах. Как бы ни старалась. И остается только тихо всхлипывать, роняя слезы в бокал с мартини. И, прихлебывая этот коктейль из собственных слез вперемешку с алкоголем, повторять бесконечное: «Ну почему я, почему это со мной, почему все так, почему, почему? Почему-у-у-у….»

Неужели и правда во всем виноват тот мальчик-романтик? Точнее, мое к нему отношение. Точнее, я сама во всем виновата. Только вот признаваться в этом очень уж не хочется.

Неужели и правда наша жизнь построена по принципу бумеранга? И причинив кому-то боль (пусть даже нехотя, невольно, не желая того), ты обрекаешь себя на ответные удары в течение жизни? И если ты была жестока с чьими-то искренними чувствами, то — будь готова, милая, к тому, что кто-то так же поступит с тобой? Черт побери, ну почему-у-у…

Я знаю, что не нужна ему. Что он мной только поигрался и бросил. Что я была всего лишь очередной победой, о которой он теперь расскажет друзьям за бутылкой пива или будет хвастаться на своем форуме. Наверное, я должна его ненавидеть. Но в то же время отдаю себе отчет, что если бы он сейчас был рядом, меня снова потянуло бы к нему. И в глубине души я готова его простить, скажи он хоть слово в свое оправдание, подари хоть один ласковый взгляд, как тогда…

Господи! Ну, почему я такая слабая? У меня что — совсем не осталось гордости? Так же нельзя!

На людях я еще как-то держусь. Отвлекаюсь. Занимаюсь какими-то делами. Например, воплощаю свой план мести мальчикам-пикаперам. И это меня поддерживает, дает какой-то стержень, какое-то занятие, какое-то отвлечение мыслей все-таки. А вот по вечерам, когда остаюсь одна, когда делать нечего, когда наваливаются всякие воспоминания, то с трудом сдерживаю себя, чтобы не разреветься. Иногда мне это удается. Вчера, после ухода Лёльки, нет.

Да и что Лёлька? Каждый из нас одинок в своём горе. Я не хочу, чтобы кто-то знал о моем. Не хочу, чтобы какие-то посторонние люди (это я не про Лёлю) мне «вежливо посочувствовали». Не хочу пачкаться их корректными соболезнованиями, не хочу, чтобы от их безразличия было еще хуже.

А чего хочу? Хочу, пожалуй, уткнуться в чье-то плечо и выреветься. Чтобы прошло все и сразу. Утекло, высохло, испарилось…

Вот только горечь и боль ситуации именно в том, что я такого плеча лишилась. И сейчас у меня его просто нет. А если бы было — тогда бы и не хотелось плакать…

Я знаю, что не нужна ему. Боже мой, сколько жестокости и боли в этих простых на первый взгляд словах!!! Как каждая из нас беззащитна перед ними!

ТЫ.

НЕ НУЖНА.

ЕМУ.

И все. И точка. Больше добавить нечего. Финал. Аут. Боль…

Ты тупо молчишь, уставившись в одну точку. Тебе нечего сказать. Слова не нужны. Они все равно ничего не смогут выразить. И лишь где-то внутри тебя, в самых темных уголках души копится горький осадок, который вскоре станет твоим вечным спутником. А задворки памяти пополнит еще одно лицо — лицо темноволосого кареглазого парня с обаятельной улыбкой, вспоминая которую, тебе почему-то хочется плакать…

Так что вы делаете, чтобы придти в себя? Если первая ваша мысль сегодня утром: «Лучше бы я умерла вчера»? Кто знает какой-нибудь хороший рецепт — напишите мне, пожалуйста…

* * *

— Вообще, они все очень разные, так что не удивляйся. Тем более, что я старалась общаться не со среднестатистическими пикаперами, а с какими-то интересными, необычными личностями.

— Я понимаю, Лёль. Тебя вечно тянет на все необычное, — сказала я, тихонько улыбаясь. Она смешно поджала губы. Я улыбнулась еще сильнее. Все-таки она такая милая! Особенно, когда смущается. И все-таки хорошо, что она здесь.

…Поняв сегодня, что не смогу без Лёльки вынести еще один вечер, я позвонила ей. Она, ни о чем не спрашивая, мгновенно согласилась придти. И даже обещала захватить с собой обещанное «досье» на некоторых мальчиков-пикаперов. То, что успела насобирать.

— Ну что, с кого начнешь?

— Пожалуй, со Стаса. Один из самых веселых персонажей. И самых неоднозначных. Хотя пикаперы все необычные. Но он выделяется даже среди них. По принципу — в семье не без урода!

— Что же в нем такого примечательного?

— Давай по порядку. Станислав Оленев, или просто Стас. Он же Грязный Стебщик.

— Это прозвище?

— Ник на сайте. И очень меткий. Стас — откровенно пошлый и наглый тип. Готов приставать к каждой встречной красивой девушке, говорить ей непристойности, делать откровенные намеки, но все это с такой улыбочкой и весело, что посылают его не сразу. А даже если и пошлют, его это ничуть не смутит. И не остановит. От него вообще трудно отвязаться. Если девушка стеснительная — он вгонит ее в краску своим юмором, если раскрепощенная и общительная — они могут даже весело пообщаться. Со всеми вытекающими последствиями. У него ведь только одно на уме. Пожалуй, именно про таких парней говорят, что они трахают все, что движется, а что не движется, то раскачивают и трахают.

— Поручик Ржевский наших дней?

— Что-то вроде. Хотя мне лично он напоминал другой персонаж. Помнишь фильм «Американский пирог»? Мы еще вместе смотрели когда-то? Так вот, там есть такой тип — Стив Стифлер, он же Стифмайстер…

— А-а-а! Припоминаю…

— Так вот, Стас — точная его копия. По характеру и поведению.

Я почесала переносицу, пытаясь представить такого в наши дни на улицах родного города…

— Забавный, должно быть, экземпляр. А не напряжно с ним общаться?

Лёлька пожала плечами:

— Мне лично порой он был неприятен. Но ведь есть достаточно других девушек, у которых иные взгляды на жизнь и которые на многие вещи смотрят проще. Поэтому Стасик никогда не страдал от одиночества и определенным успехом у девушек пользовался постоянно.

— Ну, это понятно. Возможно, на руку ему играл еще и тот факт, что с наглыми и настойчивыми субъектами в наш век девушке куда проще завязать отношения, чем дождаться своего принца, — остатки вчерашней злости отзывались во мне каким-то хмурым ехидством. — Наверняка каждой из нас знакома ситуация, когда тот, о ком ты мечтаешь, сидит где-то в сторонке и лишь изредка бросает на тебя заинтересованные взгляды. Не переходя, тем не менее, ни к каким активным действиям. А какой-нибудь не слишком симпатичный, но настойчивый наглец «прет напролом» — то бишь, предпринимает вполне определенные шаги к сближению. И ты, подождав какое-то время (не перестанет ли «тормозить» твой «принц»?), все-таки уступаешь надоедливым притязаниям того, кто ближе. Не сидеть же всю жизнь одной! Даже в ожидании принца можно себе позволить порой небольшие приключения, чтобы не было так скучно. А тут такая возможность… Почему бы и нет? В конце концов, он достаточно симпатичен, сегодня субботний вечер, и это всего лишь секс…

Лелька посмотрела на меня с удивлением, но ничего не сказала.

— А у него есть какие-нибудь истории на их форуме, про который Юлька упоминала? О том, как он обходился с девушками?

— Есть, конечно. У каждого из них имеется не один «отчет» на сайте. Некоторые ведут даже так называемые «дневники соблазнителей».

— Покажи мне какой-нибудь его отчет. Думаю, это скажет мне больше о нем, чем все характеристики.

— Пожалуй, да. Тем более, что его отчеты — это нечто! Их ни с чем не спутаешь!

Лелька оказалась права. В его произведениях действительно присутствовало некое особое своеобразие. Мягко говоря…

ПОЛЕВОЙ ОТЧЕТ СТАСА.

МАМА И ДОЧКА — ВЕСЕЛАЯ СЕМЕЙКА!

Братия и… сестры (ежели тут таковые имеются, в чем я лично сомневаюсь. Чаще всего их тут просто имеют!). Послушайте мою печальную историю о неслучившемся сексе, и… постарайтесь не лопнуть со смеху, ладно?

Итак, есть девочка, баллов где-то 7 из 10, 18 лет, сексуальная брюнетка. Выглядит — ммм! Как сладкая конфетка! Пальчики оближешь! Знаю я ее чуть больше года, учились в одной школе, очень хорошие отношения, причем ее парень сильно ревнует. Ну, есть на то причины, должно быть!

Тут она мне звонит на днях и говорит, мол, рассталась со своим парнем (2 года встречались) и хочет со мной встретиться. Я, разумеется, только рад утешить в горе бедную девушку, как только могу. Правда, в прошлый раз смог только 2 раза…Ну, не важно!

На следующий день ее вызваниваю, договариваемся о встрече. Приезжаю на остановку и жду, через 10 мин она приходит, мы беремся за руки и идем к ней, предварительно купив шоколадку. Я уже предвкушаю сладкий шоколадный вечер, как вдруг на вопрос: «кто дома?» она говорит: «мама, заодно С НЕЙ ПОЗНАКОМИШЬСЯ».

МЛИН!!! я такого поворота событий не ожидал. По пути она заходит к своему бывшему и забирает какие-то вещи, идем дальше… Заходим к ней домой (я у нее первый раз), она показывает где что, наливает мой любимый чай («1001 и одна ночь, кому интересно»), угощает персиками. На вопрос: «а где же мама?» указывает на комнату и говорит: «СПИТ!» У меня уже чешутся руки, настроение поднимается, и не только настроение! Ну, думаю, спи, мама, спи!

Мы пьем чай с шоколадкой, я потихоньку распускаю руки и ремень на брюках, как вдруг… открывается первая от столовой дверь, и оттуда выходит стройная голая баба! Вышла боком ко мне и смотрится в зеркало, меня не видит. У меня отвисла челюсть и потекли слюни. Мама у нее тоже очень даже ничего!!! Тут она разворачивается, говорит «Доча, ты уже дома?», и замечает меня. Глаза мои не в силах оторваться, смотрят тока на ее бритый орган, т. к. груди я еще изучил, пока она у зеркала стояла. Ёпть, вы бы видели ее реакцию! Я и сам охренел, честное слово, от такого нежданно свалившегося подарка судьбы в виде бесплатного стриптиза в качестве прибавления к чаю!

Короче, разворачивается мамочка и, тряся своим пышным задом, убегает в комнату. Я в ступоре минуты 3. Да уж… Чего только со мной в жизни не случалось, но чтоб вот так… Рядом сидит девчонка, которая все наблюдала со стороны, вернее не сидит, а валяется под столом. И угарает… говорит, что я краснее своей красной рубашки. Честное слово, братва, даже как-то засмущался от неожиданности. Хотя я мальчик не стеснительный, вы знаете.

Я посидел, почесал репу, и выдаю: «НУ ВОТ И ПОЗНАКОМИЛИСЬ!» Блин, до сих пор смешно… Потом выходит мамочка, уже в халате, немного смущенная, но уже порядком пришедшая в себя. Мы с ней знакомимся, она говорит, что многое слышала хорошего обо мне от своей дочки и добавляет, что я милый и подмигивает. А мамка у нее красавица и лет ей не так немного — 37. Я у них еще 2 часика посидел, полапал девчонку в соседней комнате, но все-таки настрой уже не тот был. Не дай бог мама еще опять откуда-нибудь выскочит голая! Собрался восвояси. Когда уходил, ее мать сказала, что я симпатичный. «Ага, вы тоже ничего» — сказал я, она улыбнулась! «Заходи к нам почаще» — были ее последние слова. Девочка отправилась меня провожать, т. к. ей что-то надо было купить в магазине. По дороге сказала, что я продвигаюсь быстрее, чем ее парень.

Так вот я сейчас сижу и думаю — нормально ли это все, если учесть что вчера позвонила подруга и после продолжительной беседы, сказала: «Тут мамочка тобой заинтересовалась, расспрашивает все про тебя». Еще у меня такой вопрос, если так и дальше все пойдет, смогу ли я стать «Членом Семьи»? Ну т. е. по аналогии с человеческими органами — тесть, как самый старший будет ГЛАВОЙ семьи. Дочка, как самая красивая, будет ЛИЦОМ семьи. Не знаю, кто из родственников еще там каким органом будет, но я уж точно буду ЧЛЕНОМ семьи!

И с удовольствием по понедельникам, средам и пятницам буду трахать девчонку, а по вторникам, четвергам и субботам — маму! Вот только у мамы, вроде, есть муж, так что… Очень не хотелось бы, чтобы он меня трахал по воскресеньям за такое!

Далее на форуме шли всякие комментарии и обсуждения этой истории, народ высказывался, прикалывался и давал советы, как развести маму с дочкой на групповуху. Это все я пропускаю, перехожу дальше. Как оказалось, у истории было продолжение!

Народ, слушайте последние новости с театра боевых, то есть, эротических действий!!!

Да-а-а, сегодня произошло нечто интересное!

Пришел я, в общем, к ней домой, она была одна. Я особо терять время не стал, чего долго церемониться, и через 10 мин мы уже лежали у нее в комнате на диванчике. После поцелуев и все более откровенных ласк, она вдруг вскочила и побежала в душ, сказав «я сейчас!».

Ну-у-у… «Все идет по плану!», — подумал я… Но не тут-то было!!!

Пока девушка была еще в душе, я услышал звук открывающейся входной двери. «Ё-моё!», — думаю про себя, — «наверное, опять мама пришла!» Что ж, не будем ее разочаровывать, пока девушки нет, пусть мама скрасит мое одиночество. Прилег я поудобней, расстегнул все пуговицы на рубашке, улыбаюсь во весь рот… Вдруг дверь открывается, и моя улыбка медленно сползает вместе со штанами, на которых я от удивления перестал придерживать ремень!

Передо мной стоит мужик, взрослый, бородатый… Он, наверное, тоже охренел, как и я, смотрит на меня изумленно и спрашивает: «Ты кто???!» Я чуть не ляпнул, что сантехник, потом вспомнил что я все-таки не любовник его жены (по крайней мере, пока), и мне притворяться не надо, хотя растерялся я все-таки прилично и поначалу даже не знал, что сказать…..

Но потом, переборов страх, встал, пожал руку и представился, сказал, что жду, пока дочка вылезет из душа. «Понятно!», — сказал он и пошел на кухню…

В это время я услышал, как девушка закрыла краны с водой и открыла дверь. Она ничего не слышала из-за шума воды и по-прежнему думала, что мы дома одни. Тут открывается дверь, в комнату, где сижу я, заходит она… ГОЛАЯ!!!

Видимо, решила маму перещеголять. Фигурка у нее и вправду офигительная. Я, как и в тот раз, уставился вначале на грудь и долго не мог оторвать взгляд, потом переключился ниже… Наверное, челюсть моя уже валялась на полу, потому что девушка, довольная произведенным эффектом, откинула мокрые волосы назад, гордо вскинув голову и зачем-то спросила: «Ну как?», хотя по моей реакции, наверное, все и так было понятно.

Все бы хорошо, но тут на заднем фоне появился папа! Боже!!! Сейчас смешно, а тогда хотелось плакать! Он тоже застыл в ступоре от такого зрелища и не знал, что сказать. Я уже хотел крикнуть «Шухер!», или «Ложись!», или «Сзади!», но, поняв, что это было бы нелепо, лишь кивнул девчонке в тут сторону, где стоял ее отец. Она оглянулась, реакция была примерно как и у мамы, попыталась руками прикрыть хоть что-то и — ванну обратно!

Отец стоял как вкопанный и долго пытался что-то сказать. Отдаленно напоминающее: «Чё это, млять, за херня??!»

Я быстро сориентировался: «Да вот, чай немножко раньше выпил, она наверно думала, что я еще на кухне». А сам делаю такое невинное выражение лица — типа, я тут вообще не при делах…

Папаня оглядел меня с головы до ног: «Ладно пошли на кухню, пусть переоденется… Да, и это… заправь свое достоинство…» (тут он подтянул свой ремень и указал на мой орган, который был в штанах, как вигвам). Я тихо выдохнул: «Уф-ф…» и подумал про себя: «Да-а-а, вот уже и С БАТЕЙ ПОЗНАКОМИЛСЯ!»

На кухне мы поболтали, я сидел опять на том же самом мечте с красной рожей и вспотевший. Батя чего-то спрашивал, я отвечал…Не помню…

Тут пришла ОДЕТАЯ девчонка, поздоровалась с отцом и быстренько увела меня в комнату, подальше от всяких расспросов. Сама красная…

Короче, в следующий раз мы договорились встретиться у меня! А то я вот думаю… Интересно, дедушка с бабушкой есть в этой семье?

* * *

Дочитав до конца сей шедевр, мы с Лёлькой как-то мрачно переглянулись, а потом обе… расхохотались. Нет, все-таки с пикаперами не соскучишься, это точно! Забавные они существа…

Вот только смех наш был какой-то невеселый, с привкусом горечи. И было еще какое-то странное ощущение у нас обеих, нечто такое, что витало в воздухе, но все как-то не получалось облечь его в слова. Лёля первая попыталась:

— Знаешь, Насть… я когда читаю что-то подобное, каждый раз задаюсь себе вопросом — зачем же люди так себя ведут? К чему эти глупые понты, выпендрежности, желание показать, что ты ко всему относишься свысока и с какой-то насмешкой, что тебе все пофиг, что тебя не интересуют какие-то тонкие чувства? Сплошной цинизм, презрение ко всему и глупая пафосность. А где же душа? Где же искренность? Куда, в конце концов, подевались все романтики? Пропали?

По простоте душевной Лёля не понимала, что сыпет соль на мои свежие раны, снова напоминая о том, кто был вечным укором для моей совести. Но мне не хотелось об этом говорить, и я, стараясь придать своему лицу беззаботное выражение, лишь тихо произнесла:

— Да нет, Лёль, они не пропали. И не подевались никуда. Они просто затаились. Просто романтиком быть сейчас как-то… не модно, что ли…

Лёлька скривила губы и передернула плечами. Это, конечно, не укрылось от меня.

— Тебя тоже тошнит от этого слова? Значит, мы друг друга понимаем. В наш век господства других ценностей мы привыкли прятать искренние чувства под насквозь фальшивыми масками. Почему мы так поступаем? Чего боимся? Чего боится тот же самый Стас, у которого (я уверена!) тоже где-то внутри есть глубоко запрятанные ранимые струны души? Чего боятся романтики? Наверное, боятся быть растоптанными пафосной толпой в ответ на написанное на асфальте под окном: «С добрым утром, любимая!»

— Но если в каждом из нас это есть — зачем же мы скрываемся за не нужными масками? Для чего или кого это притворство? От кого мы прячемся? Кому и что пытаемся доказать? Родителям — свою независимость? Друзьям — свою неимоверную крутизну? Сверстникам — свое положение? Да зачем??? Покажите мне хоть одного человека, которого это сделало счастливее!

— Не только в этом дело, Лёль, — я закусила губу, стараясь не показать, как трудно мне даются эти слова. — Просто понимаешь…подчас мы (я имею в виду девушек), мы сами толкаем парней на подобное поведение. Быть искренним, откровенным, открыть свою душу кому-то — это значит стать беззащитным и уязвимым. Ты раскрываешься, а в ответ летят насмешки, непонимание, грязь и презрение к твоей слабости. Это очень больно переживать. А романтики всегда очень чувствительны. И один раз пережив такое… Это их просто убивает! Понимаешь?

Меня душили слезы. В горле стоял комок.

— Я никогда не поступлю так! — с жаром выдохнула Лёлька. — Никогда не посмею унизить человека, который доверится мне. Никогда не стану причинять боль тому, кто способен на искренние чувства. Никогда не плюну в душу тому, кто ее передо мной раскроет!

— Не зарекайся, Лель, — тихо, одними губами прошептала я. — Не зарекайся…

* * *

— Самое интересное, что они со Стасом — лучшие друзья. Никогда бы не подумала, но это факт. Еще со времен учебы. Никто не понимает, что их связывало тогда, а уж тем более — что их связывает сейчас. Ведь они просто два полюса, две противоположности.

— Наверное, дополняют друг друга. Противоположности притягиваются, как известно.

— Вот разве что так…

Лёлька пожала плечами и вновь потянулась за своей кружкой. Прихлебывая ароматный чай, уютно развалившись в мягких креслах, мы обе чуть-чуть отошли от того тягостного разговора, что снова пробудил во мне не к месту взявшиеся воспоминания. И уже взялись обсуждать следующего субъекта из списка, составленного Лёлей.

— А почему у него такое странное имя?

— Найджел? Честно говоря, не знаю. Никогда не слышала его настоящего имени. Просто все его так зовут. Или Найджел, или Художник. Это его ник на форуме.

— А он правда рисует?

— И не только. Он вообще личность творческая. Говорят, очень здорово играет на гитаре. И на клавишных. И на флейте, и еще на чем-то. Сама я, правда, ни разу не слышала. Производит впечатление такого очаровательного мерзавца с мощным отрицательным обаянием. В нем есть чувственность и романтичность, но, по всей вероятности, это не более чем маска, позволяющая ему втираться в доверие к девушкам. На самом деле он циничен и расчетлив. Хотя временами кажется, что действительно просто сам влюбляется в каждую свою новую жертву. И у него есть какие-то чувства, и он страдает, и мучается… до тех пор, пока не добьется своего и не бросится на поиски новой, записав себе в архив очередную победу. Его отличает нестандартный творческий подход, отсутствие шаблонности, он никогда не повторяется. Способен придумать какой-нибудь коварный план, чтобы запудрить мозги девушке, если вскружить ей голову обычными средствами не получается. Вообще, он стратег и тактик, но в то же время и импровизатор отменный.

— Какая-то у тебя противоречивая фигура получается.

— Да он вообще очень необычный. Даже среди пикаперов. Вот к примеру, обычный пикапер никогда не будет завышать для себя значимость какой-то одной отдельно взятой девушки. Они исповедуют принцип: «Женщин — много, я — один!». И если что-то не получается с какой-то конкретной девушкой, то и пусть. Бог с ней. Сама виновата, дура, останется без сладкого. Других полно… Этот же никогда не останавливается на полпути. Всегда добивается своего. И даже если что-то пошло не так, он всегда сумеет вывернуться, придумать что-то новое, необычное, чтобы все-таки достичь своей цели. Говорят, еще не было девушки, сопротивление которой он бы не мог сломить.

— А кто так говорит? Он сам? — я недоверчиво хмыкнула. — Не льстит ли себе мальчик? Кстати, а этого ты бы с кем сравнила? Стас тебе напоминал Стива Стифлера, а на кого из литературных персонажей или киногероев похож этот Художник?

— Пожалуй…, — Лёлька на мгновение задумалась. — Пожалуй, на Себастьяна Вальмона из фильма «Жестокие игры». Помнишь такого?

— Циничный мерзавец, способный, тем не менее, на высокие чувства? Хм… Интересно. А у него есть какой-нибудь отчет на сайте?

— У него их полно. И все разные. Кстати, один из них ты уже читала. Про Юльку-то. И про новогоднюю сказку с завязанными глазами.

— А-а-а, так это его работа? Что ж, и правда — мальчик не обделен фантазией, судя по всему. И способен придумать что-нибудь необычное. По крайней мере, с таким ты сама испытываешь хоть что-то интересное, а не банальный трах с веселыми постебушками, как у Стаса в этой его истории про маму с дочкой.

Лёлька вдруг прыснула:

— Ой, ты знаешь, Насть… у него… сейчас, подожди — просмеюсь… у Художника на самом деле тоже есть история про маму с дочкой. И довольно-таки смешная!

— Как и эта? Стасовская? Такая же???

— Нет, конечно, ну что ты… Там долгое красивое ухаживание и вообще… Ладно, чего я пересказывать буду, давай ты сама прочитаешь!

И включила компьютер.

Полевой отчет Художника.

О ДОЛГОМ КРАСИВОМ УХАЖИВАНИИ

с кучей неожиданностей, забавных ситуаций, несостыковок и просто обломов;

и о том, что рано или поздно настойчивость свое возьмет!

ДАНО:

Девушка — 23 года, 7/10 баллов, маленького роста, блондинка (короткие вьющиеся волосы), забавная и веселая — смесь милого ангелочка с забавным и вредным чертенком;

Я — 25 лет, 7/10, художник, любящий рисовать красивые сказки;

и ЕЕ МАМА! …но это — отдельный разговор.

Вообще, история не короткая, сразу предупреждаю. Но ДКУ есть ДКУ, без долгих историй тут не обойдешься.

ЗАВЯЗКА

Нашел девушку в инете на сайте знакомств. В ее анкете — что-то там банальное насчет того, что в мире не осталось настоящих мужчин, о которых она мечтает. И стандартное перечисление собственных качеств… милая, добрая, умная, красивая, с чувством юмора и кучей обаяния… Короче, все так пишут, ничего необычного или особенного.

Но на фотографии — симпатяшка с живыми веселыми глазами, а не кукла какая-нибудь. В общем, что-то меня дернуло написать именно ей.

Пишу:

Привет, глупышка!

Ну и дурацкую же анкетку ты себе состряпала. Одни стандартные ответы. Интересно, ты себе близкого человечка ищешь или на работу устраиваешься? Так обычно только резюме заполняют… стандартно… Именно поэтому их и не берут потом!:-)

Хотя, несмотря на то, что анкетки заполнять ты не умеешь, что-то неуловимое в тебе все-таки есть… из-за чего я не прошел мимо, а решил все-таки послать тебе привет. Может, это странное сочетание милого ангелочка с забавным и вредным чертенком в одном лице? не знаю…

Ладно, не важно… Слушай, а давай меняться? Ты научишься составлять веселые анкетки, а я тебе за это подарю детскую панамку с дырочкой для косички. Ты ведь волосы еще не собралась обстригать, да?

Правильно! Молодец! И не надо… я тебе за это подарю цветочек… слямзиный у тебя же с подоконника!:-)

Кстати, а какие цветы стоят у тебя в комнате на подоконнике? Они в горшке или в вазе? А у твоих соседей? Я это спрашиваю на тот случай, если вдруг приду к тебе однажды петь серенады под окна…. а ты меня будешь цветами забрасывать… в горшках!:-) …темной ночью…. Или ярким солнечным днем… когда ты будешь загорать, лежа на подоконнике, потому что на пляж будет идти лень. Кстати, а ты любишь загорать без купальника?

Ой, вопросов-то сколько, вопросов…

Ладно, я побежал дальше, тут еще анкеток много забавных есть.

Счастливо!

Вообще, все мое общение с ней сводилось к смеси нег-хитов (насмешек) и комплиментов.

Девушка ответила быстро, прислала длинное и немного обиженное письмо, но главное — ее «зацепило», а уж мелкие обидки утилизировать — проще простого. Потом, кстати, она сама призналась, что ее заинтересовало мое письмо именно потому, что все ей комплименты кидали, а я вдруг взялся насмехаться.

Короче, после непродолжительной переписки девочка «сдает» явки, пароли, телефоны (домашний и сотовый), ICQ и т. д. Звонить я ей не спешу, пускай «созреет», хотя по аське общались довольно мило какое-то время.

И вот как-то однажды вечером после веселой пьянки с хорошими друзьями я в прекрасном настроении заваливаюсь домой и выхожу в интернет. В аське — та самая девочка. Говорит, что мама у нее уехала на дачу, а сама она сидит-скучает, никто ее не развлекает, грустно ей и «даже ты, который притворялся Настоящим Мужчиной, не хочешь мне серенады под окнами петь! А ведь обещал!»

Отвечаю:

— Не вопрос, будут тебе серенады, а цветами меня забрасывать будешь?

— В горшках?

— ДА!

— Не буду… я цветы слишком люблю… они у меня красивые… (далее следует описание всяких цветковых премудростей)

— Ладно, тогда жди, сейчас буду!

— Ты что, серьезно???

— … (я уже отключился)

ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА или ОБЛОМИВШИЙСЯ ФАСТ

Сам я уже мысленно прикинул: время около 23.00, девушка в квартире одна, настроение у меня — офигительное, море ресурса… Короче, а почему бы и нет? По крайней мере, будет весело!

Ну, дальше — стандартный ход: зная ее номер, по базе данных городских телефонов я пробиваю адрес, засовываю гитару в чехол, и отправляюсь на поиски приключений на свой…. По дороге заворачивай в ночной магазин, выбираю хороший букет цветов (не просто какие-то там 3 банальных розы в дешевом полиэтилене, а действительно ХОРОШИЙ, со вкусом оформленный букет), кладу на сиденье рядом, рулю к ее дому. Подъезжаю, нахожу адрес, прикидываю — где находятся окна ее квартиры (2 этаж), достаю гитару, цветы пока прячу в чехол (вот для чего он был нужен!), посылаю смс: «Ну, ты сама напросилась!!!»

ПОЮ!!! Громко, весело, люди оборачиваются, соседи выглядывают, а мне по фигу, лишь бы кипятком не полили! А так — все здорово, у самого крышу сносит, море позитива!

Девушка выглядывает, смотрит на меня ошарашенными глазами… через пару минут спускается ко мне…

— Ну ты даешь… я такого не ожидала… КАК ТЫ ВООБЩЕ МЕНЯ НАШЕЛ??? …и такое устроил… у меня слов нет!

— Так цветами забрасывать не будешь?

— Нет…

— А я буду!!!

Достаю из чехла букет, вручаю ее… Крыша у девочки не просто съехала, а улетела со свистом! Обнимаю ее одной рукой, целую в щеку — никакого сопротивления. Только восхищенно-ошарашенные глаза, размером с тарелку…

Еще немножко попели (вместе), поболтали, поцеловались… как-то все полушутливо-полусерьезно, на уровне веселого флирта… «Девушка, а давайте я в вас влюблюсь? — А давайте!» …провел подстройку под дыхание, вплел в разговор чуть измененную метафору на сближение…

Она уже сама говорит: «Слушай, ты какой-то необычный… я тебе полчаса вижу, а такое ощущение, как будто мы с тобой 100 лет друг друга знаем!» Рассказываю ей сказку о часах со сломанной стрелкой. Улыбается: «А ведь действительно...»

Говорим о нашем знакомстве, она опять вспоминает про свою анкетку «в поисках Настоящего Мужчины», говорит, как мало в осталось мужчин, способных любить по-настоящему, дарить девушкам цветы, петь серенады, носить на руках…

Закидываю гитару в машину, подхватываю ее на руки, кружу… Она обхватывает меня руками за шею, сама прижимается ко мне, смеется:

— Ой, у меня голова закружилась!

— Боишься? (кружу сильнее)

— Ай!..не надо больше… мне страшно… хотя нет, надо! давай еще! Ай-й! Страшно!

— У меня на руках и — страшно???

— Немножко… с непривычки… а еще сильней можешь? Так, чтобы у меня вообще голова кругом пошла?

— Чтоб голова кругом? МОГУ!!! (целую долгим поцелуем)

— …

— Ну как? Пошла голова кругом?

— Ага… ну все….отпусти…

— Не «отпусти», а «поставь меня на место»!

— Поставь мен… Нет, на место меня не надо, лучше домой отнеси.

Она запрокидывает голову назад, зажмуривается, расслабляется… такое ощущение, что у нее — сладкая истома… мелкая дрожь прокатывается волной, мурашки по телу… может, они замёрзла просто? …или уже?

Я шутливо кусаю ее за ушко (ставлю якорь!) и несу на второй этаж. Возле двери наконец-то опускаю ее на пол, она открывает, заходим… Была мысля — сразу потащить ее в спальню, да кто ж знал, где эта спальня находится? А девушка ведет меня на кухню, предлагает напоить чаем. Ладно, чай так чай, куда нам спешить?

Пьем чай. Болтаем. Смотрим друг другу в глаза долгими взглядами… опять начинаются всякие приставания… снова шутливо кусаю ее за ухо (воспроизвожу якорь)… она закатывает глаза, я ее целую… она «поплыла»…

И тут у нее звонит телефон!!!!!

«Кто там, блин, так невовремя???» (с) Масяня

Оказывается, это ЕЕ МАМА! Она не доехала до дачи, автобус сломался, на попутках добиралась назад до города, сейчас едет домой и просит дочку никуда не уходить, потому что у нее ключей нет. Мда-а-а… хорошо еще, что хоть позвонила заранее…

Девушка смотрит на меня неловким, извиняющимся взглядом. Панятненько!

Быстренько прощаюсь, сруливаю домой…

ВТОРАЯ ВСТРЕЧА или НОВЫЙ ОБЛОМ

Вечером следующего дня девушка звонит мне сама, интересуется — что я поделываю? Я отвечаю, что мне только что принесли интересный фильм, и я собираюсь смотреть его на компутере. Девушка выражает трепетное желание оценить достоинства этого киношедевра вместе со мной и предлагает, чтобы я приехал сейчас к ней вместе с фильмом.

Что ж, как говорится, если женщина просит…:-)

Мама у нее, скорей всего, уже уехала, автобус наверняка уже починили или дали новый (не один же он у них там ходит), а два раза подряд вряд ли он сломается, так почему бы не оценить влияние кинематографа на процессы совокупления?

Итак, беру себя в охапку, фильм — под мышку, и отправляюсь доделывать незавершенную вчера благородную миссию. Приезжаю, стою весь из себя такой обаятельный, звоню в дверь. Дверь открывается, моя улыбка медленно сползает с лица… поскольку открывает ЕЕ МАМАН!

Здрасте, нафиг! Картина Репина «Не ждали…» Маслом. По хлебу…

Появляется девушка, представляет меня маме со словами «это тот самый молодой человек, о котором я тебе рассказывала…» Ах, вот как! Да я на смотрины, видимо, попал. Наверное, девушка рассказала маме про «такого замечательного молодого человека», а та нарочно осталась, чтобы со мной познакомиться.

Вот влип-то!!! Может, смотаться под каким-нибудь благовидным предлогом? Да вроде неудобно как-то…

Маскирую кислую мину на лице обаятельной улыбкой, стараюсь ничем не выдать своего разочарования. Отправляемся на кухню пить чай, мило беседуем с мамой, рассказываем какие-то истории из жизни, я стараюсь обаятельно улыбаться ее мамочке, типа, произвожу благоприятное впечатление… будь оно не ладно!

Прощупываю почву на предмет увести девушку куда-нить… следует мягкий отказ: «Ну, мы же собирались фильм смотреть!» Что ж… фильм так фильм… Уходим в комнату девушки. Закрываем дверь. Я было вздохнул посвободнее. Но не тут-то было! Раздаются шаркающие шаги, это снова чапает маман и выражает желание смотреть фильм вместе с нами.

Этого только еще не хватало!

Фильм, конечно, хороший, но в нем имеются 2–3 откровенные сцены… из-за которых, собственно я и выбрал ИМЕННО ЭТОТ фильм для просмотра с девушкой сегодня. Пытаюсь как-то отшутиться, элегантно отмазаться, но маман явно не собирается выкинуть эту глупую мысль из своей головы. Ненавязчиво намекаю девушке, что лучше бы не стоит… Но нарываюсь на мини-отповедь в духе: «Да пусть мама посмотрит! Тебе что — жалко? Или ты хочешь обидеть мою маму???»

Вон оно что! Да она оказывается мамина дочка…

Чего ж я сразу не сообразил, кто правит бал в этой семье? …Ладно, пусть смотрит, мне и правда не жалко. Небось во времена совка такого не показывали. Просвещайтесь, мама!

Усаживаюсь на расстоянии 3 метра от девушки, за все время просмотра — никаких приставаний, никаких намеков, взглядов… Я — сама воспитанность и целомудрие!

И кто вообще сказал, что я пришел сюда только для того, чтобы трахнуть эту девушку еще вчера, а сегодня собирался доделать то, что не получилось накануне? Вы меня с кем-то путаете, мама! У меня самые чистые помыслы…

Сидим, смотрим фильм. Во время откровенных сцен девушка слегка ерзает в кресле, ей, видимо, неловко, я сижу с непробиваемым видом, а маман пожирает экран глазами!

Во увлеклась, млин! Может, ее оставить смотреть фильм, а самому пойти трахать девушку в соседнюю комнату? Она, небось, и не заметит…

Жаль, что эта идея пришла мне в голову лишь под конец!

Досмотрев фильм и, понимая, что тут ловить нечего, я откланиваюсь. Маман провожает меня чуть ли не до порога, лишь когда я уже в подъезде, она отстает. Но в этот момент из их квартиры в щель закрывающейся двери выскакивает котенок (я не сказал, что у них котенок есть?) и девушка бросается его ловить. Я подхватываю это пушистое пищащее существо одной рукой, а когда девушка подходит, молча обнимаю ее другой рукой и целую в губы. Легкое сопротивление моментально подавляется… удивленно-восхищенный взгляд с ее стороны… протягиваю котенка, молча разворачиваюсь, ухожу.

МЕТАСООБЩЕНИЕ: мне просто хотелось это сделать! А остальное неважно…

Она, по-моему, так и осталась стоять, глядя мне вслед, пока я не ушел.

БУДНИ И ТЯГОТЫ

Девочка отправляется в игнор. Не звоню, не пишу, в интернете не общаюсь. Так продолжается чуть больше недели.

Затем как-то однажды… «дело было вечером, трахать было нечего», просто от скуки набираю номер той самой девушки с намерением вытащить ее из дому для посещения одного чудного заведения нашего города. «Мой дом» называется. Правда, девушка об этом не знает. Но все равно отказывается: «Ой, нет… Ты знаешь, у меня мама заболела, простудилась сильно, лежит-не встает…»

Мда… такими темпами вскоре перестанет вставать не только она…

«Я ее расстраивать не хочу, она сильно волноваться будет, даже если я ненадолго уйду куда-нибудь. А в ее-то состоянии… Кстати, у тебя случайно нет малинового варенья? Маме бы очень помогло!»

Ну, мамина дочка — чего от нее ждать…

В очередной раз помянув про себя добрым словом МАТЬ ЕЁ, вешаю трубку. Так получилось, что и позвонить-то больше некому! Одна вне пределов досягаемости, вторая не может, третью уже трахают…

Поиграл немного на компутере. Не прёт… Скучно… Ладно, делать все равно нефиг! Скрипя зубами и тихо матерясь на собственную доброту, встаю, выключаю комп… Нет, я понимаю, что «истинный пикапер» на моем месте просто отправил бы девочку в свободный полет до третьего пришествия, выкинул бы из головы и стер из памяти. Со спокойной совестью. И даже левая пятка у него бы не зачесалась после этого. Но я не «истинный», и может даже вообще не «пикапер». Я такой, какой есть. Что ж будем использовать то, что имеем.

Звоню своей бабушке (у нее огород имеется со всякими фруктами-ягодами), договариваюсь реквизировать у нее банку малинового варенья в помощь голодающим детям Эфиопии. Бабуля не против, у нее этого добра — завались. А уж ради любимого внука, оставшегося без секса этим вечером, ей ничего не жалко, она бы и сама запихнула эту банку любой матери в…..!

Прыгаю в машину, еду проводить экспроприацию. Затем еще купил девочке букет классных цветов по дороге, заваливаюсь к ним домой.

Меня встречают как героя-спасителя, целуют в щеку, варенье отправляют маме — кушайте, не обляпайтесь (она лежит в дальней комнате, не встает), и мы идем на кухню пить чай.

В который раз! Можно подумать, что я — фанат кипятка и заварки, и сюда хожу исключительно чай пить, и разговаривать о погоде и о видах на урожай!

Затем девушка просит кое-что показать ей в Photoshope и CorelDraw. Она недавно взялась их осваивать, поступила на курсы какие-то там, а я с дизайнерскими программами давно и хорошо знаком (художник, все-таки). Идем в ее комнату, она садится за компутер, я — сзади, полуобнимая, беру ее руку с мышкой в свою, начинаю рассказывать и показывать. Мои губы возле ее лица, начинается кинестетика, она не отстраняется, наоборот — игривым голосом переспрашивает постоянно: «Ой, а это сюда? А это вот так? Ух ты, а если во-о-от так сделать???»

Ее волосы щекочут мне лицо. Между делом тихонько целую ее в шею. Мягко отстраняется со словами: «У меня мурашки по телу от тебя!» А сама поглядывает на меня игриво и улыбается. Я отступаю, но затем продолжаю в том же духе. Она уже приближается сама, кладет голову мне на плечо. Целую еще и еще в шею мягкими нежными поцелуйчиками. Она закатывает глаза, откидывается назад, запрокинув голову. Снова воспроизвожу якорь, глажу ее по волосам одной рукой, другой начинаю ласкать грудь. Девочка «задышала»…

За дверью раздаются шаги мамы! Оказывается это полуумирающее существо вдруг ожило, встало, напялило на себя халат и пошло посмотреть — как у нас дела! Заходит, что-то спрашивает, садится в кресло. Поперек морды у нее написано 72-м жирным шрифтом, что уходить она не собирается. БЛИН! Опять роман «Облом» в новом переиздании!

Я быстренько заканчиваю свой урок дизайнерства, прощаюсь, сваливаю…

Дальше расписывать не буду, и так букв много. Наверное, уже всем понятно, что происходило в ближайший месяц — вытащить девушку из дому так и не удавалось на сколько-нибудь продолжительное время, изредка я заходил к ним в гости, общался больше с мамой, чем с дочкой. Потому что как только доходило дело до тела, тут же возникало ОНО на горизонте. Понимая, что мама имеет на девочку серьезное влияние, я усиленно старался ей понравиться, вел задушевные разговоры, играл роль «хорошего мальчика». К цели так и не продвинулся. Надо было бы плюнуть и забыть, но… сначала не плюнул, а потом уже как-то жалко было бросать — неужели столько времени впустую потрачено? Да и «вызов доставляет удовольствие» опять же! Азарт проснулся — смогу или не смогу?

Тут ведь так просто дело не пройдет… и не всунется… Придется какую-то хитрую интригу плести!

ИНТРИГА

Как-то однажды девушка просит меня помочь ей с заданием по Photoshop'y — у них там что-то типа выпускного экзамена на курсах, им задали на дом нехилую вещь сваять и накреативить. Сидели мы с девочкой долго, мучались-старались, но все-таки «наши победили». Я собираюсь уходить, но перед этим, воспользовавшись минутным отсутствием девушки, скидываю готовый файл себе на флэшку, а у нее на компутере стираю почти всю нашу работу. Дескать — «не сохранилась!». Девушка — чайник, в компах мало что понимает, и такой демарш вполне прокатит. Выключаю компутер, прощаюсь, ухожу.

На следующий день раздается звонок, девушка убитым голосом повествует о своем несчастье, просит срочно придти — помочь, поскольку завтра ей это дело сдавать. «Нет, — говорю. — Я вообще не в городе. На даче. И уехать отсюда никак не могу, дела тут всякие и т. д. Хочешь — приезжай ко мне. Ноутбук у меня тут с собой, разберемся.»

Девочка помялась, но… куда ты денешься? Объясняю, как до дачи доехать, и сам отправляюсь туда (на самом деле я еще в городе был) на автобусе. Оставив машину дома. Чтобы не на чем было отсюда уехать, когда девочка приедет. Итак, девочка приезжает и…

ВСЕ! МЫШЕЛОВКА ЗАХЛОПНУЛАСЬ!

Автобусы отсюда уже не ходят, такси не вызовешь, да и телефоны тут не ловят. Куды ты денесся? До трассы только 20 км, откуда можно попутку поймать…

Но девушка еще всего этого не знает. Начинает старательно восстанавливать то, что было вчера, с серьезным видом вспоминает — как же оно должно было быть, трудится в поте лица… А мне смешно, меня так и подмывает сказать ей, что готовый вариант лежит у меня на флэшке. Но нельзя, надо дотянуть до вечера, а то еще обидится, сорвется куда-нибудь раньше времени…

Короче, у меня лыба до ушей, довольная физиономия чеширского кота, объевшегося сметаны, а девушка никак в толк не может взять — чего мне так весело? Говорю, что радуюсь тому, что она тут. А она все беспокоится, что мы не успеем сделать до завтра…

Отсылаю ее на кухню готовить ужин, говорю, что все сделаю сам. Чуть повозившись для вида, достаю готовый вариант, показываю девушке. Она писает кипятком от восторга, кидается мне на шею, целует. Дальше, в принципе, и рассказывать нечего, дело было уже в шляпе. Но ладно…

Узнав, что сегодня она уже никуда не уедет, девочка ничуть не расстроилась, для виду только поиграла в «Как же так?» Вот притворщица-то! А сама потом (уже ночью) созналась, что заранее предупредила маму о том, что может не вернуться сегодня — «может, мы там всю ночь будем это делать...»

ЭТО мы действительно делали всю ночь! Секс, ужин, снова секс… Ночью поперлись купаться. Эк нас вставило! Спать не хотелось, просто валяться было лень, а нормальной ванны с душем там нет, не баню же топить посреди ночи. Короче, пошли на озеро. Тут она и призналась, что предупредила маму. Хотела меня удивить, типа — смотри, я какая!

Я ее удивил еще больше, сознавшись в том, что все это подстроил я. Поначалу даже не поверила. Потом чуток поиграла в обидки. Но было уже глупо притворяться, что она сама этого не хотела.

Потом мы брызгались водой, как дети. Бегали друг за другом по пляжу. Целовались под водой. Занимались сексом под открытым небом…

…Утром все-таки поехали в город (вместе), сдали ее работу. После чего она поехала к маме и заявила той, что уезжает на несколько дней ко мне на дачу, поскольку она уже взрослая девочка, может принимать решения самостоятельно, а мамина опека ее достала!

Взрослеет девчонка…

* * *

Что меня всегда удивляло в людях — это жажда свободы в сочетании с категоричным НЕжеланием эту свободу иметь и ее добиваться. С одной стороны, все мы — кого не спроси — хотим быть свободными и независимыми, не перед кем не отчитываться, делать только то, что сами хотим и т. д. Но дай человеку эту свободу в руки, как моментально на его лице аршинными буквами написана крайняя степень растерянности — он не знает, что с этой свободой делать, куда ее девать, и начинает отчаянно отпихиваться этими же самыми руками. Стоит ли говорить о тех случаях, когда свобода сама в руки не дается, когда ее нужно ДОБИВАТЬСЯ!

Жизнь каждого из нас подчинена целой куче странных законов, придуманных неизвестно кем, вдолбленных нам в голову с детства неизвестно зачем, и которым мы теперь сами следуем неизвестно почему. Многие об этом даже не задумываются, а делают «как все», просто потому что «так принято». У других (умственно сохранившихся еще пока личностей) хватает порой рассудительности, чтобы задумываться — а кем принято? Для чего? Что лично мне дают все эти неписанные правила, самоограничения, условности, комплексы? С ними жить легче? Или наоборот? И зачем тогда я их соблюдаю?

Например, я почти никогда не знакомлюсь с парнями первой. Сама. Почему? Не знаю… Так уж повелось. Иногда, может быть, и хочется, но проявлять инициативу самой как-то… не принято, что ли…

Что за дурацкое слово? Кто и когда что-то там принял, и почему мы теперь следуем его прихотям? Я так понимаю, что значение этого слова происходит от глагола «принять» — то есть, согласиться, сделать своим, впустить к себе в душу. Да? Но тогда получается — что примешь ТЫ САМА, с чем согласишься и как захочешь — по тем законам ТЕБЕ САМОЙ и жить! Почему же мы, как правило, молчаливо и бездумно соглашаемся с тем, что КТО-ТО ПРИНЯЛ за нас? И живем по тем правилам и законам, которые кто-то установил еще за много лет до нашего рождения?

И ведь люди в большинстве своем, поразмыслив, соглашаются — да, глупая ситуация. Но не измениться, не изменить что-то просто не могут. Воспитание, блин! Вдолбленное годами, заложенное с детства… Да еще и все остальные так делают. Ну как тут начать жить по-другому?

Впрочем, чего я распинаюсь понапрасну и сотрясаю воздух? Сама ведь ничуть не лучше! Точно так же все понимаю, но изменить ничего не могу. Не хватает решительности, смелости, какой-то независимости от общественного мнения, что ли…

Да-да, все мы существуем в обществе, и никуда от этого не деться. А в результате — живу, как все. Могу сидеть дома одна, маяться от скуки, выть на луну от тоски, но ОЧЕНЬ РЕДКО отважусь позвонить какому-нибудь парню сама. Жду инициативы от них. Вот только проявляют ее, чаще всего, совсем не те, кого хочется. И ты в результате либо устало соглашаешься (чтобы потом еще больше разочароваться), либо сидишь дома одна, расстроенная и грустная, оправдывая себя тем, что просто нет достойных кандидатов и вообще — мужчины какие-то пошли в наше время… измельчали, что ли?

Да, бывает, что к тебе приходит безумная страсть, от которой ты забываешь обо всем, плюешь на все нормы приличия и морали, и сама, как в омут с головой, кидаешься в какие-нибудь головокружительные отношения. Но, боже мой, как редко это бывает! До какой степени разочарования надо дойти, или насколько потерять голову, чтобы забыть о том, что ты — девушка, а следовательно, не должна так поступать. По каким-то там неписанным законам.

Тот случай, с разбитым бокалом и полуночным звонком — пожалуй, единственный в моей жизни. Всего лишь исключение, которое подтверждает правило.

А еще многие почему-то думают, что женщинам не хочется секса. Нет, не какой-то там обалденно-красивой ночи с любимым мужчиной или принцем из сказки, а обычного — просто хорошего ежедневного (или еженощного) секса ради удовлетворения своих желаний. Вот не хочется его нам! Вот такие холодные мы и безвольные существа, которые сексом занимаются только по обязанности, в браке, или уступая настойчивым притязаниям мужчин. Смешно? А ведь некоторые и правда в это верят!

Может, виной тому наше собственное избалованно-капризное поведение? Когда мы, устав от ежедневных глупых приставаний, напускаем на себя надменный вид и с презрительной гримаской выдаем: «Фу! Уж эти мужчины… всем им только одного надо!» И многие потом в это верят… как будто нам самим надо не того же самого.

Я вот раньше частенько думала — а может, это я одна такая неправильная? Может, у других женщин все по-другому? И таких желаний не возникает? Может, меня не поймут, если я честно скажу, что порой, сидя одна в пустой квартире ночью, устав от одиночества и тоски, мне хочется какого-то тепла… внимания… страсти… мне ПРОСТО ХОЧЕТСЯ СЕКСА! Здесь и сейчас! С первым встречным симпатичным мужчиной. Без взаимных обязательств и претензий потом. Чтобы не надо было стараться дальше строить какие-то долговременные отношения, мучиться из-за несовпадений характеров, преодолевать наши психологические несхожести, подстраиваться друг под друга… Ну, не нужны мне чужие проблемы, у меня своих выше крыши, я не хочу какого-то продолжения, ведь завтра это чувство (которое толкнуло меня на такой порыв) уже пройдет, завтра при свете дня все будет по-другому, завтра я сама уже буду другая! Но сегодня…

А сегодня я буду сидеть дома, скучать и грустить, готовая завыть на луну от тоски. Потому что хоть я сама все это и понимаю, но изменить что-либо все равно не в силах. Не пойду ж я на улицу искать приключений и приставать к прохожим с неприличными предложениями! Клубы с их вечным цинизмом и фальшью мне давно надоели. Прибегать к услугам «профессионалов» я как-то не привыкла… Да и вообще — если кто-то предложит мне нечто подобное, я презрительно откажусь. Я ж девушка из приличной семьи, в конце концов! Хорошее воспитание, знаете ли, сказывается. Да и кучу самоограничений, заученных с детства, так просто из головы не выкинуть. И общественное мнение опять же… И вообще, мне самой уже стыдно за все написанное выше, что я так вот запросто во всем этом признаюсь… Где мое хорошее воспитание???

Вот только — какой с него прок? Чего мы так добьемся? Сидения дома в одиночестве? Хорошо еще, если попадется такой вот креативный и небанальный образец рода мужского, как этот парень из только что прочитанного мной отчета. Который сумел-таки преодолеть сопротивление девушки, догадаться, что ее «нет» на самом деле значит «да», сумел вытащить ее из той паутины комплексов и условностей, в которую она сама себя загнала. Ведь с самого начала повествования между строк читалось, что девушка сама этого хотела, но вот признаться в этом, самой придумать что-то, пойти на какие-то встречные шаги — нет уж, мы так не умеем. Так НЕ ПРИНЯТО!

В результате парню приходилось девушку обманывать ради нее же самой. Причем, надо отдать ему должное, сделал он это мастерски — тонко и со вкусом. На такого даже злиться потом как-то не получается. Хотя, конечно, он гад. Циничный и расчетливый мерзавец, который заранее все спланировал, умело сыграл на слабостях девушки, чтобы только добиться своего. Но слово «мерзавец» в данном случае произносится с легкой улыбкой и плохо скрываемым оттенком одобрения в голосе.

Вот только… Интересно, а он тоже бросил ее после 1–2 ночей, как и меня мой «соблазнитель» когда-то? И она потом плакала по ночам, потому что отдала частичку себя, которую он оторвал и унес с собой? Потому что за какой-то короткий срок он успел запасть ей в душу, куда раньше она не пускала никого?

Или она сама тоже запала ему в душу, и он не захотел с ней расставаться?

Вот чего понаписала? Сама себе противоречу! Нда… бывает со мной такое. Я — натура сложная! Хи… Противоречивая. И сама-себя-непонимающая!

А все-таки, как же там все было у них дальше?

Я спросила у Лёли. Но она, конечно же, не знала. Пикаперы обычно не пишут о таком на своем форуме. Для них история заканчивается после соблазнения. Что было дальше — им неинтересно и, по большому счету, не важно. Я вздохнула.

— Наверное, все-таки нет. Не стал он с ней встречаться. Пикаперы же так не поступают.

— Ты знаешь, — пожала плечами Лёля. — Он не совсем обычный пикапер.

— Да я уж заметила. Сам же он про себя пишет, что «неправильный пикапер или даже совсем не пикапер». Кстати, а много их таких? Неправильных-то?

— Мало. Хотя встречаются. Но в основном, конечно же, они другие. Настоящий пикапер нацелен на результат, его не интересуют «мелочи» — вроде сантиментов, розовых соплей и т. д. Он не станет долго возиться с одной какой-то девушкой, не будет пытаться «перевоспитать» ее. Зачем тратить время? Просто плюнет и пойдет найдет себе с десяток новых. Приговаривая про себя: «Сама виновата, дура!»

— Да уж…, — я вздохнула. — Чего им париться по поводу чувств девушки? У них другие приоритеты. Кстати, с кем-нибудь из таких «правильных» ты меня познакомишь?

— Конечно! Слушай…

* * *

— Его зовут Андрей, хотя по имени его давно уже никто не называет. В основном по прозвищу — Наглец.

— Это тоже ник на сайте?

— Да. И тоже говорящий сам за себя. Пожалуй, это и есть классический тип пикапера. Во всяком случае, я именно так представляла себе профессионального соблазнителя — высокий, красивый, мускулистый, можно даже сказать, накачанный. Ну и, само собой, самоуверенный, самодостаточный, гордый, избалованный женским вниманием, временами даже нахальный.

— Есть от чего, надо полагать, — произнесла я, мысленно представляя себе такого современного Дон Жуана.

— В общем, да. Но знаешь, что меня поражает больше всего? Он вообще не учитывает желания девушки! Вот просто — вообще! Никак! Нет, я еще понимаю пикаперское нежелание «прогибаться» под какую-то девушку, но хоть какой-то компромисс должен же быть…

— А у него его нет?

— Абсолютно. Помнишь, я тебе рассказывала про разные модели поведения, которые используют пикаперы? Ну там — «романтик», «приз», «звезда» и т. д. Так вот, его модель поведения — это «носорог».

— По принципу «носорог в джунглях очень плохо видит, но при его массе тела — это не его проблемы»?

— Точно-точно! Это парень — такой. Выбрав себе какую-то цель, он двигается к ней напролом, как танк, не обращая внимания на какие-либо препятствия. Они его просто не волнуют. Ему просто наплевать! «Какая разница — чего там хочет или не хочет девушка, я решил, что у нас сегодня будет секс, и — точка! Твое мнение меня не интересует».

— Интересно, а этого ты с каким персонажем сравнила бы? Шварценеггер в фильме «Терминатор»?

— Не, это уже перебор. Все-таки он не похож на бездушную машину, часто улыбается, и определенное обаяние в нем все-таки присутствует. Пожалуй, больше напоминает Вин Дизеля из фильма «ХХХ» или «Спецназовский нянька». Опять же, взять хотя бы его классическую фразу: «Я говорю — вы делаете. Без вариантов!» Ну, просто один в один…

— Нда… Пожалуй, ему следовало бы родиться в какой-нибудь мусульманской стране, где по законам девушкам имеет права голоса лишь во время оргазма.

— Но ведь самое поразительное — что с ним действительно мало кто спорит. Я не знаю, то ли девушки не в силах устоять перед таким напором, то ли просто пугаются, но чаще всего ОНИ СОГЛАШАЮТСЯ!

— Тут как раз нет ничего удивительного. Любой девушке хочется быть рядом с сильным и уверенным мужчиной. С ним как за каменной стеной. А потом — мы ведь частенько боимся сами принимать решения, брать на себя ответственность. Нам проще, когда все решают за нас.

— Ну знаешь, Настька… Я, быть может, и не настолько сильная и уверенная девушка, чтобы самой быть лидером в отношениях, но все же хочу, чтобы с моим мнением считались и к нему прислушивались. Хоть немного. И пусть я не настолько умудренная жизнью и опытом, чтобы командовать кем-то, но и командовать собой не позволю.

— Да и я тоже. Но все же есть в таких мужчинах нечто притягательное… И я уверена, что его модель поведения дает свои плоды.

— Ну-у-у…откровенно говоря, да. И даже очень неплохие. Пожалуй, это самый удачливый из всех пикаперов, у которого практически не случается проколов. И именно ему принадлежит рекорд по самому скоростному соблазнению.

— Уже даже боюсь спросить — сколько же времени занял у него весь этот процесс? Раньше я считала, что у «нормальных» девушек (шлюх мы не рассматриваем) срок от знакомства до постели должен занимать хотя бы несколько недель. Теперь, познакомившись с «творчеством» этих братцев-кроликов, понимаю, что им достаточно нескольких дней. Подчас даже — одного-двух. Но если речь идет о рекорде… Пару часов, что ли?

— Меньше.

— Куда уж меньше… Час? Полчаса?

— Еще меньше.

— Еще??? Лёль, ты это серьезно?

— Несколько минут.

— Что за бред? Так не бывает!

— Я тоже так думала, — Лёлька улыбнулась, но как-то грустно. И, философски вздохнув, добавила. — Но, кажется, у пикаперов бывает и не такое.

* * *

— Эту историю я прочитала все на том же форуме. Как пример, наверное, самого скоростного соблазнения, — Лёлька скривилась. — Быстрее, по-моему, уже просто некуда — разве что тупо взять девчонку за попу и сразу потащить в постель.

А дело было так — как-то однажды компания наших братцев-кроликов, собравшись вместе, пошла в какой-то ночной клуб. У них это часто бывает: устраивают совместные вылеты, учат новичков клубному съему, заодно и сами развлекаются, отрабатывают какие-то новые приемы, техники, знакомятся с девушками… Если, конечно, это можно назвать знакомством.

В тот раз был какой-то праздник, собралось много народу, все веселые, в приподнятом настроении. На радостях много пили, тем более, что новички в благодарностях за то, что их учат, постоянно угощали «профессионалов» коньяком и всякими алкоголесодержащими коктейлями.

— Короче, они просто основательно нажрались.

— Насть, ты как всегда категорична!

— Давай называть вещи своими именами. Так что дальше?

— Дальше они приметили на танцполе девушку, которая очень уже откровенно танцевала. Видимо, девушка тоже была, мягко говоря, не совсем трезвой и отрывалась по полной. «Грязные танцы» отдыхают! Ну, посмотрели, пооблизывались, и тут этот самый Наглец говорит: «Смотрите, как я ее разведу за несколько минут!»

Как потом он сам признавался, девчонку он сразу узнал, она была его старой и хорошей знакомой, он просто хотел выпедриться — дескать, вот счаз я подкачу, весь такой из себя, и уведу ее, а они все пускай смотрят и завидуют — как это я так лихо сделал!

— Так он ее знал заранее? Какое же это тогда знакомство!

— Погоди, дослушай до конца. Подходит он к девчонке, обнимает ее сзади, говорит: «Привет, родная! Давненько мы не виделись, ты тоже сюда выбралась? Классно танцуешь, я тебя сразу заметил и уже слюнки начал пускать!» В общем, что-то такое ей там втирает… А девчонка уже еле на ногах держится — пьяная, да еще и натанцевавшаяся до упаду… Повисла на нем, тоже что-то шепчет ему на ухо. А там еще видно плохо — огни сверкают постоянно, все прыгает перед глазами, темно…

Ну, он ей говорит — мол, пошли отсюда. А она только рада: «Увези меня куда-нибудь, я сама тут замучилась, уже ничего не соображаю, подружки меня бросили — все по парням разъехались… «

Он ей, конечно, отвечает — не вопрос, поехали! И тащит ее в машину, везет к себе домой, благо живет совсем рядом, а там и…

— Нда…Бывают же такие девушки… Ну, а прикол-то в чем?

— В том-то и дело. Все было бы банально, если бы не одно «но» — в темноте он девушку просто не разглядел, и она его тоже… Как выяснилось, это была совсем другая, незнакомая девчонка, просто похожая, они друг друга не знали, только утром познакомились!

А там в клубе — сложно было увидеть, да еще пьяные они оба. Он подумал, что это его старая знакомая, а она подумала, что раз он с ней так общается, то наверняка они знакомы были раньше, просто она спьяну не помнит. Да и не важно уже было ей, самой уже хотелось уйти куда-нибудь из клуба побыстрей, а тут как раз он подвернулся. Ну вот и…

— Да уж… приятно познакомиться! Представляю я утром такую картину — просыпаешься, значит, и чувствуешь — что-то не то. Протираешь глаза в незнакомой квартире, судорожно припоминая, что тебе жутко стыдно, а вот за что и перед кем — ты не помнишь. Оглядываешься вокруг и понимаешь, что действительно — что-то не то! Но самое ужасное начинается, когда-то «что-то» тоже проснется!!!

Нет, я, наверное, не от мира сего. Во всяком случае, когда все вокруг весело смеются, рассказывая нечто подобное, мне становится как-то не по себе. Ну, не понимаю я таких вещей…

— А некоторые таким моментам только завидуют и жалеют, что у них в жизни не было ничего подобного. Я вот тоже никогда, наверное, не решусь на какие-либо похожие хулиганские выходки в таком духе, но…

— Но только не говори, что тебе хочется! Лёль, я побывала в своей жизни на стольких отвязных вечеринках, среди стольких безумных тусовок, и могу тебе сказать — эмоций, конечно, море, но… Не стоит оно того. Ненастоящее это все. Мишура. Пыль. Пена. Которая плавает по поверхности глубоких волн. И порой кажется притягивающей и красивой, но все равно остается пеной. Она рано или поздно смывается, не оставляя ничего, кроме горьких воспоминаний. Не гонись за ней. Иначе никогда не увидишь за этими пустыми пузырьками глубокого и удивительного моря. Которое называется НАСТОЯЩЕЙ жизнью.

Мы помолчали. Допили чай. Говорить почему-то больше ничего не хотелось. Но молчание становилось неловким и тягостным, и я первая спросила:

— А у него, я так понимаю, тоже есть какие-то истории на форуме? Ну, помимо этой, 5-минутной?

Лелька улыбнулась:

— Есть, конечно. Причем частенько он рассказывает не о соблазнении, а наоборот — как девушка была им обломлена с позором. Ему, по-моему, доставляет куда большее удовольствие выйти победителем из схватки с женщиной, дать ей почувствовать, что он сильнее ее, что ли… Зачастую это приносит ему куда большее моральное удовлетворение чем секс. Тем более, что секса в его жизни, как я понимаю, и без того достаточно.

— А вот это уже интересней! Ну, так ты дашь мне почитать нечто подобное?

— Конечно!

СЛУЧАЙ В БЛИН-БАРЕ

Полевой отчет Наглеца.

Давно это дело было… позапрошлым летом, кажется… Я уж сам подзабывать стал. Но раз просите — расскажу.

Один мой друг тогда работал в Нижнем на радиорынке начальником смены и попутно отвозил выручку со всех точек на базу. А жарко было — ужас! Духота, пыль…(ну, если кто-то был летом на рынке, то поймете).

А тут еще упала у них там стойка с товаром, телефоны все рассыпались (а я как раз приехал за этим другом заехал, у него обеденный перерыв должен был быть). Ну, они и меня запрягли помогать — поднимать это все дело. Короче, мы оба — как панки на выезде, грязные, потные, в пыльных и разорванных джинсовках. Ужас! А другу надо было отвезти выручку на другую точку, и шеф ему дает свою тачку — на ТАКОЙ тебя никто не тронет, ЕГО ТАЧКУ все в городе знают, а то — мало ли… денег-то много… Еще нам дают на починку штук 10 мобильников, которые мы должны отвезти в ремонт, мы их вешаем гирляндами на пояс и отправляемся. С кучей мобильников и нехилой суммой денег для зарплаты на крутейшей тачке, правда, выглядевшие последними бомжами, мы едем по городу и останавливаемся возле Макдональдса, чтобы использовать законный перерыв на обед.

Но в таком виде нас не пускают даже в Макдональдс. Ладно, катим в блин-бар неподалеку. Мы люди не гордые. Туда пустили. Хотя и покосились как-то…

Выходим из оного, посидев там полчасика и сытно поев. Идем к машине. Навстречу — две девчонки. Если не высший, то явно первый сорт! Пальчики оближешь…

Ну, повеселиться-то хочется, да и таких девушек упускать нет желания, поэтому я не долго думая, перехожу в атаку. Терять мне нечего — и так дурак дураком в таком прикиде, поэтому я ляпаю первое, что приходит в голову:

— Девчонки, что вы делаете сегодня ночью?

На меня посмотрели, как Билли Гейтс на Сан. Одна, с ленцой, презрительно так, растягивая слова, цедит сквозь зубы явно заученную фразу:

— Мы не ра-а-азговаарива-а-ем с парнями без со-ото-ового телеефона-а-а….

Я жестом Эйса Вентуры задираю куртку и демонстрирую что-то типа выездной сессии коммивояжеров сотовой связи. Друг подходит, делает то же самое. У девчонок, видимо от жары, упали крыши, придавив челюсти. Вторая, немного оправившись от морального потрясения, продолжает бубнить роль:

— Мы не разгова-арива-аем с парнями без ты-ы-ысячи ба-аксов в ка-арма-ане…

Друг уже смекнул — что к чему, принял правила игры и достает барсетку. Перед девушкой раскидываются пальцы веером и распахивается пачка рублей, эквивалентная где-то 22 тысячам оных. У девок в глазах читается явный «перезагруз системы». Немного поскрипев последними двумя извилинами первая девочка вспоминает еще одну фразу:

— Мы не разгова-арива-аем с парнями без машины…

Выход моего друга! Он царским жестом достает из кармана сигналку и небрежно нажимает на кнопочку… Сигналка пищит, машина мигает фарами и открывает дверцы. Девчонки переглянулись с видом выпавших в осадок чукчей на Красной площади:

— Ну, поехали — покатаемся…

Спесь с них как-то странно спадает. Тут я понимаю, что настало время моего выхода и произнесения квинтэссенции мысли, понятной этим представителям самок человеческой породы. С ленцой, копируя их манеру разговора:

— А мы не ката-а-аемся с проститутками…кот-о-орые ведутся только на деньги!

Развернулись и укатили, обдав их столбом пыли. Они остаются стоять, провожая нас взглядами побитых собачек.

Занавес…

* * *

Честное слово, после такого «занавеса» должны, просто-таки обязаны были последовать аплодисменты! И я с трудом их сдерживала. Несмотря на всю мою нелюбовь к нахальным парням вообще, и к пикаперам в частности, невозможно было сдержать восхищение, читая, как они умеют поставить на место чересчур зазнавшихся и избалованных девиц с чрезмерно завышенным самомнением. Сама не терплю таких.

Хотя… кто-то, возможно, и меня отнесет в ту же категорию. И, может, даже будет прав. Немного. Ведь, в конце концов…

Так, погодите. А этот мой загадочный соблазнитель случайно не думал ли так же?

Вот и приехали! Нет, конечно, так и хочется заявить: «Да вы что??? Я же не такая!!!» Но ведь и те девчонки, описанные в отчете, тоже, я уверенна, завопили бы нечто подобное, если бы…

Так что же получается? Он был обо мне такого же мнения? Он просто хотел меня проучить? Он думал, что…

Но ведь это же не так! Я же не… Мы просто друг друга не поняли! Может, если бы удалось тогда поговорить по душам, все прояснить, расставить все точки над i, то…

Господи, ну сколько я еще буду жить прошлым? Сколько еще буду копаться в том, что уже давно ушло, и не вернуть, и не надо вообще об этом думать, и, честно говоря… Почему мне постоянно хочется что-то переделать, что-то исправить, чего-то добиться, что-то понять самой или объяснить кому-то? Зачем вновь и вновь все это вспоминать? Зачем раз за разом играть в игру: «А что было бы, если… А вот если бы…»?

Прошлое осталось в прошлом. Бесполезно пытаться его изменить. Нужно научиться жить настоящим. Выкинуть все из головы и начать с чистого листа.

Нда… Легко сказать. Вот только все это — лишь слова. Банальные и избитые. Которым я сама не верю. Ну, не действуют они на меня почему-то.

И снова я ищу спасения в слезах…снова бессонные ночи наедине с бутылкой мартини… и в дыме от сигарет снова твое лицо… УЙДИ, СЛЫШИШЬ?

Так что же мне делать? Удариться в загул? Пуститься во все тяжкие? Завести себе кучу новых любовников? Найти кого-то, кто поможет мне забыть о нем?

А если не находится? Если общение с кем-то другим не приносит ничего подобного тому, что было раньше? Если ни на кого другого сердце так не откликается? Я ведь хорошо помню свое тогдашнее состояние. Когда еще все только-только начиналось… Это смятение и восторг; это безумное любопытство и попытки не поддаваться ему, быть серьезной и взрослой; это непонимание того, что тебя постоянно тянет куда-то и эти мысли, мысли, мысли… Настойчивые, неотвязные, поселившиеся без спроса в твоей голове и занимающие все свободное время.

С кем-то еще возможно такое? Кто-то еще способен разбудить во мне нечто подобное? Но тогда где же ходит этот «кто-то», способный помочь мне забыть о НЕМ?

Ну, почему, ПОЧЕМУ опять «о нем»? Почему везде и всегда ОН??? Почему, о чем бы я ни подумала, мои мысли вновь и вновь возвращаются к прошлому, к тем моментам, когда мы были вместе, к тем невозможно-приятным минутам, когда кружилась голова, и я таяла в его объятиях? Зачем вновь и вновь перебираю в памяти те счастливые моменты, как любящий коллекционер свои драгоценные марки? Почему вновь и вновь вспоминается его предательски-манящая улыбка, его сильные и нежные руки, его мечтательно-задумчивый взгляд с хитринкой и сводящие с ума безумно-сладкие губы?

Черт!

Мне надо перестать думать о нем…

Мне надо перестать думать о нем!

МНЕ НАДО ПЕРЕСТАТЬ ДУМАТЬ!!!

Ну сколько раз еще нужно повторить это, чтобы самой поверить???

* * *

— Ой, Настька, а сегодня такой офигенный снег на улице… В свете фонарей он какой-то особенный! — заснеженное чудо ворвалось в мой дом неожиданно, на ходу отряхиваясь и тараторя что-то, так что я даже не сразу поняла, что это снеговик на самом деле всего лишь Лёлька. — Я вот сейчас шла и ловила ртом снежинки… как ты тогда! Мне так понравилось!!! Пусть по-детски, ну и что? Зато теперь я понимаю детей — это такой безумный восторг, когда огромная холодная пушинка касается твоего высунутого языка! Прям хочется подпрыгнуть!!!

А потом я ехала в автобусе и всем улыбалась. И мне все улыбались! Честно-честно! Вот представляешь — обычная маршрутка, куча уставших за день, замученных какими-то своими проблемами людей. А среди них я — еду и смотрю на своих соседей. Передо мной сидела бабушка уже преклонных лет, задумчивая такая, наверное, вспоминала что-то. И вдруг, видимо, всплыло в памяти что-то хорошее, она улыбнулась чуть-чуть… а потом еще, шире, а потом так и ехала всю дорогу, улыбаясь!

А за ней сидела девушка грустная и отрешенно смотрела в окно, а потом полезла в карман и тоже заулыбалась — телефон, надо думать, прислал очень милую смс-ку.

Напротив нее сидели папа с сыном, малыш, конечно же, был у окна (малыши вообще любят у окна ездить) и что-то там старательно вырисовывал на стекле. Потом обернулся к отцу, потянул за рукав и указал на свое произведение. Они оба заулыбались, папа похвалил за старания, малыш остался горд собой. И мне тоже стало жутко интересно — что же он там нарисовал? Я пригляделась и увидела на стекле… Угадай — что? Смайлик!!! Так мы и ехали — полный автобус улыбок! Представляешь?

Насть, а ты чего такая грустная? Ты что, плачешь? На-а-асть…

Нет, Лёль, я не плачу. Я уже выплакала все, до донышка. И пусть никто больше не увидит моих слез. Хватит…

— Ну, давай же улыбнись, и все будет хорошо! Ведь правда же? Будет? Ну, скажи…

— Конечно!

Лёлька-Лёлька…Как же я тебя люблю! Какая же ты милая… Какая наивная… Не дай бог и тебе попадется в жизни такой вот «охотник за девушками».

— Ну, слушай тогда. Я тебе поведаю об очередном охотнике за девушками. Зовут его…

* * *

— Зовут Саша. Ник на форуме — Рэндом. Из литературных персонажей похож, как несложно догадаться, на Рэндома из повести Р. Желязны «9 принцев Янтаря». Невысокий, рыжий, глаза хитрые, движения быстрые. И вообще весь какой-то… пронырливый. Про таких обычно говорят «ловкий пройдоха». Везде пролезет, все успеет, разузнает, выведает.

— Ну и портретик ты нарисовала! Прямо скажем, малосимпатичный…

— Нет-нет, он довольно милый и общительный. Обычно легко находит со всеми общий язык, легко втирается в доверие. С ним всегда весело, он работает организатором каких-то праздников, знает много всевозможных шуток и приколов, поэтому может легко рассмешить или хотя бы заставить улыбнуться любую девушку. В целом — довольно обаятельный… как и любой из пикаперов, в общем-то. Но какой-то… уж очень хитрый!

— Не стоит ему доверять? Тоже мне удивила! А кому из пикаперов стоит?

— Ну знаешь, Насть, все-таки пикаперы тоже все очень разные. Среди них, как и среди обычных людей, попадаются и нормальные парни, и всякие…

— Ой, да ладно! Где среди них нормальные-то? Покажи! Все они одинаковы.

Лёлька смолчала и отвела глаза. Мне вдруг стало стыдно. Чего уж я на нее-то… Нервы? Срываться стала? Блин, да что такое твориться со мной в последнее время? Такое ощущение, что меня все раздражает, накидываюсь на людей по пустякам, обижаю кого-то ни за что, ни про что… Даже с Лёлькой резкая и колючая, как злой еж. А ведь, вроде, ПМС уже закончился. Так чего же тогда?

Мда…интересный вопрос… Почему вообще мы злимся и раздражаемся без причины? Нет, конечно, нам-то кажется, что причин для этого — море. Ведь все вокруг не так, день не задался с самого утра; будильник оказывается нужен не для того, чтобы дарить нам радостное утро, а для того, чтобы мешать людям спать; любимая чашка выскользнула из рук и разбилась во время завтрака; на новых колготках пошла стрелка; нужные вещи куда-то запропастились, в сумочке ничего нельзя найти. А уж стоит выйти на улицу так и вообще — люди как будто все сговорились позлить тебя сегодня!

Только ведь если быть честной хотя бы с самой собой (блин, как же это сложно в таком состоянии!), то приходится признавать, что все это — результат нашей злости, а не повод. Как говориться — была бы злость, а уж причины для нее найдутся!

Кстати, знаете… Пожалуй, самая распространенная причина злости — это когда наши силы и чувства не востребованы. Ты просыпаешься утром оттого, что тебя переполняет что-то хорошее внутри и тянет этим чем-то поделиться. И ты так много могла бы рассказать миру, так много отдать ему, так много подарить и порадоваться за него, но… вдруг понимаешь, что кроме тебя это вряд ли много значит для кого-то. И люди вовсе не нуждаются в твоем, с позволения сказать, даре.

И тогда ты начинаешь злиться, тебе вдруг становиться по-детски обидно от этого безразличия и холодности… но только это тоже никого не интересует. Люди идут дальше по своим делам, земля вертится и никто не замечает, что у кого-то из нас сейчас что-то застряло в сердце острым осколком.

Да и зачем знать? Кого это волнует? Только тебя саму. И тебе самой, наверное, нет дела до чьей-то чужой злости или печали. Все мы эгоистичны. Эгоистичны в своей боли, эгоистичны в своей радости, эгоистичны в своем притворстве. Улыбаемся, держа в зажмуренных глазах яркие слезы, чтобы потом пожалеть себя и кому-то шепнуть, что не так уж все и хорошо. И злиться из-за собственного притворства.

— Лёль, скажи, а ты когда-нибудь на кого-нибудь злишься?

— Что за странный вопрос? Ну, бывает, конечно…

— Просто мне вдруг показалось, что к тебе никогда не приходят злость, обида, горечь, печаль, разочарования, боль… А если и приходят, то только в гости. Посидят чуть-чуть, но надолго не остаются. Просто ты всегда какая-то…такая….не знаю даже, как сказать…

— Ну что ты, Насть, — Лёлька даже смутилась, как мне показалось. — Я тоже частенько и злюсь на кого-то, и обижаюсь, и грущу не редко. Бывает. Но ненадолго! Просто когда-то однажды я поняла простую, но мудрую вещь — зачем грустить, если печаль на твоем лице ничем не поможет? Грусть отпугивает окружающих, а если кто и подойдет посочувствовать — то лишь потому что так принято… И быстренько уйдет, чтобы не заразиться печалью. А мне нравится заражать людей чем-то более светлым и радостным!

— Ох, Лёлька! Ты опять права… Я, наверное, просто эгоистичная зануда, которая носится со своей печалью, как дурень с писаной торбой и обижается, когда видит, что кому-то нет дела до нее.

— Ну что ты такое говоришь? На-а-асть! Кто сказал, что никому нет дела? Мне вот, например… И никакая ты не циничная зануда. Ты… ты…как бы сказать… Ты — как те пирожные у нас на столе: в обертке кажутся такими серьезными и основательными, и пока не развернешь, не узнаешь, что лишь по краям у них твердая вафельная оболочка, а под ней — хрупкая и мягкая шоколадка, которая тает от прикосновения горячих рук…

— Лёлька, перестань! — тут, кажется, уже засмущалась я. — Лучше давай дорасскажи про своего очередного пикапщика.

— Да ну его! Мне уже как-то лень рассказывать. Давай лучше просто почитаем его отчеты на сайте. Все равно ведь из них ты почерпнешь больше, чем из моих слов…

Простенько, но хитренько

Полевой отчет Рэндома.

Дано:

Девушка: 7 баллов, оччччень неплохо сложена, блондинка, 22 года. С утончёнными манерами, любит рассуждать о бытии.

Я: Ловкий хитрец. Или хитрый ловкач (без разницы:-)

Модель поведения: романтик.

Да-да, не удивляйтесь. Вы не ослышались.

Знакомство

Познакомились в магазине оптовых и розничных продаж «СамСунь», в который после работы заехали с другом, присмотреть ему телевизор. Увидел ЕЕ, «открыл» незамысловатой, в общем-то, фразой:

— Девушка, а вас (имя) зовут, так?

— Да… (недоумённо хлопая ресницами).

— Да не смотрите на меня такими удивленными глазами! У Вас бэйджик на груди.:-) На левой… Кстати, он неправильный. Телефон не подписан под именем.

— Ну, я могу дать Вам телефон магазина — звоните! (сообразила:-))

— А зачем мне звонить всему магазину? Вы такая милая, хочу позвонить именно Вам.

— Ну, не знаю… (испытующе)

— А что у вас за смартфон такой? Не «Нокиа»? По-моему, у меня был именно такой…Можно взглянуть?

Даёт без задней мысли. Видимо, убедил своим тоном, что он у меня действительно «был».

Первые три секунды делаю вид, что рассматриваю его, потом быстро набираю свой номер, перезваниваю.

— Ой, какой ты хитрый! (Переходим на «ты» = хорошо). Первый раз вижу, что так берут телефоны у девушек.

(Да их уже полстраны таких девушек, добро пожаловать, подруга:-))

— Знаешь, (имя)… Иногда, чтобы познакомиться поближе с понравившейся девушкой, нужно прибегать к таким пиратским методам!

Поняла, что я далеко не прост. Претендую на большее, чем просто общение. Умолкла, но в глазах блеснул интерес. На этой ноте мы разбежались.

Потом она мне призналась, что иначе бы телефон не дала — нет у неё такой привычки, давать его незнакомым парням.

Далее

Выдержал паузу — двое суток. Звоню, во второй половине дня. Общаемся около 10 мин. Ей интересно. Когда почувствовал, что она во мне достаточно заинтересована — резко рву коммуникацию («дела, знаете ли»), обещаю завтра встретиться с ней и что-нибудь придумать (с двусмысленной интонацией). Когда — не уточняю, ибо нельзя быть предсказуемым.:-) В конце разговора прозвучала хорошая фраза: «В 6 часов я буду ждать твоего звонка».

Однако выяснил одновременно одну неприятную вещь: послезавтра она улетает в другой город на три месяца. День отъезда не в счет, значит, у меня остаются только одни сутки на то, чтобы проверить — так ли уж она хороша в постели, как кажется.

Завтра

По базе данных пробиваю ее номер, узнаю адрес. Подъезжаю, перезваниваю.

— Что ты такая запыхавшаяся? Губы красишь?

— Нет, просто собираюсь… А что?

— Значит, опоздал уже. Просто хотел предупредить тебя, что губы красить было не нужно.

Смущённый смех, потом начала мне объяснять, где мы встретимся. Я над ней стебусь, делаю вид, что не знаю такого места, включил бредогенератор, прикалываюсь над каждым ее словом. Она сквозь смех говорит:

— Если будешь так продолжать, то я так и не объясню тебе — где мы встретимся.

— И не надо. Я уже у твоего подъезда. Выходи давай.

Лёгкий шок.

— Как это?

— Выйдешь — расскажу.

Выходит минут через 10, немного запыхавшаяся, видимо, собиралась второпях. Легкий поцелуй в губы (она хотела в щеку, но я настоял, пообещав, что тогда ничего не расскажу). Слегка стесняется, не отвечает на поцелуй, но глаза при этом закрывает. Укоризненно говорю:

— Всё-таки ты накрасила губы…

В ответ смущённые объяснения, что девушке нужно на первую встречу обязательно выглядеть на все 100, красить губы и т. д. Садимся в машину, объясняю ей, как узнал ее адрес.

— Ты коварный! (смеется)

— Ну что, поехали?

— Поехали!

Включаю диск с голландской музыкой. Временами ей перевожу, что там поют (не поленился в своё время залезть в Интернет, а она, похож, и правда решила, что я такой образованный). Выясняю по дороге, что она родилась в семье строгих правил, учится на юрфаке.

— То есть, когда ты выучишься, будешь сажать таких бандитов, как я? Которые пристают к девушкам на первой встрече?

— Ну, ты же еще не приставал, вроде бы… (смущенно)

— Все еще впереди. Кстати, ты знаешь, для чего существуют светофоры? (как раз остановились на перекрестке)

— Ну, наверное…

— Нет, не для этого. А для того, чтобы можно было остановиться и поцеловать девушку, не боясь врезаться!

Смеется. Целую ее. Отвечает на поцелуй уже не так пассивно. Потом говорит весело:

— Это ты уже так приставать начал?

— Что-то где-то типа того… Надумаешь меня арестовать — в бардачке есть наручники.

Наручники там и правда были, ношу иногда с собой, могут пригодиться для некоторых случаев. Для каких именно — будет понятно дальше.

Она с легким удивлением лезет в бардачок, достает наручники, играется с ними, следует пара приколов на эту тему и т. д. Подъезжаем в ресторану, куда я, типа ее поведу сегодня, выходим. Стоим, дурачимся. Наручники захватили с собой, и я в шутку приковываю ее руку к своей. Она смеется, пытается уронить меня в сугроб, и тут я «случайно» роняю ключ от наручников прямо в водопроводный сток…

Все, приехали!

Что же делать? Наручники — штука такая: хоть реви, хоть ругайся, хоть зубами грызи, но никуда не денешься. Надо ехать домой за вторым ключом. Он по счастливой случайности остался у меня дома…:-)

Как мы с ней забирались в машину, скованные этими наручниками, через одну дверь — это был кадр! И ехали тоже весело — ее рука прикована к моей, а я ей рулю и хватаюсь за передачу. Вздумалось ей почесать нос — ан нет! Только другой рукой…

А вылезали еще веселее… У подъезда народ сидел, мне захотелось поприкалываться, я давай орать: «Спасите, люди добрые! Тут девочка садо-мазохистка ко мне пристает, вот наручниками приковала, хочет утащить меня на садо-мазо вечеринку!»

Она пытается закрыть мне рот ладошкой.

— Что ты делаешь? Сумасшедший!

Ладно, идем домой. Снимаем наручники. Решаем чуть посидеть у меня, потому что ехать уже никуда не хочется. Помог раздеться (не догола:-)), провел в комнату. Ставлю чайник, девушка пока отправляется в ванну — поправить съехавший от всей этой веселой беготни макияж. Как она сама выразилась: «Пойду попудрю носик…» Я в ответ все с той же интонацией: «Только губы не крась!»

:-)

К телу!

В общем, все весело, сидим попиваем чай и сок, мило болтаем. Я ей показываю фотки на компутере, при этом во время просмотра она уже сидит на моей коленке (иначе неудобно — кресло узкое). Легкие прикосновения, поцелуи, доступ к телу больше и больше; все, вроде, идет нормально, но в какой-то момент она вдруг заявляет, что все, мол, хватит на сегодня и начинает морозиться по поводу того, что ей домой пора, родители там, поздно и вообще.

Я прекрасно понимаю, что если сейчас отпущу ее, то уже все. Алес, Гитлер капут. Завтра она уезжает, увозя с собой свою роскошную фигурку, так и не побывавшую в моей постельке и не познавшую сладостный вкус моих ласк. Такой несправедливости нельзя допустить, так что… не будем расстраивать девушку!

Ладно, пора переходить к активным злонамеренным действиям. Яволь, майн фюрер, к утру водокачка будет взята! Звиняйте, граждане, я хотел как лучше, но… Не хотите по-хорошему, будет как всегда.

Девочка встает с моих коленок с явным намерением уйти, но неловко поворачивается, в результате чего стакан с соком из моих рук «случайно» проливается прямо на ту ее набедренную повязку, которую я так жаждал с нее стянуть… то бишь, на джинсики. Ай-яй-яй, какая досада! Стакан был почти полон, нехилый такой водопад получился, нате вам, здрасте, кушайте — не обляпайтесь. Я, конечно, рассыпаюсь в извинениях — ой, как же так, неловко получилось, но что поделать — в таком виде, понятно, никуда не уйдешь. Проявляю трогательную заботу, обещаю в срочном порядке вывесить мокрую деталь ее гардероба на батарею для ускоренной просушки, а ей предлагаю чуть-чуть повременить пока и все же насладится моим обществом. Деваться некуда, и девушка остается у меня еще на неопределенное время с вполне определенными целями.

Усаживаю ее на диван, как истинный рыцарь и галантный джентльмен приношу плед, чтобы укрыть ей ноги, а не просто тупо пялиться на ее трусики (действительно, чего на них пялиться, если все равно снимать скоро). Главное — стараюсь быстренько сгладить неловкость ситуации, развлекать ее непринужденной беседой, в результате чего она скоро уже полулежит на диване, завернувшись в плед, от горячего чая ее разморило, общая обстановка тепла и умиротворенности настраивает на доверительный лад.

Пару раз девушка еще вспоминает — как там ее джинсики, не подсохли ли? Я каждый раз с трогательной заботой встаю, топаю до ванны, аккуратненько поливаю их водой из разбрызгивателя, после чего возвращаюсь с честной мордой и виновато развожу руками — нет, сырые еще, что поделать…

В общем, девушка остается у меня достаточное количество времени для того, чтобы я успел с ней сблизиться настолько, что уже забрался под тот же плед (для начала) и мы сидели, укрывшись им вместе и обнимаясь под ним, потом плавненько перевел ее в горизонтальное положение, постепенно наращивая приставательные телодвижения, и все более откровенные поцелуи и ласки, а дальше… дальше он уже сама никуда не хотела уходить!

P.S. А наручники нам этой ночью еще пригодились! Как оказалось, девушка любит жесткий секс!

* * *

Вы знаете, как заставить взрослого, разумного человека в здравом уме и почти трезвой (чуть-чуть мартини не считается!) памяти заставить поверить в несбыточные мечты? Как подарить ему веру в чудеса? Превратить в ребенка, ожидающего сказку?

Есть два способа. Одинаково сильно действующих даже на закоренелых материалистов и уставших циников вроде меня.

И на самом деле все их знают.

Первый называется ЖЕЛАНИЕ. Если вам чего-то безумно хочется, если душа ваша никак не хочет успокаиваться, несмотря на все ваши старания, если малейшее упоминание о вожделенном вызывает в ней трепет, если вы засыпаете и просыпаетесь с одной и той же мыслью, то — чего уж удивляться, когда здоровый скептицизм по поводу возможности желаемого быстро отступает в сторону, уступив место надеждам, которые, как нам кажется, вполне могли бы и сбыться. И правда — ну почему бы не случится чему-то, раз я этого так жду? Ну и что, что все вокруг (да и я сама в своем нормальном, а не теперешнем состоянии) считают такие мечты смешными, а возможность их осуществления, мягко говоря, маловероятной? А я вот буду верить всем назло! И… кто знает…

А еще есть УДАЧНЫЙ МОМЕНТ. Второй подходящий способ сойти с ума. Ведь ни для кого не секрет, что в какие-то определенные моменты что-то внутри нас переворачивается, и как будто даже все вокруг способствует временному помешательству, заставляя верить, что все происходящее — неслучайно, что сегодня действительно какой-то особый день, что чудеса еще могут происходить, да и вообще — почему бы нет??? И мы с одной стороны сами уговариваем себя не обольщаться, чтобы не разочаровываться потом, а с другой — в тайне надеемся где-то в глубине души и уже мысленно сказали сами себе: «Ну и что, если даже ничего не получится? Ну и что, если я потом обманусь? Все равно стоит попробовать! Ведь хуже-то не будет!!!»

Все-таки надежда — жестокая штука. Она дарит нам веру в несбыточное.

Классическим примером такого «удачного» (будь он трижды не ладен!) момента, пожалуй, можно назвать предновогоднюю пору. Всех нас с детства учили верить в чудеса именно в это время года. А если прибавить сюда еще и предпраздничное настроение, прямо-таки висящий в воздухе аромат хвойных иголок и мандаринов (еще одно детское воспоминание), носящихся по улицам мальчишек с петардами и фейерверками (которые то и дело заставляют тебя вздрогнуть, а потом улыбнуться и недовольно поворчать для виду — мол, надоели уже, уши болят) и всеобщее ожидание чего-то такого… необыкновенного, волшебного, неизвестного (и оттого еще более притягательного), что ждет нас за ближайшим поворотом, завтра, а, может, даже уже сегодня вечером… то стоит ли удивляться маленькому повальному сумасшествию именно сейчас? Для всех и каждого?

Почему бы и не сойти с ума за компанию, раз у всех вокруг голова кружится ничуть не меньше твоей от ожидания скорого чуда?

А ведь мы и правда верим, что оно должно произойти. Непременно! И именно с нами. И именно в это время. Если и не сегодня, то уж завтра — обязательно! В конце концов, если уж случаться чудесам, то когда же еще, как не под Новый Год?! И пусть мы не признаемся даже самим себе, но в глубине души ВЕРИМ. У каждого из нас есть свое маленькое чудо, которого ждем. Пусть не такое уж волшебное и несбыточное. Пусть старое и почти забытое, о котором мы уже почти перестали думать, почти смирились с его невозможностью, почти… Всегда есть какое-то «ПОЧТИ», которое оживает в это время.

Под новый год несложно сойти с ума. Сложнее потом выйти из этого состояния. Это как похмелье…

Да, пожалуй, есть два способа заставить взрослого, разумного человека поверить в несбыточные мечты. В здравом уме и почти трезвой памяти. Чуть-чуть мартини не считается.

И оба они сошлись во мне в то время. Что ж удивляться тому, что я в какой-то момент сошла с ума и продолжала надеяться?

Предновогодняя пора. Ожидание праздника, которое подчас более радостное и волнующее, чем сам праздник. Когда, несмотря на весь твой цинизм, прагматизм и неверие уже ни во что, сердце в груди все равно радостно ёкает и замирает от чего-то непонятного, что обычно называют «томление». И хочется (тут, в принципе, уже можно ставить точку) чего-то необыкновенного!

И хруст искрящегося снега под ногами, заиндевевшие деревья (как в сказке!), и слышащиеся повсюду поздравления, и запах хвои и апельсинов… Воспоминания из детства…

Надо придти домой, зажечь гирлянду на ёлке, открыть шампанское, дождавшись 12 часов ночи, и изо всех сил пожелать чего-то такого, что должно сбыться в новом году, что принесет тебе Дед Мороз (в которого ты не веришь), или какие-то иные высшие силы, или просто наступающий год, или… да какая разница, кто или что именно принесет — ЛИШЬ БЫ ТОЛЬКО СБЫЛОСЬ!!!

А потом написать это на бумажке, сжечь, высыпать пепел в шампанское и выпить.

Самое смешное, что мы и правда готовы в это поверить. Я, во всяком случае, так и сделала тогда. Хотя и понимала, что зря… Но я же упрямая! И вообще…

Что уж тут удивляться?

И стоит ли говорить о том, чего я изо всех сил желала в новогоднюю ночь, под бой курантов, сжимая в руке бокал с недопитым шампанским? Что именно должен был принести для меня Дед Мороз (в которого я не верю) в своем мешке в наступающем году? На что я надеялась, сама себя уговаривая, что надеяться глупо, но все же надеялась, сжимая бокал в руке под бой курантов?

Не знаю, шампанское ли мое оказалось просроченным или у Деда Мороза в ту ночь и без меня было слишком много дел…

ГЛАВА 4

Если третий день подряд вам не хочется вставать и отправляться на работу, это значит… это значит, что сегодня среда.

Почти каждое мое утро теперь начинается с того, что я уговариваю себя проснуться (получается не всегда), затем, мысленно произнеся «утро добрым не бывает», пытаюсь открыть глаза. Позавтракав, поразмышляв о жизни и повздыхав, иногда встаю с кровати. Для того, чтобы совершить непременное путешествие к месту ежедневной добровольной каторги. Вот уж точно, утро — это такая часть суток, когда начинаешь завидовать безработным.

Нет, я люблю свою работу, вы не подумайте… Очень люблю. Только не по средам. Особенно, по ТАКИМ средам! Большинство людей недолюбливают понедельники, для меня же чаще всего самый трудный день — среда, когда понимаешь, что до конца недели еще далековато, а запас позитива, накопленный за выходные, уже весь кончился.

И все-таки я люблю свою работу. Где еще найдешь такое? Обыватели, непременно проклинающие нашу журналистскую братию, но с жадность бросающиеся потом читать все, вплоть до бульварных газетенок и желтой прессы. Меняющийся, как калейдоскоп, круговорот событий, в которых нужно поучаствовать и прочувствовать, чтобы потом описать. Вечно недовольный шеф, угрожающий дедлайном, как полицейский дубинкой. Корректоры и редакторы, готовые зарезать на корню любую твою гениальную идею, например, решившие, что твой гениальный опус, соизмеримый по глубине и размаху мысли с философскими трактатами Ницше, нужно всунуть в 20 строчек и никак не больше. Дружеские склоки в курилке со своими же собратьями. И твоя подпись, гордо красующаяся под передовицей во всех печатных изданиях, подмигивающих тебе из газетных киосков по пути на работу… Ну как можно не любить все это?

А завтра новый день, и все начинается заново, и никого не волнует, что в отрезке с утра и до вечера ты прожила сегодня пару неплохих лет. Новое утро, снова на работу, снова в путь… Снова вылетаешь из дома сонная и ненакрашенная, слыша в трубке знакомые раскаты голоса выпускающего редактора: «Настасья, если через 4 минуты материал не будет у меня на столе, я лично тебя изнасилую в извращенной форме!». Вот блин… «Да я ж только об этом и мечтаю, милый!» — бросаешь на ходу дежурную отмазку, не успевая вдумываться в смысл слов, потому что пришла пора утренней пробежки за маршруткой.

А уж про этот вид транспорта в наше время сложено не меньше строк, чем в золотой век поэзии — про бездорожье, заснеженные версты и станционных смотрителей. Да-да, ничто не ново под луной.

Нет, я люблю ездить в маршрутках. Как не порадоваться ежедневному развлечению? То мужчина замуж предложит выйти, то очаровательная девушка оттолкнет локтем от открытой двери (приемы самообороны ведь тоже никогда не помешают!), то твердый лоб проверит выносливость не менее твердого корпуса пассажирского автобуса… Плюс ко всему — последние новости о дешевых продуктах, сплетни с вечеринок и парочка «ароматов» от недавно проснувшихся мужчин. Вот уж точно — ничто так не сближает людей, как общественный транспорт. Где еще можно испытать такое счастье за совсем символическую плату?

А еще можно с азартом поучаствовать в игре «Нет, я тебя обгоню!» между водителями двух маршруток и, конечно, поболеть за своего, выписывая ногами вензеля в воздухе на крутых виражах. Вцепись руками в соседа, и если он тоже во что-нибудь успел вцепиться, то ты в безопасности.

Водители же данного транспорта вообще — душевные люди и очень любят развлекать своих пассажиров. Например, записками, заботливо развешанными внутри салона. «Головой стучаться сюда!» — согласитесь, мило? Или «Кто хлопнет дверью — тот станет льготником!». А как вам надпись «Люди! Ходите пешком!» внутри маршрутки?

Еще наши маршрутки мечтают стать самым чистым из всех видов транспорта. Правда, пока мечта остается несбыточной. Но зато уже сейчас в них гордо красуется надпись: «Просьба семечки, орешки и бананы есть вместе с кожурой». Разве после такого можно оставить салон грязным? И тихо у нас в маршрутках — «Хлопнешь дверью — умрёшь от монтировки!» или «Закрой её как дверь своего ХОЛОДИЛЬНИКА» (на двери внутри) — ну разве можно остаться равнодушной к таким просьбам? И места много у нас — «По салону не бегать!» (кто не видел такой надписи?), и ощущений масса — «10 минут страха и вы дома. Стоимость аттракциона 10 рублей» или «Внимание! Машина на автопилоте!».

Нет, все-таки водители в маршрутках — народ не случайный. О требованиях к ним при приеме на работу можно догадаться все по тем же надписям в салонах автобусов. Вот некоторые: «Водитель — не осьминог, всем сразу сдачу дать не может», «Говорите громче — глухой водитель!», «Закурил сам — угости водителя», «Не хлопайте дверью — водитель пугается!», «Остановки говорите заранее, водителю нужно время, чтобы поставить ПРОТЕЗ на тормоз». Если до этого я еще с трудом могла разомкнуть заспанные глаза, то тут уже поневоле проснешься, встрепенешься, отряхнешься…

Нет, все-таки как же скучна была бы наша жизнь без всего этого! Без приключений по пути на работу и обратно, без ежедневной суеты и беготни неизвестно куда и зачем, без всех тех мелочей, которые и составляют нашу повседневность. К которой привыкаешь и уже не замечаешь каждый день, но по которой вдруг начинаешь скучать, вырвавшись куда-то из будней, и потеряв ту привычную колею, тот размеренно-рваный ритм событий…

Интересно, это только мне одной кажется, что нечто важное мы упускаем из виду и теряем в этой суете, толкаясь в маршрутках, спеша куда-то вприпрыжку и бегом, жуя на ходу бублик, пока настоящая жизнь идет где-то рядом?

* * *

В ту ночь мне опять снилось море. Не знаю — почему. В последнее время оно мне снится так часто, что в пору лезть в сонник и смотреть — что предвещают такие сны. Хотя в толкование снов я не верила никогда. Но всегда тянет посмотреть на то, во что ты не веришь…

Действительно, к чему снится море? В моем сне оно было бурным и сердитым. Накатывалось на берег мрачными тяжелыми волнами, опрокидывая оставленные шезлонги и смывая вчерашние песочные замки вместе с забытыми детскими лопатками и ведерками. Кстати, когда я была маленькой, меня очень интересовало — куда же деваются потом замки из песка, построенные мною и моими друзьями на берегу, если их оставить и уйти? Ведь, возвращаясь потом, никогда не найдешь своего. Их уже просто нет! Так — куда? Их забирает себе море? Зачем? Чтобы потом вынести волной на далекий берег, может, за сотни километров отсюда, наши дешевые пластиковые совочки и отпечатки маленьких ладошек на влажном песке? И кто-то другой, точно так же, как я сейчас, будет удивляться, увидев их на берегу среди прочих странных и неожиданных предметов? Ракушки и детские панамки, водоросли и бутылки, кораллы и старинные часы… Лежащие рядом друг с другом, они будут казаться глупыми и неуместными — слишком уж нелепое соседство. Наверное, обломки кораблекрушения… Да уж, порой после шторма на берегу можно найти нечто такое, чего никогда не увидишь рядом в нормальной обстановке.

А эти парни, знакомые мне по рассказам Лёли… Они ведь тоже — обломки кораблекрушения в своем роде. Выброшенные на один берег случайной прихотью судьбы… Забавные у меня ассоциации, да?

Но ведь и правда! Вчерашний романтик с ранимой душой, ставший сегодня циником; самоуверенный красавец, считающий наглость лучшим оружием против девушек (кстати, с нами разве надо бороться или воевать?); пошловатый и озабоченный нахал с вечными шуточками и приколами; ловкий и пронырливый хитрец — что общего между ними? Какое кораблекрушение свело их вместе, выбросило на один берег и заставило жить по похожему сценарию?

Мда, странные мысли в последнее время роятся в моей голове. Может, я слишком много думаю?

Наверное, Лёлька мне именно так и скажет, если я сейчас спрошу…

— Лёль, а как они стали такими? Как вообще становятся пикаперами? Ведь смотри — они такие разные, каждый из них прошел какой-то свой путь, но, тем не менее, все четверо встретились в одном месте, на одном берегу, придя к одному и тому же…

При упоминании «берега», Лёля, не привыкшая к моим морским ассоциациям, опасливо покосилась на меня, как на человека, который начинает уже заговариваться. Но, ничего не сказав по этому поводу, лишь пожала плечами.

— Но ведь не рождаются же они такими. Значит, с чего-то же все начинается?

— Если хочешь, Насть, я спрошу. У них на форуме. Создам новую тему, попрошу всех рассказать — с чего же у них все начиналось. Какую-нибудь самую-самую первую историю каждого… Мне не сложно! Ко мне там все равно уже все привыкли. И временами мне даже нравится с ними общаться…

— Да, я заметила, что ты теперь частенько залезаешь на их форум и много времени там проводишь.

— А что тут такого? Просто все парни там — очень интересные личности, необыкновенные, креативные… С ними не бывает скучно! Да и вообще мне нравится участвовать в обсуждениях, высказывать свою, женскую точку зрения по какому-нибудь вопросу. Правда, надо мной там чаще всего смеются и называют наивной…

— Ничего! Вот еще немного походишь туда — сама всё выучишь и станешь специалистом по развратному образу жизни, куда круче их всех! Еще советы новичкам давать будешь!

— Ну, куда уж мне до них в этом плане… Или до тебе!

В глазах Лельки вспыхнули задорные искорки, но она тут же отвела взгляд, смущенно улыбаясь — как будто сама застеснявшись собственной наглости.

Ах, Лелька, маленькая проказница! И ты туда же? Ехидничаешь? Подкалываешь? Еще и насмешничать она мне будет… Хотя справедливости ради скажем, что доля правды в твоих словах есть. Если вспомнить, как я провела последние несколько дней… Развратный образ жизни, тоже мне…

Ох уж этот постдепрессионный период! Нет, не ждите, что я своим поведением скажу какое-то новое слово в процессе забывания парня (который никак не хочет забываться!) девушкой после расставания. Пожалуй, у меня все было до банальности стандартно, как и у всех нас. Сначала длительный и безутешный процесс изображения королевы в изгнании с непременным оплакиванием себя, его, вашей неслучившейся любви (которая, конечно же, могла бы быть такой сказочно-замечательно-незабываемо-удивительно-волшебной, что прям ах!), несостоявшейся поездки на Канары и троих незачатых детишек. Процесс сей может длиться бесконечно, но, как правило, занимает недели две-три. Ему сопутствует отказ от пищи (рыдать и уминать сервелат не очень-то сподручно, так что мы ограничиваемся ложечкой мороженого, подсоленного собственными же слезами), ритуальное сжигание совместных фото и прослушиванием на повторе «нашей» песни. Если таковые имелись, конечно. Меня, тьфу-тьфу, бог миловал.

Дальнейшая программа произвольная, но, как правило, непременно одно — вокруг несчастной сомкнется плотное кольцо сочувствующих (у брошенной девушки подруг всегда почему-то больше, чем у лично счастливых), которые будут поддерживать морально и, на самом деле, мучить еще больше.

Затем, отсидев на диете из малосольного мороженого положенное количество дней-недель-часов-минут-месяцев, мы готовы преобразиться, постройнеть и поумнеть (хотя — ой ли? …это еще вопрос!), наконец-то осознав, что нечего такой умнице-красавице прозябать в девках. Да и девкам, признаться, уже слегка поднадоел этот затянувшийся хардкор-сериал «Бедная Настя». Из всего ассортимента подруг рядом остаются уже только самые стойкие к алкоголю и самые неустойчивые в плане моральных принципов. Собрав их вместе, скандируя: «Жизнь продолжается!», «Все мужики козлы!», «А бармены там симпатичные?», ты и вся остальная веселая банда обряжается в боевой наряд амазонок (алые стринги из племени охотниц на мужчин) и уходит в ночь с карательной миссией. Форма мести всему мужскому роду, как все догадываются, будет выбрана не самая безопасная в смысле венерических заболеваний. Впрочем, что значит серия визитов в вендиспансер по сравнению со стремительно растущей самооценкой? Тем более, что, как тебе кажется, жизнь и правда стремительно налаживается, и о прежнем уже не так часто вспоминается и временами даже как-то совсем не думается. А потом…

А потом наступает утро после бала. Излечиваясь от хандры по методу клиньев, оказывается, что ты слегка подрастеряла человеческий облик. В теле — приятная легкость (сказывается отсутствие лишних килограммов и такой громоздкой конструкции, как девичья честь), в мобильном — десяток неопознанных номеров, а квартиру проще сжечь, чем отдраить от конфетти и брызг… хорошо, если шампанского. О подробностях вчерашнего я, пожалуй, лучше умолчу, сделав вид, что сама не в состоянии ничего вспомнить, ладно?

Зато как назло возвращаются воспоминания о том, с чего, собственно, все и началось. И что толкнуло тебя на столь опрометчивый шаг в виде мести в алых стрингах. И вновь появляются все те же заботливые кошки с коготками, соскучившиеся по твоей душе. И ты вновь зовешь ту единственную подругу, которой можно безбоязненно доверить свои слезы (да-да, Лель, это я про тебя!), и вновь…

Что ж, я не открыла Америку, не изобрела велосипед, и не придумала новый патентованный и так необходимый всем девушкам способ изгнания из памяти того, кто крепко поселился там. Без твоего разрешения. И вовсе не собирается уходить.

Если кому-то это удастся лучше меня — дайте знать, ладно?

* * *

Я не умею готовить. В смысле, еду. В смысле — совсем. Ну, абсолютно. Стыдно признаваться, но за 24 года своей жизни так и не удосужилась научиться. А когда пытаюсь, то у меня непременно что-нибудь подгорает, убегает, разбивается, пересаливается и проч. В общем, на кухне я — девочка-катастрофа. Эх, бедный мой будущий муж! Как же тебе не повезет со мной! Хотя ты об этом пока еще не знаешь. И у тебя еще есть шанс избежать этого опрометчивого шага. А значит, я пока еще даже не знаю — будешь ли ты у меня. Кому нужна такая неумейка? Хотя, говорят, целуюсь я куда лучше, чем готовлю! Осталось найти мужа — профессионального шеф-повара из ресторана. Чтобы он сам за меня готовил каждый день. И тоже умел целоваться! Или на худой конец — олигарха, чтобы водил меня в тот самый ресторан каждый день. Или…

Ах, мечты, мечты… А суровая реальность встречает нас пакетиком чипсов, которые я грызу, пока Лелька там возится на кухне. Хорошо еще, что она пришла и дает мне возможность спокойно посидеть в интернете, а не устраивать опять катастрофу на кухне. Меня туда лучше вообще не подпускать.

Эх, Лелька, милая… Что бы я без тебя делала? Нет, я и правда многого не умею. Например, готовить. Или утешать кого-то. Или так классно отмазываться от претензий начальника на работе, как это делал Стас, он же Грязный Стебщик, историю которого я сейчас читаю на форуме.

Данная объяснительная записка была написана по поводу отсутствия одного сотрудника (проще говоря — меня) на одном корпоративном предновогоднем мероприятии компании, в которой он (сотрудник, то есть я) работает. Мероприятие проводилось в выходной день, но присутствие всех сотрудников, естесссственно, было обязательным. Итак…

Президенту компании N

г-ну Х

от старшего консультанта

Станислава Оленева.

ОБЪЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА

Уважаемый г-н Президент, поскольку суббота и воскресенье являются днями отдыха, я не совсем понимаю — почему я должен отчитываться перед руководством компании о том, как я провожу выходные. Однако, не скрою, мне льстит столь повышенное внимание к моей скромной персоне со стороны высшего руководства, поэтому с удовольствием готов удовлетворить ваше любопытство.

Итак, в субботу я никоим образом не мог присутствовать на мероприятии, и сейчас расскажу — почему. Дело в том, что в пятницу вечером мне позвонила моя давнишняя знакомая и предложила встретиться. Мы чудно провели время в одном заведении, а потом решили поехать ко мне домой (очень жаль, что Вас интересует только 22-е число, потому что самое интересное происходило 21-го вечером… ну, да ладно).

Проснувшись 22-го утром, крепко привязанный к кровати кожаными ремнями, я вспомнил, что опаздываю на корпоративное мероприятие, столь необходимое нашей компании на современном этапе консолидации сил всех сотрудников для выполнения выбранной стратегии. Ратуя за корпоративные интересы компании, в которой работаю, я стал убеждать свою знакомую, что мне нужно присутствовать на мероприятии, и просил развязать мне руки. Но она наотрез отказалась это сделать, аргументируя свой поступок тем, что ей известен более интересный способ времяпровождения, чем мероприятие. Когда же я попытался настаивать, то в ответ получил легкий удар кожаной плеткой по левой ягодице (могу предъявить оную в качестве вещественного доказательства) и кляп в рот.

Таким образом, как вы видите, я физически не мог присутствовать на мероприятии, несмотря на все мои старания, как добросовестного служащего, туда попасть. Ну, а поскольку я не мог выйти из дома, то сдался, и всю первую половину дня мы провели в постели, занимаясь сексом. В какой-то момент (к стыду своему должен признаться) мне даже показалось, что это интересней, чем посвящать выходной день разговорам о том, как важна нашей компании консолидация сил всех сотрудников для выполнения выбранной стратегии. Но я был крепок духом, отогнал эти недостойные мысли и думал только о своих коллегах, которые в это время укрепляли корпоративное единение. Ближе к обеду, в конец изнеможенный (хм, только теперь понял весь глубинный смысл этого фразеологизма), я вспомнил о последнем заявлении вице-президента Компании, г-на У, которое было произнесено им под занавес прошлого корпоративного банкета (то самое, которое резюмировалось словами «Танцуют все!»). К счастью, идея потанцевать не вызвала агрессивных действий и применения пыток со стороны моей партнерши и даже нашла живой отклик, после чего мы с особым рвением принялся выполнять распоряжение вице-президента.

Мы танцевали без перерыва всю вторую половину дня. Поскольку распоряжение прямо не указывало, какие именно танцы нужно было исполнять в субботу, то репертуар я составлял самостоятельно. Мы танцевали самбо, румбу, сальсу, польку-бабочку, летку-еньку, вальс, рэп, хип-хоп, танец маленьких лебедей, танец больших лебедей, стрип-арт и даже нижний брейк-данс в постели. Так что распоряжение Вице-президента было выполнено мной в полном объеме, о чем с гордостью и сообщаю.

Надеюсь, данного объяснения будет достаточно, чтобы убедить вас в полной моей невиновности и глубокой преданности корпоративным интересам. В случае необходимости я готов предоставить более детальное описание с картинками и видеозаписями, т. к. мы снимали на камеру.

P.S. Жаль, что вас интересует только 22-е число, ведь 23-го приехали еще ее подружки, и была групповуха, но раз уж так…

С наилучшими пожеланиями,

старший консультант фирмы N,

Станислав Оленев.

Нет, все-таки есть на свете люди, которым у меня не получается не завидовать, как бы я не старалась…

— Насть, идем кушать! Чудесный омлет, мясо по-французски и шарлотка тебя ждут!

Да-да, и ей тоже!

* * *

— Насть, а ты веришь в гороскопы?

— Нет. А что там мне обещают?

Мы с Лелькой рассмеялись вместе. Да, вот такие уж мы — девушки: не можем пройти мимо того, вот что сами страстно не верим. Ну, любопытно же!

— Звезды предвещают тебе удачу…

Леля раскрыла случайно подвернувшийся ей журнал с загадочным видом оракула. Я недоверчиво хмыкнула. Ох уж эти гороскопы… Вечно одно и то же. Хоть бы пластинку сменили.

— Повернитесь к ней лицом, а то она пройдет мимо, — читала дальше Лёля. Я слушала в пол-уха, продолжая свое грязное дело. Ну, в смысле, я мыла посуду. А вы что подумали? Вкусный ужин, приготовленный Лелькой, уже оставил о себе лишь воспоминания — на тарелках, которые теперь предстояло вымыть. Мне. Должно же быть хоть какое-то распределение труда.

— Оглянитесь вокруг, ищите поэзию в окружающем вас мире, — продолжала вещать моя личная предсказательница

— Ага, счаз хорошенько поищу! Может, она под диван завалилась? Не найду, так хоть пыль вытру…

— Настька, оставь швабру в покое! Я тут тебе будущее предсказываю, а ты…

— Это прошлое, Лёль. Журнал-то старый. Уж не знаю, где ты его нашла, и зачем он у меня тут валялся…

— Что — серьезно? Вот, блин… А я тут распинаюсь! Но ведь если… тогда, получается, и правда сбылось?

В комнате повисло глухое молчание. Мы обе как-то сразу погрустнели. И просто чтобы сгладить неловкую паузу я тихо сказала:

— Ладно, чего уж там… У тебя-то как дела? Тебе каких чудес гороскоп навещал?

— Ой, Насть, знаешь, а у меня и правда чудеса в жизни творятся. Причем все чудесатее и чудесатее!

— Это как? — я улыбнулась. Лёлька вдохновенно продолжала:

— Ну, знаешь, сегодня совершенно сумасшедший день. Мне почему-то везет на каждом шагу!

— Не к добру это, точно тебе говорю, — подзадорила я подругу.

— Ну что ты! Началось все с того, что я попала на лотерею в магазине косметики. И получила все, что хотела, почти бесплатно. Потом получила скидку по студенческому в магазине сумок — акция у них там сегодня. Дальше — хуже! Давно мечтала сходить на концерт «Мультфильмов» — так мало, что они в наш город приезжают, но меня еще и туда пригласили! Тоже абсолютно бесплатно теперь схожу!

— Мда…бывает же…

— А под конец дня увидела случайно в магазине диск, который давно искала. И что ты думаешь? Они решили меня добить! Парень-продавец меня засыпал комплиментами и сказал, что красивым девушкам он все продает со скидкой. Я в шоке… Такими темпами, когда я постарею, и придет время умирать, вдруг окажется, что в этот день по скидке раздают бессмертие!

Мы обе залились смехом.

— Ох, Лёльк… А с пикаперами-то у тебя как дела? Ответили тебе что-нибудь на форуме на твою темку? Про то, как они такими стали?

— Ну, ответили вообще-то… Только, знаешь, они там, похоже, меня вообще всерьез не воспринимают. Считают наивным ребенком или кем-то в этом роде. Прикалываются только. Чего стоит одна фраза: «Ой, Лёлечка, я тут счаз тебе умную вещь скажу, ты только не обижайся, ладно?» Как будто я — маленькая девочка, с которой так забавно поумничать…

— Кто это тебя так? Стас?

— Художник. Нет, Насть, я все понимаю, он, конечно, намного меня старше и умнее, но все-таки… Почему вот тот же Рэндом, хотя бы, ко мне нормально относится?

— Ладно, не злись ты. Так что они тебе ответили?

— Пойдем тогда уж в комнату. Сама почитаешь…

Включая компьютер, я тогда еще даже не думала, что мы уже практически на пороге той истории, которая, несмотря на все мои опасения, снова ждала нас за поворотом…

Ну почему мотылек всегда сам летит на огонь?

Форум пикаперов.

Ответы в Лёлину тему.

Грязный Стебщик:

— Да что тут рассказывать? …Когда-то давным-давно, сколько-то там тысяч лет назад, когда по земле еще бродили мамонты, а я был добрым и хорошим пятнадцатилетним мальчиком, случилось вдруг так, что меня вдруг сильно заинтересовали девочки… Собственно, с этого-то все и началось!

Лёля:

— Спасибо, Стас. Очень познавательно! А чуть поподробнее можно?

Рэндом:

— Для тебя — все можно, Лёль!:) Ну, или почти все…

Рассказать? Да пожалуйста! Я вот, например, отлично помню, ЧТО именно так повлияло на меня и так здорово изменило мое мировоззрение вообще и отношение к девушкам в частности. Случилось это в незапамятном 199-каком-то году, когда я тоже был милым, добрым и наивным мальчиком. Ну, почти таким же хорошим, как Стасик. Только с мозгами. Ну, чуть-чуть. Ну, то есть… Ох, да ладно, чего там! Короче, я был молод и глуп, и был девственником. И, как водится, был влюблен. Как и положено глупому влюбленному девственнику, я думал, что за девушками надо ухаживать, дарить цветы и подарки, поздравлять со всякими праздниками и разговаривать на всякие умные темы.

Объектом моих мечтаний была девочка из соседнего двора — чудное создание, как мне тогда казалось. Я приносил ей охапки цветов, вел долгие умные беседы о смысле жизни, любезничал с ее мамой, строил воздушные замки и считал, что у нас замечательные отношения. Мы ведь так классно общались, нам было так хорошо вместе, мне даже позволяли ее целовать по праздникам и… мечтать о чем-то большем.

Я был уверен, что только так и надо вести себя с девушками, тем более, что девочка поощряла мое такое поведение, была очень рада, когда я потакал ее капризам, говорила, как ей хорошо со мной, и какой я замечательный, а однажды… а однажды послала меня. Обломав жестоко и разом все мои мечты и надежды.

Потом я узнал, что был далеко не первым в списке тех, с кем она обошлась подобным образом. Видимо, это вообще было ее хобби. Или стиль жизни такой, я не знаю.

По этому поводу, разумеется, я долго переживал, мучился и никак не мог понять — что же такое случилось, и как так вообще можно? Собственно, как писал Стас «с этого-то все и началось». Дальше были долгие и не всегда успешные попытки разобраться в женской психологии, в мотивах и причинах их поведения и отношения к мужчинам. Но это уже другая история.

А та закончилась именно тогда. Когда мечты оказались разбитыми, воздушные замки рухнули, осталось только жесткое и прагматичное понимание правил игры.

Лёля:

— А никогда не хотелось перестать играть?

Рэндом:

— Лёль, у меня, конечно, с прежних пор осталось много недостатков. Но, к сожалению для девушек, глупость больше не входит в их число.

Наглец:

— Да, ничто не ново под луной… У меня было практически так же.

Леля:

— То есть, эта история характерна для пикаперов? Или, может, расскажешь свою?

Художник:

— В начале пути каждого соблазнителя, как правило, стоит какая-нибудь милая девушка, запавшая в душу надолго, и обошедшаяся с ним очень жестоко. Только прости, Лёль, рассказать об этом в подробностях тебе вряд ли кто-то захочет. И дело даже не в том, что все мы в то время были слишком наивны, вели себя по-пионерски, совершали разные красивые (и не очень) глупости. Просто такие воспоминания предпочитают хранить в себе. Какими бы они не были — глупыми, наивными, смешными, детскими — они для каждого только свои. И не проси ими поделиться.

Грязный Стебщик:

— Поддерживаю.

Рэндом:

— Согласен.

Наглец:

— Присоединяюсь.

— Надо же, какое единодушие! — буркнула я, докончив читать. — Их послушать, так и вообще, это мы (ну, то есть девушки) виноваты в их таком поведении.

— А разве нет? — вдруг тихо произнесла Лёля.

— Что? Да брось-ка ты еще! Скажешь тоже… Всем нам доводилось разочаровываться в любви, но это еще не повод, чтобы потом… Вот скажи, кстати, почему если больно сделают женщине — она простит, а если мужчине — его потом непременно тянет отомстить всему миру? Почему женщины не мстят? Хотя хотелось бы порой! Почему…

— Насть… а чем мы сейчас занимаемся? Ради чего пришли на их сайт?

Помнится, я тогда так и не нашлась — что ответить. И, наверное, впервые задумалась серьезно — для чего все это?

Форум пикаперов.

Продолжение Лёлиной темы.

Леля:

— Хорошо, скрытные и ранимые мальчики. Я не прошу вас делиться чем-то личным и сокровенным. Но тогда, может, расскажете что-то менее секретное и трепетное? Например, какую-нибудь одну из первых ваших историй, когда вы только-только начинали свой путь пикапера? Или это тоже информация лишь для своих?

Грязный Стебщик:

— Нет, тут как раз ничего секретного нету, можем и поведать. Вот, например, моя история «из раннего» — про студенческие годы. Копирую сюда прямо со своего дневника:

Как говорится: «Мы все учились понемногу — чему-нибудь и… как-нибудь!» И я когда-то тоже тратил время на приобретение ненужных знаний и изучение вопросов, которые мне никогда в жизни не пригодятся, мучаясь всевозможными сессия, коллоквиумами, зачетными неделями и прочим бредом человеческого разума в педагогическом институте (Ха-ха! Что, не похож я на педагога? Да уж, Художник мне то же самое говорил. Мы с ним вместе учились). Было это давным-давно, в те стародавние времена, когда по земле еще бродили динозавры, Билл Гейтс искренне считал, что для любой компьютерной игрушки достаточно 64 Кб памяти, а я не только не был пикапером, но и слова-то такого не знал. Однако с девушками мне это спать не мешало, а зачастую случались со мной и очень забавные моменты. О некоторых из них я с удовольствием поведаю свету…

Первый курс, само собой, мы только-только приступили к мукам грызения гранита науки и присматривались друг к другу. Пединститут — это вам не школа милиции, парней там не много. На группу из почти 30 человек обычно приходится 1–2 парня. Но я, конечно, был только рад тому обстоятельству, что теперь общество моих знакомых увеличилось на 28 девушек (при почти полном отсутствии конкуренции), которым выпало несчастье учиться со мной в одной группе. Впрочем, о том, чем им это грозит, они в то время еще не догадывались. А я этим нагло пользовался!

На тот момент (когда произошла вся эта история) я весело проводил время с девушкой по имени Наталья, что, впрочем, не мешало мне строить глазки некоторым другим. Наташка была веселой неунывающей девчонкой, которая находила время и на то чтоб хорошо учиться, и на замечательное времяпровождение в неучебное время. Она была отличницей, и наша классная руководительница быстро записала ее в свои любимицы, но при этом Наташка абсолютна не была похоже на тех занудных зубрилок, которые целыми днями корпят над учебниками. Напротив, она была беззаботной и жизнерадостной, обожала шумно и весело проводить время, в чем я ей, конечно, помогал изо всех сил.

В ту пору мы были приглашены к одной из ее подруг на небольшое семейное торжество, куда собирались пойти вместе. Подруга ее была вполне взрослой девушкой, была замужем и ждала ребенка. На торжественное мероприятие, посвященное прибавлению семейства, мы и должны были заявиться. Пока же вместе ходили по магазинам, выбирали подарок и вообще «готовились»…

Но учитывая мою склонность к раздолбайству и нежелание быть серьезным, а так же тот факт, что от Наташки я ждал немного другого, неудивительно, что время шло, день праздника неумолимо приближался, а мы еще так ничего и не выбрали. И однажды вечером после очередного неудачного похода по магазинам моя спутница опубликовывает сообщение приблизительно следующего содержания: «Сколько это может продолжаться? Неужели глупый Стас не понимает, насколько это серьезно для ее подруги — рождение ребенка? А если так пойдет дальше, то мы вообще ничего не успеем! Короче, или я становлюсь серьезным, или…»

Продолжать, думаю, не стоит, общий смысл и так всем понятен. Я, разумеется, со всей горячностью заверил ее в своей серьезности, и мы договорились завтра же все найти, купить и приготовить. Но на завтра, по закону всемирной подлости, мне выпало убираться в нашем классном кабинете после лекций. Я бы с удовольствием послал подальше и уборку, и сам кабинет со всеми, кто в нем есть, так как нужны они мне были не больше, чем лысине — кирпичная стена. Но лишний раз объясняться с нашей классной руководительницей не хотелось (почему — поймете чуть позже), поэтому договорившись встретиться с Наташкой после уроков, я рванул наверх, надеясь, быстро развезти грязь по углам и смотаться.

Когда я уже заканчивал «драить палубу», на горизонте неожиданно возникло 62-ухлетнее существо с всклокоченными волосами, то бишь наша классная руководительница. (Вы, наверное, думаете, что я этой встрече жутко обрадовался? Да лучше бы мне в утреннюю кашу насрали!) Эта Горгона в образе человеческом мало того, что преподавала у нас Теоретические Основы Начального Курса Математики (для тех, кто не знает, что это такое, объясню в двух словах — хрень полная!), так еще и зорко следила за моральным обликом вверенной ей группы (то есть за нами). И, несмотря на мои отчаянные попытки выглядеть милым, наивным и воспитанным мальчиком, уже тогда начинала подозревать во мне волка в овечьей шкуре. Так что беседа с ней мне отнюдь не улыбалась, тем более, что внизу ждала Наташка.

Но наша классная в тот день появилась на моем горизонте явно не для того, чтобы обсудить красивый вид из окна и погоду на завтра. Она с плохо скрываемой подозрительностью завела со мной пространную беседу о морали и нравственности, намекая время от времени, что очень уж странные слухи про меня ходят в округе. Я, разумеется, заявил, что не стоит верить слухам, что вообще я «белый и пушистый, и совсем не квакаю», и как вообще она могла про меня такое подумать? Я же образец добропорядочности! Не пью, не курю, и морально не разлагаюсь… ну, разве что — самую малость!

Смущенная моим блефом, она виновата произнесла: «Ну, а мне показалось, что…» На что я тут же логично ответил: «Это Вам показалось!» Словом, я так вдохновенно и восторженно врал, что сам готов был поверить в собственную невинность. Казалось, мои заверения поколебали нашу классуху, но она не собиралась так быстро сдаваться и настороженно спросила: «А вот вчера я Вас видела вместе с Наташей… Куда это Вы ходили?» Наташка, как я уже говорил, была ее любимицей, и ее частое общение с таким разлагающим элементом, как я, конечно, кое-кому не нравилось. Я же просто и честно ответил: «В магазин!» Почти успокоившаяся классная словно бы между делом поинтересовалась: «В какой?» А я не задумываясь ляпнул, что называется, сдуру: «Ну, в этот, где товары для новорожденных младенцев продаются…»

У нашей классной зырики медленно выползли из орбит на лоб да так и остались там. На мое счастье в это время в ее комнатке (была у нас маленькая каморка позади кабинета, вроде лаборантской), закипел и забрызгал чайник, и она бросилась его выключать. Я же тем временем, вспомнив 4-ое правило Грязного Стебщика (Не стой, где попало, а то еще попадет!), уже собирался последовать этому мудрому совету, для чего начал медленно двигаться в сторону выхода… как вдруг в дверь влетела разозленная Наталья! Конечно, пока я тут вел пространные беседы с нашей классной, она дожидалась меня внизу, и теперь, устав ждать и решив, что я опять вздумал увильнуть, она ворвалась, как фурия, и завопила, как будто ей в штаны гремучую змею посадили: «Стас, ну что это такое??? Где тебя опять носит??? Ты же обещал быть серьезным!!! Сам ведь говорил, что рождение ребенка — очень ответственно и серьезно, а теперь снова — в кусты? Ведь у нас совсем мало времени, ребенок уже скоро родиться, а ты!!!»

Сила ее голоса достигала такого уровня, что впору было вывешивать штормовое предупреждение. И хотя я пытался как-то ее остановить и делал ей знаки, чтобы она замолчала, мол, не время сейчас, но, чтобы успокоить разъяренную Наташку, нужны рота солдат и канистра валерьянки, а ее как раз под рукой не оказалось. Так что заткнулась она только тогда, когда за моей спиной раздался скрип медленно открывающейся двери…

На пороге стояла наша классная все с теми же выехавшими на лоб глазами и беззвучно открывала рот, пытаясь, что-то произнести. Наташка вдруг покраснела и сбивчиво начала объяснять, что она совсем не то имела ввиду, но смущалась, путала слова, несла полную ахинею и, наконец, отвернулась, не зная, что сказать. А меня вдруг неожиданно пробило на «Ха-ха», и, задыхаясь от смеха, из последних сил стараясь сдержаться, я обнял Наташку за плечи и вытолкал из кабинета, после чего мы пошли вниз, предоставив потрясенной классухе самой разбираться, что к чему…

P.S. Конечно, на этом наша история не закончилась, но о ее продолжении я расскажу как-нибудь в следующий раз.

* * *

— Лель, а что за «свой дневник» Стас упоминает в этой истории? Ты о нем что-нибудь слышала?

— У них на сайте есть такой специальный раздел с блогами. Там каждый уважающий себя пикапер ведет «дневник соблазнителя» или что-то в этом роде. Записывают всякие интересные случаи, истории или просто мысли и размышления…

— Господи! Так они про каждую соблазненную ими девушку еще и отчеты потом пишут? И выставляют на всеобщее обозрение? Ужас! Может, и моя история там где-нибудь висит…

— Насть, ну что за истерики? Во-первых, там не только и совсем не обязательно про соблазнения. Некоторые пишут вообще о другом. О личностном росте, о работе над собой, просто о каких-то мыслях и т. д. Это же просто дневник, понимаешь? Человек пишет о том, что ему интересно, что его волнует в данный момент.

— Но ведь это же дневники соблазнителей! Или я что-то не понимаю?

— Ну, не только же соблазнением они занимаются все 24 часа в сутки. Они же не кролики. Есть у них и другие интересы. Я, кстати, тоже себе там аккаунт завела недавно.

— Ты??? Тебе-то это зачем? Тоже соблазнять кого-то собираешься?

— Нет, просто записываю иногда забавные случаи, произошедшие со мной, мысли всякие… Стихи свои иногда туда помещаю…

— Погоди, так истории соблазнения они там вывешивают или нет?

— Ну конечно, истории соблазнения там тоже есть, но зачастую читать их очень интересно — потому что красиво написано. И нередко соблазненные девушки сами с удовольствием читают и даже гордятся. Вспомни Юльку!

— Мда… я бы, наверное, так не смогла.

— А зачем ты про них начала спрашивать?

— Да вот хотела узнать — чем же закончилась эта история у Стаса. В твоей теме ничего больше нет, а он пишет, что это еще не конец. Вот я и подумала, что где-то должно быть продолжение.

— Да, у него в дневнике есть. Я читала уже. Сейчас покажу…

Итак, мы остановились на том, как в результате глупой случайности наша классная руководительница возомнила меня самым развратным соблазнителем всех времен и народов. Надо сказать, небеспричинно, поэтому я даже не протестовал. Да и глупо было бы пытаться что-то отрицать, она все равно бы не поверила. В такой обстановке прошло несколько месяцев, в течение которых я развлекался, как мог (ну, чтобы не разочаровать классуху — надо же было оправдать ее мнение), и вроде неплохо жил, но… Однажды случилось страшное — нашей горячо любимой классной руководительнице пришло в умную голову, что пора бы вновь заняться моей нравственностью (о том, насколько я был этому рад, в моей прошлой истории уже упоминалось, так что позвольте не повторяться, наверное, про утреннюю кашу вы еще помните). Так вот, однажды я удостоился высокой чести — меня пригласили в ее каморку (ту самую, из которой она выкатывалась, выпучив гляделки), на рюмку чая. Ну, то есть, в смысле — пить чай с печеньем и беседовать на низменные темы. Почему — «на низменные»? Ну, а что может быть ниже моей нравственности?

Выбора особо-то не было, поэтому я согласился. Нет, поначалу, все было еще терпимо — я скромно пил чай, закусывая печеньем и пропуская мимо ушей все пространные разглагольствования нашей классной. Но потом она как-то собралась, как будто перед чем-то важным, и пристально посмотрев на меня, решительно заявила: «Стас, как долго еще это может продолжаться? Ты ведь уже переспал с половиной колледжа, чего тебе еще надо?» Я подавился печеньем и хотел было честно сказать: «Вторую половину!», но, увидев с каким напряженным вниманием классная ожидает моего ответа, понял, что подобного она не переживет. Вид 62-летней женщины, умершей от инфаркта, мало способствует пищеварению, а один раз в тот вечер я уже подавился и больше не хотел, поэтому в душе моей шевельнулись остатки сострадания и любви к ближнему (7-ое правило Грязного Стебщика гласит: «Люби ближнего! Но не попадайся…»), и я, приняв виноватый вид, осторожно произнес: «Ну, вы понимаете, я все еще ищу лучшую, ищу ту, которая меня обязательно поймет, и с которой останусь навсегда…» Ну и так далее в том же духе. Трогательным и сентиментальным голосом я расписывал, как тяжело на свете одному, а наша классная понемногу смягчалась и наконец сказала: «Хорошо, Стас, но ты все-таки не затягивай свой выбор, хорошо? Пора бы тебе уже остановиться...» Я клятвенно обещал сделать это, на чем в общем-то наш разговор и закончился, и я в понуром настроении отправился домой. Ближайшее развитие событий не сулило мне ничего хорошего, если уж «оно» решило взяться за меня всерьез, то либо мне придется вести холостяцкую жизнь, либо сталкиваться с постоянными проблемами в виде ежедневных «разборов полетов» на разных там педсоветах и т. д. Ни тот, ни другой вариант меня не устраивал, а придумать что-либо новое у меня не получалось.

Поэтому хмурый и мрачный я спускался по лестнице, когда на меня вдруг наткнулась неожиданно вывернувшая из-за поворота незнакомая девушка. В другое время я не пропустил бы такой шанс, но теперь лишь буркнул что-то типа: «Аккуратнее надо быть!» и пошел дальше. Она прошелестела: «Извините», и тоже хотела было продолжить свой путь, но вдруг обернулась и крикнула мне вдогонку: «Простите, а вы не знаете, как пройти во второй корпус?» Я знал, а т. к. как раз туда я шел, то мы пошли вместе. Во втором корпусе в актовом зале в тот день был какой-то концерт, а мне хотелось немного развеяться.

Моя новая знакомая, которую, как оказалось, звали Викой тоже именно туда и направлялась. По пути мы разговорились. Я вопреки обыкновению был сдержан и молчалив (тяжкие раздумья подействовали), но она с таким живейшим интересом забрасывала меня вопросами, так заразительно смеялась и мило шутила, что оставаться равнодушным не было никакой возможности. Памятуя о недавнем нравоучительном разговоре, я старался вести себя воспитанно и обходительно, чем просто очаровал свою неожиданную попутчицу (даже мои близкие друзья всегда признавали: «Стас, ты мог бы быть очень милым, если бы не вел себя как редкостный развратник и сволочь»). Концерт был очень веселый и интересный, так что сидевшая рядом со мной Вика много и от души смеялась, а после него мы отправились погулять по городу. Ну, а дальше…

…Поздно вечером, сидя у меня дома, Вика вдруг решила позвонить домой, чтобы родители не волновались. Я принес ей телефон и вышел ненадолго, а когда вернулся, то был повергнут в ужас! Забравшись на диван, поджав ноги под себя, Вика весело болтала что-то вроде: «Да нет, мам, все нормально! Я тут еще задержусь не надолго… Кстати, была сегодня на концерте в вашем колледже, и хотя тебя не нашла, зато познакомилась со многими хорошими людьми. Знаешь, я даже не думала, что у вас такие воспитанные и галантные мальчики! Ладно, не волнуйся за меня, меня проводят. Ну, пока!» А на телефонном табло в это время горел номер нашей классной руководительницы! Никогда бы не подумал, что у такой мегеры такая дочка…

Вика уже собиралась положить трубку, когда я сказал: «Подожди-ка…» и, завладев телефоном, вышел в другую комнату, где скромным голосом произнес: «Татьяна Валентиновна, здравствуйте, это Стас. Я хотел вам сказать, что нашел то, что искал, и теперь Вы можете быть спокойны…»

Шок, последовавший на другом конце провода, трудно описать. Минут пять из трубки неслись нечленораздельные звуки, потом раздался звериный рев, потом умоляющий голос быстро и сбивчиво запричитала: «Стас, я тебя прошу! Забудь все, о чем мы говорили. Ты можешь развлекаться со всеми девушками колледжа, можешь спать со всеми от первокурсниц до выпускниц 96-го года! Можешь делать все, что хочешь, только…»

Я не стал слушать дальше и, повесив трубку, пошел к Вике, которая уже ждала меня в соседней комнате, и со всей искренностью сказал: «Ты даже не представляешь себе, как я рад, что встретил тебя!»

* * *

Лёля:

— Эх, Стас! Не умеешь быть романтичным? Говорить девушкам комплименты и просто красивые ласковые слова? Кстати, а ты вообще в курсе, что большинство женщин любят ушами?

Грязный Стебщик:

— Вот потому и побеждает меньшинство, которое любит ртом!

«Ну, Стасик как всегда — в своем репертуаре» — подумала я, дочитывая комментарии Лёли к истории Грязного Стебщика. Сама Лёлька лишь посмеивалась рядом.

— Эх… Женщины и правда любят ушами, — вздохнула я. — Но лишь до тех пор, пока они не забьются лапшой, навешанной мужчинами. Тогда женщины спохватываются, называют себя последними дурами, стряхивают лапшу и открывают глаза.

— А потом?

— Потом? …потом, Лёльк, история повторяется.

Мы обе рассмеялись.

— А вот у меня с ушами все в порядке, зато со зрением проблемы в последнее время. Помнишь, я рассказывала, что купила себе новую сумку — красную, ручки лаковые, блестят красиво? Вчера пробежалась, как рысь, по магазинам в надежде найти что-нибудь красненькое под эту сумочку. Захожу и вижу вдалеке что-то, явно похожее по цвету. Издалека не вижу, что именно, но цвет красный — то, что мне надо. Подхожу ближе… блин… висит огнетушитель!

Мы вновь залились смехом.

— Уж не влюбилась ли ты, Лелька, что глаза тебя так подводят?

— Эх, было бы в кого, Насть! Разве что в мальчиков-пикаперов… Скоро уж на них начну кидаться. Больше что-то ничего интересного в жизни не попадается. Все остальные какие-то банальные, среднестатистические и неинтересные.

— Зазналась? Начиталась пикаперских историй и…

— Ага. Познав лучшее, не просто с банальным.

— То-то я смотрю, ты на их форуме уже — «свой» человек. Все тебя знают, все тебе радуются, когда появляешься.

— Ну, я просто стараюсь со всеми доброжелательно общаться, стараюсь побольше про них узнать, чтобы быть готовой, если что. Уже весь сайт их облазила, чуть ли не наизусть выучила.

— Скоро сама станешь специалисткой в пикапе. Советы мальчикам-пионерам будешь давать.

— Я вообще-то уже даю… Ну, то есть, когда на форуме рассказывают о какой-то проблеме, просят помощи, я нередко подсказываю что-то, пытаюсь помочь… ну, просто высказываю свою, женскую точку зрения по этому поводу, взгляд с другой стороны, как бы. Наивно, наверное, получается. Надо мной там все смеются чаще всего. Но недавно в одной теме Рэндом сказал, что из всех пионеров я дала самый лучший совет. Вот! Мое самолюбие довольно помахивает хвостом! Трам-пам-пам!

— На всякие совместные пикаперские вылазки тебя не зовут еще?

— Нет. Пока только на свидания приглашают!

— О-о-о!

— Ага. В основном, мальчики-пионеры, конечно. Настоящих пикаперов я, видимо, мало интересую. Они надо мной только посмеиваются. А вот всякие новички только и делают, что пытаются познакомиться. Причем используют для этого одни и те же фишки, шаблоны и «прогрузы», описанные на сайте. Мне уже даже смешно. А потом сами же обижаются, что я постоянно их обламываю. Скоро запишут меня в динамщицы!

— А с кем-нибудь из них ты встречалась в реале?

— Было пару раз. Но там даже рассказывать нечего. Обычно я сразу вижу, что мальчик только пытается строить из себя пикапера, с умным видом задвигает подсмотренные на сайте фразы, а сам ничего из себя не представляет. Но если кому-то удается меня заинтересовать хоть чуть-чуть, то я могу и встретиться. Правда, пока из таких встреч ничего особенного не вышло. Скажем так, меня не поразили. Был один симпатичный, но не слишком уверенный в себе мальчик, так он какой-то тихий и спокойный по натуре, лишь изредка пытается придумать что-то такое, чтобы удивить девушку. Но при этом использует все те же шаблоны с сайта, которые мне давно уже известны. В общем, не то. Мне хотелось, чтобы искры из глаз и шило… сама знаешь — где! А этот только делал вид, что он супер-пупер-мега психолог и офигенно разбирается в девушках. И еще постоянно кидался фразами с как минимум двойным дном. С ним тяжело и неинтересно. Очень расплывчато говорил о себе, намекал на то, что его никто не знает полностью. А это так интригует! Собственно говоря, точно так же, как и злит. Но за всем этим ничего не стоит. Пришлось объяснить ему, что и как. Хех, злая я…

— Так им и надо. А из «настоящих» пикаперов никто к тебе не подкатывал?

— Говорю же, они надо мной только прикалываются вечно. И относятся как к какой-то забавной маленькой девочке. Разве что Рэндом… Мы с ним просто учимся в одном универе, как оказалось. Только он на 3 курса старше, конечно. Иногда встречаемся случайно, видимся мельком, перекидываемся парой фраз. До дома он меня подвозил как-то… Милый мальчик. С ним приятно поболтать. А еще так забавно наблюдать со стороны, как он с девушками в универе общается! Смешит их постоянно, прикалывает… Может совершенно незнакомую девушку за пять минут развеселить так, что у нее уже щеки болят улыбаться и колики в животе. Потом берет телефон и исчезает. А девушки еще долго остаются под впечатлением и даже не догадываются ни о чем. Наверное, думают, что это просто такой веселый и общительный мальчик, приколист. Но я-то знаю, что он — хитрец. А уж эта его история на форуме…Ну, в моей теме… Ты читала?

— Нет, кстати. Покажешь?

— Сейчас…

ХОРОШО РАЗЫГРАННАЯ ПАРТИЯ

(история Рэндома в Лёлиной теме)

Расскажу, пожалуй, и я одну из своих первых историй, когда я еще только-только начинал становиться пикапером.

Дано:

Девушка — 22 года, 7 из 10 баллов, романтичная, сама ищущая приключений.

Я — ловкий хитрец. Или хитрый ловкач, кому как нравится.

Секс — на первом свидании (оно же последнее).

Общее время общения — около 1,5 недели (по инету).

Впервые увидел эту девушку на фотографии у знакомой. Она (знакомая) рассказала, что девушку зовут так-то, что ей 22 года, что она недавно рассталась со своим парнем и находится в активном творческом поиске, а самое главное — дала номер ее аськи. Я сразу же загорелся, но, трезво оценивая свои силы (а может просто от неуверенности и пионерства), решил, что с такой красавицей мне ничего не светит, если я пойду обычным путем. И обратился за помощью к Художнику и Хакеру (это администратор нашего сайта, если кто не знает). Они мне и подсказали — один придумал план, разработал всю полностью стратегию и тактику, другой помогал с чисто техническими интернетовскими заморочками.

Так все и началось. Я разыграл случайное знакомство по ICQ и приступил к активным действиям по заранее намеченному плану. У нее на работе аська включена постоянно, так что мы можем болтать целыми днями.

Я представляюсь ей гостем из столицы (дело происходит в маленьком городке Нижегородской области), приехавшим на пару недель к другу. И начинаю играть роль эдакого самодостаточного, уверенного в себе мужчины, слегка подуставшего от всяких женских штучек, глупого кокетства, ломаний, капризов и т. д. Это чтобы она не вздумала строить из себя неизвестно что и ломаться. Любые ее попытки «воспитывать» меня или гнуть свою линию жестко пресекаются. При общении я использую смесь наездов и комплиментов, немного романтизма, немного цинизма, держу ее в постоянном напряжении, но в целом мне приятно с ней общаться, и ей со мной, похоже, тоже.

По ходу общения наши разговоры становятся все более доверительными, а само общение — более близким. Обсуждаем моду и стиль, тусовки и вечеринки, поведение парней и девушек… время от времени сворачиваем на разные откровенные темы, рассказываем друг другу случаи из прошлого и т. д. Я не делаю попыток «клеиться» к ней, просто постепенно наше общение становится настолько интересным, мы становимся настолько близкими и ведем настолько откровенные разговоры, что она сама уже хочет «познакомиться поближе», предлагает обменяться телефонами, встретиться в реале и т. д. До поры до времени я отказываюсь под различными благовидными предлогами.

Дождавшись, что девушка уже достаточно «разогрета», что она уже привыкла к нашему общению, и ей будет его не хватать, зная, что она уже утром спешит на работу, чтобы встретиться со мной, а вечером не хочет уходить, я вдруг пропадаю на 2 дня (не выхожу в аську, не пишу писем на «мыло», вообще не появляюсь в инете), а когда она уже начинает беспокоиться, посылаю ей письмо. Что-то вроде: «прости, солнышко, мне уезжать скоро, понятно, что за это время ничего серьезного у нас не получится, я знакомился с девушками по инету только для какого-нибудь мимолетного приключения, а к тебе отношусь теперь совсем не как к девушке на одну ночь, ты для меня стала чем-то большим, чем-то дорогим и близким, поэтому нам надо расстаться, ведь все равно никакого будущего нет, я уезжаю через 3 дня, писать больше тебе не буду…» и т. д., и т. п.

Ну, собссснно, кому не лень читать — вот письмо:

Перечитал еще раз нашу историю сообщений в аське — и самому тошно стало. Чего я тебе там сегодня понаписал? Как будто и не я даже.

С одной стороны — не хочу тебя обижать, с другой — не хочу ничего объяснять, и вообще… не специалист я по искренним и откровенным разговорам, не нравится мне «открывать душу» человеку, которого я вообще не видел даже, я человек циничный и наглый, жесткий и самоуверенный, а тут, млин, тянет на какую-то дурацкую слезливую романтику…

Ладно, давай по порядку. Постараюсь все же рассказать все откровенно, посмотрим — что из этого получится. Все равно никогда не увидимся, я даже телефона твоего не знаю, так чего уж…

Знаешь, меня откровенно раздражают твои шутки типа: «ты из Москвы только за развлечениями приехал… каждую ночь развлекался… и вот теперь надоело и от девушек устал?» С чего ты вообще это взяла? И с какой стати вдруг так ко мне относишься? Разве я вел себя с тобой подобным образом?

Но (отдаю должное твоей проницательности) определенная доля истины в твоих словах есть. Может, потому и раздражают, что похожи на правду. Я, как всякий настоящий мужчина, люблю женщин (и они, как правило, с радостью отвечают мне взаимностью), люблю знакомиться с ними, соблазнять их (порой даже соблазняюсь сам, иногда это оказывается даже более интересным — быть соблазненным кем-то), люблю поддерживать какие-то отношения или легко расставаться — все это в моей жизни было и есть. И конечно же, оказавшись здесь, я тоже был не против того, чтобы потом, по возвращению в Москву, было что вспомнить. Какое-нибудь яркое, запоминающееся приключения, или что-то в этом роде. И знакомился я с девушками первоначально только для этого…

Но потом… что-то во мне поменялось. Какое-то колесико внутри зацепилось не за ту шестеренку и все пошло не туда. То ли я просто устал от однообразия скучно-банальных историй, и мне захотелось чего-то нового, необычного, чего у меня еще не было… То ли в последнее время мне сплошняком попадались одни глупые малолетки, пустые внутри, вызывающие совсем неприятные впечатления… Знаешь, есть такой тип девушек — с мыслями на уровне школьных дискотек и интеллектом табуретки, которых интересуют только «пыво и чиста пацаны», весь разговор которых сводится к «У-у-у, дядь, какая у тебя тачка классная! покатай нас?», а внешний вид напоминает стильно одетое огородное пугало или плохую пародию на выставку мод в Советском Союзе в послевоенное время. И как им объяснить, что даже если бы я действительно скучал (а НАСТОЛЬКО я никогда не скучаю!), то — в спутницы себе я предпочитаю выбирать девушек интересных и красивых, причем (а зачастую и — в первую очередь!) не только внешне?

Нет, конечно, секс тоже может быть событием, и подчас — ярким и запоминающимся, но — только не с ними. Мне вообще трудно пробудить в себе мужские инстинкты, глядя на такое творение природы. Да и не прельщала меня никогда доступность, легкая победа не льстит моему самолюбию. А я — человек гордый и честолюбивый!

Короче, достало меня все это до самых печенок и в какой-то момент я задался вопросом — а есть ли вообще тут девушки, которые могут хотя бы разговор поддержать на интересную и серьезную тему, а не вешаются на шею первому встречному симпатичному парню, следуя извечной заповеди: «Хочешь сесть на шею — раздвигай ноги»?

Нет, есть еще, конечно, такая категория девушек, как динамщицы, но их не уважает никто, а я — меньше всех. Вычисляю быстро, нейтрализую ранней контратакой, позволяющей расставить все точки над Ё и заранее назвать все вещи своими именами. Тоже все банально, скучно и неинтересно. Проходили уже.

А вот куда же подевались девушки серьезные, вдумчивые, начитанные, женственные, НЕОБЫКНОВЕННЫЕ? Ведь хотелось же, чтобы в памяти потом осталось нечто яркое, запоминающееся…

Вот приблизительно такое настроение было у меня, когда я нашел тебя. Почему выбрал именно этот номер аськи — не знаю, действительно ткнул в первый попавшийся, но… Может, так сложились звезды, может, и правда — судьба, а может по чистой случайности нашел именно то, что хотел. Во всяком случае тогда так мне показалось. Да и до сих пор я тебя считаю необычной девушкой, не такой, как все тут. Поначалу был очень рад, что познакомился. Вот только долго поднимался и наконец-то встал интересный вопрос — что же делать с «не такой» девушкой в такой короткий срок? Просто поболтать о жизни, а через 2 дня расстаться? Поначалу я как-то не задумывался об этом, мне нравилась с тобой просто мило и непринужденно общаться, можно было в любой момент расстаться и никогда не встретиться, и от этого было как-то просто и интересно, легко и свободно. А вот когда я понял, что расставаться будет уже не так легко… вся легкость куда-то улетучилась…И слова куда-то потерялись, и язык заплетаться начал, и буковок в алфавите не хватает, как оказалось. Уж лучше бы я вообще не искал ничего особенного, все бы шло как обычно…А то получается, что нашел необыкновенную девушку, а что делать с ней — не знаю. Все. Тупик. Аут. Транс. Вот уж точно, как говорят философы — «на жизненном пути вы получите то, что хотели, но захотите ли вы потом то, что получили?»

Вот тогда я и решил, что хватит, наверное, пора ставить… многоточие. Привязываться к человеку нужно тогда, когда умеешь отвязываться.

Так что пусть наша сказка останется незаконченной, чем превратится в банальную до грусти реальную историю. Есть мечты, которые должны оставаться несбывшимися, и пусть будут сказки, в которых на последней странице будут стоять слова: «А ведь могло бы…

После этого еще два дня не появляюсь в инете, даю девушке время осознать все это, расстроиться, погрустить, подумать… Она постоянно кидает мне сообщения в аську, пишет письма, пытается ко мне пробиться, но я делаю вид, что меня в инете нет. Выжидаю паузу, даю ей помучиться, «созреть».

Вот пример ее тогдашнего письма, кстати:

Доброе утро.

Прочитала твое письмо только сегодня утром, вчера некогда было, поэтому я даже не заходила в почту и тупо поехала спать. Да, было здорово. Читала как книгу. Раньше я не особенно любила переписываться, так как письма представляли собой по большей части хронику событий, произошедших за короткий срок. Знаешь, иногда не так интересно читать, кто куда с кем пошел, чем они там занимались и что из этого вышло. Последнее время единственным человеком, от которого я ждала письма, как Нового года, была моя сестренка. Она не занимается констатацией фактов, она умеет рассуждать. Ее письма я всегда перечитываю по несколько раз и не потому, что почти все они на английском, просто у нее огромный к этому талант, видимо. Ей семнадцать, но иногда я думаю, что она намного мудрее меня, где-то даже умнее. Возможно, это все школа, где ребенку не столько вдалбливают, что дважды два четыре, сколько объясняют, как жить. Неважно, главное, что это так. К чему это я?

Кстати, хочу сказать тебе большое Спасибо. Благодаря твоему письму, а в большей степени тебе, у меня сейчас хорошее настроение. Я читала, и мне становилось так тепло-тепло, и так спокойно. Все это несмотря на то, что на самом то деле твое письмо было похоже скорее на отповедь, чем на простой рассказ о себе. Но все равно, можно было просто сказать: «короче, ничего мне от тебя не надо, живи дальше!», а ты сказал это так красиво.

Я прошу прощения, что в моем письме совершенно нет никакой логики и последовательности, просто сейчас я нахожусь на работе и моя голова занята не только эмоциями от твоего письма, но и тем, что мне еще надо успеть сделать..

И еще хочу сказать, не надо быть таким категоричным. «Мы никогда не увидимся, поэтому стоит поставить многоточие..»(это была цитата). Ну и что, что не увидимся, тебе обязательно надо видеть того, с кем ты просто переписываешься?

В общем, я была бы не против поддерживать отношения посредством таких вот писем. Но если тебе это не нужно, нет смысла мне писать, тогда скажи сразу. А что касается моего номера телефона, так это без проблем!! Только вот нужен ли он тебе?

Я так и не поняла, что ты за человек, у меня сложилось какое-то противоречивое впечатление, будто бы в тебе два человека.

Ответь, пожалуйста на мои вопросы. Не люблю недосказанности и незавершенности, не знаю как ты…

Было очень приятно с тобой пообщаться.

Хотелось бы многое тебе рассказать… и многое узнать

Последнее слово за Вами.

Всего Доброго!

P.S. Последний абзац (твоего письма) — … у меня не хватает слов……….

Если бы ты мог чувствовать мои эмоции...

Наступает последний день. Она знает, что завтра я «уезжаю», и больше мы никогда не увидимся. (На самом деле никуда я не уезжаю, конечно, но она так думает. И очень хорошо!) За полчаса до ее ухода с работы я посылаю ей письмо. Общий смысл его такой: «Я тут подумал… не хочу, чтобы все закончилось ВОТ ТАК, не хочу, чтобы мы с тобой так ни разу и не увиделись, а потом укоряли себя всю жизнь за то, что даже не попытались… завтра утром я уезжаю, но у нас есть еще сегодняшний вечер и ночь, так пусть же хоть что-то останется в памяти от нашей встречи… Давай я подожду тебя после работы и мы поедем ко мне?»

Короче, чуть ли не открытым текстом я ей говорю — приходи ко мне, трахаться будем. Если кому интересно, привожу тут текст письма дословно:

Subject: конструктивные предложения (письмо деловое, но нескромное)

From: Рэндом

To: Алёнка

Уважаемая г-жа Алёна!

Довожу до вашего сведения, что вчера вечером и сегодня утром меня катастрофически не хотели покидать:

а) всякие дурацие мысли;

б) отвратительное настроение;

в) желание что-то изменить.

В целях забыться и отвлечься я даже стал нервно курить и читать какой-то журнал. Но это оказалась некая женская галиматья в духе «Упс!» или «Космо», от которой меня начало тошнить. Ненавижу женские журналы! … с их советами на тему — что делать…

Еще полчаса я изучал потолок и медитировал над вопросом: «Какого хрена?». После чего решил, что все! ХВАТИТ! НАДОЕЛО!

Сколько еще можно играть с гормонами, дразнить друг друга и по-детски заигрывать в асе? В конце концов, такое поведение вредно для здоровья! Не пора ли мне становиться самим собой, в конце концов????

Так что теперь я предлагаю вашему вниманию бизнес-план развития наших с тобой дальнейших отношений. Обойдемся без грустных писем по e-mailу, без забавных смс-сок и получасовых разговоров по телефону — у нас на это времени просто нет. Не станем, как все нормальные люди, на начальном этапе знакомства больше прикалываться и шутить, чем говорить серьезно, чтобы замаскировать волну непонятной теплой нежности, которая просыпается в душе при виде знакомого ника в аське, и которую нужно срочно спрятать, чтобы никто не догадался. Не будем рассуждать на отвлеченные темы, натянуто шутить и травить байки о случаях из прошлого. Не будем заканчивать разговор с ощущением какой-то недосказанности и незавершенности, чтобы потом в 12 часов ночи идти пить горький кофе и курить на лестнице. Плюнем на всякие предварительные флирты и…

Ведь все равно оба мечтаем о встрече, пусть короткой и непродолжительной, все равно хотим провести хотя бы один вечер вместе, посидеть рядышком, поболтать о жизни, пооткровенничать, посмотреть друг другу в глаза… а там — будь, что будет. Можем и легко разбежаться, чтобы никогда не увидеться, а можем и проснуться на следующее утро в объятиях друг друга и еще долго не вставать, нежиться, обнявшись, в лучах утреннего солнца, слушать, как стучит рядышком любимое сердце… Потом расстаться без слез и сожалений, с одним только радостным чувством, и жить потом в сладких воспоминаниях и легкой светлой грусти…

Знаешь, я может быть дурак, может быть — наглец, может быть хам и аморальный тип, раз предлагаю тебе такое, называй, как хочешь, но Я ПРОСТО НЕ МОГУ взять и уехать сейчас, и ДАЖЕ НЕ ПОПЫТАТЬСЯ с тобой увидеться!

А если ты думаешь, что тебе удастся отшутиться от меня шуточками и приколами в аське и сбежать с невинным видом милого ангела или просто дождаться, пока я уеду, …то довожу до вашего сведения, очаровательное создание, и зарубите это на свое ангельском носике: мой любимый фильм называется «Убить Билла»!:-))

Я жду тебя после работы, черный БМВ, слева от входа, не задерживайся!

Гость из Москвы, похититель женщин.

P.S. И, может быть, наша сказка будет иметь совсем другой конец…

Ну а дальше… Оцените красоту момента! У нее меньше получаса на раздумье. Она знает, что если откажется, то мы больше никогда не увидимся. А ведь она уже почти влюбилась заочно, да и любопытство женское — штука мощная! Надо же ей хотя бы посмотреть на того человека, с которым она до этого общалась только виртуально и видела лишь на фотографиях. Тем более, несколько дней она страдала, мучалась, уговаривала меня появиться, проклинала за то, что я не захотел с ней встретиться хотя бы один раз, а тут сама… Короче, решение ее предопределено заранее.

Жду ее после работы. Встречаю, беру за уши, тащу к себе домой. Что тут еще рассказывать?

Красивый вечер, красивый секс… откровенные разговоры по душам и снова секс… и так до утра. Утром мы прощаемся. Честное слово я пожалел, что мне непременно нужно «уезжать»! Но в такой ситуации лучше расстаться и никогда не встречаться больше — чтобы не портить девушке красивую сказку, в которую она верит. Итак, я «уехал». Навсегда.

* * *

— Мда…Даже страшно становится — неужели они любую девушку так развести могут? Манипуляторы чертовы! И так просто… Ведь одни и те же приемы используются. Даже слова и шаблоны у Художника взял, я их читала уже.

— Ну, так всегда бывает с новичками, — Лёлька, видимо, и вправду не зря сидела на сайте и была уже «в теме». Во всяком случае, вещала достаточно уверенно. — Начитавшись всяких отчетов и красивых примеров, они тоже хотят, чтобы у них так было. И кидаются с места в карьер — использовать всякие крышесносы, различные «фишки» и шаблоны с сайта, не понимая, что само по себе это не сделает их профессиональными соблазнителями. Не изменив себя, вряд ли стоит рассчитывать на изменение отношения девушек к себе. Тем более, что чужие фишки, используемые уже другим человек и с другой девушкой, зачастую не к месту и не ко времени, могут не работать, да и выглядят просто смешно. Но новички нередко этого не понимают и учатся не тому, чему надо. Их хотят научить стать другими и тогда, как следствие — раз у них не будет проблем с самим собой, с самооценкой, с уверенностью в себе, с гордостью, с отношением к жизни, к окружающему миру и себе самому — то не будет и проблем с девушками. А они хотят остаться теми же мальчиками-пионерами, но чтобы все их воспринимали по-другому. В результате строят из себя кого-то, кем на самом деле не являются. И выглядит это просто смешно.

— Что ж тут удивляться… Что хочешь, то, собственно, и получаешь. Что берешь, то и в руке. Видела я как-то летом еще на Бродвее горе-пикаперов…

— Где-где?

— На Бродвее. Только не говори, что не знаешь — где это. В каждом городе есть свой «бродвей» — какая-нибудь самая широкая и красивая улица, где любит гулять народ, где по вечерам собирается молодежь, где девушки гуляют парочками или стайками и делают вид, что любуются красотами природы.

— И, разумеется, любуются они только природой, и вообще они «не такие», они на 10 копеек дороже?

— Ага, примерно так. В Москве это — Арбат, в Питере — Невский проспект, в Нижнем — Покровка… Так вот как-то однажды, еще летом, мне подруга показывала там компашку мальчиков, которые пытались познакомиться с девушками. Жалкое зрелище, скажу я тебе! Бледные, неуверенные в себе, краснеющие и заикающиеся, на ватных ногах и с трясущимися руками они дружно бубнили с каждой новой девушкой одну и ту же (видимо, прочитанную в какой-то книжке) охрененно умную фразу. Разумеется, все их посылали подальше. А подружка тогда сказала мне, что это — пикаперы, дескать, профессиональные соблазнители, которые охмуряют девушек. Я тогда долго смеялась. Ну кого они могут соблазнить??? Сейчас-то понимаю, что те «горе-соблазнители» с настоящими пикаперами не имеют ничего общего. И что зря я недооценивала последних, ведь когда будешь общаться с ними — никогда не догадаешься…

— Да… он почти так и сказал…слово в слово…

— Кто???

Мне показалось, что Лелька замялась. Видимо, последние слова вылетели у нее как-то машинально, не задумываясь, а теперь… Во всяком случае, она заметно смутилась, когда отвечала:

— Нууу… Художник! Я тут ему письмо написала недавно. На форуме в личных сообщениях. Такое… недовольное, с наездами. Просто как-то раздражать меня стала эта его самоуверенная манера и постоянные рассказы об огромном количестве девушек. В этой истории тоже…ну, которую он рассказал в моей теме на форуме… В общем, написала я ему что-то вроде — тебе самому-то не стыдно, каждый раз так поступать с девушками, и почему они только ведутся на твои приёмчики, ведь с самого начала понятно же, что тебе от них только одного надо. И все в таком духе…

— А он тебе что-то ответил?

— Ответил… — Лелька опять смущенно отвела глаза. — Посмеялся, как всегда, надо мной. Говорю ж, меня там никто из них всерьез не воспринимает, прикалываются все только. Зато порассказывал мне о том, кто такие, по его мнению, пикаперы. Можешь почитать у меня в аське в истории сообщений…

* * *

Лёля:

— Хм… а вот не подскажешь, что выбрать… что лучше, на твой взгляд — черное кружево или белый шелк?:)

NIK:

— Ну, шелк приятнее, кружева сексуальнее.

NIK:

— Нельзя черные шелковые с кружевами?

Лёля:

— Можно леопардовые шелковые с черными кружевными вставками:)

NIK:

— Это то, что надо!

Лёля:

— Да? Ну хорошо… спасибочки, что шторки помог выбрать в мою комнатку

NIK:

— А-а-а, так ты про это… (разочарованно)

Лёля:

— Ага. Всего-то. Ну, мне пора уже…

NIK:

— Блин! …а нет, погоди!

Лёля:

— Что?

NIK:

— Лёля, позволь спросить, а что ты делаешь сегодня вечером?

Лёля:

— Скворечник!

NIK:

— Какой еще скворечник???

Лёля:

— Ну, деревянный… А что?

NIK:

— Да я просто хотел тебя кое-куда пригласить…

Лёля:

— Ну, приглашай!

NIK:

— Ой, Лёль, а пойдем в одно замечательное место…не скажу пока — в какое…но тебе там понравится, потому что…

Лёля:

— Не могу.

NIK:

— Почему???

Лёля:

— У меня скворечник дома недоделанный…

— Лёльк, это что такое?

— Ах, это… Не обращай внимания. Это я над одним мальчиком-пионером издевалась. Переписка с Художником ниже…

* * *

— Вообще, конечно, не ты первая, не ты последняя. Мне нередко задают подобные вопросы разные маленькие наивные девочки, которые не могут ответить на них сами. И вопрос о совести и стыде в них фигурирует чаще всего.

Я долго думал над этим вопрос. В разное время отвечал по-разному. Уточнял, переспрашивал, конкретизировал. Вопросов в итоге стало много. Что ж, постараюсь ответить на все.

Испытываю ли я угрызения совести за то, что мне нравятся женщины? Нет.

Мучает ли меня то, что меня иногда хотят в сексуальном плане? Скорее, радует.

Огорчен ли я тем, что умею общаться с женщинами и чаще всего легко добиваюсь того, что хочу? Нет.

Делал ли я то, что «нельзя» было делать? Да. Много раз. Но не больше того, что девушки обычно делают с парнями.

Напрягает ли меня то, что женщинам со мной нравится общаться? Что нередко ради этого они делают всякие глупости? Ничуть. Это их проблемы.

Вообще, меня редко мучает совесть теперь. Можно сказать, что я ей велел заткнуться и она не вякает без особой нужды.

Так что, все хорошо? Не совсем. Есть пара случаев, забыть которые я не могу до сих пор. Но о них речь еще впереди.

Ну, а кроме этого есть еще одна вещь, которая может казаться «плохой», а может — хорошей. Смотря как и откуда смотреть. Это просто наблюдения по многочисленным случаям общения с девушками. Замечено, что после общения с продвинутыми ребятами из нашей компании женщины часто «поднимают планку» относительно мужчин. То есть им скучно (грустно, плохо, неуютно — нужное подчеркнуть) с «обычными» ребятами. Обычные ребята не умеют быть такими, как мы. Это не хорошо и не плохо, это просто есть. Но все равно может причинить множество душевных страданий.

Познав лучшее, непросто с банальным.

—

— Вот нахал! Пожалуй, ты была права… А насчет горе-пикаперов он тебе что-то отвечал?

— Да, пролистай ниже…

—

— Нет, Лёлик, ты, конечно, во многом права относительно этих неуверенных в себе мальчиков, и я даже не буду спорить, но… Одного никак не пойму — причем тут пикаперы???

— Как — причем?

— Да вот так. Потому что описываемые тобой — это кто угодно (пионеры, новички, типичные фрустрированные неудачники), но только не пикаперы! Конечно, может, когда-нибудь они ими станут, но пока до этого еще очень далеко. И судить по ним…

— Можно подумать, ты родился на свет сразу же таким креативным и самоуверенным. Все ведь с чего-то начинают. Наверное, и ты раньше был другим.

— Все мы были другими когда-то. Я вот помню, полгода назад, когда мы только-только начинали переписываться, когда ты пришла к нам на сайт брать интервью для своей статьи — тебя вообще было не узнать. Была такой маленькой противной девчонкой с кудряшками. А сейчас…

— А что сейчас? *кокетливый смайлик*

— Ну-у-у…сейчас ты выросла, у тебя больше нет кудряшек, и ты стала… еще противнее!:-)

— Блин, Найджел!!!! Что ты надо мной издеваешься постоянно??? Как будто я маленький глупый ребенок…

— Ну почему же сразу — глупый? Ребенок ты смешной и забавный, и вообще — умница. Хотя и скрываешь.

— Ага! То есть, на вид — дура дурой, а присмотришься — ан нет, соображает еще, да? Хотя что это я… Мне комплимент сделали, а меня что-то на глупый стеб потянуло… Ну, с кем не бывает! Простите великодушно:)

— Прощение даровано. Если обещаешь впредь не спешить с выводами. А то знаешь, у тебя получается как будто… Вот смотри, приведу аналогию: пришла как-то однажды милая девчушка в спортивный зал, потому что что-то где-то краем уха услышала о спорте. И решила проверить. А там она видит пару мужиков с пивным пузом и дряблыми мышцами, которые десять лет сидели на попе, а потом вдруг спохватились и решили зайти — немного порастрясти жир. Разумеется, у них пока мало что получается, до спортсменов им далеко, а большинство упражнений, которые они делают, выглядят, мягко говоря, смешно. И девушка решает, что эти парни — придурки, спорт — вообще дурацкое занятие, и те, кто говорят, что он полезен и нужен — просто врут! Улавливаешь аналогию?

— Мда… Ладно, я поняла твой намек. Но вот скажи тогда — почему, если девушку спросить о том, кто такие пикаперы, то в первую очередь она вспоминает именно таких пионеров?

— А сама как думаешь? Ведь если с девушкой общается настоящий пикапер, то она просто никогда не догадается о том, кто он. А вот если такой пионер, называющий себя пикапером, то…

— Блин, рассмешил! Как представила себе такое…

— Вот тебе еще одна аналогия, если уж мы о них заговорили: знаешь, был (да и есть) на свете белом такой непревзойденный гитарный герой — Ингви Мальмстин. Запомнился миру неподражаемой техникой игры на гитаре, бунтарским характером и умением преодолевать любые трудности. Играл он так, что про него говорили, будто он продал душу дьяволу. С невообразимой скоростью бегал пальцами по гитарному грифу от первого лада до 24-го. Играть на гитаре научился разве что не раньше, чем ходить, а в 13 лет создал свою первую группу. Когда у него умерла от рака мать, когда ураган разрушил его дом, когда он дважды ломал правую руку, а один раз вообще врезался на машине в дерево и 18 месяцев не мог играть — он только стискивал сильнее зубы и принимался работать упорнее, не желая сдаваться. Так-то вот… Худощавый длинноволосый подросток с глазами голодного волчонка едва не перевернул мир, устроив революцию в рок-музыке, создав свой собственный стиль, которому бросились подражать миллионы по все стране. Но мало кто мог сравниться с ним, слишком уж высоко он задрал планку. Поэтому армия подражателей рангом поменьше не стремилась, как правило, создать что-то свое, они не придумывали новых глубоких и одухотворенных произведений… Они просто брали из его музыки какой-нибудь замечательный отрывок, какой-нибудь интересный гитарный ход или сложный пассаж, тупо зазубривали его, а потом повторяли по 100 раз где-нибудь в компании, желая выпендриться. Все это привело к тому, что настоящих ценителей музыки стало просто тошнить от подобного стиля. Появились даже специальные термины или прозвища вроде «фишечник», «шлифовальщик грифа», которыми характеризовали тех, кто стремился к бездумному повторению высокоскоростных и сложных, но пустых по духовности гитарных ходов. И много убийственной критики в свое время вылили и на самого Ингви, которого считался создателем такого стиля. Хотя уж он-то меньше всего был в этом виноват.

— Ага… кажется, я понимаю, что ты хочешь сказать…

— Вот-вот. То же самое и в пикапе. Когда туда приходит какой-нибудь новичок, мальчик-пионер, он видит столько всего такого, что ему самому крышу сносит, и хочется поскорее всему этому научиться, все попробовать, все применить. И, не впитав в себя саму суть, не проникнувшись глубинным настроением, он стремится к чисто внешним эффектам. Его тянет выпендриться, применить какой-нибудь убойный шаблон или красивый крышеснос, он пока еще не понимает, что это — не главное. И что менять нужно сначала себя, а уж потом ждать, что изменится отношение девушек к тебе. Ведь пикап, по сути, это не тренинг соблазнения. Это тренинг личностного роста.

— Как это??? Не тренинг по соблазнению?

— Понимаешь, основная мысль пикапа в том, что когда у тебя не будет проблем с собой (с собственным внутренним миром, с отношением к себе и к жизни, с самооценкой и уверенностью в себе, с внешностью и положением в социальной пирамиде), то тогда и с девушками проблем не будет тоже. Но для этого надо заниматься в первую очередь собой, а не зубрить шаблоны.

— Но ведь все ваши новички, мальчики-пионеры… они приходят туда только за сексом! Ведь начинается все с того, что им, уж простите, трахаться хочется, а никто не дает!

— Приходят — да, за этим. А остаются ради чего? Начинается все с этого, а продолжается чем? Или ты думаешь, что люди которые не один год занимаются пикапом, не бросают это свое увлечение лишь потому, что не натрахаются никак? Ох, веселые у тебя представления о мужчинах, Лелька!

— Ну, не смейся… Объясни лучше по-человечески! Так все начинается с секса? Как с приманки, как с движущей силы? А потом?

— А потом… знаешь, вот тебе еще одна аналогия. Тоже музыкальная (мне эта тема как-то ближе). Одному из величайших гитаристов, каких я только знаю, как-то задали вопрос — с чего, собственно, все началось? Что заставило его стать музыкантом? А он рассмеялся и ответил: «Если кто-то скажет вам, что он начал учиться играть на гитаре не для того, чтобы укладывать девушек в постель, то знайте — перед вами откровенный лжец!»

— Да уж…:)))) Как все банально и просто в этом мире! Ладно, последний вопрос. Ты вот постоянно говоришь «это не настоящие пикаперы». А кто же тогда — настоящие? Как отличить настоящего пикапера от того, кто им только притворяется? И вообще — кого считать пикапером, а кого нет?

— Хм… Интересный вопрос. Сложно подобрать критерии оценки, но… Вообще, само слово это за последние годы стало сильно испорчено. Видимо, из-за большого наплыва интересующихся им. А как следствия — там, где массовость, там и придурков тоже хватает. Пикаперами называют себя многие, кто на самом деле никогда им не был и не будет. Так называют себя те, кто грязно пристаёт к женщинам на городских улицах, оскорбляя их и достоинство окружающих. Те, кто по книжкам или форумам пытается выучить 2–3 расхожих шаблона и думает, что после этого все девчонки начнут давать. Те, кто, не веря в собственные способности и данные, использует всякие грязные техники и методики внушения всего лишь с той целью, чтобы девушка оказалась с ними в одной постели. А потом пытается хвастаться. Особенно это забавно выглядит, когда молодой человек сам по себе смазлив, и девушка просто сама даёт ему применять его секретные методики, думая, что это просто милая болтовня или мелкие чудачества, спокойно разрешая увести себя в постель.

Если это — пикаперы, то я не хочу принадлежать к их числу. Хотя, на мой взгляд, это просто придурки, неудачники или бабники. На выбор.

А кто же тогда пикаперы? Лично я назвал бы пикапером того, на кого приятно смотреть, когда он общается с женщинами. В чьём общении с противоположным полом присутствует какая-то безумная энергетика. Что-то необычайно теплое и позитивное. При этом он необязательно выполняет роль клоуна-развлекателя, пытаясь блеснуть остроумием и заполняя собой эфир. Есть те, кто больше молчат. Но все равно в них чувствуется нечто живое и настоящее, какая-то огромная внутренняя сила и уверенность в себе. Находиться рядом с такими девушке комфортно, приятно и весело. Может, не всегда весело, конечно, но удовольствие от этого она получает. А даже если и не получает, то ее потом все равно тянет назад — продолжить это общение.

Такой вот странный парадокс.

Я бы не стал называть пикаперами мальчиков-пионеров, которые выходят по вечерам на улицы и пристают к девушкам с одним-единственным вызубренным шаблоном. И тех, кто старательно пытается бубнить себе под нос заученные слова и фразы, совершенно не понимая, что это — не его роль. А так же тех, кто верит, что не изменив себя, можно изменить отношение девушек к себе. Всем им еще предстоит много учиться.

А как знакомится настоящий пикапер? Ты знаешь, он, собственно, вообще не знакомится. Чаще всего, ему это просто не нужно. И не будет он приставать на улице к девушке с глупыми фразами, пытаясь все-таки выпросить у нее заветный телефончик. Так делают только мальчики-пионеры.

Пикапер же просто видит милую симпатяшку, которая ему нравится. И дает ей понять это. Невербально. И, скорее всего, в ней очень скоро появится нечто похожее на ответное чувство. А потом они просто начинают общаться. Легко, не напрягаясь, непринужденно. Не выискивая темы для разговоров, не стараясь нарочно сказать что-нибудь умное и глубокое. Это и не нужно. Достаточно быть собой.

Пикапер просто открывает двери в свой мир и предлагает девушке войти в него. Только если она хочет и если ей там нравится. Бывает, что ей это не нужно, и тогда пикапер уйдет легко, оставив ее одну общаться с собственными тараканами. Но почему-то девушки чаще всего не отказываются. Входят и… остаются. На какое-то время. Пока вокруг них звучит негромкая музыка, неслышная окружающим, пока где-то рядом распускаются цветы и загораются на небе звезды. Когда всего этого не будет — пикапер уйдет. Но бывает так, что музыка продолжает играть и после его ухода. И играет еще долго…

Ну и конечно же, когда настоящий пикапер соблазняет женщину, то… он ее не соблазняет. Точнее, это не он ее соблазняет. Это обоюдный процесс. Он не придумывает техники, не калибрует реакции, не делает кинестетику и не играет в ближе-дальше. Он просто живёт и дышит. И есть ощущение какой-то благодати, какой-то высшей силы, которая через него в этот момент действует, а он просто готов для неё открыться и стать её орудием в мире. Добровольно и осознанно, а не слепым и бездушным. В этот момент пикапер является олицетворением какого-то большого вселенского начала и простой незамысловатой истины, которая известна всем с детства, но дается в руки немногим. Какого-то большого мирового смысла, который в этот момент выражаются в любви с этой конкретной женщиной.

Тогда это — пикапер, это мастер, это творец и создатель миров…

–

Многое мне хотелось сказать тогда, много чему возразить и к чему придраться. Слишком уж напыщенными и скрывающими за красивой формочкой свою подлую суть казались мне эти слова. Но то ли я слишком устала тогда, то ли просто не хотелось ввязываться в очередной спор и разводить дискуссии. Поэтому я лишь попросила Лелю показать мне ту самую историю, написанную в ее теме.

История Художника

Раз уж пошла такая пьянка, надо и мне вспомнить одну из своих самых запоминающихся историй того периода.

Стасик уже упоминал, что мы с ним учились вместе в одном учебном заведении. А закончив его, получилось так, что я почти весь и всегда находился на работе, так что даже на поиск девочек и знакомство с ними оставалось крайне мало времени. И тогда, спортивного интереса ради и успешного пикапа для разместил я на нескольких интернет-сайтах, посвящённых важному и нужному делу знакомства мужчин с женщинами (и наоборот), свою анкету и принялся ждать результатов. Детали оформления и содержания анкеты не буду тут уточнять (тем более, что где-то на сайте они уже выложены), а вот результаты… Так вот, результаты не замедлили проявиться, и моя жизнь с течением времени наполнилась симпатичными и интересными девочками, количество которых возрастало день ото дня. Конечно, далеко не со всеми и не всегда дело заканчивалось именно сексом, но мне к тому времени уже куда как интереснее было наносить «точечные удары» и пристально следить за обратной связью.

Девочек было много, я был один… и мало-помалу я понял, что времени, сил и средств на всех у меня явно не хватит, в результате чего обленился, расслабился, стал очень разборчив, а потом и вовсе «понизил значимость» своих новых перспективных подруг до минимума, практически открытым текстом предлагая им за меня, клёвого, поконкурировать между собой. Не сочтите это пустым выпендриванием, а сочтите примитивным описанием моего внутреннего состояния в момент, когда в ICQ появляется очередная прекрасная незнакомка. Итак, сидючи однажды вечерком за компутером, случилась у меня такая вот беседа, инициатором которой стала главная героиня моего рассказа.

[Комментарий: ниже приводится довольно обширный и подробный лог беседы по ICQ, вы можете его запросто пропустить, ибо в своих недрах лог не несёт никакой сенсационной информации, привожу его лишь для тех, кому интересны нюансы происходящего. Малозначительные детали поскипаны, кое-где расставлены недостающие знаки препинания, всякие там тире и точки.]

Девочка: Прочитала Ваше объявление и решила не упускать шанс…

Я: Молодец.:) Ко мне можно на ты, я не беременный:)

Девочка: А разве у мужчин такое бывает?

Я: У них ещё и не такое бывает.

Девочка: В Швейцарском банке лежит 1.000.000.000 $, тому мужчине кто родит…

Я: Вот сначала пусть родит:).

Девочка: А сейчас дома или на работе?

Я: Дома.

Девочка: А почему так рано дома?

Я: Я вообще в офисе появляюсь, когда хочу.

Девочка: И часто хочешь?

Я: Не очень.

Девочка: И много девушек не захотели упускать свой шанс?

Я: На сегодняшний день около 200.

Девочка: Какой популярный… это много.

Я: Я знаю:).

Девочка: Очень самоуверенно.

Я: А что делать? Жизнь такая, по-другому нельзя:).

Девочка: А что по жизни «в живую» претенденток мало?

Я: Много. Интернет — та же жизнь, только попроще. В реале мне больше нравится знакомиться.

[Комментарий: в разговоре появляется значительная пауза.]

Я: Всё, интерес иссяк?

Девочка: С Вами всё ясно, что претенденток хоть отбавляй, и мне делать среди них нечего…

Я: Что за упадничество такое:)) Ты так просто сдаёшься?

Девочка: Да, я не привыкла соперничать…

Я: Так может и не придётся.

Девочка: Может.

Я: И на чём ты остановишься?

Девочка: Я ухожу в подполье…:)

Я: Странный выбор. Может, перед уходом фотографию свою пришлёшь?

Девочка: Пришлю… по аське … правда я на ней не одна, а с тетей и братом…

Я: А почтой можешь?

Девочка: А почему не аськой?

Я: У меня файерволл не пускает файлы через аську.

Девочка: Отправляю…

Я: Ок.

[Комментарий: в разговоре появляется значительная пауза]

Девочка: Всё, интерес иссяк?

Я: Ты отправила?

Девочка: Да.

Девочка: Уже давно.

Я: Сейчас заберу…

Я: А ещё есть?:)

Девочка: А что, мало?

Я: Нет, не мало, но хочется ещё. Есть?

Девочка: Есть, но с крестницей. Высылать?

Я: Ага.

Девочка: Жди…

Я: Всё получил.

Девочка: Всё, интерес иссяк?

Я: Нет, даже наоборот:).

Девочка: А у тебя есть еще какие-нибудь фотографии?

Я: Навалом.

Девочка: Может быть, вышлешь?

Я: А ты какие уже видела?

Девочка: Какие были в объявлении…

Я: Ну напомни, что там было.

Девочка: Я не помню, шли любые…

Девочка: Жду…

Я: Отправил.

Я: Наслаждаешься?

Девочка: У меня зависла почта… до наслаждения далеко…

Я: Жаль:) Могу помочь?

Девочка: Чем?

Я: Ну не знаю, может быть добрым советом?

Я: Есть прогресс?

[Комментарий: в разговоре появляется значительная пауза.]

Девочка: Меня выкинуло…

Девочка: Алло…

Я: Получила фотографии?

Девочка: Да, и уже насладилась просмотром…

Я: Отлично:).

Я: Тебя помимо интернета где-нибудь ещё найти можно?

Девочка: В мультиках:) а где ты меня хочешь найти?

Я: Ладно. Упрощаю вопрос:) Телефон у тебя имеется? Чтобы я по нему позвонил и тебя пригласил в какое-нибудь достойное местечко.

Я: Вспоминаешь?

[Комментарий: в разговоре появляется значительная пауза, часов так 10–12. На следующий день…]

Девочка: Привет!

Я: Привет.

Девочка: Меня вчера выкинуло и надолго…

Я: Я был вне себя:)

Девочка: От чего?

Я: От твоего отсутствия:)

Девочка: Я тоже была вне себя, хотела с тобой о многом поговорить, но не смогла…

Я: Даже о многом?

Девочка: Даже…:)

Я: Ты где живёшь территориально?

Девочка: на XXXXXXX А ты?

Я: возле XXXXXXX

Девочка: Да, далеко.

[Комментарий: в разговоре появляется значительная пауза.]

Девочка: А еще что у тебя интересного в жизни, чем увлекаешься?

Я: Да много чего интересного. Увлекаюсь, как ты знаешь, женщинами:) Хочу вот тобой увлечься.

Девочка: И как ты будешь мной увлекаться?

Я: Сначала несильно, чтобы совсем не увлечься. Потом несколько сильнее. Это процесс творческий, сама знаешь, не маленькая:)

Девочка: Я еще очень маленькая:)

Девочка: А сколько это времени займет?

Я: Иногда хватает секунд. Хотя за одной мадам я ухаживал несколько долгих лет, пока она не ответила мне взаимностью:)

Девочка: Это интересно…

Девочка: Где будешь справлять Новый Год?

Я: Вот сейчас эта тема бурно обсуждается. Возможно — в Питере. А ты?

Девочка: Возможно дома.

Я: А где ещё возможно?

Девочка: Пока нет подходящих мест… пока еще не придумала…

Я: У тебя есть такой ресурс как свободное время?

Девочка: Есть, а у тебя нет?

Я: А ты почему спрашиваешь?

Девочка: Просто так…

Я: И у меня есть. Объединим усилия?

Я: Чем ты занимаешься?

Девочка: Сейчас дома сижу.

Я: А вообще? Куда-нибудь с какими-нибудь целями выбираешься?

Девочка: Конечно.

Я: Информативно:). Куда и с какими? В глаза смотреть!

Девочка: В центр, погулять по магазинам, зайти куда-нибудь покушать или еще что-нибудь.

Я: Конкретизируешь свои предпочтения?

Девочка: Ты же сказал смотреть в глаза, вот и …

Я: Что вот?

Девочка: А ты куда выбираешься?

Девочка: Конкретизирую.

Я: В последний раз был в клубе совсем недавно.

Девочка: В каком?

Я: В «МАТРИЦЕ». Завтра собирался в «РОККО»…

Девочка: Да весело живешь. Ладно тогда, было очень приятно общаться, сейчас ухожу на время…

Я: Когда вернёшься, подумай и скажи мне, что ты делаешь в выходные, начиная с вечера пятницы. Я с тобой хочу встретиться.

[Комментарий: в разговоре появляется значительная пауза, часов так 10–12. На следующий день…]

Девочка: Мультики заказывали?

Я: С твоим участием?:)

Девочка: И с твоим тоже…:)

Я: Я в прошлом году готов был отвалить ощутимую сумму за два мультика, так пока и не нашёл ни одного.

Девочка: Ты оказывается богатенький Буратинка?:о

Я: Совсем не для всех. Больше предпочитаю имидж голодранца, так выгоднее:).

Девочка: А как ты их разделяешь?

Я: Кого, их?

Девочка: Перед кем ты будешь разыгрывать имидж…

Я: Я ничего не разыгрываю, это себе дороже. Но жестко пресекаю любые попытки «развода на деньги», не более того. Иногда в воспитательных целях могу и сам развести.

Девочка: Ты опасен…

Я: Я знаю. И знаю, что не всегда могу контролировать себя, вот тогда начинаются приключения:) Они прикольные, и все их участники обычно вспоминают о них со смешанным чувством, в котором преобладает благодарность:).

Девочка: Например, расскажи что-нибудь.

Я: Например я оказался за границей без денег и документов. Например я заблудился в глухом лесу под Новгородом. Например, спас жизнь человеку, который меня и себя чуть на тот свет не отправил. И ещё куча всего подобного:)

Девочка: Как же ты оказался за границей да ещё без денег и документов?

Я: История долгая, будешь уговаривать — расскажу за чашкой чего-нибудь:)

Девочка: За чей счет банкет?:) Чашка чего-нибудь?

Я: Я разрешу тебе меня угостить. А потом ты мне разрешишь.

Девочка: Я согласна, но ты первый…

Девочка: Я приду не одна…

Я: И я не один. Ты с кем?

Девочка: А ты с кем?

Девочка: Не можешь придумать с кем пойдешь?

Я: Чего тут придумывать? С кем захочу, со мной многие сочтут за честь приехать на встречу с тобой:).

Девочка: А у тебя много хороших друзей?

Я: Да, много. Иногда я думаю, что слишком много:).

Девочка: А много не женатых?

Я: Много.

Девочка::)

Я: Тебе сколько надо?

Я: И каких?

Девочка: Очень хороших в любом кол-ве (может быть, кому-нибудь глянусь)… Много ещё девушек не захотели упускать свой шанс?

Я: Много. А ты с кем собираешься приехать?:)

Девочка: Одна сама с собой…:)

Я: Ты же хотела не одна…

Девочка: А ты хочешь, что бы не одна?

Я: Гм… Ну, тут передо мной открывается широкая и волнующая тема:) Скажем так, сильно сопротивляться я не буду:).

Девочка: Не поняла…

Я: Зато я всё понял.

Девочка: А что понял?

Я: Не скажу. Что с вечером пятницы?

Девочка: Давай в какой-нибудь другой день…

Я: Предложи.

Девочка: Например, суббота…

Девочка: Вечер.

Я: Гм… Я подумаю… А что ты любишь делать в субботу вечером?

Девочка: Отдыхать…

Я: Конкретизируй.

Девочка: Смотрю телевизор, или куда-нибудь хожу с подругой, или катаюсь на машине, и проч.

Я: Так, этой информации мне не достаточно для того, чтобы аккуратно совместить твои интересы со своими и устроить для нас милый вечер.

Девочка: А какие у тебя интересы в субботу вечером?

Я: Разнокалиберные:) Я вообще очень разносторонний, мне проще.

Я: Ты тщательно подбираешь достойный ответ?

Девочка: Ну что решим?

Я: Решим, что в субботу днём я тебе позвоню и скажу, где и когда мы встречаемся.

Девочка: А ты завтра в аське будешь?

Я: Скорее всего, нет.

Девочка: Тогда оставь свой телефон, и я тебе перезвоню…

Я: Я оставлю свой телефон, но позвонить тебе предпочту сам.

Девочка: ХХХ-ХХ-ХХ

Я: Это домашний? У тебя мобильный есть?

Девочка: 8-9ХХ-ХХХ-ХХ-ХХ

Я: Во сколько в субботу ты будешь готова к приключениям?

Девочка: А какого характера приключения?

Я: Я же тебя спрашивал, что ты любишь?

Девочка:……?

……разрыв связи. дисконнект……

Первая встреча.

Наступила суббота. Причём как-то одновременно наступление субботы было настолько же долгожданным, насколько и неожиданным. Телефонный звонок, простая и быстрая договорённость о встрече в центре Нижнего.

— Привет, это я. Я хочу тебя увидеть. Прямо сегодня.

— Да, хорошо. Где мы встретимся?

— Знаешь где находится [название места встречи]?

— Нет.

— А что знаешь?

— Знаю памятник одному очень хорошему человеку.

— Отлично, я тоже его знаю, жду тебя там в 8. До встречи.

Встречаю Девочку (которая приезжает без опоздания) и понимаю, что оригинал и фотография друг до друга не дотягивают на порядки, настолько она ЛУЧШЕ любой своей фотографии!!! Да какой там фотографии! Удивление зашкаливает. Девочка выглядит великолепно. Потрясающе. Караул, какая же красавица! Причем не просто смазливая кукла, а по настоящему живой и обворожительный человек! Ну надо же! Всего я ожидал, но такого…. Ну и штучки выделывает дружественная вселенная! Ладно, подруга, ты в надёжных руках, ты попала! Йоу!

Мимолётное чувство эйфории, за доли секунд удавленный в зародыше внутренний диалог, сейчас лишний и нелепый вдвойне (основной мотив: она пришла ко мне, значит, я ей интересен, и нечего размышлять — что к чему, лучше действовать и смотреть на результаты), ощущение свободы и спокойствия внутри. Мне уже и раньше приходилось общаться довольно близко с девочками такого уровня, так что я не сомневался в своих талантах, даже наоборот. Короче, хорошо стало, и опять же — такая фемина рядом:).

Идём по дикому морозу к Её машине минут 5–7, по пути почти не общаемся, холодно. Садимся в салон, слегка согревшись, плавно выдвигаемся в одно местечко, где раньше я любил бывать с ограниченным кругом близких мне людей. Пока то да сё, созвонились по телефону с одним хорошим человеком, прекрасно разбирающимся в хитросплетениях пикапа и пожелавшим присоединиться к нам вместе со своей подругой. По пути бесконечно рассказываю Ей какие-то истории, не забывая вплетать в сам текст быстрые касания, которые в данный момент не столько важны для меня, сколько приятны. Мне очень приятно её трогать!

Приезжаем в заведение, садимся за не самый удобный столик (другие заняты и сидеть рядом не лучший в данном случае вариант) друг напротив друга и начинаем выбирать, кто что будет. По умолчанию я готов потратить некоторую сумму, которая не оставит меня без штанов, и одновременно просчитываю в голове, что же сейчас закажет ТАКАЯ Девочка, и как мне реагировать на всё происходящее. Каково же было моё удивление, когда я еле-еле уговорил Её заказать стаканчик сока. Так я поразился во второй раз.

Посидели, попили, приятно побеседовали. Девочка общается с удовольствием, но есть какой-то барьер, который не позволяет ей продвинуться чуть ближе, что-то её сдерживает и немного затормаживает комфортное вербальное общение, хотя я всеми силами сглаживаю любые паузы и острые моменты. Приехал знакомый с подругой, и мы на двух автомобилях выдвинулись в следующее место, где было решено праздник знакомства продолжить и поиграть в бильярд…

…Заходим, садимся, отдыхаем, болтаем, смёемся, попутно очень вежливо и крайне настойчиво «строим» с товарищем на пару персонал заведения. Нам быстро выделяют недостающие стулья, убирают стол, приносят меню, пепельницы и прочие причиндалы. Официантки пристально следят за странными молодыми людьми, ведущими себя так, словно они здесь главные, и обслужить их надо с особым цинизмом, хотя бы за то, что банальный заказ пиццы превращается в маленький анекдот с их участием. Выпили-поели (причём Девочка опять ничего толком не заказывает себе, не обращая почти никакого внимания на мои настойчивые предложения), решили поиграть в бильярд, на что местный маркёр грустно ответил: «Уважаемые, очередь на бильярд часа на 3 как минимум растянется, вам не светит. Простите великодушно, у нас аншлаг…» Девушки слегка приуныли, но ведь иного и не ожидали — выходные, кругом толпа…

Но мы же ведь не в какой-нибудь там загнивающей Буржуинии, а у себя дома, где дача взятки рассматривается как маленький личный праздник. Короткая беседа с маркёром привела к тому, что за смешную сумму в 100 рублей он через 3–5 минут вежливо пригласил нас к самому удобному столу и пожелал приятно провести время, улыбаясь, как будто ему только что сообщили о скоропостижной кончине дедушки-миллиардера в Новой Зеландии. Отлично поиграв и получив обалденное удовольствие от роскошной беседы (отдельное глобальное спасибо за вербальную поддержку моему товарищу и его подруге), решаем разъезжаться по домам, ибо поздно, и все участники мероприятия подустали. Девочка спрашивает, хочу ли я, чтобы она отвезла меня домой…

Вот тут я удивился снова. Не опаздывает, не разводит на деньги, а ещё и это… Странно, где же подвох? Ну что ж, сначала ввяжемся в бой, а потом посмотрим. Ладно, говорю, я согласен, поехали… Прокатились через добрых полгорода, приехали к моему дому, стоим на пустой дороге. Лёгкий снежок, радужные разводы фонаря на лобовом стекле, приёмник что-то такое невероятное обещает, голос у певицы нежный и какой-то шершавый; лёгкий, почти неслышный аромат её духов, вызывающий целую бурю чувств у меня внутри.

— Ну вот, приехали. Ты здесь живёшь?

— Да, вот мой дом.

— Спасибо тебе, приятно провела вечер.

— Мне тоже было очень здорово, не хочу прощаться. Лучше я тебя поцелую. Долго и сильно. Потому что мне хочется.

Улыбается, смотрит огромными красивыми глазами на меня и подставляет щёку. Приближаюсь губами к её щеке, но не целую.

— Я не могу позволить себе поцеловать тебя в щёку, лучше вот сюда.

Почти целую её в губы, она улыбаясь откидывает голову назад, не давая добраться до неё. Потом снова подставляет щёку.

— Я не хочу целовать тебя в щёку, мне не нравится.

— Не хочешь? Давай быстро целуй!

— Что ты себе позволяешь? Ты настаиваешь, чтобы незнакомый тебе мальчик целовал тебя же в щёку? Нет, я так не могу, я не такой. Как же можно, без любви? Нет, никаких щёк. Не буду и всё.

А потом началась «игра», описать которую очень сложно, но прожить её — необыкновенно приятно. Это просто, это очень просто, если ты, конечно, умеешь и любишь играть в такую «игру»: когда поцелуй почти заканчивается поцелуем, но это ещё не он, когда он вот уже почти был и его еще не было. Когда твои пальцы у неё в волосах предельно сексуально опасны для вашей психики. Когда взгляд натыкается на взгляд, высекая невидимые искры из пространства, воспламеняя всё вокруг; когда глаза напротив неотвратимо сияют подобно остриям стилетов, направленных прямо в твоё абсолютно беззащитное сердце, и пробивают его насквозь, пробивают много раз, оставляя зияющие рваные раны, кровоточащие мучительными сладкими каплями… Ты умираешь и сразу рождаешься вновь, хорошо помня, как ты только что побывал ТАМ и снова вернулся, чтобы без промедления исчезнуть под напором ОТТУДА, ты стремишься повторить это много раз подряд, ты отпускаешь тормоза и доверяешь себя, забыв обо всём на свете… А как она обалденно пахнет…

Очередной поцелуй, обжигающий теплом и холодом одновременно, а ведь и поцелуем его еще нельзя назвать. Твои губы встречаются с чужими, почти их не касаясь и немедленно становясь частью тебя и той бездны, которая тебя окружает. Ты един с собой, ты един с этим миром, ты просто един. В твоей голове лопнула с оглушительным треском огромная связка петард счастья, разбросав твой мозг по самым дальним закоулкам вселенной и оставив тебе только эмоции. Меня затрясло от чувства необыкновенного пульсирующего удовлетворения, когда она продолжала делать это, может быть специально подыгрывая мне, а может быть и абсолютно искренне, не обращая внимания на бардак в моей голове…

Не знаю, смог бы я завершить эту встречу «как положено прилежным последователям клуба соблазнителей», не знаю. Может быть и мог бы, но не стал. Или не смог, как вам больше понравится. Взамен я получил что-то куда более ценное, я одержал невидимую никому кроме меня победу, не прилагая никаких усилий, я сумел отдать часть огромного, нежного, тёплого, жившего внутри меня, отдать Ей просто так, потому что Она достойна того. И взамен мне не надо было совсем ничего, я упивался своим состоянием и рассыпал его искры вокруг себя, даря Ей всё своё самое сберегаемое. Не жалко… Так вот как это происходит, а я то думал… Как же это просто, доступно и приятно… Примерно в таких вот чувствах я отправился к себе домой, предварительно договорившись о следующей встрече. На дворе было раннее воскресное утро.

Встреча вторая.

Мы встретились вечером, снова отправились в необычное место, где любят бывать некоторые ценимые мною граждане, и снова всё повторилось. Девочка выглядит по-прежнему потрясающе, звонит сама, не опаздывает, не разводит, ничего не требует и в конце концов отвозит меня поздно ночью домой. При этом у нее нет ничего, даже отдалённо похожего на «защитное поведение суки» (bitch shield).

Нелепо как-то. Что-то не вяжется. У меня начинается странная и глупая псевдопаранойя, которая постоянно подпитывается моими же смелыми и очень скоропалительными выводами. Однако весь этот придуманный «негатив» с избытком компенсируется процедурой нашего прощания у Неё в машине. И вот мы снова дарим друг другу невероятные по силе и одновременно мизерные по кинестетике ласки, позволяющие мне полностью отделиться от себя, от своего тела и проживать что-то особенное, чему пока объяснения нет, но очень важное, приятное и самодостаточное. Если и бывает идеальный «виртуальный оргазм» — то это был наверное он. Да, да, сейчас кто-то из вас хихикает, дескать, чувак-то того, слюнки пустил… Вот если бы он ей сразу впердолил…

Я расскажу вам — почему у меня не возникло ничего, даже отдалённо похожего на эту мысль — может быть, кто-то из вас сможет уловить суть. У меня было достаточно много женщин, особенно в последнее время, и я мог для себя решить это уравнение. Я старался всегда отдавать немножко больше, чем получаю, но давно уже не было у меня чувства, когда хотелось отдать всё, довериться и отдать. Скорее всего, этот путь в чём-то опасен и не приведёт к быстрому соблазнению, но ведь на этот раз мне и не надо, не в сотой звезде на фюзеляже счастье, а в том пиковом чувстве, которое вызывает у тебя другой человек. А когда ты осознаёшь, что можешь отдать ему ещё и часть того самого чувства… Короче — это втыкает, плющит, колбасит, ломает и сносит крышу почище самого изощрённого секса, по крайней мере — именно мне.

Ладно, вернёмся к нашим… героям. Очередная встреча назначена на вечер. Приезжаю в условленное место, жду Её машину, вовремя никого нет. Так-с, думаю, начинается… Звонит, сообщает, что застряла, извиняется, спрашивает — что делать, готов ли я подождать, и всё ли у меня в порядке. Да, говорю, я жду тебя, но имей в виду, что на улице далеко не май, и ты несёшь ответственность за моё почти полное замерзание. Обещает поторопиться. Жду. Долго никого нет. Дай, думаю, сам перезвоню. Лучше бы я этого не делал…

Сюрприз! Сюрприз!

Взволнованный мужской голос из недр телефона сообщает, что Девочка сегодня не приедет и что Она вообще никогда не приедет. Потому что ехать Ей никуда нельзя, вместо этого Она выходит замуж в самой ближайшей перспективе. Тирада мощная, но я слышал вирши куда как почище придуманные и поярче продекламированные.

Отлично, говорю, поздравьте Её от меня, но свои дела, встречи и вообще любые отношения с женщинами я привык обсуждать только с ними самими. С удовольствием отмечаю, что внутри меня всё прохладно и как-то пустовато, я вполне контролирую себя и разговариваю спокойно. На том конце возникает неловкая недоуменная пауза, абонент отрубается, после чего, почему-то улыбаясь про себя, ловлю машину и отправляюсь к своему приятелю, в гости к которому мы только что не попали с Ней вместе. Набрал смс «Свяжись со мной, есть пара вопросов и не забудь пригласить на свадьбу», отправил и уехал прочь.

Да, думаю, подвох зрел-зрел и вот назрел. Ну и ладно. Она очень хорошая, Она просто суперская, Она мне нужна, но у Неё есть право сделать выбор, Она тоже человек, хоть и очень красивый. На этой торжественной ноте я наконец-то составляю из слогов слова таксиста, предлагающего мне совершенно не платить за поездку денег. Понравилось ему со мной трындеть, видите ли. Сговорились они все сегодня, что ли…

…..Поздно ночью из сладких снов меня вырывает неожиданный Её звонок. Всхлипывает, просит приехать, встретиться с Ней, поговорить. Ну и дела… Да, говорю, там-то и там-то, через 20 минут. Приезжаю, Её нет, телефон не отвечает. Абсурд какой-то. Зато не успел приехать домой — звонит Её мама, представляется (откуда у неё вообще мой номер телефона взялся?) и спрашивает, не со мной ли Девочка? Ну, блин… Звоню Ей в очередной раз, сейчас, говорит, через 3 минуты буду.

Да, приезжает. Сажусь в машину. Она напряжена, масса мелких резких движений, вертит головой во все стороны, как пилот Люфтваффе, и быстро тарахтит о том, что только что пережила глобальную разборку со своим бойфрендом, с которым решила расстаться. Бойфренд оказался парень не промах, по Её словам чуть ли Её не отлупил, оторвал какую-то там штучку от мобильного телефона, разорвал юбку и поставил на ноге синяк. Мало того, мы прямо сейчас «уходим огородами» от погони, нас может преследовать красный «форд» с этим товарищем на борту. Всё, меня уже просто клинит!

Выясняю, что же именно может произойти, если он нас догонит. Ведь не перестрелка же в самом деле и не похищение с последующей продажей в рабство? Тем более, что в мои планы такой вот поворот событий совершенно не вписывается, и лично я буду как минимум против с нанесением тяжких телесных повреждений. Соглашается, стараюсь Её успокоить, несёмся по ночному Нижнему и наконец попадаем в один неприметный ресторанчик, где мне иной раз очень приятно бывать совсем одному.

Пьём чай, вспоминаем примечательные истории из своего детства, болтаем ни о чём, всё чаще и чаще возвращаясь к сегодняшней ситуации. Я стараюсь объяснить, что готов и могу взять всю эту ситуацию под свой контроль, и мне нужно лишь услышать Её решение, ведь жизнь-то Её. Да, говорю, я просто заберу Тебя и присвою, скажи, что Ты хочешь? А Она мне в ответ — хочу с тобой дружить…

Эх! Кто слышал хоть раз эти простые и в то же время великие слова, поймёт, что удар по твоим собственным яйцам, нанесённый мощно и качественно, может показаться по сравнению с ними малозначительным событием из жизни малолетнего соседа снизу. Блямц!

А я говорю, что согласен. Просто согласен. Я — за! Я — готов! Будем дружить. Но дружить мы будем по моим правилам. Так и сказал.

Как остаться друзьями.

Садимся в машину, Она везёт меня уже знакомым маршрутом домой. Мне очень хорошо сидеть рядом с Ней, я прусь от Неё, целиком и частями.

Друзьями… Как же!

Не доезжая до моего дома, прошу повернуть и зарулить в очень романтический и безлюдный парк, где в такое время никого нет. Останавливаемся, сидим рядом, молчим…

— Иди ко мне.

— Я и так тут, рядом с тобой. Не смотри на меня так, я не могу, когда ты на меня так смотришь.

— Поцелуй меня. Я очень хочу.

— Давай я тебя поцелую и поедем, хорошо? Уже поздно, мне надо домой. Я тебя отвезу и поеду.

— Нет, мне так не нравится. Мы никуда не поедем. Иди ко мне.

— Ну… ведь мы же друзья. Не смотри на меня так, я не могу, когда ты так смотришь.

— Да, мы друзья, а как ты будешь со мной дружить?

— Ну… я не знаю… Не смотри на меня так!

— Конечно, мы друзья, и я очень, ну очень хочу с тобой дружить. И я даже знаю, как именно мы будем дружить. Быстро иди ко мне!

Она перелезает на моё кресло, обнимает меня, снова играет в нашу любимую «игру», не оставив от моего сознания вообще ничего, даже камня на камне. Как я Ей сейчас за это благодарен…

…а потом мы просто поднимаемся ко мне, взявшись за руки. Ни о чем не спрашиваем друг друга. Мы знаем, что сейчас произойдет и нам хорошо от этого. Какая разница, что будет завтра, что случиться с нами, и что нас ждет, если сегодня мы здесь, рядом и через минуту будем принадлежать друг другу без остатка?

Завтра… Да, завтра все будет по-другому, и мы, и все вокруг нас… а сейчас… Друзья? Черт с ними! Пусть будем друзьями, если кому-то так угодно, но сегодня….

… в моей голове, смачно зачадив и мощно громыхнув, взорвался большой сгусток чего-то оранжевого… Одновременно со вспышкой плавно и медленно пришла мысль о том, что для тебя это конец очередной истории пикапа, в достоверность которой ты так и не поверил, а для меня — начало другой истории, которую на этот раз я творю своими руками и полностью отвечаю за результат перед самим собой…

И вот, как-то однажды ночью сижу, значит, набиваю этот самый текст, замечаю случайно, что в аське появляется Она…

Я: Ты не спишь?

Девочка: Да почему-то не спится…

Я: Хочешь почитать, что я про нас насочинял?

Девочка: Да.

Я: Там не всё чистая правда, присутствует маленькая доля художественного вымысла, писал исключительно для людей, которым такие как ты пока только снятся, но надежды они не теряют. Да ты ведь и сама всё знаешь:)

Девочка: Ты сейчас вышлешь?

Я: Да, прямо в аську. Частями. Будешь читать?

Девочка: Да.

[Девочке по ICQ отправлен данный рассказ]

Девочка::) Да уж… интересно, а продолжение есть?

Я: Хватит, дальше это интересно только мне. И, наверное, тебе. Нигде откровенно не наврал? Прокомментируешь?

Девочка: Читается на одном дыхании…

Девочка: Мне очень понравилось…

Я: Дополнения будут?

Девочка: Нет, все и так хорошо.

Девочка: Ты еще не спишь?

Я: Неа. И не хочу совсем. Зря я тебя отпустил. Всё равно вместе не спим:).

Девочка: Ты знаешь, я почему-то по тебе скучаю… Не знаю почему… Ты мне нужен…

Я: Что ты будешь со мной делать?

Девочка: Любить.

Я: Сильно?

Девочка: Ценить.

Я: Дорого?

Девочка: Уважать.

Я: И гордиться?

Девочка: Да…

* * *

— Насть, ты что-то хотела сказать?

— Не знаю уж, с чего и начать теперь. Да и вообще как-то…

— Расхотелось? А мне вот знаешь, что непонятно — почему парни всегда так обижаются, когда девушка предлагает им быть друзьями? Почему воспринимают это как нечто унизительное? Мы ведь не хотим их оскорбить вовсе. Просто не совпало у тебя что-то с этим человеком, просто не сложилось… Ну не влюбилась ты, ну так что ж такого, если в твоем сердце не родилось ответного чувства? Зачем же ссориться? Почему нельзя просто поддерживать хорошие приятельские отношения?

— Лёль, ты притворяешься? Или правда этого не понимаешь?

— Ну… не знаю… а что? — Лёлька опять улыбнулась своей смущенной обезоруживающей улыбкой. И тут я поняла:

— Ты просто сама еще ни разу не была в положении такого вот друга. Тебе просто не предлагали «остаться».

— Пожалуй. А что тут такого?

— Когда предложат — поймешь. Кстати, где-то на форуме я видела рассуждения пикаперов на эту тему… погоди, сейчас найду… они это называют ДОД (давай останемся друзьями)… где же… А, вот! Почитай… Хотя нет, давай лучше вместе прочтем, а то я в прошлый раз только пробежалась глазами быстренько…

Что такое ДОД? Наверное, каждый хотя бы раз в жизни слышал эту великую фразу. Но не каждый понимает истинное ее значение, особенно, если это с вами впервые. Что ж, я поясню…

давай останемся друзьями — это значит, что ты будешь все так же должен все то, что был должен до этого, но с тобой больше не будут спать;

давай останемся друзьями — и ты не можешь требовать секса, но иногда тебя будут трахать, даже когда ты этого не хочешь;

давай останемся друзьями — после этого тебе будут рассказывать обо всех бывших, текущих и подлежащих. А ты не моги — это же дурной тон;

давай останемся друзьями — и ты всегда отвезешь, заберешь, поможешь, прикроешь, выручишь, приедешь по первому зову. Вот только — зачем?

давай останемся друзьями — и как только ты начнешь забывать, тебя обязательно проведают, чтобы проверить — как же ты там, несчастный брошенный друг? Вот видишь, я тебя не забываю, правда же, ты меня любишь — подуй на мое чувство вины;

давай останемся друзьями — и за полночь будут раздаваться звонки в алкогольном бреду;

давай останемся друзьями — и одним махом ты становишься лузером;

давай останемся друзьями — и, может быть, тебя обласкают, когда будет невыносимо скучно. И позовут, когда никого больше под рукой не окажется. И ты придешь! Ты же друг и между вами ведь все было, ты же все понимаешь;

давай останемся друзьями — и ты в одном ряду с ее любимым фикусом, котом или плюшевым медведем;

давай останемся друзьями — и однажды тонко просчитанным ударом, каким-нибудь с виду невинным «а ты помнишь?» тебе сделают трепанацию черепа тупой алюминиевой ложкой, и намотают на кулак все твои еще уцелевшие нервы;

давай останемся друзьями — это мнимая гарантия порядочности отношений, страховка от того, что в ответ ты не нагадишь в тапки и не подпалишь почтовый ящик;

давай останемся друзьями — и тебе повезет, если ты никогда не увидишь — на кого тебя променяли. Но ты увидишь. Ведь вы же друзья.

давай останемся друзьями — и ты «никто» в ответ на вопрос «кто это был?»

Чтобы остаться друзьями — надо быть друзьями.

Конечно, куда лучше — остаться любовниками. Но, ах! Это же аморально…

О да!!! оставаться «друзьями» куда выше и честнее!

Нет, раз предлагают остаться — значит, через тебя уже перешагнули и пошли дальше. И нечего тут ловить.

Давай… а вот и нет, продолжения не надо. Лучше на том и закончим:

— давай…

— да, давай. Бывай!

…и давай — без «давай»…

Я молчала. Почему-то после прочтения этого топика мне совсем расхотелось спорить, препираться, кого-то в чем-то обвинять или что-то доказывать. Наверное, в первый раз я была полностью согласна с пикаперами.

* * *

Пушистый зимний вечер. Холодно. Мороз такой, что кажется, будто даже воздух хрустит, как снег под ногами. Даже солнце, почти севшее за горизонт, какого-то неестественного сине-красного цвета, как будто обморозилось. Изо рта вырываются клубы пара и теряются в воздухе среди миллиардов маленьких пушистых снежинок, продолжающих неторопливо укрывать улицы, дворы и скверы заботливым белым покрывалом…

Лёлька всё норовит посадить меня в сугроб, исподтишка подталкивая и сверкая озорной улыбкой. Я вяло отбиваюсь. Она смеется, а крошечные белые звездочки плавно опускаются и замирают на ее волосах и ресницах.

Когда-то я тоже так смеялась. Беззаботно, задорно, весело… И на моих волосах тоже замирали снежинки, а он заботливо стряхивал их ладошкой, сняв перчатки. И кружилась голова, и все вокруг было похоже на волшебную снежную сказку. И сам снегопад был лишь красивым дополнением к тому, что было (или чего не было) между нами двоими.

А сейчас снегопад — это лишь холодные колкие звездочки морозным вечером или слякоть на размокшем тротуаре утром.

Я снимаю перчатки и ловлю снежинку ладонью. Как тогда. Она тает. Солнце садится, и искрящиеся сугробы в миг становятся какими-то серыми и безжизненными.

Невозможно удержать снежинку на ладони. Невозможно положить в карман солнечного зайчика. Невозможно быть счастливой в этом мире…

Господи, ну когда же я успокоюсь? Неужели до сих пор… Ведь, вроде бы, уже забылось и не болит, и начинаю жить нормальной жизнью, но вот вдруг как вспомнится…

Неужели я его до сих пор…?

Нет.

Не люблю.

Просто что-то во мне как будто бы потерялось.

И мне надо это найти.

Но не получается.

Мои глаза оставались сухими. Самое ужасное в такие моменты, это когда даже не хочется плакать. Когда не остается слез. Когда даже не хочется, чтобы тебя жалели. Когда даже на слезы не осталось сил.

Остается только стиснуть зубы и сказать самой себе — терпи. Не раскисай. Как угодно, но — терпи. И пусть с тобой будут эти белые улицы и заснеженные дворы, это замерзшее солнца и пар изо рта, этот морозный вечер и хруст снега под ногами, эти зябко кутающиеся в свои шубы и теплые куртки люди… И Лёлька, все-таки посадившая меня в сугроб к своей неописуемой радости, и довольно прыгающая теперь в сторонке.

Держитесь, люди! Скоро весна…

Форум пикаперов. Новый ответ в Лёлину тему.

История одной НВ (Hot Baby)

НАГЛЕЦ:

Пора, пожалуй, и мне рассказать одну из самых запоминающихся своих историй в тот период времени, когда я еще только-только начинал становиться пикапером.

Как же все было? С чего началось? Дайте вспомнить…

Девушка была настоящая HB (hot baby), 9 баллов из 10, но одна проблема — ей то ли 16, то ли 17 лет. Но взлетела уже высоко. В кафе вижу её, но визуальный ранг ещё не определил, так что спокойно пялюсь, как на всех остальных. Делаю подстройку, тонкая игра взглядов, она ждет, когда же я подойду знакомиться. Меня не прет, так что я просто сижу, играюсь. Сделал розочку из салфетки и подарил ей, чем сорвал ей башню, сам сел на место. Ещё попереглядывались и она ушла, причем захватив мою розочку с собой. Факт этот меня, конечно, порадовал, да так, что девочка засела у меня в голове на какое-то время.

Прошло несколько месяцев, и я встретил её вновь, в том же самом кафе. Ещё раз встретившись взглядом, я подошел:

— Помнишь меня?

— Нет…, или… а, да!

— Вот и хорошо. Ты мне понравилась, скажи мне свой телефон, и мы встретимся на днях.

— А зачем? У меня есть парень!

— Я не собираюсь с тобой встречаться, я хочу поболтать-пообщаться.

— А, ну, хорошо.

Беру со стола её сотовый и звоню себе, когда в кармане завибрировало — отрубил. Прощаюсь и ухожу. Обещаю позвонить.

Через недельку вызваниваю её и назначаю встречу. Пытается договориться, чтобы я ей позвонил в день встречи — отказываюсь. Тогда начинает говорить, что может опоздать на 20 минут — предлагаю назначить встречу на 20 минут позже. Что-то бубнит, но соглашается.

Время встречи. Я на месте. Её нет. Я почему-то предвидел такое дело. Через 5 минут ухожу и пишу ей смс: «Спасибо, ты продемонстрировала свою воспитанность и пунктуальность». Решил забить.

Что ж, жизнь кипит и дальше, про неё не вспоминаю. Проходит ещё месяц или два. Я сижу с друзьями в летнем кафе. К дому, что в двух метрах от кафе, подъезжает такси. На заднем сидении я вижу её. Удивление сменяется улыбкой. Она делает вид, что не замечает.

Пишу смс: «Улыбнись». Через пару минут выходят подруги, садятся в машину и все вместе уезжают. Она меня точно видела. Но не отреагировала или сделала вид… Ладно, сказал, забил — значит забил!

Следующий день. Покупаю туфли в одном из магазинов. Смотрю в окно и опять удивление с улыбкой. Она входит в этот же магазин. Я в ступоре. У неё опять «защита суки» на полную стоит. Меня заметила, но прошла мимо. Туфли не в пору, быстро выхожу из магазина, но уже реально задаюсь вопросом, что все эти встречи неспроста. Ладно, сказал, забил — значит ЗАБИЛ!

Опять благополучно не вспоминаю о ней, но изредка мысли всякие лезут. Подумываю, а не попробовать ли вновь. Но тут лето в разгаре, и мы с друзьями едем заграницу оттопыриться. А там очень не продуманно, нас поселили глубоко в горах, пару км от моря. Фигня, главное, что уехали от страны на несколько тысяч км. Поехали самостоятельно на экскурсию в соседний город (большой город по тамошним меркам), а там заблудились. И вот лазим мы там по подворотням, местных расспрашиваем о дешевых магазинах, и чё-то я смотрю по сторонам, вдруг вижу: девушки какие-то две мне навстречу идут… и тихо так на пол съезжаю. Моя НВ! С кучей кульков, улыба до ушей… Я не буду тут много эмоций сейчас вываливать, но тогда меня УБИЛО. Я в ТАКОМ ТРАНСЕ был!!! Встретиться за 3000 км от дома… Она меня заметила, улыба как-то так с лица сразу и пропала. Глаза выпучила и идет на меня. Мысли в ту же секунду: я на экскурсию одел рваные кроссовки, не причесан… вообще мыслей миллион был. Она доходит до меня, мы с ней говорим друг другу «Привет», и она начинает проходить мимо меня. Соображаю, что у обоих транс, пытаюсь очухаться.

— И что, так мимо и пройдешь?

— А, нет…(останавливается) …Я в шоке.

— Ну да, я тоже малость. Ты где живешь?

Ла-ла-ла, бла-бла-бла… Оказывается, что живет в том же районе, что и я, но говорит, что в другой гостинице. Воспользовался трансом и позвал её встретиться вечером, погулять. Все Ок. Уходит. Я остаюсь выводить из транса себя и друзей (они знали её по моим рассказам и видели в кафе).

Вечер, встреча. Девочка приходит раньше меня, хотя я пришел раньше, чем договаривались. Первые пару фраз о том, что такие штуки просто так не случаются, на что я скептически качаю головой, утверждая, что все зависит от того, чем все закончится. Гуляли мы с ней где-то с 10 до 3. Девочка потеряла башню в течение 15 минут, и больше она к ней не возвращалась. Никакой «защиты суки» уже не было, она разрешала все, что угодно. Добрались до пляжа где-то в час ночи. Кувыркались там минут 30, ласки, поцелуи — без секса. Потом завалились на лежак и разговорились по душам. Сообщил, что я могу понять уход от меня девушки, только в том случае, если она ДЕЙСТВИТЕЛЬНО в кого-то влюбилась. И тут узнаю, что у неё есть парень. Она меняется в лице, у неё выступают слёзы, она сохнет по этому парню. Неделю на отдыхе не спит, потому что он остался на родине. Эмоции грустные, я сворачиваю мероприятие, идем в ночное кафе пить горячий чай и греться. Там я решаю для себя, что не хочу встречаться с ней ещё раз. Если у неё есть парень, то пусть будет, я в данный момент не потяну HB в primary.

В кафе она вспоминает о салфетной розочке, говорит, что до сих пор хранит её дома. Просит ещё сделать. Улыбаюсь. До меня доходит, что встретиться сегодня со мной она согласилась только из-за того, что ей конкретно рвет башку без этого парня. Она надеялась, что сможет отвлечься со мной. Что я ее развлекаю и отвлекаю, и она не думает о нем. Делаю ей розочку, допиваем чай, и я сажаю её в такси. Сопли мелкие, сама меня целует. Я прошу её, чтобы ЭТУ розочку она «случайно» забыла в номере, когда будет уезжать, дабы не терзаться воспоминаниями потом. Я абсолютно уверен, что больше никуда её приглашать не буду. Называю водиле её гостиницу, расплачиваюсь, она уезжает, а сам на дискотеку за друзьями.

На следующий день гуляю с другой девчонкой по городу, все супер, настроение кайфовое, хотя мысли о ней и проскальзывают. Пару раз встречаю её с подругами. Подходит:

— Ну что, опять судьба?

— Нет, закономерность.

Расходимся. Потом ещё пару раз встретились, город-то маленький. Опять подходит, я в обнимку с девчонкой:

— Что-то ты грустный…

— Устал… (сам, конечно же, из-за неё парюсь)

Бла-бла-бла, расходимся.

Пытаюсь не думать о ней, развлекаюсь с двумя другими подружками, но все равно постоянно думаю. Неужто всё так просто и закончится?

Следующий день. Лежу на пляже, думаю о ней. В очередной раз решил забить! После этой мысли сразу же встаю, беру полотенце и — в гостиницу. Сворачиваю на тропинку, ведущую в горы, а навстречу мне — она. Идет с каким-то парнем — видно, зеленый, клеится к ней. НО ВЕДЬ ОНА ЖИВЕТ СОВСЕМ В ДРУГОМ МЕСТЕ?! Что ей делать на моей тропинке? Просто преследует меня!

Поздоровались, разошлись. Потом долго оборачивались друг на друга. Я в ступоре! Сел на ступеньки. Сидел час, не меньше. Меня просто клинило от этих встреч. Я даже в судьбу в одночасье поверил. Вопрос в голове был один: «Судьба, ну к чему ты устраиваешь все эти встречи, к чему???» Такое ощущение, что на небесах решили позабавиться. Понял, что не выдержу, если не встречусь с ней ещё раз. Решил, что если ещё встретимся случайно, то обязательно договорюсь о свиданке. Иду в номер.

В номере бесимся с парнями, отрываемся. И тут друг мне сообщает, что познакомился с подругой моей HB, и что живут они, не там, где она мне сказала, а в соседней от нас гостинице — тоже в горах. Моя челюсть — на пол. Не верю. Но все сходится. Вот млин!!! Начинаю перебирать то, что она мне говорила на встрече. Догоняю, что больше половины — чистая фантазия малолетки. Вранье то ли защитное, то ли просто от скуки. Как плевок в лицо. Срываюсь к гиду, знакомый парень, заведует всеми туристами с моего города. Узнаю у него всю инфу — где живет, когда уедет, номер комнаты. Друг все верно сказал, она меня провела. Неприятно до одури, но одна вещь меня радует — представил, как таксист подвез её не к той гостинице… Надо было с ней ехать, посмотреть, как она бы в неё вошла:)) Меня плющило весь день. Ночью сам не свой, лег спать в 10 часов вечера, чего раньше никогда со мной не случалось.

На следующий день, бодрый и выспавшийся, решил кое-чего провернуть. Знаю, что у неё не больше двух дней осталось, скоро домой уедет, а я останусь. Поперся к ней в гостиницу. Перед обедом, чтобы точно в номере была, я стою возле её двери. Стучу. Шум-гам, визги какие-то. Открывается дверь. Стоит она. Меняется в лице. Дверь закрывается. Слышу, как на пол кто-то упал и смеётся. Они с подругой там лежали. Через некоторое время открывает дверь, вся красная, то ли от смеха, то ли от стыда. Я:

— Давай сегодня в 11 вечера ТАМ (называю место).

— Хорошо, я приду.

— Точно?

— Да.

— Уверена?

— Да, я приду!

Ухожу, ситуация смешная вышла.

Вечер. Я на месте. Её нет. Я так и подозревал. Жду 5 минут и сваливаю. Я понимаю, что если с ней не поговорю, то всю оставшуюся неделю отдыха буду от мыслей умирать. Решил её отыскать. Пробежался по дискотекам близлежащим, а потом помчался в её гостиницу, почему-то был уверен, что она там. Добежал до гостиницы за 10 минут (больше километра в гору). Влетаю в гостиницу. Смотрю — сидит за барной стойкой. Меня не видит. Фух, нашел! Аккуратно прохожу возле неё и сажусь на кресло прям за ней. Достал сигару, принялся неспешно курить. Любуюсь ей — хороша чертовка!!! Она меня не видит, сидели так минут 10. Картина маслом по хлебу: она поворачивается. Я сижу и улыбаюсь. Весь такой красивый, нога за ногу, в зубах сигара, пялюсь прям на неё. А на часах то всего 11:35. То есть, я как джентльмен до сих пор должен стоять ТАМ, и ждать её, а это далеко от гостиницы… Теперь она в ступоре, но быстро приходит в себя. Встает, подходит:

— Пошли поговорим.

— Пошли.

Спускаемся на трассу. И тут ОНА мне:

— Я знала, что ты придешь!

— Хм. А я знал, что ты знаешь, что я приду.

— Зачем ты пришел? (она на меня начинает наезжать, хотя это я пришел права качать)

— Я хотел с тобой поговорить. Ты ведь была удивлена, что я пришел к тебе в номер?

— И что?

— Понимаешь, я с самого начала знал, что ты живешь тут, я с гидом поговорил в первый же день как тебя встретил, мне интересно почему ты меня тогда обманывала? (пришлось придумать эту басню)

— Это неважно! Что тебе от меня надо? Объясни мне, для чего ты пришел? ЧТО-ТЕ-БЕ-ОТ-МЕ-НЯ-НА-ДО?? (срывается на эмоции)

— Когда ты так эмоциональна — ты мне ещё больше нравишься. А ну, скажи ещё что-нибудь! (улыбается)

— Говори же! Что ты хочешь? Встречаться со мной? Гулять? Что?

— Хорошо. Я хочу провести с тобой этот вечер. Пошли погуляем!

— Зачем? Что тебе от меня надо? Я тебе нравлюсь, ведь так? Ты такой же как все.

— Ну-ну. (Выхожу из себя. Сажусь на бордюр.)

— Мне тяжело с тобой, ясно? Ты меня напрягаешь.

— А, по-моему, все как раз наоборот. Мне с тобой очень легко. И тебе со мной тоже. Так, как ни с кем еще не было. Это тебя и напрягает. (Попал, заулыбалась.)

— Понимаешь, ты ведь такой же как все! (внимание) Знаешь, в тот вечер нам было очень хорошо вместе, но ты сам все испортил. Если бы ты не пришел сегодня, я бы думала: «Почему он больше никуда меня не зовет, ведь нам было так хорошо вместе, он особенный!», а теперь, когда ты пришел, я поняла, что ты такой же как все. (Метасообщение — тебе надо только трахнуть меня.)

— Ты мне очень нравишься. Это все что я могу сказать. Нравишься больше, чем многие другие.

— (Опять что-то несёт неприятное.)

— Знаешь, после таких твоих слов, мне от тебя вообще ничего не надо. Мне противно. Даже если попросишь, мне от тебя больше НИЧЕГО не надо. (Собираюсь уходить)

— Вот и чудно! Мне от тебя тоже, ля-ля-ля, бла-бла-бла. Ты мне просто голову морочишь!!!

Мы расходимся. Идем по номерам. Я прихожу, раздеваюсь. Ложусь спать. Меня торкает, плющит и таращит. Я хочу её! Меня посещают бредовые идеи, что я бы в данный момент даже женился на ней, завел детей и больше никогда бы не прикоснулся к другой женщине — вот насколько меня торкнуло! Даже слеза проскользнула. Посидев в таком состоянии минут 15, одеваюсь, иду к ней:)

Пришел. Знаю, что в номере она одна, подруги на дискотеке, вернутся утром. Стучу. Открывает. Только из душа. Стоит, завернутая в полотенце. Захожу. Полотенце малость короткое…!!!!

У меня ком в горле. Села на кровать, я на пол. В комнате бардак похуже, чем у нас. Все мысли относительно разговора — улетучились, как дым. А она сидит, то так ножку поднимет, то этак… и спрашивает:

— Ну, зачем пришел?

Я начинаю ржать. Меня распирает. Тоже мне, пикапер, блин… Я сижу и реально не знаю, что сказать! Как пацан зеленый… Ну просто смех! Проскакивает мысль — надо с ней просто переспать. Без разговоров. Поговорим потом… Мысль внушает ещё больше вопросов и страхов. Говорю:

— Я не хочу спать. Я хотел на тебя ещё посмотреть.

Начинает эмоционально и громко что-то говорить. Пытается меня выпроводить. Сижу. Что-то бормочу о том, что когда она злится, то выглядит гораздо сексуальнее. Она валяется на кровати в своем несчастном полотенчике, задирает ножки, а я обтекаю, как осел. Мысль о том, чтоб её силой ломануть, приходит снова и снова. Но я понимаю, что входная дверь открыта, а живет она возле коридора, по которому ходят сторожа и проверяют, чтоб подростки не бесились. На её крик — обязательно придут. Уже ничего не собираюсь делать, просто сижу любуюсь и пытаюсь найти ответ на то, что делать в такой ситуации. Она все спрашивает, что мне от неё надо.

— Для начала понизь голос и успокойся.

— (успокаивается) Хорошо.

— Теперь ляг на кровать и перестань дрыгаться.

— (ложится) А что теперь? Полотенце снять?

Чёрт, мысль о трахе становится навязчивой, но… Я БОЮСЬ!!! Реальный страх. Она переворачивается на живот, лежит. Я встаю, потом сажусь к ней на кровать. Целую в шею, ухо, пытаюсь приказать рукам, чтобы они трогали её. Руки — ВАТНЫЕ! Как во сне, хочу ими шевелить, но ничего не получается. Она пытается высвободиться, но смеется. Я понимаю, что торможу, но ничего в голову не лезет, самому смешно. Она начинает кричать. Я чувствую, что НЕ ХОЧУ БОРОТЬСЯ. Что нет сил. Плюнул, сел рядом. Увидел фотку её парня. Под подушкой её хранит. Немного помогло, подумал, что хоть в чем-то я прав. Сижу, обтекаю дальше. Мысли в стиле: «И что, вот прям так на неё навалиться и начать возбуждать?», представил это со стороны, как я залезаю на маленькую орущую девочку… Аж страшно стало! Но помогло, посмеялся — расслабился. Пищит, что ей сейчас звонить будут и ей надо остаться одной. Спросил, парень ли, ответила: «Да». Что-то ещё происходит. Потом звонит телефон. Бросаю на неё противный взгляд, со словами «короче, надоело» ухожу. Уже на пороге услышал, что по телефону она разговаривает не со своим парнем, а с парнем подруги. Вешает ему на уши ТАКОЙ БРЕД! Ушел. Пошёл в свою гостиницу, благо через дорогу. Пришел, разделся, снова лег спать.

Через 10 минут понимаю, что спать НЕ МОГУ! Мысли о женитьбе прошли. В душе чувство мерзкое. Понижение значимости прошло удачно, даже как-то само собой. Чувствую на этой почве ресурс. Вспоминаю, что кое-чего ей не сказал. Продумываю ответы на её дебильные вопросы, встаю, одеваюсь. Иду к ней…

Да не смейтесь вы, я и сам понимал, что глупости творю!!!

Пришел. Постучал. Открывает. Все ещё в полотенце. Смотрит злобно. Впустила. Легла на кровать. Оба несем какую-то чушь. Перебранка. Все внушает мне, что я такой же, как все. Мне уже без разницы, несу ересь. Зашел разговор о её внешности. Пытается выбить от меня, что я хочу её. Съезжаю с темы. Она разгорается. Пытается заставить меня сказать это. Проводит руками по своему полотенцу, изгибается, как пантера, и говорит, мерзким таким голосом:

— Ну, скажи мне, чего ты хочешь? Скажи это! Скажи! Скажи и УХОДИ! Скажи и проваливай!

— Сука ты.

Смеётся. Думаю, НУ Я ОБЯЗАН ЕЁ ВЫДРАТЬ! А в душе уже противно так. Ужас. Я абсолютно не возбужден. Даже когда на кровать сел, стал её целовать — втыкаю, что мой член меня подводит — нет никакого желания на неё. Мозги кричат — делай это! А главной мотивации-то и нет. Короче, я с ней ссорюсь вдрабадан, сообщаю, что более тупых и стервозных девушек ещё не встречал, и сваливаю. Дохожу до своего номера. Чувствую, что готов даже по морде ей дать. Раздеваюсь. Сажусь на свою кровать, мгновенно встаю, опять одеваюсь, причем в другую одежду, удобную, и с мыслями: «Ну, я тебе сейчас покажу кузькину мать!» иду к ней. Настроение от всех этих мероприятий — убойное. Меня на «ха-ха» не по-детски прет. Иду с четкой мыслью, что сейчас трахну её, даже если будет орать. Я реально зол. Ресурс проснулся. Ну, держись!

Подхожу. Стучу. Молчание. Жду. Через пару минут из-за двери

— Кто?

Молчу. Открывает. Видит меня и закрывает дверь снова. Не успел схватиться. Стучу настойчивее, мило улыбаясь шляющимся мимо охранникам (вообще в гостиницу чужим нельзя было, но я так часто ходил, что они подумали, что я тут живу). Стучу минут 5. Дверь отпирают, но не открывают. Открываю сам, захожу. Хлопаю дверь, поворачиваю ключ в замке с мрачной ухмылкой. Ну, попалась! Она сидит на кровати. Захожу в комнату. ОНА СИДИТ НА КРОВАТИ И НАМАТЫВАЕТ СОПЛИ НА КУЛАК!!! Вся в слезах! Смотрит на меня заплаканными глазюками. Я чуть было в лицо ей откровенно не расхохотался — настолько была смешная ситуация: тоже мне, насильник, пришел трахать плачущее создание. Черт, как же все неудачно! Блин, какие косяки… Мне смешно, она плачет. У меня истерика. У неё тоже. Сажусь, давай её успокаивать. Допер, что парень ей звонил только что. Сижу, говорю, что все нормально будет. Думаю о том, как бы свалить получше. Потом вытирает сопли, смотрит волчьими глазами.

— Надеюсь, ты понимаешь, что я не из-за тебя плачу!!?

— Конечно, понимаю. (Успокаиваю.) Это все ерунда, поверь.

Пытается рассказать мне историю про своего парня. Не слушаю, прерываю. Говорю:

— Ладно. Нам явно не по пути. Я смотрю, твоя любовь тебя доводит. Это неверно. Любовь должна только положительные эмоции приносить. Как у меня, например. Твоя любовь одна большая ошибка. Ты меня потом поймешь (посылаю воздушный поцелуй). Good bye!

Ухожу. Она смотрит на меня уже по-другому. Но поздно.

Ушел. Спокойно завалился дома спать. Почему-то отпустило. Спокойный стал, как удав. Дрых, как сурок, до утра. Все тип-топ!

Следующий день. У неё последний. Абсолютно не заморачиваюсь. Занимаюсь отдыхом, веселю друзей вчерашними событиями, наведался к другим девчонкам. Целый день бесимся. Вечером я с другом и двумя подругами полночи на пляже, потом поперлись к ним в номер, а живут они в той же гостинице, что моя НВ. Мне плевать. Идем в номер, там заваливаемся на кровать слушать музыку. Где-то 2 часа ночи. Девчонки разом уснули, мы с друганом лежим болтаем. Тут звонок на сотик другу. Ещё один товарищ просит нас придти в бар внизу этой гостиницы, он там с каким-то девчонками сидит. Парень про НВ не знает. Друг меня подрывает с теплого места, мы берем наши рюкзачки, все сонные, грязные после пляжа, вываливаемся в бар. Черт, ну я должен был это предвидеть! Дружок сидит в компании НВ и её подруги. НВ смотрит на меня, улыбается такой же улыбкой, что и я. Мы в один голос с ней:

Я: Это те самые девчонки, с которыми ты познакомился?

Она: Этот тот парень, которого мы ждем?

Народ не догоняет. Мы с ней ржем. Я сажусь напротив неё. В течение 15 минут молча смотрим друг другу в глаза. На остальных — пофиг.

Все решили идти купаться. Народ уходит за плавками, мы остаемся одни.

Я:

— Не смотри на меня.

— Почему?

— Мне неприятно. Странное чувство внутри.

Пытается что-то плохое сказать. Приходят люди, она тоже идет надевать купальник. Сидим, общаемся. Пацаны приносят мои плавки. Возвращается НВ. Я спокойненько так, прям при всех снимаю штаны и переодеваю плавки. Идем купаться. Моя девочка щеголяет в купальнике. У друзей слюни по колено. Побесились, поигрались. Я немного повыпендривался, попрыгал сальто. С ней не разговариваем. Все, расходимся. Она, громко, для всех:

— Всем пока!

Я:

— Ну, бывай!

Смотрит злобно. Я иду в номер греться и спать. Она сваливает утром домой. Я продолжаю оттопыриваться с друзьями. Про неё мало думал. Только в самолете на обратном пути друг признался, что выпросил у неё телефон в ту ночь, будет приглашать её на свидание. Друг — откровенно зеленый. Стараюсь не смеяться. Пожелал удачи в его нелегком начинании. Напоследок он сказал, что она в ту ночь передала для меня:

— Скажи ему, что больше я никогда не буду плакать, он поймет.

Понял. Не дурак. Только вот история вся эта… Чересчур большая. Огромная! И насыщенная. Ужас, короче…

Прошло больше 2 месяцев. Однажды вдруг подумал, а не попробовать ли мне ещё раз? Уж больно хороша!!! Короче, припёрся я на наш форум, описал все, как было. Так и так, мол. Ребята, научите, что делать. Я уже наелся её приходов. Что вы думаете о всей этой ситуации? — таким было моё подытоживание этой истории, и я с чистой совестью запостил её на форуме.

На сайте начинается активное вкручивание моих мозгов, много воды, много ерунды, но блин, в топик неожиданно приходят некоторые уважаемые личности, за что им огромное спасибо. Обсуждение начинает протекать в конструктивном русле. Ребята рассматривают мои вопросы, подсказывают ответы… А тем временем я активно вижусь с этой девочкой у нас в городе.

Первая встреча еще до Нового Года, когда она с подружкой выруливала из бара. Я подошел, поздоровался, а она на меня bitch shield врубила. Ну думаю, щаз получишь — и начинаю клеить её подругу… Она тогда разозлилась сильно, а я с лыбой дальше пошёл. Но это не интересно.

Приколы вновь начинаются, когда мой дружбан-пионер просит совета по поводу одного знакомства, так как тёлки ему телефон не дали и ввели парня в нересурс. Мы с ним решаем вечером отправится в бар, где я смогу дать ему совет. Только когда мы пришли в бар, советы давал уже он мне:). Тычет мне на двух девиц пальцем и говорит:

— О! Вот, смотри, это их я вчера пикапил!!!

Меня на «ха-ха»… Тычет в мою НВ пальцем… Она нас вместе увидела и тоже пятнами пошла. Ржёт. И поехало. Вижу её в этом баре почти каждый день. Сидит то с подругами, то с парнями какими-то. Я собственно, точно так же. Постоянно пялимся друг на друга. То есть контакт глаз практически не прерывается. Как дети шпионов!

На форуме все это дело я активно освещаю, ребята настаивают на том, чтобы я прекратил придуриваться, пошел и трахнул её… И тут — на тебе, на сайте объявляется конкурс на самую-самую историю соблазнения. Я лезу в топик, рассказываю пацанам, что сейчас пойду, найду её и трахну, а потом на конкурс историю запостю…

И всё! С того дня она в том заведении не появлялась:)

Официантки меня уже по имени знают, я с тех пор просто дежурил там… Каждый вечер, в 7 часов, сижу — пью пиво… Её нет. Знакомые парни со мной по очереди на дежурство выходят, а я им все рассказываю, как весело буду её трахать. К концу второй недели у меня заболела печень от вечерних пивных попоек, а пацаны от одного её имени впадали в ступор. Блин, ресурс у всех! Так что телок посторонних цепляем, смакуя каждую фразу, такие перлы отмачивали…

Февраль подходит к концу… О моей НВ — ни слуху, ни духу. Я уже реально понимаю, что с историей пролетел, начинаю халявить и на дежурство ходить через день:) Всей компанией переселились в другой бар, где плотность милых дам повыше, да и качество их получше. Блин, но в башке все равно она…

И тут новость. Встречаю друга, который ездил со мной тогда на море. Ля-ля-ля, бла-бла-бла. Короче говорит, что видел мою девочку два дня назад в ресторане. Она там с подругой была — кофе пили. Чёрт! А я её в баре искал. Благодарю друга, звоню Художнику и мы с ним в 7 вечера премся в этот ресторан. Пришли, сели — её нет. Смотрим меню и проклинаем эту чертову НВ. Кружка пива — 200р! В баре — 50. Ну и все остальное — соответственно. На календаре — 26 февраля, через два дня февраль заканчивается, её нет, но настроение кайфовое — придумали с другом прикол, провернули над двумя девчонками, что сидели недалеко.

Сидим ещё немного, звонит ещё один парень и приглашает нас в бар. Мы расплачиваемся, смотрим, как уходят те две девки, и идем в бар. Я уже абсолютно не надеюсь её найти, так как если бы она была в том баре, то друг уже сказал бы об этом по телефону. Заходим, поднимаемся по лестнице… и нас валит от смеха на пол!

Сука, сидит с подругами на диванчике и пьет шампанское! А товарищ наш сидит от неё за колонной и ни хрена не видит. Потому и не предупредил. На моё появление у неё следует улыбка, у меня ресурс умножается на 2. Меня колбасит, здороваюсь с ней и сажусь к другу. Блин, а у них там девишник. Человек 5–6. Чёрт, сижу и слежу за ней в зеркало, придумываю что-нить оригинальное. Смотрю, она встает и уверенно так идет в мою сторону, поворачиваюсь к ней — вижу, как она проходит мимо и идёт ставить песню в музыкальный аппарат. Чёрт, думаю, надо идти! Встаю, подхожу к ней. Она листает диски и выбирает песню. Прижимаюсь к ней со спины, начинаю тереться щекой об её ухо и что-то мурлыкать. Блин, её начинает магнитить ко мне, откидывает назад голову и прижимается задницей. У меня чувственный оргазм.

— Какую песню ты хочешь поставить? — спрашиваю.

— Я одну уже поставила, думаю над второй.

— Хочешь, я выберу для тебя песню и она тебе понравится?

— Какую?

— Я еще не знаю. Хорошую. А за это ты со мной встретишься. Я хочу тебя увидеть! Например, в воскресение!

— Ну…

— В 7 часов там-то и там-то! Идет?

— Я не знаю, что я завтра делаю, а ты хочешь, чтобы я договорилась на воскресение.

— Ну вот, теперь ты знаешь, что ты делаешь послезавтра. Встречаешься со мной!

— Нет, давай лучше созвонимся. Мне так удобней.

— Какой у тебя номер?

— (диктует)

— и это действительно твой номер?

— Ну да!

— (звоню ей)

— Алло!!!

— Это ты?????????

— НЕТ, блин!!!

— ВОТ ЧЕРТ!!!! Я ТАК И ДУМАЛ!

Оба ржем. Разошлись по своим столикам. Меня распирает, настроение убойное. Практичный ум начинает высчитывать сколько дней осталось до завершения конкурса, и что я должен успеть сделать:) Настроение бьет через край, и мы решаем с другом провернуть ту же крышесносную фишку, что придумали несколько часов назад в ресторане… Подзываем официантку и просим её принести нам 5 бутербродов с МАСЛОМ!! Официантка выделывается, говорит, что такого в меню нет. Я говорю, что заплачу за них как за бутерброды с сыром, но нам нужны именно с маслом. Она уходит договариваться на кухню. Приносит. Тарелочка такая симпатичная, а на ней 5 конченых бутербродов с маслом. Официантка начинает ставить их нам, я её останавливаю и говорю:

— Девушка, а теперь вы должны нам кое в чем помочь! Понимаете, это дело жизни и смерти!

Официантка бледнеет, потом зеленеет, но мы точно такую же картину уже видели час назад, так что конгруэнтно настаиваем на своем. Короче официантка соглашается. Она идет с это тарелкой к моей НВ и её подругам, ставит им её на стол и говорит:

— Девушки, это вам от троих потрясающих молодых людей! Приятного вечера! — и показывает на нас.

Мужики, в первый раз это было смешно, но стремно… Но второй раз… Я чуть не сдох от смеха! НВ смотрит на эти бутеры, меняется в лице, смотри туда, куда показывает официантка, видит меня. Я делаю лицо как у Джеймс Бонда, который только что трахнул Анжелину Джоли и так небрежно машу ей рукой.

Всё. Финиш. Она падет на диван в конвульсиях… От такого смеха можно, наверно, умереть. Проходит немного времени и она сваливает, видимо в туалет. Я тем временем плачу за буттеры и ухожу. Фух, денек выдался кайфовым!

Следующий день. Гуляю со своей девушкой. Оставляю её с другом, а сам отхожу за угол. Звоню НВ. Ля-ля-ля… Я ей: «Давай завтра встретимся! Я хочу угостить тебя ПОТРЯСАЮЩИМ… бутербродом с маслом!»

Она заливается смехом. Как и планировал, договариваюсь на воскресенье на 7. Она говорит, что если вдруг-чего, то обязательно позвонит мне заранее… Ну хрен с тобой, утилизировал как мог по телефону.

Следующий день. Воскресение. Прошу на форуме, чтобы конкурс продлили на сутки, так как я не успеваю её трахнуть:) Меня плющит. Надо ж было так случится, чтобы вопрос моего участия в конкурсе решался в последний день:)

Весь день у меня напряги и головная боль. Квартиры на вечер нет, только с мамой в засаде. Денег тоже, весь день бегал по друзьям — занимал. Ночь с субботы на воскресение вообще не спал, так что выгляжу как овощ. Ладно, пофигу мороз. Ближе к вечеру ко мне приезжает Стас с целью выйти пораньше на улицу и поднять мой ресурс перед встречей приставанием к другим девушкам с убойными приколами. Два часа ЖОПЫ и прочих страданий на улице. Я в полной боевой готовности. В 7 часов прощаюсь с ним на месте встречи и начинаю её ждать. Стасик, сволочь, базируется в соседнем магазине и сквозь витрины палит, когда же она придет:) Я звоню ему и отсылаю восвояси. Мимо идут ещё друзья. Строчу сигаретку. Всем интересно, кого я тут дожидаюсь. Её нет уже 5 минут. Остаюсь один, начинаю мерзнуть. Хочу написать ей смс с вопросом — где она? Мне попеременно звонят друзья — любопытные, сволочи:). Черт! Не дают написать смс. Её нет уже 10 минут. Я начинаю понимать, что она не придет. Настроение резко падает. Мега ресурс перерастает в мега груззз. Звонит телефон. Оба! Она звонит:

— Алло!

— Андрей, извини меня пожалуйста, у меня проблемы…

— Хорошо. Сегодня я решу все твои проблемы, если ты приедешь.

— Нет, всё серьезно… Я тебе обещаю, мы встретимся на днях. Я тебе сама позвоню. У меня правда не получится сегодня. Я тебе позвоню!! Извини ещё раз.

— Хмм… Мне придется есть бутерброд с маслом самостоятельно! Знаешь, это даже хорошо, так как я очень голоден!!!

— Я ненавижу масло!

— Я тоже!!! Ладно, пока.

— Пока.

Настроение замирает между ресурсом и депрессией. Калибрую её на искренность, затем забиваю и начинаю калибровать сам себя на настроение. Когда убедился, что все в норме, набрал друга, и мы пошли в кафе, где я заказывал столик. Блин, один друг, сука, звонит и довольно мне сообщает, что он выиграл спор, на тему того, что она не придет… Ну не суки, а?

Вечер проходит в спокойной размеренной обстановке, я стараюсь чувствовать себя хорошо, чувствую какую-то старую, забытую, детскую разочарованность… Удивительное чувство. Ночью встречаю весну и ложусь спать, высыпаться за двое суток…

Следующий день. Просыпаюсь во втором часу. Первое Марта! Институт нафиг. Прощай, моя девочка! Прощай конкурс! Прощай вечерние попойки с друзьями и пивом! Мне становится не смешно, а это очень плохо! Пошёл по друзьям раздавать вчерашние долги пока не потратил:) Узнаю от мамы, что она уезжает на сутки… Тс-с-с! Никому не слова, а то набегут вечером, а так хочется отдохнуть.

6 вечера, пипикает телефон. Достаю, смотрю отправителя — ОНА. Читаю:

— Давай завтра встретимся.

Звоню ей. Настроение — все пофиг. Расслабленно-утомленное. Я:

— Все очень хорошо, но завтра я не смогу. Если хочешь, сегодня предвидится великолепный вечер первого дня весны, приезжай.

— Я не знаю. Может лучше в другой день?

— Нет. Сегодня звёзды говорят, что все отлично!

— (смеется)

— Ты где сейчас территориально?

— У подруги. Я могу приехать в город через 30 минут.

— Хорошо. Жду тебя там-то и там-то.

— Ок!

Начинаю волноваться. Сука! Ну, надо ей было вчера выкобениваться??? Денег в кармане совсем нет, так как долги уже раздал. В квартире — бардак. Сам в дурацком состоянии. А она… Блин, сама виновата! Продолжаю гулять по городу. Мысли в стиле: «А может прокидать её? Взять и не прийти сейчас… Да не, на фиг. Я мужик или нет?!»

Время тянется, нервы растут. Звонят друганы, приглашают на пиво! Отказываюсь, говорю, что настроение фиговое, и я иду домой спать. Про неё молчу, а то, суки, опять поспорят…

Подхожу минута в минуту. Она стоит. Всё, внутренний диалог долой, пытаюсь включить креатив, но получается, что мне её только обстебать в кайф. Внутри состояние не очень хорошее. Она начинает задвигать, что удивлена, что все же приехала, что сама от себя такого не ожидала. Идем по улице, я почти все время молчу, но чувствую, что когда смотрю на неё, у меня дыхание сводит, так бы её и лизнул! Она идет, об меня бедром трется, сама за руку схватила. Но между нами как стена. Я пока по городу гулял — замерз прилично. Решаю, куда бы пойти посидеть, погреться. Чувствую, что сейчас могу быть очень конгруэнтно наглым. Выхожу на дорогу. Ловлю машину. Посадил её назад, сел рядом, едем. Пытаюсь заговаривать её разговорами о мимо пролетающих витринах, снующих людях, которых первого числа повываливало дохрена, все пьяные, меня это бесит. Делюсь негативом. Она грузанулась. Сидит спокойно. Приехали, вышли из машины. Идем в подъезд. Она:

— Ты тут живешь?

Ну думаю, щаз начнется! Но мне безразлично, настроение очень пофигистическое:

— Да, — говорю.

Она смотрит на меня своими волчьими глазами, на лице ни единой эмоции, и идет за мной. Дома бардак, постель разобрана, шмотки валяются, а мне пофиг. Вчера всю квартиру вылизал, себя искупал два раза, а сегодня уже пофиг… Ну думаю, бывает же такое! За грузом всей этой истории чувствую себя, как в кино. Вроде как, сюжет всем известен, но его все равно никто не помнит… Мысли крутятся вокруг поцелуя. Реально понимаю, что зря я в таком конченом настроении, так как весело приставать к ней — желания никакого. Но я понимаю, что очень хочу её поцеловать. Она сидит на кухне, я прибрал шмотки в комнате, покидал посуду в раковину, кровать оставил:) Чайник вскипает. Она сидит на стуле, я шляюсь по всей хате с вопросом — как же это лучше сделать. Черт, нужен какой-нибудь up-time срочно. Подхожу к ней. Сажусь на корточки. Лицо у меня, как у беженца с Чечни, наверное, было — усталое-преусталое…

Сижу перед ней на коленях, она в штанишках розовых, блин, как от неё классно пахнет!

— Вот так, — говорю. — А ты говорила, что в городе мы с тобой никогда не увидимся. А теперь, смотри, сидишь у меня на кухне… Бред?

— Бред…

Очень коряво, трясущимися руками, тянусь к её лицу, начинаю от этого улыбаться. Она механически тоже. Дотянулся. Тяну её к себе, а сам вытягиваю шею к ней. Неудобно! Целую. Она отстраняется, смотрит на меня, как жираф, и улыбается. Я вскакиваю, беру стул, ставлю рядом, сажусь.

— Так удобней!

Лезу целоваться. Она хихикает. Целует меня. Мне вначале даже к ее груди прикоснуться страшно было. Все по спине, да по ногам. Потом чувствую — заводится сильно. У меня крышу уносит, пустил руки активно в ход. А уж после и на кровать затащил. Дальше — не помню. То есть, помню в мельчайших подробностях, конечно, но вам, так уж и быть, этого не скажу:) Скажу лишь, что в 12 вызвал ей такси, на что и потратил последние деньги:)

Сегодня утром поперся в институт, затем целый день бегал — устраивался на работу. Я даже не знаю, как теперь себя с ней вести, чтобы продолжить с ней общение, но это совсем другая тема. Судьба ли она моя? Или к чему все это? Кто его знает… Но как-то странно. Неужели на этом все и закончится???

Смешанные чувства терзали мои душу и еще более смешанные мысли роились в моей голове после прочтения этой истории…

ГЛАВА 5

Любопытства и смеха ради купил я книгу «Библия секса», самую плохо переведенную книгу последних лет. Вы не представляете, как много я узнал об анатомии, философии и прочих глупостях! Автор так часто прибегает к сравнениям, как будто пытается объяснить бушмену преимущество новосибирских валенок над магаданскими, используя при этом португало-эскимосский словарь. Видимо, эта книга писалась для девственников и девственниц. Но ее ни в коем случае нельзя читать девственникам!!! Это может вызвать у них культурный шок и навсегда отвратить от секса!!!

Само по себе такое вступление способно приковать внимание к себе и заставить дочитать до конца эту тему на форуме. Даже если бы мне не сказала о ней Лелька, даже если бы она не задыхалась от смеха рядом, держась за живот и смахивая счастливые слезинки со своих очаровательных голубых глазёнок.

Несколько дней назад, после прочтения истории Наглеца, у нас с Лёлей возник спор о том, что же было дальше у него с этой девушкой? Бросил ли он ее на следующее утро или у них было какое-то продолжение? Я утверждала, что пикаперы не способны на длительные отношения, что для них все заканчивается после «зачёта», и дальше девушка уже не интересна им. Лёля во многом соглашалась, но все же, в силу своей природной наивности, видимо, продолжала верить в то, что бывают исключения. И что если какая-то девушка заденет не только любопытство и желание пикапера, но и его душу, то он будет в ответ способен на какие-то искренние чувства. Словом, ей, как и всякому ребёнку, хотелось верить в сказки. Пока мы не повзрослеем, пока не научимся принимать вещи такими, какие они есть, со всей их жестокостью и прагматизмом, мы не допускаем мысли о том, что этот мир может быть до конца плохим, мы не позволяем ему быть таким, мы всегда ищем лазейку, чтобы оправдать его.

В результате мы даже поспорили, заключили нечто вроде небольшого пари. Лёлька обещала создать на форуме тему про настоящую любовь у пикаперов, попросить их рассказать хоть одну историю об искренних чувствах, проснувшихся у них, уже когда они были пикаперами. И если среди этих историй была бы хоть одна настоящая — та, которая задела бы меня, то я обещала признать, что она (Лёлька) права.

Тему Лёля создала и теперь периодически заглядывала на форум, ожидая ответов в ней. Но ответов почти не было, поэтому чаще ей приходилось читать другие вещи, благо на форуме пикаперов всегда было что-то любопытное и интересное. Например, сегодня, читая пост Грязного Стебщика о найденной им недавно книге (меня удивило, что он вообще книги читает), Лёля не смогла сдержать смеха. И притащила меня за компьютер, чтобы я тоже на это взглянула.

Взглянуть было на что, несмотря на то, что Стас, как всегда, был в своем репертуаре, и не мог обойтись без крайней степени пошлости. Грязный Стебщик есть Грязный Стебщик.

Глава первая — «учимся массировать женские гениталии». Цитирую:

«Часы. Думайте о часах. Закройте глаза и думайте о часах, старинных часах с большим маятником, с маленьким маятником или о часах с кукушкой, если можете… Самый эффективный способ обследования женских наружных половых органов и влагалища заключается в том, чтобы представить их в виде циферблата часов». (Господи, автор, да ты шизанешься, когда оттуда кукушка вылезет…)

«Чтобы понять, как ощущается твердый пенис, найдите парня (ну да, логично), который увлекается посещениями тренажерного зала, и попросите его (ну, ну???!) согнуть руку в локте (упс… всего-то? …это жест такой?). Твердый бицепс на ощупь похож на твердый пенис, хотя такого размера (секунду, а как же с формой??) он бывает только в мечтах некоторых мужчин»

«Яички обычно сидят на заднем сиденье пениса». (Сидят? На сидении? Господи! Даже не пытаюсь себе этого представить!)

«Если перед началом оральной стимуляции мужского пениса (кстати, зачем в данном случае определение ‘мужского’, я вообще не понял. А чьего еще??) вы положите в рот немного зубной пасты, то это поможет вам справиться с нежелательным привкусом» (Я, может, чего-то не понимаю, но она же щиплет???)

«Пушок с подветренной стороны» — один из подзаголовков подробного описания женских половых органов. (Люди, люди, где там подветренная сторона??? И откуда там вообще ветер? Девушки, расскажите, а?)

«Упражнение по вращению клитора (!) зависит от его размера и расположения, а также чувствительности» (Мартышка, Удав, Попугай и Слоненок с их зарядкой для хвоста просто отдыхают, нервно куря в коридоре)

«В нашей культуре женские гениталии обычно завернуты во все, что угодно, от шёлка до трико или от кожи до кружев». (Женские? Завернуты? Я опять чего-то не понимаю…)

«Одни клиторы пассивны, в то время как другие буквально срываются с места вам навстречу, чтобы пожать вам руку»… (Чур меня, чур!)

«Клитор часто располагается таким образом, чтобы тереться носом о входящий во влагалище пенис». (Тереться ЧЕМ? Хотя — он же только что пожимал кому-то руку…)

«Если вам повезло, и вы пробовали заниматься сексом с разными женщинами и делали это в здравом уме и светлой памяти, то вы могли заметить, что не все влагалища устроены одинаково». (Мда, не все йогурты одинаково полезны…)

«Если женщина не знает, где у нее яичники, то во время следующего осмотра она может попросить своего гинеколога показать ей их». (Дорогая, видите эту банку? Так вот, в ней….)

«Одни люди испытывают оргазм, когда любимый человек просто целует им шею или спину, а другим для этого требуется пара динамитных шашек между ног». (Вот она, причина синдрома шахида!)

«Когда вы имеете дело с пенисом, вы можете задушить его практически до смерти, а он от этого будет только тверже». (Задушить?? Его???)

«Мужчины совершают большую ошибку, когда лишают свои пальцы чувства юмора». (Как???? Ну как они это делают??!?!?!)

«Некоторые пары предпочитают, чтобы женщина сидела на груди мужчины с расставленными ногами и лицом к его ногам (допустим). При такой позиции голова женщины обращена лицом прямо на юг, в то время как голова мужчины ориентирована на север». (Ммммм, вы когда-нибудь пробовали громоздиться на человека, держа в руках компас и четко ориентируя себя по местности???)

«Воспользуйтесь вашей счастливой рукой для того, чтобы натянуть кожу у основания пениса мужчины» (Мне уже надоело читать о пенисе мужчины, но это, видимо, дань политкорректности. Бог уж с ним! Но — «счастливая» рука? Это что, та, пальцы которой не лишены чувства юмора?)

«Стержень клитора носит тонкий непромокаемый защитный костюм, (да???????) который называется клиторальным капюшоном. Этот капюшон защищает клитор от невзгод жизни в промежности». (Да вы поэт, батенька!)

«Эта область очень невелика по размеру и располагается по соседству с клитором, а это может просто означать, что стучать надо в парадную дверь» (*стучу головой о стену* Где?? Где там дверь, тем более, парадная?????)

«мы, мужчины, учимся мастурбировать, пока пьем чай» (Знаешь, сыночка, бывает и просто файф о'клок)

«согните пальцы рук так, как будто вы молите бога о том, чтобы только что подписанный вами чек не оказался неоплаченным из-за отсутствия денег на вашем банковском счету, с той только разницей, что держать вы будете не чек, а мужской пенис» (Я бы сказал, нехилая такая разница… Но я надеюсь, что девушка никогда, как бы она не была развращена, не позволит себе сделать с чеком ТАКОЕ…)

«…затем подтягивайте руку по направлению к груди мужчины так, словно вы пытаетесь вытянуть из него наружу все самые лучшие ощущения и перетащить их на кожу живота» (Если честно, никак не могу это откомментировать, потому что физически не могу представить себе сей садизм!)

«Женщины часто предполагают, что пенис мужчины приклеен или прикреплен степлером к передней части его лобковой кости». (Он ЧТО??? Он ЧЕМ????????)

«сосание пениса не повлияет на качество оральной стимуляции, если только мужчина не держал его в морозильной камере» (Угу, угу… А потом достал из морозильной камеры — и степлером его, степлером!!!!)

«Заставьте ваши слюнные железы петь во время занятий оральным сексом» (Ага! Какую-нибудь веселенькую детскую песенку в духе ‘хорошо бродить по свету с карамелькой за щекою’!)

«…вам не надо будет беспокоиться о том, что лобковые волосы вашей партнерши будут наматываться на ваши гланды…» (Я в шоке! Какой кадр для фильма ужасов…)

«Кукурузные хлопья были изобретены для детей с целью поддерживать их растущий организм, а также для того, чтобы они не занимались такой ужасной вещью, как мастурбация» (Мда-а-а, цитата для книги «Все, чего вы не хотели знать о продуктах питания»)

«…когда он лежит лицом вниз на матраце с твердым пенисом…» (Матрац с чем? Это наименование хорошо бы смотрелось в каталоге IKEA)

«Среднестатистический пенис имеет некоторые части, которые обладают особой чувствительностью, а все остальные его части существуют просто для того, чтобы было чем похвастать». (Без комментариев!)

Короче, девушки! Никогда не читайте подобные книжки! Запомните раз и навсегда — практика и опыт! Вот что сделает вас бесподобными любовницами! При условии, конечно, что вы не лежите, как бревно, а все-таки хоть что-то там делаете и стараетесь сделать это лучше… Тьфу ты, черт, я уже сам заразился этой дребеденью!

–

* * *

— Да-а-а… блин, с ними не соскучишься! Один Грязный Стебщик чего стоит… Но в целом он прав — в последнее время развелось столько всяких глупых книжек об этом…

— О сексе? Или о пикаперах?

— О том, и о другом. Причем пишут их люди, которые чаще всего, мало знакомы с предметом. А наивные девушки потом читают и верят.

— На меня намекаешь?

— Нет, что ты, Лёль…

— Вот нарочно буду знакомиться с пикаперами только лично и составлять свое собственное мнение!

— Не вздумай! Попадешься еще в лапы какому-нибудь…

— Да ладно, мы тоже не лыком шиты! Зря, что ли, я уже весь их сайт облазила и форум чуть ли не наизусть выучила?

— И много с кем подружилась…

— Ну да, не без этого. Налаживаю связи во враждебном лагере! Врага надо знать в лицо!

— Ага, вон в последней теме, которую я читала, тебя вообще все за «свою» уже приняли…

Форум пикаперов.

Тема: «Лучший шаблон для знакомства»

Пионер:

Народ, чем вы «цепляете» девушек, как знакомитесь, завязываете разговор? Какие удачные шаблоны у вас есть? Давайте делиться!

Художник:

Не первый раз говорено: лучший шаблон для знакомства — это отсутствие какого-либо заранее заготовленного шаблона!!! Перестань рыться в инете и других источниках в поисках того набора универсальных фраз, которые в корне изменят твою половую жизнь. Если уж ты действительно встал на путь истинный и твёрдо решил стать тем перцом, от которого прутся симпатичные девушки, то будь добр впредь не предавать основную идею успешного пикапа и соблазнения! Пикап — это стиль жизни и, прежде всего, творческий процесс. Неужели у тебя нет своего образа мышления, своей индивидуальности? Я в это никогда не поверю.

Итак, начинай творить! И главная твоя палочка-выручалочка — это…стоп, нет… это не то о чём ты только что подумал:) Это ситуативный подход. Вот что разнообразит твои знакомства и добавит им необходимого шарма и уверенности.

Развивай свою наблюдательность. Твоя задача научиться видеть всегда и везде любую мало-мальски важную деталь, которая может послужить зацепкой для твоего подхода. Это может быть всё, что угодно: цвет одежды, книжка в её руках, прикольный аксессуар и т. д. Обрати внимание, чем она в данный момент занимается: разговаривает по телефону, слушает музыку, ждёт кого-то, читает объявление, моргает, чешется, прётся… Далее схема предельно проста: заметил девушку — нашёл зацепку — подошёл и высказал ей всё в лицо!

Вот ты и привлёк её внимание, причём не заученным наизусть дедовским шаблоном (кстати, вряд ли ты его вспомнишь в нужный момент), а своим собственным, теперь придумай ему название и иди хвастаться перед друзьями. Я надеюсь, дальше ты знаешь, что делать.

Замечания:

1) Постарайся, чтобы твой шаблон был максимально ярким, запоминающимся и смешным. Это добавит тебе очков в дальнейшем общении с дамой.

2) Начни просто с констатации факта, например: «Что это за цветок у тебя в волосах?» или «Клёвые чулки». А потом добей юморным комментарием: «Сама выращивала?» или «Всегда мечтал о таких, жаль неправильно поймут». Даже если получилось не совсем смешно, зато ОРИГИНАЛЬНО.

3) И помни, всё приходит с опытом! Ты и не заметишь, как через месяц другой будешь такие фишки отчебучивать, что самому будет страшно.

Поздравляю! С этого дня можешь записывать СВОИ СОБСТВЕННЫЕ шаблоны в толстую тетрадку — будет, что завещать потомкам…

Оле-Лукойе:

Но для пионеров все же лучше иметь при себе пару тройку шаблонов на всякий пожарный… если уж совсем ничего в голову не придет…

Пару заготовленных и любимых шаблонов не помешают, но всегда могут помочь. Шаблон, это своеобразный «спасательный круг», которым можно всегда воспользоваться в различных ситуациях. Не все умеют плавать без «круга», так же и не все умеют знакомиться без шаблона.

Да, импровизация, экспрессия очень хорошо, но не забывайте и про хорошие шаблоны.

Грязный Стебщик:

На днях отвесил фразу в стиле нег-хита, сгенерил находу:

— А чего это вы тут гуляете? Уроки сделали?

— Подрастёшь — симпатичная будешь!

— Клёвые трусики (поддергивая их сзади — вот это убойная вещь!)

Было ещё что-то… Опять же всё экспромтом, от того и прёт, собственно.

Хакер:

Девушка, вы не могли бы мне на мобильный позвонить? У меня такое чувство, что бабки на счете закончились. Вот уже взял телефон:)

Девушка вы спешите?… Можно я поспешу с вами?

Девушка, а вы маньяков боитесь…?

Загляни ей прямо в глаза. Когда она не выдержит твоего взгляда и моргнет, воскликни: «Девушка, да Вы мне подмигнули! Какая Вы кокетливая!»

Подойдя близко к выбранному Вами объекту, можно постоять минуту-другую с видом человека, думающего о чем-то своем, а затем ошарашить несчастную невинным вопросом: «Это ничего, что я молчу?» Эта фраза заключает в себе все: глубину, загадочность и просьбу о прощении.

А что Вы будете делать сегодня вечером, после того как мы с Вами сходим в кино?

Вы знаете, что такое любовь с первого взгляда, или мне еще раз пройти?

Мне кажется, что мы с Вами родственники. Позвольте взглянуть на фамильную родинку на груди.

Девушка, а давайте с вами не будем знакомиться?

Рэндом:

В универе. Девушка с 1 курса.

— Привет. На что сдала сэкс?

— ??? (улыбка)

— Значит не сдала, хочешь — помогу.

— Ну давай…

— Ок! Где будем заниматься?

— ???

….(увлекательная беседа о сексе пропущена)

Когда меня она уже назвала пошляком и собралась уходить, я открыл страшную тайну: Секс — это Социально-ЭКономическая Статистика.

Пионер:

Интересно было бы еще мнение девушек узнать на сей счет… Что им нравится? Как к ним обычно парни подходят знакомиться? Что они отвечают и почему?

Кариша:

Все от молодого человека зависит, оригинальность пожалуй на первом месте, с этим я соглашусь, в меру нахальный молодой человек уверенный в себе — это здорово (заметьте НЕ самоуверенный, а уверенный в себе), а еще есть такая вещь как первое впечатление, так вот постарайтесь с первого же слова понравиться собеседнице (даю подсказку: искренняя улыбка не помешает). Ну а в целом, не пользуйтесь шаблонными фразами, проверенными вашими друзьями и заученными наизусть. Ничто не выглядит хуже, чем наигранность. Будьте проще, нам это нравится:) удачи:)

Рэндом:

Идем как-то с парнями мимо универмага в центре (вот уж точно — пикаперское место!:-), там несколько девчонок-промоутеров раздают всякие бумажки. Одна подходит к нам, протягивает, что-то говорит… Парни отмахнулись, дескать — «надоело уже!» и пошли дальше, а я остался. Девочка протягивает мне эту бумажку, начинает рассказывать заученный текст: «Вот, вы знаете, в таком-то магазине сегодня проводится такая-то акция… приходите обязательно… с этим фиговым листочком вам будет скидка…» и т. д.

А я стою просто и улыбаюсь. Поначалу чуть заметно, потом все шире и шире, под конец — тяну лыбу во весь рот! Не знаю — чего это меня так пропёрло, настроение просто веселое было в тот день, да и девчонка забавная какая-то…

Короче, стою — улыбаюсь, смотрю ей прямо в глаза. Она что-то говорит, но все медленней и медленней, тоже начинает улыбаться, сбивается, умолкает…

Я ей: «Стоп! Что-то ничего не понял… Давай все еще раз — заново!» Она снова начинает бубнить свою роль, а я снова улыбаюсь и смотрю ей в глаза, она опять улыбается в ответ и умолкает…

«Слушай, — говорю. — А как тебе зовут?»

Отвечает. Спрашиваю — не устала ли она весь день тут стоять и ахинею пороть. Вздыхает. Устала, дескать, а что делать. Вот видишь, типа, уже сбиваюсь… Хорошо еще, что хоть люди порой понимающие попадаются… такие, как я!

Я снова улыбаюсь, она тоже. Предлагаю позвонить ей после того, как она освободится. Чуть-чуть поупиравшись, она соглашается, дает телефон.

Только и всего! Вот что значит — магическая сила улыбки!

Лёля:

Блин, а я не помню ни одного раза, чтобы кто-то со мной познакомился на улице так, чтобы я это запомнила. Видимо, я привлекаю или бухих, или старперов за 40 или жутких уродов, от одного вида которых сразу всплывают в голове разные сцены из фильмов ужасов:)

И банальное «Можно с вами познакомиться»… АААА!!!!! Уже убивает! Сколько можно?

Мальчики, сколько раз вам говорить, что главное — оригинальность? Что может понравиться девушке? А то, чего ей обычно не хватает. Здоровое чувство юмора, приятная улыбка, оригинальность, какое-то элементарное проявление заботы (что-то вроде при выходе из маршрутки подать руку незнакомой девушке, прибавив к этому какую-нибудь милую фразочку) — и она ваша! Да что угодно. В общем, дерзайте!

Рэндом:

Ох, Лёлька, что же все так мрачно-то? Почему только уроды или банальные мальчики к тебе лезут? Бедная… Может, тебе с местными мальчиками (в смысле — с этого форума) пообщаться? Мы тут — парни у-ух! И очаровать сумеем, и развлечь, и накормить-напоить, и спать уложить…

Лёля:

Если честно, мне приходила такая шальная мысль в голову. Хотелось чего-нибудь такого… необычного! Но я вовсе не горю желанием стать вашей очередной победой и прочитать о себе в дневнике какого-то соблазнителя, среди десятков прочих.

Наглец:

Каждый может выработать себе самостоятельную стратегию поведения в зависимости от личных особенностей. Я вот знаю парня, который очень похож на бандита — 2 метра ростом, размером со шкаф, морда кирпичом и кавказской внешности (хотя на самом деле русский). Его девчонки просто боялись!

А потом он придумал — подходить к ним, улыбаться, и тихонько, шепотом говорить: «Я на самом деле добрый и хороший!»

Хакер:

А если я сам похож на маньяка — так что же, заход «А вы боитесь маньяков?» сработает?:)

Грязный Стебщик:

Еще как! Либо убегут сразу же, либо покорно лягут на землю и обреченно начнут раздеваться, потом расслабятся и постараются получить удовольствие…:)

Рэндом:

Девушка, вы знаете, я сексуальный маньяк… Правда, сексуальный?

Пионер:

Что-то наша Лёля застеснялась после ваших маньячных историй.

Лёля:

Я вообще привыкла быть своей собственной. Но, может, я упустила момент, когда стала вашей?:)

Наглец:

Ты давно наша. С рождения. Девушки в этом мире принадлежат мужчинам. Бог создал их для того, чтобы мы их трахали. Другого предназначения им не существует. Так чего ты удивляешься?

Лёля:

Ах, ну да… Как же я могла забыть? И сказано в Евангелие: «…создал Бог из ребра, взятого у человека, жену. Адам назвал ее Евой, то есть матерью людей. Бог благословил первых людей в раю и сказал им: «плодитесь и размножайтесь, наполняйте землю и владейте ею».

Только, мальчики, я — атеистка и считаю, что каждый из нас — личность. И принадлежать кому-то не желает. Точно так же и я — не считаю себя принадлежащей кому-то. Я многим в этой жизни чем-то обязана. В первую очередь, родителям обязана своей жизнью. Но, тем не менее, времена рабовладения давно минули, и говорить, что человек именно принадлежит кому-то — неправильно.

Эх, Остапа понесло…:)

Рэндом:

Куда-то тебя и правда — не в ту степь. Городишь чего-то…

Лёля:

Саш, мне замолчать?

Рэндом:

Пой!:)

Лёля:

Это мы можем! Не зря у меня дома гитарка валяется… Щас спою!

— И правда, похоже, уже за свою там тебя уже давно приняли. Пикапить-то не пытаются?

— Ох, Насть… Я ж говорила — всякие новички и пионеры на свидания зовут, но мне с ними скучно. А из настоящих соблазнителей никто меня всерьез не воспринимает. Так только, поприкалываться… Рэндом, правда, более-менее по-человечески относится, но и он…

— А в твоей теме — ну, про настоящие чувства, есть что-нибудь новенькое?

— Почти нет. Не хотят они, видимо, про любовь рассказывать. Обмениваются какими-то глубокими намеками, понятными только друг другу, а я, как дурочка, хлопаю ресницами, читая все это и пытаясь проникнуть в смысл.

— Ну, как обычно, опять наобещали гору вкусных конфеток, а обёртки снимать не торопятся. А ты всерьез рассчитывала, что они тебе вот так запросто и расскажут про себя такое?

— Всерьез я рассчитываю только на логарифмической линейке, а здесь я надеялась на их сознательность!:)

— Что у тебя за математический уклон вдруг прорезался?

— Да мы с подружкой сейчас как раз должны будем к одногруппнику пойти — математикой заниматься. Кстати, мне пора в душ бежать и собираться, а то она уже скоро придет.

— Ну, тогда давай быстрей — одна нога здесь, другая там.

— Тогда у меня одна нога останется не помытой!:)

— Пока ты будешь умничать — сейчас и правда уже твоя подружка придет, а ты…Что за подружка, кстати?

— Та самая Юлька. Помнишь?

— Ну еще бы! Даже была бы рада опять с ней поболтать.

— Ну, вот и встретишь её, если что, ладно? А я в душик и — собираться!

* * *

— Лёль, а почему ты так редко ходишь с распущенными волосами? Тебе так гораздо больше идет!

— Да ну… Они же постоянно путаются! По-моему, это выглядит ужасно!

— Ты субъективна.

— Я растрепана!!!

Мы рассмеялись. Лёлька только что вернулась из душа и теперь щеголяла по дому в легком халатике и с распущенными мокрыми волосами. Её щечки, распаренные после горячей воды, светились румянцем, длинные локоны рассыпались по плечам, а тонкая ткань халатика, обтягивая упругие участки тела, явственно показывала, что Лёлина фигурка за зиму округлилась в вполне определенных местах. Не знаю, не замечала ли я этого раньше, потому что не обращала внимания, или просто толстые свитера, которые она носила холодной зимой, не давали мне оценить всю прелесть юной, только-только созревшей фигурки, но теперь я, кажется, понимала — почему к ней так настойчиво липли мальчики-пионеры.

— Нет, я всего лишь хотела сказать, что ты со своей колокольни на мир смотришь. И порой несправедлива к себе.

— Каждый смотрит на мир со своей колокольни.

— Да, но твоя-то вообще в стороне стоит! И не видит себя со стороны — глазами окружающих.

— Моя колокольня, где хочу, там и ставлю, — Лёлька скорчила умильную рожицу.

— И маковку специально набок накренила…

— Это такой дизайнерский ход!

Показав мне язык, она сбежала одеваться. А я пошла открывать дверь, потому что уже пришла Юля. Мы тепло поздоровались с ней и прошли в комнату, где еще горел включенный компьютер, с окошком открытым на страничке пикаперского форума. Юлька понимающе улыбнулась, увидев это, но не успела ничего сказать, потому что тут в комнату впорхнула Лёля…

И второй раз за сегодняшний день я уставилась на нее все тем же удивлённо-восхищённым взглядом, стараясь при этом не глазеть и не пялиться слишком уж откровенно, чтобы не смущать подругу, но в то же время не в силах себя сдержать. На Лельке были обтягивающие джинсы и облегающая кофточка с вырезом, под которой, судя по торчащим соскам, ничего не было. Зато облегать было что! А я-то привыкла считать ее смешным несформировавшимся ребенком… Блин, где были мои глаза раньше?

Юлька была менее тактична, чем я. И более категорична:

— Ты что, собираешься ТАК идти к Мишке?

— Ну да… а что?

— Ничего. Завязывай строить из себя святую невинность и иди — надень быстро лифчик, а то Мишка не сможет думать о математике!

— Ну, Юль…

— Я кому сказала?

— Ну вот! Даже покрасоваться не дадут в новой кофточке…

— Не в такой же!

— А что тебе не нравится?

— Мне? Что? Вот что! Конкретно вот это вот место!

— В одежде девушки должно быть специально отведенное место для бросания нескромных мужских взглядов!

— Мы по делу идем или нет?

— Бе….Не любишь ты меня. И вообще… Ты вообще никого не любишь!

— Не, есть такие люди, которых я люблю… периодически!

— Как это так?

— Ну, вообще я много кого люблю, но редко…

— Мужского пола?

— А то! Я ж не лесбиянка! Я — совсем даже наоборот! Люблю мужчин много и часто, и они, как правило, отвечают мне взаимностью. Вот, например, вы всё мальчиков-пикаперов недолюбливаете, как я посмотрю…

— Не беспокойся, они недолюбленными не останутся, — мрачно буркнула я, подключаясь к беседе.

— А за что? Веселые и креативные ребята! Разве лучше с какими-нибудь неуверенными слюнтяями общаться?

— Ты думаешь, лучше с теми, которым нужен только секс на один раз?

— Насть, как будто ты сама никогда не соблазняла мальчика на одну ночь. Чем мы-то, девушки, лучше?

— Ну-у-у… было, конечно… но… это другое… Погоди, Юль, а у тебя было такое, чтобы ты просто снимала мальчика на ночь и ничего, кроме секса на один раз, тебе от него не хотелось? А утром просто забывала и выбрасывала из головы?

— У каждой такое было. За исключением девственниц и лохушек.

— Юль, а ты не лукавишь?

— Нет. Я всегда говорю правду. Из принципа. За исключением тех случаев, когда безбожно вру для собственного удовольствия! — рассмеялась Юлька. Но я продолжала оставаться серьезной, так меня эта тема заинтересовала.

— А можешь рассказать?

— Хм… вообще, да. Если только кое-кто сплавится куда-нибудь… на кухню, например. И наконец переоденется! А то я при ней стесняюсь как-то…

Лёля и правда смотрела на Юльку широко распахнутыми глазами, разве что не разинув рот. Она явно не ожидала от своей подруги такого и тоже хотела послушать. Мне пришлось долго уговаривать ее оставить нас с Юлей наедине. В конце концов, обиженно фыркнув, Лёля все-таки сдалась нашему двойному напору и ушла на кухню — готовить чай, бросив через плечо напоследок:

— Ну и что, что вы считаете меня маленькой… Зато у меня все самое интересное еще впереди, вот!

— Только у мужиков всегда все самое интересное спереди. Но это уже тонкости физиологии. Иди давай и не подслушивай! — не осталась в долгу Юля. И, бросив на меня задорный, но в то же время чуть-чуть смущенный взгляд, закрыла за Лёлей дверь…

* * *

— Само собой, история моя произошла летом, — начала свой рассказ Юляшка. Я предупредила ее, что раз уж, скрипя сердцем, я согласилась на изгнание Лёльки, то пусть теперь рассказывает всё откровенно и в подробностях. Юля, томно закатив глазки, обещала красочно описывать все пикантные детали, чем едва не вогнала в краску меня, ведь я совсем не это имела ввиду. — Лето всегда было у меня временем приключений, романов, курортов и вообще, лето — это лето. Хоть, есть что вспомнить в другое время года, но все же…

Я возвращалась тогда домой из одного южного города, можно сказать — с курорта. Но так получилось, что отдых в тот году выдался у меня скучным, ничего запоминающегося и интересного, так что в поезд я садилась в настроении специфическом. Было во мне что-то обиженное и недовольное. Очень уж не хотелось, чтобы вот так это лето закончилось. Ну, а когда чего-то сильно хочется, рано или поздно оно и схлопочется.

Юлька снова хмыкнула весело и задорно, скрывая за этим, как мне показалось, некоторое смущение. Я ободряюще улыбнулась.

— Понятно почему мне захотелось, причём очень сильно захотелось, еще немного пошалить, прежде чем поезд привезет меня в мой родной Дзержинск. Особенными комплексами на счёт развлечений подобного рода я, вроде бы, уже не страдаю, и опыт кое-какой имеется, но как-то так сложилось, что до той поры мне ни разу не довелось ни кого-то снять, ни позволить себя саму совратить вот так запросто, на улице. Всё же привычка быть порядочной девушкой во мне сидит крепко. И вот именно в тот вечер я вдруг почувствовала, что сегодня я этой привычке совершенно открыто и нагло изменю!

Я снова тихонько улыбнулась. Глядя на Юляшку, было невозможно не сделать этого.

— В вагоне ехали в основном женщины. С детьми, с баулами, с проблемами… Не то чтобы я была строго гетеросексуальна, но эти женщины явно не могли мне понравиться. И тут я обратила внимание на проводников. Один был уже в годах, с сединой, бородой и усами, а вот второй… Второй — совсем молоденький, с по-хорошему голодными глазами, меня заинтересовал. В обычных условиях он, скорее всего, не привлёк бы меня настолько, так особым красавцем не был, и как объект желания тоже был не очень, но в тот момент мне нестерпимо хотелось именно похулиганить. Да и должность подходящая — на то, чтобы хулиганить прямо в плацкартном вагоне, моё нахальство не распространялось. Итак, было «с кем», было «где», ну, а насчёт «чем» — это не наша женская проблема.

Возможность и даже лёгкость осуществления меня неожиданно не разогрела, а совсем наоборот — я подумала: «А на фига мне, собственно, это нужно? Что хорошего в таком вот случайном приключении? Смешно обольщаться, что в подобной ситуации может получится что-то настоящее, греющее душу».

И тут меня проколбасило не по-детски. А почему бы и нет? Почему мне нельзя поразвлечься так, как я хочу? Неужели меня остановят какие-то комплексы, неужели я боюсь, что обо мне кто-то что-то не то сказанёт? Не-е-ет, не хочу быть примерной девочкой! (мда, знала бы мама, какой образ жизни я называю примерным…) Все сомнения растаяли, я почувствовала, как меня словно бы поднимает огромная тёплая волна и несёт куда-то… куда я вовсе даже и не против. В общем, проводник был обречён.

Я переоделась, сменила джинсы и кофту с рукавами на короткие шортики с бахромой и тоненькую маечку на бретельках, запихала лифчик в рюкзак. От прикосновения тонкой бархатистой ткани к моей груди (или, может, не от ткани, а от таких мыслей, не знаю, не важно…) соски приподнялись, дыхание участилось, я почувствовала то особое волнение, когда вроде бы и сердце бьётся не чаще обычного, а всё же — не так, иначе, не как всегда…

Повод представился скоро — разносили чай. Я несколько раз зацепилась глазами с проводником, слегка нагнулась в нужный момент, чтобы ему было удобнее заглянуть в вырез маечки, потянулась за рюкзаком на верней полке, пружинисто и упруго выгнулась, чувствуя, как тонкая летняя маечка прилипает к телу… И удовлетворенно, отметила, что проводник все это время не сводил с меня глаз. Ха! Парень спёкся. Даже не ожидала, что его окажется так просто «завести». Проходя дальше по вагону, он уже поглядывал в мою сторону, даже шаг замедлял. До вечера я успела отнести стакан, пару раз подошла спросить о каких-то пустяках, заглядывая ему в глаза или «ненароком» касаясь то плечом, то бедром. Было заметно, как он вынужден собираться с мыслями чтобы отвечать хоть что-то вразумительное. Возможно, мне бы это показалось смешным, но меня несла всё та же озорная волна, и мне это не то что нравилось, но заводило как-то, и я ощущала странное волнение в груди… приятное, немного недоверчивое — «получится или нет» — с маленькой толикой сладкой жути, словно в первый раз.

Поезд всё катился, степь за окном сменилась перелесками, и от этого как-то сразу стемнело. Раздали бельё, и я, конечно, не упустила случая еще раз оказаться рядом с моей предстоящей жертвой и легонько задеть его — на сей раз уже грудью. Когда зажёгся синий дежурный свет, подошла к купе проводников, спросить на сей раз о том, когда приедем (ну, неграмотная я, расписания на стенке не разумею:-), спросила, не скучно ли вот так мотаться туда-сюда, да так и завязала разговор обо всём сразу. Ощущение, что планы мои стремительно двигаются к осуществлению, заставляло меня чаще дышать, а парень (казавшийся уже довольно-таки симпатичным) едва отводил взгляд от моей груди. Я совершенно наглым образом уселась на койку, ему ничего не оставалось, как плюхнуться рядом (больше там просто некуда). «Папаша» куда-то исчез (потом «мой» сознался, что еле уговорил его уйти в соседний вагон, поспорив на бутылку, «папаша», конечно, не верил — и, в общем-то, правильно не верил, но сегодня был особенный день).

Поговорили ещё о чём-то, время тянулось, парень на все мои провокации реагировал правильно, но к активным действиям никак не переходил. А мне хотелось не просто действий, мне хотелось слёта крыши, чтобы вообще не понимать, где я и с кем я. Решение нашлось неожиданно. Я вообще-то не курю, но иногда, в некоторых случаях, балуюсь. Вот я и попросила закурить. Он куда-то полез, и тут же достал начатую пачку. Ух… Это было совсем не то же самое, что те лёгкие сигареты, которыми я балуюсь иногда. Дым драл горло, но зато эффект превзошёл все ожидания — я поплыла. В таком состоянии мне уже ничего не стоило поцеловать его, и после поцелуя не возвращаться в исходную позицию, а так и остаться на нём, прижавшись грудью и обняв одной рукой за шею. Тут он, видимо, поверил, что это всё не просто так, глаза заблестели, мигом избавился от сигареты (и меня избавил, я и не заметила как), прижал к себе, мягко, но сильно. Чёрт, мне это понравилось!

Сдерживаться и вообще что-то там думать о своём поведении расхотелось совершенно, и я начала делать то, что хотелось — сдирать с него рубаху. Он еле вырвался, чтобы запереть дверь (вечно я об этом забываю!:), а я повисла на нём сзади. Он мигом щёлкнул замком (профессионал!), завёл руки за спину и притянул меня за талию, так, что я выдохнула у него над ухом, а тут как раз и пуговицы сдались, и я забралась ладонями к телу. Такой несправедливости он не потерпел, мигом развернулся и запустил ладони мне под маечку (а точнее — попросту задрал маечку выше груди), на секунду задержался, но вот уже его ладони накрыли грудь. Поезд нёсся вовсю (или так казалось) вагон ощутимо качало (а может, качало бы и без вагона), синий дежурный фонарь и слабый красноватый свет от окна создавали и вовсе полный сюрреализм — ни имён, ни лиц, лишь мужчина и женщина.

Он огладил мои груди, переместил руки ниже и потянул меня к себе, и сам потянулся к груди губами. Тут уже я задышала, потянула его за ремень. Ремень не поддавался, тем более что пришлось прерваться, поднять руки, когда он окончательно стягивал с меня маечку, в общем, я явно отставала, и пришлось ему помогать мне с брюками. Прижались ещё раз, уже почти обнажёнными, грудь его была не особо мускулистая, но солидная, не скелет какой-нибудь, а руки в самый раз уверенными так, чтобы это не было нахально. Видимо, не такой уж и молоденький, как сначала показалось. Я оставалась в одних трусиках, в сюрреалистичном красно-синем свете они, казалось, меняли цвета как хамелеон. Но я-то их только краешком увидела, а вот он прикипел, так глаза и застряли на ажурной сеточке. Я решила его ещё больше подразнить, высвободилась, отошла на шаг. Конечно, хорошо бы было пройтись, изогнуться как-нибудь, но тесный ящик проводницкого купе для этого явно не предназначался, так что он тут же снова меня «изловил», прижал, начал целовать лицо и шею, и гладить тёплыми руками по всему телу, иногда осторожно забегая пальцами под краешки трусиков. Я откинулась назад, на его руки, подставляя грудь, которой он и занялся нежно и напористо. Я почувствовала, что стремительно мокну там, внизу. Теперь уже мои руки заметались по его телу — голова, плечи, бёдра… Решившись, я потянула вниз его трусы. Торчащий член мешал, и я чисто машинально взялась за него, чтобы отцепить столь своеобразный «стопор». Парень вздрогнул, замер и одним движением забрался рукой мне между ног. Я застонала, и начала рукой двигать по его члену. Его рука тоже не дремала, я почувствовала, что намокаю ещё сильнее, что уже просто теку, как в ранней юности, во время первых забав. И он это почувствовал, палец его деликатно отодвинул трусики и проник внутрь. У меня начали подкашиваться ноги, и я уселась на стол. Очень хотелось откинуться назад, но было некуда. Ему то ли пришла в голову та же мысль, то ли он почувствовал моё движение, но он прервался, мигом скатал постель с матрасом и подушкой и закинул получившийся рулет мне за спину. На него я и откинулась, запрокинув голову и разбросав руки. Даже в ошалелом от страсти состоянии я помню, что вид вот так раскинувшегося тела очень возбуждает. Впрочем, ещё больше возбуждать его было уже незачем, а вот трусики снять было желательно. Стоило мне оторвать бёдра от края стола — и он мигом стянул последнюю деталь моей одежды. Я снова взяла его за член и потянула тихонько на себя, как за руку. Однако что-то у меня в голове ещё осталось, я вспомнила, что вижу его в первый и последний раз, и не мешало бы подумать о безопасности. Но и тут он меня опередил — продекламировав фразу из рекламки про безопасный секс, жестом фокусника извлёк откуда-то характерный квадратный пакетик. Мне так и хотелось его подтолкнуть, чтобы побыстрее, но, несмотря на мою «помощь» он таки сумел надеть резинку достаточно быстро. Зато рука моя снова была уже на члене и я наконец-то буквально воткнула его в себя. Ощущение, как он входит, продвигается внутри, заставило меня то ли простонать, то ли крикнуть, я схватила его за талию, залезая на долгожданный его «конец». Он вошёл, секунду постоял (только покачивания вагона чуть шевелили нас), потом медленно вышел почти весь и снова начал входить, постепенно убыстряя темп, потом чуть приостанавливаясь и сосредотачиваясь на груди и шее. Покачивание вагона добавляло ощущений, мелькание огней за окном вводило в подобие транса, резкий перестук на стрелках встряхивал, но тоже как-то приятно. Я полностью отдалась этой скачке, только дышала и мотала иногда головой, потом начала гладить себя руками.

Парень совсем обезумел, задёргался, зарычал — и неожиданно для себя самой я с криком выгнулась ему навстречу, вцепилась руками — и он рухнул на меня, прижал к нашему спартанскому ложу, продолжая даже не сам двигаться, а двигая мной. Я расслабилась, раскинулась, насколько позволяла теснота… Даже не ожидала, что получится так хорошо, сожаление вызывало лишь отсутствие хоть какой-то цивилизации — ну, не душа, так хоть крана с водой — я бы ещё за него взялась по-другому, если б не сомнительные кулинарные достоинства смазки на презервативах. Парень оторвался от меня мягко, успокаивающе… Через минуту я поняла, как обманчиво это успокоение — во мне снова начала подниматься та тёплая волна. Похоже, ему это тоже передалось — он оказался «готов к бою» поразительно быстро. Резинку выкинули в окно, достали другую, матрас свесили со столика и на сей раз я легла на него животом. Второй раз — не первый, он вошёл медленно и аккуратно, и двигался не как отбойный молоток — быстро и прямо, нет, он начал покачивать бёдрами (ногами я ощущала его движения), плавно ворочаясь во мне. Довольно скоро я вновь застонала, меня затрясло, но дрожь была приятной и долгой… А вот парню не так повезло — он так и не разогрелся для полноценного второго оргазма, и после некоторого времени выполз из меня, так и не кончив. Впрочем, он уже своё получил, так что совесть меня особенно не мучила…

…Ранним утром, когда солнце еще не взошло, я тихонечко выскользнула из тесной проводницкой. Приближался конечный пункт моего путешествия, пора было разбегаться. Как можно проворнее и в то же время тихо, чтобы никого не разбудить, я собрала свои вещи и, когда подошел момент, быстренько выпорхнула из вагона, чтобы лишний раз не встретиться глазами со своим случайным дорожным приключением.

— Да-а-а, Юляшк… прям не знаю, что и сказать! — раздался смущенный голос из-за двери, и в щелку просунулась хитренько улыбающаяся Лёлина рожица.

— Ты подслушивала???

— Ну не могла же я такое пропустить, ведь… А-а-а!

От метко брошенной Юлькой подушки увернуться она не успела.

* * *

Иногда я задумываюсь — а где же любовь в этом мире? И есть ли она вообще? Мы все что-то придумываем, кого-то ищем, пытаемся во что-то играть, флиртовать, интриговать и добиваться своего. Не всегда честными методами. А потом сетуем на отсутствие искренности и открытости в наш «прожженный и циничный век».

А любовь… Наверное, с ней случилось то же, что и с приведениями — с тех пор, как в них перестали верить, они перестали показываться.

Ну какая может быть любовь у такой уставшей от жизни и циничной зануды, как я? Которая уже никому не верит и во всем ищет какой-то подвох? А ведь для любви нужна открытость, упоенность, голова, кружащаяся от счастья… А где взять?

Или вот — откуда может взяться любовь у такого вот мальчика-пикапера, который только и думает, как бы ему завалить в постель девочку по-быстрому? А где же чувства, переживательность, безумные эмоции? Разве доступны они, к примеру, тому лоботрясу, который вчера вечером попытался соблазнить Лёлю?

— Честно говоря, Лёльк, меня это известие повергло в шок. Как-то даже не ожидала такого от Рэндома…

— Да я сама не ожидала. Хотя, вроде бы, уже и знаю о пикаперах немало. Но была абсолютно не готова. И почти безоружна.

— Ну, не скажи! Если принять во внимание — как ты его уделала в конце…

— Да не старалась я никого уделать, Насть! Все само собой как-то произошло… Я же говорю — мы просто встретились случайно после учебы. Он был на машине и предложил подвезти меня до дома. Я согласилась. Почему бы и нет? По дороге болтали о чем-то… он меня постоянно смешил… Разговор зашел о кино, я упомянула, что у меня дома есть фильм, который, как оказалось, он давно хотел посмотреть. Ну, я и позвала его…безо всякой задней мысли…

— Ты-то, может, и безо всякой задней мысли, а вот он точно — с передней!

— Я вообще-то думала, что у меня родители дома. Но их не оказалось, и… Я ничего подобного даже не ожидала, тем более, что Сашка в этом плане — абсолютно не мой тип мужчины. Он маленького роста (по сравнению с моими-то 178 сантиметрами), смешной какой-то, на внешность не представляет собой ничего сногсшибательного. Правда, обаятельный очень. Вот оружие, против которого я бессильна! Постоянные шутки, эта его неуемная энергия, его прикосновения… все казалось таким естественным и само собой разумеющимся, что не вызывало никакого сопротивления… Я даже сама не заметила, как он расположил меня к себе… И когда поцеловал в первый раз, я не успела ни удивиться, ни что-то возразить — так неожиданно это было и… приятно, черт возьми! Мы сидели на диване, смотрели фильм… потом как-то плавно переместились в более горизонтальное положение… а потом…. Знаешь, Насть, я была просто в шоке от того, как потрясающе ловко он расстегивает всякие пуговички, молнии и крючочки. Вроде бы только рукой провел — и все расстегнуто! Я даже и сообразить-то ничего не успела…Стала что-то сбивчиво возражать, но он меня не слушал…

— Мда…и?

— Ну, в какой-то момент мозги у меня включились, и я вспомнила все-таки кое-что из прочитанного на сайте. Не зря ж сюда хожу.

— Например, чем можно остановить зарвавшегося пикапера?

— Что-то вроде. В общем, я наплела ему про некое легкое венерическое заболевание… сказала, что у меня ТАМ грибок, который никак не вылечу… это сразу охладило его пыл. Видела бы ты его испуганный вид!

— Могу себе представить! А потом?

— А потом как раз позвонила мама и сказала, что она скоро придет. Пришлось мне попросить его поторопиться с уходом. Если не сказать — спешно выдворить.

— Погоди-ка! То есть, ты его возбудила, раздразнила, позволила себя раздеть, потом обломила, да так и выпроводила из дома, не солоно нахлебавшись? Неудовлетворенного, со вставшим членом и комком одежды в руках? Ну, Лелька! Снимаю шляпу! Браво!!!

— Да ладно тебе, Насть… Я не нарочно. Вообще, мне даже как-то стыдно немножко теперь, — Лёлька состроила виноватую рожицу, но глаза ее лукаво светились.

— Брось, подруга! Так им и надо! На будущее — так поступай со всеми, кто еще из них к тебе полезет! Поиграйся, подразни, а потом выпроваживай из дома в подобном виде! В воспитательных целях! Пусть знают!

— Насть, я так с тобой совсем какой-то девушкой-обломщицей стану! — рассмеялась Лёлька. — Буду посылать всех без разбора, и правых, и виноватых. А как же любовь?

А что любовь? Разве она есть еще в этом мире? Или мы сами закрываем глаза и проходим мимо, когда она совсем рядом? Теряем ее в вечной спешке, стремясь к чему-то недостижимому? Наверное, и правда, с ней случилось то же, что и с приведениями — с тех пор, как в нее перестали верить, она перестала показываться…

* * *

— Любовь вообще — нечто такое, о чем не хочется рассказывать кому попало.

— Ах, то есть я — кто попало? Спасибо, господи Художник! — Лёля обиженно надула губки.

— Не злись. Просто и правда — мы с тобой слишком разные. Боюсь, не поймешь.

— Теперь ты еще и намекаешь, что я — маленькая несмышленая дурочка, которой не дано понять высоких чувств взрослого мальчика? Ну, знаете ли…

— Лёльк, ну хватит уже. Если я не хочу рассказывать историю о своей любви в какой-то там твоей теме на форуме, это еще не значит, что я стараюсь тебя обидеть.

— Эх… Верю. Но иногда — очень похоже на это! Почему вот ты считаешь, что я не пойму? Мы что — такие разные? Я всего на несколько лет тебя младше.

— На 8. С половиной. Но дело даже не в этом. Мы с тобой в принципе в разных эпохах родились. И даже в разных странах. Если я сейчас попробую припомнить пару картин из своего детства, ты, наверное, будешь просто в шоке!

— Ничего подобного!

— Попробуем?

— Давай!

— Хм… Ну, в принципе… Знаешь, у меня было обычное (по меркам того времени) детство. С безумной мальчишеской вольницей, с постоянными хулиганскими проделками от которых родители приходили в ужас (а ведь сколького они еще не знали!)… с наивной верой в чудеса, которые сбываются, если только сильно-сильно захотеть и хорошо себя вести. И в то, что все взрослые — волшебники. И я, когда вырасту, стану таким же.

Но думаю, мое детство сильно отличалось от того, что можешь себе представить ты. У нас все было как-то… по-другому… Не лучше и не хуже, а именно — по-другому. Как будто из другого мира….

— Ты дразнишь мо любопытство!

— А ты будоражишь мою ностальгию!

— Рассказывай уже! Я вся дрожу от нетерпения!

— Знаешь, иногда, оглядываясь назад, мне самому трудно поверить, что нам (людям рожденным в 80-е годы) удалось дожить до сегодняшнего дня. Ведь в то время, например:

а) наши детские кроватки были раскрашены яркими красками… с высоким содержанием свинца! (как оказалось впоследствии);

б) не было специальных секретных крышечек на пузырьках с лекарствами;

в) двери часто не запирались, а шкафы, по-моему, не запирались вообще. За исключением тех случаев, когда мама положила туда что-нибудь важное и предупредила нас об этом. После чего, конечно же, старый замок этого шкафа следовало немедленно вскрыть ржавым гвоздем или бабушкиной спицей;

г) мы пили воду из колонки на углу, а не из пластиковых бутылок. А уж о том, что ее придется когда-нибудь покупать в магазине и речи не шло;

д) никому бы и в голову никогда не пришло, что на велике надо кататься в шлеме.

УЖАС! Да?:-)

— Ужас!:)

— А еще мы уходили из дома утром и играли весь день, возвращаясь только когда зажигались уличные фонари. Целый день никто не мог узнать — где мы? Мобильных телефонов не было! Вообще!!! ТРУДНО ПРЕДСТАВИТЬ?

— Да уж…

— Мы резали пальцы, ломали руки и ноги, падали с крыш и разбивали друг другу носы. И никто не подавал ни на кого в суд! Хотя… всякое бывало, конечно…

Зато у нас были друзья! Мы выходили на улицу и находили их! Вместе шатались по улицам, катались на перилах, пускали спички по весенним ручьям, ловили ртом снежинки зимой или облизывали сосульки, лазали по крышам и деревьям, или просто сидели где-нибудь на заборе и болтали…

А когда нам был нужен кто-нибудь, мы просто шли к нему домой, без всяких предварительных звонков и договоренностей, заходили и виделись. Без спросу, сами!

Мы придумывали игры с палками и консервными банками. Сейчас таких уже не увидишь, а раньше — в каждом дворе мальчишки играли. На переменах мы плевались из трубочек и обливались водой из старых многоразовых шприцев.

Мы воровали яблоки в садах и ели вишни с косточками. И косточки не прорастали у нас в животе, вопреки тому, что обещали взрослые!:-)

На самом деле в мире было гораздо больше семи чудес света. Просто к многим чудесам мы так давно привыкли, что даже не замечали их. Ну разве не чудо — первое советское средство после бритья? И кусочки газеты потом… Или представь еще себе такое чудо — авоська с мясом, вывешенная в форточку? Вместо холодильника. А потом, как обычно — полез снимать, пельмени упали!:-)

Да, пельмени, кстати, все лепили вручную, никому бы и в голову не пришло покупать их в магазине. Они были изумительно вкусными, настоящим произведением кулинарного искусства, а не ширпотребом чтобы перекусить на скорую руку.

А еще помню чудесный мамин развод: «Я тебя сейчас куплю, но это тебе на день рождения!» Или вот эта волшебная бабушкина фраза на прощание: «Только банки верните!»

А еще были плавки с якорем… Молоко в треугольных пакетиках… Зубной порошок, которым чистили как зубы, так и серебро…Нет, какие уж там 7 чудес света!

Тогда, кстати, не было рекламы и никто не диктовал нам, как себя вести. Наши поступки были нашими собственными! А слово «имидж» считалось ругательным.

Вообще мы раньше много делали такого, что сейчас не придет в голову никому. А если и придет, то тебя объявят сумасшедшим. Ну вот хотя бы — помнишь автоматы с газированной водой? Ты, наверное, еще их застала. Там был стакан граненый — один на всех. Сегодня разве кто-нибудь захочет пить из общего стакана? Да сегодня его украдут через 5 секунд после установки автомата! То есть, за 3 секунды до того, как свистнут сам автомат… А тогда это было обычным делом. Все пили. И никто не боялся подхватить какую-нибудь заразу! Более того, этот же стакан использовали для своих дел местные пьяницы по вечерам. И представь (нет, ты только представь себе это!) — они потом ВОЗВРАЩАЛИ СТАКАН НА МЕСТО! Нет, правда!

— Не верю!!! — писала Лёлька, заливаясь почему-то веселым смехом.

— Значит, ты родилась гораздо позже. Тогда дай почитать это своим родителям. И посмотри на их реакцию.

— А какая должна быть реакция?

— Просто пусть они вспомнят все это! Пусть вспомнят, как вешали простыню на стену, занавешивали окна, выключали свет и что-то бормотали себе под нос в темноте. Думаешь — секта? Нет, тогда это называлось умным словом ДИАФИЛЬМ! И в каждой семье по вечерам проводили это «обряд сектантов». Обычное дело! Честное слово!

— Уже не знаю, что и сказать…

— Или вот еще, представь — едкий дым, дощечка такая с письменами… нет, это не древний жрец выбивающий иероглифы. Тогда это называлось ВЫЖИГАНИЕ. Да-да, миллионы советских детей выжигали своим мамам открытки к 8 марта: «Дорогая мамочка, поздравляю тебя с международным женским днем! Желаю тебе мирного неба над головой, а твоему сыну — велосипед!»:-)

— Ха-ха…Ты тоже так писал?

— Ну, конечно! А еще залазил под кровать в темноту или запирался в ванной с выключенным светом. И горел там один только красный фонарь! Угадай — зачем? Ну конечно же — печатал фотографии. Вся наша жизнь тогда была на этих черно-белых фотографиях. Отпечатанных собственными руками, а не бездушным дядькой из Кодака. А ты сейчас, наверное, даже не знаешь, что такое фиксаж… проявитель….

— Честно? Нет!

— Но, может быть, еще помнишь резиночки? Такая девчоночья игра. Что интересно — ни один мальчишка никогда не знал, да и сейчас не знает, я уверен, правил этой игры. А ведь вы прыгали…

— Ой да! Правда правила я уже и сама позабыла…

— А еще сбор макулатуры в школе… До сих пор мучает вопрос — зачем??? Я ведь тогда весь папин архив журнала Playboy отнес. И мне ничего за это не было! Только мама потом удивлялась — чего вдруг отец так придирчиво стал проверять домашние задания у меня в дневнике?

— Слушай, я уже под столом валяюсь от смеха! Веселое же у тебя было детство…

— Да уж… Как же все это безвозвратно утеряно теперь! Но ведь все это было когда-то… Вот так же и я понимаю сейчас, что мне никогда уже не стать тем жизнерадостным солнечным мальчиком, которым я был когда-то…

— Блин, Лёльк, у меня у самой чуть ли не слезы на глаза наворачиваются, когда я читаю всю эту вашу переписку в аське… Такая ностальгия! Умеет же этот твой Художник пробудить в душе такое… Нет, он явно не от мира сего.

— Да он вообще, по-моему, не из нашего времени. Не из моего и не из твоего. Он опоздал родиться на несколько веков. Ему бы в средневековую Англию в рыцарские времена…

— Да уж… Жаль, все-таки, что он ничего не ответил в твоей теме. Ну, в смысле, так и не написал про свою историю любви.

— Вообще-то, он написал, Насть, — тихо сказала Лёля, как-то странно поглядывая на меня. — Можешь почитать, если хочешь.

Форум пикаперов. История Художника.

Рано или поздно этот вопрос задают мне все, кто знает о моем увлечении пикапом. Это вопрос о том — а доводилось ли мне когда-нибудь любить по-настоящему? Не влюбляться, не увлекаться кем-то, а действительно любить сильно, бескомпромиссно, всем сердцем?

Не знаю, почему он так интересует людей. Видимо, им не верится, что где-то в этом мире может существовать абсолютно бесчувственный человек с черным сердцем. И они не позволяют ему быть таким, они хотят верить, что что-то человеческое в нем все же осталось. И спрашивают, надеясь услышать вполне определенный ответ. Как будто наличие любви в сердце о чем-то говорит. Как будто если человек еще любит, то он не потерян для общества.

Но ведь дело-то не в том. Это общество потеряно для него. Если разобраться. Он — не от мира сего. От чужой. Он предназначен для чего-то другого. И в существующий распорядок вещей он просто не вписывается. В этом сценарии для него места нет. А другой для него просто не написан…

Ладно, если вам так уж хочется послушать мою историю любви — пожалуйста. Скрывать тут нечего, напротив, постараюсь рассказать все точно и в подробностях. Может, кому-то оно поможет по-другому относиться ко многим вещам и ценить то, что имеешь…

Начну я, если вы не против, с небольшого философского отступления. Просто чтобы собраться с мыслями и чуть-чуть настроиться.

Ни для кого не секрет, что насчет пикаперов существует множество глупых стереотипов и предубеждений, в которые наивные люди почему-то верят. Например, что мы — равнодушные и холодные мерзавцы, бесчувственные и самовлюбленные, которые просто обманывают девушек, а потом бросают их.

Не буду даже спорить с наивностью такого убеждения, просто скажу, что люди, как и везде, разные бывают. Как среди пикаперов, так и среди «не-пикаперов». И вопреки расхожему мнению, пикаперы тоже влюбляются порой. И вовсе не в ослепительных красавиц, а в самых обычных девушек. Да и что тут удивительного? Что мы — не люди, что ли? На самом деле стереотипный образ коварного, циничного и бессердечного соблазнителя, который только пользуется девушками, не испытывая никаких чувств, очень далек от реальной жизни.

Но речь не о том. А об…

Что ж, начать лучше от печки…

…Несколько лет назад я познакомился (как водится — абсолютно случайно) с девушкой по имени Оля.

Она не была ослепительной красавицей с лицом фотомодели и фигурой, от которой пульс подскакивает и дыхание учащается. Обычная девочка, каких можно встретить каждый день на улице. Но было в ней нечто такое, что… не знаю даже, как это описать. Было у нее какое-то свое очарование, незаметное с первого взгляда и непередаваемое обычными словами. А может, только мне так казалось…

Возможно, кто-то другой и не нашел бы в ней ничего особенного. Но меня она чем-то «зацепила». Поначалу мне было просто интересно и как-то даже забавно с ней общаться — она была на несколько лет меня младше и казалась мне милым наивным ребенком, верящим в красивые сказки про любовь и прочие глупости. А потом…

Потом я вдруг заметил, что провожу с ней куда больше времени, чем со всеми другими девушками вместе взятыми. И мне не надоедает, я хочу ее видеть еще и еще, мне с ней интересно, как-то легко и спокойно, не надо напрягаться и придумывать что-то, строить из себя кого-то, разыгрывать какие-то поединки и хитрые интриги, МНЕ ПРОСТО С НЕЙ ХОРОШО!

Забегая вперед, приведу лишь один случай в качестве примера: как-то однажды, когда мы уже начали встречаться, она позвонила и сказала, что хочет меня увидеть. Мы жили в разных городах, на расстоянии около 40 км, поэтому виделись не часто и дорожили каждой встречей. Я в тот вечер был очень занят (просто очень-очень!), но не хотел упускать возможность свидеться. И поэтому мы договорились, что она приедет вечером, я приведу ее к себе домой, а сам уйду на час или около того (как получится), а она меня подождет.

Но так получилось, что задержался я гораздо больше, чем на час. А когда смог вырваться и, проклиная все на свете, помчался домой, было уже поздно, почти стемнело. Мне было жутко стыдно перед Олей, и я, честно говоря, думал, что она уже давно уехала к себе домой. В конце концов, многие девушки именно так бы и поступили на ее месте. Но только не она.

Когда я пришел, то увидел ее на том же диванчике, на котором и оставил ее, уходя. Видимо, она сидела-сидела, ждала меня, но, не дождавшись, так и заснула на нем, по-детски подложив ладошку под щеку. Милая девочка, как же мне было стыдно тогда перед ней!

Я накрыл ее одеялом, тихонечко (чтобы не разбудить) поцеловал в щеку и сел рядом с ней, взяв ее за руку. Она не проснулась, только улыбнулась во сне, видимо, согрелась, и ей стало тепло…

…А я еще долго-долго сидел рядом с ней, держа ее за руку, вглядываясь в ее лицо, гладя по волосам. И сам не заметил, как уже начало светать за окном. Лишь тогда я спохватился, что тоже неплохо бы поспать, ведь скоро вставать уже. Стоило мне лечь рядом, как она обвила меня руками за шею (так и не просыпаясь, кстати) и положила голову мне на плечо. Так, обнявшись, мы и проспали до рассвета. А утром, просыпаясь в объятиях друг друга (заметьте — безо всякого секса!) чувствовали себя самыми счастливыми людьми на земле! И мечтали только об одном — чтобы так было каждое утро!

Кому-то это покажется смешным, я знаю. Кто-то сейчас посмеивается — дескать, «чувак-то слюни распустил, хе-хе!» — ну и пусть, плевать я хотел на это! Скажу лишь, что все удовольствия на свете; любой, даже самый замечательный секс я бы, не задумываясь, отдал сейчас за те несколько часов, что я провел тогда рядом с ней.

Любил ли я ее? Не знаю… Сейчас уже ни за что не могу ручаться. Временами мне вообще кажется, что я уже не способен больше любить. Никого и никогда. Наверное, что-то умерло в моей душе после некоторых событий прошлого… Но та девочка была мне очень дорога и очень много для меня значила — это неоспоримо.

Хотя, если трезво рассуждать и объективно смотреть на вещи — наши отношения были обречены с самого начала. Ну что может быть общего у наивной мечтательной девочки с циничным и расчетливым соблазнителем? Какое будущее ждет их? Думаю, это легко предсказуемо…

Конечно, я старался ее оградить от всего, что могло бы причинить ей боль. Почти забросил пикап, прилагал все усилия, чтобы слухи о моих прошлых и нынешних похождениях никогда не дошли бы до нее, но… Все равно что-то просачивалась, о чем-то она догадывалась сама… И в то же время верила мне, надеялась на мою искренность, а я… Я старался быть с ней честным, но быть честным ДО КОНЦА просто не мог.

Ну и, как водится, однажды, в результате какой-то глупой случайности, которой могло бы и не быть, Оля узнала обо мне ВСЕ!

Нет, она не ругалась, не устраивала мне каких-то разборок, «предъяв», выяснения отношений (мы вообще никогда не ругались с ней). Но это было еще хуже. Знаете насколько невыносимо видеть боль в глазах любимого человека, понимать, что это ты тому причиной, а сделать ничего нельзя?

Я не буду долго описывать здесь все это, и так история получается слишком длинной. Скажу лишь, что она меня все равно простила. Просто потому, что очень сильно любила и не могла уже без меня. Так же, как и я без нее. И мы снова были вместе какое-то время. И потом еще несколько раз расходились и вновь возвращались. Каждый раз все отчетливей понимая, что мы только мучаем друг друга, что наши отношения уже давно обречены. Но остановиться не могли, МЫ ХОТЕЛИ БЫТЬ ВМЕСТЕ!

Так это все и тянулось несколько лет. Ее подруги и родители постоянно отговаривали ее от встреч со мной, говорили, что на такого подонка не стоит тратить время, нужно выкинуть его из головы и забыть. Мои знакомые тоже не понимали — почему я забросил все свои прежние увлечения и посвящаю все свободное время какой-то «серой мышке». А мы не слушали никого, мы с упорством сумасшедших и смелостью обреченных готовы были среди ночи бежать на край света, если выдавалась возможность встретиться, МЫ ХОТЕЛИ БЫТЬ ВМЕСТЕ!

Разумеется, ни к чему хорошему это привести уже не могло…

Но не будем об этом. Чтобы не нагонять на вас тоску, вернусь лучше немного назад и расскажу несколько забавных случаев, произошедших с нами ранее.

Итак… Ее первый день рождения. В смысле — первый с тех пор, как мы познакомились. Ей тогда исполнялось 17 лет. Господи, как же давно это было! Какой же маленькой наивной девочкой она была! Впрочем, и мне тогда тоже было… дай бог памяти… сколько же? …21? …или 22? Ладно, не важно. На несколько лет меньше, чем сейчас, так скажем.

Мы тогда еще не встречались. Хотя, наверное, понимали уже, что наши отношения слишком теплые и доверительные, чтобы их считать исключительно дружескими. Но …

Она очень хотела, чтобы я приехал на ее ДР, но я в тот момент был в Англии и должен был вернуться только через неделю. Однако так получилось, что я вернулся раньше (на самом деле, в этом не было моей заслуги, но ей я, разумеется, об этом не сказал, и она думала, что я специально вернулся ради нее). И в день рождения Оли просто позвонил ей и предложил встретиться…

Услышав мой голос, она на пару минут была ошарашена и даже не знала, что сказать от удивления и радости. А я, усмехнувшись в трубку, самодовольно заявил:

— Ну, ты же не думала, что я пропущу твой день рождения, правда?

Короче, мы встретились, и на следующее утро она говорила, что это был лучший день рождения в ее жизни. То, что я был ее первым мужчиной, говорить надо, или и так понятно?

Однако следующий ее день рождения был еще интересней! Конечно, к тому времени ее родители меня уже основательно недолюбливали, а все ее близкие подруги старательно убеждали ее, что я — плохой человек, и меня надо бросить. Но меня это не интересовало, главное — что Оля хотела меня видеть. Как поется в одной забавной песенке:

И что бы она не сказала,

И какой бы я не был гад -

Ей хочется быть со мной рядом,

И я, кажется, этому рад.

До ее ДР оставался один день. Я должен был позвонить ей и сказать, когда я приеду, чтобы она могла меня встретить (я, кажется, уже говорил, что она жила в другом городе, и я, хотя и был у нее в гостях несколько раз, но сам вряд ли нашел бы ее дом). Так вот, в тот день мои родители вдруг заявили мне, что они уезжают в деревню на неделю и берут меня вместе с собой. Откуда такое рвение взялось — не знаю. Подозреваю, что им позвонили родители Ольги или какие-то другие «доброжелатели».

Я, конечно, заявил, что никуда не поеду, потому что меня Оля ждет. На что они с неожиданной резкостью вдруг заявили, что именно поэтому мне и следует уехать. «Нечего мозги бедной девочке пудрить, оставь ее в покое! Ладно еще, когда ты с взрослыми тетками развлекаешься, но она же еще ребенок!»

Справедливости ради надо сказать, что я действительно, когда мне было лет 20, спал преимущественно с 28-30-летними женщинами. Они казались мне интересней и опытней, на глупых маленьких девочек, которые ничего не знают и не умеют (именно такими я считал сверстниц) мне было жаль тратить время. Но речь не о том.

Короче, разругались мы с родителями, и дело кончилось тем, что я ушел из дома. Все-таки не маленький мальчик, пора бы уже и самому за себя отвечать, а не позволять родителям выбирать — с кем мне встречаться. К тому же у меня был простой расчет — в деревню действительно ехать надо, и родители мои туда все-таки отправятся в любом случае. Не будут же они меня ждать до утра! А я спокойненько погуляю до позднего вечера, приду домой, когда они уже уедут.

Так оно и случилось — пришел я домой ближе к ночи, родителей не было. Но тут меня ожидал один малоприятный сюрприз. Дело в том, что у нас в двери 2 замка. Один — рабочий, постоянный, а вот вторым мы практически никогда не пользуемся, он хлипкий, ненадежный. Так вот, родители, видимо, разозлились на меня и, уезжая, заперли дверь и на второй замок тоже. Зная, что ключа от него у меня нет, и что в дом я, разумеется, не попаду. Видимо, думали, что в этом случае мне ничего не останется, кроме как поехать к ним в деревню, не ночевать же на улице. Наивные!

Нет, к ним в деревню я, разумеется, не поехал. Но легче от этого не стало. Домой я попасть не могу, у меня нет ни денег, чтобы доехать до Оли в соседний город, ни телефона, чтобы позвонить ей (я поставил его на зарядку, и теперь он преспокойненько пребывал в запертой квартире). Можно было бы, конечно, зайти к кому-нибудь из друзей, попросить хотя бы телефон, но было уже поздно, и вламываться к людям в такое время я постеснялся. Короче, ситуация — хуже не придумаешь. Что прикажете делать в таком случае?

Но тут по счастью я вспомнил, что есть у меня один знакомый с криминальными наклонностями, проживает, кстати, недалеко от меня. Пришел я к нему, он по ночам все равно не спит, объяснил ситуацию. Он только усмехнулся: «Какие проблемы? Счаз все будет!», взял какие-то инструменты, железяки, и пошли мы с ним вскрывать мою дверь. Раскрутили замок, поковырялись 5 минут — и готово! Вот что значит — иметь хорошие связи!

Поблагодарил я приятеля, позвонил Оле, договорился о завтрашней встрече и спокойно завалился в кровать — надо же выспаться еще, чтобы завтра не выглядеть сонной курицей перед любимой девушкой.

Однако, история моих злоключений только начиналась!!!

У моих горячо любимых родителей проснулась совесть! И они вернулись!!!! Видимо, подумали — как же так, бросили парня одного без дома-без жилья, что же он будет делать? Нельзя же так! Они-то, наивные, думали, наверное, что я там под дверью сижу и плачусь. А я себе сплю спокойненько:-)

Ну и взяли меня тепленького, погрузили в машину аки мебель и увезли в деревню. А там — глушь, вдали от цивилизации, ни телефона нет, ни регулярных автобусных маршрутов. Короче, приплыли! Я ни позвонить Оле не могу, ни выбраться оттуда. Ситуёвина — хоть волком вой, еще похуже прежней!

Короче, весь следующий день я просидел под домашним арестом, вспоминая весь свой богатый запас нецензурных слов и идиоматических выражений. Но легче от этого не стало.

А Оля в это время ждала меня часа 2 на автостанции, все надеялась, что я приеду. Если не на этом автобусе, то хоть на следующем… или еще на каком-нибудь… Пыталась дозвониться до меня, но трубку никто не брал. В конце концов, вся расстроенная, с заплаканными глазами приехала домой. Представляете — у человека день рождения, всякие там гости-поздравления, а у нее слезы… и веселиться совсем не хочется…

Разумеется, нашлись всякие «доброжелатели», которые стали «дуть ей в уши»:

— Да не расстраивайся ты из-за него, он тебя не стоит! Небось, там с очередной девчонкой трахается, а про тебя и думать забыл давно! А ты все бегаешь за ним, как дура, и слезы льешь!

— Нет, я знаю — он меня любит! Наверное, что-то случилось, и он не смог приехать…

— Ха, посмотрите на нее! Она знает, что он ее любит… Когда любят, то так не поступают. Он ведь обещал тебе, что приедет? Ну и где же он? Вот видишь! Ему верить нельзя!

Короче, довели девчонку до слез окончательно. И подруги, и родители… только ее сестра-близняшка пыталась как-то ее утешить. Говорила, что мол, не беда, потом встретитесь, разберетесь — в чем дело… Но это — слабое утешение. В день рожденья, да еще в 18 лет (совершеннолетие), когда ты становишься взрослой, когда все тебе поздравляют и т. д. хочется, чтобы самый близкий человек был рядом, а не где-то там, именно в этот день, а не через неделю!

Я все это прекрасно понимал и на самом деле хотел быть с ней, но… Бывает порой, что обстоятельства сильнее нас…

Однако я еще не собирался сдаваться! Наступал вечер, родители мои отправились спать (в деревнях ложатся рано), а я вылез через окошко, прихватив гитару, и отправился в деревню. Гитара — великая вещь в деле налаживания новых знакомств! И буквально через час я перезнакомился и передружился со всеми местными подростками, пил с ними самогон (который я терпеть не могу) и распевал дурацкие песни. А потом сказал:

— Братва, а кто меня может довезти вот туда-то? Ну, очень надо!

Народ, в деревне простой, без понтов и заморочек, мне тут же ответили:

— Счаз чего-нить придумаем!

Вообще в деревнях с этим просто. Если в городе тебя бесплатно сто метров не провезут, то тут — запросто подбросят до соседней деревни или остановятся и помогут в случае какой-либо поломки, даже если ты этого не просил. Сами. А что? Сегодня — ты мне, завтра — я тебе. В деревнях так.

В общем, все обещали мне помочь. После чего пошли по знакомым, нашли какого-то дядю Васю, который за энную сумму на раздолбанной машине и довез-таки меня до места. Еще полчаса, напрягая остатки памяти, я покрутился по городу с местным таксистом в поисках Олиного дома. Я же там был несколько раз, примерно-то хоть помнил… Хорошо еще, что город у них маленький (Балахна, если это кому-то что-то говорит).

И вот, наконец, около полуночи я стою перед ее дверью и жму на кнопку звонка.

Оля, конечно, уже давно потеряла всякую надежду. Ведь автобусы уже давно не ходят, а даже если я и приеду, то вряд ли найду ее дом. Если поначалу она еще верила, что, может быть, случится чудо, и я все-таки появлюсь, то часам к 12 ночи все ее мечтания давно улетучились. Хорошо еще, что она спать не легла…

А тут звонок. И я — весь такой из себя обаятельный, со своей самой милой улыбкой — стою у нее на пороге! Она смотрит на меня удивленно-восхищенными глазами, не понимая — как я тут оказался???

А я с нахальным видом усмехаюсь самодовольно:

— Девочка моя, ну ты же не думала, что я пропущу твой день рождения, правда?

Она не нашла, что ответить, просто бросилась мне на шею, плача от радости. А я вытирал ей слезки и шептал на ухо:

— Малышка, я же обещал, что приеду, так чего же ты сомневалась? Когда я хочу быть с тобой, меня никто не остановит, ты же знаешь, как я люблю тебя!

О том, что было дальше в тот вечер, позвольте мне умолчать. Разумеется, я помню все это в мельчайших подробностях, но эти воспоминания — только мои, и не просите, ими я не хочу делиться ни с кем…

После того дня рождения еще какое-то время у нас все было замечательно. Все «доброжелатели» мигом прикусили языки и поджали хвосты, не смея вякнуть. А мы с Ольгой наслаждались обществом друг друга, забыв обо всем на свете, как когда-то в начале наших отношений…

Но потом… Короче, дальше было все хуже и хуже. К концу этого года ее родители и подруги относились ко мне уже с открытой неприязнью, сама Ольга давно уже понимала, что я вовсе не тот принц из сказки, которого она себе нарисовала, а наши встречи все больше и больше становились мучительными для нас обоих. Мы понимали, что все рушится, что наших отношений уже не спасти, что мы катимся в пропасть, но остановиться были не в силах.

За неделю до ее следующего дня рождения я уехал в другой город. Нарочно, сам. Просто не хотел начинать заново этот болезненный и заранее обреченный разговор, хотел убежать, спрятаться. Чтобы меня никто не нашел, и ни о чем не надо было бы думать. Я знал, что если она мне не позвонит, чтобы пригласить на свой ДР, мне будет очень больно. А если позвонит — будет только еще хуже. Скорей всего, мы опять собьемся на взаимные невысказанные упреки, будем говорить какие-то глупости, разговаривать о какой-то чепухе, вместо того, чтобы просто сказать — как нам друг без друга плохо… Бывает так, люди говорят-говорят, но то, что хочется, так и не могут сказать… Вместо того чтобы высказать то, что давно тяготит душу, они прячутся за стеной каких-то ненужных слов, глупых приколов, дурацких шуток и кладут трубку с тягостным чувством какой-то недосказанности…

И опять будет больно обоим… Можем, она обидится и так и не пригласит меня… положит трубку и будет сама на себя злиться — «зачем только позвонила, ведь знаю уже, что все давно кончено, и нечего ворошить прошлое!» …А я буду злиться и думать — почему она не пригласила меня? Не хочет видеть? Я для нее уже ничего не значу? А чего звонит тогда? И я тоже хорош… почему сам не сказал, как я по ней скучаю? Хотя, может и правильно — чего унижаться, если в ответ на все мои робкие попытки сблизиться она отвечает язвительными приколами?

А если и пригласит — я все равно, наверное, не поеду. Не хочу видеть эти косые взгляды ее подруг… и вообще… А если поеду — будет только хуже… ей будет больно видеть все это, снова бередить старые раны, а мне будет невыносимо осознавать, что я причиняю ей боль! Откажусь лучше под каким-нибудь благовидным предлогом… а она еще обидится, что я не приехал!

Короче, я совсем запутался и, не зная, куда от всего этого деться и что бы придумать, просто уехал. Сбежал. Уговаривал себя, что так будет лучше. И для меня, и для нее…

А уже в сам день рождения все-таки не выдержал. Плюнул на все, мысленно послал к чертовой матери все эти глубокомысленные размышления, купил 19 роз и отправился к Оле. Все с той же фразой — «ты же не думала, что я пропущу твой день рождения, верно?» Вот только звучала она как-то грустно на этот раз…

Меня, конечно же, там не сильно были рады видеть. Все, кроме нее. Но и она тоже постаралась быстренько погасить радость в глазах, вспыхнувшую при виде меня. И потому я не стал засиживаться, сказал, что заехал на минутку, просто подарил ей букет… с независимым видом, стараясь не обращать внимания на косые взгляды окружающих, чмокнул в щеку и пошел собираться домой.

— Подожди, я тебя провожу! — неожиданно встала из-за праздничного стола Оля.

— Давай…

Она пошла вместе со мной, мы вышли в коридор, и я не сразу сообразил, что она тоже одевается вместе со мной.

— Ты куда это?

— А ну их всех нафиг! Пусть празднуют без меня, раз мое мнение им все равно неинтересно!

С этими словами она взяла меня под руку, и мы сбежали, оставив гостей проводить семейное торжество без нас.

До поздней ночи мы гуляли по городу, взявшись за руки, целовались до одурения, бесились в парке, как дети. Забыв обо всем, стараясь не думать о том, что будет завтра, мы просто БЫЛИ ВМЕСТЕ, а остальное нас не интересовало! Какое значение имеет все остальное, если любимый человек рядом?

Больше мы не виделись… Это была наша последняя встреча…

Нет, мы, конечно, еще несколько раз созванивались, обменивались письмами и смс-ками, надеялись на что-то… Но, как я уже говорил, с каждым разом все сильнее и сильнее мы понимали, что любое общение для нас всего лишь продлевает агонию умирающего, которого уже нельзя спасти. Мы сбивались на выяснение отношений, взаимные ехидные подколы, словом, мучили друг друга, понимая, что нам давно уже пора расстаться, но все еще никак не решаясь поверить в это… Но рано или поздно решение нужно было принимать… и мы решили расстаться…

С тех пор прошел почти год.

Я честно пытался ее забыть. Встречался с другими девушками, развлекался, старался о ней не думать, выкинуть из головы, не подавать виду. Но все же… наверное, правы те, кто говорят, что такое не забывается…

Или я плохо старался?

Не знаю, как сейчас у нее дела, как она живет и чем занимается. Может, уже давно забыла меня и нашла себе другого парня, с которым все у нее будет хорошо, а не так, как со мной. Ведь прошло уже столько времени. А она молодая и симпатичная девушка. Ей скоро исполнится 20 лет. Это будет ее первый день рождения со дня нашего знакомства, на который я не поеду…

А может она тоже вспоминает меня иногда, каким-нибудь грустным долгим вечером? Думает ли она обо мне? Хочет ли она все вернуть? Или считает, что хватит с нее уже страданий? Я не знаю…

Но у меня почему-то сохраняется уверенность, что когда-нибудь мы все же с ней увидимся. Откуда взялось такое чувство? Да кто его знает…

Верю ли я, что все вдруг чудесным образом исправится? Нет, чудес на свете не бывает. Или, по крайней мере, они не происходят сами по себе, их нужно долго и тщательно подготавливать.

Надеюсь ли я? Хм… На что??? Что я перестану быть таким, каким есть, а она забудет все, что было? Что однажды вдруг мы оба проснемся с осознанием того, что вдруг исчезли боль и разочарования, что не осталось горького осадка, вызванного прошлыми обидами, что каждый из нас сохранит в душе то светлое чувство, которое было у нас в самом начале наших отношений?

Нет, у меня не было надежды.

Но почему-то сохранялась уверенность, что когда-нибудь мы все же еще встретимся…

А вот вчера, набивая на компьютере этот текст, я окончательно решил, что все-таки попытаюсь еще раз все вернуть назад. Уже придумал план, нашел помощников, подготовил все, что нужно…

Наверное, кто-то сейчас крутит пальцем у виска и готов сказать, что я сумасшедший. Что в очередной раз наступаю на те же грабли. Что у меня комплекс саморазрушения по Фрейду и т. д.

Я и сам это прекрасно знаю, так что можете не стараться.

Лучше вообще не говорите ничего.

Просто пожелайте мне удачи!

Под историей стоял Лёлькин комментарий.

«Удачи!» — написала она.

* * *

Зачем вообще люди ведут дневники? Стремятся что-то высказать? Что-то донести кому-то? Или больше «для себя», и дневник в этом случае превращается в доверительного собеседника, который знает все наши тайны, которому мы доверяем то, чего не скажем даже самым близким?

В свое время я не задумывалась над тем — зачем мне это надо. Я стала вести дневник, потому что не вести его просто не могла. Потому что то, что было тогда внутри, просто переполняло меня и выливалось наружу путанными, сбивчивыми строчками, понятными мне одной.

В то время люди вели бумажные дневники, писали шариковой ручкой в какой-нибудь потрепанной тетради, которую потом прятали от посторонних глаз. И мой дневник не был исключением.

Это сейчас в моде интернет-дневники, выставленные на всеобщее обозрение и написанные с оглядкой на окружающих. Такие дневники пишутся для кого угодно, только не для себя. Взять хотя бы к примеру тех же мальчиков-пикаперов. Зачем они ведут свои «дневники соблазнителей»? Чтобы похвастаться? Хотя, вряд ли… ведь их дневники скрыты от посторонних глаз и доступны только «своим». Наверное, я бы никогда даже и не узнала об их существовании, если бы не Лёля.

А ведь она, кстати, тоже завела себя дневничок на том же сайте. Но, разумеется, ни о каких соблазнениях там речь не шла.

Зато вот что она написала там вчера:

–

Горячо? Горячо… потому что огонь внутри. Поэтому слезы горячие. От них даже на майке следы остаются…

Ну и пусть. Просто я слишком чувствительна к другим…

Кто бы мог подумать, что ОН, что-то слишком далекое и взрослое для меня, может быть ТАКИМ… Нет, я видела и раньше, что он чувствителен, и таит в себе нерастраченный запас ЧЕГО-ТО. Я слышала о его творческой натуре. Еще бы, его так все и называли — Художник. Это… это моя несбыточная мечта!

Нет, не он, вы не подумайте. А умение рисовать. Сколько образов, идей, впечатлений всегда роилось в моей голове! Но вот нарисовать… Представляешь себе результат, приказываешь руке делать одно, а она как будто не подчиняется и выводит на бумаге непонятно что…

…А вот он что-то задел во мне. С какой нежностью он писал об этой девушке! С той самой, затаенной глубоко внутри нежностью, которую прячут где-нибудь на самом донышке души, и не показывают окружающим.

И пусть он, возможно, каждую неделю (или даже больше) спит с разными девушками, но это лишь внешне. В конце концов, а почему бы и нет? Есть существо женского пола, в котором есть что-то, отличающее это существо от остальных подобных. И есть Он, который видит ее, знакомится и создает для нее Мир Одной Ночи. Сказочный мир, в котором происходит что-то невероятное, то, что бывает только в книгах или в кино. Мир, полный неожиданных и невероятных сюрпризов.

Она сходит с ума, смотрит на него большими, полными удивления и благодарности глазами. И дарит ему Одну Ночь. А потом уходит, запомнив эту ночь навсегда. А он идет дальше, и история повторяется. Новый Мир будет уже совсем другим, со своей историей и своей хозяйкой. И будет новая Ночь, а потом еще одна, и еще…

И так будет происходить, пока одно из существ заденет не только его интерес, но и его когда-то сильно израненную душу. И тогда… Он не будет строить для нее Мир. Он просто будет с ней самим собой. Таким, каким давно хотел быть, но не мог найти Ее.

И вот он пишет о том, что история закончилась. Та история, в которой не было Миров, не было бесконечной вереницы девушек, а была Она. Он пишет это, чтобы поделиться частичкой опыта с другими. Делая вид, что просто говорит, сухо констатируя факт. Но через каждое слово сквозит чувство… Не любовь, но Чувство. Нежность, сожаление, раскаяние, боль — волна чувств.

И мне не спалось ночью. Я долго думала. И в каждой моей мысли сквозило Чувство, даже не одно — волна чувств.

А на следующий день я шла по улице и как-то по-особому смотрела на людей. И думала, что вот этому пареньку в очках и старенькой курточке, явно побывавшей не на одних плечах, хочется любить и быть любимым. И вот этому выпендривающемуся перед девчонками на новой тачке сынку богатого папочки тоже на самом деле просто хочется любить и быть любимым. И строителям во дворе тоже хочется любить и быть любимыми. И вон тем девушкам, курящим дрожащими от холода руками, хочется любить и быть любимыми…

И мне.

* * *

— Не знаю, Лёльк, не знаю… Чтобы такой прожженный циник, как он и вдруг… Что-то слабо верится. Он же пикапер, в конце концов! Или ты забыла?

— А по-моему все-таки… То, как он пишет… Мне кажется, он вполне искренен тут.

— Может и так. Он действительно мог переживать все это в какой-то отдельный момент. А потом? Вообще, у мужчин есть такая особенность — если у них отнять игрушку, им очень обидно, и она становится для них очень дорогой. Так и он — стал ценить эту девочку, когда потерял. И сейчас мучается, и готов на все, чтобы ее вернуть. Но что будет, если он добьется своего?

— А ты уверена, что он ее добьется? И вернет?

— Хм… Вообще-то не знаю. Сложный вопрос. Интересно бы еще мнение самой девушки узнать обо всем этом. А ты как думаешь?

— Тоже затрудняюсь ответить. Но мне бы хотелось, чтобы у них все получилось!

— Ты, кажется, уже начала за него переживать? А не подумала — что будет, если он ее вернёт? Насладится своей победой, и забудет? Потому что она станет уже не нужной для него? Пройденный этап?

— Ну с чего ты так решила, Насть?

— Да сколько у него было девушек? И что, в каждую он влюблялся? Ты спроси как-нибудь ради интереса — а со сколькими вообще он спал?

— Хм…а я спрашивала вообще-то….

–

— Сколько девушек? Блин, Лёлик, и ты туда же???

— Что, опять я какую-то глупость сморозила?

— Нет, просто это второй дурацкий вопрос, который мне задают постоянно. Нет, даже не «сколько у тебя было девушек?», а именно — «скольких ты СОБЛАЗНИЛ?». Строго в такой формулировке и спрашивают. Все, кому не лень. Вот не пойму — почему это их так интересует?

— Ну, любопытно же! И что ты обычно отвечаешь?

— Граждане, ну поймите вы наконец, что в своей жизни я не гонюсь за количеством женщин! Мне все равно, сколько их у меня будет за год — три или столько, сколько будет к концу жизни. Были в моей жизни периоды, когда вообще в течение нескольких месяцев я не спал ни с одной новой девушкой. Это не моя цель — «поставить мировой рекорд по количеству «соблазненных». Мне все равно.

Меня гораздо больше интересует нечто необыкновенное и неповторимое. Что-то, что будет у меня только с ней (а у нее — только со мной), и ни с кем другим. Для этого нужна особая девушка и особые обстоятельства, ведь я не буду создавать сказку для кого попало. Да, такое не каждый день найдешь. И, возможно, не скоро встретишь. Но мне скучно работать по схеме «пришел — увидел — трахнул — завтра повторил». Не мое это.

Хотя с другой стороны, если я хочу быстрый и безумный секс, то, как правило, он появляется в моей жизни. Сам собой. Знаешь, совершенно случайно вдруг встречаю какую-нибудь девушку, совершенно случайно начинаю разговор и совершенно случайно угощаю кофе утром. Скорее всего, я ее больше никогда не увижу, и самое главное — чтобы мы оба этот простой факт понимали.

Везение — это результат очень тщательной подготовки, как говорится.

— Как-то это все… не «по-пикаперски», что ли… Разве пикаперы так поступают?

— Мне все равно, как поступают пикаперы. Я что, должен поступать, как они?

— Ну… а разве нет?

— Скажи, ты не читала книгу Рэя Бредбери «Песочный человек»?

— К стыду своему должна признаться, что нет. А о чем там?

— О том, что когда человек вешает на себя ярлык, то утрачивает личность. Он подменяет свою индивидуальность на термин. Так вот, я — Личность, а не ярлык. Когда мне говорят «Ну, ты же пикапер!» я отвечаю: «Нет, я Найджел». И не надо вешать на меня ярлыков и ждать, что я буду соответствовать вашим представлениям об этом ярлыке. Потому что мне лень оправдывать чьи-то ожидания. У меня есть свое собственное мнение и своя ответственность за собственные поступки. Не надо мне говорить, как должен вести себя пикапер. Мне все равно. Я — не он.

Продолжение истории Художника

Надо, наверное, все-таки дорассказать — чем же все кончилось. Хотя и сил уже нет, и как-то не хочется. Но все-таки попробую.

Итак, мы остановились на том, что я решил все-таки попытаться еще раз вернуть Олю. пусть это глупо, по-детски, по-дурацки… Пусть! Будь, что будет. Я не хочу отступать, хотя не попытавшись еще раз.

Но решить, что я возьмусь за это, было хотя и важным, но только первым шагом. И многое еще предстояло сделать для окончательного осуществления моего плана. Основная трудность тут заключалась в том, что:

а) я не мог даже просто поговорить по-человечески с Олей, она надела на себя что-то вроде защитного панциря. Видимо, боялась, что в ней опять проснутся какие-то прежние чувства и старательно подавляла в себе все теплые слова и эмоции, которые (я уверен!) рвались у нее наружу при каждой моей попытке пообщаться с ней. Если я ей писал смс — она не отвечала, если звонил — говорила ехидно и насмешливо, подчеркнуто закрываясь от всего прошлого, стараясь не вспоминать все то хорошее, что у нас когда-то было;

б) рядом с ней теперь постоянно находились родители, родственники, подруги, которые убеждали ее, что ей давно следовало расстаться, а теперь необходимо не поддерживать никаких отношений со мной.

Что ж, как говорится, раз не хотите по-хорошему…

Вывод напрашивался сам собой: нужно было «похитить» Олю — тонкой интригой аккуратненько вытащить или практически силой увезти куда-нибудь подальше от всех ее подруг, родителей и прочих «нашёптывателей в уши» (разумеется, постараться, чтобы при ней не было в этот момент мобильного телефона), преодолеть ее первую негативную реакцию, сломать этот самый защитный барьер, заставить ее вспомнить все, что было раньше, провести вместе хотя бы один счастливый день «как тогда», и уже после этого, растопив лёд, попытаться наконец поговорить по-человечески и вместе решить — стоит нам добиваться восстановлений прежних отношений или нет.

Когда я определился с общей стратегией и тактикой, то продумать конкретные детали и частности было уже не так сложно. К слову сказать, пока я мучался воспоминаниями и переживаниями, мне было как-то муторно и тоскливо, одолевало состояние какой-то безысходности, апатии и депрессии. Но как только появился план — жить сразу же стало легче. Один только вопрос не давал покоя…

Вот интересно, я могу бросить пикап, забыть о своих привычках и наклонностях, перестать быть соблазнителем, жить как все «нормальные» люди, встречаться с одной девушкой и не обращать внимания на других?

Может и да… Во всяком случае, в тот момент я был готов отказаться от всего этого ради Оли. Но я прекрасно знаю одну свою особенность — когда я сильно хочу чего-нибудь, то готов добиваться этого всеми средствами, горы свернуть и море вброд перейти. Но после получения желаемого мой пыл утихает, и я уже совершенно по-другому смотрю на вещи. Так со мной частенько бывало…

Одним словом, в тот момент я действительно был готов на все ради нее. Но вот что было бы потом — не знаю… Может, и правда это остановило бы меня и… И что потом? Наверное, тогда я стал бы обычным парнем, не лучше и не хуже других. В конце концов, это тоже не так плохо… Но при этом перестал бы быть самим собой.

Впрочем, хватит лирических отступлений, вернемся же к нашей истории, тем более, что она уже как раз вошла в активную фазу.

Итак, когда наступил «день X», все подготовительные мероприятия были мной уже проведены, а «вся королевская конница и вся королевская рать» была готова выступить по первому приказу.

Тут надо упомянуть об еще одной вещи. Дело в том, что в городе, в котором живет эта девушка, есть один самый крупный и известный городской сайт. Там собирается весь местный народ, встречается, общается и т. д., и время от времени там же проводятся разные конкурсы. Когда-то давно, когда мы еще поддерживали какие-то отношения с Олей, я нарисовал для нее портрет, и мы отправили его на конкурс, проходящий на том самом городском сервере. Оля заняла тогда 1-е место, но на церемонию награждения не пришла — сначала болела, потом уехала отдыхать на лето, а потом как-то уже было не до этого всего. И приз ее так и остался неврученным. Вот этим фактом я и решил воспользоваться.

Договорился с администрацией тамошнего сервера, чтобы они послали Оле письмо со своего официального ящика. Что-то там про то, что сейчас закончился уже следующий конкурс, будет награждение новых победителей, и они могли бы совместить его с награждением старых, а то валяется у них ее приз до сих пор, и никак они ей все его не вручат. Беспокоится не нужно, церемония награждения не займет много времени, тем более, что туда и обратно ее могут довезти на машине…

На самом деле никто никакой приз ей вручать не собирался, просто в назначенное время, когда Оля уже прочитала это письмо, ей звонит один мой друг, с которым мы заранее договорились, и говорит, что он — представитель форума, которому велено отвезти ее на награждение и обратно. Они договариваются, когда ему подъехать, мы приезжаем к ее подъезду вместе с другом, после чего я «прячусь в засаде», а друг звонит ей и говорит, что «машина подана». Оля ничего не заподозрила, а если бы и заподозрила, то на официальном сайте ей эту информацию только подтвердили бы (я с ними договорился). Поэтому она безо всяких опасений садится в машину к моему приятелю, который везет ее по направлению к местному Дворцу Культуры.

Доехав до туда, они вылезают из машины, приятель мой достает из багажника букет цветов и письмо в конверте, написанное мной, вручает все это Оле. Она радостно принимает букет цветов, несколько удивленно смотрит на письмо, начинает его читать… в письмо написано приблизительно следующее:

–

Прости мне эту глупую мистификацию с вручением призов, Оль. На самом деле никакого награждения сегодня не состоится. Просто я хотел сказать тебе несколько слов, а по-другому добраться до тебя мне не представлялось возможным. Может, со стороны выглядит немного глупо, но… Просто порою хочется выговориться, сказать все то, что на душе… даже если тебя никто не услышит…

Так же прости, что в очередной раз я напоминаю тебе о чем-то прошлом, не давая жить спокойно. Ты ведь, наверное, стараешься забыть меня и начать строить свою жизнь заново. Быть может, уже давно смирилась с мыслью, что меня в твоей жизни больше не будет, и тихо стараешься меня забыть. Да?

Может быть, это и правильно. Но я не хочу, чтобы все заканчивалось ТАК!

Даже если наши отношения на самом деле себя исчерпали. Но ведь было и у нас много прекрасных моментов, и, наверное, мы могли бы быть счастливы… И в память обо всем этом, давай постараемся, чтобы у нас остались только хорошие воспоминания, и каждый из нас хранил бы в душе лишь теплые чувства по отношению к тому, кто-то когда-то был самым близким человеком на Земле.

А еще я очень хочу тебя увидеть. Встретиться еще один раз. Хотя бы на короткий миг… даже если это встреча опять только разбередит старые раны и не принесет ничего, кроме горечи и боли… А может и нет?

Ведь запоминается чаще всего только последнее. Так давай устроим «последнюю встречу» на прощание? Как в старые добрые времена отправимся в какой-нибудь дорогущий ресторан или ночной клуб, будем смотреть друг другу в глаза, болтать о всяких пустяках, смеяться и шутить, как будто ничего и не случилось. Забудем обо всем на один вечер, просто притворимся, что у нас все было и будет хорошо, что мы снова вместе, а остальное не важно! И хотя бы на короткий миг будем снова счастливы, как раньше…

Мне очень больно видеть тебя грустной, Оленька, а тем более знать, что порою я являюсь причиной твоих слез. Так хотелось бы вновь полюбоваться на твои радостные глаза и милую улыбку!

Я НЕ ХОЧУ ЗАБЫВАТЬ ТЕБЯ, ОЛЬ! И Я ХОЧУ ПОМНИТЬ ТЕБЯ СЧАСТЛИВОЙ!

В конце концов, это ведь так мало (и одновременно так много) — подарить любимому один счастливый вечер… Поделиться частичкой той безграничной нежности, что нерастраченной хранится в душе. Живет где-то там на задворках памяти и, несмотря ни на что, не хочет умирать, до тех пор, пока губы и руки помнят тепло прикосновений того, кто был когда-то самым близким человеком на свете…

Мы могли бы сделать это друг для друга, Оль, если ты этого хочешь. Подумай пока некоторое время, а потом, когда-нибудь, когда мы с тобой в следующий раз увидимся….

По мере прочтения письма, улыбка у Оли пропадает с лица, в глазах стоят слезы. Мой друг отошел чуть-чуть в сторонку, чтобы не мешать ей, дать возможность прочувствовать все это, попереживать и т. д. Дочитав письмо до конца, Оля какое-то время стоит молча с отсутствующим взглядом, похоже, не видя ничего перед собой. Выждав несколько минут, мой друг подходит к ней и негромко предлагает отвезти ее домой. Оля молча кивает…

Они едут назад, по дороге почти не разговаривают. Оля отвернулась, смотрит в окно. Наверное, не хочет показывать, что у нее глаза на мокром месте. Подъезжают к подъезду, друг высаживает Олю, она медленно идет домой. А там, в подъезде на лестнице прямо перед ее дверью сидит большая мягкая игрушка — забавный плюшевый бельчонок и смотрит на нее глазёнками-пуговками. Да, забыл сказать, дело в том, что Олю я всегда называл Бельчонком, она внешне очень похожа на белку. А еще она всегда тихо млела от больших мягких игрушек — разных там плюшевых зайцев и мишек…

Что именно происходило с ней в тот момент, когда она увидела этого плюшевого бельчонка — не знаю. Я, как вы понимаете, при этом не присутствовал. Но она, конечно, поняла — чей это подарок, а об остальном догадаться не сложно…

Короче, мы выжидаем минут 10–15, чтобы Оля успела войти в дом, поставить цветуёчки в воду, положить куда-нибудь игрушку, раздеться, придти в себя немножко, ну и все такое прочее. После чего мой друг звонит ей и говорит, что по рассеянности забыл отдать ей фотографии. Дело в том, что когда-то Оля давала мне несколько своих фотографий с просьбой отсканировать, я должен был ей их потом вернуть, но не успел, потом мы рассорились, ну и… В общем, фотки до сих пор у меня. А ей они, наверное, нужны, там ведь не только она, но и ее сестра, родители, подружки и т. д.

Итак, друг говорит, что я просил его передать ей те самые фотографии, а тут из-за всех этих эмоций он запамятовал, так они и лежат у него в бардачке машины, ну и… не спустится ли она не минутку? Только забрать и все… Оля спускается в наспех накинутой куртке, забирает фоты, топает домой. Друг прощается и уезжает… то есть, на самом деле он делает вид, что уезжает, а сам только отъезжает в соседний двор и останавливается в заранее оговоренном месте — возле остановки. Оля поднимается по лестнице, перебирая на ходу фотографии… надо сказать, что там не только те фотографии, которые она мне давала, я вложил в эту стопочку еще несколько наших с ней фоток, на которых мы запечатлены в наши совместные самые счастливые моменты… Она поднимается разглядывая фотки и вспоминая прошлое… поднимается… поднимается…

А на лестнице перед ее дверью, на том самом месте, где до этого сидел плюшевый бельчонок, теперь сижу я и так же смотрю на нее влюбленными глазами! Как говорится — оцените красоту момента!!!

Зачем и каким образом это было сделано? Начну с последнего вопроса. На самом деле, когда друг звонил Оле и просил ее спуститься, я сидел «в засаде» в подъезде (есть там одно местечко, где можно затаится, и тебя никто не заметит), когда она прошла вниз, я просто вылез и уселся на заранее подготовленное место. А самое главное — ведь она спустилась «на минуточку», думая, что «только туда и обратно», а следовательно — не взяла с собой сотовый телефон. Улавливаете сюжет?

Итак, ошарашенная Оля застыла в изумлении — смотрит на меня и не знает, что сказать. Я подхожу к ней, улыбаюсь, говорю какие-то простые и в то же время необыкновенно теплые и добрые слова. Она тронута, но, похоже, даже не знает — что ей отвечать и как себя вести. На лице ее отражается одновременно и растерянность, и сложная внутренняя борьба — то ли броситься мне на шею и высказать слова, которые давно рвутся наружу, то ли ответить какой-нибудь грубостью и пойти домой?

Не давая ей опомнится, я задаю ей какие-то вопросы, в частности, говорю, что «следующий раз, когда мы увидимся» уже наступил, и хотелось бы услышать ответ — хочет она встретиться со мной и провести еще один счастливый вечер «как раньше»? Это самый трудный для нее вопрос, а времени подумать еще толком не было, Оля опять же не знает, что сказать, не в силах сейчас дать ответ, она уже ничего не знает!

А мне того и надо. Я, пользуясь ее замешательством, увлекаю ее за собой, под предлогом чуть-чуть прогуляться — проводить меня до остановки (раньше мы всегда так делали). Мы спускаемся вниз, идем до остановки, болтаем… Со стороны, наверное, похожи на обычных влюбленных, которые медленно прогуливаются, взявшись за руки, и никто даже не догадывается, какая буря эмоций сейчас переполняет одного из нас и как громко стучит сердце у другого.

Мы доходим до остановки, где «совершенно случайно» стоит машина друга. Знакомлю Олей с ее сегодняшним «личным водителем» (его зовут Саша), который якобы должен был привезти ее на награждение. Ольга улыбается: «Интриганы вы… мистификаторы!»

Эх, девочка моя, знала бы ты еще — КАКИЕ!!! …на самом-то деле! …Но ничего, скоро узнаешь!!!!!!!!!!!!

Друг невзначай интересуется: «А чего вы на остановку пришли? На вокзал хотите ехать? Так давайте я вас довезу! Чего вам автобуса-то ждать?» Оля, поняв что нам пришло время расставаться, сразу грустнеет. А я предлагаю ей прокатится со мной до вокзала, посадить на автобус, а потом бы Сашка ее отвез домой… Еще полчасика побыть вместе? Почему бы и нет… Она молча кивает.

Мы садимся в машину и едем… нет, на самом деле совсем не на вокзал! То есть до поры до времени мы едем той же дорогой, но потом в нужный момент должны свернуть в сторону и отправиться в мой город, где ее ждет «культурная программа» на этот вечер. Но этот сюрприз еще впереди…

Пока же мы просто сидим рядышком, болтаем о каких-то пустяках, украдкой смотрим друг на друга, пытаясь заметить какие-то робкие проявления чего-то прежнего… Сашка врубил музыку, шутит и прикалывается, я его поддерживаю, Оля улыбается…

Не сразу она замечает, куда мы свернули и поначалу даже просто не догадывается о смысле происходящего. Но потом начинает все более тревожно поглядывать в окно и наконец спрашивает: «А куда это мы едем?» Я только усмехаюсь с невозмутимым видом, словно говоря: «Расслабься, милая, все под контролем. Дыши ровнее, ты в надежных руках!» Оля переводит удивленный взгляд с Сашки на меня:

— Ну серьезно… Куда это мы? Опять какие-то твои штучки!

— Конечно! А ты разве не соскучилась по моим сюрпризам за время моего отсутствия?

— Ой! …ну-у-у… соскучилась, конечно… но только не сейчас! Давай не будем.

— Поздно уже.

— Что значит — поздно??? Ты меня пугаешь!

— … (просто улыбаюсь в очередной раз своей нахальной улыбкой)

— Ну не молчи! У меня от твоих сюрпризов вечно мороз по коже. Что ты опять задумал??? Мне домой надо! Куда мы едем?

— Ты смотрела фильм «Кавказская пленница»?

— Да… а причем тут это?

— Как там звали главного героя?

— …эээ… Шурик, кажется… но я не понимаю…

— а нашего замечательного водителя зовут Саша. Не улавливаешь никаких параллелей?

— ЧТО???????

— Это «обряд похищения невесты». А ты и есть «кавказская пленница». Тебя только что похитили. Можешь радоваться!

— ЧТО-О-О-О????? Какой еще невесты? Ты опять прикалываешься? Ну хватит смеяться надо мной! Неужели ты серьезно? Нет, я вижу ты улыбаешься. Вы оба шутите! Да? Ну, в конце концов, куда вы меня везете????

— Не нервничай, все будет хорошо. Ты ведь хотела еще раз встретиться со мной и провести хотя бы один счастливый вечер?

— Ну-у-у… я не знаю… ну не сегодня же! Мне надо еще… короче, у меня куча дел… и вообще… родители будут волноваться… короче мне домой надо! Ну что ты смеешься???!?!!!!!

— ……………..

— Ну перестань! И вообще. я же еще не решила, что я хочу этот «счастливый вечер». Я же еще не давала согласия, я не уверена…

— Я решил за тебя проблему выбора.

— Ну не фига себе! У меня нет слов… вообще… так нельзя! Это же похищение настоящее! Я на вас в милицию пожалуюсь!

— Да ради бога! Саш, там сейчас пост ГАИ будет — останови. Раз уж Оля так просит…

— Ты что задумал??? (она напряглась еще больше, уже сама не рада, что попросила)

— Как — что? Пойду сдаваться в милицию! Ты ж хотела…

— Ты это… совсем, что ли?

— Сейчас посмотрим!

Сашка тормозит, я вылезаю из машины, начинаю кричать: «Граждане милиционеры, заберите меня! Я девушку похитил!» Менты на посту удивленно смотрят на меня, переглядываются — пьяный, что ли? А я продолжаю: «Вот видите — девушка сидит? Я ее украл! Я ее люблю очень, а нам не дают быть вместе, вот я ее похитил и сейчас везу к себе. Заберете меня в тюрьму?» Оля хватает меня за руку, виснет на мне: «Ты что? Сумасшедший! Сейчас ведь правда заберут!»

Но милиционеры — молодые парни на посту — видят, что я смеюсь, сами начинают улыбаться: «Серьезно? Девушка, вас правда похитили?» Оля опускает глаза, говорит: «Да…», но при этом сама не может сдержать улыбки… Постовые уже тоже смеются… Оля пытается еще что-то добавить: «Ну я серьезно… Они меня правда похитили!», но уже сама смеется. Разумеется, ей никто не верит, тем более что я продолжаю настаивать на том, что я — преступник, и меня надо забрать в тюрьму! Оля уже сама тянет меня за руку и пытается усадить в машину: «Перестань! ну что ты делаешь? Ненормальный!»

Наконец, мы усаживаемся и едем дальше. Сашка смеется, Оля закатывает глаза и крутит пальцем у виска. Я как ни в чем не бывало смотрю на нее, всем своим видом показывая — «одну проверку мы прошли, ну какие еще отговорки у тебя будут сегодня? что бы ты не придумала, меня не остановить!» Она пихает меня в бок:

— Ты сумасшедший!

— Кто бы сомневался…

— Зачем ты так делаешь?

— Ты же сама просила…

— Я тебя не просила с ума сходить.

— Я уже давно сошел. Когда тебя в первый раз увидел!

— Блин, что я делаю в одной машине с психом????

— Ты едешь вместе с ним на романтическое свидание. Кстати, а разве у нас сильные чувства называются психозом и сумасшествием?

— Если они толкают людей на безумные поступки, то — да.

— Тогда не сопротивляйся, противоречить безумцу — опасно!

— То-то и оно. Я уже боюсь. А просто находится рядом с безумцем — не опасно?

— Наоборот. Очень интересно и познавательно. Ведь его безумные фантазии создают необыкновенные красивые и загадочные миры, в которые он может увлечь тебя за собой. Или может просто забыть только что придуманную им вселенную на пыльном подоконнике и убежать гулять зимним вечером под сказочным снегопадом. Тебе какой вариант больше нравится?

— Э-э-э……. Мы о чем вообще?

Короче, девочку загрузили, и она уже нисколько не сопротивляется. Смирилась со своей участью и даже рада своему неожиданному приключению. В конце концов, не каждый день с тобой случается такое!

А Сашка тем временем включил нашу с ней любимую песенку (есть у нас такая, я заранее диск припас), красивая мелодия, фонари придорожные за окном, снег падает… Красотища!

Приезжаем на место, прощаемся с Сашкой, идем с Олей в одно милое заведение, где мы раньше никогда не бывали. Место действительно потрясающее, я его недавно для себя открыл. Оля восхищенно оглядывается по сторонам, пару раз я ловлю ее теплый взгляд, направленный в мою сторону, но в то же время есть в ней некоторая настороженность и напряженность… какая-то скованность, холодность и даже отчужденность… Садится нарочно не рядом со мной, а так, чтобы между нами было некоторое расстояние, старается держаться независимо, словно показывая, что «то, что я с тобой сюда приехала — еще ничего не значит, не думай, что у нас уже все как раньше!»

Я принимаю ее правила игры, и до поры до времени просто общаюсь с ней, как с хорошей знакомой, не предпринимая каких-либо попыток к сближению. Она уже начинает нервничать и смотреть непонимающим взглядом — «Как же так??? А ради чего ты меня вытащил, если не собираешься ничего добиваться?». А я продолжаю обычное непринужденное общение, как ни в чем не бывало. Временами прикалываюсь над ней, вообще держу ее в постоянном напряжении. Например, подходит официантка, я громко заявляю: «Здравствуйте! Это — Оля, и сейчас она закажет нечто такое, от чего вы все придете в восторг, а ваш шеф-повар — в ужас!» Официанты заинтересованно смотрят на Олю, та смущается и толкает меня ногой под столом. А я продолжаю в том же духе: «Но вы не удивляйтесь, просто сейчас у нее такой период в жизни. Дело в том, что ее только что похитили, как кавказскую пленницу!» Ну и т. д.

Короче, сидим, болтаем, прикалываемся друг над другом. На волне позитива я интересуюсь — не жалеет ли она, что ее «похитили» сегодня? Подтекст вопроса — тебе хорошо сейчас со мной? Ты хочешь, чтобы так и продолжалось? Ответ девочки очень интересный! Она говорит, что всем довольна, что ей действительно хорошо со мной, и она ни о чем не жалеет, но… «давай заранее проясним кое-что, чтобы потом не было непоняток и обидок. Я очень рада, что ты меня сюда вытащил, пусть даже и таким способом. Меня все устраивает, я на все согласна, можешь продолжить свои сюрпризы, но… Давай сразу договоримся — секса у нас с тобой сегодня не будет!»

А девочка-то действительно повзрослела!

Сам не знаю — почему, но меня это ее заявление только рассмешило. Возможно, потому что в прошлом как раз все было наоборот — она сама мечтала о сексе со мной, он ей безумно нравился, каждая наша близость приносила ей бурю эмоций, а тут вроде как получается, что я сейчас буду приставать и домогаться, а она будет отбиваться.

ЩАЗ!!! Не дождетесь!

Короче, я говорю: «Хорошо, как скажешь!», а у самого улыбка до ушей. Ну просто не могу сдержаться. Она смотрит на меня подозрительно:

— Хорошо? Ты сказал «хорошо»?

— Да, как скажешь. As you wish, my dear!

— А чего это ты как-то подозрительно смеешься?

— Да так…

— Нет уж, признавайся!

— Мне просто интересно — ты это говоришь потому, что боишься, что не сможешь совладать со своими эмоциями и набросишься на меня прямо тут? А мне придется от тебя отбиваться?

— ЧТО??? Нет, конечно! Даже наоборот!

— Нет? Точно нет?

— Конечно, нет!!!

— А ну ладно… тогда понятно…

— Что тебя понятно?

— Значит просто набиваешь себе цену!

— Да ну тебя!

— Что — угадал?

Она краснеет, смущается, опускает глаза, я уже открыто смеюсь. Она сама улыбается.

А я потихоньку любуюсь ею… Так давно не видел! …Она действительно выросла, выглядит как-то старше… смотрится уже не наивным ребенком, как раньше, а взрослой женщиной, которая заслонила маленькую девочку, бывшую на этом месте когда-то. Старается держаться гордо, независимо, подчас даже холодно и отчужденно. И все равно проглядывает за всем этим что-то такое неуловимое, почти незаметное, но знакомое и родное. Как давнее воспоминание порой непрошенным гостем стучится в душу, случайно зацепившихся за какой-то осколок памяти.

…Милый Бельчонок! Как же я по тебе скучал…

Вечер заканчивается, мы выходим из заведения, берем такси, едем на вокзал. Оля слегка удивлена таким моим поведением, видимо, не ожидала, что я действительно отвезу ее домой, вместо того, чтобы… Но старается виду не показывать.

Мы приезжаем. На остановке несколько людей, занимаем очередь. Оба понимаем, что сейчас расстанемся, пора прощаться и от этого как-то грустно. Хотим сказать что-то, но оба не знаем — как начать, и только молча смотрим друг на друга…

А тут еще подъезжает водитель-частник на легковушке: «Кому до Нижнего? Мне по пути, подброшу за энную сумму…» Для Оли это лучше всего — не трястись в душном автобусе, а доехать быстро и с комфортом, да еще и довезут почти до самого дома.

…Ну вот и все. Сейчас она уедет, и этот вечер закончится…

На мгновение она заглядывает мне в глаза:

— Спасибо тебе! Это действительно был хороший вечер. Я рада, что ты меня «похитил»!

— Это тебе спасибо…

— Ну… пока?

— Пока…

— Ты больше ничего не хочешь мне сказать?

— Вряд ли стоит…

— Ну… раз так…

Еще раз проводив меня долгим взглядом, она садится в машину. Машет мне из окна отъезжающей легковушки. Потом отворачивается. По-моему, у нее на глазах слезы…

Глупенькая! Она ведь еще не знает, что парень-частник, к которому она только что села — мой знакомый, такой же, как и первый (Сашка), которого я подговорил помочь мне этим вечером. И точно так же ее «похитят» второй раз. В смысле — по дороге свернут «не туда» в нужный момент и окажется она в одном милом загородном домике, где ее уже буду ждать я, приехавший раньше них на другой машине. Дальше будет неожиданная встреча, которая тем нужнее, что мы только пережили расставание, и она сама только что мечтала о том, чтобы я ее не отпускал, уговорил ее остаться и т. д. Кстати, именно так я и скажу… Скажу, что мне показалось, будто она не сильно хотела уезжать, и я решил исполнить ее желание. Скажу, что просто не хочу с ней расставаться, и раз уж я ее похитил один раз, так чего уж теперь… Еще скажу… Словом, будут еще какие-то слова, какие-то признания, объяснения, может, даже легкие обидки и недовольство, а потом примирение, нежный взгляд и теплые объятия… А потом будем только мы, одни на всем белом свете, и этот вечер, и снег, кружащийся над головой, и лес, и тишина…

Что ж, пора заканчивать мою историю, она и так получилась очень длинной. Просто скажу, что все это было! Какие-то слова, какие-то признания, обидки и примирения, и снег, кружащийся над головой, и лес, и тишина, и этот вечер…

А еще был чай с малиной на кухне при свечах… был долгий и откровенный разговор, когда мы сидели в обнимку на кровати, закутавшись одним одеялом…была сказочная ночь, когда взгляды встретившись, обдают тебя горячей волной; когда от поцелуев кружится голова, и ты словно пьяный; когда в море безграничной нежности действительно можно утонуть… было то необычное чувство, когда люди на какой-то короткий момент становятся необыкновенно близки и действительно ощущают себя одним целым… когда совсем не хочется спать, и ты можешь до утра просидеть, вслушиваясь в дыхание любимого человечка где-то рядом… положить голову в впадинку у плеча, прижаться и слушать биение сердца, которое совпадает с твоим…

А ПОТОМ МЫ РАССТАЛИСЬ…

Наверное, я просто не смогу объяснить — почему. Нет у меня слов, которыми можно было бы все это описать так, чтобы было понятно постороннему человеку. И откуда взялось это ощущение — ощущение неизбежности расставания — я не знаю. Просто чем больше мы были вместе, чем больше упивались пьянящим чувством восторга от присутствия любимого человека рядом, тем сильнее и сильнее понималось нам обоим, что очень скоро это должно закончится. И какой-то странный осадок, горькой болью засевший в душе, словно бы говорил нам:

ВАМ НЕ БЫТЬ ВМЕСТЕ…

Эта девушка была для меня настоящим кладом. Лишь она одна могла терпеть все мои выходки; простить мне всю боль, что я ей причинил; знать обо мне все, и в то же время продолжать так сильно любить, доверять мне, верить в меня… Ее любовь была бесценным подарком, которая судьба, словно бы в насмешку, предложила мне. Подарком, который я не мог взять, и которым был не вправе владеть.

Есть вещи, которых ты сам недостоин; подарки, которые нельзя принимать, не заплатив за них чем-нибудь большим или хотя бы соизмеримым. А мне нечего было ей дать. И нечем платить.

Я безумно любил эту девушку. И с ужасной отчетливостью понимал — нам не быть вместе. И похоже, что она тоже это понимала. И это было самое страшное.

Конечно, эта встреча нужна была мне для того, чтобы попытаться вернуть ее. И лишь для виду я называл ее «прощальной» и говорил, что мы «просто один раз встретимся». Но горькая ирония была именно в том, что встреча действительно оказалась последней.

И словно песчинки в хрупких песочных часах, просачивающиеся все вниз и вниз, истекало время, отведенное нам для короткого счастья — счастья быть рядом… в последний раз…

НАМ НЕ БЫТЬ ВМЕСТЕ

…Песок просыпался. Время истекло…

Мы ничего не говорили друг другу. И так все было понятно. Старались больше молчать. Прижаться друг к другу и замереть… заснуть в объятиях любимого человека…

Потом пришло время собираться. Готовиться в обратный путь. Прощаться…

И уже возле самой двери я вдруг остановил ее, прижал к себе и тихо прошептал: «Не уходи…» Наверное, нужно было сказать что-то другое, объяснить свое поведение, все-все ей рассказать, поведать о том, что если она сейчас уйдет, то мы расстанемся и уже навсегда… А я в тот момент просто ничего больше не мог сказать, ничего не мог объяснить… Только обнять ее и прошептать: «Не уходи!» …и все…

Но больше ничего и не понадобилась. Она поняла. И осталась… еще на один день…

Еще один день мы были вместе. Она позвонила родителям, предупредила, чтобы не волновались. Те, конечно, попытались на нее наорать и сказать: «Быстро домой!», но она не стала их слушать. И опять были какие-то слова, какие-то признания, и снег, кружащийся над головой, и лес вокруг нас, и этот вечер, и тишина…

НАМ НЕ БЫТЬ ВМЕСТЕ

И, наверное, до конца жизни мы обречены теперь проводить время в бесплодных исканиях, пытаясь найти где-то на жизненном пути хоть что-то похожее на эту любовь, заранее зная, что это невозможно…

…Интересно, а если бы все сложилось по-другому, я мог бы бросить пикап?

…Забыть о своих привычках и наклонностях, перестать быть соблазнителем, жить как все «нормальные» люди?

…Может и да…

Во всяком случае, в тот момент я был готов отказаться от всего этого ради нее…

И был бы обычным парнем. Ни хуже и не лучше других. В конце концов, это тоже не так плохо…

…Но при этом перестал бы быть самим собой…

P.S. С тех пор мы не виделись. Звонить ей я просто боюсь. Встретимся ли мы еще когда-нибудь? Ради чего все это было? Я не знаю… Ничего не знаю… Не спрашивайте меня ни о чем…

ГЛАВА 6

Зимой не бывает совсем темно. Даже вечером. Даже поздно ночью, когда темнота, казалось бы, наползает на город, белое покрывало под ногами и вокруг нас продолжает сопротивляться ей умиротворяюще-снежным светом. И пусть давно уже наступила полночь, все равно на улице — лишь сумерки, не более. И все так же сияют искорками снежинки в отблесках придорожных фонарей. И холодным колючим мерцанием отвечают им зимние звёзды. Зимой у них совсем другой свет, да и само небо другое в это время года.

А еще зимой рано темнеет. К этому быстро привыкаешь, и потом никак не можешь понять — то ли еще вечер за окном, то ли уже давно перевалило за полночь? А может, уже совсем скоро хмурое утро? Но тогда почему не хочется спать? Почему мы с Лёлькой бредём по этим узким тропинкам, вытоптанным среди больших пушистых сугробов, бредём абсолютно бессмысленно, делаем вид, что гуляем и болтаем о чём-то, а сами больше молчим?

— Насть, а кто у тебя был первым мужчиной? — вдруг неожиданно спрашивает она. — А то я-то давно тебе рассказала, а ты всё только отшучиваешься да посмеиваешься. Вот и сейчас улыбаешься!

Мои губы и правда трогает лёгкая, чуть грустная улыбка. Ах, Лёлька! Хитрюга ты маленькая! Как же умеет она тонко чувствовать настроение собеседника, улавливать подходящий момент, чтобы…

Да, сейчас я и правда могу рассказать что-то такое, о чем раньше предпочла бы умолчать. Как странно действует на меня эта вечерняя прогулка…эти звёзды, этот снег… фонари, сугробы… Кажется, в какой-то момент я даже краснею и отворачиваюсь, чтобы спрятать лицо в темноте. Но зимой не бывает совсем темно. Даже вечером. Даже поздно ночью.

Эх, Лёлька… Ну, слушай же!

— Его звали Олег. Обычный парень из соседнего двора. Да-да, и такое у меня бывает!

Мы с ним были почти одного возраста. Но в то же время он всегда казался намного меня старше. У него был низкий, с хрипотцой, голос и жесткий мужской характер. Никаких сюсюканий, никаких нежностей. Его поведение… Наверное, чем-то похож на того самого Наглеца, которого ты описывала в своё время. Нет, он заботился обо мне. Но всё всегда решал сам. Никогда ни о чём не просил и не шёл на уступки. Любые мои попытки поиграть в какие-то игры, любые «женские приёмчики» жёстко пресекал.

Я, привыкшая к тому, чтобы за мной мальчики бегали и увивались вокруг меня, от такого просто обомлела тогда. Никак не могла смириться, постоянно лезла к нему с обидами и претензиями, пыталась что-то доказать… А он никогда не избегал конфликтов. Не искал компромисс. Был непреклонен и упрям.

Я никогда не слышала от него каких-то комплиментов, признаний. Никаких розовых соплей, нежных смс-ок, пожеланий доброго утра или спокойной ночи, открыток, цветок, плюшевых мишек-зайцев-слоников… Но в его глазах я видела безумный блеск, нескрываемую страсть, которая просыпалась у него при взгляде на меня. И от одного этого взгляда я трепетала, меня сладкой истомой пробирала дрожь от одного его присутствия рядом, от тепла его тела, до которого постоянно хотелось дотронуться, прикоснуться, прижаться…

В нём была какая-то безумная сексуальная энергия, от него волнами расходились флюиды необузданного желания. И еще было в нем что-то такое дикое, первобытное, какая-то животная страсть… Я постоянно злилась на него, ругала последними словами, а он в ответ говорил мне пошлости (нет, не ругался непечатно, а просто достаточно откровенно называл вещи своими именами — я так не могла и смущалась) и улыбался с какой-то расслабленной грацией дикого зверя перед прыжком.

Он никогда не говорил мне комплиментов, но мог легко назвать сучкой или маленькой дрянью. Правда, никогда не делал это просто так, только когда было за что. Я ведь тогда действительно вела себя как избалованная стервочка порой. Но услышав такое, готова была вспыхнуть и накинуться на него с кулаками, а он только улыбался в ответ, властно так прижимал к стене своим телом и смотрел сверху вниз — хитро и с прищуром. А потом целовал — жарко, страстно, неотвязчиво, поднимал на руки и…….

— Блин, Насть, и ты позволяла с собой делать такое? Как-то даже непривычно и странно слышать от тебя…

— Лёльк, я сейчас вообще нередко думаю, что это были ИДЕАЛЬНЫЕ ДЛЯ МЕНЯ отношения. Но тогда… Мне хотелось восхищений, признаний, мне хотелось повелевать и крутить мужчинами.

— Как в той статье? Про женский пикап?

— Блин, Лёльк, не напоминай!

Мы обе рассмеялись…

* * *

Все дело в том, что совсем недавно нам на глаза попалась статья о женщинах-соблазнительницах. Как ответ на мужской пикап, мне показалось это очень даже интересным. Ведь это только ради красного словца мы, женщины, любим поболтать о том, что нас учить ничему не надо, мы все от природы — отличные соблазнительницы, и вообще развести мужика на секс ничего не стоит. Может, оно и верно с какими-нибудь мальчиками-пионерами, но когда попадается тот, от кого ты без ума — куда сразу девается наше умение, наше «природное» обаяние и извечно присущий нам шарм? Всем им на смену приходят вдруг трясущиеся коленки, заплетающийся язык и глупо хлопающие ресницы, за которыми мы пытаемся спрятать ошалелый от счастья при ЕГО появлении взгляд. Тут бы как раз на помощь нам придти парочке приёмов из арсенала охотниц за мужчинами, вот только…

Эх, да ладно, чего уж там! Читайте статью — сами все поймете.

Вот что меня всегда восхищало в некоторых женщинах, так это умение выстроить стратегию и тактику в таких тонких областях, как личная жизнь. И не только выстроить, но и с успехом ее придерживаться. Ну, знаете, всякое такое вроде «мариновать хахаля надо не менее недели, но и не более месяца» — какие-то сокровенные женские знания, которые вроде как доступны всем, но не у всех получается переходить от знаний к делу.

Вот взять, к примеру, меня — я ежели флюид поймала, то никакие такие тактики и стратегии в голове не держатся, у меня любовь и спекание мозга в розовый пирожок с уси-пусями вместо глазури следует незамедлительно. Так вот, знаете, чтоб взять себя в руки, отодвинуть его в сторону, посмотреть этак с прохладцей и, бросив «никогда не делайте так больше, Виктор, я не из таких!», гордо увилять попой от обалдевшего мужика — пускай помучается, подсядет на крючок сильнее — вот так у меня никогда не получается!

Вся моя тактика и стратегия заканчивается в момент первого качественного поцелуя, а дальше уже начинается обычный бразильский сериал с обоюдной нервотрепкой без какой-либо логической подоплеки. Ввязавшись в такой сериал пять лет назад, я до сих пор не научилась полностью контролировать ситуацию и умело управлять инстинктами и устремлениями супруга — менять секс на шубу или дрессировать отлучением от ложа, например. Кто еще кого дрессирует у нас.

Однако не все так плохо в датском королевстве — есть, есть и в моем ближайшем окружении знающие женщины, эти ходячие концентраты вековой женской мудрости! Есть у меня старшие подруги и просто знакомые, которые виртуозно играют во все эти игры и не просто, а вполне себе результативно — степень виртуозности можно даже измерить в денежном эквиваленте. На мое удивленное «Блин, и как это у вас получается?!», женщины изящно поднимают бровь и начинают порционно выдавать информацию — а я ее и так знаю, только у меня теория с практикой расходится кардинально.

Сижу в кафе с одной из небожительниц, заинтересованно наблюдаю за тем, как она сворачивает официанта в покорную психологическую дулю и разводит администратора на бесплатные коктейли всему столику, выслушиваю историю об очередном богатом поклоннике, который потерял из-за нее на днях голову. Не выдерживаю — по-школярски выдыхаю: «Фига себе! А как, как ты это делаешь?!». Знакомая смотрит на меня снисходительно, выпускает мне в лицо сигаретный дым, прищуривается:

— Ну, разумеется, нужны природные данные…

Это понятно. Я пытаюсь изогнуть позвоночник внутрь и попробовать таким образом увеличить объем груди, но, судя по выражению лица собеседницы, это ее не впечатляет. Она стряхивает пепел, и, видимо сделав вывод, что, даже познав ее волшебную методику, я ей не конкурент, устало начинает рассказывать:

— Дорогая, это же психология. Все просчитывается заранее, а дальше просто ведешь себя по сценарию и все, никуда он не денется, даже от тебя! Правила игры очень простые, никто нового ничего еще не изобрел. Я обычно делаю так — нахожу объект, узнаю о нем все, что могу, знакомлюсь, а дальше пять простых шагов:

* первое свидание — привлечь внимание и очаровать, никакого секса — это самая распространенная ошибка;

* второе свидание — создать видимость доступности, но все-таки свинтить в последний момент (я бормочу себе под нос: «вот на этом моменте сразу видно профессионалов — я вот тут как раз обычно и рублюсь!»);

* третье свидание — прохладно и не заинтересованно поболтать об отвлеченном. Например, о ценах на сахарный тростник или негативных последствиях глобализации. Перед уходом сначала ненавязчиво продемонстрировать имеющиеся прелести (я представляю себе, как ненавязчиво быстро задираю футболку, показываю мужику левую грудь, опускаю руку и продолжаю прохладно говорить о сахарном тростнике. Эта мысль кажется мне забавной, я начинаю хихикать, но затыкаюсь под суровым взглядом лектора). В конце вечера надо неохотно согласиться встретиться еще раз.

* четвертое свидание: быть задумчивой и ранимой, смотреть влажными глазами на объект, поглаживать наманикюренным пальчиком банан (Какой банан?! Откуда банан взялся?! Этот вопрос меня волнует, но я решаю дождаться конца лекции, чтобы не сбить настрой), рассеянно поправлять бретельку лифчика. В конце подпустить туману и сообщить о непреодолимом препятствии, которое, вероятно, разлучит вас навеки в ближайшем будущем (?!);

* пятое свидание — неожиданно и резко свалиться ему на голову, признаться в чувствах, отдаться с подвыподвертом. То есть так, чтоб у мужика искры из глаз и мозг из члена не возвращался даже после окончания процесса. После пятого свидания, дорогая, я рекомендую пропасть из виду на недельку-полторы, после чего «случайно» попасться на глаза объекту. Можешь мне поверить, к этому моменту уже должен быть истерзан страданиями и жаждать новой встречи всей душой. Мужик готов к сдаче, принимаешь его и решаешь, что дальше.

Над столом виснет пауза, я незаметно выключаю диктофон на телефоне и думаю, как бы потактичнее спросить про банан, который надо поглаживать, она закуривает снова и рассеянно смотрит на меня (боже, надеюсь это не третий этап ее программы!). Не придумав ничего стоящего, я спрашиваю прямо:

— А банан где неожиданно взять, чтобы гладить?

Оказывается, что банан настоящая женщина носит с собой, чтобы в любой удобный момент достать из сумки под предлогом перекуса и начать его эротично поглаживать, а потом и, чего доброго, есть. Если банан выглядит совсем неуместно (в ресторан со своими бананами как-то не принято, даже у нас), то так и быть — можно поглаживать стакан, или любой другой предмет, способный в воспаленном мужском воображении вызвать ассоциации с пенисом. Его.

Я неудачно острю, что тогда уж лучше носить с собой резиновый член и доставать его в такие моменты, а то вдруг у мужика фантазия бедная, а ты как дура весь вечер стакан мусолишь — но она серьезно отвечает, что резиновый член может испугать романтически настроенного поклонника и все-таки банан самый эффективный и проверенный вариант.

Дальше выясняю вопрос с непреодолимыми препятствиями — оказывается, надо дать понять мужику, что распродажа заканчивается и он не успевает: вот-вот добыча, которая так умело гладит бананы, ускользнет навсегда. Куда и как — неважно. Можно что-то придумать — замуж за сына президента Уганды, медсестрой в Красный Крест, перемена пола и т. п.

— А можно и не вдаваться в подробности, главное создать нужный эмоциональный настрой, дорогая…

Лекция прерывается — к столу подваливает крепенький мужичок с букетом роз, радостно лопочет что-то про лапулю и забирает нашу «гуру соблазнения» с собой. Я смотрю им вслед, вздыхаю и звоню мужу, чтоб не забыл макароны купить.

Интересно, а бананы на мужей действуют или уже нет? Можно ли вот так погладить банан у мужа на глазах, а он чтоб вот также потом с букетом роз и лапулей примчался?

Перезваниваю мужу, прошу купить еще и бананов.

Черт с ней, со стратегией, попробуем хотя бы тактику…

— Да уж, после такой статьи я сама много думала о том, какие разные чувства, оказывается, могут вызывать самые обыкновенные бананы у среднестатистической россиянки.

— Почему только у россиянки, Лёль?

— Да потому что кругозор мой слишком узок, и в него как-то не уместились взаимоотношения иностранок с бананами!

— Блин, мы так с тобой на международный скандал нарвемся. За ущемление прав иностранцев. И их политических свобод в банановой республике. Лучше скажи — ты с Художником с тех пор так и не общалась?

Лёлька улыбнулась какой-то грустной улыбкой, и в глазах её появился странный блеск.

— Общалась пару раз. Сейчас придем домой — расскажу.

…Но это «сейчас» случилось еще вовсе не так скоро, как можно было бы ожидать. Во-первых, потому что на мою спутницу по дороге напал приступ бесячества, и она рвалась то поваляться в сугробах, то прокатиться с визгом вниз по оврагу на подобранном где-то пакете, уверяя меня, что иначе сегодняшний вечер будет для нее потерян, то еще что-то. А во-вторых, по приходу домой выяснилось, что приступ этот только усилился, и во имя избавления от него Лёле сейчас просто необходимо поиграть в бедламчики.

Бедламчик — это вообще ее любимая развлекушка, о скором приближении которой я обычно узнаю по некоторым характерным признакам. Один из которых — особый до безобразия хулиганский блеск в Лёлькиных голубых глазах. И хитрющая улыбочка на ее вроде бы невинной рожице. Обычно это означает, что еще не успею я раздеться, как некий сумасбродный вихрь будет гонять нас по дому, сметая все на своем пути — стулья, столы и прочую валяющуюся на полу мелочь. И я, как всегда, буду пытаться найти хоть одно безопасное место в этом доме, в очередной раз убеждаясь, что таких мест конструкцией данной квартиры не предусмотрено, двери для Лёльки — не помеха, тем более что они не запираются, а щеколду в ванной мы сломали еще во время моего прошлого посещения.

— Лёлька, ну прекрати наконец, а то я сейчас уже разозлюсь на тебя по-настоящему!

— Ты не сможешь!

— Это еще почему? Еще как смогу!

— Ты не сможешь, потому что во-первых, ты — добрая, а во-вторых, я уже сбегаю на кухню и буду там готовить твои любимые бутербродики, за которые ты мне все простишь.

— Бутербродики говоришь? Ну ладно, прощаю. За твои бутербродики и правда можно что угодно простить. Тем более, что я голодная после всей этой беготни…

И лишь когда процесс приготовления бутербродиков был закончен Лелькой, а процесс приведения квартиры в божеский вид — мной, мы смогли-таки вернуться к нашему разговору.

— Да, я общалась с Художником. Пару раз получалось изловить его в аське, хотя он там сейчас очень редко бывает. В первый раз он был явно не в настроении со мной общаться (да и вообще — ни с кем, наверное), а вот во второй мы немного поболтали.

— Как он? Грустный?

— Старается этого не показывать. Рассказывал, что все так же ходит по улицам, общается с людьми, как будто ничего и не случилось. Как будто мир не перевернулся и не рассыпался на сотни маленьких осколков, больно ранящих сердце. Ведь ничего не случилось, земля вертится все так же, Бог опять ничего не заметил. Говорил, что за всеми этими повседневными делами, и с точки зрения посторонних людей, все маленькие личные трагедии кажутся смешными и ненастоящими, как игрушечные похороны.

— Как что?

— А это уже мое сравнение. Я сказала, что понимаю его и рассказала, что в детстве у меня была такая маленькая личная трагедия — порвался любимый плюшевый мишка. Порвался совсем, окончательно, родители хотели его выкинуть, а я не дала и решила похоронить. Обставила все это как настоящие похороны, для меня это было важно! А все взрослые надо мной лишь смеялись… Для них-то это были всего лишь игрушечные похороны.

— Умеешь ты найти достойное сравнение…

— Зато он посмеялся вместе со мной! Я вообще стараюсь его как-то развеселить, поднять настроение. Пару раз звала его на форум — поучаствовать во всяких веселых темках, когда там попадались разные приколы. Потом покажу, если хочешь…

— И как — получалось?

— Затащить на форум? Да. А вот поднять настроение — как-то не очень. Один раз я даже написала ему, что мне кажется как будто у него сейчас даже голос грустный, хотя и не слышу этого голоса (мы ведь только по аське общались, письменно). А он в ответ прислал мне смайлик и спросил — а ты хотела бы услышать мой голос? Я как-то смутилась, но ответила, что, в принципе, была бы не прочь.

— К чему это он?

— Я тоже не поняла. Тем более, что был уже поздний вечер, пора было ложиться спать… Мы попрощались, я выключила компьютер и собиралась уже отправиться ближе к кровати, как вдруг у меня зазвонил телефон! Я снимаю трубку и слышу такой почти не грустный голос: «Привет! Ты любишь сюрпризы?»

Какой-то давно забытой струной отозвались в моей памяти эти слова, но я тогда не предала этому значения, лишь спросила удивленно:

— Так он знал твой номер телефона?

— В том-то и дело, что не знал! Ну, то есть, я думала, что не знал, я ведь ему его не давала! А как оказалось…

— Понятно. Опять всякие пикаперские штучки. А дальше-то что?

— Мы поболтали немножко. Потом он пожелал мне спокойной ночи и сказал, что может спеть мне колыбельную на ночь, если я хочу. Я, конечно, не стала отказываться…

— И что — спел?

— Ага. Включил громкую связь на телефоне и сыграл для меня песенку на гитаре… Угадай — какую?

— Ну, откуда же я знаю…

— Про похороны плюшевого мишки!

— Ну, знаешь…

— У меня у самой нет слов. Вообще песенка какая-то грустная и даже депрессивная немножко, но я от нее была в восторге. Все напевала ее про себя. А на следующий день нашла в своей почте письмо от него.

— Письмо? Что там было?

— Собственно, даже не письмо. Так, записку — всего пару строчек. Он попросил меня пообещать, что я ни за что и никогда, не при каких обстоятельствах не стану в него влюбляться.

— К чему это он?

— Я сама не поняла. Вообще-то, как ты понимаешь, я и не собиралась. И что он этим хотел сказать — не знаю.

— Ну и?

— Ну и… я обещала.

— А он?

— А он сказал — хорошо.

— Так и сказал?

— Так и сказал.

Форум пикаперов.

Одна из «веселых» тем, которые мне показала Лёля.

Инопланетянин:

Всем привет!

Я в свое время активно ходил к вам в тусовку на совместные вылеты, думаю — некоторые меня помнят. Недавно приехал с отдыха и снова начал усиленно работать в поле. Казалось, всё идет отлично, уровень поднимается, но два дня назад начала происходить какая-то фигня. Девочки перестают вызваниваться. Те, что приходят на первое свидание, не приходят на второе. Я думал, всё дело в пункте «Заинтересовать», начал качать его, но это было только начало. ВС перестаёт быть на уровне, неудачные подходы, и вот я уже начинаю впадать в депрессняк.

Чё за блин? Ведь всё так хорошо начиналось!

Такое ощущение, что всё это время я строил дом, и вот когда уже, казалось бы, первый этаж закончен, фундамент начинает давать трещины. И дом рушится!

Это откат или я что-то не так делаю?

—

— Это и есть та самая темка, куда ты позвала Художника, чтобы поднять ему настроение? Кстати, что такое ВС?

— ВС — внутренне состояние. То, кем ты ощущаешь себя внутри. Считается, что если ты сам уверен в том, что ты — неудачник, то и девушки невербально это чувствуют. А вот если ты уверен в себе…

— Что ж, вообще-то доля истины в этом есть.

— Ага. А темка та самая. Чего-то вдруг мне захотелось поприкалываться, настроение такое было. Потом позвала Художника, он поддержал, а там и остальные присоединились.

— Ладно, давай читать дальше…

–

Лёля:

Если фундамент внезапно

Трещину дал в доме твоем —

Цементом залей

Японская народная мудрость.

Лёля:

Если твой дом развалился,

И что делать не знаешь —

Новый построй

Японская народная хокку.

Художник:

Совет мастера слушай!

И если тебе не помог он —

Поможет меч самурая

Миямото Мусаси (японец), 234 год до н.э

Наглец:

Если не помогает ничто —

На фиг сломай этот дом,

Следующий будет бояться.

Ибу Бабу ибн Сильно (Персия,) оч. давно

Грязный Стебщик:

Если ВС твой упал,

То сметаны кило

И 4 грецких ореха спасут положенье.

Нахуято Имбицито, 325 год до н. э.

Рэндом:

Пришел депрессняк,

Отворил твои двери —

Спрячь горечь в бутылке!

Саке Бухайда (китаец), жив до сих пор

Грязный Стебщик:

Глаза героя видят страх,

Сомненья бродят где-то сзади —

Пошли их в попу всех иль нах,

На девок затаись в засаде!

Я Та Сука На Комоде, когда-то уж очень давно, вчера наверно

Рэндом:

В космосе мы одиноки,

Похмелье бутылка несет

Выхода нет…

Лишь вращенье сансары не остановишь.

Саке Бухайда (китаец), за минуту до гибели (минуту назад).

Художник:

Взберись на вершину

Окунись в водопаде

Хотя бы помылся

Сунул В Цу, (6–5 вв. до н. э.)

Грязный Стебщик:

В меня кто-то сунул?

Цу, китаец (6–5 вв. до н. э.)

Лёля:

Тему он создал о боли душевной -

Испоганили тему

Гуру циничные!

Мотомио Сасиму (2006 г. н. э.)

Рэндом:

Ой, Лёлечка здесь? Ну, тогда перейдем к другому стилю изящной словесности:

У тебя, Лёль, глаза красивые,

Как цветы на весеннем лугу.

Я тебя все равно изнасилую,

Потому что уже не могу…

Хакер:

Флудерасты несчастные, не стыдно вам?

— Да, чувствуется, отрывались вы весело! Перлы так и сыплются! Художнику-то это помогло? Как он? Полегчало от такой артподготовки?

— Вроде бы. Отходит потихоньку. Мы с ним еще несколько раз созванивались потом. И знаешь, что я заметила? Когда я ему звоню, у него голос какой-то грустный и уставший. А когда в процессе разговора я начинаю шутить и прикалываться, он тоже потихоньку включается, и голос как-то теплеет, становится вновь жизнерадостным и веселым!

— Короче, ты — подниматель настроения… Я всегда говорила, что это — предназначение всей твоей жизни.

— Настька, ну не смейся…

— А я и не смеюсь, просто ты действительно вечный такой позитивчик, с зарядом бодрости, как Карлсон с моторчиком.

— Хорошо, что хоть не с шилом в попе…

— Ну, это у тебя тоже имеется! Кто только воткнул шило в такую хорошенькую попку — не знаю…Может быть, как раз…?

— Настасья, если вы немедленно не прекратите ваши гнусные намеки и обсуждение моей попы, я запущу в вас сахарницей. Больно!

— Ладно-ладно! Не смею более оскорблять ваших высоких чувств и понимая, сколь чувствительна к моим насмешкам ваша попа…

— Она мне дорога, как память! А вас, Анастасия, я предупреждаю в последний раз — не будите во мне зверя, я метко кидаюсь тяжелыми предметами!

— Зато я очень изящно уворачиваюсь!

— Но сахар по всей кухне сама будешь собирать!

— То есть, ты раскидывать его будешь, а я собирать?

— Ага. Это называется «распределение труда». И потом — я же ради тебя стараюсь. Ну, в смысле — в тебя сахарницей кидать-то буду…

— Ну ты хитрюга! Прям как те мартовские коты с форума. Учишься у них, да? Только спешу напомнить — на дворе еще зима.

— Настоящему коту и в декабре март!

— Это ты от Художника набралась?

— Нет, мы и сами с усами. А знаешь, — Лёля вдруг как-то погрустнела, и взгляд ее стал грустно-задумчивым. — Жаль всё-таки, что у него ничего не получилось с той девушкой. Может, образумился бы и забыл бы про свой пикап.

— Думаешь, мог бы?

— Да ведь каждый из нас мог нормальным бы быть человеком… Хорошо, что не вышло так, и все мы такие, как есть, — вздохнув, продекламировала Лёля строчки из песни. И отвела глаза куда-то в сторону.

* * *

Снег валил мокрыми хлопьями, коварно норовя пробраться за шиворот. Я поёжилась. Вроде бы, зиме пора заканчиваться, но она как будто об этом не знает. Может, ей никто не сказал? Забыли предупредить? Или она нарочно так, из вредности?

Я в детстве тоже частенько не слушалась родителей и делала всё наперекор. Нарочно. А еще мечтала сама побыстрее стать взрослой, чтобы самой за себя все решать. Собственно, я и тогда все сама решала, но у родителей (и вообще взрослых) нередко по этому поводу было другое мнение.

Для взрослых вообще все имеет другое значение. Например, даже зима для них — это не «снежинки», «горки», «сугробы» и «весело», а «холодно» и «можно заболеть».

А я мечтала, что вот когда мне будет лет эдак 25, и будет у меня муж-красавец, который будет обожать меня и на руках носить, и двое детей, и отличная работа, которую я буду любить, и сама буду вся такая блистательная, успешная и уверенная в себе бизнес-вумен, то вот тогда-то…

Не помню, что именно должно было бы случится тогда. Да теперь это и не важно.

Потому что из всего перечисленного выше, сбылось только одно — мне действительно скоро 25.

И я стала взрослой.

Хотя, это еще спорный вопрос…

А на дворе февраль. Но зима никак не хочет заканчиваться. Ей, наверное, никто не сказал. Как и нас всех в детстве забыли предупредить, что… А может, и предупреждали, только мы не слушали.

Снег летит из-под колес проезжающих мимо автомобилей. Смешиваясь с грязью, он становится грязно-серого цвета и лежит на обочине дороги застывшей неопрятной кучей. Странно, ведь еще совсем недавно он был изумительно белым и сверкал на солнце. А теперь…

На дворе февраль. У Лёльки долгожданные каникулы после зимней сессии. Она целыми днями пропадает где-то с друзьями и подружками. О том, что у нее происходит, я узнаю в последнее время только из ее дневника, куда захожу порой от скуки. Ну и изредка она забегает ко мне сама ненадолго.

В одну из таких мимолетных встреч я и услышала случайно тот телефонный разговор, ставший для меня первым тревожным звоночком.

* * *

Лёля немного смутилась (как мне показалось), когда у нее зазвонил телефон, и она, взяв трубку, увидела — кто звонит. Мы сидели у меня на кухне, допивали горячий чай, которым я пыталась её согреть, прежде чем ей снова предстояло заняться обмораживанием различных частей тела в 15-градусный мороз по пути к репетитору.

— Привет, Лёлик!

— Здравствуйте, господин Художник!

— Соскучилась?

— Знаешь, как-то не успела еще. Мы же только вчера общались.

— А сколько тебе нужно, чтобы соскучиться? Месяц? Хорошо, в следующий раз позвоню в марте…

— Эй, ты что? Я же пошутила. И я…

— Соскучилась?

— А ты?

— Я первый спросил.

— Ну, не знаю… не совсем еще…

— Я тоже. Ни капельки!

— Вредина! А зачем тогда звонишь?

— Нравится, как ты называешь меня врединой. Хотел услышать еще…

— Соскучилась!!!

— Я тоже. Ты мне приносишь хорошее настроение.

— Будешь издеваться — заберу его с собой обратно, когда уйду.

— А разве ты уже уходишь?

— Да, мне еще надо к репетитору сегодня. Будет меня мучить весь вечер. А ты что будешь делать?

— Буду завидовать твоему репетитору.

Художник говорил громко, так что я, сидя рядом, хорошо слышала весь их разговор. Лёля смущенно улыбалась каждой его новой реплике, а он… я не видела его, но, судя по голосу, в его глазах в это время плясали тысячи насмешливых искорок.

Я не следила за нитью разговора. Я смотрела, как менялось Лёлькино лицо.

— Я даже не знаю, Найджел… Для этого ведь придется ехать в Дзержинск, да?

— Испугалась? Правильно, бойся меня!

— Ну что ты меня постоянно дразнишь?!

— А что с тобой еще делать? Пороть уже поздно, да ты и не дашься…

— Ну еще бы! Я вообще-то девушка скромная, а ты…

— А я тоже считаю, что лучшее украшение девушки — скромность. И прозрачное платьице!

В Лёлькином телефоне он был записан как «Вредина». Это я успела разглядеть еще до начала их разговора.

Спросить что-либо после разговора не получилось — Лёлька выскользнула за дверь, еще прижимая трубку к уху.

* * *

У вас есть друзья? Глупый вопрос, я понимаю. Вряд ли в этом мире есть вообще хоть один человек, у которого их нет. Ну, совсем…

Почему вообще люди дружат? Бывает же так, что два совершенно непохожих человека, с абсолютно разными интересами и привычками, противоположными характерами и ценностями в жизни, остаются друзьями на протяжении многих лет. Бывает и наоборот. Парадокс?

А еще бывает так, что в детстве у тебя был закадычный друг или лучшая подруга, с которой вы с полуслова друг друга понимали и считались лучшими друзьями. Казалось, что вы готовы быть вместе всю жизнь, но время шло, вы росли, интересы менялись, и сейчас уже все как-то… Почему нам всегда кажется, что раньше все было по-другому — и солнце ярче, и трава зеленее, и небо — более голубое и чистое? А теперь все как-то не так. Может, все дело просто в том, что мы повзрослели и теперь уже никогда не будем такими, как тогда?

И сейчас мы поддерживаем отношения с той самой «лучшей подругой» лишь по инерции, не желая признаваться себе, что, по большому счету, нас больше ничего и не связывает и нам нет дела друг до друга. Вместе уже не так комфортно, но и порознь как-то странно. Ходим друг к дружке в гости по привычке, когда нечем себя занять. Шляемся по улицам и треплемся ни о чем.

Но Лёлька не такая. Она живая и настоящая, она…не знаю даже, как это описать…. Она — это я, только много лет назад. В ней еще живо все то, что умерло во мне когда-то. И она старается изо всех сил уберечь ту детскую чистоту и непосредственность, что я не смогла сберечь в свое время. Но она открытый и добрый человек, поэтому ей трудно прятаться в панцирь от жестокостей этого мира.

Я тоже когда-то была такой. Потому мы и дружим. Поэтому легко находим общий язык. Бывают, конечно, и разногласия, и споры серьезные, но правы всегда мы обе. Она — потому что говорит то, во что бы мне очень хотелось верить, а я — потому что отстаиваю то, во что поверить придется ей через какое-то время.

Я люблю ее. И потому так переживаю за нее порой и пытаюсь защищать от каких-то вещей. Хотя сама в детстве очень не любила чью-то опеку.

Есть такое волшебное слово — м и р о о щ у щ е н и е.

Оно такое большое, широкое и прозрачно-солнечно-туманное.

В нем куча многоточий и еще много недописанных палочек сверху.

Когда я произношу его, вслух или про себя, уголки моих губ медленно ползут вверх, и на лице появляется многозначительно-заговорщическая улыбка:

«У меня есть что-то, чего нет ни у кого… И я никому об этом не скажу!»

Мироощущение…

Ощущение мира. Ощущение счастья… внутреннего…

Скромного счастья. Маленького счастья. Но твоего.

Ты — плотный шарик, внутри которого яркий свет. И ты не выдерживаешь этого ослепительного, переполняющего тебя света, и тогда он начинает прорываться наружу сквозь маленькие трещинки. Так ты и ходишь: свиду, вроде, обычный человек,

а внутри — вселенское солнце!

Это я прочитала у Лёли в дневнике. И почему-то вдруг захотела с ней серьезно поговорить.

* * *

Зимнее утро. Еще темно. Махровые дороги мнутся под колесами автомобилей, небо опять висит серым мокрым платком и сыпет снегом на холодные улицы.

Сейчас я каждый день встаю очень рано. Или это только так кажется, потому что за окном еще темно, когда мой будильник противным голосом сообщает мне, что пора вылезать из теплого кокона одеяла, где я греюсь, словно куколка бабочки в сладкой дремоте? Потом иду к окну на кухне и стою там минуты три, до тех пор, пока объятия сонной темноты не потянут меня назад, в сладкую дрему. В эти три минуты я смотрю на мир в одиночестве, я вижу то, что окружает меня каждый день, является фоном для разыгрываемой ежедневной пьески со смешным названием «Моя жизнь». Я вижу темный, присыпанный снегом квадрат своего двора, окружающую меня стену пятиэтажек, плотным кольцом сомкнувшихся вокруг старого детского сада, я вижу одинокие замерзшие фонари, а вдалеке прячущиеся тени бродячих собак. Жизнь начинается уже там каждое утро, но каждый раз по-новому, и я подхватываю это всегда неожиданное звучание.

Утром холодно. На кухне выстланный плиткой пол холодит ноги и продирает до костей даже после горячего душа. Я надеваю длинный байковый халат своей бабушки, сажусь спиной к батарее и укутываю ноги длинными полами халата. В пору моего детства, когда частенько отключали отопление, бабушка включала конфорки на плите, чтобы кухня нагрелась и не было бы холодно завтракать. Сейчас бабушки давно нет, а меня спасает батарея и кружка горячего кофе с корицей.

Корица — это чудо! Только она меня и спасает, не дает заснуть снова, расползаясь вокруг слабой ароматной змейкой, наполняя маленькую кухню клубами чего-то необыкновенно и неуловимо приятного. Иначе я бы точно уснула.

Вообще зимним утром всегда хочется спать. Даже если примешь контрастный душ, вытрешься жестким полотенцем, попрыгаешь на месте, изображая утреннюю зарядку (да-да, спортсменка и гимнастка из меня никудышная — признаю, чего уж там) — все равно, когда заходишь в комнату одеваться и видишь темные очертания одеял и подушек, безудержно тянет лечь. И если поддаться это слабости, то моментально проваливаешься в сон.

Но у меня есть горячий кофе, и есть корица. А еще есть волшебное слово «надо!» Ну, и конечно же воспоминания о вчерашнем дне, которые непременно лезут в голову в такие моменты. Например, про тот разговор днем раньше….

* * *

— Лёль, а ты не задумывалась, что, возможно, он просто с тобой играет? В какую-нибудь очередную свою игру?

— Насть, ты вечно всех подозреваешь. А по-моему, он искренен. Да и зачем ему это надо?

— Он же пикапер, ты не забыла?

— Ну и что? Насть, пикаперы — такие же люди: две руки, две ноги, голова… И влюбляются и страдают тоже. Помнишь историю с Бельчонком?

— А вдруг это часть его плана? Не забывай, он может очень хорошо вживаться в образ. Очень реалистично все изображать. Как в той истории с разводом девочки по интернету, притворившись гостем из Москвы.

— Там вообще-то был Рэндом…

— Да, но весь план для него, всю стратегию и тактику разработал Художник, помнишь?

— Помню, но все-таки он — не Рэндом. Они совсем разные люди, по-моему.

— Да все они одинаковы, Лёльк. И лучше бы тебе не забывать об этом и быть поосторожнее.

— Можешь не напоминать. Зря что ли я весь их сайт облазила и все приемы выучила?

— Ну да… Рэндом уже свое получил. Кто следующий?

Мы рассмеялись. Но почти сразу же после этого грустно-задумчивое выражение лица вновь вернулось к Лёле.

— Все равно… Не понимаю я, Насть… Ну, зачем ему это надо? Я ведь не какая-то там супер-пупер красавица, избалованная и недоступная, ради которой стоило бы затевать столь сложную игру. И он — не Рэндом, чтобы хотеть только позабавиться на скорую руку. Но тогда — зачем?

— Так может за него он и мстит? Они ведь друзья. Вот и… В конце концов, одна история про секс в воспитательных целях у Художника уже есть.

— Где?

— На форуме висит. Не читала?

— Что-то не попадалась…

— А она не в разделе историй и отчетов, а в разделе советов по соблазнению. Показать?

Форум пикаперов. Раздел «Советы по соблазнению».

СЕКС В ВОСПИТАТЕЛЬНЫХ ЦЕЛЯХ

Или как поставить на место зарвавшуюся красавицу

Художник (первая запись):

Ситуёвина такая: неделю назад устроился я на новую работу в местный глянцевый журнал. Коллектив — три дизайнера-парня и десятка два девчонок — журналисты, менеджеры и т. д. Я как глянул — ну все, думаю, пора засучивать рукава, работы тут — непочатый край!

Помимо всего прочего имеются тут 2 семёрки и 1 восьмерочка (у пикаперов принята оценка женщин по 10-бальной шкале — Прим.)), вот о ней-то и речь. Высокая, красивое лицо, длинные волосы, прекрасное тело, роскошная грудь — короче, конфетка. Пальчики оближешь!

Само собой — капризная, избалованная, самовлюбленная и т. д. Ну да ладно, и не таких укрощали.

На второй день моего пребывания там откопал по сетке фотографию на ее компе, распечатал, дома по фотке нарисовал портрет, стилизованный под старинную картину. Она там стоит на палубе фрегата, держась за мачту, в старинном платье, волосы развеваются, паруса полощутся, а за ее спиной — небо и волны. Короче, постарался!

Перед выходными в пятницу подарил ей. Девочка в шоке. Радостном, конечно. «Ой, а как ты это…? Ой, как здорово! Ах… ох…» Короче, понравилось ей.

На работе мы, дизайнеры, сидим в одном кабинете, а они, девушки — в другом. Нарочно так сделано, чтобы не отвлекали друг друга (на память приходит старый анекдот что мальчик и девочка, собирающие в лесу по 5 кг ягод по отдельности, не обязательно соберут 10 кг, если их послать в лес вместе). Просто так друг к другу мотаться не принято, начальство этого не любит, разве что по делу какому-то. Тем не менее, в тот день эта восьмерка раза 3–4 забегала к нам под каким-нибудь предлогом и оставалась на 10–15 минут поболтать со мной. То распечатать ей там чего-то надо, то помочь разобраться с компутером и т. д. А под конец вообще встала в наглую перед зеркалом напротив меня и давай прихорашиваться. Да еще спрашивает: «Как ты считаешь — у меня помада не слишком яркая? А то что-то все на меня сегодня так смотрят… как-то странно… Нет, нормально? Тебе нравится?» ну и т. д.

Ладно, думаю, надо брать быка рога (то есть телку за вымя) и форсировать события. Ковать железо, пока горячо и жарить картошку, пока не остыла. Вечером после работы я «случайно» встретил ее на выходе в дверях, говорю: «Давай подвезу!» (сам думаю — завтра нам не на работу, успеем и выспаться и… наладить теплые отношения между сослуживцами).

Согласилась сразу же: «Давай, я как раз опаздываю!» Садится. «А куда это ты опаздываешь?», — спрашиваю. Отвечает. Оказывается, они всей семьей собрались на дачу на все выходные, а она уже не успевает, такси хотела брать, а то там ее ждут, без нее не уедут…

Мдя… облом-с! …выходит, сегодня вечером нам ничего не светит, и все выходные ее не будет. И лучше сразу вести ее домой безо всяких выкрутасов… Я уж подумал — а может сделать вид, что машина сломалась, чтобы она опоздала? Но судя по рассказам, там ее очень ждут, без нее не уедут, и вообще она настроена решительно, чуть что — возьмет такси и уедет без меня.

Ладно, думаю, в другой раз. Довожу ее, куда сказала. Она мне очень благодарна, но мигом упорхнула, прежде чем я успел хоть что-то… Похоже, и правда спешила очень.

В понедельник сижу на работе весь загруженный. Делов — куча! Завал! Устали все, злые… Два других парня, что со мной сидят, пошли перекурить, я не курю — остался. Сижу, разгребаю всю эту кучу. Звонит телефон. Долго звонит, надрывается. Я трубку не беру — не до него. Да и что я скажу звонящему? Я человек новый, ничего тут не знаю…

А оказывается — звонила та сама девчонка из соседней комнаты. У нее с компом какие-то проблемы были, надо было сделать какую-то срочную фигню, а комп сдох или завис, или чего-то там… У девушек вечно не разберешь — то ли технике каюк пришел, то ли они ее просто включить забыли. Ну да ладно, это лирическое отступление…

Короче, вламывается она вся злая, как будто ее шмель в задницу укусил. И начинает орать так, как будто ей приснилось, что она оказалась в мужской раздевалке с кучей негров:

— Ты чего трубку не берешь??? Оглох, что ли?

— Мне не до того.

— Не до того???? А до чего тебе? Видите ли, занят он! А у меня там армаггедон, конец света и полный писец всему живому в одной отдельно взятой косметичке! Мне срочно помощь требуется! Ну-ка давай, сделай над собой усилие, подними свою горячо любимую задницу и топай за мной!

— Моя горячо любимая задница категорически не выносит женского визга и разговоров на повышенных тонах. На нее нападает плохое настроение и она никуда не хочет идти.

— Да ты чего??? Совсем охренел? Я твоей заднице русским языком говорю….

— Будет лучше, если ты перестанешь русским языком орать, а так же думать только о задницах и включишь мозги. Тогда быстро усвоишь, что а) таким тоном ты ничего не добьешься; б) я сейчас просто физически не могу все бросить и придти к тебе.

— Да ты ваще охренел! Да я на тебя папе пожалуюсь! Да ты как со мной разговариваешь? Да я….

Короче, оказалось, что ее папа — совладелец того самого журнала. Пристроил сюда дочурку опыта набираться. Поэтому тут все перед ней на цыпочках ходят, даже начальство. Но я-то не знал. Да и просто не люблю, когда кто-то позволяет себе так со мной разговаривать. Короче, пришлось девочку осадить, чтобы не зарывалась. Она прооралась, я ей высказал все, что я думаю о ее поведении. Тактично, правда, без хамства. Она ушла, обещав нажаловаться папе. Тоже мне, испугала…

Парни, когда узнали, охренели. Уговаривали меня пойти к ней извиняться. Блин, ну где у них гордость? Ладно не о том речь.

Прошло несколько дней. Никакой папа не появлялся, но с девочкой отношения явно не такие, как прежде. Надо что-то делать…

Теперь, внимание, вопрос! ЧТО???

В смысле — что делать? Чего бы такого замутить, чтобы снова сблизиться, но по возможности

а) незаметно для окружающих, а то и так уже нас обсуждают по всем углам;

б) чтобы это не выглядело так, как будто я перед ней прогибаюсь.

Цель — секс на один-два раза. А если выражаться фигурально — желаю отодрать эту козу да так, чтобы оное действие имело воспитательный эффект. Возможность потерять работу меня не пугает. Хотелось бы услышать конкретные советы и рекомендации.

Философские размышления и нытье о том, что нехорошо так поступать, мне неинтересны.

Дочитав до конца эту часть, Лёля как-то поёжилась, но ничего не сказала. От Художника она явно ожидала чего-то другого, но вслух этого не произнесла, лишь продолжила чтение. Дальше в теме были еще какие-то сообщения, куча советов (главным из которых было — не воспринимать зарвавшуюся девочку всерьез и относиться к ней как к маленькому ребенку), но я все это пропускаю и перехожу сразу к сути.

2 дня спустя. Новая запись Художника на форуме.

Вчера на работе: сижу в комнате один, парни куда-то смылись, заглядывает ОНА. Поскольку других лиц не наличествует, ей приходится обращаться ко мне (а так она меня игнорировала):

— Слушай, а где у нас зам. редактора?

— Не знаю. Здесь его нет.

— А как его найти? Он мне срочно нужен!

— Набери в поиске.

— Чего??? (смотрит на меня глазами по 3 рубля одной бумажкой)

— Ну, иди сюда, покажу.

Подходит, садится рядом на соседний стул. Я показываю:

— Вот видишь, берешь мышку, щелкаешь кнопочку ПУСК на компутере. Тут есть команда НАЙТИ. Далее выбираешь — найти файлы, или найти музыку, или найти изображения… так-так-так… О! Вот — найти людей! Забиваешь сюда — найти зам. редактора и — в путь!

Меня самого смех разбирает, но я сижу с серьезной миной на лице, втираю ей всю эту лабуду…

— Издеваешься??? (смотрит на меня ТАКИМИ глазами… не знает — то ли ей рассмеяться, то ли разозлиться!)

Я отворачиваюсь к своему компутеру с чувством честно выполненного долга и невинным видом начинаю насвистывать какую-то незатейливую мелодию… Она открывает рот, но не знает, что сказать. В это время заходят парни — другие дизайнеры. ОНА молча встает и уходит, растолкав их в дверях. Я давлюсь от смеха…

P.S. Короче, прикалываюсь и стебусь над ней, как над маленькой девочкой. В то же время начинаю активно клеить других девушек в конторе. Ей остается или злиться на меня и молча проглатывать обиду, глядя на то, как мне хорошо и весело с другими, или сдаться и принять мои условия игры, и мое к ней отношение.

P.P.S. Посмотрим, что из этого выйдет. Пожелайте мне удачи!

–

На форуме опять куча каких-то сообщений, советов и т. д. Народ требует от Художника ежедневного отчета о происходящем, но ему, похоже, писать особо нечего, поэтому он ограничивается лишь пространными рассуждениями.

Поначалу я только ДЕЛАЛ ВИД, что мне наплевать на эту девушку, что мне весело и хорошо, что она меня не интересует, а интересуют другие… Но теперь мне ДЕЙСТВИТЕЛЬНО весело, когда я вижу, как он злиться и тихо кусает губы, глядя на мои откровенные заигрывания с другими девчонками… значимость ее для меня понижена в ноль. Полный! Нередко ловлю себя на мысли: «Да нафиг мне сдалась эта дура самовлюбленная? Тут полно других девушек — милых и симпатичных… и не таких стервозных!»

Мда… это так и должно быть? Или я перестарался? Какой-то во мне пофигизм и созерцательность проснулись… Сижу вот на подоконнике, ногу на ногу, любуюсь красотами природы за окном, и размышляю — переспать ли сегодня с одной из семерок или все-таки заняться той самовлюбленной дочкой начальника? Кому посвятить сегодняшний вечер?

Следующая запись.

По-прежнему потихоньку дрессирую ЕЕ. Она сопротивляется, но уже как-то вяло. Похоже, понимает, что проигрывает, и что я легко обойдусь и без нее.

ХРОНИКИ СОБЫТИЙ. Очередная запись на форуме.

Вчера стоит она — болтает с одной из 7-ок в коридоре возле нашей комнаты. А мне как раз надо было сказать кой-чего этой семерочке (у нас с ней все наклевывается!). Подхожу.

— Привет!

— Привет..

— Как дела, о чем речь? Что обсуждаете?

Семерка начинает радостно щебетать что-то, а ОНА зло шипит сквозь зубы:

— Не лезь!

Я ей (с милой улыбкой):

— Лезут только на дерево, а я поддерживаю разговор.

7-ка смеется, а ОНА, вроде, тоже улыбнулась, но тут же погасила улыбку и выдает:

— А может я и не очень не хочу с тобой разговаривать?

— Жаль, но что ж поделать… Мы продолжим разговор без тебя!

Обнимаю семерочку одной рукой за плечи и увожу ее в сторону, где мы с ней треплемся дальше…ОНА остается стоять и кусать губы.

Я заметила, что Лёля тоже кусала губы, продолжая читать все это.

Очередная запись Художника на форуме.

Сегодня утром стою, болтаю с одной из семерок. Она спросила — могу ли я ей нарисовать такой же портрет, как ТОЙ 8-ке? Я говорю, что могу, но только с натуры (само собой, не на работе же рисовать его, следовательно — пусть приходит ко мне домой и…) Она сказал, что посмотрит, как там у нее со временем и т. д. Мы еще потрепались чуть-чуть, подходит ОНА. Слышит наш треп и, словно между делом, вставляет в разговор свою фразу. Я ЕЙ:

— Не лезь.

Но с улыбкой и весело. Она так же весело:

— Лезут только на дерево. А я поддерживаю разговор!

И улыбается! Я открываю рот, но прежде, чем успеваю что-то ответить, она меня перебивает:

— И не смей говорить, что ты не очень хочешь со мной разговаривать!

Я рассмеялся, мы мило поболтали…

Короче, наши отношения, вроде бы, нормализуются!

Еще несколько дней ничего интересного, видимо, не происходит, но потом на форуме появляется вот такая запись:

Мли-и-ин!

У нее сегодня день рождения! А я и не знал!!!!!!!!

Так, рассказываю по порядку:

Вчера я трахал одну из семерок, (ну, там ничего интересного, поэтому в подробности особо не вдаюсь — пришли мы вместе с ней ко мне домой фотографироваться для портрета, сиё действия плавно перетекло в эротическую фото-сессию со всеми вытекающими последствиями…), поэтому пришел сегодня на работу невыспавшийся и слегка помятый.

Сижу на рабочем месте, зеваю, тупо уставившись в монитор — словом, создаю видимость активного труженика, заваленного работой. Открылась дверь, впорхнула ОНА. Вся такая радостная, светящаяся, нарядная…

— Приходите к нам — тортик кушать!

И улетела щебетать дальше. Народ достает какие-то припасенные сувенирчики, подарочки и т. д. Оказывается все давно знали, само собой — разве можно такой день забыть? А я-то тут человек новый, не при делах, ни сном-ни духом, мне никто ничего… Только сейчас и узнал, что у нее оказывается день варенья, в выходные она будет его отмечать с родителями и друзьями, а сегодня — с нами на работе. Папик ей подарил машинку (маленький такой зеленый «жук»), припорхала она сегодня на работку на новом авто, короче, вся счастливая до последнего прыщика на попке, и зовет теперь нас всех отмечать.

Поперлись мы в кабинет менеджеров, там уже и стол накрыт, все готово. ЕЕ все поздравляют, заранее заготовленные речи читают, подарки дарят… один я как бедный родственник… башка не варит, весь сонный… Чего-то там промямлил, она на меня так снисходительно-презрительно посмотрела… мда… жалкое зрелище, наверное, было…

В общем, смотался я оттуда поскорее, сославшись на неотложную работу.

Теперь вот сижу — думаю, чего бы замутить? Надо срочно исправлять ситуацию, а то…

Короче, парни, я в полной жопе. Ежели кому не влом в эту жопу протянуть руку помощи, то жду ваших советов… предложения и рекомендации будут?

Народ тут же заваливает Художника кучей советов. Все-таки дружеская помощь у пикаперов — дело святое, видимо. Что ни говори, а это они умеют.

Художник всех благодарит и исчезает. Видимо, отправляется осуществлять какой-то созревший коварный план.

И точно, на следующее утро на форуме появляется длиннющая запись.

Отчет о проделанной работе.

Итак, что вчера было.

В общем, ушел я из комнаты менеджеров, где все это празденство проходило, сижу в нашей комнатушке, типа работаю. Пару раз за мной приходили, звали туда, но я сказал, что мне работать надо и вообще «Передайте той, что вас послала, что мне там делать нечего, среди подлиз и прихлебателей». Уж не знаю — передали ли ей дословно ли нет…

Думал еще — может, она сама придет? На этот случай у меня был заготовлен неплохой планчик… Нет, не пришла. Гордые мы, видите ли!

Посидел я на работе еще несколько часов, полазил по форуму, почитал разные крышесносы и прочие способы удивить девушку, просветился. Ресурс есть! Заготовил еще один портрет (но о нем позже) и плакатик размером А2 с поздравлениями. Ничего особенного, там просто написано С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ, ЮЛИЯ! со всякими вензелями, цветуёчками и прочими украшениями.

Отпросился с работы пораньше на час, скатался в нашу типографию (она рядом), попросил распечатать все, что я наваял, заехал домой, привел себя в порядок более-менее, купил букетик необычный (полевые цветы в сочетании с лилиями и ромашками). Ну, пора действовать!

Проехался по дороге, которой она должна домой ехать (я же знаю — сам возил когда-то), выбрал подходящее место, стал «в засаде». Жду. Рабочий день кончился тогда-то, значит, тут она должна появится тогда-то, на работе ей сидеть никакой радости нет с «коллегами»-то…

Высчитав приблизительное время, выхожу к дороге, разворачиваю свой плакатик. Машин тут мало, окраина города, райончик тихий, видно издалека. Стою. Мысль «а если она не приедет, а я стою тут как дурак с плакатом!» задавлена в зародыше. Но ее все нет.

Наконец появляется. Едет быстро, меня, видимо, заметила не сразу (или не сразу поняла), но потом резко тормозит, я убираю плакат достаю букет, распахиваю дверцу, сажусь к ней в машину, со словами: «Это тебе!» небрежным жестом протягиваю букет.

У нее нет слов. Пол-минуты открывает рот, но ничего сказать не может. Метасообщение: «НУ ТЫ ДАЕШЬ! НЕ ОЖИДАЛА!»

— Знаешь, — говорю. — хотя ты и вредина, но я все же решил с тобой не ссориться сегодня, ведь день рожденья раз в году бывает…

— Спасибо, блин, большое! Большое спасибо, блин! Я вообще не ждала, думала — ты на меня в обиде из-за моих выходок. И продолжаешь дуться.

— Я, кстати, еще продолжаю!

— Да ладно, я больше не буду…

бла-бла-бла….

Сидим, треплемся, разговор переходит на все эти дни рождения, подарки и т. д. Она рассказывает — вот папа подарил машину, раньше водила, права были, но машины не было своей, только папина.

— Да, водишь ты не плохо. А вслепую умеешь?

— Как так?

— А вот…

— Эй, что ты делаешь? Эй, не надо!

— Не хнычь, трусишка!

Короче, я сажусь сзади нее (на переднем правом сиденьи — мой букет), руками закрываю ей глаза и говорю, куда ей ехать — левее, правее… Она боится и пытается сопротивляться сначала, вырываться и т. д. Но когда ты ведешь машину, то особо не повырываешься. Постепенно успокаивается. Да и чего бояться-то на самом деле? Едет она тихо (скорость уже сбросила), машин мало, у нее автоматическая коробка передач — по сути нужно только руль поворачивать вовремя. Короче, это только кажется, что сложно, а на самом деле в маленькой машинке, как у нее, проделать нечто подобное — ничего не стоит.

Я — сзади нее, одной рукой прикрываю ей глаза, другой придерживаю руль поверх ее руки, доворачиваю его, если надо. А если не надо, то просто поглаживаю ей руку, плечо, шепчу на ушко: «Молодец, правильно! Вот так… расслабься… все будет хорошо… вот тут правее… умничка! (чмок в ушко) …хорошо ведешь, у тебя получается… вот тут налево… еще… молодец ты у меня (чмок в шейку)...так держать!»

Так мы и едем (мою машину оставили стоять там, я договорился с другом, что он ее потом отгонит ко мне), постепенно она успокаивается, расслабляется и начинает ловить кайф от такой поездки. Я руковожу ею, мы друг друга уже «чувствуем» и под конец я уже начинаю откровенно стебаться. Например, когда чувствую, что она слишком успокоилась, говорю что-то вроде: «Ой, старушку переехали! Жаль, милая была бабка… Да ты не дергайся, вон она встает сзади, гонится за нами, клюшкой грозит! Все нормально с ней, помяли только немножко…» и т. д.

От такой поездки крыша у девочки уехала окончательно. Приехали, остановились. Я говорю:

— Вот мы и на месте, но ты посиди пока, не выходи, тебе надо успокоится, придти в себя после такого…

— Да уж…

Так мы и сидим, я продолжаю закрывать ей глаза, рассказываю метафору на сближение и на установление особых отношений. Она, привыкшая уже к тому, что я руковожу ей, слушается беспрекословно. Скажу «вот сейчас у тебя участилось дыхание» — начинает дышать быстрее и т. д. Короче, метафора прошла на «ура», она сама говорит:

— Слушай, я себя с тобой так ощущаю… как-то… вечно ты мне какие-то сюрпризы устраиваешь, удивляешь, я не знаю — чего от тебя ждать, ты какой-то другой, не такой, как все, я и сама с тобой какая-то другая…

— Ладно, — говорю. — сюрпризы еще не закончились. Хочешь продолжения?

— Ой, опять? А что это будет?

— Ну, зачем же портить сюрприз? Пошли!

Убираю руки от ее лица, встаю, вытаскиваю ее из машины. У нее ошарашенные глаза — как будто человек долго находился в темноте, глубоко задумался о чем-то своем и вдруг резко включили свет. Ошалело оглядывается по сторонам:

— Ой, а где это мы???

— Пойдем, я кое-что тебе покажу!

(Да, забыл сказать — пока мы там «рулили», я случайно завернул не туда, и приехали мы ко мне домой, а не к ней, благо я тоже живу на окраине города, не так далеко от нее).

— Слушай а где мы? куда мы идем? Мне вообще-то домой надо!

— Не волнуйся, ты будешь дома тогда, когда захочешь, я обещаю. А теперь — идем!

Тащу ее за собой. Входим в квартиру. Она напрягается, как только понимает, что я притащил ее к себе домой. Ладно, пофиг. Разуваемся, проходим… Посередине комнаты на подставке стоит большой портрет (опять же в духе средневековья) на котором мы вдвоем — она и я. Девочка охреневает. Реально охреневает! Слова «удивилась», «была ошарашена» и т. д. тут не катят. Слов нет, одни междометья. Минут пять рассматривает портрет. Я, пользуясь ее трансом, подхожу, обнимаю за плечи, спрашиваю:

— Ну как?

— Здорово!!!

Восхищенные глаза, сама целует меня в щеку.

— Ты знаешь, тебе нужно было родиться в какие-нибудь средние века… был бы ты придворным художником…

— Ну уж нет! Придворным не хочу. Вдохновение не рождается по заказу, я — творческая личность, мне нужна свобода. А там была бы какая-нибудь избалованная самовлюбленная принцесска, которая пыталась бы сделать меня своей игрушкой…

— Как я? (улыбается)

— Ну да, что-то вроде (взъерошиваю ей волосы). Эх, Юляшка, какой бы ты могла быть замечательной девчонкой, если бы не эти твои выходки и закидоны…

— Да ладно, мне так жить легче.

— Может быть. Но ведь это не ты настоящая, это — маска. Ты ею отгораживаешься от людей, и считаешь, что так лучше. Но на самом деле ты другая, просто боишься это показать.

— С чего ты решил? Никакая я не другая, я такая и есть.

— Да? А я считал, что ты выросла уже из маленького избалованного ребенка и знаешь, что глупые капризы до добра не доводят. Но если тебе нравится быть самовлюбленной куклой, то… Что ж, видно, я и правда ошибался. Ты по началу мне очень понравилась, показалась какой-то необычной, думалось, что так девушек я еще не встречал. Но чем дальше, тем больше я в тебе разочаровываюсь…

Ухожу на кухню, сажусь на подоконник. Смотрю в окно, мастерю коктейльчик. Приходит она:

— Ну ладно тебе, не злись! Ты правда, что ли, во мне разочаровался? Я знаю, что порой бываю стервой, характер у меня — не сахар… Но я не нарочно! Просто привычка уже… знаешь…

— Знаю. Тебе самой не хочется такой быть. В глубине души ты совсем другая — искренняя, открытая, ранимая. Просто не хочешь себя такую показывать, не хочешь пускать людей к себе в душу. Ты отгородилась ото всех, и уже стала забывать, какая ты на самом деле…

Она смотрит мне в глаза долгим взглядом.

— Блин, откуда ты все это знаешь?

— Вижу…

— Психолог, блин. Но по сути так оно и есть. Просто знаешь, люди — они такие… не каждому можно открыться… да и вообще…

— Знаю. Играй в свои игры, если хочешь. Только со мной не надо. Ок?

— С тобой я другая… Это на людях вот…

— Ладно, за тебя!

Пьем коктейль, говорим какие-то слова. Потом еще, потом — на брудершафт. Переходим в комнату на диван. У нее частенько звонит телефон, но ей явно хочется побыть со мной и не хочется, чтобы нам мешали. Короче, после недолгих уговоров телефон она отключает.

Разговоры, треп, легкая кинестетика. Болтаем о жизни, о нас, рассказываем какие-то истории… Как только я замечаю, что она опять начинает «гнуть свою линию», резко пресекаю все подобные попытки — просто резко обрываю, а потом мягко говорю «ну зачем ты опять? привычка снова проснулась? ведь ты же не такая на самом деле!» Она соглашается, говорит, что больше не будет.

Несколько раз «случайно» провожу рукой по груди. Она вроде как даже не замечает. Делаю это более откровенно. Мои руки убирают, но не сразу, а словно давая время оценить всю прелесть того, что я могу получить и чего могу лишиться. Похоже, это разновидность игры в «Смотрите, какая я крутая! Вот счаз раздразню и обломлю!» Да она меня просто дразнит!

Вот стерва, похоже, эти игры у нее в крови, самопроизвольно получается. Но грудь у нее действительно офигенная — большая, идеальной формы… Так, надо держать себя в руках, а то опять эта стервочка мной крутить начнет!

Дождавшись, когда меня грубо одернут, делаю морду кирпичом, молча встаю и ухожу на балкон. Метасообщение: «не хочешь — ну и сама дура!»

Сижу, смотрю на закат. Солнце почти скрылось, небо возле горизонта розовое… Красота!

Не сразу замечаю, что девочка уже стоит рядом. Несколько минут просто молча любуемся закатом. Потом она спрашивает:

— О чем ты думаешь?

— Да так…

— Расскажи… ну пожалуйста! Вообще, расскажи о себе… Кто ты, что ты за человек, почему ты такой, почему не похож на других, а то я так мало знаю…

— Да что тут рассказывать… Понимаешь, люди чаще всего думают, что если у них в жизни больше игрушек, то они чего-то добились. И начинается погоня за какими-то вещами, за влиятельностью, за властью, за деньгами, за чем-то еще… Они отказывают себе во многом, живут не ради себя, а вот ради этой погони за мишурой. Они не наслаждаются каждым отдельно взятым днем, они не задаются вопросом — а зачем им все это? Они думают, что вот добьюсь того, чего хотел, и вот тогда заживу! А пока — это всего лишь прелюдия к настоящей жизни, черновик вроде… А потом оказывается, что это-то и была настоящая жизнь, а они прожили ее так бездарно! А ради чего все это? Что они оставят после себя? Знаешь, Александр Македонский, завоевавший пол-мира, создавший огромную империю и обладавший к концу жизни всем, о чем только можно мечтать, приказал похоронить себя с раскрытыми ладонями «чтобы все видели, что я ничего не заберу с собой»…

Вот ты стараешься быть «крутой», радуешься, когда ты кого-то «опускаешь», и все потом перед тобой лебезят. А ради чего все это? Ты кого-то делаешь счастливее, или мир — лучше? Тебе самой это доставляет какое-то удовольствие, дает какое-то удовлетворение?

— Не надо про меня… А ты, типа, не такой?

— Стараюсь, по крайней мере, не быть таким. Живу, как хочу. Нет, я тоже, вроде бы, неплохо зарабатываю, к примеру, но никогда не жил ради того, чтобы зарабатывать, а наоборот — зарабатывал, чтобы жить. Не я ради денег, а они — ради меня, понимаешь? Когда жизнь превращается в погоню за деньгами, и жить-то, собственно, уже некогда, то — зачем они тогда?

Надо правильно расставлять приоритеты, и понимать, чем можно пожертвовать, что главное в жизни, а что — всего лишь фон и дополнения.

Никогда не завидовал каким-то там «королям» этого мира — Зачем им все это, если они не могут быть свободными, если вынуждены поступать так, как «должны», а не так, как хочется… Тебе вот самой никогда не хотелось плюнуть на всех, не стараться оправдывать чьи-то ожидания (родителей, друзей, окружающих), забыть о своем статусе, имидже, а просто делать все, что в голову взбредет, не оглядываясь ни на кого?

— Ну, хотелось… Но нельзя же так всегда… А ты делаешь только то, что хочешь?

— Вот знаешь, чего я сейчас хочу? (поворачиваюсь к ней, до этого я смотрел на небо) Закрой глаза…

Она закрывает, я осторожно касаюсь ее лица и нежно целую в губы. Она сначала отстраняется, но потом сама отвечает на поцелуй. После того, как я ее отпускаю, она еще несколько секунд проводит с закрытыми глазами. Поплыла…

— Теперь знаешь — чего я сейчас хотел?

— Ну ты и засранец!

Я обнимаю ее, шепчу на ушко — какие у нее мягкие губы и как их приятно целовать. Зарделась.

— Мне такого никто никогда не говорил. Обычно говорят другое…

Снова целуемся. Долго и нежно. Я ласкаю ее грудь сквозь тонкую ткань блузки, пытаюсь забраться под одежду — не получается, у нее какая-то дурацкая блузка, столько всяких пуговочек, завязочек, выглядит, конечно, прикольно, но как вот это все снимать? Да и она уже не дается, убирает мои руки!

— ЭЙ! не надо… и вообще мне домой пора…

— Почему?

— Ну вот… все было так хорошо, а ты все портишь…

— Я все порчу??? Я?????

На миг отстраняюсь, затем крепко прижимаю ее к себе, впиваюсь в губы долгим страстным поцелуем, откровенно лапаю грудь, она пытается сопротивляться, но я держу ее крепко. Она «задышала», я отпускаю ее и говорю:

— Если ты и правда считаешь, что ЭТО Я все порчу, то — больше не буду. В конце концов, я обещал, что ты попадешь домой тогда, когда сама захочешь. Хочешь? Пожалуйста…

Разворачиваюсь, ухожу. Иду в соседнюю комнату, ложусь на кровать, смотрю в потолок. Как там говорится? «Лучше полчаса подождать, чем 3 часа уламывать?»

Минут через 10–15 приоткрывается дверь, она заглядывает… Я делаю вид, что не замечаю. Она подходит:

— Эй, ну ты чего? Обиделся, что ли?

Я молчу. Она садится на кровать, берет меня за руку.

— Ну перестань! Ты мне нравишься, просто я не могу… вот так… сразу… Ну не злись, я не хочу тебя злить! Я и так тебя несколько раз обидела незаслуженно… Ты хороший, ты ни на кого не похож, ты какой-то другой… Я сама с тобой другая!

— Ты правда хочешь домой?

— Нет, я не хочу, но мне надо… Меня ждут, я должна…

— Помнишь, что я говорил про тех людей, которые делают не то, что хотят, а то, что должны? Как ТЫ САМА ХОЧЕШЬ поступить?

— Ну, я, конечно, хочу остаться, но…

— Никаких «но»!

Не дослушав, кладу ее на себя, начинаю целовать. Долгая-долгая прелюдия, нежные поцелуи откровенные ласки сквозь одежду, стараюсь ее максимально возбудить, но не переходить непосредственно к активным действиям, дразню ее до тех пор, пока она уже не начинает изнывать, и сама готова на меня наброситься.

ТАК! Пора завязывать с нежничаньями и прочими детскими играми!

Резко перекладываю ее на кровать рядом с собой, грубо развожу ее руки, прижимаю к кровати, сдергиваю блузку так что все эти чертовы пуговички-завязочки разлетаются брызгами в разные стороны!!! Она пытается что-то сказать — затыкаю ей рот поцелуем, стаскиваю остатки одежды…

Что дальше? А дальше — не помню. Провал в памяти! Представляете?:-))

Ну, ладно-ладно, не кричите! Что-то я еще припоминаю… Смутно помню ее огромные глаза, горящие безумным огнем… громкие стоны (бедные соседи!)… помню, как ее тело выгибалось дугой… помню ее великолепную грудь и черные волосы, разметавшиеся по подушке… помню, как я творил с ней все, что хотел… и как она сама усаживалась на меня «верхом» и «скакала» до одурения…

Но вам всего это не расскажу, и не просите, поскольку сиё действие не вошло даже в Камасутру по этическим соображениям!:-)

Под утром, засыпая прижавшись ко мне, она сказала, что это был лучший подарок для нее на день рожденья. Я не стал спорить.

Кстати, утром нам надо было еще на работу. То есть обычно мы по субботам не работаем, но в этот раз должны были выйти — у нас там выход номера задерживается. Никуда мы не пошли, конечно. Они позвонила, сказала, что не придет, что ей срочно нужно выехать на какой-то объект для фото-съемки, а меня она берет с собой. Я спрашиваю:

— А как же выход номера?

— Хрен с ним, с этим номером, пусть не выйдет. Надо правильно расставлять приоритеты, и понимать, чем можно пожертвовать, что главное в жизни, а что — всего лишь фон и дополнения.

— А ты быстро учишься!

Она нырнула ко мне под одеяло, а то холодно (стояла голышом, я не дал ей одеться, мне слишком нравится смотреть на ее обнаженную фигуру) и мы провалялись до обеда. Чуть-чуть поспали, а потом она, завязав узлом блузку (а то пуговицы оторваны), и кое-как пригладив взлохмаченные волосы, отправилась на свой праздник. Звала меня, но я отказался, сказав, что мне нечего делать среди ее подхалимов и подлиз. Она обещала вернуться ко мне вечером, если там будет очень уж скучно…

P.S. До сих пор пребываю в сладкой неге… как кот, нажравшийся сметаны до отвала! Настроение пофигистки-расслабленное, ничего не хочу делать, углубляюсь в созерцание собственного пупка, плюю в потолок, размышляю о смысле жизни…

С трудом заставил себя принять душ и доползти до компа — набить этот текст. Как вы думаете — она придет сегодня вечером?

«Придет, не волнуйся!» — презрительно хмыкнула Лёля, надув губки, после того, как дочитала до этого места. Но это был еще не конец, обсуждение на форуме продолжалось, было еще много поздравительно восторженных комментариев от друзей Художника, но сам он долго не появлялся, пока наконец не объявился однажды вот с таким заявлением:

Новая запись на форуме. Продолжение марлезонского балета:

Теперь вот планирую бросать работу. Я вообще-то тут на испытательном сроке был, недавно пришел. Наверное, меня бы оставили на постоянной основе, вроде бы, все мною довольны, но — НЕТ! Нафиг-нафиг-нафиг! Пора бежать от такого…

Народ, вот вам смешно, а я реально не знаю теперь — ЧТО МНЕ, БЛИН, С НИМИ СО ВСЕМИ ДЕЛАТЬ???

Сегодня с утра та 7-ка заскочила, пока никого не было. И давай на шею вешаться. Милая девчонка (по характеру куда лучше той 8-ки), но совершенно не имеет понятия о правилах конспирации. Еле выставил.

— А мы сегодня вечером встретимся???

— Посмотрим…

Потом, ближе к обеду заявилась ОНА! Командным тоном раздала моим напарникам ценные указания по работе, затем уселась рядом со мной и давай мурлыкать: «А ты, сделай, пожалуйста, вот это и вот то… Хорошо? Справишься? Ну ты же молодец у меня!»…да еще ножкой под столом меня поглаживает… Напарники чуть со стула не свалились, говорят — она ни с кем так не разговаривает. А она продолжает в том же духе:

— После рабочего дня я хотела отправиться делать фото-репортаж о презентации горького кофе в такой-то кофейне. Ты едешь со мной, я уже договорилась!

— ??!?!?!?!

— Ты не хочешь????

— Ну что ты….

— Значит, решено!

Вот блин!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

…По коридору иду сегодня во время обеда — мне навстречу еще одна девчонка-менеджер из нашей конторы, баллов 6. Оступилась, сломала каблук, я ее подхватил.

— Ты как, в порядке?

— Ой… что-то я это… спасибо, все нормально…

А сама смотрит на меня игривыми глазёнками и улыбается! Блин, может, конечно, у меня паранойя и мания подозрительности, но что-то мне кажется, что она не фига не случайно споткнулась и упала мне на руки! Хотя каблук, вроде, действительно у нее сломался…

…На работу сегодня опять пришел невыспавшийся. Люди уже как-то странно на меня смотрят. Шушукаются по углам. У кого-то тут явно язык за зубами не держится! Бабский коллектив — рассадник сплетен, чего вы хотите… Думаю, еще немного и вся округа будет знать все подробности моей интимной жизни, включая информация о том, ЧТО у меня, ГДЕ и КАК, какого РАЗМЕРА, ВРЕМЯ ПОДЪЕМА и УГОЛ ПАДЕНИЯ, ЧАСТОТУ (в герцах) и прочие тактические характеристики.

Короче, ну все нафиг, нужно бросать такую работу, пора перекрыть утечку информации!

Через 2 дня. Последняя запись Художника:

Но уйти по-хорошему я не успел. Причин тому было несколько, и первая состояла в том, что меня выгнали!

А случилось, собственно, то, чего и следовало ожидать — моя 8-ка узнала, что она, оказывается, не первая девушка на работе, с которой я спал, и ее сей факт столь сильно удивил, что она даже расстроилась! Закатила мне грандиозный скандал и пошла жаловаться папе. После чего меня вызвали к начальству и сказали, что я могу убираться на все 4 стороны, и даже денег мне не дадут.

Поясняю ситуацию: я проработал меньше месяца и был на испытательном сроке. То есть уволить меня могли в любой момент просто потому, что я им не понравился. Но это — ладно, по этому поводу я бы даже не возникал. Но вдобавок меня «порадовали» новостью о том, что никаких денег мне платить не намерены, то бишь я почти месяц пахал на них бесплатно. Я было рыпнулся качать права, но мне популярно объяснили, что на время испытательного срока, я не был оформлен официально (мне сказали — «потом»), мое заявление о приеме на работу они запросто могут «потерять», и вообще скажут, что они меня первый раз в жизни видят и никогда я у них не работал. И в суд обращаться бесполезно, все равно ничего не докажешь.

Если бы не столь наглый и откровенный цинизм ситуации, я бы, наверное, ушел спокойно и не возникал. Но такое нахальство меня обозлило, и я решил отыграться.

Договорился с одной знакомой девчонкой, она спустя неделю пришла к ним туда, типа на работу устраиваться (им же пришлось искать нового человека на мое место). Ее попросили показать какие-то свои работы для примера, она вставила в компутер принесенный с собой диск, запустила с него один маленький файл и……….

Спустя неделю все компутеры в конторе умерли. И вся информация, хранившаяся на них, оказалась утерянной и не подлежавшей восстановлению. Все шаблоны того самого журнала, в котором я когда-то работал, все заготовки, макеты, рекламные модули, вся документация и т. д. — все исчезло. Архива у них не было, восстановить все это было не с чего. Не знаю, оправились ли они до сих пор, смогли ли все это сделать заново.

Наверное, подозревали или хотя бы догадывались — кто им оставил прощальный привет, но доказать ничего не могли. Как ты что-то докажешь, если на жестком диске просто ничего нет?

А ту девочку я с тех пор так и не видел. Если честно — не сильно и хочется.

Лёля долго молчала, дочитав до конца сей опус. Мне тоже как-то не хотелось ничего говорить.

— Знаешь, — задумчиво произнесла она через какое-то время, — а все-таки мне кажется, что я ему нужна. Хоть немножко. И что он правда по мне скучает…

— Да кто его знает. Может, и вспоминает время от времени. Если ему сейчас и правда грустно после расставания с Бельчонком, так почему бы и не вспомнить забавную девочку, которая развлекает его по вечерам и помогает отогнать тоску?

Ответа Лёли я так и не дождалась. Она молчала, глядя в темноту за окном. Я почему-то вдруг почувствовала себя лишней тут и, вместо того, чтобы крикнуть: «Эй, Лёлик, спустись на землю!», осторожной мышкой шмыгнула за дверь, тихонько прикрыв ее за собой.

А пару дней спустя в Лёлином дневнике появилось коротенькое четверостишие:

Ты больно дёрнул струну живую,

Сказав, что часто по мне скучаешь.

Ну что ж, я верю, ты существуешь.

А я… я иногда случаюсь.

* * *

Вечер воскресенья. Ужасно не люблю это время — болтаешься между недогулянным отдыхом и не начатой работой. Кажется у меня прорезалась обычная (повторяю для вас, Анастасия, специально — ОБЫЧНАЯ, так что не фиг тут…) зимне-весенняя депрессия. В связи с чем, очевидно, и наблюдается нездоровое и беспричинное обострение эмоциональности. В общем, странное какое-то состояние, тревожное и щемящее душу… ощущение надвигающей беды, что ли? Лёлькой мне уже было торжественно обещано, что если я не прекращу разводить нюни на пустом месте, то меня подвергнут долгой и мучительной щекотке. Дабы избежать этого наказания я залезла в интернет и читаю Лёлину переписку.

Лёля:

Сэр Найджел, не подскажете ли вы, как умудренная опытом личность — что нужно делать бедной девушке в случае укуса осой?

Художник:

Бедной девушке надлежит сперва озадачиться вопросом — где ж она смогла найти осу в феврале-месяце…

Лёля:

Уже сделано. В цветах на подоконнике у меня.

Художник:

Опосля чего ей следует незамедлительно и громко начать кричать разные непечатные слова и выражения (которые я, как рыцарственная натура, не могу привести дословно в переписке с девушкой), бегать по комнате кругами и тереть укушенное место.

Художник:

Не забыть так же покраснеть и опухнуть в месте укуса.

Лёля

:)))

Лёля

Ограничения по возрасту имеются?

Художник:

Если возраст юной особы, покусанной осой, не превышает 18 лет, то следует забыть про непечатные слова и выражения — и кричать не «…… твою мать!», а «ой, мамочки!»

Лёля:

Ну, тогда можно считать, что с заданием юная особа справилась. Приблизительно так оно все и выглядело.

Художник:

Куда хоть укусила-то?

Лёля:

В подружку!

— Ну, ты опять в ударе! — не смогла сдержать я улыбки. — Всегда так прикалываешься? Что-то я раньше за тобой не замечала…

— Наверное, с ним я какая-то другая, — Лёлька пожала плечами. — Не знаю, оно само как-то получается. Я даже не стараюсь. Просто с ним всегда весело и смешно. А еще как-то …легко и не напряжно, что ли… И меня вечно тянет на какие-то забавные штуки и хулиганские выходки. Хотя о серьезных вещах мы тоже разговариваем. Посмотри вон там ниже…

— Скажи, а почему пикаперы непременно должны бросать девушку на следующее утро после секса?

— Ты сама так решила или тебе это кто-то сказал?

— Ну… А что — я опять какую-то глупость сморозила?

— Вроде того. Вообще-то пикап — очень разностороннее и многогранное явление. И все туда приходят с разными целями. Да, кому-то хочется просто много секса, хочется иметь каждый вечер новую девушку. Есть такие. Но есть и те, кто хочет добиться одной вполне конкретной девушки, какой-нибудь неприступной красавицы, на которую пока не хватает его знаний и умений. А кто-то просто ищет свою единственную и неповторимую, и после того, как найдет и сделает своей — забудет про все пикапы на свете.

— И такие есть?

— Конечно. Ты не обратила внимание, как построен наш сайт и форум? Есть разделы с общими вопросами, есть для пионеров, есть помощь по соблазнению — советы и рекомендации по конкретной ситуации, есть отчеты и истории… А есть раздел об отношениях — как их сохранить, удержать, сделать незабываемыми, всегда новыми, интересными и нескучными, даже после долгих лет совместной жизни. Ну вот и…не просто же так его сделали. Ни на какие мысли не наводит?

— Вообще-то, да. Но я думала, что пикаперами считаются только те, кто ищет легкого секса на 1–2 раза. И соответственно, девушка в этом случае непременно бросается на утро.

— Лёль, ну сама подумай — если пикапер встречает девушку, которая его удовлетворяет во всех смыслах, с чудным характером и интересной внешностью, умную, приятную в общении, с совпадением интересов, моральных ценностей и проч., да и в сексе у них все прекрасно — ЗАЧЕМ тогда ему бросать ее и идти искать что-то новое? Только потому, что он — пикапер, и должен следовать каким-то там правилам? Тебе самой этой не кажется глупым?

— Когда ты так говоришь…пожалуй… Но тогда почему в вашем разделе историй и отчетов куда больше случаев с другим исходом? Почему чаще всего девушка именно бросается на утро после первого секса?

— Как раз потому, что большинство девушек не соответствуют этим требованиям. Ведь не все такие замечательные и необыкновенные, не каждая может чем-то «зацепить», а уж пикаперу есть с чем сравнивать, поверь мне. И если ему попадается какая-нибудь избалованная и самовлюбленная стервочка с дурацким характером, с кучей претензий и необоснованных запросов, соблазнительная, но пустая внутри фарфоровая кукла, уверенная в том, что все мужчины мира должны за ней бегать и выполнять ее прихоти — что же остается делать с такой? Разумеется, только переспать один раз и бросить наутро. Не терпеть же ее выходки всю жизнь.

— То есть, возиться долго с одной девушкой и, как вы говорите, пасти ее тараканов в голове, вам лень?

— Нет, я, конечно, понимаю, что в каждой девушке должна быть какая-то загадка. И даже интересней, когда она есть. Но когда там квест с неправильным переводом…

— А зачем тогда вообще с ней спать? Для ощущения победы? Для поднятия собственной самооценки?

— Просто это — самый короткий способ узнать человека, понять, что он собой представляет. Как правило, после секса люди становятся куда более, открытыми, откровенными, сближаются как-то, что ли… После секса тебе расскажут столько такого, о чем никогда даже не упомянули бы раньше и ни за что не признались бы! У вас появится столько новых тем для разговора, столько поводов пооткровенничать, столько желания открыться друг другу… Хотя и то, о чем ты говорила…про чувство победы… хм…короче, тоже есть немного, признаюсь…Присутствует, если уж сказать честно.

— Вот видишь! Именно поэтому девушкам так обидно, когда вы…

— Да не поэтому. Просто признаваться не хочется в том, что она оказалась неподходящей, что не дотягивает до уровня той, кого никому и ни за что не захотелось бы бросать. Конечно, признаться честно, что ей надо еще много работать над собой — далеко не каждая решится, а вот заявить, что это он — такой гад, пикапером оказался, да и вообще все мужики — козлы, тут много ума не надо. Наверное, каждая девушка хоть раз в жизни говорила такое.

Дочитав до этого места, я взорвалась. Если раньше мне еще удавалась из последних сил сдерживаться, то последний абзац просто вывел меня из себя:

— Лёль, да неужели ты веришь во все это? Посмотри только, что он несёт! — наверное, в тот момент я была похожа на разгневанную фурию. — Чего только они не придумают, чтобы оправдать собственный кобелизм! Послушать таких, так получается вообще, что это мы, девушки, виноваты в том, что они нас бросают?

— Насть, вот ты бросала парней? Было ведь, верно? И достаточно много… Скажи — почему ты это делала?

— Ну, в каждом конкретном случае были какие-то причины. Что-то меня не устраивало в них… У каждого был какой-то изъян, что-то не то… Блин, Лёль перестань улыбаться!

— Вот видишь…Так же и у них, — сказала Лёля с какой-то непонятной мне печальной улыбкой.

— Да не так же! Совсем не так же у них! Я-то честно старалась влюбиться, пыталась построить какие-то отношения… А они только трахают и бросают! Они просто не способны любить! Если бы хоть одни из них влюбился по-настоящему, то он бы… он бы…

— Он бы — что, Насть? — голос Лёли был тихим и грустным. — Он бы бегал за тобой с влюбленными глазами, а ты бы им вертела, как хотела? А потом бы бросила сама, потому что он стал бы тебе неинтересным?

— Лёльк, что ты такое говоришь?? Если бы был хоть один по-настоящему влюбленный в меня парень… не какой-нибудь озабоченный урод, которому нужен только секс, как эти твои… и не глупенький маленький мальчик, и не самовлюбленный нарцисс, думающий только о себе… а по-настоящему интересный, необычный и влюбленный в меня…

— Но ведь он был, Насть…помнишь? — так же тихо произнесла Лёля, глядя мне прямо в глаза.

Я так и осталась с открытым ртом, замерев на полуслове. В комнате повисла напряженная тишина.

Нет, не верю, что Лёля тогда сказала это нарочно. Она, как и я, не любила упоминать о том мальчике-романтике, брошенном мной, зная, насколько болезненны для меня эти воспоминания. Но в тот момент…

— Прости, — Лёльке, казалось, самой было неловко за эту случайно вырвавшуюся фразу. А я, по-прежнему пребывая в некой прострации, так и не нашлась, что сказать.

Сейчас, вспоминая наш тогдашний разговор, я не могу не признать ее определенную правоту. Ведь не раз именно так и было, по крайней мере, у меня: пока существует некое противостояние с парнем — кто кого и все такое — это цепляет. Но как только человек влюбляется в тебя по уши, бегает за тобой, как хвостик, и готов исполнить любой твой каприз — тебе уже неинтересно.

И если бы тот, бросивший меня пикапер, тоже в конце концов сдался, то… Кто знает, что было бы тогда. Но вряд ли нас ждало бы долгое и счастливое совместное будущее. Вполне возможно, что я также записала бы его в «пройденный этап», как и всех остальных. И уж точно не стала бы мучиться и страдать по нему столько времени. Не в моих это правилах.

А вот поди ж ты…так зацепил… Пожалуй, правы те, кто говорят, что взаимная любовь может наскучить, любовь страстная — перейти в дружбу или ненависть, но неразделенная любовь никогда окончательно не покинет ваше сердце, просто потому, что ее прочно держит обида.

Но тогда что же получается? Если бы он не бросил меня, то я… Неужели Лёлька права? И все мои претензии к нему — не более чем обиженная гордость и уязвленное самолюбие? В конце концов, мы, девушки, любим во всем обвинять мужчин. Когда бросают нас, мы готовы наговорить много красивых и проникновенных слов. Но, бросая сами, мигом забываем об этом. Даже если и пожалеем немного своего бывшего любимого и всплакнем чуть-чуть для видимости.

Мало кому в таких случаях удается вести себя по-человечески. Одному мешает боль, второму — чувство вины. Хотя и от того, и от другого мало проку. Хорошо помню себя — мне действительно было больно бросать того мальчика-романтика, я понимала, что делаю ему больно, незаслуженно больно, но… что я могла поделать? Сожалеть об этом? Поплакать? Сходить в церковь — покаяться? Но что толку от моего сожаления, раскаяния и моих слез? Кому от всего этого станет легче? Мне самой? Богу? Брошенному мальчику-романтику? «Вряд ли» — ответ во всех трех случаях. И реальность лишь в том, что ПО-НАСТОЯЩЕМУ ты НИЧЕГО не можешь сделать! Как бы не старалась облегчить его боль. Воткнув нож в любящее тебя сердце, глупо думать об анестезии.

Вообще, от девушек очень часто можно услышать слова недовольства своим парнем — вот он такой-сякой, чего-то ей недодает, в чем-то не идеален и вообще… Короче, это он виноват, что я ему изменяю или бросаю его. Но слышали ли вы хоть раз, чтобы девушка грустила и страдала оттого, что ее любимый чего-то недополучает рядом с ней, что она сама ему чего-то недодает? Задумывались ли мы хоть раз — каково нашему избраннику рядом с нами, действительно ли ему так хорошо, как нам хотелось бы, и что мы сделали для того, чтобы он был счастлив? Или в любви не бывает не-эгоистов и каждый думает только о себе? И когда бросают нас — это горе, когда от нас ушел любимый — трагедия, а когда бросаем мы сами — ну, что ж поделать, такова жизнь, переживет?

Осознание всего этого с какой-то ужасающей ясностью вдруг снизошло ко мне, и мысли метались в голове, как потревоженная стайка птиц. Лёля, кажется, ещё что-то говорила, а я слушала и не слышала, с отрешенным видом глядя куда-то в окно. И лишь когда она замолчала, смысл сказанного ею стал потихоньку доходить до меня, складываясь в пугающую картину.

— Погоди…так ты хочешь поехать к нему? В Дзержинск?

— Да, — Лёлька сказала об этом так просто, как будто речь шла о будничном повседневном умывании. — Мы уже давно хотели встретиться, но я все как-то не решалась. А теперь… У него скоро день рождения. Он звал меня в гости. И обещал нарисовать мой портрет. С натуры.

— Догадываюсь, какой портрет он там будет с тебя рисовать! Случайно, не в обнаженном виде?

Лёля пожала плечами, пропустив мою колкость мимо ушей. Ей явно не хотелось ввязываться в спор.

— А твои родители тебя отпустили? В соседний город, к незнакомому парню в гости? — я судорожно искала хоть какую-то причину, за которую можно было бы зацепиться, хоть какой-то повод отговорить Лёлю…

— Я им сказала, что поеду к бабушке (она же как раз в Дзержинске живет), а там еще встречусь с подругами.

У Лёльки явно уже все было решено. И каким-то странным светом лучились её глаза… Хотя, чего я удивляюсь? Ожидание таит в себе больше надежд, чем любое другое чувство.

— Блин, ты, кажется, совсем разучилась думать головой…

— Если бы Бог хотел, чтобы человек всегда думал только головой — он бы создал колобка, — Лёлька скорчила умильную рожицу и показала мне язык. Я явно проигрывала в этом споре и от растерянности не знала, что сказать.

— Лёля, милая, но неужели ты не понимаешь, что он…

— Знаешь, давай поговорим об этом в пятницу, когда я вернусь.

Меня охватило липкое чувство беспомощности. Я вдруг поняла, что не смогу переубедить подругу. На её лице была написана решимость, которую я никогда не видела у нее раньше. Да, она уже не та маленькая наивная крошка, к которой я привыкла. Девочка явно взрослеет. И все, сказанное мной сейчас, вряд ли способно поколебать её уверенность идти до конца.

— На-а-асть…да не волнуйся ты так! — вдруг улыбнулась она своей прежней мягкой улыбкой. — А то на тебя прямо смотреть больно. Ничего страшного не случится, я ведь все-таки не в первый раз встречаюсь с пикаперами и голову терять не намерена.

— Хорошо бы, но…

— В конце концов, не обязательно ведь все должно быть именно так, как было у тебя с тем самым коварным соблазнителем. Художник — он ведь…

«Ну что ж, — мысленно выдохнула я, собравшись, как перед прыжком в воду. — Если ничто другое не сработало, может, пора уже сказать правду?»

— Лёль…он и есть тот самый.

* * *

В тишине полутёмной квартиры наши голоса звучат как-то зловеще, гулким эхом отражаясь от стен и гуляя по комнате. Поневоле разговариваешь шепотом. Шум проезжих машин за окном и негромкие шаги случайных прохожих давно стихли. Все-таки второй час ночи.

— Когда ты поняла? — Лёля уже отошла от первого шока, и лишь светящиеся тихой грустью глаза выдавали то, что сейчас творилось в ее душе.

— Не скажу, что с самого начала догадывалась, но… Какие-то подозрения были давно. Слишком уж у него неповторимый стиль общения с девушками. Слишком уж похоже… Все эти красивые сказки, от которых теряешь голову, неожиданные сюрпризы, доверительные разговоры, тонкая психологическая игра… Он умеет чувствовать душу девушки, и порой даже кажется, что на самом деле влюбляется каждый раз заново. В ту, которую лишь соблазнит и бросит.

— Мда-а-а… Пожалуй, теперь я понимаю, что означали твои слова про мотылька, который сам летит на огонь. Помнишь? Всю жизнь они проводят в темноте, а как завидят что-то светящееся, то устремляются к нему. Летят, торопятся, — Лёля смотрела сквозь меня, куда-то в темноту, словно представляя себе это. — Потом крылья опалит пламя, глаза слепит нестерпимый свет, и мотылек падает, обожженный, куда-то вниз, прервав свой полет… И он знает об этом. Или хотя бы догадывается. Ведь столько мотыльков до него уже обжигались! Но все равно летит. Пламя слишком притягательно, танцующие языки огня завораживают, и так хочется…

— Вообще-то это говорила ты.

— Да теперь уже не важно… Но неужели же за всем этим ничего не стоит? Неужели он просто притворялся? Не верю я, Насть! Все эти долгие доверительные разговоры, откровенности, звонки по ночам… «Привет, ты любишь сюрпризы?»…

— Мне он тоже такое говорил. Собственно, после этой фразы я и начала подозревать…

— Боже, как же все просто… и как глупо… Ты права, Насть, какие же мы все дуры!

— Только не вздумай реветь, Лёльк!

— Тебе легко говорить…

Но мне совсем не было легко. Я сидела на полу в прихожей, прислонившись к стене, накрыв своей рукой подрагивающие Лёлины ладошки. Что я могла еще сделать для нее? Только быть рядом. Да и это, наверное, ей сейчас не нужно. Она бы с куда большим удовольствием осталась одна. Но ведь её ни за что нельзя оставлять одну сейчас!

Все с той же грустной улыбкой Лёля достала телефон и, найдя запись «ВРЕДИНА», переименовала контакт в «ЗАБУДЬ».

* * *

На следующее утро я свалилась с гриппом. Видимо, нервное напряжение последних дней окончательно меня доконало. Лёлька не приходила, чтобы не заразиться, и обо всем, происходящем у нее, я узнавала лишь из ее дневника, да из редких телефонных звонков по вечерам.

–

Дневник Лёли. Одна из записей того времени.

Ты снова решила посетить меня «дорогая» депрессия? Ведь я не ошиблась? Это ты? Конечно, кто еще может так «накрыть», подарить столько эмоций, неожиданных и не желанных… поделиться ощущением никчемности, ничтожности и никому ненужности, заставить пожалеть о том, чего ты даже и не сделала, а еще только собиралась?

Знаешь, а я тебя не ждала. Ты так неожиданно…

Ну что же, здравствуй! А ты ко мне надолго? Не знаешь… Ну что ж, время покажет, а пока проходи, располагайся…

–

«Нет, надо позвонить Лёльке!» — подумала я, читая эти строки. Но, прежде чем моя рука дотянулась до телефона, он уже сам отозвался звуком пришедшей смс-ки. Угадайте — от кого она была?

«Знаешь, что самое ужасное? Я до сих пор ему верю!»

Тьфу ты, чёрт! Я отложила телефон. Ну что я ей сейчас скажу? Чихнув, откинулась на подушки.

Хмурое небо за окном сыпало редкими снежинками. Запах всевозможных лекарственных снадобий стелился по квартире сладковато-кислым дымком. Время тянулось лениво, медленно и вязко, как клей, вытекающий из наклонившегося тюбика. А что еще остается делать? Только сидеть дома, изнывать от безделья, кутаться в пледы, гонять в голове грустные уставшие мысли, читать ставшие неинтересными книги и чувствовать, как бесстыдно расслабляются мышцы и становятся вялыми, как медуза. Наверное, сейчас я знаю, как выглядит тоска. Дайте мне зеленые краски и лист бумаги — нарисую.

Подобный вид настроения возникает у меня лишь тогда, когда неожиданное плохое самочувствие выбивает из привычного ритма жизни. Сейчас хочется даже на работу, на учебу, на все сразу — гулять, сидеть на лавочке, идти в магазин, выносить мусор, ждать маршрутку — только бы не сидеть дома!

Скучающее, как и я, настроение уносится на холодные просторы улиц, к заснеженным дворам и сугробам, чтобы побродить там, вспоминая о… Да, вот еще один плюс того, что ты вынуждена оставаться в четырех стенах — никто не мешает вспоминать. И в памяти встают все те красивые несвершившиеся истории… почему-то других у меня не бывает. Вся жизнь в этих лохмотьях незаконченности. В старости захочешь прикрыться и согреться покрывалом вкусных воспоминаний — изо всех щелей дуть будет.

Хоть бы кто позвонил, что ли…

Бывают такие моменты, когда очень ждешь телефонного звонка. И не важно кто звонит — ты бросаешься к телефону, срываешь трубку… а когда слышишь «алло», понимаешь, что это произнес совсем не тот человек….

В какой-то момент ты не выдерживаешь и звонишь сама, но абонент сегодня не абоняет, и ты вновь одна, и глупо на что-то надеяться. А если даже и дозвонишься, то тебе скажут «алло» таким тоном, что ты поймешь, что голос на той стороне трубки ждал услышать совсем другого…

И ты в приступе злости бросаешь трубку, отключаешь телефон, и тебе плевать, что кто-то там будет так же нарываться на отвратительно-вежливый голос, сообщающий, что абонент сегодня не абонент, и что…

И что однажды, когда ты все-таки включишь телефон, никто уже не позвонит.

Дневник Лёли. Новые стихи.

Я стираю уроки любви

Из своей пожелтевшей тетради,

Я зачем-то пытаюсь ловить

То, что выбросила, не глядя.

Ты вчера опять был со мной,

Перепутал все мои мысли.

И слова твои пахнут весной -

Вечно нежной и сладко-кислой.

Твои руки — стебли травы,

Пробивают любую почву.

Только чувства мои мертвы,

Отложились камнями в почках.

Я сжигаю нежность в огне,

Поглощающем разум страсти.

Но шипит котёнок во мне,

Ощутив аромат несчастья.

* * *

Когда пришла та Лёлина смс-ка, я спала. Заснула уже под вечер, весь день промаявшись ничегонеделанием. И не сразу поняла смысл этих трех строчек, а когда поняла, то судорожно бросилась набирать ее номер, но он не отвечал, а я все набирала и набирала, с упорством обреченного все еще на что-то бестолково надеясь. Потом сдалась, бросилась к компьютеру, включила интернет, пытаясь понять — что же все-таки произошло, залезла на Лёлькин дневник, потом на форум пикаперов, потом…

Не помню — где еще я успела побывать в своих лихорадочных поисках, прежде чем нашла ту историю Художника, которую, судя по всему, Лёля прочла последней, прежде чем прислать мне это смс. Она была длинной, наверное, даже не одна история, а целых три, но я прочитала все одним махом, как говориться, на одном дыхании, и вот тогда…

Новогодняя ночь или Заповедник девственниц.

Автор — Художник.

А не рассказать ли вам, братцы-кролики, о том, как я встретил новый год? Рассказать? Что ж, сами напросились… Ну, про обычные истории быстрого съема писать мне скучно, добавим-ка чуть-чуть креатива и нестандартности!

Итак… Честно говоря, сам не знаю — зачем это пишу. Но может кому-то будет интересно? Хотя бы как пример. Пример чего? Да фиг его знает. То ли один из многочисленных примеров женской глупости, то ли один из немногочисленных примеров, когда моя история так и не закончилась сексом. Вот как-то так примерно…

Чувствую, сейчас меня мои читательницы обвинят в женоненавистничестве и скажут что-то типа: «Вот, она его обломила, так он и злится на всех девушек!» Но мне пофигу, тем более, что было все совсем не так.

А как — сейчас расскажу. Вот только надо решить: рассказывать вкратце и без подробностей или длинно, с предысториями, пояснениями и т. д.?

ПРОЛОГ.

Ладно, пишу вкратце.

Началось все с того, что где-то полгода назад, еще летом, появилась у меня в дневнике новая постоянная читательница (имен и ников, разумеется, называть не буду). Событие, в общем-то рядовое, я и внимания не обратил. И тогда (видимо, чтобы обратить все-таки мое внимание на себя) эта девушка предложила мне заняться сексом.

Да-да, вы правы: во жизнь пошла — вечером не только на улицу, но уже и в Интернет выйти страшно.

Я согласился. А она отказалась. Я — из страха, а она — из любопытства. Или, кажется, наоборот. Уже не помню.

Не, блин, так не пойдет! Надо все-таки писать подробно, а то непонятно как-то получается. Короче, пишу предысторию, кому неинтересно — можете пропустить.

ПРЕДЫСТОРИЯ.

Начать, наверное, следует с того, что девушка была девственницей (уже хорошее начало, неправда ли?) В 22 года. В наше-то время! Причем достаточно симпатичной, высокой, длинноволосой и неплохо сложенной.

Вы верите, что такие еще бывают? Я тоже нет. Но… Ладно, речь не об этом.

Начитавшись моих историй, прислала она мне письмо, в котором говорилось о том, что ей пора бы уж… да все никак… а у меня такие истории заманчивые… а она хочет, чтобы у нее в первый раз все было красиво… так что… не соглашусь ли я с ней встретиться? В реале?

«Найджел, ты что-то пил вчера?» — мысленно сказал я себе, пытаясь собрать в кучу последние остатки соображалки и уяснить прочитанное. Нет, конечно, мне за мою богатую событиями жизнь много разных предложений поступало (иногда даже скромные!), но чтоб такое…

Хоть бы ради приличия сказала, что у нее компьютер дома сломался, и ей срочно необходима моя помощь, ради оказания каковой она и ждет меня сегодня вечером в своем лучшем кружевном белье…

Нет, я действительно ценю в девушках искренность больше всего. Сто раз это говорил и могу повторить в сто первый. Но от такой откровенности мне самому стало как-то не по себе, проснулась паранойя, и мозг мой заметался в поисках подвоха.

Первое, что пришло в голову — девушка страшная, как танк. Ее никто не хочет. Но, судя по фотографиям, — нет. Даже наоборот. Вторая мысль — фотографии поддельные. Но нет, следов фотошопа не наблюдается и фотографиев много, всяких разных, в том числе и домашних, и школьных и т. д. Ну где возьмешь столько, если они не твои?

Блин, или я чего-то не понимаю, или… На этом мысли закончились.

Короче, почесал дед репу… выросла репа больша-а-ая… Ой, простите, это из другой сказки.

В общем, почесал я репу и решил, что нужно встретиться с ней в реале и на месте разобраться. «Ладно, — пишу ей в аську. — Давай встретимся для начала, а там видно будет». Девушка, похоже, сама была удивлена моим ответом. Никак не могла поверить. Ее это застало врасплох.

— Как? Ты согласен? Что — уже сегодня? Ну… я не знаю… это все так неожиданно… ой, а может не стоит?

— Успокойся, тебе еще никто ничего не обещал. Просто встретимся, пообщаемся, посмотрим друг на друга. Не исключено, что после этого просто скажем «пока» и тихо-мирно расстанемся, довольные и радостные от того, что не стали продолжать знакомство.

— Нет, я все понимаю, но… Ну, я как-то не знаю даже…

И вот тут до меня дошло. Причина столь необъяснимого события (девственность у девочки-красавицы в 22 года) и ее странного поведения была банальной и простой — необъятные стада тщательно выросшенных, любовно выпасенных и заботливо вскормленных тараканов. Всего-то навсего. Уф, а я уж волноваться начал!

Но, слава богу, по мне еще санитары из психушки не плачут, мир не перевернулся, и земля вертится и функционирует так же, как и всегда. То есть — хреново.

В общем, я облегченно вздохнул и… мы в тот день так и не встретились (чего и следовало ожидать при таком количестве комплексов). Но зато стали периодически переписываться в аське и по мылу. Начал я с девочкой общаться, начал побольше о ней узнавать, расспрашивать (ну, не только же спать в самом деле, надо и поговорить сначала). И открылась передо мной любопытная картина.

Девочка росла в обычной, в общем-то, семье — маме с папой было не до нее, а бабушка не могла догнать. Воспитывали ее от случая к случаю (то есть, когда вспоминали, что она есть), но зато — все, кому не лень. На всякий случай запрещали все подряд, много и часто. Видимо, пытаясь компенсировать этим недостаток нормального родительского внимания. А девочка по какой-то глупой случайности привыкла родителей слушаться. Так вот и возникло у нее столько самоограничивающих убеждений, что страшно становится.

Я спросил — а есть ли у нее подруги? С кем она вообще общается, кроме родителей? Оказалось, есть. Несколько «лучших» подруг, из которых одна «лучшайшая» — Таня: милая и веселая девочка с 4-м (как минимум!) размером груди и такой попой, что ей, наверное, ежеминутно приходилось оборачиваться назад на звук упавших мужских челюстей. Наверное, именно про таких девушек говорят, что когда они выходят из-за угла, то об их появлении окружающие знают (точнее, видят) заранее, еще до того, как сама девушка выйдет.

И, что самое интересное, Таня ТОЖЕ БЫЛА ДЕВСТВЕННИЦЕЙ!!!

Мой мозг начинает тихо плавится в последней отчаянной попытке найти сему вопиющему факту хоть какое-то нормальное объяснение. Может, я чего-то не понимаю в этом мире?

Хотя… тут еще можно понять. Видимо, соблазнительные формы этой девушки вызывали у мальчиков вполне определенные желания с самого раннего детства, еще когда в ней самой не проснулась женщина. В результате чего получилось так, что приставания и заигрывания мальчиков ей только претили и отталкивали. И она старательно их избегала, отпинывалась и отплевывалась, считала грязными домогательствами или чем-то еще в этом роде. И так здорово наловчилась это делать, что уже посылала без разбора всех и каждого, кто посмел только взглянуть на ее грудь.

Ха! А покажите мне мальчика, который, находясь рядом с таким бюстом, думал бы о ромашках!!!

А сама, наверное, в тайне мечтала о красивой ночи любви. Где-нибудь в душе (рекомендую правильно ставить ударение в последнем слове!). В общем, бывает такое. Случай, в общем-то, не очень уж и редкий. В общем-то, я уже почти успокоился, когда мой зверски изуродованный за тот день мозг посетила еще одна страшная догадка.

— Скажи-ка, милая, а остальные девушки в вашей компании… ну, другие твои подруги, кроме Тани… они что — ТОЖЕ ДЕВСТВЕННИЦЫ???

Ее ответ, думаю, вы уже угадали. Я медленно выпадаю в осадок. Мой мозг отказывается воспринимать такую информацию. Сбой программы. DISK BOOT FAILURE. Перезагрузка системы в безопасном режиме. Пристрелите меня!

КАК????? Как, черт побери, такое возможно? В каком заповеднике для девственниц их растили?

Куда смотрят пикаперы нашего города, позор на их члены???? На пенсию, что ли, сбежали все?

Я сполз под стол, растекаясь равномерной лужицей по полу, повалялся там с полчасика, встал, побился головой об стену и снова сел за компутер со словами: «Так! Становится все интересней!»

Разумеется, после такого мне уже самому не терпелось с ней пообщаться в реале, руки чесались свести знакомство поближе. Но девушка, видимо, заметив мой проснувшийся интерес, разом выпустила всех своих тараканов на волю. В интернете мы общались довольно мило и откровенно, но при каждой моей попытке перевести общение в реал она напрягалась, после чего следовали дежурные отговорки, которые «мы давно уже проходили», и которые я сам мог бы озвучить не хуже ее. Тут и стандартные: «Ой, я занята!» и глупо-наивное «Ой, у меня родители строгие, поздно вечером не отпускают» и, конечно же, извечное «Да знаю я, тебе ведь от девушек ТОЛЬКО ОДНОГО НАДО!»

Забавно, кстати, было слышать эти слова в свете того, что БЫЛО НАДО ЕЙ, учитывая ее первоначальную просьбу.

Помнится, пару тысяч лет назад, когда я впервые услышал от какой-то девушки такую фразу, она меня удивила. Первую сотню раз, когда мне произносили нечто подобное, я пытался как-то оправдаться, объяснить… Вторую сотню раз она меня забавляла. Потом начала раздражать. Так и хотелось сказать в ответ что-нибудь обидное… правдивое, но от этого не менее резкое и злое. Потом и это прошло, и сейчас я разве что грустно улыбаюсь, когда слышу от девушек нечто подобное. Улыбаюсь усталой понимающей улыбкой, осознавая, что, видимо, без этого никуда. Необходимая дань человеческой глупости, которую нужно непременно отдать, прежде чем начать общаться по-человечески. Ну, обычно у всех умственно сохранившихся личностей этот период быстро проходит.

Но тут, видимо, мы имели дело со сложным случаем! Девочка образумиться все никак не спешила (кстати, вот после такого я уже начинаю понимать презрительно-развязанные мужские фразы типа: «Ну, поломалась и хватит уже. Сколько можно?»).

Короче, в какой-то момент, устав от подобных глупостей, я опубликовал ультиматум приблизительно следующего содержания: хватит сношать мне мозг, он для этого не предназначен, в конце концов, существуют иные места, более подходящие и самой природой определенные для сиих вещей. И либо давай мы уже встретимся в реале, наконец, либо — зачем все это продолжать? К чему все эти заигрывания в аське и по мылу, если они никуда не ведут? От них, пардон, тоже устаешь и со временем становится жаль тратить на них время.

— Вот тебе мой номер телефона, позвонишь сегодня вечером, договоримся о встрече. Не позвонишь — я стираю твой контакт из аськи и общаться больше мы не будем, потому что мне, прости, уже как-то наскучило пасти чужих тараканов.

— Ну-у-у… я тебя, конечно, понимаю, но всё-таки…

— Хватит. Надоело. Устал я от всяких «всё-таки».

— Ну ладно-ладно, только давай не сегодня. У меня сегодня куча дел, проблемы там всякие, времени нет совсем и вообще…

— Проблемы обладают свойством решаться, а время — находиться. А вообще — дело твое. Я же не настаиваю и не уговариваю. Решай сама. Позвонишь — буду рад с тобой встретиться. Не хочешь — не надо. Счастливо!

— Погоди… постой…но я правда не…

— Конец дискуссии.

На тот момент я действительно был готов стереть ее номер, не раздумывая (до такой степени мне все надоело!), несмотря на то, что общаться с ней мне, в общем-то, было интересно и приятно. За исключением тех моментов, когда в ней опять просыпались тараканы. Девушка на самом деле была очень милой и забавной, если бы еще не эти ее вечные комплексы… Ей, кстати, тоже очень нравилось со мной общаться, судя по всему, и не хотелось это все терять, и если бы только не все эти комплексы… Тем более, что не только же ради словесных препирательств в аське она со мной общалась. Если вспомнить с чего началось наше общение… Эх, если бы только не эти ее комплексы!

Ладно, не буду больше нудеть, перехожу к те… то есть к делу.

Тем же вечером сижу я, значитца, дома, жду ее звонка (уже почти переживаю и скучаю!), с твердым намерением выполнить свою угрозу, если она не позвонит. Надо уже было все-таки определяться как-то…

Ждал я часов, наверное, до 11 вечера. Она так и не позвонила. Стало мне отчего-то так грустно и скучно, что позвонил я своей «старой знакомой», с которой все у нас хорошо давно и часто. Она, конечно, только рада была приехать в тот вечер ко мне, дабы скрасить мою грусть-печаль и развеять скуку… столько раз, сколько сможет.

И вот, когда мы с приехавшей «старой знакомой» уже практически приступили к «скрашиванию и развеиванию», у меня звонит телефон.

Угадайте — кто?

Правильно, наша венецианская девственница наконец-то пересилила себя, переборола всех своих тараканов и набралась достаточно смелости, чтобы позвонить мне. Радостным и игривым тоном она вопрошает — куда же ей надлежит приехать елико возможно быстро, теряя по пути предметы туалета от поспешности?

Пришлось мне немного остудить ее пыл словами: «Ты слишком долго думала, милая. В следующий раз собирайся быстрее» и повесить трубку. В конце концов, на то, чтобы выгонять одну девушку с целью замены ее другой, моей наглости как-то не хватило. И что-то подсказывало мне, что от предложения устроить милый групповичок втроем Мисс Стеснительность непременно откажется ввиду неподходящей лунной фазы в теперешний момент. Хотя и будет польщена и даже несколько удивлена (приятно) оказанным ей высоким доверием. Но все же… Ох, уж эти ее вечные комплексы!

Ладно, не будем о грустном…

На следующий день мы поговорили в аське, прояснили ситуацию, но легче от этого не стало. Несмотря на то, что встреча наша так и не состоялась, девочку из аськи я не стер. Ведь она же позвонила все-таки, так что… Напротив, мы стали еще больше общаться, еще чаще переписываться, и даже созваниваться и обмениваться смс-ками время от времени (ведь теперь знали телефоны друг друга). Но, как я уже сказал выше, легче от этого не стало. То ли урок не пошел девочке на пользу, то ли тараканы были очень живучие, то ли она на меня как-то… обиделась, что ли…

Хотя, с чего бы это? Странно, да?

Вообще, есть у некоторых девушек одна дурацкая привычка, заключающаяся в нежелании идти на ответную откровенность в ответ на твою откровенность. Проще говоря, такая девушка боится быть искренней. Ей проще сказать: «Ну и ладно, ну и не очень-то хотелось!», чем признаться, что некий человек действительно что-то для нее значит. После чего она уйдет с гордым и независимым видом, стараясь показать, что не желает с ним больше общаться, а вечером того же дня будет лить слезы в подушку из-за того, что теперь он не звонит, и они и правда больше не общаются. Понять — где тут логика, наверное, нам, мужчинам, не дано. Не для наших мозгов. Зато для женщин поведение очень даже характерное. Причем, ладно бы в детском саду, но ведь некоторые, даже и повзрослев, продолжают подобные выходки.

Так вот, главная героиня моей истории была явно из их числа. Она могла обвинить меня невесть в чем; обидеться ни с того, ни с сего; заявить, что это я во всем виноват (хотя это мне, скорее, надо было обижаться); сказать: «Все, прощай!» и не общаться со мной неделю или две, после чего сама опять стучалась ко мне в аську и просила простить.

Я пытался понять ее такое поведение, пробовал разговаривать с ней «по душам», хотел выяснить — что же такое с ней твориться, нередко устраивал ей «разборы полетов» с целью докопаться до истины. Пытался объяснять, что все эти самоограничения существуют только в ней самой, внутри ее головы, на деле их нет. Так зачем же себя останавливать и сдерживать, если тебе чего-то хочется, зачем же вести себя так, как ты на самом деле совсем не желаешь себя вести? Что заставляет тебя идти на все эти выходки, вместо того, чтобы бы искренней? Чего ты боишься?

На что обычно следовал ответ, что я сам все придумал, что никаких тараканов у нее нет, и вообще… Максимум, чего удавалось добиться, это то, что иногда в минуты откровенности она вдруг признавалась: «Да я сама все это понимаю! Но понимаю лишь потом… и поделать с собой ничего не могу. Как будто что-то внутри меня заставляет так себя вести. Привыкла я так, что ли… Потом сама понимаю, что не надо бы. Но уже поздно. А в следующий раз опять я опять…»

Нет, все-таки женская логика, сука, феномен!!!

Ну что с ней делать, вот скажите, пожалуйста? Я пытался с ней поговорить по-человечески, пытался понять, пытался быть добрым и прощающим… и в результате, конечно же, нарвался на ДОД. Чего и следовало ожидать!

В какой-то момент Мисс Невинность заявила мне, что она уже ничего не хочет, что все это было ошибкой, что она передумала, и мне лучше забыть о той просьбе, с которой началось наше знакомство. «Мне нравится с тобой общаться, ты интересный собеседник, но ничего больше я не хочу. Давай будем просто друзьями, ладно?»

ДА РАДИ БОГА, РОДНАЯ! О ЧЕМ РЕЧЬ?

Друзьями так друзьями… Тем же вечером я звоню ее подружке — той самой Тане с 4-размером груди. Заочно она меня уже знала, ведь они были «лучшайшими» подругами и делились друг с другом всеми переживаниями. В том числе и личными. Я тоже кое-что о ней знал, потому что Мисс Вечная Девственность нередко рассказывала мне про свою подругу всякие интересные истории, а я с удовольствием слушал. Мы с Таней как-то очень быстро нашли общий язык и начали мило общаться. Вспомнили добрым словом ее подругу, посмеялись вместе над глупенькими закомплексованными девственницами, нелестно отозвались о нехороших мальчиках, которым «только одного надо». Словом, завязался интересный и достаточно откровенный разговор (все-таки мои догадки о ней были верны), мы проболтали, наверное, часа 3, а под конец договорились встретиться вечером следующего дня. Вот так, легко и просто, и никаких тебе комплексов и тараканов. Пожелали друг другу приятной ночи и заснули весьма довольные собой, предвкушая приятную встречу завтра.

А завтра с утра пораньше… Как бы это получше описать… Вы представляете себе разозленную пантеру, которая только что села голой попой на муравейник? В общем, с утра пораньше меня встретила в аське та самая, первая девушка. С которой мы теперь были вроде как «просто друзья». И она чисто по-дружески (скрежеща зубами от злости) закатила мне нехилую сцену ревности! Общий смысл которой сводилось к «что за шуры-муры с моей подругой?». Дело в том, что Таня, весьма воодушевленная вчерашним телефонным разговором со мной, конечно же, не утерпела и, как у них было это заведено, поделилась радостью со своей подругой. А та с какой-то стати совсем не разделяла ее прекрасного настроения. Непонятно — почему?

— Непонятно почему? Мы же, вроде как, с тобой теперь друзья? И тебя не должны заботить мои отношения с другими девушками? Да?

— Ну-у-у… Вообще-то, да, но…

— Какие еще могут быть «но»?

— Оставь ее в покое, пожалуйста. Я тебя прошу.

— С какой стати?

— Ты что, не понимаешь — с какой стати мне это не нравится?

— Я не понимаю — с какой стати тебя это вообще касается. Мы же просто друзья, да?

— Да, но… Я тогда попрошу Таню, чтобы она просто больше не общалась с тобой. Мы с ней лучшие подруги, она сделает для меня все, что я скажу.

— Ты не усматриваешь в своих действиях некоторую нелогичность?

— Да чего ты притворяешься, что не понимаешь…

В общем, к единому мнению по данному вопросу мы так и не пришли. Но с Таней мы действительно так и не встретились, и наше общение с ней вдруг как-то резко охладело после того случая.

Вы когда-нибудь слышали поговорку про собаку на сене?

Отдельно еще следует рассказать, пожалуй, про ее дневник. Помимо обычно дневника, посвященного каждодневной жизни, был у нее еще один, в котором она описывала свои эротические переживания и сексуальные похождения с мальчиками. Читать было очень забавно! Может, кто-то посторонний и поверил бы, но мне, знавшему, что на самом деле она — девственница, надо было каждый раз прикладывать неимоверные усилия, чтобы не рассмеяться. Тем более, что слог у нее был… наверное, так пишет 13-летняя девочка, начитавшаяся женских романов и представляющая себя знойной женщиной, эдакой роковой героиней, женщиной-вамп, которая крутит мужчинами направо-налево. «Ее томные, с поволокой глаза остановились на его мускулистом торсе…»

Короче, можно я не буду это вспоминать? Мне вредны колики в животе!

Разумеется, ей я ничего не говорил по поводу того, какие эмоции вызывал у меня этот дневник. Нехорошо смеяться над чужими мечтами. Какими бы наивными они не были. Поэтому я старался не упоминать ни о чем подобном. Но однажды не выдержал…

— Девочка, милая, ну зачем это все? К чему все эти притворства, зачем эти игры, кого ты пытаешься обмануть? Не саму ли себя? Не надо ничего из себя строить, на надо никого изображать, в тебе самой — удивительный внутренний мир, который может поразить любого. И твоя наивность, твоя милая детская непосредственность значит гораздо больше, поверь мне! Если ты не станешь ее скрывать, если не будешь прятаться за масками, то твоя искренность произведет куда лучшее впечатление, чем то, которого ты могла бы достичь, удачно сыграв какую-то роль!

Так я ей и сказал.

А она на меня обиделась. Обругала и сказала, что, мол, ничего я не понимаю в колбасных обрезках… то есть, пардон, в высоких материях. Что ее оскорбляет то, что я не верю ей и считаю ее какой-то маленькой глупенькой девочкой. И никакая она не наивная и вообще «сам дурак».

На этой теплой ноте мы и расстались.

Я решил, что хватит уже с меня «возвышенных созданий», которых я не понимаю. Надоело. Сколько можно сношать мой бедный мозг? Он уже скоро закипит от такого с ним обращения…

Пожелал ей всего доброго, послал подальше, стер ее телефон, занес в черный список в аське и больше не общался. Не отвечал на звонки и смс-ки, не реагировал на письма, которые она еще присылала первые 2 недели, несмотря на «Я и сама не хочу с тобой общаться!»

А потом, поняв бесполезность своих попыток, она перестала писать. И можно было бы ставить точку в этой истории, если бы не одно «но».

А заключалось это «но» в том, что история сия не только не закончилась, она ЕЩЕ ДАЖЕ НЕ НАЧИНАЛАСЬ!

Короче, все это, написанное выше, оказалось всего лишь прологом. Предысторией. И, как пишут в русских народных сказках, «это присказка покуда, сказка будет впереди».

–

Со стороны наблюдать — и правда, поведение описываемой девочки казалось жуткой глупостью. Но в то же время — если участвовать во всем этом, то… Я сама ведь была не лучше в некоторых подобных ситуациях. И вряд ли смогла бы объяснить кому-то — почему так нелогично поступаю. А вот поди ж ты…

Хотя, до такого абсурда у меня все-таки не доходило. Девушка и правда какая-то странная. Видимо, взрослая девственница — это скорее диагноз. Или признак…

Но что ж там было дальше? Неужели наш Художник сдался? На него не похоже…

СОБСТВЕННО, САМА ИСТОРИЯ

Не общались мы где-то полгода…хотя нет, поменьше. Ближе к зиме я снова открыл свой дневник, снова начал описывать там какие-то истории и т. п. А она снова принялась все это читать, комментировать местами и проч. Мне было интересно узнать — как она поживает, какие изменения произошли в ее жизни за эти полгода и т. д. В общем, мы снова стали переписываться. И куда более продуктивно, чем раньше.

Конечно, не обошлось без прежних глупостей в духе: «Да я вообще не хочу с тобой общаться!» — «Ну и ради бога!». Но все же подобных детских выходок стало как-то ощутимо меньше. Видимо, эти полгода ей явно пошли на пользу. Может, она чуть-чуть повзрослела и кое-чему научилась, может, сделала для себя выводы после нашего расставания… а может, просто соскучилась?;-)

В общем, не знаю. Но общаться с нею теперь было куда легче и приятней. Хотя и без прежних выходок, как я говорил, не обходилось. Мы созванивались и переписывались, посылали друг другу смс-ки и всякие подколки, комментировали фотографии друг друга и отпускали ехидные замечания. А потом… потом мы вдруг решили, что будем отмечать новый год вместе.

Решение это пришло неожиданно и спонтанно. Сначала у меня были совсем другие планы на новый год. У нее, надо думать, тоже. Но так получилось, что от большинства веселых компаний я отказался, кто-то отказался от меня, а потом я и вообще решил, что буду встречать новый год дома. Все-таки так лучше. Семейный праздник, как-никак, пора отвыкать от своих хулиганских выходок.

У нее, как выяснилось, тоже не было каких-то особых планов на НГ. Или сидеть дома одной или пойти к подруге (к той самой, Тане с 4-м размером груди, про которую я уже упоминал ранее;)

И я предложил нам объединиться. А она (хоть и не без колебаний, хоть и не без своих обычных: «хочу-не хочу, смогу-не смогу, приду-не приду») все-таки согласилась.

Да, прогресс заметен, вы не находите?:)

Итак, за пару дней до Нового Года мы решили отмечать его вместе! В Нижнем (я же там работал, хотя и жил в Дзержинске). В спешном порядке условились и договорились — как, где, когда, с чем, зачем и проч. Ну и…

31 ДЕКАБРЯ.

Последний день уходящего года. Точнее, уже вечер. На улицах города полно народу, все куда-то бегают, носятся, суетятся. Что-то забыли купить, кого-то нужно еще поздравить и т. д. В воздухе запах хвои, то и дело попадаются люди с ёлками, веточками или еловыми игрушками. Поминутно раздается треск петард, свист взмываемых в воздух ракет, загораются какие-то фейерверки, бенгальские огни и проч. Люди, несмотря на то, что все куда-то спешат и носятся, не забывают улыбаться друг другу и поздравлять «с наступающим». В общем, обычная предпраздничная суета…

А я сижу на подоконнике и смотрю на все это сквозь замерзшее стекло, ожидая прихода своей Мисс Невинности. Которая, как всякая уважающая себя девушка, нашла причину, чтобы опоздать немножко. За что уже получила гневную отповедь от меня. И поспешила исправиться. И сделала это даже быстрее, чем я ожидал.

Итак, спустя всего каких-то полгода с момента нашего знакомства, мы наконец-то встретились!

С этого и начался наш новогодний вечер… Должен сразу же разочаровать всех любителей крышесносов, сюрпризов и прочих необыкновенностей в моих рассказах — в тот день их не было. Просто потому, что я не люблю, когда девушки, начитавшись в моем дневнике всяких таких красивостей, потом ждут именно их во время встречи со мной. Не люблю оправдывать чьи-то ожидания, соответствовать чьим-то представлениям и вообще делать то, чего от меня ждут. Мне сразу становится как-то лень что-то придумывать и кому-то что-то доказывать. И вообще… Какой же это сюрприз, если про него известно заранее? Сюрприз должен быть неожиданностью, иначе весь смысл теряется.

В общем, не было никаких крышесносов в тот вечер. Был заготовлен один-единственный маленький сюрпризик, но и от него я отказался потом. Почему — будет понятно дальше.

Словом, это был обычный тихий вечер. Ну, конечно, если можно считать обычным вечер накануне нового года. Когда в воздухе плавает нечто такое предпраздничное и волшебное, когда ты все равно ждешь чего-нибудь такого-эдакого-сказочного, и невольно улыбаешься всему и всем вокруг, сам не зная — почему. Когда дрожащие огоньки свечей бросают пляшущие тени, шампанское в бокалах искрится радостно-праздничными пузырьками, и настроение, что не говори, тоже какое-то необычное, особенное…

Вот в такой вечер мы и встретились. Поначалу она жутко стеснялась. Отводила глаза, случайно встретившись со мной взглядами, отворачивалась и даже заливалась легким румянцем на бархатистых щёчках, смущенно прося: «Не смотри на меня так! Ты меня смущаешь…» А я все равно смотрел. Мне почему-то нравилось её смущать и дразнить.

Скажу честно, меня всегда забавляло, когда какая-нибудь девушка начинала вести себя так, словно я какой-то коварный соблазнитель, которого следует бояться. И, видя ее опасения, мне хотелось только еще больше ее напугать, я нарочно строил из себя жуткого монстра, со смехом наблюдая панический ужас на ее лице.

Помню, когда мы только еще договаривались о встрече, Мисс Я-Тебя-Боюсь все просила меня пообещать, что «ничего такого там не будет». А я честно отвечал, что не люблю загадывать наперед и строить планы, все равно ведь это бесполезно, нельзя заранее предугадать — как сложатся твои отношения с каким-то человеком, так пусть уж все идет своим чередом, пусть все будет, как будет. А она искала в этих моих словах какой-то скрытый подвох и говорила:

— Ты нарочно меня пугаешь?

— Блин! Ну вот что изменится, если я сейчас что-то пообещаю? Тебе легче станет?

— Да! Я успокоюсь…

— А ты мне поверишь? Я ж жутко коварный пикапер!

— Поверю. Я верю всему, что ты скажешь.

— Да? Ну вот тогда слушай — как только ты переступишь порог моей квартиры, я тут же закрою ее на ключ, достану наручники, обитые черным бархатом, и со зловещей ухмылкой произнесу: «Ну что, попалась? Хе-хе…»

— Перестань сейчас же! А то я никуда не пойду! Зачем ты нарочно меня пугаешь???

— Самой-то не смешно?

— Я же тебе верю! А ты… ты…

Так вот мы и общались. Такими темпами договаривались о встрече. А когда все-таки встретились, то… То я закрыл дверь на ключ и достал из под подушки наручники, обитые черным бархатом, и со зловещей ухмылкой произнес: «Ну что, попалась?»

Выражение ее лица в тот момент описывать надо?

Минут 15 она бегала по квартире от меня с наручниками. Еще минут 15 я не мог отойти от смеха. Потом минут 15 уже она гонялась за мной по квартире с этими же наручниками и грозила мне куда-то их засунуть…

В конце концов, догнала. Но, как оказалось, явно не рассчитала расклад сил. Проще говоря, я оказался сильнее. И наручники в результате были одеты на нее, лежащую на полу. Мною, сидящим сверху. Но она так жалобно умоляла снять их, присовокупив вдобавок, что ей не нравится такая поза, что я сдался. И расстегнул один наручник. Который она немедленно одела мне на руку.

Так мы и сидели на диванчике, прикованные друг к другу каждый одной рукой, и кормили друг друга дольками мандаринов. И стеснение ее как-то быстро прошло, а испуг в глазах сменился веселыми чертиками. Эх, не будите спящую пантеру!

Ее волосы растрепались во время всей этой беготни, и я предлагаю их расчесать (я говорил уже, что обожаю длинноволосых девушек с распущенными волосами?). Мы снимаем наручники, она достает из сумки расческу, садится ко мне спиной, лицом к телевизору. Впрочем, расческа скоро не понадобилась, у меня ведь есть руки!:)

И я просто пропускал сквозь пальцы ее длинные, рассыпанные по плечам локоны, а она щурилась от удовольствия, но старалась не подавать виду, притворяясь, что увлеченно смотрит в экран телевизора.

Кстати, люди, кто-нибудь может мне сказать — а что показывали в новогоднюю ночь? До меня только сейчас дошло (когда я сел писать эту историю), что ведь у нас весь вечер и большую часть ночи горел телевизор, и мы, вроде бы, его смотрели, но… Но я, хоть убейте, НЕ ПОМНЮ ЧТО ТАМ БЫЛО!!! Вроде бы, какие-то концерты показывали, поздравления, президент что-то говорил в 12 часов… Но я ни слова не помню!

К чему бы это?

В какой-то момент, устав сидеть с прямой спиной, она откидывается назад, облокачиваясь на меня. Я обнимаю ее одной рукой, пальцы второй по-прежнему перебирают ее волосы, по выражению ее лица видно, что она готова замурлыкать от удовольствия, но упорно старается не подавать виду.

Видели вы когда-нибудь мырлыкающую пантеру, которая щурит глазки и довольно урчит, спрятав на время коготки и притворяясь пушистой и ласковой?

По-прежнему пляшут тени на стенах от горящей свечи, и шампанское светится радостным искорками в бокалах, и тихий шепот тебе на ушко, от которого хочется закрыть глаза и медленно уплывать куда-то далеко…

Мы продолжаем болтать о чем-то, и в какой-то момент в нашем разговоре всплывает тема ночных клубов и дискотек, в частности, зачем ходят туда мальчики и как там ведут себя девочки. И наоборот.

И тут эта Мисс Стеснительность, в которой стеснительности оставалось столько же, сколько шампанского в ее бокале (то есть, все меньше и меньше), заявляет мне, что у нее есть любимое развлечение — ходить по клубам и дразнить там мальчиков, стрелять глазками, танцуя для них соблазнительные и провоцирующие танцы, а потом сбегать. Короче, «наш девиз непобедим — возбудим и не дадим!» Видимо, она получает от этого какое-то удовольствие.

Девушки, милые, объясните мне, непонятливому — что тут может быть приятного и какое удовольствие от этого можно получить?

Но речь не об этом. А о том, что, дабы подкрепить свои слова действиями, она хочет показать мне пример такого танца. Не знаю, откуда у нее взялось такое желание, но подозреваю, что это как-то связано с тем фактом, что бутылка на столе давно пуста, а от шампанского остались только воспоминания да искрящийся блеск в ее глазах.;-)

Я, разумеется, не мог отказаться от созерцания такого зрелища, тем более, что… как бы вам это описать? …вы можете себе представить нечто среднее между стриптизом и грязными танцами из одноименного фильма? Вот приблизительно так танцевала она. И такой же танец исполняли пляшущие чертики в ее глазах.

Когда она вдоволь натанцевалась, а я вдоволь насмеялся, мы снова падаем на диван. Я обнимаю ее так же, как раньше, и…

Наверное, мне будет трудно описать то, что было дальше. Знаете, есть такая полуигра, полупоединок, для нее еще не придумали названия (называть ее убогим словом «флирт» мне претит), но лучше всего ее характеризует, пожалуй, фраза «хочу, но так просто не дамся, возьми сам, если сможешь». Когда ты никак не можешь понять — что означает эта дразнящая улыбка. Когда, кажется, атмосфера вокруг настолько наэлектрилизована, что ваши взгляды, встретившись, высекают искры. Когда от случайного прикосновения пробегает дрожь по телу, а ваши сплетенные пальцы то ли отталкивают, то ли наоборот притягивают друг друга. И что-то носится в воздухе такое неуловимое, необъяснимое, но осязаемое обоими, и от этой приятной пытки уже мучительно-сладостная истома по всему телу, а ведь, вроде бы, ничего и не происходит…

Я сижу на подоконнике, любуюсь видами ночного города через замерзшее стекло. На улице гуляет народ, хотя давно уже за полночь, то и дело взрываются какие-то ракеты, фейерверки и т. д. Кто-то, стоящий рядом, кладет голову мне на плечо.

Неужели это Мисс Стеснительность? Которая еще совсем недавно боялась меня, как огня?

Я осторожно обнимаю ее за плечи. Снова запускаю пальцы в ее длинные волосы. И пляшут тени на стенах от почти догоревшей свечи, и сами стены почему-то шатаются, и качается пол…

От первого поцелуя она отстранилась. Отвернулась, убрала губы…

— Нет… не надо…

Я почему-то улыбаюсь. Свеча догорела. Комната погружается во тьму. Только через окно льется тусклый свет неоновых фонарей, наполняя все вокруг атмосферой какого-то таинственного сюрреализма. Ее руки на мои плечах. Я глажу ее волосы. И вновь она убирает губы, отстраняется, прячет лицо у меня на груди.

— Нет…

Мои губы — возле ее ушка. Я что-то говорю тихим хрипловатым шепотом. Не помню — что. Почему-то никогда не запоминается, что именно я говорю в такие моменты. Отворачиваюсь, смотрю в окно. Улицы пустеют. Наверное, скоро уже утро. Отхожу от окна. Нахожу ее, прислонившуюся к стене. Видимо, подпирает стенку, чтобы не упала. И снова переплетенные пальцы, горячее дыхание…

Она целует меня сама. Или отвечает на поцелуй? Робкий, почти не заметный, крохотный поцелуйчик. Легкое касание губ и не понятно даже — было ли оно.

— Мне это показалось? Или на самом деле… — не могу сдержать насмешливый тон.

— Показалось! Ничего не было! Забудь, это в последний раз!

— А мне показалось, что в первый…

— Первый и последний!

Она снова уткнулась носом мне в плечо, прячет глаза. Или губы? И вновь тихий шепот на ушко, и тусклый свет льется в окно, и стены шатаются, и чье-то горячее дыхание на твоей щеке…

— Это тоже был последний раз?

— Ну что ты меня дразнишь????

Второй поцелуйчик был таким же робким и несмелым, но трогательным и нежным, как первый.

— Я не дразнюсь, просто уже запутался — который из них предпоследний, а который послед… ммм!…

Мне затыкают рот поцелуем. На этот раз — настоящим. Я поднимаю ее на руки и несу на кровать. Ее руки обнимают меня за шею, мои пальцы забираются ей под кофту. Она осторожно кусает меня за ушко, взъерошивает волосы. Мои руки уже на ее груди.

— Нет… Не надо…

Тело ее явно откликается на мои прикосновения, но она пытается сопротивляться, отстраняется, убирает мои руки. Что ж, как хотите…

Я глажу ее по спине, кончиками пальцев медленно вожу вверх-вниз вдоль позвоночника, рисую какие-то замысловатые узоры и линии на ее плечах и шее сзади. Она закрывает глаза. Мои руки вновь оказываются на ее груди, снова она пытается их оттуда убрать, несмотря на то, что ей это явно нравится.

Опять проснулись тараканы?

— Нет, не надо… Ну, пожалуйста! Ты не понимаешь, тут дело не в обычных комплексах… все гораздо глубже…

— А в чем же тогда?

Она рассказывает мне историю о том, что «глубже». Обычную, в общем-то, историю впечатлительной девочки, тайно влюбленной в мальчика-красавчика. Которому, на самом деле, она вовсе не нужна. И сама об этом догадывается. Но продолжает мечтать о том, что именно он, и никто другой должен стать ее первым мужчиной. И будет добиваться этого, будет стараться до тех пор, пока… пока не столкнется с жестоким разочарованием. Которое, на самом деле, ожидает ее и в том, и в другом случае.

Я молчу. Я мог бы многое сказать ей сейчас, но… знаете, у каждого из нас свои мечты, и не стоит смеяться над ними, какими бы наивными и глупыми они не казались. Каждый имеет право верить в сказку, каждый имеет право на исполнение своих желаний, какими бы они ни были. Я не хочу быть тем, кто лишит эту девочку ее иллюзий, не хочу, чтобы потом однажды она вдруг сказала, что ее мечта не сбылась из-за меня.

На самом деле она очень милая и добрая девочка. Где-то внутри, если убрать все внешнее, весь этот пласт наносного, ненастоящего — все эти глупые выходки, притворство, комплексы… И я не хочу ее расстраивать, не хочу лишать ее иллюзий, ведь это всегда больно. Нет уж, пусть стремится к своей цели; пусть, если сможет, добьется своего; а если и постигнут ее жестокие разочарования на этом пути, то пусть это случится без моего участия, я не хочу быть тому виной.

— Что ж, дело твое…

Вот интересно, еще совсем недавно мне бы и в голову не пришло париться из-за каких-то подобных заморочек. В прошлом бывали случаи, когда я, не задумываясь, влезал в чьи-то отношения, и меня абсолютно не волновал тот факт, что для кого-то это — нечто серьезное и настоящее, а мне так — поиграться хочется. Но после недавних событий я почему-то стал куда более щепетильным в такого рода делах. Старею, наверное…

Мысленно я послал далеко-далеко тот «милый маленький сюрпризик», заготовленный заранее, который ждет сейчас своего часа в укромном месте. Не будет сегодня никаких крышесносов, никаких волшебных фокусов, ничего не будет.

— Знаешь, давай спать. Поздно уже…

В комнате темно. Только тусклый свет из окна. И что-то еще такое повисло в воздухе… не знаю, как это назвать…

Она прижимается ко мне, кладет голову на плечо. На мой немой вопрос (вроде, я не задавал его вслух?) следует немедленный ответ:

— Ну, мне так спать удобней. Теплее, что ли…

Теплее, как же… Вообще-то в комнате и так жарко. Тем более, что мы, разгоряченные этими играми, явно не замерзли, скорее, наоборот. Вот блин, притворщица!

Хотя, ладно… чего уж теперь…

Я тоже обнимаю ее. Прижимаю к себе еще сильнее.

— Спи, врунишка…

Так мы и заснули. В обнимку, но в одежде.

1 ЯНВАРЯ.

Первое утро нового года. Просыпаемся мы вместе, как по команде. Несколько сладких минуточек просто валяемся, нежимся в объятиях друг друга — не хочется вставать. Но нам уже пора, меня ждут дела, а ей родители уже звонили, беспокоятся — как там поживет их дочурка, попавшая в лапы профессионального соблазнителя?

Хотя какое там, блин, соблазнение…

Встаем, убираемся в комнате. Странное это ощущение — утро после праздника. Отгорели бенгальские огни, отзвучали поздравительные речи, отгремел бой курантов и… что же осталось?

Как-то пусто на душе. Нет, мы улыбаемся друг другу; мы оба рады, что так встретили этот новый год, вот только улыбки какие-то грустные, а в ее глазах светится еще что-то затаенное, чего я никак не могу понять.

Что же это было, дорогая? Если будешь читать эти строки — пожалуйста, ответь…

Вещи собраны, посуда вымыта. Пора уходить, но… Не помню, как именно мы вновь оказываемся в объятиях друг друга. Я обнял ее тогда или она меня? В общем-то, какая разница…

Я целую ее снова. Она по-прежнему отстраняется, но делает это уже как-то неуверенно и словно бы нехотя. Такое ощущение, что сопротивляется она уже только машинально, по привычке. И эта странная грусть в ее глазах…

Я глажу ее по волосам. Целую. На этот раз она отвечает, причем с желанием и как-то… самозабвенно, что ли… закрывает глаза, запрокидывает голову. И вообще, сегодня утром она уже не такая, как вчера ночью, что-то неуловимо изменилось. Но что?

Уже не слушая ее отговорок, я стаскиваю с нее кофту и всё, что под ней. Она пытается сопротивляться, но я не обращаю внимания на эти вялые попытки, тем более, что сопротивление какое-то неуверенное.

У нее на груди родинка. Ма-а-аленькая. Точнее, даже 2 родинки — одна совсем крошечная, вторая чуть побольше. Я целую ее в эту родинку, она закатывает глаза и уже не пытается сопротивляться. Кончиками пальцев провожу по спине (у нее очень нежная кожа в районе лопаток и выше — до плеч), от чего она тихо млеет. Мы снова целуемся, долго, страстно, безудержно. Я продолжаю ласкать ее грудь, снова, как и ночью, меня обжигает ее горячее дыхание и отчего-то кружится голова. Мои руки забираются ниже…

— Нет… не надо… пожалуйста…

Она снова пытается сдержать меня, убирает мои руки, отстраняется. На этот раз сопротивление не притворное, и я на время ослабляю натиск, снова ласкаю ее до тех пор, пока дыхание не становится жарким и прерывистым, а поцелуи — жадными и страстными. Похоже, в какие-то моменты она сама теряет голову и набрасывается на меня. Мои пальцы вновь опускаются ниже… Она еще пытается меня остановить, но я чуть ли не силой прорываюсь туда, под тонкую ткань красных кружевных трусиков.

А там оказывается все давно и совсем мокро! Да так, что ни о каком «не хочу!» речь даже не идет. Вот притворщица, блин! Надо же так долго мучить и меня, и себя. А ведь я почти поверил…

Мои пальцы проникают глубже, в приятную теплоту. Мисс Притворщица запрокидывает голову и закусывает нижнюю губу, стараясь сдержать стон. У нее это не очень получается. Она вновь кусает мне ушко, забирается язычком внутрь. Безумно приятно! Но при моей попытке стянуть с нее, наконец, последние остатки одежды, она словно спохватывается, резко убирает мои руки, отталкивет меня…

— Нет… не надо… Лучше пойдем… поздно уже…

Она права. Действительно, уже поздновато. Во всех смыслах. И время уже поджимает, и… если уж что-то хотел, то надо было раньше, ночью… А сейчас уже поздно… Слишком поздно…

Я на мгновение обнимаю ее и закрываю глаза.

…………………

…………..

Мы одеваемся и уходим. Сравнительно ранее утро. На улицах пустынно, лишь изредка попадаются навстречу отдельные прохожие. Так странно… Вчера здесь было столько народу, все куда-то торопились, бегали, суетились. А сегодня город словно вымер. Вот оно какое, утро после праздника — тихое, задумчивое, опустошенное. И даже как-то грустно немного. Лишь только мы, как два сумасшедших, весело топаем по дороге, взявшись за руки, не в силах сдержать улыбки на лицах.

Почему нам тогда было весело? Почему мы смеялись над всем подряд тем тихим пасмурным утром посреди безлюдных улиц? Не знаю… Это было похоже на маленькое безумие. Мы просто вместе сошли с ума. Ну, бывает такое…

Вот и вокзал. Тут наши пути расходятся. Мне надо ехать в Дзержинск, а ей — к себе домой. Скорей всего, мы больше не увидимся.

— Спасибо тебе! За эту маленькую сказку, за эту замечательную новогоднюю ночь.

— Не за что. Ничего особенного и не было. Это тебе спасибо.

— Пока?

— Пока…

Легкий прощальный поцелуй. Нам обоим уже пора.

Я гляжу ей вслед и вижу, как она, пройдя несколько шагов, оборачивается и машет мне рукой. Потом ее заслоняют идущие люди…

Людей здесь и правда почему-то больше. То ли из-за того, что вокзал рядом, то ли народ потихоньку просыпается и начинает выползать на улицы. Ведь начинается новый день. Первый в этом году.

С НОВЫМ ГОДОМ…

P.S. Нет, мне не было грустно после той ночи, и я нисколько не был расстроен или разочарован, что все закончилось именно так. Напротив, пребывал в отличном настроении и считал, что у меня была очень необычная и интересная новогодняя ночь. Скорее, меня расстроило то, что было ПОСЛЕ нее. Но об этом я напишу потом. В послесловии.

Что-то я совсем уже запуталась. Что же там такого могло быть дальше? И причем тут Лёлька? Почему на нее это так повлияло?

ПОСЛЕСЛОВИЕ.

Как я уже говорил, новогодняя ночь меня порадовала. Никакой грусти, никакого разочарования, лишь светлые, приятные воспоминания. Грустно мне стало позже. Сейчас расскажу — почему…

Дело в том, что я по наивности своей полагал, будто бы эта ночь станет для нас чем-то вроде откровения, которое сближает. Что после нее мы все же несколько по-другому станем друг к другу относиться, не так, как раньше. Уж по крайней мере без прежних глупых выходок и выпендрежностей. Ну какой смысл теперь притворяться и строить там чего-то из себя? Все-таки мы уже не первый день общаемся, это раньше еще можно было кого-то изображать, а сейчас… И зачем делать вид, что некий человек для тебя ничего не значит, задирать нос гордо и независимо, как будто ничего и не было? Я еще мог понять, когда она пыталась выпендриваться раньше, но после того, как мы уже полгода общаемся, когда все друг о друге знаем (вплоть до родинок на груди) — ЗАЧЕМ ПРИТВОРЯТЬСЯ, ЗАЧЕМ ВСЕ ЭТИ ГЛУПЫЕ ВЫХОДКИ??? Неужели так трудно признать очевидное, неужели стоит так бояться быть искренней?

В общем, я ждал, что в нашем отношении друг к другу что-то изменится. Так оно и было первые несколько дней после этого. Первые несколько дней нового года… А потом опять все вернулось на круги своя. И стало как раньше. С прежними ее выходками и выпендрежностями. Которые, если честно, мне порядком уже поднадоели.

И, устав от всего этого, в какой-то момент я ее просто послал. Открытым текстом. Простыми и бесхитростными словами. Прямо и доходчиво.

ВОТ ТУТ-ТО И НАЧАЛОСЬ САМОЕ ЛЮБОПЫТНОЕ!

Разумеется, после этого она тоже высказалась в мой адрес. И я узнал о себе много нового и интересного. И ведь ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ИНТЕРЕСНОГО! Как, оказывается, полезно иногда позлить маленьких глупых девочек… Разозлившись, они могу проговориться и высказать все то, о чем раньше молчали.

Как оказалось, Мисс Притворщица, несмотря на то, что новогодняя ночь со мной ей понравилась, все же не слишком довольна тем, что там было. Точнее, тем, что там ничего не было!

Блин, я, наверное, чего-то не понимаю. А кто сопротивлялся полночи и уговаривал меня остановиться?

Ее ответ прозвучал в полном соответствии с традициями женской логики:

— А ты так сразу и уговорился! Как же легко, оказывается, тебя уговорить. Стоило только чуть-чуть посопротивляться и…

— Ну знаешь, я бы не назвал это «чуть-чуть». И потом, я думал, что ты сама…

— Да ладно, не оправдывайся. Думал он… Теперь все равно это уже не имеет никакого значения. Но я знаю одно: если бы ты хотел, ты бы это сделал! Так ведь?

Я, честно говоря, не нашел, что возразить. Ведь вообще-то она права. В принципе. Уж нашел бы я способ обойти ее тараканов, если бы сильно хотел. Сумел бы. Мне не впервой девушек «дожимать». Тем более, что оставалось-то, по ее собственному выражению, «совсем чуть-чуть». Ведь в некоторые моменты тогда она уже себя не контролировала, совсем теряла голову, и стоило сделать всего-то маленькое усилие чтобы…

Словом, если бы хотел, я бы мог это сделать. Но блин, если бы я просто хотел секса, то мог бы вообще с ней не связываться, а позвать какую-нибудь старую знакомую — раскрепощенную и уверенную в себе девушку с 4-м размером груди, и устроить себе веселую ночку!

А вместо этого вздумал возиться с какой-то венецианской девственницей и позволил себя уговорить… Зачем вообще стал слушать ее уговоры, зачем позволил забивать себе мозг, как будто не знал, что девушек в таких делах не надо слушать? Еще распинался тут насчет женской глупости, а сам-то… Пора, наверное, вспомнить о глупости мужской! Ведь всем давно известно, что некоторые глупые девушки, как дети, всегда говорят «нет». А некоторые глупые мужчины, как дети, воспринимают это всерьез:)

ТАК КТО ЖЕ ИЗ НАС ДУРАК???

Девушка, которая перехитрила сама себя? Или парень, который попался на ее притворства?

Нет, все-таки женскую логику мужские мозги уразуметь не в состоянии, это факт! Нечего и пытаться…

И мне отчего-то сейчас и смешно, и грустно одновременно.

P.S. С тех пор я сделал для себя вывод — никогда не стоит останавливаться на полпути. Возможно, что-то пойдет не так, возможно, что-то вызовет сожаление и досаду потом. Но если уж тебе суждено пожалеть о чем-то, то пусть это будут поступки, а не бездействие. Лучше делать и каяться, чем не делать и каяться.

Вот так-то!

— Вот так вот, — зачем-то повторила я эту дурацкую фразу, поймав себя на том, что все еще до боли сжимаю в руке телефон с пришедшей от Лёли смс-кой: «Насть, я все-таки решила поехать к Художнику. Если уж жалеть о чем-то, то предпочитаю жалеть о действиях, чем о бездействии. Не ругай меня. Приеду — все расскажу!»

Потом мне оставалось только удивляться — как тонкий пластик телефонного корпуса не треснул у меня в руке в тот момент?

* * *

Помню, когда я еще была пузатой мелочью, то пылала неугасимой любовью к маминым журналам мод. И среди прочих там был один, в котором (кстати, я обычно забывала, в каком же именно, и переворачивала и раскидывала все заботливо уложенные мамой стопки тогдашнего глянца) были фото очень нестандартной модели, обладавшей завидным орлиным носом и весьма злым выражением лица. На всех фотографиях на ней было что-то темное, кажется из бархата или плюша, но то ли качество фотографий было неудачным, или так было задумано изначально, только и без того мрачный фон обязательно дополнялся изумрудно-зелеными тенями. Они расползались по углам снимка, залегали на благородных бархатно-плюшевых вещах и самым ненатуральным способом «озеленяли» саму модель. Очень любила я в детстве эту «зеленую тетку», что, наверное, весьма сказалось на моих нынешних вкусах. Потому что тетки давно уже нет (думается мне, что она погибла, словно Жанна Д’Арк, в топке дачной печки), а я по-прежнему впадаю в тихое умиление при виде зеленых вещей всевозможных оттенков от ядовито-салатовых до совсем уж кикиморно-болотных.

О чем еще может грезить женщина во сне, забывшись незаметно подкравшейся дремотой, чтобы дать наконец отдых своему измученному мозгу? Я грезила о туфлях. Тем вечером, поняв все безысходность ситуации и обреченность моих попыток что-то изменить, я просто лежала на диване, мучая глаза наблюдением за игрой солнечных зайчиков и теней от занавесок на потолке. Был ветер, тени качались, на небо часто наползали тучи, а мне почему-то безумно хотелось лета. И я собирала мысленно эти пока еще редкие капли солнца и тепла себе в душу, пока не уснула.

И снились мне зеленые туфли. Уж не знаю — почему. Снилось, что я была в магазине и увидела там неземное творение салатового оттенка на невысоком деревянном каблуке. И я, конечно же, немедленно бросилась их мерить, но на пути к моей мечте непреодолимым препятствием встала единственная проблема — моя мега-большая лапа 40-го размера.

Да-да, надо признаться, что по какой-то совсем не смешной шутке природы я вдобавок к немаленькому росту обладаю еще и совсем не золушкиным размером ноги. Из-за чего найти подходящую обувь для меня — целая проблема. И не раз вечерами, приковыляв домой на скрюченных ногах, я проклинаю все на свете, начиная от своей злосчастной судьбы, до продавцов обувных магазинов, которым мысленно мечтаю засунуть то, что они мне продают, в то место, которое в приличном обществе называть не принято. Понятно, конечно, что приличным барышням с тонко организованной душевной субстанцией негоже иметь лапу 40-го размера, но что ж теперь барышням с этаким лаптем пальцы себе обрубить???

Но в моем сне вдруг все неожиданно случилось хорошо (как ни странно), и я уже видела себя в тех самых туфлях и очаровательном костюме, дополненном скромно шляпкой. И представляла себе, что вот так я поеду отдыхать летом на море, а потом эту фотку, солнечную и яркую, тропически вкусную и свежую, я положу в фотоальбом, чтобы мои правнуки смотрели на свою бабушку, как я когда-то на ту модель, и улыбались. И это будет самый замечательный конец истории про зеленых туфли. Однако, их надо будет еще купить. Собственного как и прочую кучу разнокалиберного шмотья, которое с наступлением весеннего всеобщего сумасшествия представляется обязательно нужным женской половине человечества (т. е., выражаясь простым девичьим языком — «мне ж это аж жутко необходимо!»)

Те, кто читают сейчас эти строки, наверное, посмеются надо мной или презрительно фыркнут, сочтя все поползновения в эту сторону обычной данью вещизму и барахолке. На что я, вздохнув, скажу честно — таки да!

«Ведь в конце концом многомиллионная армия моды на что направлена? На красоту души». (с)

И, по моему скромному разумению, ничто так не облегчает душу, как новые туфли или вот те самые брючки, в которых и попа меньше, и ноги длиннее — и вообще это моя новая оболочка! Несмотря на мою же крайнюю нелюбовь к тем людям, которые придают слишком много значения вещизму и пытаются слепо следовать велениям моды, считая это самым важным занятием в жизни.

Вот такие сумасбродно-разбродные мысли пребывали в моей уставшей голове, когда меня разбудил звонок пришедшей Лёльки.

* * *

Ей даже не потребовалось мне что-либо объяснять. Я все поняла сама.

Достаточно было посмотреть в ее глаза. Достаточно было увидеть эту смущенную улыбку с оттенком легкой грусти и некой… лиричности, что ли. Достаточно было посмотреть — ЧТО она принесла мне показать…

В ее руках был портрет. Настоящий, написанный красками на какой-то особой бумаге. С портрета на меня смотрела Лёлька, одетая в старинное платье времен средневековья. Наверное, так одевались благородные дамы при дворе английского короля в эпоху рыцарства. Она шла по морскому берегу, за спиной ее были волны, и ветер трепал ее волосы. А позади нее, где-то вдалеке виднелась темная фигура на белом коне. И этого всадника я тоже узнала сразу же. Хотя и видела его всего лишь несколько раз в жизни.

Да и вообще весь портрет, весь стиль рисования, всё то неповторимое обаяние чуть намеченных и, казалось бы, незаконченных линий, я узнала моментально. Именно так выглядели рисунки в его комнате — словно поддернутые легкой дымкой, словно замершие на полувздохе, готовые в любой момент «оттаять» и продолжить незаконченное движение, сойти с листа бумаги и жить своей жизнью дальше…

Да, в принципе, не нужно было бы и вообще никуда смотреть. Хватило бы и простого трезвого расчета. Если все обдумать, взвесить и прикинуть — ответ вырисовался сам собой. Достаточно предсказуемый и однозначный. И не надо было даже гадать — что означает этот странный блеск в ее глазах, почему они лучатся каким-то мягким теплым светом, и почему сама Лёлька выглядит так, словно хранит в душе какой-то ей одной известный секрет.

И, пожалуй, уже не имел никакого смысла горький вопрос, сорвавшийся с моих губ: «Он все-таки тебя соблазнил?» На который Лёлька лишь как-то странно и немного отрешенно пожала плечами. Казалось, в тот момент ей было все равно. И она не слушала меня. Она была не здесь, а где-то далеко — там, на этом портрете, одетая в старинное платье. И за спиной её были волны, и ветер трепал её волосы…

— Эх, Лёлька, Лёлька… — сочувственно вздохнула я, но мой вздох словно бы ушел в пустоту, а сочувствие казалось никому не нужным. Я ничего не понимала. Подруга совсем не выглядела расстроенной. Точнее, на её лице была написана грусть, но эта была та грусть, которую порой хочется испытать.

Я ничего не понимала.

— Лёль, что с тобой?

Она в ответ лишь пожала плечами.

— Ты что — не осознаешь, что случилось? Никак не отойдешь? Не понимаешь, что завтра на форуме или где-нибудь еще, в каком-нибудь его дневнике появится история о том, как он соблазнил очередную наивную и доверчивую девочку?

Лелька снова лишь пожала плечами в ответ. Улыбнулась этой своей странной мягкой улыбкой с оттенком легкой грусти. Тихонько вздохнула, словно говоря «Да, пожалуй…. Ну и что?» Я по-прежнему ничего не понимала. Кажется, меня понесло. Я что-то говорила ей, что-то втолковывала, пыталась объяснить, по-моему, даже кричала на нее, пока не поняла, что сама ничего не понимаю, а она меня просто не слушает.

— Знаешь, Насть… — вдруг вздохнула она с явным намерением сказать мне что-то важное. Но не успела, потому что ее прервал звук пришедшей смс-ки. К своему телефону она кинулась с такой поспешностью, что я даже испугалась в первый момент. А прочитав входящее сообщение, она вдруг накинулась на меня с просьбой дать ей войти в интернет с моего компьютера.

— Насть, ну пожалуйста, ну хоть на минуточку, ну я только посмотрю и… Ну, На-а-асть!

— Да смотри ты, ради бога…Я что, запрещаю, что ли?

— Спасибочки огромное! Ты чудо, Насть!

Она стремительным вихрем унеслась в комнату включать компьютер. Я проводила ее оторопелым взглядом, все еще не в силах уразуметь что-либо из происходящего. Блин, неладное что-то творится в датском королевстве…

— Знаешь, Насть, — голос Лёльки, прервавший мои сумбурные размышления, был радостным и весёлым. А сама она, появившаяся из соседней комнаты, просто-таки светилась от счастья. — Знаешь, Насть… Пожалуй, ему не придется писать на форуме отчет о моем соблазнении. Я сама его напишу!

И скрылась за дверью.

Я спохватилась лишь через несколько минут, поймав себя на том, что все еще сижу с открытым ртом, оторопело глядя ей вслед…

Лёлин «отчет о соблазнении».

…А судьба меня балует… Ой, как балует!

…Мы так давно переписываемся, что я даже не помню, когда началась эта игра… Да, именно игра. И больше всего мне нравится то, что я в этой игре играю одну из главных ролей. А еще то, что вторую главную роль играет мой нежный мальчик… Тот самый, который так любит подразнить маленькую девочку, которая младше его на 8 лет. Тот самый, который до сих пор так и не назвал мне своего настоящего имени. Тот самый, которого я так боялась и одновременно так интересовалась им. Тот самый, который заставлял меня смеяться и расплываться в улыбке, самой нежной улыбке для самого нежного мальчика. Тот самый, который занимал мои мысли целиком и полностью и с потрясающим упорством не хотел из них выходить, хоть я и пыталась отодвинуть его на задний план. Но задние планы не для него. Эта жизнь казалась ему неправильно подобранным сценарием, написанным для кого-то другого. Но ведь он тогда еще не знал, что судьба приготовила ему такой милый сюрприз…

Я долгое время считала его каким-то закрыто-расчетливым. Ты удивлен, милый? Да вряд ли. Ты же наверняка понимал меня. И тебе ведь нравилось со мной играть, правда? А потом я прочитала одну его историю-отчет. Про девочку, вызывающую взрывы петард счастья в сознании. Это была первая дверка, открыв которую, я поняла, что на самом-то деле внутри мальчика живет ранимое существо… Что просто когда-то кто-то хорошенько потоптался в его солнечном внутреннем мире, и теперь ключик от этого мира хранится где-то глубоко-глубоко, спрятанный надолго от посторонних глаз, а так же рук, душ и вообще всего, что может на этот мир покуситься.

После этой истории я много думала о нем. Но так и не пришла к определенному выводу. Разве что в очередной раз поняла, как же интересно мне было с ним общаться, несмотря на то, что наши переписки в основном состояли из легкого подшучивания друг над другом…

…Прошел достаточно большой срок. Мы изредка переписывались, я в очередной раз получала порцию позитива — и снова улетала в реальную жизнь, пытаясь забыть о нем. До следующего раза. Так продолжалось до тех пор, пока я не прочитала еще одну историю…

Она была настолько проникновенно-трогательной, столько в ней было горечи и нежности, что я не могла не написать ему. Я написала маленький отзыв — крик души. И отправила ему. Тогда я поняла, насколько ранимы мужчины. Тогда я вообще стала по-другому к ним относиться. Поняла, сколько нерастраченной нежности храниться в его душе. И тогда впервые назвала его мысленно так, как называю теперь постоянно — нежным мальчиком. А потом вдруг захотелось сделать что-то хорошее для этого человека. Поделиться теплом. Поддержать. Помочь. Просто побыть рядом. Послушать. Отвлечь от тяжелых мыслей. Тогда я еще не знала, что в будущем у меня это отчасти получится.

Последняя история имела продолжение. Тяжелое продолжение. Прочитав его, я тупо смотрела в экран и чувствовала, как горячие слезы капают на ладони… Мне так хотелось отдать всю свою нерастраченную нежность ему… Так хотелось помочь…поддержать… хотелось быть рядом с ним, черт возьми!

Да, быть с ним. Неважно как. Неважно кем. Быть рядом. Смотреть в глаза. Чувствовать его тепло. Тогда я подумала, что быть любимой им — счастье, которое выпадает одной из миллиона. Потом я ругала себя. Прогоняла прочь мысли. Взывала к своей совести. Пыталась уговорить себя наконец-то повзрослеть, открыть глаза и спуститься на землю. Надо же такое придумать…

А в один из вечеров он вдруг позвонил мне. Я была уверена, что он не знает моего номера. Глупенькая! Он ведь уже тогда, наверное, много знал обо мне. И позвонил…

Когда я впервые услышала его голос, я на несколько секунд сошла с ума. Ну, так вот просто — взяла и сошла, с кем не бывает? Это ведь вполне нормально, когда от звука голоса по спине пробегают табунами мурашки… Это нормально, да? Ну, скажите мне, что это нормально!

Он сыграл мне песенку на гитаре… это так здорово! правда… Эту песенку я напевала весь следующий день, несмотря на то, что содержание у нее слегка депрессивное, но у меня она вызывала исключительно положительные эмоции…

Потом мы стали созваниваться. Мне просто до безумия нравилось то, как менялся его голос во время разговора со мной. С грустного и уставшего до теплого и веселого. Для меня поднимать ему настроение было таким маленьким личным счастьем. В одну ночь мы проговорили часа четыре. Я лежала на диванчике, закутанная в одеяло. В комнате было холодно, но я не могла замерзнуть. Такое нежное тепло растекалось по всему телу…

А когда мне самой однажды стало грустно, то он сказал, что знает хорошего доктора, который может меня вылечить от этого. Этот доктор выписал несколько необычный, но очень действенный рецепт — «столовая ложка нежности на ночь и засыпать в объятиях любимого». Я не могла не признать, что ТАКОЕ лекарство наверняка поможет!

…Мне про него постоянно рассказывали всякие гадости и один раз как-то я сама сболтнула некую резкую глупость, чем задела его. Он не отвечал мне два дня. А я ходила как на иголках. Злилась на себя. Старалась не думать о нем. Но не получалось.

А потом позвонила посреди ночи одному нашему общему знакомому. И он начал донимать меня вопросами: «Ты к нему что-то чувствуешь?», «Что у тебя с ним?». Я отвечала, что не могу ничего чувствовать к человеку, с которым общаюсь только по интернету и даже не знаю его имени, но зато знаю, что он — пикапер, и что вообще у нас с ним не может быть ничего общего, что я просто беспокоюсь и очень не люблю, когда на меня кто-то обижается ни за что…

Я действительно убеждала себя в этом. Говорила самой себе, что он не для меня, что ничего серьезного связывать нас не может категорически, а мимолетного приключения мне не хочется… Нет, хотелось на самом деле. Еще как хотелось! Но я боялась. Жутко боялась. Боялась быть игрушкой. Боялась разочароваться сама и разочаровать его. Боялась влюбиться в него…

Потом я как-то перечитала нашу с ним начальную переписку. Посмеялась. А потом открыла его последнее письмо. В нем он просил НИКОГДА и НИ ПРИ КАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ в него не влюбляться. А я уже успела забыть эти слова, и когда освежила их в памяти, на глазах блеснули слезы. Ну конечно… Что я опять себе напридумывала? Вот дурочка…

Но тот самый общий знакомый вроде бы как случайно обмолвился о том, что он сам боится. Боится обидеть меня. Боится причинить мне боль. Беспокоится за меня. Эти слова меня как-то странно успокоили…

…Приближался его день рождения. У меня были каникулы, а у него — депрессия. Но у обоих было желание наконец-то увидеться. Тем более, что он обещал нарисовать мой портрет.

Все друзья, которым я говорила о нем, призывали меня быть осторожной. Просили не верить ему. Убеждали, что он со мной лишь играет. А мне было наплевать на их предупреждения. С высокой колокольни. И когда моя самая близкая подруга предприняла очередную попытку прочистить мне мозги, я резко ее оборвала и сказала: «Давай поговорим в пятницу, когда я приеду от него, ладно? Тогда и посмотрим, кто из нас был прав».

…Я придумала историю для родителей, отпросилась в другой город на ночь. Стыд мучает до сих пор, ненавижу врать. Не умею и не люблю, да и совесть потом жить не дает. Но ради него я готова. Тем более, что он обещал, что меня ждет какая-то загадочная и таинственная сказка — прогулка по ночному городу, старый дом со скрипучей дверью, темная комнатка, необычная обстановка, свечи в старинных канделябрах, чучело птицы над горящим камином…

Мдя…ужас…То есть, ужасно интересно!

Но он ведь ни за что не расскажет подробнее, ему просто нравится заинтересовать меня, раздразнить мое любопытство, а потом отмалчиваться!

…А еще я ломала голову над тем, что ему подарить. Это должно быть что-то такое… оригинальное… необычное… трогательное… но что? Я избродила все магазины, достала всех знакомых, в том числе и в интернете, пока не зашла в тупик окончательно и бесповоротно. И в этом самом тупике мне пришла в голову идея… ведь лучший подарок — это я! А для большей наглядности мы с подругой сняли ролик, в котором я честно поведала о своих поисках. Ролик был записан на диск и вручен моему нежному мальчику после легкого издевательства (ну надо же мне хоть чуточку отомстить за все его недоговорки!).

Но об этом позже…

…В ночь перед отъездом я не могла уснуть… Не верилось, что уже завтра меня ждет то, чего я так долго ждала, что вот-вот, совсем скоро, я наконец-то увижу его, посмотрю в глаза, почувствую его рядом…

Я проснулась рано. Вскочила, как ужаленная. А до вечера было еще долго, ехать я обещала на электричке во второй половине дня. До этого ведь еще целых 6 часов! Я отчаянно пыталась себя чем-то занять, но все валилось из рук. И тогда я плюнула на дела, налила себе большую кружку чая с малиной, навалила в корзинку свежего овсяного печенья и пошла смотреть фильмы с Одри Хепберн. Потрясающий антистресс!

…Так постепенно наступило время выходить. Я долетела до вокзала, встретилась там с подругой, которая передала мне диск, купила билет… Подруга отдала мне книжку — почитать в дороге. Чтобы отвлечься от одолевающих мыслей, я с ушами залезла в книгу…

Изначально мы договаривались, что он встретит меня на вокзале. Но родители попросили меня зайти к бабушке, поэтому мы решили созвониться, когда я освобожусь и уйду от нее. Как только электричка тронулась, у меня зазвонил сотовый. Он спросил, в чем я одета, в каком вагоне еду, потом мы еще раз уточнили место встречи. Я положила телефон обратно. Электричка как будто нарочно издевалась надо мной! Ползла меееедленно… Но я упорно заставляла себя не думать, а вновь и вновь утыкаться в книжку … Скоро выходить… Книжку — в сумку… Вокзал… Как давно я здесь не была! Я ведь родилась когда-то в этом городе. Но потом уехала. И если приезжала, то на машине…

…Я спускаюсь, поворачиваю в сторону бабушки… И тут мне закрывают глаза ладошками. Сильными такими ладошками! И знакомый голос, который до этого я так часто слышала по телефону, настойчиво пытается вытянуть из меня ответ на вопрос «Угадай, кто это?». Забавно! Я бы, может, и угадала, если б знала хотя бы, как тебя зовут…

Я очень, ну ОЧЕНЬ хочу, чтобы эта шутка закончилась, чтобы он, наконец, сдался и убрал ладошки. Я вцепляюсь в них, лепечу что-то, прошу отпустить… А он вдруг резко убрал руки, сказал, что мы увидимся после бабушки и нырнул в дверь вокзала. Я успела увидеть только спину…

…Пару секунд я отходила от легкого шока, а потом улыбнулась, подумав: «Что ж, сегодня твой день рождения. И мы играем по твоим правилам!». Я знала, что дальше будет еще интереснее…

Очередной сюрприз ожидал меня, когда он позвонил и поделился секретом, что ехал со мной в одном вагоне и всю дорогу наблюдал за тем, как я внимательно читаю книжку. Не хотел подходить, чтобы не отвлекать меня. Вот вредина!

Мы встретились примерно через полчаса в заснеженном скверике возле вокзала. Я пришла немного раньше, поэтому успела побродить вокруг, посмотреть на звезды и даже облюбовала себе местечко на лавочке. Скоро и он подошел. Я предложила ему сесть рядом. В тысячный раз спросила, как его зовут. Он так и не ответил. Улыбнулся…

Милый, если ты всегда будешь так улыбаться, то я готова утихомиривать свое любопытство хоть вечно!

Почему-то он казался мне давно знакомым. Ему хотелось рассказать обо всем на свете. Хотелось постоянно видеть улыбку на его лице. Поделиться какими-то воспоминаниями, мыслями, переживаниями…

Мы зашли во двор моего первого дома. Я ведь когда-то раньше жила здесь, в Дзержинске… Как же все меняется! От качелей, на которых я раньше обожала качаться, почти ничего не осталось… Лишь одна изрядно проржавевшая железная конструкция, слегка скривившись, все же висела на старом месте. И я, конечно же, не могла отказать себе в удовольствии покататься. Тем более в его компании. Ну, хоть немножечко!

Потом были какие-то шутки, истории из детства, анекдоты, улыбки, легкие приобнимания… Мне не хотелось ни о чем думать, вспоминать о том, что он — пикапер, защищаться от него. С ним было просто легко и приятно, и очень хотелось ему верить.

…Мы дошли до его дома. Все как в той самой сказке, которую он придумал для меня… И дверь скрипучая, и темная комнатка, и даже чучело птицы есть… Мне даже стало как-то не по себе. Страшновато и любопытно одновременно… А потом я просто посмотрела на него — и забыла обо всем на свете!

…Он обещал меня нарисовать… Я ужасно смущаюсь… Пытаюсь хоть что-то вразумительно отвечать… По-моему, у меня не очень получается…

Он просит распустить волосы, усаживает меня на кровать… Объясняет что-то… Говорит, что мне надо принять самую соблазнительную и эротичную позу, в которой я хочу быть запечатленной для потомков… Садится напротив, берет в руки карандаш и начинает рисовать, периодически делая какие-то замечания. В комнате темно, только горит свечка. Играет красивая музыка. Я постепенно прихожу в себя, начиная приобретать присущее мне любопытство. Рассматриваю его. Высокий, темноволосый, руки с длинными тонкими пальцами. Наверное, играл на фортепиано… Надо будет спросить как-нибудь… А хотя наплевать, не важно… Глаза блестят… Улыбка… А все-таки как же с ним тепло и уютно, несмотря на всю мою стеснительность!

Он говорит, что может показать мне набросок через некоторое время. Я про себя бурно радуюсь, потому что рука к тому времени успела затечь, несмотря на то, что я пыталась занять максимально удобную позу. Он подсаживается ко мне. Сидит рядом так, что я чувствую исходящее от него тепло. Предупреждает, чтобы я не обижалась в случае чего — просто он так меня видит. Дескать, это не портрет-копия меня, а портрет-отражение внутреннего образа. Мое любопытство сейчас полезет из ушей, а он все сидит рядышком и хитро улыбается. Потом все-таки показывает мне результат…

А там… а там кругленький желтенький смайлик с улыбочкой и бантиком на голове!!!

Я, не в силах сдержаться, долго смеюсь, даже не пытаясь успокоиться. Вот бяка!!! Ну, надо же так издеваться надо мной!!! Я тут лежу, изо всех сил пытаясь не шевелиться, строю из себя натурщицу для художника, принимаю самую эротичную позу, в которой хочу быть запечатленной, а он!!!

Блин, а я-то еще опасалась чего-то, ждала, что сейчас меня будут уговаривать попозировать обнаженной, как-то соблазнять, приставать… А он издевается просто!

Когда я, наконец, перестала хихикать и стала просто тихо улыбаться, он достал настоящий портрет, нарисованный им заранее по моей фотографии. Я никогда не видела себя запечатленной красками на бумаге. Тем более в платье с кружевами, когда на заднем фоне принц на коне — скачет по волнам вдоль берега моря… Как же здорово! Не могу оторваться, а он все заглядывает в глаза с вопросом — тебе понравилось? Я просто не знаю, как выразить словами то, насколько мне понравилось, молчу, а он все переспрашивает…

…А потом мы играли в забавную игру, вроде детского «съедобное-несъедобное»… Мне завязали глаза шарфиком и кормили маленькими кусочками фруктов, а я должна была угадать, что это за фрукт… Вроде бы ничего особенного нет в этой игре… Но когда очередной сладкий кусочек приближался к моим губам, он сначала скользил по ним — по верхней, по нижней, по подбородку, снова по верхней… а я пыталась поймать его, прикасаясь губами к его пальцам… и что-то непонятное творилось с сознанием… оно куда-то улетало… в нем взрывались оранжевые всплески чего-то безумно-радостного и приятного…

И в какой-то момент вместо апельсинки я почувствовала мягкие губы, которые нежно-нежно прикоснулись к моим… сладкие, в капельках сока… не распробовала…попросила повторить… снова этот вкус… сладкий, мягкий, нежный… мммммм…. как же здорово! …как же я хочу сейчас быть с тобой…. только с тобой… чтобы ты утонул в моей нежности… чтобы это никогда не закончилось!!!

…нежные прикосновения… одежда спадает, а его губы касаются каждого открывающегося сантиметра моего тела… боже, как приятно! …я уже не способна думать ни о чем другом… есть только мы и ласковая темнота вокруг… нежные поцелуи… его руки… его ласки, только для меня… слааадко!

…меня так ласково направляют, и я падаю куда-то, растворяюсь в темноте, плаваю в блаженстве… дразню его… слегка касаюсь губ, обжигаю дыханием, а потом отстраняюсь и прячусь… что, вздумала дразниться? Сейчас мы посмотрим, кто кого передразнит! И снова эти руки… губы… он так близко, со мной, мой ласковый, мой хороший, мой нежный мальчик… Я впиваюсь пальцами в его спину, как будто со стороны слышу свой громкий стон… Боже, мне хочется кричать от счастья!!!!!!

… я лежу у него на плече… прижалась всем телом… ноги как-то замысловато переплетены, но такое ощущение, что я была создана для того, чтобы вот так лежать… как же хорошо…

…и вдруг — как удар по голове: «Мне надо идти домой…» Как? Почему? Зачем он так сказал? А как же… как же мое лекарство, которым ты обещал излечить меня от грусти? Помнишь — «ложка нежности на ночь и просыпаться в объятиях любимого»??? Что происходит? Это неправильно, так не должно быть! Меня как будто ущипнули, и я проснулась от красивого сна.

Ну конечно… Сегодня же его праздник… а я — просто его подарок… Ладно, не стоит грустить…

…Он уходит в другую комнату. Я одеваюсь. Точнее, пытаюсь одеться. Он возвращается. Обнимает меня сзади… И снова эти руки… поцелуй в шею… мурашки по коже и сладкая истома по всему телу… так хорошо… он снимает только что надетое… На мне — только трусики… А он одет… В комнате немного прохладно, и я прижимаюсь к нему… Он гладит меня по спине, по плечам, по волосам… несет на руках на диван… объятия… шепот мне на ушко… нежности, ласки, какие-то слова… я сворачиваюсь клубочком у него на груди… чувствую себя маленькой и беззащитной… в глазах — слезы, но я пытаюсь сдержаться… только не уходи… только побудь со мной… пусть это мгновение длится вечно…

… я ночевала у бабушки… всю ночь звонила ему, но на его телефоне села батарейка, а мне в голову лезли разные дурацкие мысли, и только он мог меня успокоить…

Утро. Я пытаюсь вытолкнуть всякие мрачные думы. Пытаюсь сделать вид, что у меня все хорошо. Не могу сидеть на месте. Мечусь из угла в угол. Наконец-то пора уезжать. Быстро собираюсь, целую бабушек и сестренку, бегу на вокзал… Мысли одна хуже другой… Чувствую себя какой-то опустошенной. Ну, позвони мне… скажи хоть слово… успокой меня… скажи, что все хорошо… но нет — «абонент не отвечает или временно недоступен». Телефон я уже ненавижу!

Я вернулась домой вся на нервах. Жуткий психоз. Он не отвечает. Пошла к подруге, потому что уже не могла находиться в доме одна. Стараюсь выглядеть нормально, не показать своих переживаний. Но подруга только сгустила краски. «Он тебя просто трахнул и бросил!» Нет, так не может быть… Ну, позвони же мне!

И вдруг!!! смс!!! «Лёлик, зайди в почту». Я бросаюсь к компьютеру, захожу, открываю… читаю его письмо мне… Сбивчивое, после праздника, путанное…и нежное! И снова внутри разливается такое сказочно приятное тепло! …и снова все хорошо… и снова я плаваю в облаке блаженства…

Скажи, ведь это была не последняя наша встреча, мой нежный мальчик…правда?

ГЛАВА 7

Скажите, вы любите сюрпризы?

Какие? А почему вы переспрашиваете? И вообще — что за дурацкое уточнение? Ну хорошо, скажу — неожиданные. Вот какие!

В конце концов, сюрпризы всегда должны быть непредсказуемыми, неожидаемыми, а иначе — что же это за сюрпризы? Если вы заранее знаете — какой сюрприз вас ждет, и готовитесь к нему, то — разве это сюрприз?

Впрочем, наша жизнь настолько полна неожиданностей, что порой даже то, чего мы давно и напряженно ждем, случается неожиданно и застает нас врасплох. Жизнь вообще любит преподносить сюрпризы. Большие и маленькие, приятные порой, а порой — не очень, имеющие далеко идущее значение или просто так, для смеха — сюрпризы подстерегают нас всегда.

Кто-то любит их, и готов радоваться, как в детстве, всему новому и необычному. Кто-то относится настороженно — ведь никогда не знаешь, что принесет тебе новая шутка природы. А для таких людей куда важнее заранее просчитанные обстоятельства, которые можно предсказать и использовать.

Но разве можно предсказать все в этой жизни?

А кто-то любит сюрпризы устраивать. Кому-то нравится видеть изумленный блеск в глазах других, читать ошарашенное восхищение на их лицах и самому скромненько улыбаться — ну, дескать, так получилось, маленький сюрприз, чего уж там…

Я сама в детстве была такой. Обожала сюрпризы. Обожала получать их и устраивать сама для других. А потом…

А потом то ли в моей жизни что-то изменилось, то ли я сама изменилась. И все это стало казаться детской забавой. Глупой и никому не нужной. И стало уже как-то не до сюрпризов.

И вспомнила я об этом лишь теперь. Да, бывают и такие сюрпризы — когда все, казалось бы, уже давно тебе понятно и известно, вещи сто лет знакомые и привычные, но вдруг оказывается, что ты до сих пор до конца их не знала, не понимала или просто не старалась постичь, а они вдруг выкидывают неожиданные коленца и начинают жить своей, непредсказуемой для тебя жизнью… А ты лишь смотришь оторопелыми глазами, ничего не понимая, но еще не желая признаваться себе в этом… и где-то в глубине тебя зреет мысль: «Чёрт, где же я была раньше???»

Что-то подобное происходило со мной, когда вокруг вдруг завертелся водоворот событий, которых я никак не ожидала раньше.

Письмо Художника Лёле.

From: Художник

To: Лёля

Subject: что-то хотел сказать…

– Доброе утро! …или день…уже…или вечер…не знаю…доброго времени суток, в общем…

…короче…

Милая Лёля!

Проснувшись сегодня утром…или днем…или вечером…кажется, я этим вопросом уже задавался? Ну не важно… проснувшись сегодня… после вчерашнего бурного празднования какого-то праздника… (ты не помнишь — что за день-то был? Ну, не важно!), распинывая чьи-то дела по дороге… я все-таки добрался до компьютера… вылез в интернет… чтобы написать тебе это письмо…

И вот пишу. Правда пишу, с трудом соображая, и вообще с другого почтового ящика, потому что на своем не могу вспомнить пароль… отчего-то… кажется, я его вчера поменял…или нет? …короче, не важно… не в этом суть…

А в чем, собссно, суть? А ссуть, собссно, в подъезде, хады!

Ой, чего-то я не о том. Пардон…

А о чем это я?

Ах да… Помню, что вчера ты что-то хотела мне сказать…пыталась дозвониться… а у меня постоянно выключался телефон из-за севшего аккумулятора. Я пытался найти зарядник, но среди этого праздничного бардака так и не смог. Сегодня утром нашел. Вот только теперь не могу вспомнить, где мой телефон…

Была у меня еще мысля — найти тебя сегодня утром, если ты еще здесь, сводить куда-нибудь или хотя бы просто проводить, посадить на электричку. Но в зеркале с утра такие ужасы показывали, что я передумал…да опять же — телефон неизвестно где… да и непонятно — то ли утро это, то ли день уже…пасмурно как-то…

В общем, не получилось…а жаль…и еще из-за вчерашнего как-то неловко…что не остался с тобой на всю ночь…поверь, мне тоже этого сильно хотелось! но…

Блин, что-то я не то все пишу. Ведь хотел сказать, совсем не это. Ведь о другом же я…

Так, начинаю заново…

Милая ЛЁЛЯ НЕЖНОСТЬ!

Хочу сказать тебе огромное-преогромное спасибо и благодарно чмокнуть в щечку за вчерашнее! Твой подарок был самым лучшим, самым приятным, самым замечательным!

Надеюсь только, что тебе было так же хорошо, как и мне… ДА?

Вообще, ты — чудо! 1000000000000 раз чмок тебя, милая моя малышка! Ты — прелесть!!!

Уф-ф! Ну наконец-то! Сказал, что хотел…

P.S. Все остальное скажу при встрече и, надеюсь в адекватном к тому времени состоянии.

Еще раз спасибо, милая…

— Это и было то самое письмо? Которое ты прочитала у меня, а прочитав — ринулась писать «отчет» в своем дневнике?

— Ага, — Лёлька пожала плечами и смущенно улыбнулась.

— Мда… А что там был за подарок, который ты упоминала в своем рассказе? Диск какой-то… И Художник тоже про него вспоминает…

— А-а-а…Ну, не все же ему устраивать для меня крышесносы, надо было и мне себя показать! С лучшей стороны! Вот я и оторвалась…в выходные. У него день рождения был в четверг, но праздновали-то в выходные, вот я и решила накануне праздника преподнести ему подарок. Юлька мне помогала (тебя просить о помощи я уж не решилась). Вот и…

— Так что подарила-то?

— Себя, конечно же. Ведь я — лучший подарок! — с гордостью заявила Лёлька, сверкая озорными глазёнками.

— Как это? — чуть ошарашено спросила я.

— Ну, представь — в выходные звонит Художнику одна милая девушка (то бишь я), говорит, что у нее есть для него подарок и приглашает зайти в гости. Срочно! Он приходит, дверь открывает ее подруга, самой девушки вроде как нет. Подруга вручает нашему имениннику красиво упакованный диск и поясняет, что это — подарок на день рождения от той самой девушки. На все вопросы-расспросы не отвечает. Говорит, что он сам все поймёт, когда посмотрит диск. После чего его провожают в комнату, усаживают за компьютер, вставляют диск и…На диске небольшой видео-ролик. Он начинает его смотреть, а подруга потихоньку выскальзывает из комнаты.

Ролик посвящен тому, как я выбирала ему подарок, мучалась вопросом — что же подарить? Идет веселая подборка кадров о том, как мучающаяся выбором девушка сидит все в раздумьях; потом переписывается с друзьями по аське, спрашивая их, что можно подарить парню на ДР; потом шляется по магазинам, заходит во всякие разделы, присматривает что-то; советуется с подругой, ломает голову и т. д. Кадры зажигательные, на фоне веселой музыки, в общем, смотрится классно!

Все это заканчивается сценкой, где главная героиня стоит перед зеркалом — прихорашивается. Губы красит, причесывается и т. д. Потом… — тут Лёлька смущенно отвела глаза, но под моим настойчивым взглядом продолжила. — Потом она повязывает себе на шею розовую ленточку с бантиком и говорит, что она так и не придумала, что подарить парню, а потому решила, что она сама — лучший подарок!

Последний кадр — как она прячется в укромное местечко в своей квартире (есть у меня дома нечто среднее между маленькой кладовкой и большим шкафом — ну, ты знаешь).

С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ!

Все, фильм закончен. Он, разумеется, идет открывать ту самую кладовку. А из нее… — Лелька опять смущенно улыбнулась. — А из нее выпрыгивает та самая девушка с тем самым розовым бантом и ленточкой, повисает у него на шее, затыкает рот поцелуем. Что было дальше — думаю, и так понятно…

— Ну ты даешь, подруга! Вот уж от тебя, скромной домашней девочки, я никак не ожидала такого!

— В тихом омуте… ты же знаешь, — как мне показалось, Лёлька покраснела.

— Ох, даже не знаю, что и сказать… Ну ты…

— Ну перестань уже меня смущать! Я и так себя жутко неловко чувствую!

— Да? А выглядишь ты жутко…жутко счастливой!

— Что — заметно, да? Мне уже сказали… А еще сказали, что «нежность» — мое второе имя. И что отныне меня так и будут называть!

— Это я тоже уже заметила. В письме. Кстати, а ты ему что-то ответила уже?

— Да, можешь почитать…

* * *

Приветик!

А письмо я тебе и правда напишу:)

Нужно же высказать тебе все!:)))

Приготовился выслушивать?

Хорошо приготовился?

Ну ладно-ладно, я ж не для того, чтоб поиздеваться, решила написать!

А хотя…

Ладно-ладно, не буду больше! Наверное…

В общем, что я хотела сказать?

Что убедилась в твоей вредности!:)

Ну сколько можно интриговать постоянно, а потом недоговаривать?:)

Видимо, тебе очень нравится испытывать мое терпение… То звонишь, собравшись что-то сказать, а потом переносишь это «что-то» на какой-то непонятный «следующий раз», который неизвестно когда наступит…

И даже не можешь сказать, как тебя зовут!!! Я такой дурочкой себя чувствую! Вот представляешь, сижу сегодня в универе, а девчонка знакомая (она из Дзержинска) увидела выпавший из моей сумки билет на электричку. Стала спрашивать, чего это я в Дзержинск ездила. Я объяснила, что ездила к молодому человеку на день рождения. Она так ехидно улыбнулась, сверкая глазками. Видимо, слишком голос меня подводит при воспоминаниях о твоем дне рождения… Ну так вот, начала она меня расспрашивать — кто такой, как зовут. А я ей даже ответить не могу, как тебя зовут! А тебе вот даже не стыдно… ☺

Нет, на самом деле, ты просто чудо! Сижу и раз пятый перечитываю нашу историю у тебя в дневнике… Красиво получилось. Только вот я уж больно открытый комментарий написала. Может, удалишь его? Я хотела отредактировать, но уже времени много прошло. А я тебе новый напишу:)

Я, наверное, забавно со стороны выглядела, когда ты в электричке за мной наблюдал? Да? А ты, кстати, где сидел?

А еще… Тони, смени оператора! Ну, почему, когда я тебе звоню, ты почти всегда недоступен? Сколько можно — отправляешь тебе смс, а они не доходят, даже обидно как-то…

И вообще, мне уже хочется тебя снова увидеть! Нужно что-то с этим делать… Поможешь?;)

Ладно, что-то у меня уже совсем какой-то бред пошел…

Все, я умолкаю.

Жду звонков, смс, писем, а особенно встречи;)

Целую!

— Погоди, он так и не отвечает тебе с тех пор?

— Ну, у него телефон частенько отключен, когда я ему звоню. Но это, наверное, просто…

Вот тут (уже не в первый раз) у меня в мозгу тренькнул тревожный звоночек. И я не могла сдержаться:

— Просто, говоришь? Ага…просто… просто такой пикаперский прием. Чего же сложного-то? У них всегда так.

Лелька посмотрела на меня как-то странно, но смолчала. Тогда я продолжила:

— А еще — заинтересовать, а потом слинять — из той же серии. И когда он то ссорится с тобой, то не разговаривает два дня, то снова… словно то приближает, то отдаляет тебя — это тактика «ближе-дальше». Помнишь, на форуме их описана? Да и вообще все так классически…как со всеми…

— Насть, ну зачем ты так? Я понимаю, что тебе обидно и больно, но…

— Но ты не понимаешь, что он тебе тоже врет. Хоть немного, но все же врет. Разве не замечаешь?

— Пусть…

— Что значит — пусть? Лёльк, ты для него — очередная игрушка. Только не видишь этого из-за своих розовых очков. А он опишет тебя на форуме, как очередной забавный случай соблазнения и пойдет дальше. Он же пикапер, Лёля! Он не меняется. Или ты веришь, что он способен влюбиться?

Лёля отвела глаза и промолчала.

— Ну что ты молчишь?

Она лишь пожала плечами. Я в ответ покачала головой и шумно вздохнула:

— Не понимаю я тебя, подруга. Совсем не понимаю. Потому что если задуматься…

— Наааасть…

— Что?

— Не задумывайся.

* * *

Скажи, зачем ты украл мой дождь?

Я так любила промокнуть в нем…

Ты, хоть немного, но всё же врёшь,

Сложив костер над вчерашним днём.

Скажи, зачем ты порвал мечту?

Признайся — там, в глубине души,

Ты веришь в счастье и красоту…

Останься, некуда нам спешить!

Скажи мне, как победить себя,

И как дорогу свою найти?

Но сотни глаз за тобой следят,

Ты скажешь: «Поздно. Пора идти»

Ты бросишь все и стремишься в путь,

А сердце просит: «Вернись домой!»

Но ты тревоги свои забудь -

Ты, хоть немного, но всё же мой.

Второй Лёлин «отчет о соблазнении».

После восьмого февраля (его дня рождения) прошла почти неделя. Мы не виделись, но каждый день при мысли о нем по спине пробегали мурашки, тело все еще помнило его ласки, одежда еще совсем чуть-чуть, почти неуловимо, но хранила его запах…

Я забрасывала его смс-ками, звонила, хотела увидеться… И наконец-то этот день пришел. К тому же оказался очень символичным — 14 февраля, День Всех Влюбленных. Никогда не любила этот праздник, какой-то дурацкий день, который обычно приносил мне одни разочарования. Но с моим нежным мальчиком ничего не может быть обычно или просто так!

Он ведь не мог не позвонить в этот день… Точно так же, как не мог не приехать…Сердце стучит…Неужели ожидание меня опять обманет? Неужели мы опять не встретимся?

Звонок! На экране телефона высвечивается его номер, и предвкушение какого-то сюрприза заставляет меня улыбнуться, хотя я еще даже не услышала его голоса.

А он так весело и с хитринкой заявляет:

— Привет! Ты уже проснулась?

— Привет. Да, проснулась.

— Молодец! Встала?

— Ага.

— Молодец! Позавтракала?

— Да…

— А вот это ты зря!!!!

— Почему???

— Ну, мне тебя жаль…Скоро узнаешь — почему. А пока скажи, у тебя дома есть большая ложка?

— Ну-у-у…есть, наверное… а зачем?

— Вот найди ее и перезвони мне. Я тебе скажу, что делать дальше.

Он вешает трубку. Я в легком замешательстве. Ну, ладно, будем играть по его правилам. Я открыла ящик. Тэк-с, ложка. Большая. Ну, есть у меня бооольшая ложка! Я на всякий случай взяла две — просто столовую и бо-о-ольшую! Кто ж знает, что этой ложкой надо будет делать…С ним всего можно ожидать…

Звоню:

— Я нашла ложку. Большую!

— Молодец! Слушай, а ты любишь сказки?

— Люблю! Особенно те, которые ты мне устраиваешь!

— Нет, а русские народные? Например, про смерть кащея, которая в игле, игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц — в шоке?

— Ну-у-у…слышала что-то подобное… (смеюсь).

— Вот сегодня в подобной сказке тебе предстоит поучаствовать!

— В роли кого???

— В роли того самого зайца, который в шоке. Но ты не пугайся…пока. У тебя будет еще на это время. Итак, слушай свою сказку: рядом с твоим домом есть церковь, рядом с церковью стоит человек, у человека в руках ведро, в ведре — сюрприз, этот сюрприз — и есть твой подарок к сегодняшнему празднику. Улавливаешь сюжет?

— Вроде бы…

— Вот и молодец. Что делать дальше — догадаешься?

— Ага! Уже собираюсь…

— Я тебя жду. Только ложку не забудь. БОЛЬШУЮ!

Я, конечно, удивилась, но это же сказка… Ну что, заяц, вперед?

…Я подошла к церкви и увидела его. Он стоял у заборчика и самодовольно улыбался. Да-да, самодовольно! Потому что предвкушал то, в каком шоке сейчас будет заяц! В руках у него действительно было ведро… наполненное мороженым! А к ведру прилагалась инструкция, в которой он излагал мое мнение о моей же фигуре (я как-то сказала, что не слежу за ней, потому что ее у меня просто нет) и мысль о том, что раз ее нельзя испортить по причине отсутствия, то мне ничего не стоит съесть то, чем заполнено это ведро и добраться до своего подарка, который находится на самом дне…

Итак, у меня были ложка, очень большая ложка, ведро мороженого и отличное настроение. Все это надо было срочно применять!

Мы пошли ко мне домой. По дороге я периодически то ли возмущалась, то ли пыталась выразить свое состояние словами: «Мамочки, целое ведро! Какой ужас!». А он только посмеивался…

Когда мы добрались до дома, моему мальчику была торжественно вручена бооольшая ложка (мне и с обычной ложкой в руках не по себе становилось рядом с этим ведром мороженого!), и мы принялись поедать содержимое ведра.

Очень скоро я сдалась, начала давить на жалость, капризничать и вообще всячески сопротивляться такому издевательству над моим желудком.

Совместными усилиями, даже при помощи моей собаки, мы одолели от силы треть ведра. Даже несмотря на умилительное кормление меня с ложечки, большее количество мой желудок уже отказывался принять. А мой нежный мальчик уверял меня, что если я не съем все, он увезет мой подарок обратно… Но через некоторое время ему все-таки стало меня жалко, и он разрешил мне достать то, что лежит на дне. А сам ушел в другую комнату зачем-то…

Я с огромным интересом достаю какую-то тоненькую штучку со дна ведерка, которая на проверку оказывается открыткой… а в открытке написано: «Упс, я кажется забыл положить сюда подарок! А на самом деле, он у меня в кармане»…

Эх, сколько всего я хотела высказать ему в этот момент!!!

Теперь я поняла причину его бегства в соседнюю комнату — он прятался от меня! Но я его настигла!!! Уххх… Что бы такое сделать с этим бякой и врединой???

Но бяка и вредина все предусмотрел, поэтому, чтобы избежать страшной кары, он вручил мне подарок … коробочку, а в ней такая красивая штучка…я отвлеклась на разглядывание, и решила, что все-таки не буду ничего страшного с ним делать… он же хороший…

А вот в коробочке с подарком лежала еще одна записочка. Дело в том, что мы редко видимся, а из-за проблем со связью периодически наши сообщения не доходят друг другу, и когда я пишу ему какую-нибудь приятность, а она приходит через два дня — становится даже как-то обидно… Поэтому как-то в разговоре он сказал, что заведет книгу учета недополученных поцелуйчиков и пропущенных нежностей. Я посмеялась немножко и забыла об этом обещании. Но он-то все помнит! Вот и на дне коробочки лежал «Журнал учета недополученных поцелуйчиков и пропущенных нежностей». В котором перечислялось все упущенное, а сбоку стояло место для галочки — «Отметка о погашении».

Что ж… Быть в долгу я не люблю! Тем более когда возвращение долгов представляет собой такое приятное времяпровождение. Один осторожный поцелуй, потом более уверенный, потом руки обвивают его шею — и…

…Я местами даже не помню, что было потом… Просто я куда-то улетела, и мне было так тепло и приятно… И он шептал мне: «Лёлька, как же мне хорошо с тобой…» Сколько у нас было времени? Два часа? Три? Я не помню, но они пролетели как один миг, хоть и очень нежный, сладкий и приятный миг…

…Помню, что раз пять мы повторял друг другу фразу: «Ну все, давай собираться!». Но почему-то фраза улетала куда-то в пустоту, а мы даже и не думали пошевелиться — так хорошо просто лежать в обнимку и ничего не говорить…слушать, как стучит его сердце… понимать, что твое стучит точно также… Ловить каждый миг перед расставанием, впитывать свои ощущения, чтобы потом долго вспоминать их…

P.S. Знаешь, милый, я вовсю пытаюсь сдержать свое обещание. Но у меня все больше и больше вопросов… И один из них — ты на самом деле хочешь, чтобы я его сдерживала? И делаешь все, чтобы мне было сдержать его все сложнее…

* * *

Мой мальчик, мой ласковый мальчик…

Я таю, в тебе растворяясь.

Мечтаю… А как же иначе?

По ветру слегка развеваюсь…

Оставь мне немножко печали

И сладкой, томительной боли.

Я плачу, тебе отвечая.

Минута — и я не позволю…

Зачем же, зачем эта радость

Сжимает тисками надежды?

Надежды немного осталось -

Ничто не бывает как прежде.

Пожалуй, нам стоит расстаться,

Не тешить себя этой ложью.

И малую толику счастья

Всего лишь на нолик помножить.

* * *

В Лёлькином телефоне он был записан как «Волшебник». Я уже не предпринимала каких-либо попыток образумить её, лишь иногда что-нибудь ворчала про себя, слушая её рассказы.

— Надо же, любитель романтики… умеет он все-таки очаровывать девушек… все эти его крышесносы… Только ведь все это не настоящее, Лёльк! Это просто такой способ произвести впечатление. И он знает об этом, и лишь потому…

— Насть, а мне кажется, что нарочно, «не по-настоящему» так не сделать. Ну просто не получится! Чтобы на самом деле все это придумать, приготовить, осуществить — нужно чтобы это шло изнутри, от сердца. Нужно прочувствовать, понять, прожить это… Нужно иметь душу, которая откликается на такие порывы, нужно уметь замечать красоту окружающего тебя мира, видеть нечто необыкновенное в самых будничных и повседневных вещах. Так вот, он — умеет. И какая разница, было ли это пикаперскими крышесносами или нет, он ведь это делал. Для меня!

Я поежилась, кутаясь в старую шерстяную кофту. Вообще-то было не так уж и холодно, зима прошла, морозы отступили, и вечер, который мы с Лёлей коротали на кухне за кружкой чая, был достаточно теплым. Но я почему-то продолжала укрывать плечи своей старой кофтой. И ворчать.

— По-моему, ты его неправильно воспринимаешь.

— А ты, по-моему, просто не знаешь — какой он.

— И какой же? Просвети!

— А ты вспомни, как ты описывала его комнату? Уже этого достаточно, чтобы понять… Он… он — волшебник из доброй, но грустной сказки. Он создает миры и тут же с легкостью забывает их на подоконнике, убежав шлепать босыми ногами по теплым лужам… Он постоянно живет в состоянии творческого экстаза, жизненной упоённости, безграничного безумства. Малые дозы жизни со скромными будничными историями, серыми полутонами и пыльной повседневностью его не трогают. Ему подавай чрезмерность, головокружение, страсть от которой взрываются термометры!

В его мире не живет скука. Ей просто нечего делать среди закатов и рассветов, оглушительных взрывов безумного праздника и завораживающей тишины летней ночи, теплоты в голосе, неподражаемой улыбки, нежно переплетенных пальцев, шепота на ушко, согревающих взглядов, пульсирующего биения сердец…

Все это окружает его в его собственной маленькой вселенной, далекой от мелочей. Вот только попасть туда может не каждый. Дверка в этот мир проходит через его сердце, а оно закрыто на ключ…

— Сказочница ты, Лелька! Тебе бы самой… — я хмыкнула и решила заварить себе еще чаю. — Хотя и правда — что-то в этом есть. Я даже наконец-то поняла, кого же он мне напоминает. Моего мальчика-романтика. Тот ведь тоже любил все необыкновенное, мог видеть удивительные вещи среди повседневности. Только, конечно, он был немного другой. Он не пытался свой романтизм как-то использовать. Это был настоящий…

— Насть… — Лёля вздохнула точно так же, как я когда-то. — Это был его младший брат.

* * *

Когда-то давно (а может теперь и недавно — кто его поймет, время как-то причудливо изменяется в последнее время) я, после очередной ссоры с Олегом (тем самым, который был мои первым мужчиной и который терпеть не мог розовые сопли, про которого я недавно рассказывала Лёле), стояла одна на платформе и плакала. Вообще, мы с ним часто ссорились, но эта ссора была особенно сильной, я в то время даже думала, что наши отношения на этом закончатся. И потому — стояла и ревела. Втихомолку, одна. Потому что ни за что не хотела бы показать своих слез ему или еще кому-то.

В это время у меня зазвонил мобильный. Олег.

— Привет. Это я, — раздался такой знакомый хрипловатый и чуть насмешливый голос в трубке.

— Знаю. У меня номер высветился, — ответила я, поспешив перейти на надменный и сухо-официальный тон, чтобы он ни о чем не догадался и не услышал слез в моем голосе.

— Уверен, что ты там сейчас изображаешь романтическую героиню, брошенную коварным возлюбленным. Небось собиралась уехать подальше отсюда, но не хватило решимости, и ты лишь разнюнилась, захлебываешься слезами и соплями… Уверен, что стоишь одна в конце платформы, как в кино, и оплакиваешь свою несчастную любовь…

Чёрт! Как он только угадал? Я невольно улыбнулась сквозь слезы.

— Вовсе… Вовсе нет, — наконец смогла выговорить. — С чего ты решил? У тебя слишком богатое воображение. Я гуляю по городу и улыбаюсь…

— Врушка, — произнес все тот же знакомый насмешливый голос, только теперь уже не в трубке, а у меня за спиной. — Какая же ты врушка!

Я обернулась, смутилась, увидев его, залилась краской, опустила глаза… И уже через секунду оказалась в его объятиях. Он сжал меня крепко-крепко, до хруста в костях.

— Почему ты все время врешь? — этот тихий с хрипотцой голос я теперь не забуду никогда.

— Потому что не хочу, чтобы кто-то знал, что мне больно…

С тех пор прошел уже ни один год…

Но я, наверное, так и не повзрослела.

* * *

В тишине полутемной квартиры наши голоса звучат как-то зловеще, гулким эхом отражаясь от стен и гуляя по комнате. Поневоле разговариваешь шепотом. Шум проезжих машин за окном и негромкие шаги случайных прохожих давно стихли. Все-таки второй час ночи.

У меня дежа вю. Смутное дурацкое ощущение, что все это когда-то уже было. Причем, вроде бы, не так давно.

— Когда ты узнала? — мои слова звучат как-то странно, словно я выталкиваю их из себя силой. Впрочем, пожалуй, так оно и есть.

— Во время последней встречи. Он…

— Он сам тебе рассказал?

— Да. Я даже не догадывалась ни о чем подобном.

Я мрачновато усмехаюсь. Сама ведь тоже ни о чем не догадывалась. Даже не думала в эту сторону. Хотя могла бы… Ведь с самого начала он казался мне смутно знакомым. С самого начала я не могла отделаться от ощущения, что кого-то он мне напоминает. И ломала себе голову — а мы не встречались раньше? Потом решила, что нет, я бы запомнила.

Да уж, таких не забывают…

А ты, младший его братишка, мой маленький инопланетянин… кудрявое брюнетистое существо с забавной улыбкой и широко распахнутыми навстречу солнцу ресницами. Вот, значит, каким ты, скорее всего, станешь после того, что я сделала с тобой!

Да, теперь я понимаю — кто такой этот Художник. Хорошо представляю себе его судьбу — от такого же наивного и мечтательного мальчика-романтика до циничного мерзавца, разбивателя женских сердец. Все понятно и предсказуемо. Даже, пожалуй, закономерно.

Но как же я сразу не догадалась? Ведь они очень похожи! Даже внешне… И оба умеют видеть в окружающем мире что-то такое, что ускользает от взгляда обычных людей. Оба способны удивлять и завораживать самыми, казалось бы, обычными и будничными вещами. Оба похожи на каких-то волшебников с необыкновенным и неповторимым восприятием мира.

Вот только один восхищался девушками и обожествлял их. А второй их использовал и бросал. Наверное, поэтому я так упорно не хотела замечать их общности.

А ведь если заметить, то все становится понятным. Все сразу встает на свои места. Вся история с самого начала…

— Так это была месть, Лёль?

Она пожимает плечами. Эхо моего голоса гуляет по комнате. Тихий усталый шепот в обстановке полутемной квартиры слышится почему-то как-то зловещее. Я смотрю в окно. Все вокруг кажется одновременно каким-то будничным, повседневно-знакомым и в то же время новым, нереальным, порой неуместным здесь, невесть откуда взявшимся. Хочется закрыть глаза и уткнуться лбом в стенку. И все забыть.

— Нет, не думаю.

Запоздалый ответ Лёли застает меня врасплох. Я уже и сама забыла, о чем спрашивала. Ей пришлось повторить.

— Нет, Насть, не думаю, что он хотел тебе за что-то отомстить. По-моему, все было совсем по-другому.

Я молчу. Лёлины суждения все чаще и чаще выбивают меня из колеи в последнее время, заставляют взглянуть как-то по-новому на происходящее. Я уже и не знаю — чего ждать от нее. Поэтому просто молчу, ожидая каких-то пояснений. Но она не спешит, мнется, видимо, ей почему-то сложно объяснить. Или не хочется говорить на эту тему.

— Помнишь, тогда после расставания ты очень хотела найти того парня? Зачем? Разве из мести?

— Нет, конечно. Просто хотела…ну, не знаю…еще раз увидеть, что ли. Просто посмотреть в глаза. И, может, прочесть там ответ на все те незаданные вопросы, которые мучили меня.

— Ну вот… Теперь ты понимаешь — зачем он хотел встретиться с тобой, когда узнал о твоей истории с его братом?

— Ну, Лёль…у тебя странные аналогии…

— И вовсе не было никакой мести в его намерениях. Не думаю, что он хотел причинить тебе боль. Скорее, хотел понять… Узнать — кто ты. И что же на самом деле произошло между вами.

— А потом, когда он меня бросил…

— Он не бросал тебя, Насть. Он, так же как и ты, в какой-то момент понял, что слишком заигрался. Что шутка затянулась и уже перестает быть шуткой. И что пора уйти, пока еще не стало слишком поздно. Потому что просыпающиеся в душе чувства слишком уж… Ты ведь так же поступила с его братом, верно? И по тем же самым причинам…

— Ну… пожалуй… Только я никогда не думала, что это ТАК больно! И обидно. Ощущаешь себя ненужной вещью, которую использовали и выкинули за ненадобностью.

— Насть, ты ведь сама говорила, что каждый из нас сам решает, как относиться к происходящему. Можно думать, что тебе плюнули в душу. А можно считать, что тебе подарили красивую сказку, которой многие девушки будут завидовать. Ведь в их жизни никогда не было ничего подобного. И быть благодарной.

— Ты предлагаешь воспринимать это как подарок? Все, случившиеся со мной? Как красивую сказку?

— Тебе решать.

В комнате темно. За окном — лишь тусклый блеск фонарей и отблески фар редких проезжающих машин. Все вокруг, еще недавно бывшее таким знакомым, теперь вдруг кажется каким-то чужим, нереальным и невесть откуда взявшимся здесь. Я с удивлением оглядываю обстановку своей квартиры, как будто вижу впервые все эти вещи, предметы… Блин, бывает же!

Хочется уткнуться лбом в стенку и закрыть глаза.

— Лёль, а ты сама? Как к этому относишься? И какие у тебя планы в отношении Художника?

Лёля пожимает плечами.

— Ну, не думаешь же ты на самом деле, что он вдруг влюбился? Что у вас все будет замечательно? Что вы будете жить вместе долго и счастливо, а потом…

— Насть, я не загадываю так далеко. Я просто хочу быть с ним, пока это возможно. Что будет дальше — не знаю. Но вряд ли я стану упрекать его в чем-то после нашего расставания. Скорее даже наоборот — буду ему благодарна.

— Ты сумасшедшая, Лёлька!

— Ага. Знаешь, Насть… Говорят, все счастливые люди были немного сумасшедшими. Сумасшедшими в глазах окружающих. Сумасшедшими в глазах тех, кто не мог их понять. Хотя все их безумие заключалось лишь в том, что они не были несчастными, не были обеспокоенными, не боялись смерти, не волновались о пустяках. Каждый момент жизни они проживали полно и воодушевленно, и благодаря этому их жизнь казалась прекрасным безумием, сборищем каких-то невообразимых идей, сказочных происшествий, сумасшедших поступков, радостных улыбок, восхищенных взглядов, счастливого смеха…

Наверное, в какой-то момент ты и правда сходишь с ума. Наверное, по-другому и нельзя. Пока ты нормален, тебе не стать счастливым. И потому приходится быть сумасшедшим.

Но это, конечно, задевает окружающих. Все тех «нормальных» людей, которые не в силах понять этого безумия. Они не могут смириться с тем, что вы достигли того, что упустили они…

И они обязательно попытаются всё исправить. Попытаются любым способом вернуть вас назад, в русло «нормальности». Проще говоря, снова сделать вас несчастными. Как раньше. Их осуждение — это попытка нарушить ваш танец, забрать вашу радость, прекратить вашу сказку. Для того, чтобы снова вернуть вас обратно в толпу.

Ты считаешь меня сумасшедшей? Что ж, ты права… В этом мире только сумасшедшие люди могут быть счастливыми и радостными. И я выбрала безумие вместе с радостью, с блаженством и с упоением, потому что не хочу жить однообразной и серой жизнью. Ты же выбираешь здравомыслие вместе с нормальностью, вместе с несчастьем и страданием — но это твой выбор.

Позволь мне быть другой, Насть. Будь нормальной и оставайся в своем мире. И оставь меня наедине с моим безумием. Не чувствуй себя обиженной… пожалуйста! …я же ведь не чувствую себя обиженной всеми вами — так много нормальных людей в этом мире, а я… я буду немножко сумасшедшей! Можно?

Я не нашлась, что ответить. Лишь уткнулась лбом в стенку и закрыла глаза.

Дневник Лели.

Третий «отчет о соблазнении»

Долгое ожидание усиливает желание… А если ожидание встречи длилось уже больше двух недель, усиленное невозможностью порой даже поговорить по телефону, то увидеть моего нежного мальчика мне хотелось уже просто до безумия. До крайности. До желания хоть пешком идти в другой город, но наконец-то встретиться с ним!

Каждый день я ждала, что вот сегодня-то точно, сегодня наверняка мы увидимся. Весь день я хваталась нервно за телефон, вздрагивала от звука пришедшего сообщения — ОН???? Нет, не он… И снова день впустую, снова всю ночь видеть сны с его участием, снова сходить с ума, снова жаловаться подругам, как же мне плохо без него, снова писать ему грустные письма и сообщения со словами «я скучаю по тебе!!!»

И так до следующего утра. А с утра появляются новые надежды, новые ожидания, и я так же весела как всегда, я жду, я здесь, я рядом…

Я готова простить тебе очень многое… Я прощаю твое молчание, прощаю твои недоговорки, прощаю мои звонки впустую… да, те самые. Когда я звоню тебе полдня каждые двадцать минут, а телефон неизменно-противным голосом убеждает меня в том, что аппарат абонента выключен или временно заблокирован. А ведь он, этот абонент, наверное, даже не подозревает, как нужен мне… Просто я верю тебе, я знаю, что ты заботишься обо мне и не захочешь сделать мне больно. Сама не знаю — откуда, но я ЗНАЮ это. И я ждала нашей встречи, мучительно долго ждала…

Но я дождалась. Вчера мне подарили еще четыре часа счастья.

Я знала, что мы должны увидеться в этот день. С утра я вскочила как ужаленная и все не могла найти себе места. Ну, когда же, когда он позвонит? Я, не выдерживая, звоню сама.

— Ты до меня сегодня дойдешь?

— Долечу, малыш!

Он смеется… Значит, все хорошо. Значит, уже скоро… Значит, надо просто немножко подождать…Ну, еще немножко…еще чуть-чуть!

Звонок. Тот самый. Да-да, это он!!!

— Малыш, твой Карлсон уже прилетел!

— Я бегу!

И действительно побежала, по дороге пытаясь унять готовое выпрыгнуть из груди сердце. Вот он, мой хороший, стоит и улыбается этой своей предательски манящей улыбкой! Бросаюсь к нему, перебегаю дорогу… Как бы под машину не попасть, на дорогу смотреть не хочется, только на него…

Я подбежала, обвила шею руками, поцеловала… Блин, зацеловала бы всего, но вокруг люди, и я пытаюсь сдерживать себя. Он взял меня за руку, и мы пошли ко мне. Пока шли, он рассказал, что приготовил мне какой-то очередной сюрприз. Опять что-то подметил в моем разговоре, и теперь мне нужно будет отвечать за эти слова. А я слушала его каким-то краешком сознания, вся же остальная его часть сияла всеми цветами радуги просто потому, что мы наконец-то вместе. Я уже бросила попытки сдерживать свою не сходящую с лица довольную улыбку. Ну и пусть, буду идти и улыбаться как дурочка!

Следует сделать небольшое отступление и сказать, что же послужило причиной для появления вчерашнего сюрприза.

Дело в том, что недавно я встречалась с подругами, с которыми давно не виделась. И во время наших обычных для девчоночьих посиделок женских сплетен, я, конечно же, не смогла сдержаться и не поделиться радостью. Словом, я рассказала им (лишь в общих чертах, конечно) о моем нежном мальчике и о своем подарке на его день рождения. Потом поделилась своими переживаниями о том, что до сих пор не могу до конца поверить в свое счастье. До сих пор не могу понять — что взрослый парень нашел в девочке, которая настолько его младше (меня действительно до сих пор мучает эта мысль порой). И тогда одна из подруг сказала: «Ну, ты же у нас девочка невинная, он будет очень бережно и заботливо с тобой обращаться…»

Мда, надо же — какое впечатление я до сих пор произвожу на окружающих. А ведь и правда совсем недавно была…:)

В ответ я лишь весело улыбнулась и сказала: «Я? Невинная? А ты уверена в этом?» Подруга запнулась, удивленно воззрившись на меня. Блин, как же смешно до сих пор видеть на себе эти взгляды…людей, которые еще не успели заметить, что ты повзрослела!

А вторая подруга, более догадливая, тоже лишь улыбнулась: «Ну, если Лёля, как явствует из ее рассказа, подарила парню на день рождения себя, то — как ты думаешь, что она имела ввиду? Не в шахматы же они играли весь вечер!»

Я пересказала всю эту историю моему нежному мальчику, он долго смеялся. Но фразу, видимо, взял на заметку. С ним всегда так — он все замечает и ничего не пропускает. Скажешь что-нибудь, не задумываясь, а потом…

И вот, придя ко мне домой в тот день, он напомнил мне этот диалог и сказал: «Ты знаешь, мне стало даже как-то обидно… Как будто ты, встречаясь с молодым человеком, можешь только одним с ним заниматься! Поэтому сейчас мы с тобой будем… играть в шахматы!!! Да-да! Чтобы потом никто уже не говорил — ну, не в шахматы же они там играли!»

Я рассмеялась, а он достал коробку шахмат и… Нужно сказать, что в последний раз я играла в шахматы, когда мне было, наверное, лет 8. А правила этой игры мне объясняли, когда мне было, наверное, лет 7. А играли мы с моим нежным мальчиком на раздевание…

Чем это все закончилось — сами догадаетесь? Или мне продолжать рассказ?

Я его все равно продолжу, потому что хочется написать еще о многом.

Пока я думала над очередным ходом, мое чудо сидело рядышком и всячески меня отвлекало. И щекотка была еще самым невинным из этих отвлечений! Меня периодически обнимали, гладили, целовали шею, спинку… Муррр… От каждого его прикосновения внутри проливалось очередное ведро чего-то теплого и сладкого…

Я просила, чтобы он перестал. Из чувства благовоспитанности, конечно, потому что самой мне вовсе даже не хотелось, чтобы все это прекращалось… Он пытался держать себя в руках. Даже демонстративно сел и обхватил себя руками. А потом сказал: «Видишь, как мне сложно держать себя в руках в твоем присутствии! Наверное, это что-то значит…»

От этих слов мое и так постоянно трепещущее сердце сжалось в сладкой истоме… Неужели?

Да что там он, я сама каждую минуту утихомиривала свое желание крепко-крепко прижаться к нему, а потом осыпать поцелуями… не хотелось отпускать его от себя ни на секунду…

Вдруг, совершенно неожиданно, домой пришел мой брат. Но пробыл он недолго. Я все ждала — ну когда же, когда он уйдет? Проиграв очередную партию, я задолжала очередной предмет одежды. Это или кофта, или джинсы… А брат все сидел у себя в комнате…

Но вот, наконец, за ним хлопнула входная дверь, мы поднялись с диванчика, на котором играли, обнялись, он потребовал возместить задолженное… Я спросила:

— И что же ты предпочитаешь?

— Я предпочитаю тебя всю!

Все. Занавес. Хеппи-энд. Сознание отказало мне уже окончательно. Я провалилась (или взлетела?) куда-то далеко от этого мира. Туда, где были только мы, где были его поцелуи и ласки — только для меня, где я целовала его лицо, шею, плечи, руки — его всего, чтобы он чувствовал мою нежность, чтобы тонул в ней, чтобы ее хватило надолго, чтобы даже когда он уйдет, тело все еще помнило мои поцелуи…

Уйдет…конечно, рано или поздно он уйдет…Но это будет потом, а сейчас мы вместе — и больше ничего в этом мире не имеет значения…

Мне хотелось отдать ему всю себя, без остатка. Хотелось сделать его самым счастливым на свете… И вправду просто схожу с ума, когда мы вместе!!!

…Он лежит рядышком, положив голову мне на грудь… Я обхватила его руками и прижала к себе… самого близкого и родного…

— Лёль… ты любишь меня?

…я прижалась к нему, отчего-то затрепетав, как листочек на ветру… и не смогла ответить.

— А все-таки?

— Это сложный вопрос… Помнишь, ты когда-то просил не влюбляться в тебя? Я изо всех сил пытаюсь… стараюсь, чтобы не… А ты хочешь, чтобы это все-таки произошло?

— Это сложный вопрос…

Ну вот. Вернулись к тому, с чего начали. Но мне почему-то сейчас все это не важно. И я просто обнимаю его, прижав к себе. Никуда не отпущу. И никому не отдам. И все у нас будет хорошо!

Потом были еще какие-то слова, какие-то истории… Мы о чем-то говорили — долго, увлеченно. Но я не помню — о чем. Помню только, что в какой-то момент он вдруг сказал, что заберет меня и присвоит — всю, без остатка…и я буду только его…

— И что ты со мной будешь делать?

— Любить…

… неужели?

Но почему-то всегда в самые нежные, самые нужные и важные моменты врывается уже немного подзабытая реальность. Ему уже давно пора бежать на работу… Он и так пробыл со мной больше четырех часов, а ведь отпросился только на пару часиков по какой-то там служебной надобности. А мне пора в институт…

Но я не хочу его отпускать. Не хочу, чтобы он уходил. Я встала в дверях, загородив их, и одновременно понимая всю глупость и безнадежность этого жеста… Все равно ведь сейчас сама отойду, сама пропущу его и сама же закрою за ним дверь…

Но еще хоть одну секундочку вместе, еще один поцелуй!

Он ушел. Я упала на кровать, которая еще хранила его запах и даже не до конца отдала тепло его тела… Невыносимо! Запах есть, а его нет…

И тут вдруг позвонил и сказал, что забыл отдать мне мой портрет, который он нарисовал накануне. И что сейчас стоит на остановке, но если я потороплюсь, то еще успею… Я обрадовалась, за пять минут сделала все оставшиеся дела, оделась, и прибежала к нему.

— Я уже успел по тебе соскучиться!

А я просто прижалась к нему и счастливо улыбалась. Даже говорить ничего не хотелось. Просто стоять вот так, рядом с ним, обнимать его, слушать его голос, целовать его, и чувствовать себя самой счастливой на свете…

Он показал мне портрет. Как и в первый раз я на мгновение обомлела — как же красиво! Но уже через минуту забыла про все портреты на свете. Я просто закрыла глаза, прижимаясь к нему, и у меня кружилась голова…

Но он все равно уехал. А я пошла в универ. И весь день одногруппницы спрашивали: «Что с тобой сегодня? Ты такая счастливая!»

А я не смогла ответить…

Просто ходила по коридорам и глупо улыбалась всему. Лестнице, подоконникам, цветочным горшкам на окошке. Как дурочка…

…Но ты же и сам знаешь ответ на свой вопрос? Правда, милый?

* * *

Нам глухой музыкант заиграет на скрипке,

Нам незрячий художник картину рисует.

Тронет губы мои робкой тенью улыбка -

Неизбежность любви нас с тобой не минует.

У тебя на руках я себя позабуду,

Не могу пережить и минуты в разлуке.

Поцелуем в глаза мою нежность разбудишь,

Мы нырнем в позитив, крепко взявшись за руки.

* * *

Вы были когда-нибудь счастливы? По-настоящему? Так сильно, что хочется остановить мгновение и наслаждаться им вечно?

Впрочем, в такие мгновения мы вряд ли задумываемся о чем-то подобном. Чаще мы даже не замечаем их, не обращаем какого-то особого внимания, стремясь прожить их полно и насыщенно. И лишь потом, когда все это уже позади, когда прошло и, скорее всего, утеряно безвозвратно, мы вдруг понимаем: «А ведь тогда, пожалуй, я был счастлив! Только как-то не думал об этом. Стремился к чему-то еще… А куда, к чему? Чего мне не хватало?»

Так уж устроен человек — ему всегда кажется, что есть на свете что-то лучшее, чем то, что мы имеем. И потому мы редко задумываемся о том, что счастье, возможно, сейчас здесь, с нами, а мы бежим куда-то еще.

Да и что такое счастье? Каждый ответит на этот вопрос по-своему, но общим будет только одно — чаще всего мы осознаем его, лишь когда потеряем. Пока у вас есть руки и ноги, вы вряд ли задумываетесь о них, чаще всего даже не вспоминаете подолгу. Но стоит вам потерять хотя бы одну из них, как потеря мигом прочувствуется, и, наверное, вы решите, что иметь ее — счастье! Но ведь это счастье было с вами ежедневно, а вы его даже не замечали…

Счастьем могут быть любые ощущения. Солнечный луч, пробравшийся в вашу комнату на рассвете — разве не счастье? Особенного если он, разбудив вас, уютно устроился на плече того человека, что еще спит в ваших объятиях, тихо посапывая, а вы улыбаетесь (чуть-чуть, уголками губ), глядя с нежностью на его умиротворенное во сне лицо…

Счастьем может быть один-единственный вздох. Вздох, который вы долго задерживали, чтобы не потревожить того, кто заснул у вас на груди. Разве это не счастье?

Счастьем могут быть несколько минут тишины. Когда вы кладете голову в ложбинку у плеча любимого, доверчиво прижавшись к нему, и долго-долго просто молчите, вслушиваясь в стук родного сердца.

И ваш сегодняшний утренний поцелуй (осторожный, нежный и бережный, чтобы не разбудить), после которого из этого мира исчезнет все, кроме звука его дыхания — это тоже счастье. Для вас и для него. Пусть даже он сейчас спит и не знает об этом. Для счастья необязательно просыпаться…

А просто улыбка на лице прохожего, идущего тебе на встречу? А радуга на рассвете? А теплый дождик весной? А прохладный ветерок во время летнего зноя и прогулка по осеннему парку? Разве все это — не счастье? Все те моменты, которые надо просто уметь замечать, и тогда счастье станет вашим вечным спутником?

Хотя нет, наверное, это как-то непорядочно — владеть счастьем вечно, не пуская его к кому-то еще. Счастье нельзя запереть, нельзя приковать на цепи, рано или поздно оно все равно уйдет, уйдет к другим, которые тоже ждут. Уйдет, чтобы мы почувствовали — каково это, жить без него. Уйдет, чтобы когда-нибудь возвратится вновь. Если мы будем его достойны. Потому что «ждать счастья» и «заслужить счастье» — две разные вещи.

Не потому ли мы так завидуем порой счастливым и так хотим у них это счастье отобрать? Потому что не смогли его удержать сами? Вот, например, как я с Лёлькой…

Чёрт, как же больно и обидно порой признаваться в собственном эгоизме и малодушии! Но ведь себе-то не соврешь… И, если только человек не совсем душевно слеп, то он, как правило, рано или поздно признает, что за его красивыми словами и пафосными обвинениями крылась лишь обычная зависть к тому, чего ты не смог добиться сам.

Ведь все мы не замечаем счастья, когда оно рядом с нами. Хотя порой и спрашиваем себя — а счастлив ли я? А могу ли я быть уверенным в этом человеке, в этом миге, да и в себе самом? Хочу ли я, чтобы это мгновение длилось вечно, сумею ли я сберечь его?

Так вот, счастье — это когда таких вопросов не возникает…

* * *

Странная ночь… Уже почти три… Не спится… Почему в последнее время мне так часто лезут в голову прежние воспоминания, и все вокруг будто нарочно напоминает… Де жа вю какое-то!

Ведь точно так же я сидела когда-то после расставания с тобой, мой милый и наивный мальчик-романтик. И была такая же ночь, доходил третий час, и мне так же не спалось… В голову лезли странные мысли, я старалась отвлечься и не испортить кофе слезами.

Я и сейчас гоню от себя воспоминания, но они настойчивы и неотвязны. Что ж, вернемся на минутку в прошлое, представим, что сейчас та самая ночь. И я сижу на полу, обняв колени руками, и пытаюсь отвлечься, потому что мне сейчас нельзя опять начинать копаться во всем этом, иначе я могу сдаться и не выдержать, и позвонить тебе, а мне нельзя, ведь я уже приняла решение, и оно правильное, и ему надо следовать, а значит…

Нет, не могу я не думать.

Столько «почему» лезут в голову и ни одного ответа…..

Я не пьяная, я не туго соображаю, я просто не нахожу ответ…Но не могу не искать.

Почему мне до сих пор так больно при одном только воспоминании о тебе? Почему я, никогда не допускавшая даже мысли о том, что могу в тебя по-настоящему влюбиться, не верившая в это не секунды, глотаю слезы теперь, после расставания с тобой?

Почему мы вообще стали встречаться, каким нелепым образом вдруг оказались вместе? Ведь с самого начала было понятно, что мы слишком разные — ужасно, катастрофически разные, чтобы допустить даже тень надежды на то, что из этого может что-то получится!

Почему мы не слушали никого, когда все вокруг в один голос утверждали, что мы — не пара? Почему плевали с высокой колокольни на мнение друзей, родителей и просто окружающих и срывались друг к другу по первому зову посреди ночи?

Почему ссорились на пустом месте, обвиняли друг друга в чем-то, ругались и мирились, говорили друг другу ужасные вещи, чтобы через секунду вновь оказаться в объятиях друг друга?

Почему ты приходил ко мне, слушал мои дурацкие разглагольствования, которые наверняка казались тебе пустыми и бездушными, улыбался мне, целовал меня, ел мою стряпню и не давился (хотя даже я сама не способна на это)?

Почему я, одна из первых красавиц местного полусвета, так жутко ревновала тебя, обычного паренька (да к тому же еще и младше меня) по любому малейшему поводу? Почему не дала тебе уйти, когда ты хотел? Почему вскоре ушла сама?

И почему ты не остановил меня, почему даже не попытался???

Почему я вообще пустила тебя в свою жизнь? Тебе ведь нечего было делать в моем мире.

И почему ты пустил меня в свой? Я ведь была чужой там. И умела только разрушать. Только брать, не платя ничем соизмеримым. Я ничего не дала тебе взамен тех незабываемых ощущений, которые подарил мне ты. Как же тебя угораздило влюбиться в такую дрянь, как я?

Почему в конце концов я просто сбежала? И была такая же странная ночь. Время приближалось к трем, а мне не спалось. И только мысли, мысли, мысли лезли в голову…

Почему я, никогда не верившая, что у нас что-то будет, никогда не считавшая, что совершила ошибку, расставшись с тобой, до сих пор не могу тебя забыть? И вздрагиваю на улице при виде мужчин, похожих на тебя?

Почему в ту ночь, как и сейчас, я не могла заснуть? Старалась отвлечься и не испортить кофе слезами. А было уже почти три, и я сидела на полу, обняв колени руками, в голову лезли всякие мысли, которые прервал лишь звук входящей смс-ки на телефоне:

«Я не могу без тебя».

* * *

Весеннее солнце творит чудеса. Даже с такими циничными занудами как я. Ведь вроде бы еще только-только проглянуло, еще и снег почти не начал таять, еще зима не торопится уходить, а все равно чувствуется в воздухе что-то такое, от чего хочется улыбаться… И я даже почти не сопротивлялась уговорам Лёльки пойти в парк погулять, которая, как всегда, вытащила меня невовремя и не к месту, когда я была слишком занята, а теперь идет рядышком и как-то очень странно улыбается грустной улыбкой. Впрочем, я совсем разучилась понимать ее в последнее время.

Вы пробовали смотреть на солнце? Не через темные очки, не через закопченное стекло, не вечером на закате, когда оно уже не имеет своей силы, а в полдень — открыто и прямо?

«Зачем?» — наверное, такой вполне логичный вопрос можно услышать в ответ. Не знаю. Просто так. Потому что хочется. Из-за желания увидеть нечто такое… ослепляюще-красивое! И понять — какое оно и почему оно такое.

Разве странное желание?

Я смотрю на солнце, не щурясь. Только-только проснувшаяся весна несет свои первые солнечные лучи, еще не такие яркие и теплые, как хотелось бы. И я смотрю на них, радуясь неизвестно чему, смотрю открыто и прямо. Не через темные очки, не через закопченное стекло, не вечером на закате, когда солнце уже не имеет своей силы, а в полдень. Мы привыкли верить, что солнце желтое. И что на него нельзя смотреть просто так.

Да, поначалу смотреть больно, но… почему мы слишком часто стремимся снизить боль, сделать себе проще, поступить как легче? От чего мы бежим? Чего боимся? В этом мире, по сути, у нас нет ничего, кроме наших ощущений. Вещи истлеют, деньги истратятся, имя забудется в веках. Будь ты даже Наполеон или Эйнштейн, придет время — и тебя не будут помнить. Придет момент, когда твое имя никто не будет знать.

А ты так и не узнаешь, какое на самом деле солнце. Да тебе и не важно. У каждого из нас еще вещи поважнее в этом мире, если не пытаться задуматься — зачем это все?

Я смотрю на солнце. Оно не желтое, каким рисуют его дети, оно не голубое, как лампы дневного освещения, которые должны имитировать солнечный свет. Оно белое, чисто белое, пронзительно белое, белее всего, что только можно найти.

Что такое — отказаться от солнца? Ты живешь в этом мире и не замечаешь его, лишь иногда бросая фразы вроде: «Солнце слепит глаза» или «Как хорошо! Солнышко вышло!» Ты живешь под ним, но ты не видишь его. Вы словно живете в разных мирах — ты и оно. И лишь однажды, встретившись с ним, ты вдруг понимаешь, что оно обжигает и… и что тебе от этого безумно хорошо! И удивляешься потом — как же ты могла этого не замечать раньше?

Сейчас, после всех недавних событий, я многое стала воспринимать по-другому. Ко многим вещам пересмотрела свое отношение.

Да, можно отказаться от общения с пикаперами, потому что… Потому что это больно (иногда бывает), потому что они такие плохие (или мы просто не готовы еще к общению с ними), потому что… Словом, причины можно найти, если захотеть.

А отказавшись, никогда не испытать всего этого, не почувствовать и не узнать того… того, что испытывает мотылёк, летящий на огонь, завороженный пугающе-прекрасным танцем языков пламени.

Да, мотылёк должен сгореть в огне. Такова расплата за его безумно-прекрасный полет навстречу свету. Только скажите мне — разве оно не стоит того?

…Вы пробовали смотреть на солнце? Не через темные очки, не через закопченное стекло, не вечером на закате, когда оно уже не имеет своей силы, а в полдень — открыто и прямо?

И не спрашивайте — зачем…

* * *

— Знаешь, Лёль, я, наверное, должна попросить у тебя прощения. За те мои попытки всё тебе испортить. За то, что пыталась вам мешать. За то, что отговаривала тебя и наговаривала на него. За то, что многого не понимала сама, и из-за своего непонимания пыталась отнять у тебя твое счастье. Пыталась навязать тебе свою точку зрения, которую считала правильной, ослепленная своей обидой и горечью, и потому даже не задумываясь о том, что на самом деле мною движет лишь боль и разочарование. Я считала себя взрослее и умнее тебя, Лёлька, а выходит, что мне самой еще стоит многому у тебя научиться. Спасибо, что помогла мне это понять. Действительно, каждый сам решает, как воспринимать происходящее с ним — считать ли подарком сделанную для тебя красивую сказку, или относиться к ней как к плевку в душу только потому, что она была короткой.

Наверное, весеннее солнце и правда творит чудеса. И со мной что-то происходит. Я меняюсь, взрослею, начинаю думать по-другому… Сейчас я правда верю, что у вас с Художником все может быть прекрасно, если только вы оба этого захотите. Что он отведет тебя в волшебную и сказочную страну, в которой ты еще не была до сих пор, а ты сумеешь отогреть его замерзшее сердце. И не испортить все, как это сделала я, в порыве собственного эгоизма, чтобы потом самой глотать слезы от обиды, не понимая, что счастье было близко, просто ты не смогла его взять. И никто не виноват, кроме тебя.

Только об одной вещи я хочу попросить тебя, Лёль, и один совет дать, если ты еще станешь слушать советы той, которая долгое время говорила одни глупости. Знаешь, этот Художник мне тоже очень дорог, хотя я лишь недавно это поняла. И я хочу попросить тебя — никогда не предавай его, потому что тебе, как мне кажется, он верит. Не делай ему больно, потому что он и так пережил много такого, от чего сердце зарастает коркой запекшейся крови и перестает чувствовать. А ведь сейчас… Он тебя любит, Лёль, я почти уверена в этом. Постарайся сохранить то, что еще не озвучено вслух, но уже есть между вами. Не предавай его. Будь с ним честной, даже если однажды захочешь уйти. Никогда не поступай так, как я поступила с его братом. Никогда не предавай того, кого любишь…даже если не решаешься себе самой признаться в этом!

— Не предавать? — Лёлька тихо вздохнула, потом долго молчала, закусив нижнюю губу до крови. Закрыла глаза. На ресницах ее дрожали слезы. — Насть, вообще-то я уже…

* * *

— Рэндом??? — переспросила я, скривившись одновременно от удивления и какой-то брезгливости. Мы сидели на лавочке в парке, куда я притащила Лёльку, потребовав от подруги, чтобы она немедленно мне все рассказала.

Лёля молча кивнула. Помолчав, добавила:

— Я с тех пор с многими пикаперами сдружилась. Общались, переписывались… И он тоже не был исключением. Тем более, что мы частенько встречались в институте. При встрече болтали, шутили… Пару раз он подвозил меня до дома. С ним прикольно, он все-таки очень веселый и обаятельный парень. И отношения как-то сами собой сложились теплые и дружеские. О той истории с моим неудавшимся соблазнением старались не упоминать. Я не хотела его задевать, понимая, что это, наверное, болезненное воспоминание для его самолюбия. Хотя он и сам мог иногда поприкалываться на этот счет — вот, мол, как ты меня лихо обломила, молодец! Весело так, с улыбочкой…

— Это называется хорошей миной при плохой игре, Лёль. Видимо, обиду на тебя он все-таки затаил.

— Не знаю…наверное, — вздохнула Лёля. И опять надолго замолчала.

— Ну так и…? Что же случилось вчера? — переспросила я, когда молчание стало слишком тягостным.

— Мы встретились вечером, уже после лекций. Чуть-чуть поболтали, как всегда. Он постоянно шутил, рассказывал какие-то веселые истории, смешил меня… В общем, настроение у меня поднялось, и я была благодарна ему за такой заряд позитива.

Как-то незаметно речь зашла об одном фильме, который я давно хотела увидеть, и он сказал, что у него дома он есть, что ему самому недавно принесли на диске, и он как раз собирался его смотреть. Предложил составить ему компанию. Я подумала — почему бы и нет? А он еще с такой веселой улыбкой посмотрел на меня и сказал: «Только у меня там, скорее всего, мама дома будет, так что ты веди себя скромно и сильно-то уж ко мне не приставай!» Тут я совсем расслабилась, успокоилась, что-то пошутила в ответ и…согласилась.

Мы поехали к нему домой. По пути он продолжал все так же смешить меня, рассказывать какие-то приколы, постоянно вплетая в разговор мелкие незаметные касания, на которые я не обращала особого внимания — мы общались так легко и беззаботно, все было настолько естественным и само собой разумеющимся, что даже когда у него дома не оказалось мамы, я не придала этому значения. Ну, мало ли куда она могла уйти? Он ведь и не говорил, что она точно будет.

Мы смотрели фильм, пили чай, болтали… Он как-то очень быстро расположил меня к себе, я сама не заметила как…сблизилась с ним, что ли…

— У них это называется раппортом, — усмехнулась я. — Состояние комфортного, доверительного и приятного общения.

— Наверное, — снова грустно вздохнула Лёля. И снова замолчала.

— А дальше? — мне показалось, что я слишком уж часто задаю этот вопрос сегодня.

— Дальше… дальше он вспомнил, что недавно было 23 февраля, а я как-то раньше в шутку пообещала его поздравить с этим днем и даже подарить подарок, а потом так и забыла. Он состроил обиженную рожицу и сказал что-то вроде: «Всегда с тобой так». Я ответила, что обязательно выполню свое обещание, пусть он не расстраивается, но как-нибудь потом. «А что ты мне подаришь?» — спросил он, так хитренько на меня поглядывая. «А что ты хочешь?» — с такой же веселой улыбкой ответила я. Все было как-то весело, легко и забавно…

Лёлька снова вздохнула.

— Сошлись мы на том, что моим подарком ему будет массаж. Я пыталась отказаться, говорила, что и не умею толком-то его делать, но он настоял. А мне почему-то не хотелось его расстраивать.

Мы прошли в соседнюю комнату, он разделся по пояс и лег на диван. Я не очень-то умею делать массаж и поэтому слегка стеснялась, да он еще добавлял масла в огонь своими постоянными комментариями по поводу моих действий. Я смущалась еще больше, а он продолжал отпускать ТАКИЕ шуточки! — Лёлька зарделась. — Которые заставляли меня одновременно смеяться и краснеть.

В то же время вся эта обстановка… это общение с ним, прикосновения к его обнаженному телу, и эти, блин, его приколы, — Лёля поежилась. — как-то странно будоражили мое воображение, и… со мной что-то происходило… я не могла не понимать, что мне все же это все как-то… приятно, что ли… хотя я и не хотела сознаваться в этом… и вдруг почувствовала, что вся заливаюсь краской, и мне даже стало жарко.

Он это заметил, и предложил раздеться. Ну, не совсем, конечно, а… то есть, только…, — Лелька запнулась и смущенно посмотрела на меня. — В общем, ты поняла. Но я все равно начала отнекиваться. Вот только, видимо, у меня как-то неумело это получалось. Тем более, что он, чувствуя мою неуверенность, поднял меня насмех с моими неуклюжими отмазками, начал опять прикалываться по этому поводу, а потом вообще заявил, что так нечестно, что он тут передо мной раздетый почти, а я…

В общем, он стащил с меня свитер. Я пыталась отбиваться, но он был банально сильнее, к тому же постоянно смешил меня, так что у меня никак не получалось быть серьезной, и выходило не сопротивление, а какая-то шуточная борьба. Когда я осталась в одном лифчике, он наговорил мне кучу двусмысленных комплиментов, от которых я покраснела еще больше, а потом опять же с улыбкой и словно бы в шутку сказал, что уж теперь-то он просто не может остановиться, поэтому должен снять остальное. И…

Лёля снова споткнулась, словно не находя слов, беспомощно пожала плечами — мол, не знаю я, как об этом рассказывать. Но потом все-таки продолжила.

— Когда он начал целовать мне грудь, я впервые за тот вечер сильно оттолкнула его и сказала: «Хватит!» А он посмотрел на меня каким-то странноватым взглядом и спросил: «В чем дело? Я тебя не нравлюсь?» Я сбивчивым голосом начала объяснять, что дело не в этом, и вообще он — славный, но… Не дослушав, он перебил меня и сказал: «Брось! Я же вижу, что с тобой творится!» Я начала оправдываться, уверять, что ему показалось… но как-то слишком поспешно и неловко, сбивалась под его насмешливым взглядом, лепетала что-то, сама понимая, как смешно и нелепо, наверное, это выглядит со стороны. А он опять перебил меня и спросил: «Это все из-за Художника?» Я отвела глаза и сказала: «Да». А он рассмеялся и, сочувственно-снисходительно поглядывая на меня, спросил: «Ты думаешь, он тебя и правда любит? Ты думаешь, вы и правда будете с ним вместе? Ты думаешь, у вас есть будущее? И он бросит пикап, и станет примерный мальчиком ради тебя? И вы будете жить долго и счастливо, поженитесь и у вас будет куча детишек?»

Лёля снова вздохнула.

— Он задавал еще какие-то вопросы… много… я уж все и не помню… Я поначалу пыталась что-то отвечать, но выходило как-то не очень уверенно. А он все задавал и задавал… нет, он ничего не утверждал, он просто спрашивал, но от таких вопросов мне стало как-то не по себе. Как-то слишком уж шатким и ненадежным показались мне все те воздушные замки, которые я настроила в своем воображении. Я стала все больше и больше задумываться… отвечала и понимала, насколько не уверена сама в том, что говорю. В какой-то момент воскликнула: «Но ведь ты — такой же пикапер, как и он!» На что последовал ответ: «Я хотя бы не вру. Я честно говорю, что хочу тебя, и не желаю притворяться ради этого, придумывать какую-то красивую ложь. А вот он… Да и ты тоже притворяешься. Притворяешься, что не хочешь меня, хотя я вижу в твоих глазах желание. Хотя понимаю, о чем ты сейчас мечтаешь. Притворяешься, что тебе все равно, а сама еле сдерживаешься. Да? Ну признайся хоть в этом! Не хочешь? Кто же из нас врун и лицемер? А кто — искренен? Разве тебе не приятны мои прикосновения? Разве ты не хочешь, чтобы я ласкал тебя… вот так?»

— Вот гад! — не выдержала я. Лёля лишь грустно отвела глаза и продолжила:

— Он сопровождал свои слова… действиями. А я была какая-то отрешенная, на меня напало какое-то оцепенение… я думала о его вопросах, о том, где же на самом деле тут правда, и во что мне теперь верить… я как-то не очень даже и сопротивлялась его рукам, а когда и пыталась это сделать — ну, я уже говорила, он был сильнее…

В общем, я даже прозевала тот момент, когда осталась совсем без одежды. Не знаю, где была моя голова в то время. Все было как в тумане. И тогда он… — Лёлька снова запнулась. — Ну… в общем, по-научному это называется оральным сексом…

Она снова замолчала на несколько мгновений. Потом резко и как-то даже с вызовом повернулась ко мне.

— Знаешь, что самое ужасное? Я… В общем, мне было приятно. Я понимала, что теряю голову, теряю над собой контроль, но уже не хотела сопротивляться. Мне хотелось, чтобы это продолжалось…

Лёля обхватила себя руками и закусила губу.

— В какой-то момент, когда он на мгновение остановился, я оттолкнула его и расплакалась. Он что-то говорил мне, кажется, пытался утешать. Я не помню. Смутно припоминаю, как оделась и ушла. Его слов вдогонку я не слушала, хотя он, кажется, что-то пытался мне сказать. Как добралась до дома — не помню тоже. Что было дальше — лучше даже не спрашивай. Я не смогу ответить.

А я даже не знала — что и спросить. Или сказать. Как-то неожиданно все это обрушилось на меня.

— На-а-асть… — тихо позвала меня Лёля, когда молчание снова затянулось и стало слишком тягостным. — Что мне делать? Думаешь, стоит рассказать все это Найджелу? Я просто даже не знаю — как…

— Думаю, тебе не придется, — мрачновато буркнула я. И пояснила в ответ на удивленный взгляд подруги. — Думаю, он и так уже все знает.

* * *

Жизнь (прошу прощения за не к месту проснувшееся философствование) порой напоминает мне побережье какого-нибудь заброшенного морского залива.

День за днем волны различной величины накатываются на берег — методично и неторопливо. Мы привыкаем к этой тихой размеренности, и порой нам уже начинает казаться, что так будет всегда, что мы знаем, какой будет следующая волна и когда она выплеснется на берег.

Но море любит преподносить сюрпризы. И вдруг нас накрывает мощный шквал, который с легкостью сметёт выстроенные на берегу песчаные замки, опрокинет все наши расчеты, а нас самих, словно щепку, увлечет за собой, и долго будет еще швырять по волнам, словно забавляясь.

Точно так же порой и в жизни мы, привыкшие к повседневному распорядку, считаем, что знаем, каким будет завтрашний день. Нам кажется, что все происходящее вокруг нас — просто и понятно, и мы уже достаточно насмотрелись и достаточно изучили его, чтобы не волноваться.

Но в следующий миг нас «смывает волной», и все переворачивается с ног на голову. Привычные вещи вдруг оказываются совсем не такими, какими мы привыкли их видеть, давно знакомые люди вовсе не такими, какими мы их знали, а наши бесплодные ожидания доказывают лишь одно — что мы ничего не понимаем в происходящем. Море излечивает от излишней самонадеянности и беспечности.

В последнее время я убеждаюсь в этом все чаще и чаще. Стоит только подумать о том, что я наконец-то в чем-то разобралась и начала это понимать, как все снова переворачивается с ног на голову. Море любит преподносить сюрпризы…

Разве могла я поверить еще полгода назад в то, что так сильно переменятся все мои взгляды, моя жизнь, да и я сама? Если бы кто-то сказал мне нечто подобное тогда — подняла бы насмех! А сейчас…

Ведь когда-то я задумывала эту книгу совсем другой. Когда-то я мечтала отомстить пикаперам. А вместо этого лишь научилась их понимать. И считаю теперь, что мне и правда не плюнули в душу, а подарили красивую сказку. Пусть она была и короткой. И относиться к этому надо как к подарку, а не как к плевку. В конце концов, если девушку бросают, то ей стоит задуматься — почему, а не лить обиженные слезы и обвинять весь белый свет в постигшем ее несчастии. Ведь как минимум половина вины за этого лежит на ней самой. А то и больше. Мужчины не уходят от тех, кто был их мечтой. Они уходят от тех, кто «не дотягивает», кто привык много требовать, ничего не давая взамен.

Когда-то я мечтала отомстить пикаперам. Всем сразу, но одному — особенно. Мне хотелось, чтобы ему было так же больно, как и мне тогда. В своих мечтах я рисовала картины того, как я сама обольщу и брошу его, а он будет за мной бегать и так же страдать, как я когда-то. Но я буду непреклонна!

А вот сейчас…я знаю, что ему очень больно. Пожалуй, даже больнее, чем мне когда-то. Но почему-то не испытываю от этого ни радости, ни удовлетворения. Да и к другим пикаперам нет каких-то злобных чувств. Куда же все ушло?

Теперь я понимаю, что все пикаперы разные. Собственно, как и не-пикаперы. Есть среди них рыцари и подлецы, романтики и циники, герои и негодяи. А пикап сам по себе не хороший, и не плохой. Это всего лишь знание. А знание — это сила. Которую можно применить в ту или иную сторону. Точно так же, как оружие само по себе не может быть темным или светлым. Все зависит от того, в чьих руках оно оказывается.

Да, я слишком многого не знала раньше. Слишком во многом ошибалась. А по мере того, как узнавала, книга моя, задуманная как разоблачение пикаперов, превратилась в развенчание мифов, существующих о них.

Я хотела вызнать и обнародовать все их приемы, вывернуть наизнанку их черствые души и показать всем их черные сердца. Но, пообщавшись и сблизившись с ними, я не нашла там ни бессердечных циников, ни холодных и расчетливых мерзавцев, которых рисовало мое воображение. Напротив, в душе каждого из них был веселый и жизнерадостный мальчишка родом из детства (вот только достучаться до него порой бывало трудно), которому просто однажды «посчастливилось» влюбиться не в ту девушку. А ведь одной из таких девушек была я сама.

И сейчас я с какой-то ужасающей ясностью понимала, что и пикаперы порой так же беззащитны перед ложью и предательством, как и все мы. Недавние события — тому подтверждение. Я вот осуждаю Рэндома, а намного ли сама лучше него?

Так что же — впору просить прощения у них? У того мальчика-романтика, брошенного мной, у Художника, у Наглеца и Грязного Стебщика, у всех остальных, которые стали такими лишь по вине подобных мне девушек?

Да, я слишком во многом ошибалась раньше. Слишком много вопросов мне не давало покоя. Один из них — почему же пикаперы, раз уж они такие креативные, необыкновенные и замечательные, чаще всего не пытаются строить длительных отношений с девушкой, а быстро расстаются? Ведь они, как никто другой, могли бы сделать свою избранницу счастливой, могли бы сходу очаровать ее, а потом удивлять хоть каждый день, у них есть все то, чего не хватает обычным среднестатистическим парням, так почему же они не хотят пустить кого-то к себе в душу, не хотят открыться этому человеку и быть счастливым с ним до старости?

Почему-то мне казалось, что теперь я знаю ответ…

— Ты куда? — окликнула меня Лёля, когда я поднялась со скамейки и быстрым шагом направилась к выходу из парку.

— Исправлять ошибки! — бросила я на ходу.

* * *

Там, где Ока впадает в Волгу, образуя так называемую «стрелку», в незапамятные времена был построен город Нижний Новгород. На его высоком правом берегу (почему-то правый берег реки всегда высокий, мне объясняли в детстве — почему, но я забыла) до сих пор стоит старинный кремль из красного кирпича в память о тех временах, когда другого города, расположенного по соседству, еще не было и в помине.

Но сейчас он есть. Город Дзержинск, второй по численности населения в Нижегородской области расположен на Оке, в том самом ее месте, где река изгибается, образуя широкий и тихий затон, похожий на озеро. Именно здесь находится Окская набережная, одно из самых красивых мест в округе. Если спуститься вниз, к воде, то вы увидите широкую песчаную косу, пляж, а чуть в стороне — красивую дубовую рощу, так и зовущую прогуляться в ней под шелест листьев.

Сюда и привел меня Стас после того, как я по телефону объяснила ему мою просьбу. Номер его я спросила у Лёльки, позвонила и рассказала, кто я такая и чего хочу. Он перезвонил через некоторое время (видимо, узнавал у Художника — не против ли тот) и сказал, чтобы я подходила на затон. Встретив меня, он позвал за собой — в дубовую рощу.

Стаса я, если честно, представляла себе другим. В моем воображении рисовался образ этакого развязанного и пошловатого типа с не очень-то располагающей внешностью, а он оказался достаточно симпатичным и милым парнем, к тому же был серьезен, молчалив и грустен. Возможно, на него подействовали обстоятельства. В конце концов, не просто же так оказался в этом месте тот, к кому мы сейчас шли. Это место само по себе было наполнено тихой печалью, словно болдинская осень Пушкина, и я легко представляла себе настроение того, кого почему-то тянуло сюда. И не ошиблась…

Меня встретил все тот же задумчивый взгляд карих глаз (сама не знаю, почему я всегда таяла от темноглазых и темноволосых мужчин). Только теперь не было в них прежнего насмешливого превосходства, скорее светилось в их глубине нечто похожее на боль. Невысказанную, глубоко затаившуюся, спрятанную на задворках души, на самом донышке, где она копится горьким осадком, чтобы никогда не выйти на поверхность, не показаться окружающим, но быть вечным спутником, от которого не сбежать и не укрыться… Я понимала его, мне было знакомо это чувство. И почему-то вдруг стало то ли стыдно, то ли… В общем, если и я раньше чувствовала себя неловко в этой компании, то легче в тот момент мне не стало. Да и он тоже вряд ли был рад меня видеть.

Того, кто стоял за его спиной, я узнала сразу, хотя и не видела никогда. Уж слишком точно его описала Лёлька в свое время. Высокий, чуть выше Найджела, широкоплечий, с дерзким взглядом и классической мужественной красотой кино-героя, эдакого по-бандитски обаятельного пирата из какого-нибудь женского сериала. Наглец, кто же еще…

Что ж, вся компания в сборе.

Я сбивчиво и путано начала свой рассказать. Нарочно зашла издалека, пытаясь сосредоточиться по ходу собственного повествования и поймать мельтешащие в голове обрывки мыслей. Говорила о Лёльке и о себе; о том, как мы сдружились когда-то; о том, как попали на их сайт; о Лёлиной статье и моей задумке о книге, в которой им всем предстояло стать главными героями…

Они слушали молча, не перебивая. Не каждый день узнаешь, что скоро в свет выйдет повесть, где тебя расписывают подлецом и мерзавцем, а твои похождения приводят в качестве примера отвратительности. Но они хорошо держались… Лишь когда я дошла до последних событий с Лёлей, на лице Художника отразились хоть какие-то эмоции.

Еще когда мы только-только подошли сюда, когда он увидел меня вместе со Стасом, в нем, как мне показалось, что-то шевельнулось… Во всяком случае, в его глазах определенно вспыхнул, но тут же погас какой-то огонек. Он отвернулся, стараясь выглядеть безразличным, и все дальнейшее время был холоден и бесстрастен, но вот теперь… Нет, внешне он оставался так же спокоен, но взгляд его светился холодным бешенством.

— Я не знаю, кому стало легче от твоих признаний, — об его голос, казалось, можно было порезаться. — может быть, твоей совести. Но мне — точно нет. Хотя, конечно, много глупостей было совершено лишь потому, что мы не поняли друг друга, и я сам не ангел, но… Сейчас это уже не имеет никакого значения. Слишком поздно для откровений, для всепрощения и попыток открыть друг другу душу. Я, честно говоря, вообще не понимаю, зачем ты пришла сюда.

— Брось, Найджел, — неожиданно вступился за меня Стас. — Благодаря ей мы теперь знаем многое из того, чего не понимали раньше. Думаешь, ей легко было набраться смелости, чтобы рассказать нам всю эту историю? Чтобы придти сюда и сознаться во всем? Мы все понимаем, что сейчас с тобой происходит из-за этой истории с Лёлей… Ты злишься, не знаешь, что делать и потому рычишь на всех, чтобы скрыть свою обиду, боль и разочарование. Но не надо кидаться на людей. Сознайся, что она, по крайней мере, в этом не виновата.

— Стасик, ты что-то понимаешь в высоких материях? В боли и разочаровании? — криво усмехнулся Художник. — Ты, извечный циник и пошляк, всегда смеявшийся над любыми проявлениями чувств и называвший их «дохлой лирикой» и «розовыми соплями», теперь заговорил по-другому? Удивительно! Наверное, завтра снег выпадет… зеленый!

— Если ты ждешь от меня обычных пошлых шуток, то зря. Сегодня не тот день.

— А твой юмор расписан по дням? Это как-то связано с новолунием или у тебя собственный цикл, как у женщин?

— Найдж, ты нарочно хочешь меня разозлить?

— Нет, просто пытаюсь понять, какого хрена вы все припёрлись сюда, вместо того, чтобы дать мне побыть в одиночестве??? Выразить свое сочувствие и надавать мне советов, которых я не просил? Так лучше сразу засуньте их туда, откуда взяли и больше не доставайте! Они мне не нужны…

— Мы пришли, — Стас, казалось, тоже начал терять терпение, — чтобы быть с тобой в тот момент, когда, как нам казалось, ты в ком-то нуждался… Мы пришли, потому что ты, балда стоеросовая, наш друг, и нам не безразлично, что с тобой происходит. И пусть ты действительно нас не звал, мы и сами знаем, что в такой момент тебя лучше не оставлять одного. Но раз ты настаиваешь… Да ради бога!

Стас сплюнул сквозь зубы.

— Одиночества тебе не хватает? Да на здоровье! Никто и не навязывается. Наслаждайся своим одиночеством! Можешь побиться головой о ближайший дуб или пойти высечь озеро розгами, чтобы дать выход своим эмоциям. Если тебе от этого полегчает. Мне, в общем-то, уже пофигу. Думаю, остальным тоже. Настя, Андрей, пойдемте прогуляемся. Может, хоть костер разведем, а то мне что-то прохладно, а от подобных разговоров еще и блевать тянет.

Художник отвернулся и ничего не сказал. Я зябко поежилась (действительно, с наступлением вечера становилось прохладно) и последовала вслед за Стасом. Наглец немного задержался, и мы еще успели услышать его слова:

— Да, Найдж, у тебя истинный талант привлекать людей на свою сторону. И друзей, и раскаявшихся врагов ты одинаково отталкиваешь, стоит им только заглянуть тебе в душу. Боишься, что кто-то увидит, что она еще не совсем зачерствела?

— Отстань. Не видишь — я думаю?

— Нет. По тебе не видно. Больше, чем на мыслителя, ты похож на кого-то, кто злится на всех и, в первую очередь, на себя самого. Только из-за того, что вдруг понял, что его черное сердце смогла растопить маленькая наивная крошка, от которой он сам такого не ожидал. Или скажешь — я не прав? Что-то упустил?

— Ты ничего не упустил. Ты удивительно трезво рассуждаешь. Настолько трезво, что меня уже тошнит. Андрюх, если ты ждешь от меня проникновенных признаний и душещипательных откровенностей, то мне придется обмануть твои ожидания. Сегодня не тот день. И вообще, шёл бы ты вслед за Стасом, а?

— Уже. Но ты все-таки подумай о моих словах. И о себе. И о Лёле…

— Ты испытываешь мое терпение. Напоминаю — меня тошнит от всего этого. Боюсь не сдержаться.

— Потерпишь. Впрочем, это все, что я хотел сказать…

Он догнал нас, и мы все втроем спустились вниз, в ложбинку. Ушли, впрочем, недалеко — отсюда был еще виден Найджел, отвернувшийся в сторону озера и делающий вид, что поглощен созерцанием ряби на водной поверхности. А мы нашли небольшую полянку с остатками давнишнего костра, где и решили развести свой. Парни отправились за дровами, а мне поручили собирать небольшие веточки и прутики, которыми нам предстояло разжигать огонь.

Сам по себе процесс совместного участия в каком-нибудь деле достаточно быстро сближает людей, так что вскоре я, видевшая этих двоих впервые в жизни, достаточно освоилась в их обществе. Они тоже: Стасик обрел свой пошловато-веселый тон с вечными насмешками и подколками (на который я уже совсем не обижалась), а Наглец, несмотря на грубоватость голоса и внешность красавца-разбойника с большой дороги, оказался добродушным и милым парнем. Не знаю, стала бы я общаться с ними, если бы мы познакомились просто так, случайно где-нибудь на улице… пожалуй, вряд ли бы (тем более, что я на улице не знакомлюсь), но, кажется, во мне многое изменилось в последнее время, и от моей прежней надменности и заносчивости не осталось и следа.

Натаскав дров, перемазавшись до ушей, весело подшучивая друг над другом, мы наконец-то (не с первого раза) смогли разжечь огонь, и первые ветки затрещали в веселом пламени.

— Не плохо было бы раздобыть какое-нибудь бревнышко, чтобы сидеть у костра, — оглянулась я вокруг. — Не на земле же…

— Там, у озера, где мы стояли, был чудный пенёк, — вспомнил Андрей, морщась от дыма, попавшего в глаза (он раздувал грозящий потухнуть огонь).

— Я сейчас принесу, — поднялся Стас.

— Один не дотащишь, — скептически покачал головой Наглец. — Тяжеловато будет. Найджел, помоги ему! — крикнул он в начинающие сгущаться сумерки.

— Сам справлюсь. Приволоку как-нибудь, — буркнул Грязный Стебщик. — Не нужно мне его помощи.

— Вы еще до вечера собачиться будете? — насмешливо усмехнулся Андрей. — Найдж, долго собираешься сидеть с обиженной миной? Ну, помоги, что ли…

Найджел поднялся навстречу Стасу. Вдвоем они притащили здоровенный пень, на который я поспешила сесть, чтобы дать отдых уставшим ногам. Найджел остался стоять чуть поодаль, Стас отправился за новой порцией дров. Андрей продолжал раздувать огонь, который все никак не хотел разгораться, как следует. Промокшие за зиму дрова, еще недавно лежащие под сугробами, только дымили. Наглец чертыхнулся.

— Нужна ольха или береза. Они даже сырые хорошо горят. А от ваших дубов и осин толку не будет, — наконец подал голос Художник, по-прежнему стоящий чуть поодаль.

Наглец чертыхнулся еще раз:

— Блин, где ты был раньше, ученый-то наш? Сейчас бы уже грелись… Стас, слышал? Попробуй найти…

Скраешку от дубовой рощи действительно нашлось несколько берез. Подобрав под ними сухие ветки, мы скоро добились того, что костер наш весело затрещал, после чего с довольными улыбками устало расселись на принесенном бревнышке.

— Найдж, тебе особое приглашение нужно? С герольдом и фанфарами? Подсаживайся ближе, не стой там.

Художник молча подошел к костру и уселся слева от меня. Какое-то время все мы сидели молча, чуть соприкасаясь плечами, и смотрели на огонь. Как-то незаметно стемнело, наш костерок весело похрустывал горящими ветками, странная лиричность медленно вливалась в сердце, не хватало только бабочек-мотыльков, летящих прямо на танцующие языки пламени. Я тихонько улыбнулась своим мыслям. Художник удивленно посмотрел на меня, но ничего не сказал.

— Эх… — потянулся Стас, расправляя затекшие от долгого сидения ноги. — А хорошо все-таки — костерок, лес… давненько я так не сидел! И полезно опять же — способствует душевному отдыху. И просветлению в мозгах… А, Найдж? Что скажешь?

— Скажу «спасибо». Спасибо вам всем. За то, что… А, не важно — за что! Просто — спасибо. И все… Достаточно? Или тебе нужны фанфары с герольдами?

— Вечно с ним так! — рассмеялся Стас. — Привык он быть самым умным из всех нас, уметь находить выход из любой сложной ситуации… А когда сам опростоволосился, завязнув в ситуации самой простой и банальной, то и не знает, что и делать. От бессилия начинает ершиться на всех, как колючий еж.

— Да мы уж поняли, — улыбнулась я, стрельнув глазками в сторону Найджела.

— Давно! — поддержал меня Наглец.

Художник смерил нас многообещающим взглядом, но ничего не сказал.

— Ну, что делать будем, братцы-кролики? — Наглец медленно осмотрел всех присутствующих. — И сестры тоже, — добавил он, когда его взгляд остановился на мне.

— Да что там делать-то… Посидим-погреемся, дождемся, пока костер прогорит, помиримся заново (потому что к тому времени успеем уже опять поцапаться!) да и потопаем по домам.

— Я не про то, Стёбщик…

— А если ты про Лёлю, — голос Стаса неожиданно погрустнел и стал серьезным, — то я не знаю. Никогда не был специалистом в подобных вещах. Все эти тонкости романтичных отношений — не моя область.

— Но так уж получилось, что единственный из нас, кто в подобных вещах разбирается, как раз сам и нуждается в нашей помощи. Да еще и ворчит на нас с горя.

— Помягче, — напомнила я. — У него проблемы. А мы тут обсуждаем его в третьем лице, как будто его и нет.

— Проблемы нужно решать. А не носиться с ними, как дурень с писаной торбой, упиваясь своим горем, — в очередной раз съехидничал Стас.

Найджел вновь смерил его взглядом, в котором при желании можно было прочесть много слов, междометий и даже целых предложений и абзацев, но ничего не сказал.

— Знаете, — неожиданно для себя вдруг негромко произнесла я. — А она его правда любит. И очень сожалеет, что так получилось. И вообще, не так уж она и виновата… она же еще ребенок…

— Насчет того, что «не так уж и виновата» — пожалуй, верно, — согласился Стас. — В конце концов, она и правда всего лишь неопытная девчонка, а Рэндом — достаточно опытный чувак. И знал, куда бить.

— Тем более, что «бить»-то было очень легко, — продолжил его мысль Андрей. — Всякие сомнения, предательские мысли у нее были и раньше. Тем более, что окружающие наверняка постарались… А ты ведь, Найдж, никогда не говорил с ней о любви, ни разу не дал понять, что вас ждет какое-то будущее, не внушил уверенности в завтрашнем дне… Рэндом знал, чем воспользоваться. Ему не составляло труда заронить в ее душу зерно сомнений, тем более, что упало оно на подготовленную почву. В общем…

— В общем, я бы простил, — вдруг сделал неожиданный вывод Стас.

— И постарался бы никогда больше об этом не вспоминать. Выкинуть из головы. Забыть, — поддержал его Наглец.

— Ведь ей самой это тоже нужно…не меньше, чем тебе, Найджел, — закончила я.

— А что, никто не хочет узнать моего мнения? Вы за меня уже все решили? — мрачновата усмехнулся Художник.

— А что тебя спрашивать-то? — Стасик вновь обрел свой насмешливо-ехидный тон. — Ты же сам не знаешь, что делать. Впервые сам попал в ситуацию, в которую раньше только подставлял других. Вот и злишься теперь, и ворчишь на всех, а сам не в состоянии придумать что-либо дельное. Даже вон костер разжечь, чтобы согреться. Если бы мы ждали тебя, то так до сих пор и шлялись бы по лесу замерзшие, уставшие и злые. И даже не поговорили бы.

— Да уж, Найдж, — подал голос Наглец. — Ты чаще всего поучал всех нас, всегда мог найти выход из самой неразрешимой ситуации, но теперь все наоборот. Смирись с тем, что и тебе порой бывает нужна помощь друзей. И хороший совет. Да ты ведь и сам понимаешь, что мы правы, верно?

— Понимает-понимает! — уверенно заявил Стас. — Он только прикидывается безнадежным болваном. Но, на самом-то деле, мозгами он шевелить умеет, да и от помощи друзей никогда не отказывался. Небось, знает, что единственное, что хорошо получается в одиночестве — это рукоблудие…

— Да идите вы всё к черту! — вдруг взорвался Найджел. — Нашлись советчики! Сборище психологов-консультантов, блин! Специалисты по этике семейной жизни! Что вы вообще понимаете??? Пошляк и извращенец, который, наверное, в жизни-то никого и никогда не любил, а только прикалывался над чужими чувствами. Наглец и бабник, непробиваемый и толстокожий, который до сих пор девушек только трахал, и бросал на утро, а теперь вдруг вздумал давать советы. И обиженная гордячка, самовлюбленная и избалованная, которую задетое самолюбие толкнуло на попытку мести всему мужскому роду. Чудная компания!

— А во главе компании — бывший романтик, который так же из-за обиды на весь женский род строил из себя коварного и бессердечного соблазнителя, — не остался в долгу Стас. — Только вот все его старания оказались бесполезными и бессмысленными, когда он повстречал на своем пути милую крошку, которая растопила его ледяное сердце. И правда — чудная компашка получается!

— Да уж, — поддержал Андрей. — В лесу-то еще ничего, но по городу нам лучше передвигаться в тайне, инкогнито. Чтобы не вызывать у встречных прохожих приступов нездорового любопытства…

— И смеха, — докончила я.

На этот раз действительно рассмеялись все. И даже Найджел — хмурый, мрачный Найджел — улыбнулся.

ЭПИЛОГ

Солнечные лучи, изредка проступавшие сквозь разрывы хмурых туч, превращали в сказочное королевство даже самые обычные улицы нашего города. Они отражались в лужицах, гонялись друг за другом в витринах магазинов, подмигивали мне солнечными зайчиками, заставляя улыбаться встречным прохожим. Талая вода журчала звонкими ручейками под аккомпанемент капелей и разбивающихся сосулек, унося остатки зимы куда-то в небытие. Подтаявший снег кое-где еще лежал грязными сугробами, но уже ни у кого не вызывало сомнений то, что весна наконец-то пришла!

Хотя люди, так ждавшие её, все равно были недовольны. И все равно ворчали. Ворчали на слякоть, на промокшие ноги, на таких вот бесшабашных и явно сумасшедших особ, как я, которые носятся по улицам, умудряясь с какой-то стати жизнерадостно улыбаться всем прохожим без разбора. В ответ на улыбку которых, людям с согнутыми спинами и поникшими взглядами невольно хочется отвести глаза, а потом обернуться вслед, недоуменно переглядываясь между собой и крутя пальцами у виска.

Нет, все-таки жизнь — непредсказуемая штука. Кто бы мог подумать еще несколько месяцев назад, что столько всего со мной произойдет, что я буду способна на такие вещи??? Что пойду сегодня туда, куда сейчас иду? Ни за что бы не поверила, что все это происходит со мной!

Но, кажется, жизнь преподнесла мне хороший урок. И, кажется, я начинаю любить её сюрпризы…

Во всяком случае, сейчас я искренне и жизнерадостно улыбаюсь всему, что мне попадается по дороге. Деревьям, солнцу, талому снегу, сгорбленным людям, стуку собственных каблучков по уже проступившему кое-где асфальту…

Я иду туда, откуда сбежала когда-то. Сбежала, испугавшись собственного затрепыхавшегося вдруг сердца. Сбежала от того, чего не понимала и потому боялась этого в себе. И от того, кто все это во мне вызывал.

Как ты там, мой милый мальчик-романтик, мой забавный маленький инопланетянин? Наверное, уже повзрослел, возмужал? Сколько всего произошло в твоей жизни с момента нашего расставания? А сколько всего произошло в моей!

Но ничего, у нас с тобой будет время наверстать упущенное. Будет время обо всем поговорить. Будет время высказать все те слова, что мы не успели сказать друг другу раньше. Исправить все те глупости, которые мы успели насовершать. Разубедить друг друга в том, в чем мы уже успели увериться, и заставить вновь поверить во всё то, в чём мы уже разочаровались. И я знаю, что так и будет. Потому что не каждому в этом мире судьба дает второй шанс, но уж если дает — надо использовать его на всю катушку!

Знаешь, те, кто любят, иногда возвращаются. Потому что ступив один раз на неправильный путь, можно насовершать столько глупостей, что рано или поздно захочешь вернуться к его началу. И путь, пройденный до этого, тогда не будет напрасным, если только ты умеешь учиться по дороге и делать правильные выводы из тех уроков, что преподает нам жизнь.

Ты это знал с самого начала. Теперь знаю и я.

А еще я знаю твой адрес. Спросила у твоего брата. И знаю, когда ты придешь — высчитала время твоего обычного возвращения домой с тренировки. А еще я кое-чему научилась…

Осталось только дождаться тебя вечером возле подъезда, подойти тихонечко сзади и, сдерживая предательски-громкое биение сердца, закрыть тебе глаза руками…

Я знаю, что так и будет сегодня.

Я только не знаю, что подумаешь ты, когда почувствуешь вдруг аромат моих духов, когда мои ладошки на мгновение прикроют твои широко распахнутые навстречу солнцу ресницы, и голос, который (я уверена!) ты еще не успел забыть, тихо спросит: «Ты любишь сюрпризы?»

(с) Анастасия Вечерина, Нижний Новгород, 2002 г.

Content

Вечерина Анастасия Исповедь мотылька

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ЭПИЛОГ