Коллектив авторов

Шлем Александра. История о Невской битве

В антикварной лавке Архонта Дюваля

Это лето во французском городке выдалось особенно жарким. Солнце светило нещадно, и уже несколько недель не было ни малейшего намека на дождь и прохладу. На улицах можно было встретить разве что разморенных зноем туристов, которые передвигались от тени к тени, обмахиваясь путеводителями и вздыхая. Местные жители предпочитали сидеть по домам, включив на полную мощность вентиляторы, и неспешно потягивать напитки со льдом. Андре и Эллен, конечно, были в их числе. Они уже неделю безвылазно сидели в подвале антикварной лавки своего дяди Архонта Дюваля, перебирали старье и обсуждали жару.

— Ты знаешь, Андре, у этой жарищи все-таки есть один плюс: дядя Архонт наконец-то позволил нам покопаться в этих вещах, — сказала Эллен и смахнула толстый слой пыли с одной из многочисленных коробок, стоящих повсюду. — Мне все время кажется, что здесь скрыты какие-то тайны. Ведь даже сам Архонт уже не помнит, что тут лежит. Ездит по миру, собирает все подряд на антикварных рынках, а потом приедет домой, отвлечется на какую-нибудь суперважную загадку… и все! Нераспакованные коробки так и переезжают сюда, в подвал, ну или на чердак, куда уж придется.

— Представляешь, я вчера нашел целый ящик с подписью «Наполеон». Знаешь, что в нем было? Два килограмма ржавых пуговиц! Зачем он их привез?

— Пуговицы Наполеона? — засмеялась Эллен. — Зачем Наполеону было столько пуговиц?

— Вот уж не знаю… И вообще, что это за костюм мог быть такой, с таким количеством пуговиц?

— А я вчера нашла очень красивые сережки с маленькими зелеными камушками, смотри, — Эллен взяла со стола небольшую коробочку и открыла ее. — Они валялись в корзинке с игрушками. Как ты думаешь, они ценные?

— Спроси Архонта, — Андре покрутил в руке крошечную сережку. — Да, красивые.

За этим неторопливым занятием прошло еще несколько часов. Ребята открывали коробки, рассматривали содержимое, хихикали, удивлялись и весело обсуждали находки.

— Так-так, а в шкафу у нас что? — Андре открыл скрипучие дверцы старого шкафа из орехового дерева и посветил фонариком внутрь.

На вешалках висели старинные платья и мундиры, а внизу в беспорядке валялись чемоданы и картонные коробки.

— Тут, наверное, красивые старинные шляпки, — Эллен, как и все девочки, очень любила всякие украшения и наряды. — Дайка я гляну.

Она залезла в самую глубину шкафа и вытащила ветхую коробку с самого низа.

— Вот эта тут уже лет сто лежит, точно… Что тут, что тут? Ого!

— И что там? — спросил мальчик.

— Всем шляпкам шляпка, — весело ответила сестра, быстро надела что-то себе на голову и повернулась к Андре.

На голове у нее красовался старый железный шлем, полуразрушенный, с висящими по бокам кусками кольчуги. У нее был такой воинственный и нелепый вид, что брат не удержался от смеха:

— Хоть сейчас на бал!

— Ага, только танцевать тяжеловато, под весом голова клонится, а так все кавалеры мои! — подмигнула ему Эллен, потом аккуратно сняла шлем и принялась его разглядывать: — Смотри, а тут бирка какая-то внутри, но очень старая, пожелтевшая, и буквы поплыли… Ты можешь понять, что тут написано? Алеса… Алекс… Нов… Нев… Нет, не могу разобрать.

— Закорючки какие-то. Архонт, наверное, очень спешил, когда его подписывал. И тут еще пять, нет, даже шесть восклицательных знаков.

— А давай спросим у него, что это за шлем? Вдруг это какая-то важная находка?

Архонт — их дядя, всемирно-известный историк и владелец этой самой лавки — удивленно крутил в руках старый шлем.

— Вот это да!.. Где же вы его нашли? — Он ошарашенно оглядел племянников: — Я так долго его искал и все думал, ну куда же я его положил. Но это так давно было, лет десять назад. В подвале в шкафу говорите? Ну и ну-у-у… Как он туда попал?

Ребята с улыбкой переглянулись. Такая забывчивость и рассеянность были очень свойственны археологу. Наверное, слишком много в его голове было важной и интересной информации, чтобы еще и помнить, что и куда он запихивал.

— Этот шлем привезла одна старушка, русская эмигрантка. Она, представляете, уверяла меня, что это шлем самого Александра Невского. Очень просила отвезти его в Россию и передать в музей! Но я тогда был занят загадкой Ордена тамплиеров, мотался между Парижем и Марселем и не смог сразу проверить подлинность шлема. А потом он куда-то исчез. А ведь действительно надо проверить… И отвезти, хоть и столько времени прошло, а то неловко как-то вышло, — историк торопливо почесал затылок, совершенно всклокочив и так не очень-то причесанные волосы.

— А кто это такой — Александр… Как, ты сказал, его фамилия? — спросил Андре.

— Невский! — ответил дядя. — Но это не фамилия, это как бы… его прозвище, которое ему дали после… Вообще, тут целая история, так сразу и не объяснишь.

Племянники переглянулись: ну наконец-то, наконец новая история!

— Архонт, расскажи, пожалуйста… — попросила дядю Эллен. Она за версту чуяла интересное, и глаза ее уже горели от предвкушения. — Я принесу лимонад со льдом и подушки!

— Ну хорошо, уговорили, — улыбнулся археолог и, когда все устроились поудобнее на полу, начал: — Итак! Это история о великом князе Александре Ярославиче Невском.

— Давным-давно, много веков назад произошли эти события. Шел 1240 год. Очень неспокойно было на Руси. Огромное войско татаро-монголов захватило и разорило большую часть страны. Город за городом сдавался под власть монгольского государства — Золотой Орды. Всадники налетали черной тучей, жгли города, уничтожали все, что видели. Те, кому удавалось спастись во время жестоких набегов, платили дань кочевникам. Чиновники монгольского хана чувствовали себя как дома, отбирая последние гроши у населения. Только север страны еще был свободен от ига, от рабства. Это были земли Пскова и Новгорода.

Княжил в вольном граде Новгороде молодой князь Александр Ярославич. А фамилия у него была Рюрикович. Был он из древнего княжеского рода, правящего на Руси. Хотя князю не исполнилось еще и двадцати лет, слава о нем шла как о смелом, мудром и решительном правителе.

— Мудрый правитель в двадцать лет? — не поверил Андре и перевернулся на другой бок, поджав под себя сразу две подушки: — Как это?

— Ну, в те времена уже в четыре года сыновья князя принимали княжеский постриг. И дело не только в том, что им в первый раз стригли волосы. Они получали свое первое оружие и после этого уже навсегда переезжали в мужскую часть дома. Тогда дома делились на мужскую и женскую части. В женской жили женщины и совсем маленькие дети, а в мужской — мужчины, воины. Так в четыре года мальчик становился мужчиной. И вместе с отцом, братьями участвовал в собраниях, охотах и пирах, учился вести переговоры, сражаться.

— Сражаться в четыре года? — удивилась Эллен. — Вот это да!

— Ну, в четыре, конечно, на войну его никто не брал, но вот в тринадцать лет он уже участвовал в одной битве наравне со взрослыми воинами. Это была битва с рыцарями Ордена меченосцев. Александр бился вместе с отцом, а заодно и учился у него военному делу. Это было грандиозное сражение, очень долгое. В итоге Александру и его отцу удалось вымотать противника и разбить вражеское войско. Была весна. Рыцари бросились бежать и отступили на лед реки. Но они не подумали о том, что их доспехи весили больше 70 килограммов, а они ведь еще были на конях. Подтаявший лед не выдержал и треснул, рыцари стали проваливаться в воду и тонуть. Разгром был полный! Так Александр познакомился с тактикой ведения боя и получил опыт сражения и опыт победы. Это очень пригодилось ему потом.

В 16 лет Александр уже самостоятельно княжил в Новгороде. А Новгород был ох каким непростым городом. Он тогда считался одним из самых крупных и богатых во всей Европе. Торговый город, здесь был один из главных центров торгового пути, который назывался «Из варяг в греки».

— Чего-чего? — удивилась странному названию Эллен.

— Из варяг в греки. Варягами называли тогда народы севера, а греки — ну, это, конечно же, жители Греции. Назвали этот водный торговый путь так, потому что он шел от Балтийского моря через Европу в Византию, с севера на юг.

Так вот, купцы Новгорода были богатейшими людьми того времени, да и простой народ жил там очень неплохо. Деревянные мостовые, прочные дома из толстых бревен, красивейшие белоснежные соборы. Новгородцы в основном были грамотными, почти все умели читать и писать. Всего было вдоволь. Но славился город свободой. Все решения жители принимали на общем собрании, которое называлось Вече. На площади города собирались главы семей, обсуждались важные вопросы и большинство присутствующих решало, как поступить. Даже знатные бояре и купцы слушали мнение простого народа и поступали так, как решат все. От князя требовалось много терпения и мудрости, чтобы свободолюбивые жители оставили его, не прогнали из города.

— А они могли вот так его прогнать, князя? — переспросил племянник.

— Ну да, если такое решение было бы принято большинством на народном собрании, — кивнул Архонт. — Да, сказать честно, новгородцы частенько это делали. И Александра то прогоняли, то снова просили помочь им… Такие вот они были. Очень боялись, что он станет слишком сильным и они лишатся своей вольной жизни.

Но вернемся к тем событиям. Конечно же, такие богатые земли все очень хотели захватить. И вот в июле 1240 года в устье Невы вошли корабли. Что это были за корабли и что же им было нужно?

Двумя годами ранее в одном шведском замке произошло вот что. За большим тяжелым деревянным столом сидели мужчины. Одни были в знатной одежде, украшенной дорогими камнями, другие— в рыцарских кольчугах и белых одеждах с черными крестами. Были среди них и священники. При свете свечей шел неспешный разговор. Могущественные люди собрались в этот июньский вечер: датский король, магистр рыцарского ордена, знатные шведские рыцари, католические епископы.

— Русь сейчас очень слаба из-за монгольского нашествия, — тихо начал самый старший, бородач в плаще тевтонского рыцаря, — они не окажут сильного сопротивления. У нас огромная армия, корабли. Мы поплывем на ста кораблях, у нас около пяти тысяч воинов, оружие, доспехи. А в Новгороде совсем молодой князь, мальчишка. Победа нам обеспечена, Ваше Величество, — склонив голову, обратился он к важному мужчине, сидящему во главе стола.

— Вы уверены, что не недооцениваете этого мальчишку? — прервал его один из священников. — Говорят, он участвовал уже во многих битвах и пока еще никому не проигрывал.

— Да это же просто смешно! — прогремел басом его сосед, рыжеволосый мужчина со шрамами на лице, и стукнул по столу кулаком. — Опасаться какого-то двадцатилетнего мальчика. Он и армию-то не успеет собрать, как мы уже захватим Новгород и посадим на престол нашего князя.

— Кхе-кхе, — тихонько кашлянул маленький старичок в рясе священника, — но не забывайте о наказе Папы. Жители, эти варвары, должны все принять католичество, присоединиться к римской вере.

— Не волнуйтесь, епископ, вы и ваши служители обязательно поплывете с нами и сами обо всем позаботитесь на месте, — успокоил его бородач. — Мы все очень рассчитываем на благословение Папы в нашем походе.

— Ну мое благословение вы уже имеете, — царственно кивнул главный за столом. Это был датский король.

Так произошел сговор о походе на русские земли. И шведским рыцарям, и датчанам, и Папе римскому в Ватикане не терпелось подчинить себе земли Новгорода, пограбить хорошенько и заставить людей платить дань. Они нисколько не сомневались в своей скорой победе.

Границы Новгородских земель охранялись морскими сторожами. В ту ночь на берегу дремал на посту сторож, старец Пелгусий. Стояла тишина, лишь утки в камышах покрякивали спросонок, да ухала сова в лесу неподалеку. С первым лучом рассветного солнца старец приоткрыл глаз, присел, зевнул и потянулся. И тут вдали что-то привлекло его внимание. Сквозь утренний туман по реке шли корабли. Завитые деревянные фигуры с драконьими и змеиными носами, один за одним, без числа. На кораблях в тишине стояли рыцари. Их темные шлемы с прорезями для глаз поблёскивали на утреннем солнце, и только время от времени слышались легкие всплески весел.

Пелгусий вначале решил, что еще спит и видит какой-то удивительный сон — очень уж необычным было зрелище. Он со всей силы ущипнул себя за руку и, ойкнув от боли, тотчас же отправил гонца доложить обо всем Александру. Молодой князь понял, что ждать подмоги от отца нельзя — нет времени. Единственный шанс победить такое огромное войско — это действовать быстро и неожиданно. Тогда он собрал свою дружину и двор у главного собора города.

Александр сидел на коне, в доспехах и смотрел на воинов, стоящих на площади. За его спиной были белоснежные стены собора, купола сверкали на солнце. Был прекрасный теплый летний день. Здесь, в тишине и спокойствии, не верилось, что враг подошел так близко. Князь оглядел выстроившихся перед ним дружинников, вооруженных кто чем. Некоторые были во всеоружии, но у некоторых в руках были лишь топоры и вилы. «Да, мало людей, мало. Тяжело нам будет победить шведов. Но ведь правда на нашей стороне», — подумал князь и заговорил:

— Братья! Не в силе Бог, а в правде! Не убоимся множества ратных, яко с нами Бог!

Голос его разнесся по площади, воины в полной тишине слушали князя. Так сильно и уверенно он сказал, что эти слова проникли в их сердца и они поверили, что победа будет на их стороне.

После этого новгородское войско двинулось к месту, где река Ижора впадает в Неву. Именно там шведы раскинули свои шатры. Корабли стояли чуть поодаль у берега. Рыцари сняли доспехи и расслабились. Слуги готовили ужин, кони мирно жевали траву, воины отдыхали. Александр подошел вплотную к лагерю противника и засел в лесу. Там он дождался прихода ночи. Когда совсем стемнело, он и его воины тщательно осмотрели местность и расположение врага. Они увидели, что лагерь почти совсем не охраняется, на посту стоят всего пара человек, да и те ну никак не могли предположить, что в кустах в ста метрах от них сидит князь Александр и готовит нападение. Но это было именно так.

Ночью к князю подошел тот самый сторож, старец Пелгусий, и рассказал ему свой сон.

Приснилось старику, что по реке в тишине плывет ладья и стоят в той ладье два князя — Борис и Глеб. И говорит один князь другому: «Поможем мы князю Александру победить». А дело в том, что Борис и Глеб были не живыми помощниками, а небесными, святыми. Поэтому Пелгусий решил, что такой сон — очень хороший знак. Конечно же, это были отличные новости, но Александр попросил его никому не говорить об этом, чтобы воины не обрадовались раньше времени и не расслабились, ведь враг был очень силен.

Александр собрал предводителей отрядов, знатных новгородцев. Все уселись на поляне в темноте. Они не стали разводить костер, чтобы никак не выдать себя, ведь в нескольких сотнях метров от них находились тевтонские рыцари. Князь говорил тихо, но в полной тишине верные воины ловили каждое его слово:

— Мы разделим войско на три части, — начал он планировать нападение, рисуя сучком на земле схему местности. Окружавшие его бородатые воины внимательно слушали, стараясь не пропустить ни слова, ведь от этого зависела их победа. — Ты, Сбыслав Янукович, возглавишь первую часть войска. Вы пойдете вдоль берега реки и по нашему сигналу ударите в центр лагеря. Одновременно с вами конница во главе со мной нападет на шатры из леса. Гаврило Олексич, ты отвечаешь за третью часть войска. И задача будет сложная. Ваш отряд пойдет к реке, чтобы потопить как можно больше кораблей. Ну и в засаде в лесу будет находиться отряд лучников, он преградит рыцарям путь к бегству. Ну, с Богом!

С первыми лучами утреннего солнца 15 июня новгородцы напали. Александр обрушился стремительно. Шведы даже не успели одеться и сесть на коней. Они выбегали из шатров сонные, не понимая, что происходит и кто их атакует. Пока они собирались и одевались, новгородцы как вихрь пронеслись по лагерю, уничтожая противника. Лучники из леса метали огненные стрелы, шатры и корабли начали гореть. Отряд воинов уже захватывал и топил корабли, на которые в спешке пытались залезть некоторые шведские рыцари, шел бой. Сверкали мечи и топоры, ведь некоторые воины были вооружены только ими. Верный слуга Александра Ратмир бился сразу с несколькими противниками. Копье самого князя разило наповал соперников. В самый разгар битвы один из молодых воинов прорвался к главному шатру шведов, на золотом острие которого висел флаг. Со всего маху воин ударил по опорному столбу, и шатер с треском завалился на землю, а с ним на земле оказался и флаг.

Александр верхом помчался в самую гущу вражеского войска и заметил, что рыцарь Биргер, командующий войском противника, несется на него во весь опор, выставив вперед копье. Князь развернул коня и помчался ему навстречу. Зазвенело железо, воины столкнулись. Копье новгородского князя попало в голову противника. Биргер зашатался и упал с коня, его разбитый шлем свалился рядом с ним. Сразу же несколько рыцарей бросились к своему предводителю, чтобы поднять его с земли. А Александр уже рубился с двумя другими воинами в другом конце поля.

До самого вечера длилось сражение. К ночи шведы поняли, что проиграли, и бросились бежать. Они погрузили на корабли остатки армии и в спешке отплыли. Шведы и датчане возвращались домой, до сих пор не веря, что молодой князь, совсем еще мальчишка, смог так яростно победить их. В результате сражения русские потеряли всего несколько десятков человек, рыцари же были полностью разбиты.

А Александра после этой битвы стали называть Невским — в память об этой победе на реке Неве.

Архонт договорил и внимательно посмотрел на племянников, которые лежали на полу притихшие и увлеченные рассказом. Лимонад так и остался недопитый в стаканах и лед совсем растаял.

— Арх, я как будто только что сам побывал на этой реке Неве, — выдохнул Андре. — А Александр не бросился догонять рыцарей?

— Нет, — ответил археолог. — Он решил отпустить остатки вражеской армии с миром, а сам вернулся в Новгород с победой.

— Как, наверное, там все были рады! — предположила Эллен. — Наверняка прыгали от счастья?

— Да, конечно, жители Новгорода были очень рады такому чудесному избавлению от угрозы. Но, как я уже говорил, характер у них был не очень покладистый. Вскоре они снова стали строить козни и отправили Александра к отцу к другой город, очень боялись, что он будет сильным, боялись его влияния.

— Вот ведь вредные какие, — фыркнул Андре.

— Да уж. Но через два года им снова пришлось обратиться к нему за помощью. Новый враг пришел с запада. На этот раз — ливонские рыцари.

— И Александр снова помог новгородцам? Простил их? — изумилась девочка.

— Да, что ж ему было делать? Не такой он был князь, чтобы бросать в беде своих людей. Состоялась грандиозная битва на льду Чудского озера. Ее назвали Ледовым побоищем! И снова князь Александр одержал победу, рыцари были разгромлены и бросились бежать. Но вот уже после этой битвы долго не нападали на Русь. Даже само имя Александра приводило их в ужас. Вот такая история удивительного человека, — улыбнулся Архонт.

— А что со шлемом? — вспомнила Эллен. — Это правда шлем Александра Невского?

— А вот это нам предстоит выяснить. Если это действительно так, нас ждет поездка в Новгород, ведь тогда этому шлему место в их музее! Ну что ж, посмотрим…

Архонт взял в руки увеличительное стекло и начал пристально рассматривать шлем.

— Так-так-так… Металл очень старый, вообще похоже на тринадцатый век, но надо будет отдать на экспертизу. Тут сохранился кусочек старинного узора, золотого. Это говорит о том, что шлем принадлежал военачальнику — ведь золото сверкало на солнце и воины хорошо видели своего предводителя издалека. А внутри у нас что? — Архонт довольно долго так бубнил, обследуя миллиметр за миллиметром, что-то очищал ватной палочкой, что-то трогал пинцетом. И вдруг замер, затих и задорно посмотрел на ребят.

— Смотрите, что я нашел!

— Что? Что там такое? — воскликнули они хором.

Архонт подвинул к ним шлем и прислонил лупу к его внутренней части. На ободке шлема металл заржавел, но был виден кусочек крошечного рисунка.

— Рисунок? А что он значит? — поинтересовался Андре.

— Видите копыта коня и кусочек руки, держащей меч? — дядя осторожно показал пинцетом. — А ведь это очень и даже очень похоже на печать Александра Невского. Вот, смотрите, как она полностью выглядела, — археолог взял с полки какую-то толстую книгу, пролистал и показал ребятам открытый разворот. Там был рисунок воина на коне с мечом, а рядом — оттиск святого с копьем, убивающего змея, ведущего коня под уздцы. — Это полный вид печати с двух сторон. Сохранилась вот эта часть.

— То есть это действительно шлем Александра Невского? Правда? — обрадовалась Эллен.

— Очень может быть! Но нужно удостовериться на экспертизе, что это не подделка, — аккуратно ответил дядя и, смутившись, почесал нос. — И если не подделка, то мы отправимся в Новгород, чтобы отвезти его в музей, как я и обещал.

И уже через месяц наши друзья сидели в аэропорту, направляясь в Россию и предвкушая новые приключения в далеком Новгороде.

Content

Коллектив авторов
Шлем Александра. История о Невской битве

В антикварной лавке Архонта Дюваля