Энтони Пирс

Красное Пятно

Пирс Энтони

Красное Пятно

Аннотация: Письмо, доставленное манденийской улиточной почтой, здорово рассердило Демона Юпитера, и он угрожает Ксанфу своим Красным Пятном. На сей раз спасти мир предстоит пареньку по имени Умлаут с неясным прошлым и неопределенным будущим. Сопровождаемый девушками, которые почему-то от него без ума, он разносит по глухим уголкам магического мира почту и попутно пытается разгадать загадку космических масштабов, а заодно - и тайну собственной жизни.

Пролог

Обычно демоны не пользовались обличьем смертных, но иногда нечто подобное пригождалось для переговоров. Беседа демона Юпитера и демонессы Форнакс происходила на нейтральной территории: во владениях демона Иксанаэнного. Обладающий мощной магией Юпитер взял себе ничем не примечательное мужское тело, любезно предложенное ему хозяином, тогда как Форнакс просто скопировала внешность одной из младших демонесс. Сам Иксанаэнный сохранил человеческий образ Фили.

- Чего ты хочешь? - требовательно осведомился Юпитер, невольно пользуясь языком, как одним из ограничений, накладываемых на него телом. - Мы разбили тебя в пух и прах, после чего спасли из твоей ловушки демона Земли; ты лишилась влияния в этом регионе.

- У меня есть право его посещать, - напомнила Форнакс. - Я заключила договор со смертной девушкой во владениях демона Земли. Но хочу большего.

- Все мы хотим большего, - язвительно парировал Юпитер. - Вот почему постоянно сражаемся за статус.

- Именно. Однако в данном случае повышение статуса мне до лампочки. Познакомившись с несколькими обитателями Ксанфа, я нашла их интригующими. Хотелось бы перенести полуостров в мою собственную галактику и подвергнуть его со всеми его созданиями вивисекции.

- Не дождешься! - запротестовал Иксанаэнный. - Это моя реальность. Я предоставил вам с Юпитером территорию для обсуждения статуса, всего лишь.

- Выслушай мое предложение. Меняю Ксанф на эквивалентную по размерам пустую антиматерию. Если выиграю я, то превращу его в антиматерию тоже, чтобы в безопасности препарировать. Если победит Юпитер, я передам вам свою реальность, чтобы ее могли населить ваши смертные.

- Честные ставки, - не стал спорить Иксанаэнный. - Но какой смысл состязаться с Юпитером, если ты можешь вызвать на поединок меня лично?

Демонесса прибавила себе очарования и сексуальности.

- Ты уже проявил интерес к женщине и привязался к ней. Я не смогу отвлекать тебя при помощи чар противоположного пола. Юпитер на себя подобных обязательств не брал, поэтому не исключаю, что его можно соблазнить, получив в итоге преимущество.

- Сомневаюсь, - фыркнул Юпитер. - Мне известна твоя природа, демонесса.

- С каких это пор знание влияло на мужчин?

- Мужчины подчиняются разуму, женщины - эмоциям.

- Серьезно? - Сосредоточившись на противнике, она медленно приподняла край юбочки. Ножки избранного ею тела отличались прекрасной формой и очерченностью. Они приковали к себе взгляд Юпитера невидимой цепью, и его глазные яблоки начали запотевать. Форнакс доказала свое.

- Согласен, - нехотя поджал губы тот. Он не стал упоминать о том, что интерес обозначился и в другом месте. Она и так это знала.

- Если победишь, я также буду навещать тебя в этом аппетитном облике и делать все, что попросишь, при условии, что это соответствует человеческой природе. - Форнакс слегка изменила глубину декольте.

Дыхание мужчины участилось, и Юпитер кивнул.

- Значит, договорились, - вздохнул Иксанаэнный. - Как насчет правил?

- Все будет происходить в Ксанфе, - решила демонесса, позволяя подолу и краю декольте вернуться на свои места. - Мы выберем персонажей, чтобы те представляли наши интересы. Один из них должен выполнить определенное задание - или потерпеть неудачу. Решение зависит от результата.

- Ладно, - согласился Юпитер, массажируя глаза руками, чтобы восстановить нормальное кровообращение. - Пусть меня представляет обладатель этого вот тела.

- Но ты в нем присутствовать не должен, - сказала Форнакс. - Да и вообще каким-либо способом им управлять, чтобы на исход игры не повлияла демоническая сила.

- Согласен. Так обычно в играх со смертными и принято. Я наделю его подобием жизни, сознанием и средним талантом, а в конце уничтожу.

- Подобием? - подняла бровь демонесса. - А почему не самой жизнью?

- Мы, демоны материи, не живем и не умираем, как эти существа, - терпеливо объяснил Юпитер. - У нас нет опыта жизни. Так что мы способны лишь имитировать ее. Настоящие смертные разницы все равно не заметят.

Форнакс кивнула.

- Мы, демоны антиматерии, тоже. Вот почему мне так хочется разобрать некоторых смертных на части и открыть секрет их жизни. Насколько я поняла, они еще и душой наделены, что для меня - еще большая загадка.

- Души здорово осложняют их существование, - произнес Иксанаэнный. - Я изучал их какое-то время, но так до конца и не понял. Кажется, наличие души обязательно для того, чтобы у личности появились ценности.

- Я бы хотела одолжить чью-нибудь душу и изучить ее, - решила Форнакс.

- Я бы тоже не отказался, - вставил Юпитер.

- Их нельзя просто взять, - покачал головой Иксанаэнный. - Их должны отдать добровольно.

- Интересненько, - задумчиво отметила демонесса. Ее внимание вновь обратилось к Юпитеру. - Твой персонаж не должен догадываться о своем происхождении и о своей природе.

- Имитация умом не отличается, - успокоил ее Юпитер. - Хотя, если он просуществует среди истинных смертных достаточно долго, то неизбежно сообразит, в чем подвох, поскольку обнаружит, что продолжительность его жизни подходит к концу.

- Так и быть, - благосклонно кивнула Форнакс. - Будем считать, что основа игры у нас уже есть. Дай своему персонажу задание под удобным предлогом. Если он добьется успеха, прежде чем проникнет в тайну своего происхождения, победа за тобой. Если же провалится или все поймет до окончания задания, выигрываю я.

- Договорились.

Демонесса улыбнулась.

- Еще нет, Юпитер. Простое задание и такое же его выполнение меня не устраивает. Если твой голем наделен демонической целеустремленностью, он прорвется и добьется своего, вне зависимости от последствий.

- Это легко исправить, - вновь вступил в беседу Иксанаэнный. - Мы можем снабдить его имитацией души, то есть совестью, состраданием и прочими неудобными чувствами. Он может представлять собой достойную личность, и уж точно не пойдет по чужим головам.

- Но если он получит высокий интеллект или редкий талант, то все равно без труда достигнет цели.

- Я дам ему средний интеллект и средний талант, - не стал спорить Юпитер. - Пусть обладает запасом случайных воспоминаний вместо интуиции.

- Еще кое-что: я воспользуюсь своим персонажем для того, чтобы сбить с пути твоего.

- Но ведь он никогда не достигнет цели, если ему будет противостоять демон.

- Низшего, а не высшего порядка. Эта демонесса не поймет моего замысла и будет отвлекать его в своей обычной манере.

- Разумеется, ты рассчитываешь и на другие женские хитрости, - обвиняюще прищурился Юпитер.

- Конечно. Соблазнение мужчин входит в их природу.

- Тогда пусть мой персонаж хотя бы выглядит привлекательным для женского пола.

На этом и порешили.

- Одобряю. Девушки будут, сами не понимая причины, к нему тянуться. Справедливое испытание.

- Справедливое, - мрачно согласился Юпитер.

Затем они обсудили подробности, изобретая игру, которая устроит каждого. Изредка Форнакс сверкала перед противником своими прелестями, напоминая о ставках. Такова была суть взаимодействия демонов.

Глава 1. Имитация

Все началось - и с этим позже согласились все - с Умлаута. Потому что он был не тем, кем казался. Его талантом была имитация, что сводилось к обману зрения окружающих, которые видели - до определенной степени - того, кого он изображал. Некоторые считали, что его талант с тем же успехом можно было окрестить «проблемА» с большой буквой «а» в конце - из-за вреда, к которому он приводил.

Неважно. Сейчас месяц был юн, и никто из юнцов не сидел дома. Вышел погулять и Умлаут, притворявшийся семнадцатилетней девушкой. Возраст был верен, изменен лишь пол. Он сделал это для того, чтобы избежать внимания настоящей девицы, чей интерес к нему был поистине нездоров. Она его просто преследовала. И все бы ничего, ведь Шерри была довольно милой, если бы не ее талант: поцелуи слаще вина. Пьянили они не по-детски.

К несчастью, первый ее поцелуй вызвал у него такое сладкое головокружение, что захотелось еще. После трех земля под ногами стала какой-то неустойчивой, а на следующий день Умлаут проснулся с жутким похмельем, при чем свидание не оставило в его памяти ни следа. Но отец Шерри предупредил: если это повторится, парнишке придется жениться на его дочери. Может, оно и неплохо, но какой смысл, если ничего потом не помнишь? Поэтому теперь Умлаут ее избегал - по крайней мере, до тех пор, пока не поймет, действительно ли хочет жениться на шестнадцатилетней девушке. Шерри считала его сильным, красивым… в общем, подходящей парой; Умлаут ужасно жалел, что так тщательно сымитировал ее идеал. Постоянно ему бы это делать не удалось, и что произойдет, когда она разглядит за маской его истинную сущность? Он ведь на самом деле скучен и банален.

Умлаут повернул за угол и увидел группу развлекающихся подростков. Вот здорово; он мог слиться с ними и прятаться, пока Шерри не надоест его искать. А потом он просто ускользнет и возвратится к своему обычному виду, пусть и малость неадекватному.

Он побежал к ним, поспешно приспосабливаясь под их стиль.

- Простите, я заблудилась, - выдохнул Умлаут. - Что нового?

- Мы только что заполучили целый пакет облипочных маек, - ответил самый высокий и красивый парень. - Обменяли их на шпицеля.

- На кого?

- Ты разве не помнишь? Мы нашли его в старой шахте на прошлой неделе. Дружелюбный каменный пес.

- А, ну да, - кивнул Умлаут. Разумеется, он не помнил этого события, потому что на прошлой неделе частью компании не был. Меняя тему, он поинтересовался: - А что это облипочные майки?

- Мы не уверены, но говорят, что они здорово идут девчонкам и подходят для пивных состязаний. Почему бы тебе не примерить? Давай, надевай. - И он протянул пакет Умлауту. Точно, он же видел перед собой девушку, которую тот имитировал.

Именно этот момент выбрала для своего появления Шерри. Она подбежала, еле переводя дыхание: фигуристая девица, которую с интересом отметили взглядами сразу несколько парней.

- Вы не видели Умлаута? - тяжело дыша, спросила она.

- Кого?

- Сильного, красивого и просто замечательного парня. Он вроде бы сюда бежал. - Она умолкла, чтобы перевести дух, и расстегнула пару верхних пуговичек на блузке. Глаза пялившихся парней округлились.

- Нет, только другую…

- Примерь облипочную майку, - быстро сказал Умлаут, передавая пакет ей. - Они для девушек и состязаний.

- Эй, подожди-ка, - запротестовал его собеседник. - Она не из нашей компании.

Это заставило грудь Шерри вздыматься уже от негодования. Ухватив паренька за ворот, она запечатлела на его губах поцелуй.

- А теперь повтори, - предложила она, прекрасно сознавая свою власть.

Взор парня приятно затуманился, будто после стакана алкогольного напитка.

- Она - одна из нас, - решил он.

Шерри взяла из пакета майку и надела ее поверх блузки. Внезапно сверху на нее вылилось возникшее из ниоткуда ведро воды. Девушка завизжала. Обновка стала прозрачной и облепила тело, от чего формы выглядели уже вдвое соблазнительней, чем раньше.

- Мне нравится, - улыбнулась Шерри. - А кто еще участвует в состязании?

- В состязании? - переспросил парень, чей взгляд был прикован к ее полной груди. Впрочем, как и взоры остальных - даже некоторых девушек, чьи лица выражали зависть.

- Майка для состязаний, - напомнила она. - Как я могу победить при отсутствии соперниц?

- Эта девушка, как там ее зовут, - сказал парень, с трудом отрывая взгляд от ее выреза и оборачиваясь к Умлауту.

Ой. Он не мог позволить себе надеть одну из этих маек. У имитации были свои пределы. Если обнажить верх, пусть даже чисто умозрительно, иллюзия разрушится. Тогда все подростки поймут, что он проник в их компанию хитростью, и Шерри его схватит. Один сладкий поцелуй вновь вынудит его желать большего, и в результате все будет потеряно. На следующее утро Умлаут проснется с головной болью, женатым. Он был просто не готов к такому повороту событий. Как же ее одурачить?.. Несмотря на фигуристость и сладкие поцелуи, он не представлял Шерри в роли идеальной жены. В любом случае, он был слишком молод для брака.

Умлаут сорвался с места и бросился бежать.

- Эй! - крикнул парень. Мгновение спустя за ним устремились все они.

Проблема удвоилась. Где же ему укрыться?

Навстречу ему шла молодая женщина.

- Эм, привет, - выдохнул он.

Она посмотрела на него. Согласно ярлычку на груди, ее звали Дез Информацией.

- Чем могу помочь?

- Пожалуйста, скажите, как мне убежать от группы преследователей?

- На развилке поверни налево, - сказала она. - Хотя я бы не прочь с тобой немного поболтать.

- Благодарю! - и он побежал дальше, запоздало дивясь, с чего бы это ей желать поболтать с другой девушкой.

Но еще до развилки Умлаут повстречал другую молодую женщину. Весьма красивую, что сзади, что спереди. На ее голове была фуражка с трехцветным значком, а на груди - ярлычок с именем «Света Фор».

- Поворот налево - тот, что мне нужен? - задыхаясь, уточнил он.

- Несомненно, - согласилась она.

- Спасибо! - И он бросился дальше.

Умлаут обогнал и третью молодую женщину в похожей кокетливой фуражке. Ее звали Симой Фор - видимо, сестра второй.

- А… - начал было он.

- О, да, - не дослушав, кивнула она. - У тебя все получится.

- Ага! - Умлаут продолжал бежать. Но что-то скреблось в уголке его сознания. Эти девушки, особенно первая. Если ее имя указывало на талант, дезинформация вряд ли ему поможет. А две другие ничего толком не подтвердили…

На тропе, наконец, появилась развилка. Левый знак гласил «ПЛЯЖ СОСТЯЗАНИЙ», на правом виднелась полустертая надпись «ЗАМОК ЗОМБИ». В иной ситуации Умлаут предпочел бы пляж, ведь там можно было наблюдать за девушками в облипочных майках. Но сейчас его больше привлекал правый поворот. Туда обычно направлялись только зомби.

Сзади послышались звуки погони. Умлаут понимал, что слишком расстроены подростки не будут, ведь теперь у них была Шерри со своими сладкими поцелуями. Но просто на всякий случай - если за ним вдруг свернут девушки - какое-то время продолжал бежать.

Умлаут позволил чарам имитации развеяться, решив миновать замок и вернуться домой.

И почти столкнулся с группкой подростков-зомби. Все они были девушками. Умлаут как-то раньше не задумывался, что среди зомби тоже бывают подростки. Разумеется, месяц тоже вызвал их наружу.

- Смтр-тька! - воскликнула одна из них. - Ж-вой мльчик!

- Ну и ш-што? - пожала плечами вторая. - Глвное, ш-што мжчина.

- Дв-вайте ев-во з-зацлуем! - предложила третья.

Из огня да в полымя. Умлаут вовсе не желал оказаться зацелованным разлагающимися и смердящими девицами. Он быстро восстановил имитацию, слегка ее видоизменив.

- Я н-не мльчик, - возразил он. - Я ещ-дна дев-вшка з-змби.

- А-а, ну да, - разочарованно вздохнула вторая девица. - С чм прш-шла?

- Блипчные м-мйки, - ответил Умлаут, вдруг осознав, что до сих пор держит пакет. - Хрш-ши для девш-шек и с-стязний.

- Прим-мерим! - оживилась первая девица.

Зомби быстро разобрали оставшиеся майки и облачились в них. Секунду спустя они уже насквозь промокли; ужасающее зрелище. То, что отлично выглядело у живых девушек, у мертвых лишь отталкивало.

- У-у-у! - воскликнули они со смехом, от которого частицы плоти отваливались и падали к их ногам. - Мо-окро-о!

Они попробовали было снять майки, но те прилипли и к одежде, от чего ситуация только ухудшилась. Девицы раздраженно вскрикивали, сдирая с себя намокшие клочья.

- Что здесь происходит? - Окликнула их незаметно приблизившаяся черная девушка, живая на все сто.

- Мйки-лпчки, - объяснила одна из зомби. - Сревнуемс-ся.

- Соревнование маек-липучек? Зомби не стоит с ними связываться. Кто придумал эту чушь?

- Он-на! - хором заявили девицы, показывая на Умлаута.

Ну вот, опять! Тот съежился, но никакой более подходящей имитации на ум не приходило; мысли неуютно кололись - и только.

Черная девушка обернулась к нему, и над ее головой появилось угрожающее темное облачко.

- Я с тобой позже разберусь, - сурово пообещала она. - А пока марш в замок - убираться.

Умлаут решил не спорить; он и так навлек на свою голову достаточно неприятностей. Кажется, на его пути встал кто-то, обладающий реальной властью.

Он поспешил к замку.

Умлаут ожидал увидеть блеклые, потускневшие от времени развалины, однако недооценил замок. Вблизи сооружение оказалось еще более угнетающим. Ров зарос ряской, а на каменных стенах копошились белесые черви.

Подъемный мост прогнил настолько, что готов был упасть даже от эха шагов. Умлауту вовсе не хотелось его пересекать.

- В чем проблема? - На этот раз воспрос исходил от живого молодого человека.

Умлаут решил не сбрасывать личину зомби-девушки.

- Т-ты кто?

Незнакомец улыбнулся.

- Я - дерево Джастина, хозяин замка зомби. Ты меня не узнаешь?

Умлаут лихорадочно соображал.

- Плхие глз-за.

- Конечно же; следовало догадаться. И мост ты тоже плохо видишь, чтобы его перейти.

- Д-да. Мня пслали уб-бирть змок.

- Ах, да, Брианна и впрямь собиралась назначить уборщиков. Драконий помет накапливается. Не беспокойся; этот мост прочнее, чем кажется. Просто иди прямо, а потом - вниз по первой лестнице. Лопату найдешь у входа.

- С-спсибо, - Умлаут осторожно ступил на гнилые доски, и мост действительно выдержал его вес.

Значит, это и есть дерево Джастина. Умлаут о нем слыхал. Около года назад тот женился на представительнице Черной Волны. Наверное, она его сюда и отправила: Брианна из Черной Волны. Они стали новыми хозяевами замка зомби после того, как предыдущий его владелец ушел на пенсию. Кажется, уборка все еще была в разгаре.

Ведущую вниз лестницу - такую же скользкую, как и все вокруг - Умлаут отыскал без труда. Однако, спускаясь вниз, вспомнил о драконе и занервничал. Подземелий с драконами лучше избегать, там не очень-то весело. Но единственный путь назад преграждал хозяин замка. Поздно поворачивать назад.

Вот и лопата. Умлаут поднял ее. Если дракон нападет, может, удастся отмахаться. Многообещающе лопата не выглядела, но других инструментов поблизости не валялось. Возможно, он просто нырнет в один из боковых коридоров и спрячется от чудовища. Или сымитирует огра… но это подействует только на дракона средних либо малых размеров.

Умлаут проходил пыльные, занесенные паутиной тоннели и комнаты. Глаза постепенно приспосабливались к царившей здесь полутьме. Хорошо хоть, не мрак кромешный; из трещин на стенах просачивался свет. Подземелье было огромным, в нем легко затерялся бы даже легендарный Минотавр. Умлаут направился обратно к подножию лестницы, потом - снова вперед, ведя лопатой по земле. Получившаяся линия не позволит ему блуждать, по ней он впоследствии вернется. Жаль, конечно, что она не светится, подобно магическим дорожным знакам, но разглядеть ее вполне можно.

По мере продвижения помета становилось все больше. Кучи превращались в настоящие горы. Да, ему предстоит много работы. И куда прикажете все это складывать?

Вонь стояла ужасная.

Умлаут во что-то врезался и ошеломленно оцепенел. В полумраке перед ним проступила чудовищная морда.

- Дракон! - завопил он и кинулся к выходу. Но поскользнулся на помете, упал на пятую точку и ударился об стену. Теперь он действительно попал.

Через секунду он осознал две вещи: его задница чертовски болела - и дракон на него не покушался. Умлаут неловко поднялся на ноги, потирая испачканное мягкое место.

- Больно, - пожаловался он.

Дракон шевельнулся. Огромный нос ткнул в незаметную полку, и упавший с нее флакон подкатился к ногам Умлаута. Он наклонился, чтобы поднять пузырек. Ярлычок гласил «ЦЕЛИТЕЛЬНОЕ».

Что, правда? Если так, почему чудище свалило его именно сейчас? Удача никогда не улыбалась Умлауту.

Он все же решил попытать счастья. Выдернув пробку, налил в ладонь немного вязкой жидкости и, сунув руку в штаны, растер ее по пятой точке. Боль мгновенно прошла. Да и усталость от бега и уборки - тоже. Силы вернулись к нему. И впрямь целительный эликсир! Но загадка оставалась подозрительной: с чего бы это дракону ему помогать? В совпадения Умлаут не верил - по крайней мере, в счастливые. Обычно случайности лишь вовлекали его в еще большую беду.

Впрочем, если дракон по-прежнему отказывался его атаковать, почему бы и нет?

- Ты это специально сделал? - вслух поинтересовался Умлаут.

Огромная голова кивнула.

Но ему требовались и другие доказательства.

- Не собираешься ли ты проглотить меня, когда я отвернусь?

Дракон отрицательно покачал головой.

Все интересней и интересней.

- Ты понимаешь, что я говорю?

Безмолвный собеседник кивнул.

- Сколько будет два плюс один?

Дракон наклонил голову три раза.

- А ты умен! - воскликнул Умлаут.

Дракон нерешительно покосился на него.

- Для животного, - уточнил Умлаут.

Голова опустилась.

- Значит, ты понимаешь меня и не причинишь мне вреда?

Снова кивок.

- Отлично, потому что я тут для того, чтобы убрать твои отходы. Не знаешь ли, куда их сложить?

Дракон отвернулся и пополз прочь. Поколебавшись, Умлаут решил довериться ему, ведь иначе работу было не выполнить. Он последовал за чудищем.

Дракон привел его в большое помещение с дырой в полу.

- Люк! - удивился Умлаут. - Туда все и свалить?

Монстр кивнул.

- Но фекалий так много. Разве они не заполнят яму целиком?

Голова покачалась из стороны в сторону. Нет.

- Магия? Или быстрая переработка?

А что, нашли проблеме решение. В любом случае, дракон подтвердил.

- Ладно, тогда я приступаю, - заявил Умлаут. - Думаю, потребуется больше одной лопаты.

Дракон пополз в другой зал. На этой раз он вывел паренька к двухколесной тележке. Да, это точно поможет. Умлаут начал выгребать. Вскоре он забыл, каким образом попал сюда, и целиком сфокусировался на работе. Она должна быть выполнена, а больше здесь никого не наблюдалось. Первым он очистил помещение с люком, затем стал продвигаться дальше.

Внезапно дракон опять толкнул его носом. Умлаут подпрыгнул; он почти забыл о присутствии чудовища, хотя то и являлось источником всего этого помета.

- Что-то не так? - спросил он.

Дракон повел мордой в сторону и уполз прочь. Умлаут последовал за ним. Они приблизились к подножию лестницы, где стояла Брианна из Черной Волны с горящим факелом в руке.

- Кажется, произошла ошибка, - обратилась она к нему. - Под твое описание не подходит ни одна мертвая девица, а зомби тебя не знают. - Брианна подняла факел. - Да ты вообще не похож ни на зомби, ни на девушку.

Ой. Чары имитации давно рассеялись. Но имело ли это значение?

- Я живой, и меня зовут Умлаут, - сказал он. - Я попал сюда случайно.

- Тогда почему ты не протестовал, когда я отправила тебя в подземелье? Я думала, ты зомби-бунтарка.

- Проще было послушаться.

Она взглянула на дракона.

- Вижу, вы со Вздором поладили.

- Дракон Вздор? Его так зовут?

- Зомби любят имена-описания. Он несет вздор.

- Я не заметил.

- Ладно, пойдем. Отмоем тебя, накормим ужином, заодно и переночуешь. А утром можешь отправляться на все четыре стороны с нашими извинениями за недопонимание.

Умлаут посмотрел на дракона.

- А что будет со Вздором?

- В замке он все равно не поместится. Он был тут, когда мы заселились. Мы кормим его и не выгоняем.

- Он не злобен и не глуп. Почему он в подземелье?

- Мы не знаем. Повелитель зомби о нем не упоминал.

- Работа еще не закончена.

- Но это не твоя работа! Своим чередом я приведу сюда команду уборщиков. Нам просто нужно время, тут многое нуждается в присмотре.

Умлаут принял дурацкое, даже не собственный взгляд, решение.

- Спасибо, я останусь тут с ним, помогу. Может, выясню, почему Вздор заперт здесь.

- Это невозможно! О нем нет никаких записей. Нам просто нужно с этим смириться.

Спорить Умлауту не хотелось, но и промолчать он не мог.

- Мне мало известно о тебе, Брианна, и о Черной Волне, но по слухам, раньше ты склонностью к смирению не отличалась.

Девушка опешила. - Ты прав! Я стала частью статуса кво. Вот уж пристыдил, так пристыдил.

Умлаут удивился перемене.

- Наверное, мы все время от времени увязаем в быту.

- Это точно! Ты правда хочешь остаться здесь внизу?

- Да. И попробовать разобраться в проблеме Вздора. Не в жестокости, факт.

- Я принесу тебе поесть. - Вручив ему факел, Брианна стала взбираться по ступенькам обратно в замок.

Умлаут повернулся к дракону. - Я по-дурацки веду себя, да?

Тот пожал плечами, от чего по всему его гребню прошла дрожь. Впрочем, смысл от этого не исчез.

- Дело вот в чем: у меня мало опыта общения с драконами, но обычно они едят людей и любую другую добычу, которую им удается поймать. Вместо этого ты проявил ко мне дружелюбие. Что, в свою очередь, заставляет меня считать тебя не обычным драконом. Ты помог мне с моей работой; может, у меня получится ответить тебе тем же. Знать бы только, каким образом.

Вздор кивнул.

- Давай попробуем побеседовать. Ты будешь соглашаться или не соглашаться. Так я попробую узнать твою историю. А потом уже подумаем, что делать дальше.

Кивок.

- Здесь есть куда воткнуть факел?

Дракон показал носом на торчавший из стены крюк. Туда Умлаут его и вставил; постоянно держать уставала рука.

Брианна возвратилась с маленькой тележкой, но спускаться не стала.

- Я брошу мясо для Вздора вниз, но за своим ужином тебе придется подняться.

Одолев ступеньки, Умлаут обнаружил полный яств поднос. Затес Брианна, как и обещала, сбросила порции дракона вниз, одну за другой. Вкусные сочащиеся кровью стейки наверняка прибыли в подземелье из ближайшего сада, прямо с мясного дерева. Они даже пахли свежей плотью.

- Увидимся утром, - сказала Брианна перед тем, как уйти.

Умлаут со своим новым приятелем ужинали вместе при мерцающем свете факела. Стейки дракона вполне устроили. Умлаут на пробу откусил кусочек от одного: да, и впрямь, как сырое мясо. В процессе они вели своеобразный диалог. Умлаут спрашивал, Вздор кивал или отрицательно качал головой. Постепенно история выстраивалась, и вскоре все окончательно прояснилось. Сюрприз следовал за сюрпризом.

Вздор не был драконом. Он даже мужчиной не являлся. В действительности это была водяная змея по имени Сезамия. Преследования со стороны одного из самцов ее вида, чьего внимания она вовсе не желала, в итоге привели ее туда, где он не показывался: в замок зомби.

- Я здесь по той же причине! - воскликнул Умлаут. - Ну, на свой манер.

Однако, на ее вкус, ров был слишком грязным, вот она и спустилась в подземелье.

К несчастью, началась гроза, и зомби заперли на засов дверь, сквозь которую она сюда проникла, и Сезамия застряла в подвалах. Настоящий дракон выжег бы ход наружу, но морские змеи огненным дыханием не обладали. Также они были лишены возможности испускать пар или дым. Лапы с когтями, и те отсутствовали. Она оказалась в западне.

- Но разве ты не чувствовала себя плохо без воды? - спросил Умлаут.

Естественно. К счастью, в подземелье было сыро, и во время дождя немного воды просачивалось. Она нашла кувшины, в которые ее можно было собирать, и получила возможность пить, а иногда даже - купаться. В конце концов Сезамия привыкла к жизни вне воды - многие змеи неплохо жили на суше, справлялась и она.

- А как обстояло дело с пищей?

Поначалу она испытывала жуткий голод. Поэтому приблизилась к зомби, который что-то складывал в одном из залов подземелья, и представилась драконом, чтобы не выдать себя преследователю на случай, если тот где-то неподалеку. Зомби сообщил о ней Брианне, которая решила, что дракон живет в подземельях уже очень давно, и организовала кормежку. Стейки с отбивными с местных мясных деревьев Сезамию полностью устроили.

- У тебя мой талант! - восхитился Умлаут.

Дракон-змея вопросительно посмотрела на него.

- Ну, то есть, ты имитируешь кого-то другого. Я бы ни за что не отличил тебя от дракона. А если бы решил тоже сохранить чары, то показался бы тебе девицей-зомби.

Кажется, сперва она и приняла его за девицу-зомби, но потом сообразила, что он не тот, кем кажется, когда Умлаут приступил к работе и начал бормотать плохие словечки, если что-то не получалось. Девушки подобным словарным запасом не обладали.

- Значит, мы - два сапога пара, - кивнул Умлаут. - Что странно, поскольку таланты повторяться не должны.

Сезамия покачала головой. В дальнейшей беседе ее позиция прояснилась: таланты повторялись, чему ярким примером были донные прокляторы, наделенные одним общим. А также - крылатые кентавры, способные придавать себе легкости для парения в воздухе. В Ксанфе не существовало правила на сей счет; люди просто предполагали, что таланты повторяться не могут, без каких бы то ни было доказательств. Народная легенда. Фольклор.

- Ты права, - задумчиво сказал Умлаут. - Наверное, ты долго размышляла на эту тему.

Да. Сезамия всегда отличалась мозговитостью, что незримой чертой отделяло ее от остальных сородичей. Это сердило, поскольку другие змеи философскими вопросами не заморачивались. Их больше интересовали мысли о добыче: следующей рыбине или ленивом пловце, - и о размножении. Она ничего против этих двух пунктов не имела, однако не хотела ограничиваться только ими, когда вселенная полна была столь замечательных загадок. Поэтому Сезамия неутомимо исследовала таинственные воды, включавшие в себя и подземелья замка зомби, когда ее высмотрел случайный змей, зацикленный на размножении.

- Замок зомби далеко от моря, - возразил Умлаут. - Его окружают сплошные джунгли.

Она тоже поняла это, доплыв до замка по реке, впадавшей прямо в ров. Замок понравился бы Сезамии больше, если бы ее здесь не заперли.

- Но я уверен, что они не станут ограничивать твою свободу, стоит им понять свою ошибку. Считай, что больше ты не под замком.

Но сначала ей нужно убедиться в том, что настырного змея нет поблизости. Он передвигался быстрее ее, и Сезамии не хотелось рисковать. Принудительное размножение - не ее конек. Хотя Умлаут вряд ли способен понять ее, будучи мужчиной…

Вспомнив о Шерри, Умлаут решил, что прекрасно понимает собеседницу.

- Размножение должно происходить вовремя, в правильном месте и с подходящей парой, - сказал он. - Если что-то не совпадает, значит, оно и не нужно. Я сбежал сюда от чересчур пылкой девицы.

Он и в самом деле понимал! Сезамия прониклась к человеку еще более глубокой симпатией. Она впервые встретила существо, понимавшее ее буквально с полуслова. Неужели он тоже обладал абстрактным разумом?

Умлаут рассмеялся.

- Нет, обычный человеческий.

Ей было бы приятно познакомиться и с другими такими же. Сезамия и не подозревала, что люди способны на нечто подобное. Но, разумеется, ей нельзя разгуливать среди людей, заводя с ними разговоры, поскольку они не подпустят к себе плотоядное чудовище, и потому что она не умела объясняться на их наречии. У Сезамии не было возможности поведать им, что вообще-то человеческое мясо ей не по душе. Оно дурно пахнет - без обид, а на вкус еще хуже.

В голову Умлаута закрался намек на мысль, и он проворно ухватился за него, прежде чем тот успел сбежать.

- Почему бы нам не путешествовать вместе? Я бы разговаривал с людьми, а ты бы слушала, и я мог бы задавать им интересующие тебя вопросы. Тогда ты перезнакомишься со всеми абстрактными разумами, с какими только пожелаешь.

О, это звучало восхитительно! Сезамия с удовольствием его бы расцеловала, если бы не опасалась напугать.

- Я тебе доверяю, - кивнул Умлаут. - Целуй, если хочешь, только не проглоти.

Уж она-то будет осторожна. Не уединится ли он с ней в тени?

Умлаут занервничал. Но ничто за всю их долгую беседу не указывало на то, что она замышляла причинить ему вред. И он шагнул за ней, подальше от света факела.

Отличная проверка доверия. Если она его проглотит, в следующий раз Умлаут будет осторожней. Если этот следующий раз вообще настанет. Они погрузились почти в полную тьму.

Когда вокруг был мрак выколи глаз, Умлаут остановился.

- Я тут.

Во что он себя вовлек? Проглотят его или обслюнявят?

Хорошенькая девушка поцеловала его в губы. Ошеломленный, Умлаут неловко обнял ее. Наощупь незнакомка оказалась прохладной и податливой, с платьем из мелких чешуек. Откуда она здесь взялась?

И тут до него дошло. - Сезамия!

Та кивнула. Это действительно была она. Не в платье из чешуи… Чешуйки покрывали ее шею, и, разумеется, руки и волосы отсутствовали. Змея сымитировала девушку, пользуясь темнотой для сокрытия своих настоящих форм. Она понимала, что при свете это вряд ли сработает, но, когда Умлаут ощутил лишь прикосновение губ, имитация возымела эффект. Понравилось ли ему?

- Вообще-то, да, - признался он. - Как ты научилась целоваться по-человечески?

Ну, она все-таки была женского пола, хоть и змея. Поцелуи закладывались в основу ее природы.

- Интересно, умею ли я целоваться, как змей? - спросил Умлаут. - Никогда не пробовал сымитировать морское чудовище.

Более подходящего времени у тебя не будет, намекнула Сезамия. Она сыграла свою роль, очередь за ним. Она даст ему знать, сработало ли это.

Умлаут сосредоточился. Ему доводилось примерять на себя образы животных, но змея - никогда. Принцип едва ли отличается. Он представил себя большим, могучим и гибким морским змеем в поисках самки для поцелуя.

Рядом как раз извивалась подходящая пара. Метнув вперед голову, Умлаут впился в нее жадным поцелуем.

Змея отпрянула, отчаяннно хлестнув хвостом. Мгновение спустя она исчезла. Что случилось? Затем Сезамия смущенно вернулась. Он был так похож на змея-самца, что на секунду она решила: внутрь пробрался ее преследователь с идеей овладеть ей насильно. Она испугалась. Она просит прощения.

Умлаут был удовлетворен экспериментом.

- Неужели имитация получилась настолько убедительной?

Да, очень. Она бы наслаждалась поцелуем, не потревожь ее воспоминание.

- Когда ты меня поцеловала, мне представилась симпатичная девушка, - сказал он. - Я даже обнял ее, прежде чем понял, что это ты.

Точно, согласилась Сезамия. Когда они не могли друг друга видеть, имитации действовали более эффективно, поскольку включалось воображение. Раньше ей не доводилось устраивать такого рода эксперименты; со змеем-самцом это было бы небезопасно.

- Или с настоящей девушкой, - не стал спорить Умлаут. - Иногда все заходит слишком далеко за какую-то долю секунды.

Ей пришло в голову, что несмотря на видовую и гендерную разницу, некоторые вещи в их жизни были чрезвычайно похожи.

- Да, - согласился он. По правде говоря, поцелуй Сезамии понравился ему гораздо больше пьянящих лобзаний Шерри. Потом он вспомнил кое-что еще. - Может… Не хочу показаться придирчивым, но не проверить ли нам, насколько далеко простираются границы наших талантов, прежде чем мы приступим к путешествию. Предположим, я сымитирую змея, а ты - девушку, и мы поцелуемся еще раз? Удастся ли нам одурачить друг друга?

Сезамии тоже стало любопытно. Да, оно того стоит. И они попробовали. И это была катастрофа. Отпрыгнули оба.

- Девушки ужасны на вкус! - воскликнул Умлаут, вытирая рот.

А змеи - клыкастые и безгубые, согласилась она.

- Именно это мы узнали бы, если бы не имитировали друг друга по очереди. Физически мы принадлежим к разным видам.

Это очевидно, подтвердила Сезамия. Но разве у него нет других планов, кроме как путешествовать в компании змеи?

- Вообще-то, нет, - задумчиво признался Умлаут. - До сих пор я просто убивал время. Всегда хотел побывать в далеких краях и пережить немало приключений, но не знал, с чего начать. Может, как раз с этого.

Они решили обсудить подробности утром и расположились на ночлег. Сезамия свилась кольцами в форме матраса, Умлаут удобно устроился на нем.

Он уже задремал, когда девушка поцеловала его снова. Он ответил, зная, кто это. Но был рад, что их окружает темнота.

Глава 2. Письма

Поутру они проснулись при тусклом свете. Факел давно погас, но сквозь стенные щели пробирались солнечные лучи. Сезамия показала Умлауту, где хранит свои кувшины с водой, и тот воспользовался одним для умывания. Сбросив с себя одежду, он прополоскал и ее, а затем разложил на обломках камней - сушиться.

- Надо закончить с уборкой, прежде чем одеваться снова, - решил Умлаут.

Сезамия извинилась. Ей не нравилось пачкать подвальные полы, но альтернативы ей не предоставили. Обычно ее помет оставался в грязи или в воде. Гадить в люк змея не могла, анатомия не позволяла, иначе она бы непременно… ведь яму заколдовали таким образом, чтобы она никогда не наполнялась.

- Все в порядке, - утешил ее Умлаут. - Просто хочу закончить начатую работу, прежде чем отправиться в путь.

Он был достойным представителем своего вида.

Умлаут приступил к уборке и быстро продвигался вперед. Когда он уже заканчивал чистить комнату с лестницей, дверь отворилась, впустив еще больше дневного света. Перед ним стояла Брианна из Черной Волны с очередной полной тележкой.

А он был совершенно голым. Умлаут застыл на месте, не зная, что делать.

- На тебе столько грязи, что даже одежды не видно, - прокомментировала девушка. - Но серьезно, необязательно было продолжать уборку. Я же сказала тебе, что произошло недоразумение.

Умлаут расслабился, сообразив, что отсутствия одежды она не заметила. Какое облегчение!

- Немного осталось, - ответил он. - Потом, думаю, нам надо поговорить.

- Это уж точно. - Передав им еду, она удалилась.

Они позавтракали, в процессе обсуждая планы: покинуть замок, путешествовать вместе, общаясь с разными людьми. Умлаут будет с ними говорить, открывая их умы, а в случае возникновения опасности с ней справится Сезамия. В конце концов, ее размеры это позволяли. Она была немногим меньше ровных чудищ. По суше она может передвигаться при условии, что на ночлег они будут останавливаться возле воды. Приключение обещало стать достойным.

Затем Умлаут завершил работу, свалив последнюю тележку помета в выгребную яму, вылил на себя второй кувшин воды и облачился в практически сухую одежду. Он был готов.

- Наверное, мне стоит подняться к Брианне одному, все ей объяснить и проверить окрестности замка, - сказал он. - Придется тебе мне довериться.

Сезамия не возражала. Он ведь ей доверял. Приятно было вновь с кем-то общаться после года вынужденного одиночества.

Сейчас было что-то около полудня, и в темнице посветлело еще больше. У подножия лестницы Умлаут притормозил. Позади него находилось что-то, что в чистке не нуждалось. Подчинившись любопытству, паренек оглянулся.

Маленькое окошко в стене пропускало солнечные зайчики. Под ним, внутри стены, виднелся целый ворох бумаги. Кажется, кто-то просто пропихнул ее сюда снаружи и не подобрал внутри.

Хм… наверное, никто о ней уже и не помнил. Сезамия точно внимания не обращала; читать и писать змея не умела. Да, она понимала людское наречие - этот навык развился у большинства животных, - но не более.

Умлаут поднял один из листков. Это было письмо, адресованное демону Юпитера. Кто это вообще? Ему доводилось слыхать о демонах; ни одно их появление в мире смертных не обходилось без проблем для обычных людей. Но о том, что они получали письма, Умлаут и не подозревал.

- Ты знаешь демона Юпитера? - поинтересовался он у Сезамии.

Та покачала головой. Затем передумала. На то, чтобы понять ее, ушло какое-то время, но в итоге Умлаут справился. Среди местных демонов такого имени ей не попадалось, но в иной реальности вполне мог существовать демон высшего порядка, которого звали Юпитером. Тогда это было важно.

- Надо спросить Брианну, - решил Умлаут. - Возьму письмо с собой.

Он взобрался вверх по ступенькам и на вершине лестницы остановился снова.

- Чуть не забыл: нормально, если я расскажу им о твоей истинной природе? Что в действительности ты не дракон?

Сезамия кивнула, доверяя ему.

Умлаут открыл дверь, которая была не заперта, и шагнул обратно в яркий, полный красок мир. На страже стоял зомби.

- Где Брианна?

- Т-там-м, - промычал стражник, указывая гнилым пальцем направление.

- Спасибо, - и Умлаут пошел туда. Приблизившись к двери, он постучал.

Та открылась. На пороге стояла Брианна.

- Ах, да, я почти про тебя забыла. Что у тебя на уме?

- Первое: я готов пуститься в дорогу. Дракон тоже.

- Дракон!

- Вообще-то это не дракон, а змея. Замок превратился для нее в западню.

- Ты хочешь сказать, что она не охраняет подземелья?

- Правильно. Полагаю, она попала сюда незадолго до вашего появления, и вы понятия не имели о ее проблеме.

- Вот уж точно!

- Поэтому мы решили некоторое время побродить вместе по Ксанфу в поисках приключений. Ну, знаешь, как это бывает… Я вычистил помет, и теперь там есть, чем дышать. Но, если вы заведете внизу настоящего охранника, лучше позаботиться об отхожем месте заранее, чтобы не пачкать пол.

- Да уж, - улыбнулась девушка.

- А еще мы нашли несколько писем.

- Писем?

- Я подобрал одно. Думал, оно может оказаться важным. - Умлаут протянул ей листок.

Брианна изучающе проглядела его.

- Демон Юпитер! Это точно имеет значение! Письмо из Мандении. Как оно попало в подземелье?

- Там было окошко… вероятно, для писем. Под ним их целая груда. Полагаю, о них вы тоже не знали.

- Да, мы пока в тонкостях управления замком не очень разбираемся, - согласилась она. - Зомби Мастер о многом не написал. Надо полагать, сам уже не помнил. По крайней мере, я могу позаботиться об этом письме.

- Как ты его доставишь по назначению? Насколько я понимаю, демон далеко.

- На другой планете, - расстроенно фыркнула Брианна. - Уж я-то знаю. Попробую переслать по интернету.

- Что это такое?

- Компьютерная сеть, частично затрагивающая Ксанф. У меня там портал. Вот смотри. Я прикреплю листок к электронному письму. - Девушка провела его в другую комнату. -Кон-Путер позаботится, чтобы мы могли установить связь.

Умлаут увидел металлический ящик со стеклянным экраном. Брианна нажала несколько кнопок, и на экране появились квадратики со стрелками. Девушка продолжала давить на кнопки, извлекая из них слова.

ДЕМОНУ ЮПИТЕРА: ПРИКРЕПЛЕНО ПИСЬМО.

Она вложила листок в отверстие на ящике, и тот исчез внутри. Мгновение спустя на экране появилось новое сообщение.

ПИСЬМО ПРИНЯТО.

- Теперь я нажму на кнопку «Отправить», и готово, - сообщила девушка. Так она и поступила, после чего на экране возникло изображение улетающего, в буквальном смысле слова, письма. И он опустел. - Все.

- Оно отправилось к Юпитеру? - с сомнением уточнил Умлаут.

- Ага. Теперь давай займемся твоей змеей.

- Сначала я должен проверить окрестности. Здесь может рыскать другой змей.

- И они в ссоре?

- Можно и так сказать. Надо убедиться, что его тут нет.

- Без проблем. Я пошлю команду зомби, пусть все обыщут. - Брианна направилась к стражнику. - Эй, Отстой! Передай Половинчатому, чтобы организовал обход вокруг замка и выяснил, не прячется ли где змей.

- Дамэм, - кивнул страж и поковылял прочь.

- Половинчатый - это зомби, который половину дня умудряется выглядеть нормальным, - пояснила девушка. - А потом возвращается к привычному виду. Он терпеть не может свой талант.

- Меня бы тоже огорчало ежедневное превращение в зомби, - заметил Умлаут.

- Ты не понял. Он ненавидит возвращение к жизни. Это отдаляет его от других зомби.

Умлаут прикусил язык.

- Ладно, если поблизости никого нет, не можешь ли ты открыть дверь подземелья и выпустить дракона?

- Не вопрос. Жалко, что мы раньше не догадались. Он ничего не говорил.

Умлаут решил, что половая принадлежность змеи никого не касается.

- Змеи лишены дара речи.

- Тогда каким образом ты о нем столько узнал?

- Он понимает по-человечески. Я говорил, а он кивал или качал головой. Беседа получилась долгой, но его историю я узнал.

- А я и не додумалась до такого! Просто не понимала очевидного. Тяжелая мне работенка досталась.

Возвратился зомби по имени Отстой.

- Всчсто, - доложил он.

- Все чисто, - повторила Брианна. - Пойдем, откроем ворота подземелья.

Покинув замок, они спустились по пригорку вниз - туда, где между стеной и рвом виднелась большая дверь.

- Мы закрыли ее, когда началась гроза, - припомнила девушка. - А потом руки не дошли опять открыть. Чувствую себя по-дурацки; разумеется, мы заперли Вздора внутри. - Положив темные руки на затвор, она с силой толкнула его, отодвигая в сторону. Умлаут ей помог.

- Вздор! - позвал он, обращаясь к мраку. - Все чисто. Мы можем уйти.

Из тьмы появилась змея, моргая от яркого света.

- Я… мы… мы извиняемся, - неловко сказала Брианна. - Прошу прощения за то, что загнали тебя в ловушку. Мы просто не понимали, что делаем.

Сезамия кивнула. Затем посмотрела на Умлаута.

- Он не будет выполнять работу ровного чудовища, - перевел тот. - Без обид. Он не зомби. Можно пересечь мост?

- Конечно. Делайте, что хотите, - и девушка отступила в сторону.

Сезамия проворно скользнула по берегу к мосту, минута - и она была уже на другом берегу. Умлаут последовал за ней.

- Спасибо! - крикнул он с противоположной стороны.

- Мы проверим другие письма тоже, - отозвалась Брианна. - Возвращайтесь через пару-тройку дней, и мы расскажем, что нашли.

- Ладно. - Умлаут развернулся и зашагал рядом с ползущей Сезамией. Но теперь он думал о письмах. - Почему бы нам не проверить, откуда они? - предложил паренек. - Можешь взять след?

Она могла. Сезамия поползла параллельно рву и вскоре учуяла нужный запах.

- Что это? Человек?

Она попыталась было ответить, кто именно доставил письма, но сказалась нехватка словарного запаса. Она смогла лишь объяснить, что это не был ни человек, ни змей. Письма сюда приносили не раз, и длилось это, как минимум, полгода.

- Зачем кому-то или чему-то доставлять письма из Мандении в замок зомби? - риторически осведомился Умлаут.

Змея понятия не имела.

След вел на запад - в самую глубь джунглей, где водились драконы и другие опасные существа. Однако их следов поблизости Сезамия не вынюхала. След незнакомца был немного липким, будто кто-то нарочно поливал землю слизью. Может, она хищников и отваживала.

Потом он пересек маленькую речку. С плаванием у обоих проблем не возникло. В воде так и шныряли зеленые зубастые аллегории, но, увидев Сезамию, решили с путниками не связываться.

Однако на другом берегу след не продолжился. Змея ползала по земле кругами, держа голову совсем низко, но отыскать не могла.

- Значит, он уплыл вверх или вниз по реке, - понял Умлаут. - И мог выйти где угодно. Придется идти вдоль берега, пока не найдем.

Сезамия вздохнула. Они приступили к поискам, отправившись вверх по течению. Река изгибалась, пытаясь их отвлечь, но друзья не отступали - вот только следа так и не нашли.

- Жаль, у нас нет магического помощника, - сказал Умлаут.

И рядом с ними появился кот. Самец рыжеватого окраса, в меру упитанный. Он приблизился к ним с таким видом, будто очень желал свести с путниками знакомство.

Поразмыслив, Умлаут решил провести с котом беседу в той же манере, что и с Сезамией.

- Ты меня понимаешь? - спросил он.

Кот кивнул.

- Ты нас ищешь?

Снова кивок.

- Тебе известно, где возобновляется след письмоносца?

Кивок.

Отлично. Умлаут сосредоточился, чтобы расспросить кота о подробностях. Но вдруг узнал его.

- Кот Сэмми! - воскликнул он. - Тот самый, что пришел в Ксанф с эльфессой Дженни, до того, как она вышла замуж. Котик, способный найти все на свете.

Кроме дома, как выяснилось. Кажется, на острове оборотней он чувствовал себя не в своей тарелке - да, Дженни ведь стала их принцессой, вот Сэмми и решил помочь кому-нибудь, кто в этой помощи нуждается. По пути он передумал, но обратно на остров вернуться уже не мог; там теперь был их новый дом.

- Почему бы нам не заключить сделку, - предложил Умлаут. - Ты поможешь нам найти след доставщика писем, а мы отыщем остров оборотней. - Он взглянул на Сезамию, чтобы убедиться в ее согласии.

Сэмми не возражал. Он устремился вниз по течению.

- Мы выбрали неверное направление! - печально сказал Умлаут. Но, разумеется, предугадать ошибку было невозможно.

Они последовали за котом, который как раз скрылся в джунглях. У Сезамии трудностей не возникло, но Умлауту продираться сквозь отверстия размером с кота или змею оказалось сложновато.

- Эм, ты не мог бы найти тропу, которой пройду я? - окликнул он кота.

Сэмми вновь появился перед ним, будто из ниоткуда. Он выглядел виноватым. Когда он находился в поиске, то забывал обо всем. Дженни вечно кричала «Подожди меня!», но менее рассеянным от этого кот не становился. Но сейчас он попытается.

Идти по джунглям действительно стало легче. К несчастью, выбранная Сэмми тропа привела их прямо к древопутане.

- Этот путь небезопасен! - воскликнул Умлаут.

Однако он ошибся. Древопутана уже поймала свою жертву; кончики щупалец покачивались сыто и вяло. Спокойно миновав гибельный ствол, путники свернули на другую тропу. Эта была уже не такой легкой, как предыдущая. Умлаут понимал, что дерево заманивало добычу к себе и не желало ее отпускать, но как ему удавалось менять тропы? Он многого в Ксанфе не понимал.

По течению они продвигались гораздо быстрее, чем против - наверное, потому что их путь спускался с возвышенности.

Вскоре путники уже достигли моря. Сэмми остановился.

- Ты хочешь сказать, что письмоносец так и не вышел на берег? - разочарованно спросил Умлаут. - Он поплыл прямиком в море?

Да, так все и обстояло.

- Но мы хотели увидеть почтальона.

Сэмми выгнул спину и возмущенно зашипел. Раньше Умлаут говорил совсем другое. Он просил найти след, а не того, кто его оставил.

- Да, я неверно выразился, - признал тот. - Ты прав. Давай поищем остров оборотней. Он должен быть где-то тут, вдоль побережья.

Но Сэмми снова передумал. Дом подождет. Лучше он останется с ними и разделит приключение, если его новые друзья не возражают. Причиной, по которой он хотел вернуться раньше, были хищники, только и желавшие полакомиться толстым котом. Но с Сезамией под боком опасность ему не грозила.

Умлаут обменялся еще одним взглядом со змеей. Они уже неплохо понимали друг друга и без слов, так что взглядом можно было передать многое.

- Конечно. Воспользуемся твоим талантом, чтобы найти что-нибудь интересное.

В таком случае, решил Сэмми, он покажет им почтальона.

- Ты можешь это сделать? А почему сразу не сказал?

Сэмми фыркнул и возвел очи к небу. Конечно. Умлаут ведь не спрашивал.

Они пересекли реку. Сначала поплыла, отпугивая разноцветных акул капитализма, Сезамия с восседающим на ее плоской голове Сэмми. Затем она вернулась, чтобы на сей раз сопровождать Умлаута, который тоже пустился вплавь. Акулы бросали тоскливые голодные взгляды на его сочные конечности, но близко их Сезамия не подпускала. Те были явно разочарованы. Умлаут, уже привыкший к кажущейся безвредности морских змеев, пересмотрел свой вывод: безопасным общество Сезамии было лишь потому, что они подружились. При этом она оставалась крупной хищницей - вероятно, эквивалентом дракона без огня, дыма или пара.

Они следовали вверх по течению, пока не пришли к месту, куда уводил след почтальона. Там Сэмми свернулся клубком, чтобы поспать.

- Значит, еще не пора, - покачал головой Умлаут. - Почему бы нам не порыскать немного в поисках пропитания, пока ждем? Мы все едим разные вещи, поэтому лучше будет разделиться и встретиться здесь снова через час.

Сезамия не спорила и поползла прочь. Высмотрев неподалеку пирожковию с аппетитными плодами, Умлаут сорвал себе один. Впившись в него зубами, он чуть не подавился: это оказалась диабетика: с рахат-лукумом, гоголь-моголем и обилием сахара. Ужасающе приторная. Оглядев другие ветви, ничего получше он не нашел. Это была сладкоежка - особая разновидность пирожковии. Пришлось подавить отвращение и съесть пирог. В еде Умлаут не капризничал; негоже выбрасывать уже сорванное. В следующий раз сначала проверит, прежде чем брать.

Где-то через час возвратилась Сезамия. Она чуть прибавила в талии и выглядела довольной; значит, тоже поела. Расспрашивать о добыче Умлаут благоразумно не стал.

Но она нет-нет, да косила на него глазом. Кажется, теперь он и выглядел, и пах тошнотворно сладко. Так на людей влияла диабетика. Умлаут испытывал к себе отвращение.

Даже Сэмми проснулся, посмотрел на него, наморщил нос и повернулся спиной.

- Да что я могу сделать-то! - запротестовал паренек. - Больше ничего съедобного вокруг не было.

Но у Сэмми лекарство имелось. Втянув носом воздух, он шмыгнул по ближайшей тропе - сначала на север, потом - к югу. Тропа была выложена плитками, а в центре ее кто-то провел линию из точек. От Умлаута требовалось лишь постоять на ней минуту, и больше от него никто морщиться не будет. Чрезмерная сладость исчезнет.

Пожав плечами, он попытал счастья. Внезапно раздался звук рога, и на него стремительно помчался демон.

- Смотри, куда прешь, придурок! - вопил он. Умлаут отпрыгнул на обочину как раз вовремя. Пронесшись по другой полосе, демон врезался прямо в сладкоежку. Диабетики с шоколадницами разлетелись во все стороны; один из пирогов приземлился на него. Вернее, в него, поскольку демон уже раззявил рот для очередного вопля. Ему ничего не оставалось, кроме как проглотить пирог.

- О чем ты думал, когда несся, как безумец? - сердито осведомился Умлаут. - Ты же мог меня опрокинуть!

Демон отпечатал себя от дерева.

- О, прости, - слащаво извинился он. - Но знаешь, я же демон скорости. Она заложена в мою природу. - Потом он вернулся на тропу и гррррвввбзззжжжж! мгновенно скрылся из вида, оставив за собой лишь облако сахарной ваты.

Миг спустя мимо промчался другой демон, вздымая клубы пыли и листья.

- Эти скоростные демоны думают, что им принадлежит весь лес! - пробурчал Умлаут и заметил, как Сезамия с котом воззрились на него. - Что?!

Еще через секунду все стало ясно: сладость покинула его так же внезапно, как до того - им овладела. Приключение с демонами скорости просто вымело ее изнутри. А первый демон проглотил диабетику и стал источать медоточивость.

Ну, и отлично.

- Ладно, ты меня вылечил, Сэмми, - все еще пребывая не в духе, неуклюже поблагодарил Умлаут. - Что там у нас с письмоносцем?

Кот пожал плечами. Время еще не пришло. Он уютно устроился для очередного сна. Сезамия последовала его примеру. Она обладала терпением рептилии, и ее желудок был приятно полон.

Умлаут сердито зашагал по кругу - просто на случай, если они упустили что-нибудь любопытное. Он нашел дерево, которого никогда раньше не видел: со скрученными в виде кукишей плодами и таким же узловатым стволом. Поколебавшись, он все же решил, что фрукты не ядовиты.

Умлаут сорвал один из них и съел. Плод был хорош на вкус: не слишком сладкий и не слишком кислый. Надо было утолить голод им, а не диабетикой.

Внезапно ему захотелось ругаться.

- Нифига себе… пробормотал Умлаут, выплюнул фрукт и вернулся к норме. Должно быть, таково было его влияние.

Над его головой вспыхнула лампочка. Точно, это же фиги, которые еще называют инжиром, дулями или винными ягодами. Они делают человека не только пьяным и агрессивным, но и жирным. Да еще и в карты продувать заставляют. Ну их нафиг. Недаром в виде кукишей скручены.

Сэмми обернулся к реке, чья поверхность рябила, но не от присутствия аллегорий; те почтительно держались поодаль. Из воды показался глаз, за ним другой. Глаза приподнялись на стебельках, за ними вырос блестящий горб. Наконец, из воды выползла огромная улитка с переметной сумой на раковине. Надпись на сумке гласила: ПОЧТА МАНДЕНИИ.

Все безмолвно уставились на то, как улитка медленно и величественно направляется к замку зомби. Та их игнорировала. Вот она пересекла тропу скоростных демонов, не обращая ни малейшего внимания на их сигналы и отчаянные попытки обогнуть неожиданно возникшее препятствие. Проползла под древопутаной, поджавшей свои щупальца. Улитку, по всей видимости, снабдили чарами неприкосновенности, и она никого и ничего не боялась. За ней тянулся свежий след, покрытый слизью.

- Не будем ее расспрашивать, - подытожил Умлаут, и его спутники согласились.

Посовещавшись, они решили вернуться в замок зомби и рассказать о том, что обнаружили, а потом уже думать, куда отправляться дальше. Возвращались они путем, который выбрал Сэмми, и он удивил их своей легкостью. Они почти плыли над дорогой. Умлаут заподозрил неладное.

- Ты уверен, что он ведет туда, куда нам нужно? - спросил он кота.

Поразмыслив, тот покачал головой.

- Тогда почему мы по нему идем?

Сэмми, казалось, и сам толком не знал. Он продолжал идти по тропе, а Сезамия с Умлаутом следовали за ним. Это было проще всего.

Вскоре они подошли к указателю: ПУТЬ НАИМЕНЬШЕГО СОПРОТИВЛЕНИЯ.

- Ох, нет! Это неправильно!

Но остановиться не удавалось. Путь приковал их к себе, ведь альтернатива выглядела кошмарно трудной. Он поймал Сэмми, когда тот искал дорогу к замку, и все бездумно ступили на него. Умлаут сообразил, что бездумно следовать за кем-то - не самая лучшая из идей.

Он отчаянно оглядывался по сторонам в поисках боковой тропы, поскольку был уверен, что долго идти по пути наименьшего сопротивления небезопасно. Куда тот их вел?

Вскоре он получил ответ на свой невысказанный вопрос: к указателю с надписью КАТАСТРОФА, за которым начиналось непроходимое болото. Им ни за что оттуда не выбраться!

Умлаут должен был найти способ разрушить чары этой тропы. Но на глаза попалась лишь колония ос.

- Помогите! - крикнул он.

Удивительно, но одна из ос откликнулась. Это была особо умная оса с огромной головой. В лапках она держала плакатик со словами: «ВЫ КО МНЕ ОБРАЩАЕТЕСЬ?»

- Да! - закричал Умлаут. - Кто ты?

Та подняла другой плакатик: «УМНАЯ ОСОБА».

Ой! Не самый лучший каламбур, хотя и не самый чудовищный. Но какой у них выбор?

- Если ты такая умная, скажи, как нам сойти с этой тропы.

«ИЩИТЕ ОСТАНОВКУ».

К этому моменту они уже миновали первую колонию ос и приближались к другой - прямо на краю топи. Наверное, это и есть остановка.

- Помогите! - снова воззвал Умлаут.

Насекомые услышали и взлетели над тропой, создав своими тельцами живой кордон. Столкнувшись с преградой, путешественники отшатнулись. Все трое упали на кучу сухих листьев - вне тропы. Наконец-то они избавились от ее дурного влияния.

Умлаут поднялся на ноги.

- Спасибо, - поблагодарил он. - Вы спасли нас от катастрофы. Что мы можем сделать для вас взамен?

Умная оса приблизилась к ним с очередным плакатиком.

ОНИ ХОТЯТ ПОВОД.

Умлаут озадаченно поморгал. - Лошадиный? Зачем? Не думаю, что смогу его достать, лошади водятся только в Мандении.

ПОСМОТРИ НА ВОДУ.

Посмотрев, он узрел одну из акул капитализма, без отдыха кружившую на месте в тщетной попытке поймать себя за хвост. Чем-то она неуловимо отличалась от своих товарок.

ЭТО ПРИЧИНА. ЕЙ НУЖЕН ПОВОД. НАЙДИ ЕГО.

Оу. Очередной каламбур. Чего еще ожидать от окраины пути наименьшего сопротивления?

Умлаут все равно не понимал, как ему найти это малоизвестное существо.

- Я не уверен…

Кот Сэмми сорвался с места и кинулся в сторону.

- Будет сделано, - пообещал Умлаут, торопясь за ним. - Подожди меня!

Сэмми привел их к другому водоему, где плавало создание, весьма схожее с Причиной.

- Ты повод? - поинтересовался у него паренек.

Это и впрямь был нужный им самец.

- Мы хотим познакомить тебя с одной симпатичной акулой, которая нуждается в компании, - сказал Умлаут. - Попробуем прорыть для тебя канал, чтобы ты мог к ней переплыть.

Сезамия приступила к работе, выгрызая из вязкой земли громадные куски, и вскоре канал между болотцами был готов. Повод присоединился к Причине, которая встретила его с неприкрытой радостью. Прекрасная пара.

Теперь они могли идти по своим делам. Сэмми подыскал другую тропу - безопасную, и они осторожно пошли по ней.

Больше проблем не возникло. Замка путники достигли задолго до появления гигантской улитки, что и неудивительно.

Брианна из Черной Волны заметила их первой.

- Сэмми! - воскликнула она, поднимая кота и гладя его. Тот замурчал.

- Мы видели улитку, - сообщил Умлаут. - Это она приносит письма из Мандении. - О происшествии на злополучной тропе он предпочел не упоминать.

Девушка кивнула.

- Это объясняет, почему они такие старые. Я забрала из подземелья всю кипу, и некоторые лежали там месяцами. Мы понятия не имеем, почему их приносят именно сюда.

- Полагаю, манденийские улитки просто не знают других адресов в Ксанфе, - пожал плечами Умлаут. - Вот и относят всю почту к ближайшему замку.

- Это уж точно. Адресаты самые разные. Зомби разнесут письма. Это займет какое-то время, но все равно они уже просрочены, так что разницы никакой.

- Ладно, думаю, нам пора, - кивнул Умлаут. - Мы хотим исследовать Ксанф, прежде чем Сэмми отправится домой.

- Но он не сможет найти дом, - напомнила девушка. - Я знаю, где он; могу послать зомби, чтобы отвел его туда.

Сэмми спрыгнул с ее рук, показывая, что еще не готов вернуться на остров оборотней.

- Да уж, - пробормотала Брианна, уловив суть. - Думаю, от волков быстро устаешь, а Дженни вызывает аиста. - Она на полсекунды задумалась. - Как, впрочем, и я.

В воздухе перед ними заклубился дым. И сформировался в неясное человеческое лицо.

- Целебно, - произнесли губы.

- Что? - переспросил Умлаут.

- Привет, добро пожаловать, алоха, лабас…

- Здорово?

- Неважно. - Губы сурово поджались, и под головой появилось роскошное женское тело.

- А, привет, Метрия, - сказала Брианна. - Кота Сэмми ты знаешь, а это человек Умлаут и дракон Вздор. - Обернувшись к ним, она представила дымную незнакомку. - Это демонесса Метрия.

Тело уже красовалось перед ними во всех деталях, включая умопомрачительное декольте на очень пышной груди и кокетливую юбочку на такого же размера ягодицах.

- Ты не похож на дракона, - сказала она Сезамии.

Змея быстро сымитировала дракона, исправив оплошность. Демонесса моргнула.

- Может, я и прогудела.

- Про… что? - туповато уточнил Умлаут. Ничего более умного он сейчас из себя выдавить не мог, так как взгляд сфокусировался на вздымающейся груди Метрии.

- Прогремела, пропыхтела, прохрипела…

- Да неважно! - резковато фыркнула Брианна. - Что привело тебя сюда, Метрия?

- А, это, - вспомнила демонесса. - У меня сообщение от волшебника Хамфри.

- От доброго волшебника? Чего ему от нас надо?

- Он хочет знать, что за дармовщину вы наговорили демону Юпитера.

- Что-что хочет знать? - спросил Умлаут, не отрывая взгляда от ее груди. Вдох-выдох.

- Военщину, мужчину, морщину…

- Чертовщину? - предположил Умлаут.

- Неважно, - закатила глаза она и опять сделала глубокий вдох.

- Да хватит уже! - рявкнула Брианна. - Мы ничего не говорили демону Юпитера. Просто переслали ему письмо.

Демонесса начала таять, наконец-то освобождая бедные умлаутовы глаза.

- Хамфри рад будет это услышать.

- Подожди-ка, - остановила ее Брианна. - А что случилось?

Таяние прекратилось сверху, но продолжалось снизу, и через минуту демонессу можно было принять за джиннию из бутылки. Умлаут прикрыл было глазные яблоки, пока они не выпрыгнули из глазниц, но пальцы невольно разжались.

- Да просто какая-то чепуха из-за пятна.

- Наверное, из-за Красного Пятна, - кивнула Брианна. - А нас оно каким боком касается?

- Кажется, Юпитер готов от него отказаться.

- Отказаться от своего Красного Пятна? Почему ты так думаешь?

- Потому что он только что швырнул им в демона Земли.

- Что?

- Бросил, запустил, кинул…

- Перестань! - Брианна схватилась за голову. - Это же не теннисный мячик, а чудовищный ураган! И Ксанф тоже находится на Земле. Если эта штука врежется в нашу планету, она уничтожит ее вместе с Ксанфом. Ужас! Почему Юпитер сделал это?

Метрия пожала плечами, вынудив глаза Умлаута двигаться по той же траектории, что и ее соблазнительные полушария.

- Мне-то откуда знать. Наверное, его чем-то разозлило ваше письмо.

- Письмо! - похолодела Брианна. - Оно его чем-то обидело. Это я во всем виновата, только я.

- Или сахарная вата, - предположил Умлаут.

- Сахарная вата?

- Винная вата туманит голову. Лучше возьми сахарную.

Она подарила ему странный взгляд, и Умлаут понял, что в тему не попал.

- Может, и стоит побаловать себя напоследок. Мы ведь теперь все в глубоком бипе.

- В глубоком чем? - спросила демонесса.

- В навозе, помете, фекалиях, гуано…

- В дерьме?

- Неважно, - строго произнесла Брианна. - Эй, теперь я заняла твое место! Я хочу сказать, мы все в беде, потому что не прочли то письмо сами.

- Любопытно. Ладно, пока. - На сей раз демонесса исчезла слишком быстро, чтобы ее можно было притормозить.

Брианна покачала головой. - Ну и путаница!

Сезамия с Сэмми кивнули в знак согласия.

Глава 3. Испытания

- Не стоило мне находить это письмо, - понурился Умлаут.

- А мне - отсылать его непрочитанным, - поддержала его Брианна. - Остальные я точно проверю. Но сейчас у нас большая проблема. Мне надо посоветоваться с добрым волшебником, чтобы выяснить, что делать. И почему все ужасное случается именно тогда, когда я учусь управлять зомби?

Над головой Умлаута загорелась не очень яркая лампочка.

- Мы тебе поможем, - решил он.

Отвлекшись, Брианна сначала не поняла, что он имеет в виду.

- С чем?

- Посовещаться с добрым волшебником. Мы можем отправиться к нему, чтобы тебе не пришлось. Мы… мы ведь тоже несем ответственность за случившееся.

Брианна поразмыслила.

- Никто не виноват; все произошло само собой. Но справляться с этим как-то надо. Я бы не стала связываться с демоном Юпитера. Ладно, идите, если хотите. Но поторопитесь. Красному Пятну не понадобится много времени, чтобы долететь до Земли.

- Ну, для Сэмми найти замок не составит труда, но пешее путешествие займет несколько дней.

- Нет времени. Вас отнесет Рой.

- Кто?

Однако Брианна уже убежала искать Роя.

Умлаут обернулся к своим спутникам.

- Я подумал, вы тоже не прочь увидеть замок доброго волшебника. Но если предпочитаете там не появляться, могу оставить вас здесь и отправиться сам. Я передам его ответ Брианне, а потом можем продолжить наши приключения, как раньше и планировали.

Змея и кот покачали головами. Они хотели присоединиться к нему сейчас.

- Интересно, кто такой Рой? - полюбопытствовал Умлаут. - Может, кентавр или единорог - в общем, кто-то, способный быстро передвигаться.

Сэмми посмотрел ему за спину и вздрогнул. С Сезамией произошло то же самое.

- Может, он повезет тележку, в которую сядем мы.

Они продолжали пялиться за его плечо. Наконец, Умлаут развернулся, чтобы посмотреть, на что они воззрились.

К ним снижалась громадная птица.

- Рок! - воскликнул Умлаут. - Мы полетим!

И чего животные дрожали?

Затем птица опустилась, и он разглядел ее получше. Рок-зомби.

- О, нет! - выдохнул Умлаут. Но отказываться было слишком поздно.

Все трое обменялись взглядами. Затем пожали плечами. Ну, не будет же полет слишком кошмарным?..

В лапах рок держала плетеную клетку, достаточно большую, чтобы поместились они все. Путники забрались внутрь: Сезамия свернулась на дне, Умлаут с Сэмми уселись на ее кольца.

От взмахов чудовищных крыльев заклубилась пыль, и они оторвались от земли. Может, Рой и был слегка прогнившим, однако маховые перья оставались прочными. Умлаут зажал пальцами нос, и его друзья кивнули. Никому не нравился запах зомби, но выбора у них не было.

Говорить об этом открыто Умлаут не собирался в любом случае. Зачем обижать несущую их птицу? Чтобы та их уронила?

Они смотрели на проносившийся внизу Ксанф, похожий на лоскутное одеяло: синее море по одну сторону, исполинское ущелье - по другую.

- А это еще что? - удивился при виде последнего Умлаут.

Сэмми знал ответ на его вопрос, ему доводилось бывать там раньше. Играя в «да/нет», они постепенно добрались до сути: это был Провал, пересекавший самый центр Ксанфа, позабытый на целых восемьсот лет, благодаря забудочным чарам, но теперь о нем помнили. Его стороны вертикально уходили вниз, и свалившиеся на дно создания не могли выбраться. Провальный Дракон, который там курсировал, был очень рад, обдавая жертв своим ужасным паром и проглатывая их.

- Паром? - уточнил Умлаут.

Да, паром. Существовало три вида драконов: огнедышащие, дымовики и паровики. В Провале жил Паровик Стэнли, способный приготовить вкусное блюдо из любого живого существа, выпустив в его сторону единственную струю пара. Соответственно, он наводил ужас на всех, кроме принцессы Айви, с которой дружил.

- Ты знаешь принцессу Айви? - поразился Умлаут.

Кажется, Сэмми знал вообще всех, кто хоть что-то из себя представлял. Еще до замужества у эльфессы Дженни появилось много друзей, значит, и котик с ними перезнакомился. Он мог найти любого из них, если бы захотел.

Умлауту пришло в голову, что Сэмми очень пригодится в разговорах с важными персонами. Если им понадобится с ними беседовать. Но пока это, наверное, ни к чему, ведь они всего лишь выполняли поручение Брианны из Черной Волны.

Птица стала снижаться. Впереди показались башни замка.

- Это должен быть замок доброго волшебника, - сказал Умлаут.

Сэмми выразительно глянул на него: чей же еще?

Неловко покачав крыльями в воздушных струях, Рой тяжело приземлился, в результате чего с него посыпались кусочки плоти. Слава Иксанаэнному, больше никто не пострадал.

- Спасибо огромное, - поблагодарил его Умлаут, выбираясь из погнутой клетки. Сэмми с Сезамией выскочили оттуда первыми.

Птица кивнула. Затем Рой вновь распростер крылья, наполнив воздух удушающими миазмами и не только, и снялся с места. Мгновение спустя их окутывала только вонь.

- Ну, он быстро нас сюда доставил, - почесал в затылке Умлаут, который не любил говорить о ком-либо плохо. - Мы точно ему благодарны.

Друзья с ним согласились. Теперь они стояли прямо напротив замка, который выглядел намного чище и новее предыдущего, что, впрочем, никого не удивило. Камни из стен не сыпались, над башенками развевались яркие вымпелы, вода во рву была прозрачной, а переброшенный через него мост вселял уверенность.

Какое облегчение.

Но что-то было не так. Приблизившись к замку вплотную, они обнаружили, что перед ними - всего лишь картонный макет. Вода оказалась краской, стены были сложены на манер головоломки… главные ворота тоже были нарисованы и не открывались.

- Это и есть замок доброго волшебника? - спросил Умлаут у Сэмми.

Кот заерзал. Он не полагался на свой талант, полностью доверившись птице рок. Кажется, Рой высадил их у другого замка.

Умлаут вздохнул. Затем прошел по мосту и постучал в нарисованную дверь.

- Есть кто дома? - позвал он.

Внутри большой двери открылась намного меньшая по размерам, и изнутри высунулась голова молодого человека.

- А что, тебе тут нравится?

- Это же картон! - воскликнул Умлаут.

- Ну, может, я слегка перестарался. Видишь ли, мой талант заключается в оживлении рисунков. Поэтому я и нарисовал замок доброго волшебника. Но, полагаю, у всего есть границы, потому что, когда он стал достаточно большим, то утратил плотность. Он настоящий, просто не совсем такой, как я задумывал.

- Поработай над ним еще немного, - посоветовал Умлаут. - Мы ищем оригинал.

- Он к востоку отсюда. Мимо точно не пройдете. - И дверь захлопнулась.

Обойдя картонный замок, путники направились к востоку - и вскоре оказались у бушующей реки. Воды неслись слишком быстро и яростно, не позволяя ее переплыть. Даже Сезамия попятилась.

Умлаут повернулся к Сэмми. - Найдешь помощь?

Кот устремился к северу.

- Подожди нас! - Но ждать Сэмми просто не умел. К счастью, было недалеко.

Они подбежали к двум девочкам, устроившим пикник на поляне. Те с тревогой подняли глаза на незнакомцев. Внезапно в воздухе появилась масса зеленого вещества, которое тут же превратилось в забор между Умлаутом и девочками. Пришлось резко затормозить, чтобы не врезаться. Он опознал защитные чары.

- Мы на вас не нападаем, - обратился Умлаут к девочкам. - Просто ищем кого-нибудь, кто помог бы нам перебраться через реку. Меня зовут Умлаут, а это мои друзья: змея Сезамия и кот Сэмми.

- Сэмми! - воскликнула одна из девочек. Забор опять превратился в зеленое вещество и исчез. Котик присоединился к ним и получил свою долю ласк.

Девочек звали Молли и Келли. Талантом Молли было создавать, а Келли - лепить. Таким образом, Молли сотворила вещество, а Келли придала ему форму забора. Обе горели желанием оказать Умлауту услугу, раз он - спутник Сэмми.

- Если бы вы перекинули мостик через реку, мы были бы вам очень благодарны.

- Перекинем, - пообещала Молли, целуя кота в левое ухо.

- Прямо сейчас, - добавила Келли, целуя в правое.

- Эм, спасибо.

Они направились к реке. Молли сотворила огромный кусок голубого вещества, а Келли вылепила из него арку, которая упала над рекой. Вряд ли мост причислили бы к самым красивым сооружениям Ксанфа, но для их цели он годился. Путники осторожно перебрались на другой берег. Девочки последовали за ними, наклоняясь, чтобы держаться за перила. Их не заботило, какой вид при этом открывается снизу. Умлаут старался не смотреть в их сторону, но безуспешно.

- Эм, спасибо, - неуклюже повторил он.

- Мы способны и на большее, - улыбнувшись, похвалилась Молли, целуя на сей раз уже мочку его левого уха.

- Только попроси, - подмигнула Келли, целуя мочку правого.

Не то чтобы Умлауту не понравилось, но мешкать было нельзя.

- Мы, эм, продолжим свой путь к замку доброго волшебника.

- Жалко, - с непритворным разочарованием вздохнула Молли. - Может, заглянете на обратном пути?

- Может быть. - Он понятия не имел, что у девочек на уме, но узнать это хотелось.

Они пошли дальше. Сезамия бросила на него косой взгляд, и Умлаут понял причину: он не отличался красноречием, был неуклюжим и не представлял собой ничего особенного, так почему особы женского пола питали к нему нежные чувства? Загадка.

До замка доброго волшебника они добрались без дополнительных происшествий. Тот выглядел в точности, как его картонная копия, только вода во рву была настоящей - а значит, и камни в стенах.

- Теперь нам остается лишь войти в замок, отыскать доброго волшебника и спросить у него, что делать с Красным Пятном, - обнадежил друзей Умлаут. - Не так уж и сложно, да?

Однако Сэмми неуютно поежился, да и Сезамия пребывала в сомнениях на сей счет. Что с ними не так?

Затем Умлаут увидел, что на мост свалена груда кусочков головоломки. Каждый из них был раскрашен в черно-белые квадратики. Внутри некоторых белых квадратов виднелись буквы, внутри других - числа в самом углу.

- Это еще что такое? - изумился он.

Сэмми пустился было в сложные объяснения, состоявшие из жестов и мяуканья, но Умлаут прервал его.

- У нас нет на это времени. Давайте просто обойдем эту кучу.

Но все же их одолевали сомнения. Сэмми созерцал кусочки головоломки, Сезамия уставилась на ров. Умлаут тоже посмотрел на воду, но хищников не заметил.

- Мы можем переплыть на тот берег, вряд ли это опасно.

Но стоило ему шагнуть к воде, как в ней тут же появилось сразу несколько чудовищ. Некоторых ему раньше встречать не доводилось, однако у всех были сверкающие глаза, острые плавники и огромные клыки.

- Хотя сейчас слишком холодно, - передумал Умлаут.

Он решил выслушать объяснения Сэмми. Расспросил кота, и вскоре ситуация прояснилась.

- Ты хочешь сказать, что это испытание? Мы не попадем внутрь, пока не решим три задачи? Это же смехотворно!

Но как раз так дело и обстояло. Сэмми уже доводилось сталкиваться с эксцентричностью доброго волшебника. Хамфри не любил, когда его беспокоили пустыми вопросами, и потому каждый, кто намеревался проникнуть в его замок, должен был справиться с возникшими на его пути тремя препятствиями. До тех пор Хамфри беседовать с ними отказывался. Решить головоломные задачи удавалось лишь немногим, поэтому доброго волшебника беспокоили не слишком часто. Перед ними испытание, с которым они либо справятся, либо сдадутся и уйдут прочь, что Хамфри вполне устроит.

Умлаут не мог определить источник, но что-то его бесило.

- Мы пришли задать вопрос, ответ на который может спасти Землю и Ксанф от уничтожения, если не участи похуже, а он ставит нам препятствия. - Спутники не спорили, но обойти этот абсурд возможности не предоставлялось.

Значит, надо разбираться с этой кучей, чтобы своим чередом пройти дальше. В чем загвоздка? Необходимость энергично браться за эту нелепость Умлаут тоже бесила. Знать бы, с какой стороны подойти.

Он поднял белый кусочек с буквой «С» и перевернул его. Обратная сторона пустовала. Умлаут подобрал еще один, с буквой «О». По всей видимости, здесь было много разных букв. Что с ними делать?

Он посмотрел на кота и змею, но те пребывали в таком же недоумении.

- Попробуем сложить их по порядку, - решил Умлаут. Отыскав «А», он положил ее на доски первой и занялся поисками «Б», а потом - «В». Он продолжал, пока перед ними не оказался весь алфавит, после чего сложил цифры - от 0 до 9. Тем не менее, когда Умлаут закончил, ничего не произошло, а в куче оставалось множество дубликатов. Следовательно, это не решение загадки.

- Может, стоит сложить пару слов. - Он набрал побольше букв и выложил «ДОБРЫЙ ВОЛШЕБНИК». И снова результат нулевой.

С него хватит.

- Что мне с тобой делать?

Воздух пошел рябью, и перед ними появилось облако, из которого раздался голос.

- Что у тебя на интеллекте?

- В чем?

- В мозгах, в голове, в памяти, в сером веществе…

- На уме?

- Неважно, - сердито фыркнуло облако.

- Привет, демонесса Метрия.

Облако оформилось в божественную человеческую фигуру. К счастью, на сей раз прикрытую приличным платьем, начинавшимся от шеи и доходившим до колен, так что контроля над глазными яблоками Умлаут не утратил.

- Как ты узнал, что это я?

- Попробовал угадать, и мне повезло. Что привело тебя сюда?

- Тебе не терпится что-то сделать. Естественно, мной овладело любопытство. Я появляюсь везде, где творится что-нибудь интересненькое.

- Почему?

- Рутина утомляет.

- Тебе скучно?

- Можно и так сказать.

- Я устал. Я должен выяснить, что делать с этой проклятой головоломкой, и это меня бесит.

- Ух ты, ну и выражения!

- Ну, я и правда зол. А ты понимаешь, что с ними делать?

Метрия осмотрела кучу.

- Свалить их в ров?

Умлаут обдумал предложение. Потом посмотрел на Сэмми с Сезамией. Этого они и впрямь еще не пробовали.

Подняв кусочек с буквой «А», Умлаут уронил его в воду. Тот бумерангом облетел волны и вернулся в кучу.

- Почему меня мучает подозрение, что это не сработает?

- Понятия не имею, - пожала плечами демонесса. - Я все еще жду, пока ты скажешь, что у тебя на уме. Из того, что касается меня лично.

- Ничего! Я говорил об этой куче.

- Значит, настало время тебя отвлечь. - Ее платье на размер уменьшилось.

- Нет, не настало! - заявил Умлаут. Он начинал понимать, почему Брианна недолюбливала демонессу. Когда та была рядом, и без того трудная задача усложнялась еще больше.

- Ну же, еще на один размерчик? - Платье стало еще короче, а вот тело вместе с ним не уменьшилось; глазным яблокам Умлаута опять приходилось туго.

- Никаких размеров! Исчезни!

- Наверное, тут действительно творится нечто оч-чень интересное, - отметила Метрия, озираясь по сторонам.

Умлаут сообразил, что не следовало призывать ее покинуть окрестности. Его просьба лишь укрепила ее в решении остаться.

Поэтому он попробовал другой вариант.

- Нам предстоит испытание, и мы не можем догадаться, в чем его суть. Но если мы застряли, ничем не поможешь и ты, даже не пытайся.

- Точно. Нет смысла пытаться. Давай лучше вызовем аиста. - Платье сжалось еще на размер, открывая соблазнительные формы.

Умлаут понял, что Метрия просекла его маневр. Она не помогать сюда явилась. Он попробовал игнорировать ее, но это было нелегко. Глазные яблоки давили в глазницах и болели.

Только голос еще подчинялся ему.

- Уноси отсюда свою неприкрытую задницу! - строго рявкнул Умлаут.

На мосту возникла суматоха. Услышав шум, демонесса обернулась посмотреть, невольно освободив глаза паренька. Тот быстро зажал их ладонями во избежание повторной пытки.

- Ничего себе, - присвистнула Метрия, зачарованно глядя на мост.

В самом деле. Кусочки головоломки двигались сами собой, строясь в высокую скользную стену с начертанными на ней по вертикали и по горизонтали буквами.

- Что там? - спросил ошеломленный Умлаут.

- Они складываются в кроссворд, - отозвалась Метрия. - Как ты этого добился?

- Я ничего не делал. Просто пытался от тебя избавиться, и вдруг все началось.

- Нет, это твоя работа, потому что ты пришел сюда с вопросом. Что ты им сказал?

- Ничего! Я сказал тебе уносить отсюда твою неприкрытую задницу.

- Верно, - согласилась она. - А я как раз собиралась ответить еще большей обнаженкой. Вот так.

Умлаут вовремя сжал пальцы, закрывая щелочку, сквозь которую смотрел на кроссворд. В другое время он бы не отказался от подобного зрелища, но сейчас каждая минута была на счету.

- Значит, ты сама понимаешь, что я никак на них не повлиял. Теперь убирайся.

- Ты сделал статью.

Умлаут не собирался переспрашивать, но что-то внутри него не удержалось.

- Сделал что?

- Эссе, новеллу, рассказ, сканворд…

- Кроссворд?

- Неважно, - глянула она остро - так, что на щеке даже образовался тоненький порез.

Над головой Умлаута вспыхнула лампочка.

- Остро! Вот оно.

- Что оно?

- Это кроссворд острых слов. Острослов! Прогоняя тебя, я решил головоломку!

- Но я тебе тоже много всего наговорила, и ничего.

- Испытание предназначалось не тебе.

Метрия обдумала сказанное.

- Черт, он все понял. Проклятье, снова облажалась. - И замолчала.

Секунду Умлаут думал, что она все еще перед ним. Потом Сезамия толкнула его под руку, и он моргнул. Демонесса испарилась.

- Она хотела помешать мне, а вместо этого помогла выдержать испытание, - задумчиво проговорил он. - Неудивительно, что она разозлилась. - И рассмеялся. Острый взгляд сослужил ей дурную службу. Тем более, царапина уже затягивалась.

Они посмотрели на кроссворд, где слова по горизонтали пересекались с вертикальными.

Например, слово КРОСС вело параллельно земле, а слово ВОРД - вниз, через то же самое «О». Раньше Умлаут ничего подобного не видел и был заинтригован. Эффективный способ писать, если места мало или не хватает букв. Черный квадратик обозначал конец слова. Если приглядеться, можно было уловить схематичность. Да, составление кроссвордов - настоящее искусство.

Однако стена все еще блокировала мост (ПОДЪЕМНЫЙ делило букву «О» со словом МОСТ). И он был уверен, что стену не обойти. Значит, либо первое испытание еще не кончилось, либо перед ними - второе. В любом случае, с головоломкой следует разобраться.

Умлаут обратил внимание на то, что в некоторых белых квадратиках буквы отсутствуют. Они сияли пустотой. Также здесь были и непересекающиеся слова. Он гадал, не возникает ли у них чувства незаполненности.

Сэмми боднул его в ногу. Умлаут посмотрел вниз. Приблизившись к левой половине кроссворда, кот потерся о стену.

Оу. Надо уделить больше внимания не форме, а значению слов. Кажется, они представляли собой вопросы. Первым по горизонтали шло: КТО ТЫ?

- Я Умлаут, конечно же, - ответил он. - А это важно?

Глупо разговаривать с доской. Он слыхал о короле, который общался с неодушевленными предметами, и те ему отвечали, но Умлаута наделили иным талантом.

Так с чего бы этой стене-доске интересоваться его именем?

Сезамия коснулась его правой руки. Он взглянул на змею, и та ткнула мордой в центр доски, прямо в несколько пустых квадратиков, идущих подряд. Там не хватало слова.

Над головой снова зажглась лампочка.

- Может, туда поместится мое имя!

Теперь он заметил, что под ногами все еще валяется несколько квадратиков с буквами. Наклонившись, подобрал буквы из собственного имени: У Л А У Т. Недоставало М. Как же ему вписать нужное слово?

Затем он обозвал себя дураком и вставил буквы на свои места. «М» уже была на стене - в пересекающем его имя слове.

Вторая подсказка гласила: 2 по вертикали: КУДА ТЫ ИДЕШЬ?

- В замок доброго волшебника, - нетерпеливо буркнул Умлаут. Но тут же увидел, что ответ не подходит. - По делу. - Тоже нет.

Сэмми дотронулся лапой до его колена. Он посмотрел вниз. Когтями кот очертил на песке круг и положил в его центр красную вишню. Что он имел в виду?

Над головой засияла очередная лампочка.

- Красное Пятно! - воскликнул Умлаут. - Я иду по делу, чтобы решить проблему Красного Пятна!

Но получилось два слова, а место имелось всего для одного - правда, длинного, с окончанием «о». Если слепить их вместе, по количеству букв как раз подойдет. Умлаут быстро вставил квадратики: КРАСНОЕПЯТНО.

Третий вопрос - 3 вниз - был странным: ЧТО ЭТО?

- Клятая проблема, - с полуулыбкой фыркнул Умлаут. Впрочем, он быстро догадался, какой ответ, потому что там уже присутствовала буква «А» из его имени.

Собрав с моста девять букв, он заполнил слово. ИСПЫТАНИЕ.

Доска вспыхнула. С помощью друзей Умлаут преодолел второе препятствие. Несмотря на это, стена не исчезла. Что еще?

- Третье испытание, - пробормотал он. - Как-то связанное с кроссвордом. В чем же оно проявляется?

В голове тоскливо отозвалось эхо. Никаких идей. Умлаут просто стоял и смотрел на доску. Может, с ней что-то не так? Но он ничего не замечал.

Тогда он взглянул на компаньонов. Те погрузились в сон. Сезамия свернулась аккуратными кольцами, и Сэмми устроился в самой их сердцевинке. Голова змеи покоилась на клетчатой книге с единственной надписью «СЛОВАРЬ».

Над головой опять посветлело. Раньше Умлауту никогда не приходило в голову столько ярких мыслей за короткий срок; хорошо что голова еще не пылала.

- Наверное, словарь нужен для того, чтобы проверить, правильно ли написаны слова в кроссворде, - кивнул он.

Нагнувшись, он осторожно вытащил толстый томик из-под головы Сезамии. Однако, пролистав его, ни одного нужного слова не нашел. Как же его применить? На удачу Умлаут прочитал вслух первое попавшееся.

Сэмми издал невнятный мурк во сне.

Словарь превратился в коробку. Может, он предназначался вовсе не для проверки произношения? Может, словарь был волшебным, и каждое слово в нем было заклинанием, одно из которых Умлаут случайно активировал?

С трудом открыв коробку с помощью кнопки, располагавшейся под невидимой поначалу панелью, он увидел несколько мелких вещиц. Они ничем не напоминали заклинания, но, разумеется, он понятия не имел, как должны выглядеть заклинания. Умлаут взял пару крошечных рожков, и в его руках они увеличились. Он попробовал подудеть в один из них, но звука не последовало. Значит, это не рог. А что тогда?

Умлаут примерил первый, нацепив его на ногу. Это и в самом деле была туфля! Вторая тоже подошла. Но, сделав в них пару шагов, он споткнулся и упал. Дело было в обуви; туфли просто отказывались куда-либо идти.

Что-то с ними не в порядке.

Отложив их в сторону, Умлаут взял новый предмет, похожий на ломоть хлеба, который в его руках тоже увеличился до обычных размеров. Но откусить от него юноше не удалось; хлеб оказался резиновым и несъедобным. Может, он и выглядел, как еда, но и с ним что-то было не так. Ботинки, потом хлеб…

Умлаут потянулся за статуэткой, изображавшей девушку с резко очерченными бедрами под юбкой.

На ней была шяпка в виде линзы, готовой излучать свет. Может, это декоративный фонарик? Он направил линзу на стену и сжал в руке тельце, но ничего не произошло. Значит, еще одно сломанное заклинание.

Следующий предмет выглядел, как маленький кусок торта. Увеличившись на ладони, он стал похож на…

- Пандус! - догадался Умлаут. И снова никакого результата. Либо он неверно истолковал каламбур, либо чары не действовали.

- Все в этой коробке испорчено, - вздохнул он. - Может, испытание заключается в том, чтобы починить вещи. Но я ничего не понимаю в магии. Как же исправить то, в чем не разбираешься?

Сэмми приоткрыл глаз и посмотрел на него, как на идиота. Коты славились этим умением. Но почему он - идиот?

- Может, я слишком много на себя беру? - предположил Умлаут. - Эти испытания для всех троих. Что думаете?

Сезамия зашевелилась и, пройдя сквозь обычную рутину из девятнадцати вопросов, посоветовала ему искать заклинание для починки остальных. В этом и могло заключаться испытание: выяснить, как его использовать.

Звучало разумно. Умлаут проверил остальные предметы и нашел миниатюрные шахматы. Наверное, это оно, не зря ведь в те же цвета раскрашено, что и кроссворд. Вытянув руку, он коснулся шахматами туфель-рожков, и те мгновенно загудели: один - низким мужским басом, второй - мягким женским контральто. Рожки заработали.

Умлаут снова надел их на ноги. На сей раз те уже не спотыкались на пустом месте, а радостно гудели на каждом шагу. ДУ-У! Ди-да. ДУ-У! Ди-да. Интересное сочетание. Это и в самом деле оказалась парочка туфельных рожков, звучавших от соприкосновения с землей. Он починил их правильно подобранным заклинанием.

Он коснулся ломтя хлеба, и тот мгновенно нагрелся, потемнев по краям. Он поджарился! Это тост!

Умлаут хотел было съесть вкусно пахнувший кусок хлеба, но его опередила выпрыгнувшая из воды хищная рыба. Мгновенно вцепившись в тост острыми зубами, она опять нырнула в ров.

- Эй! - запротестовал Умлаут. - Ты украла мой обед!

Однако насладиться добычей воровка не успела. Другая хищница откусила половину, и первой тоже досталась только половина. Затем обе всплыли животами вверх. Выглядели они абсолютно дохлыми.

Открыв рот, Умлаут воззрился на них. Что это был за тост? Неужели добрый волшебник хотел его отравить? Но тут он рассмеялся.

- Коматост! - воскликнул юноша. - От него впадают в кому.

Из воды послышался стон, исходивший не от пострадавших рыб, а от их товарок. Они услышали каламбур.

Шахматами Умлаут дотронулся до статуэтки-фонарика, и тот вырос в полноразмерную женщину.

- Светлана, - представилась она, улыбнулась и отправилась выполнять свою работу. Магический светильник. Подействовало. Из воды вновь разочарованно застонали.

Наконец, Умлаут коснулся пандуса. Тот рос и рос, пока не уткнулся в стену с кроссвордом. Теперь, поднявшись по нему, они могли спрыгнуть с противоположной стороны и войти в замок. Препятствие преодолено.

- Думаю, мы справились с последним испытанием, - с облегчением подытожил Умлаут. Он посмотрел на ров. - Как считаете, монстры?

Однако ответа не получил; ровные чудища уплыли.

Троица проследовала в замок. У ворот их встретила молодая женщина.

- Здравствуйте, Умлаут, Сезамия и Сэмми, - поприветствовала она посетителей. - Меня зовут Вира, я прихожусь доброму волшебнику золовкой. Пожалуйста, идите за мной. - Развернувшись, она прошла внутрь замка.

Что-то было в ней странное. Не то, что она знала, как их зовут. Хамфри в качестве волшебника информации известно было все и обо всех - естественно, их имена тоже. Нет, ей взгляд показался Умлауту каким-то не таким.

Сэмми слегка прихватил его за лодыжку. Посмотрев на него, паренек отметил, что кот закрыл себе лапой глаза, будто не мог видеть. Потом пушистик показал той же лапой на Виру.

- Она не можешь видеть? - удивился Умлаут.

- Это правда, - не оборачиваясь, отозвалась девушка. - Я слепа. Но дорогу в замке всегда найду.

Умлаут порадовался, что она не видит, как его лицо залила краска. Он успел забыть, что говорить с животными в присутствии людей небезопасно.

Вира привела их в уютную комнатку, где ждала высокая женщина с закрытым вуалью лицом.

- Это Горгона, форменная жена Хамфри на этот месяц, - представила ее Вира. - Мама-Горгона, с вопросом прибыли Умлаут, Сезамия и Сэмми.

- Разумеется, - кивнула та. - Добрый волшебник скоро вас примет. - Она протянула гостям тарелку с сыром. - Попробуйте горгонзолу.

Умлаут запоздало припомнил.

- Вы… разве вы не?..

- Да, при виде моего лица все каменеют, - закончила она за него. - К счастью, на мне вуаль, как вы могли заметить.

- Эм, да, - согласился Умлаут, смутившись. Развитым не по годам его бы точно никто не назвал. Даже наоборот. Может, потому он так хорошо и ладил с животными. Взяв кусочек сыра, он положил его в рот. Очень вкусно.

Горгона предложила блюдо Сэмми, который стянул лапой кусочек, а затем поднесла оставшееся Сезамии. Ей совсем не казалось странным, что двое из посетителей - животные.

- Ты понимаешь, что за информацию добрый волшебник потребует год службы с каждого или что-нибудь равноценное? - спросила Горгона.

Ой. Умлаут совсем позабыл об этом. Он посмотрел на своих спутников. Те пожали плечами.

- Да, наверное, - ответил юноша.

Несправедливо. Их заставят отслужить за спасение Ксанфа от ужасной опасности… но добрый волшебник был также известен, как брюзга с трудным характером. Это сведет на нет их планы по исследованию Ксанфа.

Когда с сыром было покончено, вернулась Вира. Она покинула комнату без предупреждения; девушка была очень тихой.

- Добрый волшебник примет вас сейчас.

Они поднялись за ней по извилистой лестнице. Умлаут не без интереса посмотрел, как легко подъем дается Сезамии с ее потрясающе гибким телом. Наконец, путники оказались в крохотной, тусклой, пыльной каморке, битком набитой книгами. В центре - на высоком стуле - над огромным фолиантом скрючился гном. Это была знаменитая Книга Ответов, тайный источник сведений Хамфри.

- Вопрошающие здесь, отец, - сказала Вира и отступила в тень.

- Мы хотим узнать, как спасти Ксанф от Красного Пятна, - проговорил Умлаут.

Гном поднял морщинистое лицо. - Доставьте письма.

- Этим занимаются зомби, - кивнул паренек. - А как насчет самого Красного Пятна?

Волшебник не ответил. Его глаза уже снова бегали по строчкам.

Появилась Вира.

- Это ответ, - тихо пояснила она.

- Ответ? Больше похоже на службу.

- И это тоже, - согласилась девушка. - Вам пора. Он сердится, когда посетители задерживаются.

Они возвратились к Горгоне, которая, по сравнению с волшебником, казалась намного более разумной.

- Он не сказал нам, как остановить Красное Пятно, - пожаловался Умлаут. - Велел только разнести письма. Но этим уже занимаются зомби.

- Теперь это стало вашим заданием, - откликнулась женщина. - В ответах Хамфри смысл есть всегда. Надо только их понять. Всегда делайте так, как он говорит. Это поможет.

Умлаут видел, что Сезамия и Сэмми тоже не поняли поручения. Но что еще им оставалось? Раньше ему не приходило в голову, что худшим из испытаний может оказаться разгадывание ответа Хамфри.

Глава 4. Луны принцессы Яне

Ждавшая их в замке зомби Брианна удивилась.

- Хамфри велел вам разнести письма? И это одновременно и ответ, и служба? Похоже, уровень его безумия растет.

- Это уж точно, - мрачно улыбнулся Умлаут, позаимствовав одну из ее фразочек. - Придется нам потрудиться.

- Ага, - согласилась она. - Поможем вам, чем сможем. Установим местонахождение адресатов хотя бы.

- Кот Сэмми на это способен.

Девушка кивнула.

- Я и забыла о нем. Ну, передам вам письма. Но есть кое-что еще…

- Мы должны их сначала прочитать, - вспомнил Умлаут. - Чтобы больше никто не разозлился и ничем в нас не швырнул.

- Это уж точно. Одно предназначалось мне, так что я его взяла. Там просто поздравления со свадьбой и пожелания мне с Джастином всего наилучшего. Кидаться чем-то в кого-то желания не вызывает. Но после реакции демона Юпитера доверять им нельзя. - Брианна протянула ему пакет с письмами. - Полагаю, вы можете забрать их с собой и сделать по пути большой круг, доставив с большей эффективностью, чем зомби. Но вам предстоит тяжелая работа и долгий путь.

- Ну, мы ведь и собирались путешествовать, - храбро заявил Умлаут.

- Тогда вперед! Адресаты ждут вас в каждом уголке Ксанфа. С какого начнете?

Умлаут растерялся.

- Об этом я не подумал. Я ведь их даже не знаю.

- Можешь просто закрыть глаза и выбрать первое попавшееся.

- Нет, нужен более серьезный подход. Некоторые письма потребуют больше усилий… но какие?

Сезамия толкнула его носом в локоть. Он посмотрел на змею.

- У тебя есть мнение на сей счет? Давай послушаем.

После девятнадцати вопросов и ответов ее мнение звучало так: имело значение не количество писем, а их содержание, позволявшее понять, как предотвратить падение Красного Пятна на Землю и Ксанф. Поэтому следовало искать всего одно важное письмо, и не случайным образом.

- Отлично сказано, - похвалил ее Умлаут. - Но как я узнаю ключевое письмо?

- Спросишь у Сэмми, - предложила Брианна.

Он обернулся к коту. - Сэмми, где письмо с Ответом?

Но кот повернулся спиной и устроился подремать на зомби-подушке.

- Так он показывает, что не знает, - пояснила девушка. - Котам не нравится признавать свое невежество. Может, ответ содержится не в письме, а в чем-то, что вы встретите, пока будете их разносить.

- Значит, мы вернулись к пункту первому, - угрюмо пробурчал Умлаут.

Но у Сезамии появилась новая идея, прояснившаяся четырнадцать вопросов спустя.

- Повелитель зомби! Он должен знать, потому что письма доставлялись в его замок. Наверное, он просто забыл упомянуть о том, что их бросают в щель.

В воздухе раздался хлопок, и перед ними появился клуб дыма.

- Бросают во что?

- В отверстие, дырку, прорез…

- В трещину? - поинтересовалось облако, успевшее принять очертания головы с лицом.

- Можно и так сказать, - раздраженно согласился Умлаут. - Привет, Метрия.

Под головой выросло тело с соблазнительностями выпуклостями и всем прочим.

- Так чем вы сейчас занимаетесь?

Умлаут уже постиг ее природу. Если притвориться, что ничего не происходит, это лишь убедит демонессу в обратном. Тогда она останется и нарочно будет мешать, мучая его бедные глазные яблоки, пока те не задымятся. Поэтому юноша предпочел сказать правду, надеясь, что Метрии станет скучно, и она испарится.

- Мы будем разносить письма.

- Зачем?

- Добрый волшебник утверждает, что это разрешит проблему с Красным Пятном демона Юпитера.

- Ах, это. Как зубодробительно.

- Как что?

- Скучно! - быстро сказала Брианна. - Теперь, если ты не собираешься остаться и помочь, почему бы тебе не соблазнить его по-быстрому и покончить с этим?

- Никогда! - И демонесса растаяла.

Умлаут уставился на девушку.

- Ты попросила ее меня соблазнить?

- С ней надо уметь управляться. Она и так пыталась сделать это, поэтому я приказала ей сделать это, и Метрия взбунтовалась, пострадав от последствий собственного каприза. Но больше эта уловка не сработает. Придется тебе придумать новые хитрости. А пока отправляйся к принцессе Яне.

- Но я думал, что мы решили начать с зомби-мастера.

- Он отдыхает в мире зомби на одной из ее лун.

- На которой?

- Это так далеко по цепочке миров, что мы не запомнили номер. Впрочем, зомби-мастер провел к нему короткий путь или, по крайней мере, поставил указатели. Принцесса Яне поможет вам его навестить. Думаю, в этой груде и для нее письмецо припасено; одним камнем двух зайцев убьете. Но помните: надо прочесть каждое перед тем, как его вручите.

- Принцесса Яне - первая, - не стал возражать Умлаут, поудобней перехватывая пакет. - А где она?

Сэмми мгновенно пробудился и скрылся на горизонте.

- В замке Ругна, - ответила Брианна. - Туда. - И указала в том же направлении, куда убежал кот.

- Подожди нас! - закричал Умлаут, устремляясь вслед за Сэмми. Но тот уже оставил их далеко позади. Как эльфесса Дженни с ним справляется?

Сезамия скользила рядом, не испытывая больших трудностей от необходимости продираться сквозь кусты. Она подарила ему взгляд и пригласительный кивок.

Уловив намек, он сымитировал легкого змеиного наездника и вспрыгнул на ее спину. Пальцы проворно ухватились за чешуйки, а Сезамия изогнулась, чтобы Умлаут чувствовал себя, как в седле. Потом, учуяв кошачий запах, быстро поползла в нужную сторону.

- Спасибо! - выдохнул он.

Они мчались через леса и равнины, по холмам и долинам, и даже пересекли парочку рек. Пейзаж проносился мимо с такой скоростью, что Умлаут едва успевал его разглядеть.

Так продолжалось до тех пор, пока они не очутились на берегу третьей речки. В воде нырял не знакомый Сезамии пловец, и змея озадаченно замерла у края набегавших волн. Ей ничего не стоило отпугнать акул и аллегорий, но перед неизвестной угрозой мудрее было спасовать.

Однако это оказался всего лишь мальчик. Увидев их, он выбрался наружу. На шее его были жабры, а руки и ноги - увенчаны плавниками, которые на суше исчезли.

- Меня зовут Кайл, - представился он. - Мой талант - адаптация. Когда мне хочется поплавать, то отращиваю плавники; когда желаю полетать - на спине появляются крылья.

- Я Умлаут с талантом имитации, но мне до тебя далеко. Я просто кого-то изображаю, не по-настоящему. Сезамия обладает схожей способностью.

- Жалко, - сказал Кайл и нырнул обратно в воду, попутно воссоздав на шее жабры.

Путники сделали вывод, что в воде безопасно, и переплыли реку. Умлаут слегка завидовал обладателям более весомых талантов, нежели его собственный, но вслух этого признавать не хотел.

Вскоре показались башни живописного замка. Это был Ругна, прославленная резиденция короля Дора и королевы Айрин. Умлаут гадал, не придется ли преодолевать испытания и здесь, чтобы попасть внутрь, но его страхи оказались безосновательны.

Сэмми пробежал мимо дремлющего ровного чудища прямо в замковые ворота, и Сезамия тоже миновала стража без проблем. Навстречу гостям вышли три маленькие девочки лет примерно шести. На одной красовалось миленькое зеленое платьице, на другой - коричневое, на третьей - красное, под цвет кудрей. На их головах он увидел изящные диадемы.

Сэмми попробовал было проскользнуть и мимо них тоже, но одна стала насвистывать мелодию, вторая заиграла на гармонике, а третья - на маленьком барабане, и трое незваных гостей угодили в магическую сеть. Мощная магия.

- Кто вы? - спросила первая девочка. Затем ответила на собственный вопрос. - Да это же котик Сэмми!

Все знали Сэмми!

Магия ослабла, и сеть исчезла, освободив посетителей.

- А я - Умлаут, а это - змея Сезамия, - представил себя и подругу юноша. - Мы ищем принцессу Яне.

- Мы - три принцессы: Мелодия, Гармония и Ритмика, - завершила знакомство вторая девочка.

- Вы ведь пришли не за тем, чтобы слопать тетушку Яне? - осведомилась третья, подозрительно глядя на Сезамию.

- Мы просто хотим передать ей письмо, - быстро отозвался Умлаут. - И попасть в мир зомби.

- А, тогда все в порядке, - решила первая принцесса. Умлаут подумал, что это, наверное, Мелодия, поскольку девочки говорили строго по очереди, а она обратилась к ним первой, и ее имя тоже назвали первым.

- Она хорошая, - кивнула, должно быть, Гармония.

- Следующая дверь вниз, - сообщила им Ритмика. Сэмми опять сорвался с места.

- Спасибо, ваши высочества, - поблагодарил Умлаут, торопясь за неугомонным котом.

Принцессы исчезли, при чем в буквальном смысле слова. Он был уверен, что к демоническому виду они не относились, но прятали некоторые магические штучки в рукавах.

Дверь отворилась, едва они успели до нее добежать. За порогом стояла взрослая женщина с интеллигентным лицом. Ее корона тоже была консервативной. Вокруг головы вращался булавочного размера шарик.

- Принцесса Яне? - слегка задыхаясь, уточнил Умлаут.

- Она самая, - подтвердила женщина.

- Мы…

- Принцессы уже все разболтали, - улыбнулась она. - Входите же.

- Так они и очутились в ее маленькой комнатке. Сезамии пришлось свернуть свои кольца в самом углу, чтобы поместиться.

- У нас… - снова начал Умлаут.

- Для меня письмо? Как мило!

- Только…

- Вы сначала должны его прочитать? Я не против.

Принцесса Яне отличалась редкой догадливостью. Умлаут копался в пакете, пока не отыскал конверт, адресованный ПРИНЦЕССЕ ЯНЕ, ЗАМОК РУГНА, КСАНФ.

Он чувствовал себя весьма неловко. Надо было просмотреть письмо до визита в замок, но у них почему-то совсем не было времени.

- Дело в том, что…

- Оно может вызвать негативную реакцию, - кивнула принцесса и протянула ему обычный нож для разрезания бумаги.

- Эм, да. - Вскрыв конверт, Умлаут аккуратно расправил сложенный вчетверо листок внутри. - Эм, может, я прочту его вслух?..

- Это было бы замечательно, - согласилась принцесса Яне.

Умлаут по-прежнему неловко мялся, но лучшей альтернативы не предвиделось. Прочистив горло, он прочитал:

Дорогая принцесса Яне,

Несмотря на то, что ты живешь в Ксанфе, а я - в Мандении, думаю, у нас много общего. Вокруг твоей головы кружится по орбите Птеро. На этой планете есть Пирамида, Бублик, Кону и кто знает, сколько еще миров.

У меня тоже имеется множество миров, только, к счастью, они внутри моей головы, а не снаружи. Если бы их видели окружающие, меня тут же отправили бы на медицинские исследования, и психиатр поставил бы диагноз «психические проблемы» (что вызывало бы у людей страх и напряжение по отношению ко мне). Если бы этого не произошло, правительство, вероятно, занялось бы мной вплотную и отправило бы в жуткую научную лабораторию, где на моем мозге проводились бы бесчисленные немыслимые «тесты». В общем, Мандения - странное место.

Мой мир представляет собой целый комплекс мыслей, идей и концепций, одной из которых является Творческий Хаос. Там живет множество личностей; некоторых я даже перечислю по именам: Характер, Воображение, Мифология, Мечтатель и Творец. Другой мир называется Садовым Городком, где умещается вся растительная жизнь Мандении. Третий - Литература с огромным словарным запасом предыдущих поколений и современного тоже. Существуют и другие. Следы всех, кто когда-либо жил в нашей реальности, или появится в будущем - в моей голове полно места для всего.

Все это требует контроля. Иногда слова выскакивают, помимо моего желания. Происходит это ввиду нового манифеста, известного, как Стресс - в Мандении он встречается очень часто, и его следует по возможности избегать.

Хотя мои разнообразные миры населены бесчисленным количеством созданий, я радуюсь, что ни один настоящий человек туда попасть не может. Если бы кому-нибудь это удалось, сектор стресса точно вырвался бы из-под контроля. Восхищаюсь вашими организаторскими способностями!

С почтением, Арджаис.

Умлаут поднял взгляд.

- Это все. Довольно приятное письмо. Нет причин бросаться чем бы то ни было.

- Действительно, - согласилась принцесса Яне. - Но я ценю твою осторожность. Еще больше хаоса нам точно не надо.

- Ты - хороший человек, - сказал Умлаут и понял, что говорит свысока. - Ну, то есть, для принцессы. - Еще хуже. - Эм…

Яне рассмеялась.

- Спасибо. Вижу влияние трех шалуний в диадемах.

- Да, - с облегчением выдохнул он. Она оправдала его неуклюжесть. Учитывая троицу шестилетних принцессок, и впрямь, назвать хорошими можно было не всех. Очень милая женщина.

- Эм, если можно спросить, в чем заключается твой талант?

- Давай отложим ответ до лучших времен, - предложила она. - Твоя задача в данный момент - доставить письмо зомби-мастеру. Это будет посложнее.

- Эм, да, - не стал спорить Умлаут. - Письма нашли в замки зомби, и мы подумали, что ему известно о них хоть что-нибудь.

- Конечно, - согласилась принцесса. Она вообще с готовностью со всем соглашалась. Яне посмотрела на Сэмми и Сезамию. - Вы отлично подготовились к экспедиции. Сэмми установит местонахождение повелителя зомби или Милли-призрака, стоит вам достигнуть мира зомби, а Сезамия обеспечит безопасность.

Разумеется, Умлаут ничего не планировал; все произошло само собой.

- Ну…

- Не хочу вас утомлять, но вы должны знать, что это будет путешествие с ограничениями, - продолжала принцесса Яне. - Видите ли, физически попасть внутрь реальности Птеро невозможно. Туда способны проникнуть только ваши души - вернее, их часть. Мы, конечно же, сохраним тут, в замке, ваши тела вместе с большей частью души.

Услышанное Умлаута не слишком обрадовало.

- С большей частью?

- Существует целая цепочка миров, при чем каждый меньше предыдущего. Таким образом, для путешествия требуется все меньшая частица души. К тому времени, как вы достигнете мира зомби, ее количество и вовсе будет микроскопическим. Поэтому большая часть души останется в ваших телах. Но не волнуйтесь, в мире зомби вы не заметите ее отсутствия и будете видеть и чувствовать себя вполне реальными. Когда наступит время возвращения, просто сосредоточьтесь на этом, и вскоре вы проснетесь тут, покончив со своей миссией.

- Но если миров так много, как мы отыщем дорогу?

- Вас поведет Сэмми. К счастью, зомби-мастер подготовил для тех, кто последует за ним, короткий путь. Он знал, что зомби сообразительностью не отличаются, и не хотел, чтобы они заблудились. Они отправляются туда, чтобы обрести покой, а не блуждать по чужим мирам.

- Эм, да. - Умлаут находил это куда более запутанным, чем хотел признавать. - Мне бы тоже не хотелось заблудиться.

- Ужасно было бы потеряться в полосе юмористических препятствий! Все эти кошмарные каламбуры. Зомби утрачивают способность смеяться практически полностью. Эта часть их мозга портится быстрее остальных. - Она задумчиво помолчала. - Интересно, в этом ли проблема с напыщенными кри-тиками? Гниение мозга. Этим бы объяснилось многое.

- Наверное, - с сомнением согласился Умлаут. Что такое полоса юмористических препятствий? А кри-тик? Может, лучше и не знать.

- А я пока займусь написанием ответа манденийке Арджаис, - заключила принцесса Яне. - Она права: у нас много общего. Мило было с ее стороны отправить мне письмо.

Умлаут гадал, как принцесса по имени поняла, что писала женщина, но спрашивать не стал. Может, это было как-то связано с ее магическим талантом, о котором она еще не поведала.

Принцесса Яне устроила их поудобней, словно расположила на ночлег. Умлаут и Сэмми улеглись на эластичные кольца Сезамии. Затем принцесса дала им кое-что понюхать. Сначала - коту, которого попросила не спешить, потом - юноше.

Он вдохнул и обнаружил, что воспарил к потолку, покинув свое спящее тело. Ощущение было странным. Тело лежало под ним, а он стал совершенно прозрачным и невесомым. Он будто плавал в воздухе. Тело казалось бессознательным, но в остальном ничуть не изменилось. Умлаут превратился в собственную душу.

Оглядевшись, он увидел парившую в воздухе над котом похожу субстанцию.

- Сэмми! - позвал он, не без усилий сформировав рот, а затем - и голову, и тело, чтобы ее поддерживать. Посмотрев вниз, Умлаут убедился, что теперь является точной копией своего спящего тела. Всего-то надо было сосредоточиться.

Тем временем Сэмми последовал его примеру, превратившись из облачка в кота, парящего над свернувшимся в клубок таким же котом. Взглянув в сторону Умлаута, он издал безмолвное «Мяу!». Звуков здесь не было, хотя они и могли слышать друг друга.

От Сезамии поднялась целая полоса тумана и стала неуверенно извиваться, угрожая себе завязыванием в узел.

- Ау, Сезамия! - молча окликнул ее Умлаут. - Скопируй свой образ!

Задняя часть полосы утончилась и заострилась, указав на него. Затем более четкие очертания приняло и остальное тело. Сезамия училась быстро.

Умлаут снова огляделся, на сей раз осматривая уже не себя и друзей. И его посетило странное видение.

Выросшая до невероятных размеров принцесса Яне продолжала сидеть на своем месте, невидяще глядя сквозь них. Она не обладала способностью лицезреть души, но знала, что они там. Подняв руку, женщина указала на свою маленькую луну под названием Птеро.

Туда им и следовало отправляться.

Умлаут сориентировался на крохотной сфере, и та начала разбухать. Принцесса Яне теперь казалась и вовсе великаншей. Соответственно их размерам, увеличилась и комната.

Оу… это они сами уменьшались!

- Летите к луне! - крикнул Умлаут остальным.

Сэмми пришел в движение и прыгнул по направлению к Птеро. Паренек не имел представления, как именно тот прыгает в воздухе, ведь лапам не на что было опираться, но передвигался кот с хорошей скоростью. Умлаут последовал за ним, быстро перебирая ногами, и это сработало. Сезамия поползла, что подействовало не хуже прыжков и бега. Земли под ногами Умлаут не ощущал и понимал, что они просто плыли в воздухе, но тот стал неожиданно плотным, и это им помогало.

Планета Птеро все росла. Теперь ему казалось, что они падают на ее поверхность - в действительности они к ней приближались. Одной из магических штучек Ксанфа была перспектива, которая делала так, что далекие предметы выглядели маленькими, а близкие - большими. Влияла она и на Птеро.

И тут он увидел цепочку светящихся следов в воздухе. Они были слегка размыты по краям, будто кожа на туфлях прогнила. Зомби-мастер отметил путь в мир зомби! Сэмми трусил вдоль него, но по нему мог пройти кто угодно.

След вел прямо на поверхность планеты, которая теперь выглядела просто чудовищно громадной. Отпечатки спрыгнули наземь и направились к замку в отдалении. Маленькая компания повернула туда же. Пейзаж Умлаута почти не зацепил, он отметил лишь цветной туман, окутывающий горизонт.

- Помогите!

А вот этот звук уже ничто не скрадывало; он был настоящим. Девичий голос. Осмотревшись, чуть в стороне Умлаут увидел кустарники и деревья, которые плотно переплелись ветвями. Он остановился, пытаясь вглядеться в чащу.

- Кто ты? Что случилось? - позвал он незнакомку.

- Я Кейтлин, - откликнулась та. - И не могу сказать, что случилось.

Странно.

- Почему?

- Потому что у меня талант, предсказывающий, когда случится беда, а не какая именно. Время настало, а больше мне ничего не известно.

- Тогда откуда ты знаешь, что помощь нужна именно тебе?

- Потому что в беду попаду я. Случится что-то ужасное, если мне не придут на помощь. Поэтому, пожалуйста, помогите! Это займет всего минуту. Молю тебя, о добрый путник.

Умлаут посмотрел на Сэмми и Сезамию, которые тоже остановились.

- Уделим минуту?

Те переминались в нерешительности. След повелителя зомби вел вперед, а не в сторону. Но Кейтлин так горячо умоляла его о помощи, что трудно было отказать. Умлаут решился.

Покинув след, он пошел к чаще. Растительность тянулась полосой, и девушка была на другой ее стороне. Он был почти готов шагнуть в кустарники, когда Сезамия, скользнув вперед, преградила ему путь и покачала головой.

Умлаут заколебался, поскольку знал, что змея заботится о нем. Но потом Кейтлин отчаянно замахала руками, и его решимость вернулась.

- Почему нет? - спросил паренек. - Она нуждается в помощи, и это займет всего минуту.

Сезамия настаивала, и они снова сыграли в девятнадцать вопросов. Змея узнала местность по описанию принцессы Яне: перед ними была полоса юмористических препятствий. Место, где водились вопиюще бездарные и чудовищные каламбуры. Его следовало избегать.

- Но обогнуть его нельзя, - возразил Умлаут. - Я должен пересечь полосу.

Сезамия считала, что отвлекаться не стоит, и следует продолжать путь к зомби-мастеру, чтобы доставить ему письмо. Они помогут дамочке на обратном пути, если та все еще будет нуждаться в помощи. Это звучало разумно.

Кейтлин умоляюще сложила руки и слегка наклонилась, отчего вырез ее блузки превратился в один сплошной намек. Умлаут решил, что лучше помочь девушке прямо сейчас. Переступив через змеиное туловище, он шагнул в заросли.

Он обнаружил, что стоит в окружении трех тарелок с гренками. Возле одной стояла зеленая табличка с надписью «ШАГРЕНЬ», перед другой - красная под названием «ОГРЕНЬ», а третья белая гласила «МИГРЕНЬ». Гренки дымились и вкусно пахли, заставляя его желудок протестующе бурчать.

Перед тем, как отправиться дальше - выручать даму в беде, Умлаут решил на четверть минутку задержаться и перекусить. Но с какой тарелки можно безнаказанно взять? Значения двух каламбуров он не понимал, но «огрень» напоминала ему об ограх, и ее юноша опасался.

Пока он раздумывал, рядом с «мигренью» появился дополнительный ярлычок: «СЪЕШЬ МЕНЯ». Ага, отлично. Взяв гренку из этой тарелки, Умлаут с наслаждением откусил от нее.

Перед глазами мгновенно ударила белоснежная молния. Он протянул было руку, чтобы ее коснуться, но та оказалась иллюзией. Потом у него заболела голова. Боль была нестерпимой; Умлауту чудилось, что голова с минуты на минуту взорвется. Что все это значит? Он всего лишь откусил от гренки.

Вместе с тусклой лампочкой его посетило смутное воспоминание: мигренью вроде бы называли жуткую головную боль. Хорошо, что Умлаут не успел проглотить кусок. Он поспешно выплюнул его.

Боль утихла. Гренки уже не вызывали повышенного слюноотделения. Только теперь Умлаут осознал всю чудовищность здешних каламбуров. Сам виноват: загнал себя в полосу юмористических препятствий. Оглянувшись, никакого прохода в зарослях паренек не увидел. Они тесно сомкнулись за его спиной.

Надо продвигаться вперед. Перед ним было несколько тропинок; какую же выбрать? На них стояли указатели с латинскими буквами и цифрами: G, PG, PG-13, R и X. Умлаут понятия не имел, что означают эти знаки - может, они это были первые буквы имен тех, кто проложил тропы? Самой широкой была тропа под иксом, на нее он и ступил.

Путь ему преградил занавес с надписью: «ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ПОТЕНЦИАЛЬНО ПРЕДОСУДИТЕЛЬНЫЙ МАТЕРИАЛ ДЛЯ БЛЮСТИТЕЛЕЙ НРАВОВ. ЛОВУШКА ПИЛОТОК».

- Мне все равно, - заявил Умлаут, отодвигая занавес в сторону. - Я хочу пересечь эту полосу препятствий.

За кулисами тропа больше не пустовала. Умлаут очутился в стайке привлекательных девушек.

- Посмотрите-ка, кто к нам пришел, - нежно промурлыкала одна из них, в обтягивающей белой блузке.

- Разрешите пройти, пожалуйста, - попросил Умлаут. Красивые девушки в таком количестве и так близко заставляли его слегка нервничать, потому что ничего особенного он из себя не представлял, а сымитировать кого-нибудь получше не додумался.

- Подросток, - улыбнулась другая девица с еще более пышной грудью.

- Наверное, и к Заговору Взрослых еще не присоединился, - протянула третья, крутобедрая и в коротенькой юбочке.

- В таком случае, окажем ему услугу, - решила первая и расстегнула несколько пуговичек на блузке, открывая вид на бюстгальтер, наполненный плотью.

- Плюнем на Заговор Взрослых и покажем ему наши пилотки, - кивнула вторая. Умлаут бросил невольный взгляд на ее голову, но девушка, вопреки его ожиданиям, начала приподнимать подол юбки.

Внезапно до него дошло. Это была тропа дурной репутации! Развратницы собирались показать ему вещи, которых не должен был видеть мальчик его возраста, и они прекрасно об этом знали.

Он развернулся и нырнул обратно, проворно приподняв занавес, который, как Умлаут только сейчас заметил, был вырезан в форме трусиков! Еще чуть-чуть, и он бы отключился. Ловушка пилоток вовсе не была бессмысленным словосочетанием, как ему показалось вначале. Девушки практически ее захлопнули.

Умлаут торопливо вернулся к развилке. Теперь он понял, что значили буквы: это были рейтинги, и «Х» из них - самый запретный. Как по-дурацки он себя повел, выбрав именно его. Он счел мигрень ужасным каламбуром, но этот представлял собой намного бОльшую опасность.

Сориентировавшись, Умлаут пошел по тропе с рейтингом «G», которая вывела его в приятный сад, а потом - к мостику через канаву, где бултыхались каламбуры с гнильцой, начиная с мелкого отпрыска, обозначенного, как «СКУКИН СЫН». Спускаться туда не было никакого желания, уж лучше воспользоваться мостом.

Но теперь Умлаут проявлял осторожность, сообразив, что вся полоса препятствий целиком состояла из каламбуров: средней паршивости, кошмарных и зубо… вернее, головодробительных. Надо смотреть, куда идешь, чтобы не наступить и не вляпаться в какой-нибудь из них. Фу!

Мост назывался «НЕУСТОЙКА». Наверное, он был не слишком устойчивым, и Умлаут ступил на доски с осторожностью. Мост под ногами был достаточно крепким. Ничего не произошло. Все в порядке. Он уже видел дамочку в беде на другой его стороне и уверенно шагал вперед. Вскоре он будет рядом и поможет.

Тем не менее, недоверие не исчезало. Почему каламбур не сработал? Ведь мост недаром назвали именно так. В чем подвох?

Умлаут решил вернуться к началу моста и проверить его, как следует, до того, как его что-нибудь схватит, а не после. Он не хотел рисковать, причиняя себе боль или отключаясь при неожиданном попадании в поле зрения трусиков. А может, его ждет и кое-что похуже.

Развернувшись, юноша попробовал отступить, однако ноги упрямо отказывались идти назад. По этому мосту можно было передвигаться только вперед. Неужели Умлаут уже попал в западню?

Он припомнил название моста. Неустойка.

- Я не смог перед ней устоять! - воскликнул он. Вот в чем заключалась ловушка.

Но к девушке он еще не перебрался, так что, возможно, путь к отступлению все-таки существовал. Умлаут применил другую тактику: вместо того, чтобы поворачиваться, он начал пятиться с моста. И преуспел! Несколько шагов назад вернули его к началу моста. Юноша разгадал каламбур и избежал последствий.

Правда ведь? Он все еще находился в полосе каламбурных препятствий, и лишь мостик вел к выходу из нее. Спускаться в канаву Умлаут точно не собирался. А даме в беде он так и не помог. Следовательно, он ничего не добился.

Кажущаяся победа была призрачной. -*Пи-и-ип*, я сделаю то, что должен, и*пи-и-ип* на последствия! - рассердился Умлаут и снова поднялся на мостик. На сей раз он перешел на другую сторону.

Кейтлин бросилась ему навстречу, прежде чем паренек успел ступить на землю.

- О, благодарю тебя, незнакомец! - воскликнула она. - Ты спас меня.

Обняв Умлаута, девушка наградила его таким страстным поцелуем, что у него аж волосы дыбом встали.

- Но я еще ничего не сделал, - выдохнул он, когда получил шанс перевести дыхание. Ее импульсивность нервировала, хотя поцелуй, к счастью, не пьянил больше вина.

- А вот и сделал, ты пришел на помощь тогда, когда я в ней нуждалась, и теперь мне никогда не придется узнать, что именно мне грозило. Ты заслужил награду, - и Кейтлин снова одарила его чувственным поцелуем.

- Но… - задохнулся Умлаут, подозревая, что это не все.

- Давай уляжемся на мост прямо сейчас и вызовем аиста, - предложила девушка, глядя себе под ноги. Там тут же появился мягкий матрас.

Это начинало напоминать ловушку пилоток, что напугало Умлаута еще больше.

- Я должен вернуться к моим друзьям и объяснить, почему задержался, - сказал он.

- Не получится, - покачала головой Кейтлин, увлекая его вниз.

Он пытался сопротивляться, но она была очень настойчива.

- Почему?

- Не устоим. Твои друзья ни о чем не узнают. - Она уже расстегивала пуговицы на его рубашке.

- Не понимаю.

- Разве ты не видел названия моста? Невозможно устоять перед тем, что на нем случается. Ты ведь не думаешь, что иначе я вела бы себя столь легкомысленно? - Кейтлин тянула его за собой на матрас.

Каламбурный мост все-таки принес ему неприятности.

- Перед чем мы не сможем устоять?

- Перед нарушением Заговора Взрослых, естественно, - И девушка поцеловала его снова.

И тут Умлаут услышал шорох, звучавший, как скольжение чешуек большой змеи. Сезамия спешила ему на помощь!

- Сюда! - крикнул он.

- Проклятье, опять облажалась, - пробурчала девушка и испарилась вместе с матрасом.

Умлаут поднялся на ноги и побежал через мост. Сэмми с Сезамией уже ждали его.

- Как же я рад вас видеть!

Друзья кивнули. Они смотрели на его рубашку.

Оу. Умлаут поспешно застегнул пуговицы. Ситуация явно нуждалась в объяснении.

- Я… - Но больше он ничего выдавить из себя не смог, да и что бы он сказал? Он просто не устоял. Мост не позволил.

Глава 5. Мир зомби

Оказалось, что Сэмми отыскал не очень трудный путь сквозь полосу юмористических препятствий и провел по нему Сезамию. Они прибыли как раз вовремя, чтобы спасти Умлаута от худшей участи, нежели…вообще-то не худшей и даже не страшной, просто иной. Но это не имело значения, поскольку ничего не произошло.

Оставив сад позади, Умлаут оглянулся и увидел Кейтлин, стоявшую на том же месте, где и раньше. Девушка смотрела в канаву, будто ожидая, что оттуда кто-то вылезет. Она вела себя так, словно их пути не пересекались.

Ну, Умлаут не собирался упрекать ее в этом, да и вообще разговаривать - даже за пределами моста. Она явно была не той, кем казалась.

Сэмми нырнул в заросли каламбуров. Раздалось громкое бухтение. Юноша насторожился, но Сезамия никак не отреагировала на звук, поэтому расслабился и он.

Бухтение становилось громче. Что это могло быть? Затем они приблизились к маленькой речке, которая образовывала небольшую бухту. Бухта бухтела. Оу. Очередной вопиющий каламбур. А чего он ожидал?

Дальше по течению река превращалась в веревку. Умлаут притормозил, чтобы удостовериться. Да, именно так: струи воды, переплетаясь друг с другом, постепенно превращались в веревку, которую кто-то перекинул через насыпь. По другую сторону холма река вновь принимала свой обычный вид. Ну, да. Как бы иначе течение преодолело горку?

Умлаут коснулся веревки, проверяя ее плотность. Та с недовольным бухтением отстранилась. Ей не нравилось, когда ее трогали.

Сезамия помедлила, оглянувшись на него.

- Иду, - заверил паренек. - Просто реакцию проверяю.

Змея красноречиво закатила глаза, и Умлаут вспомнил, что у них мало времени.

- Простите, - пробормотал он и побежал, нагоняя друзей.

Вдруг кто-то ужалил его в лодыжку. Это был паук. Нетерпеливо сбросив его, юноша выбежал из полосы каламбуров вслед за друзьями. Но счастливым почему-то себя не чувствовал. Его одолела печаль. Сев на землю, Умлаут застонал.

Сэмми с Сезамией удивленно посмотрели на него, не зная, в чем дело.

- Мне так грустно, - уныло пояснил он. - Все кажется ничтожным и бессмысленным. Не знаю, зачем я вообще ввязался в это депрессивное занятие.

Над его головой грустно моргнула лампочка. Его состояние похоже на эффект каламбура.

- Паук, который меня ужалил! - воскликнул Умлаут. - Черная Вдова! Ее печаль передается окружающим.

Животные застонали. Юмористическая полоса никак не хотела отпускать свою жертву.

Как бы там ни было, теперь, понимая, что случилось, юноша смог преодолеть депрессию, хоть и с трудом, и возобновить свой путь. Вскоре печаль осталась позади. Больше он не собирался влезать в заросли каламбуров.

Им повстречался старик в костюме с орнаментом. Его сопровождало странное приземистое существо, бронированное и вооруженное до зубов. При виде Сезамии старик попятился было, однако Умлаут его успокоил.

- Меня зовут Умлаут, а это мои друзья - змея Сезамия и кот Сэмми. Нам не нужны неприятности. Мы держим путь в мир зомби.

- Я - Дверинец, а это мой друг - броненосец Потемкин, - ответил тот, несколько приободрившись. - Мы ищем доброго волшебника.

Умлаут очень постарался спросить как можно более дипломатично, но вопрос все равно получился неловким, как всегда.

- Разве ты не слишком стар, чтобы проходить испытания и все такое?

- В этом и заключается моя проблема, - кивнул Дверинец. - В этом мире все могут выбирать себе возраст, кроме меня. Моя история такая долгая и грустная, что вы точно захотите выслушать ее во всех подробностях.

- Нет, эм, мы вообще-то спешим…

- Волшебник Хамфри в первый раз женился на демонессе Дане или Даре, и брак их продлился всего два года. Подобно большинству других демонов, она отличалась феноменальной сексуальностью, когда того хотела. Аист быстро принес им первого сына: Дафри. Передав свою душу ребенку, она испарилась, одновременно разведясь с волшебником. Поэтому ему пришлось жениться на девице Тайвань, которая помогала с воспитанием Дафри.

- Очень интересная история, - неискренне сказал Умлаут. - Но мы должны…

- Затем Дара обнаружила, что отдала не всю половину души. У нее все еще оставалось немного совести, мешавшей демонической свободе. Наличие души весьма неудобно для тех, кто привык обходиться без нее. Поэтому к наступлению ночи она нанесла Хамфри визит, притворившись девицей Тайвань, и вынудила его опять вызвать с ней аиста, после чего снова исчезла, и волшебник так и не догадался, что удивительная страсть девицы Тайвань в действительности принадлежала не ей. Аист принес меня. Мой талант - открывать двери в недоступные места.

- Эм, потрясающе. Но…

- Наделив меня оставшейся частицей души, Дара наконец освободилась. Она не слишком-то обо мне заботилась, ведь вместе с душой ее покинули любовь и совесть, поэтому я пустился на поиски отца, не зная, что это - сам добрый волшебник. Я пошел по зачарованной тропе и столкнулся с огромной птицей, Вековой Рок. Обладая материнским инстинктом, она пригрела меня под своим крылом. Там я спал и взрослел, пока меня случайно не освободил броненосец Потемкин. Выбравшись из-под гигантского крыла, я обнаружил, что прожил больше века. Вместо ребенка я стал стасорокасемилетним стариком. Проспал целую жизнь.

- Кошмар, - признал Умлаут. - Но…

- Вот я и решил навестить доброго волшебника в надежде возвратить свою потерянную молодость. Но я не знал, где его искать. Поэтому и открыл дверь в эту реальность, недоступную обычным людям, которые не хотят расставаться со своими телами. Тут я и обнаружил, что он - мой отец. Вообще-то я встретил Дару, и она мне это рассказала, хотя я думаю, что она о многом умолчала. Остается только найти его, но, поскольку здесь он доступен, мой талант не поможет; магические двери открываются лишь в запретные места. Вот я ищу Хамфри по старинке: пешком. Вы его не видели?

- Нет, - покачал головой Умлаут, радуясь, что история наконец-то закончилась. Но потом подумал кое о чем еще. - Как тебе удалось прожить столько лет? Ты пил.эликсир юности?

- Нет.

- Тогда, наверное, ты умер от старости во сне, и сейчас здесь находится твоя душа. Вот чего тебе не сказала Дара. Слишком поздно возвращать молодость.

- А ведь ты прав, - ужаснулся Дверинец. - Какой ужас. - И он удрученно поковылял прочь в сопровождении броненосца.

Умлаут запоздало сообразил, что лучше бы его собеседнику не знать этой правды.

Опять он облажался. Поистине: добрыми намерениями вымощена дорога в ад.

Они подошли к замку, который выглядел в точности, как настоящий замок Ругна. Хотя, вероятно, по здешним меркам он и был настоящим.

Приветствовать их вышли три взрослые принцессы, которые почему-то казались знакомыми. На одной красовалось зеленое, на другой - коричневое, на третьей - красное платье. В руках вторая держала гармонику, а третья - маленький барабан.

Умлаут непочтительно пялился. Это действительно?..

- Привет, Сэмми! - воскликнула первая, поднимая кота и тиская его. - Ты ведь не забыл Мелодию.

- Привет, Сезамия, - поздоровалась вторая. - Не видела тебя с тех пор, как мне исполнилось шесть лет. Рада, что ты не забыла Гармонию. - И обняла змею за шею.

- И Умлаут, - последовала ее примеру третья. - Ты кажешься моложе, чем в моих воспоминаниях. Я - Ритмика.

- Но… но вам же всего шесть лет! - запротестовал он.

Принцессы хором рассмеялись.

- Это твой первый визит на Птеро, да? - лукаво улыбнулась Мелодия.

- Время здесь течет иначе, - кивнула Гармония.

- Мы можем выбирать себе возраст, путешествуя, - пояснила Ритмика. - Сейчас нам по двадцать три года.

Понадобилось еще немного объяснений, чтобы Умлаут окончательно во всем разобрался. Здесь время равнялось расстоянию. Отправляясь на восток, обитатели молодели; на запад - старели. Замок Ругна постоянно передвигался, чтобы живущие в нем могли менять собственный возраст. Все это было в порядке вещей, заверили его принцессы. Шесть лет - единственный возраст, который они не могли выбрать, поскольку по шесть им стукнуло сейчас там, в Ксанфе.

- А это мой жених Недрух, - представила ему Мелодия довольно заурядного мужчину. - Когда-то он был настоящим сквернавцем, но исправился.

Умлаут не мог уловить, в чем тут смысл, поэтому промолчал. Наверное, он ослышался, ведь принцессы бранных слов не употребляют.

- Что привело тебя сюда? - поинтересовалась Гармония.

- Мы ищем мир зомби, - отозвался Умлаут. - След зомби-мастера ведет туда.

- Разумеется, - согласилась Ритмика. - Мир зомби дальше по цепочке. Мы отведем тебя к принцессе Яне. - И девушка взяла его за руку.

Юноша слегка занервничал, ведь она была принцессой на шесть лет старше его и очень милой молодой женщиной, к тому же. Он чувствовал себя не в своей тарелке. Но что он мог поделать? Умлаут позволил увлечь себя в замок. Мелодия несла Сэмми, а Гармония весело болтала с Сезамией. Кажется, она понимала змею даже лучше него. Но, конечно же, они были волшебницами экстра класса, и это здорово расширяло их возможности.

Принцесса Яне выглядела на семнадцать лет старше, чем в прошлый раз, но это явно была та же самая женщина. Вот только ее маленькая луна изменила форму: теперь она стала пирамидкой. Каждая треугольная сторона отличалась цветом, а всего их насчитывалось четыре: красная, синяя, зеленая и серая. Умлаут никогда не слышал о мире в образе четырехцветной пирамиды, но очевидно, тот существовал.

- Тетушка Яне, эти путники направляются в мир зомби, - оживленно сказала Мелодия. - Они идут по следу повелителя зомби.

- Естественно, - кивнула Яне, будто нечто подобное происходило ежедневно. - Нет нужды покидать тела, если путешествуете с этой целью. Просто сосредоточьтесь на следах.

Теперь Умлаут увидел следы зомби-мастера, уходившие по воздуху в сторону пирамидки. По мере приближения к ней они уменьшались. Сэмми уже плыл по воздуху, устремляясь туда же и тоже становясь все крохотней. Сезамия скользила за ним: головка выглядела булавочной, а хвост еще сохранял свой нормальный размер. Быстро поблагодарив принцессу Яне, юноша поплыл-побежал за друзьями.

Вскоре они уже падали в стремительно разраставшийся мир. Пирамида величественно вращалась, показывая одну сторону с довольно острыми краями за другой. Даже мельком увиденная им река изгибалась под углом, резко меняя оттенок вод на другой стороне пирамиды. Законы магии в этом мире явно отличались от привычных, но точно так же было и на Птеро. Раньше Умлаут никогда не задумывался об их изменчивости и многообразии, считая законы Ксанфа общепринятыми для всех остальных миров, за исключением ужасной Мандении, где магии практически не имелось. Интересно, обитателям этих миров Ксанф тоже показался бы чудовищным?

Отпечатки ног начинались на голубой стороне. Здесь все отливало синевой: горы, деревья, реки, животные, строения. Хотя вообще-то они казались знакомыми.

Путники приблизились к сапфировому озеру. Следы пересекали его, и Умлаут с животными уже приготовились пуститься вплавь, когда выяснилось, что ведущая через озеро тропа зачарована. По ней можно было просто шагать, как обычно. Посреди их ждал бирюзовый остров с пляжем того же оттенка и лазоревым домом у берега. Отпечатки вели к двери.

Умлаут постучался, и на пороге появилась принцесса Яне. Ей было почти столько же лет, сколько на Птеро, но здесь она обладала небесно-голубой кожей и васильковыми волосами. Вокруг ее головы кружился бублик.

- Эм, нельзя ли нам попасть в мир зомби? - неуклюже спросил Умлаут. - Меня зовут Умлаут, а это змея Сезамия и…

- Сэмми! - воскликнула Яне, беря кота на руки. У того друзья находились везде. Затем она взглянула на юношу. - Продолжайте идти по следу. Вам повезло, что он оставил знаки, иначе на вашем пути непременно возникли бы сложности.

- Сложности?

- Вам пришлось бы есть, пить, спать и спрашивать направление. Что означало бы взаимодействие с местными жителями. А это уже услуги.

Умлаут все еще не понимал. - Услуги?

- В этом мире любой, кто оказывает услугу другому, прибавляет в весе и размере. А каждый, кто помощь получает, соответственно, их теряет. Поэтому большинство предпочитает помогать, а не просить об услуге, из чистого эгоизма. Вам удалось этого избежать, поскольку след привел вас прямо ко мне, без вынужденных задержек.

- Оу. Да. Спасибо за объяснение. - Одна из мыслей встревожила его. - Ты оказала нам услугу, рассказ это?

Яне рассмеялась.

- Нет. Мы с повелителем зомби договорились помогать идущим по его следу. У нас особое соглашение.

- Соглашение?

- Я могу путешествовать по его следу, когда пожелаю, и смотреть на другие миры. Это его ответная услуга. Мне нравится все новое и интересное.

Странно. Миг спустя Умлаут понял, что его беспокоит.

- Ты можешь отправиться в мир, который вертится вокруг твоей головы?

- Да. Разве это не замечательно? Я долгое время считала, что это невозможно, но потом узнала, что вообще-то путешествие вполне реально, поскольку отправляется туда лишь душа. Мое тело, конечно же, остается здесь.

- Эм, да, - обескураженно кивнул он. С восприятием последней фразы проблем не возникло, ведь их собственные тела тоже остались в Ксанфе, а путешествовали только души, хотя они ничем не отличались от тел, только меньше размерами. Но, попытавшись представить себе, насколько крохотными были они сами и окружающий их мир, и миры дальше по цепочке, Умлаут ощутил головокружение.

- Не пытайся найти в этом смысл, - посоветовала принцесса Яне. - Это одна из тех вещей, которые лучше просто принять на веру, чтобы не сойти с ума. Отправляйся дальше и принимай законы каждого нового мира.

Головокружение начало проходить.

- Так и поступлю. Спасибо.

- Помни, что каждый из миров уникален, там своя культура и свои обычаи. В следующем за услуги отвечают эмоции вместо размеров.

- Не понимаю.

- Тому, кто оказывает услугу, начинает нравиться тот, кто об услуге попросил. Иногда даже доходит до влюбленности. Поэтому будь осторожен и услугами старайся обмениваться в равноценном порядке. Тогда они обнуляются.

- Мы будем осторожны, - пообещал потрясенный Умлаут. Вместо того, чтобы привыкать к новым обычаям, он начинал их бояться.

- А теперь проследуйте на Тор.

- Тор?

- Бублик.

Он снова почувствовал себя дураком.

- Оу. Спасибо.

В воздухе появились следы, ведущие к луне, как и раньше.

Принцесса Яне отпустила Сэмми, и тот взлетел, вновь стремительно уменьшаясь, пока не скрылся в мире-бублике.

- Подожди нас! - запоздало крикнул Умлаут и побежал за ним вместе с Сезамией.

- Приятно познакомиться, друзья! - сказала им вслед Яне, которая за какой-то миг чудовищно выросла.

- Нам тоже, - отозвался он, опасаясь, что из-за расстояния голос его слышно уже не будет.

Опустившись на поверхность Тора, они проследовали к морю Сары и по его волнам - на остров Ниффен, где обитало много диких существ. К счастью, они предпочитали держаться подальше от проложенной повелителем зомби тропы.

Яне этого мира была столь же любезна, как и все предыдущие, и вскоре они уже летели на ее спутник в виде наполненного водой рожка. После этого Умлаут перестал запоминать миры: их оказалось черезчур много, и, несмотря на уникальность каждого, эта вереница просто расплывалась в его голове. Яне с Конуса жила под его огромным морем, внутри заостренного конца. Каким-то образом они получили возможность дышать под водой.

На берегу моря творилось невообразимое; впрочем, сути Умлаут не уловил.

Далее их путь пролегал на Гантель, чья форма отражала название. Там все были фанатами здорового образа жизни, и в самом центре они нашли очень мускулистую Яне. Затем появился мир в виде подушечки для иголок с исполинскими иглами, торчащими из нее. И Спираль, похожая на величественно вращающуюся галактику. И Путаница, напоминающая клубок спагетти. И Пылинки - рассыпанные частицы камешков. Трапеция, Туфля, Взрыв, Головоломка, Осьминог, Тессеракт, Фрактал… они банально не умещались у него в голове, хотя внимания заслуживал каждый. Везде их поражали растения, животные и странные люди.

Наконец, название очередного спутника вызвало у него реакцию: Зомби! Они достигли цели. Мир выглядел, как протухший помидор, но был не менее реальным, чем другие, хотя и таким неуловимо микроскопическим, что Умлаут испытал приступ мигрени, едва вообразив себе это. На морях здесь покачивалась тошнотворная пленка слизи, растения гнили, а с созданий при передвижении щедро сыпались кусочки плоти. Здесь теперь обитали и зомби из Ксанфа. Им тут нравилось.

- Надеюсь, мы быстро справимся, - пробормотал Умлаут. Сэмми с Сезамией кивнули. На планете отпечатки ног заканчивались. Они были предназначены лишь для того, чтобы приводить зомби сюда, а не прямиком к зомби-мастеру. Придется им установить его местонахождение самостоятельно.

Сэмми застыл на месте. Впереди бродили звери с ужасающе острыми бивнями, всем своим видом показывая, что лучше с ними не связываться. Стадо расположились прямо на пути кота.

К счастью, Сэмми вовремя нашел обходной путь и снова рванулся вперед. Умлаут и Сезамия последовали за ним, надеясь, что копия замка зомби находится не слишком далеко.

- Может, они не такие опасные, какими выглядели, - предположил паренек.

И вдруг за ними по пятам с грозным хрюканьем устремился кабан, через владения которого они, вероятно, прошли. В отличие от путешественников, он не стал искать обходных путей и врезался прямо в стадо неизвестных чудищ. Грозно взревев, самый крупный из них ударил врага бивнями. Кабан мгновенно превратился в зомби.

- Зомбивни! - воскликнул Умлаут. - Они превращают в зомби одним ударом! Понятно, что они тут делают.

Происшествие послужило ответом на его вопрос: животные были опасны. Надо их избегать.

Джунгли становились все гуще и непролазней. Дотрагиваться до покрытых слизью деревьев или шагать по чавкающей грязи не хотелось. Обычно Сэмми отыскивал путь, на котором подобных гадостей не встречалось, но в мире зомби те были распространены повсеместно.

Вдалеке заблестела вода.

- Кажется, там чистое озеро, - сказал Умлаут. - Может, построим плот или лодку и переплывем его.

Друзья не возражали. Все трое осторожно пробирались к берегу озера, где стояла черная хижина. Поблизости на волнах качалась привязанная лодка. Идеально. Почему бы не позаимствовать ее?

Из лачуги выглянул черный человек.

- Что я могу для вас сделать? - поинтересовался он, когда путники приблизились.

- Мы хотели бы одолжить вашу лодку, - ответил за всех Умлаут.

Мужчина оглядел их.

- Вы не похожи на зомби.

- Мы живые. Нам надо доставить письмо повелителю зомби.

- Срочное?

Умлаут переглянулся с котом и змеей.

- Вряд ли, но сделать это необходимо.

- В таком случае, я отвезу вас к нему. Меня зовут Престон Черный, - он протянул руку.

Умлаут пожал ее.

- Спасибо. Ты тоже не напоминаешь зомби.

- Я недолго пробыл среди мертвых, и гниль еще не успела появиться на теле. Я даже сохранил свой талант.

- А в чем он заключается?

- Увидишь.

Они направились к лодке. Та была больше, чем казалась издали; место нашлось для всех, включая Сезамию.

Умлаут окинул взглядом озеро.

- Как называется это озеро?

- Это не озеро, а море. Чароморе. Без крайней нужды в воду лучше не лезть.

Подняв шест, Престон ткнул им в воду, и лодка поплыла.

- Ты оттолкнулся от воды! - удивился Умлаут.

- Таков мой талант. Я могу передвигать все, на что давлю.

- Но сдвинулась лодка, а не вода.

- Нет, вода, - покачал головой Престон. - А вместе с ней - и все море заодно, и даже планета. Я оттолкнул их от нас. - И он вновь погрузил шест в воду.

Умлаут решил не спорить, ведь они уже плыли куда требовалось. Мужчина мог быть и прав.

Пока они двигались, заняться было нечем, поэтому Умлаут вытащил письмо, чтобы его прочесть. Таким образом не придется позориться, читая его вслух перед адресатом.

Письмо оказалось от манденийской службы универсальной помощи и поддержки, на нем даже указали дату.

Сэр,

Я долгое время наблюдал за тем, что происходит в вашей стране. Пусть вас не беспокоит, с помощью каких средств это было достигнуто, т.к. это не имеет значения.

До меня дошло, что в ближайшем будущем вы собираетесь передать управление своим замком двум живым людям. Вы считаете, это мудрый ход? Можно ли им доверять? Не забывайте о своем особом положении. Все зомби нуждаются в ваших указаниях и протекции. Если они передали вам на хранение ценные вещи, будут ли эти предметы сокрыты от новых хозяев замка?

Я понимаю, что вы отлично знаете свое дело; иначе вы бы не заняли столь высокое положение.

В любом случае, в результате личного опыта с «людьми» советую вам проявлять осторожность.

С наилучшими пожеланиями, Корпорация Охраны Зомби.

Умлаут обдумал прочитанное. Письмо безнадежно устарело; улитки в плане доставки почты просто ужасны. Повелитель зомби передал замок Дереву Джастина и Брианне из Черной Волны год назад. Поэтому было слишком поздно проявлять осторожность.

Ну, по крайней мере, письмо казалось безопасным. Умлаут сложил его и убрал обратно. Беспокойства оно не доставит.

- Ой-ей, - вдруг произнес лодочник.

Умлауту не понравилось, как это прозвучало.

- Что не так?

- Мы приближаемся к страшному проливу. Там вечно все не так.

На воде впереди, как раз посреди перешейка озера, Умлаут увидел подозрительную рябь.

- А обогнуть его нельзя?

- Не сегодня. Обычно пролив располагается в другом месте, но за ночь, должно быть, передвинулись сюда. Придется рискнуть.

Умлауту стало жутко, но другого выхода он не видел. В любом случае, суденышко уже захватило стремительное течение пролива. Может, сегодня их ждет исключение, и все пройдет, как надо.

- О, нет! - застонал Престон Черный.

Звучало не очень-то многообещающе.

- Что случилось?

- Сегодня дежурят Сцилла и Харибда.

- И что в них плохого?

Престон взглянул на него так, будто это Умлаут был зомби.

- Полагаю, о мифологии ты в жизни не слыхал.

- Думаю, нет, - согласился юноша.

- Когда-то Сцилла была хорошенькой нимфой, но разозлила бога, который превратил ее в шестиголовое и плотоядное морское чудовище. Ее боялись все проплывающие мимо корабли, ведь за раз она могла ухватить с борта шестерых моряков и сожрать их. Вскоре ее научились избегать. Тогда она объединилась с Харибдой - водоворотом, способным проглотить корабль целиком. Пытаясь избежать Харибды, корабль подплывал черезчур близко к Сцилле, и она ловила свою добычу.

- Но разве корабли не могли просто обогнуть обеих?

- Не в узких проливах.

Умлаут начинал понимать.

- Они здесь? Как это произошло?

- Шли века, они постарели, умерли и приглянулись повелителю зомби, который воскресил обеих на условии, что народ Ксанфа те больше не побеспокоят. Вот они и присоединились к нему тут, в мире зомби.

А теперь с этими чудищами столкнулась их лодка. В страшном проливе и впрямь все шло не так. Поворачивать назад слишком поздно; течение уже не отпустит лодчонку.

Умлаут уставился вперед. Справа он узрел громадную воронку, поднимающую со дна тину. Зомби-водоровот. Слева из воды восставали шесть голов, похожих на змеиные.

- Она же змея!

Сезамия проявила интерес. Бросив Умлауту взгляд «предоставь это мне», она выскользнула из лодки, преображая себя имитацией. Мгновение - и у нее выросло еще пять мертвых псевдо-голов. Она была хороша!

Лодочник резко вильнул влево, не желая кормить воронку. Головы Сциллы склонились над ними, готовые схватить жертву; каждая из них казалась более прогнившей, чем другие. Однако на полпути их встретили головы Сезамии. Между двумя морскими змеями завязался диалог. Затем Сцилла отступила и исчезла под слизью и тиной.

- Никогда не видел ничего подобного! - воскликнул Престон. - Что она сделала?

- Думаю, в ней взыграла профессиональная гордость, - пожал плечами Умлаут. - Морские чудовища оберегают свою территорию.

- Мне нравится твоя змея, - одобрительно заявил Престон, когда Сезамия убрала лишние головы, заставив слиться их в одну. - Она только что спасла нас от путешествия в желудок. Разумеется, убить зомби нельзя, это относится и к обитателям мира душ, поэтому я бы просто вернулся в свой дом, когда Сцилле надоело бы жевать и глотать. Но процесс приятным не назовешь.

Умлауту пришло в голову, что их-то, в отличие от Престона, убить можно было, так что путешествие в желудок чудища вышло бы еще менее приятным. Он обнял Сезамию.

- Спасибо, чудовище. - Он не хотел обидеть ее, называя именно так: она ведь и была монстром. Большинство морских змеев гордились своим наследием.

Слегка повернув голову, она поцеловала его в ухо, на секунду сымитировав человеческую девушку. В ухо приятно защекотало.

- Забавно, - вновь начал Престон. - Обычно беды приходят по трое. Мы только что миновали двух чудовищ. Значит, будет что-то еще.

Страшный пролив остался позади. Умлаут огляделся. Где Сэмми?

И увидел, что котик заткнул лапой пробоину - маленькую дырочку в лодке, никем больше не замеченную.

- Нашел. Течь.

Престон подошел к коту.

- Ты прав. Мы могли утонуть, спасаясь от чудовищ. - Сэмми убрал лапу, и в лодку хлынула струйка. Лодочник заткнул ее пробкой. Готово, только в лодке теперь была лужица.

Скоро они приплыли к причалу. На берегу стоял замок зомби - копия того, что в Ксанфе.

- Спасибо тебе, - поблагодарил Престона юноша, когда они сошли на берег.

- Это вам спасибо, - отозвался тот. - Прекрасное вышло приключение. Здесь иногда скучновато.

Путники направились к замку. Через уныло-пенистый ров был переброшен подъемный мост, поэтому они пошли-поползли по нему. Сезамия кинула Умлауту взгляд под названием «знакомо до жути», и он кивнул.

У ворот их встретил зомби.

- У нас письмо к повелителю зомби, - сказал ему паренек. Тот невозмутимо стоял на месте, роняя кусочки плоти. Мгновение спустя Умлаут понял, что ни о чем его не просил, вот зомби никак и не отреагировал. - Пожалуйста, сообщи повелителю зомби, что у него посетители.

Страж поплелся в замок. Вскоре поприветствовать гостей вышла пожилая женщина. Что-то в ней было странное.

- Я - Милли-призрак, - представилась старушка.

- Я - Умлаут, а это змея Сезамия и кот Сэмми. Мы прибыли из Ксанфа с письмом для зомби-мастера.

- Из Ксанфа! - польщенно воскликнула она и всплеснула руками. - Мало кто нас оттуда навещает. Джонатану будет приятно. Идите за мной. - И она повернулась, чтобы проводить их внутрь замка. Но все же что-то в ней было такое любопытное. Может, одежда? Блузка с юбкой очень ей шли.

Внутри замка все изменилось. Пропали гниль со слизью, перестало вонять разложением. Стало, почти как в замке Ругна: ковры на полах, гобелены на стенах, да и вокруг просто сияло чистотой.

Появился повелитель зомби: красивый суровой мужской красотой старик, напомнивший Умлауту распорядителя похорон, хотя раньше ему их встречать и не доводилось. После того, как все перезнакомились, Милли отправилась за угощением, а юноша передал зомби-мастеру письмо.

- Я прочитал его первым. Не то чтобы хотел шпионить, но, когда мы переслали письмо демону Юпитеру, предварительно его не прочитав, он запустил в нас Красным Пятном.

- Понимаю, - кивнул Джонатан. - Осторожность не помешает. - Он посмотрел на конверт. - Кажется, оно было отправлено довольно давно.

- Его принесла гигантская улитка.

- А, манденийская почта. Неудивительно. Мы их ждали, но до переезда так и не получили.

- Улитка передвигалась очень медленно, - признал Умлаут. - Но какой смысл доставлять письма в замок зомби?

- Удобно. Он стоит на берегу реки. Им нужен был подходящий маршрут.

- Они его нашли, - согласился юноша. - Есть кое-что еще: ты знал, что в подземелье томится чудовище?

- Серьезно? Нет. В последний раз я спускался туда прямо перед грозой, чтобы запереть дверь подземелья. Я думал, оно пустует.

А Брианна посчитала, что в подземелье должно жить чудовище. Сезамия стала жертвой неподходящего момента.

Вернулась Милли с подносом, уставленным яствами. Выглядели они здорово, однако Умлаут колебался.

- Не волнуйся, - приободрил его Джонатан. - Эта еда не зомби. Милли готовит только свежее. - Он похлопал ее по ягодицам. - И больше она не призрак, несмотря на имя. Ее талант - сексуальная привлекательность. Возможно, вы заметили.

- Джонатан! - смущенно запротестовала Милли.

Это объясняло, что в ней было интересного. Раньше Умлаут никогда не думал, что старушки могут обладать подобными талантами. Он скрыл неловкость, переменив тему.

- По пути сюда нас почти проглотило шестиголовое морское чудовище. Хорошо, что мы не стали ее обедом.

Джонатан улыбнулся.

- А, вы повстречали Сциллу. Последствия были бы не такими плохими, как вы себе представляете. Опасностям этого мира никогда не сравниться с настоящими - из Ксанфа. Его населяют всего лишь крохотные фрагменты душ, какими бы плотными они ни казались. Вы бы не умерли, а проснулись в Ксанфе, и путешествие пришлось бы начинать сначала. Да, неудобно, но не смертельно.

Оу.

- Мы немного понервничали.

- Мы будем счастливы показать вам мир зомби, - предложил Джонатан. - У нас здесь множество замечательных гниющих существ и предметов.

- Спасибо, но нам нужно доставить и другие письма, - быстро отказался Умлаут.

- Какая жалость. В таком случае, вам лучше поторопиться. Просто закройте глаза, сосредоточьтесь на Ксанфе, и скоро вы туда возвратитесь.

По описанию выглядело слишком просто. Но Сэмми уже закрыл глаза и исчез. За ним последовала Сезамия. Умлауту ничего не оставалось, кроме как распрощаться с гостеприимными хозяевами, зажмуриться и сконцентрироваться.

И его закружило-понесло, будто он все-таки попал в воронку Харибды. Когда Умлаут открыл глаза, он уже снова лежал на змеиных кольцах в комнате принцессы Яне. Они и в самом деле вернулись.

Глава 6. Змей Суфле

Сезамия смотрела, как Умлаут перебирает письма. Одно из них было адресовано королеве Айрин.

Она должна быть прямо здесь, в замке Ругна. Логично будет доставить это письмо следующим.

- К сожалению, сегодня ее нет, - сказала принцесса Яне. - Королевские обязанности, сами понимаете; время человека часто ему не принадлежит. Подождите до завтра. Я уверена, что в замке найдется комната, где вы сможете остановиться и заночевать.

- Но мы не относимся к королевскому семейству, - возразил Умлаут. - Мы просто… мы. Ничего особенного.

Насчет этого он прав, подумала Сезамия, хотя в других предметах нередко ошибается.

- Каждый человек уникален, - заверила его принцесса. - Я сейчас же устрою вас со всеми удобствами, - И она ушла.

Умлаут спросила мнения Сэмми и Сезамии. Коту уже приходилось тут бывать, и он не волновался. Сезамия не чувствовала себя в замке, как дома, особенно после долгого пребывания в подземелье, и поведала ему об этом.

- Может, тебе поплескаться во рву, - предложил Умлаут. - Сымитируешь ровное чудовище.

Идея ей понравилась. Имитация обещала быть легкой, а в воде змея чувствовала себя лучше, нежели на суше.

Появились три маленьких принцесски, такие милые, что вызывали желание их слопать. Не то чтобы Сезамия пошла на это; нарушать гостевой протокол она не собиралась.

- О, божечки! - воскликнула принцесса Мелодия и захлопала в ладоши.

- Вы остаетесь на ночь, - добавила принцесса Гармония, сопровождая слова веселой музыкой.

- Повеселимся! - завершила принцесса Ритмика, подтвердив это барабанной дробью.

Сезамия увидела, как Умлаут попытался обменяться с ней и с Сэмми усталым взглядом, но принцесса перехватила его и направила в потолок. Три шалуньи. Отдых в замке Ругна больше не казался хорошей идеей, но девочки все равно их не отпустят.

- Мы собирались проверить ров, - в отчаянии заявил Умлаут.

Маленькая Мелодия снова захлопала в ладоши.

- Супер! Вы познакомитесь с Суфле!

Сезамия замерла: она остерегалась змей-самцов. Они и забыли, что ров занят.

- Сюда, - пригласила их за собой Гармония.

- Ты ему понравишься, - уверила Сезамию маленькая Ритмика.

Что же делать? Она тщетно пыталась придумать, как выпутаться из неловкой ситуации, потому что принцессы уже потащили их через зал, но в голову ничего не приходило. Сезамия бросила умоляющий взгляд на Умлаута. Он должен был что-нибудь сказать, но, наверное, тоже не мог думать ни о чем, кроме правды. И впрямь.

- Подождите! У нас проблемы! Две или три.

- Нам нравятся проблемы, - подмигнула юноше Мелодия.

- А двойные - тем более, - согласилась Гармония.

- Но больше всего - тройные, - закончила Ритмика.

Да, сбить их с толку было не так-то легко.

- Мы не хотим знакомиться с Суфле, - сказал Умлаут. - Пока что.

- Но он такой хороший змей, - заупрямилась Мелодия.

- Лучший из всех, - вступилась за змея Гармония.

- Он за нами присматривает, - пояснила Ритмика.

Ровное чудище - няня для детей? Что-то новенькое. Сезамии удалось обменяться с Умлаутом взглядом, показывающим, что она все еще настороже. Суфле мог обладать стороной, которую девочки не замечали.

Как же объяснить принцессам положение, не нарушая правила Заговора Взрослых? Тем более, Умлаут имел о нем лишь приблизительное понятие, поскольку сам балансировал на грани доступного возраста. Однако Сезамия знала достаточно, чтобы убедиться: девочки о реальной природе вещей даже не подозревали. Но, являясь человеческими детьми, не понимали ограничений и не принимали их.

Умлаут попытался опять в своей милой неловкой манере.

- Д-другой змей преследовал Сезамию, и ей это не понравилось.

- Мы гоняемся друг за дружкой все время, - неумолимо отмела возражение Мелодия. - Игра так и называется: догонялки. Это весело.

- Они не играли. Ей пришлось спрятаться.

- Может, они играли в прятки, - беззаботно предположила Гармония. - Это тоже весело.

- Ей было совсем не весело. Она боялась, что он… причинит ей вред. - Какое мучение!

На мгновение Сезамия порадовалась, что не ей выпала участь стараться им объяснить.

Девочки посмотрели на него.

- Ты имеешь в виду что-то, чего мы не понимаем? - спросила Мелодия.

- Возможно. Она просто не хочет с ним встречаться.

- Существует только одна вещь, которая действует таким образом, - мрачно сказала Гармония.

Это Сезамии не понравилось.

- Наверное, нам лучше остаться внутри замка, - безнадежно проговорил Умлаут. Он действительно не был хорош в риторике.

- И это - Заговор Взрослых, - триумфально подытожила Ритмика.

Они все поняли. Паренек вспыхнул.

- Нам лучше уйти, - решил он.

- Ну, нетушки, - покачала головой Мелодия.

- Вы скажете нам, что происходит, - добавила Гармония.

- А что происходит? - поинтересовалась принцесса Яне. Как вовремя она вернулась!

Сезамия гадала, было ли это совпадением; взрослые женщины обладали отличным чутьем.

- Ой, да ничего, - невинно сказала Ритмика. Над головами трех принцессок возникли маленькие нимбы.

- Мило, - отозвалась прицесса Яне, которую они не провели. Затем обернулась к посетителям. - Позвольте показать вам вашу комнату.

Их комната находилась наверху и была очень уютной, с огромной ванной, где могла свернуться в воде Сезамия, и наполненным песком ящичком для Сэмми. Умлауту приготовили мягкую постель; угловатые и с торчащими костями, люди предпочитали спать на чем-нибудь нежестком. Однако больше всего внимания привлекал к себе гобелен на одной из стен, изображавший Ксанф во всех подробностях. Его выткали с таким искусством, что пейзаж выглядел совсем как настоящий.

Принцесса Яне заметила интерес гостей к гобелену.

- Надеюсь, вы не станете возражать против присутствия волшебного гобелена, - улыбнулась она. - Он безвреден и развлечет вас, если вы любите наблюдать за чужой жизнью или вам любопытны загадки истории.

- Истории? - непонимающе спросил Умлаут. Сезамия разделяла его недоумение.

- Магический гобелен показывает все, что вы пожелаете, если вам не запрещено на это смотреть. К примеру, вы можете просмотреть собственное прошлое.

- В самом деле? - Они оба были потрясены.

- Я продемонстрирую. - Яне взглянула на полотно, и картинка изменилась. Теперь она показывала Сезамию, быстро скользившую по холмам и долинам. На ее спине сидел Умлаут, а впереди бежал котик Сэмми. Когда компания достигла замка, им навстречу выбежали три маленьких принцесски, а затем вышла сама принцесса Яне. Сезамия была поражена.

- Поразительно, - восхитился Умлаут, выражая ее мысли вслух.

- Просто магия, - откликнулась принцесса Яне. - Я приду за вами, когда пора будет ужинать. - И она покинула их, оставив любоваться чудесной тканью.

- Если она думала, что это нас заворожит, то была права, - сказал Умлаут. - Что посмотрим?

У Сэмми имелась идея. Он попробовал выразить ее жестами, но юноша его так и не понял. Зато поняла Сезамия, которая человеком не являлась - соответственно, физические и умственные ограничения людей у нее отсутствовали.

- Попробуй сам сосредоточиться на картине, - посоветовал коту Умлаут, озвучивая мысли змеи.

Сэмми сосредоточился, и сцена изменилась. Теперь она изображала молодого змея-самца, без устали куда-то скользившего.

- Кто это?

Сэмми подошел к окну и указал лапой вниз, на ров.

- Суфле? Но этот змей молод. Я не встречал Суфле, но полагал, что он намного старше.

Но вскоре они выяснили, что имел в виду кот: это был Суфле в молодости, несколько столетий назад, и с тех пор он почти не изменился. Сезамия удивилась последнему, потому что змеям тоже не дано было избежать процесса старения, хотя гибкости своей они не утрачивали.

- Столетия назад? - усомнился Умлаут. - Он не может быть настолько стар!

Разумеется, Сезамия заинтересовалась. Так она могла заочно познакомиться с Суфле и решить, безопасно ли с ним встречаться.

Они устроились поудобней и стали смотреть. Постепенно Сезамия увлеклась, ощущая себя незримой наблюдательницей, и знала, что остальные испытывают то же самое. Гобелен так влиял на зрителей; может, это было частью его магии.

Суфле беззаботно скользил по окрестностям, плескаясь в попадавшихся по пути лужах. Он был возле озера Огр-Ызок, где огры сосуществовали бок о бок с донными прокляторами: одни жили на берегу, другие - под водой. Змей держался подальше и от тех, и от этих, поскольку прокляторы славились умением насылать проклятия, а огры способны были выжать сок даже из камня, стиснув его в своем огромном кулачище.

Суфле услышал человеческий крик, заинтересовался и пополз на звук. Вскоре его глазам предстала необычная сцена: земля была покрыта копотью и дымилась, языки огня жадно лизали ее, источая облака пара. Зрелище здорово напоминало ад.

Мимо пробежал мужчина. Кричал он. Человек был обнажен и бос; пробегая по горячим углям, он невольно подпрыгивал. Однако избежать их не мог, поскольку за ним гналась стая оборотней - крупных и голодных, с блестящими белыми зубами и сверкающими красными глазами. Их лапы ничего не имели против соприкосновения с раскаленной землей. Звери быстро настигали свою жертву, и мужчина понимал это; с ужасом оглядываясь назад, он видел, что хищники приближаются. Скоро они его поймают.

Суфле скользнул в расщелину, скрывшись из вида. Он хотел понять, что происходит, прежде чем вмешиваться. С одним-двумя оборотнями змей бы справился, но не с целой стаей. Он смотрел, как мужчина и его преследователи несутся мимо.

Затем положение бедняги ухудшилось. Земля вздыбилась обрывом, вертикально уходившим вниз. Внизу смутно виднелось море и дюны, где можно было укрыться, но рисковать прыжком он не мог, слишком велико было расстояние. Человек со стоном отшатнулся от края.

Клыки оборотней щелкнули у его пяток. Звери загнали свою добычу в угол. Он оказался между стаей и пропастью.

Один из оборотней прыгнул, намереваясь вонзить зубы в его ягодицы, и лишь чудом промахнулся. Мужчина испустил очередной вопль и безнадежно шагнул с обрыва. Суфле слышал, как крик летит вслед за ним, эхом отражаясь от скал. Волки раздраженно столпились на краю. Он все-таки сбежал.

Падение грозило неминуемой смертью, но почему-то мужчина не погиб. Уцепившись за уступ, он спрыгнул вниз, упал, схватился за что-то снова, опять прыгнул - и наконец, приземлился на берег. Он обессиленно лежал, но мертв не был: вот пошевелился палец на руке, потом - на ноге.

Суфле заскользил вниз по бесчисленным трещинам в скале, выбирая более подходящий маршрут, чем человек. Он надеялся, что сможет помочь.

Однако здесь, в тени, тоже кое-кто обитал, и возле мужчины уже сгущались тени. Зомби! И умерли они довольно давно; миазмы просто сбивали с ног.

Мужчина подтянулся и, шатаясь, поковылял вперед. Зомби следовали за ним, протягивая костлявые руки. Он попытался бежать, но опередить их не мог. Ему едва удавалось держаться вне досягаемости от скользких пальцев.

Суфле полз сзади, оставаясь под прикрытием, наблюдая. Он все еще толком не понимал, что тут происходило.

Зомби почти нагнали мужчину, но в последний момент тому удалось вскарабкаться на почти отвесный уступ, мимо которого пролегал его путь. Зомби не могли его одолеть, им мешала собственная слизь. Человек снова каким-то образом победил.

Но теперь появилась новая угроза: гротескные тени в небе.

- Вот он! - провизжала одна. Это были гарпии: полуптицы-полуженщины. - Вон Поклеп! Хватайте его!

Поклеп? Что это за имя такое? Суфле продолжал наблюдение и внимательно слушал, не высовываясь, чтобы ужасные гарпии не схватили его самого. Как же этому бедняге избежать их нападения?

Поклеп попытался. Он нырнул под крону ближайшего дерева, чтобы гарпии не могли спикировать на него.

Однако некоторые из них летели достаточно низко и, обогнув дерево, напали на него с обеих сторон.

- Окружайте его! Загоняйте в угол! - скрежетали они. - Наконец-то мы до него добрались!

Почти. Поклеп нашел другой выход. Бросился в морскую пучину. Волны вздымались, угрожая его утопить, но - хотя и не без усилия - мужчина держался на поверхности.

Суфле тихо скользнул в воду, все еще наблюдая. Развязка приближалась.

Вода забурлила, будто из глубины поднималось что-то мощное и чудовищное. Поклев заметил это и поплыл к берегу, но водоворот неумолимо тащил его обратно. Выхода не было. Тем временем над головой кружили гарпии, спускались пологой тропой вниз оборотни, а зомби приближались к морю. Просто на всякий случай. Все карты были в руках его преследователей.

Единственным шансом на спасение был крошечный островок неподалеку, на котором стояла милая девушка, с тревогой наблюдавшая за ним. Мужчина забарахтался по направлению к островку.

Из воды взметнулось щупальце, за ним - еще три таких же. Они напоминали подвижные водоросли, но таили в себе намного большую опасность. Вскоре над волнами качался уже целый их сад, нацеленный на отчаянно бьющего руками и ногами человека.

Все, он пропал. Добраться до островка вовремя бедолага просто не успеет. Чудовище его схватит.

Теперь Суфле узнал его: это был кракен, один из самых устрашающих морских монстров. При виде него девушка набрала побольше воздуха, заставив соблазнительно всколыхнуться грудь, и закричала.

Отличный пронзительный крик. Он пронесся над волнами и отразился от скал. Даже волки, зомби и гарпии на мгновение почтительно застыли. Лишь кракен проигнорировал вопль. У него имелось дело поважнее.

Суфле поплыл к мужчине. Среди людей у него почти не было знакомых, а этого человека он отродясь не встречал, но что-то в происходящем его беспокоило. Может, страх девушки; никогда он не мог проползти мимо дамы в беде, пусть даже она и принадлежала к другому виду. Доплыв до мужчины, он занял место между ним и приближающимся кракеном.

- Убирайся! - прошипел он по-змеиному.

Кракен поднял глаз на стебельке и посмотрел на него.

- Ты еще кто такой? - Он говорил с помощью щупалец, но Суфле его понимал. В конце концов, все морские чудовища могли переговариваться друг с другом, чтобы отличать одну территорию от другой.

- Я - змей Суфле.

- А я - кракен Кракатоа.

- Прости, мы знакомы, - вежливо просвистел Суфле. - Но тебе придется уйти, либо мы переплетемся.

- Нас ждет бой! - согласился кракен. - Тебе здесь не место.

- Я хочу спасти этого человека от ужасной судьбы.

- От ужасной судьбы! - возмущенно просигналили щупальца. - Ты понятия не имеешь, что тут происходит.

- Будь что будет, я забираю его отсюда. А теперь прочь с дороги - или я тебя проглочу.

- Тебе меня не проглотить! - И кракен выбросил в его сторону добрую дюжину щупалец.

Суфле откусил половину.

- Я тебя предупреждал.

- Умно! - просигналил кракен и, к некоторому удивлению змея, убрался с дороги.

Обычно кракены обожали переплетаться в приличной схватке.

Суфле вернулся к мужчине, который все еще бесцельно барахтался поблизости. Подняв его собственным телом, змей поплыл к маленькому островку, куда оборотни с зомби добраться не могли, и высадил человека там.

- Не вмешивайся! - каркнула одна из гарпий, пикируя на Суфле. Тот нырнул, избегая ядовитых когтей. Но примеру товарки последовали еще три гарпии. Махнув хвостом, змей легко отшвырнул их в сторону.

Гарпии спрятали головы под хвостами, разразившись паническим визгом. После этого они держались на расстоянии. Теперь, наконец, Суфле мог заняться спасенным мужчиной со странным именем Поклеп, за которым гнались все эти монстры.

Тот сидел на берегу, вопросительно глядя на своего спасителя. Девушка стояла рядом и тоже в недоумении смотрела на змея. Еще один сюрприз. Благодарность, отчаяние, любопытство - подобные эмоции он бы понял.

Но вопросительно? Что-то тут точно было не так.

Затем человек заговорил.

- Я вижу, ты не понимаешь происходящего, змей, - произнес он. - Поэтому, прежде чем тебя проклясть, я все объясню. Проклятья лучше действуют, когда люди сознают, за что их прокляли.

Проклятье? Все страньше и страньше.

- Дело вот в чем: мы - донные друзья, хотя по ошибке нас называют прокляторами. А еще мы - актеры. И репетировали новую пьесу.

Пьесу! Суфле вспомнил, что подводные обитатели Огр-Ызка действительно обожали театр. Неудивительно, что девица была прехорошенькая; актрисы все такие.

- Эта пьеса называется «Получил по заслугам» и рассказывает о подвиде кри-тика - человеке по имени Поклеп, который получал удовольствие, унижая тех, чей талант в любой области намного превосходил его собственный. Он читал книги, смотрел представления и посещал иллюзорные шоу с одной лишь целью: разрушить репутацию их создателей. Если прицепиться было не к чему, он выдумывал повод. В его голове цель оправдывала средства, а целью было уничтожение всего красивого и популярного.

Случилось так, что у него имелась подруга, которая считала, что может изменить его к лучшему. Она терпела его выходки, отвечая на них добротой. Но в конце концов его подлость и зависть надоели ей, и девушка выпила яд из специально приготовленной им для очередного литератора баночки с ярлыком. Ее время вышло.

Такова жизнь Поклепа. Но поговорим о его загробной жизни. Умерев, он обнаружил себя в аду, сотворенном всеми, кого он гнобил при жизни. Теперь удачал повернулась к нему спиной, и обидчик превратился в жертву. Его безжалостно шпыняли и гоняли с места на место, а добравшись, наконец, до острова, где томилась его мертвая возлюбленная, он упал на колени, моля ее о помощи, но девушка жестоко столкнула его обратно в море. Такова была расплата за его насмешки и издевательства над ее добротой. Теперь настал ее черед потешаться, когда чудовища рвали его на части. - Он сделал паузу, пока актриса демонстрировала, как столкнула бы его своей изящной ножкой. Потом она рассмеялась. - Затем одни чудовища уступают место другим. Лишь после того, как критик на своей шкуре перенесет все страдания, причиненные им окружающим, ему позволят упокоиться с миром. Это отняло бы какое-то время.

Мужчина посмотрел Суфле прямо в глаза.

- Ты, глупый рептилоид, помешал генеральной репетиции. Спутал нам все карты, и теперь придется начинать сначала. Мы против подобных вмешательств, и поэтому сейчас я прокляну твое нынешнее и будущее существование, особенно в плане романтики. А потом мы прогоним тебя со сцены. Живи в собственном аду и не лезь в наш. Понимаешь?

Спорить было бессмысленно, даже если бы Суфле вдруг наделили человеческим голосом. Он хотел помочь, а своим невежеством лишь все испортил. Он знал, что донные прокляторы не склонны были прощать тех, кто их разозлил. Поэтому просто кивнул.

- Мы обрекаем тебя на бесконечную тяжелую работу и нудную службу, пока не встретишь свою настоящую любовь, которая примет тебя или оттолкнет. - Мужчина махнул рукой, и девушка повторила его жест. Они словно бросили в Суфле невидимый предмет, и змей ощутил удар.

Внезапно он похолодел от ужаса. Он понимал, что это влияет проклятье, но осознание ничего не меняло. Змей скользнул обратно в море и поплыл от островка как можно быстрее. Кракен преследовал его в воде, гарпии атаковали с воздуха, а оборотни с зомби бродили по берегу, чтобы предотвратить его появление на суше. Но что хуже всего, Суфле слышал, как актриса смеется над его мучениями, и смех ее был полон презрения. Какое постыдное отступление… на это донные прокляторы и рассчитывали.

Суфле погрузился в холодную темную пучину. Туда за ним мог проследовать лишь кракен, но, потеряв полдюжины щупалец, он уже не мог сравниться со змеем в скорости. Суфле удалось сбежать. От врагов, но не от проклятья. Отныне он искал самой тяжелой и нудной работы, которая в итоге свелась к охране рва. Там было совсем не так, как в море. Ров был узкий и мелкий, и кругом огибал замок. Нередко в нем скапивалась грязь - именно сюда просачивались отходы жизнедеятельности хозяев и прислуги. Ни одно уважающее себя чудовище не согласилось бы на такую работу без уважительной причины. У Суфле она имелась, в результате чего за несколько веков он успел послужить каждому из замков Ксанфа: и приличным, и не очень. Раньше он изнывал тут от скуки, но затем, с появлением Розы Ругна, обстановка изменилась к лучшему. Добрый волшебник Хамфри со своими женами тоже разбавили его будни, а безымянный замок, паривший в небе, завораживал змея. Позже замок Ругна населили заново. Теперь здесь звучал топоток детских ножек, а во рву слышны были плюхи и всплески. Они даже позволили ему иногда присматривать за принцессами. Поэтому, хотя проклятие продолжало преследовать Суфле, больше оно его не беспокоило. Разумеется, ему хотелось когда-нибудь снова нырнуть в настоящие соленые волны, исследуя бездны и впадины, но покинуть замок - до тех пор, пока проклятье не изживет себя, - змей не мог.

В итоге о романтике оставалось забыть. Столетиями он не видел здесь змею-самку, и, разумеется, которая из них вообще согласилась бы водиться с низкоранговым ровным чудищем? Шансы Суфле когда-либо отыскать любовь всей жизни, или даже мимолетно с кем-то познакомиться, равнялись нулю. Разве что каким-то образом ему удалось бы обойти проклятие… но как?

Вот Суфле и выживал, сосредоточившись на хорошем. Сейчас здесь было терпимо. Проклятье имело одно преимущество, которое змей разгадал не сразу: он не старел.

Он пребывал в своего рода спячке, неспособный состариться, потому что угасание с последующим исчезновением освободило бы его от обязанностей. Поэтому он выглядел так же молодо, как и прежде. Изменились лишь манеры; все же время и опыт наложили свой отпечаток. Если бы проклятье исчезло, змей бы снова начал взрослеть, но оно того стоило бы, ведь он наконец-то смог бы вернуться в море и найти свою настоящую любовь. Об этом он и мечтал.

История окончилась на Суфле, дремлющем во рву. Сезамия сообразила, что волшебный гобелен сохранил последовательность событий: от прошлого к настоящему. Картинка больше не двигалась, показывать было нечего.

Посмотрев на Сезамию, Умлаут заметил в уголке ее глаза слезинку. Над головой змеи летали маленькие сердечки. Пожалуй, она слишком втянулась в историю жизни Суфле и по ходу действия влюбилась.

- Наверное, ты и есть его настоящая любовь, - кивнул юноша. - По крайней мере, сможешь ею стать, если захочешь. Если существует способ обойти проклятие. Кажется, бояться Суфле не стоит; он очень хороший змей, несправедливо наказанный за доброе намерение.

Именно это она и чувствовала.

- Давай спустимся и познакомимся с ним, - предложил Умлаут.

Они сошли вниз по лестнице и направились ко рву. Однако, стоило им приблизиться, как Сезамия отпрянула, сама того не желая. Проклятье заставляло ее избегать общества Суфле.

- Это подтверждение, - сказал Умлаут. - Ты и есть его любовь. Ты не можешь подползти к нему близко. А вот я подойти могу. Передать ему?

Сезамия печально кивнула и уползла назад в отведенную им комнату. Она будет наблюдать за их встречей по магическому гобелену.

Умлаут с Сэмми вышли на подвесной мост. Суфле вынырнул из спячки и подплыл обнюхаться с котом. Им явно уже доводилось встречаться.

- Эм, меня зовут Умлаут, - представился юноша. - И у меня, гм, сообщение для тебя. - Сезамия не слышала слов, но понимала, что он говорит, по неловким движениям губ. - Мы только что просмотрели историю твоей жизни на волшебном гобелене и знаем, что давным-давно тебя прокляли. Мы считаем, что наказание не соответствовало проступку; ты лишь пытался помочь.

Суфле одобрительно кивнул. Он понимал каждое слово, даже при том, что сам не обладал способностью ответить по-человечески. В этом он был похож на Сезамию; многие животные в качестве второго языка выбирали людское наречие.

- Со мной путешествует змея по имени Сезамия с талантом к имитации; у меня такой же. Она остерегалась самцов своего вида, с одним из которых ей не повезло, но теперь прониклась к тебе доверием. Она хотела поприветствовать тебя, но проклятье не подпустило ее близко. - Умлаут сделал паузу, давая змею время обдумать значительность сказанного. - Я думаю, она и есть твоя нареченная. Вот почему ее не пускает проклятье. Но может, мы отыщем способ с ним покончить. И тогда…

Суфле благодарно кивнул. Он все понял. Затем змей медленно погрузился в воду, и над его головой всплыло одинокое алое сердечко. Умлаут сделал доброе дело, даже для человека, и Сезамия оценила его заботу.

Умлаут с Сэмми возвратились в комнату, чтобы присоединиться к ней.

- Замечательный роман, - сказал паренек. - Вы не можете встретиться друг с другом лично, но все понимаете.

И в самом деле, Сезамия все еще неотрывно смотрела на гобелен, где на волнах покачивалось сердечко Суфле.

Позже принцесса Яне явилась препроводить их на ужин. Это было довольно аристократическое мероприятие, оживленное не только присутствием трех маленьких принцесс, но и их одиннадцатилетними кузинами - принцессами День и Ночь, а также их матерью - Электрой. Пока три юные принцессы забавлялись и проказничали, две старшие шалили по-своему. День, обладавшая огненно-рыжими волосами и зелеными глазами, оделась во все яркое. Она могла рассказать все о любом живом существе. Ночь -с волосами цвета ночной кобылки и черными глазами, в одежде предпочитала темные тона и могла поведать все о любом неодушевленном предмете. Сезамия подумала, что к возрасту, когда девочки присоединятся к Заговору Взрослых, они станут весьма опасными.

Для Сэмми и Сезамии накрыли отдельный стол. Обычно животные не ели в королевском трапезном зале, но в качестве особых гостей пригласили и их. История о Сезамии и Суфле мигом облетела присутствующих; юные принцесски вечно держали ушки на макушке. Змеям сочувствовали.

Когда ужин подошел к концу, сестры День и Ночь тихо подошли к Умлауту.

- Ты интересный, - заметила День. - Ты не живой.

- Я не живу здесь, - ответил тот, опешив от подобного заявления.

- И не мертвый, - сказала Ночь. - Поэтому мы ничего о тебе не знаем.

Они говорили серьезно.

- Не понимаю.

- Мы тоже, - кивнула День, и девочки отошли.

Действительно странно. Но потом к нему присоединились Сэмми с Сезамией, притворяясь, что ничего не услышали, и короткая беседа вылетела у него из головы.

Тем же вечером, пока остальные смотрели магический гобелен, интересуясь активностью котов и змей по всему Ксанфу, Умлаут прочел письмо, адресованное королеве Айрин. Его губы шевелились, и Сезамия могла понять, о чем оно.

Дорогая королева Айрин,

Желаю тебе всего наилучшего в твой День Рожденья, который будет на следующей неделе, 15-ого апреля.

Мне всегда нравилось имя «Айрин», так зовут одну из моих дочек. Она не королева, но в стране по ту сторону океана была бы принцессой. В этой части Мандении она просто жена и мать двух прекрасных девочек, Джордин и Дженни - как наша подруга эльфесса Дженни. Айрин - домохозяйка. Ах, да, еще она занимается карате, чтобы уметь защитить себя. На случай, если повстречает древопутану или огра. Она думает, что материнство делает ее слишком взрослой, чтобы кокетливо вскрикивать или давать волосам развеваться по ветру, но против пинков ничего не имеет, лишь бы приносили пользу.

Тебе известно, что Айрин означает «мир»? По крайней мере, тут.

Кстати, позволь запоздало представиться. Меня зовут Арджаис, и меня приковали к Мандении много лет назад. Я уже писала Брианне из Черной Волны и эльфессе Дженни. Надеюсь подружиться со многими жителями Ксанфа, поскольку верю, что мой дом - именно там. Мой талант заключается в том, чтобы видеть людей, места и события в Ксанфе. Еще я умею выращивать растения, прямо как ты. Хотя в Мандении и нет магии, кроме моих видений (и радуги), садоводство доставляет мне большое удовольствие.

Хотела бы я, чтобы нашелся способ встретиться с тобой. Разве не замечательно было бы обменяться семенами растений из твоего и моего мира? Надеюсь, мое следующее письмо застанет тебя до того, как вы с Дором сойдете со сцены.

Арджаис.

Письмо казалось вполне себе обыкновенным. Сезамия не видела ничего, что вызвало бы гнев или решило проблему Красного Пятна. Разумеется, и это письмо побило все сроки давности - тем более, их доставляли не по порядку. Однако, несмотря на последний факт, в чем же крылся их секрет?

На следующее утро королева Айрин с королем Дором вернулись из своей поездки и встретились с визитерами.

Сезамия ожидала церемониального приема, но все было испорчено голосами. Оказалось, что талант короля Дора заключался в том, что вокруг него все неодушевленные предметы разговаривали, да еще и с особым нахальством.

- Посмотрите-ка! - прокомментировал их появление пол. - Маленький кот и большая змеюка.

- Она притащила с собой сухой паек, - рассмеялась одна из панелей, которыми были обиты стены.

- Если вы, недоделанные дрова для камина, закончили, - строго обратилась к ним королева Айрин. - Мы продолжим.

Те умолкли. Они явно поняли намек.

Королева Айрин окинула юношу властным взглядом.

- Полагаю, ты мне кое-что принес.

- Эм, да, Ваше Величество, - моментально покраснел Умлаут. В конце концов, он стоял перед королевской особой; Сезамия тоже растерялась бы перед лицом короля змей. Он протянул королеве конверт.

Та прочла письмо чрезвычайно быстро, едва проглядев его по диагонали.

- У нее дочь Айрин и внучка Дженни, - сообщила она королю Дору.

- Мило, - любезно отозвался он.

Королева Айрин посмотрела на Сэмми.

- А как поживает настоящая эльфесса Дженни? - поинтересовалась она. - Полагаю, статус замужней дамы ей к лицу, как и статус принцессы.

Сэмми кивнул.

Она перевела взгляд на Сезамию.

- А тебе, кажется, предстоит разрушить проклятье. К сожалению, в этом мы бессильны тебе помочь. Проклятье обычно убирает тот, кто его наложил.

Сезамия кивнула. Присутствие королевы слегка на нее давило. Кажется, Айрин не слишком любила вести беседы.

- Я могу заставить персонажей гобелена вам отвечать, если это поможет, - предложил король Дор. - Но сомневаюсь, что это поможет убрать проклятие. Гобелен показывает то, что уже случилось, а не что могло бы произойти.

Сезамия кивнула; она пришла к тому же выводу.

- Вероятно, аннулировать проклятье мог бы демон Иксанаэнный, если бы того пожелал, - продолжал Дор. - Но он редко интересуется делами смертных.

- Кроме собственного романа со смертной, - безнравственно заметил трон. Несколько половиц захихикали.

Взгляд Айрин вернулся к Умлауту.

- Кому предназначено следующее письмо?

Об этом юноша еще не подумал. Способность планировать наперед не была его коньком.

- Эм, я искал адресатов, живущих недалеко друг от друга. - И он принялся рыться в пакете, становясь еще более неуклюжим. Тот упал на пол, и конверты рассыпались. На одном из писем было выведено знакомое имя.

- Принцесса Айви, - прочитала вслух половица.

- Наша дочь, - резюмировала королева Айрин. - Как мило. Но сейчас ее нет в замке Ругна. Вот почему мы присматриваем за тремя малютками-принцессами.

Умлаут решил, что это приговор.

- Эм, а где она? - спросил он, дрожащими руками собирая письма.

- Они с Греем навещают его родителей на Кошачьем Острове. Не самое доступное место.

Сэмми огромными прыжками кинулся прочь. Если Умлаут не отличался ловкостью, то кот - терпением. Вот почему так хорошо было путешествовать в компании разумной змеи.

- Спасибо, Ваше Величество! - Поскользнувшись, паренек почти растянулся перед троном.

К счастью, Сезамия, предвидя это, поддержала его собственным телом.

- На здоровье, - откликнулась королева Айрин, и по ее губам пробежал легчайший намек на улыбку, будто она увидела что-то забавное. Из нее вышла бы отличная змея.

- Наконец-то мы от тебя избавимся, болван! - фыркнула другая половица.

И троица покинула тронный зал, а затем - и замок. По неясной причине Сезамия пребывала не в духе, хотя лично к ней оскорбление не относилось. Она уж позаботится о том, чтобы этот простачок не пострадал, пока она рядом. В конце концов, он был достойным человеком и помог ей выбраться из подземелий зомби.

Глава 7. Срезание углов

Сэмми, как обычно, рванул вперед. Умлаут сымитировал змеиного наездника, а Сезамия - черную скоростную гадюку, и им удалось сократить дистанцию наполовину.

Кот мчался на запад. Между путниками и кошачьим островом явно пролегали самые разные виды местности и проживали всякие необычные виды людей и животных, не говоря уже о магии. Но Сэмми выбрал путь, позволяющий их избегать. Его компания поистине была преимуществом. А недостатком являлась скорость: кот либо скакал очертя голову, либо дрых без задних лап и никуда не двигался; промежуточного состояния не имелось.

Несмотря на стремительное передвижение, берега они достигли нескоро. Умлаут успел проголодаться.

- Не остановиться ли нам перекусить? - крикнул он друзьям.

Сэмми услышал его. Вильнув в сторону, он привел их к пирожковиям. На сей раз с ними все было в порядке. Здесь произрастало великое разнообразие пирожков. Умлаут нарвал себе с вишнями (не бамбуховыми), Сэмми - с кошачьей мятой, а Сезамия - с печенью (перепеченные и недопеченные пирожки она благоразумно трогать не стала).

Но прежде чем они покончили с обедом и прибрались за собой, что-то показалось высоко в небе, на севере. Это был сгусток серого тумана, плывший прямо над лесом. Он медленно дрейфовал то к востоку, то к западу, будто выискивая что-то. В процессе он явно выдыхался.

- Какое уродливое облако, - заметил Умлаут.

Сэмми посмотрел на него так, будто юноша сморозил глупость.

- Нет, ну правда, - защищаясь, сказал тот. - Что с ним не так?

Сэмми подал сигнал начать девятнадцать вопросов и ответов, и Умлаут послушался. Вообще-то, он придумал кое-что получше: сымитировал кота, чтобы полностью понимать Сэмми.

Кошачий оказался вполне доступным, если не легким языком. Вскоре он понял, что натворил: обидел Тучную Королеву - худшую из всех туч с ее дурным характером. Она как раз искала парад или пикник, на который можно было бы пролиться дождем. Их маленькая группка как раз напоминала пикник. Теперь им достанется по полной.

- От этого клочка тумана? - с недоверием уточнил Умлаут. - Из него даже десяти капель не выдавишь, не говоря уже о грозе.

Но Сезамия тоже с тревогой смотрела вверх. Паренек задрал подбородок и увидел, что туман потемнел и увеличился. На его поверхности появилось выпуклое лицо. Вытянув руку, Умлаут смерил его и нашел, что облачко едва помещается между большим и указательным пальцами, о чем и сообщил компаньонам.

Однако животные нешуточно разволновались. Им хотелось поскорее убраться отсюда.

- Ладно, - согласился юноша. - Оставить его позади будет нетрудно. К тому же, нам все равно пора на Кошачий Остров.

Сэмми вздрогнул. Тучная Королева наверняка подслушивала их беседу. Теперь она знает, куда они направляются.

- Ну и что? - упрямился Умлаут. - Это же просто пар.

Но сомнение в напряженных позах его друзей не исчезло. Они пустились в путь, однако теперь и он опасался угрозы с неба. Юноша постоянно оглядывался, дабы убедиться, что они обогнали темное облако, но то держалось прямо за ними, продолжая расти. Наверное, этому способствовал случайный воздушный поток. Как вообще туча может решить, куда ей плыть?

Их нагнал порыв холодного ветра, и вниз упали первые капли дождя, которые путники едва успели опередить.

Умлаут начал волноваться.

Может, товарищи правы? Ему никогда не доводилось слыхать о разумных облаках, лично выбирающих себе траекторию, но в Ксанфе возможно все - тем более, у Тучной Королевы, кажется, была плохая репутация.

Они быстро неслись вперед, но лишь до тех пор, пока прямо перед ними в землю не ударила молния. Зловеще зарокотал гром. Молния выжгла участок земли дочерна и попыталась развести костер из сухих листьев. Это уже опасно!

- Надо найти укрытие! - решил Умлаут.

Сэмми опять резко скакнул в стороны и через полторы секунды привел их к укромной пещере в холме. Они забрались внутрь, и за ними злобно и хлестко хлынул проливной дождь. Внутри оказалось чисто, просторно и тепло.

- Спасибо, Сэмми, - поблагодарил кота Умлаут. - Идеальное убежище.

Но кот с виноватым видом мяукнул, и после очередного ряда вопросов-ответов прояснилась причина: да, это была ближайшая удобная пещера, но до идеала ей далеко. Они проникли в дом птеро-дактиля, которому удалось сбежать с луны принцессы Яне - Птеро. Он считался ужасным мизантропом и оказывал вредное влияние на окружающих. Если хозяин вернется до окончания грозы, посетителям не поздоровится.

- Меня это не беспокоит, - пожал плечами Умлаут. - Я точно не собираюсь выходить под ливень.

Теперь гром гремел непрерывно, сопровождаемый ослепительными вспышками молний, а завеса дождя была столь плотной, что напоминала водопад.

Сезамия принюхалась и нервно заерзала.

- В чем дело? - раздраженно спросил Умлаут.

Но, прежде чем она успела ответить, вход в пещеру заслонило что-то громадное, уродливое и очень мокрое.

- Ты еще кто такой? - сердито осведомился паренек. Его настроение испортилось. Как будто одной грозы мало… не хватало только новых осложнений.

Первое, что он увидел, был длинный зубастый клюв, который просунулся в пещеру. Над клювом сверкали гневные маленькие глазки с красными прожилками. При ходьбе странное существо помогало себе не только когтями, но и кожистыми рукокрыльями.

Умлаут ощутил, как от страха съежилась его одежда. Он ужасно себя чувствовал и знал причину: птеро-дактиль вернулся домой. Чудище наверняка сбежало из полосы юмористических препятствий. Какой кошмарный каламбур.

Острые кончики крыльев протиснулись в пещеру. Взглянув на друзей, Умлаут увидел, что те чувствовали себя не лучше. Змея связалась в нервный узел, а шерсть кота стояла дыбом.

- Давайте убираться отсюда! - отчаянно крикнул он.

Но куда им было бежать? Птеро-дактиль загораживал собой вход в пещеру; к нему и приближаться-то страшно.

Затем Сэмми завыл и зигзагами бросился вглубь пещеры.

- Подожди нас! - прохрипел Умлаут, срываясь с места следом. Сезамия зашипела, развязалась и стремительно поползла за ними.

Пещера сузилась, превратившись в тоннель, который уводил неведомо куда. Лишь неясно мерцавший мох на стенах позволял юноше что-либо разглядеть; а вот у Сэмми с Сезамией с ночным видением проблем не возникло.

В ужасно плохом настроении они бежали по тоннели, сбивая уродливые сталактиты и невзрачные сталагмиты. Но в процессе удаления от птеро-дактиля друзья пришли в себя. Тот в узкий коридор просто не поместился бы.

Наконец, путники очутились возле темного глубокого омута. Здесь они остановились.

- Куда дальше? - осведомился Умлаут.

Сэмми показал лапой на воду, однако нырнуть не пытался. Не то чтобы он боялся промочить шерсть; поверхность пруда подергивалась жуткой рябью. Затем оттуда высунулась очередная длинная и зубастая морда.

- Аллегория! - воскликнул Умлаут, опознав хищницу. Они уже встречались с этими созданиями.

Сезамия смерила ее задумчивым взглядом, и юноша легко разгадал мысли змеи: удастся ли справиться? Будучи еще более крупной хищницей… Но рядом с первой аллегорией появилась вторая, потом - третья. Сражаться одновременно с целой стаей змея не могла.

Над его головой вспыхнула мутная лампочка.

- Найди другой путь, - попросил он Сэмми.

Кот побежал по берегу омута. Аллегории с голодным видом плыли рядом, держа глаза над водой. Пещера с прудом сменилась более просторной и высокой. Там кот остановился и устремил взгляд на потолок, откуда свешивалось скопление каких-то крылатых животных.

- Но это же плетучие мыши, - запротестовал Умлаут. - Чем они помогут?

Потом, присмотревшись внимательней, он понял, что мыши были не плетучими, а их сородичами летучими. И те, и другие жили глубоко под землей. Но если первые пылали страстью к плетению разного рода сетей, авосек и макреме, то вторые…

Сэмми направился к груде камней в углу и ткнул носом в один из них.

- И чем камень поможет нам переправиться через омут? - Однако Сэмми настаивал, поэтому Умлаут поднял указанный камень.

Над его головой загорелась очередная многострадальная лампочка. Повернувшись, паренек запустил булыжником в летучих мышей. Те с диким переполохом посыпались вниз и заметались над водой. Они были превосходными летуньями и просто обожали выполнять в воздухе разные трюки.

Теперь, покинув насесты, мыши не могли успокоиться, не устроив перед нежданными зрителями аэро-шоу. Они резко пикировали и делали петли, почти взрезая крыльями воду, входили в штопор, ускорялись и резко тормозили, а также - рисовали хаотичные картины. Умлаут очарованно смотрел на их мастерство.

Что-то толкнуло его в локоть, и юноша неохотно оторвался от дивного зрелища. Это была Сезамия, которая указала мордой на Сэмми, тихо крадущегося обратно к пруду. Аллегории были тоже поглощены представшим их глазам чудом. Кто бы отказался посмотреть на отличное шоу? А может, они надеялись, что несколько зазевавшихся мышей упадут в воду и станут сытным полдником.

Сейчас был самый подходящий момент перебраться через омут: пока хищники отвлеклись. Умлаут тихо пошел обратно к берегу. Сэмми уже пустился вплавь. Достигнув противоположной стороны, кот исчез.

На миг юноша испугался, что аллегории опомнились и утащили Сэмми под воду, но затем сообразил, что под водой наверняка проходил путь наружу. Сезамия уже плыла туда и скрылась в волнах на том же месте, где и кот. Поэтому Умлаут последовал за ними, стараясь не расплескивать воду гребками слишком громко. Добравшись до нужного места, он нырнул.

Почти сразу паренек увидел проем в подводной скале; на его глазах там исчез острый кончик хвоста Сезамии. Умлаут поплыл сквозь узкий коридор, который расширился в новую пещеру. Вынырнув, он жадно глотнул свежего воздуха, что означало наличие близкого выхода.

Сэмми привел их к нему - и обратно в объятия Тучной Королевы, которая еще не закончила поливать Ксанф дождем. Небезопасно было покидать укрытие и выходить под дюжины бивших в землю молний, выражавших ее ярость. Что же делать?

- Сэмми? - спросил Умлаут.

Поразмыслив, кот возвратился в пещеру и протиснулся в узкую расщелину. Сезами без проблем скользнула за ним, но плечи паренька не хотели туда пролезать. Поэтому он сымитировал более худого человека и таким образом сумел их втиснуть. Дальше пришлось ползти, превращая одежду в грязные лохмотья, но выбора не оставалось.

Расщелина вывела их в довольно уютную комнату, где сидели, зачарованно глядя на то, как с остервенением трепал деревья мокрый ветер, две женщины, которые даже не заподозрили появления необычной троицы.

Смахнув с себя пыль, Умлаут неловко откашлялся. Обе женщины обернулись, увидели их и завопили.

- Грязная змея! - кричала одна.

- Грязный кот-оборотень! - вторила ей другая.

- И грязный извращенец! - завершила первая.

Это уязвило Умлаута.

- Эй, подождите-ка! - оскорбленно сказал он.

- И-и-и! - завизжала вторая женщина, испугавшись еще больше. - Он к нам пристает!

- Ничего я не пристаю! - горячо возразил юноша. - Я нормальный человек, а это мои друзья: кот Сэмми и змея Сезамия.

- Вторжение зверей, - закатила глаза первая женщина. - Они сцапают нас и разорвут на части.

- Коты и рептилии только этим и занимаются, - поддержала ее вторая.

Теперь Умлаут обиделся и за товарищей и решил прочесть дамочкам лекцию, несмотря на последствия.

- У вас нет права судить окружающих по одной лишь внешности, - заявил он. - Вы нас не знаете. Вы видите только грязь, через которую мы пробирались, спасаясь от грозы. Вы предполагаете, что мы плохие из-за покрывающей нас пыли. Если бы вы узнали нас поближе, то обнаружили бы, что Сэмми - замечательный кот, способный найти что угодно, и он привел нас сюда в надежде, что вы нам поможете. А Сезамия - благородная змея с талантом имитации и никому вреда не желает. А я - Умлаут, тоже имитатор, и отправляюсь с письмом на Кошачий Остров. Нас застигла ужасная гроза, и мы попали в пещеру, где за нами погнался птеро-дактиль и угрожали аллегории. Все, что мы хотим, это продолжить путь, и ваше предубеждение не помогает.

Женщины со значением переглянулись, однако вставать не стали.

- Все это правда? - спросила первая.

- Разумеется! - заверил ее Умлаут. - Я ведь недаром столько наговорил.

- О том, что нельзя судить по внешности? - уточнила вторая.

- Да! Никого не следует встречать по одежке.

- Тогда мы извиняемся, - вздохнула первая женщина. - Меня зовут Кори.

- А меня - Тесса, - кивнула вторая.

- Спасибо, - пробормотал Умлаут.

Затем обе поднялись.

Юноша подавил изумление. Кори отличалась таким высоким ростом, что ее макушка почти упиралась в потолок. А светленькая Тесса была такой низенькой, что он невольно задался вопросом, не карлица ли она.

- Эм, простите за мой тон. Полагаю, вам и так это известно.

- И твой кот был прав, - улыбнулась Тесса. - Мы можем вам помочь.

Умлаут все еще чувствовал себя ужасно неловко.

- Я… недавно мы попали в переделку, и может, я просто сорвался на вас. Мы сейчас же уйдем. - Хотя его и пугала мысль о возвращении под грозные очи Тучной Королевы.

- Мы вас почистим, - предложила Кори.

- И выведем на безопасную дорогу к островам, - добавила Тесса.

- Оу, вы правда не обязаны все это делать. - Он только что обругал девушек, а они собирались помочь. Почему он вечно лажал?

- Мы думаем, что обязаны, - откликнулась Кори.

- Ванная вон там, - сообщила Тесса. - Помойтесь.

- Но…

- Все трое, - кивнула Кори. - Вы все можете принять ванну.

- И отряхнуть одежду, - согласилась Тесса.

Что у них на уме? Однако менее неловкой альтернативы Умлаут не видел, поэтому пошел туда, куда ему показывали. В ванную. Сэмми с Сезамией составили ему компанию.

Они закрыли за собой дверь. Ванна была уже полна воды, набежавшей из трещины в камне. Проверив температуру пальцем, Умлаут нашел ее приятно-теплой. Мысль о том, чтобы погрузиться в воду и расслабиться, искушала.

Он посмотрел на друзей.

- Что думаете?

Сэмми пожал плечами и стал слизывать грязь со шкуры. Он мылся именно так. Сезамия повторила его жест и скользнула в ванну. Вода поднялась, но через бортики не выплеснулась; в стенке существовало специальное отверстие для избыточной жидкости. Сезамия погрузила в воду сначала голову, потом - середину тела, и наконец - хвост. Так она проползла через всю ванну и выскользнула из нее уже чистой. Странно, но вода не помутнела; пыль с грязью отправились в канализацию.

Умлаут тоже сбросил с себя пострадавшую одежду и, приоткрыв дверь, оставил ее снаружи. Затем он забрался в ванну. Ощущение было просто божественным; вода успокаивала и очищала тело, будто в нее капнули целительного эликсира. Может, так оно и было; горные ручьи часто имели неизвестное происхождение. Вскоре Умлаут почувствовал себя намного лучше. Он даже поскреб волосы и между пальцами на ногах.

Наконец, он выбрался из ванны - довольно чистым. Сезамия держала во рту полотенце, которым Умлаут с благодарностью воспользовался. Когда он закончил вытираться, она уже предлагала ему одежду. Где она их взяла? Он решил не спрашивать, а просто накинул на себя робу, которая прекрасно подошла.

Умлаут открыл дверь, чтобы вновь присоединиться к хозяйкам, и удивленно застыл на пороге.

Основная комната изменилась. Теперь она была мягко освещена, а в центре красовался уставленный яствами и напитками стол.

Девушки тоже изменились, переодевшись в элегантные платья и аккуратно уложив волосы. Обе сидели, делая разницу в росте как можно менее заметной.

- Твоя одежда сохнет, но это займет какое-то время, - сказала Кори.

- Мы подумали, что вы можете поесть, пока ждете, - кивнула Тесса.

Умлаут не знал, как реагировать.

- Но нам нужно отправляться на Кошачий Остров. Мы бы не побеспокоили вас, если бы не Тучная Королева.

Кори выглянула в окно.

- Она еще там.

И в самом деле, громадная туча, подбоченившись, бушевала вовсю.

- Наверное, вы здорово ее разозлили, - посочувствовала Тесса.

Умлаут обезоруживающе улыбнулся.

- Я повел себя глупо. Иногда на меня находит. Я не знал, что она подслушивала.

Кори ответила понимающей улыбкой.

- Многие предметы обладают способностью подглядывать и подслушивать, хотя мы этого и не осознаем. Лучше проявлять осторожность и вести себя любезно.

- А теперь садитесь, - пригласила их Тесса. - У нас редко бывают гости.

Умлаут запоздало сообразил, что девушки одиноки. Их рост не позволял расширить круг общения. Они нашли друг дружку, но этого было недостаточно. А еще они здорово потрудились, чтобы приготовить для них все эти блюда. К чему спешить? Все равно графика доставки писем у них не было. Решение проблемы Красного Пятна можно поискать и здесь, например, между письмами, если он захочет. Умлаут быстро взглянул в сторону Сэмми и Сезамии и убедился, что животные тоже не спешат испытать на себе все громы и молнии Тучной Королевы.

- Спасибо, - поблагодарил он. - Мы очень рады принять ваше приглашение.

Для Умлаута уже приготовили обычный стул, для Сэмми - детский высокий стульчик, а для Сезамии просто расчистили место за столом. Они заняли свои места и разделили с хозяйками трапезу. Все было очень вкусно: пироги, огокорочка, соки и корневое пиво, салаты и просто свежие овощефрукты, избитая картошка в качестве гарнира, застывшая в безмолвном крике мороженка и так далее. Сезамии предложили запеченную в собственном соку крысу, а Сэмми - фаршированную по последнему писку моды мышь. Всем все понравилось. Раньше он ничего подобного не пробовал. Они быстро набили себе желудки.

- Где вы достали все эти чудесные яства? - поинтересовался Умлаут. - Это ваш магический талант?

Девушки засмеялись.

- Не совсем, - созналась Кори. - Мы нашли рог изобилия, из которого сыпется все, что пожелаешь. Но мы редко им пользуемся. Только по особым случаям, как сегодня.

- Рог изобилия? - переспросил Умлаут. - Я думал, они встречаются крайне редко и не позволяют себя унести.

- Не в этой реальности, - согласилась Тесса. - Но в следующей они валяются на каждом шагу и не возражают, если их берут.

- В следующей реальности? - В голове скреблась, не давая покоя, навязчивая мысль.

- Так мы ее называем, - сказала Кори. - Мы точно не знаем, что она собой представляет, но наш общий талант открывает к ней доступ. Иногда это очень пригождается.

- Вы можете уносить оттуда вещи? - изумился Умлаут, пытаясь ухватить мысль за хвост.

- Или складываем их туда, - подтвердила Тесса. - Или просто проходим через нее. Мы тебе покажем. Это удобно.

Умлаут посмотрел на Сэмми, но тот уже дремал на своем стульчике, уютно свернувшись в кольцо. Он поглядел на Сезамию, однако та тоже вроде бы уснула, положив морду на край стола. Юноша попытался было встревожиться, но его слишком клонило в сон, и он, скрестив на столе руки, положил на них голову.

Мысль все-таки пробилась сквозь туман сытости: может, он тоже судил их по внешности, предполагая, что они не причинят им зла? Вдруг это ошибка, и они не те, кем кажутся? Однако, прежде чем мысль успела оформиться в действие, Умлаут уже провалился в царство снов. Единственное, что он запомнил, это прикосновение их рук. Вцепившись в его одежду, девушки куда-то его потащили.

Проснулся Умлаут в постели. Сэмми лежал сбоку, а Сезамия свернулась на полу. Роба все еще была на нем. Что произошло?

Юноша сел. Он чувствовал себя туповато-сонным, но, помимо этого, все было в порядке. Первое впечатление обманчиво?

Сэмми пошевелился. Он тоже выглядел вполне здоровым. Затем подняла голову Сезамия. И с ней ничего дурного не случилось. Так что же происходит?

Умлаут слез с постели и направился к двери. Та с готовностью отворилась; их не заперли. Выглянув наружу, он увидел двух девушек, занятых уборкой. Кори вытирала пыль, Тесса мыла посуду. Стол со стульями испарились. Кажется, хозяйки здорово потрудились.

Кори увидела его.

- О, ты уже встал. Мы волновались.

Умлаут не совсем ей доверял.

- Почему?

Тесса бросила взгляд через комнату.

- Когда вы все уснули, мы испугались, что с едой что-то не так. Мы перенесли вас в спальню, чтобы прибраться, но беспокоились.

- Все было очень вкусно, - припомнил Умлаут. - Думаю, я слишком много съел. - По мере того, как говорил, он понял, что это действительно так. Даже в замке Ругна он так не обжирался. Вероятно, то же произошло с Сэмми и Сезамией. Все было так потрясающе на вкус, что они просто не могли остановиться. - Еду из рога изобилия не сравнить ни с чем.

- Это точно, - улыбнулась Кори. - Когда мы впервые ее попробовали, то так наелись, что чуть не растолстели.

- Нам пришлось нарочно обуздать аппетит, - кивнула Тесса. - Теперь мы держим себя в руках. Но мы не думали, что всего один обед повлияет на вас подобным образом.

- Все в порядке, - утешил их Умлаут. Теперь, полностью проснувшись, он чувствовал себя намного лучше. - Но вам не стоило так ради нас беспокоиться.

- Мы любим принимать гостей, - сказала Кори.

- Да, нам понравилась ваша компания, - мечтательно улыбнулась Тесса. - Твоя одежда уже высохла. - И она протянула Умлауту его пожитки. Те не только высохли, но и пахли чистотой и свежестью.

Взяв их, паренек отправился в ванную и переоделся. Даже из карманов ничего не пропало. Он посмотрел на друзей: те выглядели посвежевшими и довольными.

Умлауту стало стыдно за свою чрезмерную подозрительность. Девушки и впрямь оказались приличными.

- Эм, мы можем как-нибудь вас отблагодарить? - спросил он, когда они снова присоединились к Кори и Тессе.

- О, нет, - покачала головой Кори, снимая фартук. - Мы и так надолго вас задержали. Мы ведь не знали, что вы уснете.

- Но времени хватит, чтобы доставить вас на берег еще сегодня, - ободряюще сказала Тесса, откладывая последнюю тарелку. - Отсюда не далеко, если срезать угол.

- Что сделать?

- Таков наш талант, - пояснила Кори. - Мы называем его срезанием углов.

- Ходим напрямик через следующую реальность, - добавила Тесса. - Это очень удобно.

- Сейчас мы все вам покажем, если вы готовы, - предложила Кори.

Умлаут посмотрел в окно, где продолжалась буря.

- Мы-то готовы, а вот погода…

- В этом вся прелесть срезания углов, - подмигнула ему Тесса. - Это чудесно.

Умлауту не хотелось признавать, что он по-прежнему ничего не понимает.

- Тогда, полагаю, мы готовы.

- Сюда, - сказала Кори, направляясь к выходу и останавливаясь прямо перед пеленой дождя.

- Просто возьмите нас за руки, - велела Тесса и только потом вспомнила о том, что Сэмми с Сезамией выполнить наказ не смогут. - Или дотроньтесь до нас. Стоит нам очутиться в следующей реальности, можете отпустить, пока не настанет время возвращаться в эту.

- Я могу понести Сэмми, - предложил Умлаут, поднимая кота на руки. - А если одна из вас положит руку на голову Сезамии, этого будет достаточно?

- Конечно, - обнадеживающе кивнула Кори и протянула руку, за которую взялся Умлаут.

- Никаких проблем, - сказала Тесса, кладя ладонь на послушно подставленную шею змеи.

Потом девушки взялись за руки и попятились под ливень спиной вперед. Умлаут и К следовали за ними, собираясь не дергаться, когда ледяные струи попадут на них.

Однако ни одной капли на них не упало. Дождь лупил вокруг, но путники оставались сухими. Странно.

- Мы прошли, - подала голос Кори. - Можешь отпустить мою руку.

- Оу. Да. - Умлаут разжал пальцы и увидел, что Тесса тоже убрала ладонь от Сезамии. Он, в свою очередь, опустил на землю Сэмми.

- Сюда, - позвала их Тесса. Она продолжала идти через дождь, почему-то ее не касавшийся. И не только ее, а их всех.

- Держитесь вместе, - предупредила Кори. - Проход узкий.

Они миновали лесную чащу, но не так, как Умлаут проходил через лес раньше. Тесса вела всю группу, Кори ее замыкала, а гости шли в середине. Не только дождь их не мочил; вслед за Тессой они легко, словно призраки, проходили сквозь растения и даже деревья, не замедляя шага.

- Это и есть следующая реальность? - уточнил сбитый с толку Умлаут.

- Верно, - откликнулась Тесса. - Здесь почти не на что посмотреть, кроме настоящей реальности вокруг, но сейчас мы находимся за ее пределами.

- Почему мы проходим сквозь деревья?

- В действительности мы этого не делаем, просто идем в следующей реальности, где никаких деревьев нет. Вообще-то, и ничего другого тоже. Все, что мы видим, находится в реальности Ксанфа. Она, так сказать, местами прорывается.

- М-м, - промычал Умлаут, так ничего и не поняв.

Скоро они оказались на берегу. Громадное, кажущееся бескрайним море раскинулось перед ними. Оно было похоже на то, куда впадала река, по которой передвигалась улитка. Умлаут подозревал, что это и было то же самое море. Но они достигли его слишком быстро, а до того нужно топать целыми днями.

- Как мы добрались с такой скоростью?

- Следующая реальность меньше нашей, - пояснила Кори, останавливаясь с ним рядом. - Вот путешествия и получаются короче.

В этом для него тоже было мало смысла, но - как обычно - Умлаут предпочел промолчать, не показывая своей глупости.

- А где остров к… - Он прервался, вспомнив, что Сэмми тут же бросился бы на поиски, услышав название, а в следующей реальности это могло стать катастрофой.

- Это один из временных островов, - сообщила Тесса. - Вам придется подождать, пока не появится указатель.

- Я не пони… - Умлаут снова умолк, не желая сознаваться в собственном невежестве. Хватит с него неловкости. - Эм, спасибо.

- Нам пора возвращаться, - сказала Кори. - Пребывание в следующей реальности отнимает силы, и мы устаем, поэтому должны вернуться домой и отдохнуть.

Ему и в голову не приходило, как они стараются для того, чтобы сделать невозможное возможным.

- Мы не хотели причинить вам еще больше беспокойства, - повинился Умлаут. - Если существует способ как-то отплатить вам за услугу… - Но ведь он уже это предлагал.

Девушки переглянулись, глядя друг на дружку под углом в 45 градусов.

- Ну, есть кое-что, - робко произнесла Тесса.

- Все, что угодно! - выпалил Умлаут, прежде чем успел подумать.

- Поцелуй, - сказала Кори.

Поцелуи Шерри пьянили его, но таланты этих девушек ничего общего с алкоголем не имели. Значит, он может чувствовать себя в безопасности.

- Ладно.

- Благодарю тебя, - улыбнулась Тесса. Затем Кори наклонилась, а Тесса встала на цыпочки, и они одновременно одарили его поцелуями. Губы Кори коснулись его макушки, а Тессы - ямочки на подбородке.

- Подождите-ка полсекунды, - попросил Умлаут. - Я вечно все делаю не так, но вам-то следовать моему примеру не обязательно. Давайте поцелуемся правильно.

Девушки недоуменно глядели на него.

- Идите сюда, - сказал он, приближаясь к валуну. Однако, собравшись влезть на него, Умлаут обнаружил, что нога погрузилась в камень. Опять он облажался.

Но девушки уже поняли его намерение.

- Надо вернуться в Ксанф, - предложила Кори.

- Возьми нас за руки, - напомнила Тесса. - Дождь наконец-то кончился.

Так оно и было; земля промокла, но быстро высыхала. Они взялись за руки, как и раньше, и возвратились в Ксанф.

Затем Умлаут влез на камень - твердый, как ему и полагалось. Встав на него, он потянулся к Кори. Та приблизилась, и юноша, обняв ее за плечи, нежно привлек к себе.

- Спасибо за все, - сказал он и решительно поцеловал ее в губы.

Отпустив девушку, он слез и повернулся к Тессе. Теперь она влезла на камень, и он обнял ее.

- Спасибо за все остальное, - и поцеловал ее точно так же.

Потом Умлаут отступил.

- И спасибо вам обеим за все, о чем я забыл упомянуть, - кивнул он.

Девушки неподвижно стояли перед ним. В чем проблема? Хоть и с трудом, но паренек сообразил, что они отключились. Наверное, прошли годы с тех пор, как они с кем-нибудь целовались. Он и не знал, что женщины тоже могут отключаться, ведь мужчины трусиками не сверкали.

Умлаут щелкнул пальцами, и гостеприимные хозяйки очнулись.

- Спасибо тебе, - хором поблагодарили они. Затем сомкнули руки и шагнули за слабо мерцающую полосу тумана - в следующую реальность. Помахав оттуда, они отправились домой. Вот девушки миновали дерево и исчезли.

Умлаут был доволен. Наконец-то он что-то сделал правильно.

Глава 8. Кошачий остров

Сэмми невозмутимо улегся и стал ждать. В этом он был профессионалом; иногда его даже за лежачего полицейского принимали.

- Осталось найти Кошачий остров, - сказал Умлаут, готовясь кинуться за Сэмми, однако тот, разумеется, не шевельнулся. Остров еще не появился.

Они увидели знак: БЕЛКИ И БУРУНДУКИ.

- Не думаю, что это он, - произнес Умлаут, как будто это было не очевидно. Хоть и приличный человек, но умом не блещет. - Придется поискать другой указатель.

Но Сэмми оставался на месте, всем своим видом показывая, что ничего искать не надо. Поэтому они продолжали ждать.

Взглянув в очередной раз на море, они увидели остров.

- Может, это он! - воскликнул Умлаут, являя невежество во всей красе.

Однако надпись на указателе теперь гласила: ГОНКИ ЗА ШИМПАНЗЕ. Оу. По крайней мере, он понял, что нет нужды искать другой знак.

От острова что-то отделилось. Это была лодка, в которой сидела обезьянка. Суденышко причалило к маленькому доку, не замеченному ими раньше, шимпанзе выпрыгнула и ускакала в лес. Лодчонка осталась у причала.

Сэмми показалось, что он узнал ее, но уверенности кот не испытывал.

Сгорая от любопытства, Умлаут приблизился к ней. Странная лодка. Ни уключин, ни весел, но как-то же она передвигалась; обезьяна просто сидела внутри.

- Интересно, как ей управлять?

Сэмми решил, что настало время прояснить природу этого необычного средства передвижения. Он подошел к лодке и потерся о ее бок. Та ответила коту тем же.

- Ты имеешь в виду, она живая? - удивился Умлаут.

Кот закатил глаза. Потом он запрыгнул в нее. Приподнявшись, лодка вышла из воды на берег. У нее было десять пар перепончатых лап. Да, решил Сэмми, та самая.

Умлаут не задумывался о том, как они попадут на Кошачий Остров, отыскав его; думать наперед он, кажется, просто не умел. Пока юноша глазел на суденышко, до него медленно доходило, что оно могло решить их проблему.

- Ты отвезешь нас на Кошачий Остров, когда он появится? - спросил Умлаут.

Лодка своеобразно кивнула, едва не клюнув носом песок. Сэмми не удивился.

Перед ними была Пара: дитя селезня-кряквы и уплывшей во время бури из Лунапарка лодки желаний, один из самых странных результатов столкновений у любовного источника. Паре нравилось переправлять народец туда-сюда. Она не была привязана к воде, так что могла доставить их куда угодно.

Сезамия зашипела, привлекая к себе внимание. Указатель изменился. Теперь на нем было написано: КОРОВНИК. Над водой разносилось отдаленное мычание.

- Не этот, - покачал головой Умлаут. Сэмми снова закатил глаза. - Но продолжай смотреть; мы не хотим пропустить Кошачий Остров. - Как сказала бы Брианна из Черной Волны, это уж точно.

Умлаут продолжал расспрашивать Пару, которой явно пришлось по душе его внимание. А кто был бы против? Тем временем знак успел измениться дважды. Сначала на: КООПЕРАЦИЯ КОЙОТОВ, потом на: КРОСС С КРОКОДИЛАМИ.

Все еще не подходит. КАРЬЕРА ДЛЯ КЕНГУРУ. Нет. КЛАДЕЗЬ КЕНГУРУ. В течение следующего часа сменилось еще несколько островов, возникая и испаряясь, вероятно, из следующей реальности. Одновременно с ними исчезали и появлялись указатели. Сэмми дремал, но держал один глаз открытым.

КОШКИН ДОМ.

- Еще нет, - вздохнул Умлаут, устав от бесконечной вереницы островов.

Что? Сэмми толкнул его носом, а Сезамия зашипела. Юноша моргнул. - Да это же он!

Кот со змеей переглянулись: это они и пытались ему сообщить.

Все забрались в Пару, которая резво просеменила к воде и плюхнулась в волны. Места хватило всем, хотя Сезамии пришлось свернуться несколько раз.

Они устремились к острову, который вроде бы отрастил усы. Наконец-то путники его нашли. Тем временем Умлаут вытащил письмо к принцессе Айви. Сэмми помнил, что пареньку полагалось прочесть их все, прежде чем передать адресатам. Он наблюдал, как губы человека двигаются по мере чтения, и таким образом проник в содержание письма.

Дорогая Айви,

Жаль, что ты не в Мандении. Я весьма талантлива в выращивании растений, но без помощи магии все зависит от погоды.

Тучная Королева отправила сюда войско, которое занялось контролем нашего климата. Самонадеянно с ее стороны думать, что мы ему обрадуемся. В это время года в нашей долине обычно тепло, и солнышко светит несколько часов в день. Но с тех пор, как небо оккупировали соратники Тучной Королевы, лучи на землю почти не попадают. Настали унылые времена. Мы не видели солнца уже много дней, ветер постоянно завывает, а дождь барабанит по всему, чему только можно. Для некоторых областей это типично, но не для нашей! Укрывшись в своем небесном логове, они дразнят нас редкими просветами, когда ливень сменяется туманом, и мы уже надеемся на то, что с плохой погодой покончено, но… бац!.. и снова начинает моросить, а нас окутывает холод! Наши предсказатели печально советуют мне не ждать ничего хорошего еще долгое время.

Наша долина знаменита своими фруктами, но сады и виноградники страдают. Я использную свой талант на полную катушку, но это не очень помогает. Будь ты здесь, ты могла бы повлиять на растения и всех спасти.

Не желаешь ли нанести еще один визит в Мандению? Вряд ли, но письмо тебе стало для меня отдушиной.

Твоя подруга Арджаис.

П.С. Передай Тучной Королеве, чтобы забрала отсюда свою армию и развеялась!!

Умлаут поднял глаза.

- Не вижу в этом письме ничего опасного. Здесь просто написана правда о Тучной Королеве. - Он глянул на Сэмми. - Как считаешь?

Кот думал, что с письмом все в порядке. Особенно ему понравились эпитеты в сторону Тучной Королевы. Если бы та услышала, обязательно сдула бы конверт с письмом на Луну. Теоретически она была просто нахальным облаком, которое любило безнаказанно повредничать на пикниках.

Умлаут убрал письмо, довольный, что то оказалось безопасным. Разумеется, Сэмми понимал, что также оно не разрешит и проблемы Красного Пятна Юпитера, которое прямо сейчас летело к Земле и Ксанфу. Сэмми понятия не имел, как они с этим справятся. Он боялся, что Красное Пятно будет похуже любой грозы, на которую способна Тучная Королева. Кот не видел, каким образом глупое письмо устранит беду. Но добрый волшебник никогда не ошибался, поэтому Сэмми ждал приятной неожиданности.

Они причалили у другого небольшого дока; видимо, их построили парой, и лодка проворно сновала между ними, хотя это было не обязательно.

- Эм, ты отвезешь нас обратно, когда мы закончим с делами? - спросил Умлаут у Пары, когда они вылезли на берег. - Мы были бы тебе очень благодарны.

Та кивнула, радуясь, что может сослужить добрую службу.

Сэмми поднялся и осмотрелся. Возле берега плавала древняя рыба-котилозавр, а на самом острове прогалинами произрастала кошачья мята. Имелись тут и котлеты. Неподалеку танцевали котильон - слава Иксанаэнному, не кошмарный. В выкопанном кем-то котловане весело плескалось озеро, которое огибала тропа со множеством отпечатков мягких лап. Да, остров и впрямь мог считаться домом для всех кошачьих. Сэмми он понравился.

В любом случае, сперва им следует доставить письмо Айви, которая навещала мужниных родителей.

- А где… - начал было Умлаут, но Сэмми уже мчался вперед; он знал точное направление. - Подожди нас! - Донесся до него глупый крик человека. Догонять надо, а не плестись еле-еле.

Они миновали несколько рыскающих в поисках добычи кошек; в конце концов, остров принадлежал им. Сэмми игнорировал сородичей, познакомится в другой раз. Вскоре они подбежали к уютному коттеджу с садом. Очутившись перед дверью, котик поскребся лапой.

Дверь отворилась, и появилась волшебница Вадна.

- Неужели это ты? - изумилась она, увидев Сэмми.

Разумеется, он; кто же еще? Кот прошмыгнул мимо нее внутрь. Там он и нашел принцессу Айви.

- Сэмми! - с энтузиазмом воскликнула та, подхватывая кота на руки и покрывая его нежными поцелуями. По крайней мере, она его узнала.

Он уютно устроился у Айви на коленях, вытерпев весь ритуал приветствия. Люди придавали огромное значение пустым формальностям. Лучше бы что-то полезное для котов делали. Но так уж повелось. Может, через пару тысячелетий они поймут, что важно на самом деле. Однако до этого еще далеко. К счастью, он мог просто пропустить скучные слова мимо ушей и позволить им горохом отскакивать от стенки.

- Я, эм.. гм… Умлаут. Мой талант - имитация; я могу сделать себя похожим на кого-то другого, в пределах разумного. Это, ну, змея Сезамия, которая мне помогает, и ее талант напоминает мой. А с котом Сэмми, который принадлежит эльфессе Дженни, вы, кажется, знакомы. Он способен найти все, кроме дома.

Наполовину верно, наполовину скверно. Утверждение о том, что Сэмми принадлежит Дженни, прозвучало возмутительно. Это Дженни принадлежала Сэмми. Почему люди с эльфами склонны считать себя центром вселенной? Они вообще хоть что-то реальное вокруг себя замечают?

- Я - волшебник Мэрфи с талантом все портить, хотя больше его не практикую. Это моя жена - волшебница Вадна, ее талант - топология; она может менять форму предметов, но не их суть.

- Я - принцесса Айви, - представилась Айви, поглаживая котика по мягкой шерстке. Хоть этим не пренебрегала. - Мой талант - ускорять рост всего живого. - Она взглянула вниз. - Но, конечно же, Сэмми в этом не нуждается.

Достойное наблюдение.

- А это - мой муж, Грей Мэрфи, он может аннулировать магию.

Волшебник Мэрфи снова повернулся к Умлауту.

- Что привело тебя сюда?

- У меня, эм, письмо, которое надо передать принцессе Айви. - Он шагнул вперед и вручил ей конверт. - Из Мандении.

- Из Мандении! - удивилась Айви. - Я знаю всего одного человека оттуда и уже успела выйти за него замуж.

Она посмотрела на Грея.

- Все письма из Мандении, - пояснил Умлаут. - От незнакомых людей разным жителям Ксанфа. Я уже доставил письма принцессе Яне, повелителю зомби, королеве Айрин…

- Моей матери и сестре-близняшке, - кивнула Айви. - И включил в список меня. Как ты вообще нашел все эти конверты?

Прежде чем Умлаут пустился в скучные объяснения, вмешался волшебник Мэрфи.

- Всему свое время. Мы забыли представить вам нашу питомицу, Ясноглазку. - И он указал на груду подушек у противоположной стены, где восседала кошка.

Сэмми приоткрыл глаза, и их взгляды встретились, после чего он испытал кошачий эквивалент потрясению. Она была так женственна… вернее, грациозна. Он никогда не встречал таких кошечек. В Ксанфе он вообще редко сталкивался с представителями своего вида. Да и не особо хотелось. Этот Кошачий остров был просто находкой; здесь проживало много интересных личностей. Но Ясноглазка… что за королева! Она была черной, гладкой и шелковисто-блестящей, с идеально уложенным мехом, длинными сумасводящими усами, деликатными лапками… Очаровательное создание.

Беседа между людьми продолжалась, но Сэмми даже не пытался прислушиваться. Его внимание целиком обратилось на Ясноглазку. Кошка с удовольствием потянулась и спрыгнула со своего трона, легким покачиванием хвоста пригласив его следовать за ней.

Сэмми заерзал в объятиях Айви, и она автоматически опустила его вниз. Она была хорошо воспитанной принцессой. Затем он лениво двинулся в сторону Ясноглазки и проследовал за ней из комнаты. Она провела его в кухню, где имелась еще одна входная дверь с отдельной вставленной дверцей для кошек. Через нее они пролезли наружу и дальше уже шли по кошачьей тропке.

Остров казался поделенным на части, и в каждой обитал свой вид. Они миновали львиный вельд, джунгли с тиграми, степь с пумами, ягуарий лес, точку леопардов, персидский ковер, сиамский храм и другие любопытные области. Ясна их просто игнорировала, и Сэмми тоже пытался не обращать внимания, хотя они и старались его привлечь. Он и не подозревал, что в Ксанфе столько кошачьих. Но, разумеется, такова была природа этих особых островов: они были связаны с основным Ксанфом лишь косвенно. Сэмми вспомнил о Женском острове, Волчьем… Они исчезали и появлялись по удобному обитателям графику. Если бы он раньше узнал о наличии Кошкиного Дома, то давно бы бросился его искать.

Они почти столкнулись с пошатывающимся черным котом. Ясна сердито фыркнула, но потом смягчилась, уразумев, в чем дело. Это был Кот Ученый, недавно прибывший из Мандении. Теперь он растерянно, как и все ученые, блуждал по Ксанфу.

Ясноглазка посоветовала ему обратиться в центр помощи новоприбывшим. Там ему подберут подходящее жилье. Ученый благодарно кивнул и поплелся в указанном направлении.

Они приблизились к массивному дереву с восхитительно шершавой корой. Кошечка вскарабкалась по стволу, Сэмми поднялся следом. Они перепрыгивали с ветки на ветку. Некоторые были заняты другими котами, некоторые свободны. Они продолжали свой путь вверх, пока ствол не истончился настолько, что стал раскачиваться под порывами ветра. Наконец, они добрались до самой вершины с тройной развилкой, опутанной шнурами для имитации гнезда.

Какой пентхаус!

Взгляни-ка туда, молча велела Ясноглазка.

Сэмми посмотрел в ту сторону, куда устремила свой взгляд она, и увидел соседний остров. Его уши насторожились, а зрачки расширились. Птицы!

Птичий остров, согласилась она. Там селились все виды птиц, от колибри до рок. Разумеется, политика невмешательства предотвращала охоту на них, даже если те сучайно залетали на Кошачий остров. Впрочем, наблюдать за ними тоже было весьма увлекательно.

Сэмми не спорил. Даже доступная его взору малость Птичьего острова вызывала повышенное слюноотделение. Огромное количество и разнообразие пернатых - да, он получал удовольствие от одного лишь просмотра. Затем Сэмми перевел взгляд на гигантское гнездо на верхушке крепкого деревянного исполина и увидел голову птицы рок, наблюдавшей за ними с такой же алчностью. Она была крупной хищницей. Хорошо, что политика невмешательства распространялась и на кошек; хищники могли проглотить и их.

Смена обстановки подошла к концу. Теперь они могли расслабиться и поболтать о чем-нибудь приятном, меняя позы, помахивая кончиком хвоста, шевеля усами и чутко улавливая запахи, которые люди называли феромонами. В совокупности это был более обширный и подробный язык, нежели звуки, издаваемые людьми.

Настало время для официального знакомства. Кот Сэмми, просигналил он, представляясь полным именем, а не сокращенным, которым его называли люди. Обычно его ассоциировали с эльфессой Дженни.

Ее звали Кошкой Ясноглазкой, схожим образом откликнулась она. Как правило, она проводила время с волшебником Мэрфи и чародейкой Вадной.

Его талантом являлась способность найти что угодно, кроме дома.

Ее талантом было, конечно же, ясновидение.

Затем они погрузились в обсуждение подробностей. Сэмми поведал, как они с эльфессой Дженни подружились: из-за плохого зрения она постоянно нуждалась в помощи, особенно в поиске пропавших предметов. Они жили в Двулунии, пока Дженни не захотелось отыскать перо, и само собой разумеется, Сэмми сосредоточился на поиске хорошего пера.

Такое нашлось только в соседней реальности - перо из крыла летающего кентавра. Потом, конечно же, им не удалось снова попасть домой, и они застряли тут, в дурацком Ксанфе. Впрочем, пригодились они и здесь, составив компанию маленькому кентавру Че и бедной глупышке-гоблинке Гвендолин.

Постепенно, под мудрым руководством Сэмми, кентавр Че стал обучать птенца Сима, которому суждено было познать все тайны вселенной; он был очень умен для птицы. Гвенни-гоблинка, под его же чутким руководством, заняла пост верховной предводительницы своего вида. Наконец, Сэмми выдал замуж свою подругу Дженни за принца оборотней. Он бы лично не выбрал себе волчицу, но она всегда питала слабость к волкам; ей нравилось ездить на них верхом. Поэтому сейчас она прекрасно проводила время, катаясь на спине принца Джереми в его волчьем обличье, и кто знает, чем они занимались, когда он превращался обратно в человека. Наверное, беспокоили аистов… Так что Сэмми решил отправиться в отпуск. Поскольку дорогу в свой новый дом он уже найти не мог, то сейчас путешествовал вместе с человеком Умлаутом и змеей Сезамией, которые отчаянно нуждались в его мудром наставничестве.

Ясноглазка заметила. Вообще-то она находила Умлаута чрезвычайно странным, поскольку в действительности он там не присутствовал.

Не присутствовал?

Чтобы объяснить это, ей понадобилось погрузиться в подробности собственного происхождения и таланта. Всю свою жизнь она прожила на Кошачьем острове, не желая покидать его ради чего бы то ни было, и стала почетной его обитательницей. Но предыдущие друзья-люди не удовлетворяли ее скромных потребностей. Дважды они забыли разогреть ее ужин - сметану, и она решила заменить их другими. Новые друзья обладали высоким статусом в человеческом обществе, что ее устраивало, а также они имели опыт отношений с кошачьими в Мандении, поэтому Ясноглазка дала им шанс и позволила поселиться в своем доме. Они хорошо поладили, и она их оставила. Сын этой пары - Грей - был волшебником, который женился на принцессе-волшебнице Айви (когда-нибудь ей суждено править Ксанфом). В общем, ситуация получилась удовлетворительной, но, разумеется, не по чистой случайности, а лишь благодаря таланту Ясноглазки. Прибытие Сэмми таким образом тоже ее не удивило: вскоре они вместе отправятся собирать кошачью мяту.

Сэмми до жути не хотелось признаваться в собственном невежестве - как это не по-кошачьи, - но требовалось прояснить природу ее дара. Ясновидение похоже на изображение в магическом зеркале?

Едва ли. Оно простирается намного шире, но и является куда более хрупким, чем стекло. Расширяя внутренний кругозор, она лучше узнала себя, свои мысли и ценности. Большинство существ - что людей, что животных, что кошачьих, - существовали, повинуясь чужим мыслям и идеям. Они жили, чтобы соответствовать чьим-то ожиданиям и желаниям. Почти на всех, кто в прошлом носил одно название, в настоящем можно было цеплять другое. Они уже не были собой. Впрочем, сами они этого не понимали и оставались заложниками своих просроченных ярлыков.

Сэмми был поражен. Это правда; его считали обычным котом, который трудится на благо друзей и не думает о себе. Он никогда не задумывался о том, чтобы разрушить эту схему. Он направлял всех к успеху и счастливой жизни, но лишь недавно ему захотелось сделать что-то для себя. И его ждала неудача, с поистине кошачьим самодовольством заметила Ясноглазка. Вместо того, чтобы отыскивать предметы для Дженни с Джереми, теперь он помогал Умлауту и Сезамии. Да, они были приятной компанией (некоторые из ее лучших друзей тоже относились к роду людей или рептилий), но ограниченной принадлежностью к своему виду: они ведь не кошачьи. Им никогда не добиться подлинного изящества.

Сэмми вынужденно признал, что и это правда. Их общую вину нельзя загладить ничем. И все же он не желал им зла и хотел помочь в достижении успеха этой конкретной миссии по доставке писем из Мандении, чтобы каким-то образом спасти Ксанф от наводящего ужас Красного Пятна.

Ясноглазка признала, что мило с его стороны так думать. Затем она возобновила свою историю. Упорно расширяя ясновидение, касающееся других, она увидела их мысли, ценности и игры, в которые те играли в своем мире. В свою очередь, это отразилось и на ней. Она увидела себя со стороны. Ясноглазка осознала, что и сама мучается в таких же незримых оковах, после чего разработала новые правила, которые помогли ей их разрушить. В первую очередь, внутри себя. Кошка научилась самостоятельности, с помощью которой зажгла в себе внутренний источник энергии, согревающий и придающий ей сил по сей день. Отныне она могла использовать весь потенциал своего таланта по отношению к чему угодно.

Таким образом она и проведала о грядущем прибытии Сэмми, ведь оно было неразрывно связано с ее жизнью. Его талант дополнял ее. Вместе они, вероятно, могли спасти Ксанф и, что более важно, продвигаться дальше в области саморазвития.

Сэмми был впечатлен. Ясноглазка была права; она не могла ошибаться. Ее понимание окружающего мира намного превосходило его собственное, однако она хотела разделить свой дар с ним. Но какое это имеет отношение к отсутствию человека Умлаута в этой реальности?

Ну, возможности изучить человека вблизи у нее не было, однако она сразу увидела, что он не вписывается в окружающий мир. Его там на самом деле нет. О, она не сомневается, что он думает, будто существует, но это лишь результат его ограниченного восприятия. Люди столь часто ошибались на свой счет, как она уже объяснила выше. Мудрая наставница могла бы помочь им раздвинуть иллюзии и взглянуть реальности в лицо, но Умлауту - вряд ли. Ведь его, опять же, просто не существовало.

Однако Сэмми с ним путешествовал, и человек не просто присутствовал. Он поцеловал двух девушек, и тем контакт понравился.

Ну, они думали, что он стоит перед ними, пояснила Ясноглазка. Это и сыграло свою роль.

Сэмми припомнил, что сказали Умлауту принцессы-близняшки. То же самое. День, чьим талантом являлись познания обо всем живом, сделала вывод, что он не живет. Ночь, обладавшая даром проникать в суть всего неодушевленного, решила, что он и не мертв. Умлаут ответил, что не понял, и они сказали, что тоже ничего не понимают. Вот и вся беседа. Разумеется, этим принцессам было всего одиннадцать лет, а в этом возрасте человек считается еще ребенком. Но все же обе они - волшебницы, а значит, должны были знать, что собой представляет Умлаут.

Их суждение совпало с вердиктом Ясноглазки, что означало их общую правоту. Но ответа на вопрос никто так и не получил. Придется пока отложить эту неясность в сторону, чтобы собрать больше информации.

Но здесь, на Кошачьем острове, они надолго не задержатся, напомнил спутнице Сэмми. Письмо доставлено, и вскоре путники отправятся дальше.

Верно, она знала и об этом. Придется ей покинуть свой дом на слуг-людей и составить ему компанию в данной миссии, чтобы расширить свои горизонты еще больше.

Сэмми попытался замаскировать удовольствие от услышанной новости, но, конечно же, Ясноглазка все поняла. Однако, прежде чем покинуть ветку, она должна была сообщить ему кое-что еще. Кошка обратила его внимание на противоположную сторону Кошачьего острова. Там тоже виднелся остров, заросший густыми деревьями и казавшийся от этого диким.

Сэмми гадал, уж не Собачий ли это остров. Нет, уточнила Ясноглазка, тот сразу за ним. А это Остров Дистопии, также известный под прозвищем Остров Проклятых или Остров Ужаса.

Проклятых?

Дистопия - антоним Утопии, прояснила она. Жалкое место.

Дурная магия?

Хуже: полное ее отсутствие.

Но тогда это Мандения, возразил Сэмми.

Нет, в Мандении немного магии имеется. Гравитация, например, которая помогает и Ксанфу, и радуги, и случайные совпадения, и дежавю… Но на Острове Дистопии нет магии от слова «совсем».

Вот почему он держался от Ксанфе в сторонке, стараясь не поддерживать с ним контактов. Боялся, что о его позоре узнают все.

Сэмми оценил подобный подход.

Разумеется, его избегали, способствуя еще большей изоляции местных жителей. Но существовала одна легенда, продолжала Ясноглазка. Согласно ей, однажды уроженец жалкого острова сможет посетить Ксанф и обнаружить у себя самый неудобный магический талант. Таким образом будет доказано, что обитатели острова ее не лишены, но они все равно не пожелают ее обладать. Ирония судьбы.

Наверное, поэтому люди там и селятся, подумал Сэмми. Зная о своих ужасных талантах, не хотели никому их демонстрировать, вот и выбрали для проживания место без магии, спрятавшись там от остального Ксанфа.

Но когда-нибудь, заверила его Ясноглазка, этот уроженец все-таки вернется в Ксанф и сведет усилия целых поколений к нулю.

Что же у него за талант? Этого она не знала. Но намеревалась как-нибудь вычислить, когда больше нечем будет заняться. Чтобы ее талант сработал, кошке придется добраться до острова Дистопии, а в этом ей никто не посодействует. Поэтому пока она проект отложила. Имелись более важные дела.

Бросив последний тоскливый взгляд на Птичий остров, они стали спускаться. Это было труднее, нежели подниматься, как и всегда, но Сэмми не хотелось показаться некомпетентным, так что он карабкался и цеплялся изо всех сил. Хотя Ясноглазка и так все понимала, конечно же, и даже не старалась скрыть свое веселье.

Наконец, они достигли корней. Сэмми боялся, что ему никогда больше не удастся втянуть напряженно выпущенные когти, но те послушно убрались назад в подушечки.

Кажется, он становился слишком старым для подобных забав.

Ясноглазка, все еще забавляясь, поведала ему секрет: она знала, где найти целительный эликсир - и эликсир молодости. Это было одним из преимуществ ее таланта. Ему не следовало волноваться о здоровье или возрасте.

Сэмми изначально был вполовину ею очарован, а это лишь усилило эффект. Они понимали, что доставка писем решит проблему Красного Пятна, а заодно решатся и другие проблемы тоже.

По всей вероятности, это произойдет случайно, намекнула Ясноглазка. Но речь идет о совпадении, не о трагической случайности. Все представляло собой часть большей головоломки, которую не могла сложить до конца даже она. Но собиралась… со временем.

Люди уже сворачивали свою долгую беседу обо всяких пустяках, и Умлаут с Сезамией готовились продолжить свой путь. Грей и Айви, в отличие от них, покидать остров пока не планировали. Это смягчит отчаяние Мэрфи и Вадны, когда исчезнет Ясноглазка. Сэмми ей не завидовал. Всегда тяжело сообщать людям о своем решении.

Тем временем ему тоже предстояло просветить Умлаута с Сезамией, что их группа растет. А также объяснить причину этого.

Они приняли решение разделиться: кот и кошка отправятся к своим и отдельно, но одновременно введут их в курс событий.

Разделить людей оказалось той еще работенкой; те отчаянно не хотели сотрудничать. Но наконец они преуспели, и Сэмми вывел Умлаута с Сезамией из коттеджа, чтобы сыграть в девятнадцать вопросов-ответов - неуклюжий, но верный способ передать им информацию.

Вскоре Умлаут его понял; он не был совсем уж тупым.

- Ты хочешь, чтобы другая кошка отправилась с нами? Почему?

Сэмми попробовал объяснить ему про ясновидение, однако это понятие находилось за пределами возможностей человеческого интеллекта.

Поэтому он притворился, что все дело в романтике.

- А, ты влюбился в нее так же, как Сезамия - в Суфле. Теперь я понимаю. - Наконец-то он подумал, что все понял, не обладая редким даром ясновидения. Сойдет.

- Но как быть с волшебником Мэрфи и чародейкой Вадной? Она же их кошка. Они могут ее не отпустить.

Сэмми подавил ярость, услышав эту вопиющую нелепость. Человек не виноват в том, что он такой; он просто человек. Сэмми лишь надеялся, что Ясноглазка не уловила его слова с помощью своего потрясающего восприятия. Придется предупредить ее на этот счет, чтобы не слишком расстраивалась. А пока он просто ответил Умлауту, что как раз сейчас Ясноглазка беседует со своими людьми.

- Ну, если они не возражают, то мы тоже, - пожал плечами Умлаут, бросая взгляд на Сезамию для подтверждения.

Змея кивнула; она схватывала все буквально на лету. Логично, ведь она тоже была животным, пусть даже не кошкой.

Вскоре из дома вышло семейство Мэрфи.

- Кажется, Ясноглазка хочет составить вам компанию, - сказал волшебник Мэрфи. - Если она будет счастлива, мы не станем ее удерживать. Мы останемся здесь и присмотрим за домом, но точно будем по ней скучать. Она такая умница.

Человек был так нелеп в своем суждении, что Сэмми поморщился. Тем не менее, насчет последнего он прав: Ясноглазка умница, факт.

Они отправились в путь немедля, пока остров поддерживал контакт с Ксанфом. Через полчаса связь оборвется. Если не уплыть сейчас, они задержатся здесь еще на несколько дней.

Пара их ждала. Ясноглазка обнюхалась с ней, и Сэмми увидел, что лодка узнала кошку и приняла ее. Наверное, это хорошая рекомендация, хотя на данном этапе нужды в них не было.

Все забрались внутрь, и Пара прошлепала к воде. Нос уже обратился в сторону Ксанфа, когда Ясноглазка вдруг вскочила, вздыбив шерсть, и зашипела. Лодка мгновенно застыла.

- Что случилось? - смущенно поинтересовался Умлаут. - Нам надо переплыть пролив до того, как…

Тут он замолчал, уставясь вперед, подобно остальным. Волны пошли рябью, и чем дальше, тем хуже. Перед ними формировалась глубокая и быстрая воронка в воде. Водоворот.

- Харибда! - воскликнул Умлаут. - Она поймает нас и проглотит целиком!

Она бы и в самом деле так поступила, и Ясноглазка, предвидя это, остановила их, прежде чем они успели отчалить от берега.

Воронка медленно приближалась, подталкиваемая течением. Видимо, она желала быть поблизости в надежде, что лодка рискнет и поплывет мимо, но Пара ценила собственную жизнь не хуже любого другого из компании письмоносцев. Лишь когда Харибда скрылась из вида, лодка погрузилась в воду.

- Но как она сюда попала? - размышлял вслух Умлаут. - Она же проживает в мире зомби.

Хороший вопрос для человека. Сэмми посмотрел на Ясноглазку, но кошка только пожала плечами. Она могла ответить на вопрос «Что?», а не «Как?».

Сэмми пришло в голову, что доставке писем могут мешать намеренно, уж слишком много нечаянных проблем возникало у них на пути.

Может, кто-то могущественный не желал, чтобы их доставили по назначению? Но кто и почему? Вопрос заставил его нервничать не по-кошачьи.

Глава 9. Косатка Кусачка

Умлаут не слишком горел желанием увеличивать их маленькую группку путешественников, но после того, как Ясноглазка предотвратила столкновение с водоворотом, переменил свое мнение. Ему начинало казаться, что проблемы, мешавшие им доставлять письма, вовсе не были случайными. К примеру, демонесса Метрия, которая пыталась отвлечь его от миссии и недовольно истаяла, когда ее способ не сработал. Или та девушка Кейтлин в полосе каламбурных препятствий, завлекшая его на тропу дурной репутации… кажется, ее голос звучал откуда-то со стороны. Может, она тоже была фальшивкой, чьей целью было доставить ему неприятности? А как насчет страшилища из морских глубин и повторного появления смертельного водоворота? Не говоря уже о Тучной Королеве. Не рыскала ли она в поисках почтальонов намеренно? Умлауту не хотелось параноить, но он продолжал задаваться этими вопросами. Что, если Метрия вначале предстала перед ним в собственном облике, потом превратилась в Кейтлин, а затем подговорила Сциллу с Харибдой встать препятствием на их пути? Убедить Тучную Королеву ей точно не составило бы труда. Каким образом демонессе удалось перенести в Ксанф водоворот, юноша не знал, но и это выглядело ее рук делом.

Однако подозрения на сей счет, в свою очередь, казались нелепыми: к чему Метрии или любому другому демону заморачиваться? Разносить письма - скучное и безобидное занятие, недостойное козней. Разве что врагов привлекла бы цель этого путешествия: избавление от угрозы Красного Пятна. Если одно из писем заключало в себе решение проблемы, а Метрия не хотела, чтобы они добились успеха, это бы все объясняло. Но отчего бы ей не желать спасения Ксанфа и всего мира впридачу? Она ведь пострадала бы и сама. Следовательно, в рассуждениях Умлаута не было смысла, и он просто ныл. После того, как демонесса поняла, насколько скучным обещает стать их занятие, она больше не обращала на группку внимания. Он вздохнул и поддал под зад своему дурацкому воображению вместе с подобными мыслями.

Ясноглазка подняла голову и зашипела, напугав Сезамию. Перед лицом юноши заклубился дымок, в середине которого сформировались женские губы.

- Я слышала свое негодование?

- Что свое? - спросил Умлаут, не подумав.

- Соборование, зондирование, знаменование…

- Наименование?

- Неважно, - сердито согласился дым и обрел знакомые сладострастные очертания.

- Нет, Метрия, не думаю, что ты слышала, потому что я молчал.

- Но думал обо мне, - тонко подметила демонесса. - Я услышала мысль.

Ой-ей.

- Мне от тебя один вред.

- Ты уже мой? - Соблазнительная фигура потянулась к нему. - Дай-ка, никому. - И начала привлекать его к себе. Странно, но бюст ее был достаточно плотным, несмотря на то, что спина все еще не прорисовалась.

И вновь его рот опередил способность мыслить.

- Дай-ка что?

- Подниму, отниму, одному…

Нет, так она никогда не дойдет до нужного слова.

- Обниму?

- Ты не ведь не будешь возражать, - согласилась Метрия, прижимая его к груди. - Мило, что ты поинтересовался. - Потрясающе пружинистая грудь!..

Действительно, сам напросился и взят с поличным. Надо менять тему, не позволяя вовлечь себя в следующую цепочку уточнений. Путаница в словах оказалась заразной. Умлаут уклонился от поцелуя.

- Что тебе от меня нужно, Метрия?

- Ну, я…

Опять он оплошал.

- Не отвечай. Мне все равно это не требуется.

- Но ты думал обо мне, - напомнила демонесса. - Что же еще привело меня сюда?

Юноша ощутил приступ раздражения.

- Я просто гадал, уж не ты ли пытаешься помешать мне доставить письма по назначению, и если так, почему?

Мгновение она раглядывала его в упор, сложив губы в печальное «о». Затем исчезла.

Пораженный, он воззрился на место, где Метрия растаяла. Простой вопрос явно ошеломил демонессу. Похоже было, что она испытывала чувство вины. Но если она и впрямь пыталась его остановить, почему не солгала в ответ? Или не удвоила попытки соблазнить Умлаута? Юноше уже становилось любопытно, что именно скрывалось за искушением.

Он посмотрел на Сезамию, затем - на кошачьих. Ответ имелся у Ясноглазки, которая моментально привыкла к его способу расспрашивать и уточнять. Да, демонесса хотела отвлечь его от доставки писем, но причины кошка не знала.

Достигнув берега, лодка вывалилась на пляж.

- Спасибо, - поблагодарил Умлаут и хотел было шагнуть на песок, однако Ясноглазка помешала его намерению. - Мне не стоит выходить? - спросил он, и кошка кивнула. - Там опасно? - Она покачала головой. И тут он все понял. - Пара хочет сама нас доставить!

Верно, лодка любила свою работу и была достаточно общительной. Почему бы и нет? Поскольку по суше она могла передвигаться с той же легкостью, что и по воде, ее помощь могла оказаться неоценимой.

- Ладно.

Пара резво подпрыгнула от радости, от чего все они едва не вылетели за борт.

Усевшись поудобней, Умлаут вытащил стопку писем. Кто станет следующим адресатом? Верхний конверт предназначался Подкроватному Чудищу Храповику.

- Кому? - удивился он.

Сэмми пришлось пояснить. По ходу дела, каждый ребенок в Ксанфе, у кого только наличествовала кровать, держал под ней чудище в питомцах. Их задача заключалась в том, чтобы хватать любые доступные лодыжки и заставлять детей визжать, впустую вызывая родительский переполох. Оставить свое место под кроватью днем чудище не могло, иначе прямой солнечный свет уничтожил бы его, а ночью не имело права отойти далеко, ведь этого требовали рабочие обязанности. Некоторые вредные спиногрызы нарочно дразнили своих монстриков, спуская ноги вниз и отдергивая их, прежде чем подкроватное чудище успевало дотянуться до щиколотки. Но, когда ребенок вырастал и присоединялся к Заговору Взрослых в возрасте примерно восемнадцати лет, его питомец самым грустным образом уходил со сцены, поскольку это являлось частью взросления. После восемнадцати никто, даже в Мандении, не верил в подкроватных чудовищ. Просто трагедия: животные верили, а люди - нет. Разумеется, Сэмми считал, что оно имелось и дома у Умлаута, и тот должен был знать, как обстоит дело.

Юноша моргнул. Он не припоминал никаких подкроватных монстров. Собственно говоря, не всплывала в памяти и кровать. Да что там! Даже со словом «дом» ассоциаций не возникало. Странно.

Он увидел, как Ясноглазка обменялась с Сэмми многозначительным взглядом.

- Что? - нахмурился Умлаут. - Что вам известно?

Те колебались, однако он настоял, чтобы ему поведали правду. И не смог поверить услышанному.

- Я не существую? - недоверчиво переспросил Умлаут. - Но ведь я стою прямо тут и спорю с вами, и мы доставляем письма. - Но тут ему на ум пришли слова принцесс День и Ночь об отсутствии среди живых и среди мертвых. Они были волшебницами и знали все о каждом живом существе и каждом неодушевленном предмете. Как они могли ошибаться? Тем не менее, принцессы наверняка ошиблись.

Все же Ясноглазка была непреклонна, и Сэмми с ней согласился. В ее реальности Умлаута не существовало. Может, он и не иллюзия, поскольку выглядел достаточно плотным, но и не настоящий.

- Иллюзорным я себя и не чувствую, - горячо заверил их обоих Умлаут. - И не действую, как мираж. Думаю, восприятие Ясноглазки просто обходит меня стороной. Может, я пребываю под отражающими чарами, и она не может на меня настроиться. Я точно здесь во всех смыслах.

Поразмыслив, кошка приняла контр-аргумент. Но уверенность возвратилась к юноше не полностью. Ясноглазка не считалась волшебницей, она была только кошкой, обладавшей особым талантом; возможно, у него имелись неведомые ей ограничения. Однако что делать с двумя принцессами? И с демонессой Метрией, которая не только пыталась помешать ему доставить письма адресатам, но и мгновенно испарилась, когда Умлаут ее в этом обвинил. С чего бы такая реакция? Казалось, она впервые восприняла его всерьез и опешила. И почему он не помнил своего дома? Почему в памяти не отложилось вообще ничего вплоть до момента, когда он встретил Шерри и сбежал в подземелье замка зомби? Мог ли поцелуй Шерри повлиять на него более губительно, чем Умлаут считал до этого? Вдруг он стер из головы не только последнее свидание с ней, но и другие воспоминания? Но ведь она тоже не волшебница, всего лишь девушка с черезчур сладкими губками. Он знал, что она не желала причинить вреда, она просто хотела выйти за него замуж. И добилась бы своей цели, если бы Умлаут не сбежал.

Сезамия ткнула его носом. Она знала, что он существует, ведь их таланты были похожи. И неважно, что там себе думают другие.

Умлаут обнял змею за шею.

- Спасибо, чешуйчатая, - поблагодарил он и вернулся к их главной на сей день задаче. - Так что произошло с Храповиком? Принцесса Айви выросла, она теперь взрослая. Разве он не растворился в небытии?

Нет, оказалось, что того спас счастливый случай. У принцессы Айви был еще один питомец - паровичок Стэнли, который внезапно пропал, так что голем Гранди с Храповиком отправились на его поиски. Они преуспели, но Стэнли защищал фавнов с нимфами от хищников, поэтому его сменил подкроватный монстрик, чтобы дракон мог вернуться домой с Айви и позже возобновить свою постоянную работу в Провале. Самопожертвование Храповика продлило его существование на неопределенный срок, потому что фавны с нимфами, несмотря на сформировавшиеся тела, к настоящим взрослым не относились; они продолжали верить в подкроватное чудище. Поэтому Храповик мог получить письмо.

Умлаут осознал, что большая часть истории Ксанфа прокралась мимо него окольными путями.

- И где нам найти фавнов с нимфами? - спросил он.

Те пребывали в Обители Фавнов и Нимф, прямо к югу от озера Огр-Ызок.

- И как нам быстро туда попасть?

Пара, понимавшая язык людей и животных, покачала боками. Она знала дорогу.

- Но мы не хотим заставлять тебя нести нас весь путь сквозь джунгли, - запротестовал Умлаут. - Твои ноги устанут.

Пару это не беспокоило. Развернувшись, она бодро прошлепала назад к морю и погрузилась в воду. Куда она направлялась?

Из волн высунулась женская головка.

- Ты звала, Пара?

Лодка кивнула носом и притихла. Перед ними была женщина - значит, переговоры придется вести Умлауту.

- Эм, здрасьте, - начал он, отметив, что ее волосы отливали водорослевой зеленью.

Незнакомка посмотрела на него.

- Эй, да ты же молодой человек.

- Меня зовут Умлаут. Я путешествую со змеей Сезамией, котом Сэмми и кошкой Ясноглазкой. Пара решила, что ты можешь нам помочь.

- Я - русалка Мела, - представилась она.

- Русалка! - воскликнул удивленный юноша.

- Морская, - уточнила она. - Благодаря соленой воде, мы обладаем лучшими формами. - Плеснув хвостом, Мела поднялась над волнами достаточно высоко, чтобы Умлаут мог их оценить.

Он попробовал не глазеть, однако взгляд упорно фокусировался на том, что открыла русалка. Затем она вдохнула, и юноша почти вывалился из лодки.

- Моря волнуются больше, чем реки или озера, - участливо объяснила она. - Поэтому нам требуется дополнительный балласт.

Ему наконец удалось отвести взгляд от подушечек этого балласта.

- Так ты нам поможешь?

- Это зависит от того, куда вы направляетесь.

- К фавнам и нимфам.

Мела погрузилась в раздумья.

- Да, к ним можно доплыть, хотя обитель и находится на суше. Придется воспользоваться услугами лучших пловцов или песчаной ведьмы.

- Скворцов? Взаймы? - Не расслышал он, однако ее хвост уже взмылся вверх, когда русалка нырнула, явно куда-то торопясь.

Затем на воде появилась косая извилина, стремительно разросшаяся в зигзагообразную расщелину. Умлаут нервно наблюдал за ней. Неужели вернулся водоворот? Но лодка сохраняла спокойствие. Что происходит?

Перед ними вновь появилась Мела.

- Я нашла косатку, - сообщила она.

- Больше похоже на зубатку, - отозвался Умлаут.

- Почти угадал, ее зовут Кусачка, - кивнула его собеседница. - Для быстрой работы лучше ее не найти.

Трещина на воде все еще росла и ширилась.

- Что за огромные конусы! - встревоженно заметил юноша.

- О, спасибо, - польщенно отозвалась Мела, делая очередной вдох.

Лодка перевалилась за край водяной стены и заскользила вниз - прямо в бездну. Умлаут покрепче ухватился за борт, кошачьи погрузили в дерево когти, Сезамия расправила кольца так, чтобы вжаться в лодку изнутри. Они падали со страшной скоростью. Затем сородич Провала закрылся, скрыв путников в себе, будто их поглотил гигантский рот. Умлаут задержал дыхание, но понимал, что это ненадолго.

- Кусачку наколдовала песчаная ведьма, - сообщила Мела, беззаботно виляя хвостом. Очень красивым хвостом. - Она глотает вас при погружении, но вы можете дышать.

Ах, вот как.

- Спасибо им обеим, - слабо кивнул Умлаут.

Теперь огромная черно-белая рыба сориентировалась на южном течении и быстро поплыла вдоль побережья. Почтальоны не только могли дышать, они видели сквозь полупрозрачное брюхо песок, ракушки и донные водоросли. Кажется, Кусачку сотворили прямо из воды.

- Так что вам понадобилось у фавнов с нимфами? - осведомилась русалка, присаживаясь рядом с юношей. - Что такого есть у нимф, чего нет у меня?

- Ничего, - пожал плечами Умлаут. - Мне ничего от них не надо.

Мела вздохнула. - Ты все испортил. Надо было ответить «ноги».

Он моргнул. - Ноги?

- У нимф есть ноги. А у меня - хвост. Очень миленький.

Оу.

- Хвост, - ничего не понимая, согласился Умлаут.

- Потому что я не такая.

- Эм, да. - Ему все еще сложно было поверить, что совсем рядом, бедром к бедру, сидит ослепительной красоты русалка. - Тебе приходится плавать.

- Но я могу превратиться и в обычную девушку. - Хвост дернулся и сменился парой прелестных обнаженных ножек.

Умлаут попробовал не пялиться на голые коленки, но они застали его врасплох. Раньше он никогда не видел женские ноги так близко.

Мела кокетливо закинула ногу за ногу, и перед ним снова появился хвост.

- Ты в порядке? - заботливо поинтересовалась она.

- В смысле?

Русалка победно рассмеялась.

- Ты отключился, а я ведь даже не ношу трусиков. В моем возрасте это настоящее достижение. Я вернула хвост, прежде чем твои глаза сварились в глазницах.

- В твоем возрасте? - В присутствии этого очаровательного существа Умлаут только и мог выдавить из себя пару слов.

- Мне сорок девять лет.

Юноша присмотрелся внимательней. Еще одна ошибка. Он моргнул, и внезапно на ней появился необходимый минимум одежды. Должно быть, Умлаут снова отключился, потому что Мела начала его тормошить.

- Я… я поражен.

- Мы, водяные чудовища, сохраняемся отлично, - сказала она. - Приятно знать, что наша внешность по-прежнему действует. Так я верю, что Налдо не подшучивает надо мной.

- Налдо?

- Мой муж. Принц Налдо Нага, что делает меня принцессой. Мне это нравится. Он моложе меня на одиннадцать лет, но принцы не стареют. А еще я люблю море, поэтому часто отправляюсь поплавать. Вот и откликнулась на зов Пары. Славная лодка. Ее мать была лодкой мечты.

- Я слышал.

- Значит, ты не ищешь хорошенькую нимфу, чтобы с ней поиграть, - продолжала русалка. - Хотя у тебя неплохо бы получилось. Ну, так по какой причине ты отправляешься в обитель фавнов и нимф?

На это Умлаут ответить мог.

- Чтобы доставить письмо Храповику.

- Подкроватному чудищу Айви! - воскликнула она. - Я и не знала, что он ведет переписку.

- Письмо из Мандении. Мы разносим целую стопку. Я должен прочитать их все до вручения, поскольку то, которое получил демон Юпитера, привело его в ярость и заставило швырнуть в нас Красным Пятном.

- Этих могущественных демонов смертным лучше не беспокоить. А что написано в письме для Храповика?

- Я его еще не читал.

- Тогда давай прочтем вместе.

- Эм, ладно. - Примечательные выпуклости русалки были прикрыты, но не перестали привлекать взгляд. Невозможно было ей отказать. Умлаут открыл письмо, и они прочитали:

Деревня Каледон, долина фавнов и нимф, сэру Храповику.

Я живу рядом со взрослой обыкновенкой, которая печатает статьи о переписке с жителями Ксанфа. Ее зовут Арджаис. Меня величают сэром Уинслоу Кромвелем Вэнтворфи Пятнадцатым. Вышеупомянутая женщина именует меня «пыльным кроликом». Забавное выражение, относящееся к моему титулу, не правда ли? Довольно, я бы сказал, унизительное.

Полагаю, ваша профессия подкроватного чудовища несет в себе больше достоинства, нежели моя жизнь в последнее время. По крайней мере, ваше существование признано обществом. Также вам оказывают уважение и не лезут в личную жизнь. А я еженедельно страдаю от кошмарно жестокой машины, всасывающей в себя все в зоне доступа. Она нарушает мой покой, и, хотя слова «трус» в словаре семейства Вентворфи не имелось, мне приходится благоразумно отступать в дальний угол. С хитроумными людскими изобретениями следует проявлять осторожность, не так ли? После этого обо мне забывают на следующие семь дней.

Сегодня я дошел до такой точки отчаяния, что завладел пишущей машинкой своей соседки. Я чувствую, что обязан официльно заявить о нашем положении. Взрослые в этом мире совсем потеряли голову. Они отрицают самую суть магии. Если юнцы человеческого вида еще чувствуют ее интуитивно, то взрослые просто отказываются верить. Люди здесь настолько увлечены садоводством - можете себе представить! - что она не узнала бы химеру, даже если бы та появилась прямо перед ней. Скорее, она бы сказала: «О, прошу прощения, вы стоите на моих цветочках», или что-то в этом духе.

Но перейдем к делу. Мне нужен ключ - талисман, амулет, оберег, чарами которого я мог бы воспользоваться, чтобы женщина узнала о моем присутствии. Я в опасности; эта дурочка в своей слепоте ставит под угрозу само мое существование. Нет, она не так уж плоха, просто узко мыслит. Уверен, узнай она обо мне правду, то признает мое право на жизнь, и наши взаимоотношения наладятся.

Прошу, дайте мне знать, существует ли артефакт, способный мне помочь. На сем остаюсь вашим покорным слугой, Сэр Уинслоу Кромвель Вэнтворфи XV.

Умлаут поднял взгляд.

- Что думаете? Несет ли это письмо в себе угрозу?

- Бедный кроличек! - с сочувствием воскликнула Мела. - Застрял в землях, где не верят в магию. Ему надо перебраться сюда, в Ксанф.

Умлаут счел ее слова лучшим доказательством безопасности письма. Свернув листок, юноша вложил его обратно в конверт.

Путешествие продолжалось. Сезамия, Сэмми и Ясноглазка получали искреннее удовольствие от проплывающих мимо пейзажей, в которых присутствовали самые разнообразные ракушки, водные растения и рыбы. Хвосты кошачьих невольно подергивались при виде особо вкусной потенциальной добычи, но охотиться они не пытались.

В том, что их проглотили, была своя прелесть; они продвигались вперед довольно быстро.

- Как мы доберемся к центральному Ксанфу, если плывем на юг? - спросил Умлаут у Мелы.

- Обогнем южное побережье полуострова, - пояснила русалка. - Потом свернем в Травяную Реку и, наконец, через подземный пролив достигнем озера обители фавнов и нимф. Видишь ли, все они так или иначе граничат с водой, иначе Кусачка туда бы не добралась. Она не может передвигаться по суше.

- Под землей тоже есть вода?

- Конечно. Как бы мы там без нее жили? - Она вновь грациозно взмахнула своим красивым хвостом. - Не все из нас умеют отращивать ноги, поэтому морскому народу требуются водные пути к изолированным озерам. По крайней мере, любителям новизны. - Она скорчила гримаску.

Свежие воды. Умлаутом овладело странное ощущение, будто его наполнили ими по самые уши, но деваться было некуда. Он неловко заерзал.

- Здесь есть туалет, - деликатно заметила наблюдательная Мела, указав на непрозрачную часть рыбы.

- В самом деле?

- Да. Почему бы тебе не пойти и не проверить?

Не признавая, но и не опровергая своего состояния, он послушался. Найдя дверь, Умлаут открыл ее и вошел в клозет. Оу. Действительно, сейчас юноша нуждался именно в этом. Как вовремя русалка о нем упомянула. Воспользовавшись туалетом, он вернулся на свое место в лодке.

Дно поднималось; они выплыли на мелководье. Внезапно Кусачка резко от чего-то отпрянула, вынудив Умлаута повалиться на Мелу. К счастью, упал он на мягкое.

- Эм, прости, - пробормотал юноша, отстраняясь.

- Ты хочешь сказать, что это был не приступ внезапной страсти? - поинтересовалась она.

- Эм, нет. Я, эм, то есть я не это имел в виду…

- У тебя такая милая манера выражаться, - улыбнулась она, и Умлаут покраснел. Затем русалка рассмеялась. - Не беспокойся. Кусачка отвлеклась на рыбака.

- На рыбака?

- Вон, видишь, там еще одна, - указала Мела.

Он посмотрел. И впрямь, на берегу стояла огромная муха с удочкой. Косатка прянула в сторону, чтобы ее избежать.

- Почему мы плывем так близко к берегу? - спросил Умлаут. - Мы с легкостью избежали бы проблем, оставаясь в глубине.

- Кусачка ищет реку. - Она наклонилась вперед, вглядываясь вдаль. - А вот и поворот.

Юноша тоже увидел нечто темное, совсем не похожее на реку. Тем не менее, косатка свернула туда, и они оказались окружены длинными крапчатыми стеблями. Что это?

Вытянув руку, Мела сорвала один из них и показала Умлауту. Это была трава.

- Травяная Река, - напомнила русалка.

Он решил, что подробности его не интересуют. Умлаут просто смотрел, как они продираются сквозь зеленую завесу. Та казалась бесконечной, простираясь насколько хватало взгляда, хотя на большое расстояние его и не хватало.

- Это часть Бесконечных Просторов, - продолжала Мела, которой расспросов и не требовалось. - Они тянутся вечно, особенно, если заблудишься. Но Кусачка знает наш курс, поэтому мы не заблудимся. Надеюсь.

- Надеешься?

- Ну, я давненько тут не плавала. Может, маршрут изменился. Тогда мы застрянем здесь навсегда и будем маяться от скуки.

Ее слова Умлаута не обнадежили. Оглядевшись, он поймал взгляд Ясноглазки. Кошка подмигнула. Русалка дразнила его. Юноша ощутил облегчение.

- Эта кошка все испортила, - недовольно пробормотала Мела.

Кусачка нырнула, и колышущаяся трава исчезла над их головами. Однако то, что таилось в глубине, оказалось не лучше. Оно было белесым и таким же толстым, как стебли.

- Что?.. - начал было юноша и оборвал себя. Впрочем, без особого результата.

Нагнувшись, Мела вновь протянула рука и сорвала клочок мха.

- Теперь мы под землей.

- Я думал, там только вода.

- Мох здесь растет повсюду. - Мела сжала пальцы, и из белого лишайника засочилась вода. - Он везде под Ксанфом.

А еще тут было темно; мох не давал солнечному свету проникнуть в глубины. Умлаут надеялся, что Кусачка неплохо ориентируется и в темноте. Сам он видел лишь русалочьи локоны, которые слабо светились во мраке. По крайней мере, он точно знал, где его собеседница находится.

- Не волнуйся, - в очередной раз утешила юношу Мела. - Я хорошо вижу под водой, а именно под водой мы и пребываем. Мы движемся по подземному лабиринту.

- Лабиринту?

- Головоломке.

- Я знаю, что такое лабиринт. Я хотел спросить, что он делает под водой.

- Таким пролив делает мох. Он очень коварен.

Наверное, в этом и не должен был прослеживаться смысл.

Но потом их скорость замедлилась. Ясноглазка подошла и села рядом; Умлаут чувствовал ее тревогу. Это заставило нервничать и его самого.

- Что случилось?

Он только сейчас понял, что подземная часть Ксанфа не менее сложна и запутанна, чем та, что на поверхности.

- Маршрут изменился, - просветила его Мела. - Кусачка заблудилась. Это плохо, когда находишься посреди мха.

Это юноше совершенно не понравилось, но все же он уточнил.

- Почему плохо?

- Потому что внутри косатки мало воздуха. Если пробыть под водой слишком долго, он закончится.

- И мы все пострадаем?

- Я могу дышать под водой. Когда ко мне спускаются гости, стараюсь обеспечить им достаточный запас кислорода. Но это не мой дом.

Умлауту тут же показалось, что он задыхается.

- Что мы можем сделать?

- Надо найти кислородную подушку. Она восстановит наш запах воздуха.

- Кислородную подушку? - Он запутывался все больше и больше.

- Да. Но эта область мне не знакома. Кусачка говорит, что она проследовала в направлении, куда указывала стрелка с надписью «Обитель фавнов и нимф», и все же мы заблудились. Она может повернуть назад, но времени достичь поверхности, чтобы подзаправиться воздухом, нам не хватит.

Сэмми забеспокоился.

- Ты можешь найти дорогу? - спросил у него Умлаут.

- Точно, - просветлела Мела. - Сэмми может найти все, что угодно. Вот только сквозь мох ему не пробиться.

- А вдруг он покажет Кусачке, куда плыть. Она увидит его, если постарается?

- Не думаю. Ее взгляд направлен наружу, а не внутрь себя. К тому же, здесь довольно темно.

Умлаут поразмыслил, и у него появилась свежая идея.

- А она способна чувствовать нас внутри себя? То есть, если все мы укажем направление, она это ощутит?

- Сомневаюсь, - покачала головой русалка. - Ей надо подать сигнал извне.

- Думаю, у нас получится. Пусть Сэмми укажет путь тебе, а ты выплывешь и покажешь дорогу Кусачке.

Мела кивнула.

- Это сработало бы, если бы я видела Сэмми. Он слишком маленький.

- Тогда он покажет Сезамии, а она изогнется таким образом, чтобы указывать верный путь. Ее тело ты точно увидишь.

- Стоит попробовать, - согласилась Мела и, покинув свое место, ловко нырнула сквозь прозрачный бок косатки прямо в мшистую воду. Ее волосы красиво колыхались позади, отсвечивая зеленой рябью. Затем она пропала из вида, скрывшись в царившем снаружи полумраке. Умлаут надеялся, что змею она видит по-прежнему, даже если они ее не замечали.

- Давай, Сэмми, - сказал он коту. - Покажи дорогу.

Сэмми повернулся в сторону. Кот явно указывал путь собственным носом. Сезамия разглядела его и выскользнула из лодки. Она всплыла над лодкой, поскольку они все равно находились в жидкости, несмотря на сохранившуюся способность дышать. Потом змея изогнулась большой стрелкой, которая указывала в том же направлении, что и нос Сэмми.

Увидев ее, Мела поплыла впереди косатки, показывая путь, и Кусачка последовала за ней; сидевшие внутри пассажиры явственно ощутили перемену в движении. Теперь они плыли правильно. Скорее всего.

Сэмми опять изменил свое положение. Сезамия развернулась и пошла волнами, привлекая внимание русалки. Мела заметила ее и поплыла под углом. Косатка - тоже. Они двигались параллельно каменистой подводной стене - по узкому проходу.

Так повторилось еще несколько раз, пока они не сделали полный круг.

Умлаут начал волноваться, сочтя, что кот тоже заблудился, но чуть позже осознал, что в действительности они спускались вниз по спирали. Плыть напрямую они не могли; каналы разделяло слишком много каменных стен. Однако теперь юноша задыхался уже не от беспокойства… их воздух почти закончился.

Наконец, он увидел впереди свет. Присматриваясь, по мере приближения к нему Умлаут разглядел большую светящуюся подушку.

- Воздушная подушка! - с энтузиазмом воскликнул он.

Кусачка вплыла прямиком в нее, и воздух мгновенно посвежел; его запас восстановился настолько, что теперь они могли дышать свободно.

Рядом вновь возникла Мела.

- Воздушная подушка помогла, не правда ли? - улыбнулась она.

- Правда, - согласился Умлаут. Всем им сразу полегчало.

Когда кислорода стало достаточно, Кусачка развернулась и поплыла к знаку, который указывал путь к обители фавнов и нимф. Тот все еще настаивал на неверном направлении. Ясноглазка посмотрела на него и покачала головой. Что-то было не так.

Вскоре они выяснили, что кошка имела в виду: знак специально так повернули. Кто-то или что-то хотел(о), чтобы путники заблудились. Если не желал(о) им худшей участи.

Глава 10. Фавны и нимфы

Дальнейший их путь прошел без приключений. Ясноглазка знала, в каком направлении должен был указывать знак, и их курс пролегал верно.

Умлаут воспользовался этим временем, чтобы сделать то, что давно надлежало сделать.

- Сезамия, у меня хорошо получается общаться с кошачьими, когда я имитирую кота. Но твой талант соответствует моему, так что связь между нами должна быть еще прочней. Если потренируемся, в случае новой опасности к девятнадцати вопросам обращаться не придется.

Змея кивнула, и они как следует над этим поработали. Вскоре юноша уже понимал язык тела и шипение Сезамии. Они словно разговаривали по-настоящему.

- Так гораздо лучше, - признал Умлаут.

«Согласна». Разумеется, она произнесла это не по-человечески, но это было неважно; он прекрасно ее понял.

- Я благодарен тебе за помощь от всего сердца, - сказал он ей. - И с тобой чувствую себя в безопасности.

«Спасибо». Она поцеловала его в ухо.

Путники погрузились в теплое озеро, окруженное пляжем, лесом и горами. Вокруг бегало несметное количество фавнов и нимф. Кажется, они носились безо всякой цели. На ногах фавнов красовались маленькие копытца, а нимфы были обнажены.

- Кажется, мы на месте, - отметил Умлаут.

- Нам пора, - вздохнула Мела. - Мы с Кусачкой - морские создания, и нам нужна соленая вода. Пресная раздражает кожу.

- Спасибо за помощь, - поблагодарил юноша, когда Пара вышла из зубастой расщелины, каковой являлась пасть косатки.

Русалка соблазнительно пожала плечами.

- Обращайтесь в любое время. Надеюсь, вы доставите все письма.

Она вернулась внутрь прозрачной рыбины, успев скользнуть туда буквально за мгновение до того, как расщелина сомкнулась.

- Прощайте.

Косатка стала погружаться в глубину и вскоре совсем скрылась с глаз.

- Теперь остается лишь найти Храповика, - бодро сказал Умлаут.

Сэмми обернулся к озеру. Он знал, где искать.

Приблизившись к пляжу, они присмотрелись к снующим туда-сюда фавнам и нимфам внимательней.

- Ох… - выдохнул Умлаут. - Чем они занимаются?

Сэмми с Ясноглазкой обменялись особым кошачьим взглядом. Затем Сэмми вызвал юношу на более открытый диалог. Ответ, когда Умлаут до него добрался, его не удовлетворил.

«Празднуют».

- Интересно, что? - Умлаут присвистнул, наблюдая за тем, как фавн, погнавшийся за визжащей нимфой, поймал ее, бросил на песок и занялся тем, что кот назвал празднованием. После этого оба искупались в озере и возобновили игру в догонялки с другими партнерами. В подробностях он процесса не видел. Кажется, все сводилось к поцелуям и объятиям, визгу и смеху. Может, они друг друга щекотали? Юноша задался вопросом, не умолчал ли Сэмми о чем-то, чего не мог ему поведать. Поцелуи и объятия Умлауту нравились; ему уже доводилось проделывать и то, и другое. Но почему парочки катались по земле, пока этим занимались?

Цель их поисков, похоже, находилась под кроватью, стоявшей прямо на берегу. Нимфы барахтались на ней, опуская свои стройные ножки и взвизгивая от радости.

- Что здесь творится?

Ясноглазка посвятила его в суть происходящего: под кроватью жил Храповик. Нимфы играли с ним, позволяя хватать их за изящные щиколотки.

- Весь день? - удивился Умлаут.

Весь день напролет.

- Но разве им не наскучивает?

Сэмми с Ясноглазкой объединили усилия, чтобы пояснить природу здешних обитателей: нет, фавнам с нимфами не скучно. Они - простые создания, и их устраивают самые обычные развлечения. Неважно, сколько эти развлечения длятся, поскольку память фавнов и нимф удерживает лишь события текущего дня. В лучшем случае. Каждый новый день для них поистине полон новизны.

- Они не помнят, что случилось накануне? - Умлаут нашел, что в это трудно поверить.

А еще они были бессмертными до тех пор, пока оставались в своей обители. Они не взрослели и не менялись, проводя время в бесчисленных погонях и празднованиях. Фавны с нимфами жили настоящим моментом. Сегодня. Идеальное существование.

- Идеальное! - с недоверием воскликнул Умлаут. - Что же это за жизнь без воспоминаний!

Кошачьи пожали плечами. Это был их собственный выбор.

- А Храповик? Какой смысл отдавать ему письмо, о котором он даже не вспомнит?

Храповик, как оказалось, был особым случаем. Он не принадлежал к роду фавнов или нимф, не был местным, поэтому память сохранил. Разумеется, помнить обычные дни не было смысла, ведь они повторялись, зато другие вещи подкроватный монстрик запоминал. Поэтому он поймет и удержит в памяти это письмо.

Они направились к кровати. Вспугнутые нимфы сбежали, не зная, чего ждать от странных гостей. Вылезти из своего убежища или даже просто показаться Храповик не мог, поскольку на дворе стоял день, однако слышать он их слышал.

Пораскинув мозгами, Умлаут пришел к выводу, что доставка письма под вопросом. Как адресат его прочитает?

Да-да, ведь глаз у Храповика не имелось. Придется юноше самому прочесть ему письмо.

Ну, и отлично. Поудобней устроившись на кровате, он открыл конверт.

- Сэру Храповику, - начал Умлаут. - Я живу рядом со взрослой обыкновенкой…

Когда он упомянул пыльного кролика, Храповик прокомментировал это тычком под матрас. Тогда юноша перешел к девятнадцати вопросам подкроватному чудовищу, ответами на которые служили одинарные тычки, означавшие «да» и двойные - «нет». Кажется, пыльные кролики были лучшими друзьями Храповика. Они постоянно чихали пылью и даже устраивали между собой соревнования, чтобы определить, кто произведет ее больше за короткий срок. К несчастью, домохозяйки их не ценили, гоня из дома щетками и метлами. Большинство тоже пряталось под кроватями, но их продолжали преследовать. Храповик испытывал к пыльным кроликам самое искреннее сочувствие.

- Так тебе известен какой-нибудь амулет, который заставит эту манденийку принять версию пыльного кролика в стране без магии? - спросил Умлаут.

Обыкновения! Об этом Храповик не подумал. Нет, магия там не действовала. В этой ужасной стране подкроватные чудища и пыльные кролики не имели реальной власти. Поэтому он сожалеет, но помочь не может.

- Жалко, - вздохнул Умлаут. - Ладно, я оставлю тебе письмо. Нам надо двигаться к следующему адресату.

Путники забрались в лодку и стали решать, куда отправиться дальше.

- Мы не можем вернуться тем же путем, по лабиринту, - сказал Умлаут. - Он слишком трудный.

Ясноглазка выпрямилась и поглядела через озеро. Ее что-то насторожило. Но, прежде чем юноша успел задать вопрос, оттуда раздался вопль, за которым последовал звук удара, будто что-то тараном врезалось в стену. Затем прозвучал жестокий смех.

- Что-то не так, - решил Умлаут. Может, он и не самое прочное звено в команде, но цели в итоге достигает, несмотря на подводные мхи и другие препятствия. - Надо плыть туда. - И он посмотрел на выраставшие из противоположного берега высокие горы.

Пара быстро зашлепала к воде. Там, где происходила неразбериха, празднования фавнов с нимфами уменьшились. Один из фавнов лежал без сознания, а над сидевшей рядом с ним нимфой кружились крохотные звездочки и планеты. Что стряслось?

- Может, они нечаянно столкнулись друг с другом, - предположил Умлаут.

Ясноглазка покачала головой. Нет.

По мере их приближения к берегу лежавший фавн сел, а нимфа принялась его утешать. Остальные фавны с нимфами возобновили свою привычную деятельность, полностью утратив интерес к происшествию.

Пара выбралась на берег, и путники вылезли.

- Что случилось? - осведомился Умлаут у нимфы.

- Мы врезались в стену, - ответила та. - В последнюю минуту я увидела ее и успела притормозить, но все равно упала, а он ничего не заметил, влетел прямо в нее и тоже лег на землю.

- В стену? Где?

- Вот здесь, - сказала она, указывая.

- Я ничего не вижу.

Нимфа поднялась и направилась в указанном направлении. Выпиравшие части тела соблазнительно покачивались. Умлаут пытался не пялиться и преуспел, ведь все нимфы были обнажены и похожи друг на друга. Эта ничем не отличалась от других. Она вытянула руку.

- Вот. - И удивилась.

- Ты хочешь сказать, что стена невидимая?

- Да. - Она пощупала воздух. - Ну, она была тут.

Умлаут пощупал там же. Стены не было.

- Ты уверена, что это не игра твоего воображения?

- Мы, наяды, лишены воображения.

Его воображению тоже нечего было представить. Взгляду открыто было все. Но об этом Умлаут промолчал.

- Наяды? А я думал, вы нимфы.

Она рассмеялась, отчего по телу вновь пошла соблазнительная рябь.

- Смешной ты человек! Хочешь отпраздновать?

- Эм, нет, - быстро сказал юноша, хотя искушение было сильным. - Я просто не знаю, кто такие наяды.

Казалось, она обрадовалась.

- То есть я знаю что-то, неизвестное тебе? Чудесно! Здесь, в обители, у нас несколько видов фавнов и нимф. Дриады и дрифавны живут и играют на деревьях, ореады и орефавны - в горах, а мы, наяды с найфавнами - в воде или на пляже.

- Оу. Спасибо.

- Но иногда мы празднуем с незнакомцами. Одежда так привлекает.

- Нет, спасибо. Я просто беспокоился, что ты пострадала.

- Мы пострадали, но теперь все в порядк. - Нимфа обернулась к фавну, который уже стоял. - Ты готов?

- Думаю, да, - отозвался тот.

Она улыбнулась.

- Поймай меня, если сможешь! - Взметнув длинными волосами, описавшими полный круг, нимфа высоко подпрыгнула, с удовольствием завизжала и понеслась прочь. Фавн погнался за ней. Она плюхнулась в воду, где он поймал ее, и они исчезли в волнах, в хитросплетении рук, ног и хихиканья. Они явно что-то праздновали.

Сезамия ткнула его носом. Умлаут осознал, что маленькое представление наяды его заворожило. Он просто прирос к месту. Было что-то невыразимо приятное в том, как она взвизгивала, встряхивала кудрями и прыгала. Особенно его очаровали ножки или, может быть…

Сезамия вновь ткнулась в него носом. Его мысли пошли по кругу.

- Эм, спасибо. На чем мы остановились?

Сезамия указала на несуществующую стену. Верно: если нимфа со своим преследователем вообразили ее, несмотря на недостаток воображения, каким образом она повлияла на них физически? И все же было очевидно, что никакой стены здесь нет.

- Ладно, лучше нам отправиться по своим делам.

Остальные спорить не стали. Путники повернулись, направляясь к Паре, ожидавшей их на берегу - и шагнули точно в невидимую стену.

- Ух-х! - выдохнул Умлаут. Это было все, на что он оказался в данную минуту способен. Воображение подвело и его. Скрыв ладонями изувеченное лицо, юноша услышал жестокий смех.

После того, как две маленькие планетки и карликовая звезда, летавшие над его головой, исчезли, он увидел, как животные изучают стену. Сэмми нюхал ее основание, Ясноглазка стояла на вершине, а Сезамия описывала круги вокруг нее. Таким образом они определили размер и форму стены. Та была ростом с человека, шириной с его вытянутые в обе стороны руки и достаточно толстой, чтобы наверху могла улечься кошка.

Подойдя к ней вплотную, Умлаут исследовал стену руками. Наощупь та была крепкой и гладкой, как толстое стекло; даже звук от щелчка получился таким же. Она бы остановила любого, кто шагал с достаточной скоростью. Но чуть ранее стены на этом месте не существовало, о чем свидетельствовали отпечатки их ног на песке. Как же она появилась столь внезапно?

Ясноглазка со свойственной кошкам точностью приземлилась рядом с ним. Поначалу юноша подумал, что она спрыгнула, но обнаружил, что исчезла стена, лишив ее опоры. Это была временная стена.

- Что тут происходит? - риторически вопросил Умлаут.

Ясноглазка прояснила ситуацию: стена возникала с помощью магии, и ее источником служил талант жестокого молодого человека. Того самого, который смеялся. Ему нравилось создавать стены перед движущимися живыми объектами и смеяться, когда они сталкивались с незримым препятствием.

- Что за человек способен на такое? - с досадой осведомился Умлаут.

Юный преступник, отозвалась кошка. Социопат. Хулиган, недавно сбежавший из пруда Мозгового Коралла. Один из шести.

- Сбежало шестеро хулиганов? - уточнил юноша. - Но почему они явились сюда?

Сюда их привело течение, поскольку передвигались они под водой, которой какое-то время продолжали дышать. Однако, когда чары пруда испарились, им пришлось подняться и выйти на сушу. Сюда. Теперь малолетние преступники развлекались своим обычным образом: издеваясь над ни в чем не повинными созданиями.

Медленный разум Умлаута, наконец, сделал вывод.

- Мы не можем позволить им так себя вести. Мы должны их остановить.

Остальные с ним согласились. Неправильно было оставлять беззащитных фавнов с нимфами на произвол хулиганов.

- Но как остановить того, кто размещает на твоем пути стену? - спросил юноша.

Они решили держать военный совет - или, если не справятся, хотя бы боевой. Возвратившись к Храповику, они провели диалог из тридцати восьми вопросов. Целью подкроватного чудища было защищать нимф и фавнов в их обители от угроз извне; его кровать стояла наперерез единственному входу в нее по суше. Храповик хватал за лодыжки любого монстра, пытавшегося проскользнуть мимо и швырял его в соседний пруд, где кишмя кишели акулы капитализма с аллегориями. Монстры быстро научились держаться подальше. Но раньше никто не проникал сюда по воде или под водой, минуя его. Храповик не знал, как с этим бороться.

К счастью, Умлаут и его друзья были здесь и могли помочь. Они разработали план битвы. Они установят местонахождение хуиганов и схватят их, а Храповик швырнет их в пруд и не позволит выбраться. Едва все трудные подростки будут пленены и обезврежены, доблестные защитники решат, что с ними делать, чтобы те никогда больше не побеспокоили фавнов и нимф.

Теперь требовалось приступать к действиям.

- Хулиган со стенами, - произнес Умлаут, и Сэмми помчался вокруг озера. За ним последовали Ясноглазка, Сезамия и сам Умлаут. Они бежали мимо фавнов с нимфами, которые развлекались всеми доступными способами, играя в мяч, в догонялки, в прятки и, конечно же, часто праздновали победу. Эти невинные существа почти не обращали внимание на визитеров, если только те не беспокоили их лично. Это, в свою очередь, означало, что они могли стать легкой добычей для разнообразных хищников, которым удавалось проникнуть в обитель. Фавны и нимфы не могли себя защитить. Умлаут уже понял, что виной тому была их невинность, имевшая удручающие последствия, и решил не цепляться за собственную.

Ясноглазка зашипела на Сэмми, и кот затормозил так внезапно, что его когти оставили глубокие борозды в песке.

Сезамии с Умлаутом, следовавшим за ним по пятам, пришлось броситься врассыпную, чтобы не налететь на кошачьих.

- Что?.. - потребовал ответа юноша, с трудом восстанавливая равновесие.

- Хо-хо-хо! - рассмеялся кто-то.

Его пальцы коснулись чего-то плотно-стеклянистого, однако разглядеть Умлаут ничего не мог. Оу, невидимая стена. Благодаря своему таланту, Ясноглазка предугадала ее появление, хотя и не видела, не слышала и не чуяла препятствия, и успела вовремя их задержать. Кошка оказалась великолепным дополнением к их группе.

Это означало, что они подобрались к хулигану вплотную. Час боя настал. Умлаут обменялся взглядом с Сезамией, и оба приступили к имитированию. Скользнув в сторону, змея погрузилась в озеро, на миг скрывшись с глаз. Умлаут, в свою очередь, прыгнул к стене, в то время, как кошачьи, обогнув ее с двух сторон, возобновили поиски, только уже медленней.

Поблизости несколько фавнов и нимф играли в жмурки. Те, чьи глаза не были завязаны, увидели юношу. Завопив, они разбежались в разные стороны. Перед Умлаутом осталась лишь «ослепленная» нимфа. Услышав его шаги, она бросилась туда же, пытаясь его поймать.

- Попался! - воскликнула она, щупая его повсюду. - И ты… большой волосатый огр!

- Руки прочь, бледная немочь, - прорычал Умлаут.

Приподняв повязку, нимфа посмотрела на него, чтобы удостовериться в своей догадке.

- И-и-и-и-и!! - завизжала она, применив пять «и» и два восклицательных знака, отчего визг получился таким пронзительным, какой только могло издать столь нежное существо. Затем она помчалась прочь так быстро, что ее милая попка успела сверкнуть лишь однажды.

Умлаут был доволен. Его имитация сработала.

Приблизившись к хулигану, которым оказался лохматый худощавый насмешник, он произнес на отличном огрском: - Получишь в кочан, подлый хулиган.

Если тот чего и боялся, так это хулигана размерами втрое больше себя, а огры именно ими и являлись.

- Ты никогда меня не поймаешь! - крикнул подросток и повернулся, готовясь к бегству. И замер, поскольку за его спиной стоял свирепый дракон.

- Ты чьих, верблюжий чих? - задиристо вопросил Умлаут.

Хулиган начал отбивать гимн трусости коленями.

- Я Чилк. Просто проходил мимо и никого не трогал, - прохныкал он.

Умлаут сделал вид, будто хватает кого-то своей огромной пятерней.

- Вытрясу опилки из злобного Чилка.

Тот в ужасе шарахнулся в сторону и понесся в единственном доступном направлении - к выходу из обители.

Умлаут с Сезамией гнались за ним, специально чуть приотстав, чтобы тот продолжал бежать. Когда хулиган очутился рядом с кроватью Храповика, из-под нее высунулась волосатая рука и схватила его за щиколотку. Издав вопль, Чилк потерял равновесие и плюхнулся в пруд по соседству. Из воды мгновенно показались острые цветные плавники акул капитализма и вопросительные морды аллегорий.

Чилк снова заорал. Внезапно водные хищники прекратили движение, уперевшись в невидимую стену. Однако, когда Чилк попробовал вылезти из пруда, ему преградила путь Пара.

Он оказался в ловушке.

- Следующий ближайший хулиган, - попросил Умлаут у Сэмми, и кот с кошкой сорвались с места. Вскоре они очутились у подножья соседней горы, где играли в догонялки орефавны с ореадами. Они довольно часто вскрикивали и шлепали друг друга по пятой точке.

- Горячие булочки? - спросил Умлаут у Ясноглазки, и кошка кивнула.

Сезамия свернулась кольцами, продолжая имитировать дракона, и Умлаут с грохотом устремился вперед, все еще изображая огра. Второй хулиган, которого они тоже нашли, благодаря его смеху, когда тот поджаривал окружающим пятые точки, практически ничем не отличался от первого. Особенно ему нравилось причинять дискомфорт нимфам с их прелестями.

Фавны с нимфами заметили дракона с огром и сбежали от опасности. Хулиган сперва увидел дракона и нацелился было удрать, но чуть не врезался в огра.

- А-а-а-а-а! - заорал он, и это прозвучало почти как испуганный визг нимфы.

- Кто такой предо мной? - потребовал ответа Умлаут, которому пришлась по душе роль огра.

- Огр, сэр, меня зовут Намбо, - дрожащим голосом отозвался юнец. - Пожалуйста, не делайте мне больно!

- Отобью булки в темном переулке, - пообещал Умлаут, неторопливо простирая над хулиганом свою угрожающую длань.

Подействовало. Поднырнув под нее, Намбо ударился в бега. Дезертировал он, конечно же, к единственному выходу из обители. Преследователи загнали его к кровати, и все повторилось: рука Храповика, лодыжка, пруд. Они не хотели, чтобы хулиганам удалось сбежать, ведь те могли вернуться, когда дракон с огром покинут эту местность. С преступниками требовалось разобраться, как следует.

На сей раз Умлауту хватило ума, чтобы сперва поинтересоваться: - Ясноглазка, какой талант у третьего хулигана, за которым мы пойдем?

Еще пять вопросов, и они узнали, что третий мог вызывать меч. Это было опасно, поскольку меч мог явиться не только воткнутым в песок, но и летящим в противника, например. А это, в свою очередь, привело бы к летальному исходу для ничего не подозревающего прохожего.

- Ты предупредишь меня? - спросил он у Ясноглазки, и та кивнула.

Они устремились за третьим хулиганом, которого вскоре нашли в густом лесу, окружавшем пляж. Он жестоко дразнил дрифавнов и дриад, которые играли там в прятки-лазалки. Нимфы взбирались на деревья, а фавны бегали под ними и, найдя, подпрыгивали, щекоча дриадам пятки и извлекая смех. Умлаут не сознался бы вслух, но и сам не прочь был к ним присоединиться, если бы не срочное дело.

Он встал позади хулигана.

- Ты кто, конь в пальто? - грозно прорычал юноша.

Тот подпрыгнул, и Ясноглазка последовала его примеру, тут же прянув в сторону. Умлаут был начеку и повторил ее трюк. Меч, который появился в воздухе, безобидно пролетел мимо, вонзившись в древесный ствол. Затем рядом возникла голова дракона, и острые зубы ухватили юнца за ворот. Подняв хулигана в воздух, дракон хорошенько его потряс. После этого подросток повел себя более любезно.

- Я Джама, - неохотно буркнул он.

- Еще один меч, и твоя голова с плеч, - предупредил огр, поднимая здоровенный кулак над головой испуганного хулигана.

- Никаких больше мечей, - поспешно согласился Джама. Как и большинство задир, в душе он был трусом.

Сезамия уронила его на землю, и, выгнав юнца из леса, они повторили маршрут «кровать-пруд», где тот присоединился к своим приятелям. Трое повержены.

Следующим был Конезуб, чьим талантом оказалось проецирование бумов. Вычислить его местоположение по звуку не составило труда. Бум! Крики. Смех. Бум! Крики. Смех. Огр пригрозил отбумить его самого, и хулиган капитулировал, присоединившись к остальным в пруду.

После этого они навестили Потифера, производившего ядовитый газ. Это тоже было опасно, но, разумеется, злодею не было дела до пострадавших. Сезамия разобралась с ним, представив огнедышащего дракона, который мог поджечь облако газа. Поскольку произведенный газ являлся неотъемлемой частью самого Потифера, пламя уничтожило бы и его.

Хулиган склонился к сотрудничеству, и дракону не понадобилось дышать огнем. Отлично, поскольку это лежало за пределами возможностей Сезамии.

И последним был Зинк с талантом творить иллюзорные дыры. Не настоящие, но выглядели они в точности, как настоящие, и могли ввести в заблуждение любого, кто об этом не подозревал. Фавны с нимфами кричали и сталкивались друг с другом в попытках избежать падения в дыры, которые возникали прямо перед ними, пока Зинк хохотал.

Дракон с огром загнали его в угол.

- Хорошо поутру головой в дыру, - глубокомысленно изрек Умлаут, разглядывая парня. Это заставило хулигана одуматься, ведь в действительности дыры не существовало, и огр запросто мог приложить его головой о камень, извалять в грязи или постучать о пень. Вскоре он присоединился к тем, что уже ждали его в пруду.

После этого бойцы перешли к следующей стадии.

- Мы поймали их, что дальше? - спросил Умлаут. - Мы не можем просто так их отпустить.

Конечно, альтернатива имелась: оставить хулиганов на съедение акул и аллегорий. Однако его желудок скрутило, стоило это представить.

Но Ясноглазка заверила их, что волноваться не стоит; ответ появится сам собой. Умлаут надеялся, что она права.

Он попытался расслабиться. Друзьям это удалось, но юноша наблюдал за нимфами и фавнами и скоро неловко заерзал. Он тоже хотел беззаботно развлекаться, только с настоящей девушкой, которая все помнила и являлась личностью. С такой, чьи поцелуи не кружили бы ему голову. Может, с обычной девушкой без особого таланта, лишь бы они подходили друг другу, как Сезамия с Суфле или Ясноглазка с Сэмми. С кем-то, кого он мог встретить, разнося письма, и мгновенно понять: это ОНА.

Ясноглазка тронула его лапой. Умлаут вынырнул из грезы и уголком глаза увидел поскакавшую прочь кобылку. Дневная кобылица! Она и впрямь принесла ему приятную грезу. Жаль было ее утратить, но сейчас требовала внимания реальность.

- Да?

Время пришло. Несколько вопросов спустя Умлаут узнал, что решение проблемы с хулиганами близко. Это, конечно, было важной новостью, но все же юноша жалел, что дневную кобылку спугнули до того, как он узнал, кто именно станет его девушкой.

Они посмотрели на воду. Оттуда поднимался большой мужчина. Нет, женщина. Кентаврица, если быть точным, и довольно тяжелая. Каким образом она им поможет, и неужели ради этого она приплыла сюда?

Они встретили ее на полпути.

- Эм, привет, - поздоровался Умлаут. - Меня зовут Умлаут. - Больше он ничего выдавить из себя не смог; накрыло очередным приступом неадекватности. - Мой талант - имитация.

- Я - кентаврица Эпи, - откликнулась гостья. - Мой талант заключается в том, чтобы сотрясать землю, как вы уже могли заметить. Я пришла из пруда Мозгового Коралла с особым заданием. Вы не видели поблизости шестерых наглых юнцов-людей?

- Да! Они причиняли вред фавнам и нимфам, поэтому мы загнали их в пруд, но не знали, что с ними делать дальше.

- Чудненько! - просияла она. - Вам удалось выполнить за меня большую часть работы. Сегодня утром они сбежали из пруда, где их удерживали шесть сотен лет. Они плохие ребята, за что и оказались на сохранении. Но кто-то, мы подозреваем демонессу, показал им тайный выход, и они проследовали через него прямо сюда. Мы боялись, что к этому времени они разбредутся по Ксанфу и устроят такой переполох, что исправить последствия будет невозможно.

- Они устроили его тут, - кивнул Умлаут. - Мы не могли не вмешаться. Что ты с ними сделаешь?

- Верну в хранилище, разумеется. Они там по той же причине, что и я: мы представляем собой неудобство для Ксанфа. - Кентаврица слегка притопнула копытом, за чем немедленно последовало сотрясение земли, будто в эту точку ударил метеорит.

Ее слова изумили Умлаута.

- Я понимаю, почему надо запереть хулиганов. Но ты ведь не желаешь никому вредить, не так ли? Почему же Мозговой Коралл тебя не освободит?

Эпи улыбнулась. Умлаут уловил это в ее голосе; он не смотрел на кентаврицу прямо, поскольку ее грудь была обнажена.

- Мне нравится думать, что я веду себя в рамках приличий, спасибо. Но я не могу не выйти на сушу, не вызвав землетрясения, поэтому окружающие предпочитают обходиться без моей компании, особенно поблизости от их домов. Вот я и отправилась в пруд добровольно. Иногда я покидаю его, чтобы посетить регион Земли, где она и без того часто дрожит, но там нет других кентавров, поэтому вскоре мне там наскучивает. Тем не менее, благодарю тебя за заботу. - Она взглянула на пруд. - Ты выполнил замечательную работу, заточив их сюда. Интересно, как тебе это удалось, ведь их таланты довольно опасны.

- Я действовал не в одиночку, - быстро сказал Умлаут. - Большую часть работы проделали мои друзья: змея Сезамия, кот Сэмми и кошка Ясноглазка. Она знала, чего ожидать от каждого из хулиганов, а Сэмми по очереди их нашел, а Сезамия сымитировала дракона и привела их к кровати, чтобы Храповик схватил их за лодыжки и швырнул в пруд. Я просто помог все организовать.

Эпи кивнула, юноша понял это по легкому бурчанию земли.

- Ты человек. Дивлюсь, что нимфы не отвлекли тебя.

- Отвлекли, - смущенно признался Умлаут. - Пару раз я отключился, но Сезамия вывела меня из этого состояния. Стоило сосредоточиться на цели, и я пришел в себя.

- Не хочется совать нос в твою личную жизнь, но, как понимаю, ты ищешь девушку.

Умлаут ощутил, что залился краской. - Эм, как?..

Кентаврица рассмеялась, и дрожание земли вызвало водную рябь.

- Мне сказала кобылица Ромашка. Мы обе произошли от общего предка, лошади, и иногда делимся друг с другом сведениями.

- А кто это?

- Та, что доставила тебе грезу. Потом она решила, что я могу тебе помочь.

- Я… Я… Эм, не искал девушку среди кентавров, - неловко промямлил он. - Пожалуйста, не обижайся.

На сей раз от раскатов ее хохота задрожала вся обитель, вызвав минутное замешательство среди фавнов и нимф, которые испуганно посмотрели в сторону посетителей.

- О, я с ней согласна! Ты неподражаем. Насколько понимаю, ты занимаешься доставкой писем?

- Тебе кобылка сказала?

- Нет. Я вижу у тебя сумку с письмами. У тебя не найдется одного для Рапунцель?

- Для кого?

- Думаю, это и есть ответ на мой вопрос. Тогда, может, для Гранди?

Это имя ему попадалось.

- Голем Гранди. Да. Но я не знаю, где он живет.

- А я вот по стечению обстоятельств знаю. Думаю, пруд поможет тебе туда добраться, если ты будешь послушен.

Умлаут заставил себя посмотреть на нее и увидел, что кентаврицу забавляют его трудности с восприятием ее груди. Эпи была не первой, кто находил его неловкие манеры уморительными. Возможно, он был хорош в имитации, потому что не умел быть собой.

- Эм, конечно, ладно, то есть да, если мы найдем дорогу.

- Вы помогли нам, так что будет справедливо помочь вам в ответ. - Даже само ее дыхание насылало рябь на песок. - Если твои друзья не против, - завершила кентаврица.

Умлаут осознал, что пережил очередную недолгую отключку и услышал самую концовку ее речи. Ну, почему кентавры не носят одежды?! Он не желал больше смущаться, поэтому вопросительно посмотрел на животных.

Они откликнулись кивками - значит, все в порядке.

- Эм, да, конечно, спасибо.

- Отлично. Я помогу им выбраться из пруда Мозгового Коралла, когда все мы туда вернемся. - Она обернулась к хулиганам. - Эй, вы, за мной шагом марш! - Скомандовала Эпи.

Чилк взглянул на нее, и его глаза округлились, когда взор сфокусировался на груди; каждое глазное яблоко оказалось приковано отдельно.

- Заставь нас, сисястая.

Остальные поддержали его одобрительными смешками, пялясь в том же направлении.

- Эм, мы можем помочь тебе загнать их туда, - предложил Умлаут.

- В этом нет нужды. - Эпи очень осторожно обогнула пруд, от чего земля пошла мелкой тряской, и остановилась у дальнего берега. Затем ее поступь стала тверже. На сей раз землетрясение вышло мощнее - так, что дно раскололось, и вся вода утекла в расщелину. Пруд в момент обмельчал, и хулиганам пришлось быстро выбираться на сушу, чтобы их ноги не провалились в более узкие щели. Две секунды спустя они уже бежали впереди кентаврицы, которая загнала их в озеро. Эпи последовала за преступниками, и подземные толчки заглушила толща воды. Вскоре все они исчезли. Очевидно, кентаврица вновь наделила своих временных подопечных способностью дышать под водой.

Так что же дальше? Умлаут увидел, что животные устраиваются рядом с кроватью Храповика, готовясь к долгому ожиданию. Поэтому он тоже сел на песок и продолжил наблюдать за нимфами с их милыми играми. Затем одна из них приблизилась и приземлилась на кровать, высоко вскинув свои голые ножки.

Глава 11. Сюрпризка

Умлаут вынырнул из транса, когда Сезамия слегка похлопала его хвостом по плечу. Как долго он находился в отключке на сей раз? Не надо было смотреть, как нимфа барахтается на кровати. Но его глаза считали, что лучше знают, куда им смотреть, будто нарочно хотели вывести юношу из строя.

Из-за спинки кровати к ним приближалась лошадь с повозкой. Должно быть, посланцы Эпи. Сивая кобыла с высоко вскинутой головой и горделиво цокающими копытами выглядела примечательным чудищем. Ямщицкий облучок на телеге пустовал. Странно. Может, животные просветят его, что перед ними за каламбур?

Умлаут вступил в короткую беседу с Сезамией и получил ответ: Сивка-Бурка везла воз, с которого предварительно попросили спуститься бабу, чтобы лошади было легче. Он подумал, что и сам бы мог догадаться. Кобыла не возражала против путешествия к голему Гранди. Короткий путь к нему лежал через тропу троллей.

- А что это за тропа?

Тропа оказалась мощеной дорогой, управляемой троллями. Она пролегала через весь Ксанф и вела с южных вершин к северным топям. Тролль-тропа отлично подходила для быстрого перемещения куда-либо.

- Она такая длинная? Тогда мы наверняка уже пересекли ее по дороге сюда, если только она не была у нас над головами.

Нет, объяснила Сезамия на змеином, они, по всей вероятности, не заметили бы тропу, даже если бы остались на поверхности. Доступ к ней был ограничен.

- Ты хочешь сказать, на нее пускают не всех?

Не совсем.

- Ограничен в ином смысле?

Пустота.

- Какое отношение Пустота имеет к тропе троллей?

Пустота влияла на Ксанф, заставляя близлежащее пространство сжиматься и при этом морщиться, дабы поглотить и его. Тролль-тропа пересекала одну из пространственных складок.

- Тогда как мы доберемся до цели?

На этом змеиные возможности к объяснению методом имитации диалога иссякли. Кажется, Сезамия и сама толком не понимала, что к чему.

- Может, она исчезает и появляется, как острова, - пожал плечами Умлаут, и на этом они закрыли тему. Скорее всего, Ясноглазке было бы что добавить, но кошка заморачиваться не стала.

Сивка-Бурка с пустой повозкой остановилась у кровати. Из повозки выпала пологая деревянная лесенка, чтобы могла взобраться Пара.

Потом туда запрыгнули, проскользнули и влезли четверо бывших пассажиров.

- Прощай, Храповик! - крикнул Умлаут, когда лошадь, развернувшись, возобновила свой неторопливый шаг. Центр матраса на мгновение вспучился бугром.

Это напомнило юноше еще кое о чем.

- Я так и не увидел Храповика. Как он выглядит?

Откликнулась Ясноглазка, поскольку ей был известен ответ. У нее имелись ответы на все вопросы, но по большей части Умлаут просто забывал спросить, а метать бисер перед свиньями ей не хотелось.

Храповик, подобно большинству подкроватных чудищ, состоял из множества рук. Все потому, что от него требовалось лишь хватать за щиколотки. Нимфам это нравилось; они специально скатывались с кровати и исчезали под ней, одаряя Храповика поцелуями. Если нимфе удавалось поцеловать монстрика чаще, чем ему за нее ухватиться, она выигрывала. Оставшиеся рядом с кроватью вели счет: если смачных звуков было больше, нежели взвизгов, победительницей объявлялась нимфа. Они играли с непрекращающимся энтузиазмом, и неважно было, кто выиграет.

Умлаут подумал об игре с обнаженной девицей в темном месте, чтобы вид ее нагого тела не погружал его в транс. Мысль пришлась ему по вкусу. Существовали только две проблемы: у него не хватило бы смелости щупать самые интересные места и ни одна из встреченных им девушек не поцеловала бы его в ответ, осмелься он на нечто подобное. Так что в этой игре могли принять участие лишь нимфы. И все же, если каким-то образом…

Сезамия толкнула его своей мордой, и Умлаут вынырнул из транса. Прошло еще сколько-то времени; они успели оставить обитель далеко позади и выехать на широкую мощеную дорогу. Знак перед ними гласил: СТОП. ЗАПЛАТИТЕ ТРОЛЛЯМ, поэтому Сивка-Бурка остановилась. И в самом деле, перед ними стояли двое уродливых троллей, нечто среднее между гоблинами и ограми.

Умлаут высунулся из повозки.

- Что вы принимаете в качестве оплаты?

Один из троллей буркнул что-то неразборчиво, но с угрозой. Умлаут испугался, что ответ - если бы он его понял, - вряд ли ему бы понравился, поэтому переспрашивать не стал. Вместо этого юноша обернулся к Ясноглазке.

- Что нам нужно?

Они провели диалог по-кошачьи, однако ответ по-прежнему оставался за пределами его понимания. Уж слишком он был сложным. Умлаут предположил, что обоих троллей следует куда-то послать, и тогда они получат право передвигаться по мощеной дороге. Но куда или каким образом, он понятия не имел.

В конце концов утомленная Ясноглазка обернулась к Сэмми. Кот отправил юноше приглашающий взгляд, затем выпрыгнул из повозки и медленно направился к Сивке-Бурке. Умлаут последовал за ним.

Слушаясь указаний кота, он отвязал лошадь от повозки и взобрался на ее спину. Теперь он сидел очень высоко и чувствовал себя не менее горделиво, чем сама Сивка-Бурка. Практически царевичем, рожденным повелевать.

- Ну, поехали, - скомандовал он, задрав нос.

Сэмми снялся с места, свернув на тропу, ведущую прочь от мощеной дороги. Лошадь сорвалась за ним - одним неуловимым движением перейдя в галоп. Умлауту показалось, что сейчас он непременно свалится, поскольку в верховой езде он ничего не понимал, но, кажется, частью магии этого существа было удерживать всадника на себе. И мчались они такими скачками, что почти летели; головой он словно задевал облака.

Они миновали молодую женщину, стоявшую на обочине.

- Привет, - поздоровалась она. - Я - Алоэ Вера. Мой талант - лечить ожоги. Можно прокатиться?

- Разумеется, нет, - фыркнул Умлаут и оставил ее позади, сочтя недостойной внимания.

Сэмми выбежал на покрытую булыжниками равнину и остановился. Вот оно. Сивка-Бурка тоже замерла, и паренек спешился. Стоило ему оказаться внизу, и он тут же опечалился: почему он так жестоко обошелся с той девушкой, Алоэ Верой? По крайней мере, он мог ответить ей вежливо.

Он заметил на булыжниках ярлыки, гласившие «ПОСЛАН». Кто-то отправил их сюда. Но какое отношение они имели к дорожным поборам?

Потом над его головой вспыхнула неяркая лампочка: он должен был отослать троллей прочь, чтобы их группа попала на дорогу. Таким манером он ПОШЛЕТ их. Булыжники, должно быть, обладали магией, помогая посылать троллей.

Умлаут набрал горсть маленьких голышей и ссыпал их в карман. Сэмми выглядел удовлетворенным, поэтому юноша взобрался обратно на лошадь, и они поскакали назад.

По пути они опять миновали Алоэ.

- Можно… - начала было она.

Умлаут даже отвечать не стал, просто бросил ей камешек. Поймав его, девушка исчезла. Сработало: наверное, она очутилась на равнине с булыжниками.

Они прибыли к повозке.

- Платы хотите? - спесиво поинтересовался Умлаут со спины Сивки-Бурки. - Сейчас как дам! - И бросил по камешку каждому троллю.

Оба испарились. Им заплатили столько, сколько они стоили.

Спрыгнув с лошади, Умлаут вновь впряг ее в повозку. Потом они с Сэмми вернулись на свои места. Сивка-Бурка поспешно ступила на мощеную дорогу и припустила рысью. Вскоре они уже мчались со скоростью галопа вместе с ней.

В голову Умлаута постучалась свежая мысль. Лошадь… он вел себя мерзко, только сидя на ней верхом. Значит, дело было в ней. Талант Сивки-Бурки заключался в том, чтобы делать своих всадников высокомерными. Вот почему он был жесток с Алоэ. Теперь юноша об этом сожалел, ведь подобное поведение чертой его характера не являлось, но было слишком поздно. Он решил больше не садиться верхом на Сивку-Бурку; воспоминания о своих поступках за последние полчаса вызывали отвращение.

А еще он заплатил троллям, обманув их. Это паренька тоже не радовало.

Но одна загадка никуда не делась: почему дорога ограничена? Конечно, ее охраняли тролли, но Умлаут не думал, что проблема в этом. Кажется, большинство обитателей Ксанфа ее просто не замечало. Почему она существовала для их группы, а для остальных - нет? Может, кентаврица Эпи или кто-то другой из пруда Мозгового Коралла сотворил чары, обеспечившие им доступ к Тролль-тропе? Возможно, однако это не объясняло ее невидимость для окружающих.

Как Умлаут ни бился, разгадать загадку не удавалось. Тем временем они быстро продвигались к северу. Внезапно перед ними оказалась чудовищная пропасть.

- Что это? - воскликнул юноша, потрясенный ее шириной и глубиной.

Все трое компаньонов повернули к нему головы, и даже Пара выглядела удивленной. Он понятия не имел о Провале?

- А, это, - уязвленно буркнул Умлаут. Раньше он просто не представлял размеров этой щели в земле.

Вообще-то раньше он и об Обители нимфов с фавнами не слыхал. И о Кошачьем Острове. И о лунах принцессы Яне. Может, все это как-то связано с тем, что Умлаут ничего не помнил о своей предыдущей жизни? Да, он явно забыл все, что знал раньше: и личное, и общее. В любом случае, это вызвало следующий вопрос: почему?

Подозрение, что памяти его лишили головокружительные поцелуи Шерри, медленно таяло. Тайна его личности оказалась серьезней, чем отношения с бывшей подружкой.

Как бы там ни было, на долгие размышления у него не хватило времени; Провал быстро приближался.

- Мы что, туда спустимся? - встревоженно осведомился юноша.

Ясноглазка ободряюще махнула хвостом. Нет, существовал безопасный способ миновать ущелье. Раньше тролли пользовались облачным паромом, но позже отказались от него, вырыв туннель.

- Туннель?

Это сделал тролль Туннель, известный также, как Труннель. Прежде чем Умлаут успел расспросить о подробностях, лошадь с повозкой вступили в темный проход, приближения которого он не заметил. Они опускались все ниже и ниже, что было особенно пугающе в темноте. Животные не беспокоились, поскольку во мраке видели лучше него. Умлаут последовал их примеру, сымитировав ночное существо, и тоже обрел ночное видение.

К чему он вообще заморачивался? В темноте ничего не было. Он устроился, чтобы подумать еще немного - и задремал. Кажется, Умлауту ничего не удавалось сделать, как надо.

Проснулся юноша от скользнувшего по лицу луча света. Они оказались по другую сторону Провала. К северу от него, и все еще не меняли направления.

- Где мы найдем голема Гранди? - полюбопытствовал Умлаут.

Тот проживал в Эйфории, к северу от Ксанфа.

- Но там ведь не будет магии.

Верно, кивнул Сэмми. И что?

Умлаут вновь ощутил неловкость. Он не знал, в чем смысл его замечания.

День клонился к вечеру, но Сивка-Бурка продолжала везти их вперед. Юноша и не подозревал, насколько далеко им придется уехать.

- Разве нам не следует остановиться на ужин и ночлег? - спросил он.

Все пожали плечами. Очевидно, нет. В повозку кто-то заботливо положил съестное, так что отужинали почтальоны, не вылезая. Лодке пища не требовалась, так как она не была по-настоящему живым существом, ее оживила магия. После того, как они поели, заняться стало нечем. Окружающие панорамы навевали уныние, так что все улеглись спать. Сивка-Бурка продолжала скакать, не ведая усталости, и повозка все так же бодро стучала колесами. Пруд Мозгового Коралла впечатлял своими возможностями.

Когда они проснулись, едва занималась заря, лошадь замедлила ход, и пейзаж вокруг изменился. Неужели наконец прибыли?

Да! Сивка-Бурка остановилась у выхода, обозначенного словом ЭЙФОРИЯ. В этом месте они могли вылезать, уточнила Ясноглазка, дальше лошадь отправиться не может, поскольку утратит свою магию.

В Эйфории магии не было, напомнила она ему. Это означало, что Умлаут с Сезамией лишатся своих способностей к имитации кого-либо, Сэмми не сможет искать и находить что угодно, а сама Ясноглазка потеряет талант ясновидения. Поэтому, чем скорее они доставят письмо и возвратятся в магическую зону, тем лучше.

- Письмо! - воскликнул Умлаут. - Я до сих пор его не прочитал.

Друзья пожали плечами. Все четверо вылезли из повозки, за ними - по деревянному трапу - спустилась Пара. Затем Сивка-Бурка снялась с места и зацокала копытами в обратном направлении. Путники оказались предоставлены самим себе.

Умлаут вытащил письмо и прочел его.

Дорогой Гранди,

Это письмо отправляется тебе из Мандении, но я знаю, что у тебя не возникнет проблем с его пониманием, ведь тебе подвластны все языки мира. Это была моя беспомощная попытка поупражняться в остроумии, поскольку магия Ксанфа все равно превратит все названия иных стран в понятное его обитателям.

В моем мире тоже существует известный переводчик, несколько похожий на тебя. Его зовут С3PO. В чем-то Мандения дублирует твою родину, только это не магия. Мы зовем эту сферу наукой. Возможно, немного магии из твоего мира все же просачивается в мой. Не так много, чтобы исчезнуть в твоем, но достаточно, чтобы увеличить ее количество здесь. Просто дух от подобной мысли захватывает.

Я практиковалась в оскорблениях, чтобы тебе написать. С непривычки до твоего уровня мне далеко, но думаю, это ты оценишь: еб*!$ amp;!*~»/*#су*!!)##**!!!

Ух, ты! Сама себе удивляюсь, оно почти подпалило страницу! Не пойми неправильно, оно нацелено вовсе не на тебя, а на невыносимых бюрократов моего мира.

На сем прощаюсь, дабы не утомлять тебя лишней информацией о моей личности. Несколько писем уже отправилось из моего дома к твоим друзьям. Сплетни, они в любом мире одинаковы; вероятно, ты уже слышал о странной манденийке, которая настаивает на переписке с жителями Ксанфа. Удачных проклятий, Гранди.

Твоя подруга, Арджаис.

И снова Умлаут не нашел в письме ничего такого, что сподвигло бы кого-то на ужасающий приступ ярости. Но если талантом Гранди была способность переводить, не исчез ли он в Эйфории? Если он утратил способность понимать все языки мира, упоминание об этом его опечалит. Но все же недаром ведь он туда перебрался, это был его собственный выбор. С чего бы ему лишать себя и свою семью природной магии? Умлаут не видел в этом никакой логики. И вообще, многое из того, что он узнал в процессе доставки писем, не имело смысла.

Ладно, его задачей было не решать, имеет ли что-то смысл или нет, а определять, нанесет ли это ущерб Ксанфу, и он держал в руках очередное безобидное послание. Да все они были такими, что делало реакцию демона Юпитера странной. Если только между письмами не затесалось какое-нибудь тайное, и юноша его не проглядел. А так ни один конверт не нес в себе угрозы.

Взгляд Умлаута упал на лодку.

- Эм, это место без магии. Ты можешь туда отправиться?

Пара с сожалением покачала боками.

Что же делать? Его мозг, кажется, работал еще медленней, чем обычно. Можно подумать, Умлаут всегда являлся не способным к мышлению тугодумом, и теперь ему приходилось заново учиться, вникая в каждую новую ситуацию.

- Полагаю, вернемся мы тем же путем, как только я доставлю письмо. Если хочешь подождать…

Пара кивнула носом. Она с удовольствием подождет. Она была очень услужливой лодкой.

Четверо путников пошли по пути, ведущему в Эйфорию. Сэмми не возглавлял их группу, поскольку его талант вне Ксанфа исчезал - так же, как и способности Ясноглазки. Они превратились в обычных кота и кошку, Сезамия - в простую змею, а Умлаут - в ничем не примечательного подростка.

Эйфория очаровала всех. Может, деревья и росле здесь без магии, но их стволы были мощны, а кроны - раскидисты. Они миновали луг с прекрасными цветами, по которому весело струился ручей с лишенной волшебства водой. Впрочем, он не возражал, целеустремленно прокладывая себе путь между цветов. За ним последовал сад с множеством незнакомых овощей и фруктов. И, наконец, они увидели крошечный уютный домик на холме. Указатель возле него гласил «ГОЛЕМ». Кажется, они на месте.

Почтальоны приблизились к домику, в ожидании, что магия перспективы заставит его увеличиться, однако тот так и остался маленьким. Холм был Умлауту по колено, а крыша домика - по пояс. Юноша сообразил, что продолжает мыслить, применяя магические законы, но перспектива тут больше не действует. Домик выглядел кукольным - значит, таковым он и был.

Усевшись рядом, он протянул руку и осторожно постучал пальцем в дверь. Мгновение спустя та отворилась, и изнутри выглянула женщина росточком с его ладонь.

- Привет, - сказала она, вовсе не удивленная размерами гостей.

- Эм, меня зовут Умлаут. Я принес письмо для голема Гранди.

- А я - Рапунцель, жена Гранди. - Женщина коснулась своих длинных золотистых волос, ниспадавших до самого пола. - Письмо? От кого?

- От женщины из Мандении. Я, эм, обязан был сначала его прочесть. Это сложно объяснить. - И юноша протянул ей конверт.

Хозяйка осмотрела его. По размеру конверт оказался практически с нее саму.

- Думаю, придется позвать дочку, чтобы она прочитала нам письмо вслух. Сейчас она гуляет. Можете отыскать ее за домом?

- Эм, полагаю, да, - в своей обычной манере промямлил Умлаут. - Эм, это мои друзья - Сезамия, Сэмми и Ясноглазка. Они…

- Сэмми! Я тебя и не заметила. Иди же сюда, я тебя расцелую. Как поживает Дженни? Они еще не вызывали аиста? А у тебя появилась подружка? Давно пора, пушистый бандит.

Все знали Сэмми. Умлаут решил оставить друзей с Рапунцель, поскольку она уже тискала кота, и никто из его компании, несмотря на ее рост, не обидел бы эту славную маленькую женщину. Он направился по указанной ею тропке.

Местность продолжала радовать глаз. Это было чудесное место, несмотря на отсутствие магии. Но ведь и в Ксанфе не меньше красивых пейзажей; почему же они поселились в Эйфории?

Умлаут понятия не имел, где искать дочь семьи Голем, девица могла находиться где угодно. Юноша не хотел ненароком сделать что-нибудь кошмарное - к примеру, наступить на нее, поэтому внимательно смотрел себе под ноги.

Еще он не знал, сколько ей лет, но не мог отделаться от ощущения, что существа маленького роста будут и юны, поэтому представлял себе семи-восьмилетнюю девочку. Интересно, почему Рапунцель хотела, чтобы письмо прочитала именно она? Может, девочка училась читать, и для нее это стало бы хорошим уроком? Вероятно, они поставят письмо неподалеку от дома, и дочка будет читать его из окна.

- Привет.

Умлаут подпрыгнул. Мягкий голос прозвучал где-то совсем рядом, но ребенка он не видел. Юноша застыл на месте, чтобы не представлять собой опасности для крохотули.

- Эм, где вы, мисс?

- Сюрприз, - сказала она. - Я тут, наверху.

Умлаут поднял голову и увидел обычную человеческую девушку прямо перед собой. Она была симпатичной и походила на Рапунцель, несмотря на разницу в росте. Может, волосами, что окутывали ее плащом, достигая колен и переливаясь всеми цветами радуги.

- Эм, я, эм, думал, что ты будешь меньше ростом, - сообщил Умлаут и сразу понял, как неуклюже это прозвучало. - Эм, и моложе.

- Мне четырнадцать, - с некоторым вызовом ответила девушка. Когда она слегка поворачивала голову, завитки у колен подпрыгивали вверх, как маленькие йо-йо. - Я достаточно взрослая.

Умлаут не переставал удивляться.

- Эм, да, конечно. Я Умлаут. А как, эм, тебя зовут?

- Сюрпризка.

- Да, ты и в самом деле преподнесла мне сюрприз. Но…

- А ты милый. - Шагнув к юноше, она одарила его поцелуем. Хотя и без привкуса шерри, тот вызвал отличное самочувствие. Затем, пока Умлаут приходил в себя от ее неожиданного поступка, девушка повторила: - Меня зовут Сюрпризка Голем. Это потому, что я преподнесла сюрприз и своим родителям. Путаница среди аистов привела к тому, что меня принесли им в возрасте пяти лет. Я уже умела ходить и говорить. Гранди с Рапунцель все равно меня приняли, с этого и началось наше знакомство. Мой талант удивил их еще больше.

Все в ней изумляло!

- Мой, эм, талант заключается в имитировании. Когда присутствует магия. Я могу превратить себя в подобие, эм, другого существа.

Сюрпризка по-девичьи радостно захлопала в ладоши.

- Это все объясняет! Ты имитируешь скромного мальчика.

Умлаут залился краской.

- Я, эм, даже не пытался. То есть…

- О, это так весело! Давай немного прогуляемся и поболтаем. - Взяв его за руку своими изящными пальчиками, Сюрпризка повела юношу по тропинке. - Расскажи о себе.

- Но я здесь для того, чтобы просто, эм, доставить, эм, письмо.

- А что это за эпистолярный жанр - «эмписьмо»?

- Это, эм… Он остановился. - Ты смеешься надо мной?

- Смеюсь? Прости, пожалуйста. - И она снова поцеловала его.

Новый поцелуй отправил Умлаута еще выше, чем предыдущий.

- Тебе не надо было, эм, делать это.

- Тебе не понравилось?

На сей раз паренек покраснел вдвойне. Как дурак… то есть бурак.

- Дело, эм, не в этом.

- В этом. Так принято извиняться в тыкве.

- Где?

- О, ты и об этом ничего не знаешь? Так даже веселей.

Умлаут попробовал рассердиться, но рядом с ней было так здорово, что он не сумел.

- Все это веселье за мой счет.

Она скорчила кающуюся рожицу.

- Я все объясню. В тыквенном мире… тебе известно, что такое тыква?

- Эм, нет, - признал он.

- Тогда я расскажу и о ней. Иди сюда, присядь рядом. - Подведя Умлаута к подножию большого дерева, она увлекла его на траву и, пристроившись возле него, обняла одной рукой за талию.

- Зачем ты это делаешь?

- Сначала поговорим о тыкве, а потом уже обо всем остальном. Итак, снаружи гипно-тыква выглядит, как самый обычный овощ, который встречается в каждом огороде, но на ее конце есть глазок. Если ты заглянешь туда, то оцепенеешь. Все, что ты сможешь, это не закрывать глаз, продолжая смотреть, и тогда твой разум переносится внутрь гипно-тыквы, и ты видишь разные странности. Это сновиденная реальность, именно туда к утру возвращаются темные лошадки.

- Ночные кобылицы. - Умлаут припомнил недавнее событие. - Я встретил дневную. Ее звали Ромашкой.

- Да, сначала она была порождением ночи, но потом ее принял под начало Дневной Конь. Должно быть, она принесла тебе грезу. О чем?

- О девушке, - сознался Умлаут, краснея уже третий раз подряд.

- Как мило. Обо мне?

Он посмотрел на Сюрпризку, будучи не в состоянии выдавить даже «эм». Она была девушкой. Ему стало так жарко, что юноша испугался, уж не вспыхнет ли от его пламени все вокруг.

- В любом случае, это и есть тыква, - заключила она. - У ее обитателей имеется интересный обычай, который медленно, но верно распространяется вовне. Они извиняются не словами, а поступками. Объятиями и поцелуями, в основном. Если же извинение не принимают… - Сюрпризка прервалась и искоса взглянула на него. - Ты ведь принял?

- Принял что? - Умлаут напоминал собой лесной пожар.

- Полагаю, не принял. Придется мне попытать счастья еще раз. Может, сейчас получится. Давай-ка, устройся поудобней.

Положив свои прекрасные ручки ему на плечи, девушка развернула его к себе и привлекла для очередного объятия. Прежде чем он успел сказать «эм», Сюрпризка уже впилась в его губы нежным затяжным поцелуем.

В нем все еще не было привкуса вина, однако Умлаут снова поплыл. Но все же он знал, что это неправильно.

- Тебе, эм, всего четырнадцать, - напомнил он, когда девушка его отпустила.

- Этого достаточно, - упрямо нахмурилась она. - Как понимать твои слова? Ты так и не принял моего извинения?

- Я даже не помню, за что ты просишь прощенья! - беспомощно простонал он.

- За то, что тебя дразнила. Но если ты не принял извинения…

- Принял! - поскорее выпалил Умлаут.

- Ну, вот, все испортил, - вздохнула Сюрпризка, кокетливо стрельнув в него глазками.

Она продолжала его дразнить, но юноша решил больше не поднимать этот вопрос, чтобы она перестала его целовать.

Кроме того, подобные невинные поддразнивания ему даже нравились.

- Вот почему я это делаю, - пояснила Сюрпризка мгновение спустя, вновь приобнимая его за талию. - Чтобы всегда успеть извиниться. Теперь все понятно?

- Ничего не понятно! - воскликнул Умлаут. - Я принес сюда письмо, и Рапунцель сказала, что тебе придется прочесть его вслух, поскольку оно слишком большое для нее самой. Поэтому я отправился тебя искать, а ты только и делаешь, что меня дразнишь.

- Ты и правда ничего не понимаешь, - закатила глаза девушка. - Это - часть веселья.

- Чего не понимаю?

- Что ты для меня - идеал мужчины.

Умлаут, опешив, воззрился на нее.

Она скромно опустила взгляд на землю, затем подняла его снова, чтобы поймать его взгляд, и улыбнулась, от чего по спине юноши пробежало стадо мурашек.

- Позволь кое-что тебе объяснить. У меня необычный магический талант.

Он попытался заговорить, однако Сюрпризка прижала пальчик к его губам.

- На твой вопрос я отвечу через минуту. Мой талант заключается в том, чтобы делать все, что угодно, но лишь однажды. То есть я могу взлететь, но после того, как приземлюсь, уже не смогу повторить левитацию. Все, она исчезла. Могу наколдовать шоколадный пирог и утолить голод, и это будет великолепный пирог, но впоследствии он уже никогда не возникнет снова. И так далее. Я наделена всеми талантами Ксанфа, но теряю каждый, которым воспользуюсь. Когда я узнала об этом, это разбило мне сердце, как ты можешь вообразить. Если проживу достаточно долго, останусь без магии совсем. Единственный выход - не применять таланты вообще… но тогда какой в них смысл? - Она опечалилась.

- Не знаю, - тупо сказал Умлаут. - Мне жаль.

- Мне тоже. Дело в том, что, живя в Ксанфе, мы пользуемся своими талантами, даже не замечая этого; они - часть нашей природы. Уверена, ты прибегаешь к имитациям каждый раз, когда в них нуждаешься.

- Да.

- Поэтому, если бы я опять проголодалась, пришлось бы искать другой способ добыть пирог. Если бы мне понадобилось куда-то попасть, предыдущий способ левитации сразу бы отпал. Существует множество вариантов одного и того же магического таланта, поэтому я могла бы взлететь, хлопая руками либо лишив себя веса, чтобы парить в воздухе, как это делают крылатые чудовища, или же магнетически отталкиваясь от земли. Но каждый раз я утрачиваю очередной талант. Я боялась, что потеряю лучшие из них, прежде чем успею повзрослеть и присоединиться к Заговору Взрослых. - Сюрпризка взглянула на него. - А ты уже принадлежишь их компании?

- Эм, не совсем. Мне семнадцать.

- Но тебе известно, что значительная часть Заговора состоит в том, чтобы, проникнуть в тайну вызывания аистов и перестать верить в подкроватных чудищ. Сладости уже не будут доставлять такое удовольствие, и ты научишься ругаться плохими словами… все эти ужасно скучные вещи, которые делают взрослых взрослыми?

- Да. Я боюсь этого.

- И я. Не хочу лишиться всех своих магических талантов до того, как вырасту. Ведь тогда у меня совсем не останется радостей детства. Поэтому я поняла, что надо защитить таланты, даже от себя самой. Вот почему мы перебрались сюда, в место без магии. Чтобы я не растратила их бестолково.

- Логично, - согласился Умлаут, которому в ее присутствии чуть полегчало.

- Но факт остается фактом. Когда-нибудь я повзрослею и буду чувствовать себя намного лучше, если к тому времени у меня появится любимый человек. Разумеется, в моем возрасте имеешь слабое представление о том, что такое настоящая любовь; мои родители заверили меня в этом. Но еще они сказали, что подходящий партнер может изменить твою жизнь к лучшему, и, видя их вместе, я охотно в это верю. Понимаешь?

- Да, - отозвался Умлаут, прежде чем успел подумать. - Я имею в виду…

- О, не бери свои слова назад! Ты мечтал об идеальной девушке, а я - об идеальном парне. Потом, всего несколько часов назад, я подошла к самой границе Эйфории, и передо мной возникла демонесса. Она пыталась скрыть свою личность, но ее манера речи…

- Метрия!

- Именно. Она сообщила мне, что мой идеальный парень уже в пути и может появиться в любой момент. И вот ты пришел.

- Но я не идеальный. Я вполне обычный.

- Метрия упоминала, что ты невероятно скромен. Это мне тоже нравится.

- Скромный я потому, что мне нечем гордиться.

- И она предупредила, что ты вдвойне приличен. Она сочла это досадной помехой, но я так не думаю.

Умлаут удивился.

- Ты, эм, не думаешь?

- Она сказала, что ты поцеловал двух девушек лишь потому, что знал: это их обрадует.

- Ну, эм, да, но…

- И что ты помог фавнам с нимфами только потому, что они нуждались в помощи.

- Эм, да, но так бы поступил любой.

- Не верю, что любой.

- Но…

- О, замолчи. - Но прежде чем Умлаут успел послушаться, она сама заткнула его рот поцелуем.

- Я просто разношу письма. Это чистое совпадение.

- Мало что в Ксанфа происходит по чистой случайности. Я узнала тебя, едва увидела на садовой тропе.

Когда вокруг его головы перестали кружиться миниатюрные сердечки, Умлаут попытался еще раз сказать, что ничего особенного он собой не представляет.

- Но я совсем середнячок, куда мне до идеала! И недотепа, к тому же.

- Я заметила. Мне и это по душе.

- Ты шутишь. Такая красивая и талантливая девушка, как ты, достойна большего.

- Мне не нужно большего. Я хочу терпения и понимания, когда моя магия иссякнет, а возраст увеличится. Мне нужен уступчивый мужчина, с которым я смогу делать все, что пожелаю, и которому это будет нравиться. Который будет любить меня и без магии. А чего хочешь ты?

- В девушке? Я, эм, наверное, то же самое. Но…

- Всегда есть «но», - подметила Сюрпризка. - Это часть совершенства.

- Тебе это не понравится. - Несмотря на то, что Умлаут желал ей лучшего партнера, он осознал, что вообще-то подходит под описанные ею критерии. А она, в свою очередь, была именно такой девушкой, о какой он мечтал. - У меня нет прошлого. То есть я не могу вспомнить ничего до начала этой миссии, и окружающие продолжают повторять, что меня не существует. Со мной что-то не так.

- Уверена, что любовь все исправит.

- Не знаю. Я…

Затем девушка наградила его очередным поцелуем, и сопротивление Умлаута было сломлено. Неважно, что все происходящее оказалось внезапным и, с его стороны, нежданным. Она ошеломила его.

- Ох, Сюрпризка, - вздохнул юноша. - Забирай меня всего, если действительно хочешь. В твоих руках я просто таю. Но…

- Знаю. Сначала нам следует присоединиться к Заговору Взрослых. Думаю, через пару лет я этого достигну; нигде не говорится, что тебе должно быть строго восемнадцать. Тем временем мы познакомимся поближе и начнем лучше друг друга понимать. Давай отдадимся на волю чувств.

- На волю чувств, - не стал спорить он, ощущая головокружение. - Можно, я… Ничего, если я… То есть, эм…

- Да, ты можешь меня поцеловать, - разрешила она. Потом они рассмеялись. И слились в поцелуе.

Глава 12. Балломут

Они вернулись к маленькому домику. Теперь там был и голем Гранди, который стоял рядом со своей женой.

- Сюрпризка! - воскликнула Рапунцель с диспропорциональной росту досадой. - Твои волосы растрепались. Чем вы занимались?

- Ой, - пробормотала девушка, вытаскивая гребень и приводя волосы в порядок. - Нам придется признаться. - Впрочем, встревоженной она не выглядела.

- Это по моей вине, - галантно заступился Умлаут.

- Чепуха, - отрезала Рапунцель, и юноша понял, что облажался даже в этом. Она бросила на дочь сердитый взгляд. - Ну?

- О, мамочка, он - Тот Самый, - сообщила Сюрпризка.

Кажется, бесконечные волосы ее матери тоже изменили цвет, хотя, конечно же, без магии это было невозможно.

- Откуда ты знаешь?

- Демонесса Метрия сказала, что парень моей мечты придет сегодня. Я ждала его, и вот он пришел.

- И ты ей поверила? У этой демонессы все помыслы только об одном: устроить неразбериху.

- Зачем ей это? Моя жизнь ей безразлична.

Ой. Лучше было промолчать, однако Умлаут благородно влез.

- Может, она хотела помешать мне доставить письма. Она уже препятствовала раньше.

- К чему ей мешать тебе доставлять письма? - осведомилась Рапунцель, фокусируя на его виноватом лице взгляд, который практически оставил после себя рубец.

- Не знаю. Но первое отправилось к демону Юпитеру и так его разозлило, что он запустил в нас Красным Пятном. Добрый Волшебник сказал, что я могу найти способ его остановить, если доставлю все письма по назначению. Но сначала я читаю их сам, чтобы убедиться в их безвредности для окружающих.

- Может, это не письма бесят окружающих, - ехидно предположил Гранди.

Рапунцель обернулась к дочери.

- Видишь, это могло быть подставой.

Сюрпризка, в свою очередь, посмотрела на Умлаута.

- Если демонесса нарочно меня запутала, ты берешь свои слова назад?

- Какие еще слова? - потребовала ответа Рапунцель.

Час от часу не легче. С чего бы начать? Он уже чувствовал, как заливается краской, но отрицать вспыхнувшую между ними искру не мог.

- Я, эм… Мы, эм… То есть…

- Мы любим друг друга, - спокойно сказала Сюрпризка.

Волосы Рапунцель потемнели еще на один тон.

- Вы полюбили всего за час? Трудно поверить.

- Оу, ну, не знаю, - вмешался Гранди. - Я полюбил тебя с первой же минуты, Пунцель, хотя сам об этом не подозревал.

Жена отмела возражение.

- Ну, ты ведь взрослый мужчина. К счастью, мы можем все выяснить сами. - Она повернулась к коту с кошкой. - Ясноглазка, это правда?

Та кивнула.

Рапунцель приобрела такой вид, будто нюхнула из рога-вонючки. Она обратила ледяной взор на Умлаута, и ее волосы, казалось, застыли. - Разве у тебя нет других писем, чтобы доставить?

- Эм, да, - уничижетельно промямлил юноша. Его отпустили. Умлаут повернулся, чтобы уйти.

- Я свяжусь с тобой, - произнесла ему вслед Сюрпризка.

Без магии? Но как с ней спорить?..

- Ладно. - Он удалился, стараясь не замечать яростного взгляда Рапунцель, но до последнего чувствовал, как тот буравит ему спину. Как это ему удалось вляпаться в неприятности? Он ведь не собирался настраивать мать против дочери.

И все же это была правда. Всего за час он нашел девушку своей мечты.

Они вернулись в магическую зону, где их ждала Пара. Изнывая от нетерпения, она являла собой вопросительный знак: как все прошло?

- Трудно сказать, - пожал плечами Умлаут. - Попробую объяснить в пути.

Так куда они отправляются дальше? Он понятия не имел, поэтому выхватил из стопки первое попавшееся письмо.

- Демон-профессор Балломут.

Как найти профессора, он тоже не знал, но Пара, очевидно, имела представление. Почтальоны забрались в лодку, и та устремилась обратно к югу.

В пути Умлаут, как и обещал, несколько сбивчиво рассказал, как он принес письмо и встретил Сюрпризку. И влюбился. Сэмми с Сезамией тоже были заинтересованы рассказом, поскольку подробности судьбоносной встречи не слышали.

- Она была красивой, милой и интересовалась мной. Она говорила со мной, дразнила и целовала, - поведал Умлаут. - Я, эм… ответил. Но оказалось, что все подстроила демонесса Метрия. Не исключено, для того, чтобы отвлечь меня от доставки следующего письма.

Однако греза, которой его снабдила дневная кобылица, свидетельствовала о подлинности встречи, напомнила Сезамия.

- Это правда, - согласился, светлея на глазах, Умлаут.

- Ты был цементом в ее руках.

Кто это сказал?

- Я был чем?

Над лодкой заклубился дым.

- Пластилином, клеем, пастой…

- Глиной? - Так обычно называли податливых людей.

- Неважно, - сердито согласился дым.

- Метрия, что ты тут забыла?

- Услышала свое имя. Что ты обо мне говорил?

- Что ты меня подставила. Ты сказала Сюрпризке, что парень ее мечты на подходе, и она решила, что это я.

- Точно. Почему ты с ней не остался?

Как бы он этого желал!

- Ее мать отослала меня прочь.

- Проклятье! - От крепкого словца запахло серой.

- Значит, это правда! - воскликнул Умлаут. - Почему ты пытаешься помешать мне доставить письма? - Облако задрожало. - И не смей в этот раз исчезать!

К его изумлению, это сработало. Вместо того, чтобы раствориться в небесной синеве, облако сформировалось в шикарную демонессу, и та уселась на одно из лодочных сидений. Ноги оказались прямо перед ним, но были прикрыты. Пока что.

- Я просто должна это сделать.

Она призналась!

- Почему?

- Кому адресовано следующее письмо?

Метрия сменила тему, но Умлаут и так понимал, что прямого ответа от нее вряд ли добьешься.

- Демону-профессору Балломуту.

- Ох-хо, - покачала головой она. - Это будет весело.

- Вот только я не знаю, как его найти.

- Дай-ка мне письмо.

- Чтобы ты уничтожила его недоставленным? Ни за что.

Метрия кивнула. - Ты уже не так глуп, как вначале. Ладно, прочти его мне.

- Думаешь, я так не поступлю?

- Думаю, что ты влюбился.

Замечание не имело отношения к его вопросу, но отрицать его правоты Умлаут не мог. Он решил прочесть письмо и вытащил конверт наружу.

Мой дорогой профессор Балломут,

Хочу обратить ваше внимание на дело чрезвычайной важности. Доношу до вашего сведения, что поведение одного из ваших бывших студентов выходит за рамки всяких приличий.

Если моя информация верна - а обратное случается редко, - некая демонесса на данный момент обладает частицей души. Это может привести к опасным последствиям.

Мне донесли, что данная демонесса стала ЗАБОТЛИВОЙ; шокирующий случай. Сентиментальность подходит глупым людям, для расы демонов она неприемлема.

Сия прискорная ситуация выставляет ностальгирующими идиотами нас всех. Мы, демоны, созданы для того, чтобы творить хаос и превращать жизнь всех, с кем соприкасаемся, в ад. Вы не имеете права игнорировать этот случай. Сие кошмарное состояние следует немедленно прекратить и не дозволять в будущем ничего подобного.

Ситуация требует вашего вмешательства для принятия дисциплинарных мер: взыскания и самой строгой кары. Демонесса должна осознать ошибочность своих действий. Мятежную человеческую душу следует извлечь.

Сделайте что-нибудь, Балломут! Сейчас же! Или..

Озабоченный доброжелатель.

На протяжение всего письма Метрия раздувалась, а в конце буквально взорвалась. Разлетелась, раскидав руки, ноги, голову и торс по всей лодке и в воздух над ней. На колени Умлаута упала нога. Захваченный врасплох, юноша поднял ее, не зная, что с ней делать. Нога истаяла в дым, подобно остальным частям тела демонессы, и сердитые облачка собрались вместе, вновь превращаясь в Метрию. Она снова опустилась на сиденье.

Сдув с лица выбившуюся прядь волос, демонесса хмыкнула: - Что за послание!

- Оно тебя разозлило?

- Разозлило? Это был взрыв смеха. Сама мысль о том, что кто-то обращается к Балломуту в таком тоне… ой, я же опять могу взорваться. - Метрия обхватила себя руками, будто пытаясь удержать на месте, однако потеряла равновесие и повалилась на сиденье спиной, отчего ее ноги взметнулись вверх. Умлаут нечаянно мельком увидел наполненные плотью трусики.

Что-то настойчиво тыкалось ему в ногу. Сезамия в очередной раз вывела его из транса. Демонесса опять сидела прямо, с прикрытыми красивой юбкой ногами.

Умлаут сообразил, что трусики он увидел не случайно. Поскольку Метрия была сотворена не из настоящей плоти, предметы одежды она формировала из собственной субстанции. Демонесса нарочно вывела его из строя. Частица души не удержала ее от шалости. Но теперь, довольная собой, она сосредоточилась на деле.

- Ну, давай доставим это письмо моему дорогому демону-профессору, - произнесла Метрия, увидев, что юноша очнулся. - Думаю, сейчас он как раз собирается разнести в пух и прах первокурсников в аудитории 101. Он вышвыривает оттуда всех, кто не настроен на саморазвитие всерьез. Меня столько раз оттуда исключали, что я уже внесена в список нежелательных лиц под номером первым. Письмо - отличный повод в очередной раз измозолить ему глаза.

- Но зачем тебе это?

- Зачем еще? Чтобы позлить Его Помпезность, конечно же.

Умлаут решил не углубляться, как и во многие другие сведения из личной жизни демонессы. Он положил письмо в карман рубашки.

- Как нам туда добраться?

- Ну, отсюда - никак, разумеется.

Даже понимая, что Метрия готовит новый подвох, юноша не мог не спросить:

- Тогда что?..

- Я могу проникнуть туда, если вы прикроете меня так, что профессор не распознает. Снимай штаны.

Несмотря на осторожность, Умлаут все же оказался сбит с толку.

- Мои что?

- Брюки, портки, рейтузы…

- Я понял! Я хотел спросить, зачем их снимать?

- Неважно, - строго согласилась демонесса. - Эй, ты не следуешь протоколу. Хорошо, что я так терпеливо, иначе непременно показала бы тебе трусики. - Ее платье исчезло, открывая обтягивающие аппетитную плоть панталончики в горошек. Каждая горошинка тягуче вращалась спиралью, затягивая взгляд в самый центр.

Мгновение спустя он вновь услышал ее голос.

- Ой, да ладно. Надо было следовать протоколу. Наказание было вполне предсказуемо.

Умлаут сообразил, что видит только змеиные чешуйки. Сезамия метнулась вперед, скрывая от него трусики демонессы, и круги перед глазами постепенно исчезали. Юноша моргнул и отвернулся, от чего глазные яблоки скрипуче выразили свой протест. На сей раз он получил рискованную дозу.

Умлаут вспомнил, как Сюрпризка Голем целомудренно целовала его, не показывая ничего, способного вызвать неловкость. Никаких вызывающих декольте и определенно никаких трусиков. Это ему в ней тоже понравилось. Рядом с ней было легко и свободно. Может, он никогда ее больше не увидит, но ценить проведенный с ней час не перестанет.

Сезамия опустила свои кольца, и Умлаут опять увидел Метрию. Теперь на ней были слаксы; опасность миновала. Если только она снова не разозлится и не испарит их.

- Почему ты хочешь, чтобы я снял свои неважно-как-их-там?

- Чтобы я могла сымитировать их и спрятаться от Балломута. Если он заметит меня в классе, то сотрет в порошок, а вот тебя примет за тупого новичка. Он не узнает меня в унылом предмете гардероба.

Умлаут подумал о том, как она обовьется вокруг его бедер и непременно станет щекотать в особо интимных местах.

- Как насчет рубашки?

- Вот же ж, он все понял, - пробормотала демонесса. - Если ты так настаиваешь на том, чтобы все было тоскливо. - Она растаяла, чтобы сразу собраться вновь, на сей раз - в образе рубашки с длинными рукавами.

Умлаут поспешно снял свою, не давая Метрии времени передумать. Демонесса подлетела к нему и услужливо подставила один рукав, потом - другой. Рубашка оказалась шелковой и удобной, и прекрасно ему подошла. На ней даже пуговицы сами застегнулись.

- Заправь меня в штаны, - вркадчиво предложила рубашка.

Оу. Юноша ослабил было пояс, но заколебался, узрев длинный подол. Метрия по-любому собралась поразвлечься с его пятой точкой. Но что за выбор ему предоставили? Вздохнув, Умлаут заправил-таки новоиспеченную рубашку в штаны.

- Так-то лучше, - промурлыкала демонесса, гладя его ягодицы.

- Давай просто доставим письмо, - нахмурился юноша. Потом на ум ему пришла новая сложность. - Пара! Как она может появиться там, не выдавая нас?

- Пусть побывает в райском местечке, пока нас ждет.

- Где побывает?

- В Нирване, Аркадии, Элизиуме…

- В раю?

- Почти, - сердито согласилась рубашка. - Держись.

Как будто он мог делать что-то еще, когда она обвилась вокруг его тела. Их затянуло в воронку, и внезапно они оказались на границе двух исчезающих островов. Каждый был кубическим и испещренным черными точками. В каждом имелась пара доков, охраняемых десантниками. В воде за ними плыла Пара, но что-то во всем этом было странное.

- Это Море Празднования, - пояснила рубашка. - Народ здесь лишен возможности вызывать аистов, и количество людей сокращается. Но это никого не смущает, поскольку они находятся в райском местечке. Паре здесь понравится; она отсюда родом.

Она была права; лодке явно не терпелось побыстрее добраться до островов.

- Держись, - снова предупредила Метрия и в дополнение к словам крепко обхватила спину юноши.

Путников снова подхватила воронка, перенесшая всех четверых в группу странных персонажей, которые следовали за парящим в профессорской мантии демоном. Один из студентов смутно напоминал манденийского жирафа на трех ногах; другой состоял из головы с торчавшими из нее крохотными ручками и ножками; третий представлял собой клубок изломанных черных линий. Несколько были похожи на людей - от огров до эльфов. Большинство обладало теми или иными чертами животных.

Демонесса вновь оказалась права: кот с кошкой, большая змея и обычный человек вписались превосходно.

- Вы являетесь сюда с головами, набитыми ерундой, - вещал профессор. - Но если выживете, может, вам удастся заслужить статус демонов, вместо того, чтобы оставаться полузомби с ПГСР. - Балломут обернулся к студенту с жабьей мордой. - Расшифруй аббревиатуру.

- Что? - квакнул тот.

Профессор нахмурился, и демон-жаба, подпрыгнув, растворился в клубах дыма.

- Ты, - бросил он, обращаясь к существу с кокосом на плечах.

- Потрогай Грудь Соседки Розы? - робко предположил кокосоголов.

Глаза Балломута испустили несколько маленьких искр. - Кто-нибудь?

Половина лиц потока выглядела абсолютно пустыми.

Из левого уха профессора показался дымок.

- ПГСР: пост-гипнотическое стресс-расстройство, - сообщил он свирепым, но ледяным тоном. - Случается с теми, кто провел внутри гипно-тыквы слишком много времени. Это может быть на последнем экзамене, если вам повезет до него добраться. - Он остановился у алькова, ведущего в сад. - Кто скажет мне, что это за насекомое? - Балломут сделал жест рукой, и в аудиторию влетел жук.

- А-а-а, и-и-и! - завопила одна из демонесс, вертя руками, как мельница, в тщетной попытке отогнать жука, неумолимо летевшего прямо на нее. Мгновение спустя тот опустился на голову ее соседки.

- Р-р-р! - в ярости замолотила себя ладонями та. - Он на меня нагадил!

Жук переместился к третьей студентке, угрожающе загудев перед ее лицом.

- Убирайся, проклятая муха!

- Все ответы неверны, - заключил профессор. - Жук будет продолжать, пока не услышит своего названия.

В самом деле, тот назойливо летал от одной демонессы к другой, портя им прически и залезая в уши.

Затем он приблизился к Сезамии. Змея кинулась было на него, однако жук увернулся.

Умлаут испугался, что они привлекут к себе внимание, и профессор все поймет.

- Жужелица! - крикнул он. - Потому что жужжит и вьется только у лица.

Жук мгновенно вернулся в сад.

- Правильно, - кивнул профессор. - Смотрите-ка, в этой голове есть что-то, помимо каши. - И двинулся дальше.

Умлут был польщен, получив одобрение столь влиятельного демона. Однако от него все еще требовалось доставить письмо, и юноша не испытывал уверенности в том, что сейчас подходящее время. Лучше подождать, пока профессор останется один.

Балломут подошел к нише, где стоял ничем не примечательный мужчина, с некоторым подобострастием взиравший на него.

- Кто определит этого человека? - вопросил он.

Все молчали, пребывая в замешательстве.

- Мы спросим его самого, - решил профессор и повернулся к мужчине. - Вы в порядке?

- Да, - ответил тот.

- Отлично. Вам здесь нравится?

- Да.

- Считаете ли вы, что цены на коммунальные услуги в России справедливы?

- Да.

Профессор обернулся к аудитории.

- Ты, - велел он, обращая свой необычный искрящийся взгляд на перетрусившего эльфа с глазами насекомого. - Задай ему вопрос.

- Но я ведь еще первогодка с чепухой в голове, - запротестовал эльф.

- Да, - согласился мужчина.

- Ты, - сказал Балломут, указывая на демонессу в облике увядающего цветка.

- Вы предпочитаете трусы или панталоны? - слабо выдавила она.

- Да.

Взор профессора, выдавливающий из голов студентов чепуховое пюре, коснулся Умлаута.

- Ты.

- Подхалим какой-то, - неуверенно пожал плечами юноша. - Что ни скажи, со всем согласен.

Жесткие складки на лице профессора слегка разгладились. - Точно.

На Умлаута снова обратились взгляды: некоторые студенты смотрели с восхищением, другие - с завистью. Он ответил на два вопроса подряд и получил комплимент от самого Балломута. Сделает ли это его изгоем для класса?

Следующим экспонатом служил предмет одежды на вешалке.

- Кто может идентифицировать природу этой сорочки?

Все собрались вокруг профессора. Рубаха была скучной: пожелтевшей от времени, с дырками и старомодными пуговицами посередке.

- Манденийский винтаж девятнадцатого века? - спросил один из студентов-демонов и вспыхнул под испепеляющим взглядом Балломута.

- Ой, да кому это надо? - вздохнула демонесса с лицом тролля. - Она давно вышла из моды.

- Тогда облачись в нее, ДеБилия! - рявкнул профессор.

Демонесса Билия попыталась было отмазаться, но под его гнетущим взором быстро стихла.

Она неохотно набросила сорочку на плечи. Затем улыбнулась, сразу сделавшись вдвое привлекательней. Ее лицо стало почти человеческим.

- Мне нравится.

- Что это за сорочка?

- Какая разница? Она очень удобная.

- Передай его по кругу, - приказал Балломут.

Демонесса неохотно послушалась. Когда она рассталась с сорочкой, лицо опять будто скисло. Демон с лицом лягушки примерил экспонат следующим.

- Очень милая, - просветлел он.

- Какого рода сорочка?

- Не могу определить, но в ней присутствует что-то невыразимо приятное.

- Передай дальше.

Студент с сожалением набросил сорочку на плечи демона с лицом хорька, который собирался раздавить бабочку. Однако его нога вдруг замерла. Хорьколицый наклонился, поднял бабочку и опустил ее на цветок.

- Кто-нибудь! - возопил профессор, измученный количеством каши в студенческих головах. Когда никто не отозвался, он пронзил очередным взглядом Умлаута.

- Эм, я думаю, это счастливая сорочка, - сказал юноша. - В ней люди рождаются.

- Именно. - Балломут окинул его взглядом с проблеском любопытства. - Ты остался на второй год?

- О, нет, сэр! - в ужасе воскликнул Умлаут.

Профессор не выглядел довольным, но от комментариев воздержался. Следующими по счету оказались горгульи.

- Где красота? - осведомился профессор у класса.

Студенты стали рассматривать фигуры. Каждая из горгулий была уродливей предыдущей. Каждая обладала огромными блестящими глазами на длинном лице и открытой пастью, откуда сочилась вода. Все они будто смотрели на что-то, но в том направлении не было ничего, кроме пустой стены. Ни одну из них, вне зависимости от размеров воображения, нельзя было назвать красоткой.

- Смотрите внимательней, - призвал Балломут. - Ищите красоту.

Демоны приблизились, но уродство горгулий от этого стало только очевидней.

- Лирия, - произнес профессор, метнув взгляд на почти хорошенькую демонессу. Сверху она была симпатичной, снизу - кошмарной.

- Я здесь в качестве свободной слушательницы, - уклонилась от ответа ДеЛирия.

- Птицеклюв! - раздраженно стукнул по подоконнику Балломут.

Отозвался студент с клювом вместо губ.

- Может, они все прекрасны друг для друга, - предположил он.

- Но ты ведь не горгулья.

- Нет, - побежденно признал демон.

- Головач!

Демон с головой причудливой формы попробовал ответить.

- Наверное, она прячется за горгульями… или где-то еще, - неуверенно заметил он.

- Но ты ее не нашел?

- Нет, сэр, - покаялся Головач, наклонившись, будто получил по голове чем-то невидимым.

Тем временем Умлаут присматривался к горгульям. Он увидел, что в их глазах отражается миловидная девушка, но, оглянувшись, увидел только стену.

- Умлаут! - сказал профессор.

Оживившись, тот немедленно откликнулся: - В глазах! Красота в глазу смотрящего.

- Это уж точно. - Балломут проследовал дальше. В классе почтительно зашептались.

Лишь долгое мгновение спустя юноша сообразил, что профессор позвал его по имени. Им не удалось одурачить демона-профессора.

- Ох, нет, - пробормотал Умлаут.

В воронку их больше не затягивало, но внезапно почтальоны оказались вне классных стен. Они стояли на краю огромного вулканического кратера. Далеко внизу плескалась красная лава, а к ним поднимались облака дыма.

- Теперь, прежде чем я столкну тебя туда, назови свой ничтожный предлог для того, чтобы меня потревожить, и принеси свои тупые извинения, - потребовал Балломут.

Умлаут здорово испугался.

- Я не хотел вас тревожить. Просто пришел, чтобы принести…

- Не ты, Умлаут. Я обращаюсь к ней.

Юноша ощутил, как нервно сжалась его рубашка.

- Проклятье. Думаю, он на нас зол, - пробормотала Метрия.

- Тебе известно, что я запретил тебе появляться в моем классе.

- Ой, да ладно! Ты не можешь удерживать меня за его пределами вечно.

Умлаут сорвался с края катера и полетел вниз - в бушующее пламя. Он попытался было закричать, но бьющий в лицо дым вызвал приступ удушья.

Юноша падал, пока пальцы его ног почти не коснулись лавы. Жар дохнул сквозь туфли.

- Да ладно тебе, - сказала рубашка. - Моя четвертинка души не даст тебе причинить ему вред за ту каплю вины, которую он испытывает. Отпусти его.

Умлаут надеялся, что демон-профессор не станет возражать. Может, вулканом и не запугать демонессу, но смертного Умлаута он точно ошеломил.

Затем вся четверка вдруг оказалась в строгом кабинете профессора, прямо перед его большим столом.

- Неужели твоя голова набита чепухой настолько, что ты думала обмануть меня без последствий, ДеМетрия? - поднял бровь Балломут.

Рубашка Умлаута превратилась в дым, из которого сформировалась демонесса.

- Ну, весело было попытать счастья.

- Что ты затеяла на сей раз?

- Умлаут принес тебе письмо. - Сквозь ее губы протискивалась непрошеная ухмылка. - Из Мандении.

- Давайте его сюда. - Письмо выплыло из кармана Умлаута и самостоятельно вручилось профессору. Только после этого юноше пришло в голову, что вообще-то оно было в кармане его настоящей рубашки, которую он снял.

А сейчас она снова оказалась на нем, и он доставил письмо. Они и впрямь не провели Балломута.

Профессор взглянул на письмо. Из его ушей повалили тонкие, но плотные струйки пара, а над головой вспыхнул огненный ореол. Однако бушевать он не стал.

- Доброжелатель дезинформирован. Наделение душой понадобилась для того, чтобы взять тебя под контроль, но, к несчастью, преуспела лишь отчасти.

- Чего ожидать от половинки души? - С отвращением закатила глаза Метрия. Ее юбка стала укорачиваться и продолжала делать это, пока не добралась до границы с трусиками в горошек. Неужели она рассчитывала вывести из строя Балломута? - Даже целая душа не превратила бы меня в примерную девочку. Когда я передала ее четверть своему сыну Теду шесть лет назад, эффект оставшейся частицы уменьшился. - Подол юбки приподнялся, открывая границу трусиков.

- К сожалению, верно. - Профессор хлопнул в ладоши с таким звуком, будто раскололось сухое дерево. - Изыди, вамп.

Метрия испарилась, оставив после себя только черно-белые горошинки, которые тут же посыпались на пол, раскатились во все стороны и тоже исчезли. Умлаута впечатлил способ, примененный Балломутом, чтобы с ней разобраться.

Профессор посмотрел на него.

- Что ты думаешь о демонессе?

- Оу. Я, эм, не берусь о ней судить.

Глазурь на блестящем глазном яблоке Балломута треснула, но его голос оставался спокойным.

- Отвечай на вопрос.

Ослушаться Умлаут не мог.

- Я, эм, не совсем ей доверяю. Она пыталась помешать мне разносить письма. Полагаю, она всегда так себя ведет, но…

- Но что?

- Ну, я невежа, конечно же, и мое мнение мало что значит. Но иногда казалось, будто имеются и другие причины, поэтому винить во всем одну Метрию я бы не стал.

- Например?

- Когда я отправился в мир зомби, меня пыталась отвлечь девушка, и я решил, что в действительности это Метрия ее имитирует, но среди препятствий были Сцилла с Харибдой и другие, которые ей просто не по силам. А потом Харибда явилась и сюда, в Ксанф. Выглядит все так, будто что-то хочет меня остановить, но не исключено, что Метрия этому помогает.

- Зачем кому-то или чему-то препятствовать доставке глупых писем?

- Потому что в пути я должен найти решение проблемы Красного Пятна, которым в Землю - и в Ксанф, в том числе - запустил демон Юпитера. Так сказал добрый волшебник Хамфри. Что-то может не желать, чтобы решение было найдено. Возможно, автор письма настолько разозлил демона Юпитера.

- Мы проверим, - сказал профессор. Стена за его столом превратилась во внушительное окно, за которым открывалось ночное небо с мириадами звезд. На переднем плане он увидел очертания громадного завитка, состоявшего из красного тумана или газа. По мере того, как они смотрели, он зловеще увеличивался, приближаясь с опасной скоростью.

- Он больше, чем весь Ксанф! - ужаснувшись, воскликнул потрясенный величием пятна Умлаут.

- Верно. И подействует на наши миры не лучшим образом. Необходимо остановить его, и быстро.

- Да! Но как?

Балломут взглянул на юношу.

- Известна ли тебе природа высших демонов?

- Таких, как Иксанаэнный? У них больше власти, чем у всех нас, вместе взятых.

- Именно. Только подобный демон способен остановить удар собрата, и это может обернуться настоящей катастрофой. Мы должны выяснить, почему Юпитер так поступил, и попытаться его утихомирить. Это наиболее вероятное решение, запрятанное в твоих письмах.

- Да, сэр.

- Любопытно, что именно тебя выбрали для выполнения задания чрезвычайной важности.

- Да, сэр. Я даже не полноценная личность. Не могу вспомнить свое прошлое, а окружающие говорят, что меня не существует. Мне все это не нравится.

- Почему?

- Потому что я завел нескольких замечательных друзей и, кажется, влюбился. Где все они окажутся, если меня не существует? То есть, может, я ничего особенного и не заслуживаю, но играть чужими жизнями - неправильно.

Балломут посмотрел на Умлаута безо всякого выражения; применив достаточные усилия, он и на это оказался способен.

- Ты и в самом деле невинен. - Профессор оглянулся, и окно вновь сменилось стеной. - Одну минуту, я проведу расследование. - И он истаял.

Умлаут покачал головой, которая и без того уже кружилась.

- Вы видите во всем этом какой-либо смысл? - спросил он у друзей.

Животные отрицательно покачали головами. Ясноглазке было известно много, но демонические дела оставались за гранью ее понимания.

- Я рад, что исследованием занялся профессор Балломут. Думаю, он - замечательный демон, вне зависимости от мнения Метрии. Запас его знаний так велик, что он будто источает ауру интеллекта. Хотел бы я стать его настоящим студентом.

Друзья кивнули; они тоже находились под впечатлением от профессора.

Балломут вновь возник перед ними; прошла ровно минута.

- Решение угрозы Красного Пятна не здесь. Продолжай свой путь, твоя миссия важна.

- Эм, спасибо, сэр, - неуклюже поблагодарил Умлаут.

- Ты хорошо показал себя в классе. Поскольку ты не зарегистрирован для курса обучения и не можешь стать одним из моих студентом, я намерен оказать тебе услугу. Чего бы ты хотел?

- О, я не искал выгоды…

- Знаю. Ты не совсем безнадежен. Проси.

- Я… Я хочу существовать. То есть, если по правде меня нет. Чтобы быть с Сюрпризкой.

Профессор Балломут погрузился в размышления.

- Это может оказаться сложнее, чем ты думаешь. Посмотрю, что могу сделать.

- Благодарю вас, сэр. Я…

Однако демон уже исчез. Вернее, это их удалили из владений Балломута. Почтальоны возвратились на райские острова и стояли на берегу, а к ним плыла Пара. Выглядела она счастливой, хотя Умлаут и не мог предположить, что именно приносит радость лодкам. Наверное, ей тут действительно понравилось.

- Эм, ты можешь остаться тут, если хочешь, - неловко предложил юноша.

Однако лодка хотела сперва помочь друзьям завершить их миссию. Умлаут ничего против не имел.

Глава 13. Огрята

Пора было приступать к доставке следующего письма. Умлаут решил, что принимать решения у него получается не очень, поэтому просто вытащил из охапки конверт, лежавший сразу за балламутовым. На нем красовалась надпись «НИМФЕ ТАНДИ».

- Кто такая нимфа Танди? - спросил юноша. - Она живет в Обители фавнов и нимф?

Сэмми взобрался на борт лодки и прыгнул оттуда на траву.

- Подожди нас! - окликнул его Умлаут.

Кот, естественно, просьбу проигнорировал. Но теперь у юноши появилась новая стратегия. Он обернулся к Ясноглазке, которая осталась в лодке.

- Ты не поможешь? В джунглях нам за ним не угнаться. - Лес в этом регионе действительно становился густым и плотным, как джунгли.

Кошка подняла голову, бросила короткий взгляд за борт и тихо сказала: - Мяу.

Сэмми резко остановился, давая им возможность себя догнать. Выглядел он ошеломленным. Затем возобновил движение уже медленней, и Пара без труда последовала за ним.

Поразительно, какое впечатление самки производили на самцов. Или девушки - на парней. Неважно. Это напомнило Умлауту о Сюрпризке Голем.

- Сюрприз, - выдохнул он, тоскуя по ее присутствию.

- А, вот ты где, - сказала она, появляясь на сиденье перед ним. Однако его рука прошла сквозь нее, не встретив сопротивления. Это заставило юношу замереть так же внезапно, как до этого застыл на месте кот. - Что?

Она рассмеялась, и волосы красиво разлетелись вокруг.

- Я здесь, в астральной проекции. Ты можешь видеть меня и слышать, но не трогать. Девушке надо проявлять осторожность, знаешь ли.

Умлаут моргнул.

- Ох, Сюрпризка, ты воспользовалась одним из своих талантов! Но разве ты его не утратишь?

- Да, но оно того стоит. Я хочу немного побыть с тобой. В конце концов, в один прекрасный день мы обручимся.

- Ох, Сюрпризка, - повторил он, истаивая в лужицу.

- Я пробралась к краю Эйфории, где есть магия, вышла в астрал и начала тебя искать, но не могла найти, пока ты не произнес моего имени. Имена могущественны, даже неполные.

- Я скучал по тебе, - сознался Умлаут. - Но не думал, что мы так быстро встретимся вновь. То есть, даже если бы я мог вернуться в Эйфорию, твои родители не позволили бы мне проводить с тобой время.

- После того, как ты ушел, был большой скандал, - согласилась девушка. - Кошмарный. Но я со всем справилась.

- Я им не понравился.

- Они ничего против тебя не имеют, - серьезно возразила Сюрпризка. - Они просто родители, а я - подросток. Они не хотят, чтобы я бегала по свиданиям или даже просто встречалась с мальчиком. А когда повзрослею, ни одного из них не признают достаточно хорошим для меня. Все родители такие; они так устроены.

- Но тогда почему ты здесь? Я хочу сказать, что рад тебя видеть, но…

- Так устроены подростки. Мы никогда не обращаем внимания на идиотские родительские ограничения. Где бы они были, если бы прислушивались к собственным родителям? Меня бы тогда не существовало.

Самая мысль об этом обожгла юношу.

- Ты должна была появиться на свет, чтобы я мог тебя встретить! - Тут он подумал кое о чем другом. - Но я думал, Гранди - голем. Значит, у него никогда не было родителей.

- Да, разумеется. Его сотворили, а не принесли. Но позже у него получилось стать настоящим. Это долгая история, и когда-нибудь он с удовольствием тебе ее расскажет. А Рапунцель росла одна в башне из слоновой кости. Тем не менее, присоединившись к Заговору Взрослых, они научились быть родителями; думаю, об этом говорится в той же инструкции, что касается и вызова аистов. В общем, это одно и то же. В любом случае, я тут и пробуду тут какое-то время. Давай не спорить.

- Ох, Сюрпризка, я не могу с тобой спорить!

Девушка нахмурилась. - Да ну? А с кем можешь?

- Ну, с демонессой Метрией, к примеру.

- Пока она пытается погрузить тебя в транс, показывая свои нахальные трусики? А я-то думала, ты будешь думать обо мне, вместо того, чтобы заниматься чем-то подобным. - Сюрпризка поджала губки.

Ошарашенный, он воззрился на нее.

- Я… ой-ей, Сюрпризка, прости, если сказал что-то не так! Пожалуйста, не сердись. Я так этого не хочу.

Девушка рассмеялась. - Я просто дразню тебя, дурачок! Мои родители разговаривают друг с другом так же. Рада, что ты не хочешь со мной спорить. После того, как мы обручимся, не исключено, что я даже покажу тебе свои трусики.

- У тебя есть трусики? - взволнованно переспросил Умлаут. И понял, что опять облажался. - Я имею в виду, ты такая милая…

- А милые девушки трусиков не носят?

- Я, эм, не знаю, - он снова начал краснеть.

- Они разгуливают с голыми попками?

Умлаутом можно было заменить красный светофор. - Эм…

- Ты никогда не перестанешь смущаться, правда? - Наклонившись вперед, она запечатлела на его губах поцелуй, хотя прикосновения и не чувствовались. - Ты был такой вежливый… Даже не пытался подсмотреть. Я сразу поняла, что ты хороший.

- Я просто об этом не подумал, - сказал он, все еще продолжая полыхать щеками и ушами. Его ум дремал большую часть времени, а в ее присутствии, астральном или нет, Умлаут и вовсе был безнадежным недотепой.

Сюрпризка начала растворяться в воздухе.

- Ой, я угасаю, - произнесла она. - Не могу остаться. Мое астральное тело истощено, и больше его у меня не будет. Быстро поцелуй меня!

Он попробовал, но лицо, к его досаде, прошло сквозь ее лицо.

- Попался еще раз, - весело подмигнула девушка и исчезла.

- Попался, да, - согласился Умлаут, постепенно приходя в себя. Потом огляделся. Сезамия с Ясноглазкой понимающе смотрели на него. Очевидно, им женские штучки, касающиеся обращения с мужчинами, известны были не понаслышке. И самки их, конечно же, одобряли.

Тем временем Пара стремительно бежала вслед за Сэмми, и джунгли так же быстро уносились назад. Умлаут надеялся, что нимфа Танди живет где-то поблизости; скоро день обещал смениться вечером. Вытащив письмо, он прочел его.

Дорогая Танди,

АРДЖАИС МЕНЯ ЗОВИ

ДОРОГАЯ ТАНДИ

НОВАЯ ПОДРУГА

ПИСЬМО ТЕБЕ ШЛЮ С ЮГА

МИРЫ ОБЪЕДИНИМ

ПИСАНИЕМ СВОИМ

БУДЬ СО МНОЮ РЯДОМ

ТАКАЯ МИЛАЯ В СВОЕМ НАРЯДЕ.

Привет. Я решила начать письмо с привычной тебе формы общения, поскольку ты живешь в счастливом браке с огром.

Если ты недавно беседовала с Брианной, Айрин или Дженни, обо мне тебе уже известно.

Я начала писать эти письма в холодный сезон - зимой. Теперь на дворе весна, время рождаться всему новому. У животных появляются детеныши (у людей, уверена, тоже - аисты сейчас очень заняты). На деревьях раскрываются листочки, везде цветут цветы, и наше солнце вернулось, приведя с собой множество разных птиц. Мне особенно нравятся два их вида. Я занимаюсь садовым цветоводством и нуждаюсь в дождевых червях, чтобы обогатить землю воздухом. Забавляет, когда за ними спускаются малиновки с их ослепительно красными грудками. Каждый раз, когда я вижу, как одна из них берет в свой клювик червяка, мы притворно спорим, чей он по праву должен быть. Но нет, я не виню их за то, что они собирают еду для своих малышей.

Другая птичка, которую я всегда рада видеть, - колибри. Они очень маленькие, росточком с мой палец, и строят гнезда еще меньше размером. Колибри трепещут крылышками так быстро, что производят особый звук - гудение. Я сажаю их любимую пищу, чтобы привлечь как можно больше, ведь они собирают нектар. Наблюдать за тем, как они снуют от цветка к цветку доставляет мне огромное удовольствие. По сравнению с вашими гарпиями и птицами рок, колибри крохотны, зато их можно принять за крылатые драгоценные камушки. Твоей маме они бы точно понравились.

Пора выйти в сад и приступить к работе, утро в самом разгаре. Интересно, сколько я сегодня насчитаю малиновок и колибри.

Солнечного тебе дня, Танди. Надеюсь, Тучной Королевы нет поблизости.

Твоя подруга, Арджаис.

Умлаут тщательно обдумал содержание письма. Он толком не знал, что автор подразумевает под словом «рождаться», но полагал, что это синоним к аистиным доставкам. Названные существа были странными, но, разумеется, письмо было из Мандении, которая сама по себе считалась крайне странным местом. Он не видел в письме ничего, что могло бы разгневать кого бы то ни было, не говоря уже о том, чтобы вызвать желание в отместку уничтожить Ксанф. Поэтому юноша счел письмо безопасным. К несчастью, также в нем не содержалось ни единого намека на то, как справиться с Красным Пятном. Умлаут начинал гадать, появится ли он хоть в одном из писем. К настоящему моменту он успел побывать в нескольких интересных местах и повстречал некоторых любопытных существ, не говоря уже о том, что Сезамия, Сэмми и он сам нашли свои вторые половинки. Даже лодка Пара теперь может наслаждаться райским местечком. Так что, в определенном смысле, польза от миссии была. Однако крупную проблему она пока не решила.

Умлаут отложил письмо.

- Вам знакома нимфа Танди? - спросил он у Сезамии с Ясноглазкой. Обе покачали головами. Сезамия вообще знала немногих прикованных к суше созданий, а ясновидение кошки на расстоянии не действовало. А, ладно, скоро все выяснится само собой.

Они вступили на холмистую местность. Деревья остались позади, предоставляя возвышенностям место. Здесь резвились легкие ветерки и было довольно приятно - впрочем, это можно сказать и обо многих других регионах Ксанфа. Вскоре почтальоны миновали знак с надписью «ХОЛМЫ ЗЕФИРОВ». Он все объяснял; здесь жили те самые ветра, которых называли зефирами. Наверное, именно здесь они росли и взрослели, чтобы потом, набравшись сил, покинуть дом и превратиться в мощные ураганы где-нибудь еще.

Уже совсем стемнело, а когда они ели в последний раз, Умлаут не помнил вообще.

- Надо устроиться на ночлег, - решил он. - Сэмми, если ты отыщешь подходящее местечко…

Сэмми оглянулся на Ясноглазку, которая кивнула в знак согласия. Кот моментально сменил курс, и вот уже они передвигаются по уютной маленькой долине. Знак здесь гласил: «ЖЕМЧУЖНАЯ ДОЛИНА». Умлаут огляделся, но никаких жемчужин не заметил.

Они приблизились к большому старому дому, откуда вышла пожилая женщина.

- Ищете ночлег, путники? - поинтересовалась хозяйка, когда Сэмми потерся о ее ноги.

- Эм, да, - сказал Умлаут. - Я думал, тут будет уголок с пирожковиями и ручьем.

Женщина рассмеялась. - Только не тут. Но у меня много свободных комнат, и я пеку пироги, подаю чистую колодезную воду и использую лавовое дерево для обогрева. Сойдет?

Умлаут посмотрел на Ясноглазку, которая кивнула. Место оказалось подходящим.

- Эм, да, конечно. Мы вас не сильно обеспокоим, хотя компания у нас смешанная.

- Без проблем. Мне нравится компания, если она останавливается на ночлег. Меня зовут Долина Жемчужная.

- Эм, - начал было Умлаут, но тут обнаружил, что слова закончились. К счастью, полсекунды спустя он все-таки нашел парочку новых. - Я думал, на указателе название… Я искал жемчуг.

Долина рассмеялась еще громче.

- По этому указателю путешественники находят мой дом. Я и поставила знак. А эта моя подруга Шеба. Она не слишком-то любит котов, но поладит с ними, если они будут тактичны. - Старушка взглянула на Сезамию. - А ты чем питаешься?

- Не собаками! - быстро сказал Умлаут.

- Это хорошо. Шеба пришла сюда из Мандении одновременно со мной, и мы сошлись характерами. Там ее называли австралийской овчаркой. Какой-то злодей отрезал ей хвост, но характер ее от этого не испортился. Идемте. - Она окинула взглядом Пару. - На заднем дворе есть небольшой пруд.

Лодка просияла. Ее отец был селезнем, а мать - лодкой мечты. Пруды с домашними утками она всегда воспринимала с ностальгией.

Скоро они уже были в доме, и Долина оказалась права: их ждали отличные свежие пироги и множество других яств. Шеба проявила дружелюбие к Умлауту, безразличие - к кошачьим и осторожность - к Сезамии. В общем и целом, ночь прошла хорошо. Лавовое дерево всем особенно понравилось: оно обогревало не только дом, но и стоявший во дворе туалет. В кусочках застывшей лавы Умлаут даже разглядел собственное отражение и убедился, что чисто вымыл руки.

- Я мог бы привыкнуть к такому месту, - признался он Сезамии.

Для его вида оно было довольно уютным, согласилась та на змеином. Сама она, конечно, предпочла бы поплавать в компании Суфле.

Это напомнило ему о Сюрпризке.

- Кажется, я влюбился.

Подобно остальным, кивнула она. Даже если Ксанф не удастся спасти, по крайней мере, выгода от писем была.

Странно было слышать нечто подобное, но не согласиться с этим Умлаут не мог.

- Я рад, что и с тобой познакомился.

Спасибо. Она поцеловала его в ухо. Юноша укорил себя за то, что втайне пожелал, чтобы на ее месте стояла Сюрпризка.

Отлично поев и отдохнув, путники поблагодарили Долину с Шебой и следующим утром вновь пустились в дорогу.

- Надеюсь, черезчур близко к Области Безумия вы подходить не станете, - напутствовала их гостеприимная хозяйка. - Мы шли прямо через нее, но путешественникам я ее не рекомендую.

- Нам надо доставить письмо нимфе Танди.

Старушка покачала головой.

- Это имя ни о чем мне не говорит. Хотя там проживает несколько огров; будьте осторожны.

- Огры! - Умлаут изобразил одного совсем недавно, но не горел желанием встречаться с ними лично. - Мы постараемся их избегать.

Однако Ясноглазка покачала головой. Юноша даже думать боялся, что бы это значило, поэтому уточнять не стал.

Пейзаж изменился. Умлаут не был уверен, что именно в нем странного, поскольку ничто не цепляло взгляд. Может, пурпурные стволы деревьев и их радужные кроны. Или мелкие зверьки, которые разгуливали на ушах и помахивали лапками в воздухе.

Затем внимание привлек знак: «БЕРЕГИТЕСЬ: ОБЛАСТЬ БЕЗУМИЯ». Значит, это и есть то ужасное место, о котором им рассказывала Долина. И Сэмми вел их прямо в его эпицентр. Ну, насколько все могло быть плохо? Они уже посетили несколько весьма странных мест, в конце-то концов.

Они приблизились к оврагу, который практически скрывали под собой раскидистые тенета. К счастью, Сэмми пошел с ним рядом, не стараясь пересечь. Умлаут искоса поглядывал в ту сторону. Он увидел, как от порывов ветра паутинные канаты содрогаются, и идущая по ним рябь напоминает морскую. Потом заметил пауков, балансирующих на крохотных дощечках по этим волнам. Какой в этом занятии смысл?

Юноша посмотрел на Ясноглазку и быстро получил ответ: это сетевые серферы. Ну, в них было не больше безумия, чем в остальной части региона.

Кто-то напал на них сбоку. Большое и яростное, напомнившее ему покрытого шерстью слона, хотя раньше Умлауту слонов видеть не доводилось. Но присутствовало в чудище и нечто странное. Пара вильнула в сторону, избегая нападения, и попала прямо в большую сеть. Внезапно все они запутались в ней, к возмущению пауков.

Канаты не выдержали четверых, и почтальоны, оборвав их, упали на дно оврага.

Тем временем монстр ринулся за ними - и тоже упал на липкую сеть, перепутав ее еще больше. Пауки, и без того разозленные, на сей раз просто слетели с катушек. Они набросились на слона, опутывая его бесконечной паутиной. Вырваться монстр не мог, поскольку - странным образом - по плотности не уступал лодке. Кажется, его сотворили не из плоти, а из ломаных линий и углов.

Затем над его головой зажглась тусклая лампочка, и Умлаут все понял.

- Это переделанный из мухи слон! - воскликнул он, смеясь. Только тут и можно встретить нечто подобное.

Ясноглазка с отвращением посмотрела на него. Разве это не было очевидно с самого начала?

Но теперь они застряли на дне оврага, с раскинутой над ними сетью. Выбраться без того, чтобы снова порвать липкие канаты, почтальоны не могли. А в третий раз пауки накажут нарушителей еще злее.

Овраг закончился, но не сеть; та ритмично раскачивалась наверху, покрывая его целиком. Пауки, заделав бреши, вновь занялись серфингом. Их были сотни, и вниз то и дело поглядывали несколько из них, практически бросая вызов находящимся на дне незваным гостям. Всем стало ясно: веб-серферы терпеть не могли, когда в их программе появлялись дыры.

Пара остановилась. Что теперь?

Умлаут сообразил, что Сэмми остался снаружи. Его озарила редкая вспышка гениальности.

- Сэмми, найди помощь!

Они разглядели шевеление листьев, когда кот сорвался с места. Теперь им оставалось только ждать. И беспокоиться. Талант Сэмми ошибки исключал, но ведь это - Область Безумия, где все осложнялось.

Скоро, как бы там ни было, Сэмми вернулся вместе с двумя детьми.

- При! - крикнул сквозь сеть мальчишка.

- При, - отозвался Умлаут.

- Вет! - крикнула девчонка.

- Вет, - откликнулся Умлаут.

- Я - огр Эпоксий, - представился мальчуган. - Мне одиннадцать. Я делаю предметы твердыми и быстрыми.

Огр! Они ведь собирались избегать столкновения с этими свирепыми созданиями. Но, может, дети огров не так уж плохи.

- Меня зовут Умлаут, и у меня талант имитации.

- А я - медяшка Бензинка, - сообщила девочка. - Его идентичная сестра-близняшка. Я делаю предметы мягкими и свободными.

Он был огром, а она - медяшкой, но дети считались идентичными близнецами? Что-то у него в голове не складывалось, но времени раздумывать о деталях у юноши не было.

- Вы можете помочь нам выбраться отсюда, не потревожив пауков?

Дети поразмыслили.

- Я мог бы заставить канаты отвердеть, но сетевым серферам это вряд ли понравится.

- Я могла бы смягчить их и заставить провиснуть, но это им тоже не придется по вкусу.

Вместе они пришли к выводу: - Нет.

Тогда почему Сэмми их привел? Умлаут подавил поднимающийся изнутри гнев и попытался снова.

- Вы знаете кого-нибудь, кто способен помочь?

Брат с сестрой опять погрузились в раздумья.

- Как насчет нашего старшего брата Груба? - спросил Эпоксий.

- В чем заключается его талант?

- Он делает вещи твердыми и тяжелыми либо мягкими и легкими, - ответила Бензинка.

- А разве это не то же самое, что ваши объединенные таланты?

- Нет, - покачал головой мальчик. - Я делаю вещи твердыми, но не тяжелыми.

- А я - мягкими, но не легкими.

Это тоже не показалось Умлауту подходящим. Но все-таки…

- Позовите его. - Старший брат мог лучше проникнуться их бедственным положением и понять, что следует делать.

Они ушли, и Умлаут устроился на земле рядом с друзьями, готовый ждать. Пока ситуацию сложно было назвать улучшающейся.

К оврагу приблизились шаги.

- Привет! - позвал сверху более низкий голос. - Я - медный Груб. Чем могу помочь?

Наверху стоял отливающий медью молодой человек.

- Ты можешь нас отсюда вытащить, - отозвался Умлаут так ровно, как только был способен.

- Ладно. Объединим усилия. - И он нагнулся, чтобы коснуться сети одним пальцем.

Тонкие линии замерцали. Затем центр паутины продавило, будто сверху ее прижал огромный кулак. Встревоженные пауки разбежались. Сеть опускалась, пока почти не дотронулась до лодки. Умлаут поднял руку, чтобы защититься от нее, и обнаружил, что веревочные канаты превратились в более прочные металлические; пошевелить тенета он не мог. Они и в самом деле стали твердыми и тяжелыми.

Однако по той же причине юноша не мог проделать в сети дыру. Материал получился непробиваемым.

- Бензинка, - кивнул сестре Груб.

Девочка спустилась по сети в середину и встала над лодкой. Теперь, когда Умлаут хорошо ее видел, он обратил внимание на ее волосы и глаза. Они были одного цвета. Бензинка присела на корточки и коснулась железного каната.

Внезапно тот стал мягким - только в этом месте. Умлаут порвал его, чтобы Пара могла выбраться наружу. Но идти по канату лодка не могла, тот получился слишком мягким и провис до самой земли там, где на него наступила утиная лапа.

- Эпоксий, - окликнул брата молодой человек.

На дно оврага спустился мальчик. Его глаза и волосы были темными. Он дотронулся пальцем до центра паутины, и та вновь обрела твердость.

Пара вышла наружу. Затем сети коснулся Груб, и та отпружинила обратно в исходное положение, утратив твердость и тяжесть. Канаты рябили и волновались. Пауки с облегчением возобновили свою деятельность.

- Эм, спасибо, - сказал Умлаут. - Меня зовут Умлаут, и я принес письмо нимфе Танди.

- Бабушке Танди! - хором восхитились близнецы.

Она - их бабушка? Но ведь это огры и медяшки.

- Отведите их к папе с мамой, - велел Груб близнецам. - Пусть они решают.

- Сюда, - пригласил Эпоксий, указывая вперед. Сэмми, которому уже не надо было показывать путь, запрыгнул обратно в лодку.

Но Бензинка осталась с ними.

- Можно покататься на вашей лодочке? - застенчиво спросила она.

- Залезай, - согласился Умлаут.

- И погладить ваших милых кошек, - добавила девочка, когда все они разместились в лодке.

Умлаут посмотрел на кота с кошкой. Сэмми не возражал. Ясноглазка после значительной паузы уступила. Мальчик погладил кота, девочка - кошку.

- Нам туда, - Эпоксий показал направление, и Пара припустила вприпрыжку.

- Можно вас кое о чем спросить? - осторожно поинтересовался Умлаут.

- Конечно! - обрадовался огренок.

- Нам нравится играть в вопросы и ответы, - согласилась Бензинка.

- Откуда взялись ваши имена?

- Это легко, - улыбнулся Эпоксий. - Когда аист принес нас, нашим родителям - Эхсу и медяшке Розе - срочно понадобилось нас назвать, поэтому они просто прочитали ярлыки на памперсах.

- Как их чистить, - пояснила девочка. - И они сочетаются с нашими талантами.

Его любопытство касательно их имен было удовлетворено.

- А почему вы - близнецы?

- Когда они вызывали аиста… - начал Эпоксий.

- Дважды, - добавила Бензинка.

- То заказали идентичных близнецов.

- Но еще попросили, чтобы это были брат с сестрой.

- Я - мальчик, которого хотела мама, - гордо похвалился Эпоксий. - Мамин сын.

- А я - папина дочка.

- И мы получились практически идентичными. Когда мы вырастем, сходство уменьшится. Но мы оба - огрята.

- Огрята?

- Пока они не могут нас различить, наши волосы и глаза выкрасили в разные цвета, - объяснила Бензинка. - На время.

Они дали исчерпывающий ответ и на второй вопрос тоже.

- Как вы получились огрятами?

- Поскольку дедушка Загремел - наполовину огр, кровь огров продолжает течь и в его потомках, включая сына и внуков, - проговорил Эпоксий.

- А бабушка Танди - нимфа, - повторила его сестра. - Поэтому я тоже - отчасти нимфа, что делает меня миленькой, но пустоголовой. А когда их сын, полуогр Эхс, женился на медяшке Розе, мы обрели и ее свойства тоже. Так и вышло, что мой брат - огр Эпоксий, а я - медяшка Бензинка.

- Но вы выглядите совсем как люди, - возразил Умлаут.

- Это то, что объединяет нас всех, - кивнул Эпоксий. - Но мы бы не стали этим хвастаться. А ты?

- Наверное, нет, - улыбнулся юноша.

- В общем, мы предпочитаем называться огрятами.

Опять это слово.

- Что это значит?

- Огрята, - повторил мальчик. - Дети огров. Точно так же маленьких нимф зовут нимфетками, а маленьких медяшек… - Он запнулся. - Как их называют, Бензинка?

- Медяшата? Нет, не то.

- Медята? Нет, опять не то. В любом случае, такое слово существует.

- Уверен, что так оно и есть, - не стал спорить Умлаут.

- Однажды нам снился настоящий кошмар о нашем происхождении. Я имею в виду, откуда нас принес аист, - призналась Бензинка.

- Что-то насчет Мандении. Но мы в это не верим.

- Не думаю, что хоть кому-то известно, откуда аисты берут младенцев, которых потом приносят, - дипломатично отозвался Умлаут.

Но это заставило его гадать, приносил ли аист его самого. Если нет, откуда он появился?

Они увидели в джунглях хижину. На заднем дворе работал мужчина, который выглядел вполне себе обычно. Если он и был наполовину огром, это никак не проявлялось.

- Вот и наш дом, - сказал Эпоксий.

По мере их приближения навстречу вышла женщина. Она казалась изготовленной целиком из меди, но, несмотря на это, была довольно симпатичной.

- Мамочка, у нас гости! - позвала ее Бензинка.

Последовали новые знакомства с приветствиями, и теперь Умлаут ломал голову над загадкой, как живая женщина может состоять из металла? Каким образом этой парочке удалось дойти до романтики в отношениях?

Медяшка Роза будто услышала его мысли.

- Мы становимся мягкими, стоит нам этого пожелать, - пояснила она.

Юноша почувствовал, что краснеет. Опять. И попытался скрыть это рассказом о собственной миссии.

- У меня письмо нимфе Танди.

Роза кивнула.

- Ей это понравится. Она редко получает письма. - Затем сосредоточилась на детях. - Ладно, вы можете отправиться с гостями на их лодке к бабушке. Но держитесь подальше от безумия.

- Непременно! - хором согласились близнецы.

Роза улыбнулась.

- Они так гордятся тем, что являются огрятами, - сказала она. - Когда берут за труд вспомнить об этом.

Пара продолжила движение, но вдруг остановилась. Перед ними стоял очередной монстр.

- Ой-ей, - поежился Эпоксий. - Рогоносец.

- Кто? - удивился Умлаут.

- Полукровка. Произошел от самки рогача и самца броненосца, - объяснила Бензинка. - Они злые.

- Они всегда во всем виноваты, - добавил мальчик.

- Мы слышали, что самки рогачей и броненосцев от них без ума, - сказала девочка. - Но не могли понять, с чего бы это.

Потому что это уже являлось частью Заговора Взрослых, предположил Умлаут.

- Думаю, с этим плохишом мы разберемся. - Он взглянул на Сезамию. Та кивнула и выскользнула из лодки, попутно создавая имитацию.

Рогоносец рыл когтями землю, готовясь их атаковать, но затем до него добралась Сезамия. Змея впечатляла: казалось, что она выдыхает струйки дыма, а ее клыки, ставшие вдвое длиннее, опасно сверкают. Она выглядела в точности, как голодный дракон.

- Ух, ты! - восхитился Эпоксий. - А я и не знал, что она - оборотень.

- Она и не оборотень, - довольно откликнулся юноша.

Рогоносец в ужасе отступил. Он-то полагал, что перед ним - беззащитная добыча в виде лодки с утиными лапами и ее пассажиров, которых легко растерзать… и вдруг его самого атаковал дракон. Тем не менее, он пошел на хитрость, попробовав обогнуть чудовище. Сезамия встала перед ним, отрезая путь. Тогда рогоносец отступил по правде - так быстро, как только мог. Он даже впечатался в пирожковию, рассыпав аппетитные пироги по всей округе. Но что-то с ними было не так; они выглядели слишком маленькими и имели форму цифр, перепутвшихся между собой.

- Это не обычная пирожковия.

- Она выросла на числе Пи, - сообщила Бензинка.

Сезамия избавилась от драконьего обличья и вернулась в лодку.

- Ты была великолепна! - воскликнул Эпоксий, когда она скромно взобралась на свое сиденье. - Можно тебя погладить?

Змея опешила; раньше явно не находилось желающих ее приласкать. Но согласилась, и огренок ласково провел рукой по ее голове.

- Он обожает драконов, - пояснила сестра.

Они возобновили поездку. Судя по всему, новости о драконе опередили компанию, поскольку больше никто лодке не угрожал. Вскоре Пара приблизилась к части леса, где среднего размера деревья извилисто переплетались бубликами, а камни выглядели так, будто кто-то хорошенько их отдубасил.

- Что это?

- Оу, это следы дедушки Загремела, когда он превращается в огра, - пояснил Эпоксий. - Он выкручивает стволы деревьев и выжимает сок из камней одной рукой.

- А еще учит юных драконов бояться, - добавила Бензинка. - Так ведут себя все огры.

Причин сомневаться в их словах не имелось.

Они услышали треск, доносившийся из лесной чащи. Звук привел их к огру, который заготавливал дрова. Он был огромен и волосат, и не пользовался топором: просто разделывал стволы сложенными лодочкой ладонями. Затем, положив поленья в рот, жевал их, расщепляя на лучины и плюясь щепками.

- Дедушка! - окликнул его Эпоксий, и огр, выронив очередное деревце, обернулся к ним.

- Превратись в человека! - попросила его Бензинка.

Поразмыслив пару минут, поскольку огры считались тугодумами и гордились этим, Загремел осведомился: - Что за нужда? Дам кулаком, так да! - и скрючил узловатые пальцы в кулачище.

- Дай ему трубку мира, - напомнила девочка брату.

Эпоксий вытащил трубку.

- Покури, дедушка, - сказал он, передавая ее огру. Но, когда чудовищные пальцы сомкнулись вокруг трубку, та раскололась в мелкие кусочки.

- Ой-ей, - огорчилась девочка. - От нее же ничего не осталось.

- Это была трубка мира, - вздохнул мальчик. - Он неправильно ее взял.

Но затем до огра все-таки дошло, и он съежился до размеров человека.

- Здравствуйте, внучата!

Огрята вылезли из лодки и подбежали, чтобы его обнять. Потом ему представили путешественников.

- Дедушка Загремел, это очень хорошая лодка, - показал на Пару мальчик.

- Там змея и кот с кошкой, - кивнула Бензинка.

Умлаут прочистил горло.

- И человек, - запоздало добавил Эпоксий.

- Он за них говорит, - пояснила девочка.

- Я, эм… У меня письмо для нимфы Танди.

- Сюда, - весело сказал человек Загремел.

Танди была стара для нимфы; раньше Умлаут воспринимал их, как вечно юных созданий. Она с благодарностью приняла письмо. Затем открыла конверт и погрузилась в чтение.

- Колибри! - воскликнула Танди.

К ней подлетело несколько странных пернатых существ. Их крылья были вдвое больше маленького тельца и словно вертелись по кругу. И они издавали жужжаще-гудящие звуки.

Отужинав пюре из древесины и свежевыжатым каменным соком, что оказалось весьма приятной трапезой, путники приготовились следовать дальше, к следующему адресату. Умлаут поблагодарил Загремела, Танди и огрят, и почтальоны забрались обратно в лодку. Доставка получилась совсем не такой ужасной, как он боялся.

Глава 14. Кон-Путер

Умлаут вынул из стопки следующее письмо. Кон-Путеру.

- Кто это? - полюбопытствовал юноша.

Сэмми, Ясноглазка и Сезамия выразительно посмотрели на него. Как мог он не знать?

- С моей памятью что-то не так, - напомнил Умлаут. - Я многого не знаю.

Сэмми снялся с места и побежал перед Парой, пока Ясноглазка с Сезамией просвещали его насчет Кон-Путера. Как выяснилось, это была отвратительная машина мужского пола, созданная ради благих дел, но, подобно Тучной Королеве, весьма своенравная. В своих владениях Кон-Путер мог изменять реальность, печатая буквы на экране. В результате тому, кто туда попадал, было чрезвычайно сложно выбраться, если только сам Кон-Путер не хотел от непрошеного гостя избавиться. Имелась у него и подружка - Конопушка, проживающая рядом с любовным источником и довольно дружелюбная. Даже любвеобильная. Парочке нравилось играть в карты при помощи собственных экранов. И у Кон-Путера, и у Конопушки было по мышке, которые могли превращаться как в человека, так и в любое другое существо.

Умлаут пожал плечами.

- Звучит не очень сложно. Я доставлю письмо и улизну, прежде чем Кон-Путер захочет меня удержать.

Кот Сэмми изменил курс. Юноша хотел было поинтересоваться причиной, поскольку до сих пор лодка бежала по удобной прямой тропе, но тут же увидел ее: обыкновенной внешности девушку, стоявшую перед ними. Пара чуть в нее не врезалась. Двадцать утиных лап пробуксовали от резкого торможения.

- Эй, ты что тут делаешь? - раздраженно осведомился Умлаут.

- Ифммп, - ответила девушка.

- Я не понимаю.

- И дволгарлдр Арлвилдио.

Это не помогло. Умлаут посмотрел на Ясноглазку и вскоре получил ответ: девушка не говорила на языке обитателей Ксанфа.

Кажется, в этом и заключался ее магический талант: каким-то образом слова у нее выходили безнадежно манденийскими. Что, в свою очередь, было странно, ведь аист принес ее сюда, в Ксанф. Девушку звали Тэйси. Она поздоровалась, затем объяснила, почему здесь стоит, но он, разумеется, ничего не понял. В этом было ее проклятье, и она отчаянно желала от него избавиться.

- Может, тебе стоит отправиться к доброму волшебнику, - предложил Умлаут. Однако Тэйси покачала головой, показывая, что не понимает.

Для нее его слова тоже звучали абракадаброй.

Пара снова пустилась в путь, и Тэйси присоединилась к честной компании. Юноша пропустил момент, когда она забралась в лодку; должно быть, где-то посредине кошачьих объяснений. Он хотел перевести свое предложение насчет Хамфри, но животные не умели разговаривать по-человечески, а Тэйси не знала игры в девятнадцать вопросов. Тупик.

- Может, нам стоит просто отвезти тебя к Кон-Путеру и посмотреть, не изменит ли он твою реальность, чтобы ты могла говорить, - сказал Умлаут. Она непонимающе посмотрела на него, но все же юноша счел идею неплохой.

Затем выражение лица Тэйси изменилось.

- Что ты делаешь рядом с другой девушкой? - осведомилась она.

- С какой другой девушкой? - спросил Умлаут. Затем моргнул. - Эй, я тебя понял!

- Ну, я надеюсь. А чего ты ожидал?

- Больше манденийской абракадабры. Как тебе удалось так быстро справиться с проблемой?

Она улыбнулась и попыталась подавить смешок.

Над головой Умлаута вспыхнула мутноватая лампочка.

- Сюрпризка? - неуверенно спросил он.

- Кто же еще? Я же сказала, что буду тебя навещать, но уже не в астральном образе. На сей раз я воспользовалась временным захватом тела. То есть моя душа сейчас находится в теле этой девушки. В следующий раз придется искать другой способ.

- Сюрпризка, - благодарно повторил он. - Хотел бы я с тобой остаться.

Она пожала плечами. - Может, когда-нибудь и получится. Так чем ты занимался, помимо свиданий с незнакомками?

- Я просто пытался ей помочь…

- Ну, да. Так оно и было, не правда ли?

- Ничего такого! - воскликнул он. Затем увидел, как она смеется, и осознал, что его опять поддразнивают. Это у нее здорово получалось.

Умлаут рассказал ей о визите к ограм и сообщил, что теперь они направляются в пещеру Кон-Путера.

Однако это ее мало заинтересовало.

- Давай поцелуемся, - предложила девушка.

- Но ты ведь не в своем теле.

- И все же это я. - Она сложила губы бантиком.

Тем не менее, юноша продолжал колебаться.

- Не уверен, что это прилично.

- А что в этом тупого?

- Какого?

- Ошибочного, неверного, неправильного…

- Плохого?

- Неважно, - сердито согласилась она. - Поцелуй есть поцелуй. - Обняв Умлаута, девушка привлекла его к себе.

- Плохого то, - осторожно отстранил ее он, - что передо мной не только чужое тело, но и чужая душа, Метрия.

- Оу, ты догадался, - с отвращением ругнулась она. - Биип!

- Разве тебе не надо заботиться о своем сыне?

- Ох, Тед с ДеМоникой. Они отлично ладят.

- Так что же тебе от меня надо?

- Просто убиваю время.

- Почему ты пытаешься отвлечь меня от доставки писем?

Демонесса воззрилась на него. Лицо оставалось безмятежным, однако в глазах заполыхали маленькие огоньки.

- Я люблю своего сына.

- Разумеется, любишь! Но какое отношение это имеет к…

Однако она уже исчезла.

- Что-то тут творится странное, - пробормотал Умлаут. - Ясноглазка, тебе известно, что происходит?

Но на сей раз ответа у кошки не нашлось, что было очередной странностью. Почему мотив Метрии выходил за грань ее ясновидения? Все это лишь усугубляло необычность ситуации, потому что в итоге получалось, будто нечто таинственное и неладное - сам Умлаут. Если бы только он мог проникнуть в суть своей тайны!

Пара замедлила ход, неуверенно покачиваясь. Сэмми перестал показывать ей путь.

- Что случилось? - спросил юноша. И, спустя всего несколько вопросов, узнал ответ: Сэмми заблудился.

- Заблудился? - непонимающе повторил Умлаут. - Но ведь ты как раз искал Кон-Путер. Как ты мог заблудиться?

Кошка прояснила ситуацию. Что-то изменилось, вынуждая Сэмми выбирать неверные направления, и теперь они попали в Реальность Потерянных Объектов. Вообще-то, они и сами стали при этом ее частью.

- Но мы же не туда направлялись, - запротестовал Умлаут. - Что произошло?

Ясноглазка не знала. Ее талант действовал на близком расстоянии, так что она знала, где они находятся, но не что именно заставило Сэмми сбиться с курса. Сначала казалось, что пещера Кон-Путера перенеслась в другое место, а потом оно вдруг очутилось тут. Что, разумеется, не имело смысла, поскольку они были явно не в его пещере.

Умлаут смутно уловил связь.

- Интересно, уж не вмешательство ли Метрии заставило Сэмми сбиться с курса? Я увидел, что он изменил направление, и хотел было спросить, в чем дело, но затем появилась она, притворившись Тэйси, а потом и Сюрпризкой. Это отвлекло мое внимание… И вот мы здесь.

Ясноглазка кивнула. Видимо, дело было действительно в этом.

Однако тайна ее мотива осталась нераскрытой. Он спросил у демонессы, почему та пыталась помешать ему доставлять письма, и она сказала, что любит сына, прежде чем исчезнуть. Она, подумал Умлаут, забеспокоилась. Этому тоже должна быть причина… Если бы только он мог ее выяснить.

- Ты можешь выбраться отсюда? - спросил он у лодки.

Пара попробовала, но лишь оказалась в лабиринте из сваленных в груды беспарных - стало быть, и бесполезных - носков. Их тоже потеряли в пространстве и во времени, и своим чередом носки попали сюда, чтобы образовать целый лабиринт своим количеством. Он все длился и длился. В любом случае, выход нашелся: Пара принялась раскидывать стены, пока они не выбрались.

- Эй, ты что творишь? - задиристо осведомился кто-то.

Умлаут оглянулся и увидел бесенят-близнецов.

- Мы пытаемся выбраться из Затерянной Реальности. А вы кто такие?

- Я - Быловаше, - сказал бесенок слева. - Мы собираем потерянные вещи отовсюду.

- А я - Сталонаше, - сказал тот, что справа. - Мы держим их все тут.

Ясноглазка метнула юноше взгляд, который тот прекрасно понял.

- Вы крадете вещи!

- Мы - клептоманы, -самодовольно согласился Быловаше.

- А люди думают, что просто их потеряли. Вы преступники и остаетесь безнаказанными.

- Это уж точно, - так же самодовольно ухмыльнулся Сталонаше.

Умлаута передернуло, и он поторопил лодку, желая поскорей убраться отсюда прочь. Затем в его голову постучалась новая мысль.

- Может, Метрия сказала КонПутеру применить его магию, что мы подумали, будто его там нет? Вот Сэмми и побежал в противоположном направлении. Если он вернется назад, не слушаясь своего таланта, может, мы все-таки попадем в нужную пещеру.

Ясноглазка с Сезамией кивнули. Логично.

И вот на их пути снова стоит Тэйси, девушка, не говорящая на языке жителей Ксанфа.

- С дороги, Метрия! - крикнул Умлаут.

Сэмми вновь побежал впереди, хотя и не без сомнений. Но, по крайней мере, у них появился новый курс. Если это не сработает, Умлаут постарается придумать что-нибудь еще.

Девушка непонимающе посмотрела на него.

- Ксибу?

Юноша открыл было рот, но его взгляд перехватила кошка.

- Ты хочешь сказать, теперь она настоящая? - Ясноглазка кивнула.

Ведомый нелепой надеждой, Умлаут помахал Тэйси, приглашая в лодку. Девушка присоединилась к почтальонам.

- Не исключено, что КонПутер способен тебе помочь, - сказал он. - По крайней мере, временно. А может, найдутся и другие помощники. Давай-ка посмотрим, получится ли у тебя произнести слово «Сюрприз». Попробуй!

Он тренировал ее достаточно долго, и в итоге Тэйси удалось повторить новое слово, хотя она и не понимала его значения.

- Сюрприз.

Затем на ее лице появилось озадаченное выражение.

- Ты не возражаешь? - спросила она и кивнула, словно услышала ответ.

- Кто ты? - осведомился Умлаут.

Девушка посмотрела на него.

- Это Тэйси. Она не говорит по-ксанфски.

- По-каковски?

- По-ксанфски. Ей достался плохой талант. Она ненавидит его, но изменить ничего не может. Она сказала, что не возражает, если я на время одолжу ее тело. Я - Сюрпризка.

Судя по манере речи, это и впрямь была она, а не Метрия. И все же Умлаут хотел убедиться. Являясь порождением магии, демонесса не могла покинуть Ксанф и отправиться в Эйфорию, где он познакомился с Сюрпризкой. Это означало, что вряд ли ей известны подробности их встречи.

- Как мы познакомились?

Девушка улыбнулась.

- Ты шел мне навстречу, глазея на землю. Я подумала, что ты ищешь кого-то, размером с моих родителей. Меня ты совсем не замечал. Я поздоровалась, и ты подпрыгнул. А потом не поверил в то, как меня зовут.

- Это действительно ты! - воскликнул удовлетворенный Умлаут.

- Кто же еще?

- Демонесса Метрия недавно притворялась тобой и хотела меня поцеловать.

- Я тоже не против.

- Но она пыталась отвлечь меня от доставки писем. А когда я спросил о причине, сказала, что любит своего сына, и исчезла. Я пытаюсь вникнуть в суть ее поступка.

- У меня есть теория, но она прозвучит плохо.

- Что за теория?

- Может, кто-то шантажирует ее Тедом, если она тебя не остановит.

Головоломка сложилась. Это объясняло и любопытную реакцию демонессы, и ее исчезновение. Метрия не могла поведать об угрозе извне, ведь от этого пострадал бы ее сын. Но кто или что может угрожать демонессе?

- Ты собираешься поцеловать меня или как? - спросила Сюрпризка. - Мое время почти истекло.

- А это нормально? Ну, то есть, как это будет выглядеть глазами Тэйси?

- Мы с ней договорились. Ты поцелуешь каждую из нас.

- Но я хочу целовать только тебя.

- Всему есть цена. Она говорит, в тебе что-то есть. - Сюрпризка подмигнула. - Как будто я сама не в курсе. Поэтому целуй меня, а потом поцелуешь и ее. Обещаю, что не буду безумно ревновать.

Больше Умлаут не спорил. Обняв девушку, он поцеловал ее, и она ответила тем же.

- Просто ужасно ревновать буду, - сказала Сюрпризка, но при этом улыбнулась, давая понять, что снова дразнится. Затем девушка чуть заметно изменилось, и он отпустил ее.

- Нз Увсо?

Умлаут не понял слов, но смысл до него дошел. Он поцеловал Тэйси почти так же и мгновенно уловил разницу. Этот поцелуй имел мало общего с предыдущим, что странным образом подтверждало подлинность первого, который получился просто превосходным.

Они продвигались все дальше. Умлаут вытащил нужное письмо и прочел его.

Дорогой КонПутер,

Поскольку ты являешься общепризнанным источником информации в Ксанфе, обращаюсь к тебе именно за ней. Мы в Мандении уже долгое время бьемся над вопросом, как*********. По моему разумению, в Ксанфе вы можете ^^^^^^^^^^ при помощи магии.

Прошу прощения за появление в этом письме #########. Здесь, на Земле, и особенно в Мандении, я сражаюсь с убийственной головной болью. Мы зовём их мигренями. В моей голове поселились тысячи крохотных бесенят и выпустили в мозг стаю никельпедов... которые, как известно, специализируются на причинении боли и уничтожении всего живого. --------! Перед глазами пляшут белые огни, а содержимое желудка просится наружу. Мне часто хочется вопить, пока совсем не потеряю голову... Если я лишусь головы, уверена, боль станет более терпимой.

Пожалуйста, вышли мне запрошенную информацию КАК МОЖНО СКОРЕЕ.

Спасибо )()()(»«»«»«»«».

На пути к забвению…

Искренн= = = = =, Арджаис.

- Мигрень! - воскликнул Умлаут. - Они и в Ксанфе встречаются. Как они выживают в Мандении без магии?

Как бы там ни было, они обитали и там. Между тем, письмо казалось безопасным. Юноша начинал спрашивать себя, содержало ли опасность хоть одно из них? Но ведь демона Юпитера какое-то рассердило.

Тем временем наоборотный поиск Сэмми сработал. Теперь они продвигались в нужном направлении. Путешествие становилось скучноватым.

Сезамия и кошачьи дремали. Умлаут пожалел, что не может последовать их примеру. Он обнаружил, что сгорбился напротив Тэйси, которая только что не дала юноше упасть. Кажется, он все-таки уснул.

Поспешно выпрямившись, Умлаут смутился.

- Я… эм, прости.

- Кибут бмм сджхиу.

Он и забыл о ее проблеме. Однако интонация свидетельствовала, что девушка не обиделась. Должно быть, он спал достаточно долго, потому что они уже приближались к Провалу.

Пара направилась прямо к обрыву.

- Что ты делаешь? Мы же упадем! - Но, пробежав по краю, лодка не рухнула в пропасть. Умлаут смотрел во все глаза, гадая, что происходит.

- Витджчсмьт врмра, - пояснила Тэйси и ладонью изобразила мост.

- Мост! - воскликнул он. - Невидимый.

Она совершенно точно не поняла его слов, но суть уловила.

- Апт.

- Какое облегчение.

Животные нашли ущелье таким же интригующим, каким увидел его Умлаут, и все уставились в бездну в ее безмерной пустоте. Стены были почти вертикальными, а дно - плоским, с растущими далеко внизу деревьями. В целом, Провал казался другим миром, приятным даже. Над ним даже парили маленькие безвредные облачка, тоже наслаждаясь видом. Вероятно, это было единственное место в Ксанфе, где облако могло опуститься ниже земли и продолжать плыть в воздухе безо всякого для себя риска. Юноша порадовался, что Пара знала о невидимом мосте. И Тэйси - тоже.

Это навело его на новую мысль, когда они достигли северной стороны Провала. Он задремал и повалился на нее, но вместо того, чтобы жаловаться, девушка его поддержала. Может, она поняла Умлаута неправильно, когда он ее поцеловал? Нет, она ведь приняла Сюрпризку в качестве временной гостьи, поэтому знала, что он чувствует. Значит, Тэйси проявляла обычное дружелюбие. Неумение внятно изъясняться и понимать окружающих не затронуло ее личность.

Своим чередом они прибыли в долину с поверженными деревьями. Это не было похоже на работу огра; их не скрутили в кренделя, но прижали к земле, будто наступили гигантской ногой. Что способно раздавить мощное дерево в лепешку?

Затем он услышал отдаленный грохот, который стремительно приближался. Остальные тоже его услышали.

- Уиф йовриилвра впжро! - воскликнула Тэйси.

- Что бы это ни было, мне это не нравится, - пробормотал Умлаут. - Не хочу, чтобы меня раздавили.

Пара устремилась ко входу в темную пещеру. Оттуда они перешли в освещенный зал, где на столе восседала громоздкая штуковина с плоским вертикальным экраном. На нем зажглось слово: ПРИВЕТСТВИЕ.

- КонПутер! - узнал его юноша, выбираясь из лодки. - У меня для тебя письмо.

К нему подошел тролль.

- Я - мышь КонПутера, тролль Тристан. Я разберусь с почтой.

- Ты не похож на мышь, - покачал головой Умлаут.

- Это термин для специального слуги, - пояснил Тристан. - Путер малоподвижен, так что я выполняю физическую работу за него. - Он достал из конверта листок и поднял его к монитору.

ОТПРАВЬ АРДЖАИС ЭЛЕКТРОННОЕ ПИСЬМО, - отпечатались буквы на экране.

- Но, сэр, это невежливо, - возразил тролль. - Электронное письмо в ответ на обычное. Она наверняка обидится или рассердится.

ИМЕННО.

- Мы ведь можем ей помочь. Она кажется милой, даже для манденийки. Мы не имеем права сознательно заставлять ее страдать.

В ТЕБЕ СЛИШКОМ МНОГО #### СОЗНАТЕЛЬНОСТИ, ТРОЛЛЬ.

- Разумеется, - смиренно согласился Тристан. - Так я вызову поисковик из Электрического Города, чтобы запустить поиск подходящей ей информации? 44 4 ае $$$$.

Плохое слово. Путер был жесток.

- Благодарю вас, сэр. Сейчас же и приступлю. - Тролль ушел в заднюю комнату, чтобы выполнить свое намерение.

Умлаут подумал, что тот, несмотря на свое происхождение, благороден. Ему стало интересно, как Тристан оказался в услужении у машины с дурной репутацией.

А ВЫ ЧЕГО ТУТ ОКОЛАЧИВАЕТЕСЬ, ЛОДОЧНЫЙ БАЛЛАСТ?

Оказывается, при должных усилиях невзлюбить можно и машину. Конечно, Умлаут доставил письмо, несмотря на противодействие демонессы Метрии. Но у него все еще оставались вопросы.

- Мы не смогли установить твое местоположение с помощью Сэмми, который способен найти что угодно, кроме собственного дома. Мне хочется узнать, не была ли здесь замешана враждебная магия.

ДЕМОНЕССА МЕТРИЯ УБЕДИЛА МЕНЯ СМЕНИТЬ МЕСТО МОЕЙ ЛОКАЦИИ.

Это все объясняло. Значит, она применила больше одного способа, чтобы помешать доставке этого письма: сначала - запутав Сэмми, а потом - отвлекая Умлаута. В процессе они встретили еще кое-кого. Тэйси. И он вспомнил, что собирался ей помочь.

- С нами девушка, которая не говорит по-ксанфски. Я задался вопросом, можешь ли ты, обладая талантом менять реальность в своих владениях, вернуть ей способность нормально общаться?

ЗАЧЕМ МНЕ ЭТО?

- Ну, помогать нуждающимся - доброе дело.

ИМЕННО.

Умлаут осознал, что перед ним вовсе не доброе существо. Без мягкого, но настойчивого влияния тролля Путер вновь превратился в привычно мерзкого себя.

- Может, она окажет тебе услугу взамен?

- КАКУЮ?

- Ну, эм… - Умлаут взглянул на Тэйси, о которой совершенно ничего не знал. - Может, тебе стоит спросить об этом у нее лично?

ВЫВЕДИ ЕЕ ВПЕРЕД.

Обернувшись к лодке, юноша взял случайную попутчицу за локоть, понуждая выбраться. Чуть поколебавшись, Тэйси подчинилась и встала перед экраном.

ЧТО ТЫ МОЖЕШЬ ДЛЯ МЕНЯ СДЕЛАТЬ?

- Ну, я могу подметать пещеру или… - Девушка удивленно прервалась. - Я тебя понимаю!

РАЗУМЕЕТСЯ. Я ИЗМЕНИЛ ТВОЮ РЕАЛЬНОСТЬ, ЧТОБЫ ТЕБЯ ПОНИМАТЬ.

Она посмотрела на Умлаута.

- Ты тоже меня понимаешь?

- Да. Но, наверное, ты можешь говорить и понимать ксанфский только во владениях КонПутера.

- Ох, это так чудесно! - Тэйси горячо обняла его и расцеловала.

Прежде чем Умлаут обрел способность прилично (или неприлично) отреагировать, по экрану побежали буквы: ДЕВУШКА ТЕРЯЕТ ИНТЕРЕС К ПАРНЮ.

Она моментально выпустила юношу и повернулась к экрану, полностью утратив к бывшему спутнику интерес. Может, и он к ней особого интереса не испытывал, однако вслух этого благоразумно говорить не стал.

ЧЕМ ЕЩЕ ТЫ МОЖЕШЬ БЫТЬ МНЕ ПОЛЕЗНА?

Тэйси огляделась.

- Этой пещере не хватает меблировка. Она уродлива. Ну, естественно, ведь за ней смотрит тролль. Я могла бы улучшить дизайн. Повесить занавески там, постелить коврик тут и поставить несколько стульев для гостей.

ТЫ ИГРАЕШЬ В КАРТЫ?

- Обожаю карточные игры! Но мне не с кем играть, поэтому у меня не слишком много опыта.

ПОЯВИТСЯ.

Перед девушкой возникла колода карт.

Тэйси окинула ее любопытствующим взглядом.

- Ты играешь в карты? Но кто их за тебя передвигает?

МОЯ МЫШЬ. ТЕПЕРЬ НЕ ПРИДЕТСЯ ПОСТОЯННО ИГРАТЬ С КОНОПУШКОЙ. Я СЛИШКОМ ЧАСТО ПОЗВОЛЯЮ ЕЙ ПОБЕЖДАТЬ. МНЕ ТОЖЕ НРАВИТСЯ ВЫИГРЫВАТЬ.

- Ну, тогда мы поладим, поскольку я не возражаю проигрывать. Мне нравится сам процесс игры.

Перед ней появился стол, и Тэйси принялась раздавать карты. Умлаут так и не понял, откуда она знает, которую из карточных игр выбрал КонПутер.

Вернулся тролль Тристан.

- Что это? - спросил он.

У ТЕБЯ ПОЯВИЛАСЬ ПОДРУЖКА.

Тэйси опешила, но ответил Тристан.

- У меня уже есть мышь Териан, принадлежащая Конопушке. Она - единственная желанная женщина для меня.

Умлаут понимал, что это не его дело, но ведь именно он привел сюда дамочку в беде.

- Эм, я не хотел усложнять тебе жизнь, Тристан.

УМЛАУТ МЕНЯЕТ ТЕМУ.

Юноша обнаружил, что больше не может оспаривать решение хозяина пещеры.

- Но я уверен, что все к лучшему, КонПутер. Можно обсудить с тобой другое дело?

ДАВАЙ.

Умлаут не собирался поднимать эту тему, но мозг сверлила только она.

- У меня, эм, романтическая проблема.

- Романтическая! - заинтересовалась Тэйси, не отрывая глаз от карт. - С Сюрпризкой?

- Да. Я, эм, хочу быть с ней. Но ее родители не позволят. Что мне делать?

- Найди другую подружку, - немедленно отозвалась Тэйси.

- Не могу. Мне нужна только Сюрпризка.

Девушка вздохнула.

- Тогда, полагаю, тебе остается лишь упорно добиваться ее. Может, через четыре года они передумают.

- Четыре года!

- Когда ей исполнится восемнадцать, и они все равно не смогут ее удержать. А пока…

- Сколько тебе лет? - спросил Тристан.

- Восемнадцать. Я не ограничена Заговором.

ЗНАЧИТ, ТЫ ПОДОЙДЕШЬ ТРИСТАНУ.

Тролль покачал головой.

- Но я уже сказал…

ТРОЛЛЬ ПЕРЕДУМЫВАЕТ.

- Ой. Кажется, у меня нет иного выхода. Хозяина мне не переубедить.

Тэйси, как бы там ни было, столь ограничена не была.

- Я очень рада, что наконец говорю и понимаю по-ксанфски. Но тролля в качестве половинки я не искала.

ТЭЙСИ ПЕРЕДУМЫВАЕТ.

Девушка оценивающе поглядела на Тристана.

- С другой стороны, сразу ясно, что ты очень хороший.

Тролль содрогнулся.

- Боюсь, это мое проклятье.

- Проклятье? Раньше меня так не называли. По крайней мере, на тех языках, что я тогда понимала.

- Это долгая история.

РАССКАЖИ ЕЕ, - велел экран. Умлаут понял, что разгневанная машина мстит троллю за его протест.

Тристан, разумеется, спорить не мог и пустился в объяснения.

- Это связано с моим именем. Я не был идеальным троллем, поскольку не хотел совершать жестокие деяния. Вот мое племя и наказало меня, наделив именем сказочного персонажа, которого тоже прокляли. Теперь его проклятье, кажется, перекинулось на меня.

Его тезка Тристан, как выяснилось, был сказочным героем в стародавней Мандении, когда там еще оставалось немного магии. Его отец - король Лоонуа, пересек море, спеша на помощь Марку, повелителю Корнуолла, и спас его от недругов. В благодарность тот подарил ему свою сестру - Белую Лилию. От их союза и произошел Тристан, но увы, отец умер до того, как мальчика успел принести аист, а мать отошла в мир иной от печали, потому его и нарекли «Печаль». Вырастил Тристана верный слуга. Он оказался талантливым и красивым воином, который отправился на службу к дяде Марку. Юноша отлично сражался и спас королевство от разрушительной дани в виде ценных металлов и рабов. Когда Марк решил жениться на прекрасной принцессе из соседнего королевства Ангена по имени Изольда, именно Тристан был назначен в ее сопровождающие. Девица и в самом деле оказалась светловолосой красавицей, сиявшей дивным внутренним светом, будто золотая нить. Юный воин ей не понравился, ведь он убил в бою ее жестокого брата. Однако слуга по ошибке дал им любовного зелья, и они влюбились друг в друга. Разумеется, Изольда вышла замуж за короля, но выпитое зелье продолжало крепко держало ее возле Тристана, а его - рядом с ней.

У них было много тайных встреч, и каким-то образом парочке всегда удавалось избегать разоблачения, хотя в свите короля было несколько придворных, которые их подозревали и не раз пытались уличить. Наконец, король Марк понял, что происходит, и наказал Тристана, а Изольду приготовился сжечь на костре. Однако юноша спас возлюбленную и они вместе прятались в лесу несколько месяцев. С пропитанием там было туго; от Изольды осталась одна тень. Не желая, чтобы она продолжала страдать, Тристан вернул ее королю, а сам уплыл за море и женился на тамошней принцессе, которую - по чистой случайности - тоже звали Изольдой. Но ее он не любил, хотя та была доброй и милой девушкой. Проклятье обрело на вечные страдания не только его, но и всех окружающих, ведь Изольда Прекрасная грустила от того, что не может быть вместе с возлюбленным, а король Марк - потому что жена его не любила, а вторая Изольда - потому что Тристан к ней не прикасался.

Когда Изольда Прекрасная услышала весть о том, что Тристан женился на другой, она страшно горевала. Но затем тот вновь пересек море, навестил ее и убедил, что она - единственная, которую он любит, и это было правдой.

Затем он вернулся к жене, но та рассердилась, узнав о его связи с посторонней женщиной. Когда его обманом пронзили отравленным копьем, умирая, Тристан попросил передать Изольде Прекрасной свое кольцо, моля прийти попрощаться. Корабль, который отправился за ней, должен был поднять белый парус, если она поднимется на борт, и черный - если нет. Когда он появился на горизонте, Тристан спросил у жены, какого цвета парус, и она сказала, что черный, хотя он был белым.

- Изольда, - простонал он, охваченный горем, и умер. Затем его жена раскаялась в содеянном, она ведь хотела отомстить ему, а не убивать. А прибывшая Изольда Прекрасная сказала: «Дамочка, да успокойтесь уже», легла рядом с его телом, обняла его, поцеловала и тоже испустила дух от печали.

Несчастных любовников похоронили рядом, в двух могилах, и над могилой Тристана вскоре зазеленел вереск, чьи корни произрастали из могилы Изольды. Крестьяне выпалывали его трижды, однако тот упорно вырастал вновь, пока король Марк не велел им оставить его в покое. Поэтому возлюбленные в итоге соединились после смерти, опечалив всех вокруг.

- И в этом, - завершил тролль Тристан. - проклятье моего имени. Я должен любить ту, что не достанется мне никогда, и жениться на другой, сделав несчастными и ее, и себя, и всех, кто рядом. Я надеялся избежать этого, полюбив мышь Териан, однако она привязана к Конопушке, а я - к КонПутеру, и нас разделяет Провал. Теперь появилась Тэйси, чье имя начинается с той же буквы, и от меня потребовали быть с ней. Проклятье исполнилось.

- Но я не хочу быть причиной печали, - возразила девушка.

ТЭЙСИ ПЕРЕДУМЫВАЕТ.

- Давай поженимся, - сказала она. - И если я поймаю тебя с Териан, твои паруса почернеют. - Она обняла Тристана, который не мог сопротивляться.

Стена пещеры стала прозрачной. За ней виднелась машина, подобная КонПутеру, только более женственная. Рядом стояла красивая женщина. Умлаут уразумел, что это Конопушка со своей мышкой.

В КАРТИШКИ СЫГРАЕМ? - появилась надпись на экране Конопушки.

- Тристан! - воскликнула ошеломленная Териан. - Ты с другой женщиной!

- Но я люблю только тебя, - крикнул он, пытаясь вырваться из объятий Тэйси.

- Свежо предание, да верится с трудом! Видимо, стоит мне скрыться из вида, и ты тут же изменяешь.

ВСЕ МУЖЧИНЫ ТАКИЕ, - посочувствовала ей Конопушка.

- Териан! Пожалуйста! - Однако стена уже вновь стала непрозрачной.

- Может, у нас получится объяснить, - предложил Умлаут.

УМЛАУТ ПЕРЕДУМЫВАЕТ.

- Хотя это не наше дело.

ПОСЕТИТЕЛИ УХОДЯТ.

Умлаут забрался обратно в лодку, и Пара прошлепала к выходу из пещеры. Здесь их больше ничего не держало. Каким-то образом, сам того не желая, юноша преуспел в причинении вреда ни в чем не повинным существам. Как ему удается оставаться таким недотепой?

Сезамия ткнула его носом. Это проклятье довлело над Тристаном, не над Умлаутом, утешила она, и Ясноглазка с ней согласилась.

Но почему-то лучше он себя не почувствовал.

Глава 15. Шесть страстных дев

Они снова направлялись к Провалу. Следующее письмо, которое достал Умлаут, предназначалось собаке Грезе.

Приветствую тебя, Греза,

Как один представитель лучшего из видов другому, посылаю тебе гав из Мандении.

Честно признаюсь, кличку тебе могли подобрать и покруче. Но ты тут, конечно, не при чем; люди порой наделяют нас уж очень странными именами. Это не твоя вина. Я вот ни за какое сырое мясо не скажу, как меня назвал мой человек. Предпочитаю именовать себя Алариком, что означает «Властелин мира». Это имя подходит моей породе - я ротвейлер.

Большинство окружающих просто меня боится, что прекрасно вписывается в мой жизненный уклад. Обычно мне предоставляют славное местечко для сна и оставляют в одиночестве. Разумеется, я держу себя в форме, бегая и прыгая по всему дому и устраивая переполох.

Ким оказала тебе добрую услугу, освободив из того пузыря. Парение в воздухе ничем хорошим для собак не заканчивается. Моя подруга Арджаис похожа на твою Ким. Она единственная, кто меня понимает. Она хорошо меня кормит, когда вокруг не наблюдается кошек, мышей, кротов и палок, которые можно поглодать. Тренируется на природе вместе со мной и снабжает неплохими витаминными косточками. Она даже оставляет меня в покое, когда я намекаю на это рычанием.

Да, есть в нашем мире двое особых людей. Из… сколько их там сейчас насчитывается? Я не преувеличиваю? Нет, не думаю. Жаль, что они не могут просветить тех, кто к собакам равнодушен, правда?

В общем, держись там, малявочка. Просто хотел сказать тебе «привет» и «до связи».

Аларик, друг Арджаис.

Умлаут обдумал письмо. Если что-либо в нем и могло вызвать приступ бешенства, он этого не видел. Большая часть доставленных им писем были безобидными, а оставшиеся - неплохими. Имелся ли в его занятии смысл? Естественно, их следовало доставить, поскольку адресаты этого заслуживали, но каким образом кто-либо из них сможет решить проблему Красного Пятна, запущенного демоном Юпитера?

Ни письма, ни получатели отношения к нему не имели.

Однако не зря ведь демонесса Метрия пыталась предотвратить доставку писем - иногда довольно коварно. Это означало, что причина имелась. Может, не ее собственное желание, а нечто извне, угрожающее ее сыну, демону Теду. А вдруг это был сам демон Юпитера? Вдруг он знал, каким способом Красное Пятно можно остановить, и не хотел, чтобы они этот способ нашли? Но ведь они в Ксанфе. Неужели здесь найдется нечто, способное помешать могущественному демону высшего порядка?

А еще был сам Умлаут, который казался себе вполне обыкновенным, пока не пробовал вспомнить что-нибудь из своего прошлого. Словно его создали здесь и сейчас - специально для доставки…

Провал вновь распахнул перед ними свою зловещую пасть, отвлекая юношу, и мысль ускользнула прочь. В этом и заключается проблема с ними. Их легко потерять, отвлекшись на любую мелочь. Ну, всему свое время. Потом он ее обязательно поймает.

По невидимому мосту они переходили не здесь, однако Пара продолжала бодро бежать вперед, к краю обрыва.

- Эм… - неуверенно начал Умлаут.

Перевалившись через край, лодка зашлепала по не замеченному ими ранее пологому спуску, ведущему прямо в ущелье. Это не обязательно был наилучший выход из положения. Как насчет Провального Дракона, который выдыхал пар, гонясь за жертвой, так что мог приготовить из нее любое блюдо за считанные секунды? Паре не удастся разогнаться так, чтобы оставить его позади.

- Эм, ты уверена?..

Лодка выглядела уверенной. Сэмми получал искреннее удовольствие от скачки, Ясноглазка дремала, а Сезамия с любопытством разглядывала окрестности. Животные не беспокоились - значит, и ему не стоит. И все же Умлаут тревожился.

По склону они добрались до дна без приключений. Пара припустила по дну ущелья, где местность ничем не отличалась от той, что осталась наверху: та же трава, деревья и даже извилистый ручеек, целеустремленно разыскивающий вход в подземелья.

Затем он услышал странный топот и понял, что их учуял Провальный Дракон. А лодка бежала прямиком к нему, поскольку звук нарастал. И вот они увидели чудовище: дракон был зеленым, с перепончатыми крыльями и тремя парами ног. Он поднимал ноги по очереди, передвигаясь вперед наподобие гусеницы, что, может, и выглядело довольно неуклюже, но на практике оказалось достаточно эффективным. Что касается пара, он, может, и впечатлял меньше огня или даже горячих струек дыма, однако окружавшие дракона облака убеждали любого в том, что с добычей он справится без труда.

Пара и монстр остановились одновременно, подбежав друг к другу вплотную. Они обнюхались, потыкавшись друг в друга мордами - и все. Дракон вовсе не жаждал схватить ее своими мощными челюстями, а лодка не делала попыток сбежать. Кажется, они были друзьями.

- Друзья? - спросил Умлаут у Ясноглазки. Та кивнула.

Вот почему никто не беспокоился. Пара и Провальный Дракон были знакомы. Юноша тревожился понапрасну. Как обычно: больше всего неприятностей им доставляло то, на что он вообще не обращал внимания.

- Здравствуй, Паровик Стэнли, - поприветствовал его Умлаут. - Меня зовут Умлаут, а это змея Сезамия, кот Сэмми и кошка Ясноглазка. - По мере того, как юноша говорил, он понял, что это необязательно; Сэмми явно знал дракона, а Сезамия, по всей вероятности, могла пообщаться с тем на змеином. - Мы пребываем в процессе доставки письма собаке Грезе.

Дракон кивнул; он понимал человеческую речь. Однако с дороги не убрался, а Пара не пыталась его обойти. Должно было произойти что-то еще.

Потом до него дошло. Провальный Дракон являлся другом одного из встреченных ими человеческих существ.

- Мы отнесли письмо и принцессе Айви. С ней все в порядке. С ее детьми - тоже.

Стэнли кивнул. Только теперь он отступил в сторону, давая им пройти, и лодка возобновила движение. Умлаут с облегчением выдохнул. Не то чтобы он не доверял суждению животных… Просто иногда случались ошибки и недоразумения. А здесь, на дне Провала, одно из них могло стать фатальным.

Пара приблизилась к противоположной стене ущелья, где их ждал такой же пологий подъем. Выглядел он сомнительным, однако оказался достаточно широким для лодки. Стена над ней и под ней выглядела практически отвесной, поэтому Умлаут перебрался на центральное сиденье и выпрямился, стараясь не раскачивать бока лодки. Если Пара ненароком поскользнется, падать будет очень больно.

Наконец, они поднялись и вновь ступили на безопасную землю. Теперь беспокоиться можно только об обычных опасностях.

- Вроде больше нам ничто не угрожает, - заметил Умлаут.

Над ними образовалось облако.

- Это тыыы так думаешь!

- Убирайся отсюда, Метрия!

- Предпочитаю наплювать.

Лучше было промолчать, но любопытство было сильнее.

- Что сделать?

- Смотреть, следить, созерцать…

- Наблюдать?

- Без разницы, - строго согласилась она. - Придется тебе выбирать.

- Выбирать?

- Сам увидишь. - Облако рассеялось, но юноша знал, что демонесса все еще где-то здесь. Наблюдает.

Он обернулся к Сезамии.

- Тебе известно, что она имела в виду?

«Может, она блефовала?» - безмолвно предположила змея.

Это ему в голову не пришло. Если Метрии удастся остановить его с помощью обмана, та, конечно же, к нему прибегнет.

Они очутились в небольшой долине с маленькой красной речкой, плавными зигзагами ласкавшей оба берега по очереди. Ничего подозрительного видно не было, но внезапно подала голос Ясноглазка.

- Мяу!

Пара резко затормозила.

- Что случилось? - спросил ее Умлаут.

Мгновение спустя он получил ответ: огненные муравьи.

- Это плохо?

Животные закивали. Они не хотели сталкиваться с колонной огненных муравьев.

- Дайте-ка взглянуть, - попросил Умлаут, надеясь, что они преувеличивают. - На мне ботинки, так что жара подошвы не почувствуют. - Выбравшись из лодки, он направился к колонне.

Та действительно состояла из красных насекомых. Их были сотни - марширующих по долине муравьев. Злыми они не выглядели.

- Если бы у меня была метла, я расчистил бы для Пары канал, - задумчиво рассудил он. Затем огляделся в поисках подходящей ветки.

Неподалеку росло несколько деревьев. Липа оказалась слишком липкой, тополь затопал на него, гоня прочь, а вот граб юношу устроил.

Сграбастав отломленную ветку, Умлаут принялся выметать муравьев.

Что-то ужалило его в предплечье.

- Ой! - вскрикнул он. Кожа горела, как после ожога. Его укусил муравей. Юноша сбил его, однако боль не утихла. Руку продолжал лизать крохотный язычок пламени. Неудивительно, что ее так жгло!

Схватив горсть грязи, Умлаут втер ее в кожу, но это не помогло. Униматься боль не желала. Он побежал обратно к лодке.

- Огненный муравей! - крикнул он, показывая друзьям свою пылающую руку.

Сезамия сунула голову под заднее сиденье и вытащила флягу с бальзамом, о наличии которого юноша не подозревал.

Продолжая удерживать фляжку зубами, хвостом она растерла бальзам по ране. Через два с половиной мгновенья боли как ни бывало. Бальзам помог.

- Спасибо, - выдохнул Умлаут. - Наверное, он забрался по метле. Я его не заметил.

Пара внезапно попятилась, что стало для него очередной неожиданностью. Причину он увидел только после этого: муравьи, теперь осведомленные о присутствии потенциальной добычи, устремились к ним. Быстро передвигаться они не могли, но и ждать их, стоя на месте, было плохой идеей.

Сэмми заволновался. Путь к собаке Грезе находился за колонной красных насекомых. Что же делать?

Умлаут вздохнул. Где зомби-рок или повозка Сивки-Бурки, или тоннель, или демонесса, или хоть что-нибудь, когда нужна помощь? Он был уверен: если лодка пошлепает параллельно колонне муравьев, путники обнаружат, что та тянется от самого моря и до Провала, и пересечь ее не получится.

Так что же им делать?

Миг спустя он пришел к выводу: - Думаю, нам нужна помощь.

Остальные воззрились на него так, словно были восхищены его мудростью, или что-то в этом духе. Умлаут почувствовал, как к щекам прилила краскам. Он был таким скучным и предсказуемым.

- То есть, может, нам поискать помощь?

Они все еще глазели на него. Пара шагнула в сторону, избегая протянувшейся из колонны ложноножки. Ему предоставили искать помощь самому.

Умлаут попробовал сделать это скучным, но прямолинейным методом.

- Помогите! - крикнул он.

Над горизонтом промелькнула тень. Птица… нет, гарпия… нет, милая девушка с крыльями бабочки. Ее платье тоже отливало всеми оттенками радуги, подобно крыльям и локонам. Она опустилась рядом с лодкой.

- Привет. Я Фанесса. Чем могу помочь?

Умлаут вылез из лодки и встал перед ней.

- Я, эм, Умлаут, а это мои друзья - лодка Пара, змея Сезамия, кот Сэмми и кошка Ясноглазка. Нам надо перебраться на другую сторону, позади колонны огненных муравьев, чтобы доставить письмо. Ты не знаешь, каким способом это можно сделать?

Девушка посмотрела на колонну, над которой поднимались бледные при дневном свете языки пламени.

- Вообще-то да, знаю. А что вы дадите мне в обмен на эти сведения?

- Дадим? - тупо переспросил Умлаут.

- Ну, вы же не ждете, что я окажу вам услугу просто так, не правда ли?

Еще один признак его невеликого ума; вообще-то да, этого юноша и ожидал.

- Эм, а чего бы тебе хотелось?

Фанесса окинула взглядом лодку.

- Я бы не отказалась от такого интересного средства передвижения.

- Я не могу отдать тебе лодку! Пара мне не принадлежит.

- Или от домашнего питомца.

- Все они - мои друзья и отвечают за себя сами.

Девушка испустила вздох.

- Тогда, видимо, придется мне забрать тебя.

- Меня?

- В качестве пары. Я надеялась на кого-нибудь из крылатых чудовищ, но в Ксанфе не так уж много крылатых парней. Им не нравится выглядеть, как эльфы.

На грани сознания мелькнула мысль о бедном тролле Тристане.

- Извини, но у меня уже есть пара.

- Жалко, - посочувствовала она. - Тогда желаю вам справиться своими силами. - Затем красиво взмахнула крыльями и упорхнула.

Но теперь к ним приближался кто-то еще. Другая девушка, с фиолетовыми волосами и фиалковыми глазами.

- Здравствуйте, - сказала она. - Меня зовут Виолетта. И нет, я не цветок.

Почему-то его это не удивило. Умлаут представился и представил друзей.

- Нам надо перебраться через колонну огненных муравьев. Ты можешь помочь?

- Думаю, да, - кивнула она. - Мой талант - делать живых существ дружелюбными. Уверена, что я могла бы расположить к себе муравьев и уговорить их пропустить вас.

- Великолепно! - Но затем на всякий случай спросил. - А чего ты ожидаешь взамен?

- Ну, ты мне нравишься. Я бы хотела…

- У меня есть девушка, - быстро предупредил Умлаут.

Виолетта нахмурилась.

- Какое разочарование. Ты не передумаешь?

- Эм, нет, - покачал он головой, чувствуя себя немного виноватым.

- Тогда мне придется поискать себе парня в другом месте. - И Виолетта ушла.

Умлаут вздохнул.

- Почему именно теперь, когда я встретил девушку своей мечты, мной заинтересовались другие девушки? Уверен, что мне бы понравилась любая из этих двух, если бы не Сюрпризка.

Друзья молчаливо изобразили недоумение. Причуды старушки-Фортуны.

К ним подошла третья девушка. Эта выглядела довольно обыкновенной со своими каштановыми волосами и голубыми глазами. При виде ее фигуры мужчины тоже вряд ли сворачивали головы ей вслед.

- Привет. Я - Сэйдж. Это ты звал на помощь?

- Да, - осторожно ответил Умлаут. - Нам надо пересечь эту колонну огненных муравьев.

- Я могла бы вам помочь, - кивнула девушка. - По крайней мере, мой дракон мог бы.

- Дракон? - Юноша нервно заозирался по сторонам. - Он поблизости?

Сэйдж рассмеялась.

- Он не гуляет рядом со мной на поводке, глупый. У него есть свои дела. Но если я в опасности, он немедленно появляется, чтобы меня защитить.

Умлаут увидел, как другая псевдоподия колонны насекомых тянется прямо к ней.

- Тебе лучше отступить. Эти муравьи…

- И-и-и! Огненные муравьи! - завопила она.

Внезапно земля позади Сэйдж взметнулась четырьмя курганами, и из каждого из них выглянуло по ужасающей голове.

- Драконы! - тоже завопил Умлаут, поддавшись панике. - Бегите!

- Не беспокойся, - успокоила его девушка. - Это всего лишь Охранник, мой четырехглавый дракон.

Четыре головы поднялись на четырех шеях. Затем земля под ними вспучилась новым громадным холмом, поднимая Сэйдж. Это и в самом деле был один дракон. Когда пыль улеглась, а земля окончательно с него осыпалась, стало видно, что девушка удобно восседает на его спине. Оглядевшись, четыре головы вскоре увидели огненных муравьев.

Первая голова сориентировалась и выпустила струю огня. Пламя окатило муравьев, но не причинило им вреда. Поэтому голова отодвинулась в сторону, уступая место второй. Та дохнула в насекомых дымом. Он тоже их не остановил; дым всегда соседствует с огнем. Настал черед третьей головы, которая применила пар.

Это муравьям не понравилось, но жар их не обеспокоил. Наконец, в бой вступила четвертая голова и окатила миниатюрным врагов водой. Она смыла насекомых, и колонна отступила. Удовлетворенный дракон опять закопался в песок, практически не оставив следов своего пребывания.

- Отличная работа, - оценил Умлаут. - А Охранник не проделает для нас проход?

- Проделает, если я попрошу, - кивнула Сэйдж. - Но с чего бы мне просить?

Ой-ей.

- Чего ты хочешь?

- Я влюбилась в одного красивого молодого волшебника, но не сказала ему об этом. Поэтому мне нужен кто-то другой, пока…

- Я недоступен, - быстро произнес Умлаут.

- А-а… В таком случае, всего хорошего. - И Сэйдж удалилась.

Юноша посмотрел на друзей. Те посмотрели на него в ответ. Они не обвиняли его напрямую, но почему-то Умлаут чувствовал себя виноватым.

Вскоре появилась очередная девушка. Она тоже обладала стандартной внешностью, однако он подозревал, что больше ничего стандартного в ней не было.

- Привет. Меня зовут Джанель. Я услышала твой зов. Ты нуждаешься в помощи?

- Я Умлаут. Да, нам нужно пересечь эту колонну огненных муравьев.

- Ну, я могла бы вам помочь. Мой талант - убеждать. Я могу убедить их вас пропустить.

- Это было бы чудесно. Но что ты хочешь взамен?

Она оценивающе поглядела на него.

- А ты хорошенький.

- Я уже занят!

- Оу. Но я могла бы тебя переубедить…

- Пожалуйста, не надо! - отчаянно запротестовал Умлаут. - Я люблю ее!

Джанель поразмыслила.

- Полагаю, тогда с моей стороны будет не слишком любезно тебя забирать. - И ушла.

Да что тут творится? На помощь к ним приходили исключительно девицы, и каждая из них настаивала на отношениях с ним. Может, раньше ему бы это и понравилось, но это было ДС: До Сюрпризки.

В поле зрения показалась еще одна девушка. Устав от всего этого хаоса, Умлаут даже не обратил внимания на то, как она выглядит, хотя выглядела незнакомка на все сто.

- Я - Анни Мация. Умею оживлять картинки.

- Отличный талант, - вяло похвалил юноша. - Но поможет ли он нам перебраться через колонну огненных муравьев, и во что мне это обойдется?

- Надо всего лишь нарисовать то, что способно тебе помочь, и я это для вас оживлю.

Звучало многообещающе. Рисовал Умлаут не слишком-то хорошо, но если нарисовать отпугиватель муравьев, и она сделает его настоящим, это может сработать. Однако она не назвала цену.

Почему-то он уже знал, о чем попросит Анни.

- Я уже люблю другую девушку, - сказал он.

- Вот досада! - И она их покинула.

Перед ними уже возникла новая помощница. Нет, честно; Умлаут не заметил ее приближения, она появилась будто из ниоткуда.

- Привет!

- Я - Синди с талантом видеть то, о чем говорю.

- Я - Умлаут, и думаю, меня ты видишь.

- А, ну да. Но я хотела сказать, что если хочу увидеть предмет - ну, огромное морожение, например, то могу это сделать. Вот так. - После короткой паузы девушка сказала: - Я вижу.

В воздухе перед ней возникло гигантское и очень соблазнительное на вид мороженое.

Умлаут был впечатлен - отчасти потому, что успел проголодаться. Он протянул к мороженому руку, однако пальцы прошли сквозь стаканчик.

- Оу… иллюзия.

- Ну, да, в данном случае. Но некоторые предметы не обязательно материальны. Как, например, способ миновать огненных муравьев.

Что-то не давало Умлауту покоя, и на сей раз ему удалось поймать мысль за кончик хвоста, прежде чем там улизнула. Он ведь еще не говорил ей об их проблеме.

- Кто ты? - потребовал ответа юноша.

- Ты навекаешь, что я не так, кем кажусь?

- Что я делаю?

- Говоришь, предполагаешь, подозреваешь…

- Намекаю?

- Да пофигу, - сердито фыркнула она.

- Привет, демонесса Метрия.

- Ох, биип! Что меня выдало?

- Слишком многие девушки внезапно меня возжелали. Ты притворялась каждой из них?

- Более-менее. Все они существуют на Птеро, я просто ненадолго одолжила их внешность и талант.

- Почему ты отвлекаешь меня от моей миссии?

- Это могло стать чертовски удачной затеей. Ты понятия не имеешь, что могла бы предложить тебе каждая из этих девушек, но скоро ты узнал бы и таким образом присоединился бы к Заговору Взрослых.

- Я пока не готов к этому, но когда буду готов, хочу разделить тайну только с Сюрпризкой Голем.

- Но ей всего четырнадцать.

- Я подожду.

- Ты неисправим.

- Я что?

- Да забудь уже. - Демонесса растворилась в витом столпе дыма. Однако через три четверти секунды ее лицо вернулось. - В любом случае, на сей раз я все сделала правильно. - Метрия пропала с концами.

Значит, эту маленькую загадку он разгадал. Идея о повышенном женском внимании привлекала его, даже если в действительности юноша в компании множества девушек не нуждался, но Умлаут знал, что слишком сер для подобного внимания, поэтому оно выглядело подозрительным с самого начала. Он бы и раньше все понял, если бы не желал перебраться через колонну муравьев так сильно. Но не той ценой, которую девушки - или, вернее, Метрия - назначали.

- О, Сюрпризка, - пробормотал Умлаут, тоскуя по ее обществу.

- Я здесь, - отозвалась она.

Юноша огляделся по сторонам. - Где?

- В твоей голове. Телепатия. Еще один талант.

- Не нужно растрачивать на меня свои таланты!

- Не могу подумать ни о ком, кто более этого достоин. Ты был великолепен.

- Я просто хотел найти способ пересечь колонну огненных муравьев, но не мог, эм…

- Забыть меня. Я слышала. Это было так мило.

- Наверное. Если бы только ты была старше.

- Я знаю, где находится эликсир старения, и могу просто добавить себе два-три года. Тогда мы сможем быть вместе.

Это звучало очень соблазнительно.

- Но твои родители…

- Они ничего мне не сделают, ведь мне уже будет больше шестнадцати.

- Дело не в этом. Они любят тебя и желают тебе добра.

- Кроме настоящей любви. Я уже говорила тебе, таковы все родители.

- В любом случае, давай подождем. Я хочу, чтобы они одобрили наш союз.

Он услышал, как она вздохнула.

- Полагаю, ты прав, хотя правила приличия в твоей голове могут стать настоящей занозой в другом месте. Ладно, давай переведем тебя на другую сторону долины, прежде чем я утрачу сосредоточенность.

- Ты знаешь способ?

- Да. Когда я проникла в твоей разум, то случайно пересеклась с разумом демонессы. Она действительно помогла бы тебе, знаешь ли, прими ты предложение одного из ее обличий. Тогда бы она… ну, подробности мне, конечно, неизвестны, но на уме у нее были аисты.

- Не знаю, почему взрослым так хочется вызывать аистов. Это должно быть тяжкой обязанностью.

- Ради них взрослые и живут. Вот почему они предпочитают здоровую пищу и делают себя несчастными многими бессмысленными способами. - Умлаут ощутил закипевшие в глазах слезы и осознал, что на самом деле они принадлежали Сюрпризке. - О, Умлаут, я хочу, чтобы мы были вместе до того, как присоединимся к этому кошмарному Заговору, чтобы мы еще успели повеселиться.

- Это кажется иронией судьбы, - согласился он. - В тот момент, когда ты получаешь шанс делать, что хочешь, ты начинаешь выполнять обязанности. Но твои родители счастливы, да?

- Да, разумеется, они любят друг друга. Значит, быть взрослым не так уж и плохо. Но все же я ненавижу мысль о том, что придется ждать несколько лет. Я хочу тебя сейчас.

И он тоже хотел ее сейчас. Но знал, что это не практично.

- Нам надо доставить это письмо.

- Разумеется, - с грустью согласилась Сюрпризка. - Просто пройди по холму на север. Там расположилась колония водяных муравьев. Заключи с ними договор, и они проложат вам проход между огненными.

- Спасибо!

- Обращайся, - сказала она. - Не знаю, за чем именно. Мне хочется отдать тебе все.

- Твои поцелуи меня устроят.

- Ты такой милый, - повторила девушка и исчезла из его сознания, запечатлев напоследок поцелуй на внутренней стенке его черепа.

Он обернулся к лодке.

- Здесь была Сюрпризка. Она сказала, что за холмом мы найдем колонию водяных муравьев.

Остальные зашевелились. Они знали, что это подействует.

Умлаут забрался в лодку, и, перевалив холм, они увидели гнездо водяных муравьев. Оно напоминало собой водокачку. Пара с животными остались ждать на разумной дистанции, пока Умлаут, присев рядом с муравейником и сымитировав муравья, убедил насекомых, что он друг - во избежание новых ран, на сей раз мокрых, - и договорился с ними. Это заняло больше девятнадцати вопросов, но в конце концов юноша понял, чего хотят муравьи. Неподалеку лежал арбуз, весьма для них лакомый, однако он был слишком тяжел, чтобы принести его целиком, и испортился бы, расколи они его на мелкие кусочки.

Он вернулся на борт.

- Сэмми, ищи арбуз. Пара, следуй за ним.

Кот побежал вперед, лодка пошлепала позади, и вскоре они нашли его. Умлаут положил арбуз себе под ноги, и они доставили его водяным муравьям. Когда вожделенное лакомство оказалось в муравейнике, насекомые выстроились в колонну и замаршировали к огненным.

Те отступили сразу, стоило им увидеть врага, и Пара перешла низину безо всяких трудностей. Вот так просто.

- Спасибо, - поблагодарил юноша водяных муравьев.

Ему ответили тем же.

Оставшаяся часть путешествия прошла без приключений, и вскоре они увидели маленький уродливый домик, где, по заверению Сэмми, жила собака Греза. Умлаут постучался в дверь.

Та отворилась, открывая взгляду уродливейшую женщину в мире.

- Да? - проскрипела она.

- Я, эм, Умлаут, пришел с письмом для собаки Грезы.

- Письмо для собаки? - удивилась хозяйка. Голос был таким же некрасивым, как лицо.

- Знаю, это кажется странным, но…

- Чудненько! Грезе это понравится. Я - Анафе Ма. Заходи, дорогой мальчик, поешь овсянки.

Теперь к двери подошла собака и в знак добрых намерений вильнула хвостом. Она казалась здоровой и счастливой. Увидев Сэмми, Греза подошла обнюхаться. Они явно были знакомы. Вне зависимости от того, как Анафе Ма выглядела и звучала, она была очень доброй. Путники вошли в ее дом и разделили с хозяйкой обед. Каша удалась.

День получился длинным, и они решили заночевать прямо тут. Это давало Сэмми с Грезой время возобновить общение и обменяться новостями о своих друзьях-людях.

Грезу привела сюда Ким, которая оставила собаку с Анафе Мой, поскольку в Ксанфе ей был уготован более долгий и счастливый срок, нежели в Мандении. В Ксанф собака приплыла на летающем пузыре из Мандении, и Ким, постоянно проживающая там туристка, ее спасла. Единственное, о чем жалела Греза, так это то, что они редко видятся с Ким, которая вышла замуж и остепенилась.

Вечером, когда кошачьи болтали с собакой, а Анафе Ма готовила всем спальные места, Умлаут с Сезамией вышли на свежий воздух. Домик стоял посреди джунглей, но в компании гигантской змеи Умлаут не тревожился; Сезамия могла справиться практически с любой угрозой.

- Я не перестаю удивляться, - признался юноша. - Сегодня я узнал, что хорошенькие девушки не обязательно хорошие, а уродливая женщина - наоборот, отличается редкой добротой.

Девицы выглядели вкусными, согласилась Сезамия на змеином. А старая женщина крайне жестка. Но это было правдой: девушки не были настоящими, а Анафе Ма была. Несмотря на это, у Сезамии сложилось впечатление, что он бы понравился им в любом случае. Было в нем нечто привлекательное. Умлаут неуклюж, но женский пол к нему тянет, как магнитом.

- Я привлекателен? Не понимаю, почему.

Здесь не могло быть никаких почему. Он просто такой вот и есть. Принадлежи она его виду, ей тоже захотелось бы переступить границу дружбы.

Последнего юноша не понял, так что просто проигнорировал.

- Я рад, что сохранил верность Сюрпризке. Не знал, что она слушает.

Наверное, девушке было очень приятно.

- Это точно. Она сказала, что хочет отдать мне что-то, когда узнает, что именно.

Сезамия искоса взглянула на него. Для змеи она была достаточно взрослой и могла заверить его, что не все тайны человеческого Заговора Взрослых так уж неприятны.

- Она сказала, что примет эликсир старения и достигнет нужного возраста прямо сейчас, но я подумал, что ей лучше подождать.

Разумно с твоей стороны, одобрила Сезамия. Некоторые обязанности взрослых понимаешь не сразу. Им требовалось достичь эмоционального равновесия, прежде чем обрести возможность влиять на события.

- Я просто хочу быть с ней! Но не уверен, что вообще существую. Иногда мне кажется, что я просто… маленький голем, сотворенный для какого-то задания, которого можно стереть в конце. Так что ей со мной светит?

Ночь вокруг них налилась жутью, будто назревало важное решение извне.

Он точно существует, отозвалась Сезамия. Он сделал столько хорошего для Сэмми, для нее самой, для Сюрпризки и всех, кого встречал по пути. Может, у него и отсутствовали воспоминания о прошлой жизни, но это не отменяло нынешней.

- Ох, надеюсь, что ты права! Наверное, я просто слишком много думаю. Ты такая замечатальная подруга.

Они подружились, и Сезамия была рада, что это произошло. В его компании она пережила столько приключений, а главное - повстречала Суфле.

- Давай останемся друзьями и потом, когда разнесем все письма. Я знаю, что ты отправишься в море вместе с Суфле, когда выяснишь, как снять с него проклятие, но ведь иногда мы можем встречаться, да?

Конечно.

Что-то еще беспокоило юношу, и вновь ему повезло поймать мысль за хвостик.

- Я сказал, что ты выяснишь, как снять с него проклятие, а должен был сказать «мы». Ты помогаешь мне; я тоже хочу помочь тебе.

Спасибо, поблагодарила Сезамия. Этим они могут заняться потом, когда покончат с письмами.

- Да. - Умлаут огляделся. - Ты не заметила ничего странного этой ночью? На миг меня охватило очень необычное чувство.

Ее тоже. Но это явно было что-то временное, поскольку оно уже исчезло.

Двое друзей повернулись к ночи спиной и направились обратно в дом.

Глава 16. Гора гоблинов

Следующее письмо было адресовано ПРИНЦЕССЕ НАДЕ НАГЕ. Умлаут прочел его до того, как они покинули гостеприимный домик Анафе Мы, чтобы знать, куда лежит их путь.

Змеиному племени:

Да что вы за змеи такие? Змеи должны быть злобными, опасными и крутыми. Вы со своим братом только порочите гордое звание рептилии. Околачиваться в компании капризной принцесски - уже достаточно плохо, но от мысли о союзе между ней и сопляком-принцем меня просто тошнит. Это мерзко!

Нага, подумай о Кобре, Питоне, Гадюке и других. Они по-настоящему жестоки! Бесшумно скользят где-то рядом и молниеносно нападают на своих жертв, чтобы отравить их или проглотить. Нет сомнений в том, кто главный. Так и следует поступать. Пользоваться своей властью, понимаешь?

Соберись, дамочка, у тебя плохо получается быть змеей.

Король Кобра из Мандении.

Умлаут покачал головой. Это письмо, в отличие от остальных, вовсе не производило впечатления любезного. Может, войну оно и не вызовет, но юноша отнюдь не был уверен, что его следует доставить.

- Что думаешь, Сезамия? Ты лучше меня разбираешься в змеиных делах.

Принцесса Нада была не змеей, а нагой, прошипела подруга. Полукровка: наполовину змея, наполовину человек.

- Нага, - повторил Умлаут, по своему обыкновению, не вполне понимая, что это такое.

Она увидела, что юноша не особо проникся темой полукровок. Предположим, двое представителей разных видов, как они сами, например, случайно встретились не в подземелье, а у любовного источника, и того не ведая, утолили жажду его водой. Тогда они бы вызвали аиста, и тот принес бы маленькую нагу.

- Маленькую нагу, - Лицо юноши так запылало, что он испугался, как бы огонь не перекинулся на волосы. Он никогда не представлял Сезамию в качестве своей девушки, видя в ней только подругу.

Змея его смущение проигнорировала. Она понимала его ограничения, и он ей нравился. Нага может принимать обличье каждого из своих родителей, объяснила Сезамия, но ее истинное обличье - змея любого размера с человеческой головой.

Теперь он понял. Поскольку Нага являлась принцессой своего племени, она обладала значительным влиянием. А брак с принцем увеличил ее власть еще больше. Нет, ее точно лучше не злить.

- Значит, мне не следует относить это письмо?

Тем не менее, по змеиным слухам, Нада была очень доброй. Она обручилась с принцем Дольфом, человеком, будучи совсем юной, и притворялась еще моложе, чтобы он не чувствовал себя не в своей тарелке. Затем, когда тот женился на принцессе Электре, Нада благородно отпустила его и позже повстречала другого принца, за которого и вышла замуж. Теперь у них подрастала милая девчушка - ДеМоника, игравшая с сыном Метрии, демоном Тедом.

- Так мне доставить письмо?

Сезамия не знала, ведь это не она была принцессой-нагой.

Умлаут воззрился на нее. - Ты меня дразнишь?

Нет, она просто снабдила его информацией.

- Наги умеют швыряться пятнами?

Знакомые ей - нет.

- Тогда я доставлю его.

Сезамия улыбнулась бы, если бы строение ее морды это позволяло. Приятно будет с ней познакомиться.

Однако Умлаут все еще оставался настороже. Прежде чем обратиться к Сэмми, он решил проверить адрес лично.

- Где живет нага Нада?

Сезамия ответила, что не знает.

Вот и все сведения. Придется им следовать за Сэмми, пытаясь за ним поспеть, если только Ясноглазка не уменьшит его скорость. Но потом юноша придумало другой способ, заставивший его почувствовать себя гением.

- Сэмми, я хочу доставить следующее письмо, но удобной дорогой. Ты можешь вместо прямого курса провести нас в обход, но более комфортно?

Сэмми кивнул и сорвался с места.

- Подожди! Я ведь еще не сказал, кому предназначается письмо!

Ясноглазка с отвращением посмотрела на него… затем - на его руку. Опустив взгляд, Умлаут увидел, что еще сжимает листок в руке. Сэмми тоже его заметил. Юноша вновь ощутил себя дураком, но кошка с сочувственным видом посмотрела на него, и это его слегка приободрило. Естественно, Ясноглазка смотрела на него сверху вниз, но, кажется, Умлаут нравился и ей. Это напомнило ему о том, что говорила о его привлекательности Сезамия. Почему она не смогла бы остаться его подругой, будь она человеком?

Спешно попрощавшись с Анафе Мой, которая искренне огорчилась их уходу, путники забрались в лодку.

Пара пошлепала за Сэмми сквозь джунгли на восток. Через некоторое время деревья расступились, впереди показалась вода - они достигли восточного побережья Ксанфа, и лодка счастливо плюхнулась в море. Они поплыли к северу, постепенно огибая линию берега.

Выследив потенциальную добычу, к почтальонам поднялось морское чудовище. Сезамия скользнула в волны и поплыла ему наперерез. Вскоре монстр кивнул и погрузился обратно; морские чудища редко претендовали на территории друг друга. Затем их высмотрел крылатый дракон и, перейдя на низкий бреющий полет, принялся обстреливать добычу огненными струями. Умлаут поднялся и сымитировал огра, делая вид, что нагибается за камнем, дабы запустить его в обидчика. Дракон вильнул в сторону и отправился искать более легкую жертву.

Огры, может, и гордились своей заслуженной тупостью, но доставали цель в воздухе с большой точностью, несмотря на расстояние, а потом выбивали из нее всю дурь. Любое крылатое чудище, хоть раз испытавшее это на себе, автоматически становилось глупее огра, что считалось невозможным.

- Если бы мы раньше поняли, какая слаженная из нас получается команда, - заметил Умлаут. - То могли бы избегнуть многих неприятностей.

Сезамия кивнула.

Береговая линия пошла на убыль, образуя извилистый залив.

- Что это? - поинтересовался Умлаут.

Ясноглазка подарила ему очередной взгляд в духе «ну, и идиот же ты». Сезамия ответила на змеином: это был Провал. Оу.

- Мы его огибаем! Мы были под ним, над ним и пересекли его напрямую, а теперь нашли новый путь.

Упоминать о своей недогадливости по поводу того, что нага Нада проживает к северу от этого глубокого ущелья, Умлаут благоразумно не стал.

Путешествие по морю было легким, но вечером Паре потребовался отдых, и путники направились к берегу в поисках подходящего пляжа. На Ксанф опустился вечер, однако тонны песка сияли так ярко, что вокруг было светло, как днем. Знак на пляже гласил: «ЗОЛОТОЙ ПЕСОК». Это все объясняло.

Однако пищи здесь не наблюдалось. Путники смотрели и смотрели, но кругом простирался лишь ослепительно сверкающий песок. Умлаут не решался попросить Сэмми, чтобы тот поискал еду, не зная, далеко ли занесет кота в ее поисках.

Шагая вдоль линии прибоя, к ним приблизилась молодая женщина. Умлаут устал от недавнего женского общества в лице Метрии, но он единственный говорил по-человечески, поэтому собрался с духом и поприветствовал ее.

- Привет. Меня зовут Умлаут, а это мои друзья. Мы направляемся на север.

Незнакомка смерила его оценивающим взглядом, будто прикидывала, поместится ли он в ее постели. Это заставило юношу нервничать.

- Меня зовут Любовь. Я могу превращаться в морковь.

Умлаут отреагировал со своей обычной остротой ума.

- Эм, что?

- Протяни руку.

Она что, хочет взяться за руки?

- Эм, зачем?

Девушка рассмеялась.

- Ты что, думаешь, я ее поцелую?

Настолько далеко его медленные мысли зайти не успели, но угроза получилась внушительной.

- Эм…

- Просто вытяни ее.

Он подчинился, и Любовь взяла ее за руку. Потом замерцала и исчезла. Он держал крепкую оранжевую морковку.

Затем морковка исчезла, и вместо нее снова появилась девушка. Его ладонь оказалась прижатой к ее блузке. Краснея, Умлаут отдернул руку.

- Эм… - Умно-то как! - Чего ты хочешь?

- Мне бы хотелось прокатиться в твоей странной лодке.

- Ну, я уверен, Пара тебе только обрадуется.

- Чудесно, особенно с тобой рядом.

- Эм, да, конечно. - Потом он перехватил взгляд Ясноглазки. Опять он ведет себя глупо. Кажется, это его природная особенность. Пол-секунды спустя юноша понял, чего добивалась кошка. - Может, нам удастся заключить сделку. Ты не знаешь, где тут поблизости еда?

- Нигде. Постоянный дневной свет высушил все растения. Но если хочешь морковки, могу обеспечить.

Умлаут был ошеломлен.

- Есть… тебя? Мы так не поступим!

Любовь рассмеялась.

- Уж лучше ты, чем кто-нибудь другой. Но не волнуйся. Я могу стать очень большой морковкой. Если вы не съедите меня всю, потом с легкостью восстановлюсь. Можете отрезать двадцать четыре кусочка и сварить золотой суп.

- Золотой суп?

- Двадцать четыре морковки, - с полуулыбкой уточнила она.

Умлаут все равно не понял. Может, если бы девушка улыбнулась полностью, он бы и уразумел.

- Если ты уверена, что все будет в порядке…

- Уверена. Раньше я кормила собой всю нашу деревню в засушливые времена. Но сначала прокати меня.

- Пара замечательно покатала девушку по яркому песку и по волнам. Та ахала, взвизгивала и издавала другие восхищенные звуки, цепляясь за Умлаута всякий раз, когда они ухали вниз с очередной волны.

По возвращению на пляж, она обернулась гигантской морковкой. Юноша осторожно отрезал от нее несколько кусочков, опасаясь услышать крик боли, но его не последовало. Кажется, она и впрямь не пострадала.

Когда моркови оказалось достаточно, Любовь опять превратилась в девушку.

- Честный обмен, все в выигрыше, - сказала она.

- Эм, да, спасибо.

- Не хочешь остаться со мной? Голодным не останешься.

- Я, эм, обещан другой девушке.

- Счастливица, - печально вздохнула она и отправилась дальше своей дорогой.

Значит, это не очередная хитрость ДеМетрии. Умлаут ощутил приступ облегчения, но не надолго, поскольку не знал, где сейчас демонесса находится, и что замышляет.

Морковка была отличного качества. Под одним из лодочных сидений нашлась кастрюля-самогрейка, а неподалеку удалось отыскать впадающий в море ручей. Они сварили двадцать четыре кусочка, и получился превосходный золотой суп. Он понравился даже кошачьей парочке и Сезамии, хотя овощи не входили в их рацион.

Затем они свернулись на сияющем пляже клубочками и хорошенько выспались.

Умлаут видел во сне Сюрпризку. Она стояла перед ним в ярком платье, делавшем ее просто сказочной красавицей.

- Я тебе нравлюсь такой?

- Ты нравишься мне любой, - заверил юноша. - Но как ты попала сюда, на пляж?

- Я не на пляже. Я в твоей грезе.

- Девушка моих грез! - блаженно согласился Умлаут.

Сюрпризка улыбнулась и стала еще красивее.

- Это очередной талант. Я просто не могу жить вдали от тебя, в одиночестве, но каждый раз, чтобы до тебя добраться, приходится придумывать что-нибудь новенькое. Мы не можем так встречаться все время.

- Я пришел бы к тебе, если бы твои родители не были против.

- Знаю. Я над этим работаю. Их волнуют возрастные ограничения. Ты уверен, что мне не стоит принять немного эликсира старения?

- Не уверен, но думаю, что лучше подождать. Перед взрослением необходимо многому научиться, и это требует времени.

- Чьи это слова?

- Змеи Сезамии. Она взрослая, так что знает, о чем говорит.

- Но она не человек.

- Она моя подруга и желает мне добра.

Сюрпризка вздохнула.

- Наверное, Сезамия права, - неохотно сказала она. - Но я уже знаю, что люблю тебя, Умлаут. Я все для тебя сделаю.

- Сюрпризка, пожалуйста, для меня просто оставайся собой! Больше мне ничего не надо. Не хочу все испортить. Я тоже тебя люблю.

- Если бы ты не был таким благородным, то не колеблясь воспользовался бы влюбленной девицей.

Он хотел было рассмеяться, но сообразил, что Сюрпризка не шутит.

- Прости. Я не такой.

- Прощаю.

- Эм, спасибо. Эм, Сюрпризка, Сезамия сказала мне кое-что еще, и я не уверен, что понимаю.

- Скажи мне. Может, я пойму.

- Она сказала, что каким-то непостижимо загадочным образом я привлекаю девушек.

- Это правда.

- Но если… если это всего лишь магия… То есть я хочу сказать, если это не моя заслуга, ты, эм…

- Умлаут, ты пытаешься сообщить мне, что я - жертва каких-то чар?

- Эм, возможно. Поэтому, если ты, эм…

Девушка нахмурилась.

- Ты хочешь, чтобы я тебя бросила?

- Нет! - отчаянно возопил он. - Я имею в виду, что не хочу тебя обманывать. Если это единственная причина, по которой я тебе нравлюсь… ну, я знаю, что ничего особенного во мне нет, так что…

- Ты такой милый, Умлаут. Неважно, чары это или нет. Ты нравишься мне в любом случае, и я не хочу тебя отпускать. Не думаю, что ты понимаешь, какой страстью я пылаю по отношению к тебе.

Умлаут испытал невероятное облегчение, однако оратор в нем так и не проснулся.

- Я, эм, спасибо.

- Это все, что она сказала?

- Ну, еще она добавила, что ей трудно было бы сохранять дружбу со мной, будь она человеком. Не понимаю.

Сюрпризка кивнула.

- А я понимаю. Она хотела сказать, что ты привлекал бы в романтическом плане и ее тоже. Тогда дружба между парнем и девушкой стала бы невозможной.

- Но она ведь змея!

- Точно. Поэтому может сохранять с тобой дружеские отношения без намека на романтику. Я тебе не подруга.

Умлаут снова взволнованно вскинулся. - А?

- Я - твоя возлюбленная.

Оу.

- Наверное, это она и подразумевала. Девушки, которых я встречал… когда они узнавали, что стать моей, эм, возлюбленной не получится, просто дружить со мной не хотели.

- Именно так и должно быть. Ой, мне пора. Поцелуй меня.

Он обнял ее, ожидая, что руки пройдут насквозь, однако девушка была настоящей. Здесь, во сне, все казалось реальностью. Умлаут поцеловал ее, и это было здорово.

- Ох, Сюрпризка, спасибо, что пришла ко мне! Ради тебя я готов на все.

- Надеюсь, - Улыбнувшись, она исчезла, оставив его в пустом сне.

Когда юноша проснулся, на дворе уже стоял день. Но, разумеется, тут, на пляже, всегда было светло. Приглядевшись внимательней, он увидел солнце и над морем, так что день был не просто иллюзией. Умлаут поднялся, поел еще немного золотого супа и искупался. К тому времени проснулись и остальные.

Они продолжили свой путь к северу, затем свернули туда, куда указал Сэмми. Здесь песок ничем не отличался от манденийского, а на пляже стояла другая молодая женщина. Можно подумать, она знала, что они придут, и ждала именно его. Неужели Метрия принялась за старое? Или это обычная девушка?

- Привет. Я - Умлаут, а это мои друзья. Мы направляемся к принцессе наге - Наде.

Поколебавшись, девушка все-таки ответила.

- Мило. Я - Гэйл Мари, просто вышла прогуляться по пляжу.

Слова звучали вполне невинно, однако Умлаут ощутил подвох, когда лодку внезапно тряхнуло так, что он едва устоял на ногах. Но ведь на пляже ничего не изменилось. Все казалось нормальным. Что случилось?

- Я, эм… сейчас произошло что-то необычное, да? - Он подозревал, что опять ведет себя глупо, но был потрясен. Буквально.

И снова она поколебалась, прежде чем заговорить.

- Прошу прощения. - И в процессе ее речи лодку снова метнуло вперед.

- Не понимаю.

- Таков мой талант: мир ко мне прислушивается.

Подтверждая ее слова, по песку и воздуху вновь пробежала та же мимолетная зыбь, вызывая тряску. Животные тоже ее почувствовали. Пара почти упала, кот с кошкой и змея нервно озирались по сторонам.

- Я имею в виду это движение.

- Когда я говорю, мир замирает, чтобы послушать. Обычно он вращается, вот вы и чувствуете резкое торможение. Вот почему я предпочитаю прогулки в одиночестве. Никакой личной жизни с таким талантом быть не может. Но я не хотела показаться нелюбезной, когда ты ко мне обратился.

До Умлаута начало доходить.

- Сам мир останавливается, чтобы выслушать?

На сей раз девушка просто кивнула в ответ, и ничего странного не произошло. Ее слова казались правдой: когда она говорила, все делало паузу, а лодка, естественно, являлась частью мира, и ее тоже внезапно бросало вперед вместе с пассажирами. Умлаут не замечал этого, потому что все тормозило одновременно.

Он почувствовал себя неуютно.

- Тогда, наверное, тебе лучше помолчать. То есть, нам не надо ни о чем тебя спрашивать.

Гэйл Мари грустно кивнула. Юноша сообразил, что ее жизнь чрезвычайно одинока, ведь ей всегда не с кем будет поговорить. Тем не менее, увлеченной им казалась и она, однако эту тему Умлаут благоразумно поднимать не стал. Что, в свою очередь, заставило его чувствовать себя виноватым безо всякой видимой причины.

Они продолжали свой путь, оставив девушку позади. Ну, а чем он мог помочь? Иметь дело с обладателем подобного таланта было почти невозможно.

Путники продвигались в глубь полуострова. Впереди они увидели горный хребет. Судя по всему, туда они и направлялись. Над одним из пиков кружил дракон. Вот он нырнул вниз и скрылся из вида. Должно быть, там его гнездо. К несчастью, их путь пролегал именно через эту гору.

Почтальоны взбирались по извилистой тропинке, которой удалось, наконец, проскользнуть между двух вершин и спуститься с другой стороны. Однако за первой горой выросла вторая. Нага Нада живет на горе?

Мимо проплыл указатель, сообщающий «ГОРА ГОБЛИНОВ».

- Но нам нужно к нагам, - запротестовал Умлаут.

Сэмми покачал головой. Он точно знал, где находится принцесса Нада.

- Среди гоблинов? - недоверчиво спросил юноша.

Перед ними сформировалось облако.

- Именно в этом кот и унижает.

- Что делает?

- Удостоверяет, заверяет, клянется…

- Убеждает?

- Какая разница, - сердито фыркнул дым.

- Ты опоздала, Метрия. Мы уже вычислили, где находится Нада-нага.

- Разумеется, и я желаю вам с ней удачи. Я здесь, чтобы повидаться со змеей Сезамией.

Голова Сезамии взметнулась. Что?

Кажется, демонесса понимала змеиный.

- Я знаю, как покончить с проклятием Суфле. Если ты действительно хочешь ему помочь, сейчас самое время.

Сезамия посмотрела на Умлаута. Тот, в свою очередь, перевел взгляд на Ясноглазку.

- Это правда?

Кошка кивнула, хотя и напряглась. Значит, демонесса говорила правду, но не без подвоха.

Все же упускать шанс нельзя.

- Ползи скорее, - кивнул Умлаут подруге.

Сезамия неловко заерзала. Она не хотела покидать его на гоблинский произвол.

- Помощь требуется не твоя, - покачала головой Метрия. - Кота с кошкой. А ты можешь сопровождать Умлаута.

Это змее тоже не понравилось, но возражать она не стала.

Кошачья парочка направилась прочь, Ясноглазка все еще - с видимой неохотой. Какую цену им придется заплатить за избавление Суфле от проклятья?

- В чем подвох? - спросил юноша у демонессы. Однако слишком поздно; та уже растворилась.

Они возобновили свой путь ко второй горе - закругленной и многоярусной, с множеством входов-выходов. Гоблины кишели повсюду, занимаясь непонятными делами. Картина напомнила Умлауту огромный муравейник. Каждый гоблин едва доходил взрослому мужчине до пояса. Они обладали темной кожей, большими уродливыми головами и такими же конечностями. Гоблины сердито хмурились, глумились друг над другом или просто выглядели раздраженными.

У главного входа их задержала охрана.

- Что вам, придуркам, нужно?

- Я Умлаут, а это Сезамия и лодка Пара. Мы пришли, чтобы доставить письмо принцессе Наде-наге, которая, насколько мы понимаем, находится здесь.

Стражник сверился со списком в руке.

- Еще раз: кто такой, пустоголовый?

- Умлаут, - повторил юноша, которому это обращение не понравилось.

Стражник указал на один из проемов.

- Сюда, клоун.

Сезамия с Парой последовали было за ним.

- Не ты, косоглазая. И не ты, утиные лапы.

Подняв голову, Сезамия выразительно зевнула, имитируя разозленного дракона. Гоблин поспешно уткнулся в список.

- Ладно, можете войти все, - и быстро спрятался за камень.

Почтальоны вошли в указанный проем, за которым тянулся длинный сумрачный тоннель, уводивший их все ниже и ниже, в подгорные глубины. Умлаут ощутил, как его давят стены. Если потолок обрушится, их замурует здесь навечно. Но Сезамия беспокойства не выказывала, так что он попробовал имитировать ее поведение.

Коридор закончился массивной запертой дверью. Не зная, чего ожидать, Умлаут постучался. Та медленно отворилась. На пороге стояла миловидная гоблинка в шелковистом черном платье. Темная кожа ничуть ее не портила. У нее были длинные черные волосы, маленькие ручки и ножки, а также - привлекательная фигура и красивенькое личико. Ростом она не доходила Умлауту и до пояса, но была настолько же приятна глазу, насколько стражник у главного входа - отвратителен.

- Значит, вы - Умлаут и Сезамия, - произнесла она таким же очаровательным голосом. - И лодка Пара! Я так рада наконец-то с вами познакомиться. Я - гоблинка Гвендолин, повелительница Горы Гоблинов, но пожалуйста, зовите меня Гвенни. Входите.

- Эм, спасибо, - неловко поблагодарил Умлаут. - Думаю, мы ошиблись дверью. Мы искали Наду-нагу.

- Она здесь, но я решила сначала побеседовать с вами сама. Принцесса не может быть беспечной.

- О, я не желаю ей вреда! У меня просто письмо для нее.

- Такое же, как разозлившее демона Юпитера, который запустил в нас Красным Пятном?

- Надеюсь, что нет! Добрый волшебник велел мне разносить письм, пока мы не найдем решение этой, эм, проблемы. Вот я этим и занимаюсь. - Но он прекрасно ее понял: с письмами следовало проявлять осторожность.

- Садитесь. Я приготовила для вас закуски.

- Эм, что?

- Я подумала, что вы наверняка проголодаетесь после долгого пути сюда.

Последнее, что они ели, - морковь. Юноша опустился на обитую плюшем кушетку, указанную гоблинкой, и Сезамия свернулась рядом с ним. Пара, поджав лапы, осторожно легла на ковер.

Гвенни принесла разукрашенный поднос, на котором стояли: два хрустальных кубка, блюдо с печеньями, нечто завернутое в пергамент - для змеи, и другое нечто, тоже завернутое в пергамент - для Пары.

- Мои ребята рыскали вокруг дальнего озера, - пояснила она. - И нашли эту свежую крысу. - Предводительница отдала добычу гоблинов Сезамии, которая оценила находку, моментально ее проглотив. - А еще принесли это, чтобы сжечь на костре. Но я вовремя увидела и спасла картину. Мужчины-гоблины не слишком-то умны. Думаю, на ней изображена твоя мать. - Гвенни раскатала пергамент, и верно, на картине была нарисована красивейшая в мире лодка мечты. Несмотря на отсутствие глаз, Пара явно ее увидела. Она смотрела на нее, пока не растворилась в воздухе, оставив картину лежать на полу.

- А я и не знал, что она на это способна, - удивился Умлаут.

- Дело не в магии, - объяснила Гвенни. - Она так захвачена картиной, что выпала из этой реальности.

Умлаут сообразил, что с ним произошел очередной приступ тугоумия. Разумеется, когда кто-то выпадает из мира, он становится невидимым для его обитателей. Почему-то он считал, что должно происходит наоборот.

- И это оставляет нас… - сказала гоблинка, присаживаясь рядом с Умлаутом, вполоборота к нему, и скрещивая ноги. Очень милые ножки. - Отведай корневого пива и закуси печенькой. - И она подвинула юноше поднос.

- Эм, спасибо. - Он взял один из кубков и печенье. Пробовать корневое пиво, после которого все начинали зрить в корень, ему уже доводилось. Однако вкус печенья показался ему странным - к тому же, выглядело оно сплошным переплетеньем проводов. - Раньше я таких не ел.

- Оно устанавливает твою личность и подгоняет вкус под нее, - просветила его Гвенни. - Так что потом любое из этих печений будет для тебя идеальным. Их очень любит КонПутер.

- Оу. - Дальнейшие протесты казались бесполезными. Умлаут взял следующую печенюшку и нашел вкус отменным.

Гоблинка отхлебнула из своего кубка и откусила кусочек собственного печенья. Мысль о том, как она зрит в корень или как печенье интимно ее личность, выявляя потайные пристрастия, почти выбила юношу из равновесия.

- Думаю, у нас много общего, - сказала Гвенни, заново скрещивая ноги.

Умлаут почти подавился, настолько это были очаровательные ножки.

Он запоздало понял, что она ожидала ответа, но понятия не имел, что бы такого сказать.

- Эм, может, если ты прочтешь письмо, то сама решишь, стоит ли Наде-наге его видеть. - Наклонившись, чтобы достать из сумки письмо, он случайно увидел еще больше под ее короткой черной юбкой. Юноше едва удалось вытащить конверт и выпрямиться. Он почти отключился. - Эм, вот. - Умлаут протянул ей листок.

Чтобы взять его, гоблинка наклонилась вперед. Поскольку она была намного ниже ростом, а ее платье обтягивало грудь, его взгляд уперся прямиком в декольте. На сей раз он-таки погрузился в транс. Умлаут понял это, внезапно увидев перед собой Гвенни с влажным платочком, которым она вытирала его лицо.

- С тобой все в порядке, Умлаут? Никогда себя не прощу, если ты почувствовал себя плохо от моей еды.

- Я, эм, я в порядке, - заверил он. - Я, то есть… - Что же ему сказать? Юноша выбрал правду. - Я, эм, немного наивен насчет некоторых вещей. Я, эм, увидел то, что не должен был, и отключился.

- Совершенно очаровательно, - расчувствовалась гоблинка, целуя его в щеку. От нее исходил слабый аромат роз. - Ты именно такой, каким тебя описала Метрия.

- Метрия! - Что еще она натворила! - Что она, эм, тебе наговорила?

- О, неужели я должна так быстро открыть карты? Ну, что ж, ладно. Она сказала, что ты - принц из дальней страны, который ищет экономического или военного союза с племенем гоблинов. Что ты путешествуешь инкогнито в компании двух местных жителей, чтобы скрыть свою личность, поскольку не хочешь предвзятого к себе отношения. Еще она сказала, что ты довольно молод и застенчив, но очень добросердечен.

- Но я здесь только для того, чтобы доставить письмо!

- Да, это твой предлог, чтобы ты мог свободно бродить по стране в поисках подходящей принцессы - или предводительницы.

- Зачем мне искать принцессу?

- Чтобы жениться на ней, конечно же. И заключить союз.

- Жениться! - в ужасе повторил он.

- Наверное, ты озабочен тем, что ты - человек, а я - гоблин. Уверяю тебя, проблемы не возникнет. Мы применим приспособительные чары.

Его разум онемел.

- Какие чары?

- Раз уж ты спросил, я тебе покажу. - Она что-то проделала и вдруг стала одного с ним размера. Или, вернее, он уменьшился до ее росточка, поскольку кушетка теперь казалась вдвое больше, как и остальная часть комнаты.

- Я, эм, понял, - потрясенно промямлил юноша.

- Поэтому, если пожелаешь заключить союз со мной, я не против. Должна признаться, с тех пор, как моя ближайшая подруга эльфесса Дженни вышла замуж, я чувствовала себя одиноко.

- Но, эм… - Слова кончились до того, как он успел начать фразу.

- Ты явно не привык к подобному взаимодействию, ведь последнюю границу перед Заговором Взрослых ты пока не пересек. Но политическую выгоду поймешь точно. Думаю, союз с Горой Гоблиной будет выгоден нам обоим, и клянусь тебе, что я могу приспосабливаться не хуже чар.

Как он в это влип? Ах, да, Метрия подстроила еще одну ловушку. Теперь Умлаут понял, почему она отвлекла кошачью парочку; Ясноглазка сразу разгадала бы ее западню и защитила бы его. А как он выберется теперь?

- Я, эм…

- Но прежде чем мы двинемся дальше, я должна тебе кое в чем признаться. - Гвенни очаровательно насупилась. - У меня два физических недостатка.

- Мне ты кажешься идеальной! - выдохнул юноша, краснея. Это была правда; никаких изъянов он в гоблинке не видел. Она была ошеломляюще прекрасна. Трудно было поверить, что девушки ее вида настолько отличаются от мужчин.

- Первый: мое зрение. Я от природы близорука. К счастью, кентавры нашли куст с линзами, и контакт с ними исправляет мое зрение. Поэтому не беспокойся… разве что я потеряю линзу. Второй: я немного хромаю. Это становится заметно при долгих прогулках, когда я устаю. Думаю, все дело в колене. - Вновь усевшись на кушетку, Гвенни подняла колени, положив ноги на сиденье.

- Замечательные колени, - искренне сказал Умлаут.

- Благодарю. Но я говорила не о внешнем виде, а о болезни. Одно просто отказывается как следует сгибаться. - Гоблинка продемонстрировала это, подняв одну ножку. Юноша вдруг опять увидел больше положенного, и перед глазами упал черный занавес.

Он обнаружил, что лежит на кушетке. Предводительница снова протирала его лицо тряпочкой.

- Прости, пожалуйста, - извинилась она. - Я забыла про твою впечатлительность. С людьми сложнее, чем с гоблинами-мужчинами; их-то ничем не проймешь. Боюсь, я нечаянно показала тебе свои трусики. Я очень извиняюсь.

Так вот почему он узрел занавес. Жесточайшее потрясение в его жизни. Между тем, он должен был прояснить это недоразумение.

- Я, эм…

- Как только ты присоединишься к Заговору, ты постепенно привыкнешь к виду трусиков - по крайней мере, знакомых. Случайные проблески, конечно же, навсегда сохранят свое могущество. А пока применим тыквенное извинение.

- Нет, я… - Однако Умлаут опоздал. Гвенни уже целовала его в губы. Ее поцелуй, хотя и не пьянил как вино, был таким же чарующим, как и все, с нею связанное.

Наверное, он опять отключился, потому что сцена снова изменилась.

- Поэтому, если ты не станешь обращать внимание на мои глаза и походку, - говорила она. - Я сделаю все, чтобы ты был доволен всем остальным.

Наконец, ему удалось вставить словечко.

- Это ошибка. Я не принц. И у меня уже есть девушка.

Она вопросительно уставилась на него.

- Но Метрия сказала…

- Метрия хочет помешать мне доставить письма. Она делает все, чтобы сбить меня с пути. Ей нельзя верить.

- Но в таком случае…

- Я не принц. Я самый обычный парень.

- Ты уверен?

Умлаут обнаружил, что не уверен.

- Вообще-то я не помню ничего до начала этой миссии. Я не знаю, чем раньше занимался.

- Значит, ты все-таки можешь быть принцем и не помнить об этом.

- Полагаю, да. Но не верю в подобный вариант. Я действительно ничем не выделяюсь из толпы. И уже люблю Сюрпризку Голем.

- Дочь Рапунцеь? Я и не знала, что она уже выросла.

- Еще нет. Ей всего четырнадцать. Но я подожду.

- Разумеется, - слабо согласилась Гвенни. - Надо уступать дорогу молодым.

- Я не хотел вводить тебя в заблуждение.

- Ты и не ввел, Умлаут. Думаю, я сделала это за тебя. Надо было усомниться в словах демонессы; вечно у нее на уме одни шалости да проказы. Ох, как стыдно! - Теперь уже покраснела гоблинка. Ее темное лицо стало ярко-алым.

- Прости, - повторил он, тоже чувствуя виноватым.

- Давай заключим соглашение: разойдемся и никогда не будем вспоминать об этом случае.

- С радостью! - воскликнул он. Умлаут посмотрел на Сезамию, давно проглотившую свою крысу, и на Пару, которая за это время успела вернуться в Ксанф. Они кивнули.

- Принцесса Нада-нага в соседней комнате вместе со своей дочерью ДеМоникой. Осторожно; девочка - наполовину демонесса.

- Спасибо за предупреждение, - поблагодарил он.

- А теперь я развею приспособительные чары. - И она опять стала намного ниже него, хотя привлекательности при этом не утратила.

Умлауту не нравилось уходить вот так.

- Я, эм, просто хочу сказать, что если бы был принцем и не, эм, любил другую девушку, то наверняка захотел бы на тебе жениться. Ты такая милая, добрая и заботливая. Но я знаю, что недостоин тебя и никогда не буду достоин.

- Ты тоже милый, - сказала она, почти как Сюрпризка в том его сне. - И думаю, ты себя недооцениваешь. Если бы от меня не требовалось по политическим причинам выйти замуж за принца, думаю, я бы приревновала к Сюрпризке.

Затем она проводила их в соседнюю комнату, где гостила ее подруга Нада-нага, прекрасная полукровка, заинтриговавшая и юношу, и змею. Ее дочь быстро придумала новую шалость: забралась в лодку и поскакала на ней по подгорным коридорам.

- Это письмо, эм, невежливое, - сообщил Умлаут. - Прости.

- Мне и раньше приходили гадкие письма, - улыбнулась принцесса. - Их количество зависит от размера территории. - Она приняла конверт и не открывала его, пока почтальоны ее не покинули. Юноша был этому только рад.

Глава 17. Сонное царство

Ясноглазка ценила талант Сэмми, поскольку он неплохо сочетался с ее собственным. Он знал, где найти все, что угодно, кроме дома; она понимала, что происходит, когда они добирались в нужное место. Была в нем импульсивность, которую давно следовало оставить позади, но это тоже выгодно подчеркивало ее спокойствие. Из них получилась слаженная команда, и когда-нибудь они споют вместе прекрасную кошачью песнь.

Она с презрением относилась к невеждам, которые называли ее мартовскими завываниями. В болотах неподалеку от Кошачьего Острова водилось несколько таких невежд - больших неуклюжих зверей с нелепыми представлениями о жизни.

В любом случае, Ясноглазка никогда не приняла бы кота в мешке; компания этих свиней ей не нравилась, особенно, когда те принимались задирать окружающих. Демонессе Метрии кошка тоже не очень-то доверяла, ведь ее цель не совпадала с их целью. Поэтому скоро она заставила Сэмми остановиться.

К несчастью, произошло это на середине прыжка, и кот неловко плюхнулся на землю.

- Куда именно мы направляемся? - осведомилась Ясноглазка на кошачьем.

- Туда, где можно избавиться от проклятия змея Суфле, - отозвался тот.

- И где находится это место?

- Не уверен, но знаю, что могу его найти.

- Я предпочитаю знать, куда иду, прежде чем туда попаду.

- Ну, ты женского пола, - ответил Сэмми, считая, что это все объясняет.

Перед ними сформировалось облако, предвещавшее появление демонессы.

- В чем тело? - человеческой идиомой поинтересовалось оно.

- Что? - переспросил Сэмми на кошачьем.

- Проблема, беда, закавыка…

- Дело?

- Неважно, - сердито откликнулась она. - Почему вы не несетесь, сломя голову, туда, куда я вас послала?

- Потому что мне не нравится, когда предлагают не рыбу и не мясо, - сказала Ясноглазка. - Где именно находится это избавление от проклятья и какова его природа?

Облако уклонилось от прямого ответа.

- Это блинная история.

- Какая? - уточнил Сэмми.

- Длинная, - коротко ответила Ясноглазка, предпочитая избегать игр с демонессой. - Ну, так поведай нам ее, Метрия.

Облако пошло рябью и медлило целых полтора мгновения, пока даже дымоголовому созданию не стало ясно, что без информации они дальше не пойдут. Демонесса неохотно сдалась. Она превратилась в большую, размером со льва, полосатую кошку и заговорила на кошачьем.

- Существует волшебник - вообще-то, демон низшего порядка, - чья работа заключается в том, чтобы наделять младенцев магическими талантами. Это касается не только человеческих детей, но и родственных видов.

- Я думал, этим занимаются аисты, - сказал Сэмми.

- Аисты просто получают и доставляют заказы; они не производят детей и не наделяют их душами или талантами. Таланты создает волшебник Таллихо. Мало кому в Ксанфе о нем известно. Эта профессия считается засекреченной сферой Заговора Взрослых.

- Какое отношение это имеет к проклятью? - спросил Сэмми. Поскольку ясновидением кот не обладал, ему приходилось задавать вопросы.

- Только тот, кто сотворил талант проклятья, может его убрать, - пояснила Метрия. - Поэтому, если вы отправитесь к Таллихо и убедите его аннулировать проклятье, наложенное донными прокляторами на змея Суфле, это решит его проблему, и он сможет спокойно плавать вместе с Сезамией.

Ясноглазка все еще не доверяла демонессе. Она знала, что Метрия говорит правду, но не всю. Поскольку источник проблемы находился где-то еще, кошка не могла проникнуть в ее природу целиком.

- Что ты скрываешь?

Демонесса вздохнула.

- Добраться до волшебника будет сложно.

- Почему?

- Он работает в тыкве.

Реальность сновидений.

- Мы не можем туда отправиться.

- Можете. Просто ваши тела останутся в Ксанфе.

Это был внушительный подвох, но других, кажется, не имелось. Придется на это пойти.

- Спасибо, - поблагодарила Ясноглазка безо всякой искренности.

- На здоровье, - откликнулась со скрытой угрозой демонесса. Затем растворилась в дым и уплыла прочь.

- Возобнови бег, - попросила кошка Сэмми.

Он выполнил просьбу, и она последовала за ним. Вскоре парочка очутилась на поляне под деревом, где росли зеленоватые дирижабли.

Устроившись перед двумя соседними гипнотыквами, кот с кошкой соприкоснулись хвостами и заглянули в манящие глазки. Таким способом они попали в одно и то же место сновиденческих просторов.

Открывшаяся их глазам панорама была зубодробительно скучна. Две двери со стоявшими перед ними статуями сфинксов. Вероятно, именно сюда отправлялись настоящие сфинксы на заслуженном отдыхе; впрочем, различие было несущественным. На пьедесталах рядом с ними виднелись четко различимые надписи: «ПРАВДА» и «ЛОЖЬ». Очевидно, обычно сфинксы возлежали на них, но сейчас предпочли спуститься на землю. Ведущий к дверям указатель предлагал ОДИН ВОПРОС.

Чувство направления покинуло Сэмми. Он не знал, которая из дверей ведет к волшебнику Таллихо. Однако Ясноглазка предвидела ситуацию: одна дверь вела в верном направлении, другая - в ловушку. И попытка угадать правильную у них была всего одна. Им следовало спросить сфинкса. К несчастью, они не знали, который из этих двух - правдолюб, а который - лжец. Если бы им предоставили возможность задать несколько вопросов, ситуация быстро бы прояснилась. Но вопрос в резерве имелся всего один. Сэмми растерялся.

К счастью, Ясноглазка сохранила хладнокровие и способность логично мыслить. Ее талант подсказал вопрос, что обеспечит им правильный ответ, вне зависимости от того, к какому сфинксу обращаться. Таких вопросов было несколько - на выбор, однако ей требовался всего один. Приблизившись к сфинксу слева, кошка осведомилась: - Если я спрошу другого сфинкса, какая из дверей нам подходит, что он ответит?

- Он предложит правую дверь, - с готовностью отозвался сфинкс.

- Благодарю. - Она повернулась к Сэмми. - Нам нужна левая.

Кот неуверенно посмотрел на нее. - Но он сказал, что правая.

- Здесь своя логика, - терпеливо пояснила Ясноглазка. - Если бы я спросила правдолюба, он бы ответил, что сказал бы лжец, а тот указал бы на фальшивую дверь. Если бы я спросила лжеца, он бы солгал насчет правдолюба и тоже указал бы на фальшивую дверь. Поэтому ответ неверен в любом случае.

Сэмми немного неуклюже кивнул. Логика не являлась его сильной стороной, но Ясноглазке он доверял. Все же она предпочла приободрить его во имя доверия и в будущем.

- Я могла бы спросить его: если бы я спросила тебя, которая из дверей нам нужна, что бы ты ответил? Правдолюб назвал бы верную дверь, лжец солгал бы о том, что он бы сказал, и поскольку его слова оказались бы ложью, мы все равно выбрали бы верную дверь. Так что я могла принять ответ любого из них. Ключ - факт, что правдолюб всегда говорит правду, а лжец всегда лжет; мы можем воспользоваться их сущностью, чтобы получить правильный ответ.

Он все еще выглядел глуповато, поэтому она просто коснулась его усов своими, исчерпывая вопрос. В свое время Сэмми поймет.

- Пройди через левую дверь, - твердо сказала она.

Они выбрали левую дверь, которая открылась в каменистое побережье, спускавшееся до тех пор, пока не уткнулось в яростную реку. Над волнами кружились птицы, которые изредка взмывали ввысь и падали оттуда на беззащитных зверьков, пытавшихся пробраться мимо. Ясноглазка мгновенно оценила положение.

- Это сцена для кошмаров провинившихся мелких созданий. Им приходится убегать от рапторов.

- От кого? - уточнил Сэмми.

- От крылатых хищников. Видишь, на том камне сидит ястреб, а на скале в отдалении - птица-рок. А между ними… - Она замолчала, не узнавая белоголовую птицу на указанном валуне. Поэтому подошла ближе, стараясь разглядеть.

Птица повернула голову и посмотрела на кошку.

- Ха, мохнатый зверек! - каркнула она на птичьем.

Ясноглазка подняла переднюю лапу и выпустила когти.

- Только попробуй, и я покажу тебе, каково это - из хищника стать жертвой, - на кошачьем пообещала она. Затем улыбнулась, показывая острые клыки.

Поразмыслив, птица расслабилась.

- Я просто поддерживаю беседу.

Ой-ей.

- Что ты за птица?

- Орел из Мандении.

- Мой напарник Сэмми тоже из отдаленных краев: из мира Двулунии.

- Как мило, - зевнул орел.

- Как отсюда, я имею в виду эту сцену, выйти?

- Я не обязан выдавать тебе секреты, киска. Я должен помогать лишь заблудшим индейцам. Вот почему я здесь.

И терпению Ясноглазки пришел конец. Она пыталась быть вежливой. Теперь она прыгнула, но орел снялся с места до того, как кошка успела вырвать из него несколько перьев. Ясноглазка грациозно опустилась на камень. Ну, свое она доказала: оскорбления от птиц неприемлемы.

- Найди безопасный путь в обход, - обратилась она к Сэмми. - По направлению к волшебнику Таллихо.

Кот пошел в сторону, между валунами с сидящими на них хищниками, и она последовала за ним. Наконец, парочка приблизилась к нагромождению камней, напоминавшему руины древней крепости. Обойти ее не представлялось возможным, и они осторожно вошли внутрь.

Там сидел человек. Мужчина, трудившийся над длинной стрелой. Он поднял взгляд на посетителей.

- Привет, кошки, - поздоровался лучник по-человечески. - Вы не актеры.

- Ты понимаешь по-кошачьи? - поинтересовалась Ясноглазка и мгновенно поняла, что да.

- Разумеется. Все обитатели сонного царства понимают друг друга.

- Меня зовут Ясноглазка, а это - Сэмми. Мы ищем волшебника Таллихо.

- А я - Торин, профессиональный стрелок из лука и создатель магических стрел. Мне неизвестен путь к Таллихо. Я прикован к своему месту и должен работать над этими могущественными колючками.

Ясноглазка ощутила, что здесь происходит нечто замечательное, о чем стоит расспросить.

- Что это за стрелы?

- С удовольствием покажу, если хотите. Мне редко выпадает шанс похвалиться изделиями. Птиц они не интересуют.

Кошка понимала, почему. От угрозы на земле птица легко могла улететь, а вот в воздухе стрела бы ее настигла.

- Пожалуйста, покажи.

- Это предательская стрела, - сказал Торин, вытягивая на ладони тонкую темную стрелу. Своим видом она не пугала. - Мне нужен доброволец, который станет мишенью. Обещаю, что летального исхода не последует. Просто наглядная демонстрация всегда предпочтительней пустой болтовни. - И он поднял лук.

Сэмми окинул взглядом стрелу, которая выглядела слишком слабой, чтобы проткнуть кошачью шкуру, и встал перед лучником.

Торин положил стрелу на тетиву и спустил ее. Пролетев мимо Сэмми, та ударила его тень.

Тень мгновенно отделилась от кота, поднялась и схватила Сэмми за хвост.

- Мяу! - завопил изумленный кот. Резко обернувшись, он ударил тень лапой. Та развалилась и истаяла.

- Видишь, она вынуждает тень атаковать своего бывшего владельца. Обычно вреда от нее немного, как мы это только что наблюдали, однако она захватывает хозяина врасплох, и если тот находится в затруднительной ситуации, то может совершить фатальную ошибку. Свалиться с высокой ветки, например. Еще я делаю огненные, световые, мрачные и любовные стрелы.

- Последняя не кажется опасной, - заметил Сэмми.

- Зависит от того, кого бьет. Пусть даже существо не сидит рядом с любовным источником, но если в него попала такая стрела, впоследствии оно может влюбиться в смертельного врага. А подобное чувство без взаимности принесет не только душевные страдания.

Ясноглазка кивнула. Любовная стрела показалась ей более зловещей, чем остальные.

- Благодарю, - сказала она. - Теперь нам надо двигаться дальше.

- Спасибо что заглянули, - отозвался Торин. - Компания кошек лучше, чем птичьих мозгов.

Выйдя за пределы декораций, парочка увидела желтого коня, пасущегося на клочке травы. Ясноглазка знала, что перед ними не темная лошадка, но кто именно, определить не могла. Придется подобраться ближе, чтобы ее талант сработал.

Конь тоже обратил на них внимание.

- Привет, кошки, - поздоровалась она.

- Привет, конь, - откликнулась Ясноглазка, и лишь затем удивленно моргнула. - Ты говоришь по-человечески?

- Ага. Я - Ксанфус из манденийской Греции трехтысячелетней давности, с прославленным прошлым. Я - порождение гарпии и Западного Ветра. Я искал дом и нашел его здесь, в реальности сновидений. Иногда мне не хватает компании; люди редко видят меня в кошмарах.

- Я - Ясноглазка, а это кот Сэмми. Мы ищем волшебника Таллихо, но наш путь весьма коварен.

- Они здесь все такие, - простодушно фыркнул Ксанфус. - Такова природа снов. Дороги здесь редко бывают прямыми. Добавлю к этому, что Таллихо - затворник, спрятавшийся за множеством неприятных сцен. В любом случае, я буду счастлив отвезти вас туда, лишь бы провести в вашей компании еще немного времени.

Они запрыгнули на попону, которой был покрыт Ксанфус, и конь поскакал сквозь угнетающие пейзажи.

Они увидели целые сообщества кентавров, пруды с русалками и тритонами, группы огров и других разнообразных чудовищ.

- Все они - актеры, подобранные специально для кошмаров, - просветил их Ксанфус, с удовольствием изображая из себя экскурсовода. - Каждый день здесь со всем мастерством создаются сны, которые ночные кобылки потом доставляют тем, кто их заслужил. Это огромный маховик, и его размах все увеличивается. Кажется, собственный опыт ничему людей не учит, и они заслуживают худших кошмаров.

- А приятных снов тут нет? - спросил Сэмми.

- О, только не здесь! Их разносят дневные кобылицы днем и, полагаю, ночью тоже. Но от приятных снов толку мало, ведь они не заставляют людей меняться к лучшему.

- Разве никто не поступает достойно только потому, что это правильно? - поинтересовался кот.

Ксанфус повернул голову, чтобы бросить на него любопытствующий взгляд.

- Ты тут новичок. Не заглядывал еще в разум обычного народца.

- Я заглядывала, - призналась Ясноглазка. - В своей манере. Мало кто задумывается о том, как поступить хорошо и правильно. Большинство просто хотят обеспечить себе удовольствие и безопасность. Если бы не существовало механизма, чтобы удерживать их в рамках, из них всех скоро получились бы плохие соседи.

- Но эльфесса Дженни хорошая. - Поразмыслив, он нехотя добавил. - И оборотень Джереми - тоже.

- Есть исключения, конечно же, - кивнул конь. - Но, судя по тому, что довелось наблюдать мне, кошмары необходимы.

Ясноглазка поняла, что Сэмми не до конца поверил их проводнику. В некотором смысле кот был очаровательно наивен.

Достигнув довольно милого домика, расположенного в горной долине, Ксанфус остановился.

- Вот где Таллихо устроился, - провозгласил он.

- Спасибо, что привез нас сюда, - сказала Ясноглазка, и они спрыгнули с его спины.

- Я тоже получил удовольствие. Вернусь, чтобы забрать вас. - И конь потрусил прочь.

Приблизившись к коттеджу, они поскреблись в дверь.

- Что у тебя за талант? - раздался голос изнутри.

- Я могу найти все, за исключением дома, - ответил Сэмми.

- Я не создавал подобный талант! Кто ты?

- Кот Сэмми.

Дверь отворилась. На пороге стоял неряшливый бородач.

- А, из Двулунии. Это все объясняет. Ты не был в числе тех, за которых я в ответе. - Он взглянул на Ясноглазку. - А вот ты была, кошечка.

- Верно, - кивнула она. - Мы пришли, потому что, насколько понимаем, ты можешь отменить для нас проклятие.

- Входите. - Толлихо впустил парочку в дом, где посреди комнаты пылал огонь. Камина или печи не было; пламя просто висело в воздухе и весело потрескивало без дров. В конце концов, они находились в царстве снов; законы физики частенько тут не соблюдались.

Устроившись на плюшевом коврике, кошки стали наблюдать за огнем. Языки пламени, поднимаясь к потолку, образовывали самые причудливые фигуры: шипастая лоза, крылатый дракон, скрученный замок и множество танцующих нимф. Достигая потолка, все они исчезали. Фигуры не повторялись; по мере угасания предыдущих формировались новые.

- К несчастью, я не могу аннулировать проклятие, - сокрушенно покачал головой волшебник. - Кто убедил вас в обратном?

- Демонесса Метрия, - признался Сэмми.

- Эта проказница? Почему вы ей поверили?

- Потому что в данном случае она говорила правду, - вступила в разговор Ясноглазка. - Но не всю. О чем она умолчала, мне так понять и не удалось.

- Да уж! Дай-ка объясню: я наделяю талантами, но сам ими не пользуюсь. Едва готового младенца уносит аист, талант этого человека держится при нем всю жизнь. Лишь силы наподобие Демона Иксанаэнного или Случайный Фактор способны на него повлиять, а они редко вмешиваются. Поэтому, если тебя прокляли, придется тебе разбираться с проблемой самостоятельно.

- Пострадал змей Суфле, - пояснила Ясноглазка. - От донных прокляторов, спектаклю которых он случайно помешал. Теперь у него появился шанс на счастье со змеей Сезамией, но проклятье встало у них на пути.

- Так они обычно и действуют, - согласился Таллихо. - Те, на кого их накладывают, редко бывают счастливы.

- Но способ должен найтись, - возразил Сэмми. - Или получится, что в словах демонессы правды не было совсем.

- Способ заключается в том, что я мог бы наделить кого-нибудь талантом отмены проклятий, и это существо помогло бы вашему другу. Но, поскольку талантом наделяются младенцы, пройдет несколько лет, прежде чем дитя подрастет и сможет эффективно им воспользоваться.

Ясноглазка кивнула.

- Значит, все возможно, но не сразу. Мы надеялись на лучший вариант.

- Так часто бывает, - пожал плечами Таллихо.

- Ты присвоил донным прокляторам общий талант, - заметила кошка. - Почему?

- Я этого не делал.

- Но у них один талант на всех: способность проклинать, - напомнил Сэмми.

- Это работа моего предшественника. Их было слишком много, а ему недоставало воображения, вот он и сделал так, что каждому их младенцу присваивался талант проклинать. Жалоб не последовало, в итоге так оно и осталось.

- Твой предшественник… - задумчиво произнес Сэмми. - Значит, этим занимаются разные волшебники?

- Да, и никого из нас в официальных списках волшебников нет, поэтому и внимания на нас не обращают. Смертные слишком завистливы, каждый хочет быть волшебником или волшебницей. Подобной честью Иксанаэнный одарил лишь потомков Бинка, и то по собственной прихоти. Профессия сохраняется за мной уже несколько столетий, и думаю, что я заслужил отдых. Поэтому сейчас я возложу ее на волшебника Тейло.

- Почему именно сейчас? - спросил Сэмми.

- По вашей вине.

- По моей!

Ясноглазка забавлялась.

- Таллихо суждено было выполнять эту работу, пока его не станут о ней расспрашивать. Ты только что задал роковой вопрос, Сэмми. Я гадала, сделаешь ли ты это.

Сэмми едва заметно дернулся.

- Почему ты сама его не задала?

- Потому что спрашивающий должен был сделать это искренне. Я уже проникла в суть этой ситуации, вот и держала рот на замке.

- Но чтобы все происходило вот так внезапно… не вижу в этом смысла.

- А смысл все-таки есть, - сказал Таллихо. - Так ведут свои дела демоны. Надеюсь, Тейло не будет ошибаться слишком часто.

- Ошибаться?

- В идеале таланты должны подходить младенцам и их образу жизни. К примеру, большинство крылатых чудовищ награждают талантом делать предметы легче, чтобы вес собственного тела не мешал им парить в воздухе. Русалке, например, он бы не подошел, если только один из ее родителей не передал ей крылья. Вообще-то, несколько таких русалок есть, но я просто хотел привести удачный пример.

- Суть мы уловили, - не стала спорить Ясноглазка. - Раньше мы об этом не задумывались. - Она взглянула на Сэмми. - По всей видимости, мы должны вернуться и сказать, что подходящего решения проблемы Суфле здесь нет.

- Демонесса Метрия явно об этом знала, - сказал Таллихо. - Интересно, почему она отправила вас гоняться за собственным хвостом.

- У нее наверняка имелась скрытая личина, - вздохнул Сэмми.

- Какого рода личина?

- Она путает слова. Она бы имела в виду причину.

- Лучше нам вернуться к Горе Гоблинов и выяснить, что это за причина, - засобиралась Ясноглазка.

- Должен с вами согласиться, - виновато улыбнулся Таллихо. - Но я искренне благодарен вам за свой заслуженный отдых. Теперь я смогу расслабиться на несколько веков. Работенка была утомительной.

- Здорово, - приободрил его Сэмми.

Но шестое чувство Ясноглазки указывало на зловещие неприятности, хотя обстоятельства и выходили за грань ее таланта. Умлаут с Сезамией наверняка попадут в беду. Она боялась, что им с Сэмми вообще не следовало здесь появляться.

- Нам пора, - повторила кошка.

Они покинули домик. Ксанфус подскакал как раз вовремя; каким-то образом он почуял, что гости готовы возвращаться. Это ведь был сновиденный мир; здесь при желании можно было просто на кого-то настроиться, чтобы его встретить.

- Мы должны вернуться так быстро, насколько это возможно, - сказала Ясноглазка коню. - Мы опасаемся, что наши друзья в беде.

- Боюсь, что вам придется задержаться, - понурился Ксанфус. - Вас желает видеть сам Троян.

- Что за интерес мы для него представляем? - спросил Сэмми.

- Не знаю. Но его воля для сновиденной реальности - закон. - Конь галопом помчался в новом направлении, пролетая мимо декораций столь стремительно, что те слились в полосу мрачного тумана.

Затем они оказались в сумрачном зале, стоящими перед внушительным темным жеребцом. Это был тот самый ужас во плоти - Троян. Ночной Жеребец. Они не стали слезать; они застыли на месте.

- Зачем вы сюда явились? - Он не открывал рта, когда говорил, но тем не менее, они ясно слышали каждое слово.

- Демонесса Метрия сказала, что здесь мы можем найти способ избавиться от проклятья, - откликнулась Ясноглазка. - Но это было верно лишь технически. На самом деле способ оказался с изъяном и на данный момент недоступен.

- Как программное обеспечение в Мандении, - согласился жеребец. - Демонесса знала об этом?

- Мы считаем, что да. Мы подозреваем, что у нее имелась причина отправить нас сюда.

- Какая причина?

- Мне не удалось проникнуть в суть ее замысла, - ответила кошка. - Но возможно, она хотела разделить нашу компанию, чтобы еще раз попробовать помешать Умлауту доставить письма.

- Почему она желает его остановить?

- Опять же, я пока не догадалась. Когда мы задали прямой вопрос, она ответила, что любит своего сына. Кажется, ее к этому принуждают. Однако доставить письма необходимо, поскольку добрый волшебник сообщил Умлауту, что эта работа поможет ему спасти Ксанф от Красного Пятна, запущенного в Землю демоном Юпитера.

- Я должен провести расследование. - Троян повернул голову. - Дневной Жеребец!

Перед ними появился золотой конь.

- Желаешь побеседовать?

- Я должен выяснить, почему демонесса противостоит спасению Ксанфа. Это стало моим делом, когда она послала сюда кошек, способных предотвратить беду в другом месте. Займись сонным царством до моего возвращения.

- С удовольствием.

И Ночной Жеребец исчез. Дневной Жеребец огляделся.

- Это мой шанс профести здесь реформы, - решил он. - Кошмарам конец.

- Но без них у людей не будет стимула… - начал было Ксанфус.

- Вон, - повелел Дневной Жеребец.

И вот уже они скачут обратно.

- Это заставляет меня нервничать, - поделился конь. - Дневной Жеребец понятия не имеет о чем-то по-настоящему дурном. Ему не стоит кардинально все менять.

- Интересно, знала ли Метрия о сложностях, которые возникнут в связи с нашем появлением в гипнотыкве, - проговорил Сэмми. - О смене волшебников, занимающихся назначением талантов, а потом - и Жеребцов?

- Хаос нам сопутствует! - кивнула Ясноглазка. - Может, и знала.

Конь остановился.

- Ой-ей. Декорации меняются. Больше мне не известен самый быстрый путь сквозь них.

- Меняются? - нервно спросила кошка.

- Все они установлены по приказу Трояна, а теперь главный - Дневной Жеребец. Он убирает кошмарные сцены.

Перед ними стоял дом с привидениями. Трое призраков бесцельно парили вокруг, в то время как несколько скелетов разбирали инструменты, готовясь его чинить. Мумия готовила клумбы к посадке цветов.

- Что вы делаете? - поинтересовался Ксанфус.

- Меняем обстановку, чтобы она подходила для приятных сновидений, - ответил скелет. - Чтобы не напугать сновидца.

- Катастрофа, - пробормотал конь, обогнув дом. Ясноглазка склонна была с ним согласиться. Даже если перемены были одобрены сверху, они грозили разрухой.

Далее их ждали водные просторы с огромными морскими чудовищами, занятыми рисованием красивого заката.

- Куда катится сонное царство? - с отвращением пробурчало одно из них.

Ясноглазка опасалась, что демонесса добилась своего, чем бы это ни было. Здесь уже царил хаос.

Наконец, они вернулись к месту, откуда начался их путь, и возвратились в свои тела, отведя глаза от глазков и пережив момент дизориентации. Как правило, подобное считалось невозможным, но здесь был особый случай; гипнотыквы отпустили визитеров добровольно.

Они устремились назад к Горе Гоблинов. Когда кот с кошкой до нее добрались, Пара с Умлаутом как раз ее покидали. Сэмми и Ясноглазка запрыгнули в лодку.

- Вы избавились от проклятия? - спросил юноша.

- Как плохо, - пожалел Сэмми на кошачьем. Возвратившись в реальный мир, они утратили способность свободно общаться с окружающими. Хотя он почти не ощущал разницы, беседуя с Умлаутом или Сезамией. Проклятье можно снять, но на это уйдут годы. И кажется, благодаря им, в сонном царстве воцарился хаос.

- В сновиденном мире? Как это возможно?

Возможно, заверила его Ясноглазка. Они нечаянно принесли с собой перемены в лице нового волшебника, наделяющего младенцев талантами, и Дневного Жеребца, который тут же энергично взялся перекраивать гипнотыквенный мир на свой лад. Какое-то время кошмаров не будет.

- Кошмаров не будет! Разве это не здорово?

Нет, поскольку это означало, что за плохие деяния больше не последует наказаний. А как он провел время под горой?

- Метрия собиралась женить меня на предводительнице гоблинов. Гвендолин очень милая, но я не принц, за которого она меня приняла, и, разумеется, я в любом случае хранил бы верность Сюрпризке.

Значит, путаница возникла и здесь. Ясноглазка не испытывала уверенности в том, что все закончилось.

«Что в следующем письме?» - Спросил Сэмми.

Умлаут достал конверт.

- Оно предназначается эльфессе Дженни.

Но коту не удастся найти Дженни!

Настал час прояснить один вопрос для всех них. Действительно ли он не сможет, спросила Ясноглазка.

- Я могу найти все, кроме дома, - напомнил Сэмми, обращаясь к ней на кошачьем.

- Проверь, способен ли ты найти Дженни.

- Но я не могу! - возразил он.

- Попробуй в любом случае.

Пожав плечами, кот сосредоточился… и был поражен.

- Я чую ее! Но этого не может быть.

- Может, потому что теперь твой дом рядом со мной.

Он воззрился на нее, осознавая, что Ясноглазка права.

- Я и в самом деле хочу быть с тобой. Разделить с тобой твой дом.

- Знаю. - Естественно, кошка поняла это задолго до того, как сообразил он сам.

- Следовательно, отныне я не смогу найти наш с тобой общий дом.

- К счастью, его местоположение мне известно. Теперь сфокусируйся на Дженни. Ваша дружба не закончится, просто ты будешь приходить к ней из другого дома.

- Из другого дома, - с восторгом согласился Сэмми. Затем вновь сконцентрировался на Дженни и сказал Паре, куда бежать.

- Лучше мне прочесть это письмо, - сказал Умлаут. Вытащив листок, он прочитал вслух:

Дорогая эльфесса Дженни,

Хочу поздравить тебя и принца оборотней Джереми с вашей королевской свадьбой в замке Ругна. Ты так ему подходишь, и я знаю, что ты станешь прекрасной женой. Я была очень счастлива, что именно ты стала той единственной, кто разрушил его проклятье. Мне тоже нравятся волки, хотя в условиях дикой природы я видела всего одного, когда ездила на дальний север. Мы с ними живем в разных местах.

Наверное, прежде чем писать дальше, я должна представиться и сказать, откуда я о тебе знаю. Меня зовут Арджаис, я живу в Мандении. Наша деревенька - очень живописное место в долине. Она окружена озерами и лесистыми холмами, называется Пен-Так, что означает «Останься навсегда» на одном из древних наречий. Долину, в свою очередь, нарекли Отч Енау Кане, что означает «У водопада в конце реки». Пен-Так располагается в центральной ее части.

На протяжение многих лет мне ежедневно мерещатся дальние края. Поначалу видения были смутными и неясными, как слабые иллюзии. Я словно видела пейзажи сквозь густой туман или облако. Я могла разглядеть людей и страну, однако они были мне незнакомы, да и местности такой я раньше никогда не встречала. Много месяцев спустя картины стали медленно двигаться, будто я смотрела на гобелен в старом замке, но сквозь такой же плотный туман.

Миновал год, и скорость движения полотен увеличилась. Вместе с изображением появился звук; я стала слышать неясное бормотание, какие-то сбивчивые разговоры на чужом языке. Как бы я хотела, чтобы Гранди перевел мне эти беседы, но тогда я еще не подозревала о его существовании. Как же звали этого мужчину? Бимп! Кто бы назвал ребенка таким именем? О, нет, он стоял перед каким-то судом, его прогнали из дома. Но почему?

Заинтригованная тем, что видела и не понимала, поскольку плохо слышала, я очень раздражалась. Еще я не понимала, что со мной творится… откуда эти видения, почему они являются мне, и кто все эти люди. Ответов на первые два вопроса я так и не получила, но успела с этим смириться. Я чувствую, что это особый дар, и благодарна за него. Я также благодарна за то, что теперь видения обрели четкость, и я с легкостью слышу, что говорят персонажи. Кажется, бедный молодой человек был изгнан из дома, поскольку не обладал магическим талантом. Ну, разумеется, подумала я сначала, если у него нет маг… подождите-ка. Нет магии? Но никто не обладает магией, не правда ли? Однако, кажется, в Ксанфе магический талант есть у каждого человека. У всех вас. Поскольку позже я, разумеется, поняла, что наблюдала за событиями из жизни Ксанфа. Когда звук, наконец, прорезался, я обнаружила перед своими глазами Бинка, а вовсе не Бимпа. И он обладал могущественным талантам калибра волшебника. Прошел еще год - мой первый год наблюдений за тем, как Бинк встретил Хамелеон, и их совместных приключений. С тех пор прошло уже несколько лет, и я чувствую себя так, будто подсматриваю за Ксанфом лет сто. Все твои друзья будто стали и моими друзьями тоже.

Особенно мне нравится Сэмми, ведь в моем сердце кошкам уготовлено особое местечко. Я не имею в виду, что они должны отправляться туда физически, просто я люблю котов больше других манденийских животных. У меня их двое: Феллини и Миша. Мише десять, что здесь считается преклонным возрастом для кошек. Она мягкая, с чистым белом мехом, и любит ласкаться и мурчать. Феллини похож на миниатюрную тигровую лилию без стебелька. Он рыж и полосат, ему нравится рычать, бегать и прыгать на бедную старую Мишу, которой хочется только, чтобы ей дали поспать. Феллини - еще котенок, ему и года нет, поэтому он все превращает в игру, даже когда становится совсем диким. Его изюминка - хвост. У большинства кошек здесь длинные прямые хвосты, наверное, как у Сэмми. Некоторые, правда, обладают коротким хвостом, а другие и вовсе его лишены. Но хвост Феллини изгибается дважды, пока, наконец, закончится. Выглядит это вот так: /\/\/.

Кошачий доктор сказал, что, вероятней всего, он таким родился, а не получил травму в нежном котячьем возрасте, как я думала до этого. Я была очень счастлива это услышать, потому что мне не нравилось представлять себе корчившегося от боли невинного котенка. У Миши с Феллини нет магических талантов, но Миша очень ласковая, а Феллини - забавный, и этих талантов для меня достаточно. Я очень люблю их обоих.

Наш друг Меатрон навестил нас сегодня. Мы с ним и с моим мужем Джехайлом ели булочки с изюмом, пили яблочный сок - это было похоже на то, как вы пьете чай и едите мятные мятушки с Милли, только я пеку домашние булочки из пшеничной муки, полученного из тростника сахара и других растений, которые мы выращиваем. Это, конечно же, когда погода позволяет. Здесь мы называем летом сезон роста, когда температура воздуха поднимается до отметки, которую некоторые считают слишком высокой, но я нахожу комфортной. Прямо сейчас у нас зима, когда наша часть мира отвернулась от нашего солнца. Бррр, как холодно снаружи, так что я предпочитаю оставаться дома, чувствуя себя защищенной в тепле и уюте, большую часть времени, пока зима не кончится, и воздух снова не нагреется. По нашему говорящему ящику, именуемому ТВ, я видела, что сегодня в Ксанфе было двадцать пять градусов тепла. Мне бы очень там понравилось. К нам жара вернется только через несколько месяцев. С нетерпением ее жду. Зима мне совсем не по душе.

Я получала искреннее удовольствие, пока писала тебе, Дженни. Надеюсь сделать это снова, если никто будет не против. Не знаю, как к этому отнесутся законы Ксанфа. Если мои видения ничего такого не покажут, тогда я просто растеряюсь. Надеюсь, это письмо не принесет тебе неприятности, я точно тебе их не желаю. Ты слишком милая эльфесса, и ты мне нравишься.

Твоя подруга Арджаис.

Ясноглазка наблюдала за реакцией Сэмми на упоминание его имени. Кот считал себя центром вселенной, что, разумеется, было верно; любой кот являлся центром вселенной. Он оказывал хорошее влияние на эльфессу Дженни. Но теперь у него был новый дом.

Глава 18. Последствия

Умлаут увидел, что вместе с адресованным эльфессе Дженни осталось всего два письма. С одной стороны, это было облегчение, поскольку означало, что их работа подходит к концу. Однако они все еще не нашли способ избавиться от Красного Пятна. Предположим, почтальоны доставят последнее письмо, а решение так и не появится?

Перед ним заклубился дымный шар.

- Так как прошло твое рандеву? - поинтересовался он.

- Мое что?

- Черт, - буркнуло облако. - Думаю, французского он не знает. Встреча, визит, собрание…

- Свидание?

- Неважно, - сердито согласилась Метрия. - Как вы поладили с гоблинкой Гвенни?

- Я принес письмо не ей, а Наде-наге. И вручил его по назначению.

- Не вешай мне лапшу на уши, - фыркнуло облако, превращаясь в демонессу. Почему-то Умлаут вовсе не удивился. - Я сказала Гвенни, что послание - только предлог для твоего визита. Она тебя ждала.

Она призналась! Но юноша сохранил спокойный тон.

- И зачем ты это сделала?

- Ох, биип! Я выпустила кота из мешка. - Она стала развеиваться. Кот с кошкой переглянулись, молчаливо осуждая фигуру речи.

Однако Умлаута тревожило другое.

- Метрия, ты не можешь сбегать от всех своих проблем. Почему ты пытаешься помешать нам разносить письма?

Полупрозрачная демонесса испустила вздох. Затем вновь обрела плотность и уселась на сиденье перед ним, сохранив на себе всю одежду. На сей раз Метрия не желала его соблазнить. Это напрягло юношу.

- Полагаю, ты все равно вытянешь из меня информацию по капле. Может, правда заставит тебя передумать.

- Насчет чего?

- Насчет доставки писем. Я не могу позволить тебе это сделать, и ты уже зашел слишком далеко.

- Но нам нужно выполнить свою работу, чтобы узнать, как предотвратить уничтожение Ксанфа запущенным в него Красным Пятном демона Юпитера. Почему ты против?

- Я не против. Но должна тебя остановить.

- Здесь какая-то извращенная логика, понятная лишь тебе.

- Точно. Демонесса Форнакс велела мне предотвратить доставку писем, или она заберет душу моего сына Теда. Он обладает всего лишь четвертинкой души, но она возьмет и ее, превратив его в бездушную полукровку. Меня бы это не заботило, не будь я сама наделена четвертью души. Я не могу допустить, чтобы с ним это произошло.

Умлаут обнаружил, что ее ответ породил множество других вопросов.

- Кто такая Форнакс, и какую роль она здесь играет?

- Демонесса отдаленной галактики Форнакс. В прошлом году она принимала участие в состязании с нашими демонами высшего порядка. Местные в итоге победили, но она не желает сдаваться. Не знаю, что у них сейчас за ставка, но обычно это что-то неясное, вроде… произнесет ли конкретный смертный определенные слова, прежде чем поймет, что происходит, или нет. Полагаю, на сей раз на кону доставка писем. Поэтому она хочет тебя остановить, чтобы выиграть. А я обязана ей помогать, потому что люблю своего сына. Я просто должна. - Подняв подол платья, она уткнулась в него лицом.

Умлаут изумился, увидев настоящие слезы. Разумеется, она могла просто наколдовать их с такой же легкостью, как одежду, но у него сложилось смутное впечатление, что демонесса этого не делала. Он взглянул на кошку, которая кивнула: слезы были подлинными. Значит, и ее история - тоже.

- Значит, ты препятствовала нам, чтобы спасти демона Теда?

Метрия кивнула.

- Он слегка безумен, но отлично ладит с ДеМоникой, и когда-нибудь в отдаленном будущем они вырастут и поженятся. Жаль было бы испортить подобную перспективу.

- Но то, что ты делаешь, способно погубить весь Ксанф.

- Я обычная демонесса и не могу противиться Демонессе высшего порядка. Я обязана ей подчиняться.

- Может, мы найдем иной путь к спасению его души.

- Когда вам противостоит Форнакс? Это смешно. Если бы только я могла сейчас смеяться.

Умлаут покачал головой.

- Если Ксанф будет уничтожен, я потеряю Сюрпризку. Я не могу позволить этому случиться.

- Наверное, в мои расчеты закралась ошибка. Я думала, что если вас познакомлю, ты останешься с ней и перестанешь разносить письма.

- Полагаю, я у тебя в долгу. Без тебя мы бы, скорее всего, не встретились. А теперь я просто хочу быть с ней, когда все это закончится.

- И это привело к краху других моих диверсий наподобие гоблинки Гвенни. Я точно перехитрила себя на сей раз.

- Наверное. Я просто хочу выполнить свою работу, спасти Ксанф и вернуться к Сюрпризке.

- Плохо. Я все еще обязана тебя остановить.

- Ну, да. Но пока тебе это не удалось.

- Игра еще не закончена. - И демонесса испарилась.

- Что думаешь? - спросил юноша у Ясноглазки.

Демонесса не лгала, но ее возможности ограничены, отозвалась та на кошечьем. Она не украдет у него письма и не порвет их в клочья, не нанесет ему физических увечий. Ей вообще не дозволено кого-либо из группы почтальонов и пальцем коснуться. Метрия могла лишь отвлекать его своим присутствием либо препятствовать косвенно. Правила игры были определены. Ему следует держаться настороже в ожидании новых фокусов с ее стороны.

- Я рад, что ты с нами, Ясноглазка. Твои сведения поистине бесценны.

Юноша посмотрел на остальных.

- И твой поисковый талант, Сэмми. И твои способности к имитации и защите, Сезамия. А ты очень помогла нам, перевозя с места на место, Пара.

Сезамия слегка смутилась и сменила тему. Уже поздно. Надо найти подходящий ночлег.

Сюда, лапой показал кот.

Они направились указанным курсом, и Сэмми с Ясноглазкой поведали друзьям о своем приключении в царстве снов. Было интересно, но окончилось оно печально.

Сумерки сгущались, пытаясь сбить их с пути, но до мечта ночлега у защищенной тропы они все-таки добрались. Там имелся и небольшой пруд, где могла дать отдых своим усталым лапам Пара, и домик на дереве для остальных. Путники нарвали подушек и пирогов с мясом и устроились на ночь.

В лесу раздался громкий треск. Перепугавшись, они выглянули из хижины, чтобы разглядеть источник. Это было огромное крылатое чудовище с впечатляющими оленьими рогами, преследуемое отрядом охотников-гоблинов.

Ясноглазка была раздосадована. Этот вид считался редким и находился под защитой, сказала она. На него нельзя больше охотиться, несмотря на привлекательность рогов и крыльев.

- Тогда давай попробуем их остановить, - предложил Умлаут. Он восстановил имитацию огра, а Сезамия - дракона.

Сюда, если хочешь спастись, велел Сэмми отчаявшемуся рогокрылу. Тот бросил на нежданного помощника неуверенный взгляд, однако выбора у него не было; жестокая погоня утомила зверя.

Тем временем Умлаут пошел наперерез гоблинам, пока Сезамия тихо скользила за ним.

- Гоблины - вон, пока по головам не пошел трезвон, - прорычал он, ударяя по своей мощной груди кулаками-кувалдами, чтобы произвести чудный бумкающий звук.

Однако гоблины оказались не слишком трусливыми, и их тут было внушительное количество, вооруженных копьями и палицами.

- Да ну, пустоголовый? - огрызнулся вожак.

Умлаут отреагировал, как настоящий огр, польщенный признанием его тупости, ведь они по праву ею гордились. Также он увидел необходимость напомнить им, что обычно происходило с гоблинами, которые сталкивались с ограми: некоторых совали головами в дупла деревьев, других запускали на орбиту луны, а остальным везло еще меньше.

Советник вожака успел это припомнить.

- А еще некоторым удается удрать, - поднял узловатый палец он. - И они могут поймать рогокрыла.

- Но на него нельзя охотиться, - возразил Умлаут.

Советник воззрился на него.

- Эй, да ты не огр! Ты фальшивка. Теперь мы засунем тебя головой в дупло. - И гоблины столпились вокруг него.

За пределами круга раздался шипящий рев. Обернувшись, гоблины разглядели приближающегося дракона.

Несмотря на то, что гоблины не были трусливыми, дураками их тоже никто не считал. Охотники бросились врассыпную. Сезамия все равно прыгнула, догнав одного и подбросив его в воздух. Тот завопил, но, как ни странно, никто не пришел на помощь.

Умлаут снял с себя личину, рассудив, что его уже раскрыли, так что надобность в ней отпала. Он стал расспрашивать гоблина.

- С чего вы решили, будто можете преследовать находящееся под защитой создание?

- С чего я должен отвечать тебе, фальшивка? - потребовал ответа гоблин.

Сезамия встряхнула его.

- С того, что ты не хочешь оказаться в желудке дракона, - сказал Умлаут.

- А, это, - согласился тот, признавая логику. - Теперь можно спокойно охотиться на беззащитных, невинных, редких и прекрасных существ, поскольку кто-то пустил слух, что кошмаров больше не будет. Никто не накажет нас ночью за то, что мы натворили днем.

Умлаут вдруг осознал, что за хаос везде воцарился, благодаря вмешательству Дневного Жеребца. Гоблины вели себя прилично лишь из страха перед ночными кошмарами, а теперь их отменили. Гоблинки казались милыми и добрыми, но их мужчины были невероятно жестоки. Это вызвало у него приступ сочувствия Гвенни, которая хотела выйти замуж за достойного принца; почему она должна желать себе в пару предводителя гоблинов? Юноша жалел, что ей с ним не повезло, но, разумеется, его вины в этом не было. Все же, если бы он подходил и не любил Сюрпризку, отношения с Гвенни его более чем устроили бы. Эти ножки…

Впрочем, нечего отвлекаться на посторонние мысли, когда перед ним вверх тормашками висит гоблин.

- Ну, этот рогокрыл вам не достанется в любом случае. Вот тебе выбор: отправляйся домой и передай это своим приспешникам или оставайся, чтобы стать драконьим ужином.

Поразмыслив, гоблин пришел к выводу, что предпочитает отправиться домой.

Сезамия зашвырнула его в кусты, и незадачливый охотник уполз прочь.

- Кажется, демонесса Метрия действительно перестаралась, - сказал Умлаут. - Она не только отослала Ясноглазку, чтобы ее талант не предупредил меня насчет гоблинки Гвенни, но и загнала их с Сэмми в сновиденный мир, где в результате возник еще больший переполох.

Сезамия предположила, что если бы ей довелось защищать маленького змееныша, она бы тоже из шкуры вон лезла.

- Наверное, - согласился Умлаут. - Но меня это напрягает. Ксанф медленно, но верно затягивает в какое-то болото сплошных бедствий. И все из-за какого-то глупого спора высших демонов.

Все, что они могли сделать, это попытаться доставить оставшиеся письма, отозвалась она. И надеяться, что это спасет Ксанф.

- И надеяться, - согласился юноша.

Друзья вернулись в хижину на дереве, где к ним присоединились кот с кошкой. Больше никаких беспорядков поблизости той ночью не наблюдалось, однако Умлауту не спалось. Он разносил письма, но сколько проблем возникло в процессе?

Утром они возобновили путешествие и своим чередом достигли побережья. Затем путники просто уселись на песок, внимательно глядя на сменяющие друг друга указатели в ожидании ВОЛЧЬЕГО ОСТРОВА. Томиться пришлось несколько часов, пока тот, наконец, появился, но Сэмми узнал его сразу. Уже вечерело. Опять.

Пара поплыла к нему, а затем по суше прошлепала ко дворцу. Каким-то образом эльфесса Дженни заранее узнала об их прибытии и выбежала им навстречу, чтобы обнять Сэмми.

- Сэмми! Ты вернулся! - Ростом она была Умлауту примерно по плечо, низкая для человека, но слишком высокая для местных эльфов… и носила очки. Также она, с удивлением заметил юноша, обладала парой милых острых ушек и только четырьмя пальцами на каждой руке. Дженни явно была не ксанфского происхождения.

Последовали приветствия и объяснения. Ее муж, принц Джереми, пребывал в облике человека и обращался к гостям со всей любезностью. Дженни была счастлива познакомиться с Ясноглазкой, но погрустнела, узнав, что Сэмми перебирается на Кошачий Остров.

Умлаут передал ей письмо. Эльфесса ужасно ему обрадовалась. Она еще не привыкла к своему новоявленному высокому положению, зато продолжала любить животных, особенно волков и котов.

Они хорошо отдохнули ночью, но утром снова пустились в путь. Следующее письмо было адресовано ДОБРОМУ ВОЛШЕБНИКУ ХАМФРИ. Если бы Умлаут знал о его присутствии в этой стопке, он бы отдал его сразу, когда пришел к тому с вопросом. Но, разумеется, тогда юноша понятия не имел, что ему суждено поработать почтальоном. Поколебавшись, Умлаут решил все-таки не делать исключений; в конце концов, ключевое письмо было одним из последних двух, а если разозлить Хамфри, он точно такой хаос устроит, что мало не покажется никому. Юноша прочел его, когда Пара везла их обратно к берегу, чтобы переплыть пролив и вернуться в Ксанф.

Дорогой Хамфри,

Смею предположить, что ранее тебе не доводилось получать вопрос улиточной почтой. Не исключаю, что ты его просто проигнорируешь, опираясь на факт, что мне не пришлось пройти три испытания, и я просто не вижу способа отплатить тебе годом службы.

Как бы там ни было, у меня серьезная проблема, метода решения которой здесь, в Мандении, я не вижу. У меня дома стоят великолепные старинные часы, полученные по наследству. Никто не знает их историю, и даже так называемые эксперты по антиквариату ничего не могут сказать об их происхождении. Они ни разу не останавливались за все то время, что у меня находятся. Однако прошлой ночью произошло кое-что странное. Ровно в полночь часы пробили двенадцать и сыграли обычную мелодию из двенадцати нот. Но пятью минутами позже они вновь отметили время - на сей раз глубоким резонирующим звоном. И продолжали бить: 1… 2…3…4…5…6…7…8…9…10… 11… 12, а после недолгой заминки последовал 13-ый удар. Тринадцать? Может, я задремала и обсчиталась? Нет, я еще не спала и работала. Кроме того, почему звук изменился? Я приуныла в уверенности, что произошедшее - это предостережение об опасности, я ощущала это всем своим существом. Наступила тишина; дом затаил дыхание. Воздух в комнате отяжелел и сдавил меня со всех сторон, будто выжимая вопрос: «Ладно, Арджаис, что ты собираешься с этим делать?»

- Я? Ничего… с чего бы мне что-то делать? Наверное, они просто сломались и нуждаются в починке, вот и все, - легкомысленно пролепетала я. Но попытка успокоиться провалилась. Глубоко внутри я чувствовала, что дело не в этом.

Теперь каждую четверть часа, когда часы снова начинают отбивать знакомый ритм, по моей коже бегут мурашки. Они словно заклинают меня войти и посмотреть, что произойдет. Я не могу собраться с духом, чтобы убрать их из дома. А когда пытаюсь дотронуться, из-под дверцы проскакивают крохотные электрические искорки.

Хамфри, я умоляю тебя проникнуться моей дилеммой и помочь любым доступным способом. Пожалуйста, я прошу о помощи, я так напугана и скоро приду в отчаяние!

Арджаис.

Умлаут пораскинул мозгами.

- У нее проблема, но не такая, которая уничтожила бы Ксанф, - подытожил он. - Возможно, доброму волшебнику удастся ей помочь.

В Мандении? Уточнила Сезамия.

- Что-то с этим секундомером неладно.

- С чем? - спросил юноша, прежде чем успел подумать. Вечно он так попадался.

- С будильником, хронометром, клепсидрой…

- С часами?

- Я так и сказала, - заверил его клуб дыма.

- Привет, Метрия. Как дела у Теда?

- Я привела его с собой. - Рядом образовался еще один дымовой столп, быстро превратившийся в шестилетнего мальчика. И третий.

- Привет, народ, - поздоровался Тед, который больше всего напоминал шалопая. - Ух, ты! А что это за громадная змеюка?

- Это змея Сезамия, милый. Уверена, что она будет рада с тобой поиграть. Она умеет имитировать разных существ.

Сезамия подобной уверенности не испытывала, но подыграла, изобразив дракона. Это просто заворожило мальчика.

- А это кто? - указал Умлаут на третий дымок, не доверяя Метрии.

- ДеМоника. Дочь Нады-наги и принца Вора. Им нравится играть вместе. И сейчас моя очередь за ними присматривать. Превращайся, Моника.

Второй клуб дыма сформировался в симпатичную шестилетнюю бунтарку.

- Котик Сэмми! - воскликнула она, немедленно опознав кота.

Метрия незаметно исчезла. Умлаут сообразил, что свои обязанности няни она переложила на них. Очередная диверсия, пока Пара бежит по направлению к замку доброго волшебника.

- Куда мы направляемся? - поинтересовался демон Тед.

- В замок доброго волшебника.

- Но на пути к нему попадаются огры и тролли, - запротестовала ДеМоника.

- Мы попробуем их избегать.

- Но с ними весело, - прищурился, в свою очередь, Тед.

Возможно, для демоненка и весело.

- Нам и так хватает трудностей с преодолением лесов и рек, - твердо заявил Умлаут.

Дети хором затянули залихватскую песенку про огров, живущих рядом с реками, и троллей, которыми кишат леса на пути к доброму волшебнику.

Юноша вздохнул. Поездка обещала стать долгой.

Затем наверху кто-то тяжело захлопал крыльями. Задрав подбородок, Умлаут узрел гарпию, которая летела прямо к ним. О, нет!

- Без паники, Умлаут, - успокоила его гарпия. - Это я.

Большинство гарпий были грязны и телом, и умом… или, может это действовало наоборот. Эта была чистой, и голос показался ему знакомым.

- Сюрпризка! - обрадовался юноша. И впрямь, с птичьей шеи на него смотрела ее голова.

Гарпия опустилась на фальшборт.

- Я ведь не могу навестить тебя одинаковым способом дважды, - напомнила Сюрпризка. - Или задержаться надолго. Полет занял какое-то время, и я не хочу, чтобы меня хватилась мама.

- Я рад тебя видеть, - сказал он. Затем взгляд Умлаута соскользнул с ее лица на обнаженную грудь, и юноша густо покраснел.

- Так устроены все гарпии, - лукаво улыбнулась Сюрпризка. - Они не носят одежды, только перья.

- Эм, да. - Однако краска не спешила покидать его лицо. Умлаут гадал, так ли выглядит ее настоящая грудь, и подозревал, что да. Он смотрел на нее уже слишком долго и надеялся, что дети не заметят.

- Ух, ты! Поглядите-ка на эти сиськи! - воскликнул Тед, во все глаза уставившийся на гарпию.

- Иди вымой свои глазные яблоки с мылом, - рявкнула на него Сюрпризку.

- Ну-у-у… - Тем не менее, мальчик послушался ее и отвернулся, ведь она была старше.

- Как здорово тебя видеть, - повторил Умлаут. - Эм, то есть, я счастлив, что ты прилетела.

- Заткнись и поцелуй меня.

Наклонившись, юноша поцеловал ее в губы.

- Ох, Сюрпризка, хотел бы я быть с тобой всегда!

- Это предложение?

Теперь заполыхали его уши.

- Эм…

- В таком случае, я его принимаю. Мы поженимся.

Он был заворожен и ошеломлен подобной перспективой.

- Эм…

- Ты сделал мне предложение, а я его приняла. У нас есть свидетели.

Умлаут попытался было возразить, сам того не желая.

- Но твой возраст…

- Помолвка не свадьба, это обещание. Мы можем быть помолвлены до тех пор, пока я не повзрослею, как Джастин с Брианной. - Она огляделась. - Разве не так?

- Так! - хором грянули дети, а кот с кошкой и змея ответили кивками.

Как он мог сопротивляться?

- Полагаю это, эм, правильно.

- Рада, что мы с этим вопросом разобрались. Когда закончишь с письмами, приходи меня навестить; к тому времени я застращаю родителей, и они не станут возражать.

- А разве тебе не нужно обручальное кольцо? - спросила ДеМоника.

- Точно, - согласилась Сюрпризка. - Умлаут, дай мне кольцо.

- Кольцо… - озадаченно повторил он.

Над ними образовалось облако.

- Что здесь происходит?

- О, Метрия, мы с Умлаутом только что обручились.

- Что сделали?

- Объявили о помолвке, собрались пожениться, помолвились…

- Он к тебе посватался?

- Ну, да. Я так и сказала, - кивнула Сюрпризка, стараясь выглядеть сердитой. Но через полсекунды ее радость прорвалась наружу. - Разве это не чудесно?

В кои-то веки демонесса ответила серьезно.

- Да, девочка. Я счастлива за тебя и пророню слезинку на твоей свадьбе.

- Но мне нужно кольцо.

- Я поищу. - Метрия с хлопком исчезла. Пол-мгновения спустя он вернулась с кольцом невероятной тонкой работы. - Это лучшее, что я смогла найти за такой короткий срок. Оно из старого затерянного сундука с сокровищами. Думаю, оно называется кольцом Нибелунгов.

- Оно восхитительно, - мечтательно произнесла Сюрпризка и взглянула на Умлаута. - Надень его на мой коготь. Когда превращусь в человека, переодену на безымянный палец руки вместо ноги.

- Но откуда ты знаешь, что с кольцом все в порядке? - спросил Умлаут. - Может, оно магическое.

- Разумеется, оно магическое! - фыркнула демонесса. - Как и остальные древние сокровища. Может, оно изгоняет демонов. - Она ошеломленно умолкла. - Прикусить бы мне язычок! - Метрия так и сделала; откушенный кончик языка упал на дно лодки.

- Но если это опасно…

Демонесса отрастила новый кончик языка.

- Я бы так с тобой не поступила. Не в честь помолвки. Вообще-то, я и так не хотела тебе мешать, но… - Ее взор метнулся к Теду и назад, прежде чем мальчик заметил.

Метрия явно не стала посвящать сына в подробности этого дела.

- Обожаю свадьбы. У меня она тоже была, в результате чего я и обзавелась половинкой души, которую впоследствии разделила с Тедом. Можешь себе представить, сколько раз мы вызывали аиста, пока уалось привлечь его внимание? Еще несколько лет, и я бы начала уставать. Тед - единственный в своем роде.

Затем, вспомнив о нависшей над ним угрозе, демонесса занервничала и превратилась в дымовой смерч.

Умлаут пришел к выводу, что кольцо, вероятней всего, не несет в себе угрозы; демонесса казалась искренней. Взяв его, юноша нацепил кольцо на коготь Сюрпризки-гарпии.

- Теперь мы помолвлены.

- Это так мило! Мои родители забьются в припадке, когда увидят его на моем пальце! Ну, давай поцелуемся на прощание, и я полечу назад. Люблю тебя.

- И я тебя люблю, - с удовольствием отозвался юноша. Неожиданное, но радостное признание.

Сюрпризка распростерла крылья и потянулась к нему. Он встретил ее на полпути, однако она уже вспорхнула с места, оказавшись слишком высоко, и Умлаут уткнулся лицом в ее грудь.

- Не туда, дурачок, - пристыдила его девушка. - Пока что. Подожди до свадьбы. - Слегка нагнувшись, Сюрпризка умудрилась поцеловать его в губы и полетела домой, оставляя его в полубессознательном состоянии. Будь она в своем привычном человеческом обличье, он бы точно отключился, но гарпии в этом смысле так на мужчин не действовали. То же касалось кентавриц и нимф.

- Спорим, она сделала это нарочно, - хихикнул Тед. - Шлепнула его по лицу.

Однако ДеМоника мыслила коварней.

- Нарочно? Да. Шлепнула? Нет. Она просто хотела убедиться, что он не забудет о свадьбе.

- Разумеется, - согласилась Метрия, возвращая себе привычный вид. - Она юная, но женщина.

Так оно и было. И он пообещал когда-нибудь на ней жениться. События дня долго не отпускали его ум. Умлаут очнулся, лишь когда день сменился ночью, и настало время искать ночлег. Дети исчезли; надо полагать, Метрия забрала их домой.

Он услышал храп, но это не были животные или лодка. Так откуда же он исходил? Юноша попробовал встать, чтобы оглядеться, но обнаружил, что ноги затекли. Они уснули и захрапели. Следовало догадаться.

С наступлением темноты они вновь попали в переделку. Послышался цокот копыт по земле, и в поле зрения показались две лошади, преследуемые несколькими деревенскими жителями с копьями в руках. Ясноглазка мгновенно проникла в суть ситуации: это были Имми и Грант, новички из Мандении. Они прошли сквозь Область Безумия, где за ними начали охотиться люди. Лошади не знали, что делать.

Это окончательно вернуло Умлаута к реальности.

- Приятные сны! - воскликнул он. - Я имею в виду, отсутствие кошмаров. Люди причиняют больше вреда безнаказанно, ведь последствий все равно не будет. Мы должны их остановить.

Юноша изобразил огра, а Сезамия - дракона. Друзья перехватили крестьян. Потом Сезамия сымитировала лошадь и заверила этих двух новичков, что теперь они в безопасности. По крайней мере, этой ночью. Но держитесь подальше от людей, предостерегла она. Может, в Мандении они и дружат с лошадьми, но здесь - нет.

Проблема была решена, но как насчет остального Ксанфа? Умлаут понимал, что поведение людей и родственных им видов ухудшается повсеместно. И все потому, что исходящие от него новости вынудили Ночного Жеребца на время отлучиться. Юноша надеялся, что Троян скоро вернется, иначе все будет разрушено еще до удара Красного Пятна.

На следующий день они достигли замка доброго волшебника. На сей раз испытаний не последовало; в конце концов, они выполняли поручение самого доброго волшебника. Переплыв ров, Пара прошлепала в замок.

Вира встретила почтальонов у ворот.

- Здравствуй, Пара, - ласково поздоровалась она с лодкой. - Приятно снова тебя видеть. И тебя, Ясноглазка. - Она обернулась к Умлауту. - Ты уже разнес все письма? - Пусть Вира не видела путешественников, но шлепанье утиных лап по земле узнала. Откуда ей было известно, кто находится в лодке, юноша мог только догадываться. Наверное, кто-то увидел их из окна и сказал ей об этом.

- Почти, - откликнулся он. - Одно адресовано самому Хамфри.

- О, это мило. Проверю, не занят ли он. Побудьте пока с Горгоной. - И она растворилась в сумраке одного из коридоров, пока компаньоны присоединились к Горгоне.

- В последнее время здесь ужас что творится, - призналась высокая женщина под вуалью. - Все и повсюду идет вкривь и вкось.

- Я знаю, - кивнул Умлаут. - Кошмары прекратились, и народ занялся дурными деяниями.

- Это лишь часть происходящего. Новые младенцы наделены абсолютно не подходящими им талантами. - Маленькие змейки, служившие ей волосами, заерзали, интригуя Сезамию.

- Как может талант не подойти?

Горгона рассмеялась.

- Как насчет таланта разбивать предметы для ребенка из семьи полировщиков яиц и хрусталя? Или способность создавать большие газовые шары для отпрыска шахтеров, которые газа избегают? Или утяжеление вещей - для летающего кентавра? Проецирование видео - для слепого ребенка?

Умлаут понял, что она имела в виду.

- Полагаю, новый Волшебник Талантов еще не привык к своим обязанностям.

- Но как насчет детей, которые вырастут с бесполезными или опасными талантами? Можем ли мы позволить себе ждать, пока он привыкнет?

- Я, эм, не знаю, - с несчастным видом сказал Умлаут.

Перед ними опять появилась Вира.

- Волшебник Хамфри сейчас вас примет.

Они проследовали за ней по извилистой лесенке в полутемную крохотную каморку, где добрый волшебник привычно склонился над своим чудовищным фолиантом.

- Волшебник, Умлаут принес тебе письмо, - сообщила Вира. Затем тихо предупредила юношу: - Он сегодня очень ворчлив. Не говори ничего, что может его рассердить.

Старый человечек, похожий на гнома, взглянул на нее, и его кислая физиономия слегка подсластилась.

- Давай его сюда.

- Да, волшебник. - Взяв у юноши письмо, Вира передала его Хамфри.

Тот сделал паузу, чтобы прочесть послание.

- У этой женщины проблемы. - Затем принялся листать страницы Книги Ответов. Найдя нужное место, он прочитал: - С часами все в порядке, а с Арджаис - нет.

Обдумав его ответ, Умлаут решил его оспорить.

- Разве часы должны бить тринадцать раз в Мандении?

- Разумеется, нет, - буркнул Хамфри. - Там нет магии, а манденийцам недостает воображения. В Ксанфе они могут бить любое количество раз, но там двенадцать - предел.

- Но тогда что означает твой ответ?

- Она обсчиталась, - сказал добрый волшебник, еле удерживаясь от ворчанья.

Умлаут по-прежнему не испытывал уверенности, что понял.

- Ясноглазка, он прав?

Кошка пожала плечами. Она не могла проникнуться ситуацией за тысячи километров от нее.

- Пожалуйста, не зли его, - умоляюще попросила Вира.

- Но письмо, - продолжал Умлаут. - Ты можешь проверить. Если она не в порядке, тогда и оно тоже.

Ясноглазка кивнула и пересекла комнату. Затем запрыгнула на стол, чтобы обнюхать лежавшее там письмо.

- Что это такое? - зарычал Хамфри.

Однако Ясноглазка уже получила ответ: она не обсчиталась.

- Она не обсчиталась, - повторил Умлаут. - Но это значит, что не в порядке Книга Ответов!

Обнюхав фолиант, кошка кивнула: да, Книга Ответов не в порядке. Вира, чувствуя, как изменилась атмосфера в комнате, вздрогнула. Как им удастся избежать скандала, если они будут продолжать в том же духе?

- Это смехотворно, Кошка! - рявкнул Хамфри, чье раздражение уже вышло за рамки простого брюзжания. - Книга Ответов никогда не ошибается.

Но Умлаут верил в ясновидение Ясноглазки.

- Задай ей вопрос, ответ на который знаешь абсолютно точно, - предложил он волшебнику. - Например, кто Волшебник Информации?

Хамфри уже готов был взорваться, подобно вулкану, однако вдруг осознал, что самый быстрый способ отделаться от досадной помехи - послушаться. Перевернув несколько страниц, он прочел: - Волшебница Ирис.

Ну, вот.

- Не Волшебник Хамфри?

Хамфри поразмыслил. Он был очень стар, и его мысли замедлились и практически окостенели, но до цели все-таки добрались.

- Этот ответ неверен.

- Значит, теперь ты - владелец Книги Неверных Ответов, - сделал вывод юноша. - Как это произошло?

- Невозможно, - проворчал Хамфри.

И все же это случилось.

Ответ имелся у Ясноглазки: под книгой лежала наоборотная деревяшка.

- Наоборотное дерево, - перевел с кошачьего Умлаут.

Поразмыслив еще одно очень долгое мгновенье или даже два коротких, Хамфри медленно закрыл книгу. Под переплетом действительно лежала щепка.

- Уберите ее.

Вира приблизилась и подняла щепку. Затем, развернувшись, уткнулась прямиком в стену. Ой. Наоборотное дерево повлияло на ее чувство направления и мысленную схему замка, и она ошиблась дорогой. Естественно.

- Я не могу выйти, - пожаловалась она.

- Наверное, стоит положить щепку туда, где что-нибудь нуждается в кардинальных переменах, - придумал Умлаут. Окинув взглядом полки за спиной доброго волшебника, он увидел бутылочку с ярлыком «КОНЦЕНТРИРОВАННЫЙ ЭКСТРАКТ РОГА-ВОНЮЧКИ», где явно хранился худший запах в Ксанфе. Сняв его, он протянул Вире. - Сюда.

Затем взялся за пробку.

- Не открывай его! - закричала Вира.

Она опоздала. Концентрированная вонь струйкой выстрелила из бутылочки и превратилась в уродливое маленькое облачко. Умлаут быстро сунул туда щепку наоборотного дерева и заткнул пробкой.

Ярлык изменился. «РАССЕЯННЫЙ ИНТРАКТ СЛАДКОЙ РОЗЫ», - гласил он теперь. Дерево обратило содержимое бутылочки в свою противоположность. Умлаут поставил ее обратно на полку.

Но тем временем облако вони росло и ширилось. Вот оно достигло подмышки, и юноша стал пахнуть, как огр. Затем коснулось волос Виры, изменив их таким образом, что, глядя на нее, можно было подумать, что она два года убирала драконий помет и ни разу не мылась. Потом оно переключилось на носы. Умлаут не помнил, когда в последний раз ему доводилось нюхать нечто столь вонючее. Миазмы не просто выжимали слезы из глаз, они были столь высокого ранга, что достойны были одного из кругов Преисподней. По сравнению с ним, скунсово зловоние окрестили бы младенческим. Стоило ли спасение Ксанфа того, чтобы стоять здесь и нюхать рог-вонючку сквозь зажатый обеими руками нос? Все молча задыхались. Умлаут успел позабыть, что у каждого действия есть последствия - такие, как это, например.

Затем в его голову постучалась свежая мысль. Снова схватив бутылочку, он выкрутил пробку, и оттуда вырвался божественный аромат розы, который тут же рассеялся по комнатушке, не оставив от вони и следа. Вскоре все снова могли дышать свободно.

- Спасибо, - отрывисто буркнул Хамфри.

Вира пошатнулась. Умлаут успел поймать ее за руку, прежде чем она потеряла сознание от пережитого шока. Юноша понимал, в чем ее проблема: Вира впервые услышала, как добрый волшебник поблагодарил посетителя. Она даже не подозревала, что это возможно.

- На здоровье, - ответил довольный Умлаут. Он сделал что-то достойное. Это редко случалось.

Глава 19. Олакрез

Горгона встретила их внизу.

- Ты, наверное, почти закончил разносить письма, - заметила она.

- Осталось всего одно, - кивнул Умлаут и вытащил его. - Олакрезу. Понятия не имею, кто это.

- Тогда как ты его доставишь?

- Сэмми может найти…

Кот мгновенно сорвался с места, однако предостерегающее «мяу» Ясноглазки остановило его на середине прыжка, и он упал на пол.

Горгона улыбнулась.

- Ты отлично с ним справляешься, - отметила она.

Ясноглазка пожала плечами. Руль в руках рулевого.

- Почему ты его остановила? - спросил Умлаут.

Ситуация неоднозначна, отозвалась кошка.

- Обожаю неоднозначные ситуации, - сообщила Горгона. - Помню случай, когда Хамфри убедил Демона Иксанаэнного вернуть его бывшую жену, Розу Ругна, и оказался среди пяти с половиной жен. Мы все еще расхлебываем последствия этого.

- Что в ней неоднозначного? - уточнил Умлаут у кошки.

Ясноглазка посоветовала ему прочесть письмо.

- Оу. Эм, да. - Открыв конверт, юноша прочитал:

СТЕКЛЯННАЯ МАСТЕРСКАЯ ОЛАКРЕЗУ.

Твои действия возмутительны! И впрямь, магическое зеркало! Тебе удавалось скрываться от нас много долгих лет, и ты обманул множество невинных созданий.

Больше мы не ограничимся наблюдением. Твое присутствие в стране, известной под именем Ксанф, обнаружено молодой манденийкой. В это время она… но нет, эта информация не для тебя.

Ты просто не мог отказаться от общественного внимания, не правда ли? Надутый, самовлюбленный павлин!

Отныне скрываться у тебя больше не получится. Ты украл у нас предмет для усиления влияния, и мы намереваемся эту вещь вернуть. Субстанция обладает невероятной мощью, и, лишившись ее, ты вновь возвратишься к своему исходному образу - навечно.

Время пряток подошло к концу. Мы желаем получить то, что наше по праву, и заверяем тебя, сделаем это. Скоро мы прибудем, чтобы забрать тебя для суда. Имей в виду, что твоих сообщников тоже задержат.

Назначенные старейшины и совет СТЕКЛЯННОЙ МАСТЕРСКОЙ.

Умлаут поднял голову.

- Это не дружеское послание.

- Точно, - согласилась Горгона. - Значит, Олакрез - магическое зеркало или, по меньшей мере, его сообщник. Это сужает область поисков. Их в Ксанфе немного.

- Но если Сэмми найдет нужное, проблемы возникнуть не должно, - задумчиво проговорил юноша.

Нет, возразила Ясноглазка. В тот момент, когда Умлаут попытается передать ему письмо, Олакрез немедленно переберется в другое зеркало.

- И как мне его поймать?

Ясноглазка обнюхала письмо. Разгневанные ребята из Стеклянной Мастерской были издалека. Они могли отследить используемую магию. Вот как они обнаружили, что Олакрез сбежал в Ксанф. Но определить его точное местоположение, пока он не сделает новый ход, они не могли. Потому и отправили письмо, чтобы его установить. Если бы Умлаут нашел Олакреза и доставил письмо, они узнали бы, где тот находится. Попытайся беглец повторно улизнуть в другой мир, и они возьмут его с поличным. Следовательно, оно могло спастись от Умлаута бегством лишь один раз; затем Олакрез затаится, потому что боится Стеклянной Мастерской больше всего на свете.

- Почему он прячется в зеркалах?

Ясноглазка окинула его уже знакомым взглядом «глупый человек» и ответила: он являлся частью магического зеркала и, украв волшебный предмет, увеличил свою власть. Обычное магическое зеркало отражало действительность: то или иное место. В Мандении были только обычные зеркала, показывающие, что происходит здесь и сейчас. В Ксанфе они могли отражать и другие места, чтобы люди могли общаться между собой или подсматривать за скрытой реальностью. Олакрез преломил свои возможности, показывая множество возможных миров и времен; с его помощью можно было заглянуть в будущее. Однако иной субстанцией, за исключением магии, он не обладал, вот и приходилось проживать в магическом зеркале - или погибнуть.

- Поразительно, - сказал Умлаут.

Все это являлось частью изложенной в письме ситуации, прояснила кошка. Но и так можно было догадаться, ведь «Олакрез» означает «Зеркало» наоборот.

Юноша уронил челюсть.

- Никогда бы об этом не подумал!

Ясноглазка дернула хвостом. Ну, он же человек.

Верно.

- Значит, Олакрез сбежит, прежде чем я вручу ему письмо, и отправится в другое магическое зеркало. Как мы узнаем, в которое?

- Сузим область поисков прямо сейчас, - ответила на сей раз Горгона. - В Ксанфе существует лишь пять известных нам магических зеркал. Будь их больше, Хамфри бы знал об этом. Одно висит здесь, в замке доброго волшебника, другое - в замке Ругна, третье - в замке зомби, четвертое - в Безымянном и пятое - в Девичьем замке.

- Мы сейчас в замке Хамфри и уже посетили Ругна и зомби, - почесал в затылке Умлаут. - Но о последних двух я не слышал.

- В Безымянном замке живут Филя с Хлоркой. Он стоит на облаке, которое плывет над Ксанфом, постоянно меняя место. Очевидно, туда Олакрез и отправится. Поэтому почему бы вам не попытаться доставить письмо здесь, а потом мы поможем вам попасть в Безымянный замок.

- Эм, полагаю, так мы и поступим, - в своей обычной неловкой манере откликнулся юноша. - Где…

Сэмми возобновил свой бег. Они проследовали за ним в комнату с висящим на стене зеркалом. Выглядело оно вполне обычным, но, разумеется, внешний вид обманчив.

- Олакрез, - обратился к нему Умлаут. - У меня письмо для…

За стеклом что-то сверкнуло.

Он исчез, тут же передала Ясноглазка подергиванием кончика хвоста.

Умлат не стал задавать вопросов, поскольку этого они и ожидали.

- Как нам попасть в Безымянный замок?

- Никак, - покачала головой Горгона.

- Но…

- Я говорила достаточно громко для того, чтобы Олакрез меня услышал. Думая, что вы будете искать его в Безымянном замке, он наверняка отправился в Девичий.

Юноша почувствовал себя тупее, чем обычно, что само по себе было усилием.

- Почему?

- Чтобы вы его не нашли, конечно же. Или затратили на поиски кучу времени, что сыграет ему на руку. В конце концов, в процессе вы можете потерять письмо или передумать.

- Я не…

- Надеюсь, что нет. А теперь, известно ли вам, где находится Девичий замок?

- Полагаю, Сэмми может его найти.

- Это уж точно. Сейчас я приготовлю вам поесть, возьмете с собой в дорогу.

Умлаут, наконец, вспомнил причину, по которой хотел ей возразить.

- Как насчет замков Ругна и зомби? Почему он не мог ускользнуть в один из них?

- В первом живут три маленьких принцессы-волшебницы, которые быстро бы его раскусили. Во втором - зомби, а ему не нравится их чистящее средство, способное изгнать из зеркала не только грязь, но и все постороннее. Девичий замок, в отличие от первых двух, место чистое и уединенное. Это его единственная надежда.

- Понимаю, - не стал спорить юноша. - Спасибо, что догадалась и все объяснила. Твоя логика намного лучше моей.

Ее маленькие змейки дрогнули от удовольствия.

- Сейчас все будет готово, - улыбнулась Горгона под вуалью и ушла в кухню.

Вскоре они снова были в пути. Лодка трещала по швам от количества сыра горгонзола, разнообразных пирогов и домашней выпечки.

Умлаут пришел к выводу, что Горгона ему понравилась.

Девичий замок стоял далеко на юге, и ночь застала их в пути. Почтальоны нашли удобное место для ночлега, поели, помылись и устроились спать в огромном птичьем гнезде. Сезамия обвилась вокруг него, своим телом обеспечив юноше подушку. Пара предпочла покачиваться в струях пробегавшего мимо источника, а Сэмми с Ясноглазкой исчезли во мраке по своим кошачьим делам.

- Умлаут.

Он мгновенно пробудился. Его позвал голос Сюрпризки. Юноша быстро выбрался из гнезда, не потревожив Сезамию, и огляделся.

- Сюрпризка.

- О, Умлаут, я так рада, что тебя нашла! - сказала она, обнимая его. Ее тело было удивительно податливым.

- Как ты сюда попала? Я думал, твои таланты не повторяются.

- На сей раз я превратилась в нимфу, - сказала она. - Это не то же самое, что гарпия. Вот, потрогай меня. - Взяв его руку, девушка провела ею по своему телу, и Умлаут почти отключился. Оно действительно было мягким и упругим, совсем как у нимф.

- Я, эм, думал, что талант включал в себя принятие любого обличья.

- Нет, каждая считается отдельным талантом, - покачала головой Сюрпризка. - А теперь пойдем со мной; я приготовила чудесную беседку.

- Беседку? - непонимающе повторил юноша. - Для чего?

- Чтобы вызвать аиста, конечно же. Идем. - И она потянула его за руку.

- Но я думал, ты не умеешь этого делать.

- Нимфы умеют. Приняв этот облик, внезапно я все поняла. И очень хочу отпраздновать это с тобой.

- Отпраздновать… - Умлаут припомнил, как обнимались и целовались нимфы с фавнами в своей обители. Выглядело это весело.

- Да, мы будем заниматься этим снова и снова, - страстно прошептала она. - Нам будет так весело.

Что-то ему во всем этом не нравилось, но, когда юноша заартачился, девушка опять запечатлела на его губах поцелуй и приложила его ладонь к своим обнаженным ягодицам. На сей раз Умлаут все-таки отключился, а когда пришел в себя, они уже были далеко от гнезда и приближались к ее беседке.

Однако странное чувство не исчезло.

- Сюрпризка, я не думаю, что нам стоит вызывать аиста прямо сейчас. Мы договорились подождать, пока ты повзрослеешь.

- Да ладно! Я решила не ждать. Никто не узнает. - Она продолжала тянуть его за собой в темноту, пока не столкнулась с чем-то.

- И-и-и! - завизжала девушка, как типичная нимфа, и подпрыгнула, от чего ее волосы красиво взметнулись. - Что это?

Раздалось шипение, и Умлаут узнал его.

- Сезамия!

- Что ты тут делаешь? - потребовала ответа Сюрпризка. - Дело касается только меня и его. Убирайся с дороги.

Однако змея продолжала загораживать им путь. Она снова зашипела, и Умлаут понял, что говорит Сезамия.

Каким образом Сюрпризка перебралась через Провал?

Это заставило юношу остановиться. В облике гарпии она могла просто его перелететь. Но в качестве нимфы - нет. Поэтому он повторил вопрос вслух.

- Сезамия хочет знать, как ты перебралась через Провал.

- Воспользовалась невидимым мостом, конечно же. А теперь ползи прочь, удавка.

- Кто-кто? - переспросил Умлаут.

- Змея, питон, гадюка, рептилия…

- Удав?

- Неважно, - с досадой фыркнула она.

Над головой загорелась неясная лампочка, на миг осветив темноту.

- Привет, Метрия.

- Ох, биип! Что меня выдало?

Теперь, когда внезапное подозрение подтвердилось, Умлаут решил, что на ее природу указывали и предыдущие знаки.

- Думаю, разные обличья не считаются разными талантами, так что Сюрпризкой ты быть не могла. И дорога сюда заняла бы у тебя всю ночь, не оставляя времени на беседку. А еще Сюрпризка никогда бы не стала заманивать меня в ловушку.

- В какую еще ловушку?

- Искушения, страсти, отключек…

- Соблазнять то есть?

- Ну, да, - сердито согласился он.

- Ну, так позволь сделать это мне, если она не будет. Ты не представляешь, как это может быть весело.

И демонесса вновь попробовала увлечь юношу за собой.

- Я не хочу вызывать аиста с тобой, - запротестовал Умлаут.

- Сейчас проверим. - Метрия снова заключила его в объятия, пытаясь целовать и прижаться к нему всем телом одновременно.

И таково было притяжение этого тела, что юноша обнаружил себя на пути соблазна. Он точно не знал, как именно проходили празднования, но ему стало чрезвычайно любопытно.

Сезамия снова зашипела, отвлекая его от опасных мыслей.

«Бойся беседки», - сказала она.

- Но именно там нам будет удобней всего этим заняться, - запротестовала демонесса.- Давай же, иди сюда. Если тебе не понравится, всегда можно вернуться в гнездо.

Справедливо. Умлаут сделал пару шагов вперед.

Сезамия бросилась на него, отталкивая назад. Не иди туда!

- Но она ведь сказала, что отпустит меня, если мне там не понравится.

«Беседка расположена рядом с времяникой, - пояснила змея. - Проведенный там год пролетит, как час».

- Времяника?

«Она меняет время вокруг себя. - Год покажется тебе часом».

Внезапно все встало на свои места.

- Если я пойду туда, то никогда не доставлю последнее письмо!

- Ах ты ж… - выругалась Метрия и, крайне сердито зашипев, испарилась.

Умлаут осознал, как близко подошел к краю гибели.

- Спасибо, Сезамия, - поблагодарил он подругу, обнимая ее.

«Для этого и нужны друзья», - отозвалась она, изгибаясь.

Затем они отправились обратно в лагерь. Змея ползла впереди, указывая дорогу; она лучше видела в темноте.

Забравшись в гнездо, они вновь приготовились ко сну. Но вдруг юноша услышал новый звук, очень слабый зов.

- Умлаут!

- Убирайся, Метрия, - пробурчал он. - Я настороже.

- Метрия! Она снова тебя беспокоила?

- Да, ты меня беспокоила, и прекрасно знаешь об этом. Хотела увлечь меня в заросли времяники. Исчезни.

- Умлаут, это Сюрпризка! Как мне тебя переубедить?

Юноша начал сомневаться.

- Расскажи, как мы встретились. - Поскольку это произошло в Эйфории, где отсутствовала магия. Следовательно, демонесса не могла за ними посмотреть.

- Ты шел по тропинке, опустив глаза. Я стояла прямо перед тобой, но ты меня не видел, потому что искал кого-то маленького. Я сказала «Привет, я тут, наверху», и потом ты увидел меня и смутился, так что я тебя поцеловала.

Но тут Умлаут вспомнил, что уже задавал ей этот вопрос раньше и получил такой же ответ. В тот раз Сюрпризка была настоящей, но Метрия могла подслушать их разговор и применить полученную информацию сейчас. Требовался другой способ.

- Ладно, Сюрпризка. Ты - это ты. Давай вызовем аиста.

- Умлаут! - воскликнула девушка. - Мы ведь пока не можем!

Юноша был доволен.

- Это и в самом деле ты. Я знал, что настоящая ты не согласишься.

- Вообще-то, дело не в этом.

- Что?

- Сейчас я не могу этим заняться. Но если бы могла, непременно пошла бы на это.

- Ты имеешь в виду возрастное ограничение?

- Я имею в виду, будь я в настоящем теле нимфы.

- Но я лишь хотел удостовериться, что ты не демонесса Метрия. Она бы тут же согласилась.

- Знаю. А я не хочу тебя обманывать. Тебе нужна проверка получше.

Умлаут напрягся.

- Как ты добралась сюда? Я думал, ты уже все возможные варианты на меня извела.

- Не совсем. Я здесь в эктоплазме.

- В чем?

- Это магическая субстанция, которую человек может отправить в другое место. Она плотнее души, способна парить и принимать форму разных предметов. Выглядит странно, так что лучше проделывать нечто подобное в темноте. Я пользуюсь ей для разговора с тобой, но на глаза тебе показываться не хочу.

- Но если ты - действительно ты…

- Я - действительно я, но в данный момент я выгляжу, как висящие в воздухе кишки. Поэтому не хочу, чтобы ты видел меня или касался, просто поговори со мной. Я люблю тебя.

- И я тебя люблю, - отозвался юноша. - Но…

- Ты уверен, что мне не стоит выпить немного старящего эликсира? Чтобы мы поженились сразу?

- Не уверен, - сознался Умлаут. - Но думаю, что лучше подождать. Если справимся.

- Полагаю, да, - неохотно вздохнула девушка. - Но я очень расстроюсь, если после всего этого ожидания возникнет непреодолимое препятствие.

- Да. Но мы все равно будем поддерживать связь, если найдем способ.

- У меня и вправду почти закончились способы тебя проведывать.

- Как насчет магического зеркала? Чтобы мы смогли через него общаться.

- Для этого понадобятся два зеркала, а у обычных людей вроде нас нет и одного.

Умлаут вздохнул.

- Кажется, это была одна из моих глупых идей. Может, твои родители позволят мне навещать тебя в Эйфории.

- Мне нравятся твои глупые идеи, они всегда такие милые. А теперь мне пора, прежде чем моя эктоплазма рассеется. Лежи смирно, и я попробую тебя поцеловать. Не двигайся.

Умлаут послушался и ощутил легкое прикосновение к губам чего-то слабого и мягкого. Она коснулась их своей эктоплазмой. Затем Сюрпризка исчезла; он почувствовал, когда она ушла. Юноша просто обязан был найти способ проводить с ней время чаще и дольше. Но не мог его придумать.

Утром они возобновили путешествие. День прошел без экстраординарных событий, и это напрягло Умлаута. Они везли последнее письмо; демонесса Метрия пойдет на все, чтобы их остановить. Что она предпримет следующим? Явится им в облике ужасающего чудовища или поставит на тропе знак, который уведет почтальонов в сторону? Или же опять попытается искусить его, отвлекая от миссии? Юноша был уверен, что демонесса замышляет очередную хитрость, и хотел увидеть ее, понять и свести ее попытки к нулю вместо того, чтобы бесплодно волноваться. Однако их никто не тревожил.

Сэмми привел путников к Девичьему замку, который прятался в самой чаще джунглей. К нему подбиралась еле-приметная тропа; кажется, замок посещали редко. Умлаут не был единственным, кто о нем не слыхал. Отлично замаскированное место… идеальное для странствующего магического зеркала - или его части, - чтобы спрятаться.

После полудня они подошли к его стенам. Замок был прекрасен: изобилие башенок и турелей, множество этажей с лестницами и стенами. В таком замке легко заблудиться. Вообще-то и просто побродить по нему было бы весело. В воздухе витал легкий аромат шоколада.

Затем они увидели дракона. Тот нарезал вокруг замка круги по утоптанной дорожке. Рва здесь не было, как и необходимости в его наличии, учитывая присутствие грозного стража. Монстр обладал ярко-зеленой, с фиолетовыми кончиками, чешуей и сложенными крыльями. Значит, судя по внешнему виду, перед ними летающий дракон, который, однако, предпочитает охранять свои владения, бегая вокруг них. Примерно так же ровное чудовище добровольно селится в ограниченном пространстве околозамкового рва.

Пара остановилась, и Сезамия скользнула вперед, чтобы поприветствовать дракона, который тоже притормозил, увидев посетителей. Они обнюхались и немного поизвивались. Потом змея вернулась, чтобы прояснить ситуацию: драконессу звали Беккой, и она была дочерью настоящего дракона по имени Драко и неизвестной нимфы. Замок принадлежал трем маленьким принцессам, а Бекка всего лишь за ним присматривала. Обычно она не пускала внутрь незнакомцев, но кота Сэмми встречала не впервые, поэтому возлагала ответственность за посещение замка на него.

Пара приблизилась к драконессе, и та превратилась в кареглазую блондинку возраста Умлаута: симпатичную, одетую в платье с рисунком из зеленой чешуи с фиолетовыми кончиками.

- Ого, привет, - поздоровалась она с юношей, едва его заметив.

Он вылез из лодки.

- Я, эм, Умлаут. Я должен вручить письмо Олакрезу.

- Никто с таким именем в замке не живет, - пожала плечами Бекка.

- Он, эм, магическое зеркало - или его часть. Мы думаем, он явился сюда, чтобы избежать получения этого письма.

- Зачем кому-то сбегать от письма?

- Это неприятное письмо. Кое-кто ищет его и найдет, когда письмо будет доставлено. Он не хочет, чтобы его обнаружили.

- Тогда зачем доставлять письмо?

- Таково мое задание. Эм, добрый волшебник велел мне разнести все письма, и тогда я выясню, как спасти Ксанф от Красного Пятна, а это письмо - последнее.

Девушка моргнула.

- Не уверена, что все поняла. Но, может, мне и не надо. Это звучит, как важное задание. Заходите; магическое зеркало висит в кабинете на стене.

- Эм, спасибо. - И они последовали за Беккой в замковые покои.

Она обернулась к Умлауту.

- Ты мне нравишься. Ты уже занят?

- Эм, да, - сконфузился он. Опять подействовала его странная привлекательность. Несмотря на неуклюжесть, он все равно нравился девушкам.

- Жалко. Кто счастливица?

- Сюрпризка Голем.

- Она? Я и не знала, что она уже достаточно взрослая.

- Эм, пока нет. Но мы подождем. Я люблю ее.

- Пара, я покажу тебе наш пруд, - пообещала Бекка лодке. - Твои лапы не могли не устать. - Девушка окинула взглядом остальных. - Я вернусь через минуту, чтобы показать вам комнату связи.

Она смутилась, заметила Ясноглазка. И ей потребовалось уйти от Умлаута подальше, чтобы вновь прийти в себя.

Посетители ждали в главном холле. Замок выглядел прекрасно обустроенным, вне зависимости от того, что стоял среди джунглей. Кот с кошкой нашли себе подходящую кушетку-лежанку, придя к выводу, что Умлаута, скорее всего, отведут к зеркалу одного. Вообще-то, если бы не Сюрпризка, он бы точно заинтересовался Беккой. Но, разумеется, девушкой она была только наполовину, что значительно усложняло вероятность отношений. Умлаут не был уверен, что ему понравилась бы компания девушки, которая в любой момент могла превратиться в драконессу и слопать его, чуть что не так. Но, разумеется, этот талант однажды будет принадлежать и Сюрпризке; неважно, что она не сможет его повторить, одного превращения хватит за глаза. Поэтому юноша уселся на стул и стал ждать.

Сезамия со змеиным любопытством шуршала вдоль стен и по углам комнаты, исследуя ее. Затем переключилась на соседнюю.

Мгновение спустя она прошипела: «Иди сюда».

Умлаут направился к ней. Там, на стене, висело зеркало. Он и не подозревал, что оно так близко; учитывая слова Бекки, поиск обещал стать затруднительным.

- Привет, Олакрез, - обратился к нему юноша, вытаскивая письмо.

ЗДРАВСТВУЙ, УМЛАУТ, отпечатались на поверхности стекла буквы, напомнив ему о КонПутере.

- Думаю, больше тебе сбежать не удастся, поэтому сейчас я передам тебе письмо. Прости.

ВЫ МЕНЯ ОДУРАЧИЛИ И ЗАГНАЛИ В УГОЛ. ДАВАЙ ТЕЛЕГУ.

- Что?

ЗАПИСКУ, СООБЩЕНИЕ, ПОСЛАНИЕ…

- Письмо?

НЕВАЖНО, огнем вспыхнуло на зеркале.

- Привет, Метрия. Я гадал, появишься ли ты снова.

ПРОКЛЯТЬЕ! ОПЯТЬ ПРОВАЛ.

Зеркало растворилось в дыму.

- На сей раз почти сработало. Если бы я отдал тебе письмо, ты бы унесла его как можно дальше, чтобы никто не нашел, и последнее письмо так бы и не было доставлено.

Это вынудило его почувствовать себя виноватым. Метрия была источником неприятностей, и только, но он понимал ее стремление спасти сына. И демон Тед оказался неплохим пареньком.

- Я должен попытаться спасти Ксанф, - промямлил он.

Дым принял облик фигуристой демонессы.

- Нечто в этом духе, - согласилась она. - А я бы спасла моего маленького мальчика. Ты приличный молодой человек. В этом твоя проблема.

В дверном проеме появилась Бекка.

- А, вот ты где, Умлаут. И что ты тут забыла, ДеМетрия?

- Это долгая история, - откликнулась та, с грустью угасая.

Девушка провела их коварно-извилистыми коридорами к настоящему зеркалу.

- Я редко им пользуюсь, - призналась она. - Обычно мне звонит принцесса Айви, чтобы сообщить о прибытии трех маленьких принцесс. Это их замок, и девочкам нравится здесь играть. Поразительно, каких высот они могут достичь с помощью магии.

- Они создали замок в процессе игры?

- Да, но тогда они были старше.

Умлаут не уловил в ее словах смысла, но не хотел признавать, будто что-то упустил, поэтому просто ответил: - Это мило.

- Сначала они сотворили его из шоколада, а потом уже - из камня и больше размерами.

В этих сведениях смысла содержалось еще меньше.

- Я ощутил запах шоколада.

- А вот и зеркало, - Бекка показала на стену.

Умлаут, Сезамия и кот с кошкой встали перед магическим зеркалом.

- Привет, Олакрез, - поздоровался Умлаут.

Стекло сверкнуло, но букв на нем не появилось.

Вперед выступила Ясноглазка, которая признала зеркало подлинным. Она понимала, в какое затруднительное положение попал Олакрез. Тот предлагал заключить сделку.

- Я просто хочу передать тебе письмо и покончить с ними.

«Олакрез предлагает тебе свои услуги, если ты не станешь передавать ему письмо».

- Зачем мне его услуги?

- Какой любопытный диалог, - заметила Бекка.

«Олакрез говорит, что может показать тебе твое будущее, начиная с этого дня и на протяжение года. Он на это настроен. Лишь его бывшие хозяева из Стеклянной Мастерской могут перестроить его на любой другой промежуток времени. Но и года достаточно, чтобы ты понял, как хочешь жить дальше».

- Не понимаю. Что случится, то случится. Какую пользу мне это принесет?

«Будущее не определено, оно меняется в зависимости от твоих нынешних поступков. Олакрез может показать тебе их последствия, чтобы ты не совершал ошибок. Поскольку будущее продолжает меняться, он будет направлять тебя и дальше, и твоя жизнь станет ровной и гладкой».

Умлаут не ожидал подобного диалога, но тот становился любопытным, как сказала Бекка. Он совершал ошибки постоянно и из-за этого чувствовал себя глупо. Приятно было бы их избежать. Но работа есть работа.

- Нет, спасибо.

«Он хочет показать тебе образец», - продолжала кошка.

Юноша пожал плечами. Он хотел, чтобы все было честно.

- Ладно.

«Сейчас ты можешь совершить один из двух поступков. Отдать ему письмо, чтобы вскоре его пленили и понизили в статусе, либо отказаться передавать ему письмо, и он сдержит свое обещание. Вот год из твоего будущего, если ты примешь его предложение».

В зеркале появилась картинка: Умлаут гулял вместе с Сюрпризкой. Они держались за руки, а вокруг парили сердечки.

- Это мне нравится, - признал юноша.

«А вот твое будущее, если ты его предложение отклонишь».

Картинка уменьшилась и теперь занимала всего треть стекла. Остальная его часть была пуста.

- Не понимаю, - нахмурился Умлаут.

«Олакрез тоже не совсем понимает, что к чему, - сообщила Ясноглазка. - Обычно его картины ясны всем. Кажется, если ты откажешься, скоро перед тобой встанет другой выбор, и он приведет к трем версиям будущего, в двух из которых ты перестанешь существовать».

Умлаут обомлел. Это дурное предчувствие уже охватывало его когда-то.

- Меня убьют?

«Непонятно. Если бы ты умер, он показал бы твою могилу, а ее нет. Не исключено, что ты просто покинешь Ксанф и отправишься в столь отдаленные места, где отследить твой след невозможно. Это странно; раньше Олакрез подобной неопределенности не видел. Пока он точно знает одно: твое решение в двух случаях способно привести к пустоте, но кто-то попытается предоставить тебе и третий, лучший, исход. От тебя мало что зависит. Ему нужно приблизиться к «теперь», чтобы настроиться на «тогда» как следует. Но риска можно избежать, если ты согласишься на его предложение сейчас».

Умлаут подумал о стопроцентной вероятности того, что через год они с Сюрпризкой будут открыто гулять по тропинке вместе. Он точно этого хотел! Но в таком случае, что же будет с Ксанфом? Другой вариант, очевидно, показывал, что произойдет, если он спасет Ксанф. Наверное, ему останется лишь одна третья шанса на счастье, но все же Ксанф следовало спасти. Как отказ от письма приведет к его спасению? Умлаут подозревал, что Олакрез показал фальшивый вариант.

- Как насчет остальных? - спросил он. - Сезамия, Пара, Сэмми, Ясноглазка? Где будут они через год?

Зеркало затуманилось, затем показало другую картину, разбитую на части. Половина ее изображала клубящийся хаос, на другой половине была Сезамия. В одной части она плескалась во рву вместе с Суфле, в другой все еще оставалась заточенной в подземелье замка зомби.

«Это за гранью моего разумения, - передала его слова Ясноглазка. - Твое сиюминутное решение явно может ввергнуть Сезамию в хаос или в другой выбор между добром и злом. Она лишена возможности повлиять на это лично; все зависит от тебя».

Это его смутило, и юноша ощутил дискомфорт.

- Попробуй Сэмми.

И снова на экране отобразился хаос на одной половине и два изображения Сэмми - на другой. В одной части они сплелись хвостами с Ясноглазкой, в другой он со скучающим и несчастным видом бродил в одиночестве.

«И это выходит за грань его понимания и моего таланта, - кивнула кошка. - Кажется, он встречает меня лишь в одном варианте своего будущего. То есть, в другом мы вообще не познакомились, что странно, поскольку это уже произошло. Как будущее могло изменить прошлое?»

- Я не знаю, - ответил юноша.

«Олакрез говорит, тебе нет нужды рисковать. Заключи с ним соглашение, и он предоставит тебе возможность наблюдать за будущим твоих друзей, чтобы они тоже ни от чего не пострадали».

Умлауту действительно хотелось всего наилучшего для себя и друзей, но это не отвечало на вопрос, каким образом Ксанф окажется спасен, если он не доставит письма.

- Я здесь потому, что Ксанфу угрожает огромное вертящееся Красное Пятно Юпитера, и разношу эти письма, потому что каким-то образом это приведет к решению проблемы. Ты показываешь, что Красное Пятно исчезнет, если я заключу с тобой сделку. Каким образом это произойдет?

«Олакрез утверждает, что не знает. Он просто видит будущее, и проблемы начинаются, только если ты сделку не заключишь. Поэтому ты должен ее заключить».

Голова юноши кружилась. Он обернулся к Бекке.

- Что думаешь? Можно ли верить этому зеркалу?

- Вряд ли, - ответила девушка. - Олакрез хочет спасти собственную шкуру или стекло, или что там у него, поэтому будет убеждать тебя в том, что его способ - лучший.

«Олакрез говорит, что он не лжет, - вновь вступила в беседу Ясноглазка. - Он не способен подделывать картины будущего; он обязан показывать лишь то, что там присутствует. Он не думает, что Ксанфу нечто угрожает - по крайней мере, точно не Красное Пятно».

- Но он может лгать насчет своей неспособности подделывать изображения.

Ясноглазка покачала головой.

«Он не лжет, и ему тоже насчет этого не солгали. Правда слишком сложна для его понимания, и для нас - тоже. За всем этим стоит нечто гораздо большее».

Это навело юношу на другую мысль.

- Всю дорогу со мной что-то было не так. Я не помню своего прошлого, а принцессы День и Ночь сказали, что я не живой и не мертвый. Иногда я гадаю, существую ли я вообще.

Атмосфера изменилась. Нарастало нечто безмолвное и незримое, но зловещее. Вот-вот должен был произойти какой-то кошмар.

- Наверное, тебе следует поступить правильно, - предположила Бекка. - В чем бы это правильное ни заключалось.

Умлаут кивнул.

- Если со мной что-то не так, по крайней мере, я могу честно выполнить свое предназначение. То есть доставить письмо. - И он протянул листок по направлению к зеркалу. - Олакрез, вот твое письмо. Возьми его. - Юноша коснулся стекла конвертом.

И все изменилось.

Глава 20. Решения

Умлаут стоял в центре больше сцены. Перед ним были три мерцающие сущности и прекрасная женщина. За пределами сцены располагалась огромная, но пустая аудитория; здесь хватило бы места сотням зрителей. Он понятия не имел, как здесь очутился, и что тут происходит.

- Решение принято, - провозгласила очаровательная женщина. - Избранный доставил все письма до того, как утвердился в мысли о своем небытии. Демонесса Форнакс не получает Ксанф, а ее внеземной эквивалент переходит в наше владение. Мотивирующая псевдо-угроза Демона Юпитера в виде Красного Пятна убрана. Остается только обсудить детали.

Это прозвучало ужасно странно.

- Кто вы такие? - спросил Умлаут. - Что здесь творится?

Демонесса Форнакс превратилась в демонессу низшего порядка - Метрию.

- Как мило, он разговаривает.

- Уничтожь его, - сказал Демон Юпитер. - Он выполнил свое предназначение, больше от него пользы нет.

- Слова бездушного Демона, - укорила его женщина. Затем обернулась к Умлауту. - Я Хлорка и говорю за Филю, иначе известного под именем Демона Иксанаэнного. - Одна из сущностей превратилась в дракона с головой осла. - Демон Юпитер вступил в игру с Демонессой Форнакс, и тебя сотворили для того, чтобы определить победителя. Если бы тебе не удалось доставить все письма, или ты понял бы, что не существуешь, прежде чем покончил бы с ними, выиграла бы Демонесса Форнакс, и Ксанф был бы передан ей для вивисекции. Полагаю, это отвечает на твои два вопроса. Ты хочешь сказать что-нибудь еще, прежде чем тебя развеят?

- Развеят? - непонимающе повторил юноша.

- Тебя не существует. Ты просто конструкция с определенными характеристиками, введенная в игру для того, чтобы выявить победителя. Твое имя свидетельствует об этом: оно означает символ, используемый для гласной с измененным произношением. Ты выглядишь, как человек, но твоя реальность другая. Ты кажущийся, а не настоящий.

Внезапно его худший страх подтвердился. У него не было воспоминаний о прошлом, потому что прошлого не существовало. Две принцессы не могли его классифицировать, поскольку он ни к одному классу не принадлежал. Его не существовало.

Но все же сейчас юноша стоял здесь.

- Как насчет остальных?

- Ты единственный в своем роде.

- Я имею в виду моих друзей и людей с которыми я, эм, взаимодействовал. Что произойдет с ними?

- Ну, они отправятся по своим делам, как обычно. В отличие от тебя, они реальны.

Умлауту стоило немалого труда изложить свою точку зрения - впрочем, он уже к этому привык. Он продолжил: - Но я на них повлиял. Изменил их жизни. Может, всего лишь в мелочах, но у них останутся воспоминания и опыт. Что произойдет, если я исчезну?

Хлорка повернулась к Филе.

- В его словах есть своя логика. Как его друзья воспримут его внезапное исчезновение?

Дракон дернул ослиным ухом.

- Отлично, - кивнула Хлорка и опять повернулась к Умлауту.

- Ты можешь принять решение. Эти воспоминания могут быть извлечены, и тогда они будут жить дальше так, будто никогда с тобой не встречались, и тебя никогда не существовало вообще. Или они могут быть утверждены, чтобы они помнили о тебе, и перемены в их жизнях сохранились, но уже без твоего присутствия. Что предпочитаешь?

В любом случае он исчезнет. Умлаут был слишком ошеломлен, чтобы удивиться или испугаться по-настоящему. Однако участь друзей его заботила, и он хотел, чтобы они высказались за себя сами.

- Это решение должны принять они. Это их жизни.

Хлорка снова взглянула на Филю, который дернул другим ухом.

- Хорошо, - согласилась девушка. - Пусть решают.

Внезапно аудитория наполнилась народом. Многие выглядели знакомо, однако большинство он никогда не встречал. Большинство зрителей удивилось; наверное, они занимались своими делами, и вдруг неожиданно обнаружили себя здесь.

- Я не знакомился, эм, с ними всеми.

- Цепная реакция, - пояснила Хлорка. - Твои знакомые повлияли на посторонних. Эффект ряби на воде. К тому времени, как все пойдет своим чередом, окажется затронута большая часть населения Ксанфа.

- Эм, вот как.

Теперь он увидел в переднем ряду змею Сезамию, кота Сэмми рядом с кошкой Ясноглазкой и лодку Пару. Они ободряюще смотрели на него, теперь понимая его природу.

Хлорка обернулась к аудитории.

- Этот человек по имени Умлаут был сотворен, чтобы представлять собой Демона Юпитера в состязании с Демонессой Форнакс. Состязание окончилось его победой. Умлаут существует временно, у него нет прошлого и будущего. Вы здесь для того, чтобы принять решение о последствиях вашего с ним взаимодействия. Что вы все думаете? Предпочитаете ли вы сохранить воспоминания о нем и последствия ваших встреч с несуществующим человеком - или уничтожить их, вернувшись к своей предыдущей жизни? Покажите свои предпочтения цветом: зеленый - за сохранение, красный - за уничтожение.

Народ погрузился в размышления. Умлаут узнал высокую Кори и низенькую Тессу, которых целовал, и Брианну из Черную Волны, и принцесс День и Ночь. Здесь были и дети-полудемоны Тед с Моникой вместе со своими родителями, и тролль Тристан, неудобно пристроившийся между Териан и Тэйси. Присутствовали и шестеро хулиганов, и шестеро страстных девиц. Рядом с Беккой, девушкой-драконессой, сидели трое маленьких принцессок. Были тут и Вира, Кейтлин и Анафе Ма. Каждый, с кем он повстречался, и множество других.

Все они совещались между собой и вскоре пришли к консенсусу: они хотели сохранить воспоминания и последствия встречи с юношей. Сперва зажглось лишь несколько зеленых огоньков, затем их стало больше, и наконец, по аудитории прокатилась зеленая волна. Лишь его четверо друзей в переднем ряду не определились, но им придется смириться с мнением большинства.

- Это неправильно, - заволновался Умлаут. - Я значительно повлиял на их жизни. Как насчет отказа от кошмаров?

- Ты хочешь сказать, что ты за них в ответе? - раздался голос из аудитории. Это была русалка Мела, сменившая хвост на ножки. - За всех этих жестоких гоблинов, прыгающих в воду и пытающихся ухватить меня за хвост, зная, что не будут наказаны во сне?

- Ну, эм… - начал Умлаут.

- Тебя следует уничтожить!

- Значит, по твоей вине моя жена в последнее время так раздражена, - вступил в разговор мужчина, который, должно быть, являлся принцем Налдо-нагом.

- Но я просто выполнял свою работу.

- Какую работу?

- Ту, что добрый волшебник Хамфри…

- Значит, и он здесь? - осведомился Налдо.

- Да, - отозвался сам Хамфри из другого конца аудитории.

- Так вот ты где! - воскликнул другой мужчина, порываясь добраться до него. - Я здесь для того, чтобы арестовать тебя за препятствование правосудию.

Умлаут воззрился на него вместе с половиной зрителей.

- Ты - детектив Патрик, - сказал Хамфри, которому известно было все. - Ты не получил свой Ответ, поскольку отказался от года службы.

- Никакой год я тебе не задолжал! - запротестовал детектив. - Я расследовал преступление, а ты заставил меня пройти три глупых испытания, а потом еще хотел, чтобы я служил тебе за ответ. - Он подошел к Хамфри вплотную.

- Ты не можешь арестовать доброго волшебника! - крикнула женщина под вуалью.

- А ты еще кто, биип тебя, такая? - свирепо спросил Патрик.

- Я его жена, Горгона. - Она дотронулась до вуали. - Еще один шаг, и я сниму ее, чтобы на тебя взглянуть.

Теперь в аудитории воцарился настоящий хаос. Большинство знало, что прямой взгляд Горгоны обращал в камень.

- Не делай этого! - крикнул Умлаут. - Вокруг слишком много народа, это небезопасно!

Вперед выступил другой человек: парень помоложе, с каштановыми, светлыми на кончиках, волосами и ореховыми глазами.

- Я с этим разберусь, - пообещал он, доставая из-за спины металлический шест.

- А ты еще кто, биип тебя побери, такой? - с досадой повторил детектив.

- Я - Бью. Не думаю, что ты должен быть таким неудачником. Добрый волшебник не обязан выполнять за тебя твою работу.

- Тебе меня не запугать, - произнес Патрик. - Я представляю собой закон! - И он потянулся к Хамфри.

Бью коснулся детектива шестом, и тот вдруг сорвал с себя всю одежду.

- Что ты делаешь? - воскликнула женщина рядом, отодвигаясь от него. Умлаут узнал в ней мышь Териан, очаровательную компаньонку Конопушки, на которую уже обратил внимание раньше. - Это неприлично.

Однако в процессе отступления случайно задела шест Бью и тоже начала срывать с себя одежду. Это привлекло повышенное внимание. Превратившись в мышку, Териан сбежала под кресла. Девушки и женщины яростно завизжали. В рядах воцарилась сумятица; часть зрителей пыталась отодвинуться, остальные - наоборот, - подойти ближе, чтобы лучше видеть происходящее. Все больше и больше людей раздевалось.

- Шест! - крикнул кто-то. - Что это за палка?

- Шест из стриптиз-бара, - пояснил Бью. - Он заставляет людей раздеваться. Вот почему этот способ так эффективен против агрессии.

- Ну, и хаос, - покачал головой Умлаут, поворачиваясь к Хлорке. - Ты, эм, не могла бы?..

Хлорка взглянула на Филю, который дернул ухом.

И вот уже зрители вновь сидят на своих местах, как ни в чем не бывало. Во рту детектива теперь красовалась затычка.

- Все началось с отмены кошмаров, - проговорил Умлаут. - Может, эм…

Филя шевельнул ухом.

- Кошмары восстановлены, - сообщила Хлорка.

- И еще младенцы с неуместными талантами…

Глаза Хлорки почти (но не совсем) закатились.

- Для этого нет времени. Таланты не проявятся, пока дети не подрастут.

- Но есть ведь способ узнать сейчас, - крикнула женщина из аудитории. - Есть ясновидцы, которые все расскажут.

- У кого-нибудь есть жалобы?

- Схожу с ума! Помощь нужна! - воскликнула огрица. Оказалось, что ее недавно принесенного огренка наделили талантом находить мирные пути для решения своих проблем - к примеру, использовать рог-вонючку для самозащиты. Проблема заключалась в том, что огры считались невероятно сильными и глупыми, поэтому они предпочитали решать свои проблемы кулаками. Подобный талант для огра - позор.

Затем выступила демонесса: ее наполовину-смертный ребенок был наделен талантом изгнания демонов. Как она вообще сможет о нем заботиться, когда он достигнет сознательного возраста? Каким образом он поладит с демонами-родственниками?

Возмутился и один из гоблинов: его сын получил талант помогать нуждающимся, сам того не подозревая. Каким же отвратительно добреньким он вырастет?

Из бочки с водой высунулась русалка.

- Вся моя семья обладает талантом соблазнительно петь, - сказала она. - Но вчера аист принес мою дочь с талантом наколдовывать сыры.

- А как насчет моей дочери? - спросила очаровательная девушка в белом платье. Спереди она выглядела сногсшибательно, зато сзади не было ничего. Пусто. - Она станет полуденницей, подобно мне, чья судьба - соблазнять неосторожных мужчин. И ей достался талант вынужденно чихать самой и заставлять чихать окружающих. Я назвала ее Апчихия, поскольку иначе поступить не могла. Ей никогда не достичь успеха!

- Значит, твоя тухлая рыбина присвоила талант, который должен был достаться моему мышонку! - закричала наполовину мышь-наполовину человек. - Что он будет делать с талантом чудесного пения?

Умлаут попытался представить полуденницу, соблазняющую мужчину, который начинает беспрерывно чихать каждый раз, пытаясь к ней приблизиться. Юноша подавил смех, зная, что для нее это серьезная проблема.

Вскоре среди зрителей вновь воцарился хаос. Филе понадобилось вновь призывать их к порядку с помощью уха, чтобы пересмотреть назначение талантов. Однако он уже начал проявлять признаки нетерпения. Умлаут ощутил более тяжелый приступ вины, чем обычно; все это произошло из-за его путешествия.

- Теперь все довольны? - поинтересовалась Хлорка.

Особо довольными зрители не выглядели, но решили, что сойдет. По аудитории вновь разлилось зеленое сияние.

Затем опять вспыхнул красный.

- У меня вопрос, - сказала Тесса.

- Встань, - кивнула ей Хлорка.

- Я стою.

По рядам прокатилось веселье. Это задело Умлаута.

- Рост не должен быть причиной смеха, - покачал он головой. - Дайте ей сказать.

Смешки улеглись.

- Что у тебя за беда? - спросила Хлорка.

- Ты говорила что-то о внеземном эквиваленте Ксанфа. Мне просто интересно, уж не через него ли пролегает наш короткий путь.

На лицах зрителей отразилось непонимание, но Умлаут вспомнил, как Кори с Тессой провели почтальонов через альтернативную реальность. Неужели их магия распространялась на владения Форнакс?

Хлорка посмотрела на Форнакс.

- Да, - сказала Демонесса. - Двое ваших созданий обладают достаточной магией, чтобы проникать в мои владения, не распадаясь при этом на атомы. Их талант наверняка пригодится вам теперь для колонизации.

Умлаут взглянул на Тессу.

- Думаю, скоро вам поручат очень важную работу Ухо Фили дрогнуло.

- Это правда, - перевела Хлорка.

Кори с Тессой заалели щеками в ожидании.

- Отлично, - кивнула Хлорка и повернулась обратно к Умлауту. - Ты хочешь сказать что-нибудь напоследок перед тем, как решение будет воплощено в жизнь?

- Я, эм… - Но юноша обнаружил, что растерял все слова, как это случалось каждый раз, когда ему предстояло сказать что-то значительное.

- Подождите-ка! - раздался очередной возглас из аудитории, и кто-то поднялся. Красный огонек.

Умлаута охватило счастье; это была Сюрпризка. Разумеется, она тоже здесь присутствовала!

- Сюрпризка Голем, для твоего мнения сделано исключение, - сообщила Хлорка.

- Да! Я влюблена в Умлаута. Как вы можете просто… просто развеять его, как дым? Вы сделаете меня вдовой, а мы еще даже пожениться не успели. Как это на меня повлияет? - В знак протеста она даже тряхнула своими радужными локонами.

- Тебе разрешается уничтожить свои воспоминания о нем, - напомнила Хлорка. - Таким образом ты не пострадаешь.

- А все другие будут помнить? - со слезами спросила Сюрпризка. - Они расскажут мне, и я все равно узнаю. Как вы можете так со мной поступить?

Теперь красным вспыхнул огонек Сезамии, а за ним - и Ясноглазки. Они согласились с Сюрпризкой. Несколько других участников тоже погасили зеленые огоньки, передумав.

Хлорка посмотрела на Филю.

- Мы не имеем права мешать их любви, - обратилась она к нему. - Помнишь, как это было с нами?

- Все слишком усложняется, - запротестовала Демонесса Форнакс. - Второстепенные персонажи не могут принимать решения за главных.

- Тогда пусть решает основной, - сказал Демон Юпитер, фокусируя свое Красное Пятно на Умлауте.

Юноша запоздало понял, что это объясняло очередную загадку: Олакрез показывал отсутствие угрозы Ксанфу, если он согласится не передавать ему письмо. Все потому, что угрозы, подобно самому Умлауту, не существовало. Она служила лишь мотивацией для выполнения его работы. А удачное - или неудачное - ее завершение считалось исходом дела. Вот какое отношение ко всему этому имели письма. Задание действительно решило проблему. Но если бы Умлаут их не доставил, победу одержала бы Форнакс, и Ксанф бы пострадал. Воцарился бы хаос - или, может, другое неизвестное будущее. Если только у Олакреза не имелось способа его аннулировать.

- Умлаут, прими решение, - повторила Хлорка. - Будет ли Сюрпризка Голем помнить о тебе или ей лучше тебя забыть?

- Но я не могу, эм, принять такое решение, - выразил протест юноша. - Я не хочу, чтобы она меня забыла, и не хочу, чтобы страдала. Я вообще не хочу, чтобы кто-либо страдал по моей вине.

- О ком еще ты думаешь? - спросила Хлорка.

- Ну, эм, о змее Сезамии. Она не может быть вместе со змеем Суфле из-за его проклятья. Они повстречались, когда мы путешествовали, и ей будет больно, если я покину этот мир, не успев помочь им воссоединиться.

Суфле в аудитории покраснел.

- Кто-нибудь еще? - начиная терять терпение, поинтересовалась Хлорка.

- Демонесса Метрия. Душа ее сына будет потеряна из-за меня. А магическое зеркало Олакрез потеряет свободу. Это неправильно.

Еще два красных огонька вспыхнули среди зрителей: настоящая Метрия и подпираемый спинкой кресла Олакрез. Изумленные, но одобрительные.

- Но они мешали тебе выполнять задание, - напомнила Хлорка.

- Они не могли поступить иначе, а я их подвел. С их бедами тоже надо разобраться.

Пальцы Хлорки со значением побарабанили по предплечью.

- Еще?

Умлаут глупо ринулся на баррикаду.

- Ну, вообще-то, да. Как насчет тролля Тристана, обреченного метаться между двумя прекрасными девушками? И гоблинки Гвенни, которая не может найти подходящего принца, чтобы выйти за него замуж? И Гэйл Мари, не имеющая возможности и слова сказать без того, чтобы остановить мир? Так много существ столкнулись с несправедливостью, а я совсем им не помог.

Хлорк опять посмотрела на Филю. Тот дернул ухом.

- Демон Иксанаэнный, чтобы все это уладить, предлагает тебе следующий выбор: ты продолжаешь существовать, чтобы Сюрпризка не печалилась, или решить проблемы всех остальных упомянутых тобой созданий. Выбирай: твое счастье или их.

Умлаут замялся, зная, что на нем сосредоточено всеобщее внимание, особенно Сюрпризки, Сезамии, Метрии и Олакреза. Он мог получить настоящую жизнь в обществе Сюрпризки - или решить проблемы окружающих. Осознавать это было больно, но юноша поступил правильно.

- Я хочу помочь остальным, и чтобы вы дали Сюрпризке другого парня, с которым она сможет обрести счастье без меня.

- Тебе просто приспичило остаться приличным человеком! - обвиняюще заявила Сюрпризка.

- Я, эм, прошу прощения, - повинился он.

- И я люблю тебя за это. Но не могу отпустить.

- Выбор не за тобой, - сказала Хлорка. - Кроме того, принять ли его решение или отказаться от него в связи с тем, что касается тебя лично. - Она посмотрела на Сезамию. - Ты принимаешь?

Змея неуютно заерзала, глядя на Умлаута.

- Сделай это, - попросил он. - Это единственный способ.

Она кивнула и медленно сменила огонек на зеленый. Затем к ней подполз Суфле, чтобы присоединиться навечно, и они обвились хвостами. Проклятье было снято.

Хлорка повернулась к Метрии.

- Ты принимаешь?

Демонесса прижала к себе своего сына, Теда.

- Я должна. - И ее огонек вспыхнул зеленым.

- В любом случае, я блефовала, - призналась Форнакс. - Душу нельзя отнять; лишь подарить. Крайне любопытно было бы узнать о ее природе, приводящей к таким абсурдным ситуациям.

- Даже простая имитация души, которой наделен Умлаут, приводит к выдающимся событиям, - заметил Юпитер. - Они тоже вызывают у меня интерес.

- Надо найти какую-нибудь свободную и подвергнуть ее вивисекции, - предложила Форнакс.

- Верно.

Хлорка повернулась к Олакрезу. - Принимаешь?

Зеркало сверкнуло зеленой искрой. Стеклянная мастерская его не достанет.

- И вы все, остальные, - обратилась к аудитории Хлорка. - Принимаете?

Аудитория замерцала зеленью. Хоть и неохотно, но все приняли его решение. Могло ли быть иначе?

Теперь Хлорка повернулась к Сюрпризке. - А ты?

- Нет!

- Но ты получишь другого парня, - проговорил Умлаут. - Настоящего, которого ты будешь любить и который тебя не покинет. Наверное, он будет умным и ловким. Для меня разницы уже не будет, ведь я исчезну. Это самый рациональный поступок. Я хочу, чтобы ты была счастлива, со мной или без меня.

- Знаю, что хочешь, - отрезала Сюрпризка. - Ты такой приличный, что меня тошнит, но лучше я буду плакать от воспоминаний о тебе, чем весело щебетать с кем-то другим.

Умлаут обратился к Хлорке.

- Я не хочу, чтобы она плакала. Может, если вы представите ей другого парня, она передумает.

- Не передумаю!

Хлорка всмотрелась в аудиторию.

- Медный Груб, выйди вперед.

Из числа зрителей поднялся блестящий молодой человек и вышел на сцену. Умлаут припоминал его; он и его брат с сестрой - огрята - помогли им в канаве с пауками, когда путники несли письмо нимфе Танди. Хороший парень, отчасти огр. Ему было восемнадцать, и его талантом было делать вещи плотными и тяжелыми либо мягкими и легкими. И впрямь, идеальный молодой человек.

- Желал бы ты себе такую подружку, как Сюрпризка Голем?

- Не знаю. Как она выглядит?

- Сюрпризка, выйди на сцену. - Девушка неохотно послушалась. Волосы окружали ее сверкающим облаком.

- Это не сработает, - упрямо пробормотала она. - Неважно, насколько он красив и талантлив. Я люблю только Умлаута.

- Подойдет? - поинтересовалась Хлорка, обращаясь к Грубу.

- Конечно. Она прелестна.

Он был прав: Сюрпризка в своем ярко-красном платье выглядела ослепительно с ног до головы. Поистине чудесная молодая женщина.

- Подойдет ли он тебе? - спросила Хлорка у Сюрпризки.

- Нет!

- Пожалуйста, Сюрпризка, - умоляюще попросил Умлаут. - Дай ему шанс. Он хороший человек. Помог нам выбраться из канавы.

- Поцелуй его, - сказала Хлорка.

- Нет!

Филя пошевелил ухом. Сюрпризка, явно подчиняясь силе извне, шагнула к Грубу, обняла его и подняла к нему лицо, чтобы поцеловать. Они казались превосходной парой. Сердце Умлаута екнуло, но он знал, что все идет, как надо. После себя следует оставить только счастье.

Затем они отошли друг от друга.

- Она не та самая, - бросил Груб, отворачиваясь.

Зрители уронили челюсти. Хлорка наставила на Сюрпризку указательный палец.

- Ты применила магию, чтобы отвратить его от себя.

- Проклятье. Я надеялась, что ты не заметишь.

Умлаут проникся почтением к упрямству девушки. Она воспользовалась еще одним талантом, чтобы сохранить себя для него. Но его исчезновение просто разобьет ей сердце. Он пытался уйти, оставив ее счастливой, а она отказывалась принимать его дар.

- Мы можем отменить эффект. - Хлорка окинула взглядом стоящего на сцене Груба. Очевидно, тот не мог вернуться на место без разрешения высшего Демона.

- Тогда это не будет моим решением.

Хлорка опять взглянула на Филю.

- Упрямство этой девушки заслуживает восхищения. Мы можем предоставить ей более широкий выбор?

Филя дернул ухом. Хлорка повернулась назад к Сюрпризке.

- У серьезного выбора всегда есть последствия, особенно когда имеешь дело с Демонами. Ты можешь принять все, что сделал Умлаут, и добиться его существования, если сама примешь участие в демоническом состязании. Выиграешь, получишь все. Проиграешь, его решение одержит верх, мы уничтожим его, а ты останешься с Грубом. Но при этом будешь помнить все.

- Ты предлагаешь мне рай или ад.

- Нет, рай с адом тебе предлагает Демон Иксанаэнный. Жизнь с Умлаутом далека от идеальной, поскольку не идеален он сам, а жизнь с Грубом далека от пытки. Но да, ты бы всегда помнила и сожалела о своей утрате, и никогда бы не удовольствовалась тем, что имеешь. Ты бы всегда знала, что могло быть иначе, но ты сама отказалась от лучшего исхода и обрекла себя на муки. Не исключено, что ты решишь войти в Пустоту и зависнуть там на целую вечность, лишь бы только избавиться от своих мыслей. Никто тебя не поймет. Ты своими руками сотворишь для себя неумолимый ад. Демоны не делают что-то просто так; это станет твоим наказанием за проигрыш. Думаю, тебе лучше принять решение Умлаута прямо сейчас. В нем нет ничего, что бы не исправила доза любовного эликсира, и оно не настолько рискованное.

- И все же, если я не попробую, то буду знать, что могла бы получить гораздо больше, благодаря собственной находчивости и сообразительности.

- Для этого есть вода из Леты. Ты можешь забыть.

Сюрпризка поразмыслила.

- Я не хочу забывать. Не хочу, если это означает исчезновение Умлаута. Я приму участие в состязании Демонов.

- Нет! - закричал Умлаут, но он опоздал. Как обычно.

Демон Юпитер и Демонесса Форнакс шагнули вперед.

- Ты должна убедить этих двух антагонистов позволить Умлауту существовать, сказала Хлорка. - У тебя три попытки.

Это обескуражило Сюрпризку, что в данных обстоятельствах было не удивительно.

- Полагаю, простая логика тут не поможет?

- Только если она убедительна в чисто рациональной, бесчувственной манере.

- На это я не способна. Я живу чувствами. Как насчет воззвания к приличиям?

- Демоны лишены души; у них нет рамок приличий. Вот почему Демону Иксанаэнному понадобилась моя помощь для создания Умлаута.

- Тогда что же мне остается?

- Сделай им деловое предложение. Если они его примут, ты победишь. Если нет, потерпишь поражение.

- Но что у меня есть, чего пожелал бы Демон?

- Твое испытание - найти это или сдаться. Может, ничего и нет, но ты пошла на этот риск. Рекомендую сдаться.

Сюрпризка посмотрела на Умлаута.

- Я люблю тебя, - сказала она.

- И я, эм…

- Конечно. - Она обернулась к Демону с Демонессой. - Я сыграю с вами.

- Одобрено, - в унисон откликнулись те. По аудитории пронесся напряженный вздох; зрители знала, на какой риск пошла девушка.

Нервничая, Сюрпризка заговорила.

- Я предлагаю свой талант. Он даст фору всем остальным талантам. Я могу использовать любой магический талант один раз, а потом его утрачиваю. Может, вы заинтересуетесь им и захотите исследовать?

Отозвался Демон Юпитер.

- Это меня интересует. Раньше у меня не было опыта с ограниченной магией смертных. Оживление Умлаута показало, что в детаях она может быть интригующей.

- Меня это не интересует, - заявила Демонесса Форнакс. - Принятое мной для этого приключения обличье в сфере магии оказалось способно почти на все, и оно бессмертно. Я не вижу достойной изучения тайны.

- Первая попытка провалилась, - резюмировала Хлорка.

Сюрпризка выглядела подавленной, но попробовала еще раз.

- Предлагаю свою жизнь. Вы оба бессмертны; смертность может вас позабавить.

- Нет! - крикнул Умлаут. - Что хорошего в моем спасении, если ты умрешь?

Она грустно поглядела на него.

- Ты будешь существовать и, может, даже будешь счастлив с другой девушкой - так же, как хотел осчастливить меня другим парнем.

- Мне не нужна другая девушка!

- Прекрасно тебя понимаю. - Многие из зрителей закивали; это она им уже продемонстрировала.

- Давайте-ка проверим, - предложила Форнакс, искренне наслаждаясь ситуацией. - Бекка, нимфа-драконесса, выйди вперед.

Из числа зрителей отделилась девушка из Девичьего замка.

- Да, мне бы он понравился, - сказала она. - И думаю, я бы ему тоже пришлась по душе, даже без любовного эликсира.

- Пожалуйста, не делай этого, - молил ее Умлаут.

- Если не хочешь, не буду, - не стала спорить та. - Я хочу того, кто взаимно захочет и меня, зная о моей природе.

- С тобой все в порядке! - горячо заверил ее Умлаут. - Ты симпатичная и одаренная, и твой драконий облик великолепен. Просто, ну…

- Просто я не Сюрпризка. Понимаю и восторгаюсь твоей верностью ей, а ее - тебе. Поэтому не стану этого делать.

Развернувшись, Бекка пошла прочь.

- Если Сюрпризка пожертвует своей жизнью, ты это сделаешь, - сказала ей вслед Форнакс. Слабо заискрилась магия, и Бекка вернулась.

Умлаут вспомнил, что Тэйси тоже передумала, когда КонПутер изменил ее реальность. Человеческая совесть значительно уступала превосходящему могуществу Демонов.

- Если они примут мою жизнь, возьми ее, - сказала ему Сюрпризка. - Я хочу, чтобы ты не только существовал, но и был счастлив. Она станет тебе хорошей парой, я вижу.

- Сюрпризка склонна к самопожертвованию в той же мере, что и Умлаут, - подытожила Форнакс. - Думаю, что приму ее жизнь. Препарировать ее будет весьма интересно.

Умлаут в ужасе застыл на месте, не в состоянии выдавить даже «эм».

- А я не приму, - отказался Юпитер. - Смертные умирают постоянно, за процессом наблюдать легко. Не хочу нести ответственность за это.

- Вторая попытка провалилась, - сделала вывод Хлорка.

Огонек Сюрпризки нерешительно мигнул зеленым, но затем девушка взяла себя в руки и предприняла последнюю, третью попытку.

- Предлагаю свою душу. Ее-единственной недостает вам, Демонам, и она должна вас интересовать.

- Душа, - повторил Юпитер. - То, что заставляет смертных странно себя вести, выставляя напоказ совесть, любовь и приличия.

- Я искала душу для вивисекции, - согласилась Форнакс. - Эту я могла бы взять, ведь ее предложили в дар.

- Нет! - отчаянно крикнул Умлаут. - Возьмите мою взамен!

- У тебя нет души, - напомнил ему Юпитер. - Лишь ее подобие.

- Поскольку с ним сочитается твой талант, - добавила Форнакс. - Теперь у нас появился шанс приобрести настоящую.

Умлаут обернулся к Сюрпризке.

- Но если мы оба спасемся, а ты при этом утратишь свою душу, мы не сможем жить вместе.

- Ты ошибаешься, - поправил его Юпитер. - Мы наделим девушку имитацией души, как у тебя. Разницы ты не заметишь.

- Но это уже не будет она!

- В любом случае, решение принимать не тебе, - завершила Форнакс. - А нам. - Она взглянула на Юпитера. - Мы договорились?

- Да. Мы принимаем предложение этой смертной касательно ее души. Каждому из нас достанется по ее половине.

- Третья попытка удачная, - объявила Хлорка.

- Не-е-ет! - снова закричал Умлаут. Однако он тут был беспомощен.

Сюрпризка распростерла руки и подняла подбородок.

- Забирайте. - Из ее глаз струились слезы, но девушка держалась стойко.

Аудитория содрогнулась.

Демон с Демонессой устремились к ней. Их руки прошли сквозь тело Сюрпризки без сопротивления. Раздался звук рвущейся материи. Из девушки будто выпустили воздух. Затем Демон и Демонесса прижали ладони к ее груди, забирая по половинке души. Дело было сделано.

Последовала пауза. Затем заговорил ужаснувшийся Юпитер.

- Что со мной? Меня вдруг стало заботить все вокруг.

- А я чувствую угрызения совести, - поделилась ошеломленная Форнакс.

- Это нанесет урон моим действиям, - сказал Юпитер. - Я не могу носить эту душу при себе. Надо оставить ее на сохранение где-то еще.

- Умлаут теперь существует, и ему не хватает души, - напомнила ему Хлорка.

Юпитер погрузил ладонь в тело Умлаута, и тот мгновенно ощутил, как имитацию его души заменили настоящей. Разница в качестве была потрясающей. Раньше он поступал так, а не иначе, поскольку считал это правильным; теперь надобность в предварительных суждениях отпала. Он просто знал. И сразу же почувствовал себя уютно.

- Свою я тоже оставлю на сохранение, - решила Форнакс. - Слишком неудобно носить ее с собой. - И она погрузила руку в тело Сюрпризки. Девушка задвигалась, но покачивалась на ногах и была на грани обморока. Умлаут с Грубом подбежали, чтобы поймать ее, прежде чем она упадет.

- С состязанием покончено, - сообщила Хлорка.

И Безымянный замок исчез. Они стояли там, где завершился их путь: в Девичьем замке, перед магическим зеркалом. Только теперь с ними были Сюрпризка и Груб - очевидно, потому, что Умлаут держал за руки их обоих, когда состязание завершилось. Змей Суфле тоже присутствовал; его перенесло, поскольку они переплелись хвостами с Сезамией. Кабинет вдруг оказался битком набит народом.

- Думаю, теперь со мной все в порядке, - сказала Сюрпризка. - Потерять душу, а потом снова обрести ее… это был шок.

- Кажется, мне знакомо это чувство, - кивнул Умлаут. - Теперь половина твоей души - моя.

- Храни ее. Я бы поделилась ею с тобой в любом случае, если бы знала, что ты в ней нуждаешься. - Девушка огляделась. - Где мы?

- В Девичьем замке. Здесь живет Бекка. Сюда мы доставили последнее письмо, и, когда демоническое состязание подошло к концу, нас просто вернули туда, откуда забрали.

- Значит, мне удалось навестить тебя еще раз, на сей раз лично, - улыбнулась Сюрпризка. - Я так рада. Я люблю тебя.

Как будто это не было очевидно.

- И я тебя люблю, - ответил юноша. - Теперь я не просто думаю, что люблю, а знаю это.

Девушка слабо рассмеялась. - Ты забыл сказать «эм».

- Я опять облажался, - согласился Умлаут. - Но, полагаю, ты уже к этому привыкла.

- И мне это нравится. - Прижавшись к нему, Сюрпризка одарила возлюбленного поцелуем.

После того, как над их головами прекратили кружиться маленькие сердечки, он сделал попытку стать практичным.

- Наверное, теперь надо отвезти тебя домой. Твои родители будут задаваться вопросом, куда ты пропала. - Он взглянул на остальных. - А по пути подбросить и вас всех. - Затем перевел взгляд на зеркало. - Рад, что ты обрел свободу.

«Олакрез говорит, что свободу без дополнительных обязательств подарил ему ты, но он отплатит тебе добром в любом случае, - перевела ответ зеркала Ясноглазка. - Кажется, осколок души отлетел и попал в него».

- Он может остаться здесь, - сказала Бекка. - Я могу превратиться в дракона, подняться в небо и передать всем его весть, если нам будет угрожать неприятное будущее.

- Мне надо вернуться назад в джунгли, - сказал Груб.

- Так быстро? - спросила Бекка. - Мы с тобой вроде свободны. То есть, я отказалась от Умлаута, а ты - от Сюрпризки. Сюда так редко наведываются гости.

Груб посмотрел на нее.

- Тебя не смущает, что я - отчасти огр и немного медный?

- А тебя не смущает, что я - наполовину драконесса?

- А ты такая же красивая в обличье драконессы, что и в этом?

Бекка вспыхнула.

- Да, - подтвердил Умлаут.

Груб кивнул.

- Тогда я задержусь ненадолго. У нас точно много общего… опыт, например.

- Это точно.

Они действительно казались неплохой парочкой, одного возраста и оба вынужденно живущие в изоляции. Может, и не случайно Груба сюда перенесли.

Бекка обратилась к остальным.

- Вы можете тут переночевать, если захотите. Я бы показала вам замок. Все, кроме запретной комнаты.

Умлаут огляделся и увидел, как друзья закивали.

- Нам с Сюрпризкой понадобятся, эм, отдельные комнаты.

- Ох, он вспомнил, - надула губки девушка.

- Разумеется, - согласилась Бекка. - Как и нам с Грубом.

Она посмотрела на кота с кошкой и парочку змей. Все животные были взрослыми. Затем все расхохотались. Даже на зеркале появилась широкая мультяшная улыбка.

Конец.

Авторские заметки

Любопытная история моей личной жизни в процессе написания этого романа в действительности таковой не была. Я решил перейти с операционной системы Windows на Линукс и сменил текстовый редактор MS Word на Word Perfect, поскольку лишь она была доступна на новой операционке. Я планировал заняться этим в августе 2000-ого, чтобы потом писать роман в сентябре, октябре и ноябре, изучая все новое в процессе. К окончанию романа я бы уже неплохо разобрался в компьютере. Почему мне захотелось перемен? Потому что я независимый тип, и мне нравится делать все по-своему. Майкрософт предпочитает заставлять меня делать все так, как хочется ему. Поэтому я наблюдал за «открытым источником» Линукс, и когда он показался жизнеспособным, сделал свой ход. Это будет уже четвертая операционка и седьмой текстовый редактор. Я начал в 1984-ом с CP/M, опробовал два варианта DOS, испытал Windows 3.1 и Windows 95, которая стала значительной переменой. Моими текстовыми процессорами были Select 86, PTP, Edward, Final Word, Sprint, и MS Word. В целом, каждый получался мощнее своего предшественника, ведь технология и программное обеспечение развивались. Первый текстовый редактор был громоздким и неуклюжим, справлялся всего с одним файлом за раз, и вам приходилось закрывать файл, чтобы его сохранить. Команды операционной системы были неясными кодами. В свою очередь, CPM была поистине недружелюбна к пользователям. В первый раз у меня все получилось интуитивно, когда я воспользовался ее PIP механизмом, чтобы выбрать файл и его место назначения. Однако, когда я запустил программу, она отправила мой файл в мусорку. Оказалось, что сначала я должен был выбрать место назначения, а потом - сам файл. Когда я поступил наоборот, программа попыталась отправить в файл пустоту, этим его уничтожая. Это называется учиться, наступая на грабли. Первый жесткий диск обладал всего 10-ю мегабайтами пространства, и несколько раз падал, стирая все. Дискетки часто ломались, утрачивая свое содержимое. Скорость системы, кажется, была 6 МГц. Но все равно компьютер лучше сперва - карандашного черновика, а потом - ручной пишущей машинки с похожими вспомогательными средствами, которыми мне пришлось пользоваться на протяжение семнадцати лет. В последущие шестнадцать многое изменилось.

Однако переход на Линукс дался не так-то просто. Сначала я не мог найти местного посредника. Я хотел локального обслуживания, понимаете ли, поскольку знал, что система никогда не заработает, если я установлю пришедшие почтой компоненты самостоятельно. Местная организация Линукс - сокращенно SLUG (группа пользователей Линукс Солнечного побережья), отнеслась ко мне дружески, но ближайшего посредника предложила в Тампе, а это было слишком далеко. Я сел на телефон и стал обзванить всех местных торговцев компьютерами, пока не нашел, наконец, одного, который не бледнел при слове «Линукс». В середине августа я заказал операционку. Но задержки следовали одна за другой, и, не желая ждать, я начал роман на старой системе в надежде скоро перенести его на новую. Этому не суждено было случиться. Меня подгонял установленный редактором крайний срок. Система Линукс не распознавала принтер, и застревала на обращении к нему в течение нескольких недель. К тому времени, как все заработало, и я принес ее домой, я написал первые 100,000 слов из романа, состоящего из 120,000. Пришлось на старой операционке его и заканчивать. К тому же, Линукс оказался таким же сложным, как Виндоус, загружая 600 МГц-овую систему по пять минут и зависая при первом же нажатии кнопки. Мы работаем над этим. Ах, да, в моем следующем романе будут красочно описаны способности и новинки Линукса.

Разумеется, это не все, что подверглось такому же хаосу, какой царил в Ксанфе, во время написания этой книги. Вы можете подумать, что текущие события в Мандении не повлияют на роман в стиле фэнтези, а фэнтези, в свою очередь, не окажет влияния на реальность. Ну, манденийский штат Флорида, в США, подозрительно напоминает полуостров Ксанф. Я получаю письма от тамошних фанатов, которые указывают на конвертах адреса, которые встречаются и в Ксанфе. Например, озеро Огр-Ызок, Люблю-река, Золотой Берег, и так далее.

Некоторые предлагают переименовать свои места обитания: Город Крестов там, где множество крестов, или Кристальная Река возле реки, в которой попадается много кристаллов. Сравнение Флориды с Ксанфом в географическом плане может стать очень любопытным исследованием. Кажется, магия все-таки просачивается в Мандению. Особенно это утверждение подходит к периоду написания романа, поскольку в это же время проходила кампания по голосованию за президента и другие позиции в США, Мандении, и в тот самый день после того, как я закончил первый черновик, последовали выборы. Конечно же, все дело в магии, которая становится особенно мощной, когда я пишу очередной роман… Канал открывается, и штат Флорида частично уступает место Ксанфу. Главных кандидатом в президенты звали Бор и Гуш… ой, давайте распутаем жестокую политическую пародию, которая возникла в то же время. Их звали Аль Гор и Джордж Буш. В 8 часов вечера, в День Выборов, Флорида объявила Гора победителем. Поскольку ко мнению Флориды прислушивается вся нация, это означало, что следующим президентом станет именно он. Однако парой часов позже они объявили, что произошла ошибка, а еще позже передали белый трон Бушу, и статус нового президента достался ему. Потом они снова объявили, что ситуация неясна. Начался пересчет голосов, пробуждая магические силы и термины, и сейчас, две недели спустя, когда я это пишу, результаты выборов до сих пор неизвестны, пока Флорида выясняет, за кого именно она проголосовала. Вкратце, здесь царит хаос. А вы были так наивны, что не знали, где располагается центр манденийской Вселенной? Во Флориде, конечно. А просачивающаяся из Ксанфа магия влияет на выборы, и это тоже следует знать. Пусть послужит вам уроком.

Я получаю огромное количество предложений от читателей и использую столько, сколько могу. К досаде критиков, это привносит толику оригинальности в мою писанину. Однако использовать получилось далеко не все. Фанаты появились у практически каждого обитателя Ксанфа, и они хотят наблюдать за дальнейшими приключениями этих ксанфян. Но всего их насчитывается больше шести тысяч, и это число с каждым романом увеличивается еще на сотню. Я не могу вставлять каждого персонажа в каждую книгу. Как правило, главный герой романа - новое лицо, или же играло второстепенную роль в предыдущем, и для него вместе с читателем открываются чудеса Ксанфа. На сей раз героем был Умлаут со своей подругой, змеей Сезамией - оба новички, в компании кота Сэмми и лодки Пары - в прошлом, второстепенных персонажей, и Ясноглазки, тоже новенькой. Сюрпризка Голем сыграла значительную роль в «Проклятье Горгулия», но тогда ей было всего шесть лет. Когда она заинтересовалась Умлаутом, я просто не мог ей отказать. Демонесса Метрия стала героиней собственного романа в «Суде над Роксаной», но ее озорство так развлекает, что я не могу удерживать ее в стороне. Вот вам и большинство актеров, в результате чего для Грэя Мерфи в качестве основного персонажа, по предложению Стива Стюарта, просто не хватило места. Придется довольствоваться его статусом в «Мерфи из Обыкновении». Стефани Леонард слезно просила вставить русалок, и я честно попробовал, но они сюда не слишком-то вписывались. Джессика Грайдер предложила продолжить историю сообщества кентавров, но и они не сочетались с общей канвой романа. Книги и персонажи разгуливают собственными дорогами, несмотря на пожелания читателей и писателей; с этим феноменом сталкивается большинство авторов. Грег Воган напомнил мне о «Хозяевах Подземелий», которые уже поселились в романе другой серии - «ХроМагия». Зачастую мне не удается осудить по справедливости предложения, которые я принимаю, поскольку они подходят и для главного, тогда как у меня есть возможность только мимоходом их упомянуть. Я сожалею об этом и иногда делаю мысленные заметки, надеясь вернуться к ним позже и копнуть глубже в следующем романе. К примеру, талант изгнания демонов может стать ключом целой истории о том, как кому-то надоедает демонесса Метрия, но пока о нем лишь случайно ляпнула сама Метрия. Целого мира и всего его времени недостаточно, чтобы вместить воображение всех моих читателей.

Иногда я получаю благодарные ответы от читателей. Позвольте процитировать электронное письмо, полученное от Ребекки Брагг: «Еще я хочу вам сказать, что на лекции по философии мы должны были прочитать провоцирующий размышления отрывок текста перед классом, чтобы потом его обсудить. Я выбрала ту главу из романа «Огр! Огр!», где описывается реальность в Пустоте. Наша дискуссия продолжалась полтора часа и еще полчаса на перемене, а потом класс обсуждал ее еще три недели. Я получила высший балл. Профессор сделал книгу обязательной для чтения для всех классов в будущем. Мы с подругой уважаем ваше понимание литературы больше, чем великих классиков… мы считаем их скучными. Я подумала, что вам интересно будет об этом узнать». И в самом деле, мне приятно знать; обычно профессора философии так на Ксанф не реагируют. Спасибо, Ребекка.

Но у некоторых элементов более мрачная подоплека. Двое читателей предложили, чтобы у кота Сэмми появилось собственное приключение, и это мне удалось воплотить в жизнь. Я внес его в роман 15-ого сентября 2000-ого года и через неделю написал об этом Дженни из Мандении, а 26-ого сентября мне позвонили ее родители: Сэмми из Мандении умер 18-ого, через три дня после того, как попал в Ксанф. Ему было семнадцать лет, а эликсир молодости в кошмарной Мандении - дефицит; настало его время уйти со сцены. Они оплакивали его, но, по крайней мере, он безопасно добрался до Ксанфа, чтобы остаться там. Я уверен, что Сэмми будет счастлив с Ясноглазкой, даже при том, что она угадывает его намерения до того, как он их осуществляет.

За историей про огренка Эпоксия и медяшку Бензинку тоже скрывается история. В 1992-ом у меня попросили историю для особой антологии под редакцией Нормана Спинрада. Она называлась «Внизу - в пламени», и авторы получали возможность торпедировать свои творения. Я понимал, что другие писатели тоже представят несколько замечательных образцов. Поэтому написал озорную историю из 4000 слов под названием «Заговор Взрослых», где под ужасным секретом разоблачалась тайна аистов: как именно делают детей для аистов, которые потом их забирают. Разумеется, в Ксанфе об этом ни слова; это стало бы концом всего известного нам Заговора. В общем, получилось неплохо.

Я приоткрою для вас занавес в надежде на то, что манденийские родители меня не повесят: огр Эхс и медяшка Роза заказали идентичных близнецов, мальчика и девочку, и забрали младенцев, когда тех принесли. Поэтому они и стали частью Ксанфа. Но антология так и не была напечатана, и дети прождали в лимбе целых восемь лет, пока я, наконец, не отправил их в Ксанф при помощи этого романа. Теперь, наконец-то, мы познакомились с ними лично. Жаль антологию.

Конь Ксанфус примчался из недр истории, то есть, он действительно родом из греческих мифов и впервые упомянут в «Малакуче». И снова его предложил читатель, и у меня опять появилось место для него. На сей раз, проверяя его происхождение, я обнаружил, что он занял необычное место в словарях. Он выбил из игры их все, за исключением моего большого, старого и потрепанного «Фанк и Вогналлс», который я получил на свой десятый день рожденья в 1944-ом. Сегодня у меня есть и большой Вебстер, и большой «Случайный Дом», и Оксфордский Английский Словарь толщиной с энциклопедию - это считается компактным изданием, нуждающимся в лупе для чтения. Обычно другие словари в поисках редких терминов задвигают Фанка в угол, но в данном случае он задвинул в угол всех остальных. Ну, и отлично. Он пробыл со мной пятьдесят шесть лет, и я рад, что он не позволил этим молокососам обыграть себя всухую. Мне нравятся словари, и вы бы видели мою коллекцию атласов.

А теперь благодарности. Некоторые половинчатые, поскольку электронная почта не обеспечила полных имен. Если вы заметили сходство между именем персонажа и тем, кто его предложил, это не обязательно потому, что читатели просили их упомянуть. Иногда, когда мне требуется имя, я одалживаю его у того, кто предложил талант. Я делаю это по своей прихоти и редко, когда меня просят. Большинство предлагающих были бы удивлены - скорее всего, неприятно, обнаружив, что их так назвали. Цитирую одну фразу из книги (я умнее в литературе, нежели в реальной жизни): не всегда удобно быть обласканным переменчивой рукой Фортуны.

Читатели, которые хотят связаться со мной по Манденийской Сети, могут посетить http://www.hipiers.com, где я даже болтливей, чем в авторских заметках.

This file was created

with BookDesigner program

bookdesigner@the-ebook.org

28.12.2019

Content

Энтони Пирс Красное Пятно

Пирс Энтони Красное Пятно

Пролог

Глава 1. Имитация

Глава 2. Письма

Глава 3. Испытания

Глава 4. Луны принцессы Яне

Глава 5. Мир зомби

Глава 6. Змей Суфле

Глава 7. Срезание углов

Глава 8. Кошачий остров

Глава 9. Косатка Кусачка

Глава 10. Фавны и нимфы

Глава 11. Сюрпризка

Глава 12. Балломут

Глава 13. Огрята

Глава 14. Кон-Путер

Глава 15. Шесть страстных дев

Глава 16. Гора гоблинов

Глава 17. Сонное царство

Глава 18. Последствия

Глава 19. Олакрез

Глава 20. Решения

Авторские заметки