Иллюзия пустоты

Книга 1

Александр Геннадьевич Данилов

Только соединяя хаотичные события, можно в итоге нарисовать полную картину своей жизни.

Дизайнер обложки Александр Геннадьевич Данилов

© Александр Геннадьевич Данилов, 2019

© Александр Геннадьевич Данилов, дизайн обложки, 2019

ISBN 978-5-4490-5767-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Визг покрышек, удар, летящие в лицо осколки стекла, испуганные глаза Рианны.

— Мы ее потеряли, она исчезла, — резко, как сквозь сон, услышал Джастин.

Соскочив с дивана и выбежав в коридор, Джастин увидел взволнованное лицо Рианны.

— Что? Что случилось? — сердце Джастина заколотилось.

— Она пропала! — рыдая, ответила Рианна. — Наша дочь Кэтти исчезла! Ее нигде нет! Ее нет! Нет! — повторяла она.

— Рианна, успокойся, успокойся, скажи внятно, что случилось? — взяв за плечи жену, чуть потрясывая, спросил Джастин.

— Я… я пришла за ней в школу, — рыдая и заикаясь, говорила Рианна. — Ее там нет! — выкрикнула она и заплакала еще сильнее.

— Как нет? Я сам ее отвез утром в школу. Ты звонила ей? — тревожно спросил он.

— Ее нет там, в школе сказали, что с самого утра ее не было! Где она, Джастин? Где она? Ты ее точно довел до класса? — заплаканными глазами Рианна вопросительно смотрела на мужа.

— Нет, до класса не доводил, — виновато ответил Джастин. — Я ее завел в школу, помог раздеться, поцеловал, и она ушла, — задумчиво произнес он.

— Куда ты дел нашего ребенка! Джастин, куда!? — ударив в грудь Джастина кулаками, Рианна заревела еще сильней.

— Так, успокойся, я поехал ее искать.

Джастин схватил куртку, ключи, вышел во двор и сел в машину.

— Это невозможно, это сон, — бормотал Джастин, заводя дрожащей рукой машину. — Это не по-настоящему. — Волнение воспроизводило в голове самые страшные варианты развития событий. Всплывали образы — маньяк-педофил увел Кэтти в заброшенный дом и растерзал ее своими грязными… — Нет! — Крикнул он, останавливая ход своих мыслей.

— Все хорошо, все будет хорошо, — успокаивал себя Джастин, надавив на газ, с визгом стартанул с места и помчался в школу.

— Это маленький ребенок, она, как котенок, испугалась чего-то и сидит где-нибудь в уголке, трясется от страха и ждет, когда ее найдут, — с этими мыслями Джастин подъехал к школе.

Он вышел из машины, быстро вошел в здание и направился в класс, где училась Кэтти.

Открыв дверь и войдя в кабинет, Джастин увидел молодую женщину с кудрявыми волосами. Она сидела за столом, склонившись над тетрадью, и что-то писала.

— Здравствуйте, мне нужен учитель начального класса.

— Ее нет, сегодня я замещала мисс Мэгги, она заболела, — ответила женщина, смотря на него.

— Скажите, жена приехала забирать ребенка, но ей сказали, что Кэтти не было в школе?

— Да, Кэтти действительно с самого утра не было в школе.

— Но этого не может быть! — крикнул Джастин. — Я лично ее привел в школу!

— Я Кэтти не видела.

— А вы всех новых учеников знаете в лицо?

— Нет, конечно, не знаю. Но я спрашивала в начале занятий у детей, все ли в классе, они ответили, что нет Кэтти. Сходите к директору, вызовите шерифа — я вашей жене говорила это, она кивнула головой и ушла.

— Чем они могут мне помочь? — нервно спросил Джастин.

— Пусть посмотрят по видеокамерам. Может, это что-то прояснит.

— Вы правы, а где кабинет директора?

— На втором этаже, правое крыло до конца.

Джастин поднялся на второй этаж, повернул направо и дошел до конца коридора. Открыл дверь с табличкой «Директор» и вошел внутрь.

— Вы к кому? — спросила сидящая в приемной за столом пожилая женщина.

— Мне нужен директор школы. Срочно!

— По какому вопросу? — спокойно спросила она.

— У меня пропала дочь! — крикнул Джастин.

— Я думаю, вам срочно нужно обратиться к шерифу, — невозмутимо сказала женщина.

— Вы не понимаете? Мне нужно сейчас посмотреть записи с видеокамер, — с умоляющими глазами попросил он.

— Я рада вам помочь, но директора уже нет в школе. Ее рабочий день закончился, и она уехала домой.

— Позвоните ей, пусть едет обратно! У вас есть ключи от ее кабинета, давайте зайдем и посмотрим запись, — крича и размахивая руками, наступал расстроенный отец.

— Сейчас, не кричите. Вы позвоните шерифу, я позвоню директору, и все вместе будем искать вашу дочь.

— Нет, вы не понимаете, сейчас важна каждая секунда! Нужно немедленно посмотреть! А потом уже ехать к шерифу! — раздражался Джастин.

— Успокойтесь, я не слышу, что она мне говорит! — разговаривая по телефону, сказала она. — Пока вы тут кричите и бегаете как зверь в клетке, я позвонила шерифу и директору, они едут. Сядьте и выпейте воды.

— Когда они приедут? — успокаиваясь и садясь на стул, спросил Джастин.

— Минут через тридцать.

— Нет, — вскочив, крикнул он. — Это слишком долго. Надо сейчас же смотреть! Смотреть!

Он с разбегу выломал дверь в кабинет директора.

— Что вы делаете? — подбежав и схватив его за руку, воскликнула она.

— Вы ничего ни понимаете! — оттолкнув ее, произнес грозно Джастин.

От сильного толчка женщина не удержалась на ногах, упала на стол, а со стола на пол. Джастин, не обращая на это внимание, забежал в кабинет. Осмотревшись и увидев стоящий на столе компьютер, спешно сел за него. Найдя иконку программы «видеомонитор», открыл ее. Выбрал в меню «воспроизведение», стал смотреть запись видео.

На экране мужчина открывает школу, на таймере шесть тридцать утра. Перемотав на семь тридцать, Джастин увидел, как в школу входят взрослые и дети.

— Мы с Кэтти приехали? Приехали? — перебирал в голове и произносил вслух Джастин. — Почему я не помню, во сколько мы приехали в школу? Это, наверное, аффект, я не помню, абсолютно не помню момента нашего приезда.

Поставив на ускорение видео, он стал смотреть дальше. На экране холл школы быстро наполнился учениками и родителями, но ни Джастина, ни Кэтти не было на видео. Восемь двадцать, холл опустел, все ученики зашли в классы, остальные люди вышли из школы.

— Как так! Что это? — не веря в то, что он увидел, произнес Джастин, перебирая всевозможные варианты, трясясь, чувствуя, как сердце лихорадочно бьется и через мгновение вырвется из груди. — Я… я не приводил ее в школу. Как?!

Опустив голову, Джастин выскочил из кабинета, сбив с ног входящую туда женщину в строгом костюме.

— Что здесь происходит? — спросила она.

— Не знаю! — словно в бреду, пробормотал Джастин.

Выбежав из школы, он сел в машину и с резким ускорением поехал домой. Мелькающие дома, люди, идущие по тротуару. Город жил своей жизнью, и его жителям не было дела до того, что происходило в душе отца. Страх не увидеть больше живой Кэтти пронизывал его насквозь, и то, что он не привел ее в школу, еще больше туманило сознание. Чувство вины и страха окончательно овладело им, в глазах помутнело.

Сфокусировав взгляд, Джастин нашел себя в прихожей, перед ним стояла заплаканная Рианна.

— Что ты выяснил, Джастин, ты меня слышишь? — спросила Рианна.

— Ничего, — пробормотал он, — я ее не приводил в школу.

— Что? — не понимая, переспросила та.

Раздался телефонный звонок, Рианна резко взяла трубку.

— Кэтти, ты где? — закричала она.

— Это не Кэтти, это директор школы, — раздался женский голос на том конце трубки, — ваш муж устроил погром, причинил травмы моему секретарю, ее увезли в больницу, испортил имущество школы! Вы мне можете объяснить, что у вас произошло?

— У нас пропала дочка, Кэтти, она учится в начальном классе.

— Понятно, — ответила директор, — сейчас мы подъедем к вам с шерифом.

Рианна положила телефон и спросила:

— Джастин, что произошло в школе?

— Я не знаю, Рианна, я не знаю, — бормотал, как в бреду, он.

Ни одной мысли, пустота, непонятное состояние волнами накрывало Джастина. Доносился и утихал внутренний голос: «Куда ты дел дочь? Куда ты ее дел?»

Подъехала машина, хлопнули двери, и прозвучал звонок в дверь. Рианна подбежала к двери, открыла ее. В дом вошли шериф, помощник шерифа и директор школы. Помощник шерифа сразу направился к Джастину, надел ему наручники и сказал:

— Вы арестованы за причинение тяжких телесных повреждений. Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде. Ваш адвокат может присутствовать при допросе. Если вы не можете оплатить услуги адвоката, он будет предоставлен вам государством.

И повел Джастина в автомобиль.

— Что вы делаете? — закричала Рианна.

— Успокойтесь, не стоит волноваться, — сказал шериф, преградив ей путь, и взял крепко за руку. — Сядьте и расскажите подробно, что произошло.

Рианна села в кресло, шериф и директор — напротив, на диван. Шериф достал блокнот и ручку, сказал:

— Давайте по порядку.

— А как мой муж? — спросила Рианна.

— Я понимаю ваше состояние и состояние вашего мужа, но он совершил правонарушение и должен понести наказание. Сейчас важнее для вас найти ребенка, — ответил шериф.

— Да, конечно, вы правы.

Дверь в дом захлопнулась. Помощник шерифа довел Джастина до патрульной машины, посадил на заднее сиденье и закрыл дверь.

Машина тронулась, замелькали за окном дома. От сильного головокружения Джастин оперся головой о боковое окно машины. Его взгляд поймал небольшой участок на двери, где образовалась ржавчина.

— Сегодня для меня весь мир разрушился, сегодня я потерял Кэтти, и это доказательство того, что я стал для себя и своей семьи ржавчиной, которая проникла и медленно, но верно, действует по своему плану. Плану разрушения. Эта маленькая ржавчина постепенно будет расти и превратит большой автомобиль в пыль. В пыль — материализованную мысль инженеров, придумавших эту машину, труд людей, собравших ее, в пыль — некогда новый и слаженно работающий механизм… Что за дурацкие мысли у меня в голове? — перебил сам себя Джастин. — У меня пропала дочь! А я? Сижу и просто смотрю в окно! Э-э-э, — схватившись за голову, — я постепенно схожу с ума, и я это чувствую, — крикнул Джастин и ударил головой о стекло.

— Эй, спокойно! — сказал помощник шерифа.

— Отпусти меня, мне надо найти свою дочь! — громко просил Джастин. — Время уходит, ее надо найти!

— Сначала ответь за свои поступки.

— Какие поступки? — удивленно поинтересовался он.

— Секретарь миссис Дори сильно ударилась головой и находится в коме, если умрет, тебе грозит тюремное заключение. А если поправится… лучше для тебя, чтобы она поправилась.

— Я не хотел причинять никому боль… «Я похож на локомотив, сошедший с рельсов, тяну за собой в обрыв вагоны… и не могу уже ничего сделать. Это сон, как хочется проснуться, я понимаю, я уверен, что это лишь сон. Не может в реальности свалиться в один миг на человека столько ужаса. Почему я не могу проснуться?»

Машина остановилась, помощник шерифа вышел, открыл Джастину дверь и повел его в здание. Поднявшись на крыльцо, Джастин увидел вывеску — металлическую табличку с выбитой на ней надписью «ШЕРИФ», она висела на тонких цепочках, покачивалась от ветра и тихо скрипела. Зайдя внутрь, помощник шерифа посадил его на стул перед столом со стопками бумаг и компьютером. Снял шляпу, положил на стол, подошел к кофеварке и налил себе кофе, потом сел за стол напротив Джастина и стал набивать что-то в компьютер.

— Имя, фамилия, дата рождения?

— Что? — будто только проснувшись, спросил Джастин.

— Имя, фамилия, — повторил помощник шерифа.

— Джастин Джонсон.

— Дата и год рождения?

— 21.08.2018 года.

— Адрес проживания?

— Мемористрит, дом 35.

Помощник поднялся, подошел к Джастину: — Вставай.

Джастин встал, и помощник шерифа повел его в камеру. Заскрипели открывающиеся стальные двери, и, чуть толкнув в спину, чтобы Джастин вошел в темную камеру, помощник шерифа закрыл дверь.

— Курить есть? — раздался голос со стороны еле заметного силуэта в углу, где стояла двухъярусная кровать.

— Нет, я не курю, — ответил Джастин.

— За что тебя взяли?

— Я толкнул секретаршу в школе.

— И это все? — удивленно, с насмешкой спросил голос в темноте.

— Да. А что?

— Да ты мелкая рыбешка, лягушачий прыщ, ты, оказывается, никто! — громко произнес голос.

— Я вас не понимаю, — удивленно ответил Джастин.

— Ты знаешь, сколько я сделал для всех людей, а еще больше я сделал для тебя!

— Что ты сделал для меня?

Джастин подошел к кровати и попытался разглядеть силуэт. Тот растворился в темноте.

— Ты всю жизнь делаешь и ищешь не то и не там. Всю свою паршивую, никчемную жизнь. Ты не можешь в этой жизни ничего, — раздался голос за спиной.

— Что тебе нужно, ты кто? — нервно крикнул Джастин.

— Я всегда говорил, что ты погубишь всех, кто с тобой будет рядом, кто волею судьбы свяжется с тобой, всегда, погубиш-ш-ш!

Джастин резко обернулся. Пустая и темная камера, больше ничего. Сев на кровать и схватившись за волосы руками, Джастин стал покачиваться вперед и назад. Тишина окутала камеру. Вдруг Джастин почувствовал, как ему на плечо легла чужая рука. Вздрогнув от неожиданности, он попытался встать, но тело не слушалось.

— Вспоминай, Джастин, вспоминай, — шептал голос.

— Что я должен вспомнить? — еле шевеля губами, произнес он.

— То, что никогда не забудешь! То, что забыть нельзя!

Рука на плече напряглась и легкими толчками стала трясти его.

— Что? — отмахнувшись и вскочив с кровати, пробормотал Джастин.

— Нужно идти на допрос, — ответил помощник шерифа.

— Я спал?

— Похоже, что да.

— Значит, все сон, простой сон, — вздохнув, произнес Джастин.

— К сожалению, наяву и я тебя не обрадую. Ночью скончалась секретарь миссис Дори. Еще все улики говорят о том, что это ты причастен к исчезновению своей дочери, — застегивая наручники на руках Джастина, сказал помощник шерифа.

— Что? Нет! Нет! — замотал головой Джастин.

Помощник вывел его из камеры и проводил до кабинета шерифа. Заведя его в кабинет, где шериф сидел за компьютером и стучал по клавиатуре, помощник посадил Джастина за стол напротив шерифа и пристегнул наручники к специальному металлическому кольцу на столе.

Шериф, не отводя глаз от компьютера, продолжал печатать на клавиатуре молча еще минут пять, потом резко остановился, встал и подошел к большому копировальному устройству. Устройство загудело и стало распечатывать листы. После того, как устройство перестало гудеть, шериф собрал листки в большую стопку и протянул их Джастину.

— Ознакомьтесь и подпишите.

Джастин взял стопку бумаги, положил на стол и стал читать:

— Я, Джастин Джонсон, 21.08.2018 года рождения… Признаю себя виновным в убийстве Кэтти Джонсон, Рианны Джонсон, Дэвида Джонса, Брэда Джонса. А также Джона… Марты… Эшли… Вилсона… Фреда… — потянулся нескончаемый список имен.

— Что это? Бред! Что я должен подписать? Что это такое? Я никого ни убивал? Нет! Нет! — вскочив со стула, глядя на шерифа и его помощника, кричал он.

— Пришло время, Джастин! Время вспоминать, — сказал шериф.

Все кругом стало растворяться и улетучиваться, как пыль, сдуваемая ветром. Вместо стен стали прорисовываться обломки, крыша улетела, как сорванная торнадо, Джастин почувствовал, как солнце испепеляюще било в затылок. Стол и наручники растворились, зазвенело в ушах, и Джастин резко упал на спину, поднялась пыль, которая потом медленно стала оседать на нем.

Глава 1

Сквозь веки Джастин ощутил свет, закрыв его рукой, открыл глаза.

— Где это я? — высохшими губами произнес он.

Поднявшись и оглядевшись, Джастин не увидел красивого и уютного городка с вечнозелеными придомовыми лужайками, дополняющими своей зеленью красивые и ухоженные дома с разнообразными растениями в виде деревьев, кустарников и живых изгородей.

Вокруг до самого колыхающегося от жары горизонта простирались руины и развалины домов.

Несколько домов вдали стояли, сохранив свой каркас, и издалека напоминали выживших людей после катастрофы — грязные, раненые, идущие и ищущие с надеждой, что найдут выживших, своих родных и близких.

— Что здесь произошло? Где я? — бормотал он.

Выйдя из обломков здания, Джастин увидел лежащую металлическую табличку с выбитой на ней надписью «ШЕРИФ», она была помята и с рваными дырками, как от осколков снарядов.

— Не пойму, вчера меня привезли. О нет! Я же потерял Кэтти. Где ты, моя девочка? — и хотел заплакать. Организм упорно не давал слезам выхода. Боль от потери дополняла и даже перебивала жажду. Голова кружилась, зной выжигал на его лице красные вздувшиеся пузыри. — Надо найти воды.

Он побрел по разрушенной улице. Ни одного целого дома, в асфальте местами были гигантские воронки, которые можно было обойти только через развалины домов.

— Как я мог выжить здесь? А моя семья, где она? — остановившись и осознав еще более сильную боль утраты. — Нет! Нет! Этого не может быть! Нет! —перелезая через очередной обломок стены, кричал Джастин.

— Надо найти свой дом, где жена и дети.

Он шел и чувствовал, как окружающие развалины кричат всем своим видом о безысходности того, что здесь больше нет жизни, никакой, нет ни деревьев, ни травы, в небе нет птиц, и даже ветерка нет, только палящее солнце и пыль, поднимающаяся при каждом шаге.

— Там дома нет. Там нет твоей семьи. Как найти живых, когда все вокруг мертво, — бормотал он.

Дойдя до своей улицы, Джастин долго не мог понять, где его дом, ведь везде были одни развалины, кучи строительного мусора, а не дома.

— Но нет, вот и моя куча. Куча строительного мусора, которая когда-то была домом, — с иронией сказал Джастин. — Это неправда! Это не может быть правдой, — усмехнулся он, — это бред. Это нервный срыв. Я уже, наверное, в психбольнице, там мне сделали успокаивающий укол, и я сейчас лежу на кровати и вижу галлюцинации. — От этих мыслей ему стало легче.

— Пойду, посмотрю, что в руинах моего дома, может, найду запонку, которая завалилась за плинтус, — улыбаясь, не замечая боли от растрескавшихся губ, сказал себе Джастин.

Подойдя к разрушенному зданию, он заглянул внутрь — одна стена обвалилась, крыша съехала набок. Но, на удивление, лестница на второй этаж была цела. Зайдя внутрь, он поднялся по лестнице. Перекрытие на втором этаже было целым только в комнате Джастина и Рианны.

— Вот наша спальня, — сказал себе Джастин, и под ногами хрустнуло стекло. Опустив глаза, он увидел разбитую рамку, внутри фотографию, она местами выгорела, отсутствовал верхний правый край. Подняв и отряхнув ее от пыли, Джастин посмотрел на фото. На ней — блондинка с нежными голубыми глазами, с милой улыбкой, сидящая на кровати, на ее шее сидела девочка семи лет с косичками по бокам, она, ухватившись за голову женщины, чтобы не упасть, смеялась. Позади нее прыгают по кровати двое, один взрослый мальчик, лет десяти, и второй помладше, его лица не видно из-за оторванного угла у фотографии. В зеркале с человеческий рост было четкое отражение мужчины, его лицо закрывал фотоаппарат.

— Это моя семья. Рианна, Кэтти, Брэд и Дэвид. Вчера у меня пропала дочь, а сегодня нет всей семьи, — преодолевая боль в груди, простонал он.

— Нет, это неправда, не нужно расстраиваться, это не на самом деле. Что делать?.. Сесть и ждать, когда пройдет действие лекарства, — сам себе ответил Джастин.

Он поднял разорванный матрас, отряхнул, положил его на пол и лег на него. Только он закрыл глаза, как услышал непонятный шум. Чуть приподнявшись, выглянув из-за разрушенной стены, он увидел непонятное создание. Это было существо серого цвета, состоящее как будто из облака пыли, но имеющее четкие границы. Сквозь него можно было разглядеть, что происходит за ним, многое, но не все, а лишь фрагменты, те, которые не закрывали частицы существа. Когда существо развернулось, на спине у него стали видны горизонтальные отверстия в виде жабр, они открывались, и оттуда выходил воздух, искажающийся тепловым следом, и звук, похожий на глубокое равномерное дыхание. Существо что-то искало в развалинах соседнего дома. Зайдя за стену разрушенного дома, оно исчезло из вида. Раздался крик ребенка. Джастин вздрогнул: — Это Кэтти. Моя Кэтти! — не раздумывая, побежал к соседнему дому. При спуске одна из ступенек развалилась под ногой, и Джастин с половины лестничного марша кубарем скатился вниз. Детский крик заставлял не обращать внимания на боль, бежать к ней, спасать.

Добежав до дома, за стеной Джастин успел увидеть ребенка, на вид лет семи, которого постепенно, как пылесосом, втягивало, расщепляя на частицы, существо.

— Отпусти ребенка! — грозно крикнул Джастин.

— Ей стало легче. Это милое создание не сможет выжить в умирающем мире, — ответило существо и, поглотив остатки ребенка, уходя сквозь развалины здания, растворилось.

Джастин, не понимая, что произошло, вышел из-за стены и увидел силуэты трех людей.

— Эй, сюда! — крикнул он.

Раздался выстрел, зажгло в боку. Ноги Джастина подкосились, и он упал на колени. Силуэты стали четче, к нему шли трое, люди в военной форме.

— Не стреляйте! — крикнул он.

Подойдя к нему, один из военных, не говоря ни слова, ногой ударил по его голове. От удара он потерял сознание…

— Вот же урод! — произнес один из них.

Глава 2

— Вам пора вставать! — раздался монотонный голос. — Пора вставать, — не умолкая, повторял голос.

— Что? Что за дурацкий будильник? — открывая глаза, сказал Джастин.

— До события осталась три, две, одна секунда. Применение мотивации, — произнес монотонный голос.

Джастин почувствовал невыносимую боль во всем теле, боль, как будто его руки и голову выворачивают назад.

— Встаю! — закричал он. Как только боль исчезла, быстро встал. Он лежал на диване в доме.

— Я дома! Слава всевышнему, похоже, я дома! — одухотворенно сказал Джастин.

Из кухни доносились голоса. Дойдя до кухонной двери, Джастин успел сквозь щель увидеть, как семья завтракает. Он потянулся рукой, чтобы открыть дверь.

— Стой, событие не предполагает разговор! — раздался монотонный голос.

Джастин проигнорировал голос, взявшись за ручку, начал приоткрывать дверь.

— Применение мотивации.

Звон в ушах, адская боль.

— Хорошо, хорошо! — стиснув зубы от боли, прошипел Джастин.

— Вы должны сеть в машину и поехать в стриптиз-клуб «Киски».

— Что я там забыл?

— Мотиват…

— Хорошо, я понял! — перебил Джастин. — Мне нельзя поздороваться с семьей? Эй, голос?

— До события три, две, одна. Садитесь, время прибытия в клуб час дня!

— Что? Что за клуб? Зачем?

— Час дня, — повторил голос.

— Ладно, понял, я еду!

Выйдя из дома, он подошел к машине и удивленно произнес:

— Это не моя машина!

— Садитесь, — ответил голос.

Повинуясь, он сел в машину и поймал себя на мысли: «Нет, это точно не моя машина. Но если я бы выбирал ее, то купил бы именно такую, такого же цвета, снаружи и внутри. Запах, наполняющий машину, мне очень приятен и знаком. Что-то неуловимое, знакомое в этом. Дежа вю».

Завел машину, она загудела еле слышным звуком. Тронувшись, Джастин увидел на пассажирском сиденье чемодан.

«Что, интересно, в нем?» — подумал он.

— Пистолет, биоматериал, наркотики, — произнес голос, — рекомендуемая скорость шестьдесят километров в час.

— Кто ты?

— Ваш персональный помощник IYP-1.

— Что за помощник? Только что ты причинил мне боль и не дал увидеть семью?

— У тебя нет семьи. Поверните направо, — произнес голос.

— Что?

— До события три, две, одна. Мотиваци…

Без лишних вопросов он повернул направо в проулок, проехав двести метров, услышал сирену. Позади него с включенными проблесковыми маячками ехала машина шерифа. Джастин приготовился остановиться.

— Не останавливайся, двигайся со скоростью шестьдесят километров в час, — сказал голос.

— Но там… Я должен! — ответил Джастин, резко надавив на тормоз. Машина остановилась.

— Применение мотивации.

Резкий звон в ушах, боль в зубах, как будто их сверлят уже десять минут без охлаждения.

— А-а-а— хва-хва, хватит.

Боль резко исчезла, Джастин посмотрел в зеркало заднего вида и заметил, что из машины шерифа никто не выходил, и она не подъехала ближе, остановилась в десяти метрах от него.

— Бред, — произнес Джастин и надавил на газ.

— Скорость шестьдесят километров в час, — напомнил голос.

Шериф последовал за ним.

— Куда мы едем?

— К железнодорожным складам.

— Зачем?

— Чтобы окончательно удостовериться в том, что Джованни нашел то, что искал, и оно там, где надо.

— Кто и что?

— Заезжай на территорию склада.

Джастин заехал на территорию. По периметру она была огорожена бетонным забором, поверху шла колючая проволока. С правой стороны вдоль железнодорожной линии цепочкой стояли большие ангары, в противоположной им стороне располагались одноэтажные офисные здания.

— Подъезжай к ангару номер три и остановись напротив его, — сказал голос.

Джастин, повинуясь, остановился напротив ангара. Машина шерифа остановилась за ним вплотную.

— Нужно его убить, — сказал голос.

— Что? Как убить? — недоумевая, спросил Джастин.

— Как всегда, Джастин. Желательно, чтобы он умер медленно.

— Нет, это уже слишком! Нет, убейте лучше меня!

Чувствуя и понимая, что от отказа наступит мотивация, он приготовился, но боли не было. Раздался щелчок, в ушах зазвенело и всплыло в сознании воспоминание:

— Папа, мне больно и страшно. Спаси меня, — тонким детским голосом просила Кэтти.

— Это Кэтти! Она у вас в заложниках? — крикнул Джастин. Дрожь прокатилась по телу, холодный пот выступил на лбу.

— Нет, не трогайте ее, я все сделаю! Все! Ради тебя, Кэтти. Ради тебя, — стал повторять Джастин.

— До события три, два, один…

Услышав шаги и взглянув в зеркало заднего вида, Джастин увидел, как медленно, неуверенными шагами приближался шериф.

— Ты должен убить его. Но не здесь, а в ангаре.

Сердце Джастина заколотилось, дыхание участилось.

— Как мало воздуха… Как убить человека? Как мне его заманить в ангар?

— Скажи ему.

— Просто сказать?

— Да.

Шериф подошел к окну автомобиля, Джастин посмотрел ему в глаза. Лицо шерифа было искажено болью и страхом, похоже, он знал, что с ним будет.

— Что смотришь? — крикнул Джастин.

— Стреляй, не медли! — произнес шериф.

— Иди в ангар! — приказал нервно Джастин.

Шериф без слов пошел в ангар. Джастин взял пистолет из чемодана и вышел из машины, направился за шерифом.

— Почему он?

— Пришло его время.

— Он плохой человек?

— Нет, он любящий и заботливый семьянин, посвятивший жизнь своей семье. До «Небесного города» он обезвреживал и ловил опасных преступников, спасал людей, но сегодня общество решило, что пришло его время, время уходить.

— Давай я убью какую-нибудь мразь, которая недостойна жить.

— Таких людей не осталось.

— Такого не может быть!

— Вопросы потом.

Зайдя в темный ангар, Джастин увидел стоящего и смотрящего вверх шерифа.

— Если сможешь, похорони меня здесь, под этим сводом, напоминающим крест, — попросил он.

— Убей его, — произнес монотонно голос.

Точный выстрел, пуля пробила артерию на шее шерифа, и он, ухватившись за рану, медленно опустился на колени. Кровь сквозь пальцы пробивалась и алым ручейком текла по телу, через секунду он упал на песчаный пол ангара.

Джастина вырвало от осознания произошедшего.

— Что я сделал? Зачем? Как я смог с первого выстрела, не прицеливаясь, попасть в него? Почему у меня не было в эту секунду и доли сомнения?

— Ты сделал все мастерски, все правильно, оставь переживания. Смотри на тело и наблюдай.

— Что? — Не успев дополнить вопрос, Джастин увидел дымчатое существо и услышал его дыхание, глубокое и равномерное. Оно склонилось над телом шерифа и вынуло из груди маленький сверкающий сгусток энергии. Медленно направилось в темноту ангара.

— Следуй за ним, — сказал голос.

Пройдя до середины ангара, существо стало исчезать, как будто спускаясь под землю по ступенькам. Через мгновение оно исчезло полностью.

— Что это такое? Это была смерть? — спросил Джастин.

— Стриптиз-клуб «Киски», час дня, — ответил голос.

— Ответь, что это? Я сошел с ума?

— Нет, Джастин. Час дня.

— Мне нужно похоронить шерифа! — грубо сказал он.

— Нет причин не делать этого. До события три, два, один, — сказал голос.

— Что это значит? Что за отсчет времени? — копая найденной палкой неглубокую яму под сводом в виде креста, спросил Джастин.

— Все «помощники» связаны друг с другом, для помощи людям происходят разного рода ключевые события, эти события в конечном итоге приводят к правильному результату.

— Правильному для кого?

— Для всего общества.

— Я убил человека! Это правильное событие?

— Да, общество выбрало, кто умрет. Ты убил, общество счастливо.

— В чем счастье?

— Счастье в том, что они не на его месте, у них нет чувства вины за то, что они кого-то выбрали для убийства. Они знают, что будет завтра и на многие десятилетия вперед. Знают, когда полюбят и кого, сколько у них будет детей и как их дети проживут. Мы помогаем каждому получать столько материальных благ, сколько они хотят, и заниматься тем, что им действительно нравится. Мы не даем совершить лишнего, в остальном они свободны в выборе.

— Это похоже на судьбу, которую тебе рассказали и требуют четко идти по судьбоносной линии. Мотивированной болью.

— С такой судьбой жить легко. Человек сбросил с себя гнет правильного или неправильного выбора и ответственности за других. Если причинил боль, то, значит, так было надо, он перестает переживать от неправильности своих поступков.

— Но я переживаю!

— Это меня в тебе и беспокоит, случаи мотивации практически перестали применяться, люди слушаются помощников беспрекословно.

— Ради тебя, Кэтти. Ради тебя, моя девочка, — повторял вслух Джастин, закапывая тело шерифа в вырытую яму.

Джастин вышел из ангара, сел в автомобиль и поехал. На часах было двенадцать тридцать пять дня, перед глазами висела пелена, головокружение и боль в голове не давали логически мыслить, все происходило автоматически, рефлекторно. Подъехав без пяти минут час к стриптиз-клубу «Киски», Джастин, шатаясь, вошел в клуб.

— Как скоро меня арестуют за убийство? Как скоро посадят на электрический стул? Боль утраты и это убийство сводят с ума, разрывают голову и тело, — бормотал он, заходя в клуб.

Осмотрев клуб, Джастин поймал себя на мысли, что ему нравится атмосфера. Яркий разноцветный свет прожекторов, пробивающийся сквозь густой искусственный дым, танцовщицы с привлекательными обнаженными формами, танцующие на отдельных маленьких сценах, расслабляющая музыка. Он испытывал приятные чувства от всего увиденного. Все было похоже на самые откровенные фантазии мужчины. Захотелось напиться и уйти в беспамятство со всеми девушками в этом клубе.

Джастин сел за столик, и к нему подошла официантка с обнаженной грудью, она поставила на стол стакан, наполненный оранжевой жидкостью:

— Ваш напиток, мистер Джонсон.

— Мы знакомы?

— Да, конечно, — удивилась официантка.

— Что это?

— Лимонад, ваш любимый.

— Мне бы что-нибудь покрепче, — попросил Джастин.

— Мой «помощник» порекомендовал принести вам только лимонад, чтобы не испортить ощущения, — ответила официантка.

— Тебе тоже приказывает голос?

— Нет, он не приказывает, он мне советует, — удивленно ответила она, — и мне он говорит, что ваш номер готов.

— Какой номер?

— Ваш личный номер для релаксации. Вы, я вижу, устали, пойдемте, я вас провожу.

Джастин встал и пошел следом за официанткой. Пройдя вдоль стойки, они вошли в коридор со стенами, покрытыми красными замшевыми обоями, со светильниками в виде свечей.

— Вам сюда, — открыв одну из дверей, пригласила она.

Джастин вошел в комнату с круглыми стенами, на которых висели мониторы с меняющимися фотографиями обнаженных девушек в разных позах, по кругу у стен на равном расстоянии стояли пять огромных кроватей, застеленных пушистыми одеялами. Посередине комнаты чуть ниже стояла джакузи, из которой медленно по краям стекала пена. Играла еле уловимая музыка, свет был теплым и приглушенным. Плавно и грациозно подошли две обнаженные, модельной внешности девушки, высокие, с округлыми формами. Одна из девушек подошла к нему и, нежно взяв его двумя руками за лицо, прислонившись губами, начала целовать его, он почувствовал, как при поцелуях девушка языком проталкивает ему в рот таблетку. Закончив целовать, девушка, плавно проведя рукой по щеке, отошла от Джастина. Он еще не осознал, что произошло, как подошла вторая девушка и так же нежно, при поцелуях, передала вторую таблетку. Закружилась голова, пришла приятная легкость, по телу пробежали бодрящие мурашки.

«Да, мне надо расслабиться, — подумал он и тут же попытался уйти от этих мыслей: — Нет! Нет, у меня жена и дети! Я потерял Кэтти! Мне нужно ее искать…»

Джастин почувствовал нежную руку, протиснутую сквозь расстегнутую рубашку, нахлынувшее возбуждение не дало ему опомниться. Он поднял голову и закрыл глаза. Музыка с приятным ритмом становилась громче, разноцветные огни и нежные теплые руки, гладившие грудь Джастина, руки, расстегивающие ремень и снимающие джинсы с рубашкой — создавали атмосферу удовольствия, наслаждения, которое стирало все мысли. Раздев, девушки взяли Джастина за руки и повели к джакузи. Подойдя, они помогли ему забраться в ванну. Он погрузился в теплую, пенную, бурлящую воду. Нежные руки девушек, массирующие тело, как русалки из мифологических рассказов, все больше и больше дурманили сознание. Джастин растворился в наслаждении пребывания с ними, оставалось только настоящее, без будущего и последствий. Музыка становилась все громче и ускоряла темп, извивающиеся тела девушек в такт музыке ускорялись… пик удовольствия…

Джастин, закрыв глаза и засыпая с ними на одной из кроватей, поймал себя на мысли: «Как они понимали, что мне сейчас нужно, каждое движение, действие девушек было настолько точно, что казалось, все, что с ним происходит, он делает сам, управляя сознанием этих девушек».

Глава 3

Открывая глаза, Джастин увидел белый потолок, по краям которого были вмонтированы светильники.

— Я дома, все просто сон, — вздохнув, произнес Джастин.

Он лежал на диване в большой гостевой комнате.

— Как не хочется вставать, такое непонятное ощущение, что я чего-то боюсь. Боюсь пошевелиться, встать и обнаружить пустой дом.

Он полежал еще пять минут не шевелясь.

— Я помню, мне снилась кровь, море крови и люди, — облизывая потрескавшиеся и кровоточащие губы, тихо бормотал он.

Чувство тревоги не утихало, тишина в доме еще больше усиливала это ощущение.

«Как страшно встать и не увидеть семьи, — подумал Джастин. — Что за бредовые мысли лезут в голову? Они, наверное, спят, похоже, время еще раннее? Или Рианна уже увезла детей в школу?»

Ноющие боли в голове, по ощущениям правая область на лбу ныла сильнее всего. Джастин попытался протянуть руку и нащупать на голове самое больное место, но от этого по всему телу прокатилась боль, появился озноб и головокружение, тело загудело, как потревоженный осиный улей. Невыносимая жажда заставила его встать через боль и пойти, хромая, на кухню.

Пройдя на кухню, он взял кружку, подошел к раковине и открыл кран. Воды в кране не было. — Странно, — пробормотал Джастин. Подойдя к холодильнику, он открыл его — пустое пространство, в нем не было ничего.

«Такое ощущение, что я открыл холодильник в магазине электроники при его покупке», — подумал он.

Подошел к шкафам и открыл их — ситуация не поменялась, совершенно пустые шкафы. Оглядевшись, Джастин увидел толстый слой пыли, покрывавший все вокруг. Весь вид кухни и других комнат говорил о том, что здесь давно никто не живет.

— Странно.

Голова заболела сильнее, чувство жажды усилилось, не было слюны, чтобы сглотнуть. Помутнело сознание, «надо попить» — вертелось в голове. Появилась мысль пойти к соседям попросить воды.

Джастин вышел из дома и, прихрамывая, пошел к соседнему дому. Постучался в дверь, но никто не открыл. Также было и с тремя последующими домами. Неприятное чувство страха нарастало, окружающая молчаливая пустота улицы, высохшая серая трава, деревья без листвы, палящее солнце привели Джастина к панике и полуобморочному состоянию. Джастин, еле волоча ноги, падая и вставая, прошел еще пять домов и у шестого дома, подойдя к двери, сделал три последовательно затухающих удара. Прислонившись спиной к двери, сполз по ней, сел на крыльцо. Сил встать и даже пошевелиться не было. Заваливаясь по двери на бок, он почувствовал, что падает спиной назад. Дверь открылась, там стоял седой старик с ружьем, ствол направивший на его лицо.

— Воды, — пробормотал Джастин, — воды.

Старик усмехнулся. И, повернув голову, сказал:

— Марта, ты слышала? Ему нужно воды и, я так понимаю, еды.

Подошедшая пожилая женщина опустила рукой ствол в его руках.

— Джордж. Ты не видишь, человек умирает, ему срочно нужна медицинская помощь. Занеси его в дом и размести в гостиной. А я приготовлю все необходимое.

Джордж помог Джастину встать и повел в гостиную.

— Ты кто такой? Как звать? — спросил Джордж.

— Джастин, — шепотом ответил тот.

— Джастин? Джастин Джонсон?

— Да, — ноги странника подкосились, но Джордж крепко держал его и не дал ему упасть.

— Марта, Марта, быстрее, это Джастин! Это Джастин. Слава Джованни, ты жив, — говорил Джордж.

Положив Джастина на диван в гостиной, Джордж, как верный пес, стал бегать вокруг дивана, не зная, как выразить радость от встречи.

Марта принесла влажные салфетки, бинты, мази и кружку с трубочкой, наполненную жидкостью.

— На, попей, — прислоняя трубочку к губам Джастина, сказала Марта, — сейчас станет легче.

Он стал жадно через трубочку вытягивать эту жидкость, по консистенции напоминающую кефир. Не чувствуя наслаждения, Джастин выпил ее. На удивление, от выпитой жидкости ему стало немного лучше.

— Джастин, мы думали, что тебя мы больше не увидим, — сказала Марта.

— Да, Джастин, как запустили эту чертову «мотивацию», мы перестали видеться, — с сожалением произнес Джордж. — Как семья? Эшли, дети?

— Какая Эшли? Моя жена Рианна! — удивленно ответил Джастин.

— О-о-о, друг, да ты действительно плох, Марта, давай быстрее вытри Джастина и обработай раны, ему становится хуже.

Марта, вытирая лицо и тело Джастина, шепотом обратилась к Джорджу:

— Похоже, его пытали, посмотри, все тело в шрамах.

— Да, досталось тебе, Джастин, впрочем, и нам тоже, — Джордж еле сдерживал слезы. — Наших детей с внуками забрали карантинные службы, как и тебя с твоей семьей.

— Я не помню, что произошло, ничего не помню, и не знаю, кто вы такие, извините, — ответил Джастин.

— После того, что мы все пережили, лучше ничего не помнить и не вспоминать! — грустно и задумчиво сказал Джордж.

— А что случилось? — тяжело спросил Джастин.

— Ты слаб, давай отложим разговор до того, как наберешься сил, — предложила Марта.

— Прошу, скажите, — настаивал Джастин.

— Хорошо, только кратко.

Джордж покашлял и стал рассказывать:

— Больше месяца назад повстанцы, называемые «крысами», взорвали «Небесный город», и все люди вышли из-под контроля «мотивации». Как только «Небесный город» упал на землю, появились военные и объявили комендантский час в связи с угрозой заражения населения вирусом, вирусом, способным уничтожить человечество. Несмотря на все усилия военных, вирус распространился, и постепенно всех людей признали зараженными. Мы не знаем многого, людей из домов не выпускали, тех, кто не соблюдал комендантский час, расстреливали. Мы общались через окна, передавали информацию друг от друга, поэтому она была иногда недостоверной. В первый день карантина приехавшие военные нас просканировали, узнали степень «медиков», забрали всю еду из дома и пообещали привозить все необходимое каждый день. Кстати, они искали кого-то, прошел слух, что самого Джованни, его спасательная капсула упала недалеко от нашего городка. Еще говорили, в первый день твою семью признали зараженной и вывезли вас всех в лечебный центр, находящийся в ангарах железнодорожной станции. На следующий день ровно в десять утра привезли нам биоматериал и армейскую еду, всего привезли очень мало, так, чтобы мы не умерли. Через неделю до нас дошло известие, — Джордж замолчал, тяжело вздохнул и продолжил: — известие, что семью нашего сына увезли в лечебный центр. Так с каждой неделей городок пустел и пустел. Не было никого, кто бы вернулся обратно. Мы с Мартой ждали, когда придет и наше время, но, похоже, уже про нас забыли, военный с едой не приезжает третий день.

— Что за вирус? — спросил Джастин.

— Точно не скажу, говорят, у людей, кто заразился, быстро появляются резаные раны по всему телу. Мягкая ткань просто расползалась, как будто по ней проводили острой бритвой. Человек превращался в изрубленный кусок мяса, но способность двигаться не пропадала, испытывая невыносимую боль, эти люди были опасны из-за помутнения разума, очень агрессивны, нападали на людей и способны были их убить. Я видел через окно зараженного человека, нашего соседа Томаса, когда вынесли всю его мертвую семью. Томас заразился вирусом и растерзал своих детей и жену. Страшно вспоминать это… Поэтому я держу ружье всегда заряженным и при себе.

— Вы пытались найти помощь? — еле слышно спросил Джастин.

— Я уже плохо хожу, Марта тоже, мы приготовились уходить в мир иной, но ты появился, как лучик надежды, что все поменяется к лучшему. Ты вернулся, и, возможно, сын с семьей вернется тоже. Ладно, вижу, что тебе совсем плохо, давай отдыхай, спи.

Джастин закрыл глаза: «Когда я уже проснусь?»

Глава 4

Очнувшись, Джастин почувствовал резкую боль в правом боку и ощутил, что его за ворот рубашки волоком тащат два человека в военной форме. Оглядев себя, он увидел на боку кровавое пятно. Солнце обжигало кожу на лице и на открытых участках тела, хотелось пить. Сквозь периодический звон в ушах и полуобморочное состояние Джастин слышал разговор:

— Джек, он тяжелый такой. Испугал «няньку», зря ребенка потратили, два дня ловли псу под хвост. Я уже стал видеть четко эту тварь, — сказал один.

— Тони, давай его вскроем и выпотрошим, легче станет, — ответил Джек.

— Нет, ты же знаешь, что сейчас уже людей просто так не встретишь, а этот в гражданской одежде, без оружия и провизии, первым делом нужно выяснить, кто он и откуда взялся, покажем генералу, а он решит, что с ним делать. И этого Вилсона мы тоже не зря встретили, он рассказал нам про бункер, «нянек», Джованни. Носом чую, этот что-то точно знает.

— Пить! Дайте попить, — пробормотал Джастин.

Руки военных разжались, и Джастин упал на пыльную землю. Солдаты повернулись к раненому, встали над ним, и один из них ногой ударил в область раны. Джастин застонал от резкой боли.

— Сволочь, пить захотел, на тебя мы явно не будем тратить воды. Заткнись и наслаждайся поездкой, — сказал Тони.

— Тише, успокойся, надо донести его живым.

Оба расхохотались, взяли Джастина за ворот и потащили дальше. У Джастина мелькнула мысль — может, попробовать вырваться, схватить пистолет у одного из них… Но как? Он даже не мог поднять руки — они тащились по земле и повторяли все неровности дороги — остается только ждать, и еще где-то идет третий.

Время для Джастина остановилось, ни одной мысли в голове, только звук шагов, шорох его тела о землю, боль, периодически усиливающаяся и утихающая.

— Все, пришли, — громко, с облегчением сказал Тони.

— Да, — подтвердил Джек.

— Бросим в ангар к животным или отведем его к генералу? — спросил Тони.

— Бросим в ангар, зачем мы сразу потащим это мясо к генералу? Расскажем об охоте, а потом, если генерал захочет, приведем к нему.

Железные ворота заскрипели, и Джастина заволокли в темный ангар, свет туда проникал только через маленькие многочисленные щели. Солдаты бросили «добычу» на землю и ушли. Ворота снова заскрипели, раздались удаляющиеся голоса.

Джастин лежал на спине и, открыв глаза, смотрел на потолок ангара — луч света, пробивавшийся через заделанную наспех дыру в потолке, освещал свод в виде креста. «Какой интересный крест», — подумалось ему.

Пролежав минут десять, Джастин попытался подняться, но боль сразу сковывала все движения. Рядом с собой он услышал шум.

— Здесь кто-то есть? — задал вопрос Джастин.

Ответа не последовало.

«Наверное, это животные, про которых говорили военные, — подумал он. — Но животные не вели бы себя так тихо. Странно. Надо что-то сделать с раной, я чувствую, как из нее сочится кровь».

Джастин, превозмогая боль, подполз к стене и уперся в нее спиной. Задрал рубашку и увидел кровоточащее отверстие в боку. Провел рукой с другой стороны, нащупал еще одно отверстие. Пуля прошла насквозь, недалеко от края.

— Наверное, можно просто перевязать рану, и кровь остановится, — сказал себе Джастин, оторвал кусок от рубашки и перевязал рану.

— Как же хочется пить… У животных где-то должна быть вода.

Он, боком волоча ногу, пополз в противоположную сторону ангара.

В темном и пыльном ангаре, с болью в боку и невозможностью встать, он чувствовал себя беспомощным земляным червем, высыхающим на солнце. Ползя, он наткнулся на что-то, потрогал рукой — на ощупь это было что-то мягкое, ему показалось, что это человеческая нога. Подняв голову, сквозь тусклый свет он увидел силуэт полуобнаженного взрослого человека.

— Помогите встать, — попросил Джастин.

Человек не обратил на него внимания, стоял как статуя. Потом отдернул ногу от его руки, как будто от насекомого, который полз по ноге, развернулся и ушел в темноту.

— Постой, скажи, где я? Что случилось здесь? — произнес Джастин.

— Он тебя не услышит и не поймет, — раздался голос.

— Кто ты? — спросил Джастин, — помоги мне подняться.

— Поверь, тебе лучше мне помочь, — ответил голос, — они переломали мне все кости.

— Где ты находишься?

— Здесь, справа от тебя. Иди на голос.

Джастин повернул голову и увидел в темноте лежащий силуэт. Он подполз к нему — перед ним лежал на спине человек с опухшим лицом, покрытым спекшейся кровью, у него отсутствовало правое ухо. Он часто дышал мелкими вдохами.

— Что с тобой сделали? Как тебя зовут? — спросил Джастин.

Человек пристально, одним кровавым глазом посмотрел на него, спросил:

— А ты кто?

— Я Джастин.

— Джастин? — тревожным голосом переспросил человек.

— Да, а что?

— Нет, нет, ничего, — с усиленной тревожностью ответил человек.

— А как тебя зовут?

— Меня зовут Брэд. Брэд Джонсон, — неуверенно выговаривая каждый слог, ответил Брэд.

— Брэд Джонсон? — удивился Джастин.

— Да, — более уверенно ответил Брэд.

— Просто моего старшего сына зовут Брэд.

— Джастин — так звали моего отца, — ответил Брэд. — Маму — Рианна, брата — Дэвид, сестру — Кэтти.

— Постой, не может быть, нет. Сколько тебе лет?

— Мне двадцать восемь, а что?

— Нет, моим детям Брэду десять лет, Кэтти семь лет, Дэвиду шесть.

— Мой отец пропал много лет назад, как раз мне было лет десять-одиннадцать. Пропал после того, как исчезла моя сестренка Кэтти.

— Кто пропала? — тревожно переспросил Джастин.

— Моя сестра Кэтти исчезла из школы.

— Нет, это какое-то безумие! Не может быть. Ты получаешься? Нет… — перебирал слова Джастин.

— Мы жили в этом городке на Мемористрит, 35.

— Нет, не может быть. Брэд, ты, получается, мой…

Страшное чувство жажды и головокружение не давало понять происходящее.

— Я сильно хочу пить, здесь есть вода? — спросил Джастин.

— Нет, ничего теперь здесь нет, ни воды, ни еды в привычном виде.

— Что ты имеешь в виду под словами «в привычном виде»? — переспросил Джастин.

Раздались приближающие шаги, ворота ангара заскрипели, и в ангар вошли двое военных. Они подошли к Джастину, схватили его за руки и потащили наружу.

Яркий солнечный свет на время ослепил и дезориентировал Джастина, он не понимал, куда его несут. Когда зрение восстановилось, Джастин уже сидел на стуле в каком-то кабинете напротив большого потертого стола. За столом сидел человек в военной форме и с большими звездами на плечах, как показалось Джастину, это и был тот самый генерал.

— Значит, это ты спугнул «няньку» и помешал нашей операции? Я думал, мне приведут того самого Джастина, правую руку куклы Джованни, о котором мне твердили, приспешник Вильнос и крысиный предатель Фрэд. А ты, я вижу, просто недобитая рядовая «крыса»? Тоже предатель? Первым убежал с тонущего корабля Рианны? Или ты Джастин? — оценивающе смотря на Джастина, говорил генерал. — Нет, — не дожидаясь ответа, генерал ухмыльнулся, — нет, скорее не ты. По твоему жалкому виду и не скажешь, что ты можешь быть Джастином.

— Дайте попить, — хрипя, попросил Джастин.

— Дайте ему попить, — приказал генерал.

Один из военных выбежал за дверь и завел худую женщину. Она была в оборванном, но чистом платье, сквозь рваную ткань видно было ее худобу — как кожа обтягивает кости. Она мелкими шажками подошла к генералу. Генерал взял ее тонкую руку и подставил грязный бокал под катетер в руке, повернул маленький кран, и из вставленного в вену катетера полилась алая кровь, наполняя бокал.

— На, выпей, — сказал генерал, протягивая бокал с кровью Джастину.

— Нет, этого я пить не буду, — с отвращением произнес Джастин.

— Ребята! — обратился генерал к военным, разведя руки в стороны, — это неуважение к нашему гостеприимству!

На Джастина обрушился град ударов от рук и ног военных.

— Выпей тогда своей крови, — произнес генерал. — Если до завтра не умрет, сделайте из него «животного», а если умрет, тогда скормите его «животным».

От боли у Джастина закружилась голова, помутнело в глазах…

Теряя сознание, Джастин, слышал, как генерал приказал вытащить черный овал из бункера и готовиться выходить на охоту.

Глава 5

— Вставай, — произнес монотонно голос.

— Что? — сквозь сон пробормотал Джастин.

— Вставай…

— Встаю! — поднимаясь, Джастин убирал руки спящих девушек, лежавших с ним на кровати и обнимающих его.

— Нет, — тревожно проговорил Джастин. — Нет! Что я наделал… Я изменил Рианне, я предал свою семью. Чертовы жрицы любви! — с досадой, надевая джинсы, говорил Джастин.

— Джастин, не нужно доводить себя, успокойся, — произнес монотонный голос.

— Что? Говори, что мне надо сделать, чтобы найти и вернуть Кэтти.

— Я не знаю, — ответил голос.

— Но как? Вчера ты мне воспроизвел ее голос.

— Да, я анализирую, как можно в определенный момент мотивировать человека, не применяя разрушение его организма, я в первую очередь помощник.

— Чей?

— Твой личный, Джастин. И мне тревожно за тебя, за твое самочувствие, я сообщил в «Небесный город» о том, что тебе становится хуже.

— В какой город?

— «Небесный город», его невозможно забыть и невозможно не заметить. Это творение мистера Джованни, нашего лидера. Доказательство его могущества и всевластия.

— Я сошел с ума, точно сошел, у меня навязчивые голоса в голове! Где здесь больница, мне нужно в больницу, — закричал Джастин.

От крика проснулись девушки и испуганно смотрели на него.

— Что смотрите? Идите вон! — показывая на дверь, крикнул Джастин.

Девушки, повинуясь, сверкая обнаженными телами, выбежали из комнаты.

— Зря ты с ними так, Джастин, они тебя любят! И посылают тебе вопросы, чем они тебе не понравились и что сделали не так? — сказал монотонный голос.

— Какие вопросы?

— Из сети IYF. Я не пускаю сообщения, эмоции сразу в твой мозг. Фильтрую и говорю тебе только о важных сообщениях, именно для тебя.

— Что за IYF?

— Социальная сеть для обмена эмоциями.

— Эти девушки, я уверен, любят меня за деньги. Единственная женщина, которая меня любит бескорыстно, это моя жена Рианна.

— Ты ошибаешься, Джастин, мистер Джованни продумал все.

— За мои деньги, поверь мне! Твой Джованни ничего не понимает в девушках легкого поведения. Кстати, откуда у меня деньги, что я могу позволить себе такие апартаменты?

— Они вас любят искренне и не получают деньги, сейчас денег нет. Сейчас люди живут счастливо и по другим законам, чем лет десять назад. Любят и уважают друг друга, живут и радуются жизни в справедливом мире, без ненужных убийств и насилия. Они любят тебя за то, что у тебя есть статус, который тебе выдал мистер Джованни.

— За что он мне его выдал?

— За то, что ты беспрекословно служишь ему.

— Кем служу?

— «Служителем смерти»

— Кем???

— В ваши обязанности входит великая миссия в мире мистера Джованни.

— Что замолчал? Какая миссия? Убивать людей?

— Секретная информация, у вас нет к ней доступа. До события три, два, один. Нужно ехать.

— Как-то странно, ты стал вежливым, где твой приказывающий голос?

— События в данный момент не предполагают активного участия для тебя.

— А когда предполагают?

— Через три часа.

— То есть три часа я свободен? И могу делать, что хочу?

— Я советую тебе не выезжать дальше двадцати километров за город, не разговаривать с людьми, не обмениваться эмоциями в IYF. Лучший вариант — поиграть в теннис с электронным тренером.

— Это совет или приказ?

— Я не приказываю, я советую сделать что-то, что сделает в дальнейшем тебя счастливым.

— Я не умею играть в теннис и вообще в спортивные игры.

— С персональным «помощником» ты умеешь делать все.

— Что все?

— Играть на любом инструменте, в любой вид спорта, готовить кулинарные блюда, собирать и проектировать сложные механизмы, метко стрелять из любого вида оружия. Если я буду перечислять, что ты можешь со мной, мне не хватит целого дня.

— А что будет через три часа?

— Встреча с мистером Джованни. Он обратил внимание на мои сообщения.

— Хорошо, поехали, поиграем, — с интересом сказал Джастин.

Выходя из клуба на улицу, Джастин вдохнул свежий, чистый, теплый воздух. Он осмотрелся вокруг — солнце светило ласковыми лучами, улица была чистая и красивая, с ярко-зелеными деревьями, растущими вдоль гладкой и ровной дороги, по ней ехали красивые новые машины. Тротуары с идущими по ним людьми, вдоль зеркальных витрин одноэтажных зданий. Все люди улыбались и были одеты в разную и странную одежду, как будто они сбежали с показа мод. Город показался Джастину утопией: в нем хочется жить и творить.

Джастин повернул голову и увидел висящий в облаках огромный, сверкающий небоскребами город. Несмотря на свои внушительные размеры, он парил в воздухе как пушинка.

— «Небесный город», — произнес монотонный голос.

— Действительно, впечатляет, даже мурашки по коже пробежали, — сказал Джастин.

— Рекомендуется сесть в машину.

Джастин подошел к машине, открыл дверь и сел за руль.

— Куда ехать? — заведя машину, спросил Джастин.

— Просто поезжай, — ответил голос.

— Какое интенсивное движение, я не помню его вчера, — тронувшись с места, отметил Джастин.

— Все были дома. Когда происходят ключевые события, не предполагающие участия других людей, то все находятся дома, чтобы не мешать, а вообще многие смотрят трансляции происходящего события.

— Смотрят, и им нравятся убийства?

— Большинству да!

— А остальные, кому не нравится?

— Остальным передаются эмоции тех, кто смотрит, и человек ориентируется на них, если большинство одобряет, значит, так и надо.

— Стадное восприятие мира?

— Да, можно сказать и так. Все зависит от общества — если принято плевать в лицо, то каждый будет делать это, нет запретов, кроме запретов общества. А обществом можно управлять, главное — найти подход.

— Если есть закон, значит, есть законодатель?

— Мистер Джованни. Он дал людям бессмертие, обмен эмоциями и меня, персонального помощника. Люди счастливы.

— С чего ты опять взял, что они счастливы?

— Я вчера говорил тебе про это. И ты сам вчера в клубе испытывал и сейчас испытываешь чувство легкости, ощущение, что можешь перевернуть вселенную и создать ее с нуля, что весь мир твой без остатка, все, что ты видишь, сделано для тебя, и только для тебя. Разве ты не счастлив?

— Всплывает счастье, но ненадолго. Я потерялся в своем сознании, у меня постоянные ощущения, что все сон, что все не со мной, все неправда, все…

— Все навязано тебе? Ты этого не хочешь? Это не твоя жизнь? — дополнил голос.

— Да! Точно!

— Это секретная информация… Проверка доступа… Доступ разрешен. Этот синдром проявился два года спустя, с тех пор, как стала работать система IYF. Возник синдром чужих воспоминаний и чувств. Люди, общаясь и обмениваясь эмоциями, чувствами друг с другом, стали замечать, что живут не своей жизнью, не своими мыслями, чувствами, эмоциями. У некоторых людей изменялось восприятие мира. Человек стал жить воспоминаниями других, чем дольше человек находился в IYF, тем больше он терял свое Я. Он начинал вспоминать моменты не своей жизни, забывать родных и считать родными других людей. Жить их мечтами. Был несчастлив от своей реальной жизни.

— Ты сказал, что у меня есть доступ — к чему, и у кого он еще есть?

— В иерархии нашего мира ты — правая рука Джованни, но не вся информация открыта для тебя… Она стала закрыта для тебя… Нет информации, когда… Может, это какая-то ошибка, я не могу уточнить.

— Значит, ты не во всем мне можешь помочь?

— Во всем.

— Но сейчас ты не можешь мне сказать?

— Что тебя интересует?

— Ты только что мне рассказывал про…

— Мы прибыли в точку назначения, — перебил голос.

— Куда?

— В спортивный комплекс.

— Как я добрался сюда? Я даже не понял, как я ехал. Как-то легко, даже не понимая.

— В этом и есть моя помощь. Человек с «помощником» и не понимает, он просто знает, куда, когда, зачем. В этом и уникальность меня, ты знаешь все, это то же самое, что прожить миллион жизней и каждую жизнь оттачивать какой-то навык, получать знания в определенной сфере. Я есть этот опыт, умение, знание миллиона людей, живущих сейчас на земле, все их открытия и копии их навыков, они у тебя. Сейчас ты можешь любую мелодию, звучащую у тебя в голове, как пианист, сыграть на рояле.

— И все люди так же все знают, как и я?

— Да, все, у кого установлен «помощник».

— Да, это хорошо. Все люди все умеют и все могут.

— Да, да, да, — быстро и громко стал повторять голос.

— Прекрати! — схватившись за голову, крикнул Джастин.

— Что прекратить? — спросил голос.

— Ты только что повторял слово, одно и то же слово.

— У меня нет информации об этом… Я знаю все и все помню… Я этого не произносил.

— Да как так? Я сумасшедший, по-твоему?

— Нет, твое сознание… Я сейчас его просканирую.

— Что?

— Странно, — сказал голос.

— Что странно?

— Я не вижу твоих воспоминаний, у тебя их нет.

— Нет?

— Да, я вижу только то, когда ты очнулся в доме и потерял…

— И что?

— И больше ничего, до этого у тебя нет никаких воспоминаний.

— Как так?

— А что ты помнишь?

— Я проснулся в доме, хотел увидеть семью, ты мне запретил. Нет, подожди, я потерял Кэтти!

— Запрет, запрет, запрет, — повторял голос.

— Замолчи, — крикнул Джастин.

— Да, Джастин, я молчу.

— Что опять ты делаешь? Это какой-то ад. Я понял, ты меня мучаешь, сводишь с ума, потихоньку, капля за каплей. Я больной, я точно больной, ужас потери свел меня с ума, с ума! — громко говорил Джастин.

— Какая потеря тебя терзает?

— Потеря ребенка. Моей девочки, Кэтти, — печально сказал Джастин.

— Почему она тревожит твое сознание, до вчерашнего дня этой тревоги не было в тебе? Тебе срочно нужна помощь, помощь, помощь, — повторял голос и становился все тише и тише.

Пустота и апатия сковали разум, захотелось взять пистолет и выстрелить себе в голову. Джастин чувствовал, как мозг в его голове надувается и вот-вот взорвется. Сдавливая голову руками, словно не давая ей лопнуть, он видел мелькающие, повторяющиеся, все больше и больше ускоряющиеся фотографии — Рианна, Кэтти, Брэд, Дэвид, Рианна, Кэтти, Брэд, Дэвид, Рианна, Кэтти, Брэд, Дэвид…

— Хватит! — крикнул Джастин.

Все прекратилось в ту же секунду, он отвел руки от головы и посмотрел на дорогу. Раздался визг колес и глухие удары. Джастин огляделся — прохожие на обочинах стояли, повернувшись к дороге, и что-то ждали. Вдруг один из прохожих бросился под машину, раздался удар, человек перелетел через машину и упал на дорогу. Машина, через несколько метров свернув в сторону, врезалась в стоящую на тротуаре толпу людей. Никто не пошевелился. Через секунду еще один человек проделал то же самое, потом появилась молодая девушка с ребенком на руках и пошла в сторону дороги. Джастин понял, что девушка сейчас сделает то же самое, он выскочил из машины и бегом побежал к ней, крича: — Стой, умрешь! Остановите ее!

Ни девушка, ни люди не обращали внимания на призыв Джастина остановиться. Девушка сделала шаг под проезжающую мимо машину и отлетела прямо под ноги бежавшего к ней Джастина.

Тот сделал шаг и медленно стал наклоняться к ней.

— Остановись, — сказал монотонный голос.

— Что?

— Остановись, применение мотивации.

Джастин резко встал и посмотрел на людей: они все разошлись, как будто ничего не произошло.

— Что это было?

— Хакерская атака «крыс». Нужно срочно явиться к мистеру Джованни. Садись и поезжай в «Небесный город».

Джастин, повинуясь, сел в машину и поехал в сторону висевшего в небе «Небесного города».

— Что за «крысы»?

— Люди, живущие без персональных «помощников». Мистер Джованни зовет их «крысами», так как они прячутся в канализационных коллекторах. Сейчас их предводитель — бывший сотрудник мистера Джованни, Рианна Джонсон.

— Рианна?

— Да.

— Понятно, — задумчиво произнес Джастин.

Он повернул направо и спустился в подземную парковку.

— Куда я приехал? — спросил он.

— К лифтовой шахте, ведущей в «Небесный город».

— Откуда я знаю дорогу?

— Ты здесь живешь и работаешь много лет. В последнее время ты задаешь много странных вопросов.

Джастин вышел из машины и подошел к одной из многочисленных кабин лифтов. Двери лифта открылись, и Джастин зашел внутрь. Не успел он нажать на кнопки, как лифт стремительно стал подниматься, через мгновение двери открылись, и перед Джастином открылся огромный светлый холл.

— Заходите, мистер Джованни вас ждет, — сказала сидящая в стороне за столом девушка.

Джастин прошел через огромные раздвижные двери и попал в мрачную темную комнату. В большом кресле, дымя сигарой, сидел человек. Сквозь темноту и клубящийся дым лица его было не видно.

— Здравствуй, Джастин, — произнес Джованни.

— Здравствуйте, — присматриваясь, ответил он.

— В последнее время я не узнаю тебя, Джастин, что с тобой происходит? Тебя как будто подменили. Скажи, что с тобой?

— А что со мной не так? — переспросил Джастин.

— Тебе стала нужна мотивация? Я уже и не помню, когда она применялась к тебе. Еще ходят слухи, что тебя видели с «крысами»?

— С «крысами»?

— Персональный «помощник» сообщает, что у тебя много глупых вопросов! — грозно сказал Джованни. — Рассказывай как есть.

— Что рассказать?

— Ты меня стал напрягать, не играй со мной! — закричал Джованни. — Ты меня разочаровываешь в последнее время, я тебе верну память.

Все тело Джастина начало сдавливаться. Становилось тяжело дышать, каждый выдох делал объем легких меньше, и каждый вдох становился меньше. Джастин чувствовал, как захрустели суставы.

— Ты все еще не хочешь говорить? — спросил Джованни.

— Да если бы я что-то знал, я — это я, никаких врагов, я не знаю, что со мной случилось, я ищу свою семью! — на одном выдохе просипел Джастин. И места вдохнуть уже не было. Давление исчезло, и Джастин, кашляя, жадно стал вдыхать воздух.

— Знаешь, я верю тебе. Ты же знаешь, что я верю тебе как себе. Боль не даст соврать, боль заставит признать даже то, что ты не делал. Будем считать, что это недоразумение, обычное переутомление.

Джастин чувствовал, как суставы и ткани внутри восстанавливаются и боль утихает.

— Пей больше биоматериала и меньше употребляй наркотиков, может, роботы в твоих мозгах от этого шалят, — посоветовал Джованни. — Я верю, что ты не сделаешь глупостей и будешь служить мне так же, как и прежде. И кстати, что ты сказал про семью? Насколько я помню, у тебя ее нет.

— Но утром я был дома, — сказал Джастин.

— Компьютер, — произнес Джованни, — где был сегодня утром Джастин?

— В доме Эшли Стар, — ответил компьютер.

— Покажи видео утра, — попросил Джованни. На большом экране стало транслироваться видео, была показана кухня, где, помимо Джастина, находились женщина с светлыми волосами, двое мальчиков-близнецов и девочка с косичками, они сидели за столом, разговаривали и завтракали.

— Это твоя семья? — спросил Джованни.

— Нет, — качая головой, ответил он. — Но как я оказался у них?

— Да! Ты совсем плох, — произнес Джованни. — Я не пойму, сколько наркотиков ты принял? Ты — «служитель смерти», для тебя все двери открыты в этом мире. И не только двери, но и все блага мира, при условии выполнения своих обязанностей. Почему ты стал часто ночевать у этой семьи? Ты их любишь? Они что-то для тебя значат? Джастин, мой тебе совет: меньше влюбляйся, ты и так потерял все намеченные цели. Компьютер, сделай диагностику Джастина.

— Моральное и физическое истощение, наркотического опьянения нет, — ответил приятный женский голос.

— Иди в медицинский центр на полное восстановление организма. Иди, иди, быстрей, день на отдых без «помощника», и надо продолжать начатую охоту на «крыс». Разведка сообщает, что они затеяли очень нехорошие дела. Компьютер, отключи от него «помощника» и вызови людей из медицинского центра. Кстати, Джастин, не переживай, найдем тебе семью, — вслед ему сказал Джованни.

Двери открылись, и в зал вошли два коренастых человека в белых халатах и в масках, посадили Джастина в кресло-каталку и повезли к лифту. Спускаясь вниз, Джастин спросил у одного из них: «Куда мы едем?» Но люди, ничего не говоря, стояли молча. Лифт спустился в подземный гараж, двери открылись, выйдя из лифта, двое быстро покатили кресло к машине. Подкатив к автомобилю, один из них резко открыл дверь, и Джастин почувствовал, как ему в шею воткнулась игла, руки скатились с подлокотников каталки, и он потерял сознание.

Глава 6

Выстрел, крик. Джастин открыл глаза. В коридоре был слышен разговор, кричал Джордж:

— Марта, отойди, не мешай.

Джастин встал с дивана. За окном была ночь. Внутрь дома с улицы сквозь окна в прихожей проникал свет. Дойдя до прихожей, Джастин увидел окровавленное тело в военной форме и Джорджа, стоявшего рядом с ружьем. Из дула ружья шел дымок.

— Что? Что произошло? — тревожно спросил Джастин.

Джордж убрал в сторону ружье и стал перезаряжать его трясущейся рукой.

— Я услышал сквозь сон визг покрышек и рев двигателя, встал с кровати и подошел к окну, увидел вдалеке свет фар. Взял ружье и спустился в прихожую. Думал, машина проедет мимо как несколько дней назад, но она прямиком через соседние газоны на большой скорости двигалась к нам, резко затормозила у дома. Открылась дверь автомобиля, я увидел силуэт, приближающийся к входу. Свет фар от машины, бьющий в глаза, не дал толком ничего разглядеть. Раздался стук в дверь и непонятное то ли рычание, то ли стоны. Я открыл дверь и ужаснулся, передо мной стоял… ты сам видишь, кто.

— Зачем вы стреляли?

— А ты что бы сделал? Он хотел накинуться на меня, что-то мычал, я со страху и выстрелил, — дрожащим голосом произнес Джордж. — Ты же видишь, это уже не человек, а кусок изрубленного мяса.

Все лицо военного было изуродовано многочисленными кровавыми ранами.

Джастин наклонился над трупом и на форме, пропитанной кровью, прочитал вслух:

— Сержант Джон.

— Не тот ли это сержант Джон? Который последний месяц нам привозил провизию, — сказала Марта.

— Похоже, что он, у него я видел на руке это кольцо в виде змеи, — ответил Джордж.

— Если он зараженный и приехал сюда, значит, за ним, скорее всего, приедут, надо подождать, — сказал Джастин, — не будем ничего здесь трогать.

— Хорошо, — кивая головой, сказал Джордж.

Появились первые лучи солнца, на улице и в доме стало светло. Джастин встал с кресла и вышел на улицу — жуткая, мертвая тишина. В трех метрах от дома стоял зеленый военный пикап с закрытым кузовом. Подойдя к машине, Джастин сел за руль, завел автомобиль, судя по опустившейся на отметку «LOW» стрелке и моргающему на табло изображению в виде топливной колонки — горючего было мало. Включив рацию, Джастин взял микрофон и, переключая волны, стал произносить:

— Кто-нибудь меня слышит? Прием! — но в ответ было лишь шипение рации.

Обернувшись назад, Джастин увидел на заднем сиденье автомат и два магазина к нему. Впереди на панели автомобиля нашел прикрепленный планшет с картой, на которой отмечены несколько точек. Под цифрой два, написанной от руки, был отмечен дом Марты и Джорджа, вторая отметка находилась через пять кварталов, адрес Грин Драйв, 55, и третья — значительно дальше, где-то в районе железнодорожной станции. «Знакомое место, — подумал Джастин. — А эти два места, скорее, обозначают, где есть незараженные люди».

Джастин вышел из машины, обошел ее, открыл кузов. Там он увидел десять литровых бутылок с надписью «биоматериал категории «В» и пять коробок с надписью «армейский паек».

— Никто не обидится, если я это возьму, — решил Джастин.

Открыв коробку, Джастин взял какой-то батончик и откусил кусок. Жуя, ощущал радость, ему казалось, что вкусней он ничего не ел. Оставив две бутылки биоматериала и два пайка в кузове, Джастин все остальное занес в дом и сказал Джорджу:

— Никто не приехал, я собираюсь отправиться на поиски незараженных и военной базы. Еды и биоматериала вам хватит на какое-то время, надеюсь, к тому времени, как закончится у вас еда, я найду помощь.

— Хорошо, удачи тебе, Джастин, — сказал Джордж и протянул пояс с кобурой и пистолетом: — тебе пригодится, а сержанту уже нет.

— Спасибо, до встречи, — ответил он, надевая пояс с пистолетом.

Джордж подошел и обнял его.

— «Странно, эти люди знают меня, а я их совершенно не помню!»

Джастин вышел на улицу и сел в машину, посмотрел на карте маршрут к ближайшей отмеченной точке и поехал. Проезжая по улице, Джастин видел облезлые дома, машины, покрытые пылью, некоторые сгоревшие полностью, какие-то — только со стороны топливного бака.

— Ни одной целой, кто-то явно не хотел, чтобы у людей был транспорт… Как хочется найти своих близких, я уже и забыл то чувство, когда есть любящая тебя и любимая тобой семья.

В раздумьях Джастин подъехал к отмеченному на карте дому, остановился у края дороги, вышел из машины и направился к входу. Подойдя к двери, Джастин постучал несколько раз, но дверь никто не открывал. Он заглянул в окно — в доме никого не было видно. Повернув ручку и войдя в коридор, Джастин произнес громко:

— Кто-нибудь здесь есть? Вам нужна помощь, еда, вода?

Нет ответа.

— Ладно, никого нет, — решил Джастин и уже выходил из дома, как услышал стук, доносящийся со второго этажа, стук, как будто кто-то колотил по полу мячом. Джастин медленно стал подниматься по лестнице. К стуку добавился странный хрип. Джастин достал пистолет из кобуры, снял с предохранителя и передернул затвор. Поднявшись на второй этаж, он увидел приоткрытую дверь, хрипение и стук доносились оттуда. Подойдя к двери, он медленно стал открывать ее. На стенах розовые обои с летающими феями, комод и рядом шкаф с расставленными игрушками — это была детская. Посередине комнаты, спиной к Джастину, на коленях стояла женщина, она хаотично трясла что-то, подвывая и хрипя. С правой стороны Джастин увидел свисающие на пол детские ножки в туфельках.

— Что случилось? — громко, подходя к женщине, спросил Джастин.

Женщина резко развернулась, и Джастин оцепенел: это был уже не человек, а, как и у сержанта, изрубленное тело с кровавыми глазами. Щеки пронизывали раны, сквозь которые просматривался язык и зубы, на лбу отсутствовала часть кожи, и был виден череп, один глаз выпал из глазницы. Руки в ранах до костей, окровавленная одежда. Женщина, хрипя, опустив аккуратно ребенка, протянула руки к Джастину и стремительным выпадом схватила его за ноги, стала цепляться за рубашку, пытаясь встать. Джастин от испуга стоял, не двигаясь, но вид окровавленного тела ребенка привел его в чувство, он навел дуло пистолета на женщину и в упор прострелил ей голову. Руки женщины вмиг разжались, и она сползла на пол. Сердце после выстрела колотилось, но руки не тряслись.

— Cтранно, — задумался Джастин, — есть чувство испуга и больше ничего — я уже кого-то убивал?

Подойдя и наклонившись, Джастин прислонил голову к груди ребенка и послушал. Дыхание было еле заметное, пульс чуть прощупывался — она еще живая — с облегчение понял Джастин. Ребенок был весь в крови, но ран не видно. Джастин взял его на руки и отнес к машине, положил на заднее сидение, достал бутылку с биоматериалом и попоил, тряпкой вытер кровь с тела. Это оказалась девочка лет девяти. Снова поднявшись в детскую комнату, Джастин достал из комода детские вещи, вернулся к машине, переодел девочку в чистую одежду.

— Как же ты похожа на мою дочь Кэтти. Куда тебя везти, к Марте и Джорджу или взять с собой? — рассуждал, глядя на девочку, Джастин. — Топлива не так много, если вернусь к ним, значит, останусь без транспорта. Решено, едем дальше, ищем помощь.

Джастин сел в машину и отправился на отмеченную на карте железнодорожную станцию. Подъезжая к воротам станции, Джастин снова отметил про себя: — Очень знакомое место — эти большие ангары, бетонный забор, одноэтажные здания. Может, я и тут был когда-то по делам?

Он медленно объезжал заградительные бетонные блоки, как вдруг под правым колесом раздался взрыв. Машину подбросило вверх и перевернуло на бок. Джастин ударился головой о стойку крыши автомобиля и потерял сознание…

Глава 7

Открыв глаза, Джастин обнаружил себя лежащим на полу темного ангара. Тело и лицо ныли от боли.

— Эй, друг! Эй, отец! Ты как? — спросил Брэд.

— Живой, — сплюнув сгусток крови, ответил Джастин.

— Можешь подойти ко мне?

— Попробую, надеюсь, что-то важное.

— Конечно, вопрос жизни и смерти.

— Сейчас, — ответил Джастин.

Он, удивляясь, подползая к Брэду, сказал: — Похоже, я привык к боли.

— Да. Ты умеешь это делать, я сам видел, — чуть слышно согласился Брэд.

— Что, что ты сказал?

— Да так, мысли вслух, не обращай внимания.

Когда Джастин подполз к Брэду, тот покашлял и сказал:

— Я внутрь одному из пленных зашил пистолет, найди его, и у нас будет шанс прожить еще денек.

— Какому пленному? — удивленно спросил Джастин.

— Неважно, есть тут один, точнее сказать, был. Найди его и вытащи пистолет.

— Откуда вытащить?

— Из живота.

— Откуда? — не понимая, переспросил Джастин.

— Найди его, потом сам разберешься. Проверь вон там, он вроде лежал где-то в правом дальнем углу за «животными».

— Кого ты называешь «животными»? Там я видел людей.

— Выглядят как люди, но уже ими не являются, у них оставлены только животные инстинкты и примитивное мышление.

— Кем и зачем оставлены?

— Военными, для того, чтобы производить кровь и еду.

— Кровь, но для чего?

— Кровь вместо воды.

— Я боюсь спросить, а еду?

— Еду? Мясо, свежее мясо. Диетическое, — посмеявшись и закашлявшись, пояснил Брэд.

— Да, вот это поворот, что это за мир? Куда я попал?

— Если не хочешь стать «животным», найди пистолет и попробуй спасти нас. Я знаю, ты сможешь, верь в себя.

— Хорошо, попробую, — ответил Джастин и направился к стоящим в углу людям. Подползая к ним, он увидел клетку с маленькими детьми внутри, на вид им было от четырех до семи лет. Они были похожи на грязных и голодных зверят. Дети смотрели на Джастина, как будто ждали чего-то.

— Что за чертовщина здесь происходит, что за нелюди там, снаружи, что они делают? Тут дети, Брэд.

— Да, дети, — повторил за Джастином Брэд.

— Погодите, сейчас я разберусь с делами и спасу вас, — посмотрев на детей, сказал Джастин. Кулак его сжался, мышцы налились силой, и не обращая внимания на боль, Джастин встал на ноги.

«Не будет вам пощады, держитесь, сволочи, — мысленно проговорил Джастин. — Всех разорву, всех!»

Проходя мимо людей, их было человек тридцать, Джастин обратил внимание — у них всех было три объединяющих признака: все тело усыпано мелкими шрамами, на головах огромные шрамы, у всех на одном и том же месте, и стояли они, покачиваясь, смотрели вперед глазами, наполненными пустотой. Если бы они не покачивались, то можно было бы перепутать их с восковыми фигурами.

Осмотрев всех, Джастин воскликнул:

— Брэд, я никого не нашел.

— Ищи лучше! Посмотри в углу, — кашляя, крикнул Брэд.

Джастин осмотрел углы и наткнулся на широкоплечего человека. Тот лежал на земле, в расстегнутой рубашке, на животе виднелся кровавый, криво зашитый, с торчащими нитками разрез. Окровавленные руки лежали на животе возле чуть разошедшегося шва, он медленно дышал. Джастин подошел к нему и опустился на колено.

— Брэд, ты уверен, что там есть пистолет?

— Да, есть, есть!

— Ты его зашил ему, но зачем?

— Он предатель и убийца. Всех людей, которых ты видел, он превратил в «животных». Чтобы он умирал мучительно, я вспорол ему живот, но оставил шанс умереть мгновенно, для этого у него зашит пистолет внутри, для облегчения мук, но чтобы умереть быстро, он должен достать пистолет из живота. Выстрела я не слышал, значит, он не достал его.

— Да, пистолета в руках не видно, — ответил Джастин.

— Давай быстрее, кто-то ходит снаружи, — поторопил Брэд.

— Прости, друг, времени у нас не осталось, — сказал Джастин, протолкнул руку в живот, разрывая швы. Человек открыл резко глаза и схватил обеими руками Джастина, крепко держа его за руку, сказал:

— Джастин, извини меня, я все рассказал про бункер, про Джованни, про «нянек» и про тебя, они все теперь знают, все. Роботы… они идут, скоро здесь не останется ничего. Похоже, Джастин, это конец, конец этому миру. Вспомни все и исправь ошибки, допущенные тобой ошибки. Я знаю, ты сможешь! Не верь Фреду, там Фред, это он… — закрыв глаза, человек выдохнул и больше не дышал.

— Вспомни, исправь… — оторопев, повторил Джастин.

Окровавленные руки человека ослабли и спустились по бокам, Джастин медленно вытащил руку с пистолетом из живота.

— Предсмертный бред, — решил он, обтер пистолет об рубашку и вытащил обойму.

— Что? Всего один патрон. Брэд, только один патрон, — с досадой крикнул Джастин.

— Вот это сюрприз, — засмеялся Брэд. — Правильно, один, чтобы застрелиться. Вилсону больше и не надо было, — произнес он с ухмылкой.

— Что ты сказал, Брэд?

— Придумай, как выбраться отсюда, Джастин.

— А что делать с этим одним патроном? — задумчиво протянул Джастин. Через минуту добавил: — Знаешь, я смогу! Не знаю почему, но мне кажется, я умею убивать. Надо дождаться, когда они зайдут, — бодро произнес он.

— Кажется, мне конец, все труднее говорить, я не чувствую ног, рук и не могу пошевелить головой, — жалобно бормотал Брэд. — Я молод, я толком не пожил.

— Держись, Брэд, — прошептал Джастин.

Ловко, словно полностью здоровый, Джастин вскарабкался на стену ангара, над воротами. Ворота заскрипели, в ангар вошли два человека.

— Эй, ты, Фред, ты еще жив? — спросил с ухмылкой один из них.

— Фред, твой пациент Вилсон не застрелился? — добавил второй. — Что-то не видать вчерашнего пойманного дохляка.

Джастин спрыгнул сверху, за спинами военных, сбил с ног одного из них, навалившись на его спину, придавив своим телом, выстрелил второму в голову. Развернувшись к первому, приложил к затылку пистолет.

— Не шевелись, — властно сказал Джастин и взял автомат из его рук. Приподнявшись, прикладом ударил солдата в затылок. От удара брызнула кровь, и раздался хруст. — Готов! — с наслаждением произнес Джастин. — Сейчас появятся еще люди, — подумал он. Передернув затвор у автомата, кувырком перекатился и лег на землю, развернувшись в сторону ворот. Чутье не подвело — мелькнули силуэты, появилось дуло автомата в воротах ангара. Джастин, не дожидаясь, когда кто-то войдет, нажал на курок и сделал прицельную очередь в щель стены. Пули попали в цель, раздался стон и шорох. Второй силуэт мелькнул и стал удаляться от ангара. Джастин вскочил на ноги и подбежал к воротам. Выглянул во двор, в сторону, где был военный, увидел его, корчащегося от боли, лежа на животе. Второй уже добегал до одноэтажных строений напротив ангаров и хотел прошмыгнуть в дверь, как Джастин прицельным выстрелом убил его. Затем он постоял минут пять, прислушиваясь и осматривая строение. Удостоверившись, что больше никто не выходил и не появлялся, Джастин направил автомат на лежавшего солдата, сказал:

— Ну что, сволочь, готов к смерти? — раздался выстрел, пороховой дым плавно вышел из дула автомата. Бедняга перестал стонать и шевелиться.

— Джастин, сколько ты убил человек? — спросил Брэд.

— Четверых, — ответил Джастин.

— Если никто больше не пришел, значит, они ушли на охоту, когда ты был у генерала, они забрали из клеток с собой несколько детей.

— На какую охоту? — спросил Джастин.

— Их зовут «няньками».

— «Няньками»? — переспросил Джастин.

— Да, именно так. Ты их еще не видел?

— Не знаю. Как они выглядят?

— Я, признаться, не вижу их, их видят не все, но говорят, они есть.

— Расскажи подробней.

— Джастин! Отец! Отнеси меня в кабинет генерала, там есть у него лечебный комплекс, он меня подлечит. Я чувствую, что долго не протяну. Как поправлюсь, так тебе все расскажу.

— Хорошо, хорошо, давай, — ухватив за плечи, Джастин поволок Брэда в кабинет к генералу.

Занеся Брэда в одноэтажное здание, Джастин спросил:

— Где этот лечебный комплекс.

— Вон видишь дверь слева? Туда, — ответил Брэд.

Открыв дверь и зайдя в кабинет, Джастин увидел посередине комнаты большой горизонтальный цилиндр.

— Открой крышку и положи меня туда, — сказал Брэд.

Джастин отодвинул крышку и аккуратно положил Брэда на мягкую белую основу комплекса.

— Что дальше?

— Закрой крышку и нажми автоматическое восстановление, — произнес Брэд.

Джастин закрыл крышку и нажал на панели комплекса «Авто восстановление». После нажатия комплекс загудел, и на таймере высветилось время восстановления — один час. Джастин осмотрел комнаты — везде был один и тот же вид: разваливающаяся мебель, пошарканные стулья, столы, шкафы, какое-то непонятное оборудование. Подойдя к шкафу со стальной дверцей, Джастин поискал — может, тут есть вода и еда? Жажда слепляла высохшие губы. Открыл дверь, оттуда повеяло приятным холодом, внутри по полочкам лежали пакеты с красной жидкостью.

— Что это? Неужели кровь?

За пакетами лежал кусок алого мяса и один пакет с надписью «армейский паек». Схватив пакет, Джастин быстро, не отходя от прохладного шкафа, съел все содержимое и выпил трехсотграммовый пакетик с водой, находящейся внутри.

— Стало легче, значительно легче, даже захотелось спать, — произнес вслух Джастин. — Я совсем забыл, там же дети, маленькие дети. Надо идти к ним.

Тревожно Джастин взял автомат и быстрым шагом направился к выходу из здания. У выхода на стене висело зеркало. Проходя мимо, Джастин мельком взглянул на себя, сделал шаг и оторопел; вернулся к зеркалу и увидел свое отражение: тот же шрам на лбу, и на лице мелкие шрамы, все лицо в них. Расстегнул рубашку — мелкие шрамы покрывали все его тело. Такие же рубцы и шрамы, как у людей в ангаре.

— Что это, как так? Я не сразу понял, и у Брэда все так же.

Выйдя из здания, Джастин подошел к мертвому военному и, перевернув его, обнаружил, что у него нет ни шрама, ни рубцов на голове. Расстегнув форму на теле, увидел только шрам от пулевого ранения и больше ничего.

— Я, значит, тоже из так называемых «животных». Все похоже на какой-то эксперимент с людьми, мне вскрыли голову, вытащили мозг, промыли и впихнули обратно. Похоже на то, — иронично улыбнулся Джастин. — Ладно, вопросы потом, надо спасать детей, пока и им не вскрыли головы.

Подойдя к ангару, Джастин услышал голос:

— База. Я «странник», прием. База, я «странник», прием, — доносилось из-под тела лежавшего у ангара военного.

— База, ответьте, прием.

— Что делать? Взять рацию и что сказать? — быстро перебирал Джастин в голове. Повернув на бок убитого, Джастин взял рацию.

— «Странник», слушаю, прием.

— Том, это ты? Прием, — раздалось из рации.

— Да, это Том, прием, — ответил Джастин.

— Том, скажи Джо, пусть готовит синхронизатор и сам готовится, мы поймали «няньку», прием.

— «Странник», понял, прием, — сказал Джастин.

— Будем через тридцать минут, конец связи.

Рация затихла.

— Значит, они идут. Надо готовиться к их приходу. Как там Брэд? Сколько еще времени он будет там?

Джастин побежал к Брэду. Зайдя в комнату, он посмотрел на таймер, светилась цифра сорок.

— Не успеет, надо принимать оборону. Что делать с детьми и остальными людьми? Пока я им ничем не помогу помочь, надо спасти себя и Брэда. Неужели Брэд мой сын? Взрослый, но я тогда должен быть старше, намного старше. Мне промыли голову, как «животным».

Повернувшись, чтобы уйти, Джастин внезапно наткнулся на девочку, в руках у нее был пистолет. Не успел он произнести ни слова, как раздался щелчок, он почувствовал, как электрический ток входит в него. Все тело свела судорога, Джастин потерял сознание и рухнул на пол.

Глава 8

Джастин очнулся. Он лежал на твердом столе, ослепляющий свет бил прямо в глаза и не давал рассмотреть ничего. Он попробовал повернуть голову, чтобы отвернуться от света, но голова была крепко зафиксирована, попытался пошевелиться, но руки, ноги крепко стянуты ремнями.

— Он очнулся! — раздался женский голос за головой.

— Ничего страшного, я заканчиваю. Эти верзилы опять перепутали дозу, но надо отдать им должное, сработали чисто, — ответил мужской голос.

— Эй, вы кто?! Что вы делаете? — крикнул Джастин.

— Не кричите и не дергайтесь, а то умрете, — ответил женский голос.

Джастин чувствовал, что у него делают операцию на голове.

— Что вы делаете? — еще раз крикнул и дернулся Джастин.

— Все, я закончил, я не достал чип «блокиратор памяти», в его мозгу он вшит очень глубоко, и достать его с нашим оборудованием я не смог. Активируйте роботов, пусть залечат раны. Потом скажите Фреду, чтобы вывел их, — сказал мужской голос.

— Что делать с основным изъятым чипом? — спросил женский голос.

— Отнесите его к Рианне, — ответил мужской голос.

— Хорошо. Рассказать ей о неизвлекаемом чипе? — спросила женщина.

— Я думаю, не стоит.

Джастин почувствовал, как ему с усилием надавили на верхнюю часть головы, и через минуту ощутил, как сильно зачесалась тонкая, огибающая всю голову полоска кожи.

— Вот и все, пойдем, — сказал мужской голос. Раздались шаги и звук открывающей двери, в комнате стало тихо. Джастин попытался еще раз выбраться, но крепкие ремни не давали и двинуться.

— Не надо так трепыхаться, словно птичка, попавшая в силки, сейчас будет веселье, — сказал вошедший в комнату мужчина.

Держа в руках чемодан, мужчина подошел к столу, на котором лежал Джастин, положил его на столик рядом, открыл чемодан и достал оттуда провода и датчики. Затем стал прилеплять их на тело и лицо Джастина, напевая песенку:

— У меня на шапке ушки, девяноста сантиметров, от пятки до макушки, я у мамы под бочком, пью из сиськи молочко.

— Так, готово, — через три минуты сказал мужчина, склонившись над лицом Джастина, улыбнулся и потрепал его за щеку. В его глазах сверкнула непомерная садистская радость.

— Готов к веселью? — вскрикивая, произнес мужчина.

Джастин не успел ничего ответить, как почувствовал в районе всех прикрепленных датчиков боль, выдирающую боль, что-то из-под кожи упорно пробивалось на поверхность. Джастин стиснул зубы, но, не выдержав, закричал. Боль сводила с ума, мозг пытался отключиться, но мужчина делал уколы, Джастин снова и снова приходил в себя и испытывал эту адскую боль. Ход времени остановился, в голове образовалась пустота. Джастин смотрел в потолок, ослепляющий свет уже не казался таким ярким, он пустым взглядом смотрел в никуда. Дверь открылась, и в комнату вошла женщина лет пятидесяти с кудрявыми, собранными в хвостик волосами.

— Ты что делаешь, Фред? — изумленно сказала она.

— Рианна, ты что? Достаю роботов, — ответил Фред.

— Ты ему не дал обезболивающее?

— Почему же, давал. Ты что, жалеешь эту тварь?

— Он нам нужен живой и в здравом уме, а ты, как я вижу, сделал из него «животное». Как хочешь, но чтобы завтра он был в ясном уме! Ты меня понял? — громко сказала Рианна. И, хлопнув дверью, вышла из комнаты.

— Ты меня понял? — копируя женский голос, повторил Фред. — Ну что, козел, будем реанимировать тебя и твои мозги.

Фред нагнулся над Джастином и потихоньку стал вводить тонкую длинную иглу в область рядом с глазом. Джастин дернулся от боли и посмотрел в глаза Фреду. Фред, смотря в глаза жертвы, произнес с улыбкой: — Все, пришел в себя? Боль превращает в «животное» и выводит из этого состояния тоже она.

— Знаешь, как мне хочется убить тебя? — злобно сказал Джастин.

— Что? Да ты, как я вижу, полон сил. Это радует! А ты действительно живучий, гад. После таких действий никто у меня не приходил в себя. Браво, браво! — похлопал по плечу Джастина Фред. — Давай, сейчас я буду медсестричкой для тебя, ты будешь кайфовать от моих ухаживаний за тобой, — имитируя женский голос, кривлялся Фред.

Фред стал снимать датчики, они были в крови и тянули за собой частички кожи. Сняв все датчики, Фред помазал поврежденные места мазью и заклеил лейкопластырями.

— Дорогой, ты теперь чист, — сказал Фред. — Отдыхай, я буду на посту, зови меня, если что, — продолжал имитировать женский голос Фред. — Как выздоровеешь, зови на свидание, — уходя и закрывая дверь, сказал он.

Джастин закрыл глаза и, чувствуя, как бьется сердце, поймал себя на мысли: «Такое ощущение, что я слышал голос Рианны, моей Рианны».

Боль стихала, и захотелось спать. Закрыв глаза, Джастин уснул.

Глава 9

Звон в ушах, боль в голове. Джастин лежал внутри поваленного взрывом на бок автомобиля. Испуганно посмотрел по сторонам.

— Была девочка, где она?

Он вылез из машины и огляделся. Бетонные блоки, перевернутый автомобиль, метрах в десяти — ворота и массивный бетонный забор с колючей проволокой. Джастин достал автомат из машины.

— Не повезло, видимо, от взрыва у него погнулся ствол, — определил Джастин, смотря на оружие. Отбросив автомат, он направился к воротам.

Подойдя, Джастин толкнул ворота, они были не заперты и открылись. За ними он увидел пустую безлюдную территорию. Были видны разрушенные здания и длинный ряд из взорванных военных грузовиков с цистернами.

— Похоже, на базу напали, взорвали жизнеобеспечивающие объекты, военные, наверное, эвакуировались. — Джастин обходил безлюдную территорию базы. — Почему такое чувство, что все эти строения мне знакомы, особенно этот ангар?

За территорией базы слышались приближающиеся звуки, как будто едет поезд. Чтобы увидеть, откуда доносятся звуки, Джастин забрался на крышу ангара. Вдали он увидел медленно подходящий длинный поезд, составленный из разных вагонов, грузовых и пассажирских. Двое в военной форме с автоматами стояли на крыше пассажирского вагона и смотрели по сторонам. К ним сзади приближался третий. Спокойно подойдя к ним, он прикурил, сделал пару затяжек и резко вытащил пистолет, раздались выстрелы, и два человека упали с вагона в разные стороны. Джастин от испуга быстро лег на крышу ангара, сердце бешено застучало, он чувствовал опасность. Затаившись на крыше, он дождался, пока состав остановился напротив ангара. Джастин лежал, не шевелясь, боясь себя выдать, внизу прозвучали автоматные очереди, закричали люди. Из пассажирского вагона выбежал человек в черном костюме и устремился к воротам, за ним не спеша вышел человек в военной форме. Военный спустился с состава, остановился, прицелился и выстрелил. Убегающий человек в костюме после выстрела упал на землю, пуля перебила колено. Обернувшись, человек с искаженным от боли лицом, не вставая, ползком попятился назад. Человек в военной форме не торопясь нагнал его, поставил ногу ему на лицо, что-то сказав, выстрелил. Фонтан крови брызнул из виска. Военный обернулся и случайно поймал взгляд Джастина. Тот оцепенел.

Военный криком скомандовал:

— Ангар передо мной, крыша, штатский, взять!

Джастин понял, что обнаружен, немедля побежал к лестнице, по которой забрался на ангар, взглянул вниз — по ней поднимались два человека. Джастин достал пистолет и хотел выстрелить, два раза нажал на курок, пистолет дважды щелкнул бойком, но не выстрелил. Выбросив пистолет, Джастин осмотрел крышу ангара, увидел торчащий, сделанный в виде маленького домика выход вентиляционного короба. Подбежав к нему, ногой выбил деревянную решетку, под раздающиеся за спиной выстрелы и крики «Стой!», не раздумывая, нырнул в вентиляционный туннель. Пыль, темнота, шум разваливающейся под ним трубы. Джастин упал на пол ангара, корчась от боли, слышал голоса: — Ангар, он внутри!

Джастин лежал на спине и смотрел в потолок ангара, руками от боли разрывая землю под собой, как вдруг нащупал жесткий предмет — что это? — перевернувшись, увидел в руке пыльную звезду шерифа, она вытягивала из земли рубашку коричневого цвета. Быстро раскопав рыхлую землю, увидел силуэт тела человека, просматривающийся сквозь тонкий слой земли. Заскрипели ворота ангара, и в него забежали двое.

— Ты его видишь? — спросил один из них.

— Нет, — ответил другой.

— Вентиляция была в углу здания, он, скорее всего, там, стреляй на поражение.

— Понял.

Джастин, не понимая, успеет ли, хотел закопаться рядом, стал разрывать труп и, откопав его, увидел на поясе пистолет. Схватив его, он, прикрывшись телом шерифа, стал ждать, когда подойдут военные. Через несколько секунд он увидел их. Не раздумывая, Джастин нажал на курок, и два обмякших тела упали.

— Как, как я убил их? — не веря в свою меткость, бормотал Джастин, вставая из-за шерифа.

Поднявшись, Джастин подошел к трупам и забрал автомат. В ангар забежали еще трое, не прицеливаясь, он выдал очередь, и все они как подкошенные упали на землю. Понимая, что сейчас еще прибудет подкрепление, Джастин побежал вглубь ангара, надеясь найти другой выход. Добежав до глухой стены, сквозь щель он увидел, как подъезжают новые составы, из них выбегают люди и рассредоточиваются в разные стороны, кто-то с оружием, кто-то без. Завязалась настоящая схватка между военными и людьми в гражданской одежде. Выстрелы, крики, взрывы, пыль, клубы дыма.

— Надо прорываться, пока не утих бой, — поймал себя на мысли Джастин. Не узнавая самого себя, Джастин размышлял, как профессионал в военном деле, и чувствовал, что он не жертва, а охотник, который хочет и требует жертв. Проверив количество патронов в магазине автомата, Джастин не спеша направился к выходу из ангара, но не сделал и двух шагов, как за спиной раздался оглушительный взрыв, обрушивший полстены и часть потолка. Осколки попали на него, Джастин от удара свалившейся тяжелой конструкции потерял сознание.

Глава 10

— Неужели я ошибся? Джастин, это ты? Тебя сейчас не узнать, хилый, изможденный человек в крови, шрамах и тряпье, — сказал генерал.

Джастин открыл глаза и увидел перевернутого генерала, сидящего на стуле, на коленях у которого сидела та самая девочка. Джастин висел вниз головой со связанными за спиной руками.

— Единственный человек, который может с легкостью давить моих ребят, как волк ягнят. И этот человек — Джастин, Джастин — «служитель смерти», Джастин, для которого убивать людей — то же самое, что чистить зубы по утрам. Джастин, который должен управлять «нянькой». Но планы Джованни рухнули после того, как «крысы» взяли тебя в плен, вытащили из тебя «персонального помощника» и «медиков», а потом взорвали «Небесный город». Это так?

— Я не знаю, у меня, похоже, потеря памяти, я ищу свою семью и все, что я делаю, я делаю только для того, чтобы защитить себя, — ответил Джастин.

— Мы, как и ты, только защищали себя, когда узнали, что нас по прибытию к бункеру ликвидируют. И кто меня предает — мой родной брат Дэвид, из-за бункера, который оказался фикцией! Вместо обещанного убежища с возможностью спастись и пережить начинающийся хаос мы получили маленькую подземную комнату с разбитым роботом и парящим черным монолитом. Из-за бункера Джованни и его самого я тоже потерял семью, брата Дэвида, возомнившего себя его преемником, мать Рианну, предводителя «крыс». Все мы, включая тебя, были рабами Джованни, он делал с нашим сознанием все, что хотел, я до сих пор не понимаю, как он управлял мной и моими людьми, почему мы ему верили, у нас не было ни «помощников» в мозгах, ни «медиков» в теле. И несмотря на это, я был верен ему как пес.

— Рианна, Дэвид… Что вы сделали с Брэдом, который лежит в медицинской капсуле? — тревожно спросил Джастин.

— С Брэдом в капсуле? — с недоумением переспросил генерал.

— Да, Брэд, избитый до полусмерти парень с отрезанным ухом! Я положил его в медицинский комплекс перед вашим приходом.

— Избитый парень? Это был Фред и ему лет пятьдесят, он «крыса», садист, хирург. После атаки «крыс», он прибежал к нам, он чувствовал, что «крысам» осталось не долго. Фред рассказал, сколько оружия у них, и об их планах, планах сбежать в построенные под землей норы как раз под этим городком. С помощью его мы окончательно разгромили «крыс», — тяжело вздохнул генерал.

— Чувствую, ты не особо этому рад? — спросил Джастин.

— Осознание сделанного приходит только сейчас. «Крысы» при атаке уничтожали всю провизию и практически все топливо, убили больше половины моих людей, я понимал тогда, что если не уничтожу их раз и навсегда, сразу после их нападения, они уничтожат меня. И если моя мать Рианна не щадила меня и моих людей, то и я в ответ не пощадил ее.

— Как вы не смогли договориться?

— Не знаю, не смогли, — задумчиво, с грустью сказал генерал. — Знаешь, бывают такие семьи, где каждый живет для себя, и моя семья оказалась такой… А какую семью ты ищешь, насколько я знаю, ее у тебя не было?

— Жену и троих детей.

— Как их зовут?

— Жена Рианна, сыновья Брэд и Дэвид, дочка Кэтти.

— Какая каша у тебя в голове, — проводя по лбу, смахивая пот, еле слышно сказал генерал.

— Я так понимаю, ты не хочешь меня убивать. Если бы хотел, то давно бы убил меня, — предположил Джастин. — Развяжи меня.

— Ты прав, если честно, ты нужен мне, чтобы завершить дело Джованни. Кэтти, позови ребят, — спуская с колен девочку, попросил генерал.

— Хорошо, — ответила Кэтти и вышла из комнаты.

— Кэтти, ее звать Кэтти? — тревожно произнес Джастин.

— Да, я ее нашел у стариков, которые украли у меня провизию.

— Где они ее нашли? Откуда она у них взялась?

— Кто его знает, когда мы нашли стариков, они были последними из выживших в городке.

— Где они сейчас?

— Скорее всего, уже умерли, они отдали девочку нам, попросили нас присмотреть за ней, — отвернув голову от Джастина, сказал генерал.

«Кэтти, Рианна, Дэвид, Брэд, — перебирал в голове Джастин. — Странно, очень странно, это моя семья? Что со мной происходит?»

В комнату вошли двое солдат, развязали пленника и спустили на пол. Джастин, шатаясь, подошел к стене, чтобы не упасть от сильного головокружения.

— Дети, есть еще дети, у вас в клетках сидят дети и люди в ангаре, — с упреком сказал Джастин.

— Да, ты прав, есть, — ответил генерал.

— Отпусти их и людей.

— Куда?

— Пусть живут, как люди, а не как скот.

— Я не могу им вернуть их сознание, они брак.

— Какой брак?

— У «крыс» был план — взорвать управляющий модуль в «Небесном городе», когда он выйдет из строя, у всех отключатся «помощники», а потом в течение двух дней они хотели вывести из людей «медиков». И человечество начнет все сначала, без господства Джованни. Но когда «Небесный город» упал, оказалось, что есть еще управляющие станции, управляющие основной армией Джованни. Армия силой взяла под контроль людей, но не всех, а только этот городок, забрала всю еду у них, чтобы никто не сбежал, а их самих постепенно переводили в биоматериал для военных. Войско охраняло бункер, Джованни ждал чего-то, мне кажется, он ждал тебя. В город они не лезли, а там был ад, поверь мне, я там был. «Крысы» не справлялись с выводом из людей «медиков». Они не учли один факт.

— Какой?

— Десятилетие люди в мире жили с «помощниками» по системе, которую придумал Джованни. Большинство настолько привыкли к «помощникам», что без них люди первые три дня были просто дезориентированы, одни походили по развитию на детей, других сковывала апатия, и они убивали себя или становились убийцами. Ты не представляешь, насколько человечество стало зависимо от «помощников», а не от самих себя. А я завидовал иногда тем людям, у кого «помощники» были, — задумчиво сказал генерал.

— И?

— Большая часть хирургов и людей-«крыс» была убита людьми, которых они хотели спасти. Кто-то просто сбежал, специалистов не осталось, время работало против «крыс». Они работали на износ, и уже более половины людей при извлечении превращались в «животных» с пустым взглядом.

— Но надо было тогда не вынимать «помощника».

— «Помощник» управляет «медиками» автономно, если не убрать его, то и «медиков» не извлечь. Поэтому тем, у кого не успели вынуть «помощников» и «медиков», необходим был биоматериал. Кто его не получал вовремя, превращался в обезумевшего человека, нападавшего на все живое. Город сковал хаос. «Обезумевших» с каждым часом становилось все больше и больше. Они кромсали друг друга, «крыс», моих людей, да абсолютно всех.

— И что вы сделали?

— Ничто так не объединяет, как общий враг. Я и моя группа, Дэвид со своей элитой, и Рианна с «крысами» объединились. Дэвид рассказал нам о бункере, сделанном Джованни, по его информации, там есть все условия для жизни и там можно пережить любую катастрофу, с условием, что мы найдем еду и воду. Нам только оставалось уничтожить Джованни и захватить бункер. Мы стали готовить оружие, топливо, чтобы напасть на базу Джованни и провиант.

— А что с остальными людьми?

— Как потом признались «крысы», они не думали, что так получится. Спасти всех мы не могли. Дэвид добывал биоматериал из «обезумевших», а я с «крысами» запасал оружие, еду, воду. Но каждый из нас понимал — кто захватит бункер, тот и будет править миром после.

— А каким миром? Все разрушено.

— Дэвид как-то проговорился, что в том бункере есть устройство, которое может переродить целый мир. Представь: новый мир, он пуст, ты можешь изобрести все заново, все будет создано тобой, и люди будут благодарить тебя за твои изобретения, которые сделают их жизнь лучше. Из поколения в поколение твое имя станет бессмертным.

— А что ты сможешь изобрести?

— Абсолютно все! У меня есть база знаний и изобретений всего человечества.

— Ты тоже хочешь власти?

— Да, хочу! А ты не хочешь?

— Думаю, нет. Ответственность за судьбы людей — тяжелая ноша.

— Людям нужен лидер, таков закон жизни. Ты сам видишь, в живых только я и мои люди. Ты спрашивал про детей, подумай о них, они и есть будущее. Ты себе не можешь представить, откуда я их спас. Там, где они были до меня, с ними творили страшное, ни о какой морали, человечности там не было и речи, их просто убивали, маленьких и беззащитных. Каннибализм, убийства, насилие стали обычным делом. Крах человечества случился настолько стремительно, я сам еще плохо это осознаю.

— Но у тебя они тоже сидят в клетке, ты убиваешь их, ешь людей, пьешь их кровь?!

— Думаешь, мне легко? Ради их безопасности они в клетке. У нас здесь не парк развлечений, не школа, не детский сад. Пойми, Дэвид остался один, пусть и в бункере, но он один, а у меня есть люди. У нас всех есть надежда, надежда выжить.

— Мне тяжело все это осознать, — ответил Джастин.

— А где был ты? Все это время что ты делал? И до этого ты был не лучше меня. Ты жил по тем же правилам и выполнял приказы, тогда надо было что-то менять, а сейчас у нас нет выбора, — грубо сказал генерал.

— Я не знаю, не помню, — виновато ответил Джастин.

— Когда мы уезжали из города, он остался пустым. Повздорившие между собой «крысы» собрали свое оружие и провизию и затаились в подполье. Все зависело от меня, от моих решений… Еще одним ножом в спину было предательство Дэвида. Он все знал. Пока мои люди гибли, отбиваясь от «обезумевших», Дэвид со своими прихвостнями узнал о том, что бункер не охраняется, что в городке нет никого, вся армия Джованни исчезла. Я не доверял ему с детства, он был хитер, умен и тщеславен. Поэтому я завербовал одного из его людей, и он мне рассказал, что меня по приезду хотят убить. В моих рядах десять человек оказались предателями. Он сомневался, что бункер не охраняется, поэтому хотел, чтобы я и мои люди проверили и зачистили базу. После зачистки меня должны были убить! Но я опередил его. Предателей я ликвидировал и стал ждать его на этой базе. У него была подстраховка, только он знал, где бункер и код от двери. Поэтому он был нужен мне живым. Эх, Дэвид, — генерал сделал паузу. — Не пойму, он просто исчез. Я думаю, есть еще бункер, и он сейчас находится там. А мне подбросил ложный, не тот.

— И что требуется от меня?

— Ты один теперь можешь помочь нам. «Нянька» может проходить сквозь препятствия, стены, ты должен подчинить ее себе и найти это убежище. Там мы найдем устройство «перерождения».

— «Нянька»?

— Я ее стал видеть совсем недавно, но некоторые люди ее видели давно, кто-то говорил, что это сама смерть.

— Я видел, как она втягивает в себя ребенка, а твои люди наблюдали за этим!

— Да, мы ее хотели поймать.

— А дети как приманка! А почему себя в роли приманки не попробовали?

— Она реагировала только на детей. Детей, именно находящихся в развалинах. Мы думали, она там живет.

— И как вы ее поймали?

— Вилсон говорил, что она живет в «черном монолите», я не придал этому значения, но вчера мы взяли монолит с собой, и я видел, как «нянька», после того, как поглотила ребенка, направилась прямиком в монолит и, зайдя туда, исчезла.

— Все это не похоже на правду.

— Для меня тоже это кажется неправдой. Но каждый день я просыпаюсь и вижу вокруг выжженную землю и палящее солнце, измученных людей, мы все сходим с ума. Я боюсь, что завтра я уже не проснусь, они не верят в меня. Все изменилось вокруг, раньше люди выпивали друг друга ради здоровья и бессмертия, а сейчас мы едим друг друга для выживания. И если тебе еще жалко оставшихся и детей, надо найти бункер, где спрятался Дэвид.

— Как я ее подчиню себе?

— Мы толком не успели понять. Этот маньяк Фред искромсал Вилсона. За это мы ему и сломали руки и ноги. Мы пытались загрузить сознание Джо, но у нас не вышло. Я думаю, устройство сделано для Джованни или тебя.

— Это бред, то, что ты мне рассказываешь, безумие! Этого не может быть! Я обычный человек, и ты мне говоришь, что мое сознание нужно загрузить в какое-то существо, да только вчера ты хотел меня убить! Я даже не знаю, как тебя зовут.

— Брэд. Брэд Джонсон, — показывая именную вышивку, сказал генерал. — Похоже, «крысы» тебе повредили голову.

— Еще один Брэд Джонсон?

— Это Фред запудрил тебе мозги. Я знаю, почему он сказал тебе, что он Брэд Джонсон, он тебя знал, я с Рианной и Дэвидом вводил тебе в сознание…

Раздавшиеся взрывы остановили Брэда. Забежавший в комнату солдат прокричал:

— Генерал, на нас напали!

— Кто напал?

— Не знаю, похоже, роботы, много роботов.

— Я знал, что Дэвид жив и находится в другом бункере. Похоже, он хочет получить «няньку», — сквозь взрывы и облетающую с потолка и стен пыль крикнул Брэд Джастину.

— Что ты говорил про Рианну? — вслед выбегающему Брэду крикнул Джастин.

— Потом, давай потом, — ответил Брэд и выбежал из комнаты.

Джастин стоял и не знал, что делать. Брэд Джонсон, Рианна, Дэвид, девочка Кэтти…

— Кэтти! Где девочка? — с ярким чувством тревогисказал Джастин, выбегая на улицу.

Взрывы, огонь, клубы пыли, стрельба из орудий.

Куда бежать, вертелось в голове Джастина. Посмотрев направо, Джастин увидел Брэда, он стоял на вышке с установленной на ней пушкой и показывал рукой вдаль.

Джастин побежал к Брэду. Поднялся на вышку с орудием.

— Где Кэтти, надо ее спасти! — кричал Джастин.

— Посмотри, сколько их! — сказал Брэд и протянул Джастину бинокль. — Сейчас стоит вопрос, останемся мы живы или нет.

Джастин посмотрел вдаль и увидел столб пыли, чуть впереди сквозь развалины домов приближались причудливые самоходные установки на гусеничном ходу. На платформах стоял металлический каркас, а на нем было закреплено различное оружие — гранатометы, пулеметы, ракетницы. Джастин заметил, что один из роботов-гранатометчиков направил ствол прямо на него, и в глаза блеснул красный свет лазерного прицела. Джастин, не раздумывая, схватил за форму Брэда и спиной вперед спрыгнул с вышки, увлекая за собой Брэда и видя, как вследс огненно-оранжевой вспышкой летят осколки от взорвавшегося орудия.

Джастин упал спиной на землю, и сверху на него упал Брэд. У Джастина перехватило дыхание, боль сковала движения, помутнело в глазах, взрывы становились тише…

Глава 11

— Что? — Джастин глубоко вздохнул, открыл глаза и увидел белый потолок. — Эй, кто-нибудь здесь есть? — крикнул он.

Никто не отвечал, Джастин набрался сил и попытался встать. Ремни все так же туго стягивали его тело.

— Не надо так делать, не выберешься, — сказал женский голос.

— Кто ты? — спросил Джастин.

— Я думаю ты знаешь, — ответила женщина.

— Рианна? Это ты?

— Да, — ответила Рианна. — И я хочу, чтобы ты добровольно выдал нам планы твоего начальства и слабые места «Небесного города».

— Какие слабые места? — переспросил Джастин.

— Не надо глупить и делать из себя незнающего дурака. Ты все прекрасно понимаешь. Говори и останешься жив, — пригрозила Рианна.

— Я ни о чем, что ты говоришь, не знаю, — ответил Джастин.

— Хорошо, я предлагала по-хорошему, ты отказался. Сейчас будем разговаривать по-другому. — Фред начинай, он твой, — передала через рацию Рианна.

— Все понял, буду через две минутки, — ответил Фред.

— Только не убей его раньше времени, пока не узнаешь у него что-либо и мы это не проверим.

— Постараюсь, — радостным голосом произнес Фред.

Рианна уже встала и хотела уйти, как Джастин произнес:

— Давай не будем торопиться, у меня амнезия, я просто ищу свою семью, в это трудно поверить, но это именно так.

— Говори, что знаешь, и закончим на этом.

— Но я ничего не знаю! — воскликнул Джастин.

— Посмотрим, посмотрим, — ответила Рианна.

В комнату вошел Фред, напевая песенку:

— У меня болит спина, потому что на мне вчера прыгала жена. Хоп, хоп, хоп, у жены попа молоток. Хоп, хоп, попа молоток.

В руках его был знакомый чемоданчик, он поставил его и стал выкладывать инструменты.

— Как наш пациент? Жив, здоров? Это хорошо! — с улыбкой произнес Фред. — Рианна, можешь отдыхать, я все сделаю.

— Хорошо, только прошу, не убей, он — последний наш шанс, сделай что возможно, чтобы он все рассказал, — закрывая дверь, произнесла Рианна.

— Хорошо, хорошо! — потирая руки, ответил Фред. — Ну что, приступим и, наверное, обойдемся без общего наркоза, местной анестезией.

Фред, склонившись над Джастином, вколол ему в член лекарство.

— Что ты делаешь?! — закричал Джастин.

— Хочу запустить тебе туда свое ноу-хау, взятое из природы, — хвастливо произнес Фред. — Его эффект в том, что он, как рыбка «кандиру», вплывает в мочеиспускательный канал и закрепляется там шипами. И ты начинаешь испытывать непередаваемые болевые ощущения, граничащие между жизнью и смертью. Чистая боль, без вреда здоровью. Организм человека — гениальное изобретение, это и впрямь кладезь боли. Можно простыми способами причинить боль физическую и моральную. Даже во сне от нее не скрыться, везде боль, и как бы ни был крепок человек в своих убеждениях, они от боли меняются, меняются, поверь мне, я знаю, о чем говорю. В нашем деле главное — чтобы пациент был жив и ему ничего не угрожало. Я изобрел много устройств для причинения боли. Мой принцип — в «медиках», которые жили в нас, там, в той жизни. Ты же знаешь, я наделил их способностями причинять боль, разную, без повреждения особо важных органов. Я не знаю, испытывал ты их в действии на себе? Ты вроде добровольно все делал? — спросил Фред.

— Да, испытывал! Испытывал все прелести твоей разработки, — громко ответил Джастин. — Я скажу все, что знаю, пригласи Рианну. Я все ей скажу.

Фред задумался, через секунду ответил:

— Нет, так быстро неинтересно. — Взяв в руки скальпель, произнес: — Маленький надрез — и вот этот жучок в тебе, — улыбаясь, стал проводить операцию.

Джастин чувствовал, как Фред сделал надрез, и в член хаотичными движениями что-то начало вползать.

— Я скажу, слышишь, скажу, — повторял Джастин.

Но Фред напевал песню — хоп, хоп, попа молоток. Закончив операцию, склонился над лицом Джастином и сказал: — Минимум день, нам нужен день!

— Я все помню, — кричал Джастин, — я скажу все, позови Рианну.

— Не шуми, дай женщине отдохнуть, на нее свалилось много проблем. Чего стоило ей выкрасть тебя и не просто с улицы, а из самого «Небесного города». Для меня это просто чудо, что она это провернула. Вообще она мне все еще нравится, я с ней не прочь снова поразвлечься, — задумчиво сказал Фред.

— Ты урод! Достал быстро свои игрушки и позвал Рианну, — грозно сказал Джастин.

— Ой, как страшно, — произнес Фред.

Джастин стал напрягать все тело и пытаться порвать ремни, связывающие его.

— Не пытайся, они выдерживали сопротивление и более сильных людей и не отпускали, пока те не становились слабыми, — сообщил Фред.

Джастин продолжал попытки порвать ремни. Сделав нескольких рывков, он почувствовал, как один из ремней стал ослабевать и чуть позже и вовсе разорвался, потом второй, третий. Джастин встал и посмотрел на удивленного Фреда.

— Как такое может быть? — прошептал Фред, из кармана трясущейся рукой достал маленький брелок и нервно зажал кнопку на нем. Джастин почувствовал резкую боль в паху, испепеляющий жар пробежал по телу, выступил холодный пот, сознание было на грани потери — резкая, непрекращающаяся боль. Она заставила Джастина опуститься на колени, он согнулся и уперся в пол головой.

Осмелев, Фред подошел к Джастину и произнес:

— Как жаль, что тебя нельзя убить, а боль это может. Знаешь, что до 19-го века, пока не придумали обезболивающее, люди умирали больше от боли, причиненной при хирургическом вмешательстве, чем от самой болезни. Есть боль, есть контроль. Боль порождает страх, страх получить боль снова.

Фред отжал кнопку.

Джастин почувствовал, как боль начала затухать. Он поднял голову и сказал:

— Я тоже умею приносить боль и страх, если ты еще раз нажмешь на кнопку, не жди пощады.

— Что, что ты мне сделаешь? — нажимая кнопку, вопросил Фред.

Вернувшаяся боль не смутила Джастина, он встал и начал приближаться к Фреду. Тот замешкался, два раза нажал на кнопку. Джастин подошел к Фреду и сильным ударом кулаком в голову свалил его на пол, потом взял за ногу и поволок его к столу. Подойдя к столу, Джастин поднял руку Фреда, положил ее и пригвоздил скальпелем к нему. Фред взвился, как пополам разрубленный земляной червяк.

— Пощади! Пощади! — со слезами повторял Фред.

— Страх заразен, только что он был у меня, а теперь у тебя, я вылечился, а ты нет. — Резко выдернув скальпель из стола и руки Фреда, ловким скользящим движением Джастин отрезал ему правое ухо. Фред зажал рукой рану, стал стонать и корчиться от боли.

— Получается, сила вызывает боль, боль вызывает страх, смесь боли и страха порабощает. Так значит, ты теперь мой раб? — спросил Джастин.

— Да! Да! Я твой раб, не делай больше ничего, пожалуйста.

— Как вытащить эту штуку из меня?

— Там, там, в сумке, есть коробочка, приложи ее к члену, и механизм вылезет в нее.

Джастин достал металлическую коробочку из сумки и приложил к своему члену. Член зашевелился, и из отверстия вылез методическими движениями блестящий вытянутый червячок. Джастин повернулся к Фреду:

— Ты что, мне, гнида, весь член изрезал!?

— Прости, прости, — взмолился Фред. — Там есть заживляющая мазь, помажь, все пройдет. Прости, прости, — бормотал он.

— Ты жалок, — ответил Джастин. — Боль и страх делают нас жалкими.

— Ты во всем прав, — плача, произнес Фред.

— Ладно, вставай, и пойдем, мне надо поговорить с Рианной.

Джастин встал позади Фреда, приложил к горлу скальпель и приказал ему вести его к Рианне. Из белого, чистого кабинета они вышли в мрачноватый подземный туннель.

— Где это мы? — спросил Джастин.

— Это наша подземная база, — ответил Фред.

— Давай веди, — приказал Джастин.

Пройдя несколько развилок, Фред показал на дверь.

— Давай открывай, только без шуток.

Фред открыл дверь, и они вошли в большой зал. Зал был огромным и темным, посередине стоял большой стол, за ним сидели люди, человек двадцать, они бурно что-то обсуждали. Увидев окровавленного Фреда и позади стоявшего Джастина, все замолчали. В зале повисла тишина.

— Что такое, Фред? — раздался женский голос. — Что произошло?

— Ну, вот так как-то получилось, — виновато сказал Фред.

— Рианна, это ты? — спросил Джастин.

— Да это я, — выйдя из-за стола на более освещенный участок, ответила Рианна.

— Я просто хочу с тобой поговорить, — сказал Джастин. — Я никому не хочу принести вреда.

— Хорошо, я поговорю с тобой, только очень сомневаюсь в твоих намерениях, — ответила Рианна. — Если хочешь доверия, отпусти Фреда, — попросила Рианна.

— Хорошо, я его отпущу, хотя он этого недостоин, — ответил Джастин и оттолкнул Фреда. Как только Фред упал на пол, все люди, находящиеся в зале, направили на Джастина оружие.

— Постойте! И где ваше доверие?

— О каком доверии может идти речь с тобой, не смеши. Ты же еще несколько дней назад своими руками убивал моих людей, — злобно произнесла Рианна.

— Поверь, я совсем другой человек, ты меня с кем-то путаешь. Меня заставили убить шерифа. Я не хотел! Что-то со мной случилось, я не знаю, последнее, что я помню… а, неважно, что я помню. Делайте со мной что хотите, я совсем потерялся в себе, — сказал Джастин и опустил голову.

— Оденьте на него наручники и посадите на стул, — приказала Рианна.

Один из людей поднес к Джастину стул, тот сел. Человек завел руки Джастина за спину и приковал их к стулу.

— Отведите Фреда в медсанчасть, — сказала Рианна.

— Не надо, — ответил Фред, — я сам.

— Попрошу всех выйти, оставить меня наедине с ним, — попросила Рианна.

— Но это небезопасно, — сказал рядом стоящий мужчина.

— Мне виднее.

Все, повинуясь, удалились из зала. Как только вышел последний человек, Рианна произнесла:

— Не думала, что мы сможем так промыть тебе мозги, я подозреваю, ты думаешь, что я твоя жена?

— Да, — удивленно ответил Джастин.

— Изумительно, Дэвид действительно гений, — сказала Рианна. — И что дальше? Вот я, скажи мне, любимый муж, коды от базы данных.

— Да не знаю я никаких кодов. Я вообще ничего не знаю, — ответил Джастин.

— А вот в этом промах, Дэвид, — сказала с досадой Рианна. — Все главное, похоже, мы с Дэвидом стерли.

— Что стерли?

— Тебя стерли как «служителя», осталась у тебя только тревога, потеря семьи, я уже и не помню, что мы там вводили, наши с ним воспоминания, воспоминания других людей.

— Как вводили?

— Через вирусные коды в IYF, капля за каплей.

— А где он, Дэвид, пусть вернет меня настоящего? — попросил Джастин.

— Во-первых, если тебя вернуть таким, каков ты настоящий, нам этого не надо, во-вторых, мы с Дэвидом на разных баррикадах, разошлись наши взгляды с ним. А знаешь, что самое интересное — ты выглядишь как настоящий мой муж, — произнесла Рианна.

— А может, оно так и есть? — спросил Джастин.

— Что? — спросила в ответ Рианна.

— Что я твой настоящий муж, а не вымышленный, я не помню ничего, кроме своей жизни, ничего. Предположим, что вы мне вводили какие-то воспоминания, но они должны быть отрывками, а не жизнью целиком?

— Расскажи тогда нашу жизнь, — попросила Рианна.

Джастин облизал сухие губы и начал рассказ.

— Насколько я помню, я жил с отцом и его мамой, моей бабушкой. Мама умерла еще при рождении, я ее не знал и видел только молодую на фотографиях. На тот момент отец занимал хоть и невысокую должность в фирме по производству электроники, но денег нам хватало с лихвой. Когда родился я, у мамы при родах возникли осложнения, и она вскоре умерла. Я остался один с отцом. Он очень переживал, мне рассказывала моя бабушка. Он стал тихонько выпивать, его ничего не радовало из-за тяжелой депрессии. Мы жили в городе, у нас была большая съемная квартира. Воспитанием моим занималась бабушка, так как отец день проводил на работе, а вечера и даже иногда ночи в барах. Приходил он очень поздно и уходил рано. Я не видел его толком. Потом в мои десять лет бабушка умерла. И я, можно сказать, остался один. Отца со временем понизили в должности, его держали только из-за того, что он еще чем-то мог помочь в проектах. Появились долги, много долгов. Чтобы расплатиться, мы продали все ценное, что у нас было. Переехали в более дешевую маленькую квартиру в очень криминальный район, помню, под нашим окном в первый же вечер убили кого-то, всю ночь светились маячки сирен и разговаривали люди. Отца я стал видеть еще реже, однажды он не появлялся три дня, мне было жутко страшно, хотелось есть, холодильник был пуст. Я продержался три дня и отправился по району в поисках еды. Проходя мимо очередного проулка, я увидел людей — один стоял на земле, а другой торчал наполовину из стены и болтал ногами, он хотел куда-то пролезть. Я собирался уже уйти, как стоящий на земле человек крикнул:

— Эй, малой, иди сюда. — Я стоял, не шевелился.

— Иди, иди сюда, не бойся. Хочешь денег заработать на сладости? — говорил он мне и двигал медленно руками, подзывая меня. Я услышал слова «сладости», «сладости», «еда». И ноги сами пошли в проулок. Там было темно, по углам валялся мусор из мусорных баков, стоял едкий зловонный запах. Вблизи человек показался мне огромного размера, в черном костюме и черной шапке, спущенной до бровей, он посмотрел на меня и сказал:

— Слушай, друг, помощь твоя нужна.

— Какая? — ответил я.

— Нужно залезть в это отверстие и открыть дверь изнутри. Мы забыли ключи внутри, вышли, а дверь захлопнулась, мы тебе заплатим, — его лицо выразило жалость.

— Хорошо, — ответил мой желудок. — Но что нужно сделать?

— Залезешь в вентиляционный канал, проползешь до первого вентиляционного окна и через него войдешь в комнату, из нее выйдешь в коридор и откроешь нам дверь, —объяснил мне он.

Вроде легко, подумал я и сказал, что попробую.

— Эй, брат, вылезай, ты не проходишь. Малой сейчас поможет.

Торчащий человек спрыгнул вниз. Они вдвоем меня подняли наверх, и я залез в вентиляционный канал. Проползя до первого вентиляционного окна, я надавил на него сверху, и оно открылось. Аккуратно повис на коробе и спрыгнул вниз. Это был какой-то кабинет — столы, стулья, шкафы. Я нашел дверь и вышел в темный коридор. Слева раздался голос;

— Эй, малой, ты там? Открывай дверь.

Я на ощупь прошел до двери и открыл ее. Двое, не обращая на меня внимания, побежали с фонариками по коридору. Я услышал, что один спросил у другого — сколько у нас времени, второй ответил — меньше минуты. Я даже не успел ничего понять, как они выбежали обратно и подхватили меня. Я оказался на заднем сиденье машины. Мы молча, на большой скорости проехали квартал и резко остановились.

— Слушай, ты молодец, быстро все сделал, — повернувшись, сказал большой человек. — Зови меня Марти, вот этот, за рулем — Фрэнк. А тебя как звать?

— Джастин, — ответил я.

— Тебя родители, наверное, ищут?

— Нет, я пошел искать еду, потому что мой отец не приходит домой три дня. Я хочу есть.

— Все понятно. Фрэнк, едем в «нору», только аккуратно, не привлекая внимание.

— Понял, — ответил Фрэнк, и мы поехали.

Пока мы ехали, я представлял «нору» как настоящую темную кроличью, сырую и холодную. Хотя я в них не был, но она мне так представлялась.

Мы заехали в подземный гараж, вышли из машины напротив малозаметной двери с надписью «высокое напряжение». Марти достал ключ и открыл дверь, зашел внутрь и включил свет. Это была большая комната, в дальнем углу располагалась кухня, рядом — дверь в уборную с ванной, а на остальной площади стоял большой стол, диван и два кресла.

— Располагайся, — сказал Марти, — сейчас будет тебе еда, — и направился прямиком к холодильнику. Я сел за стол и стал ждать.

— Почему мы уехали так быстро оттуда? — спросил я.

— А ты, я так понимаю, не врубился, что мы сделали? — спросил Марти.

Вот в этот момент меня осенило: вот я дурак, мы кого-то ограбили. Но знаешь? — обратился Джастин к Рианне, — меня не терзало ничего, я ничего не чувствовал, может, из-за юности, а может, из-за того, что я чувствовал только голод. Марти принес пиццу и газировку, я это все быстренько съел, и меня склонило в сон, все тело размякло, как будто я лишился скелета, и я прилег на стол.

В тот вечер я стал малолетним преступником и начал жить самостоятельно, добывая деньги на жизнь преступным путем. Марти стал мне ну хоть не как отец, а как старший брат. Я был посыльным, таскал какие-то свертки по разным квартирам, иногда был «медвежатником», меня научил Фрэнк. Но главное, Марти настоял на том, чтобы я не бросал школу, и всегда говорил — не воспринимай этот период жизни как пример, которым проживешь всю жизнь, а как период выживания, потом выучишься и пойдешь на хорошую, честную работу, и даже помогал мне с уроками. Я его спрашивал, почему он не устроится на честную работу, ответ был один — что он по сути своей плохой, и его уже не исправить. Днем я был в школе, приходил домой, делал уроки, а потом сразу в «нору». Дела, дела; мне нравилось быть независимым, зарабатывать хоть небольшие, но деньги, самому содержать себя. Отца я видел редко, только иногда мы с ним пересекались дома. Ему, наверное, хватало просто увидеть меня раз в неделю дома и нравилось, что я к нему не лезу со своими проблемами, и его даже не интересовало, откуда еда в холодильнике и чем я занимаюсь помимо школы, а может, он и не знал, хожу я в школу или нет. Так и пролетели шесть лет. Мне исполнилось 16. Однажды утром я открыл глаза, а надо мной, склонившись, стояла пожилая женщина.

— Здравствуй, Джастин, — улыбаясь, сказала она.

— Здравствуйте, — удивленно ответил я.

— Ты меня не узнаешь?

— Нет.

— Я твоя бабушка, Джуди, мама твоей мамы.

— А-а. «Не узнаешь — я же тебя не знаю», — подумал я с усмешкой.

— Поехали ко мне, — произнесла она, — будешь у меня жить.

— Не хочу я никуда ехать, — крикнул я.

— Как так, тебе же здесь плохо, посмотри, в каких условиях ты живешь: грязь, тараканы. А район какой, ты уже, наверное, бандитом стал. Пока я доехала к тебе, была перестрелка, перегородили целый квартал. Я документы на опекунство получила, и в школе мне сказали, что ты занимаешься чем-то противозаконным, и если не принять меры, то ты будешь бандитом.

Я, не дослушав разговор, оделся и побежал в «нору». Зайдя туда, я остолбенел: совершенно пустое помещение и на полу записка.

«Джастин, друг, прости, но ты уже вырос, скоро закончишь школу, и тебе надо поступать в колледж, менять свой образ жизни на такой, когда ты не будешь бояться завтрашнего дня и своей тени. Нас ищут копы, и мы перешли дорогу одной из банд, поэтому мы уезжаем из этого города. Если чем обидел, прости.

Мартин.

PS: к тебе, наверное, уже приехала бабушка, она хорошая, я знаю, я с ней беседовал, представился как инспектор из школы. Рассказал о тебе, что тебя надо спасать, надавил на жалость, совесть, растопил лед в ее сердце. В общем, заканчивай черные дела, вставай на прямую дорогу».

В тот момент у меня сдавило грудь, и полились слезы — меня бросили опять, я стал одинок, жизнь в очередной раз ударила под зад. Я, опустивши голову, побрел домой. Придя в дом, я собрал вещи и уехал к бабушке в городок Мер в двадцати километрах от Ситирод. Все дома в городке были двухэтажные, широкие улицы, зеленые насаждения, магазинчики чередовались с домами. Бабушкин дом был тоже двухэтажный, старый и серый. Какие-то кусты, цветы. У меня была своя комната, бабушка подготовилась к моему приезду. Потом она сказала, что завтра уже надо идти в школу.

Грустного и вялого, директор завел меня в класс. Сказал формальные приветствия и ушел. Учительница сказала, чтобы я садился на свободное место. Я направился за парту и увидел тебя, — с улыбкой сказал Джастин. — Я помню, что даже потерялся в пространстве от твоей красоты. Кто-то из учеников подставил мне подножку, запнувшись, я упал, класс наполнился хохотом и смехом, но я смотрел только на тебя и не замечал ничего. Ты тоже тогда посмеялась, мне захотелось еще раз упасть, чтобы рассмешить тебя и видеть твою улыбку, и слышать твой смех. Ты заняла все пространство в моем сердце и голове, я не мог ни есть, ни пить и каждую минуту думал о тебе. Через неделю я подошел к тебе и поздоровался, ты, ничего не ответив, ушла. Я настойчиво каждый день здоровался с тобой, но ты не замечала меня совсем никак. Я выяснил, что ты дружишь с парнем по имени Ник, он был старше тебя на несколько лет. Ты еще помнишь его?

— Продолжай, — неохотно ответила Рианна.

— Как-то Ник после уроков меня встретил с дружками и объяснил, чтобы я больше не подходил к тебе. Но я продолжал попытки заговорить с тобой. Потом Ник и его дружки хорошенько побили меня и вывезли куда-то в лес, где бросили без сознания. Я очнулся на закате. Вскоре стемнело, поблуждав по лесу, я наткнулся на пещеру, нашу пещеру, — одухотворенно произнес Джастин. — Помнишь?

— Да, да, — сухо ответила Рианна.

— Я провел ночь в этой пещере, — задумчиво продолжал Джастин. — И у меня не было страха, все, о чем я думал, это как сделать так, чтобы ты на меня обратила внимание. Жизнь дала шанс, через день я узнал, что твою бабушку увезли в больницу и ты каждый день ее навещаешь. Я напросился туда волонтером, выносил судно, поил с кружечки, приносил газеты, делал все, что попросят. Самой большой для меня наградой стало видеть тебя каждый день еще и в больнице. Я подгадывал время, и всегда, когда ты приходила к бабушке, я был у нее в палате и что-то для нее делал, поправлял постель, читал ей газеты. Она не могла разговаривать, но каждый раз, когда я приходил, она мне улыбалась. Со временем это принесло плоды, ты со мной заговорила. Какая радость, когда ты сказала мне привет, просто привет, я даже не сразу ответил. Через месяц бабушке стало плохо, ее ввели в искусственную кому. После этого мы в первый раз в палате поговорили по душам. Ты была очень подавлена, врачи сказали, что шансы поправиться у нее очень малы. Ты сидела и плакала, а я стоял рядом, потом ты меня спросила, что я планирую делать после школы, я пожал плечами. Ты сказала, что посвятишь свою жизнь медицине и придумаешь лекарства от всех болезней, найдешь способы продлевать жизнь. Я сел с тобою рядом и обнял, сказал тебе, чтобы ты не расстраивалась, что смерть — часть нашей жизни, ты, плача, обняла меня в ответ. Странное чувство было у меня — у человека горе, а я сидел рядом, обнимал тебя, ты обнимала в ответ, и я радовался этому.

Ник колотил меня, но я упорно общался с тобой. Я спросил, что ты думаешь о Нике, и ты мне сказала, что никак о нем не думаешь, он бегает за тобой и говорит всем, что ты его девушка. После этого я стал еще упорней добиваться тебя. Цветы, конфетки, подарки. Деньги я подворовывал у бабушки, конфетки — в магазине, цветочки — у соседей с клумб. Помнишь, когда я отвел тебя в пещеру, которую я нашел, тогда блуждая по лесу? Тебе очень понравилась красота пещеры: свисающие своды, посередине озеро с прозрачной водой и через щель в потолке лучи света, отражающиеся в воде и освещающие пещеру — днем желтым светом, а ночью, в полнолуние — нежно-голубым. Там я предложил тебе встречаться, ты ответила согласием, и мы там в первый раз поцеловались. Все изменилось для меня тогда, весь мир стал прекрасен, даже дом моей бабушки стал красивым, с зеленым переливающимся газоном, большими деревьями, качающимися на ветру, стрижеными кустиками. Все было хорошо, но твоя семья была против нашей дружбы. Особенно против был твой отец, он постоянно мне говорил, что я не пара тебе и не сделаю тебя счастливой.

Мы тайно продолжали встречаться. Прошло два года, наступило время выпускного бала, я должен был заехать за тобой тогда. Выйдя из дома, я встретил Ника и его дружков, они силой посадили меня в машину и привезли к какому-то дому, открыли подвал и бросили меня туда, а потом закрыли двери на замок, разбили окно в подвале и вызвали шерифа. Мне предъявили обвинение в проникновении в дом. Как оказалось, этот дом был тети Ника. Никто не верил, что меня подставили. Шериф сказал бабушке, что, пока не поздно и я не натворил еще дел, я должен срочно записываться в армию. Так наши дороги с тобой разошлись. Я где-то год вспоминал тебя, писал тебе, но письма возвращались назад, твои родители не говорили твоего телефона и где ты сейчас. Время берет свое и притупляет чувства. После службы я стал наемником, воевал в горячих точках по всему миру, в одной из операций меня ранило, и я вернулся в Ситирод. Устроился на завод и проработал там год, потом открыл маленький магазинчик по продаже сувениров. Через четыре года после расставания мы случайно встретились на новогодней вечеринке в баре. Нам хватило всего нескольких минут, чтобы старые, казалось, забытые чувства друг к другу вспыхнули и разгорелись с новой силой, это было продолжение страсти и бескрайней любви! Ты это помнишь? — спросил Джастин.

— И что дальше? — ответила Рианна.

— Такое чувство, что это было недавно, совсем недавно, — произнес задумчиво Джастин и продолжал: — Потом родился Брэд: подгузники, бутылочки, бессонные ночи, детсад. Наши чувства угасли в рутине жизни. Ты в работе, я тоже. Редкие поцелуи, редкие слова люблю. Больше ссор. Почему так, Рианна? — спросил Джастин, — почему так стало? Чтобы реанимировать чувства, мы решили родить еще малыша, и появился Дэвид, но стало еще хуже. Потом еще пропала Кэтти, наша Кэтти, — тяжело смахивая слезу, сказал Джастин. — Это я все испортил, Рианна? Да? Правильно твой отец говорил, что я не сделаю тебя счастливой, — поникнув, добавил Джастин.

— Похоже на фильм. Да, Дэвид, — сказала Рианна. — Так ты только это помнишь? Не помнишь пароли и другую жизнь, кроме этой? — спросила Рианна.

— Да, только это, — ответил Джастин.

— Жаль, очень жаль. — Подойдя к Джастину, Рианна положила руку ему на плечо.

Джастин хотел приклонить голову на руку Рианне, но почувствовал укол в шею.

— Зачем? — теряя сознание, успел спросить Джастин.

— Посмотрим, что за тебя дадут твои хозяева, — сказала Рианна.

Глава 12

Джастин тяжело дышал, пыль забила нос и гортань, обломки придавили тело, не было возможности пошевелить ни рукой, ни ногой. Окончательно придя в себя, Джастин рывками стал потихоньку выползать из-под завалин в более свободное пространство, где стена и крыша оперлись друг о друга и образовали сооружение, похожее на шалаш. Выбравшись туда, Джастин выглянул и осмотрел ангар, в нем никого не было. Снаружи продолжали доноситься выстрелы и взрывы.

«Надо выбираться отсюда», — подумал Джастин.

В ангар забежали двое в ухоженной и чистой одежде. Увидев в ангаре укрытие, они прямиком направились туда, забежав, они не сразу поняли, что там находится Джастин.

— Джастин! — испуганно и неуверенно сказал человек с оттопыренными ушами.

— Кто вы? — удивленно произнес Джастин, — я вас знаю?

— Мы… Мы… Твои друзья, — неуверенно произнес второй, молодой парень.

— Друзья?

— Да, друзья, мы переживали за тебя, Джастин, думали, тебя давно нет в живых, — ответил молодой парень и пристально посмотрел на парня с оттопыренными ушами.

— Переживали, — кивая, подтвердил он.

— Что там происходит? — спросил Джастин.

— Война. Война за будущее, — ответил молодой парень.

Раздался выстрел, и стоящий рядом с Джастином человек с оттопыренными ушами упал на землю, второй быстро лег и уткнулся лицом в пол ангара. Джастин спрятался за обломками стены.

— Эй, кто здесь? Выходите! — прокричал голос. — Выходите!

— Не стреляйте! Я — первый советник Джованни, Дона Хью, — вставая с пола и подняв руки вверх, сказал молодой парень.

— Кто там с тобой? — спросил военный.

— Мой помощник, вы его убили, и Джастин, — ответил Дона Хью.

— Руки за голову и выходите на свет, и давайте без фокусов, — приказал военный.

— Хорошо, я выхожу, не стреляй, — ответил Джастин.

Дона Хью, первым подойдя к военному, развернулся, и тот надел на него наручники.

Джастин, выходя из-за обломков стены, взял незаметно в руку остроугольный обломок. Положил руки за голову и направился к военному. На полпути в ангар забежали еще двое бойцов. «Да, не лучший поворот, — пройдя еще несколько шагов, подумал Джастин. — Что делать? Бежать поздно, идти только вперед, что будет, то будет, а там разберемся». Подойдя к военным, Джастин развернулся спиной к одному из них, двое стояли в трех шагах позади. Они уже расслабленно прикуривали сигареты. Джастин медленно начал опускать руки и с разворота ударил осколком в висок подошедшего с наручниками солдата. Падая вместе с ним и переводя автомат в сторону двух других бойцов, стоявших позади, Джастин, укрывшись телом бойца, сделал две точных очереди. Один из солдат не успел сделать ни выстрела, второй, падая, успел выстрелить, но пули попали в тело того, за кем укрылся Джастин. Отбросив тело, Джастин посмотрел на лежавшего на земле с испуганным и вопросительным лицом Дона Хью.

— Ты молчишь и делаешь, что я скажу. Понял? — снимая свою одежду и надевая снятую с убитого форму, сказал Джастин.

— Да, да, конечно, — ответил Дона Хью.

— Вставай, пойдем, — приказал Джастин.

— Сними… те наручники, — попросил Дона Хью.

— Нет, ты пленный. Иди вперед, ни с кем не говори и не смотри ни на кого, голову вниз. Понял!?

— Да, да, — ответил Дона Хью.

Они вышли из ворот ангара. Яркое солнце на время ослепило Джастина, прищурив глаза, он увидел дым, воронки от взрывов и приближающуюся группу военных. Офицер, шедший в главе группы, махнул Джастину:

— Эй, рядовой! Кто это с тобой?

— Это пленный советник Дона Хью, — ответил Джастин.

— Ты не слышал приказ — всех убить, искать только Дэвида?

— Он сказал, что у него есть ценная информация.

Подойдя к Джастину, офицер сказал:

— Ценная, говоришь? Мы его отведем к генералу. Как тебя звать? — смотря на содранную и болтающуюся часть формы, где была бирка с именем, спросил офицер.

Джастин замешкался, мелькнула мысль — я же не знаю имени, которое вышито на бирке.

Офицер, глядя на Джастина, и прикладывая руку к кобуре с пистолетом, повторил:

— Как тебя звать, рядовой?

Слишком долгая пауза. Секунда — и офицер достанет пистолет и молча, без эмоций, убьет нас, думал Джастин. — Том, рядовой Том, сэр, — выпрямляясь, бодро произнес Джастин.

Офицер пальцем отогнул свисающую именную бирку и, подозрительно посмотрев, сказал:

— Вольно. Ты ранен? У тебя форма в крови.

— Похоже, что да, сэр.

— Иди в медсанчасть, а мы забираем пленного.

— Но сэр, там, в ангаре, есть наши раненые и, похоже, там Дэвид, он вооружен, — ответил Джастин.

— Все понятно, сам доведешь его сразу к генералу, — приказал офицер.

— Слушаюсь, сэр.

— Все, иди, рядовой Том, — сказал офицер и, повернувшись к группе, скомандовал:

— Цель — ангар, возможно, там есть раненые, всех брать живыми.

Солдаты, разгруппировавшись, пошли к ангару.

Джастин обернулся к Дона Хью. Посмотрел на него и тяжело выдохнул.

— Как я угадал, как звать убитого, может, когда его раздевал, увидел вышивку его имени? — не веря удаче, произнес Джастин.

— Но у того на груди было вышито имя Майкл, я обратил внимание на оторванную вышивку, когда ты надевал форму. Конечно, может, мне показалось, но там точно было вышито не Том.

— Это, наверное, стресс от всего, что сейчас происходит, и появляются галлюцинации. Ладно, надо отсюда выбираться, пока они не контролируют всю территорию. Давай, побежали к ограде, — скомандовал Джастин.

Добежав до ограды, Джастин увидел, что чуть правее отсутствует часть бетонного забора, похоже, его выбило взрывом.

— Туда, — показал Джастин Дона Хью.

Они, выбежав за ограду, попали в густой зеленый лес.

— Вперед, быстро, — приказал Джастин.

Дона Хью подчинился и побежал вслед за Джастином. Пробежав два километра вглубь леса, Дона Хью упал без сил. Джастин остановился и подошел к нему. Дона Хью упал в метре возле крутого склона, усыпанного густым кустарником, он внизу кончался каменным обрывом и руслом реки.

— Еще чуть-чуть, и ты упал бы со склона, — тревожно сказал Джастин.

— В наручниках неудобно бежать, нет координации, — отдышавшись, сказал Дона Хью, — сними наручники, я тебе не враг.

— Сейчас, — Джастин достал ключи и расстегнул наручники. — Надо добраться до города, а там разберемся, что дальше делать.

— Нет, надо возвращаться на станцию, — сказал Дона Хью.

— Зачем? — спросил Джастин.

— Я не протяну больше двух дней без биоматериала.

— Какого биоматериала? — спросил Джастин.

— Такое ощущение, что ты ничего не знаешь? — удивленно произнес Дона Хью.

— Вообще ничего не понимаю, и что со мной происходит, тоже, я испытываю какое-то дежа вю, меня все знают, а я никого не знаю, как будто я был здесь и все знакомо, и вроде нет. Я уже не знаю, как найти свою семью, живы они или нет.

— Да тебя не узнать, Джастин, кем ты был и кем ты стал. Я и не знал, что у тебя есть семья, и мне всегда казалось, что ты дьявол в человеческом обличье, всегда без эмоций, переживаний, молчаливый убийца. А сейчас ты сентиментальный человек. Тебя действительно после исчезновения как подменили, вытащили из тебя всех «медиков», «помощника» и, похоже, повредили тебе мозги. Мы стали думать, что ты нас просто предал. Но ты, как я вижу, и не помнишь свое прошлое и не мог рассказать этим «крысам» все, что ты знаешь, наверное. Как я понял, нам не пробраться в бункер, — вздохнул Дона Хью, — а мне казалось, что все, сегодня все закончится, я увижу свою семью и буду в безопасности.

— Какой бункер? — спросил Джастин.

— Так называемый ковчег для избранных, спасительный ковчег. Он находится под землей, полностью автономный подземный город. Одна из станций, ведущая туда, находится в этом ангаре, в котором мы и встретились. Но случился переворот во главе с командиром Брэдом Джонсоном. Не думал, что мой старший братец способен на такое. С другой стороны, мы его тоже хотели бросить на произвол судьбы, — сказал Дона Хью.

— Он твой брат? И у тебя тоже фамилия Джонсон?

— Да, — ответил Дона Хью.

— Странно, очень странно. Твою маму звать Рианна? — спросил Джастин.

— Да, — произнес Дона Хью. — А что я удивляюсь? Ты про меня все знаешь, — парировал Дона Хью, — и что меня не Дона Хью звать, ты тоже, я думаю, знаешь?

— Нет, я не знаю, похоже, я многого не знаю, но одно мне понятно — сперва я потерял дочь, а потом всю семью, — ответил Джастин.

— То, что ты помнишь, это вирус. Мною созданный, — гордо произнес Дона Хью.

— Какой вирус?

Вдали раздались автоматные очереди.

— Нам пора двигаться, — произнес шепотом Джастин.

Джастин помог Дона Хью встать, и они побежали вдоль обрыва.

— Кстати, если ты забыл мое настоящее имя, я Дэвид, Дэвид Джонсон.

Джастин резко остановился и присел.

— Что случилось? — тоже присев, спросил Дэвид.

— Я вспомнил, — ответил Джастин, — как я с сыновьями, Брэду было тринадцать, а Дэвиду восемь, поехали на охоту с моими друзьями. Брэду не очень понравилось из-за того, что нужно убивать ни в чем не повинных животных, а Дэвид, может, из-за возраста, бегал и стрелял из палки, похожей на ружье. У него даже проступила слеза, видя, как за рога тащат оленя, а за ним тянулся по траве кровавый шлейф. Мне казалось тогда, что это поспособствует тому, чтобы мои сыновья выросли настоящими мужчинами.

— Я тоже что-то такое помню, я смотрел какой-то фильм об этом. Но в данный момент уже не разобраться, то ли это твои воспоминания, то ли чужие, полученные из IYF, — задумчиво сказал Дэвид.

— Что за IYF? — спросил Джастин.

Дэвид, как в рекламном ролике, с выражением и непомерной радостью стал рассказывать:

«Вам хочется передать свои эмоции, фантазии, чувства. Чувства радости от покупки вещей, общения с друзьями, детьми, родными, домашними питомцами. Вы хотите передать ваши чувства восхищения природой, великолепным моментом, горем утраты, болью болезни или неудачи, все свои переживания и все то, что с вами случилось в течения дня, недели, месяца, всей жизни. Тогда подключайтесь к IYF и вы начнете общаться не с помощью фото, видео или сухих сообщений, вы будете делиться своими настоящими эмоциями, не подделанными, все, с кем вы хотите поделиться ими, в полной мере и в полном объеме ощутят все, что вы чувствуете, и переживут абсолютно все и так же, как и вы. Также можете обмениваться яркими воспоминаниями», — с улыбкой закончил Дэвид.

— Ты чего такой радостный? — спросил Джастин.

— Так я это создал, понимаешь, я!

— Ты? Один?

— Ну, конечно, задумка не моя, моя реализация, — смущенно ответил Дэвид.

— А кто придумал?

— Джованни.

— Джованни, Джованни, очень знакомо мне это имя, — задумчиво произнес Джастин.

— Ну конечно, тебе оно знакомо, это же наш бог.

— Бог? — переспросил Джастин.

— Да. Как еще назвать человека, которому принадлежат все люди земли и сам мир. Все! — восторженно воскликнул Дэвид. — Еще живо это чувство, точнее, кусочек этого чувства, которое Джованни передавал избранным людям в IYF. Эмоция власти над всеми, и нет никого выше, только ты. Не поверишь, мурашки от этого до сих пор. Единственно, никто его не видел в лицо. Только общались через эту тупую куклу, даже говорили, что это искусственный интеллект. Но если бы я не был практически его правой рукой и не разрабатывал программы, я бы в это поверил.

— Да, дела, а сейчас что происходит вокруг? Что за безумие?

И только Дэвид хотел что-то ответить, Джастин прыжком сбил с ног Дэвида, и под раздавшиеся автоматные очереди они вдвоем покатились кубарем по склону. Джастин почувствовал сильный удар по голове от столкновения с деревом. Потом чувство свободного полета и удар всем телом обо что-то твердое…

Глава 13

Джастин чувствовал, как его несут за руки и ноги. Боль, как будто по тебе проехал грузовик, сковывала грудь и не давала вздохнуть. Взрывы и крики людей пробивались сквозь звон в ушах. Джастин открывал на короткое время глаза и видел, как несколько человек бегают вокруг и прикрепляют датчики к голове и телу.

— Запускай, — скомандовал Брэд.

У Джастина появилось чувство, что сознание выходит из тела и через узкую трубку вытягивается куда-то… Темнота, абсолютная тишина, вакуум, и только слышно дыхание, ровное, глубокое дыхание. Чувство полной невесомости и чувство, что нет ни рук, ни ног, ни тела, ничего, только сознание. Резкий рывок и появление ощущения, что сознание расширяется и переливается в тело, руки, ноги, голову. В глазах появилась размытая картинка, он видел сквозь проем с овальными контурами лежащего на столе человека, покрытого датчиками и проводами, и стоящего рядом Брэда, трясущего его за руку. Поворачиваясь, пристально смотря в сторону, откуда Джастин все это видел, Брэд что-то кричал. Единственное, что слышал Джастин, это нарастающий звук равномерного, глубокого дыхания.

— Где я, что со мной? — задыхаясь, спросил Джастин.

Звук дыхания стал более отчетливым, и Джастин стал пытаться подстроить свой ритм дыхания под него. Как только он задышал в унисон, более громко спросил еще раз:

— Где я?!

— Ты внутри меня, — ответил голос.

— Как я сюда попал?

— Твое сознание перенесли в мое.

— Зачем?

— Для того, чтобы ты стал мной.

— Кем тобой?

— Хранителем земной жизни, — ответил голос.

— Какой жизни? Не хочу ничего охранять, выпусти меня! — размахивая руками, прокричал Джастин.

— Я тебя не держу, скорее, это ты меня взял в плен.

— Как это я тебя взял в плен?

— Ты с помощью своих мыслей отстранил мое сознание от моего материального тела. Теперь твое сознание захватило его.

— И что теперь делать? — спросил Джастин.

Ответа не последовало.

— Что делать? — повторил Джастин.

— Тебе решать, — через паузу ответил голос.

— Так, Джастин, успокойся, очередное безумие, это нереально.

— А что ты называешь реальностью? — спросил голос.

— Когда ты чувствуешь, что-то видишь, ощущаешь тактильно.

— А ты чувствуешь, ощущаешь, видишь?

— Да.

— Значит, для тебя это реальность, — ответил голос.

— И что мне с этой реальность делать, точнее, что ты в этой реальности делаешь?

— Я помогаю человеку переродиться.

— Как это переродиться?

— Я сопровождаю его от рождения до ухода, от ухода до рождения.

— Ты смерть? Та самая «нянька»?

— Нет. Я не смерть, я — возможность перерождения, я хранитель людей. Вы, люди, считаете, что смерть — это та, кто убивает, но убиваете вы друг друга или сами себя, своей злобой, тщеславием, доминированием, страхами, жадностью, ленью, вы хотите получить больше, чем отдаете, прямо здесь и сейчас. Я лишь являюсь вашей возможностью переродиться во что-то более совершенное.

— Как переродиться, в кого?

— В создателей гармоничных миров, в гениальных творцов, созидателей жизни.

— Как ты помогаешь?

— Я вынимаю из материального тела душу и сознание, анализирую их состояние, если сознание и душа находятся в гармонии, то отпускаю их творить.

— А если нет гармонии?

— Сознание обнуляется и перерождается, получая новую жизнь.

— А душа тоже обнуляется?

— Душа — это как хранитель законов творца, правильного опыта предыдущих твоих жизней, она не изменена. Когда есть гармония сознания и души, человек открывает знания и умения, находящиеся в ней. Он получает безграничные возможности, возможности правильно строить свои миры.

— Что значит гармония?

— Понимание всего, что тебя окружает. Понимание каждого человека и людей в целом. Знание и умение соблюдать закон, закон жизни.

— Но невозможно угодить и не обидеть окружающих тебя людей. И до конца понять, как устроен мир.

— В этом и есть смысл гармонии. Научить свое сознание прислушиваться к душе, брать из нее опыт предыдущих прожитых жизней, не повторять ошибок. Слушать законы мироздания. Нами правят желания, только у всех они разные.

— Нами? И тобой тоже?

— Конечно, я составляющая этого мира. Я часть создателя, как и ты.

— А какие у тебя желания?

— Чтобы каждая душа стала творцом своего мира.

— А как стать творцом?

— У каждой души свой путь к этому. Ты свободен выбирать. Ты можешь позволить себе не хотеть жить и лишить себя жизни, не думать о близких и о людях в целом и погубить их, все, что ты захочешь, ты можешь, и все, что бы ты ни представил себе, все есть или уже было. Ты можешь быть всем и никем. Твой выбор, твои желания, твои цели.

— А если кто-то пожелает захватить весь мир?

— Захватит.

— И что будет?

— То, что ты наблюдаешь сейчас. Хаос.

— А что будет потом?

— Перерождение.

— Всех?

— Да.

— А как это будет происходить?

— Все, как и начиналось?

— Как все начиналось?

— С пустоты.

— С пустоты? С какой пустоты?

— Посмотри по сторонам.

Джастин повернул голову и увидел ужасающую, растворяющую сознание пустоту. Испуганно он обратил взгляд в пространство, где он видел стол с лежащим на нем человеком и пустую, пыльную комнату.

— Это я?

— Да, ты.

— Это Брэд загрузил меня в твое сознание, — оправдываясь, сказал Джастин.

— Нет, Брэд лишь выполнил твое желание, твою цель.

— Но у меня не было цели попасть в тебя.

— Значит, найди их снова, — отдаляясь, сказал голос.

— Стой, — крикнул Джастин.

Невесомость и дыхание…

Глава 14

Оглушительный взрыв и обваливающиеся куски породы с потолка привели в чувства Джастина. Он сидел на стуле с запрокинутой назад головой.

— Странно, я не прикован, я отчетливо помню, что меня приковали к стулу и Рианна сделала укол в шею, — рассуждал Джастин, потирая рукой ноющую область на шее. Монотонные повторяющиеся взрывы сотрясали все вокруг и раскачивали светильники с тусклым, моргающим светом.

«Что тут происходит?» — подумал Джастин и встал со стула, подошел к двери, повернул ручку и вышел в узкий вырытый туннель. Слева мелькнули тени, раздались выстрелы и крики.

— Не буду лезть под пули, — решил Джастин, повернулся направо и спешным шагом направился по туннелю. Туннель то сужался, то расширялся, спускался вниз, поднимался вверх, над головой высота потолков тоже была разной и иногда заставляла пригнуться. Дойдя до тупика, справа Джастин увидел дверь, она была приоткрыта и оттуда вылетала густая пыль, стало трудно дышать. Открыв дверь полностью, Джастин прижал руками к лицу рубашку и стал, медленно переставляя ноги, на ощупь пробираться сквозь пыль. Пыль не давала ясно разглядеть, куда он идет, но он отчетливо слышал разговоры. Через некоторое время он увидел еле заметный свет. Дойдя до него, Джастин увидел небольшое отверстие в скальной стене, человек средней комплектности легко пролез бы в него. Джастин, вытянув руки вперед, выполз из отверстия. Чистый воздух и садившееся солнце нежными лучами встретило его. Стряхнув пыль и приглядевшись, вдали Джастин увидел убегающую группу людей. Не раздумывая, держа дистанцию, он направился в сторону убегающей группы.

Джастин бежал сквозь густые низкорослые кустарники, растущие вдоль леса, вдали слева виднелись небоскребы и парящий в облаках «Небесный город». Лучи уходящего за горизонт солнца отражались от стеклянных фасадов небоскребов «Небесного города» и ложились ровным цветом на мирно плывущие облака, придавая им оранжево-розовый оттенок.

— Так красиво, почему людям не живется в этом мире? — удивлялся Джастин.

Группа людей, бежавшая вдоль леса, резко свернула в его гущу. Джастин с осторожностью последовал за ними. Через пару километров из-за раненых людей группа остановилась, они не давали быстро передвигаться. Находясь в ста метрах от этой группы, Джастин притаился за густым кустом. Солнце окончательно село, и лес окутала тьма, кроны деревьев не пускали лунный свет, лишь отдельные лучики пробивались сквозь ветки. Джастин услышал, как со спины раздался шорох. Он прижался к земле и замер. Пыль на нем делала его практически незаметным, сливающимся с грунтом леса. Через некоторое время он увидел, как в трех метрах от него проходит мимо, пригнувшись, человек в камуфляжном костюме, точь-в-точь имитирующем растительность леса, на глазах у него был прибор ночного видения, человек держал перед собой автомат. Пройдя мимо, солдат присел на колено. Джастин, не дожидаясь действий разведчика, быстрым и бесшумным движением сломал ему шею, поддерживая тело, тихо отпустил его на землю.

«Он не один, это точно», — подумал Джастин и интуитивно направился влево. Пройдя двадцать шагов, он заметил еще одного бойца. Незаметно подкравшись и сделав то же самое, что и с первым, Джастин услышал в наушнике какой-то разговор.

— Следопыт, прием.

Джастин взял передатчик и ответил:

— Следопыт слушает, прием.

— Следопыт, вы подтверждаете визуальный контакт с целью?

— Нет, прием, — ответил Джастин.

— Повторите, следопыт, прием.

— Нет, это стадо лосей, ошибка, прием.

— Вас понял, следопыт, продолжайте поиски, конец связи.

— Похоже, это разведчики, и я вовремя устранил их, — понял Джастин.

Группа, перевязав раненых и отдохнув, продолжила движение. Джастин, взяв у убитых амуницию, направился за ними. Всю ночь с короткими остановками группа все глубже и глубже уходила в лес. И только к рассвету они добрались до скалы с отвесной стеной. Дойдя до скалы, люди из группы по одному прошли сквозь узкую расщелину в ней. Джастин лег в стороне, напротив входа. Через два часа он увидел бегущего человека со стороны леса, откуда они пришли. Человек бежал в сторону входа. Джастин пропустил его вперед, встал и догнал его, ударил в спину прикладом. От удара человек упал на живот. Джастин направил на него автомат, сказал:

— Медленно вставай и без глупостей.

— Хорошо, хорошо, только не стреляй, — встав на ноги и подняв руки вверх, ответил человек.

— Что там за расщелиной? — спросил Джастин.

— Наш дом. Свободный мир, — боязливо ответил человек.

— Как тебя зовут?

— Меня зовут Лерой.

— Ну что, Лерой, веди меня в свой свободный мир. От чего он свободный?

— От диктатуры Джованни.

— Джованни. Понятно. А кто у вас здесь командует?

— Наш лидер свободной страны, Рианна.

— Хорошо, Лерой, веди.

Пройдя сквозь узкую расщелину, в которую протиснуться можно было только боком, Джастин и Лерой попали в вырубленную в скале комнату с металлической дверью.

— Я не знаю… — сказал Лерой.

— Что не знаешь? — спросил Джастин.

— Пустят нас или нет. Что сказать, кто ты?

— Говори, как есть, что ты привел Джастина.

Лерой посмотрел в камеру и произнес: — Это я, Лерой, и я привел Джастина.

Металлическая дверь, скрипя, открылась, и перед Джастином появились пять человек с направленными на него автоматами. Джастин выпустил из рук автомат и поднял руки вверх.

— Я хочу встретиться с Рианной.

Один из людей обошел Джастина и без слов ткнул его в спину автоматом.

— Не особо дружелюбно у тебя в городе встречают гостей, — обратившись к Лерою, сказал Джастин.

Лерой пожал плечами и виновато посмотрел на него.

— Я надеюсь, больше без уколов, — посмотрел в камеру Джастин.

Зайдя в дверь, Джастин увидел знакомые прорубленные туннели в скале, но уже более основательные, более ровные, широкие и с хорошей освещенностью. Пройдя несколько развилок, гостя завели в комнату, посадили на стул и пристегнули наручниками к нему.

— Все как всегда, одна и та же программа, — обратился Джастин к пристегивающему его человеку.

Тот молча вышел из комнаты. Джастин осмотрел комнату: маленькая, у стенки ближе к углу стояла кровать, напротив — умывальник и душевая кабина. Пыль въелась в кожу Джастина, и все ранки на теле страшно зудели. «Я бы все отдал за душ», — подумал Джастин.

Через двадцать минут в комнату открылась дверь и вошла Рианна.

— Как ты нас нашел? И скажи честно, чего нам ждать дальше? Нападения? — спросила Рианна.

— Какого нападения? — переспросил Джастин.

— Мои советники говорят, что ты это специально задумал, чтобы найти наш штаб. И знал, что в «Небесном городе» есть наши люди, и позволил им себя выкрасть. Наплел мне про то, что ты там помнишь. Хитро, — с досадой сказала Рианна.

— Ничего я не плел и никому специально не давал себя выкрасть. И кстати, я убрал двоих разведчиков, они практически передали ваши координаты, и если бы не я, вы были бы обратно порабощены или убиты, — с гордостью сообщил Джастин.

— Зачем, интересно, ты помогаешь нам?

— Я помогаю тебе и хочу вернуть нашу семью, — смотря на Рианну, сказал Джастин.

— Семью! Семью, ты сильно уверен, что она у тебя была?

— Да, уверен на все сто.

— Я не твоя жена, ты не мой муж. Все, что ты помнишь, это набор воспоминаний и чувств, которые мы тебе загрузили.

— В том-то и дело, у меня, кроме вас, никого нет, я люблю вас, я это чувствую, и я знаю, что должен вернуть свою семью, любой ценой, притом, что, как я понял, Джованни использовал меня для своих мерзких целей. Если он управлял нами, то мог и подделать твои обо мне воспоминания.

— Все может быть. Странно, что ты ничего не помнишь, только те воспоминания, которые я вводила тебе последнее время.

— Может, ты пыталась меня спасти, чтобы я не служил Джованни, и поэтому он стер мне память и тебе тоже.

— Нет, я знаю. Или мне кажется, у меня и дети от разных мужей, дочки Кэтти никогда не было. Кэтти — это вирус, созданный Дэвидом. Люди первое время, когда запустился вирус, вставали с криком, бежали искать дочь. Им нельзя было доказать, что это ложная эмоция и воспоминание. Курс реабилитации был сложен и долог, здравый смысл у этих людей терялся, их спрашивали, а они не могли назвать месяц и год рождения дочки, номер и адрес школы, ничего, никаких воспоминаний о ней, только страх потери дочки Кэтти. Они через какое-то время соглашались, что это правда, что они неправы, что это просто расстройство. Но после опять твердили и жили так, будто потеряли.

— Кэтти, где ты, моя Кэтти? — жалобно бормотал Джастин.

— Прекрати! Я говорю тебе, ты переживаешь не свои воспоминания и эмоции! — громко сказала Рианна.

— Но я знаю дату ее рождения! — крикнул Джастин.

— Назови!

Джастин вспоминал и не мог вспомнить, от этого становилось жутко, сердцебиение усиливалось и пульсировал висок. Джастин сидел с опущенной головой и молчал.

— На что ты готов пойти ради семьи? — тихо спросила Рианна.

— На все, — уверенно, подняв голову, ответил Джастин.

— Я думаю, что сейчас не время вспоминать и мучиться в догадках, мы все страдали под гнетом Джованни, пришло время этому положить конец. Здесь нет людей, для когопотери и страдания прошли стороной. У всех здесь разрушенные семьи и жизни.

— Как я хочу восстановить свою семью, увидеть всех, — с нежной улыбкой смотря на Рианну, проговорил Джастин.

Рианна пристально посмотрела на него.

— Я сейчас, — сказала она и вышла из комнаты.

Джастин сидел и мысленно представлял встречу с детьми.

— Надо помочь Рианне победить Джованни, он причиняет действительно и физическую, и моральную боль всем в мире, — рассудил Джастин.

Дверь открылась, и в комнату вошла Рианна, отстегнула наручники и дала Джастину аккуратно сложенное полотенце и одежду.

— Прими душ, я пришлю человека за тобой через двадцать минут, — закрывая дверь, сказала Рианна.

Джастин, не теряя ни секунды, снял одежду и вошел в душ. Вода смывала с него всю грязь, шампунь приятно пах, теплая вода наполняла тело слабостью. Голова была освобождена от мыслей, каждая капля воды, пробегая по телу, уносила проблемы с собой. Двадцать минут пролетели, и не успел Джастин выйти из душа, как в комнату вошел крепкий мужчина с рыжей бородой.

— Ты готов? — спросил он.

— Да, секунду, — ответил Джастин и второпях стал надевать одежду, которую принесла Рианна. Это была рубашка в красную клетку, темные джинсы, коричневые ботинки.

— Все как я люблю, — сказал вслух Джастин. — Рианна знает, что я люблю! Ну все, я готов, пойдем, — сказал он и последовал за мужчиной с бородой.

Идя за ним, Джастин видел большие залы, в которых кипела работа по сборке каких-то конструкций. Из обеденных залов пахло едой. Все напоминало улицу маленького города. Люди шли навстречу, кто-то обгонял в попутном направлении. Перевозились грузы на маленьких платформах.

— Все, пришли, — сказал мужчина с рыжей бородой, открыв дверь и чуть толкая в спину Джастина.

Джастин вошел в зал, похожий на тот, где он был вчера и разговаривал с Рианной, но этот был светлее. Там также за большим столом сидели люди.

— Не знаю, сколько продержится его беспамятство. Он наш последний шанс! — сказала Рианна и, увидев Джастина, замолчала. — Джастин, проходи, садись, — пригласила она, показывая на свободный стул у стола.

Джастин подошел и сел.

— Так вот, ребята, наша разведка подтвердила, что Джастин убил выследивших нас разведчиков Джованни, и, если бы не он, наш подземный город повторил бы сценарий павшего вчера убежища. В нем не было передатчика, нас выследили с помощью глаз.

— Чего? — переспросил Джастин.

— Да, глаз, ты ничего не помнишь, поясню: это когда центральный компьютер через «помощника» с помощью глаз жителей города начинает искать или следить за тобой. Похоже, тебе перестали доверять, и за тобой была установлена слежка. Мои люди были неаккуратны и сами привели к нам солдат Джованни. Поэтому сейчас военные прочесывают окрестности, и мы под угрозой, если в ближайшие дни мы не сможем взорвать «Небесный город», нашему подполью придет конец, и все, чего мы добились, исчезнет, — грустно сказала Рианна.

— Но, Рианна, мы не готовы еще принять столько людей, сколько придет сюда после того, как «Небесный город» перестанет существовать, будет хаос, — сказал человек в белом халате.

— Всех мы в любом случае не спасем. Будем спасать, сколько сможем. Но если не взорвем, то и не останется надежды вернуть свободный мир.

— И каков твой план? — спросил лысый и худощавый мужчина.

— Я предлагаю провести Джастина к «Небесному городу» с его вынутым «помощником», в котором мы установили «обманку», будет так, как будто он сбежал от нас, когда они захватили наше убежище.

— С какой обманкой? — спросил Джастин.

— Она будет имитировать, что ты в системе. Чтобы система поняла, что ты ее слушаешься, у тебя еще будет «имитатор» действий, он будет считывать требования системы и имитировать выполнения действий. Времени будет мало, ровно столько, сколько потребуется для проникновения в «Небесный город». Когда будешь внутри, надо пробраться в кабинет к Джованни и взорвать управляющий компьютер в его кабинете. По нашим сведениям, он управляет всеми «помощниками». Как только уничтожим главный компьютер, действуем по намеченному плану.

— И ты думаешь, получится? — спросила женщина с короткой стрижкой.

— Все теперь зависит от Джастина, — ответила Рианна. — Ты готов ради семьи пожертвовать собой? — с взглядом сильной и волевой женщины спросила она.

— Готов, — не раздумывая, сказал Джастин.

— Тогда за дело, время не ждет, — сказала Рианна. — Подготовьте «помощника» с обманкой и «имитатор». Скажите Майклу и Джону, чтобы готовились к доставке Джастина. Ориентировочно время отключения управляющего компьютера через четыре часа.

Все встали и быстро удалились.

— Пойдем, Джастин, я провожу тебя к Майклу и Джону, они доведут тебя до соединяющего туннеля, а там ты сам должен все сделать.

— Я справлюсь, — произнес Джастин и потянулся поцеловать ее, Рианна рукой придержала Джастина, отходя от него, сказала: — Нет, докажи, что можно снова доверять тебе.

Джастин вздохнул и последовал за Рианной. Дойдя до лифта и поднявшись на третий уровень, они зашли на склад, там стояли стеллажи с оружием и с камуфляжной одеждой. На лавочке сидели два человека, собирали сумки и проверяли оружие.

— Джон и Майкл, познакомьтесь, это Джастин.

— Привет, я Джон, — махнул рукой паренек, сидящий за планшетом.

— Я Майкл, — сказал здоровяк с пулеметной лентой на плече.

— Джон будет твоим IT-сопровождением, а Майкл — боевым, — сказала Рианна.

— Вот тебе взрывчатка, — сказал Майкл, протягивая Джастину тонкий широкий пояс, — когда будешь у цели, положи его рядом.

Джастин взял пояс и надел его.

— Все готовы? Тогда в путь, — сказала Рианна.

Майкл, Джон, Джастин вышли сквозь расщелину и устремились в лес. Пробежав несколько километров, они остановились.

— Здесь, — сказал Джон, смотря на планшет, и ввел пароль.

Трава зашевелилась, плавно открылся маленький люк.

— Нам сюда, — убирая планшет в сумку, сказал Джон.

Все трое друг за другом по лестнице спустились в колодец. Возле лестницы левитировала металлическая платформа.

— Ложись на нее, — сказал Джон Джастину.

Джастин аккуратно лег на нее, платформа плавно закачалась, потом рядом с ним легли Джон с Майклом.

— Ладно, парни, держитесь крепко, скорость будет большая, — вводя какую-то информацию в планшет, сказал Джон.

Послышалось легкое жужжание, и платформа с безумным ускорением рванула с места. От ускорения у Джастина пропало на время зрение. Они мчались сквозь темный узкий туннель, только набегающий от скорости ветер трепал волосы и щеки, подтверждая движение. Джастин всеми силами держался за платформу, и было ощущение, что руки вот-вот ослабнут и разожмутся. Через пять минут платформа сбавила скорость и остановилась, сверху показался солнечный свет.

Встав с платформы, они поднялись по лестнице. Через открытый люк вылезли на поверхность и, пробежав метров тридцать, спустились в городской коллектор. Резкий запах сточных вод смутил Джастина, и его чуть не вырвало.

— Что, первый раз в коллекторе? — засмеялся Майкл.

— Да, не приходилось мне бывать здесь, — ответил Джастин.

— Послушай, Джастин, буквально один километр, и мы будем прямо под подземной парковкой. Ее помнишь? Ты вылезешь из коллектора через люк и попадешь туда, я на десять секунд запущу вирус. Как вылезешь, я буду тебе подсказывать, что делать, только делай все быстро и без лишних вопросов, я не знаю, сколько времени смогу обманывать компьютер, — сказал Джон и дал Джастину передатчик.

— Все понял, — ответил Джастин и стал подниматься наверх. Поднявшись по лестнице до люка, ведущего в подземную парковку, Джон сказал: — Приготовился, пошел.

Джастин поднял крышку люка, быстро вылез и положил люк обратно.

— Давай к лифту и нажми два раза на любую кнопку, я сам тебя отправлю куда надо.

Зайдя в лифт, Джастин нажал два раза на кнопку и почувствовал, как лифт набирает скорость. Через минуту двери лифта открылись, и перед Джастином появился знакомый холл, но за столом никого не было.

— Джон, Джон, что дальше, в холле нет никого, — сказал Джастин.

Ответа не последовала, передатчик молчал. Джастин подошел к огромным дверям, и они плавно распахнулись. Та же темная мрачная комната, посередине за столом сидела дымящаяся фигура.

— Здравствуй, Джованни, — сказал Джастин.

— Здравствуй, Джастин. Рад тебя видеть! — ответил Джованни.

— Твоему правлению пришел конец! — снимая с пояса ремень с взрывчаткой, воскликнул Джастин.

— Все по нашему плану, Джастин, — сказал Джованни. — Капсула готова, уничтожение города через двадцать пять секунд.

Фигура Джованни плавно стала спускаться вниз.

— Ты что несешь, какому нашему плану? Ты, ублюдок! — крикнул Джастин и кинулся на сидящего Джованни, попутно отшвырнул в стену ремень с взрывчаткой, усыпанной мигающими диодами. Добежав до стола, в прыжке через него сбил Джованни.

Почувствовав сильную боль в плече, как будто ударился о железный столб, Джастин рухнул с Джованни на пол, через мгновение они провалились под пол и резким толчком вылетели в капсуле в сторону. Череда взрывов сотрясала воздух, и сотни огненных столбов взвились в небеса. Скрежет стали и грохот бетона. Скрипя и плача, «Небесный город» медленно стал падать.

Джастин видел, как громадный город, дымя, словно подбитый самолет, падая, вгрызался в землю, разрушая и раздавливая под собой здания.

Капсула стала медленно снижаться. При спуске корпус капсулы пронизали пули, и появились пулевые отверстия, капсула содрогнулась, появился предупреждающий аварийный сигнал, и резко свернув в сторону, она рухнула на землю…

Глава 15

Джастин открыл глаза. Опять боль сковывала тело, рука и нога страшно болели. Он лежал на камнях, рядом тек ручеек, отбрасывая солнечные блики.

— Дэвид, — позвал Джастин, — Дэвид, — но никто не отвечал. «Он, наверное, ушел, зачем теперь я ему, только обуза». Джастин попытался подняться. Но боль остановила, ему показалось, что сломана нога и рука.

— Не шевелись, успокойся, — раздался голос Дэвида.

— Как ты, Дэвид?

— Я нормально, но вот тебя хорошо припечатало. Знаешь, я сходил за ручей: там, за холмом, дорога, на дороге стоит военный джип, вроде целый. Попробуем туда добраться, как думаешь? — предложил Дэвид.

— Иди один, я останусь здесь, найди помощь.

— Помощь, где? Здесь? Только если пойти и сдаться Брэду. Я знаю, если он меня возьмет живым, он выпытает из меня пароль. И тогда всем моим конец, — сказал Дэвид.

— Кому? Твоей семье?

— Нет, достижениям, статусу, накопленному богатству. Жену и детей, я думаю, не тронет, если только не кончится биоматериал. Кстати, мне он не помешал бы.

— Что за биоматериал? — спросил Джастин.

— Так странно, рассказывать самому главному добытчику биоматериала. Он нужен для того, чтобы роботы на основе его реконструировали поврежденные клетки, поэтому я и не получил… точнее, восстановился после этого падения. А у тебя, как я вижу, этих роботов нет. Все тело в шрамах — это они так выходят, причем выходят они так, когда применяют специальное оборудование. И на голове огромный шрам, значит, у тебя отсутствует «помощник». Это тебе «крысы» провели операцию, когда захватили в плен.

— Какие «крысы»?

— Давай, надо двигаться, а то эти роботы сделают из меня сумасшедшее решето, — произнес Дэвид и взвалил на себя Джастина.

Тот взвыл от боли.

— Терпи, — сказал Дэвид и понес раненого.

Перейдя ручей и поднявшись на холм, они спустились на дорогу, метрах в пятидесяти стоял военный джип. Подойдя к нему, Дэвид посадил Джастина возле заднего колеса, а сам залез в кабину и попытался завести его. На удивление, машина завелась без проблем. Дэвид вышел из кабины и направился к закрытому тентом кузову. Открыв борт, он тихо сказал Джастину:

— Слушай, здесь труп в кузове. Я попытаюсь его выбросить, и мы поедем.

— Хорошо, — ответил Джастин, — но сначала проверь, он не дышит?

— Сейчас, — Дэвид залез в кузов и склонился над телом. — Он мертв, из него, видно, вышли роботы, все лицо в вырванных ошметках, — и только Дэвид повернулся, чтобы уйти, как ледяная рука схватила за его шею и начала душить, голова повернулась, и окровавленное лицо без глаза, в ошметках кожи и мышц, обнажив зубы, стало приподниматься к Дэвиду. Дэвид сопротивлялся и отталкивал его, но был бессилен, руки как тиски сжимали горло, а голова приближалась, медленно и уверенно, к Дэвиду. Он приготовился к укусу, зажмурил глаза, как вдруг раздался выстрел и его лицо окатило кровью. Холодные руки ослабли и отпустили горло. Дэвид посмотрел на выход, там стоял Джастин и опускал дымящийся пистолет.

— Метко, — кашляя, сказал Дэвид.

Выбравшись из кузова, Дэвид выбросил труп, помог Джастину сесть в джип. Сам сел за руль и спросил:

— А куда ехать?

— Едем обратно в городок, тебе, как я понял, надо противную чачу. Я выгрузил одной из семей целую машину этой гадости, нам надо туда.

— Хорошо, а дорогу помнишь?

— Тут должна быть карта, — ответил Джастин, — да вот она, а вот и компас.

Изучив карту и посмотрев на компас, Джастин сказал:

— Разворачивайся и поехали вперед, доедем до городка, а там я подскажу, куда.

Дэвид включил передачу и тронулся. Замелькали поля и леса, ветер обдувал лицо через открытые окна, машина бодро поедала километры дороги.

— Расскажи по порядку, что здесь происходит: пустой город, какие-то люди в ранах нападают, кругом военные, убивающие всех подряд? — спросил Джастин.

— Ты и впрямь все забыл и ничего не помнишь? — ответил Дэвид и, кашлянув, начал рассказ:

— Чтобы тебе было понятней, я начну с самого начала. В 2050 году в мировые лидеры IT-индустрии вышла компания ITGLOBAL. У нее было много проектов: искусственный интеллект, внедрение в человека электронику, роботизация и другие проекты. Основным направлением было внедрение в мозг человека чипа, персонального «помощника», который увеличивал мозговую деятельность в тысячу раз. После того, как испытания прошли успешно, его вывели на рынок как мега крутой продукт. Люди к этому времени привыкли к внедрению всяких устройств в организм животных и людей, уже десятилетия как использовались роботизированные протезы, искусственные механические органы, операция на мозге была отработана. Поэтому люди к выпуску «помощника» были готовы. Это был прорыв: люди, которым первым установили «помощников» в мозг, буквально за три месяца становились богатыми, знающими и умеющими абсолютно все людьми, овладевали разными видами спорта, могли побеждать профессиональных игроков, играли на всех инструментах, в общем — это однозначно был прорыв. Люди ринулись устанавливать себе в голову «помощников», но самое главное, как мне сейчас кажется, был удивительным тот факт, что не было дефицита: ни устройств, ни возможности их установить, хотя спрос на внедрение был массовым. Через шесть месяцев у семидесяти процентов населения в голове были «помощники». Я не понимал, такое ощущение, что компания была готова к тому, что люди ринутся к ним за установкой… компания просто знала.

— А остальные? — перебил Джастин.

— Остальные тридцать процентов в основном были дети, и пять процентов скептиков, которые не верили в бескорыстные цели компании и проводили митинги, но на них никто не обращал внимания. После установки «помощников» действительно люди перешли на другой уровень жизни, конечно, все постепенно выровнялось, кто был богат, так и продолжал быть богатым, а кто был беден, так им и остался, но качество жизни поднялось до небес.

— И что, все стали сверхлюдьми? — спросил Джастин.

— Можно и так сказать, — ответил Дэвид и стал продолжать. — Представь, ты пригласил девушку на домашний ужин: приятный голос советует тебе, что исходя из предпочтений девушки ей очень понравятся нежные ребрышки ягненка под карамельным соусом со свежими овощами, на аперитив бутылочка красного вина. Ты соглашаешься, хорошая мысль, и ловишь себя на мысли, что знаешь каждую тонкость приготовления этого блюда и ощущаешь его вкус. Интуитивно, сам не понимая, как у тебя это получается, умудряешься ровно нарезать все ингредиенты, пожарить именно как надо и выложить все красиво. Вечер проходит великолепно. И так во всех сферах жизни. Человек воодушевляется, когда получается сделать все, что задумал, он счастлив! Каждый человек мог создать любой предмет на 3D принтере, только нужны были молекулярные составляющие. Это был бум творчества и разнообразия вещей, каждый был настолько индивидуальным, что ничего одинакового не осталось, все стало разнообразным. Со временем корпорации ITGLOBAL стала принадлежать вся промышленность, все молекулярные составляющие производила она. Люди спустя год задумались о том, что по сути они сами стали принадлежать этой компании. Потом появились люди, которые захотели убрать эти устройства и вернуть все, как было раньше. Корпорация начала искать способы оставить все как есть и объявила конкурс, какие прелести жизни вы открыли или хотели бы открыть посредством «помощника». Мама отправила свои разработки, «медиков» — нанороботов, восстанавливающих организм, а я предложил внедрение социальной сети IYF и еще фишку, для чего нужно установить «помощника» малышам с рождения.

— Малышам голову вскрыть? Ни один родитель на это не пойдет, — перебил Джастин.

— Во-первых, в головах стоят «помощники», которые говорят, что это безопасно, на миллиард операций не было ни одного умершего или покалеченного. Во-вторых, надо заинтересовать, — Дэвид, как в рекламе, стал рассказывать: — Мечтаете ли вы узнать, что думает ваш новорожденный малыш, испытывать его эмоции, ощущать то, что раньше не ощущали, как это быть маленьким: смотреть на родителей снизу вверх, летать на их руках, кататься на шее. Быть у истоков зарождения его разума, слышать его мысли, — одухотворенно закончил Дэвид.

— Да, скорее бы хотел испытать это, — утвердительно кивая головой, ответил Джастин.

— В-третьих, когда ты многое можешь и многое попробовал, у тебя пропадает интерес ко всему старому. Вот и мы — глоток свежего воздуха — нас пригласили в корпорацию, и мы начали работу. Мама в медицинской лаборатории, я в IT-отделении. Работа закипела, и буквально через два месяца я представил компании свою программу.

— Так быстро? — спросил Джастин.

— Да она у меня была готова еще до этого, я хотел ее им предложить, но, как говорят, на ловца и зверь бежит. Когда мы запустили эту программу, знаешь, это был фурор: через два месяца людей без «помощников» осталось около одного процента, одного. Понимаешь?! — с радостью воскликнул Дэвид. — У всех новорожденных детей «помощники». После таких достижений Джованни сразу сделал меня правой рукой по IT-разработкам, дал команду. Я исправлял ошибки, придумывал новые фишки. Люди обменивались эмоциями, понимали друг друга, секретов у людей друг от друга ни осталось, корпорация стала знать о помыслах, которые могли навредить их задумкам, поэтому был создан отдел, куда я устроил своего брата Брэда. Там он занимался поиском и ликвидацией людей, которые стояли на пути корпорации. Начинал он с низов, но своей преданностью делу Брэд быстро достиг высот. Уничтожить, растоптать, убрать — все это он делал без компромиссов, он по жизни такой, с детства, постоянно у нас с ним были в детстве драки. Всегда с его стороны я получал унижение. Зачем я его туда устроил? — задумчиво произнес Дэвид.

— То есть ты устроил брата, чтобы он убивал?

— Да. Как я потом понял, «помощник» мог управлять твоими эмоциями, уговаривать тебя, оправдывать твои действия, говорить, что ты все делаешь правильно, так и нужно это делать. Это осознаешь только сейчас, когда он выключен. Нами всегда управляли, и мы не сопротивлялись.

— Ты заговорил про убийства, я тоже был в этих отрядах?

— Нет, не в этих, выше и грознее, ты командовал другими службами, но о них чуть позже. В общем, все было прекрасно — красивый город, счастливые люди, но одно стало тревожить людей — это вопрос вечной жизни. Корпорация, чтобы не терять власть, внедрила разработку мамы, «медиков» — в организм человека вводились нанороботы, количество их определяла степень: первая — восстановление после легких травм и болезней, вторая — средние повреждения, а третья доставала практически с того света. Конечно, люди ликовали, это последнее, что может быть важно в этом мире, оставалось только оттачивать все это до блеска. Как оказалось, есть одно но: для восстановления надо было принимать «биоматериал», смесь клеток, из которых роботы восстанавливали организм. И как ты думаешь, откуда их стали брать?

— Откуда? — с интересом спросил Джастин.

— Из людей! Все просто — чтобы кто-то жил, нужно, чтобы кто-то умер. Я, после того, как об этом узнал, сразу хотел увидеться с мамой, но меня не пустили к ней. Позже до меня дошла информация, что она сбежала. Я ее искал, но не мог найти, я уже думал, что ее ликвидировали. Говорил Брэду, что это его рук дело, что он убил ее или кто-то из его команды. Однажды она встретилась со мной, я ее не узнал — огромный шрам на голове. Она мне рассказала, что ей помогли выйти из системы люди из подполья. Ей рассказали планы корпорации, для чего это делается, и что все идет к тому, что будет тотальный контроль над людьми. Она говорила о том, что разработала «медиков», использующих животный биоматериал, но почему-то корпорация настояла на том, что нужно использовать человеческий, она взбунтовалась, ее отстранили, стерли все ее наработки об использовании животного биоматериала и передали все дела ее помощнику Фреду по кличке «доктор боль». Он и довел все это до логического конца.

— Как люди восприняли все это?

— Первоначально «медиков» встретили как прорыв. Установили все сразу, без разбирательств. Как огромный кит, люди открыли рот и проглотили все разом, не разбираясь в нюансах. Еще один этап подтолкнул людей забыть обо всем и радоваться жизни без боли, травм, болезней и естественной смерти.

Через месяц стали исчезать люди — первое время по одному, а потом массово и даже семьями, по телевидению говорили об НЛО и других странных вещах, что люди переезжают в другие места, и другую чушь. На самом деле они шли на биоматериал, который добывал ты, но почему-то первое время убивали тихо, без свидетелей, люди просто исчезали, а потом ты и прославился тем, что убивал на глазах у всех. Демонстративно, разнообразно. Иногда при стадионах зрителей, как казнь перед народом. Зачем именно так?

— Не знаю. Не помню, — с грустью ответил Джастин.

— Потом этих людей перерабатывали, превращали в биоматериал, получалось, что люди выпивали других людей. Информация о том, куда исчезают люди, просочилась в сознание людей, уговоры «помощника» поверить в праведность действия уже не помогали, и только все собрались что-то поменять… наутро испытали четвертую стадию: все проснулись не с «помощниками» в голове, а с «диктаторами» — стой, иди, ешь, умри, убей, отдай, все это подкреплялось мотивацией, мотивацией через боль, «медики», которые могли только лечить, в секунду превратились в «мотивации», с легкостью приносящие адские боли. Потом я узнал, это все сделал мамин напарник, тот самый «доктор боль» Фред, не знаю, почему мама с ним общалась, это его разработка. Роботы легко причиняли боль, рвали и уничтожали человеческую сущность, потом быстро восстанавливали разрушенную материю, но сознание людей менялось, это равносильно тому, как если бы летающей свободной птице подрезать крылья. Люди не могли выдержать боль и делали все, что приказывал голос, они в секунду превратились в рабов, рабов человека по имени Джованни. Вдохнули свободными, а выдохнули рабами. Я помогал маме в противостоянии с Джованни, но его как будто не было, он не существовал, единственным приближенный был… э, — замешкался Дэвид.

— Кто? — спросил Джастин.

— Да, этот Марти, не помнишь?

— Нет, — ответил Джастин.

— Вот так мы стали бомбардировать его сознание ложными воспоминаниями… — опять задумчиво произнес Дэвид.

— Продолжай!

— Ничего не получилось. Единственный выход был взорвать управляющий компьютер, но тогда возникала проблема. Если отключить управляющий компьютер, отключится «помощник», управляющий «медиками», первое время люди без «помощника» превращаются в статуи, не могут двигаться, примерно сутки, потом бегают в недоумении, когда приходят в себя, не понимают, что произошло. Роботы без контроля «помощника» начинают беспорядочно наполнять тело новыми клетками, начинается что-то наподобие рака, а когда кончается биоматериал, разрушают организм или хаотично вылезают из него, в результате получаются такие, как этот военный.

— Он хотел тебя убить? — спросил Джастин.

— Скорее, высосать биоматериал. Обезумев, они думают, что просто можно, как вампир, высосать человека. Адская боль сводит их с ума, а они привыкли — если больно, помогут «медики», «медикам» нужен биоматериал, биоматериал — это люди, вот и нападают на всех.

— Понятно. Так, получается, ты сейчас под контролем и с «медиками» внутри? — спросил Джастин.

— Нет, я не под контролем, но с «медиками», чтобы они не делали глупостей, таких, как я рассказал, я должен пить каждые два дня биоматериал. Если нет, меня ждет та же участь.

— Но все-таки можно обойтись без него?

— Да, можно прожить, поедая плоть, но только до того момента, как из тебя выйдут «медики», — ответил Дэвид и добавил, — это логично.

— И что дальше случилось? — спросил Джастин.

Дэвид ничего не ответил и показал на знак «Вас приветствует городок Мел».

— Куда дальше? — спросил Дэвид.

Джастин посмотрел на карту и нашел дом, где живут Джордж и Марта.

— Едем прямо, потом на следующем перекрестке направо. А-а, нет, давай налево, заедем в одно место.

— В какое еще одно место? — спросил Дэвид.

— Я думаю, она там, — задумчиво сказал Джастин.

— Кто она?

— Девочка, я ее спас от… обезумевшей, — через паузу добавил Джастин.

— Хорошо, тебе виднее, но судя по тому, как ты выглядишь, тебе нужна медицинская помощь.

— Давай добавь скорости, чтобы до заката успеть.

Через десять минут они подъехали к дому.

— Дэвид, сходи и поищи девочку в этом доме, — попросил Джастин.

— Хорошо, — нехотя ответил Дэвид. — Я поищу, дай пистолет.

Дэвид взял пистолет и направился в дом. Зайдя, он крикнул: — Эй, девчоночка, ты здесь? — Постояв на пороге и крикнув еще раз, он вышел и сел в машину.

— Ну что? — спросил Джастин.

— Да нет там никого, — ответил Дэвид.

— Ты все комнаты обошел?

— Да, все. Поехали? — ответил он.

— Да, да, поехали, — смотря на дом, сказал Джастин. И тут в окне увидел мелькнувший силуэт.

— Стой, стой! — крикнул Джастин, — там кто-то есть, там точно кто-то есть. Дэвид, ты должен сходить еще раз. А-а, черт, давай вместе, помоги мне.

Джастин оперся на Дэвида и зашел в дом.

— Малыш, не бойся, это я, Джастин, мы встречались здесь, в этом доме. Выходи, поехали с нами, мы тебя защитим.

Джастин поднялся наверх и направился прямиком в детскую комнату, где и нашел девочку. Открыв дверь, он увидел, как ребенок, плача, обнимает тело той женщины, которую Джастин убил. Девочка рыдала, всхлипывая, и что-то шептала. Джастин склонился и взял ее за плечо. Девочка резко развернулась и завизжала. Джастин попытался взять ее на руки, она стала отбиваться и поцарапала ему лицо.

— Дэвид, возьми ее, и идем в машину.

Дэвид взял рыдающую и отбивающуюся девочку и посадил в грузовой отсек.

— Поехали, — сказал Джастин, — сейчас прямо, не сворачивая, километров пять, потом я тебе покажу, куда дальше.

Солнце садилось, алый огненный диск спускался за крыши домов, становилось темно. Девочка поплакала минут десять, а потом успокоилась.

— Наверное, уснула, — предположил Джастин.

— Наверное, — ответил Дэвид.

— Ты, как я понимаю, и не ходил по комнатам? А, Дэвид?

— Ну не ходил и что?

— Да так, ничего, — вздохнул Джастин. — Подъезжаем, вот, видишь, дом вдали, нам туда.

Подъехав к дому Джорджа и Марты, Джастин вышел из машины и крикнул:

— Мистер Джордж, вы дома? Это я, Джастин, со мной еще Дэвид и девочка, мы идем к вам, не стреляйте.

Дверь дома открылась. На пороге стоял Джордж с опущенным ружьем.

— Рад видеть тебя, Джастин. Проходите в дом.

Джастин и Дэвид, на руках которого была спящая девочка, вошли в дом.

— Ты ранен, Джастин? — спросила Марта. — Иди в гостиную, ложись на диван, я тебя осмотрю.

Осмотрев Джастина, Марта сказала:

— У тебя выбито плечо, а на ноге сильный ушиб, переломов нет. Плечо нужно вставить. Садись на стул. Как звать твоего друга? — спросила Марта.

— Дэвид,.

— Дэвид, иди, помоги нам. Джастин, дай руку.

Джастин сделал все, как сказала Марта.

— Дэвид, возьми руку Джастина и по моей команде резко дерни.

— Хорошо, — ответил Дэвид. Не успел он еще сказать, как Марта прошептала ему:

— Дергай.

Дэвид дернул, от резкой и недолгой боли Джастин подскочил со стула и плавно присел обратно на него.

— Как там девочка? — спросил Джастин у Дэвида.

— Спит, я ее отнес в комнату.

— Хорошо. Джордж, дайте, пожалуйста, Дэвиду биоматериал.

— Я уже выпил, — ответил Дэвид.

— Хорошо, я чувствую, нам надо отдохнуть, поспать.

Джастин встал со стула и лег на диван, закрыл глаза и начал медленно проваливаться в сон. Сквозь сон услышал голос Дэвида и Джорджа в коридоре, потом звук закрывшейся двери и как завелась машина. Джастин встал и прошел в коридор, где стоял Джордж.

— Где Дэвид? — спросил Джастин.

— Он ушел, сказал, что ему надо на базу, достать биоматериал, это его последний шанс остаться в живых, — ответил Джордж.

— А чем ему этот не угодил?

— Сказал, что этот биоматериал только для первого уровня восстановления, а ему нужен наивысший.

— Я пойду за ним, — сказал Джастин.

— Но ты слаб.

— Ничего, далеко не уедет, ему не хватит топлива, — открывая дверь, сказал Джастин. — А у тебя, Джордж, и у Марты первый уровень «медиков»? — спросил Джастин.

— Да, — ответил Джордж, — самый начальный, как у большинства населения.

— Похоже, что у военных был наивысший уровень «медиков», а у них по какой-то причине не осталось нужного биоматериала, ты правильно сделал, что убил тогда солдата, он приехал, чтобы съесть вас. И да, — закрывая дверь, — присмотрите за девочкой, — попросил Джастин.

— Да, конечно, не волнуйся, мы присмотрим за твоей….

Джастин не дослушав, спешно пошел по улице в сторону военной базы.

— Эх, Дэвид, куда тебя черт понес, может, мы вдвоем управились бы лучше, — с досадой проговорил Джастин.

Он поймал себя на мысли: «Я волнуюсь за него как за сына, любимого сына, откуда такое волнение за него. Определенно это мой сын, я чувствую это и помню его маленьким — манера разговора, жестикуляция. Все детство он проводил за планшетом и компьютером и не просто играл и развлекался, а действительно что-то программировал. Почему он такой взрослый, где я был все это время, почему я не помню период его взросления?»

Нога сильно ныла при каждом шаге, и Джастин остановился. Оглядевшись по сторонам, он сел на пыльный тротуар.

— Все та же жуткая тишина, сводящая с ума, где сверчки и поющие птицы, куда все исчезло? — бормотал сидя Джастин. Первые лучи солнца начинали пробиваться сквозь горизонт. «Наверное, я не дойду до базы, придется возвращаться назад», — решил Джастин, вставая с бордюра и превозмогая боль, пошел обратно. Пройдя метров пятьсот, он услышал приближающийся гул автомобиля и выстрелы, быстро свернул с дороги и спрятался на крыльце ближайшего дома. Через мгновение пронесся военный автомобиль. И через двадцать секунд еще два. «Дэвид в беде», — подумал Джастин. И дворами побежал в сторону уехавших автомобилей. Он бежал, не понимая, куда они промчались, но потом промелькнула мысль — неужели они едут в дом Джорджа и Марты?

Вдали у дома Джорджа и Марты виднелись машины и стояли люди. Джастин аккуратно подбежал к соседнему дому и увидел, как одна машина стоит возле порога дома, а две позади, у них стоят пять бойцов с автоматами, среди них тот самый, вчерашний генерал, который дал приказ схватить Джастина. Тут из дверей вышли двое солдат, один держал на руках девочку, а второй вел Джорджа и Марту.

— Я должен им помочь, должен, — шептал Джастин. — Но как? Думай, думай, Джастин.

Доведя до генерала Джорджа и Марту, солдат пнул их по ногам. От удара они упали на колени перед генералом. Генерал что-то сказал им и сделал два выстрела в головы. Они упали. От увиденного Джастин хотел крикнуть, но не успел. Его рот зажала чья-то рука, и раздался голос:

— Им не поможешь, но ты можешь помочь мне. Отец.

У Джастина заколотилось сердце — это Дэвид и он назвал меня отцом?

Он обернулся.

— Давай быстро в дом, там во двор и бежим, — сказал Дэвид.

Джастин повиновался. Они вбежали в дом, потом выбежали во двор, через двор на соседнюю улицу и так пробежали домов пять. Забежав в очередной дом, Дэвид остановился. Запыхавшись, сел в кресло. Джастин сел напротив, на тумбу.

— Дэвид, что случилось?

— Я достал биоматериал, понимаешь, достал! — радостно вытаскивая из сумки, висящей через плечо, пакеты с жидкостью, говорил Дэвид. — Это супер концентрат из медицинского комплекса, мне этого на год хватит. Хотя, думаю, быстрее попаду в бункер. Отец! — улыбнулся Дэвид.

— Что это за медицинский комплекс? — спросил Джастин.

— У кого нет «медиков» внутри, для них изобрели переносные медицинские комплексы, которые медленно, но лечат, от легких до тяжелых ранений.

— Ты говорил, «медики» у всех?

— Нет, не у всех, их не было у людей под командованием Брэда.

— Но почему?

— Не знаю, может, для того, чтобы ими нельзя было управлять извне, систему «помощник» можно было временно выключать, обманывать, как и любую программу, поэтому, наверное, Джованни и держал отдельную армию без «помощников».

— А «медики» у них есть?

— Нет «помощников», нет «медиков». Для них и разработали медицинские комплексы.

— И где ты взял биоматериал?

— У военных. Я поехал на военную базу, у меня кончался бензин, я бросил машину и пошел пешком. Выйдя из города, я увидел вдали свет фар, подкрался поближе, увидел сошедший наполовину с рельс состав, несколько разбитых вагонов лежали на боку, и из них высыпался груз, который собирали солдаты и грузили в машины. Подкравшись еще ближе, я увидел ящики с биоматериалом, он был уложен в сумки. Схватив одну сумку, я добежал до джипа и помчался к вам.

— Но ты же видел, что за тобой погоня, зачем ты поехал к дому Джорджа!? Ты видел, что случилось из-за тебя!? Или нет!? — кричал с досадой Джастин.

— Но мы-то живы! Куда мне было ехать? Я думал, мы вместе сможем их уничтожить. Ну, чего ты, отец? — подлизываясь, сказал Дэвид. — Ты же сам видишь, что тут происходит, все гибнут, людей больше практически нет. Надо держаться вместе? Правильно? Ну, отец?

— Правильно, — с грустью ответил Джастин. — И никакой я тебе не отец.

— Отец, отец, я-то знаю. Это у тебя после того, как… э-э-э… Как тебя отвезли к шерифу, потом ты головой поехал. И у тебя амнезия, больше одного дня не помнишь. Засыпаешь, встаешь, а потом ничего не помнишь, только как привезли к шерифу. Правильно?

— Да, только это помню, — ответил Джастин.

— Вот, вот, я тебе и говорю про это, — с улыбкой сказал Дэвид.

— И что делать теперь, Дэвид?

— Нужно мне, то есть нам, попасть в бункер, пока военные не укрепились на этой базе. И все проблемы будут позади.

— Нет, в первую очередь сходим, посмотрим, что там с Джорджем и Мартой, — сказал Джастин.

— А вдруг там еще военные? — ответил Дэвид.

— Что, ты трус? В жизни не хотел, чтобы мой сын был трусом.

— Да я как бы не трус.

— Да, ты не трус, когда тебе что-то надо, — сказал Джастин. — Они тебя видели?

— Думаю, нет, — ответил Дэвид.

— Они подумали, что это был Джордж, и не будут больше никого искать, мне кажется, они давно уехали, у них наверняка много других дел.

— Ладно, пойдем, — сказал Дэвид.

Дойдя до дома, Джастин подошел к лежавшим телам Джорджа и Марты, наклонившись, похлопал по плечу лежавшего Джорджа: — Спасибо, что помогли мне. Надо их похоронить, — повернувшись к Дэвиду, сказал Джастин.

Дэвид ухмыльнулся и произнес:

— Ты очень изменился, сильно изменился.

— О чем это ты? — удивленно спросил Джастин.

— Ты давил людей как букашек, не обращал на них никакого внимания, и ладно бы, если на тебя работала мотивация, но ее тогда не было, и потом, когда появилась, она тебе была не нужна. Ты работал, как я понял, просто ради удовольствия, убивал ради него, не считался ни с чьим мнением, как мне тогда казалось, даже Джованни был тебе не указ. Ты, наверное, единственный, кто его видел таким, каков он есть.

— Да не убивал я никого! — нервно перебил Джастин. — Это был не я. Я таким не мог заниматься.

— Ты действительно ничего такого не помнишь? А убивать ты не разучился, также метко стреляешь, что с правой, что с левой руки, — сказал Дэвид.

— Я не знаю, откуда у меня эти навыки, — виновато сказал Джастин. — Как бы там ни было, надо их похоронить и точка, хватит болтать, бери, похороним на заднем дворе, а потом я разнесу этих военных к чертям.

— Вот, вот, отец, давай вспоминай, копи злость, я знаю, ты сможешь нас довести до бункера, — сказал Дэвид, взяв за ноги тело Джорджа.

Джастин взял за руки, и они потащили тело Джорджа на задний двор.

— Дэвид, расскажи, каким я был отцом? — попросил Джастин.

— Я смутно помню, ты исчез э-э-э, когда мне было 13 лет.

— Вспомни хоть что-нибудь.

— Любящим, ответственным, много с нами проводил времени, занимался с нами. В общем, обычным.

— Что-то я вот вспоминаю и не могу ничего вспомнить, каким я был. Какие-то смутные отрывки и бескрайние чувства, какой-то любви, любви к семье, к тебе, Рианне, Брэду, Кэтти. И в тоже время чувство… чувство сна, как будто это все нереально. Нереально настолько, что у меня голова взорвется от осознания этого, — задумчиво сказал Джастин. — Я помню, что ты родился, я держал тебя на руках, потом фрагменты, школа, а что было в этих промежутках, я не помню. Кроме кратких отрывков. И так и про Рианну и Брэда, Кэтти, есть чувства просто любви, любви как наркотик, которая необъяснимо тянет, влечет, как будто есть вина, очень страшная вина перед вами, всеми силами я пытаюсь ее искупить.

— Вот и помоги мне, отец, попасть в бункер к моей семье, я знаю, ты сможешь, — попросил Дэвид.

Похоронив Джорджа и Марту, Дэвид посмотрел на Джастина и сказал:

— Давай думать, что теперь. Как мне проникнуть на базу и зайти в бункер.

— Мне, мне, только и слышу, мне, меня! — со злобой произнес Джастин.

— Ну что ты так, мне пока тоже трудно представить, что ты мне отец.

— Хорошо, давай начертим план базы, где твой бункер и откуда мы примерно из нее выбрались.

Зайдя в дом, Джастин нашел листок бумаги и ручку. Начертив примерный план военной базы, Джастин спросил:

— Где твой бункер?

Дэвид показал на ангар и добавил:

— Вот в этом ангаре, где мы и встретились.

— В нем? — удивленно спросил Джастин.

— Да, в нем, мы с моим помощником туда и пришли, а там ты.

— А в каком месте он находится?

— Где-то рядом с рухнувшей стеной, — ответил Дэвид.

— Ты понимаешь, что вход в твой бункер могло завалить этой стеной, и если мы проникнем туда, может оказаться, что ты не попадешь внутрь.

— Я думаю, что можно попасть туда, главное — найти блок управления дверью, а гидравлика справится.

— Ты в этом точно уверен?

— Да! — ответил Дэвид.

— Хорошо, нужно теперь придумать, как туда пробраться, и хорошо бы было чем-то отвлечь всех военных.

— Но чем? Еще надо оружие, — сказал Дэвид.

— Может, добраться до города и пустить туда поезд с взрывчаткой? А самим прокрасться с другой стороны?

— Но до базы километров пятнадцать, как добраться? Надо автомобиль.

— Где ты заглох? — спросил Джастин

— Где-то в пяти километрах отсюда, — ответил Дэвид.

— Значит, надо искать бензин.

— Может, попробуем добраться до тех вагонов, где я встретил военных, вдруг там есть бензин? Я видел вроде какие-то бочки там.

— Других вариантов нет, давай попробуем.

Дойдя до того места, где лежал разбитый состав, Дэвид и Джастин ползком забрались на пригорок и стали смотреть. Головной поезд и несколько вагонов сошли с рельс, пропахав метров пятьсот, они лежали на боку, за ними еще пять разбитых вагонов, десять вагонов стояли на рельсах, замыкала состав цистерна с надписью «опасный груз».

— Смотри, в конце состава цистерна, — показал Дэвид.

— Вижу, — ответил Джастин, — вроде не видно никого.

— Похоже, никого нет, пойдем, — сказал Дэвид.

— Давай ты ползи вперед, а я позади.

— Хорошо, — ответил Дэвид и пополз вперед.

Через сто метров Дэвид обернулся к Джастину:

— Там, похоже, кто-то есть.

Джастин аккуратно поднял голову и увидел двух военных. Подполз к Дэвиду:

— Нужно их убирать.

— Но как?

— Оставайся здесь и следи, чтобы больше никто не появился. — Джастин пополз вперед. Дэвид поднял голову и стал наблюдать. Джастин прополз до места, где кончилась трава, и встал.

— Что ты делаешь? — прошептал Дэвид.

Джастин поднял руки вверх и что-то крикнул, двое солдат направились к нему, наставив на него автоматы. Подойдя, они что-то сказали, и Джастин лег на землю.

Склонившийся солдат надел на Джастина наручники, поднял его на ноги, и конвой увел его за состав.

— Что делать? — бормотал Дэвид и не решался встать. Полежав, он развернулся и пополз обратно, как вдруг услышал передергивание затвора и голос, спросивший:

— Куда собрался?

— Не стреляйте, я все скажу, я знаю, как попасть в бункер, отведите меня к Брэду.

— Говори!

— Код 2858, — дрожащим голосом произнес Дэвид.

— Понятно, какой ты боец. Пойдем, все чисто.

Дэвид, перевернувшись, увидел Джастина.

— Э-э-это ты, — ошеломленно сказал Дэвид.

— А ты думал, кто?

— Я думал, все. Тебя взяли, я хотел дождаться ночи, чтобы тебя спасти.

Джастин усмехнулся.

— Да, да, хотел, — повторил Дэвид.

— Хорошо, пойдем, — сказал Джастин. — Там за составом их машина.

— Но как ты… это… их, — удивленно спросил Дэвид.

— Просто ребята попались хорошие, сговорчивые. Только из машины их надо убрать. Переодеться в их форму и ждать, когда приедет меняющая их группа.

— Что мы будем делать, пока ждем?

— Патрулировать, в общем, мы теперь на службе у твоего брата Брэда, — улыбнувшись, сказал Джастин.

Они переоделись в военную форму и стали ждать.

Тени удлинялись, солнце садилось за горизонт.

— Знаешь, — начал Дэвид, — в этом приключении что-то есть, это была бы поистине впечатляющая история, вот ее бы выложить в IYF, когда был ее рассвет, когда только все начиналось, когда не забыты еще твои естественные чувства, когда ты сам можешь ощутить их, а не трансляцию чужих чувств, когда есть таинство, когда есть рвение испытать все чувства самому.

— Но ты же сам создал эту программу?

— Я был молод, мне было 18 лет, когда я это придумал, а что нужно молодому человеку — известность, слава, деньги, и тем более такая истерия по поводу этих программ IT-индустрии, социальных сетей. Человечество всегда хотело все знать друг о друге, шпионить. Люди расставляли ловушки, чтобы поймать и заработать на других деньги. Вот и я, можно сказать, тоже поставил свои, и причем удачно, на меня свалилась известность, деньги, власть. Моя жизнь изменилась в корне, да и у всего мира тоже. Можно сказать, новый виток в эволюции человека, в сознании жизни.

— Так ты этот… компьютерный гений? — спросил Джастин.

— Можно и так сказать, — вздохнув, произнес Дэвид.

— И почему же все рухнуло? Почему образовался такой хаос?

— Потому что компания и не хотела, чтобы люди жили и радовались. Все было прозаично с самого начала, Джованни хотел поработить весь мир, быть главой планеты, беспрекословным правителем.

— Но ты, как я понимаю, тоже заодно с ним?

— Да я тебе говорил про то, как он приближенным дал почувствовать кусочек ощущения всевластия, и я думаю, и другие стали навек его рабами и врагами, чтобы вкусить еще этих чувств, заняв его место. Плюс «помощник» пел серенады праведности. Все остальные чувства тщетны перед ощущением безграничной власти.

Солнце уже село, когда Джастин увидел огни приближающегося автомобиля.

— Дэвид, приготовься, похоже, смена едет.

Встав, они подошли к подъехавшей машине.

— Привет, ребята, — подойдя к водительскому окну, сказал Джастин.

— Привет, — ответил сидящий за рулем военный.

— А-а-а вы кто такие? Это не сво… — не успел водитель досказать, как Джастин сделал два выстрела в упор.

— Что? Что ты сделал? — спросил Дэвид.

— Похоже, они знали тех солдат, которые здесь остались. Поэтому пришлось убрать их, — холодно ответил Джастин. — Ничего страшного не случилось, один автомобиль уехал с базы, один приедет, давай садись, поехали.

Через двадцать минут они подъехали к воротам базы. К ним подошел охранник, посветил в лица Джастина и Дэвида и скомандовал: — Открыть ворота, проезжай.

Джастин с Дэвидом въехали на территорию базы.

— Куда поедем, сразу в ангар? — спросил Дэвид.

— Не спеши, надо осмотреться и, наверное, поставить машину в стороне, потом ее взорвать и тогда бежать в ангар. Я видел в багажнике взрывчатку с таймером.

Припарковав автомобиль за зданием, Джастин взял взрывчатку с таймером и положил под машину.

— Пойдем, только медленно, не спеша, не привлекай внимание, я установил таймер на три минуты.

Идя прямиком в ангар, Джастин увидел ракетные и зенитные установки, они стояли в ряд, некоторые были закрыты маскировочной тканью.

— Столько оружия у них, — обратился Джастин к Дэвиду.

— Да, очень много.

— Вон, смотри, и танки у них есть, и легкая бронетехника, и, похоже, еще приходят поезда с оружием, — удивлялся Джастин. — Зачем столько?

— Для войны с «крысами». У «крыс» оружия не меньше.

— Вы чего тут разгуливаете, вы кто такие? — раздался голос из темноты.

— Мы… — Не успел Джастин повернуться, чтобы ответить, как раздался взрыв. Потом за ним последовала череда взрывов. Где-то рядом с въездом, потом в стороне. Пронизывающим звуком завыла сирена. Джастин обернулся и посмотрел на машину, но та стояла целая. Вся база закипела, выбежали бойцы и стали расчехлять технику, зазвучали автоматные очереди.

— Бежим в ангар, — крикнул Джастин.

Уже возле ангара рядом с Дэвидом оглушительно раздался взрыв, и его откинуло в сторону, прямиком на стену ангара, он подлетел метра на два и, ударившись о стену, скатился по ней на землю. Джастин подбежал к упавшему. Все тело Дэвида изрешетили осколки.

— Ты живой? — тревожно спросил Джастин. Но Дэвид был без сознания. Джастин взвалил его на себя и занес в ангар. В ангаре ничего не изменилось, также остались разваленные стены и рухнувший потолок. Джастин положил Дэвида в развалины, напоминающие шалаш.

— Посмотрим, на что способны твои «медики», — произнес Джастин. — Придется повоевать и за эту армию, пока ты восстанавливаешься.

Он вышел из ангара — кругом все полыхало огнем, горели отдельные здания, взрывались снаряды, стреляла артиллерия, звучали автоматные очереди, как светлячки, разлетались в сторону трассировочные пули. Джастин увидел бойца, несущего на спине раненого. Догнав его, Джастин спросил, что случилось.

— Похоже, на нас напали «крысы», — крикнул военный.

— «Крысы»? — переспросил Джастин.

— Ты глухой? Отнеси раненого в лазарет, а я схожу за еще одним. — Перевалив раненого на плечи Джастина, он убежал в темноту.

«А где тут лазарет?» — подумал про себя Джастин и кинул раненого за стоящее рядом здание.

Пригнувшись от очередного взрыва, Джастин увидел, как из-за соседнего здания выглянул какой-то человек. Джастин стал наблюдать за ним, человек вышел и махнул рукой, за ним последовали еще пятеро, и они перебежками от укрытия к укрытию стали подходить к ангару.

— Похоже, они собрались в этот ангар. Значит, вся загвоздка в этом бункере, все хотят туда попасть, — решил Джастин и последовал за ними. Догнав замыкающего человека, Джастин схватил его за ворот и резко отбросил за стоявший автомобиль. Тот упал и, повернувшись к Джастину, пристально посмотрел на него.

— Джастин! Это ты, а мы думали, ты погиб при взрыве. А почему ты в этой форме, я надеюсь, ты не за них?

— Нет, не за них, и не думаю, что за вас. Кто вы и что хотите сделать? — спросил Джастин.

— Джастин, я же Джон, не помнишь? Мы же с тобой взорвали «Небесный город». Ну, ты чего, друг? Помоги найти вход в убежище. С нами Рианна, она там, уже в ангаре.

— Рианна… — задумчиво протянул Джастин.

— Пойдем быстрее.

Джастин подал руку Джону и помог ему встать. Джон встал и, нагнувшись, побежал в сторону ангара, Джастин последовал за ним. Не входя в ангар, Джон крикнул:

— Рианна! Рианна! Это я, Джон.

— Где ты ходишь? Давай сюда, — раздался грозный женский голос.

— Я встретил Джастина, — ответил Джон, заходя в ангар.

— Джастина!? — удивилась Рианна. — Не может быть? — повторила она, смотря на него.

Постояв секунд пять, не говоря ни слова, она только смотрела на Джастина.

— Рианна, Рианна, — позвал один из людей, — вход в убежище завалило и в развалинах лежит кто-то.

— Это Дэвид, — сообщил Джастин.

— Дэвид? — еще более удивленно произнесла Рианна, подходя к телу лежащего Дэвида.

Подойдя к нему, она опустилась на колени и обняла его.

— Ладно, похоже, мы не сможем попасть туда, эй, Мак и Тревор, возьмите Дэвида, уходим отсюда, — скомандовала Рианна.

Встав и проходя мимо Джастина, Рианна, положив ему на плечо руку, глядя в глаза, сказала:

— Я рада тебя видеть в живых. — И быстро побежала на выход.

Также перебежками, друг за другом, все выбежали за пределы базы и, не сбавляя темп, выскочили через лес на дорогу. Запрыгнули в кузов стоявшего там грузовика и поехали.

Автоматные очереди и взрывы становились все глуше и глуше, а потом через мгновение и вовсе утихли. Джастин сидел напротив Рианны, брезент на грузовике колыхался от ветра, и лунный свет пробивался через отверстия, Джастин видел только силуэт Рианны и скрытые темнотой черты ее лица. Но на мгновение ему показалось, что она улыбалась.

«Как-то странно, — подумал Джастин, — это моя Рианна или нет? Судя по тому, как она раздавала приказы, от хрупкого и нежного создания не осталось и следа. Так странно, похоже, я постепенно нахожу свою семью, но уже совсем другую, не ту, что я помню».

Заскрипели тормоза, и люди стали выпрыгивать из машины.

— Вставай, пойдем, — склонившись к Джастину, сказала Рианна.

— Где мы? — спросил он.

— Мы на старой военной базе в двух километрах от города.

Джастин огляделся: все вокруг было похоже на базу — бетонный забор вокруг, артиллерийские пушки, стоящие в ряд, несколько танков и зенитные установки.

— Пойдем, ты, наверное, хочешь поесть и отдохнуть, у тебя, я вижу, тоже был трудный денек.

— Да, был, а что с Дэвидом?

— Он в порядке, пришел в себя, мы отнесли его в медицинский пункт, — ответила Рианна. — Пойдем.

Они направились внутрь двухэтажного здания. Зайдя в просторную комнату, Рианна сняла с себя куртку и на миниатюрной кухне стала что-то готовить. Джастин сел за стол. Комнату наполнил приятный запах еды.

— Такое ощущение, что я не ел вечность и уже забыл, как жевать пищу, — с улыбкой сказал Джастин.

— Все готово, — сказала Рианна. Поставила на стол тарелку и села за стол напротив Джастина.

— Спасибо, что помог нам взорвать «Небесный город». Скажи, как у тебя получилось взорвать его весь?

— Получилось? Что?

— Где-то полтора месяца назад ты и мои ребята взорвали «Небесный город».

— Не помню, ничего совсем не помню, — жуя, ответил Джастин. Потом, перестав жевать, грустно добавил: — помню, как потерял Кэтти и как меня забрал шериф, больше ничего не помню. Кэтти, где ты, девочка моя?

— И ты не помнишь? Как мы встречались, как ты говорил, что я твоя жена, как помогал нам, этого тоже не помнишь?

— Нет. А что, ты моя жена Рианна? — произнес Джастин. — Дэвид твой сын? А еще у тебя есть сын Брэд? И дочка Кэтти?

— Да, у меня есть два сына — младший Дэвид, а старший Брэд.

Джастин заулыбался:

— Значит, вы все-таки моя семья!

— Нет, — ответила Рианна. — Пойми, так надо было. Прости!

— Что надо было?

— Чтобы ты помог нам, мы сделали так, что ты стал нас воспринимать как свою семью.

— Это как?

— Мы стали бомбардировать твой мозг ложными воспоминаниями, такими, которые мы помним, немного их изменив, чтобы они выглядели, как будто это ты помнишь. Все это сделал Дэвид, он мне это и предложил.

— Дэвид? — с сожалением произнес Джастин. — Но подожди, я же испытываю чувства к нему, я к нему привык и чувствую, что он мой сын… Он и ты использовали меня для ваших целей? — бросив вилку на стол, с досадой сказал Джастин.

— А что мы могли сделать? Это ты сейчас такой славный защитник, а два месяца назад ты был палачом, мучителем всех без исключения людей. Ты был беспощадным дьяволом, в день съедающим десятки тысяч человек и запивающим страданиями еще сотен тысяч их близких, — опершись на стол и встав, прокричала Рианна.

— Нет! — вскочив и ударив по столу, — нет, это не я, этого не может быть, — схватившись за затылок обеими руками, кричал Джастин.

— Тише, тише, ладно, пусть будет, как ты скажешь, — сказала успокаивающе Рианна. — Мне сейчас тоже нелегко, нелегко воевать со своею семьей. Мы потеряли все, что у нас было, и не смогли вернуть ни крохи из утерянного.

— С кем воевать? — спросил Джастин.

— С Брэдом, Дэвидом, — ответила Рианна.

— Брэдом и Дэвидом, с нашими сыновьями?

— Брэд захватил практически все эшелоны с провизией, оборудованием и оружием.

— Нет, это же он. Он убил Джорджа и Марту, и у него девочка.

— Что это за люди? Какая девочка?

— Надо с ним поговорить, договориться с ним, он убьет ее.

— Я пробовала договориться с Брэдом и Дэвидом. Но каждый упорно тянул одеяло на себя. Если бы мы делали все дружно или хотя бы они не мешали нам проводить операции по удалению «помощников», у нас был бы реальный шанс спасти человечество. А в итоге мы все погубили.

— Как они мешали?

— Просто убивали моих людей.

— Зачем?

— Власть. Их притягивала власть. Дэвида погубила его программа IYF, он, как мне кажется, через нее подхватил вирус власти и денег. А Брэда сделал таким его отец, он постоянно унижал его и твердил, что он никто… Я объявила эвакуацию базы. Скорее всего, Брэд нападет на нас в ответ.

— Но зачем эвакуироваться? Мы примем оборону!

— У нас не осталось снарядов для обороны. Мы выкопали под городом Мел подземное убежище. На поверхности становится очень жарко. Мы хотим, пока есть силы, прокопать туннель к бункеру, а потом попасть в него.

— Когда мы встретились с тобой, было только пять человек? Если бы вы попали в бункер, что стало бы с теми, кто остался снаружи?

— Не знаю, что-нибудь придумали бы.

— Вы убийцы, вы не моя семья, я не хочу такую семью, — сказал Джастин. — Каждый из вас воспользовался мной для своих целей, промыли мне мозги, набили их какой-то ерундой.

— Успокойся, Джастин, все правда, все, что я говорила о тебе, правда.

— Почему Джордж и Марта меня спасли, если они знали, что я убийца? Выкинули бы за дверь, и нет проблем, а они погибли из-за меня. Понимаешь?

— Джастин, скажи, что ты хочешь от меня? Ты был рядом с Джованни. Хотел ты этого или нет, у тебя руки в крови, нет, ты по самую макушку в ней. И ты мне хочешь сказать, что я и мои дети — звери! Да, я с головой ушла в научную работу и мало времени уделяла своим детям, постепенно я их потеряла, они выросли самостоятельно. Я, получается, потеряла детей из-за того, что изобрела этих чертовых «медиков»! Жизнь устроена так, что, только что-то сделав, получишь результат. Может, Джованни все сделал правильно, создав свою систему жизни, не смотрел и не слушал мнение других людей. А я всю жизнь пыталась помочь всем без исключения, испытывая жалость, я не щадила себя. Работая на благо человечества, я забывала о семье. Время неумолимо заставляло делать выбор. И результат моего выбора перед тобой.

— Рианна, пожалуйста, верни меня. Верни мне память, настоящую.

— Так же, как ты мне не сможешь вернуть моих детей, когда они были маленькими. Я не смогу вернуть тебе память.

— А Дэвид сможет?

— Не знаю, ему важен теперь только свой зад.

— Но у него семья в бункере, — оправдательно сказал Джастин.

— У него нет семьи, он хотел только, чтобы ты ему помог попасть в бункер.

— Бункер, бункер — и ты, я так понимаю, тоже хотела туда попасть.

— Да, хотела, это гигантский подземный город, там можно выжить при любых катастрофах, даже если все с поверхности исчезнет, и говорят, там есть установка, способная воскрешать мертвых.

— Опять бред какой-то, — сказал Джастин.

— Да я думаю, что не особо бред, — ответила Рианна, — не так давно мои люди зафиксировали, что наш мир сужается.

— Сужается? Как сужается?

— Как глиняное горлышко у кувшина в руках гончара, надавил, и оно сузилось, еще сильнее — и его совсем нет.

— Ничего не понимаю, ты хочешь сказать, что наш мир — не огромная круглая планета, а какой-то кусок суши?

— Да! И теперь, как я понимаю, все исчезает! — ответила Рианна. — Появились существа, они забрали всех домашних и диких животных, насекомых, бесследно исчезла вода, ее не осталась даже на больших глубинах, земля высохла и стала неплодородной. Людей осталось не больше ста человек.

— Сто?!

— Да, у нас сорок человек и у Брэда, я думаю, не больше шестидесяти.

— А в городе?

— В городе нет никого, когда мы выезжали оттуда, там оставалось человек пятнадцать, они, полагаю, уже мертвы.

Открылась дверь, и вошел Дэвид. Виновато посмотрел на Джастина и Рианну.

— Проходи, — холодно сказала Рианна, — садись, поешь.

Дэвид сел за стол.

— Джастин сказал, ты наплел ему про свою семью?

— Мам, ну ты чего?

— Не ругайтесь, вы правы, если бы у меня были враги, я бы все сделал, чтобы их уничтожить, и знаю, каково вам было находиться в системе. Кто ее создал, должен умереть, надеюсь, так оно и случится.

— Послушай, Дэвид, помоги Джастину вернуть его память, чтобы он вспомнил себя, — попросила Рианна.

— Я не смогу, у меня нет исходной его памяти и нет оборудования для этого.

— И что, вообще ничего не сделать? — спросила Рианна.

— Не знаю. Только Вилсон, я думаю, знает.

— Вилсон, кто он такой? — спросила Рианна.

— Когда «Небесный город» упал, начался хаос. Никто не знал, что делать. Я стал копаться в обломках «Небесного города», в той части, где был кабинет Джованни, и наткнулся на странного человека, он представился, зовут его Вилсон. Я узнал от него, что есть некий бункер и что Джованни там. Я поднял уцелевшие файлы и обнаружил, что корпорация планировала строить спасательный бункер для элиты. С тех пор и началась подготовка к войне с Джованни за бункер.

— Где Вилсон?

— Он сбежал от нас. Я думаю, он в городе, если еще жив.

— Нападение! Рианна, там войска, там идет армия! — прокричал вбежавший в комнату солдат.

— Том, эвакуационные машины готовы? — спросила Рианна.

— Да, готовы! — ответил Том.

— Скажите Фреду, пусть выезжает во главе группы.

— Рианна, его нигде нет, он исчез, — сказал Том.

— Как так? — с досадой произнесла Рианна.

— Ты опять с ним, с этим уродом Фредом. Но зачем? Я уверен, он убежал к Брэду, — сказал Дэвид.

— Он твой отец, Дэвид! Настоящий отец.

— Отец, и Брэда тоже?

— Нет!

— А кто его отец?

— Неважно, расскажу позже, надо выезжать с базы. Выводи людей, Дэвид, садись в головной автомобиль с Томом и везите людей в подземное убежище. Быстро!

Дэвид, повинуясь, выбежал из комнаты за Томом. Джастин стоял растерянный, с опущенными руками.

— Джастин, ты с нами? — спросила Рианна.

— Нет. Я пойду в город искать Вилсона, он вернет мне память.

— Хорошо, прости нас, не держи зла! Как можно быстрей уходи с базы, — сказала Рианна и поцеловала его в щеку, взяла куртку и вышла из комнаты.

— Я люблю тебя! Рианна! — прокричал вслед Джастин и побежал за ней.

При выходе из здания Джастина ослепил яркий свет и отбросила назад ударная волна. Быстро встав, Джастин осмотрелся и увидел в пыли лежащую без движения Рианну. Подойдя к ней, он встал на колени и приподнял ее окровавленную голову. По ее лицу струились ручейки крови. Она, не открывая глаз, прошептала:

— Они уехали?

— Да, все уехали, они в безопасности! — со слезами на глазах ответил Джастин. — Рианна, — слегка тряся голову, повторял Джастин, — Рианна! Нет, без тебя все становится бессмысленным! — крикнул Джастин, и плавно отпустил голову Рианны на землю.

Поднявшись, он ощутил головокружение, зазвенело в ушах, нахлынувшие чувства утраты сдавили грудь и не давали вздохнуть.

— Они мне никто! — крикнул Джастин. — Никто, — выбегая из базы в сторону города, кричал он. Справа вдали виднелась полоса пыли, поднимаемая колонной автомобилей — это эвакуационная группа «крыс», подумал Джастин. Сделав несколько шагов, он услышал череду сотрясающих землю взрывов и высокие, поднимающиеся вверх, огненные столбы, пыль от колес сменилась падающими сверху ошметками земли, обшивками от автомобиля. Не успел он осознать происходящее, как за ним с грохотом взлетели в воздух строения и техника на базе.

— Это конец, конец всему! Всей истории человечества! — бормотал Джастин, несясь по асфальтированной дороге. На горизонте виднелись небоскребы и развалины «Небесного города». Джастин бежал, не оглядываясь, время от времени его накрывали чувства, чувства беспомощности, невозможности изменить реальность.

— Кем я был в этой жизни? Запутавшийся человек или хладнокровный убийца?

Споткнувшись, Джастин лежал на раскаленном от солнца асфальте и смотрел, как сквозь трещинку пробился росток, он блестел на солнце увядающими лепестками.

— Ты не вовремя родился, люди довели себя и землю до истощения, истощения, что все живое исчезло. Наверное, я хотел бы быть, как ты. Быть одиноким, без привязанностей, жить без переживаний, не заботиться, не любить, расти, пока светит солнце, поит и моет дождь, кормит земля. А может, ты так же любишь — солнце, дождь, землю и общаешься с ними и с другими растениями. Жалуешься им, что родился посреди дороги, в трещине асфальта, и что смысла расти дальше у тебя нет, автомобили задавят, люди вырвут из земли. А вся жизнь кругом поет — нет, расти, дай семена и отпусти их с ветром, они найдут себе лучшее место, чем у тебя, они будут счастливы. Если не успеешь дать семена, своею смертью воздашь земле, что у нее взял, а солнцу и дождю просто скажешь спасибо. Я останусь с тобой, — сказал Джастин, закрывая глаза.

Глава 16

— Ты прав! — произнес голос.

— В чем? — спросил Джастин.

— В своих рассуждениях про то, что ты можешь спросить у жизни. Земли, которая тебя кормила. Солнцу, которое давало тепло. Дождю, который поил, и все это вместе как единая сила, сила дающая жизнь. Росток сквозь любые препятствия находит дорогу, чтобы жить и дать семена. И ты спросишь — я ничего им не должен, ведь я не хотел родиться, я не хотел этой жизни, жизни, наполненной трудностями, я этого не хочу, если дали жизнь, дайте и благодать, беззаботность.

— Да, точно! И у тебя есть на это ответ?

— Конечно, есть, — ответил голос. — Что, если я тебе расскажу историю, но она может показаться тебе странной?

— Нет, мне интересно, что еще может быть странного после встречи с тобой?

— Ты будешь все ощущать и видеть сам, своим разумом и душой. Ты пройдешь путь наполнения пустоты материей. Ты готов? тогда… — Джастин ощутил бескрайнюю темноту, беззвучную пустоту, только одно дыхание, глубокое и равномерное, оно доносилось не снаружи, а шло изнутри его.

— Эй, эй! — вскрикнул Джастин. Безмолвная тишина и только внутреннее равномерное и глубокое дыхание. Потеряв чувство времени, он поймал себя на мысли, что тела нет, чувство контроля над ним исчезло, появилось ощущение искрящей мысли, способной перемещать сознание моментально в любую точку пустоты. Ощущение мгновенного движения.

— Смешно, движение в пустоте! Хорошо, поиграли, и хватит, — крикнул Джастин, но голоса не было, была только мысль и ощущение, что он что-то сказал. Темнота, пустота и отсутствие звука потихоньку растворяли сознание Джастина, стало тяжело мысленно себя осознавать, он чувствовал, как глубокое и равномерное дыхание медленно утихало, как у умирающего человека.

— Пожалуйста, я понял, давай появляйся! — крикнул Джастин. Связных мыслей стало меньше, пустота входила внутрь или растворяла сознание.

— Ты растворяешься в пустоте, — произнес голос.

— Помоги!

— Ты сам должен решить, хочешь ты жить или нет, это твой выбор. Ты перестал думать, сопротивляться, и она поглощает тебя.

— Жить где, в пустоте?

— Где хочешь! Хочешь — в чужих мирах, хочешь — в своем!

— Не понимаю, ничего не понимаю! — сказал Джастин, и его сознание пришло в норму.

— Это я не дал раствориться тебе в пустоте, а он сам смог сохранить в ней себя.

— Кто он?

— Назови как хочешь — человек, создатель, бог, строитель миров.

— Долго он сохранял себя от пустоты?

— И сейчас он сохраняет себя и всех, кому он дал жизнь, от пустоты.

— Что значит сохранить себя от пустоты?

— Каждый для себя решает сам, чем заполнить пустоту, и это может быть все, что угодно, но чтобы она не поглотила то, что ты создал, надо постоянно думать об этом. Испытывать рвение жить и принимать свою жизнь такой, какова она есть, находить силы выходить из любых ситуаций и двигаться только вперед, сохраняя гармонию.

— Что он сделал, когда попал в пустоту?

— Он стал вспоминать мир и свой жизненный опыт из мира, откуда он попал в пустоту. Трансформировать в своем сознании светлый материальный островок. И темнота пустоты расступилась.

— Как расступилась? Там уже был этот остров?

— В пустоте уже есть все, что ты можешь сотворить. Мысленно представь любой хорошо знакомый тебе предмет. Представил?

— Да.

— Опиши его.

— Это металлическая ложка.

— На чем она лежит?

— На столе.

— На каком столе?

— Обычном деревянном.

— Где стоит стол?

— На кухне.

— Опиши кухню, оглянись вокруг, посмотри в окно. Ты видишь? За окном твой мир, зеленый и благоухающий? Ты представляешь, как Земля летит в космосе вокруг Солнца? Ты видишь на горизонте планеты? Ты видишь мирно парящие галактики?

— Да, я все это реально вижу.

— Оглянись.

— Не может быть! — смотря на парящие миллионы галактик, сказал Джастин.

— Пустота и темнота расступились. Ты материализовал галактики.

— Они настоящие, в них настоящие планеты!

— Смотря что назвать настоящим. Какие критерии у твоего настоящего?

— Я даже не знаю. Они вертятся вокруг звезд, звезды испускают свет.

— Приблизься и посмотри.

Моментально все увеличилось, и Джастин увидел Звезду, вокруг нее крутилась планета.

— Всего одна?

— Представь больше.

В мгновение появились еще пять.

— Все так просто создать, только подумал и все?

— Просто, а теперь вернись на кухню и посмотри на свою ложку.

Джастин представил кухню и стол, на котором лежала ложка.

— Вот она, лежит на столе, — сказал Джастин.

— А ты уверен, что это та самая ложка?

— Я думаю, да.

— У твоей предыдущей ложки был узор?

— Не знаю.

— А на этой есть. Это не та самая ложка, которая была ранее.

— И что это значит?

— Это значит, что представить легко и это появится, но как только ты представляешь другое, все ранее представленное исчезает в пустоте.

— И какой выход?

— Менять принцип мышления, расширять границы разума, думать сразу обо всем, о том, что ты хочешь, чтобы не исчезло. Тебе сейчас не понять, как это — объять бесконечность. Тебе сейчас кажется, это нереально — одновременно думать обо всем, и нереально смотреть на предмет и видеть его со всех сторон. Но есть такая хитрость — время.

— Время?

— Да, время. Любое дело начинается с истоков, и вот одним из главных истоков твоего мира было создание времени. Появился временной аквариум в пустоте, где есть прошлое, настоящее и будущее, этот аквариум назвали вселенной. Но обо всем по порядку. Как я уже сказал, появился остров, пустой и маленький остров, со всех сторон его окутывал вакуум. Остров рос и трансформировался, появлялись разнообразные растения, животные, ему было тяжело, только он хотел отдохнуть, как пустота начинала все поглощать. Ему хотелось все бросить и раствориться, но желание сотворить мир и наполнить его жизнью не давало ему бросить то, что он задумал.

— Откуда он появился в пустоте? И что значит наполнить жизнью? — спросил Джастин.

— Жизнь — это балансирование на грани страдания и счастья, любви и ненависти, преданности и предательства, скупости и щедрости, расчетливости и безвозмездности, добра и зла.

— Зачем все так сложно?

— Ты знаешь, как тяжело что-то создать? Не говоря про самостоятельно мыслящий разум, разум, способный делать и создавать, независимо от создателя. Без его непосредственного контроля.

— Ты имеешь в виду человека?

— Да, и время, дающее проявившейся материи возможность не исчезать в ничто. Время, скрепляющее материю в единое целое. Время, позволяющее дать материальному предмету начало и сохранять заложенные свойства материи.

— Что является временем?

— Условность, созданная творцом в созданном им мире.

— Условность?

— Да, условность. Ты представлял и открывал в пустоте планеты и галактики. Они реальны, они состоят из материи. Условность их состоит в том, что если ты будешь их разбирать на составляющие, для тебя они будут состоять из того, что ты можешь представить.

— Как я понял, я проявил из ничего планету и стал думать, из чего она состоит, и могу представить, что она состоит из желе, и она из этого будет состоять?

— Да. Именно так! Создавая что-то, ты присваиваешь созданному определенные условности.

Все начиналось с малого, собиралось и продумывалось по крупицам, ломалось и рушилось, и снова собиралось. Островок наполнялся жизнью. Творец видел это, но не мог к этому прикоснуться.

— Почему не мог прикоснуться?

— Он не материален, душа и разум не материальны. Для того, чтобы разум и душа стали материальны, необходима оболочка.

— И этой оболочкой стал человек?

— Да, человек.

— Он был настоящим? Материальным?

— Да, он был материальным. Но было одно но. Это было бесформенное тело.

— Почему?

— Творец не знал, как он будет выглядеть.

— Получается, он был не человек.

— Да, он был не человек. Он был не похож на человека, это был…

— А на кого он был похож?

— Ты не сможешь его представить, потому что он не создал ничего из своего мира, его мир, как и он сам, не имел материи. Твой разум не соберет общую картинку.

— Почему?

— Ты был создан в мире определенных условностей. Ты от них не можешь отказаться, пока время есть в твоем сознании. Поэтому твой разум не может трансформировать этот образ.

— Я уже ничего не понимаю! Время… Творец…

— Поэтому мир, созданный творцом, настолько сложен и разнообразен.

— Для чего?

— Чтобы ты поверил.

— Во что поверил?

— Что нематерия и материя могут дополнять друг друга. И что ты уникальное создание, которое живет со всем этим. Чувствуешь как нематериальное, ощущаешь прикосновением как материальное. Ты можешь трансформироваться из материи в нематерию и потом наоборот. Как сейчас ты существуешь без тела, но не можешь прикоснуться к материи.

— Что-то я в жизни от этого не испытал удовольствия.

— Ты забыл про удовольствия от этого.

— Забыл?

— Да. Ты думаешь, тебя создали страдать?

— Да, а что, моя жизнь похожа на рай?

— Вспомни свои первые ощущения. Любые ощущения радости. То, что произошло с тобой впервые.

— Странно, я не могу ничего вспомнить.

— Ты боишься вспоминать. Вспоминать уничтоженный мир.

— Ты прав, я, наверное, не хочу жить. Зачем создавать заново людей?

— А зачем ты ищешь семью?

— Чтобы… Не знаю. Я уже ничего не знаю.

— Чтобы любить, видеть, слышать и ощущать их, — сказал голос.

— Да, мне их не хватает.

— Первый человек был не только бесформенный, его сознание только зарождалось в нем. Условности творца зародили в материальном теле разум и чистую душу. Ты можешь его представить — это сознание ребенка.

— Ребенка?

— Да, ребенка. Новорожденного ребенка с зарождающимся в нем сознанием.

— Он создал ребенка?

— Существо с чистым сознанием, творец наполнял его сознание мыслями и умениями, постепенно существо выросло и стало осознавать себя, думать, анализировать. Появились руки, ноги, голова, тело, глаза. Появились вопросы к творцу.

— Какие вопросы?

— Смотри, — сказал голос.

Пустота расступилась, и появился зеленый остров.

— Для чего я нужен и в чем смысл материальной жизни? — спросил человек, но у него не было рта и гендерных признаков.

— Для того, чтобы жить, создавать и быть ответственным за все, что ты создашь, — ответил кто-то невидимый в стороне.

— Я их слышу, но у человека нет рта? — сказал Джастин.

— Не забывай про условности, — ответил голос.

— Что я могу создать, когда я не могу осознать себя, понять, кто я есть на самом деле? — спросил человек.

— Ты есть мое продолжение, мое создание, моя надежда, вместе мы создадим мир, гармоничный и прекрасный.

— Я не понимаю, что значит прекрасный? Что значит жить? Для чего он нужен, этот мир? Я не вижу тебя и не воспринимаю то, что вокруг меня.

— Вокруг тебя то, что я создал.

— Я хочу увидеть себя, какой я есть.

— Посмотрись в ручей, там будет твое отражение.

В ногах человека появился ручей. Наклонившись, человек посмотрел на свое отражение. Потом опустил руку в ручей, вынул и потрогал лицо мокрой рукой.

— Почему я так выгляжу?

— Ты выглядишь так, как я себя представляю.

— А я могу себя по-другому представлять?

— Зачем ты хочешь выглядеть по-другому?

— Не знаю? Просто хочу.

— Ты можешь все, даже находясь в материи, но не забывай про время. Для материи нужно время, чтобы она трансформировалась.

— Я хочу тоже сделать воду.

— Ты еще слишком юн, но ты можешь попробовать. Посмотри на ручей, ощути прикосновением воду и представь еще один ручей рядом.

Лицо человека ненадолго напряглось.

— Нет, не могу! — с досадой сказал человек.

— Не торопись, все еще впереди.

— Впереди! Что впереди? — нервно говорил человек.

— Впереди жизнь.

— Не нужна мне такая жизнь, ты говоришь, будем создавать, а я создавать не могу. Ты не даешь мне свою силу и умения.

— Сила, умение, опыт не могут передаться от меня к тебе, твое сознание наполнится только тогда, когда время зафиксирует твои действия. Зафиксированные действия и полученный результат от них трансформируются в опыт и умения, знания. Опыт и знания дают тебе возможность создавать материю, любую, какую бы ты ни выдумал. Твоя сила — это вера, вера в себя.

— Не хочу ждать. Какое-то чувство пустоты у меня внутри!

— Пустоту нужно заполнить опытом, умением, знанием.

— Как? Сам посмотри вокруг, нет ничего интересного.

— Разве ты не видишь красоту?

— Какую красоту?

— Разнообразные растения, грациозных животных, пение птиц — это прекрасно. Это только начало.

— Когда будет лучше?

— Лучше! Почему ты не хочешь понять меня и набраться терпения?

— Зачем мне терпение? — человек взял камень и бросил в поющую птицу, сидящую на ветке. Камень пролетел сквозь нее.

— Ты меня огорчаешь. Не давай злобе руководить тобой.

— Злоба?

— Да, злоба. Все создания вокруг тебя. Попытки мои создать тебя.

— Ты создавал это вокруг, чтобы в итоге получился я.

— Да. В тебя я вложил все то, что я нашел в себе, и все то, что не дало мне раствориться в пустоте. Злоба в тебе нужна для стремления. Стремления познавать и учиться.

— Нет, это ты меня огорчаешь! — грубо ответил человек.

— Потерпи, я трансформирую мир вокруг тебя, он будет прекрасен, мой мир наполнит твою душу знаниями, а разум смыслом, ты станешь в итоге великим создателем. Тебя будут манить звезды в небе, вершины гор, глубины океана, недра земли. Только через сотни лет ты поймешь все, если захочешь. Ты сможешь трансформировать как материю, так и нематерию.

Островок в пустоте окутал туман, было видно сквозь туман, как остров растет, трансформируется и расширяется. Туман рассеялся. Человек шел, опустив голову, сквозь цветущие деревья.

— Хватит, я не могу больше ждать! — с досадой сказал человек.

— Почему ты не учишься?

— Я не вижу смысла, ты все и так создашь, и мне не нравится что-то создавать.

— Ты отчасти прав, и я, наверное, заблуждался в своем рвении дать тебе все блага, этим я делаю твою жизнь бессмысленной. Как и в моем мире, только страдания, боль двигают сознание вперед, не дают расслабиться. Я не хотел этого в своем мире.

— Боль? — спросил человек.

— Да, боль. С этой секунды ты будешь ее чувствовать.

— Но я не чувствую?

— Сдави свою руку.

— Какие странные ощущения, — сдавливая руку все сильнее, сказал человек. — А что такое страдание?

— Ты хочешь испытать страдания?

— Да, хочу!

— Мне не хочется, чтобы ты страдал.

— Почему?

— Это тяжело, когда тот, кого ты любишь, страдает.

— Получается, что я ничего не могу, а ты не хочешь этого делать.

— Поверь мне, я упростил и создал мир для тебя, научись любить, жить без страданий и боли.

— Ты не можешь и не хочешь меня понять! Я знаю, ты обманываешь меня! Ты можешь сделать все сам. Говоришь, что все возможно, а сам не можешь дать мне свою силу.

— Поверь мне, ты ошибаешься.

— Я эксперимент, твоя мысль, я никто! — с досадой сказал человек.

— Я понимаю свою ошибку. Ты будешь жить, как жил я, только в материальном мире. Пройдешь тысячи путей. Ты станешь смертный, через боль и страдания ты научишься, любить жизнь. Если даже в одной из жизней ты будешь на вершине, каждый раз из души в той разум будут проникать воспоминания из прошлого и делать тебя несчастным. У тебя будет хрупкое тело, которое будет наполнено ежедневными потребностями в еде, воде. И самое главное, у тебя будет «помощник», — сказал создатель.

— Он сказал «помощник»? Какой «помощник»? — спросил Джастин.

— Мозг, — ответил голос.

— Ты сможешь создавать новые жизни — детей, состоящих из материи и нематерии, ты будешь передавать им свой опыт, попробуешь доказать им то, что я доказывал тебе. Жизнь будет коротка настолько, что каждую секунду она будет заставлять тебя делать выбор. В этой жизни выбор будет за тобой, но и расплата за свободу будет несладкой. В жизни, где есть боль и страдания, править будет сила. Сила во всех ее проявлениях. Во снах и в фантазиях ты узнаешь, как трансформировать пустоту.

— Я согласен, но если и это мне не понравится? — спросил человек.

Ответа не последовало.

— Получается, это так зарождался наш мир? — спросил Джастин.

— Да. Рождение человечества, — ответил голос.

— Но тут остров?

— Остров. Где есть край земли и океан, стекающий вниз. Стоит это на трех слонах и гигантской черепахе, днем светло без солнца, ночью просто темно, без звезд и луны. По мере развития человека мир вокруг его трансформировался. Когда человек стал изучать все вокруг и задумываться о жизни, он увидел звезды, солнце, луну. Боль физическая, боль моральная приносили страдания, человек через изучение закона мироздания и поиска гармонии стал пытаться убрать это из своей жизни. По крупицам стал учиться, создавать и разгадывать секреты мироздания.

— Все это было у человека в самом начале, изначально у него было все. Ему просто необходимо было осознать это и научиться всему у творца! — сказал Джастин.

— Да. Теперь ты каждый день учишься и учишь других. Остается только осознать свои ошибки и не забывать о них. Некоторые ошибки могут погубить тебя, научись слушать свою душу.

Глаза Джастина окутала тьма.

Глава 17

Почувствовав боль, Джастин открыл глаза. В горле жгло и першило, дым не давал дышать и резал глаза. Ползком Джастин выбрался из капсулы. Звон в ушах и боль в голове, стекающая по затылку кровь и боль в животе. Перевернувшись на спину, Джастин поднял рубашку и увидел торчащий из живота какой-то металлический штырь. Заглянув в капсулу, Джастин увидел стальную куклу без ног, она похожа была на человека, но вместо кожи была покрыта полированной сталью, во рту дымила искусственная сигара.

— Кто ты такой и что произошло? — смотря на куклу, спросил Джастин. — Мне, кажется, снился сон, но какой, не помню. Ощущение, что я прикоснулся… К создателю. Нет… это безумие! — через паузу сказал Джастин. Он через боль поднялся на ноги и увидел, что в ста метрах от него стоял дом. «Может, там мне помогут», — подумал он. Голова сильно кружилась, глаза заливал пот, и они толком не видели. Джастин чувствовал, что скоро потеряет сознание, поэтому короткими и частыми шагами стал двигаться к дому. Дойдя до забора, он уперся и перевалился через него. Упав, он крикнул из последних сил: — Помогите!

Через мгновение услышал, что хлопнула дверь, и он увидел силуэт человека, приближающегося к нему. Наклонившись, человек позвал:

— Майки, Томми, помогите мне, — появились двое детей лет десяти, как показалось Джастину, это были близнецы.

— Да, мам, — подбежав к ней, сказали они.

— Помогите мне занести его в дом, — попросила женщина.

Джастин почувствовал, как его пытаются поднять на ноги. Встав, Джастин, опираясь на женщину и чувствуя, как Майки и Томми тоже поддерживают его, пошел с ними в дом. Зайдя в дом и поднявшись на второй этаж, хозяева уложили его на кровать.

— Как тебя зовут? — спросил Джастин женщину.

— Эшли, — ответила она, — не двигайся, а то может быть еще хуже, — сказала она и вышла из комнаты. Через некоторое время Эшли принесла воду и чемодан. Открыв его, достала шприц.

— Что это? — спросил Джастин.

— Не бойся, это чуть снизит боль. Джастин, я доктор.

— Откуда ты меня знаешь?

— Давай поговорим потом, я вижу, в тебе нет «медиков». Поэтому надо действовать очень быстро. — И вставила свернутое полотенце в рот Джастина. — Прикуси, будет больно.

Вколов в область живота лекарство, она скальпелем сделала надрезы. Вытащила штырь и стала зашивать. — То, что я сделаю, это временно, тебе нужно попасть в медицинский комплекс.

Джастин чувствовал невыносимую боль, стиснув зубы, прикусил полотенце. Ему казалось, что он прокусит полотенце и зубы ударятся друг об друга и разобьются.

Через тридцать минут Эшли склонилась над Джастином:

— Все хорошо, жить будешь. Не шевелись и лучше поспи.

Джастин закрыл глаза и услышал, как за окном через громкую связь объявляют «Внимание! Ради вашей безопасности находитесь в домах, не покидайте их, все, кто нарушит требование, будут ликвидированы на месте. Все необходимое вам будет доставлено в дома. В течение трех часов к вам прибудут специалисты. Внимание!» — удаляясь, доносился голос.

— Что случилось? — спросил Джастин.

— Похоже, что-то сломалось, у меня не работает «помощник», я не под контролем, — радостно сказала Эшли, — я свободна, и дети тоже. Люди говорят, что «крысы» взорвали «Небесный город». Только, — грустно сказала Эшли, — моя дочь осталась у бабушки. Похоже, я пока ее не увижу.

— Ты здесь только с детьми?

— Да, у меня два сына и дочь.

— Спасибо, что спасла меня, Эшли, я очень тебе признателен.

За окном раздались хлопки закрывающихся дверей. Эшли посмотрела в окно. И пошла к выходу.

— Что случилось?

— Это военные, — ответила Эшли. И вышла из комнаты.

«Они ищут меня», — подумал Джастин и через боль поднялся с кровати. Подошел к двери, приоткрыв ее, стал слушать, что происходит.

— Здравствуйте, — сказал мужской голос, — я сержант Рик, нужно, чтобы все, кто находится в доме, подошли сюда.

— Дети, идите вниз, — сказала Эшли. И к ней спустились близнецы. — Вот мы все перед вами, но у меня еще дочь, она у мамы в пяти кварталах отсюда, адрес Грин Драйв 55, как мне попасть к ней? — спросила тревожным голосом Эшли.

— Не беспокойтесь, потерпите, и мы решим вашу проблему. Вы говорите, что дома больше нет никого? Это очень важно.

— Нет, никого.

— Может, вы видели человека, не живущего здесь? Незнакомого вам, возможно, раненого. Ваш дом находится напротив места аварии спасательной капсулы.

— Нет, никого не видела и не знаю ничего, — ответила Эшли.

Обращаясь к пяти солдатам, сержант Рик приказал:

— Обыщите весь дом и заберите всю еду.

— Что вы сказали, офицер, какую еду? — спросила Эшли.

— Не беспокойтесь, еда вам будет предоставлена и вода тоже. Будут проблемы с электричеством, поэтому для того, чтобы продукты не испортились, их у вас заберем. Все ради вашей безопасности.

— Но как так?

— В стране объявлен красный уровень тревоги. Мне нужно просканировать вас и вашу семью, и вам будет выделен суточный рацион. Доставка будет каждый день в 13.00. Если встретите раненого человека, сообщите.

«Они ищут меня, — снова подумал Джастин. — Капсула, упавшая напротив дома».

Джастин потихоньку зашел обратно в комнату, поправил кровать. Открыв окно, вылез на крышу дома, тихо закрыл окно, прополз и спрятался за выступ. Сидеть было тяжело, и он лег на крышу. Светило солнце, дул теплый ветерок, щебетали птицы.

«Как хорошо, если это все сон, — подумал Джастин. — Просто сон. Такое ощущение, что я видел Эшли и помню этот дом».

Хлопнули двери автомобиля, Джастин приподнялся и посмотрел, как они уехали. Залезая обратно в комнату, он увидел, как стоит Эшли и обреченно смотрит на него.

— Я ухожу, спасибо, — Джастин направился к выходу.

— Нет, постой, — сказала Эшли, — тебе спасибо.

— За что?

— Что спас меня.

— От кого?

— От моего мужа.

— Когда, как?

— Ты не помнишь этого?

— Нет.

— Был вечер, я была на кухне и накрывала на стол, за окном начинался дождь и взвывал ветер, и тут сверкнула зарница. В окне появился силуэт, я испугалась, пригляделась — это был муж, а за спиной стоял ты. Сверкнула молния, и сверху на него обрушился топор. Тело упало, а ты стоял и пристально наблюдал, потом направился к нам домой. Голос «помощника» в голове приказывал стоять и смотреть на труп мужа. Ты знаешь, в тот момент мне показалось, что я что-то видела, что-то мимолетное, а в голове пустота. Я стояла у кухонного окна, открылась входная дверь, ты зашел и лег на диван.

Джастин покачнулся и чуть присел.

— Рана открылась, срочно ложись.

Джастин посмотрел на живот, он был весь в крови. Кровь сочилась через повязку. Он лег на кровать, а Эшли снова перевязала рану и поставила укол.

— Все, только покой, надо подумать, где тебя вылечить до конца, — сказала Эшли и вышла из комнаты.

Ноющая боль сковало тело и разум, Джастин лежал и постанывал. На улице раздались выстрелы и крики. Сил встать не было. Забежала Эшли с детьми, посмотрела на Джастина.

— Что случилось, Эшли.

— Там, на улице, военные кого-то расстреляли. Похоже, соседей, через дом.

— А что они делали у тебя и о чем говорили?

— Да особо ничего, оставайтесь дома и все ради вашей безопасности, просканировали нас и сказали, что записали нас на доставку еды и биоматериала. Забрали всю еду.

— Но зачем всю еду забрали?

— Не знаю, говорили про эпидемию. Можно, мы пока побудем с тобой, почему-то мне кажется, что с тобой безопасней.

— Почему ты не сказала, что я у тебя? Им нужен был я.

— Не знаю. Может, потому, что думаю, ты мне снова поможешь.

— Опять кого-нибудь убить?

— Нет, что ты. Поможешь привести мою дочь и мою маму сюда.

— Откуда?

— Моя дочь с мамой на Грин Драйв 55. Если бы они нашли тебя, они бы тебя увезли, и у меня не осталось бы надежды увидеть мою дочку и маму.

— Почему ты так решила, что я твоя последняя надежда?

— Я их не вижу уже три дня, «помощник» не давал выходить всем из домов.

— Почему ты думаешь, что я смогу тебе помочь — оттого, что я работал на них?

— Нет, оттого, что в тебе есть что-то, что знаешь ты один, как будто ты знаешь тайну.

— Тайну. Какую тайну?

— Такую, что скажи ее людям, и они пойдут за тобой, не оглядываясь, в тебе я вижу безграничную силу, и поэтому с тобой не страшно. Ты можешь все! — ответила Эшли. — А с мужем было страшно, — вздыхая, сказала Эшли.

— «Помощник» что-то ему приказывал? — спросил Джастин.

— Нет, еще до «помощников», он частенько выпивал. Бил меня и детей. Выпивая, он становился зверем и не контролировал себя, ему постоянно что-то мерещилось. Утром он просыпался и ничего не помнил. Ему казалось, что ничего не произошло, и когда я ему рассказывала про это, он утверждал, что ничего не было.

— Его надо было лечить.

— Нет, только я начинала об этом разговор, как он тут же приходил в ярость.

— Почему он был таким? Когда ты с ним начинала жить, он был другим?

— Когда мы с ним познакомились, он был со странностями, но, как мне казалось, очень интересными. Он рассказывал мне о своих путешествиях, приключениях, о том, как он воевал и помогал одному государству получить независимость. Я была молода и слушала все, что он рассказывал, с интересом. Мне казалось, что…

— Что?

— Странно, я вспомнила…

— Скажи, что?

— Я влюбилась в него потому, — пристально посмотрев на Джастина, — потому, что увидела в нем то же самое, что и сейчас в тебе. Чувство защиты, понимания, заботы, дружбы. Мы поженились, он меня боготворил, постоянно дарил цветы, дорогие подарки, когда я была беременной близнецами, он носил меня на руках. Когда они родились, он стал заботливым отцом.

— Когда он стал тираном? — спросит Джастин.

— Не знаю, когда, наверное, я узнала, что он мне изменяет. Что у него есть собственный бордель, — задумчиво сказала Эшли. — Он ходил туда каждый день, принимал наркотики, развлекался с девицами. Я высказала ему все, и то, что хочу с ним развестись. На следующий день он стал тем человеком, которого я захотела убить, уничтожить, стереть. Он превратился в дьявола, который не убивал до конца, а давал жертве восстановиться и опять наслаждался процессом издевательства, — Эшли заплакала.

— Но как ты могла родить ему еще дочку?

— Он меня изнасиловал и сказал, что если сделаю что-то с ребенком и собой, он убьет моих родных и всех, кто мне дорог. Так я стала его рабой. Когда появился «помощник», он позволял себе ударить меня, но уже не испытывал наслаждения, я видела это в его глазах.

— А дети?

— Я их люблю бесконечно, я думала, они будут продолжением его, но потом я выбросила это из головы, они воспитаны мной в любви и заботе. Тогда я за них сильно боялась, сперва взгляда мужа, а потом твоего, когда ты его убил. Я думала, что ты идешь убивать всех нас.

— Я не помню этот момент. Что я сделал?

— Я говорила, ничего, ты прошел и лег на диван, и уснул.

— Получается, я не помню большую часть своей жизни, и люди, с которыми, я встречаюсь, рассказывают мне мою жизнь как пересказ какого-то фильма.

— Все может быть, иногда в IYF мне тоже казалось, что я — это не я и что все законы и правила жизни мне навязаны другими людьми. Что я живу не свою жизнь, что могу многое сделать, стать кем-то большим, открыться с новых сторон. Все вокруг стало привлекательным с «помощником», но это лишь только красивый фантик, скрывающий испорченную конфету. До включения «помощника» можно было хранить тайны и как-то сопротивляться мужу, но когда заработала программа, через IYF он стал знать, что я думаю и чувствую. Я стала заложницей уже своих мыслей, только он представлял, что сделает со мной, мне становилось плохо, я не могла никому пожаловаться. Он все знал.

— А что он хотел?

— Безграничного контроля, власти над моим телом и душой. Постепенно я научилась контролировать свои мысли, не думать про него и что он со мной может сделать. Я стерла его из своей жизни, просто смотря на него, не произнося мысленно ни слова, я испепеляла его взглядом. И вот наступил этот момент: вечер, кухня, за окном темно, подъехала машина, вышел он и направился к дому. Я смотрела на него и мысленно испепеляла. Представляла, как его голова разлетается на куски, именно так, как это сделал ты. Я ужаснулась, но потом испытала ощущения смешанных чувств, жалости и радости. Чувство, когда чешется заживающий ожог, и приятно почесать, и в тот же момент больно.

— То есть я убил человека и сделал правильно, что убил? — спросил Джастин.

— Получается, так, — ответила Эшли. — Скажи мне, ты же не просто так убивал людей? Я поняла это, анализируя и связываясь через IYF с людьми, которые тоже видели тебя убивающим.

— И что ты узнала?

— То, что ты убивал только тех людей, которых не хотели видеть люди. Критерии в первое время были очень весомы: маньяки, убийцы, насильники и другие люди, приносящие людям боль. Но потом, когда их убили всех, критерии изменились, и уже более мелкий поступок мог привести к смерти. Было наподобие рулетки: умереть должен человек, сделавший поступок, который негативно оценили окружающие люди за день. А потом программа решала, кого убить тем или иным образом.

— Но кто выбирал до этого, кого убить?

— Ты, Джастин, как я поняла, ты.

— То есть я был судьей и палачом, вершителем судеб?

— Да, а разве ты этого не хотел?

— Конечно, нет.

— Но ты это все сделал, ты стоишь за всем этим.

— Нет, ты путаешь! Если я убивал и выбирал сам, тогда почему я испытывал «мотивацию» на себе, меня заставили убивать, я сопротивлялся, но боль провоцировала сделать это.

— Не знаю, я хотела, чтобы ты мне рассказал, открыл тайну, для чего нужно было делать именно таким этот мир, — ответила Эшли. — Военные спрашивали про раненого, тогда я подумала, зачем они ищут человека из спасательной капсулы, а это ты. Ты и есть…

Разбилось окно и вылетела дверь, в комнату ворвались военные, двое через дверь, двое через окно. Раздались выстрелы, Эшли упала с пулевыми отверстиями на груди.

— Нет! — вскочив, кричал Джастин, — Нет!

— Сэр, это спасательная операция, — схватив Джастина под руки, военные повели его на выход. Джастин корчился от боли. Выходя из дома, он увидел, как на полу за диваном, чуть торча, лежала детская ладошка. Боль и необратимость… У Джастина полились слезы, все тело ослабло, сил сопротивляться не было. Его посадили в машину, и она, резко ускоряясь, понеслась по улице. Военный крепкого телосложения повернулся к Джастину и спросил:

— Как вы, сэр?

Джастину захотелось ударить солдата по лицу и выкинуть его из машины. Но теснота и бессилие не дали сделать этого. Джастин опрокинул голову назад и потерял сознание.

Глава 18

Джастин почувствовал холод, резко дернулся.

— Пришел в себя?

— Да, а что случилось?

— Ты не привык еще к пустоте, поэтому твое сознание уходит в небытие.

— Как это?

— Это когда человек не хочет наполнять пустоту или еще не умеет. Чтобы его сознание и душу не поглотила и не растворила пустота, я помещаю сознание и душу в небытие, где он ждет перевоплощения на земле.

— Ну, а как с плохими людьми?

— А что с ними?

— Что происходит с ними?

— Если я скажу как есть, ты будешь разочарован?

— Нет, скажи, я должен знать?

— Зачем?

— Чтобы утолить свое незнание!

— Скажи, как в твоем мире ты будешь разделять людей, хороший или плохой?

— Хороший — это отзывчивый, добрый, помогающий другим человек.

— А если не помог, то станет плохим!

— Нет, плохим он не станет.

— Но ты обидишься на него, а обида — это выражение отрицательной эмоции. Значит, он станет плохой.

— Нет, я про других — убийц, насильников.

— У каждого есть шанс исправить содеянное.

— Как?

— Перерождение.

— А если он продолжает убивать в новых жизнях?

— Изгнание, в пустоту. В беззвучной, темной пустоте, когда ты умеешь созидать и творить, ты пишешь законы, и что бы ты ни придумал, будет именно так, как ты пожелал, здесь ты правитель, создатель. Если при материальной жизни ты разрушал, то не будет у тебя желания творить и создавать в пустоте, все, что проявит пустота, будет терзать тебя. Ты растворишься и сделаешь это добровольно, со злом в пустоте нет жизни.

— А если человек сделал очень много плохого и его ничего не терзает?

— Тогда он строит свой мир, мир разрушения и хаоса. Пытается разрушить все, что создали другие. И каждый может попасть туда.

— Это ад?

— Да.

— А много ты выпустил людей?

— Много.

— И что с ними стало?

— Одни растворились, другие стали создателями своих миров.

— Каких миров, где они, я их не вижу? Пустота огромна и многоступенчатая, когда один что-то создает, другому воссоздать то же самое очень трудно, поэтому он создаст по-своему, так, как видит он. Все мы мыслим по-разному и в пустоте мы видим только свое.

— А если миры пересекутся?

— Тогда ты увидишь в своем мире этот мир, но увидишь в своем понимании, а может, только колыхание тени, мираж, призрак. Тебе ничего не мешает, когда ты станешь настоящим создателем, объединить свои силы с другим создателем и строить с ним один мир. Мир разнообразный, прекрасный, населенный людьми, гуманоидами и другими созданиями, растениями, животными. В тебе много такой силы, и ты практически был готов, но ты сильно спешишь из-за боли утрат, которая заставляет, рушит весь тобой созданный мир.

— Какой мой мир?

— Тот, из которого ты нашел меня.

— Тот, умирающий мир, созданный мной?

— Он тобой был изменен.

— Но как, я не помню ничего?

— А ты вспомни, вспомн…

Глава 19

Джастин открыл глаза и чувствовал, как голова и спина раскалились на солнце. Набравшись сил, он встал, шатаясь, побрел к лежавшему вдали «Небесному городу».

— Не будет пощады никому. Нет преград передо мной. Нет того, чего я не смогу сделать, — повторяя это, как заевшую пленку, Джастин добрел до первых небоскребов. Сейчас бы попить, очень хочется пить. Пройдя внутрь города, он увидел, как двое мужчин тащат что-то. Джастин притаился, пригнувшись, стал двигаться к ним. Незаметно приблизившись к ним, он услышал разговор.

— Как думаешь, верховный сколько из этого трупа сделает биомассы? — спросил хриплым голосом рыжий человек.

— Не знаю, — ответил седой с торчащими волосами.

— Нам хоть на пару дней набрать.

— Хватит разговаривать, смотри, какое пекло, с каждым днем все жарче и жарче, понесли, пока совсем не разложился, — сказал седой.

— Понесли, — ответил рыжий.

И они поволокли труп. Пройдя несколько кварталов, они остановились.

— Что ты встал? — крикнул рыжий.

— Я не могу идти, посмотри на нас, мы пьем трупные клетки, мы уже сами похожи на трупы. — Закатав рваную штанину, он показал ногу рыжему.

Тот ахнул и ответил:

— Да, «медики» совсем не справляются. Они меняют наши клетки на трупные, надо сказать верховному, чтобы быстрее делал роботов, чтобы штурмовать базу. Мы долго так не протянем.

— Я слышал разговор верховного, он сказал, что на днях будет собран последний робот, и тогда все изменится. Понесли? Давай.

Они понесли труп дальше, Джастин последовал за ними. Через десять минут двое подошли к большим воротам, за ними стоял большой завод.

— Очень знакомый завод из моих воспоминаний, точно тот, на котором я работал. Через главный вход я не смогу пройти, надо попробовать через сбросной очистительный туннель, — сказал себе Джастин.

Пройдя вдоль забора, Джастин увидел очистительную установку — похоже, мне сюда— открыл калитку и направился в сторону очистительной установки. Подойдя к ней, он открыл металлическую дверь и вошел внутрь. Остановился и прислушался… никого не было слышно. Спустился по вертикальной металлической лестнице. Внизу Джастин увидел две огромные трубы.

— Это те трубы, которые ведут в центральный производственный зал.

Он залез в них и пошел, высота была сделана в человеческий рост для более легкого обслуживания труб. Пройдя пятьсот метров, Джастин увидел вверху первую сточную решетку и лестницу, ведущую наверх, поднявшись до самого верха, он услышал разговор.

— У нас нет времени ждать, надо нападать прямо сейчас, у нас нет здоровых людей, те, что остались для нас, превращаются в ходячих мертвецов. Мы станем как они, у меня биоматериала осталось на два дня, — сказал грубый властный голос.

— Ты прав, пора запускать программный код, — ответил женский голос.

— Первым делом надо ликвидировать всех, объяви о собрании рядом с прессом биоматериала, их легче будет таскать туда.

— Хорошо, сейчас.

Раздались удаляющиеся шаги. Джастин попытался открыть люк, но он был неподъемный, что-то мешало его открыть.

Спустившись обратно, Джастин пошел дальше.

— Что, интересно, они задумали, что за роботы у них?

Дойдя до следующей лестницы, ведущей вверх, он поднялся по ней. Джастин слышал, как сходятся люди, разговаривают между собой.

— Тихо, тихо, — сказал знакомый грубый и властный голос. — Друзья, вот и пришло время всем нам отправиться на захват оазиса провизии и спасения.

— Да! — вскрикнули люди.

— Мы собрали тысячу боевых машин.

— Да! — снова взревела толпа.

— Мы захватим все!

— Да! Да! — топая ногами, кричала толпа. Как только крики стали стихать, раздались автоматные очереди, потом раздались крики — уроды! — и звук падающих тел. Одно тело упало на решетку, и на Джастина тонкой струйкой потекла кровь. Выстрелы прекратились, и грубый голос произнес: — Давай быстрее, грузи их в пресс.

Тело, лежащее на решетке, резко исчезло. Доносились звуки волочащихся тел и пыхтение людей.

— Вроде все, запускай, — сказал грубый голос.

Загудела установка, затрещали кости и ткань.

— Пошла, родимая моя материя.

Через десять минут женский голос произнес:

— Дорогой, после фильтрации мы добыли десять литров биоматериала. Нам двоим где-то на месяц.

— Да, а мне, значит, на два, — сказал грубый голос, и раздался выстрел, потом звук упавшего тела. — Чтобы эти роботы дошли до базы, им нужно время, извини.

Джастин попробовал приоткрыть люк, на удивление, люк поддался легко — наверное, тот был заварен, подумал Джастин. Потихоньку приподняв крышку, Джастин увидел, как человек, сидя на корточках, что-то делал над лежавшим телом женщины. Джастин резко открыл люк, тот с грохотом упал на пол, не успел сидящий человек встать на ноги и развернуться, как Джастин обрушил на него всю мощь своего кулака. Человек перевалился через лежащую женщину, упал на пол лицом вниз. Джастин вытащил ремень из его штанов, связал ему руки. Человек с грубым голосом пришел в сознание очень быстро, ровно в тот момент, когда Джастин затягивал узел.

— Кто ты? — крикнул человек.

— А ты кто? — спросил Джастин.

— Я верховный.

— А имя у «верховного» есть?

— «Верховный» и все.

Джастин наклонился и поднял пистолет, лежащий около женщины, у той были вырезаны глаза. Джастин, передернув затвор, направил на «верховного» и выстрелил, пуля звонко пролетела рядом с ухом того.

— Как тебя зовут? — спросил Джастин. — Следующая пуля тебе в голову!

— Вилсон.

— Громче, не слышу?

— Вилсон! — крикнул грубым голосом лежащий человек.

— Вилсон, перевернись на спину, — опустив пистолет, сказал Джастин.

Вилсон перевернулся и посмотрел на Джастина. Серьезное выражение лица сменила улыбка.

— Джастин, друг, ты жив! Где ты был все это время? Не говори, «крысы», да?

— Ты меня знаешь? — удивился Джастин.

— Джастин, конечно, знаю, развяжи меня, друг.

— Скажи мне, Вилсон, что ты сделал с этой женщиной?

— Это моя жена, нет, вернее, она думала, что она моя жена. Это долгая история.

— Зачем ты вырезал ей глаза!?

— Пойдем, я тебе кое-что покажу.

— Подожди, ты работал на Джованни?

— Да.

— Мне сказали, ты можешь вернуть мне память?

— Пойми, Джастин, твоя память убьет тебя. Там, на западе, есть военная база «крыс», мы… я хотел на нее напасть и захватить ее.

— Почему ты уводишь разговор в сторону? И я тебя разочарую, там нет уже базы, и все те, кто там находился, погибли. А вот чуть дальше есть база, где находится бункер с провизией и новой жизнью.

— Бункер, где Джованни и темный монолит.

— Там Джованни?

— Да, он там.

— Откуда ты все знаешь?

— Я делал его для Джованни, и я знаю, что он там.

— Значит, Джованни там, в безопасности, оставил всех погибать здесь? — спросил Джастин.

— Джастин, ты вообще ничего не помнишь?

— Нет.

— Но что-то ты должен помнить?

— Я помню, нет, я теперь знают, что потерял Кэтти и всю семью.

— Чертовы «крысы», я рад, что они сдохли.

— Рад, что убили мою семью? — сказал Джастин и выстрелил в ногу Вилсону.

— Стой, Джастин, не стреляй! Я твой друг! — корчась от боли, просил Вилсон.

— Нет, ты убийца, безжалостный прихвостень Джованни.

— Джастин, поверь мне, я не говорю тебе многого, если скажу, ты можешь этого не выдержать.

— Говори!

— Не скажу, ты меня убьешь.

— Скажи, — крикнул Джастин.

— Я сделал для тебя чип, чип, стирающий память.

— Какой чип?

— Он у тебя в голове, он время от времени стирает твою память до того идеального воспоминания твоей жизни.

— Какого идеального, то, что я помню, это не идеальный сценарий?

— Это «крысы» случайно поменяли тебе воспоминания. Дай биоматериала, — попросил Вилсон.

— Где его взять?

— Да вот, в канистре рядом с тобой.

Джастин посмотрел в сторону и увидел стоящую канистру, в которую еще по капельке капала вязкая мутная жидкость.

— Вот это? — сказал Джастин, и его чуть не вырвало.

— Да, давай быстрей, а то эти «медики» ленятся заживлять рану, я истекаю кровью.

Джастин взял канистру и поднес к Вилсону. Тот сел и стал жадно пить из нее. Джастин попытался сглотнуть слюну, но ее не было.

— А есть вода? — спросил Джастин.

— Нет, только это. Будешь?

— Нет. Это из людей?

— Из них, ты раньше взахлеб пил, а теперь брезгаешь? — расхохотался Вилсон.

— Что пил?

— Биоматериал. Ты просто не помнишь. Скажи, легко так жить: делал, делал дела, а потом бац и не виноват, не помнишь, как чистый лист. Загрузил воспоминания, что ты любящий такой, настоящий добрый человек. Не помышляющий унижать и уничтожать других людей.

— Но это не я был таким! Это был Джованни!

— Пусть будет так. Давай решай, убивай или развяжи меня, и пойдем на поиски биоматериала и твоей памяти.

Джастин молча стоял и думал: «Неужели это я, я все это сделал?»

— Развяжи, и я покажу мою армию, — сказал Вилсон.

Джастин склонился над Вилсоном и развязал его. Тот встал, отряхнулся и, хромая, пошел к лестнице, ведущей наверх. Поднявшись, они подошли к двери, открыв ее, Джастин увидел стоящую внизу, в большом ангаре, армию роботов — это были неказистые металлические платформы на колесном и гусеничном ходу. На них были установлены вертикальные конструкции, на которых закреплено разнообразное оружие.

— Как тебе моя армия? — спросил Вилсон.

— Выглядят хрупко, ты уверен, что эти роботы работают?

— Конечно, уверен, это мои дети, я в них уверен. Но есть, конечно, одно но.

— Что же это?

— Они двигаются медленно. Весь световой день им необходимо заряжаться от солнца, а двигаться приходится только ночью.

— А как тогда воевать?

— Они за ночь подойдут как можно ближе к базе, днем зарядятся, следующей ночью переждут выключенными, а днем с полными батареями и дополнительной зарядкой от солнца пойдут в бой, часов на шесть должно хватить.

— Как-то все очень плохо. Пока они стоят и даже едут, их легко уничтожить.

— Что ты тогда предлагаешь, другого варианта у меня нет.

— И как они управляются?

— Чипом визуализации.

— Это как?

— Мне нужно находиться рядом с этим местом и визуализировать его, и они направятся туда. Из глаз я хотел сделать визуализационные маяки. Если вдруг они потеряют мой сигнал.

— Ты чокнутый!

— Я знаю, попробуй сохрани светлую голову на пороге гибели всего.

— А если ты погибнешь?

— Они будут работать и убивать все живое в этом месте, а потом… не знаю, что они тогда потом будут делать, я не собираюсь умирать.

— Вилсон, если я убийца и мучитель, может, мне не стоит жить?

— Пока ты жив, у нас есть шанс все исправить, вернуть все, что мы потеряли. Я верил и верю, что ты сможешь довести начатое дело до конца. Конечно, моя вера, что ты все изменишь и сделаешь все еще лучше, подстегивала меня к лишним убийствам.

— Что мы вернем власть и деньги?

— Нет, наших родных и любимых людей. Я знаю боль утраты, способную подтолкнуть к невероятным свершениям, меня поражала твоя уверенность, она подтверждалась, и все у тебя получалось. До того…

— Говори!

— До того, как тебя стали мучить сомнения, страхи за все, что ты сделал людям, и ты попросил установить блокиратор памяти.

— Так убери его.

— Нет, ты не сможешь жить без него, он тебя спасает. В твоей голове целый мир, бескрайний океан воспоминаний, своих и приобретенных с помощью IYF, жизни миллионов людей в твоей голове, отдельный мир, и сейчас в нем хаос, сильнейший шторм. Все воспоминания потихоньку просачиваются, как морская вода через щель проникает в корабль, плывущий по океану в бурю. И от постоянно бьющих волн трещина становится больше и больше, и вот мгновение, и вода через пробоину заливает трюмы. Корабль обречен на гибель, если не заделать пробоину. Считай, что блокиратор памяти — это опытная команда твоего корабля, она латает пробоину и выкачивает воду из трюма корабля обратно в бушующий океан.

— И что потом?

— Корабль продолжает бороться со штормом и плывет к намеченной цели. Но через некоторое время капельки воды появляются в другом месте.

— А что если корабль погибнет?

— Тогда ты потеряешь свое Я, ты растворишься в воспоминаниях и жизни других людей.

— И что мне теперь делать?

— Остается закончить задуманное. И поверь, мне неважно, уже совсем неважно, что мы сейчас для этого сделаем.

— Как я узнаю, что моя память обнулилась?

— Появится звон в ушах. В памяти всплывут воспоминания, настоящие, твои воспоминания.

— В реальности я не смогу понять, что моя память перезагрузилась?

— Да, ты не сможешь понять. Я и поражаюсь, как ты еще живой? Я задавался вопросом, почему я не помню некоторые фрагменты своей жизни. У меня есть в памяти, что Джованни сделал мир таким, но я знаю, что это неправда и что…

— Ты сказал, что «крысы» влили мне в мозг ложные воспоминания.

— Все не может быть ложным, что-то в них правда. Тебе надо увидеть Джованни. Он — хранитель твоего настоящего сознания. Я думаю, не стоит терять время, нужно выдвигаться, на улице уже стемнело.

Джастин и Вилсон вышли с территории завода. Джастин пошел впереди, Вилсон позади, за ним с грохотом друг за другом двигались роботы.

— Пойдем вперед, они медленнее нашего пешего хода, поэтому ждать их не стоит, мы будем как разведчики, — сказал Вилсон.

Они прошагали всю ночь, пока не показались лучи солнца из-за горизонта.

— Пора отдохнуть, — сказал Вилсон.

— Пойдем, надо дойти до разрушенной базы «крыс», посмотреть, может, там есть выжившие, — с надеждой произнес Джастин.

— Нет, я не могу идти, у меня опухла нога, твоя пуля и тухлый биоматериал сделали свое дело, — присев на землю, сказал Вилсон.

— Скажи, Вилсон. Скажи правду. Я и есть Джованни?

Вилсон промолчал.

— Можешь не говорить, мне кажется, я начинаю вспоминать, — сказал Джастин, уходя в сторону.

— Эй, Джастин. Джастин, а как же я, не бросай меня, — донеслось от Вилсона.

Джастин не реагировал, череда воспоминаний фрагментами и отрывками сыпались на него, как в каком-то аду. Кровь, крики, трупы, разбитые головы, расчлененные тела, страшные мертвые лица. Существа, которые бегают и вынимают что-то из людей. И исчезающие в овальном темном монолите. Джастин падал, полз, сознание уходило и резко возвращалось, боль утраты и вины терзала его, разрывала душу и сознание.

Его сознание вело по туннелю воспоминаний.

«Доктор в белом халате, наклонившийся над Джастином, щупал его лоб.

— Где я? — высохшим ртом спросил Джастин.

— Вы в больнице, вас вывели из комы и перевели из реанимации в палату, — ответил доктор.

— Что случилось?

— Вы попали в аварию, вам пока тяжело говорить, отдохните, вы идете на поправку. Поспите, я введу обезболивающее, — сказал доктор и сделал укол.»

Джастин упал на землю.

«— Вам пора поесть, — раздался голос.

— Что? — открыл глаза Джастин.

— Обед, вам пора поесть, — ответила медсестра в белом халате с бейджиком «Эшли», она была юна и красива, ее глаза и улыбка, как лучики солнца, сверкали разными цветами.

— Эшли. Скажите, я был один в машине?

— В какой машине? — нехотя спросила Эшли.

— Мне сказали, была авария. Я там был один?

— Я… Я не знаю, — быстро поставив поднос с обедом на прикроватный столик, Эшли пошла к выходу.

— Где моя семья!? Где они!? — резко приподнявшись и сбросив поднос на пол, прокричал Джастин.

Эшли испуганно подскочила к Джастину.

— Успокойтесь, не надо нервничать, вам нельзя волноваться. У вас не все шрамы зажили, к вам придут родители. Я думаю, они все знают, — грустно и с сожалением сказала Эшли.

— Они давно умерли, я один. Что с моей семьей? Почему вы сказали родители, а не моя семья? — спросил Джастин, глядя в глаза Эшли.

— Мне трудно вам сказать, я не готова к таким вопросам, — растерянно ответила Эшли.

— Говорите как есть, — с давящим чувством, что ответ ему отрубит голову, попросил Джастин.

— Ваша семья, ваша семья…

— Говори, — крикнул Джастин.

— Они погибли, ваша семья погибла, — также криком ответила Эшли.

Джастин молчал, осознавая эту новость — нет, этого не может быть, это происходит не со мной. Слезы покатились из глаз, нет воздуха, как трудно дышать.

— Выпейте воды, — протягивая стакан, сказала Эшли.

Джастин молча, взял стакан и попил.

— Это я их убил! Что мне теперь делать? Где их тела?

— Вы были в коме два месяца, их похоронили.

Джастин попытался встать.

— Я должен их увидеть!

— Нет, нет, не вставайте, вы навредите себе, у вас откроются раны, меня уволят из-за этого! — громко говорила Эшли.

Джастин превозмогая боль, продолжал попытки встать.

— Пожалуйста, не вставайте, я знаю, как вам помочь, — сказала Эшли и сама остолбенела.

— Как? — успокоившись, спросил Джастин.

— Я знаю, знаю, но сначала надо, чтобы вы поправились и окрепли, — уверенным голосом сказала Эшли.

— Скажите, как? — повторил Джастин.

— Сейчас я схожу, принесу вам обед, а потом расскажу. Хорошо?

— Хорошо, — как в бреду, ответил Джастин.

Эшли подняла тарелки с пола и поднос, вышла из палаты.

Джастин, осознав утрату, снова заплакал.

— Джастин, почему вы не спите и плачете, вам нельзя плакать!

Джастин посмотрел на заговорившего с ним человека — это был доктор.

— Меня зовут доктор Вилсон, я нейрохирург. Я вас оперировал в общей сложности десять раз. Вижу, вы в сознании, и, похоже, вам рассказали про семью, примите мои соболезнования.

— К черту ваши соболезнования и ваши операции! — крикнул Джастин.

— Я понимаю вас.

— Как ты можешь меня понять?

— А что, вы, думаете, один, у кого есть что потерять?

— Вы кого потеряли?

— Жену… и вообще, в моем деле, когда оперируешь, случаются смерти, и поверьте мне, я переживаю, когда не смог помочь этим людям, которые надеялись на меня.

— Что случилось с женой? — спросил Джастин.

— У нее был рак мозга, и я оперировал ее, и она… — задумчиво произнес Вилсон. И через паузу добавил: — я не смог ей помочь. Но знаете, что меня спасает?

— Что?

— На данный момент, что вы живы и здоровы, и я вам смог помочь.

— Помочь? — перебил Джастин.

— Да помог, воскресил, дал вторую жизнь, как ни назовите.

— Зачем? Я не просил меня воскрешать, вы видели, что моей семьи не стало, ну и меня бы туда вместе с ними под землю. Пусть даже дышавшего еще. Но вместе с ними!

— Во-первых, я не знаю и не ведаю про экстренных пациентов, кто их ждет или не ждет дома, во-вторых, моя миссия, как и всех врачей, спасать жизни, какие они бы ни были, и не думать о том, будет им тяжело жить потом или нет. На моем столе умирают и приобретают жизнь как вновь родившиеся, так и старики, и у меня нет возможности проверить. Еще совсем кроха, лежащая на столе, такое невинное существо, кем он будет через тридцать лет? Он станет великим деятелем искусств или серийным убийцей? А старик, зачем ему жить? Он прожил жизнь, а может, он всю жизнь мучил свою семью, бил или угнетал, а может, любил и вырастил великих детей, внуков, которые дали жителям земли несметные богатства. Поэтому, если дал жизнь создатель, мать, отец, врачи — живи, храни прошлое и делай выводы. Хорошо? — не дожидаясь ответа, спросил Вилсон. — Вижу, вы в порядке, — он встал и спешно вышел.

— Живи, — сквозь сдавившую грудь прошептал Джастин.

В палату зашла Эшли с подносом. И неловко, чередуя серьезное лицо с улыбкой, поставила поднос на кроватный столик.

— Я, я знаю, как вам помочь!

— Как? — спросил Джастин.

— Только не смейтесь.

— Ты издеваешься! Я похож на человека, которого можно рассмешить?

— Не сердитесь. В школе у нас был странный учитель естественных наук, географии. Он был, очень умным, мне казалось, он многое знает, он рассказывал нам на уроке миф про смерть. Вам интересно?

— Да, — с грустью в голосе произнес Джастин.

— Так вот, он рассказал, что когда люди стали не бессмертные и создатель отвернулся от людей и ушел расширять вселенную, он оставил частичку себя и назвал его хранителем земных людей.

— Какой создатель? — перебил Джастин.

— Ваш и мой, — удивленно сказала Эшли.

— Я атеист, — сказал Джастин.

— Атеист, не атеист, но у всего есть начало, и мое начало — создатель, — обиженно сказала Эшли.

— Хорошо, извини, продолжай, — Джастин взялся за голову.

— Что случилось? Вам плохо? — тревожно спросила Эшли

— Голова заболела, — ответил Джастин, ощупывая ее. — Что у меня с головой?

— У вас серьезная травма головы, у вас отсутствует часть мозга. И еще часть от…

— Понятно, а я испугался, думал, рука неправильно воспринимает информацию, — иронично сказал Джастин.

— Вас собрали по кусочкам, я когда к вам после операции пришла, не понимала, как можно восстановить человека с такими травмами. Это чудо! Сделать укол снотворного?

— Нет, и так спал много, а может, что-нибудь такого, чтобы навсегда уснуть?

— Что вы, что вы, нельзя!

— Нельзя? — переспросил Джастин.

— Нет! Что бы ни было, всегда есть ради чего жить, — ответила Эшли.

— Давай расскажи, ради чего?

— Так вот. Создатель сделал людей смертными от болезней, травм и всего того, что мы знаем сейчас. И когда наступал момент смерти, приходил хранитель, забирал из тел души и относил их в черный, как самая черная тьма, монолитный овал. Учитель даже показывал нам фотографии этого черного овала.

— Так он что, видел саму смерть?

— Получается, что видел. Его можно увидеть только в самые роковые моменты, когда умирает очень много людей. Хранитель всегда возобновляет жизни, и у всех есть шанс возродиться на земле.

— То есть ты предлагаешь найти саму смерть? И попросить ее возродить мою семью?

— А почему бы и нет? — с блеском в глазах сказала Эшли.

— Это как-то по-детски, наивно! Сколько тебе лет?

— Мне двадцать два года. Я замужем и у меня двое детей, близнецы. А как нам сейчас не хватает наивности во взрослой жизни, младенческого бесстрашия в любых начинаниях. Рвения все исследовать, положить печенку и пару конфет в карман, на собранном из пластиковых бутылок плоту покорить океан.

— Да как-то не укладывается в голове твой совет и все, что происходит со мной сейчас. Как хочется, чтобы это был сон и моя семья ждет меня после операции дома. Как я хочу обнять их, поцеловать и никогда им не делать больно, просто любить, как самый верный пес, ждать у магазина в холод и дождь. Быть услужливым, заботливым, понимающим. А я старался быть таким.

— Где-то мы сделали неверный поворот, сделали неправильный выбор, — задумчиво произнесла Эшли.

— Какой выбор? — спросил Джастин.

— Лично я его вижу в своей жизни, это мой муж Джаред, — с грустью сказал Эшли.

— А что с ним?

— Да ничего, ссоримся часто и все, а вы отдыхайте. — Эшли встала.

— Не уходи, — попросил Джастин, — мне с тобою стало легче.

— Мне надо работать, у меня много пациентов, — улыбнувшись, ответила Эшли.

— Спасибо, — сказал Джастин.

— Пожалуйста, — уходя, ответила Эшли.

— Нет, это сон, определенно сон. — Веки потяжелели, глаза стали закрываться.

— Джастин, вы спите? Медсестра сказала, что нет, — спрашивал женский голос.

— Нет, — ответил Джастин и открыл глаза.

— Я психолог, Оливия.

— Психолог?

— Да, меня опередили, сказав вам про утрату. Мне очень жаль, что так произошло. Никаких моих слов не хватит, чтобы заменить вам близких. Смерть — это часть нашей жизни, и необходимо принять это как данное.

— Данное кем? Я жил и никому не делал зла.

— Я понимаю, ваш привычный мир рухнул, и наша с вами задача научиться жить в новом, изменившимся мире.

— Нет, я не хочу учиться жить в вашем новом мире. Я не хочу их терять.

— Смиритесь, примите утрату и учитесь жить по-новому.

— Если вы хотите услышать от меня, я буду учиться новой жизни. Хорошо, только уйдите, мне плохо, я поплачу в одиночестве и буду принимать утрату как данное.

— Я вижу, вы сильный человек. Если вы захотите поговорить, попросите медсестру, чтобы позвала меня к вам. Крепитесь. До свидания.

Оливия встала и вышла из палаты.

— Смириться, — заплакал Джастин. — Не думал, что придется смириться с такой утратой. Нет, нет, не хочу, я буду переворачивать этот мир, я буду его переделывать, но я верну семью! Верну!»

Верну! — говорил Джастин, разрывая землю руками, ползя по ней.

«— Здравствуй, Эшли, — сидя за столиком в кафе, сказал Джастин.

— Здравствуй, — ответила Эшли

— Ты все также юна и красива, спасибо, что согласилась со мной встретиться. Я узнал твой номер в больнице, там сказали, что тебя уволили за прогулы.

— Да, — ответила Эшли. — Здоровье подвело, и я нашла себе другую работу. Я вижу, ты поправился, и улыбка появилась на лице.

— Поправился, можно так сказать, помнишь наш разговор, ты говорила про хранителя?

— Да, помню.

— Скажи, где найти этого учителя?

— Я не знаю, это было давно. Может, в школе осталась о нем информация.

— Проводишь туда?

— Я могу дать адрес, и вообще мне надо идти, — тревожно оглядевшись по сторонам, сказала Эшли.»

— Адрес, Эшли, — поднявшись с земли, Джастин пошел, шатаясь и держась за голову.

«Обшарпанная дверь открылась.

— Что надо? — спросил открывший, покачивающийся, седой, с длинной бородой, неопрятный старик.

— Вы Джордж? Я Джастин.

— Ну, что хотел, Джастин?

— Можно пройти?

— Нет, если ты без выпивки, то нет.

— К сожалению, без.

— Как так? — Джордж, покачнувшись, упал на пол.

Джастин помог Джорджу подняться и проводил внутрь квартиры, посадил на диван и сел рядом.

— Что ты хочешь от меня? — спросил Джордж

— Расскажите про хранителя.

— Какого хранителя? Про моего хранителя, про «Джек Дэниэлс»?

— Нет, хранителя нашей земли и человечества.

— Слушай, не пудри мне мозги, кстати, я вижу, у тебя их половины нет, — засмеявшись, а потом закашляв, сказал Джордж.

— Понятно, я ошибся, — с грустью произнес Джастин и встал с дивана.

— Ладно, стой, извини, — взяв за руку Джастина, сказал Джордж, — садись. А откуда ты знаешь этот миф про хранителя и что ты хочешь узнать?

— Хочу его найти.

— Найти, — засмеялся Джордж, — у тебя точно мозгов не хватает.

Джастин встал.

— Хорошо, извини, садись, ну садись же.

— Ты понимаешь, что ты спрашиваешь, это бред, — разведя руками, сказал Джордж. — Этого не может быть.

— Но я почему-то верю!

— Да потому, что у тебя полголовы нет, — расхохотался Джордж.

— Ты прав, точно, — иронично улыбнулся Джастин, — нет.

— Ты, я вижу, в это все-таки веришь, — резко прекратив хохотать, сказал Джордж.

— Да, я верил, до встречи с вами. Сейчас я понимаю, что это действительно детская сказка, миф, как я мог на нее повестись, потерять семью и облегчить свои страдания какой-то детской сказкой. А, точно. У меня нет полголовы!

— Нет, — вздохнув, сказал Джордж, — голова тут ни при чем. Серьезно! Ты поверил во что-то, а потом поставил цель. И пошел к ней, а ты все продумал и представил, что будешь просить у хранителя?

— Думаю, да.

— И что попросишь?

— Вернуть семью.

— Вернуть, но как он тебе ее вернет? Куда?

— На землю.

— А в какое время?

— В любой день, когда он сможет?

— Сможет в любой день. Но это будут младенцы, только что родившиеся. А может, он их выпустил в пустоту и они растворились или они построили свои миры.

— О чем ты говоришь?

— Путей встретиться с хранителем много, надо только научиться менять реальность. Научиться материализовать свои мысли. Подстраивать под себя жизнь, хватать струны мира в свои руки. Но какую цену ты готов отдать за это?

— Ты дьявол, я должен продать тебе душу?

— Нет, — смеясь, сказал Джордж. — Главное, чтобы ты им не стал. Ты должен быть готов вечно жить с тем, что ты сделаешь. Обратной дороги не будет. И, может, когда-то неправильный шаг сделает тебя никем, твое сознание зайдет в тупик, и ты захочешь раствориться, исчезнуть, стереть себе память. И все, что ты создашь, исчезнет вместе с тобой. А может, ты будешь, как я.

— Как ты?

— Одиноким старым пьяницей, и ничего толкового из тебя не выйдет. Я же тоже пытался.

— Пытался что?

— Сделать жизнь более счастливой на земле.

— И что в итоге?

— Я счастлив, посмотри на меня, — грустно сказал Джордж. — Я один и не боюсь завтрашнего дня. И все что мне надо, это выпивка.

— Расскажи, что привело тебя к этому?

— К чему?

— К такому образу жизни.

— Непонимание. Непонимание людей. Как тяжело донести до людей, окружающих тебя, твои мысли, чувства. Я думаю, тебя тоже не понимали и не воспринимали твои старания, не чувствовали тебя. Главная ошибка в том, что ты абсолютно такой же. Вот это сознание, что не можешь измениться сам и изменить мир вокруг тебя, сделать твоих близких счастливыми, как ни пытаешься, приводит тебя к одиночеству. Одиночество без обязательств разрушает тебя, и разрушается тот мир, который ты создал. Мир, где была семья, работа, друзья, алые рассветы и розовые закаты. Вместо восхищения окружающим миром остается уныние, увядание. Ты начинаешь ждать чуда, чуда, которое изменит твою жизнь, оно не приходит, и ты окончательно растворяешься в буднях своих дней, — взяв бутылку и выпив из горла, сказал Джордж.

— А что ты потерял?

— Если в жизнях, то я не потерял никого. У меня не было трагедий в жизни. Я родился в состоятельной семье у любящих друг друга людей. В доме не было скандалов, только слова люблю и поцелуи. С малых лет я купался в этой заботе и любви. Шикарный особняк, дорогие машины, девушки. Со временем я перестал радоваться, я впал в депрессию, как мне казалось тогда, забота как тиски сдавливала меня, я чувствовал всей душой, что если я останусь с родителями, я упущу что-то важное. Я сказал родителям, что меня беспокоит внутреннее Я, что оно меня манит и зовет, требует приключений. Отец и мама обняли меня и посоветовали попутешествовать по миру, не обременяя себя лишними заботами, — грустно сказал Джордж и сделал глоток из бутылки.

— Ты скучаешь по ним?

— По ним? Конечно! Уехав, я сделал шаг. Шаг, сейчас мне кажется, неправильный. Шаг, который сделал меня тем, кто я сейчас перед тобой. А тогда мое сердце пело, я был свободен как ветер, от обязательств, любви. Родители дали свободу, свободу в виде денег. И у меня не было обременения, как одеть себя, поесть, найти ночлег. Я понимал, что весь мир для меня открыт. Эта легкость, с которой я все получил, — сделав глоток, — она и… э-э.

— Она погубила тебя?

— Не знаю, может, и не она. В молодости мне казалось, что я все знаю, и если читать, познавать и видеть окружающий разнообразный мир, то будешь жить вечно. Лежать на теплом песке под солнцем, и легкий прибой будет омывать твои ноги, нагревшись под солнцем, можно укрыться в тропическом лесу или отправиться в горы на заснеженные вершины, смотреть на северное сияние и блеск летящих снежинок, — сделав глоток, сказал Джордж.

— И что дальше, это жизнь как в раю.

— А что дальше, я потратил время, деньги, но ничего в итоге не приобрел, я все это время не думал, я наслаждался красотой, я не задумывался ни о чем. А мне хотелось, когда я начинал путешествие, сотворить, построить и создать что-то самому. Вся красота, которую я видел, она стала бесить меня из-за того, что я хотел сделать, открыть что-то такое, чем люди будут восхищаться, как и природой, и жизнью вокруг нас. Это терзало меня, и я начал искать исток жизни, как все зародилось, но не с научной и духовной стороны, — сказал Джордж.

— Ты же что-то в итоге нашел?

— Да, частичку создателя.

— Какую? Хранителя?

— Да.

— Как ты его нашел?

— Через страдания. Страдания других людей. Как я тогда понял, изучая писания и разговаривая с верующими людьми в разных странах. Когда люди живут и учатся жить в гармонии с миром, он радуется, что все получается. Он радуется, так же, как и ты радуешься, когда у твоих детей получается нарисовать рисунок, написать букву, сделать первый шаг, видеть в их глазах стремление.

— Да, я безумно этому был рад, — со слезами на глазах сказал Джастин.

— Получается, как у меня, родители мне дали все, отпустили с миром, и я о них забыл, потому что мне было хорошо, но стоило мне вновь потерять нить жизни, я вспомнил о них. И они пришли, помогли снова. Словами, делом, и мне вновь стало хорошо, потом опять я отдалился от них. Также и хранитель приходит, чтобы спасти, помочь, направить. Он приходит тогда, когда человек умирает. А когда люди умирают массово, его можно увидеть и проследить, куда он уносит души. Есть даже выражения: я видел смерть, она была кругом.

— Но как ты увидел хранителя?

— Я поехал туда, где шла война. Где убийства и смерть стала нормой, где люди потеряли свой человеческий облик, превратились в зверей с человеческой душой, когда убивают ради удовольствия и по-звериному не различают, кого убивать, от вновь рожденного до немощного старика, — Джордж жадно стал пить из бутылки, пока алкоголь не полился у него из носа. Покашляв и вытерев рукавом нос, продолжил: — Я пожалел, Джастин, сразу пожалел, что стал его искать, знал бы ты, что я видел и пережил, с рождения я видел только светлую часть жизни и не задумывался, что в мире возможны такие страдания.

— И ты увидел его?

— Да. Я был в стране, где люди свергали очередного диктатора. Однажды на центральной улице столицы проходила демонстрация, было очень много людей, они шли колоннами и махали национальными флагами, кто-то нес плакаты. Я шел среди этой толпы. Раздался оглушительный взрыв, потом еще и еще, меня сбили с ног разлетевшиеся от взрыва тела людей, и все вокруг окутала пыль. В ушах звенело, я был контужен. Я выбрался из-под тел и увидел чуть уловимый силуэт, он нагибался над телами и вытягивал из них что-то такое же неуловимое. Он, как туман, за минуту побывал, как мне показалось, над всеми, и стал медленно удаляться. Я набрался сил и пошел за ним, он свернул в узкий проулок и исчез. Я прошел до конца проулка, он был темный, и пыль от взрывов не давала разглядеть, что там, я нащупал рукой какой-то твердый и холодный предмет. По руке передалось непонятное чувство, я слушал сквозь шум в ушах… дыхание ровное и глубокое…

— И что? Что дальше?

— Я очнулся в скорой помощи, меня привели в чувство, и я пошел к себе в отель. Я принял душ, с меня лилась река крови с частичками пыли, я чувствовал во рту привкус крови, частички пыли попадали в глаза. На следующий день я пошел на то же место. Пусто, ни одного человека, только сгустки крови с пылью. Зайдя в тот проулок и дойдя до тупика, я увидел черный овал, он левитировал, опускаясь то вверх, то вниз. Я достал фотоаппарат и сфотографировался с ним. Опять прикоснулся… дыхание, ровное глубокое дыхание…

— Что ты замолчал?

— Знаешь, я провел рядом с ним два дня, я принес теплые вещи, еду и спал рядом.

— Зачем?

— Я ждал ответа, ответа на свои вопросы, я думал, он выйдет и все мне расскажет. Но он так и не вышел.

— И что дальше?

— Утром я проснулся от того, что люди шли вновь по улице, и я видел, как проходит толпа людей… потом раздались взрывы, пыль наполнила проулок… я вытер глаза от пыли, было трудно дышать, глаза ничего не видели. Как только пыль рассеялась, и я стал что-то видеть… его не было, он исчез, — задумчиво сказал Джордж.

— Ты нашел его потом?

— Нет, где нужна его помощь, очень много боли, боли, сводящейся с ума, боли, где ты уже не будешь прежним, боли, которая выращивает в тебе страх. Страх, который сковывает тебя настолько, что ты боишься что-то делать и начинать.

— Но ты говорил про другие пути?

— Я их не попробовал, попробуй ты.»

— Зачем ты мне это рассказываешь? — шатаясь, кричал Джастин.

«Научи меня, — попросил Джастин.

— Чему?

— Как менять реальность.

— Этому нельзя научить. Это должно родиться в тебе само. Точнее, ты должен представлять и верить, что в тебе это родится. Я научился менять реальность только на время. — И Джордж достал кубик. — Загадай число от одного до шести.

— Пять, — ответил Джастин.

Джордж потряс кубик и бросил на стол.

— Пять! — удивленно произнес Джастин.

Джордж взял кубик и спросил:

— Давай еще число.

— Три, — ответил Джастин

Джордж потряс кубик и бросил его.

— Цифра три! Но как?

— Подожди! Теперь смотри на кубик.

Джастин смотрел на кубик. И через некоторое время кубик стал менять цифру три на цифру один.

У Джастина заколотилось сердце.

— Как это? Как это может быть?

— Вот этого я только и смог достичь в жизни.

— Но это же чудо?

— Чудо? И цена у этого чуда — моя семья.

— Они погибли? — удивленно спросил Джастин.

— Нет. Они живы.

— Где они?

— Живут в другом городе, мы развелись с женой, и она уехала в другой город с сыном.

— У тебя была жена?

— Да, жена Марта и сын Джон.

— Но почему вы развелись?

— После путешествий и всего того ужаса, который я пережил. Не найдя себя и еще больше запутавшись в жизни, я вернулся домой к родителям. Я был подавлен, хмур и груб. Они переживали за меня и посоветовали устроиться преподавателем начальных классов, рассказывать детям, что видел, и вдохновлять их своим путешествием. Я преподавал, но дети и взрослые только смеялись над тем, что я им рассказывал. Только девочка, э-э-э Эшли, всегда смотрела на меня наивными глазами и верила искренне в то, что я рассказывал. Я узнал, что она была из неблагополучной семьи, жила с отчимом и матерью, они выпивали и, бывало, били ее. Трудное детство было у ребенка, поэтому она не переставала верить, верить в лучшее и невозможное. Так как все относились к моим рассказам как к бредням больного человека, меня попросили уйти. Я продолжил жизнь затворника. Однажды мои родители пригласили к нам своих друзей, я их хорошо знал, у них была дочь, младше меня на шесть лет, я с ней играл в детстве. Они приехали, я не хотел выходить, моя мама уговорила меня, что ради приличия нужно присутствовать на ужине. Я спустился сел за стол, и ты не поверишь. Я увидел, как она изменилась. Из капризной, кричащей девочки с брекетами на зубах она выросла в благоухающий женственный цветок. Когда я ее увидел, моя жизнь наполнилась красками.

Она тоже нашла что-то во мне. Я рассказывал взахлеб о своих путешествиях, открытиях, показывал фотографии. Через короткий промежуток времени я сделал ей предложение. Она согласилась, — Джордж задумался.

— И что, что дальше?

— Дальше, — вздохнув, продолжил, — мне не спалось. Закралась мысль, мысль научиться менять реальность. Мне казалось, что если я изменю цифры на кубике для окружающих, как ты и сказал, будет чудо. Первое время я тренировался вечером в свободные часы. Потом Марта забеременела, и я уделял все время ей и будущему ребенку. Джон родился, подрос, но мысли менять реальность не покидали меня. И я снова стал тренироваться и даже не понял, как я отдалился от своей семьи. Все мои мысли были направлены только на одно: чтобы выпадала цифра, которую я заказал.

— Я вижу, у тебя получилось.

— Да, когда получилось, я опомнился, но было поздно, я остался один, — с сожалением сказал Джордж. — Вот моя цена за это.»

— Реальность, цена, цена! — вертелось в голове Джастина, сильная пульсирующая боль в голове.

«— Эшли? Здравствуй! — увидев Эшли на улице, сказал Джастин, подойдя к ней.

— О, Джастин, здравствуй, — удивленно ответила Эшли.

Он посмотрел на Эшли и на ее большой живот:

— Мы не виделись лет пять? Ты, я вижу, в положении? Поздравляю! — радостно сказал Джастин.

— Да, — с натянутой улыбкой ответила Эшли.

— Ты, я вижу, не в настроении?

— Нет, нет, я рада, — с еще более натянутой улыбкой ответила Эшли.

— Пойдем, посидим, выпьем чаю?

— Нет! Мне нельзя, я пойду, можно? — как провинившийся ребенок, спросила Эшли.

— Хорошо, в другой раз, — удивленно произнес Джастин.

— Что-то у Эшли не так, странно, может, беременность на нее так повлияла, не осталось в ней той искорки, которая помогла мне не сойти с ума пять лет назад, — смотря вслед, сказал себе Джастин.»

Придурок, тебе не видно, ей давно плохо, очень плохо! — держась за обломки здания, кричал Джастин.

«— Леди и джентльмены, встречайте владельца нового казино. И-и, Джастин Джонсон.

Овации и аплодисменты наполнили большой зал казино. Джастин вышел в фраке с бабочкой, при свете прожекторов и овациях.

— Дорогие друзья, спасибо, что пришли на открытие моего юбилейного пятидесятого казино «Оазис».

Раздались аплодисменты.

— Прошу всех опробовать новые современные столы и игровые автоматы. Я думаю, вам сегодня повезет, кстати, шампанское и закуски за счет казино, — громко в микрофон с улыбкой сказал Джастин.

Аплодисменты и крики не утихали минут пять.

К Джастину подошел высокий человек с наушником в ухе:

— Джастин, хорошие новости, мистер Джарет подписал все документы, и вам перешло все его состояние.

— Хорошо, Виктор, скажите его жене, что если он ее пальцем тронет, то он жить не будет, теперь он принадлежит ей. И проследите, чтобы она и дети ни в чем не нуждались, — холодно ответил Джастин.

— Что с ним сделать?

— Ничего, приведите его в порядок, и пусть едет к ней.

— Все понял! — сказал Виктор и удалился.

— Виктор, — произнес Джастин.

— Да, Джастин.

— Начинай поглощение! Мы теперь корпорация ITGLOBAL.

— Все понял, начинаем.»

— Деньги! Деньги, власть, все мое, весь мир мой, в руках струны мира, я их чувствую? — упав и подняв клубы пыли, Джастин стал сжимать руки.

«Джастин стоял в огромном кабинете и пристально смотрел в окно на пролетающие облака.

— Джастин, здравствуй, — произнес Вилсон.

— Здравствуй, Вилсон, как продвигаются дела? — не поворачиваясь, ответил Джастин.

— Извини, Джастин, у меня не выходит. Мозг умирает после подключения блока.

— Понятно. Опиши все, что не получается, и как оно должно работать. Завтра не умрет ни один мозг.

— Хорошо, все сделаю, — услужливо сказал Вилсон.»

— Чертов летающий город, чертовы мозги, все к черту, — Джастин лежал и колотил кулаком по земле.

«— Все для вас! — смотря на фотографию семьи, сидя в огромном кресле, произнес Джастин, — все ради вас! Простите! — Джастин заплакал.

— Джастин, можно войти? — спросил Джордж.

— Да, Джордж, конечно! — радостно ответил Джастин, смахивая слезы.

— Джастин, я восхищаюсь тобой, — подняв руки вверх, сказал Джордж.

— Спасибо, Джордж. Ты хорошо выглядишь, даже помолодел.

— Уже два года не пью! Как ты тогда сказал, что я больше не буду пить, так и не пью.

— Молодец! Ты собрал материалы, которые я просил?

— Да, конечно. Смотри.

Джастин, бегло изучив все, что принес Джордж, произнес:

— Все то, что надо, молодец!

— До сих пор, Джастин, я не могу привыкнуть, что у меня в голове установлен «помощник». Я умственно подрос до небес. Я могу собрать космолет и улететь, покорить другие планеты.

— Я рад, что тебе нравится.

— Джастин, извини, скажи, я надеюсь, ты не будешь убивать? — тревожно спросил Джордж.

— Нет, смерть и так присутствует в нашей жизни. И каждую секунду люди смотрят на смерть. Я хочу дать людям возможности, такие, какие есть у тебя и у меня. Чтобы люди могли жить лучше, созидали, строили, творили, и взамен от них получить возможность видеть их глазами. Выслеживая смерть.

— Мне нравится твой план, а ты им об этом скажешь?

— Скажу, — задумчиво произнес Джастин.

— Я верю в тебя, у тебя хороший план!»

— Верю! Я верю! Я верю в тебя, — кричал Джастин.

«— Первая волна установки «помощников» прошла, — сказал Вилсон.

— Скольким установили? — спросил Джастин.

— Пока только согласились пятьсот человек.

— Хорошо, подождем, люди увидят, как прекрасно жить с «помощником». Я знаю, что через неделю большинство людей захочет себе «помощника». Готовьтесь принять всех без исключения.

— Хорошо, Джастин, — ответил Вилсон.

— Да, кстати, Вилсон…

— Да, Джастин.

— Ты веришь в меня, в мои поступки? Ты разделяешь мои взгляды?

— Конечно! Если бы не верил, меня бы рядом с тобой не было. Это чудо, Джастин, что мы делаем, это чудо!

— Чудо? Да, это чудо. Я стал бояться, как бы в один прекрасный момент все не растворилось. Я чувствую! Страх внутри себя… Ты говорил про копию моего сознания?

— Да, можем сделать, — ответил Вилсон.

— И что это копия может делать?

— Это будешь практически ты. Копия сможет замещать тебя полностью в повседневных делах.

— Хорошо, давай попробуем.»

— Копия! Копия меня, это не я, это копия, — пытаясь встать и снова падая, бормотал Джастин.

«Смотря на куклу, похожую на человека, но с полированной сталью вместо кожи, Джастин повернулся к Вилсону, спросил: — Это я?

— Да, ты.

— Я буду звать тебя Джованни! — положив руку на плечо металлической куклы, сказал Джастин.

— Хорошо, — ответила кукла, — мы сделаем вместе многое, Джастин. Мы вернем нашу семью.

— Мне нравится твой настрой, Джованни.

— Только, Джастин, — сказал Джованни.

— Что?

— Нет. Ничего, показалось, — ответил Джованни.

— Кстати, Вилсон, люди идут в установочные центры?

— Да, Джастин, много людей. Если также будет, через месяц установим семидесяти процентам людей.

— Это радует. Они придут!»

— Давай радуйся! А ты не рад? — кричал Джастин.

«— Джордж, ты помирился с семьей? — спросил Джастин.

— Да, Джастин, спасибо, — ответил Джордж

— Сын, уже, наверное, большой?

— Да ему уже двадцать лет исполнилось.

— Надо как-нибудь заехать посмотреть на твою семью.

— Мы будем рады тебе, приезжай в любое время.

— Джордж, мне говорят, что нет информации и фактов. Люди не видят смерть. Где она?

— Джастин, не унывай, наберись терпения. Мы ее найдем.

— Нет, я понимаю, почему они ее не видят.

— Почему?

— Они не страдают!

— Как не страдают?

— Они ее не боятся. Мы сделали жизнь очень радужной, у людей с «помощником» изменилось восприятие, и «помощник» их отводит от опасностей. Смерти стало очень мало, осталась смерть только естественная, от старости. А к этой смерти все готовы и принимают ее как дань.

— Но это прекрасно! — ответил Джордж.

— Это прекрасно, — пристально и задумчиво смотря на Джорджа, сказал Джастин.

— Ты меня пугаешь, что-то зловещее в твоем взгляде!»

— Прекрасно, было прекрасно! — бился головой о стену Джастин.

«— Вилсон, скажи, сколько людей используют «помощника»?

— Около семидесяти пяти процентов.

— А остальные почему не устанавливают?

— Остальные — это дети и скептики.

— Понятно, нужно создать что-то, чтобы привлечь остальных. Сейчас популярны социальные сети, нужно сделать сеть, такую, от которой голова будет кругом, передающую чувства, — задумчиво сказал Джастин. — Мой сын Дэвид с рождения тянулся к электронике. Мой сын. Как мне не хватает его смеха, улыбки, хочу смотреть, как он сидит и смотрит мультики, смотреть на его нежные щечки и пухлые губки, на смешную и неуверенную походку, и я думал, он будет великим программистом… Мне нужен программист! — посмотрев на Вилсона, сказал Джастин. — Объяви конкурс, что можно добавить в жизнь с чипом. Это должен придумать простой человек из народа!

— Все понял, сделаем, — ответил Вилсон.»

— IYF, заходите в мою жизнь, а я буду жить вашей, — стиснув зубы и держась за голову, говорил Джастин.

«— Джованни, у нас восемьдесят процентов подключенных людей, а результатов нет, я думал, что дело в количестве, — смотря на Джованни, говорил Джастин.

— Стоит попробовать довести до ста процентов, — ответил Джованни.

— Но как?

— Предложить еще более заманчивое людям.

— Что им предложить?

— Может…

— Восстановление, практически вечную жизнь, но с маленьким условием.

— С каким условием? — спросил Джованни.

— Они будут умирать чаще.

— Но, Джастин, это, мне кажется, неправильно.

Джастин посмотрел на Джованни как на предателя.

— Вилсон!

— Да, Джастин!

— Надо обновить мою копию.

— Хорошо, Джастин.

— Завтра начнутся разработки еще одного моего замысла!»

— Джованни! Он сказал тебе не надо! Он был умней тебя, — бормотал Джастин.

«— Копирование сознания завершено, — произнес женский голос.

Джастин повернулся к Джованни.

— Джованни, скажи мне, ты действительно думаешь, что надо поступить именно так?

— Да, Джастин, не сомневайся, наша задача — это наша семья, и больше в мире нет для нас преград, надо вернуть ее.

— Тогда начинаем!

В кабинете включилась установка, заморгали светодиоды.

— Джастин, что-то изменилось? — спросил вошедший в кабинет Джордж.

— Изменилось все! — грубо ответил Джастин, — изменился подход к достижению цели.

— Джастин, ты не понимаешь, что ты делаешь, оглянись, люди счастливы, нет больных и инвалидов, у людей все получается, они обмениваются мыслями, чувствами, ты воплотил мечту человечества! — повышенным голосом говорил Джордж.

— Нет! Этот мир для них, они счастливы, а не я. Я начинал все это только ради одной цели — вернуть свою семью. И меня не радуют хоть и счастливые, но не родные лица. Я хочу вдыхать аромат волос своей жены, целовать ее нежные губы, шептать ей на ушко слова любви и слышать их в ответ. Хочу водить сыновей и дочку в парк и смотреть, как они играют, улыбаются, едят попкорн и сладкую вату. Чувствовать жизнь, счастливую жизнь! Тебе не понять, ты не знаешь, что колесо смерти уже запустилось, ты думаешь, как происходит чудо восстановления человека, чтобы один жил, нужно, чтобы кто-то умер, и это закон жизни. Ты знаешь, исчезновение людей скоро бы вскрылось, поэтому люди стали марионетками и больше не принадлежат себе. Они теперь мои. И с их помощью я верну мою семью. Понимаешь, плохих людей не осталось, я убил всех плохих людей, лично сам, я был им и палачом, и судьей.

— Джастин, ты должен знать, я врал тебе, я никогда не видел хранителя. Это мои выдумки. И благополучных родителей, ничего у меня не было, и нет. Я такой же, как и ты, одинокий. Джастин, прошу, прекрати все, что ты начал.

— Сейчас проверим, говоришь ты правду или нет. Мотивация! — крикнул Джастин и пристально стал смотреть на Джорджа.

Джордж упал на пол и резко стал сгибаться и разгибаться от боли, лицо его покраснело, и стало видно набухшие вены.

— Х-х-ватит, Джастин, прошу!

— Так ты говоришь, у тебя нет и не было родных. Это правда?

— Нет! Нет, Джастин, есть, ты же знаешь, что есть.

— Так иди, живи и радуйся! «Мотивация», прекрати!

— Не могу, Джастин, я радоваться, я должен тебе сказать, все те взрывы устроил я, я, — плача сказал Джордж. — Я, понимаешь! Эксперимент эгоистичного, зализанного ребенка. Эксперимент, как над пойманным жуком. И нет после этого радости, есть только пустота и невыносимая душевная боль.

— Так ты видел хранителя? — спросил Джастин.

— Я не знаю, может, я увидел то, что хотел увидеть. Не знаю, Джастин. Может, это лишь моя галлюцинация.

— Нет, я в это очень поверил, и я чувствую, то, что ты видел, есть! Думаю, что мне надо, как и тебе, провести эксперимент над жуком.

— Нет, Джастин, еще не поздно, остановись, прошу тебя.»

— Остановись! Джастин, у тебя на руках кровь, — кричал он и колотил металлическую пластину, прошитую осколками, с надписью «ШЕРИФ». В ушах раздался звон, наступило беспамятство, Джастину на мгновение стало легче… — Кэтти, где ты, моя девочка… — теряя сознание, заплетающимся языком пробормотал Джастин.

Глава 20

Джастин открыл глаза от того, что его несли на носилках двое военных, а в глаза светило солнце. На удивление, тело не болело и было наполнено силой.

— Куда вы меня несете? — спросил Джастин

— К Джованни, сэр, — ответил военный.

— Дайте, я встану, сам пойду, — сказал Джастин.

Военные остановились, и Джастин встал с носилок на землю.

— Ведите, — покачиваясь, сказал Джастин.

— Пойдемте, сэр.

— Вы меня вылечили?

— Да, сэр. Раны были тяжелыми, потребовался месяц для вашего восстановления.

— Я уже здесь месяц?

— Да, сэр.

— Что вы сделали с семьей, где меня нашли? — стиснув зубы, спросил Джастин.

— Я не был в спасательной команде, мне ничего неизвестно, сэр. Джованни приказал вас срочно доставить к нему.

— В спасательной операции? Вы убили людей! — сказал Джастин и бегло осмотрел военных — один был в офицерской форме с пистолетом на поясе, второй был рядовой с автоматом на плече и с двумя гранатами. «Хватит, чтобы разнести эту куклу к чертям», — подумал Джастин. Они подошли к ангару. Рядовой поставил носилки и открыл дверь в ангар. Офицер, показывая рукой: — Вам сюда, сэр.

— Вы меня не проводите?

— Нет, сэр.

— Жаль.

Оглядевшись по сторонам, Джастин подумал — кругом военные, незаметно убрать двоих не получится. Повернувшись, Джастин шагнул в пустой темный ангар, увидел слева в глубине свет, направился туда. Подойдя поближе, он увидел в земле открытые толстые двери и ступеньки, ведущие вниз. Спустившись, он прошел через раздвижные двери и вошел в кабинет, он был меньше, чем тогда, где сидел Джованни, но тоже внушительных размеров.

— Здравствуй, Джастин! — произнес сидящий и дымящий силуэт. — Проходи, ты не рад меня видеть?

— Рад, еще как рад. Не надо искать тебя.

— Искать меня? Джастин, это я! Я — это ты! Чертов блокиратор еще действует!

— Какой блокиратор?

— От которого ты ничего не помнишь. Я стал разбираться, почему тебе стала нужна «мотивация» в нашем… в твоем деле. И стал анализировать тебя, это «крысы». Чертовы «крысы» смешали все карты. Они загрузи в твой мозг не те воспоминания. Когда в тебе были наши… твои воспоминания, ты не был таким, как сейчас. Ты забыл нашу цель!

— Цель? Да ты! — Джастин сделал шаг к Джованни.

— Стой, я это ты не забывай, я — настоящий ты и только я могу тебя восстановить прежним.

— Каким?

— Тем, кто ради своей семьи готов пойти на все. Любой ценой вернуть не только Кэтти, а всех, кого потерял в секунду…

— Ну, продолжай!

— Я — копия тебя и я всегда об этом знал, ты создал меня для того, чтобы не быть одиноким в своих решениях и чтобы во мне, как в тебе, не копились человеческие страхи, страхи потерять все, чего ты достиг и приобрел. Я спасал тебя не один раз, тем самым я спасал и надежду вернуть нашу семью. Я, наверное, просто убил бы тебя, так как ты уже не тот Джастин, который начинал это.

— Почему не убил?

— Потому что не смогу завершить то, что ты начал.

— Что я должен закончить?

— Поработить саму смерть!

— Нет! Что за бред? В этом мире остались адекватные люди?

— Я проанализировал нашу память и понял, для чего ты установил блокиратор памяти и создал меня: для того, чтобы все думали и даже ты, что виноват во всем я, и чтобы я, а не ты был под ударом. Как только сомнения, боль и страх поглотили тебя, ты установил его и загрузил людям воспоминания, что во главе всего стоит Джованни, но «крысы» так удачно попали со своим вирусом, что заменили то, ради чего ты жил и делал все это.

— Нет, ты обманываешь меня. Как Рианна, у нее нет «помощника» и она не помнит, что я был во главе всего.

— Рианна, Дэвид, Брэд да и все кругом были твои марионетки, ты все придумывал, воплощал, а им казалось, что это они сами все сделали. Я повторю, ты разделял обязанности, как и ответственность за свои дела.

— Нет, не может быть? Ты хочешь сказать, что Эшли и ее дети умерли из-за меня?

— Нет! Ты их убил!

— Нет! Нет! Не может быть!

— И не только их! Смотри.

Зажегся свет. По краям комнаты стояли стеклянные шкафы, наполненные одеждой, фотографиями, игрушками, предметами.

— Это все хранил ты, это предметы хранят память о нашей семье, все это каждый день толкало тебя к разгадке воскрешения, остался один шаг — и ты сможешь управлять самой смертью. Вспомни, Джастин. Вспомни все!

На экране за спиной Джованни появилось мутная картинка, на ней было видно приборную панель автомобиля и мелькающую дорогу.

— Джастин, не обвиняй меня в своей беспомощности, ты перестал помогать мне по дому с детьми, пойми, я устаю не меньше твоего, — сказала Рианна.

— Я тоже устаю на работе, я не сплю ночами и думаю, как нам повысить материальное благосостояние нашей семьи, я только и слышу, я устала с детьми, только стирать твои вещи, готовлю тебе. Зато как хорошо сюсюкаться со своим бывшим.

— Да он сам подошел ко мне.

— И ты вся расцвела.

— Ты что, ревнуешь к нему?

— Нет!

— Да, а может, ты мне стал неинтересен. Где тот человек, любящий и помогающий мне, тот, за которого я выходила замуж? Ты мне был другом, с которым я могла поговорить, отцом, который направлял меня и советовал, старшим братом, который защищал меня, любовником, который доставлял удовольствие в постели, мужем, с которым я могла позволить себе быть беззащитной перед миром. В кого ты теперь превратился — в ленивое существо, пьющее при первой возможности, убегающее на работу даже в выходные, мы тебе стали не нужны. А я, может, кому-то еще интересна.

— Да в тебе не осталось сексуальности.

— Я про это и говорю, если не любишь и у тебя ко мне есть претензии, давай разведемся! Ты найдешь себе сексуальную молодую девицу и живи с ней, радуйся.

— Что ты опять начала. Да ты быстрее найдешь себе мужика. Заметь, это ты постоянно говоришь мне — давай разведемся, давай разведемся. Давай. Звони своему бывшему! Скажи честно, вы с ним любовники?

— Представь себе! А что если так, что ты будешь делать? Я и дети, мы тебе стали не нужны! Признайся в этом. Ты делаешь все, чтобы отдалиться от нас.

Машина начала ускоряться.

— Джастин! — закричала Рианна, — мы с детьми, что ты делаешь? Останови!

Машина продолжала ускоряться, неровности на дороге раскачивали ее из стороны в сторону.

— Останови! — кричала Рианна.

— Папа! — говорили, плача, Кэтти, Брэд.

— Не бойтесь, отец рядом! — сбросив скорость, сказал Джастин.

Машина подлетела на неровности, ее занесло и выкинуло на полосу встречного движения, свет фар и протяжный гудок грузовика. Визг покрышек, удар, летящие в лицо осколки стекла, испуганные глаза Рианны…

Темнота, свет фонарика в глаза.

— Он живой! Давайте аккуратно, перекладываем.

— Где моя семья? — промычал Джастин, ощущая, что он не чувствует свое тело, глаза не открывались, звон и непонятая пустота наполняла сознание, мешая произнести отчетливо слова. Рот наполнил привкус крови.

— Не говорите, — сказал спасатель.

— Г-д-е м-о-я с-е-м-ь-я? — стараясь выговорить каждую букву, продолжал Джастин.

— Все хорошо, — ответил спасатель.

Носилки зафиксировались, хлопнула дверь, взвыла сирена.

— Вся семья как отбивная! Ужас! — сказал голос.

— Девочка была еще живой, — ответил другой.

— Нет, ее тоже потеряли.

— Тише, он в сознании!

— Думаю, нет, его напичкали обезболивающим, и посмотри, у него голова как разбитая тыква.

Экран погас, из пола выехал черный монолитный овал и стол с проводами.

— Ложись, я загружу твое сознание.

— Нет! Нет! Это не моя семья. У Рианны нет дочки. Весь этот мир с его жителями погряз в вранье. Нет! Нет, очередной обман!

Джастина затрясло. Он подошел к Джованни и взял его за голову.

— Джастин, ты что, опомнись! — сказал Джованни.

— Ты убийца! Ты убил всех, кто мне был дорог! — сказал Джастин и вырвал голову у Джованни. Подошел к мигающим блокам управления и оторванной металлической головой стал бить по ним. Мерцание погасло, и голос стал повторять «Внимание, контроль над военными потерян, согласно протоколам, сознание военных заблокировано на час, ликвидация запасов биоматериала наивысшего класса через тридцать минут».

Спокойно выйдя из бункера, Джастин направился к выходу из ангара. На улице военные стояли и не двигались. Джастин сел в джип и поехал к дому Эшли.

— Нет, не может быть, все это сон, и Эшли жива! Она с детьми там.

Держась крепко за руль и качаясь из стороны в сторону, Джастин перед глазами видел картинки убийств, крови, крики и стоны. Капелька крови капнула на лобовое стекло, потом еще одна, еще, еще, череда капель как ливень застилала лобовое стекло, закрывала дорогу. Джастин включил дворники, но они не справлялись с ливнем крови. Привкус крови появился во рту, кровь просачивалась сквозь щели в автомобиль и наполнила его до колен. Голоса в голове, стоны и крики все усиливались. Проезжая мимо дома Эшли, Джастин открыл дверь джипа и выпрыгнул из автомобиля. Он кубарем прокатился по кровавой траве, ударившись правой стороной головы о бордюр, потом быстро встал и, шатаясь, побежал в дом.

— Эшли! Ты здесь? — открыв дверь, крикнул Джастин.

Никто не ответил, только доносился шум за спиной. Джастин обернулся — это была алая волна с плывущими искалеченными людьми, они махали руками, цепляясь друг за друга, пытаясь не утонуть в ней, и стонали. Через мгновение волна ударилась в Джастина и, сбив с ног, потащила внутрь дома. Джастин задержал дыхание и ухватился за что-то. Находясь в кровавом потоке, он чувствовал, как руки хватаются за его одежду, не зацепившись, уносятся дальше. Воздуха не хватало, и Джастин закричал… звон в голове усилился. На мгновение стало легко.

— Кэтти, где ты, моя девочка! — теряя сознание, прошептал Джастин.

Глава 21

— Ты прожил тысячи жизней, и твоя душа накопила знания любящих и ненавидевших отцов и матерей, строителей и разрушителей городов, руководителей и рабочих, свободных и рабов. Ты испытал лишения, страдания и благо мира. Ты был при рождении человечества и при его увядании, исчезновении. Я отпускаю тебя в пустоту, исходя из твоего опыта прожитых жизней, ты всегда будешь один, — сказал голос.

Пустота резко окутала Джастина и стала проникать внутрь.

— Нет! Подожди, я хочу помочь Брэду и девочке, они там!

— Там нет жизни, ты видел, что ее там не осталось, ты своей утратой, своим страданием и болью добился многого, но твое Я превысило жизни других людей, ты уничтожил все.

— Я хотел вернуть семью. Просто вернуть!

— Ты научился слушать свою душу и брать оттуда знания, но ты уничтожил целый мир. Ты думал, что все просто можно забыть. Теперь ты вспомнил все. Из души знания нужно брать аккуратно, находить баланс.

— Но они же бессмертны! Души бессмертны!

— Так зачем было бессмертные души так возвращать?

— Я не знаю. Но я буду учиться. Верни меня на новую землю.

— В тебе много любви, любви разрушающей, а не созидательной. По настоящему ты любишь только себя. У тебя есть только один выбор, ты позволишь пустоте поглотить тебя или создашь свой мир.

— Но я чувствую, что не готов к этому. Пожалуйста! Перероди меня, я хочу просто переродиться, забыть все и больше не вспоминать.

— Ты хочешь забыть свою семью? Страх потери останавливает делать глупости и он же не дает идти вперед.

— Я запутался. Кто моя семья? И была она у меня или нет. Она навязана мне, все кругом мне навязано.

— Нельзя навязать любовь, ее можно только вырастить в себе. Если ты ценишь и любишь семью, никто и ничто не сможет у тебя ее отнять, кроме самого себя. Мечта приводит к цели, цель приводит к результатам, результат порождает страх, страх утратить все, чего ты добился, в конечном итоге страх разрушает и приводит к смерти, смерть приводит к мечте. Сейчас ты чувствуешь боль и страдание всех людей, которых ты использовал в своих целях, для того, чтобы найти меня. Только пустота сможет дать то, что ты хочешь!

— Я сделаю свой мир без боли и страха!

— Попробуй, и может, сам создатель будет учиться у тебя. Помни, пустота поглотит все, о чем ты не думаешь.

Джастин почувствовал, как его сознание моментально переместилось в пустоту…

Глава 22

— Папа, папа! Твой ход.

— Что? — сидя на диване и смотря на Кэтти, спросил Джастин.

— Твой ход, — повторила Кэтти.

— Дорогой, тебе надо загадать три числа, и если ты их выкинешь в этой последовательности, то ты выиграл, — сказала сидящая рядом Рианна.

— Папа, давай, ты сможешь! — сказал Брэд. И малыш Дэвид, стуча по столу игрушкой, тоже как будто подбадривал Джастина.

— Тогда четыре, шесть, три, — закрыв глаза и зажав в ладошке кубик, сказал Джастин.

Бросив кубик, Джастин затаил дыхание.

— Цифра четыре! — вскликнула Кэтти.

Взял и бросил вновь.

— Цифра шесть! — толкнула в бок Джастина улыбающаяся Рианна.

— Давай, — подняв руки вверх, сказал Брэд.

Джастин потряс в ладошке кубик, мысленно представил цифру три и бросил его на стол. Кубик прокатился. И все в общем порыве крикнули: — ТРИ-И-И!

— Ну, ты даешь, папа, — прыгали и обнимали дети Джастина.

— Пойдемте, отметим мою победу в парке аттракционов, — смеясь и обнимая семью, сказал Джастин.

— Но у тебя много работы, — удивленно сказала Рианна.

— Потом я тебе все расскажу, — и громко добавил: — как я вас люблю!

Хлопнула входная дверь, и вся семья, смеясь, вышла из дома, загудел автомобиль и уехал.

Кубик лежал на столе и плавно менял цифру три на цифру пять.

Комнату поглощала пустота.

Content

Иллюзия пустоты
Книга 1
Александр Геннадьевич Данилов

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22