Бушар Сандра

Чёрт из табакерки [publisher: SelfPub]

Глава 1

Мне хотелось бы начать со слов: «Не помню, когда моя жизнь перестала быть идеальной». Но она никогда не была сахарной. В три года родители погибли, а так как других родственников не было – меня отдали в детский дом. Помню, как вошла туда впервые и поняла: все. Как раньше… Нет, уже не будет. Взрослые мысли в голове ребенка.

Так и было. Мы воровали, продавали газеты и отдавали все деньги директору, красили ей стены в доме, даже стелили ламинат… И все это в десять лет. А потом произошло что-то странное. К нам приехал мужчина лет пятидесяти, пухлый, молчаливый, уставший от жизни меценат. Он решил принять в семью девочку.

– Почему именно из нашего дома? – шушукались работники по углам. Ответ оказался прост – его жена здесь выросла и умерла в аварии десять лет назад, когда была беременной. Не знаю, почему он решил взять на попечение кого-то именно сейчас. Не знаю, почему выбрал именно меня.

Ведь от одного взгляда Романа Викторовича у меня наворачивались слезы. Я робела, становилась послушной и готовой выполнить любой приказ, лишь бы он больше на меня не смотрел так…

Но уже вскоре мои вещи собрали и сказали, что теперь моя жизнь изменится. Снова… Так и случилось: дорогие платья, лучшие учителя, множество интересных кружков. Каждый раз за новое достижение Роман Викторович вызывал меня к себе и, улыбаясь только уголками губ, просто кивал. Это было единственное поощрение, которое я помнила. Любви особой к себе не видела, но меня и так все устраивало.

Но однажды в дом приехал Он. Сэм – родной сын Романа Викторовича, который после смерти матери решил жить на ее родине – в Америке. Ему было восемнадцать, когда я едва отпраздновала свое четырнадцатилетие. Наглый мажор, самоуверенный козел и хитрый подлец. Это я поняла с первой встречи, когда он долго рассматривал меня, как какую-то грязную безродную зверушку.

– Ты тут ненадолго, – сказал он мне за праздничным ужином, а затем начался террор.

Он подарил мне подарок, который, после того как я его открыла, взорвался. Мои волосы сгорели вместе с половиной комнаты, и год я потратила на то, чтобы выглядеть сносно, нося при этом парик. Еще был удав в постели, после – черви в завтраке, а затем и вишенка на торте: Сэм подкинул мои «голые фото» отцу, которые явно сделал сам в фотошопе. Тот не разбирался, как и раньше, поэтому просто закрыл меня в чулане на сутки.

Я часто там сидела. Каждые выходные. После проделок Сэма, которые парень приписывал мне. Много раз я слышала, как тот уговаривал отца вернуть «недостойную падчерицу» обратно. А старик лишь слушал, но ничего и не говорил.

В конце концов, Сэм отчасти добился своего. Роман Викторович стал относиться ко мне так же, как и сын. С пренебрежением. Словно я обуза, которую едва удается терпеть. И неважно, что в школе у меня был высший балл. Неважно, что учителя музыки, рисования и бальных танцев восхищались моим упорством. Тогда, в глубоком детстве, я не понимала, почему меня не любят. Старалась все больше, больше, больше… А в итоге получала лишь взгляды, полные ненависти и пренебрежения.

Роман Викторович жил в мире иллюзий. Но и он, как оказалось, был не вечен. Мне только исполнилось шестнадцать, когда новый отец умер. Сердечный приступ был такой внезапный, что не оставил ему шансов.

В тот вечер Сэм позвал меня к камину, расположенному в главном зале дома. Он, стоя ко мне спиной, держал в руках стакан с каким-то алкоголем. Его голос рассекал воздух как холодное лезвие, и я вздрагивала от каждого слова, боясь даже дышать.

– Отец умер. И как адекватный человек, он не оставил тебе и цента. Я борюсь с желанием сегодня же отдать тебя в тот свинарник, из которого ты вылезла… Ждет тебя участь дешевой шлюхи, – Сэм говорил это с таким злорадством и скрытым восторгом, что по моим рукам пробежал целый рой мурашек. – Но когда я вспоминаю, сколько денег вложил в тебя отец, мне становится жаль инвестиций. Поэтому я предлагаю тебе престижную школу-интернат заграницей. Там же ты можешь поступить в вуз. Если мозгов не хватит, я помогу тебе с оплатой и временным содержанием. Дальше сама.

Его предложение было настолько неожиданным, что я растерялась и не сразу пробормотала:

– Спасибо… Я так тебе благодарна!

Мои слова будто взбесили его, и Сэм зажмурился, раздавив в руке стакан. Осколки полетели на пол, врезаясь острыми концами в высокий ворс персидского ковра.

– Ты дрянь, не стоящая даже копейки – помни это всегда. Будь моя воля, я бы загноил тебя на скотобойне. Это дань отцу, и только! – прорычал он. – К тому же ты будешь мне должна. Если я позвоню тебе, ты придешь. И выполнишь все. Иначе я верну тебя туда, где твое место. Поняла?! Попробуй ослушаться – и узнаешь, что такое ад на земле.

Сэм ушел, оставив меня обдумывать сказанное. А я так и осталась сидеть до утра, пока такси не прибыло, чтобы отвести меня в аэропорт.

* * *

– Мия, девочка, ты просто красавица! – пробормотала мне бабушка на ухо, глядя, как я заправляю плотную строгую блузу в длинную юбку. – Но ты ведь не на работу идешь. Может, наденешь платье? Или что-то девичье, летнее…

– Но и не на свидание, – парировала я, проверяя, чтобы на лице не было ни грамма косметики. Это не тот день, когда стоило пытаться выглядеть лучше. – Мне пора. Позвоню, когда освобожусь.

Прошло семь лет с нашей последней встречи с Сэмом. Семь долгих и счастливых… Я окончила школу в Лондоне с высшим баллом и поступила в престижный университет. Но душа моя осталась на родине, так что закончила обучение я все-таки дома. Юрист со знанием пяти языков был нужен всем, поэтому с работой проблем не возникло.

И единственный человек, которого я пронесла сквозь годы – бабушка. Милый и приветливый комендант из общежития. Когда вместо тусовок и гулянок я усиленно училась и засиживалась в библиотеках, она была единственной, кто протягивал руку помощи и угощал чаем. Женщина стала мне родной и любимой. Когда возник вопрос о проживании, она позвала меня к себе, в скромную однушку на окраине города. Квартира была ее, но я честно оплачивала все счета, покупала продукты и помогала по хозяйству. Бабушка ругалась, но это меньшее, чем я могла ей помочь.

Жизнь налаживалось. Все было так, как я и мечтать не могла: престижная работа в крупной корпорации и большие перспективы на будущее.

Как вдруг раздался звонок. Это случилось вчера вечером. Я сидела у окна с кружкой чая и думала о том, что завтра выходной. Парень из соседнего отдела звал на свидание. Он не сильно нравился мне, но пора бы устраивать личную жизнь. Не за горами двадцать четыре года.

– Алло? – я подняла трубку, даже не подумав посмотреть, кто звонит. И тут же пожалела. Возможно, неизвестный номер заставил бы меня не брать трубку… Тяжелое дыхание, хриплое и тягучее, выбило из колеи.

– Привет, Мия, – холодно, с насмешкой протянул Сэм. Он произнес мое имя так, будто это что-то жутко мерзкое и противное, а затем словно специально протянул: – Скучала по мне?

Мой язык прилип к небу, ладони стали липкими и влажными от волнения, и я не сразу нашла в себе силы протянуть:

– Нет.

Сэм никак это не прокомментировал, ведь наверняка ответ был очевидным для нас обоих. От одной мысли про «братика» волосы на голове становились дыбом. Я ведь до сих пор панически боялась змей и темноты!

– Знаю, что устроилась ты хорошо. Помнишь про свой долг? – Сэм ненадолго замолчал, словно давая мне почувствовать горькое послевкусие своих слов. И только после коротко подвел итоги: – Пришло время платить. Жду тебя завтра. Адрес сброшу в смс.

Не прощаясь, он сбросил вызов. И вот теперь я покорно шла на встречу, исход которой мог быть каким угодно. Мальчик вырос. И его шалости, можно догадаться, тоже. Что Сэм заставит сделать меня на этот раз?!

Глава 2

В метро была такая давка, что дышать стало сразу же практически невозможно. Какой-то мужчина потянул меня за волосы, и идеальный хвост рассыпался на светлые локоны. Женщина смяла рубашку и едва не оторвала кусок хлопка себе на память. Особо вещь не пострадала, но пара пуговиц, которые и так трещали по швам в районе груди, порвались.

Но в тот момент было плевать. Я шла, отсчитывая шаги. Каждый из них будто приближал меня к чему-то черному и грязному… А затем перед глазами появилось высокое здание с витиеватой строгой надписью: «Керн Холдинг».

Все правильно. Когда-то я приезжала сюда в гости к Роману Викторовичу. Теперь всем управлял Сэм Керн – его единственный наследник…

На ресепшене меня словно ждали. Миловидная брюнетка, едва увидев мое лицо, тут же натянула неестественную улыбку и высоко пропищала:

– О, госпожа Мия Бушминская? Вас ждут, – она кивнула высокому охраннику, и тот разве что не за руку отвел меня в кабинет босса: зашел в лифт, отвез на шестидесятый этаж и довел к нужному кабинету. И стоял около меня, словно вкопанный, прям до того момента, пока я не постучала и не вошла.

Ранее я бывала в этом кабинете, но сейчас от него остались одни воспоминания. Современный, в белых тонах, напичканный новой техникой и всевозможными дизайнерскими атрибутами. Небольшие окна заменили на витражные: в том месте, где раньше висела картина, теперь была громадная сенсорная панель; книжный шкаф поменяли на барную стойку. Все в стиле Сэма.

Я так и замерла у двери, неловко осматриваясь и переминаясь с ноги на ногу. Только спустя минуту заметила крупного и мускулистого мужчину в черном, идеально выглаженном костюме. Он стоял спиной ко мне и рылся в шкафу, словно не замечая присутствия постороннего.

Сэма я помнила мелким, худощавым, с длинным волосами, вечно затянутыми в тугой жгут. Именно поэтому, осторожно покашляв, тихо прошептала, без каких-либо задних мыслей:

– Добрый день! У меня встреча с господином Керном. Не могли бы вы?..

Я оборвала сама себя, споткнувшись на полуслове. Ведь, когда незнакомец повернулся, воздух выбило из груди. Небольшая борода, короткая стрижка, гора мышц под дорогим костюмом – это был он. Новый Сэм Керн.

Но мне было плевать на эти мелочи. Его взгляд… За одну секунду он будто просканировал меня с ног до головы, пробирая до самих хромосом. Ярко-голубые глаза и без того всегда источали жестокость, а сейчас еще и власть. Убойное сочетание.

– Ты не изменилась, Мия, – с презрением выплюнул он и поморщился. Затем все же взял какую-то папку и вернулся к столу, чтобы сесть на свой кожаный трон и уставиться на меня так, как смотрит удав на зайца перед обедом. – Неужели все инвестиции были напрасны, и ты выбрала работу путаной?

Проследив за взглядом Сэма, я напоролась на вырез блузы. За счёт большой груди он всегда смотрелся развратно, а сегодня еще и метро «потрепало».

– Брось, Сэм, – меня бросало то в жар, то в холод, голова шла кругом, а коленки подкашивались, но я лишь мило улыбнулась и медленно подошла к столу, чтобы сесть на место для посетителей. – Тебе наверняка доложили о роде моих занятий. К чему этот цирк?

– Ты про свою убогую работу юристом? С такой зарплатой ты просто обязана подрабатывать на панели, чтобы прокормиться, малышка, – равнодушно парировал он, продолжая внимательно изучать меня взглядом. Я чувствовала себя странно: будто Сэм в этот момент читал все мои мысли. И пока мне с трудом удавалось привести дыхание в порядок, он монотонно открыл папку и протянул бумаги мне. – Теперь по делу, касательно твоего долга… Я хочу, чтобы ты подписала это. Сейчас. Времени у меня мало.

Сэм знал о моем юридическом образовании. Он просто обязан был догадаться, что я изучу документы, прежде чем подписать… От каждой прочитанной строчки мое сердце билось все быстрее, испарина шла по телу, а мысли разбегались.

Нет. Просто не может быть! Это очередная шутка или какая-то проверка?

Словно какая-то идиотка, я подняла бумаги и показала их Сэму. Голос охрип, но суть донести удалось:

– Ты знаешь, что там написано?

– Я сам составлял договор, Мия, – Сэм сложил руки у подбородка, а его больший перстень с темно-голубым камнем сверкнул в отражении лампы. Я помнила его… Это было единственное фамильное украшение отца Романа. По крайней мере, на моей памяти. – Подписывай.

– Но… – я не верила в то, что скажу. Абсурд! Было почти смешно. – Это брачный контракт между мной и тобой!

Сэм словно специально долго молчал, давая моим мыслям возможность разгуляться. Но в голове было пусто и дул ветер.

– Это должно быть для тебя не важно, – отчеканил мужчина по слогам. Его лицо вытянулось, становясь еще более злым и устрашающим. Наверняка Сэм не получил той реакции, на которую рассчитывал, поэтому он просто сквозь зубы протянул: – Мой отец выдернул тебя из дерьма. Я же обеспечил тебе будущее, о котором люди твоего социального статуса не могут и мечтать. Ты обязана мне жизнью, Мия. Пописывай и не трепи мне нервы!

Долгие годы мне снились кошмары про Сэма. Я просыпалась в поту и искала червей в обуви, змей в одежде… Но даже при худшем развитии событий не могла представить… Такое.

Ужас и паника охватили с головой. Внезапно стало нечем дышать, и я едва ли не подпрыгнула на месте, чтобы быстрым шагом убежать отсюда. Раз и навсегда. Нужно было больше кислорода и меньше давления Сэма!

– Если ты выйдешь из этого кабинета, то жизнь твоя будет окончена, – спокойно протянул мужчина и попал в цель. Я замерла у двери, ноги приросли к полу. Что бы он дальше ни сказал, я верила каждому слову. – Кто ты, а кто я? Никто не возьмет тебя на работу, если я попрошу, придется идти в шлюхи. Кажется, ты живешь с какой-то старушкой?.. Как думаешь, что будет, если в один момент она случайно упадет с лестницы?

Как я и боялась, шалости маленького подлого мальчика стали масштабнее, жёстче, грязнее. Он предупреждал меня, что разрушит мою жизнь, если я не расплачусь за помощь. А я жила и просто надеялась, что стану настолько незаметной, что Сэм забудет о моем существовании.

А вот и нет! Получите и распишитесь.

На ватных ногах я медленно вышагивала обратно. Подвергать опасности бабушку я была не готова. Не в этой жизни, в которой, кроме нее, у меня ничего нет.

– Давай свой контракт, – выхватив их рук мужчины бумаги, я, не глядя, подписала.

Не нужно быть гением, чтобы понять – брак ему нужен был не из-за любви. Возможно, он повесит на меня что-то незаконное? Выставит виноватой? Засадит в тюрьму? Очень даже в духе Сэма.

В тот момент я понимала, что все равно проиграла. Карьеру потеряла бы и так. Но бабушку… Пусть хотя бы ее не коснется эта грязная история про черта из табакерки.

Глава 3

– Это все? Я могу идти? Мы, кажется, рассчитались, – высоко подняв подбородок вверх, я взгляну на Сэма так, как должна была изначально: с гордостью и достоинством. Пусть он видит, что я больше не груша для битья, а самодостаточная девушка. Но он лишь насмехался, загадочно сверкая глазами.

– Куда же ты бежишь, дорогая? – наиграно-обиженно протянул он и поджал губу, чтобы тут же залиться смехом. От этого стального и лишенного всяких эмоций голоса звенело в ушах и потели ладони. – Не хочешь узнать, что и зачем ты подписала?

– Особого желания разговаривать с тобой у меня нет. Так что, если это все, я, пожалуй, пойду… – заставив себя подняться, я едва успела сделать шаг, как послышался удар кулака по столу и дикий рык:

– Села!

По инерции буквально плюхнувшись обратно в кресло, испуганно уставилась на мужчину. Теперь страх удавалось скрывать все меньше, ведь сердце колотилось, а меня тряслось.

– Мне не нужна «жена по контракту», идиотка. Все должны подумать, что наш брак настоящий. С этого дня ты будешь выполнять все согласно договору, который ты наивно проигнорировала… Так уж и быть, копию дам тебе с собой, – коротко отчеканил он, словно проводил бизнес-переговоры и не было этого странного срыва всего минуту назад. – Тебе полностью заменят гардероб, подберут визажиста и стилиста. Завтра впервые папарацци «застукают» нас в кафе. Послезавтра ты должна переехать в мой дом и провести первый прием от имени хозяйки дома. Дальше… Прочтешь сама.

Кроме того, что Сэм нес ахинею про то, что я должна стать актрисой, изображающей любовь к этому монстру, мне не давал покоя один вопрос:

– Почему я?.. Не понимаю. СМИ сразу поймут, что мы ненавидим друг друга.

– Потому что тобой легко манипулировать, Мия. Ты всегда была послушной и податливой, – недобро подмигнул он, заставляя меня откинуться на спинку кресла и прикрыть глаза рукой. Что за ерунда происходит? Это всего лишь дурной сон. Никак иначе. – Еще кое-что… Ты ведь понимаешь, что моя жена не может быть шлюхой? Так что теперь твоя жизнь под моим контролем. Телефон, ноутбук и другая техника на прослушке. Два охранника всегда будут рядом. Одна машина прицепом. Но не переживай, для тебя они будут лишь незаметной тенью.

Я не должна была этого говорить, но слова сорвались с губ прежде, чем успела подумать:

– Парня нет. Личная жизнь – работа. Незачем напрягать людей.

– А как насчет того коллеги из конторы, который вот уже месяц дрочит на твои фото, а сегодня наконец-то уговорил тебя на свидание? Кажется, ты его пропустила, даже забыв предупредить, – слишком нервно выпалил Сэм и резко вскочил с места. Мужчина подошел ко мне вплотную, и я задрала голову. Черт! Он ведь следил за мной! Как давно? Что он успел раскопать?.. Сотни мыслей, одна ужасней другой, метались в голове, пока мужчина оперся о стол и с угрозой отчеканил: – Если я еще раз увижу его рядом с тобой – парню не поздоровится. Ты поняла? Поняла меня?! Я жду ответа, Мия!

Если до этого я боялась только того, что может произойти, то сейчас просто растворилась в этом ужасе. Сэм Керн слова влез в мою жизнь, заполнив собой каждый уголок, и душил, подавлял, расставлял ловушки и навязывал свои правила. А я не могла ему отказать. Просто знала последствия. И теперь, прикусив язык, чтобы не сказать, что в свои годы до сих пор даже не целовалась по-настоящему, спокойно произнесла:

– Выбора у меня все равно нет. Так что – да. Я поняла.

* * *

Помню, когда-то подобное уже случалось. Покопавшись в памяти, я вспомнила время за месяц до смерти Романа Викторовича. Сэм тогда внезапно пропал, а жизнь успокоилась на какую-то неделю. Я сидела на постели в позе лотоса и думала о парне из школы, в которого была влюблена. Сегодня он дал мне понять, что тоже неравнодушен, и я не могла поверить своему счастью.

Как вдруг дверь в комнату резко распахнулась и ударилась о стену. Штукатурка посыпалась, а часы с картиной упали со стены и разбились вдребезги. Но это было не так важно… Ведь в проходе стоял Сэм. Длинные волосы его разметались по плечам, глаза горели, а по лицу стекал пот.

– Шлюха… – прорычал он, глядя на меня и не моргая. Растерянная и дезориентированная, я поспешила сесть прямо. Что заставило его вернуться из Майями, куда он увез свою новую пассию? – Дрянь. Всегда знал, что ты только и ждешь момента, чтобы раздвинуть ноги и дать себя трахнуть.

– Сэм, я не понимаю… – мысли рассыпались в голове, как порванная нитка жемчуга. Я пыталась сообразить, о чем он, почему оскорбляет и почему поднял эту тему. Как вдруг заметила кровь у него на кулаках. Много крови… И судя по тому, что ссадин и ран на Сэме не было, парень просто избил кого-то. – Что это? Чья это кровь, Сэм? Роман Викторович уже предупреждал тебя, что если снова затеешь…

– Защищаешь своего сосунка? Поверь, он еще не скоро сможет думать о противоположном поле. У него проблемы серьезнее! – еще сильнее взбесился он и направился ко мне. Его глаза метали молнии, и как бы я ни старалась укрыться – не удалось. Он схватил меня за шею, вымазывая в чужой крови, задрал голову так, чтобы я непрерывно смотрела на него, как какая-то собачка на поводке. – Говори, со сколькими ты уже переспала? Говори, сука!

Но голосовые связки будто бы парализовало от застывших рыданий. К тому же он давил слишком сильно, чтобы я могла открыть рот. Лишь слабые всхлипы давали понять, что он меня таки не задушил.

– Где он тебя завалил? На заднем сидении папкиной тачки или прямо в школе, на поле для футбола?! – словно не замечая моих слабых попыток его вразумить, пробормотал он. Но не получив ответа, толкнул на кровать и навалился сверху. Я чувствовала, как бешено колотится его сердце, грозя вырваться из груди. Видела, как расширены зрачки, и понимала, что смотрит парень на меня как-то странно. Мурашки разбегались по телу от этих разглядываний. – Ты совсем не думаешь о… Чести семьи, дрянь. И я проучу тебя раз и навсегда! В следующий раз будешь думать головой!

Одной рукой удерживая меня на месте, парень потянулся вниз, к молнии джинсов, но руки его тряслись от адреналина так сильно, что замок никак не удавалось дернуть вниз. Сэм матерился, вдавливал меня в кровать все сильнее, а я плакала и думала… О чем речь? Кто-то сказал ему, что я переспала с парнем из школьной команды?!

И тут до меня дошло. Это был Миша. Я была влюблена в него до чертиков, и вчера он наконец-то позвал меня на свидание. Все прошло хорошо, только вот сегодня в школе все почему-то странно на меня косились.

Осознавая, что Сэм в шаге от роковой ошибки, которая сломает нас обоих, я заставила себя выдавить слово:

– Ложь! – Сэм лишь на мгновение замер, но не поверил. Поэтому я снова пробормотала: – С Мишей было одно свидание. Вчера. И поцелуй сегодня. И то, это было невинно до чертиков! О чем вообще речь? Кто дал поверить в… большее?

Сэм замешкался, затем, все еще удерживая меня на месте, потянулся к карману. Достал телефон и протянул его мне. Там был фото: я и Миша в раздевалке, мы целуемся, а его рука у меня в трусиках. Я так сильно удивилась, что не сразу поняла, что это монтаж. Мы и вправду целовались сегодня. Но моей была только голова, а вот все остальное – подставное.

– У меня нет таких юбок, Сэм! Я ведь хожу в школу, а не на панель! – зацепилась за факт я, как вдруг охнула от понимания: – Черт, я ведь видела похожую одежду у нашей учительницы физики. Но у нее есть муж, да и ребенок в первом классе. Не может быть! Она казалась такой правильной…

Вроде бы мое удивление показалось Сэму искренними, и он отпустил руку, давая сделать полноценный вдох. Только теперь, вглядываясь в его глаза, я вдруг поняла, что он либо пьян, либо под кайфом. Почувствовав свободу и отпустив первобытные инстинкты, вдруг непонимающе взглянула на Сэма. Ему-то что? Напился и решил показать, кто в доме хозяин?!

– Из-за какой-то шлюшки репутация нашей семьи не пойдет ко дну, – словно читая мои мысли, отчеканил парень. А затем его взгляд скользнул по моему телу, словно покрывая его коркой льда. Было в его глазах еще и разочарование… Только вот от чего? Неужели он все же хотел перешагнуть грань? – Если я увижу тебя с парнем – убью. Ты поняла меня? Только попробуй переспать с кем-то, маленькая дрянь!

Я замешкалась, не понимая, какого черта парень берет на себя так много. Рабство давно отменили! И пусть Миша сегодня оказался козлом, никто не знает, кого я встречу завтра. Но Сэм опять понял все неправильно. Его глаза удивленно расширились, а с губ слетело яростное: «Блядь», которое выражало столько эмоций, что не удалось считать и половины.

– Ты ведь уже трахалась с кем-то, да? Пусть не с этим уродом… Тогда с кем?! – он нагнулся ко мне и, как какой-то помешанный, встряхнул за плечи. Я зажмурилась и, глотая слезы, отвернулась в сторону, когда услышала в ухо рычание: – Скажи мне, кто он! Я должен знать! Говори, Мия…

Глава 4

– У меня не было никого… Никого и никогда… – словно мантру, молитву или заклятие истошно повторяла я, надеясь, что странная правда меня спасет. Алкоголя мало для такого поведения. Тут наверняка замешана крепкая травка! Раньше он был бы только рад явной возможности выгнать меня вон, а сейчас требовал другого. Где логика?

– Я хочу знать точно, – словно сумасшедший прошептал он, а после раздвинул мои ноги, задрал юбку и попытался снять трусики. Только вот, осознав все масштабы катастрофы, я начала истошно кричать, вопить и ворочаться. Его силы хватало, чтобы удерживать меня на месте, но рука постоянно ускользала, не давая ему завершить начатое. – Замри, Мия! Будет только хуже. Я должен знать точно… Мне это важно!

Как вдруг на лестнице что-то грохнуло, а потом послышался взволнованный крик домработницы:

– Мия, девочка! Ты чего кричишь? Что стряслось? Уже бегу, милая!

Сэма в этот момент словно холодной водой окатило. Он замер, зажмурился, напрягся так, что выступили синие вены, а капилляры в глазах полопались, залив белок алым цветом. После он резко спрыгнул с постели и, не оборачиваясь, бросил:

– Скажешь кому-то – убью. Остальное ты поняла. Только попробуй нарушить мои правила.

Вскоре в комнату влетела домработница. Могу представить, какие мысли были у нее в голове: молодая растрепанная девушка в слезах и чужой крови. Но я успокоила ее, сказав, что это всего лишь болезненные женские дни и стоит пойти в ванную. То-то и всего. Да я почти сама себя в этом убедила! Если бы не то, что случилось на следующий день…

– Встань! – рявкнул Сэм в реальности, и я закрыла дверь воспоминаний, моментально вскочив на ноги. Мне не хотелось его слушать, это было унизительно. Но на кону стояло больше, чем прихоть одного мерзавца. – Тебе не мешало бы похудеть, Мия.

Изогнув одну бровь, я нахмурилась и посмотрела вниз. Куда еще худее? На диетах специально я никогда не сидела, потому что не требовалось. Весила не больше пятидесяти пяти килограмм. Да, ягодицы и грудь фигурные, но это не жир, а мышцы!

И пока я копалась в себе, мужчина достал сигару из коробки на столе и равнодушно скомандовал:

– Раздевайся.

Испуганно охнув, я прикрыла себя рукой, словно уже была голой. Сделала шаг назад и пробормотала:

– Только не говори, что секс есть в контракте! Я не собираюсь…

– Спать с тобой? – насмешливо пробормотал мужчина, подавившись дымом. – Не набивай себе цену… Я лишь хочу оценить масштабы доставшейся мне катастрофы. В глазах прессы моя жена должна быть идеальной.

Я бы хотела отказаться, но Сэм смотрел на меня так, что сделай я сейчас лишний шаг – расстрел. Самым «приятным» в этой ситуации являлось то, что белье на мне было «старческое». Удобные хлопковые трусы, достающие почти до пупка, закрывающие все причинные и непричинные места. А также лиф, максимально прячущий грудь. Представив, как мерзко и непрезентабельно я буду выглядеть в глазах Сэма, мысленно коварно усмехнулась и повернулась боком, чтобы поскорее раздеться.

Что же, если он хочет «незабываемых впечатлений» – пожалуйста! Зато мы раз и навсегда закроем тему интима.

Юбка полетела на пол, и я демонстративно повернулась к Сэму, разведя руками. Дескать, получи и распишись, урод! Но проглотила слова и отступила на шаг. Его глаза, как рентген, таранили насквозь. Обжигали и покрывали чем-то липким, ощутимым каждой клеточкой тела.

Сэм затушил сигару прямо о стол, даже не поворачиваясь. Кажется, он вообще не моргал. Его глаза судорожно скользили по груди, животу, бедрам, ключице, шее… И везде он словно ставил свое клеймо, оставлял след.

– Надень туфли обратно, – низко прохрипел он, словно простыл или затянулся сигарой слишком сильно. Я кинула взгляд на валяющиеся рядом с юбкой шпильки и непонимающе пробормотала:

– Зачем?

Действительно! К чему было спрашивать? Логика мужчины мне не подвластна. Он никогда не позволял мне заглянуть в свою голову, а я и не стремилась.

– Не сейчас, Мия… – не сразу ответил он, присаживаясь на стол. Его пальцы так сильно вцепились в дерево, что костяшки пальцев побелели. Он словно боялся сорваться с места… Прочистив горло, мужчина снова махнул рукой в сторону обуви и пробормотал: – Ну же… Не заставляй ждать.

Нагнувшись, я надела туфли и стала в прежнюю позу. Что изменилось? Вот именно: ничего! Сэм просто любил издеваться, но нам ведь уже не пятнадцать… Это больше походило на демонстрацию власти и настоящее унижение.

– Покрутись… – все так же низко прошептал он со слегка прикрытыми глазами. – Давай, малышка. Делай, что говорю…

Устраивать модельный показ не было ни сил, ни желания, так что я просто встала боком, затем повернулась спиной. Как вдруг что-то сзади упало. Я повернула голову и увидела статуэтку дракона, которая ранее была на столе, разбитой на полу. Хотела повернуться полностью и узнать, в чем дело, но не успела.

Ударилась о спину Сэма. Каким-то невообразимым образом он внезапно оказался рядом. Так близко, что теперь мое тело вплотную касалось его. Странное и непохожее ни на что чувство. Будто попал под холодный душ или ударило током.

– Это невообразимо ужасно… – его рука скользнула по моему животу и коснулась шва трусов. Это касание казалось настолько интимным, легким, невесомым, нежным, что я вздрогнула, но Сэм не позволил сдвинуться с места. Словно нарочно прижал меня сильнее, касаясь губами мочки уха. – Твое белье худшее, что со мной случалось, Мия. Такое даже в последний путь не надевают.

Несмотря на слова, он продолжал тяжело дышать и словно вжимал меня в себя, грозя что-то сломать. Я должна была остановить мужчину… Но это странное чувство, которое разливалось по телу следом за движениями его ладони, не давало собрать мысли в кучу. Вот его пальцы касаются бедра, затем скользят по ягодицам и ныряют между бедрами. Но лишь на секунду… А затем резко поднимаются по животу и оттягивают застежку лифа.

– Не смей больше носить ничего подобного. Подумают, что я взял себе в жены монашку или староверку, – продолжал ворчать он. – Твое чувство стиля вогнало меня в эстетический шок.

Я уже открыла рот, чтобы ответить этому засранцу, как вдруг поперхнулась. Его пальцы лишь слегка коснулись родинки под грудью, а меня словно молнией ударило. Покалывание волнами разошлось по телу и осталось внизу живота тугим спазмом.

– Сейчас же поедем и купим тебе что-то нормальное, – продолжил Сэм, словно случайно скользя губами по шее, вплоть до ключицы. – Сегодня воспользуешься моей кредиткой, а завтра тебе доставят собственную. Она безлимитная. Купишь себе что-то приличное… Наконец-то!

«Да что с тобой происходит? Возьми себя в руки!» – взмолился здравый рассудок, но с первого раза не удалось прийти в себя. Пришлось вспомнить удава в постели и веселый смех Сэма, когда три недели после этого я подрывалась ночью и кричала в голос.

Резко шагнув вперед, я разорвала наш контакт раз и, надеюсь, навсегда! Сэм так удивился, что позволил мне это сделать, так что через секунду я резво натягивала юбку с блузой, всеми силами стараясь не смотреть ему в глаза и выглядеть равнодушной.

– Во-первых, ты наверняка уже увидел все, что хотел, а лапать будешь своих шлюх из клубов, – слишком резко выпалила я, тут же услышав смешок и едкий комментарий:

– Ревнуешь мужа, Мия?

– Во-вторых, выбирать с тобой нижнее белье я не намерена. Если, конечно, этого нет в контракте. Я изучу его более детально, а затем поговорим, – выпрямившись уже полностью одетой, я протянула руку Сэму, всеми силами представляя, что я на совещании у босса. Больше конкретики, меньше неформального общения. – Прошу мою копию документов – и до свидания.

Сэм долго смотрел на меня, словно решая, что делать. Перекинуть меня через стол и отшлепать за дерзость или включиться в игру. На мое счастье, человеком он был авантюрным, так что спокойно кивнул и хитро сощурился.

– Иди, Мия. Сегодня к тебе приедет моя личная помощница и передаст все необходимое. Нечего таскать тяжести, ты ведь на метро.

Дважды не требовалось повторять, что я свободна. Уже спустя секунду мои каблуки стучали за дверью его кабинета.

– И выкинь то странное голубое платье. Ты в нем как пятиклассница, – бросил Сэм на прощание, перед тем как я успела выйти.

И только в лифте я поняла, о чем речь. На прошлый Новый год бабушка связала мне платье с оленями. Оно и вправду вышло чудаковатым, но из уважения я надевала его пару раз. И это было давно. Как минимум, полгода назад!

– Как давно ты следишь за каждым моим шагом, Керн? – спросила я у пустой кабинки и оперлась о железную перекладину.

Стеклянные стены открыли вид на покрасневшую потерянную девушку, которая готова была свалиться в обморок в любой момент. Это определенно не то состояние, в котором стоило идти домой и пугать бабулю.

Глава 5

Напротив нашего с бабушкой дома было уютное кафе. Часто я заходила туда после работы, садилась около окна и пила зеленый чай с фруктовыми добавками. Мне нравилось смотреть на прохожих, на проезжающие машины и оценивать чужие жизни. В такие моменты в голове могла родиться целая история! И это чертовски успокаивало.

Но не в этот раз. Сегодня официант перепутал мой заказ и принес крепкий кофе. Я не стала отказываться и пила его, словно мазохиста, желающая себя наказать.

За что?.. Да как я вообще могла подписать договор с Сэмом Керном? Знаю, он опасный тип, способный на грязную месть, но всегда есть выход! Как можно было раздеться при нем и позволить себя облапать?! И хоть в глубине души я верила, что не сделай этого добровольно, он бы из злорадства «помог», но точно знать не могла. И, наконец, самое противное. Тело отзывалось на его прикосновения! Становилось податливым и послушным. Мерзость! Даже подавилась, вспоминая картины из кабинета…

Холодный прагматичный разум говорил о том, что это лишь физиология. Девственное тело, не знавшее прикосновений мужчины, ощущало все намного острее, нежели другие. И плевать, кто этот первый. Гитлер, Обама, Керн – все равно.

– Простите, Мия Бушминская? – одернула меня девушка, и я резко перевела на нее расфокусированный взгляд. Высокая, ухоженная, красивая и дорого одетая. Судя по тому, что она уже села рядом со мной с заполненным доверху коробком в руках, вопрос был чисто символическим. Девушка видела мое фото и точно знала, кто я такая. – Я от Сэма Керна. Он говорил, что предупреждал вас о моем визите. Так что отложим формальности и приступим к делу.

Спрашивать, как девушка нашла меня вне дома, было глупо. Наверняка Сэм только и рассчитывал на подобный вопрос, желая напугать или поставить в тупик. Дескать, знай: я тебя из-под земли достану. Но то, с какой насмешкой и презрением смотрела на меня незнакомая помощница, ставило в тупик.

– Я уже подготовила вашу банковкую карту, на ней нет лимита. Вы ведь знаете значение этого слова, правда? Это когда денег очень-очень много… Так же принесла пакет документов с пометкой «конфиденциально». Разберетесь, – деловито произнесла она, а затем поморщилась, будто забыла, с кем говорит, и отчеканила, словно для умственно отсталой: – Если что-то будет непонятно – там моя визитка. Но я подстраховалась и «перевела» договора на простой язык, чтобы вам было комфортно. Если понадобятся личные советы – я тоже к вашим услугам. Косметики, прически и стиля в одежде это тоже касается. Теперь вы жена влиятельного бизнесмена и не должны полагаться на свой… особый вкус. Скажем так, его могут не понять приличные люди.

В тот момент мне хотелось придушить Сэма, несмотря на все возможные последствия. Работа – мое все. А выставлять меня идиоткой перед помощницей просто верх невежества. Прикусив язык, на котором вертелось несколько слов, недостойных девушки, я широко улыбнулась и ласково протянула:

– Можно узнать ваше имя?

Брюнетка немного растерялась, но все же ответила:

– Анджела Витальевна… Гачёва.

– Так вот, Анджела Витальевна, уже много лет я работаю в крупнейшей в столице юридической фирме на достаточно престижной должности. В мои обязанности, помимо основной работы, входят так же и собеседования. Мы проводили их по всему миру. Слава прогрессу, техника позволяет. – В моменты, когда кто-то задевал меня как профессионала, я превращалась в тайфун. Голос становился громче, внушительнее и словно подавлял всех вокруг. Уже этого хватило Анджеле, чтобы удивленно открыть рот и признать свое поражение. Она-то думала, что шла на встречу с тупой блондинкой. А тут юрист, да еще и говорить умеет. Во дела! – И вы первая, кто не представился при встрече. Не спросили разрешения присесть, хотя бы ради приличия, ведь я не на работе и ценю личное пространство… И оскорбили меня одним монологом больше, чем клиенты за три года работы. Этому вас учит босс? Вряд ли дерзость передается половым путем. Хотя… Кто его знает? Я не проверяла.

Щеки девушки моментально вспыхнули, и та принялась бормотать что-то непонятное и нечленораздельное, но лишь одно мне удалось услышать четко:

– Извините, мне жаль. Мы больше не будем трах… спать. Честно!

Но ей не было жаль. Слишком часто приходилось мне выступать в суде и видеть пустые глаза тех, кто рыдает и просит прощения. Они лгали, глядя прямо в глаза, как и эта девушка. Анджела шла на встречу с прямым намерением показать, кто главная женщина в жизни Сэма. И даже когда судорожно убегала из кафе, извиняясь уже на ходу, я лишь гадала, какой подставы можно от нее ждать.

И она не заставила себя ждать. Когда я уже подходила к дому с коробкой от Сэма, раздался телефонный звонок. В этот раз номер «мужа» я таки подписала.

– Анджела вернулась в офис, – зачем-то сказал мне он, но, не получив никакой реакции, продолжил: – Она говорит, ты угрожала ей. Грозилась уничтожить, если та продолжит со мной спать. Натравить каких-то там бандитов… Мия?

Горько усмехнувшись своему чутью, я не стала оправдываться и что-то кому-то доказывать. По сути, если Сэм будет думать, что я чокнутая стерва, мне только лучше. Брак развалится, так и не состоявшись.

– Так и было, – равнодушно ответила. Откуда только силы появились так дерзить? Наверное, события сегодняшнего дня окончательно свели меня с ума. Но опомнившись в последний момент, поспешно добавила: – Мне все равно, с кем ты спишь, Керн. Лишь бы не со мной. Просто научи свою помощницу быть вежливой и не рассказывай всем подряд, какая я идиотка. Это и в твоих интересах.

Я уже сбиралась нажать отбой, как в трубке зашипел мужчина таким голосом, от которого даже у льва бы грива стала дыбом.

– Что эта сука тебе сказала?! Да как она только посмела…

– Ничего такого, – растерянно пробормотала я, внезапно понимая, что Сэм не говорил ничего плохого обо мне Анджеле. Выставить меня дурой – только ее инициатива. И почему-то стало легче. Наша с Керном неприязнь только между нами. Посторонним тут места нет. – Мы все выяснили. А теперь мне пора начать разгребать все то, что ты передал.

Керн дал добро, и я отключила телефон. Уже через час, после сытного ужина, наплела бабушке про внезапный дополнительный проект на работе и закрылась в своей спальне. А затем принялась за контракт. Условно он был на год. Если говорить коротко и по делу, то я подписалась на «светский брак». Мы должны быть вместе на виду, изображать идеальную пару на камеру, а сами спать в разных спальнях. Секс в контракте, цитирую: «на усмотрение обеих сторон»… Но, что более интриговало, мне запрещено иметь отношения на стороне. Слово «отношения» подразумевало даже пребывание с мужчиной наедине дольше пяти минут. Каменный век какой-то!

Обычно такие браки заключают звезды, скрывающие свои настоящие сексуальные предпочтения. Но даже сейчас я помнила то безумное количество девушек, что были у Сэма еще в юношестве. Это явно не его история! В чем тогда дело? Почему я?

Он мог найти любую идиотку, навешать ей лапши на уши и заставить смотреть на него с искренней любовью. А затем просто выбросить из жизни, когда перестанет быть нужной. Вполне в стиле Сэма Керна.

Но тут было что-то другое… Я ощущала это на интуитивном уровне, чувствовала, что вляпалась во что-то крупное и опасное. Назад пути не было, как и возможности узнать, в чем суть аферы, где я – главная фигура. Единственное, что казалось очевидным – каждую секунду рядом с Керном нужно быть в напряжении и полной готовности. На разум он воздействует страхом, на тело – своими странными флюидами. Осталось только сердце. Но туда ему хода нет.

Глава 6

Следующее утро было прекрасным, не предвещающим беды… Обычно свое воскресенье я начинала с пробежки и разбора отчетов работников фирмы. Но сегодня спала как убитая почти до девяти часов. Мне снился Сэм… Там, в параллельной реальности, он был другим. Его руки скользили по телу, после сменялись губами. Я таяла под властным напором, позволяя мужчине быть ненасытным собственником. Он снова и снова повторял «моя», словно от этого зависела его жизнь, а я покорно поддавалась и ловила оргазм за оргазмом.

– Мия, девочка! – взволнованный бабушкин голос выдернул из сна, который стал для меня откровением. Я лучше застрелюсь, чем признаюсь в том, какие картины выдало подсознание! – Ты так ворочалась во сне, что-то кричала, кого-то звала… Я испугалась, что кошмар приснился! Может, температуру померяешь? Такая красная вся, да и руки трясутся…

Напротив кровати стояло зеркало и я, с испугом заглянув в него, подметила то, что говорила бабушка: девушка, которая сама себя же загнала в угол.

Резко подорвавшись с постели, я рванула в ванную. Срочно был нужен ледяной душ, способный пробрать до костей! Пора откинуть подростковые гормоны и вернуться в реальность.

– Помнишь, как он унижал тебя все детство? – злорадно прошептала я себе под нос дрожащим голосом, замечая, что на коже уже появились мурашки. – Забыла, как наелась червей вместо макарон, а потом ничего не ела целую неделю, потому что тошнило?! И это лишь цветочки.

Я продолжала вспоминать весь тот ужас, что пришлось пережить, проговаривая вслух, и становилось немного легче. Сон отпускал, а тот Сэм, из сна, оставался в прошлом. Как вдруг внезапно воспоминания отнесли меня во вчерашний день… Черт, как он на меня смотрел! Словно голодный хищник на кусок мяса. И вряд ли Сэм хотел меня съесть. Ему нужна была постель и дикий секс. Уверена, всего лишь для галочки. Возможно, я единственная в этом городе, кто не падает на колени перед его мужественной внешностью, низким голосом, глубоким взглядом и внушительным банковским счетом. Некоторым и последнего пункта достаточно, чтобы стать добровольной рабыней, согласной на все.

Естественно, Керн никогда не получит меня в коллекцию. Ни за что я не стану украшать полку его достижений! Но сейчас, в закрытой ванной, я ощущала дикий жар, словно ледяная вода вдруг превратилась в кипяток. Мне нужно было как-то избавиться от этого, чтобы принять взрослое решение: что со всем этим делать?

Закрыв глаза, уткнулась лбом в кафель и лишь слегка коснулась сосков, тут же вздрогнув. Казалось, словно это были его пальцы, его губы и его дыхание рядом. Нет, не моего «брата» Сэма, а незнакомого мне мужчины из сна с его лицом…

Вспомнив порочный путь руки Сэма, медленно и осторожно повторила его, возвращая неконтролируемое желание. Комок между ног заставил сжать бедра и застонать от бессилия. Нужно было что-то сделать, иначе я просто сорвусь!

Осторожно переключив душ на мощный точечный режим, я сняла шланг и раздвинула ноги. Огромный сгусток эмоций заставил прикусить губу до крови и безмолвно закричать. Перед глазами снова и снова возникало лицо Сэма из сна, рычащего мне в лицо только слово «моя». И этого хватило для разрядки. Такой мощной, буквально сносящей лавиной. Я упала на колени без сил и принялась приводить дыхание в норму.

– Дело дрянь… – уже вслух пробормотала я, понимая, что вляпалась по самое не хочу.

Бабушка чувствовала изменения во мне. Но я была не уверена, что готова рассказать ей про Керна. Да и что было говорить? Что человек, который превратил мое детство в ад, теперь мой фиктивный муж? Почему? Да потому что угрожает! А я что? По-тихому кончаю в душе, представляя его рядом. Боюсь, одним сердечным приступом тут не обойдется! Придется нам обеим вызывать дурку…

– Уже второй день ты ешь одну овсянку. И то две ложки, – хватаясь за сердце, простонала бабушка, внимательно вглядываясь в мое лицо. – Не рви мне душу. Скажи, что случилось, деточка! Может, я помочь смогу? Поди, еще не совсем покойница…

Смотреть, как переживает единственный дорогой тебе человек, мучительно. Но правда была хуже безосновательного беспокойства. Так что когда зазвонил телефон, я с радостью побежала отвечать.

– Я буду у твоего подъезда через пятнадцать минут. Будь добра, не заставляй меня ждать, – даже не думая здороваться, холодно отчеканил Сэм. Этот мужчина не имел ничего общего с человеком из сна.

Внутри словно фитиль зажегся, распыляя по каждой клеточке тела ненависть и злобу. Я теперь безмолвная кукла, с которой он обращается как с собакой?!

– А если я не хочу?

– Лучше тебе не знать, малышка, – равнодушно зевнул он, но, не получив мой ответ, более жестко отрезал: – Мое терпение не железное, Мия. Если ты думаешь, что я и дальше позволю тебе общаться со мной в таком тоне – ошибаешься. Нужно ввести штраф за неповиновение. Собирайся, а я пока подумаю над наказанием.

Сэм бросил трубку, оставив после себя эффектное молчание. Он знал, как сильно я боюсь его, и воздействовал на это при любой возможности. Так что уже через десять минут я стояла в коридоре, натягивая кеды. Оделась как можно проще: джинсы-бойфренды и майка под джинсовой мастеркой. Все-таки регламент одежды на эту встречу мы не обсуждали, так что я могла спокойно пугать мужчину своим «ужасным стилем». Пока…

– Опять не платье… – закатила глаза бабушка, уже даже не пытаясь спрашивать, что со мной происходит. Видимо, решила пока не давить. – Может, волосы хотя бы распустишь? А то ты с этими косами как школьница, ей-богу!

Усмехнувшись пессимистичному настрою, поцеловала ее в щеку и пообещала вернуться домой до темноты. Сколько лет мы уже живем с бабушкой, а я до сих пор не могу привыкнуть, что кому-то не все равно, вернусь ли я вообще сегодня.

Спускалась по лестнице чертовски долго, кусая ногти, не решаясь выйти из подъезда. Мне элементарно было стыдно смотреть в глаза Сэму! Будто он мог каким-то волшебным образом узнать про сон и душ.

Солнце сегодня было активным как никогда. Несмотря на это, стоило увидеть припаркованный у подъезда тонированный джип, мое тело окатило холодом, мурашки станцевали ламбаду, а в желудке все словно покрылось инеем.

Внезапно заднее боковое окно опустилось, и послышался раздраженный голос Сэма:

– Ты специально меня провоцируешь, Мия? Не заставляй затягивать тебя внутрь за руку перед всем двором.

Пару соседок уже косились на меня и на баснословно дорогой для этого района автомобиль. Так что, ускорившись, я уже через пару мгновений оказалось в салоне.

– Как прошла твоя ночь? Было жарко? – прошептал он мне на ухо сразу после того, как дал водителю добро ехать дальше. Перегородка поднялась, и мы остались один на один. Сэм придвинулся максимально близко и провел своим пальцем по моей скуле. – Признайся мне, малышка.

– Мне снился тот день, когда я проснулось от «гостеприимных» объятий удава, – равнодушно отмахнулась я и отвернулась к окну, хотя сердце снова и снова пропускало удары, стоило ему коснуться щеки, шеи, даже волос. – Все закончилось тем, что твои мозги растеклись по стене от моего дробовика. Да, было жарко!

После недолгого молчания в авто раздался смех, стальной и пустой, словно напускной. От него стало не по себе, захотелось выйти из машины и желательно больше никогда не видеть этого человека.

– А ты изменилась! – протянул он, а затем внезапно подцепил меня под ягодицы и затянул к себе на колени. Теперь некуда было отодвигаться, Сэм был повсюду. Его руки плотно прижимали меня к себе, несмотря на попытки освободиться, губы уткнулись в щеку, а неровное дыхание трепало выпутавшиеся из кос волосинки.

– Я больше не та бесхребетная Мия, которую ты знал! Так что, будь добр, дай мне больше личного пространства, – гордо заявила я, стараясь выглядеть как можно менее испуганной и максимально равнодушной. Но услышала лишь снисходительный смешок.

Внезапно одна рука мужчины крепко зафиксировала меня за шею, чтобы его губы смогли без препятствий коснуться уха, а вторая рука залезть под майку. Буквально задохнувшись от наглости, я потеряла дар речи. Такого он не позволял себе, даже когда был безмозглым подростком!

– Твое сердце бьётся так бешено, и все тело дорожит, – хрипло прошептал он мне на ухо, пальцами пробираясь под косточки лифа и лишь слегка касаясь груди. Но и этого хватило, чтобы меня буквально молнией ударило, а приятное тепло потекло вниз, оставаясь между ног. – Ты боишься меня до одури, малышка. Но знаешь, что самое прекрасное? Хочешь так же сильно.

Глава 7

– Что? Не много ли ты о себе возомнил?.. – не в силах договорить фразу, я ощутила, как его пальцы отпустили лиф и он больно шлепнул по телу, пока ладонь Сэма продолжила обзорную экскурсию по моему телу. Вниз. Прямо к самому сокровенному!

– Спорим, если я отодвину твои трусики и запущу пальцы в складочки, то утону в твоей влаге? Интересно, ты там такая же сладкая, как и на вид?

– Ты не посмеешь! – испуганно протараторила я и, вспомнив наконец-то, что мои руки полностью свободны, попыталась отодвинуть его ладонь от себя. Ничего! Он словно был выкован из металла. – Иначе я… Да я просто… Просто… Ух!!

– Ты… Что? – почти беззвучно протянул он, то и дело сглатывая вязкую слюну и тяжело дыша. – Ты ведь хочешь… тебе нужно только попросить. И ты получишь желаемое прямо здесь и сейчас.

– Сэм! – из последних сил воскликнула я, понимая, что еще мгновение – и просто отпущу все предрассудки или заряжу ему мощную пощечину. Оба варианта нравились чертовски сильно.

– Что, малышка? Только представь, как я перекидываю тебя через колено и… – мужчина оборвал себя на полуслове, судорожно втягивая воздух сквозь стиснутые зубы. Ягодицами я ощущала плотность в районе его ширинки, а это мешало привести себя в норму. К тому же только с третьего раза удалось услышать, что в авто звонит телефон. Мужчина нажал кнопку, и голос водителя разнесся по салону:

– Господин Керн, мы на месте.

Верь я до сих по в фей и Деда Мороза, сказала бы, что это магия. А так… Я просто сошла с ума, потому что перестала понимать, что происходит! В один момент мужчина словно покрылся коркой льда и натянул на себя то выражение лица, что можно назвать «холодной вежливостью», только вот она больше напоминала оскал. Сэм равнодушно сплавил меня на соседнее сидение и просто вышел из машины, словно так и было запланировано.

Я осталась сидеть внутри, растерянная и дезориентированная. Кожа по всему телу горела, голова кружилась, а резкий перепад настроения Сэма поставил в тупик. Что это было?! Еще одна попытка унизить?

Внезапно дверь авто открылась, и водитель протянул мне руку, чтобы помочь выйти. По инерции я тут же вскочила с места и едва не упала на колени, так сильно все плыло перед глазами. Единственное, что удалось понять – мы находимся в каком-то очень фешенебельном и незнакомом мне районе столицы. Людей на улице почти не было, как и случайных прохожих. Только дорогие машины и не менее известные магазины.

Около одного из них стоял Сэм. Он засунул руки в карманы брюк и нервно выхаживал на месте, словно сдерживая гнев. А затем повернулся ко мне и рявкнул почти на всю улицу:

– Сколько еще ждать? Шевелись!

Все еще пребывая в замешательстве, я на автомате последовала за мужчиной и очнулась уже в магазине, когда к нам подошла молодая и чертовски красивая девушка с золотым бейджем, на котором значилось «Вельвета».

– Господин Керн! Мы так рады вас видеть, – полностью игнорируя меня, протянула консультант. И делала девушка это намерено, ведь то и дело пыталась заигрывать с Сэмом. Зрелище было жалким, ведь мой «муж» даже смотрел сквозь нее. – Новую коллекцию уже доставили вам на дом для примерки. К сожалению, ничего свежего пока предложить не можем… Может, заглянете ко мне, то есть к нам, через месяц?

Указав на меня рукой, Сэм не стал размениваться на лишние объяснения:

– Это Мия. Ей нужен полный сезон. Никакого старья и безвкусицы. Лимита нет.

Лишь на одно мгновение я увидела, как глаза Вельветы округлились и она бросила на меня полный ненависти взгляд. Что же, пожалуй, теперь я буду часто видеть что-то подобное! Девушки видят красивую картинку, но даже не представляют, что скрывает за ней Керн.

– Конечно. Все будет в лучшем виде, господин Керн! – натянув искусственную улыбку, девушка продолжала обращаться к Сэму.

Я знала этот прием. Вельвета хотела показать, что я лишь карманная собачка на коротком поводке Керна.

И пусть я понимала, что презентабельная одежда известных марок есть в договоре Сэма, но там не было написано, что покупать он ее должен именно здесь. А после такого отношения персонала уйти хотелось до чертиков! Так что, проигнорировав предложение консультанта пройти в примерочную, я повернулась к Сэму и достаточно громко проговорила:

– Я не считаю хорошей идеей покупать что-то в этом магазине.

Сэм лишь усмехнулся и, погладив меня по щеке, нежно прошептал:

– Это бутик, малыш. И он лучший в городе.

Я понимала, что игра в «семью» уже началась. Но от голоса мужчины внутри что-то встрепенулось. Пришлось трижды задать себе вопрос: «О чем я вообще говорила?», прежде чем продолжить:

– Не согласна. Только в дешевых магазинах набирают персонал с улицы, который не считает нужным поздороваться с клиентом. Если они не уважают себя, почему я должна носить их одежду?

Я прямо чувствовала, как вытянулось лицо Вельветы, а воздух в помещении в один миг стал тяжелым. Сэм выглядел равнодушным настолько, что спустя минуту раздумий просто посмотрел на стойку, за которой стояла администраторша. Женщина буквально выронила из рук телефон, по которому говорила с клиентом, и теперь сверлила взглядом Вельвету. Потерять такого клиента, как Сэм Керн, не просто увольнение, это волчий билет для любой престижной работы.

– Хорошо, как насчет того, чтобы поменять консультанта? – предложил Сэм и многозначительно посмотрел на администратора. Женщина поняла посыл и уже через секунду стояла около нас, решив самостоятельно взяться за дело.

– Меня зовут Мария, и сегодня я буду вашим консультантом. Может, пройдем в примерочную и я покажу вам нашу новую коллекцию, госпожа Мия?

Моей целью не было показать, кто в доме хозяин. Отнюдь. Просто каждый человек должен соответствовать занимаемой должности. Если вы продаете носки за тысячу долларов, так не смотрите на покупателя так, будто он недостоин вашего внимания. Мария выглядела как человек, любящий свою работу, в отличие от Вельветы, которая просто любила мужчин с тугим кошельком. Поэтому, мило улыбнувшись в ответ, я с радостью пошла с ней, как вдруг услышала позади:

– Керн? Ты ли это?! – я обернулась вместе с Сэмом по инерции, желая увидеть обладателя приятного низкого голоса, пропитанного сарказмом.

Около стенда с женскими сумками стоял молодой высокий мужчина. У него были зачесанные назад светлые волосы и голубые выразительные глаза. И несмотря на то, что по комплекции он был намного скромнее накачанного Сэма, выглядел как гроза женских сердец.

Глава 8

– Сэм, ты ведь не любитель ходить по магазинам, – забыв о своей спутнице, мужчина тут же двинулся к нам. Но лишь слегка мазнув по другу взглядом, он переключился на меня. – Тебе приносят все в офис на золотом подносе. Неужели снизошёл до простых людей?

– Сегодня особенный случай. Хотел лично подобрать новый гардероб невесте, – пальцы Сэма нашли мою руку, и он сплел наши пальцы так крепко, что я едва сдержалась от вскрика. Этим жестом он словно безмолвно давал понять, что уходить мне он пока не велит. И пусть безумно хотелось оттолкнуть Керна, закончить весь этот фарс, но здравый смысл подсказывал, что сейчас не лучший момент для выяснения отношений. – Знакомься, это Мия. Моя будущая жена.

– Ох… Неожиданно, Керн! Признаюсь, это неожиданнее, чем наша прошлая встреча… Но мне все равно безумно приятно познакомиться с очаровательной девушкой. Давид Львов, – не страдая застенчивостью и испытывая судьбу, напрочь игнорируя Сэма, Давид сам выхватил мою руку прямо из рук Керна, чтобы продолжительно поцеловать ее. Это был словно вызов всем вокруг, включая меня. И если я просто оцепенела, то, казалось, из ушей Керна разве что пар не пошел.

Я была уверена, что позже получу за свою реакцию на подобное поведение его «друга». Керн не из тех, кто пускает подобное на самотек. Хуже сегодня ничего произойти не могло! Так что просто расслабилась и спокойно протянула:

– Девушка за вашей спиной, которой вы выбираете сумку… Она, кажется, расстроена, что про нее забыли. Может, представите?

– Думаешь? – моментально перейдя на «ты», усмехнулся Давид. Казалось, он наблюдает за мной, как за диковинной игрушкой, параллельно желая позлить Сэма полным игнором. Только вот в голове крутился другой вопрос: почему Сэм позволяет ему это, хоть и пыхтит от злости? – Это не моя девушка. Просто детка заработала поощрение, а я не могу быть в долгу. Вот такой я романтик…

Как девушка «заработала поощрение», я моментально представила и одернула руку, поморщившись. Этот день становился все более неприятным для меня, и дело не только в походе по магазинам. Я чувствовала, что за этим стоит нечто большее, о чем молчит Сэм. И Давид как-то в этом замешан, возможно, невольно.

Львова никак не задела моя реакция, он просто выпрямился и, кивнув в сторону нашего прежнего консультанта, подмигнул:

– Ты молодец. Правильно поступила. Уже не первый раз замечаю, как эта Вельвета оскорбляет покупательниц. Но ты первая, кому хватило смелости поставить ее на место.

В этот момент я четко поняла, что Давид Львов мне совсем не нравится. Его улыбка была такой приторной, что хотелось выпить воды и забыть о нашем разговоре. А красивые глаза были насквозь пропитаны фальшью. Наверное, они бы смогли стать идеальной парой с Анджелой.

– Если вы заметили, как обращаются с девушкой, почему сами смолчали? Вас это забавляло? – даже не пытаясь быть милой, спросила я. Лишь на одно мгновение лицо Давида вытянулось, но затем тот звонко рассмеялся, будто я рассказала ему анекдот.

– Где ты нашел это чудо? Она прелестна! Тоже хочу! Уверен, у меня ей будет лучше… – повернувшись к Сэму, якобы иронично протянул мужчина, но так явно акцентировал внимание на слове «хочу», что намек стал более чем явным. Но больше напрягало то, что он говорил о человеке, как о комнатной собачке.

Я сложила руки на груди, пытаясь закрыться и спрятаться. Сальный взгляд Давида, который прошелся по мне от пяток до макушки, кричал, что ничем хорошим это не закончится. Впервые на меня так сильно давило чужое внимание, вызывая мурашки и желание провалиться сквозь землю. Как вдруг внезапно рука Сэма легла мне на талию и притянула к себе, будто закрывая в кокон. Он словно кричал: «Моя», при этом не опускаясь до грубых слов и неуместных драк.

И в этот момент, на одну крохотную секунду, я была безумно ему благодарна, что защитил, закрыл собой от этой грязи и липкого взгляда, дал опору, не позволил ударить лицом в грязь. Была… Пока не вспомнила, что вообще оказалась в этой ситуации по его вине.

– Таких там уже нет, не ищи. Тем более это не твой уровень, – в тон Давиду с иронией протянул Сэм, а затем глянул за спину Львова и помахал его забытой спутнице. – Тебе больше подходят такие девушки… Готовы «отрабатывать» ночами напролет брендовую сумку, – мужчина нагнулся к моему уху и почти беззвучно прошептал: – Иди, малышка. Если будут проблемы – одно слово, и я сам их решу. Никакой инициативы больше.

Я знала, что это был театр одного актера, и все равно на душе стало как-то странно… Будто выпила горячий чай и укуталась в плед с головой.

Вышагивая к примерочной, я все время думала лишь об одном: если его последние слова предназначались только для ушей Львова, то почему он говорил их так тихо. Словно только для меня? Тайная игра, которую раскрыть не выходит.

Глава 9

Как любая девушка, я любила выглядеть красиво и опрятно. Но никогда не ставила на первое место бренд, даже во время проживания в доме Романа Викторовича. Бутики, вроде того, в который привел меня Сэм, созданы только для того, чтобы потешить самолюбие обеспеченных людей. В обычных магазинах можно найти вещи ничуть не хуже, а порой и лучше.

Но Керн был один из тех, кто любил самое лучшее во всем. Еще с юности он походил на идеального миллионера, и корона ему совсем не жала. Так что, читая контракт, я настроилась не падать в обмороки перед ценниками, не строить недотрогу и не спорить по поводу его выбора. Чем уступчивее я буду, тем спокойнее для меня пройдет его авантюра. Точнее, без последствий.

Но окунувшись снова в ту роскошь, от которой в памяти остались лишь воспоминания, я почувствовала укол в живот. Приятный, сладковато-мускатный запах, обилие цветов, зеркал и благородного белого цвета – все это располагало к хорошему настроению и покупкам.

– Я выбрала все, что подходит вам по размеру. Нужно померить и решить, что сидит хорошо, а что мы отправим портным, – мило улыбаясь, Мария указала рукой на пять передвижных плечиков, одежду на которых мне предстояло померить. Увидев, как побледнело мое лицо, она тут же поспешила заверить: – Не переживайте! Это только выглядит ужасно. На самом деле мы управимся за час.

Все и вправду происходило быстро. На меня надевали одежду, делали пометки и сразу снимали. Никто не спрашивал, нравится ли мне. Наверняка подобного вопроса даже не возникло в светлой голове Марии. Уверена, бренд и ценник должен был гарантировать мой интерес.

Но если бы кто-то спросил, я бы совершенно точно ответила: «Это великолепно!». Сидело отлично, не вульгарно, да и идеально подходило к моему стилю, балансирующему между строгим деловым и женственным. Я чувствовала себя «дорого». В хорошем смысле этого слова.

И между тем, стало так грустно, что сердце защемило. Не я покупаю эту одежду. Меня наряжают как модель. Как вариант «идеальной» жены. Никто даже не спросил, готова ли я носить подобное? Сэму просто повезло. И он даже не соизволил хоть раз постучаться в примерочную, чтобы поинтересоваться мнением.

– Не нравится это платье? – взволнованно поинтересовалась Мария, подворачивая шлейф вечернего наряда. В какой-то момент я настолько углубилась в свои мысли, что выполняла всё требуемое на автомате. Идеальная кукла, чтоб ее…

– Платье? – растерянно одернувшись, я посмотрела в зеркало. Назвать подобное произведение искусства платьем – извращение. Оно было шикарным, изысканным, нежным. Кроме того, элегантно сидело на фигуре, подчеркивая все достоинства и сглаживая недостатки. Даже шлейф из прозрачной ткани, который я презирала ранее, тут выглядел уместно.

– Я могу обрезать шлейф. Или укоротить его по вашему желанию. Что скажете? – немного взволнованно протараторила консультант, явно нервничая от моей реакции.

И тут мне в голову пришла странная идея. Она больше походила на детское, нечем не аргументированное «хочу!», но я понимала, что если не сделаю этого, то просто позволю сделать из себя игрушку. Ту, которую так жаждет получить Сэм.

– Думаю, нужно показать моему жениху. Пусть он решит, – якобы равнодушно спросила я, а затем просто открыла дверь и вышла. Он должен был сказать, что у меня есть выбор, и я могу в случае чего выбрать одежду по своему вкусу. На тот момент это казалось важным до безумия!

Почему-то Сэм сидел с чашкой кофе и ноутбуком у окна, а не за столиками, предназначенными для покупателей. Пришлось выйти в основной зал, чтобы он меня увидел.

Это было странное ощущение. Я шла к нему злая и униженная. Уверена, что он настолько погружен в свои рабочие мысли, что придется его окликнуть. Но стоило моим ногам коснуться пола, как он тут же поднял взгляд…

– Мия? – немного неуверенно протянул он, скользя взглядом по мне, от макушки до пят. Даже с огромного расстояния я видела, как глаза его темнели и менялись. – Ох, черт…

В бутике было много людей. Даже Львов все еще выбирал подарки своей «детке». Но я странным образом чувствовала себя так, словно мы одни. В замкнутом пространстве.

Хотелось закрыться, ведь Керн смотрел на меня так, словно я голая у него в постели, и он не знал, с чего бы начать. Надо было одернуться, как-то разорвать странный контакт, но в тот момент он не казался мне таким «грязным», как с Давидом. Он не загонял меня в угол, не лишал воли. Я просто была девушкой, которую страстно желает мужчина. Желает так, что даже до меня доходил досадный скрип его зубов… И учитывая, что подобное внимание ко мне было впервые, просто опешила, растерялась и позволила ему дальше не сводить с меня глаз.

– Не видел ничего прекраснее, Мия! – послышался голос сзади, и я тут же обернулась. Это был Давид. Забыв о своей спутнице, он теперь протягивал мне руку, держа в ней что-то белое. – Может, я не имею на это права… Но стоило увидеть тебя в этом платье, я сразу представил тебя с этим цветком. Мой скромный подарок. Если не примешь, я пойму.

Мужчина осторожно поднял руку и прикрепил в мои волосы красивую белую лилию, сделанную из бисера и пайеток. Она идеально подходила под образ, так что я улыбнулась и прошептала одними губами: «Спасибо».

– Слышал, у вас завтра семейный прием для своих. Надеюсь, я могу рассчитывать на приглашение? – между делом спросил Львов, а я тут же кивнула, больше на автомате, рассматривая цветок в зеркало. Удивительно, как меняются вкусы человека, когда встречаешь нечто настолько прекрасное… Еще вчера я бы поклялась всем, что не надену подобную заколку! – Ловлю на слове. Буду завтра в шесть вечера. С меня цветы и самое изысканное в мире вино!

Не успела я сказать и слова, как внезапно тяжелая рука легла мне на талию и притянула к себе. Так властно и резко, что устоять на высоких каблуках удалось только чудом.

– Прием только для своих, Давид, – жестко отчеканил Сэм. Его пальцы сжали мое бедро так, словно он боялся, что я могу начать вырываться. Но я не собиралась, чувствуя воинственную энергетику Керна. Достаточно и того, что он уже глазами расчленил и закопал Львова. – К тому же моя невеста не в курсе, что пришлось перенести его на послезавтра из-за моей работы.

– Как обидно! Я улетаю послезавтра в Лондон. Неужели ты не знаешь? – с досадой протянул Львов и, кажется, вправду расстроился. – Брось, Керн. Пора забыть прошлое! Неужели ты не выкроишь время для старого друга? Не найдешь лишний час? Нам пора начать все сначала.

– Обязательно найдет! – зачем-то ответила я, забыв, что не имею права говорить за Керна. И вообще, мы липовые обрученные. Чего не скажешь про буквально вжавшего меня в себя Сэма. К тому же он совсем обнаглел, положил руку мне на ягодицу! Это я припомню ему чуть позже…

– Конечно, друг, – сквозь зубы прошипел Сэм и потянул меня в примерочную. – Тебе пора. Как, впрочем, и нам. Удачного вечера с твоей подругой! Судя по тому, сколько ты ей купил, отрабатывать девочке еще долго.

– До завтра… Мия, ты золото! – вслед прокричал Давид, словно подливая масла в огонь.

Сэм залетел в примерочную как тайфун. Заметил работающую с одеждой девушку и жестко рыкнул на нее: «Оставь нас!». Та скрылась быстрее, чем я успела сказать: «Что за черт?!» Но, кажется, моих претензий никто не принимал. У мужчины были свои.

– Понравилось? – злобно отчеканил он, припечатывая меня к стенке. Теперь его ноздри раздувались рядом с моей шеей, усиленное сердцебиение чувствовалось даже через пиджак с рубашкой, а вибрация от низкого голоса проходила по телу волнами. – Кажется, мой друг в твоем вкусе, малышка. Мне даже тебя жаль… Хотела трахнуться с ним прямо здесь, а придется ждать до завтра.

Эта была грань, за которую переходить нельзя. К глазам подкатили слезы, а руки сами поднялись, чтобы оттолкнуть мужчину и дать ему пощечину. И я успела это сделать, а в комнате повис звенящий хлопок. Я даже перестала дышать в шоке от того, что сделала.

Сэм лишь погладил щеку, косо ухмыляясь. Его зрачки расширились, а оскал стал более устрашающим и пугающим. В одну секунду он снова шагнул вперед, припечатывая меня еще сильнее, а руки поднимая над головой и удерживая за кисти.

– Хочешь поиграть, малышка? Хорошо, – его лоб касался моего лба, и это словно парализовало. Такой контакт казался слишком… интимным, что ли. Но Сэм продолжал хрипеть от ярости и вжиматься в меня сильно, что было физически нереальным. – Только в этой игре нет третьего. Поняла меня?

Глава 10

И пусть я была обездвижена, но это не отменяло того, что рот мне никто не закрывал! И если Сэм думал, что я до скончания веков буду послушной овцой его одиночного стада – ошибочка.

– Я не буду вязать тебе шарфы у камина одинокими вечерами и встречать дома у плиты босая, с горячими щами! – едко подметила я, сделав попытку высвободить руки. Ничего! Словно наручниками приковали. – Да, и паранджу ты на меня не наденешь. Ведь рано или поздно наш контракт закончится, и мне нужен будет настоящий мужчина, с которым я уже по-настоящему свяжу свою жизнь!

Казалось, словно от каждого моего слова Сэм заводился все сильнее и сильнее, буквально начиная рычать что-то невнятное и дышать так тяжело и часто, что мне пора бы остановиться. Но я слишком долго молчала, чтобы заткнуться вовремя. Эмоции накрывали волнам, и я не собиралась в них захлебнуться.

– О, ты что-то говорил о Давиде? Какая тебе разница, что я чувствую к нему или к кому бы то ни было другому?! Кажется, пункта «любовь до гроба» в контракте нет! – прервав меня на полуслове, мужчина сквозь зубы прошипел:

– Остановись.

– Почему бы мне не пообщаться с этим мужчиной? Он, по крайней мере, спрашивает, что нравится его спутнице. А не наряжает ее как безмозглую куклу. Не вижу ничего плохого, чтобы встретиться с ним завтра. Как ты вообще посмел утащить меня при всех?! Кем себя возомнил? – с губ Керна сорвался какой-то неопределенный звук, больше похожий на скрежет металла или вытекающие остатки самоконтроля.

– Замолчи сейчас же, Мия. Иначе… – задыхаясь, выпалил он, но так и не закончил фразу. Либо дыхания не хватило, либо сам не верил в то, что собирался сказать. – Иначе…

Я лишь злобно усмехнулась.

– Что ты мне сделаешь, Керн? Хуже участи, чем быть твоей липовой женой, не придумаешь. Или опять станешь шантажировать бабушкой? Твой уровень, парень!

Странная картина возникла перед глазами… Выплеснув все свои эмоции и осушив чашу негодования до дна, я наконец взглянула на ситуацию трезво, без застилающей глаза злобы… Сэм смотрел так, как хищник перед броском на добычу. Он боролся с тобой, его виски пульсировали, капилляры в глазах лопнули, а желваки играли. На лбу выступила испарина, и синие вены украсили слегка смуглую кожу, когда он вдруг зарычал, словно ругая себя, и с ненавистью выкрикнул:

– Блядь! – не знаю, кому это было адресовано. Мне, ему самому, богу или вообще подслушивающим консультантам… Но затем он просто впился мне в губы. Так жадно и дико, с ревом и сбивающим с толку напором.

Это было как землетрясение. Ты не ожидаешь его, не готов к нему, а в процессе просто выбит из колеи, опираешься на инстинкты. От растерянности я распахнула рот, жадно втягивая воздух, и это послужило приглашением для мужчины.

Могу сказать, что никто и никогда не целовал меня так, чтобы я забывала дышать. Порой читала в книгах пафосные фразы: «…они отстранились друг от друга, чтобы восстановить дыхание…». Бред. Так думала неопытная я. А теперь сама чувствовала, как жжет в легких. Как медленно забываю, кто я, с кем и где. Были только губы, язык и мужчина напротив, пахнущий как самый настоящий афродизиак.

Эмоции растекались по телу, волна за волной, делая меня пьяной до умопомрачения. Тугой ком стянулся внизу живота, и я застонала, когда мужчина укусил меня за нижнюю губу, слегка оттянув, тем самым делая небольшую паузу в «поедании» меня. Он словно чувствовал, что я не дышала все это время, а теперь давал шанс восстановиться перед новым раундом. Но я не знала, выдержу ли снова такой напор, потому что уже сейчас мои руки опали, а тело медленно скатывалось по зеркалу.

Сэм понял это раньше меня, подхватив под ягодицы и поднимая, сравнивая наш рост. В его громадных теплых ладонях я чувствовала себя мелкой, легкой и невесомой, словно пушинка в руках Халка. И тем не менее это прикосновение было для меня наравне с оголенным проводом. Окончательно отключилась голова, и без того не слишком шибко думающая о последствиях.

Из горла вырвался хриплый стон, а Керн поймал его своими губами, невнятно прошептал: «Да пошло оно все!», затем закинул мои ноги себе на бедра, слегка растягивая платье, и вдавливаясь в меня своей твердостью между ног. Как будто и этого было мало! Потому что в следующий момент он слегка приподнял меня и медленно опустил, давая ощутить размеры, готовность и дрожь от нетерпения. Словно дразня…

– Сэм… – невнятно прошептала я, пытаясь заставить его остановиться, ведь сама была слишком слаба для этого. Я не помнила, что не так, но чувствовала, что нам нельзя перешагивать эту грань. За ней пустота. Секундная слабость в обмен на вечную неловкость. – Прошу тебя…

Но мужчина явно понял слова как призыв ускориться. Потому что теперь его рука более смело скользнула по груди, животу, бедру, а затем под подол платья. Палец остановился на трусиках, словно наслаждаясь моментом и питаясь моим стоном, а затем осторожно скользнул внутрь, лишь слегка и с краю. Но этого было достаточно, чтобы ощутить, как сильно я потеряла контроль над ситуацией.

– Черт… Ты такая влажная и готовая… Блядь, блядь, блядь!!! – он наверняка хотел сказать это про себя, но вышло вслух. И по какой-то неведомой вселенной причине новая вспышка желания оглушила молотом по голове от того мучения и нетерпения, что появилось на лице Сэма.

Было плевать на принципы и предрассудки. Они исчезли, растворились под давлением Керна. Я стала слаба как никогда. Доверчива, уязвима, готова на все…

– …По правилам нашего бутика запрещено находиться лицам разного пола в одной кабинке дольше пяти минут, – послышался голос Вельветы за спиной и настойчивый стук в дверь. – Могу я войти, чтобы забрать некоторую часть одежды?

– Нет! – моментально рыкнул Сэм, тут же прочистив горло и добавив: – Сейчас я помогу невесте застегнуть платье и выйду сам. Прошу напомнить, что мы работаем только с Марией! Какого черта ты опять маячишь рядом с Мией?!

Девушка сказала что-то едкое и, кажется, с насмешкой. Но мне были уже не важные эти «девичьи разборки». В тот момент я ощущала себя как лунатик, который засыпал в постели, а очнулся голый на Красной площади. Оцепенение было почти таким же сильным, как и ужас происходящего! Что произошло, а главное – как я это допустила? Почему не остановила? Что с этим делать?! Было так дико, что я даже не додумалась спрыгнуть с рук Керна.

– Ох, бедняжка Мия… Теперь ты понимаешь, какая жалкая и падкая? – внезапно прошептал Сэм, заставляя сфокусировать взгляд на нем. Снова это лицо: холодное, отстраненное, лишенное любой эмоции, кроме сарказма и насмешки. Он менял маски быстрее, чем я успевала их считать. – Стоит только пальцем поманить, и уже через пять минут ты в постели у мужчины. Для тебя не важно, кто это будет. А для меня важно. Репутация выстраивалась годами! Не хочу, чтобы о каждой слабости моей жены пестрили газеты. Придётся тебе забыть о своих пристрастиях на годик. Как думаешь, сложно будет отказаться от привычки бросаться на первого встречного?

Наверное, только в тот момент я поняла, что до этого Сэм никогда по-настоящему меня не задевал. Его «шутки» были детскими и глупыми. Но где-то в глубине души верила, что настоящий Керн тот, кто не позволил мне вернуться в детский дом и оплатил учебу, о которой можно только мечтать. Тот, кто прятал свои добрые поступки за маской показательной злости. Видимо, перепутала – все наоборот.

Сейчас же это было больно. Так сильно, что я физически ощутила толчок в грудь и буквально отлетела от него, глядя с ужасом. Он пырнул меня ножом! Я дала себе установку не плакать и не показывать, как сильно он меня ранил, как сильно задел. Ведь каждые грабли – это опыт. И в тот момент я поняла, что больше никогда не позволю себе даже посмотреть на Сэма Керна как на мужчину, мужа или достойного человека. Он просто некая личность, которой нужно отдать долг. Только и всего!

– Если ты так сомневаешься в моей благодетели, выбери другую жену, – сцепив зубы, я смотрела ему прямо в глаза. Черт… Как же тяжело это было! Потому что Сэм снова менялся в лице и, кажется, начинал понимать, что сморозил. Только вот слово не воробей. – Я с радостью уступлю этот «пост» кому-то другому. У меня работа, и я привыкла житью ею. Для тебя места в графике нет.

Что же… Если до моих последних слов Сэм вдруг и собирался извиняться, то затем сцепил зубы и, схватив меня за руку, поволок прочь из примерочной.

– Ты мне должна по гроб жизнь. Не забывай об этом, Мия! И не нарывайся. Если я сказал, что ею будешь ты – вопрос обсуждению не подлежит.

Сэм уже почти толкнул дверь, как я вдруг потянула его на себя, заставив обернуться. Тот замер, поднимая одну бровь. Дескать, говори. И я была серьезной как никогда в жизни.

– Если еще раз ты тронешь меня хоть пальцем, то тебе не поздоровиться, Сэм Керн, – мужчина закатил глаза и усмехнулся, но я успела его разочаровать: – Я юрист, если ты не забыл. Мне ничего не стоит затаскать тебя по судам за домогательства. И я знаю, как раздуть из этого настоящее шоу длиной в пару-тройку лет! Как ты понимаешь, о лживом браке тоже придется рассказать… Кому из нас это надо?

Сэм оскалился и, кажется, хотел сказать что-то неблаговидное, как из ниоткуда появилась администратор. Ее голос послышался прямо под дверью:

– Могу я чем-то помочь?

Глава 11

– Берем все, что вы подобрали. Даже то, что не успели примерить. Нам пора, так что новое платье останется на моей невесте, – все еще удерживая мою руку в своей, он резко толкнул дверь и быстро направился к выходу. – Сумму, как обычно, списывайте с моего счета, – уже возле выхода мужчина резко замер, словно забыл что-то важное, затем внезапно повернулся ко мне и вырвал цветок из прически, буквально всучив его растерянному администратору. – Это не наше, заберите. Делайте с ним все, что хотите. Очень советую сжечь.

На улице Сэма немного отпустило. Как, впрочем, и меня. Наверное, повлияла внезапно ухудшившаяся погода. Небо затянуло тучами, слышался грохот грома и вдалеке виднелись вспышки молнии. Природа словно впитывала весь негатив как губка.

– Мне надо вернуться. Я кое-что забыла, – деловито протянула, выдергивая свою руку из цепкой хватки мужчины. Он и не спорил. Сэму нужна была свободная рука, чтобы подкурить сигарету.

– Твои старые вещи передадут вместе с новыми, – хрипло протянул Керн, жадно втягивая дым. Он курил так, словно это было жизненно необходимо. Но вряд ли затяжка излечит его от вселенской тупости…

– Мне нужна моя сумка! Там кошелек, телефон, ключи, паспорт… – зачем-то начала оправдываться я, а затем, махнув на Сэма, быстро вернулась в бутик. Консультанты были слишком заняты упаковкой купленной одежды, чтобы вообще меня заметить. Так что свои вещи я забрала без каких-либо сложностей. Причем все, а не только сумку.

– Может все-таки заберете брошку? К этому платью она подходит идеально… Да и господин Львов ее честно оплатил. Считаю нечестным оставить такое себе. Да и сжечь, как предложил господин Керн, варварство! – обратилась ко мне Мария, когда я проходила мимо стойки администратора.

Задумавшись, взглянула через стекло на Сэма. Вспомнив, какой он ублюдок, не удержалась от соблазна насолить ему хоть так. Брошку забрала, а затем вдруг замерла.

Как я объясню бабушке столько новых покупок? Кроме того, было безумно стыдно, что для нее у меня ничего нет. Достав свой кошелек, я подсчитала все наличные. Нет… На брендовую сумку или платье точно не хватит. Но вчера на карту пришла зарплата. Если сложить вместе, можно купить подарок. Затем придётся занять у коллег. Но это мелочи!

– Шарф, очки или заколку… – предложила мне Мария, когда я огласила ей бюджет. Стоит отдать должное этой девушке: она даже не дрогнула, услышав про мой копеечный бюджет. Для подобного бутика моя сумма была на уровне мелочи.

Немного подумав, я выбрала шарф. Он отлично подходил по цвету к новому платью бабушки. К тому же его можно носить в любое время года. Заколку я спрятала под шарф, решив приберечь этот козырь на потом. После чего все же вышла к Керну. К тому моменту он уже выбрасывал пустую пачку сигарет в мусорный бак.

Моментально окинув меня прищуренным взглядом, мужчина остановился на пакете.

– Что это?

– Подарок бабушке, – нехотя пробормотала я, понимая, что если не буду честной, то начнется «фейс-контроль». – Можно уже уезжать?

Слава карме, Керн был больше не в настроение говорить, заигрывать и приставать. Но все же зачем-то открыл для меня дверцу машины и подал руку, когда я садилась внутрь. Только вот я лучше бы съела свой язык, чем приняла его наигранную галантность после последних событий!

На этом наш контакт временно был окончен. Всю дорогу в машине стояла гробовая тишина. Я смотрела в окно, но ничего не видела. Голова снова разрывалась от сотни вопросов. Сгорая от стыда, я не могла выкинуть из памяти этот странный поцелуй. К чему он был? Неужели такой жесткий способ унизить? Дескать, знай свое место и молчи в тряпочку. И скажи спасибо, что я не изнасиловал тебя в грязной примерочной!

Горестно вздохнув про себя, я с ужасом призналась, что насилием там и не пахло. Сэм не делал ничего, чего бы я не хотела. Всегда проще спихнуть вину на другого. Керн точно знал, что бьет по самому больному – самолюбию. И к тому моменту, как машина остановилась, я уже сожрала себя целиком и полностью.

– Приехали, – холодно сообщил водитель равнодушным голосом робота.

– Ты звонил в «Au piano», как я тебя просил, Артем? – без присущей мужчине надменности спросил Сэм. Видимо, они с водителем были приятелями. Либо так высокомерно Керн общался только со мной…

– Да. Госпожа Красновская была рада новости, что вы заглянете в ее ресторан. Для вас у нее всегда есть место, – спокойно сказал водитель. На какое-то мгновение я встретилась взглядом с Артемом через зеркало. Он рассматривал меня с таким интересом, будто я была восьмым чудом света. – Вы доберетесь домой на такси или мне подождать вас на парковке?

На мгновение в салоне повисла тишина. Я прямо чувствовала, что Сэм пялиться меня, думает и что-то просчитывает. Только спустя минуту мужчина нехотя выдохнул:

– Нет. Все же жди на парковке.

Водитель кивнул и вопросов больше не задавал. Сэм вышел из машины, и я последовала его примеру, не дожидаясь, пока он снова начнет играть в джентльмена. Разговор в машине прошел мимо ушей… И только когда прохладный ветерок коснулся кожи, я вдруг осознала, что приехала не домой.

– Ты привез меня в ресторан? – удивленно выдохнула я, опираясь на авто, которое продолжало стоять на месте. – В чем дело?

– Кажется, вчера уже предупреждал тебя от этом. Тут СМИ должны впервые «случайно» сфотографировать наше свидание, – теперь голос Сэма снова стал холодным и чопорным. От него я ощущала себя, словно на ковре у директора. И пока я с удивлением рассматривала шикарные витражные стены из разноцветного стекла, Керн внезапно переплел наши пальцы, а потом притянул меня к себе. Так близко, что теперь мой нос утыкался в его подбородок. Большой палец свободной руки очертил скулу, а затем погладил подборок. Я буквально слышала, как нервно он сглотнул, прежде чем хрипло прошептать: – Эта посредственная забегаловка принадлежит самой главной сплетнице столицы. Она должна поверить, что мы без ума друг от друга и вызвать репортеров. Будешь умницей, малышка?

Его последние слова были произнесены не обычным голосом Керна. Это было похоже на шепот ветра или последнее дыхание. Но я не смогла дать оценку его поведению. Потому что в следующую секунду он просто меня поцеловал. Так нежно, осторожно, словно мы и вправду были обручены, а Сэм – в меня влюблен. Глупость-то какая!

Но на какое-то мгновение я вдруг поверила и позволила странному томление вызвать покалывание в животе. Только на мгновение. Потому что в следующую секунду в голову пришла здравая мысль: «Показательное свидание будет тяжелым!»

Глава 12

Сэм взял меня за руку и повел внутрь. Иногда мужчина бросал в мою сторону нежные взгляды, улыбался и отводил глаза, словно влюбленный подросток. Ужасно, но это выглядело правдиво…

Я старалась подыгрывать Керну, но наверняка со стороны просто выглядела растерянной, смущенной и перепуганной. Пройдя на работе сотни судебных заседаний, сложнейших юридических тяжб и испытаний, теперь я просто понятия не имела, как себя вести.

– Да что с тобой такое? Будь естественной, Мия, – осторожно шепнул мне на ухо Керн, открывая дверь. – Если так сложно, представь что-то хорошее.

И Сэм был прав. В таком состоянии только слепой поверит в нашу любовь. Но раз я взялась за это дело, то сам бог велел довести его до конца! А спалиться на отсутствии моего актерского мастерства даже стыдно как-то.

Набрав полные легкие воздуха, я на мгновение прикрыла глаза. Определенно, нужно было вспомнить нечто позитивное, связанное с Керном. Как я и думала, это оказалось сложной задачей…

* * *

Но внезапно воспоминания вернули меня назад. В прошлое, которое давно поросло мхом и покрылось толстым слоем пыли… Это был следующий день после показательного представления Сэма у меня в спальне. Я вернулась со школы злая как никогда.

Парень Миша, который распускал обо мне грязные сплетни, пропал и не пришел на занятия. Говорят, «поселился» в травматологии после встречи с моим братом. Его друзья весь день шептались за моей спиной и выкрикивали грязные слова. Все закончилось тем, что главная красавица школы «случайно» вылила мне на голову суп-пюре.

– Чувствуешь себя грязной, Мия? – насмешливо шепнула она мне, рассматривая мои жалкие попытки убрать кашеобразную смесь из волос. Ужасающий запах впитался в белую форму сильнее, чем самые устойчивые духи. А темно-зеленый цвет вряд ли когда-то можно будет свести. Одежду оставалось только сжечь. – Хотя… Тебе не привыкать. Правда, девочка?

Стоило ей это сказать, как все вокруг залились дружным смехом. И даже тихони прыснули в ладошку, поддерживая.

Понимая, что пропустила что-то важное, я спокойно встала и, сравнявшись с девушкой ростом, непринуждённо протянула:

– О чем ты, Сидорова?

– О твоем недобрате, который довел моего Мишеньку до больницы! А теперь угрожает каждому, кто скажет тебе хоть слово, – девушка едва не пищала от ярости. Судя по красному, как помидор, лицу, ее очень заводило мое спокойствие. – Может, расскажешь, как ты расплачиваешься с ним за это, Бушминская?

В один момент стало ясно, почему все так косо смотрели на меня с самого утра. Эта идиотка распустила гнусные слухи по всей школе. И я была так удивлена, что не нашла что сказать!

– Смотрю, у тебя новая сумочка от «Гуччи»? Такая стоит целое состояние… Уверена, за это тебе пришлось попотеть под Сэмом Керном, – воспользовавшись моим ступором, она выхватила подаренную отцом Романом сумку и вывалила все ее содержимое на пол. Затем подхватила у случайной девочки тарелку со всевозможными деликатесами и высыпала все это внутрь. – Каждый должен знать свое место, девочка. Помни свое и не высовывайся, если не хочешь…

Девушка сбилась на полуслове, потому что подруга постучала ей по спине. Сперва та отмахнулась, а затем увидела парня, на которого ей усиленно указывают. Мои глаза были наполнены слезами настолько, что пришлось проморгаться, прежде чем я увидела того человека, из-за которого в столовой повисла гробовая тишина.

Это был Сэм Керн. Он расслабленно сидел на краю стола, сложив руки на груди. Вся его поза указывала на то, что он чертовски спокоен, но я четко видела, как адски горят его глаза. Таким злым я не видела «братика» ни разу. Даже вчера под наркотой!

– Сэмик, я так рада! Ты пришел меня встретить из школы? Это так ми… – воскликнула было та, которая испортила единственный подарок от приемного отца. Сэм лишь поднял руку, и девочка вмиг замолчала, словно проглотив язык.

– Мия, выйди и жди меня в коридоре, – спокойно произнес он, продолжая глядеть на уже перепуганную королеву школы. На губах Сэма была улыбка, и именно от нее по спине прошел холодный пот ужаса. Я даже представить не могла, на что способен такой Сэм и уж точно не хотела оставлять его в столовой, ведь должна была разобраться сама. Но словно уловив мое желание сопротивляться, он усилил давление так, что от угрозы в голосе я просто не могла не подчиниться. – Живо на выход!

Молча обойдя толпу школьниц, поспешила прочь. В конце концов, мне нужно было смыть с себя хоть часть вонючего супа. Надеюсь, директор разрешит мне уйти раньше, ведь сидеть в таком виде еще три урока – настоящее унижение.

Но почему-то больше супа пугали сплетни одноклассников. Как они могли подумать, что Сэм неровно ко мне дышит?! Он старше и, что более важно, ненавидит меня до мозга костей!

– И вообще, что он делает в школе? Он ведь ее давно закончил! – вслух пропыхтела, отмывая руки. – Уже ничего не понимаю…

– А тебе и не надо, – раздался стальной бас сзади, и я подпрыгнула на месте. Часть воды с рук попала на Сэма, но тот лишь поморщился. Дескать, чего еще ожидать от этой идиотки? – Переодевайся. Я отвезу тебя домой.

Кинув мне свой свитшот, в котором только что был в столовой, он просто развернулся и пошел в сторону выхода. Всю дорогу до дома Сэм молчал и, что более странно, казался расслабленным. События последних дней довели меня настолько, что я просто перестала о них думать, молча пялясь в око. И только когда он припарковал машину у дома, все-таки осторожно прошептала:

– Зачем ты пришел в школу?

– Не твое дело! – внезапно вспыхнув, рыкнул парень и сам открыл для меня дверь. – Вали нахрен. Иначе отвезу тебя обратно и заставлю сидеть все остальные уроки! Хочешь этого?

На этом вопросы закончились, как и смелость. Я вернулась к себе в комнату и буквально поселилась в душе. Казалось, запах гороха впитался в кожу навечно, и даже самые сильные масла не давали ему вымыться. В конце концов, стало ясно, что дело не в супе. Там, в столовой, я была слабой. Позволила чужому человеку унизить себя просто так. И только когда я дала себе обещание, что подобного больше не повторится, смогла спокойно выдохнуть и выйти прочь.

– Что за?.. – на кровати лежала новая форма. Точно такая же, как была на мне совсем недавно. Только юбка более длинная и блуза на размер больше, с закрытой грудью. Глянув на часы, я подметила, что была в душе больше трех часов. – Не может быть!!!

Более того, рядом с новой одеждой лежал маленький сверток. До самого вечера я не решалась притронуться к нему, ожидая подставы. Но когда любопытство все же победило, осторожно раскрыла и замерла. Эта была та сумка, что испортила девочка из школы. Вернее, похожая. Потому что на подарке висела бирка.

– Боже! Где он ее нашел?! Таких ведь всего сто на весь мир… – ужаснулась я, не понимая, почему так горят щеки.

– Не обольщайся, идиотка. Это все мой сердобольный папочка. Я бы ради тебя и пальцем не пошевелил, – послышался позади голос Сэма. Оказывается, все это время парень стоял у двери и молча наблюдал за моей реакций. Зачем ему это?!

Сэм лгал, я знала точно. За годы моего проживания в доме Романа Викторовича он ни разу не вникал в мои проблемы. Школьная форма испачкалась? У тебя есть банковская карта, купи новую. Единственный подарок, который он презентовал лично – та самая сумка, что пала смертью храбрых в столовой. И Керн это прекрасно знал.

Растерянная и пораженная до глубины души, я неуверенно протянула:

– Передай ему большое спасибо. Не надо было…

– Я тоже так считаю. Но он непроходимый идиот, – выплюнул Сэм и закрыл за собой двери так, что бедная картина снова упала со стены.

На следующий день я пришла в школу, готовая разорвать каждого, кто посмеет сказать грубое слово. Но, что самое удивительное, никто не собирался. Все ходили вокруг на цыпочках, словно боялись чего-то. И только спустя пару дней я узнала, что произошло с той самой одноклассницей…

* * *

– Мия, проходи наконец-то, – закатил глаза Сэм, обрывая воспоминания. – Сколько мне еще стоять с открытой дверью?

– Разве любимую невесту ты не готов ждать вечно? – ядовито протянула я, натянув искреннюю улыбку. Почему-то воспоминания заставили посмотреть на Сэма немного иначе и чуть-чуть расслабиться.

– Конечно, малышка, – сквозь зубы протянул Керн, а затем просто потянул мою руку на себя, заставив буквально повалиться на него.

Внезапно Сэм оказался так близко, что дышать стало тяжело. И вместо того чтобы отпустить, он прижал меня к себе сильнее, словно боялся, что я отстранюсь. И плевать, что вокруг люди. Сэма это никогда не заботило.

– Сэм? – осторожно протянула я, протискивая между нами руки и пытаясь его хоть немного оттолкнуть. Если такие объятия войдут в привычку, то рано или поздно я просто задохнусь. – Нам пора за столик…

– Скажи, о чем ты подумала? – внезапно спросил он, сощурив глаза. И блестели они недобро. – Твои глаза горели, когда ты задумалась в проходе.

– Что?! Тебе показалась, – моментально нахмурилась я. Не могли мои глаза гореть от воспоминаний о Сэме. Бред!

– Это один из твоих мужиков? – с большим напором прорычал он, опуская руки мне на талию и буквально впиваясь пальцами в кожу. – Не беси меня, Мия. О ком ты думала? Живо говори!

И я уже готова была сказать Сэму пару ласковых, как почти над ухом раздался веселый голос женщины:

– Дорогой Керн, я тебя просто обожаю! Каждый раз после твоего прихода о моем ресторане пишут СМИ. Ты прямо притягиваешь сенсации… – наконец-то Сэм отпустил меня, но скрепил наши руки так прочно, что при всем желании не вырваться. Конечно, незнакомка это подметила и тут же с интересом уставилась на меня: – Представишь?

– Моя без пяти минут жена, Мия, – на одном дыхании прошептал Сэм, будто все еще пытался привести мозги в норму. – А это хозяйка ресторана и подруга моей матери, Касандра Литовская.

На вид женщине было не больше тридцати, но явно спасибо за это стоит сказать хирургам и косметологам. Красивые красные волосы были уложены в объёмную косу, а облегающее белое платье подчеркивало шикарную фигуру.

– Я метиска, – протянув мне руку, ласково объяснила она свою восточную внешность. Затем кивнула своим мыслям, резко переведя взгляд на Сэма: – Не верю, дорогой. Ты каждую неделю находишь новую «невесту»… С мамой уже знакомил? Что она сказала?

Сказать, что в этот момент я удивилась – промолчать. В горле стал тугой ком, и голос получился рваным:

– Мамой? Какой… мамой?

Глава 13

– Ты же знаешь, она уже прописалась в Калифорнии, – закатил глаза Керн, словно и не заметил, как моя челюсть ударилась о пол. – Ничто не заставит ее вернуться в Россию.

Касандра многозначительно посмотрела на меня и, сверкнув любопытными глазами, осторожно улыбнулась:

– Причина стоит рядом с тобой. Судя по тому, как крепко ты держишь Мию, надо спешить. Пока птичка не улетела в другую клетку, – наплевав на приличия, она коснулась моих светлых волос и накрутила на палец кудряшки. – Она так похожа на вторую жену Романа… Удивительно просто!

Не успела я осознать сказанное Касандрой, как Сэм резко потянул меня за руку, на ходу бросая растерянной подруге матери:

– Где наш столик?

Кажется, женщина не расстроилась. Уверена, к подобному поведению Сэма привыкло все его окружение! Но не я. Поэтому, когда мы подошли прямо к столику у окна и мужчина отодвинул для меня стул, постаралась как можно тише прошипеть:

– Что за черт тут происходит?!

Керн долго не отвечал. Словно нарочно медленно снял пиджак, повесил на плечики, только после этого сел и принялся рассматривать меню.

– Что будешь есть? Тут отличные супы. Да и мясо на гриле ты просто обязана попробовать…

Сэм продолжал что-то говорить каким-то светским холодным голосом, а меня взяла такая обида, что я просто отстранилась от происходящего и отвернулась к окну. Снова и снова в голове всплывали слова Касандры про маму Сэма, а также: «Она так похожа на жену Романа!» Но разве жена Романа не была мамой Сэма?! Одни вопросы… Но, кажется, Сэм не считал меня достойной ответа.

– Мой отец был женат на матери больше десяти лет. Она бывшая балерина, американка. Как и я, – внезапно тяжело вздохнув, нехотя сказал Сэм. И пусть этот разговор не вызывал у него ничего, кроме язвы, я впитывала информацию как губка. – Ради него она родила ребенка, бросила все… Но спустя пару лет появилась молодая перспективная модель из России. Отец развелся с моей мамой и женился на ней. Только после аварии и ее смерти он вдруг вспомнил, что у него есть сын!

Сэм поперхнулся и закашлялся, словно сказал лишнее. Я буквально физически чувствовала, как раздражает мужчину этот разговор. Но мы оба понимали, что глупо изображать брак, не имея даже приблизительного представления о родителях друг друга.

– Теперь я понимаю, почему все время до этого ты жил за границей… Знаешь, я уверена, что материально Роман обеспечивал вас обоих. Насколько я поняла, по-другому он просто не мог выражать свою любовь.

Да, Керн не выглядел милым и не пустил слезу. Я вообще не была уверена, что этот кусок металла умеет плакать. Но почему-то казалось, что в этот момент он наиболее уязвим. Хотелось взять его за руку, как-то поддержать, сказать нечто, способное вызвать на его лице улыбку.

Я уже почти решилась, как Керн резко поднял на меня взгляд. Глаза были пропитаны злостью, ненавистью и таким презрением, что я буквально вжалась в кресло и перестала дышать. Это было похоже на взрывную волну, которая сносила на своем пути все живое.

– Ты права. С деньгами у нас никогда не было проблем, – сквозь зубы отчеканил он, словно один мой вид вызывал у него рвотный спазм, а затем всучил в руки меню и, натянуто улыбнувшись, протянул: – Заказывай, либо я сделаю это сам. И помни, что подписала контракт. Твоя задача играть, а не болтать.

После этого не было желания даже смотреть на Сэма. Я не чувствовала себя несчастной, злости тоже не было. Только какая-то пустота в душе… Мы обедали, пили вино, о чем-то говорили. Сэм держал мою руку в своей. Кажется, шептал что-то милое и интимное. Я отвечала, улыбалась, смеялась. Но, клянусь, даже за миллион долларов не вспомню, о чем шла речь. Все казалось настолько пустым и бессмысленным, что я провалилась в себя и ментально отстранилась от происходящего.

– Я отойду в дамскую комнату, – подхватив сумочку, встала из-за стола, как вдруг Керн резко сжал мою руку. Я вздрогнула от того, какими холодными были его пальцы и пылающими глаза. – М-можно?

– На выходе стоят мои охранники, – зачем-то сказал мне мужчина и, когда не получил ответной реакции, тут же добавил: – Иди. Только ненадолго.

Дважды повторять мне было не нужно, так что уже через минуту я смогла выдохнуть, опершись обеими руками о раковину. За этот день я устала сильнее, чем за месяц работы. Ведь там я была как рыба в воде. А рядом с Керном приходилось всегда держать оборону. Ведь ужалить он мог в любой момент.

– На твоем пальце нет кольца… – послышался задумчивый голос позади. Я тут же обернулась и увидела Касандру. Она стояла в проходе и с интересом разглядывала мои пальцы.

– Я не ношу украшения. Они мне не нравятся, – честно призналась я, указав на не проколотые уши. И только потом до меня дошло, что она имела в виду помолвочное кольцо. – К тому же, мы с Сэмом за современные отношения. А кольцо не обеспечит любовь на всю жизнь.

– Возможно, – согласилась женщина, кивнув. Но все-таки сощурила глаза и вошла внутрь, словно желая раскрыть какие-то мои тайны. – Что вы ели с Сэмом на завтрак? Спрашиваю, чтобы узнать, знаешь ли ты про его аллергию на кабачки.

– Я не стану жить с мужчиной до свадьбы, – расслабленно улыбнувшись женщине, легко выпалила. Но тут же, вспомнив годы проживания с Сэмом под одной крышей, добавила: – И у него нет аллергии ни на что, кроме меда. Какие кабачки?..

Глаза Касандры на мгновение расширились, и та прошептала себе под нос:

– Удивительно. Неужели он и вправду нашел себе кого-то?.. – затем, опомнившись, словно извиняясь, робко улыбнулась. – Прости. Просто сегодня звонил Давид, лучший друг Сэма. Бывший лучший друг… Он говорил что-то про некую невесту, и я сразу поняла, что это обман.

– Почему? – якобы равнодушно спросила я, но нутром чувствовала, что очень близко к тайне «зачем Сэму фиктивный брак».

– После случая в прошлом году мальчик должен был что-то сделать… А учитывая авантюрную натуру семьи Кернов, брак – лучший вариант, – как на духу выпалила Касандра, но затем прикусила язык. Словно боялась сказать лишнее. – Жених говорил тебе что-то о конфликте с Давидом?

Я могла бы соврать и услышать историю до конца, но совесть мне не позволила. В конце концов, я случайный гость в жизни Сэма Керна и не собираюсь разведывать про все скелеты в его шкафу, как бы любопытно не было. Честно ответила: «Нет».

– Тогда не буду сплетницей, – усмехнулась женщина и внезапно перевела тему: – Любишь его?

Такой вопрос ударил по голове чугунным молотом. Я не готова была лгать о самом глубоком чувстве из всех существующих в мире. Да и Сэм лишь хотел слухи о браке, а не о любви до гроба, так что я ответила туманно:

– Мы живем в современном мире, где любовь не на первом плане. Главное – другое.

Женщина сочувственно пожала мою руку и сказала слова, которые я запомнила на всю оставшуюся жизнь:

– Ничего, Мия. Любовь женщины приходит со временем, а мужчина влюбляется сразу и навсегда, – она отвела взгляд и хитро улыбнулась. – И я даже знаю, как проверить чувства твоего будущего мужа! Хочешь?

– Что? Нет! – что бы ни задумала женщина, мне это уже не нравилось. Но меня никто не слушал. Касандра уверенно подхватила меня под руку и потащила в зал, попутно нашептывая:

– Цветы! Сэм никогда не дарит цветы никому, кроме матери. Удивительный человек, ей-богу… Осыпает женщин бриллиантами, дарит машины и квартиры, но ни одна из них от него даже ромашки не дождалась, – подтолкнув меня вперед, она лишь напутственно бросила вдогонку: – Иди и жди!

Могу сказать точно, что неизвестный план Касандры не вызвал ничего, кроме паники. Женщина, способная ворваться в уборную для допроса, могла провернуть что угодно.

– Мия? – увидев меня, Сэм почему-то встал с места и подошел. Наверняка он хотел отодвинуть стул, но зачем-то замер прямо напротив меня и положил руку мне на щеку. – Ты вся красная и запыхавшаяся. Что там произошло?

Врать было бессмысленно, так что я спокойно прошептала:

– Касандра устроила мне допрос. Кажется, я прошла ее проверку, но не могу знать наверняка, – про цветы и подарки я промолчала. Сэма такой ответ устроил, словно он ожидал чего-то подобного от главной сплетницы города. Мужчина просто кивнул и позволил мне вернуться на место.

– Пока тебя не было, принесли десерт и… – Керн прервался на полуслове, потому что зазвонил мой телефон. Я не успела достать его из сумки, когда он уже сквозь зубы выплюнул: – Наверное, это что-то экстренное, если звонят в выходной.

Я был уверена, что это бабушка хочет узнать, как скоро я вернусь домой. Но нет. Это был Семен. Тот самый парень с работы, который давно намекает на встречу вне офиса. Немного поразмышляв, я резко встала с места, решив поговорить подальше от Сэма. Как вдруг услышала убийственно спокойный голос своего спутника:

– Только попробуй уйти. Говори тут, Мия.

Спокойно выдохнув я вернулась на место и нехотя подняла трубку. Жутко было сидеть напротив Сэма, потому что он ни на секунду не отводил от меня взгляда. Кажется, даже не моргал.

– Привет, – холодно поздоровалась, услышав в трубке веселый голос парня.

– Я звоню сказать, что закончил возиться с документами, которые ты на меня повесила, – сообщил он мне то, что могло подождать до понедельника. Но не получив моей реакции, все-таки продолжил: – И то, что я вчера три часа прождал тебя в кафе. Наверное, у тебя были весомые причины, чтобы не прийти. Ничего, я понимаю…

– Что?! – ужаснувшись, я на мгновение забыла о Керне и добавила: – Зачем? Ты предложил мне встретиться. Я сказала, что подумаю. Подумаю, Семен! Это не означало «Да». Если бы я хотела встретиться, то перезвонила бы и дала четкий ответ.

– Я думал, что таким образом ты заигрываешь и набиваешь себе цену, – с легким высокомерием ответил Семен, но тут же опомнился: – Ладно, я виноват. Готов искупить вину прямо сейчас. Так уж вышло, что я проезжал около твоего дома с бутылочкой редкого виски. У меня есть для тебя подарок, который ты никогда не забудешь…Заинтригована?

В общем-то, встречаться с парнем я не собиралась. Но ответить мне никто не дал. В какой-то момент телефон просто выдернули из рук, заставив яростно пыхтеть от злости. Мало того, что Сэм подслушивает, так еще и смеет вести себя так нагло!

– Добрый вечер, Семен Викторович. Так уж вышло, что в воскресенье вечером моя невеста не расположена получать сомнительные подарки в чужих машинах, – спокойно протянул Сэм и спустя мгновение добавил: – Вам лучше позвонить той девушке, с которой вы провели вчерашнюю ночь.

Мой телефон почему-то оказался в кармане Сэма, а не в сумочке. Но беспокоило больше другое: он следит за работником моей фирмы. Может быть, даже работниками!

– Я сменю тебе номер. Поставлю «жучок» и записывающее устройство. Надеюсь, ты понимаешь, что это ради твоей же безопасности? – спокойно протянул Сэм, словно ничего и не произошло. – Почему ты не попробовала пирог? Творожная начинка внутри тебе точно понравится…

Клянусь, мой глаз уже начал дергаться, и, наверное, только всевышние силы уберегли меня от публичного скандала. Досчитав до десяти, я нагнулась к Сэму и перешла на истерический шёпот:

– Ты ничего не перепутал, Сэм? Не кажется ли тебе, что подобное – перебор? Да как ты вообще смеешь хамить моим сотрудникам, отвечать за меня и следить за ними! Это ведь даже незаконно, и любой суд в мире тебе это подтвердит…

Сперва Керн нагнулся вперед, словно чтобы лучше слышать мои слова. Но в какой-то момент оказался так близко, что я не заметила, как его губы накрыли мои.

Сейчас это было совершенно иначе. Он не мог коснуться меня руками, не мог притянуть к себе, прижать… Между нами был стол. И эти прикосновения губ казались настолько интимными и нежными, что я забыла все на свете. В этот момент, снова застигнутая врасплох, я вдруг потеряла себя. Хоть и понимала, что все это игра на публику, но все равно позволила Сэму целовать меня дальше, усиливать напор, кусать и без того распухшие губы.

– Простите, что отвлекаю… – раздалось вдруг осторожное покашливание рядом со столиком. Вспомнив, где нахожусь и что делаю, я тут же оторвалась от мужчины и, покраснев, старалась смотреть куда угодно, лишь бы не на Керна. – Не хотите купить цветы?

Молодой парень в вечернем костюме стоял с огромной корзиной роз. Что же, Касандра справилась быстро!

Глава 14

– Цветы… Не хотите? – увидев грозное лицо Сэма и его немой приказ убиться о стену, парень судорожно сглотнул и протянул корзинку вперед. Словно это могло все оправдать. – Простите, я просто…

Взглянув исподтишка на задумчивого Керна, я никак не могла понять, почему он молчит. Почему не посылает парня вон? Мой кавалер задумчиво рассматривал цветы с некой брезгливостью. Оно и не мудрено! Розочки были не первой свежести, а стоили как моя новая сумка.

– Нет, – холодно отрезал Сэм таким тоном, что сразу стало ясно: разговор окончен, продавцу стоит уйти. После Сэм как ни в чем ни бывало просмотрел на меня и спокойно протянул: – Я все-таки поговорю с Касандрой. Что за чушь? Зачем устраивать эти допросы?

Мужчина вышел из-за стола, а я осталась один на один со своими мыслями. Почему-то стало зябко, пространство начало давить. Не помню, чтобы когда-то кто-то дарил мне цветы… На выпускном в Англии я была одна. Выпускной вуза пропустила, ведь уже работала и не могла бросить интересное дело.

Подруга с работы говорила, что есть девушки, созданные для подарков и внимания, а есть те, кто должен быть благодарен даже за заинтересованный взгляд. Наверное, я была из второй категории. Ведь в коллективе меня принимали за «железную» леди. Все парни априори считали себя слабее меня и боялись даже лишний раз подходить. Исключением стал наглый Семен.

Но с Сэмом была совершенно другая история. Он вел себя странно, а я и не отставала, будто бы поддаваясь на провокации. И он не считал меня достойной даже тухлого цветочка. Что уж говорить о нормальном общении?

– Она обещала, что больше не станет приставать с вопросами, – Сэм вернулся за стол и равнодушно начал доедать свой десерт. Я была уверена, что перемену в моем настроении он не заметил. – И откуда ты знаешь про мед?

– Где-то двенадцать лет назад у тебя случился анафилактический шок, я вызвала «Скорую», – зачем-то призналась я, отвернувшись к окну. Тогда я попросила домработницу забрать все лавры себе, чтобы лишний раз не привлекать внимание «братика».

Я не видела лицо Керна, но услышала, как вилка выпала из его рук и ударилась о тарелку. Мужчина закашлялся и только спустя минуту хрипло прошептал:

– Не понял?

– Что ты не понял, Сэм?! – не знаю, откуда взялась эта злость и обида. Но в тот момент как никогда захотелось встать и уйти. Я заставляла себя сидеть на месте, вспоминая про угрозы бабушке. – Помнишь, как привел в дом очередную шлюху, а она обмазала себя медом? Когда ты его объелся и начал задыхаться, она просто сбежала.

– Мия… – удивленно протянул мужчина, глядя на меня так, как никогда прежде. Я не знала, что выражают его глаза, но они пробирали до мурашек.

– Доктор сказал тогда, что еще полчаса – и ты умер бы. Помнишь это? К тому же это именно я уговорила врача заставить тебя сдать анализы на какие-либо аллергические реакции. И только поэтому точно знаю, что больше опасности нет! – я уже кричала, люди вокруг начинали недовольно коситься. Но Сэму было плевать, а мне – тем более! Так что, раздавив вилкой нетронутый десерт напротив себя, я не удержалась и прошипела: – Как думаешь, дорогой жених, жизнь – достаточная расплата за несколько лет в Англии? Или мне продать душу дьяволу?!

– Для тебя брак со мной… – Керн прошептал это так тихо и сбивчиво, что я едва разобрала слова. В его пальцах изогнулась спасенная вилка, прежде чем он закончил предложение: – Брак наравне с продажей души дьяволу, Мия?..

И в тот момент я была готова кричать: «Да!» Разорвать этот идиотский договор, заплатить любую неустойку. Бабушку я в обиду не дам, как и свою судьбу не подарю Сэму Керну. И плевать, что мужчина смотрел на меня так… Так, что захватывало дух. Плевать. Это лишь маска для СМИ.

– Простите, вы не могли бы… – к столику подошел высокий парень в желтом костюме курьера. Кажется, он слушал нашу перепалку давно, но не решался вставить ни слова. И теперь, воспользовавшись молчанием, наконец протянул мне охапку безумно пахнущих роз и некий бланк. – Вы не могли бы расписаться?

– Нам не нужны цветы, молодой человек, – отмахнулась я, засматриваясь на странную форму лепестков розы. Ничего подобного в жизни не видела. И какой же мужчина подарит своей даме такую красоту? Они ведь наверняка целое состояние стоят!

– Господин Керн? Я что-то перепутал? – курьер неуверенно покосился на Сэма, которого, как оказалось, хорошо знал. Мужчина же равнодушно перехватил бланк и поставил свою подпись. – До свидания и хорошего вечера!

Парень, выполнивший свою работу, ушел с облегчением. А Сэм так и остался сидеть с букетом, безостановочно глядя на меня. Я все ждала, когда он произнесет какую-то глупую шутку, заденет, оскорбит… Он лишь спокойно протянул цветы и неуверенно произнес:

– Я почему-то решил, что эти сицилийские розы лучше тех сомнительной свежести, – Сэм помрачнел и сквозь зубы добавил: – И уж точно лучше того искусственного цветка из бутика.

Глава 15

Наверное, впервые за долгие годы я ощутила себя слабой и настолько уязвимой. Страшно представить, что могут сделать обычные цветы, подаренные девушке мужчиной! Казалось, я держу в руках некое сокровище, способное исчезнуть в любой момент.

– Я видела фотографии своих родителей, – тихо прошептала я, зачем-то рассказывая о том, чем никогда ни с кем не делилась. Но в тот момент было важно объяснить мужчине, почему шмыгаю носом и руки дрожат. – Я копия своей мамы. От цвета волос до разреза глаз. И если твой фиктивный брак как-то связан с тем, что я похожа на твою мачеху, то расстанемся здесь и сейчас. Это слишком для меня грязно…

– Это ложь. Мачеха была африканкой со смуглой кожей и черными, как ночь, волосами. Именно это привлекло любителя «необычных» женщин – отца, – с неким извинением протянул Сэм и, поморщившись, нехотя протянул: – Таким образом Касандра проверяет, по-настоящему ли девушка заинтересована во мне или это игра. Прости за это… Не успел тебя предупредить.

Растерявшись на долю секунды, я не нашла ответы на свои вопросы. Логика выбора «невесты» казалась мне странной…

– По ее мнению, никто в здравом уме не захочет быть похожей на мачеху парня. Девушки не хотят быть второй. Обязательно закатят скандал или хотя бы потребуют объяснений… Но всем было плевать, – он сделал небольшую паузу, прежде чем выдохнуть: – Кроме тебя.

Выходит, я была единственной, кто на самом деле заинтересовался Сэмом?! Логику Касандры я понимала с трудом и практически не верила в ее теорию. Но не успела прийти в себя после последнего откровения мужчины, как он внезапно встал со своего места и поднял меня на руки. Затем просто сел в кресло и посадил меня к себе на колени.

Я только открыла рот, чтобы возмутиться, но он заговорил первым, так что пришлось проглотить язык.

– И спасибо, что тогда спасла мне жизнь. Не уверен, что достоин этого. Порой мне самому страшно вспоминать те годы… – нагло забрав из моих рук букет, он положил его на стол. А сам прижал меня к себе так крепко, что кости затрещали. – Отцу никогда не хватало времени даже на родного сына. Зачем ему приемная девочка? К тому же взрослая! Я ненавидел тебя так сильно, что порой переходил грани.

Набрав полные легкие воздуха, я сказала то, что и подумать ранее не могла:

– Ты имел право. Мои родители умерли, и я просто верила в их любовь. Знала, что будь они живы, то моя жизни напоминала бы сказку. А ты имел живого отца, который уделял недостаточно внимания.

– И ты совсем не злишься? – послышался голос Сэма у самого уха. Его губы как бы случайно выводили узоры на моей шее, а пальчик рисовал картины на животе. Казалось бы, такое невинное прикосновение, но удары молнии снова и снова заставляли вздрагивать и нервно прикусывать губу.

– Злилась. Сейчас это в прошлом. Его я отпустила, – честно призналась я, краем глаза заметив странные взгляды посетителей ресторана. Уверена, подобное поведение не входит в их «кодекс чести», но что поделать? Сэма все устраивало.

– И что же именно ты отпустила? – Керн укусил меня за ухо, а затем погладил поврежденное место языком. – Очень интересно, Мия…Говори.

Язык мужчины ласкал мое имя так же искусно, как и губы. Но даже в нежности были слышны власть, жесткость и желание. То, как пальцы жадно сжимали мою талию, громче слов кричало «моя». То, как тяжело он дышал и часто глотал вязкую слюну, говорило о скрытой похоти. Слова внезапно перестали складываться в предложения, а аромат цветов сбивал с толку.

Я заставляла себя вспоминать, что это игра. Вспоминать, что брак наш фиктивный, а интерес – наигранный. Но почему-то сознание не прояснялось, а я ощущала себя словно во сне и под действием дурмана.

– Почему ты купила бабушке-сожительнице только шарф? – внезапно поменял тему Сэм. Наверняка мужчина не просто так вспомнил этот момент. Данная тема его волновала, что подтвердило его немного раздраженное замечание: – У тебя есть безлимитная кредитка.

– Эти деньги «рабочие». Я не собираюсь тратить их на свои нужды, Сэм. А подарок куплен на честно заработанную зарплату, – внезапно его пальцы так сильно сжали мою талию, что я едва слышно вскрикнула и попыталась встать. Но он держал так крепко, что даже не удалось оторваться от кресла. – Ай! Что ты творишь?

– Противно брать мои деньги? Да, Мия? – потеряв остатки показательной нежности, совсем не дружелюбно прорычал он и, прежде чем я успела понять, что именно его так разозлило, саркастично добавил: – Конечно. Моя помощь не так мила, как Давида. Если бы кредитку предложил он, ты бы даже не думала.

– Что?! Он подарил мне заколку, Сэм! – ужаснулась я, с двойным усилием пытаясь встать. Керн словно принял этот вызов, пригвоздив меня к себе намертво. – Я не соглашалась быть его содержанкой!

– Сомневаюсь, что подобных мыслей не возникло в твоей прагматичной головке, – словно кинжалом, полоснул словами Сэм. – Уверен, не забери я тебя тогда в примерочную, сейчас бы лежала с раздвинутыми ногами на заднем сидении авто Давида.

Это был конец моему терпению! На эмоциях я так сильно наступила шпилькой на ногу Сэма, что тот зашипел и отпустил меня. Вскочив на ноги, молча подхватила сумочку и направилась к выходу. Затем поняла, что всего секунда осталась до истерики, а на улице могли быть репортёры.

Поэтому я вернулась и побежала в уборную. Умоюсь, приведу себя в порядок и вон отсюда! Только вот лучше почему-то не становилось. От мысли, что Сэм считает меня настоящей шлюхой, способной на все и с каждым, из глаз ручьем текли слезы. И как я не пыталась объяснить себе, что мнение Керна для меня неважно, каждый раз натыкалась на стену обычной женской обиды.

Дверь сзади скрипнула, и я вспомнила, что на эмоциях даже не подумала ее запереть. Касандра опять пришла ради очередной проверки? Что же, сейчас я не была настроена на разговор!

Резко развернувшись, готова была прямо ответить женщине, но тут же замерла и выключила воду. Это был Сэм. Он молча закрыл за собой дверь на замок, стянул галстук и расстегнул пару пуговиц у ворота. И все это сделал, ни разу не отведя от меня взгляд.

– Я больше не буду это терпеть! – яростно прокричала я, делая шаг назад, когда Сэм начал ступать вперед.

– Знаю, – хрипло отрезал он, продолжая дальше медленно шагать вперед. Расстояние между нам сокращалось, а напряжение натягивалось как струна.

– Я годами создавала свою репутацию, достигала всего сама и никогда не позволяла себе лишнего. Ты просто не смеешь обвинять меня в подобном! – вытянув руку вперед, чтобы мужчина не подошел ближе, я коснулась его груди и тут же отшатнулась. Одно прикосновение ударило разрядом электричества по всему телу и вызвало новую волну слез.

– Не сомневаюсь, – все так же спокойно протянул Сэм, а затем в мгновение ока оказался рядом. Подхватил меня под ягодицы и усадил на край столика рядом с раковиной. Сэм вклинился между моих ног, запустил одну руку в волосы, другую оставил на талии, словно гарантию, что я не двинусь с места. – Можешь злиться, плакать, кричать и даже драться, если так хочется. Но только рядом со мной, поняла?

Я раскрыла рот с желанием покрыть его совсем не девичьими выражениями, но тот накрыл мои губы своими. Ничего более дикого, жадного и грубого мое неподготовленное тело не видело в помине! Его язык так жадно выводил круги по губам, шее и даже по небу, словно помечая каждую клеточку тела собой, своим запахом и энергетикой. Под его напором не устоял бы даже поезд. От его диких рыков звенело в ушах. А от сумасшедшего дыхания голова шла кругом.

Глава 16

Уже в тот момент я понимала, что имею странную слабость перед напором Сэма. Каждый раз он оглушал меня желанием, словно молотком, делая безмолвной и податливой. Но даже тогда я не переставала быть обиженной до глубины души его словами. Жгучие слезы прожигали щеки, делая губы мужчины солеными.

Для него это было вызовом. Он целовал меня с большим напором, большим аппетитом и большой жаждой. Подавлял любое мое сопротивление, заполнял все пространство собой…

– Что ты делаешь?.. – все же удалось прошептать мне. Я сделала пасс назад, но он притянул меня к себе еще плотнее, заставляя почувствовать каждый изгиб своей ширинки.

Платье давно уже съехало неприлично высоко, медленно собираясь на бедрах и талии. Шлейф запутался в ногах, прилипая к мокрой коже. Но мужчине все равно удалось плавно скользнуть руками по голой ноге и сжать бедра, забравшись руками под резинку трусиков. И пусть он не касался ничего интимного, но я видела муку у него на лице и глаза, застланные похотью. Бензин был уже разлит. Осталось только поднести спичку…

– То, что должен, – без капли колебаний заявил он, будучи полностью уверенным в своих действиях. Его пальцы скользнули вниз и крепко сжали голые ягодицы. С губ мужчины вырвался такой утробный стон, что тело покрылось мурашками. – Беру тебя.

Поймав себя на мысли, что сама неосознанно двигаюсь к нему навстречу, зажмурилась и отвернулась. Как низко я пала? Позволяю Сэму Керну лапать меня в общественном туалете. Как после этого он не будет уверен в моей развязности?

– Я не сплю со всеми подряд, – холодно сказала я, намекая, что пора бы ему извиниться. Но и боялась этого. Ведь признай Сэм сейчас свою вину, здравый рассудок окончательно помашет мне ручкой.

Мужчина на мгновение замер, улавливая изменения в моем настроении. Затем освободил одну руку, подхватил ею меня за подборок. Хотел повернуть к себе, но я не дала. Видимо, единственное, что оставалось Керну – это выводить губами узоры на моей щеке, дыша, словно паровоз.

– Ты права. Теперь ты спишь только со мной, – согласно кивнул Керн, а затем просто лизнул мою кожу. Его язык прошел путь слезы от самой щеки до ложбинки на шее. Но даже когда по телу прошел разряд мелких ударов электричества, я нашла в себе силы прошептать:

– Нет. Ты не понимаешь… Я вообще не сплю с мужчинами, – внезапно Сэм замер. Молчание затянулось, и я сама повернулась к Керну, заметив на его лице откровенный шок. Неужели при всей своей слежке он не выяснил этот факт? На всякий случай решила уточнить: – Пока не сплю с мужчинами. Мне не нравятся девушки, если ты вдруг решил, что…

– Не может быть… – недоверчиво поморщился Керн, словно моя новость выбила у него почву из-под ног и заставила изменить все планы. Он окинул меня горячим взглядом, полным желания, с ног до головы, прежде чем тяжело сглотнуть и голодно прохрипеть: – Это ведь ты, Мия…

Я не знала, что значит этот аргумент, но глаза Сэма поражали больше. С каждой секундой понимание уступало удивлению, делая взгляд мужчины более диким. Если раньше он мог держать себя в руках, то сейчас я была совсем в этом не уверена…

Глава 17

– Мия… – коварно прошептал Керн, словно о чем-то предупреждая. Или угрожая?

– Сэм?.. – в тон ему протянула я, поморщившись. Мужчина поставил обе руки на столик, заключая меня в кокон своих объятий. Теперь его лицо было напротив моего, но все равно казалось, словно мужчина нависает сверху. Как хищник, дышащий тяжело, перед прыжком на добычу.

– Ты ведь понимаешь, что теперь я тебя не отпущу? – как-то странно сузив глаза, задумчиво прошептал Сэм. И не понятно, говорил он о происходящем или о браке в целом. – Хотя должен. Был…

Почему-то голос дрожал, и даже без прямого прикосновения к Сэму я ощущала тепло его тела. Странные уколы, похожие на разряды электричества, снова и снова излучали его пальцы, лежавшие в рекордной близости. И несмотря на все путающие сознание факторы, я сглотнула и протараторила:

– Делай так, как должен.

– Должен? – насмешливо фыркнул он, усмехнувшись так злобно, что можно было бы испугаться. Но мои мысли были далеко от этого. Керн яростно выделял каждое слово, беспрерывно глядя мне в глаза, и даже волоски на спине встали дыбом: – Это я устанавливаю правила. И только я могу их менять. Поняла?

Я ничего не ответила. Но, наверное, это и не требовалось. Потому что в следующую секунду мужчина крепко схватил мою шею и притянул к себе. Он словно показывал, кто тут главный, кто все решает и кому я должна повиноваться. Это больше не был союз двоих, Сэм Керн выплескивал какую-то злость посредством поцелуя, а я не хотела больше в этом учувствовать!

Попытавшись вывернуться из его объятий, зажмурилась и втиснула между нами ладони. Но это не остановило мужчину. Он только усилил напор.

– Ты будешь меня слушаться, Мия, – прорычал он мне в лицо, прикусив нижнюю губу так сильно, что я вскрикнула. – Добровольно или нет, но будешь.

В голове появились самые ужасные мысли, и, задыхаясь от ужаса происходящего, я выдохнула:

– Заставишь спать с тобой силой?

– Силой, Мия? – Сэм утробно рассмеялся, и от этого утробного голоса внезапно стало так холодно и зябко, что я передернулась. В одну минуту мужчина стал собой, и я не была к этому готова. Снова! – Ты уверена, что тебя надо будет заставлять?

Я увидела, как его рука скользнула между нами вниз, прямо к моей промежности, и начала активно вырываться. Сэм же спокойно удержал меня на месте и проник пальцами в трусики. Мое тело до сих пор не остыло от встряски. Поэтому, почувствовав, какая я мокрая, Сэм прикрыл глаза и гулко выдохнул, словно беря себя в руки.

Его палец казался таким холодным на горячей коже. От этого ощущения были острее в сотни раз! И без того невинное тело среагировало мощным спазмом, когда я почувствовала на себе руки мужчины. Но Сэму было этого мало. Он погладил то место, в котором собрался самый сильный сгусток напряжения. Я контролировала себя как могла. И только поэтому не кончила в ту же минуту.

– Ты можешь говорить все, что угодно. Попросить прекратить… Сказать, что тебе не нравится… Но это ложь. Твое тело – только оно говорит правду, – резко распахнув глаза, мужчина снова притянул меня к себе так близко, что не смог бы упустить ни одного моего лишнего вздоха. Его палец стал активным, рисовал понятные лишь ему узоры, заставлял усиленно сжимать бедра. – И ты мокрая, Мия. Настолько, что даже если я оттрахаю тебя прямо тут – тебе понравиться. Все остальное – блеф. Я в подобное не играю.

– Ты не посмеешь! – сквозь зубы прошипела я, отдаленно понимая, что поддаюсь. Просто растворяюсь, чувствуя запах мужчины, его движения у себя между ног и хриплый голос рядом:

– Я не делаю ничего из того, что тебе противно. Ты слишком гордая, чтобы попросить сама. А я не тот, кому нужно говорить дважды.

Странное это ощущение – оргазм. В один момент весь мир будто взрывается и его покрывает пелена. Есть только он и ты. Нет прошлого, будущего. Только здесь и сейчас. Ты не помнишь обид, не помнишь, почему злилась пару секунд назад. Тебе до эгоизма хорошо. Все остальное – потом.

– Ох, Мия… – где-то вдалеке послышался голос Сэма, а затем его губы коснулись моей шеи и засосали кожу так сильно, что боль смешалась с удовольствием. – Моя малышка…

В тот момент голос Сэма казался таким нежным и ранимым, полным желания и удовольствия, что только позже я поняла, как легко обмануть мое сознание в момент разрядки. Он продолжал кусать мою шею, делать засосы, оставлять на ней следы. Готовый в любой момент расстегнуть штаны и получить желаемое. Ведь даже бедром я ощущала, как дрожит его член под брюками, готовый порвать плотную ткань.

– Я не хочу трахать тебя тут. Для первого раза это не лучший вариант. Предлагаю прямо сейчас отправиться в ближайший отель и закончить начатое, – впервые я видела Сэма таким суетливым. Казалось, от моего решения зависит его жизнь. Но как только чувства улеглись, я ощутила, как сердце обливается кровью. Он собирается меня «трахать», а не заниматься любовью. Речь шла не о его доме, а о какой-то гостинице. Это ведь Сэм Керн. Другого ожидать – самообман. Но то, что я позволила себе стать его новой шлюхой Анджелой, опустило меня ниже плинтуса.

Сэм был слишком расслаблен, чтобы блокировать мой толчок в грудь. Я застала его врасплох и не удержалась от пощечины. Затем второй, третьей, четвертой… Мои руки больше не слушались меня. Слезы просто текли из глаз, а грязные слова вылетали из губ. В тот момент я люто ненавидела Сэма. За то, что снова разрушил мою жизнь. Заставил почувствовать себя портовой шлюхой, никчёмной, пустой, глупой. Я ведь так старалась выбиться в люди, заставляла людей себя уважать. И что теперь? Снова начинать сначала? С нуля?

– О чем ты думал, когда сотворил это с моей шеей? – с ужасом я заметила в зеркале, что шея покрыта засосами. И только слепой не поймет, откуда они взялись. Между прочим, завтра мне на работу!

Почему-то Сэм и не пытался остановить мою истерику. Он воспринимал любой выпад с холодной отрешенностью. Я даже не могла понять, слышит ли он меня. Или словно скала – без боли и эмоций?

– Замужнюю девушку никто не осудит за засосы на шее, Мия, – только и сказал он, кажется, даже не моргая.

– Но я не замужняя! – подойдя к раковине, трясущимися руками открыла воду и набрала полные ладони, чтобы умыться. – У нас контракт! Только и всего.

– Ты моя жена, Мия. Этого не изменить. Назад пути нет, – через зеркало я взглянула на Сэма. Только сейчас мне было видно, как сильно он повзрослел. Черты лица ожесточились, оно больше напоминали оскал дикого животного. Но в глазах все еще мелькала непонятная мне злость. За что и почему он так сильно меня ненавидит?

– Есть! В договоре написано, что я могу расторгнуть контракт в любой момент, – резко развернувшись к мужчине, набралась смелости, прежде чем уверенно заявить: – И я хочу это сделать прямо сейчас.

Глава 18

– Расторгай, – даже не дрогнув, спокойно сказал Сэм. Но по озорному блеску в его темных глазах поняла, что он еще не все сказал. – Но тогда, будь добра, заплати неустойку.

– О чем ты говоришь? – сложив руки на груди, я принялась судорожно вспоминать все детали контракта. Меня так сильно волновали обязанности «жены», что в некоторые подробности я даже не вчитывалась. Кто бы мог подумать, что мне хватит смелости расторгнуть контракт?

– Миллион долларов, и ты свободна, малышка, – Керн широко улыбнулся, словно наслаждаясь минуткой триумфа. – Тебе, как юристу, стыдно было упустить такую важную деталь.

Наверное, в тот момент я впервые поняла, в какую ловушку попала. Миллион долларов? Такой суммы мне не собрать при всем желании! И Сэм знал это наверняка. А это значило, что с момента подписания контракта я уже была его. Вся. С потрохами.

– Чудовище… – прикусив губу, я едва сдержала слезы. Много лет я не плакала, а сегодня выплеснула пятилетний запас. – Как ты так можешь?

Сэм отвел глаза, словно на самом деле думая как, а затем просто усмехнулся какой-то своей мысли и подошел ко мне. Он снова был близко, а тело странно содрогалось в спазмах от одного пристального взгляда. Знала ли я, что Сэм Керн тот еще засранец? Наверняка. Но это не мешало ему смотреть на меня так жадно, что коленки подкашивались.

– Так же, как и ты, Мия. Мы не настолько разные, как ты считаешь, – ответил он, касаясь пальцами моей щеки, затем сжал подбородок и притянул к себе. Его губы замерли на моих, а я буквально слышала, как тяжело задышал мужчина. Он хотел большего, это явно. Но радовало одно – без моего четкого согласия черту переступить Керн был не готов.

И пусть контракт разорвать пока не представлялось возможным, но существовал способ, после которого Сэм сам решит отказаться от этой дурной затеи. Я коварно улыбнулась и прошептала так медленно, как только могла:

– Хорошо, Сэм. Но это будет самый тяжелый год в твоей жизни, – мужчина вопросительно приподнял бровь, словно не понимая, о чем речь. Дескать, сейчас его все устраивает. Но коварно улыбнувшись, я самодовольно протянула: – То, что случилось в этой комнате – пробник. Большего ты не получишь никогда. Только через мой труп.

– Малышка, мне плевать. Если не ты, то кто-то другой, – Сэм оскалился и закатил глаза. Он хотел сыграть на своем равнодушии, но было уже поздно. Этот раунд он проиграл уже давно.

Нарочно придвинувшись ближе к мужчине, я коснулась губами его уха и услышала невнятный звук, сорвавшийся с его губ.

– Плевать? Прекрасно! – мои пальцы скользнули по рубашке мужчины, пересчитывая пуговки, пока рука не остановилась на холодной бляшке ремня. Сэм буквально рыкнул от недовольства, а я, радуясь, что нашла точку давления, положила ладошку на заметно выпирающий пах. Сэма буквально молнией ударило. Прошипев пару грубых выражений, он сжал руками мою талию, готовый в любой момент разрушить все стены между нами. – Но что-то мне кажется, ты просто врешь…

Сверкнув глазами, я убрала руку и сделала шаг в сторону. Пусть знает, что дальше я никогда не зайду! То, что произошло между нами, ошибка.

– Ты ведь понимаешь, что я могу просто трахнуть тебя, не спрашивая? – рывков притянув меня обратно, мужчина прижал меня к себе так сильно и жадно, что было тяжело дышать. Я была вынуждена смотреть ему в глаза и видела там дикое животное, не способное здраво соображать. И спрашивается, зачем было будить вулкан?! – Так и хочется вытрахать из тебя весь гонор и непослушание… И, поверь, никто мне и слова не скажет.

– Но ты этого не сделаешь… – немного испугавшись, прошептала я. Сейчас Сэм не выглядел как человек, которого может остановить какой-то брачный контракт. Ему бросили вызов, и он его принял. – Без моего согласия.

Я видела, как мужчина борется с собой. Смотрит на меня, отводит взгляд и с рыком возвращает. И речь уже не шла о разрыве контракта, я просто молила о том, чтобы он дал мне выйти из комнаты целой и невредимой. В памяти всплыли картины из прошлого, где Сэм почти взял меня силой. Но тогда он был под наркотиками! К тому же это было слишком давно… Если сейчас случиться что-то подобное, вряд ли я смогу отмахнуться и пойти дальше. Керн сломает меня раз и навсегда.

– Сэм… – мой голос дрожал, потому что я до сих пор не верила в происходящее. – Давай просто оставим все произошедшее в этой комнате?

Но вместо слов мужчина достал из кармана платок, намочил под краном и протер им мое лицо. Затем просто взял за руку и потащил в сторону выхода. Дверь открылась, и мы вышли прочь из той комнаты, в которую я больше никогда не вернусь. По крайней мере, очень на это надеюсь…

Почувствовав себя вне замкнутого пространства, я вернулась в нормальное состояние. Смогла дышать спокойно и, наконец, соображать. Хотела обратиться к Сэму, ведь ответа так и не получила, но Керн так быстро шел к выходу, что для разговора не нашлось и секунды.

Стоило переступить порог кафе, как со всех сторон начали слепить вспышки фотоаппаратов, литься глупые вопросы. Сэм уверенно расталкивал их на пути, прикрывая меня собой. Уверена, мужчина справился бы и без охранников, но их у него было целых три.

Мы уже подошли к машине, когда Керн открыл мне дверь, и я была рада быстрее спрятаться. Но он вдруг резко дернул меня за талию, заставляя закружиться на месте и буквально упасть ему в руки. И прежде чем я успела отстраниться, поцеловал. Грубо, по-взрослому, умело работая на публику. Длилось все это не больше полуминуты, а затем он просто втолкнул меня в машину и захлопнул двери.

Я не поворачивалась к мужчине всю дорогу, стараясь отстраниться как можно дальше: ментально и физически. Да и он не горел желанием говорить. Даже пояснить, куда мы все-таки едем. Я безумно волновалась, что он выберет отель или свою квартиру, но, увидев родные дворы, выдохнула с облегчением.

– Завтра после работы я тебя заберу, – холодно поставил Сэм меня в известность, даже не поворачиваясь. – Будь готова. И без сюрпризов, Мия.

Из машины я выскочила, как из клетки. Но в квартиру к бабушке поднималась целую вечность, придумывая легенду, в которой мне на голову «случайно» падали дорогие вещи. Я была уверена, что она не скажет мне плохого слова, но все равно не хотелось видеть ее встревоженный взгляд.

– Ба, я дома! – в квартире стояла гробовая тишина, так что я понадеялась, что одна. Но в зале горел свет, так что, судорожно сжимая пакет с шарфом, пошла туда, уже представляя этот неловкий разговор… – Слушай, я все тебе объясню…

Весь зал был закидан пакетами с того магазина, где Сэм одарил меня новым гардеробом. Только вот вместо купленных мне вещей лежали другие. Явно бабушкиного размера.

– Да, объясни, дорогая… – растерянно пробормотала она, прикладывая к себе шикарное красное платье. Спохватившись, откуда-то из кучи белья бабушка достала серебристую открытку и в голос зачитала: – «С уважением, Сэм Керн». Это кто?

Глава 19

Могу сказать, что, несмотря на какую-никакую судебную практику, впервые приложила столько усилий, чтобы внятно доказать бабушке, что Сэм Керн – мой новый босс. Неприлично богатый. И когда он узнал, что живу я с пожилым человеком, решил сделать женщине приятно. Вроде как проставился.

Звучит глупо? Еще как! Ну другого на ходу придумать не удалось.

– Мия, ну странно все это… – задумчиво потерла затылок она, посмотрев на золотые пакеты. – Смотри, там буквы какие-то английские… «Гуччи»? Дорого, наверное…

– Подделка чистой воды, – нагло соврала я. – Можешь вернуть, цена на все это – копейки. Да и босс обидится… Может, даже меня уволить за неуважение! Он ведь так старался угодить.

Бабушка испугалась и закрыла рот, так и не начав тему «Как вернуть все обратно». Женщина явно была так удивлена, что впервые не знала, что сказать. А я твердо решила, что ничего возвращать не буду. Во-первых, от брака с Сэмом должен быть хоть один плюс. Во-вторых, кем я буду, если заберу подарки у человека, глаза которого горят счастьем? Ну уж нет!

Так что я заговорила ей всю голову и заставила примерить каждый наряд. На удивление, с размером Сэм не прогадал. Это еще раз подтвердило мою теорию о слежке.

К самой ночи, уставшая морально и физически, я приползла к себе в комнату, так и не подарив дорогому человеку шарф. Решила подождать другого удобного случая. Ведь для женщины, привыкшей жить скромно и бережливо, такое количество подарков было чем-то даже неприличным.

Стоило только лечь в постель, как телефон завибрировал, привлекая мое к нему внимание.

«Как подарки? Все подошло?»

Даже не видя Сэма, я могла прекрасно представить его в этот момент лежащим на кровати в одних только домашних шортах. Наверняка он только вышел из душа, его тело влажное, а одежда плотно прилипает, обрисовывая контур…

Отряхнувшись, я собралась и трижды стирала СМС, прежде чем отправить его конечный вариант: «Все подошло. Не стоило, но спасибо. Тем не менее, если ты решил, что после этого я уже жду тебя с раздвинутыми ножками, осечка».

«Вот черт…» – пришло буквально через пару секунд. Что это? Неужели сарказм?

Выждав минуту, я решила, что больше сообщений не будет. И вместо того, чтобы прекратить этот совсем неуместный способ общения, зачем-то написала: «А мои вещи еще не готовы? В чем нужно быть завтра?»

«Они уже дома, малышка. Оденешься, когда приедешь», – ответил Керн, тут же вызвав во мне приступ неконтролируемой агрессии. Долгих пять минут я писала ему длинное сообщение о том, что о нем думаю и кем считаю, а затем просто удалила все и легла спать. Лучший способ мести – полное равнодушие.

И уже через десять минут моя теория подтвердилась. Телефон подал признаки жизни. И не один раз, а целых три. Я честно хотела удалить все, не глядя, но любопытство взяло верх.

«Я уже засыпаю. Может, сбросишь мне фото своих грудей?»

«Нет? Ну и ладно. Мои воспоминания более яркие, чем какие-то фото».

«Спокойной ночи, Мия. Думай обо мне, когда доводишь себя до оргазма».

Охнув от наглости и краснея от стыда, я удалила грязные сообщения и тут же написала короткий ответ:

«Чудовище!», но вместо чего-то грубого и наглого получила лишь насмешливое: «Да-да, я тоже тебя хочу, малышка…»

Мне совершенно не верилось, что переписывалась я с Сэмом. Пришлось проверить все пять раз! Ведь человек, писавший мне СМС, владел чувством юмора, а не злым сарказмом и, что самое главное, он был горяч. Даже не будучи рядом, я ощущала жар от каждого его слова.

– Может, это все-таки Семен? – спросила я у пустой комнаты. Но нет… Это не был он. Глухо застонав в подушку, я едва смогла заснуть к рассвету, вспоминая моменты из туалетной комнаты, которые лучше бы забыть!

Рассеянная, невнимательная, забывающая о работе – вот какая я была с того момента, как Керн влез в мою жизнь. И, что самое противное, рядом с ним я чувствовала себя безмозглым овощем, хотя раньше могла испугать мужчин своим напором и харизмой.

Но несмотря на все это, утром я проснулась с улыбкой. Работу я любила, на ней можно быть собой. И после двух дней рядом с Сэмом как никогда хотелось доказать, что я хороший работник и профессионал своего дела.

– Мия, неужели ты в платье? – удивленная бабушка едва не выронила из рук сковороду, заметив, как я расправляю немного узкое черное платье. Оно выглядело достаточно сдержанным, чтобы надеть на работу. Но судя по коварному блеску бабушкиных глаз, подозревала, что речь пойдет не о блинах. – Слушай… А ваш новый босс, какой он? Молодой, красивый, умный? А главное, не женат? Ты смотри, уводить мужчин их семьи – грех. Что бы они там тебе на уши не вешали…

– Ба, ты чего? – замерев в проходе с расческой, я бросила ее, как только глянула на время. Надо было скорее натягивать туфли и бежать, иначе с давкой в метро я не успею в офис даже к полудню!

– Как это «чего»? Мужчина явно перед тобой выслуживается. Даже меня вон подарками одарил! А еще это… – она кивнула на стол, где должен был стоять завтрак. Только вот сейчас там располагалось четыре пакета с продуктами. Странно, что они были бумажные, как из дорогих супермаркетов. Ранее бабушка предпочитала рынок. – Да тут продуктов тысяч на десять, не меньше! Этому Сэму Керну для тебя ничего не жалко… Может, познакомишь? Мужчина явно серьезно настроен…

– И речи быть не может! – отрезала я и, чмокнув ее в щеку, побежала на работу. – Ничего не распаковывай. Это уже явный перебор. Еду мы можем и сами купить!

В лифте я записала Сэму голосовое сообщение о том, что считаю такой его подарок неприемлемым и ущемляющим мои права, поэтому он должен все забрать немедленно! И пусть мозгом я понимала, что этот поступок Сэма красивый. Наверняка направленный только во благо. Но почему-то было неприятно… Словно я какая-то содержанка, неспособная купить себе нормальный хлеб и колбасу.

Сэм позвонил мне спустя секунду, но я успела услышать только раздраженное приветствие и тут же сбросила. Потому что перезванивала бабушка. Она никогда не делала подобного раньше, и я уже была на низком старте, чтобы бежать обратно.

– Я передумала, – фыркнула она. – Не смей общаться с этим человеком. И платья я ему все верну! За кого он нас держит?!

Усмехнувшись про себя, я выдохнула и пошла вниз со спокойным сердцем.

– Почему же?

– А знаешь, что там внутри? – задыхаясь от возмущения, выплюнула бабушка. Сэму удалось задеть ее не на шутку, ведь подобный тон я слышала от нее впервые. – Зубные щетки, туалетная бумага, спички, прокладки… А еще записка о том, что этот хрыч собирается к нам в гости, а это – дар к столу. Нет, там есть продукты… Но все остальное… Урод!

В эту секунду последняя вера в то, что Сэм просто пытался сделать приятное, исчезла. Меня этим он не задел, а вот за бабушку стало обидно. Он только что носом ткнул ее в скромный достаток, унизил и растоптал. Посему, когда Керн перезванивал, я просто сбрасывала. А затем поставила его номер на переадресацию.

Я шла по двору, словно в воду канувшая, совсем забыв о времени и о том, что нужно спешить. Вчера перечитать наш с Сэмом контракт я снова забыла. Но вечером, после встречи с личным чудовищем, все равно вернусь к документу и наконец разберусь в нем как профессионал, а не как девушка. Наверняка в нем есть лазейки, находить которые я мастер. Была. До новой встречи с «мужем»…

– Госпожа Бушминская? – путь преградил высокий амбал, выше меня почти на две головы. Он выглядел, мягко говоря, недоброжелательно и сильно выделялся в своем дорогом костюме на фоне простого двора. – Я из охранной фирмы господина Керна. С сегодняшнего дня я – ваш личный телохранитель. Двое других сидят в машине. Мы отвезем вас на работу, так что не волнуйтесь.

Судорожно сглотнув, я вспомнила слова Сэма о том, что охрана будет незаметной. Это скорее я растворялась рядом с массивным джипом и кучкой качков в черном!

Глава 20

Взяв себя в руки, я ступила в сторону, намереваясь уйти. Но охранник повторил мое движение, снова преграждая путь.

– Меня зовут Николай, – с нажимом произнес мужчина, давая понять, что мне придется его принять, хочу я или нет. – Сопровождать вас – распоряжение господина Керна. Если что-то пойдет не так, мы рискуем потерять работу, госпожа Бушминская. Неужели поездка с нами так страшна?

Охранник точно знал, на что давить! Я, как юрист, терпеть не могла подобную несправедливость. И злиться на Николая было так же бессмысленно, как осуждать столб. Все-таки не его воля, где стоять и кого охранять!

Так что, скрипя от злости на Сэма, я, переступив через себя, села в машину. По пути пальцы снова и снова тянулись написать мужчине все, что я о нем думаю. Но зачем? Лучше прийти домой, хорошо изучить брачный контракт и найти лазейку, которая и станет спасением. Например, Сэм может нарушить какие-то свои обязательства. В таком случае контракт разрывается без неустойки.

Под конец пути я почти успокоилась и даже улыбалась. Уже вижу лицо Сэма, когда покажу ему, кто в доме хозяин! Наверняка после моей прошлой юридической осечки он считает меня беспросветной идиоткой. Так даже лучше! Значит, удар будет более болезненным.

Боевой дух повлиял и на работу. Так что к обеду я успела закрыть сделки с пятью клиентами и договориться о долгосрочном сотрудничестве с крупной заграничной корпорацией, производящей брендовые машины. Это был первый по величине проект нашей фирмы, ведь речь шла о миллионах зеленых, и начальник клятвенно пообещал выписать премию.

– Ты сегодня рвешь и мечешь! – посмеялась надо мной Светочка. После совещания все работники разбежались кто куда, я осталась на доработку, а секретарша убирала мелкий мусор в переговорной и собирала чашки. – Смотрю, кто-то тебя здорово завел…

Светочка явно имела в виду не то, что я услышала… Густой румянец покрыл щеки, и я зарылась в документы, снова и снова вчитываясь в одну и ту же строчку. Если делать вид, что занята, рыжая бестия просто уйдет и перестанет искать сплетни на ровном месте.

– Мия… – протянула Светка, явно намекая на то, что хочет узнать что-то важное для себя. Наверняка спать не могла спокойно без нового секрета. – А что у тебя с нашим Семеном? Говорят, роман у вас.

– Говорят? – насмешливо протянула я, поглядывая на часы. Кажется, после работы я должна была где-то быть? Или нет? – Кто говорит, Светочка? Пусть со мной поговорят.

– Да не важно, кто говорит! – отмахнулась она, явно настроенная решительно. – Считай, меня делегировал коллектив, чтобы прознать, как дела на личном фронте у нашего молодого сотрудника.

Глаза Светы горели так сильно, что мне было даже неудобно ее разочаровывать. Но, как говорили у нас в вузе: молчание – немое согласие.

– Нет у меня ничего с Семеном и быть не может, – я указала носом на захламленный стол и демонстративно встала, чтобы показать сотруднице, что разговор окончен. – Моя личная жизнь – работа. И это не печально, Светочка. Это мой выбор, я ее люблю.

Девушка посмотрела на меня как на идиотку. Дескать, как жить без любви и мужчины? А я лишь пожала плечами и пошла прочь. Вернувшись в свой маленький кабинет, больше похожий на коморку, зарылась в документы.

Все работники уже ушли по домам, а я могла спокойно изучить новые документы, подготовиться к завтрашним переговорам с поверенными заграничной компании. Внезапно в дверь кто-то постучал. Так тихо, что услышала я не сразу. Почему-то была уверена, что, кроме Светы, никого в офисе нет, поэтому, не поднимая голову, спокойно протянула:

– Заходи. Если ты собираешься меня ждать, то не стоит. Хочу задержаться сегодня…

– А как же твой муж? – послышался голос Семена, заставивший резко поднять голову и отложить документы в сторону. – Разве не он подвез тебя на работу, караулил весь день, а теперь ждет около входа?! Как верный пес, чтоб его…

В пустом кабинете, где горела лишь одна лампа, он выглядел угрожающе. Раньше Семен казался мне спокойным парнем, который иногда пытался флиртовать. Но сейчас мне совсем не нравилось, с какой злостью он осмотрел меня с ног до головы, прежде чем сложить руки на груди и выплюнуть:

– Конечно, такая куколка, как ты, просто обязана лечь под папика. Куда мне до тебя, правда?

Подхватив сумку, я резко поднялась с места и направилась к выходу. Но не успела. Семен преградил путь и забаррикадировал дверь, явно насмехаясь надо мной. Я попыталась отодвинуть его силой, но мужчина поймал мою ладонь и прижал к своей груди. Вторую же руку он положил на талию, намертво припечатывая к своему мокрому от пота телу.

– Только я не жадный, куколка. Могу и подвинуться…

– Ты забываешься, Семен Петров! – не выказывая ни капли страха, сказала я. Пугало то, что пьяным мужчина не выглядел, а значит, он всегда скрывал свою настоящую сущность. – Я выше тебя по званию. Одно слово начальнику – и завтра тебя тут не будет. Не боишься?

– Ты младше меня на десять лет, сука! Смеешь еще указывать, что делать? – мужчина покраснел он злости, но тут же ехидно улыбнулся, обнажая кривые желтые зубы. Он говорил, а из его рта снова и снова вылетала слюна, заставляя морщиться и отводить взгляд. А ведь еще недавно я считала его милым и приятным парнем… – Ничего! Я тебе покажу, кто тут старше и главнее… Выбью из тебя весь гонор и высокомерие!

Скорее всего, в тот момент я переключилась на защитный режим, подаренный природой. Потому что ума не приложу, откуда взялись силы вырвать руку, чтобы ударить Семену в кадык. А когда он заныл, сделала контрольный удар в пах коленкой и толкнула в сторону старого расшатанного шкафа, все содержимое которого тут же высыпалось на голову недонасильника.

Я уже бежала по пустому холлу, когда услышала рев Семена:

– Вот тварь подзаборная… Думаешь, победила? Конец тебе, Бушминская… Убью!

На улицу я выбежала красная, растрепанная и вся в слезах. Меня тошнило от воспоминаний о прикосновениях сотрудника, хотелось переодеться, помыться, стереть память. И хоть не произошло ничего трагичного, но это лишь благодаря моей изворотливости!

– Мия? Боже, что случилось? – такие знакомые руки подхватили и прижали к себе. Керн пах цитрусами и мужскими духами, а еще его теплота заставляла немного расслабиться. Его низкий бархатный голос сейчас был наполнен волнением, растерянностью и даже паникой. Но все равно успокаивал и вводил в некий транс. – Скажи мне, я должен знать! Где болит? Ты ударилась? Тебя кто-то обидел?

– Там, в кабинете… Он приставал… Хотел… – мысли путались, а Сэм, заглядывающий прямо в мои глаза, кажется, вообще ничего не понимал. Только сжимал мою руку так судорожно, будто я могла раствориться или рассыпаться, не рассказав ему нечто важное. Поэтому заставила себя перестать заикаться и выдохнула лишь одно слово: – Семен.

В один момент я увидела преображение, от которого волосы стали дыбом, а по спине прошел холодный пот. Глаза Сэма Керна полыхнули такой злостью, что могли убить одним взглядом. Он протянул так утробно низко, что стало не по себе:

– Подожди меня тут, малышка. Я ненадолго наведаюсь к тебе в офис, – он нажал кнопку на своих часах и, услышав голос моего охранника, отдал короткий приказ: – Коля, выйди и проследи за Мией. Не отходи ни на шаг.

– Не надо… – тихо взмолилась я, желая поскорее оставить эту ситуацию позади. – Я просто хочу уйти!

На другом конце улицы из машины уже вышел Николай и быстро направился к нам. Краем глаза я подметила, что, когда била Семена в пах, Сэм уже шел ко мне в офис. А значит, будь фортуна не на моей стороне, все равно спас бы. От этого стало еще спокойнее и еще больше хотелось забыть обо всем, поскорее уехав прочь.

Почему-то я была уверена, что Сэм не оставит ситуацию. Вмешается, накажет всех виновных и даже мне об этом не скажет. Но сейчас он медлил, будто борясь с желанием увезти меня.

– Мия, ты ведь понимаешь… – нервно прикрыв глаза, протянул он, словно пытаясь вернуть себе самообладание. Наверное, руки так и тянулись к шее Семена… Но предложение закончить так и не удалось. Дверь офиса открылась, а из нее буквально вывалился виновник, так скажем, происшествия.

Я не успела заметить, как Керн резко понялся на ноги, а Николай закрыл меня собой, будто кто-то собирался стрелять.

– О, а ты тот самый муж? – насмехаясь, протянул Семен, а затем выдал нечто неожиданное: – Что же ты жену не удовлетворяешь? Бегает ко мне, покоя не дает. Сама на член прыгает, бедная!

Сэм ничего не ответил. Он просто замахнулся, а затем послышался хруст костей. Этого хватило, чтобы я зажмурилась и отвернулась. Керн двигался так ловко и быстро, что у Семена не было ни малейшего шанса на достойный ответ. Когда я нашла в себе силы открыть глаза, он уже стоял на четвереньках, прикрывая руками ширинку и сломанный нос.

– Идем, Мия, – холодно заметил Сэм, не удостоив парня даже взгляда. – Мы и так опоздали больше чем на час.

Ноги мои не слушались. Впервые идти на высоких шпильках казалось чем-то запредельным! Я уже подумала разуться, как Сэм просто подхватил меня на руки. Словно это было чем-то естественным и правильным. Будто он делал так годы до этого и собирается делать…

– Вряд ли он когда-нибудь вспомнит, что такое секс. Но на этом не все, нет… Я разрушу всю его жизнь! – рычал себе под нос Керн. Почему-то казалось, не будь меня рядом, Семен пострадал бы намного больше. Сейчас же он просто судорожно сжимал кулаки и играл желваками. Наверняка перебороть себя стоило ему многого.

Я не верила, что скажу нечто подобное Сэму Керну. Но в тот момент эти слова отожествляли собой каждую мою эмоцию, мысль, чувство… Никто и никогда не заступался за меня. Я была сама за себя, один в поле воин! И сейчас вдруг оказалось, что есть человек, которому не все равно. Пусть он заинтересован в контракте, путь все не просто так, но произнесла я искренне, выдохнула то, что крутилось на языке:

– Спасибо тебе…

Глава 21

Сэм поморщился, а я даже немного опешила от такой реакции. Ему словно было неприятно слышать мои извинения.

– Ты сомневаешься в том, что я тебе сказала? Веришь Семену?

Сэм часто говорил о моей «беспорядочной половой жизни», поэтому слова коллеги по работе могли добавить масла в огонь. От осознания этого факта стало внезапно очень холодно и зябко, а смотреть на Керна я больше не могла.

– Что?! Естественно нет. Я слишком хорошо разбираюсь в людях, чтобы доверять подобным… существам! – мужчина три раза напряженно выдохнул, прежде чем сбивчиво пояснить: – Но даже если бы он был чертовски убедительным… Нет. Это не ты… Это не могло быть правдой… Не в этой реальности. Не напоминай, пожалуйста. Иначе я вернусь и сделаю нечто, за что обычно дают нехилый срок!

Мы уже подошли к машине, двигатель которой был на низком старте. Николай открыл нам дверь, позволив Сэму осторожно посадить меня внутрь, словно хрупкий фарфор. Сам же мужчина сел рядом. И хоть больше он не касался меня так судорожно, но все равно не выпускал мою руку из своей, будто ожидая новой неприятности.

– Но что тогда? – осторожно спросила я, вспомнив, как перекосило лицо Сэма от моих искренних слов. Я должна была понять, иначе можно расценить это как плевок в душу.

– За такое не благодарят, Мия. Ты вообще в своем уме? Любой, кто тронет хоть пальцем мою женщину, не сможет уйти от последствий. В этом нет ничего сверхъестественного, – внезапно взорвался он, так сильно сжав мои пальцы, что захотелось выдернуть руку. Только вот мужчина, наоборот, притянул меня к себе, затянул на колени и прижал, приковав к себе так надежно, что нельзя было и шевельнуться. Его губы так знакомо уперлись мне в щеку, и от каждого слова я могла чувствовать, как легкая небритость щекочет кожу. – Не будь такой правильной. Это ставит меня в тупик.

На какое-то мгновение я зависла, прислушиваясь к ощущениям и проматывая к голове слова «моя женщина». Странно, но каждый раз от воспоминаний в животе что-то странно порхало, а после распространялось электрическими волнами по всему телу. Только вот самая главная мысль сорвалась с губ еще до того, как я успела себя остановить:

– Женщина на год… Потом все снова вернется на круги своя, будто ничего и не было.

Наверное, Сэм самый жесткий человек из всех, кого я знала. Поэтому, когда он тяжело выдохнул и сжал меня еще сильнее, я расценила это как призыв к тишине. Он и так сделал слишком много сегодня: спас от позора, поставил на место несостоявшегося насильника. За это я даже готова была промолчать об инциденте с покупками. Стыдно было даже вспоминать, что я хотела устроить разнос по такому мелочному поводу, когда мужчина ради меня готов был пойти по статье…

– Ты забыла, что вчера к нам в гости напросился Львов? Я хотел представить тебя знакомым завтра, но перенес все на сегодняшний вечер, чтобы не оставаться наедине с Давидом, – внезапно устало проговорил он и будто нехотя продолжил: – Но ты задержалась на работе, а потом еще это… В общем, гости ждут уже больше двух часов.

Контракт есть контракт. Сегодняшняя встреча была прописана в договоре о фиктивном браке. Но только вот от мысли, что придется весь вечер провести с незнакомыми людьми, улыбаться им, говорить о чем-то и быть легкой на подъем, стало не по себе. Семен здорово подбил боевой дух, и сейчас хотелось пледа, спокойствия и тишины. И уж точно не липких взглядов Давида…

– Но знаешь… Пошли они все к черту! – прорычал он, а затем внезапно нажал кнопку вызова водителя и отдал уверенный приказ: – Разворачивайся, едем к набережной.

– Но они ведь ждут! Что о тебе подумают люди? К тому же Давид так хотел с тобой повидаться… – растерянная и тайно довольная, я едва не подпрыгнула от счастья на руках Сэма, стараясь сохранять спокойный вид. Только вот лишний раз потерлась пятой точкой о ширинку мужчины, вызвав предупреждающий рык.

– Поверь, им шикарно и без нас. Уверен, они нашего отсутствия и не заметят! – довольно оскалившись, мужчина отмахнулся. Тема вечера для него была уже решена, и он не хотел размениваться на лишний треп. Притянув меня к себе за талию, он со свистом выдохнул через зубы, чтобы потом хрипло прошептать: – Надо тебя выгулять, малышка.

Его горящий взгляд окинул меня, не двойственно задерживаясь на губах и груди, и пока Сэм не успел сказать что-то грязное, я просунула руку между нами и увеличила расстояние.

– Перестань использовать это пошлое слово в отношении меня! – я поморщилась, а Керн странно усмехнулся. Ужасно, но это был первый раз, когда я видела его улыбку без сарказма и злой насмешки. С чего вдруг?

– Ты так мило морщишься, что хочется тебя укусить, – он притянул меня к себе и укусил за нижнюю губу, оттянув ее в сторону. Это было настолько неожиданно, что я забыла, как дышать, и замерла, словно парализованная. Мужчина воспользовался этим, чтобы провести горячим язык по «ране» и прохрипеть: – Как рядом с тобой можно думать о чем-то приличном? Терпи уж, Мия. Сама виновата…

В какой-то момент я вдруг осознала, что заигралась. Зашла слишком далеко и позволила мужчине слишком многое… Вот что бывает, если пускаешь ситуацию на самотек! Мне не нравилось, что я с такой легкостью поддаюсь и воспринимаю все, будто так и надо. Кроме того, не на шутку раздражала реакция тела на его прикосновения. Порой даже мозг сдавал позиции… Я ловила себя на мысли, что задеваю его специально, чтобы вызвать ответную реакцию.

Это пора было прекращать. Раз и навсегда! Ведь в любой момент Сэму может наскучить – и он снова станет самим собой, потоптавшись по моей гордости. Какой девушке такого хочется?

– Что нужно сделать, чтобы ты относился ко мне серьезно? – без капли иронии спросила, глядя ему прямо в глаза. В тот момент я пыталась найти в них нечто такое… Способное раскрыть все секреты, ответить на мои вопросы и, возможно, разглядеть хоть часть его настоящей души. Какая она?

На удивление, он даже не рассмеялся и не смотрел на меня как на идиотку, которая хочет слишком многого. Наоборот. Я покрылась румянцем от того, как вспыхнули его глаза и какими трезвыми были его слова:

– Я хоть раз говорил, что отношусь к тебе не серьезно?

И думай теперь, что это значит. Гадай, как говориться, на кофейной гуще, что Сэм Керн имеет в виду! Но как по заказу в салоне завибрировал телефон, и водитель осведомил, что мы на месте. Только вот… На каком именно?

Глава 22

Мы оказались на территории яхт-клуба, где «жило» приличное количество шикарных плавательных средств. Ранее я никогда не была в этой части города, поэтому для меня было удивительно увидеть нечто… настолько роскошное.

По другую сторону берега горела огнями набережная, играла музыка, веселился народ. Наша же половина была более дикая, что ли… Деревья, просторная площадка и ни одного живого человека на горизонте. Все потому, что вход по пропускам. Только для избранных.

– И что мы тут делаем? – я оглянулась. Охрана скрылась из виду, оставив нас наедине. Стоять на каблуках в темноте, да еще и около воды было, мягко говоря, некомфортно. Холодно, зябко, крутило ноги от усталости. И даже шикарный вид, как в музыкальных клипах, не спасал. – Хочешь посадить меня на свою дорогую яхту, напоить, и, глядишь, я уже лежу в твоей кровати? Со мной так не получится. Увы.

Сэм никак не отреагировал на мой язвительный тон, глядя куда-то вдаль. Я вообще подумала, что он отключился от реальности, думая о чем-то своем и мне не доступном. Как вдруг мужчина резко снял с себя пиджак, накинул мне на плечи, а затем и вовсе снял туфли, оставшись в белых носках прямо посреди далеко не стерильной дороги.

– Надевай, – коротко отчеканил он, кивая на свою обувь. Я так опешила, что не смогла произнести ни слова, продолжая пялиться на туфли, словно ожидая, когда те испаряться. – Черт, Мия…

Гулко выдохнув, он резко поднял меня на руки. Но не так, как обычно. Просто закинул к себе на плечо и шлепнул по попе, словно в наказание. Или в поощрение… для себя любимого!

– Эй! – возмутилась я, пытаясь оттолкнуть мужчину. Только вот от барахтаний мои туфли лишь упали и остались валяться рядом с обувью Сэма. – Я поняла твой план! Ты хочешь экстрима, так? Решил прикинуться городским сумасшедшим и обеспечить нам незабываемые сутки в камере?

Спиной я не могла разглядеть лицо Сэма, но почему-то сейчас он казался расслабленным. Даже умиротворенным. Его грудь завибрировала, словно Керн рассмеялся, хотя голос оказался более чем спокойным:

– Почти, малышка.

Еще пару дней назад я подумать не могла, что повстречаю Сэма Керна вновь. А самое главное, что он закинет меня на плечо и молча понесет к воде, умалчивая про дальнейшие планы. Босиком. С улыбкой на губах. Что вообще происходит с этим миром? Может, я сошла с ума и сознание тешит меня сюрреалистичными снами?

– Если бы хотел тебя утопить, – принялся светски рассуждать мужчина, подогревая во мне беспокойство, – то сделал бы это без свидетелей. Подкараулил у работы на левой машине, усыпил – и дело в шляпе.

– Можно расценивать это как угрозу? – растерянно протянула я, за что получила новый шлепок по попе. – Прекращай! Ты делаешь это только потому, что тебе нравится меня бесить!

– А ты не думала, что мне просто нравится? – прохрипел он и оставил свою ладонь на моей пятой точке, вконец обнаглев. – Дыши глубже и привыкай. Мы же теперь муж и жена. Моя рука обязана там быть по праву.

Извиваясь у него на плече, словно уж на сковородке, я и представить не могла, как Сэму удается сохранять равновесие и оставаться таким спокойным. Это лишь добавляло энтузиазма показать мужчине, где его место и начертить между нами линию. Только вот Керну было плевать на мои жалкие попытки освободиться. Его и так все устраивало!

Я так разозлилась, что зарычала от безысходности и просто укусила его за… нижнюю часть спины. Единственное, до чего достала! Настолько сильно, насколько могла. Естественно, о последствиях совершенно не думала. Да и вообще… Соображала в тот момент слабо.

– Блядь… – в какой-то степени мой план сработал… Потому что Сэм резко одернул руку, ослабил хватку и позволил мне спрыгнуть на землю. Мы уже были на мосту и явно направлялись к одной из яхт, когда я резко рванула назад, совсем не понимая, что делать дальше. – Ты сама напросилась, малышка!

Мост и так шатался, потому что был временным, а услышав ярость и угрозу в голосе Сэма, я и вообще поскользнулась, полетев в сторону. Наверное, где-то наверху решили, что на сегодня хватит мне испытаний, потому что, вместо того чтобы упасть в грязную и холодную воду, я успела зацепиться руками за край чужой яхты, самыми носочками удерживаясь за хилый мост.

Только вот стоило мне оттолкнуться, чтобы встать нормально, как трос, удерживающий судно, натянулся, отдаляя от меня яхту на несколько решающих сантиметров. По сути, теперь я просто стояла на четвереньках, напряженная как струна и молившаяся даже духам деревьев, чтобы не свалиться вниз.

И когда показалось, что хуже уже некуда, прямо за спиной послышался довольный до ужаса голос:

– Так-с, что это тут у нас? Какой вид… Кажется, ты сама нашла свое наказание, малышка.

– Сэм… – застонала я, готовая уже молить о помощи. Яхта медленно отдалялась, а мужчине нужно было лишь потянуть меня на себя, чтобы спасти от позора. – Ты ведь не оставишь меня тут одну? Брось! Нам уже не по пятнадцать лет…

– Именно поэтому ты решила подарить мне навечно шрам в виде отпечатка твоих зубов? – ехидно съязвил он, а я уже готова была извиниться, как вдруг почувствовала его руку на своем бедре. – К тому же я не собираюсь тебя бросать. Меня все более чем устраивает…

Его палец скользнул от колена вверх, по внутренней стороне бедра, приподнимая за собой платье. Я дернулась от неожиданности, и яхта еще немного отъехала, заставляя меня думать только о собственном спасении:

– Сэм!

– Т-с-с! – шикнул он она меня, опуская обе своих руки на мои ягодицы. Его пальцы помассировали кожу, затем очертили контур и сжали почти до боли. – Персик… Так и хочется укусить. Какая же ты сочная!

– Сэм!!! – закричала я, почувствовав, как ноги начинают соскальзывать, а руки устают держаться за бортик. Такой тренировки у меня еще не было!

– Черт, это просто невозможно… Так не бывает… – прошептал он что-то невразумительное, а затем провел пальцем между ягодиц по линии трусиков-бикини, пока не зашел слишком далеко. Подушечка коснулась мягкой кожи, пуская по телу знакомый импульс и возвращая воспоминания. Я настолько растерялась, что отпустила руки, прежде чем поняла, что натворила. Но тут же Сэм потянул меня на себя, заставляя повалиться назад, словно неваляшку. Я встретилась с ним взглядом, решая, что лучше: задушить голыми руками или утопить. Но Керн задумчиво осмотрел меня внимательным взглядом и легкомысленно изрек:

– Знаешь что, Мия? Я понял, что хочу тебя.

Усмехнувшись, я про себя решила, что такой, как Сэм, не утонет. Лучше огонь. Так вернее!

– Неожиданно-то как… – съязвила я, показав ему средний палец. Руки тряслись от перенапряжения, а настроение портилось вдвое быстрее. – Но тебе ничего не светит. Даже если ты останешься один на земле, Сэм Керн!

– Нет, ты не поняла, – покачал головой мужчина, будто знал нечто, что было мне недоступно. – Я хочу тебя, а все остальное дело времени. Просто ставлю перед фактом, чтобы однажды утром ты не проснулась с мыслью: «Как так вышло?» – Сэм снова поднял меня на руки, теперь уже по-обычному, явно не решаясь больше рисковать. Вышагивая вперед, он спокойно объяснял то, от чего хотелось закатить глаза и выключить звук. – Ты моя, Мия. До мозга костей. Даже юридически. А все, что ты говоришь, пустой треп. Он для меня ничего не значит. Ты придешь ко мне первой, а я с радостью дам тебе желаемое.

Глава 23

В этот раз Сэм нес меня на яхту по-обычному, явно не желая больше искать проблем на пятую точку. А я не сопротивлялась, ведь мышцы ног и рук до сих пор казались ватными и мало слушались.

Слова Сэма «ты моя» снова и снова повторялись в голове, словно заезженная пластинка. Я прекрасно знала, что это далеко не признание в любви, а лишь обозначение того, что Сэм Керн хочет со мной переспать. Вот и все.

Было мерзко, что он считает меня кем-то на уровне Анджелы, способной делить постель с кем-то, кто не готов разделить с тобой душу. Но все равно оставался вопрос… Зачем он произнес это вслух? Кому это было нужно? Явно не мне. Ведь пустая похоть и так проглядывалась в стальном взгляде. Мужчина словно обозначил что-то для себя самого, поставил якорь и дал установку…

– Пришли… – выдохнул Керн и посадил меня на мягкое кресло, пока сам отправился включать свет. Внутренние дебаты отвлекли от реальности, а теперь я с удивлением рассматривала довольно-таки старую яхту.

Я изучала мощную спину мужчины, пока тот рылся в холодильнике и что-то из него доставал. Даже в такой момент он словно был напряжен и готов нанести удар. Поэтому, несмотря на веселое настроение Сэма, я не решалась задавать прямые вопросы, боясь нарваться на грубость.

– Это яхта моего отца. Она стоит тут больше двадцати лет, – произнес мужчина, поворачиваясь ко мне. Он долго смотрел прямо в глаза, вызывая мурашки. Казалось, пронзал насквозь, читал мысли. Я отвернулась первая, только потом услышав: – Не хочу ее продавать или менять. Тут уютно и…

– …Она хранит в себе историю, – зачем-то продолжила я, услышав, как Керн открывает шампанское. Повернувшись, увидела на столе фрукты и два бокала с шипучей жидкостью. – У тебя все готово на случай того, если захочешь завалить на палубе очередную девушку?

Сэм смерил меня долгим оценивающим взглядом от макушки до пяток, от которого стало жарко и холодно одновременно, а затем перевел взгляд на открытую палубу, которая лишь немного освещалась благодаря слабому свету внутри.

– Могу сказать, что я впервые подготовил яхту отца, – он оскалился, словно думая о чем-то грязном, затем гулко выдохнул через зубы и направился ко мне. Я и охнуть не успела, как оказалась на руках Сэма, так плотно пригвождённая к его телу, что больно было шевелиться. Его губы с хриплым рыком скользнули по моей шее, и он обреченно простонал: – Обычно прихожу сюда один, чтобы поразмышлять.

Внутри зародился тайный страх и тревога. Я чувствовала себя Красной Шапочкой, которую заманили в чащу леса, чтобы съесть. Раньше Сэму мешало общественное место, а теперь мы остались один на один. Никого не было поблизости. Никто не придет на помощь, если потребуется. Я босая, пригвожденная к месту, уставшая и скованная беспокойством. Неужели Сэм спас меня от Семена, чтобы повторить его поступок?!

Прочистив горло, я прошептала: «Хватит» и попыталась отстраниться, чтобы убрать губы Сэма со своей кожи. Вместо этого он прижал меня к себе более жадно, запустил ладонь под платье и лизнул кожу, опускаясь почти до груди. Ниже не смог, мешало платье.

– И почему ты не хочешь заняться со мной сексом? – внезапно просил он, продолжая продвигаться рукой все выше и выше, сминая за собой мое и без того тонкое платье. Там, где касалась его рука, кожа покалывала, словно после удара электричества. И самое ужасное: я медленно, но верно поддавалась его нежным прикосновениям, осторожным поглаживаниям, слепому желанию. Но я не хотела так. Особенно с ним! Он укусил меня за шею, приглушая рык, а затем внезапно отчеканил: – Понимаю, ты не хочешь так терять девственность… Мы можем составить договор. Обсудим условия. Ты получишь много денег. Согласна? Любая сумма.

Я задохнулась от эмоций, нахлынувших в один момент. Ужас, боль, отчаянье, унижение! Наверное, ничто и никогда не выбивало меня из колеи настолько сильно. Я буквально растворилась в гневе на какие-то секунды, забыв, как дышать и моргать. Мне не просто предложили денег за секс. Нет… Все было намного хуже! Это был контракт на совесть, честь, себя настоящую… Он убил все мои принципы, раздавил, заставил почувствовать самой продажной из всех шлюх. Словно на аукционе Авито: «Кто даст больше за девственность? Принимаем ставки!»

Сэм понял мой ступор неправильно, а как немое согласие. Он перекинул мою ногу через себя и теперь я сидела на нем, лицом к лицу. Глядя на меня с вызывающим дрожь желанием и предвкушением, он словно оценивал новую покупку. В тот момент я поняла, что будет мало просто дать ему пощечину, накричать, уйти… Все это не поможет ему испытать и толики тех чувств, что бурлили внутри в тот момент! Я хотела мести, крови и щадить никого не собиралась.

Натянув улыбку, я потянулась к пуговкам его рубашки и медленно принялась расстегивать одну за другой. Сэм откинулся назад и, ослабив хватку, прикрыл глаза. Стоило моим пальцам случайно коснуться его кожи, как из губ мужчины вылетало некое подобие стона. Это добавляло мне энтузиазма. Месть будет более болезненная!

– Молодец, малышка. Правильный выбор… Сделай все верно и я, – он выгнулся и прорычал что-то невнятное сквозь зубы, когда я распахнула рубашку и провела пальцами по напряженному прессу. Что тут скажешь? Мускулатура у него было что надо. – Я… Я дам тебе много денег. Сколько ты хочешь?

Я качнулась вперед бедрами, скользя по ширинке мужчины, а затем коснулась губами мочки его уха и почувствовала, как его маленький друг поощрительно вздрогнул.

– Я хочу много-много денег. Сколько ты готов заплатить?

Отодвинувшись, внимательно посмотрела на Керна. Но сейчас он казался абсолютно невменяемым, не готовым сказать что-то внятное. Но затем прокашлялся и растерянно пробормотал:

– Миллиона хватит?

Что же… На моем месте Анджела визжала бы от счастья. Да и Светка с работы тоже. Но мне почему-то стало так неприятно, словно в сердце вонзили розочку из разбитой бутылки и прокрутили.

– Мало, – я сама не поняла, в какой момент из глаз потекли слезы. Но они были просто водой… Голос же оставался непривычно стальным и даже грубым. – Мне этого мало, Сэм Керн.

– Я готов заплатить больше, – тут же судорожно пробормотал он, словно боялся, что на этом наше обсуждение окончится и я перестану плавно пробираться пальцами через ширинку его брюк к самому главному. – Постарайся, и деньги у тебя в кармане.

Ловко подловив момент, когда Сэм совсем перестал удерживать меня на месте, я резко скользнула назад и вскочила на ноги, отойдя шага на три. Мало ли…

– Что за черт? – отчеканил Керн таким тоном, словно готов был выжечь меня дотла одним взглядом. Он не привык быть слабым и уязвимым… В тот момент я готова была отступить от плана, прекрасно представляя последствия, но затем вспомнила его последние слова и снова шагнула назад, продолжая изображать меркантильную нимфоманку.

– Кто-то говорил о палубе? Почему-то бы не поэкспериментировать? Мне кажется, это будет очень романтично…

Пока мужчина не очухался, я пулей рванула прочь, попутно подбирая место, где удобней всего будет исполнить мой план. Путем нехитрых вычислений нос яхты подошел идеально! Я только коснулась бортика, как услышала стальной голос за спиной и встрепенулась:

– Вернись назад, Мия! Немедленно, – даже в свете луны было видно, как напряжено его лицо. Расстёгнутая рубашка трепыхалась на легком ветру, подчеркивая идеальный пресс. – В какую игру ты играешь?

Сэм Керн казался мне сильным мужчиной. Он управлял целой компаний, держал в подчинении тысячи людей. Я могла бы уважать его за трудолюбие, стрессоустойчивость и эрудицию. Но вместо этого он заставил меня яростно ненавидеть себя. Увы, но в тот момент слишком сильно хотелось уколоть его побольнее!

– Кажется, я уже сказала, чего хочу… – прошептала я, а затем решилась и медленно сняла с себя платье. Этот нехитрый жест должен был произвести впечатление, отвлечь Сэма и выкинуть здравые мысли из его прагматичной головки. Так и вышло… Когда я откидывала платье, в его глазах виделось только животное желание. – И где…

– Да черт бы все побрал… – вылетело из губ Сэма, а затем он резко двинулся ко мне.

Я отскочила от мужчины, когда он попытался схватить меня в охапку, затем первой скользнула губами по его голому животу, осторожно двигаясь в нужном направлении. Мои губы уже приблизились к бляшке ремня, Сэм престал дышать и ничего вокруг не замечал. Он казался настолько уязвимым, что я засомневалась, что стоит так поступать с его самолюбием и гордостью, и дала последний шанс:

– Ты все еще хочешь заплатить мне за секс?

– Определенно да! – прорычал он в ответ. Затем я просто слегка толкнула его вперед, и мужчина упал в ледяную воду.

Глава 24

Целая минута ушло на то, чтобы найти платье и попытаться его надеть. Только вот руки от страха и адреналина дрожали так сильно, что ничего не вышло. Плюнув на одежду, я сунула ее подмышку и готова была бежать прочь. Ведь по моим подсчетам Сэм уже должен был подниматься на палубу. А это значило, что с минуты на минуту я получу самую большую в своей жизни встряску.

Только вот перед уходом подозрительно оглянулась по сторонам и… замерла. А все потому, что река была спокойной. Не было даже признаков того, что Керн вынырнул: кругов на воде, пены, пузырьков воздуха. Ни-че-го!

– Вот черт… – с губ сорвалось совсем нетипичное для меня ругательство, когда злость отошла на задний план, уступив место здравому смыслу. И панике… Такой сильной, что голова шла кругом. – Мы ведь у причала! Тут глубоко, могут быть подводные железные прутья. Хуже, если сети…

Честно говоря, я слабо разбиралась в устройстве яхт-клубов, но воображение нарисовало такие картины, от которых по виску потекла струйка пота. А если он напоролся на штырь, осколок, схватила судорога, потерял сознание, захлебнулся?! Каждая секунда, пока Сэм не выныривал, казалась мне вечностью. Перед глазами пролетали все сказанные ему грубые слова и тот самый момент, когда я обрекла его на… смерь?! О, мой бог…

И тут внезапно что-то всплыло, я уже почти выдохнула, как увидела, что это всего лишь рубашка. Прошло уже чуть больше минуты с того момента, как Сэм упал в воду, не было времени звать на помощь, хоть я и крикнула пару раз для приличия. Забыв о платье, разбежалась и прыгнула в воду. Многие годы я занималась подводной гимнастикой и даже сейчас иногда посещала бассейн, чтобы подтвердить, что есть еще порох в пороховницах.

На удивление, несмотря на июнь месяц, вода не казалась мне ледяной. Возможно, сыграла роль горячая от ужаса кровь. Не боясь повредить зрение, я открыла глаза и осмотрелась. Сказать, что ничего не видно – промолчать. Как вдруг что-то коснулось моей ноги, а затем потянуло наверх. Я едва не захлебнулась от страха, но в одно мгновение моя голова оказалась над водой, и я получила заветную порцию кислорода.

– Когда ты говорила об экспериментах, я думал, что имеешь в виду нечто другое… – Сэм совсем не походил на утопающего. Наоборот! Он удерживал меня, не давая пойти ко дну. И, кажется, даже насмехался. – Ну что, как тебе водичка?

Целый и невредимый Сэм перед глазами стал почти таким же потрясением, как и мысль, что я могла стать его убийцей. Стоило напряжению отступить, как стало холодно до ужаса, зуб перестал попадать на зуб, а тело покрылось мурашками.

– Чудовище! – с третьего раза у меня вышло произнести слово так, что его смысл дошел до Сэма. Его равнодушный вид заставил разозлиться еще больше. Кем он вообще себя возомнил?! – Ненавижу тебя, Сэм Керн!

– А мне уже начинает нравиться, – устало выдохнул мужчина, а затем поднял меня еще чуть выше над водой, чтобы часть груди и промокшего насквозь лифа была видна. Учитывая, что поролон я не носила, а предпочитала тканевое белье, Керн мог увидеть меня во всей красе. И как бы не пыталась я прикрыться, все, что требовалось, Сэм и так рассмотрел! Так еще и оскалился, прошептав: – Еще не прошла неделя с нашей свадьбы, а жизнь стала намного веселее.

– У нас не было свадьбы! – оттолкнув мужчину, я судорожно поплыла к берегу. Белье было мокрым насквозь, оставалась надежда на сухое платье. Стоило добраться до него первой, пока Сэм не устроил очередную «смешную» шутку.

Я уже почти коснулась бортика, как перед лицом из воды показался Керн. Могу сказать, что даже в слабом свете луны он смотрелся эффектно. Отряхнув волосы, он позволил каплям стекать по его лицу, затем шее, груди… Мне даже удалось подметить какую-то татуировку у него на правом плече, прежде чем я одернула себя и вспомнила, что испытываю к этому мужчине полную, абсолютную и безграничную ненависть!

– Говоришь, свадьбы не было? А разве клеймо на моей пятой точке нельзя сравнить с брачными клятвами? – мужчина утробно засмеялся, но когда я сделала пасс вперед, желая наконец выбраться на сушу, он резко стал серьезным и притянул меня к себе за талию. И хоть внутри бушевала буря, не могла спорить с тем, что взгляд мужчины заставлял кровь бежать по венам с бешеной силой и тем самым согреваться. – Ты бросилась спасать меня, малышка.

– И что? – усмехнувшись, я подметила про себя, что Керн говорил это так, словно моя готовность спасать людей от смерти – что-то странное и неожиданное для него. – Не делай из меня монстра. Ты сам это заслужил!

Сэм усмехнулся, словно самодовольный кретин и прошептал мне на ухо, словно это наша с ним тайна:

– Я дал тебе шанс поиметь на мне денег. Теперь ты останешься без девственности и средств на существование. Что же, это твой выбор.

Будь это возможным, из моих ушей пошел бы пар… Наверное, не существовало в мире человека, который вызывал во мне такую гамму эмоций! По своей сущности, негативных. Я чувствовала, как бочка с терпением давно переполнилась, каждая клеточка тела наполнилась злостью, бессилием, усталостью, что я просто обязана была выплеснуть это, чтобы не взорваться и не сойти с ума! Поэтому, оттолкнув мужчину, я отплыла немного и прошипела так яростно, как только могла:

– Знаешь, что меня раздражает в существах, подобных тебе? Вы находите добрых людей, неспособных на подлость, унижаете их, всевозможно издеваетесь, а затем смеетесь над чужими слезами, принимая всех вокруг за идиотов. Но знаешь, в чем загвоздка? Ты живешь подобным, а я живу только собой. Мне плевать на твои проблемы и плевать, почему ты превратился в ходячего кретина! Нет на свете причины, которая бы заставила меня разделить с тобой постель! Я не стану твоей женой, не рожу от тебя детей и не буду варить супы, встречая каждый вечер у порога дома! Будь ты хоть дважды красив и трижды богат. Ни за что! И если мне еще раз придётся спасать твою никчёмную жизнь, я подумаю десять раз…

Я выдохнула эти слова как воздух. Опустошила бочку до нуля, мгновенно почувствовав себя ужасно. Никогда прежде я не говорила ничего подобного, да и сейчас не была уверена, что сказала Сэму правду. Это стало настоящим откровением, как для меня, так и для Сэма.

Мы смотрели друг на друга где-то минуту, даже слабый шум воды казался громче биения сердца. Было сложно выдержать его тяжелый ожесточенный взгляд, но за все есть плата. Когда говоришь подобные высокопарные фразы, будь готова принять ответ. Но Сэм и не пытался что-то сказать, молча смотрел на меня, словно каменная статуя, не подающая признаков жизни. На какой-то момент я даже забыла, что нахожусь в воде. Как вдруг его губы шевельнулись, а внутри будто вулкан ожил.

– Эй, с вами там все в порядке? – внезапный прямой луч света заставил поморщиться и отвести взгляд. Прямо над нами стояла тучная женщина в форме охранника и смотрела на меня так, словно в любой момент могла вытянуть за шкирку и вызвать полицию. Затем ее взгляд зацепился за Керна, и лицо значительно расслабилось. Даже голос стал мягче. – Простите, но купаться на территории яхт-клуба запрещено. Не знаете, кто звал на помощь?

Глава 25

Прокашлявшись, я все равно не смогла спрятать хрипотцу и дрожь в голосе. И связана она была отнюдь не с холодной водой. Наоборот. Внезапно она показалась мне кипятком, обжигающим кожу не хуже горячего воска.

– Это была я, – указав на Сэма, не глядя, пожала плечами, отвела глаза, и так прекрасно чувствуя его внимательный взгляд. – Но, как видите, утопающий жив… Все нормально.

– Если что-то потребуется, только позовите, господин Керн, – многозначительно протянула женщина, продолжая светить мне в лицо фонариком, словно в чем-то подозревая и осуждая. Затем просто развернулась и просто ушла, даже не проследив, вылезли ли мы с Сэмом из воды.

Под звук удаляющихся шагов мое сердце снова начинало биться так часто, что в ушах стоял гул. Я опустила голову, словно провинившийся ребенок, и судорожно прикидывала про себя, что делают люди, которые наговорили лишнего. Мораль Керна – его личное дело. Моя же задача – не позволить себе опуститься ниже плинтуса. Как бы ни вел себя мужчина, я должна была быть выше этого, а не поддаваться на провокации!

– Сэм, я, наверное… – голос осип так сильно, что его я совсем не узнавала. Но договорить так и не смогла. И не потому, что мысли не удавалось сформулировать во что-то цельное, а потом что мужчина внезапно подплыл, повернулся спиной и прежде чем я успела на это как-то среагировать, абсолютно спокойно протянул:

– Цепляйся. Шутка затянулась. Надо на сушу, пока ты не превратилась в ходячее мороженое.

Взглядом я окинула скульптурную спину мужчины, не находя изъянов. Слегка смугловатая кожа, прокачанные мышцы, а еще… странная татуировка на левой лопатке. Она показалась мне смутно знакомой, но я заставила себя отвлечься, перестать думать черт знает о чем и наконец-то спросить:

– И зачем, позволь поинтересоваться, я должна за тебя цепляться?

Не поворачиваясь, Керн усмехнулся, будто и не ожидал, что я слепо соглашусь. Стоило представить косую ухмылку на губах мужчины и то, как вздымается его грудь во время смеха, как что-то странное заскрежетало в животе.

– Придушишь меня и успокоишься, малышка, – попытался пошутить Сэм, но почему-то смешно мне не было. Вспомнив, как долгие секунды считала, что мужчина утонул, захотела прижать его к себе, услышать спокойное дыхание и почувствовать теплое тело, чтобы только отогнать те ужасные картины, что рисовала фантазия. В груди что-то противно ныло оттого, что он так нагло воспользовался моей готовностью прыгнуть за ним в холодную реку. Чтоб черт побрал мое неравнодушие! Словно спиной почувствовав изменения в моем настроении, он устало выдохнул и серьезно указал на ту лесенку, по которой я планировала подняться на мост. – Конструкция хилая и пластиковая, временный муляж. Строители и подумать не могли, что кто-то может додуматься поплавать вне сезона, да еще на запрещенном участке. На следующей неделе тут будет ремонт, который я курирую. Так что до этого времени мы сможем выбраться только так…

Рукой Сэм указал на абсолютно плоский каменный столб, который только косвенно был связан с мостом, а точнее стоял от него в полуметре. То есть мужчине надо было взобраться по нему, а затем еще и перепрыгнуть. Маугли, ей-богу!

В любом случае, несмотря на всю физическую подготовку, я бы с такой задачей не справилась. Именно это была причина того, что я согласилась на предложение Сэма стать его временной обезьянкой. И никакой другой!

Было так странно самой касаться спины мужчины, чтобы обхватить за шею. Я боролась с ужасным противоречием… Хотелось провести пальцами по коже, изучить татуировку, все изъяны, мускулы, прижаться как можно ближе. Но с другой стороны, я все еще до безумия злилась на Сэма. Чтобы потешить свое эго, он дважды за вечер унизил меня самым неприятным способом. Моя гордость взбунтовалась, не принимала его помощь, хоть убей!

– Давай быстрее, Мия. С такими темпами мы останемся тут до утра, – строго отчеканил мужчина, и его низкий недовольный голос заставил меня ускориться, обхватить его ногами за талию, а руками за шею.

Мужчина поплыл к столбу, словно и не чувствуя груза на спине, а я бедрами почувствовала небольшую деталь, которая буквально выбила воздух из легких!

– Где твои брюки, Сэм?!

– Там же, где и ремень за четверть миллиона, подаренный мамой на юбилей, – едко сказал мужчина, ловко обхватывая столб и так быстро взбираясь вверх, что со стороны это могло показаться чем-то простым. Я помнила, что в юности маленький Керн ходил на скалолазание, но вряд ли у управляющего крупной компанией хватало на это времени сейчас. – На дне реки, дорогая Мия. Все благодаря тебе.

Задохнувшись от возмущения, я почти перестала беспрерывно думать о том, что трусь прямо о ягодицы мужчины. Господи, какими же каменными они были!

– Не я предложила тебе продать свою девственность за деньги! – один уверенный прыжок, и мы очутились на мостике. Легкий ветер заставил поморщиться от холода и прижаться к телу мужчину, как к последнему источнику тепла на земле.

Керн потянул меня за талию и заставил буквально скользнуть вперед, к его груди. Все это было сделано так быстро и мастерски, что я даже не успела подумать, а главное – остановить. И теперь я обхватывала его ногами спереди, ощущая не ягодицы, а нечто другое… Нечто твердое и плотно упирающееся мне между ног. Кроме того, теперь я вынуждена была смотреть прямо в глаза мужчине, а они поедали меня живьем.

– А я бы согласился… – низко прошептал Сэм мне прямо в губы, а его горячее дыхание вызвало новую волну мурашек по всему телу. Особенно когда он намеренно слегка приподнял меня, а затем опустил, заставляя каждой клеточкой ощутить размеры… проблемы.

Проглотив ком, я старалась оградиться от того вязкого узла напряжения, что возникло между нами. Это удавалось с адским трудом! Ведь набухшие от холода соски даже сквозь тонкую ткань снова и снова терлись об судорожно вздымающуюся грудь Керна. В одно мгновение наши соски соприкоснулись, и могу поклясться, что слышала, как из груди этой каменной скалы вырвался приглушенный стон, а зубы заскрипели!

– Тебе нужны деньги, Сэм Керн? Хочешь продать своего дружка подороже? – я ехидно усмехнулась, давая понять, что совсем не чувствую того, что на самом деле испытываю. Черта с два кто-то об этом узнает!

– Нет… – он усмехнулся, и было в этом что-то настолько печальное и глубокое, что меня словно молнией ударило. Лоб Сэма коснулся моего, когда его губы так знакомо уперлись в мои и возникла какая-то правильная тишина. Я не чувствовала, что пауза затянулась. Мне было хорошо в тот момент, когда я отпустила себя и все сложности. Я просто чувствовала его запах, дыхание, теплую кожу и была там, где должна была быть. Как вдруг его язык провел дорожку по моим губами, словно изучая каждую складочку, а из губ вылетел отрывок фразы: – Я не хочу от тебя денег, Мия. Я хочу тебя всю.

Глава 26

Сидя с кружкой горячего шоколада, в которую Керн налил немного коньяка, я чувствовала себя героиней американского фильма.

– Армстронг? Дейвис? Паркер? – стоящий в паре сантиметров от меня Сэм внимательно рассматривал запылившиеся пластинки, выбирая, какой джаз сделает вечер еще более невероятным.

– Не поверишь, но не один из них. Есть Билли Холидей? – мне было плевать, какую музыку из запасов отца Романа выберет Сэм. Я не могла выбрать, на что смотреть: трескающиеся дрова в камине или голую спину мужчины, сидящего в позе лотоса прямо на деревянном полу?

Несмотря на все намеки, Керн принес меня на яхту, посадил на разложенный диван, заставил снять всю одежду. Но только для того, чтобы нарядить в свою футболку и закутать в плед. Кажется, он даже не подглядывал, а честно делал самый вкусный в моей жизни напиток.

Уверена, что Сэм чувствовал мой взгляд на себе, поэтому, услышав имя джазовой дивы, усмехнулся и абсолютно серьезно спросил:

– Уверен, фанатка должна знать ее настоящее имя.

– Ты имеешь в виду Элеонора Харрис? – якобы равнодушно протянула, победоносно улыбаясь. Неужели мужчина думал, что я настолько глупа? В Лондонской школе мы не в пасьянс на уроках играли. – А знаешь, как ее прозвали на родине?

Мужчина напрягся, явно выдавая свое фиаско. Но волновали в тот момент мой пьяный, разомлевший от тепла мозг его напряженные до предела мышцы, словно прорисованные скульптором. Толстая резинка домашних брюк, найденных Сэмом на яхте, четко выдавала полное отсутствие нижнего белья… Да еще и спустилась так низко, что мое тело снова и снова покалывало, когда я впоминала, что совсем недавно я свободно могла коснуться его каменного достоинства.

– Все-таки спортзал еще никому не навредил… – вконец охмелев, вслух протянула я и отодвинула чашку подальше. На меня, как на человека непьющего, и капля алкоголя могла подействовать как никотин на лошадь.

– Длинное имя, Мия, – словно невзначай протянул Сэм, а затем резко встал, чтобы наконец поставить пластинку.

Теперь мужчина стоял ко мне лицом и был занят делом. Идеальное состояние, чтобы детально изучить каждый миллиметр его упругого тела спереди. А что? За этого денег не берут…

В общем-то, как я и предполагала, Сэм был хорош. Грудь идеально накачана для широких плеч, которые плавно перетекали в стальные мускулы рук, обрамленные с одной стороны заумным тату. Но стоило увидеть синие вены рук, как странные бабочки едва не вспороли живот, вызывая во мне странное чувство, описание которому я не нашла.

Желая хоть как-то отвлечься, зажмурилась и снова открыла глаза, готовая продолжить светский разговор и спросить наконец, когда мне уже можно будет вернуться домой. Ведь ночь на дворе, и очень хотелось спать. Но взгляд снова напоролся на что-то неправильное!

Могу сказать, что кубики пресса на животе Сэма Керна походили на отдельный вид искусства. Я посчитала! Их было десять, по два в каждом ряду… Так и хотелось коснуться пальцами и удостовериться, что они такие же плотные на ощупь, как и на вид. Но та дорожка, что вела прямо в брюки, привлекла мое внимание больше всего.

И словно нарочно, с каждым движением, штаны спадали все ниже, ниже и ниже… Казалось, еще немного и…

Я настолько засмотрелась, что услышала обращение к себе только с третьего раза.

– …Кхм… Как тебе музыка, Мия? – Сэм демонстративно пощелкал у меня перед лицом пальцами, а я достигла того уровня стыда, когда кровь просто покидает тело и человек становиться белым как покойник. Судорожно отвернувшись в другую сторону, зажмурилась, проклиная себя всевозможными словами. Ну что за идиотка?! – И ты так и не ответила на свой же вопрос. Как ее звали еще?

Честно говоря, уже плевать было на джаз и разных певиц. В тот момент я молила, чтобы яхта подо мной поломалась и я провалилась сквозь землю. Наверное, даже когда застала голого парня в раздевалке на третьем курсе университета, меньше смущалась!

– Эй! Так нечестно. Я теперь не усну без ответа, – словно насмехался Сэм. Но, что самое ужасное, я слышала его приближающиеся шаги громче, чем музыку. Как вдруг Керн потянул меня за руку, заставляя перекатиться с бока на спину, и, прежде чем я успела снова спрятаться, просто сел на меня сверху! Вот так просто оседлал улитку в пледе… – Требую ответ.

Ох… Что-то мне подсказывало, что не ответа требовал Сэм. Его довольный, как у чеширского кота, взгляд внимательно окидывал пухлое одеяло, словно имел сканер, и мог разглядеть меня под ним. На всякий случай я высунула руки и прикрыла себя поверх. Знаю, дурость, но почему-то так было спокойнее.

Только вот Сэм выхватил руки, зафиксировав их у меня над головой. И теперь его лицо было так близко, что про нормальное дыхание стоило забыть.

– Ммм… Так сладко пахнешь алкогольным шоколадом… – вконец обнаглев, Керн укусил меня за нижнюю губу и, оттянув ее сперва в сторону, затем просто… поцеловал.

И это не было похоже на те невинные поцелуи, что были раньше. И даже тот поцелуй из ресторана, что снился мне всю ночь, нервно курил в сторонке… Напор Сэма напоминал танк, который просто не дает тебе возможности отступить. Ты сдаешься раньше, чем осознаешь!

Но где-то там, глубоко внутри себя, я чувствовала, что что-то не так. Я, липкая после речки, даже не нашла в себе силы пойти в душ. Тело ломило от физической усталости, да еще и приставания Семена с работы снова и снова возникали перед глазами, пока я вдруг сама не отвернулась и, задыхаясь, не прошептала:

– Ее называли Леди Дэй, а песня «Strange Fruit».

Глава 27

Не была уверена, что когда-то смогу произнести это вслух, но больше всего на свете я боялась не пауков или змей… Мой самый страшный кошмар – близость не с тем человеком.

Еще с детства я была уверена, что смогу полюбить только раз. Просто чувствовала и знала это, как тот факт, что небо голубое. Мои подруги рассказывали, как влюблялись в парней после первой близости, а те просто выкидывали их из своей жизни, будто надоевших кукол. Затем начинались страдания, унижения и полный хаос в их жизнях.

Эта одна из причин, почему в двадцать три года я до сих пор девственница. Мне нужен был тот единственный, кто примет меня, полюбит, отдаст всего себя. Я же готова была дать то же в ответ! И не нужно будет проверять его телефон, следить, ревновать… В нашем союзе не будет обязанных и должных. Мы будем вместе не из-за квартиры, детей и ярлыков. А только потому, что порознь плохо.

Находясь рядом с Сэмом Керном, я ощущала, как падаю прямо в яму. Предаю свои же принципы и жизненные позиции. Он красив, и секс с ним наверняка будет хорош. Но за ним… пустота. Зыбучая и глубокая. В которой у меня на лбу ценник, а у него очередная «куколка» под боком.

– В чем дело, Мия? – уткнувшись носом мне в щеку, Керн тяжело дышал, словно был не в силах привести себя в норму. А я до крови прикусила губу, сдерживая слезы. Сердце внутри разрывалась оттого, что мужчина хочет меня, как кусок свежего мяса на базаре. А я, согласная на все, позволяла ему переходить одну черту за другой.

– Скажи честно… – голос дрогнул, сорвался на скрипучий шепот, когда одна слезинка все-таки скатилась по щеке. Единственная моя надежда была на то, что Керн это не заметит. – Ты затеял этот фиктивный брак, чтобы переспать со мной?

Не знаю, сколько молчал Сэм. В те секунды я просто провалилась в себя, думая о чем-то неприятном и болезненном. Мужчина продолжал лежать на мне, словно окаменевшая статуя. И только учащенное дыхание и быстрое биение его сердца говорили о том, что он жив и должен был услышать мой вопрос.

– Нет, – прошептал Керн после тяжелого вдоха. Он набрал полные легкие воздуха, явно готовясь сказать что-то длинное, а затем одернул себя и просто добавил: – Не поэтому… Этого не было в моих планах.

– А что было? – бессмысленно задавать подобные вопросы, но… А вдруг? Только вот чуда не произошло, мужчина вдруг резко вытянулся, а затем и вовсе сел на край дивана спиной ко мне. Его руки грел камин, а я могла рассмотреть уже в хорошем свете татуировку на спине. Серпантин, звезда и три точки соединены вместе. Почему этот странный знак мне так знаком?

Но мне не хотелось спрашивать, нравилась абсолютная тишина. К тому же тех нескольких минут покоя хватило, чтобы привести сознание в норму.

– Знаешь, это яхта отца. Я узнал о ней через три года после его смерти, когда пришли счета за аренду места, – внезапно протянул Сэм, затем подхватил мой недопитый горячий шоколад и, отхлебнув немного, оставил в руках чашку. – Потом оказалось, что это было его тайное место, о котором никто не знал. Он приходил сюда, чтобы привести мысли в порядок и успокоиться после трудных дней.

– Роман часто пропадал по вечерам… – словно подтверждая слова Сэма, я кивнула. Хотя раньше думала, что приемный отец просто проводил весело время с друзьями или с очередными моделями. – Когда мы вошли внутрь, я сразу почувствовала его энергетику. Не могу это объяснить… Он был сильным мужчиной, его невозможно ни с кем спутать. Как и тебя…

Прикусив язык, я понадеялась, что Керн не услышал моих последних слов и не станет снова язвить, пускать саркастичные комментарии. Только вот мужчина был слишком глубоко в своих размышлениях, поэтому изрек нечто, что отчасти поменяло мое мнение о Сэме Керне, как о бесчувственном роботе и подлом идиоте:

– То же самое произошло со мной, когда я пришел сюда первый раз. Наверное, впервые был так близко к отцу. Странно все это звучит, Мия… Но именно энергия Романа помогала мне в управлении его же бизнесом. Что-то вроде специфической подпитки.

– Но ты смог… – позволив доле удивления проскользнуть в голосе, я вдруг задумалась… А ведь действительно, почему мне никогда не приходило в голову, что чувствует Сэм и каково ему было остаться один на один с многомиллионной компанией? Наверное, потому, что он всегда заставлял всех думать, что все под контролем. Всегда рядом с ним во мне проскальзывала какая-то естественная мысль: «У него нет проблем». Но так ли это на самом деле? Не знаю зачем, но я неожиданно для себя спросила: – Ты приводил еще кого-то сюда?

– Естественно нет, – фыркнул мужчина, а затем вдруг опомнился и, словно осознав, что сказал это вслух, резко повернулся. В темных глазах я видела внезапно возникшее коварство, а затем не менее подозрительную улыбку и хитрые слова: – Полежи немного. Мне нужно решить пару вопросов по телефону, а затем я отвезу тебя домой.

Кивнув, я проследила, как мужчина вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Музыку перед этим он зачем-то выключил, и мне пришлось ждать его в тишине, теплоте и покое… Спустя пару минут, неосознанно и совсем не специально, я просто отключилась и тут же провалилась в глубокий сон.

Во сне мне казалось, словно кто-то меня обнимает так крепко, что тяжело дышать. А еще странное чувство, будто чужие пальцы касаются лица, шеи, рук, волос… Что только не приснится после тяжелого дня!

И между тем, перед глазами снова и снова возникала татуировка со спины Керна. Странный знак, название которому я не знала… Как вдруг подсознание отвело меня в прошлое, некоторые факты которого я забыла как страшный сон.

Глава 28

Утро после унижений в столовой было самым сложным. Точнее казалось таковым. Всю ночь снились кошмары, в которых все ополчились на меня, превратив в полного изгоя. Была уверена, что вмешательство Сэма только добавило жара и сплетен, а это значило, что день будет еще тот…

Я хотела пропустить учебный день, а лучше неделю или месяц. Притвориться больной и получить справку от врача! Накручивая себя все больше и больше, поняла, что у меня поднялась температуру. Казалось, словно я умираю от головной боли.

Только вот сев на постели и взглянув на себя в зеркало, я вдруг поняла, что не могу сделать вид, что проблемы нет. И дело не в одноклассниках. О каком уважении ко мне может идти речь, если я сама не уважаю себя?

Надев свою идеально выглаженную новую форму, я уложила волосы в высокий хвост и, гордо подняв подбородок, направилась вниз, собираясь отправиться в школу. Обычно меня возил специально нанятый Романом водитель, но сегодня я увидела красное Ламборджини Сэма и замерла, не понимая, что происходит.

Может, Роман забыл о школе, а Сэм припарковал тут машину просто так? Он ведь тоже тут живет, в конце-то концов!

Внезапно зеркало опустилось вниз, и я увидела профиль Сэма. Он даже не думал поворачиваться, смотря куда-то вдаль в черных очках и жуя палочку корицы, как обычно.

– Долго мне тебя еще ждать? – холодно прорычал он и поморщился, словно даже обращение ко мне было для него чем-то унизительным. – Еще минута – и пойдешь пешком.

Чего уж там… Уже через секунду я судорожно запрыгнула в авто, захлопнула дверь и пристегнулась, уставившись в окно. Не знаю почему, но мое сердце выпрыгивало из груди, а сама я волновалась так сильно, будто происходило что-то из ряда вон выходящее.

Я чувствовала, что Сэм смотрит на меня, словно сканируя с ног до головы. Но объяснила это себе тем, что новую школьную форму наверняка купил именно он.

Слава богу, долго это не продлилось, потому что уже в следующее мгновение парень завел мотор. Мы так резко дернулись с места, что только ремень спас меня от сотрясения о лобовое стекло. Но я продолжала молчать, не зная, о чем разговаривать с человеком, с которым у меня нет ничего общего, и явно чувствуя себя некомфортно.

– Почему ты не завтракаешь с нами? – внезапно первым заговорил младший Керн, а его голос казался мне чем-то вроде грома среди ясного неба. Ведь я уже успела успокоиться и глубоко погрузиться в свои мысли. Растерянно повернувшись, проморгалась и протянула:

– Что, прости?

– Мне повторять тебе все дважды, недоразумение? – фыркнул он, а затем оскалился, словно сам себе на придумывал не пойми чего. – Брезгуешь сидеть за одним столом?

– На завтрак я пью лишь воду, обедаю в школе, а ужинаю дома… Только вот вас с Романом никогда нет, так что домоправительница накрывает стол только для меня, – чувствуя себя провинившейся девочкой на ковре у директора, я поморщилась, ведь по ощущениям на меня вылили ведро помоев. Неужели теперь придётся отчитываться даже за такие мелочи?

Я ожидала новую порцию нападок от Сэма, поэтому была готова и вооружена, только вот его следующие слова пробили мою броню и дезориентировали настолько, что я забыла родной алфавит.

– Ты не можешь полноценно есть только раз в день. Именно завтрак заряжает организм на двадцать четыре часа. Тебе нужно поменять свой рацион, пока все не закончилось плачевно для здоровья.

Получить родительское наставление от Сэма Керна – это как услышать цитаты из Библии наизусть от атеиста. Долгое время я пыталась найти в этом скрытый грязный смысл, который бы показал истинную сущность мужчины, но так ее и не найдя, просто сидела молча, с нетерпением ожидая, когда уже смогу сбежать из машины. Наконец, на горизонте мелькнула школа, и я судорожно отстегнула ремень безопасности, а также схватилась за ручку двери. Авто затормозило, и в следующую секунду мои ноги были на земле. Только тогда удалось спокойно дышать…

– Стой, – послышался голос сзади. Я обернулась и увидела, что Сэм тоже вышел из машины. Он держал в руках бумажный пакет, свернутый вдвое, а затем просто поднял его и кинул через авто мне в руки.

Он уехал быстрее, нежели я успела его размотать, и тут уж наступил полный ступор. Овощной салат в контейнере, куриный стейк и бургер в фольге. Не может быть… Неужели Сэм попросил запаковать для меня завтрак? Больше верилось в то, что это приказал Роман, а парень просто не мог ослушаться…

Я плелась по школе, словно зомби, проматывая в голове всевозможные теории происходящего. И только в классе поняла: никто и словом со мной не обмолвился. Плохим или хорошим. На третьей перемене заметила, что все смотрят на меня с ужасом, а уже в столовой увидела, что та самая королева школы отсутствует.

Уже перед последним уроком из кабинки туалета подслушала случайный разговор:

– …Ничего, ей на пользу пойдет. Сэм ее предупреждал, что с Кернами лучше не связываться! – злорадно протянула одна школьница.

– Согласна. Меньше выделывалась бы, не исключили бы, – согласилась вторая, но затем серьезно добавила: – Но знаешь… С Мией я бы лишний раз не сталкивалась. А то братик у нее слегка… ненормальный.

– Да она ведь приемная! Забыла, что ли? И носится Сэм с ней не так, как с сестрой… – задумчиво протянула вторая, а затем они вышли из туалета и диалог прервался.

Оказалось, что вчера, после моего ухода, Сэм просто сказал девушке, что она получит наконец то, на что так нарывается, и это повторится с каждым, кто пойдет по ее дорожке. Что именно он сделал? На сайте школе, по каждому телевизору и общей рассылкой по ученикам показали видео неприглядного содержания, где та самая школьница на коленях вымаливает у нашего директора золотую медаль. Теперь уже тоже бывшего директора.

Как достал это видео Сэм? Я даже боялась предположить. Зачем? Четкого ответа не было. Со школы я летела, словно умалишенная, желая поговорить с парнем и все прояснить. Как он мог так поступить, не обговорив предварительно со мной? Это моя жизнь, мои проблемы и мои решения. Но дома его не было.

Набравшись наглости, просто вошла в его незапертую комнату и долгие два часа осматривала довольно-таки неприглядное пустое помещение. Даже пропустила ужин! Затем открыла тетрадь, что лежала на рабочем столе и принялась рисовать всякие иероглифы, будучи головой далеко от сюда.

Когда начало смеркаться, вдруг осознала, что никто не придет и толку ждать нет. И тем более вряд ли Сэм выслушает меня, увидев, что я посягнула на его личное пространство. Вырвав изрисованные странички из тетради, порвала их и выкинула в мусорный бак, который находился на первом этаже у столовой, где и столкнулась с дворецким.

– О, госпожа Мия! Почему вы не прибыли сегодня на ужин? Мы накрыли на двоих, а в результате убирали пустые тарелки, – он нахмурился и махнул рукой: – Такое фрикасе в мусор… Как так можно?

– Две тарелки? – выдернула из контекста я, и мужчина закивал:

– Да, именно! Господин Керн узнал, во сколько вы ужинаете, и едва успел к этому времени, но, прождав вас полчаса, очень разозлился и уехал.

– Роман освободился пораньше? – охнула я, понимая, что завтра получу нагоняй. Хотя, по-хорошему, можно было бы меня позвать!

– Нет, я имею в виду младшего Керна! – огорошил дворецкий.

До утра Сэм так и не появился. А перед школой я вспомнила, что изрисовала не три листка, а четыре. Маленький рисунок в самом углу было легко пропустить и забыть о нем. Хотела забрать, но домработница убирала его комнату, и я не хотела лишний раз палить контору, а когда пришла со школы, тетради уже не было.

Это было что-то бессмысленное, нарисованное на эмоциях и в волнении. Серпантин, звезда и три точки соединены вместе.

* * *

Стоило вспомнить этот факт, как я подорвалась на диване, запыхавшаяся и растерянная. Где? Зачем? Почему?! Была уже светло, оставалось три часа до начала рабочего дня, и Сэм на яхте отсутствовал. Чтоб его!

* * *

Глава 29

Могу сказать, что добираться домой на попутках, в платье и без нижнего белья – то еще приключение. Я не расскажу эту историю детям, но обязательно упомяну на приятельском застолье после лишнего бокала вина.

Я специально не звонила Сэму, не представляя, что должна ему сказать и о чем говорить. «Привет! Это правда, что ты сделал тату в память обо мне?» или лучше: «Хей! Кажется, я разгадала твою тайну, парень. Теперь ты у меня на крючке!» Все это звучало так же глупо, как и было на самом деле. По сути, татуировка ничего не значила, да и Сэм мог сделать ее, не зная, кто являлся автором. Ведь до этого он уже был знаком с иглой и наколол три бессмысленных шедевра.

Уже около дома я дала себе четкое указание не думать о Керне, пока черт, то есть человек, сам не появится. Нужно решать проблемы по мере их поступления. Главное – успеть на работу и решить конфликт с Семеном.

Глубоко погрузившись в мысли, я отключилась от реальности настолько, что прошла на автомате по двору, упустив из внимания черный джип. Но уже открыв входную дверь, замерла, понимая: что-то не так.

– Ба?.. – удивленно протянула я, осмотревшись по сторонам. Но ответа так и не последовало.

Начнем с того, что моя неугомонная старушка вставала каждый день в пять утра и ехала на базар на другой конец города. Обычно она приходила домой за полчаса до моего выхода на работу. Сейчас же оставалось полтора часа, и кажется, что она даже не выходила из дома, потому что на улице ночью шел дождь, а ее ботинки сверкали чистотой.

В голове пробежала тревожная мысль о том, что я впервые не пришла домой ночевать. И, кроме прочего, не предупредила старую больную женщину… Чем это могло закончиться?

Сердце вырывалось из груди от тревоги, снова делая меня невнимательной. Ведь на плечиках висел незнакомый мне ранее черный плащ, а в самом углу шкафчика заботливо «прятались» грязные от дождя мужские ботинки… Скинув туфли, я рванула на кухню, из которой доносились приглушенные голоса. С размаха открыла стеклянную дверь и… тут же замерла на пороге.

– Привет, Миечка! – вполне себе здоровая и в меру веселая бабушка стояла с чашкой кофе у подоконника. На ее щеках был смущенный румянец, а взгляд обращен в сторону мужчины, сидящего ко мне спиной. – А мы тут завтракаем и тебя ждем! Омлет будешь?

Наверное, в тот момент я бы менее удивилась появлению Семена в гостях… Но нет. Это все же был он. Сэм Керн собственной персоной. Получите и распишитесь! Но больше всего поражало, что бабушка, которая вчера собиралась убить Сэма, сегодня млеет рядом с ним и кормит завтраками.

Оценив обстановку, я подметила громадный букет роз, который поместился только в рукомойнике, а также подозрительно красивый набор сковородок, на который еще на прошлой недели у бабушки не хватало денег.

Повернувшись вполоборота, мужчина подарил мне коварную улыбку и многозначительно протянул:

– Если бы ты позволила моему водителю тебя подвести, то мы бы не ждали тебя так долго! А теперь садись уже, Мия. У нас тут намечается серьезный разговор.

* * *

Глава 30

Клянусь, от последнего предложения у меня подкосились коленки, и я едва не упала, в последний момент успев схватиться рукой за тумбочку. Но рано было радоваться… Потому что слова бабушки были наравне с выстрелом из гранатомёта прямо в цель:

– А ты чего скрывала жениха своего, а? Думала, я совсем бабка старая и ничего не пойму?! – она махнула рукой и захихикала прямо в чашку, будто знала что-то мне недоступное. – Парень он хороший. Одобряю. Так что можешь переезжать.

– Жанна Викторовна, не переживайте! Вещи ее уже и так в новом доме, – нарочито громко сказал мужчина, а затем словно медом помазал по ушам доверчивой старушки: – С завтрашнего дня у вас капитальный ремонт в квартире, так что вы тоже к нам собирайтесь.

– Я что, нелюдь какой? – чертыхнулась она. – Не хочу мешать молодым. Мне и с ремонтом нормально будет житься.

Я сделала шаг вперед, на ходу решая, чего хочу больше: треснуть по голове Сэма или встряхнуть бабушку. Только вчера женщина была недовольна мужчиной, а уже сегодня пела ему оды! И за что?! За сковородки, цветы и ремонт?? Нет, уму непостижимо…

Но больше всего злил именно Керн. Он ведь знал, что брак – липа. Через год наш союз развалиться так же быстро, как и сложился. Зачем «покупать» и так нагло врать?! Зачем втираться в доверие, чтобы потом разбить сердце?

Выбрав в первую очередь разбирательство с Керном, я потянулась к нему рукой, как вдруг бабушка снова заговорила с повышенной серьезностью:

– Слушай… Я теперь понимаю, зачем такая спешка! Ты, часом, не беременна?

Все. Это был нокаут… Перед глазами потемнело, от ужаса или общего стресса, так что, как споткнулась и полетела вниз, не помню. Зато отлично помню, как здоровые лапищи Керна подхватили меня за нижнюю часть спины, и он воспользовавшись ситуацией, затянул меня к себе на колени.

Мужчина погладил мои волосы, словно издеваюсь, а сам под столом так крепко держал на месте за ногу, что мышцу свело.

– Нет. Но мы над этим работаем… – клятвенно заверил Сэм и, не выдержав, усмехнулся, когда мой подбородок разве что о пол не ударился.

Наверное, в тот момент я поняла, каково оказаться в сумасшедшем доме. Поэтому решила не поддаваться на провокации и выйти из ситуации с умом. Натянула улыбку и повернулась к бабушке:

– Сэм, отпусти меня. Это неприлично. Ты смущаешь пожилого человека, – мой голос был более чем спокоен и умиротворён, но то, как я наступила пяткой на ногу мужчине, должно было выглядеть красноречиво.

– Думаешь, я в твоем возрасте не была? Сидите уже, я все понимаю, – она усмехнулась, поставила чашку и сняла фартук, явно намереваясь выйти из кухни и оставить «молодых» наедине. – Пойду я. Надо дочке в Швейцарию позвонить. Глядишь, трубку сегодня возьмет…

Дверь за бабушкой хлопнула, и я поднялась, чтобы отправиться за ней. Нужно было срочно образумить женщину, пока она окончательно не изменила своего мнения относительно Сэма Керна!

– Стой, малышка, – прохрипел Керн мне в ухо и теперь, оставшись со мной один на один, перестал изображать примерного члена общества. Одна рука медленно скользнула вверх по ноге, плавно поднимая платье. Естественно, он знал, что там ничего нет! И это убивало… – Я тебя еще не отпускал.

И тем не менее я не готова была сейчас к его прикосновениям. И когда другая рука мужчины скользнула по животу и сжала грудь, я резко одернула ее и снова попыталась сбежать.

– Если не хочешь сейчас услышать, какой ты мудак во всех деталях и подробностях, то отпусти! – я поерзала у него на коленках, ничего. Сэм перестал лезть ко мне под юбку, но сжал в медвежьих объятиях так, что теперь я могла шевелить только ногами. Его нос снова уткнулся мне в щеку, а подбородок устроился на плече, будто так и надо! – Я серьезно. Мне нужно успеть на работу. Будь уверен, я обязательно вынесу тебе мозг, когда освобожусь.

Мужчина очертил кончиком носа непонятный мне символ на коже и так естественно выдохнул, будто и не было в этих словах ничего странного:

– Ты больше не будешь ходить на работу. Так что не спеши, – пока я задыхалась от возмущения, Керн продолжал что-то объяснять. То, что уже казалось второстепенным по важности: – И почему ты так злишься? М-м-м, малышка? Кажется, твоя бабушка без ума от меня. Она умная женщина, и тебе следует прислушиваться к ее мнению.

– Но ты не предлагал ей купить девственность, как и фиктивный брак! А еще не запрещал ходить на любимую работу! – мне с трудом удалось протиснуть руки между нами с Сэмом и хоть немного оттолкнуть от себя. Надо было срочно что-то придумать… Иначе скоро случиться передозировка Керна в моей жизни! – В контракте нет ничего по поводу этого. Так что я буду на нее ходить. Понял?

– Не будешь, – без прежней хрипотцы в голосе прорычал мужчина, а затем, едва сдерживаясь от крика, отчеканил по слогам: – Если и будет человек, который вытрахает из тебя всю дурь, то это буду я, а не очередной мудак со спермотоксикозом!

Психанув, я сделала еще одну попытку выбраться. Ничего! Это больше походило на барахтанья выброшенной на берег касатки. От отчаянья, злости, застилающего глаза раздражения я просто… укусила его за руку. Как бы идиотски это не выглядело, но сработало. И прежде чем он успел схватить меня снова, ударила между ног. Не сильно, для профилактики от болезненного желания «оттрахать все, что движется».

– Мия… – предупреждающе прорычал Сэм мне вслед, и я уже знала, что в этот раз от точно накажет меня по-взрослому. Только вот сперва нужно было найти бабушку и поговорить с ней обо всем, что произошло в мое отсутствие.

Я застала ее лежащей на кровати и листающей журнал. Судя по всему, бабушка снова не дозвонилась дочери. Как только та вышла замуж за обеспеченного иностранца, мать перестала быть ей нужна. И скрытая за приветливой улыбкой печаль заставила меня скинуть все эмоции и замереть на входе.

– Что случилось, дорогая? Сэм уже ушел? – она резко подорвалась с места и встала на ноги, собираясь куда-то бежать. – Ему так понравились мои оладьи, я хотела положить их ему с собой…

– Сэм не ушел. Он на кухне, – я осторожно остановила женщину, не представляя, как начать разговор. Сейчас явно был не лучший момент рассказать, что ей ездили по ушам. – Ты только вчера говорила, что он тебе не нравится… Что изменилось?

– Я ведь думала, что он прислал нам ту ужасную посылку с продуктами и бытовыми мелочами… А он о ней ни сном ни духом, представляешь?! – бабушка осторожно меня обошла и все-таки направилась к кухне. – Пойду еще оладьи ему дожарю. Такой хороший мужчина!

Медленно вышагивая в сторону кухни, я теперь совсем не представляла, что со всем этим делать. Фиктивный брак все больше обрастал ложью, а ведь еще не прошло и недели! Сэм умело играл выгодного жениха, а я барахталась в его сверхконтроле, задыхаясь.

Внезапно что-то рядом щелкнуло, и я по инерции потянулась к звуку, ведь такой же сигнал стоял у меня на СМС. Только вот в руке телефон казался тяжелее, да больше намного. И все же я повернула его вверх экраном, на котором черным по белому горело сообщение:

«В смысле уволена? Котик, сегодня не первое апреля. Уж поверь своей верной помощнице. Хватит так глупо шутить! Мурр… Я уже в твоем любимом белье на твоем столе. Все, как ты любишь, босс».

Поморщившись, я одернулась и вернула телефон на прежнее место. Странное чувство… Будто в руках дерьмо подержала!

* * *

Глава 31

После прочитанного сообщения у меня перед глазами пробежали годы, прожитые с Сэмом под одной крышей. Унижения, оскорбления и, наконец, его любимые «розыгрыши». Я вспомнила, почему боялась его, страшилась даже находиться в одном помещении, чтобы не стать мишенью.

Но это все равно произошло. Попытка затащить в постель – очередной способ унизить. Сейчас я была уверена, что Сэм только и ждет, когда я расслаблюсь, выдохну и прыгну в его объятия, чтобы потом ударить в самое сердце, задеть душу и растоптать так, чтобы и следа не осталось.

– Никогда! – шепотом пообещала себе я, а затем быстро отправилась в спальню, чтобы переодеться. Строгий черный костюм, слипоны и огромная черная сумка для проекта – вот и все. Готова бежать на работу по-английски, не попрощавшись.

Захлопывая дверь и быстро спускаясь по лестнице, я на ходу писала бабушке, что после работы приду и все объясню, а сейчас ей лучше выпроводить нежданного гостя. Конечно же, минут через десять, когда я уже спущусь в метро.

Наверное, уже выйдя на главную дорогу, я выдохнула и перестала спешить. Явно же Сэм не станет бежать за мной и догонять. Сейчас вдруг стало так одиноко, что хотелось бросить все и пойти напиться. Впервые в жизни перестать думать на пять лет вперед, а задуматься над тем, что имею сейчас: нет подруги, нет любимого мужчины, с таким успехом и детей никогда не будет.

Подсознание выдало мне картину, от которой по спине пошли мурашки и захотелось плакать: я в старости, окруженная пятью кошками. И впервые в голове возник вопрос… Действительно ли я делала акценты в жизни на то, чего хотела?

– Да ну нафиг! – замерев посреди улицы, сжала кулаки, разозлившись на себя, что не могла сделать больше. Мало работала, развивалась, трудилась! Даже у Сэма была верная собачка под боком – Анджела. Стоит ему щелкнуть пальцами, и набегут сотни баб, готовые надеть обручальное кольцо. Мне же всю жизнь встречались такие, как Семен. И это уже казалось печальной закономерностью.

– Уже сама с собой разговариваешь? Ну-ну… – голос Сэма выдернул меня из размышлений, заставив вздрогнуть и обернуться по сторонам.

Мужчина сидел за рулем черного джипа, а где-то сзади еле плелась машина охраны. Я могла только догадываться, что они думали о замашках своего босса!

– Садись в машину, Мия, – строго сказал мужчина по слогам, стоило нам встретиться взглядами. – Живо! Хватит того, что ты ехала с голой задницей через весь город.

Хмыкнув, я едва сдержалась от слов: «Тебе есть за чьей задницей следить», затем отвернулась и спокойно пошла себе дальше к метро.

– Ты не пойдешь на эту гребанную работу! – уже совсем не дружелюбно прорычал мужчина, и где-то в глубине души я даже испугалась. Только вот реальность мне казалась более страшной… Пока я игнорировала мужчину, засвистели тормоза и авто резко свернуло на пешеходную часть, преграждая мне путь. Он почти на половину высунулся из машины, чтобы схватить меня за руку. Его глаза покраснели от лопнувших капилляров, и выглядело это устрашающе, стоит признать. – Что в слове «запрещаю» тебе не понятно?!

– То, что ты не имеешь права употреблять его в отношении меня! – где-то на заднем плане ругались старушки, кто-то звонил в полицию, ведь Сэм сбил клумбу. Но слышно было только меня, и как я не хотела сбавить обороты, эмоции уже захлестнули с головой, отступать было поздно. – У тебя вообще нет никаких прав. Ты для меня никто! Не смей больше приходить к бабушке. Не смей вообще вторгаться в мой мир. Потому что он мой! Ясно?!

– Осечка, малышка, – оскалился Керн и резко потянул меня за руку. Удерживая на месте, он смог спокойно поцеловать меня в губы и даже укусить за мягкую кожу, словно демонстрируя свою силу и то, что если ему чего-то хочется, мужчина это получит. – Я первый и единственный, кто имеет на тебя все права. Я тот, кто сможет раздавить тебя без особых усилий. Сделать так, что ты поймешь на практике, что такое, когда жизнь летит к чертям! И еще одно, малышка… Я запущу свою корни так глубоко в твою жизнь, как буду считать нужным. И если я сказал, что ты не пойдешь больше на свою убогую работу, ты на нее не пойдешь.

Все происходящее казалось мне чистым абсурдом! Керн, высунувшийся из окна по пояс, крики вокруг, ругань и его слова, каждое из которых снова и снова резало по сердцу. С глаз потекли слезы от бессилия и усталости. Я опустила взгляд и тихо прошептала, словно это могло что-то изменить:

– Но я люблю эту работу…

– Работу, на которой тебя чудом не изнасиловали?! – словно взорвался Керн и встряхнул меня, как неработающую игрушку. – Предлагаешь мне поставить тебе радионяню и следить за каждым шагом?! Нет уж, больше я так рисковать не собираюсь!

Наверное, в тот момент стоило замолчать, и, возможно, все само собой бы как-то рассосалось… Надежда была! Но до того момент, как я рассмеялась и, борясь со злостью и отчаяньем, прошипела сквозь зубы:

– Интересно, ты за каждой своей шлю… малышкой так хвосты заносишь? Или мне, как липовой жене, выпала такая особая честь?!

Глава 32

В один момент воздух в легких закончился, а атмосфера между нами накалилась так сильно, что остальной мир вокруг просто перестал существовать. Зажмурившись, я опустила голову, бессмысленно мечтая о том, чтобы он пропустил мимо ушей мои последние слова. Но… Как бы не так.

Сэм оскалился, как довольный чеширский кот, и было в этом столько самодовольства, что снова захотелось начать рассматривать обувь от стыда и смущения. Но я гордо вздернула подбородок и уставилась на него, словно не произошло ничего сверхъестественного.

– Так вот в чем дело, малышка… – бархатно сказал он и, нагнувшись к моему уху, тихо прошептал: – Ты ревнуешь.

– Серьёзно? – не давая Керну и секунды насладиться своим самым глупым из всех возможных предположений, я звонко рассмеялась. – Мне напомнить тебе, кто стал инициатором нашего «брака»? Знаешь, если бы ты наконец-то переключился с меня на свою помощницу, то я бы пускала салюты от счастья!

– Ну естественно… – снисходительно протянул Сэм и покачал головой, словно с умилением наблюдая, как пытается выкрутиться пятилетний ребенок. Странным образом, глаза его в этот момент так блестели, что можно было бы заглядеться и забыться. Не будь я так катастрофически рассержена! – Конечно, малышка… Как скажешь.

– И мне плевать на твои запреты. Я прямо сейчас поеду на работу. Понятно? – мой голос дрогнул, когда Керн спокойно отпустил меня и поднял руки вверх, будто бы уступая. Но такой победы я не хотела! Потому что единственное, что крутилось сейчас в голове у Сэма Керна: «Она настолько от меня без ума, что ревнует!» Довольный голос стал этому подтверждением:

– Тебя подвезти? На машине быстрее будет, – он выпрямился и похлопал по сидению рядом с собой. – Садись. Только… Прости, малышка, придется тебя пристегнуть. Кто знает, когда ты на меня накинешься… Ревность – дело опасное, сама понимаешь.

Покраснев и растерявшись, я смогла только проговорить четко и без дрожи в голосе:

– Чудовище… Ненавижу!

– Держи себя в руках. Выплеснешь свою ненависть ночью, – нарочито громко проговорил Сэм и совсем не двойственно подмигнул. Даже бабушки, которые до этого без остановки о чем-то причитали, замолчали и уставились на меня. Теперь клумба их интересовала меньше, нежели наша «Санта-Барбара».

– Да пошел ты! – задохнувшись от возмущения, я просто развернулась и направилась к метро. Всего пару метров – и можно будет скрыться под землей от десятка любопытных взглядов в спину! Но не успела я сбежать, как услышала крик:

– Позвони, когда доедешь, дорогая! Я буду переживать! – нотки сарказма в голосе Сэма были слишком явными, так что вместо ответа он получил красноречивый жест, включающий в себя средний палец.

Могу сказать, что всю дорогу до работы я только и думала о том, как облажалась. Настолько обрадовала Сэма, что он поступился своими принципами и позволил мне одной ехать на работу. Его хитрая самодовольная улыбка до сих пор была у меня перед глазами. Как, собственно, и мои опрометчивые слова. Я корила себя всю дорогу, выедая мозги по кусочкам, пока вдруг не очутилась прямо в офисе. Это заставило выбросить все ненужные мысли из головы, выпрямить спину и переключиться на рабочий режим.

Вышагивая по офису, я не могла не чувствовать взгляды в спину. Косые, осуждающие и злые. Но стоило обернуться, как все начинали заниматься своими делами.

У моей «коморки» меня встретила Светка. Впервые я видела ее такой бледной, растерянно и нервной. Кажется, она даже грызла свой идеальный маникюр.

– Мия, – она схватила меня за рукав и притянула к себе, чего не позволяла себе раньше. Я хотела сделать замечание о субординации, но за сбивчивым гомоном просто не успела. – Босс наш с самого утра тебя ждет. Иди к нему быстрее!

– Наверное, хочет обговорить детали сделки… – попыталась успокоить я девушку, но та несогласно замотала головой, нехотя выдохнув:

– У него уже Семен… Все плохо, Миечка, – она поморщилась, будто от кислого лимона и, прежде чем я ушла, бросила вслед: – Я все равно верю только тебе. Этот идиот совсем заврался!

Честно говоря, гордо вышагивая в кабинет Дмитрия Васильевича, я и подумать не могла, что меня ждет. Наивно считала, раз Семен сам пришел с повинной, значит, так тому и быть.

Постучав для приличия, я натянула приветливую улыбку и толкнула дверь вперед.

– Доброе утро, Дмитрий… – запнулась я, увидев первым делом развалившегося на кресле для посетителей Семена. Сегодня его гонор куда-то пропал, и вместо наглого хама на меня из-под ресниц смотрел скромный парень. Нога, рука и голова его были перемотаны. Оба глаза заплыли от фингалов, да и между ног был какой-то неизвестный мне фиксатор. Все же «усилия» Сэма не прошли просто так… – Звали?

– Звал, Бушминская! – пожилой мужчина сидел на столе и разве что молнии не пускал глазами. Ранее он даже голос в отношении меня не повышал, а теперь смотрел как на пустое место. – Хотел спросить у тебя перед увольнением, как ты докатилась до жизни такой?! Не стыдно тебе, девка, а? Совсем, что ли, страх потеряла?

Растерявшись, я потеряла не страх, а дар речи и перевела взгляд на Семена. Он же продолжал изображать мальчика-одуванчика, сдержанно протянув:

– Дмитрий Васильевич, прошу вас. Не надо. Я рассказал вам правду только ради справедливости, а не чтобы вы выгоняли Мию Бушминскую. Она ведь и правда хороший специалист!

– Хороший? Хороший, говоришь?! – с психу мужчина долбанул кулаком по столу, после завыв от боли, и закричал разве что не на весь офис: – С каких это пор, Бушминская, у нас все вопросы через тебя решаются?! Если парень с тобой спать за должность не хочет, то надо на него своего мужа травить? Совсем звезду поймала?

– Я не понимаю… – сделав шаг в сторону двери, я краем глаза поймала хитрую улыбочку Семена, которую не мог увидеть начальник.

– Что ты не понимаешь, Бушминская?? Крутила, вертела парнем, а как он бросить тебя захотел, уволила и избила?? – продолжал нести бред шеф.

Заставив себя собраться, я сложила те крупицы информации, что получила от Дмитрия Васильевича. Получается, я заставляла Семена спать с собой ради должности, а когда тот решил это все прекратить – уволила и заставила суженого начистить ему личико. По сути, о нашем романе с Семеном говорили давно, да и уволить я его чисто теоретически могла. Так как о попытке изнасилования мною вчера заявлено не было, такой, как Семен, мог здорово этим воспользоваться. Что и подтвердили следующие слова начальника:

– И ты не думай, что тебе все так легко с рук сойдет. Семен на тебя заявление написал, за избиение и превышение должностных полномочий. Нам такие крысы в коллективе не нужны! – не знаю, что руководило мной, когда я замахнулась и дала мощную пощечину начальнику. На эмоциях она получилась настолько сильной, что он едва не упал. Наверняка это было не в мою пользу, но уже как-то плевать. Решив до конца играть роль неуравновешенной, взяла со стола горячий кофе и вылила его на голову тому же шефу, который только и мог, что бухтеть себе под нос проклятья.

– Если вы, начальник крупной фирмы, верите сказкам какого-то паренька – долго ваш юридический бизнес не протянет. А значит, и делать мне тут нечего, – я покрутила папкой в руках так, чтобы босс надолго запомнил, как выглядят утекающие миллионы. – Это тот договор, который я составила для наших зарубежных клиентов. Если бы вы, дорогой Дмитрий Васильевич, больше интересовались работой, а не сплетнями, то знали бы: если сегодня не предоставить их клиентам – штраф в пятикратном размере от их первого взноса. Думаю, вся ваша фирма столько не стоит…

Вечно можно смотреть на три вещи: как течет вода, тлеют угли в камине и как белеет лицо босса, а страх его в глаза больше напоминает черную дыру, из которой нет выхода. Я всегда знала, что была чем-то большим, чем мелким офисным клерком. Именно я приводила в фирму крупных клиентов, но получала только спасибо. По сути, босс даже не знал, какие проекты я веду. Он собирал деньги и платил из них всем зарплаты. И прежде чем он начал заявлять о своих правах, я на всякий случай напомнила:

– О, кстати. Если вы не забыли, я не прикреплена к договору с зарубежными клиентами. Юридически за все отвечаете только вы. Так что сейчас я просто уйду, разорву листы на мелкие бумажки и оставлю вас наедине с вашим решением.

Уходя с офиса, я была довольна. И нет, не потому, что мой босс оказался полным идиотом, поверившим россказням Семена и не переживающим за сохранность в конторе ценных сотрудников. Наверняка после сегодняшнего на теле Семена еще прибавится синяков… И не потому, что босс бежал за мной до самого такси, предлагая увеличить зарплату в десять раз, стать его замом, совладельцем фирмы и даже уступить свое место. А потому, что вдруг смогла дышать полной грудью. У меня есть опыт, знания, желание работать и много свободного времени, чтобы найти по-настоящему стоящую должность, с адекватным начальником и коллективом, не похожим на «Дом-2».

– Куда едем? – монотонно спросил водитель, как только отъехал от офиса. А я ведь даже не забрала некоторые личные вещи из кабинета… Ничего ценного там не было. А прошлое пусть остаётся в прошлом!

Откинувшись на спинку сидения, я прикрыла глаза и произнесла то, что никогда не срывалось с моих губ:

– Давайте-ка в бар. Любой. На ваше усмотрение.

Глава 33

«Нефрит» находился в самом центре города. Все стены выполнены из кирпича, зеленая подсветка и мебель в стиле ирландского паба. Меленькие зеленые камушки, как звезды, украшали стены, столы и даже барную стойку. Именно они, липовые нефриты, привели меня к бармену.

Я села на высокий стул и огляделась, заметив приличное количество выпивающих мужчин. Все они были одеты в дорогие костюмы, казались ухоженными и приличными. Хотя ранее я свято верила, что такие люди не завтракают виски. Видимо, таксист точно знал, куда меня вез…

– Опасно, – послышался голос за стойкой, и я тут же повернулась к бармену, который одарил меня обольстительной улыбкой. К слову, парень был тот еще красавец. Не могу сказать, что его приемы по обольщению задели меня хоть немного, но я подыграла ему, вопросительно изогнув бровь. – Опасно, говорю, привлекать так много мужских взглядов. Что будет пить прекрасная блондинка?

Облокотившись о стойку, я кокетливо улыбнулась и медленно протянула:

– А что вы наливаете девушкам, которые уволились с работы и начинают новую жизнь?

– Водки? – моментально отреагировал он, как-то уж слишком внимательно разглядывая мои губы. Затем одернул себя и, судорожно втянув воздух, растерялся. – Что же, если повод радостный, то предлагаю начать с шотов.

Могу сказать, что впервые говорила с незнакомцем. И пусть это была работа бармена: слушать и подпаивать – меня все устраивало. Ваня, так звали бармена, не задавал лишних вопросов, но внимательно слушал и многозначительно кивал, порой слишком уж внимательно осматривая мои формы.

– Не жалеешь? – только и спросил он, на что я пожала плечами и, выпив пятый шот, честно пролепетала:

– Я люблю свое дело, которым занимаюсь. Это моя страсть, вдохновение, смысл просыпаться по утрам… Но место работы к этому никак не относится.

Наливая очередной коктейль, парень как бы случайно коснулся моей руки и задержал прикосновение дольше трех секунд, что было самым наглым из всех флиртов, что я когда-либо встречала. Но почему-то мой пьяный мозг воспринимал все как веселую игру. Как много он себе позволит, прежде чем я пошлю его далеко и надолго?

– Грустно, когда такая шикарная девушка так красиво говорит о юриспруденции, а не о мужчине, – протянул Иван и совсем недвусмысленно подмигнул. Я даже шотом поперхнулась. То ли от его нахальства, то ли оттого, что в этот раз бармен сделал что-то уж слишком забористое. Ведь по голове ударило, словно кувалдой!

Это был первый раз, когда я по-настоящему напилась. Никогда раньше мне даже в голову не приходило сделать что-то настолько бессмысленное и глупое, а сейчас это казалось чем-то правильным и своевременным.

Чувствуя, как улучшается настроение, я решила, что хочу танцевать. Крутнулась на стуле и, заметив краем глаза, что бар уж как-то слишком опустел, вдруг увидела в самом углу зала автомат, в котором можно заказывать музыку.

– Я сейчас… – сбивчиво прошептала я Ивану и тут же спрыгнула со стула, немного коряво, но от этого не менее эффектно. Бармен же почему-то решил, что у меня проблемы, и тут же потянулся, чтобы помочь:

– Может, лучше мне… – не дав ему даже договорить, я шикнула и направилась к автомату.

Одна песня стоила пятьдесят рублей, так что у меня ушла уйма времени на поиски мелочи. Затем открылось меню, разбросанное по жанрам.

– Так-с… Попса – нет. Шансон – нет дважды… О, джаз! – медленно выбирая композицию, я пыталась заставить себя собраться. Ведь буквы то и дело расплывались перед глазами, мешая сделать последний выбор.

Как вдруг чья-то рука коснулась моей талии, а затем, вконец обнаглев, скользнула вниз, сжала ягодицу и звонко по ней шлепнула. И все это произошло за какую-то минуту, пока мой пьяный мозг пытался выйти из состояния заморозки.

– Иван? – с тревогой спросила я, судорожно пытаясь себя отрезвить. И зачем было, спрашивается, играть с парнем в игру «кто кого перефлиртует»? Мы одни в зале. И бог знает, что у него на уме…

Я уже представила самый худший вариант развития событий, как вдруг судьба решила меня удивить. Та самая неопознанная рука вдруг потянула меня на себя, заставляя резко развернуться.

Я прижалась спиной к автомату, желая рассмотреть лицо мужчины, но один из камушков светил прямо в лицо, так что это было практически невозможным.

– Какой. Еще. Иван?! – буквально прорычал он мне в лицо, пыхтя от злости. И да. Этот голос невозможно было спутать с чьим-то другим. Сэм Керн пришел по мою пьяную душу!

Глава 34

На какой-то момент, выпивая шот за шотом, я забыла о лжемуже. Сейчас же не понимала, как такое могло произойти. В полутьме его лицо казалось еще более похожим на оскал хищника: стиснутые зубы, пылающие злостью глаза, напряженные скулы. Я вздрогнула и судорожно прижалась спиной к автомату. Наверное, нажала какую-то кнопку, потому что заиграла медленная и приятная мелодия. Это казалось настолько неуместным и абсурдным, что я прикрыла глаза и опустила голову, придумывая, что делать дальше.

Только вот Сэм был не настроен на молчание… Он прижался ко мне вплотную, блокируя пути отступления. Его пальцы судорожно подцепили мой подбородок, заставляя поднять на него взгляд.

– Отвечай, когда я тебя спрашиваю. И смотри в глаза, – рыкнул он, пока я наблюдала, как крылья его носа раздуваются. Мне это чем-то напомнило корриду и возбужденного, доведенного до предела быка. – Кто такой Иван и какого черта ты тут делаешь?

Будь я не так пьяна, наверняка стала бы спорить, кричать и даже испугалась напора Керна. Сейчас же ситуация больше казалась курьезной, чем патовой, так что, равнодушно пожав плечами, я еле сдержала зевок.

– Слишком много вопросов… Тебе разве не пора на работу? – вспомнив об Иване, я по инерции бросила взгляд в сторону барной стойки. Конечно же, Сэм это подметил. Я же обратила внимание совсем на другое. – Скажи, а почему в баре нет ни одного человека… Ладно, посетители. Но и персонал весь пропал!

– Этого для того, чтобы моя жена не сверкала голой задницей перед толпой пьяных мужиков. Спас тебя от СМИ и унижения! – сквозь зубы выдал мужчина, хотя я знала, что причина была в другом. Этому напыщенному снобу просто не хотелось делиться своей почти купленной женой.

– Что? – взорвавшись, я зашипела от бессилия, чувствуя, как внутри все закипает. Энергия, которую я накапливала в танец, грозила снести собой крепость под названием Сэм Керн. – Голой задницей?! Кажется, мы уже договорились, что ты переживаешь только о голой заднице своей секретарши. С ней-то тебе уж точно будет проще договориться!

– Кто-то читает мои сообщения… – немного спокойнее прохрипел Сэм, и в глазах его словно загорелось что-то черное, оттесняя собой все, о чем думалось раньше. Его палец, который до этого поглаживал подбородок, скользнул к моей нижней губе и осторожно провел по ее контуру. Казалось бы, такое простое касание, а меня словно молнией пронзило. Я вздрогнула, но все же, гордо вздернув подбородок, заставила себя ответить:

– Ты сам оставил его в коридоре без присмотра. У нас одинаковый звонок, так что… Так что… Я хотела сказать… – мужчине таки удалось сбить меня с мысли, когда его рука медленно скользнула от бедра вверх, прямо к талии, и забралась под и так тонкую блузку. Другая же продолжала изучать губы, заставляя мужчину не отрывать от них глаз. В тот момент казалось, будто он на них помешался. И было в этом что-то такое… Делающее меня еще пьянее, вызывающее дрожь в коленках и бабочки в животе. Я пыталась отогнать странное наваждение, но получалось слабо. Мужчине же пришлось дважды прочистить горло и облизать губы, прежде чем пробормотать: – Я уволил ее. Любовница из нее еще хуже, чем помощница.

Я так засмотрелась на язык мужчины, медленно скользящий по коже, что это не дало мне вдоволь насладиться словами. Мне вообще слышались они как эхо, ведь в ушах стоял странный звон и гулкое сердцебиение. Хотелось притянуть к себе мужчину и… И черт знает что дальше!

– Ага… – только и выдохнула я, когда молчание затянулось.

Сэм сильнее сжал мою шею и притянул к себе, заставляя соприкоснуться лбами. Иногда, когда он говорил, его губы касались моих, и в тот момент в голове возникала лишь одна мысль: «Почему ты медлишь?» Она пугала почти так же сильно, как и возбуждала.

– Если ты хочешь напиться, то должна делать это только со мной, поняла? Должен быть кто-то вменяемый, способный защитить тебя от всяких мудаков, думающих тем, что между ног. Я – твой мозг в такой момент! – его пальцы под блузкой ожили, буквально впиваясь под кожу, заставляя прижаться к мужчине так крепко, как это вообще возможно. – И на всякий случай уточню более конкретно: если еще хоть один мужик коснется тебя, я сломаю ему хребет. Этого нет в нашем контракте. Считай – бонус.

Я открыла рот, чтобы спросить: «А что насчет тебя, Сэм? Если не Анджела, то найдется другая…», но он дал мне только пискнуть, потому что его губы так судорожно накрыли мои, будто это была некая необходимая печать, закрепляющая в его монологе что-то важное. Мои руки сами нашли волосы мужчины, а пальцы зарылись в густые пряди, натягивая их так сильно, насколько хватало сил. Мужчина рыкнул, а затем приподнял меня за ягодицы, заставляя обхватить его талию ногами.

Странно, но я отвечала ему на поцелуй с таким рвением, которого сама от себя не ожидала. Язык мужчины творил со мной какие-то странные вещи, превращая в податливого теленка, которого так и тянет к приключениям. Я специально коснулась прохладными пальцами его шеи и ощутила, как нервно он вобрал в себя воздух. Опустилась рукой ниже, ногтем подцепила пуговку, коснулась груди, и крылья носа мужчины затрепетали… Его реакция напрочь сносила крышу, прикосновения доводили до безумия, и было плевать, где мы, когда, почему и зачем. Все казалось неважным здесь и сейчас.

Сэм слегка отстранился, давая мне возможность привести дыхание в норму, ведь дышать я и вправду забывала. И было в этом что-то настолько трогательное, что окончательно заставило сменить параллели. Мне двадцать три года, а передо мной мужчина, который может подарить ночь, о которой девушки могут только мечтать. Хотелось верить, что Керн относится ко мне особенно, но даже если не так… Риск того стоит.

– Поехали ко мне, – словно уловив мои мысли или прочитав их в глазах, предложил мужчина. Он резко опустил меня на ноги и, слегка поддерживая за талию, потащил в сторону выхода. И вправду, бар оказался полностью пустым!

Прямо у входа стояла припаркованная машина, и я затормозила около нее, думая над тем, зачем водителю было подъезжать так близко, прямо на тротуар. Видимо, кое-кто очень спешил…

Сэм воспринял мой ступор как способ пойти на попятную или как раздумья над тем, каким образом сбежать. Наверное, поэтому подхватил на руки и буквально затолкал в машину. В какой-то момент я очутилась у него на коленях, сидящая лицом, а водитель снова оказался закрыт, как лишние уши и глаза.

– Теперь ты никуда не сбежишь… – медленно, словно пробуя каждое слово, протянул Керн, осматривая меня так внимательно, будто боясь упустить из виду хоть одну деталь. – Ловушка захлопнулась, малышка.

Глава 35

Авто двинулось с места так быстро, будто водитель уловил сигнал Сэма о том, что нам срочно нужно было домой. Я отлетала бы назад, не держи меня ремень безопасности, то бишь стальные объятия Сэма. Сейчас, оставшись со мной наедине, он казался более диким. Будто все, что было до этого, было строго под управлением его жесткого самоконтроля.

Да и я сама вдруг ощутила странное томление в груди, разрывающее на части. Пока Керн внимательно изучал меня наэлектризованным взглядом, в котором явно читалось «мое», я осторожно коснулась его лица одними кончиками пальцев. Очертив линию носа, скользнула вниз к губам, а затем опустилась к шее. Я ловила себя на странных мыслях, что хочу коснуться кожи губами и увидеть реакцию Сэма. Будет ли она такой же дикой? Станет ли он так же сбивчиво дышать? Шептать что-то невнятное?

– Я не собираюсь бежать, – только и хватило смелости выдохнуть мне. Почему-то именно эти слова казались наиболее откровенными. Словно в один момент кто-то снял с меня всю кожу… Было страшно даже смотреть в глаза мужчине. – Скажи, как ты меня нашел? Без шуток.

Одно резкое движение – и пиджак слетел с моих плеч. Я осталась в одной лишь блузе. Тело покрылось мурашками, будто в какой-то момент я была полностью голая. Пальцы Сэма медленно потянулись к блузе, пока он сбивчиво пояснил:

– Я ведь предупреждал тебя о слежке. В твоем мобильном чип. В сумочке маячок. И еще одна машина охраны постоянно следила на расстоянии. Ты под моим полным контролем, малыш.

Словно почувствовав, что я уже готова взорваться, он резко притянул меня к себе и поцеловал. Его рука в одно движение разорвала блузу, оставив меня без любимой части гардероба. Но почему-то спорить мне не хотелось, да и «успокоительное», изобретённое Сэмом-новатором, очень даже понравилось. Настолько, что я сама придвинулась к нему и снова запустила пальцы в волосы, испытав какой-то эстетический оргазм.

С губ сорвался неподконтрольный мне стон, когда слегка прохладные пальцы мужчины побежали по голой коже живота, а затем бескомпромиссно проникли под лиф. Он сжал сосок, внимательно глядя мне в глаза, словно питаясь эмоциями. А я, даже если бы очень хотела, не смогла бы сдержаться. Меня буквально скрючило от наплыва эмоций. Уткнувшись носом в шею Керна, я прикусила губу, боясь лишнего вздоха.

– Мне нравится, когда ты не сдерживаешься, – безумно низко и хрипло отчеканил он мне в ухо, а затем просто поднял лифчик, чтобы вторая рука тоже смогла присоединиться. – Подожди, я хочу увидеть тебя всю…

Мужчина заставил меня выпрямиться и заглянуть ему в глаза. И пусть Сэма в тот момент интересовало далеко не мое лицо, я все равно смущалась до дрожи во всем теле. Его глаза жадно поглощали мою грудь, а мужчина превращался в более дикое и опасное создание. И когда мне вдруг показалось, что он помешался на ней, я решила немного сбавить градус в и без того маленьком помещении:

– Но зачем, а главное, как ты выгнал всех из бара?!

Он поморщился, будто понятие «думать» сейчас не входило в его планы. И тем не менее он нехотя прошептал:

– Это мой клуб. Кого хочу, того и выгоняю. С некоторых пор барменами у меня будут только девушки, – вспомнив об Иване, я открыла рот, чтобы сказать о невиновности парня. По сути, он просто выполнял свои обязанности! Но мужчина резко сориентировался и снова сжал соски, как гарант моего молчания. – Ты слишком много болтаешь, Мия!

А затем его губы вдруг коснулись моей кожи. Сперва осторожно, покрывая поцелуями шею, грудь, после резко сомкнулись на соске и втянули его внутрь. Так сильно, как было возможно. С моих губ снова сорвался стон, и я повалилась на мужчину, совсем не понимая, что со мной происходит.

Странное тепло растекалось по телу от каждого его прикосновения, собираясь в тугой узел между ног. Ощущая, как нетерпеливо вздымается грудь мужчины, я и сама понимала, что срочно нуждаюсь в чем-то… Освобождении? Нужно было выплеснуть сгусток эмоций, иначе он сведет с ума!

– Сэм… – взмолилась я охрипшим голосом, буквально впиваясь ногтями ему в шею. Одна моя рука поползла по груди мужчины и, пройдя металлическую бляшку ремня, коснулась паха. В этот момент Керн так сильно укусил меня за сосок, что я вскрикнула и сжала его достоинство сильнее, чем рассчитывала. – Я… Пожалуйста…

Медленно втягивая воздух сквозь зубы, Сэм словно пытался вернуть себе самообладание. Я чувствовала, как он дрожит, но почему-то бездействует. Это сводило с ума! Странным образом, от переизбытка эмоций, напряжения и накала на щеках появились слезы, я всхлипнула, что и привлекло внимание Керна.

Он поднял мое лицо к себе и, осторожно поцеловав в губы, отчеканил:

– Я не стану лишать тебя девственности в машине на заднем сидении. Это будет только мой дом, моя постель и… – он оборвал себя на полуслове, и мое больное воображение дорисовало «…моя женщина», но мужчина тут же продолжил: – Потерпи немного. Дома я дам тебе то, что ты просишь. И не выпущу из постели, пока не вытрахаю из тебя весь гонор. Ты будешь слушаться меня, я тебе обещаю.

– Как бы не так… – моментально огрызнулась я еще до того, как успела осмыслить сказанное. Меня бесило желание мужчины запереть меня в доме и держать как послушного мопсика на коротком поводке! – Секс ничего не изменит. Между нами только контракт. Считай, что это разминка перед настоящим замужеством.

В один момент Керн оскалился, и в его глазах буквально запылало пламя, от которого по спине прошел холодный пот.

– Только попробуй, малышка… Желаю твоему избраннику крепкого здоровья.

– Да как ты смеешь! – зашипев от негодования, я не нашла ничего лучше, чем ущипнуть мужчину за сосок, который так и манил меня все время под рубашкой. А что? С врагами нужно бороться их же методами! – Не трогай моего будущего мужа. Он тебе ничего не сделал!

– Напомню тебе, что твой муж я. Другого нет. И сомневаюсь, что будет! – блокируя любые мои пытки сказать хоть слово, он просто закрыл мне рот рукой и выплюнул: – Ты специально меня бесишь? В таком случае направим твою энергию в нужное русло…

В одну секунду я оказалась лежащей на заднем сидении машины с задранными вверх руками, которые плотно удерживал Сэм. Голова же его уткнулась в мою грудь, и, словно готовясь к чему-то, мужчина лизнул сосок, затем дунул на него. Прохрипев что-то невразумительное, я закинула голову назад и выгнулась, пропустив момент, когда рука в нетерпении залезла под юбку и без стыда и совести нырнула под трусики.

– Тс-с-с… – выдохнул Керн, когда я почувствовала его палец там, где собралось все накопленное напряжение. Одно легкое прикосновение – и меня буквально передернуло, после чего я тряслась в попытках сесть. Но Сэм удерживал меня крепко, продолжая выводить известные только ему узоры у меня между ног рукой и языком на груди. – Ты такая сладкая, хрупкая и моя… Вся. С потрохами.

Сэм шептал что-то невнятное между нежным и немного нетерпеливыми прикосновениями. Я слышала слова краем уха, чувствуя, как тело напрягается все больше, напряжение растекается по венам, как тягучий мед или расплавленный металл. Запах мужчины, его голос, неровное дыхание… Все действовало как самый сильный афродизиак, способный сводить с ума.

– Сэм, я больше не могу… – тихо взмолилась я, вытягиваясь словно струна.

– Да, малышка. Я знаю… – его голос казался таким нежным, родным, моим. И я не думала о том, что будет завтра, когда флер идеальности падет. Сейчас меня разорвало на части от чувств, о существовании которых я и не знала. Меня трясло, как в приступе эпилепсии, а с губ срывались невнятные звуки, пока Сэм нежно гладил меня по волосам и питался моими стонами в поцелуе.

Я хотела ответить ему что-то, такое же честное, откровенное и нежное. Но слова, которые крутились на языке, больше пугали… Даже «пробник» секса с Керном был прекрасен, и я солгу, если скажу, что мне не хочется еще. Я не заметила, как пустила мужчину на территорию своего замкнутого круга, за эти несколько дней он стал неожиданно близок. Осознание этого факта отрезвило сильнее, чем любой абсорбент.

Ведь для Керна я – красивая игрушка. Его привлекает во мне только недоступность. Точнее, привлекало. Остался последний решающий шаг – и все, его интерес угаснет. И что потом? С ужасом я поняла, что загнала себя в комнату без дверей. Туда, откуда всегда бежала. Отношения без взаимности, в которых правит лишь похоть.

Он не любит меня и никогда не полюбит. Странная мысль, но почему-то именно она заставила зажмуриться и пустить слезу. Она скатилась по моей щеке, как знак полного поражения.

– Ты плачешь? – удивленно и немного растерянно спросил Сэм, возвышаясь надо мной. Я чувствовала его напряжение, оно витала в воздухе. – Тебе было больно или…

– Нет. Все было прекрасно. Слезы… Они от переизбытка чувств. У девушек такое бывает, – улыбнувшись, я отбросила черные мысли и открыла глаза, столкнувшись с прямым взглядом Сэма. Он все еще внимательное рассматривал меня, словно не верил и искал подвох. Мне хотелось сказать что-то, разряжающее атмосферу, и я выпалила первое, что пришло в голову. – Это был мой первый настоящий оргазм. До этого я принимала за него нечто совсем другое.

– Ты первый раз нормально кончила, – расплывшись в самодовольной улыбке, констатировал Керн. Затем закатил глаза, заставив меня пожалеть о сказанном. – Что же, этого следовало ожидать. Помни об этом, когда тебе придет в голову переспать с кем-то другим.

Сощурив глаза, я нащупала рядом лежащую блузу и кинула ее прямо в лицо мужчине, который все еще продолжал сидеть на моих ногах. У меня было три спокойных секунды, чтобы натянуть лиф и сесть. И если первое я успела, то потом мне помешали.

Сэм сам затянул меня к себе на руки и, удерживая, словно ребенка, надел обратно блузу. К сожалению, половина пуговиц рассыпалась по полу авто, на что мужчина довольно оскалился. Затем вдруг побелел и, стянув с себя пиджак, буквально замотал меня в него.

– Эй! Там жарко! Я не буду ходить как городская сумасшедшая, – сложив руки на груди, я наконец-то выглянула в окно. Там был частный поселок с шикарными домами, которые едва виднелись за высокими заборами.

– Моя жена не будет ходить с голым животом, – пробурчал Керн, еще плотнее закутывая меня в пиджак.

Тяжко вздохнув, я в шутку пробормотала себе под нос:

– Интересно, что ты будешь делать, если я решу пойти в бассейн или на пляж?

Сэм ненадолго задумался, а затем осторожно пробормотал. Кажется, не шутя…

– Ты слышала что-то про буркини? Я готов включить это в контракт… А за это скостить время нашего договора, скажем, на месяц.

Я уже собиралась треснуть мужчину по лбу, как водитель по громкой связи возвестил:

– Господин Керн, мы на месте.

Это было спасением для мужчины. Он резко выскочил из машины, потом и мне открыл дверь, внимательно следя за тем, чтобы его пиджак на моем теле был плотно запахнутым.

Я же замерла, с каким-то детским восхищением рассматривая загородный дом Керна. Весь первый этаж состоял из стеклянных стен, на втором же они чередовались. Зеленая трава, неимоверное количество вкусно пахнущих цветов, выстриженных туй и богатых деревьев. К тому же по другую сторону был расположен берег водоема и шикарный бассейн.

– Я не живу в доме отца. Он стоит для меня как живое воспоминания. Но жить мы будем тут, – Сэм обхватил меня со спины, снова окутывая запахом его пьянящих духов. Это был сладко-горький дурман, который нравится так же, как и делает больно. – Все твои вещи в спальне. Я проведу тебя туда и все покажу. Все остальное посмотрим после…

Он говорил это так, что о роде занятий в этой спальне и речи не шло. И в тот момент я испугалась, что сейчас мы поднимемся в эту спальню, а через какие-то часы все закончится. Сэм Керн покинет мой мир так же быстро, как и появился в нем. Я напряглась, затаившись, чем обратила на себя внимания Керна. Он резко развернул меня к себе, заставляя посмотреть в глаза:

– Только не говори, что ты жалеешь. Назад пути нет, Мия. Ты – моя, и это не обсуждается.

Я уже открыла рот, точно не зная, что собираясь сказать, как за спиной послышалось неловкое покашливание. Обернувшись, увидела женщину лет пятидесяти. Поздоровавшись, она нервно протараторила Сэму:

– Господин Керн, я звонила вам, но с самого утра вы недоступны… Дело в том, что вас ожидает гость. Давид Львов.

Наверное, в тот момент не только я почувствовала волны негодования, исходящие от Сэма. Сжав зубы, он буквально выплюнул:

– Гони его…

Я осторожно положила руку на грудь мужчины, сама не понимаю, зачем лезу на рожон. Он верь мог не послушать меня, оттолкнуть. Зачем ему знать мнение какой-то фиктивной жены? Но Керн почему-то замолчал, что дало мне возможность прошептать:

– Я не знаю, что между вами произошло. Но он отменил самолет, чтобы повидаться с тобой. Это говорит о том, что нужно его хотя бы выслушать.

Какое-то время Сэм молчал, словно пробуя слова на вкус, затем повернулся к домоправительнице и нехотя выдавил из себя:

– Инна Витальевна, проведите мою жену в ее комнату и покажите ее гардероб, – затем повернулся ко мне: – Я жду тебя внизу так быстро, как только сможешь.

Глава 36

Инна Витальевна провела меня в дом через задний вход, что позволило лишний раз осмотреть прекрасную территорию огромного участка. Только вот мне то и дело не давал покоя встревоженный вид Сэма… Странное дело, но почему-то казалось, что он очень встревожен и весь на нервах.

Пока женщина вела меня по лестнице на второй этаж, я переборола стеснение и осторожно спросила:

– Скажите, а Давид давно ждет Сэма?

– С самого утра, – скромно ответила она, вынуждая меня снова пробормотать:

– А как часто он вот так приходит? Без приглашения?

– Я работаю в этом доме пять лет. И это первый гость господина Керна. Не считая его прекрасной матери, конечно.

Слова домработницы настолько меня удивили, что я ненадолго потеряла интерес к Давиду и его ссоре с Сэмом. Неужели взрослый мужчина ни разу не приводил в дом девушек? А как же Анджела?

– Эта ваша комната, госпожа Бушминская, – женщина указала мне на белую дверь с позолоченным орнаментом, а затем на деревянную лестницу рядом с ней. – Как только будете готовы, спускайтесь вниз. Так вы выйдете сразу в гостиную.

Могу сказать, что в холостяцкой берлоге Сэма Керна и вправду было пусто. Ничего лишнего. Никаких тебе цветов, декоративных вещей и даже ковров. Изредка встречались мрачные картины, нарисованные неизвестным мне художником. Но спальня, выделенная мне «мужем», была иной. Нежные кремовые обои, кровать с балдахином, резная мебель, дизайнерские украшения… Кроме того, все это казалось новым. Словно я первая хозяйка этого царства принцессы.

Подойдя к окну, я раздвинула занавески и с интересом заметила, что у меня есть маленький балкон. Вид из него был шикарный: озеро, лебеди, сад… Мало того, прикинув расположение комнат, я вдруг поняла, что моя – единственная с таким выгодным пейзажем. Другие же окна выходили либо на дорогу и соседние дома, либо на лес и пустую чащу.

– Заморочился же ты, Сэм Керн… – задумчиво пробормотала я, почему-то улыбаясь. Ведь никто не станет делать ремонт в доме и обустраивать комнату для временной «жены». Никто не отдаст ей лучшие апартаменты. И не потому, что для Сэма это дорого или сложно. Дело в другом. Мужчины, которым плевать на девушку, просто не думают в таком направлении. Вот и все.

Внутри меня зародилась странная надежда, похожая на веру в Деда Мороза или Санта-Клауса. Она окрыляла, заставляла бабочек в животе плясать, а меня кинуться к шикарному гардеробу, который по габаритам был больше, нежели моя спальня в квартире у бабули.

– Так-с, поглядим… – перебирая платья, остановилась на ярко-красном, летнем, невесомом. Я не мерила его в магазине, но оно село идеально, подчеркнуло грудь с талией и струёй разлилось по ногам. Поправив волосы, я переобулась в туфли на высокой шпильке и направилась вниз.

Я летела по лестнице, задыхаясь от домыслов, возникших от всего увиденного. А что, если?.. Вдруг?.. Почему бы и нет?.. Голова разрывалась от вопросов, и дать ответы на них мог только Сэм. Я так хотела поговорить с ним, что едва не споткнулась, увидев в широком кожаном кресле Давида.

– Бог мой, – театрально пробормотал он, вставая и направляясь ко мне с широкой улыбкой. – Нельзя… Нет! Просто катастрофически запрещено так одеваться. Я ведь могу влюбиться. И что же потом делать, дорогая?! Вам придется разводиться и снова бежать в ЗАГС уже со мной. Оно вам надо?

В просторном помещении эхом распространился смех, от которого почему-то возникли неприятные мурашки. А когда губы мужчины коснулись моей руки, я вообще еле сдержалась, чтобы не скривиться, и честно ответила:

– Нет. Такого точно не нужно. Рада вас видеть, господин Львов…

Явно, Давиду не понравилось мое холодное приветствие, но он лишь на секунду поморщился, а затем снова улыбнулся, как бы невзначай протянув:

– Мне кажется, что к этому платью шикарно бы подошла та заколка, подаренная мной… Администратор в том прекрасном бутике – моя давняя подруга. Она сказала, что вы даже специально вернулись за ней, после того как забыли. Хотя я очень боялся, что мой старый приятель не позволит вам ее принять.

Где-то за книжным стеллажом что-то упало и разбилось. Я даже не сомневалась, что источником враждебной энергетики был именно Сэм. Только вот он почему-то даже не пытался встрять в разговор и помочь мне отделаться от навязчивого друга, что вызывало странную тревогу… Что вообще происходит?

– Вас обманули, – так же натянуто ответила я, обходя мужчину. Мне нужно было срочно увидеть Сэма, узнать, что все в порядке. Его молчание очень напрягало. Только вот Керн стоял спиной, опираясь на небольшую барную стойку около окна. Странным образом я вдруг поняла, что могу определить его настроение даже по напряженной спине. Он был, мягко скажем, в бешенстве. Прокашлявшись, я проглотила ком в горле, осторожно протянув: – Сэм?

– Да, Мия. Чего? – в одно мгновение Сэм обернулся, и я сделала шаг назад, словно снесенная взрывной волной. Он смотрел на меня так… Будто на пустое место, вскользь, нехотя. Не было больше тех теплых взглядов, желания и обожания. Произошло то, чего я боялась всем существом. Вернулся старый добрый Сэм. Он равнодушно осмотрел меня с ног до головы и, закатив глаза, выдал: – Мда… Возможно, заколка Давида что-то бы и спасла…

– Сэм! Какая муха тебя укусила? – возразил Давид, и его голос оказался так близко, прямо за спиной. Но я не хотела двигаться, меня просто парализовало. Что-то хрупкое лопнуло внутри, и я упала на самое дно своих пугающих мечтаний. Это была надежда.

– Брось, Давид, – отмахнулся Керн и, подхватив со стойки бутылку коньяка, направился к дивану. – Давайте лучше выпьем, раз пришел. К тому же нам с Мией есть что тебе рассказать.

Взяв себя в руки, я проглотила эмоции и на трясущихся ногах подошла к самому краю дивана, будучи мыслями где-то далеко. Давид же с радостью развалился рядом и, осыпая меня дежурными комплиментами, приговорил два бокала спиртного.

– Зря ты рейс отменил, – выдохнул Керн себе в кулак, не закусывая.

– Как я мог пропустить такое событие у друга? Тем более это отличный способ забыть прошлое и помириться, – легко произнес Давид. Как вдруг слова Сэма заставили меня замереть, а сердце внутри забиться с нереальной скоростью:

– У нас фиктивный брак, друг. Я купил эту девочку. Неужели ты думал, что я на самом деле женюсь? – холодный, стальной, вызывающий мурашки смех Керна я слышала впервые. Но это не продлилось долго. Он снова налил выпить и, залпом поглотив коньяк, подмигнул Давиду. – Только это тайна. Я ведь могу тебе доверять?

Нет, Давид уж точно не выглядел как человек, достойный доверия. А Сэм не был идиотом, делающим подобное необдуманно. Только вот осознание этого лишь больше спутало карты…

Глава 37

– Брось, – одернул его Давид. – Ты сноб, но не идиот. Не верю, что вы с Мией просто друзья… К тому же я не вижу причины для фиктивного брака.

– Скажем так, это тонкости работы, которые тебе не понять, – откинувшись на спинку, вальяжно протянул Керн. – Занимайся ты активнее бизнесом отца, понимал бы, о чем я говорю.

Я чувствовала себя лишней в этой странной компании. Мужчины говорили обо мне так, словно я находилась в другой комнате. Это было не просто унизительно, а еще и мерзко. Ведь на теле все еще горели места, которых касался Сэм… Если все это было игрой, то кем по итогу оказалась я? Куклой, шлюхой, очередной Анджелой?

Прокашлявшись, решила, что не желаю быть больше прозрачной стеной и осторожно протянула:

– Я пойду… Сэм, вызови мне такси. Хочу вернуться домой.

– Ты забыла, что живешь здесь? – буквально выплюнул он, а затем рявкнул, будто бы отдавал приказ собачке: – Сядь!

Я вдруг осознала, что ничего не могу ему сказать. Ком в горле не давал сделать лишний вдох, а уж про вменяемый разговор и речи не шло. Происходящее выбило меня из колеи сильнее, чем я могла себе представить.

– Я привез шикарное вино! Лимитированная коллекция, купить можно только в Версале, – разбавил звенящую тишину Давид, резко подскочив на ноги и направившись в сторону барной стойки. – Сэм, надеюсь ты не возразишь, если я налью твоей жене… прости, фиктивной жене немного выпить? Вам обоим явно нужно расслабиться…

– Мне плевать, – внезапно усмехнулся он, а когда передо мной поставили бокал, съязвил: – Детей-то я от нее не планирую…

– Почему же? У Мии шикарная внешность! А волосы – чистый восторг! – внезапно рука Давида коснулась моего лица, и этот жест напомнил мне прикосновение к милым собачкам, которых часто треплют за щечку. Я готова была расплакаться, вылить Сэму на голову вино и разгромить весь дом! Но вместо этого лишь посмотрела на Керна из-под ресниц, желая увидеть его реакцию. Он молчал и казался равнодушным, но глаза его метали молнии. Не почувствовать их разряд смог бы только мертвый. Наверное, это заметил и Львов, потому что затем пропустил через свои пальцы пряди моих длинных волос, выдохнув: – Миечка, кажется, тебя тут не ценят. Заключи ты фиктивный брак со мной, я бы относился к тебе не так, как этот скряга. Может, пора поменять мужа?

– Даже если ты продашь обе своих пропитых почки, тебе не хватит денег на оплату неустойки, – отчеканил Сэм по слогам. От его холодного и пропитанного ненавистью голоса по телу поползли мурашки, и я одернулась. Думаю, Сэм решил, что это из-за прикосновений Львова, потому что вдруг несдержанно рыкнул: – Так что если ты не хочешь избавиться от них прямо сейчас, убери свои руки.

Львов улыбнулся и поднял руки вверх, словно сдаваясь. На его губах впервые за вечер заиграла искренняя улыбка, когда он многозначительно протянул:

– Слишком много ревности для фиктивных отношений. Что-то мне это напоминает, друг…

От гробовой тишины зазвенело в ушах, а напряжение стало таким тяжелым, что можно было бы кинуть топор и он повис бы в воздухе. Я внимательно смотрела то на Давида, то на Сэма и нашла в них нечто общее. Презрение в глазах. Они ненавидели друг друга так сильно, что теперь это казалось очевидным. Но, осознав это, я еще больше запуталась. Зачем весь этот фарс? Какую игру ведет Сэм и зачем? Но, самое главное, какая роль в этом спектакле отведена мне?..

– Знаешь, я не… – первым заговорил Сэм, но оборвал себя же на полуслове, когда в кармане зазвенел телефон. Он, не глядя, достал его, тут же уронив себе на колени. Керн поднял его быстро, но я успела разглядеть лицо Анджелы на весь экран. Шли секунды, пока мой липовый муж пялился в телефон и словно принимал решение: брать трубку или нет. А я тайно молилась про себя, чтобы он снова не вонзил кинжал в мое доверие и не поднял трубку. Ведь девушка больше не работала на Керна, а значит, говорить им было не о чем! И все же мужчина бросил быстрый взгляд на меня и Давида, затем резко встал и, направляясь в сторону коридора, пробормотал: – Слушаю.

Кажется, Львов что-то рассказывал мне, пока отсутствовал Керн, но я не слышала ни звука. Странное томление в груди разрывало изнутри. Я не знала, что это за чувство и что оно значит. Но со странным моральным истощением пришла и некая физическая боль.

– …Что?! – закричал Керн так сильно, что обрывки фраз донеслись даже до нас с Давидом. – Если ты врешь, я выпотрошу тебя и убью! Ты поняла меня?! И не думай, что я лгу. Так что еще раз спрашиваю, правда ли это???

Не прошло и секунды, как Керн ворвался во комнату, красный и растерянный. Он задыхался от волнения, а глаза его бегали по сторонам. Я видела его таким впервые и тут же вскочила с места, желая хоть как-то помочь. Было ясно: произошло что-то ужасное.

– Я уезжаю на полчаса. За Мией такси приедет через пять минут, – бросил Керн и, внимательно осмотрев меня с ног до головы, обратился к Давиду более чем красноречиво: – До свидания.

– Зачем отправлять Мию из вашего дома, если уезжаешь на полчаса? Если позволишь, я побуду еще пару минут и уйду сам. Не переживай насчет меня и езжай спокойно, – безобидно предложил Давид.

Керн задумался и с надеждой глянул на меня, словно в чем-то нуждаясь. Я видела это и чувствовала физически. Поэтому слова не стали для меня чем-то уж очень неожиданным:

– Я хочу, чтобы ты осталась тут. Домработница с охраной присмотрят за тобой. Если что, один звонок – я вернусь, – получив мой согласный кивок, он буквально выбежал из дома, оставив меня наедине со своим врагом.

Прошло уже несколько минут, а я не сдвинулась с места, продолжая смотреть вслед Керну. Как вдруг Давид растерянно пробормотал:

– Как ты?

Как я?.. Что бы там ни случилось, мой муж уехал к своей любовнице. По первому требованию. Буквально по щелчку пальцев! Резко развернувшись, я подхватила со стола свой не начатый бокал и, осушив его до дна, села в кресло, в котором совсем недавно был Сэм.

А затем… А затем проснулась в чужой постели, с адской головой болью, без белья и с провалом в памяти.

Глава 38

– Что за?.. – прохрипела я, с трудом поднимаясь на руках и садясь. Мышцы тела ломили так сильно, словно всю ночь я усердствовала в спортзале. Не меньше. Но больше всего поразило увиденное, лишило меня и так севшего голоса. – Черт…

На белом ковре у кровати валялось мое шикарное красное платье. Кажется, оно было порванным. Туфли стояли около входной двери, которая по стилю очень напоминала дизайн дома Керна. Это уже радовало!

Но ненадолго… Сжимая пульсирующие виски, я начала судорожно осматривать комнату на предмет нижнего белья. Странно, но даже моргать было больно…

– Не может быть… Только не так! Только не с ним! – последнее, что всплывало в памяти – лицо Давида. Я даже думать не хотела, что могло произойти между нами в этой комнате, поэтому резко подалась на месте и, найдя в скомканных простынях трусики с лифом, на ходу натянула платье и готова была бежать.

Только вот в последний момент вернулась и заправила постель, словно нашкодившая школьница. Меня парализовало, когда на глаза попало небольшое красное пятнышко, оставшееся на одеяле. Странный ком в горле заставил одернуть руку и прихватить пододеяльник с собой. Я выбежала из комнаты и, вышагивая по коридору дома Керна, больше не радовалась, что этот дом его. Какая разница, где ты в беспамятстве лишился девственности?

Главной задачей было сохранить лицо и непринуждённый вид. Я даже заправила платье так, чтобы не было видно порванных лоскутков.

– Госпожа? – домработница осторожно коснулась моей руки, заставив тут же отскочить. Кажется, я испугала женщину больше, чем она меня. Ведь та тут же побледнела и начала оправдываться. – Простите! Я увидела у вас белье, думала, вы ищете стиральную машину…

– Я ищу мусор. Хотя… – задумавшись, я заставила себя на смотреть на ткань в руках и осторожно положила ее в корзину, которую женщина держала в руках. – Можно ее сжечь?

– Конечно… У нас есть печь. Я распоряжусь, – без капли заинтересованности сказала она и, кивнув, готова была уйти.

Как вдруг внутри зародилось странная надежда. Я остановила домработницу, сама не зная, что хочу услышать:

– Скажите, а Сэм дома? Как давно он пришел?

– Я приехала в семь утра. Господина еще не было. И когда вы меня вчера вечером отпустили, его тоже не было дома, – кратко отчиталась она, но, увидев, как побледнело мое лицо, тут же с сомнением пробормотала: – Вы ведь помните, как отпустили меня, так? Вы казались мне очень веселой и очень просили меня оставить вас с господином Львовым наедине.

– Я сама просила? – с трудом выговорила я, понимая, что если еще хоть секунду пробуду рядом с женщиной, то просто не смогу сдержаться. А раскисать в доме Сэма мне уж совсем не хотелось. Нужно было сперва узнать все наверняка! Так что, фальшиво улыбнувшись, я как можно правдоподобнее сказала: – Конечно, помню. Спасибо большое за помощь!

Несмотря на все усилия, услышанное меня подкосило. Неужели один бокал лишил памяти и, как сказала домоправительница, сделал «веселой»? Мог ли Давид подсыпать что-то? Но зачем ему это? Голова разрывалась от вопросов, ответов на которые не поступало. Я знала, что корень в конфликте между Львовым и Керном. Но если предмет спора моя честь, то самое время умывать руки.

Я спускалась по лестнице, опираясь на перила и заставляя себя держать осанку. Что бы ни случилось. Всегда. Вдруг входная дверь дома хлопнула, и я услышала тяжелые шаги, которые просто невозможно было спутать. Сэм Керн.

Он прошел мимо меня настолько взвинченный, что даже не заметил моего присутствия. Я внимательно осмотрела его костюм: вчерашний и очень помятый. Только вот ботинки… Мне кажется или он сменил черные на темно-синие? Хотя это не показатель. Такой, как Керн, мог возить с собой запасную пару или купить по пути домой.

Не удержавшись, я пробормотала: «Доброе утро». Сэм замер ко мне спиной с бутылкой виски, даже не думая поворачиваться. Его нейтральное «доброе утро» совершенно не дало понять хоть что-то. Зол он? Счастлив? Ненавидит меня или, наоборот, достиг желаемого?

– Как вчера все прошло? – набрав полные легкие кислорода, я молила, чтобы он первый все рассказал. Никогда из моих губ не слетит вопрос, типа: «А не с тобой ли вчера я девственность потеряла? Нет?! Ладно. Пойду дальше спрашивать…»

Спина мужчины, казалось, напряглась еще сильнее, когда он хрипло выдавил:

– Хуже, чем я мог предположить.

– И что же… Ты не ночевал дома? – я хотела сказать это непринужденно, но голос все равно дрогнул, доходя до писка. Мои пальцы судорожно вцепились в перила, потому что перед глазами все помутилось. Ведь его ответ мог решить все. А Сэм словно специально молчал целую вечность. Затем внезапно повернулся и, как-то странно заглянув мне в глаза, медленно протянул:

– Совсем не ночевал дома.

Меня передернуло, выбило почву из-под ног… Ведь я надеялась… Черт знает на что! Но не время было думать об этом, так что, стараясь размышлять прагматично, я тут же протянула:

– По-моему, я ночевала в твоей спальне. Прости.

– Не за что извиняться, Мия, – слишком резко выпалил он с непонятной мне досадой и злостью. Керна словно исказило, когда он сжал кулаки и резко побежал вверх по лестнице. Я уже была готова, что мужчина просто пройдет мимо, как вдруг он остановился, немного растерянно пробормотав: – Если хочешь, езжай домой. Я предупрежу своего водителя. И не переживай. Я больше трогать тебя не буду.

– Совсем? – моментально переспросила я, будто это что-то может изменить. Но с ответом Сэм снова медлили, в конечном итоге задумчиво обронив:

– Посмотрим.

Я не успела спросить, что именно он будет смотреть, потому что Керн словно сбежал, оставив меня одну. И только тогда я поняла, что так сильно сжимала пальцами перила, что теперь оторвать руку было очень больно и сложно. Ее будто парализовало.

Но я не позволяла себе думать об этом и случившемся. Не в доме, не в машине и не тогда, когда увидела бабушку, с улыбкой встречающую меня на пороге квартиры. Только в душе, закрыв дверь на замок, когда слезы могли смешаться с водой и никто об этом не мог узнать… Меня выворачивало наизнанку, я снова и снова задыхалась от слез, обиды, безысходности.

Хотела ли я знать, что случилось в той комнате? Уже не уверена. Эта история казалась мне слишком грязной. К правде, разбирательствам и боли я была не готова. Но точно знала рецепт от любой своей болезни: работа. Так что, выйдя из душа, еще будучи в мокром полотенце, я принялась за поиски. С максимально загруженным графиком, большим объёмом работы и неважно, какая зарплата.

Глава 39

Впервые за долгие годы рабочий день я провела в постели. В голове была пустота, и лишь одна мысль иногда всплывала: «Нужно бы обратиться к врачу». Но вот только сейчас я имела хотя бы надежду на то, что ничего страшного не произошло. А от мысли, что доктор сможет сказать мне другую правду, начинались приступы паники.

В какой-то момент я пришла к выводу, что в любом случае выпью противозачаточную таблетку. Для себя и своего же спокойствия. Именно поэтому уже ближе к вечеру нехотя поднялась, оделась и направилась в аптеку.

– Ба, я пойду в магазин. Тебе взять чего-то? – стараясь стоять спиной к женщине, я скрывала от нее лицо. Боялась, что она догадается о моей подавленности, а перекидывать чужие проблемы на пожилого человека подло и некрасиво.

– А ты в какой именно идешь? – как-то странно спросила она. – В тот, что у дороги, у метро или рядом с домом?

– Эмм… Наверное, в тот, что у метро… – замешкавшись, я явно дала понять, что повод выйти на улицу притянут за уши. И пока не посыпались другие дискредитирующие мое алиби вопросы, выбежала из квартиры и закрыла дверь.

На улице было тепло, и все же свежий ветер обдувал кожу, придавая энергии. Я вышагивала по двору, жадно втягивая аромат сладких летних цветов, когда телефон в кармане завибрировал. Была уверена, что это бабуля все-таки определилась с покупками. Но нет.

Имя Сэма заставило сердце забиться быстрее, а от прочитанных строчек запульсировало в висках.

«Куда ты собралась?»

Я уже готова была дать ответ, как СМС от Керна перекрылось другим. Этот номер был мне не знаком. Но стиль очень напоминал одного человека…

«Привет, дорогая! Кажется, скоро мы станем родственниками!» Следом за словами прилетело фото. Точнее снимок УЗИ… Оно было размытым, но я была не настолько глупа, чтобы не разглядеть на нем признаки беременности. Мое растерянное сознание еще не переварило увиденное, когда девушка послала следующий «привет». Анджела лежала на кушетке со слезами на глазах, а рядом, держа ее за руку, спиной к фотографирующему сидел Керн. В тот самом костюме, в котором в срочном порядке уехал из дома, бросив меня одну с Давидом.

Не знаю, сколько я так простояла посреди улицы, тупо пялясь в экран телефона, когда картинки снова сменились сообщением от Сэма:

«Я спрашиваю тебя! Какого черта ты молчишь?»

Но мне нечего было ему больше сказать. Умом я трезво понимала, что мне не на что обижаться, не в чем винить Сэма. Он не обещал мне верности, не клялся в любви и даже брак наш – липа. И все равно в груди кипятком разливалась обжигающая обида. Он бросил меня одну, один на один с чертовым Давидом, который опоил меня не пойми чем и… Продолжать предложение даже про себя я не стала!

«Мия! Не заставляй меня приезжать. Я не для того отпустил тебя домой, чтобы ты шлялась одна по ночам!» – последовало сообщение, заставившее буквально зарычать от злости. Что бы ни происходило вокруг, какой бы бедлам не творился, я трезво понимала, что поможет мне избавиться от всего этого махом. Раз и навсегда! Мои пальцы судорожно стучали по клавишам, пока не получилось сообщение, выражающее все мои эмоции разом:

«Иди к черту, Сэм. Хотя нет, тебе есть куда идти… И мне плевать на миллион долларов неустойки от нашего договора. Забирай их как хочешь и где хочешь!»

Адреналин кипел в крови, и я решила устроить пробежку вплоть до самой аптеки. Купив в ней таблетку, выпила махом, словно запивала всю горечь, что вертелась на языке. Я считала ее спасительной пилюлей от существования рядом с мужчиной, которому удалось за считанные дни превратить мою жизнь в клоаку!

И, что самое ужасное, еще совсем недавно… Буквально несколько дней назад от мыслей о Сэме Керне становилось тошно, жутко и страшно. А сегодня я готова была разорваться от отчаяния, представляя его под руку с Анджелой и чужим ребенком на руках. Фотографии, присланные девушкой, словно били кулаком в грудь, делая физически больно.

Выйдя из аптеки, я села на ближайшую лавочку и спрятала лицо за трясущимися руками. Не было мыслей, просто всепоглощающая ипохондрия. Воронка внутри, засасывающая туда меня с головой, делая безжизненной и пустой. Впервые в жизни я не могла взять себя в руки. Не могла заставить встать, вернуться домой, двигаться дальше… Информация, которая не должна была меня задеть, подкосила сильнее, чем можно было даже представить.

Как вдруг я ощутила руки на своем теле, подхватывающие и поднимающие над землей. Барахтаясь в руках мужчины, я пыталась вырваться, но он держал так крепко, что это казалось бессмысленным.

– Немедленно поставьте меня на место! – судорожно прохрипела, совсем не представляя, что делать девушке, которую нагло похитили прямо на улице. И, как на зло, ни одного человека рядом! Оно и не мудрено – ночь на дворе.

– И не подумаю, – надменно протянул очень даже знакомый голос прямо над ухом. – Я раз отпустил. Уже жалею.

Почему-то слова мужчины не вызвали привычного покалывания в животе, а будто полоснули ножом по сердцу. Скольким девушкам он говорит подобные слова? Или только Анджеле? И вообще, как он чередует встречи со мной и с ней?

– Отпусти! – вкладывая в голос всю возможную жёсткость, повторила я, почувствовав, как мужчина напрягся.

Сэм замер на месте, а спустя секунду поставил меня на ноги напротив себя. Мужчина стоял под прямым лучом фонаря, так что я смогла во всех красках рассмотреть его небритое, немного осунувшееся лицо, нечёсаные волосы и серую спортивную форму.

– Что ты покупала в аптеке? – осторожно спросил он, пытаясь погладить мою щеку и притянуть к себе. Но я одёрнулась и сделала шаг назад, не желая сейчас играть в семейную идиллию. Кажется, от этого моего движения лицо Керна помрачнело, а быть может, это просто мое воспаленное воображение. И все же слова его казались непривычно надрывными. – Мия, поговори со мной…

– О чем, Сэм Керн? – хлюпнув носом, я достала телефон из кармана, но в последний момент передумала показывать ему фото с Анджелой. Что это изменит?! Так что просто заглянула в глаза, желая наконец увидеть хоть немного искренности. – Ты бросил меня с Давидом. Одну, Сэм! Не расскажешь почему?

Он замешкался, скулы заиграли, а губы нервно дрогнули, когда он сбивчиво выпалил:

– Поверь, это было на самом деле важное дело. Я не мог не поехать. Но я ведь вернулся…

– Утром! – перебила я его, почему-то рассмеявшись. Чертовы нервы не справлялись с нагрузкой последних дней. Подтверждением этого стали слезы, внезапно хлынувшие из моих глаз, словно два водопада. А я не могла их остановить. Ни один проверенный метод больше не работал. – Ты уехал к своей любовнице, хотя был мне так нужен… Не знаю… Возможно, больше, чем ей. Ну уже это неважно. Уже ничего, черт побери, неважно!

– Я уехал не к своей любовнице, – поморщился Сэм, будто бы мои слова его задели. В который раз я была готова похлопать шикарной актерской игре! Но вместо этого открыла сообщение от Анджелы и кинула ему телефон, а затем, не дожидаясь, когда увижу удивление на лице, направилась обратно.

Нужно было срочно спрятаться от этого мира. Побыть одной, подумать о главном. Но Керн нагнал меня слишком быстро и схватил за руку, не давая сделать ни шага. Его руки сцепились на талии и притянули меня к себе так крепко, что моя спина буквально вросла в торс Керна. Его нос так непривычно зарылся в волосы, а дыхание губ щекотало шею. Мужчина собирался с мыслями, а я пыталась запомнить момент, раствориться в нем, прописать в памяти каждую мелочь. Ведь точно знала, что больше этого не будет. Это конец. Точка.

– Она беременна, Мия. Вчера… Вчера позвонила, когда была угроза выкидыша. До этого момента Анджела молчала о ребенке, а когда возникли проблемы, призналась, – его пальцы дрогнули на моем животе, сжав футболку. Спиной я ощущала, как нечеловечески быстро колотится его сердце, прежде чем мужчина прошептал мне на ухо: – Но я хочу, чтобы ты знала… С момента заключения договора у меня есть только ты.

Слова растекались по телу теплым сладкими ядом, как свинцовый глёт. Но эта была ложь, и хоть кто-то из нас должен был признать, что в этой ситуации именно я являлась любовницей. Той, кто разрушил отношения. Возможно, длительные… Пусть неосознанно, но вину это не снимало. И сейчас Анджела была беременна. Осталась одна. А я, как никто другой, знала, что такое расти без семьи.

– Ты нужна мне… – прохрипел он на ухо, перебирая носом волосы. – И всегда была нужна. Поехали домой…

– Зачем? Зачем я нужна тебе, Сэм Керн? – мой голос дрогнул, разливаясь эхом по пустой улице. Но ответа так и не последовало. Конечно, он не любил меня. Глупо было даже мельком подумать об этом.

Я была нужна, потому что со мной просто. Послушная, да еще и не беременная. Но разрушать семью ребенку ради девушки, к которой нет никаких чувств, я просто не могла. Потому что существует карма. И кто знает, не бросит ли меня Сэм через год на сносях ради новой «помощницы»?

Собрав свои никому не нужные чувства в кулак, я вдохнула поглубже и как можно четче произнесла:

– Я бы советовала тебе разорвать контракт с липовой женой и заключить его с настоящей. У вас ребенок, а я тут не к месту…

Он так резко развернул меня к себе и встряхнул, что весь воздух выбило из легких. Глаза Керна пылали злобой, а голос стал таким низким, что от каждого звука тело покрывалось мурашками.

– А меня ты не хочешь спросить? Решила все сама, малышка? Черт, не будь идиоткой. Я и так сказал тебе больше, чем должен был!

– Ты ведь как-то спал с Анджелой, значит, и семью создать получится. А мне пора домой, – я попыталась оторваться от Сэма, но он словно специально сжимал руки сильнее и сильнее. – Отпусти! Мне больно.

– Вот именно. Тебе пора домой, – многозначительно сказал Керн со странной улыбкой, а затем поднял меня над землей, закинул на свое плечо и направился на другую улицу. Как я могла не заметить, что там стоит машина охраны?! – Я привяжу тебя на цепь, и однажды ты услышишь, что я тебе говорю, Мия. А не будешь слышать только себя!

Слова Сэма шуткой не казались. Я знала, что если попаду в машину, то пути обратно не будет. Так что в последний момент перестала вырываться и жалобно заныла. Керн замер, что дало мне возможность пробормотать:

– Судорога! Нога… Черт, как же больно…

Не прошло и секунды, как он поставил меня на ноги. Но я точно не ожидала, что Керн станет на колено и начнет массировать мне указанную ногу. Но в какой-то момент он забыл о том, что я могу убежать и расслабился. Что и дало мне возможность рвануть в сторону. Прямо в густой парк. Наверное, я ожидала, что Сэм будет бежать за мной прямо до дома. Но этого не произошло. Так что, прогулявшись еще около часа, я вернулась домой.

«Ты нужна мне…»

«Мия, поговори со мной…»

Я прокручивала этот разговор снова и снова. И не только потому, что он расставил все точки над «і». Некоторые предложения казались мне смутно знакомыми. Будто я слышала их раньше. Иногда сознание выдавало картины, но я не была уверена, что они не проекция моего подсознания, пока не заснула и не увидела очень реалистичный сон…

Глава 40

Странное дело… Я не могу сказать, что часто и много употребляю алкоголь, но привкус вина казался мне странным. Каким-то химическим, что ли…

– Необычный вкус… Откуда, ты говоришь, его привез? – покосившись на пустой бокал, прошептала я. Нега разлетелась по телу с космической скоростью. Да что там! По голове словно кто-то кувалдой ударил, выбывая все мысли.

Давид встал со своего места, с какой-то космической скоростью сбегал к барной стойке и обратно. Вернулся уже с бутылкой вина, буквально на ходу наполнив мой бокал до краев, а затем только присел на подлокотник кресла.

– Из Франции. Это металлическое послевкусие проявляется позже на языке, когда распробуешь, – протянул он, но его голос почему-то в голове фонил и отдавал эхом. Я откинулась на спинку кресла, желая остановить жуткое головокружение и тремор по телу, словно после пяти двойных эспрессо. И между тем, в горле чертовски пересохло, вода казалась единственным решением проблемы. Но стоило мне открыть рот, как Давид толкнул бокал и тот припал к моим губам. – Распробуй. Тебе надо расслабиться. Ты чертовски напряжена. Выкинь все из головы.

Я пила, пила и пила, совсем не понимая, что я делаю. Свежая мысль в голове не держалась дольше секунды, а старых не было. Как только бокал опустел, на моих губах появилась улыбка. Хорошее настроение, адреналин в крови и жажда приключений внезапно затмили все вокруг.

Давид словно почувствовал это, потому что очень вовремя отставил бокал и поднял мою голову вверх за подбородок. Он казался мне таким красивым тогда. Мужчина-мечта! И почему я этого раньше не замечала?

– А теперь главный вопрос: ты все еще хочешь, чтобы я ушел?

– Нет! Ты не можешь бросить меня одну. Мы должны веселиться… Мы должны сделать что-то… Должны! – я хохотала, а затем и вовсе вскочила с места, сравнявшись ростом с Давидом. Обвив его шею руками, умоляюще прошептала: – Будем веселиться?

– Я очень хочу веселиться с тобой, Мия, – очень медленно протянул Давид, без остановки глядя мне в глаза. – Но в доме есть домработница. Она очень плохая тетя, и тебе нужно отправить ее домой.

– Это не мой дом. Она меня не послушает… – грустно заключила я, безуспешно пытаясь вспомнить, где нахожусь. Не вышло. И какая вообще разница, когда так хорошо?!

– Послушает. Ты должна ей сказать, что на сегодня ее помощь в доме тебе не нужна. Понимаешь, Мия? Повтори. Дословно. – с улыбкой отчеканил он, а затем убрал мои руки со своих плеч. Это показалось мне обидным, и я захныкала. Но Давид утешительно погладил меня по голове и поцеловав в лоб: – Не переживай, милашка. У меня на тебя еще грандиозные планы, и я никуда не уйду.

Обрадовавшись, я побежала на поиски домработницы. Энергии было так много, что хотелось скакать, прыгать, танцевать… А самое главное – скорее прогнать плохую тетю, чтобы мы остались с Давидом наедине. Ведь он такой милый!

– Госпожа? – удивленно протянула женщина у меня за спиной, и я тут же обернулась. Почему я раньше не замечала, какая она красивая и приветливая? Но глаза ее настороженно рассматривали меня с ног до головы. Особенно когда я обняла ее и погладила волосы. Такие мягкие… – Госпожа, это конечно очень…

– Если бы ты была хорошей, я бы предложила тебе остаться. Ну, а так… На сегодня мне больше не нужна помощь. Можешь быть свободна. И, пожалуйста, уходи прямо сейчас, – пробормотала я ей, сама удивляясь, почему-то воздуха постоянно не хватает… Меня просто трясло от энергии!

– Хорошо, – отстранившись, холодно заключила домработница. Правильно говорил Давид, она плохая и совсем не веселая! – Могу я вам чем-то помочь… перед уходом?

– Нет, – крикнула я ей, уже летя по лестнице вниз, чтобы порадовать Давида.

Какое-то время мы продолжали пить. Точнее, пила только я, а Давид был моим сомелье. В какой-то момент бутылка опустела, дверь за женщиной захлопнулось, а мужчина внезапно встал на ноги и нетерпеливо протянул:

– Не покажешь мне дом?

– Дом? – растерявшись, я вдруг поняла, что забыла значение этого слова. Черт… Голова совсем шла кругом! Но все же приключений мне хотелось больше, а копаться в себе совсем не было времени. Поднявшись, я сбросила туфли на высоком каблуке, которые мешали ходить и, взяв Давида под руку, направилась вперед. – Я тут ничего не знаю. Так что будем изучать вместе…

– Я только за, – как-то странно протянул Львов, ухватив меня за талию и притянув ближе. Где-то далеко в подсознании я знала, что тут что-то не так. Но не могла понять – что. Мое внимание привлек торчащий из кармана мужчины розовый чехол от телефона. И я тут же воскликнула:

– Смотри, у тебя мой телефон! Как он туда попал?

– Не переживай. Я просто беспокоюсь. Вдруг Сэм решит тебе позвонить, – подмигнув мне, мужчина повел меня вверх по лестнице.

Первым делом я показала ему свою спальню. Но почему-то Львову она была безразлична. Он лишь мельком окинул ее невидящим взглядом и, улыбнувшись, спросил:

– А где спальня Сэма? Хочу сравнить, у кого лучше…

Я лишь пожала плечами и весело рассмеялась. Почему так чертовски легко? Как никогда не было! Жизнь словно заиграла новыми красками, делая все идеальным. Никаких тебе печалей, забот, горестей…

В этот раз Давид словно спешил. Он поднял хохочущую меня на руки и толкал все двери на пути, пока не забрел в другую спальню, которая явно казалась жилой, а не гостевой. К тому же на плечиках при входе висел мужской костюм, явно только отглаженный.

– Нашли! – довольно оскалился он, а затем буквально бросил меня на мягкую кровать и вернулся к двери. Я услышала, как щелкнул замок, прежде чем он повернулся и протараторил: – У нас мало времени, Мия. Хочешь, я дам тебе конфетку, от которой тебе станет еще веселее?

Надув губы, я стала ногами на кровать и сложила руки на груди.

– Ты обещал мне веселья! Но его нет. Мы ходим и смотрим этот, как его… Дом! Так что никакие конфеты я есть не буду! Иди домой, я буду развлекаться сама. Ты скучный… – мой голос звучал истерически, но ни один мускул на лице Давида не дрогнул. И он перестал казаться мне милым, ведь давно уже не улыбался. В его глазах читались лишь волнение и злость. А от рычащего голоса я едва не упала:

– У меня больше нет времени возиться с тобой, Мия. Не хочешь конфетку? Значит, все будет так.

Затем Львов просто пересек комнату и схватил меня за шею со всей силы. Я стала задыхаться и совсем не могла сопротивляться. Он навалился на меня, придавив своим телом, а его рука скользнула к подолу платья. Давид запутался в воланах, поэтому просто разорвал их на мне.

В этот момент каким-то странным образом вся напускная радость куда-то исчезла – и всю ту энергию, что копилась во мне, я пыталась вылить в сопротивление. Царапалась, кричала и буквально разодрала руки мужчины в кровь. Видимо, в какой-то момент ноготь проник прямо под кожу, что вызвало неописуемую боль, потому что Львов резко зашипел, перестав меня душить и пытаться раздеть.

Этой минутной заминки хватило, чтобы толкнуть его и зарядить ногой в пах. Так сильно, как только могла в таком состоянии. Это выбило противника из равновесия на мгновение, но с кровати я встать не успела. Он потянул меня к себе за ногу, отчего я упала и потеряла баланс.

– Вот же сука… Как твой муженек. Но ничего. Будет вам урок! – пообещал мужчина, подтягивая меня к себе…

* * *

– …Мия, Мия!! – кто-то похлопал меня по щекам, и я подорвалась на месте, задыхаясь и обливаясь слезами. Осознание, что я дома, в своей постели, а рядом бабушка сперва подарило непередаваемое облегчение, а затем заставило буквально повиснуть на ней в судорожных рыданиях. – Боже, Миечка… не плачь! Я слышала, как ты кричишь во сне, но и представить не могла…

Проматывая у себя в голове размытые картинке, я была уверена, что это не сон. Давид напоил меня чем-то, превратив в полнейшего дегенерата, смеющегося от каждого слова, словно идиот. И зачем все это? Ради изнасилования? Что за «конфетку» он предлагал?! Одному всевышнему известно, что было бы, прими я предложение…

Меня передернуло, и я погладила шею. Казалось, пальцы Львова до сих пор были на ней. Чудо, что следов не осталось! Зато я теперь понимаю, откуда синяк на коленке и пару ссадин на спине. Но больше всего пугало то, что я не успела вспомнить. Успел ли Давид закончить начатое? Ведь все сходилось: спальня Сэма, мое невменяемое состояние, отосланная домработница…

– Ба, я схожу с ума. Ужас, который происходит вокруг, слишком для меня… – тихо призналась я ей, ощутив что-то теплое у себя на шее. Женщина тоже теперь плакала. От этого внутри все сжалось, и я почувствовала привкус горечи на языке. – Я больше не хочу, чтобы ты была тем, кто страдает из-за меня. Мои проблемы так или иначе перекочуют на тебя. Я завтра же найду другую квартиру…

Она немного отстранилась, чтобы заглянуть мне в глаза. На улице только начинало светать, поэтому я могла разглядеть лишь очертания ее лица, когда она прошептала:

– Ты помнишь, как мы с тобой познакомились? Моя дочь бросила меня, и я потеряла смысл просыпаться по утрам. А ты каждый день приходила ко мне с сахарным печеньем и выслушивала мои проблемы. Только благодаря тебе я начала улыбаться, девочка, – она стерла ладонью слезы на моих щеках и заправила выбившиеся локоны за ухо, потом набрала полные легкие и выдохнула: – И теперь я не отпущу тебя, пока не ты не станешь так же искренне улыбаться каждый день. И я предложила тебе жить у меня не из жалость, а потому, что ближе никого нет. Ты мне как дочь. Дочь, о которой можно только мечтать.

Эти слова будто магнитом вытянули из меня весь тот ужас, что принес сон, и я снова расплакалась, но теперь уже с улыбкой на губах. Мои настоящие родители любили друг друга с самой школы и умерли, держась за руки. Я была рада, что даже по ту сторону они вместе. Но тут, в моей реальности, мне тоже нужна была семья. Тот человек, кто разбудит, когда кошмар. Тот, кто приготовит завтрак, если я не успеваю. Спросит, как дела, и на самом деле захочет узнать ответ.

И никакой Давид не отнимет этого. Он может отравить мой день, но не всю жизнь. И когда мы в пять утра пили с бабушкой горячий шоколад в постели и смеялись над историями из ее молодости, я дала себе четкую установку не думать о нем. Будь как будет!

– Знаешь, а у меня ведь внук родился… – внезапно на середине разговора сказала бабушка и, слабо улыбнувшись, осторожно протянула: – Дочь фото прислала. Говорит, что хочет меня с ним познакомить. Может, она хоть с материнством добрее станет?

Поздравив бабушку, я еще какое-то время фантазировала о том, как мы поедем в гости к ее дочке. Ведь эта и вправду была моя мечта, но денег на путевку пока не хватало… В какой-то момент, оставив чашку и плотнее закутавшись в одеяло, я обняла бабушку и снова задремала.

Чтобы вернуться в тот ужасный день…

Глава 41

– Отпусти меня, придурок! – видимо, от страха дымка вокруг рассеялась. И хоть я до сих пор ощущала себя в дурмане, мыслить могла здраво. – Сэм убьет тебя, понимаешь?

Я попыталась расцарапать мужчине ноги – единственное, к чему теперь имела доступ. Но, видимо, вышло плохо, потому что он лишь рассмеялся и, плотно зафиксировав меня, принялся развязывать платье.

– О, поверь. Ему сейчас не до тебя… Подумай сама, кому он поверит: лучшему другу или очередной шлюхе?

А дальше все происходило так быстро, словно в каком-то замедленном фильме. Сперва сальные пальцы мужчины коснулись моих ягодиц… И хоть я все еще была в белье, это было самым неприятным, вызывающим рвотный спазм событием в моей жизни. Но не успели на щеках появиться слезы, как Давид просто… Взлетел над кроватью!

Перевернувшись на спину, я увидела стоящего рядом Сэма Керна. Он был прекрасен в своей ярости… На его лице буквально вены взбухли, кожа покраснела, а желваки то и дело дергались, будто в любой момент он мог просто раздавить Львова с такой же легкостью, с какой держал его в воздухе.

– Точно не тебе, – прошипел он так медленно, что можно было физически почувствовать напряжение, силу голоса и общую мощь мужчины. Даже меня парализовало от страха, а у Давида должна была вся жизнь перед глазами пролететь… Только вот, видимо, у Львова не только совести не было, но и мозгов, потому что он просто нервно рассмеялся и, пытаясь встать, выпалил:

– Друг, она сама приставала! Буквально прыгала на меня… Я просто хотел ее проучить, чтобы ты знал, на ком женился. Должен еще спасибо сказать! Шлюху под боком пригрел…

И Сэм отпустил Давида. Только вот не на постель, а кинул в стену, а затем рванул к нему, начав наносить удары один за другим с каким-то остервенелым безумием. Я видела, как лицо Давида превращается в кровавое месиво, а от привычного смазливого личика не остается и следа. Львов пытался защищаться, но ему было далеко до Сэма, который еще в девятнадцать лет получил черный пояс по карате и до сих пор занимается боксом.

– Сэм… Прошу тебя, хватит… Не надо больше… – слабо прошептала я, но меня никто не услышал. Сцена на полу продолжалась, а я просто не могла это больше видеть. Так что, осторожно поднявшись с постели, медленно поплелась в ванную комнату и опорожнила желудок. Затем нашла в шкафчике новую зубную щетку, почистила зубы, расчесала волосы, пока в голове не возник вопрос: «Что я вообще делаю? Кому нужны мои чистые зубы и эти условности?»

Все пережитое нахлынуло лавиной, сбивающей с ног. Странное вино, мое ужасное поведение, приставания, избиение… Кадры снова и снова появлялись в голове, а я буквально закипала от напряжения.

На глаза попалась ванна, и я решила, что срочно должна смыть с себя всю эту грязь. Стерев слезы, легла в нее прямо в одежде и включила воду на максимум. Теплая вода окутала меня сладким спокойствием, погружая в какую-то нирвану. Шум в спальне уже затих, но я не обратила на это ни малейшего внимания.

Прошло немного времени, прежде чем дверь открылась и мужчина подошёл ко мне, сев на край ванны. Я чувствовала, что это Сэм. Его энергетику нельзя было спутать с другими… Но у меня не было сил даже повернуться к нему, чтобы убедиться в этом.

Какие-то время мы продолжали сидеть в тишине, пока его рука не коснулась моей щеки, убрав слезу, появление которой я просто упустила. Вместе с приятным покалыванием и ощущением уюта пришла тоска и новая порция «долгожданных» слез.

– Где ты был все это время? Почему ты ушел? – я пыталась говорить шепотом, но голос вышел слишком надрывным, жалким. Сэм был так нужен мне сегодня. Впервые я трезво осознала, что его присутствие в моей жизни как некая защитная оболочка. И каким бы подонком он не притворялся, этого не скрыть.

– Прости… – по телу прошли мурашки, оставаясь дрожью в ладонях, когда я услышала в голосе Керна то, чего не слышала раньше. Искренности, растерянности, боли… И это было дороже тысячи слов… От удивления вздернув на него голову, я встретилась с растерянными глазами, полными раскаянья. Казалось, словно в этот момент его душа мечется внутри, а он сам не может найти себе оправдания. Таким Сэма я видела впервые. – Произошло чрезвычайное происшествие. Я должен был спасти то, в чем сам виноват… Если бы только знал, черт их всех дери! Если бы я только знал…

– И почему ты вернулся? – мне не хотелось, чтобы Сэм так переживал. Ведь, по сути, самое ужасное уже произошло. И именно Керн спас меня.

– Сообщение от тебя «Все хорошо, малыш. Давид уже ехал. Можешь не торопиться» звучало крайне странно, – горько усмехнувшись, констатировал мужчина, а затем снова нахмурился. – К тому же Инна Витальевна мне позвонила и потребовала срочно ехать домой. Говорит, что с тобой что-то не так. Я бросил все и поехал к тебе. Так быстро, как только было возможно.

– Этой женщине я обязана твоим приездом… Нужно выписать ей премию! – улыбнувшись в ответ мужчине, я поморщилась, вспомнив, как вешалась на домработницу. Удивительно, что она просто не посчитала меня больной на голову. – Что Давид подмешал мне? Как думаешь?

– Думаю, что-то психотропное… В кармане у него был наркотик для изнасилования. И Львов очень заблуждается, если думает, что все закончится в этой спальне. Я посажу его в тюрьму, Мия. Обещаю, – Сэм засмотрелся куда-то мимо меня, будто думая о чем-то неприятном, а я решила, что это самый удачный способ узнать, из-за чего, собственно, я сегодня прошла все эти испытания:

– Сэм… За что мстит тебе Давид? Что вы не поделили? Он помешан на тебе, словно сумасшедший…

В одно мгновение мужчина ощетинился и, бросив на меня цепкий взгляд, сжал челюсти. Он выключил воду, затем взял из шкафа громадное полотенце, пробормотав:

– Пора выходить, Мия. Тебе нужно спать. Очень надеюсь, что завтра ты ничего не вспомнишь… Так было бы лучше для твоего состояния. На многих сильные психотропные так действуют.

Мужчина поднял меня руки и, сняв мокрое до ниток платье, закутал в полотенце. Белье я сняла сама, стараясь быть максимально непринужденной в этот момент, делать вид, что не стесняюсь. Я видела, каким отстранённым хотел казаться в этот момент Керн, и это вызвало улыбку. А ведь он мог воспользоваться – напротив него голая девушка в одном полотенце.

– Я оставлю тебя в своей спальне, ты не против? Мне так спокойнее, – протянул Сэм, когда поднял меня на руки и понес в комнату. Я хотела сказать, что постель там наверняка грязная после «побоища», да и царит общий хаус, но стоило войти в комнату, как я увидела стерильный порядок и новое шелковое белье, которое безумно вкусно пахло летними цветами. – Я не буду тебе мешать. Просто останусь работать за столом.

Керн посадил меня на кровать так осторожно, будто я хрустальная ваза, которая может рассыпаться от любого прикосновения. Затем открыл свой шкаф и достал первую попавшуюся черную майку, протянув мне.

– Переоденься пока в это, – он неловко покашлял и отвернулся, пробормотав: – Я бы не хотел выходить, Мия. Обещаю не подсматривать.

Я замерла, неотрывно наблюдая за Керном. Он был таким соблазнительным в своей заботе, что я боялась моргнуть, чтобы правда не превратилась в дымку. Видела, как нервно он дергает ногой, то и дело вздрагивает. Сэм очень нервничал, что вызвало естественный вопрос:

– Теперь ты вообще не будешь меня отпускать?

– Не могу так с тобой поступить, – нехотя протянул он, а я уткнулась носом в футболку. Она пахла мужским ароматизированным порошком и свежестью. Совсем не то, чего хотелось. – Но твоя охрана будет увеличена втрое. Я установлю жучки в квартире твоей бабушки, не обижайся. И вообще, куда только возможно…

Окинув взглядом комнату, я напоролась на кресло. На нем совсем неопрятно валялась черная футболка, явно ношеная. Наверное, она была тут и раньше, но за всеми произошедшими здесь событиями я ее не заметила… Именно ее я натянула, потому что почувствовала запах, который было не сравнить со всякими духами и заменителями.

Это был он. Сэм Керн. Такой, какой есть. Такой, какой был нужен мне до мозга костей. Я обняла себя за талию и втянула запах, который буквально кружил голову. Именно он очистил мозг от воспоминаний о Давиде. Он спас меня от той черноты, в которую затягивало.

– Ты все? – медленно повернувшись, Керн посмотрел на меня сперва через щель между пальцами, а затем выпрямился и замер. Его взгляд сначала задержался на брошенном на полу полотенце, затем на новой футболке, а затем и на мне. Немного хрипло и так знакомо низко он протянул: – Я дал тебе не ее, Мия.

– Знаю, – только и ответила я, сделав шаг навстречу. Это не было запланировало и контролировалось далеко не разумом, а теми бабочками в животе, что диктовали путь. – Я сама так захотела.

Медленно сглотнув, Сэм прерывисто выдохнул:

– Зачем?

– Она пахнет тобой… – я не заметила, как оказалась так близко от Керна. Мои пальцы скользнули ему под рубашку, которая не была заправлена, будто так надо. Будто их место именно там. Тело мужчины было таким заманчиво горячим, а сердце безумно билось, грозя вырваться из груди. Он осторожно положил свою руку на мою, давая понять, что этого лучше не делать. Это было таким разочарованием, что я прикусила губу почти до крови, лишь бы не издать ни звука. Но Керн сделал это первым… Подняв мое лицо к себе, он тепло заглянул в глаза и прошептал, непрерывно глядя на мои губы:

– Ты не можешь… Сейчас не время. Весь этот стресс, к тому же ты под действием таблеток. Думаешь, я настолько мудак?

– Я больше не под таблетками. Еще от приставаний Давида «протрезвела», а потом ванна привела меня в чувство. Более чем понимаю, что делаю, – несмотря на слабые протесты мужчины, я коснулась пальцами пуговки и расстегнула ее, затем другую, затем третью. От каждого случайного касания его грудь так резко вздымалась, словно от разряда тока, и все же я видела, что дальше зайти он мне не даст. – Я похожа на невменяемую?

– Немного… – усмехнулся он, но, поймав мой прямой взгляд, исправился: – Нет. Дело в другом. Вероятность, что завтра ты ничего не вспомнишь, очень велика.

– Это не имеет значения, – вдруг поняла я и, сделав шаг назад, наконец-то отстала от мужчины, как он и просил. – Суть в том, что мое решение от этого не изменится. Забуду я или нет, но сегодня ты нужен мне. Я… Я хочу тебя, Сэм Керн. И говорю это в трезвом уме.

Мои пальцы коснулись края длинной футболки, и внезапно я замешкалась, понимая, что робость может изменить планы. Затем решила, что была ни была, и в один момент просто сняла ее, бросив на пол. Это был нечестный прием? Знаю. Но я устала чего-то ждать и приносить себя в жертву, быть правильной. Такой, какой надо быть в обществе, чтобы не остаться порицаемой.

Сэм замер, открыв рот от удивления, пока его черные глаза пожирали мое тело, оставляя за собой ленту мурашек.

– Ты должна одеться сейчас же, – совсем невнятно пробормотал он, делая шаг мне навстречу. Я протянула ему руку, но вместо того, чтобы принять ее, мужчина резко поднял меня на руки и сжав ягодицы заставил обвить ногами его талию. – Ты пожалеешь об этом поступке завтра же! – только вот вместо ответа я положила ладошки ему на щеки и осторожно поцеловала в губы, словно боялась быть отвергнутой. Быть голой в руках своего первого мужчины казалось чем-то за гранью страха, и мое тело тряслось так сильно, словно мы находились на улице в мороз. Словно почувствовав это, Керн выдохнул мне в губы, прежде чем впиться в них именно так, как мне было нужно: – Черт возьми, я так ненавижу себя за это…

Это было безумие! Чувство, когда ты отпустил себя, все предрассудки и просто находишься там, где надо. Со своим мужчиной. Я таяла от каждого его прикосновения, сотни электрических разрядов разлетались по телу от его поцелуев, несдержанных хрипов, рыков. Сэм осторожно положил меня на кровать, нависнув сверху. Он ненасытно осматривал меня снова и снова, прежде чем тихо прошептать:

– Ты слишком нереально красивая, Мия Бушминская.

– Ничего идеального не бывает… – выдохнула я, когда ладонь Керна по-свойски скользнула по моей шее к груди. Выкрутив сосок, он припал к нему губами, засосав и прикусив почти одновременно. Я выгнула спину, но руки Сэм держали меня крепко. – Боже, это… Это…

– Это очень вкусно… – прошептал он, съезжая поцелуями все ниже и ниже по моему животу, пока его губы не коснулись лобка. Я резко поднялась от неожиданности и какой-то необъяснимой паники. Но мужчина словно специально, давая передумать, поцеловал меня между складочек. Даже от такого легкого касания ком внизу живота завязался в тугой узел, и я закатила глаза в немом стоне. Это послужило спусковым крючком для Керна, который словно сошел с ума. Его язык становился все более требовательным, быстрым, ловким. Вцепившись в волосы мужчины, я потеряла себя, растворилась в ощущениях, забываясь. Но затем опомнилась и перестала стонать, на что получила легкий укус за бедро и недовольное: – Нет, я хочу тебя слышать, малышка. Ты такая сладкая и так аппетитно стонешь…

Слова мужчины взорвались у меня в голове фейерверком, поэтому следующее же его касание заставило меня дрожать, выкрикивая его имя снова и снова. Это был оргазм, который даже рядом не стоял с прошлым, но и между тем я ощущала, что в этот раз чего-то не хватает. Мне хотелось Керна. Всего. Целиком.

Но стоило только подумать об этом, как я увидела мужчину, нервно скидывающего брюки на пол. Затем в ту же сторону полетели и трусы, и я осталась один на один со страхом первого раза. Достоинство Сэма было больше, чем я предполагала, и, наверное, мои глаза были слишком выразительные, потому что, когда Керн втиснулся между моих ног, вдруг замер и отчеканил:

– Если ты хочешь, мы закончим все прямо здесь и сейчас. Одну твое слово, я просто…

Но я не собиралась пасовать, потому что, несмотря на все предрассудки, давно сделала свой выбор. Именно поэтому скользнула чуть вниз по шелковым простыням, касаясь лобком самого края члена мужчины, и ощутила, как тот вздрогнул. Оставалось только догадываться, сколько самоконтроля требовалось Керну, чтобы не сорваться раньше времени.

– Я хочу тебя, и это не изменилось. – уверенно прошептала я, поцеловав мужчину так нежно, как только умела. Мои руки осторожно обхватили его за шею, ноги – за бедра и, прежде чем он сделал хоть вздох, тихо прошептала: – Ты один из двух людей в этом мире, которым я доверяю.

Руки мужчины подхватили меня за ягодицы, слегка приподнимая, а затем он резко толкнулся вперед, заходя в меня до предела. Острая режущая боль пронзила тело, и я задохнулась, совсем неосторожно укусив мужчину за губу. Но он даже не заметил этого, медленно покрывая щеки поцелуями и нашептывая нечто совсем ему не свойственное.

– Как ты? – пробормотал он мне в губы спустя минуту, когда от неприятных ощущений остался только осадок. Мужчина медленно двинулся вперед, задевая нечто, вызывающее повторный стон. И совсем не от боли, прошу заметить. Я впилась ногтями ему в шею, когда движения стали более быстрыми, а ощущения острыми. Казалось, еще немного – и я просто взорвусь от переизбытка эмоций. Но они накалялись все сильнее и сильнее… – Черт, ты такая узкая. Так тяжело сдерживаться…

Но его слова были где-то далеко. Меня разрывало изнутри от желания получить больше, мощнее, сильнее. Мои дрожащие губы лишь с третьего раза смогли протянуть:

– Прошу, быстрее…

– Так? – прорычал он, поднимая меня за таз и ускоряясь до какого-то нереального темпа. Его руки плотно сжимали мои бедра, впиваясь в кожу пальцами. Дыхание обжигало шею, и это сводило с ума. Достоинство мужчины внутри подрагивало, когда он обреченно выдохнул мне на ухо. – Я хочу, чтобы ты была моя. Только моя, Мия. Я не подпущу к тебе никого.

– Я и так твоя… – взорвавшись, я едва не подняла на себе Сэма. Адреналин в крови бушевал, пульс отдавал битами в уши, а меня кидало из стороны в сторону. Ощущение, словно кто-то в один момент отправил меня на тот свет. Теперь я понимаю нимфоманок!

– Этого мало, я хочу больше, – задыхаясь, мужчина сделал еще несколько глубоких толчков и взорвался, падая на меня в нескончаемых судорогах. Его тело тряслось, мышцы были напряжены до предела, а с губ сорвалось мое имя и нечто безумно тихое, хриплое и совсем невменяемое. Но мне удалось расслышать: – Черт, как же я тебя люблю, малышка. Никому не отдам!

Я была слишком опустошена, чтобы хоть как-то проанализировать эти слова, поэтому без сил прикрыла глаза и, обняв Керна, сжалась у него под боком. Его мощные руки накрыли меня лучше любого одеяла, обдавая знакомым любимым запахом и ничем не заменимым теплом. Я чувствовала, как погружаюсь в сон, когда теплые губы запечатлели на моих волосах нежный поцелуй…

* * *

Я подорвалась на кровати, не понимая, что происходит и где я. Осмотрелась вокруг, Керна не было. Затем вспомнила, что это лишь сон, и расслышала телефон. Прикроватные часы предательски показывали половину одиннадцатого утра, так что я, не раздумывая, по инерции подняла трубку.

– Алло, – голос был чертовски сонным, а тело все еще покалывало, словно я во сне, после которого не хотелось и просыпаться. Но голос в телефоне заставил подобраться:

– Добрый день, госпожа Бушминская! Вам приветствует компания «РоузНид». Мы ознакомились с вашим резюме на сайте и ходим предложить должность главного юридического консультанта нашей фирмы. Можете ли вы сегодня подъехать на собеседование?

Глава 42

Я собиралась тщательно и кропотливо. Старательно накладывала макияж, укладывала длинные белые волосы… Затем выбрала узкую юбку и тонкую шифоновую блузу под нее, дополнив образ пиджаком без рукавов.

Рассматривая себе в зеркало перед выходом, я сама удивилась настолько замороченному внешнему виду. А все потому, что мыслями я была далеко от работы и даже от своей комнаты… Мыслями снова и снова возвращалась в сон, в котором испытала эмоций больше, нежели за свою жизнь.

Мне было горько, что я смогла забыть такое… Но еще более горько из-за Сэма, который не посчитал нужным сообщить мне о таком завершении вечера! Снова и снова я выпадала из реальности, вспоминая его нежные взгляды, крепкие объятия, вызывающие мурашки слова. Обычно Керн не был таким, и мне было легче поверить, что это сон…

Но слишком реалистичным все было. До невозможности.

– Но это уже неважно… – тихо прошептала себе под нос, вспоминая новость о беременности Анджелы. Да, Керн сказал, что любит меня. Но чего не выдумаешь в момент оргазма? Вчера, будучи в своем уме, он не повторил этих слов. А значит, трезво выбрал ее. Почему-то от осознания этого стало совсем уж дурно…

Я оперлась на косяк входной двери, совсем не представляя, как вести себя дальше и что делать. Воспоминания хоть и прояснили ситуацию, но по факту запутали ее еще больше.

– Уходишь? – послышался голос бабушки за спиной, но я лишь скромно кивнула и улыбнулась. Уверена, моего внутреннего состояния она не поняла, потому что тут же принялась накручивать волосы на палец. Это означало лишь одно – она нервничает и что-то скрывает. – Звонил Сэм Керн… Каким-то образом он узнал мой номер.

– И что хотел? – стоило только услышать о мужчине, как его образ из сна ударил меня молотом по голове, заставляя активнее собираться.

– Спрашивал, как ты. Говорит, что тебе лучше будет у него и в скором времени он тебя заберет, – поморщившись, выпалила бабушка, словно ожидая мою реакцию. Но я лишь фыркнула и, выдав что-то типа: «Ага, конечно!», выбежала на лестничную площадку.

Спускаясь по ступенькам, радовалась, что надела туфли на высоком каблуке. Только такое испытание могло мысленно отвлечь меня от мыслей о Керне. Время уже поджимало, но я твердо решила не вызывать такси. Доберусь до места собеседования на метро и за этот промежуток времени настрою себя на рабочий лад. Но внезапно, когда я вышагивала по двору с опущенной головой, путь преградил мужчина. Почему-то первое, что пришло в голову: Сэм или его охрана. Но нет. Человек был мне не знаком, хотя и выглядел как охранник: наушник, строгий костюм, черные очки.

– Мия Бушминская? – ласково поинтересовался он, что вызвало еще больше подозрений. Кто-то вообще когда-либо видел милых вышибал?! – Моя начальница прислала за вами машину. Вы уже опаздываете на собеседование. Давайте поспешим.

– Простите, но я лучше своим ходом… – я обошла мужчину, но путь мне тут же преградил другой. Не такой милый и более реалистичный.

– Это ваш выбор. Но моя начальница очень занятая женщина. Она лишь день в стране, и в ее интересах обеспечить всех кандидатов на должность транспортом. Если вы сейчас отказываетесь, мы просто уезжаем, а вы можете возвращаться домой, – монотонно проговорил первый мужчина, а затем достал из кармана телефон и, набрав какой-то номер, протянул мне. – Это номер вашего возможного будущего босса. Можете лично уточнить все детали. Хотя я был уверен, что вам было сказано все по телефону.

Естественно, перед тем как идти на собеседование, я изучила компанию «РоузНид» вдоль и поперек. Вдобавок посмотрела пару интервью женщины, которая этим всем заправляла. И какого же было мое удивление, когда я услышала именно ее голос в телефоне. Она скомкано и достаточно высокомерно пояснила мне, что если я не появлюсь в ее офисе через полчаса, то на этом разговоры о работе окончены.

И, наверное, другая бы отмахнулась и ушла. Но во мне взыграло странное желание доказать этой выскочке, что я достойна другого обращения, а бывшему боссу, что он ошибся, уволив меня. А если уж быть совсем честной, я еще помнила о слежке Керна… Во мне теплилась надежда, что они найдут меня до расчленения.

Именно поэтому все же села в машину и удивилась до невозможности, когда они привезли меня туда, куда планировалось! Частное пятиэтажное здание, выполненное из стекла, больше напоминало раздутый шар. Видимо, как ЧСВ у местных работников… Потому что территория компании тоже была частная, куда не пускали людей без особого красного пропуска.

– Вас ждут, только на входе назовите свою фамилию, – коротко осведомил меня охранник.

Выйдя из машины, я ступила на красную дорожку. Надо мной, по козырьку здания, горело множество огоньков. И это при том, что на улице день, а до Нового года чертовски далеко. Но я не обратила на это должного внимания, а на ум пришла дежурная фраза: «Кто знает нравы этих богачей?» К тому же у компании «РоузНид» была достаточно праздничная тематика. Возможно, таким образом они настраивают потенциальных заказчиков на нужный лад.

– Я провожу вас до нужной двери, – улыбаясь, словно в последний раз, звонко протянула мне девушка на ресепшене. Она и вправду поднялась со мной на лифте до последнего этажа и остановилась у единственной в огромном пространстве двери, которая открывалась только ключ-картой. Но она просто нажала кнопку переговорного устройства, сообщив тем, кто внутри: – Госпожа Бушминская прибыла.

Раздался писклявый звук, и дверь открылась сама. А я вдруг задумалась, что не настолько пафосную работу искала. Они поразили бы меня сильнее, только если бы доставили в офис прямо на вертолете! Но уходить прямо перед дверью начальницы прямо неуважение. Так что я просто натянула дежурную улыбку и вошла внутрь.

За огромным переговорным столом сидели двое. Первой я увидела женщину. На вид ей было больше сорока, но выглядела она очень ухожено. А вот второго участника собеседования было не разглядеть. Он сидел спиной, спрятавшись полностью за высокой спинкой стула.

– Проходите и присаживайтесь, – с улыбкой протянула женщина, указывая мне рукой на противоположную от незнакомца сторону. – Приятно наконец-то увидеть ту, на чьи плечи ты перекладываешь свою ношу! Не совру, если скажу, что делаю это с облегчением. Пора мне немного сбавить тем жизни…

– Не понимаю, о чем вы. Вы ведь владелица фильмы, а не главный юридический консультант… – усмехнувшись, я почему-то приняла слова женщины за шутку. Такой себе способ разрядить обстановку. Но стоило мне коснуться рукой стула и поднять глаза на незнакомца, как я замерла, в силах прошептать только одно слово: – Ты?

– А кто еще?! – удивленно хмыкнув, мужчина развел руками и саркастично протянул женщине: – Она до сих пор считает, что может просто так садиться в машину к первому встречному, а я об этому не узнаю.

– Сэм, сделай поблажку на ее возраст. Наивность красит девушек так же, как и макияж… Но главное – не переборщить! – она рассмеялась, но затем увидела, что я так и не села на указанное место, и повторила: – Садись, дорогая. Я и вправду улетаю через час. Давайте подпишем все необходимые бумаги и разойдемся с миром.

На трясущихся ногах я все-таки упала на стул, ни на секунду не спуская глаз с Керна. Сегодня он казался веселым, расслабленным и таким… Таким похожим на воспоминания о той ночи, когда я заснула в его объятиях. Что-то противно заскрежетало по сердцу, и я одернулась и перевела взгляд на женщину:

– Что тут происходит? Кто-то мне объяснит?

– Я оценил твой рабочий потенциал, юридические и управленческие навыки. – немного нервно начал Керн, словно собираясь сказать что-то безумное. – А также проанализировал работу предприятий, центральные офисы которых находятся в нашем городе. В общем, пришел к выводу, что «РоузНид» создана специально для тебя.

– Поэтому купил ее для тебя, крошка… – поторопила его с рассказом женщина, а потом вскочила с места и, подойдя ко мне с документом, всучила в руки ручку и буквально самостоятельно поставила подпись. – Нам нужна только одна твоя подпись, чтобы закончить формальности, и я смогу сбежать от этой суеты на Багамы… Все, есть! Была рада с вами повидаться, дорогие. Отпуск и молодой муж ждать не могут!

Ее крохотные каблуки застучали по мраморному полу, а я, онемевшая и потерявшая связь с реальность, смотрела, как она, пританцовывая, вылетает из кабинета. Меня привел в чувство Керн, который словно оправдывался за такое поведение:

– Я просто знатно переплатил ей, так что она до сих пор не может прийти в себя от радости.

Опустив глаза на свою корявую подпись, я не могла собраться, чтобы прочитать хоть слово из сделки.

– Что ты сделал, Сэм? – только и выдавила из себя.

– Переживаешь за семейный бюджет, малышка? – тем временем продолжал шутить он, а затем серьезно заявил: – Я уверен, что ты сможешь поднять эту компанию с колен. Так что все окупится в десятикратном размере.

На какие-то секунды в кабинете воцарилась полная тишина, пока я наконец не решила спросить:

– К чему этот «подарок»? – я усмехнулась такому сравнению. Ведь подарок – это то, что может поместиться в руках. А не, мать вашу, компания с миллионом сотрудников! В голове зарождались самые нелепые мысли, которые я просто не могла не озвучить. Прояснить происходящее казалось важным до невозможности! – О, давай я догадаюсь! Хочешь откупиться от меня за сорванный фиктивный брак? Только этого не нужно делать, Керн. Я уже говорила, что жениться на матери своего ребенка – нормальная практика.

– Я не собираюсь с тобой разводиться, еще чего. – фыркнул мужчина, будто это нечто само собой разумеющееся. – К тому же Анджела…

– Тогда, может, это компенсация за ту ночь, про которую ты просто «забыл» мне рассказать, а?! – перебила я мужчину, не желая слушать подробности жизни его пассии. Мне и своих переживаний хватало!

Я видела, как меняется лицо мужчины в этот момент. В одну секунду он словно стал мрачнее, чем раньше. В растерянности он потер шею, сбивчиво протянув:

– В тот момент я решил, что тебе лучше этого не вспоминать. Твоего презрение ко мне и так достаточно, чтобы еще подбрасывать дровишек… К тому же я не считаю это своим лучшим поступком, – он немного задумался, прежде чем стрельнуть в меня уверенным взглядом. – Но уж точно ни о чем не жалею. Просто хотел такого первого раза, которого ты достойна.

– Но тогда я не понимаю… – искренне прошептала я, оглядываясь по сторонам, словно в поисках ответов. – Никто не дарит компании просто так. Такого не бывает, Керн. Такого. Не. Бывает!

– Если тебе так будет проще воспринимать, считай, это подарок Романа. Капитал, которой он заработал, наш общий, – Керн встал со своего места, на ходу сбросив пиджак, подошел ко мне и присел рядом на корточки. Его руки коснулись моих голых колен, и волна воспоминаний едва не снесла здравый смысл. Черт, как же хотелось вернуться в сон, где не было никаких проблем, а были только объятия идеального человека… Почему по щекам потекли слезы, видимо, от эмоционального истощения? И коснувшись колючей щеки мужчины, я искренне прошептала:

– Я не верю тебе, Сэм Керн. Ты тот человек, который ненавидел меня все детство. А затем внезапно решил сделать своей женой… Ты ничего никогда не объясняешь, заставляешь меня догадываться. Да, мать твою, даже наш секс скрыл!

– Я уже говорил тебе, что был идиотом. Ревновал тебя к отцу, и не было на тот момент человека, способного сказать мне «стоп» и поставить на место. Думаешь, я не знаю, какой невыносимой сделал твою жизнь тогда? Я думал об этом каждый гребанный день своей сознательной жизни, и мне так жаль, что я уже не знаю, как выразить это словами! – медленно объясняя простые истины, мужчина под конец сошел на крик. От честности его голоса по телу поползли мурашки, но главный вопрос оставался на поверхности:

– Ты женился на мне из жалости? – прохрипела я, и Сэм отрицательно замотал головой, не проронив ни слова. – Что тогда? Я должна знать, понимаешь?! Мы не можем пройти мимо этого, будто ничего не стряслось. Как бы тебе ни было тяжело, я должна знать правду!

Сглотнув, мужчина прикрыл глаза, будто собирался с мыслями. Почему-то в голову пришла фраза: «Перед смертью не надышишься».

– Все началось полтора года назад, – мертвым голос выдохнул он, а его пальцы сжались на моих коленках. Наверняка неосознанно. – Мы с Давидом были лучшими друзьями. Только вот если я был бесшабашным идиотом, он казался мне более человечным и одомашненным романтиком. Он встретил девушку, влюбился. Собирался жениться. Я же чувствовал, что какая-то она подозрительно идеальная… А вышло все так, что в один вечер она пришла ко мне в офис с бутылкой коньяка. Я выпил, затем она разделась и… В общем, мы переспали, Мия, – мужчина сделал паузу в своем рассказе, заглядывая мне в глаза. Он будто бы пытался прочитать что-то, но я была непробиваема, поэтому просто продолжил: – На следующий же день она пришла ко мне с фотографиями и сказала, что теперь я должен платить ей энную сумму, чтобы все не всплыло. Оказалось, что таким образом она «доила» многих женатых людей… Но я не стал идти на поводу, все рассказал Давиду, и на этом закончилась наша дружба.

– Теперь я понимаю, почему Давид решил отомстить тебе через меня… – задумчиво пробормотала я. – Но как ты не мог этого предвидеть? Это ведь очевидно! Или ты… Боже… Господи, Керн… Только не это…

Меня словно молнией ударило. Я буквально физически ощутила этот разряд, когда отшатнулась от Сэма, с ужасом заглядывая в его округлившиеся глаза. Черт, пусть он скажет, что я думаю неправильно! Пусть он солжет!

– Я хотел как-то искупить свою вину перед тобой, понимаешь? План казался мне идеальным. Давид захочет увести тебя от меня, а затем влюбится – и вы поженитесь. Он был хорошим парнем, Мия! Лучше меня в сотни десятков раз. Я хотел помириться с ним и обеспечить тебе лучшее будущее! – словно оправдываясь, тараторил он какую-то чушь. Но я больше не могла слушать этот ужас, реальность давила так сильно, что можно было сойти с ума. Чертов урод! Он просто привел меня на случку со своим другом! Как какую-то собаку на поводке! Ладони мужчины сжали мои щеки, чтобы я смотрела ему в глаза. Но это было нереальным. Я не могла его видеть после этого. А он все что-то шептал, будто пытаясь достучаться: – Но я почти сразу понял, что план провалился. Еще там, в доме Романа, ты нравилась мне гораздо больше, чем сводная сестра. А когда пришла в мой кабинет, такая маленькая, хрупкая, нежная… От тебя так пахло чем-то сладким… Я сразу понял, что не смогу тебя отпустить. К кому бы то ни было, понимаешь?! Ты создана специально для меня! Плевать на контракт. Он только для отвода глаз и никогда не имел юридической силы. Я хочу настоящий брак. Ты выйдешь за меня, малышка?

Не знаю почему, но в какой-то момент эмоции просто растворились во мне, и я больше ничего не чувствовала. Потому что боли больше не было во мне, а я была в боли… Открыв глаза, я посмотрела в знакомые черные глубины. Еще недавно я мечтала об этих словах. А теперь могла лишь пробормотать:

– Конечно, нет. О каком браке может идти речь после такого?

– Это была ошибка. Все была ошибка, – тихо прошептал он, попытавшись поцеловать. Но я не смогла. Отвернулась. Но это не помешало мужчине подмять меня под себя. – Я люблю тебя, и только. А все, что происходит вокруг, не имеет значения.

Но сейчас, распластавшись на стуле, я так не считала. Правда снедала меня. Расщепляла на атомы, я не могла принять ее и даже не пыталась. Хотела просто встать и уйти. На свежий воздух. Так далеко, как только возможно. Подальше от охраны и лжи, которой заботливо укрыл меня Сэм Керн.

Я пыталась вырваться, но он не давал. С каждым моим движением сжимал все сильнее и сильнее, будто точно знал, что больше я не вернусь.

– Отпусти меня, прошу тебя… – взмолилась, ощущая, что задыхаюсь. И он сделал это, просто разжал руки. Я буквально слышала, как звенят стальные оковы, спадающие на мраморный пол. И от этого звука внутри все вибрировало и тряслось. Я вскочила на ночи и быстрым шагом направилась к двери, даже не оборачиваясь. Хотя знала, что он смотрит и на что-то надется.

Глава 43

Я выбежала из здания, совсем не отдавая отчета своим действиям. В голове была каша, мысли разбегались. Но было лишь одно, что я должна была сделать наверняка – сбежать, уединиться, скрыться…

Я неслась куда-то вперед, не разбирая дороги. Пульс стучал в висках, хотя сердце, казалось, остановилось. В памяти снова и снова всплывали слова Сэма, и я морщилась, проглатывая их, словно терпкий виски.

В тот момент я не хотела рассуждать здраво, слушать доводы рассудка и уж тем более чужого сострадания. Увидев вывеску «Хостел», отправилась туда и сняла номер на одного человека. Меня хватило только на краткое сообщение бабушке: «Все хорошо, хочу немного побыть одна», а после я легла на кровать и отключилась от этой реальности.

Нет, я не спала. Просто лежала с открытыми глаза. Час, два, три… За окном уже давно рассвело, когда я все же заснула, очнувшись только к вечеру нового дня.

– Какой кошмар… – протерев запотевшее зеркало после душа, я увидела незнакомое мне лицо. Осунувшееся, похудевшее, лишенное жизни. И тогда строго сказала себе: «Хватит». Страдать, жалеть себя и оглядываться. Я не похороню свою жизнь из-за одних неудачных отношений. – Пора возвращаться в реальность!

С тех пор началась новая старая жизнь. Собеседования, завтраки с бабушкой и ужины над литературой для повышения квалификации. Все было как обычно, только без него. Сэм Керн был словно мозоль на сердце. Ты справляешься, держишься, живешь дальше, но с каждым днем становится все хуже и хуже. Будто медленно твое тело умирает… В нем протирается огромная зыбучая черная дыра, которая засасывает в себя все живое.

Прошла неделя, как он не звонил. Целых семь дней. Сто шестьдесят восемь часов. Я сходила с ума, ловила себя на странных мыслях, глупых оправданиях… Что, если он не так плох? Что, если и вправду полюбил меня? Что, если я нужна ему так же, как он мне?

– Тогда бы он позвонил. Хоть раз… – тихо прошептала себе под нос, вспоминая Анджелу и ее беременность. – На самом деле все просто удачно сложилось. Ты сама избавила его от ноши. Теперь Керн свободен для честных отношений.

Правда до сих пор не укладывалась в голове. Сэм хотел свести меня с Давидом… Но мог он и вправду изменить свое мнение? После такого количества лжи правда воспринималась с трудом…

Внезапно завибрировал телефон, и я резко одернулась, потянувшись к гаджету. На экране появилось уведомление из женского календаря: «Период овуляции». Эта информация была мне безразлична, и я уже готова была стереть сообщение, как вдруг замерла.

Судорожно кликнув на приложение, я принялась считать, на какой день после начала месячных должна быть эта самая овуляция. Приложение посчитало, что на двенадцатый. Только проблема была в том, что никакие женские дни у меня не начинались!

– Черт… – выплюнула себе по нос и зарылась лицом в мгновенно вспотевшие руки. Ночь с Керном была почти пятнадцать дней назад. Задержка двенадцать дней. Это могло закончиться плохо!

В тот же день я записалась к гинекологу. На самом краю города, словно боялась, что кто-то узнает меня и будет тыкать пальцами: «Еще одна жертва обаяния Сэма!» К тому же я поменяла симку и очень боялась, что Керн узнает о моем визите к врачу. Его реакция на мои предположения очень пугала…

Словно специально врач держал меня у кабинета больше полутора часов, задерживаясь. При этом клиника была платной и достаточно дорогой. Все прояснилось, когда входная дверь открылась…

Я ощутила его энергетику сразу. Будто часть меня ожила, потянувшись к чему-то необходимому. Сэм Керн стоял в проходе и долго рассматривал меня с ног до головы, пожирая глазами. Но моих сил хватило лишь на пару секунд: Керн заметно похудел, под глазами пролегли синяки и общая бледность бросалась в глаза. К тому же в густой темной шевелюре затесались седые волосы. Это делало его еще более респектабельным, но у меня почему-то вызвало дрожь в теле… Неужели он так переживал наш разрыв? Или дело все-таки в другом?!

В конечном итоге мужчина одернул себя первый и молча начал вышагивать вперед, словно вычеркнув меня из своего мира. Он так стремительно шел вперед, что я была почти уверена: Керн пройдет мимо. Но Сэм просто мимоходом подхватил меня на руки, словно это нечто само собой разумеющееся.

– Что ты творишь?! – покраснев до корней волос, поймала заинтересованные взгляды медсестер и посетителей. Почему-то они улыбались, хотя по идее должны были злиться. – Поставь меня на место и не позорь. Что ты тут вообще делаешь?! Разве тебе не надо быть в другом месте?

Втянув полные легкие воздуха, Керн будто бы вернул себе самообладание и спокойно выдохнул:

– Нет. Более важного места нет, – а затем и вовсе поцеловал меня в лоб. Боком он открыл дверь к моему врачу и, широко улыбнувшись, выдал: – Дмитрий Сергеевич! Спасибо, что подождали. Еле успел…

– Доброго дня, молодые люди! Ничего, бывает, – пожилой седовласый мужчина кивнул на кушетку. Дескать, садитесь и раздевайтесь. И Сэм отнес меня прямо в кресло, кажется, намереваясь помочь с одеждой.

– Выйди, – тихо, но строго и уверенно сказала я, глядя прямо в глаза Керну. – Как ты вообще тут оказался?

– И не подумаю, – подмигнув мне, мужчина нагло проигнорировал мой вопрос.

Но в этот раз я не хотела больше молчать и делать вид, что так и надо. Встала, сложила руки на груди и красноречиво дала понять Керну и врачу, что «песни не будет», пока мой бывший псевдомуж рядом!

– Иди туда, где был все эти дни, – уже более громко сказала я. Была надежда на то, что Дмитрию Сергеевичу не нужны скандалы и он просто выставит Сэма вон. – Тебе есть кого водить на УЗИ и осмотры.

– Некого, – почему-то ответил Керн. Но он не собирался размусоливать эту тему, а я не хотела быть той, кто лезет в чужое дело. И тем не менее, сомкнув губы, мужчина прошептал: – Ляг на кушетку. Я должен быть рядом, Мия! Хватит уже.

– Хватит уже?.. Хватит? Ты тот человек, который говорит мне, что хватит?! – и тут меня прорвало. Страх, боль, отчаянье, накопленные за эти ужасные дни, выплеснулись в один момент. Слезы текли из глаз, меня трясло, а из горла вылетали фразы, поток которых остановить я была не в силах: – Ты рассказал мне эту ужасную правду, а затем просто бросил. Оставил с ней один на один. Хотя обещал, что будешь рядом. Говорил, что даже в скандал я должна быть рядом с тобой. Но тебя не было, мать твою! Не было! А теперь ты просто приходишь, как принц какой-то, с пафосным видом и благородной миссией – быть рядом. А не пошел бы ты?

Я услышала краем уха, как хлопнула дверь. Кажется, доктор удалился, и я его очень понимала. Сама хотела поступить так же. Потому что сердце рядом с Сэмом Керном разрывалось в клочья! Я хотела обнять его, притянуть к себе, поцеловать, ощутить знакомое тепло… Но не могла. Уже это было просто мне не доступно!

– Мне лучше уйти, – прохрипела я, понимая, что кто-то должен сделать это первым. – Передавай привет Анджеле.

Я успела сделать лишь два шага в сторону, когда Керн коснулся моего запястья, потянув на себя. Он ловко прижал меня к стенке, подняв на руки. Его пальцы зарылись в мои волосы, лоб уткнулся в мою щеку, а грудь так бешено вздымалась рядом с моей. Надрывный голос мужчины вызвал вибрацию внутри и теплоту, которую было не спутать ни с чем:

– Нет больше никакой Анджелы. А я люблю только тебя. Истеричка ты моя… – улыбнувшись чему-то мне неизвестному, Сэм потерся своим носом о мой и с горечью пробормотал: – Прости, что оставил тебя. Не хотел больше на тебя давить. Мне казалось, что после истории с Давидом тебе нужно время, и я ждал. Но сегодня уже не смог. Ты нужна мне до мозга костей. Как гребанный кислород! – его губы нашли мои и оставили на невесомый поцелуй. О, боги, как же этого не хватало! Как глоток воды в пустыне, таблетка от рака умирающему… Мне хотелось притянуть Сэма к себе, заставить повторить это снова и никогда больше не отпускать. – Оставайся со мной. На любых условиях. Как хочешь, когда хочешь. Просто будь рядом…

И в тот момент я поняла нечто важное, что не доходило до меня в долгие дни одиночества. То, что должно было созреть, крепчать в голове… Сэм и вправду меня любил! И дело не в его словах. Дело в поступках. Влюбленный мужчина никогда не отпустит любимую женщину, даже если она просит. Но тот, кто любит, даст эту свободу. Потому что эгоизма нет в настоящих чувствах.

В школе он защищал меня от других, закалил сильный характер. Потом дал возможность отучиться в одной из лучших школ. И даже хотел найти мужа, которого считал лучше себя. Жертвенность совершенно не свойственна Сэму Керну, но только не в отношении меня. Все эти годы он только и делал, что жертвовал. И мне нужно было много лет, чтобы понять это как взрослому человеку!

– Я тоже люблю тебя, Сэм Керн. Больше, чем ожидала и могла представить, – выдохнула я, но, прежде чем мужчина успел открыть рот, прикрыла его рот ладошкой. Нужно был прояснить нечто важное. – Но я не потерплю измен. И если ты еще раз выкинешь нечто подобное, как с Давидом, наши отношения закончатся в ту же секунду.

– О, поверь! Только у меня есть шанс жениться на тебе. Других быть не может, – многозначительно протянул Керн и выдохнул с таким облегчением, что и мне стало легче на душе.

Его губы вновь накрыли мои. И это был больше, чем просто поцелуй. Освобождение, облегчение, внутренняя победа… Запах моего мужчины сводил с ума! И я знала, что он не идеален. И любила его за это. Принимала таким, какой есть. Была уверена, что так будет всегда…

– Нам все же стоит вернуться к УЗИ, на которое ты записалась. Хотя я почти уверен, что доктор предложит тебе другой анализ. Слишком маленький срок… – нехотя пробормотал Керн. – Но затем сразу домой! Я очень скучал…

– Мне нужно привести себя в норму, подожди, – поцеловав Керна в щеку, я послала ему улыбку, но он все равно боялся отпускать. Этот страх в его глазах прочитал бы даже слепой. – Ты чего? Я только на пару минут в дамскую комнату…

И все-таки здравый смысл победил. Керн поставил меня на ноги, и я быстро выбежала из кабинета, показав бедному врачу кивком, что наша короткая «Санта-Барбара» подошла к концу. Внутри порхали бабочки, глупую улыбку спрятать не получалось, а затем я и вовсе поймала себя на мысли, что тихо напеваю какую-то мелодию.

Туалет в клинике находился в задней части здания. Достаточно далеко от того места, где располагались основные кабинеты. Рядом с женскими и мужскими комнатами располагались ординаторские, кладовые и прочие нерассчитанные на клиентов помещения.

Я лишь мельком глянула на таблички и готова была уже зайти в туалет, чтобы припудрить носик, как вдруг услышала тихий плач. В пустом коридоре он распространялся эхом, вызывая какой-то знакомый отклик в груди. Если человеку нужна помощь, я не буду той, кто пнет умирающего и пройдет мимо.

– Простите? – мою каблуки стучали по мраморному полу, когда я медленно подошла к каморке без надписи. – Кто тут? С вами все хорошо?

– Можете войти, – раздался робкий, отдаленно знакомый женский голос. Я толкнула дверь и увидела в полупустом помещении медсестру. Она сидела ко мне спиной, уткнувшись в ладони. – Заходите внутрь или идите по своим делам. Не хочу, чтобы врачи видели меня в таком состоянии.

Странное предчувствие говорило о том, что лучше бы мне вернуться в дамскую комнату. Но я приняла это чувство за трусость и сделала первый шаг вперед, достав из клатча пачку салфеток.

– Что бы ни случилось, это не конец света. Может, я могу чем-то помочь? Или… – я оборвала себя на полуслове, когда, оказавшись рядом с девушкой, смогла наконец разглядеть ее лицо. – А-Анджела? А что ты тут делаешь?..

– А ты как думаешь? – горько усмехнулась она, недобро посмотрев на мое аккуратное черное платье и свой старый больничный халат. – Выживаю. Сэм-то меня уволил.

На какое-то мгновение я замерла, переосмыслив слова Сэма. Он сказал, что Анджелы больше нет в его жизни. Но почему-то я решила, что речь идет о липовой беременности, а не о том, что он просто вышвырнул ее из своей жизни со своим ребенком. В последнее мне верилось с трудом, так что я недоверчиво протянула:

– Так ты все же беременна? – она лишь кивнула, а я задала новый вопрос. – И в чем же тогда проблема?

– Наверное, в том, что Сэм оказался не совсем идиотом и заставил сделать анализ на установление отцовства, – совсем без тени прежней робости выплюнула она, засмотревшись куда-то мне за спину и нежно прошептав: – Время, любимый. У нас его очень мало…

Я только успела обернуться и увидеть Давида. В черном маскирующем костюме, словно он скрывался. В эту же секунду тонкий жгут упал мне на шею, а Львов потянул так сильно, что я едва не упала.

В это мгновение вся жизнь пролетела перед глазами… И все проблемы вдруг показались мелочными. Я корила себя за то, что последние недели своей жизни провела без любимого мужчины, мало внимания уделяла бабушке. Но уже было поздно. Здесь и сейчас два сумасшедших человека решили лишить меня жизни, даже не пытаясь объяснить причину…

И тут в комнату попал луч света, как вспышка. Сперва залетел Керн и буквально вырубил Давида с одного удара, а затем и его служба охраны, которая схватила Анджелу и тут же куда-то уволокла.

– Зря ты сбежал тогда. Срок был бы меньше. А теперь я лично до своего последнего вздоха буду следить за тем, чтобы ты гнил в тюрьме с самыми отпетыми маньяками и психопатами! – клятвенно пообещал Керн Львову. – Беременную подружку можешь с собой забрать. Ей, видимо, без тебя совсем хреново…

С трудом охране удалось оттащить Сэма от и так потерявшего рассудок Львова. Мужчина подбежал ко мне, с каким-то ужасом осмотрев шею, где наверняка осталась красная полоса. Его глаза растеряно метались из стороны в сторону, а дыхание до сих пор было рваным. Будто он бежал так быстро, как только это было возможным.

– Боже, Мия… Малышка… – Керн притянул меня к себе, но прежде чем он что-то успел сказать или начать оправдываться, я прижала его к себе так крепко, как только было возможно.

– Я не хочу, чтобы ты оправдывался или извинялся… Я сама зашла в эту комнату, сама выбрала такой путь. Эти двое явно знали, как привлечь мое внимание! Но это неважно теперь… Важно, что именно тут я по-настоящему поняла, как сильно хочу выйти за тебя замуж, родить ребенка и жить долго и счастливо…

В руках мужчины я растворялась. И было неважно, что вокруг. Нас защищал непроницаемый кокон. Но внезапно Сэм разорвал нашу связь, залез во внутренний карман пиджака и, достав розовую коробочку, трепетно заглянул в глаза:

– Тогда самое время предложить тебе стать моей женой.

Вытянув кольцо, я засмотрелась на необычный розовый камень, а затем мой взгляд зацепился за гравировку: «Мое сердце всегда с тобой».

– Как давно ты сделал эту надпись? – тихо прошептала я, понимая, что не смогла бы отказать при всем желании. Он – мой человек. Весь. С потрохами.

– После ночи на яхте отца Романа. Даже если бы подарок не достиг адресата, это бы осталось правдой, – честно признался он, надев кольцо на мой палец. Село идеально. Хотя другого я и не ожидала.

И не было в наших отношениях ничего правильного. Мы не хотели что-то кому-то доказать, оправдаться, закалиться. Просто на большом острове из грязных, пустых и злых людей встретили друг друга и позволили себе остаться счастливыми. Счастливыми до одури, невозможности, потери рассудка… Навсегда!

Эксклюзив: бонус

За окном уже давным-давно взошло солнце. Но я могла только лениво пялиться через открытый балкон на спокойно «шуршащий» океан.

Уже шел четвёртый день нашего с Сэмом пребывания на Багамах… Кристально чистая вода, белоснежный пляж и всего пять вилл на целый остров. И могу с уверенностью сказать: полное отчуждение от реальности пошло обоим на пользу.

– Почему ты не спишь? – сонно прохрипел Керн и, приоткрыв всего один глаз, тут же подмял меня под бок и закинул на меня ногу. Словно помечая: «Мое».

– Десять часов. Пора вставать, – мой голос больше походил на довольное урчание, которое скрывать не было сил и желание. Так что поудобнее устроившись в объятьях мужчины, я порезалась, тут же ощутив пятой точкой, что Сэм так и не оделся. Как, собственно, и я. За все дни, проведенные на острове, на пляж мы вышли лишь один раз.

В ухо мне раздалось голодное урчание, затем мужские пальцы сжали мое бедро, придавив к себе максимально близко, наверняка давая почувствовать желание мужчины.

– Не дразни, – буркнул он и, тем не менее, второй рукой сжал грудь, прокрутив в пальцах сосок. Из губ вырвался стон, означающий полную капитуляцию.

– И не думала… Ты хотел спать? Так спи, – прикусив губу, чтобы не рассмеяться, я сделала вид, что вновь собираюсь засыпать, но «напоследок» прошлась ягодицами по всей длине мужского достоинства. Несколько раз.

– Знаешь, такими темпами ты сбежишь от меня через год, – прошептал Керн в ухо, когда его пальцы медленно раздвинули мои складочки между ног. Один из них коснулся разбухшей горошины, и я вздрогнула, едва не достигнув пика в то же мгновение. Движения ускорялись, становились все более напористыми, а я откинулась назад, растворяясь в ощущениях.

– Почему же это? – тихо прошептала я, лишь бы не лишь на мгновение отвлечься от происходящего, оттянуть момент. И, наверное, доказать Керну, что он не так властен надо мной, как думает. Хотя… Кого я обманываю? Этот мужчина играл на мне, как умелый гитарист.

– Я хочу тебя постоянно. Не могу даже из виду упустить. Когда-нибудь я затрахаю тебя до смерти, маленькая, – хрипло, сбивчиво, нечетко говорил он в ухо, пока я продолжала безмолвно просить о большем. Его пальцы скользнули вниз, и я услышала, как он задохнулся, а дыхание его стало нервным, сердцебиение до невозможности быстрым. – Черт, ты такая мокрая!

Одно легкое движение – и Сэм Керн оказался во мне. Буквально упираясь до упора, становясь одним целым. Мы оба замерли, пытаясь насладиться мгновением, а после медленно, нежно и осторожно мужчина продолжал вгонять меня в личное безумие. Окситоцин разливался по венам, заставляя буквально дрожать. Каждое прикосновение, толчок слово отзывались во мне судорогой наслаждения, подводя к грани, за которой падение на самое дно экстаза.

– Может, и сбегу… – зачем-то ляпнула я, будучи наполовину в бессознательном состоянии.

На мгновение Сэм замер, потом быстро вышел из меня, но только для того, чтобы положить на спину, закинуть мои ноги себе на плечи и войти более резко, жестко, нетерпеливо. Я могла видеть глаза мужчины, которого любила, растворяться в них, болеть ими…

– Скажи, что никогда этого не сделаешь! – рыкнул он на меня, требовательно и повелительно. – Ну же! Мия, поклянись!

– Сэм… – умоляюще простонала я, извиваясь в его руках. Не было больше мыслей в голове и желания что-то обещать. – Прошу тебя…

Толчок, толчок, еще толчок – и мир вокруг исчез. Вогнав ногти в многострадальную шею моего мужчины, я заглушила стон поцелуем. Извиваясь в судорогах и оргазме, почувствовала, как тело Керна напряглось, а затем он бурно кончил, сжав мои бедра так, что точно останутся отметины.

– Я люблю тебя, Мия… – выдохнул он, делая последний маневр бедрами. Мы лежали так несколько долгих минут, пока я вдруг не ощутила, что мужчина странно напряжен. Он не выглядел настроенным, никак не выдавал свое настроение. Это просто ощущалось на энергетическом уровне.

Скользнув по шелковым простыням вниз, оказалась лицом к лицу с Сэмом. Теперь я обожала его вид после секса. Такой расслабленный, умиротворенный, домашний. И весь мой.

– Что не так? Это все шутки, никуда я не собираюсь от тебя уходить. – не удержавшись, осторожно чмокнула Керна в губы, но мужчина тут же углубил поцелуй, делая его с каждой минутой все жарче и жарче. Тело снова отозвалось, поддалось, готово было принять его здесь и сейчас.

– Сам знаю, что не уйдешь, потому что не отпущу, – почему-то недовольно буркнул он, приподнял меня за талию и снова вошел. По телу прошел странный трепет, попеременный с мурашками, заставляющий сжать лицо мужчины в ладонях и тихо простонать, глядя в глаза:

– За это я тебя и люблю, Сэм Керн!

И только после этих слов мужчина расслабился. Словно облегченно выдохнул, возвращаясь на волну спокойствия, умиротворения и желания. Но теперь напряглась я. Неужели мне нужно повторять это каждую секунду, чтобы он не сомневался?!

* * *

После обеда я таки уговорила выбраться мужчину из номера. Пообедать в местном ресторане, а не как обычно – в постели. Пока мы шли от виллы к главному корпусу, мужчина решил связаться со столицей и решить пару рабочих моментов. Я была не против, ведь хозяин крупной корпорации априори не должен так надолго выпадать из ритма жизни.

– Девушка, постойте, – окрикнул меня один местный житель, заставив остановиться и обернуться. Молодой таец, лет двадцати, с голым накачанным торсом и шикарной белоснежной улыбкой протягивал голубой платок, который незаметно спал с шеи во время прогулки. – Позволите?

Он хотел повязать его мне на шею своими руками. Наверняка с целью получения дополнительных чаевых. А я настолько растерялась, что ничего не ответила и просто пожала плечами.

Только вот не успел паренек протянуть руки, как откуда ни возьмись появился Сэм. Он просто выдернул платок из рук мужчины и, смерив его уничтожающим взглядом, схватил меня за руку и потащил вперед.

– Что ты творишь? – задохнувшись от возмущения, я кинула прощальный взгляд на ошалевшего тайца, который продолжал бросать опасливые взгляды на Керна. Напугал он парня здорово!

– Это ты что творишь, а? – грубо выплюнул он, затем резко крутнул меня так, чтобы мы оказались лицом к лицу. Керн буквально задыхался от злости и совсем не понимал, что несет, когда сжал меня так крепко, что чуть кости не захрустели. – Думала, будешь строить глазки всем подряд, а я просто сделаю вид, что все нормально?!

– Никому я ничего не строила! И вообще, что за дурная привычка все решать за меня?! – не знаю, какая муха меня укусила. Но поступок Керна почему-то сильно задел. Он не верил, что я люблю его, и все еще не доверял.

– Что именно я решаю за тебя, маленькая? – сощурив глаза, наиграно ласково отчеканил Сэм, будто змей-искуситель. – Если ты о других мужчинах – да. Спать с другими я тебе не дам.

– Все решаешь! – задумавшись, я выпалила первое, что пришло в голову. То, что стеснялась сказать все время, боясь задеть чувства мужчины. Но сейчас тормоза отказали, так что была ни была. – Хотя бы то, что с момента приезда на Багамы ты не используешь презервативы. Будто так и надо. А учитывая, что мы только и делаем, что занимаемся сексом – это чревато последствиями.

– Ты была у гинеколога, Мия. У нас будет ребенок, – словно маленькому ребенку пояснил он. – Нам они больше не нужны.

– Да, я была там, но точного ответа мне никто не сказал. Результаты анализов будут только на следующей неделе. Тогда же я смогу посетить и УЗИ. Но сейчас еще ничего неизвестно. Ты все решил! – вырвавшись из объятий мужчины, я пошла вперед сама, не дожидаясь Керна. Нужно было как-то успокоиться, прийти в себя, вернуться к здравым размышлениям.

Сэм догнал меня тут же и взял за руку. Он не пытался что-то говорить или спорить, так что дошли до главного корпуса мы в гробовой тишине, от которой звенело в ушах.

– Подожди минутку, я все устрою, – шепнул мене на ухо мужчина и, оставив в лаундж-зоне, скрылся в ресторане. Наверняка с целью забронировать лучший столик.

А я все продолжала смотреть вслед мужчине, пытаясь сбросить себя осадок от беседы. Откуда столько недоверия и желания посадить меня на цепь?

– Мужчины порой ведут себя как дети. Они могут обижаться на глупости, нервничать по пустякам, быть суетливыми и нетерпеливыми, но есть одна неизлечимая болезнь – ревность, – философски протянул пожилая женщина, каким-то образом оказавшись рядом со мной. У нее были светлые волосы, точеная внешность и не по годам подтянутая фигура. – Суть в том, что в таком возрасте она не из-за недоверия. Это просто некое состояние душей, от которого не уйти. Говорю тебе как человек, который прошел через это и не выдержал.

– Вы ушли от мужа? – зачем-то спросила я, поздно осознав, что спрашивать такое у посторонних людей чертовски неприлично и даже нагло. Но женщина продолжала улыбаться, будто я ничего лишнего и не сказала.

– Ушла. Точнее отпустила его к другой. Так мне стало легче жить, – она взмахнула рукой вверх, демонстрируя этим, что не хочет, чтобы ее перебивали, и отчеканила: – Так что советую тебе бежать, пока есть возможность. Если ты не готова понимать и принимать ревность, когда-нибудь она тебя задушит.

Слова пожилой женщины казались странными. Откуда вообще взялся этот человек и как узнал о моей проблеме? Я дернулась вперед, собираясь найти Сэма самой.

– Простите, мне пора… – только вот женщина одернула меня за руку, заставляя задержаться:

– Могу тебе помочь. Сегодня вечером жду тебя на пирсе. Помогу вернуться домой. Пока твой мужчина узнает о побеге, ты уже сменишь место жительства. Деньгами я тоже помогу.

– С чего такая щедрость? – ошарашено пробормотала я, не понимая, что за чертовщина вообще происходит.

– Я старая женщина в преклонном возрасте. У меня есть много денег и шанс помочь подруге по несчастью. Так почему же этого не сделать? Будет нашей маленькой тайной. Жду тебя в девять вечера! – она весело подмигнула мне и отпустила, дескать, иди.

– Мия? – я обернулась на голос Сэма, а он через пару секунд вышел из-за занавесок ресторана. – Идем? Я нашел прекрасный столик с видом на океан!

Обернувшись, я не увидела никакой старушки. Женщина будто растворилась. Точно магия!

За обедом Керн развлекал меня разговорами о всякой всячине. Он делал вид, что ничего не произошло, а я не могла отделаться от странного послевкусия после разговора с женщиной. Кто она такая? Почему подошла именно ко мне? Особенно задели ее слова про ревность… Быть может, женщина права – и Керн ведет себя так не потому, что не доверяет, а потому, что по-другому не может? Но даже если так, люблю ли я его настолько сильно, чтобы принимать его таким, какой он есть?

– …Вечером нужно будет уйти на пару часов. Ты не будешь скучать одна на вилле? – выхватила я из разговора, уставившись на Керна. Куда это он собрался на закрытом острове?! – Нужно провести важные переговоры. Я уже арендовал конференц-зал в главном здании отеля.

Я не стала спрашивать, зачем арендовать помещение, если у нас трёхэтажная вилла. Не хотела повторять необоснованную ревность Сэма, а хотела показать ему, что такое настоящее доверие. Но внутри меня бушевала буря, тайфун, вулкан. Доверяла ли я мужчине? На все сто! И все равно боялась так, что голова кружилась от страха за наши отношения.

– Может быть, и вправду скучно… Может, дома поработаешь? – как бы невзначай протянула, попивая гранатовый сок. Последнюю неделю я пила его чаще, чем воду.

– Вряд ли выйдет. К тому же ты сможешь отдохнуть от меня, – Керн многозначительно поднял горячий взгляд, улыбнувшись лишь краешками губ. От воспоминаний об утреннем сексе тело покрылось мурашками, а внизу живота завязался тугой узел. – Но ненадолго…

Внезапно к нам подошла официантка, чтобы забрать пустые тарелки. Я видела, как она посмотрела на Сэма, а тот в свою очередь послал ей теплую улыбку. Меня будто переклинило в тот момент! Хотелось вылить любимый сок прямо в глубокий вырез брюнетки и отпустить Керну пощечину.

И между тем, где-то краем сознания я понимала, что это пустяк. Мелочь. Обычная вежливость. Но что-то животное внутри меня противилось этому. Я не хотела, чтобы Керн уходил вечером, не представляя, как мы будем жить в большом городе после Багам.

– С тобой все нормально? – удивленно поинтересовался Керн, заставляя меня перестать враждебно смотреть вслед официантке. Мысленно я давно уже сбросила ее с обрыва, предварительно расчленив.

– Все прекрасно, Сэм! – слишком резко отчеканила я, но Керн никак это не прокомментировал. Лишь странно улыбнулся.

Домой мы шли, держась за руки, но в тишине. Каждый размышлял о своем. Слава богу, было о чем подумать.

– Хочу позвонить бабушке по скайпу, пока тебя не будет, – уже в доме зачем-то сказала я Керну.

– Она ведь впервые за долгое время к дочке поехала… Дай ей время. Бабушка сама тебе позвонит, – обняв меня со спины, мужчина осторожно чмокнул меня в шею. И было в этом столько нежности у уюта, что хотелось стоять так вечно. Лишь бы Сэм никуда не уходил. – Пойдем лучше на пляж.

До вечера мы провалялись на пляже, словно нет в мире других проблем. И их вправду не было, пока Он был рядом.

* * *

– Тебе точно нужно уходить? – нехотя пробормотала я, мешая Сэму собираться. – Ну ее, эту работу.

– Это говорит мне человек, который для отдыха читает кодекс, – усмехнулся Керн, а затем все-таки повернулся ко мне, позволяя запрыгнуть на него, словно обезьяне. Перед глазами так и стояла та грудастая официанта… Но стоило мужчине схватить меня за нижнюю часть спины и вскружить голову протяжным поцелуем, все мысли из головы смыло под чистую. Сэм устало выдохнул и одернул себя. – Маленькая, я так никуда не уйду. Так нельзя.

– Тебе все можно, – хрипло прошептала я на ухо, а затем укусила его за мочку. – Может, останешься и…

И нет, он не остался. Впервые не поддался на уговоры, а просто поставил меня на ноги и ушел, так быстро, как только мог. Наверное, чтобы не сорваться и не изменить планы.

Я стояла и смотрела вслед мужчине, вспоминая, когда стала так зависима от него. Казалось, не услышь голоса Сэм день, не вдохни его запах, не коснись… Сойду с ума!

Мне было не у кого спросить: нормально ли это? Пройдет ли такая одержимость со временем, перестану ли я желать мужчину так сильно? Бабушка в гостях у дочери, а я просто варилась в котле эмоций.

И тогда в голову пришло предложение женщины из ресторана. А что, если лучший выход бежать, чтобы не потерять себя? Чтобы не утонуть во взаимной ревности, не растворится в желании другого человека?..

Хотела ли я ребенка от Сэма? Больше жизни. Это бы сделала нас семьей в полном понимании этого слова. Ругалась, конечно, для галочки, но если бы на самом деле не хотела забеременеть – никогда бы не пошла на незащищенный секс.

– Вот и все, – тихо резюмировала я, подведя к итогу внутренние параметры.

Я любила Сэма Керна достаточно, чтобы смириться с его недостатками. Так же, как он закрывал глаза на мои. Мы не идеальны. И ревность не повод бежать, а собственнические повадки не причина скрываться. Встречи, договора, командировки – я всегда буду рядом. Понимать, поддерживать, участвовать. Уверена, Сэм такого же мнения. А все остальное совершенно не важно!

Стоило прийти к окончательному мнению, как в дверь кто-то постучал. Я было решила, что это Сэм. Забыл что-то или вернулся, поэтому открыла не думая. На пороге стояла та самая женщина, все так же мило улыбаясь.

– Снова здравствуйте! – выдохнув, я выпалила, не став оттягивать разговор: – Знаете, ваше предложение о побеге кажется мне абсурдным. Я вынуждена отказаться. И если речь пойдет о нем, то разговор стоит закончить здесь и сейчас.

– Почему? Я готова дать вам миллион долларов! Вы сможете жить где угодно совершенно безбедно, – наиграно удивилась она, хотя почему-то мне казалось, что отказу старушка обрадовалась.

– Теперь это звучит еще и оскорбительно. Люди иногда ругаться, не понимают друг друга и злятся. Но это не повод бежать, – отчеканила я, а затем отступила, приглашая женщину внутрь. – Может, выпьем чаю? Но с условием, что ни о каких побегах и деньгах речи быть не может.

– Даю слово! – вскинув руки, пообещала женщина.

Мы пили чай с мятой, много смеялись. Оказалось, что женщина была совсем не проста. Всю молодость работала балериной, а затем сын открыл ей сеть салонов красоты в Америке, которыми она управляет.

– Мне пора, Мия! – засобиралась она в девять вечера. – Было очень приято познакомиться!

– И мне, Клара. Заходите на чай. Думаю, Сэму будет приятно с вами познакомиться! – проводив женщину до дверей, я увидела, как она закатила глаза и утробно рассмеялась, пробормотав что-то вроде: «Даже не сомневаюсь!»

Оставшись в доме в одиночестве, я снова ощутила тоску по Сэму. Не хотелось звонить ему и тревожить, так что просто поднялась на второй этаж, решив повалятся на постели с любимой книгой до его прихода. Но и тут меня ждал сюрприз. Большая голубая коробка с карточкой: «Для тебя, любимая».

* * *

По белому теплому песку были разбросаны алые лепестки роз, изображавшие дорожку. Я вышагивала по ним голыми ступнями в шикарном белом платье, больше напоминающем тунику. На голове был венок из красных роз, а фата волочилась за мной по дорожке…

Но все это было не так важно. Там, около цветочной арки, прямо рядом со священником, стоял Он. Мой мужчина. Тот, кто подарил мне этот праздник. Голубая коробка со свадебным платьем и простые, но такие важные слова: «Выйдешь за меня?»

– Мы вроде как женаты… – не в силах сдержать улыбку пробормотала я, как только подошла. Это было так волнительно. Настоящая свадьба, белое платье и жених в тон наряду! – А ты вроде как ушел на переговоры!

– Это был сюрприз, – косо усмехнувшись, выпалил мужчина, а затем, плюнув на условности, притянул меня к себе и, поцеловав, прошептал на ухо: – А ты почти его сорвала!

– Сынок, – окрикнул нас очень знакомый голос, затем громко покашляв. – Ты так и свадьбу сорвешь! Жениться-то будете, нет?!

Обернувшись, я впервые заметила, что мы тут не одни. Две женщины сидели на специальных креслах. Моя бабушка и… та самая женщина, предлагавшая мне сбежать за деньги. Клара.

Сэм представил меня свой маме, и мы обе предпочли сделать вид, что не знакомы. К чему портить праздник? Общий язык мы уже нашли, а разбираться в целях такого «радушного» предложения не хотелось. Бабушку, которая должна была сейчас гостить у дочери, я была рада видеть сильнее, чем ожидала. Хоть и родной она мне не была, но именно ее я хотела видеть, когда говорила мужу «да» у алтаря.

И не важно где. Дома или на Багамах… В ту секунду, когда я услышала уверенное «да» из уст Сэма Керна, все остальное отошло на задний план. Брак стал реальный, а проблемы бутафорными.

Вечером я сидела у камина с любимым мужчиной. Уставшая после семейного праздника, я скрутилась калачиком на его руках, готовая заснуть в любой момент. Как вдруг услышала тихий шёпот:

– Прости, что не спросил тебя… Анализы и вправду уже давно пришли. Я просто оттягивал момент. Не хотел, чтобы ты замуж за меня только из-за ребенка вышла, – тяжело сглотнув, мужчина набрал полные легкие воздуха, наверняка не зная, какой будет моя реакция. – Ты беременна, Мия.

* * *

Для обложки использовано фото с сайта Shutterstock, автор Conrado.

Content

Бушар Сандра Чёрт из табакерки [publisher: SelfPub]

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Эксклюзив: бонус