Истомина Лиза

История Чеширской Кошки

Предисловие

Пытаться помочь другим никогда не бывает глупо.

Стивен Кинг.

Все маги во все времена делились на несколько сословий: некроманты, чародеи, контролирующие, стихийники, защитники и боевики. Первые владели силами Смерти, могли поднимать из могил мертвых. Вторые, наоборот, были антагонистами первых. Третьи умели подчинять своей воле разум и сердце других магов и людей. Четвертые всегда были сами по себе, никогда не объединялись в одну группу и всегда старались быть самостоятельными. Пятые работали со всеми сословиями, стараясь защитить каждого. А шестые составляли основы магических армий.

Но были и такие маги, чьи силы никогда не определялись одним сословием. Их называли Ведьмами. Их сила была настолько велика, что не каждый боевик или контролирующий мог убить или подчинить своей воле. Таких магов испокон веков было всего тринадцать. Тринадцать девушек, имеющих "общую" магию и подразделявшихся на особые признаки, которые ассоциировались с несколькими камнями. Самыми сильными из этих тринадцати были первая и последняя Ведьмы.

Каждый маг хотел заполучить такую невиданную мощь, но они не были рождены для этого. В одном случае магам мешало то, что они мужчины, в другом — слишком корыстные и алчные люди. Ведьм убивали, но каждый раз чертова дюжина восстанавливала свое привычное число. Впоследствии их стали называть Кругом Тринадцати — ведьминым кругом, состоящим из тринадцати камней-девушек и имеющим великую силу.

Не нашлось пока такого мага, сумевшего бы уничтожить полностью весь Круг. А раз их никто не трогает, то и Ведьмы становятся все более сильными и крепкими. Растут с каждым днем, одновременно определяя и всех своих на гибель. Не раз были слышны такие вести, что вместе с одной из Ведьм умирала вся ее семья. Жестоко, но никто не понимает, чем это может закончиться.

Мы, верные слуги богини, молимся ей, как покровительнице Ведьм. Мы молимся за эту чертову дюжину, стараясь никогда не перейти ей дорогу.

Мы слышали, что однажды, когда некто перебежал дорогу Ведьме, она мстила тому очень долго и жестко, припоминая бедному все его грехи. Она уничтожала его каждым своим шагом и словом, все больше втаптывая в грязь. Ведьма прокляла его семью и с этого момента стала зваться Ведьмой черного турмалина. Отныне всякая, кто более или менее из Ведьм была похожа на ту самую, проклинающую, находила в камнях своих турмалин.

Но исключения из правил на то и исключения, чтобы правила эти нарушались.

"Маги: простые люди или же жаждущие власти боги?".

Настоятельница Храма Ванейра.

Издание второе, дополненное.

Глава 1. Приключения по-тенезийски, или Меня отправляют за границу

Я готовилась к экзаменам. Да-а, выпускные экзамены есть дело тонкое, как паутина паука. Особенно, если это всего лишь пятые твои экзамены в Академии Магии Сорена. А ведь еще впереди целых четыре года учебы…

Корпящая над своими учебниками моя лучшая блондинистая и голубоглазая подружка Лилит тихо чертыхалась и ныла про жизнь-жестянку.

— Ли, да ладно тебе! — успокаивающе погладила я ее по плечу. — Сдашь. Ты же все зачеты и экзамены сдаешь на высшие оценки. Некоторые даже автоматом.

На меня посмотрели больным взглядом.

— Ита, это тебе волноваться не о чем! — заплакала подружка. — Когда тебя взяли на учебу, ты уже была знакома с половиной учебного материала, пока путешествовала музой. И все это в твои тогдашние двенадцать?!

Я нахмурилась. Воспоминания нахлынули, я несколько поспешно вышла на балкон, давая успокоиться и себе, и Ли.

Я сбежала из дома в три года с музами. Потом мне было всего восемь, когда пришли те же самые девушки в старенькую деревушку под названием Васильки всего в шестнадцать дворов и, ничего не объяснив моей приемной семье, забрали меня. Я была счастлива — ведь ни опекунша Варвара, ни опекун Святомир (совсем под его характер имя не подходит) не заботились обо мне. Я бесплатно батрачила у них, они в ответ кормили меня черствой коркой хлеба и глотком холодной воды и били за любую провинность. Я ненавидела их да и ненавижу до сих пор.

В Васильках меня звали совсем по-другому — Тунька. А девчонки, забрав меня, поплевались немного да дали старое имя на чуть измененный лад. И вот уже девять лет как мое имя Рита Рей.

Меня взяли десятой музой и до моего двенадцатого дня рождения возили с собой по всему миру, обучая различным наукам и немного магии музыки. А в день рождения я нечаянно подожгла наш лагерь, и музы, подумав, отправили меня в столицу ставшего родным государства учиться. Я не видела их уже пять лет, и ужасно скучаю по ним.

На вступительном экзамене меня попросили показать, что я умею. Растерявшись, я немного рассказала о естественных науках. Поглядев на меня большими глазами, ректор Академии сеньор дель Тэро задал мне о вопрос о моих "сестрах". Удивившись не меньше, я поведала ему свою историю. Покивав в некоторых моментах, дель Тэро сообщил мне, что музы редко кого берут в свои ряды и редко кого отдают.

— Тебе вообще-то повезло, Рита, — сказал он тогда. — Если девятке понравилась девушка, они ее ни под прицелом, ни под гильотиной не отпустят.

И вот уже пять лет я учусь на факультете общей магии, хотя мне предлагали сдать экстерном сразу четыре, чтобы потом не заморачиваться. Я отказалась.

Перед моими глазами пронеслась рука Ли.

— Ита, ты чего, заснула? Тебе почта пришла.

Подруга протянула желтый конверт с темно-синей надписью: "сеньорите Рите Рей". Переглянувшись изумленными взглядами с Лилит, я порвала бумагу и вытряхнула на ладонь содержимое. Из конверта упал маленький клочок пергамента, на котором была написано всего три слова: "Срочно в деканат!". Противный внутренний голос тут же сообщил:

Отчислить хотят, хи-хи!

— Ли, я ничего не натворила! Тенезис, клянусь! — в ужасе пролепетала я, припоминая все прошлые проделки, сотворенные мной за последние дни.

Лилит свела брови домиком.

— Да знаю я, знаю. Неужели хотят огласить то, о чем они думали на последнем Ученическом Совете? — вдруг задумчиво протянула она.

Я вздрогнула. Лилит дель Тэро — дочка ректора Академии и лучшая и прилежная ученица за всю историю учебного заведения — входила в Ученический Совет, куда попасть очень сложно. Я бы тоже не отказалась от столь щедрого подарка, но мое поведение и моя репутация оставляли желать лучшего.

— Мы не будем брать в Совет шута горохового, даже если этот шут ходит с отличными оценками! — вот так они выразились.

Не, а что такого в моем поведении чрезвычайно плохого? Ну подставила заклятье-подножку сынку местного мэра, ну навела тому же в голову ментальный образ летящего за ним роя ос. Бесит меня этот Винар. Не влюбился в меня тогда, на первом курсе, как я в него, вот и бесит.

— Это о чем вы, милейшая сеньорита дель Тэро, со своими "помощниками" говорили на Совете?

— Узнаешь.

И вытолкала меня из комнаты за дверь. Представьте! Меня! Да я от возмущения задохнулась прям.

Пришла в деканат. Постучалась в массивные дубовые двери. Мне открыли и не особо радушно представили какому-то чернокожему дядьке. Дядька выглядел… как шаман он выглядел. Нос проколотый, брови по два раза, уши по пять. Жу-у-уть. А волосы его были в дреды заплетены и они были апельсинового оттенка. О, святая Тереза, кто это?

Твоя смер-р-рть…

Я почувствовала, как у меня начинают дрожать коленки, чего со времен Святомира и Варвары не было.

— Сеньорита Рей, — подозвал меня сеньор дель Тэро. — Познакомься — это шаман соседнего государства Тенезия. Ты помнишь, кто там проживает?

— Да, профессор, — кивнула я, мило улыбнулась и присела в неглубоком реверансе. Чуть саркастическом, наверное. — В замечательной стране Тенезия, названную в честь клятвы Тенезис, приносимую лишь богине, проживают лишь джинны, нимфы и хариты. Семья правителей — Духи природы.

— С некоторых пор там живут еще и девять прекрасных муз, — довольным голосом прошепелявил шаман.

Я бросила испуганный взгляд на ректора. Тот покачал головой.

— Нет, с ними все в порядке.

Я перевела дух, но, как оказалось, зря.

— Тебе придется поехать вместе с многоуважаемым… э-э… Жинном, — начал ректор и получил яростный взгляд шамана. — В их стране небольшая проблема, которую устранить по силам лишь тебе одной. Заодно встретишься с сестрами.

Он так и не стал называть их по-другому.

— Простите, профессор, но как? — поставила я на него свои серо-синие глаза. — Мне всего семнадцать, и как я по-вашему буду устранять проблему?

— Своим неподражаемым способом. Ты пойди, посмотри на проблему. Если будет совсем сложно, то я тебя заменю кем-нибудь из старшеклассников. А пока никаких возражений, ясно?

— Яснее некуда, — пробурчала я, откланялась и вышла из кабинета.

Зайдя за угол, я радостно завизжала и запрыгала.

Рита бы не прыгала, если бы знала суть ее командировки.

— Эй, ты действительно хочешь, чтобы поехала она? — спросил дель Тэро у своего собеседника, как только девушка ушла.

— Филипп, да перестань ты! — отмахнулся чернокожий. — Она и понятия иметь не будет об обмане. Хотя… какой тут обман? Так, маленькая заварушка с использованием всех, подчеркиваю всех, девушек с превалирующей силой Ведьм.

— Погоди, Рик. Всех преемниц? — переспросил Филипп. — Но сколько их?

— Тринадцать, — невозмутимо ответил тот, кого назвали не "Жинном", а "Риком".

— Ровно чертова дюжина. И именно столько ведьм погибло за последние триста лет. Рик, только не говори мне, что снова хочешь воссоздать Круг Тринадцати!?

— С тобой не о чем говорить, Фил, — надул губы шаман. — Я знаю тебя девятнадцать лет, с первого года жизни, а ты вовсе не меняешься! Может быть из-за моей матери, которую ты любил?

— Вот именно, любил. В прошедшем времени. Шаман мне тоже нашелся. Смотри не пугай сеньориту Рей своими обликами, мне кажется она тебя боится.

— С чего бы? — приподнял брови Рик.

— Спросил человек с оранжевыми косичками и золотым кольцом в носу.

* * *

Я иду по темному переулку. Мне навстречу выходит симпатичный человек с темно-русого цвета волосами длиной до лопаток и странными яркими, как фонарики, зелеными глазами. Он подходит ко мне, и я с ужасом осознаю, что две стороны лица у него сшиты грубой веревкой: одна часть женская, другая — мужская. Оно оскаливается и тянет свои… лопаты, по-другому сказать о его руках нельзя, к моему лицу. Я цепенею. Неожиданно оно медленно опускается на колени, и уже через миг передо мной стоит тот самый шаман Жинн. Но и это не последнее превращение — шаман ухмыляется, показывает ряд идеальных белых зубов и исчезает. Вместо него около моих ног сидит золотой тигр. Не в прямом смысле, естественно, просто его окрас рыже-белый, а не черно-рыжий. Тигр просто великолепен. Я тяну руку, чтобы погладить его, но зверь вдруг рычит, прикусывает мои пальцы и чуть не откусывает мне кисть. Я отпрыгиваю назад и вижу виноватый взгляд зверя. Он поднимается и идет ко мне с таким видом, будто я могу поругать его или ударить по морде за неподобающее поведение. Я отвечаю ему неверующим в его раскаяние взглядом и начинаю отступать. Тигр испуганно делает шаг в мою сторону. Я от страха спотыкаюсь и приземляюсь на пятую точку. Огромный кот кидается ко мне, но я начинаю просыпаться. В последний миг я слышу его рычащее: "Прости, Рита!".

— Сеньорита Рей, проснитесь! — меня за плечо тряс этот чернокожий дядька. Из головы вылетело его имя.

Я подскочила и с ужасом уставилась на него.

— Сеньорита, вы в порядке? — в его странном шипящем голосе послышались новые звонкие нотки. — Что с Вами?

— Отпустите меня, — шепнула я и заправила выбившийся черный локон за ухо. — Вы меня не расслышали? Отпустите! — уже громче.

До меня дошло, что мы уже несколько часов едем в карете куда-то на северо-запад. Вздохнув пару раз, я украдкой бросила взгляд на попутчика и столкнулась с изменившимся цветом его глаз. Угольно-черный цвет на мгновение поменялся на приятный шоколадный с золотистыми крапинками. Я моргнула, и наваждение пропало — передо мной сидел все тот же странный наколотый-переколотый, с апельсиновыми волосами шаман Тенезии. Мне вспомнился сон, и я осторожно спросила:

— Простите, шаман Жинн, за нескромный вопрос, но Вы превращаетесь в кого-нибудь?

Меня удостоили удивленным взглядом цвета воронова крыла, как мои волосы. Чуть наклонив голову, этот… негр ответил:

— Нет, но хотел бы. — У меня от сердца отлегло. — А Вы?

— Нет, но я учусь. Видите ли, я до сих пор обучаюсь общей магии, почти единственная на факультете, хотя все остальные давно разделились. Я не знаю с какого умственного помрачения моя магия не хочет меняться. Из-за этого я владею телепатией, телекинезом, левитацией и несколькими другими видами, включая и мета… ликантропию. — В последний момент я поняла, что не улитка и не собираюсь проходить через метаморфоз. Иногда меня клинит по полной.

Ты живешь в этом состоянии.

— И в кого же Вы учитесь превращаться? — В его голосе проскользнул интерес.

Я сглотнула и решила соврать. Не говорить же, что в Чеширского Кота? Хотя, нет, правильней сказать — Кошку.

— Мне очень нравятся рыси, — протянула я, стараясь не скакнуть голосом на высокие октавы.

Шаман чуть приподнял бровь, отчего радужка глаза вновь посветлела. Я решилась задать еще один вопрос:

— У Вас всегда цвет глаз меняется?

Отчего-то Жинн подскочил и яростным голосом ответил мне:

— Не твое дело.

Мне стало страшно и, поднявшись с кресла, выглянула через окно. Мой конь Фобос скакал рядом и изредка посматривал на меня. Приказав кучеру остановиться, я выбралась из кареты подальше от ненавистного шамана и взобралась на Фобоса. Конь был из табуна породы степных азиатов. Тонконогий, высокий в холке, с длинной, рыже-коричневой, чуть вьющейся гривой Ос был гордостью и моей и всей Академии. Рыжий цвет его шерсти прекрасно оттеняли белые "гольфы", идущие от колен коняки и вплоть до копыт — они тоже были белыми и имели интересный черный узор.

Дальше наше путешествие уже ничто не останавливало. Не считая вдруг разговорившегося кучера, представившегося как сеньор Оринар.

— Меня удивляет Ваша решимость, сеньорита, — сказал он, когда мы подъезжали к границе. — Поехать в незнакомую страну с этим… страшилой даже я бы не согласился.

— Да, Вы правы, — тихим голосом согласилась я и оглянулась — вдруг этот негр смотрит в окно. — А Вы разве его не встречали раньше?

— Нет. И, кстати, он кажется мне слишком странным. Но я не видел ни одного шамана, может быть они все такие.

— Все… возможно, отрицать не стану, да и соглашаться.

— Рассудительно.

Он говорил, а я пыталась вспомнить, где раньше видела это его правильное лицо с высокими скулами, чуть тонкими губами, прямым носом и карими миндалевидными глазами.

Ты многое забыла из прошлой жизни, как и я. Поэтому лучше не тужься.

Сеньор Оринар заметил, что я усиленно наблюдаю за ним, и чуть усмехнулся.

— Вспоминаете что-то?

— Нет, — сокрушенно поведала я и поправила складки на своем длинном жилете. — Вы определенно знакомы мне.

— Если Вы вдруг вспомните, расскажите мне, пожалуйста, — попросил Оринар совершенно искренне, и я не смогла ему отказать.

Впечатление от нашего кучера было лучше впечатления от чернокожего шамана раз в тысячу. Спокойный, пунктуальный, рассудительный, симпатичный даже, кучер мне понравился сразу. А вот Жинн внушал какой-то болезненный страх — вроде и ничего страшного, а боишься. И этот страх не был уважением, он был фобией или еще чем-нибудь. Честно говоря, я, наверно, не отказалась бы от идеи, что наш мало уважаемый шаман Жинн был одним из демонов кругов ада Сатаны. Но не будем делать поспешных выводов — интуитивно я не ощущала прихода беды с его стороны.

В доме для приезжих, где мы остановились на ночь, уже пройдя через границу, я познакомилась с еще одной приятной женщиной Петрой. Хозяйка отеля оказалась очень радушной и, эм, очень пухлой и маленькой, что, в общем-то, положено хозяевам собственного дела. Она провела меня на самый верх дома, сказав, что сама живет рядом и не даст кому-то помешать моему отдыху. Петра единственная из нас всех знала Жинна и даже не испугалась его. Я бы на его месте серьезно задумалась — по виду шамана прекрасно видно привыкание к всеобщему страху его персоны.

Я расплела косу, села на стул перед зеркалом и зажгла три свечки. Запоздалым набатом у меня в голове пронеслось напутствие Лилит: "Не забудь вавилонские свечки!". Подружка всегда хотела быть в курсе всех моих дел, а говорить на таком расстоянии мы могли только через зеркала — для этого надо было поставить у зеркала вызывающего вавилонскую свечу и произнести всего два слова "ниа" и "рин".

— Ритка, какая же ты дура! — произнесла я, глядя в зеркало и подперев кулаком щеку. — Непролазная дура!

В комнате раздался шум. Было такое ощущение, что некто подбросил мне что-то. Я развернулась на стуле.

— Кто здесь? — Идиотский вопрос.

Мое внимание привлек продолговатый сверток бумаги на полу. Еще раз для достоверности посмотрев на белеющий прямоугольник окна, я взяла письмо, которое оказалось довольно тяжелым. Перевязанное тоненькой серой ленточкой, оно казалось одновременно и простым, и тайным. Аккуратно подцепив ногтем бантик, я сняла ленту и раскрыла письмо. Мне на ладонь скатилась одна черная свеча — новая, с загнутым, еще нетронутым фитилем. Изумленная я стала читать письмо.

Сеньорита Рей.

Я еще никогда не писал писем такого содержания, и поэтому прошу Вас не особо отвлекаться на неправильное составление сего документа. Мне очень лестно то, что Вам хватило смелости раскрыть его и, я надеюсь, принять мой скромный подарок. Когда мы встретимся… Нет, не так. Я понимаю, что сейчас Вы в изумлении от моего поступка, но, прошу Вас, не пытайтесь разыскать меня или отправить письмо — не получится. Не пытайтесь заплатить мне за вавилонскую свечу — не приму. И Вы, сеньорита Рей, можете забыть про меня.

Р. К.

Забыть? Интересно, это как? Знать о чьей-то помощи и при этом совершенно не любопытствовать кто это, зачем помог, почему оставил эти странные инициалы, похожие на переплетенные лозы дикого винограда? И как этот Р. К. смог подбросить мне "подарок"? И откуда он знает мое имя и мое местонахождение? Сплошные вопросы…

Неизвестный поклонник? Да ты, мать, везде успеваешь! Даже этому шаману страшному приглянулась. И как тебя только на моральных уродов тянет?

Про Ли я так и не вспомнила. Не снимая даже жилета, я завалилась на кровать и заснула.

А в соседней комнате снизу шаман стоял перед распахнутым настежь окном и ждал, когда любопытное личико Риты высунется в надежде найти отправителя еще рядом. Прождав так с полчаса, он расстроенно стукнул кулаком о подоконник.

"Она последовала совету идиота, — подумал он. — Не думал, что она такая доверчивая и покладистая".

Шаман подошел к зеркалу и внимательно всмотрелся в свое отражение.

"Она боится тебя, Рик, боится. Только вспомни ее выражение лица, когда она впервые увидела тебя, и ты поймешь. У тебя ничего не получится".

Он впервые в жизни был расстроен до глубины души.

* * *

Проснулась я засветло — старая привычка, не ушедшая со времен батрачества. В раскрытое окно приятно дул свежий южный ветер, и я подставила лицо этому моему лучшему другу. На что внутренний голос язвительно протянул:

Аэроманка настоящая. Как и я.

Умывшись и почистив зубы, я забрала со стола свечу и расческу и сунула их в саквояж. А странноватый листочек бумаги с такими же странноватыми инициалами выбросила в камин, который тут же и зажгла заклинанием. Письмо гореть не хотело, оно плавилось, обтекая противной смесью бревна. Касаясь букв, огонь становился зеленым, словно он сжигал что плохое и неправильное.

В мою дверь постучались, и вошла Петра.

— Дитятко, как спалось? Женихи снились? — ехидно улыбаясь, вопросила она.

Я показала ей все свои тридцать два зуба.

— Какие женихи, Петра-голубушка? Тут бы Академию закончить да вернуться живой, а Вы о женихах!

Я укоризненно покачала головой и взглянула на хозяйку из-под косой челки. Та расплывалась в широкой улыбке.

— Будешь возвращаться, заходи. — Петра обняла меня так, что у некоторой семнадцатилетней девчонки затрещали ребра. — Буду рада видеть живой и невредимой, но с женихом.

Я обреченно вздохнула и торжественно поклялась не приезжать к ней без спутника.

На пороге в момент нашего веселого расставания я вновь вспомнила о подозрительном письме. Увидев некоторое изменение в моем настроении, Петра аккуратно поинтересовалась у меня. Оглянувшись по сторонам, я рассказала о вчерашнем происшествии. Выслушав, Петра хитро улыбнулась и подтолкнула меня к Осу. Что странно, но Жинн тоже поехал верхом на лошади — старенькой и немощной, как мне показалось. Но, не зря же говорят, что когда кажется — креститься надо.

Расставшись с сеньором Оринаром, который отказался сопровождать нас дальше, я первой припустила коня по дороге. То, что мы с шаманом оставались один на один, меня пугало-о-о…

"Старая и немощная" лошадка быстро догнала Оса, что очень сильно удивило и меня, и моего коня. Ухмыльнувшись, шаман начал разговор.

— Я слышал Ваш разговор с Петрой. Я могу помочь в поиске того незнакомца. — Фу, какой же противный у него голос.

— Подслушивать нехорошо, шаман Жинн, — съязвила я и приподняла подбородок. — А помогать мне не надо, я получила четкие указания. Не думаю, что пойду против них.

— Но Вам же интересно, сеньорита Рей. Я бы на Вашем месте не отказывался.

— Хм, я бы на Вашем месте не предлагала.

Ох, показала зубки. Дождусь я "хорошего" отношения со стороны негра, ой, дожду-усь.

Но, вопреки моему воображению, шаман не стал обижаться.

— Расскажите мне что-нибудь из Вашей жизни, — попросил он.

— Ладно. Только я Вам не доверяю.

— Уж поверьте, смеяться не буду.

Я чуть скривила уголок губы.

— Я не знаю, кто мои родители, — начала я по привычке врать. — Опекуны говорили мне, что мама привезла меня к ним уже полугодовалой и бросила. Якобы она заплатила за это двумя серебряными кольцами. Я спрашивала у них, откуда такие недешевые вещи взяла мать, но они отвечали всегда одинаково: "Украла небось, воровка мелкая. На самой-то ничего не было, с чего бы там взяться таким печаткам!". Кстати, кольца они мне так и не отдали.

До восьми лет я работала у них. Мыла, стирала, убирала. Следила за домашним хозяйством. За всю работу мне выдавали корку хлеба, не всегда свежую, и стакан ледяной воды. Три года подряд я болела оспой, меня никто не лечил. Сейчас я знаю, что всю болезнь стоически помогала мне выдерживать внутренняя и еще скрытая магия, но тогда это было ужасно. Меня били, ругали, оставляли без одежды на морозе. Я терпела и не плакала.

Потом меня забрали мои найденные старшие сестры, вылечили, накормили, немного обучили разным наукам. В двенадцать я пришла в Академию Магии Сорена и больше никогда не показывала нос из нее. Вам это хотелось услышать?

Я резко развернулась. Хотелось посмотреть на физиономию этого чернокожего, почти заставившего меня выложить ему всю душу. Его не было.

— Эй, Вы где? — спросила я, зажигая на ладонях две огненных сферы. — Ау!

— Тихо! — раздался шипящий голос шамана у меня за спиной. — Здесь кто-то есть.

Я кивнула и покрепче сжала коленями бока Фобоса.

Слева лес, справа степь. Получается, некто может напасть либо сзади, либо со стороны леса, либо слева, либо с воздуха.

Я почувствовала, как начинают дрожать коленки. Шаман у меня за спиной что-то безостановочно шептал и водил руками на манер, скорее, Духов природы, чем на манер шаманов. И слова заклинаний были довольно знакомые — шаманы такое не используют, из теории знаю. У меня закралось смутное подозрение, что Жинн не совсем Жинн.

Я отвлеклась. Это была моя очень большая ошибка. Я и понять-то толком ничего не успела, как мою щиколотку захлестнуло лассо, а точнее магическая цепочка. Р-раз — и меня сдернули с Фобоса. Кричать я не стала, негр все видел и швырнул чем-то в лассо.

— Черт, шаман! — заорала я, чувствуя опаздывающий страх. — Это цепь! Вашей магией не уничтожить! Я справлюсь сама!

Схватила пальцами петлю, уже успевшую затянуться на ноге и порвать в кое-каких местах сапог. Поспешно стала растирать звенья, шепча про себя слова заклинания, но ничего не выходило. Кто-то блокировал смешанную магию намеренно, зная, что я маг общего направления.

— Магия блокирована, — выдохнула я.

И превращаться не дело. Еще Жинн этот пропал — кинул меня, наверно.

Неожиданно некто схватил меня сзади за талию. Я заорала что есть мочи, но тот же некто заткнул мне рот своей ладонью.

— Да помолчи ты! — Ай, кусается! У меня же теперь следы на шее останутся!

Этот некто провел пальцем по цепи, и та тут же распалась.

— А теперь валим! — скомандовал он и отпустил меня, рванув к лошадям.

Я ждать не стала, запрыгнула на спину Оса и успела разглядеть этого некто. Шоколадные волосы до середины лопаток, такие же глаза с золотистыми искорками. Он был высокого роста, широкоплеч. Этот некто напоминал человека-суккуба-инкуба из моего сна.

— Эй, а как же шаман? — крикнула я, мчась на Фобосе за новым знакомым.

— Да нет никакого шамана! — рассержено крикнул парень, пришпоривая лошадь. — Ай!

— Что случилось?

— Бегите, догоню.

Он остановился. Я бежать не стала без спасителя — негоже, все-таки освободил.

Остановилась, спрыгнула и подбежала к нему. Из правой лопатки парня торчала стрела.

— Дура! Беги давай! — Он мешком свалился с лошади и чуть не придавил меня.

— Ага! Счасс! Держи карман шире.

Он закинул левую руку мне на шею, а правой постарался не касаться ни меня, ни себя. Сгорбившись под весом тела некто, я потащила его в лес.

— Тебя как зовут? Не очень-то приятно звать тебя "Эй".

— Рик, — прошипел он. — Не тяжело?

Ага, волнуется гад! Естественно тяжело.

Но я отрицательно мотнула головой и тихонько выдохнула. Спустившись вниз к лесу, я поправила руку Рика у себя на шее. В глубине леса, когда еловые ветки закрыли нас от глаз дороги, я прислонила его к дереву и метнулась за лошадьми. Ос подозрительно покосился на меня лиловым глазом и сразу поплелся за мной, а лошадка этого то ли шамана, то ли какого-то наемника упиралась. Да сильно-то как, я аж каблуками в песок дороги зарылась. Но в конце концов, когда я сказала, что ее хозяину сейчас не очень хорошо, и мне надо ему помочь, лошадка покаянно склонила голову и пошла за моим конем. Фобос гордо поднял голову и фыркнул.

А этот… некто… встал, пока меня не было, и попытался вытащить стрелу из лопатки.

— Совсем с дуба рухнул? — разозлилась я и схватила черенок стрелы. — Вот блаженный! На всю голову блаженный!

Этот только рассмеялся.

— Еще и смеется! — Я чуть качнула черенок. — Сейчас больно будет.

Зашептав слабые обезболивающие заклинания, чтоб больше неповадно было, я резко дернула ее вверх. Рик дернулся и зашипел на меня:

— Отличница! Вот Филипп лапшу на уши мне на весил!

— Ай-ай-ай, какой сеньор дель Тэро плохой! — закачала я головой, ища в траве листочки неры — кровеостанавливающего растения. — Слушай, там рядом с тобой нет таких красно-желтых резных листьев?

— У меня в куртке есть. Сейчас достану.

Он протянул мне три неры. Пробормотав слова благодарности, я схватила листья, растерла между пальцами и отдала им часть своей энергии. Магия превратила их в пепел, и мне было легче присыпать ими рану. Рана чуть засветилась, и кровь стала испаряться, источая красноватый дым. Запах при этом был таким противным, что я почувствовала легкое головокружение и тяжесть в желудке.

Поспешно отползла подальше и часто задышала. В голове возникли слова последнего прочитанного талмуда по лекарству: "Если после использования листьев неры возник неприятный запах, от которого кружится голова и чувствуется тяжесть в желудке, в ране был яд". Распознавать яды я пока не умела, этому учат на седьмом курсе, поэтому говорить об этом я не стала. Но, как оказалось, Рик это знал.

— Гады, — сказал он, облокачиваясь на дерево. — Острие стрелы обработали скорпионьим ядом. Знали, что ли?

— О чем?

Парень грозно взглянул на меня. Смутившись, я стащила с Оса седло и попону и отдала вещи ему. Тот взял, не поблагодарив.

У меня возникла совершенно честная идея.

— Слушай, раз я рассказывала тебе о своей жизни, расскажи и ты мне что-нибудь. Например, о проблеме, возникшей в Тенезии.

Устроившись поудобнее, Рик насмешливо фыркнул.

— А ты уверена, что я должен делать это именно сейчас?

— Уверена. Или я разверну Фобоса обратно и не видать тебе… — замолчала, в голове помутилось, я упала и больно стукнулась затылком о какой-то камень.

Это было недавно, это было давно…

Я стою в Зачарованном лесу Тенезии недалеко от их столицы. Передо мной лежат тринадцать драгоценных камней, семь из них знакомы мне. Сапфир, рубин, алмаз, изумруд, бирюза, агат и черный турмалин.

"Выбери один".

Интересно, как мне выбирать, если я не знаю половины? Но я слушаюсь и выбираю самый последний.

"Нефрит — камень равнинно-горных Ведьм. Лучшие из лучших могут выбрать его".

Я резко пришла в себя. В левой руке в лучах утреннего солнца мягко светился нефрит.

— И как это называть? — поинтересовался у меня бывший шаман.

— Нефрит — камень равнинно-горных Ведьм, — задумчиво протянула я, рассматривая камушек, весом граммов в двести пятьдесят. — Это я у тебя должна поинтересоваться, зачем Тенезии Ведьмы?

Рик яростно посмотрел на меня и рычащим голосом оповестил:

— Узнаешь потом. А сейчас не твое дело.

Не мое, так не мое. Я поднялась, отряхнула травинки с жилета и брюк, бесцеремонно забрала у такого же бесцеремонного парня попону и седло, натянула это на Оса и развернула его домой. Не обращая внимания на недоуменный взгляд этого некто, я запрыгнула в седло и сунула в сумку камень. Отдав честь, я натянула поводья и позволила коню выводить нас из этой глуши. Уже когда мы отошли от него метров на десять, Рик взбеленился, довольно резво поднялся и быстро догнал нас. Встав перед Фобосом, он зло вопросил:

— И куда собралось Ваше Величество?

Я ответила также зло:

— Мое Величество собралось домой — подальше от Вашего Невежества и Высокомерия.

Парень выдохнул и мимолетно коснулся моей ноги. От нее к его руке тянулась… магическая цепочка! Офигеть! Меня посадили под арест и на привязь! Как псину какую-то!

А пока я тихо возмущалась и пыталась сначала расплавить, а затем и стереть в пыль цепочку, эта сволочь стреножила Оса и сняла меня с него. Не очень нежно, кстати. А я девушка, общий маг, что очень редко в наше время. Можно сказать, в наш тысяча восемьсот восемьдесят первый год, маги, не имеющие узкой профессии, вид вымирающий, в Голубиную книгу магии занесенный.

Рик вполне себе ожил. Прислонив меня к ближайшей сосне и привязав к ней, он погрозил мне пальцем и довольно угрожающим тоном произнес:

— С меня хватит твоих издевательств. Где-то на полчаса я отлучусь, а ты не рыпайся. Узнаю, что пыталась сбежать — лишу голоса и парализую, а если сбежишь — найду везде и убью, что б глаза не мозолила.

Ушел.

— Ну и вали! — прошипела я ему в спину. — А я все равно сбегу. И ректору Академии все расскажу.

Я стала извиваться под несколькими оборотами цепи. Стреноженный Ос грустно смотрел на меня и тихонько качал головой.

— И в чем я виновата? — спросила я у него. — Фобос, он гад, скотина и последняя задница! Он… он этим идиотом шаманом Жинном прикидывался полтора дня и смеялся надо мной! И яд скорпионий, похоже, слабенький был. Ох, жаль я его вылечила, сейчас бы бежала куда глаза глядят, а он только ресницами мне вслед хлопал, да ветер в спину ими же гнал.

Да, разозлилась я сильно. А пока злилась, в некоторых местах цепь старила и ржавчину на звенья накладывала. Магия с моей яростью выросла, и уничтожать столь ненавистную привязь было легче. Через десять минут я полностью высвободилась и стала высвобождать коня.

Прошло еще несколько минут, и сначала вставший на дыбы, а потом успокоившийся Ос ласково фыркнул мне в волосы. Я улыбнулась и в спешном порядке стала собирать наши вещи. Благо, собирать было нечего и, стащив у бывшего шамана мешочки с деньгами и лекарственными травами, а также несколько баночек с зельями, я вскочила в седло и ударила каблуками в бока коня. Разозленный и поймавший ветер побега Ос молнией метнулся к дороге, а оттуда прямиком в столицу Тенезии — Аль`морен. Я радостно рассмеялась бьющему в лицо лучу солнца.

Вернувшийся через десять минут Рик увидел разбросанные по земле его вещи и лошадку, так умело косящую под "старую и немощную".

— Сбежала! — рыкнул он. — И куда ж ты помчалась, Рита? Домой?

Плюнув на пропавшие деньги, лекарства и зелья, он взлетел в седло и направился обратно, к Петре и границе между государствами.

"Наверняка останется у нее, — думал он, подгоняя лошадь. — Она слишком предсказуема".

И, уже предвкушая, как догонит и опять свяжет девушку, Рик, он же бывший шаман Жинн, отправился в погоню. По крайней мере, именно он так и думал.

* * *

До столицы оставалось не меньше трех часов езды. Странно, что эта сволочь еще не догнала меня.

Ос шумно выдохнул и поднапрягся.

— Миленький, ты устал? — спросила я у него, заботливо похлопывая коня по шее. — Потерпи, сейчас дойдем до ближайшего поселения и отдохнем.

Ближайшим поселением оказался довольно шумный и многолюдный город. Поинтересовавшись у одного из горожан, где находится гостиница, я направилась к "сначала направо, потом налево к кусту сирени. За ним найдете "Кабанью кость" — ту самую гостиницу".

"Кабанья кость", или по-другому "Жила единорога" (сие название произносилось только для магов), произвела на меня впечатление старого тусклого кабака, не имевшего ни денег, ни репутации, ни постояльцев. Хозяин, не запомнила его имени, провел меня в грязноватую и пыльную комнату на втором этаже. Для уверенности я, после ухода хозяина, подперла ручку двери спинкой стула и скрепила их раскаленным железом.

Вытащив свечу, я долго смотрела на нее. Как хотелось узнать этого Р. К.! И ощущение было такое, что ответ тут, на поверхности, а я его не вижу.

За дверью послышались голоса. Аккуратно прислонив немытый и найденный на комоде стакан к двери, я прижалась к нему ухом.

— Девка, я тебя говорю. — Голос хозяина.

— Да ей годов двадцать один, не меньше. — Наверно, дружок.

Не угадали, люди добрые. Семнадцать мне, с хвостиком. Только-только в апреле исполнилось.

— А ты уверен, что она не магичка?

— Да ты шо! По ней сразу видать — только для одного дела создана.

Оба-на! И что делать? Мне убивать их страшно, для этого подготовка нужна, а я…

И тут меня ошарашило: я ведь ликантропией владею! Вот я вам сейчас…

Схватив саквояж, благо не раскрытый, я поспешно превратилась в Чеширу. Да-а, улыбка то, что надо! Оп! — и нету ни кошечки, ни девушки. Только странная улыбочка в воздухе качается, но и ее я быстро убрала.

Мужики на редкость сильные оказались. Снесли к чертовой матушке и дверь, и стул, и железо. Влетев в комнату, они пьяно огляделись.

— Ну и где она, ик, Харитон? — спросил дружок.

— Может в окно сбежала?

Но только окно закрытое, шторки задернутые. Да и прыгать со второго этажа, пусть с левитацией, я не хочу. Магию показывать в наше время не есть хорошо.

— Ох, да хрен с ней, с девкой! — вдруг произнес Харитон. — Завтра с утра найдется. Тогда и, ик, прищучим.

Фиг вам, молодцы-старцы! Я пошла ва-банк, естественно, в облике Чеширской Кошки.

— Молодо-зелено! — С обворожительной улыбкой я сняла невидимость. — Негоже за девушкой гоняться, вдруг у нее молодец красный есть?

Ага, есть. С оранжевыми дредами, шоколадными глазами и собственническо-демонической натурой в придачу. Что я несу, а?

— Какой у нее, ик, молодец? — вопросил дружок. — Если только восьмидесятилетний!

Не, максимум, двадцатипятилетний. И то не факт. Сколько там у нас шаманы живут, не подскажите?

— Ой, ну что вы! — приторно засмущалась я и перевернулась на спину. — Уж поверьте, вы самые старые на свете. Вам, наверно, лет под девяносто?

Ага, заскрипели зубками-то, заскрипели! Значит, почти угадала.

— Ты, кошка, ик, помолчи! — прикрикнул на меня Харитон. — Тебе откуды, ик, знать?

— "Откуды", "откуды", — повторила я, вытянув вперед черно-синюю полосатую лапку. — "Оттуды", "откуды" вам не знать.

И с последним словом с негромким хлопком исчезла. Люблю телепорты — всегда эффектно уходишь.

В конюшне я незаметно навешала на Фобоса разнообразные охранки и щиты. Не хватало мне еще на него проклятия навлечь.

Взглянула на солнце: оно только-только садилось. Эх, придется ехать ночью, не спавши, не евши.

— Ты прости, Ос, — попросила я прощения у коня, гладя его по замшевому храпу. — Не думала я, что все так обернется. Может, зря я этого шамана бросила? Как ты думаешь?

Ос насмешливо посмотрел на меня и фыркнул. Приглашающе мотнул головой.

— Сможешь?

Фобос кивнул. Умная животина, до чего же умная!

Забралась. Конь встряхнул гривой и очень осторожно вывез меня из дряхлой конюшни. Из моей бывшей комнаты, чьи окна выходят на улицу, по которой мы пошли, послышались страшные голоса:

— Вон она! Ловите!

Ос всхрапнул, встал на дыбы и громко заржал. Я еле-еле на нем удержалась, на что конь обратил ровно столько же внимания, сколько и на показавшихся поблизости стражей порядка. Рванув с места, он оставил далеко позади и Харитона, и стражей, и дружка, так яро взявшихся за нас.

Мы бежали долго. Изредка я чувствовала, как меня кто-то ищет, но бескомпромиссно обрывала все зовы.

На подъезде к Аль`морену меня сняли с Фобоса. Стражи, стоящие перед большими коваными воротами, осмотрели меня с ног до головы, чуть ли не сняли верхнюю одежду. На коня покосились с уважением и ласково прошептали ему, какой он умный и красивый. Я смолчать не смогла и выдала:

— А он знает. И прямо сейчас думает, какие вы несообразительные.

Один страж рассмеялся.

— Этой палец в рот не клади! — между приступами смеха, выговорил он. — Хорошую нам Ведьму дель Тэро преподнес.

Меня отпустили, а я все пребывала в состоянии шока от звания, которое они мне дали. Я себя Ведьмой никогда не считала, но, наверно, им знать лучше. Тем более, после того, как я взяла во сне нефрит.

По главной улице проехались "с ветерком". Ветряк там жуткий, а я в тоненькой блузочке, брюках и жилете, не зимнем, кстати. Заболею, как пить дать. Но, несмотря на погоду, Фобос постарался поскорее довезти меня до дворца, который не произвел на меня того впечатления, что я получила от нашего замка в Сорене. Темненько, страшненько, готичненько. Этакие Темные Силы в облике Светлых Духов.

— Кто такая? — Ух ты, у них даже здесь досмотр.

— Сеньорита Рита Рей, маг третьего уровня, прислана сеньором Филиппом дель Тэро, магом первого уровня, — присела я в книксене. Хотя по правилам я должна вести себя немного по-другому.

Стража кивнула и забрала поводок Оса.

— Есть такая. Проходи.

Прошла. Больше меня нигде не остановили. У входа в кабинет короля и королевы я помедлила, но двери раскрылись сами.

Они стояли передо мной, как вечно молодые боги. Она улыбалась и была свежа, как чайная роза. Он покровительственно взирал на меня и все время взлохмачивал свои шоколадные волосы, которые были до ужаса знакомы мне.

— Сеньорита Рей, — сказал король и приглашающе поднял руку. — Прошу, проходите.

Немного неловко, когда к тебе обращаются, как к равному. Но когда-нибудь привыкать к этому надо?

— Вы знаете о своей миссии здесь? — спросила королева, когда я села на свободный стул. — Ах да, меня зовут Аврора дон Кастильо, а моего мужа Теодор дон Кастильо.

Я чуть склонила голову набок.

— Простите, Ваше Величество, но я не знаю своей миссии. Единственное, о чем мне сказали, так это о какой-то проблеме.

Высшая власть переглянулась между собой.

— Не надо церемоний. — А у короля приятный тембр голоса — где-то я его уже слышала. — Вы — маг, в первую очередь. А насчет миссии… Что Вы знаете о Круге Тринадцати?

Вопрос меня застал врасплох, но в принципе ответ я знала.

— В Круг входят тринадцать Ведьм, — ответила шокированная я. — Точнее, входили. За последние триста лет всех Ведьм уничтожили.

Король и королева кивнули.

— Преимущественно в Круг входили девушки с превалирующей магией Ведьм. Их натура не позволяла магии выбрать какое-то одно направление и всегда была переменчива. Девушки владели телепортациями, левитацией, ликантропией, телепатией, телекинезом и многими другими "общими" свойствами. Когда за девушкой замечали хотя бы одно из "общих" свойств, ее уничтожали. Лет эдак сто пятьдесят назад считалось, что эти девушки могли приручить самых обособленных и диких животных, но думаю, что все это просто некоторое наблюдение, ведь, например, для приручения единорога, пегаса и вервольфа нужны девственницы, коими считались все Тринадцать Ведьм, — немного отстраненно рассказал Теодор.

Я сглотнула. Меня что, на кол ходят посадить? Неужели я одна из жриц Природы? Фу, не верю.

— Мы же хотим возродить Круг, — продолжил он. — Девять девушек уже найдены, среди которых оказалась ты. Но нужно понять, являешься ли ты Ведьмой. Для этого надо провести обряд инициации.

— А что делать для этого обряда? — слишком сдавленно пискнула я.

— Выбрать драгоценный камень. Если ты, конечно, сможешь его коснуться.

Выбрать камушек? Хм, сказать, али подождем?.. Я решила не говорить, а расспросить о камушках поподробнее.

— Первый камень — рубин. Он считается камнем власти, денег, жизни, любви, смелости и достоинства. Рубинами защищали и защищаются от чумы. Второй — изумруд. Камень чтения мыслей, всезнания и ясновидения, считается "воплощенным хладнокровием". Третий — сапфир. Это камень звезд и Млечного Пути, дает возможность видеть самые далекие звезды Галактики. Четвертый камень — алмаз. Символ чистоты качеств мага или человека. Часто приносит несчастья его владельцам. Пятый — агат. Он полезен для лечения укусов пауков и скорпионов, считается талисманом на удачу. Шестой — хризолит. Носит успокаивающее действие, помогает завоевывать симпатию окружающих. Аквамарин — седьмой по счету. Камень морских вод и помощник при засухе и вызове дождя. Дальше идет бирюза — камень счастья и победы. Черный турмалин — девятый. Является камнем траура и солнечных затмений. Десятый камень — гранат. Это камень магических и целебных сил, однако он считается почти несчастливым. Одиннадцатый — горный хрусталь, символ скромности, чистоты помыслов, а также "замерзшего дыхания дракона". Аметист — двенадцатый. Его называют "благословенным камнем" за невероятное свойство лечить от всех болезней, включая цингу. И, наконец, последний — нефрит. Это камень новой жизни, символ честности и милосердия. Он олицетворяет мужество и красоту души.

О как я попала! "Олицетворяет мужество и красоту души" — не хило сказано.

Подумав, я вытащила из сумки зеленый камень и протянула его немного ошарашенным Теодору и Авроре.

— Это я достала из своего видения, — наглым голосом добила их я.

— Ты тринадцатая, — благоговейно глядя на нефрит, прошептала Аврора. — Знаешь, каким Ведьмам он достается чаще всего?

— Наверно, равнинно-горным. И берут его лучшие из лучших.

Я оглушительно чихнула. В горле появилось першение — явный признак заболевания.

— Простите. Тут на главной улице такой ветер, вот я и заболела…

Королева подскочила.

— Стража! — крикнула она. — Отведите сеньориту Рей в подготовленную для нее комнату и прикажите служанкам принести ей горячего молока с медом.

Я благодарно улыбнулась и вновь чихнула.

* * *

Прошел день. Меня все лечили, как в комнату заглянула служанка Ари и попросила спуститься в обеденную. Смутившись, я надела длинную юбку темно-синего цвета и блузку с рукавами три четверти на два тона светлее. Покрутившись у зеркала, я заплела волосы в косу из пяти прядей.

В обеденной было тепло. Очень. Свет от огромной хрустальной люстры падал везде, как, впрочем, и капли воска со свечей, установленных на самой люстре.

— Здравствуй, — поприветствовал меня король. — Садись-садись, у нас сегодня очень важный гость.

— Доброе утро! — чуть усмехнулась я. — Заинтриговали.

Села на свободный стул справа от королевы и пробежалась глазами по столу с яствами. Чего там только не было! И молоко, и мед, и пирожные, и пироги с пирожками, и булочки с корицей… Вкус-с-сно…

— Я понимаю, ты не знакома с нашим сыном? — откусывая от пирожка малюсенький кусочек, скосила на меня глаза Аврора.

— Нет, — потупила глаза я и положила на тарелку булочку. — Именно он и должен приехать?

Аврора согласно прикрыла глаза. Ну что ж, посмотрим, по кому сохнут половина наших девиц, женщин и старушек милейшего Сорена. Да и не только Сорена.

Пять минут просидели в полнейшей тишине, как вдруг двери за моей спиной открылись, король и королева одновременно воскликнули:

— Сын!

И, как гром среди ясного неба, прозвучал ну настолько знакомый голос, что я даже подавилась:

— Мам, пап, это всего лишь я!

Я сглотнула. Да-а, увидеть Рика я совсем не хотела.

Встала, оправила складки на юбке и с такой убийственной-преубийственной улыбочкой развернулась к оторопевшему "сыну". Подняла нахальные глаза на "сына" и язвительно протянула:

— Здравствуйте, Ваше Высочество. Рада видеть Вас в здравии и хорошем настроении. Как добрались, остановок не было?

Шокированный в первые секунды, Рик побледнел и уставился на меня, как на добычу.

— Приветствую, сеньорита Рей. — А с голосом-то проблемы — вон как дрожит. — Я вижу, Вы тоже времени зря не теряли. Сразу сюда направились.

— Да вот, как-то Фобоса в Аль'морен потянуло, — немножко инфантильно и мечтательно произнесла я. — Но что же Вы домой не поехали? Наверное, возвращались, смотрели где денежки с травами да зельями посеяли, да?

Сказать, что Теодор и Аврора были ошарашенными, значит ничего не сказать. Их выражение лица просто неописуемо, а шок в глазах говорил о многом, очень многом. Удивить мне, то есть нам, их удалось.

Противный парень, а теперь принц, продолжил нашу очаровательную беседу:

— Так и знал, что ты сперла. Меня только удивляет, как ты цепь уничтожила?

Я смущенно зарделась и провела указательным пальцем по спинке стула.

— Знаешь, Рик, у меня все-таки третий уровень, а не пятый или шестой.

Король обрел дар речи.

— Так вы знакомы? — Он показал пальцами на меня и принца, а затем сложил их буквой "Х".

— Только с его темной стороной — этакого шамана с апельсиновыми дредами, пятью проколами в ушах и золотым кольцом в носу. — Совсем я с катушек слетела от наглости. — А так нет, не знакомы.

В ответ мне была злая улыбка во все тридцать два. Кажись, меня прикончат.

— Ага, с твоей светлой я тоже еще не знаком.

Королева попыталась усмирить сынка робким предложением:

— Рик, она тринадцатая Ведьма, будь с ней помягче.

Рик фыркнул.

— О, я в курсе, мама. Она сбежала после инициации.

— Нет, не после, — возразила я и скрестила руки на груди. — Мы сбежали, то есть я и Ос, после того, как ты привязал меня к той сосне. А, да, еще пригрозил лишением голоса и полным параличом. Забыл?

— С тобой забудешь. Получается, ты в курсе, зачем добрый я привез тебя сюда?

— Во-первых, я приехала сама, во-вторых, твои родители намного добрее и мягче, чем ты сам, в-третьих, да в курсе.

Я капризно надула губки и села на стул, тем самым отвернувшись от противного. Не получилось — плюхнулся напротив. А Теодор, как и положено главе семейства, грозно рыкнул на сына:

— Рик дон Кастильо, немедленно извинись перед девушкой! Не хватало мне, чтобы единственный маг Сорена, владеющий ликантропией, был обижен на своего же.

Я насмешливо приподняла бровь.

— Так все же ты ликантроп? — Я качнула головой. — Ай-ай-ай, как нехорошо! Обманул меня, и даже совесть у него молчит.

— Ты тоже молодец. — И мстительно добавил: — Рысей любишь, да?

Был, что ли, в "Жиле единорога"?

Вдруг меня осенило. Так и не донеся булочку до рта, я мысленно сопоставила странные инициалы Р. К. и имя принца. Р. — Рик, К. — Кастильо. Прямо день открытия личин.

Я резко встала и откланялась. От королевской четы не укрылся мой испуганный взгляд, которым я украдкой одарила принца.

Я выскочила за дверь быстрее, чем они смогли меня остановить. В груди громко бухало сердце, а шум в ушах все нарастал.

— И как это понимать? — грозно вопросил Теодор у своего сына.

— Что?

— Сам знаешь. Она сейчас выглядела очень испуганной.

Рик подавился глотком кофе. Его помрачневший взгляд выдал принца с головой.

— Она догадалась, — сказал и ушел, еще раз ошарашив Короля и Королеву.

Королевская чета переглянулась.

— Он ее с ума сведет, — покачала изящной головкой Аврора.

— Скорее она его. Судя по их поведению, у них какая-то большая тайна, в которую, естественно, посвящать родителей не стоит. Кто она, кстати?

— Бывшая муза. Родителей нет, но есть опекуны.

— Муза? Они же своих не бросают?

— Возможно, они были первыми, кто узнал ее дар.

Я с остервенением рылась в сумке. Где же эта чертова свечка?.. О, вот же она!

Вытащила ее на свет. Теперь, после раскрытия тайны, мне почти физически было больно. Как я могла держать ее в руках?.. От пронзившей тело дрожи я дернулась и выкинула вавилонскую свечу в камин, в огонь.

Она не горела, не плавилась, не испарялась. Мало того, когда я взяла ее в ладонь, она была холодной, как мраморная статуя. Тогда я бросила ее в стенку. Осталась жива.

— Не хочешь ломаться? — яростным голосом спросила я ее, схватила, подожгла фитилек и выбросила из окна. — Тогда потеряйся!

Странный зеленоватый огонек все горел, а свеча уже стукнулась о камни. Прошло несколько секунд, и он погас.

Я взяла бумагу и ручку, окунула ту в чернила и стала выводить посередине листка слова, впоследствии ставшие моим личным гимном:

Я шагаю в ночной тишине,

Вспоминая невнятные звуки.

Что-то вдруг пробуждалось во мне

В эти сладкие жизни минуты.

Свежий ветер по мне пролетел,

Обласкал и умчался обратно.

Так и я что-то в жизни сумела,

Я б как ветер умчалась куда-то.

Только держит меня суета

И земные, мирские заботы.

Мне всегда не хватает тебя,

Твоей ласки и чуткой заботы.

Так, по жизни смеясь, я иду,

Не взирая на грусть и заботы,

Не боясь, что опять упаду,

Ошибусь и пополню хлопоты.

Закончила и вышла в коридор. Нехорошо-то как вышло. Перед Авророй и Теодором неудобно — надо извиниться. Но перед этим нужно узнать, кто такие остальные восемь Ведьм, и какие камушки они хранят.

Мне навстречу шагал ме-е-естный прынц. Фу, противно у него что-либо спрашивать, но я рискнула:

— Извините, не подскажите, где можно найти восемь Ведьм?

Странный он какой-то. Помогать не хочет, ну, и ладно.

Кивнула и прошла дальше. Черт с ним, с принцем. У меня своих проблем хватает и Рику там места нет.

Из всех опрошенных мной только архивариус знал, где найти Ведьм. Он очень точно объяснил местонахождение каждой и, слава богине, они все находились здесь, в Тенезии. Сегодня был рыночный день, и поэтому он дал мне стопроцентную уверенность, что они будут отовариваться.

Взяв с собой кошелек с деньгами принца, я твердо ступила на мостовую главной улицы. Е-мае! Фиг протолкнешься! Такая давка — хоть топись, да только речка далеко, аж через пять поворотов.

Со всех сторон мне кричали:

— Тончайшее азиатское сукно! Всего за сто пятьдесят лир! Берите, не пожалеете!

— Халва! С орехами, семечками, фруктами! На любой выбор и вкус! Халва!

— Девушка, тебе подойдет вот это платье — возьми! За сотенку отдам!

Обнаглели вовсе! Да за такие деньги можно земельный участок себе купить! А если сложить, так и вообще и дом, и участок.

Одна белокурая девушка привлекла мое внимание. Ее поведение было похоже на мое — скованное, наплевательское и немного величавое. Такое ощущение, что она знает что-то недоступное всем остальным.

Она тоже заметила меня и весело помахала мне рукой. Подбежала.

— Ты Рита? — радостно защебетала она. — А мы все думали, когда ты приедешь! А кто ты? В смысле, какой камень?

Я тормознула.

— Нефрит, а ты?

— Я сапфир. Меня зовут Рулана. — она протянула мне руку. — Вон там, на углу стоит дом, видишь? Мы там живем.

Я горестно вздохнула.

— А меня во дворце поселили. — прохныкала я и заслужила удивленный взгляд. — Да если бы не Рик, то есть принц, меня бы вообще тут не было.

Рулана запустила пятерню в волосы и странно оглядела меня с ног до головы.

— Ты давно-то одежду новую покупала? — спросила она.

Я смутилась.

— Не то, чтобы давно… Ну, с годик назад точно.

Усмехнувшись, девушка взяла меня за руку и повела сквозь ряды.

— Смотри, вон та девушка, пятая с конца на третьем от нас ряду. — махнула Рулана рукой. — Она торгует платьями, юбками и брюками. По дороге сюда ты прошла мужчину — он сукном азиатским торгует. Если хорошенько нажать, может прекрасную ткань за так получить. Рядом с ним женщина — у нее есть великолепная обувь и шляпки. Пошли!

И рванула с места. О, великая богиня, на кого я наткнулась?! Она минут за десять провела меня по всем вышеперечисленным, поторговалась с ними, с мужчиной даже поцапалась. В конце концов, она завела меня, нагруженную и перегруженную свертками с одеждой и обувью, в дом Ведьм.

Их там была… куча! Рыжие, блондинистые, русые — и все одинаковые, абсолютно! Одинаковые жесты, мимика, взгляды, эмоции. Увидев меня, их веселая трескотня прекратилась и уступила место громкому смеху. Чуть не задушив меня, одна из них слева направо стала представлять их мне:

— Агат — Ана. Изумруд — Калипсо. Бирюза — Брианна. Горный хрусталь — Роксана. Гранат — Карла. Хризолит — Белла. Сапфир — Рулана. Аквамарин — я, Иво. А ты…

— Нефрит — Рита. Неужели вы все помещаетесь в таком маленьком доме? — я огляделась.

Остальные восемь рассмеялись.

— Помещаемся. — кивнула рыжая Брианна. — Мы же Ведьмы! Кто-то превратится, кто-то уменьшится.

Непоседливая Ана подскочила ко мне и стала дергать за косу. Другие шикнули на нее:

— Ана, ты как маленькая! Тебе сколько лет?

— Мне всего тринадцать! — Она чуть нахмурилась и надула губки. — А у нее волосы интересные. К нас таких иссиня-черных нет.

Я улыбнулась.

— А у меня нет твоих перламутровых.

Девочка рассмеялась и захлопала в ладоши. Ее яркие и зеленые, как новенькая травка, глаза заблестели.

Я поняла, что наконец пришла домой.

Глава 2. Междусобойчик, или Все вы, мужики, одинаковые

Я сбежала из Аль`морена. Никто из Кастильо об этом не знал. Ну, а я решила найти остальных четырех Ведьм, начиная с черного турмалина. Девчонки описали мне ее, как единственную 14-летнюю девушку, подходящую под описание камня — всю в черном, траурную, спокойную. Черные глаза и единственная яркость в ее образе — светло-русые волосы — выделяют ее из всех жителей деревни… Васильки. Что-что, а возвращаться я туда не хотела.

Ос весело фыркал по дороге домой. Уже на подходе к знакомым шестнадцати дворам он вдруг набычился и злобно шуганул какого-то заблудшего зайчонка. Устал, наверно.

На "главной" улице все притихли, увидев Фобоса и меня. Мою скромную персону вряд ли узнали, но герб столицы Сорена на сбруе коня говорил о многом, я надеюсь.

К остановившимся нам подошел облысевший Святомир.

— Чего хотели, сеньорита? Может, в администрацию провести?

— У вас администрация появилась? — удивилась я. — Ты, что ли, стал главой?

— Я Вас знаю? — подобострастно кивнул Святомир. — Вы так говорите, будто знаете меня лично.

Я склонила набок голову и спрыгнула с Оса. Варвара, подбежавшая было к мужу, остановилась и присела в неловком поклоне-реверансе. Как же мне захотелось им всем раздать по букетику пиомаков, как говорит моя Лилит, прям закачаешься!

Рядом с новой администрацией захудалой деревушки появилась Ведьма. Копия описания. Взглянув на меня своими невозможно черными глазами, она чуть приоткрыла рот и тихонько кивнула. Для моих бывших опекунов этого было недостаточно:

— Ты как приветствуешь уважаемого человека? — наехал на нее опекун и замахнулся.

Прищелкнув пальцами, я выпустила из указательного луч-плетку и захлестнула им поднявшуюся было руку. На улице прекратились шепотки, а опекуны изумленно взглянули на меня.

— Никто и никогда не имел и не имеет права бить мага. — тихим голосом оповестила я и протянула свободную руку девушке. Та схватилась за нее, как утопающий за веревку или бревно, и забежала за мою спину.

— Да как ты смеешь! — зашипел Святомир. — Я пожалуюсь королю и не посмотрю, что ты носишь герб столицы!

— Боюсь, что именно я уничтожу Вас всех, просто шепнув магу Филиппу дель Тэро, слышали про такого? Да и сама я, спасибо принцу Тенезии, имею право наложить наказание. Особенно после моего ошеломляюще веселого и доброго детства! — Я сверкнула глазами и улыбнулась улыбкой вампира, предвкушающего вкусную кровь.

Вся деревня застыла. В глазах опекунов пронеслось воспоминание о Туньке, не обо мне. Я давно перестала быть ею.

— Ты! — воскликнула Варвара. — Ты жива?

— Нет, е-мае, мертва. И сейчас перед собой вы видите призрак своей бывшей обожаемой падчерицы! Вы это хотели услышать? — Я начинаю злиться. Это плохо.

За моей спиной раздался тихий голосок девчушки:

— Пошли домой. Я не хочу их видеть.

Я вновь щелкнула пальцами и развеяла плетку. Не обращая внимания на злые лица всех жителей Васильков, я усадила девушку на коня и, затянув ремни на седле, вскинула голову:

— Как тебя зовут?

— Анка.

Я усмехнулась.

— Отныне и навсегда тебя зовут Асура Рей, ты моя младшая сестра. Фобос, вези ее к Рику, — приказала я и добавила, после некоторого молчания. — А если начнет он выкобениваться, что вполне естественно, вдарь ему посильнее промеж ног копытом, как ты умеешь.

Ос согласно фыркнул и качнул рыжей головой. Рассмеявшись, я с силой ударила коня по крупу. Вскоре рыжая точка, именовавшаяся моим конякой, скрылась без следа. Я же развернулась к бывшим опекунам.

— Адьес! — отдала честь я и перекинулась в Чеширу. — Думаю, мы увидимся нескоро.

И, махнув напоследок мягкой сине-зеленой лапкой, телепортировалась.

Ос с Асурой на спине мчался по дороге в столицу Тенезии. Пролетев мимо стражи, он залетел в конюшню, в которой по счастливой случайности стоял принц.

— Не понял, а где Рита? — оторопел он и снял девушку. — Куда опять вляпалась эта Ведьма?

Фобос фыркнул и коснулся лбом Асуры. Принц чуть приоткрыл рот и выдавил:

— Только не говори мне, что за остальными погналась! — Конь всхрапнул и быстро закачал головой. — Убью девчонку!

Фобос раздраженно встал на дыбы и последовал совету хозяйки. Рик согнулся пополам от боли.

— Какую Ведьму она ищет сейчас? — прохрипел он, вставая.

Конь потоптался на месте и неопределенно мотнул гривой и хвостом.

— Не знаешь… Но, насколько я знаю, этих Ведьм девчонки вычислили по каким-то особенным признакам и давным-давно в курсе их камней, так?

В ответ принц получил положительный кивок.

— Остается только узнать, за алмазом, аметистом, турмалином или рубином идет по следам сеньорита Рей.

Ос подскочил и заколотил копытами по каменному полу.

— Ты хочешь сказать, что Ведьмы дали Рите особенный план, которому она следует?

Ос закивал головой и приглашающе мотнул ею на свой круп.

— Подожди здесь, я отведу ее к родителям. Кстати, тебя как звать?

— Рита сказала, что Асура Рей, ее младшая сестра.

Рик усмехнулся и неразборчиво пробурчал:

— В ее стиле. — И ушел.

Пешим ходом и маршрутом не люблю путешествовать. Уже перед следующим маленьким городком, где жила Ведьма аметиста Лана, мое терпение лопнуло. Только-только натертые мозоли на пальцах ног начинали ныть и пульсировать, а сапоги протерлись в некоторых местах — мой путь проходил мимо кустов чертополоха и шиповника.

Обещая себе по возвращению не вылезать из ванны как минимум час, как максимум три, я с грустной миной на лице зашла в паб "Вето гоблинов". Ммм, старенько, деревянненько, скучноватенько и многоватенько свечек для одного стола — вот вам описание в нескольких словах"… гоблинов". Бармен, если его можно так назвать, показал мне, максимум, двадцать один желтый зуб.

— Чего желает сеньорита? — у, какой запашок! Я, стоя от него в десяти локтях, почувствовала.

— Не знаете, где живет Лана Эйне?

Весь паб рассмеялся.

— А как же не знать? Ща приведем!

Бармен исчез за дверью, а через несколько секунд привел молоденькую девушку, лет эдак 17, рыжую, зеленоглазую, невысокую. Держа ее за волосы, он посмеивался.

— Вот она. — Он встряхнул ее, и девушка взвизгнула. — Не дается, тварь этакая! Может у Вас, сеньорита, получится?

Бармен толкнул ее мне, и Лана испуганно замотала головой.

— Я тебе ничего не сделаю, — заверила я ее. — А вот э-э-этим…

Задумчиво протянув последнее слово, я вспомнила старую шутку Ли:

"Пиомаки — штучка сложная. Пары букетиков будет много, а вот один — в самый раз! Жалко же людей, отбивные будут, а не задницы".

— А ну-ка, снимайте портки! — с хрипотцой я перебахала — они же озабоченные! — Снимайте-снимайте, да разворачивайтесь! Лана, у тебя ремень есть?

— Есть. А зачем он? — в голосе Эйне появился испуг.

Улыбнулась и провернула ремень в руке. Железная бляха на его конце опасливо сверкнула…

Через несколько минут громких криков и, уж простите за словосочетание, красных задниц после физиотерапии с ремнем, я и Лана вышли на свежий воздух. Ведьма аметиста ошарашенно смотрела на меня и пыталась что-то сказать. Я наоборот была счастлива и ехидненько так похмыкивала. Видели бы вы их рожи, когда я выносила "наказание провинившимся". Они-то думали, что все будет немного в ином смысле, а моя скромная персона их чуть-чуть удивила — надеюсь, синяки на жирных задах надолго у них останутся… А вообще, классные они, пиомаки то есть. Красивые, ало-синие. И главное — четкие такие, большие. Больные, наверно, ай-ай-ай.

Пока я пребывала в состоянии нирваны от пиомаков, мой Фобос мчался обратно уже с Риком на спине. Последний, похоже, был настроен серьезно, поэтому всяких там прелюдий играть не стал, сразу перешел к делу:

— Идиотка! — Я нахмурилась и выплыла из мыслей — какой-то он не очень радушный. — Ты что натворила?

— Да, собственно, ничего плохого. — Я задумчиво запустила пятерню в волосы, взлохматив их. — А что, такого-то?

Яростно рыкнув, принц Тенезии ворвался в паб. Через пять секунд оттуда донесся гомерический хохот, и Рик вылетел обратно. В его шоколадных глазах плескались смешинки вперемешку с чертятами. Я смущенно потупилась и захлопала ресницами.

— Ну, Ритка! — восторженно выдохнул он. — Где ты такому научилась?

— А у меня подружка, Лилит дель Тэро, дочка Филиппа, заводная такая. Придумывать разные цветочки любит. Это и есть одно из ее произведений.

Ага, ее произведение. Искусство, так сказать. А, кстати, какое сегодня число?..

— Двадцать четвертое мая, — в ответ на мой вопрос немного мрачно и расстроенно произнес принц.

Как 24-ое? У меня же… у меня… у меня же двадцать пятого первый экзамен! Ааа! Так, спокойно, Рита, спокойно. Тебе повезло — практическая целительская магия тьфу какая легкая. Наверняка, попросят что-нибудь из первого или второго семестров, наподобие: "Как снять порчу с больного белой горячкой, не причинив вреда головному мозгу? Покажите вот на этом манекене!". Или: "Вот Вам, сеньорита как Вас там, перелом четырех ребер, ранение левого легкого, задет позвоночник и спинной мозг. Что будете делать?". Я тогда провалюсь сразу… ведь анатомию человека я учила из рук вон плохо.

А смешение разнообразных сглазов, порч и реальных болезней? Да я вообще их никогда терпеть не могла! О Великая Богиня, что мне делать? Я же не успею просто физически найти еще двоих оставшихся и приехать обратно в Академию для подготовки!

— Ри-ит… — Рик опасливо тронул мое плечо. — Все нормально?

— Надо быстрей покончить со всем поиском, — немного невпопад ответила я. — Лана, эр ла фир.

На меня уставилась парочка зеленых глаз.

— Иди сюда, говорю. Вот непонятливая! — Я подождала, пока девушка подойдет ко мне. Сунула ей в руку камень для телепортов. — Смотри, сжимаешь в ладони и очень четко повторяешь про себя три раза "Ведьма сапфира". Камень перенесет тебя к ней. Скажешь, что тебя нашли, с Ритой, то есть со мной, все нормально, она сегодня не вернется. Пусть не ждут, обед на меня не готовят. Все ясно? — кивок. — Отлично.

Я дождалась ее исчезновения. Повернулась к принцу и Осу.

— Я не смогу остаться в столице. У меня с завтрашнего дня экзамены начинаются. Поэтому сегодня заканчиваем все дела и расходимся. — Я замолкла. Через несколько секунд продолжила, — Ос, остаешься в Аль`морене. Хорошо, не остаешься, — увидев в глазах Фобоса сопротивление, остановила его. — И вообще! — это уже принцу. — Почему именно я должна быть Ведьмой? Нельзя другую найти?

Принц странно взглянул на меня, впрочем, он всегда странный.

— В определенное время рождается определенное количество Ведьм, — ответил он. — И неважно, что кто-то не хочет.

Нужно уважать чужое мнение, да. А если девушка не хочет входить в этот Круг Тринадцати? Если ее там убьют на фиг? Если за нами охотятся?

Но правду говорят: если бы, да кабы — да только во рту растут грибы. От моих вопросов ни мне легче не становится, ни девчонкам, ни правительству.

Откуда же Рику знать, что я прекрасно осведомлена, кто такая? Что я совсем не из Сорена или Тенезии? Откуда? А я прекрасно помню тот день, когда сбежала из соседней страны. Маленькая — да, глупенькая — а то! Но сбежала. Все с теми же музами. Они оставили меня на попечительстве Варвары, думая, что уж их родная тетка поможет мне, но ошиблись. Когда тетка вышла замуж уже в пятый раз, за Святомира, она совсем с ума сошла. Охренела, как говорят в деревне. Но я все пять лет, которые была у нее я помнила свою истинную сущность. Меня искали по всем странам, к нам в Васильки приходили стражи порядка, но я даже умываться перед ними не хотела. Не хотела, потому что знала, что могут узнать лицо.

Помню, когда сбегала, страшно молилась Терезе, что не хочу быть Ведьмой нефрита. Там, в настоящем доме, я постоянно даже в свои три не переставала повторять: "Изыми из меня эту ношу". Я была смышленым ребенком, довольно неусидчивым. Учителя боролись за каждую выговоренную мной букву, я ведь так не хотела при них и рта раскрывать! Мама всегда смеялась и сама начинала говорить что-то, а я повторяла. Я любила ее. И сейчас люблю, но когда уже в Сорене я узнала, что всех Ведьм истребили, а последней убитой оказалась моя мама, я возненавидела родной дом. Я поклялась себе когда-нибудь убить всех, кто виновен в смерти моей матери. А в свой дом я возвращаться не хочу. Я больше не принцесса такой красивой, такой равнинно-горной Ауренты.

— О чем думаешь? — Рик вытянул меня из воспоминаний. — У тебя такое лицо, будто вспоминаешь свою жизнь.

Мы шли по степной земле. Хорошо, что две других Ведьмы сестры и живут вместе.

— Ты не представляешь, в какое яблочко ты попал, — ухмыльнулась я. — Хочешь узнать, что было раньше, да? Ну, думаю, что некоторую малость я рассказать могу.

Я замолчала. Внутренний голос и, по совместительству моя гордость, ехидно подсказал:

Да ну! Ты решила сказать этому прынцу, что не из этой страны? Мать, да ты в своем уме? Совсем чувство гордости потеряла? Ты, мать, где ты меня посеяла?

Я не уверена.

Не уверена она! Давай, приходи в себя! Хватит уже нюни распускать по поводу старой жизни! И не смей открывать все свои секреты этому шаманопрынцу. Не смей!

Я чуть улыбнулась. И выдала полуправду:

— Знаешь, а я ведь немного вешала тебе лапшу на уши, — сказала довольным голосом я и с удовольствием посмотрела на вытянувшееся лицо парня. — Да, вешала. На самом деле я родилась в Ауренте, а моя мать была Ведьмой нефрита. В нашей семье это передается по женской линии из поколения в поколение. Я с рождения знала, кто такая, поэтому сбежала с "сестрами" — музами.

— Сколько лет тебе было, когда ты сбежала из дома? — вдруг с подозрением спросил он у меня.

— Три. — Я тогда не обратила внимания на его подозрение, за что сейчас очень сильно караю себя. — А какая тебе разница?

Он указательным пальцем потер подбородок.

— Я слышал довольно красивую легенду. Рассказать?

Люблю легенды.

— Давным-давно, в одной прекрасной стране Аурента жила девочка. Принцесса. Ее все очень любили, родители восхищались ее невероятной смышленостью в тогдашние два-три года. Но однажды, девочка узнала свое истинное назначение и больше не захотела быть ни магом, ни Ведьмой, ни принцессой. Она уговорила девятку муз взять ее с собой, они согласились и отвезли к своей родне. Через пять лет они вновь пришли за ней, а девочка узнала, что ее родителей уничтожили. Она возненавидела весь мир. — Он закусил губу и взглянул на притихшую меня. — Тебе ведь знакомо окончание легенды, ведь так?

Он мог догадаться, поэтому…

— Нет, — твердо сказала я. — Я вообще слышу эту легенду впервые. Но, наверняка, эта девочка-принцесса выросла, всем отомстила, выскочила замуж за какого-нибудь рыцаря на белом коне, и все закончилось "жили они долго и счастливо". Ненавижу эти розовые сопли.

— Нет, все закончилось не так. Она погибла во время исполнения своего долга в Круге Тринадцати. — Он продолжал смотреть на меня. — А перед этим свела с ума от лжи своего друга. Не знакомо, нет?

Говорить второй раз "нет" не хотелось. Поэтому я сделала вид "А-я-ничего-не-знаю-и-знать-не-хочу". Думаю, он мне не поверил, так и сверлил взглядом уже краснеющую меня. Я не выдержала:

— Ну, что ты смотришь на меня? Я не знаю никакой девочки-принцессы из Ауренты!

— Ммм… Не знаешь? А ведь эта легенда появилась сразу после твоего бегства, судя по тому, что ты мне рассказала.

Гад мой старый учитель! Вот уверена, что именно он распустил слух!

Найду — убью, уничтожу, расчленю, линчевать его буду!

По счастью, от очередной лжи меня спасло появление на горизонте места жительства Ведьм. Счастливо улыбнувшись, я рванулась туда.

А пока Рита скрывалась от правды и Рика и не подозревала ни о чем, в той самой ее родной стране четырнадцать лет проводились одни и те же собрания Совета. Шесть министров во главе с братом Рей искали ее и никак не могут понять, почему до них не доходит никакого послания о вновь восстановившемся Круге Тринадцати. Брат бесится и проклинает свою младшую сестренку за тот побег, министры успокаивают его и молятся Богине. Они и подумать не могут о том, что все это время Рита была у них под носом и умело пудрила им мозги. Сегодня же брат Риты и министры закрывали это дело.

— Николас, она погибла! — Второй час министры пытались образумить короля. — Понимаешь, погибла!

— Этого не может быть, я не верю! — взвыл Николас и схватил руками голову. — Я не верю в это!

Министр иностранных дел обнял рыдающего Николаса.

— Пора принять это, — начал он. — Николас, ее не было четырнадцать лет, мы не могли найти ее, музы сбежали. Ты прекрасно знаешь легенду…

Его прервал ворвавшийся в кабинет посол. Бухнувшись на коленки, он запричитал:

— Мой король, только что пришло письмо от Вашего друга Теодора дон Кастильо. У него интересная новость…

Николас вырвал желтый листок и стал жадно читать:

Николас, мы собрали всех Ведьм. Почти — тринадцатая Ведьма нефрита ушла обратно в Академию Сорена под предлогом сдачи экзаменов. Нашла нам остальных четверых — и ушла. Кстати, у нее очень интересное имя — Рита Рей…

Дальше Николас читать не стал. Несколько раз перечитав последнее предложение, он победоносно помахал письмом перед носом у министров.

— Я же говорил, что она жива! Теперь мы знаем, где находится Рита!

— Но Сорен! Это же через все гномьи долины и всю Тенезию! До него как минимум недели две добираться, а то и больше.

— Можно сократить путь, поплыв по Южному морю, да и слишком долго я ждал этого момента — мне плевать.

Я готовилась к экзаменам. Да, я вновь готовилась к этим чертовым экзаменам. Ли сидела рядом и укоризненно взирала на меня. Она не могла поверить в то, что я знакома с "самим красавчиком-принцем" и не даже не писала ей. А то, что Рик сначала представился мне, как некий оранжевый шаман Жинн, не произвело на нее никакого впечатления. Над моей Ведьмовской сущностью Лилит вообще рассмеялась. Сказала, что ей это было давно понятно, ведь я самая что ни на есть рыжая до мозга костей, хоть и брюнетка.

— О, сжалься надо мной, моя строптивая подружка. Иль сильно так щекочут мои истории твое ушко? Я, как палач, точу свою секиру. Для твоего последнего в жизни пиру! — заныла я, припоминая старый стишок одного поэта-смертника. В смысле, суицидника.

Лилит заставлять ждать не стала:

— О, моя любимая сестренка! Как тонко вяжешь нить, как тонко! Последний раз я видела столь тонкую тесьму у паука, что сейчас сидит на твоем лбу. — Еще один стишок поэта-смертника. Пьеса так и называется: "Строптивая подружка и любимая сестренка".

Перекинувшись колкостями, успокоились. До экзамена оставались жалкие полчаса, и мы поспешили в учебный корпус. Там уже собрались уже три четверти экзаменующихся, и нас все приветствовали громкими возгласами:

— А вы чего пришли?

Я тормознула.

— Экзамены сдавать пришли, как и вы, — крикнула Ли и обхватила рукой мои плечи. — Ита, представь, так как половина наших милейших учениц без памяти влюблены в твоего Рика, то как они могут тебе глотку разорвать за него, а? Не хило, правда?

— Он свой собственный, Ли, сколько раз повторять!

Подружка всплеснула руками и растолкала парочку экзаменующихся.

— Это пока он не твой, а через годик-другой… — Она многозначительно протянула последнее слово.

Я закрыла ладонями глаза и вздохнула. Лилит как всегда в своем репертуаре.

— Сеньорита Рей, прошу в аудиторию. — Выглянула секретарша нашего ректора.

С подкашивающимися ногами я прошла вперед и остановилась у кафедры. Сеньор дель Тэро не очень радостным взглядом встретил меня, кивнул и грустным голосом проговорил:

— Что же ты наделала, Рита?

— Что, простите? — Я почувствовала, как внутри просыпается ехидный голосок.

Кажись, "шаман" настучал. Ох, и подонок он!

Филипп повторил:

— Что ты наделала? Почему не сказала нам, что являешься Ведьмой? Мы бы защитили тебя, не отдали бы никому, даже если бы сама попросила…

— Сеньор дель Тэро, Вы о чем? — поставила я на него глаза. — Какая Ведьма?

— Самая простая, Рита. Нефритовая.

Да ну, Лилит бы не рассказала…

— Откуда…?

Ректор усмехнулся, поднялся, сцепил руки за спиной.

— Как хорошо, что во дворце Тенезии есть мои шпионы, не так ли? И главное, я так много узнал! Например, что ты выбросила вавилонскую заговоренную от потерь свечу. И спелась с Королем и Королевой.

Я моргнула и ответила немного ошалевшим фальцетом:

— Я чего-то не догоняю. Вы против?

— Да что ты, нет, конечно. Ну-ка, ответь-ка мне на один вопрос: каким методом надо вытягивать воспоминания из человека?

— Щадящим. Ну, то есть, не применяя пыток, заклинаний и зелий. Лучше всего с помощью сыворотки правды — она безвкусная, безболезненная, без запаха. После нее полностью стираются воспоминания о допросе, и она фактически является самым действенным способом во всей вселенной. — сглотнув, поведала я.

— А если смешать коктейль из пыток и заклинаний? Что бы было?

— Вы забыли добавить слово "опасный". Это бы был опасный коктейль с летальным исходом.

Он отвернулся от меня, будто бы смакуя все вышесказанное мной. Я тихонько отодвинулась назад на пару шажков. Сеньор дель Тэро резко развернулся ко мне.

— Ты больше не можешь учиться у нас.

— Почему?

— Почитай.

Он бросил мне какой-то конверт. Я поймала и развернула письмецо.

— Меня приглашают на неделю работы придворным магом в Мейфле? — Моему удивлению не было предела.

— Отправляешься сегодня же. Поедешь на Фобосе или в карете?

Я неопределенно мотнула головой. Придворный маг… Теперь я смогу доказать этому Рику, что тоже чего-то стою!

Попрощавшись я вышла из аудитории. В коридоре стояла абсолютная тишина, и мне было неудобно в ней. Поэтому, расхрабрившись, я крикнула:

— Всем пока! Я ухожу и не обещаю возвращаться!

Ответом мне был ошеломленный взгляд тридцати трех учеников пятого курса. Они так и не поняли, что я ушла практически сама, и меня не отчисляли.

Тем временем во дворце Аль`морена принц, или, с легкой руки внутреннего голоса Риты, шаманопрынц, яростно рыскал в библиотеке и искал свитки с родословными королевской династии Ауренты. Его верный друг, камердинер, секретарь и финансист в одном лице, сидел за столом, подпирал кулаками щеки и устало взирал на беснующегося наследника.

— Ну чего ты так разнервничался? — спросил он, глядя на остановившегося Рика. — Ну соврала она тебе, и что с того? Втюрился, что ли?

— Да брось ты, Йохан. Может, это я палку перегнул, а она действительно не знает никакой принцессы. И сама она ею не является.

Тот, кого назвали Йоханом, закатил глаза.

— Рик, ты прекрасно знаешь, что правящая династия Ауренты носит фамилию… — Он помахал ладонью, призывая назвать ее.

— Какую? — поджал губы "шаман". — Насколько я знаю, последняя представительница династии носила фамилию Лаоринейн. А сеньорита Рита у нас Рей.

Йохан махнул рукой на своего нерадивого друга. Как же ему не понять…

— Кастильо, разуй глаза! — заорал он на него. — Действующий король Ауренты сеньор Николас XV носит фамилию отца Рей и имеет давно пропавшую сестру Аннариту Рей! Их мать — Ирида Лаоринейн! Отец — Себастьян II Рей! Совпадение?

Рик поморгал, сел и взъерошил пятерней свои шоколадные волосы.

"Ты вновь обманула меня, сеньорита Рей, — подумал он и ощутил острый укол обиды. — А как красиво все скрывала. И как врала, и как сбежала. Да, я уже рифмой начинаю думать из-за тебя, Рита. Или ты теперь сеньорита принцесса Аннарита Рей? Кто ты, черт побери? И как мне относится к тебе? К тебе настоящей. Ответь мне на эти вопросы, прошу, пожалуйста! Мне, как никогда, важно узнать на них ответы, ведь ты мой друг. Наверное".

— Ты не расстраивайся, Рик, — тем временем продолжил Йохан. — Найдешь себе еще сотню таких, как она. В тебя полмира влюблено без памяти.

Принц рассеянно кивнул другу, еще раз взъерошил волосы.

— Тем более у вас скоро приезд на день рождения принцессы Агаты Соренской. Вот и заведешь интрижку.

— Да, спасибо, за совет.

Он громко вздохнул и вышел, оставив друга в легком недоумении.

Я быстро собрала свои пожитки, запрыгнула на Оса и с легкой душой отправилась работать. Благо, Академия находилась не так далеко от Мейфла — столицы Сорена — и поэтому легко могла называться еще и Академией Мейфла.

Принцесса Агата младше меня на год и закончила в этом году ускоренный курс целительства. Естественно, в Академии. Маг она никакой, имеет то ли седьмой, то ли шестой уровень резерва, что очень мало в наше время. Говорят, что скоро у нее праздник — 16-летие…

И король, и королева, и принцесса меня приняли. Возможно, я им даже понравилась, но уверять вас в ложном показании не буду. Мне выделили довольно скромную комнату наверху, почти под самой крышей, и наказали, чтобы с завтрашнего утра приступала к своим обязанностям. Устроившись поудобнее, мне показалось правильным отправить весточку или Ли, или Рику, но насчет последнего была не уверена: его подозрения имели прекрасные основания, я не могла ему больше врать. Но сказать принцу о том, что обманула, причем очень крупно, не могла. Во-первых, я боялась, что он сильно разозлится, во-вторых, что не захочет больше со мной разговаривать, в-третьих, что тогда меня найдут. В принципе, если он сможет узнать, кто я такая, то можно все списать на простую конспирацию. Хотя какая-тут конспирация — мое имя засветилось везде, где можно, причем не особо отличаясь от оригинала. Кстати, а какая ему разница? Ну, Рику. То, что он подумает, меня совершенно не касается и не волнует. Пусть хоть на край света отошлет — я все равно никогда там не была, хоть прошвырнусь. Да и вообще, пошел он… на Лысую гору.

Грозно фыркнув, я достала из сумки старый огрызок черной свечки. Можно было погадать… меня никто не спросит о моем деле… да и не увидит никто… Поглядела, повертела его в руке да и сунула остатки в ступку, которую тоже притащила с собой. Взяв пестик, с каким-то остервенением стала толочь свечу, пока та не превратилась в слой восковой крошки.

Пришла задняя мысль: а, собственно, зачем я это делаю? На кой фиг мне понадобилось толочь вавилонскую?

Пока сидела на кровати и пыталась воссоздать облик огрызка свечки, в окно постучался почтовый голубь. Удивленно посмотрев на него, я приняла письмо, привязанное к лапке. Распечатала. Внутри зеркальным шрифтом было нацарапана короткая, буквально в трех предложениях записка. Метнувшись к зеркалу, я приставила листочек к поверхности и прочитала:

Вы меня удивили, сеньорита Аннарита Рей. Я не думал, что Вы настолько бесчеловечны. Надеюсь, больше не увидимся.

Р. К.

Ну вот, я же говорила! Откуда он узнал, даже думать не хочу. Хам, подонок, эгоист. Ублюдок, дурак, мразь. И тварь. Надеюсь тоже, что не увидимся.

Схватив перо, я так же, зеркальным шрифтом, накалякала:

Не хочу знать, откуда Ваше Невежество знает мое настоящее имя. Мне плевать, как Вы думаете теперь обо мне — у меня были довольно веские причины скрываться. С наихудшими пожеланиями я присоединяюсь к Вашему предложению не видеться.

А. Р.

Никогда не думала, что буду подписываться старым именем. Для меня это "дела давно минувших дней, преданья старины глубокой".

* * *

Утро получилось громким. Кто-то ворвался в мою комнату в начале шести утра и раздернул шторы. Яркий солнечный луч впился в мои полураскрытые глаза и нагло разбудил меня. С громким криком "Черт возьми!" я подскочила на кровати и возмущенно огляделась по сторонам:

— Кого в такую рань нелегкая принесла?

Мой взгляд уткнулся в принцессу Агату, находившуюся в моей спальне в безразмерной фланелевой розовой (ненавижу этот цвет!) пижаме, с бигудюшками на белых, почти прозрачных, и жидких волосах и взирающую на меня с легким недоумением. Я "смутилась", "зарделась", выскочила из кровати и поспешно присела в реверансе. Агата довольно улыбнулась, что было похоже на оскал жабы. Представьте, толстая, охрененно некрасивая, с жировыми складками на животе, светло-зелененькими глазками и тонкими губками, непонятно почему довольная жаба улыбается мне и явно пытается подружиться со мной. Хорошо, будем играть в "ты моя лучшая подруга", хоть это мне и не улыбается.

— Здравствуйте, принцесса Агата, — промямлила я, стараясь скрыть огонек ужаса в своих глазах. — Чего-то желаете?

Жаба еще раз оскалилась и чистым баритоном оповестила:

— Так ты и есть та самая Рита. Ну-ну.

Она обошла вокруг меня, осматривая то ли мою фигуру, то ли ситцевую ночнушку. Осталась довольна.

— Собирайся! — велела она. — У меня завтра день рождения, а сегодня вечером приезжает делегация из Тенезии. Поговаривают, что сам принц приедет, хоть я в это и не верю. Последнее время он слишком занят какой-то особой, не особо посматривающей на него. Он даже перестал отвечать на мои письма.

Мам-м-ма-а… Принцесса сказала это с такой угрозой, что мне сразу стало жаль эту особу, то есть меня.

Мои коленки задрожали.

— Я согласна с Вами, принцесса, — мяукнула я и мой голос сорвался. — Но, может, этой особы не существует?

— Было бы хорошо. — Она взглянула на меня с одобрением. — К сожалению, она есть, и если я ее найду, в чем почти не сомневаюсь, я ее уничтожу.

Ах, Агата, если бы ты знала, кто стоит перед тобой… От меня бы остались кошачий хвостик и записочка Рику, которую отправила вчера.

— Э, Ваше Высочество…

— Давай на "ты", ты же старше меня.

— Агата, а… зачем тебе я?

— Как зачем? Ты сможешь подготовить замок к приезду своими крибли-крабли-бум, фокус-покус или что там у тебя в арсенале? Короче, будешь у меня вместо стилиста.

Этим челом я еще не работала.

— Хорошо. Можно я оденусь?

И на негнущихся ногах прошла в гардеробную. Что меня ждет?

О, Великая Богиня! Как я устала! Битый час я колдовала над интерьером замка, своим характером и видом. Если приедет Рик, он меня не узнает. За несколько часов я превратилась в серую мышку, уставшую, замученную магией и Агатой. А ведь мне еще одевать ее… Но с последним мне было чуть легче. Весь ее гардероб состоял из розово-сиренево-блестящих вещей, с большими юбками и умопомрачительным количеством розочек, рюшечек, стразиков и воланов. Посоветовав ей самое любимое ее платье, как мне сказали другие служанки, заслужив одобрительный кивок и счастливо-шоколадную улыбку, я без сил завалилась в кресло. Единственное, чего мне хотелось, так это заснуть и больше не просыпаться. К сожалению, мне этого не удалось.

Уже одетая принцесса вошла в спальню и громко сказала:

— Ритусик, ты почему не одета?

Через силу улыбнувшись, выпроводив принцессу, я прислонилась спиной к двери.

— О, Тереза, как же мне не везе-е-е-ет… — прохныкала я.

Благодаря Рулане я имела пару выходных платьев. Синее и черное. Решив, что черное будет идеально подходить к моему настроению, я надела синее, дабы никого не смущать. А то еще будут шептаться, что у меня траур.

В зале меня никак не приветствовали. Вот вообще никак! Наверно, не знают еще.

Агата заставила меня занять место рядом с ней. Король и королева нарадоваться не могли: их новый придворный маг и принцесса нашли общий язык! Я вздохнула, поблагодарила и села — надо же поддерживать игру.

Церемониймейстер три раза стукнул посохом об пол, и вошли Теодор и Аврора. Не знаю, как Король, но Королева сразу узнала меня и улыбнулась мне.

Хорошая женщина. И муж у нее хороший. Да и сынок ничего…

Цыц, муха, я не звала внутренний голос!

— Смотри, это он! — жарко зашептала принцесса мне на ухо. — Он приехал!

Она показала на кого-то, шедшего сразу за родителями. Знакомые волосы, скрученные в небрежный хвост, глаза с искорками и цвета, и смеха, походка короля жизни… Принц Кастильо. Мой бывший друг, ставший мне неожиданно чужим человеком. Неужели, принц, ты действительно не понимаешь меня?

Кроме семьи в делегации прибыл и какой-то паренек. Он был сильно загорелым, почти чернокожим, с веселой светлой вихрастой головой и очень черными глазами. Я была напугана до предела.

Опустив голову, я начала разглядывать свои пальцы, белые от внутренней дрожи, но меня прервал мягкий голос Теодора:

— Рад видеть сию чету. — Он чуть склонил голову набок. — Принцесса, хм, великолепно выглядите.

Я подавилась смешком. Как всегда, проницателен, пунктуален и насмешлив.

Наш король поднялся с трона и встряхнул пару раз протянутую Теодором руку.

— Я тоже рад, — сказал он. — Принц, и вы здесь?

Выше названный нагло усмехнулся и скользнул взглядом по мне и Агате. Не узнав моего белого лица, сказал:

— Да, знаете ли, решил хоть раз отвлечься от забот и отдохнуть. Последнее время не удавалось как-то — проблема была одна, да и та исчезла.

Я обиженно прикусила губу. Проблема, значит? Ну ладно, моя мстя еще будет!

Тем временем Рик продолжил:

— А, я же забыл представить, Йохан Райт. — Хлопнул он паренька по плечу. — Мой лучший друг и, по совместительству, камердинер.

Йохан почтительно наклонил голову и заинтересованно уставился на меня. О Богиня, я никогда этого не делала, но попробовать-то стоит. Я змейкой скользнула в его мысли:

"Хорошенькая. Главное, чтобы Рику не понравилась — этого вон, принцесса ждет. Интересно, а кто она такая?.."

И во что же я вляпалась?

Король улыбнулся и подозвал меня. Несколько поспешно подойдя к нему, я развернулась к приехавшим.

— Хочу представить Вам, мой новый придворный маг. — Я подняла голову, протянула правую руку и нежно улыбнулась. — Рита Рей, недавно приехала из командировки в Вашей стране.

Собственно, кроме Йохана и Рика никто не удивился. Принц взглянул на меня с затаенной болью. Мне так и хотелось высказать ему все, о чем думаю, но меня опередили. Мягко коснувшись губами моей тыльной стороны ладони, Рик тихо шепнул, так, чтобы слышала только я:

— Они не знают, Аннарита?

Я чуть качнула головой. Неожиданно он широко улыбнулся, вновь только для меня, и проговорил:

— Рад встрече, сеньорита.

— Взаимно, сеньор.

Больше принц не выглядел таким грустным, наоборот, он весь светился, но как-то скрыто, чтобы никто не задавал лишних вопросов. А вот его друг-камердинер поуныл — видимо, слышал обо мне от шаманопрынца. Мне же легче.

С лица жабы, в смысле принцессы, не сходила улыбка голодного аллигатора. Мне даже жалко стало бедного Рика — вдруг достанет и… Вы поняли. Ведь тогда ему не отвертеться и жениться принцу на принцессе. А точнее ликантропу на жабе-аллигаторе. Меня еще тогда свахой сделают, и буду я мультимагом.

Первый танец традиционно танцуют только королевские семьи и их приближенные. В данном случае я танцевала с Йоханом, Рик — с принцессой, наш король — с Авророй, а Теодор — с нашей королевой. Черт, а я ведь их имен даже не знаю-ю-ю… Как все запущено!

Из мрачных мыслей меня вырвал настойчивый голос камердинера:

— Я повержен Вашей красотой, сеньорита Рита. Не зря я так много слышал о Вас от дорогого друга — поверьте, он тоже восхищен.

— Да? — изумленно протянула я. — Удивительно, но я немного по-другому думала. Видите ли, Рик совершенно не лестно отзывался о моей персоне. По крайней мере, в моем присутствии.

— Он идиот, поверьте, — заверил меня Йохан Райт. — На его месте я бы даже не спускал с Вас взгляда.

Лестно, блин, очень лестно. Но я же не жаба, чтобы каждый комплимент ушами ловить и лапшу на уши себе навешивать!

— Вы не верите. Мне кажется, что Вы не хотите меня слушать, не так ли? — спросил Райт и обиженно захлопал на меня ресницами.

— Друг, отойди. — Рик воспользовался тем, что наши пары слишком близко подошли друг к другу и забрал меня. — Мне с сеньоритой поговорить надо.

— Интересно о чем Ваше Невежество захотело поговорить со своей проблемой? — как только пары разошлись, зло вопросила я и даже чуть поднялась на носочки, чтобы видеть нахальное лицо знакомого.

Тот опустил взгляд.

— Эй, ну я не хотел тебя проблемой называть.

— Не хотел, но назвал! И да, помнится, в последнем письме вы не хотели со мной встречаться, сеньор дон Кастильо, я ничего не путаю?

В ответ — шокированный вид бедного щенка.

— Сеньорита Рей, вы действительно повелись на мою шутку?

— Шутка? — безжизненным голосом пробормотала я. — Принц, это не шутка. Как Вы могли вообще додуматься до такого?

— Принцесса, я обидел Вас? — Рик чуть слышно прошептал первое слово и с надеждой взглянул мне в глаза. Мне так хотелось еще раз обмануть его, но я не смогла.

— Да. Обидели, и очень сильно. Не думаю, что смогу простить.

— Что мне для этого сделать?

Я чуть улыбнулась и зашептала Рику на ухо:

— Не отказывайтесь от симпатий принцессы Агаты.

И, оставив его в недоумении, покинула зал.

* * *

Я тупо читала книгу. В смысле, смотрела в книгу, а видела фигу. День рождения жабы, я сидела в своей комнате, Аврора несколько раз заглядывала и передавала мне вести о Ведьмах и моей названной сестренке. А да, еще она пыталась узнать, из-за чего я с ее сыном не разговариваю, но я промолчала, выдав укороченный вариант: "Разногласия". Слава Богине, она не стала нравоучительно читать мне мораль о пользе общения с мужским полом и о вреде разногласий с ними. Она мне нравится!

Закатив глаза, я стала скользить взглядом по черным буковкам, так настойчиво сливавшимся в единую линию, что говорило о моем невнимании.

БАНШИ - духи умерших, которые оплакивают только членов старинных родов. Когда несколько банши собираются вместе, это предвещает смерть кого-то великого или святого. У банши длинные распущенные волосы и красные от непрестанного плача глаза. Одета она в серый плащ поверх зелёного платья.

Порой банши принимают облик миловидной девушки из рода, которая умерла молодой и которой невидимыми силами было предназначено стать предвестницей гибели для своих смертных родичей. Или её можно увидеть в образе закутанной в саван женщины под деревьями, рыдающей, закрыв лицо, или пролетающей с горьким плачем при свете луны: стенания этого духа самые скорбные на земле, раздавшиеся в тишине ночи, предвещают смерть одного из членов рода.

Четверо молодых людей поехали на охоту и провели ночь в пустовавшем загоне для овец на горном пастбище. Юноши стали танцевать, напевая песенки. Один из них высказал пожелание, чтобы у них были партнёрши. Внезапно перед ними появились четыре женщины. Три из них начали танцевать, а четвёртая стояла около поющего. Но во время пения он заметил кровь, выступившую на одежде товарищей, и выбежал из загона, преследуемый своей демонической партнёршей. Он укрылся среди лошадей, и она не могла добраться до него, вероятно из-за железных подков. Но она кружила вокруг него всю ночь и исчезла лишь с восходом солнца. Он вернулся в загон и обнаружил там обескровленные тела своих товарищей. Банши высосали из них всю кровь до последней капли. (Прим. — взято из энциклопедии Н. Горелова "Энциклопедия волшебных существ")

Я прикрыла глаза и откровенно зевнула. Банши — полная фигня. Не существует таких орущих дамочек, высасывающих кровь из своих "партнеров".

Неожиданно по зеркалу в углу комнаты прошла рябь, и отражение в нем размылось. Поудобнее перехватив сборник легенд, я аккуратно повернулась к зерцалу и на всякий прикрыла книжкой грудную клетку. Подошла. Никого не было, но меня почему-то очень сильно потянуло внутрь зеркальной глади. Протянула руку и… меня затянуло зеркальным вихрем. Уже с другой стороны зерцала я заметила на полу моей комнаты несколько осколков.

Вот-те на! А ты знаешь, что…

Плохо, что знаю. Если от зеркала, в которое зашел маг или человек, отвалится несколько кусочков хоть рамы, хоть самого зерцала, человек обратно не выйдет. И никто в него не зайдет. Но можно попробовать выйти из другого зеркала, висящего в коридоре внизу…

— Ха-ха, не выйдешь! — довольно хриплый голосок сказал мне, и передо мной очутился… шаман Жинн.

— Рик? Как ты здесь оказался? — я была уверена, что это он.

Шаман рассмеялся, кольцо в носу закачалось, апельсиновые дреды полетели в стороны.

— Этот мальчишка использовал мою внешность? Какой глупец!

Я не въехала и, по обычаю, тормознула.

— Не понимаешь, да? Этот парень взял мою внешность, чтобы запутать тебя, дорогая Рита. Я, а не он, должен был ехать за тобой и забрать тебя для Круга. Но этот наглый врунишка украл тебя у меня и теперь вертит тобой, как хочет.

До меня медленно дошло все сказанное. И еще я вру?!

— То есть, ты настоящий шаман Жинн? — спросила я и сама удивилась своей наивности — а вдруг это еще кто-нибудь "примеривший" внешность негра?

Но мне одобрительно кивнули и начали говорить:

— Я, зачем, пришел-то — предупредить тебя хотел. Этот принц вновь обманывает тебя, он совсем не чувствует перед тобой никакого раскаяния. Наоборот, он счастлив, что ты так легко повелась на его "шутку". Прямо сейчас он сидит и смеется над тобой вместе со своим дружком — уж мне ты можешь поверить, я ведь шаман и могу видеть, кто чем занимается.

Я моргнула. В горле и носу подозрительно защипало — таких наглости и насмехательства я выдержать не могла.

— И насчет просьбы… Не могла бы ты выкрасть у принца его амулет? Принц его всегда на шее носит, не видела?

Я отрицательно покачала головой, стараясь скрыть слезы.

— Тогда объясняю — маленький амулет в форме эллипса, имеющий по бокам по два шарика авантюрина — камня счастливцев. Посередине этого амулета изображен четырехлистный клевер. Только не вздумай ни в коем случае открывать медальон!

— А почему? — Во мне взыграл живой интерес, граничащий с жаждой мести.

Промолчали. Зато вдруг яростно взмахнули рукой и вышибли меня из зазеркалья. Приземлившись на пол пятой точкой, я оскорбленно потерла ушибленное место и прошипела:

— Я выкраду этот гадский медальон! Чего бы мне это не стоило!

* * *

За завтраком принцесса Жаба так и жужжала мне на ухо, как муха, про прекрасного принца Тенезии. И как он танцует, и как скупы его эмоции, и ах-ах-ах! Короче, кто-то конкретно втюрился в Рика, что, впрочем, давало мне некоторую поблажку. В этом случае я могла просто попросить Агату стибрить у принца амулет, но она не могла сделать достойный дубликат оного. А вот отвлечь незадачливого принца…

— Сеньорита Рей, не хотите ли прогуляться? — чуть настойчивый голос объекта моей мести прервал меня от раздумий.

Я склонила голову набок и вежливо протянула, почти скатываясь в "холодно, но доверчиво", как выражалась Ли:

— Нет, Ваше Высочество, нет на прогулки времени. На кухне произошел мелкий скандал — надо посмотреть, в чем дело. А с Вами могла бы прогуляться моя близкая подруга. — Я показала рукой на принцессу и чуть подмигнула той.

Жаба вскинулась и со сладкой улыбкой прошепелявила:

— О да, принц Рик, с удовольствием.

Я, улыбаясь, сглотнула. Очень важно было, чтобы Рик согласился. Но тот оказался непробиваемым:

— Эта прогулка будет платой за украденные Вами зелья, деньги и травы в наше прошлое знакомство.

Все, кто слышал сию фразу подавились и изумленно уставились на нас. Все, кроме меня, объекта моей мести и его родителей. Мы как ни в чем ни бывало продолжали улыбаться друг другу и есть. Принцесса яростно воззрилась на меня:

— Риточка, как ты могла? — Она покачала головой и кокетливо закусила губу. — Украсть деньги у почтенного господина…

— Агата, я просто тогда не знала, кто меня крадет.

Я потихоньку начинала кипятиться. Весь этот разговор превращался в словесную битву "кто кого переговорит и кто кого словесно уничтожит". Я, кстати, могла бы и на тенезийском поболтать, а не на общепринятом — здесь из присутствующих никто чужого языка не знает.

Словно прочитав мои мысли, Рик обратился ко мне на родном языке:

— Сиа не роен эллоах! Ри нер, Аннарита, вало нэс. — Не рой яму ближнему! Ты первая, Аннарита, стала врать.

Ах я стала врать?

— Ли онар фирен ди! Фэй рих, ри сиа эллоах лан! — Хватит говорить всякую чушь! И да, ты не ближний мне!

Аврора и Теодор фыркнули в тарелки. Затем смекнули, каким именем меня назвали, и замолчали, смотря на сына.

— Рих! — Да! — Рин лэм неональ хоран. — Вы все правильно поняли.

Король дон Кастильо как-то плотоядно ухмыльнулся. Он что-то знал, определенно. А возможно уже что-то прикинул.

Я встала из-за стола. В последний момент я заметила на шее отвернувшегося от меня Рика заветный шнурочек. Поэтому внезапно поменяла свое решение:

— Хоне. Ан ленур. — Хорошо. Я согласна.

Принц посмотрел на меня тяжелым взглядом. А что такого я, интересно, сделала?

Встретились через десять минут в парке около реки Мейфлен. Злой, как собака, принц набросился на ошарашенно-испуганную меня:

— Что за цирк ты устроила?

Ни "здрасте", ни "привет"! Вот же сволочная натура у него, а!

— Это ты что устроил? Теперь налево-направо будешь моим именем разбрасываться? Какая тебе разница, кто я и вообще, мы на "ты" не переходили!

— Почему сразу не сказала? — Он смотрел на меня исподлобья, как обиженный ребенок.

— Нет, должна была прям при первой встрече сказануть: "Здрасте, шаман Жинн, а я сбежавшая принцесса из Ауренты Аннарита Рей. Приятно познакомиться!". - нагло выкрикнула я и спугнула пару голубей. — Думаешь, один ты не знал?

Он успокаивался, я — нет. Он не подозревал о моих намерениях, а я о его — да.

— Прости, — сказал он и попытался взять меня за руку. Я ладошку выдернула. — Рит, прости, пожалуйста! Я действительно забыл, что ты лапшу на уши вешала не только мне.

Я позволила ему обнять себя. На мгновение я даже не хотела вырываться, но образ Жинна возник передо мной и требовал снять амулет-медальон. Зажмурилась и прикусила губу. Потом, резко выдохнув, я не со всей силы, чтобы не было потом летального исхода, ударила принца в сонную артерию. Тот потерял сознание, а я, наклонившись над распростертым парнем, аккуратно сняла с него медальон. Сделала дубликат амулета и повесила его обратно. В голове пронеслись слова шамана, что я не должна вскрывать амулет, но мое любопытство было сильнее. Нажав на кнопочку, я трясущимися руками раскрыла створки медальона и увидела сложенный вшестеро листок пергамента. Все такими же трясущимися руками я развернула листок и прочитала всего два слова: он вернулся.

Не поняла, кто вернулся-то? И зачем Рику носить эту фигню на шее? Вот клептоман конченый!

Я поспешно защелкнула крышку, не забыв положить внутрь бумажку. И только я собиралась уйти, как передо мной взвился столб адского пламени, и из него вышел разъяренный Жинн.

— Я ясно сказал, чтобы ты не лезла не в свое дело! Отдай амулет! — Он протянул руку в надежде забрать желаемое, но я отошла от него на два шага и спросила:

— Зачем он Вам?

У меня закралось подозрение.

— Какая тебе разница, адептка? Ты сделала свое дело.

Между тем на мостовой Рик приходил в себя. Я незаметно толкнула его ногой, что не дергался. В ответ он еле-еле моргнул, мол, понял я тебя.

— Так все-таки, зачем он Вам? — вновь спросила я и в притворной задумчивости, будто бы нечаянно, протянула руку ближе к реке.

— Идиотка! Ничего, я еще вернусь за ним, а ты заплатишь за любопытство!

И растаял в пламени.

Я разозлилась и со всей силы кинула амулетом в его владельца. Собственно, тот ничего не понял, зато тоже разозлился.

— Какого черта, Рита? — прорычал он и вскинулся на ноги. — Объясни!

— Ага, сейчас, только в себя приду.

Я внезапно поняла, что шаман телепортировался за счет моей силы, моего резерва! А то-то я себя неважно чувствую…

— Иди сюда, болезная, — буркнул Рик и толкнул меня на лавочку. Я села, нет — шмякнулась на железную ковку.

Присел рядом и поменял дубликат на оригинал. Осмотрев улику моего преступления, он со знанием дела сказал:

— Хороший. Только не открывается.

Я закусила губу. Как стыдно-то было-о-о… Поэтому я начала со слов:

— Ты только не сердись…

К концу моего судорожного рассказа принц не был сердитым или расстроенным — он был спокоен. Почти. Узнав, что я поверила шаману и тем более согласилась на аферу, Рик только помрачнел. Он не стал выговаривать мне, не стал плеваться. Он просто помрачнел и вздохнул.

— Мне, наверное, пора, — несмело выговорила я и поднялась.

Меня остановили, совершенно обнаглев и наплевав на мое настроение. Рик просто встал, развернул меня к себе и уткнул носом в свое плечо. Крепко сжав мои запястья, чтоб не вырывалась, принц Тенезии твердым голосом оповестил:

— Пора тебе будет только тогда, когда тебя найдет твой брат. И то сомневаюсь.

Я резко подняла голову и с размаху въехала макушкой в подбородок друга.

— Ой, извини. — смущенно попросила прощения я и вопросила: — Ты сказал "мой брат"? Ты ничего не путаешь? Николас погиб девять лет назад вместе с моими родителями.

Потирая ушибленное место, друг воззрился на меня.

— Это называется "здрасте вам с кисточкой"! — недовольно сказал он и потянул меня к конюшням. — Жив Николас. На данный момент является действующим королем Ауренты.

Я обрадовалась. Все-таки мой старший брат умница и молодец! Интересно, а он знает, что я жива?

— Знает, — последовал незамедлительный ответ.

Я шокировано уставилась на принца, загадочно ухмыляющегося в этот момент. Ты… ты…

— Ты последняя задница! — уверенно сказала я и остановилась.

Впрочем, Рика это не остановило, и он, не обратив внимания на мой возмущенный окрик, забросил меня на плечо. Я заколотила ладонями по его спине, неосознанно отмечая то, что у него довольно удобное плечо.

— Дон Кастильо, отпусти меня немедленно!

— Хрен тебе.

В конюшне он спустил порядком позеленевшую меня на Оса и долго возился с ремнями на седле. Хотя мог и не обманывать — я прекрасно поняла, что меня вновь привязывают. Садист!

— Не сбегу я, не сбегу.

— Знаю, но на всякий случай лучше перестраховаться.

Фобос согласно закивал головой и чуть толкнул принца в плечо.

— А куда мы собираемся? — спросила я, не обращая внимания на обмен любезностями между этими двумя гадами.

— В Аль`морен.

— Опять?

— Снова.

Вскочил на свою лошадку, взял поводок от моей и повел меня и Оса подальше ото всех. А я первый раз за всю жизнь была согласна на бездействие.

А пока Рита и Рик выясняли отношения, короли и королевы держали совет о разногласиях между их странами. Первым высказался король Сорена:

— Наши страны находятся в опасном положении. Надо что-то решать.

— Конечно, Кристиан, — выдохнула королева Тенезии. — Неужели ты только догадался об этом?

— Я долго думала над этим вопросом, — подала голос Эли — королева Сорена, — и вот что решила: давайте просто поступим по примеру наших предков.

— Хочешь доченьку замуж выдать? — язвительно протянул Теодор. — Ну-ну, желаю удачи. Рик ни за что не согласится.

— Тем более у нас уже есть девушка, которая и нам нравится, и сыну.

Правители Сорена переглянулись.

— Неужели есть кто-то красивее Агаточки? Она и умная, и покладистая…

— И объемная, и некрасивая, — перебила их Аврора. — Издеваетесь над нами, да?

Эли отрицательно покачала головой.

— Ради наших государств. Согласитесь, а после хотя бы месяца брака ваш Рик может разводиться. Нам важно, чтобы Сорен признали сильным государством…

— Кто? Викингов Остров? Долины гномов? Эльфийская Империя? Драконова Империя? Или Аурента? Вы хотите за счет брака улучшить связи? Невозможно! Тогда бы выдавали свою Агаточку за короля Николаса — и то не думаю, что первый мужчина довольно властительного королевства женится на ней.

— Желательно, чтобы во всех перечисленных Вами странах.

— Экие Вы жадные! Надо зарабатывать репутацию самим, а не за чужой счет.

— Пожалуйста!

Теодор и Аврора переглянулись.

— Хорошо. Мы объявим о помолвке, но после первого же опрометчивого поступка Вашей дочери, весь мир узнает имя другой девушки, более подходящей для данной роли.

И оба вышли из переговорной. А за дверями…

— Ты не думаешь, что это мы поступили опрометчиво?

— Нет, дорогая. Я сомневаюсь, что Рита успеет за это время вернуться домой, но Николас настроен серьезно. Боюсь, именно он и помешает нам.

Глава 3. Нежданно-негаданно, или Я возвращаюсь домой

Второй день скуки в замке Тенезии. Второй день, как мы приехали сюда. Второй день, как я разговариваю с Риком исключительно в холодном тоне.

Вчера вечером, когда мы только-только приехали, а несносный принц снял с меня цепочку, прилетел почтовый голубь. Немного удивившись, мы встали плечом к плечу и раскрыли конверт. Он был адресован Рику, но мне разрешили прочитать. Вот, что было в записке:

Дорогой Рик! У нас две новости: хорошая и плохая. Плохая — мы и королевская чета Сорена решили, что тебе и принцессе Агате стоит наконец подружиться и перейти на новый уровень отношений, а если быть точнее — соединить узами брака две наших династии. Хорошая — если наша малоуважаемая принцесса совершит что-то из ряда вон выходящее, помолвка будет разорвана.

С любовью, твои родители.

— Эм… — Рик выглядел не менее ошарашенным, чем я. — Я был не в курсе.

В принципе, меня не совершенно не касалась его личная жизнь, но в то мгновение я почувствовала какое-то странное чувство, похожее на ревность. Но я же не идиотка, чтобы ревновать друга к его теперешней невесте?

Может быть, все-таки ты идиотка. Как и я.

— Что ж, — сказала я, стараясь не расплакаться от отчаяния. — Поздравляю. Надеюсь, принцесса не совершит ничего из ряда вон.

Он, естественно, принял это за оскорбление.

— Ну и дурак! — сказала я, глядя в свое собственное отражение и вспоминая произошедшее. — Круглый, беспросветный, наглый дурак!

И почему я последнее время его так часто вспоминаю?

Неожиданно пол убежал у меня из-под ног, в глазах появились цветные мушки, а в голове все потемнело. Я упала.

Я стою на пересечении трех дорог. Огромный камень на перекрестке вещает:

"Налево пойдешь — обманутой будешь, направо пойдешь — убитой будешь, прямо пойдешь — все забудешь".

Задумываюсь и вслух спрашиваю:

— А если никуда не пойду?

Надпись на камне сменяется на более маленькую.

"Выбор — твоя жизнь. Не выберешь — останешься на месте".

— И все-таки?

"Тебя принудят. И тогда тебя раздерут на три части и мертвую протащат по дорогам. Твоя кровь будет подсказкой для многих после тебя".

— Неужели до меня такого не случалось?

"Все выбирали более мягкий путь — левую дорогу. Ты же сама хозяйка своей судьбы и у тебя в руках лежит уздечка твоей жизни. Решай".

Я думаю. Мне не особо хочется поворачивать ни налево, ни направо. И поэтому я упрямо делаю шаг вперед. Камень исчезает, а вместо него под моими ногами раскрывается пасть самой бездны Ада, и я падаю куда-то вниз, постепенно теряя нить реальности, нить мыслей, нить существования.

Я резко подскочила на полу. Вот это видение! Упасть в бездну ради выбора — не думала, что способна на это.

Я провела рукой по лбу, стирая образы камня и дорог. Липкий, холодный пот, который я ожидала почувствовать, отсутствовал. Вместо него пришел удушающий страх, заставляющий резко и часто дышать. В глазах потемнело, и я опрометью бросилась из комнаты.

Дворцовый лекарь сеньор Росс обнаружил у меня резкий подскок давления и пульса, вследствие чего я и была в полуобморочном состоянии. Он прописал мне какие-то зелья, на которые я ни в коем разе не собиралась тратить деньги, но все равно согласилась.

Выйдя из кабинета, я застыла посреди коридора статуей. Где мне найти описание подобных случаев? И что вообще означают эти мои странные видения? Раньше такие феномены я замечала только у своей матери — Ириды, но она никогда не отвечала мне на вопросы о них. Мама была довольно скрытной, что вполне передалось и мне.

Пришлось идти к единственному в данном случае хозяину замка. И естественно сразу начались вопросы:

— А зачем тебе книга о таких случаях? — Рик стал довольно подозрительным.

Я закатила глаза и цокнула языком.

— Интересно. Любопытство всегда пересиливало во мне все мои черты.

На что он ответил:

— Ложь. Говори правду.

— Правду? Какую правду? Я не знаю никакой правды. — Прикинуться дурочкой — это я могу.

Дон Кастильо, листавший до этого какие-то бумаги, поперхнулся. Внезапно, но очень вовремя прозвучало оглушительное "Апчхи!". Затем еще одно.

— Рита, ведь я просто могу просмотреть твои мысли… — начал шантажировать меня он.

— Я твои тоже.

Еще одно "Апчхи!". Клянусь, не я это!

Рик многозначительно посмотрел на меня. Я сдалась на милость победителю…

— Говоришь, золотого тигра видела? — протянул он после моего рассказа. — Занятно.

— Почему?

— Один мой знакомый превращается в такого животного. Насколько я знаю, он такой же уникальный, как и твоя Чеширская Кошка.

Я почему-то подумала на Йохана. Потом взвесила все "да" и "нет" и решила, что он слишком прост для этого.

— Так что ты скажешь насчет феномена?

Принц внимательно посмотрел на меня. Внимательно-превнимательно. Мне аж не по себе стало.

— Не обращай внимания. То, что ты где-то там, в закоулках подсознания, выбрала путь забытья и упала в Ад — просто признак переутомления. Перестань волноваться, и все пройдет.

Я всхлипнула. Легко говорить ему. Я до сих пор трясусь при воспоминании о камне.

Чтобы хоть как-то отвлечь меня, Рик что-то протянул мне.

— Смотри-смотри.

Счета за куплю-продажу коттеджей в этом месяце. Как-то странно: при цене в четыреста лир за одну штуку, что равно ста золотым, у каждого третьего проданного дома цена завышена в полтора раза. При этом судя по общей сумме, в казну попадала всего треть от купли-продажи этих домов.

Я недоуменно поставила свои серо-синие очи на Рика и задала вполне уместный вопрос:

— Кто у вас министр внутренних дел, говоришь? — И голос такой сделала, подозрительно-ехидный. — Могу помочь с увольнением.

Рик хмыкнул.

— Тоже заметила? Я думаю, это один и тот же торговец. Много гребет, не правда ли?

— Семь домов. Почти две тысячи восемьсот лир каждый месяц. Семьсот золотых мимо казны. Да вы богаты, принц!

— Съязвила все-таки. — Дон Кастильо закатил глаза и вздохнул. — Разобраться сможешь?

Дай-ка подумать…

— Я, конечно, могу отследить ауру торговца, но это ты сможешь и сам сделать. А вот словить на живца-а-а…

Шаманопрынц нахмурился. Ну, сейчас что-то будет.

Я не угадала. Рик согласился, а я немного поспешно пригласила его "позабавиться".

Через полчаса мы увлеченно хихикали (читай: ржали до колик в животе) над своими личинами. Этот… нет у меня цензурных слов… завязал мне глаза и долго колдовал. В результате после минут семнадцати-восемнадцати я с открытым ртом смотрела на девушку с фигурой "буква О", маленькую, с бородавкой на подбородке и лишаем на лбу. Короче:

— Ах ты, урод, что ты со мной сделал? — заорала я на всю Ивановскую. Рик, мирно стоящий у меня за спиной, закусил губу и довольно неожиданно произнес:

— А мне все равно нравится.

Я заткнулась, большими глазами глядя на друга.

Моя мстя свершилась. Превратив принца в худого, длинного, нескладного, рыжего, с веснушками на крючковатом носу, бородкой а ля крысиный хвостик и добавив ко всему прочему маленький горб на спине, я удовлетворенно взирала на отражение моих более ранних эмоций. Что я вам скажу… Впечатление я произвела.

На улицах города на нас оборачивались. Не в хорошем смысле слова. Несколько раз я слышала в свой адрес довольно обидные слова, поэтому я пообещала себе по возвращению избить Рика.

На нужного торговца мы попали не сразу, зато я положила глаз на один коттедж рядом с речкой и Зачарованным лесом. Два этажа, большие окна и кованая винтовая лестница заставили меня раскатать губу. А узнав про большой сад, я вообще слюнки стала глотать да глаз не могла от дома оторвать. Рик мимолетно сказал мне, что знает, каким подарком меня можно купить.

Где-то на шестом осмотренном нами доме мы и напоролись на "благочестивого".

— Желаете купить дом? — слащаво произнес сеньор Торин. — Вы пришли по адресу.

Я мысленно хмыкнула.

— Не сомневаюсь, — сказала я. — В какую цену?

— Шестьсот лир. А если со всей мебелью, то для вас за восемьсот.

Ни фига ж себе! Это на триста лир больше, чем надо!

Он, наверно, издевается, когда озвучивает такие цены.

Да нет, этого его способ заработать как можно больше, при этом в казну отдавая совсем чуть-чуть.

Не, с одной стороны, это конечно довольно прибыльное дело, но с другой — под суд отправят! Ну ее нафиг, эту прибыль, лишь бы на свободе оставаться!

Я обратилась к другу мысленно:

"Не знаю, как ты, но у меня уже руки чешутся ему шею намылить".

"Терпи, Рита, — ответил он и успокаивающе сжал мою ладонь. — Он поплатится".

Я решила сыграть ва-банк.

— А Вы в курсе, что это слишком дорого? Насколько я знаю, в законе черным по белому…

— Это уже не твое дело, цыпа, — неласково перебили меня.

Я резко выдохнула. Нарывается, ох, нарывается!

Впрочем, меня опередили. Принц, со свойственными ему резкостью и яростью, сбросил с меня и себя личины и клокочущим от гнева голосом сказал:

— Боюсь, раз это не ее дело, так за него возьмусь я.

Торговец побелел и покаянно склонил голову.

* * *

Я открыла дверь и просунула голову в образовавшуюся щель. Бледный и уставший принц только кивнул головой. Торговец несколько часов подряд не хотел признаваться в содеянном, а я мешать не хотела. Поэтому ушла. Сейчас же мне кажется, что опять появилась не вовремя.

— Рик, я не мешаю? — боязливо спросила я. — Могу уйти…

— Нет, что ты. — Принц потер лицо ладонями и взглянул на меня. — Садись, мне хоть не скучно.

Что ж, приятно услышать, что ты являешься лекарством от скуки.

— Он сознался. — Констатация факта, не вопрос. — Долго ты его мучил.

— Мучил? Он меня до белого каления довел. Ты бы видела, с каким сволочным видом он сидел.

— Но я же не видела… Деньги вернутся в казну?

— Да. Все, до единой медяшки.

— А людям?

— Ровно столько, сколько он с них взял сверх цены.

Меня передернуло. А потом…

Я вновь лечу в бездну. Негромкий голос в моей голове повторяет:

"Ты должна была все забыть! Проклятый мальчишка!"

Я с удивлением узнаю голос шамана.

— Рита!

Принц поддержал меня за подмышки. Я пораженно взглянула на друга, почти повиснув на нем.

— Тот голос, из моих видений, — зашептала я, — я узнала его. Это Жинн.

Рик взглянул на меня, как на душевнобольную. Кажется, я знаю, что последует за этим…

— У тебя паранойя на этот счет. — Качнул головой он и пересадил меня на кресло. — Я говорил уже, что внешность эту выдумал, шамана никакого не существует.

Я вздохнула

Это мы с тобой параноики? Да он сам кого хочешь перепароноит!

Скорую помощь в виде гордости вроде как не вызывали. Молчи!

Потом я на тебя посмотрю, когда он доведет тебя до белочки!

— Допустим, не существует. — Я сделала вид психолога. — Тогда подумай, кто может скопировать твое альтер-эго? Кто видел тебя в этом обличии?

Друг задумался на пару мгновений.

— Ты, Петра из гостиницы, Оринар и Филипп, директор Академии Сорена.

Разочарованно вздохнув, я потерла указательным пальцем кожаную обивку подлокотника.

— Никого подозрительного.

— Почему? Насчет Петры я уверен. А вот ты и остальные двое подозрительные личности.

Обиженно взглянула на него.

— Хорошо-хорошо. — Рик поднял руки. — Меня тревожит только Фил.

— Сеньор дель Тэро? Рик, это идиотизм последней стадии. Я доверяю ему, как Лилит.

Нас прервали. Дверь открылась, и вошла Королева. Я поспешно подскочила и присела в реверансе.

— Ваше Величество…

— О, Рита! — воскликнула Аврора и улыбнулась. — Здравствуй. Сын, могу я поговорить с тобой тет-а-тет?

Я рванула было к двери, но она меня остановила. Взяв друг друга под руку, оба ушли.

Их не было всего минут пять, но вернувшийся принц выглядел более чем удрученным. Без разговоров он отправил меня в мою комнату и захлопнул дверь. Ничего не понимающая я столкнулась в дверях с принцессой жабой. От неожиданности я даже вскрикнула:

— А ты что здесь делаешь?

— Я приехала к своему жениху. — Подбоченилась Агата. — А вот ты что здесь делаешь? Ты сейчас должна быть у нас дома.

— А-а-а… Я у вас больше не работаю. И вообще, с чего ты решила, что Рик будет рад тебя видеть?

Я растворилась в воздухе.

А на следующий день я проснулась в своей комнате и около своей подушки нашла довольно странную вещь — ключи от дома. Схватив их, переодевшись в платье и рванув в кабинет к родителям друга, я испуганным голосом спросила у Авроры:

— Что это?

Королева посмотрела на меня долгим взглядом и упавшим голосом сообщила:

— Вчера на границе с долинами гномов — Солнечной и Лунной — произошла стычка, которая переросла в бой. Рик поехал туда их разнимать.

Гномы из двух долин считались довольно вспыльчивыми, особенно Солнечные, или по-другому, Надземные гномы. Пока ни одному человеку не удавалось выйти из драки с ними живым.

— Он с дуба рухнул? — Я от неожиданности ключи уронила.

— Рик сказал, что тебе понравился один из домов, вот и сделал подарок.

Идиот, вот идиот! Не, ну правда блаженный на всю голову! Его что, утюгом приложило, пока я не видела?

Внезапно я поняла, почему он вчера был таким грустным.

Наше совместное молчание прервал голос Агаты, беседовавшей с кем-то за дверью. Голос был мужской, приятный, чуть вибрирующий. Я улыбнулась, вспомнив своего брата, который имел точно такой же тембр.

— О, Вы не представляете, как я изумлена Вашим приездом! — сюсюкала жаба, явно заигрывая с неизвестным гостем.

— Принцесса, так, быть может, я все-таки переговорю с Ее Величеством? — О, да она здорово его достала! Я прям засветилась от счастья!

— Да-да, конечно, конечно, Ваше Величество. Прошу меня извинить.

Ваше Величество? А я тут такая по-домашнему одетая. Вдруг, сам Повелитель эльфов здесь? Или кто-то из других стран? Ба-а…тюшки.

Королева, видимо, тоже была в реальном шоке. Наверно, именно сей факт дал ей возможность спрятать меня в ее кабинете под предлогом "когда скажу, тогда и выйдешь". Я повиновалась.

В двери королевского кабинета я нашла маленький прослушивающий ход — в системе вентиляции одна стенка была плохо заделана, ее-то я и вытащила, спрятавшись за решетчатым окошком. К сожалению, лица вошедшего я так и не видела.

— Ваше Величество, — завораживающе мягким тембром сказал и, судя по всему, поклонился гость. — Рад видеть Вас в здравии.

Аврора склонила голову набок. Такой ехидной я ее еще не видела.

— Хм, признаюсь, я не ждала увидеть Вас здесь так рано, король. — Она чуть приподняла бровь. — Насколько я знаю, путь от Вашей страны до нас очень долог, Вы, возможно, летели сюда на крыльях озарения?

Гость засмеялся переливчатым смехом. У Николаса был такой. И у меня. И у наших родителей.

— Не столько озарения, сколько ожидания встречи.

С кем встречи? Он что, любовник Королевы что ли? Вот-те на… Да ну, мне уже какие-то непристойности в голову лезут.

— Извините, но ее сейчас нет. Скорее всего она гуляет по столице. Тем более ей недавно подарили дом, буквально только вчера. Наверняка осматривает.

Я сглотнула. Не обо мне ли там болтают два этих подозрительных человека? Это кто там мною заинтересовался, такой представительный. Мне прям интересно до жути стало.

— Тогда я подожду, когда Рита вернется, — сказал мужчина. — Она же вернется?

Я захотела посмотреть на этого короля и вышла из кабинета, попав под строгий взгляд Ее Величества.

— Вернется-вернется, — сказала я и подняла голову.

Черные короткие волосы, серо-синие глаза. Это мой брат, неизменившийся совсем.

— Николас… Ты ли это? — выдохнула я и потеряла дар речи.

Мой братишка, из-за которого я была готова на все в свои три года! Как же я по тебе скучала!

После того, как я назвала его по имени, мне стало жутко. Вдруг я ошиблась? Вдруг это кто-то другой, столь похожий на Ласа? Вдруг… я не знаю, какое еще может быть "вдруг", но я испугалась. Оказывается, зря.

Ошарашенный в первые моменты, он встал, протянул руку и коснулся моего лица. Прям мыльная опера, о чем я и оповестила задумчивого короля. Тот запрокинул голову и расхохотался — счастливо так, будто нашел того, кого искал долгие годы. Хотя, почему "будто"? Он натурально искал меня четырнадцать лет.

— Рита! Я убью тебя чуть позже! — шепнул он радостно и прижал меня к себе. Черт, да он на голову выше меня! Внезапно, я почувствовала, что метр семьдесят пять — это очень низко.

Так мы и стояли минут пятнадцать, наслаждаясь встречей после долгой разлуки. Мое второе "я" внутри язвительно протянуло:

Ты еще расплачься. Кстати, что делать будешь со сбежавшим женихом, которому ты свахой числилась?

Я подскочила и заслужила удивленный взгляд брата.

— Э, Королева, — начала было я, но она прервала меня:

— Как только мой непутевый сын приедет, он обязательно напишет тебе. А пока поезжай домой.

Я зарделась, смущенно добавила:

— Николас, у меня для тебя сюрприз есть…

Брат изогнул губы.

— Я тут девочку нашла, Ведьму, мы с ней у одной и той же семьи раньше батрачили. — Услышав про это, Лас недовольно скривился. — Это раньше было, не волнуйся. В общем… я ее своей названной сестрой сделала. Асура Рей, четырнадцать лет, Ведьма черного турмалина. Ты же не против?

Я втянула голову в плечи, ожидая гневного окрика со стороны так давно не видевшего меня брата, но Лас только кивнул головой, подтверждая, мол, да, я не против.

Радостно воскликнув, я рванула собирать вещи, которые впрочем даже и не разбирала. По дороге отправила письмецо Ведьмам, где приказывала Асуре явиться немедленно.

Стоя рядом с кораблем брата, я увидела принцессу жабу и мило улыбнулась ей. Потом для наглядности взяв Николаса за руку, я чуть громким голосом сказала:

— Я счастлива вернуться домой.

— Ты могла это сделать и без меня, — как всегда сломал весь кайф Лас.

— Я не знала, как вы примите меня. Да и честно говоря, я была уверена, что вы все погибли.

Вспомнив про "непутевого сыночка", я расстроенно вздохнула. И как он теперь будет с этой Агатой один на один? Бедный.

А через неделю, когда Николас все так же быстро привез сестру домой, и на границе с долинами гномов наконец-таки успокоились бунты, принц дон Кастильо приехал домой раненый, уставший, но живой. Ожидая увидеть сеньориту Рей либо с радостным личиком, либо со злым и полным негодованием в душе, он улыбался и пришпоривал свою лошадь еще быстрее.

Но вместо так легко обманывавшей его принцессы он встретил невесту. Рик, где-то глубоко в душе, надеялся, что это просто розыгрыш, но по счастливому лицу Агаты он понял — надежда умирает последней.

Освободившись от надоедливых рук Агаты, принц, рассерженный, как никогда, с кровоточащим плечом, некогда простреленным стрелой, а в этот раз пострадавшим от меча, пришел к родителям.

— Только не говорите, что эта мелкая опять сбежала, — прорычал он и захлопнул дверцу перед носом невесты.

Теодор внимательно посмотрел на сына, на жену и развел руки в стороны.

— Ну? Чего молчите?

— Ты же сам сказал — не говорить, что "эта мелкая", — Аврора показала пальцами кавычки, — сбежала. Если это можно считать за побег.

Ее муж понятливо закивал головой.

— Рассказывайте.

Король и Королева переглянулись, вздохнули и рассказали.

— Да, кстати, сына. — Ее Величество прищелкнула пальцами, будто что-то вспоминая. — Перед тем, как уехать, Рита оставила ключи от дома, который ты купил. Сказала, чтобы ты лично передал их оставшимся Ведьмам. Как она выразилась, "Мне коттедж больше не нужен, а вот моим сестрам по проклятию он очень пригодится. Пусть только не сильно рвет и мечет, иначе узнаю и больше не вернусь".

Дон Кастильо усмехнулся. Он, конечно, отдаст, но почему она не стала дожидаться его приезда? Вот беспокойная!

— Осмелюсь спросить… — Принц задумчиво подпер ладонью подбородок. — Эта… Агата… что здесь делает?

— Это залог того, что "никакого опрометчивого поступка она совершать не будет", — передразнил королеву Сорена Кастильо-старший. — Я так понимаю, за это ты и зол на нас, правильно?

— Правильно. Терпеть ее не могу. Как и, собственно, принцессу Рей. Идиотка, черт ее побери!

— Не надо бросаться словами, мой дорогой сын. Вдруг сам дьявол возьмет, да и поберет Нефритовую?

Принц приподнял брови.

— Люцифер не занимается простыми Ведьмами.

Но выйдя от своих родителей Рик не сдержался и хлопнул раскрытой ладонью по стене. Опершись на нее и тяжело задышав, он закрыл глаза и мрачно произнес:

— Чтоб тебя, Николас…

Я сидела в своей старой комнате во дворце и собиралась на урок. Вспоминала путешествие домой — тихое и радостное. Лас не отпускал меня от себя ни на минуту, я улыбалась и таскала за собой Асуру, рассказывая ей про жизнь и вообще про Ауренту. Она вдохновленно смотрела по сторонам и рисовала, рисовала, рисовала… Как-то, на четвертый день путешествия, я зашла в ее каюту и увидела кучу картин — зашедшее солнце, шторм, грозу, смерч. И море — повсюду море! Я только усмехнулась.

Шаманопрынц так и не написал мне. Я была уверена, что он уже приехал, жаждала новостей, но вредный Рик плевать на меня хотел. От обиды я тоже плюнула на него. Пусть дуется — мне все равно. Рядом со мной есть брат, сестра, старый учитель, камеристка, да вообще много кого! Принц будет только мешаться.

Но как бы я не старалась, отвлечься не получалось. И тогда я решилась на отчаянный шаг.

— Ита, но ты пойми, драться должны только мужчины! — воскликнул Лас, узнав о моем прошении. — В нашем мире негоже девушке с мечом прыгать.

Я показала ему все тридцать два.

— Лас, ну, пожалуйста! — Я заныла. — Мне так хочется кое-кому потом пятую точку начистить. А сделать это можно будет только с помощью силы.

Брат согласился, с трудом согласился. И вызвался сам учить меня приемам боя.

Тот кошмарный день был одним из таких немногочисленных его собратьев. Я стояла на мощеной камнем площадке с мечом в метр с копейками размером. Брат, одетый только в кольчугу, язвительно глядел на меня.

— Смирно, рядовой Рей, — приказал он. Я сама попросила не церемониться со мной и обращаться, как с солдатом.

Вытянулась в струнку.

— Вольно. Итак, на чем мы остановилась на прошлом занятии?

— Отработка колющих ударов, командор, — выкрикнула я и сама подивилась, как по-армейски это прозвучало.

— Верно. Нападай на меня, сестренка. — Он встал в стойку, прижал кулаки к груди, будто собираясь боксировать, и приглашающе поманил меня пальцем. Я недоуменно прищурилась.

— Лас, но ты…

— А ты как думаешь? Я не зову тебя сейчас с мечом драться — покажи рукопашный бой.

Я сняла ножны и подошла к Николасу. Приняла его же позу.

— На счет три… Раз, два, три!

С последним словом я не очень удачно выкинула правый кулак вперед. Николас засмеялся.

— Тебя учить и учить еще.

Он подошел сзади, обнял своими руками мои руки и начал объяснять:

— Смотри: левую ногу на полшага вперед… Угу. Дальше бей исподтишка — левой резкий удар в подбородок, правой в плечо. Это на некоторое время заморозит противника… Молодец. Теперь повтори.

Я повторяла и повторяла, учила новую тактику — нагнуться, ударить кулаком по коленной чашечке, дальше коленом в солнечное сплетение. Как позже объяснил Лас — тактика в три шага очень действенна и действительно подойдет таким худышкам, как я.

— В принципе, сойдет для первого раза, — оценивающе произнес брат. — А теперь действуй по интуиции — Ведьмы и наша семья ею очень гордимся.

— Что я должна делать?

— Атаковать. Представь на моем месте своего врага и дерзай. Все в твоих руках…

— …надо только постараться. — Девиз нашей семьи. Гляньте-ка, не забыла!

Я на мгновение закрыла глаза.

Дальше был сплошной аншлаг: я по совету Николаса доверилась интуиции и, сама того не зная, действовала буквально так, как хочу. Лас хотел схватить меня за ногу — я позволила, но в последний момент, когда братишка рванул мою щиколотку, я, вместо того, чтобы упасть, крутанулась в воздухе, размахнулась ступней и врезала ему по самое не балуй. Этот мазохист только рассмеялся. Или другой момент: подскочив к Николасу на расстояние вытянутой руки, я использовала его же тактику выведения противника из строя, а затем просто приклеила другой набор — нагнулась, раскрутилась на одной ноге, а другой ударила брата своей щиколоткой о его ногу. Надеюсь, он не сильно ударился пятой точкой о камни.

Чумазые, охающие от постоянных ударов, падений и других проблем, мы медленно уходили с площадки. У Ласа было настроение "звезда в шоке".

— Что, Ита, тебе требуется просто разозлиться? — спросил он и открыл передо мной дверь, как истинный джентльмен. — Или просто вспомнить какие-то занятия?

Я пожала плечами.

— Откуда я знаю, Лас. Может, мне надо просто постараться?

Брат поцеловал меня в щеку и исчез на лестнице, ведущей на его этаж. Я, окрыленная успехом, рванула к себе, куда впрочем рвать не следовало.

Выйдя из ванной и суша полотенцем волосы, я заметила на прикроватном столике письмо. Я, наивно думая, что это от шаманопрынца, быстрее вскрыла его и поплатилась за свое любопытство. Вязкая жидкость, так сильно напоминающая гной, вытекла мне на руки и медленно поползла вверх, к плечам. Я уронила конверт, и жидкость, будто привязанная к нему, упала на пол. Коснувшись пола, жидкость загорелась, и от запаха мне стало дурно. Нечто исчезло, а вот я, судорожно хватая ртом воздух, попыталась закричать, но… не вышло. Мои связки будто парализовало, из горла не вылетало ни звука.

Мать, мне кажется, или ты больше не можешь говорить?

Нет, я могу говорить! Это просто шок!

Рита, прости, но ты теперь будешь молчать. Ты стала немой.

Слезы сдавили мне горло. Я, заплакав, упала на коленки.

— Ита, что случилось? Почему я больше не слышу тебя на ментальном уровне? — Брат забежал ко мне, подхватил меня и поднял с колен. Он тоже был телепатом. — Ита, почему ты молчишь?

Я пальцем указала на письмо. Николас понял меня и на некоторое время ушел в забытье — просматривал прошлое.

— Ты можешь что-нибудь сказать?

Я отрицательно помахала головой и почувствовала новые слезы. Лас взял меня за руку и сказал:

— Мы вернем тебе голос. Мы найдем лучшего специалиста, я отдам все, но ты вновь сможешь говорить. Все получится! Поняла меня?

Я кивнула и сунула в нагрудный карман блузки блокнот и карандаш. Теперь мне надо было ходить с этими вещами и учиться жить без голоса.

Придворные глядели на меня с сочувствием. Я заметила это и улыбнулась — искренне так, чтобы подумали, что мне совсем не страшно. Они улыбнулись в ответ.

— Сеньорита, Вам что-нибудь принести? — спросила моя камеристка Ари, которую я украла из Аль`морена.

Покачала головой и написала на листочке:

"Воды".

— Один момент, сеньорита.

Моя гордость, мой внутренний голос, мое второе "я" расстроенно сообщило:

А так хочется что-то сказать. Запеть. Прочитать стихотворение. Засмеяться.

Вряд ли я дождусь этого момента.

Да, мать, будем общаться только мы с тобой посредством мыслей. Кстати, ты заметила, что и телепатическую связь ты тоже потеряла? Это значит…

Это значит, что даже такая возможность не имеет смысла в данной ситуации.

Действительно, кому она нужна, ваша долбанная телепатия, если в иной ситуации, будем называть это так, она теряет всякий смысл? Если она не становится спасением?

Наверно для этого ее и придумали.

Давай вернемся назад в прошлое и уничтожим этого придурка?

Ха-ха, смешно. Я бы не отказалась, да только в прошлое умеет возвращаться только Лас.

Его и пошлем.

Я против.

Вот так я и перестала разговаривать. Пять секунд — и нет у Аннариты голоса. По началу я чуть с ума не сошла от пережитого, но потом стала привыкать. Под конец даже появлялись мысли, что так я и родилась — без голоса, с грустным выражением лица. Зато теперь я читала книгу, ты самую, где рассказывалось о банши, почти беспрерывно. Просто очень часто строчки сливались, я вздыхала, мое внимание вновь переключалось на текст, через некоторое время я шла на тренировку с Ласом, потом в комнату и опять чтение книги. И так каждый день. Сегодня мне попался очень интересный текст:

БОГАРТ - жил однажды в Йоркшире фермер по имени Джордж Гилбертсон, и завёлся у него в доме богарт. От его проказ доставалось всей семье, но особенно детям. То хлеб с маслом у них из-под носа утащит, миску с супом или кашей перевернёт или запрячет в какой-нибудь угол или кладовку; и при этом никто никогда его не видал. В одной кладовке была дырочка, которую оставили эльфы, — из доски выпал сучок, — и вот младший мальчик взял и засунул в неё рожок для обуви. В ту же секунду кто-то выпихнул рожок с другой стороны, да с такой силой, что он выскочил и ударил мальчика в лоб. После того случая дети полюбили заталкивать в дырку всякие палки и смотреть, как они вылетают обратно. Но шалости богарта становились всё злее и злее, и в конце концов миссис Гилбертсон, боясь за детей, уговорила мужа переехать. И вот в самый день переезда, когда последняя повозка с вещами, скрипя, выезжала с фермерского двора, а хозяева брели за ней, попался им навстречу сосед, Джон Маршалл.

— Что, Джорджи, решил-таки ехать? — спросил он.

— А что мне ещё остаётся, Джонни, дружок; совсем нас замучил проклятый богарт, ни днём ни ночью покоя от него нет. Да и ребятишек он так невзлюбил, что моя бедная баба с ума от беспокойства сходит. Так что, сам видишь, приходится утекать из собственного дома.

И вдруг из старой большой маслобойки, которая стояла на телеге, раздался гулкий бас:

— Да, Джонни, дружок, видишь, мы утекаем.

— Это же чёртов богарт! — воскликнул Джордж. — Да если б я знал, что он за нами потащится, с места бы не сошёл. Молли, поворачивай! — скомандовал он жене. — Коли нам всё одно его проделки терпеть, так лучше уж в старом доме, чем в новом, к которому душа не лежит.

И они отправились обратно, а богарт продолжал резвиться на их ферме, пока ему самому не надоело. (Прим. — взято из энциклопедии Н. Горелова "Энциклопедия волшебных существ")

Я не особо верила в привидений, фей, богартов и прочую нежить. Я знала, что существуют эльфы, гномы и драконы — этим моя вера ограничивалась, но рассказы о том, о чем писали в этой книге очень сильно походили на реальность. Тогда я потихоньку стала взращивать в себе веру в волшебный народец. Все равно делать было нечего.

Так как в этот раз я сидела в кабинете брата, я аккуратно подошла к нему и, чтобы не особо мешать ему, сунула блокнот с предложением:

"Можно мне сходить прогуляться? Лас, я буду в образе Чеширской Кошки, никто тронуть меня не посмеет — если что, сразу телепортирую".

— Хорошо. Только не долго.

Я улыбнулась, выбежала на улицу и превратилась в Кошку. Попробовала мяукнуть — не получилось. Даже здесь я лишилась права голоса.

Мягкими лапками ступая по земле Ауренты и ее столицы, Линны, я обращала на себя внимания десятков людей. Каждый из них кланялся мне, ведь каждый человек моей родной Ауренты знал, в кого превращается их принцесса. Я кланялась в ответ, делая свою улыбку еще шире. Я не хотела, чтобы кто-то из них мог подозревать меня в невежестве. Я не хотела, чтобы кто-то из них мог разочароваться во мне.

И если снаружи по мне нельзя было сказать, что я чем-то расстроена, то внутри меня шла беспокойная война — сама с собой я боролась за тот факт, что стала инвалидом.

Вы, наверно, посчитаете меня сейчас за сентиментальную дурочку, но мне было страшно явиться в таком облике в Тенезию. Перед отплытием я пообещала и Ведьмам, и королевской чете, что вернусь, а в результате получался очередной обман. Мне было крайне неловко чувствовать себя такой ущербной лгуньей.

Мои мысли, посвященные самобичеванию, прервал какой-то рык. Вы не поверите, но я наяву увидела того самого золотого тигра из моего видения. Тигр угрюмо смотрел на меня, будто обидевшись за что-то, и явно имел проблемы с разговором. Потом, отойдя от первого впечатления, он спросил:

— Рита? Принцесса Аннарита Рей, это ты? Если ты — убью нафиг.

Мне показались знакомыми интонации, с которыми это было сказано. Первой мыслью было, что передо мной гад-гадский Рик.

— Молчишь?

Я отступила на несколько мини-шажков назад, безмолвно открывая рот. Как бы я сейчас все высказала!

— Что случилось? — Тигр подошел ко мне и внимательно посмотрел в мои глаза. — Рита, ты настолько ошарашена встречей, что дар речи потеряла?

Без сомнения, это был принц дон Кастильо. Только он мог так сказать.

Я психанула и растворилась в воздухе. Так, Рита, все хорошо, все великолепно. Он не догадается прийти во дворец. Но кто его знает?..

— Ита, посмотри. — Николас протянул мне бумаги. — Что ты думаешь?

Я взглянула на лист бумаги. Странно, но это были перечни крещеных детей в этом полугодии. И, судя по количеству, с каждым месяцем их становилось все меньше.

Я вытащила блокнотик и нацарапала:

"Люди перестают верить в Богов".

— К этому выводу я пришел сам. Я о другом: ты не думаешь, что теперь уровень магии упадет в стране?

Чуть сморщила носик.

"Лас, насчет этого я сомневаюсь. Не, если, конечно, исходить из того, что большинство из крещеных детей — маги, то все возможно, но ведь магами рождаются, не становятся".

— Ты слишком трезво мыслишь, — пожурил он меня. — Судьбой заведуют Боги, а значит они давным-давно знают, кто станет верить, а кто нет.

"Чур тебя! В последнее время я верю в Судьбу меньше, чем в твою неземную любовь к одной нашей помощнице. Я видела, какие взгляды ты кидал на мою камеристку!"

Да видит Тереза, я не вру! Мой брат смутился.

— Глазастая!

Я фыркнула. Послышался голосок камердинера брата:

— Король, принцесса, к Вам посетитель.

— Ты молчи, Ита. Я сам во всем разберусь.

Я благодарно улыбнулась.

К нам зашел, нет, влетел, безбашенный принц. Да-а… зря я надеялась на другой исход. И как он умудряется быть в таких местах, где ему не положено быть? Ума не приложу.

— Мое почтение. — Рик склонил голову и грозно поглядел на меня. — Сеньор, я могу переговорить с Вашей сестрой?

Я посмотрела на Ласа и чуть мотнула головой. От Рика это движение не скрылось, и он устало проговорил:

— Уже не хочешь разговаривать?

Лас закусил губу и пригласил сесть гостя. Тот согласился.

— Ита, — обратился ко мне король. — Если хочешь, я не буду вмешиваться.

Я склонила голову к груди и исподлобья пересеклась взглядом с ним. Брат остался, а я, нерешительно взяв в руки средство моего общения, написала:

"Я не могу разговаривать, принц".

И протянула ему. Тот мимолетно взглянул на надпись, чуть приоткрыл рот и задал следующие вопросы:

— А телепатия? А существо?

Я отрицательно помахала головой и стала строчить объяснение.

— То есть ты не знаешь, какая сволочь сделала это с тобой?

Пожала плечами. Шаманопрынц вздернул бровь и покосился на Николаса. Брат что-то понял и, откланявшись, вышел.

Лицо друга утратило напряжение, и на него навалилась усталость. Я обеспокоенно наклонилась к нему, глазами задавая вопрос.

— Не везет мне, принцесса, — пожаловался мне дон Кастильо. — Не везет. Агата невестой стала, ты голос потеряла. Кто знает, услышу ли я тебя?

Я изумленно подняла брови и начиркала ответ:

"Хорош жаловаться! Вдохни, выдохни, и все будет нор-маль-но!"

— Если бы. Ты просто не хочешь верить в поганость жизни, вот и все. Но, поверь, Рита, жизнь — сложная штука.

Закатила глаза.

"Ты непроходимый пессимист, мой дорогой друг. Меланхолик и пессимист".

— А ты оптимистка, вешающая сама себе лапшу на уши. Холерик и оптимист.

"Скорее флегматик".

Принц запрокинул голову и расхохотался. Я лишь грустно улыбнулась, и на листке появилась новая запись:

"Знаешь, не разговаривать мне совсем не улыбается. Поможешь нам найти выход?"

Друг посмотрел на блокнот, на карандаш, который я держала в руке, на меня и в конце концов выдал:

— Надеешься на отрицательный ответ?

Я помотала головой.

"Что будешь делать с принцессой Соренской?"

Рик скривился, как от зубной боли.

"А что — она красивая, умная, талантливая… В самый раз для тебя".

Пока писала, сама кривилась. Ну, я же обещала стать свахой, вот и исполняю обещание. И нечего так голодно смотреть на меня, принц дон Кастильо! Я Вам не мясо, знаете ли.

* * *

— Рита, сколько раз повторял — не лезь никуда! — Лас страшно злился. Из-за чего? Все было предельно просто — я сходила к гадалке.

Как это было. Наболтавшись (хотя правильнее "написавшись") и доведя принца Рика до белого каления, я, вновь под предлогом прогуляться, оседлала Фобоса и рванула к гадалке Василисе, которую очень хорошо знала моя мать и мой учитель. Жила она одна, на краю леса и около речки, незатейливо звавшейся Лесной. Брат не верил в силу таких отшельниц, а я была истинной Ведьмой — а что, сама пару раз гадала. И ведь как знала — нагадала себе последний раз командировочку далече с прямым пешим маршрутом!

Пробираясь к реке, Ос неожиданно остановился. Принюхался и ка-ак заржал! Я сначала подумала, надо мной, животина моя, смеется. Потом дошло. Нельзя ему было дальше идти — он проводник, а я наездница, Ведьма и маг общего направления, а значит он должен за мной идти. Спрыгнула и, коснувшись травы, будто силы обрела. Так радостно на душе стало, аж дух захватывало! Будто на ведьмин круг ступила, а там такие силы, такие магии на тебя скатываются, что некоторые ум теряют. Не зря говорят — ведьмин круг, он для Ведьм и магов-девушек, а не для магов-мужчин, шаманов и прочей, прочей, прочей нечисти мужского пола.

И, взяв Оса за поводок, повела его к речке. Только сделали первый шаг, как деревья предо мной расступились, и Лесная заблистала, чистой водой к себе маня. Ну, я и рванула, но чей-то гневный окрик меня остановил.

— Стой, плешивая! — И на меня накинулась старушка, на лицо добрая-добрая, как Рик в наше первое знакомство. Когда я у него деньги украла, если не поняли.

Я, все также счастливо улыбаясь, поклонилась. Гадалка заинтересовалась и протянула:

— Маг, Ведьма и наследница. Не плешивая, но немая. Без жениха, но с ухажером. Без семьи, но с братом и конем. — Через некоторое время добавила: — Правильно, Рита, ты сделала, что Фобосом этого азиата назвала. "Фобос" — это "ужас" в значении. Бояться его многие, но ты любишь и сильно. И с ухажером правильно так поступаешь — нравишься ты ему больно, но не он судьба твоя. Этот так, не иначе как другом может быть, а судьба твоя настоящая сокрыта глубоко-о-о, и только ты, только ты найти ее сможешь. Если встретишь, почувствуешь, что все — пропала — не отпускай. Отпустишь и больше не найдешь.

Я склонила голову, изумленно глядя на гадалку. Неужели помнит? Как по заказу прозвучали слова:

— Маленькую тебя помню — ершистая такая была, вечно встрепанная, как воробушек желторотый. И вот вроде всего три года, а такая умная, такая все понимающая была. И рассудительная. Сейчас осталась в тебе эта черта, четырнадцать лет прошло, а осталась. — Старушка Василиса приобняла меня за плечи и повела через мост на речке. Ос послушно потопал за нами. — Жалко токмо, что проклятая ты теперь. Прокляли тебя страшным и злым чем-то. Наложил кто-то сильный. Я ведь не ошибусь, если скажу, что в конверте это было, так ведь?

Я кивнула.

— Так и знала. Ты за помощью пришла, верно? Тогда извини, ничем я помочь здесь не могу. Заклятье страшное и сильное, снять сможет только тот, кто наложил, а этот вомпер недоделанный этого не сделает. И другого пути у тебя нет, вижу ясно. Самое возможное, так и останешься ты молчаливой.

А на щеках у меня вдруг так мокро стало и горячо. Удивленно прикоснулась пальцами к щеке и увидела слезы. Василиса обняла меня и погладила худыми руками по спине. Я зарыдала.

— Ну-ну, девочка, не расстраивайся ты так. Будет и на твоей улице праздник. Мы еще на свадьбе твоей погуляем и брата твоего женим.

Я сглотнула и в последний раз всхлипнула. Подняв взгляд на старушку, я вытерла нос и покачала головой, мол, нечего меня замуж выдавать, маленькая еще. Та рассмеялась.

— Пойдем, я тебя чаем вкусным угощу. А ты знаешь, что для каждой Ведьмы чай свой надо выбирать и пить? Тебе, например, нефритовой нужен клубнично-мятный. Никогда не пробовала?

И меня потащили в старенький домик с немного покосившейся крышей и петушком-флюгером. На деревянных перилах сидел черный котик с подвеской на груди. Маленький зеленый камушек. А вот котик не совсем котик — я бы сказала Котище! Да-да, с большой буквы. Спрыгнув с перил, Котище встал на задние лапы, поклонился, отставив одну лапу назад, а вторую прижав к груди, и мурчащим голосом сказал:

— Ваше Высочество, я так рад. Прощу представиться, меня зовут Ёрик.

Бедный Ёрик…

Цыц!

Я скривила губы в улыбке и помахала рукой. Потом достала блокнотик и карандаш и спешно написала корявым почерком:

"Рада познакомиться".

Взяв меня под руку, он повел меня за стол. Усадил на лавку и поспешно поставил чайник на плиту. У меня возник вопрос, но Василиса, она ж гадалка, ответила раньше:

— Газовая плита, газовая. Мать твоя, Ирида, поколдовала здесь да и сделала так, чтобы газ всегда поступал в дом. Сильным магом она была. Ведьмой сильной. В нее ты пошла, а она в свою мать.

Я, подпирающая кулаками щеки, моргнула и от интереса чуть подалась вперед. Про свою бабушку я никогда не слышала, все говорили — померла.

— Бабушка твоя Ягой была.

Я подавилась горячим чаем, который услужливый Ёрик подал мне за секунду до этого. А заварить когда успел?

— Он магией владеет, — ответила на мой немой вопрос старушка. — Все-таки не простой кот, а волшебный.

Ёрик от таких слов прям замурчал. Приятно…

— А насчет Яги: преемница я ее. Я твою мать еще маленькой видела, растила ее. Твоя бабушка забрала меня в мои двадцать четыре, а через шесть лет Иридушка родилась. А Баба-Яга занятая была, все по болотам, по лесам да по селям. И нефритовой тоже была, — кивнула мне гадалка. — Все женщины в Вашей семье Ведьмами были. И Ягами. Возможно, именно отсюда вы все и стали самыми могущественными Ведьмами из всего Круга Тринадцати.

Так мы и проговорили до позднего вечера. Хотя нет, говорили она и Ёрик, изредка вставляющий фразы, а я только глаза округляла и пила вкуснющий чай с клубникой и мятой. Одним словом — балдела.

Когда часы пробили восемь вечера, Василиса вздохнула и грозно сказала:

— Поезжай домой, тебя все ищут. Скучать будешь, приходи, но только не смей сюда брата да ухажера вести! — Она погрозила пальцем. — Им здесь не место!

Я послушно внимала ее словам. И правильно сделала…

— Чем ты думала, когда ехала к этой аферистке? — И чего раскричался, ума не приложу. Не убила она меня? Не убила. Не отравила? Не отравила.

Злой был Николас, очень злой. Такой злой, что даже мне стр-р-рашно стало. Не сразу, конечно, но лет через двадцать — точно станет.

"Объясни мне, Лас, что такого я сделала?"

Брат покачал головой. Объяснять не хочешь? Ладно…

Я ведь говорила — в прошлое отправить его надо! Я говорила, говорила, говорила, говорила! А ты меня не слушала, не слушала, не слушала, не слушала!

Тише.

Ты мне мысли не затыкай! Ишь, выросла, мать! Мой мысленный словесный фонтан не заткнешь!

Помолчи.

Я тебе дам "помолчи"! Я тебе…

Заткнулась!

Ясно. Молчу.

Я вдохнула и выдохнула пару раз. Успокоилась и нацарапала вопрос:

"А где Асура? Что с ней?"

— Все с ней нормально. Твоя камеристка сидит с ней и рассказывает истории из своего детства.

Язвительно посмотрела на брата.

"Что, настолько Ари понравилась? Да я не против, не волнуйся. Я даже всеми руками и ногами "за".

Брат покраснел. И уши его покраснели. Он, уже более менее спокойно, спросил:

— И что ты узнала?

"Проклятие может снять только тот, кто наложил, — строчила я, изредка покусывая кончик карандаша. — Василиса говорила, что у мага резерв большой, значит у него либо третий, либо второй, либо первый уровень".

— Что еще?

"Ну, про семью нашу разговаривали. Представляешь, наша бабушка Ягой была".

Николас рассмеялся.

— Кто-о? Яга? Это она тебе так сказала?

"Вообще-то, Василиса была преемницей бабули. Она маму нашу нянчила с детства. Если не веришь — не верь, я не буду принуждать".

И надулась. Руки на груди скрестила, отвернулась и захрумкала яблоком, ранее украденным с дворцовой кухни.

— Верю я, верю, — примирительно оповестил меня Лас и быстрым движением откусил от моего яблока половину. Я даже возмутиться не успела. Ничего, я ему еще отомщу, все равно скоро тренироваться идти.

Уже лежа в постели, я грустно смотрела в потолок. Обдумывала все, что было ранее, и все, что будет позднее. Я не сомневалась в своем повторном походе к Василисе, и ее предостережение насчет принца меня насторожило. Она о чем-то догадалась? Тогда о чем? И, в таком случае, зачем она меня защищает? Да и Рик тоже хорош — узнал о моем проклятии и смылся. Ненавижу таких продажных.

А еще мне писала, то есть передавала весточку, Лилит. Она интересовалась, все ли со мной хорошо и смогу ли я приехать. Я не стала отвечать ей сразу же, а подумав, улыбнулась и отложила письмо на следующий день. Как ни крути, я любила своенравную блондинку, а ее постоянные подколки меня всегда поддерживали в тонусе.

Повернулась на бок и уставилась на наглый лунный свет, так легко просвечивающийся сквозь щелку в шторах. Я встала и распахнула шторы настолько, насколько смогла. Луна тут же улыбнулась мне и стыдливо прикрылась облаками.

Эй, любительница ночных похождений, выпей валерьянки и ложись спать.

Мне в голову пришла совершенно интересная мысль. Каюсь, я кое-что удумала.

Интересно… А как ты будешь решать эту проблему? Я не помню, чтобы заклинание было невербальным.

Я просто буду произносить слова одними губами, не выдыхаю воздуха. Так же можно?

Судя по всему, да. Учуют?

Обойдутся.

Хитро захихикав, я вышла в коридор и стала невидимой. Очень тихо пробравшись в комнату одной из бывших фавориток Николаса (сейчас он, слава Терезе, так не делает!), а теперь жены капитана дворцовой гвардии, я без зазрения совести произнесла одними губами заклинание. В ответ жена только причмокнула во сне. Я вернулась обратно к себе. На душе было неспокойно — не люблю я такие насмешки, но что поделать! Верность тоже надо доказать.

И вот я, с предвкушающей улыбкой на губах, на утро ворвалась в обеденную, кивнула брату и сестре и села по его правую руку. Благоверной еще не было, а вот муж был здесь. Расстроенный чем-то — значится понравилось! Ур-р-ра! Моя победная ухмылочка привлекла внимание не только короля и младшей принцессы, но и двенадцати министров, подозрительно взглянувших на меня. Я показала им все ровненькие и беленькие тридцать два.

Когда разъяренная, красная и, кхе-кхе, прыщавая в некоторых аппетитных местах, видных обычно, сеньора Эшли села на свое место, я поняла — месть удалась. Хотела вновь заарканить моего брата — простите, место занято, Вам в другую комнату. Я, будто бы ничего не зная и строя из себя "святую невинность", написала на листочке, мол, что случилось, и передала одной из придворных дам. Та раскрыла светленькие глазки и доверительно зашептала мне на ухо:

— Оказывается, Эшли вчера изменяла своему мужу в их же покоях. Этот третий даже портки оставил свои на люстре. А эту, говорят, сама Тереза прокляла за такое поведение. Видите прыщи? Так вот, это ее наказание.

Легенда, естественно, была настолько хороша, что даже я бы лучше не придумала. Как же я люблю своих придворных.

Скушав булочку и запив ее шоколадом, я решила порезвиться вновь. А что, скучно мне, новых впечатлений хочу. Вот и пустила по ногам наших сеньор и сеньорит иллюзию прикосновений мышки. Для пущей убедительности даже писк характерный добавила. Но вот некоторым из министров, особо охотившимся за женской и девичьей ласками, я наколдовала прикосновения в… характерных местах, так лелеемых Фобосом (кстати, после того случая я так поняла, мой конь все-таки исполнил мою просьбу). И, пока половина сидевших в зале людей подскакивала на местах в ужасе задирая многочисленные юбки, еще одна четверть млела и приставала к подскакивавшим. Одним словом — балаган.

Пришел, увидел, победил. Хотя нет, в данном случае — пришел, поел, захлебнулся. Король был в "неописуемом восторге" от проделок его младшенькой сестренки, а то, что проделывала это она, мой брат совсем не сомневался. Его яростный взгляд устремился на меня, я же в свою очередь вздохнула и развела руки в стороны, мол, а я тут причем? Под предлогом усталости, я смоталась от праведного гнева брата под писки еще не ушедшей иллюзии, крики сеньор и сеньорит и настойчивые требования сеньоров. Аншлаг.

Когда я спряталась в одном из потайных ходов замка, я совершенно нечаянно услышала разговор двух людей из нашего посольства в Сорене. Наверняка, с каким-нибудь докладом прибыли.

— Слышал, потенциальный жених объявился, — сказал первый и оглянулся.

— Чей? Нашей, что ли?

— Нет, гномовской. Она с ним, вроде как, с десяти лет должна быть помолвлена.

— Молодец Ритка, наш характер! Сбежала, и давай, бывай женишок.

— Он, по-моему, раза в три-четыре ее старше.

— Соренский-то принц?

— Младший братишка короля.

— Ты путаешься! Он же реально старый! Ни Николас, ни Ритка этого не допустят!

— Как бы я хотел, чтобы все, что ты сказал, было правдой.

У меня сердце в пятки ушло. Неужели афера со свадьбой Агаты не прокатила, и теперь всерьез взялись за меня? Вот так, узнали, черт их побери, и сразу нарасхват. А ведь я жила довольно спокойно, никакого не трогала и вдруг бам-з! Променяла шило на мыло. В смысле, жизнь в Сорене без ведьмовской силы на Ведьму нефрита и принцессу Аурентскую. Повезло так повезло! Хорошо было бы, если бы то, о чем под конец сказали послы, было реальностью.

А эти двое еще о чем-то стали совещаться, но я уже не слышала. Предательские слезы текли по лицу, рыдания сдавливали горло. Кому рассказать? Никому. Кто поймет? Никто. В этих так подло сложившихся обстоятельствах я осталась одна, и кроме меня ни один человек не сможет помочь мне. И уже тогда у меня родился план, как расстроить помолвку и усадить нерадивого потенциального жениха в грязь.

Глава 4. Каково быть немой, или Я упрашиваю брата попутешествовать

Мне было очень-очень скучно. Тренировки с Ласом, с Фобосом — все слишком однообразно. Моя душа Ведьмы рвала и метала, то есть хотела чего-нибудь нового и экстраординарного. В конце концов мне подкинули пару идей, одну из которых я и попробовала.

Я сидела на песчаном берегу крохотного лесного озера в одной длинной рубашке и плела венок из трав. Распущенные волосы растрепались по плечам, и легкий ветерок ворошил их.

Держа перед собой венок с сиреневыми колокольчиками, желтым львином зевом, душистой мятой и несколькими листья папоротника, я вошла в воду. Положила венок на воду. Свела ладони перед грудью, будто собираясь медитировать, закрыла глаза и представила вокруг себя кокон из плотного воздуха и прозрачной воды. Сосредотачиваясь на готовой картинке, мои подсознание и воображение сами начали дорабатывать рисунок: добавились листья и лозы плюща, оплетающие мои запястья и кольцо огня на воде, касающееся свешивающихся колокольчиков.

Я застыла, как статуя. Внутренний взор ясно увидел след от недавно увядших цветов весноцвета — маленьких розовато-бежевых цветочков, растущих только весной. След уводил глубоко под воду.

Я улыбнулась. Пришла вовремя. Я вдохнула в себя побольше воздуха и окунулась в ледяную воду озера, раскрыла глаза. Выдохнула пару пузырьков воздуха, поймала их и стала катать на ладони. Когда воздух согрелся, я резко вогнала пузырьки в мягкий ил, и через некоторое время поверхность его засветилась. Будто в замедленной съемке я наблюдала за распускающимися цветами весноцвета. Как только маленькие головки раскрылись, я взяла их за тоненькие стебельки и сорвала. Прижав к груди, оттолкнулась от ила и выплыла на поверхность.

Судорожно вздыхая, я выбралась на берег, оглянулась и засунула цветы в пробирку, заткнула пробкой. Цветочки засветились.

Меня привлек треск ветки сзади. Резко обернулась и увидела стоящего на другом берегу озера огромного, белого волка. Его зеленые глаза пристально наблюдали за мной. Я фыркнула, помахала ему и бросила немного намокший венок. Волк поймал его пастью, и мне показалось, что на миг в нереально красивых глазах животного промелькнул смех. Но, схватив мой подарок, он развернулся и потрусил обратно. Уже одевшись, я еще раз взглянула в сторону сбежавшего волка и увидела одиноко висящий на ветке ловец снов. К нему был приделан коготь волка.

Естественно, я забрала его, ведь где-то внутри меня живет алчная и меркантильная девушка, мерящая жизнь количеством лир и золотых монет, но одновременно мне показалось, что это был подарок для меня. Только как волк сумел незаметно подвесить его, да и вообще, как он это сделал, я не знала. Главное, что животному понравился мой веночек, а в этом я не сомневалась.

По дороге назад я сотворила вокруг себя невидимый ведьмин круг и вкачивала в себя энергию. Не зря говорят, что Ведьмы — жрицы Природы, мы же можем качать из окружающей нас среды и метафизическую, и физическую энергии. А еще я вспоминала ощущения от взгляда волка — запал он мне в душу капитально. Я по-дурацки улыбнулась.

Николас был очень рад моей находке. Цветочки такие фиг найдешь, а на рынке за них запросят не меньше ста золотых. Таких денег я еще никогда не тратила на ингредиенты для зелий. Но вот ловец снов брат забрал у меня, мол, сто раз проверь — один раз повесь. Меня так и подмывало добавить к последнему слову суффикс "-ся", но я передумала. В отличие от своего неугомонного внутреннего голоса:

Точно, новая пословица имени Аннариты Рей — "Сто раз проверь — один раз повесься". Причем не важно, какое событие подтолкнет тебя к такому исходу событий.

Что, намекаешь на мою богатенькую на такие события жизнь? Ты же тоже тогда подохнешь.

Я буду жизнь всегда. Например, будет у тебя какая-нибудь реинкарнация с мужским полом связанная, а я твои помыслы и помыслы реинкарнаций до тебя ему всучу. И тоже приведу к плохому исходу.

Только не говори мне, что ты все мои прошлые воплощения до этого довела. Иначе я тебя слушать больше не буду. Будешь мне, как фон работать — вроде что-то важное, да и без этого прожить можно.

А вот так пугать не надо. Я тебя поняла. И вообще, я теперь невинная и обездоленная, ты меня ругать права не имеешь.

Тебе объяснить понятней?

Нет-нет-нет! Все нормально! Я молчу.

Я скромненько так подошла к Ласу и подсунула листочек:

"А давай в горы пойдем? Я никогда не была у гномов. И у эльфов тоже. Сводишь?"

На меня посмотрели, вздохнули и приказали:

— Собирайся. Так и быть, познакомлю тебя с моими знакомыми. Только, чур, пойдем пешком.

Я возмутилась.

— Тебе полезно, а Ос нормально отдохнет.

Покаянно кивнула головой. Сама придумала.

Одетые в брюки, свободные рубашки и жилеты, мы приготовились к дальнему походу. Лас быстро всех предупредил, а я настояла на том, чтобы Асура сама проверяла все документы. Уж чему-чему, а этому мы ее научили, да и учитель мой старый был рядом.

Мне очень хотелось, чтобы рядом со мной был мой коняка, но Николас не разрешил. Я лично даже обиделась.

Первым делом решили идти к гномам. Солнечные, они же Надземные гномы, жили на горах, Лунные, или Подземные, жили под горами. Я рвалась узнать о них кучу информации, но тот факт, что после гор нас ждал Эль`Грин — Священный эльфов лес, Эльфийская Империя — меня волновал еще больше, и внутри росло ощущение полнейших любопытства, счастья, предвкушения. Я радовалась тому, что я смогу наконец-таки увидеть мир. Мир, полный загадок, тайн, мистики и магии. Тот мир, который я любила бы вопреки всему и, возможно, даже больше, чем своего будущего избранника. Кто знает?

* * *

Я так больше не могу. Мы еще даже на гору не забрались, прошли всего с два километра, а у меня уже ноги ноют, и спина болит, и мышцы не двигаются. И ведь пожаловаться нельзя — связки совсем не работают, проклятие тоже не снимается. Что делать, только Тереза ведает.

Шли мы с братом по дороге, я мысленно ругалась, как матрос, он песню напевал, как вдруг прямо перед нашими ногами трещина по земле прошла, и за считанные секунды вниз обрушилась огромная лавина земли. Внизу обнаружилась река, до которой метров пятьсот-шестьсот спускаться. Перепрыгнуть нельзя — ширина обрушенной земли тоже великовата, сотня точно найдется. Я испуганно взглянула на брата, тот пожал плечами.

— Придется идти вниз, — сказал он и указал на направление течения подземки: — Нам в ту сторону. Если идти прямо по реке можно выйти сразу же на Подземных.

Я моргнула и вопросительно уставилась на тонюсенькую глиняную тропинку, ведущую к реке.

— Не бойся, дойдем. Только ступай аккуратней.

Я выдохнула, спустилась на некоторое количество шагов и прижалась к земляной импровизированной стенке. Дальше я не шла, а карабкалась и ползла, пока не коснулась мыском сапога реки. Тут же рядом спрыгнул Лас.

— Полдела сделано! — весело крикнул он, перекрывая голосом шум реки. — Держись за меня!

Взял меня за руку и повел прямо по реке, в водах которой находились довольно большие камни. Внезапно перед нами выросла преграда. Лас недоуменно прищурился.

— А это что за черт-те что? — спросил он.

Я повела плечами и нацарапала на блокнотике:

"Слушай, друг, и войди". Ребус какой-нибудь".

— Думаешь? Я не представляю, чтобы гномы были знатоками загадок. Скорее всего просто препятствие.

"Тогда зачем спрашивал? Раз препятствие — так надо проходить. Все в твоих руках — надо только постараться".

Брат почесал в затылке. Я фыркнула и подошла к преграде. Прикоснулась. На поверхности земляной стены появилась надпись на Лунном.

"Лас, ты знаешь этот язык? Я, максимум, могу руну Феху от руны Ансуз отличить. И еще Эхваз от Манназ. Усе, на этом мои знания Лунного кончаются".

Да я, в принципе, и Солнечный-то не знала. Осознав пробелы в моем обучении, мысленно схватилась за голову. Экая же я дура-а-а…

Брат присмотрелся и неуверенно выдал:

— Тут что-то про дары. Типа, зайди с дарами — выйди гостем дорогим.

Приподняла бровь. И что там нести надобно этим гномам? Топоры да алебарды? Или что-нибудь из стройматериалов?

Николас напряженно думал. Потом до него что-то дошло и он воскликнул:

— Эврика! Я знаю, что делать! Ита, ты взяла свой магический ножик?

"Кинжал, братец, кинжал! Конечно взяла. — Я подозрительная. Очень подозрительная. — Стой, ты захотел отдать его этим? Ну ты ирод, братец!"

— Они такие ценят. Да я тебе такой потом куплю.

Зло выдохнула и стала искать в своей сумке серебряный кинжал. Я с ним на практику ездила, на оборотней охотилась, а этот… Отдать Лунным! Чего только не сделаешь ради учебы. Не ради брата.

Протянула найденное оружие Ласу, тот стал выводить пальцем руны на стенке, в виде ответа. Буквы зажглись белым светом, пропали, и образовался проход.

— Дар приняли, — пояснил Николас изумленной мне. Я поспешно закрыла рот.

Дальше шли при свете огня на наших ладонях. Вокруг темнота страшная, грязи по колено, ступить некуда. Шли долго, на часах уже было без пятнадцати семь, а мы, наверно, километров семь-восемь прошли. Я как представила, что мне еще на гору взбираться, прям погрустнела вся и стала себя ругать, какая я глупая, раз идею "прогуляться" подала. Вспомнилась история из моей прошлогодней летней практики.

Мы тогда охотились как раз на оборотней (в то время я и прикупила кинжальчик-то). На практику ездили я, Ли, Винар и два профессора, преподававших темные искусства и защиту от нежити. Как сейчас помню, я и Лилит на конях замыкали процессию, профессоры шли впереди, а опять провинившийся Винар посерединке, чтоб следили за ним. Один из учителей, преподававший защиту, диктовал нам простые способы отвлечения и убийства оборотня. Сказав, что нужны нам либо пульки серебряные, либо оружия холодные из того же металла, либо колья осиновые, профессор схватился за голову. Заорав на весь лес, что, дескать, забыл он предупредить нас охранки на коней понавесить, а в лесу сделать это не получится, поле на нем антимагическое стоит. Мы это проигнорировали, сказав, что в крайнем случае нападать будут на нас, а не коняк.

Дальше описывать не буду, странно все получилось, сама не знаю, как. Просто внезапно я, Фобос, Лилит и ее конь Алан оказались одни в глухом месте. Страшно было до жути — вокруг обгорелые деревья, туман, болота. И вой. Мы с Лилит аж подпрыгнули и задрожали, кони прижались друг к другу. И тут у меня родилась бе-э-эзумная мысль: дальше пойти, вперед, не останавливаясь. Ли на меня посмотрела, как на сумасшедшую, и отказалась. Я ж поперлась напролом.

Ос шел аккуратно, стараясь не наступать даже на край болота, как вдруг перед нами оказался сам… ликан который. Оборотень стоял на задних лапах, черный весь, мускулы на животе подрагивают. Страшно красивый. Оскалился и облизнулся, глядя на бледную меня. А я крест серебряный достала и ка-ак кинула в него. Как только шерсть на ликане загорелась, мне стало его жаль. Только захотела помочь, ведь не его вина, что монстром стал, на меня ни с того ни с сего откуда-то сбоку налетели профессоры и наперебой ругать стали. Даже лишением пятерки по их предметам грозили.

Раздался протяжный крик. Вместо ликана в болото затягивало уже человека. Я почувствовала, как по моим щекам текли слезы, и я мысленно ругала себя, что рванула, не послушала подружку. Лучше б он живой был, чем мертвый. До сих пор виню себя в этом.

Вот и сейчас такая же история — вдруг попадем к кому-нибудь в лапы? Ведь я буду виновата в этом, я! А хотя что с меня взять, как была дурой, так и осталась. Не поумнела ни на йоту.

Из моих мрачных мыслей меня вывел голос брата. Он с кем-то разговаривал. Я же не понимала ни слова из разговора.

Потоптавшись на месте, я свернула в боковое ответвление шахты. Куда-то я не туда наступила, раз под моей ногой что мягкое и пищащее оказалось. Наверно, крысу придавила… А в свете моего огонька я увидела дверь — круглую, деревянную и большую. Она была выкрашена в светло-голубой цвет и имела красную надпись: "Оставь надежды всяк сюда входящий".

Я голодно облизнулась и протянула руку к черной ручке на дверце, как Лас схватил меня сзади за локоть.

— Опять куда-то полезла! — прошипел он и вывел из ответвления. — Сейчас как маленькую девочку отчитывать буду. И бить буду, — в ответ на мой вопросительный взгляд ответил брат. — По пятой точке.

Горестно вздохнула и поплелась следом за Николасом. Опять ничего посмотреть не дал! Противный.

Лас же объяснял, о чем договаривался с тем гномом.

— Лунный подвезет нас до Селены — столицы Лунной долины. Кстати, я не говорил тебе, что Подземные гномы не пользуются естественным светом? — Я отрицательно помотала головой, следом за братом садясь в повозку. — Так вот, слушай тогда. Подземные вовсю используют электричество и изредка огонь для освещения. Они лучше нас знают, как правильно установить фонари на улицах, как провести проводку и тому подобное. Огонь, конечно, чаще используется в их кузнях, нежели просто для лампадок.

"А Надземные?"

— Надземные — это отдельная песня. Они ярые противники искусственного освещения. Пользуются только солнечным светом. Их дома ты никогда не найдешь внутри гор — только в неглубоких пещерах на самом верху.

Лунный, представившийся как Иккин, внезапно подал голос:

— Да это еще ничего! — говорил он с едва заметным акцентом. — Вот их язык — это нечто! Сплошные "штр", "шпрех", и "зингр". Выговорить, особенно для нас, ну очень сложно!

Я заинтересованно подалась вперед.

— Ради интереса, что вы хотите подарить нашим властям? — хитро блеснув глазом, спросил Иккин.

— Кинжал серебряный, магический. Им оборотней убивали, так кровь ликанов еще сильнее металл закалила, — сказал Николас и взглянул на засопевшую меня: — Куплю я тебе такой, куплю! Лично потом в крови оборотней искупаю!

Я расплылась в ухмылке и расцеловала брата в обе щеки. Гном смотрел на нас, как на здоровенную игрушку.

— А ты, девушка, чего рта не раскрываешь?

Исподлобья взглянула на извозчика.

"Немая я", — написала я на листочке. Потом добавила: — "Давно уже, так что не обижайтесь, сеньор".

— Я-то не обижаюсь, но вот при властях наших надо будет придумать что-то другое. Писать огнем в воздухе умеешь? Поэффектней, так сказать.

Я кивнула.

— Ну вот и отлично! На том и порешили.

Настала благословенная тишина, нарушаемая стуком копыт пони и тяжелым дыханием Иккина. Класс…

Я задремала.

Я сижу в Священном эльфовом лесу, подтянув колени к груди и положив на них голову. Передо мной цветут сотни, нет, тысячи сакур, их нежные бело-розовые лепестки плавно спадают на землю.

Я удивленно смотрю на двух животных, глядевших на меня с немым укором. Белый волк и золотой тигр. Я не знаю, к кому мне стоит подойти. Один рычит, блестя рыже-белой шерстью, другой лишь хитро поглядывает ярко-зелеными глазами. Кого мне выбрать? Кого стоит подпустить чуть ближе? Я не имею ни малейшего понятия.

Волк поднимается и улыбается во всю свою немаленькую пасть. Он что-то понимает, определенно. Победоносно выпрямившись, он чуть насмешливо смотрит на тигра, все больше тающего в воздухе. Внезапно, рыже-белый пропадает, а белый волк, подойдя ко мне, смиренно кладет голову на мое плечо и ласково рычит в ухо.

Проснулась. Этот волк, собственно, кто? Опять какой-то спрятанный под личиной человек? Или мне просто приснился тот волк с озера? Тогда почему Рик пропал? Неужели старушка-гадалка была права и Рик не тот, кто предначертан мне самой Судьбой? Да-а… загадка на загадке, вопросик на вопросике.

А пока я спала, наша повозка доехала до Селены. На въезжающих магов даже никто не посмотрел — возможно, мы приезжали довольно часто, и поэтому ни для кого это не было сюрпризом.

Честно — не ожидала я такого от столицы долины гномов. Чего не ожидала? Ха, домов с яркими росписями на стенах, больших окон, высоких крыш и довольно приличной мощеной дороги.

Лас восхищенно оглядывал освещенные электрическими фонариками улицы.

— Как отстроили столицу-то! — присвистнул он. — Быстро вы, гномы. Когда я приезжал в последний раз здесь на каждой улице по одному фонарю всего висело.

— А когда приезжал? — спросил Иккин, махая всем встречающимся.

— Полгода назад.

— Тю-у-у… У нас за это время два года прошло.

Николас в сомнении приподнял бровь.

— Полгода назад по-вашему летоисчислению, — поправил он. — У нас это полтора месяца назад.

Иккин понятливо кивнул. Взаимопонимание было восстановлено.

Нас высадили перед небольшим красным зданием, с крыши которого на нас смотрела железная светящаяся Луна. Гном проводил нас со словами:

— Будете назад возвращаться через речку — меня кликните! Меня все в столице знают, все помогут меня найти. Девушка! — обратился он ко мне. — Удачи тебе! Пусть проклятие само как-нить снимется.

Я показала ему все свои ровненькие и беленькие тридцать два. Махнула рукой и поспешила за поторапливающем меня братом. Уже переступив порог здания, внутренний голос вдруг всколыхнулся:

Интересно, а откуда он про проклятие узнал? Думаешь, телепат?

Не думаю. Думать даже не хочу, хочу все на плечи Ласа перевалить.

Вот эт правильно! Вот эт по-нашему!

Зашла внутрь здания и быстренько присела из-за низких потолков. Да, неудобно.

Лас подошел к стойке с гномом-секретарем и сказал:

— Мы к вашему королю. Поговорить надобно.

Секретарь медленно поднял голову, поморгал и радостно воскликнул:

— Николас, как я рад тебя видеть! Это твоя сестра, да? Похожи! Поздравляю с найденной пропажей!

Я усмехнулась и написала огнем в воздухе:

"Здравствуйте. Рада познакомиться с другом моего брата".

— Вы не разговариваете? — изумленно вопросил гном. — Какое грустное известие. Желаю Вам быстрее излечиться. Проходите-проходите.

Николас открыл дверь и пропустил меня вперед. Гном, стоявший спиной к нам и лицом к окну выглядел странно — почти лысый, только рыжая борода видна из-за спины, худой, выше всех гномов. И это их король? Похож.

— Астрин! — сказал Лас. — Ты еще сильнее похудел!

Лунный развернулся и широко ухмыльнулся. Он симпатичный — глаза голубые, морщин совсем нет. Молодой такой.

— О, Лас! Это твоя сестра? Боги, она красивая. — Я зарделась и стала смущенно ковырять мыском туфли пол. — Может, предложение тебе сделать?

Я быстро замотала головой и написала в воздухе:

"Нетушки! Спасибо, конечно, за предложение, но может я как-нибудь сама себе суженого найду?"

Астрин рассмеялся.

— А она язвительная! Жалко только, что немая.

Все вы меня достали! Я нормальная!

"Могу я Вас попросить, Ваше Величество, не называть меня немой. Я нормальная".

Король поднял руки в жесте "поганые фрицы сдаются".

— Понял!

И ушел вместе с моим братом за дверь в другую комнату. Они долго о чем-то говорили, а я в это время дурью маялась. На ковре посидела, в окно поглядела, названия книг прочитала. Ничего интересного и захватывающего.

Когда я в очередной раз присела на ковер, дверь неожиданно распахнулась, и Лас торжественно сообщил подскочившей мне:

— Нас отвезут к подножью гор Надземных. Тот же самый Иккин. Еще и проведут до нужного места.

Я склонила голову в почтительном поклоне.

Проведут и заведут куда-нибудь! А потом хрясь! — и нет у принцессы и короля Ауренты головушек! Надеюсь, оплакивать вас не будут!

Я украдкой возвела глаза к потолку и выдохнула. В мыслях пронеслись слова Рика: "Нарвешься ты, Рита, нарвешься! И не дождешься — плакать на твоей могилке не буду, разве что попрыгаю да потоптаюсь!". Кажется, я упрямо начинала следовать его советам.

Ночь мы провели в соседних к королевским покоям комнатах. Постель была мягкая, пушистая, будто в облако упала. Спать было на ней еще лучше. Да и никаких кошмаров и видений в этот раз не было.

* * *

Иккин рассказывал нам истории из существования гномов Лунной долины. Лас заинтересовался и спросил про помолвку короля. Гном засмеялся и начал:

— Была тут такая история, была. Приезжает как-то раз к Астрину посол из Солнечной и говорит, мол, королева наша красивая, статная, замуж выйти хочет. За человека, дело понятное, выходить нельзя — засмеют, а вот за гнома, пусть и из другой долины, можно, причем и кровная месть тогда сойдет на нет. Астрин новую королеву не видел, но примерно ее представлял. Наивный, думал в мать да отца пошла, прекрасной гномкой стала, ну и согласился приехать, даже с делегацией. Приехал как положено — с дарами, цветами и драгоценностями. Вот стоит он в кабинете королевы Штрессен, букетик с весноцветами в руках держит, и вдруг заплывает в кабинет такая… жаба. Маленькая даже для гномов, морщинистая, с руками-лопатами. На носу очки, а в мозгах — грдых да нигрдыха (Прим. — довольно грязное тролье ругательство). Наш король челюсть-то отвесил, смотрит на Штрессен и молвит: "Тут такое дело, ваше сиятельство, есть у меня… уже… кандидатура на место жены… Вот я и приехал к Вам, чтоб вину свою… загладить. Вы не… против?". Королева хищно улыбнулась, и Астрин позорно сбежал. В принципе, в нашей долине его никто не ругал — все короля пожалели. А еще поняли, почему Солнечные так рьяно охраняли свою королеву — стыдно, видать.

Николас и гном покатились со смеху, я от распиравшего меня смеха икать стала. Потом брат задал еще один вопрос, уже насчет недавних ссор кузнецкого народа и людей. Иккин почесал затылок и ответил неуверенным голосом:

— Лично я не принимал участие в драках. Знаю только, что какие-то там маги, тенезийцы, что ли, украли у нас чего-то, а отдавать не хотели. Там еще принц ихний приезжал, разруливал все. Ох и сильно ему досталось, чуть руку не отрубили. Сами знаете, какие у нас железные да серебряные мечи — алмазы огромные на раз-два разрубают, а тут какой-то незащищенный щитами принц-маг. Но, похоже, ваша богиня, Тереза которая, на его стороне оказалась — удача у него запредельная. А! Вспомнил! — Гном хлопнул себя по лбу громадной ладонью. — Тут же все магическое сообщество твердит, что у принца того, тенезийского, помолвка расторгнута с принцессой Соренской. То ли ее у него в покоях не в подобающем виде застали, то ли еще что-то, но на основании заключенных условий этот Рик, так кажется, прямо при всех придворных сказал, мол, плевать я хотел на тебя, ты мне больше не невеста. Говорит, другую найду.

Я мысленно порадовалась за друга, опасаясь, что теперь возьмут на заметку меня. Оно мне не надо! Своего, который "…судьба твоя настоящая сокрыта глубоко-о-о…", сама найду. Меня же искать не стоит.

Николас, как по заказу, посмотрел на меня и тихо спросил:

— Уж не тебя ли найдут?

Я отчаянно замотала головой и всем видом показала, что плевать я хотела на какие-то там поиски. Я сама себе распорядитель и поисковик.

— Приготовьтесь, — прозвучал голос гнома. — Сейчас будем пешком идти — с повозкой да с пони на гору Солнца не вскарабкаешься.

Я запрокинула голову и изумленно посмотрела на просто огроменную гору, наполовину скрытую в облаках, а наполовину — снегом. Сглотнула.

На вручили тростинки с иглами на концах, уж очень сильно похожие на лыжные палки. Иккина и пустили вперед, как проводника, за ним пошла я и, наконец, Лас. И таким немного отсортированным по росту строем и отправились покорять Надземных гномов.

Я опять скрылась за своими мыслями, когда знакомый блеск где-то впереди привлек мое внимание. Белый волк, стоя на возвышении в метрах ста от нас и помахивая длинным хвостом, зелеными глазами призывно смотрел на меня. Я обрадованно помахала ему рукой, на что волк приоткрыл пасть, будто улыбаясь. Иккин увидел наш обмен любезностями и наставил на животного арбалет со вставленным в него болтом. Я заслонила собой волка и написала на листочке:

"Не надо! Я знаю его. Он не причинит вреда, по крайней мере — мне".

— Ты уверена, Рита? — сомневаясь, спросил у меня гном. — Ты могла ошибиться.

Я отрицательно помотала головой из стороны в сторону и обернулась. Никого уже не было.

Лас потер указательным пальцем подбородок.

— Обиделся, — сказал он. А потом погрустневшей мне: — Не расстраивайся. Увидишь еще. Ты, кстати, когда в первый раз с ним познакомилась?

Нахмурилась, поглядела на сломанный кончик карандаша и вывела в воздухе огненные слова:

"Когда весноцвет тебе добывала. Я ему еще веночек подарила, а он мне — ловец снов. Который ты зажилил".

Лас покрутил пальцем у виска, но, заметив мой пылающий взгляд, куснул его. Я победно улыбнулась.

Иккин подтолкнул меня вперед и начал очень путанно объяснять:

— Откуда ты, Рита, знаешь, что никакого вреда он тебе не причинит? Вдруг это оборотень, а ты, раз охотилась на них, знаешь, что ликаны не есть милашки. Вот так будешь уверена в его "доброжелательном отношении" к тебе и усе. Поминай, как звали.

Я скрестила руки на груди, наступила куда-то не туда и поскользнулась. Не упала, но еще сильнее задрала подбородок, мол, вы мне не указ! Гном неодобрительно покачал своей рыжей головой.

— Ох, не ведаешь, что творишь, потом попадешь куда-нить!

Я плюнула на этих вдруг сговорившихся двоих и поперлась вперед. Но, зайдя за очередной поворот довольно запутанной дорожки, я вдруг наткнулась на плотное облако, безразлично витающее перед входом в ворота Надземных.

Лас догнал меня, решил покричать для верности, но его остановил мой вопрошающий взгляд и требовательный перст, указывающий на нечто.

— Это просто защита, как и та стена с прошением даров властям Лунных.

"А что здесь написано?"

— Я не знаток Солнечного. Но Иккин знает, правда же?

— Ага! — сказал довольный собой Лунный. — Здесь написано, что врагам не место в Солнечной долине, ибо мы добрые и честные гномы. Вот так.

"И никаких "принесите это, принесите то"? Странно".

— Что странного-то? У этих, — гном кивнул на облако, постепенно растворяющееся в воздухе, — много других закидонов.

Я поперхнулась собственной слюной. Нифига се он словечки знает! И откуда ж только?

Нас пропустили. Если в Селене на нас особо-то внимания не обращали, то здесь, в Плиосе, мы были объектами всеобщего внимания. И нельзя сказать, что на нас смотрели с счастьем, радостью, добродушием и тому подобными благими намерениями — честно, было такое ощущение, что именно нашу троицу совсем не ждали. Вот совсем.

В отличие от Селены в Плиосе было очень мало света. Да, хоть они и любители "естественной красоты", но вот придумать как они эту самую "красоту" в пещеры свои впустят — не смогли. Глубокие пещеры с высокими потолками и дубовыми дверями создавало впечатление: м-да, здесь точно жили пещерные люди, наподобие питекантропов и неандертальцев, но уж точно не такие умные горные и подгорные гномы и мы, хомо сапиенс собственными персонами.

Иккин справедливо решил не ехать к королеве Штрессен и повез нас к своим родственникам. Да-да, мы тоже удивились. То, что в роду Подземного были такие, хм, "люди" нас порядком удивило.

Гном и Лас, кстати, отлично поладили! Они вспоминали какие-то истории, о которых я и слыхом не слыхивала (особенно истории брата), над чем-то шутили, над чем-то смеялись. Мне особенно понравился случай на охоте:

— Решили мы, значит, охоту устроить, — отсмеявшись, сказал Лас. — Министры говорят, мол, давайте одни поедем, без женщин. Мне как-то неприятно стало — всегда с кем-либо из аристократичных семей ездили, всегда немного потакали им и помогали хоть кого-нибудь подстрелить, и тут на тебе! Без них! Но я, дурак, согласился.

И вот, едем мы, едем, кони уже не только в мыле-пене все, их уже будто водой из нескольких ведер сразу окатили. Внезапно на дороге появляется кабан — жирненький такой. И нагленький. Стоит и смотрит на нас, нечто вроде хвоста обмахивается. Я арбалет-то поднял, примерился и только решил выпустить болт, как эта животина дает такую деру от нас, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Кони притормаживают и ржут на весь лес, как ненормальные, мы их успокаиваем. И тут выходит к нам девушка, судя по отцвету зелени в волосах и коже — дриада. Смотрит на нас, головкой качает и говорит: "Эх Вы, а еще король! Как же Вы могли без девушек поехать! Они ж единственные сейчас завизжали бы не своим голосом, а кабан к земле б припал, в страхе перед орущими. В таком случае Вы бы его пристрелили. А так… Да что с Вас взять! Все вы, мужики, на одно лицо! Вредные и скучные. Вечно пытаетесь от женского пола отбиться!". И, причитая, уходит дальше вглубь леса. Мы стоим моргаем, понять ничего не можем.

В конце концов, возвращаемся мы с пустыми руками. И азарт весь, охотничий, пропал, и спать хочется. Глядь — опять эта дриада стоит. В руках держит кабана. Постояла, постояла, помялась с ноги на ногу да протянула на его тушку со словами: "Нате, держите, мне чужого не надобно!".

С того момента мы никогда про женщин не забывали — слишком был велик страх опять дриаду разгневанную увидеть.

Я улыбнулась. Жаль, смеяться не могу, сейчас на весь Плиос ка-ак рассмеялась бы!

У меня, кстати, был похожий случай. И дриаду, только в более разгневанном варианте, я тоже видела.

Сидели мы с ребятами на практике, ждали профессоров. В этот раз, а это было где-то на третьем году обучения, особо опасных охот не устраивали, да и маленькие мы были еще. Но поохотиться нам дали — на зайчиков там, на белочек всяких. Одна девчонка, заядлая троечница, как увидела, что ее ухажер зайца подстрелил, так в истерику ударилась. Мы ей говорим, мол, успокойся, хватит, все нормально, но тут Винар пошутил про "естественный отбор". Типа, не волнуйся, у него на роду так было написано. Мирка еще сильнее заревела. Тут появилась главная героиня и наших, и своих дальнейших действий — ужасно злая дриада. Поглядела на нашу компашку сверху вниз, на Мирку в отдельности и внезапно закричала: "Что ж вы, дети, делаете! Мало того отстреливаете тех, кто живет на моих, между прочим, деревьях, так вы еще и оплакиваете их! Не сметь!". До меня дошло все вышесказанное, я рассмеялась и сказала той: "Сеньорита дриада, ладно Вам! Девочка просто перенервничала!". Дриада глаза на меня скосила и тихим, таким зловеще-гневным, голосом, прошипела: "Она еще и перенервничала, когда моего зайчонка подстрелили? Ну вы га-а-ады!". И скрылась. На нашу компанию напал просто гомерический хохот. То ли от увиденного, то ли о впечатления именно от этой дриады я и Лилит вынесли утверждение, этакое правило лесных дриад в одном из королевств: "Все дриады — зло, ненависть и глупость в одном флаконе. Правило действует на всей территории Сорена".

На сегодня я поняла, что правило действует не только на всей территории Сорена, но и в остальных государствах.

Лас задумчиво покрутил в пальцах мою косу и зачем-то спросил:

— Не боишься?

Я похлопала на него глазками, поднимая ветер. С чего бы?

— Солнечные не очень гостеприимны. Видишь, как нас встречают? Это говорит о том, что "добрые, честные, с благими намерениями" — не про них.

Я развела руками в стороны, мол, что Богиня дала — тому и радуются. Потом подумала-подумала и сломанным кончиком карандаша написала прямо на тыльной стороне ладони:

"Штрессен от слова "стресс", да? Теперь я понимаю, что испытал бедный Астрин при виде ЭТОГО".

— Возможно. Я же говорю — я не знаток Солнечного, но сходство со стрессом определенно у королевы имеется.

Лас обеспокоенно оглянулся, будто бы боялся, что его кто-то услышит. Я подленько хихикнула.

Иккин присматривался и прислушивался к нашему разговору. Неожиданно перед нами встали два ну очень толстых гнома с невероятно огромными, рыжими бородами и малюсенькими глазками. Вытянувшись по стойке "смирно", они, как один, продекламировали:

— Королева приглашает вас на бал в честь дня рождения ее величества. Ей будет приятно узнать, что на ее праздник приехали люди.

Мы с братом зашипели в один голос. Люди? Мы маги. И Ведьмы.

— Передавайте королеве наши глубочайшие извинения, — подобострастно сказал Иккин. — Мы не придем к ней во дворец. У нас дела.

— А тебя и не спрашивали, Лунный, — прорычали гномы. — Ты не приглашен, а они, — на меня и Николаса показали пальцем, — обязаны явиться, если не хотят навлечь на себя кару божественную. Кто у вас там, Тереза, кажется? Ох не понравится ей ваше обращение к таким величайшим особам, как наша повелительница. — И уже намного тише: — Соглашайтесь, иначе нам прирежут. — Для пущей убедительности один из гномов провел большим пальцем по шее.

Я хмыкнула. Ну-ну, нам-то какое дело до ваших разногласий с королевой? Мне как-то фиолетово.

Брат решил точно так же и озвучил нашу совместную идейку. Гномы ужасно расстроились и пообещали нам оторвать головы. Мы их, с благословением Терезы, отправили в древний и дальний, но очень известный маршрут пешим ходом. Думаю, им там понравится.

Родственнички у Иккина оказались тоже, как говорится, в тихом омуте. Тут такие черти в нем водятся, что я сначала даже побоялась не то что написать приветствие — улыбнуться побоялась. Лас же наоборот, видно опыт общения с такими персонами был, вежливо поклонился, представился, меня представил (читайте: подставил) и поинтересовался, как идет работа в кузнях. На него одобрительно взглянули, кивнули и оповестили, что работа идет великолепно, за сей месяц больше трех десятков мечей и тому подобной фигни, имеющей место быть только у мужиков, выковали и продали. Судя по их довольным голосочкам — гонорар был о-о-очень большой.

В отличие от Николаса, который назвал по имени себя и меня немощную, всех своих родственников Иккин представлял сам. Имена у них настолько были заковыристыми и труднопроизносимыми, что от меня, дорогие мои читатели, ничего не ждите — ни черта я их не запомнила. Звучало, как гром гремит, красиво и звучно, но чтоб выговорить язык сломать надо. Мне же еще голос себе возвращать.

Иккин желал, чтобы мы остались у гномов хоть на одну ночь, как в Селене, но мы отказались. Скинув все на сжатые сроки приключения, мы разве что приняли ванну и поели. Кстати, что ни говори, а глава семейства, дядя Иккина, великолепно готовил — пушистые сдобные булочки с малиной и клубникой у него особенно получились вкусными, о чем я и поспешила оповестить гнома. Тот расплылся в довольной улыбке и подлил мне в стакан еще лаиры — это просто прелестнейший напиток на основе листьев мяты, мелиссы и матэ. А аромат… В жизни ничего вкусней не пила! Лас, хитро поблескивая глазами, записал рецепт напитка.

Чистые, пахнущие свежестью и пышущие радостью, мы откланялись, "на дорожку" получив одобрительную улыбку главы семейства, заинтересованные взгляды его детей и подозрительный прищур жены.

* * *

Спускались мы быстрее. Бегом прям-таки, кувырком. То ли гномы чего подтасовали, то ли просто мы не той дорогой пошли, но спуск с горы оказался очень крутым и травматическим. Лично я упала раз семь, за брата не считала.

Как назло, чтобы прийти в Эль`Грин, надо было перемахнуть через несколько горных хребтов. Допустим, один уже перешли. Осталось еще два.

Где-то на середине тропки следующей горы я грохнулась попой прямо на камень и вызывающе написала:

"Все, баста! Я устала!"

Лас неодобрительно покачал головой.

— Нам нельзя останавливаться, — сказал он, чем вызвал бурю неудовольствия в моем лице. — Чем раньше мы сойдем к Священному эльфовому лесу, тем нам же лучше. На границе мы будем полностью под защитой остроухих, и нам уже не так будет грозить опасность.

Я скептически отнеслась к этому заявлению, но пятую точку с нагретого на солнце камня подняла.

Николас взял меня за руку и повел следом за собой. По дороге я отстала, смывшись в найденные кустики и слопав там парочку булочек, а вышла… Никого не было. Будто бы испарился. Ох, умертвие мое родное.

Страшно стало — ужас как. Не обо этом ли говорил мой братец ненаглядный? И не виновата ли я в этом?

Трясясь, как осиновый лист, я дошла до того места, где Лас остался меня ждать. Покрутила головой, ментально выкрикнула пару раз поисковое заклинание. Ни-че-го. Пустота и тишина ответом были мне. Сгущающиеся облака над головой тоже не предвещали ничего хорошего.

Внезапный мальчишеский крик "Стоять! Бояться!" меня остановил и заставил улыбнуться. Кричал явно мальчишка — лет пятнадцать, не больше. Да и мечик, наставленный на меня за полторы секунды, в его руках знатно подрагивал. Видать, первый раз разбойничать вышел.

Я обвела всех собравшихся передо мной насмешливо-восторженным взглядом, и за моей спиной зазмеились слова:

"Так-так-так… И кого тут нелегкая принесла? Ой, это вы моего брата схватили? Какие молодцы! А он тоже хорош, проглядел вас".

Все без исключения мальчишки разулыбались и закричали:

— Гляньте-ка, магиня! Вот это да! Да еще и не разговаривает!

Нахмурилась. Какая, к черту, магиня? Я маг и Ведьма!

"Я не "магиня", дети, а маг. Имейте совесть".

Мальчишки смутились и вытолкнули, похоже, того самого, который кричал. Рыженький, с веснушками и зелеными глазами нескладный подросток. Тот сначала свел брови домиком, а потом хорошо поставленным голосом оповестил меня:

— Так это брат Ваш? Извиняйте, сеньорита маг, не знали. Меня Наар зовут.

Протянул мне руку. Я с поднятой бровью посмотрела на нее, потом пожала.

"Рита. Просто Рита. А моего брата зовут Лас".

Говорить, кто мы такие, не стала, понимаете же почему. А мальчишка этот, Наар, на меня так странно посмотрел. Со смесью восторга, благоговения, недоверия, удивления и иронии. Супом эмоций, короче, облил и оставил сохнуть прямо подле себя. Мне стало неуютно.

Ласа отпустили. Он даже взбрыкивать, как Фобос, не стал (а у них есть эта общая черта!). Я была благодарна за это своему брату.

Наар, вся еще косившийся на меня, предложил провести нас к эльфам. Мы согласились — чего от веселой компании отказываться? А еще выяснилось, что паренек этот совсем непрост — умеет вскрывать замки только силой мысли. Из-за этого в разбойники и пошел.

Лас, пристально слушавший Наара, только недовольно фыркал. Как же, как же — в его родной стране, под его же носом такие дети рождаются, пропадают, а он и не знает! Беда великая, прям закачаешься! Я его не понимала, не понимаю и, видимо, понимать не буду.

Пока хмыкала себе под нос, изредка прислушиваясь к редким комментариям брата, мальчишка задал вопрос:

— Кто же вы двое? Я про вас слыхом не слыхивал.

Я закатила глаза и предоставила объясняться Ласу. Тот выдумщик большой, хороший — че-нить придумает.

Придумал. По его версии мы — два путешественника, оба имеем небольшой магический резерв. Решили попутешествовать так, стихийно, типа пока на ум пришло, надо действовать. Объездили уже полмира (тут я вновь закатила глаза), жили в Тенезии, Сорене и Ауренте (здесь я приподняла бровь, услышав про Сорен), были гостеприимно приняты в долинах гномов (в этом моменте я закашлялась) и наконец-таки решили дойти до Священного леса и Драконовой Империи. В конце лжерассказа проказник Лас всю затею скинул на меня и пожаловался, что я слишком непоседливая. Я не могла не согласиться.

Мальчишки рассмеялись и начали наперебой подкалывать меня. Поняв свою ошибку, братик мой весь покраснел и виновато кинул косой взгляд на подозрительно тихую меня. Я же в это время мысленно расставляла всем, кто посмел пошутить надо мной, маленькие газовые капканы. То тут, то там можно было услышать отборный мат, и задыхающиеся от невыносимой вони ребята дружно попросили у меня прощения. На коленях.

А пока шли, не заметили, как перешли последней горный хребет и вплотную приблизились к границе. Я, от природы любознательная, рванулась было вперед, но Лас удержал свою сестричку за руку. Я недовольно фыркнула.

Они появились на конях. Степные азиаты, блин. Копии моего Фобоса ловко удерживали двух статных красавцев на своих мускулистых спинах. Блондинистые, это я про эльфов, если кто не понял, сероглазые, высокие, мужественные, красивые… А-а-а! И как среди такого великолепия не влюбиться? Острые уши, совершенно не мешающие всему облику эльфов, совсем немного торчали из-под длинных волос. Я затаила дыхание, глядя на эти два совершенства.

Первое совершенство таким же совершенным низким голосом спросило:

— И откуда же такие люди в нашем крае? — На меня перевели вопросительный серый взгляд. — И откуда такая красавица в мужском обществе?

Я зарделась, как маленькая. Меня спас Лас:

— Она моя сестра. А это наши проводники.

Второе совершенство, совсем не смущаясь, разглядывало меня и ну о-о-очень красивым тенором молвило:

— Лас! — Да мы знакомы. Я выпала в осадок. — Да не уж-то это та самая девчонка, сбежавшая почти пятнадцать лет назад? Хор-р-р-рошенькая.

Я еще сильнее выпала в осадок. Осталось только челюсть нижнюю для красоты отвалить.

— Ларанель, попрошу без флирта. — Лас нахмурился и встал чуть впереди меня, все своим видом показывая, что он будет защищать свою непоседливую, а в данный момент тормозившую, сестренку от ненужных ухаживаний.

— Моя твою понял, Лас!

Тот, который Ларанель, рассмеялся заливистым смехом. Второй, или первый — это как посмотреть, вздохнул и исподлобья глянул на меня. Да что ж они так на меня покушаются, а? Меня еще мой, который сокрыт глубоко, дожидается.

— Сеньорита, простите моего брата, — сказал этот. — Мое почтение — Гараленоэвиэль. Можно коротко, Эл.

Я расширила очи.

"Рита, просто Рита".

Гарале… черт, язык сломать можно, почтенно склонил голову к груди.

— А я, как ты уже поняла, Ларанель. Запомнить проще, не так ли? — Мне подмигнули серым глазом.

Я молчаливо согласилась. Интересно, у них у всех имена на "-ль" заканчиваются, или есть исключения? Надо рассмотреть поближе, то есть познакомиться со многими.

Перекинувшись еще тройкой фраз с братом и, как бы то ни было, с разбойниками, Эл слез со своего коня и предложил мне сесть на него. Я со знанием дела запрыгнула на могучую спину азиата и, поглаживая шею и перебирая в пальцах шелковистые пряди, смотрела прямо в глаза коня, повернувшего ко мне рыжую голову. Смотрела с восхищением и нежностью, будто смотрела в глаза Оса. Коняка меня принял и ласково фыркнул.

— О, ты умеешь обращаться с азиатами? — Эл и Ларанель взглянули на меня с нескрываемым удивлением.

Я пожала плечами.

"Мой конь, Фобос, из этой породы. Прекрасные лошади, я от них в полном восторге. Помнится, он сам вышел ко мне из своего стада. Эльфийского, кажется".

Ларанель вдруг рассмеялся.

— А, так вот кто это черноволосая девчонка с серо-синими глазами, угнавшая молодого жеребенка прямо у меня из-под носа! Ух я тебя!

Я приоткрыла рот и… ну, вы поняли, да? Я же говорила — живу я в состоянии "от тормоза до тормоза".

Внутренний голос всколыхнулся:

Слышала? Это ж сколько ему было тогда лет, если он не изменился с прошлой встречи…

Эльфы бессмертны, кто знает сколько лет их владыке, а тут и подавно неизвестно.

Разве неизвестно? А хотя да, ни тебе, ни мне точно не известно.

Лас, пока я тихо тормозила, обхохатывался до колик в животе. Наар и остальные мальчишки тоже не скрывали улыбок. И во мне проснулась наглость, смешанная с желанием убить сероглазого блондина.

Предвкушающая улыбка, и ужаленный иллюзорной осой конь встал на дыбы, скинув незадачливого седока на пыльную дорогу. Ругнувшись по-трольи, белобрысый эльф кувыркнулся, и прекрасные волосы приняли вид а ля воронье гнездо. Лас прищелкнул пальцами и нравоучительным тоном произнес:

— Coupe de grace.

Эльф подскочил и ненавистно уставился на меня. Зря, я щиты ставить умею! И стены отражений тоже! Направленный на меня обездвиживающий луч отразился от прозрачной стенки и ударил по насылавшему. Опыт боев, конечно, у меня маленький, но уж защитить себя я могу.

Успевший отскочить Ларанель белозубо улыбнулся. Он был не против маленького валяния в пыли.

Двойка эльфов провела нас к своему непосредственному начальству. Темноволосый, с ореховыми глазами и ироничной усмешкой на губах Тиранориэль еще сильнее сразил меня. Пришлось поспешно сглатывать слюнки и думать, что не такой он и красивый. Наверняка владыка эльфов красивее этого полководца. А… Но как же он красив! Вообще все эльфы — красавцы!

Наар, кстати, был лично знаком с полководцем. Там была какая-то запутанная история, в которой наш рыженький явно играл не последнюю роль.

Нас накормили эльфийскими блюдами, среди которых можно было найти жареных куропаток в апельсиновом соке и начиненных мандаринами, печеную на углях картошку с какой-то неизвестной мне пряностью и еще много-много-много чего. А на десерт были эльфийские пирожные — воздушные, со сливками и ягодами, сбрызнутые соком лайма. Ммм… просто пальчики оближешь!

Откуда взялось такое разнообразие на границе — я не знаю. Знаю только то, что встреченные нами эльфы не являлись пограничниками, просто шли откуда-то с новых учений. Решили остановиться здесь, думая, что их никто не встретит. Ошибались.

Я, по известным всем причинам, молчала. Лас же, наоборот, очень много говорил. Я даже не удивилась, когда узнала о знакомстве брата и Тиранориэля. Хм, какие все-таки у эльфов имена не выговариваемые. И вот как его звать? Не Тиран же?

Голос темноволосого эльфа вывел меня из астрала:

— Давно нашел ее?

На меня посмотрели, вспоминая, и сказали:

— Где-то три недели назад. Может больше. Привез домой только-только.

А, ну полторы недели у нас уже "только-только привез". Хитро, братишка, ничего не скажешь.

— У нее интересная аура. — Ага, я слышала об умении остроухих видеть ауры и души людей. — Что-то довольно темное кроется в ней.

Поперхнулась кусочком клубники в сливках. Чего-чего у меня там?

Лас тоже несказанно был ошарашен. Эльф же продолжил:

— Нет, это не демоническая сила. — Мы облегченно вздохнули. — Это что-то другое. Скажи-ка, Николас, у вас в семье не было Яг?

Мы с братом переглянулись и одновременно решили ничего не говорить.

— Нет. Не было, — соврал Лас.

— У Риты аура очень сильно похожа на ведьминско-ягушенскую. Такая сине-зеленая, как нефрит, с проблесками серого и серебристого. Интересно очень.

Я сглотнула и написала в воздухе:

"Мне тоже".

В мыслях пронесся голос старушки Василисы и то, как она отводила глаза, говоря о моей бабушке. Может быть она… Да ну, нет. Она же ясно сказала — маму мою нянчила, когда гадалке тридцать лет стукнуло, а до этого она еще общалась с настоящей Ягой шесть лет. Не могла же она обмануть! Или могла?!

Но эльфу мы не стали говорить ни про Василису, ни про наше происхождение. А я решила по возвращению домой сбежать к гадалке, дней на пять-шесть, и все-о-о разузнать.

А потом мне пришла довольно уместная здесь мысль: как же познакомились Лас и Иран (пусть будет так). Оказалось, давно и очень весело. Они просто мчались на конях навстречу друг другу, оба невидимые, из чего следует вывод — слепые в отношении друг друга. Мчались-мчались и стукнулись лбами. Кони тоже посадили шишки. Получилась такая стенка на стенку — конь на коня, наездник на наездника.

Разбойники захохотали. Я мысленно похлопала коням. Лас и Иран тоже зачихали от смеха.

— Может, останетесь на ночь? — спросили сероглазые эльфы. Ларанель подмигнул мне.

— Так же еще до ночи далеко, — сказал мой брат, поднимая голову от очередного жареного крылышка куропатки. — Рите бы сакуры местные показать.

Эл с братом тут же вскинулись на ноги.

— Мы пойдем!

Николас недовольно покачал головой, но Иран неожиданно согласился:

— Что ж, идите. Только никаких омел!

Я покраснела, услышав последнее напутствие.

А сакуры действительно были очень красивыми. Как в моем сне — нежно-розовые лепестки, коричневые, чуть серебристые, стволы и море нежнейшего запаха. Ларанель все-таки показал мне парочку омел, но я покачала головой, напомнила о предупреждении и развернулась обратно. Гуляли долго — часа три-четыре, обошли почти половину сада. Возвращаясь обратно, я неожиданно наткнулась на то самое место, где белый волк сидел с тигром. Заботливое воображение подкинуло парочку картинок, о которых я даже под гильотиной не расскажу. Там столько… брр! Не просите!

Вглядываясь в коричнево-розовую даль, мне на миг показалось, что за мной следят два ярко-зеленых глаза. Улыбнувшись на всякий случай, я поспешила за своими спутниками.

В шатре, где меня поселили, я даже не стала рассматривать ни одну вещь, я просто завалилась на ворох мягких подушек и с удовольствием уснула.

Странная круглая комната. По-видимому, подземелье. Я спускаюсь вниз и вижу парня: высокого, загорелого, зеленоглазого, с черными волосами. Он приковывает себя цепями, будто ограждая мир от себя безумного. Я кидаюсь вперед, но натыкаюсь на прозрачную стенку. Что-то не пускает меня, возможно кто-то. Я пытаюсь прокричать ему слова остановки, но из сдавленного спазмами горла не вылетает ни звука. Я обессиленно опускаюсь на колени и со слезами на глазах смотрю на юношу. Он медленно опускает голову к груди, его сердце перестает биться, дыхание сходит на нет. Я понимаю, что опоздала.

* * *

Придя домой, я сразу же сбежала к Василисе. Отмывшись, отоспавшись, наевшись, навестив Оса в конюшне, я все еще под впечатлением от увиденного сна полтора дня назад (домой мы перлись значительно быстрее, чем шли в наше маленькое путешествие) блеснула улыбкой в тридцать два, оседлала довольного коняку и рванула к старушке. Лас только успел крикнуть что-то несильно существенное мне в дорогу, как я, подгоняемая острым желанием вытрясти из Василисы все, что можно, скрылась за краем леса. Не остановило меня даже известие о прибытии принца дон Кастильо — плевать я на него хотела, сам пусть разбирается со своими причудами и причудами бывшей невесты, я тут никаким боком-припеком.

Пока гнала Фобоса во весь опор, обдумывала последний сон. Я была в таком отчаянии, что не смогла остановить юношу, что до сих пор чувствовала на глазах слезы. Мне казалось, что он сам решился на этот шаг из-за чего-то, что изменило его отношение к жизни. Я так хотела узнать, почему он вдруг перестал дышать, и его сердце остановилось, что стала бояться за неизвестного. Стала бояться так, будто знала его тысячу лет и понимала, что если тот умрет — не выживу. Подсознанием я понимала, что все это был сон и только сон, но противный внутренний голос твердил — все реально, Аннарита, реально и только реально.

Впервые в жизни я хотела найти этого юношу, осознать, что тот в безопасности, избить до полусмерти, чтоб больше не пугал так, и успокоиться. Успокоиться и больше не вспоминать ни его, ни сон. Жить дальше, будто бы ничего и не было. Дальше привыкать к своему же бессилию, ведя я была уверена, что не заговорю. Дурочка. Наивная, глупая дурочка.

Старушка-гадалка прочитала все мои новости, задержалась взглядом на строчках о снах и начала свой рассказ:

— Пора все тебе рассказать. Во-первых, что касаемо твоих снов — видения иногда сбываются, иногда нет. Да-да, не распахивай глазки! Это действительно видения. Чаще всего твое подсознание берет лишь самое важное из будущего и перемещает эту картинку в определенную ситуацию, которую ты конечно же запомнишь. Тигр, шаман, камень, выбор дорог — это то, что ты можешь и могла встретить в своей жизни. Насколько я поняла, только дороги в твоих видениях означали выбор, который ты по незнанию, естественно, совершила. Ты не оглядывалась назад и послушала голос, хотя могла уйти четвертой дорогой — той самой, скрытой за твоей спиной. Твое же прошлое видение больше всего похоже на реальность. Невозможность подойти к этому юноше, то, что он не видел тебя — это было на самом деле, Рита. Ты видела настоящее, но как тебя к этому подпустили, я не знаю. — Василиса на миг замолчала, всматриваясь в мое лицо. — Не ищи его. Если понадобится, Судьба сама сведет тебя с ним, в противоположном же случае ты забудешь все. Не зацикливай свое внимание на ненужных вещах.

Я выдохнула. М-да, все чудесатей и чудесатей.

— Во-вторых, твоя родословная. — Замялась. — Ты и сама все правильно поняла. Я и есть твоя бабушка, не сберегшая в нужный момент. Ты — моя внучка, а значит и преемница. Ты должна стать следующей Ягой в этом поколении. Ты не сможешь убежать от сей участи, все девушки в нашей семье становились ими.

Я молча поглаживала мурчащего Ёрика. Он сладко потянулся, приоткрыл один глаз.

— Да ладно тебе, Ита! Все ж нормально! У меня, кстати, для тебя есть сюрприз.

Кот встал с лавки, помял лапки и коснулся когтями моих висков. Боль была резкая, жгучая, почти нестерпимая, я от внезапности аж дернулась. Но результат был — котище что-то сделал с моей головой, и теперь я могла говорить телепатически. Я почувствовала это сразу.

Ёрик довольно мурлыкнул и вновь лег на лавку, положив мне на колени свою голову.

— Котик наш умный, ментальной связью владеет, — пояснила Василиса. — Сейчас он снял один из замков, полученных при проклятии, но часто мысленно разговаривать не советую, все может вернуться обратно. Лучше используй ее в очень крайних случаях. Кстати, Ёрик, как ты сделал это?

— Секрет. Наш семейный секрет. Но, к сожалению, я больше тебе, Ита, ничем не помогу. Силенок у меня мало. — Разочарованный вздох.

Я погладила кота по голове, жестами показывая, как благодарна ему. В тоже время я хотела следовать совету Василисы и побольше молчать, ставя ментальные щиты.

Бабушкой называть ее у меня никак не выходило. А гадалка продолжила:

— На днях у вас в столице состоится Большой Маскарад — соберутся многие люди и существа из разных стран. Я прошу тебя, не ходи туда. Неизвестно, какая опасность грозит тебе, а я не затем просила муз приглядывать за сбежавшей тобой.

Я выгнула бровь. Вот кто их подговорил!

— Да, это я, — будто смиряясь с чем-то неизбежным, проговорила Василиса.

Почесала нос.

"Расскажи поподробней о маскараде".

— Маскарад он и на Островах Маскарад. Сборище магов, эльфов, драконов и тому подобной нечисти в одном месте, чаще всего в Ауренте или Тенезии. Собираются, надевают на лица странные маски и пытаются угадать в них друг друга. В те времена, когда правил твой прадед, на Маскарадах объявляли имена женихов или невест наследников трона. Не думаю, чтобы Николас возродил эту старинную традицию, но о твоем потенциальном женихе ты можешь узнать именно там.

"Тогда почему мне нельзя идти? Увижу этого ирода плешивого, понятно объясню, как я "хочу замуж", и отправлю за тридевять земель в тридесятое государство к какому-нибудь дракону. Спящему. Голодному".

Старушка рассмеялась.

— Э нет, милая моя. Что ты знаешь о семье Каррэн?

Я отрицательно махнула рукой, показывая, что даже слыхом о такой семье не слыхивала.

— Рассказываю. Династия Альтер Ан Каррэн — сильнейшие враги, недруги и противники династии Минер Беллона Рей. — Увидев мои округлившиеся глаза, бабуля всплеснула руками: — Стыдно, внученька, свою полную фамилию не знать! И родословную тоже!

Уела. По полной программе.

— Так вот, противники они, — сказала она чуть позже, успокоившись и перестав метать во внучку шокированные взгляды. — Каждое поколение в семье Рей рождались девочки, а у Каррэнов — мальчики. Догадаешься, что было дальше?

Я пожала плечами. Не гадалка я, пусть лучше расскажет.

Глава 5. Наконец вся правда, или Меня обвели вокруг пальца

— Хорошо. Несколько раз Ан Каррэны пытались женить своих сыновей на принцессах, но получали жестокий отказ. Все прекрасно понимали, что такой союз имеет полное неравноправие. Жених при таком решении получал все — деньги, власть, неограниченное самовластие. Невеста же — только более мирное отношение врагов. На этом все. Четырнадцать лет назад я, узнав про нового наследника наших врагов, уговорила муз и твою мать увести тебя подальше от Ауренты. Ирида была против, она не хотела отпускать дочь от себя ни на шаг, но музы и я усмирили ее пыл и сказали, что с тобой все будет в порядке. Мы усыпили бдительность твоей матери, рассказали тебе о твоей ведьмовской сущности. Музы же убедили тебя сбежать вместе с ними. Ты же была такой маленькой, всего лишь трехлетней, а уже решила уйти подальше от вдруг ставшей столь ненавистной родной страны. Мы поняли, что дальше ты сама, а не музы, будешь решать, что делать дальше.

Слушая бабушку, я не верила ей — неужели моим потенциальным женихом будет мой фактический враг? Но Лас же не настолько дурак, он знает, кто такие эти Каррэны, в отличие от меня. Быть не может этого!

— Я оказалась права, — тем временем продолжила бабушка. — Глава семейства встретился с твоим отцом, Себастьяном, и попытался убедить его в помолвке. Но твой отец сумел сделать так, что больше никто из враждующей с нами династии не узнал и не узнает о тебе. Он просто сказал, что ты умерла. Все оказалось предельно просто, Альтеры поверили. Они даже приносили нам свои язвительные соболезнования, говоря их с таким видом, будто дружат с нами сто лет. Надеюсь, они и сейчас не знают о твоем существовании.

Как много от меня скрывали. Неужели все эти обманы ради одной цели — наконец устроить Каррэнам темную? Мои родственники хотят… чего? Мстить? Зачем, я и Лас с Асурой никогда не допустим чужого зада на наших тронах. Пробудить во врагах сочувствие? Ха, нашли дураков! Столько лет, значится, портили друг другу нервы, а сейчас надо выжать из них по полной? Я не понимаю.

"Из-за чего же тогда наши семьи враждуют? И чего вы, мои дражайшие родственники, хотите?"

— Это случилось четыреста семь лет назад. Твой прапрапра… там еще много "пра"…дед влюбился в самую первую Бабу-Ягу и Ведьму в нашей династии. Она тоже носила имя Аннарита, да только судьба у нее была еще хуже твоей. Ее любили двое — твой дед и дед Каррэнов. Аннарита же не могла выбрать одного из них, хотя очень сильно любила другого, не Рея. Просто однажды, проснувшись, она поступила, нет, не эгоистично, она пожертвовала любовью к другому ради счастья первого. Она не хотела видеть твоего деда жалким, сломленным и из-за этого выбрала его. Каррэн же через несколько лет, когда узнал о дочке короля и королевы Ауренты, выбросился из окна. Аннарита же всю жизнь жила с нелюбимым, мучилась и любила только свою дочь. С тех пор, будто кара небесная, нас преследуют наши враги. Чего они хотят, я так и не узнала, но, возможно, все дело в самих нас. Мы, Ведьмы нефрита и Яги в одном флаконе — может мы и есть решение данной проблемы? Быть может, если бы та Аннарита выбрала не Рея, все бы было хорошо? Не знаю. А чего мы хотим — просто тишины и спокойствия.

Вот дела. Никогда бы не подумала, что до меня уже кто-то носил мое имя и попадал в такую щекотливую ситуацию. Хоть мне и казалось, что та Аннарита поступила довольно эгоистично (власть там, деньги и всякое такое), но то, что она всю жизнь жила с нелюбимым — я бы так не смогла. Я бы сразу веревку на шею, табуретку под ноги и нет больше меня. Здесь бы я воспользовалась советом голоса: сто раз проверь — один раз повесься.

Василиса вышла, а я так и осталась сидеть, как громом пораженная. Гордость обалдевшим голосом подкинула мне мысль:

Прикол, в тебя тоже влюбятся какие-нить молодой Альтер Ан Каррэн и, допустим, твой ненаглядный Рик дон Кастильо. Кого выберешь ты, мать? Пойдешь по стопам предка и плюнешь на чувства фактического врага, в тоже самое время мучаясь от собственного идиотизма? Или же наплюешь на запреты бабушки и брата и все равно выберешь того, кто больше тебе по нраву?

Я не хотела бы попасть в такую ситуацию. Я не представляю, как бы выбирала. Да я бы сама, наверно, вновь инсценировала свое убийство, чем решала бы, кто из них двоих лучше. И вообще, что ты мелешь? Как в меня могут влюбиться Рик и молодой Каррэн? Это просто смешно!

Смешно, не смешно… Мать, тебе сколько лет? Правильно, семнадцать. Ты еще даже ни разу по-настоящему не влюблялась, я в расчет этого Винара не беру. То была просто влюбленность на первом курсе. Так почему ты не можешь постараться и сделать так, чтоб разбить кому-нить сердце? Тебе все карты в руки дали! Ты можешь просто отомстить!

Мстить? Я-а… А давай посмотрим по ситуации? Вот что у нас получится, скажем, через месяц-два, тогда и будем принимать меры. Согласна?

Согласна. По рукам.

Ёрик внимательно посмотрел мне в глаза и мягким голосом спросил:

— Чайку с булочками будешь?

Я радостно закивала в ответ. Что ж не буду — буду! Заодно хоть отвлекусь.

Василиса, зашедшая как-то очень тихо, недовольно сказала:

— Там твой ухажер стоит. Я не пустила. Хочешь — иди разбирайся. Не хочешь — правильно сделаешь.

Я развела руками в стороны, показывая, мол, хочу, не хочу, а поговорить стоит. Мне кивнули.

И вот действительно, за речкой стоял Рик. После рассказа бабушки я не особо хотела с ним сближаться, разговаривать, и, в общем, я его боялась. Вот так.

Рик буравил меня своими шоколадно-золотистыми глазами. Тьфу ты, довела меня любовь к шоколаду! Карие радужки у него, ка-ри-е!

— Вопрос, — грозно пробормотал он. — Ты почему не дома?

Я насмешливо фыркнула.

"Могу задать тебе тот же вопрос. Ты же должен приехать только на Большой Маскарад. Или я уже чего-то не знаю?"

— Хорошо, проехали. А на Большой Маскарад все участвующие собираются за пять-шесть дней до него. Что, не знала?

"Даже не интересовалась".

— Зря. Меня Николас попросил, кстати, тебя привезти.

Я притворно округлила большие глаза, будто страшась дальнейшего разговора.

"Чего Лас опять хочет? Домой не вернусь, буду с гадалкой здесь сидеть, на Маскарад не приду. Понял? Великолепно! Теперь можешь все передать моему брату и уезжать отсюда. У меня чай стынет".

Развернулась и ушла. Ёрик понятливо склонил голову.

— Да-а-а… Ты, Василисушка, больше не рассказывай нашей молодой Ёжке таких рассказов. Она особа впечатлительная, вон, ухажера своего прогнала.

— И правильно сделала! — буркнула та. — Раз не любит, значит можно гнать.

— Экая ты злая, Василисушка. Чем тебе парень молодой не угодил?

— Тем, что зря вокруг моей внучки ошивается.

Я скривила губы. Внутри себя я была согласна со старушкой, но слишком уж свежи были мои воспоминания объятий Рика. Может у меня будет другая судьба, не моей родственницы? А что я задаюсь вопросами, когда надо будет, они сами найдут свои ответы. Пока же можно потерпеть.

Ёрик и Василиса препирались еще долго. Под конец мне надоело их слушать, терпение лопнуло. Не выдержав, я написала:

"Как долго еще прикажете ждать? Может, учить меня чему-нибудь будете? Я тут с ума сойду от безделья".

Так меня стали обучать вещам не только истинно Ведьм, но и Ёжек. Самое интересное в этих занятиях было то, что ведьмин круг, который используют в наше семье, немного отличается от остальных. Один раз, кстати, я уже использовала его, но думала, что это просто поисковое заклятие весноцвета. Именно в тот день я и научилась делать тот самый ведьмин круг — четыре стихии со мной посерединке и уйма магии вокруг. Мне даже объяснили, что в Зачарованном лесу Тенезии есть старый дуб, которому больше трех тысяч лет. Испокон веков там собирались Ведьмы в Круг Тринадцати и делились своей магией с природой. Для этого одну из Ведьм — или первую, или тринадцатую — ставили спиной к дереву, она запускала свой личный ведьмин круг и отдавала магию сестрам. Те же, при желании, могли также отдать свою магию и свой резерв ей. Короче, круговорот ведьмовской магии в природе.

Дополнительными заданиями для меня были знахарство и бытовая магия. Чего-чего, а этого я не знала — то, что преподавалось нам в школе, было яростно отругано Ягой и послано в дальний и древний маршрут пешим ходом. Меня научили оказывать первую помощь пострадавшему в разных ситуациях, делать прямой массаж сердца, дыханию "рот в рот" и даже как правильно отдавать магию. Для этого надо было коснуться губами либо рта пострадавшего, либо его лба. В таком случае какая-то часть энергии уходит в него. Говорят, удобно, но мне как-то не улыбается целовать незнакомого человека, пусть даже в лоб, как покойника (а с этим у меня возникают и возникали только такие ассоциации).

Но один день я проклинаю до сих пор. Вот зачем я поперлась в тот подвал, а? Вот кто меня просил? Дебильное человеколюбие! И избавиться от него не могу!

А как хорошо все начиналось, прям красота! Шла я себе, шла по лесу и вдруг увидела люк. Железный такой, с амбарным замком. Я подошла, пригляделась. В мыслях ожил знакомый внутренний голос:

Залезть не хочешь? Вдруг что-нить интерес-с-сное найдешь?

Посмотреть можно. Один разок!

Сейчас виню себя — послушала гордость свою. Лучше бы не лезла. Но, вернемся. Я коснулась замка и превратила его в пыль. С поднятием люка была посложнее, тяжелый гад. Но, применив заклятие увеличения физической силы, я рванула его вверх. Дальше обнаружился подземный ход. Осторожно ступая по ступенькам, я с изумлением услышала чье-то тяжелое дыхание. На ментальном уровне. Такое ощущение было, что человек, не дыша физически, дышал мысленно. Очень странно.

Я ринулась вниз. В небольшой круглой комнате на коленях, с растянутыми на цепях в стороны руками и поникшей головой стоял юноша. На нем были только черные охотничьи брюки и браслет на правой руке. Черные короткие волосы полностью закрыли лоб. Е-мае! Да это же… Это же… Тот самый паренек из моего видения! Черт бы тебя побрал, зачем я сюда пришла?

Жаль, что я не могу говорить, так разругаться захотелось. Но вместо этого я, мысленно запричитав "Потерпите еще немного", стала растирать звенья цепей. Когда было все готово, этот индивидуум завалился на меня, все так же мысленно хрипя. Гора мышц и костей придавила меня, даже не придя в себя. Я мысленно ругнулась.

В себя если придет — убей сразу же.

Наколдовав нечто вроде одеяла, облегченно уложила парня на него. Хорошенький, даже смазливый. И нет ни следов побоев, ни крови, ни переломов. Зачем он сам подвесил себя? Любит садо-мазо? Интересненько…

Растерла ладони и дунула на них со всей своей ведьмовской силы — в сложенных лодочкой ладонях появилась вода. Пока та не просочилась сквозь пальцы, быстрее поднесла ладони к ранее приоткрытому рту индивидуума и влила в него воду. Как только я удостоверилась в том, что вода успешно покинула пределы его рта, я произнесла невербальное заклинание и появившийся шарик света на руке с легкостью вогнала в тело моего подопечного. Подопечный дернулся. А я продолжала вгонять в него магию.

И так продолжалось несколько дней. Уходила в лес будто бы на подзарядку резерва и обучение основам ведьминого круга, а на самом деле лечила этого индивидуума с замашками садо-мазо. Василиса и Ёрик, конечно, начали меня в чем-то подозревать, но ни мыслей моих они прочитать не могли из-за моих щитов, ни поговорить со мной тоже. Я была этому жутко рада.

Где-то на шестой день произошло то, что навсегда заставило меня уж больно сильно верить в Судьбу. Мой подопечный очнулся.

Я беспечно слонялась по комнате, в надежде увидеть хоть что-нибудь интересное и оригинальное. Внутренний голос, и по совместительству моя гордость, язвительно шептал гадкие и неприятные мысли по поводу последнего скандала, развернувшегося после моего, скажем, немного позднего возвращения. Мне вообще хотели запретить любые перемещения, но я настояла на своем, заморозив любимые часики бабули. Не снимаемым заклятием. Короче, я выиграла.

Таки ж я слонялась. Таки ж я вздыхала. Внезапно позади меня раздался стон, и я резко обернулась. Нет, все-таки тормозить — мое кредо.

— Какого дьявола? — Рык индивидуума меня совсем обезоружил. А блокнотик я забыла…

Запустив пальцы в волосы, я напряженно подумала. Потом до меня дошло.

"Это Вас надо спросить, какого дьявола Вы висели здесь на цепях. Я в данном случае только целитель", — написала я огнем в воздухе.

— Немая? — На меня покосились с еле скрываемыми торжеством и язвительностью.

Ну почему сразу этим словом?

"Проклятая".

— А меня зачем в чувство приводила?

"Могу убить. Силы хватит".

Для показухи создала в руке молнию. Маг общего направления — это круто.

Но, к сожалению, на индивидуума это никакого впечатления не произвело. Он только захохотал.

— Ладно, Судьба, значит, у меня такая, чтобы всякие мимо проходящие девочки без определенной магии меня спасали.

Я обиженно надулась. Спасала, спасала, и нате: кушайте-с, не обляпайте-с.

"Я не девочка, а девушка. Разница ясна?"

— Что, настолько все плохо? — На меня посмотрели два невозможно зеленых глаза. — Настолько дура, что даже магия делиться не хочет? Хотя, это я ступил, — вдруг исправился он. — Раз оживить смогла, значит, учишься хорошо. Ты ведь хорошо учишься, да?

Я недовольно кивнула. Сейчас до чего-нибудь додумается, гад плешивый, надо останавливать его усиленный мозговой процесс.

"Я думаю, что теперь я свободна, и останавливать меня никто не будет? Я пойду?"

— Подожди. Как ты меня нашла?

Я села на импровизированный стул — большой камень — и написала в воздухе:

"Мимо шла, услышала чье-то мысленное дыхание, решила помочь. Чувствую — зря".

— Ну почему же зря? Кстати, приятно познакомиться — Дэрек. — Он протянул мне ладонь с длинными пальцами.

Смотри-ка, а знакомиться первый начал…

"Рита. Не взаимно".

И неуверенно пожала его ладонь.

А паренек оказался непробиваемым, неугомонным и неостановимым:

— Так откуда у тебя такая сильная магия, а, Рита? Явно что не пятый уровень. Третий? — Вроде как навскидку, а попал.

Я показательно закрыла себе рот "на замок". Скрестила руки на груди и вздернула одну бровь, скривив губы в ехидной ухмылке.

— Да ладно. — Индивидуум отмахнулся от меня и сел на одеяло, подтянув колени к груди и положив на них голову. — Да не бойся, не убью.

"А я могу. И не особо-то я боюсь, просто руки в кровь пачкать не хочется".

Индивидуум посмотрел на меня и неожиданно перестал улыбаться. В моем мозгу пронеслась мысль: "Либо догадался, либо пришить хочет".

Довольно резво поднялся и направился в мою сторону, поигрывая мышцами. Моральный таран? Оценила, не испугалась, продолжала сидеть в той же позе на камне.

— Ведьма, — прорычал он и наклонился ко мне. — Аура у тебя ведьмовская, Рита, по ней узнал. Одна из Тринадцати, да? А кто? Турмалин? Гранат?

Я настороженно посмотрела в зеленые глаза. Ой зря я его лечила, ой зря!

"Не скажу. Может, догадаешься?"

На меня недобро взглянули. Схватив за руку, он поднес к своему носу мое запястье и вдохнул воздух. Заинтересованно подалась вперед и стукнулась лбом о его макушку. Индивидуум закрыл глаза и продолжил вдыхать… что? Воздух? Запах? Аромат магии? Я никогда не видела ничего подобного.

— Ты — нефрит, — сказал он и взглянул на меня. — Нефрит, Рита. Не говори, что не знала. Я еще что-то чувствую, но такого ни разу не встречал. От тебя пахнет клубникой, мятой и травами. Вереском, лавандой, эвкалиптом и многими другими. Точно не могу различить, но у тебя явно какой-то скрытый талант. Ты о нем знаешь, просто не говоришь.

Я уважительно склонила голову набок.

"Как ты это сделал? Научишь?"

Дэрек рассмеялся.

— Ты, конечно, явно имеешь вторую ипостась, но не волка, правда же?

Я быстро-быстро закивала.

— Вот, — протянул он и щелкнул меня по лбу. — Была бы кем-то из собачьих — помог бы, а ты кто-то из кошачьих. Чувствую.

Я расстроенно всхлипнула. Потом с надеждой посмотрела на индивидуума.

— Нет, не могу.

Его рука вдруг слишком уж как-то нежно переместилась на мою шею. И возмутиться ж не могу! Потому рванулась в сторону и чуть не упала, помог, гад плешивый.

"Отпусти меня".

— С чего бы это?

Не, а вот это уже наглость! Наклонился так близко, будто поцеловать хочет — и я не выдержала. Отвесив оплеуху, я растворилась в воздухе.

Дэрек хватанул рукой только воздух. Вот, секунду назад, девчонка была рядом, улыбалась и косилась во все стороны насмешливым взглядом, и вдруг пропала. Телепортировала, причем явно не в первый раз.

Юноша выругался.

— Хорошо, Рита, сыграем еще раз, — с кривой улыбкой сказал он и вышел из подземелья.

Давно ли было дело, когда он только пришел сюда из-за одной слишком уж понравившейся ей девчонки? Нет. И, естественно, она ничего о нем не знала. Но он знал многое о ней — и о ее магических способностях, и о том, где она была. Единственным, чего он никогда не слышал и не знал, так это звук ее голоса. Да и услышит ли он его?

* * *

Шея горела. Что со мной? Почему я так глупо улыбаюсь? Мне что, понравились прикосновения индивидуума? Такого не было даже когда Рик обнимал меня. Я что, влюбилась? Не, вот у меня больные фантазии. И правду говорят — у кого что болит, тот о том и говорит.

Ёрик проницательно посмотрел на меня.

— Ита, что случилось?

Я воровато оглянулась.

— Не бойся, не расскажу.

Я вздохнула и выложила всю правду коту. Тот изредка кивал, хмыкал и чихал от смеха. В отличие от него я не видела ничего смешного в моей ситуации и честно не понимала его ухмылки. Я опять не так поступила?

А ты подумай: находишь парня из твоего видения при смерти, зачем-то спасаешь и потом, едва ли не убив его (из-за того, что так сильно напугал), почти целуешь его. Подумала?

Ой, дура-а-а-а…

Я обхватила руками голову и скрыла пылающее лицо, уставившись горящим взглядом в стол. Как я его не подожгла?

— Не расстраивайся, Ита! — произнес Ёрик и погладил мягкой лапкой по голове. Стало легче. — Подумаешь, парень понравился. С кем не бывает? То, что естественно — то не безобразно, а значит, любовь не является чем-то плохим. Любовь — очень светлое чувство, и не каждому дано его почувствовать.

Я подняла голову и посмотрела больными и красными глазами на Котище. Счас заплачу.

— Ну, что ты! — Меня обняли. — Посидишь-посидишь да забудешь. Поняла? Даю тебе сейчас голосовую программу — несколько дней пройдет, и ты забудешь своего Дэрека. Ясно?

Я согласно закивала. Конечно, я поняла! Конечно, мне все ясно!

На несколько дней я сбежала к Ласу во дворец. Не то, чтобы сбежать от бабули, нет. От воспоминаний. Против воли ноги несли меня к тому подземелью, хотя я понимала, что Дэрека там уже нет. Мой разум не хотел знать, что со мной происходит, а сердце пользовалось этими факторами и нагло бесилось. А тут еще этот дебильный Большой Маскарад на носу — идти на него, не идти, я без понятия. И вот однажды, сидя в своей комнате и выслушивая новости от Ари и Асуры, я услышала робкое "Погадай, пожалуйста". Я, не веря не только своим ушам, но и глазам, удивленно посмотрела на сестру. За моей спиной вспыхнули слова:

"И это мне говорят, что я схожу с ума".

Ари смущенно потупилась. Смущайся-смущайся, не мне ж одной белиберду говорить. Гадания, ха! Нет, я ничего против гаданий не имею, но Ари — взрослая девушка (старше меня на два года) и верит в это псевдо-будущее?

Асура верно поняла мое настроение и, повернувшись к моей камеристке, спокойно произнесла:

— Давай я погадаю тебе. Все равно сестренка не может.

Она жестом фокусника вытащила из воздуха кожаный мешочек с рунами. Расстелив на столе платочек для гадания, Асура протянула мешочек подруге и приказала:

— Загадывай вопрос и доставай три руны — это гадание на три времени: прошлое, настоящее и будущее.

Ари прочистила горло.

— Что было, есть и будет со мной?

Достала три камушка, сестра склонилась над ними и стала толковать значения:

— Первая руна — руна Ансуз в перевернутом значении. Это означает, что в прошлом ты была озабочена непониманием какой-то ситуацией. Возможно, эта ситуация относилась к любовным делам. Вторая руна — руна Перт в прямом положении. В настоящем ты выходишь из тяжелого периода, вероятно, хочешь полного обновления личности. И, наконец, третья руна — Хагалаз. Руна природного разрушения. Ты захочешь ощутить полную свободу действий, и в твою жизнь войдет нечто стихийное — неприятности, приятные события, крушения планов или, наоборот, возведение новых. Приготовься. В общем, твоя жизнь полна каких-то сложных ситуаций, выход из которых ты можешь найти. Надо только постараться.

Ари улыбнулась. Ведьма турмалина повернулась ко мне:

— Может быть, ты попробуешь?

Я сглотнула и ментально попросила:

"Приоткройте завесу тайн, пожалуйста…"

Три руны. Одна — самая первая — пустая.

Асура заинтересованно запустила пятерню в волосы.

— О прошлом руна Одина, то есть пустая, чистая руна, говорит, что у тебя был конец одного пути, но начало следующего. Ты должна была довериться своей судьбе, потому что полоса неудач закончилась. В настоящем — перевернутая руна Кано. Ты живешь с пустотой в душе, погибла часть твоей личности, дружба. Неудача. Омраченная жизнь. — Асура притихла. — Будущее… Перевернутая руна Уруз — кризис, неудачи и разочарования преследуют тебя. Ключевое слово этой руны — загнивание. Твоя Сила, твой резерв под угрозой. Крепись.

Я хмыкнула. Да-да, конеш-ш-шно! Мне не показалось, или первая руна говорила о закончившейся "черной полосе"? Дамы Руны, вы противоречите одна другой.

А может быть все из-за того, что кое-кто не доверился судьбе? А?

Задумалась… Блин! Вот! Отныне всегда буду следовать судьбе. Ну ее нафиг, эту гордость!

Что-о-о?

Я проигнорировала внутренний голос и отправилась в библиотеку. Местный архивариус не встретил меня, как обычно, а продолжил разговаривать с Ласом. Тот недобро взглянул на меня и сказал:

— Рита, завтра Маскарад. Ты обязана…

"Ничего я не обязана! Не заставляй меня с тобой ругаться!"

— К Василисе не отпущу.

А вот это было зря. Я, обидевшись, фыркнула и села за стол. Если не отпустит — убью.

— И не разрешу выходить за пределы столицы, — добавил он, глядя, как я усмехаюсь.

Я метнула на него грозный взгляд и приподняла подбородок. Тогда жди сюрпризов, мой дорогой братец! Все только начинается!

* * *

Я могла бы сказать, что на мне было изумительное платье цвета индиго. Я могла бы подумать о великолепной, наикрасивейшей маске из тонко выкованного почерненного серебра. Я могла бы просто заметить, что в этот день мои иссиня-черные волосы лежат в очень тяжелой прическе с жемчугом, невидимками и шпильками, а не находятся в состоянии хаоса и творческого беспорядка. Вместо этого все мои мысли занимал один противнейший, вреднючий, тот, кого я видела все один раз за последние три с половиной недели, считая от нашего знакомства, человек. Человек, народности волк. Это если верить его рассказам.

Так мы с ним и не познакомились нормально. Черт, да я о Рике знала больше, чем об этом загадочном индивидууме, но, как назло, с каждой неделей принцем дон Кастильо я интересовалась все меньше и меньше, а того, кого спасла я и из-за него едва была не зацелована вусмерть, затягивал меня все больше и больше! Я страшно злилась на него за это и обещала себе, что при первой же возможности испепелю парочкой новых выученных заклинаний, а сверху добавлю несколько трюков от Ласа — благо пользоваться мечом я наконец-таки научилась.

И какие бы отговорки сама для себя я не выдумывала, этот индивидуум меня волновал. Еще старушка Яга со своим предсказанием: "…судьба твоя настоящая сокрыта глубоко-о-о…". Ну, допустим, Дэрека я действительно нашла в подземной комнате, но ведь не принимать же мне эту, скажем так, оговорку настолько буквально? Или принимать?..

— Не хочешь с другом поздороваться? — спросил у меня Николас, сидевший между мной и Асурой. — Вон он, машет тебе.

Я исподлобья взглянула на Рика в старинной черной маске без лишних украшений. Люблю маскарад — можно прятаться, не скрываясь. Махнула пару раз и закусила губу. Глаза так и выискивали знакомую черную шевелюру и яркие зеленые глаза, а гордость твердила:

Глаза б мои его не видели. Ох, индивидуум, не смей попадаться мне!

И ведь понимала же подсознанием, что не может он прийти, а ждала. Глупая.

Николас наконец пригласил на танец Ари, Асуру увел какой-то молодой гвардеец. Я очень долго обрабатывала этих двоих — что Лас, что этот гвардеец были страшно смущены моим вниманием и моими выходками. А я ведь обещала, Николас, что простой жизни тебе не дождаться! Вот Асуре я просто помогла — от чистого сердца и лучших побуждений.

Остальные Ведьмы тоже с лихвой праздновали, кокетничая со своими партнерами и сразу же отшивая их. И все бы ничего, да вот только мне грустно. Эх…

— Стою я, стою и думаю — отчего же такая красавица без партнера? — внезапно произнесли прямо у меня над ухом, отчего незадачливая я подпрыгнула вверх на добрых полметра.

Не он. Похож, и глаза похожи, и волосы тоже, да не он.

"Красавица бы пошла", — написала я в воздухе, — "да кавалера не нашлось".

— Могу заменить.

И мне галантно подали руку. Внутренне сжавшись сама не знаю от чего (перенервничала, видать), я вложила свою ладошку в темно-синей перчатке в ладонь похожего на индивидуума паренька. Меня провели в самую середину зала.

"Умеете танцевать?" — Магию у меня надо отнять, чтоб не писала такое — вот что надо уметь лично мне.

— Если что, могу подстраховать.

Могу то, могу се. А чего вы не можете, молодой человек, так привести того человека, народности волк.

Меня закружили в танце. И не сказать, что мне не понравилось, просто было такое ощущение, что обман тут какой-то. А какой, я сама не знала.

Три с половиной минуты меня вели в танце опытные руки, знающие мое движение, мой следующий шаг. Он улыбался тогда, когда улыбалась я, он закусывал губу тогда, когда я расписывала на бумажке ему очередную смешную историю. Его глаза смеялись, и была в них тревога. Сплошные лирика и романтика.

Неожиданно музыка кончилась, так и не доиграв мелодию до конца. Мы остановились, чтобы увидеть, как сам Филипп дель Тэро скачет ко мне. А этот-то чего здесь делает? Пригласили? А меня почему не спросили?

На счет "скачет" я преувеличила — то есть идет, идет спокойно и размеренно по направлению ко мне. Инстинктивно встав впереди кавалера, я сорвала с руки перчатку, дабы не мешалась при колдовстве. Мой бывший ректор поклонился.

— Ваше Высочество принцесса Аннарита. — Язвительная ухмылка у него. — Помнится, ты всего лишь была одной из отличниц нашей Академии. Неужели, Рита, ты так любишь обманывать? И Ведьма, и принцесса. Жаль только жениха нет.

Позади меня раздался резкий выдох и тихое: "Ведьма?". Так и хотелось спросить: "Вы против, молодой человек?".

"Сеньор дель Тэро". — Я скривила губы и присела в насмешливом книксене. — "Хотите занять сие вакантное место? Прошу меня извинить, но один кандидат уже есть".

Некоторые незваные рассмеялись

— Кто? Принц Тенезии? Ха! — И добил меня: — Я — будущий король Сорена, брат Кристиана, у меня огромные связи! Со мной ты будешь, как сыр в масле кататься.

"И как белка в колесе работать", — написала я, скрывая ужас в собственных глазах.

Мой кавалер немного сжал мой локоть, что не укрылось от ректора.

— О, молодой Каррэн! — От этих слов меня передернуло. — Рад тебя увидеть, Дэрек.

Наверное, я очень сильно побледнела. Наверное, я застыла статуей. Но то, что этот гад плешивый есть Каррэн — главный враг нашей семьи? Скандал был прямо на месте. Маленький, но скандал.

"Каррэн, значит". — Я прорычала, плотоядно улыбаясь и поворачиваясь к индивидууму. — "Заново знакомиться будем, али перейдем к моему последнему обещанию? Убить могу, силы хватит".

Танцор, чтоб ему пусто было, поставил на меня свой указующий и обвиняющий перст:

— Ты тоже не все рассказывала! — Ха, нашелся тут, пострадавший. — Могла бы намекнуть, что принцесса. Хотя зачем? Можно просто промолчать, ведь так? А, ты и так молчишь!

Я гордо подняла подбородок, и я выхватила из воздуха кинжал, который тут же прислонила… к шее ректора. За моей спиной змеились огненной росписью слова.

"Не дай Богиня, я еще раз услышу из твоих уст подобное, Филипп. Если бы не моя дружба с твоей дочерью, гнить тебе уже в могиле, умертвие ходячее. Но сегодня тебе повезло", — в месте, где я надавила острием, показалась капля крови, — "так и быть, тебя спасло появления этого гада плешивого". — Я кивнула на Дэрека.

— Рита, успокойся, — шикнул тот и попробовал оттащить от дель Тэро. — Рита.

Я подчинилась и позволила индивидууму вывести меня из зала.

Мы долго петляли по закоулкам дворца, пока Каррэн не вывел меня на балкон. Там я в расстроенных чувствах села на стул и закрыла лицо руками.

— Ты знала? — спросил Дэрек через некоторое время.

"То, что у меня есть потенциальный жених — да. То, кто он — нет".

— А на меня почему наехала?

"Мог бы и сразу сказать!"

— Ты же не сказала. Я, к слову, тебя совсем сегодня не узнал. Думал, развлекусь с принцесской, а там и исчезну…

Я подозрительно посмотрела на индивидуума и встала. Начала надвигаться на него, злая до крайности.

"Развлечься решил?" — Я сорвала с лица маску и кинула ее на пол. Затем ту же операцию проделала и с его маской. — "Ты, гад плешивый, умертвие недоделанное, развлечься со мной решил? Не жить тебе более на этом свете!"

И с силой ударила его наотмашь. На меня тут же уставилась пара обиженных зеленых глаз.

— Я не буду перед тобой оправдываться.

Я, уже готовая к атаке с его стороны, вдруг была повержена. Чем? Никогда не догадаетесь! Этот индивидуум нагло поцеловал меня и фиг отпускать хотел! Я, конечно, повырывалась, но что я, маленькая и хрупкая девушка, сделаю против высокого и сильного мужика? Правильно, ничего, а поэтому просто пару раз ударила его кулаком в бок, на что получила укус в губу. А еще мои мысли как-то странно в стороны все поразбежались, и нить реальности потерялась.

Тебе не нравится? Я ба-а-алдею…

Ну, допустим, я не могу сказать, что мне не нравится… Просто все это так, эм…

Нереально, ага? Нереально, классно и вообще на грани фола!

Я первая отпустила Дэрека, чем до сих пор горжусь. Да, отпустила сквозь силу, но получилось же!

Но все ликование по этому поводу смыл восторженно-победный взгляд индивидуума. Меня будто холодной водой окатили, и я резко отпрыгнула назад. Взгляд медленно трансформировался в "я-не-понял-что-случилось".

"Не смей ко мне прикасаться!" — Я зашипела, сама порядком удивленная своей реакцией. — "Не смей, понял? Видеть тебя не хочу, слышать тебя не хочу! Уйди!"

Индивидуум попытался подойти ко мне, но я загородила себя стеной воздуха.

"Уйди! Прошу, пожалуйста, уйди…" — Мои требования тихо переходили в истерику. — "Ненавижу тебя. И себя тоже ненавижу".

Дэрек внимательно посмотрел на меня, подобрал свою маску и вышел. Последними словами его были:

— Позовешь, если захочешь увидеть.

И я почувствовала на щеках слезы.

А я ведь, судя по всему, влюбилась в него! В этого гада, ирода, вампира недоделанного! В эту сволочь ходячую! В это умертвие вражеское! А-а-а! Что мне делать?

Изнутри донесся плачущий голос сломленной гордости:

Девочка, не плачь! Я очень сильно тебя понимаю — не расстраивайся ты из-за него! Найдешь другого. Да хоть Рика этого, тенезийского.

А вдруг это и есть тот самый шанс избавиться от мести Каррэнов? Я ведь не хочу идти по пятам своей предшественницы, правда?

Придется, девочка. А сейчас — сопли-слезы-слюни подобрать! Платье поправить! Маску надеть! И вперед на Маскарад — тебя никто еще не отпускал.

Я последовала совету совести. И, твердой поступью войдя в залу, улыбнулась на вопрошающий взгляд Ведьм. Подошла к ним и мысленно пожаловалась:

"Совсем местные кавалеры с ума посходили. Готовы в каждом углу тебя зажать".

— Ита, все хорошо?

Я кивнула. В этот момент к опять распустившей нюни мне подошел друг-принц и пригласил на танец. Первым делом вопросил:

— С кем ты сейчас выходила?

Говорить или не говорить, вот в чем вопрос…

"Ревнуешь?" — Демонстрировать свои вновь проявившиеся способности я не хотела.

— Нет. Просто хочу узнать имя этого смертника. — Ревновал он сильно.

У меня в мозгах родился план большой мсти:

"Каррэн это. Дэрек Альтер Ан Каррэн — сын врага нашей семьи. Представляешь, он меня убить хотел".

Если один поцелуй — это "убить меня хотел", то что же в моем лексиконе означает несколько поцелуев? Убить, а затем возродить? Однако сильная у меня фантазия! Прям эгоисткой с ней стану, но отчего же мне нравится моя фантазия!

Рик нахмурился. Носом Чеширской Кошки чую — эти двое моих ухажеров знакомы.

— Ты уверена, Рита, что его зовут Дэреком?

Я быстро-быстро закивала.

— Но я знаю этого парня. — О! О чем я и говорила! — Прикольный, правда со своими ненормальными замашками. Говоришь, убить тебя хотел? Тогда почему он сейчас глаз с тебя не сводит.

Я пожала плечами, мысленно хихикая. Что, враг семьи моей, думал, что я сейчас приду вся раскрасневшаяся, плачущая и буду просить у тебя прощения? Не дождешься!

Хоть план моей мсти и был не сотворен в жизнь, но был довольно действенен. Змейкой скользнув в мысли того, в кого я, похоже, влюбилась (главное, чтобы не сильно), я поразилась. Этот… пусть будет вомпер плешивый, потому что цензура — наше все, мысленно прокручивая события ближайших прошедших тридцати минут, злился на меня! На меня за то, что танцую не с ним!

В очередной раз прокрутившись вокруг Рика, я наткнулась на внимательный взгляд зеленых глаз. Обворожительно улыбнувшись, я присела перед партнером по танцу и с легкой настороженностью проследила, как губы Рика касаются моей тыльной стороны ладони. Еще один план мсти был готов — я быстрым смазанным движением коснулась щеки принца. На ментальном уровне послышался скрип зубов.

Чересчур довольная собой, я вернулась к брату и сестре. Асура тут же рассказала мне о выдворении из столицы Филиппа дель Тэро и о "великолепном танце с этим гвардейцем". Лас покосился на меня, я подмигнула ему. Наар действительно классно танцевал. А как ему подошел китель — вообще закачаешься!

Заметив, что я вся свечусь, как новогодняя елка, слово за слово и из меня вытянули всю историю. Я как могла отбивалась, но уж больно родственникам хотелось узнать о том, с кем я танцевала первый танец. Огрызнувшись, я рассказала. Лас тут же помрачнел, Асура с интересом вопросила, кто такой Каррэн. В два голоса пришлось объяснять ей. После она с осуждением посмотрела на меня и наставительным голосом произнесла:

— Не смей с ним больше общаться, Ита! Если бабушка, — она уже считала нас своей семьей, что отзывалось во мне бальзамом на душу, — и Николас говорят тебе, что они враги — будь добра, послушай их!

Я послушно внимала и кивала в такт словам сестры. Конечно-конечно! Я все исполню! Прямо сейчас пойду — и исполню!

Родственникам не понравилась моя злорадная улыбка. Впрочем, не только им, но и парам десяти, окружавшим нас. От меня отшатнулись, причитая, мол, принцесса их вампиром стала. Я изумленно обвела из взглядом, показывая — какой из меня вампир, люди? Я белая и пушистая, а точнее сине-зелено-серая в полосочку. Да и когти у меня… миленькие.

Знакомые серые глаза окружили меня с двух сторон. Блондины, которые эльфы Эл и Ларанель, с выжидательными взглядами в один голос спросили у меня:

— Кого ждем?

Я повисла у обоих на шее. Ментально послышалось злое "Вот ведьма!". Я еще сильнее сжала шеи блондинов. Те обняли меня и закружили.

— Соскучилась?

Я закивала, специально медленно сползая вниз. Лас, подслушивающий мысли Дэрека, закусил губу. Ага, мстя действует…

Неожиданно ко мне подплыла эльфийка — дочь их владыки. Слышали мы, какая она стэр-р-рва, надо познакомиться поближе.

Эльфийка прикусила губу, зашторилась густыми черными ресницами и взглянула из-под них на Ларанеля. Тот сглотнул. Все, пропал мужик.

— Меня зовут Радалгадриэль. Можно просто Рада. — Она протянула мне изящную тонкокостную кисть и обворожительно улыбнулась.

Эл, стараясь не рассмеяться, согласился быть моим рупором:

— Аннарита. Можно просто Рита.

Я кивнула. Рада поманила меня пальчиком и жарко зашептала на ухо:

— Слушай, Рита, я видела, как ты танцевала во-он с тем пареньком. Расскажи мне о нем побольше.

Я ошарашенно проследила за взглядом новоиспеченной подружки и наткнулась на Каррэна. В мыслях что-то щелкнуло — а ведь подсознанием я понимала, что все мои прошедшие выкрутасы были лишь началом. Пришло время самой большой ведьмовской мести — влюблю-ка я в него эту эльфийку! Во-первых, она понравилась Ларанелю, во-вторых, Раде понравился индивидуум, в-третьих, индивидуум злится на меня, в-четвертых, я для него "умерла". Хм, любовный треугольник медленно превращается в любовный многоугольник — я ж про Рика еще забыла, а он "нравится" мне.

Взглянув на Дэрека, я схватила карандашик и стала "рассказывать о нем побольше". Надеюсь, он не будет меня ругать — врать я хорошо научилась.

Минут через пятнадцать я, попивая из высокого бокала виноградный сок, с удовольствием смотрела на разворачивающееся представление. Я, естественно, решила принять в нем непосредственное участие, а потому обвинительно смотрела на индивидуума, довольно резко общающегося с Радой. Дождавшись, пока сладкая парочка приблизится ко мне (а они двигались именно в этом направлении благодаря эльфийке), я сделала вид обиженной овечки, с большим недоумением смотревшей на волка, совсем недавно целовавшего ее. В глазах индивидуума можно было ясно понять — он догадался, чья затея это была. Я гордо встала, топнула ножкой и, подобрав юбку, покинула залу. Напоследок прочитав ментальное "Я тебе устрою!" Дэрека, я наколдовала ему под ноги маленькую замерзшую лужицу, поскользнувшись на которой упали они оба. Вот теперь я была отомщена — хохот был ай-ай-ай!

* * *

За завтраком, мило улыбаясь эльфам, гномам, другим расам и магам, приехавшим на три дня праздника, я строила из себя невинную овечку. Аврора и Теодор, изредка посматривая на меня, фыркали в салфетки, Рик закатывал глаза, Эл (я не запомнила его полного имени) переводил смешливый взгляд с меня на Раду, с Рады на брата, с брата на рассерженного Каррэна. Тот, к слову сказать, держался просто великолепно — скромная, ехидно-язвительная улыбка, косая челка, закрывающая верхнее веко левого глаза, блеск ярко-зеленых глаз… Куда-то меня не туда понесло! Не в те дебри принцесса Аннарита полезла! Стиснула под столом кулак и почувствовала, как ногти впиваются в кожу. Вот так — отрезвились немного.

Заметила настороженный взгляд индивидуума, повернула голову в его сторону, но не смотрела прямо. Мне достался легкий кивок, мол, все хорошо и даже лучше. Я тут же вспыхнула и, удержавшись от желания бабахнуть кружкой с горячим и ароматным кофе по голове индивидуума, чинно встала из-за стола. Лас рядом нахмурился — я ничего не съела. Однако на мимику брата я не обратила ни малейшего внимания, присела в реверансе, жестом остановила поднявшуюся было Ари и покинула собрание. Шорох юбки, которая была непозволительно одна, отвлек меня от созерцания вытянувшихся лиц собравшихся. Все прекрасно знали, что на завтраках я держусь до последнего, но в этом случае было что-то, что изменило мое пристрастие. Они стали догадываться.

А потом, попросив Ласа о тренировке, я переоделась в зауженные книзу черные брюки, белую блузку с широкими руками и завязочками у запястий и черный же удлиненный жилет. Из расстегнутого белого воротничка-стоечки наружу выглядывала нефритовая подвеска. На голову я позволила себе надеть не снимаемый уже серебряный, в полтора пальца шириной, обруч — знак, что я действительно принцесса Дома Рей. Нет, не так — принцесса Дома Минер Беллона Рей.

На мощеную площадку вышла без меча — я привыкла так делать, тренируясь с братом. Мягкие эльфийские сапожки, подаренные Ираном, приятно облегали ногу. Я впервые в жизни была уверена, что красива. По-настоящему красива.

Поклонилась брату, одетому во все коричневое. Как же ему идет этот цвет. Мы начали. Легкие, скупые движения — разогревались. И, когда все заметили, что происходит нечто интересное, я нанесла первый выпад: крутанувшись на мыске, каблуком на другой ноге с разворота попыталась ударить Ласа в сонную артерию, но он схватил меня за лодыжку. Дернув на себя, он практически повалил меня, если бы не помешала моя приобретенная грация, выработанная на его же уроках. В момент, когда я почувствовала, что мою ногу хотят вырвать из положенного ей места, я встала на руки и без усилия выполнила заднее сальто-мортале. Среди наблюдающих пронесся единый вздох удивления.

Мы носились с братом по площадке, как угорелые. То тут, то там можно было увидеть тройное заднее сальто в его исполнении, или несколько поочередных ударов ноги с разворота в моем. Наконец-таки нам эта беготня надоела.

Выхватив по два кинжала, мы подступили друг к другу с очень голодными лицами. Так хотелось выиграть, что дух захватывало. Но один мой выпад, два его — и мы застыли в одинаковой позиции. Один из кинжалов Ласа дрожал у моей сонной артерии, как и мой. Второй мой кинжал, который я держала в согнутой руке, дрожал у моего лица, как и его.

Лас рассмеялся, хлопнул меня по спине и сказал на ухо:

— Быстро учишься. Только у тебя были изредка ошибки — малюсенькие, едва заметные, но были.

Я кивнула. Не зря же я постоянно занималась рукопашным боем?

Из стана наблюдающих донеслись хлопки. На меня смотрели, как на преступницу. Да-да, я знаю — негоже благородной девице с ножами прыгать и мужиков бить, но в наше время по-другому нельзя! Либо мы их, либо они нас.

— Принцесса, — обратился ко мне самый что ни на есть противный министр. Сколько раз просила Ласа выкинуть его, но ответ все тот же, мол, ум у дядьки большой — пригодится еще. — Где Вы такому научились? Неужели учась в Академии?

Я покачала головой и поправила обруч. Блин, знала же, что надев его раз, потом фиг снимешь.

— Я научил ее. — Лас, как и всегда, сама лаконичность. — Есть еще вопросы?

— Но она же девушка, Николас! — возмутились теперь все министры. — Ты хоть представляешь, как со стороны будет выглядеть ее бой с… да хоть с одним из нас?

Брат ухмыльнулся.

— Представляю. Могу даже показать.

Из строя вывели какого-то худого и довольно страшного министра и сказали ему:

— Попробуешь? Магию использовать можно.

Министр захрустел суставами. А, моральный таран! У индивидуума лучше получалось. Кстати, а где этот негодяй? О, вон он — стоит одиноко под деревцем, думает, что его никто не видит, и попеременно ругает то меня, то себя, то моего брата. Тот-то здесь с какого боку-припеку?

Таки ж мы вышли "драться". Таки ж я не успела приготовиться, как кое-кто направил на меня сдвоенную волну хаоса. М, интересно! Кто ж его научил такому?

Выкинув перед собой полусферический щит, я накрылась невидимостью, оставив вместо себя иллюзию. Сама же подкралась сзади и прислонила молнию к шее министра.

На ментальном уровне послышалось:

"Знаю, что слышишь, поэтому говорю — ты допустила ошибку. У него меч в ножнах на поясе висит…" — Я вытащила холодное оружие у противника, пока тот занят, по его мнению, мной, кидающей в него разряды молний. — "А вот так лучше! Значительно лучше! Да, и еще — прости меня за вчерашнее".

Я фыркнула.

"Считай, что простила. Но больше я такого не потерплю!"

Стоящий под деревцем индивидуум улыбнулся. А меня опять не туда понесло. Поспешно поставив щиты, я скинула невидимость с себя и удалила иллюзию. Я выиграла.

Дорвалась! Весь замок гудит, шипит, свищет и галдит только об одном — принцесса научилась отделывать противника по полной. Именно в таких выражениях Ари передавала мне новости. Прыская время от времени от еле сдерживаемых эмоций, я пыталась сосредоточиться на очередной книжке. Страница упрямо сливалась в единый черный цвет, что уже стало нормальным явлением. Что читала на этот раз, я так и не поняла, но вот пятая попытка прочитать привела все к тому же результату. Хотя, нет. Результат был другим.

Я удивленно озираюсь. Вновь круглая подземная комната. Вновь те же самые темные каменные стены. Но другой участвующий. Рик стоит над одеялом, про которое я и Дэрек благополучно забыли. Губы принца что-то шепчут — судя по разгневанному выражению лица явно нелестное. Я медленно пытаюсь подойти к другу, но он, будто бы видя меня, говорит в пустоту: "Зачем ты пришла сюда?". Я пытаюсь ответить, написать ответ, но ничего не получается. Тогда Рик отвечает мне сам: "Ты спасла его. А ты знаешь, отчего он пришел сюда? Нет? Тогда знай вот это — держись от него подальше, Аннарита, или я уничтожу его, несмотря ни на что. Уничтожу и даже не оглянусь на то, что ты будешь оплакивать его". Я всхлипываю. Рик же поворачивается и смотрит в сторону выхода. "Ты дороже всех мне, Аннарита", — говорит он, и я сжимаюсь от этих слов. — "Я не потерплю кого-то другого, посягнувшего на мое. Ты моя".

Очнулась. Холодный, липкий пот заливал лоб, шею и спину. Мне стало страшно. По телу прокатился озноб, вслед за ним пришло ощущение страха. Так, Ита, успокойся! Так недолго и паническое расстройство заработать! Вздохни, выдохни — и все будет нормально.

Опираясь на стенки, я выползла из башни-библиотеки и стала медленно спускаться по ступенькам. Видение было настолько настоящим, что я даже не сомневалась в приходе Рика в ту комнату. Он был там и все-о-о прекрасно понял.

Воздух. Нужен воздух. Мир как-то стремительно начал темнеть, в глазах появились белые, светящиеся мушки. Уши заложило, а пульс подскочил до небес. Только не упасть… только не упасть… только не…

Дэрек пошатнулся. В его носу что-то защекотало, и парень тыльной стороной ладони провел под носом. С удивлением посмотрел на красное пятно.

— Какого дьявола! — воскликнул он и внезапно застыл статуей: — Ритка…

Как до него дошло осознание случившегося, Дэрек не знал. Он просто понял, что девушке нужна помощь, причем срочная. Рванувшись в библиотеку, а парень не сомневался, что Рита именно там, Дэрек мысленно просил о помощи и молил, чтобы все было хорошо.

Пролетев два пролета башни, парень наткнулся на еле-еле идущую принцессу. В последний момент она резко вдохнула и стала оседать на каменные ступеньки. Он успел ее подхватить.

— Тихо-тихо, девочка, все нормально, — шепнул он и коснулся губами ее лба.

А-а-а… что со мной? Кто это такой нахальный меня в лоб целует и магию вкачивает? И, вообще, у кого я сейчас на коленях возлежу?..

Моя рука сама поднялась и со всей силы врезала индивидууму. Нет, честно, сама! Я даже в себя прийти толком не успела, как на меня накатило осознание чьего-то наглого вторжения в мое личное пространство. Хотя, какая разница? Голову о ступеньки я разбить, вроде как, не хотела.

— Эй! — Дэрек укоризненно посмотрел в мои еще полубессознательные очи. — Это, я так понимаю, благодарность?

У меня не было сил ни на мыслеответ, ни на надписи. Поэтому я просто отрицательно помотала головой и схватилась за виски, тут же вспыхнувшие резкой болью. Индивидуум вновь прикоснулся губами к моему многострадальному лбу, и боль смыло прохладной волной магии. Плевать, что я сейчас у парня на коленках лежала — после того видения мне было действительно хорошо.

Вспомнив про видение, я подскочила. Дэрек успокаивающе сжал мою ладонь и терпеливым голосом спросил:

— Что случилось?

Я возмущенно приоткрыла рот и поникла. Блокнот и карандаш! Как я могла забыть?

Он понял мое замешательство.

— Говори мысленно.

Я прикрыла глаза. Сконцентрировалась и выложила всю историю. Почти всю. Опуская моменты "Моя" и "Убью".

Дэрек, не обращая внимания на мое ерзанье в его, между прочим, объятьях, внимательно прислушивался к моей сбивчивой тираде. Выслушал, склонил голову. Внезапно прямо посмотрев на меня, он фыркнул и твердо сказал:

— Уж с кем, с кем, а со мной все будет нормально. Тебе же стоит остерегаться этого феномена. Еще парочка таких видений, и усе!

Я дернулась.

— А, так это еще и не в первый раз? — понятливо спросил индивидуум и потерся лбом о мое плечо. Я вновь заерзала, не в силах понять это умертвие.

Чегой-то с ним? Никак головой тюкнулся, пока мне помогал.

— Да не ерзай ты, — прикрикнул он на меня и сжал в стальных объятьях.

Притихла. Не-е, я определенно не могу понять его. То целует насильно, то рычит, то танцует, скрывая истинное лицо за маской. Тут же прискакал по… Кстати, и какой демон принес его сюда?

Будто бы поняв, о чем я думаю, скрываясь за щитами, Дэрек чуть отстранил меня от себя, заглянул в глаза. А я увидела красные запекшиеся следы крови на подбородке и под носом. Что с ним было? Неужели Лас кулаком в нос заехал? Или кто-то несколько менее аристократичный, но более противный?

Я выразительно выгнула бровь, насмешливо поглядывая на индивидуума. Тот же закатил глаза.

— Я сам не знаю, как это произошло: просто вдруг понял, что одной очаровательной темной головке и всему, что к ней прилагается, нужна помощь. — Мне подмигнули ярко-зеленым глазом.

Вздохнула, протянула руку к лицу непутевого Дэрека и магией удалила следы "неожиданного прозрения". Нечаянно коснулась контура губ, оба вздрогнули. И как-то одновременно потянулись друг к другу. Тут, прям как по заказу прозвучало страшное:

— Р-р-руки!

Рик! Здесь! Ба-а…тюшки!

Подскочив, я по интуиции закрыла собой индивидуума — ага, мы в ответе за тех, кого приручили. И к кому привыкли сами.

"Рик! Что ты здесь делаешь?" — С магией совсем другое дело жить.

На меня посмотрели суженными глазами.

— И никаких "ты все не так понял"? — презрительно кинул он, зарычав. — Да я тебя не узнаю, Аннарита. Ты же, мой дорогой друг, не смей к ней прикасаться.

От эмоций, скользнувших в голосе друга, меня передернуло. Дэрек, стоявший за моей спиной, успокаивающе сжал ладонь. Немыслимо, но мне стало легче.

— Она из-за тебя сознание потеряла, так что кто из нас еще к ней прикасаться не смеет, ей решать, — задорно высказал свою точку зрения индивидуум.

Вот это он зря. Побелев, Рик догадался обо всем сам, без никаких намеков.

— Ты действительно была там? Мне не показалось? — спросил он осипшим голосом.

Мне так сильно стало его жаль, что я вырвалась из мертвой хватки Каррэна и неловко подошла к принцу. Он выглядел так сломлено, так… жалко, что я, не обдумав свои действия, просто обняла его и все. И, простояв в полной тишине с полторы минуты, на меня накатило осознание случившегося. В мозгу сама собой сложилась цепочка: один-второй-жалость-легенда-та Аннарита. Я отпрыгнула от Рика дон Кастильо подальше, испуганно оглянулась на мрачного Альтера и кинулась прочь, по пути размазывая по лицу горячие слезы. Судьба повторяется. Опять! Зачем это мне?

Дэрек оторопело взирал на спину убежавшей девушки. Руки все еще хранили ощущение ее прикосновений. И он бы вновь ощутил вкус ее губ, если бы не Кастильо. Он помешал. Прервал ощущение блаженства, окутывавшее Каррэна. Влез не в свое дело.

Каррэн прикрыл глаза. Перед мысленным взором тут же предстала Рита, такими мягкими руками обнимавшая принца. Ревность заставила парня скрипнуть зубами.

"Она не твоя…" — прошелестел голос богини страсти и ревности Ларры над левым ухом Дэрека. — "Она не любит тебя. Ты даже не нравишься ей. Он — ее главная заноза в сердце. Ты — никто".

"Не верь ей…" — свистнул веселый голос бога правды и чистых чувств Тана над правым ухом парня. — "Доверься Рите. Она не обманет".

"Живи сам и дай шанс Аннарите изменить судьбу", — внезапно проговорил голос самой Терезы — Творца их мира, Верховного Демиурга. — "Все будет хорошо, если ты дашь ей шанс…"

Конечно, он слышал и помнил ту давнюю историю. И хорошо помнил, как смеялся в лицо матери, рассказывавшей это ему.

Дернувшись было в сторону принца, Каррэн вдруг передумал. Стоит ли? Рите это точно не понравится, а ему очень не хочется вновь с ней ссориться. Ему хватило всего одного пылающего огнем слова "ненавижу" за ее спиной.

* * *

Надо успокоиться. Успокоиться и перестать отвлекаться на такую мелочь. Главное, не упустить тот момент, когда история станет приобретать известные всем грани.

Я сидела на лавочке, резала мяту, заедая приятный аромат сладкой и сочной клубникой. Ммм… вкуснотища! А Ёрику, как бы тот не старался украсть у меня хотя бы одну ягодку, не дам ничего! Мое! И вообще, у меня психологическая травма, я так еще одну фобию себе на и так немного ненормальные мозги заработаю. Буду панически бояться "серьезных отношений". Тьфу, самой противно становится.

— Иточка! — в который раз попытался подкатить ко мне Котище. — Ты же такая добрая, такая хорошая девочка! Что ж сейчас из себя злодеюку и жадобину строишь?

Я демонстративно медленно раскусила ягодку, прикрывая глаза от удовольствия. Наконец, мое блаженство иссякло, я поняла, что наелась и грустно покосилась на кота. Вздохнула.

"Чай будешь? Али так, без водички схрумкаешь?" — написала я на листочке.

— Не жалей ты его, внучка, — сказала Василиса, вошедшая на кухню с целой охапкой разнотравья. — Он до того, как ты приехала, два таза ягод умял.

Вспыхнула от праведного гнева и подскочила. Ах так?

Ёрик поспешно спрыгнул с подоконника (как только тот эту тушу удерживал?!) и успокаивающе зароптал:

— Иточка, милая! Что такого я сделал? Я ж просто с ручек твоих золотых поесть хотел.

Я недоверчивым взглядом окинула руки. Нормальные руки, из костей, мяса и кожи сделаны. Кое-где синие вены видать, но никакого золотого я не нахожу. Опять какой-то словесный оборот использовал, умный наш.

Фыркнув, я помогла бабушке разобрать травы. Пучки лаванды, эвкалипта, эстрагона и шалфея — вот это аромат! У меня даже голова кругом пошла. Ёрик все так же преданно заглядывал мне в глаза и пытался вынуть из моих "золотых" ручек ножик, подаренный мне Ласом. Как он смог найти на рынке такой же, какой забрал у меня, я не знаю. Главное — обещание выполнил.

Василиса, отхлебывавшая чай, пристально посмотрела на меня, спрашивать ничего не стала, но сообщила:

— У меня на этой неделе шабаш. Пятница, 13-ое и тому подобные вещи. Сможешь приглядеть за этим Котищем?

Я кивнула, украдкой сунула в рот листочек шалфея. Ёрик почесал подбородок и мурлычущим голосом спросил:

— Погоди, Василисушка, уже июль? Незаметно-то как все пролетело! Еще чуть-чуть и осень.

И у Ласа день рождения. Двадцать второго октября.

Вспомнилась история на первом моем курсе. Стояло жаркое начало мая — градусов тридцать каждый день было. Я, ржущая вместе с Лилит и еще половиной курса над какой-то шуткой, нечаянно споткнулась о торчащую из-под земли корягу и полетела носом в грязь. Я уже и руки-то выставила для смягчения падения, как внезапно меня придержали. Помогая мне подниматься, нежданный спаситель все твердил: "Ну и как ты так умудрилась? Под ноги смотреть надо! Эх, ты!". Я, смущенная донельзя, даже боялась глаза на парня поднять, только тихо прошептала "Спасибо". Тот же посоветовал быть более аккуратной и ушел восвояси к своим друзьям. Они ухмылялись и что-то шепотом передавали друг другу.

Ли, открыв рот, смотрела вслед моему спасителю. Потом повернулась, схватила еще не отошедшую от шока меня и рванула в холл Академии. Остановившись около зеркал, она ошеломленно сказала мне:

— Ты хоть знаешь, кто это! — подпрыгнула подружка. — Это же тот самый шестикурсник, который с Ауренты! За ним бегают все, кто не бегает за принцем Тенезии! Офигеть! Ты что, его знаешь?

Я лишь покачала головой. Как я могла знать этого парня, если я даже не разговаривала с ним? Больше мы с ним не пересекались, но иногда я ловила на себе ментальные взгляды.

Задумавшись, я порезала палец. Смотря, как на указательном набухает большая алая капля, я вспомнила голос того спасителя. И поняла — тот шестикурсник оказался Дэреком. Не помня его внешности, я запомнила его голос — низкий, мягкий, с хрипотцой. Приятный, одним словом. Индивидуум. Получается, он старше меня на шесть лет и все это время находился рядом со мной. Четыре года я проучилась рядом со своим потенциальным врагом. Хорошо, что он не узнал меня.

Вот так вот. Почти половину учебы я провела под пристальным вниманием Альтер Ан Каррэна. Но неужели он не узнал меня? Неужели даже сейчас, когда прошел всего год с окончания его учебы, он не увидел во мне той самой маленькой девчушки, чуть не пропахавшей носом грязь? Этого быть не может! Я уверена — он догадался!

В голове прошуршал чей-то голос:

"Через месяц я жду тебя в своем мире. Василиса знает, как провести тебя туда".

Кто это? И в какой мир отправляют мою бедную иссиня-черную головушку? Я жадно посмотрела на бабулю.

"Бабушка, и в какой такой другой мир ты знаешь проход, а? У меня какой-то голос в голове так сказал".

Гадалка побледнела.

— С тобой говорила Тереза? — спросила она, куря трубку. — Просит, чтобы ты к ней пришла? Когда?

Тереза говорила со мной? Ба-а…тюшки.

"Через месяц".

— Я расскажу тебе. Для переноса в другой мир нужно использовать ведьмин круг. Запускаешь его, настраиваешься на человека, к которому переносишься и фьють! — уносишься в том направлении. Сил, правда, ай-ай как много надо, но у тебя хватит. У меня, по крайней мере, хватало. И у матери твоей тоже. А теперь не отвлекай меня, — прикрикнула она, отдала трубку Ёрику и стала собирать вещи. — Я улечу раньше, мне еще место для шабаша приготовить надо. И да, Ита, в следующую пятницу 13-ого ты полетишь со мной. Ясно?

Я поспешно закивала. Ух ты! Шаба-а-аш… Ну, держитесь, Бабки Ёжки, мало вам не покажется!

Глава 6. Что ж мне не везет-то, или Дать бы тебе по шее, шаман Жинн!

Я и Ёрик мирно сидели у костра и жарили мясо. Ммм… Отмечаем, короче, День Ведьм по полной программе. Ёрик вон уже на сопли-слюни весь изошел, что он потом для шашлыка из свининки оставит, я не знаю.

Котище прислушался.

— Там какой-то звук, Ита, — сказал он и указал на лес. — Сходишь?

"Схожу, чего не сходить. Василисы все равно нет, а значит и ругать никто не будет".

Я рванула в лес. Долго бегала, едва ли на деревья не залезала и в норы не ныряла. И я решилась на крайние меры:

"Кто бы ты ни был, ответь на мой зов. Я, Ведьма нефрита, зову тебя, ищу тебя. Где ты?"

И внезапно я поняла, что тот, кого я ищу, умирает. Умирает и физически, и метафизически. От чувства безнадежности я взвыла и попробовала еще раз позвать с заклинанием, но опять тишина.

Встала и успокоилась. Я притихла и услышала очень слабое ментальное:

"Рита…"

Я вздрогнула. Этот индивидуум прикалывается, или ему реально нужна помощь? Судя по голосу, реально нужна. Я вдохнула в себя запах леса и стала искать гада плешивого.

Минут через пять слишком волнительных поисков я нашла его. Дэрек уже потерял сознание, но от увиденного я на некоторое время перестала дышать — длинный разрез от меча на плече, штук шесть следов от стрел в спине и перелом левой ноги. Я застыла, большими глазами обглядывая Каррэна. Наконец я пришла в себя и стала оказывать ему первую магическую помощь.

"Дэрек, что ж ты так?" — пронеслась в голове мысль, пока я еле-еле касалась пальцами его пореза.

Зажмурилась и наклонилась к его губам. Легким касанием я отдала ему часть своих сил и тут же почувствовала, как знаменитая волчья регенерация стала делать свое дело. Индивидуум тяжело вдохнул воздух и распахнул глаза.

Я приложила палец к губам, приказывая молчать. Мне едва-едва кивнули.

Худо, у него был жар. Может, зря я ему магию вкачала, сейчас бы регенерация медленней шла. Хотя один плюс есть — он был в сознании.

Я грозно посмотрела на него, мысленно шепнула про себя заклинание увеличения физической силы и почти без труда подняла гору мышц.

"Я тебе жизнь второй раз спасаю, когда же я дождусь ответного спасения, а?" — мысленно спросила я у индивидуума и фыркнула.

— Зря… знакомились… значит… — Говорил он слишком тяжело, дышал вообще с перебоями. Мне сильно стало за него страшно.

"Тише ты, говорю. Он еще и улыбается!" — Я закатила глаза и поправила его руку у себя на плече. — "Мне, кстати, на спасения везет. Рика спасала, тебя спасала. Мне, что ли, чтоб мою головушку спасли, самоубийствоваться?"

Меня будто бы не слышали.

— Не смей так… говорить…

"Заткнись, больной! Ё-ёрик!" — Кот у нас смышленый был — телепатический треп понимал. Ох, если бы не он — я бы все писала да писала, а так он мне какую-то отмычку в голове поставил. — "Освобождай мою комнату, у нас проблема нарисовалась".

Кот исчез, а через несколько минут мы с ним вдвоем укладывали Каррэна на мою, между прочим, постель. Ёрик догадался принести и несколько тазов с водой, и полотенца, и травы, и зелья. И все это время гад плешивый, который умертвие ходячее и больное, с меня зеленых своих колдовских глаз не сводил. Мне в голову совсем некстати залезло, что, впрочем-то, мы с ним с дней Маскарада не виделись, и целуется он неплохо. Брр! Куда меня несет постоянно?

Я намочила полотенце и, поднося к ране, предупредила:

"Будет больно, потерпишь? Я не стану давать тебе никакого анестетика, иначе твоя волчья регенерация притормозит".

— Потерплю.

Я трясущимися руками коснулась мокрой тряпкой самого большого пореза, и Дэрек напрягся. Я видела, что ему больно, что он терпит только ради того, чтобы я не расстраивалась, но сдержать одинокую слезу не смогла.

Несколько часов я провозилась с ним. Оттерев кровь с тела, я стала капать восстанавливающим и кровеостанавливающим зельем на раны, и те очень медленно стали затягиваться. Когда Каррэн на некоторое время потерял сознание, я успела за это время заварить чай. Бедный, ему пришлось глотать его, пока он был сплошным кипятком.

С переломом было хуже. Еле-еле восстановив все искалеченные кости, мне пришлось возвращать мышцам и венам их нормальное состояние, а затем удалять все внутренние швы, получившиеся в результате магической операции. Бабуля, спасибо тебе огроменное! Если б не твои уроки медицины, плакала бы я уже над хладным трупиком индивидуума.

Несколько раз я вкачивала в него магию. Каждый раз я боялась, что сейчас еще чуть-чуть и все, все мои старания насмарку, и я не успею спасти Дэрека. Естественно, еще я боялась, что больше его не увижу.

Глубокой ночью я отдала магию в последний раз. Почувствовав внутри себя пустой резерв, я без памяти свалилась рядом. Мир стремительно потемнел. Последней мыслью было: "Классная пятница у меня. Прямо зашибись!".

Я очнулась, и на меня осуждающе посмотрели. Оказалось, индивидуум давно пришел в себя и теперь злился на меня. Как, в принципе, и в прошлый раз.

— Очнулась? — зло спросил Дэрек у меня. — Какого дьявола ты отдала мне всю магию, Рита? Жить надоело?

"Не кричи, пожалуйста, я тебя с того света вытащила". — Сев на кровати, я потерла виски. — "А что я удивляюсь? Ты же один из Каррэнов, зачем тебе вообще говорить мне "спасибо", я не знаю. Зря я тебе помогла".

Уже хотела уйти, но меня остановили. Остановили, как на маскараде. Только теперь в поцелуе на мне вымещались вся ярость, вся обида, вся тревога. А я не хотела его останавливать.

Пришли в себя только через полчаса. Не, ну вы попробуйте его приостановить, когда этот индивидуум хочет кое-чего большего, а объяснить надо ясно, что, мол, я еще маленькая. Слава Терезе, с меня даже рубашку не сняли и вообще трогать не стали.

А я сидела у него на коленках, изредка хихикая, и почему-то чувствуя себя в полной безопасности. Дэрек же в свою очередь объяснял мне, глупенькой, как он испугался, увидев меня без сознания. Представив картину, я сглотнула и спрятала лицо у него на шее. Почувствовала, как мне что-то надевают на безымянный палец правой руки. Удивленная я еще больше изумилась, увидев на своей руке синий камушек в оправе из тонкого серебра.

"Что это?"

Хитро улыбнулся и чмокнул меня в лоб. Под предлогом "я-пойду-чай-заварю" индивидуум смылся, но я же не промах! Услышав, как Ёрик стал водить Дэрека по дому и объяснять, что где находится, я вытащила из-под кровати несколько справочников магических артефактов, а в магии кольца я просто не сомневалась. Я, перерыв пять книг, нужное кольцо увидела только в шестом. Широко раскрытыми глазами я читала текст:

Обручальное кольцо семьи Каррэн.

Выполнено из тонкого серебра с маленьким бриллиантом. Если член семьи любит искренне, он в праве надеть это кольцо на палец своей избраннице, но только в одном случае — камень должен посинеть. Если же этого не произошло, то любовь мужчины неискренняя и, скорее всего, девушка сможет с легкостью снять его.

Примечание: в случае посинения камня на избранницу накладывается сильное заклятие охраны. Снять она его не сможет (как и само кольцо).

Ах ты гад плешивый! Ненавижу!

Вот! Видишь, до чего докатились! Невеста! Убью-у-у-у!

Ни жива, ни мертва я прошла в кухню. Руки тряслись, но выпускать из рук книжку не хотели. Ирод недоделанный, который умертвие ходячее, стоял ко мне спиной и насвистывал какую-то мелодию, похожую на марш солдат. Ёрик с очками на носу рассматривал какой-то свиток. И я, стоявшая с потерянным видом в дверном проеме, сглатывала и не давала себе расплакаться.

Руки все-таки выпустили книгу, я вздрогнула и зажмурилась.

— Ита, что случилось? — мурчащий голос Ёрика привел меня в чувство.

Распахнула глаза и уставилась на индивидуума красными глазами. Сотворила на руке молнию, приплюсовала к ней огненную сферу и отправила в заторможенного Дэрека. Он растворил мою ярость в воздухе. А увидев, что валяется у меня в ногах, разозлился:

— Вечно ты лезешь не туда, куда следует!

"Зачем?" — Хотела, чтобы вышло яростно, а получилось бессильно. Я безвольно опустилась на колени. — "Зачем?"

Меня подняли и прижали к себе, а мне даже вырываться было лень. Нет, не так — было невозможно вырваться из стальных объятий индивидуума. Он гладил меня по спине, по голове и очень тихо шептал:

— Дурочка моя. — Я вздрогнула и вцепилась в рубашку индивидуума. — Не пугайся. Как ты не поймешь, что я влюбился, а? Ты же умная такая, два раза меня спасла, а таких простых вещей не заметила. Люблю я тебя, понимаешь?

Я сглотнула и громко выдохнула. Мир начал темнеть, в глазах появились белые мушки, по спине поползли иллюзии жара и липкого пота… Я очень долго училась у наших придворных дам.

— Да-а… — протянул Дэрек, вкачивая в меня магию. — Ты только в обморок не грохайся, поймать не успею.

Слабо улыбнувшись, я легонько стукнула его плечу. Вот дурак!

"Это у меня последствия твоей скоропалительной помолвки", — написала я и уселась на галантно поданный Ёриком стул. Снизу вверх поглядела на… жениха и твердым почерком добавила: — "Свадьбы не дождешься. Минимум через четыре года. Максимум — через пять".

— Могу и потерпеть. — Мне тепло улыбнулись. — Кстати, как тебе помогает мой ловец снов?

Я подавилась собственной слюной. Это ж когда дело было… Стоп! Так этот волк и есть…

"Ты!" — Я выдохнула. — "Ты был тогда на озере! Твою вторую ипостась видела! Тебе венок кинула!" — Я осознала, в каком виде он меня имел честь видеть. Смутилась. — "Ба-а…тюшки! Чур, ты меня не видел".

— Ты о той рубашке, в которой колдовала? — Рассмеялся. Гад. — Не волнуйся, я глаза ушами прикрывал. А, да, за венок спасибо, он реально заколдованный оказался. Я иногда магию от него брал.

"Ловец снов твой фиг помогает", — насупилась я. — "Кошмары, правда, не всегда снятся, но полностью я от них не нашла помощника".

Хитро глянул. Ничего-ничего, вот сейчас повернешься к зеркалу, и увидишь кое-что!

Ёрик взглянул на ирода плешивого и моргнул. Протер глаза. Снова моргнул. Дэрек заподозрил неладное.

— Что это ты, бедный мой Ёрик, так странно на меня косишься? — спросил он.

— Взгляни в зеркало. Пожалуйста. — Котище крякнул.

Таки ж милый мой взглянул. Таки ж любимый мой заорал. Таки ж я опять виноватая осталась.

"Это на будущее", — скромненько написала я, глядя на иллюзию оленьих рогов на башке индивидуума. — "Чтоб сразу предупрежденным был, ведь кто предупрежден — тот вооружен".

Зарычал мой милый индивидуум. Потом неожиданно подмигнул тормознувшей мне и довольным голосом сообщил:

— То есть ты, моя невеста, разрешаешь мне поговорить со всеми твоими ухажерами, прости, ошибся, смертниками?

А мне как-то страшно стало сразу: и за Рика, и за Наара, и за весь курс мой в Академии. Уж где-где, а в ней родимой кто только не пытался поухаживать за мной и Лилит. А вспомнив про тех, с кем познакомилась в других странах, так вообще…

Дэрек понял мое молчание по-своему:

— Что ж, молчание — знак согласия. Порой ты удивительно сговорчива, Ита, — добавил он, ставя передо мной кружку ароматного клубнично-мятного чая. А откуда он знает?…

"Порой я удивительно зла, Дэрек. Но раз от свадьбы мне не отвертеться, то я предупреждаю сразу — ох не жить тебе боле на сем свете!"

Меня поцеловали, заставив все мои мысли телепортировать в неизвестном направлении, и мягко сообщили:

— Попробуешь сбежать — женю на себе по другим законам. Не по королевским, а по моим собственным.

"А это как?" — не подумав, спросила я.

— Легко. — Прям сама беспечность. — Догадаешься может сама?

Догадалась и покраснела.

"Извращенец", — мысленно сказала ему я, чтобы Ёрик не узнал.

— Есть из-за чего быть им. — Его зеленый взгляд плавно переместился на… гордость мою, короче.

— Куды смотришь, умертвие вампировидное? — возмутился неожиданно Ёрик. — Ты сначала с ее братом поговори, да с сестрой, да с бабулей, а потом уже колечки раздавай. — Мстительный у меня котик, ох мстительный! Весь в меня!

Мы с ним переглянулись и одновременно друг другу подмигнули. И я стала картинно так падать.

"Что-то мне нехорошо… ох…" — вспыхнули за моей спиной слова.

— Милая моя, а с обмороком у тебя поестественней было, — язвительно протянул индивидуум. И широко так улыбнулся.

А что я сделать могла? Посмотрела на его нахально-счастливую мордашку и тоже улыбнулась. И внутри вдруг такое счастье разлилось, что плевать мне было и на Ласа, и на Асуру, и на Василису с их нареканиями и скандалами, потому что я нашла свою любовь в жизни, и фиг я ее отдам.

Тот самый, который любовь всея моей жизни, внимательно посмотрел на бедного Ёрика.

— Что они мне сделают?

Ответила я:

"Лас может в мешок каменный посадить". — Дэрек усмехнулся. — "Асура со своей ведьминской силою может ну очень сильно приворожить к кому-нибудь". — Он заметно помрачнел. — "Василисушка, Яга как-никак, заколдует так, что до конца жизни своей будешь нос от девок воротить и… гм… нетрадиционной ориентацией станешь славиться".

Дэрек широко распахнул глаза и в немом священном ужасе уставился на меня. Я зарделась.

"Ну да… я тоже так умею. Яга, как-никак".

— Связался на свою голову, — пробормотал он.

"Так ты разрываешь помолвку?" — радостно написала я в воздухе и подпрыгнула. Зря.

— Не дождешься.

Отхлебнула горячий чай. Во мне проснулось любопытство:

"И как ты, дорогой мой, до жизни такой докатился, что в лесу валяешься и изображаешь трупик?"

— Не твое дело, — было ответом мне. Я разозлилась.

"То есть как не мое дело? А ну говори давай, или я сама убью тебя!"

Дэрек помялся, помялся и рассказал.

Если поверить моему новоиспеченному женишку, то он напоролся на охотников в волчьем обличии. Не на ту напал.

"Тебе так сложно сказать правду?"

Индивидуум рассерженно посмотрел на меня.

— Тебе незачем это знать.

Я скрестила руки на груди. Ну-ну. Не хочешь, как хочешь.

Демонстративно повернулась к Ёрику.

— Ри-ит, не строй из себя самого обделенного радостью в жизни, — присел на корточки передо мной индивидуум. — Обиделась?

Я скосила глаза на женишка. Брошу!

Подмигнул зеленым глазом.

— Обиделась, — кивнул он сам себе. — Косоглазие заработать хо…

Внезапно его прервали. С улицы донесся голос бабули:

— Ёрик, Ита, я дома! — Я втянула голову в плечи.

Все. Мне можно копать могилку и делать памятник с надписью "Своей безвременной кончиной обязана родной бабушке".

Схватила индивидуума за шиворот и затолкнула его в подвал — благо люк легко поднимался. Руку с колечком поспешно спрятала за спину. Вовремя.

В кухню зашла Василиса. Уставшая, бледная, но довольная старушка под внимательным моим взглядом взяла кружку с чаем и залпом выдула ее. Потом соизволила посмотреть на меня:

— Ты чего стоишь, внучка? Садись, рассказывай, как без меня жили тут. Впрочем, мне все ясно. — Она усмехнулась.

— Что тебе ясно, Василисушка? — аккуратно спросил у нее Котище, изредка скашивая глаза на меня. — У нас все хорошо было. Вот, вчера мяса поели — День Ведьм отметили.

Старушка понятливо склонила голову. Неожиданно она цепко схватила меня за правую руку и пронзительно уставилась на колечко.

— Так-так. — У меня затряслись коленки от этого "так-так". — Кто ж такой прыткий? Не успела я за порог выйти, как мою внучку уже под венец ведут. И, самое интересное, вместо того, чтоб хвалиться, эта самая внучка от меня все спрятать решила. И кот мой туда же.

Ёрик, умная животина, сам все разруливать начал.

— Василисушка, это просто колечко. Я Иточке подарил.

В моих мыслях кто-то чихнул от еле сдерживаемого смеха.

— Ты меня обмануть не берись! — погрозила сухим пальцем бабуля. — Думаешь, я кольцо Альтеровское не узнаю? Сто пятьдесят раз видела, сама охранки проверяла!

Е-мае!

"Что смеешься?" — послала я недовольную мысль Дэреку. — "Выходи давай, раскусили тебя по полной программе".

Из погреба вылез ехидно-смешливый индивидуум. Улыбнувшись ему, я боязливо повернула голову к оторопелой бабуле. Мама дорогая, что сейчас будет…

— Ты! Как ты посмел это сделать? Я тебя… — Слушая старушку, у меня завяли уши. Ёрик, судя по изумленной мордашке, тоже такие выражения слышал впервые от старшей Яги. Между тем: — Сымай с моей внучки это кольцо, иначе я тебя в землю закопаю! — От крика гадалки не только зеркалам, но и мне захотелось вдребезги разбиться.

На мои вялые потуги остановить это безумство, никто не обращал внимания. Дэрек, поначалу ухмылявшийся, сейчас выглядел мрачнее грозовой тучи. Казалось, еще немного — и голосовые связки будут напрягаться не только у моей Василисы. Эх, мне бы сейчас заговорить… Мне в голову пришла идея.

Несколько раз прокрутив в мыслях мое возможное молчаливое будущее, я зарыдала. Глухо так, с надрывом. Слезы тут же закапали на темно-зеленую рубашку и нефритовую подвеску.

Все разом успокоились. Индивидуум так вообще недоуменно приподнял бровь.

— Ита, — подошел ко мне он. — Ты чего? Я что, не знал про твою какую-то психическую болезнь?

Удостоверившись, что все внимание перетянуто на себя, я в последний раз громко шмыгнула носом.

"А теперь по порядку", — вспыхнули слова перед глазами спорящих. — "Бабушка, я разделяю твое возмущение по поводу моей помолвки, так как сама не знала о ней. Мне просто нагло натянули кольцо на палец. Я здесь пострадавшая сторона. Дэрек, у меня нет болезни психической, но у меня есть болезнь, называемая по-простому "Ой девка немая пошла". Неизвестно, когда я смогу снять проклятие, и вообще снимается ли оно. Все всем ясно? Раз ясно, так давайте закроем эти темы — они у меня уже в печенках сидят".

Выдохнула, будто бы не писала, а проговорила эту тираду. Судя по лицам, их проняло.

* * *

Как же приятно иногда окунуться в атмосферу ведьминого круга. Танцующие стихии, иногда касающиеся поднятых рук, ты посерединке с закрытыми глазами, и магия, окутывающая все вокруг. Красота!

Из мира блаженства меня вытянул индивидуум, что-то говоривший мне. Недовольно приоткрыв один глаз, я нелестно посмотрела на женишка, показала ему язык. Стихии вокруг распались.

— Я до тебя уже минут десять достучаться не могу! — воскликнул он. — Хватит дурью маяться.

Я разозлилась. Водный шарик, отделившись от моей руки, с громким "хлюп!" впечатался в оторопелую мордашку индивидуума. Ну, хоть умылся.

— Ах ты, Ведьма! — рыкнул он и закинул меня на свое плечо.

В этот момент мою ногу будто пронзили три меча. Боль была настолько нестерпимой, что я со всей своей ведьмовской силы вцепилась кошачьими когтями, тут же отросшими, в плечо индивидуума. Не успела я ничего объяснить, как сознание помахало ручкой.

Дэрек закусил губу. Сняв с себя притихшую девушку, он уже было приготовился расспросить ее о поступке, как с изумлением увидел на ее левой ноге три кровавых колющих следа от… чего? Когда она сумела так пораниться? Чем?

Охотничьи брюки пониже колена Риты висели клочьями, будто их порвали. Дэрек рассерженно выдохнул и понес "ведьмовское недоразумение" к Василисе. Уж она-то сможет понять и разъяснить сие невиданное происшествие.

Я встала с дивана — надоело мне на нем валяться без дела. Боль в ноге уже прошла, голова не кружится. Решив, что лучше посмотреть на Василису и Дэрека, которые собачатся уже второй час, я быстренько выбежала на улицу. Фобос, мирно пощипывающий травку у забора, укоризненно посмотрел на меня.

— Госпожа Рей, я, конечно, понимаю Ваше возмущение, но в данном случае мое знание подземки больше пригодится, нежели ваша возможность видеть в темноте, — прорычал Дэрек, рассерженный до крайности.

— Молодой человек, что же Вы делаете со "своим знанием подземки", если без горящей свечки или лампадки Вы пройти там не можете? — Василиса топнула ногой.

Я потянулась и привлекла все внимание к себе. Индивидуум мигом потерял всю свою напускную важность и тепло улыбнулся мне:

— Как чувствуешь себя?

Я неопределенно повела плечами.

"О чем спорите?"

— Твой… упырь вампировидный, — неприязненно сказала бабуля, — нашел свитки со схемами подземных лабиринтов дворца и прилегающей территории около шести лет назад, но сказать об этом соизволил только сейчас…

— Спорим о том, как по ним теперь ходить, — сократил Дэрек.

Я подошла к ним и взглянула на свитки.

"Ну смотрите, судя по тому, что я слышала, ты знаешь схемы наизусть, а бабуля видит в темноте. Вот и ходить вам вместе".

Раздался одновременный скрип зубов. Ха! Раунд за мной!

Индивидуум догадался о направлении моих мыслей и, под неодобрительное шипение Ёрика и старушки, обнял меня за талию.

— Милая, когда ты перестанешь язвить, а? Я хоть доживу до этого момента?

Ответил Котище:

— Нет. Она тебя со свету сживет раньше.

Я приподняла бровь и кинула. Истинная правда.

Внезапно на меня из ниоткуда свалилось письмо. Удивленно разворачивая его, я успела заметить, что сургуч, скрепляющий два конца конверта, был черным. Плохо.

Сестренка, у меня плохие новости, — писала Асура. — Несколько часов назад погибла Рулана. Круга Тринадцати больше не существует.

Я беспомощно открыла рот, вдохнула через него да так и осталась стоять. Вот почему мое здоровье так подкачало — все, а в этом я была уверена, Ведьмы почувствовали последние минуты жизни сапфировой.

Василиса и Дэрек перегнулись через мои плечи с двух сторон и заглянули в записку. Бабуля изумленно вскрикнула, индивидуум вопросил:

— "Не существует" — это как? Вас же еще двенадцать…

— В том-то и дело, что двенадцать. Если из Круга убить хоть одну Ведьму — нормально он функционировать больше не будет, — назидательно произнесла старушка. — Если же убить еще больше, то во всей своей силе останутся только двое — рубин и нефрит. Первая и тринадцатая. Они начало и конец Круга, а значит только они смогут противостоять хотя бы тому, кто уничтожает Ведьм.

"А, допустим, убьют либо меня, либо Динэйру — что будет в этом случае?"

— Ведьмы потеряют силы. Насколько я знаю, прошлые убийства именно с рубина начались. Наших же прародительниц убийца достать не смог — все мы скрывались.

"Ага. Понятно. Тогда такой вопрос: у меня останутся силы Яги, и смогу ли я отомстить именно с их помощью?"

— Теоритически, да. Фактически, у тебя не хватит сил физических, — кивнула мне бабушка.

Значит, попробовать можно… Это очень хорошо.

Не говоря ни слова, я резко подошла к Осу, пристегнула седло и запрыгнула в него. Слышавший наш разговор азиат рычал, фырчал и пребывал в крайне злом расположении духа.

Я прямо посмотрела в глаза жениха, кивнула ему. Дождавшись ответного кивка и помахав ручкой Ёрику и бабушке, я ударила каблуками Оса в бока и скрылась в роще. Мне нужно было переговорить с братом.

Я, шедшая к Ласу в кабинет с какой-то ехидно-елейной улыбкой, придумывала план убийства убийцы Ведьм. В то, что он такой один-единственный и неповторимый, я поверила сразу, и потому версий двух, трех или даже более убийц за последние триста лет у меня не возникало. Оставался всего лишь один вопрос — как он смог за такое долгое время остаться в живых, так как у нас в мире бессмертны лишь Демиурги. Либо это сошедший с ума бог войны и мести Растан, либо нечто полу-то, полу-се. Вредная гордость подкинула:

Ой не шаман ли виноват во всем, нет?..

Застыла перед дверью в кабинет. Рука, сжатая в кулак до предела, приготовилась постучать. Внезапно я расслышала два слишком знакомых голоса:

— Ты переборщил! — Лас был зол и грозен, как грозовая туча.

— С чего бы? — Дэрек изобразил на лице глубочайшее изумление, зуб даю. Как он смог так быстро оказаться здесь? Превратился в волка и перегнал Фобоса, что ли?

— С того бы. Мы договаривались о простой дружбе между тобой и моей сестрой, а не о помолвке.

Мое сердце ухнуло куда-то вниз, пролетев станцию "Пятки".

— Поздно, Николас, — насмешливо проговорил индивидуум. — Даже я отменять ничего не буду.

— Хор-р-рошо, — прорычал Лас, а через несколько мгновений добавил: — Имей ввиду, обидишь Иту — самолично удушу.

Минута молчания. Сердце пропускало по несколько ударов сразу.

— Она моя. А делить и, тем более, отдавать ее я не намерен.

Я явственно услышала, как вздохнул брат. Потом он вопросил:

— Не ошибаешься ли ты, мой юный друг? Чувства сестры я смогу принять, но твои… Мне кажется, или все фарс?

Я сжала ладошкой ручки двери, готовая в любой момент ворваться в комнату. Тереза, пожалуйста, пусть он скажет "нет"! Пожалуйста!

— Да, Ваше Величество, Вас, — он сделал ударение на этом слове, — очень трудно обмануть.

В следующую секунду передо мной пылали два лица — то ли от стыда, то ли от гнева. С другой стороны:

"Да, я все слышала".

Каррэн встал с кресла и попытался подойти ко мне. Остановив его знаком "стоп!", я осознала, что моя реакция намного быстрее его. Стянула кольцо с пальца и кинула им в бывшего жениха. Так захотелось шандарахнуть его по голове какой-нибудь сферой, даже руки зачесались.

На меня посмотрели больным взглядом. А не надо ставить тут из себя самого несчастного, Альтер! Меня вообще сломали.

Я ушла. Развернулась, зашла в конюшню попрощаться с Осом и телепортировала в порт. Там купила билет на ближайший рейс до Сорена.

Я ревела на плече подруги уже, кажется, целую вечность. Прочитав мой сбивчивый рассказ, Лилит не на шутку разозлилась: она закричала "Все мужики козлы, сволочи и мрази!", клятвенно пообещала мне "отвинтить голову этого Каррэна" и "прибрать к рукам все самое сокровенное Ласа". История же о моей инвалидностью мало заботила дочку Тэро, услышав про нее, Ли только зафырчала. Я же постаралась не выдать свою тайну — я так и не решилась сказать сеньорита дель Тэро кто я на самом деле. Меньше знает — крепче спит, а я меньше волнуюсь за нее.

— Ита, хватит тебе так убиваться по этому придурку! — закричала на меня подружка и хлопнула раскрытой ладонью по столу. — Не стоит он того!

"Люблю я его, понимаешь — люблю!"

— Как любишь, так и разлюбишь, — назидательно произнесла Лилит. — А ты, скот, — обратилась она к невидимому индивидууму, — только попробуй попасться мне на глаза. Я тебе за Ритку все ушки повыдергиваю! Все глазки повыцарапываю!

"Лилит, почему мне так не везет? Меня не то, что жених обманул — брат собственный вокруг пальца обвел и около прохудившегося корыта оставил!"

— Это от того, Иточка, что ты шибко доверчивая. Слушай! — вдруг протянула она с подозрительным блеском в глазах. — А давай тебя замуж за Рика выдадим?

"Так я ж того… Фиолетово мне его предложение".

От такого заявления я даже плакать перестала и сидела с приоткрытым ртом. Зато знакомая гордость-внутренний голос язвительно шепнул:

Люблю Ли за это. Не так, так эдак тебя в девках не оставим. Хи-хи.

— А ревность и Ларра? Пусть этот индивидуум плешивый поймет, кого потерял!

Я в последний раз всхлипнула. Моя мстя принимала новый оборот.

* * *

Уж не знаю, как глава Ученического Совета провернула все, но меня восстановили в списках учеников факультета общего направления. Наш декан, сеньора Ролан`гир, посмотрела на меня, недовольно покачала головой и вежливо поинтересовалась:

— И что изменилось за эти дни? Твоя магия все так же на месте?

Я кивнула. Так и должно быть.

Вместе с Лилит и архивариусом искали в книгах, газетах и журналах любые упоминания об убитых Ведьмах, но кроме жалких строчек "Еще одна Ведьма исчезла с лица Земли" мы ничего не нашли. И тогда я пошла в Храм, чего не делала никогда, ограничиваясь лишь мысленными вознесениями молитв Терезе.

Прикрыв голову платком, я встала на колени перед изображениями трех Богов — Терезы, Тана, Бога правды и Нимфеи, богини удачи. Сложила ладошки перед грудью и закрыла глаза:

"Помогите, прошу вас! Мне очень нужна ваша помощь!"

Несколько секунд прошли в тихом потрескивании горящих свечек и чьем-то медленном шептании молитвы Ларре. И вдруг я услышала легкое, напоминающее перезвон серебряных колокольчиков, хихиканье двух девушек и низкий, будто бы грудной, смех мужчины. Постепенно их смех складывался в подобие слов:

"Помощь? Тебе не нужна наша помощь, потому что ты знаешь ответ. Мы дадим тебе несколько наводок. Первая: на кого подумал Рик, когда ты задала вопрос про распространенность его второй личины? Вторая: с кем ты не общалась в последние несколько дней? И третья: кто выгнал тебя из Академии?"

Я распахнула глаза. Рик подумал на Филиппа и Оринара. После Маскарада я не общалась с принцем и сеньором дель Тэро. Кто выгнал… Либо король с королевой, либо ректор.

Я подскочила, напугав сидящих рядом со мной женщин в возрасте. Гордость оторопело икнула где-то внутри. У меня же перед глазами встал образ ректора Академии Магии. Неужели Рик был прав, и именно ректор Филипп дель Тэро, брат короля Кристиана, и есть тот самый неизвестный? Ну и ну.

Неосознанно придерживая рукой платок, слетевший на шею, я рванула по улице. Пролетев по лестнице на третий этаж, я ворвалась в нашу с Лилит комнату. Уставилась на нее горящими глазами.

"Ли, твой отец все еще ректор Академии?"

— Нет. — Подруга выглядела довольно-таки удивленной. — Ты разве не слышала, что король сместил его с должности после какого-то провала. Поговаривают, Кристиан был злее любого оборотня.

Я недоуменно посмотрела на Ли. Тормознула. Стоп, так она…

"Ты знаешь, кем Филипп дель Тэро является на самом деле?" — подсунула я ей бумажку. — "Кем являешься ты?"

— Ита, о чем ты говоришь? Мой отец является сильнейшим магом Сорена за последние четыре столетия…

Я вскинула ладонь, останавливая ее. Я рассказала. Осторожно, обходя все углы обо мне и о "помолвке" с Филиппом. По мере того, куда близился конец рассказа, глаза Ли становились все больше, на лице проскальзывали боль, смятение, страх, обида, ненависть (не знаю, к кому она была направлена) и многое другое. Хорошенькое личико блондинки все больше походило на восковую скульптуру.

Узнав правду, она обессиленно опустила голову, пытаясь скрыть слезы. Но меня же не обманешь, Лилит, ты прекрасно это знаешь.

— Вот видишь, подружка, — наконец тихо сказала она после двухминутного молчания, — не тебя одну обманули дорогие тебе люди. Ой, Тереза, я двоюродная сестра этой молодой грымзы! — взвыла она, заставив меня хихикнуть.

А потом я вспомнила приказ Верховной и сникла. Сколько мне там осталось? Дней пятнадцать-то хоть наберется?

Для проверки заглянула в тетрадку, к форзацу которой был прикреплен календарик. Угу, полмесяца у меня есть, так что будем хватать за оранжевые дреды и кучу сережек шамана Жинна и приучать к законному поведению Филиппа дель Тэро, который уже должен заучить единственное правило: Ведьмы, как маги общего направления, народ неприкосновенный и в Голубиную книгу магии занесенный. Где-то я уже это слышала…

— Ита, ты уверена в своих догадках? — с затаенной надеждой вопросила Ли.

Я кивнула. На все девяноста девять целых и девять десятых. Остальную одну десятую так уж и быть, оставлю на сомнения.

С этого момента начался эпичный побег двух молодых девушек из печально небезызвестной Академии. Сие решение принадлежало целиком и полностью дочке младшего брата короля Сорена, впрочем не потерпевшее особых посягательств на свою честь со стороны тишайшей принцессы Аннариты Минер Беллона Рей (тьфу! Опять меня на пафос пробило! Но мне понравилось!). Яростно клокоча, как вулкан Эгейна, что в Солнечных горах, дщерь дома Тэро собрала в кучу все оставшиеся и свои, и, откопав в сундуке, старые мои, то есть принцессы Аннариты, вещи. Затем, все больше и больше распаляясь, она злобно крикнула, что больше не намерена терпеть нашу альма-матер и своего отца, который плевать хотел на нее, дочь свою.

Я недовольно фыркнула. Опять сбегать? Ну уж нет, не добьетесь, сеньорита. Я с места не сдвинусь!

О своем решении я объявила, заслужив один красноречивый взгляд.

— Ита, я не останусь здесь!

"А я никуда не поеду. Надоело. То туда, то сюда! Все! Баста!"

Демонстративно скрестила руки на груди. В этот момент к нам в комнату постучались.

— Да, войдите!

Архивариус. Принес какие-то свитки, книжки и записульки столетней давности. Что на этот раз?

Я с интересом раскрыла ближайший свиток. Через несколько мучительных секунд я пораженно поняла, что передо мной списки дат рождения и смерти. Откуда у нашего старичка-библиотекаря (кстати, не подскажите его имя?) это?

Мою мысль озвучила подружка.

— Хех, не спрашивайте откуда, — скрипучим голосом сказал он. — Должны же быть секреты у меня?

— Риторические вопросы не требуют ответа, — медленно произнесла Ли и развернула следующий свиток, параллельно просматривая книгу. — О, Итка, смотри: здесь даже наши даты рождения есть!

Я заглянула в длинный столбик дат. Действительно, мое имя скромненько затесалось между какой-то Филицией Раймон и Робертом Ринли, родившимися вместе со мной пятого апреля. А в самом низу списка я заметила выведенное просто каллиграфическим почерком, отличающимся от остальных записей, сделанных, наверно, другим человеком, "Тэро, Лилит дель" с величественной датой — тридцать первое декабря. Вот не повезло подружке — Зимний праздник и ее день рождения.

— Предусмотрительно: столбик дат смерти напротив наших имен пуст. — Лилит хихикнула.

И вдруг я наткнулась на заинтересовавшую меня строчку. Выведенное корявым почерком, будто секретарь боялся этого человека, имя Жинна — "Жинн, Эднаас". Дата рождения: 29.11.1652. Дата смерти: 18.04.1701.

Свиток выпал у меня из рук.

— Рита?

Ли вопросительно взглянула на меня. А я приоткрыла рот. Это невозможно! Он же жив. Вроде как.

— Интересно, — пробормотал архивариус. — Насколько я помню, именно этот шаман забирал тебя, Рита, полтора месяца назад. Филипп именно так представил мне это… существо.

Я кивнула. Лилит почесала в затылке, отчего ее прическа стала похожа на разворошенное гнездо.

— Эмм… Вы уверены? Он же не может быть восставшим из мертвых.

— ВИМы подчиняются богу мертвых, а он не "работает" с шаманами.

"А если это кто-то из их религии?"

— Тоже не факт. У Руты довольно большая армия, и какого-то шамана, сбежавшего из Ябмеаймо, она, возможно, просто проигнорировала.

Мы одновременно разинули рты.

— А можно поподробнее о Руте этой и… как вы назвали Бездну? — попросила подружка и пересела поближе, чтобы лучше слышать. Архивариус приподнял бровь и задумчиво почесал идеально выбритый подбородок.

— Вам не преподавали основы шаманизма и противостояния ему? Удивительно. Хорошо, слушайте. Рута — богиня болезней у саамов, однако ее власть распространяется и в шаманизме. Рута — повелительница части преисподней Ябмеаймо, куда попадали умершие от болезней. Она является воплощением чумы и смерти.

— Ага, значит это преисподняя и ее повелительница. Круто! — Ли аж подпрыгнула от информации, которую она услышала. Я скромненько потупила глазки.

Архивариус продолжил:

— Тотемным животным Руты являются волки. Ликаны и ликантропы-волки могут назваться ее прислужниками. А еще существовал рай Сайваймо, куда попадали воины, погибшие в бою, шаманы и матери, умершие при родах.

Я вздрогнула. Мысленно попросила с этого момента дать побольше информации, но меня обломали.

— Существовал бог неба — Радиен-атче. Людям покровительствовали Пейве, Солнце; Веральден-радиэн, воплощение Мирового столпа, Господин мира; Укко, верховный бог. Существовали и боги ветра: Биегг-ольмай у восточных саамов и шаманов, Ильмаратче — у западных. Был и покровитель шаманов — Каврай. А защитником народа был брат Каврая — Рухтнас. Жена Рухтнаса, Разиайке, покровительница оленей, чья помощница Луот-хозик была хозяйкой этих гордых животных. Она ходила на двух ногах, имела человеческое, очень красивое лицо, но была вся покрыта оленьей шерстью. Существовала покровительница первой травы — Рана-нейдца. Покровителем охотников почитается Лиейб-ольмай, он был хозяином леса.

Блондинка прервала плавную речь архивариуса и спросила о рыболовстве, своем любимом занятии.

— Покровители рыбной ловли тоже были, — кивнул ей мужчина. — Богиня с рыбьим хвостом Аккрува и хозяин рыб Инар. У птиц тоже была хозяйка — Барбмо-акку.

Архивариус замолчал, а мы переваривали информацию.

"Как все запутано", — неуверенно написала я. — "И как в этом наборе зубодробительных имен искать правильного покровителя?"

— Может быть, это покровитель шаманов оживил Жинна? — встрепенулась Лилит.

— Нет, — отрицательно мотнул головой мужчина. — Каврай хоть и считается довольно взбалмошным, нервным и неприятным богом, но своих он оживлять не будет. Умерли — ну и флаг вам в руки.

Потерла виски, как вдруг меня осенило:

"Шаманы же не саамы"

Архивариус приподнял бровь.

— Саамы — это их народность, однако ты права. Шаманы — это нойды, то есть заклинатели-люди, имеющие возможность посещать другие миры. После смерти они не теряли способности переходить из одного параллельного мира в другой. — Он открыл рот. — Бинго, девочки! Дайте-ка вспомнить…

Закусил губу и перевел взгляд в потолок, вспоминая. Затем аж подпрыгнул в кресле:

— Да, точно, — пробормотал он, — все правильно. Шаманы-нойды после смерти становились духами, отчего их родным миром был Сайваймо или Ябмеаймо, а не наш. Они могли прийти в мир живых и забрать любого к себе в рай или же преисподнюю.

"Надо собирать двенадцать Ведьм", — выдала я, зачем сама не понимаю.

— Да, — поддержал меня архивариус-библиотекарь. — Разошли письма девчонкам и обрисуй ситуацию. Чем раньше вы соберётесь, тем лучше же для вас.

Этой ночью я почти не спала. А заснув под утро, получила сюрприз.

Священный дуб. Двенадцать Ведьм, одна из которых приготовилась активизировать ведьмин круг. Я. Издалека на нас смотрит страшная морда "моей смер-р-рти", как называет шамана мой внутренний голос, во главе таких же страшных скелетов или восставших из мертвых. Мы готовы дать им отпор…

* * *

Девчонки приехали в Тенезию все. Асура приволокла с собой Фобоса, которому я была несказанно рада. Злые, растрепанные, пылающие жаждой мести мы собрались около старого дуба, про который рассказывала мне Василисушка, и приготовились встречать врага. Но один, а если быть точнее два фактора немного приостановили нас.

Передо мной стояли два самых симпатичных и одновременно смазливых человека. Догадались кто? Естественно, принц Рик дон Кастильо и индивидуум, а по совместительству мой, слава Терезе, бывший жених и врун, Дэрек Каррэн.

Меня и остальных Ведьм застукали на образовании неполного Круга Тринадцати. Каюсь, мы хотели (хорошо — Я хотела!) перед этим запустить ведьмин круг, но в этот самый момент, когда я и девочки были полностью готовы к полной гармонии с природой, эти вомпер недоделанный и ирод плешивый заявились к нам, как-то подозрительно сговорившись и ломая нашу защиту. И сейчас обвинительно смотрели на меня. Меня это очень разозлило.

"Так, умертвия ходячие, — очень добро начала я писать огнем в воздухе, — живо собирайте свои манатки и валите отсюда, пока я еще добрая".

Индивидуум ухмыльнулся.

— Рита, — почти мурлыкнул он, обходя меня по кругу и не сводя наглых зеленых глаз с меня. — А мы никуда не пойдем. Сначала объясни нам, какого дьявола вы тут собрались?

Я ничего объяснять не стала. Просто развернулась и внезапно услышала какой-то звук. Я знала, кто идет к нам.

Подав знак девочкам, я обернулась к парням и быстро-быстро написала:

"Шаман охотится за нами. Нам срочно нужно выставить защиту. Вы мало того ее сломали, вы не даете нам ее восстановить. Ведьмам придется срочно восстанавливать купол, а кто-то из нас будет должен встать вон у того дуба, — я показала на дерево, вокруг которого мы собрались, — и запустить ведьмин круг. Тогда мы сможем подпитывать друг друга магией и одновременно атаковать противника. Я уверена, что он придет не один".

— Сразу сказать не могла? — Рик обиженно посмотрел на меня, но я уже побежала со всех ног к дереву.

"Кто-то из нас"! Девчонки сразу поняли, что это должна быть я, а они нет. Что сказать — парни!

Прислонившись спиной к стволу дерева, я закрыла глаза и начала читать заклинание. Мысленно у меня не особо выходило, но в общем оно выглядело так:

— Риангр риилэн грфаноэр рихнуар ли ниусаэ нихлебноел нихрастин ноаэ, но ли наар. Прошу вас, Духи природы, и вас, дриады, и вас, наяды, и вас, океаниды, и вас элементали, и вас, ангелы, и вас, демоны! Дайте силу сильную, мощь мощную, магию великую! Помогите, четыре силы подарите! Прошу! Успокойте во мне инстинкты, дайте лишь магию ведьминскую, магию древнюю, магию сильную! Риангр риилэн грфаноэр рихнуар ли ниусаэ нихлебноел нихрастин ноаэ, но ли наар.

И я открыла глаза, так как видеть я должна все, что творится, и помогать если что. А вокруг меня кольцом четыре стихии пылали и плавали, переплетаясь перед грудью, а дальше вновь распрямляясь. Увидела, как на меня парни смотрят, и слабо улыбнулась в ответ. Я видела, как девчонки, забрав у меня магию и подпитываясь от дерева, с которым были связаны тонкой золотой нитью, восстановили купол и пошли в атаку. Как мне и мнилось, шаман, или кто там он, пришел не один, а с армией. Только от моего сна реальность все-таки отличилась — сам Эднаас Жинн так и не появился. Умертвия были странными, почти новыми, будто вчера закопали, а сегодня вытащили, двигались они быстро и резво. Иво, Калипсо, Ана, Асура, Лана и Динэйра отлично работали Уничтожающим проклятием, которое сжигало магическим огнем существ, а остальные были помягче — Заклинание Смерти было более, как бы так сказать, эпическим: оно моментально останавливало все работающие и неработающие системы умертвий. Индивидуум мечом размахивать не стал, а вот Рик явно решил покрасоваться. Я и потом еще долго думала, что он страшно рисовался. Но, надо признать, мечом владел неплохо.

Один дебил-умертвие решил на меня напасть. Скажу только, вонь от паленых костей — лучше не дышать, а мне дышать вот позарез нужно.

Я уже стала уставать и прикрывать слезившиеся глаза, как вдруг крик индивидуума и Рика привел меня в чувство:

— Рита, твои руки!

А что с моими руками не так?.. А… они стали ветками обрастать. Симпатичненько так, мне даже нравится. Особенно мне понравилось тогда, когда на них листья стали вырастать. Дубовые.

Несколько минут выпали из моей памяти. То ли я сознание потеряла, то ли еще чего, но очнулась я только перед концом всего представления. Ведьмин круг стал ослабевать, ветки, удерживающие меня на стволе, пропали, и я с полностью пустым резервом бухнулась на коленки. Кто-то очень умный и нахальный подхватил меня и положил на себя, и я смогла прохрипеть:

— Ага… спасибо… Магию б отдал — цены б не было…

Все застыли. Особенно перестали двигаться Рик, сидевший передо мной, и индивидуум, державший собственно мою обессилевшую тушку. А до меня медленно, очень медленно доходило…

Дошло. Забыв про затекшие конечности и усталость, я громко расхохоталась, чувствуя, как вновь могу разговаривать. А потом на меня нашло:

— Столько времени! Столько времени! А! Я вновь говорю! — закричала я и бесшабашно улыбнулась во все свои тридцать два. — Я в это не верю! Мне надо сообщить это Василисе!

Я вскочила, пошатнулась, но громко свистнула. Фобос рыжей тенью метнулся из кустов ко мне.

Ведьмы и индивидуум смотрели на меня во все глаза, а вот Рик остановил меня за руку:

— Рита, тормозни! — приказал он. — В тебе магии с мизерный мизинец. Куда ты вообще собралась? Какая Василиса?

И я поняла, что единственный человек (не считая моих Ведьм), который меня может отпустить — это милый бывший мой Дэрек. Рванула обратно и почувствовала, что кружится голова.

— Ой… — шепнула я и схватилась за виски. Меня поддержали. — Отпусти, пожалуйста! Дэрек, миленький, отпусти! Я все, что хочешь, сделаю, только отпусти! Я замуж за тебя выйду, только отпусти!

Потом я, конечно, поняла, что сказала. Но индивидуум понял это сразу.

— Отпущу, — шепнул он в ответ. — Ты уверена, что доедешь? У тебя вид не слишком хороший и многообещающий.

— Если только магией поделишься.

— Не убей меня потом.

Быстрое касание губ, и я сразу же почувствовала, как магия вновь наполняет меня. Индивидуум покосился на меня, но я подмигнула ему.

— Я ж сказала — магией поделишься, и цены тебе нет!

Вскочила на Оса и помахала рукой девчонкам, после увиденного язвительно переводящим взгляд с меня на Дэрека. Рик подошел ко мне и протянул руку к ноге, Ос увидел сие действо и обвинительно заржал.

— Никаких цепочек. — Я погрозила ему пальцем. — Все, всем пока, надеюсь, больше не увидимся!

* * *

— Ёрик! — закричала я после нескольких дней путешествия домой. За эти дни я не могла наговориться. — Ёрик, это я, Рита! Ёрик, блин, если ты мне сейчас не откроешь, я тебя урою!

На деревянный порожек выбежал Котище, изумленно открыв рот. Из лап выпала тарелка с супом и разбилась, расплескав повсюду уху.

— И-точ-ка, — раздельно севшим голосом пробормотал он и осел на пол. — Бол-та-ешь…

И упал в обморок. Недоуменно поглядела на кота.

— Слабонервный оказался. Василиса! — заорала я вновь, врываясь в дом.

Однако.

Никого не было, значит Ёрик дома один. А куда сбежала бабушка?

Развернулась и пошла приводить кота в чувство. Похлопав его по мордочке, я не добилась должного успеха и шепнула "Очнись!". Котище послушался, умный малый, очнулся и расфокусированным взглядом уставился мне в район переносицы. Я показала ему два пальца.

— Сколько?

— Два.

— Где бабушка?

Вроде не страшный вопрос, а Ёрик подскочил, оглянулся и потащил меня внутрь дома.

— Беда, Иточка, страшная случилась, — затараторил он. — Пропала бабушка твоя, но чую я, забрал кто-то Василисушку нашу ненаглядную в новолуние позавчерашнее. Я, когда утром ее будить пришел, заметил только бумажку с пометкой: "Передай Рите, чтобы первого августа, как штык, перенеслась к Терезе". Ты ведь меня не бросишь, Иточка, ты же не можешь меня одного оставить? Ты же не последуешь совету Василисушки?

Я напряженно вгляделась в линию горизонта, видневшуюся из-за шторы.

— Придется мне уйти, Ёрик, как ни крути, — сказала я и поспешила успокоить испугавшегося котика: — Я тебя к брату телепортирую. Держи камушек. — И отдала камень телепортаций. — Повторяй про себя три раза: Николас Рей.

Котище посмотрел на меня большими глазами, потом на камень, вздохнул и исчез. Я удовлетворенно выдохнула.

Итак, сегодня тридцать первое июля. Завтра август. Прикинула и решила, что воспользуюсь переходом около двенадцати ночи — показалось, что именно так будет правильней. Я успокоилась и пошла на кухню заваривать себе чай, заодно напевая песенку про веселого черного кота, подразумевая под этим Ёрика.

Дэрек вернулся домой, все еще пребывая в шоке от событий двухнедельной давности. Вспоминая счастливую улыбку Риты, он сам улыбался и прокручивал в голове звук ее голоса.

— Дэрек, наконец-таки ты вернулся домой! — Полная низенькая женщина внезапно выросла у него на пути и обняла холеными руками, умудрившись расцеловать парня в обе щеки. — Я скучала.

— Няня! — взвыл Каррэн и вывернулся из мертвой хватки женщины. — Я сколько раз говорил, что уже не маленький и имею право на долгое отсутствие.

— Надеюсь на этот раз твое отсутствие имеет понятный всем характер, — насупилась няня. — Когда ты уже найдешь себе девушку?

Дэрек закатил глаза.

— Я не хочу брать в жены наших девушек, — сказал он. — А с людьми браки запрещены.

— Какой ты противный! У нас есть довольно интересные экземпляры: например, Лианна, дочь того барона Таразийского, который приезжал к нам на Зимние праздники. Или Шоарра, дочь…

— Я не хочу слышать про этих… девушек легкого поведения, — перебил ее подопечный. — Несса Диана, я попрошу тебя больше не упоминать при мне имена из списка, который ты составила на пару с моим отцом.

Няня нахмурилась.

— Несс Дэрек, ты слишком много думаешь о себе. Ты несносный мальчишка, который сам не знает, чего хочет. А на тебе, между прочим, лежит ответственность за всю Иллину.

— Будет лежать. Пока папа Повелитель…

— Пока твой отец Повелитель, ты — его личный секретарь и Глава Совета Министров. Архонты не любят, когда их предают.

— Ты это к чему, несса?

— К тому, что ты должен уважать традиции своего народа. Без жены тебе не стать Повелителем архонтов, но если ты выберешь человечку… Я не знаю, что с тобой сделаю!

Рык няни не произвел на ее подопечного никакого эффекта. Как Дэрек скалился, так и скалится.

— А если последовать неудачному примеру отца? — безмятежно спросил он. — Выбрать принцессу Ауренты, и дело с концом.

Несса Диана покачала головой.

— Не получится. Аннарита своевольна и своенравна, она не станет рисковать своей репутацией и репутацией семьи. Я больше поверю в согласии Агаты, хоть и они боятся нас.

— Кто же не боится демонов, няня? Хочешь знать ответ? Аннарита. Ей плевать, кто мы такие, потому что она ненавидит нас. Нашу семью. Из-за той давнишней истории.

Ему не удалось скрыть боли в голосе — Каррэн все еще считал себя виноватым в той истории с братом Риты и договором. Несса Диана заметила это проскользнувшее ненароком чувство, замахнулась на подопечного, желая подарить пощечину, но вдруг передумала:

— Вот как Судьба рассудила. Что ж, твое счастье, если она согласится. Если нет, то мы посмотрим сами.

Запыхавшийся Ёрик вывалился из телепорта прямо на стол Николаса. Король Ауренты, слыхавший об этом экземпляре, выгнул правую бровь и невозмутимо поинтересовался:

— И откуда ты, фамильар, такой взъерошенный?

— Дык меня Рита прислала, — кивнул черной головой Котище. — Она сказала, чтобы я здесь был, пока она не вернется.

Лас закатил серо-синие, как у сестры, глаза.

— Куда эту Ведьму понесло?

— К Терезе. Ей еще месяц назад приказали к ней приехать.

На Николаса смотрели такие полные жалости глаза, что король плюнул. Про переносы к Верховному Демиургу он знал от матери, поэтому волноваться за сестру не стал. Его тревожили совсем другие мысли: архонты недвусмысленно намекнули на их с Аурентой отношения, близкие к войне.

Полночь. На небе светит лишь тонкая полоска месяца, и многочисленные звезды горят своим призывным светом. Ни облачка. Ни ветра. Ни звука. Лишь я, речка Лесная и лес вокруг.

Считанные секунды оставались до моего перемещения. Я закрыла глаза, сосредотачиваясь на имени "Тереза". Перед глазами встал образ невысокой, хрупкой девушки с рыжими волосами, желто-коричневыми глазами, как у тигра и с огромной улыбкой на лице. Одета она была странно: зеленая кофточка на пуговицах прямого покроя с воротником-стойкой и черные кожаные брюки. Длинные волосы заплетены в две толстые косы и ниспадали ниже бедер.

Внезапно мир поплыл. Краски смешивались, оставляя после себя тьму и оттенок горечи на губах. Я облизнулась — горько. Где-то в районе солнечного сплетения все скрутило, а затем меня ослепили…

Я очнулась посреди большой бежевой комнаты. Тело ломило от магического истощения, в глазах весело мерцали белые и цветные мушки. Перед тем, как повторно отключилось мое сознание, я успела заметить ту самую, чей образ был перед моими глазами. Она счастливо улыбнулась, прикоснулась рукой к моему лбу и кивнула. Я блаженно закатила глаза.

Глава 7. Туда-обратно, или Все у меня не как у людей

— Вставай! — услышала я, наверно, через тонну подушек мягкий насмешливый голос. — Вста-авай! Проснись уже, Рита!

Я подскочила на кровати и недоуменно взглянула на хохочущую девушку лет эдак пятнадцати. Нет, только не говорите мне, что вот эта особа — сама Тереза, Верховный Демиург.

— Не веришь? — блеснула девица тигриными глазами и вытянула меня из-под теплого одеяла. — Пошли-пошли! Кофе будешь?

Я что-то там пролепетала, пока оглядывала комнату. Где я? Почему так странно выглядит это помещение? Черт побери, в каком веке я нахожусь?

Тереза скривила ухмылку, подала мне чашку кофе, села на стул и немного инфантильно произнесла:

— Сейчас все-о расскажу.

Она вздохнула.

— Начнем с того, Рита, что ты на планете Земля, материк Евразия, страна Россия, город Санкт-Петербург. На дворе двадцать первый век, декабрь, двадцать второе число. Этот мир — параллельный с твоим миром — сильно отличается от Маны, планеты, где ты живешь. Время на Земле бежит вперед, с каждой секундой ускоряя свой бег, что на Мане происходит с точностью наоборот. Между нашими мирами всегда будет огромный разрыв во времени, в культуре. Твой тысяча восемьсот восемьдесят первый — наш тысяча девятьсот седьмой. Твой восемьдесят второй — наш девятьсот тринадцатый. Странно, но мы живем. Я привыкла. Все привыкли.

— Все перешедшие?

— Да. Нас таких много. Не одна только я решилась уйти из вашего мира. Дело только в том, что я родилась на этой планете, а значит она — мой дом.

— Зачем ты меня сюда притащила? — Закономерный вопрос.

— Как зачем? Учиться. Ты останешься у меня на полгода. Может, на год. Посмотрим по обстоятельствам.

Я вздрогнула. Какие, нафиг, еще обстоятельства? У меня Василиса пропала!

Тереза понятливо склонила голову.

— Я знаю, что пропала твоя бабушка. Но я не знаю, сколько времени пройдет на Мане. Вдруг одна секунда? Или несколько десятилетий? С твоими родственниками всегда получалось, что два-три месяца, а с тобой… посмотрим. — Девица пожала плечами.

Так-с, значит здесь были и все мои родственники. Что-то старушка уже упоминала такое.

— Какие еще различия есть между нашими планетами? — спросила я, только бы не слушать тишину.

— Их много. Допустим, луна. Названия одни и те же: там Луна, тут Луна. Но у вас она многоликая, постоянно вертится вокруг своей оси, тем самым показывая всю себя. Изредка становится кровавой — в дни войн. А у нас она одноликая, все время мы видим только одну ее сторону. Благо, что еще фазы остались.

Она критически осмотрела меня. Поцокала языком, выдала решение:

— Пошли, сейчас наденешь что-нибудь из моих вещей, а завтра-послезавтра я все равно пойду в магазин за продуктами и тебя с собой возьму.

Меня потащили обратно в ту странную комнату, я успела лишь чашку с недопитым напитком на стол поставить.

Через пять минут "Нет, это не пойдет", "М, нет, не это" и "Да ну, Тереза, ты совсем что ли?" мне выдали синие, облегающие, потертые в некоторых местах, брюки и белую блузку.

— Брюки называются "джинсы", — ткнула пальцем Тереза в ткань. — Они тебе малость коротковаты будут, но сапожки поверх наденешь и будет шик и блеск.

Я перевела взгляд на окно и вгляделась в большие хлопья снега, падающие с неба. Зима.

— Мне кажется, или "Тереза" не твое настоящее имя? — вопросила я и тут же прикусила себе язык: — Извини. Это личное?

Девица рассмеялась искренним смехом.

— Что ты! Нет, конечно! На данный момент меня зовут Дорофеева Мирослава Владимировна, а на момент моего рождения, что было около пяти тысяч лет назад, меня звали Рейна. Я урожденная римлянка со стороны матери, но со стороны отца я эльф. — И мне показали заостренные ушки. — Вообще у меня много имен — сколько я их поменяла за это время, я уже не помню.

О как. Даже наш Верховный Демиург была родом из этого мира. Как такое может быть?

— Легко. В то время ведьм на Земле не сжигали, за колдовство не ругали — таких магов и кудесников наоборот почитали и превозносили. В то время на Земле было язычество, или многобожие, как и у вас. Существовал один главный бог, а остальные были распределены по каким-то особым признакам. Когда люди уже стали потихоньку переставать верить в богов, появился один-единственный и его сын — Яхве и Иисус. В них стали верить, их стали превозносить. Затем началось Средневековье — и тогда начался страшный ад для всех нас. Инквизиции, то есть группа из специально отобранных людей для поисков магов, ведьм, ведьмаков и прочее-прочее-прочее, находили нас, сжигали на кострах, отрубали головы. — В глазах Терезы мелькнул злой огонь. — Особенно сильно не везло красивым девушкам с рыжими или черными волосами. Моих родителей уничтожили, а я сбежала в другой мир. Ваш мир. В момент моего пришествия туда Мана была совершенно пуста — просто голая земля. Я привела других известных мне магов, которых еще не убили инквизиторы, и мы вместе воссоздали жизнь. Жизнь для существ, наделенных волшебной силой. Вот так и начал существование мир Маны.

Я похлопала ресницами и осознала, что все это время сидела с открытым ртом и совершенно позабыла про одежду.

Следующим утром меня взяли под белы ручки и увели в место под названием "магазин". Там я очень долго старалась не открывать рот от того, что увидела и не сильно рассыпаться в вопросах от того, что услышала. Тереза-Рейна-Мирослава весело поглядывала на меня, объясняла, что как, и нагружала пакетами с одеждой и обувью. Сама она взяла пакеты с продуктами и несколькими хвойными венками.

* * *

Прошло полгода. Да-да, эти пресловутые шесть месяцев пролетели, я сама не заметила, как быстро. Вам не стоит все описывать? Великолепно, тогда обрисую ситуацию, как говорится, в двух словах.

Меня действительно постоянно учили. Заставляли выговаривать труднопроизносимые заклинания, вырисовывать руками очень сложные, витиеватые жесты. Зачем-то обучили рунной магии. В один из таких вечеров, когда я на поверхности стола рисовала пальцами Кано, Ису и другие руны, я настолько увлеклась своим занятием, что повторяла про себя "Да действуй ты, дура!". Кхе, столик был хорошим, дубовым. Тереза, слава ей, ругалась несильно.

Подучила и языки. Теперь я могу с гордостью протараторить на Солнечном! Например, "Я хочу вернуться на Ману и увидеть брата, после этого сыграв с ним партию-другую в шахматы" будет звучать так: Zingre`stay haers Muna`es stresen`ger, frectras gener deramen. Два эльфийских диалекта тоже выучила, танатель и нариндар. Первый диалект отличается от традиционного так называемым носовым произношением. Допустим, если говорить на чистом эльфийском "Я тебя люблю", то получится Al` darel` te. На диалекте же результат будет таким — Al tarel del. Второй диалект, нариндар, отличается постановкой слов в предложении и придыхательным произношением. В той же фразе результат — Tha therale Aleh (читается: тха тхераль альх).

А еще я освоилась в новом мире. Вы не поверите, но в каком неописуемом восторге я была от техники! Компьютер, телефон, планшет, электронная книга, фотоаппарат, видеокамера, музыкальный плеер… Тереза только смеялась и говорила, что я ее истинная преемница — та, которая фанатеет от всего нового, как и сама богиня. Я же в ответ включала на всю громкость песни и подпевала, попутно пытаясь прочитать очередной талмуд.

И вот, когда настал день возвращения домой, я почувствовала в ногах странную слабость, будто бы долгое время стояла на одном месте, не двигаясь. Я поинтересовалась об этом у Терезы.

— Я совсем забыла тебе сказать: когда ты перемещаешься из одного мира в другой, то на Мане остаешься телом.

— То есть…

— То есть твое сознание находится на Земле, но твое тело осталось на Мане. Поняла?

— Угу. Это я там, по всем признакам, в статую ледяную превратилась. Круто.

— Не в этом дело, — покачала головой Тереза. — С тобой все в порядке: и есть, и будет.

Я промычала нечто нечленораздельное. Ну-ну, посмотрим.

Вновь полночь. Балкон, с которого можно увидеть Неву, луна, светящая прямо мне в лицо. Тереза-Рейна-Мирослава стояла у меня за спиной, вновь ухмыляясь. Интересно, чему?

Незадолго до перемещения мы, естественно, попрощались. Прощание было коротким, неслезливым, но грустным. Я очень много узнала от Верховного Демиурга и считала ее своей старшей сестрой. Она тоже приняла меня в свой круг близких ей людей, о чем сообщила мне вечер назад.

На этот раз не было ни света, ни отключения сознания. Все было быстро и легко, будто дыхание. Раз! — и я стою на краю бережка в своей длинной, почти до пят, рубашке, по колено занесенная снегом. Ха, все-таки меня и здесь полгода не было.

Очнувшись от размышлений, я вытащила ноги из сугроба без каких-либо препятствий. Все было в точности, как и описывала богиня — с моим телом ничего страшного не случилось. Единственной мыслью, что со мной будет что-то не так, было после осознания степени волнения Ласа. За это я была готова простить ему даже обман.

Меня прервало странное покашливание за спиной. Резко обернулась и застыла.

* * *

А пока Рита училась на Земле, Николас готовился к так близко подступившей войне.

Царство архонтов, Иллина, находилось в верхних слоях Бездны, так называемых первых трех кругах ада. Высшие демоны, а именно они жили там, называли свое царство "Благословением бога мертвых". Немногие маги и люди знали, что семья Альтер Ан Каррэн — это прямые правители и наследники Иллины, информация тщательно скрывалась. На момент обострения отношений между Аурентой и Иллиной Повелителем архонтов был выбран отец Дэрека, несс Алан. Сам же Дэрек был личным секретарем своего отца и Главой Совета Министров. Молодого наследника всю жизнь растила няня, несса Диана, двоюродная сестра Повелителя.

Истинную правду о царстве знали только король Ауренты (или нефритовой страны), владыка эльфов и император драконов, но и они таили правду на протяжении нескольких веков. До сих пор ни приближенные, ни родственники — никто не смог вытащить правду из уст правителей. Правда, возможно вся таинственность обусловлена присказкой: будто бы первый сказавший тайну человек будет изгнан в низший слой ада, восьмой круг врунов и лже-советчиков. Этакое проклятие, наложенное самым первым Каррэном в династии (тем самым, что погиб от неразделенной любви к первой Аннарите). Однако это недостоверное утверждение.

Теперь же, когда несс Алан решился отдать трон преемнику, тому требуется невеста. Дэрек же слишком принципиален — демонесс ему не надо, а, памятуя о традициях, на людях-магах женится ему нельзя. Выбрать третий путь — пойти по стопам родственников и сделать предложение принцессе нефритовой страны — наследнику не удалось, Рита узнала про "мирный" временный договор между Альтер Ан Каррэном и своим братом и разорвала все связи с архонтом.

Накануне возвращения принцессы домой, Николас отправил короткое письмо Дэреку, в котором обстоятельно просил его рассказать всю правду сестре. Постаравшись не цеплять факторов пропажи Риты, Лас в постскриптуме привел все нужные по его мнению аргументы и получил ответное письмо в тот же вечер. И только прочтя ответ, в котором говорилось о немедленном выезде архонта в Ауренту, король понял свою ошибку. Ему не надо было писать демону в тот момент, пока Риты дома не было, а он написал.

Примчавшись в страну, Дэрек первым делом завернул в кабинет Ласа. Тот постарался его остановить, но, по определению самого Дэрека, "высшего демона в ярости остановить может только Яга-Ведьма в гневе". А так, как таковой не было в наличии, сказать Каррэну "Стоп!" некому. Слово за слово он узнал всю историю и тот факт, что Аннарита переместилась в другой мир. Страшно разозлившись, архонт прибыл на окраину леса к домику Василисы-гадалки и увидел застывшую статую девушки, держащую перед грудью руки в молитвенном жесте и закрывшую глаза, посреди белого полотна земли. Девушка стояла к демону спиной.

— Ну что, как съездила? — язвительно произнес Дэрек после покашливания, скрестив руки на груди. — Легка на помине, только-только тебя обсудили с Николасом.

Я зябко поежилась — пусть зимы у нас были не холодными, и снег был довольно теплым, сам вид запорошенных "белыми мухами" земель внушал моральный холод. А тут еще этот, заявившийся без приглашения.

Фыркнула.

— Сплетни обо мне распускаете. — Не вопрос, констатация факта. — Что ж, я рада что про меня не забыли. — Подумав, спросила: — Сейчас ведь февраль?

Индивидуум кивнул. Эх, не повезло мне встретить Зимний праздник дома, а то я уже и забыла, как он проводится. Но после трех килограммов мандаринов, съеденных на спор с Терезой, вряд ли что-то может быть круче.

Запоздало отметила, что сердце бьется довольно спокойно при взгляде на Каррэна. Неужели я правильно сделала, что бросила его, наплевала на себя, отключилась из мира и бросила учебу? Кстати, насчет последнего я не уверена — может, вернусь и стойко приму выговор от нового директора.

— …ты меня вообще слышишь?

Я вскинула голову.

— Прости, я задумалась. — Правильно, Ритка, покерфэйс — наше все, как говорила тебе богиня. — Ты что-то пытался сказать?

Мне показалось, или в насмешливых глазах проскользнуло замешательство в остром соусе любопытства? Тьфу ты, я скоро писателем стану с ним! "Острый соус" — додумалась же…

— У меня новость. Пока я тут стоял и ждал, когда некоторые вернутся с того света, новое траурное письмо свалилось мне на голову, на этот раз от Динэйры.

Я поспешно подошла ближе и споткнулась, едва ли не с головой упав в сугроб. Поддержали и продолжили говорить:

— Ведьма аквамарина, Иво, убита. Способ тот же самый.

— Я не почувствовала… — выдохнула я и с беспокойством взглянула в бесстрастное лицо индивидуума: — Как такое могло случиться? Между нами связь, и она вряд ли оборвалась после… Ты понял.

— Возможно, все связано с твоим сознанием, которое отдыхало в параллельном мире.

— Да, точно. Черт бы побрал этого гада, посмевшего поднять руку на моих девчонок. Я ему глаза выцарапаю. А хотя, нет! Я его магии лишу и в девятый круг ада выкину! К древним архонтам отправлю! — гневно закричала я.

Неожиданно индивидуум сглотнул, замолчал и отвел глаза. Вот это очень…

— Интересно, — закончила я свою мысль. — Ты мне ничего сказать не хочешь, женишок несостоявшийся? У тебя такой вид, будто это ты убил Иво и Рулану. — И более мягко: — Рассказывай уже, постараюсь не убить потом.

Меня сцапали под белы ручки, отвели в дом, усадили на диван в прихожей и всучили в руки тарелку с зимними яблоками. Кислые, но очень крепкие и хрустящие.

Дэрек сел напротив меня прямо на пол. В ярко-зеленых глазах плескалось… что? Страх? Гнев? Непонимание?

— Я архонт, Рита, разве ты еще не поняла?

Коротко и понятно. Я подавилась кусочком фрукта.

— Кто? — хрипло переспросила я.

— Архонт. Высший демон. Страж Бездны. У нас много имен, и все характеризуют нашу сущность наиболее правильно.

— Но ведь древних не существует! Это иррационально.

— Что в твоем контексте иррационально? Мы жили, живем и будем жить.

Я прикрыла глаза, переваривая информацию.

— А теперь все сначала и в хронологическом порядке. Без всяких тайн, утаек и тому подобной фигни, — попросила я, ставя невидимый полусферический щит между мной и индивидуумом. Кто знает, что у этого на уме — лучше просто перестраховаться.

И начался рассказ. Долгий, запутанный, постоянно сбивающийся, но продолжающий идти вперед без какой-либо лжи. Дэрек доверился мне и рассказал все, что касалось его расы, происхождения и жизни.

Лично я всегда наивно считала, что во время Первой Мировой Магической войны, что было во время начала третьего столетия, тандем Аурента-Эль`Грин-Дакон, то есть Драконова Империя, очень быстро уничтожил всех демонов, включая архонтов, дэвов — демонов-полубогов, асур — демонов-хранителей и даймониумов — хранителей входа в чистилище. Ан нет, все они живы и давным-давно образовали свое собственное царство Иллина. Я тихо выпадала в осадок.

Наконец Дэрек замолк. Он перевел настороженный взгляд на меня и неуверенно сказал.

— Кажется, этого достаточно.

— Да, ты прав. Этого более, чем достаточно.

И как к нему теперь относиться? Мало мне давней вражды между нашими семьями, так теперь и еще и его национальность вылезла.

— Рит…

— "Давай останемся друзьями!".

Я сделала это. Закончила фразу невысказанными им словами. Я все сделала правильно.

Тогда почему на душе дворцовая повариха оттирает сковородки и ржавые кастрюли наждачной бумагой? Почему такое ощущение, что ты только что неудачно раскроила себя и сшила "цыганкой"? Где твоя совесть, мать? А-а-а… я же и есть твоя совесть, которая несколько секунд назад разыгрывала из себя гордость напополам с чувством собственного достоинства. Тогда извиняюсь, твоя взяла.

Меня определенно не так поняли.

— Ты ведь издеваешься надо мной. — Индивидуум попытался подойти ко мне, но полусфера предупреждающе заискрила молниями. Я боязливо прижалась к спинке дивана. — Я не врал тебе. И не буду.

— Сильно-то не зарекайся. — Я прикусила язык, как только выплюнула фразу.

Щит разлетелся на осколки, так как я потеряла контроль над ним. Да любой бы потерял, увидев злую вторую сущность демона-архонта. Мама моя родная, роди меня обратно! Это хуже шамана Жинна! Черный, как полночь, Дэрек скалился в предвкушающей улыбке, во всю демонстрируя длинные верхние клыки. Большие, сантиметров двадцать в длину и семь в диаметре у основания, чуть скрученные рога поблескивали мрачным блеском. Огромные крылья, покрытые черными перьями, чуть покачивались в такт дыханию индивидуума. Переведя взгляд на пол, я уставилась на длинный хвост с дрожащей черной кисточкой на конце. Хорошо, что копыт нет.

— Испугалась? — резко приблизил свое лицо индивидуум и рыкнул. Голос его был очень низким, рокочущим, будто гром.

Я подпрыгнула, зашипев, как кошка. На руках выросли когти Чеширы.

— Я с-с-сейчас в К-кошку прев-вращусь и т-т-такое уст-трою! — заикаясь, проговорила я. — Т-ты п-пожалеешь, чт-то вообще приш-ш-шел!

— Я, как бы, уже пожалел. Совесть будить не буду, мне без нее легче живется.

Какой, однако, логичный разговор у нас получился. А главное — содержательный.

Полоснув когтями плечо индивидуума, с размаху влепила тому пощечину. Нечего тут, понимаешь, целоваться без разрешения. Распустился за шесть месяцев без эмоциональной взбучки! Ну ничего, когда на тропу обучения выходит Яга, да и еще Ведьма нефрита по совместительству, то не видать архонту отдыха.

Глубоко вдохнула и заорала в лучших традициях бабули. Слава тебе, Василиса-гадалка, чтоб я без тебя делала?!

Мучилась после неудачного спасения блаженного на всю голову Каррэна. Не ясно, что ли?..

Не, в принципе я знала, что моя гордость — это нечто из ряда вон выходящее, но чтобы та-ак… И откуда ж только столько вредности берется, вот ума не приложу!

Правильно, я вредность-то из твоего ума беру, поэтому ты его и не можешь приложить. А насчет перлов — могу научить.

Одновременно самозабвенно орать и тут же пытаться не захихикать собственным мыслям выше моих сил. Поэтому я прекратила на мгновение обвинительную речь в адрес индивидуума и капризно надула губы. Ничего-ничего, он же хотел на мне жениться, так вот пусть знает, что жизнь со мной и жизнь в преисподней просто небо и земля (коими они и считаются). Может хоть так поумнеет.

— Ты даешь, — пораженно выдохнул все такой же черный Дэрек. Он даже забыл про свою необходимость взорваться и наговорить мне всяких гадостей. — Долго училась?

— Экспромт, — выдала я и демонстративно отвернулась.

Вдруг индивидуум громко вдохнул. Он обошел вокруг меня, постоянно ведя носом и пытаясь что-то учуять. Я с интересом наблюдала за ним, стараясь несильно двигаться.

На меня посмотрели яростные зеленые глаза, отливающие чем-то фиолетовым. Вторая ипостась потихоньку пропадала, но параллельно с этим Дэрек все больше загорался.

— Какая… гадость сделала это с тобой? — наконец спросил он.

Сощурила глаза.

— Что, прости? Я не понимаю, о чем ты треплешься. — Я добавила в голос насмешки. Зря.

— До твоего перемещения такого ярко выраженного аромата на тебе не было. Это смесь чего-то вишневого и цветочного. Такое ощущение, что после прыжка некоторые охраняющие заклинание слетели, отчего у тебя поменялся отсвет ауры и ее запах. Я больше не чувствую ничего… горного, вот точное слово. Как только я в первый раз вдохнул запах, то почувствовал смесь нескольких ароматов, среди которых был и горный, неизвестно как сюда попавший. Сейчас его нет, — закрыв глаза, путано объяснил архонт. — Будто в тебе чужая душа. Ты кого-то притащила в сюда оттуда, это точно. Возможно, низшую сущность.

Я отшатнулась.

— Тьфу на тебя, Альтер Ан Каррэн! — плюнула я. — Не дай Тереза во мне кто-то из суккубов или инкубов. Я же с ума сойду.

— Эй, я не говорил про этих тварей! Вишнево-цветочный… Ммм… Такие сочетания я встречал однажды. У синтаоков.

— Кого? — поперхнулась я. — Синтаоки? Ето-то что за фигли-мигли?

Закатил глаза.

— Я знаю о них слишком мало, возможно тебе понадобится дополнительная литература, — сказал индивидуум и протянул: — Давай, переодевайся. Я отвезу тебя домой — Николас очень хочет тебя увидеть.

Я гордо приподняла подбородок:

— Та ложь, которую я услышала…

— Та ложь, которую ты услышала, — невежливо перебил меня Дэрек, — была всего лишь ложью. Мирный договор между Иллиной и Аурентой. Я должен был втереться к тебе в друзья, а в результате… подставил моего отца. Так что мы оба в равной ситуации. Я обманывал тебя, отца, ты обманывала меня. Все, разобрались?

Я усмехнулась.

— Лас!

Я повисла на шее своего брата, все также понимая, что мои метр и семьдесят пять слишком маленькие в сравнении с его метром и девяноста семью.

— Прости-прости-прости, я не хотела на тебя обижаться! Просто тогда все так быстро случилось, что я просто поверить не могла в увиденное! Прости-прости-прости! — тараторила я, крепко обнимая Николаса. — Ты же не сердишься на меня, да? Я же могу надуться в таком случае!

Меня потрепали по макушке, ласково буркнув "Заткнись" и щелкнув по носу. Дэрек умильно смотрел на нас и пару раз, ради сокрытия смеха, кашлянул, на что я показала ему кулак из-за спины Ласа.

— А теперь медленно и с расстановкой: что тебе нужно от меня, моя дражайшая сестрица? — проницателен, как всегда. — Мне помнится — последний раз, когда ты так упрашивала меня, был перед твоим побегом. Я еще должен был прикрыть тебя, не так ли?

Покраснела. Было дело, не спорю.

Меня "спас" индивидуум:

— Книга о синтаоках в твоей библиотеке имеется?

Лас разом посуровел, а его голос стал довольно-таки прохладным:

— В моей библиотеке есть все. Данная книга хранится у меня, сейчас принесу.

Ушел. Я гневно посмотрела на архонта:

— Глупец и кретин. Не мог язык за зубами придержать?

— Все, я сразу виноватый, — ощетинился он. — Тогда я не буду тебе помогать. Разбирайся сама, кто в тебе сидит: даймониум или инкуб-суккуб.

Минута молчания, и я решила задать один вопрос, на который я не могла найти ответа:

— Дэрек, — от неожиданности он дернулся, — а как получилось, что у демона-архонта вторая ипостась? Такого ведь быть не может.

Ой зря сказала. Стоит, злится, еще немного и взорвется. А я тут не при чем, у меня вообще-то любопытство взыграло.

— Да, не может. И у Рика твоего тоже не может. — При упоминании последнего индивидуум заметно поморщился. — Мы получили превращение в обмен на что-то важное для нас.

— Во-первых, Рик свой собственный, а во-вторых, на что ты тогда выменял волка?

Тишина, как в гробу. Не, как на кладбище, поздно ночью, при полной луне. А вдалеке воют голодные оборотни… Тьфу ты, уже кладбище мерещится! Что это со мной?

— На свой знак Дома.

Я поперхнулась.

Немного поясню: знак Дома у высших демонов — это такая маленькая, размером в ладонь, татуировка или выжженный рисунок напротив сердца. Делают рисунки с младенчества, как бы говоря, что с этого момента ты весь наш. Но отдать свой знак Дома, которому принадлежишь — это фактически продать всех своих родственников и себя в том числе. Как Дэрека еще не покарали за это, я не знаю, но даже если он постоянно будет носить на себе иллюзию, то рано или поздно его раскроют. Он просто совершил самое ужасное из всех преступлений. А еще наследник, называется.

Открыла рот и спросила:

— И кому ты отдал знак?

Индивидуум посмотрел на меня исподлобья.

— Тебе не понравится ответ.

— А он мне по любому не понравится, так что говори быстрей.

И этого ответа я никак не ожидала:

— И я, и принц Тенезии выменяли превращение у Эднааса. Эднааса Жинна.

Отошла на несколько шажков назад. От гневной тирады Дэрека спасло появление Ласа с книгой.

— Вот, смотрите, — сказал он, пристально разглядывая рассерженную меня, — синтаоки — малочисленный южный народ, кочевники. Не представляют никакой опасности для остального магического населения. Проповедуют магию Синта, никогда не уходят из своего племени.

— А можно поподробнее о магии, — попросила я.

— Угум… Главное божество пантеона, Ли Аматэр, богиня солнца, покровительница самой магии Синта. Ее последовательницы, жрицы, умеют призывать солнечную энергию в зависимости от из сил, то есть если ты Главная Жрица Храма, то призвать Солнце тебе не составит никакого труда, но если ты всего лишь начинающая, то приготовься к полной неудаче. Брат Ли, бог морей и штормов Саон, единственный мужчина-бог — изгнан из пантеона за излишнее тщеславие и зависть к сестре. У него нет ни жриц, ни жрецов. Ходит по миру всегда один. Богиня луны Мику — сестра Саона и Ли Аматэр. Царица мертвых и находящихся на Грани. Первая стала подозревать брата в измене, вынесла вопрос о его изгнании на совет. А, и вот тут есть приписка: Верховные жрица и жрец Храма Мику-на-Линаис владеет способностью проникать в чужие души, тем самым полностью порабощая их тела.

Магия Синта — это совокупность личных качеств каждой жрицы или жреца и даров богов.

Лас закончил читать. Вот они какие, синтаоки.

Я беспокойно переглянулась с индивидуумом.

— А как можно найти этот народ? — спросил он.

Лас подозрительно уставился на волка. Перевел взгляд на меня-а…

— Мне просто интересно с ними пообщаться! — воскликнула я. — Тем более на юге расположен Дакон — а с драконами я еще не общалась! Отпусти, а? Я тебе сувенир какой-нибудь привезу… Пожалуйста, Николас! Ты ж добрый брат! Отпусти, пожалуйста!

Заныла.

— Ладно-ладно, — сжалился надо мной брат. — Только я с тобой пойти не смогу, дел много. Но одна ты не пойдешь!

И он многообещающе улыбнулся, посмотрев на хищное лицо Дэрека. Куда я попала? Тут меня делить собираются!

— Братец, со мной ничего…

— Когда тебя лишили голоса, ты была в своей, подчеркиваю, своей комнате. И по идее там тоже с тобой ничего не должно было случиться. Однако.

Насупилась. Вот, весь кайф обломал. Но ничего, покерфэйс — наше все, а на нового спутника не обращаем внимания.

Решили выходить на следующее утро. С громкими воплями я отвоевала поездку на лошадях, заявив, что у меня болит нога. Каррэн разозлился, хлопнул дверью и до конца дня не заходил. Я же невозмутимо поправила серебряный обруч на голове и продолжила читать. Неожиданно страницы книги превратились в жидкий кисель. Увидев сие безобразие, я заорала. В комнату ворвались стражи, накинули на то, что было моей книгой, магическую сеть и отнесли это королю. Тот долго и смачно ругал попеременно мою нерасторопность, мое невнимание и того, кто наколдовал мне бомбочку. На киселе в этот раз не было никаких следов магического вмешательства, так что проклятия в этот раз я не заработала.

Вечером зашел милый мой Дэрек. Как он мне надоел за последнее время, прям жуть. Но бросать я его как-то даже не думала, особенно после его признания. Жалко мне его стало, очень. И совершенно не к месту я вспомнила тот день, когда я нашла его в лесу, избитого и полумертвого. Тьфу, умертвие ходячее.

— Прощения пришел просить? — стараясь не выдать своего истинного отношения к нему, ехидно поинтересовалась я. — Давай, я вся внимание.

На меня посмотрели тяжелым взглядом, окинули им же комнату. Я жду, индивидуум, жду.

— Прощения мне не за что просить. Помнишь, меня едва не убили?

Как же не помню — только что вспоминала. Однако упрямо помотала головой: "Нет".

— Странно, мне казалось, такое ты ни за что не забудешь. — На мгновение он задумался. — Мы тогда поспорили с Риком. Он хотел доказать мне, что я для тебя всего лишь друг, и узнай ты правду, мне было бы довольно худо. Я разозлился, сбежал из Зачарованного леса и действительно напоролся на охотников. Идиоты, они перепутали ликантропа с ликаном. А когда поняли свою ошибку — было поздно. Магии хватило только на перенос через телепорт. Кстати, ты никогда не замечала, но после твоих телепортаций в воздухе остаются довольно острые грани, будто бы ты ломаешь пространство, как стекло. Очень красиво.

Я недоуменно выгнула бровь, встала со стула и приблизилась к демону.

— Ты это к чему сказал?

Индивидуум тупо улыбнулся. Ммм… я не уверена, но кажется у кое-кого поплыло серое вещество в черепной коробке.

— К тому, что тебя довольно просто вычислить, но очень трудно догнать. Пройти за тобой через телепорт и оказаться израненным — вот что ждет любого, попытавшегося ступить в твою телепортацию. Я заметил это еще тогда, когда ты сбежала. Я сильно расстроился, узнав, что ты не разговаривала.

Я беспокойно прикоснулась ладонью ко лбу архонта.

— Да нет, вроде не горячий. Дэрек, с тобой все в порядке? — вопросила я, заглядывая в яркие зеленые глаза без эмоций. — Мне не нравится, что ты порешь здесь какую-то чушь. Тебя не прокляли случайно, нет?

— Если это можно так назвать.

Прервал нас Лас. Застал, так сказать, на самом интересном моменте. При этом лицо у него было, будто бы он нас не целующимися застал, а как минимум, уж простите за прямолинейность, возлежащими на кровати. Я ажно прыснула, увидев это выражение.

Уткнулась лбом в плечо Дэрека и предательски расхохоталась. Николас, дай Тереза ему личного счастья и терпения моего присутствия, еще больше смутился и поспешно закрыл дверь, оставаясь в коридоре. Индивидуум задумчиво запустил пятерню в волосы, взлохматив и без того торчащие в разные стороны лохмы. А я вдруг поняла, что устала просто неимоверно, и потому без лишних слов чмокнув противного архонта в щеку и выдворив его за дверь, устала повалилась спать. Только-только взошедшая луна кокетливо подмигнула мне серебряным глазом прежде, чем я уснула.

Я стою перед зеркалом. Вместо меня в нем отражается образ Эднааса Жинна. Я прижимаю ладонь к холодной поверхности, и отражение пугливо отпрыгивает. Я дергаю головой, и вместо шамана передо мной появляется Рик. Счастливо улыбаюсь ему, но он отрицательно машет головой и превращается в Филиппа дель Тэро. Я понимаю и отшатываюсь назад. Ректор Академии хохочет фирменным смехом главного злодея.

Я проснулась в холодном поту. Нет, этого не может быть! Рик, да и Фил тоже — они не могут быть шаманом! Они не могут быть одним и тем же лицом!

Я медленно успокоилась. Мозг отказывался принимать информацию, и я тоже постепенно пришла к выводу, что весь сон — просто кошмар, навеянный нерешенными вопросами. Какой дурак, извините меня, поверит в предложение: "Филипп дель Тэро и шаман Жинн — одно лицо"? Правильно, только маразматический старик, а я ведь не такая. Я прекрасно знаю своего ректора и даже думать не смею о его предательстве. Исключая только его родство с королем Сорена.

Посмотрела на потолок. Из силуэтов теней, отражавшихся там, можно было составить причудливые узоры, а если долго смотреть вверх, то сквозь проступившие слезы можно увидеть загадочный лица.

Мотнула головой. Что-то со мной не так. Сначала этот странный голос в моей голове, с каждым ответом становившийся все противней и противней. Потом изменившийся запах ауры, заставивший даже непробиваемого Дэрека разволноваться. Затем сон. Вдруг я поняла, что образы Жинна и Рика смешивались в моем сознании не один раз — мой самый первый сон-предсказание, где после образов инкуба и суккуба появился шаман, а затем и золотой тигр. Не это ли подсказка?

Брр… Так можно мнительным маразматиком стать! Все, перестаю думать о сне и ложусь спать. Больше мне ничего не приснится.

Знакомый сон. Я иду по темному переулку. Мне навстречу выходит симпатичный человек с темно-русого цвета волосами длиной до лопаток и странными яркими, как фонарики, зелеными глазами. Он подходит ко мне, и я с ужасом осознаю, что две стороны лица у него сшиты грубой веревкой: одна часть женская, другая — мужская. Оно оскаливается и тянет свои… лопаты, по-другому сказать о его руках нельзя, к моему лицу. Я цепенею. Неожиданно оно медленно опускается на колени, и уже через миг передо мной стоит тот самый шаман Эднаас Жинн. Но и это не последнее превращение — шаман ухмыляется, показывает ряд идеальных белых зубов и исчезает. Вместо него около моих ног сидит золотой тигр. Рик. Он просто великолепен. Я тяну руку, чтобы погладить его, но зверь оскаливается, рычит, прикусывает мои пальцы и чуть не откусывает мне кисть. Я отпрыгиваю назад и вижу виноватый взгляд зверя. Он поднимается и идет ко мне с таким видом, будто я могу поругать его или ударить по морде за неподобающее поведение. Я отвечаю ему неверующим в его раскаяние взглядом и начинаю отступать. Рик испуганно делает шаг в мою сторону. Я от страха спотыкаюсь и приземляюсь на пятую точку. "Ты же не он!" — говорю я. "Прости, Рита", — склоняет голову тигр. — "Он — не я, но и меня ты не найдешь".

* * *

Утром я была сама не своя. Все время тряслась, мучилась, вспоминала прошедшую ночь. Ари не хотела меня отпускать, но я ж упертая, всего добьюсь сама. Выпив горячего шоколада, я натянула самую вежливую из улыбок и пошла седлать Фобоса.

— Ос, милый Ос! — шепнула я коню, почесывая того за ухом. — Ты не представляешь, как меня забодали эти дурацкие сны! Я не знаю, куда от них деться.

Фобос задумчиво посмотрел на меня, ласково фыркнул в волосы, мол, да ладно, плюнь на них, и мотнул головой в сторону дверей конюшни.

— Идем-идем!

На подходе к южной границе, что случилось часов через десять-одиннадцать, я заныла:

— Дэрек, а, Дэрек… Может остановимся, а?

Вышеназванный закатил глаза и нарочито громко вздохнул.

— Хорошо, заночуем в доме для постояльцев.

— А мы найдем его? — засомневалась я. — Да и вряд ли сможем отдельные номера занять — наверняка все раскупили.

В ответ мне была очень многообещающая улыбка. Ну ладно, птица Божия, мало тебе не покажется за эту улыбочку!

Гостиницу мы нашли. Даже с ресторацией. И двумя отдельными номерами. Начинаю любить архонта — как же он торговался, прям загляденье! Он еще и лишнее место для наших коней нашел и уговорил повара отдать немного морковки моему коняке.

В тот момент, когда Дэрек вышел на улицу обрадовать меня, я вляпывалась в очередную неудобоваримую для меня ситуацию. Как дело было: я с двумя конями стояла перед зданием и никому, собственно, не мешала. Фобос рычал (как только делать это умеют азиаты, я еще не поняла) на каждого, кто косо поглядел на меня, я рычала на того, кто косо поглядел на Оса. И кое-кому наше поведение не понравилось.

Три крупных с виду дядьки, по-другому язык не поворачивается сказать, подошли к нашей троице вразвалочку, крутые такие, сами с усами, пятью подбородками и немереным количеством жира под кожным покровом. Первый ухмыльнулся и спросил, флиртуя по его мнению:

— И что же такая красоточка делает около гостиницы одна, да с двумя лошадьми, одна из которых явная степная азиатка?

Я вновь порадовалась, что ко мне вернулся голос:

— Женишка милого своего жду. — Ос закатил глаза, мол, язва ты, Итка, язва! — Вы спросить что-то хотели, да?

Троица дядюшек переглянулась.

— Давай-ка, красоточка, не будем твоего жаниха ждать, — предложил второй. — Чай ты и без него прожить сможешь.

Грустно вздохнула. Ну да, ну да…

— Так такое дело у меня: связаны мы с ним узами нерушимыми, священными. — Говорила и чувствовала: еще предложение — и расхохочусь. — Он как колечко на меня надел, так и собственностью я его стала. Эх ты, жизнь моя жестянка!

И "запела" песенку водяного, которую в мире Терезы подслушала:

— …Ля-ля-ля-ля, я, эм, маг никакой.

Поговорил бы кто со мной!

А то мои подружки -

Пиявки да лягушки (фу, какая гадость!).

Эх, жизнь моя жестянка!

Да ну её в болото!

Живу я, как поганка,

А мне летать, а мне летать,

А мне летать охота! О как!

Фобос под конец моей рулады подозрительно зачихал. Ржет, похоже, животина моя над хозяйкою своей. Впрочем, смеялся не он один. Мне не повезло, и как только я произнесла последнее слово, за моим плечом возник индивидуум:

— Девочка моя, — тут он явно перегнул, — пожалуйста, у тебя после свадьбы связки в норму не пришли, не пой больше. У меня инфаркт случится.

"Ах ты ж гад ползучий! Змей подколодный!" — мысленно развозмущалась я. — "Меня тут похитить хотят, я спасаюсь, как могу, а ты! Ух я тебя!"

Три здоровенных дядьки с интересом поглядывали на улыбчивый столб за мной. Ничего, ребятушки, после того, как вы его хвост и рога увидите, вот тогда интереса прибавится-а-а!

— Ты, что ль, жаних ее? — наконец-таки подал голос третий. — Будем знакомы — Василий. — Подал руку.

— Да, жених. Звать Кеша, — вспомнила я еще один мультик. Попугай Кешка и кот — мои любимые персонажи! — Превращается в попугая.

Ага, в попугая. С рогами, хвостом и крыльями в придачу. Мне не жить.

"Ведьма!" — пришло шипение от Дэрека.

"Сам такой! Демон!"

Дядьки заржали. А индивидуум мирно фыркнул, и показал частичную трансформацию. Юмор ситуации пропал, словно корова языком слизала.

На лице первого "похитителя" проявилось уважение.

— Каррэн! — воскликнул он, отчего у меня отвисла челюсть. — Да я тя не признал сразу! Прости, дорогой! Слушай, а я и не знал, что ты жанился! Ой, ехидная она у тебя.

Медленно повернула голову в сторону индивидуума. Скрестила руки на груди.

— Так, дорогой, а ты не представишь нас, нет? — с самым милым видом, на который была способна, вопросила я. — Неудобно как-то, все-таки надо же будущей Повелительнице архонтов знать, кого в узде держать, не так ли, милый? И что-то подсказывает мне, что начну я свой воспитательный процесс именно с тебя, противный мой.

Лиц знакомых Дэрека я не увидела, но вот откровенное насмехательство на мордашке архонта — ради этого стоило сказать две последние фразы.

— Конечно, девочка моя. — Меня мягко развернули, явно сдерживая гнев. — Один тебе уже представился — Василий. Второй — Богдан. Третий — Святослав. Они одни из торговцев, постоянно продающих нашему повару мясо.

Я согласно кивнула. Повернулась к улыбавшейся троице.

— Вы бы сразу намекнули, что этого попугая знаете, — сказала я, фыркая. — А то я тут мучаюсь-мучаюсь, жалуюсь вам на судьбу нелегкую…

Договорить не успела. Уставший индивидуум схватил меня за талию, зажал ладонью рот и утащил в мой номер. Я честно брыкалась, царапалась и кусалась, несколько раз пыталась превратиться, но кое-кто умный поставил блок на мою магию. В конце концов взъерошенную меня усадили в кресло и злобно нависли сверху:

— Когда. Ты. Научишься держать. Язык. За своими. Зубами? Жить надоело?

Все еще дующаяся я показала язык архонту.

— Встречный вопрос: а когда ты научишься рассказывать мне всю мало-мальски важную информацию сразу, а не после того, как я стала оную из тебя железными клещами вырывать? Мне надоело изумляться по поводу и без, узнавая все новое и новое о тебе. Сел бы как-нибудь, рассказал все, что я еще не знаю, и вздохнул спокойно. У меня и без тебя полно проблем.

Ох, зря я вспомнила о бабуле. Сразу какая-то апатия навалилась. Одна надежда — по дороге я все свои проблемы решу. И Василису найду.

Дэрек выдохнул и вылетел из комнаты, громко хлопнув дверью.

— Ну и вали! — крикнула я ему вслед. — Больно мне нужна твоя поддержка! Без тебя разберусь!

Поссорились на ровном месте.

Притворно громко топая ногами, я отправилась в ванную. Помыла голову, высушила волосы, заплелась, щелкнув пальцами, удалила с одежды следы пота и грязи. И, высоко подняв подбородок и выпрямив спину, я отправилась вниз, в ресторацию. Там я быстренько перекусила, перекинулась несколькими фразами с поваром и утопала к себе.

На подушке нашла маленькую связку цветов бегонии.

— Романтик! — скептически произнесла я. Цветов, однако, не выкинула.

Самое интересное — Рита ошибалась. Цветы ей подарил не архонт, он вряд ли стал бы предупреждать ее таким способом. Бегонии на языке цветов означают "предупреждение", а значит это был совершенно другой человек. Девушка же даже не подумала об этом.

Цветы ей подкинул Тэро.

— Вставай, сова, нам идти пора!

Как вы думаете, кто кого будил? Ну, конечно, я его. Схватила подушку и со всей силы треснула индивидуума по голове. А потом еще от души шандарахнула его сдвоенным "утренним кофе" — то есть специальной звуковой волной, воздействующей направленно на подсознание.

— А-а-а, дура! Убью! — заорал Дэрек, подскакивая до потолка.

В меня полетел фаербол. Сильный. Злой. Увернулась, все-таки пятый курс Академии закончила. Полусферический щит — вещь универсальная, а фаерболы для него фигня.

Индивидуум в одно мгновение накинул на себя свою вторую ипостась.

— Дезинтеграция! — зашипел он.

Об этом заклинании демонов я слышала только понаслышке, но недаром у меня была пятерка по смертоноскам. Дезинтеграция — это разнесение сложного на простое, если иначе, то расчленение. Будем считать, что Дэрек спросонья просто перепутал заклятья.

Щит смертных очень узконаправленный. Он может защитить только от двух видов смертоносек — волны хаоса и как раз моего случая.

Красный луч ударил прямо мне в голову, но отскочил от скрещенных перед глазами пальцев. Сквозь замысловатую фигуру из трех крестов я заметила ошарашенный взгляд зеленых глаз.

— Проснулся? — будто бы ничего не было, поинтересовалась я. — Тогда марш в ванную умываться, потом перекусим и дальше в путь.

Ушел, а я отомстила, понизив температуру воды градусов так на девяносто-сто. Крика, жаль, я не услышала.

Завтрак провели в полнейшей тишине, в тишине и сели на коней. И только около границы я решилась вопросить:

— Что скажем на границе?

В ответ — молчок.

— Ой, дуйся на здоровье, — не выдержала я. — Я сама все сделаю.

И подстегнула Фобоса.

Драконы оказались… цветными. Фиолетово- и синеволосыми. А их раскосые миндалевидные глаза были неестественного чистого янтарного оттенка. Высокие скулы и тонкие, бескровные губы ярко выделяли общую, так сказать, мертвенную бледность. В общем, не могла я доказать общеизвестную теорию о красоте этой расы. Да, загадочные, да, привлекательные, но не красивые. Скорее пугающие своей бледностью.

Прокашлялась и заговорила на драконьем:

— Рада видеть пред собой столь величественных людей… — Черт! Я ступила!

Индивидуум закатил глаза и решил перевести огонь разозленных "людей" на себя:

— Простите неумеху, знать не знает, что говорит, — хитро поблескивая радужками глаз, молвил тот. — Можно вас на пару слов?

Я возмущенно выдыхала, он разговаривал и смеялся с драконами. Еле-еле дождавшись утвердительного кивка одного из даконцев, я запрыгнула в седло.

— Дэрек, поехали.

Подмигнул змей подколодный и перекинулся еще парой слов с нелюдями. Но не будь я Ритой Рей, если б не сказала:

— Передавайте привет императору! Надеюсь, еще встретимся с ним живым.

Индивидуум зарычал и хлопнул Оса по одному из полупопий. Коняка сорвался в скоростной галоп. Заскрипела зубами.

Внезапно правый висок пронзила острая боль. Перед глазами поплыло, а в ушах прошепелявил знакомый голос:

— Догадалась! Тогда мы скоро встретимся, нефрит, или же Ведьма турмалина, король Ауренты и старушка-гадалка будут зарыты в землю. А после рядом с ними будет лежать Ведьма рубина.

Фобос резко встал на дыбы и громко заржал. Я, дернувшая головой, рванула повод на себя и еле успела остановить разбушевавшегося азиата.

* * *

Синтаоки — странные люди. Вот вроде и маги, а вроде бы и нет. Найти мы их смогли очень быстро, даже не пришлось никого просить о помощи. Хотя, если быть более правильным, то именно один из этого племени и нашел нас, э-э, меня.

Нам навстречу шел узкоглазый человек, изредка помахивая руками. Увидев нас, он замахал ими и пошел значительно быстрее. Остановился около Оса, кивнул и протараторил:

— Мы Вас так долго ждали, идемте скорее. Жрица Вас ждет.

Без моего на то разрешения, синтаок взял в тонкокостные ладони повод и повел моего коняку за собой.

Поселение синтаоков оказалось очень маленьким, буквально крошечным, но большой шатер впереди окончательно подтвердил мои мысли — в нем живет жрица. Какого бога, я не знала, но внутренне надеялась на Мику.

Узкоглазый помог мне слезть с коня и приподнял завесу ткани.

— Проходите.

Прошла. Посередине шатра лежала, скрестив руки на груди в молитве, молодая совсем девушка. Она была рыжей, а ее лицо оказалось усыпано веснушками. При моем появлении девица открыла глаза, не такие узкие, как у других, и серые, как стальные серьги.

— А я ждала тебя, Рита.

Голос такой знакомый. Я определенно слышала его раньше. Но только где?

— Я — твой внутренний голос, Рита. Я жрица храма Мику-на-Линаис.

— Ты… вы… как так получилось, черт возьми? — воскликнула я и села на пол от ответа:

— Я умирала, мне надо было найти что-то, что поможет выкарабкаться. Похожую на мою же ауру я нашла только у одного человека — у тебя. Пришлось прикрываться внутренним голосом, гордостью, скрывать твою изменившуюся ауру. Извини за подглядывание личного, я не хотела этого делать.

— Тогда почему я сама не смогла определить Ваше вмешательство? — вопросила я, находясь в глубоком ауте.

Сказанное жрицей еще больше походило на мое безумие:

— Я так захотела.

О как, значит. Меня использовали вместо веревки, чтобы выползти из болота.

Жрица тоже села.

— Я могу помочь тебе, — сказала она, глядя в мои глаза. — Я знаю, как уничтожить шамана и спасти твою семью. Ты доверяешь мне?

Засомневалась я в ее полезности, однако, чем черт не шутит? Кивнула.

— Найти шамана-ректора ты сможешь в Академии. Обязательно соглашайся со всем, что он будет говорить и делать. До этого на чердаке старой обсерватории, ты знаешь где это, сможешь найти своего друга. Он без сознания, провалялся там около семи месяцев. К шаману придешь одна, предварительно договорившись с ним — ты в обмен на троих членов семьи. Скажешь им, чтобы ушли далеко, сама же, как только удостоверишься в своем тет-а-тет с ректором, дослушаешь его огромную речь (она обязательно будет) и произнесешь заклинание бури.

Я раскрыла рот.

— Но ведь буря сметет все к матери ликанов! — воскликнула я. — Она и меня заодно там под слоем песка погребет!

Жрица покачала головой.

— Нет, ты успеешь телепортировать. Главное — сумей убить шамана. Любыми способами. Как хочешь. А потом скрой следы своего вмешательства песками, телепортируй и скройся на несколько месяцев, а по-хорошему — лет. Чем дольше о тебе не будет слышно, тем лучше. Пусть считают, что Ведьма нефрита героически погибла.

От такого заявления меня передернуло.

— Да ну тебя нафиг, мой внутренний голос! Я не хочу скрываться!

— Так надо, — гнула девица свою линию. — Тебе в первую очередь будет спокойнее.

— Хорошо, допустим, я скрылась. Вопрос: где? — Выразительно приподняла бровь.

— Умоляю, не смеши меня! — расхохоталась девица. — Эль`Грин примет тебя с распростертыми объятьями. Эльфы помогут изменить внешность, вернут коня в целости и сохранности, обучат своему мастерству. Они любят всех Ведьм, тем более знакомых с их принцессой. Ты будешь у них как сыр в масле кататься и ни капельки за это не платить.

— Хорошая идея, — протянула я, задумываясь. И вдруг выпалила: — Ты тогда сможешь остаться моим внутренним голосом? Скучно будет, а так хоть потрепаться есть с кем.

Жрица улыбнулась и кивнула. Она протянула руку:

— Зови меня Микаэль, ненавижу это "жрица".

Микаэль — красивое имя, созвучное с Мику. Но это "-эль" меня интересует куда больше.

— Ты, случаем, не эльфийка? — подозрительно спросила я, пожимая руку. — У них "-эль" везде встречается.

На дверь боязливо посмотрели и тихо-тихо прошептали:

— Никому, поняла? Узнают, что я не синтаок, прибьют.

Тогда я тоже очень тихо задала еще один вопрос:

— Как так получилось, что эльфийка поклоняется богине кочевников?

— Я сбежала из дома, как и ты, только в семь лет. Присоединилась к синтаокам, сказала, что человек, выучила их магию. Затем нашла в себе способности жрицы Мику. Папа в это время очень сильно меня искал и придушить хотел. Рада же была совсем маленькой.

За мое ухо зацепилось брошенное вскользь "Рада".

— Так ты и есть та самая пропавшая принцесса эльфов? — изумленно выдохнула я. — От-эт да-а!

Микаэль закивала и вывела меня на улицу. В голове проснулся ее голос:

Слушай, может, мне вернуться?

Вернись. Заодно меня представишь своему отцу.

Договорились! Встретимся у папы.

Краем глаза я заметила довольную улыбку Микаэль. Нет, от такой подруги я ни за что не отделаюсь — она же меня шантажировать будет своими знаниями!

Глубокой ночью, когда Рита уже спала, Верховная жрица Мику, она же наследная принцесса эльфов Микаэль эль`Гринел, собрала совет старейшин в своем шатре. Ей надо было выбрать преемницу, достойно заменившую бы ушедшую.

Шесть женщин, одна другой моложе, преданно смотрели на эльфийку.

— Госпожа, зачем Вы собрали нас в такое позднее время? — спросила самая первая, самая зрелая женщина-синтаок.

— Элара, я ухожу. Мне хочется, чтобы одна из вас была следующей после меня, — спокойно ответила Микаэль. — Хватит мне скрываться от настоящей семьи, прошло более двадцати лет. Я соскучилась по ним.

Элара опустила глаза. Вместо нее голос подала другая:

— Вы не можете покинуть нас, госпожа, в такое время! Драконы совсем обезумели, поклоняющихся Саону с каждым днем становится все больше и больше!

— Я сказала, значит так и будет, Наэра! — прикрикнула тогда эльфийка. — Я не потерплю указов мне!

Наэра пристыженно покраснела:

— Простите, госпожа, я виновата. Сорвалась.

Микаэль снисходительно кивнула.

— Прощаю. Наэра, ты мне, как вторая мать, не заставляй меня злиться на тебя. К сожалению, следующей ты не будешь — в законах явственно написано: "Жрице должно быть не более тридцати". Тебе — тридцать семь.

Женщина покаянно опустила голову и сказала срывающимся голосом:

— Я могу помочь в выборе, госпожа.

— Именно за этим я и попросила тебя прийти.

Эльфийка обвела взглядом всю компанию, набрала в грудь воздуха.

— Элара, я доверяю тебе будущее нашего племени, — сказала Микаэль и получила одобрительный кивок Наэры. — Ты будешь достойно нести свое звание и охранять народ синтаоков. Клянешься ли ты исполнять семь законов синтаоков и править так же честно, как и правила твоя предшественница?

— Да, госпожа. Клянусь.

Микаэль в это же мгновение подскочила, улыбнулась и растаяла в воздухе, напоследок кинув:

— До свидания.

Глава 8. До свиданья, или Я смываюсь в Эль`Грин

Дэрек поехал вслед за мной. Я пыталась его отговорить, но упертого, как винторогий козел, винторогого демона не получилось. Индивидуум рвался узнать, о чем же это я говорила с Микаэль, но так ничего и не добился. Сказав, мол, это лично наше девичье дело, я усыпила бдительность (и мнительность) архонта. Идея вернуться в Академию не понравилась индивидууму. Он, оказывается, не рвался посетить нашу альма-матер и не хотел пускать туда меня. Причин визита я не обозначила.

Фобос, прознав про скорую поездку "домой", едва не порвал меня на части. Если б вы видели, каким гневным он был тогда, честное слово, закачались бы! Конь рвал и метал, подозрительно метко хлестал меня хвостом и рычал, как только умеет делать. Пришлось уговаривать его морковкой и яблоком, сказать, что со мной ничего не случится, и мы с ним обязательно встретимся потом. Успокоила.

Утренняя пропажа Микаэль меня не особо взбаламутила. Я прекрасно поняла, куда смоталась рыжеволосая эльфийка, и молила Терезу о спокойном принятии сбежавшей дома. Пусть у бывшей жрицы все будет хорошо, а я постараюсь сделать все так, как она мне сказала.

Дорога в Сорен. Несколько границ, ночей, проведенных в гостиницах, скандалов с Дэреком.

Однажды я наткнулась на Петру. Она отдыхала в одной из гостиниц и была безумно рада меня увидеть. Посмеявшись над тем, что в этот раз мы встретились, когда со мной был спутник, она поинтересовалась, является ли он моим женихом. С каменным лицом мне пришлось говорить "нет".

Я мечтала о спокойной жизни, но подсознанием понимала — все не так просто будет и после. Наверняка найдется еще кто-нибудь, кто захочет успокоить бешеную Ведьму нефрита. Многим в нашем мире нужна лишь власть.

В последний день моего пребывания я успела пожаловаться индивидууму, что боюсь. Чего боюсь, я не сказала, но мысленно добавила: "Боюсь рассказывать Лилит о предательстве ее отца". Архонт фыркнул и пропустил мои слова мимо ушей, мол, забей. Ага, ему забей, а мне потом разбирайся.

Академия Магии была такой же, какой я ее оставила. В ней ничего не изменилось, только теперь я чувствовала нахождение в ней моих родных.

— Подожди здесь, — сказала я Дэреку и слезла с Фобоса. — Как только из дверей выйдет моя семья, уходите. Чем дальше, тем лучше.

Архонт грациозно спрыгнул с коня и преградил собой мой дальнейший путь.

— Тебя ждать? — спросил он.

— Я постараюсь прийти как можно скорее. — Абсолютная неправда.

Кивнул и пропустил вперед. Я буду надеяться, что по истечении времени нового побега и Лас, и Василиса, и Асура, и Дэрек простят меня.

Входные двери открылись со знакомым мне скрипом. Внутри здания царила полнейшая тишина, изредка нарушаемая звуком падающих капель воды где-то на уровне второго этажа.

Старая обсерватория находилась совсем недалеко, буквально через четыре пролета. Стараясь не особо бухать своими каблуками, я побежала по лестнице, ведущей в астрономическую башню.

Рик действительно был там. Искровавленный, полностью лишенный резерва он валялся на грязном полу обсерватории. И ринулась к нему.

— Рик, очнись! — зашептала я, одновременно залечивая раны. — Кастильо, черт бы тебя подрал, — очнулся немедленно, или я опробую на тебе дезинтеграцию демонов!

Странно, но предупреждение помогло. Вылеченный маг подскочил и осоловело осмотрелся.

— Рита?

— Да-да, это я. Быстро сваливай отсюда! Внизу Каррэн стоит, вот к нему и иди. Вместе дождетесь моей семьи и сбежите. Все ясно? Тогда чего сидишь, вали давай!

Дождалась, пока он исчезнет из вида. Затем я повернулась и спустилась в актовый зал — почему-то именно туда меня повела моя интуиция.

Она не ошиблась. Действительно посреди зала я увидела бабушку, брата и сестру, слаба Богине не тронутые никем и ничем. Но вот у них мое появление радость совсем не вызвало, и они в три глотки заорали на меня:

— Какого ты сюда приехала, Рита? Это ловушка.

Я отмахнулась.

— Эй, сеньор дель Тэро, отпусти их! — крикнула я в пустоту. — Мы договаривались — я прихожу, и моя семья уходит.

Я рванула к своим и сунула в их руки камень телепортации. Незаменимая вещь, скажу я вам! Но в этот раз мне пришлось самой их телепортировать — сами они ни в какую не соглашались. Наконец-таки я осталась наедине со своей смер-р-ртью (по определению Микаэль).

Как только исчезла бабушка, предо мной показался Филипп. О да, именно мой бывший ректор, так хорошо ко мне относившийся. Я знала его с малых лет, а он предал меня. Такого я ему никогда не прощу.

— Здравствуйте, сеньор ректор. — Я присела в низком реверансе. — Или как мне называть Вас? Шаман Эднаас Жинн? Лже-Рик?

— Как была язвой, так и осталась. — Он кивнул сам себе. — Можешь называть меня, как захочешь, я с покойниками не фамильярничаю.

Я скорчила понятливую мину.

Фил махнул дланью, и меня подозрительно быстро распяли на кресте. Благо, бечевкой привязали, а не прибили.

— Знаешь, я всегда думал — почему же я так ненавижу Ведьм? Мне нужна всего лишь власть, деньги, способность управлять природой. Как вы, отбросы магического общества, можете мешать мне? Однако я смог догадаться — вы, жрицы Природы, таите в себе огромную опасность, приносимую тем, кто хочет посягнуть на ваше. На магию природы. На друидов.

Я один из таких шаманов. Всегда нашей целью было подчинение стихий, ведьминого круга и других, мало известных тебе вещей. Но Ведьмы всегда вставали у нас на пути, преграждая такую желанную добычу. Я возненавидел вас еще тогда, когда умер.

В тот раз меня уничтожила рубиновая. Она была такой красивой, такой желанной, что я не смог устоять. Но она обманула меня, хоть и клялась в любви. Ведьма испепелила меня огнем, сумев затронуть им даже мой дух. Я не смог нормально добраться до Ябмеаймо и сумел возродиться вновь. Рубиновая умерла через несколько дней от тифа, насланного мной. Позже я стал продолжать дело своих предшественников и одну за другой убивал Ведьм.

Но как я долго охотился за твоей семьей — только Рута знает. Сколько нефритовых обвело меня вокруг пальца, сосчитать невозможно. И наконец девять лет назад я сумел уничтожить и твою мать, и твоего отца. Я не смог убить только тебя и твою бабку-гадалку. Тебя я найти не смог, а о бабке услышал сплетню, будто умерла она. Впервые за две сотни лет я смог вздохнуть спокойно.

Я навсегда принял личность Филиппа дель Тэро, забрал у своего брата его дочь, Лилит, назвав своей. Глупышка, я стер ей память, она называет меня своим отцом и даже не подозревает об обмане. Но все мое спокойствие стерло появление маленькой девочки, так похожей на пропавшую принцессу Ауренты. Знаешь, я тогда не стал принимать всерьез мысль о том, что это именно ты и была.

А через несколько лет я встретил Рика — правнука той, кого любил когда-то. Все это время я пристально следил за ним, из-за чего он вбил себе в голову мою привязанность к сеньоре Авроре. Он-то мне и сказал, что моя ученица Рита Рей имеет все возможности Ведьмы.

Я показал Рику себя-шамана, сказав, что пусть он встретит тебя в таком облике. Ему понравилась идея, он ухватился за нее, как утопающий за ветку, и действительно взял себе эту "ипостась". Взамен же я дал ему способность превращаться в золотого тигра.

Я помню, ты так удивилась, когда я сказал тебе отправляться в Тенезию, что мне даже жалко тебя стало. Но только представив, как ты мстишь мне за своих предшественниц, то мои глаза перекрывала кровавая пелена — ты не представляешь, как я хотел и хочу твоей смерти!

Я устало вздохнула. Ни фига себе, задвинул! Это он мне будет все от сотворения мира рассказывать, да?

— Дальше, как ты догадалась, определенные сны насылал тебе я. И в том зеркале тоже был я. И конверт с проклятьем тебе прислал тоже я. И армия умертвий тоже была моей. Проходит какое-то время, и до меня доходит слух — вновь нашедшаяся принцесса Аннарита Рей пропала. Куда — неизвестно, зачем — неизвестно. Но я догадался. Ты, как и твоя мать, ушла к своему Создателю, в другой мир. После твоего возвращения я решил действовать…

— Я поняла, — невежливо перебила его я. — Мстить захотел. Меня другое интересует — а зачем ты забрал у Каррэна знак его Дома? М?

Бывший ректор расхохотался злодейским смехом. То есть, хрипом с кашлем.

— Каррэн! Тот самовлюбленный демон-архонт! — Несмотря на ситуацию, я согласилась с Филом. — Он просто заключил со мной сделку, в результате которой я подарил ему волка, он же просто-напросто отдал мне свой знак. Нет, конечно, началу сделки послужило мое нелегальное путешествие в Иллину. Молодой архонт сказал, что не выдаст меня, если я сделаю ему одну услугу. Я согласился.

Умертвие ходячее! Ирод проклятущий! Идиот винторогий! У меня слов на него не хватает!

Шаман, он же ректор, еще раз махнул рукой, и под моими ногами появилось сено. У, да здравствует Средневековье на Земле — Ведьму сжигать будут!

— А где ритуальные пляски бешеных саамов-нойд на будущей могилке Ведьмы? — поинтересовалась я, мысленно лихорадочно ища выход из ситуации. — Мое последнее желание, увидеть танцующего шамана, будет исполнено?

— Будет-будет, — заверили меня.

А я наконец нашла выход: Уничтожающее проклятие, которым та рубиновая убила шамана. Оно мне и поможет. А пока…

— Спасибо, кстати, за все знания, которые ты дал мне, — от души "поблагодарила" я. — Если бы ты не принял меня в Академию, то как бы я тебе мстила, а?

Пожал плечами, старательно выводя руны огня перед импровизированным костром.

— Короче, спасибо тебе за приют, за хлеб, за воду, и пока, — быстренько завернула свою речь я и произнесла заклинание: — Гррах ташшен шарендар! Ухшасс терршанн шаорринан!

Ух, какими мы были злыми! А-а-ай, прям закачаешься! Запах, правда, от горящего мяса и тлеющих костей был не особо приятным. А вот кучка пепла мне понравилась — возродиться эта сволочь уже не сможет.

Руны огня пришли в действие, сено вспыхнуло в один миг. У меня перед глазами пронесся образ Микаэль, я успела призвать песчаную бурю. Налетел ветер, задул костер, и, уничтожая все на своем пути, в актовый зал ворвался смерч. Зажмурилась и телепортировала в последнюю минуту перед тем, как смерч закрутил в себе крест и сено.

Дэрек встретил хромающего Рика ошарашенным взглядом, но ничего не сказал. Архонт прекрасно знал, что Рита скрыла настоящую правду от него, но надеялся на ее совесть. Как сказала бы принцесса — зря.

Пять минут, и перед ними возникла семья Риты. Все трое выглядели разозленными и рвались внутрь Академии, пылая гневом. Дэрек остановил их и отвел всю компанию во главе с конями подальше от здания, как и приказала Рита. Компания принялась ждать девушку.

Казалось, прошла целая вечность, но девушка все не появлялась. У архонта уже зачесались руки наорать на кое-кого за такое долгое отсутствие, но неожиданно он увидел черный дым, выходящий из приоткрытого окна третьего этажа, прямо из актового зала.

Каррэн рванулся туда, но почти восстановившийся дон Кастильо остановил его — окна зала разлетелись осколками, рамы вырвало с корнем, и из них наружу вырвался песок. Он поднялся в воздух, превратился в смерч и раз и навсегда уничтожил альма-матер. Руины Академии упали в бездну, раскрывшую пасть в ожидании красивого падения.

Все застыли. Потом Лас упал на колени и обхватил руками голову. Дэрек пошатнулся. Рик изумленно переглянулся с Асурой. Василиса закрыла рот ладонью, стараясь удержать слезы.

Они все поняли, что это сделала Рита. Но никто не догадался, что она спаслась.

* * *

Я нахожусь на зеленой полянке, мирно прикрываю глаза и никому не мщу. В груди полнейшее спокойствие, тишь и благодать. Внезапно передо мной появляется Тереза. Она улыбается.

"Ты молодец, Рита", — говорит она, присаживаясь рядом. — "Правильно ли ты сделала, вновь скрывшись от своих, я не знаю, но эльфы могут видеть будущее. Им лучше знать"

"Я не хочу расстраивать родственников. Но получается"

Тереза смеется. Потом махает рукой и смеется снова. Я вместе с ней.

Солнечные лучи пригревали мою иссиня-черную макушку. Мой нос еще глубже зарылся в мягкую подушку с лебяжьим пухом. Спину приятно холодил маленький сквозняк. Блаженство! Не хочу вставать — пошли они все к матушке ликанов! И вообще, у меня психологическая травма, полное истощение и ожоги ног. Я отдохнуть хочу!

Но отдохнуть мне не дали. Влетевшие в мою спальню в эльфийском дворце две эльфийки-принцессы принялись щекотать меня и тормошить. Одеяло с меня куда-то уползло, подушка была нагло выдернута из-под пригревшегося носа. Под конец они еще больше раздвинули шторы, а на меня сверху вылили ведро ледяной воды.

— А-а-а!

Эффектный выход из того полусна, в котором обитало мое сознание, прервал мой собственный жалкий вид, открывшийся в зеркале. Худая девушка с серо-синими глазами, в висевшей на ней мешком рубашке (до встречи с шаманом бывшая ей впору), с некрасивыми красными следами на стопах и мокрыми волосами, по которым ручейками сбегала вода. Жуть да и только.

Микаэль обвела взглядом всю "красоту" и вынесла вердикт:

— Тут не эльфийская диета нужна, а драконий аппетит! Сколько килограммов ты потеряла вчера, Ита? Нет, я, конечно, знала, что на бурю понадобится энное количество сил, но кто мог подумать, что ты еще и Уничтожающее проклятие приплетешь!

Рада согласна закивала в такт словам старшей сестры.

— Совсем ты не думаешь о своем здоровье, Ита, — назидательно сказала эльфийка. — В твои годы только о фигуре и надо заботиться, а ты! Эх!

Я посмотрела на эту парочку и прищелкнула пальцами, от волос тут же повалил пар.

— Девчонки, большое спасибо за приют и тому подобное, — повторяюсь. Я же это говорила шаману. — но можно я не буду так рано вставать?

Последнее предложение я прям-таки прорычала. Микаэль и Рада плотоядно улыбнулись и свернули на другую тему.

— Иточка, — пропела младшенькая, — а ты представляешь, кого мы привезли сюда? Никогда не догадаешься.

Я вскочила с кровати. Девчонки еще больше растянули рты в улыбках.

— Твою подругу, Лилит, и твоего коня, Фобоса. Нам еле удалось перенести их сюда. Ты знаешь, как трудно телепортировать коня? Ты нам за это должна!

Они обе гордо выпрямились. А я выбежала из комнаты и упала в объятья блондинки.

— Итка! — заорала Ли на меня не своим голосом. — Чтоб я тебя еще раз отправила одну куда-нибудь! Чтоб я еще раз отпустила тебя одну!

— Ли, я скучала, — шмыгнула носом я и разревелась.

Блондинистая подружка успокаивающе погладила мою спину. Я сквозь рыдания стала рассказывать все, что она пропустила.

Пока рассказывала, меня накормили копченой грудинкой, салом и чем-то жареным. В бокал постоянно подливали то сок, то эльфийское вино, то минеральную воду. Как только с тарелки исчез последний кусочек мяса, передо мной появились два пирожных, так понравившихся мне еще тогда, в гостях у Ирана.

Лилит, Рада и Микаэль внимательно слушали, причем последняя изредка вставляла свои мысли по поводу тех ситуаций, в которых лично принимала участие. Так Ли и Рада узнали, что старшая эльфийка была моими мыслями.

Блондинка задумчиво пожевывала булочку, не перебивала, но едва не подавилась, узнав о своей стертой памяти. Бывшая жрица пообещала ей, что эльфы восстановят память и обязательно подлечат перекроенную ауру. В этот момент зародилась новая дружба.

Когда я договорила, Лилит решительно вздохнула и оповестила меня, закраснев, что влюбилась. Я выронила из руки кусочек пирожного, он шлепнулся мне коленки. Никто из нас двоих не обратил на это никакого внимания — я задала вопрос, кто этот смертник. У подружки был стервозный характер, так что мне было заранее жаль ее избранника.

Лилит покаянно сложила ручки на столе и сказала, что это наш архивариус. Поднятый было кусочек вновь шлепнулся на голые коленки.

— Кто? Ли, ему же почти под шестьдесят!

Блондинка еще больше вспыхнула.

— Ита, он тоже носил иллюзию. На самом деле ему двадцать семь. Плюс ко всему, он бессмертен, так как полудракон. Когда он снял облик, ему максимум не больше двадцати можно было дать.

— Ли, а ты уверена, что то было обликом?

— Больше, чем на двести процентов. Да и не тебе же одной влюбляться!

Настала моя очередь вспыхивать.

— Я никого не люблю! — Бросила в подружку яблоко. — Мне плевать на этого демона! Я не вернусь к нему!

Развернулась и выбежала на балкон.

Вслед за мной пришла и подруга.

— Ит, пока тебя не было убили еще двоих.

— Какая разница, Лилит? — прикусив губу, спросила я. — Им все равно уже ничем не поможешь.

— Ты должна знать. Убили Ведьм горного хрусталя и аметиста. Первую задушили, вторую сожгли. Это ведь шаман, да?

Мне было сложно это признать.

— Да, Ли. Это был шаман. Надеюсь, я больше не услышу о его возрождении.

На следующий день мне объявили о начале занятий. Я и Лилит получили возможность обучиться эльфийской магии, не оплачивая ничего. А когда нас отвели в конюшню, Фобос, увидев меня, сначала сел на попу, потом очнулся и принялся облизывать мое лицо, как преданная собачка. Я улыбалась и прощала ему все-все, лишь бы он был рядом.

Я же вам еще не рассказала, во что меня превратили! О, это было что-то с чем-то. Мои черные и длинные волосы обесцветили, сделав фактически седыми, глаза превратили в серые, как у Микаэль, а фигуру оставили той же. Оказалось, что в той буре я потеряла почти десять килограммов, став анорексичкой. Мой рост еще больше уменьшили, и я превратилась в худенького нескладного подростка.

Теперь об одежде. Длинное синее платье с оборочками на груди и завышенной талией смотрелось на мне, конечно, дорого, но как-то больно по-эльфийски. Туфли на очень высоком каблуке заставляли качаться и стараться не упасть лицом в грязь. На голове соорудили высокую прическу и залакировали все толстым слоем специального снадобья.

Над Лилит тоже как следует поиздевались. Голубоглазую стройную высокую блондинку превратили в кареглазый рыжеволосый низкорослый шарик. Мне пришлось успокаивать подругу, говоря, что ее новые сто-сто двадцать-сто десять очень даже хорошие. Мне не поверили.

Я, с моего желания, билась с одним из моих хорошо знакомых эльфов — Тиранориэлем. Ему очень сильно понравилось, как я прыгала. Говорит, мол, козочки не так хорошо подскакивают, как наша сбежавшая принцесса. Я была отомщена.

Микаэль помогла мне найти несколько из священных мест, где я опробовала поискать разные штучки. Так, в одном озерце я нашла весноцвет, в другом слиток золота. А вот о третьем я бы хотела рассказать поподробней.

Колодец. Настолько глубокий, что заглядывая туда, ничего не видишь. Я и эльфийка поочередно бросали в его нутро разнообразные шары, молнии и многое тому подобное, но так и ничего не добились. Тогда я решительно сбросила с себя верхнюю одежду и прыгнула вниз.

Я зависла примерно в пяти локтях от воды. Микаэль сверху крикнула:

— Все нормально?

— Да! Подожди, я сейчас вернусь! Тут что-то есть!

Опустилась еще на локоть вниз. На воде появилась рябь. Опустилась еще. Рябь забурлила и плюнула на меня водой. И тогда я увидела…

Николас, Асура и Василиса сидели за обеденным столом, все в черном, будто бы на поминках кого-то. И я даже поняла, кого. То, что мое тело приобрело форму духа, я даже не заметила. В голове билась мысль: "Это мои поминки".

Я решительно подплыла к родственникам и попыталась коснуться их лиц, но у меня ничего получилось. Тут заговорил Лас:

— Никогда не думал, что собственными глазами увижу чью-то смерть. Тем более, одного из моих родных.

Асура всхлипнула и высморкалась в черный кружевной платочек.

— Не говори так! — шепнула она. — Я чувствую, что Ита жива.

Василиса покачала головой, не соглашаясь с Ведьмой.

— Ваша связь пропала, как только убили сапфировую. Ты не можешь чувствовать, что кто-то еще жив.

Турмалиновая вскочила и гневно сказала:

— А я не про эту мифическую ментальную связь говорю! Я про интуицию свою вам тут талдычу! Говорю же — жива Ведьма!

Лас и старушка одновременно махнули руками, будто бы приказывая младшей заткнуться. В полуметре от меня материализовались индивидуум и Рик. Первый с крыльями, второй с хорошо знакомым обручем. Моя рука метнулась ко лбу и ничего не почувствовала. Значит, тогда он с меня слетел.

— Это все, что мы смогли найти, — мертвым голосом оповестил Дэрек, кидая на стол серебряное украшение. — Ни от дель Тэро, ни от Риты больше ничего не осталось.

Он залпом опрокинул в себя бокал с красным гномьим. Черт бы тебя подрал, придурок, ты хоть смотришь, что пьешь сдуру? Ой, дура-а-ак…

Принц Тенезии оказался умнее и выпил простую минералку.

— Дэрек, а точно больше ничего не было? — поинтересовался мой братец.

Индивидуум покачал головой. Удивительно, но он даже не опьянел. Вот что значит демонова натура.

— Точно, Николас, точно. Мало того, что на землю попал только обруч, но и сам запах аур пропал. Я ничего не почувствовал на том месте. Прости.

— Как так получилось, что эта мелкая смогла нас обставить? — подал голос Рик.

Это кто мелкая, я мелкая? Хорошо, вернусь, устрою тебе западло, большенький ты наш!

— Я понял, что она обманула меня, но думал, Рита окажется умнее и не станет ввязываться в неприятности. Оказался дураком и остался виноватым.

Эм, а кто мне подскажет, с чего бы это я захотела вернуться? Это же не из-за индивидуума, правда же? Каррэн ведь тут совсем никаким боком-припеком?

Да-да, вы правы. Глупо обманывать себя, думая, что не влюбилась. Но в этом вся я.

— Каррэн, не вини себя, — сказала Василиса, откусывая от клубники. — Кто виноват, так это наша милая Рита, вновь пропавшая без вести. И ведь не знаешь, то ли она жива, то ли давно в Бездне. Нет, я, конечно, буду надеяться на лучшее и так далее, но факт остается фактом — кто ее знает, Ведьму нефрита? Мы всегда были самыми непредсказуемыми из Круга, что уж тут скрывать.

Дэрек встрепенулся, будто бы вспомнил что-то.

— Я знаю, кто сможет нам помочь, — выпалил он. — Жрица синтаоков, к которой мы ездили. Правда, она пропала, но возможно именно она сказала Рите, что делать. Я помню ее запах, так что смогу найти.

Я ухватилась пальцами за край колодца. Микаэль помогла мне выбраться, а через несколько мгновений мы гнали лошадей обратно во дворец. Такое я утаить была не в силах.

* * *

Пока гнала Оса, думала, что не все мои поверили в мою фиктивную гибель. Асура, например, решила довериться своей интуиции, нежели тому, что видела. Бабушка и Лас, напротив, верили только своим глазам. Дэрек доверял волчьему носу, Рик — всем фактам. К сожалению, они все просто-напросто разошлись во мнениях.

Возможно, у нас получится скрыть правду от моей семьи, но тогда как я буду смотреть им в глаза, когда вернусь? У меня были сплошные вопросы, не имеющие ответов.

Задыхаясь, я пересказала подругам все, что видела. Микаэль нахмурилась, что-то быстро придумывая, Рада охнула и рванула к отцу, рассказывать уже ему, Лилит скрестила руки на груди и облизнулась. В голову моей уже рыжеволосой подружке пришло нечто невероятное и захватывающее, иначе бы она так не ухмылялась и не фыркала.

Об этом я у нее и спросила.

— Помнишь, я обещала тебе устроить темную твоему братцу и этому демону? — Я кивнула. — Тогда готовься к вкусному представлению. Я выхожу на охоту!

Мы вчетвером телепортировали в Линну. Я и две эльфийки спрятались в кустах, перед этим спрятав ауру под иллюзию, а самих себя упрятав в невидимость. Ли же, вернув себе привычный вид, приготовилась ждать своих объектов.

Девчонки втихаря обсуждали решение владыки эльфов не выпускать нас из дворца. Ли шипела на них, я думала. С какого такого дьявола всех потянуло мне помогать? Будто бы я сама не справлялась. Можно подумать, где-то нашлось такое общество, которое охотится прямо за мной!

Парни не заставили нас долго ждать. Появившись уже через десять минут, оба с удивлением посмотрели на приемную дочку Тэро, вальяжно устроившуюся на лавочке в саду. Лас захотел был учтивым и вопросил:

— Лилит дель Тэро? Наслышан-наслышан. Что привело тебя сюда?

— Что привело меня сюда? О, очень простая истина! — Лилит в одно мгновение изменилась в лице. — Куда ты дел мою подругу?

У индивидуума округлились глаза, а рот чуть приоткрылся. Но все изменение мимики произошло столь быстро, что не успев принять изумленный вид, лицо приобрело бесстрастную эмоцию.

— Ты не знаешь? — Он усмехнулся. — О, какая жалость, Рита погибла.

Нижняя губа Ли совершенно естественно задергалась. От смеха, который она выдала за судорожные всхлипы.

— А, как вы могли? — наполовину заорала, наполовину зарыдала "брошенная" блондинка. — Это вы ее в могилу свели! О, она рассказывала, как вы ее унижали! Она рыдала на моем плече, она боялась, что вы узнаете! Бедная Иточка!

В кустах мы трое уже помирали от смеха. Вцепившись в друг друга, старались не расхохотаться в голос.

Тем временем на людях…

— Я уничтожу вас! Я испепелю вас! О, вы узнаете, что такое женская месть! Я от вашего замка камня на камне не оставлю!

Дэрек приподнял бровь и невозмутимо спросил:

— Девушка, ты в своем уме? Я чего-то не знаю, или Рита встречалась с… девицами?

Намека и иронии не понял только глухой. Наше совместное всхлипывание прекратилось, затем пришел еще один приступ смеха. Я как можно скорее навесила на ближайшие семь локтей вокруг щит тишины.

Ли прекратила ломать комедию и довольно серьезным тоном оповестила:

— В своем, не волнуйся.

— Что ты, даже не начинал. А теперь извини, у нас полно своих проблем, не хватало еще и твои сверху нацепить.

У, гад.

Лас, кстати, решил иначе. Неодобрительно покачав головой, он присел рядом с блондинкой.

— Ты прости этого демона, — сказал он, беря в свою ладонь ладошку Ли. Ла-ас, я же могу все Ари рассказать, зачем меня провоцировать? — Он малость с катушек съехал еще при рождении, а после… пропажи Риты совсем лишился и шариков, и роликов.

Ли грустно улыбнулась.

— Знаешь, я могу рассказать тебе кое-что, только дай мне обещание никому больше об этом не говорить, поняла?

Подруга с готовностью кивнула и подалась вперед, жаждая всего нового. Мы в кустах тоже подползли ближе.

— Слушай. Ты знаешь, что существуют Ведьмы, так? Так. Но знаешь ли ты, что существует еще одно сословие магов, имеющих почти такую же власть, как и у Ведьм?

Лилит отрицательно мотнула золотистой гривой.

— Их называют Бешеными, — таинственным шепотом сказал Лас. — Они — это сама Мертвая охота, подчиняющаяся Архару, богу царства мертвых. Мертвая охота охотится за такими, как Рита — за ликантропами. В наше время, конечно, существует мало таких ликантропов, которые подверглись опасности со стороны чужих, будем называть их так. Но в последнее время охота очнулась ото сна и начинает свое новое похождение.

Лилит моргнула. Как только голос брата стих, я потерла глаза, стирая с них наваждение.

— А больше рассказать ты не можешь? — сделав моську, попросила Ли. — Пожа-алуйста.

Лас улыбнулся и предупреждающе посмотрел на индивидуума, закатившего глаза.

— Хорошо, я расскажу. У Бешеных есть помощники — гончие-стихийники, собаки определенной стихии. Самые сильные из них — гончие Огня, самые слабые — гончие Земли. Однако и одной такой слабой собачки хватит на уничтожение целого города. Вместе же гончие-стихийники непобедимы.

— Ты хочешь сказать, что Мертвая охота вместе со своими гончими охотились на Риту? — спросила блондинка.

— Для блондинки ты умна, — съязвил Дэрек.

— Для брюнета ты туп, — тут же парировала Ли.

Мой брат снисходительно оглядел парочку. Вздохнул.

— Охотились, да. И если моя сестра все-таки жива, то мне даже страшно, что с ней будет дальше.

Лилит хмыкнула. Я тоже.

— То есть сейчас тебе за нее спокойно? А вдруг она уже попала в лапы Бешеных? Ты об этом не задумывался?

Николас потер лоб, посмотрел на горизонт, вернул взгляд синих глазах на мою подругу.

— Задумывался. Не дай Тереза, так и есть на самом деле. Я не прощу себе, если моя сестра действительно погибнет в их руках.

Лас, отставить упадническое настроение! Потерпи немного, и я вернусь.

Дэрек нахмурился и врезал Ласу несильный подзатыльник. Вот за что люблю этого архонта, так это за то, что он всегда сможет найти выход из ситуации. Пусть даже несколько нестандартный.

— А можно мы не будем раньше времени нагнетать на блондинку похоронное настроение? — "вежливо" попросил он. — Ты, кстати, узнал почерк того гада, приславшего конвертик в заклинанием?

О, Тереза, только вот не надо говорить о проклятии! Они же не тупые, давно бы догадались!

— Узнал. — Нет, все-таки мои опасения подтвердились. — Это действительно был шаман.

Лилит тоже надоело их слушать, и она по быстренькому закончила разговор:

— Пойду я от вас. Скучно. Появится эта прохиндейка — сразу пишите мне.

Владыка эльфов, Калеогадрасанэль, скрестил руки на груди и насмешливо смотрел на нашу грустную четвертку. Квартет одновременно хлюпал носами, вздыхал и говорил, что больше никогда не сдвинется с места без разрешения эльфа. Тот снисходительно кивал и изредка вставлял нужные, по его мнению, слова. На после них легче не становилось.

Затем квартет вспомнил, что подслушал одну очень интересную вещь. Поспешил рассказать владыке.

— Говорите, Мертвая охота очнулась, — тут же помрачнел Калеогадрасанэль (я выговорила!). — Ну что ж, будем встречать и посылать обратно.

Неожиданно пол перед нами провалился в бездну, а из появившегося тумана на свет ступил старик. Одет он был просто, черные рубашка и брюки, но вот его взгляд — темный и пугающий — заставлял тут же вспомнить, что такого плохого я сотворила при жизни. Длинные и седые волосы мягко спадали ниже талии. Жу-у-уть…

— Есть тут принцесса Ауренты Аннарита? — спросил он настоящим басом.

Я несмело подняла руку.

— Я. — Ой, а у меня голос дрожит! Это ж как надо было его испугаться, чтоб так страх показывать?

Старик перевел взгляд на меня, и до меня дошло — передо мной стоял настоящий бог мертвых, Архар.

— И на эту худенькую девочку охотится моя охота? — брезгливо молвил он. — У, да какой же она ликантроп, пожалуйста, не смешите меня! С таким весом она просто не сможет трансформироваться!

Я показала свои тридцать два:

— Моя вторая ипостась, владыка, Чеширская Кошка! — Я выпрямилась, скрывая страх и дрожащие коленки. — А своих верных псов нужно держать при себе!

Калеогадрасанэль округлил глаза и показал мне кулак. Не могла я удержаться, что ругаться?

Владыка выгнул бровь, совсем как один мой знакомый, и уже более заинтересованным тоном вопросил:

— М, Чешира, говоришь? — Он цокнул языком, будто бы не одобряя чье-то решение. — Хорошая ипостась, всегда будет за тебя и никогда не предаст. Получается, тебе отошла моя любимица, которую я проиграл в карты богу ликантропов!

Послесловие

Одними из самых сильных магов являются Бешеные — Мертвая охота Архара, верные псы мертвых, гончие-предатели. Это всадники без головы, самые отъявленные преступники всего царства Архарова. Они охотятся на трансформирующихся и убивают их, а силы ликантропов забирают себе. Несколько сословий магов, в том числе и защитники, и некроманты, и контролирующие пытались уничтожить Бешеных, но у них, к сожалению, ничего не получалось. Некоторые их сильнейших даже обращался за помощью к нойдам и синтаокам, но даже собрав все свои силы они не смогли понизить уровень мощи Мертвой охоты ни на йоту.

Однажды один из таких смельчаков приготовил отвар, помогающий снимать железные оковы. Эту кислоту он вылил на предводителя охоты, заставив того впасть в глубокий сон. После этого несколько сотен лет она спала. Пока их хозяева были не в состоянии отдавать им приказы, гончие-стихийники бесчинствовали на земле. Несколько раз мы поднимали лучших магов, чтобы они смогли усыпить и этих.

Гончие Земли. Слабое звено. Мы не можем увидеть их невооруженным глазом, но можем услышать и почувствовать. Если рядом с вами земля превратилась в столбы пыли, а песок застилает глаза — знайте, гончие проснулись и хотят заполучить вас в свои сети.

Гончие Воздуха. Их создатель, воздушный элементаль Кассандра, ошиблась всего лишь в одном звуке заклинания и была уничтожена своими же порождениями. Признаки гончих Воздуха — неистовый ветер, срывающий на своем пути не только деревья, но и сносящий даже дома.

Гончие Воды. Штормы и дожди — их волна. Потопят корабль за считанные мгновения и не оставят ничего, даже поломанной шлюпки. Это самые кровожадные из всех гончих-стихийников, они рвутся заполучить вашу жизнь лишь из-за того, что сами когда ее лишились.

Гончие Огня. Горящие пламенем, пылающие ненавистью, плюющиеся лавой — все это сильнейшее звено гончих. Яростные, неумолимые, Бешеные — это настоящие отражения Бездны. Их хозяева только лучшие из лучших охотников. Их нельзя приручить. Их можно только накормить.

Существует легенда, что на самом деле есть еще одна каста гончих-стихийников. Будто бы эта каста всегда живет рядом с нами, изредка нападая на людей и превращает их в таких же гончих, как и они сами. Мы не верим этому, ведь с этими собаками мы намучилась — дай богиня! Вряд ли ликаны, оборотни или дети Ночи являются пятой кастой гончих. Тогда Мертвая охота стала бы просто равной богам.

"Маги: простые люди или же жаждущие власти боги?".

Настоятельница Храма Ванейра.

Издание второе, дополненное.

Глоссарий

Меры длины:

Локоть — примерно равен половине английского ярда. Меряется от локтевого сустава до конца вытянутого среднего пальца руки.

Палец — 1,5 см. Таким образом, ширина головного обруча Риты равна 2,25 см.

Денежные валюты:

Лира — международная валюта, равна ста тенезийским золотым.

Тенезийский золотой — принятая в Тенезии валюта, равен тридцати двум динарам.

Динар — принятая в Ауренте валюта, равен ста шестидесяти лирам, что приравнивается к четыремстам золотым.

Аурента

Первая страна магов. Занимает обширную территорию материка, располагаясь почти на конце его западной части. С севера и запада омывается двумя океанами, Ледяным и Теплым соответственно.

В Ауренте всех младенцев крестят, дабы в будущем была возможность сделать из них полноценных чародеев. Люди, либо лишенные магии, либо не имеющие ее с рождения, не живут в границах страны.

Летоисчисление ведется со дня сотворения Маны, что не известно даже Верховному Демиургу. Так что их 1881-82 год соответствует нашему 1715-16. Когда Рита прыгала в наш мир, она попала в будущее Земли — хотя по всем правилам должна была попасть во времена Романовых.

Правящей семьей на момент повествования является династия Минер Беллона Рей.

Границы:

Так как Аурента имеет общую площадь в 9 млн квадратных километров, то и границы страны более, чем протяженные.

Как было раньше описано, с запада и севера полностью омывается океанами. На востоке граничит с долинами гномов, отделяющимися от Ауренты лишь Солнечными горами и вулканом Эгейна.

На юге страна имеет границу в 786 километров с Даконом, или же Драконовой Империей. Небольшой кусок границы, равный примерно 2,5 километрам и приходящийся на юго-восток, отделяет страну от Священного эльфова леса.

Линна, столица Ауренты, одна из крупнейших городов-миллионников. Расположена на юге, почти у самой границы страны.

Религия:

В Ауренте одна религия — язычество, или многобожие. Некоторыми богами из пантеона Ауренты являются:

Архар — бог мертвых, покровитель охоты. Старший брат Терезы.

Ларра — богиня ревности и страсти. Младшая дочь Терезы.

Нимфея — богиня удачи. Прародительница нимф. Старшая сестра Терезы.

Растан — бог войны и мести. Отец Терезы.

Тан — бог правды и чистых чувств. Младший брат Терезы.

Тереза — Верховный Демиург, Создатель Маны. Покровительница ликантропов и Ведьм. Родилась на Земле во времена создания Рима. Носила имя Рейна.

Правящая семья (династия):

Аннарита Минер Беллона Рей — Ведьма нефрита, ликантроп, Яга. Принцесса Ауренты, сестра Николаса и Асуры. Имеет довольно ехидный внутренний голос, который впоследствии оказывается голосом Жрицы богини Мику (магия Синта).

Чеширская Кошка Риты является одной из наиболее редко встречающихся вторых ипостасей.

Николас Минер Беллона Рей — король Ауренты и брат Асуры и Аннариты. Владеет особыми способностями к перемещению в прошлое и будущее.

Себастьян II — предыдущий король Ауренты, отец Николаса и Риты. Был убит, когда принцессе исполнилось всего восемь.

Ирида Лаоринейн — предыдущая королева Ауренты, мать Ласа и Риты. Была убита вместе со своим мужем. Яга, Ведьма нефрита.

Василиса — гадалка, Яга, потерявшая способности Ведьма. Мать Ириды, бабушка Ласа и Риты. Имеет фамильара, большого черного кота Ёрика, чьи способности неизвестны никому.

Асура — Ведьма черного турмалина, четырнадцатилетняя девушка, принятая в семью Аннаритой. Батрачила у бывших опекунов Риты, Святомира и Варвары.

Тенезия

Вторая страна магов. Главная отличительная черта — все тенезийцы маги от рождения. На юге граничит с территориями кочевников, синтаоками, на востоке — с Сореном. Столица — Аль`морен.

Правящей семьей на момент повествования является династия дон Кастильо, Духи природы, чьи корни ведутся от первых элементалей стихий.

Король и королева Тенезии — Теодор и Аврора дон Кастильо. Принц Рик дон Кастильо исчез, вместо него рядом с правителями находился носящий одновременно несколько личин Филипп дель Тэро, ректор Академии Магии Сорена.

Тенезия — родина многих Ведьм, в том числе и Ведьмы сапфира.

Религия и летоисчисление — те же, что и в Ауренте.

Сорен

Третья страна магов. В ней находится международная Академия Магии Сорена. Семья правителей Кристиан и Эли Соренские, а также их дочь Агата. Маги в этой стране слабые, фактические не имеющие сильных сторон. На западе граничит с Тенезией, на востоке омывается океаном Тина, что в переводе означает "молниеносный".

Академия Магии Сорена — международное магическое училище, ректором которой являлся брат короля Филипп дель Тэро (шаман Эднаас Жинн). У него была дочь, Лилит, однако впоследствии оказалось, что девушка является настоящей дочерью Кристиана и Эли.

Религия и летоисчисление — те же самые.

Дакон, или Драконова империя

Драконы — раса магических существ, не люди, но и не ликантропы. Цвет каждого дракона зависит от цвета, преобладающего в ауре данного существа.

Страна расположена на юге, вблизи территорий кочевников. Правитель неизвестен. Если цитировать мысли Риты, то "драконы — не красивые, а скорее пугающие и загадочные существа". Их очень легко вывести из себя, стоит лишь назвать их людьми, как они вспыхивают и вполне могут разорвать сказавшего эти слова на клочки.

Иллина

Даймониумы — демоны, охраняющие вход в чистилище. Низшие существа. Могут вселиться в любое тело, в том числе и живого человека (мага, магического существа).

Дэвы — демоны-полубоги, являющиеся пантеоном демонов, однако на порядок слабее сильных архонтов.

Асуры- демоны-хранители людей. Навевают нам самое злое и неприличное, что есть в нашей голове. Антагонисты ангелов-хранителей.

В царство после войны сбежали все уцелевшие демоны. Обладают многочисленными дарами, дополнительными силами и тому подобное. Правящая династия Альтер Ан Каррэн, архонты, то есть высшие демоны. Рамки ограничения силы — неизвестны. Наследник трона Дэрек Альтер Ан Каррэн имеет третью ипостась — волка, в обмен на которого отдал знак своего Дома. Также заключил сделку с шаманом. Царь демонов, Ален Альтер Ан Каррэн, носит титул Повелитель архонтов. У Алена есть двоюродная сестра — несса Диана.

Эль`Грин, или Эльфийская империя

Эльфы — раса магических существ, подразделяются на светлых, альвов, и темных, цвергов или свартальвов (не путать с гномами!). Рамки ограничения сил — неизвестны.

Их территория эльфов — протяженное пространство с севера на юг между долинами гномов и Аурентой. Славятся своими вишневыми садами. Правящая семья — Калеогадрасанэль и его дочери Микаэль и Радалгадриэль эль`Гринел.

Долины гномов

Гномы — раса магических существ, отличные кузнецы. Во времена войн разделились на Солнечных и Лунных, больше не соединялись.

Лунная долина — царство Подземных гномов. Столица — Селена. Язык — Лунный, или же исконно гномий. Правитель — король Астрин. Вовсю используют электричество, отменные кузнецы.

Солнечная долина — царство Надземных гномов. Столица — Плиос. Язык — Солнечный, или переродившийся гномий. Правительница — королева Штрессен. Всегда берут все настоящее, пользуются только огнем и солнечным светом.

Прочее:

Ведьмы — девушки с превалирующей магией Ведьм. Их натура не позволяет магии выбрать какое-то одно направление и всегда переменчива. Девушки владеют телепортациями, левитацией, ликантропией, телепатией, телекинезом и многими другими "общими" свойствами. Входят в Круг Тринадцати. На момент повествования этими девушками являются: Динэйра, Ведьма рубина; Калипсо, Ведьма изумруда; Рулана, Ведьма сапфира; Лета, алмаз; Ана, агат; Белла, хризолит; Иво, Ведьма аквамарина; Брианна, Ведьма бирюзы; Асура, черный турмалин; Карла, гранат; Роксана, горный хрусталь; Лана, Ведьма аметиста и Рита, Ведьма нефрита.

Ведьмины камни, или Круг — камни девушек-Ведьм. Первый камень — рубин. Он считается камнем власти, денег, жизни, любви, смелости и достоинства. Рубинами защищали и защищаются от чумы. Второй — изумруд. Камень чтения мыслей, всезнания и ясновидения, считается "воплощенным хладнокровием". Третий — сапфир. Это камень звезд и Млечного Пути, дает возможность видеть самые далекие звезды Галактики. Четвертый камень — алмаз. Символ чистоты качеств мага или человека. Часто приносит несчастья его владельцам. Пятый — агат. Он полезен для лечения укусов пауков и скорпионов, считается талисманом на удачу. Шестой — хризолит. Носит успокаивающее действие, помогает завоевывать симпатию окружающих. Аквамарин — седьмой по счету. Камень морских вод и помощник при засухе и вызове дождя. Дальше идет бирюза — камень счастья и победы. Черный турмалин — девятый. Является камнем траура и солнечных затмений. Десятый камень — гранат. Это камень магических и целебных сил, однако он считается почти несчастливым. Одиннадцатый — горный хрусталь, символ скромности, чистоты помыслов, а также "замерзшего дыхания дракона". Аметист — двенадцатый. Его называют "благословенным камнем" за невероятное свойство лечить от всех болезней, включая цингу. И, наконец, последний — нефрит. Это камень новой жизни, символ честности и милосердия. Он олицетворяет мужество и красоту души.

Джинны — смертные духи, властные над песками времени.

Круг Тринадцати — тринадцать Ведьм, разобранных по камням, то есть владеющих определенными свойствами какого-то одного камня.

Ликантропы — люди, умеющие сознательно трансформироваться в определенное существо. Не путать: Дэрек Альтер Ан Каррэн был ликантропом, а не ликаном!

Ликаны — оборотни-волки, дети Ночи.

Маги — чародеи, волшебники, кудесники… У них много имен. Именно маги имеют возможность превращаться в ликантропов, коих можно пересчитать по пальцам. Маги не являются существами, они люди.

Мана — планета, созданная Терезой (Рейной) для спасения магов и других народов во время Средневековья.

Музы — девять девушек, образующих группу музыкантов. Многие считают, что музы — это полубогини.

Нимфы — смертные покровительницы стихий природы и удачи. Дочери Нимфеи.

Саамы — люди, превозносящие тотемизм и шаманизм. Живут в основном на северных границах стран и Ледяного океана. Всего саамов насчитывается не более полутора тысяч.

Синта, магия — совокупность личных качеств каждой жрицы или каждого жреца синтаоков-кочевников и даров богов. Пантеон состоит из: Ли Аматэр — главной богини, покровительницы солнца, Саона — бога штормов и морей, изгнанного в подземное царство, и Мику — богини луны.

Синтаоки — кочевники, малочисленный народ. Проповедуют магию Синта, никогда не уходят из своего племени. Большинство поклоняется Ли Аматэр.

Тенезис — клятва, приносимая богине Терезе, Создателю Маны.

Фамильар — магический дух, служивший ведьмам, колдунам и другим практикующим магию.

Хариты — смертные покровительницы радости, счастья и жизни.

Шаманы — нойды, то есть заклинатели-люди, имеющие возможность посещать другие миры. После смерти они не теряли способности переходить из одного параллельного мира в другой.

Content

Истомина Лиза
История Чеширской Кошки

Предисловие

Глава 1. Приключения по-тенезийски, или Меня отправляют за границу

Глава 2. Междусобойчик, или Все вы, мужики, одинаковые

Глава 3. Нежданно-негаданно, или Я возвращаюсь домой

Глава 4. Каково быть немой, или Я упрашиваю брата попутешествовать

Глава 5. Наконец вся правда, или Меня обвели вокруг пальца

Глава 6. Что ж мне не везет-то, или Дать бы тебе по шее, шаман Жинн!

Глава 7. Туда-обратно, или Все у меня не как у людей

Глава 8. До свиданья, или Я смываюсь в Эль`Грин

Послесловие

Глоссарий