Щукин Михаил

Нэстэ

Новые миры

Рассказ 1. Куэрхи

Находка

Река Лаэрни, своим руслом разрезала огромную равнину, занимающую большую часть единственного континента мира Куэрхи. Она начиналась с ледников высоких скалистых гор, расположенных на западе континента, ручьями бурно спускалась многочисленными водопадами и порогами по горным склонам, постепенно объединяясь в реки. А предгорьях вырастала уже в широкое русло и дальше уже плавно и величаво огибала пологие холмы и продолжала вбирать в себя воды других рек.

По равнине река Лаэрни несла свои воды неспешно и даже как-то умиротворенно. Как будто знала, что она здесь главная и все, что есть вокруг, зависит от нее. Она поила своими водами обширные леса, произрастающие на ее берегах, животных, приходящих на водопой, позволяла рыбам жить в своих водах. И снисходительно соглашалась нести на себе редкие деревянные лодки-долбленки в которых проплывали странные двуногие существа, иногда селившиеся на ее берегах..

Уже в своем среднем течении она приобретала такую ширину, что для наблюдателя стоящего на берегу, противоположная ее сторона виделась в виде узенькой темной полоской над водной гладью.

Иногда, она как будто вспоминала, что надо бы сто-то изменить. И тогда начинала подтачивать берега, спрямляя русло. А иногда, возможно от скуки или из любопытства уходила подальше от привычного направления, прорезая новое русло.

Река несла свои воды здесь тысячи лет и собиралась продолжать свое дело и дальше. Все остальное ее не интересовало. Какое ей дело до происходящего на ее берегах. Она вряд ли замечала как там леса сменяются луками. Как луга с течением времени зарастают кустарником и новым лесом. И уж тем более, ей не было дела смены животных.

Река величаво несла свои воды к далекому соленому морю и не собиралась обращать внимания на мимолетные явления, не затрагивающие ее важной мисси.

В среднем течении на правом борту располагался невысокий холм, покрытый густой не высокой, всего по пояс взрослому человеку, травой голубовато-зеленого цвета с одной стороны вплотную подходил к руслу реки и обрывался в нее заросшим трехметровым обрывом. С других трёх сторон к его пологим склонам подступал высокий лес. Ничем с не примечательный, один из многих холмов, прильнувших к ее руслу. Разве что, когда-то давно она не захотела его огибать и чуть-чуть подрезала склон, спрямляя русло. Но совсем немного, а потом забыла о своей затее.

Реке было все равно, когда многие десятилетия назад здесь появились первые шалаши. Она полностью игнорировала выросшее позже крупное селение в десятки бревенчатых домов. Реке было все равно, чем занимаются его жители и что у них там происходит. Она спокойно доставила на себе несколько больших лодок с несколькими сотнями двуногих существ, решивших ночью высадиться недалеко от деревни, и продолжила нести свои воды мимо, все так же игнорируя возникшую с рассветом суету в деревне. Тем более, что они не часто пользовались ее услугами и почти не имели лодок. Деревня не мешала реке. Ей просто не было дела до этих суетливых существ, почему то называвших себя разумными.

И потому, она в темноте ночи доставила к деревне несколько странных, невиданных до сих пор больших лодок, собранных из плоских досок и понесла свои воды дальше, мимо деревни.

На вершине холма, напротив друг друга замерли две группы. Вышедшие из деревни на встречу пришлым, составляли существа, едва достававшие взрослому человеку до плеча. Назвать их низкорослыми некто бы не стал. Пропорционально сложенные тела, под легкой одеждой из искусно выделанных шкур диких животных, были покрыты короткой шерсткой, переходящей на голове в длинные тонкие волосы. Короткая шерстка ровным слоем покрывала и плоское лицо, на котором выделялись большие, миндалевидные глаза с очень крупными тёмными зрачками. Нос слегка выдавался вперёд, и обладал прорезями снизу, придавая им отдаленное сходство с кошачьими. Крылья носа находились в постоянном движении, как будто куэрхи постоянно к чему-то принюхивались. Но самой примечательной частью их тела был хвост. Не слишком длинный, он однако доставал до земли. Куэрхи в совершенстве владели им и использовали в качестве дополнительной хватательной или опорной конечности.

На эту встречу вышло три старых куэрха, чьи хвосты давно сметили темно-коричневый цвет своей шестки на серебристо-серый цвет благородной старости. Три старейшины вышли к чужакам уже не надеясь на благополучный исход переговоров. И все же они приняли позу просящих и свободно уложили хвосты у ног, демонстрируя готовность выслушать требования и не желание конфликта.

Пришельцы разительно отличались от жителей деревни. Среди представителей народа аэнхов нередким был рост почти что под два метра. И внешне их легко было спутать с людьми. Разве что на теле полностью отсутствовала растительность, да их кожа имела темно-серый цвет с отчетливым зеленоватым оттенком и даже на вид выглядела толще, чем у человека.

В отличие от старейшин, пришельцы носили пластинчатые панцири, отливавшие металлом и скрывавшие не только тело, но и ноги. От солнца их командира, принимавшего делегацию, скрывал лёгкий полотняный плащ. Из тех, что часто привозили торговцы из мира Юргов.

Карэн мрачно покосился на стоящим за спиной вожака солдат. Безобидные, на первый взгляд, палки в их руках давно уже перестали вызывать недоумение у охотников. Куэрхи жили благородной охотой. Никто не мог обвинить в трусости охотника, регулярно уходящего в норы, ведущие в миры Урэны и возвращающегося оттуда с добычей. Но разве стрелы и копья могут сравниться с палкой метающей маленькие кусочки металла на громадное расстояние в три перелета стрелы?

Карэн ещё раз вздохнул. Надо было уходить сразу, как враг появился в их местах. Гонцы из павших селений принесли весть еще десять дней назад. Но сейчас в самом разгаре сезон сбора ягод. И не так просто поднять селение с женщинами и детьми, уже не одно поколение врастающее в этот холм.

Да и честно говоря, старейшины рассчитывали на близко расположенную нору. Через неё можно было уйти в мир Урэны, сделать небольшой переход и вернуться через другую нору обратно, в новом месте. Враг избегает миров Урэны. Там их железные кэлы не намного лучшая защита чем панцири, сделанные охотниками из щитков добытых животных. К тому же пришельцы не чувствовали норы и легко могли заблудиться в незнакомом мире.

Вот только пришельцы быстро учились и умели захватывать деревни которыми руководят такие глупые и самонадеянные старейшины как старый Карэн. Пришлые усвоили роки неудач в других селениях и позаботились отрезать жителям путь к отступлению. И теперь их вожак стоит и презрительно кривит губы, явно наслаждаясь ситуацией. Ему некуда было спешить.

-Мы не можем отдать своих детей вам в рабство. - С трудом произнёс Карэн. Как старшему из делегации, именно ему было суждено услышать приговор деревне.

- Что ж, я хотел как лучше. - Губы Врага еще больше скривились в презрительной усмешке. - В таком случае мы возьмём их сами, не спрашивая у вас.

Он не сделал ни одного движения. Даже головы не повернул. Но стоящие за его спиной солдаты развернули свои палки раньше, чем кто то из местной делегации успел что то предпринять.

Карэн только дернулся уловив движение. Яркое пламя и дым было последним, что он увидел, уже падая на землю. Голова буквально взорвалась и мгновенно наступившая темнота скрыла под собой боль в разорванном плече.

- Аархш, ты опять промахнулся. - Командир Силтон презрительно пнул упавшее к его ногам тело, и пальцем показал на длинный след от пули на голове куэрха, идущий от виска до уха.

Тот, к кому он обращался, подошёл и равнодушно заглянул в залитое кровью лицо старика.

- Он дернулся, мой гаррэл.

- Каждая тварь хочет жить и рождающие рабов не исключение. - Рассмеялся тот. - Стрелять по мишеням, ещё не значит быть лучшим стрелком в моём отряде. Сколько раз тебе говорить, что целиться надо не в голову, а в тело.

-Я снова убедился в правдивости ваших слов, мой гаррэл. - Учтиво откликнулся парень.

- Лучше б ты запомнил мои слова, а не спорил попусту. Сколько хоть поставил?

- Недельное жалование. Но я надеюсь, что это будет небольшая сумма по сравнению с тем, что мы выручим здесь.

Разговаривающие перевели взгляд на деревню. Там, жидкой линией обороняющихся, уже началась паника. Между домами суетились жалкие женщины. Гаррэл Силтон с удовлетворением отметил количество маленьких детей. Возможно Аархш действительно не много проспорил.

Навстречу шеренге закованных в латы солдат уже бежали охотники одетые в свои смешные костяные панцири и вооружённые копьями. Отчаянный и бесполезный поступок.

- И когда они уже поймут, что это не имеет смысла. - Задал Аархш риторический вопрос.

- Они рождаются для того, чтобы стать нашими рабами. Без нас, своих хозяев, они все равно, что дикие животные. Разве что могут общаться на своем диком языке и выделывать шкуры для своих жилищ. Так что твой вопрос не имеет смысла, Аархш. Не связанным куэрхом руководит инстинкт дикого зверя, загнанного в угол. Они никогда не поймут бесполезности своего сопротивления.

Со стороны деревни раздалось несколько выстрелов. Облачка серого дыма выдали расположение стрелков. И в их направлении срезу же открыли огонь из подступающей шеренги солдат.

- Всё-таки у них оказалось наше оружие. - Недовольно отметил гаррел.

- Они захватывают его во время стычек. - Флегматично откликнулся Аархш. - Надо отдать им должное. Из засад они действуют довольно эффективно.

- Раз тут оказались охотники, имеющие опыт таких нападений, тем более эту деревню надо уничтожить.

Небольшая группа во главе с командиром операции неспешно двинулась вниз по пологому склону холма. Им некуда было спешить. Лучшая часть добычи все равно достанется им. Солдаты довольствуются тем, что смогут награбить в домах уничтожаемой деревни.

Краэс был молод, настолько, что за ним совсем недавно признали право называться охотником. Ни его, ни его сверстников никогда не готовили к такой войне. А мелкие стычки между племенами, иногда случавшиеся раньше, теперь казались незначительными и совсем не важными.

Появление Врага стало неожиданностью для всех куэрхи. Старейшины говорили, что враг не пойдет дальше племен алци и винту, чьи земли располагались далеко вверх по течению матери Лаэрни. Все были уверены, что захватчики не пойдут так далеко от нор через которые пришли и все обойдется. Не обошлось. И теперь старейшины пали первыми жертвами своего заблуждения. Краэс видел как расстреляли делегацию старейшин.

Первый залп солдат похоронил не только старейшин, но и все надежды на чудо. Краэс смотрел на приближающуюся шеренгу сверкающих солдат, в отчаянии сжимая свое копье, и понимал всю безнадежность их положения. На всю деревню у них было всего семь захваченных ружей по оказавшихся несколько зарядов к ним, против десятков умелых стрелков, сейчас приближающихся к их домам. Хорошо если их владельцам удастся выстрелить по второму разу.

Краэс в бессилье посмотрел своё охотничье копье, воткнутое рядом. С ним он ходил в Урэну и взял не одного бронекожца. Когда он с гордостью демонстрировал вожакам свое изделие, никто и подумать не мог, что когда-нибудь придется поднять орудие благородной охоты против разумного. Для честной схватки у куэрхов всегда были острые ножи и короткие копья. Но этот Враг не признавал честного боя.

Краэс обернулся на крик за спиной. Ильсани, его спутница по жизни, крепко прижимала к себе их пятилетнего Лассана и с ужасом смотрела на приближающегося врага. Ему нечего было сказать матери своего ребенка. Он не мог даже подбодрить ее улыбкой.

Краэс снова развернулся и крепче копье. Новый гром и дым, раздавшийся из палки приблизившегося солдата, он увидел уже в момент броска.

Тьма рывком соскользнула с глаз, вернув боль в боку и плече. Он судорожно выдохнул, пытаясь справиться с нею, и широко раскрыл глаза.

- Тише. Еще не все враги ушли. Они могут услышать и вернуться за нами. - Донесся до него шепот старейшины Карэна.

Он сидел скривившись от боли и с силой зажимал чем-то бок. Его голова и правое плечо были наскоро перебинтованы. А вот с раной в животе так легко справиться старый охотник не смог.

- Что? Хорош? - Криво ухмыльнулся тот в ответ на взгляд Краэса. Тебе тоже повезло. Всего лишь бок прострелили. - Я очнулся, когда все уже закончилось. Враг ещё в деревне. Но это только солдаты, добирающие наши жилища прежде чем сжечь. Остальные вместе с пленными ушли вверх по Лаэрне, наверно до норы.

- Моя Ильсани?

- У тебя больше нет семьи. - Не стал уклоняться от ответа старейшина. - Они ещё живы. Но боюсь, твоя спутница позавидует тем, кто остался лежать на пороге своего дома. О сыне уже не говорю. Ильсани не успела отправить его к предкам. Я видел, как он терял волю. Извини, я был слишком далеко, чтобы их убить.

Краэс замер, глядя в темнеющее небо. Боль от ран куда-то ушла, вспугнутая отчаянием. Все, что он вспомнил, это полные надежды глаза сына, уверенного в том, что отец сможет их защитить, все понимающий, полный ужаса взгляд спутницы, так и не сумевшей убить их ребенка. Это он не смог дать ей время. Он не справился. И теперь уже ничего не вернешь.

Краэс выгнулся, лёжа на траве, и тихо завыл от отчаяния..

- Тихо парень. - Торопливо зажал ему рот старейшина. - Прошлого уже не вернуть. Твоя семья уже не принадлежит нашему племени. Но боги позволили тебе выжить и остаться на свободе. Есть другие селения племени. Есть другие племена куэрохов. Возможно боги дали нам с тобой шанс ради их спасения.

Голос старейшины доносился как будто из далека и с трудом пробивался сквозь отчаяние. Он нес не успокоение, а осознание того, что уходить ещё рано. Предки поймут, принявшего и проигравшего бой. Но никто не захочет встречаться со сбежавшим в мир вечной охоты трусом. Боги действительно дали ему шанс поквитаться с Врагом. Сегодня он перестанет считать себя охотником. Теперь он будет охотиться только на солдат Врага.

Вот только почему так больно? Вспомнилось, что у старейшины Карэна в деревне оставалась только спутница, прошедшая с ним всю жизнь. Его дочь еще несколько лет назад переселилась в деревню, стоящую в пяти днях пути вниз по реке. И вроде даже она ждет ребенка. Старейшине было куда идти. А он? Он пойдет с ним и будет ждать врага на новом месте.

* * *

Умом Ильсани понимала, что уходить уже поздно. Враг еще ночью отрезал им все пути к отступлению. Но она все же на что-то надеялась даже тогда, когда старейшины деревни рухнули под залпом из палок пришельцев. Она знала, как должна поступить. У неё даже был специально приготовленный для этого нож. Лассан даже прижался к ней спиной и запрокинул голову. Только зря он встретился с нею взглядом. Она промешкала и не смогла вовремя заставить себя перерезать горло своему первенцу. А потом стало поздно. Ее сбили с ног, выхватили ребёнка из рук и связали. А потом она лежала и с отчаянием смотрела как погасли навсегда погасли веселые глазки сына и поникли его плечи. Как он мертвым взглядом окинул ее и отвернулся, чтобы взять из рук хозяина ошейник и одеть его себе. В душе, там, где обычно присутствовали ласковые эмоции спутника жизни и озорное веселье сына, было пусто и темно.

Связанную, её быстро осмотрели, не особенно церемонясь с одеждой, признали годной для своих целей и отвели к ещё нескольким таким же несчастным как она. Враг решил, что ему нужны молодые тела. Кто-то должен был рожать рабов на новых фермах.

Вступив в круг обреченных, Ильсани апатично осмотрелась, отмечая знакомых. Не по далёк сидела Энна, пустым взглядом глядя в сторону разгорающегося пожара. Где-то там сгорело тело её младшего сына, не успевшего даже встать на хвост. Рядом с нею, не открывая глаз, лежала связанная Аяна.

Ещё несколько женщин неотрывно смотрели туда, где враг собирал детей. Механические фигурки с некогда веселыми, а теперь опустевшими глазками. Их даже не связывали. Новые хозяева отдавали приказы и были уверены, что они будут выполнены. Враг не оставил им шанса на свободу.

Ильсани ощутила новый приступ отчаяния. Она не смогла выполнить приказ спутника и убить малыша. Это по ее вине их мальчик обречен на жизнь раба без шанса вернуться себе свободу.

Никто в их немногочисленной группе не общался. Каждая в одиночку переживала свое горе и не пыталась сочувствовать другим.

Захватчики никуда не спешили. Ценный груз они погрузили в телеги, и процессия неспешно двинулась в сторону от равнодушной реки. Их лодьи остались на месте. Остающиеся солдаты задержатся в деревне на несколько дней. А потом на веслах уйдут в протоку, расположенную немного ниже, спрячут там корабли и будут ожидать возвращения ушедших с рабами. Это недолго. И двух десятков дней не пройдет.

На берегу с треском догорали деревянные постройки. На клубы дыма и запах горелого мяса начали слетаться падальщики.

А река продолжала равнодушно нести свои воды и уносила вниз обуглившиеся и еще дымящиеся обломки домов.

* * *

Сплошная стена снежной пыли неслась с порывами ураганного ветра и скрывала все, что могло бы находится на расстоянии дальше нескольких шагов. В особо сильные порывы в снежном мареве начинала растворяться даже вытянутая рука. Правда, вытягивать ее полностью тоже не получалось. Ветер сбивал с ног. Снег скручивался в тугие жгуты, хлеставшие одинокую бредущую фигуру, закутанную с головы до ног в меховую шубу. Одинокому путнику приходилось удерживать свою защиту от холода изнутри, ради сохранения остатков тепла.

Бредущему старому куэрхи из племени Аэнхов было уже все равно. Он слишком долго брел по этой ледяной пустыне, чтобы надеяться увидеть хоть что-то, кроме ледяного поля слегка припорошенного свежим снегом. На этом леднике ветра с такой силой гнали снег, что на ровной поверхности моментально образовывался наст, способный держать пешего куэрхи. Все, что оказывалось спрессовано в этот наст, подхватывалось новым порывом и неслось куда-то дальше. Снежные струи неслись понизу, время от времени скрывая даже переступающие ноги, а иногда с порывами взлетали вверх, норовя достать до незащищенных глаз, смешивались с теми, что неслись к земле и закручивались в своей пляске вокруг идущего.

Карэн был стар. Очень стар, чтобы надеяться на чудесное спасение. Все, что он мог сейчас сказать себе в утешение, что уходит к предкам свободным куэрхи и последним из племени Аэнхов. Все, кто поверил и ушел за своим старейшиной в поисках более гостеприимного мира, теперь лежат далеко позади, отмечая бесславный путь бегущих от своей судьбы куэрхи.

Правда, оставался ещё один представитель некогда славного племени. Когда-то, раса куэрхи была многочисленной и свободной, в которой можно было насчитать десятки племён. Не всегда дружно живших, в своем одноименном мире. И еще даже на его памяти они населяли сразу еще два благословенных мира и не знали неудачи в охоте. Племенные охотничьи угодья простирались на десятки дневных переходов только в родных мирах и через Норы распространялись в миры Урэны. Там нельзя было жить. Те, кто пытался это сделать, очень быстро заболевали или погибали от когтей их обитателей. Но охота там была еще богаче, чем дома. Хоть и не всякий раз число вернувшихся охотников совпадало с ушедшими.

Благословенные времена процветания! Когда сказания о былых временах превращаются в сказки, рассказываемые маленьким дети, и в которые перестают верить уже подростки. И в его детстве старейшины продолжали рассказывать сказки о великих временах благоденствия, которые помнили прадеды их прадедов. Мальчонкой едва вставшим на хвост, он хотел верить, что существовало время, когда куэрхи жили в тесном союзе с детьми Богов. Как и все мальчишки, он бредил приходящими из мира Урэны существами, согласными остаться в селениях их расы.

Только боги и могли породить муну, неуязвимое и бесстрашное существо, способное противостоять порождениям Урэны. Боги в своей милости наделили своих четвероногих и длинным хвостом детей мудростью и способностью общаться с куэрхи. Не словами, как разговаривают между собой куэрхи и другие разумные. Они общались с куэрхами без слов.

Задумавшись о былом, старик споткнулся под налетевшем сбоку порывом ветра. Чтобы удержаться на ногах, он был вынужден встать на откос провала между двумя торосами и скатиться вниз. Поколебавшись, он тяжело вздохнул, понимая, что его бесцельный путь подходит к своему естественному концу. И так он брел последние дни на чистом упрямстве, исполняя просьбу ушедшей в мир предков дочери.

Решив, что это место в качестве последней стоянки ничем не хуже любого другого, он осторожно разгреб снег с наветренной стороны тороса, сделал для себя тесную нишу и забился в нее. Два снежных вала хорошо защищали импровизированное убежище от надоевшего ветра, продолжавшего нести снег с одной вершины на другую. А от мелких порывов и завихрений, что иногда пролетали между откосами торосов, надежно защитили стены убежища. Снежные стенки даже приглушили звуки и создали иллюзию тепла. Сразу стало немного уютнее. По крайней мере, ветер не задувал больше снег в лицо и старый куэрхи позволил себе расслабился.

Старая шуба из меха доброй лесной кошки еще сможет какое-то время удерживать тепло умирающего тела. Так что он сможет, как того требует обычай, вспомнить свою жизнь, подумать об ушедшем племени, родных и друзей, ушедших в мир вечной охоты раньше него. Он постарается вспомнить о них так, чтобы они не держали на него зла и согласились встретить их обоих в мире грез. Для этого надо вспоминать за них двоих. Поскольку Луэле вспоминать нечего.

На груди зашевелился теплый комочек. И старый куэрх осторожно погладил через шубу маленькое тельце внука. Покормить его нечем. В этих местах вообще была скудная охота. Так что и будить ребенка не стоит. Будет только лучше, если внук отойдет к предкам во сне. А он и за него вспомнит детство и сказки старейшин. Их рассказы о временах, которых скорее всего никогда не было. Но предки узнают своих сородичей по этим сказкам и не дадут им заблудиться на пути в мир грез.

Муары, крупные гибкие животные на четырех лапах. Сказки утверждали, что они приходили из миров Урэны. Их легко можно было бы принять за ее порождения. Такие же смертоносные, стремительные, сильные и гибкие. Их не могло взять ни одно оружие куэрхов. Но даже пришлые муары избегали схваток с охотниками и предпочитали кровавую охоту с порождениями Урэны. В сказках их шерсть была ослепительно белая, а в темноте можно было увидеть мелкие искры чистого золотистого огня, пробегавшие от головы до кончика хвоста. Их хвост был, не такой коротыш, как у охотников, а в полтора, а то и в два раза длиннее собственного тела. Наверно это выдумки. Зачем такой длинный хвост столь могущественному существу? Но ведь это красивая легенда! Тем более, что в сказках часто описывались битвы муаны с порождениями Урэны. И в них подробно рассказывалось использование этого хвоста. Только почему-то, его форма его наконечника всегда была разной. То в виде большого наболдажника, сметающего все круговыми движениями, то, как два плоских полукруга на конце, разрезающего все что встретит. А бывало, конец их хвоста украшался чудовищным клювом, пробивающем, даже самые крепкие панцири порождений сверху вниз. Но ведь такого не бывает!

Карэн торопливо подобрал свой замерзающий хвост и постарался заснуть его под вторую куртку, поближе к телу. Но сделать это так, чтобы нечаянно не разбудить Луэлу было трудно, поэтому старик оставил попытки бесполезные попытки и только плотнее обнял последнее родное существо, доверчиво спящее у него на груди и снова вернулся к своим мыслям.

Сказки утверждали, что мягкой шерсть муары оставалась только в их селениях. На охоте, особенно когда они выходили против порождений Урэны, их тело покрывали несокрушимые костяные пластины. Совсем как кэлы охотников, изготавливаемые из панцирей добытых животных. Только во много раз прочнее. И это была не сделанная из других животных одежда, а их собственная шкура. И вовремя боя плохо приходилось тем порождениям Урэны, что схлестывались с детьми богов.

Из всех рас, только куэрхи могли общаться с муарой. Но для этого требовалось, чтобы муар еще совсем маленьким согласился установить связь с охотником или охтницей. Для этого существовал целый обряд. Самец муары сам выбирал кандидата из числа живущих в поселении и отводил его к логову. Там самка знакомилась с выбором самца. И если одобряла, подзывала своего детеныша. Все, что требовалось от куэрхи, это присесть перед детенышем и встретиться с ним глазами. Если детеныш соглашался принять его, то молодой охотник начинал воспринимать все, что чувствует муар, а тот воспринимал желания куэрха. И это был самый счастливый момент в жизни каждого из их племени. Ибо с этого момента муар давал покровительство всей семье своего куэрхи. И его родные отныне никогда не узнают неудачи на охоте.

Бывало и так, что отобранный родителями кандидат возвращался ни с чем. И если это происходило несколько раз, племя могло изгнать неудачника из страха, что его неудача распространится на всех, кто живет рядом. В сказках об этом тоже говорилось.

Старик почувствовал, как зашевелился внук. Его сонная мордочка пробилась сквозь одежду и высунулась между полами шубы. Получив на нос несколько снежинок, он недовольно фыркнул и вопросительно посмотрел на него.

"Голодный. Я тоже голодный и дать мне тебе нечего".

Старый куэрхи только подумал так, но вслух ничего не сказал. Плохо было уже то, что внук проснулся. Он надеялся, что мальчонке удастся уйти в мир вечной охоты без мучений и во сне. А ему не придется делать то, что пообещал дочери.

Поняв, что и в этот раз его не покормят, внук поворочал и подался немного назад, прячась от снежинок. Под курткой, на груди деда, он завозился, пытаясь заново устроиться в тепле и еще плотнее обхватывая хвостом его талию и запрокинув голову, снова посмотрел в глаза. В свои неполные три года он уже знал, когда стоит капризничать, а когда в этом нет смысла.

- Пожалуй, стоит рассказать тебе сказку. - Вслух заговорил старик, глядя в сонные, но требовательные глазенки.

Про себя он усмехнулся. Получалось, что это будет их последняя сказка, под которую внук, возможно, заснет навсегда.

- Когда-то, очень давно. Когда прадеды наших прадедов слушали предания своих старейшин, Боги жили среди куэрхов. - Начал он с обычной присказки. - И это были времена процветания и благоденствия для всех наших предков. Никто не скажет уже, были муаны настоящими богами или всего лишь их детьми, присланными в помощь славным куэрхам. Мы считали их детьми наших богов. И никто с этим не спорил...

Старик посмотрел на в глаза мальчонки, уютно устроившегося на груди. Он внимательно слушал его плавную речь, как когда-то и он сам внимал словам своих старейшин. Старейшина несуществующего больше племени вел длинный рассказ ровным голосом, добавляя мурчащие нотки, идущие из груди и посылая внуку чувство покоя и умиротворения.

- Никто не знает, почему муаны обиделись на куэрхов. Дошедшие до нас легенды об этом молчат. Но еще при прадедах наших прадедов настали времена, когда дети богов покинули селения куэрхов. Говорят, что это произошло одновременно по всем селениям во всех племенах. Они не захотели подпускать к себе детей племени. И отказали нам в помощи на охоте. А потом, они и вовсе исчезли. С тех пор замкнулись сотни кругов жизни. Но ни одного муана охотники не встречали ни своих мирах ни в землях Урэны.

Заметив, что внук засопел, старик аккуратно прикрыл отвороты шубы. Пусть он не познает холодных пальцев Уриэ.

Старик осторожно опустил голову на холодный снег. Мороз уже начал проникать в старое тело и ноги постепенно начинали неметь. Но пока добрая шуба продолжала бороться за остатки тепла. Память не желала останавливаться и мысли о прошлом не останавливаясь плыли своими тропинками.

Он помнил беззаботные времена детства. Тогда сказки о муанах оставались сказками. Это были грозные и неуязвимые существа, безграничные в своей доброте к куэрхам. Современные Куэрхи не сильно страдали от того, что муаны оставались только в сказках и никак не проявляли себя в реальности. Их раса славилась хорошими охотниками. Они немногие из известных рас могли даже уходить на несколько дней в Урэну. И делали это регулярно. Там всегда была добыча. Главное не позволить ей съесть самого охотника и вернуться обратно. А куэрхи со сказочных времён сохраняли способности чувствовать норы, ведущие домой. Со способностями сказочных муанов не сравнить, конечно.

В отличие от своих покровителей, куэрхи не могли различать, что расположено с той стороны норы. Да и чувствовали они их только на расстоянии шийны. Как известно, такое расстояние молодой куэрх проходит спокойным шагом быстрее, чем прогорит вязанка дров в костре.

Но с тех же сказочных времён сохранялась и ещё одна их особенность. Способность устанавливать эмоциональную связь с себе подобными. В этом они были чем-то близки детям богов. Установить такую тесную связь тоже можно было только с ребенком, не достигшим определенного возраста. Когда детеныш еще не встал на свой хвост достаточно прочно. Таким вот, как его внук. Только в отличие от Детей богов, куэрхи не всегда сохраняли свою волю, если сделать это неправильно. Потому, они старались сохранять свою тайну и не устанавливать подобного контакта с чужаками. Это была тайна, которую учился хранить каждый из потомков расы охотников. И именно в его время, этот секрет узнали чужие.

Карэн вздохнул и все-таки осторожно устроил замерзший кончик хвоста под второй курткой. Руки он тоже вынул из рукавов и обнял ими внука. Чтобы отвлечься от теряющих чувствительность ног, он постарался вернуться к воспоминаниям.

Он помнил, как появились первые, ещё невнятные слухи об аэнхах. Двуногие, живущие в каменных домах, которые строят близко друг к другу. Это были высокие двуногие существа, на две головы выше самого высокого куэрха. Вес их массивных тел был так велик, что его не выдерживали местные верховые животные. И чужаки привели своих вронов. Животные сильно смахивали на порождения Урэны. У них даже были клыки и когти вместо копыт. И эти животные обучались драться вместе со своим хозяином и служили пришельцам в качестве сторожевых животных на лагерях и переходах.

Родной мир чужаков был далеко. Настолько, что о тех рассказы мирах доносили только торговцы, привозившие разные диковины. Там были огромные государства, объединявшие и два, а иногда целых три мира под одним вожаком. Говорят, были даже народы, державшие власть и над десятком миров. Но это уж точно сказки любящих приврать торговцев. Как можно держать власть над таким количеством миров?

Во времена его детства, именно из нор ведущих в миры, которые в свою очередь имеют норы с родным миром аэнхи и пришла беда.

У них было оружие, никогда ранее не виданное в этих местах. Оно было похоже на блинные или короткие палки с рукояткой и с грохотом и дымом метало маленькие кусочки металла на огромные расстояния. Металл пробивал любой кэл, изготовленный из панцирей добытых животных. При этом сами захватчики покрывали себя панцирями, созданными из железа, неуязвимыми для ножей и стрел охотников. Пробить их могло только собственное оружие чужаков. И ради того, чтобы добыть это оружие, гибли многие славные охотники.

Миры расы охотников имели соседство всего с тремя чужими расами. Да и то, униды жили в море и на берег выходили исключительно для встречи с торговцами или по крайней необходимости. Хоть они и дышали воздухом, имели руки и ноги, правда с перепонками на концах и вытянутое заостренное лицо. Они строили свои дома под водой, закрепляя их на скалах, и друг за друга, формируя что-то вроде громадных гроздей, называемых "инами". Водные существа были сильными воинами и могли защитить себя и побережье, на которое выходили. Но тем, что происходит в глубине суши, интересовались мало. Лоарнхи обитали мелкими разобщенными племенами, кочующими по суше и часто пересекали норы между мирами. Они были такими же охотниками как и сами куэрхи. Разве что не было короткой шестки на всем теле. А раскрашенное полосами и целиком вытянутое лицо со ртом, похожим на пасть, придавало им сходство с некоторыми хищниками, с которыми Карэн иногда сталкивался в лесах родного мира.

Куэрхи знали и о других расах, до которых можно было добраться или через миры известных народов или через другие, не имеющих существ способных к разговору. Таких миров по соседству было много. Как, например Лауна.

Мир сплошных мелких болот, с разбросанными редкими небольшими островками. Там не с кем было общаться. В теплых болотах водилось много живности, не годившейся для охоты куэрхов. Лауну их раса посещала только для сбора ягод и некоторых трав. В Лауне были норы, ведущие в другие миры. Столь же пустынные, как и этот мир. А дальше еще. Он даже ходил в пару таких нор, когда был молодым. В другие хаживали его предки. Племя должно знать, что расположено там, где выходит нора.

Аэнхи пришли из миров, расположенных еще дальше. По рассказам торговцев, в те времена где-то далеко была большая война, которая никак не могла касаться славных куэрхов. Вот только пришлые проиграли свою войну. Несмотря на всю свою технику и стреляющие палки.

Победа неизвестного, совершенного чуждого врага пришлых обернулась трагедией для народа куэрхов. Поначалу старейшины не особенно обеспокоились. Захватчиков заинтересовали более населенные миры, соседствовавшие с Лоарнхами. Им были нужны лежащие в земле камни для строительства своих машин и дорог для перевозки больших грузов, а еще земли, подготовленные к выращиванию их растений. Куэрхи питались в основном мясом. Растения использовались для лечения и в качестве приправ. Так что возделанных полей здесь не было. Как и дорог. Живущим только охотой это не требовалось. А чужаки предпочитали брать уже готовые поля в мирах, где не требовалось воевать с природой. И старейшинам казалось, что угрозы для племен куэрхов нет.

Но все изменилось, когда аэнхи прознали об их Тайне. Чтобы содержать свои дома, да работать на полях, им нужны были слуги. А что может быть лучше, чем раб неспособный даже воспротивиться приказу своего господину? Только раб, не угадывающий, а ЗНАЮЩИЙ желания хозяина.

И куэрхи сразу превратились в желанную добычу для чужаков. Ценнее, чем любой металл или зерно, произведенное в захваченных мирах. Ведь

Аэнхи легко прошли Лоарнхов. Этот народ не пользовался огнем. Их руки не были достаточно гибкими, чтобы натянуть тетеву лука. Так что оказать какого-то существенного сопротивления захватчикам не смогли. В чем-то им повезло. Они не интересовали аэнхов даже в качестве рабов, равно как и их мир. Так что Лоарнхи предпочли откочевать их ставших опасными мест и продолжить свою тихую жизнь на новом месте.

А захватчики со всем своим оружием и вронами, одетые в железные кэлы, вторглись в земли куэрхов.

Они столкнулись не с самым безобидным противником. Крэс мог об этом подумать с гордостью смешанной с горечью. Не смотря на разницу в размерах, в ближнем бою взрослый охотник мог противостоять противнику и даже выйти из схватки победителем. Только зачем захватчику честный бой? Куэрхи, великие охотники сами стали добычей.

И аэнхи начали свою охоту. Собственно будущим хозяевам были нужны только младенцы и дети, не достигшие пяти лет и еще не вставшие твердо на хвост. Еще могли взять молодых самок, особенно если они были уже беременны. Но их участи на фермах рабов никто не мог позавидовать.

Что могли сделать куэнхи против стреляющих палок? Дальнобойность этого оружия намного превосходила их метатели. А крепкие кэлы из шкур животных пробивались маленькими шариками так, как будто это была обычная кожаная куртка.

Враг не спешил принимать честный бой, а подступив к селению, выбивал взрослых охотников издали из своих громких огненных метателей. А когда Враг врывался в дома, не щадил ни раненных, ни старых. Им не нужны были свободные куэрхи за спиной. Позже, они даже перестали особенно заботиться о сохранении молодых самок. На фермах за такими приходилось тщательно следить, чтобы сохранить ценное потомство. А самка, связанная так, чтобы не смогла повредить подрастающему в ее животе рабу, нуждается в тщательном уходе. Зачем столько хлопот, когда подрастающие поколение связанных детей-рабов легко решало проблему размножения. Достаточно отдать приказ намеченной паре, и через положенное время будет новый раб.

Когда все только начиналось, хранители преданий вспомнили о древнем обряде из легенд. В сказаниях он применялся для разрыва связи между Муаном и куэрхи. Например, когда дети богов не желали больше покровительствовать своему партнеру.

Обряд провели на нескольких пленных захватчиках. И даже удалось освободить молодых куэрхов. Но как оказалось, процесс требовал от хозяина согласия на разрыв связи и готовности его исполнения. Контролировать это не было никакой возможности. Поэтому почти все освобожденные дети погибли в таких же мучениях, как если бы их хозяин умер. Куэрхам пришлось смириться с мыслью о рабстве захваченных детей.

Теперь Карэн был стар. Даже волосы на кончике его хвоста потеряли свой ярко желтый окрас и стали серыми. Его жизнь прошла в бесконечных схватках обреченных на поражение и отступлениях куэрхов со своим безжалостным врагом. Он стал старейшиной своего племени. Не по праву наследования, а потому что хранящих закон оставалось все меньше. За это время от былого величия куэрхов ничего не осталось.

Остатки их расы еще были разбросаны в лесах и горах бывшего родного мира. Иногда доносились слухи о гибели очередного племени в соседних мирах. Некогда враждовавшие между собой племена теперь пытались объединяться и хоть как-то поддерживать друг друга. Кто-то ушел в гигантскую систему пещер под горами родного мира. Другие пытались выжить на удаленных островах, куда захватчики пока не спешили добираться. Враг никуда не торопился и обосновывался в захваченных мирах основательно.

Краэс, с остатками верящих ему куэрхов, объединился с еще тремя племенами и образовал совет старейшин. Они без разбора приняли к себе всех одиночек, кого еще смогли найти в лесах. А потом, не имея на своих землях ни высоких гор, ни пещер или даже островов в морях радом с берегами, подобно смертельно раненному зверю, ушли в единственную расположенную поблизости нору, ведущую в Лауну. Была надежда, что оттуда удастся найти новый мир, куда не пойдут захватчики. В Лауну ушло всего три десятка сотен куэрхов, все, кто ещё не потерял надежду сохранить жизнь и свободу для своих детей.

Заметая следы, они три года скитались среди трясины, в поисках норы ведущей в более приветливый мир. Разведчики уходили в найденные норы, но возвращались ни с чем. А иногда и не возвращались вовсе. Болезни, вызванные жизнью в условиях болот, косили куэрхов сильнее, чем кратковременные налеты преследователей. И когда, когда от болотной гнили ушли к в мир вечной охоты сразу две семьи из его племени, а разведчики донесли о появлении крупного отряда аэнхов, Карэн не выдержал. Ослабленных болезнями и плохой едой самки и самцы разного возраста не могли оказать серьезного сопротивления Варгу. Крэс предложил уходить в очередную найденную нору без разведки.

С ним согласилась остатки его племени аэнхов. Всего три неполных десятка тех, кто надеялся сохранить жизнь и свободу для своих детей. Небольшую группу никто не удерживал и не отговаривал, даже желали той самой удачи, что оставила их народ.

Они ушли разом, взяв с собой только то, что могли унести в руках. И попали в ловушку. Мир льда и снега не был намерен терпеть пришельцев как, как Лауна. И этот мир не позволил им вернуться обратно. Ни одной норы, ведущей обратно в душные болота Лауны или в другие миры, куэрхи так и не смогли почувствовать за краткое время своего пребывания здесь. Этот мир убивал так быстро, что они не смогли найти даже норы, ведущей Урэну.

Чуть меньше трех десятков ушедших за своим старейшиной куэрхов теперь лежат в снегу, отмечая последний путь племени аэнхов. Кто-то замерзал во сне, на стоянках. Кто-то падал на ходу и больше не вставал. Идущие следом не могли помочь умирающим и проходили мимо. Они сами звали на предков на встречу.

Где то в середине этой тропы он оставил свою младшую дочь. Единственная выжившая в болотах из его детей. Она без упреков передала ему трехлетнего внука с единственным пожеланием: ребёнок должен уйти на встречу с нею в мир вечной охоты свободным и без мучений.

Пронизывающий холод, давно добравшийся до тела вдруг отступил, вызывая ощущение тепла. Но старейшина был слишком стар, чтобы попасться на такую хитрость Уриэ. Так всегда бывает, когда наступает момент перед холодным концом. Тело перестаёт ощущать холод и пытается обмануть себя.

Карэн осторожно пошевелил заиндевевшими руками. Пока пальцы все ещё слушаются его и сохраняли силу, пора исполнить волю младшей дочери и помочь спящему внуку уйти к предкам. Пусть это и против правил, и нарушив связь поколений, он не сможет войти в мир вечной охоты и не увидит дочерей и жену. Зато внук узнает счастье свободной охоты и встретиться с предками. Пусть Аранх и Интса, Боги и покровители куэрхов, не слышат больше поклоняющимся им. Но дорога в мир предков от них не зависит.

Старик осторожно расслабил руки, стараясь не разбудить малыша. Задушить наверно уже не получится. Пальцы все-таки слишком ослабли. Все что ему надо, это аккуратно зажать маленький нос и рот. Мальчик не проснется. Где-то на задворках цепенеющего сознания еще теплилось предательское желание подождать. Даже не надежда на чудо. А прямо таки требование продержаться еще немного, что помощь уже совсем близко.

Карэн равнодушно задавил предательскую слабость и, раздвинув борта шубы, в последний раз посмотрел на сопящего внука. Холод и его начал доставать. Тельце мелко вздрагивало и пыталось свернуться у него на груди клубом. Только хвост все крепче охватывал его талию, в безуспешной попытке добраться до слабеющего источника тепла. Тело деда уже не могло дать ему требуемое. И скоро внук проснется от холода. Не стоит доводить до того, чтобы достойный сын ползал на мертвом теле и медленно коченел под завывание ветра.

В голове мелькнула предательская мысль, что может все это зря. Останься он в родном мире, и внук был бы жив, пусть и рабом, без шанса завоевать свободу. Старейшина безжалостно прогнал непрошенную жалость. Теперь она ни к чему.

"Пора". - Руки осторожно обняли в последний раз внука. Снова захотелось протянуть ещё чуть-чуть. Хоть несколько ударов сердца дать внуку. Перед уходом в нору он произнес первые слова. Услышать бы еще раз его голос. Промедлить, еще немного продержаться. Промелькнуло недоумение. "Зачем умирать? Зачем надо убивать младшего в семье? Помощь ведь рядом, не спеши".

Замутненное холодом сознание не сразу осознало, что это не его мысли. Он воспринимает чужие эмоции, направленные прямо к нему. Недоумение, непонимание и, наконец, удивление и даже обида и возмущение.

"Он спешит, ведет на помощь спутников, а он не желает слушать".

Смесь эмоций была настолько стильной, что заставила Краэса на мгновение замереть и поднять голову.

Казалось бы это было не возможно. Но из белой мглы медленно проступила еще более белая тень. Что-то крупное, на четырёх лапах неспешно приблизилось. Сквозь стену снега проступила чудовищная голова, полностью укрытая костяными щитками с выступающими из под верхней губы клыками. Узкие, запорошенные снежной пылью пластинки соскользнули в бок, открывая желтые глаза с вертикальными зрачками. Через щели носовых щитков, облачком вынеслось горячее дыхание и коснулось лица замерзающего.

Но Карэн только скользнул взглядом по этим клыкам. За костяными шлемом, укрывающим голову зверя, на снежном ветру волнами колыхалась белоснежная грива. Даже при сумерках метели были видны проскакивающие по ней солнечные точки. Видно верно говорят сказания: "и муаны провожают души умирающих, чтоб те не заблудились на пути в мир вечной охоты". И все правильно. Муан и должен быть один. Приняв решение убить внука, он обеспечил ему этот путь, но не себе. Поднявший руку на родича, не достоин вечной охоты. А то, что Муан позволил увидел его, это награда лично ему за жертву. Муаны не боги, а только их дети.

Он распознал новую волну недоумения и непонимания, исходящую от видения.

"Отнести? Кого? Куда? Зачем? Почему? А ты?"

Видение замерло и, будучи откровенно озадаченным, совсем сняло щитки и наклонило голову на бок. Потом осторожно потянулось носом. Мудрые жёлтые глаза растерянно захлопали неожиданно пушистыми ресницами. От теплого дыхания растаяли снежинки на лице. И только тогда Карэн окончательно поверил, что муан не призрак, и не плод его умирающего воображения.

- Благодарю, что ты пришёл ко мне перед смертью. - Губы плохо слушались, но Старейшина очень хотел произнести слова благодарности сказочному существу. Пусть и в конце пути племени, но их боги вернулись.

Карэн сморгнул накопившийся на ресницах снег и с удивлением отметил, что морда муана, очень похожа на лиуни, домашних животных, испокон веков помогавших бороться с мелкими грызунами в жилищах куэрхов.

Старейшина сосредоточился. По легендам, Муаны намного лучше слышали желания даже несвязанных с ними куэрхов. И ощущая эмоции пришельца, он в это верил. Но надо было спешить, пока он сам мог связно мыслить.

Карэн постарался как можно четче воспроизвести ощущение младшего в семье, желание защитить, спасти, отнести в теплое место.

Овальные уши в белой шерстке нетерпеливо дернулись, отбиваясь от хлестнувшей снежной плети. Короткий нос забавно сморщился и потянулся к шубе.

Карэн послушно раздвинул полы, позволяя сыну бога увидеть внука. Ровно на столько, чтобы муна смог разглядеть ребенка.

- Мне нельзя уже помочь. - Произнес он вслух почти в нос сказочного существа. - Но там, в болотах остались куэрхи, продолжающие почитать твой народ и стремящийся к свободе. Они нуждаются в твоей помощи так же, как мой внук. Помоги моему внуку и отнеси его к ним. Возможно, ты согласишься помочь и отведешь остатки моего народа в безопасный мир.

Мягкий, тёплый нос уткнулся в руку ребёнка. Тот открыл глаза и недоуменно уставился на огромную кошку. Завихрение бросило новую порцию снега в лицо Карэна. Несколько снежинок попало на нос малыша, и он смешно сморщился. Но продолжал во все глаза смотреть на громадную, никогда раньше невиданную белоснежную лиуни.

Из снежной круговерти послышалась незнакомая речь и за спиной муана проступили темные два контура двуногих, очень похожих в своих одеждах на аэнхов. Вот только у откинувшего капюшон, была длинная копна волос, замысловато завитых в длинный хвост и плотно обернутой вокруг головы. Самка?! Здесь? Сбоку из мглы выскользнул ещё один силуэт. Карен с удивлением успел заметить, что это существо вообще без ног. Неизвестный рывком вклинился между приблизившимися самками и карэном, быстро осморелся, что-то оценивая, и сразу исчез.

"Охранник?" - Апатично удивился Краэс.

Он успел заметить, что незнакомец был одет также легко, как и эти самки. А снег, носящийся всюду, почему-то огибал их фигуры, как будто вокруг каждой был невидимый кокон.

Пока самки внимательно осматривались, безногий снова появился в поле зрения старейшины, и воткнул рядом какой-то жезл. Свист ветра сразу отдалился, как будто ветер теперь выл за толстой стеной жилища. Струи снега никуда не делись. Но они хлестали по невидимому и неизвестно откуда взявшемуся куполу, разворачивались в сторону или вверх и уносились дальше в белую мглу, подхваченные новым порывом ветра.

- Вы боги? - Шепот был едва слышим для него самого. Он даже устыдился своего состояния. Боги не должны угадывать слова и так поспешно наклоняться к таким как он.

По печальному лицу самки и движению ее головы, он понял, что самка не поняла его речи. Значит это не боги. По крайней мере, не его племени. Но она явно спутница Муана. Карэн отчётливо видел яркую нить связи между этой самкой и сыном богов. Она что-то говорила своим спутникам, разводила руками и с сожалением косилась на него. Видимо признаётся, что не может ничем помочь.

- Это ничего. Я уже стар, и если надо, пусть это будет моя жертва. Даже если вы не наши боги. - Снова прошептал он. - Спаси Луэлу.

Карэн начал еще больше раздвигать непослушными руками шубу. Внучок захныкал от холода, протянул ручонки вслед за отступившим муаном и почти высунулся из выстывающего укрытия.

Ахнув, самка, не раздумывая, выхватила ребёнка и торопливо начала расстегивать на себе куртку.

Сбоку появился все тот же странный воин и накинул на неё что-то вроде меховой накидки, разом накрывая и девушку и внука.

Карэн счастливо улыбнулся, приветствуя подступившую темноту. Он действительно был счастлив. Теперь ему есть, что рассказать дочери и супруге. И все, кто встретит его на той стороне, узнают, что боги не оставили куэрохов. И муаны уже идут на помощь их народу и ведут за собой своих странных спутников, которым подчиняются даже холодные ветра ледяного мира.

- Настя, кого там Лео опять разыскал! - Лика с интересом выглядывала из-за плеча Рианны. - Это еще кто и что он тут делает?

Перед ними в снежной нише, выкопанной под торосом лежал разумный, с лицом, чем-то напоминающим кошачью мордочку. Контуры его тело скрывала толстая шуба, уже изрядно припорошенная снегом. Но за то, что это старик говорили морщины вокруг выцветших глаз с овальными зрачками. Незнакомец был жив. И даже пытался общаться с кошаком, который, без особых церемоний зачем-то пытался раздвинуть полы шубы.

- Замерзает. - Вздохнула Майя, отступая на шаг от тела, и огорченно развела руками. - Мы ничем не можем ему помочь.

Лежащий старик подслеповато сощурился, что-то забормотал, и вдруг начал раскрывать свой тулуп.

- Чего это он? - Озадачилась Лика.

Нэстэ не успела ответить. Под грубой одеждой из шкуры какого-то животного, что- то завозилось и издало приглушенный писк. Голова Лео обралась от находки, открывая обзор, а следом за его носом потянулись детские ручки.

Ахнув, Нэстэ торопливо выдернула из коченеющих рук старика крохотного ребенка. Понимая, что время не терпит, она расстегнула куртку и сунула находку к себе за пазуху.

Первым сообразил, что происходит Саша. Он достал из-за плеч верхнюю накидку и укрыл Нэстэ полностью. Они позволяли довольно долгое время находиться на пронизывающем ветру. Но использовались, если была необходимость отключить на время индивидуальные силовые поля. Нэстэ благодарно кивнула другу и ещё теснее прижала к себе дрожащее тельце. Под курткой что-то скользнуло, пытаясь обхватить ее за талию.

Одного взгляда на оставшегося лежать старика было достаточно, чтобы понять, что с ним все кончено.

-Похоронить бы надо. - С сомнением заметила Лика.

-Здесь нет хищников. Завернем в шубу и зашьем капюшон. Пурга сделает могилу за нас - Заметил Саша. - Мы все равно не знаем обычаев этого народа. Если потребуется, сможем вернуться, когда разыщем народ этого найденыша.

Санира приблизилась сбоку и с любопытством заглянула к подруге под накидку.

- Маленький, какой! А мордочка какая потешная. Носик все время принюхивается.

Нэстэ осторожно отодвинула от себя нежданный подарок, в свою очередь разглядывая приобретение.

Короткий нос, с прорезями, совсем как у Лео, дернулся улавливая новые запахи. Огромные, в треть лица глазки с любопытством осмотрелись. Ребёнок чихнул. Потом завозился, на руках, явно желая вернуться в тепло куртки и плотнее прижаться к нвому источнику тепла.

-Намерзся, бедолага. Он ещё наверно и есть хочет, может дать ему пластинку из НЗ?

Санира вытащила из индивидуального пакета сладкую пластинку длиной с палец. Питательная масса числилась у них в качестве неприкосновенного запаса. Одна такая пластинка могла обеспечить взрослого человека питанием в течение суток. Но никто не сделал замечания Санире.

Найденыш тем временем разглядел стынущее в снегу тело, что-то произнес несколько раз и, видимо что- то поняв, тихо заскулил, не отводя глаз от лица покойника. Нэстэ осторожно провела по покрытой короткой ярко рыжей шерсткой голове. Тот отвлекся от своего горя и уставился в глаза Нэстэ.

-Ну, не надо, маленький. Твой родич был мужественным воином и сделал все, чтобы тебя спасти. Жаль, что мы не знаем, как оказать ему уважение согласно вашим обычаям.

Ребёнок замер под рукой девушки. Глаза широко раскрылись и маленькие ручки потянулись, чтобы обнять Нэстэ. Тонкий хвост выскользнул из-под куртки Нэстэ и начал обвивать удерживающую руку. Нэстэ ощутила слабый толчок в сознание, как будто Лео ушел за много миров к своей самке и пытался связаться с нею.

В тот же момент раздалось недовольное ворчание кота. Мощный хвост проскользнул между маленьким тельцем и Старшей, обвил его и почти вырвал из рук девушки вместе с накидкой.

Санира не успела опомниться, как импровизированный свёрток казался у неё в руках. Огромные почти чёрные глаза моргнули и с удивлением уставились на новое лицо.

Не зная как поступить, Санира торопливо распахнула свою куртку, запихивая его к себе по примеру Нэстэ. Ребенка била дрожь и он точно не обойдется своим теплом даже под защитой силового щита. А выяснить что к чему можно и потом. Чтобы успокоить опомнившегося малыша, она сунула заготовленную пластинку ему прямо под нос.

Недоумение на личике продержалось всего несколько секунд. Маленькие, но на удивление сильные пальцы мертвой хваткой вцепились в подношение и острые КЛЫЧКИ попытались откусить сразу половину подношения. Больше просто не поместилось у него во рту.

Не хорошо вроде смеяться стоя рядом с мертвым телом. Но уж очень уморительным было выражение удивления и обиды на лице ребенка. Пищевые пластинки намеренно делались по принципу жвачки. Так, чтобы нельзя было сразу откусить или проглотить. Этим решалось сразу несколько задач. Начиная от обычной потребности чего-то жевать, когда голоден, до лучшего усвоения организмом питательных веществ.

-Не спеши. - Тихо, чтобы не испугать, проговорила Санира ребенку, и попыталась потянуть за кулачок с зажатым лакомством. - Это надо потихоньку сосать. Специально так сделано, что бы все за раз не глотали.

В ответ послышалось тихое рычание. Зубки и не думали разжиматься. Детеныш начал остервенело тянуть к себе пластинку обеими руками, одновременно начав интенсивно работать челюстями.

Хвост снова зажил своей жизнью и спиралью обвился вокруг дающей руки, не мешая забрать пластинку. Глазки широко раскрылись, встречаясь со взглядом удерживающей его девушки.

Санира ощутила иррациональный приступ чудовищного голода, ощущение холода и где-то на задворках, постепенно отступающие чувство потери и равноценной замены.

- Что это было? - Она шокировано выдохнула, пытаясь осмыслить незнакомые ощущения.

-Поздравляю. - Усмехнулась Нэстэ. - Похоже, ты обзавелась партнером по эмпатическлй связи. И твой партнер разумный.

- А почему Лео его у тебя забрал? - Заинтересовалась Лика.

-Ревнует. - Нэстэ с любопытством проследила за очередной попыткой Саниры отобрать пластинку. - Он говорит, что мне не удастся установить нормальную связь с малышом, из-за нашего с ним канала. Связь вообще возможна только с одной ниахарой, иначе начинается конфликт, из-за которого можно и спятить. Но это происходит потому что ниахары по эмоциональной силе равны между собой. А у малыша импульс вообще очень слабый. Конфликта вроде как и не будет. Но это как маленький ручеек рядом с очень сильным потоком. Я его, скорее всего не услышу, из-за связи с Лео. Детеныш нуждается в хорошем контакте и будет одинок со мной. К тому же, я уже давно в связи с Лео и из-за этого может установиться какая-то неправильная связь, губительная для ребенка. Я не поняла почему, а Лео не может объяснить. Он просто передает ощущение неправильности и подавленности. В общем, можно сказать, что Лео спасает ребенка от меня. А вот Санира как раз подходит.

-Ты хочешь сказать, что они такие же, как ниахары? - Растерянно уточнила Санира.

-Способны к запечатлению? Да. Но не совсем. Они очень слабые. И говорю же, тут есть что-то, чего Лео не одобряет. Вроде как связь возможна сразу в двух вариантах. В одном случае привычная нам, а во втором, то самое что кошак не одобряет. Но я не могу пока понять что именно не так и почему. Лео помог вам подстроить связь. Так что сейчас все нормально.

За спиной протянуло сквозняком. Вместе с проскользнувшими через внешний щит второго уровня, сверху попало немного снега.

Рианна с ходу заглянула через плечо Саниры. Ее Барик ограничился деловым разглядыванием ее приобретения со стороны. На лежащее тело старика ниахара даже не оглянулась. Нэстэ уловила короткий обмен эмоциями между котами.

-Барик полностью одобряет действия своего брата. - Заметила Ри. - Но я тоже не пойму что не так с этой связью. Санира, ты не тяни пластинку, а придерживай ее крепче и не давай заглотнуть. Подавится же малец.

-Он чудовищно голоден. - Выдохнула та.

-Для этого эмпатии не надо. - Заметил Саша, помогая ей укрыться накидкой. - Достаточно послушать его рычание. Посмотри, он даже со мной собирается драться за этот кусок.

Все с интересом наблюдали за яростной борьбой малыша с вожделенной добычей. Пластинка была не слишком широкой. Санире приходилось удерживать её с заметным усилием. При этом еще и воевать с двумя крепкими ручками, оснащенными четырьмя пальцами, заканчивающимися короткими коготками и хвостом, окончательно захватившим запястье девушки.

Было видно, как тепло и питательная пластинка начали действовать. Ребенок все еще не разжимал зубов и пытался рвать лакомство, но его глазки уже подернулись сонной проволокой.

-Кажется, он наедается - заметила Ри.

- Ага, у него уже не так живот сводит. - Подтвердила Санира. - Ему тепло и спать хочется. А ему можно?

- Передохнем здесь часик, заодно и его родича немного обустроим. А ты засунь малыша к себе под куртку. Этот старик держал его совсем под шубой. Так что такой способ, по-видимому, для него привычен на переходах. Кстати, старик что-то говорил, когда протягивал малыша. Я не совсем разобрала. Но, кажется, это звучало как "Лулу".

Начавшие слипаться глаза ребенка широко раскрылись и он даже голову повернул вопросительно глядя на Нэстэ.

- Точно его имя. - Обрадовалась Санира. - А то он такой маленький, совсем несмышленыш еще. Я боялась, что он и имени своего не знает.

-Вернемся, поищем его соплеменников. - Лика отошла в сторону, предоставляя бойцам из сопровождения место, чтобы заняться телом старика.

- Барик обнаружил еще одно тело километрах в трех отсюда. - Вздохнула Рианна.- Можно послать его дальше, но думаю, так в том направлении помечена целая дорога. Если смотреть отсюда, это примерно в направлении того Раскола, который мы пока решили не изучать.

- Лучше пока пусть так "пока" и остается. - Заметила Нэстэ. - Чего ради, старик поперся в белый мир с ребенком? Да еще в компании таких же бедолаг. Одежонка у них хоть и хорошая, но тяжелая и громоздкая. Она явно не предназначена для этих мест. По снегу, в таком одеянии сидеть на одном месте надо, а не брести незнамо куда.

- Я согласна. - Кивнула Рианна. - Все равно до того Раскола несколько дней идти. Пока возвращаемся в лагерь и до дому. Малыша надо показать каринам. Они должны знать и кто это такие и что-нибудь об их обычаях.

- Бродячие торговцы должны знать не что-нибудь, а очень многое. - Проворчал Саша, устраиваясь рядом. - Раса, живущая с торговли всем, что только можно, и везде где, это возможно, просто обязана знать все и обо всем. Какой торговец допустит убыток по причине незнания обычаев клиента.

Ему очень не нравились белые миры. Голым хвостом по снегу не больно поползаешь. В одежде ему приходилось затрачивать гораздо больше усилий, чем обычно. Не то сцепление с поверхностью, падает не только скорость передвижения, но и вся координация движений. Это раздражало, и змеелюд все время был чем-то недоволен. Но наотрез отказывался отпускать Нэстэ куда-то без своего присмотра.

- Иначе это не торговцы, а одно название. - Продолжал он. - Предлагаю вызвать переводчика вместе с Сумми в стационарный лагерь. Она его приведет и посмотрит на нашу находку. Вдруг это все-таки местный паренек и теплые миры ему как-то противопоказаны.

- Хорошая идея. - Задумалась Нэстэ. - Много времени это не займет. А от проблем может избавить.

Лулу

При появлении в лагере, выяснилось, что находка не желает оставаться без присмотра своей старшей по связи. И вел себя спокойно только в ее присутствии. Как только Саниру отозвали из палатки, мальчишка тут же позабыл о сюсюкающих вокруг женщинах и забеспокоился. Он даже перевернулся на четвереньки и прямо на столе встал на ноги, для устойчивости подперев сам себя хвостом.

Увидев знакомее лицо срочно вызванной обратно девушки, он радостно заулыбался, неуверенно покачиваясь сделал шаг и наверняка бы упал, не подхвати его Санира на руки. Вместо уже ожидаемого всеми возмущенного вопля ребенок вцепился в её волосы руками, а хвостом туго обвил обнимающие руки.

- Оказывается удобная штука этот хвост. - Прокомментировала происходящее входящая Нэстэ. - Санира, придётся тебе всюду его таскать с собой.

Спустя несколько часов, когда в лагерь прибыла Сумми с переводчиком-консультантом, накормленный и разомлевший, в одной лёгкой полотняной рубашке принесённой одной из змеелюдок, малыш спал, крепко обхватив хвостом удерживающую его руку Саниры.

Прибывший с Сумми кариани тоже долго и в полом недоумении разглядывал их находку. Нэстэ, ожидая его вердикта, невольно отметила, как бедолага кутается в теплую шубку. И это не смотря на силовой щит, надёжно прикрывающий лагерь от холода и царящую жару в палатке.

Нэстэ невольно вспомнилось пояснения штатного ксенолога:

"... у рас наших союзников от предков остались только внешние черты. На самом деле в предках у них вполне себе теплокровные существа, с внешними признаками ящериц или людей. Наш же переводчик совсем другое дело. Его предки были очень близкими родственниками тех самых холоднокровных ящериц, что нам известны. Их кожные покровы максимально приспособлены к интенсивному теплообмену с окружающей средой. Не удивлюсь, если выяснится, что они могут регулировать температуру своего тела и впадать в холодный анабиоз..."

В анабиоз каири не впадали. Но при низких температурах начинали цепенеть. Терморегуляции в их теле присутствовала, но можно сказать раз в десять слабее, чем у людей. Потому эта раса на уровне рефлексов ненавидела места, где мог выпадать снег. Не боялись , свои способы сохранить тепло были и у них. В конце концов, торговать приходится везде, где живут разумные. Но инстинкты никуда не денешь. И в тёплой, даже жарко натопленной палатке, молодой каири продолжал инстинктивно кутаться в теплую шубку с дополнительным подогревом, подаренную работодателями.

Как только каири заговорил, Нэстэ убедилась в неверности первого своего впечатления. Переводчик не был озадачен видом маленького, и оказывается, знал что это за раса. Недоумение же у него вызвало именно появление малыша в Белом мире.

- Это куэрх. Раса охотников, проживающих в одноименном мире с таким же названием. - Вежливо начал он, ещё раз уточнив обстоятельства, при каких была сделана находку. - Отдельные их племена заселяют ещё два соседних мира со сходными условиями. Это теплые миры, на мой вкус немного сухие. Тепло им не вредит.

- Это мы уже поняли. Малыш едва не разобрал отопитель в палатке. - Проворчала Ласс-с-сана. - Только при Санире и успокаивается. Что вы можете ещё о нем рассказать.

- Мясоеды. Растительную пищу употребляют только в виде приправ и лекарств. Раса делится на племенные общины, которыми руководят старейшины.

- Выборные?

- Нет, обычно место в совете старейшин принадлежит конкретному роду. Но бывают случаи, когда в совет вводят и представителей других семей.

- Совет большой?

- До трёх старейшин, занимающихся тем, что вы называете административно хозяйственными делами. Глава совета ведает и внешней политикой. В каждой деревне или поселении, существует свой совет. Они условно подчинены совету племени.

- Условно?

- Могут и не подчиниться, если посчитают нужным. - Подтвердил догадку слушателей переводчик. - Это создаёт большие сложности в торговле. У куэрхов не существует единого руководства и договариваться приходится чуть ли не с каждой деревней. Точнее приходилось.

- Что это значит? - Насторожилась Рианна.

- Мы давно уже не торгуем с этими мирами. Сам я сталкивался только с небольшими группами куэрохв, избежавших участи соплеменников. И то временно.

- Война?

- Хуже. - Вздохнул их консультант. - Захватчики. Айнары научились как-то подавлять их волю и навсегда привязывать к себе. Если младенец или малолетний куэрх встретится с ними глазами, он навсегда становится их безвольным рабом и будет готов выполнить любой приказ. Я слышал, что ради забавы айнары заставляли своих обращенных убивать собственных родителей. Их власть простирается на столько, что если хозяин запрещает своему рабу есть, тот умрёт с голода среди продовольственного склада, даже зная, что за ним не следят и наказания за нарушение приказа не последует.

Санира невольно прижала к себе спящего малыша и постаралась закрыть его свободной рукой.

- Но это можно сделать только с маленьким ребёнком. - Продолжил каири. - Взрослые особи, и даже подростки бесполезны для Захватчиков. Поэтому они их истребляют. Чтобы избежать проблем с местью в будущем.

- Неправильная связь. - Проворчала Сумми.

Нэстэ с Рианой только согласно кивнули.

- Зря вы забрали малыша. - Вздохнул парень. - Айнары практически вывели свободных куаэрхов и сейчас добивают последних, что смогли уйти во время их вторжения. Мальчонка станет рабом сразу, как встретит айнара. Если перерастет возраст привязки, останется последним их своей расы. Такой участи не пожелаешь и своему врагу.

- Вы им сочувствуете?

- По рассказам деда, они были хорошими покупателями. - Пожал плечами кариани. - Куэрхи не боятся охотиться в Бездне. Их изделия из костей или шкур тварей были ходовым товаром в других мирах. Сами они охотно покупали ткани и менталл. И куэрхи никогда не скупились во время торгов. Очень хорошие покупатели были.

Кариани сокрушенно махнул рукой, больше смахивающей на лапку ящерицы и снова с сожалением посмотрел на малыша.

Тот словно почуяв, что речь идёт о нем, открыл глаза и осмотрел консилиум. Потом освободил руку старшей и соскользнул на пол.

- Пропадает мальчишка. Нельзя ему встречаться с айнарами. Вы даже не представляете что это такое.

- Почему же. Наша связь с ниахарами той же природы. - Пожала плечами Рианна. - И мальчик уже прошёл установление связки с Санирой. Так что ему больше ничего не грозит.

Кариани проследил за мальчишкой, уже успевшем забраться на стул. Тот разочарованно окинул пустой стол, осмотрелся и требовательность развернулся к Санире.

- Уни!

- Спрашивает поесть. - Послушно перевел их консультант-переводчик.

- А то я не догадалась. - Санира быстро что то набила в браслете связи. - И куда в него только влазит?

- Дети куэрхов очень медленно растут первые пять лет своей жизни. Они с рождения очень цепкие, особенно хвост. В этот период они намного лучше ползают по деревьям, чем ходят по земле. На ноги встают после трех лет. И, пока учатся держать равновесие, используют его в качестве третьей точки опоры. После четырех они уже уверенно держатся на ногах и хвост держат высоко и тогда же начинают расти. Так что этому малышу чуть меньше четырех лет. Едят они в этом возрасте много и часто.

- И какого роста он будет? - Заинтересовалась информацией Санира.

- Я видел стариков, которые могли бы достать макушкой вам до плеча. - Прикинул кариани глядя на Сумми.

Принесённая змеелюдкой тарелка была решительно отвергнута, несмотря на густой запах мяса.

- Уни, лости уни. - Решительно заявил мальчишка и требовательно протянул к Санире руку ладошкой вверх.

- Я не совсем понял. Просит какую-то вкусную еду. - Вежливо сообщил переводчик.

- НЗ моё он просит. - Сердито проворчала Санира. - Конкретно пищевую пластинку.

Кариани с интересом проследил как Санира вынула из своего кармашка пластинку. Но решительно показала на тарелку.

- Он сможет понять, что я дам ему пластинку только после того как тарелка будет пустой.

- Родственники между собой могут вообще обходиться без слов. Поэтому куэрхи в детстве плохо говорят. Но чужую речь начинают понимать очень рано.

Переводчики произнёс какую то-фразу, старательно выговаривая слова, чем выдал неуверенное знание языка.

Мальчишка внимательно вы слушал его. Что то подумал, посмотрел на Саниру и решительно потянулся к тарелке.

Ложка отложена на стол, горячий кусок мяса был решительно выловлен руками. Обжигаясь, малыш торопливо вцепился в него зубками и при этом не сводил глаз с пластинки в руках Санира.

- Ложкой его придётся учить пользоваться.- Заметила стоящая в сторонке Лика.

- Куэрхи пользуются столовыми приборами. И мальчик точно знает что это такое- Возразил кариани, продолжая с любопытством следить за происходящим. - Но я не понимаю. Вы говорите, что он уже связан. Но мальчик ведёт себя совсем не похоже на тех рабов, что сопровождают айнаров.

Со стороны Нэстэ раздалось тихое шипение. Ей вторила Санира. Еда была забыта, и на обидчика своей старшей перевёл взгляд и малыш. При этом он шипел, явно подражая девушке.

- Лулу не раб. Ваши айнары во время установления связи делают что-то неправильно, поэтому и происходит полное подчинение. - Пояснила Сумми. - Если сделать все правильно, возникает устойчивая связь без подчинения. Малыш вполне может поспорить с Санирой и даже не проигнорировать её требование. Просто при этом он будет точно знать, насколько она недовольна.

- И на счёт рабства ты как-нибудь поаккуратнее. Мы не рабовладельцы. Многие из нас воспринимают такое подозрение за оскорбление.

- Прошу меня извинить. - Кариани поспешно исполнил привычный поклон. - Я не подумал об этом.

кариани несколько раз сморгнул вертикальными веками. Он и раньше замечал, что вопрос рабовладения в этой компании обходился стороной. И пришлых совсем не интересовали приспособления для содержания разумной собственности. Это не было ни плохо ни хорошо. Кариани торговали всем, что могли увидеть. Но рабы в число их товаров не входили. Хлопотно и дорого. Пути торговли были длинными и опасными. Осевшие торговцы могли приобрести для дому парочку рабов. Но и это не было правилом. Но держать их в караване было глупо. Хорошо оплачиваемая охрана намного предпочтительнее дополнительных рабочих рук, все время норовящих удрать.

Румссар был среди пришлых уже третий год. И мог с уверенностью считать себя специалистом по этим народам. По крайней мере, для своей семьи. Но до сих пор у него оставались сомнения в статусе той самой девушки, что так бурно отреагировала на его слова. Начиная с имени. Она представлял всем как Нэстэ. Без титулов и приставок. Но некоторым из тех, кто называл ее сестрой, позволялось называть ее другим именем. Держалась она обычно немного в стороне от дел своих подруг и друзей.

Если функции тех, кого близкие друзья называли Саши, Дино или Литарном были ясны и мало чем отличались от правителей тех миров, где были государства. То функции странной компании под названием "Совет контакторов" были необычны и непонятны даже для его опытного отца. А он всю жизнь торговал в разных мирах.

По всему выходило, что три девушки выполняли роль арбитров между своими высокопоставленными друзьями. Он не раз наблюдал разбор назревающих конфликтов между разными колониями. Когда вместе, когда поодиночке, но решения Сумми или Рианы, высказанные в форме рекомендаций, обычно принимались безоговорочно всеми участниками очередного конфликта.

Поначалу, как сторонний наблюдатель, Румссар думал, что вся особенность положения Нэстэ заключается в том, что она одновременно входит сразу в кампанию Рианны и Сумми, ну и почему-то пользуется особым расположением правителей двух необычных рас. Но очень быстро выяснилось, что слово Нэстэ имеет не меньшее значение, чем двух её подруг. А пару раз он даже наблюдал, как она смогла настоять на своём решении вопреки мнению остальных.

Ему не отказывали в объяснениях. Гекатесы прочитали несколько лекций по жизненному укладу далекого скопления миров. Но исторические экскурсы его запутали ещё больше. Змеелюды из отряда правителя шипели в ответ на его сомнения. И вообще, из их слов он понял, что и сам правитель и его отряд близких соратников каким-то образом обязаны Нэсте жизнью и честью. И это единственный вопрос, по которому мнение этой девушки никого из них не волнует. Что до друзей его высочества Дино, то им было все побоку. Нэстэ их подруга, входит в ближний круг едва ли не с детства, и это факт, не подлежащий обсуждению. Они не допустят, чтобы кто-то там сомневался и недоумевал по этому поводу.

Все остальные, из рядовых граждан, с кем он мог поговорить, отделывались только одним словом - "Правящие". В отношении Нэстэ некоторые со значением добавляли ещё "универсальная".

Но это не было религиозным поклонением. С девушкой спорили. Сама она подчинялась внутренним правилам установленным для их группы. И даже исполняла требования или приказы. Например, в вопросах своей безопасности. И одновременно, если вдруг ей хотелось организовать экспедицию, как сейчас в этот кошмарный мир снега и льда, по сравнению с которыми Бездна раем покажется, все её начальники обсуждали исключительно сроки выхода и вопросы организации. А её друзья откладывали свои дела, чтобы принять в ней участие. Принцесса Сумми оставалась в резиденции не потому что не хотела идти в экспедицию.

Это была не первая экспедиция такого рода. Каирини знал, что если экспедиция затянется, то через пару недель её сменит Рианна. А Саша с Дино начнут исчезать на несколько дней в своих колониях, оставляя рядом с Нэстэ усиленную охрану.

С девушкой вообще было связано много тайн. Что она делает, запираясь в отдельной комнате Резиденции с гекатессами, по несколько часов. После этого их всегда встречали представители сразу всех пришлых рас из числа научников. Как ему объяснили, карта миров была одна, но для безопасности, у каждой расы была своя независимая копия. Которую приходилось пополнять вручную. И дежурящие на выходе из комнаты научники занимались именно этим. Про карту кариани мог говорит долго и взахлеб. Ничего подобного до пришельцев он не видел и даже не слышал. Но получалось, что её пополнение каким-то образом связано с этой самой Нэстэ.

Второй странностью были её знания о Бездне, как пришлые называли эти Ноору. Именно она была проводником для всей этой армады пришельцев. И без неё не обходилась ни одна дальняя экспедиция по их изучению. А колонистам надо было их изучать. Они не собирались строить заводы и фабрики там, где жили. При одной мысли об этом у них всех кривились лица появлялось одинаковое недоумение. Заводы? В корлонии? Зачем? Гораздо проще и лучше их строить в соседних мирах Бездны. Небольшие стационарные заводы и шахты пришлые могли от кого угодно. Но главное, там и месторождения лучше, и вреда сельским полям не будет.

Про чудовищ в шкуре милых котиков можно было не говорить. Только увидев найденыша, кариани вспомнил чьи именно описания ему напомнили эти кошмарные создания. Муны из религии куэрхов были их копией даже в мелочах. Но при этом их легенды не передавали того ужаса, в который они превращались в боевой трансформации. Он сам наблюдал это только один раз. Когда ОДИН кот вышел против целой стаи ланши. Этого порождения хаоса состоящего их клыков и когтей кое-как скреплённых чешуйчатой шкурой.

При виде не маленькой стаи появившейся ранним утром около селения, пришлые даже не стали доставать оружие. Эта самая Нэстэ, добрела протирая глаза до края лагеря поворчала на разбудивших её караульных и поплелась обратно. Тогда он и узнал, что коты охраняют лагеря своих хозяек. И тот бой он запомнил на всю жизнь. Этот белый и пушистый Лео отказался звать даже своего брата, гулявшего где-то с другой стороны. Порезвился в одиночку. Сам Румссар оставался рядом с караульными, которые сочли схватку удобным случаем заключить пари на время боя и скольким из тварей удастся убежать.

"Лео постоянно сканирует окружающее пространство" - Непонятно пояснил тогда знакомый змеелюд из охраны. - "Намного лучше чем наши приборы. Нэстэ могла бы сообщить по браслету, что кроме этой стаи в округе ничего нет. Но прошлась, чтобы не успокоить поселенцев".

Поселенцы действительно были обеспокоены. Но на взгляд сторон него наблюдателя, скорее своими ставками, чем кошмаром местных жителей. По сигналу тревоги они привычно перебрались под чудесный прозрачный щит, что окружал центр любого лагеря пришлых и с удовольствием делали ставки.

Потом Нэстэ возмущалась и выговаривала своему пушистому "кошмарику" за устроенную рядом с лагерем помойку.

Хотя на взгляд кариани её отсылки к проблемам для жителей местной деревни были неуместны. Лагерь находился в Уриании с целью попытки договориться о хороших отношениях. Хотя что с ними договариваться? Местные гуманоиды даже железный топор почитали за чудо. Зато были готовы своими бронзовыми ножами до потери пульса долбить силовые щиты пришлых. Чем вызывали у них досаду.

Зато этот народ был всеядным. И против нежданного подношения совсем не возражал. Светило не успело ещё добраться то своего зенита, как на месте схватки осталась только помятая трава. Даже желтоватой крови не осталось. Местные считали её средством для привлечения здоровья. И дети своими голыми телами старательно вытерли её с травы.

А переговоры после того случая прошли вполне успешно. Местный вожак признал пришлых друзьями племени. К ниахарам они прониклись глубоким почтением. Правда Нэстэ и остальные её подруги кривились, слыша, что их считают хозяйками. А котам было все равно. Не мешаются под лапами на охоте и ладно. А то хозяйки будут недовольны, если случайно заденешь.

В общем, по мнению Рамссана, вызывать недовольство Нэстэ было очень опрометчиво. А уж нанести оскорбление было чревато встречей с её друзьями. Лучше сразу извиниться и раскаяться, пока его наниматели не пришли к далеко идущим выводам.

В платку скользнула тень ниахары. Лео быстро осмотрелся и подлез под руку к Нэстэ, при этом не сводя с бедного переводчика тяжелого немигающего взгляда. Кариани забеспокоился всерьёз. Появление кота и его действия показывали, насколько девушка расстроена и кто именно виновник ее настроения. Если уж она не смогла скрыть своих эмоций от партнёра, дело плохо.

Остальным и такого свидетельства было и вовсе не нужно.

- Ты молодец, что извинился, но сейчас лучше исчезнуть. - Тихо шепнула подкравшаяся со спины Лика. - Лео не так быстро успокаивается, когда задевают Нэстэ. А от него возвратом Нэстэ опять заводиться начнёт.

- Хорошо. Только я не понимаю...

Бедолага так искренне развел лапками, что Лика невольно улыбнулась.

- Тут давняя история. Они встретились, когда оба потеряли близких. Потом вдвоём скитались по всем Объединенным мирам, пока не пересеклись с нами. Ты своей репликой невольно напомнил ей о погибшей матери. А Лео испытывает что-то вроде чувства вины. Он то с братом встретился, а Нэстэ так без мамы и осталась.

Уже выйдя из палатки, кариани попытался разобраться в полученной информации. Но представить себе, чтобы при всех своих друзьях и охране, эта девушка вместе с матерью оказалась вынуждена защищать свою жизнь было сложно. И спросить не у кого. По реакции окружающих, было понятно что эту тему лучше не стоит поднимать.

- Ты не думай об этом. - Заметила вышедшая следом Лика. - Нэстэ с большой неохотой рассказывает о своей жизни в те времена. Могу только сказать, что мы до сих пор иногда сталкиваемся с новыми эпизодами из тех времен.

- Но она ведь пользуется таким уважением....

- Так с тех пор кое-кто ее и уважает. И далеко не каждый ее обидчик дожил до времени, когда захотел бы извиниться. - Усмехнулась Лика. - Думаешь, кашьяти ко всем людям с таким вниманием относятся? Но тебя это не касается. Лучше скажи, Нам надо знать о чем-то особенном, что связано с воспитанием куэрхи? Как в его народе относятся к таким вот "потеряшкам".

- Я больше по торговой части. - Поежилась ящерка глядя на так нелюбимый им снег. - Ничего ужасного об этом не слышал. Они охотники, часто уходят в Бездну. Бывает, что подолгу отсутствуют в семье. Не думаю, что с этим могут возникнуть проблемы. А вот на счёт связи такого типа как у вас, мне ничего не известно. Рабы для племени потеряны, это точно.

-Ясно. - Лика хмуро покосилась на собеседника, но не стала делать замечания.

- Вы собираетесь найти его родных?

- Естественно. Но не сейчас. Сначала надо побольше узнать, что там происходит.

- Скоро прибывает отец. Он знает о куэрхи намного больше, чем я. Можно попросить его собрать дополнительную информацию.

- Не бесплатно разумеется. - Лика с ехидством посмотрела в глаза переводчику.

Тот только согласно кивнул. Демонстрация в улыбке частокола тонких, почти игольчатых зубов создавала совсем не тот эффект, на который можно было рассчитывать. А по-другому его губы не растягивались. И кариани давно уже избегал улыбаться в присутствии пришлых.

Полог палатки распахнулся, выпустив неуверенно ковыляющего парнишку. Он сделал несколько шагов и замер, разглядывая лежащий кругом снег. Холод ему точно не нравился. Хотя щит закрывал от ветра.

-Лулу, ты как сюда добрался? Только же сидел за столом.

Санира вылетела следом и подхватила на руки подопечного. Тот без раздумий обвил руку хвостом, попытался залезть под рубашку. А когда не получилось, с силой обхватил руками за шею и постарался плотнее прижаться к теплому телу.

- Похоже у тебя весёлые деньки наступают. - Рассмеялась Лика, гладя на эту сцену.

- Его надо научить нашему языку. А то общаться как-то неудобно. - Проворчала Санира, поспешно унося малыша обратно в тепло.

- Ласс-с-сана, где этот постреленыш? И не говори, что не знаешь. Он точно где-то здесь.

- А что он опять сделал?

Змеелюдка от любопытства даже голову склонила на бок. Триада прибыла на совещание в резиденцию верховного несколько дней назад. И столь беспардонное появление Саниры в ее жилище стало обыденным явлением.

- Полез на подоконник по шторе. И естественно сорвал её. И нечего смеяться.

Санира даже обиделась, глядя на заливисто хохочущую змеелюдку.

- Ткань попала на отопитель. А у него, как тебе известно, ещё с прошлой его проделки защиту не установили. Край ткани даже обуглился, пока там все остывало. Мог быть пожар между прочим.

Змеелюдка только рукой махнула, на новую трагедию и продолжила смеяться.

-Но ведь Лулу больше не лезет к приборам. Короткой беседы хватило мальчишке.

- Не лезет. Зато теперь он лезет в окно. Мои комнаты на третьем этаже, но Лулу абсолютно лишен страха перед высотой.

- Лазает по стенам лучше, чем ходит по ровному полу. - Закончила с улыбкой Ласс-с-сана.Чему тут удивляться? Его предки родились на деревьях. Наши фасады для мальчонки, что торная дорога.

- По этой дороге его вчера с крыши снимали. - Вздохнула Санира и осмотрелась. - Выходи, где ты спрятался? Я уже успокоилась. Ругаться не буду.

Во встроенном платяном шкафу появилась щель. И оттуда опасливо высунулась мордочка подопечного.

- Не будешь?

- Не буду. - Вздохнула Санира, и невольно т улыбнулась. Долго сердится на свою занозу у неё никак не получалось. Малыш щедро делился с нею эмоциями. детская радость от удачной проделки, искреннее раскаяние, за неловкую шутку и почти счастье, когда его новая мама находила время с ним поиграть. Ради последнего он был готов даже учиться. Но все-таки предпочитал подвижные игры.

-Ты же знал, что по шторе лазать нельзя. Зачем полез?

- Она хорошо держала. Я подергал.

Ласс-с-сана снова зашлась смехом. И Санира сердито покосилась на змеелюдку.

- И что смешного? Хорошо штора сразу сорвалась. А если с потолка?-

- Я хотел на подоконник запрыгнуть. - Возмутился малыш. И сразу же занял позицию за хозяйкой комнаты, чтобы мама не достала.

Санира только вздохнула. Лулу чувствовал её эмоции и пользовался своим преимуществом без зазрения совести. Но при этом не забывал и о том, что ей приходится иногда делать то, что не хочется. Например, оттаскать за уши не в шутку, а в серьез.

- Видишь, у него был тактически план. И ни с какого потолка он падать не собирался. - Заявила Ласс-с-сана, радостно сгребая непоседу и устраивая себе на хвост. Санира при виде этой сцены только головой покачала.

- Давно хотела спросить, что вы-то в нем нашли? Ладно, один два из змеелюдов. Но Лулу пользуется вниманием всех серпентинидов.

- Он напоминает нам наших детей.

- Чем? - Искренне удивилась Сайяна.

Более противоречивого аргумента придумать было сложно. Малыша можно было сравнить с любым гуманоидом, с людьми, например. Или даже с кашьяти. Но точно не с хвостоходящими, как здесь окрестили змеелюдов.

- Не телом. - Улыбнулась Ласс-с-сана. Он такой же непоседа и его все время приходится доставать из самых разнообразных мест.

- С этим я согласна. Но это ведь все дети так.

- Ваши дети в младенчестве очень беспомощны и сильно зависят от родителей. - Улыбнулась Ласс-с-сана. - Извини, но по нашим меркам дети людей довольно инфантильны. Лулу в этом гораздо больше похож на наших змеек.

- Ещё бы! И поэтому он сдружился с вашим детским садом. - Сердито заметила Санира.

- Его ровесники из людей пока не далеко отходят от своих мам. Лулу скучно с ними. Ты не сердись на него. Что там с той шторы?

- Знала бы ты сколько мне пришлось выслушать от кастелянши. Я теперь знаю цены на ткани, так что ночью разбуди выложу без ошибки.

Лулу при последних словах замер, с виноватым видом соскользнул с хвоста Ласс-с-саны и приблизился к ней.

- Извини, не буду.

- Надо говорить, я не буду. - Привычно поправила подопечного Санира и провела ладонью по голове.

Аккуратно торчащие ушки торопливо сложились. Ласку Лулу любил как какой-нибудь кошачий. Даже мурлыкать мог.

- Не придирайся к мальчишке. - Тут же Возмутилась Ласс-с-сана. - Всего ничего прошло со встречи, чуть больше триады. А он уже почти свободно разговаривает на всеобщем. А ты его ещё и арденскому учишь.

- Хоть чем-то его занять. - Вздохнула Санира. - Для тренировок он ещё маленький, до полноценной учёбы тоже не дорос. Только и остаётся грузить его по программе Гекаты. Хорошо хоть разработки на эту тему с собой прихватили.

- Тебе-то уж грёх жаловаться. С Лулу возятся ведущие ксенобиологи и психологи.

- Точно, что лучшие! Они Лулу разве что под микроскоп не запихивают. Хотя нет, по кусочкам и это делают. То клок волос отстригут, то плюнуть попросят. А уж если порежется, так все к ним надо нести, до последнего пятнышка крови. Он пока единственный у нас куэрхи. Вот и не отстают.

- Война у них. До мира этих Захватчиков пока ещё не добрались. А свободных куэрхов, как бы один Лулу и не остался.

- Нэстэ считает, что вычислила, откуда родичи Лулу прошли в Белый мир. Мир болот и торговцы утверждают, что именно туда ушла самая крупная группа куэрхов. Они же сообщают, что в последнее время туда началось движение войск захватчиков и в родном мире куэрхов начали делать запасы грубой ткани и зерна для ферм рабов.

- Готовятся принимать добычу. - Задумчиво сощурилась Ласс-с-сана.

- Нэстэ с Рианой тоже так решили.

- Так вот почему все так срочно собрались здесь. Решают вмешиваться или нет.

- Я бы не обсуждала.

- Думаю и на совете обсуждают совсем другое. Это нам с тобой переобуться и накопители подзарядить. А двинуть армию, да ещё объединенную со всех колоний, не так просто. Многодневный переход по снегу, состояние обратного Перехода на той стороне неизвестно. Куэрхи-то ведь обратно не смогли вернуться. К тому же сами переходы слабые и небольшие. Если просачиваться небольшим ручейком, придется ставить лагерь на снегу. А потянут ли генераторы защиту от холода с такими Переходами непонятно. В общем, для большого войска себе дороже. Да и охоты в Белом мире никакой. Все припасы тащить с собой придется.

- Что же делать?

- Сама же сказала, Нэстэ вычислила этот мир. Раз они с Рианой собрали наших, значит, есть дорожка для всей армии.

- Ну, Нэстэ говорила что-то о Бездне. - Поделилась Санира информацией.

- А чем плоха Бездна? - Беспечно отмахнулась Ласс-с-сана.- Мы полностью оснащены для длительного пребывания в её мирах. Там тепло, генераторы с запиткой от крупных Расколов обеспечат силовые сферы вокруг лагеря и установки для воды. И с продуктами проблем нет. Чего я тебе рассказываю? Сама все знаешь.

- Еще бы! главная проблема выбрать съедобное мясо. Вам-то хорошо. А мне и травку бы хотелось иногда покушать.

- Ну не без этого. Мы действительно не страдаем от отсутствия травы в пище. - Улыбнулась Ласс-с-сана. - Зато вы, люди, менее привередливы к выбору мяса.

- С этим да. В этом вопросе нас разве что Лулу переплюнет.

Обе девушки с улыбкой посмотрели на разомлевшего од рукой Саниры малыша. Его способность поглощать все, что предоставит дворцовая или походная кухня поражала всех. Лулу имел свои предпочтения, в видах мяса. И они, в общем-то, совпадали с человеческими. Но, честно говоря, с азартом уплетал и мясо животных, предпочитаемых кашьяти, и змеелюдов. Из тех, что на вкус Саниры имело слишком много неприятных добавок. А ксенобиологи утверждали, что малышу требуется и более насыщенное микроэлементами мясо, которым человек может даже отравиться.

Пока проблему решали с помощью добавок в любимое лакомство Лулу. Пищевую пластинку немного разбавили по питательности и добавили нужных витаминов.

Словно услышав о чем думает Санира, а может и действительно разобравшись в её эмоциях, мальчишка очнулся и требовательность протянул руку ладошкой вверх.

- Дай. Пассу дай.

- А где правила вежливости? - Привычно укорила Санира подопечного. - Это должны слышать все, а не только я одна.

Мальчишка забавно сморщился и покосился на Ласс-с-сану. Не найдя в этот раз сочувствия, он вздохнул, но руки не убрал.

- Санни, Дай, пожаста пластинку.

- Приходится бороться с ним за каждую фразу. - Пояснила девушка, доставая вожделенное лакомство.

Обе девушки с интересом сом проследили, как клычки вцепились в пластинку. Мальчишка словно позабыл обо всем, отошел на другой край дивана и принялся воевать с нею.

- Он все ещё не научился терпению. - Заметила Ласс-с-сана. - Рвет своё лакомство как в первый день.

- Знала бы ты, что он при этом испытывает. Восторг, чувство удовлетворения, азарт и все это с чувством обладания едой.

- Похоже наголодался мальчонка, раз так долго не может привыкнуть к регулярной еде. - С сочувствием заметила Ласс-с-сана. - Желание еды у него не скоро исчезнет.

- Да он не вылезает с кухни! Даже у вас тут это первое место, куда он удрал.

- Не голодала ты. Не знаешь что это такое. У перенесших голод инстинкт еды въедается на уровне рефлексов. За Нэстэ понаблюдай как-нибудь.

- А что за ней наблюдать? - Озадачилась Санира. - Она-то уж точно себе любой Бездне еду раздобудет.

- А откуда у неё такие навыки? - Ласс-с-сана грустно улыбнулась. - А вообще, Нэстэ всегда держит под рукой что пожевать.

- Ну да, я тоже таскаю что-нибудь в кармане. Привычка.

- Ты носишь, что повкуснее, и для быстрого перекуса. Наша Нэстэ держит под рукой мясные бутерброды, а к лакомствам она относится спокойно. Я уже не говорю о двух НЗ.

- Не поняла. Об одном, в её походном кофре я знаю. А где второй?

- Всегда в кармане. Возможно, она сама считает, что это на всякий случай. На самом деле так поступают те, кто долгое время провёл без еды, ну или регулярно без нее оставался и не может об этом забыть. Думаешь, Лео просто так таскает с охоты тушки?

- Ну, я думала, что он так проявляет внимание к своей старшей. Кошки тоже пойманных мышек хозяевам показывают.

- Ниахары все же не кошки. Да и Барик такого внимания к Рианне не проявляет. А обожает свою старшую не меньше.

- Нэстэ никогда не рассказывала, что пережила длительный голод.

- Она много чего нам не рассказывает. Думаешь, есть большое удовольствие вспоминать ей о некоторых эпизодах в своей жизни.

-Когда-то она с нами, мы просто пытаемся время от времени подменять упаковки НЗ на свежие. Насколько я знаю, ребята Дино поступают так же. А у вас за этим следит Лика.

- Ну я ей устрою.

-Ничего ты не устроишь. - Категорическим тоном прервала ее Ласс-с-сана . - Она вряд ли знает больше, чем мы с тобой. Придёт время, Нэстэ сама расскажет. А если нет, должны же у разумного быть личные тайны.

Лулу тем временем запихнул остатки пластинки в рот и удовлетворённый своей победой, повернулся беседующим девушкам.

- Ну, мы пошли. Поднялась Санира. - Время занятий. Хорошо Нэстэ. Такое ощущение, что она не учит языки, а вспоминает их. А нам бедным, чтобы без переводчика обойтись требуется просиживать за столом каждый день.

Ласс-с-сана в ответ только усмехнулась. У неё этой проблемы не было. Бойцу личной охраны знание языков было необязательным. Возможностей электронного переводчика хватало и для редкого общения с местными и исполнения службы.

- Учитывая все что нам удалось собрать по этой войне, ситуация для куэрхов крайне критическая. - Саша обвел взглядом весь стол. В этой комнате сейчас собрались исключительно союзники Гекаты Рианны. С добавлением Литарна, как её брата и Сэна, родственника Сумми.

- Вы уверены, что нам надо вмешиваться в эту войну? - Саша требовательно осмотрел всю троицу контакторов.- Я понимаю, что эмоции зашкаливают и прочее. Но судя по нашим данным, эти захватчики будут непростым противником. С нашими щитами им пока не справиться. Но вмешавшись сейчас, колонии получают врага на многие поколения. И не факт, что у них нет сильных союзников дальше в скоплении. Наше же положение здесь пока очень шаткое. А потенциальные союзники сильно отстают в развитии от будущих противников.

- Возможно, и отстают. Зато их миры нет необходимости ни захватывать ни брать под контроль. - Возразил Дино. - Мы формируем буферную зону между колониями и потенциальным противником. А то, что с этими разумными рано или поздно нам придется сцепиться, сомнений нет даже у меня. Лучше воевать в трёх мирах, в которых проживали куэрхи, чем в наших колониях. И на наших условиях, пока враг еще не готов к встрече. Щиты или нет, но против миллионных армий нам туго придётся.

- Это со стороны прагматики. - Кивнул Литарн. - Эмоционально, мне лично куэрхи куда как ближе. Ребята бьются до последнего и за своих детей готовы умереть. Судя по Лулу, очень даже обучаемы. Такие союзники, если помочь им немного с организацией и обучить, будут нелишними и сейчас, и в будущем. Тем более, что Бездна их тоже не пугает.

- Я считаю, что куэрхам надо помочь. - Тихо заявила Нэстэ. - Даже ради просьбы того старика, что оставил нам Лулу.

- Мальчишке действительно надо помочь. - Согласился Саша. - Но если данные верны, и противник выдвинул чуть ли не сто тысячную армию для зачистки куэрхов в этих болотах, нам потребуется не менее пяти тысяч бойцов. Транспортировка генераторов чего только стоить будет. Организация периметров с перекрытием переходов и прочее. Нзстэ, ты точно сможешь вывести такую армию через Бездну к этим болотам?

- Я посылала Лео на разведку. Они все ещё там. Расколы не очень крупные, но это лучше, чем Переход из Белого мира. И сам мир Бездны перед Расколом Лео одобрил. Хорошая охота, есть вкусные твари. Даже воздух ему понравился.

- Ты хочешь сказать, что там можно встать лагерем?

- А что? Аэнхи в Бездну стараются не лезть. Нужный нам Раскол стабилен и способен запитать генераторы для лагеря. Сможем даже пару тысяч беженцев забрать, если потребуется. С той стороны несколько Переходов. Но на нужном нам острове вообще один. Если его перекрыть, можно организовать подготовку куэрхов прямо в их поселениях . Не придется даже уговаривать воинов бросить близких.

- Судя по найденным в Белом мире телам, мир болот не самое лучшее место для проживания этих охотников. - Напомнила Сумми. - Ксенобиологи утверждают, что из-за болезней, они недолго там протянут даже без Врага.

- Надо будет пронести генератор и накрыть ближние селения сферой. - Пожала плечами Нэстэ. - Мне кажется, у нас будет главная проблема удержать выживших охотников за щитом до окончания обучения. А дальше они уже сами начнут действовать.

- Не больно повоюешь, если знаешь, что смерть врага ведёт к мучительной гибели всех связанных с ним соплеменников. А может быть и близких.

- Я пока не знаю, как решить эту проблему. - Нэстэ слегка пожала плечами. - Но Лео почему-то уверен, что она разрешима. В любом случае, все эти вопросы актуальны только после налаживания контактов с выжившими соплеменниками Лулу.

- Значит, собираем экспедицию. - Решил Саша.

- Основными в этой экспедиции и станут серпентиниды. - Вздохнула Сумми. - Тебе Саша и начинать сбор. От Арден с Аринолом естественно дополнительно технари для обслуживания генераторов. Дино, выделяешь разведку. Все же болота, ближе к вашим мирам.

- Я сам пойду. Очень уж чешутся руки добраться до этих любителей биороботов. - Проворчал парень.

- Ты из прошлой т экспедиции совсем недавно вернулся.

- И что? Это же военный поход. В лагере будет постоянная связь. Большего и не требуется. В конце концов, наместникам и их чиновникам пора начинать жить без оглядки на центральное правительство. У вас ведь ситуация такая же.

Все дружно переглянулись и обречённо закивали головами.

Со времени выхода к скоплению прошло три полных года. Все это время поток переселенцев только нарастал. Ни тоннель, ни даже транспортная силовая линия для контейнеров больше не справлялись с нагрузкой. Новый, более мощный тоннель приходилось возводить в ускоренном режиме. Но уже сейчас стоял вопрос о строительстве третьего тоннеля и дополнительной транспортной линии.

В Объединённых мирах начались процессы, которые социологами ожидались много позже. В ситуации разобрались окраинные государства. Очнулись те, кто игнорировал проект в самом начале. А теперь вдруг сообразили, что разбор незаселенных миров происходит без их участия.

Граждане миров при этом голосовали своими ногами без оглядки на правительства.

-Администрация стартовой зоны сообщает и появлении большой группы шнатлий. - Сухо сообщил Дино.

- Нападение? - Встрепенулся Литарн.

- Нет. Они вполне мирно заявляют о своих мирных намерениях и даже готовы заплатить за использование тоннеля в частном порядке.

Сумми со стоном схватилась за голову.

- Шнатлии? Заплатить? Да если этот номер пройдёт, вы представляете, что здесь начнется?

- Все тоннели будут перебрасывать только коммерческих клиентов. - Кивнул Саша. - Но меня больше беспокоит возможность появления таких соседей, как шнатлии. Парочка миров в западном секторе для них вполне подходит. А они граничат с нашей колонией.

- Они обещают подчиняться объединенному командованию и триаде контакторов.

Все дружно скептичёски переглянулись.

- Шнатлии и подчиняться? Видать их сильно допекло.

- Войну в Бездне они проиграли. При этом потеряли два рода правителей, в дополнение к тому, что грохнула Нэстэ.

- Я не виновата. - Привычно открестилась девушка.

Шутка была старая. И она давно поняла, что уже ничего не изменить во мнении обывателей. Тем более что доля правды в ней все-таки была. Короткая, но кровавая война с инсектоидами в Бездне только укрепила ее статус, как главной воительницы с разумными насекомыми. Когда-то давно и едва ли не в одиночку начавшей войну, закончившуюся победой. И что обидно! Даже куакши полностью поддержали эти слухи. Ведь они неожиданно для себя оказались именно теми первыми героями, вступившими в бой под командованием тогда еще малолетней правящей и участниками схватки, приведшей к гибели целого правящего рода.

- Могу себе представить эту сценку. Переселенцы шнатлий стоят на вытяжку перед Нэстэ. Осталось дополнить картинку представителями из рода Шантэири.

- Больше половины. - Кивнул Дино, даже не улыбнувшись. - Причём большая часть из черноплащников.

- Плохая шутка. - Начал заводиться Литарн. Достопамятная битва в Бездне прошла при его непосредственном участии.

- Это совсем не шутка. Три неполных сотни черноплащиков рода Шантэири и полторы тысячи коричневых с ними.

- Это сколько же всего в той группе шнатлий? - Ахнула Сумми.

- Около восьми тысяч, если считать молодняк.

- Молодняк? Они взяли с собой гнезда? - Взвыл Литарн. - Да гнезда охраняют обученные бойцы. Это же целая армия.

- Потому администрация и поставила меня в известность. - Дино развел руками. - Обычно такие вопросы до нашей стороны вообще не проходят. Там достаточно надёжная охрана из регулярных войск и собственной полиции, подчиненной совету контакторов.

- Надеюсь, они не полезли к элфианам?

- Нет. Но они на всякий случай закрыли Расколы щитами и ввели визуальный контроль в дополнение к постоянным пропускам. К стати, тебе отправлена очередная посылка.

- Хорошо. Нэстэ облегчённо улыбнулась.

Их подруга в безопасности и посылает гостинец с плантации латтории. Нэстэ с подругами порадовались сообщению. Здесь таких фруктов не было. Их вообще нигде больше не было, кроме как у элфиан. Не приживались одуванчики в чужих мирах. И даже в мире элфиан их вкус очень сильно зависел от места произрастания. А руководство этой экспедиции имело официальные привилегии на использование тоннеля. В конце концов им всем время от времени приходилось возвращаться на время домой.

- Так я не поняла. Эти шнатлии все же добились своего?

- Пока нет. Но сама понимаешь, они действуют официально и вполне законно. Так что рано или поздно тараканы пройдут. Если они построят свой тоннель, будет только хуже. - Развёл руками Дино.

- А они построят. Немного оклемаются после поражения, и начнут строить. - Пробурчал Литарн. - Здесь есть где развернуться. И отсталость местных жителей им только на руку.

- Или на лапу. - Согласилась Сумми. - Построят или нет, еще большой вопрос. Но пытаться будут. Положат своих коричневых миллионами, скормят Бездне, тем и купят проход.

- Направление известно. - Доступ к карте они имеют. - Уныло покивал головой Дино. - Без ниахар им придётся не просто. Лет двадцать времени. Но, в конце концов, приползут сюда. Ещё и сложившиеся колонии захотят прибрать под себя.

- Получается, нам тут тоже времени терять нельзя. - Подытожила Рианна - И самим готовиться и соседей обучать. И значит надо быстрее разбираться с этими захватчиками. Тогда и разговоры с остальными расами будут проще..

- Вам троим и карты в руки. Здесь вы не только триада контакторов, а ещё союзники Гекат, стоящих у власти в колониях. Нэстэ, назначай срок выхода.

-Два месяца, самое большее. - Не задумываясь, заявила девушка. - Раньше тоже нельзя. В пересекаемых мирах Бездны как раз пройдет период миграции. Да и дальше тянуть нельзя. Торговцы утверждают, что закупки айнаров уж очень крупные пошли.

- Времени хватит. И торговцы не смогут ничего разнести о нашей подготовке. Бойцов собираем под предлогом переподготовки или учений. А армия сформируется прямо в Бездне и в последний момент.

Все весело переглянулись. Друг другу они доверяли полностью. Поставить в известность Объединенные миры можно без опаски. Противник ещё не владеет технологиями для перехвата такой связи. А тренировочные выходы в Бездну для регулярных войск действительно проводились регулярно и никого уже не удивляли.

Чувство защиты и тепло от внимания, как от родной матери. Вот что он сейчас испытывал, принимая эмоции от своей новой покровительницы. А еще, всегда можно найти тех, кто будет готов его укрыть на время от гнева новой мамы. Раньше он в таких случаях бежал к старшему родичу. Память о потере родных прочно сидела где-то в глубине его чувств тихой грустью. Но старший родич ушёл, сделав для него даже больше чем можно мечтать. Он не только нашёл ему вторую маму, но и целую кучу защитников, у которых можно бесконечно прятаться, когда чужие недовольны его играми.

Но в окружающих его эмоциях было еще кое-что необычное. Настолько неуловимое, что разобрался он совсем недавно. Здесь совсем не было привычного фона из эмоций отчаяния и обреченности. Там, откуда дед увел их, все взрослые умели контролировать свое настроение. И все равно эти чувства сквозили всюду.

Здесь, его новые родичи, иначе никак не назовешь, не умели закрываться и совершенно не слышали его. Маму-Сани можно не считать. Она ЕГО МАМА. Она сама так сказала: "вторая мама", а другие подтвердили. Значит, он принят в ее род.

Лулу точно знал, что у окружающих совсем нет этих фоновых чувств. Кто-то мог излучать усталость, особенно по вечерам. Другие были раздражены или чем-то недовольны. И это никак не было связано с их положением. Раздражение могло появиться и у хвостатого защитника после разговора, и у тех, кто убирался в огромных зданиях. Особенно если приходилось много убирать. Луэлу даже стал следить, чтобы его шутки не грязнили в помещениях.

Но чего не было, так это неуверенности и страха, с которым жили его прежние родичи. Если такие эмоции и появлялись, то исключительно от отдельных приходящих гостей. Он видел, как кое-кого из них приводили под охраной, другие приходили сами. От них прямо несло чувством страха за совершенный проступок, примерно как от него, когда захотелось покачаться на шторе, а она рухнула. Вот и пришлось побегать, чтобы найти защитника. Иначе бы точно за уши мама оттаскала.

У провинившихся посетителей тоже было нечто такое. Кто-то из них при этом излучал чувство вины разной силы, кто-то нет, и излучал готовность отпираться до конца. И все надеялись, что пронесет. Ну, совсем как он, только взрослые. Уж лучше бы поискали защитников, у которых можно спрятаться и переждать гнев старших.

Сам он никого из друзей мамы нисколечки не боялся. Они не были защитниками в его понимании. Но это и правильно. Разве глава рода или клана может защищать допустившего проступок? Но пока ни один из них не вмешивался в отношения между Луэлу и его мамой-Сани. И даже не требовал, чтобы новые друзья и защитники выдавали его на ее праведный гнев. Значит, он пока не нарушил ничего серьёзного, чтобы старшие рода захотели вмешаться. А с мамой они между собой разберутся. Она добрая. Только за уши больно таскает, когда не успокоится. Совсем не так, когда чешет за ними.

По своим ушедшим родичам он иногда грустил, когда настроение находило. Но такого спокойствия и уверенности от родной мамы никогда не исходило. И чувство надёжной защиты подкреплялось ещё тем, что он видел на тренировочных площадках. Его мама-Сани умела ДРАТЬСЯ. Когда он окончательно перестанет опираться на хвост и начнёт расти, он уговорит детского тренера заниматься с ним. И тоже научится драться так же как она.

Малыш соскочил с дивана и сладко потянулся. Ему было скучно. Старшую вызвали по каким-то делам. А его в наказание за штору заставили сидеть в гостевых покоях до полдника, повторить урок и думать над своим поведением. Он честно отсидел назначенное время. Повторил за говорящим голосом новые слова и фразы. Зачем столько слов, если можно все передать эмоциями? Потом так же добросовестно подумал о своей жизни. Вроде хорошая жизнь, чего о ней думать? Намного лучше, чем в поселениях. Только скучно. Раньше все же было с кем по деревьям попрыгать. Наказание закончилось, но к назначенному времени мама-Сани не вернулась. А ему стало совсем скучно.

Он давно приглядывался к конюшне во дворе. Там держали таких смешных животных, на которых ездили верхом и возили грузы. Они имели когти, соединявшиеся в толстые копыта, большие зубы и почти ничего не боялись со своей толстой шкурой. Он несколько раз замечал, как эти животные начинали забавно вертеть своим хвостом, когда под него залезали местные кусачие насекомые. А что будет, если тому красавцу туда засунуть ещё вчера найденную во дворе колючку?

Санира примчалась на внутренний двор резиденции, оставив хохочущих гекатес в тренировочном зале, куда они вышли размяться перед вечером. Уже вылетая в дверь, она видела, как Сумми опускается на маты. Даже всегда сдержанная Нэстэ, прижалась к стеночке от хохота. Им хорошо. Голограмма крутящегося волчком быка варла в пытке достать зубами больное место, могла развеселить кого угодно. А вот ей сейчас объясняться с конюхами.

Объяснения пришлось отложить. В виду того, что разговаривать с нею никто не стал. Все были заняты или на развалинах стойл или на ловле разбежавшихся животных. Взбесившийся варл страшное зрелище. Оскаленные зубы, пусть и без клыков, зато в лёгкую перекусывающие внешний панцирь костяной уды, сама видела, щелкали во всех направлениях. Хвост, крутящийся волчком, будучи скрученным в тугой жгут был способен сбить в полёте курхи. Лучше под него не попадать. Картину дополняли копыта. В обычном состоянии очень похожими на лошадиные. Но при необходимости они могли разделяться на три пальца. Два крайних с расширяющимися копытцами отводились назад, увеличивая площадь опоры. Хорошее приспособление для движения на сыпучих и топких грунтах. Картину такого "копыта" завершал средний палец, вооружённый чем-то вроде плоского загнутого назад когтя, играющего роль замка в сложенном состоянии. А еще способность варла выворачивать свои ноги под самыми немыслимыми углами. Круговая оборона, можно сказать, включая воздушный сектор. Сверху, кроме хвоста на задней половине, господствовали небольшие, но крепкие рожки на довольно гибкой шее. И ко всему прочему, прочная чешуйчатая шкура, с пониженной болевой чувствительностью. И ко всему этому скалящемуся и прыгающему, осторожно подкрадывался главный конюх со своими помощниками.

Санира бы восхитилась их мужеством. Но распорядитель внутреннего двора только кинул на нее злой взгляд.

- Пока мы тут пытались спасти стойла, твой ... слинял в казарму серпентинидов. Там и лови его. И чтобы мы его здесь неделю не видели. Пока Ринса из лазарета не вернётся.

Рианна испуганно кинула взгляд на главного конюха. Тот действительно хромал, а на правой стороне лица расплывался синяк. Взбешенный варл уже успел достать его.

- Санира, ты сначала успокойся. А потом он к тебе выйдет.

Ставшая ритуальной в общении со змеелюдами фраза подняла волну раздражения. Но тут же была привычно подавлена. Серпентиниды никогда не выдавали своих змеек на немедленную расправу. Кто бы их ни требовал, пострадавшие, родители или покровители, вынуждены были мириться с такими порядками этой расы. Это правило, возведённое в непререкаемый закон, до недавних пор было для Саниры абстрактной деталью уклада жизни чужой расы. Вот только Лулу эти хвостатые посчитали за свою змейку, да еще потерявшуюся. И при необходимости защищали мальчишку даже от нее самой.

Начальник отряда из личной охраны Нэстэ стоял в дверях казармы и не собирался уступать.

-Шиссан, ты хоть знаешь, что он натворил?

- Думаю, ты мне сейчас скажешь. - Усмехнулся тот. За его спиной промелькнула ещё пара любопытных лиц званиями пониже.

- Он сунул варлу под хвост колючку. Животное взбесилось. Теперь у нас нет конюшни, главный конюх отправится в лазарет, и хорошо если один. Варла же нельзя усыплять.

Губы Шиссана заметно дрогнули. Но лицо оставалось серльезным.

- Тем более. Успокойся сначала. Почему Лулу оказался один во дворе?

- Я занималась электроникой, прошёл сбой программ оборонного периметра, пришлось срочно вмешаться. А Лулу был наказан и оставлен дома.

- Черес. - Послышался возмущенный голосок из-за спин защитников. - Один, скучно.

По нервам прошла запоздалая волна раскаяния связанная с упоминанием ранения старшего конюха и его помощников. Санира даже смогла выделить линию чувства вины. Впрочем, как обычно несильную. Но хоть что-то. По меньшей мере, теперь она уверена, что Лулу не планировал такой грандиозный спектакль.

- Вот видишь. Своё наказание он отбыл честно, и отсидел до вечера, как ты и сказала. - Ничего не подозревая об обмене эмоциями, продолжил змеелюд. - Ребёнку скучно стало. А где ему развлекаться, если во дворце нельзя?

- Но не с варлами же?

- Почему не сними? Если должного пригляда за конюшней нет? Как посторонний вообще смог незамеченным добраться до стойла? Разберись и с последствиями и причинами. А потом приходи. Незачем мальчонку нервировать.

- Хорошо, Шиссан. Я все поняла и успокоилась. Давай я заберу Лулу.

- Напомни, когда мы с тобой познакомились? - Ехидно сощурил глаза змеелюд.

Санира пристыжено опустила глаза в землю. Действительно, кого она хочет обмануть. Все члены головного отряда экспедиции знали друг друга как облупленных. Без разницы, гекатесса ты или рядовой боец охранного корпуса. Когда закрываешь периметр лагеря от волны тварей, различия как-то стираются. Шиссан прошёл с ними от Объединённых миров. Ещё на стадии подготовки отрабатывали слаженность действий.

Это в Объединённых мирах Шиссан в свои тридцать лет бы считался молодым и необстрелянным. О ней говорить и вовсе нечего. Здесь, и она и Шиссан, могли смело считать себя ветеранами с опытом, которому позавидовали бы иные старички из рубежников. Кстати и завидовали. Потому Шиссан не спешил пользоваться правом проезда в отпуск. Обзавёлся уже семьей и даже ребёнком.

Санира неловко пожала плечами, отлично понимая, что переспорить командира отряда змеелюдов у неё нет шансов. Его собственная змейка пока ещё не вылезала из люльки. А желание покровительства у отца уже проснулось.

- Ладно, пусть побудет у вас. Только чтобы покормили его. И утром он должен быть на занятиях. Иначе Нэстэ нажалуюсь. - Мстительно добавила она, отлично зная чем пронять Шиссана.

- Зачем отвлекать малышку? Разве сами не справимся с парнем? - Теперь уже открыто заулыбался парень. - Нэстэ и так покоя не дают. Еще мы будем подкидывать проблем.

Санира отослала чувство недовольства и желания отрепать уши своего подопечного. В ответ получила готовность извиниться и искреннее чувство, что в этот раз "больше никогда и ничего...". Как же, прямо сейчас все поверили и простили! Знаем, проходили. Чувства-то действительно искренние, да только забывались благие намерения очень уж быстро.

Но Шиссан действительно сможет внушить парню своё неудовольствие. Лулу его слушается.

А в казарме хвостоходящих, кстати, и как в покоях кое кого из ррархи Саши. В резиденции контакторов тоже были казармы серпентинидов и кашьяти. И Лулу искал спасения в первую очередь именно там.

Вечером Лулу активно работал ложкой за столом вожака своих защитников и одновременно пытался улыбаться во все свои клычки, следить за передвижениями знакомых и реагировать на их шутки.

Получалось откровенно плохо. Его друзья были глухими. Рядом со мамой-Сани так много говорить и растягивать губы не приходилось. Но это были его новые друзья. И приходилось мириться с некоторыми трудностями общения.

В еде воинов чего-то не хватало. Может от того, что она приготовлена с мясом животных, выращенных за дворцом. Мясо из Бездны куда как вкуснее. Но это ничего. Шиссан уже сообщил, что мама-Сани оставила для него вкусняшку, но он получит ее только когда все съест.

Ложка заскребла по дну тарелки. Лулу тут же требовательно протянул к Шиссану руку ладошкой вверх.

Все же здорово ему повезло благодаря деду. Новая мама совсем не умеет сердиться. Вслух ругается, а эмоции не закрывает. И получается даже смешно, хотя в этот раз плохо получилось. Конюх был добрым и иногда подсаживал его покататься с кем-нибудь верхом, пока мама не видит. Теперь об этом придётся забыть на пару недель. Но он извинится. Если надо будет, попросит кого-нибудь их мун, подтвердить его раскаяние. А их старшие подтвердят, что он действительно не хотел ничего такого. Просто интересно было, что будет. А пока...

Шиссан с усмешкой проследил, как хвостатый мальчишка перебрался на жёсткий диван и завозился, устраиваясь. Судя по физиономии, он собирался просто немного посидеть, а потом опять нестись в общую комнату. Но осоловевшие глазенки подсказывали, что этим планам не суждено сбыться.

Луэлу решил, что будет удобнее вытянуть ноги на диване. Если положить голову на подготовленную подушку, будет намного лучше. Ещё он успел моргнуть пару раз и сладко засопел.

Возвращение

Регулярные отъезды второй мамы для Лулу почти сразу стали чем-то обыденным. Вынужденные короткие разлуки каждый раз сильно огорчали мальчика, но большой трагедией все же не были. В резиденции совета контакторов всегда присутствовало какое-то количество гекатес и знакомых бойцов охраны. Ни те ни другие не возражали против компании маленького непоседы. Так что у мальчишки скорее была сложность выбора, где он проведёт время разлуки. У кого-то из сестёр Саниры по Гекате, у кашьяти или серпентинидов.

Скрыть от Лулу очередной выезд Санира даже не пыталась. Мальчишка за эти полгода неплохо освоился в новой обстановке. Почти свободно говорил на всеобщем и мог изъясняться на арденском. Даже понимал отдельные фразы в компании кашьяти или серпентинидов.

Но главное, он был намного сильнее своей старшей по связи в распознавании нюансов эмоций, излучаемых старшей. Так что понимание приближающейся очередной разлуки приходило к нему раньше, чем Санира начинала разговор..

Мальчонка окончательно встал на ноги, и теперь даже оставаясь неподвижным, держал хвост высоко от пола. И, как и предупреждал их каирини, начал прямо на глазах расти. Вроде ещё месяц назад он уютно умещался на руках, а теперь догонял ростом человеческих ровесников.

Санира невольно залюбовалась своим подопечным. Стройный, уверенно стоящий на ногах, с прямой спиной, загнутым на кончике хвостом, проходящим почти вертикально вдоль спины и загибающимся крючком чуть выше плеч, он был неотразим. Умные глаза малыша смотрели прямо в лицо, а округлые ушки встали торчком, чтобы ло признаком откровенного неверия только что услышанным словам.

- Я могу пойти с тобой? - Недоверие и подозрительность в голосе малыша сквозило так явственно, что не требовалось никакой эмоциональной связи.

- Да. Мы собираемся через Бездну дойти до твоего народа. Ты же хочешь увидеть сородичей?

Удивление, исходящее от мальчика, смешалось с ощущением чего-то чем-то большого и дружелюбного. Знакомая по опросам психологов, реакция на воспоминание о ком-то из родственников, что не пошёл с ними в белый мир. Большого желания встречи при этом не возникло. Зато появилось и расширилось недоверие, появился испуг.

- Не прогоняй меня, я стараюсь хорошо себя вести. Хочу остаться с тобой. - Лулу даже изменил своей привычке проглатывать слова.

- Ты что, никто тебя не гонит. - Санира растерялась от столь сильного водоворота отрицательных эмоций, что начал излучать мальчик. Она думала его обрадовать своим предложением, а получилось совсем наоборот.

В глазах малыша появились слёзы, он торопливо сделал шаг и обхватил ее ногу сразу и руками, и хвостом.

- Зачем тогда?

- Понимаешь, мы хотим помочь твоему народу. Раньше мы не знали ни как к вам пройти, ни что там происходит. А сейчас мы готовы выдвинуться. Никто тебя не гонит и не заставляет оставаться с ними против твоего делания. Ты просто повидаешься с родными, а там уже сам решишь с кем останешься. Я буду только рада, если ты останешься со мной.

- С тобой. - Мальчишка ещё Сильнее прижался к ноге.

Стало даже немного больно. Все-таки сильный у него хвост. Слишком много времени паренек проводит на деревьях в парке.

- Договорились. - Весело улыбнулась Санира. - Но этот поход продлится долго. Так что тебе все равно придётся ехать со мной. А если передумаешь....

Тугой захват хвоста стал совсем болезненным. Санира отстранённо подумала о синяках. Мальчик уловил её недовольство и торопливо ослабил хватку.

- Не прогоняешь? Правда?

- Правда, малыш. Будешь со мной, пока сам того пожелаешь. И на счет связи не беспокойся. Нэстэ считает, что Лео может помочь нам разорвать связь, если потребуется.

- НЕТ. - Мальчик возмущённо зафыркал, как настоящий кот. - Не надо.

- И я так думаю. Я вроде уже научилась контролировать свои эмоции.

- У тебя совсем-совсем хорошо получается.

Санира весело растрепала отросшие волосы на голове мальчика и привычно пришлась за ушком. Врать ее подопечный все же еще не научился. Ощущение неправильности в сказанном предательски сквозило в его эмоциях.

Эту ласку Лулу позволял только ей. Даже лучшие его друзья из змеелюдов такой чести не удостаивались.

"За ушами у них самые уязвимые места на голове". - Пояснял как-то ксенобиолог. - "И самые чувствительные. Мальчик интуитивно доверяет только тебе, потому что может отследить эмоции"

- Значит договорились? Собираемся и завтра с утра выходим в поход. -Весело заметила она, а про себя недовольно укорила сама себя - "Довела мальчишку, что будет теперь все время заверять меня в хорошей блокировке".

Переход в Бездне, Лулу теперь даже в мыслях использовал это термин, запомнился ему как лучшее приключение в жизни. Белый мир, где дед нашёл для него новую маму, запомнился холодом, от которого хотелось забраться как можно глубже в одежду родича и прижаться к его тёплому телу. А еще чувством постоянного голода и эмоциями обречённости исходящими от всех спутников.

Это путешествие не было похоже на его прошлое. Он ехал верхом на Варле. Понятное дело не один, а впереди взрослого всадника. Кто же допустит его до повода в боевом походе? Зато он мог выбирать с кем ехать. Мама-Сани не всегда могла брать его к себе в седло. И когда она выезжала в передовой отряд с принцессами, он послушно перебирался к кому-нибудь из остающихся на отдых бойцов в центре колонны. Чаще всего это был кто-то из сменившихся с периметра кашьяти или серпентинидов. Если очень хотел, мог пойти в теплую повозку, там специально выделили для них с мамой-Санни место. Но там было скучно. Лулу был единственным ребёнком в этом военном походе и в повозке предпочитал только спать. А так, старался воспользоваться пользовался своим привилегированным положением по максимуму.

Тварей Бездны он тоже видел. Из центра охранного периметра никто его не естественно не выпускал. Но сам периметр на марше колонны был достаточно близок, чтобы можно было увидеть короткие схватки бойцов охраны. А один раз даже наблюдал бой муны Лео или ниахары, как этих существ называли в новой семье. Его вызвала с охоты Нэстэ, чтобы справиться с крупной стаей непонятных стремительных тварей с крокодильей мордой.

В общем, поход проходил для Лулу весело и почти незаметно. Совсем не так, как в Белом мире. А по сравнению с оставленным на время домом радовало отсутствие многочасовых занятий. Некому было с ним заниматься. Зато прямо на ходу, было много рассказов о страшных или забавных случаях с участием мамы Сани и ее друзей.

В передовую группу отряда Мама-Санни позвала его только перед самой норой, ведущую в мир с его сородичами.

- Понимаешь, мы установили контакт с командиром заслона, что собирается принять бой с Захватчиками. Его трудно винить в недоверии. Ты нам нужен, чтобы преодолеть недоверие твоих соплеменников.- Внушала Санира малышу перед переходом. - У вас идёт война. Нужно, чтобы твои сородичи не напали на нас до того как согласятся поговорить. Главное, ты ищи кого-то из своих родственников. Чтоб они узнали тебя.

- Ты обещала не отдавать. - Недовольно напомнил мальчишка.

- Без твоего согласия никто не посмеет тебя забрать у меня. - Санира с улыбкой погладила его по голове. Его испуг явственно проступил на фоне излучаемых эмоций. - Понимаешь, твоё присутствие при первых контактах может помочь Нэстэ с Рианной преодолеть недоверие старейшин. А ты сможешь повидаться с родственником. Кто он тебе?

- Дедушка, по линии папы.

Как они и договаривались, поисковый зов Лулу послал сразу после перехода. Но Нэстэ, видимо узнав об этом от Лео, только улыбнулась, видя его растерянность.

- Здесь слишком далеко до деревни, чтобы ты смог кого-то найти. Мы сейчас телепортируемся к селению, тогда и начинай поиск.

Лулу осмотрелся. В стороне зачем-то располагалось несколько чужаков в железных рубашках. Но они были под присмотром бойцов охраны их высочеств. Вмешиваться в дела змеелюдов было бы с его стороны большой глупостью.

Даже Шиссан не позволял ему вольностей рядом с бойцами при исполнении своих обязанностей. На него с каким-то жадным любопытством смотрело несколько взрослых куэрхов, замерших в нескольких шагах. Он чисто рефлекторно послал сигнал приветствия. И с удивлением увидел удивленные, и даже растерянные выражения их лиц.

- Хорошо, я пойду с вами. - Решительно кивнул Рианне молодой вожак, блокируя у себя какое-то недоверие.

- Вы можете не осторожничать, Краэс. - Усмехнулась Рианна. - Выражаясь вашими понятиями, мы все здесь глухие и можем слышать только тех, с кем находимся в связке.

- Но меня-то вы услышали?

- Нет, Барик передал, что вы пытаетесь связаться с Лулу.

- Это они с ним поздоровались. - Сообщила с улыбкой Нэстэ. - Вы можете с ним поговорить любым способом. Только если захотите сделать это без Саниры, с ним пойдёт кто-то из нашей охраны. Вашего языка бойцы не знают, и эмоции не воспримут. А мальчику будет спокойнее.

Санира только кивнула в подтверждение сказанного и продолжила настороженно наблюдать за происходящим. Если даже Лулу никому здесь не доверяет, то ей уж точно не стоит этого делать.

Лулу слушал разговор взрослых и во всех мыслимых диапазонах излучал нежелание куда-то отходить от своей мамы. Тёплой, уютной и надёжной. Он даже сунул ей внуку свою ладошку. Вожака воинов он вспомнил. Не в лицо. А по эмоциональной картине. Она запомнилась малышу по резкому контрасту напускного веселья и случайно подсмотренной тянущей тоски, открывшейся как-то под наглухо закрытыми эмоциями.

- Не стоит. Я знаю мальца. К тому же он мне не доверяет. - Вздохнул парень. - А полноценно общаться между собой без слов могут только близкие родственники. Пусть старейшина поговорит с внуком первым. Что вы собираетесь делать с пленными?

- Это ваши пленные. Они нам не нужны. - Нэстэ небрежно пожала плечами.

Как-то само собой получалось, что ведущая роль в первых переговорах с новыми расами доставалась ей. Потом, когда первые разговоры сменялись обсуждением деталей, она уступала первенство Рианне или Сумми. Парни вообще предпочитали быть пассивными наблюдателями и обеспечивать прикрытие. В конце концов, до детальных соглашений между местными и каждой империей дойдет еще не скоро.

- Но как же мы сможем их контролировать?

- С этим мы поможем. - Кивнула Нэстэ серпентиниду. - Сколько времени пешим ходом до деревни?

- Часа три, не меньше.

- Вот и отлично. С нами пойдет небольшая группа личной охраны. Вы уж извините, но иначе никого из нас троих к вам наши спутники не отпустят.

Краэс с любопытством осмотрелся. Вести переговоры с самкой было непривычно. Но каких только обычаев не бывает у чужаков.

Лулу не в первый раз видел возникающий портал телепорта. И даже несколько раз ходил в него дома, когда разгневанная мама Сани тащила его в их комнаты после очередной проделки. Поэтому он не без превосходства отреагировал на реакцию своих отсталых соплеменников и, не раздумывая шагнул впереди мамы-Сани.

Они оказались на краю большого поселения. И поисковый импульс практически не потребовался. Группу стариков, замерших на ближайшем пригорке и всматривающихся куда-то в лес, было хорошо видно с места, где они появились. От них к Лулу и пришла волна недоумения в ответ на неожиданный поисковый зов.

Они шли к пригорку, а вокруг быстро собиралась толпа соплеменников Лулу. И почему-то все они в первую очередь обращали внимания на него. Так что он даже устал с непривычки рассылать во все стороны эмоцию приветствия.

А в ответ, на фоне витавшего всюду страха и обречённости, получал недоверчивое удивление, непонимание, а потом и желание забрать, закрыть. Особенно сильно это желание резануло от родича, к которому они приблизились. Она сделал даже шаг на встречу, и мама-Санни спустила его с варла, и слегка подтолкнула в спину. От старика даже пришло плохо скрытое намерение задвинуть его за спину и закрыть от спутников. Лулу сделал уже навстречу деду пару шагов, когда наконец разобрался, что и остальные зрители желают того же. Забрать, закрыть, не пустить и оградить. ЕГО, закрыть от мамы! ОНИ ВСЕ ХОТЯТ ОТОБРАТЬ у него маму-Санни!

Лулу резко отпрянул назад и нырнул за надёжную спину мамы, успевшей соскочить на землю. Тем более, что сзади её прикрывал Шассан со своими бойцами сводного охранения. Они не допустят.

Лулу почувствовал себя настолько уверенно, что высунулся из-под руки, немного растерявшейся Саниры, и мстительно зашипел на напугавшего родственника. А в эмоциях еще и вторил сам себе на всех диапазонах: "попробуй, забери, не отдам".

Он даже попытался залезть на руки к маме-Санни. Но вовремя вспомнил, что уже подрос. Да и руки ей нужны свободными, чтобы их защищать.

Его не смутил смех пробежавший по толпе. А возмущенную попытку родича на уровне эмоций одернуть зарвавшегося внучка, он откровенно проигнорировал. Его родич в фоне, как и вся толпа вокруг, излучал горечь обречённости, покорность судьбе и страх. Слишком большой контраст с уверенной в своих силах мамой-Сани. О своих новых друзьях можно даже и говорить.

Ходящие на хвосте и ящерицы даже намека на беспокойство не высказывали. А уж во время перехода по Бездне, Лулу не раз его улавливал от охраны. И Лулу успокоился. Кто ему что сделает, если рядом мама-Сани со своими спутниками?

От родича пришло ощущение растерянности и недоверчивого удивления, причем ему вторила и окружающая толпа. Соплеменников было слышно хуже, чем деда. Но и там после смеха ширилось чувство неуверенности и облегчения.

Желание зрителей приблизиться, Лулу воспринял, как продолжение намерений толпы отобрать у него маму-Сани и разорвать существующую с между ними связь. Лулу снова недовольно зашипел, выдав на уровне эмоций готовность драться с любым, кто попробует вмешаться в эту связь и на всякий случай торопливо полез на варла мамы-Сани. Там выше, и он не будет мешаться под ногами взрослых, если что. Как часто заявлял Шанси на тренировках мамы. А мамин варл хороший и настоящий боевой. Без ее разрешения он никого к себе не подпустит. Надо только крепче держаться за седло и не трогать уздечку, если начнется драка. Главное ему тоже не мешать.

Теперь Лулу был настолько уверен в своей безопасности, что засунул кончик хвоста под луку седла и вцепился руками в выступ перед собой. Всем своим видом показывая, что никуда отсюда не сдвинется, и никакой дед, пусть даже целый старейшина, ему не указ. Даже на маму-Санни пошипел, только обиженно, когда она его неуверенно позвала вернуться на землю.

Продолжающийся смех в толпе его ничуть не смущал. Пусть их. Тем боле, что на фоне общего возмущенного чем-то веселья, он явственно уловил нотки узнавания и детской завистливости. Так что никакого страха. Он прошел Бездну, видел схватку муны с тварями, и ему позволяется сидеть в седле настоящего боевого варла. Верховые животные у коэрхов были большой ценностью. И детям их не доверяли.

А тут был не просто верховой варл, вид, до сих пор невиданный его сородичами. Животное явно имело боевую выучку и уловив настроение маленького седока, переступило, раскрывая свои копыта, и вскинуло голову, оценивая степень реальной угрозы и положение своих хозяев. Так чтобы ло чему завидовать.

В общем, новые друзья и мама-Санни стали ему семьёй, и если кто захочет с этим поспорить, что ж, дома Шиссан ему уже показывал парочку приёмов на тренировочной площадке.

Старшие, вместе с Сумми и Нэстэ ушли в большой шатер. Там они будут долго говорить и что-то обсуждать. Жаль, что мама-Санни тоже ушла с ними. Лулу туда не позвали, да он не особенно и хотел. Там сейчас его родич. И он дал уже понять о своем недовольстве его поведением и нежеланием общаться.

Поддавшись на уговоры Шиссан, он все же позволил снять себя с седла. Местные наблюдали за ними издали и больше не пытались приблизиться. Пришлые явно давали понять, что Луэлу находится под их защитой и пользуется какими-то странными привилегиями.

У малышни особых сомнений не было. Кто-то из них был достаточно большим, чтобы помнить Луэлу на руках матери. А кое-кто год назад даже составлял ему компанию на деревьях. Все они обступили своего вернувшегося из неизвестности ровесника и излучали жадное любопытство и интерес.

Луэлу ответил на эмоцию приветствия компании. Собственно, он поздоровался со всеми сразу, ещё пока подходил к старейшинам. Но можно и повторить, не жалко.

Шиссан с усмешкой проследил, как их найденыш снисходительно позволяет группе сверстников рассмотреть незнакомую амуницию, непонятные коробочки на поясе и браслету на руке.

Язык куэрхов командир группы сопровождения не изучал. Но и так было понятно что сейчас происходит в этой компании.

- Ты давно у них? - Поинтересовался Кирэн на правах старшего в этой компании и как помнил Лулу, заводилы по детским играм.

Парень заговорил без враждебности, даже с долей дружелюбия. Так почему бы и не ответить?

- Дед ушёл к предкам последним. Там куда мы попали, было холодно и твёрдая вода, по которой мы долго шли.

- Значит давно. - Со знанием дела кивнул Кирэн. - В белых мирах нет охоты и долго прожить в них нельзя.

Кирэну было почти девять оборотов. Его авторитет среди молодняка строился не только на старшинстве и мелких хулиганских выходках. Ему несколько раз удавалось удирать от хозяев в самый последний момент. Он потерял родителей, и каждый раз вынужден был в одиночку, по несколько дней искать сородичей прячась от захватчиков в лесах и болотах. Если он что сказал, вся ватага была готова принимать на веру.

- А это что? - Ткнул мальчишка пальцем в руку.

- Браслет, с его о помощью можно разговаривать с теми, кто очень далеко.

- Так далеко, что не видно? - Усомнилась незнакомая девочка. Она стралась держать свой хвостик как взрослая. Но он то и дело предательски опускался вниз.

- Да. Я могу поговорить словами с мамой прямо сейчас. Только она занята и будет сердиться, что отвлекаю ее без необходимости.

- А что за коробочка у тебя на поясе? - Снова взял инициативу в переговорах Кирэн.

- Это щит. Его все у нас носят. На всякий случай.

- Щит? От чего может защитить эта коробочка? - Засмеялся кто-то ещё.

Лулу растерянно обернулся на Шиссана. Это действительно был силовой щит. И он даже представлял себе, как он действует. В Бездне кроме крупных тварей полно москитов и всякой мелочи. Поэтому индивидуальная защита была у каждого. Вот только управлять своим щитом Лулу пока не умел. Включить, нажав кнопочку мог. Но помнил строгий наказ мамы-Санни делать это только в крайнем случае. Потому что в этом режиме можно было поранить тех, кто стоит рядом с ним.

Шиссан понял его взгляд и подмигнул.

Кирэна и еще двоих что-то невидимое слегка толкнуло, а потом даже оттащило на полшага от Лулу. Остальные смогли вытянуть руку ощупать твёрдую невидимую стену, пока она не исчезла.

- Вот так. - С удовлетворением ответил Лулу смутившемуся мальчишке и тут же с сожалением признался. - Только я еще плохо с ним обращаюсь. Если бы сам включил, вас могло сильно ударить и отбросить.

Кирэн недоверчиво фыркнул. Но спорить уму явно не хотелось. Когда малявка уходил со своей семьёй, он только начал на ноги вставать. Даже хвост плохо помогал. Меньше чем за год он успел подрасти. А главное в нем что-то изменилось. Держался он как-то по-другому. Совсем не так, как дети, выросшие в племени.

- Странная у тебя одежда. - Решил он сменить тему.

- Специальная. Эту ткань не каждая тварь прокусит. И даже стрелу сможет остановить.

Заметив недоверчиво выражение окружения, Лулу выхватил из ножен на поясе нож и демонстративно попытался порезать ткань на рукаве.

Но зрителей тут же заинтересовал сам нож. Дети охотников, и сами прирожденные охотники, в таких вещах знали толк.

- А нож у тебя хороший.

- Это настоящий боевой нож. Мне его мама-Санни заказала специально.- Похвастался Лулу. - Под мою руку.

Он уловил нотки зависти от сверстников до того, как они успели закрыться. У старших ребят уже висели на поясе ножи. Это было не оружие. Просто бытовой нож, для повседневного использования.

- Ты им хоть пользоваться умеешь? - Пренебрежительно скривился Кирэн.

- Бросать в цель могу.

- Покажи.

Шиссан снова правильно понял смысл вопросительного взгляда подопечного Саниры.

О чем ещё можно подумать, наблюдая как один мальчишка показывает свой нож другому.

- Можешь отойти за бугорок. - Согласно кивнул он. - Там валяется несколько бревен. Но далеко не исчезай. Санира сердиться будет.

Уже завернув за указанный бугор, Кирэн с опаской убедился, что странный человекозмей исчез из виду.

- Ты у него разрешение спрашивал?

-Он присматривает за мной, когда нет мамы-Санни. - Пожал Лулу плечами. - Как начальник отряда охраны он должен знать о каждом кого охраняет, и кто ему подчинен.

- Твою маму охраняют?

- Нет, но она входит в свиту трёх принцесс и тоже их охраняет. - Пройдя к бревну, он вытащил воткнувшийся нож и спокойно протянул Кирэну. - Можешь попробовать. Его легче бросать, чем тот, что у тебя на поясе висит.

Кирэн не скрывал завистливого взгляда, рассматривая оружие и проверяя его баланс. Этот новый Луэлу был полон сюрпризов. Сначала, то, что он не умел ещё закрываться и контролировать блокаду своих эмоций, вызвало снисходительную усмешку. Для вставшего на ноги это был признак неумения учиться. Но сейчас этот маленький недостаток как-то отошёл на задний план. Луэлу был младше него, но при этом держался не в пример уверенней и свободно общался со странными чужаками. К тому же он имел связь с одной из них. Как-то это совсем не вязалось с тем, что он знал о связанных соплеменниках.

Лулу не особенно задумывался над реакцией ровесников. Исходящие эмоции любопытства и удивления он воспринимал как естественные. А быстро исчезающее недоверие его только радовало. В экспедиции кроме него детей не было. И он успел соскучиться по общению с ровесниками за время путешествия. Так что время, когда светило начало стремительно катиться к горизонту прошло для всех не заметно. Они и обратили внимание на наступающие сумерки, только когда Шиссан по браслету сообщил о скором завершении переговоров. Да и родители стали окликать ребят домой.

- Завтра вы будете ещё здесь? - Кирэн не без сожаления протянул владельцу нож, который все это время дети по очереди кидали в бревно. - Или ты останешься с дедом?

- Не знаю ещё. - Лулу тоже не спешил расставаться. Хотя браслет уже подавал тревожные сигналы. - Но Мама-Санни обещала, что я останусь с ней.

- Правильно. Я бы тоже не захотел возвращаться сюда.

Лулу попрощался с ребятами и поспешно направился прямиком к Шиссану. Путь вокруг пригорка показался длинным и он решил срезать дорогу через небольшую рощицу.

На слабую вибрацию браслета он почти не обратил внимания. Это был сигнал пересечения защитного силового поля. Дома такое было обычным делом. Его браслет был настроен для прохода через внутренние щиты жилой зоны, казарм и тренировочных площадок. Короче туда, куда обычных посетителей резиденции не допускали. Так что Лулу только отметил про себя появление такого щита и поспешил к виднеющемуся сквозь последние деревья шатру.

На группу странных людей, одетых в незнакомую форму и даже в железную блестящую одежду он не обратил никакого внимания. Во-первых, их он уже успел разглядеть там, где они познакомились с вожаком. Во-вторых, надо было спешить. Потому он не сразу сообразил, что произошло, когда его грубо схватили за плечи и с силой развернули.

Незнакомый, совершенно лысый разумный, вблизи лишь отчасти был похож на человека. Он был одет в кожаную одежду с металлическими нашлепками. Так что скорее всего не был даже офицером. Лулу с недоумением посмотрел на грубое лицо в ожидании, что тот скажет, зачем остановил его. А мужчина что-то произнес на незнакомом языке, ещё сильнее сдавил плечи и приподнял его над землёй, вынуждая смотреть в глаза.

Где-то за спиной раздались испуганные крики местных жителей. Лулу недоуменно обернулся, но мужчина с силой встряхнул его, заставляя смотреть ему в глаза.

В голове появилось неприятное ощущение давления. Даже голова заболела. Лулу хотел ещё вежливо спросить что он опять натворил, как понял, что чужая сила вязкой массой обволакивает сознание и пытается добраться до связи с мамой-Санни.

Мама обещала не оставлять его, говорила что связь ей тоже нравится. И дед не стал спорить с этим. Получается, этот чужак хочет отобрать у него Маму! Возмущение, а потом и злость отодвинули куда-то головную боль и сдернули пелену с разума.

Как то сразу вспомнился разговор с Шиссаном на тренировочной площадке и его ответ на высказанное сожаление о мешающем хвосте.

"Это совсем не так. В хорошей драке любое индивидуальное отличие может оказаться решающим для противников. Например, я ненамного сильнее Дино и его воинов. Но мой хвост и способ перемещения на нем слишком необычны для двуногих. И им приходится специально учиться противостоять таким как я. Впрочем, так же как и мне"

"У тебя хвост сильный и даже твёрдый, особенно в кончике. А что можно сделать моим? Он мягкий. Даже если надеть на него наконечник, все равно хорошего удара не получится. Я им только хватать что-нибудь могу, но никак не бить".

"Хватать тоже неплохо. Хотя в драке рискованно. Идея с наконечником мне кажется здравой".

"Вот видишь?"

"Но, ты можешь ударить им как плетью. Твой хвост достаточно сильный. А то, что на нем короткая мягкая шерсть, так у любого существа можно найти чувствительные места".

"Например?"

"Уши, нос. Но вообще-то, у всех живых существ есть глаза или их заменители. И, как правило, они не имеют надежной защиты. Котиков наших принцесс это не касается, конечно. Но они исключение во всем, что касается нашего оружия".

Лулу не смог бы сказать в какой момент его хвост пришёл в движение. Чужак крепко держал его за плечи на весу и продолжал сверлить взглядом. Хлесткий удар тонкого жгута с короткой шерстью пришёлся именно по его распахнутым глазам. Лулу впервые в своей жизни бил с намерением причинить боль и не собирался сейчас думать о последствиях. Чужак дернулся откидывая голову, ослабил хватку, но не выпустил из его рук.

Изворачиваясь, Лулу хлестнул ещё раз, на этот раз по уху. Эффект был, но не слишком сильный. Чужак даже что-то прошипел вслух и снова попытался поймать его взгляд. И тогда Лулу ударь по глазам снова, самым кончиком, где были жёсткие ворсинки, не позволявшие хвосту скользить на скользкой коре дерева.

Вопль мужчины, падение с небольшой высоты и крики подскочивших бойцов охраны только разозлили мальчишку. Шиссан попытался задвинуть его себе за спину, но Лулу вывернулся и с возмущенным криком подскочил к обидчику снова.

Чужак продолжал зажимать пострадавшие глаза и потому не сразу среагировал на удар, скорее пинок под коленку и был вынужден переступить, чтобы не упасть. Руки от лица он все-таки убрал. Но только для того чтобы встретиться взглядом с бешеными глазами мальчишки, взобравшегося на него как на какое-то дерево. И в следующий момент боль ухе затмила все.

Лулу чувствовал что его пытаются оторвать от обидчика и только ещё сильнее сжал челюсти. Солоноватый вкус крови врага немного отрезвил. Он обнаружил себя на руках Шиссана. Два его воина замерли рядом, прикрывая их от чужаков. Во рту что-то мешалось и он сплюнул кусок уха, владелец которого орал стоя на коленях в нескольких шагах от них. Сквозь прижатые к правой стороне головы пальцы текли стройки красной крови.

Пришла волна тревоги и желания чтобы путь был короче. Мама-Санни уже рядом. За ухо чужака она будет недовольна. Но он извинится, потом. А пока...

Санира подлетела к месту происшествия, когда её Лулу извернулся на руках Шиассана и зашипел на продолжавшего стонать солдата, одновременно пытаясь отплевывать кровью.

- Что с ним? Он ранен? - Санира спрашивала, одновременно пытаясь пробиться к ребенку сквозь его эмоции возмущения и злости.

- Цел он. - С усмешкой произнёс Шиассан. - Это кровь вот этого. Изрядный кусок откусил. Отличный способ разобраться с намного более сильным противником.

- Что здесь вообще произошло?

Вместо него ответила подоспевшая Нэстэ.

- Лео говорит, что этот солдат попытался повязать его. Лулу был не осторожен и прошёл прямо через защитное поле. Шиассан, кстати, разберись, почему он имеет допуск на охранный периметр.

Нэстэ взмахом руки остановила начавшую нервничать Саниру.

- Не дергайся, вашу связь без взаимного согласия не так просто разорвать. Можно конечно, но точно не этому солдату. Но Лулу понял, что тот пытался сделать. Результат ты видишь перед собой.

Санира расслабилась и прижала к себе вымазанного в крови мальчишку.

- Так ты нас защищал.

"Дай ему понять, что полностью одобряешь поступок и гордишься им. А с просчетами разберёмся позже, без свидетелей. И не вздумай на него сердиться". - Пришло предложение от Рианны по ликале.

- Сердиться?

Лулу тем временем немного успокоился и уже явно начал ожидать привычной выволочки за не сдержанность.

Санира поспешила последовать совету старшей Гекаты и принялась осторожно оттирать краем ткани чужую кровь с лица малыша.

- Ри, я могу закончить начатое своим названным сыном и вызвать его на поединок?

- Санни, я полностью на твоей стороне. И даже соглашусь, если ты будешь настаивать. Но мы же обещали их куэрхам. Сама понимаешь.

Санира понимала. При первой встрече, пообещать и сразу же не сдержать данного слова. Политика! И вызов на поединок мог повлиять на все дальнейшие взаимоотношения с этой расой.

Зато Лулу, или как теперь выяснилось Луэлу, совсем не заморачивался высокими материями. Он уловил настроение Саниры, её сомнения были неважны для него. Главное, что мама одобряет его поступок и готова разобраться с обидчиком. Только что-то ей мешает. Луэлу снова развернулся, и если бы не Санира, точно бы ударил продолжавшего стонать на земле чужака.

- Уведи его. - Попросил Шиссан. - С таким настроением, ты все время будешь ловить парня.

Вуарта, один из трех уцелевших старейшин и дет вернувшегося Луэлу, не совсем понимал что происходит. Возмущение и даже ярость внука он ощутил одновременно с его киэнхе. Пока он подходил следом за убежавшей чужачкой, успел оценить обстановку и полюбоваться на стонущего врага. Судя по реакции внука, его киэнхе была сама готова наброситься на врага прямо на месте. Но её почему-то удержали от этого.

На недоуменный вопрос, та что назвалась Нэстэ и свободно говорила на их языке, пояснила что раз пленники обещаны куэрхам, они сомневаются, что могут без их согласия вызвать солдата в круг равных. Потребовалось небольшое пояснение что это такое.

Это было правильно. Чужаки понимали значение данного слова и старались ему следовать даже там, где могли бы нарушить обещание.

- У нас тоже есть право поединка. Не такое сложное как у вас. - Степенно заговорил он, выслушав подскочившего Краэса. - Думаю, киэнхе Луэлу имеет полное право на схватку, но можно сделать лучше. На Луэлу напал солдат. А они редко действуют по своей инициативе. Тем более, что офицер его не остановил. Думаю, он хотел понаблюдать за вашей реакцией.

- Глупо. Они же в плену.

- Не так уж и глупо, если считать свой плен досадным недоразумением. - С Горечью возразил Вуарта. - За норой стоит крупная армия. Их так много, что даже ваши возможности не смогут нас спасти. Они просто обойдут вас.

- Не так просто обойти запертую нору. - Пренебрежительно фыркнула Нэстэ.

- Вы можете это сделать? - Поразился Вуарта.

- Уже сделали. - Коротко сообщила та. - Чтобы управлять щитом потребуется несколько дней для настройки оборудования. А потом месяц или два для обустройства территории. Но с той стороны сейчас никто не сможет пройти к вам.

- Вот как! В таком случае, можно сделать лучше, чем простой вызов. Ведь этот ваш круг равных допускает замену?

- Да. Это обычная практика при неравном противостоянии.

- Краэс лично знает этого офицера и просит разрешения выйти на поединок вместо киэнхи Луэлу. Очень просит. - С нажимом произнес старейшина.

- Не поняла. Знает лично?

- Личные счеты. Несколько лет назад этот офицер забрал у него жену и сына. До сих пор у него не было возможности сойтись с ним в поединке чести. Враги не принимают честных вызовов.

Санира выслушала пересказ сделанного предложения молча, продолжая тщательно вытирать мордочку жмурящегося от удовольствия Лулу.

- С солдатом Луэлу уже поквитался. - Решила она. - А на счет офицера, если все так, как говорит староста, то у этого Краэса больше прав, на поединок чем у меня. Его семья сейчас уже наверняка мертва.

Рядом тихо ругнулся Шиссан. Выражать бесполезное сочувствие командиру остатков местного воинства куэрхов он посчитал бесполезным. А вот отдать свой нож, взамен того чтобы л у него, очень даже нормальным.

- Луэлу, прополощи рот ещё раз. - Протянула Санира мальчишке кем-то отданную флягу.

Парень все ещё пытался отплевываться. А может он так показывал своему обидчику своё отношение. Потому что плевался он глядя именно на него. И при этом ещё и тихо шипел.

- Лулу, зови меня Лулу. - Сразу отреагировал он, перед тем как набрать в рот воды.

- Хорошо. Нам тоже привычнее так будет. - Санира ласково улыбнулась приемышу.

Старейшина смотрел вслед удаляющейся парочке со смешанными чувствами. Отец его невестки все же нашёл свой путь к предкам. Возможно, он нашёл не просто новую семью для своего внука, привёл к ним помощь, о которой никто уже не мечтал. Старый Вуарта уже и не помнил, когда в последний раз принимал от ребёнка эмоции воинствующей ярости. В племени давно уже учат своих детей спасаться бегством при виде чужака. Бросать все и бежать, пока родители будут выигрывать для них время ценой своих жизней.

Староста перевёл взгляд на солдата. Ему уже промыли чем-то рану. И теперь среди зрителей витал дух веселья. Уха у Врага не было. Луэлу умудрился отхватить ему все, оставив на месте только самый нижний карай вместе с мочкой. Причём, похоже, не просто откусил, а часть оторвал, когда его отдирали от жертвы.

Краэс уже раздевался для поединка. Ему дали шанс. Староста подумал, что после того, как поступил внук, их молодому вожаку придётся постараться чтобы эта схватка запомнилась наравне с боем внука.

Лулу же уходил с места своей битвы с гордо задранным вверх хвостом. Он уверено держался за руку воркующей мамы-Санни и почти не слушал что она говорит. Да и зачем? От неё шла вона теплого одобрения всего, что он сделал. А раздражение и недовольство было направлено на того солдата и почему-то на его командира. Было сожаление, что она не может лично сразиться с ними, но была и уверенность, что его соплеменнику это нужнее.

А ещё он улавливал эмоции от своих новых друзей. От них шло неприкрытое восхищение и восторг. Даже Кирэн прислал одобрение. Лулу улыбался вовсе свои маленькие клычки и Маме-Сани и всем вокруг. Он уже видел знакомую палатку. Бойцы из отряда охраны успели разбить лагерь на краю посёлка. Значит, они остаются и завтра будет ещё время для игр.

Санира осторожно обняла идущего рядом хвостатого подопечного. Ругать она его не собиралась. Ни сейчас, ни потом. А допуск для щита пленных все же снимет. Происшествие показало, насколько сильно она привязалась к своему подопечному. Одна мысль, что кто-то мог просто пожелать превратить её приемного сына в бездушную марионетку, отзывалась волной глухой злости. Но показательная расправа с этими двумя тварями действительно ничего не даст кроме собственного удовлетворения и дальше этой компашки не пойдёт. А на моральное удовлетворение у местных гораздо больше прав.

Санира вспомнила горящие надеждой глаза парня. В этой жизни он уже ничего большего для себя не желал. Расправиться с тем, кто повязал сына и уничтожил семью. Только этим видимо он и жил все последние годы. А у неё есть Лулу. И он смог постоять за себя.

В их небольшой палатке гости вряд ли бы разместились. Но на улице стояла ясная погода с огромным звездным небом. Что кстати в этом мире болот было редкостью. Силовой щит накрыл их маленький лагерь от любопытных соседей. Так что девочки расположились прямо перед входом в палатку. И заснувшего Лулу не потревожат, особенно если поставить звуковую защиту, и Санире спокойней. Как-то ей не хотелось сегодня уходить далеко от палатки. И девочки это прекрасно т поняли.

- С браслетом мы разобрались. - Сразу оповестила Лика свою сестру по гекате. - Действительно надо было это сделать раньше. У Лулу допуски ещё со дворца остались. Все служебные щиты внутренних территорий. Вот и прошёл.

- Завтра я с ним поговорю. - Вздохнула Санира. - Все же он должен был обратить внимание на сигнал браслета.

- Да он еще маленький! Что ты от него хочешь в таком возрасте. - Возмутилась Лика.

- Действительно, Санира, не грузи мальчишку. - Поддержала Сумми. - Он хулиганистый, конечно, и тебе за него часто достаётся. Но сегодня паренек повёл себя настоящим бойцом.

- Ухо зажевал? - Не без ехидства поинтересовалась Санира.

- Так выплюнул же, не проглотил. - Рассмеялась Сумми. - И поделом этому солдату. Ему уже разъяснили, что легко отделался.

- Как закончился поединок?

- Куэрхи оказывается хорошо дерутся. Особенно на ножах. - Усмехнулась Нэстэ и потянулась к по данному кем-то из девочек стакану с холодным напитком. - Отличная реакция, двигаются так, что мне завидно. Так что рост и масса не дали офицеру преимуществ. Повозиться парню конечно пришлось. Системное обучение и опыт все же кое-что значат.

- В общем, парень легко ранен и отлеживается у себя. А офицера отдали соплеменникам. Пусть хоронят по своим обычаям. - Рианна с удовольствием протянулась под пледом. Такие вечера выпадали нечасто. И тем большую ценность представляли для подруг.

- Я так поняла, что офицер мог иметь несколько связанных рабов.

- Это особенность неправильной связи. - Сморщилась Нэстэ. - При нормальном контакте, обмен эмоциями двусторонний. И множественная равноценная связь способна свести с ума кого угодно. В случае таких вот "хозяев", связь устанавливается односторонняя. Да и то, частичная. Хозяин, как более сильный, давит все личностные эмоции и чувства у попавшего под его контроль. Раб воспринимает от него только очень четкие желания, обращенные прямо к нему и исполняет их как свои. Сам хозяин вообще не слышит эмоций раба. Зато легко определяет протестные эмоции и давит их.

- Если это так, то как управляются с рабами в отсутствие хозяина?

- Да все просто. Отданное лично указание исполнять приказы конкретного третьего лица, подкреплённые соответствующим импульсом . Это становится непреодолимым законом для раба. - Скривилась Нэстэ. - Без этого они могут даже с голоду помереть в продовольственном складе. Но без разрешения и кусочка не проглотят.

- Так может те, кто был связан с офицером ещё живы?

- Тут все не так просто. Контроль хозяев сохраняется на любом расстоянии, как и наша связь с ниахарами. По крайней мере, пока иной информации нет. Да и Лео это подтверждает. Управлять и отдавать приказы вне личного контакта они не могут. Но для раба это ничего не меняет. Тот офицер имел, по крайней мере, пять живых рабов.

- Получается, они все погибли?

- В обычных условиях я бы сказала что да. - Кивнула Нэстэ. - Но во время поединка Лео вмешался и что-то попытался сделать. Только он сам не уверен, получилось или нет. Да и не понятно, что именно он сделал. По эмоциям, они сделал все правильно, и теперь подконтрольные могут спокойно удалиться. А вот что это означает, поди угадай

- Для ниахары, что разумный попрощался и ушёл далеко, что просто умер, все одинаково. - Подтвердила Рианна. - Простились и все.

- Кошмар. Я с Лулу не могу толком т разобраться. А ваша связь с Ниахарами в разы сильнее и насыщеннее. Лулу часто об этом говорит. Как вы с этим справляетесь?

- Нормально. Так же как и ты с ребёнком. Только наши кошки не разговаривают. - Рассмеялась Нэстэ. - Это иногда очень злит.

Рианна опустилась руку на загривок лежащего рядом Барика. Тот даже глаз не открыл.

Вуарта Вуарта был членом совета старейшин племен. Наверно остатков последнего совета в истории народа куэрхов. Стоя на границе лагеря, все три старейшины отлично понимали, что это были последнее прощание с их воинами.

Слухи об остатках их народа, спасающихся где-то в горных пещерах родного мира, оставались только слухами. В пещерах, как и на дальних мелких островах не могло уцелеть много народу. Старейшины давно уже поняли, что их вынужденно объединенное племя остается самым крупным по численности из тех куэрхов, вообще мог выжить в этой войне.

Собственно сегодня уже все было сказано. Здесь и сейчас больше не мело значения, какого ты племени и как давно вошел в совет. Да и сам совет старейшин сегодня перестает существовать. Они все были куэрхами. Последние, из свободных, покинувшие свои миры в надежде найти безопасное место.

За последний год им много раз удавалось ускользать от преследователей ценой жизни своих защитников. Скитания в мире болот и гнилой воды сильно подточили здоровье членов племени. Болезни и короткие, но всегда кровавые схватки выбили лучших охотников.

Принесенное утром сообщение вестника, прибежавшего от наблюдателей у ближайшей норы, убило остатки надежды самых заядлых оптимистов. Появление передового отряда аэнхов означало конец их пути. Отступить с этого острова посреди топких болот они уже не успевают. Да и некуда, честно говоря.

Вуарта с гордостью отметил, с каким мужеством приняли известие их последние защитники. Отряд в пятьсот бывших охотников, включая тех, кто только готовился получить это благородное звание, все, что смогли выставить все племена некогда многочисленного народа для последнего боя.

Старейшины и остающиеся в лагере женщины и дети провожали их нестройные колонны медленно втягивающиеся в местный лес. Молодой Краэс с вестником передал, что враг не спешит. И он со своим наблюдательным отрядом займет холмы, что лежат на пути Врага к поселению. В этой охоте ушедшие отряды поступят под командование молодого военачальника и постараются сделать так, чтобы не было стыдно перед предками.

Женщины и дети, остающиеся в лагере, провожали своих последних Защитников без обычных в таких случаях криков и слез. Они не прощались с родными и не желали им уцелеть в предстоящей схватке. Да и уходящие не просили свои семьи об осторожности. Они все постараются сделать так, чтоб в этой битве выживших не было.

Захватчикам нужны только младенцы и дети ещё не научившиеся правильно слышать слова старейшин. Вех остальных Враг уничтожает на месте, чтобы не создавать себе проблем в будущем. Разве что на какое-то время могут пощадить молодых женщин, особенно если они уже носят ребенка. Но такой участи никто из них не желал ни себе ни соплеменникам. Остающиеся в лагере старики и женщины готовились отправить на встречу с предками своих детей, а следом и молодых женщин. И когда Варг пройдет линию Защитников, они пойдут убивать. В этот раз запомнит битву куэрхов.

- Может Карэн смог найти все-таки свой путь. - Тихо заметил стоящий рядом Ларак. Старейшина еще был полон сил и не нуждался в дополнительной опоре. Его совершенно седой хвост спокойно лежал у ног. - Возможно у нас остается надежда, что хоть твое племя выживет.

- Только муны моли знать, какой из выбираемых нами путей к предкам верен. Но они нас оставили. - Вуарта пожал плечами. - В наше время каждый выбирает свою дорогу. Мы выбрали самую короткую. Я, как и ты, могу только надеяться, что нетерпеливый брат моей спутницы нашёл место для всех, кто ушел с ним, и путь куэрхов здесь не завершается. Но возможно, он опередил нас. Наверно это не достойно звания охотника, но я рад, что он забрал с собой дочь и моего внука. Этим он избавил меня от необходимости смотреть в глаза, перерезая малышу горло.

- Прибыл посланник от наблюдающих. - Вздохнул Ларак. - Через нору прошло уже двенадцать сотен воинов.

Он тоже думал об этом, и невольно завидовал своему собеседнику. В его семье было пятеро детей, способных заинтересовать Врага. И заставить себя не думать об этом, наблюдая, как по хижинам расходятся жители лагеря, он не мог.

-Техника?

-Зачем им техника? - Горько усмехнулся Сайли. - Достаточно верховых вронов и повозок.

Его племя в этом лагере оставалось самым малочисленным. Всего несколько женщин и менее двух десятков воинов. Они были одними из первых, подвергшихся нападениям аэнхов. Порабощенные тогда дети уже выросли и сами готовы плодить новых рабов. - Их железные панцири пробивает только их же оружие. Аэнхи знают, что у нас не много боеприпасов к их ружьям. А бой чести захватчики не примут.

- Они пришли убивать нас. - Согласился Вуарта.

Где-то на краю сознания проскочило странное чувство. Совсем мимолетное ощущение, как будто его кто-то посылал поисковый зов, пришло внезапно и очень напоминало слабый сигнал Луэлу, внука ушедшего много дней назад с Карэном. Вот только ни самого отца спутника его дочери, ни зова его дочери, матери Луэлу, он не чувствовал. Да и сам сигнал проскочил и исчез, вызвав чувство потери.

Последние из защитников давно уже скрылись за поворотом тропы, но трое старейшин все еще оставались без движения на вершине холма. Никто из них старался не оглядываться на хижины поселения, и старался не думать о происходящих там приготовлениях. Не сговариваясь, они старались оттянуть момент возвращения.

Когда пришел второй, куда более сильный поисковый зов, старый Вуарта вздрогнул и недоуменно осмотрелся, в поисках его источника и сразу обратил внимание на странную группу, которой здесь никак не должно было быть. Неподалеку, на самой границе лагеря стояло несколько двуногих, в странных одеждах и в сопровождении Краэса всего с парой своих бойцов.

Как и когда они смогли подойти к лагерю так близко и незаметно, было непонятно. По реакции окружающих жителей поселения, видимо так же оттягивавших до последнего момент возвращения, можно было понять, что появление группы стало неожиданностью и для них.

Вуарта не сразу понял, что незнакомцы только отдалённо напоминают захватчиков. Да и те не все. Три самки, идущие впереди приближающейся группы, и часть из тех, кто шел рядом, отличались от Врага только наличием длинных волос на голове. Аэнхи вообще не имели волосяного покрова на теле. А вот два их спутника на Захватчиков совсем не походили. Один был похож скорее на ящерицу, идущую на двух ногах. Вуарта слышал о таком народе, проживающем далеко за пределами их охотничьих угодий. Но этот пришелец отличался от изображений, иногда показываемых торговцами. Второй и вовсе передвигался на змеиной половине своего тела. Причем среди пришельцев были и другие подобные существа, явно выполнявшие роль прикрытия.

Но все эти мысли появились в головах Вуарта и остальных старейшины не сразу. Только после того, как они смогли немного отойти от потрясения, при виде других спутников этой компании. Рядом с КАЖДОЙ из девушек вышагивал .... МУНН. Настоящий, не сказочный плод фантазии, хоть и в точности такие как их описывали легенды. Дети богов шли гордо подняв головы, и спокойно осматривая начавшую быстро собираться толпу.

В середине компании чужаков шла самка, ведя за руку ребёнка. Только в этот момент старейшина окончательно понял, что зов родича ему не мерещится.

- Смотри, это же Луэлу. - Подтолкнул Вуарту под локоть очнувшийся Сайли.

Мальчонка, шел рядом с самкой, держал ее за руку, гордо нес за спиной высоко задранный хвост и радостно улыбаясь, смотрел прямо на него. Эмоции внука излучали облегчение от того, что его опасения не найти родича не оправдались и радость и какие-то опасения и горечь утраты. И он ПЕРЕДАВАЛ на общей волне эмоции приветствия. Остальные старейшины, да и просто собирающаяся толпа тоже уловили ничем не защищённые эмоции ребёнка.

-Значит, старый Карэн погиб. - Выдохнул Ларак. - Как и все, кто ушел с ним. Это тоже захватчики?

-Не похоже. - Усомнился Вуарта. - К тому же с ними муны. Сам знаешь, Враги даже понятия не имеют о детях богов.

- Вижу, но вижу и другое, Луэлу связан с ними. Он их раб.

Вуарту тоже отчётливо ощущал связь ребенка с девушкой. Только не как хозяина и раба. Это была партнерская связь, такая же как у мунны с их двуногими спутницами. Такая связь устанавливается в парах, решивших идти по жизни вдвоем. Но это ведь чужачка. Киэнхэ? Нечто такое было раньше. До войны.

В этот момент, самке видимо надоело держать за руку ребёнка. И как только процессия придержала шаг, она что-то сказав, освободила руку и подтолкнула его в спину.

Луэлу осмотрелся вокруг себя, видно только сейчас осознал размер собравшейся толпы, оценил длину своеобразного коридора до деда, в направлении которого его подталкивали, и сделал несколько шагов, опережая всю процессию. А потом выдал приветственный сигнал в общем диапазоне. Ну и естественно получил ответ. Сразу от всей собравшейся толпы, да ещё и от тех, кто пока оставался около своих хижин.

Вуарта невольно сделал движение подхватить внука и загородить его от чужаков. Отгородить, закрыть, а потом уже разобраться.

Внук сделал еще несколько шагов и как будто натолкнулся на невидимую стенку. Он насторожился и осмотрелся, начав что-то оценивать, а затем не раздумывая, метнулся обратно за спину своей киэнхэ. И уже оттуда, совершенно по-детски, высунул голову из под ее руки, и зашипел прямо глядя на своего деда.

Попытка вскарабкаться на самку, а потом и взлет в седло, внезапно вызвал оживление среди зрителей. Смех волной прокатился по толпе и сбросил нарастающее напряжение. Мальчишка вел себя настолько бесцеремонно и непохоже, на связанных Врагом детей, что вопрос о рабстве как-то сам собой отошел на второй план. К тому же он ИЗЛУЧАЛ эмоции. Живые, переменчивые, как у всех нормальных детей.

Вуарта перехватил насмешливый взгляд Ларака.

-Теперь тоже будешь спорить, что он у вас не воспитан? - Поинтересовался старый друг, напоминая старые разговоры о потакании молодежи.

- Чужачка его сильно разбаловала. - Попытался оправдаться тот их старом споре.

Что Вуарта, что Карэн, действительно баловали своего единственного внука и делали поблажки в воспитании. Карэн боьше, а Вуарта старался оставаться в стороне. Но не признавать же свою слабость перед другими.

Нервно распрямив хвост, старейшина замер перед заявившейся компанией. К его неудовольствию, Луэлу и не подумал услышать его укоризненный посыл. А только ещё сильнее закрепился в седле не только руками, но и хвостом. Разве что выдал нечто вроде бесцеремонного "ОНА не возражает, а ты отстань".

Само животное при этом тоже не возражало против такого седока. И явно чувствуя его настроения переступило, разделяя свои копыта и приближаясь к тем странным хвостохводящим бойцам.

- А верховой животное-то хорошо обучено. - Заметил Сайли. - Нечто вроде боевого врона чужаков, только не хотелось бы мне попадать под его когти.

Девушке тем временем, похоже, стало неудобно из-за поведения подопечного. По меньшей мере, она что-то попыталась сказать и даже позвать Луэлу. Но тот громко выдал эмоцию отрицания и даже зашипел на нее. Впрочем, сопроводив свои действия слабым чувством вины.

По племени прошёл лёгкий шорох. Сам Вуарта тоже не сдержал улыбки. Хоть и раздражённо поморщился. Мальчишка был явно избалован вниманием сверх всякой меры. Киэнхэ даже не рассердилась на него. Не считать же это тихое увещевание недовольством. Ларак наверно прав в своих упреках. Нельзя так баловать молодняк. Они совсем на голову сядут. Внук уже сидит и хвост свесил. Вон как фыркает и головой вертит.

Старейшина послал малышу осторожный вопрос с эмоциями брата. Мальчишка враз перестал крутить головой и уставился на него. В ответной волне отчётливо проявилась чувство потери. Все это почти сразу оказалось вытеснено чужим сочувствием и поддержки.

"Я с тобой, ты не один". - Киэнхэ торопливо погладила малыша по ноге. И тот мгновенно переключился не нее.

Выарта снова покачала головой. Такой запущенной ситуации она еще не видел. Это же надо так забивать ребенка положительными эмоциями. Так внук никогда не научится блокировать свое восприятие и не перестанет его проецировать на партнера по связи. Никуда не годится.

А в толпе уже не шорох стоял. Сородичи откровенно веселились, наблюдая за хулиганом. Чужачка явно не имела опыта общения с их Луэлу. И окружающие ее партнеры муннов, почему-то не сочли нужным её поправить.

- Я так понимаю, Твой внук единственный, кто выжил из семьи старого Карэна.

-Да, похоже на то. - Грустно согласился Вуарта. - Но каким-то образом он успел спасти внука и прислал этих чужаков к нам. Вот только как можно так баловать ребёнка?

- Похоже, мальчишка и со старшей в связи не больно-то церемонился. - Заметил Ларак. - Я согласен с тобой. Чужачка совершенно не умеет обращаться с детьми. - Согласился Ларак, наблюдая за этой сценой. А Луэлу не умеет закрываться.

-Чужаки никак не отреагировали на наше приветствие, и мы я их не слышим. Похоже, они столь же глухи, как наш Враг. - Сделал вывод Вуарта, имея в виду способность воспринимать и передавать эмоции друг другу. - Поэтому и закрываться мальчишку никто не учит.

На уровне обмена эмоциями внезапно вклинился мощный чужеродный поток. Эта передача была настолько сильной, что Вуарту не без удивления распознал признаки предельного сдерживания и контроля, как будто вошедший в контакт прилагал непривычные усилия, чтобы их не оглушить.

Чувство собственной уверенности и силы в этом потоке забивалось откровенным недоумением. Мунн, замерший рядом с выступившей вперёд самкой смотрел прямо на Вуарту.

- Самка его старшая. - Зачем-то подсказал вслух Ларак очевидный факт и судорожно выдохнул. - Я почти оглох.

- Сам вижу. Такую связь только слепой не разглядит. Ну и мощь у него, я почти оглох и не слышу даже тебя.

Девушка, идущая посередине первой тройки, тем времени замерла напротив группы старейшин и замялась, пытаясь что-то вспомнить. Из центра небольшой группы торопливо вынырнул торговец. Похоже, пришельцы озаботились нанять посредника для переговоров. Это окончательно развеяло сомнения старого Вуарты. Враг никогда не утруждал себя наймом переводчиков. Для этого у них имелись рабы из выросших детей куэрхов. Вуарта решил нарушить правила и заговорить с пришельцами первым.

* * *

Так уж сложилось в их компании, что первые переговоры с представителями новой расы доставались ей. А дальше по обстоятельствам. Если разговор переходил в деловое русло, подключались Рианна с Сумми. Саша, Дино и Литарн, как представители семей правителей, включались в разговор на стадии обсуждения конкретных разговоров. А если разговора не получалось, то на первый план выходили как раз ребята с их пятерками прикрытия и гекатессы. К счастью, последний вариант случался пока всего пару раз. И как раз тогда, когда первая встреча происходила без участия контакторов.

Отсутствие или плохое знание языка никогда не останавливало Нэстэ. Но напряженные взгляды трех старейшин, которым судя по возрасту, надо было бы сидеть дома и кутаться в тёплое покрывало, заставили её смутиться.

Старик, на которого Лео указал, как на родича Лулу, вышел вперёд, прижал раскрытые ладони к ногам и изобразил прямой поклон.

По реакции толпы, было понятно, что он делает что-то не так.

- Похоже, нам показывают, как надо поступать. - Заметила из-за спины Рианна. - Правда наш переводчик утверждал, что первое приветствие ожидается со стороны гостей.

Она сделала шаг, присоединяясь к Нэстэ, и вся союзная Геката попыталась повторить приветствие. Что это было правильным решением, показало реакция разом расслабившихся зрителей. Саше с этим было сложнее всего, учитывая отсутствие ног и необходимость держать наготове силовой щит. Но открытые ладони он все же показал.

Приветствующий их старейшина знаком показал в сторону деревни и что-то произнес

-Вас приглашают для переговоров в ту большую хижину, на окраине. - Заявил переводчик.

- Лео считает, что угрозы нет. - Отчиталась Нэстэ.

-Лулу тоже утверждает, что все нормально. - Подала голос Санира. - Но сам он сильно чем-то возмущен и не желает освобождать седло.

Нэстэ покосилась на мальчика и слегка качнула головой. "Разбирайся, но ты нам будешь нужна. Передай его на попечение Шиссану". - Передала она по ликале.

Дома малец, быстро усвоил, что Санира не даст его в обиду даже перед старшими гекат. Впрочем, их авторитет он признавал. И старался лишний раз не влетать в помещения, где устраивались заседания. Но тут Нэстэ с Рианной разошлись во мнениях с Сумми. Принцесса Аринола считала, что главной причиной почтительного отношения к ним со стороны мальчишки, было присутствие котов, а не их личное положение.

Ниахар малыш буквально боготворил. Они были для него непререкаемым авторитетом и абсолютной защитой в случае, когда Санира начинала сердится. Но прибегал он к этой защите только в крайнем случае, если обычно прикрывавшие его серпентиниды и кашьяти не могли помочь. Похоже Лулу считал что ниахары смогут его защитить даже от самых главных в его новом доме. И до сих пор, никто не пытался их в этом разубедить.

Процесс первого приветствия закончился. К облегчению старейшин, чужаки приняли приглашение уйти в ближайшую хижину для разговоров. А то, что к ним присоединились воины из охраны, это нормально.

Старейшина с любопытством наблюдал за пришлыми. Как они двигаются, как идут и осматриваются, как общаются между собой. Сейчас все было важным для него. Рядом с ними был торговец-ящерица. Значит, они собираются разговаривать, а не нападать. Краэс успел шепнуть, что чужаки пленили передовые отряды Врага и их ведут сюда. Правда, он не успел пояснить, каким образом им это удалось, не имея армии. С внучком тоже хотелось перекинуться парой слов. Но этот нахал откровенно игнорировал его зов. Хоть и позволил снять себя с успокоившегося животного и покорно выслушивал что-то от своей киэнхе. А потом вопросительно посмотрел в сторону замершего рядом на хвосте воина.

Вуарту со вздохом принял сложившееся положение вещей. Мальчишка явно был перепоручен под надзор этого огромного воина. В его эмоциях сквозило признание его авторитета и признание старшинства. Похоже, киэрхэ не в первый раз так поступает и Луэлу чувствовал себя с этими странными воинами спокойно. А поговорить с ним придется в другой раз. Если он будет. А сейчас нужно понять намерения пришлых. Для чего им нужны остатки их племени? Ведь очевидно, что пришлые не просто так привели с собой его внука. Что они собираются делать с пленными, что скоро будут здесь? Как бы это не оказалось хитрой ловушкой. Если аэнхи получат своду рядом с селением, многие из их детей станут сегодня рабами.

- Кто они? - Вуарта все же решил взять на себя право первого слова и обратился к пристроившемуся рядом каирини.

- Чужаки. - В полголоса принялся объяснять торговец, пока все устраивались в наспех прибранной хижине прямо на земляном полу. - Их миры невообразимо далеки от нас. На столько, что даже мы, вольные торговцы, не слышали об их существовании. Они прошли через многочисленные миры уржны и заняли три пустых мира, за владениями флавиа.

- Они поработили водную расу? - Вздрогнул Ларак.

-Нет. И даже обещали их предводителям, что не будут претендовать на мир флавиа.

- Наш с Карэном внук, как получилось, что он оказался у них?

- Достопочтимый Карэн умер на глазах магистров Нэстэ и Рианны. Нэстэ, это та девушка, что приветствовала вас первой. Она сейчас вроде главная из этой троицы.

В эмоциях переводчика проскользнула нотка неуверенности, что сразу заинтересовало Вуарту.

- А остальные кто?

- Две другие девушки по статусу равны первой. Она и две ее подруги предводители всех чужаков и могут говорить от имени остальных чужаков вместе взятых не зависимо от расы. Но при этом, кроме титула магистр совета контакторов, они обе носят титул их высочеств, как дочери правителей могущественных империй. Только почему-то на это они между собой не обращают внимания. В разных ситуациях кто-то из них всегда берет право первенства на себя. Я не совсем понимаю, как они договариваются между собой. Их сопровождают представителей правящих семей, которые ведут свои расы и принимают главенство этих троих.

- Я вижу здесь только три расы. Или их больше?

- Я видел еще несколько сильно отличающихся разумных и знаю, что их множество. Кроме того, никто не скрывает, что не все такие расы мирные.

- Эти тоже не внушают спокойствия. - Проворчал Ларак.

- Вы совершенно правы, уважаемый старейшина. Независимо от своего положения, вы видите перед собой очень сильных воинов. Даже эти три девушки могут биться как в одиночку, так и сообща. И их оружие намного сильнее всего, что я знаю.

Старейшины настороженно переглянулись. Если торговец признается, что чего-то не знает, это действительно серьёзно.

Замершая перед ними девушка заговорила на певучем языке, время от времени делая перерывы для переводчика.

- Магистр совета контакторов Нэстэ приветствует вас. - Немного высперно начал переводить каирини. - Она рада вернуть вам ребенка, если он того пожелает и надеется на мирное сотрудничество с расой великих охотников на тварей Урэны. И для этого, зная о вашей беде, надеется, что согласитесь хотя бы осудить возможность помощи с их стороны вашему племени.

"О как сказал? И поймешь то не все сразу" - Озадаченно подумал Вуарта. Со строны Ларака тоже пришла исчезающая эмоция непонимания.

- Наш враг не только силен, но и многочисленен. Каким бы и ни было оружие пришельцев, разве может горстка пусть и сильных воинов противостоять целой армии?

- Два десятка здесь, и немного больше за норой. - Фыркнула чужачка.

- Уважаемая Нэстэ понимает наш язык. - Поспешил с разъяснениями пройдоха. - Но не считает свои знания достаточными для участия в важных беседах

- Тем более. - Вздохнул Вуарта, принимая пояснения.

Он даже воспринял сожаление от двух других старейшин. Если не считать торговцев, эти чужаки как минимум проявили уважение, не только начав изучать их язык, но и открыто признавая недостаточность его знания для серьезных переговоров.

- Это последний бой для нашего народа. - Продолжил он с горечью. - Чего стоят переговоры с гибнущей расой, не способной расплатиться с долгами.

- Уважаемый Вуарта, если позволите, скажу от себя. - Торопливо заговорил каирини. - Перед вами находятся три девушки, посчитавшие этот вопрос достаточно важным, чтобы лично присутствовать на переговорах. За их спинами находится их соратники, это не телохранители и не обслуживающий персонал, как может показаться. Каждый из присутствующих здесь стоит во главе отряда численностью до пяти десятка разумных минимум. И находящийся справа за спиной магистра Сумми змеелюд не только представляет свою расу, но руководит всеми войсками.

-И где же вся эта армия находится? - Растерялся старейшина.

- За норой в Урэне. Их высочества считают, что без разрешения владеющих миром, не стоит сюда приводить целую армию. А за хозяев этого мира болот в данный момент они считают вас. Правда, они так же считают, что этот мир для вас не пригоден.

- В племени очень много больных. - Согласился Вуарта. - Болота медленно убивают нас. Чего же они хотят за помощь?

Одна из трех самок снова заговорила, и старейшинам пришлось замолчать в ожидании перевода.

-Магистр Нэстэ говорит, что им требуются миры, пригодные к колонизации и расами. Желательно незаселенные другими разумными. Но для развития колоний требуются спокойные границы и надёжные соседи, такие же как флавиа. Пришлые предлагают вам стать такими соседями. Но они понимают, что это вопрос длительных переговоров и предлагает перенести беседу на время после боя.

- Они хотят нас спасти от захватчиков. Но сами могут их заменить.

- Уважаемый Вуарта. - Снова перешла на язык куэрхов Нэстэ. - Нам действительно нет нужды захватывать вашу расу. Хоть мы и можем сделать это без особого труда. Мы не предлагаем и не будем делать что-то за вас. Но мы готовы заключить с вами военный союз. В качестве доброй воли мы доставили к вам мальчика Правда, эмпатическая связь мешает ему вернуться к родичам. И решение о ее разрыве и окончательном возвращении в племя мы оставим за ним. Так как разрыв такой связи несет в себе большое потрясение для малыша.

- Вы очень сильно его избаловали. - Не сдержался от упрека Вуарта.

- Ну, наверно это так. Но разве это плохо?

- Мальчишка совершенно не умеет контролировать свои эмоции. Он не умеет закрываться! Кроме элементарной вежливости, он становится открытой книгой для окружающих.

- Разве вы слышите всех? - Удивилась Нэстэ. - Лулу может слышать только Санира. Наши коты могут с ним общаться, но только когда сами захотят. Но полноценная двухсторонняя связь и для них доступна только со своими старшими.

Вуарта сообразил о чем говорит чужачка немного позже, чем Ларак.

- Они глухие. Такие же, как аэнхи. Но в отличие от Хзяев, могут открываться тем, с кем устанавливают постоянную связь. - Пробормотал тот.

-Верно. - Ничуть не смутившись кивнула девушка. - У моего Лео не было такой проблемы.

- Какая может быть проблема у Муна? Дети богов от рождения могут говорить с кем пожелают и закрываться от неугодных им. Нам, куэрхам, приходится этому учиться. - Вздохнул Вуарта. - Что вы собираетесь делать с плененными захватчиками?

Нэстэ недоуменно нахмурилась.

- Честно говоря, мы подумали, что вам виднее. - Призналась она спустя пару мгновений. - Нам они нам не нужны, но могли помешать нашей встрече. Поэтому и пришлось их остановить. Можем передать их вам или отправить обратно. Пусть это будет наш подарок перед этими переговорами.

Вуарта замер, пережидая волну растерянности от своих коллег. "ВРАГ, ПЛЕННЫЕ!". Случаи пленения солдат и даже офицеров были. Иногда даже по несколько врагов захватывали. Но целыми отрядами никогда. Но склонив голову в знак благодарности за нежданный подарок, разговор он все же повел на интересующую их тему.

Тихая неспешная беседа иногда прерывалась эмоциями из селения. Особо сильные эмоции поступили когда прибыли пленные, сопровождаемые возвращающимися охотниками. Лараку даже пришлось на время покинуть хижину для совещаний, чтобы успокоить растерявшихся женщин и распорядиться о месте размещения пленных.

Потом Вуарта только отмечал всплески облегчения от отложенного исполнения принятых решений. Были всплески злорадства и ненависти. Это видимо кто-то уже осмелился подойти к пленным. Все возрастающий интерес к их хижине был объясним. Ларак вернулся, не дав подробных объяснений о происходящем. А вот любопытство сосредоточенное на одном конкретном объекте, это был скорее всего его Луэлу. Его киэнхэ несколько раз уже выходила на короткое оставляла место совещаний и все время посматривала за бегущими строчками на своем странном браслете.

На улице уже начинались сумерки, когда старейшины предложили продолжить разговоры на следующий день. Внезапная волна испуга, если не ужаса, заставила вздрогнуть всех старейшин. А следом пришла волна детской злости.

Киэнхэ Луэлу ахнув, опрометью вылетела из хижины, и Вуарту поспешил за ней.

Картина, которую он успел рассмотреть прежде чем подбегающие воины пришельцев закрыли от него, заставила поспешить к месту происшествия. Его внук ДРАЛСЯ. В намерениях солдата не было сомнений. Он попытался проделать с зазевавшимся мальчишкой то, что аэнхи в таких случаях совершают. Да видимо в этот раз налаженный сценарий дал сбой. Вуарта успел разглядеть, как Луэлу вырвался из рук командира охраны и повторно атаковал обидчика. По нервам резанула волна чистой ярости ребенка, которого только что попытались лишить чего важного для него. Внук вскарабкался на держащегося за лицо солдата, а потом сделал резкое движение головой. Спины подбегающей охраны загородили от старейшины происходящее. Но громкий вопль боли из толпы, и глубокое удовлетворение, пришедшее от внука, говорили сами за себя.

Сам он к месту происшествия приблизился, когда киэнхэ уже пыталась оттереть с лица мальчишки кровь несостоявшегося хозяина. Зачем, кровь добычи, это знак состоявшегося охотника. А кровь ВРАГА это знак Защитника. ЕГО внук сумел постоять за себя, пролил кровь Врага и стал в один ряд со взрослыми охотниками.

Вуарта не смог скрыть удовольствия, глядя на продолжающего подвывать солдата. Сквозь стиснутые на ухе пальцы тонкими струйками стекала красная кровь. А Луэлу продолжал оборачиваться на него и злобно шипеть. Но послушно стоял на месте и от своей киэнхэ не отходил. От внука пришла волна предвкушения защиты с ее стороны. Самка даже схватилась за свое оружие, но в чем-то засомневалась после слов одной из трех предводительниц.

- Ты можешь сказать, что происходит? - Вуарта тихо обратился к переводчику. - Эта киэнхе плохо владеет оружием?

- Кто? Санира? - Удивление на обычно малоподвижной физиономии маленькой ящерицы говорило само за себя. - Да тут вообще нет никого, кто бы не умел драться. Они даже твоего внука умудрились научить.

- Но тогда в чем проблема?

- Я уже передала этих пленных вам, уважаемый Вуарта. - Хмуро пояснила Нэстэ. - Согласно нашим правилам, произошедшее является причиной для вызова виновника в круг равных. Только Санира не уверена, что может сделать вызов в круг равных не оскорбив вас. Нам ничего не известно об обычаях вашей расы в таких случаях.

Объяснения Нэстэ с короткими репликами переводчика не заняли много времени. В произошедшем пришлые разобрались и без его помощи. И теперь многие косились на замершего в стороне офицера.

- Прошу прощения, у Старейшин. - Вуарта с удивлением смотрел на забывшегося Краэса.

Молодой предводитель Защитников как мальчишка подскакивал на месте и возбужденно перебегал глазами с лица старейшины на Нэстэ, киэнхе, врагов и обратно.

Старейшина сдержал готовое сорваться с губ согласие в ожидании продолжения.

- Я бы хотел встретиться с командиром отряда аэнхов. Если уважаемая киэрхэ Луэлу не сочтет за оскорбление, позволить мне выйти вместо нее.

Вуарта снова повернулся к Нэстэ. У него было еще несколько уточняющих вопросов, но в целом встречное предложение для чужаков было готово.

- Можно сделать лучше, чем простой вызов. Ведь этот ваш круг равных допускает замену?...

Нэстэ, а следом и остальные из пришлых, выслушав предложение старейшины, с видимым сомнением осмотрели парня. Его размеры, как любого из охотников, явно уступали противнику.

- Круг равных? - Заговорила одна из молчавших до сих пор спутниц Нэстэ. Кажется, ее звали "Лика". - Парень не выглядит готовым к бою с профессионалом. Может все же кому-то из нас?

- Несколько лет назад, Краэс оборонял деревню родную деревню. - Устало пояснил Вуарту, выслушав перевод сделанного замечания. - В том бою он был ранен, но остался жив благодаря знакомому вам Карэну. Но его семье не повезло. Захватчики оставили в живых его молодую жену и ребенка и увели с собой. Теперь, скорее всего и жена уже мертва. А его ребенок превращен в безвольного раба.

- Ясно. Наши законы предусматривают возможность выставления замены в круге равных. В этом нет ничего оскорбительного для Саниры и она признает за ним право поединка и просит выйти в круг вместо нее. - Медленно заговорила Нэстэ после коротких переговоров с киэнхэ. - Но я должна предупредить, что если ваш воин настаивает на поединке, мы не сможем вмешаться, даже при угрозе его жизни. Поединок до смерти предполагает гибель одной из сторон или обеих. А от меня передайте, если он погибнет, я сама выйду в круг равных против этого "хозяина".

Вместо ответа, парень радостно осклабился, демонстрируя маленькие клычки и начал суетливо раздеваться, как будто боялся что эти странные пришлые передумают. Кто-то из его бойцов торопливо подбежал к границе силовой сферы и, глядя в глаза командиру пленённых солдат, что-то прокричал.

Тот кивнул. Сделал шаг на встречу и тоже начал разоблачаться.

- С-с-часс-с - Вуарта и без переводчика понял о чем зашипел хвостоходящий, придерживая перед киэнхе ребёнка. - Выйдет она. Мой с-с-старший входил в круг вместе с тобой против шнатлий. А здесь, вызов буду делать я.

На вопросительный взгляд старейшин, каирини только виновато пожал плечами.

- Я несколько раз слышал о расе шнатлий. Но ничего толком о ней не знаю, кроме того, что они часто воюют и лучше с ними не пересекаться. Даже эти змееподобные воины специально тренируются, чтобы противостоять им в ближнем бою.

Молодой воин тем временем остался в чем-то вроде коротких шорт и с одним ножом в руке. Змеелюд скользнул к нему, предлагая свое оружие. Краэс с удивлением осмотрел предложенный нож. Потом радостно заулыбался, откладывая свою железяку и скользнул за невидимую стену, отделявшую всех присутствующих от пленных.

Туда же просочилась та, что звалась Ликой с каким-то прибором.

Там возникла слабо видимая полусфера, окружившая обоих бойцов . Лика только посмотрела в сторону нескольких солдат, сделавших было движение в ее сторону и приглашающе оскалилась, даже не прикасаясь к оружию. Но те замерли и поспешно отвели взгляды. Пусть и за пределами ограждения, зато в двух шагах за спиной этой самки выросли фигуры сразу нескольких чужаков. Как из её расы, таки и тех, хвостоходящих, которые отбирали у них оружие и успели своими хвостами неплохо помять кое у кого железные панцири. Их позы не оставляли шансов для двойного толкования. А сходиться второй раз в рукопашной со змеелюдами рядовым как-то не хотелось. Гекатессы Рианна с беспокойством покосилась на свою гекатессу и переглянулась с Сумми. Барик передавал эмоции, поступающие к нему через Лео. Ниахары вообще редко проявляли эмоции к посторонним разумным. А тут, глухое недовольство, даже злости и желание боя с пленными, явно связанное с эмоциями от внешне спокойной Нэстэ. Эмоции кота были настолько сильными, что Лео был уже готов к началу боевой трансформации.

Сумми тоже занервничала, разобравшись в поступающей информации от ее самки. Уж что-что, но разборки в мире работорговцев она запомнила хорошо. И не раз упоминала в личной беседе с Рианной, что не только понимает Нэстэ, но и сама бы с большим удовольствием передавила всех, кто стремится повесить ошейник на разумного.

Но Нэстэ молчала, удерживаясь на невидимой черте, и не давала воли коту. Лика с видимым только своим сестрам разочарованием тоже отошла за линию внешней границы.

- Мальчишка и тот дал сдачи этим "хозяевам", а мы стой тут без дела. - Тихо проворчал Шиассан и даже выдохнул разочарованно.

"Ты могла обозначить свой индивидуальный щит. Эти бы и попытки не сделали" - Укорила свою сестру по гекате Рианна. - " Парни все на взводе, что не уследили за Лулу. Нам сейчас только провокации не хватает".

"Извини, не удержалась" - Повинилась командир её первой охранной пятерки сразу перед ней, перед сёстрами по гекате, и даже по внешней связи перед боцами.

- Жаль, что не удалась. - Проворчал Шиассан. - За малого можно было бы и поговорить с этими.

Рианна невольно покосилась в сторону удаляющейся Саниры. Она что-то тихо втолковывала мальчишке. Но тот откровенно не слушал. Лулу шел с гордо задранным едва ли не выше головы хвостом и с высока посматривал на расступающихся перед ним соплеменников.

Бой бывшего охотника с противником на две головы выше напомнил Рианне схватку кошки подбирающейся к гнезду скайлы. Мелкая пичужка в два раза меньше зверя никогда не оставляла своего гнезда с птенцами и билась до конца. Заметив врага, она всегда выходила на встречу опасности и точно так же крутилась вокруг нападющего, по максимуму используя свое преимущество в скорости и силу короткого клюва, но очень острого клюва.

Противник Краэса был опытным и, по-видимому, профессиональным воином. Его движения отличались скупостью и экономичностью, достигнутыми в многочисленных схватках. Против охотника он проигрывал только в скорости. Причём сильно. Ну и еще тем, что не сразу начал воспринимать противника всерьёз.

Даже стоя в первых рядах зрителей, Рианна не сразу разглядела в хаотичных нападках молодого парня систему. Жестокую, и в этих условиях единственно верную систему. Охотник травил своего врага как крупного зверя, с которым был вынужден в одиночку встретиться на узкой тропе. Мелкие порезы и проколы, казалось бы не достигающие своей цели и максимум, оставляющие царапины. Войдя в круг без своего железного панциря, воин хорошо защищал уязвимые точки своего тела, что говорило об уровне подготовки офицеров этого народа. Мужчина работал на рефлексах и добраться до горла, или живота мелкому поединщику было трудно. Не сразу стало понятно, что охотнику этого и не требовалось. В то время, как сам офицер пытался действовать как привык пытаясь нанести один но смертельный удар по верткой тени, его тело очень быстро начало покрываться многочисленными кровоточащими порезами. Молодой предводитель воинов куэрхов наскаивал как мячик на препятствие, и сразу уходил из под захвата или удара в сторону. И сразу начинал новую атаку по совершенно немыслимой траектории, иногда разворачиваясь буквально на кончике хвоста.

Все закончилось предсказуемо, хоть и продлилось дольше, чем хотелось бы. В конце концов, выдохшийся и покрытый подсыхающей коркой собственной крови и поднятой поединщиками пыли воин пропустил завершающий бросок Краэса и упал с ножом в горле.

Радостный вой толпы заставил вздрогнуть Рианну. Она как-то позабыла, что вокруг поединка собралась плотная толпа местных жителей.

- Лика, пошли курьера к Расколу. - Напомнила она о планах своей гекатессе. -У нас есть добро на пересечение границы, надо воспользоваться.

- Принято.

-Надеюсь, Дино не будет лезть в заварушку, в числе первых. - Протянула Сумми. - Надо в точности выдержать намеченный план действий. Лика, ты уж напомни ему, что армию аэнхов надо пропустить, и только после этого закрывать Переход. Главное, чтобы они прошли сюда со всем своим обозом. Тогда будет время, пока на той стороне спохватятся. Здесь слишком мало места и нам нужен будет плацдарм с той стороны для организации нормальной работы.

Краэс Мысль вызваться на поединок вместо этой странной чужачки показалась ему самой удачной, изо всего что было в его жизни после потери семьи. А неохотное согласие киэнхэ Луэлу уступить незнакомому воину право мести стало благословением богов.

Он даже не сразу поверил своей удаче. Столько лет пытаться добраться до офицера, превратившего Лассиана в безвольную куклу и уведшего его спутницу, и наконец, удача. Он узнал имя и где расположены его фермы рабов. Несколько раз еле уносил ноги при попытке прорваться к фермам и найти своих. Аэнхи не знали чести и не отвечали на вызов. А если встреча случалась, никогда не принимали честный бой. Но теперь, не иначе как на самом деле боги решили ему помочь.

Услышав перевод согласия самки, продолжавшей хлопотать над луэлу, Краэс тут же начал раздеваться. Зачем ему помощь в поединке? Главное, чтобы эта киэнхэ не передумала. А на счет того, что говорит эта старшая самка? Если он не сможет победить ВРАГА, из поединка лучше живым не возвращаться. Это же какой позор будет для него как охотника, не реализовавшего право мести! Мальчишка, едва поднявший хвост от земли, и тот в одиночку и без оружия уделал солдата так, что тот остался одноухим. Чего будет стоить он, Краэс, как полноправный Защитник если не справится со своим врагом после такого.

Нож чужака Краэс воспринял как еще один дар богов. Тяжелый, хорошо сбалансированный, из незнакомой стали он лег в руку как влитой и не собирался выскальзывать.

Киэнхэ не передумала. Краэс отметил краем глаза, как она собирается уходить и решительно повернулся к своему Врагу.

Он не очень обращал внимание на приготовления и вообще не обратил внимания на короткие объяснения о каком-то поле и прочем. Его враг стоял перед ним. Один, вооруженный также как и он, единственным ножом. А остальное не имело значения. Краэс давно уже не был наивным молодым охотником. Иллюзий в противостоянии с аэнхом у него не было. Его противник был не только хорошо обученным офицером, но и обладал огромным опытом подобных схваток.

Владеющая им ненависть за долгие годы была взята под контроль и больше не застилала разум. Краэс и не собирался вести привычный аэнхам ближний бой. Сегодня его час. Нож чужака лег в ладонь как будто специально делался для него. Тяжелый, хорошо сбалансированный, он сразу воспринимался как продолжение собственной руки. Чужак что-то сказал еще, кивнув на удаляющегося малыша. Перевода не требовалось. И так понятно. Ему придется постараться, чтобы с гордостью встать перед предками на фоне подвига маленького Луэлу.

Краэс осторожно двинулся по кругу. Большой и сильный враг. Его совсем не смутило избавление от доспехов, как в тайне надеялся Краэс. А его прищуренные глаза резко контрастировали с надменным лицом и презрительной позой. Его враг был опытным солдатом, и как бы ни относился к противнику, рассчитывать на его расслабленность не приходилось.

Краэс начал первый круг. Он выбрал тактику боя с загнанным лурвом. Огромной подвижной ящерицей, всегда готовой принять бой с группой куэрхов. Единственным способом ее уничтожить, это измотать на месте схватки и нанести как можно больше мелких кровоточащих порезов. Именно мелких порезов. Чешуйчатая шкура животного была способна удержать копье или нож при глубоком проникновении. У его врага всего лишь кожа. Но и опыта поединков не в пример больше. Быстрый выпад, порез и отступить до того, как будет нанесен встречный удар. И обязательно закружить. Враг на стоит на месте, а он движется по большому кругу.

Нож чужака оставался в руке, даже когда рукоятка пропиталась кровью. Толи его, толи врага. Это уже было не важно. Этот бой все же запомнится соплеменникам. И когда придет время, он сможет без стыда искать своего сына и его мать в землях предков.

На него смотрели уже глаза загнанного зверя, уже осознающего свой конец. Враг все еще держался на ногах. Но уже не было былой стремительности и точности ударов он. Но и Краэс продолжал движение не столь быстро, а перед очередным броском и вовсе был вынужден пользоваться хвостом. Враг сумел нанести несколько серьезных ранений.

Краэс решил закончить все одним ударом. Его противник больше не столь быстр и вряд ли сможет увернуться от летящего ножа. В конце концов, он ожидает очередной атаки. Краэс еще раз сжал рукоятку и ослабил хватку. Бросать придется без перехвата, снизу.

Для верности, он воспользовался хвостом как дополнительной опорой. И успел еще насладиться видом падающего Врага. А потом слабость все же одолела его.

Аэнхи Тэр Арнэс Ландэ честно выждал им самим установленный контрольный срок возвращения отряда разведчиков. И даже добавил парочку аннов, что бы не дать тэрину Сэльнару, командовавшему передовым отрядом, даже намека на повод к предъявлению претензий.

Род Сэльнар высоко взлетел за последние годы. Чему в немалой степени способствовали и захваченные территории, и количество связанных. Сэльнары одними из первых поняли выгоду от необычного способа связывать молодняк куэрхи и превращать из в безвольных рабов. А позже, они же одними из первых начали целенаправленную охоту на племена охотников, не желая оставлять без внимания столь выгодное дело. Сейчас на их фермах появлялось уже втрое поколение будущих связанных. И начатое ещё отцом его подчиненного дело приносило немалый доход этому роду, а значит влияние при дворе короля и власть.

Так что сориться с командиром разведчиков, пусть даже и ниже по положению, тэру Ландэ было не выгодно. Пусть его, порезвится за пеленой. По его подсчётам, в болотах того мира засели остатки сразу трех племен. Не сказать, чтобы это были последние охотники. Было ещё несколько сотен в горах Алсании. Да и в систему карстовых пещер, развитых под долиной в Дэльсии, по некоторым подсчетам, ушло несколько тысяч. Наверняка есть ещё неучтенные беглецы на удаленных островах, до которых пока не доходили руки. Но в болотах оставалась самая крупная группа куэрхов. А где много взрослых, там будут и младенцы, и беременные самки. Главное было не дать им убить свой молодняк. В последнее время, это случалось все чаще. Теперь приходилось действовать много осторожнее чем раньше, даже хитрить. Высылать небольшие отряды разведчиков, чтобы они могли незаметно подойти к очередной деревне и оценить ситуацию. Разведчики обычно и захватывали небольшие поселения около точки выхода. Тем самым, лишая жертву возможности сообщить о начале операции, ну и заодно получая возможность неплохо нажиться вперед своего начальства.

Сэльнар наверняка предпринял попытку захвата поселения до выхода основных сил. Захватить, и продержаться до подхода основных сил. Вот только мог же прислать курьера о готовности и к приему армии.

Пелена была крупной. В неё можно было провести сразу шеренгу из четырех воинов со всем носимым вооружением. Так что тэр Ландэ не сильно беспокоился за переправу. Передовые отряды преодолели пелену и развернулись прикрывая все подступы. Охотники всегда были плохо вооружены. К тому же их собственное орудие не могло пробить металлический панцирь даже рядового бойца. Но на переправе они могли доставить проблем. И несколько раз уже это делали.

Сам он перешёл в мир болот с основными силами. Следом за ним начали движение уже тыловые службы. Вот их животные тащили уже телеги со скарбом. Как это ни смешно, но воюя вне своих миров, приходилось опираться именно на лапы и ноги верховых. Техника не дружила с пеленой и при её пересечении выходла из строя.

Если не планировалось длительной операции, то лучше ограничиться гужевым транспортом, тем более, что для него везде можно было найти корм.

Тэр подал повод и его ворм взрыхлил когтями почву, начав подъём на очередной холм. Все же паршивый этот мир. Если не болота, то холмы. Редкие деревья покрыты мхом на столько, что в конце концов даже стволы ломаются под его весом.

- Тэр, следы разведки ведут в сторону местного полудня.

Тэрион его передового отряда выждал, пока военачальник окончательно поднимется на холм и указал направление.

- А куда бы он ещё мог двигаться? - Презрительно скривил тот губы. - С других сторон болота подступают к пелене почти вплотную. Куэрхи умеют плавать, но в топких болотах деваться им некуда.

-С двух сторон. - Подтвердил тот. - На закате, в паре аноа находится пелена, ведущая в Урэну. Надеюсь, рабы не решатся умереть там.

- Не дать им это сделать, одна из задач разведки. - Проворчал Тэр Ландэ. - Тэрион Саэльнар должен был отрезать их от моры еще вчера. Тут уж как бы он не начал действовать самостоятельно. Тогда в деревне куэрхов нас не ждет богатая добыча. Эти дикари теперь убивают своих детей задолго до захвата.

Разглядеть ряды противостоящих сил он смог разглядеть только после часового марша в направлении известного селения.

Сначала возник вопрос к сгинувшему командиру разведки. Если противник здесь и в таком количестве, то куда вообще делся этот саамы отряд? Не сидят же они в деревне куэрхов.

Потом пришло осознание, что это не куэрхи. По меньшей мере часть из них были чужаками. Часть из них были похожи на каирини, только выше ростом, другие на самих аэнхов.

И из обоза его нагнал курьер, сообщающий о появлении странных вооруженных существ, отрезавших армию от пелены. Всего лишь небольшой отряд воинов, передвигающихся на чем- то вроде змеиного хвоста появился со стороны ближайшего болота и оттеснил последних тыловиков от пелены и блокировал путь назад. Они не вступали в переговоры, не угрожали, а просто поставили какие-то ящики и отгородились невидимой, но непроходимой стеной.

- Мы не знаем кто это. - Рассказывал курьер. - Но их следы ведут от пелены в Урэну.

- Эта пелена открыта?

-Да. Но вернуться оттуда будет трудно. Мы не взяли с собой даже связанных рабов, чтобы обнаружить обратную дорогу.

- Значит, охотники нашли себе союзников.

-Или появились те, кому они нужнее. - Ухмыльнулся его зам.

Тэр в сомнением покачал головой.

- В цепи напротив нас замечены взрослые куэрхи. Они свободно передвигаются, вооружены и подчиняются своим командирам. Вряд ли они рабы.

-Тогда ты прав. И нам уже некуда отступать.

- Они узнают, как вставать на пути воинов Ларассии.

Презрительное ухмылки и пренебрежение на лицах командиров продержалось совсем не долго. Ровно столько, чтобы атака верховых достигла невидимой стены. Первые ряды атакующих как будто сходу наткнулись на невидимую стену. Всадники начали падать с переворачивающихся животных прямо в нескольких метрах от продолжавшего спокойно стоять противника. Последующие всадники не успели справиться со своими вромами и навалились на первых. В образовавшейся шевелящейся куче из животных и аэнхов трудно было что-либо разобрать. Но давка по видимому помогла преодолеть невидимый барьер тем, кто оказался прижат к нему. И вот тогда тэр увидел орудие чужаков.

Очень похожее на то, что было у них. Только явно легче и заметно короче. Выстрелы из него громыхали так же, но не давали длинного снопа пламени. Командиры с ужасом наблюдали как выступившие вперёд неизвестные воины оттеснили рвавшихся в бой охотников, наставили короткие стволы и повели широким веером. В свете дня были видны только короткие вспышки, во множестве выскочившие из стволов.

Даже с их наблюдательного пункта было видно, как прорвавшиеся всадники слетали с вромов с пробитыми насквозь панцирями. Бой был закончен раньше, чем начался. Противник даже не стал преследовать уцелевших, начавших с силой, как будто сквозь воду, пробиваться обратно через невидимую стену.

Стоящему тэру и его командирам были хорошо видны позы чужаков, и можно было догадаться о выражении их лиц.

- Они вообще не собираются с нами драться. - Угрюмо протянул тэрион Квариион.

- Они и не собирались. - Процедил Тэр. - Чужаки просто показали, что могут с нами сделать. -

-Тогда чего они добиваются?

- Они пропускают вперед куэрхов. Воевать будут охотники. Только теперь это будет война по их правилам и на их территории. - Сделал вывод тэр.

- Без панцирей и холодным оружием мы не долго продержимся.

- А им и этого не надо. - Ландэр с кривой усмешкой покосился на своего старого боевого товарища. - Мы ведь планировали встать лагерем в их селении. Запасов продовольствия всего на несколько дней.

- Кто же знал. Этого обычно хватало. - Пробормотал тэрион тыловой службы.

- Так нам и сейчас хватит. - Отмахнулся военачальник. - Не будут же чужаки стоять здесь вечно. Дадут охотникам спустить пар, а потом завершат начатое.

Он ещё раз обернулся в сторону врага. Будучи опытным воином и прошедшим не одно сражение там, откуда они пришли, тэр прекрасно осознавал ловушку, в которую они угодили и не обманывался немногочисленностью нового врага.

- Тэр. Прибыл курьер из отряда, обследовавшего пелену в Урэну. Он говорит, что через неё проходят чужаки. И их очень много.

- Ну вот и последний замочек на нашу ловушку. - Мрачно констатировал Тэр. - Дай команду отрядам отойти и не принимать боя.

Дино смотрел на приближающегося к ним разумного безо всякого удовольствия. Здесь и сейчас не было старейшин расы куэрхов. Они уже засели с контакторами в своей хижине и переговоры перешли в стадию обсуждения общих вопросов взаимодействия.

Сюда прислали Лику, с которой не отказывался ходит Барик Рианны, и того самого предводителя местного ополчения, отличившегося поединком с тэрионом отряда разведчиков и наспех подлеченного от полученных ран.

Прибывшие Захватчики оказались весьма упертыми. Отступив после первой атаки, они принялись пробовать силовой щит на прочность мелкими группами в разных направлениях, при этом избегая стычек даже с охотниками. Потребовалось полдня, чтобы они поняли, наконец, что выхода нет. Несколько раз пришлось выставлять бойцов с автоматическим оружием, чтобы вразумить тварей. Потом их тэр сделал попытку прорваться к обратному переходу. Ну, тут уж пришлось оттеснить Краэса с его охотниками, практически голыми бросавшихся на закованных в железо солдат, и войти под силовую сферу своими силами. Эта короткая стычка была последней. И теперь тэр попавшей в ловушку небольшой армии шёл на переговоры.

Дино не заметил, как до хруста сжал кулаки. С-с-сашансиос с беспокойством покосился на своего союзника.

-Ты уверен? Если что, поговорить с ним могу и я.

-Все нормально. Просто вспомнилось кое-что.

- Можно подумать, я не понял. - Проворчала Саша.

- Да нет, я не о том. Понимаешь. У нас людей с ошейниками не много. Но все же пока есть. Запрет на владение разумными отец решил проводить без потрясений. И я с детства воспринимал рабство как часть нашей жизни. После плена наверно так все бы и оставалось, если бы не Нэстэ с матерью. Да и сейчас, рабовладельцы у меня вызывают разве что личное неприятие. Хозяина, чей ошейник Нэстэ носила, с удовольствием бы в круг вызвал. Но ведь это личное. Вот охотников за рабами, ловцов там всяких, я бы с удовольствием придушил. Хорошо, что отец закрыл для них границы. У обычных рабов есть шанс вернуть свою свободу или хотя бы думать о ней. Над их чувствами и эмоциями ни один хозяин не властен. Но тут ведь совсем другое, какое-то мерзкое. Эти же отбирают не просто свободу. Они отбирают эмоции, чувства, даже мысли, наверно.

- Лика говорит, что связь у них с рабами односторонняя. - Мрачно заметил Саша. - Хозяева не слышат своих рабов.

- Старейшины говорили вчера, что есть какой-то древний ритуал, вроде как позволяющий разорвать эту связь. Но он требует добровольного согласия хозяина. - Заметила стоящая рядом Лика. - А если силой, помните что происходило, когда Нэстэ начала рвать связь с Лео попав на рынок рабов?

Оба парня согласно кивнули.

-Вот, примерно тоже самое происходит и с рабом. Только куэрхи, в отличие от ниахары, вообще не имеют защиты и при разрыве связи, гибнут от болевого шока. Из-за этого охотники вначале старались не убивать захватчиков, а захватывать их живыми. Надеялись вернуть детей с помощью того обряда.

- Сумми во время связи рассказывала, что ее Барик и Лео вообще как-то болезненно восприняли наличие этих неправильных связей у пленных. - Вздохнул Дино. - Видимо у котов очень длинная память на такие вещи.

- Верно. Ни Барик и ни Лео вообще сейчас не отходят от своих старших. - Кивнула Лика. - И сильно нервничают при виде аэнхов. Особенно Лео. Никогда не думала, что ниахары могут ненавидеть.

- И что же делать?

- Ничего. Куэрхи смирились с потерей сородичей. Теперь им остается только месть. Правда, Нэстэ обмолвилась, что Лео вроде как попытался сто-то сделать во время поединка мести. Как-то смягчить удар в момент смерти того тэриона. Результат пока неизвестен. Поэтому мы не обнадеживаем никого из аборигенов. Но в случае удачи, если ниахара будет поблизости, есть шанс спасти часть связанных или хотя бы облегчить им смерть.

Лассиан

Лассиан, это имя мало что говорило ему. До этого момента, это было слово, обозначавшее что говоривший обращается именно к нему. Он внезапно вспомнил, что так его называл отец. Тоже абстрактное понятие, до сих пор не вызывавшее никаких чувств. Так к нему обращалась одна из женщин в загоне, которую он кормил по поручению хозяйки и следил, чтобы она себе ничего не сделала.

Откуда-то пришло осознание слова мама. Он вспомнил, что в загоне у него появилось уже брат и две сёстры. Брата он лично отвел к новому хозяину больше полугода назад и больше не вспоминал до этого мгновения. А маленькие сёстры копошились у ног беспомощной матери в попытке встать на свои еще слабые хвостики.

Мать с тоской смотрела на своих малюток, не имея возможности даже прикоснуться к ним. Он сам же и следил за тем, чтобы мама была связана. Так пожелал хозяин. После того, как она попыталась убить себя и девочек. Так требовала от него хозяйка. А слушаться её велел Хозяин.

Хозяйка до сих пор была зла на маму. Из-за неё могла сорваться покупка брата. Но что хуже, могли погибнуть две самочки на ферме, будущие производители рабов.

- Не надейся, я не собираюсь убивать тебя. Аррэн снова поработает над тобой, как только твоим дочерям перестанет требоваться молоко. А потом, я заставлю тебя смотреть, как твои девки станут марионетками в руках новых хозяев. Сама бы их повязала, но лучше, пусть пока побудут игрушками Ларине. Она как раз завтра приезжает.

Лассиан слабо вздрогнул. Дочку хозяйки он тоже вспомнил. Такая же заносчивая как хозяйка, не терпящая неисполнительности, и обожает, когда ей угождают. После того, как по малолетству она по своей вздорности заставила свою служанку сидеть под водой и та захлебнулась, родители посчитали, что до пятнадцати лет ей незачем заводить связанную рабыню. Семья получала слишком большой доход с рождённых рабов. Мальчиков они продавали. А девочек до поры брали в служанки, а потом на ферму производить новых рабов или тоже на продажу. Хозяева были недовольны потерей рабыни, которая могла бы принести прибыль.

Все это пробудилось в голове как-то разом, как будто кто-то сдернул вуаль с того, что он знал. Всколыхнулась и сразу куда-то сбежала боль, на которую мышцы запоздало отозвались мелкой судорогой. Лассиан словно вынырнул из вязкого, темного водововорота, в котором провел всю свою жизнь. Он разом вспомнил все, что делал по приказу хозяев. Серый, бесцветный мир вдруг снова заиграл разнообразными красками. Даже глаза на мгновение пришлось прикрыть. Но стали вдруг различимы запахи. Резкий голос хозяйки болезненно терзал ставшие чувствительными уши.

Сама хозяйка не обращала на мальчика никакого внимания и ничего не заметила. Зачем помнить о рабе, не способном даже подумать без ее разрешения. Она стояла, пригнувшись над неподвижной женщиной и, с силой тянула за волосы ее голову назад. Хозяйке вообще нравилось заставлять эту мелкую самку смотреть ей в глаза.

Он совершенно иначе увидел спину нагнувшейся хозяйки, линию позвонков, выступивших сквозь ткань, туго обтянувшую спину. И как-то разом вспомнилось, что хозяева без опаски позволяли носить связанным рабам короткие, но широкие ножи для работы во дворе. Хозяйственный нож не мог служить оружием. Его широкое и тяжелое лезвие позволяло что-то скоблить или стругать.

Мальчик так увлекся внезапно заполнившей разум невозможной мыслью, что и сам не заметил, как выхватил инструмент из ножен, прислонил круглый кончик между позвонками, немного ниже лопаток, куда смотрел, и с силой надавил. Он много раз так делал, помогая слугам разделывать добытое хозяином на охоте животное.

И только когда тело хозяйки рухнуло и неподвижно замерло у ног, он осторожно выпрямился.

-Лассиан, ты...?

Мама растерянно смотрела навыросшего сына, впервые за долгие голы плена видя вместо блеклых, такие живые и блестящие глазки.

- Беги, если можешь. - Лассиан собрался перерубить веревки на ногах, но уловив движение, резко обернулся, готовясь встретить приближающуюся опасность.

Аррэн, раб, так же как и он связанный с хозяином. Он был из самцов-производителей фермы. Сёстры его дети. Взрослый мужчина приблизился к ним, но во предки настроению мальчишки, не спешил нападать. Он внимательно осмотрелся, подошёл к лежащей хозяйке и что-то проверил.

- Жива. Нож рассек позвонки, но не дошёл до лёгких. Если бы ты ударил на два позвонка выше, вот сюда. - Он показал пальцем ямочку между позвонками в районе шеи. - Она бы умерла мгновенно. А так, будет жить, дышать, питаться с ложечки и ходить под себя. Но ее руки и ноги больше не шелохнуться.

Мужчина как-то сдавленно и зло рассмеялся. Потом достал свой нож и быстро полоснул по верёвками, с помощью которых руки сидящей женщины крепились к деревянной жерди на уровне плеч. Та не удержалась и повалилась на пол. И уже оттуда с недоумением посмотрела на него.

Аррэн уже убирал нож обратно в ножны, одновременно продолжая разговор:

- Это даже хорошо, что ты её не убил. Смерть хозяев всегда приводит к мучительной агонии всех связанных с ним врагов. Раз мы живы, где-то там, смогли найти способ убивать их, сохраняя нам жизнь. Раз так, у тех кто связан с хозяйкой появился шанс получить свободу.

- Она очнется, и натравит на нас связанных. - Заметил Лассиан.

- Да. И не только их. Еще слуг, а потом и солдат. Но до этого момента у нас есть время. Ты ведь ездил на вромах?

-Да.

-Хорошо. Забирай мать и уезжайте. От дорог держись подальше. Если что, притворись связанным и ссылайся на хозяйку, отправившую тебя с посылкой.

- А ты? - Женщина с усилием перевернулась, торопливо обнимая всхлипывающих девочек.

- Я рожден от первых связанных. - Криво Усмехнулся мужчина. - Вырос и воспитан рабом. Не знаю ни своего рода ни имен родителей. Сама знаешь, чем занимался. Ты простишь меня?

-За что?

-За детей.

- Тебе ведь приказал хозяин.

-Да. Ты сохранишь наших девочек?

Женщина молча прижала двойняшек себе, не делая попыток подняться.

- Я помогу вам добраться до стойл с вромами. Связанный мальчишка, сопровождающий столь ценный товар слишком подозрителен. А я уже несколько раз доставлял покупку клиентам. Сколько смогу, провожу вас и замаскирую следы. А потом отвлёку погоню на себя. У вас есть куда идти?

- Я из племени ланшани.

- Слышал о них. - Кивнул мужчина. - Он ушли через пелену в мир болот. Хозяин отправился следом. Надеюсь, ни одно животное не тронет тело и он так и сгниет без пользы в том мире. Вам лучше уйти в горы. Я слышал, что там в пещерах еще сохраняются беглые. Они помогут.

-Наверно ты прав.

- Никто из них даже не подумает на вашего сына. Связанный раб не может освободиться. Скорее уж подумают, что тебе удалось как-то заполучить над ним контроль. Лассиан, ты говори, что связан с хозяйкой, а не с хозяином и по её приказу везешь узницу к новому хозяину ее детей.

Лассиан нехотя кивнул.

Они уже добрались до стойл и действительно без осложнений смогли оседлать и вывели верховых. Слуги и не подумали усомниться в переданном Аррэном приказе. Связанный раб не может врать.

Только когда Аррэн уже отвернул от них на очередной поляне, старательно затаптывая следы их вромов, мама тихо вздохнула.

- Лассиан, мы не пойдем в горы. Это слишком далеко и дороги я не знаю. Мы пройдем через нору вместе с армией Хозяина. Но в мире болот не задержимся и не будем искать беженцев. Это гнилой мир для нас. А хозяева уже наверно захватили выживших куэрхов. Делать нам там нечего. Поэтому мы сразу вернёмся обратно.

-Зачем тогда мы вообще идем туда?

- Аррэн должен быть уверен, что мы сделаем так, как он посоветовал.

-Ты ему не веришь?

- Хозяева умеют заставлять говорить самых сильных мужчин. - Вздохнула мать. - Аррэн оказался хорошим куэрхом, но он рожден и вырос

рабом. Вряд ли он долго выдержит. Среди хозяев тоже есть следопыты, и они могут оказаться среди преследователей. Я считаю, нам надо сделать так, чтобы все были уверены, что мы пошли в мир болот. Там, где прошла целая армия, следы найти трудно. Если хозяйка будет уверена, что мы идем в лапы ее спутнику, она может даже ограничится посылкой следопытов. Нам надо пройти нору туда и обратно, пока весть о нашем побеге не дойдет до хозяина. Я знаю, где там находится нора, ведущая обратно.

- Завтра их дочь приезжает. Значит у нас до начала погони самое большее, сутки. - Сделал вывод Лассиан.

Он мыслил четко и воспринимал мир во всех его красках. К чему никак не мог привыкнуть и буквально наслаждался своим новым состоянием.

- До норы три дня ходу. Я знаю дорогу отсюда и смогу провести нас. Когда-то это были земли нашего племени.

Лассиан неуверенно улыбнулся матери. Он плохо помнил времена до своей связи.

- В этом плане есть еще одна хорошая сторона. - Продолжила мама. - Путь в горы пролегает в степях. Там трудно спрятаться от аэнхов и мы будем легкой добычей. Обратная нора из мира болот выходит немного западнее, почти на границе земель нашего племени. От туда можно уйти по реке и лесами.

- Разве там не будет лагеря аэнхов?

- Они используют другую нору, ближайшую к проходу. Та, о которой говорю я, расположена на закатном направлении, через два острова. Норка совсем небольшая и очень неудобная для армии. Вряд ли они ее перекроют. Для этого надо знать проход через топи.

Лассиан ехал рядом с мамой и почти не слушал ее. Он наслаждался необычно зеленым цветом листвы, запахами, слушал разные звуки. Даже страх он воспринимал как чудо, никогда ранее не испытываемое. Возможно, Аррэн сможет отвлечь погоню на какое-то время. Но даже если и нет. Он больше не даст себя схватить. И если потребуется, постарается дать матери время, чтобы уйти к предкам, послав перед собой двух сестричек. Хозяева не получат новых рабынь.

Лассиан и сам не заметил, как погладил рукоятку своего хозяйственного ножа. Пусть и с тупым лезвием, но для него это оружие.

По всей видимости, Аррэну удалось выполнить свой план. А быть может хозяйка провалялась без памяти дольше, чем они рассчитывали. Или ее нашли слишком поздно. Как бы там ни было, когда они в сумерках первого дня выехали из перелеска, признаков погони не наблюдалось. Если их и искали, то пока что явно в другом направлении.

При виде полевого лагеря на месте, где когда-то их племя останавливалось перед охотой в мире болот, Ильсана поспешно опустила руки на луку седла, где были заготовлены веревки. Свою легенду они обсуждали всю дорогу. И готовились к этому моменту как могли.

-Лассиан, прячь глаза. Очень прошу тебя. У тех, кто связан, они тусклые и малоподвижные и совсем не похожи на твои сейчас. И помни, связанные рабы не проявляют эмоций.

-Я помню, мама, не волнуйся.

Выезд им на встречу тэнина с двумя солдатами прервал этот разговор.

- Вы кто такие? - Подъехавший первым, мужчина презрительно скривил губы.- Что здесь делают рабы. Да ещё связанные?

-Хозяин велел доставить детенышей для продажи. - Как мог равнодушно откликнулся Лассиан. К счастью, от связанных не требовали каких-то особенных поклонов. В отсутствие хозяев вообще бесполезно было требовать от них чего-то серьёзного.

- А что здесь делает эта? - Тэнин пренебрежительно ткнул пальцем в сидящую со связанными руками Ильсану

- Наказана. - Кратко ответил Лассиан. - Она пыталась убить своих детей. Хозяйка решила заставить её смотреть, как сестры получат своих хозяев.

- Что с ними болтать, тэнин Ваулэ? Это рабы Тэриона Силтона. Самка с фермы, что расположена неподалеку, вот и хотела по-тихому удавить свой выводок. Кому такое понравится?

- Ещё бы. Малыши выглядят здоровыми, хорошую цену могут дать? - Остановивший их тэнин махнул рукой, разрешая продолжить путь. При этом продолжил разговор с подчиненным.

- Солдатам и тэнинам редко удаётся получить нас. - Тихо заговорила мама, как только они отъехали на достаточное расстояние. - Связанный раб слишком ценен, что бы позволять владеть им простым аэнхам. Но то, что они узнали кто наш хозяин плохо. Когда придёт сообщение о побеге, солдаты нас вспомнят и опредялят направление. И возвращаться уже поздно.

- Мы бросим вромов сразу, как уйдём в лес. - Предложил Лассиан.

-Мне будет трудно идти пешком. - Возразила женщина. - И тебе придётся нести девочек на руках. Так мы не уйдём далеко.

-Что же делать?

Лассиан, не поднимая головы, старался следить за окружающей обстановкой. Но пока встречные на них не обращали внимания.

- Продолжим движение лесом на вромах. Хорошо уже то, что они смогут двигаться даже в темноте. Поэтому привал устроим к утру. Лесом дойдем до реки. А потом по руслу пойдём вверх по течению. Как можно дальше. Надо будет найти место, на котором вромы смогут выйти не оставив следов.

- Почему ты это говоришь?

-Лассиан, я не в самом лучшем состоянии. - Тяжело вздохнула Ильсана - Если мы обнаружим погоню, ты должен будешь уйти вместе с сестрами. Только пообещай мне, что не отдашь их в рабство.

Мальчик молча сжал зубы. Мать не пыталась его убеждать. Она просто констатировала то, что и так было понятно. Из их компании только она могла ещё что-то сделать, чтобы сбить погоню со следа. Он только начинал учиться искусству охоты, когда захватчики напали на деревню и ничего не помнил из уроков отца. А среди преследователей точно будут следопыты. Хозяева очень хорошо научились выслеживать двуногую добычу.

Солдаты патруля уже и думать позабыли о странных всадниках. Теперь они обсуждали перспективы посещения увеселительного заведения, открытого рядом с лагерем. И когда их командир на ровном участке дороги не увидел пары всадников, он только на мгновение задумался куда они исчезли. Забивать себе голову каким-то связанным рабом не стал, и продолжил разговор.

Вромов они оставили на второй день. И дело было не в погоне. На поляне, мимо которой они проезжали, паслись целое стадо вромов. И мама решила, что это лучший способ спрятать следы. К тому же, за это время она оправилась немного от плена и чувствовала себя уже в силах идти пешком.

Они задержались только чтобы снять упряжь. Потом Лассиан отвел животных к опушке и направил их к стаду. Пастухи конечно заметят чужих животных. Но это будет не сейчас. Вромы хороши именно тем, что не требовали постоянного присутствия пастуха. От привязанного вожака они не отходили далеко разбредаясь среди окружающих деревьев. Крепкие копыта и толстая шкура были хорошей защитой от диких зверей. После полудня, пастух переведет вожака на новое пастбище не особенно высматривая все стадо. Если повезет, конкретно эти вромы не потребуются хозяевам несколько дней. И все это время будет у них в распоряжении.

Пока он ходил, мама утопила упряжь в озере и как могла тщательно замела следы.

- Думаешь, не найдут? - Засомневался Лассиан.

- Найдут. Хозяева умеют распутывать следы. Но они потеряют на этом время. А пастухи сами ни за что не признаются, что присвоили двух чужих вромов. Их же можно продать.

После побега мама выпрямилась как-то. Она уже не смотрела на него с обреченностью. И даже несколько раз одобрительно улыбнулась ему. Лассиан буквально ловил эти улыбки. Но их было мало. И он понимал почему. Ведь память обо всем, что он делал по приказу хозяев, оставалась с ним.

Малышня же просто радовалась наступившему покою. Тому что они наконец-то добились внимания мамы. И что у них вдруг появился такой взрослый брат, к которому тоже можно забраться на руки и обвить плечи цепким хвостом. Лассиан не возражал. Работа в хозяйском дворе развила у него некоторую выносливость и силу. Да и в поля его посылали не реже чем взрослых рабов.

Мама провела их маленький отряд правильно. Но ошиблась со временем. Возможно опытный охотник и смог бы пройти это расстояние за три дня. Но им потребовалось несколько больше времени. Мама не могла поддерживать нужный темп долгое время. Малышка требовалось время, чтобы поесть. Да и петлять приходилось по лесу не только в поисках еды. Уже недалеко от цели своего похода, пересекая в очередной раз дорогу, они заметили отряд с опознавательными знаками хозяев.

-Ну вот и все. - Ильсана грустно улыбнулась сыну. - Это было здорово, я рада, что ты смог дать нам свободу.

- Но может нам ещё удастся еще уйти от них? Нас же не заметили

- Даже если это отряд, посланный не за нами, а к хозяину, все солдаты в округе уже знают о сбежавших рабах. И о ценном призе, что они несут на руках.

Мама кивнула на двух его сестричек.

- Мы можем попробовать снова изменить маршрут. Ещё остаются пещеры Аринса.

- В нашем мире, до них надо долго идти. - Покачала головой женщина. - Кроме степи, на этом пути находится сразу три города. И обойти их будет очень трудно. Я тех мест не знаю. Кроме того, ты забываешь сколько лагерей солдат мы обошли. Не знаю почему, но тут очень большая армия стоит. Обратного пути у нас точно нет. Мы сделаем по-другому.

-Как?

Лассиан внимательно слушал пояснения матери. Он вглядывался в лини, начерченные прямо на земле и осторожно гладил по голове уютно устроившуюся на коленях сестру. Он не пытался спорить с матерью. То, что она предлагала, могло сработать. Но это ему совсем не нравилось. Но предложить что-то другое не мог. Как хозяева охотятся на беглых рабов, он тоже помнил. Была такая слабость у их хозяина. Да и не очень ценил несвязанных рабов, захваченных в других мирах. Он считал их слишком ненадежными. Правильно наверно.

- Скорее всего до норы нам удастся пройти. - Объясняла тем временем мама. - Тут лес очень близко подходил к ней. Я помню, что мы там ставили промежуточный лагерь. Ближняя обратная нора, которую солдаты будут использовать для возвращения, выходит в полуденном переходе на закат отсюда. Вряд ли там сейчас большой гарнизон стоит. А на той стороне до нее и вовсе пара пролетов стрелы. Хозяева не оставляют на обозы большой охраны. Они плохие солдаты и не очень любят бегать.

Ильсана тихо вздохнула, но продолжила:

- И искать будут женщину с подростком. А не единственного толстого мальчика.

-Мне это не нравится. - Хмурился Лассиан.

- Мне тоже. Но ты сможешь спрятать девочек под плащом. Солдаты будут видеть толстого и неуклюжего мальчика. То есть прямую противоположность тому, что они ищут. Сумерки скроют твое лицо. Мы проходим до норы. Ты первый, я следом. Если повезет, нору проходим оба. Если нет, я отвлекаю охрану на себя. Лассиан, если пройдем, я пошумлю и веду погоню за собой в болота, они там близко. Не все так плохо. Хозяева не любят топи. И возможно мне удастся выжить. Но ты не должен меня искать. Беги к дальней норе.

Лассиан отвел глаза и поморщился. Мама пыталась обмануть его как маленького. Но он тоже понимал, что этот рискованный план единственный шанс для него лично и возможно, для его сестер. Тыловики содержат у себя связанных куэрхов для выслеживания беженцев. Толстый и неповоротливый мальчишка-раб не такая уж редкость. А в сумерках на болотах его ловить не станут.

- Пока они будут искать меня рядом с норой, ты сможешь пройти обратно. Всем говори, что был послан к хозяину с сообщением от его супруги о побеге рабов. Ну а если не получится, ты знаешь что делать.

Лассиан покосился на близняшек и согласно кивнул.

Задерживаться с этой стороны было нельзя. По дорогам через лес то и дело проносились какие-то военные отряды. В их лагере царило какое-то непонятное возбуждение. Даже уйдя поглубже в лес разводить костёр было слишком опасно. Связанные куэрхи могли уловить запах дыма.

Пройти до норы оказалось довольно просто. Выросший рядом с нею, огромный лагерь разбивался на отдельно стоящие мелкие лагеря, ютившиеся на открытых полянах, только изредка углубляясь неглубоко в лес. Мама удивлялась такому количеству солдат и их активности. И это были боевые части. Хозяйке нравилось вываливать на непокорную рабыню вести о предстоящей гибели очередных остатков племени и любоваться ее отчаянием. Так что Ильсана была уверена, что армия перешла нору. Стоящая тут целая армия была полной неожиданностью для нее.

Привычные палатки и шатры аэнхов, прямо перед норой сменились какими-то странными кибитками. А их вромы остались за спиной. В необычном лагере свободно паслись странные животные, совсем не похожие на них.

Солдат вокруг оказалось так много, что к норе пришлось буквально просачиваться между лагерями аэнхов и этими странными кибитками. Благо, глаза куэрхов могли видеть в темноте. Не так хорошо как днём. И цвета не различали. Но немного лучше, чем глаза захватчиков.

Несколько раз они ощущали присутствие куэрхов. В лагерях были рабы из их племени. Причем в количестве намного большем, чем думали беглецы. Но никто из них тревоги почему-то не поднял. Или им просто повезло.

Лассиан крался за матерью и вглядывался в ночные сумерки леса. Он послушно замирал, когда замирала она, бежал, когда она давала сигнал. И старался не думать о скором расставании. За дни побега Близняшки уже научились вести себя тихо. Они тоже не были в восторге от того, что приходилось сидеть только на брате. Особенно той, что устроилась на груди. Но если мама сказала, что так надо, они потерпят.

На подходе к норе, пришлось вовсе лечь на живот и поползти. Близняшкам под плащом пришлось ютиться на спине. Неудобно жуть. Но малышки даже писка не издали, воспринимая тревогу матери и брата.

В какой-то момент стало трудно двигаться. Было такое ощущение, будто попал в тягучий кисель. Даже дышать стало трудно. Но всего несколько движений, и все прошло.

-Что это такое было? - Он посмотрел на переводящую дыхание маму.

-Не знаю. Никогда такого не встречала. Но у хозяев много необычных вещей. Нам лучше не задерживаться.

Они оказались уже на самой опушке перед норой. Лассиан узнал два зараенее указанных ориентира и приготовился. Рядом подобралась мама. Сестрички живо перераспредились под плащом. Из хвостики пощекотали вокруг талии и сцепились между собой на животе. Теперь не сорвутся ни при каких обстоятельствах.

Две тёмные размытые фигуры замерли среди высокой травы в позиции низкого старта и внимательно вглядывались в темноту.

Там, всего в сотне метров была невидимая в ночной темноте нора в другой мир. Им предстояло преодолеть эту дистанцию бегом, в надежде, что солдаты охранения не успеют их обнаружить и воспользоваться своим оружием. Учитывая, что они плохо видели в темноте и были практически глухие к неслышной речи, шанс у них был.

Со своего места им были видны только тени врагов, плавно перемещающиеся поперёк линии предстоящего броска. В ночном зрении можно было разглядеть их рослые фигуры и странно плавные движения. Но на это беглецы не обратили внимания. Выждав момент, когда коридор оказался чист, а ощущения показали, как чужаки и их связанные рабы отошли достаточно далеко, мать подала знак.

Лассиан рывком выбросил тело вперёд и помчался к норе. Оглядываться ему не было нужды. Он чувствовал мать, и знал, что она заняла место чуть правее и в шаге за спиной. За время побега он заново учился воспринимать поступающие от родного существа эмоции и чувства. Сейчас он понимал, что мама была права, настаивая на его побеге без неё.

В отличие от связанных рабов, узниц держали все время под контролем и не позволяли много двигаться. Тело мамы оказалось ослабленным малоподвижным образом жизни. Да и за питанием самок на ферме следили только в период беременности, ради получения хоровых будущих рабов.

Мама держалась во время броска как могла. Но её ощущения показывали, что до конца она так не продержится. Уже на середине броска она отставала от него на три шага, потом на пять. Он даже слышал её сбившееся тяжёлое дыхание.

Он ждал, но почему-то не было выстрелов. Никто не поднял тревогу. Хотя их заметили и по ощущениям, к ним на перехват уже началось движение связанных куэрхов. Но до странности медленное и неторопливое. Лассиан против воли придержал шаг, в попытке подождать маму.

- Беги. - Тут же подстегнул его голос.

Она начала резко смещаться наискосок к направлению их бега, явно пытаясь занять линию возможного выстрела со стороны тех, кто был ближе всего.

Лассиан стиснул клыки и снова прибавил шаг. Ему оставалось совсем немного. И что странно, мама тоже успевала раньше преследователей. От них неслись какие-то крики и восклицания. Но страшное оружие, с громом метающее смерть, по-прежнему молчало.

Лассиан не задерживаясь, влетел с мутную пелену перехода. На мгновение испытал дезориентацию, вывалился на мягкий мох болота и сразу же прыгнул в сторону, пытаясь спрятаться в спасительной темноте.

Он не сразу понял, что попал в нечто, что связало его движения. Как тогда, когда они с мамой ползли. Только сильнее. На столько, что он в прыжке завис в воздухе и продолжил медленное движение по дуге к земле.

Краем глаза Лассиан видел и беспомощно зависшую рядом мать. И в следующий момент они уже вываливались из этого нечто. Не удержался на ногах и рухнул лицом вперёд, стараясь руками смягчить удар и не придавить сестричку. Близняшки неожиданно громко заверещали, но хватки не выпустили.

- Интересно, и кто же у нас тут такой прыткий?

Рядом, прямо с земли взлетело тело матери. Она резко взмахнула рукой, пытаясь достать кулаком выросшего перед ними противника. Тот от неожиданности отшатнулся. А может просто не захотел связываться.

Лассиан тоже вскочил на ноги и осмотрелся. Бежать оказалось некуда. Мама, занятая боем с первым противником, ещё не поняла этого. Но путь к побегу им отрезал ещё один воин. Непонятно только было, почему вместо того чтобы попытаться вмешаться в схватку он смотрел на них с таким изумлением.

Лассиан резко пригнулся, выхватывая нож. По сигналу обе сестрички снова оказались на спине. Если начнут стрелять, то их убьют вместе с ним. А живыми им лучше все равно к хозяевам лучше не попадаться. Он знает.

Мама, наконец, тоже поняла, что они окружены. К тому же, ей так и не удалось достать противника. Чужак даже не достал своего оружия и просто уклонялся от выпадов, постепенно отступая. Мама вовремя спохватилась, что ее пытаются банально отвести от детей и торопливо вернулась, занимая позицию рядом с сыном.

Лассиан успел подумать, что так даже более правильно. Он сможет продержаться несколько секунд. А мама за это время достанет до сестер.

Он зло оскалил клыки в сторону своего противника.

- Все-все. - Вместо того чтобы разозлиться, тот поднял перед собой пустые руки и даже отполз назад, к первому воину. Говорил он с каким-то сильным акцентом. - Все успокоились. Сейчас подойдёт кто-нибудь из ваших и во всем разберется. Вы только потерпите немного, хорошо?

Лассиан недоуменно осмотрелся. Стоящие перед ними два существа были на пол головы выше любого из хозяев, виденных им за всю жизнь. Но главное, они действительно ползали. Вместо ног у обоих противников были змеиные хвосты. Никогда о таком не слышал. Судя по донесшейся растерянности, мама тоже не знала кто это. А странные захватчики стояли неподвижно и что-то шипели между собой.

С-с-сашансиос замер, продолжая удерживать раскрытые ладони перед собой. Ласс-с-сана повторила его жест и неподвижно замерла рядом.

-С-с-слушай, с-с-самка не собирается сдаваться живой. И парень нож держит как-то странно.

-Он с-с-собирается ударить в то, что у него копошится за спиной.

- Мож-шет пальнуть в них парализатором?

- Можем не ус-спеть. - С сожалением покачал головой С-с-сашансиос. - Потом не оправдаемся перед их соплеменниками. С-с-сейчас этот воевода из местных подойдёт. И Лика со своим котенком. Но держи игрушку наготове.

Краэс.

Сообщение о попытке прорыва через нору Краэс услышал за несколько анов до того, как оно произошло. Как эти странные союзники поддерживают между собой связь, он не понимал. Хоть те и не скрывали своих ободков на руках. А ему даже давали какую-то коробочку, по которой можно разговаривать со старейшиной. Но с той стороной норы свободно разговаривать по коробочке не получалось даже у чужаков. Они ограничивались каким-то странными щелчками и писками.

Сообщение принесла самка, подруга тех трех, что сейчас вели переговоры со старейшинами. С той стороны в мир болот прорываются двое. Женщина и ребёнок. Они сумели обойти лагерь аэнхов и преодолеть замедляющий барьер. А теперь двигаются прямо к норе.

- Ты говорил, что куэрхи теперь часто убивают себя, чтобы не попасть в руки врагов. Поэтому их не будут там задерживать. - Пояснял предводитель кашьяти Дино. - С этой стороны щиты стоят более сильные щиты. Он задержит прорывающихся и позволит с поговорить.

К моменту прорыва он не успел. Честно говоря, и не спешил. Зачем? Около норы постоянно дежурила тройка этих хвостоходящих воинов. Они не уступали в росте захватчикам. А в ближнем бою намного превосходили их. Среди новых союзников даже принцессы в рукопашной схватке сходились на равных сходились со своими подчиненными. За эти дни успел сам понаблюдать их тренировки.

Это потом он понял, что ощутил сам момент прорыва, находясь еще довольно далеко от норы. Тогда его отвлекло странное, давно забытое ощущение находящегося рядом родного человека, вдруг навалившееся непонятно откуда. Он задержал шаг, в попытке определить направление или хотя бы разобраться в том, что "слышит". Но только ещё больше запутался. Он "слышал" поток эмоций не одного, а сразу двух родичей, один из которых давно уже должен был уйти к предкам. А другого тут быть никак не могло.

Он уловил их решимость драться и чувство обречённой решимости сделать что-то неприятно. И в этот момент два змеелюда расступились, пропуская его к этим двоим.

-Ильсани? - Растерянный вскрик вышел лёгким рычанием на высоком тоне и неконтролируемым всплеском призыва на неслышимом языке.

Стоящая в напряженной стойке женщина заметно вздрогнула, недоверчиво глянула в его сторону и медленно выпрямилась.

Мальчишка, продолжал излучать готовность к бою и даже предупреждающие рычал, медленно поворачивая голову из одной стороны в другую. Но мун, шедший рядом с Ликой, решил вмешаться. Чувство неудовольствия и прямого предупреждения выданное мунном как всегда захлестнуло всех куэрхов.

Он-то устоял. Не в первый раз слышит окрик детей богов. Это как пустым пыльным мешком по голове получить.

А вот мальчишка испуганно пискнул и невольно опустил нож. Хорошо хоть не выронил. Были прецеденты с его бойцами.

- Лассиан, это твой отец. - Донеслось до него из уст покачнувшейся женщины. - Убери нож. Кажется мы пришли.

За спиной парня зашевелилась ткань. Что-то быстро переместилось со спины на живот. Из под полы и через воротник плаща высунулись две любопытные мордочки, с интересом уставившиеся на выступившего вперёд Муна.

Ильсана Короткий рассказ своей жизни Ильсана смогла связно извложить только под утро. Сначала ей самой потребовалось поверить, что все происходящее не сон. Что там, около норы их встретил Краэс, ее спутник, ставший за прошедшие годы одним из командиров объединённых отрядов куэрхи.

Потом надо было накормить детей. Близнецы чувствовали общее возбуждение и никак не хотели успокаиваться. Всю жизнь эмоции подавленности и страха были для них привычной атмосферой. Теперь же дочки оказались в совсем другой обстановке. Успокоить удалось только проверенным средством, но для Ильсани необчным средством. Пришлые накормили их каким-то лакомством в виде пластинок до такого состояния, что глаза у малышек стали закрываться сами собой. Но даже тогда этого они пытались бороться со сном, цепляясь хвостиками и руками за мать. Лассиан старался вести себя как взрослый. Но сброс напряжения от побега, сытый ужин и ощущение безопасности пересилили его недоверие к окружающим. И сын засопел, едва отойдя от стола намного раньше своих сводных сестер.

И только тогда она начала свой непростой рассказ. Уснуть сегодня все равно не получится, а с утра она быть может и не решится заговорить о некоторых горьких эпизодах из жизни в плену.

Кроме уже знакомых хвостоходящих воинов, и партнерши муны, в шатре присутствовали фигуры старейшин.

Она даже испугалась сначала, когда они как призраки появились посреди гостевой части шатра. Но Краэс объяснил, что это техника чужаков. Как и та невидимая но вязкая сила, что их остановила после норы.

Как только она начала рассказ, в шатре появились ещё три самки из чужаков. Так же внезапно. Двое мунн, видимо оказавшихся рядом со своими партнершами случайно, встали и исчезли из видимости, как будто сквозь стену прошли.

- Пошли поохотиться. - С улыбкой пояснила девушка, представившаяся Рианной.

- В мире болот для детей богов мало добычи. - Шепнул Краэс. - Они ходят в моор. Там у чужаков целая армия стоит. И муны помогают защищать лагерь, а заодно и охотятся.

Это она понять могла. Какая может быть в болотах добыча для детей богов? Здесь и крупных то животных не каждый день встретишь. Но слова об армии её заинтересовали.

- Как армия? А что же тогда здесь? - Невольно заинтересовалась она.

По тому, что она успела все-таки увидеть, здесь было немало чужаков. Да и на той стороне норы тоже.

- Здесь только небольшая часть. - Улыбнулся ее спутник, пока остальные терпеливо ждали. - Ровно столько, чтобы удержать захватчиков на месте. - С этими полями, им потребовалось всего несколько тысяч бойцов. Остальные предпочли остаться в мооре. Их дома сделаны так, что позволяют дышать там без вреда для здоровья. Еды много. Они отличные охотники. Да и муны туда все время уходят, чтобы поохотиться со своими партнёрами.

Ильсани не скрыла завистливого вздоха. Муны. Будь в их племени хотя бы один из этих детей богов. Разве осмелились бы захватчики напасть на куэрхов? Она высказала эту мысль вслух.

- У ваших врагов оружие уступает тому, что есть у нас. - Покачала головой Рианна. - Но поверьте, убить одинокого Муна у них есть возможность. И в одиночку наши коты не смогут противостоять аэнхам. Наши кошки долгу учились, чтобы жить с разумными. А мы учимся действовать вместе с ними до сих пор.

Она говорила долго, и не поднимая глаз от землистого пола, и полностью блокировав восприятие чужих эмоций. Возможная реакция окружающих, особенно Краэса, страшила даже больше, чем недавняя угроза снова оказаться в плену. Было очень страшно узнать, что чувствует самец, узнавший что ей не удалось остаться его самкой.

-Ты сказала, брат Лассана продан. Ты зЗнаешь кому и где он может находиться?

Ильсани неуверенно посмотрела на Краэса. Но по лицу опытного воина было трудно что-то прочесть. Он даже не отвел глаз.

- Куда-то ближе к морю. В новый город, что хозяева начали строить. Больше мне ничего не сказали. Я только видела, как Аршан стал рабом.

- Если его хозяин из знати, значит жив. - Спокойно констатировал Краэс. - У него теперь есть шанс стать свободным.

Ильсани неуверенно приоткрыла блокаду и в первый момент подумала, что злость Крэса направлена против неё. И только мгновение спустя с удивлением поняла, что это не так. Он вообще не думал о том, что её как животное сводили с другими самцами. Он злился на себя. А еще на тех, о ком она рассказывала.

- Я смогу оставить себе детей? - Неуверенно обратилась она даже не к старейшинам, а к своему спутнику.

- Нашим обычаям предстоит измениться. - Заметил Варта. - Слишком мало нас осталось.

- А почему ты не должна их себе оставить? - Удивился тот. - Ты же не сама шла к самцам. Да и они не были вольны в своих действиях. Тебя никто не может в чем-то упрекнуть. И если это произойдет, дай мне знать.

-А ты?

- Я хочу остаться твоим самцом. Если ты согласишься.

Он перехватил ее недоверчивый взгляд и вместо раздражения, спокойно пожал плечами.

- Тебя долго не было. Мне тоже приходилось меняться. Пока прошу принять моё предложение быть хозяйкой в моём доме. А окончательное решение примешь позже.

- И ты согласишься воспитывать моих детей?

- Отец близняшек погиб, пытаясь дать шанс тебе и моему сыну добраться сюда. Смерть, достоянная свободного воина. Его дети не останутся без моего внимания.

Пока происходил разговор, пришлые и гости куда-то исчезли, оставив их вдвоем. В плену об этом думать было бессмысленно, пока бежала, она надеялась, что в племени ей позволят жить хотя бы за линией отверженных. В представлениях куэрхи, принуждение не было оправданием для самки, вплоть до лишения детей. А то, что существовали ограничения и для самца, так плененные самки считались погибшими. В общем, по представлениям Ильсани, Краэс имел все основания не пустить ее до своего очага. Слова спутника были много больше, чем она могла надеяться в самых смелых мечтах. А возможно, когда-нибудь, она сможет рассчитывать и на его внимание.

Комок подкатывал к горлу, но глаза неудержимо слипались. Сытая еда, усталость и ощущение безопасности делали своё дело. Она ещё пыталась сопротивляться сну, но мягкий ковёр, на котором лежали дети, неудержимо манил. Сзади привычно прижались два маленьких тела. Лёгкий толчок показал, что Лассиан продвинулся к детям с другой стороны. Так они спали в лесу, чтобы не дать замерзнуть маленьким. Она уже не заметила, как меховое одеяло укрыло всю их компанию. Стало тепло и уютно.

Краэс Краэс ещё постоял некоторое время над спящими и вышел.- Ты их примешь к своему очагу?

Ландир, из бывших охотников, из тех, кто начинал войну ещё с его отцом, все это время оставался у входа. И задал вопрос на правах друга отца.

- Если она примет меня. - Усмехнулся Краэс. - Я ведь тоже не безгрешен. И в отличие от неё, меня никто не принуждал.

- Из твоего Лассана выйдет хороший воин. - Спокойным тоном сменил тему Ландир. - И близняшки сильные. У тебя будет чем гордиться, когда они подрастут. Только закрываться не умеют.

Мужчины с улыбкой переглянулись. Они знали ещё столь же не воспитанного ребёнка. Вот только совсем непохожего на этих беглецов по своему эмоциональному фону.

С момента появления союзников прошло всего ничего времени. Но мальчишка, обретший среди чужаков киэнхэ, стал своеобразной знаменитостью среди гибнущей расы. Начать с того, что он наотрез отказался разрывать связь со своей кинэнхэ. Только при намеке на это со стороны старого Вуарту, он с громким воплем вцепился в растерявшуюся самку чужаков и до вечера злобно шипел на каждого соплеменника, пытавшегося приблизиться к ним. В результате киэнхэ Санира вынуждена была провести с мальчишкой весь день. Накрученная его эмоциями и порядком разраженная всплесками эмоций подопечного, она в очень емких выражениях почти без помощи переводчика, объяснила куда, зачем и как быстро надо пойти всем настойчивым соплеменникам подопечного.

Говорить такое женщине, тем более обращаясь к мужчине, у куэрхов было не принято. Но эта киэнэ была воином. И не простым, а командовала пятью сотнями других воинов, часть из которых иногда появлялась в селении. Да и что такое Геката Крэс до конца еще не разобрался. Но киэнхэ Луэлу входила в эту странную группу и была приближенной сразу ко всем трем принцессам.

В общем, ее обещанию оторвать все явные и неявные связи у любого, кто захочет повторить предложение разрыва, поверили все куэрхи и безоговорочно. Но всетаки согласилась, что ее подопечный нуждается в элементах воспитания, котрое она дать не может.

В общем, мальчишка стал объектом внимания всех соплеменников, что оказывались рядом с ним. Но воспитывать его приходилось очень осторожно. В лице Саниры он нашёл не просто покровителя. Самка защищала его от соплеменников не хуже родной матери. А вместе с нею и остальные чужаки. Что становилось предметом зависти ровесников куда чаще, чем все остальные привилегии.

Так что, получая ментальные оплеухи, Луэлу бежал жаловаться к свойе киэнхэ. А спасаясь от гнева жертв своих проделок, нырял в ближайшее жилище пришлых. В которых, кстати, ориентировался лучше самих хозяев. А те уж его никогда не выдавали его соплеменникам. Особенно змеелюды.

Эти громадные, даже по сравнению с аэнхами существа, вообще относились к мальчишке с предельным спокойствием. И если он прятался у них, всем обиженным оставалось только плюнуть на возмутителя спокойствия. Парни, на голову выше самого высокого захватчика никогда не вникали в проблему и просто разводили руками, в ответ на требование выдать нарушителя. Иногда даже от выговоров киэнхэ защищали его.

- Ну, хотя бы у них нет киэнхэ из пришлых. - Усмехнулся Краэс.

Честно говоря, на его взгляд , Луэлу пользовался даже слишком большой свободой, недоступной для ребенка в деревне охотников. Если не сказать абсолютной. Пришлые позволяли ему почти все. Ездить на вроме, страшном боевом звере, способном драться наравне со своим хозяином. В его распоряжении были ножи, специально изготовленные под его руку. О качестве которых лучше не упоминать. А еще, после первого нападения того солдата, Луэлу всегда носил на поясе коробочку, испускающую ту самую, останавливающую силу. Чужаки называли ее силовым щитом. Коробочка не работала постоянно. Но Краэс видел, как киэнхэ занималась с мальцом и учила пользоваться этим "щитом".

- Похоже, скоро у нас появится ещё два проблемных ребенка. И оглянуться не успеем, как они начнут опираться на хвост.

- Хозяева не нуждаются в воспитании рабов. Они из дрессируют. - Проворчал Краэс.

-Ты понимаешь последствия появления твоего сына?

- Э-э-э? - Резкая смена темы немного сбила его столку.

-Краэс, мунну удалось разорвать связь между хозяином и всеми связанными с ним рабами. Твой сын и тот раб, как там его, не погибли, когда ты убил его. И даже сразу смогли начать действовать. По словам Лассана, он не почувствовал даже болевого шока.

Краэс несколько мгновений обдумывал сказанное, не сводя взгляда с лица старого воина. Потрясение от появления ЕГО Ильсаны с ИХ сыном на время затмило для него все остальное. Потом его глаза расширились.

- Мунны могут помочь нам спасти связанных. Получается, мы не должны убивать наших врагов, если рядом не будет Муна. Надо срочно выяснить, могут дети богов это делать только во время дуэли. Или достаточно их присутствия в отряде.

- Это понятно и старейшины уже обсуждают этот вопрос. - Краэс под укоризненным взглядом старого охотника почувствовал себя как набедокуривший мальчишка. Действительно, старейшины заговорили об этом сразу, прямо там, во время рассказа Ильсани.

- Это значит, что у нас в скором времени появится куча детей и даже взрослых, с точно такими же проблемами в воспитании и блокировке неслышного языка, как у близнецов и Луэлу. - С укоризной закончил Ландир.

Гекатессы Выводы, до которых додумались двое, к утру пришли в голову уже многим жителям поселения. Старейшины, и те предпочли отложить все остальные вопросы ради обсуждения темы при очередных переговорах.Рианна выслушав вопросы, только озадаченно перевела взгляд на Нэстэ. В вопросах общения с ниахарами она по-прежнему оставалась непререкаемым авторитетом не только внутри гекаты.

Та тоже сильно озадачилась проблемой.

-Откуда я знаю, как далеко они должны находиться? - Протянула она. - Надо поспрашивать у них самих.

- А твой Лео, когда вернётся?

-В Бездне сейчас раннее утро. - Возмутилась Нэстэ. - Лео только сохотил кого-то вкусного.

-Настя, ты же понимаешь, что нас тут самих сейчас схомячат. Это же вопрос выживания всего народа. - Заметила Сумми. - До Саниры не добрались. В ее палатку без разрешения Луэлу вообще никто не войдет. А Лику они всю ночь пытают.

Вздохнув, Нэстэ послушно откинулась на нечто вроде спинки, устроенной из небольших меховых валиков и прикрыла глаза.

Старейшины тут же замерли, благоговейно глядя на неё. Связь с детьми богов для них оставалась недоступной. По их же признанию, они могли только почувствовать, или как они говорили "увидеть" её. И то в моменты интенсивного общения ниахары со своей партнершей и при условии, что они не маскируются.

Похоже, в этот раз Нэстэ не пряталась. Потому что никто из старейшин не посмел вмешаться, пока она не открыла глаза.

- В общем, требуется, чтобы хозяин находился рядом с Лео. И сразу нескольких контролировать не получится. - Попыталась она перевести полученный ответ. - У них походе совсем другая связь, чем у нас. В момент гибели хозяина, по связи проходит что-то вроде смертного ощущения. Для связанных, это как команда на смерть. Ниахары настолько сильнее куэрхов, тем более хозяев, что сознательно направленный сигнал от них тупо забивает эмоции смерти и не проходит к рабам. Как ты понимаешь, у самих связанных никаких отрицательных эмоций по поводу самого факта разрыва, как было у меня с Лео, не может быть. Так что пропустив команду на смерть, они сразу избавляются от контроля и могут действовать самостоятельно.

- Только по одному? - Ещё раз с почтением уточнил Вуарта.

- Да. Лео надо подстраиваться к каждому из хозяев, чтобы набиболее полно перекрыть сигнал.

Нэстэ не обратила внимания. Но Рианна, сидевшая к ней в пол оборота заметила, оскалы двух женщин-куэрхов, отвечавших во время таких переговоров за стол и легкий перекус. Да и по связи модно было услышать, как загомонили воины куэрхов.

- Мунны согласятся нам помочь? И сколько таких поединков можно провести в один день. - Донесся через ликалу Саниры вопрос от Краэса. Один из командующих будущей армией куэрхов уже явно начал что-то планировать.

Не более трёх в день. - Проворчала Нэстэ. - И я думаю, что котёнок Сумми ещё слишком молод. Он может не справиться.

Рианна с лёгким недоумением посмотрела на свою гекатессу.

"А что, с них останется организовать непрерывные бои с утра до ночи". - Возмутилась по ликале на общей волне.

"Ещё и ночь захватят". - Поддержала мысль Суммы, не разжимая губ. - "Мне как то не улыбается торчать все время около круга равных. Это же какая резня может начаться!".

"Надо было ограничиться двумя, а то и одним поединком". В передаче от Лики явно послышались панические нотки. Она-то оставалась одна рядом с Краэсом и остальными бойцами будущей армии. - "Мало того, что пленных у нас несколько тысяч. Так еще и на той стороне Перехода сейчас напротив куэрхов целая армия стоит. Они же могут начать охоту в любой момент!

- Не подумала. - Призналась Нэстэ. - Надо было обменяться мнениями до того как ответить.

Короткий диалог прошёл незамеченным для куэрхов. Старейшины быть может и были разочарованы ограничениями, но сейчас большее значение имели открывающиеся возможности.

-Надо бы отозвать Краэса от норы, пусть сопроводит семью в поселение? - Заговорил Вуарта. - Он молод и горяч, не подумав может натворить много дел. Особенно после того, как узнал, что пережила его спутница.

- Не хотелось бы увидеть бесконечные поединки. Я с вами согласна. В голосе Сумми промелькнула растерянность. Впрочем, её уловили только хорошо знавшие принцессу подруги.

- Возможно, этого не избежать. - Улыбнулся старейшина. - Но ещё в первые годы прихода захватчиков, наши хранители вспомнили об одном древнем обряде разрыва связи. Он очень неприятен как для хозяина, так и для раба. Но не настолько, чтобы лишиться жизни.

- Я слышала, вы пытались его провести?

-Да. Несколько раз нам удавалось уговорить пленных исполнить его. Обряд работает, но проблема в том, что он требует согласия хозяина и его добровольного участия в процессе самого разрыва.

- Ясно. Вы хотите предложить им выбор. - Сумми облегчённо выдохнула.

"Девочки, череда поединков у нас откладывается. Или сокращается до числа совсем упертых аэнхов."

"Слава Единому!" - Рианна даже не скрывала раздражения, реагируя по ликале. - " Если сообразят, что все не так просто. Эти ведь быстро додумаются вместо поединков просто давить пленных как мокриц".

"Результат тот же, зато более эффективен" Сумми любезно улыбнулась задающему какой-то уточняющий вопрос старейшине".

"Не пойдёт. Во время боя хозяин не может сосредоточиться и подать сигнал. - Решительно отвергла идею Нэстэ. - "В спокойной обстановке он может и пробиться через заслон ниахары. Для этого надо только сосредоточиться на своей смерти".

Аэнхи Тэр Арнэс Ландэ смотрел на этот с позволения "совет", куда его привели и бессильно сжимал кулаки.Откуда взялись эти чужаки со своими котами он узнать так и не смог. Пришлые блокировали его армию сразу после преодоления пелены и оттеснили на окраину болот. Благо они тут всюду. И уже третий десяток раз как местное светило поднимается в зенит, как он вынужден терпеть под ногами хлюпающую жижу, чадящий от сырой древесины костер и спать в сырой одежде. В то время как те, за кем они пришли, наслаждаются сухими теплыми жилищами и обильной едой. Дошло уже до того, что он, тэр, обращает внимание на запахи проходя мимо жилищ этих недостойных.

За все время блокирования армии, пришлые вступили в схватку всего несколько раз. И то, когда его отряды научились преодолевать эти странные невидимые барьеры и попытались напасть на их лагерь. После этих боев, никто из офицеров не желал больше связываться с чужаками. Хоть они и избегали применять своего оружие, но последствия рукопашного боя оказались не менее впечатляющими.

Необычные союзники куэрху явно отдали эту странную войну тем, кто рожден исполнять волю таких как аэнхи. И не успевшие стать рабами не упустили своего шанса.

Ежедневные короткие стычки, гнилая атмосфера и заканчивающиеся ресурсы делали своё дело. Его армия медленно, но верно начала вымирать от гниющих ран и болезней. Теперь, эти "старейшины" осмеливаются ещё и требовать исполнения своих условий.

Он, Тэр Арнэс Ландэ вынужден это терпеть. Три самки чужаков, когда лично, когда в виде призраков, прочно обосновались на таких встречах. Но в переговоры они не лезли. Зато внимательно слушали. Знал он таких слушателей, видел при дворе правителя. Слушают и делают выводы с далеко идущими последствиями. Вот только эти самки не только делали выводы. Они еще сами и решения принимали, которым подчинялись ВСЕ чужаки. Даже вроде как предводители других рас. Старейшины куэрхов вроде как не обязаны им подчиняться, но делают это охотно и лучше связанных рабов.

Сегодня эти трое присутствовали как раз в виде призраков. Хижина построенная для таких переговоров была не безгранична. А картинка как бы добавляла ей пространства. К тому же, самки явно пользовались более удобной мебелью и не сидели на низких подушках, как это принято у куэрхов. Да и эти белые чудовища никому не мешали, появлялись в поле видимости.

На границе болот его неизменно встречал десяток куэрхов, откровенно желавших всего что угодно, но никак не вежливого общения. Ему, Тэру, приходилось оставлять оружие своим солдатам и идти до переговорной хижины с пустыми руками и под защитой одного или двух змеелюдов. Тот факт, что его даже не связывали и в хижине не усиливали охрану даже в присутствии самок, Арнэс воспринимал как еще одно унижение. Чужаки попросту не воспринимали его как достойного противника для себя. И более того, смотрели с нескрываемым презрением.

Арнэс мысленно поморщился, одергивая себя. Как тэр, он не мог себе позволить самообманываться. По своему статусу эти самки были равны верховному правителю аэнхов. Даже выше, если учесть, что были и собственно правители народов.

Но в отличие от того, что Арнэс знал о представителях семей правителей в других государствах, эти не полагались на свою охрану. Например, вот эта Нэстэ, при первой встрече не раздумывая, отозвала своего кота и отключила невидимую защиту, чтобы принять вызов бедолаги Эрраса.

На поединок она вышла только с мечом. Узким, матовым и странного серого цвета и невероятно прочным. И Арнэс сам наблюдал тогда, как по окончанию поединка ей сердито выговаривали телохранители, и неодобрительно смотрели две другие принцессы. Судя по их жестам, ее окружение обеспокоилось не фактом выхода на поединок, а просто не посчитало поединок с Эррасом достойным ее.

Как воин, он в чем-то был с этим согласен, хоть и обидно такое отношение. Эррас был не лучшим офицером при штабе, снобизм и заносчивость которого доставала многих. Сам Арнэс был уверен, что его слава, как фехтовальщика сильно преувеличена. В чем и убедился, наблюдая за его последним поединком. Бой отпрыска одной из знатнейшей семьи аэнхов с этой странной чужачкой, скорее был похож на избиение не самого прилежного ученика школы фехтования, имевшего наглость выйти против инструктора.

Позже, допрашивая вернувшегося из плена солдата, он услышал рассказ, как будто тот видел движущиеся картинки, на которых эта принцесса ещё девчонкой дралась со странными разумными чудовищами, похожими на громадных насекомых.

Движущиеся картинки он тоже видел. Ему показывали некоторые моменты из прошлых событий. Так что чужаки действительно могли возвращать прошлое для демонстрации, и не верить солдату было глупо. Тогда он еще подумал, что если у пришлых есть могущественные враги, надо бы с ними заключить союз. Вот только что же это за миры, где даже облеченные такой властью вынуждены уметь защищать сами себя. И как бы вероятные союзники не оказались хуже этих необычных врагов. Да и смысл такого союза, если они проигрывают им.

Тэр осторожно выдохнул, отгоняя посторонние мысли и стараясь держать лицо.

- Вы хотите, чтобы мы прошли обряд разрыва связи и позволили освободить рабов. - Наконец заговорил он, глядя на ожидавшего ответа старейшину Вуарту.

-Это будет лучше всего. Обещать вам достойный поединок и соответствующую смерть я не могу. - С предельной вежливостью, граничащей с издевкой, подтвердил тот.

- При нашей смерти погибнет и связанный раб. - Арнэс все еще пытался поторговаться, но прекрасно понимал, что условия диктует не он. И Вуарта, забить бы его, чтоб проучить остальных, просто ставит в известность о своих намерениях.

- Уже нет. - Спокойно ответил старик. - Это не просто сделать. Но пример Лассиана показывает, что мы нашли способ разорвать связь против воли хозяина и оставить в живых связанных куэрхов. Не думаю, что внезапное появление освобожденных в домах хозяев обрадует вашу знать.

Арнэс ещё раз метнул взгляд в сторону мальчишки, все еще сидящего в ногах одной из принцесс, кажется Рианны и играющего с белым чудовищем. Его привели на эту встречу в качестве аргумента в пользу сделанных предложений. Не мешало бы проверить его слова. Но не верить причин не было. При таких союзниках охотникам нет нужды выдумывать сказки. Так что аэнхи теряли последние рычаги влияния на своих врагов.

- Мы можем провести обряд. - Продолжил тем временем старейшина. - Но с теми, кто не пожелает в нем участвовать добровольно, можем поступить иначе. И я не буду скрывать. Наши воины с самого начала настаивают на втором варианте.

Тэр хотел было презрительно скривиться, но содержался. Рабы оказались очень неплохими поединщиками. Без доспехов и оружия, только с одним ножом и под контролем чужаков, исход поединка был не так однозначен, как хотелось бы. Чужаки соблюдали правило невмешательства, но

Тэр обратил внимание, как старейшина назвал тех, кто составлял его армию.

Не солдаты, воины. На тот же манер, что и пришлые. И разницу он уже знал. Солдат призван исполнять приказ. Как правило, в составе отряда из таких же солдат, как он сам. Воин пришлых не прикрывается полученным приказом и готов отвечать за свои действия. Хотя, если проанализировать некоторые выражения и термины, вспомнить о дисциплине, царящей в армии чужаков, скорее всего у них есть и нечто подобное армии аэнхов. С солдатами, генералами и прочим. Просто для пересечения мооры с ее непригодными к жизни мирами и проживающими там чудовищами, обычная армия не очень подходит. Одной дисциплины тут действительно мало. А вот в дальнейшем, для захвата новых территорий, утверждения своего порядка и налаживания обычной жизни придет армия с привычными правилами.

А ведь чужаки даже ещё не начинали толком воевать. Просто закрыли пелену и оградили территорию, куда согнали его армию. Теперь стоят и наблюдают, как его солдаты умирают от болезней и под стрелами куэрхов.

- Мы можем уйти отсюда, если вы снимите свои прозрачные стены. - Проигнорировав старейшин, Тэр все же решил обратиться к той самой самке, о которой думал. В конце концов, к ней вроде обращаются без титула. Значит она не из рода правителей. Хотя это трудно себе представить. - Мои солдаты гниют заживо и уже начали умирать. Это недостойная смерть для славных аэнхов. Если мы уйдём, я доведу слова старейшин куэрхов до моего командования и этот вопрос, возможно, будет решен.

Арнэс знал, что девица говорит на языке рабов. И даже больше, она понимает его речь, хотя говорила с трудом и пользовалась услугами ящерицы-переводчика. Но сейчас она дождалась перевода, чтобы его слова поняли, и равнодушно пожала плечами.

- Вы не к той обратились, тэр. - Арнэс с трудом сдержался, услышав пренебрежительный тон, каким было произнесено обращение. - Там, откуда мы пришли тоже много миров, где существует рабство. Я никогда не скрывала того, что выросла рабыней. И чтобы стать свободной мне приходилось даже убивать. Честно говоря, я не очень понимаю, о какой чести и достоинстве вы говорите. По мне, так у рабовладельцев не может быть ни того ни другого. А уж для таких "хозяев" как вы, смерть в болоте самое то.

Арнэсу потребовалось пара минут, чтобы прийти в себя от отповеди девчонки. Возможно её слова о своей принадлежности к рабам были новостью для старейшин куэрхов, но две её соседки точно знали о чем идет речь. Эта Рианна, даже продвинулась ближе к говорившей, и в успокаивающем жесте накрыла её руку.

Похоже, это было не лишним. До сих пор дремавший в ногах девчонки Мунн, во время ее отповеди вскинулся, сразу выделив взглядом того, кто вызвал недовольство хозяйки. Тэр только слышал, что эти чудовища такое могут из рассказов солдат, побывавших в плену. Но лично впервые увидел, как пушистый белый хвост украсился копьевидным наконечником и дугой завис над головой, целясь прямо в посмевшего вызвать раздражение девчонки.

Вернувшиеся из плена рассказывали, что эти животные не подчинены своим хозяйкам, а являются как бы равноправными партнёрами. Правда, это было ещё хуже. "Няхары", как их называли пришлые, не всегда соглашались выполнить обращение своего партнера. Особенно если это касалось личных эмоций. Если они действительно разумны, как считают куэрхи, с этого чудовища станется навестить неосторожного тэра прямо в его лагере. И ни что не сможет его остановить. Страшный зверь, с которым никакого охранника не надо.

Но в этот раз, похоже, обошлось. Тэр осторожно выдохнул, когда чудовищный хвост принял нормальный вид и снова обвился вокруг улегшегося в ногах самки животного.

-Я не хотел нанести вам обиду, уважаемая Нэстэ.

- Мне? - Удивилась та.

Среди ее подруг послышались тихие смешки, как будто он, тэр, неудачно пошутил.

- Нэстэ редко отказывает себе в удовольствии побеседовать с ловцами рабов в круге равных. - Пояснила Рианна. - А ваше поведение вполне вписываются в действия этих, с позволения сказать, специалистов. Так что если бы вы хоть в чем-то нанесли обиду моей гекатессе, объяснений от вас никто требовать не стал.

- Кстати, если есть желание, я совсем не возражаю и сейчас выйти в круг.

Тэр невольно опустил глаза к ногам девушки. Мун снова поднял голову. На этот раз его немигающий взгляд показался командующему насмешливым. Кот даже хвост не стал поднимать, только пошевели его кончиком.

Проверять свои собственные навыки фехтования очень не хотелось. Тем более, что из-за спины девушки выскользнул змеелюд и ящерица. Предводители этих рас смотрели на него с таким же пренебрежением, что и кот. А ведь это были не только принцы. Они были ещё как-то связаны с этой Нэстэ и обеспечивали её защиту. И даже гордились тем, что подчиняются самке чужой расы.

В странной иерархии чужаков трудно было разобраться. Три девицы тут заправляли всем. Это было вроде безоговорочно. Утверждалось, что они вроде как сестры. Но вот конкретно эта не была принцессой и входила в отряд той, что звалась Рианной. При этом, каким то образом одновременно числилась в отряде той, что звалась Сумми и даже вот этих двух принцев-телохранителей.

И все бы ничего, но эта Нэстэ умудрялась командовать сразу четырьмя своими начальниками. И это всех устраивало. А он, тэр аэнхов, не мог понять, как такая система вообще может существовать.

Сейчас он понял только одно. Он попытался действовать через заправляющих сейчас здесь пришлых. Но попытка оказалась неудачной. И виной всему опять отсутствие информации, потому что обратился к той, кто сильнее всех настроен против него.

Оставалось только встать, давая понять, что переговоры закончены. Он услышал "предложение". А немедленного решения никто от него и не требовал.

Куэрхи Старейшина Вуарта провожал взглядом удаляющуюся в болота фигуру тэра и улыбался. Он уже не раз замечал за собой и другими старейшинами эту особенность и попытался вспомнить, когда вообще вот так спокойно улыбался. После гибели семьи племянника, поводов для веселья как-то не было. А уж о спокойствии и говорить нечего.В племени вообще мало было поводов для улыбок. Даже рождение ребёнка после прихода хозяев стало не радостью, а поводом для тревожного ожидания.

После появления пришлых, среди куэрхов с каждым днём становилось все больше улыбок. Не радости или смеха, для этого пока рано, но улыбки говорили о появившейся надежде.

- О чем ты хотел поговорить, Вуарта? - Заговорил стоящий рядом коллега по совету старейшин. - Ты же не думал, что он примет наше предложение?

- Он слишком много узнал о нас.

- Точнее о пришлых, ставших нашими союзниками. - Проворчал тот. - О нас они и так знают почти все.

- И это тоже. Но наши союзники не возражают. Тэру аэнхов необходимо передать все, что он узнал своим сородичам. А для этого ему надо вырваться из окружения. Прорваться к норе силой он не смог.

Собеседник скептически хмыкнул. Когда новые союзники, по сути, сделали оружие хозяев не эффективным, бывшие охотники оказались на равных со своим врагом. На большее они и не надеялись.

- Теперь нам придётся быть осторожным. Убивая врага, мы, возможно, убиваем наших сородичей связанных с ним.

- Враги снова получают наш страх. - Согласился Вуарта. - Как это было в самом начале войны.

- Возможно. Но теперь у нас есть надежда.

Старейшины ещё раз посмотрели туда, где еще можно было расслышать затихающие хлюпанье под ногами врага. Почти что музыка, для чутких ушей куэрхов. Загнать врага в те самые условия, в которые попали сами.

Краэс тоже не был так уверен в возможном ответе врага на предложение старейшин. Тем большим было его удивление, когда на следующий день к ним вышел с переговорами терион отряда, уже несколько раз пытавшегося прорваться к норе.

Как и предсказывал Вуарта, враг вышел с вполне внятным предложением: те, кто соглашается на обряд разрыва связи, после его завершения смогут уйти через нору.

- А как мы узнаем, что он все сделал правильно? - Резонно задался вопросом Краэс. - Ведь хозяин может только на словах согласиться. Сам разрыв мы увидеть не сможем. Но о гибели связанных с ним рабов узнаем слишком поздно.

Сидящие командиры малых отрядов растерянно переглядывались между собой. Парламентёров пока отвели в сторонку. Чтобы не мешались.

-Мунн помочь сможет?

- Не думаю. - Краэс покачал головой и даже в досаде обмахнулся хвостом. Такие события творятся, а они опять не могут решить элементарных вещей. - Они могут чувствовать только своих партнеров. Иначе бы чужакам не пришлось так долго ожидать результата первого разрыва

- Тогда нужно, чтобы они вызвали своих рабов сюда. - Решительно предложил Ландэр.

- Как же они их вызовут? Да и не согласятся они привести сюда рабов.

- Не надо сюда. С той стороны норы тоже прозрачная стена поставлена.

- Поле. Эта стена называется "силовое поле". Тебе же объясняли. Голая техника и никакой магии.

- Да по мне, что магия, что техника этих пришлых, одно и тоже. - Отмахнулся молодой командир. - Пусть аэнхи выводят связанных перед стеной, так чтобы мы их видели. Обряд проводим прямо в их присутствии. И если все нормально, пусть уходит. А мы успеем прикрыть наших. И еще, Краэс, твоя самка.

-А что ты хочешь от Ильсани? - Неприятно насторожился тот.

- От нее ничего. Кроме того, что не всех наших женщин убивают. И мы знаем о крупных фермах, где их содержат.

- Вряд ли они согласятся отпустить пленных. - С сожалением поделился своими мыслями командир.

- Тогда мы придем к ним сами. - Зло ощерился молодой воин.

- Мы все равно придем забирать наш мир обратно. - Заметил Краэс

- Да, но есть разница, отпустим мы наших врагов живыми или нет.

Тэрион хмуро выслушал встречные условия и равнодушно пожал плечами.

- Я солдат и служу своему властителю. Лично у меня связанных рабов нет. Могу только заметить, что встает проблема в передаче вызова рабов к невидимой стене.

- Хозяева не оставляют без присмотра своё имущество. - Скривился Краэс. - Можно передать письменный приказ для надсмотрщика. Например, с курьером. Сейчас мы готовы пропустить солдат с такими приказами. Но они не должны иметь связанных рабов.

Тэрион зло осмотрел замерших за спиной командира молодых куэрхов. Он злился на свою беспомощность. Но вроде как рождённые быть их рабами оставались хозяевами положения. Пришлые демонстративно игнорировали этих переговоры и даже не приближались к месту встречи. А в этих куэрхах уже чувствовалась выучка, ранее отсутствовавшая. Даже не в оружии и одежде, в самой манере держаться.

"фермеры" Эллса получила приказ сесть в повозку наряду с ещё пятью рабами. Куда и зачем их везли, никто не собирался пояснять рабам. Глухая безысходность и необходимость подчиняться тому, на кого показал хозяин, привычной тёмной пеленой окутывала сознание. И где-то в самых далёких его уголках вспыхивали свои мысли, столь же бессильные и мрачные в своей безысходности. А еще, она знала, что даже такие собственные мысли были достоянием не каждого связанного раба. Многие из таких как она вообще не были способны даже на такой внутренний протест и жили чужими приказами.Да и какая разница куда их везут? Хозяину виднее. Странно, что вместе с ними отправили беременную Линну. Обычно хозяева стараются не нагружать до родов своих производителей. А Линна еще в первый раз рожает.

Саму Эллсу сведут с самцом только на следующий год. Так что пока ещё её можно использовать на других работах.

Их выгрузили прямо среди военного лагеря. И не позволив даже осмотреться, погнали вперёд. К какому-то сооружению вроде загона.

Эллса сразу ощутила присутствие хозяина, стоящего довольно далеко от места, где их встроили в шеренгу, но не сразу разглядела его

Слабо всколыхнулось удивление. Даже не на свободных соплеменников, окружавших его, а на других. Это были не куэрхи и не хозяева. И она почувствовала явный страх тех, кто сейчас охранял загон.

- Связанные, слушайте все сюда. - Громко заговорил подошедший молодой куэрх. - Я знаю, что сейчас для вас мои слова не имеют смысла. Но прошу всех запомнить. Как только связь с хозяином прервется, вы должны будете поднять руку и сразу выйти ко мне. Не пытайтесь напасть на хозяев или охрану. Пусть живут, пока. Не надо бежать или суетиться. А порадуемся мы все вместе, когда закончим обряд разрыва и будем в безопасности.

Сквозь покров апатии пробилось вялое удивление.

"Разорвать связь? Уйти? Разве возможно избавиться от хозяина? Как вообще можно подумать, что они смогут прожить без его контроля?"

Хозяина тем временем уложили на нечто вроде стола и два куэрха крепко взяли его за руки.

Что делал третий куэрх, замерший около хозяина, она не могла рассмотреть. Только спустя какое-то время Хозяин начал вырваться. Потом его тело выгнулось в судороге. Он что-то закричал. И на нее вдруг обрушились звуки. Шум от окружающих солдат и исходящие от них эмоции. Она удивлённо вскинулась, замечая вдруг необыкновенно яркие краски травы и неба. Злобная ругань, в исполнении знакомого голоса, сразу напомнила обо всех наказаниях и побоях, что позволял себе хозяин в отношении вечно покорной рабыни. Откуда-то поднялась волна злости.

- Куда? Не пытайтесь нападать. Ко мне бегите. Вечно происходит одно и тоже.

Отчаянный вопль мужчины заставить ее оглянулся на ходу. Один их прибывших с нею мальчишек уже успел сделать пару шагов в направлении ближайшего охранника.

Солдаты вскинули своё оружие, но пока чего-то продолжали выжидать. Хоть раньше за одно такое движение могли не задумываясь убить.

Мальчишка замер, растерянно оглянулся на кричавшего и словно очнувшись, бросился к возмущенному самцу. Элсана больше не раздумывая припустила следом. Ей вдруг стали понятны полные жалости глаза самок, вечно сидящих на привязи.

Пусть непонятные и страшноватые чужаки, пусть непонятно в каких отношениях зовущий с этими существами. Пусть даже тоже рабство. Но другое, без связи, позволяющее самой чувствовать и видеть.

Она остановилась только, около незнакомой женщины, которая торопливо перехватила её за плечи и увлекла в сторону, подальше от Хозяев.

Слов никто не произносил. От соплеменников шла эмоция помощи и поддержки. А еще тревожного напряжения, в ожидании подвоха.

Элсана с трудом переводила дыхание от короткого забега. Но все же успела разглядеть, как бывший хозяин пошатываясь и без оглядки плетется к своим.

-Тебя как звать? - Донесся до неё голос поддерживающей женщины.

- Элсана. - Даже голос свой казался чужим и слишком громким.

- Ты знаешь своих родителей? Из какого они племени или рода?

-Не помню. Я вообще их не помню.

Она замерла, с ужасом понимая, что в памяти действительно ничего не отозвалось на вопросы заданные женщиной.

- Маленькая. Как же много тебе предстоит узнать нового. - Женщина ободряюще улыбнулась ей.

- Не хочу! Зачем вы меня остановили? Дайте хотя бы нож, и я вернусь к хозяину.

Элсана обернулась на крик. Все тот же мальчишка зло отвернулся от уговаривающего его парня и смотрел туда, где бывший хозяин уже уверенно стоял на ногах и что-то говорил подошедшим тэрионам.

- Ты только напрасно погибнешь. Охрана не даст тебе даже приблизиться к нему. -Увещивал того парень. - Они бы и нас расстреляли, если бы не невидимая стена между нами и не наши союзники.

Элсана действительно вспомнила, что-то такое ощущала, пока бежала сюда.

- Тебя как зовут?

- Кариан. - Зло откликнулся мальчишка, даже не удосужившись прервать наблюдение за бывшим хозяином. Его кулаки сжимались так, что даже кожа побелела.

- Мальчик был захвачен совсем недавно. Под связью он провёл всего года три и хорошо помнит, как погибли родители. - Грустно пояснила стоящая рядом женщина. Заметив удивленный взгляд, улыбнулась. - Мы стараемся расспросить хозяев о таких как вы. Не всегда, но иногда это удается. Меня кстати зовут Дашиа. И ты можешь обращаться ко мне по всем вопросам. Считай что я твоя вторая мама. Есть у наших новых союзников такое понятие. Очень подходящее для происходящего у нас. Сейчас мы пройдем через нору. Ты ведь не из пугливых? Там будет твой новый дом.

Освобожденные.

Элсана с любопытством осматривала временное жилище, в которое их привели. Простое сооружение было сделано из палок связанных вверху и обтянутых шкурами. Земляной пол, под стенами с противоположной стороны от входа, что-то вроде лежанок из веток, сена сверху и укрытых покрывалами из неизвестного материала. Посередине располагался костер. Справа, прямо на земляном полу, хозяева расположили что-то вроде шкуры.

Злой на весь мир паренек осмотрелся и уверенно направился в сторону бревна, лежащего как раз рядом с нею.

Только когда он сел и подтянул ноги, Элсана поняла, что надо делать, и в числе еще нескольких таких же освобожденных спутниц осторожно устроилась на не очень удобной скамейке.

Все та же знакомая вошла в сопровождении ещё двух старых женщин и принялась расставлять миски с чем-то вкусно пахнущим.

- Ешьте. А все разговоры будут потом. - Тихим и нарочито ровным голосом произнесла она.

Все ее действия говорили о том, что все происходящее для принимающей стороны не в новинку. Нарочито неторопливые действия, в разговоре предельно ровный тон и никаких резких звуков. Да и сама хижина, не смотря на всю свою убогость, хорошо защищала от звуков снаружи. В общем все, лишь бы не вызвать внезапную истерику у растерянных освобожденных.

Кариан, не раздумывая схватил торчащую из миски перед собой косточку голой рукой. Взвизгнул, ошпарившись, выронил её обратно. Но сразу же с урчанием повторил свой подвиг. Постанывая от возбуждения, перехватил добычу второй рукой и с урчанием вцепился него зубами.

Их новые хозяева не сделали никакого замечания на такое вопиющее нарушение правил. Даже начали улыбаться.

- А ты чего? - Женщина заметила, как Элсана в испуге замерла и чего-то ожидает.

- Разве нас не накажут за то, что мы взяли еду хозяев?

Удивления во взглядах встретившей женщины не было. Только сожаление и понимание, как от постоянно повторяющегося и начинающего надоедать вопроса.

- С чего ты взяла, что это еда для хозяев? - Спокойно поинтересовалась она.

Женщина недоуменно обернулась за спину, следом за испуганным взглядом Элсаны. Там, в открытом входе можно было увидеть несколько змеелюдов, что-то обсуждающих между собой. Элсана ощутила нечто вроде досады, исходящей от женщины. Одна из ее сопровождающих женщин торопливо поднялась на ноги и одернула распахнутый полог.

- Это наши союзники, а не хозяева. Служить себе они не позволяют и даже еду сами для себя готовят. - Обиженный тон одной старой женщины показал, как им бы хотелось похозяйничать в жилищах пришлых.

- И это не их еда. - Вздохнула Дашиа.

- Это криршл. - Авторитетно прошамкал полным ртом мальчишка, уже ухвативший очередную кость из миски.

- Точно. К тому же, не самый лучший. Слишком старый, и мясо жесткое. Приходится долго вываривать. - Вздохнула женщина. - Но здесь сейчас ничего лучше не поймаешь. А вас надо чем-то накормить пред отдыхом.

Элсана осторожно потянула косточку из своей миски и попробовала. Слюна мгновенно заполнила рот, а живот издал требовательное урчание.

-Но ведь вкусно? - Искренне удивилась она странной эмоции сожаления женщины.

- Это потому что ты впервые нормально ощущаешь вкус мяса. Пока действует связь с хозяином, вся еда кажется одинаково безвкусной. - Снова подал реплику парень. - Действительно вкусно и съедобно.

- А чем кормили вас? - Осторожно поинтересовалась Дашиа.

- Эзра. Это каша такая, но мяса в ней мало. - Скривился парень. - И даже это было мясо годжны.

- Гадость какая! - Скривилась молчавшая до сих пор старушка, заботливо докладывая в миску Элсане очередную порцию. - Его даже выварить толком нельзя.

- Если долго варить, вполне можно прожевать. - Пробурчал мальчишка. - К тому же годжи хорошо разводятся в условиях фермы. Ещё, иногда давали мясо взрослым самцам. Ну, тем кто это... .

- Ясно. - Коротко оборвала замявшегося паренька Далшиа. - Ты ешь. Не отвлекайся.

Она обернулась на шум за спиной. Элсана, как и все ее спутники замерла, не донеся новую кость ко рту. Громадная белая кошка проскользнула под полог, осмотрелась и устроилась около стены, с любопытством разглядывая новичков.

Местные женщины никак не прореагировали на нового посетителя, и гости предпочли сделать вид что ничего особенного не происходит. Не считая мальчишки, глаза которого широко распахнулись, а на уровне неслышимого языка пошла волна удивления.

- Что с нами будет? - Вернулась к насущному вопросу Элсана.

- Сегодня переночуете здесь, а завтра вас отправят в наше поселение. Оно не далеко. Всего полдня ходу спокойным шагом. Там вы присоединитесь к другим освобожденным.

- Я хочу остаться здесь и драться с Хозяевами. - Отвлекся от своих восторгов мальчишка.

Он даже выпрямился сидя на бревне и сжал кулаки. Но вскочить все-таки её решился, и рассматривал женщину из подлобья.

Элсана в привычном испуге втянула голову в плечи. Для связанных рабов такой тон был невозможен. Но других рабов наказывали и за меньшее.

Но, похоже, женщина считала иначе. Она несколько мгновений рассматривала ожидающего ответа паренька. Потом улыбнулась.

-Знаешь, в селении сейчас уже несколько освобожденных с ферм разведения рабов. Например, там проживает и самая первая освобожденная семья. Им пришлось хуже, чем вам.

Парень не перебивал и ждал продолжения рассказа.

- Это мальчик, бывший связанным рабом и его мать, взятая на развод. Им меньше повезло, чем вам. Хотя бы потому что связь с хозяином была разорвана прямо на ферме и безо всякого предупреждения. Никто ничего не ожидал. Парень пришел в себя и ударил хозяйку ножом в спину. И они ушли, прихватив с собой двух великолепных близняшек. Его сестёр.

Глаза слушавшего мальчишки заинтересованно расширились. Он даже голову склонил к правому плечу.

- Он её убил?

- Нет. Правда, удар ножом лишил хозяйку власти над собственным телом. Но зато все связанные с нею рабы остались живы. У них теперь тоже есть надежда получить свободу. Отец мальчика один из командиров армии куэрхи. Теперь Лассиан учится искусству воина и охотника. Он делает это, чтобы не ставить под угрозу жизнь своих соплеменников, так же как ты угодивших в беду.

- А меня возьмут? Я тоже хочу учиться драться. - Тут же среагировал кариан.

- Вот познакомишься с Лассианом и узнаешь. Элсана, от того что ты смотришь, кусок мяса тебе в рот сам не прыгнет.

Девушка вздрогнула. Поняв, что пока шёл разговор с мальчишкой, она смотрела на косточку с варёным мясом. Она уже не была голодна. Но при одном виде на аппетитный кусок, рот наполнялся слюной.

- Вам точно ничего не будет? Такое мясо готовили наверно не для нас.

- Мы не голодаем. - Вздохнула Дашиа позволив жалости проскочить только во взгляде. - Просто ваша группа у нас сегодня не первая, и далеко не самая многочисленная. Вот немного и не рассчитали с провизией.

Ее эмоции имели великолепный блок, и до Элсаны дошло только ощущение ответа, на не раз уже заданного вопроса.

- Наши охотники исправно снабжают нас мясом. Правда, в нору ходят редко. Мало нас осталось. Очень не хватает мужчин. Союзники предлагают помощь. Но не все время же сидеть у них на шее. С той стороны норы сейчас волна идет.

- Волна?

- Так это называют наши союзники. По-нашему ларжн. А на языке хозяев....

-Я поняла. Хозяева иногда говорили об этом. - Поспешно закивала Элсана. - Но это же опасно. Разве можно выжить при нападении чудовищ?

- Наши союзники пришли из далека, и умеют справляться с такими волнами. - Уклонилась от ответа Дашиа. - По их рассказам, это даже не самые сильные атаки. А муны, так и вовсе такие нападения за развлечение считают. При этих словах до гостей донеслось лёгкое дуновение восхищения.

- Мунны? Кто это? - Нахмурилась Элсана, пытаясь вспомнить, где слышала это слова.

Забывшись, она непроизвольно воспроизвела полученный эмоциональный образ, добавив свое недоумение.

И почти сразу неосознанное присутствие чего-то, отмечавшееся краем сознания вдруг накатило волной возмущения, приправленного изрядным раздражением и некоторой обидой на кого-то.

Эмоциональное сообщение было вполне четким. Гостям даже показалось, что они услышали слова

"Мунн, это Я"

Громадный кот вскочил на лапы и возмущённо зафыркал, глядя на непонятливую гостью. Видимо уловив недоверие исходящее от мальчишки, он ещё и щитки на голове выдвинул, на мгновенье закрыв ими всю голову. Крутанувшись вокруг себя, зверь выскочил на улицу.

Дашиа не сдержавшись, присоединилась к смеху своих спутниц.

- Мунна, это она. - Подтвердила женщина. - В их прайде Кална младшая и совсем молодая. А ее высочество Сумми, её партнерша по связи, из-за своих обязанностей мало уделяет ей времени. Вот она и раздражена сверх меры. А так, Кална вообще-то хорошая кошечка, только очень обидчивая и все принимает на свой счет. Так что будьте с нею повежливее.

Далшиа- .... Ничего не знают, не умеют даже элементарного и всего боятся. Мальчишка из последней группы, что попал под связь и то, больше приспособлен к нашей жизни.

Этот сеанс связи проходил далеко за полночь. Когда последнюю группу освобожденных удалось уложить спать. Далша даже кулаки сжимала в отчаянии, стоя перед голограммами старейшин. - Мы рассчитывали учить молодняк. Но сейчас уже ясно, что и выросшие на этих фермах взрослые будут нуждаться в опеке больше, чем вставшие на хвост свободные.

- Они совсем ничего не умеют? - Староста мрачно смотрел в пол. Всего несколько сеансов по освобождению. А вырастающая проблема становилась перед племенами во весь рост. Не приставлять же подростков к взрослым освобожденным.

- Только то, чему их соизволили "учить" хозяева. Далшиа особо выделила слово "учить". - Молодняк ухаживает за младенцами до продажи с фермы. Кое-кто из них был приставлен ухаживать за самками из несвязанных. Кое-кого учили даже управлять машинами для работы на полях. Чаще всего тому, что надо делать по хозяйству в доме или в полях. Владеть оружием естественно не обучают.

- Это понятно. - Приободрился старейшина. - Значит, они смогут быть полезными в группах?

-Это да. Но их самих придётся учить как маленьких!

- Тогда все не так плохо. Дашиа, ты отправляешь последнюю группу Тавиру?

-С утра. Сразу как проснутся. - Улыбнулась та. - Иначе их здесь закормят. Они единственные, кто у нас тут с удовольствием ест мясо горджи. Ребята им свои котлы целиком таскать начнут.

- С продуктами совсем плохо? - Насторожился Вуарта.

- Нормально. Только уж больно однообразно все. Пришлым то легче. Они и кашу с удовольствием едят и плоды всякие. И вообще без мяса иногда обходятся.

Присутствующие на совещании дружно скривились. Универсальность в питании союзников была предметом зависти старейшин. Но куда денешься, если твои предки были чистыми хищниками. И если принимали в пищу растения, то разве что в качестве лекарства или как небольшую добавку к мясу, для вкуса.

- Её высочество Рианна сообщила, что с той стороны норы началась новая атака волны. Нэстэ и Сумми уже ушли туда со своими муннами. Попросим и вам что-нибудь отправить.

Заметив, как Вуарта с досадой поморщился, второй старейшина укоризненно покачал головой.

- Знаю, нам тоже не нравится такая зависимость от союзников. Но ты сам говорил, что во время волны нам там делать нечего.

- Я не помню, чтобы в легендах упоминалось о сопротивлении таким вторжениям чудовищ. - Признал Вуарта. - Наши предки всегда старались избегать стычек с нашествием порождений мооры и уходили с их пути.

- Наши союзники тоже предпочитают не связываться с волнами вдали от нор, которые могут бесконечно кормить их технику.

- Это если не считать их охотников. - Возразил Вуарта. - Никогда бы не подумал, что вожди столь могущественных народов могут так рисковать своими жизнями. Но все они охотятся как простые воины. И даже получают от этого удовольствие.

- Не совсем. Я обсуждал эту тему с девушкой по имени Санира. По ее словам, в тех мирах воевать и биться в поединках действительно обучаются все вожди. По их законам вождей тоже можно вызвать на поединок. Правда, для этого надо быть очень самоуверенным бойцом. Что до охоты, тут уже специально готовили конкретно тех, кто поведет переселенцев. Другие вожди, оставшиеся у себя дома, в норы не ходят.

- Хорошо готовили. - Сердито проворчал Краэс - Эту Нэстэ даже не охраняют, когда она уходит в моору .

- Знания Нэстэ о мирах смерти простираются намного дальше, чем могут представить себе даже пришедшие с нею соратники. - Уважительно кивнул старик. - Именно она вела сюда их армию. И более того, она была во главе отряда разведки.

- И она заслуживает наше уважение. - Поспешно согласился Краэс, помня о четвероногом спутнике обсуждаемой особы. А вдруг они все же слышат не только эмоции, но и слова. - Но мы не можем позволить себе быть обязанными им ещё и снабжением нашей армии. Если так пойдёт, как бы мы не попросили союзников отвоевать для нас наш мир.

- Мы полностью согласны с тобой, Краэс. - Вздохнул Вуарта. - Но при нападениях волн чудовищ на их лагерь в мооре остаётся слишком много мяса. Наши союзники не нуждаются в таком его количестве. Тем более, далеко не все, что нам по вкусу, нравится им. А у нас нет другого выхода. Пошли обозников к норе, для помощи в транспортировке. Надеюсь, боги позволят нам расплатиться с нашими избавителями без ущерба для чести куэрхов.

- Принял. - Неосознанно подражая своим союзникам, откликнулся Краэс.

- И ещё, в самое ближайшее время, из норы к селению придет новый народ, ранее не виданный нами.

- Ещё более необычной? - Дашиа вместе с Краэсом выразили удивление.

- Да. Сами себя они зовут куакшами. И всю жизнь проводят рядом с водой. На столько, что даже часть своих жилищ строят на берегу, а часть под водой. По словам Шиассана, это очень сильные воины. Когда мы заберем у Захватчиков наш мир, нам будут очень нужны хорошие и сильные соседи. Триада пришельцев заверяет, что, наш мир для куакш слишком сухой. Его климат вреден для них примерно так же, как для нас воздух мира болот.

-Что требуется от меня?

- Только предупредить своих воинов, чтобы уважительно отнеслись вновь прибывшим.

- Им нужна охрана?

- Держитесь лучше от них подальше. Куакши торопятся, потому что у их самок наступает период выведения потомства. Из того, что нам сочли нужным рассказать, в это время их самки теряют разум. В рукопашной схватке же они способны убивать выдвигающимися когтями.

-Вы уже видели это?

- Их представитель, что беседовал с нами, вскрыл железный панцирь Захватчиков одним ударом. Я не заметил, чтобы он сильно напрягался при этом.

- Страшные союзники. - Вздохнул Краэс. - Что мы сможем им противопоставить, если они захотят нас захватить?

- А есть что захватывать? - Старейшина с горечью усмехнулся. - Если бы не они, нас бы уже не было. Вопрос не в том захватят они нас или нет, а что захотят за свою помощь. И если только этот мир болот, я бы посчитал это самой выгодной сделкой за все время преданий, что есть куэрхов. Добрый сосед, для которого твой мир вреден и неуютен, это надежный сосед.

- Они больше ничего не говорят? - Удивился Краэс.

- Нет. По словам торговцев, пришлые заселили уже несколько миров. Но эти куакши не смогли пока подобрать для себя мир.

- И они всего лишь спрашивают разрешения, когда могут взять все, что захотят?

- Молод ты все-таки ещё Краэс. - Усмехнулся старейшина. - Зачем им что-то брать силой? Им нужен спокойный сосед. Они гарантируют, что не будут вмешиваться в наши дела только потому, что в ближайшие десятки оборотов, будут заняты только своими делами. А военный союз мы и сами приняли, и очень надеемся, что они не передумают.

- Наш враг может доставить им много беспокойства. Но воевать сейчас нашим союзникам нет резона. - Продолжил мысль старейшины Краэс. - Мы им и вовсе не противники. Зато если немного обучить и помочь, защищая наши миры, будем закрывать и границы их колоний.

- Ты сам все сказал. - Кивнул Вуарта. - Пришлым ничего предлагать не надо. Мы сами попросимся под их крыло. И куэрхи не одни такие, готовые заключать такие союзы.

- У них большие государства?

-То, что они называют империями, насчитывают десятки миров. Здесь сейчас посланники четырех таких империй. В двух из них главенствуют "люди", в одной змеелюды, в четвертой кашьяти. Куакшы, за которых просит триада, имеют небольшое государство из одного единственного мира. В их совете контакторов есть ещё несколько империй. Но их представители не пошли в этот поход. А еще там есть такие же миры, как у наших врагов. Когда на одной земле существует несколько королей.

-Как же они все уживаются?

- Для этого у них и есть совет контакторов - Вуарта понимающе улыбнулся. - Наши союзники отнюдь не всегда живут в согласии. Но они признают правила устанавливаемые этим советом. А ещё, есть и не присоединившиеся государства. В том числе и не менее могущественные, чем наши союзники.

Кариан.

Он вряд ли сможет точно описать момент, когда все вспомнил. Но точно знал, что это произошло сразу и без предупреждения. Как будто кто-то отдернул пыльную занавеску от вечно закрытого окна. И вспоминались не вернувшиеся цвета и запахи, как описывала тот момент та же Элсана.

Его родители погибли прямо у него на глазах. Маленькая пуля Захватчика ослабила смертельный удар погибшей матери. А перед тем как убийца погасил для него ощущение мира, он увидел среди павших воинов своего отца.

Для него, мгновенье пробуждения было обретением права на ненависть. Там, около невидимого рубежа, к которому их подвели, он просто понял, что может ненавидеть и действовать по своей воле. И первым его порывом было броситься на ближайшего Врага. От верной смерти его спас окрик тогда ещё незнакомого куэрха-воина и остатки въевшейся до рефлексов привычки подчиняться чужой команде. Только в лагере освобожденных он смог понять какую глупость ему не позволили совершить.

Но в тот момент Кариан был готов драться за право мести даже со своими соплеменниками. Окончательно в себя он пришел, только пройдя через Нору, в шатре, когда учуял запах чистого мяса. Настоящего, сваренного кусками на удобной косточке, как это делала мама. Ну и что, что это было мясо гонджи. Его мама тоже готовила, когда наступали времена затяжных неудач на охоте. Свободные куэрхи никогда не ели растительной каши едва подправленной мяском тощих крыс, а то и вовсе бульоном от него.

В гостевой хижине он впервые после освобождения осознал, что свободен. Ведь у него не отбирали миску даже когда живот начал заметно выпирать от переедания. Только подкладывали кусочки поменьше и уговаривали не торопиться. Старые женщины, пришедшие вместе с Дашиа, явно уже видели такую реакцию и действовали острожно.

А утром пришлось все же идти в приемный лагерь. Командир отделения куэрхов даже не дослушал его просьбы о разговоре с Краэсом, командовавшим около норы.

"Ты чем питался, пока был под связью? Травой? Вот сначала окрепни, поправь здоровье, потом подучись. Сейчас ты солдату аэнхов на пару движений- - прокомментировал отказ воин не особенно щадя самолюбие мальчишки. - Мы еще только норы обороняем. Когда дело дойдет до настоящей войны, потребуются здоровые и хорошо обученные воины.

И Кариан пошел куда сказали. Но ненависть никуда не делась. Она только немного ушла вглубь, чтобы не мешать.

В лагере Элсана, бывшая вместе с ним под связью у Хозяина, училась жить в племени как несмышленыш, ещё не вставший на хвост. А он с первых дней думал только об одном. На окраине поселения, совсем недалеко от лагеря была тренировочная площадка. Да не одна. Рядом с полосами для тех, кто уже готовился стать воинами, была площадка для детей селения. Как правило, на ней занимались группами, под руководством тех же еще не получивших звание воина.

И там каждый день занимался тот самый Лассиан. Мальчишка его лет. А по окончании тренировок, Лассиан в одиночестве или в компании местных старших детей допоздна молотил набитые песком меши или отрабатывал приёмы с оружием.

Самого Кариана в первые они даже к хлипкой изгороди лагеря не подпускали. В первый же день направили помогать на кухне. Помогать, это было так, для оправдания. Вся его обязанность была заключалась в слежении за водой в вечно булькающих котлах с мясом. Истинная цель его присутствия стала ясна, когда повариха из местных жителей поставила рядом тарелку.

"Это что бы по углам не распихивал куски. Прятаться не надо. Мы тут не голодаем. Но руками в котел не лезть, и помни про мусорное ведро" - Пояснила она.

И он ел. Как можно отказать себе в удовольствии, года в котлах варится мясо лунчихи, не нуждающееся даже в приправах, и становилось мягким уже после первых минут варки настолько, что в его время подавалось ослабленным старикам. А ещё в котла была шиса, вильана, и даже дефицитная ориса.

И никто и слова не говорит, видя как мальчишка обжигаясь, сначала украдкой, а потом смелее, тащит очередной кусок в тарелку. Только головой качали глядя на его обожженные пальцы и кивали на специальную палочку с обратным крючком. Но ведь вкусно же! А чтобы не ругались, главное исправно следить за уровнем кипящего бульона в котле.

Он провёл около котлов несколько дней. Сначала выхватывал все подряд. Потом выбирал что повкуснее. И только когда Кариан начал перебирать среди вкусняшек, Дашиа отвела его в хижину для занятий.

Его определили по возрасту, в группу, где уже занимался тот самый Лассиан. Пока таких как они было немного. Но Лассиан жил не на территории лагеря, а в расположенной рядом хижине отца. И водил компанию с местной ребятней из поселения. Из-за чего Кариан по началу думал, что дружбы между ними не получится. Понятно, к тому кто ушел от Врага с оружием и вместе с матерью выходил по из землям, среди жителей деревни было другое отношение. Пусть и не убил аэнха, зато сделал это.

А чем может похвастаться он, Кариан. Его привезли к границе по приказу Хозяина. Можно сказать со всеми удобствами. Свободу он получил на блюдечке. И то, едва не наделал глупостей. Разве что непомерным аппетитом похвалиться. Так и это не было чем-то выдающимся. Почти все освобожденные в первые дни не могли остановиться при виде перед собой полного блюда мяса. Детей специально приставляли к котлам и старательно делали вид что ничего не видят.

Лассиан при первом знакомстве в хижине для учебы, смотрел на новичка без особого интереса и исчез сразу после окончания занятий.

Так же он смотрел на него, на следующий день, стоя на краю тренировочной площадки в компании двух парней немного постарше, куда Кариан все же пришел. Но не отказался представить его своей компании.

Кирэн и Лашта, так назвались местные парни с интересом рассматривая Кариана.

- Это ты пытался при разрыве связи напасть на солдата? - Сразу уточнил Кирэн, как счел процедуру знакомства оконченной.

- Я. - Кирэн недовольно отвел взгляд. Почему-то именно этот его поступок стал известен всем в округе.

- Глупо. - Спокойно прокомментировал Лассиан.

- А сам? Ты ведь тоже напал на Варга.

- Я бил в спину. И моя хозяйка не армейский солдат. К тому же она не ожидала нападения. Сейчас я бы ударил точнее и убил бы ее. Но все равно. Справиться с солдатом, ожидающим нападения не смог бы.

- Никто бы не смог. - Согласился Кариан. - Но я тогда об это не думал.

- Ну, на счет "никто" еще можно поспорить. - Заметил ещё Кирэн. - Из нас никто, а вот он смог бы.

Кариан обернулся отслеживая взгляд парня. Там, по улице между хижинами шёл мальчишка, заметно младше их компании. Он скорее и хвост то поднял самое большее год назад. В отличие от местных, он был одет в одежду чужаков. Бросалось в глаза то, как он шел. Весело улыбаясь приветствующим встречным куэрхам и беспечно размахивая руками..

Кариан недоверчиво посмотрел на новых знакомых. Но все трое были серьезны.

- Как это? Он же ещё маленький.

- Это Луэлу, союзники зовут его Лулу. - Пояснил Лассиан, как нечто само собой разумеющееся. Кариан действительно слышал разговоры о мальчишке с этим именем, но лично не встречался.

- Он дрался с солдатом один на один и победил его. - Закончил Кирэн за товарища.

- Это шутка? Как? - Недоверчиво сузил глаза Кариан.

- Сам видел. Заверил его мальчишка. - Пленные аэнхи тогда ещё наглые были. А Луэлу пошёл к киэнхэ через территорию на которой их разместили. Когда солдат напал, никто бы не успел прийти на помощь. Да только Луэлу не нужна была. В результате драки тот солдат лишился уха и долго лечил глаза. В деревне сейчас всех малышей учат тем приемам, что использовал Луэлу.

- Если стоит вопрос свободы или рабства, я бы тоже не побрезговал откусить что-нибудь у Хозяина. - Заметил Лассиан.

- А его кто научил? Откуда он взялся?

- Чужаки спасли его в белом мире. Он единственный выживший из рода. Он прожил у них почти год. А потом привел их к нам. -

Кариан с удивлением уловил эмоции зависти и не только от Лассиана.

- Луэлу и сейчас тренируется в военном лагере чужаков, у самого Шиассана. А нам только показывает приёмы.

Обсуждаемых мальчишка тем временем приближался, весело крутя головой. Настроение у него было явно отличное. Хвост гордо вздернут выше головы и кончиком загнут от спины, как это делают признанные воины. Даже Кариану была видна разница между ним и окружающими куэрхами. Поселенцы были уже не те, что застали пришлые в первые дни. Чувство подавленности и обреченности сменили опасливое ощущение надежды. Но до той уверенности в себе, что были написаны на счастливой мордочке мальчишки, было далеко.

- Я его не чувствую. - С недоумением поделился возникшей мыслью Кариан. - Он немой?

- Нет. Но теперь его никто не чувствует. - Вздохнул Лассиан. - Он каким-то образом уговорил Лео, это мунн, потренировать его. И теперь, после разминки с нами, Луэлу учит наших воинов закрываться. Чтобы рабы Хозяев не могли вычислить наши диверсионные отряды. Мунн не хочет больше заниматься этим вопросом даже по просьбе своих партнеров.

Тем временем, из проулка вышел солдат аэнхов. Видимо кто-то из плененных командиров прибыл для очередных переговоров. Безоружные солдаты были плохой охраной и в таких случаях исполняли скорее функции прислуги. С началом проведения сеансов разрыва связи, местные жители смирились с необходимостью видеть пленных офицеров на окраине поселения. Не ходить же старейшинам к ним на переговоры. Но Куэрхи не желали даже приближаться к своим врагам, не говоря уже о об обслуживании. Этот солдат тоже что-то нес в руках.

Кулаки Кариана против воли сжались. Но рука, легшая на узкое плечо, привела в чувство.

- Его нельзя трогать. Он гость наших союзников и на территорию поселения не заходит. - Спокойно пояснил Лассиан. - в том переулке колодец стоит. Да и не справишься ты с ним. Это все-таки обученный солдат, а мы только мальчишки.

Двигавшийся на встречу солдату Луэлу остановился. Беззаботность с него слетела, как не бывало. Даже с такого расстояния было слышно, как он предупреждающие зашипел глядя солдата. Его хвост резко опустился обвиваясь вокруг талии, а тело пригнулось как перед прыжком.

Идущий солдат поспешно шарахнулся в сторону и поспешно засеменил в направлении большой хижины. А мальчишка отвернулся и с той же беспечностью продолжил путь.

- Они все боятся Луэлу. - Отсмеявшись, пояснил Лассиан. - За своё право связи с кинхэ он даже со старейших нами собирался драться. Так что аэнхи стараются беречь свои уши от его клыков.

- Вот бы мне так. - Выдохнул Кариан. - Хотя бы одного, чтоб боялся.

- Научишься и будешь. Ты не смотри на Луэлу. Он хороший парень и готов показывать все, чему учится. Только поясняет плохо, и многое остается непонятно.

Мальчишка тем временем подошёл совсем близко и с любопытством осмотрел кариана.

- Я слышал, что ты собирался напасть на солдата во время разрыва.

Кариан поспешно обвил хвостом талию. Демонстрировать раздражение не хотелось. Никто не виноват в глупости, что он едва не совершил. Но смешки новых знакомых были все же обидны.

- Луэлу, любой кто освобождается от связи может совершить глупость.

- Я уже говорил, моё имя Лулу. - Недовольно зашипел мальчишка глядя на Лассиана снизу вверх. Даже кончик хвоста от сдерживаемого раздражения дернулся. Но на неслышимом языке по прежнему царило абсолютное молчание.

- Помню. Пусть будет Лулу. - Послушно кивнул тот.

- А нападать на солдата не было глупостью. Только я бы метнул нож, а не стал бы прыгать.

- Сам то прыгнул.

- Он меня схватил. И достать нож я не мог. - Спокойно возразил мальчишка. И меня долго потом ругали, что когда руки освободились, воспользовался зубами, а не оружием.

- Как ругали? - Поразился Каржн. - Тебя ругали за то, что ты защищался?

- Конечно нет! Я потерял голову от злости и позволил инстинктам взять верх над разумом. - Видно было, что Лулу повторяет чужие слова. - Настоящий воин никогда не позволит себе такого. Тот солдат не ожидал нападения и растерялся. За что и поплатился. В другой раз мне так может и не повезти.

- Ему здорово влетело от командира змеелюдов - Шепнул Кирэн. - За то ,что тот солдат вообще смог его схватить. А за то, что он забыл о ноже, выговаривали самому змеелюду. Теперь он тренируется с воинами.

Лулу недовольно покосился на шепчущего. Тот и не рассчитывал, что объект разговоров ничего не услышит и весело улыбнулся в ответ.

- Сегодня ещё ничего не успел натворить.

- Ты же видел, солдат удрал. Так что не успел. - Вздохнул Лулу, как будто сожалел о своём упущении. - Но сейчас только утро.

- А если бы не убежал?

- Тогда бы точно бросил нож.

- Зачем? Он же в панцирем был. - Решил спросить Кариан после краткого раздумья.

- Ха. Панцирь не силовой щит. У любого панциря есть щели. И шлема у него не было.

- Разве можно с такого расстояния попасть в щель между сочленениями панциря?

- Ха. - Повторился Лулу и презрительно усмехнулся. - Сколько было шагов? Пять? Я бы попал.

- Он бы попал, причём с любой руки. - Со вздохом подтвердил Лассиан. - Лулу может бросать одной рукой сразу два ножа. Так у нас никто не умеет.

- Что я. Вот моя киэнхэ может метать сразу три ножа. А её высочество Нэстэ с двух рук и веером, причём в летящие цели. Она так птицу может сбить на охоте.

- Врешь. - Выдохнули сразу все слушатели.

- Я никогда не вру. - Лулу обиделся на столько, что даже на уровне неслышимой речи проявились чувства.

Он быстро обернулся в сторону поселения.

- У неё специальные ножи для этого есть. Целый комплект в ножнах на руке. Я упрошу её показать. Только для этого нужны мишени.

- Ты, магистра из триады попросишь? - Неуверенно протянул Лассиан.

- А что? Просто попрошу, она не рассердится. Я же не будешь настаивать, если она откажет.

Цели, в виде нескольких довольно крупных комков из обрезков шкур нашлись ещё до окончания разминки. Их принесли из деревни любопытные младшие, узнав о предстоящем действии. И естественно остались, занятые в сторонке своими неотложными делами.

Магистр Нэстэ появилась как раз к концу тренировки и в сопровождении киэнхэ сияющего Лулу. Магистр триады контакторов не отказала ему в странной просьбе. И то, что эту просьбу была передана Санирой, местным мальчишкам совсем необязательно знать.

Самка чужаков критически осмотрела предъявленные мишени и весело, как-то хулигански, улыбнулась.

- Пойдёт, вставайте на краю площадки, только не за спиной. Бросать вверх, как можно выше и сами оставайтесь на месте, чтобы падающие мишени по голове не попали.

Блестящий веер разошедшийся из центра тренировочной т площадки вызвал общий вздох. А когда бросающие подняли над головами мишени с торчащими в них ножами, восхищенные восклицания, слились в общий шум. Зрителей оказалось гораздо больше, чем несколько мальчишек.

Магистр Нэстэ с низменным результатом выполнила ещё несколько бросков по целям меняющим место начальной точки полёта и улыбаясь удалилась в сопровождении своих подруг.

Все время, пока Магистр Нэстэ демонстрировала своё умение стоя в центре площадки, Луэлу стоял на границе площадки так, как будто точные броски Нэстэ были его заслугой и гордо поглядывал на своих недоверчивых приятелей.

Наблюдая за этой маленькой демонстрацией, Кариан уже понял, чем именно будет заниматься в ближайшее время. И повернулся к мальчишке сразу, как все закончилось.

- Ты у неё учился? Научишь меня кидать ножи.

- Меня учит моя киэнхэ.- Удивлённо посмотрел на него Лулу. - А она тренируется вместе с магистром Нэстэ. Они гекатессы. Это как сестры, только еще больше.

Последние слово Кариану ничего не говорило. Но он кивнул, поняв только, что оно как то определяет исключительное положение кижнхэ луэлу рядом с магистром триады.

- Я умеют метать только по одному ножу. Киэнхэ показывала, как надо держать два. Но для этого нужны специальные ножи, удобные для захвата между пальцами. Мне их ещё не изготовили. А потом она пообещала познакомить меня с тем, кто в детстве учил саму Нэстэ. Он Хорн. И этому уменью в их мире учатся все дети. Там взрослые даже не охотятся на птицу.

- Мне хватит и одного для начала. - Спокойно заметил Кариан, совсем позабыв о том, что разговаривает с малышом, совсем недавно оторвавшим хвост от земли.

- Он не всегда рядом с киэнхэ. Она обучает его так же как учат всех детей у чужаков. - Заметил Лассиан, когда Луэлу в припрыжку кинулся следом за удаляющейся группой союзников. - Но парень что надо. Не заносится и показывает все, чему его учат.

- Я бы тоже от неё не отходил. - Одобрил Кариан.

Он уже понял причину отношения новых знакомых к младшему. Иметь такуюю киэнхэ огромная удача.

- А кроме него союзники ни для кого не стали киэнхэ?

- Нет. Мы с тобой уже взрослые, к тому же прошли разрыв связи. Дважды такое сделать нельзя. - Вздохнул Лассиан. Он даже не скрывал, что думал о такой возможности с сожалением.

- А младшие?

- Чужаки пока не оказали такой чести больше ни кому из нас. - Вздохнул Кирэн. - В поселении многие боятся, но есть и такие, кто хотел бы такую киэнхэ для своего ребёнка.

- Им не нужны слуги. - Вздохнул Лассиан. - Киэнхэ не хозяин для младшего, а покровитель. А кроме нее. Ты бы видел, как его защищают змеелюды.

Кариан с Лиссианом переглянулись между собой. Вырвавшись из-под связи, они понимали друг друга намного лучше тех, кто никогда не испытывал той серой мути безразличия, что опутывает сознание раба.

Луэлу в общении снял блок с неслышного языка. Керан воспринял и весёлый характер мальчика и его спокойствие, ничем не замутненную уверенность в себе. Не в хозяина и его непогрешимость, даже не в то, что кто-то защитит, а именно уверенность в своих собственных силах. И в том, что есть кто-то еще, на случай если своих сил не хватит.

Это была другая связь. И тем сильнее Кариан осознавал чего лишили как его, так и других детей куэрхов.

На плечо легла ладонь Лассиана.

- Ты прибереги свою.злость для тренировок. Очень помогает, когда не получается очередной приём. А Луэлу потерял всю свою семью, чтобы оказаться сейчас здесь. Ему повезло.

-Охотники считают, что везение может передаваться тем, кто находится рядом. - Кирэн пожал плечами. - Не знаю так это или нет, но мы с тобой уже здесь. Союзники не скрывают, что не собирались вмешиваться в нашу войну. Да и вообще о ней не знали. Получается, Луэлу поделился своей удачей. Уж с нами так точно.

Элсана.

Элсана растерянно осматривалась на новом месте. Небольшое жилище, построенное принципу той хижины, что было в военном лагере, только более надежно построенное, в ряду таких же однотипных сооружений отгороженных от остального селения хилой изгородью. Несколько, расположенных по центру лагеря, заметно больше. Там были помещения, предназначенные для приготовления пищи, собраний и учебы. В общем, и все.

Пока большинство хижин стояли пустыми. Но это не надолго. За пеленой, или как её называли соплеменники, норой, уже проводился новый обряд с очередным хозяином. Очень скоро здесь окажутся взрослые и дети вырванные из сумрака насильственной связи. Такие же растерянные и сбитые с толку, как совсем недавно она сама.

Элсана судорожно выдохнула, пытаясь представить себе грядущие проблемы. "Представить!" Именно это оказалось самым большим потрясением для неё. Под связью она даже не пыталась что-то себе представлять. Это было невозможно. Искусство, которому любой разумный учится с самого детства, было недоступно для связанных рабов до того момента, как спадает сумрак связи.

Откуда-то выскользнул Мунн. Самец, намного крупнее той самочки, что её так напугала несколько дней назад. Кажется, этого зовут Лео. Один с двух вожаков прайда пришёл проверить источник сильного беспокойства, каким была она сама, и теперь недовольно смотрел на неё.

Элсана торопливо постарались закрыться, как ей показывали наставницы в лагере. Ещё одно новое умение, ранее не имеющее для нее смысла. Свободные куэрхи держали блоки на уровне рефлексов. А ей приходится все время помнить о своих эмоциях. Дашиа уже несколько раз напоминала за это утро о ее несдержанности.

"Мы потерпим. Да и недалеко можем чувствовать друг друга". - Выговаривала она несколько дней назад, сразу по прибытии в лагерь. - "Но мунны очень сильные в неслышном разговоре. И сейчас, наше поселение это что-то вроде территории их логова. Мунны очень не любят, когда кто-то излучает такой страх в их доме".

- Извини, Лео. - Произнесла Элсана вслух, обращаясь к коту, одновременно пытаясь неумело выразить признание вины в эмоциях. - Мне ещё трудно себя контролировать.

Кот фыркнул, обмахнулся своим длиннющим хвостом и направился к выходу с территории приёмного лагеря.

Элсана облегчённо перевела дыхание. Муннов она не боялась. Она не видела от них ничего ужасного. Большие кошки, особую прелесть которым дают бегущие по белой шерсти солнечные искры. О боевом режиме она слышала, и даже видела щитки на морде Калны в их первую встречу. Но присутствие мунна заставляло напрягаться. Причём, Элсана только недавно осознала, что остро завидует этим пришлым, с которыми мунны установили связь.

А ещё завидовала Луэлу, с которым познакомилась по прибытии. Впрочем, мальчишке завидовали все освобожденные и даже многие среди тех, кто не знал рабства. Мальчишка был связан с чужачкой. Но совсем не так как раб с хозяином. Он не был рабом, и связь не подавляла его эмоции и волю. Казалось, даже наоборот добавляла энергии и проказливости. Его партнерша по связи не обращала внимания на постоянные эмоциональные всплески мальчика, считая их нормальным явлением. Тем более, что её сородичи их просто не слышали и соответственно не возражали. При этом мальчишка пользовался у пришлых странным покровительством.

Дашиа вчера рассказывала, что он даже на муннов залезал верхом, как на вромов. И те спокойно его катали на себе. Подвиг, на который не осмеливался больше ни один из детей в селении.

Упомянутый мальчишка, легок на помине, тенью прошмыгнул через границу лагеря, осмотрелся, и, не обращая на нее внимания, начал осторожно красться к общественной хижине, в которой уже начался урок для Лассиана и остальной освобожденной детворы.

Элсана вздохнула. Раз Луэлу появился, значит и Санира на подходе. Женщина-воин никогда особенно не спешила. С утра у неё была обязательная тренировка на мечах. Потом свои дела при их высочествах. Одна из таких обязанностей, видимо как раз из-за связи с мальчишкой, это курирование лагеря. Странно все у этих чужаков. У Захватчиков от приобретения рабов новых обязанностей для хозяина связи не добавлялось. Чего не сказать о Санире. Но разве можно вообще сравнивать Захватчиков и Союзников

Пришлые не лезли в дела племён. Но на своем снабжении продуктами лагеря освобожденных настояли. Заодно и свою невидимую стену поставили. Это чтобы обитатели лагеря отсюда не разбрелись, пока не привыкнут к свободе. И чтобы местные, в том числе и родственники, не сильно утомляли.

У неё самой родственников тут не было. Тут вообще нашлось только несколько охотников мужчин вроде как из ее племени. Но и этого оказалось достаточно, чтобы понять, как чужаки были правы.

В поселениях куэрхи женщин было очень мало. Во время нападений Захватчиков и исходов, они погибали раньше мужчин-защитников. И появление ничего не понимающих растерянных молодых самок не могло пройти для незамеченным для окружающих.

К неудовольствию молодых охотников, старейшины согласились с мнением союзников и приняли их помощь в защите приемного лагеря. Так что Мунн тут тоже был не случайно. Дети богов могли одним своим присутствием погасить случайный конфликт. Да и другие аргументы использовали без особых раздумий. Прецеденты, по словам Ильсианы, спутницы Краэса, уже случались.

Только случай, когда мунн вынужден был прибегать к боевому режиму, приводили к появлению в лагере освобожденных их партнеров по связи. И это было очень плохо, потому что это был кто-то из триады, стоящей во главе могущественной армии. Спорить с которыми не рисковали даже потерявшие голову молодые куэрхи. Они могли за неудачно сказанное слово вызвать и в круг равных. На поруку, иного слова не к тому, что происходило в круге, не придумаешь.

Элсана наблюдала уже тренировку этих девушек. Охотников куэрхи в такой тренировочный круг не допускают. Их тренируют отдельно, целыми днями и почти без перерыва. А против этих знатных девушек выходят только хорошо обученные воины из чужаков. Например, такие как Санира, киэнхэ Луэлу.

"Покалечат ненароком еще наших воинов". - Со смешком и без обиды пояснила тогда Ильсиана - "Вылечить, конечно, чужаки смогут, но магистры потом будут долго извиняться за нанесенные раны. А это по их понятиям не хорошо".

Проследив за Луэлу, Элсана повернулась к к\груде ящиков и немного поспешно занялась порученным делом. Надо было разобрать доставленные в лагерь вещи и подготовить свободные жилища для вновь прибывающих. Вообще-то с работой её никто не торопил. Первая группа прибудет только после обеда. Когда сама Элсана уже уйдет на занятия.

Но раз в лагере появился Луэлу, значит скоро здесь будет и его киэнхэ. Мальчишка всегда старался быть рядом со своей старшей. Почему так, она еще не разобралась. Вуарта, входящий в совет старейшин и вроде как родной дед парнишки, старался держаться в стороне от этой парочки. А остальные куэрхи из селения, на осторожные вопросы отвечали уклончиво и отводили глаза.

В любом случае, в обществе Саниры Элсана чувствовала себя не очень уютно. Свободная манера общения уверенной в себе девушки была непривычна даже для местных охотников, никогда не знавших плена и власти хозяина. Чего уж говорить о бывшей рабыне, по сути, в свои пятнадцать лет всего несколько дней как обретшей свободу.

Даже Лассиан был в этом смысле гораздо свободнее. Он хотя бы часть своей жизни провёл как нормальный ребёнок. И почти убил госпожу Хозяина, чем заслужил уважение сверстников в поселении и неприкрытую зависть мальчишек, проживающих в этом лагере. Хотя бы того же Кариана, освобожденного вместе с нею. Вот для него общество Саниры не было в тягость.

Но ведь она тоже не виновата, что родилась на ферме. И вроде никто тут ее не упрекает. Разве что когда выходишь за границы лагеря, ловишь на себе разные взгляды.

Элсана судорожно сглотнула комок обиды на несправедливость богов и поспешно проверила личный блок. Ещё не хватало, чтобы тут появилась магистр Нэстэ, привлеченная повторным вниманием не в меру раздраженного Лео. Вот уж кто не собирался церемониться с бывшими рабами, так магистр триады контакторов! Ильсани сказала, что она сама была рождена в рабстве. Только в обычном, не связанном рабстве. И совершенно этого не стесняется. Чужаки, если попросить, не отказываются рассказать ее историю. Конечно! Чего ей стесняться? Даже то, что они готовы рассказывать, заставляет качать головой. А ведь понятно, что самые жуткие вещи замалчиваются.

- Привет, Элсана, Ильсани на месте? - Раздался за спиной жизнерадостный голос.

Вздохнув, Элсана обернулась. Уловка не удалась. И пришлось отвечать на веселую улыбку всегда приветливой девушки. Хорошо хоть, что она глухая, и никого кроме Луэлу не слышит. А мальчишка хоть и маленький, но не все ей передаёт. С партнёрами мунны этот номер не проходит. Их связь настолько мощная, что позволяет девушкам воспринимать отголоски чужих эмоций без переводчиков. Тем более, что дети богов вообще не понимают проблемы Элсаны. Все взрослые должны уметь закрываться. А если не умеешь, твои проблемы.

- Добрый день, Санира. - Торопливо вернула она улыбку. - Ильсани вас уже ждёт.

- Лулу должен уже присоединиться к мальчишкам. - Заметила та осматриваясь.

- Н-ну-у..., он здесь проскочил. - Замялась Элсана. На различие в произношении имени мальчишки уже не обращали внимания.

- Что, опять? - Обреченно поинтересовалась Санира.

Грохот и возмущенные крики за пологом учебной хижины был ей ответом. По-видимому, Луэлу успел исполнить очередную шалость.

- Санира, ну сколько можно! - Вылетела на белый свет Ильсиана. - Когда ты призовешь к порядку свое хвостатое чудо?

Девушка спокойно пожала плечами, показывая, что претензии не принимаются. Методы куэрхов для наказания малолетних детёнышей она считала слишком жесткими.

Луэлу много времени провёл среди пришельцев. В том числе и наблюдал тренировки кашьяти и змеелюдов и даже учился у них. Их искусство скрытого сближения с противником была усвоена пареньком в совершенстве и отрабатывалась при каждом удобном случае. В военном лагере чужаков, где он жил, найти себе жертву было трудно. Опытные воины всегда были начеку и легко уходили от его атак. Зато дети и подростки соплеменников оказались великолепными жертвами.

Незаметно подкрасться, желательно сверху, и прыгнуть на плечи или голову своей жертвы, напугать её до полусмерти. А потом главное унести ноги до лагеря пришлых. Оттуда его никогда не выдавали. Правда, если всё-таки он попадался, то и не и вмешивались в воспитательный процесс куэрхов. Так что стимул чтобы не попасться у мальчишки тоже был очень сильным. Равно как и у жертв перехватить виновного до заветной границы лагеря.

- Кто на этот раз? - С любопытством поинтересовалась Санира.

- Лассиан. Он ему все волосы растрепал и едва ухо не оторвал.

- Пусть будет внимательнее. А то расслабляется в помещении. - Весело отмахнулась киэнхэ хулигана. - Он же должен его слышать.

- Какое там! - Снова возмутилась наставница. - Луэлу как понял, что его вычисляют по неслышному языку, так быстро научился закрываться. Да так, что даже старейшины не всегда улавливают его приближение.

- Вот видишь, отличная игра, приносящая хороший результат. - Лулу, кстати, слышит, кто из ребят наиболее расслаблен и нападет именно на него. Надо же ему учиться, на ком-нибудь воспринимать эмоции. На мне то бесполезно.

- На вас, пришлых, вообще все бесполезно. - Вздохнула женщина. - Вы всегда и в любом настроении собраны, уверены в себе и контролируете окружение. Угадать когда вы не ждете нападения невозможно. А если угадаешь, то и того хуже.

-Не преувеличивай. - Рассмеялась Санира. - Лулу все-таки регулярно достаёт змеелюдов. Да и кашьяти достается. Ребята реагируют на рефлексах, не без этого.

- Вот всегда так. - Пожаловалась Элсане женщина, когда Санира направилась по своим делам. - А ведь она, как и любая из триады, может просто запретить Луэлу хулиганить. Их он слушается, в отличие от старейшин. Но никто этого не делает и даже оправдывают его поступки. Совсем мальчишку разбаловали.

- По крайней мере, он теперь из военного лагеря носа не покажет. - Заметила Элсана.

- Ага, в ближайшие полчаса. - Хохотнула женщина. - Потом пойдёт искать новую жертву.

Ещё бы он мешал ей. Про себя ухмыльнулась Элсана. Мальчишка умный, подвижный. Со своей киэнхэ вообще не расстается и ловит каждое ее слово. В лагере своих хвостоходящих друзей не безобразничает. Правда, такие выходки там не считали за проступок. Даже наоборот. Воин, попавшийся на очередную уловку мальчишки, становится объектом насмешек соратников и обязательно плелся на внеочередную тренировку. А ещё, как заметила Элсана, Лулу никогда не пытался шутить с триадой. Мунны легко могли объяснить любому, какую дистанцию лучше держать с их партнерами.

В общем, когда надоели вечные жалобы соплеменников Лулу, его киэнхэ Санира воспользовалась одной из особенностей воспитания местных жителей, и выразила своё отношение к играм своего подопечного одной фразой: "Вам надо, вот вы ловите и перевоспитывайте. А мне он не мешает".

Элсана тяжело вздохнула. Жизнь свободных куэрхов оказалась не так проста, как можно было подумать. Каждый день приходилось принимать какие-то решения. Здесь, в приемном лагере отношение к ней было как к ребёнку. Хотя нет, скорее уж как к совсем несмышленышу. Она признавала, что отчасти этому были основания. Таким как она наставницы вынуждены были разъяснять вещи, что были очевидны даже для едва вставших на хвост детей. Тот же Луэлу точно знал, когда лучше не шалить и вести себя как подобает.

С последним у бывших рабов вообще было туго. Въевшиеся с рождения привычки вызывали у соплеменников даже не удивление, а скорее жалость. И голова склонена не правильно. И не так самка должна стоять перед заговорившим с ней посторонним самцом. И заговаривать можно первой даже с пришлыми.

Элсана сама себе признавалась, что завидует местным детям. Да что там местным? Лассиан и Кариан провёли под связью несколько лет. Но легко вспомнили все, что усваивали с пеленок. С их освобождения прошло всего несколько дней. А Кариан уже вовсю общался с местной ребятней, занимавшейся на небольшой площадке, оборудованной рядом с тренировочной полосой воинов. Его самого туда пока пускали только на разминку. Но пример Лассиана, яростно воюющего с очередным мешком с песком, его очень вдохновлял.

Краэс, один из военных командиров куэрхов, специально перенес свою хижину к границе приемного лагеря, чтобы его вернувшийся сын мог проводить время и в лагере, где обучался у наставниц и тренироваться снаружи, рядом с тренирующимися воинами. Да и его супруге так было удобнее выполнять обязанности временной начальницы их обособленного мирка.

Вот уж точно кому Элсана не завидовала, так это Ильсиане. Жить на ферме не под связью! Видела она таких. Уж лучше умереть.

Две её близняшки еще не начинали вставать на хвост. Все время, пока мать была занята, проводили на дереве, среди сверстников и, в отличии от них, к чужим вообще не приближались. Ильсиане все время приходилось за ними следить.

С Элсаной у нее установились почти дружеские отношения. Именно из ее рассказов она знала, как менялось отношение местных к возвращающимся из рабства. В самом начале, Ильсиана столкнулась с тем, что вернувшихся с ферм соплеменники не принимали и избегали общения. Теперь приемный лагерь приходилось уже ограждать от излишнего внимания.

Среди прибывающих освобождённых было много взрослых самок. Самок, стоящих на пороге детородного возраста пока оставалось немного. Но уже есть информация о возможном увеличении сверстников Элсаны с прибытием новых осовобожденных.

Элсана покосилась за хлипкое ограждение лагеря. На пустыре за нею, молодые воины куэрхов недавно устроили нечто вроде тренировочной площадки. И вроде бы в такую рань там должно быть пусто, но несколько самцов уже расположились с дальней стороны и демонстрировали предельное внимание в общении между собой.

О ней самой речи пока не шло. На ферме её заставили бы рожать уже в этом году, Хозяйка фермы уже начинала подбирать самца. Здесь она сможет думать об этом только через два года, не раньше. Вот ещё одна тема, в которой придётся решать все самой. Когда и с кем, и переселяться в хижину самца или отклонить его предложение.

Хозяева никогда не интересовались мнением рабов. Да его у них и не было, если честно говорить.

Элсана выдохнула и непроизвольно сжала уголок разворачиваемого пакета. На глаза набежали слёзы злости. В такие моменты, понимая чего именно её лишили, она была готова присоединиться к Кариану и проситься на тренировочную площадку. Хотя бы для того, чтобы найти своих хозяев ещё один раз.

- Помочь?

За спиной стоял улыбающийся парень. Не воин, а из тех, кто тренировался в группе с Лассианом и показывал ему кое-что из приёмов. Ну да один из тех самых, молодых воинов куэрхов. Как только готовящемуся принять звание воина, ему рано ещё заводить себе пару. А вот пообщаться с такими, как она, в самым раз.

Элсана несмело улыбнулась. Как же она не любила такие моменты. У неё спрашивали! Теперь ей предстояло принять решение принимать предложение о помощи или огорчить улыбчивого парня отказом. А хвост того уже настороженно замер в ожидании. По негласным правилам, отказ самки в общении мог вызвать насмешливые взгляды сверсников.

Поколебавшись, она согласно кивнула и сделала приглашающий жест. Это тоже было правило, введенное уже после постройки изгороди. Местный самец, особенно молодой, на территории лагеря мог присутствовать только по веской причине. Например, предложить свою посильную помощь проживающим здесь.

Рядом с хлипким ограждением проходила невидимая стена союзников. В отличие от тех, что стояли около норы, эта была почти неощутимой. Но её пересечение сразу становилось известно наблюдателям. А уж те имели прямую связь и со старейшинами и тренерами воинов. Так что под страхом наказания, правило соблюдалось неукоснительно.

Парень весело перебрался через ограждение и пристроился рядом, подставляя руки под стопку вещей.

-Меня Пасом зовут. Обращения ещё не заслужил. - Ничуть не смущаясь, представился он. - А тебя Элсаной, правда?

- Да.

Парень продолжил что-то говорил о новостях в селении. И Элсана с некоторым облегчением поняла, что он в курсе имеющейся проблемы, возникающей у новичков.

Выросшие под связью были вынуждены практически заново учиться поддерживать разговор. В рабынях вообще приветствовалась молчаливость. Так что парням, желающим наладить контакт, приходилось работать за двоих. Элсана не была исключением и в таких разговорах отделывалась односложными ответами на прямые вопросы. В остальном внимательно слушала даже не смысл слов, а кто как говорит.

Потом, вечером, среди своих, она сможет все обсудить. Ильсиана считала это великолепной возможностью для адаптации в новой жизни. Так почему бы не последовать ее советам.

Content

Щукин Михаил
Нэстэ
Новые миры

Рассказ 1. Куэрхи