Сара Бет Дёрст

Девочка, которая не видела снов

Моей дочери с любовью

Sarah Beth Durst

The Girl Who Could Not Dream

Copyright © 2015 by Sarah Beth Durst Published by special arrangement with Houghton Mifflin Harcourt Publishing Company

Внутренние иллюстрации Виктории Тимофеевой

© Фишерман Эльза, перевод на русский язык, 2019

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

1

Софи лишь однажды украла сон.

Как все шестилетние дети, она была любопытной. Сон хранился в блестящей синей бутылке с пробкой в золотых крапинках. Бутылка была без этикетки, и Софи решила, что пропажи никто не заметит.

Когда родители уехали из дома (мама в магазин, а папа на работу), Софи натаскала в лабораторию книг из магазина и сложила их на табуретку. Потянувшись вверх, девочка кончиками пальцев дотянулась до синего стекла, столкнула бутылку с полки, но успела поймать её до того, как та разбилась о старый, покрытый пятнами стол. С некоторым усилием Софи выкрутила пробку и без колебаний выпила содержимое бутылки.

Вкус напоминал свежую дыню.

Девочка ожидала, что сначала увидит похожий на волнистую дымку клубящийся туман, который в сериалах всегда появляется перед тем, как герой засыпает, но вместо этого мгновенно погрузилась в сон. Только что она была в лаборатории, расположенной в подвале книжного магазина, – и вдруг оказалась в кровати, застеленной нежно-розовым бельём с оборками. Сначала она подумала, что это её кровать, хотя розовых простыней у неё не было, но потом вспомнила, кто она и где находится.

Сев прямо, Софи с любопытством оглядела обои, напоминающие сладкую вату, и полки с игрушками. Здесь стоял Дом мечты Барби, и хозяйка комнаты явно любила лошадей. Ночник в форме единорога освещал комнату розовым светом, и на полу и стенах лежали розовые тени.

Вдруг одна тень задёргалась, и из стенного шкафа выползло призрачное чудовище.

От восторга сердце у Софи заколотилось. Медленно, чтобы не спугнуть загадочное существо, она вылезла из-под одеяла и замерла.

Чудовище скользнуло влево, потом подалось вправо. Софи притворилась, что смотрит в окно на луну, виднеющуюся сквозь бледные ветви деревьев. Уголком глаза девочка заметила, что у чудовища есть несколько щупальцев. Ей захотелось пересчитать их, но только она взглянула на существо, как оно нырнуло под кровать.

Софи легла на живот, перегнулась через край кровати и подняла оборку простыни, впустив под кровать лунный свет. Чудовище, забившись в угол, съёжилось и ощетинилось, как кошка.

– Привет! Я Софи, – поздоровалась девочка.

Существо оскалилось и зарычало, сверкнув тремя рядами острых треугольных зубов.

– Не бойся, – сказала Софи. – Я тебя не обижу. – Сердце прыгало у неё в груди, и девочка, подумав, будет ли ей больно, если во сне чудовище её укусит, пришла к выводу, что будет, но только до тех пор, пока она не проснётся. – Ты можешь вылезти.

Чудовище словно плетьми стегнуло воздух щупальцами, и Софи, отпрянув, снова забралась в постель. Откинувшись на подушки, она несколько раз глубоко вдохнула и твёрдо сказала себе, что бояться нечего. В конце концов, именно этого она и хотела – увидеть собственный сон.

Потихоньку подобравшись к краю кровати, она снова наклонилась к полу. Чудовище продолжало размахивать щупальцами.

– У тебя симпатичные щупальца, – заметила Софи. – Как у мохнатого осьминога. А ты знаешь, что осьминог умеет открывать ими банки? Я где-то это прочитала. Я люблю книги. А ты? У моих родителей книжный магазин. Это так здорово. У нас огромное множество книг. – Софи говорила ровным и мягким голосом, словно выманивала бродячего кота. Чудовище опустило щупальца. – Вот и молодец. Вылезай оттуда.

Существо прыгнуло вперёд и, высунув голову из-под оборки, снизу вверх взглянуло на девочку. У него были непомерно большие глаза – как у лемура. Зрачки размером с кулачок Софи окружала золотистая кайма.

– Ты девочка?

Чудовище фыркнуло.

– Мальчик?

Оно заморгало, и Софи решила, что мальчик. Чудовище медленно выползло из-под кровати. Софи насчитала шесть щупальцев и четыре маленькие ножки с острыми загнутыми когтями. Присев около кровати, существо стало месить когтями ковёр.

– А ты живёшь в шкафу или под кроватью? Бутылка со сном не была подписана, а у нас есть много снов про монстров, даже про тех, что обитают на потолке, но таких немного. – Софи не должна была болтать про родительскую коллекцию снов, но поскольку она спала и разговаривала с фантастическим существом, то решила, что обычными правилами можно и пренебречь.

Чудище подползло поближе к столбу лунного света. У него была чёрная шерсть с рыжим и синим отливом. Софи назвала такой окрас лучезарно-чёрным. Ей нравилось слово «лучезарный», она выучила его только на прошлой неделе.

– У тебя красивая радужная шёрстка, – сказала она. – Это значит, что она переливается разными цветами. Ты очень симпатичное чудовище.

Существо заурчало.

– Хорошо, что ты не скользкий, а то многие монстры во снах покрыты липкой гадостью. – Софи похлопала по одеялу рядом с собой. – Хочешь посидеть здесь?

Чудовище запрыгнуло на кровать. Оно было вдвое меньше девочки, но с очень длинными щупальцами. Улёгшись, существо поджало их под себя, спрятав в завитках шерсти. Софи очень хотелось его погладить, но она не осмелилась – невиданный зверь продолжал смотреть на неё огромными глазами.

– Наверное, человек, вообразивший тебя во сне, боялся кошек, – предположила Софи. – А у меня никогда не было ни кошки, ни собаки, ни какого-нибудь другого питомца. Я бы хотела, чтобы ты стал моим питомцем.

Чудовище ткнулось носом ей в руку, и у Софи перехватило дыхание. У существа было столько зубов, что они не помещались во рту, и один ряд находился снаружи. Оно подсунуло голову под руку Софи. У него оказалась очень мягкая и невероятно гладкая шерсть. Софи потрепала его по голове и почесала за ушками, и чудовище, заурчав от удовольствия, закрыло глаза.

Софи легла рядом с ним, продолжая гладить его. Существо забавно засопело, словно запыхтел игрушечный поезд, и Софи с трудом сдержала смех. Вскоре она уснула.

Проснулась она от крика родителей.

«Ой», – подумала девочка. Она открыла сначала один глаз, потом другой. К её удивлению, мама, поджав ноги, сидела на столе около дистиллятора снов со шваброй в руках и размахивала ею как мечом, а папа направлял на Софи огнетушитель.

– Не двигайся, Софи, – предупредил он.

– Всё хорошо, милая, не бойся. – Мамино лицо было белее мела, будто она припудрила его мукой, а голос непривычно высоким.

Софи замерла.

Она лежала на полу, прислонив голову к шкафу, а ноги потонули в куче губок и тряпок. В левой руке она держала открытую пустую бутылку из синего стекла, а правой ощущала мохнатое тепло.

Мама крепче вцепилась в швабру:

– Кеннет, что это такое?

– Какой-то барсук, – ответил отец.

– Но у него шесть хвостов, – заметила мама.

Софи слегка повернула голову. Чудовище по-прежнему лежало рядом с ней, свернувшись клубочком, но кровать с розовым бельём и оклеенная обоями комната исчезли. Она была дома, в родительской лаборатории снов под книжным магазином.

– Это не хвосты, а щупальца, – объяснила Софи.

– У барсуков не бывает щупальцев, – возразил отец.

– Знаешь, дорогой, а ведь это не барсук, – произнесла мама.

– Похоже на барсука, – настаивал отец. Он осторожно приблизился, и половицы под ним заскрипели. Чудовище присвистнуло во сне, и папа остановился.

– Ничуть не похоже. Софи, оно тебя не укусило?

– Это мальчик, – сказала Софи, – и он очень милый. Можно, он будет у нас жить? Пожалуйста! – Она повернулась так, чтобы видеть дремлющего зверька. Если не обращать внимания на щупальца, множество зубов и размер существа, оно вполне могло бы сойти за кошку. Ну, может, кошку с волчьим аппетитом.

– Об этом не может быть и речи, – отрезала мама.

– Думаю, это вомбат, – продолжал гадать отец, – или росомаха. Какой-то дикий зверь. Софи, отодвинься чуть-чуть – я обрызгаю его из огнетушителя, а мама оглушит шваброй, и тогда мы рассмотрим его получше. – Он говорил спокойно, но Софи заметила, что руки у него дрожат. Родители испугались, но старались не напугать её.

Софи обняла чудовище:

– Не обижайте его!

Существо проснулось и, размахивая щупальцами, стало клацать челюстями и рычать. Родители бросились к нему, но Софи вскочила и преградила им дорогу:

– Прекратите! – Потом она погрозила чудовищу пальцем: – И ты тоже не шали!

Зверёк съёжился и заскулил.

– Софи, что у тебя в руке? – Мама покосилась на синюю бутылку, которую Софи так и не выпускала из рук. – Неужели ты… О, Софи!

– Простите меня! – Софи опустила голову, стыдясь взглянуть родителям в глаза. Они много раз говорили ей, чтобы она не прикасалась к бутылкам. – Это был всего лишь сон про чудовище в шкафу.

Родители молчали.

Существо тихо зарычало и прижалось к ногам девочки. Она наклонилась и почесала ему за ушами. Он было ощерился на родителей, но Софи, строго сказав ему «Веди себя хорошо!», всё-таки решилась поднять глаза на маму и папу.

Они не сердились, но явно очень беспокоились. Сердце у Софи заколотилось быстрее – но не от радости, как во сне. Отец поставил огнетушитель на пол, мама отложила швабру.

– Расскажи мне свой сон, – тихо попросил отец.

Софи описала комнату и рассказала, как чудовище появилось из стенного шкафа и как потом она с ним поговорила и они оба заснули.

– Вот и всё, – закончила она. – Приятный сон.

– Это ты сделала его приятным, – сказала мама. – Сомневаюсь, что изначально он был таким. Монстр, безусловно, должен был тебя съесть.

Зверь издал стрёкот, словно возражая, что ничего подобного делать не собирался, и крепче прижался к ногам Софи. Девочка покачнулась: он был тяжёлым.

– Вот видите, какой он милый! – воскликнула она.

Мама вздохнула. Софи взглянула на неё с надеждой: она знала этот вздох – он означал, что мама готова смягчиться.

– Софи, мы не обидим твоего нового… друга. Но тебе надо отойти от него, чтобы мы вернули его туда, откуда он появился. Кеннет, передай мне ловушку для снов.

– Нет! – воскликнула Софи и обняла чудовище за шею. – Пожалуйста, я обещаю заботиться о нём. Вы даже не будете его замечать.

Отец забрался на стремянку и достал ловушку для снов: деревянный круг с похожим на паутину переплетением нитей внутри. С ниток свисали амулеты и кристаллы, а снизу покачивались перья. Отец вручил его маме.

Чудище отпрянуло назад и ощетинилось.

– Пожалуйста, поверьте ему, – просила Софи. – Он не заслужил, чтобы его выгоняли. Разве вы не видите, что он особенный? И я ему нравлюсь.

– Софи, сны не должны находиться в реальном мире, – мягко проговорила мама. – Ему здесь не место. – С ловушкой для снов в руках она сделала шаг к Софи и чудовищу.

– Но ведь как-то он здесь оказался! – плакала Софи. – Может быть, это не просто так! Может, он должен стать моим другом! Мне нужен друг! Вы никогда не позволяли мне иметь друзей!

Мама остановилась. На лице её отразилась мука, словно Софи её ударила.

– Это неправда. У тебя есть друзья в школе.

– Друзья ходят на детские праздники! И не хранят секретов друг от друга!

Родители переглянулись.

– И ты думаешь, что этот… зверь будет с тобой дружить? – спросил отец. – Он монстр. Он может съесть тебя, сбежать на улицу и начать безобразничать. Только этого нашему городу не хватало. – Однако уверенности в его голосе не было.

Софи почувствовала, что одерживает победу, и присела около чудовища:

– Если ты останешься, то будешь моим другом?

Существо лизнуло её в щёку, потом взглянуло ей прямо в глаза – и вдруг произнесло сиплым голосом:

– Да. Я буду тебе очень хорошим другом, Софи.

От неожиданности мама уронила ловушку:

– Он разговаривает!

Софи потрепала чудовище по голове:

– Он очень умный монстр. Пожалуйста, разрешите ему остаться!

Зверёк высунул язык и подогнул щупальца под себя, став похожим скорее на кота или на плюшевую игрушку, а потом перевёл свои большие глаза на родителей Софи.

– Ну… что ж… – растерялся отец. – Мы хотим, чтобы у тебя были друзья. Настоящие. Но…

Мама присела возле чудовища:

– Если ты причинишь моей дочери хоть малейший вред, я сама сдеру с тебя шкуру, прежде чем отправить назад в сон. Ты меня понял?

Чудовище покивало с самым печальным видом.

Мама пристально посмотрела на Софи. Девочка никогда не видела у неё такого серьёзного взгляда.

– Если мы оставим его – повторяю: если, – ты должна дать мне три обещания. Во-первых, ты больше никогда не будешь пить из бутылок со снами. Во-вторых, никому не будешь показывать чудовище. И в-третьих, никогда на свете никому не расскажешь, что сон может стать реальностью.

Софи энергично покивала и обняла чудовище за шею. В ответ он обвил щупальцами её талию, а одним из них похлопал девочку по плечу.

Отец взял руки Софи в свои и потребовал:

– Повтори обещания.

– Я никогда не буду пить из бутылок со снами, никому не покажу чудовище и никому ничего не расскажу. Ну теперь можно мне его оставить – пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста?

– Некоторые люди… – начал отец.

– Не пугай её, – остановила его мама.

– Её нужно напугать, – возразил отец. – Это серьёзное дело. Мы идём на риск и можем об этом пожалеть, и Софи должна осознавать последствия.

Чудовище снова заговорило:

– Я буду защищать её. – Оно крепче и с большой заботой обняло её щупальцами.

– Очень хорошо. – Мама встала и оправила юбку. Теперь, когда этот разговор был окончен, она уже переключилась на другие заботы. – На ужин у нас рыба. Чем ты питаешься, монстр?

– Маленькими детьми, – облизываясь, ответил тот.

Мама отшатнулась.

– Шутка, – сказало чудовище. – Я люблю пошутить. Я весёлый монстр, правда?

– Очень смешно, – сухо произнесла мама.

Монстр отцепился от Софи и посеменил за мамой:

– Я бы съел парочку хомячков. Или мышей. Я люблю мышей.

Вот так чудовище вошло в семью Софи.

2

Софи жила в трёхэтажном доме соломенно-жёлтого цвета: мама называла его «очаровательным», а папа говорил «Дунь-плюнь – и он развалится». На третьем этаже, где раньше был чердак, располагались две комнаты – в одной спала Софи, в другой её родители – и крошечная ванная.

В обеих спальнях был стеклянный потолок, и ночью жильцы видели звёзды (а на полу стояли ряды вёдер, чтобы собирать капающую с крыши во время дождя воду). Маме нравилось ставить в вёдра срезанные цветы. В комнатах также имелось много книг, отодвинутых подальше от мест протечки, и множество самодельных подушек, на которых в любое время можно было уютно устроиться и читать.

На втором этаже находились кухня, столовая и гостиная, настолько заставленные книжными стопками, что Софи могла пройти с лестницы на кухню, ни разу не коснувшись пола. Обычно она ходила босиком и поэтому, пробираясь по книжкам, не пачкала обложек.

На первом этаже размещался книжный магазин «Ловец снов». Софи очень нравился этот лабиринт стеллажей до потолка, набитых современными и старыми книгами. Там пахло тёплой пылью и свежими кексами, которые новая соседка, всегда мечтавшая открыть пекарню, готовила каждое утро и продавала с лотка около кассы. В магазине было окно фонариком, возле него стоял диванчик, и можно было сесть, полистать книгу и съесть кекс. Между полками разместились три или четыре кресла с потёртой красной бархатной обивкой. После закрытия магазина Софи перехватывала непроданные кексы по пути на помойку, и они с Монстриком – так она называла чудовище – устраивались в одном из кресел. Девочка съедала один кекс, а Монстрик, удивительный сластёна, проглатывал десять.

Потом они играли. Софи вставала у окна-фонарика (шторы предварительно опускали, чтобы никто не мог заглянуть внутрь) и бросала кекс через весь магазин, а Монстрик бежал за ним, подпрыгивал и хватал на лету.

Часто это приводило к тому, что книги каскадами падали на пол, но Монстрик своими шестью щупальцами ловко складывал их назад на полки.

Но лучше магазина с кексами и переполненными полками был подвал. Там находился скрытый от глаз обычных клиентов тайный магазин снов.

И там родители Софи покупали и продавали сны.

Софи любила магазин снов больше всего на свете. Вдоль стен располагались стеллажи с бутылками, расставленными по типам снов, которые в них находились. Здесь были сны о морском береге, о космосе, о падении с большой высоты, о потерянных близких, о первой любви, о будничной жизни, об опоздании на автобус – и, конечно, о чудовищах. Каждый сон был помещён в бутылку с этикеткой, где писали номер и дату, и зарегистрирован в массивном журнале с кожаным переплётом – там приводилось содержание сна, а также отмечались подробности сделки с поставщиком или покупателем.

Родители Софи покупали сны в «сыром» виде, пойманные с помощью специальной ловушки из переплетённых нитей. Эти ловушки делала вся семья Софи, за исключением Монстрика. Отец покупал мягкую древесину для изготовления круглой рамы, мама плела из нитей подобие паутины, а Софи украшала её кристаллами, бусинами и перьями. Потом ловушки вывешивали в окне-фонарике книжного магазина, и оно блистало искрами. Они стали фирменным знаком магазина: купи книгу – получи ловушку для снов, купи кекс – получи ловушку для снов. Хочешь ещё? Пожалуйста. А если она истрепалась, если нитки протёрлись или провисли – верни и возьми новую. Довольно часто ловушки возвращались – их приносил покупатель или «находил» поставщик.

Тогда родители извлекали из них сон и помещали его в дистиллятор – хитроумное устройство из перекрученных стеклянных трубочек, клапанов и рычагов, стоящее на одном краю стола в лаборатории. Оно преобразовывало сон в жидкость, которая капала в бутылку. Сама Софи никогда не работала с дистиллятором, но много раз наблюдала, как управляются с ним родители, и, когда они не видели, тренировалась на пустом аппарате. Она надеялась, что однажды мама и папа позволят ей использовать его по-настоящему. Она пыталась их уломать, плакала, умоляла, требовала и просто просила, но они всегда отвечали: «Когда вырастешь». Так они говорили на протяжении всей почти двенадцатилетней жизни Софи. Пока её ежедневной обязанностью было стирать с дистиллятора пыль – скучная работа, но Софи знала, что пылинки ни в коем случае не должны попадать в сны. Производство чистых снов – процесс мудрёный.

В противоположном конце подвала, под лестницей, находился сновизор, также состоящий из стеклянных трубок. Если налить в воронку сверху жидкий сон, за выпуклым стеклом в центре аппарата появится изображение. После просмотра сон снова собирали в бутылку. Сновизор использовался для сортировки снов – другого способа узнать, какой именно сон попал в магазин, не существовало.

Софи часто вставала пораньше и пару часов перед школой сидела перед сновизором, глядя чужие сны. Ей никогда это не надоедало. Она пряталась под лестницей, чтобы её никто не видел, и смотрела один сон за другим. Монстрик иногда составлял ей компанию, а иногда вместо этого читал книги.

Софи нравились разные сны: страшные, смешные, причудливые. Особенно её увлекали те, где были фантастические создания вроде её Монстрика, или говорящие часы, или кролики в жилетках.

Неудивительно, что это занятие так завораживало девочку – ведь сама она никогда не видела снов.

* * *

У Софи никогда не было снов, кроме украденного. Она перепробовала все возможные способы вызвать сновидение: пила на ночь тёплое молоко с печеньем, не ела и не пила перед сном, смотрела фильмы ужасов поздним вечером, читала книжки с фонариком под одеялом, сочиняла в постели замысловатые истории, вспоминала картины из чужих снов… Но каждый вечер она опускала голову на свою любимую подушку, уютно накрывалась одеялом, закрывала глаза – и раз: снова утро.

После двенадцати лет без сновидений она оставила всяческие попытки. Почти.

– Спокойной ночи, Монстрик, – сказала она вечером перед своим двенадцатым днём рождения.

– Boa noite, Софи, – ответил Монстрик. Он спал на полу возле её кровати в собачьей корзинке с множеством подушек.

Софи перегнулась через край кровати и удивлённо взглянула на него:

– Что?

– Это «доброй ночи» по-португальски, – объяснил Монстрик. – Я учу этот язык.

– А-а. – Софи снова откинулась на подушку и натянула одеяло до подбородка. Из окна дуло – между рамами были большие щели. – А зачем? Мы же не знаем никого, кто говорит по-португальски.

– На случай, если я встречу португальский кораблик, – сказал Монстрик. – Тогда я смогу уговорить его не жалить меня. Они оставляют очень болезненные ожоги, которые не проходят два или три дня.

– Вряд ли кораблики вообще разговаривают, – заметила Софи.

– Португальский кораблик – это колония похожих на медузу организмов, – просветил её Монстрик. – Они ведь должны как-то общаться друг с другом.

– Тебе не стоит читать так много книг по биологии. – Софи легла на бок и свернулась калачиком. Уличный фонарь освещал почти голые ветви дерева под окном. Несколько золотистых листьев трепетали на ветру.

– Завтра мой день рождения.

– Можешь съесть побольше кексов, – любезно предложил Монстрик.

– А значит, сегодня особенный вечер, – продолжила Софи. – За ночь кое-что изменится, и завтра я проснусь другим человеком – мне исполнится двенадцать лет.

Она услышала шорох. Протянув щупальце, Монстрик погладил девочку по щеке. Его шерсть была мягче, чем у любого плюшевого мишки.

– Ты и так особенная, Софи, без всяких ночных чудес.

Софи вздохнула:

– Я знаю.

– А ты возьми и наполни свой день чудом.

– Ты как будто читаешь предсказание из печенья.

Монстрик убрал щупальце. Софи слышала, как он крутится в корзинке – словно кошка, которая ищет удобное положение. Наконец он улёгся и стал месить когтями подушки.

– Я ценю тебя за те качества, которые у тебя есть, и не думаю о тех, которых нет.

– Всего один сон, – сказала Софи. – Разве я так уж много прошу на день рождения?

– У тебя уже был один сон, – напомнил Монстрик. – И ты дала мне жизнь.

– Ты говоришь так, как будто я твоя мама.

Монстрик заверещал:

– Мама! Мама!

Софи засмеялась.

– Ложись спать, Софи! – крикнул отец из соседней спальни. – А то волшебная фея с подарками не придёт!

– Я не верю в фей, – крикнула Софи в ответ.

– Ну вот, ты её обидела! – ответил отец. – Она плачет. Рыдает! Не люблю общаться с грустными феями. Немедленно извинись перед ней.

– Извини, волшебная фея, – сказала Софи.

– Я тебя прощаю, – ответила мама притворно дрожащим голосом. – Но твоё недоверие ослабило мою магическую силу, и я не знаю, смогу ли теперь летать.

Монстрик озадаченно посмотрел на дверь между спальнями:

– Твоя мама умеет летать? Я не замечал.

– Я не мама, – проговорила мама тем же изменённым голосом. – Я волшебная фея. У меня кровеносные сосуды из ленточек, сердце из воздушного шарика, а плоть из торта…

– Ням-ням-ням, – почавкал папа.

Софи услышала, как мама засмеялась, а потом приглушённо взвизгнула.

– Знаешь, у тебя очень странные родители, – заключил Монстрик.

– И это говорит чудовище с шестью щупальцами, – заметила Софи.

– Спокойной ночи, Софи, – окликнула мама своим голосом. – С наступающим днём рождения!

Папа повторил:

– С наступающим, солнышко!

Софи с улыбкой закрыла глаза.

В соседней комнате родители продолжали разговаривать, но очень тихо. Под шум ветра за окном Софи заснула.

Она проснулась двенадцатилетней девочкой, как всегда не увидев снов.

3

Софи встала раньше солнца.

Сев в кровати, она коснулась Монстрика ногой. Ночью он, как обычно, забрался к ней на постель – как он утверждал, во сне – и теперь лежал тёплым комочком в изножье кровати.

– Эй! Проснись!

Монстрик что-то проворчал и хлопнул щупальцами над головой.

– Уже утро!

– Ещё нет.

– Ну, почти утро.

Чуть-чуть приподняв занавеску, Софи выглянула на улицу. Фонари ещё горели, но небо уже приобрело многообещающий предрассветный оттенок. Звёзды были бледными, луна гасла. Софи опустила штору, чтобы никто не мог заглянуть внутрь, и включила лампу.

– Ай! – воскликнул Монстрик. – Я ничего не вижу! – Он помахал в воздухе всеми шестью щупальцами.

Софи бросила в него подушку:

– Перестань! Мама и папа сказали, что, если мы проснёмся очень рано, то можем разобрать новые сны до школы. Помнишь? В честь дня рождения.

В магазине снов родители работали в неурочные часы, до рассвета или поздно вечером, чтобы не привлекать внимания обычных покупателей книг. Поэтому Софи привыкла вставать за несколько часов до прихода школьного автобуса.

Но Монстрик по утрам всегда хныкал. Он открыл один глаз:

– Как ты думаешь, сегодня будут волчьи сны? Хорошо бы.

Волчьи сны обычно представляли собой захватывающую погоню по тёмному лесу. Софи их тоже любила, правда, ей не нравилось, что они заканчивались пожиранием кроликов. Она всегда испытывала симпатию к этим забавным зверюшкам.

– А может быть, попадётся сон русалки.

Монстрик сел и стал тщательно вылизывать шёрстку, как кот. Язык у него был золотистый.

– Не понимаю, как можно хотеть быть полурыбой. Есть рыбу – это ясно. Но быть рыбой… нет уж.

– Можно плавать с дельфинами.

– Не проще ли тогда стать дельфином? По крайней мере тогда ты будешь млекопитающим, а не полускумбрией.

– А русалки заманивают путников песнями про морские глубины.

– Собственно, поёт-то краб, а русалка – только невольный слушатель. – Подцепив щупальцем расчёску, Монстрик взял её как микрофон и шёпотом запел «В мире морском»[1]. Софи беззвучно, чтобы не разбудить родителей, выстукивала ритм в воздухе. В середине песни, где поётся о рыбе на тарелке, живот Монстрика заурчал, и чудовище прекратило пение. – Кстати о тарелке. Как насчёт праздничного завтрака с кексами? – И он просительно округлил глаза.

Мисс Ли испекла в честь дня рождения Софи свежие кексы. Представив их, Софи практически почувствовала вкус глазури. Они никогда не ели кексы с пылу с жару, но сегодня был особый день и угощение приготовлено специально для неё…

– Родители рассердятся…

Монстрик пополз к выходу из комнаты:

– А там, наверное, есть с розовой глазурью и с красивой обсыпкой. Мм-м…

Наклонившись вперёд, Софи удержала его:

– Это мне!

Монстрик вывернулся:

– Я потихоньку. Я умею хранить секреты. Вчера вечером я сделал за тебя уроки, а ты даже не заметила. Сюрприз на день рождения!

– Ой-ой-ой! – Отпустив его, Софи кинулась к своему рюкзаку. Она собиралась выполнить домашнюю работу в автобусе, чтобы избежать разговоров с другими ребятами.

– Почему «ой-ой-ой»? – Монстрик запрыгал за девочкой.

– В прошлый раз ты написал все буквы вверх ногами, и мне пришлось наплести, что это художественный эксперимент. – Она вытащила из рюкзака тетради. Историю он не трогал, но задание по естественным наукам было выполнено. Софи просмотрела его. Вместо схемы растительной клетки Монстрик подробнейшим образом изобразил кровеносную систему грызуна. А ещё во всех вопросах с вариантами ответов он выбрал вариант «В». – Ох, Монстрик…

– Я заслужил кексы? – Он повилял своими щупальцами словно шестью хвостами.

Софи сдалась.

– Оставайся здесь, – велела она.

Отворив дверь, девочка пробралась мимо комнаты родителей и проскользнула по лестнице на первый этаж в магазин. Она точно знала, какие половицы скрипят, и ступала на них осторожно, сначала носком, потом пяткой.

На прилавке под стеклянным колпаком стоял поднос с кексами. Прилавок находился около окна, и свет от уличного фонаря освещал его как прожектором. Софи подошла туда и подняла колпак.

И тут позади неё над дверью звякнул колокольчик.

Софи замерла.

– Доброе утро, – раздался над стеллажами ровный и глубокий мужской голос. Софи показалось, что посетитель говорит с едва заметным акцентом, возможно британским. Софи нравились акценты. Когда в магазин заходили иностранцы, она пряталась между полками и подслушивала. Люди с акцентом, как правило, рассказывали необычные истории, и сны им снились необычные. Однако каким бы приятным ни был голос, открывать магазин ещё рано. Странно, почему дверь оказалась незапертой.

Софи хотела притвориться, что её здесь нет – но не могла же она позволить незнакомцу свободно расхаживать по магазину. Жаль, что родители ещё спят.

– Простите, но мы ещё не работаем. – Вытянув шею, девочка пыталась разглядеть посетителя между книжных полок, но не попасться ему на глаза. Дверь уже захлопнулась, и его не было видно.

– Приношу свои извинения. Я пришёл раньше времени. Пожалуйста, сообщите владельцам этого заведения, что я хочу приобрести кое-что из коллекции в подвале.

«О боже», – подумала Софи. Это покупатель снов. Ей не разрешалось разговаривать с покупателями и поставщиками. Точнее, они даже не должны были знать, что она здесь живёт. Родители разработали целую систему, чтобы избежать подобных ситуаций. Каждое утро, собирая в школу бутерброды, Софи сверялась с календарём на холодильнике. Дни, когда ей и Монстрику приходилось прятаться, были выделены чёрным цветом, а когда нужно было вывозить бак с утильсырьём на улицу – зелёным. Но сегодня же она ещё не заходила на кухню.

– Я Бетти, соседка. Но я сейчас их позову, – проговорила девочка.

– Очень хорошо, соседка Бетти.

Софи бросилась к лестнице и тут увидела, что покупатель сидит в красном бархатном кресле около окна-фонаря. Шляпа с полями затеняла его глаза, и они казались чёрными кляксами. Узкая бородка тщательно подстрижена, как фигурные кусты во дворе. Он был в широком плаще, а в руках держал портфель. Если не считать того, что глаза скрывала густая тень, посетитель не внушал опасений и мало отличался от остальных бесчисленных клиентов, приходивших в магазин за книгами.

На полпути к лестнице Софи столкнулась с мамой, и та неодобрительно взглянула на неё:

– Софи, что ты здесь делаешь? Минут через пятнадцать мы ожидаем покупателя. Я уже отперла для него дверь. Ты смотрела в календарь?

Софи хотелось бы, чтобы мама говорила тише. Незнакомец наверняка услышал, что её имя вовсе не Бетти. К тому же теперь он догадался, что она здесь живёт.

– Он уже пришёл.

Мама побледнела и плотно сжала губы.

– Иди, – проговорила она.

Софи побежала к лестнице и тут услышала крик Монстрика:

– Софи, вернись! На календаре чёрное число. Это небезопасно!

Мохнатый шар промчался по книгам, ударился девочке в живот и отбросил её назад. Оба упали и стукнулись о стеллаж. С полок посыпались книги и завалили их с двух сторон. Монстрик прикрыл девочку, и несколько книг свалились ему на спину.

– Софи! Ты не ушиблась?! – кинулась к ней мама.

Человек в плаще тоже приблизился.

– Это покупатель, – прошептала Софи Монстрику. Тот вывернул шею, чтобы посмотреть на маму и на посетителя. Огромные глаза неправдоподобно округлились, и Монстрик поскакал к лестнице. Он отталкивался от пола щупальцами и потому передвигался молниеносно – и через пару секунд скрылся из виду.

Человек в плаще молча наблюдал за этой картиной.

– Ничего страшного, – сказала Софи. – Просто мой кот… любит, когда его обнимают.

Мужчина присел на корточки, поднял несколько книг и передал стопку Софи:

– Необычный кот, Бетти.

Софи притворно засмеялась:

– Да он просто…

– …мутант, – перебила её мама. – Хозяева хотели его усыпить, но, не считая лишних конечностей, он абсолютно нормален. Пройдёмте со мной вниз…

– Конечно. – Проходя мимо Софи, мужчина не сводил с неё глаз. Девочка оцепенела и прижалась спиной к стеллажу, желая слиться с книжными полками. В груди у неё было тесно, будто кто-то сжал ей лёгкие. Увидев незнакомца ближе, она разглядела его глаза: белки с красными прожилками, словно он не спал много дней, под глазами морщинистые мешки. Клиент коснулся шляпы, прощаясь с Софи, и проследовал за матерью в подвал.

Монстрик, прятавшийся наверху на лестнице, высунул голову:

– Софи?

– Теперь можно выйти, – проговорила девочка. – Наверное.

– Я подвёл тебя, – уныло произнёс Монстрик.

– Ты же не нарочно.

Все шесть щупальцев повисли. Монстрик робко спустился по ступеням и свернулся около ног Софи:

– Я ведь должен защищать тебя.

Девочка взяла его на руки и пошатнулась от тяжести:

– Не вини себя. Это я забыла свериться с календарём, я и виновата. Я скажу, чтобы родители тебя не ругали.

– Мне всё равно, пусть кричат или даже рычат – лишь бы ты была в безопасности.

Но родители не стали устраивать взбучку ни Софи, ни Монстрику. Они вообще с ними не разговаривали. После ухода посетителя они заперлись в подвале. Монстрик приник ухом к двери, а Софи пыталась расслышать что-нибудь из-под щели под дверью.

– …например, на ферме у Эйбрил, – просочился изнутри мамин голос. – Хорошее место, чтобы растить девочку. Куры и всё такое. Речка. Свежий воздух. Школа, конечно, неважная, но Софи довольно умна.

– Может, это и не понадобится, – успокаивал её отец.

– Он видел Монстрика! И понял, что он питомец Софи и что она очень привязана к нему.

– Но как он догадается, откуда взялся Монстрик? – спросил отец. – Скорее он подумает, что мы его нашли или купили. Какие у него основания предполагать…

– А если всё-таки догадается? Ты готов пойти на такой риск и подвергнуть Софи опасности? Если он расскажет Ночным Стражам… Страшно представить, что они сделают, если узнают про неё.

– С чего бы ему доносить? Тогда ему придётся признаться, зачем он сюда приходил.

– Но что, если Стражи… – Мама замолчала, затем произнесла громко и ясно: – Софи и Монстрик, если вы подслушиваете под дверью, я в два счёта запрещу вам читать книги.

Девочка и чудовище отползли от двери.

– Оба немедленно в свою комнату! Собирайтесь в школу!

Софи и Монстрик прыснули вверх по лестнице.

Монстрик с помощью щупальцев перепрыгивал через три ступеньки, Софи тоже не отставала. Они пронеслись через гостиную и влетели в спальню. Софи захлопнула дверь, нырнула под одеяло и закуталась в него. Монстрик устроился рядом и прижался к её спине.

– Думаешь, этот человек расскажет про меня Ночным Стражам? – спросила Софи.

– Тогда он не сможет утаить, что покупал сны, – рассудил Монстрик. – Стражам это не понравится. К тому же, если Стражи разрушат магазин, он лишится источника снов.

– Мне от этого не легче, Монстрик. – Софи готова была заплакать, но она терпеть не могла слёз: когда плачешь, внутри всё словно хлюпает, как будто там поселилась медуза. Софи всю жизнь слышала про Ночных Стражей – очень опасных, очень организованных, очень решительных фанатиков, которые хотели искоренить торговлю снами и дистилляцию сновидений. Если бы Софи могла видеть кошмары, эти люди стали бы там главными героями. – Неужели мама и папа действительно отошлют меня на ферму?!

– Они боятся за тебя. Так же как и я, – сказал Монстрик.

– Но я не хочу на ферму, – проговорила Софи. – Я хочу остаться здесь!

– Я тоже, – произнёс Монстрик тоненьким жалобным голоском.

Софи повернулась к нему. Она вдруг осознала, что мама говорила не «Софи и Монстрик», а только про неё. Вдруг они сочтут, что брать с собой чудовище опасно, и не разрешат ему поехать с ней? Каждый раз, когда тётя Эйбрил приезжала в гости, Монстрика от неё прятали, а когда однажды семья навещала тётю, чудовище оставалось дома. Вернувшись, они обнаружили, что он слопал всю еду из холодильника, а также несколько вилок и тарелок.

– Ты ведь поедешь со мной, если придётся?

– Я поеду с тобой куда угодно – хоть на край земли. Даже несмотря на то, что это выражение не имеет смысла, поскольку земля круглая, – заверил её Монстрик. – Ты мой друг.

– А ты мой лучший друг, – ответила Софи.

– Мой лучший друг, – повторил Монстрик. Он положил голову ей на плечо и заурчал.

Обняв его, Софи проговорила в его шерсть:

– Это худший день рождения на свете.

– Я даже кексов не ел, – печально произнёс Монстрик.

Софи засмеялась – слабо, коротко, но всё-таки это был смех.

Стало вставать солнце. Жёлтый свет пробивался из-за краев занавесок и лился потоком через стеклянный потолок. Софи медленно оделась, почистила зубы и забрала волосы в хвостик. Когда она закончила, снизу раздался папин голос:

– Софи! Монстрик! Можете спускаться.

Девочка и чудовище переглянулись. Монстрик нервно когтил ковёр. Молча они спустились в магазин снов.

Родители сидели у сновизора. Софи тихо села рядом с ними под лестницей. Отец налил мерцающую жёлтую жидкость из бутылки в серебряную воронку. Жидкий сон закапал в трубку, освещая стекло мягким светом. Там, где трубки изгибались и сужались, жёлтый поток тоже менялся, сон струился дальше и наконец просочился в стеклянный сосуд в самом сердце аппарата, где превратился в клубящийся раствор. Все четверо придвинулись ближе.

– Принеси карточки для бинго, Софи, – попросил отец, не глядя на девочку.

Софи кинулась к ящику и достала карточки. Несколько лет назад они изобрели собственный способ игры в бинго. Каждая клетка обозначает какую-либо тему, событие или предмет, которые часто встречаются в снах. Выигрывает тот, у кого выпадает пять в ряд. Софи передала родителям их карты и одну дала Монстрику. Несколько клеток было уже вычеркнуто во время прошлой игры.

«Может, меня и не станут отсылать, – подумала Софи. – Похоже, они передумали». Она ждала, когда мама и папа что-нибудь скажут, но родители смотрели только в сновизор. Медленно начал вырисовываться образ.

Это была девочка, и она показалась Софи смутно знакомой. Софи прищурилась. Может, кто-то из школы? Нет, лица не разглядеть – жидкость в сосуде испускала клубы пара, и изображение было мутным.

– Сон о полёте, – сказал отец и проверил свою карточку. – Ничего.

– У меня есть, – проговорила мама и зачеркнула клетку на своей карточке.

Со дна сосуда поднимались волны голубого тумана. Софи указала на шишковатое бревно, всплывшее на поверхность. Оно оказалось живым и разинуло пасть.

– Крокодил, – узнала Софи. Она проверила свою карточку – нет ли там диких животных. У неё была клеточка с домашними питомцами, но с хищниками не было.

Девочка за стеклом широко открыла рот – видимо, закричала, но безмолвно: сновизор не передавал звуков. А потом героиня сна быстро покатилась через темнеющее облако к водоёму с крокодилами.

– У меня есть падение! – воскликнула Софи. – Ой нет, эта клетка уже зачёркнута.

Но девочка из сна не плюхнулась в воду, а опустилась в груду листьев. Вокруг неё стояла группа детей, которые смеялись и указывали на неё пальцами. Девочка свернулась клубочком.

– Весьма характерный сон, – заметила мама.

– У меня есть клетка «унижение». – Отец заглянул в карточки соперников. – Берегитесь, я могу выиграть этот раунд. – В его голосе не было ничего необычного. Неужели они даже не упомянут о покупателе? Софи не осмеливалась спросить об этом, но она терпеть не могла оставаться в неведении. Это всё равно что тебя колют десятки иголок.

– У меня уже три клетки в ряду. – Софи показала всем свою карточку.

Отец поднял свою:

– Три по диагонали плюс свободные клетки в середине. Мне нужен только… – он рассмотрел клетки, – исторический анахронизм.

Софи сморщила нос:

– Что-что?

– Это несоответствие изображаемых событий историческому периоду, – пояснил Монстрик. Свою карточку он сжевал в лохмотья. – Например, телефонный звонок в средневековой Англии. Или рыцарский турнир на Таймс-сквер[2]. Какая-нибудь неуместность.

Сделав глубокий вдох, Софи произнесла:

– Мне не место на ферме.

Мама и папа переглянулись.

– Мы знаем, – тихо проговорил отец. – Твоё место здесь, с нами.

Софи обняла родителей, а Монстрик обхватил щупальцами всех троих.

4

Бодрым голосом мама объявила, что пора заняться делами. Отец поставил на полку бутылку со сном, Софи убрала карточки бинго в ящик, и семья в полном составе отправилась на второй этаж в кухню готовиться к школе и к работе, словно ничего не случилось.

Софи посмотрела на часы. Она ещё не опаздывала. Достав из шкафа продукты, она намазала на хлеб арахисовое масло и срезала с сэндвича корки. Потом пошарила в холодильнике и положила в пакет с едой яблоко и баночку с холодным тамалом[3].

Родители стояли бок о бок и смотрели на кухонную раковину, заваленную посудой после вчерашнего ужина, – готовил отец. К тарелкам прилипли спагетти, соус застыл островками.

– Если ты помоешь посуду, я открою магазин, – сказала мама отцу.

– Договорились. – Папа плюнул на руку и протянул её маме. Мама тоже плюнула на свою ладонь и пожала руку мужа.

– Вы знаете, что это не только отвратительно, но и нарушает санитарные нормы? – заявил Монстрик, сидящий на холодильнике между двумя бутылками с газировкой и буханкой хлеба.

– Беспризорные мальчишки в средневековом Лондоне всегда так делали, – сообщил папа.

– Конечно, – кивнул Монстрик, – а потом умирали от чумы.

– Во многих культурах принято плевать три раза, чтобы отогнать злых духов, – улыбнулась мама и наклонилась к Софи. – В честь твоего дня рождения…

Софи отскочила подальше.

Родители рассмеялись и занялись своими делами. Софи положила пакет с едой в рюкзак и проверила тетради с домашним заданием (хотя и сомневалась, что решится их сдать), а также сунула туда несколько ловушек снов.

– Сегодня в школе намечается какое-то мероприятие? – поинтересовалась мама.

Софи услышала в её голосе надежду. Мама всегда хотела, чтобы у дочери появились друзья.

– Я просто отдам Мэдисон и Люси новые ловушки, – объяснила Софи.

– А. Скажи им, что у тебя сегодня день рождения.

– Может, и скажу. – Софи знала, что не скажет, но её обещание ободрило маму, и та улыбнулась. В этом году Софи познакомилась с двумя девочками, у которых были жуткие кошмары. Они даже просыпались по ночам с криком от ужаса. Примерно каждую неделю Софи приносила им новые ловушки и забирала использованные, а родители извлекали из них страшные сны и продавали в своём подпольном магазине. И всем было хорошо: девочки избавлялись от кошмаров, а у родителей Софи появлялся свежий товар, который они продавали людям, отчаянно нуждавшимся в бегстве от реальности. Но Софи не настолько дружила с Мэдисон и Люси, чтобы говорить им про свой день рождения или вообще рассказывать про себя. Она попыталась сменить тему. – Кажется, я нашла ещё одного человека, которому нужны ловушки.

Мама заулыбалась ещё больше:

– Прекрасно! Как её зовут?

– Это мальчик, его зовут Итан. – Он был новичком на уроках истории[4]. Некоторое время Софи наблюдала за ним и была почти уверена, что он страдает от кошмаров. Сегодня она собиралась поговорить с ним, если удастся застать его одного. Она даже изготовила отдельно для него симпатичную ловушку – с чёрными бусинами и синими перьями.

– О-о, прекрасный принц? – поддразнила её мама.

– Дай мне знать, когда пора заточить тебя в башню, – пошутил отец.

Софи залилась ярким румянцем:

– Вы оба учились смущать людей на специальных курсах? Я ухожу.

– О, Софи… – начал отец.

Софи показала на часы:

– Сейчас придёт автобус. – Закинув рюкзак на плечо, она помахала на прощание родителям и Монстрику.

– Люблю тебя, тыковка! – крикнул ей вслед отец.

– И я тебя, брюковка! – ответила Софи.

Спускаясь по лестнице, она услышала, как Монстрик добавил «Люблю тебя, редиска!», и, улыбаясь, поспешила к двери и припустила к автобусной остановке.

Как обычно, в автобусе она сидела отдельно от остальных и, стараясь не обращать внимания на гомон детей, смотрела в окно. Картины города мелькали мимо как образы в сновизоре – мужчина садится в машину, женщина с коляской идёт по улице, в окне магазина зажигается неоновая надпись «Открыто». Наконец приехали, Софи вылезла из автобуса, и гудящий рой ребятишек увлёк её в школу.

Софи оставила пальто и рюкзак в своём шкафчике и сунула одну ловушку в папку. Деревянный круг немного выпирал, но если прикрыть его учебниками, никто не заметит – ведь даже саму Софи никто не замечает. И конечно, никто не знает, что у неё сегодня день рождения. Девочка пыталась убедить себя, что ей всё равно. У неё сегодня много дел: раздать ловушки, поговорить с Итаном и сдать зачёт по истории – а учитывая, что она не готовилась, это может стать её собственным кошмаром.

* * *

Отдать ловушку Мэдисон Мур всегда было нелёгкой задачей. Мэдисон не хотела, чтобы кто-то знал про её кошмары, а значит, не могла просто взять у Софи ловушку в классе или в коридоре. Софи считала, что это глупо. Но Мэдисон не желала афишировать, что во сне задыхается от пожара, или тонет, или спасается от гигантских огнедышащих насекомых.

Софи познакомилась с Мэдисон в сентябре в кладовке уборщицы, куда нырнула, прогуливая урок и прячась от директора Харриса – она должна была делать доклад, но испугалась выступать перед классом. Мэдисон сидела в углу, забившись за ведро со швабрами, и рыдала так сильно, что приходилось кусать кулак, чтоб её не услышали.

Софи тут же узнала одноклассницу, хотя они раньше никогда не разговаривали. Мэдисон обращала на себя внимание: прямые как солома волосы с диагональной стрижкой, заострённые нос и подбородок, пронзительно громкий голос и величавая походка.

Мэдисон заставила Софи поклясться, что та никому не расскажет, как она плакала в кладовке, а иначе обещала превратить жизнь Софи в кошмар наяву. Трудно было не согласиться. Одним секретом больше – не беда. К тому же Софи уцепилась за слово «кошмар» и поинтересовалась, не видит ли Мэдисон страшных снов. Одноклассница не ответила, но Софи всё равно предложила ей ловушку для снов. «Она облегчит кошмары, – Софи повторила то, что её родители говорили покупателям в книжном магазине. – Принеси её через неделю, и я дам тебе новую». Софи заметила, что Мэдисон сочла её слова чепухой, но ловушку взяла, а через неделю принесла назад и попросила другую… Софи удивлялась только, что девочка с таким дурным характером видела столь колоритные сны.

Словно не замечая насупленной Мэдисон, Софи села позади неё. Мэдисон всегда хмурилась. Она одаривала сердитым взглядом всех, кто попадался ей на глаза. Проще было вовсе не смотреть на неё.

Весь урок Софи гадала, где Мэдисон назначит ей встречу, чтобы обменяться ловушками. Под трибунами? Их обычно оккупировали школьники, воображающие себя крутыми ребятами, но к приходу Софи Мэдисон уже разгоняла их. Однажды Софи полюбопытствовала, как ей это удаётся. Мэдисон пожала плечами: «Брызгаю средством «Антивыпендрёж».

Однажды они встречались за мусорными баками, после чего Мэдисон поклялась никогда больше этого не делать, и Софи с ней согласилась. Коробки из-под молока воняли хуже, чем парфюм тёти Эйбрил – а Монстрик шутил, что её духи могут отпугнуть даже дельфинов, которые, как он объяснил, не имеют обоняния.

В конце урока Мэдисон резко встала, уронив на пол учебник, и бросила на Софи то ли свирепый, то ли многозначительный взгляд – у неё это было одно и то же. Софи вздохнула и соскользнула со стула, чтобы поднять учебник, одновременно с наклонившейся за ним Мэдисон.

– Это моё, малахольная! – прорычала Мэдисон так, чтобы все слышали, а шёпотом добавила: – Библиотека, через четыре минуты. – И выплыла из класса не оборачиваясь.

Три её подруги с одинаковыми хвостиками сплотились вокруг неё. Хвостики их подпрыгивали.

Софи вышла вслед за ними. Пробравшись через запруженный школьниками главный коридор и миновав Мэдисон и её стайку, она завернула в боковой коридор, чтобы коротким путём пройти к библиотеке. Здесь было почти пусто, и Софи стала дышать глубже, словно вырвалась из безвоздушного пространства.

Как это возможно – чтобы в столь многолюдном месте ощущалось такое одиночество?!

Софи добралась до библиотеки за полторы минуты. Несколько учеников за столом у окна склонились над книгами. Одна девочка подняла на Софи глаза, оглядела её одежду и, не встречаясь с ней взглядом, вернулась к чтению. Остальные даже не повернули головы, словно Софи была невидимкой.

Библиотекарша, сияя, поздоровалась с ней, и Софи действительно захотелось стать невидимкой. При её появлении библиотекарша всегда начинала суетиться, словно осуществляла личный крестовый поход с целью вытащить девочку из её скорлупы. А Софи совсем не собиралась оттуда даже высовываться.

– Софи! Помочь тебе найти что-нибудь? – Женщина говорила громко и чуть не прыгала на месте, как группа поддержки на соревнованиях.

– Спасибо, я сама, – ответила Софи и, быстро подойдя к двери, стала высматривать Мэдисон. Та наверняка хочет встретиться между стеллажами, где её не увидят, но она не сказала, в каком отделе.

– Я всю неделю собираюсь заглянуть к вам в магазин, – сказала библиотекарша. – У твоих родителей всегда есть прекрасные старые книги, которые можно перечитывать снова и снова, потому что они дарят утешение. Словно тебя кто-то обнимает. – Для большей наглядности она обхватила себя руками.

– Ага, – кивнула Софи.

– Что нового в магазине? Дела идут хорошо? Вы по-прежнему угощаете свежими кексами? – Она погладила живот, и Софи подумала, не собирается ли библиотекарша подкреплять пантомимой каждое своё слово.

– Всё как раньше, – проговорила Софи. Проклятая тётка уже заставила её покраснеть как рак.

Мэдисон вплыла в библиотеку с опозданием на две минуты и важно проследовала мимо Софи. Остановившись у стола выдачи, она спросила:

– Где стоят книги для тех, кто не умеет одеваться?

– Здравствуй, Мэдисон! Я не видела тебя неделю, хотя знаю, что у тебя были «окна» в расписании. Тебе стоит поменьше прохлаждаться и почаще захаживать в библиотеку. Книги по тебе соскучились.

Мэдисон медленно закрыла и открыла глаза:

– Так где отдел моды?

Библиотекарша сверилась с компьютером.

– Семь сорок шесть. Дизайн одежды. – Женщина указала направление, но Мэдисон не стала ждать. Она кивнула ученикам, сидящим у окна, словно королева своим подданным, и поплыла между стеллажами.

Софи попятилась от стола выдачи и пробормотала:

– Мне надо… найти книгу. – Она бросилась в другой проход и, обойдя вокруг, подошла к отделу книг о дизайне одежды.

– Какое же ты жалкое существо! – прошипела Мэдисон. – «Найти книгу»! Не могла придумать ни одной конкретной темы? – Софи не успела ответить: Мэдисон махнула на неё рукой: – Наплевать. Принесла?

Софи достала папку с ловушкой:

– На этот раз меньше блёсток, как ты просила.

Кольцо она сделала из скромной ивовой ветви, а из украшений использовала только чёрное перо.

Мэдисон к ловушке не прикоснулась:

– Последнюю мама чуть не выбросила. Сказала, что она выглядит как поделка заразного детсадовца.

– Эта лучше, – пообещала Софи.

– Смотри у меня. – Мэдисон схватила папку и сунула Софи бумажный пакет.

Софи заглянула внутрь и увидела использованную ловушку. Она была цела. Пока нитки не порвались, сон можно извлечь. Но вообще сны прочнее, чем кажутся, и уничтожить их не так-то просто.

– А твоя мама знает о кошмарах? Почему ты не расскажешь ей… – Софи осеклась. Лучше не распространяться про ловушки для снов. Если об этом узнают… От одной мысли о Ночных Стражах Софи захотелось свернуться клубком на полу между стеллажами. Не дай бог им станет известно, что произошло, когда она выпила сон… В голове вспыхнули страшные картины: жуткие Стражи вламываются в магазин и тащат её куда-то. Нет, лучше хранить всё в тайне.

Мэдисон фыркнула:

– У нас дома нет кошмаров. Ночью надо спать. Ты что, зовёшь мамочку каждый раз, когда тебе приснится страшный сон? Наверняка. Она, наверное, поёт тебе колыбельную, подтыкает одеяльце и целует плюшевого мишку. Какая ты размазня! – Она заглянула в папку, посмотрела на ловушку так, словно хотела к чему-нибудь придраться, но не нашла ничего подходящего. – Увидимся на следующей неделе. До этого ты меня не знаешь. И… спасибо. – Последнее слово она произнесла так, словно оно обожгло ей губы.

– Пожалуйста, – ответила Софи.

– Не задерживай меня. – Мэдисон двинулась к проходу, задев по пути книгу. Софи бросила взгляд на обложку и увидела, что книга посвящена морским свинкам. Она уже хотела сказать Мэдисон, что это не отдел моды, но та важно удалилась, прежде чем она успела открыть рот.

Софи немного выждала и пошла по другому проходу. Она поспешила выбежать из библиотеки, пока библиотекарша снова не завела с ней разговор. Вернувшись в главный коридор, девочка убрала использованную ловушку Мэдисон в рюкзак и заперла его в шкафчике.

* * *

Отдать ловушку Люси Снайдер тоже было непросто, но по другой причине. Люси училась в начальной школе, и Софи могла обменяться с ней, только когда у них совпадали перемены.

Софи взглянула на часы над шкафчиками. У неё оставалось ровно пятнадцать минут, чтобы перейти улицу, войти на территорию начальной школы, отыскать Люси на игровой площадке и бегом вернуться назад до конца перерыва. Это было вполне возможно.

С Люси она познакомилась два месяца назад. Её мать притащила её в магазин и попросила книжку, где нет злодеев, потому что девочке снятся кошмары. Родители Софи продали женщине несколько книг с самыми милыми сюжетами – про пони с розовыми крыльями и весёлых мышей – и подарили ловушку для снов. Увидев ловушку, женщина закатила глаза и пробормотала что-то вроде «Какие-то хипповские фенечки», но девочке забавный предмет понравился. На следующий день Софи увидела Люси через улицу во время перерыва. Незаметно для учителей Софи перешла дорогу и спросила у Люси, помогла ли ей ловушка. Люси расплакалась от радости и сказала, что впервые в жизни спала до утра, не просыпаясь от ужаса. Поэтому Софи решила каждую неделю втайне обмениваться с ней ловушками.

Поначалу это было сложно, поскольку учащимся средней школы не дозволяется разгуливать на территории начальной школы, но теперь у Софи было официальное разрешение – на розовой бумаге с выцветшей нечитаемой датой, уведомляющее, что ей надо передать записку медсестре. Она получила этот документ законным путём несколько недель назад и с тех пор пользовалась им.

Взяв разрешение и новую ловушку, Софи вышла из школы и пошла по парковке. Когда пытаешься куда-то пролезть, надо вести себя решительно и стараться не вызывать подозрений. (Это был совет Монстрика, хотя он говорил, что при наличии шести щупальцев такая уловка всё равно не действует.) Дети уже высыпали на перемену и как обезьянки висели на игровых снарядах.

Люси, конечно же, стояла около качелей и отчаянно ревела. Она и так выделялась среди детей торчащими во все стороны пшеничного цвета волосами, а теперь её просто невозможно было не заметить. Её лицо и даже оттопыренные уши уже приобрели бордовый цвет. Софи не стала ломать голову, что заставило девочку плакать на сей раз. Это могло быть что угодно – от паука до ободранной коленки. Остальные дети сторонились её.

Софи осмотрела площадку: нет ли взрослых? Обычно она ждала, когда Люси подойдёт к ней, но сегодня та заливалась уж очень громко и не собиралась успокаиваться, а Софи не могла терять время.

Она пересекла площадку и оказалась рядом с плачущей девочкой:

– Если не перестанешь плакать, я вылью тебе на голову ведро воды – вот-вот выйдет учительница и поинтересуется, что я здесь делаю.

Люси бросилась к Софи, обняла её за талию и стала рыдать ей в рубашку, вытирая нос о её рукав.

– И зачем мне твои козявки? – спросила Софи.

– Этот человек напуга-а-ал меня! – ревела Люси.

Софи не видела никого из посторонних.

– Наверняка он уже и сам не рад – твои вопли могут мёртвых разбудить.

Вряд ли такие слова утешат ребёнка, который страдает от кошмаров.

Люси зашлась плачем ещё громче.

– Может, люди были бы добрее и не пугали бы тебя, если бы ты так не шумела, – заметила Софи.

Другие дети с интересом смотрели на них, и Софи забеспокоилась: внимание стольких малышей ей не понравилось. Они обязательно проболтаются про старшую подругу Люси, а это ни к чему хорошему не приведёт. Возможно, ей стоило подождать, пока Люси успокоится, или отложить встречу на завтра.

– Не люди, – рыдала Люси, – а кошмарный человек!

– Ты о чём? – переспросила Софи – и тут же пожалела: у неё не было времени на долгие объяснения – одна из учительниц уже направлялась к ним. Люси плакала так часто, что учителя уже не обращали на это внимания, но, заметив на площадке девочку постарше, они забеспокоились. – Ну, не важно. Я принесла новую ловушку. Хочешь поменяться?

Шмыгнув носом, Люси кивнула и вытянула из-под рубашки ленточку, к которой была подвешена ловушка. Деревянный круг размером с ладонь легко помещался в кармане Софи, но не влезал в карман маленькой девочки. Заслонив Люси, чтобы дети ничего не заметили, Софи быстро развязала ленту, сняла старую ловушку и надела новую, а Люси сунула её под рубашку. Ткань чуть топорщилась, но рубашка была свободного кроя и никто бы не догадался, что Люси что-то там прячет.

– Придумаешь, что рассказать учительнице, или мне придётся импровизировать? – спросила Софи.

Девочка снова шмыгнула носом:

– А что это – «импровизировать»?

Софи не успела объяснить – учительница уже подошла к ним:

– Что здесь происходит? Люси, кто это?

Люси бросилась к ней:

– Ко мне п-п-приставал м-м-мужчина! Эта девочка его прогнала! Она меня спасла! Я так испуга-а-алась! – снова завыла она.

«Вот это и значит импровизировать», – подумала Софи.

– Мужчина? Какой? – Учительница, прищурившись, осматривала парковку.

– Просто прохожий. Я его не разглядела, – сказала Софи. – Я принесла записку медсестре, – она помахала розовым листком, – а тут вижу, малышка очень расстроилась, вот и подошла к ней. Мне надо идти.

– Ты можешь описать этого мужчину, Люси? – присев на корточки, спросила учительница. – Как он выглядел? Что он сказал?

Пока Люси что-то лепетала, Софи бегом припустила через площадку, притворяясь, что не слышит, как учительница обращается к ней. Через пару минут она уже была в своей школе, убрала использованную ловушку в шкафчик и пошла в класс.

Чуть не попалась, но в результате справилась. Теперь, если удастся уговорить Итана взять ловушку, это будет превосходный день рождения. Или по крайней мере очень хороший рядовой день.

5

Итан тоже учился с Софи в одном классе.

Она наблюдала за ним с начала года и заметила все характерные особенности ребёнка, страдающего от кошмаров, – под глазами лежат синие тени, по утрам он неестественно тихий, а когда никто не видит, осторожно оглядывает тёмные углы. Софи могла поспорить, что его мучают классические сны с чудовищами, и с нетерпением ждала, когда сможет поместить их в сновизор.

Итан был новичком. Его семья переехала сюда из Айовы, или Айдахо, или Индии. Благодаря занятиям спортом он сразу же приобрёл многих друзей, вёл себя примерно и, казалось бы, не имел повода посещать кабинет психолога… но он посещал. Раз в неделю после уроков он прощался с друзьями и торопился туда. Софи знала об этом, потому что следила за ним.

Дождавшись, пока учительница отвернётся к доске, Софи взглянула на часы. Мисс Шерман терпеть не могла, когда ученики уделяли больше внимания часам, чем ей. Урок кончается по звонку, а до этого они не должны отвлекаться. Иначе она угрожала начать петь и танцевать, а никто не хотел ни слышать, ни видеть этого… На первой неделе учебного года по крайней мере половина класса рискнули проверить, что будет. Оказалось, у мисс Шерман совершенно не было слуха и она любила попсовые песни.

Когда наконец прозвенел звонок, Софи медленно вышла из класса и последовала за Итаном. Друзья окружили его, но он с ними распрощался. Софи не слышала, что именно он сказал, но предположила, что он не сообщил о визите к психологу – скорее придумал какое-нибудь объяснение. Один друг засмеялся, и Итан засиял улыбкой.

Софи знала эту улыбку. Так улыбаются в середине дня… через несколько часов после пробуждения от кошмара и за несколько часов до очередного. Его определённо мучили ужасные дурные сны. Ловушка ему необходима.

Следя за Итаном, Софи прошла мимо своего шкафчика. Рюкзак с использованными ловушками она заберёт позже.

Софи огибала учеников, толпящихся в коридоре, не упуская из виду светловолосую голову Итана. Голоса слились в сплошной гул.

Возле кабинетов администрации коридор пустовал. Все школьники толпились позади, у шкафчиков. Итан остановился возле фонтанчика, и Софи замедлила шаг, сделав вид, что читает что-то на доске объявлений. Итан попил воды и зашагал дальше, Софи двинулась за ним. Он свернул за угол в следующий коридор, и Софи поспешила догнать его.

Когда она повернула за угол, ей пришлось затормозить: он ждал её.

– Шпион из тебя никудышный, – сказал он.

Софи почувствовала, что краснеет.

– Если только у тебя нет спецоборудования в кармане или крюка, который выстреливает из пояса. Вот это произвело бы на меня впечатление, – продолжил Итан.

– Я просто…

– Ты ведь Софи, да? – спросил он. – Из книжного магазина?

Она не помнила, чтобы он заходил в магазин. Но если всё-таки заходил, то разговаривать было бы гораздо проще. К тому же тогда у него уже есть ловушка для снов, как у всех клиентов её родителей.

– Я хочу кое-что тебе подарить. – Софи вытащила ловушку с синими перьями. Вообще-то она не собиралась прыгать с места в карьер, но её сбило с толку, что он знает её имя. Она всегда считала себя почти невидимой, и ей это нравилось. И теперь она хотела, чтобы разговор закончился как можно быстрее и она бы вернулась к своей анонимности. – Принеси её назад через неделю, и я дам тебе новую. – Софи протянула ему деревянный круг с нитками.

– Мм-м… спасибо. – Итан осторожно взял его за нитку. Круг провернулся, и кристаллы засверкали, отражая свет. – Вообще-то я такими вещицами не увлекаюсь.

– Это прогонит кошмары.

Итан остолбенел, и Софи поняла, что не ошиблась.

– Откуда ты знаешь… – тихо произнёс он и судорожно прижал ловушку к груди, словно боялся её упустить.

Выбрав самое простое объяснение, Софи кивнула на дверь кабинета психолога:

– Просто догадалась. Да и потом, у кого нет кошмаров в средней школе? Мне говорили, что через это обязательно надо пройти. – Она повернулась, собираясь уходить. – Повесь у кровати и постарайся лишний раз не касаться нитей. – И она пошла по коридору.

Итан последовал за ней:

– А это точно поможет?

– А как ты узнаешь, если не попробуешь? – ответила Софи. Она слышала, что родители часто используют этот довод в магазине и обычно он действует.

– Наверное, ты права, – согласился Итан.

Софи не останавливалась.

– Слушай, а почему я?

– Что ты?

– Многие люди… плохо спят. – Он приподнял ловушку, она провернулась и замерцала. – Почему ты подарила это мне? Мы даже незнакомы.

Софи и сама не знала. Может быть, ей было любопытно, какие у него сны. А может, её поразило, как тщательно он пытался скрывать свои проблемы. Или она ему сочувствовала, потому что иногда по утрам он выглядел крайне изнурённым. Софи остановилась на последнем предположении:

– Тебе нужна помощь. А я могу помочь.

Итан переминался с ноги на ногу:

– Послушай, Софи… только не…

– …говорить никому? – закончила она его фразу. – Я не болтлива.

Он кивнул и поспешил к кабинету психолога. Софи смотрела ему вслед, пока он не скрылся из виду, потом повернулась и пошла к своему шкафчику. Всё оказалось проще, чем она ожидала. Должно быть, его кошмары ужасны. Или он просто очень вежлив. Софи было интересно, что покажет сновизор.

Она поймала себя на том, что улыбается. Сегодня, в свой день рождения, она хорошо поработала. Итан никогда об этом не узнает, но его сон продадут человеку, которому он необходим. Его кошмар станет прекрасным развлечением для того, кто хочет ненадолго сбежать от собственной жизни, или даст кому-то безопасный способ встретиться лицом к лицу с собственными страхами. А может, подарит вдохновение художнику. Вот чем занимаются мама и папа в своём магазине: превращают страшное в прекрасное.

Софи подошла к шкафчику. В коридоре уже никого не было – все разошлись по автобусам. Если поторопиться, она тоже успеет. Софи отперла шкафчик, чтобы забрать две использованные ловушки…

Обе исчезли!

Софи оглядела коридор в обе стороны.

Вытащила всё из рюкзака. Оттуда выпал красный неподписанный конверт. Софи открыла его и вытащила открытку. На лицевой стороне был изображён пушистый чёрный кот с воздушными шариками в лапе. Софи раскрыла открытку. Внутри аккуратным почерком чёрными чернилами было написано:

«С днём рождения, Бетти».

И подпись: «Мистер Кошмар».

6

Её первой мыслью было «Я не Бетти».

Её второй мыслью было «Я Бетти». По крайней мере утреннему покупателю она представилась именно так. Увидев Монстрика, он сказал: «Необычный кот, Бетти». А теперь вот открытка…

Это, наверное, шутка. Дурная, отвратительная шутка. По спине Софи пробежали мурашки, и рука, держащая почтовую карточку, задрожала. Но девочке всё же удалось сунуть открытку в рюкзак: не исключено, что незнакомец ещё где-то поблизости, наблюдает за тем, как она читает послание, ждёт её реакции – засмеётся ли она или закричит от ужаса.

Софи сгребла свои вещи в рюкзак, закрыла его и со всех ног понеслась по коридору к выходу, а оттуда – к стоянке школьных автобусов.

В автобус она вбежала последней и, задыхаясь, плюхнулась на первое попавшееся свободное сиденье рядом с незнакомым шестиклассником. Тот схватил её рюкзак и переставил к окну, намеренно глядя на улицу, а не на Софи, но ей было всё равно. Главное, она добралась до автобуса – а здесь безопасно.

– Ну надо же, первый раз вижу, чтобы ты бегала, – раздался голос Мэдисон, такой резкий, что Софи показалось, будто кто-то укусил её за ухо.

Некоторые школьники захихикали.

Софи ничего не ответила. Мэдисон было бы не до шуток, узнай она, что ловушка с её кошмарами пропала.

Глядя в окно, Софи старалась вспомнить, запирала ли свой шкафчик перед последним уроком. Вообще-то она всегда его запирала, и это уже вошло в привычку. Но она не помнила точно, щёлкнул ли замок. Может, она забыла, и потому мистер Кошмар смог украсть ловушки? Но зачем они ему? Их нельзя использовать повторно, если сны не извлечены с помощью дистиллятора. Может, тут какая-то ошибка? Дома она сразу же спросит у родителей – должно же быть простое и совсем не страшное объяснение и появлению открытки, и исчезновению ловушек.

Доехав до своей остановки, Софи рванулась к выходу из автобуса, оттолкнув двух детей, которые заорали в знак протеста, и бежала всю дорогу до дома. Колокольчик над дверью отчаянно затренькал.

– Мама!

Мама была за кассой и помахала Софи рукой. Рядом с ней стояла мисс Ли – женщина, которая пекла для магазина кексы. Софи полюбила её сразу же, как только та въехала в соседний дом. У неё был певучий голос, приятная улыбка и мягкие чёрные волосы, заплетённые в замысловатые косы. Во дворе она развешивала множество кормушек для птиц, и возле её окон всегда порхали целые стайки колибри. Мисс Ли всегда покупала лимонад у детей, которые продавали напиток на улице с лотка, и каждую субботу бесплатно работала в библиотеке. Она была самым милым человеком из всех, кого встречала Софи, но сейчас девочке хотелось, чтобы соседка ушла.

– Только посмотри! – Мама покрутила в руке кекс с шапкой кремово-белой глазури и посыпкой, напоминающей растрескавшуюся кожу. – Пикантный кекс. Кусочки бекона и… что там ещё?

– Это кекс с мёдом и беконом, – объяснила мисс Ли. – А это с песто и с сыром «Пеппер Джек». – Она смущённо улыбнулась Софи. – Я экспериментирую. Хочешь попробовать?

– Спасибо, пока нет… – ответила Софи. – Мама, можно тебя на минутку?

Мама взяла руку Софи и положила ей на ладонь кекс с мёдом и беконом:

– Попробуй. Тебе понравится.

Обе женщины воззрились на девочку с такой надеждой, словно их счастье зависело от её вкусовых рецепторов.

– Но я…

Мисс Ли огорчилась:

– Тебе не нравится сама идея. Свинина в кексе. Ты думаешь, вкус будет отвратительным.

– Нет-нет, я уверена, что это очень вкусно, – заверила её Софи. В доказательство своих слов она откусила большой кусок. По губам размазалась глазурь. Софи поспешно прожевала, хрустя жареным беконом, и произнесла: – Чудесно!

Мисс Ли просияла:

– Правда?

Ловя крошки в ладонь, Софи кивнула. Кекс в самом деле был очень вкусным.

С лучезарной улыбкой мисс Ли повернулась к маме Софи:

– Габриела, думаешь, они будут продаваться? В хороших пекарнях всегда большое разнообразие. Если я придумаю ещё несколько рецептов, мы сможем расширить торговлю… Но я забегаю вперёд.

Мама взяла её руки в свои:

– Думаю, ты продашь их сотни, Джиа. Ты печёшь превосходно. Посмотри, сколького ты уже добилась! Поверь в себя, в свои сны!

Последние слова немного царапнули Софи, хотя она и знала, что мама имеет в виду мечты. Софи было интересно, снятся ли мисс Ли кексы, или, может быть, поющие венчики, или танцующие мерные ложки. Женщины обнялись, и мисс Ли ушла почти вприпрыжку. Софи проглотила кусок кекса и уже хотела рассказать про случившееся, но мама спросила:

– Как дела в школе? Ты сдала зачёт по истории?

Тыльной стороной ладони Софи вытерла с губ глазурь и сказала:

– Мама, тот покупатель…

– Не размазывай крем по лицу, – перебила её мама. – Дай-ка я вытру тебе рот. – Перегнувшись через прилавок, мама промокнула губы Софи салфеткой.

– Мама!

– Знаю, я с тобой слишком нянчусь, но ты всё ещё моя маленькая девочка. – Мама вытянула губы, причмокнула и повернулась к подставке с выпечкой, чтобы разложить новые пикантные кексы. Каждое утро она или отец красиво расставляли их пирамидой и накрывали стеклянным колпаком. Софи помогала украшать табличку с надписью «Изысканные кексы. $3.00» рисунками листьев и цветов. – Мисс Ли хочет, чтобы мы поставили здесь несколько столиков и стульев и предлагали летом холодный чай с кексами…

– Мама, он украл мои ловушки и оставил записку! – выпалила Софи.

Мама так и замерла с кексом в руках. Глаза её округлились. Слова, кажется, повисли на мгновение в воздухе, как мультяшный койот перед падением с обрыва. Наконец-то Софи завладела маминым вниманием.

– Кто? – спокойным голосом спросила мама. Она положила последний кекс в пирамиду и накрыла полочку стеклянным колпаком.

Софи порылась в рюкзаке и передала маме открытку с чёрным котом и шариками.

Мама прочитала надпись и нахмурилась:

– Я не понимаю…

– Сегодня утром я сказала покупателю, что меня зовут Бетти.

Мать побледнела. Она прошагала к входной двери, защёлкнула замок и перевернула табличку «Открыто» на «Закрыто».

– Отец в лаборатории. Пойдём, расскажешь нам обо всём подробно.

Софи пошла за ней.

– А где Монстрик? – спросила она.

На верхней полке одного стеллажа кто-то чихнул, и в воздух поднялось облако пыли. Подняв голову, Софи увидела, как со стеллажа спускается тень, и услышала зов:

– Лови меня!

Вытянув вперёд щупальца, Монстрик спрыгнул с полки, шлёпнулся прямо в руки Софи и двумя щупальцами обвил её за шею. Девочка пошатнулась:

– Уф! Привет, Монстрик.

– Кто тебя расстроил? – спросило чудовище. – Скажи мне, я его покусаю.

– Никаких укусов! – в один голос произнесли Софи и мама.

– Ну хоть ущипну.

– Нет, – мама и дочь покачали головой.

– Ну оближу.

– Фу! – ответила Софи.

Мама отперла дверь подвала – ключ хранился в потрёпанном экземпляре «Моби Дика». Вход в лабораторию всегда был закрыт, чтобы покупатели книг случайно не забрели в магазин снов.

– Я знаю, что тебя взбодрит, – кекс с мёдом и беконом, – сказал Монстрик. – Мне бы он точно помог. Мёд развеселит любого. Кроме пчёл. Но это потому, что для производства одного фунта мёда пчела должна собрать нектар с двух миллионов цветков, и пчёлки устают. Это научный факт.

Болтовня Монстрика немного успокоила Софи. Прижимая его к себе, она спустилась по лестнице в подвал. Монстрик похлопывал её по щеке мягкими подушечками щупальца.

– Тебя всё ещё что-то беспокоит. Не тревожься – Монстрик с тобой.

Отец, наморщив лоб, сосредоточенно хлопотал у дистиллятора. Капли сна быстро перетекали из трубки в трубку, ползли по изгибам и поворотам, а отец проворно настраивал клапаны и нажимал на нужные рычаги. Он парил как птица, хлопая локтями как крыльями, а его пальцы порхали над аппаратом. Каждое его движение придавало сну форму, глубину и длительность. При желании отец даже мог удалять или размывать частности.

Когда жидкость набирала скорость, она начинала светиться ярче и мерцать сиреневыми искорками. Мама, подойдя, повернула ручку настройки и нажала на другой рычаг, отчего жидкость стекла влево. Наконец она закапала в последнюю трубку. Пока отец управлялся с рычагами, мама взяла с полки бутылку, подставила под кран дистиллятора, и сон капля за каплей наполнил стеклянную ёмкость.

Софи очень любила наблюдать, как родители дистиллируют сны. Они были мастерами в своём деле – сны у них получались свежие и яркие – и гордились своими изделиями. Люди, покупавшие у них сны, приобретали особый опыт – «истории в бутылке», как говорил отец, – и обогащали свою внутреннюю жизнь.

Понаблюдав, как родители увлечены своим любимым занятием, Софи успокоилась. Они выяснят, что значит эта открытка. Может быть, ничего страшного и не произошло – просто попался человек с дурным чувством юмора. Или незнакомец просто хотел сделать Софи приятное, поздравить её с днём рождения, когда никто другой о нём и не вспомнил… Да, но притом он забрал ловушки. Это как понимать?

Когда в бутылку стекла последняя капля, мама вынула ёмкость из-под крана и закрыла её пробкой. Отец улыбнулся жене:

– Как раз вовремя, дорогая, как всегда.

– Что же ты меня не подождал? – упрекнула мама. Дистиллятором можно было управлять и в одиночку, однако самые изысканные сны получались, когда родители работали вдвоём. – Но я спустилась не за этим. Софи пришла из школы очень испуганная. Но ничего плохого с ней не случилось. – Мама улыбалась, но улыбка казалась натянутой.

Отец взял у неё открытку.

– Я нашла это в своём шкафчике, – объяснила Софи. – Утренний покупатель думает, что меня зовут Бетти. Открытка, наверное, от него.

Отец прочитал послание и взглянул на мать. Софи увидела, как его кадык перекатился вверх и вниз.

– Не беспокойся об этом, Софи.

Она была бы и рада, но…

– А ещё у меня из рюкзака пропали две использованные ловушки. А Люси сказала, что видела «кошмарного человека».

– А ты его видела? – мягко спросила мама. – Он с тобой разговаривал?

Отец ещё мягче спросил:

– Он тебя обидел?

Мама тревожно взглянула на него.

– Не то чтобы он мог, – быстро поправился отец, – но если он это сделал…

– Расскажи нам всё по порядку, милая, – попросила мама.

Монстрик прорычал:

– Если он тебя обидел, я его не только покусаю. – Он крепче обвил Софи щупальцами. Девочке показалось, что он приклеился к ней суперклеем.

Софи покачала головой:

– Я его не видела – только эту открытку.

Мама упала в кресло и стала тереть лоб, словно у неё внезапно заболела голова:

– Не надо было мне отпирать магазин! Но покупатели не любят ждать на улице, это привлекает внимание. Если бы я знала, что Софи проснулась…

– Не вини себя, – попытался успокоить её отец.

– Это я виноват, – приглушённым голосом сказал Монстрик, прижимаясь мордочкой к шее Софи. – Я не выполнил свой долг. Мне ужасно стыдно.

– Одна случайность за шесть лет не смертельно, – произнёс отец. – Нам всем следовало проявлять бдительность. Это наша вина – мы не напомнили Софи об осторожности.

А ей стоило проверить календарь и вести себя осмотрительно, но теперь это уже не важно. Теперь главное выяснить, что означает надпись на открытке. Прервав поток самообвинений, Софи спросила:

– Кто этот человек? Чего он хочет?

– Он знает, что ты наша дочь, – ответила мама. – И он видел Монстрика. Если он сделал очевидные выводы и доложил Ночным Стражам…

– Но он этого не сделал, – возразила Софи. – Просто оставил открытку.

Монстрик поднял голову и ослабил щупальца.

– Это верно, – сказал он. – Если бы Стражи знали про Софи, они бы уже пришли за ней.

Ночные Стражи считали, что смотреть чужие сны безнравственно. А узнав, что Софи может превращать сон в явь, они бы забрали её – и, возможно, навсегда. Родители внушили Софи, что Стражи – её враги. То, что они не явились, было очень, очень хорошим знаком.

Отец кивнул:

– Мы делаем поспешные выводы и представляем худший вариант развития событий. Но ведь покупатель не мог догадаться, откуда взялся Монстрик.

– Я рассказала ему байку про кота-мутанта. – Мама вскочила с кресла и стала ходить взад-вперёд по тесному подвалу: она делала шесть шагов до сновизора, потом разворачивалась и в шесть шагов достигала дистиллятора. Каблуки цокали по деревянному полу.

Обняв Софи четырьмя щупальцами, Монстрик поводил двумя в воздухе:

– Мне это не понравилось. Я не кот и не мутант. Честно говоря, не знаю, что более оскорбительно. Может, будем говорить, что я результат научного эксперимента по созданию искусственного интеллекта?

– Замолчи, или мы скажем, что ты приблудный вомбат, – приструнила его мама. – Дело нешуточное.

– Но волноваться не о чем, – добавил папа. – Софи, как ты правильно заметила, у нас нет доказательств, что этот человек хотел навредить нам или что он сообщил о нас Ночным Стражам.

Остановившись, мама положила руку на плечо дочери:

– Конечно, тебе не о чем беспокоиться. Мы обо всём позаботимся. – Она пыталась излучать уверенность, но Софи читала тревогу на её лице с той же лёгкостью, как этикетку на бутылке со свежим сном.

– Но зачем он оставил открытку? – спросила девочка. – Хотел меня напугать?

– Может, это ничего и не значит. Просто человек захотел показать, какой он остроумный. – Мама обняла Софи, чуть не раздавив Монстрика. Чудовище пискнуло. – Иди делай уроки, а мы с папой обсудим положение.

– Я бы предпочла обсудить его с вами, – не согласилась Софи.

– А я бы предпочёл, чтобы меня не раздавили, – пробурчал Монстрик, изворачиваясь.

Мама отступила, и Монстрик театрально вздохнул, раздув грудь как воздушный шарик.

– Вы не можете выгнать меня, когда обсуждается моя судьба, – запротестовала Софи.

– Можем-можем, – возразил отец. – Родители всегда так поступают.

Мама похлопала дочь по плечу:

– Когда ты была помладше, мы позволяли тебе больше. Теперь мы рассчитываем, что ты достаточно взрослая, чтобы понять нас. Нам с отцом надо поговорить наедине и решить, что делать.

Сердито зыркнув на родителей, Софи плюхнулась на пол так тяжело, что на полках зазвенели бутылки. Она никуда не уйдёт. Пусть тащат её наверх хоть волоком.

– Вы не можете отослать меня к тёте Эйбрил. Вы обещали.

– Правда-правда, – вставил Монстрик.

– Мы никуда тебя и не отсылаем, – заверил отец, присев рядом с Софи. – Но мы не знаем, насколько серьёзно могут повернуться обстоятельства. Этот человек залез в твои вещи и напугал тебя. Это неприемлемо. Может, мы напрасно бьём тревогу – но это лишь потому, что любим тебя больше всего на свете.

– Может, это была дружеская записка? – предположила Софи. – А ловушки он взял случайно. Вдруг он пытался быть вежливым?

– Случайно не выслеживают детей в школе, а из вежливости не взламывают их шкафчики и не воруют вещи, – наставительно произнесла мама. – Нет, он явно хотел передать нам сообщение.

– Вам? – удивилась Софи.

Родители переглянулись, но ни один из них не ответил. Тогда вступил Монстрик:

– Ну да – что у них есть слабость, и это ты. И он знает, что если будет тебе угрожать, то они предпримут решительные шаги, чтобы защитить тебя. Например, отправят на ферму.

– Зачем ему, чтобы я жила на ферме? Он что, любитель кур? – Софи хотела, чтобы это прозвучало как шутка, но голос у неё дрожал.

– Может, ему нравятся овцы, – предположил Монстрик. – А я слышал, что многие фермеры держат лам, чтобы утешать овец, когда им одиноко. Овцы – стадные животные. Так же как и собаки, только несколько овец называют стадом, а несколько собак – стаей. А несколько птиц – косяком. А несколько львов – прайдом. А несколько верблюдов – табуном.

– Табун верблюдов? – повторила Софи, уцепившись за возможность выровнять голос. – Ты это сам сочинил.

– А вот и нет. Иди проверь. Есть множество интересных названий для групп животных. Клубок змей, полчища ворон, туча саранчи, совиный парламент.

Отец широко улыбнулся:

– Ребята, мне жаль вас прерывать, но я ещё не обедал. – Он положил руку на живот, и внутри как по команде заурчало так же громко, как храпит Монстрик.

– Как ты можешь есть… – начала мама, но вдруг оживилась. – Ты прав! – Давайте перекусим. Все наверх! – Она погнала Софи, Монстрика и мужа на первый этаж в книжный магазин, а потом на второй в кухню.

– А как ты назовёшь группу монстров? – спросила Софи Монстрика, пока они поднимались.

– Орава, – ответил тот.

Когда пришли в кухню, мама обследовала холодильник в поисках оставшейся еды: отыскался один гамбургер, две запеканки с куриным мясом (мамин лучший рецепт), несколько бубликов и кусок сыра. Сыр она бросила Монстрику, и он, поймав его зубами, вынул щупальцами изо рта и стал грызть. Мама поставила запеканки в микроволновку, а бублики разрезала пополам и положила в тостер. В это время Софи накрывала на стол, а отец бегал от окна к окну, выглядывая на улицу и закрывая занавески.

«Они стараются отвлечь меня», – догадалась Софи. Мама уже попыталась отправить её делать уроки, а теперь отец прибегал к своей излюбленной уловке: отвлекать с помощью еды. Родители наверняка собираются поговорить, когда Софи ляжет спать.

– Мама, что ты имела в виду, когда сказала, что он хотел передать вам сообщение? Открытка же адресована мне. Почему ты думаешь, что сообщение для вас? И какое именно?

– Кто? – как ни в чём не бывало спросила мама, наливая Софи яблочный сок.

Софи закатила глаза. Родители совершенно не умеют притворяться. Неужели они действительно думают, что она забудет, о чём говорили пять минут назад?

– Покупатель, мистер Кошмар. Чего он добивается?

Мама тяжело вздохнула:

– Мы не знаем. Надо подумать.

Папа кивнул:

– Завтра мы встретимся с ним и спросим у него самого. – Он посмотрел на жену и повернул голову так, словно это был вопрос, и мама кивнула.

Микроволновка запищала. Мама поставила запеканки на стол. Сыр расплавился и прилип к макаронам – блюдо выглядело не настолько аппетитно, чтобы отвлечь Софи от разговора.

– А если он опасен? – спросила она.

– Не думаю, – беззаботно ответила мать. – Выглядит безобидным. Вёл себя очень вежливо, хотя и настойчиво.

– На барбекю я бы такого человека не пригласил, но ничего настораживающего в нём нет, – добавил отец.

Мама кивнула:

– Он отрекомендовался ценителем кошмаров и сказал, что услышал о нашей работе от коллеги. Сначала расточал нам комплименты, явно стараясь польстить, а потом купил один из самых интересных снов, где перемешаны греческая мифология и кораблекрушение. И пообещал поддерживать связь, если ему понравится.

– Скорее всего, он пытался торговаться, – подхватил отец, раскладывая на столе ножи и вилки. – Цены у нас выше, чем у других, но и качество гораздо лучше.

Мама снова кивнула:

– Наверное, он считает себя остряком. Придётся объяснить ему, что если он ещё раз к тебе приблизится, то мы не станем иметь с ним дела. – Из тостера выпрыгнули подрумянившиеся по краям половинки бубликов. – Когда ты придёшь из школы, всё уже будет улажено.

– Я пойду завтра в школу?! – Софи подумала об открытке в шкафчике. Мистер Кошмар приходил в школу и может заявиться туда снова.

– Завтра вторник, – заметил отец. – По вторникам ты всегда ходишь в школу.

– Но сейчас ведь особые обстоятельства!

– И поэтому Монстрик пойдёт с тобой, – сказала мама.

Монстрик прыгнул на стол и торжественно поклонился:

– Я не против.

У Софи отвисла челюсть:

– Что?! Вы хотите, чтобы я взяла в школу Монстрика?! Серьёзно?! А вы не забыли, что у него есть шерсть, три ряда зубов и шесть щупальцев? И я не могу представить его как двоюродного брата из другого города.

– Он спрячется, – спокойно, как будто ничего особенного не произошло, ответила мама, раскладывая запеканку. Она положила немного и в кошачью миску, стоящую перед Монстриком, и тот тут же сунул туда морду.

Подцепив горку побольше, мама опустила её на тарелку Софи, но девочка не прикоснулась к еде. Она не могла есть.

– Речь точно идёт про Монстрика? В школе сотни детей, и если кто-то его увидит…

– Не увидит, – спокойно и твёрдо произнёс отец. – Раньше ведь его никто не замечал.

Софи изумлённо уставилась на Монстрика:

– Раньше? Что ты имеешь в виду? Он же никогда не ходил со мной в школу.

Монстрик, словно смутившись, уронил голову на грудь, почти упав мордой в миску. Ноздри его начали раздуваться, и он принялся за еду.

Софи потыкала его пальцем:

– Монстрик!

– Мы несколько раз посылали его проверить, как у тебя дела, – выдала тайну мама. – Один раз – когда ты сильно кашляла, другой – когда жаловалась, что одноклассники тебя задирают.

– Но он мне ничего не говорил. – Софи не верилось, что Монстрик что-то скрывает от неё. Она думала, что между ними нет секретов. Монстрик старался не смотреть ей в глаза.

– Это мы попросили его молчать, – сказал отец.

– Сколько раз он ходил за мной? И зачем?

– Мы иногда волнуемся, – оправдывался отец. – Мы ведь твои родители.

– Софи, это не обсуждается. – Мама со стуком поставила блюдо с запеканкой на стол. – Ты не можешь присутствовать при нашем разговоре с мистером Кошмаром, и мы не позволим тебе уйти из дома одной, без присмотра друга, которому доверяем.

Монстрик поднял голову от миски и заурчал. К его шерсти прилипли кусочки гамбургера.

– Они доверяют мне, несмотря на сегодняшнее утро, – радостно проговорил он.

– Конечно, доверяем, – подтвердила мама. – И ты не раз доказал свою преданность.

Монстрик, рисуясь, смахнул со щеки воображаемую слезу:

– Мне удалось то, что не получалось у других чудовищ: я обрёл настоящую семью. Я самый счастливый монстр на свете! – И он театрально упал на стол.

– К тому же ты ведь знаешь: если ты нас подведёшь, – продолжила мама, словно он ничего и не говорил, – мы спустим с тебя шкуру и будем укрываться ею как одеялом.

– Ой-ой-ой! – испугался Монстрик.

– Мама шутит, – поспешила сказать Софи.

Монстрик взглянул на неё огромными серьёзными глазами без намёка на мелодраму:

– Нет, не шутит. По крайней мере, если бы она не шутила, я бы понял. Я не подведу тебя, Софи. Я буду защищать тебя каждой шерстинкой своего лохматого тела.

Софи обняла его:

– Знаю. Но не могу поверить, что ты не рассказал мне, что ходил со мной в школу.

– Я бы сделал что угодно, чтобы уберечь тебя от беды. – Он обвил девочку щупальцами, и она не могла больше сердиться на него. – Ты моя Софи.

– В прошлые разы он пробирался в школу после твоего прихода, но, думаю, завтра ему надо ехать в твоём рюкзаке, – сказал отец. – А в школе он сразу спрячется.

– Я умею быть незаметным, – провозгласил Монстрик, – как опоссум.

Софи не была уверена, что опоссумы незаметные животные. Пока она не успела снова возразить, отец заявил:

– Это правда. Ты его и не заметишь.

Мама кивнула:

– Просто учись как обычно, а когда придёшь домой, мы вместе поужинаем и посмеёмся над тем, как глупо было волноваться.

Софи переводила взгляд с матери на отца и видела в их глазах страх, который они изо всех сил пытались скрыть.

– У меня ведь нет выбора, так?

– Ты можешь поехать на ферму к тёте Эйбрил, – предложил отец. – И подружиться с цыплятами.

Софи поникла на своём стуле. Вся эта затея легко могла приобрести трагический поворот. Но девочка поняла, что спорить бесполезно. По крайней мере, раз Монстрик уже был в школе, можно надеяться, что беды не случится.

– Ладно, – согласилась девочка. – Пусть Монстрик идёт в школу.

Чудовище похлопало её щупальцем по щеке:

– Не волнуйся, Софи. Всё будет хорошо. Только возьми, пожалуйста, побольше еды.

7

Монстрик не помещался в рюкзак. Съёжившись на дне, он пытался обернуть все шесть щупальцев вокруг тела. Софи стояла на коленях рядом и старалась запихнуть их внутрь. Как только она засовывала одно, тут же вылезало другое.

– Ты не можешь спрятать их под себя?

Когда Монстрик поворачивался, шерсть его ершилась. Он втиснул одно щупальце, выпростал другое – и в стену кухни полетел пакет с соком. Пакет врезался в шкаф и лопнул.

– Ой. – Монстрик высунул голову из рюкзака. Огромные глаза смотрели одновременно невинно и виновато.

Вздохнув, Софи принесла пачку бумажных полотенец и начала вытирать разлившийся сок:

– Имей в виду: мне всё равно, что ты проделывал это уже много раз. Я считаю это неразумной затеей.

Монстрик ещё шире распахнул огромные глаза:

– Ты мне не доверяешь?

– Ты только что уничтожил мой яблочный сок.

– Я нечаянно.

– Я не хочу, чтобы в школе тоже что-нибудь нечаянно произошло. – Помолчав, она оглядела его: глаза ярко сияют, шерсть распушилась. – Тебе это в радость, да? – обвиняющим тоном спросила она.

Монстрик улыбнулся, сверкнув многочисленными зубами:

– О да! Весело, весело! Прятаться одному увлекательно, но сегодня мы отправляемся к приключениям вместе!

Софи взяла новую коробку с соком, но, оглядев все щупальца Монстрика, решила, что сок ей сегодня не нужен. И еда тоже. И библиотечные книги, и ноты, и учебник истории. Она вытащила из рюкзака книжки, и Монстрик попробовал устроиться снова. На этот раз он вместил всё, кроме одного щупальца. Софи вспомнила, как, когда была маленькой, наряжала его в кукольную одежду и уговаривала родителей позволить взять его с собой на детскую площадку.

– А что, если мы тебя оденем, всем скажем, что ты очень волосатый детсадовец, и попросим не смеяться над твоей внешностью? – предложила она.

– Не смешно.

– А по-моему, превосходная идея.

Монстрик сузил глаза до щёлочек и сгорбился. Втиснувшись в рюкзак, он изогнулся ещё больше:

– Твои карандаши колются. – Потом он снова вылез, подождал, пока Софи извлечёт из рюкзака оставшиеся учебники, все карандаши, кроме одного, и транспортир. Всё это она сложила на кухонный стол, а Монстрик тем временем полностью втиснулся в рюкзак рядом с тетрадками с домашней работой. Софи застегнула молнию.

Монстрик тут же расстегнул её.

– Тебя увидят, – сказала Софи и снова застегнула.

Он раскрыл чуть-чуть:

– Мне нужен обзор.

– Не нужен. В школьном автобусе смотреть не на что: там только старая жвачка да неопределённая липкая масса на полу. – Софи махнула рукой в сторону пола.

– Что липкое на полу? – входя в кухню, спросила мама. Она остановилась около раковины. – Ой, Софи, в чём это шкафы – в яблочном соке?!

– Он не помещался. – Софи указала на рюкзак.

Монстрик вытянул щупальце, помахал им и убрал внутрь.

Мама присела и тщательно вытерла разлитый сок, капающий с дверец шкафов. Выбросив бумажные полотенца и подбоченившись, она стала рассматривать книги и карандаши, которые Софи вытащила из рюкзака. Однако критиковать дочь не стала.

– Ты положила побольше еды?

Монстрик приглушённым голосом потребовал изнутри:

– Еды, еды!

Расстегнув рюкзак, мама бросила внутрь вчерашний кекс из лежащих на холодильнике запасов. Он упал прямо в рот Монстрика, и чудовище тут же его проглотило.

– Вообще-то он предназначался на потом, – заметила мама.

– «Потом» уже настало. Завтрак был час назад. – Из рюкзака вылетали крошки. Казалось, будто кекс лопал сам рюкзак. – Мм-м, бекон!

– У меня будет полный рюкзак крошек, – пожаловалась Софи.

– Зато он будет тебя охранять, – ответила мама. – Он более ответственный, чем можно подумать, и искренне заботится о твоей безопасности.

– Знаю, но всё-таки он чудовище. – А Монстрику Софи сказала: – Только не обижайся.

– Не буду, – прочавкал тот, снова выплёвывая крошки.

Мама застегнула молнию и похлопала по рюкзаку:

– Отнеси его в туалет, когда никто не видит, а весь остальной день старайся о нём не думать.

– Поняла, – кивнула Софи. – Написать контрольную по математике. Не думать о чудовище с шестью щупальцами. Всё ясно.

Мама поцеловала её в лоб:

– Теперь поторопись, а то опоздаешь на автобус.

Взяв рюкзак с Монстриком, Софи припустила вниз по лестнице. Отец стоял за кассой, и Софи помахала ему рукой.

– Люблю тебя, тыковка! – крикнул он.

– И я тебя, цукини, – ответила Софи.

Мама, спускаясь по лестнице, добавила:

– Люблю тебя, патиссончик!

А Монстрик из рюкзака подхватил:

– Люблю тебя, помидорчик! Люблю тебя, морковка!

Софи стукнула по рюкзаку, и Монстрик умолк. Звякнув колокольчиками, девочка открыла входную дверь и вышла из дома. Рюкзак с Монстриком подпрыгивал на спине. Дойдя до тротуара, Софи бросила взгляд через плечо и увидела родителей: они стояли рядом в дверном проёме книжного магазина и обнимали друг друга за талию, словно позируя для фотографии.

Внезапно в голову Софи невольно пришла ужасная мысль, что она их больше не увидит. Захотелось бегом вернуться в дом и никогда его не покидать. Но жёлтый автобус уже поворачивал на улицу, и остальные дети толпились в ожидании. Она поспешила к остановке.

На тротуаре две девочки играли в «ниточку», а трое мальчишек игриво сталкивали друг друга на проезжую часть. Молотя руками в воздухе, они притворно кричали, словно падали со скалы. Одна из не в меру заботливых мамаш порхала вокруг них, крепко держа за руку малыша лет трёх – Софи никогда не забивала себе голову вопросом, чей это брат. Мальчуган размазывал рукавом по щеке сопли, оставляя на ткани противный след, словно по его руке взбирался слизень. Софи была рада, что подошла к остановке последней.

Мать мальчиков – шаловливого и сопливого – приветливо заулыбалась:

– Здравствуй, Софи! Какой сегодня прекрасный день! – Она всегда пыталась завязать с Софи разговор, как будто беседа о погоде с чьей-то родительницей могла волшебным образом облегчить контакт с детьми.

Все дети находили общий язык очень просто: как только встречались – тут же начинали играть. Но не Софи. Подойти к другому ребёнку было для неё всё равно что подойти к бродячей собаке – словно она боялась, что её укусят. Или раскроют её секреты, расскажут их всему миру и привлекут внимание Ночных Стражей…

Маленький мальчик вцепился в руку матери:

– Мама, мама, купи мороженого! Пожалуйста, ну пожалуйста, с шоколадной глазурью! Обещаю, что буду хорошо себя вести.

Мама вздохнула:

– А помнишь, что ты натворил в прошлый раз?

– Тогда я был маленький!

– Это было всего неделю назад.

Затормозив, водитель автобуса включил фары. Все машины позади него остановились. Дети помчались занимать места, а трое мальчишек продолжали пихать друг друга. Один толкнул товарища слишком сильно, и тот врезался в Софи.

Монстрик в рюкзаке ойкнул.

– Мама, у неё что-то в рюкзаке! – закричал малыш.

– Ну конечно, – кивнула мать, уводя сына от края тротуара, – она ведь едет в школу.

Софи поспешила залезть в автобус вместе с остальными. Пройдя в свободную половину автобуса, она выбрала место, села, поставила рюкзак с Монстриком себе на колени и прислонила голову к стеклу, надеясь, что рядом с ней никто не сядет.

Монстрик потыкал её из рюкзака:

– Я хочу видеть дорогу, – прошептал он.

– Нет, – шёпотом ответила Софи.

Немного помолчав, Монстрик сказал:

– Я съем твою домашнюю работу.

– Я тебе съем!

– Отзыв на книгу выглядит аппетитно. Только кетчупа не хватает.

– Не вздумай!

– Ням-ням-ням…

Софи чуть-чуть расстегнула молнию – так, чтобы Монстрик мог одним глазом приникнуть к окну. Стекло было пыльным и в разводах, и Софи сомневалась, что кто-то с улицы заметит странный глаз, выглядывающий из рюкзака.

– Ой, здорово, – проговорил Монстрик, когда проезжали мимо почты. У входной двери стоял флаг, а на конце флагштока красовался золотой орёл. – Расскажи мне, что это за дом.

– Нельзя.

– А ты тихонько.

– Да, но я сижу одна. Странно будет, если я стану что-то говорить.

– Тогда молчи. Я произнесу монолог. – Он поёрзал в рюкзаке. – «Что за свет я вижу в том окне…»[5]

– Ш-ш-ш. – Софи застегнула молнию.

Монстрик просунул кончик щупальца и слегка отодвинул замок молнии.

Мэдисон, сидящая позади Софи, оперлась на спинку её сиденья.

– Опять разговариваешь сама с собой? – смачно жуя резинку, спросила она. На ней была футболка с изображением какающего единорога, а ногти покрыты розовым лаком с блёстками.

– Да. У меня такая привычка. – Софи снова застегнула рюкзак, и на этот раз Монстрик не пытался открыть его. Он спокойно лежал внутри, неподвижный как учебник.

– Ну ладно, – проговорила Мэдисон. – Только бы не со мной.

– Вроде бы это ты начала разговор, – заметила Софи и тут же спохватилась: не стоило привлекать к себе внимание спором с Мэдисон. Она не понимала, почему Мэдисон к ней вяжется: если хочет притворяться, что между ними нет ничего общего, – проще её игнорировать. Весь автобус притих.

– Я не разговариваю с малахольными! – объявила Мэдисон.

– Значит, если ты со мной разговариваешь, это доказывает, что я не малахольная, – ответила Софи.

– Я сказала: не лезь ко мне, ты с приветом.

Монстрик из рюкзака прошептал:

– Она немного туповата, да?

Мэдисон сузила глаза:

– А это что было, кретинка?

– А что было? – Софи попыталась повторить невинный взгляд Монстрика. – Я молчала. А ты слышишь голоса? Плохо дело – похоже, у тебя галлюцинации.

Остальные дети захихикали – на этот раз не над Софи, а над Мэдисон. Та не успела выпалить очередное оскорбление – автобус въехал на школьную парковку и, взвизгнув колёсами, затормозил. Софи бросилась к выходу.

Дети ринулись к школе, протискиваясь в двери сразу по несколько человек, а войдя в помещение, разбегались в разные стороны. Все толкались и пихались, и Монстрик то и дело попискивал. Софи сразу же направилась в женский туалет.

В кабинке она расстегнула рюкзак. Монстрик высунул свои щупальца и тут же с отвращением их отдёрнул:

– Фу, тут грязно!

– Встретимся здесь после уроков, ладно?

Монстрик кивнул. Софи не успела предупредить его об осторожности – зацепившись щупальцем за верх кабинки, а другим отодвинув одну плитку на потолке, он залез внутрь и задвинул плитку.

– Умно, – похвалила Софи.

– Да, я сообразительный, – раздался уже издалека голос Монстрика. – Хорошего дня.

С лёгким рюкзаком Софи вышла из туалета. По пути к шкафчику она врезалась в троих школьников, потому что не могла оторвать глаз от потолка.

* * *

Софи смотрела на дверь своего шкафчика и представляла, что может лежать внутри: ещё одна открытка с изображением кошки, настоящая кошка, дохлая кошка, пауки, змеи… Когда она набирала код замка, руки её дрожали. Замок щёлкнул. Прежде чем открыть дверцу, Софи сделала глубокий вдох.

На неё ничто не выпрыгнуло.

Софи заглянула внутрь, но не увидела ничего необычного. С облегчением выдохнув, девочка достала свои тетради и снова закрыла шкафчик. Может быть, мистер Кошмар больше не будет её преследовать? Он привлёк внимание её родителей. Они дадут ему то, что он хочет, и он исчезнет.

Софи поспешила в класс, тихо прошла к своему месту и постаралась ни с кем не встречаться глазами. «Веди себя как ни в чём не бывало», – сказала она себе.

Когда учитель начал урок, Софи услышала звук скребущих по потолку лап. Никогда в жизни её ничто так не отвлекало от занятий. Хорошо, что в прошлые разы она не знала о присутствии Монстрика в школе. Когда скрипел чей-то стул, Софи вздрагивала. Когда ветер за окном шатал ветви деревьев, она резко поворачивалась в ту сторону. Потом над ней проскользнула тень, и, взглянув вверх, девочка увидела силуэт Монстрика, пробирающегося над флуоресцентной лампой.

Всё оставшееся до конца урока время она волновалась, что Монстрик может провалиться сквозь потолочные плитки, а на остальных уроках, не отрываясь, смотрела на потолок, хотя изо всех сил старалась не поднимать головы. Но Монстрик не упал, а скоро наступил и обеденный перерыв.

Софи присоединилась к потоку школьников, направляющихся в буфет.

Софи терпеть не могла буфет. Во-первых, он был выкрашен в противный тыквенно-оранжевый цвет. Во-вторых, там пахло тухлыми яйцами вперемешку с арахисовым маслом. Ей нравилось, что повара старались украсить блюда – например, делали куриные котлеты забавной формы или вырезали буквы из варёной морковки и выкладывали из них слова, – но это не компенсировало вони и вечного гама. Сегодня в витрине красовалось пожелание «Проведи день с улыбкой!», выложенное слегка скользкой спаржей.

Софи взяла поднос и встала в очередь. Впереди неё народу только прибавлялось, поскольку все лезли без очереди, но Софи это не волновало. Она не стремилась сесть за какой-то особый столик с какими-то особыми людьми. Она вообще предпочитала сидеть одна.

Все остальные сбивались в кучки, хотя среди них не было отдельных компаний популярных учеников, или ботаников, или качков, как в ситкомах или низкосортных подростковых фильмах. Ребята знакомились в спортивных секциях, музыкальных группах, танцевальных кружках или во время других внешкольных занятий, к которым Софи так и не приобщилась. Объединялись некоторые одноклассники – отличники отдельно, отстающие отдельно, – но это потому, что они проводили вместе целые дни и могли жаловаться друг другу на учителей. Конечно, некоторые компании враждовали. Кто-то задирал других учеников, но отличить обидчиков от обижаемых было не всегда просто. Порой они менялись местами. Оглядывая буфет, Софи убеждалась лишь в одном: она не похожа ни на кого из них, и лучше ей обедать одной.

– Можно встать с тобой? – послышался вдруг мальчишеский голос.

Рядом с ней стоял Итан с пустым подносом в руках.

Софи оглянулась, чтобы посмотреть, с кем он разговаривает, и с удивлением поняла, что с ней.

– Конечно.

Итан встроился в очередь.

– Эй, не лезь без очереди! – крикнул кто-то, хотя до этого десятки школьников присоединялись к своим товарищам впереди остальных. Итан помахал кричавшему, и тот кивнул:

– А, Итан! Круто! Отличный трёхочковый бросок! – и показал в качестве одобрения большой палец.

– Я не знала, что успехи в баскетболе дают привилегию влезать без очереди, – улыбнулась Софи.

Итан пожал плечами.

– Приятный бонус. – Он произнёс это так небрежно, что Софи на пару секунд оторопела. Она никогда не умела так разговаривать с людьми – когда слова без всяких усилий просто слетают с языка.

Очередь продвинулась до прилавка, Итан взял из пирамиды с фруктами яблоко. Софи высматривала в море полурастаявшего льда стаканчик с йогуртом. В буфете никогда не было йогуртов с вкусным наполнителем вроде клубники или черники – только с персиком и ананасом, или с лимоном, или с ревенём. Она выбрала с манго – и увидела тень, промелькнувшую по пирамиде из коробок шоколадного молока, стоящей около кассы.

И тут Итан подтолкнул её локтем и тихо произнёс:

– Я хотел поблагодарить тебя. Та штука для снов подействовала. У меня был ещё один кошмар, но… какой-то смутный. Я его даже не помню. Впервые за долгое время я просыпаюсь по будильнику.

– Рада слышать.

Вот опять! Тень мелькнула ещё раз – и пакет с молоком исчез.

– Как эта штука работает?

Исчез ещё один пакет с молоком, и на этот раз Софи успела заметить, как его подцепило лохматое щупальце. «Только не это», – подумала она. Девочка оглядела очередь, надеясь, что никто ничего не заметил.

Итан что-то говорил, но Софи пропустила часть его слов мимо ушей.

– Она отвлекает тебя, как медитация? Потому что я пытался медитировать, но это не помогло. А твоё кольцо помогло.

Софи подошла к стойке с молоком. Когда щупальце появилось снова, девочка шлёпнула по нему и услышала из-под прилавка приглушённое «Ой!».

Итан удивлённо взглянул на неё, на молоко и снова на неё.

– Просто ради интереса: зачем ты бьёшь по коробкам с молоком?

– Просто так. – Софи подошла к кассе и расплатилась. Потом, не отрывая глаз от пирамиды с молоком, направилась к столу с приборами за ложкой для йогурта и вилкой для… пастушьей запеканки? Откуда? Она её точно не брала. Софи скривилась, глядя на затвердевшие горошины, выглядывающие из обветренного картофельного пюре, как тошнотворно-зелёные камни из пенного моря. Она уже пожалела, что не взяла сегодня с собой еду.

Отойдя от стойки с приборами, Софи оглядела буфет. Нужно было обозреть его полностью, как шахматную доску, и сделать продуманный ход, чтобы случайно не оказаться в неловком положении среди группы школьников, которые болтают вокруг тебя или, хуже того, пытаются вовлечь тебя в разговор. Можно сесть с краю стола – там или здесь…

– Пойдём, – позвал Итан, проходя мимо. – Я вижу свободные места.

Софи остолбенела.

Он что, предлагает сесть вместе?!

Точно.

Итан оглянулся, словно ожидал, что Софи последует за ним. Теперь несколько учеников смотрели на них – скорее всего, в недоумении, что это она застыла посреди дороги и почему новая звезда школьного баскетбола с ней разговаривает. Итан опустил поднос на свободный стол.

Чувствуя, что покраснела как рак, Софи стала пробираться между столиками к Итану. На мгновение она подумала, не хватить ли его подносом по голове, чтобы под шумок слинять.

Он указал на стул:

– Расскажи мне о ловушках для снов. Они из магазина твоих родителей? Мой сосед говорит, что это лучший книжный магазин в городе.

– И единственный, – добавила Софи, усаживаясь на стуле.

– Ты любишь читать?

Софи не понимала, к чему этот разговор и почему он вообще происходит. Никто никогда не изъявлял желания с ней разговаривать, и наоборот: у неё не было ничего общего с остальными детьми. Единственный человек, с кем она общалась в школе регулярно, – Мэдисон, и та при каждом удобном случае глумилась над ней, чтобы никто не заподозрил, что у неё есть изъяны кроме дрянного характера.

– Да. В нашей семье иначе нельзя.

– А у меня дислексия. Еле-еле научился читать.

Софи заморгала. Он сказал это таким будничным тоном, словно они уже стали друзьями, которые делятся друг с другом своими проблемами.

– А что это такое? – Софи не знала, удобно ли задавать такой вопрос.

– Я неправильно вижу буквы. Они искажаются, переворачиваются. Нужны определённые усилия, чтобы заставить их вести себя прилично. – Он изобразил, как ударяет воображаемым кнутом по столу. – Когда я не отвлекаюсь, то всё хорошо. Но ты сменила тему.

– Не я. Ты спросил, люблю ли я читать. – Софи казалось, что она не поспевает за ходом беседы. Она огляделась и мысленно понадеялась, что жизнь не похожа на ситкомы, где всеобщий любимчик проявляет интерес к изгою и все вдруг хотят с этим изгоем подружиться. Она была готова наложить вето на все разговоры до конца недели.

Итан наклонился к ней и прошептал:

– А тебе тоже снятся кошмары? Поэтому ты и знаешь о ловушках? – Когда он двигал головой, его светлая чёлка падала на лоб. Причёска у него была как у поп-звезды.

Софи замялась. Она ненавидела лгать – и если ей приходилось это делать, то она чувствовала себя четырёхлетним ребёнком, который съел все конфеты для Хеллоуина ещё до праздника.

– С тех пор как я начала использовать ловушки, у меня не было ни одного кошмара, – сказала она. Собственно, это было не совсем ложью.

– Классно. – Итан улыбнулся. У него была милая улыбка – как у щенка, который только что понял, как здорово высовывать голову из окна. При такой улыбке, волосах и успехах в баскетболе неудивительно, что по нему сохли половина девчонок в их параллели. Чудо, что он сидел рядом с Софи. Очень раздражающее чудо, без которого она могла и обойтись.

Софи бросила взгляд на соседние столики, проверяя, не смотрят ли на них с удивлением. Его друзья, наверное, заметили, что он обедает с девочкой. Она представила, как они шёпотом её обсуждают. Интересно, знает ли кто-то из них, как её зовут. Итан точно знал. Но в этом не было ничего хорошего.

– Ты скажешь им, что я помогаю тебе с домашним заданием?

– Кому?

– Своим друзьям.

– А, нет.

– Но они ведь будут спрашивать, почему ты сел со мной.

– Тогда я скажу, что хотел с тобой поговорить.

– Никто не хочет со мной говорить, – сказала Софи – но не для того, чтобы он её пожалел. Это был просто факт, и Софи это устраивало! А вот этот диалог – нет. Итан задавал слишком много вопросов, а она и так уже изнервничалась из-за Монстрика…

Бам!

Подносы с грязной посудой посыпались на пол. Подносы на конвейерной ленте поехали назад и опрокинулись. Куски недоеденной пастушьей запеканки шлёпнулись на пол с мокрым «шмяк», а горошек закатился под столы. Несколько стаканов разбились.

За стеной какой-то человек кричал, чтобы нажали на кнопку аварийного прекращения работы. Лента остановилась. Все школьники в буфете притихли и застыли на месте. А Софи без всяких доказательств знала, что виноват в этом Монстрик.

Тишина накалялась.

И вдруг все начали одновременно говорить, смеяться и, размахивая руками и издавая громкие звуки, изображать, как попадали подносы. Молоко и сок разлились по полу и образовали бело-оранжевые лужицы. Катившийся огрызок остановился под стойкой для столовых приборов.

Софи оставила свой поднос (и Итана) и поспешила туда, где сотрудники буфета пытались ликвидировать последствия крушения. Добежав до них, она остановилась. Если Монстрика обнаружили – она не должна признать его. Если же нет – не стоило привлекать к нему внимание. Но она не могла просто уйти, как будто ничего не произошло. А вдруг Монстрик попал в беду?

Одна из буфетчиц заметила её и спросила:

– Тебе что-нибудь нужно?

– Я просто… хотела помочь. – Как бы ей хотелось стать невидимой!

Женщина просияла:

– Это очень мило, дорогая, но мы сами справимся. Не беспокойся.

Софи отошла. Из кухни выкатили тележку уборщицы и собрали рассыпанные по полу объедки в ведро. В нижней части тележки были шторки, за которыми стояли чистящие средства.

Софи показалось, что шторки подёргиваются.

Когда убрали весь кавардак, тележку увезли – и тут как раз прозвенел звонок. Все ринулись уносить свои подносы, обходя оставшиеся на полу кусочки пастушьей запеканки. Софи увидела Итана – он относил два подноса: свой и её. Он пытался поймать её взгляд, но девочка, нырнув в толпу и прячась среди высоких школьников, протиснулась в дверь и побежала по коридору. Огибая угол, она заметила тележку уборщицы.

Когда уборщица унесла мусорное ведро, Софи присела за тележкой и распахнула шторки.

Внутри в окружении пустых пакетов из-под шоколадного молока сидел Монстрик. Насытившийся живот выпирал, к шерсти вокруг пасти прилипло картофельное пюре.

Софи смотрела на него.

Он смотрел на неё.

Потом он протянул щупальце и задёрнул шторку.

8

До конца дня Софи Монстрика больше не видела. Когда закончился последний урок, она ринулась к шкафчику, запихнула внутрь тетрадки, схватила рюкзак и побежала в туалет. Услышав звук спускаемой воды, она скользнула в соседнюю кабинку и заперла дверь. Пришлось подождать, пока какая-то девочка помоет руки – а та плескалась до смешного долго, и Софи уже хотела её поторопить.

Наконец копуша ушла.

– Монстрик? – тихо позвала Софи. – Ты готов ехать домой?

Она услышала шорох над головой и уставилась на потолок, ожидая, когда одна из плиток сдвинется, и примериваясь, как поймать Монстрика, чтобы он не упал на липкий пол. Но чудовище не появлялось.

Вошёл кто-то ещё. Софи подождала, когда другая ученица воспользуется туалетом, спустит воду и вымоет руки. Наконец та ушла, и Софи снова позвала:

– Монстрик! Я здесь. Пора домой. Поторопись, скоро отходит автобус!

Ответа не было.

Неужели его заметили? А вдруг даже поймали? Что, если люди подумали, будто это гигантский грызун, и вызвали службу отлова диких животных? Или позвонили какому-нибудь сумасшедшему учёному, и тот забрал Монстрика на опыты? Или на телевидение, чтобы его показали в новостях? А ему бы наверняка понравилось сниматься – позволить стилистам причесать его шёрстку, приветствовать поклонниц, – пока не появится перепуганная толпа.

– Софи! Стой там…

Голос Монстрика! Он доносился из коридора, и его прервал звук скребущих по плитке когтей, рычание и звук хлопнувшей двери.

Софи пулей вылетела из туалета в коридор и увидела, как Монстрик несётся к кабинету музыки. Девочка помчалась следом. Пустой рюкзак шлёпал её по спине.

В кабинете за пианино сидел сгорбившийся мальчик и прикрывал руками голову. Рядом, вздыбив шерсть и размахивая щупальцами, стоял Монстрик. Он скалил зубы и рычал на тощее вытянутое прозрачное существо серого цвета, похожее на гибрид человека и жирафа, но с длинными острыми когтями вместо копыт.

Существо уклонилось вправо. Когда Монстрик подскочил преградить ему дорогу, оно отпрыгнуло влево. Ноги его растягивались как резинка, всё тело колыхалось словно воздушный шарик, а шея раскачивалась взад-вперёд.

– Не трогай его! – крикнула Софи. Она подняла над головой стул и, замахнувшись, подбежала к серому человекожирафу.

Существо молча повернулось к Софи. Вместо лица у него был пустой овал. Поражённая, девочка остановилась.

Монстрик напал на него сзади и вонзил зубы противнику в щиколотку. Софи очнулась и ударила существо стулом в грудь. Человекожираф не проронил ни звука, но задрожал всем телом.

Стряхнув Монстрика, он на четырёх конечностях прыгнул к окну, вскочил на подоконник – и вдруг тело его стало уменьшаться и истончаться, пока не превратилось в серую тень, скользнувшую в щель приоткрытого окна.

Софи и Монстрик подбежали к окну и увидели, как плоское существо сползло вниз и легло на тротуар, слившись с бетоном.

– Что это было? – спросила Софи.

– Нечто злобное, – ответил Монстрик, – дурное, скользкое, безликое. Могу привести много прилагательных – и ни одного существительного. Я же сказал тебе не выходить из туалета.

– Но что… – Тут она услышала сзади всхлипывания. Мальчик! Софи совсем про него забыла. Она подбежала к нему, он поднял голову – и Софи узнала его. – Итан?! Ты не пострадал?

– А, привет, Софи. Оно ушло? – Бледный, трясущийся Итан опёрся о пианино и встал. – Ты спасла мне жизнь. Ты и твой…

– …кот, – заверил Монстрик. – Ласковый домашний кот.

– Верно. – Голос у Итана был резкий, словно он хотел кричать, но голосовые связки ему не позволяли. – Ласковый говорящий домашний кот с шестью лапами.

Просить Монстрика спрятаться было поздно.

– У меня получится убедить тебя, что ты спишь?

– Хорошо бы это был сон. – Итан вцепился в угол пианино и беспокойно стрелял глазами по комнате, словно ожидая нового нападения.

Шевеля пальцами, Софи поводила руками перед лицом Итана:

– Это просто дурной сон. Ничего не было.

– Но я не сплю.

– Ты только так думаешь. Если бы ты спал во сне, это был бы скучный сон. – Софи видела скучные сны. А ещё такие, в которых спящий как будто несколько раз просыпается и каждый раз думает, что проснулся наяву, пока не происходит что-то невозможное, например курицы танцуют буги-вуги.

Монстрик низким голосом запел:

– Та-дам, та-дам, та-дам, та-дам, та-дам, та-дам…

Софи и Итан с удивлением уставились на него.

– Что это ты распелся? – спросила Софи.

– Воспроизвожу музыкальное сопровождение снов, как делают в телепередачах. – Он раскачивался взад-вперёд, повторяя те же две ноты: – Та-дам, та-дам, та-дам…

– Прекрати, пожалуйста, – попросила Софи.

– Ладно, – согласился Монстрик. – Я думал, это поможет.

– Не помогает, – сказала Софи и повернулась к Итану: – А тебе?

– Не особенно.

Прозвенел последний звонок перед отправлением автобусов. Софи быстро приняла решение.

– Поедем с нами домой, – предложила она.

Родители придумают, что делать. Возможно, они знают, что это за серое существо. Пришелец из кошмара? Откуда ещё могло явиться такое? Кто-то привёл его с собой в реальный мир из сна? Софи ощутила внутри странный кувырок, словно сердце сделало сальто. Существуют ли ещё такие же люди, как она? Софи ведь думала, что она одна такая, а Монстрик – единственное чудовище на свете.

Итан не пошевелился.

– Разве мы не должны сообщить учителю? Или позвонить в полицию? – удивился он.

– Нет-нет, нельзя! – Софи подавила внезапный приступ паники: если он скажет кому-нибудь, Монстрика обнаружат. Станут задавать вопросы, и кто знает, к чему это приведёт. Она присела и раскрыла рюкзак. Монстрик втиснулся внутрь, и Софи застегнула молнию. – Кроме того, что ты им скажешь? Что на тебя напал серый жираф, который скукожился, просочился через окно и исчез на тротуаре? Тебе же никто не поверит. – Софи надеялась отговорить Итана: только бы больше никто не узнал про Монстрика! Она поднялась и закинула рюкзак за спину. – Пойдём.

– С тобой? И твоим… котом?

– Если только ты не хочешь остаться один, когда то существо вернётся.

– Ладно, – согласился Итан.

Сначала Софи проверила, нет ли кого-нибудь в коридоре, потом она, а следом за ней Итан вышли из кабинета. Удивительно – и жутковато, – как быстро пустеет школа после уроков. Мятая бумага, обёртки от конфет и другой мусор валялись вдоль стен как перекати-поле. Окна классных комнат темнели, доски и стулья внутри отбрасывали зловещие тени. Софи и Итан поспешили к выходу.

Несколько автобусов уже отъезжали от школы. «Неужели мы опоздали?!» – с ужасом подумала Софи.

– Который твой? – спросил Итан.

– Четырнадцатый. – Софи указала рукой. Двери автобуса были закрыты, и он стоял третьим в очереди, чтобы выехать с парковки. Итан помахал руками над головой, и они оба закричали:

– Подождите нас!

Итан припустил к автобусу.

Двери открылись. Итан подождал Софи, и, когда она, задыхаясь, подбежала, оба забрались внутрь.

– Спасибо, – поблагодарил Итан водителя.

Тот что-то проворчал.

Большинство мест было занято. Ученики наблюдали за вновь прибывшими. Софи ожидала, что Мэдисон станет насмехаться над тем, что она так запыхалась и раскраснелась, но дерзкой девчонки в автобусе не было. Должно быть, она сильно занята внеклассными мероприятиями, например издевается над чьими-то не слишком густыми волосами.

Несколько мальчиков помахали Итану. Один из них хлопнул по его ладони своей ладонью и сказал:

– Вчера сделал отличный бросок.

– Спасибо, друг, – небрежно ответил Итан, словно и не он только что плакал в углу, куда его загнало ужасающее существо, которого нет в природе.

Софи скользнула на свободное сиденье и поставила рюкзак с Монстриком на колени.

Итан сел рядом с ней. Две девочки, сидящие через проход, зашептались и захихикали, беззастенчиво глядя на них. Было совершенно очевидно, что они обсуждают Софи и Итана. Софи напомнила себе, что ей всё равно – лишь бы никто не заметил Монстрика.

– Так что же это была за тварь? – непринуждённо спросил Итан. Софи отметила про себя, что он очень хорошо умеет скрывать страх. Вероятно, именно поэтому никто, кроме неё, не заподозрил причины его визитов к психологу.

Софи шикнула на него:

– Поговорим у меня дома.

– Никто не обращает на нас внимания.

– Ты шутишь? Все видели, как мы вместе бежали к автобусу.

– Да, но никому до этого нет дела.

– До этого всем есть дело. Это средняя школа. Сплетни – это фактически учебный предмет.

Итан замолчал, и оба стали смотреть в окно.

Монстрик затаился в рюкзаке и на этот раз не требовал обзора. Автобус проехал мимо почты, парка с бейсбольной площадкой, магазина с рекламой 50-процентной скидки на стеклоочистители и свежих хот-догов с булкой из кукурузной муки. У Софи вдруг мелькнула мысль, что в суете она совершенно забыла о встрече родителей с мистером Кошмаром. Он уже должен был уйти. Может, ей не стоило настаивать, чтобы Итан поехал вместе с ней – хотелось расспросить маму и папу, как всё прошло.

– Что ему от меня было нужно? – спросил Итан, нарушив молчание.

Софи огляделась, но ими уже никто не интересовался. Стоящий в автобусе гам поглощал их голоса.

– Не знаю. Может, оно проголодалось? – Софи уже жалела, что взяла его с собой: её родителям не нужны новые неприятности. Но Итан видел Монстрика. А ещё не исключено, что напавшая на него тварь явилась из чьего-то кошмара, и Софи не могла позволить однокласснику просто прийти домой и рассказать своим родным, какой тяжёлый выдался день. А её родители могут убедить его сохранять всё произошедшее в тайне. Не открывая молнии, она тихо спросила Монстрика:

– Почему это существо набросилось на Итана?

– Не имею понятия, – приглушённо ответил Монстрик. – У нас, у монстров, нет доски объявлений, где мы вывешиваем сообщения. Я шёл на встречу с тобой, а парень ждал тебя около туалета – и вдруг откуда ни возьмись появился бешеный жираф. Кстати, ты заметила, что у него нет лица? Могу поспорить: он дышит через кожу, как лягушка-бык или дождевой червяк.

Итан был бледен. Не ровён час, упадёт в обморок – и что тогда с ним делать?

– А есть и другие монстры? – фальцетом спросил он и, прочистив горло, произнёс обычным голосом: – В смысле это прикольно. Если они, конечно, дружелюбны. Не хочу никого обидеть.

Монстрик помолчал, а потом ответил:

– Вообще-то я думал, что я единственный.

– Видимо, нет, – сказал Итан.

– Определённо, – подтвердил Монстрик. – Как интересно!

– Я бы так не сказал, – покачал головой Итан, и Софи пришлось с этим согласиться. – Ты правда думаешь, что он хотел меня съесть? – Последнее слово он произнёс надтреснутым голосом.

– Доброжелательным он не выглядел, – заметила Софи.

– Многие выглядят недоброжелательно, но не все хотят пообедать мной. Взять, к примеру, водителя автобуса. – Итан помахал ему.

Притормозив у следующей остановки, водитель насупившись посмотрел на детей, словно его обидело, что кто-то захотел выйти.

– Может, он и хочет съесть тебя, да не может, вот и раздражается, – предположил Монстрик.

– Это мало утешает, – сказала Софи Монстрику и спросила у Итана: – Зачем ты меня ждал?

– Хотел поговорить.

Она удивлённо заморгала:

– Но мы разговаривали за обедом.

– Я хотел продолжить беседу. Ты единственная заметила… только мои родственники догадались, что у меня кошмары, – и то потому, что я кричу во сне. – Он почти шептал, и Софи пришлось склониться к нему, чтобы расслышать все слова. – И всё, что они сделали, – отправили меня к психологу. Но ничего не изменилось. А твоя ловушка помогла сразу же.

Автобус, скрипя, притормозил у её остановки, и Софи не пришлось думать над ответом. Она вскочила с места с рюкзаком в руках:

– Нам выходить.

Парень, с которым Итан хлопнулся ладонями, крикнул:

– Дружище, ты куда?

– К Софи, – ответил Итан.

– С чего вдруг? – удивился мальчишка, и Софи подумала: «Ну вот. Не только мне кажется это странным».

Школьные баскетбольные звёзды не ходят в гости к местным отщепенкам. Никто из школы никогда не был у Софи дома. Искусство жить без друзей она отточила до совершенства.

– Я помогаю ему с домашним заданием, – сказала Софи, а Итан в то же самое время произнёс:

– Потому что она классная девчонка.

Чувствуя, как снова заливается краской, Софи подёргала его за рукав и потащила к выходу. Пока они спускались по ступенькам, водитель провожал их взглядом, потом дверь закрылась, и автобус отъехал от остановки. Остальные вышедшие дети разбежались по домам.

– Зачем ты так сказал? – спросила Софи.

– А зачем ты солгала? – ответил вопросом на вопрос Итан.

– Не могла же я сказать, что мы идём ко мне, чтобы рассказать моим родителям про монстра, – рассудила Софи. – А вот ты почему соврал?

– Я не врал, – ответил Итан. – Ты действительно классная девчонка. Ты прекратила мои кошмары и спасла от непонятного существа. Между прочим, я не поблагодарил тебя. Спасибо. Это было здорово. Ты не испугалась?

Софи не привыкла к такому количеству комплиментов:

– Конечно, испугалась. Я же не дурочка.

Так тихо, что только она могла его слышать, Итан признался:

– Я перепугался до смерти. Такого ужаса я не испытывал даже в кошмарах.

– Это значит, что ты тоже не дурак.

Он радостно заулыбался. Софи подумала, что ему очень подходит выражение «осветить улыбкой комнату». На улице было пасмурно, а его улыбка напоминала солнце. Природного обаяния не подделаешь.

– Очень приятно слышать, – сказал Итан. – Я знал, что ты вовсе не такая колючая, как все считают.

– Нет, именно такая.

Софи быстро пошла к дому. По улице гулял ветер, вороша мусор. Женщина несла к машине в одной руке ребёнка, а в другой вещи в химчистку; пожилой человек выгуливал худую лохматую собаку; приехавшие на автобусе школьники расходились по домам. На этой улице жилые дома перемежались с магазинами. Обычно Софи это нравилось: она любила наблюдать за людьми. Она любила по пути из школы представлять, какой жизнью живут соседи и какие сны им снятся. Но сегодня глаза её были устремлены на книжный магазин.

Итан старался не отставать:

– Ты думаешь, это существо нас преследует?

– Надеюсь, что нет.

– Звучит не очень-то уверенно.

Ей нечем было его успокоить. Может, это удастся её родителям. Мама с папой поговорят с Итаном, отправят его домой, и всё кончится. И Софи перестанет ощущать в животе колеблющийся снежный шар.

Итан едва поспевал за ней.

– Почему мне кажется, что ты что-то от меня скрываешь? – спросил он.

– Потому что так оно и есть.

Они уже подошли к родительскому книжному магазину. Окна освещались мягким светом, на дверях висела табличка «Открыто». Мама и папа знают, что сказать и что делать. По крайней мере Софи надеялась на это.

9

Софи вбежала в дом, и колокольчик над головой весело зазвенел, словно приветствуя её. Девочка поставила рюкзак на пол и закрыла за Итаном дверь – словно отгородилась от внешнего мира.

– Здесь мы в безопасности.

– Ты уверена? – спросил Итан, заглядывая в проходы между стеллажами.

– Совершенно. Мама и папа не допустят сюда никаких чудовищ, кроме нашего Монстрика, но он безобиден. – Повысив голос, она позвала: – Мама! Папа! Я дома! Я пришла с… – Она засомневалась, как назвать Итана – другом? одноклассником? – кое с кем, – закончила она. Раньше Софи никогда не приводила домой других ребят и надеялась, что нежданный гость не очень обременит родителей.

– Они дома? – спросил Итан.

– Конечно, – ответила Софи. – Магазин ведь открыт.

– А покупатели есть? – поинтересовался из рюкзака Монстрик.

Софи осмотрела проходы. Покупателей не было. И родителей тоже.

– Нет, всё чисто. Можешь вылезать. Но на всякий случай спрячься.

Монстрик расстегнул щупальцем молнию, выбрался из рюкзака и, забравшись на своё обычное место на стеллаже, слился с тенью. Если кто-то войдёт и поднимет голову вверх, то подумает, что на полке лежит обыкновенный домашний кот.

Итан скинул с плеча рюкзак и поставил его около рюкзака Софи, у стойки с кассой. На его рюкзаке висело множество брелоков со спортивными мячами, и рюкзак Софи рядом с ним выглядел невзрачным.

– Так ты объяснишь мне, как у тебя появился ручной монстр? И что это за тварь напала на меня? Может ли она вернуться? Что ей от меня надо? Откуда она? Есть ли ещё в природе такие существа? И почему тебя всё это, похоже, совсем не пугает?

– Мои родители всё тебе расскажут. – Софи снова позвала: – Мама! Папа! Где вы? – Странно, что они до сих пор не вышли её встречать. Кто-то из них должен обслуживать клиентов в магазине.

Итан тяжело выдохнул, словно освобождаясь от остальных вопросов. В неловком молчании они подождали ещё немного. Софи прислушалась, ожидая услышать шаги на втором этаже или шум воды в унитазе, или сигнал микроволновой печи – что-то, что может объяснить отсутствие родителей в торговом зале. Но не было слышно даже музыки, хотя обычно они включали записи фортепиано или арфы. Лишь с улицы доносился звук проезжающих мимо машин.

Наконец Итан задал ещё один вопрос:

– Это кекс с беконом?

Такого вопроса Софи не ожидала:

– Очередной эксперимент нашей соседки. Не суди слишком строго.

– Я и не сужу. Выглядит аппетитно.

– Как ты можешь сейчас думать о еде?!

Итан поднял стеклянный колпак, чтобы разглядеть кексы.

– Знаешь, что я делаю после того, как мне приснится кошмар? Съедаю целую пачку шоколадного печенья. Поэтому родители согласились отдать меня в спортивную секцию.

О его родителях Софи и не думала.

– Они не будут волноваться, что ты не приехал на школьном автобусе? – спросила она. – Позвони им, предупреди, что ты здесь.

Итан пожал плечами:

– Они на работе и даже не заметят этого.

– Правда? – А вот если Софи сразу после школы не приедет домой, родители с ума сойдут от беспокойства. И поэтому тем более странно, что они не встретили её, особенно теперь, когда знают, как она волнуется из-за разговора с мистером Кошмаром.

– Обычно после школы у меня тренировка, или игра, или я хожу к друзьям. Потом прихожу домой, перекусываю тем, что найду в холодильнике, и делаю уроки. На неделе я вижу их мало. – Итан снова стал осматривать магазин.

– Вы не ужинаете вместе?

– Папа приклеивает этикетки на контейнеры в холодильнике: «Понедельник», «Вторник», «Среда», ну и так далее. Я просто разогреваю еду в микроволновке или в тостере. Не обращай внимания. Я вовсе не умираю с голоду. Отец очень хорошо готовит. Не смотри на меня так, словно у меня умер кот.

Софи не знала, какое у неё выражение лица, но почувствовала, как краснеет.

– Извини. Я не хотела…

– Ничего, – прервал её Итан. – Так где твои родители?

Монстрик свесил голову со стеллажа:

– Может, наверху?

Но тогда они уже должны были спуститься. Может, пьют чай или читают такие увлекательные книги, что потеряли счёт времени? Вполне вероятно. Или смотрят телевизор и поэтому не услышали звяканье колокольчика над дверью. Хотя зачем сидеть у телевизора, когда можно смотреть интересные сны?

– Пойдём, в кухне ещё есть кексы. Можешь оставить свой рюкзак здесь. – По пути к лестнице Софи заглянула в туалет. Пусто. Подёргала дверь подвала – закрыто снаружи. Девочка стала подниматься по лестнице.

Монстрик запрыгал по ступенькам, шмыгнул между ног Софи и обогнал её. На площадке он остановился.

Чуть не споткнувшись о него, Софи тоже остановилась – и ахнула.

Башни из книг, которые ещё утром стояли на полу, громоздились на журнальном столике и обеденном столе, загораживая экран телевизора, были повалены как костяшки домино. Книги валялись повсюду, некоторые в раскрытом виде, другие кучами у стен и на диване. Если бы книги могли истекать кровью, комната приобрела бы красный цвет.

При виде этого разгрома у Софи сжалось сердце. «Случилось что-то ужасное», – подумала она.

На шаг позади неё остановился Итан:

– Так и должно быть?

– Что тут произошло? – не отвечая ему, спросила Софи Монстрика.

– Стой там, – велел Монстрик. Прыгая по книгам, он проверил каждую комнату и поскакал наверх, в спальни. Сердце Софи тяжело стучало. «Не паникуй, – приказала она себе. – Может быть, ничего страшного, всего-навсего книги попадали».

– Что проис… – начал Итан.

– Ш-ш-ш, – остановила его Софи. Ей хотелось носиться по дому и звать родителей, но вместо этого она ждала на лестничной площадке. «Только бы они нашлись! – думала девочка. – Только бы не случилось беды». Мама говорила, что беспокоиться не о чем, и она никогда не лгала.

Но родители никогда бы не оставили книги в таком состоянии – страницы помяты, корешки сломаны, обложки разорваны. Всю жизнь Софи учили уважительному отношению к книгам. В каждой заключён целый мир. В каждую вложены ум и душа человека, который решил поделиться с другими своими мыслями и мечтами.

Монстрик с шумом спустился с третьего этажа, роняя ещё больше книг, и подбежал к Софи.

– Наверху никого, – вполголоса проговорил он.

– А внизу?

– Я проверю, а ты попробуй им позвонить. – Бесшумно, на подушечках лап, Монстрик метнулся вниз по лестнице. Он умел отпирать замок в подвале щупальцами – уверял, что прочитал об этом в издании о замках и отмычках.

Оставив Итана, Софи помчалась вниз в магазин и, схватив трубку телефона, стоящего у кассы, набрала номер отца. Раздались гудки, много гудков, затем включилась голосовая почта.

– Папа, это Софи. Где вы? Я дома. Пожалуйста, возвращайтесь. – «Спокойно, – уговаривала она себя. – Они могли поехать по делам – в супермаркет или на почту». Потом она набрала мамин номер.

Где-то у неё под ногами раздался звонок.

Софи посмотрела вниз – сумочка матери лежала на полке. Телефон был внутри. Софи нажала «отбой» и сделала новое усилие сохранять спокойствие. Мама никогда не выходит из дома без своей сумки.

Из подвала послышался голос Монстрика:

– Софи! Сюда!

Софи побежала по магазину. Дух захватывало, сердце колотилось как бешеное.

– Монстрик! С тобой всё хорошо? – Она сбежала по подвальной лестнице через ступеньку. – Мама и папа там?

– Нет, – ответил Монстрик. – Но ты должна это видеть. Дело плохо.

Пыльно-жёлтый свет наполнял подвал. Бутылки на полках сверкали. Сновизор спокойно стоял под лестницей. Но дистиллятор – переплетение стеклянных трубок и рычажков, обычно полностью занимавших стол, – пропал.

От удивления Софи разинула рот. На пыльном столе было чётко видно место, где раньше стоял дистиллятор. Деревянная столешница выцвела и местами была в пятнах, хотя девочка этого никогда не замечала.

– Я не… Где… Как?

Родители никогда не переставляли дистиллятор – в этом не было смысла.

Монстрик вспрыгнул на пустой стол и обнюхал его. В трещинах мерцали капли разлитых когда-то снов.

Сначала книги, теперь дистиллятор. А родители так и не нашлись.

К горлу Софи подступила тошнота. Сердце скакало в груди, в ушах гудело, ладони вспотели. Стены словно наваливались на неё, воздух как будто накалился – она впервые чувствовала себя как в кошмарном сне.

Позади неё Итан произнёс:

– Ничего себе! А что это такое?

О нет, Софи забыла про него, и он увязался за ней в лабораторию!

– Вернись наверх, – велела Софи. – И забудь о том, что видел. Пожалуйста!

– Позволь ему остаться, – посоветовал Монстрик, бегая взад-вперёд по столу. – Он уже посвящён благодаря серому жирафу. К тому же у нас есть проблемы посерьёзнее. – Он указал щупальцами на полки. – Смотри!

Софи взглянула на полки. Несколько из них были пустыми. Пропало около двух-трёх десятков бутылок, может быть даже пятьдесят, и все с одного стеллажа.

– Я не понимаю, – пробормотала Софи. Правильнее было бы сказать: «Я не хочу понимать».

Итан поднял руку:

– А вот я действительно не понимаю.

Не обращая на него внимания, Софи провела рукой по пустым полкам:

– Какие сны здесь стояли?

– Кошмары, – хмуро произнёс Монстрик. – В основном кошмары с чудовищами.

– Но почему… – Она шумно вдохнула – ей не хватало воздуха. Глаза чесались. Слишком много переживаний: сначала серый жираф, теперь исчезновение родителей… – Ты думаешь… что-то случилось, когда они встречались с мистером Кошмаром?

Итан выставил вперёд обе руки:

– Подождите. Давайте по порядку. Кошмары с чудовищами? Мистер Кошмар? Софи, что всё это значит?

– Придётся ему объяснить, – сказал Монстрик, – пока он не наделал глупостей.

Софи взглянула на Итана – его глаза были такими же круглыми, как у Монстрика.

– Ты спрашивал, как действуют ловушки для снов, – она пыталась говорить спокойно. – Они улавливают сны своей сетью. – Софи кивнула на кучу незаконченных ловушек на одном из столов. Нужно только украсить их бусинами и перьями – и можно вывешивать в витрине книжного магазина. – Мои родители перегоняли сны в жидкость с помощью аппарата, который стоял здесь. – Теперь она показала на пустой стол. Рука её дрожала, и Софи поспешила опустить её, пока Итан этого не заметил. – И мы смотрели их вон там, чтобы рассортировать. – Она повернулась к сновизору. – Потом клеили на бутылки этикетки и расставляли на полках для продажи.

Итан медленно огляделся:

– Очуметь! Это что, всё взаправду?!

– В тех бутылках счастливые сны. – Софи повела рукой в сторону одной полки, потом другой. – Здесь – сны о падении с высоты, рядом с ними – сны о стыде. Там – сны про еду. Их много, они делятся на приятные и неприятные.

– Страшные сны про еду?! – повторил удивлённый Итан.

– Ну, знаешь, пицца с живой рыбой, мороженое из арахисового масла и кетчупа, спагетти, которые превращаются в червяков, – ты удивишься, насколько это распространённый сон. – Софи поражалась тому, как спокойно и обыденно звучит её голос, тогда как внутри неё всё кричит от отчаяния.

– И вы это всё продаёте?

– Мои родители продают. Сны про еду очень хорошо раскупают те, кто сидит на диете, – некоторые хотят во сне поесть без вреда для фигуры, а другие берут плохие сны, чтобы их меньше тянуло есть. Это помогает людям. Все наши сны приносят пользу. – Софи сделала глубокий вдох. Она не будет паниковать – от этого не будет никакого толку. Надо сохранять спокойствие, трезво всё взвесить и найти ответ. – Мистер Кошмар – покупатель. Вчера он приобрёл сон, но, кажется, был недоволен ценой и оставил в моём шкафчике послание. Родители собирались встретиться с ним сегодня, чтобы обсудить этот вопрос. А теперь они пропали вместе с дистиллятором и кошмарами в бутылках.

И Софи разрыдалась.

10

Софи захлёбывалась от рыданий, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Слёзы ручьями текли по щекам, и девочка яростно вытирала их тыльной стороной ладони. Спрыгнув со стола, Монстрик завернулся вокруг её ног. Софи глубоко дышала и уговаривала себя успокоиться.

Итан неловко похлопал её по спине:

– Всё хорошо. Всё хорошо.

– Не говори так! Ничего хорошего! – Она отвернулась к полкам и, сжав кулаки, стала делать глубокие рваные вдохи, пока из глаз и носа не перестало литься как из текущего крана.

– Мы найдём твоих родителей, – успокаивал её Итан.

Софи вытерла лицо рукавом.

– Как? Где? – Она снова глубоко вдохнула, и ей наконец удалось взять себя в руки. Она понимала, что выглядит непривлекательно, и досадовала на то, что Итан стал свидетелем её истерики.

– Не знаю. Но… ты не плачь, ладно?

– Ладно.

Он помолчал и робко спросил:

– Как ты?

– Нормально… Просто… я не ожидала такого. – Софи обвела рукой подвал и указала наверх. Она почувствовала, что снова готова расплакаться, поэтому взяла на руки Монстрика и крепко его обняла, а он всеми шестью щупальцами обвил её талию.

– Да, я знаю, как это бывает.

Они немного постояли в неловком молчании. Софи пыталась придумать нестрашное объяснение исчезновению бутылок и дистиллятора. Может, родители их продали и ушли отмечать обретённое богатство? И по такому случаю покупают ей пони?

– Так, значит… – начал притворно бодрым голосом Итан, – я должен поверить, что в каждой из этих бутылок находятся сны?

– Можешь не верить, но это правда.

– Зачем покупать дурные сны? – Сцепив руки за спиной, Итан осмотрел полки. В бутылках, сверкая блёстками, клубилась жидкость. Софи ни на секунду не поверила, что именно это интересовало его сейчас больше всего. Он просто пытался отвлечь её, чтобы она больше не плакала.

– По той же причине, почему люди катаются на американских горках или смотрят фильмы ужасов. Но сны захватывают сильнее. Мама говорит, что это лекарство, а папа считает хорошим развлечением.

Если все эти сны купил мистер Кошмар, то почему? Софи никогда не слышала, чтобы кто-то приобретал такую большую партию. И зачем тогда родители продали ему дистиллятор? Они бы не стали этого делать, подумала Софи и проглотила застрявший в горле ком.

– Тот покупатель называет себя «мистер Кошмар». Наверное, он очень любит страшные сны.

– Думаешь, он украл их? – Итан взял из кучи одну из незаконченных ловушек, но быстро положил назад, словно она его ужалила, и снова сцепил руки за спиной.

Монстрик запрыгнул на пустой стеллаж.

– Украл сны и похитил родителей, – сказал он. – Это единственное логичное объяснение. Они бы ни за что не продали дистиллятор. И когда Софи приходит из школы, они всегда дома.

Софи стиснула кулаки, чтобы снова не разрыдаться. Она и сама так думала, но услышать это было невыносимо.

– Тогда надо позвонить в полицию, – предложил Итан.

Крутанувшись на месте, Монстрик встал на задние лапы и поднял шерсть дыбом. Потом вытянул щупальца и стал волнообразно двигать ими:

– Нельзя!

Софи одновременно с ним тоже воскликнула:

– Нельзя!

Итан отшатнулся. Глаза его забегали, словно он искал выход:

– Но почему? Если они пропали…

– Что мы им скажем? – Софи постаралась придать голосу спокойствие и рассудительность. Она не хотела, чтобы Итан сбежал и стал болтать всем подряд про её секреты. – Что человек по имени мистер Кошмар хотел купить сны и теперь мои родители и аппарат, который превращает сны в жидкость, исчезли? Нам никто не поверит.

Или, наоборот, не дай бог поверят и расскажут всему миру… и тогда явятся Стражи. Софи не могла так рисковать.

– Но если они…

– Никакой полиции, – отрезала Софи. Стражи разрушат магазин, узнают про Софи и заберут её – или ещё что похуже. Тогда она никогда больше не увидит родителей. Сейчас хотя бы есть надежда, что она ошибается и родители в самом деле просто ушли в супермаркет. Тогда они скоро вернутся и вместе с дочерью посмеются над её глупыми страхами. – Нельзя, чтобы обо всём этом – магазине снов, моей семье – узнали. Это тайна, понимаешь? И её нельзя нарушать, иначе всё пропало.

– Что же нам тогда делать?

– Нам – ничего. Ты иди домой. – Как глупо, что она всё рассказала Итану! Он не член семьи, и ему нельзя доверять. – И никому не говори ни слова. Пожалуйста!

Всё ещё отступая, он помотал головой:

– Я не брошу тебя в беде. К тому же ты забыла про серое чудовище – оно ещё рыщет где-то поблизости.

Человекожираф действительно совсем вылетел у Софи из головы. Девочка прижала руки к лицу. Как бы она хотела, чтобы это был кошмар и она могла проснуться!

– Послушай, а если позвонить в полицию и сообщить об исчезновении родителей, – Итан выставил вперёд руку, чтобы его не перебивали, – но не упоминать о снах и прочем? Наверху ужасный беспорядок, а это улика.

Монстрик фыркнул:

– Ну да, их очень впечатлит, что несколько книг попадали на пол. Родители отсутствуют не так уж долго. Полицейские просто погладят Софи по голове и посоветуют набраться терпения. Или того хуже – отвезут её в участок и позвонят в органы опеки, а те приедут и заберут её к себе. И мы не сможем заняться поисками.

Убрав руки от лица, Софи взглянула на Монстрика:

– Думаешь, мы сможем их найти?

– Конечно.

Итан покачал головой:

– Где? Как? Ты знаешь, где живёт этот мистер Кошмар? Знаешь хотя бы его настоящее имя?

– Надо посмотреть в журнале, – сказал Монстрик.

«Ну конечно!» – подумала Софи.

– Монстрик, ты чудо! – воскликнула она. – Как я сама не догадалась!

Сегодня мистер Кошмар, может, и украл сны, но вчера он один купил.

– Совершенно верно, – согласился Монстрик. – Но не расстраивайся слишком сильно. Как сказала Элеонора Рузвельт, «никто не может заставить вас чувствовать себя неполноценным без вашего согласия». Хотя, если подумать, это возлагает вину на жертву.

Софи кинулась к столу, стоящему около стеллажей со снами. Монстрик запрыгал за ней и сунул кончик щупальца в замок выдвижного ящика стола, где лежал журнал, провернул щупальце – и замок со щелчком открылся. Трясущимися руками Софи открыла ящик, вынула журнал и с глухим звуком бросила его на стол.

– Что это? – поинтересовался Итан.

– Книга учёта, – сказал Монстрик.

– Сам вижу. Я спрашиваю, как это может помочь.

– Большинство ответов находится в книгах, – глубокомысленно произнёс Монстрик. – Как говорится, «книга – лучший товарищ», «книга – источник знаний», а ещё «книга книгой, а мозгами двигай», «смотришь в книгу – видишь фигу»…

Софи бросила на него неодобрительный взгляд:

– Это не шутки, Монстрик.

– Просто хочу разрядить обстановку.

– Не надо.

Журнал был в переплёте из коричневой кожи. В середине лежала закладка из красной ленты, несколько страниц были потрёпаны, запятнаны и порваны. Книга учёта содержала минимум тысячу страниц, и заполнили её пока только наполовину.

Софи открыла журнал. Здесь регистрировали каждый сон, каждую продажу, каждое приобретение. Она пролистала страницы, исписанные аккуратным маминым почерком, контрастирующим с папиными каракулями:

– Мои родители спрашивают адрес у каждого покупателя и продавца…

Итан заглянул ей через плечо:

– Зачем?

– На всякий случай, – объяснила Софи. – У нас уважаемый магазин снов, и родители хотят убедиться, что не связываются с преступниками.

– Как же это можно определить?

Софи растерялась. Раньше она об этом не думала.

– Не знаю. Просто такой порядок – надо установить личность продавца или покупателя.

– Учитывая ограбление, это явно не помогает.

Софи стала листать быстрее.

– Что помешает преступнику солгать? – стал рассуждать Итан. – Мистер Кошмар – имя, несомненно, вымышленное. Кроме того, вор не будет называть свой домашний адрес.

Софи нашла записи за вчерашний день.

Вот. Ровным маминым почерком синими чернилами написано: «Юджин Федерле, Истфилд, Виндзор-стрит, 263». Вчера продали только один сон: кошмар с мифологическими существами. Значит, это он. Софи отступила от стола. Сердце её бешено колотилось.

Итан с интересом заглянул в журнал, провёл пальцем по буквам, безмолвно произнося слова, и наконец сказал:

– Юджин Федерле – это и есть ваш мистер Кошмар? Звучит не особенно кошмарно.

– Где находится Виндзор-стрит? – спросила Софи.

Итан вытащил из кармана телефон, набрал адрес и показал карту наклонившимся ближе Софи и Монстрику.

– На другом конце города, около бейсбольных полей. Давайте поступим так: поедем туда, осмотримся, попробуем выяснить, его ли это дом и не оставил ли он каких-то зацепок, а если заметим что-то подозрительное, позвоним в полицию.

План был неплох.

Софи закивала, но вдруг спросила:

– Погоди. Ты собираешься ехать со мной? Почему ты помогаешь мне?

– Как сказал Монстрик, я уже посвящён в твои дела.

– Вовсе нет. Неизвестно, приходил ли человекожираф именно за тобой. Это могло быть совпадением. Возможно, он никак не связан с мистером Кошмаром или с исчезновением моих родителей. И вообще я могу ошибаться насчёт этого покупателя. Идти домой или играть в баскетбол. Продолжай жить нормальной жизнью, словно ничего не случилось.

Итан открыл, потом закрыл рот, словно раздумывал над ответом. Наконец он сказал:

– Тебе нужна помощь. А я могу тебе помочь. Ну хотя бы постараюсь.

* * *

Софи перевернула табличку на двери стороной с надписью «Закрыто», выключила в доме свет и заперла дверь, а Монстрик в это время снова втиснулся в рюкзак. Повесив его на спину, Софи пробралась между стопок книг к задней двери. Итан последовал за ней.

Велосипеды стояли в сарае позади дома. Софи каталась нечасто, поэтому её велосипед зарос паутиной. Стряхнув её, девочка вывела велик на улицу, надеясь, что ко всему прочему не сломает себе руку. Итан выбрал велосипед её отца и нашёл на полке рядом с садовым шлангом шлемы. Розовый с бабочками он передал Софи, а себе взял видавший виды шлем ржавого цвета. Софи с трудом застегнула плохо подходивший ей по размеру головной убор. Ей подумалось, что она никогда не каталась на велосипеде с другом. Только бы их никто не заметил!

– Маршрут готов? – спросила она.

– Я буду показывать дорогу, – заверил её Итан.

– Идёт. – Софи представила, как родители, запертые в доме незнакомца, ждут её. Сердце её громко стучало. Наверное, именно так и бывает в кошмарах. – Что тебе сегодня снилось?

Не встречаясь с ней глазами, Итан нахлобучил шлем и ответил:

– Ничего.

– В смысле ты не видел снов или тебе приснилось Ничто, которое разрушает Всё?

Итан поставил ногу на педаль и замер:

– Откуда ты знаешь?

Софи пожала плечами. Она видела такие сны много раз, и они были ужасно гадкие. Отец называл их «экзистенциальный страх». Продавались они плохо, если только не содержали совсем уж жутких видений. По реакции Итана Софи могла заключить, что ему приснился именно такой сон. Интересно почему.

Мальчик сел на велосипед и поехал. Откидываясь назад, чтобы сохранять равновесие, Софи тоже стала крутить педали. Они обогнули дом и выехали на тротуар, где Софи догнала Итана.

– Я уже видел этот сон, – признался он. – Бывали и похуже. Иногда мне снится, что я не могу кричать, как ни стараюсь. Или кричу, но меня никто не слышит. Или что я один в открытом океане.

– Акулы? – Софи объехала счётчик платной парковки, сосредоточенно пытаясь держать равновесие. Когда она последний раз каталась на велосипеде, то врезалась в почтовый ящик. А если она расшибётся, то не сможет прийти родителям на помощь.

– Ни акул, ни птиц, ни плота. Ничего. А подо мной бездонная глубина. Сегодня ночью ловушка помогла… Я впервые не просыпался от ужаса. Только, пожалуйста, не говори об этом ребятам из моей команды. Но твоя ловушка действительно сделала своё дело. Обычно впечатления такие яркие, как будто я действительно их пережил. А последний сон я словно посмотрел по телевизору.

– Рада за тебя. – Софи хотелось спросить, почему парень, у которого столько друзей, видит классические сны об одиночестве. Но она не успела сформулировать вопрос – Итан рванул через улицу, лавируя между машинами.

Мимо прогрохотал грузовик, и Софи затормозила. Затем прошелестели шинами две легковые машины. Софи смотрела то направо, то налево. «Не трусь, – говорила она себе. – Ты нужна маме и папе». С упавшим сердцем она съехала с тротуара и пересекла улицу. Итан был уже далеко впереди и сворачивал на небольшую улочку. Софи поспешила за ним.

Монстрик у неё за спиной подпрыгивал и охал.

– Извини! – сказала девочка. Она старалась объезжать рытвины, но не могла миновать кочки и трещины на дороге. На боковой улочке царило оживление: люди выгуливали собак, возвращались домой с работы, во дворах играли дети. Софи уже была в этом районе, но с велосипеда он выглядел иначе, чем из автобуса.

По мере удаления от центра города дома становились всё шире, а тротуары исчезали. Когда велосипедисты снова поравнялись, Итан спросил:

– Неужели ты бы продала мой сон?

Софи запыхалась, а Итан выглядел так, словно только что сел на велосипед. Она напомнила себе, что это была её идея. Она не виновата, что потеряла форму. Хотя на самом деле виновата.

– Разве ты не рад, что он не был ярким? – тяжело дыша, проговорила Софи.

– Рад.

– Так какая тебе разница, что станет с ним потом?

– Но ведь это мой сон.

– Но тебе он не нужен, – возразила Софи. – Мы просто перерабатываем материал. Собственно, мы почти как те люди, которые ездят в пикапах и собирают выброшенные вещи, а потом сдают их в утиль или продают на толкучке.

– Но люди не знают, что сны можно продавать.

И пока существуют Стражи, никогда не узнают, подумала Софи. Это грустно. Есть столько удивительных снов. Её родители торгуют захватывающими путешествиями, счастливыми мгновениями, фантастическими приключениями и другими увлекательными событиями, которые не случаются в реальном мире. Несправедливо, что они вынуждены бояться и держать своё занятие в тайне. Родители – мастера своего дела, они умеют перегонять даже самые запутанные сны. Софи хотелось бы, чтобы они работали открыто. Но приходилось таиться. Если Стражи узнают про магазин снов, они его разрушат и разобьют все бутылки до последней. Такое уже случалось с другими продавцами снов. Даже полиция не может помочь: она видит только гору разбитых бутылок и двух перепуганных людей, которые бормочут о каких-то не существующих в природе вещах.

Остановившись на светофоре, Итан сверился с картой.

– Туда. – Он указал на ближайшую улицу, и Софи обомлела: естественно, надо было ехать в гору. – Давно твои родители держат магазин снов?

– Сколько себя помню, – ответила Софи, давя на педали. – Родители моей мамы тоже торговали снами. Несколько лет назад они уехали во Флориду. Правда, живут далеко от «Дислейуорлда»[6].

– Если уж жить во Флориде, то рядом с «Диснейуорлдом».

Видимо, Итан намеренно отвлекал Софи, чтобы она побольше говорила и не поддавалась панике. Похоже, он не любил, когда люди плачут, и Софи прекрасно его понимала, поскольку сама не терпела слёз.

– Говорят, магазин снов есть в Замке Золушки[7], но, скорее всего, это только слухи, – проговорила Софи, тяжело дыша.

Ребята поднялись на вершину холма и, отпустив педали, бок о бок стали спускаться по склону. Мимо пролетали обрамляющие дорогу деревья. Домов здесь было меньше. Собственно, их совсем не было – вокруг располагался болотистый лес. Софи ещё никогда не была в таком пустынном месте.

Итан свернул на другую дорогу. Они проехали поле, миновали какой-то дом, потом снова поехали сквозь густой лес.

– Сколько вообще существует магазинов снов? – продолжал беседу Итан.

– Не знаю. Думаю, мало. Родители не позволяют мне встречаться с клиентами. Я и с мистером Кошмаром столкнулась по чистой случайности.

Не связана ли та встреча с исчезновением родителей? Может быть, это Софи во всём виновата? Если бы она не наткнулась на мистера Кошмара, он не оставил бы ей открытку, и тогда мама и папа не стали бы встречаться с ним снова. Велосипед под Софи закачался, и она сосредоточилась на том, чтобы поддерживать равновесие.

– Продолжай разговаривать, – наставлял её Итан. – Если будешь думать о плохом, потеряешь управление и упадёшь. Поверь человеку, который дважды ломал руку. Как покупатели узнаю́т о вашем магазине? У вас ведь нет вывески или рекламы.

Софи задумалась:

– Понимаешь, когда женщины увлечены вязанием, они знают все магазины пряжи и рассказывают о них друг другу. Собиратели снов действуют так же – информация передаётся из уст в уста. Но для остальных это секрет.

Итан затормозил.

Софи стиснула ручные тормоза и, когда велосипед с рывком остановился, резко качнулась вперёд. Перед ними, в окружении топкого леса, стоял дом с аккуратно подстриженной лужайкой, розовыми цветами вдоль дорожки и почтовым ящиком в форме лебедя. Других домов в округе видно не было. Казалось, его украсили к празднику и теперь хозяева ожидают гостей. Жилище ничуть не напоминало логово вора и похитителя.

– Приехали?

– Виндзор-стрит, 263. Дом не очень-то…

– …зловещий?

– Да.

В таких домах живут дети, которые в переднем дворе ставят лоток с лимонадом, и взрослые, которые на заднем дворе жарят барбекю. Софи спрыгнула с велосипеда и направилась к симпатичному строению. На подъездной дорожке стояла синяя сияющая машина с номерным знаком «МИСТЕР К.». «К.» – «Кошмар», подумала Софи. По крайней мере это действительно был его дом, так что на один вопрос они уже получили ответ. Насчёт адреса он не солгал. Но, конечно, это вовсе не значит, что он непричастен к исчезновению её родителей…

Софи увела велосипед с дороги, выдвинула носком откидную ножку и сняла шлем. Итан поставил свой велосипед рядом. Встав на колено, Софи сняла рюкзак, опустила его на землю и открыла. Монстрик туго свернулся внутри.

– Как ты там? – спросила Софи.

– Тошнит. – Он медленно вылез из рюкзака и со стоном повалился на бок под кустами. – Не хочу никогда больше так путешествовать.

Софи заморгала:

– Извини.

Монстрик повёл щупальцем, что могло означать или «прощаю», или «сдаюсь».

– Оставайся здесь, – велела ему Софи. – Мы пойдём осмотримся.

С трудом поднявшись на ноги, чудовище сказало:

– Нет уж, я должен тебя защищать. – Колени у него дрожали, глаза округлились еще больше, и он надувал щёки, словно пытался сдержать тошноту.

– Мы только заглянем в окна, – пообещал Итан. – Ничего опасного.

Софи кивнула и улыбнулась:

– Мы будем незаметными как опоссумы.

– А опоссумы разве незаметные животные? – спросил Итан.

– Понятия не имею, – пожала плечами Софи.

Монстрик помотал головой:

– Я иду с вами, – и тут он прикрыл щупальцами пасть и зарылся в сосновых иголках.

– Оставайся. Я позову, если надо, – сказала Софи.

– Со мной всё хорошо. Только я… буду прятаться в зарослях. – Прячась под кустами, Монстрик стал крадучись пробираться к дому. Софи и Итан последовали за ним, шагая между деревьями.

Покрытая мхом земля хлюпала у них под ногами. Над головами чирикали птицы. Софи заметила прыгающих с ветки на ветку белок. Казалось, ребята выехали на природу подышать свежим воздухом, а не выслеживать возможного злоумышленника. Окружение абсолютно не соответствовало обстоятельствам.

У лужайки лес внезапно оборвался, словно деревья и трава свято соблюдали границы – дикая растительность не покушалась на газон, и ни одна травинка не осмеливалась прорасти за установленные пределы. В подлеске Софи присела на корточки и стала разглядывать дом.

– Уверена, что хочешь туда идти? – спросил Итан.

– Мы так далеко ехали, – ответила она. – К тому же, возможно, всё это лишь маскировка. Может, он только создаёт видимость невиновности.

Что ж, злые люди тоже ухаживают за своими лужайками.

Тщательно подстриженные кусты окружали дом зелёным кольцом – в них можно было спрятаться. Софи, Итан и Монстрик пробежали через лужайку и нырнули в кусты.

Пригибаясь к земле, Софи стала красться вдоль дома. Её кроссовки тонули в земле, пахнущей свежестью и немного навозом. Мистер Кошмар явно любил садовничать, и это тоже не совпадало с её представлениями о нём.

Подойдя к первому окну, Софи приложила палец к губам, медленно выпрямилась и заглянула внутрь: гостиная. Девочка увидела диван, телевизор, камин, на котором располагались модель старого самолёта и несколько фотографий в рамках. На столике перед диваном лежали несколько книг, пульт от телевизора и стояла полупустая миска с кукурузными чипсами. Вполне обычная комната.

Софи снова пригнулась. Итан тоже заглянул в окно, и они направились к следующему.

– Как будто играем в шпионов, – прошептал мальчик.

Поднявшись, Софи подошла к окну столовой. На одном конце стола громоздились стопки писем, а в центре стояла ваза с засушенными цветами. Тоже ничего подозрительного.

Следующее помещение было кухней. В раковине грязная посуда, на столе пачка печенья. Рядом лежал детский розово-сиреневый рюкзак. Софи пригнулась.

– У него есть ребёнок, – прошептала она и почувствовала разочарование.

– Может, он злой отец, – чуть слышно произнёс Итан.

– Не знаю. Всё выглядит так… невинно. А вдруг я ошиблась?

Итан снова очень неловко похлопал её по плечу – видимо, ему не часто приходилось утешать. Ей тоже не часто приходилось оказываться в положении утешаемого, разве только Монстрик периодически обнимал её, ободряя. Несколько мгновений мальчик и девочка смотрели друг на друга.

– Давай дойдём до конца, – предложил Итан. – Как увидеть, что на втором этаже?

– Я могу туда забраться, – прошептал Монстрик.

– Ты уверен? – засомневалась Софи.

– Конечно. Я героический монстр. И меня не будут терзать муки совести, если вдруг вырвет в доме у плохого парня.

– Мы ещё не знаем, плохой он или хороший, – заметила Софи.

– Имя у него вполне злодейское, – сказал Итан. – Но жилище не похоже на берлогу преступника.

Перебирая щупальцами, Монстрик стал взбираться по водосточной трубе, а Софи и Итан двинулись дальше вдоль дома. А если Софи не найдёт никаких зацепок и мистер Кошмар не похищал её родителей? Надеяться, что злоумышленник именно он, было как-то неправильно – но если не он, то кто?

Софи заглянула за угол на задний двор и увидела бассейн без воды, замысловатый гриль (неиспользуемый) и садовый шланг (аккуратно свёрнутый) около синей подвальной двери. Никаких следов родителей или хотя бы чего-то немного странного.

Это был дом приятной, нормальной семьи, где все вместе смотрят по телевизору спортивные игры, ребёнок делает уроки, собака выпрашивает угощение и всё такое. Софи вспомнила миску с чипсами в гостиной, рюкзак и печенье на кухне, стопки писем в столовой. Рюкзак даже казался знакомым. Возможно, Софи знает его хозяйку. Из-за яркого цвета рюкзака Софи предположила, что это девочка, и, вероятно, она учится с ней в одной школе.

Рядом с ними со второго этажа спрыгнул Монстрик.

– Обычные спальни и ванная, – доложил он.

– А мои родители?

Он покачал головой.

– Дистиллятор?

– Мне жаль, Софи. – Монстрик обнял её щупальцами.

– Но…

Если это не то место и хозяин дома ни при чём… тогда она вообще не имеет представления, куда подевались родители и что с ними случилось. Здесь должны быть какие-то улики. Мистер Кошмар наверняка замешан!

– Может, они уже ждут тебя дома? – предположил Итан.

Софи покачала головой:

– Дистиллятор исчез. И они не встретили меня после школы. Такого никогда не было. А что ты скажешь про разбросанные книги?

Итан встал и заглянул в окно:

– Что бы ни случилось, похоже, этот человек не при делах.

– Давайте ещё посмотрим! – попросила Софи.

Они обошли дом ещё раз и ещё, пока наконец Софи не согласилась, что это бесполезно. Не было даже намёка на какую-то роль мистера Кошмара в исчезновении её родителей. Сыщики только тратили впустую время.

Вернувшись к велосипедам, Софи и Итан надели шлемы. Монстрик со стоном залез в рюкзак, Софи застегнула его и забросила за спину. Она уже садилась на велосипед, когда услышала мужской голос:

– Бетти?

11

Это был мистер Кошмар.

Софи поставила ногу на педаль, готовая дать стрекача, но взглянула через плечо на хозяина дома. Он стоял во дворе и выглядел… Софи пришло в голову слово «глупо». Злодейский плащ сменили вытянутые на коленках тренировочные брюки и выцветшая футболка с нечитаемой эмблемой какого-то университета, из-под которой выпирал круглый живот.

Наполовину поседевшие каштановые волосы странно торчали в разные стороны, словно он причёсывался метлой, а глаза не были впалыми или налитыми кровью. Он вынес из гаража два мешка и бросил их в мусорный контейнер, стоящий в конце подъездной дорожки.

– Приятная встреча, Бетти! Как прошёл день рождения?

– Мм, хорошо, – ответила Софи.

Мистер Кошмар широко улыбнулся:

– Прекрасно! Ты получила мою открытку? Она наверняка тебя удивила!

Софи уставилась на него:

– Ещё как!

– Знал, что тебе понравится, – самодовольно произнёс мистер Кошмар. – Дети любят сюрпризы.

Итан переводил озадаченный взгляд с Софи на приземистого мужчину, вовсе не похожего на жутковатого мрачного человека, которого она описывала.

– А как вы положили открытку в шкафчик? – поинтересовался Итан.

Ключевой вопрос, подумала Софи. Она ждала ответа.

– Да проще простого, – пожал плечами мистер Кошмар. – Выйдя от твоих родителей, Софи, я зашёл в кафе и увидел, как ты садилась в автобус. Потом пошёл к директору твоей школы и договорился, что оставлю тебе открытку. Он её, конечно, прочитал – они там заботятся о безопасности детей. Вот и всё. Здорово я придумал, а?

– Вы просто хотели поздравить меня с днём рождения? – Софи не верила своим ушам. Она была так напугана… и так уверена, что именно он стоит за исчезновением её родителей. Даже осмотр его дома не переубедил её.

– Я люблю делать людям приятное. Кроме того, я хотел показать твоим родителям, что уважаю их работу: независимые книжные магазины теперь редкость. – Он многозначительно подмигнул Софи, давая понять, что имеет в виду совсем не книжный, и накрыл мусорный контейнер крышкой.

– Так, значит… это привет моим родителям? – Софи наблюдала, как он наклоняется, чтобы вырвать случайный сорняк. – Вы встречались с ними сегодня утром. Как всё прошло?

Он расплылся в улыбке:

– Я купил ещё три «книги». Твои родители прекрасные люди. Семейные магазины подобного рода и привели меня сюда. В городе таких мест не найдёшь.

Он купил всего три сна? Но пропали десятки бутылок и дистиллятор!

– Правда? Вы переехали сюда недавно? – поинтересовалась девочка.

Мистер Кошмар вытер о штаны испачканные землёй руки. В его волосах застряли несколько листьев, и он был похож на человека, выкатившегося из кровати в сад.

– Мы должны были переехать раньше, но дом нуждался в капитальном ремонте и его долго реконструировали. – Уперев руки в бока, хозяин с гордостью осматривал дом. Софи казалось, что он готов показать фотографии до и после ремонта. Не такого разговора она ожидала. Всё оказалось бессмысленно. Ей не стоило сюда приезжать.

– Так вы купили только три сна? А дистиллятор?

Мистер Кошмар удивлённо заморгал:

– На что мне дистиллятор? Для работы с ним требуются специальные знания и опыт… – Он вдруг умолк и указал на Итана: – А твой друг понимает, о чём мы говорим?

– Софи рассказала мне о магазине снов, – пояснил Итан.

– Ну и чудесно! – мистер Кошмар хлопнул в ладоши, словно был в восторге. – Хорошо, когда можешь поделиться тайной с друзьями. Многие дети продавцов снов растут в одиночестве, а хранить секреты нелегко. Выходит, ты и без моей глупой открытки не грустила. Я думал… да не важно, что я думал. Но всё равно надеюсь, что она тебе понравилась. – Он снова улыбнулся, и Софи растерялась – почему она вообще решила, что это недобрый человек? Видимо, из-за плохого освещения, надвинутой на глаза шляпы и богатого воображения, подсказавшего ей, что одна маленькая ошибка может привести к катастрофе.

– Очень любезно с вашей стороны, – сухо произнесла Софи. Она совсем скисла. Она была так уверена в его причастности к исчезновению родителей и в том, что обнаружит какие-то следы… Но это просто человек средних лет, наводящий порядок в своём гараже. К тому же он любит кошмары. Софи почувствовала, как Монстрик пошевелился в рюкзаке. – Спасибо. А после вашей утренней встречи вы разговаривали с моими родителями?

Лицо мистера Кошмара выразило беспокойство:

– Нет. А что? Что-то случилось?

Пару секунд Софи раздумывала, не сказать ли ему всю правду: что родители пропали и что она подозревала его в причастности к этому. Но даже теперь, когда девочка убедилась в его невиновности, она не могла заставить себя доверять этому человеку.

– Просто любопытно, – ответила она.

– Зачем вы покупаете страшные сны? – спросил Итан.

– Ради забавы, – пожав плечами, проговорил мистер Кошмар. – Некоторые любят смотреть фильмы ужасов на голубом экране, а я – в своём сознании. Это расслабляет.

Он говорил совершенно будничным тоном. И дом его выглядел таким обыкновенным. Софи захотелось извиниться перед ним за свои подозрения. Но, к счастью, он не знал, зачем ребята приехали сюда.

Софи проглотила ком в горле. Слава богу, что она не позволила Итану позвонить в полицию! Полицейские ничего бы здесь не обнаружили и тогда вернулись бы в магазин и стали задавать вопросы, на которые Софи не желает отвечать.

– Надеюсь, новые сны вам понравятся.

– Спасибо, Бетти! Пока мне надо разобрать гараж – не очень-то весёлое занятие. Но вечером я, может быть, посмотрю один сон. – Насвистывая, мистер Кошмар направился к гаражу.

Итан повернулся к Софи:

– Мне жаль.

Девочка кивнула. Ей захотелось плакать, но она сдержала слёзы. Что тут скажешь? Она ошиблась и теперь понятия не имела, что делать.

– Поехали домой.

Они сели на велосипеды и покатили.

* * *

Внимательно глядя на дорогу, Софи изо всех сил жала на педали, стараясь обгонять Итана, чтобы не пришлось разговаривать. Она ошиблась насчёт мистера Кошмара. Он никак не связан с исчезновением её родителей. Это был ложный след, как сказала бы её учительница английского. Никаких новых идей в голову не приходило. Софи стала надеяться, что найдёт родителей дома. Может быть, у них есть до смешного простое объяснение: например, дистиллятор сломался и они возили его в сервисный центр, если такие вообще существуют. И они будут сердиться на неё за то, что она ушла, не оставив записки. Она не станет возражать против наказания – неделю без сновизора или даже без книг – пусть только мама с папой будут дома. Пожалуйста, пожалуйста, будьте дома! Иначе она не знает, что ей делать.

Монстрик в рюкзаке застонал. Хоть бы он не заболел. Он страдал напрасно. Всё путешествие оказалось ни к чему. Жаль, что нельзя позволить ему высунуть голову.

– Почти приехали, – сказала ему Софи. – Осталось недолго…

Вдруг позади они услышали приближающийся вой сирены. Софи въехала на тротуар, освобождая дорогу. Странно, но машина не проехала мимо, а продолжала гудеть громче и громче прямо за спиной у Софи и Итана. Словно полицейские преследовали их.

Софи притормозила и обернулась, Итан тоже, и полицейская машина остановилась. От света красно-синей мигалки и ярких фар заслезились глаза. Из машины вышел полицейский и взглянул на них так хмуро, словно снимался в детективе.

У Софи перехватило дыхание: что-то случилось с родителями. Она чувствовала это! Произошло нечто ужасное…

Но полицейский улыбнулся и поднял руку, словно успокаивая:

– Не волнуйтесь. Вас ни в чём не обвиняют, но я должен проводить вас домой. Вы, наверное, заметили, что на улицах нет людей? Сегодня объявлен комендантский час. Пропали двое детей, и мы просим всех жителей сидеть по домам, пока мы всё не выясним.

К Софи вернулась способность дышать, и по телу прошла волна облегчения. Это не касается её родителей. Конечно нет, ругала она себя. Откуда полицейскому знать, кто она и кто её родители – он просто увидел ребёнка на велосипеде. Софи так погрузилась в свои мысли, что не заметила, что улицы опустели. Она посмотрела направо, налево – не было ни одной машины, и на обычно оживлённой улице стояла странная тишина.

– Мы как раз едем домой, – сообщил Итан.

– Хорошо, – сказал полицейский. – Где ваш дом?

– Я живу над книжным магазином «Ловец снов», – ответила Софи.

Полицейский одобрительно закивал:

– Отличный магазин. Моя жена туда захаживает. По всему дому развешаны ловушки для снов. Магазин принадлежит твоим родителям? – Теперь он был очень улыбчив и разговорчив.

– Да. – Казалось, сердце Софи сейчас выпрыгнет из груди. Ей бы хотелось рассказать гораздо больше. Это был её шанс – поведать приветливому полицейскому об исчезновении родителей и о краже и попросить помощи… но вдруг они вовсе не пропали? А если полиция решит обыскать дом и найдёт бутылки со снами и сновизор? Как она это объяснит? Из-за её волнения о магазине снов станет известно. В самом деле, она даже не знает, пропали родители или просто куда-то ушли. Может быть, они в гостях у мисс Ли, пробуют новые кексы.

– А тебе куда? – обратился полицейский к Итану.

– Я поеду к ней, – Итан указал на Софи большим пальцем. – Мы вместе делаем уроки.

Полицейский кивнул:

– Никуда не сворачивайте. Сегодня вечером детям не разрешается быть на улице без сопровождения родителей. Это всего лишь мера предосторожности, ничего не бойтесь. – Он направился к машине. – Я провожу вас до магазина, чтобы убедиться, что вы доехали благополучно. Из дома никуда не выходите. Когда всё закончится, мы сделаем объявление по местному телеканалу.

– Спасибо. – Софи села на велосипед, Итан тоже. Полицейская машина медленно следовала за ними последний оставшийся до дома километр. Теперь Софи заметила, что город выглядит жутковато – пустынно и тихо, словно все сидели по домам и тайком выглядывали из-за занавесок. Хотя машин не было, Софи тормозила у светофоров, смотрела направо и налево и только потом пересекала улицу. Итан, соблюдая такую же осторожность, держался рядом с ней и не вырывался вперёд. Он то и дело оглядывался через плечо на полицейскую машину, которая ползла позади них. Софи невероятно беспокоилась о Монстрике, надеясь, что он будет сидеть в рюкзаке спокойно и молча.

У книжного магазина ребята слезли с велосипедов, и полицейский помахал им рукой. Они машинально помахали в ответ, и сопровождающий уехал.

– Ну и поездка! Сплошная нервотрёпка, – проговорил Итан. – Я не видел ничего вокруг. Всё время боялся, что случайно проеду на красный свет или собью старушку.

– А я волновалась, что полицейский заметит Монстрика.

– У-у-у, – застонал Монстрик в рюкзаке. Софи окинула взглядом улицу и увидела, что полицейский сворачивает налево у следующего светофора, а больше машин нет.

– Пойдём в дом, – предложил Итан. – Тут так тихо, что оторопь берёт.

– Мм-м-м, – промычал Монстрик. Софи сочла, что это означает его согласие, и покатила велосипед по дорожке, ведущей к дому.

Друзья поставили велики в сарай, и Софи отперла заднюю дверь. Свет в магазине был включён, и в проходах лежали слоистые тени. Было тихо. Дома никого, подумала Софи.

Глаза её наполнились слезами. Ей захотелось свернуться клубком и зарыдать или выбежать на улицу и кричать, пока не вернётся полицейский. Но она не стала этого делать. Когда родители возвратятся, они увидят, что она была смелой, сильной и находчивой, и поймут, что ей можно доверять в трудных обстоятельствах. Они будут гордиться дочерью.

Софи поставила рюкзак на пол и расстегнула его. Монстрик вывалился наружу.

– Как ты? – спросила Софи.

– Просто супер. – Он привалился к стеллажу. – Худшего способа путешествия и придумать нельзя. В следующий раз всё что угодно, только не велик.

Софи только кивнула: она боялась расплакаться. Смелая и сильная, напомнила она себе, как герои её любимых книг. Девочка положила руку на корешки ближайших книг, словно могла напитаться от них силой.

Итан ходил между стеллажами, оглядывая проходы.

– Как я понимаю, твои родители не вернулись. – Он заглянул в туалет и подёргал дверь подвала – закрыто. – Почему ты ничего не сказала полицейскому?

В кармане у него зачирикал телефон, и Итан вытащил его.

– Надо же, мои родители, – с удивлением произнёс он и стал набирать ответ.

– Что ты им пишешь? – Софи пыталась не выдать волнения голосом и с гордостью отметила, что он прозвучал совершенно спокойно. Почему она не сообщила полицейскому о пропаже родителей, она знала – а вот почему смолчал Итан? У него была отличная возможность разболтать её семейные секреты. Ведь его бы Стражи не тронули.

Итан не поднимал головы от телефона.

– То же самое, что сказал полицейскому: делаю с одноклассницей уроки. Хотя это странно: они никогда меня не проверяли.

– Может, они услышали про пропавших детей? – Софи так волновалась за родителей, что даже не подумала о том, кто эти дети и что с ними случилось.

– Интересно, мы их знаем? – проговорил Итан, продолжая набирать текст.

Вряд ли это знакомые Софи. А вот Итан общается со многими ребятами. Или, вернее, его знают многие. Софи наклонилась проверить, как чувствует себя Монстрик, и погладила его по голове. Он глубоко дышал и хлопал щупальцами перед мордой.

– У меня нет аппетита, – пожаловался он.

– Скоро тебе полегчает, – успокоила его Софи.

– Это неестественно, – возразил Монстрик. – Я всегда голоден. Наверное, надо съесть кекс, чтобы посмотреть на реакцию организма. – Он прикоснулся кончиком щупальца к щеке Софи. – Не беспокойся, пожалуйста. Мы всё выясним и найдём твоих родителей.

Телефон Итана снова издал сигнал.

– Пропала девочка из седьмого класса, – прочитал он сообщение. Глаза его округлились. – Слушай, а я её знаю: это Мэдисон Мур.

Софи ахнула.

– Ты тоже с ней знакома? – спросил Итан. – Это такая с тёмными волосами и противным голосом? Её слышно на весь коридор.

Кивнув, Софи вспомнила, как обрадовалась, что Мэдисон нет в автобусе. Хотя ничего плохого она ей не желала – просто испытала облегчение оттого, что никто не будет её дразнить.

– Мэдисон трудно не заметить.

– У неё есть сестра, она больная от рождения. Семья проводит бо́льшую часть времени с ней в больнице. Потому Мэдисон и ведёт себя так вызывающе: она боится, что исчезнет, если все не будут замечать её каждую секунду.

Софи удивлённо заморгала:

– Откуда ты знаешь?

– Моя мама – лечащий врач её сестры. – Телефон снова звякнул. – А вторую я не знаю. Первоклассница по имени Люси Снайдер. Полиция не видит между ними никакой связи, и потому все так напуганы.

Софи словно ударили кулаком в живот.

– Софи! – Итан коснулся её руки, но девочка этого не почувствовала. Она знала обеих потеряшек, разговаривала с ними вчера, забрала у них старые ловушки и отдала новые.

Софи осела на пол рядом с Монстриком и стала убеждать себя, что это всего лишь совпадение: пропавшие родители, пропавшие школьницы, пропавшие ловушки, пропавшие бутылки и дистиллятор… Просто совпадение.

– Софи! – окликнул её Монстрик.

Мысли словно бурлили в голове Софи и сталкивались друг с другом.

– Все исчезновения связаны со мной, – проговорила она.

– Ты о чём? – не понял Итан.

– Обе девочки страдали от ужасных кошмаров. Так же, как и ты. Мэдисон снились пожары и насекомые. Люси – полулюди-полукрокодилы, исчезающие в дыму ниндзя, летающие питбули…

– Многие видят дурные сны. Я, например, – сказал Итан. Снова запиликал его телефон. – Отец спрашивает, могу ли я остаться здесь на ужин. У мамы вечерняя смена, а у него совещание. – Итан невесело засмеялся: – И на этом их беспокойство закончилось. – Он напечатал ответ и убрал телефон в карман. – Похоже, тебе от меня не отделаться.

Внезапно по телу Софи пробежал мороз, кровь отлила от лица. Девочка не могла пошевелиться.

– Слушай, я не такой уж противный, – улыбнулся Итан.

Она покачала головой:

– Я вспомнила, где видела тот рюкзак.

– Какой?

Софи вскочила:

– Который лежал на кухонном столе в доме мистера Кошмара. Мне надо вернуться. – И она ринулась к задней двери.

Итан поймал её за руку:

– Стой, стой. Ты не можешь вернуться. Комендантский час – помнишь? Где ты видела тот рюкзак?

– Он принадлежит Люси. – Она была уверена в этом. Почти уверена. – Или, по крайней мере, может ей принадлежать.

– Но ты не уверена на сто процентов? – Итан не отпускал её руку.

Монстрик подбежал к Софи и свернулся вокруг её ног, словно утешая.

Софи помотала головой. Мало ли кто может носить розово-сиреневый рюкзак. Но ей показалось, что такой был у Люси …

– Не уверена. – Она прислонилась к стеллажу. Возможно, у неё разыгралось воображение. Она так хотела найти зацепки и связь между происшествиями сегодняшнего дня! Потирая лоб, Софи пыталась уговорить свой кричащий мозг прекратить горячку. Она не знает, точно ли тот рюкзак принадлежит Люси. Скорее всего, там просто живёт другая маленькая девочка.

– Софи, мы заглянули в каждое окно, – сказал Итан. – Монстрик даже посмотрел на втором этаже. Так ведь, Монстрик?

– Там может быть подвал, – откликнулся тот. – Или кладовка. В кладовке можно спрятать кого угодно, уж поверьте мне.

Он был прав. К тому же на заднем дворе Софи видела дверь в подвал.

Возможно, они чего-то не заметили или плохо искали. Возможно, её подозрения имели основания, даже когда она не знала о пропаже Люси и Мэдисон.

– Мы все согласились, что дом выглядит вполне обычно, – сказал Итан.

– Если человек хочет скрыть, что он вор или похититель, уж он постарается привести дом в порядок, – заметил Монстрик. – И сможет убедить людей, что ему нечего скрывать.

Софи кивнула:

– Мистер Кошмар мог только притворяться, что убирает в гараже, как все нормальные люди. Он мог солгать нам, чтобы мы сделали вывод, что он невиновен, и уехали.

– Тогда он должен быть талантливым актёром, – возразил Итан.

Монстрик закатил огромные глаза:

– В мире полно отличных актёров. Разве ты не смотришь кино? Там все актёры. В телешоу тоже. На Бродвее, в любительском театре, в рекламе.

Софи стала расхаживать взад-вперёд между стеллажами. Шаги по деревянному полу издавали гулкие звуки, и Софи подивилась, какая мёртвая тишина стоит в доме. Родители всегда включали музыку, или разговаривали, или чем-то гремели. А сейчас ей казалось, что она слышит пустоту.

– Нужно было смотреть внимательнее, найти способ попасть внутрь. Они могут быть там, а мы просто сели на велосипеды и уехали!

Монстрик ходил за ней по пятам:

– Мы вернёмся.

– Как? Комендантский час… – Софи остановилась и взглянула на Итана. – А ты не можешь попросить родителей отвезти нас?

Итан фыркнул:

– Когда мне было шесть лет, родители заявили: если я хочу ходить на факультативные занятия, я должен позаботиться о том, как буду добираться домой. Сказали, что учат меня самодостаточности. На мой вопрос, что такое самодостаточность, они предложили мне заглянуть в словарь. Короче говоря: нет, они не смогут нас отвезти.

Софи не могла представить, чтобы её родители сказали ей такое. Ей с самого детства вбили в голову никогда в жизни не садиться в чужие машины.

Монстрик внимательно посмотрел на Итана и заметил:

– Так твой сон про одиночество в океане откровенно метафоричен. Как досадно.

Итан быстро взглянул на него:

– Что ты имеешь в виду?

– Гораздо интереснее, случаен ли он, – не отвечая, продолжал Монстрик. – Как сон мальчика о роботах Маппетах, которые стреляют из своего дурацкого носа конфетами «Эм-энд-Эмс». Или сон пятидесятилетнего бизнесмена о том, как куры вдруг превращаются в свиней. Спрос на классические сны об одиночестве невелик.

– Жаль, что мои сны для тебя слишком скучны. – Итан повернулся к Софи: – В любом случае, думаю, ты спешишь с выводами. Только потому, что ты знаешь пропавших девочек и рюкзак показался тебе знакомым… и потому, что мистер Кошмар оставил тебе поздравительную открытку, а про исчезнувшие ловушки мы его не спросили… И потому, что он должен был встретиться с твоими родителями, а потом ты пришла домой и обнаружила разгром наверху и кражу в подвале… Ну да, может, ты и права – мы что-то упустили.

– Вот именно. Видишь – нужно вернуться! – воскликнула Софи. – И на этот раз надо попасть в дом. – Она повернулась к Монстрику: – Ты сможешь открыть шпингалет на окне?

– Смогу, – кивнул Монстрик, разминая щупальца.

– Подожди, успокойся. Давай это обсудим, – сказал Итан. – Я допускаю, что мы могли ошибиться. Предположим. Но ты хочешь залезть в чужой дом. Ты знаешь, что это незаконно?

Софи не хотела успокаиваться. Она снова стала метаться между стеллажами. Где-то в отдалении залаяла собака. Машин было не слышно. Софи представила, как люди сидят по домам, прилипнув к телевизорам и гадая, что случилось с теми двумя девочками.

– Мистер Кошмар любит страшные сны. Он сам в этом признался. А те две девочки, с которыми я разговаривала вчера, страдают от кошмаров, и теперь они пропали.

– Ну и что? Ещё ты разговаривала со мной…

– …и на тебя напал серый жираф, – продолжил фразу Монстрик.

Итан открыл от удивления рот:

– Ты думаешь…

– Ты следующий. – В полумраке глаза Монстрика ярко сияли. Софи не видела его самого – только глаза и зубы. – Больно уж много совпадений.

Итан закрыл рот. Он не нашёлся, что ответить.

А это разумно, подумала Софи, и от ужасной догадки её бросило в дрожь. Мистеру Кошмару нужен постоянный источник свежих страшных снов. Серое существо похитило двух девочек и пришло за Итаном, но ему помешал Монстрик.

– Я в совпадения не верю, – продолжал Монстрик. – Хотя статистика говорит, что они случаются. Но мы имеем дело не с совпадением.

Глаза Итана стали чуть ли не больше, чем у Монстрика:

– Так ты думаешь, мистер Кошмар всё-таки причастен к исчезновению девочек и твоих родителей?

– Я думаю, мне надо вернуться и хотя бы осмотреть дом повнимательнее, – сказала Софи. – Если я права и пленники там… – Она умолкла. Конечно, это натяжка – доказательств нет, а всё, что они видели, свидетельствует о невиновности мистера Кошмара. Но если это правда, а она ничего не предпримет, то никогда себе не простит… Никогда. – Я уверена: он похитил девочек, которым снятся кошмары, и моих родителей, способных переработать сны для просмотра. Знаю, ты мне не веришь…

– Начинаю верить, – медленно произнёс Итан.

Софи повернулась к нему:

– Правда?!

Он был бледен и, казалось, вот-вот закричит, сбежит или потеряет сознание. Софи поняла, что до него дошло: ещё немного – и его бы тоже похитили. Он определённо хотел драпануть отсюда. В своих классных кроссовках он добежал бы до дома за несколько секунд…

– Я поеду с тобой.

Софи заморгала:

– Это не обязательно…

– Обязательно, – отрезал Итан.

Монстрик смотрел на него пронзительным взглядом.

– Конечно, ты поедешь, – проговорил он. – Мальчик со скучными снами об одиночестве. Родители научили тебя, что никто не придёт тебе на помощь, поэтому ты должен спасаться сам. По-твоему, если мы не ошиблись и серый жираф действительно приходил за тобой, то именно ты должен остановить его.

Итану стало неловко. Наблюдая за ним, Софи размышляла, прав ли Монстрик. Трудно было представить, что лучший школьный баскетболист – новичок, с которым все мгновенно подружились, – одинок, но… ему снился сон про Ничто.

– К тому же, – продолжал Монстрик, – если ты станешь героем, возможно, твои родители наконец заметят тебя.

Не ответив, Итан подошёл к окну и выглянул на улицу:

– Как мы доберёмся до дома мистера Кошмара?

Софи встала рядом с ним:

– Не знаю.

Оставаясь в тени между стеллажами, Монстрик неуверенно произнёс:

– Софи, у меня есть идея, но она тебе не понравится.

Она рада была любой идее, только бы не стоять здесь, не гадать, правы они или нет, не волноваться о родителях, которые, возможно, заперты в доме похитителя, и не сокрушаться о том, что они уехали, так ничего и не узнав…

– Можно полететь, – проговорил Монстрик.

12

– Ты умеешь летать?! – удивился Итан.

– Я – нет. У меня нет крыльев. – Монстрик помахал щупальцами. – Но есть множество снов о летающих существах…

Софи внезапно осознала, что он предлагает, и отшатнулась так резко, что натолкнулась на стеллаж. Полки покачнулись, и книги зашатались.

– Нет, нет и нет. И на случай, если я выразилась непонятно, ещё раз: нет! Я обещала!

Монстрик отступил дальше в тень и обнял себя щупальцами, сделавшись совсем маленьким.

– Я знал, что ты не согласишься. Ну и ладно. Ужасная идея. Придумаем что-нибудь другое.

Итан переводил взгляд с Софи на тень, скрывающую Монстрика:

– А что за идея? Как он предлагает лететь?

– Он хочет… – Софи остановилась. Монстрик предлагал девочке выпить сон про полёты, но она не могла, рассказав об этом, не раскрыть, что бывает, когда она видит сны. – Не важно. Может быть, я ошибаюсь. Может, это рюкзак вовсе не Люси, а мистер Кошмар не имеет никакого отношения ни к исчезновению моих родителей, ни к серому жирафу.

– Или наоборот: ты права, и мы что-то упустили, – сказал Итан. – Мистер Кошмар не ожидает, что мы вернёмся. Если найти способ незаметно пробраться в дом… попасть в подвал…

– Быстро ты меняешь своё мнение, – заметил Монстрик.

– Вы меня убедили. Вернее, серый жираф убедил.

Софи выглянула в окно, мечтая увидеть, как родители направляются к дому, словно ничего не случилось. Отодвинутая ею ловушка для снов закачалась, заблестела на солнце, бросая отблески на пол. День подходил к концу, солнце уже начало садиться, и в окно лился прямой свет. На улице все тени удлинились, стали розоватыми и смешивались на асфальте. В ветровом стекле машины отражался закатный свет. Софи услышала лай собаки, которая просилась гулять. Мимо снова медленно проехала полицейская машина. Но людей не было. Никто не выносил мусор, не опускал письма в почтовые ящики, не играл в баскетбол, не прыгал через скакалку, не катался на велосипеде. Улицы и дворы опустели. Видимо, новость быстро распространилась по городу. Софи вспомнила, что полицейский говорил о сообщении на местном канале, и предположила, что все прилипли к экранам телевизоров в ожидании, когда найдут девочек. Но если она права, их не найдут – ведь о мистере Кошмаре и сером жирафе никому не известно.

– Хорошо. Я согласна, – повернулась Софи к Монстрику. – Но мы возьмём ловушку и, как только спасём маму, папу и остальных, вернём крылатое существо назад в сон.

Не дожидаясь ответа от Монстрика или Итана, она развернулась и решительно зашагала к подвалу, надеясь, что жалеть о содеянном не придётся. Софи выполняла своё обещание шесть лет – но всё это время её родители были в безопасности. Если их действительно похитил мистер Кошмар, если они находились в его доме, когда она была там, или если она упустила какие-то подсказки об их местонахождении – тогда ей больше ничего не остаётся, как поступить именно так.

– Кто-нибудь объяснит мне, что происходит? – спросил Итан, следуя за ней.

– Ей надо выпить сон, – сказал Монстрик.

– И что потом?

– Она заснёт и увидит сон.

Софи подошла к журналу учёта и пролистала его.

Ей нужен был сон о полётах, но не про супергероев – ведь лететь надо втроём.

Самолёт тоже не подходит: Софи не знает, как им управлять. Ковёр-самолёт? Возможно. Но только управляемый.

Монстрик вскочил на стол, чтобы тоже заглянуть в журнал:

– Думаю, ты должна привести кого-то из сна по его собственной воле.

– Ты о чём? – не поняла Софи.

– Я много лет размышлял: почему я? Почему не кровать, одеяло или игрушка? В комнате было полно вещей, а из сна вышел я один. Думаю, это потому, что мне самому этого захотелось. Как только ты сказала, что мечтаешь о таком домашнем питомце, я решил остаться с тобой.

Софи снова заглянула в журнал:

– Значит, ты считаешь, я должна убедить существо из сна выйти в реальный мир?

– Не знаю. Может быть, я вышел потому, что пушистый и симпатичный. Или из-за щупальцев. Или мне просто повезло. Не могу сказать наверняка.

Итан прервал его выставленной вперёд ладонью:

– Подожди. Ты явился из сна Софи?!

Софи сделала глубокий вдох и понадеялась, что родители её поймут.

– Обычно я не вижу снов. Но если вижу… видения оживают. Вот откуда взялся Монстрик. Поэтому я собираюсь выпить сон про полёты, чтобы принести оттуда нечто, что перенесёт нас на другой конец города.

У Итана отвисла челюсть. Закрыв рот, он кивнул.

– Сегодня произошло столько невероятных событий, что это меня уже не удивляет. Ладно, какой летающий объект лучше выбрать? – Он склонился вместе с друзьями над журналом.

– Тебя что, это не пугает? – спросила Софи.

Итан пожал плечами:

– Я испугаюсь позже. Школьный психолог называет это вытеснением. Говорит, это нездоровый механизм приспособления к ситуации. Но я по крайней мере хоть как-то приспосабливаюсь, верно? – Он указал на одну строчку. – Что это?

Софи оторвала от него взгляд и посмотрела в журнал:

– Летающий гиппопотам.

– Слишком заметен, – покачал головой Монстрик.

Софи стала читать дальше, выискивая подходящий сон:

– Гигантская летучая мышь?

– Возможно. – Монстрик вскочил на пустую полку. – Только ничего не выйдет. Этот сон числился среди кошмаров и пропал с остальными. А жаль. Было бы весело.

Софи пробежала глазами страницу. Драконы все проданы. Грифоны тоже. Феи слишком маленькие. Фениксы могут сгореть по пути. Гаргульи относились к кошмарам и тоже исчезли. – Крылатые пони?

Монстрик наморщил нос.

– Они предназначены для того, чтобы возить людей, – добавила Софи.

– Но они так блестят, – пожаловался Монстрик.

– Но ведь монстры все исчезли. К тому же внешний вид для нас не главное.

– А вот я всегда хорошо выгляжу, – машинально проговорил Монстрик и вздохнул: – Хорошо. Поищу пони. – Перебираясь с полки на полку, он отсортировал несколько бутылок, взял одну щупальцем и спустился вниз. – Проверь, тот ли это сон. Будет жаль, если ты выпьешь его и обнаружишь пони размером с мышь.

Осторожно, словно держа в руках самое хрупкое яйцо на свете, Софи перенесла бутылку к сновизору. Только бы он работал, подумала она, наливая жидкость в сосуд.

На дне сновизора заклубились облака.

– Что ты делаешь? – спросил Итан.

– Здесь смотрят сны. – Софи указала на толстое стекло.

В дыму появились голубые искры, и Софи наклонилась ближе к сновизору. Итан втиснулся рядом с ней, а Монстрик, чтобы увидеть изображение, встал на задние лапы, а передние положил на стол. Щупальца он засунул под аппарат.

Стали появляться образы: почта, супермаркет, бензозаправка, затем неизвестный дом – белый с синими ставнями. Окна тёмные, словно закопчённые или как будто за ними ничего нет. В снах часто попадаются недорисованные дома и лишь схематично изображённые комнаты. Сон, конечно, был безмолвным – сновизор не воспроизводил звуков, и просмотр не давал полноты ощущений спящего человека.

Софи постаралась не очень увлекаться сюжетом. На этот раз ей придётся выпить сон по необходимости, потому что её родители наверняка в опасности. Иначе она ни за что бы не нарушила своё обещание.

Спящая девочка открыла дверь белого дома, вошла внутрь – и оказалась в облаке. Облака были повсюду: из них вырисовывался целый город – дома, кудрявые деревья.

Между ними сияли радуги. Потом появились крылатые пони: целая стайка порхала между облаками.

Один из них опустился около спящей. Девочка забралась ему на спину, и они взлетели, пикируя и снова взмывая вверх, и присоединились к остальным, а в небе вокруг них вспыхивали всё новые радуги.

Внизу расстилался океан. Все пони нырнули в него и пропали, а спящая оказалась в классе с карандашом в руке… Стоящий у доски учитель повернулся. Рот у него занимал всё лицо и раскрывался в безмолвном крике больше и больше, пока не поглотил класс, как кит воду.

Изображение померкло.

– Как странно, – произнёс Итан.

– На самом деле это довольно связный сон, – сказала Софи. – Бывают настолько путаные, что их невозможно продать. На этот сон спрос тоже небольшой, поскольку в нём соединяются приятное и неприятное. Покупатели предпочитают более последовательные истории. – Во всяком случае так объясняли ей родители. Софи неожиданно поймала себя на том, что говорит как знаток. – Я попытаюсь проснуться до начала второй части.

– Ничего не бойся. Я всё время буду рядом, – успокоил её Монстрик.

Сон каплями стёк в бутылку, Софи взяла её и повернулась к Итану:

– Пообещай, что никогда никому об этом не расскажешь. – Она прижимала бутылку к груди. Если она ошибается, родители устроят ей головомойку. Но если нет… В любом случае она не может сидеть дома, прятаться и надеяться, что всё в порядке. Всё совсем не в порядке ещё с середины дня. – Пожалуйста.

Итан пожал плечами:

– Я так до сих пор и не понял, что происходит.

– Это не похоже на обещание, – возразил Монстрик, поднимаясь на задних лапах. Щупальца совершали плавные движения, и Монстрик был похож на осьминога в океане. – Обещай!

Итан отступил к лестнице и проговорил:

– Софи, мне кажется, твой так называемый кот мне угрожает.

И Софи не в первый раз подумала: интересно, а каким был Монстрик в исходном сне, до её появления? Человек, которому он приснился, должно быть, проснулся в холодном поту.

– Он тебя не обидит.

– Это сомнительное утверждение, – прошипел Монстрик и обнажил три ряда зубов. – Пообещай, и я не стану тебя пугать. Если откажешься – столкнёшься с последствиями.

Софи легонько шлёпнула его:

– Перестань.

– Сейчас не время проявлять человеческую чуткость, Софи, – возразил он. – Он должен дать обещание. Это в целях твоей безопасности.

Не успела Софи ответить, как Монстрик прыгнул от стола к Итану. Девочка поспешила за ним, но чудовище двигалось быстрее. Оно обхватило запястья Итана щупальцами как чёрными наручниками:

– Софи мне очень дорога. Так что ты пообещаешь молчать.

Пытаясь высвободиться, Итан весь сжался.

– Хорошо, хорошо, обещаю, – пробормотал он.

Монстрик отпустил его так быстро, что мальчик пошатнулся и стукнулся о стеллаж. Бутылки закачались и зазвенели. Софи присела и погладила Монстрика по голове.

– Обычно он очень мил, – виновато сказала она и подумала, что, пожалуй, это к лучшему – никогда не приводить друзей домой. Она бросила Монстрику предупреждающий взгляд и произнесла одними губами: – Веди себя смирно.

Монстрик ласково обвил щупальцами её шею:

– Не волнуйся, Софи, я тебя не оставлю. – Обнимая её за плечи, он подвёл девочку к креслу и усадил в него.

Итан тоже подошёл.

– Что теперь? – спросил он.

– Теперь Софи уснёт.

– Но что…

– Ш-ш-ш. – Монстрик устроился рядом с Софи. Она обняла его и уставилась на бутылку. В голове у неё стучало обещание, данное родителям.

Софи снова подумала о рюкзаке на столе в кухне мистера Кошмара. Хотелось бы знать наверняка, принадлежит ли он Люси. Всё это может быть простым совпадением, включая серого жирафа.

Но другого способа узнать, права она или нет, не было.

Софи открыла пробку и выпила сон.

13

Она стояла около почты.

Небо было грязно-синим. Здания, стоящие по обеим сторонам улицы, расплывались, словно Софи смотрела на них сквозь туманное стекло. Все окна были серыми. Девочка не знала, зачем она здесь. Может, ей нужно отправить письмо? Она открыла дверь почты…

Внутри находился класс. Спиной к двери стоял учитель и писал на доске, и Софи быстро вспомнила, как смотрела сон, сидя перед сновизором рядом с Монстриком, а потом выпила из бутылки. Но в сновизоре учитель появился в конце сна. Она перепутала порядок. Ей надо найти крылатого пони!

Софи захлопнула дверь и выскочила на улицу. Все здания по обеим сторонам оставались неразборчивыми пятнами. Софи вытянула шею, чтобы разглядеть белый дом с синими ставнями. Улица была пустынна: ни машин, ни автобусов, ни велосипедов.

Девочка услышала шаги позади.

Взглянув через плечо, она увидела учителя с одним лишь ртом на лице: ни глаз, ни носа. Он произнёс:

– Тебе не сбежать!

Рот его начал открываться шире и шире и затянул внутрь здание почты, а потом, как сорванные со стен картины, туда же отправились и несколько других домов. Такого не должно было случиться! Видимо, она как-то изменила сон.

Софи бросилась бежать.

Впереди она увидела белый дом с синими ставнями. Раздался свист, напоминающий звук воды, стекающей в сливное отверстие раковины. Не оглядываться. Не останавливаться.

Софи бросилась к двери белого дома и, рывком открыв её, обернулась. Рот учителя расширился невероятно, и улица текла в него стремительным потоком. Софи заскочила в дом и захлопнула за собой дверь.

Дверь тут же исчезла.

Софи оказалась в облаке – и с облегчением выдохнула. Вряд ли учитель последует за ней, раз дверь испарилась. К тому же в этой части сна его не было – только летающие пони. Она в безопасности. Наверное.

Заиграла арфа, струны издавали неопределённую мелодию. Парящие вокруг пушистые розовые облака принимали форму замков, деревьев, гор. Софи стояла в облаке, и над её головой расцветала радуга, похожая на подброшенную в воздух ленточку.

Монстрику это бы не понравилось, подумала Софи.

Между облаками над радугами замелькали крылатые пони нежных цветов: розовые, лиловые, голубые.

– Эй! – позвала Софи. – Мне нужна помощь! Может кто-нибудь из вас мне помочь?

Один пони завис в воздухе.

– Кто просит помощи? – густым, как сирена, голосом, спросил он и, оставив стаю, подлетел к девочке. Шкурка его мерцала словно выкрашенная краской с блёстками, а на лбу рос серебряный спиральный рог. – Ах, принцесса попала в беду!

– Мне нужно… – начала Софи.

Хлопая крыльями, пони поднялся выше.

– Следуй за мной, – скомандовал он. – Надо рассказать об этом остальным.

– Но я не умею летать!

– Забирайся по радуге. – Он указал рогом на радугу, исходящую из ближайшего облака.

Расхаживать по радуге?! Она же упадёт! Хотя ведь через облако она не проваливается, и вообще это сон… Подойдя к радуге, Софи поставила ногу на жёлтую полоску – и ступня утонула в разноцветном тумане. Девочка осторожно перенесла вес на ногу, проверяя, как эта пёстрая дорожка выдержит её, – и осталась на поверхности. Тогда, сделав глубокий вдох, Софи стала взбираться вверх по радуге.

– Собирайтесь, друзья! Принцесса попала в беду! – трубил впереди крылатый пони. Он громко ржал и дёргал хвостом, чтобы привлечь внимание сородичей. – Все сюда!

Несколько пони – кто с рогом, кто без – подлетели ближе и запорхали вокруг радуги. У одной пони в гриву были вплетены цветы.

– Чем мы можем помочь тебе, принцесса? – спросила она тонким и бренчащим, как музыкальная подвеска, голоском.

Софи быстро объяснила всё как смогла: рассказала о себе, о магазине снов, о пропавших родителях и исчезнувших девочках, о мистере Кошмаре.

Когда она закончила, пони с тихим ржанием повернулись друг к другу. Один из них возмутился:

– Я не сон! Какая ложь! Какая наглость!

Остальные повторили его слова.

И они друг за другом улетели. Один, прежде чем удалиться, пощипал верхушку облачного дерева и проглотил солидную порцию розового облака. Другой нырнул внутрь облачного замка, и за ним с глухим звуком захлопнулся подъёмный мост. Пони с цветами в гриве фыркнула и упорхнула к солнцу.

– Подождите! Пожалуйста! Я клянусь, это правда! – закричала им вслед Софи. – Когда всё закончится, я обещаю отправить вас назад в сон. – Она не могла вернуться ни с чем! Она слишком рисковала… – Вернитесь!

Наконец остался только сверкающий пони. Опустившись на радугу рядом с Софи, он пыхнул воздухом из ноздрей, взъерошив волосы девочки. – Я часто мечтаю отправиться на поиски приключений. Пожалуйста, принцесса, расскажи мне, что надо делать.

Софи глубоко вдохнула: ещё не всё потеряно. Ведь ей и нужен всего один пони.

– Тебе придётся пойти со мной в реальный мир и незаметно отвезти меня и моих друзей в один дом, а потом обратно.

– А какой будет моя награда?

Софи не имела представления, что любят пони, живущие в мире косматых облаков. Она даже никогда не каталась на лошади – но читала книгу, где на обложке была изображена девочка, протягивающая коню яблоко.

– Яблоко?

Пони подумал:

– Что ж, это было бы просто…

Он не успел закончить – радуга под ними растворилась, и Софи стала стремительно падать. Она пыталась уцепиться за пустой воздух, а ветер трепал её одежду. Казалось, всё тело кричит от ужаса.

– Ныряй, принцесса, ныряй! Прямо в пучину, прямо в синее море! – голосил переливающийся пони. – Прямо к своей судьбе! Ныряй, мой храбрый друг! – Он сложил крылья и камнем полетел к морю. Остальные пони проделали то же самое.

Нет-нет-нет! Софи знала, что будет дальше – как только они погрузятся в воду, она окажется в классе с прожорливым учителем. Сон не может закончиться сейчас! Пони ещё не дал согласие!

– Пойдём со мной! – крикнула Софи, но не знала, услышал её единорог или нет.

Под ними распростёрся океан. Пони один за другим падали в воду, облака толпились вокруг них, замок разваливался. Потом Софи плюхнулась в воду, сомкнувшуюся над её головой, и все пони исчезли, словно растворились в морской пене. Девочка уже захлёбывалась, и вдруг…

…она оказалась в классе. Учитель стоял у доски и писал «Тебе не сбежать!». Софи вскочила и бросилась к двери. Надо было успеть добраться до неё, пока учитель не обернулся. Софи дёрнула ручку…

Там ничего не было. Перед ней лежала бескрайняя пустота.

Тут чья-то рука схватила её за плечо. Девочка обернулась и увидела безглазого учителя с разинутым ртом. Она закричала и закрыла лицо руками…

14

В уши Софи ударил голос:

– Доброе утро, принцесса! Или уже день? Из твоей пещеры не видно.

Софи открыла глаза, и крылатый пони дохнул ей в лицо.

На глазах у Софи выступили слёзы. Дыхание пони пахло перезревшей клубникой. Мозг Софи медленно, словно поднимаясь из глубин океана на поверхность, просыпался, и она поняла, что вернулась в магазин снов.

– Получилось! Ты здесь!

– Ну разумеется. Ты ведь принцесса в беде, а я в высшей степени героический пони. Но прежде чем мы начнём наши приключения, я хочу высказать несколько жалоб: я не вижу солнца, облака под моими копытами слишком твёрдые. – Для наглядности он прогарцевал, и его копыта зазвенели как колокола. – И ещё одно… не хочу быть грубым, но, если честно, здесь дурно пахнет. Думаю, из-за того, что это место кишит монстрами.

Софи резко выпрямилась.

Около крылатого пони стоял Монстрик и приветственно махал щупальцами. Софи успокоилась.

– Это мой друг Монстрик, – она указала на чудовище, а потом на мальчика: – А это Итан. А меня зовут Софи. И я вовсе не принцесса.

Итан с округлившимися от удивления глазами помахал рукой:

– Привет.

Пони фыркнул:

– А там кто?

Из-за сновизора бочком вышел из тени мужчина. У него не было глаз и носа, а потом он так широко разинул рот, что там, где должны были находиться уши, завернулась кожа. Вскочив на ноги, Софи крикнула:

– Берегитесь!

Безглазый человек вдохнул – и стоящие на полках бутылки снялись с места и устремились в его раскрытую пасть. Бутылки, стоящие в другом конце подвала, зазвенели.

– Доставай ловушку! – закричал Монстрик, кидаясь мужчине под ноги.

Софи бросилась к столу с ловушками и схватила почти готовую – не хватало перьев и лент, но переплетение нитей уже было внутри круга. Мужчина повернул рот в её сторону, и Софи уцепилась за стол. Ноги её оторвались от пола.

– Софи! – Монстрик отпустил ногу чудовища и обхватил Софи щупальцами, пытаясь оттащить назад. Два щупальца он обвил вокруг стола из-под дистиллятора, чтобы его тоже не унесло.

Обоих тянуло в широко распахнутую пасть, и Софи уже чувствовала, как пальцы отпускают край стола. Она закричала, Итан подскочил к ней, схватил за талию – и все трое поднялись в воздух.

Крылатый пони громко, как труба, заржал и напал на безлицего с другой стороны. Проткнув рогом ворот его рубашки совсем близко к горлу, он пригвоздил его к стене, и мужчина внезапно захлопнул рот.

Софи бухнулась на пол и, сразу же рванув к учителю, прижала к нему ловушку для снов.

– Отойди в сторону, – велела она пони. – Тебе нельзя к нему прикасаться.

Единорог отступил, и мужчина снова раскрыл рот. В лицо Софи дунул ветер, но Монстрик и Итан держали её за лодыжки. Девочке показалось, что её засасывает торнадо.

Наконец мужчина поблёк и исчез. Софи рухнула на колени.

Итан отпустил её ногу и опрокинулся на спину.

– Что это было?! – задыхаясь, спросил он.

– Не очень милый монстр, – ответил Монстрик. – Любопытно. Хотя… Софи, ты боялась его во сне?

– Прожорливого мужчину с дырой в никуда на лице? Ха-ха, дай подумать… Да, конечно.

Монстрик кивнул, словно был удовлетворён ответом:

– Значит, он вышел таким, как ты ожидала. Как и я. Ты хотела, чтобы я был твоим другом, – и я стал им. Ты представляла безглазого чудовищем – вот он таким и появился.

– Но почему он вообще вылез из сна?! Я его не звала.

– Может быть, он хотел этого. Я всё-таки придерживаюсь своей теории: мужчина-пылесос явился из сна, потому что так решил – так же как я, так же как и пони с вульгарным блеском.

Итан перевалился на бок, чтобы взглянуть на Софи:

– Почему он исчез? Что ты сделала?

Софи подняла вверх ловушку:

– Вернула его назад в сон.

– Но… как?

– Нужно прислонить ловушку к существу и держать её, пока он не уберётся обратно в сон. Если просто коснуться, ничего не получится, и это хорошо, иначе Монстрик был бы в постоянной опасности. – Она обняла Монстрика, и он крепко прижался к ней всеми своими щупальцами.

– Так ты занимаешься этим постоянно? – Голос Итана дрожал, но Софи видела, что он старается держаться невозмутимо. – Бегаешь по городу, создаёшь и рассеиваешь сны как какой-то супергерой?

В любую секунду он мог с криком выскочить из магазина или потерять самообладание и начать орать на неё. Слишком много на него свалилось за один день. Вытеснение вытеснением, но он может сорваться.

– До сегодняшнего дня я никогда этого не делала, – успокоительным тоном произнесла Софи.

– Откуда тогда ты знаешь, как надо действовать?

Монстрик распушил шерсть и встал перед Софи:

– Родители научили её, когда рассказывали, как избавиться от меня – на всякий случай, если моя натура монстра возьмёт верх. – Он ощерился.

Итан быстро попятился, натолкнулся на стол со сновизором, и стеклянные трубки, соприкоснувшись, зазвенели. Мальчик отскочил и ударился о другой стол.

– Я не хотел… извини. Просто для меня это всё как-то дико. – Последнее слово он произнёс фальцетом.

– Для меня тоже, – вставил пони. – Честно говоря, я всегда представлял, что моё первое приключение произойдёт в более благородных обстоятельствах и в более изысканной компании. Возможно, мне лучше вернуться в свой сон.

Софи тяжело вздохнула. Поздно. Итан уже не может убежать, а пони – отказаться от своего решения. Она уже нарушила самое серьёзное обещание родителям и была настроена идти до конца. Девочка попыталась сменить тему.

– Как тебя зовут? – спросила она крылатого пони.

– Искрокопыт.

Монстрик фыркнул.

Искрокопыт бросил на него недобрый взгляд и тряхнул гривой. От неё поднялось облако искр и покрыло все поверхности блёстками.

– Это благородное и точное имя, пахучий монстр.

– Его зовут Монстрик, – поправила Софи, отряхивая с рубашки блёстки. Они прилипли к её пальцам и застряли в волосах у Итана, а Монстрик от искрящегося облака умудрился увернуться.

Приблизившись к Софи, Итан проговорил:

– Извини. Сначала я тебе не верил. – Он понизил голос до шёпота: – Только у меня несколько вопросов… Он… всамделишный? Живой? А потом он исчезнет? Надолго он останется? Он снова вернётся в сон? А когда он во сне, то существует, если никто не видит этот сон? Или он по сути мёртв? – Последнее слово он произнёс одними губами.

– Вообще-то я тебя слышу, – напомнил о себе Искрокопыт.

Итан покраснел как помидор:

– Извини. Просто… всё это… – Он провёл пальцами по светлым волосам. – Я хочу сказать… с ума сойти!

Искрокопыт снова тряхнул гривой, рассыпая блёстки:

– Понимаю, что ты хочешь узнать больше – я в высшей степени интересен.

Монстрик опять фыркнул и объяснил:

– Он не может тебе ответить, потому что не знает, что сказать. Когда я был сном, то ничего другого не ведал. Мы существуем лишь во сне, как персонажи в книге. Сон меняется, только если его смотрят снова – как переписывают книгу. Внутри сна ты чувствуешь себя в безопасности, потому что находишься на своём месте.

У Софи сжалось сердце:

– Твоё место здесь, Монстрик.

Он похлопал её щупальцем:

– Теперь – да. Но я привык не сразу.

Софи об этом не догадывалась. Он никогда ей не говорил.

– Монстрик… – Она не знала, как спросить, скучает ли он по своему сну, и не была уверена, хочет ли услышать ответ.

– Что касается того, надолго ли он останется, – продолжал Монстрик, – то возьми, к примеру, меня. Мне сказали, что я был исключительно правдоподобным сном, а блестящий пони пришёл из более туманного сновидения. Кто знает, когда он вернётся?

– И снова вы обсуждаете меня в моём присутствии. Это немыслимая невежливость! – Наморщив нос, Искрокопыт фыркнул и повернулся к Софи. – Ты обещала благородные приключения. А в затхлой пещере, населённой сварливыми монстрами, нет ничего возвышенного.

– Верно. Пойдём. – Софи встала и посмотрела на часы. Родители совершенно точно должны были прийти домой к ужину. Семья всегда ужинала вместе. Ещё одно доказательство, что мама и папа попали в беду. Софи попыталась отбросить последние сомнения. Раздумывать некогда. Девочка повела всех наверх и остановилась у лестницы:

– Ты сможешь подняться по ступеням?

Сложив крылья, Искрокопыт послал Софи сердитый взгляд:

– Я не корова.

– Я вижу, – ответила Софи.

– Коровы не умеют подниматься по лестнице, – объяснил Монстрик. – У них иначе устроены коленные суставы, к тому же они глупые.

– Вот именно. – Тряхнув гривой, Искрокопыт прошествовал на четырёх золотых копытах вверх по ступеням и проскакал по книжному магазину. Вытянув шею, он оглядел магазин. Пони едва умещался между стеллажами. Кончики крыльев задевали корешки книг.

– Что это за штуки загромождают твоё облако? – поинтересовался он.

– Книги, – ответила Софи.

– Что это такое? Они вкусные? – Остановившись, он стал грызть старинное издание «Джейн Эйр» с тканевым корешком.

Софи бросилась спасать книжки:

– Их нельзя есть! Их читают. Это записанные истории. Ты знаешь какие-нибудь истории?

Искрокопыт, продолжая жевать, откусил часть от «Гордости и предубеждения».

– Это вроде снов! Но таких, которые видишь, когда бодрствуешь.

– Ну надо же! – Искрокопыт выплюнул на пол обрывки бумаги. Один из них упал на кроссовку Софи, и девочка прочитала: «никакой жалости к моим бедным нервам».

Мимо них к задней двери проскакал Монстрик.

– Может, уже поедем? – спросил он.

Шедший за ним Итан засомневался:

– Мы действительно полетим на этом жвачном животном?

– Я не жвачное, – обиделся Искрокопыт. – Я пегас, прямой потомок Посейдона, рождённый горгоной Медузой в тот момент, когда Персей отрубил ей голову – что, между нами говоря, было очень невежливо. – Он покрутил головой и остановил сверкающие глаза на Итане. – Ты же, напротив, происходишь из грязи.

– Вообще-то от обезьяны, – поправил его Монстрик. Он покрутил щупальцем ручку и распахнул дверь. – А тебя разработала компания по производству игрушек.

Искрокопыт захлопнул ногой дверь.

Монстрик, обернувшись, оскалил зубы.

Софи встала между ними:

– Пожалуйста, Монстрик, только не сейчас. Искрокопыт, для нас большая честь принять помощь такого благородного… – Она замялась, подбирая слово, которое точно его не обидит. Ей нечасто приходилось льстить собеседникам. – Конечно, ты иначе представлял своё первое приключение, но люди попали в беду, и мы должны помочь им. От тебя многое зависит.

Смягчившись, Искрокопыт убрал ногу от двери:

– Хорошо. У меня не только героическая, но и великодушная натура. Благородству свойственна снисходительность.

Бросив Монстрику предупреждающий взгляд, Софи обратилась к Итану:

– Покажи, пожалуйста, Искрокопыту карту, чтобы он знал, куда лететь.

– Сейчас. – Итан достал телефон, настроил на карте вид с воздуха и показал пегасу путь. Выразив восхищение умным аппаратом, Искрокопыт изучил карту.

– Постарайся с ним не ссориться, – прошептала Монстрику Софи. – Он пришёл помочь.

– Его существование физически невозможно, – пробурчал Монстрик. – Такие крылья не могут поднять вес тела. Голубь весит около полукилограмма, а размах крыльев у него тридцать сантиметров. Средний конь весит больше пятисот килограммов, и размах крыльев у него должен быть минимум триста метров. К тому же у пегаса не было рога. Значит, это не чистокровный пегас, а беспородный пони. Да ещё эти странные блёстки…

Высунув нос на улицу и старательно притворяясь, что не слышит слов Монстрика, Искрокопыт спросил Софи:

– Ты предпочитаешь лететь или идти по радуге?

Софи растерялась.

– Лететь, – неуверенно ответила она.

– Тогда взбирайся мне на спину. Отправимся быстро и незаметно и полетим над облаками, чтобы нас никто не увидел. – Он согнул передние ноги в коленях. Софи забралась первой, Монстрик прыгнул ей на колени, Итан уселся позади и обхватил её за талию. – Держитесь крепче, – скомандовал Искрокопыт. – Если затошнит, пожалуйста, постарайтесь не испачкать мою роскошную гриву.

– Жаль, что я пообещал держать язык за зубами, – посетовал Итан. – Это просто невероятно!

– Конечно. Я натуральнейшее, неподдельное чудо, а не игрушка и не беспородный пони. Полечу быстро, чтобы люди не смогли нас заметить. – Он толкнул дверь, прижал крылья к бокам, чтобы пролезть в проём, и протиснулся на улицу. На крыльце он остановился и оглядел задний двор с алюминиевым сараем, лужайкой с проплешинами и непрополотым огородом. – О, какое разноцветье!

Софи схватилась за его гриву:

– Полетели! Скорее!

– Мои извинения, принцесса. – Пегас замахал крыльями, подняв ветер, и все лежавшие на земле веточки и листья закружились в воздухе. Сквозь тучу мусора пони взмыл в небо.

У Софи захватило дух. Ветер хлестал в лицо, и ей пришлось зажмуриться.

Монстрик впился когтями ей в руку, а Итан крепче обхватил руками её талию. Ветер свистел в ушах. Потом в лицо стали бить капли дождя.

Пегас набрал скорость и полетел плавно и ровно. Софи чуть приоткрыла глаза и взглянула вниз. Вид частично заслоняли облака. Машины казались игрушечными, крыши напоминали лоскутное одеяло, а улицы были похожи на чёрные реки. Итан вытянул вперёд руку и, указывая куда-то, закричал:

– Налево! Бери левее!

Накренившись, Искрокопыт свернул налево. Софи изо всех сил держалась за гриву. Шерсть Монстрика встала дыбом, а морду он полностью спрятал в густой шерсти.

Парк внизу казался куском изумрудного войлока, а постройки на игровой площадке походили на разноцветные зубочистки. Затем путешественники пролетели над причудливым жилым районом с одинаковыми домиками и неестественно зелёными лужайками. У каждого дома стояли джипы.

Если бы не тревожные мысли, полёт мог бы стать приятным. Закатное солнце ласково грело спину, ветер дул в лицо так сильно, словно хотел унести все волнения, страхи и сомнения, – но это не помогало. Софи не могла забыть, что её родители пропали.

После лабиринта одинаковых построек вид снова изменился, и теперь дома находились далеко друг от друга, разделённые зарослями деревьев. Софи не могла поверить, что днём они с Итаном забрались так далеко.

– Видишь? – перекрикивая ветер, орал Итан. – Вон те деревья! Тут только один дом.

Сверху хорошо просматривалось, что соседей у мистера Кошмара нет. Со всех сторон его владения обступал густой лес – это пустынное место превосходно подходило для содержания пленников. Виднелся также бассейн, что не соответствовало представлению Софи о жилище похитителя. Софи снова засомневалась в своих подозрениях. Возможно, мистер Кошмар совершенно невиновен, а она изо всех сил старается найти улики там, где их нет.

Перед домом, под деревьями, стояли три машины: синий автомобиль хозяина и два других. Может, к нему приехали друзья? Только не это: чем больше там людей, тем больше вероятность, что их обнаружат. Приезд гостей усложнит задачу – хотя, может быть, и упростит. Если путешественникам повезёт, друзья отвлекут мистера Кошмара и он не заметит, как Софи, Итан и Монстрик обследуют его жилище.

Пегас стал по спирали спускаться к дому.

– Около хижины есть пещера. Я спрячусь там, – сообщил он и, не дожидаясь ответа, сложил крылья и стал падать на землю. Земля стремительно приближалась, и Софи вонзила ногти в ладони и зажмурилась. Монстрик зашипел на ветер, а Итан прижался к её спине, обхватив девочку почти так же крепко, как ремень безопасности.

Искрокопыт впорхнул в гараж мистера Кошмара, затормозил крыльями и мягко приземлился. Копыта бесшумно опустились на бетонный пол.

– Быстро и незаметно.

– Да, очень впечатляет, – пробормотал Монстрик, сползая со спины пони. Шатаясь, он дотащился до газонокосилки и сел, прислонившись к ней, чтобы отдышаться. Щупальца его висели как варёные спагетти. Софи и Итан тоже спешились. У девочки кружилась голова, и она ухватилась за шею Искрокопыта, чтобы не упасть.

– Я не заработал за мягкую посадку лишнее яблоко? – с надеждой осведомился Искрокопыт.

Софи похлопала его по шее:

– Мы прекрасно приземлились. Спасибо. Не сомневайся, будет тебе лишнее яблоко. А если ты спрячешься здесь и подождёшь нас, то получишь яблок сколько хочешь.

Софи надеялась, что голос не выдал её нервного состояния. Раньше ей не приходилось тайком пробираться в чужой дом. Им надо быть очень-очень осторожными.

Искрокопыт тихо одобрительно заржал.

Монстрик вылизывал шерсть, но при этом выразительно поглядывал на Софи.

– Что такое? – шепнула она.

– Ты подкупаешь его фруктами.

– Ну и что? Он любит яблоки.

Монстрик медленно прошёл мимо Софи к выходу из гаража.

– Да ничего, – проговорил он. – Просто я рад, что ты не сказала ему про кексы.

– Какие кексы?! – тихо воскликнул позади них Искрокопыт.

15

Софи, пригнувшись, просеменила через двор и скрылась в кустах, обрамляющих дом. Итан и Монстрик последовали за ней. Софи прислушалась, но не услышала никаких тревожных звуков – только приглушённые радостные возгласы. Она предположила, что мистер Кошмар с друзьями смотрят по телевизору футбольный матч или боксёрский поединок. Ребята и Монстрик подкрались к самому дому. Софи встала на четвереньки и заглянула за угол на задний двор.

– Что там? – прошептал Итан у её плеча.

Возле двери в подвал сидел невероятно огромный человек. Он выглядел так, словно питался профессиональными тяжелоатлетами. На шее бугрились мускулы с выступающими венами. Голова была настолько у́же шеи, что, казалось, вот-вот отвалится. Шезлонг провисал под чудовищным весом детины. Кто это? Друг мистера Кошмара? Наверное, одна из машин на переднем дворе принадлежит ему.

– Давай не будем это выяснять, – тихо ответила Софи.

Она отползла назад, Итан и Монстрик тоже. Ветки кустов царапали девочке руки. Итан остановился, и Софи столкнулась с ним.

– Смотрите, – шепнул Монстрик, указывая на окно подвала, прикрытое циновкой. – Думаю, я могу отпереть его.

Он покрутил щупальцами в замке, пока не раздался щелчок. Монстрик пробрался внутрь и пропал в темноте.

– Монстрик, стой, – вполголоса произнесла Софи. Она легла на живот около окна и попыталась заглянуть в подвал. Тьма словно поглотила Монстрика – не было видно ни зги.

Прошло несколько секунд, показавшихся Софи вечностью, и вдруг Монстрик просунул в окно щупальце и помахал:

– Влезай быстрее.

– Мама и папа там?!

Монстрик высунул голову:

– Нет, но ты должна это увидеть.

Итан помог Софи шире открыть окно. Она пробралась внутрь и с хлюпающим звуком упала на гору влажных полотенец. Отсюда был слышен рокот нескольких голосов, мужских и женских, тонувших в ровном гуле, – Софи снова подумала, что это телевизор, но теперь звук напоминал уже что-то другое.

– Сюда, – прошептал Монстрик. Он подёргал девочку щупальцем за руку, и она свернула следом за ним за угол, пройдя мимо двери, ведущей на задний двор, где сидел мускулистый амбал.

Глаза её не сразу привыкли к тусклому мерцающему свету. Но когда она смогла видеть…

– Ой! – ахнула Софи. Они с Монстриком стояли на балконе – тёмно-серой бетонной плите с перилами, обращённой к песчаной арене.

Позади она услышала глухой стук. Итан.

– Где вы? – тихо позвал он.

– Ш-ш-ш, – зашипели одновременно Софи и Монстрик, а Софи добавила:

– Поверни за угол.

Подобравшись поближе к перилам, Софи взглянула на арену – круг из песка, оцепленный сетчатым ограждением, доходящим до самого балкона. Снаружи ограды, под балконом, на деревянной скамье сидели пять человек и смотрели на пустой ринг.

– Что они делают? – прошептала Софи. – Чего ждут?

– Похоже на гладиаторские бои, – сказал Итан. – Как в компьютерной игре или в кино. – Он указал куда-то: – Смотри, там что-то происходит!

Вперёд вышел человек. Лицо его оставалось в тени, но в руках он держал ключ, который продемонстрировал в разные стороны, словно фокусник, готовящийся показать трюк. Люди на скамье ободряюще завыли.

Человек подтолкнул к двери арены клетку. Софи не видела, что внутри, но клетка раскачивалась из стороны в сторону. Забравшись на верх клетки, мужчина снова помахал ключом, а потом замысловатым жестом вставил его в замок и поднял решётку.

– У меня дурное предчувствие, – пробормотал Монстрик.

– Представляю экземпляр номер один! – крикнул человек.

Один зритель вскочил и стал молотить в воздухе кулаками, женщина затопала ногами и засвистела, и внезапно включилась музыка. Застучала барабанная дробь, забренчала гитара, и из клетки на арену вырвалось чудовище – сморщенное безволосое существо.

Освещённое светом лампочек над головой, оно моргало шестью чёрными, похожими на мраморные луковицы глазами. Ему пришлось согнуть ноги и четыре мускулистые руки, росшие из спины.

– Какой страшный! – прошептал Монстрик.

Чудовище размяло четыре руки и зарычало, а зрители закричали ещё громче.

– И разъярённый, – добавил Монстрик.

Позади четырёхрукого чудовища опустились решётки, закрывающие выход с арены. Монстр снова зарычал, крутанулся на месте и как горилла, на руках и ногах, поскакав к выходу, стал карабкаться по сетке ограждения.

– Поправка: вне себя от ярости, – сказал Монстрик.

Человек, ткнув чудовище шестом, изогнулся для следующего тычка – и в этот миг Софи увидела его лицо: мистер Кошмар.

– Ты была права, – произнёс Итан. – Он хороший актёр.

Чудовище замахнулось на шест, но мистер Кошмар быстро отдёрнул его, потом ткнул монстра снова, и тот навзничь повалился на песок.

Зрители снова пришли в восторг, а мистер Кошмар медленно проследовал к входу на арену и подтолкнул к нему вторую клетку. Повернувшись к зрителям, он поднял вверх кулаки, поощряя их кричать громче, и поднял решётку.

– Экземпляр номер два! – объявил он. – Предлагайте вашу цену!

На арену вырвался второй монстр – с длинными акульими зубами, плоской мордой, паучьими ногами и весь покрытый слизью. Увидев первое чудовище, он зашипел.

Софи наклонилась вперёд, чтобы получше рассмотреть второго монстра. Он казался знакомым. И вдруг она поняла почему: она видела его в сновизоре.

– Монстрик, по-моему, это один из наших снов. Пожалуйста, скажи, что я ошибаюсь.

Монстрик не ответил.

Первое чудовище заметило второго и с рычанием напало на него.

Второй разинул пасть и оплевал противника жёлтой слизью. Пару секунд зрители молчали, но потом одобрительно заорали.

– Похоже на гладиаторские бои, – проговорил Итан.

– Только с чудовищами. Из наших кошмаров. – Дрожа, Монстрик обвил ноги Софи щупальцами.

Под ними, под восторженные крики зрителей, рыча, два монстра рвали друг друга.

16

Софи отшатнулась от перил.

– Что? Что случилось? – шёпотом спросил Итан. – Ну да, вопрос идиотский. Но что тебя напугало именно сейчас? Ты как будто увидела привидение. Здесь призраки? Или вампиры? Оборотни? Ладно, не важно. Потом расскажешь. – Он плотно сжал губы, словно пытался остановить словесный поток.

Монстрик свернулся у ног Софи, и она изо всех сил пыталась заставить себя прекратить панику, дышать ровно и шевелить мозгами. Теперь она хотя бы точно узнала, кто именно и зачем похитил бутылки с кошмарами.

– Он приводит чудовищ из снов в украденных бутылках, – сказала она. – Он такой же, как я.

Она думала, что одна на свете умеет переносить сны в действительность. Родители говорили, что никогда не встречали людей с подобной способностью. Софи десятки – нет, сотни, даже тысячи раз представляла, как было бы здорово встретить подобного себе человека, знать, что она не одна, что она не изгой. Но такого она и вообразить не могла.

Монстрик зашипел и сплюнул:

– Он ничуть на тебя не похож. Ты бы никогда так не поступила.

Софи присела и обняла Монстрика. Он прижался к ней, и девочка почувствовала, как трепещет его сердце.

– Я имею в виду, что он может извлекать персонажей из снов. Это единственное объяснение.

– Но не исчерпывающее, – возразил Итан. – Например, это не объясняет, зачем он похитил Мэдисон и Люси – если, конечно, это он. Или твоих родителей – опять же, если это он. Или почему мы до сих пор стоим здесь и болтаем, когда внизу дерутся чудовища, а не уносим ноги. – Он резким жестом, словно проткнул воздух, указал на арену, а потом в направлении окна, через которое они влезли.

Зарывшись мордой в плечо Софи, Монстрик проворчал:

– Парень прав, Софи. Здесь оставаться нельзя. Опасно.

Итан энергично закивал:

– Вот именно: опасно. Надо идти…

– Сначала я должна найти родителей. – Софи отпустила Монстрика и встала.

Зрители внизу перекрикивали громыхающую музыку. Одно чудовище визгливо взвыло, отчего по коже Софи побежали мурашки. Слава богу, что никто из находящихся внизу не смотрел на балкон и не видел Софи, Монстрика и Итана.

– Мистер Кошмар сейчас занят. Это мой шанс найти их или ведущие к ним ниточки.

Софи не ждала, что друзья с ней согласятся или, наоборот, станут отговаривать. Она боялась потерять присутствие духа. Крадясь вдоль стены, девочка направилась к двери в другом конце балкона, исполосованной следами когтей. Ручка была выломана, на её месте зияла дыра.

Монстр снова завыл, и зрители взорвались восторгами.

Изо всех сил пытаясь не думать о том, какое существо могло так искалечить дверь, Софи открыла её и отскочила. Но изнутри никто не выпрыгнул.

За дверью находилась лестница, освещённая затянутыми паутиной тусклыми лампочками. Воняло как на помойке. Похоже, лестница вела наверх в дом и вниз на арену. Наверху было безопаснее – там имелись окна, двери, лампы, а также мебель, ковёр, кухонная утварь и другие обычные вещи. Но Софи пришла сюда не за обычными вещами. Секреты хранились внизу. Возможно, там её родители. Софи скользнула на лестницу и стала крадучись спускаться. Музыка здесь слышалась глуше.

– Софи, ты же не знаешь, что там, – предостерегал её Итан, идя за ней.

– В том-то и дело, – прошептала она в ответ. – Разве ты не говорил, что хочешь быть героем?

– Это сказал Монстрик.

– Он был не прав?

– Ну… нет.

– Если хочешь знать, – произнесла Софи, – я считаю тебя очень храбрым.

Итан замер на полушаге:

– Правда?

За последние несколько часов он то и дело сталкивался с невероятными явлениями и ни разу не ударился в панику, а, наоборот, даже отпускал шутки. Софи не исключала, что на его месте сбежала бы при первой возможности.

– Да, это так.

Внизу лестницы свет мигал: на несколько мгновений весь пролёт погружался во тьму, потом лампочка снова загоралась. Софи казалось, что её сердце стучит громче, чем кричат люди у арены.

Лестница привела к узкому коридору. Одна его стена была покрыта пожелтевшей и запятнанной штукатуркой, а другая, из голого камня, имела такой вид, словно её выцарапывали в породе когтями. Софи подумала, не использовал ли мистер Кошмар монстров для строительства этого коридора. Здесь было две двери – красная и жёлтая, – обе с окошком посередине.

Подойдя к красной двери, Софи заглянула в окошко и увидела арену. Мистер Кошмар стоял к ней спиной и орал, перекрывая рёв и вой боя и грохочущую музыку:

– Смотрите, какие они сильные и ловкие! Обратите внимание на зубы и когти… – Он продолжал описывать чудовищ, словно подержанные машины, которые хотел продать.

Софи посмотрела в окошко жёлтой двери, испачканное грязью, и ей удалось разглядеть нечто вроде ангара. Людей видно не было.

– Готов? – спросила она Итана.

– Ты назвала меня храбрецом. Не могу после этого отказаться, – улыбнулся он.

Софи открыла дверь и проскользнула внутрь. Ангар был забит клетками, поставленными одна на другую. Свет, так же как и на лестнице, мерцал – с потолочных балок свисало всего несколько тусклых лампочек. Узкие цементные коридоры пересекали тени.

Монстрик прижимался к ноге девочки.

– Софи, здесь действительно очень страшно, – жаловался он.

Софи кивнула и пошла дальше между клетками. Большинство из них были пусты. Но не все. В одной сидела трёхголовая черепаха с шипами на панцире, дальше находился страус со змеиной шеей и головой, в клетке над ним – ярко-красная обезьяна с пляшущим в глазах пламенем.

– Так-так, интересно, – дрожащим голосом проговорил Итан. – Родителей твоих не вижу.

В другом конце ангара находилась толстая стальная дверь с напоминающим амбразуру окном. Она была похожа на дверь банковского хранилища, и её дополнительно укрепляла лежащая поперёк металлическая перекладина.

– Как ты думаешь, что там? – прошептала Софи.

– Может, ещё более страшные чудовища, – предположил Итан. – Пойдём, Софи. Это запредельная жуть – говорю это со знанием дела, как человек, подверженный кошмарам. Твоих родителей здесь нет. Давай посмотрим где-нибудь в другом месте.

– Но, может быть, они там. – И Софи бросилась вперёд.

Когда она проходила мимо монстров, те стали проявлять беспокойство и, визжа и завывая, бросаться на стенки клеток. Черепахоподобное чудовище заревело, страус стал пинаться, а обезьяна так сильно трясла решётку, что металлические прутья оглушительно грохотали.

Софи бросила взгляд назад, на жёлтую дверь, которая вела в коридор. Мгновение она колебалась – остаться или бежать? Но ведь она забралась уже так далеко – надо хотя бы посмотреть, что находится за стальной дверью. Вдруг там её родители… Наконец она решительно направилась туда, надеясь, что грохочущая на арене музыка и вопли боя заглушают гвалт здешних монстров.

Вдруг обезьяна замахнулась на неё и гаркнула:

– Стой!

Софи оцепенела:

– Ты умеешь говорить?!

– Получше тебя! – рявкнула обезьяна.

Софи перевела взгляд на черепаху и на страуса-змею. Оба успокоились.

– Вы пришли из снов? – спросила Софи.

– Да, – кивнула обезьяна. – Я жила в прекрасном сне про тропический рай с песчаными пляжами, пальмами и испуганными туристами на ужин, но покинула его, польстившись на обещание более вкусной добычи. Но вместо свободной охоты меня бросили в клетку как… как…

– …монстра? – услужливо подсказал Монстрик.

– Ты должна выпустить нас, пока нас не продали. Верни нам песчаные пляжи и свободу! – Обезьяна протянула к Софи скрюченный палец. – Освободи нас, девочка.

– Что ты имеешь в виду «пока нас не продали»? – не поняла Софи.

– Как, ты не знаешь, что здесь происходит?! Он вытаскивает нас на арену по двое, устраивает бессмысленную жестокую бойню, а победителя продаёт тому, кто предложит самую большую сумму. Мы для него дрессированные обезьяны, демонстрирующие свои способности на аукционе.

– Но кому он вас продаёт? – спросил Итан.

– Не знаю. Мне всё равно. Но он врёт им. Да-да, нагло врёт. Уверяет, что создаёт нас в лаборатории и тренирует. Он называет это «генно-инженерные боевые машины». Подходят для защиты. Или для нападения. Или для других нужд. – Обезьяна перевернулась вниз головой. – Он говорит, что его клиенты хотят иметь стопроцентного чемпиона. Победитель уходит по заоблачной цене, а проигравшего… больше никто не видит. Он именует это бойцовским клубом, словно всё это игра. Но у нас нет выбора. Мы боремся на арене – или гниём в своих клетках.

Монстрика передёрнуло:

– Жуть!

– Вот именно. Но вы можете освободить нас!

Черепаха завыла, а страус снова начал пинать клетку.

– Тихо. Если вы хотите оказаться на свободе, нас не должны поймать! – шёпотом воскликнула Софи.

Обезьяна зарычала на двух других:

– Замолчите, идиоты! – Она повернулась к Софи: – Эта партия не умнее животных. Даже говорить не могут. Их сны были короткими и мутными и прошли неумелую дистилляцию. Но меня… меня извлекли мастера своего дела.

Софи кинулась к клетке:

– Мои родители? Так они здесь?! Где их держат?!

– Не знаю. Мне всё равно, – снова проговорила она нараспев.

– А две девочки? Одна постарше, другая помладше? – спросил Итан.

– Я же сказала: не знаю, – прорычала обезьяна. – Выпустите нас!

Выходило, что спасать надо не только родителей и пропавших девочек. Этих существ выманили из снов, пообещав им лучший мир, а они оказались здесь, в подвале, без света, без надежды, в ожидании, пока их продадут. Софи с ужасом представила Монстрика за решёткой…

Итан поймал её руку и потянул назад, подальше от клетки и от обезьяньих лап.

– Софи, ты ведь не собираешься их выпускать? – с тревогой произнёс он.

Обезьяна растянула губы в улыбке, больше напоминающей отвратительную гримасу:

– Да, да, выпусти нас. Пожалуйста, выпусти!

– А что вы будете делать, если я вас выпущу? – спросила Софи.

Обезьяна плотоядно обнажила острые зубы:

– Сорву мясо с ваших костей и высосу костный мозг.

– И это был неправильный ответ, – сказал Монстрик. – Пойдём, Софи.

Он пронёсся по ангару к стальной двери и стал тянуть щупальца к амбразуре. Не достать. Не обращая внимания на мольбы и проклятия обезьяны, Софи взяла Монстрика на руки, и они оба приникли к стеклу.

– Ну что? Они там? – позади них спросил Итан.

Сквозь испачканное грязью стекло Софи разглядела только янтарный свет, словно внутри горела лампа. Она покачала головой:

– Надо открыть дверь. – Повернувшись, она обратилась к обезьяне: – Ты знаешь, что там?

Но та только завывала шёпотом:

– Вернись! Выпусти меня!

– Давайте посмотрим и уберёмся отсюда, пока он не привёл всех зрителей, – беспокойно проговорил Монстрик.

Софи и Итан вдвоём подняли перекладину, запирающую дверь.

– Ты уверена, что это хорошая идея? – спросил Итан.

Софи оглянулась. Пока ещё никто не пришёл выяснять причины шума. Наверное, все привыкли к крикам животных, или из-за музыки их не слышно.

– Нет, – покачала головой Софи.

– Приготовься бежать, – посоветовал Монстрик.

Чудовища наблюдали за ними. Обезьяна, вися вниз головой, облизывалась. Софи отодвинула перекладину в сторону и чуть-чуть приоткрыла дверь. Никто не выскочил.

Монстрик сунул внутрь голову.

– Неожиданно, – произнёс он.

Софи распахнула дверь шире:

– Ну ничего себе!

Итан вытянул шею:

– Что там такое?

Внутри находилась пышная спальня без окон. Стены украшали рисунки замков, изображения рыцарей и принцесс, преследуемых драконами, горгонами и циклопами. Потолок был расписан под голубое небо с белыми облаками, солнцем, луной и звёздами. Вдоль одной стены располагались стеллажи с книгами – видимо, фэнтези и ужасы. На трёх кроватях горой громоздились подушки, и над каждым изголовьем висела ловушка снов. Две кровати были пусты, но на третьей под одеялом, в окружении плюшевых медведей лежала… Мэдисон.

Она не спала и, когда друзья вошли в комнату, широко распахнула глаза. Мэдисон была связана, а во рту торчал кляп.

17

Мэдисон начала извиваться как червяк, пытаясь ослабить верёвки, и пыталась что-то сказать, но получалось только невнятное мычание:

– Мм-м, маф, марф.

Софи подбежала и, присев, потянула кляп у неё изо рта. Но он сидел плотно и не поддался. Мэдисон продолжала корчиться.

– Не шевелись, – попросила Софи и подцепила его ногтями.

Мэдисон не слушала. Она вытянула и напрягла руки.

– Ты только крепче затягиваешь узлы, – сказал Итан, развязывая верёвку на её лодыжках. Уставившись на него, Мэдисон перестала дёргаться. Яркие белки её глаз напомнили Софи испуганную лошадь. Ноздри её расширились, дыхание участилось.

– Не бойся, мы вытащим тебя отсюда. – Продолжая сражаться с кляпом, Софи обратилась к Монстрику: – Последи за дверью, ладно? Предупреди, если кто-то появится.

Заметив Монстрика, Мэдисон вытаращила глаза так, что, казалось, они вот-вот вылезут из орбит.

– Он дружелюбный, – успокоила её Софи.

– Чаще всего, – внёс поправку Монстрик.

Наконец кляп подался, и Софи быстро вытащила его изо рта Мэдисон, оставив на её щеках следы от завязок, а в уголках рта засохшую слюну.

– Заберите меня отсюда! – закричала Мэдисон. – Здесь полно монстров!

– Мы заметили, – сказал Монстрик. – И я очень расстроен. Мне нравилось, что я такой один. Собственно, ценность моей личности в основном в уникальности. – Он выглянул за дверь. – А эта пещера серьёзно подорвала мою самооценку.

Мэдисон вытаращила глаза ещё больше:

– Оно… разговаривает?!

– Когда я расстроена или волнуюсь, он обычно вещает как профессор, чтобы меня отвлечь. – Софи, пытаясь говорить как ни в чём не бывало, чтобы Мэдисон не слишком пугалась, стала развязывать верёвки вокруг запястий одноклассницы. – Он просто пытается тебя успокоить.

– Говорящий кот-мутант не может меня успокоить! – Мэдисон попробовала сесть, но упала на спину. – Слушай, очень мило, что ты меня спасаешь – если, конечно, это так, – но как ты меня нашла? Что ты вообще здесь делаешь?! И почему он с тобой?! – С каждым вопросом голос её становился всё более визгливым и пронзительным.

Узлы были тугими.

– Это Монстрик. Он добрый, – сообщила Софи.

– Не он. Итан, звезда баскетбола.

Итан поднял голову от верёвок вокруг её лодыжек:

– Долгая история. А где вторая девочка?

Мэдисон снова попыталась сесть:

– Люси!

– Ты её знаешь? – спросила Софи. – Где она?

– Сначала они держали нас вместе, – ответила Мэдисон. – Но потом её забрали наверх, сказали, что она слишком много плачет и придётся нас разделить. Поэтому он и сунул мне кляп – это чтобы я не вздумала ныть.

Итан взглянул вверх:

– Думаешь, с ней всё хорошо?

– Не отвлекайся! – попросила Мэдисон. – Развяжи меня. Ничего хорошего. Она напугана. Они велели ей спать, а она не могла. Как тут уснёшь?

– А кто это – «они»? – поинтересовался Итан.

Пока Софи развязывала узлы, Мэдисон дрожала и постукивала друг о друга кончиками пальцев. Она до сих пор в ужасе, догадалась Софи. А чего ещё ожидать? Неужели она была связана всё это время? Знает ли она, где находится и почему?

– Двое мужчин, – ответила Мэдисон Итану. – Один лохматый, со злыми глазами, другой – бугай. Вы их видели? Они там?

Софи вспомнила о громиле на заднем дворе. Должно быть, он работает на мистера Кошмара. Им просто повезло, что он их не заметил.

– А моих родителей ты видела? Я думаю, их тоже держат здесь. – Было трудно произнести это ровным голосом, но Софи удалось с трудом выдавить слова.

Мэдисон покачала головой:

– Тут их не было. Может, они наверху с Люси?

– Ясно, идём наверх, – сказал Итан Софи.

– Нет-нет, мы должны убраться отсюда! – закричала Мэдисон. – Вы что, не слышали, что я сказала?! Здесь полно чудовищ! – Она вскочила и бросилась к двери.

Вытянув щупальца, Монстрик загородил выход. Мэдисон схватила книгу и замахнулась ею, намереваясь его ударить.

– Дура! Кто-то идёт! Прячься! – прошипел он.

– Ложись обратно в кровать, – приказал Итан. Он схватил Мэдисон за талию и оттащил от двери. – Притворись, что ты всё ещё связана. – Он бросил ей верёвки.

Глаза Мэдисон округлились, и Софи подумала, что сейчас она ударит Итана. Но Мэдисон прыгнула в кровать, засунула в рот кляп и обмотала запястья верёвками.

Софи спряталась за гору подушек, Итан юркнул за книжные полки, а Монстрик забрался на стеллаж и свернулся в маленький клубочек.

И в это мгновение серый человек-жираф просунул в дверь длинную шею и поводил головой по сторонам. Софи притворилась, что она каменная. «Ты меня не видишь, – думала она. – Меня здесь нет. Я никто. Я ничто». Она представила себя в школе – незаметной никому.

Выглядывая из-за подушек, она видела, как человек-жираф медленно вошёл в комнату и длинной рукой с острыми когтями потыкал Мэдисон. Пленница захныкала.

«Пожалуйста, не замечай меня», – повторяла про себя Софи.

А он должен был её заметить – спряталась она не очень надёжно.

Софи оглядела комнату в поисках чего-нибудь, что могло помочь, и натолкнулась на взгляд Монстрика. Он выразительно посмотрел куда-то над её головой, а потом снова на неё. Чуть повернув голову, Софи подняла глаза наверх – и увидела свисающую с изголовья кровати ловушку для снов.

Серое существо приблизилось.

В это мгновение Монстрик спрыгнул со стеллажа, а Софи, отбросив подушки, вскочила и схватила ловушку. Когда Монстрик приземлился на голову чудовища, Мэдисон закричала. Рванувшись вперёд, Софи прижала ловушку к серой коже, и Монстрик отпрыгнул.

– Не позволяй ему увернуться! – кричал Монстрик, выдерживая дистанцию.

Жираф стал размахивать руками. Одна из них ударила Софи в живот, и девочку откинуло назад.

Итан бросился монстру под ноги, и тот, зашатавшись, упал. Снова рванувшись вперёд, Софи прижала ловушку к плоскому животу жирафа.

Он не кричал. У него не было рта.

Корчась под ними, серый монстр начал таять. Поначалу обесцветилась кожа, потом его тело стало прозрачным, а затем Софи и Итан свалились на пол – чудовище просто исчезло.

Сев на полу, Софи подняла ловушку:

– Готово, – и убрала её в карман.

Мэдисон вскочила и затараторила писклявым, как у придавленной мыши, голосом:

– Что произошло? Куда он исчез? Что ты сделала? Что это было? Он больше не вернётся?

Монстрик махнул ей щупальцем:

– Объясним позже. Теперь наверх.

Он был прав. Бой на арене не будет длиться вечно. Нужно подняться, пока мистер Кошмар не закончил представление и не пришёл за новыми чудовищами на продажу. Софи первая вышла из комнаты и проследовала мимо клеток. Обезьяна с пламенем в глазах окликнула её:

– Подожди! Выпусти нас!

Все три монстра зарычали, завыли и стали трясти клетки.

Софи, Монстрик, Итан и Мэдисон высыпали в коридор. Помедлив возле двери на арену, Софи заглянула в окошко. На ринге всё ещё бушевал бой. Со звеньев ограждения свисала слизь. Песок был забрызган кровью. Мускулистый монстр подволакивал ногу, а чудовище с акульей мордой кругами ходило вокруг него. Зрители всё так же бесновались, словно смотрели Кубок кубков – похоже, что шума из ангара никто не слышал. Значит, у друзей ещё есть время обыскать дом.

– Уведи отсюда Мэдисон, – сказала Софи Итану, когда они быстро поднимались по лестнице к балкону. – А я поищу родителей и Люси.

– Я не оставлю тебя здесь, – возразил Итан.

– А я – с удовольствием, – влезла Мэдисон. – Где тут выход?

Они уже почти поднялись к балкону, когда внизу открылась дверь арены.

– Дети, а что это вы здесь делаете?! – крикнула женщина.

Наверху распахнулась дверь кухни, и в проёме появился мускулистый здоровяк с минералкой в руках. Увидев нежданных гостей, он выронил бутылку:

– Стоять!

Софи, Итан, Мэдисон и Монстрик метнулись к балкону, добежали до двери подвала и вырвались на лужайку.

– Искрокопыт! На помощь! Скорее забери нас отсюда! – закричала Софи.

За ними с угрожающими криками мчался амбал.

Солнце уже село, потемневшее небо окрасилось в глубокий серо-синий цвет. Из гаража, сверкая в свете уличных ламп, выбежал пегас. От удивления Мэдисон замешкалась.

– Не останавливайся! – крикнула ей Софи, подталкивая вперёд за локоть. – Искрокопыт, отвези нас домой!

– Вас слишком много, – заявил пони и, тряхнув гривой, отвернулся.

– Искрокопыт, пожалуйста! Ты можешь!..

Он стукнул копытом – и в ночном небе зажглась радуга. В вышине она бледнела, становилась почти прозрачной и превращалась в лунную радугу. Софи оглянулась и увидела, что громила остановился и, раззявив рот, уставился на переливающегося крылатого пони и на ночную радугу. Софи быстро стала подталкивать друзей к воздушному мосту.

– Взбирайтесь! – велел Искрокопыт.

Софи не стала медлить, и они с Монстриком стали подталкивать всех к разноцветной арке. Дорожка казалась бледной и тонкой, но, как только Софи встала на неё, цвета приобрели такую же яркость, как во сне, который она посетила. Друзья поднимались вверх, их руки и ноги тонули в блестящих цветных полосках, которые казались прохладными и влажными, как туман, но мягкими, как сырые подушки. Последним на фиолетовую дорожку ступил Искрокопыт.

Амбал пришёл в себя и рванул к беглецам:

– Стоять!

– Быстрее, маленькие сыщики! – поторопил всех Искрокопыт.

Помогая себе руками, друзья взбирались по арке, и сразу за ними радуга рассеивалась. Бугай подпрыгнул и попытался ухватить кого-нибудь, но поймал только воздух.

– Не останавливайтесь! – крикнула Софи.

Один за другим беглецы исчезали в ночном небе.

18

Софи взглянула вниз – и у неё закружилась голова. Девочка зажмурилась и снова открыла глаза. Внизу как звёзды мерцали окна домов. Вверху сверкали сотни настоящих звёзд. Она находилась словно в узком пустом пространстве между двух небес. Ноги утопали в радужной мгле.

Мэдисон шла чуть не по пояс в синем тумане. Итан пробирался сквозь оранжевый. А позади них радуга таяла в воздухе. Софи больше не видела дома мистера Кошмара – его заслоняли облака.

Монстрик крепко обвил щупальцами шею и талию Софи.

– Мне очень жаль, – шептал он. – Но мы найдём способ спасти их. Обещаю.

Софи обняла его.

Шедшая впереди Мэдисон зачерпнула фиолетовую дымку, похожую на сахарную вату.

– Он что, правда выбил копытом радугу?! Неужели такое возможно?! Но ведь я сама это видела! – Голос Мэдисон снова стал пронзительным, словно она собиралась рассмеяться или завизжать.

До вершины ночной радуги оставалось совсем немного. Цветные дорожки, мягкие и прозрачные, купались в лунном свете. Взбираясь вверх по пояс в изумрудном тумане, Софи старалась не думать о том, что будет, если она провалится насквозь.

Мимо друзей проскакал Искрокопыт. Его рог сверкал в лунном свете.

– Разве это не чудесный способ путешествия?

Монстрик распушил шёрстку и покачал головой:

– Я бы так не сказал.

– Только не говори, что свирепый монстр боится высоты.

– Я не боюсь высоты, – ответил Монстрик. – Просто не доверяю сияющей совокупности цветных капель. Радуга – это оптическое явление, а не способ передвижения.

– Почему единственный, кто тут говорит разумно, имеет шесть рук?! – визгливо произнесла Мэдисон.

– Не рук, а щупальцев, – поправил её Монстрик.

– Это ещё хуже.

– Ты привыкнешь, – пообещал ей Итан.

– Я не хочу к этому привыкать, – заявила Мэдисон. – Я хочу домой. Ты вообще представляешь, каково это – когда тебя хватает серый жираф и запихивает в подвал?! А когда на той ужасной арене начались бои, меня ещё и связали и заткнули рот, чтобы я не звала на помощь! – Голос её надломился. – Как вы меня нашли? И почему вы вдвоём? – Она остановилась на вершине арки. Ветер задувал волосы ей в лицо, и Мэдисон заправила их за уши. – И как мы спустимся? – Она указала туда, где радуга пронзала облака и потом падала к земле.

– Очень просто, – сказал Искрокопыт, подходя к ней. – Как с горки. – Он рогом подтолкнул её в спину, и Мэдисон, повалившись лицом вперёд, с визгом съехала вниз.

Итан сел и соскользнул следом.

Софи тоже села, прижав к себе Монстрика, и оттолкнулась, не успев подумать о том, что будет в случае неудачи. Да и что тут думать? Если не повезёт – она просто разобьётся насмерть. Ветер свистел в ушах и высекал из глаз слёзы. Одежда яростно трепыхалась.

Неожиданно Софи натолкнулась на кочку, и на мгновение они с Монстриком оказались в воздухе, а потом, снова шлёпнувшись на радугу, продолжили спуск, всё быстрее и быстрее. Вокруг светились красные, оранжевые и жёлтые полоски. Земля стремительно приближалась, увеличиваясь словно надуваемый шарик. Софи увидела свою улицу… свой дом… крышу… окно… Радуга обрывалась не доходя до земли, и её цветные концы покачивались в воздухе.

– Держись крепче! – крикнула Софи Монстрику, и оба плюхнулись туда, где позади книжного магазина уже сидели Мэдисон и Итан. Софи взглянула на радугу – снова бледную, едва заметную глазу.

– Ой-ой-ой, – застонал Монстрик, – ты сдавила мне щупальца!

Искрокопыт спрыгнул с радуги и прошёлся по двору, переступая через их ноги и руки. Ночная радуга полностью исчезла.

Выбравшись из кучи, Софи отперла заднюю дверь дома и позвала всех внутрь:

– Быстрее, пока вас никто не заметил! Бегом, бегом!

Она заперла дверь, потом, бросившись к окнам и перебегая от одного к другому, задёрнула занавески. Вывешенные в окнах ловушки закачались. Монстрик включил в магазине свет.

Мэдисон завизжала.

Софи резко обернулась – оказалось, Мэдисон испугалась Монстрика.

– Извините. – Мэдисон подавила крик. – Просто при свете он выглядит страшнее.

Монстрик нахохлился от обиды:

– Ты тоже.

Тряхнув волосами, словно хотела замаскировать свой испуг беспечным поведением, Мэдисон решительно потопала к столу возле кассы:

– Я звоню родителям. Хочу домой.

– Подожди, – остановила её Софи. – Что ты им скажешь? Что тебя похитил один монстр, а спас другой?

Мэдисон стремительно прошла мимо неё:

– Ты не можешь мне помешать.

– Я и не собираюсь. Просто хочу, чтобы ты придумала что-то правдоподобное. Мои родители всё ещё там. И Люси тоже. Если ты скажешь какую-нибудь глупость, то можешь подвергнуть их опасности.

– Я не такая глупая…

Стоящий у окна Итан перебил их:

– Он догнал нас.

Все ринулись к двери и, столпившись около неё, выглянули во двор. Софи втиснулась между Итаном и Искрокопытом. У магазина притормозила синяя машина с номерным знаком «Мистер К.», и из неё вышел знакомый друзьям человек. Беззаботно потянувшись, он подошёл к задней дверце машины и открыл её. Оттуда выскочила обезьяна с пламенем в глазах.

– И привёз монстров, – добавил Итан.

– Бежим! – закричала Мэдисон.

– К задней двери! – Софи кинулась через торговый зал, обегая стопки с книгами. Она слышала, как бегущие сзади наталкивались на них и роняли, и подумала о книгах, разбросанных наверху: наверное, её родители тоже спасались от преследования. Вероятно, за ними тоже приходили монстры.

Обогнав Софи, Итан добрался до задней двери и распахнул её – на него с воем бросилась огнеглазая обезьяна. Итан захлопнул дверь, и чудовище стало долбить в неё. Обернувшись, Итан крикнул:

– Она слишком быстрая! Что делать?!

– В подвал! – скомандовала Софи.

Стукнула передняя дверь. Разве она не заперта? Когда мчались через магазин к двери подвала, Софи услышала звон разбитого стекла – окно! Руки у неё дрожали. Она схватила книгу, где был спрятан ключ, и быстро отперла дверь подвала:

– Заходите! Скорее!

Все, всключая Искрокопыта, которому, чтобы пролезть в проём, опять пришлось прижать крылья к бокам, влетели внутрь и загрохотали вниз по лестнице. Софи захлопнула дверь и, заперев её, мысленно поблагодарила родителей за то, что они сделали замок не только снаружи, но и изнутри.

Через секунду раздался удар, и дверь дрогнула. Софи сбежала вниз по ступеням. Мэдисон металась взад-вперёд как жук в банке. Итан взял Софи за руку.

– Здесь есть другая дверь? Или окно? – спросил он.

Софи покачала головой: другого выхода не было.

– Тогда надо забаррикадироваться. – Оглядев подвал, он схватил стул и потащил его наверх к двери.

Софи, благодарная Итану за то, что он не впадает в панику, а предпринимает какие-то действия, взяла другой стул, и вместе они подпёрли стульями дверь.

– Этого мало. Нужно ещё.

Быстро сбежав вниз, Софи огляделась, пытаясь понять, что ещё можно использовать. Стеллажи и шкафы надёжно прикреплены к стенам. Сновизор был хрупким, а стол из-под дистиллятора слишком широким.

– Я закрою дверь своим телом, – провозгласил Искрокопыт, – и спасу вас ценой собственной жизни. Вы отважно освободили из темницы томившуюся в неволе деву, а значит, достойны такой жертвы. – И он поскакал вверх по лестнице.

Монстрик взбежал следом за ним.

– Я помогу, но без пошлых монологов, – проговорил он.

Мэдисон, пытаясь спрятаться, съёжилась под столом из-под дистиллятора.

– Ничего не получится! – скулила она. – Они всё равно ворвутся. Я не хочу возвращаться в ту пещеру! Я не могу!

Не обращая на неё внимания, Итан сказал:

– Нужно перегородить лестницу чем-то тяжёлым. Например, цементной стеной, или валуном, или слоном. Софи, ты можешь принести что-то из сна?

Она энергично помотала головой: это безумие!

– В прошлый раз безлицый мужчина…

– Выбери другой сон! – Итан подбежал к журналу. – Нужно что-то очень большое. Гигантское. Вот! – Он провёл пальцем по строчке в журнале, кинулся к стеллажу и, отыскав бутылку, сунул её в руки Софи.

– Что это?

– Большой предмет. Перенеси его из сна на лестницу. – Он указал в сторону двери.

Софи колебалась всего долю секунды. Пусть это и не лучший план, но хоть что-то. И она побежала к лестнице.

– Отойдите с дороги, – приказала девочка Искрокопыту и Монстрику. «Помни, что тебе нужно, – велела она самой себе. – Не забывай, что это сон». На этот раз ей нужно смотреть сновидение как бы со стороны и управлять им. Времени на растерянность и беспомощные блуждания нет.

Дверь содрогнулась, и петли заскрипели. Один за другим раздавались тяжёлые удары, и в деревянной панели появились трещины. Софи вынула пробку из бутылки и быстро выпила содержимое. На вкус жидкость напоминала перезрелую дыню.

– Разбудите меня, если у меня получится – или если выломают дверь.

* * *

Софи услышала страшные крики, почувствовала горячий густой воздух, а открыв глаза, увидела зелень. Она смотрела на большой плоский лист. Софи взглянула направо и налево – повсюду были огромные листья. Они заслоняли небо и окрашивали проникающие сквозь них солнечные лучи в зелёный цвет.

Поначалу это не казалось странным – Софи ощущала себя так, словно провела в джунглях всю жизнь. Она вдохнула пряный аромат, напомнивший запах свежеприготовленного шоколадного печенья, и… вспомнила: это сон.

Софи отодвинула лист:

– Здесь есть кто-нибудь?

Она сделала шаг вперёд – и земля под ней стала крошиться. Софи ухватилась за лист и взглянула вниз. Она стояла на краю обрыва. Перед ней с высоченной скалы низвергался водопад. По безоблачному небу летал птеродактиль, его крики отражались от скал.

Софи отступила от обрыва в прохладную стену кожистых листьев. Она поднимала глаза всё выше и выше, пока не увидела серую, похожую на черепашью, голову на длинной шее.

Динозавр – услужливо подсказал ей мозг.

Инстинкты подстрекали закричать и удрать, но девочка заставила себя остаться на месте:

– Привет. Мне нужна помощь. Но, возможно… не такая большая.

Динозавр подвинулся, и из-за его ноги высунул голову молодой динозаврик, несмотря на нежный возраст, возвышающийся над Софи как башня.

– Пожалуйста, можешь пойти со мной? – попросила Софи. – Мне очень нужна твоя помощь.

Маленький динозавр опустил голову и выдохнул носом. Ноздри его расширились, и на Софи пахнуло чем-то похожим на запах гнилой капусты. Глаза защипало, Софи часто заморгала, закашлялась – и проснулась от такого пронзительного крика, что у неё чуть не лопнули барабанные перепонки. Она видела перед собой только что-то серое.

Пробуждение было неприятным. Несколько долгих минут её мозг изо всех сил старался понять, что она видит и слышит. Кричала Мэдисон. На лестнице, между Софи и дверью в подвал, стоял динозавр. У неё получилось!

Итан подпрыгнул и выбросил вверх кулаки:

– Ура!

– Что-то ещё появилось? – спросила Софи Монстрика. Она часто моргала, пытаясь сфокусироваться: глаза словно затянула паутина.

– Только он, – ответил Монстрик, указывая на динозавра. – Разве этого мало?

Динозаврик попытался сдвинуться с места, но крепко застрял между стенками лестницы. Огромное тело изогнулось в виде перевёрнутой подковы, заняв собой всё пространство около двери, а голова и хвост свисали со ступеней. Он вытянул шею и грустно посмотрел на Софи.

– Хороший мальчик, – похлопала его Софи по голове. – Молодец.

– Похож на апатозавра, – тоном знатока произнёс Монстрик, – травоядное животное, которое жило во время Юрского периода. Не путать с бронтозавром, поскольку того не существует – точнее, никогда не существовало.

Динозавр опустил голову и заглянул в магазин снов.

– Это, наверное, детёныш, – продолжал Монстрик. – Взрослый апатозавр разрушил бы дом.

– Пожалуйста, не пытайся двигаться, – попросила Софи динозаврика. – Обещаю, что скоро отправлю тебя домой.

Великан покивал, словно понял её. Шея его ходила ходуном. Софи догадалась, что говорить он не умеет. Возможно, потому, что он детёныш, а может, потому, что динозавр.

Искрокопыт жалобно попросил:

– Может кто-нибудь прекратить эти вопли?

Подойдя к столу, на котором когда-то стоял дистиллятор, Софи присела и неловко похлопала Мэдисон по плечу:

– Всё будет хорошо.

Глотнув воздуха, Мэдисон перестала визжать и напряжённым голосом сказала:

– Ничего хорошего здесь быть не может. Вообще. И не трогай меня!

Софи отошла.

Подскочив к лестнице, Искрокопыт обнюхал хвост динозаврика, лежащий на ступенях.

– Удачно, что он такой крупный, – оценил пони. – Вряд ли твои враги смогут его сдвинуть. Молодец, Софи.

– Убирайтесь! Оставьте нас в покое! – крикнула девочка в сторону двери.

– О нет, дорогая Бетти. Или ты предпочитаешь, чтобы тебя называли Софи? – с британским акцентом произнёс из-за двери мистер Кошмар своим обычным любезным тоном, словно его пригласили на чай. – Ты украла мою собственность, и я без неё не уйду.

– Он что, имеет в виду меня? – дрожа спросила Мэдисон. – Точно, меня. – Она забилась дальше под стол, будто хотела слиться с тенью.

– Да-да, Мэдисон Мур, именно тебя. Или, вернее, твой мозг. – Голос его, спускаясь вниз по лестнице, звучал как урчание.

Мэдисон захныкала.

– И твой, Итан Сэндберг.

Итан остолбенел.

– Да-да, Итан, тебя я тоже приглашал, даже послал своего друга сопроводить тебя. Он очень расстроился, когда ты ускользнул от него.

Монстрик обернул щупальце вокруг ноги Софи и ощерился. Если бы у него вместо глаз был лазер, он бы выстрелил через дверь.

– А ваш так называемый друг случайно не серая тварь, похожая на жирафа? – спросила Софи.

– Да, это он. Ты встречалась с ним?

Софи не ответила. Она услышала из-за двери рычание огнеглазой обезьяны и подумала, знают ли они, что с помощью ловушки для снов серый жираф изгнан из этого мира.

– Что вам надо? – спросил похитителя Итан.

– Это же очевидно: мне нужны ваши сны. Ничего личного, детишки, просто бизнес. У вас такие увлекательные, яркие кошмары.

«Я была права, – подумала Софи. – Он украл их ради снов». А права ли она насчёт родителей? Скорее всего. Они нужны ему, чтобы дистиллировать сны.

– Это Софи я обязан тем, что нашёл тебя, Итан, – продолжал мистер Кошмар. – Она безошибочно определяет подростков, страдающих от страшных снов. Не дай она тебе ловушку, я бы вряд ли тебя заметил.

Софи побледнела. «Это всё из-за меня», – мелькнуло у неё в голове. Это она привлекла внимание злоумышленника к Мэдисон, Люси и Итану. Она взглянула на своих одноклассников; оба смотрели на неё – Мэдисон с яростью, Итан, на удивление, с сочувствием. Софи захотелось извиниться перед ними.

Но мистер Кошмар ещё не закончил свою речь:

– Я и раньше находил таких детей, как вы – с богатым воображением и тяжёлыми личными или семейными проблемами. Но рано или поздно все они привыкали жить с этими травмами и вырастали из своих кошмаров, и тогда начинались утомительные поиски новых сновидцев. Поэтому я нашёл великолепный выход: оживлять кошмары.

– Вы не можете этого! – заорала Мэдисон.

– Ошибаешься, моя дорогая. Могу. Кошмары – моя специализация.

В дверь опять начали колотить – ещё, ещё и ещё. Заскрипев, она раскололась, и друзья услышали звук разлетающихся щепок.

Динозавр повернул голову к Софи и издал низкий звук, похожий на мычание. Войти внутрь им не удастся, подумала девочка.

– Мы в безопасности, – попыталась она успокоить Мэдисон. – Нам ничто не угрожает.

– В безопасности? – захихикал мистер Кошмар. – Ничего подобно, милые ребятишки. Я знаю, кто вы, где живёте и чего боитесь.

Мэдисон крикнула:

– Оставьте нас в покое!

– О, нет-нет, не могу. – Теперь мистер Кошмар говорил вполне серьёзно. – Вы мне нужны. Мне нужен ваш мозг. Сопротивляться бесполезно. Вы думаете, Софи освободила вас? Не тут-то было! Это не в её силах. Вы никогда не будете свободными.

И тут динозавр вдруг начал исчезать, и через его прозрачное серое тело Софи увидела мистера Кошмара. Он прижимал к боку великана ловушку – из тех, что висели в окне магазина. Рядом с ним, скрежеща зубами и плюя на пол, нетерпеливо перепрыгивала с ноги на ногу обезьяна-монстр.

Когда динозавр испарился, перед ними с улыбкой на лице предстал мистер Кошмар. Обезьяна бросилась вниз по лестнице. Софи и Итан с испуганным криком кинулись к столу, под который забилась Мэдисон, но тут вперёд выступил Искрокопыт.

Как только обезьяна достигла нижней ступеньки, крылатый пони встал на дыбы, лягнул чудовище передними копытами и вонзил свой рог монстру в бок, прижав его к полу.

Монстрик рванулся мимо них наверх, Софи устремилась за ним:

– Стой, Монстрик, стой! – О чём он только думает?! У мистера Кошмара в руках ловушки!

Монстрик накинулся на мистера Кошмара и вонзил зубы ему в ногу. Похититель взвыл и шлёпнул его по спине ловушкой.

Софи, схватив Монстрика, дёрнула его к себе, и он разжал зубы. Из длинной раны на икре мистера Кошмара хлестала кровь. Софи с Монстриком в руках отшатнулась назад и, спускаясь спиной вперёд по ступеням, ударилась о край лестницы.

Наверху лестницы, упав на пол и зажимая ладонью рану на ноге, мистер Кошмар поинтересовался:

– Так этот так называемый кот – твой защитник? Очень мило. Но этого недостаточно.

– А на мой взгляд, вполне, – заметил Монстрик.

Рука мистера Кошмара была в крови, но он рассмеялся:

– Не думай, что победила, Софи. Ты не можешь их спасти. Ты не можешь спасти даже себя. Рано или поздно о тебе услышат Ночные Стражи… Скорее рано – стоит мне сделать лишь один телефонный звонок. И тогда они будут охотиться за тобой, пока не поймают.

Софи замерла на месте. Монстрик обнял девочку щупальцами и прижался к ней, но её всё же трясло от страха.

– Вы же не…

– У тебя нет выбора. Если хочешь быть в безопасности, позволь мне защищать тебя. Ты можешь стать частью моей семьи, воссоединиться с родителями, и мы все разбогатеем. Как тебе такое предложение?

Монстрик фыркнул:

– Похоже на подстрекательство к переходу на тёмную сторону.

– Подумай об этом, Бетти, – продолжал мистер Кошмар. – У тебя есть возможность стать частью великого замысла! Твои родители считают, что делают благородное дело, избавляя людей от кошмаров, – но на самом деле они занимаются воровством. Мы же посвящаем себя искусству. Мы не просто продаём сны, а по-настоящему создаём из ничего нечто удивительное.

– Вы делаете монстров-убийц.

– Пока да, – ровным голосом проговорил мистер Кошмар. – Но если ты ко мне присоединишься, мы расширим свою деятельность. Есть покупатели и для уникальных и красивых существ. Мне нравятся чудовища, но возможности безграничны. С ними любой сможет увидеть такой сон, какой захочет. Только подумай – можно создать мир, в котором ты сможешь погрузиться в сон без всякого страха.

Итан крикнул Софи:

– Не слушай его!

– А что будет с Мэдисон и Итаном? А как насчёт Люси? Они тоже будут жить без страхов? – Софи покачала головой. Она не верила ни одному слову злодея.

– Им нельзя доверять. Если их отпустить, они всем расскажут о тебе, и тогда за тобой и твоими родителями придут Стражи. Твоя семья не умеет прятаться. Но я могу вам помочь. Я знаю, как исчезнуть с глаз.

– Вы хотите посадить меня в клетку, как своих монстров, – сказала Софи. – Вы обманули их и лжёте мне.

– Я буду беречь тебя и твоих родителей как драгоценности, – пообещал мистер Кошмар. – Так же как моих дорогих маленьких сновидцев – если вы все пойдёте со мной по доброй воле. Разве тебе не понравилось в твоей позолоченной клетке, девочка? – Последний вопрос он адресовал Мэдисон, съёжившейся вместе с Итаном у нижней ступени лестницы.

– Вы связали меня! – крикнула Мэдисон.

– Только потому, что ты сопротивлялась.

– И сунули в рот кляп!

– Только потому, что ты кричала.

По щекам у Мэдисон текли слёзы, но руки её были сжаты в кулаки и она не могла вытереть их. Она гневно взглянула на похитителя:

– Я ни за что не вернусь!

– Полагаю, ты ошибаешься, – произнёс мистер Кошмар с улыбкой. – Если ты хорошо подумаешь, то придёшь к тому же выводу. Позволь мне помочь тебе и прояснить твоё сознание: у меня родители Бетти и маленькая девочка. А монстры проголодались.

Монстрик взвыл. Он встал перед Софи, защищая её.

– Выбор очень простой, – объяснил злоумышленник. – Вы идёте со мной добровольно – и будете жить в роскоши. Или я забираю вас силой – и вы живёте рядом с чудовищами.

– Это ужасный выбор, – покачал головой Итан.

– Даю вам час на размышления, – милостиво предложил мистер Кошмар. – Не пытайтесь сбежать. Даже не думайте спрятаться. Не воображайте, что вы свободны. Если вы обратитесь в полицию, расскажете родителям или ещё кому-нибудь… у монстров будет вкусный ужин. – Злодей с трудом поднялся на ноги и, хромая, удалился. – Один час! – крикнул он из книжного магазина.

Потом звякнул колокольчик, и хлопнула дверь.

19

Обезьяна, прижатая крылатым пони к полу, ухмыльнулась:

– Куда бы вы ни сбежали, он вас догонит. Куда бы вы ни спрятались, он вас найдёт. Вы можете позвать родителей и пожаловаться в полицию – но во мраке ночи, когда вы будете наедине со своими кошмарами, он придёт за вами.

Лицо Мэдисон полыхало, словно она вот-вот закричит. Итана трясло. Взяв новую ловушку, Софи решительно подошла к обезьяне.

– Вы можете избавиться от меня, но это ничего не изменит, – сказала та. – Он сделает десятки других, и они придут за вами. Вы не сможете остановить его. – Чудовище захихикало. – Когда ваши страшные сны станут реальностью, ваша жизнь превратится в кошмар.

Софи присела рядом и поднесла ловушку близко к монстру, не прижимая её к нему:

– Скажи мне, как его остановить.

– Трое детей, пони и шелудивый кот не смогут его остановить. – Она захохотала, словно произнесла самую смешную шутку в мире.

Итан подошёл и встал рядом с Софи.

– Почему ты помогаешь ему? – спросил он. – Ты могла бы сбежать. Кажется, ты хотела на волю.

– Он обещал отпустить меня, если я помогу ему вернуть вас, – сказала обезьяна. – Это было так соблазнительно: отомстить вам за то, что вы не открыли мою клетку, а потом получить свободу. Но глупо было снова верить ему. И вы поступите глупо, если поверите. Он бессовестный лжец. И он не будет ждать час, а вернётся, как только соберёт других монстров.

Мэдисон встала с другой стороны от Софи.

– Ему это с рук не сойдёт, – сказала она.

– О, бедное наивное дитя с противным голосом! Не будь так уверена! Ты хочешь нести ответственность за то, что невинная маленькая девочка станет пищей для монстров? Найти хорошего сновидца трудно, но возможно. Он может всех вас заменить, но не может отпустить, потому что вы слишком много знаете.

Итан распахнул глаза от ужаса:

– Так он вернётся с подкреплением?!

Горящими глазами обезьяна уставилась на Итана:

– Разумеется. Он практически сказал это открытым текстом – чем вы слушали? Он придёт за вами двоими. – Она перевела взгляд на Софи. – А с тобой разберутся Ночные Стражи. Не сомневайся. Он наверняка уже сообщил им о тебе, несмотря на своё предложение и на мнимую часовую отсрочку. Он предпочитает обрубать все концы, а ты ему не нужна.

Монстрик кинулся к Софи. Вокруг пасти на шерсти виднелись капли крови – видимо, он здорово укусил мистера Кошмара. Сколько у них времени до возвращения злодея?

– Я не позволю забрать тебя, Софи, – заверил её Монстрик. – Я обещал твоим родителям…

– Её родители теперь принадлежат мистеру Кошмару, – снова захихикала обезьяна. – Вы все принадлежите ему! Вы никогда не получите свободу! Никогда, никогда, никогда на свете…

Софи прижала ловушку к её красной шерсти, и Искрокопыт отошёл в сторону, однако рога не поднимал и готов был, если понадобится, снова пригвоздить монстра к полу. Даже исчезая, обезьяна продолжала смеяться своим издевательским гортанным смехом.

Запрокинув голову, Искрокопыт тряхнул гривой:

– Как это неприятно! – И он фыркнул.

Софи уставилась на то место, где только что лежала обезьяна. Монстр говорил правду: мистер Кошмар поймал их в ловушку и то, что дверь подвала открыта, теперь не играет никакой роли.

– Она испарилась! – пронзительно вскрикнула Мэдисон. – Как ты это сделала?! Жирафа ты тоже уничтожила. Ты что, ведьма?! Кто ты?! И кто они?!

Софи рухнула на стул и откинулась на спинку, продолжая смотреть на пол. Всё безнадёжно. Мистер Кошмар держит в заложниках родителей и Люси. И он позовёт или уже позвал Ночных Стражей. Девочка отрешённо произнесла:

– Обезьяна была из страшного сна. А это вернуло её обратно, – она подняла ловушку и приготовилась к тому, что Мэдисон опять заорёт.

Но Мэдисон, опустив кулаки на колени, сурово озиралась вокруг:

– Я ничегошеньки не понимаю, и лучше тебе, малахольная, объяснить мне всё прямо сейчас, иначе я начну визжать.

Выглядела она так, что сомневаться в её намерении не приходилось. Под её взглядом Софи почувствовала себя пригвождённой к полу обезьяной. Она не знала, с чего начать и сколько сказать. Если бы она никогда не подходила к Мэдисон, Люси и Итану, мистер Кошмар не узнал бы о них. Если бы она не приносила им ловушки, злодей бы не догадался, что они страдают от кошмаров. И все трое были бы в безопасности.

Итан развёл руками и ответил за неё:

– Чудовища приходят из сновидений. Сны улавливают ловушками, превращают в жидкость, разливают в бутылки и продают. Если выпить из бутылки, то можно увидеть этот сон. Некоторые люди способны приводить и оживлять персонажей снов. Софи и мистер Кошмар обладают таким даром.

Монстрик взъерошился и прорычал Итану:

– Ты поклялся хранить тайну!

Софи положила руку ему на спину, успокаивая его, и сказала:

– Сейчас это не важно. – А по поводу секретов волноваться поздно. Скоро вернётся мистер Кошмар, и они никак не смогут его остановить. Он уже победил.

– Извини, но какой смысл теперь хранить секреты? – Итан повёл рукой в сторону Монстрика и Искрокопыта.

Мэдисон потрясла головой, словно пыталась вытряхнуть из ушей услышанное:

– Подождите-подождите. Те ловушки, которые ты мне давала… Хочешь убедить меня, что они действительно собирали мои сны? А потом ты разливала их в бутылки и продавала?

Софи откинулась назад.

– Мм, да. Извини. – Проговорив это, она ощутила острое чувство вины. Не стоило забирать их сны и подвергать ребят опасности. Нужно было держаться подальше от всех остальных.

– Я всегда знала, что ты малахольная, но не подозревала, что до такой степени. Ты продавала наши личные сны незнакомцам?!

– А ещё она спасла тебя, – напомнил ей Итан.

– Временно, – отмахнулась Мэдисон. – Если чёртова мартышка права, то похититель вернётся, и очень скоро.

Итан угрюмо кивнул:

– Думаю, пора звонить в полицию. Дело зашло слишком далеко.

– Нельзя! – крикнула Софи. Мистер Кошмар держит в плену её родителей! Он угрожал им! Если они обратятся в полицию, он скормит их и Люси монстрам.

– Нельзя! – к удивлению Софи, повторила за ней Мэдисон. – Ты слышал, что он сказал? Не звонить в полицию, не пытаться уйти домой. У него ещё осталась девчонка. – Она начала расхаживать взад-вперёд между стеллажами с бутылками. – Это всё из-за тебя, Софи, и из-за твоих ловушек. А я-то тебе доверяла!

– Никогда ты мне не доверяла. Ты меня ненавидела.

Мэдисон остановилась и резко выпрямилась, словно оскорбившись. Лицо её покраснело как свёкла.

– Нет…

– И поделом мне, – продолжала упрекать себя Софи. – Это я во всём виновата. Если бы я не давала вам эти ловушки… Если бы не хотела собирать ваши кошмары… а я хотела. – Софи почувствовала, как у неё задрожал подбородок, и заморгала. Нет, слёзы не помешают ей произнести эти слова: – Я завидовала тебе. И сейчас завидую. Может, тебя и пугают кошмары, но ты хотя бы способна их видеть, отправляться во сне на поиски приключений, соединять возможное и невероятное. Ты можешь вести разговоры, которых никогда не было, жить там, где никогда не жила, умереть тысячу раз. А я не могу! – Софи тяжело вздохнула, ощущая, как воздух щекочет лёгкие. – Я не вижу снов, и никогда в жизни у меня не было собственного кошмара. Но у вас обоих мозг совершает удивительные вещи. Вы творите волшебство.

Мэдисон молча с удивлением смотрела на неё.

– А ты хотела от этого отказаться, – завершила Софи.

– Ты думаешь, кошмары – это здорово? – тихо спросила Мэдисон.

– Да!

– О, вот как!

Итан покачал головой:

– Ты не понимаешь, Софи. Сны не то же самое, что мечты. Грёзами можно управлять. Ты всегда знаешь, что всё это происходит в твоей голове. Но в сновидениях ты словно оказываешься внутри игрового автомата: мысли сталкиваются друг с другом, и остановить их ты не можешь. И когда ты там, то не знаешь, сон это или реальность.

Софи подняла на него глаза, и он встретился с ней взглядом – серьёзным и грустным как никогда. Девочку поразил этот взгляд, и она не в первый раз задумалась, почему Итану снятся кошмары.

– Поверь мне, Софи, – сказал Итан, – отсутствие снов – не самое плохое. Я завидую тебе. У меня в голове столько ужасных мыслей. По ночам мой мозг словно превращается в чудовище.

Софи ссутулилась на стуле:

– Это я чудовище, изгой. Всю жизнь я считала, что таких, как я, больше нет.

Монстрик забрался к ней на колени, свернулся калачиком, и Софи стала гладить его.

– А потом вдруг оказалось, что есть и другие – такие, как я. Но этот человек хуже, чем любой монстр из кошмара.

Она не могла придумать выхода. Мистер Кошмар загнал их в тупик. Софи оглядела магазин снов, и глаза её наполнились слезами. Этот подвал всегда был убежищем. Она приходила сюда, когда страдала от одиночества, или скучала, или грустила, когда тяготилась тем, что её не замечают в школе, или особенно остро ощущала свою отдельность от мира. Но теперь сюда вторгся враг и здесь уже не безопасно. Половина бутылок пропали – часть украл мистер Кошмар, часть всосал монстр с большим ртом. Остальные опрокинуты. Незаконченные ловушки разбросаны по полу, некоторые из них растоптаны. Дверь в подвал выломана, стулья, которыми её подпирали, разломаны. Софи обхватила себя руками и мечтала только об одном – исчезнуть, как порождение сна в ловушке.

– Ну хватит, – пророкотал Искрокопыт. – От этих самобичеваний у меня вся шкура зачесалась. Перестань. Каждый из вас уникален по-своему. Если хотите продолжать песню о нашей уникальности, то я вам подпою. Но если вы собираетесь и дальше киснуть…

– Я не кисну, – не шевелясь, возразила Софи, – я объясняю.

– Не очень внятно! – рявкнула Мэдисон. – Позволь мне внести ясность. Во-первых, сны реальны. Во-вторых, ты собираешь их и продаёшь, не сказав об этом сновидцу, в данном случае мне. И в-третьих, мистер Кошмар – он… Может, мне кто-нибудь с этим поможет?

– …редкий негодяй, – сказал Монстрик и весь передёрнулся, взъерошив шерсть до самых кончиков щупальцев.

Софи прижала его к себе, словно плюшевого мишку:

– Он клиент. Приходил покупать сны у моих родителей… Но, наверное, он хотел большего – чтобы у него у самого был прямой источник снов. И он нашёл его.

Мэдисон нахмурилась, на лбу у неё обозначилась морщина, точно она пыталась заставить свои мозги шевелиться.

– Так он вызывает наши кошмары к действительности и использует их для боксёрских поединков? – уточнила она.

– Бойцовский клуб монстров, – пошутил Итан.

– Это не смешно. – Мэдисон метнула в него сердитый взгляд.

В оправдание Итан развёл руками:

– А я и не смеюсь.

– Он хочет, чтобы ваши сны породили новых чудовищ, которых он сможет продать, – сказала Софи. – И выходит, что это я привела его прямо к вам.

Искрокопыт заржал.

– Всё это очень интересно, – произнёс он, – и я очень рад, что ваша дружба укрепляется благодаря совместным прозрениям и признаниям вины – но это не отменяет факта, что мистер Кошмар скоро вернётся и наверняка приведёт с собой других неприятных помощников. Если вы не хотите, чтобы наше приключение окончилось плачевно, нам нужно придумать, что делать.

Софи грустно покачала головой:

– А что мы можем сделать? Мистер Кошмар держит у себя моих родителей и Люси, и если мы кому-нибудь про него расскажем, он их убьёт. А нас всё равно найдёт, если мы убежим.

Мэдисон решительно подошла и встала прямо перед ней:

– Если ты думаешь, что я буду смирно сидеть здесь и ждать, когда он за мной придёт, ты плохо меня знаешь. – Она ткнула Софи в плечо. – В этом мире есть вещи похуже, чем те, что происходят с тобой: врождённые болезни, безвыходные положения. Но это не значит, что нужно опускать руки. У моей сестры с самого рождения плохое здоровье. Она чуть не умерла в шесть месяцев, потом в два года, в четыре, в шесть, но мои родители никогда не сдаются. Хотя болезнь неизлечимая, они жертвуют своей жизнью, но продолжают бороться, потому что можно выиграть ещё хотя бы один день. И ты мне говоришь, чтобы я выкинула белый флаг?! Покорно вернулась назад и оставила все попытки спастись?! Нет, малахольная. Если нельзя обратиться за помощью, если нельзя спрятаться – значит, мы примем бой.

Софи удивлённо смотрела на неё. Она не знала, что сказать.

– Весьма вдохновляющая речь, – одобрительно произнёс Искрокопыт.

– Спасибо, – кивнула Мэдисон. Она выглядела так, словно съела что-то кислое. – Вставай, Софи. Ты умеешь избавляться от монстров – я уже дважды видела тебя в деле. Это наша единственная возможность остановить мистера Кошмара.

Софи медленно встала. Монстрик соскользнул с её коленей.

– Ты правда думаешь, что я смогу остановить мистера Кошмара?

Итан обхватил руками голову, словно, сжав череп, мог заставить мозг соображать быстрее.

– Мы не знаем, сколько у нас времени – может быть, мистер Кошмар сказал правду, а может, и нет, – размышлял он, – но мы точно знаем, что он вернётся. Что, если… пока он едет сюда, мы поедем в его дом и спасём Люси и родителей Софи?

– И укокошим всех монстров – и тогда всему конец, – подхватила Мэдисон. – Мистер Кошмар станет обычным человеком, и тогда мы позвоним в полицию. Отлично!

Софи помотала головой:

– Это слишком опасно.

– Согласен, – поддержал её Монстрик. – Я отвечаю за жизнь Софи, но не могу победить всех чудовищ мистера Кошмара, тем более что он поставил их производство на поток.

Итан резко повернулся к стеллажам с бутылками:

– Тогда Софи должна сотворить наших собственных!

Софи протестующе подняла руки:

– Вы хотите, чтобы я создала армию монстров?!

Итан кивнул:

– Мы прокрадёмся к нему в дом с собственной армией. Как насчёт динозавров? – Он подбежал к журналу.

Мэдисон фыркнула:

– Ты хочешь пройти через город с динозаврами? И далеко ли мы уйдём, пока нас кто-нибудь не заметит и не остановит?

Разумно, подумала Софи, особенно учитывая, что объявлен комендантский час. Полиция патрулирует улицы, а динозавры и в обычное время довольно заметны.

– Нам нужны ниндзя, – заявила Мэдисон.

– Точно! Ниндзя! – воскликнул Итан. – А лучше ниндзя-монстры, извергающие метательные звёзды.

В душе Софи зародилась искорка надежды. Ведь у неё есть та же способность, что и у мистера Кошмара, а в магазине ещё полно бутылок со снами.

– Хорошо, я согласна, но для вас двоих нужно найти безопасное место.

Итан покачал головой:

– Самое безопасное место для нас – рядом с тобой.

– Баскетболист прав, – кивнула Мэдисон. – Ты Властительница Снов.

Монстрик мягко произнёс:

– Софи, ты должна принять, что они теперь не посторонние в этой истории. Нам нужно держаться всем вместе. – Он дотронулся до её щеки кончиком щупальца. – Пока мистер Кошмар на свободе, они в постоянной опасности.

– Но… – Но ведь они должны её ненавидеть или по крайней мере не доверять ей. Она не такая, как другие. Она малахольная, как говорит Мэдисон. Она сама по себе.

Искрокопыт выскочил вперёд и положил голову девочке на плечо, словно утешая её.

– Софи, ты должна им доверять, – сказал он. – Доверие породит дружбу, а дружба – доброту, которая может спасти всех вас. Дружба станет твоим преимуществом. Люди, подобные мистеру Кошмару, на неё неспособны.

Монстрик закатил глаза и фыркнул:

– Блестящий пони явно слишком много смотрит телевизор. И всё же девочка с противным голосом права, а у парня хорошо варит голова.

Искрокопыт подтолкнул Софи к полкам с бутылками. Монстрик запрыгнул на стол с журналом. Софи сделала глубокий вдох.

– Придётся обходиться теми снами, которые остались, – вздохнула она.

Листая журнал, Монстрик сказал:

– Мистер Кошмар забрал все сны, в которых присутствуют существа с острыми зубами и когтями, и кто знает, сколько бутылок пропало в утробе мужчины-пылесоса.

– А если вот этот? – Итан взял с полки бутылку с вихрящейся внутри искристо-синей жидкостью и покрутил её в руках. Содержимое забулькало.

Монстрик протянул щупальце и вырвал бутылку из рук Итана:

– Слабовато.

Софи прочитала номер и нашла его в журнале: «Лес с многочисленной фауной и водоплавающими птицами».

– Там есть животные, – сказала она. Некоторые из них были довольно опасными и могли вступить в схватку с чудовищами или хотя бы отвлечь их. – Давайте посмотрим.

Она взяла бутылку и, подойдя к сновизору, вылила жидкость в резервуар и поставила бутылку вниз, чтобы после просмотра сон снова стёк в неё. Заинтригованные Мэдисон и Итан встали рядом с Софи.

– Что это ещё за штука? – заинтересовалась Мэдисон.

– Подожди немного, – ответил ей Монстрик.

Сверкающие синие капли стали стекать по трубке в широкую ёмкость, и в тумане начали появляться образы.

– Ух ты! – задохнулся от удивления Итан.

В середине облака вырос идиллический лес. В небе носились птицы. Мужчина в костюме и женщина с зонтиком от солнца устроили на траве пикник, мимо них с писком летела резиновая уточка. И вдруг без всякого перехода кавалер и дама оказались в лодке посередине озера – пикник закончился, а у берега стоял лосёнок. Резиновые уточки сформировали над головами людей клин.

– Ерунда какая-то, – пробурчала Мэдисон.

– Причём бесполезная, – согласился Итан. – Игрушки для ванной не смогут победить монстров.

Когда сон стёк в бутылку, Софи закрыла её пробкой и, поставив на полку, выбрала с того же стеллажа другую и вылила жидкость в сновизор. В новом сне был другой лес – солнце проникало сквозь листву деревьев, а по камням текла горная речка. Вдоль неё расхаживал олень с великолепными рогами. Он остановился, чтобы попить, а птицы перелетели с дерева на дерево. Ещё ребята увидели барсука, енота и нескольких кроликов в одежде – в высоких шляпах и длинных, доходящих до пушистых хвостиков мантиях.

– Не вижу никого, кто мог бы сразиться с чудовищами, – пробурчала Мэдисон. – Эти картинки похожи на заставки для компьютера.

Искрокопыт фыркнул:

– Некогда перебирать все сны. Мы уже и так потратили уйму времени на болтовню. Выпей сон и давайте уносить ноги.

Он прав, подумала Софи. Мистер Кошмар может вернуться в любую минуту. Она не стала ждать окончания истории в сновизоре, а побежала к журналу и начала лихорадочно его листать.

– Нам нужно миролюбивое чудовище, – сказал Итан, – такое, как он. – И мальчик указал на Монстрика.

– Я не миролюбивый, – возразил Монстрик. – Я просто прекрасно умею держать себя в руках. Это Софи придала мне такой характер – сновидец может влиять на сны.

Сон про лес закончился, Итан взял бутылку и закрыл её пробкой.

– Так, значит, если она увидит безобидное существо, но захочет наделить его бойцовскими качествами, оно появится в реальности именно таким? – уточнил он.

Софи замерла и взглянула на Монстрика. Она знала, что он добрый, потому что она сделала его таким – изменила сон, когда смотрела его. Родители говорили, что именно поэтому разрешили его оставить. А Монстрик полагал, что учитель-пылесос был таким жутким наяву, потому что напугал её во сне.

– Теоретически? – Монстрик немного подумал. – Думаю, да.

– Хорошо, попробуй превратить оленя в агрессивное существо. – Итан бросил Софи бутылку.

– Осторожно! – крикнула Софи.

Монстрик поймал бутылку щупальцем и передал ей.

– А ещё лучше, – предложила Мэдисон, – вызови к жизни всех животных. У нас будет армия лесных обитателей, как в диснеевском мультике. Если уж мы вступаем на тропу войны, давайте подготовимся как следует.

– А это действительно хорошая мысль, – подхватил Итан. – Приведи того оленя – у него острые рога. Или медведя, если найдёшь. Или волков, барсуков и дикобразов.

– И кроликов-ниндзя, – добавила Мэдисон.

Несмотря на тревогу, Софи невольно засмеялась.

– Ты справишься, Софи, – подбодрил её Итан.

– Он прав, – поддержал мальчика Монстрик. – Давай, Софи. Прочеши лес с воинственными мыслями.

Софи села на пол, оперлась спиной о стол, раскупорила бутылку и выпила жидкость. На языке она почувствовала вкус свежей сосновой хвои – и тут же оказалась в чаще леса. Над головой чирикали птицы. Она была в платье с воланами, а в руках держала корзинку. Насвистывая, она пронеслась между деревьями и вдруг остановилась – ей было необходимо что-то найти. Софи наморщила лоб и попыталась припомнить, что именно…

И тут память вернулась к ней так внезапно, что девочка отшатнулась назад. Животные! Она пришла в этот сон, чтобы отыскать хищных животных. Медведей, волков, лисиц, енотов – любых зверей с острыми зубами и когтями, которые помогут справиться с чудовищами.

Под ногами шелестел ковёр из сосновых иголок. В этом сне были запахи сосны, цветов, сладкого густого аромата в воздухе. Вдруг изображение стало размываться, как на мутном экране. Софи добралась до речки. Рыбы перепрыгивали через пороги. Она услышала хруст веток – к берегу вышел олень.

Увидев Софи, он замер на месте. У него действительно были роскошные рога – десять острых пик. То, что надо, подумала Софи и представила, как этот самец подбрасывает рогами чудовище в воздух.

Софи боялась пошевелиться.

– Привет, меня зовут Софи, – представилась она. – Мне нужна твоя помощь: моих родителей похитили и держат под охраной монстров. Ты не можешь защитить нас?

Олень убежал.

– Подожди! Пожалуйста, вернись!

Но он не вернулся.

Софи подождала, но другие животные не появились. Идя по тропинке, девочка всматривалась в пространство между деревьями, заглядывала под кусты, поднимала голову к верхним веткам – но никого не видела.

Софи бессильно опустилась на землю под деревом. Ей хотелось плакать. Она не только изгой, но и неудачница. Теперь мистер Кошмар вернётся и схватит их всех… «Перестань!» – приказала она себе. Начиная с сентября каждое утро она садилась в дурацкий жёлтый автобус, где не было ни одного приветливого лица и ни одного человека, рядом с которым хотелось бы сесть. В одиночестве она шагала по коридору, посещала буфет, ходила в спортивный зал. В средней школе – в этой акульей заводи – она обходилась без друзей. Если уж она выжила там, то сможет заставить этот воображаемый лес помочь ей.

Софи встала и направилась через чащу к поляне. Остановившись, она осмотрела пространство во всех направлениях. Если олень не поможет ей, можно найти дикобраза, или барсука, или, как предположил Итан, медведя. Она ведь ещё даже не искала.

Услышав шорох листьев в кустах на краю поляны, Софи обернулась. Из зарослей выскочил розовый кролик с белым пушистым хвостиком, большими чёрными глазами и с галстуком-бабочкой на шее. Он сел и уставился на неё. К нему присоединились ещё несколько сородичей: одни в цилиндрах, другие в фартуках – словно вышли из сказки Беатрис Поттер про Кролика Питера. Один из них держал в лапах чашку, как будто Софи прервала чаепитие.

– Привет, – поздоровалась Софи.

Все кролики смотрели на неё. Из кустов выпрыгнула ещё одна стайка.

– Вы умеете говорить?

Животные молчали.

– Значит, нет, – заключила Софи. – А вы не можете помочь мне победить мистера Кошмара?

Розовый кролик явно и намеренно кивнул.

И внезапно все они исчезли.

– Эй, где вы? Мне нужна помощь! – Софи поспешила в лес по ухабистой тропинке, споткнулась об островок моха и растянулась на земле, но руки её не упёрлись ни во что – лес вокруг рассеялся. Девочка почувствовала себя так, словно её рвут на куски, и попыталась уцепиться за образы сна: ей ещё рано уходить! Она ещё не собрала армию! Но сознание её затуманилось, и всё потонуло в темноте.

И Софи проснулась.

На этот раз пробуждение было мучительным – возможно, из-за того, как закончился сон. Девочке казалось, что она выбирается из густой паутины. Мозг был словно из ваты, а голова трещала. Открыв глаза, Софи увидела уставившихся на неё Итана и Мэдисон. Монстрик забрался на стол с журналом. Головная боль у Софи постепенно стала стихать.

– Кролики… – проворчал Монстрик. – Ты, наверное, шутишь?

Софи с усилием поднялась и оглядела магазин снов. Он был забит кроликами. Розовый с галстуком-бабочкой встал на задние лапы.

– Нам придётся сражаться с монстрами. Вы на это способны? – спросила у него Софи.

Кролик подёргал носом – и вдруг накинулся на ножку деревянного стула, вонзился в неё зубами и стал пинать задними лапами так, что стул закачался. Его соплеменники тоже накинулись на стул, и Софи, Мэдисон и Итан отползли назад. Животные не угомонились, пока обглоданный и разгрызенный в щепки стул не обрушился под ними.

Тогда успокоившийся розовый кролик снова подскочил к Софи и, встав на задние лапы, отдал честь. Остальные все как один проделали то же самое.

20

– Меня сейчас стошнит от этих милашек, – пожаловался Монстрик. Кролики всё время прыгали и по очереди пили из чайной чашки, которую один из них держал в лапах. – Ты сказала им, что, когда всё закончится, отправишь их назад?

– Не успела, – ответила Софи.

Кролики взялись за лапы и стали скакать вокруг Монстрика хороводом. Тот хмыкнул, вытянул вверх щупальце и прикрикнул на них:

– Прекратите! Цыц!

– Нескольких кроликов никто и не заметит, – сказал Итан, когда розовый кролик перемахнул через его ноги. – Но вот этот обращает на себя внимание.

Искрокопыт беспокойно переминался с копыта на копыто.

– Нужно спешить, – поторопил он друзей. – Время не ждёт.

– Пони прав, – сказала Мэдисон. – В любую минуту может заявиться мистер Кошмар, а мы тут возимся с кроликами.

Софи с грустью наблюдала за танцем кроликов.

– Простите, – упавшим голосом проговорила она. – Больше я ничего не смогла сделать.

Нападение на стул было довольно впечатляющим, но сейчас кролики вовсе не выглядели злобными существами. Жаль, что времени уже совсем не оставалось. Софи охотно отправилась бы в ещё один сон, хотя головная боль была неприятным последствием. После двух первых путешествий голова у неё не болела, и Софи гадала, что случилось на этот раз: она выбрала не тот сон или выпила его слишком много и слишком быстро.

Искрокопыт поскакал вверх по лестнице:

– Вперёд, дети и пушистые зверьки!

Софи последовала за ним. Дверь подвала болталась на петлях.

– Подождите! А что, если он уже здесь? – спросила Мэдисон.

Софи положила руку на плечо Монстрика и попросила:

– Проверь, пожалуйста, свободен ли путь.

– Незаметность – моё второе имя. – Монстрик бросился вверх по ступеням, но остановился: – Вообще-то у меня нет второго имени. Но всё равно ждите здесь. – И он умчался.

Стоя в ожидании на лестнице, Софи изо всех сил прислушивалась, но не слышала ничего, кроме мягкого стука кроличьих лап по ступеням. Эти малыши не годились в противники монстрам. Вероятно, их можно использовать только для отвлечения внимания. Думать об этом было страшно, но если чудовища голодные… Софи виновато взглянула на кроликов.

Монстрик просунул голову в дверной проём:

– Всё чисто.

– Возьмите как можно больше ловушек для снов, – сказала Софи Мэдисон и Итану.

Она снимала ловушки с окна и засовывала их в карманы, а ещё набила ими свой рюкзак. Другие тоже запасались оружием против монстров.

– Готовы? – спросил Итан.

Софи осмотрела магазин: трое детей, крылатый пони, одно чудовище и толпа пушистых кроликов. Не очень-то мощная армия.

Словно угадав её мысли, Монстрик сказал:

– Нас мало, но правда за нами.

Все кролики остановились и смотрели на Софи – молча, торжественно, словно ожидали приказа. По коже у девочки пробежали мурашки. В их глазах было что-то значительное. Может, есть надежда, что попрыгунчики справятся.

– Ну всё, пошли, – поторопила Мэдисон.

Софи открыла заднюю дверь, и друзья гуськом вышли на улицу. Было темно, только во дворе у их соседки мисс Ли горел фонарь. Пели сверчки.

– Мы никак не можем полететь? – спросил Итан. – Тогда злодеи нас не заметят.

Софи повернулась к Искрокопыту:

– Знаю, ты говорил, что трое – это уже слишком много, а теперь с нами ещё и кролики, но ты такой смелый, и сильный, и… – Софи пыталась подобрать ещё одно определение.

– …блестящий, – подсказал Монстрик.

– …настоящий рыцарь, – уточнила Софи. – Может быть, попытаешься? Ну пожалуйста!

Искрокопыт просиял от удовольствия:

– Само собой. Забирайтесь.

Трое детей вскарабкались ему на спину и устроились так, чтобы не задевать крылья. Монстрик уцепился за гриву единорога. Кролики забрались им на колени и на плечи. Софи почувствовала себя как в шубе. Несколько кроликов завернулись вокруг её плеч и шеи. Искрокопыт, взмахнув крыльями, поднялся в воздух, и они полетели в облаках над городом.

* * *

Ветер развевал волосы Софи. Она наклонила голову и позволила потоку воздуха сдуть страх и сомнения. Она справится. Капли дождя летели Софи в лицо. Она увидела внизу дом, окружённый густой чащей. Внутри горел свет, бросая на лужайку янтарные отблески. Сверху жилище выглядело невинным и ничем не примечательным; неудивительно, что этот вид обманул их в первый раз. Что ждало их внизу? Софи надеялась, что родители не пострадали.

– Подожди! – крикнул Итан.

Искрокопыт затормозил, вытянув крылья вперёд к шее, и захлопал ими, зависнув на месте.

– Ну что ещё? – буркнула Мэдисон.

– Его машина! – Итан указал на дорогу: машина мистера Кошмара отъезжала от дома. Другие автомобили исчезли – видимо, на сегодня бои закончились. – Теперь вперёд!

Мускулистый здоровяк, однако, оставался на заднем дворе. Теперь Софи поняла, что это охранник. Чудовищ не было видно, но это не означало, что они не прячутся в пустом бассейне, или за ухоженными кустами, или внутри гриля. Софи наклонилась вперёд и указала на дюжего детину.

– Да-да, вижу, не слепой, – проворчал Искрокопыт. – Могу добавить, что у меня красивые и живые глаза, способные пленить принцессу.

Сложив крылья и нацелившись на охранника, пегас стал падать, всё быстрее и быстрее. Софи вцепилась ему в гриву. Амбал словно почувствовал движение ветра и поднял голову, но было уже поздно: прямо в него врезался Искрокопыт.

Человек отлетел назад и плашмя упал на землю. Он открыл было рот, но заорать не успел: один из кроликов, спрыгнув со спины единорога, снял пиджак и цилиндр и запихнул их детине в рот.

– Мило, – бросила Мэдисон, слезая с пони.

Итан показал Искрокопыту большой палец.

Все спешились и стали осторожно красться к дому. Хотя мистер Кошмар и уехал, это не значит, что дом пуст. Хорошо бы пробраться внутрь незаметно.

– Монстрик, задняя дверь, – прошептала Софи.

Монстрик помчался вперёд, подбежал к задней двери и сунул кончик щупальца в замок. Через несколько секунд замок открылся. Розовый кролик пронёсся мимо и прыгнул внутрь, за ним последовала толпа сородичей.

Софи тоже поспешила к двери, но Монстрик щупальцем остановил её, Итана и Мэдисон.

– Пусть сначала кролики всё там проверят, – сказал он.

Через мгновение изнутри выпрыгнул кролик и помахал лапой, приглашая друзей войти.

Они пробрались в кухню. Там было темно – снаружи через окно свет падал на обыкновенную раковину, плиту, стол и стулья. Рюкзак Люси уже убрали со стола, там только лежала газета и стоял пустой стакан. Идя следом за кроликами, Софи заглянула в гостиную и столовую.

– Никого, – прошептала она.

Итан исчез в ванной, и оттуда донёсся звук отодвигаемой занавески.

– Софи… Иди посмотри, – шёпотом окликнул он.

Софи и Монстрик бросились туда.

– Тут какая-то штука с трубками, похожая на сновизор, так что…

Дальнейшего Софи не слышала. Она уставилась в ванну: там стоял дистиллятор.

«Он здесь! – радостно подумала она. – Значит…»

Монстрик положил бархатную лапу на руку Софи и произнёс то, о чём она не решалась даже подумать:

– Раз дистиллятор здесь, значит, родители тоже здесь.

Софи невольно заулыбалась. Без мамы и папы аппарат бесполезен. Следовательно, мистер Кошмар держит их где-то поблизости.

– Давайте обыщем дом.

– В пещере я твоих родителей не видела, – сказала Мэдисон. – Посмотрим наверху?

Все направились к лестнице. Сначала по ступеням запрыгали кролики, затем последовали остальные. Тёмный коридор на втором этаже освещался только тусклой лампой. Окон не было. Софи насчитала пять дверей. Все встали вокруг неё полукольцом, и она попробовала открыть ближайшую дверь. Кролики ринулись внутрь, затем вошла Софи.

Бельё на кровати было смято, стул, стоящий около стенного шкафа, набитого мужской обувью, был завален горой грязной одежды. Похоже, это спальня мистера Кошмара, и выглядела она так… обычно. На прикроватной тумбочке лежала стопка книг, в основном биографии известных людей, и стоял будильник. На комоде – электрическая бритва, включённая в розетку, и набор галстуков и ремней.

Над изголовьем кровати висела ловушка для снов. Монстрик указал на неё.

– Забавно, – прошептал он. – Мистер Кошмар не хочет видеть собственных кошмаров.

Пока Софи, Мэдисон и Итан заглядывали под кровать и в шкаф, кролики решили попробовать на вкус ковёр. Потом все собрались у двери, и Монстрик, распахнув её щупальцем, высунул голову.

– Выходим, – сказал он.

И друзья снова на цыпочках пошли по коридору. Следующим помещением была ванная, самая обыкновенная: две зубные щётки, тюбик зубной пасты, маленький кусок мыла в мыльнице. На зеркале засохли брызги зубной пасты, а вокруг стока раковины выросла плесень. Ничего чудовищного. И ничего, указывающего на местонахождение Люси или родителей.

В следующей комнате находилась кладовка с полками для белья. Тоже ничего зловещего – только полотенца и пылесос.

– Что-то тут не так, – прошептала Софи. – Может быть, они…

Но она недоговорила: с лестницы послышались шаги. Итан и Мэдисон быстро шмыгнули в спальню мистера Кошмара, а Софи и Монстрик нырнули в кладовку и прижались к пылесосу. Софи надеялась, что у кроликов хватит соображения тоже где-то спрятаться.

– Это напоминает мне о месте моего рождения, – прошептал Монстрик.

– Ш-ш-ш, – Софи приложила палец к губам. Она увидела, как мимо двери скользнула тень, и услышала тихое рычание. Это явно был не мистер Кошмар. Но… – Подозреваю, что не все чудовища сидят в клетках.

– Готова встретиться с первым? – спросил Монстрик.

– На счёт «три», – прошептала Софи. – Раз, два, три…

Она выскочила из кладовки – и увидела монстра: серого цвета и с росшими из спины многочисленными громадными руками. Монстрик прыгнул ему на голову, существо завыло и замолотило руками, но кролики окружили его и стали применять приёмы карате. Некоторые из них повисли на руках чудовища, прижимая их к его бокам. Нескольких он швырнул о стену, но они отскочили и снова ринулись к монстру. Прыгая, они продолжали цепляться за его руки, а Монстрик, ловко орудуя щупальцами, заставил страшилище покачнуться. Вместе с висящими на нём кроликами монстр рухнул на пол. Монстрик и кролики тут же отпрянули, а Софи рванулась вперёд и прижала к серой коже ловушку. Чудовище под ней стало таять, и наконец девочка оказалась на полу.

– Мэдисон, Итан! – шёпотом позвала Софи. – Один готов.

Ребята осторожно вышли из комнаты. Один из кроликов потерял цилиндр, а у другого съехал на бок фартук, но никто не пострадал.

– Молодцы, – похвалила Софи маленьких помощников.

Те энергично закивали.

В коридоре было ещё две двери. Софи поспешила к ближайшей и подёргала ручку – заперто. Пожалуйста, пожалуйста, пусть за ней окажутся её родители! Девочка отошла, чтобы Монстрик смог открыть замок. Замок щёлкнул.

Все приготовили ловушки, а Софи распахнула дверь. В комнату запрыгали кролики, а потом вошли остальные.

Там была Люси.

Она съёжилась на кровати, подтянув колени к подбородку. Лицо у неё было красное и всё в пятнах – видимо, девочка плакала. По комнате рыскало ящерицеподобное существо.

Кролики-ниндзя перешли в наступление: вскочили на чудовище и повалили его на пол. Размахивая ловушкой, Софи кинулась к ним и, как только кролики отпрыгнули, прижала к хвосту монстра ловушку.

Чудовище повело хвостом, и Софи отлетела к стене. Мэдисон и Итан с ловушками тут же бросились на монстра.

Ящерица пыталась вырываться, но в конце концов всё-таки исчезла.

Софи подбежала к Люси:

– С тобой всё хорошо?

У девочки задрожала нижняя губа. Она кивнула, потом замотала головой, плотно сжав губы: от испуга Люси не могла ни кричать, ни плакать. Несколько кроликов запрыгнули на кровать. Один засопел у её ног, другой свернулся вокруг её лодыжек, третий – розовый с бабочкой – прыгнул к девочке на колени и уютно пристроился там.

Люси взяла розового кролика на руки, прижалась к нему и заплакала, уткнувшись в его шкурку.

– Теперь ты в безопасности, – сказал Итан. – Мы пришли, чтобы спасти тебя.

Мэдисон села на кровать и обняла Люси:

– Они спасли меня, а теперь и тебя. Но ты должна собрать всю свою храбрость. Нам ещё надо…

Вдруг Люси завизжала и указала на дверь.

Софи обернулась и увидела ещё одно крадущееся в комнату чудовище: полусобаку-полунасекомое. Всё его волосатое туловище было усеяно глазами, язык вываливался из пасти. Оно разинуло пасть и зарычало.

Монстрик и кролики устремились к нему. Монстрик прыгнул ему сзади на голову и обхватил уродца за шею, но тот, кажется, даже не заметил – всего лишь клацнул собачьими челюстями. Кролики окружили его и принялись пинать и кусать. Розовый кролик спрыгнул с коленей Люси и тоже присоединился к атаке. С Монстриком на шее гигантское насекомое стало гоняться за кроликами и схватило одного за лапу. Кролик заверещал.

– Нет! – закричала Люси. Это были её первые слова. – Не трогай кролика! – Соскочив с кровати, она пронеслась мимо Софи к чудовищу и запрыгнула ему на спину.

Софи, Мэдисон и Итан бросились на помощь. Люси оседлала пришельца из кошмара, Монстрик и кролики отбежали, а Софи приложила к его боку ловушку. Ужасное насекомое испарилось.

Люси упала на пол. Она лежала на ковре, не шевелясь и ничего не говоря.

– Люси! – Бросив ловушку, Софи склонилась над девочкой.

– Я не испугалась! – Люси повернула голову, и Софи увидела, что она улыбается. – Во снах я всегда убегаю, но они меня догоняют. Но на этот раз я не стала убегать, и он исчез.

Рядом кролики рвали ловушку на куски. Софи хотела помешать им – сон есть сон, – но не успела. Ловушка превратилась в кучку щепок с ниточками.

– Я не плакала, – проговорила Люси, сев на ковёр. – И не звала на помощь. Страшный человек сказал, что, если я буду кричать, монстр меня съест. Он хотел, чтобы я вела себя тихо. А теперь можно шуметь? – Голос у неё был хриплым, словно сел от долгого крика.

– Пока нет, – ответила Мэдисон.

– А зачем с вами кролики? – спросила Люси.

– Лучше не спрашивай, – отмахнулась Мэдисон. – Поверь мне, тебе не надо это знать. Но они не обидят тебя – они дружелюбные, так же как вон то пушистое существо со щупальцами.

Софи хотела бы сказать девочке, как ей жаль, что с ней это случилось, что она хотела помочь ей избавиться от кошмаров, а не приобрести новые, что скоро всё закончится.

– Ты не знаешь, где мои родители? – вместо этого спросила она.

Люси заплакала:

– Я хочу домой, к маме и папе.

Её окружили кролики. Розовый встал на задние лапы и обнял передними её лодыжку.

– Мы отведём тебя к ним, – пообещал Итан. – Но нам ещё нужно найти родителей Софи. Ты их видела?

Люси помотала головой.

Сердце у Софи сжалось, но она сказала себе, что это ничего не значит. Люси сидела взаперти. Неудивительно, что она не видела других пленников.

Осталась лишь одна неоткрытая дверь.

Люси заплакала ещё пуще и вцепилась в руку Мэдисон. Софи ожидала, что Мэдисон оттолкнёт малышку, но её суровая одноклассница отнеслась к девочке на удивление по-доброму, и Софи подумала о больной от рождения сестре Мэдисон. Обнимая Люси, Мэдисон вывела её в коридор. Софи, Итан и Монстрик последовали за ними.

– Одна дверь слева, – напомнил Итан.

Родители должны быть там. Софи была в этом уверена. Сердце её заколотилось сильнее. Итан первым подошёл к двери и распахнул её. Кролики запрыгали в комнату, за ними вбежал Монстрик.

– Что это такое? И почему кролики в одежде? – раздался из комнаты детский голос.

– Ничего себе! Ещё одна пленница, – удивился Итан.

Все протиснулись в двери вслед за кроликами. Софи встала между Итаном и Мэдисон. Люси не отставала от них.

Комната была оклеена плакатами с изображением ночного неба. В одном углу на разобранной кровати громоздились горы плюшевых мишек и стопки книг. Посередине комнаты стояла девочка приблизительно одного возраста с Софи, с каштановыми волосами и карими глазами, в розовой футболке и джинсах. К груди она прижимала книгу, словно ей помешали читать. Волосы были убраны в хвостик, на лоб спадала чёлка. Софи приуныла: и здесь нет её родителей.

Люси подбежала к незнакомке и схватила её за руку:

– Пойдём! Скорее!

Девочка засопротивлялась:

– Кто вы такие?! Что вам надо?!

Софи заставила себя улыбнуться и помахала ей:

– Привет. Меня зовут Софи, а это Люси, Итан, Мэдисон и Монстрик. Имён кроликов я не знаю. Но главное – что с Люси всё хорошо. Нам надо торопиться.

Освободившись от руки Люси, девочка стала отступать, пока не уперлась в кровать. Плюшевый мишка упал на пол. Девочка наклонилась, подняла игрушку и бросила её на кровать вместе с книгой – всё это не отрывая взгляда от гостей.

– Но… Как вы сюда попали? Уходите! Здесь небезопасно. По дому расхаживают чудовища. Они приучены нападать на незнакомцев.

– Ага, мы заметили, – процедила Мэдисон.

Софи подошла к незнакомке и протянула ей ловушку. Та уставилась на неё, затем на Софи.

– Прижми её к монстру, которого увидишь, – объяснила Софи. – Только не к этому. – Она указала на Монстрика. – Он мой друг.

– Ты дружишь с монстром?!

– Очуметь, да?! – подхватила Мэдисон. – Но вообще-то он очень милый.

Вздохнув, словно ему пришлось много страдать, Монстрик произнёс:

– Я не милый.

Софи очень интересовало, кто эта девочка. Она её не знала, а полицейский сказал, что пропали только двое детей. Может, она из другого города или её украли раньше? Судя по комнате, она здесь уже давно. Одежда висит на стуле и в шкафу. Мусорная корзина заполнена скомканными пакетиками из-под кренделей. Кролики стали обнюхивать ноги девочки, и та отскочила, словно испугалась, что они её укусят.

Софи мягко спросила:

– Как тебя зовут?

– Кристина.

– Кристина, ты видела других пленников? Например, мужчину и женщину, похожих на меня. – Она старалась говорить спокойным, ровным голосом: если Кристина находится здесь давно, она легко может испугаться.

– Это её родители, – объяснил Итан.

Кристина медленно покачала головой. Видимо, она потрясена, подумала Софи. Интересно, сколько времени она провела взаперти? Недели? Месяцы? Софи переполняла жалость к девочке.

– Теперь мы можем пойти домой? – шмыгнула носом Люси.

Софи протянула руку Кристине, надеясь, что выглядит приветливо.

– Пойдём с нами. Мы поможем тебе вернуться домой.

Всё ещё качая головой, Кристина смотрела на Софи так, словно та протянула к ней щупальца:

– Но я… я не понимаю.

Тогда Софи медленно и чётко произнесла:

– Мы тебя спасаем.

21

– Ты держишь монстра вместо домашнего питомца? – спросила Кристина.

– Он не питомец, – ответила Софи. – Он мой друг.

– Слушайте, надо уходить, пока есть возможность, – сказал Итан, стоя у двери, и пошёл проверять коридор. Несколько кроликов поскакали вместе с ним.

Кристина посмотрела на кроликов у ног Софи и на Монстрика, обернувшего щупальца вокруг талии хозяйки, осторожно шагнула вперёд и спросила:

– Ты… такая же, как я?

– Что ты имеешь в виду?

Вместо ответа Кристина подбежала к столу, рывком открыла ящик и дрожащими руками вытащила несколько пустых синих бутылок.

– Я думала, я одна такая. Но с тобой пушистый монстр и разноцветные кролики.

Мэдисон ткнула Софи локтем:

– Она такая же малахольная, как ты.

– Я не могу видеть собственных снов, – призналась Кристина, устремив на Софи полный надежды взгляд. – И когда я пью чужие сны…

– …то делаешь сновидения реальными. – В горле у Софи встал ком, глаза повлажнели. Всю жизнь она считала себя единственной в своём роде, а потом явился этот человек… – Значит, это не мистер Кошмар, а ты обладаешь такой же способностью, как я! – Он похитил Мэдисон и Люси, чтобы они видели страшные сны, её родителей – чтобы они превращали их в жидкость, а Кристину – чтобы она делала их реальными. Вот и всё, что ему нужно, чтобы производить монстров на продажу.

Софи и Кристина пошли навстречу друг другу и, встав лицом к лицу и с удивлением глядя одна на другую, одновременно заговорили:

– Как ты…

– Что ты…

– Нет, ты первая.

– Нет, ты.

– Я никогда…

– Я думала…

И обе рассмеялись, прикрыв рот, чтобы не шуметь. Из глаз Софи лились слёзы. Это не мистер Кошмар оживлял монстров из снов! Это делала девочка!

– Очень трогательная встреча, – буркнула Мэдисон. – Теперь мы можем убраться отсюда?

Люси подёргала Софи за рукав:

– Я хочу домой!

– Пойдём с нами, – сказала Софи Кристине. Она снова протянула руку, и Кристина со смущённой улыбкой взяла её. Вместе они выскользнули в коридор и поспешили к лестнице.

На площадке Монстрик вытянул щупальца, останавливая их.

– Пускай сначала пойдут кролики, – прошептал он. – На всякий случай.

Кролики запрыгали вниз по ступеням.

Через несколько секунд Монстрик кивнул, и все по цепочке стали спускаться в гостиную. В доме, казалось, было тихо. Софи заглянула в столовую, ванную и кухню. Пусто. Родители, должно быть, в подвале – возможно, там ещё есть помещения, подобные тому, где держали Мэдисон, а может быть, после побега девочки их перевели в её бывшую комнату.

По комнате метнулись лучи света – Итан отодвинул занавеску и выглянул в окно.

– Он вернулся! Надо уходить! – Мальчик указал на кухню: – Задняя дверь!

Мэдисон, Итан и Люси бросились через гостиную к кухне.

– Я не уйду без родителей! – воскликнула Софи.

– Ничего не поделаешь, – сказал Монстрик, размахивая щупальцами и подталкивая её к выходу. – Мне очень жаль, Софи. Но мы придумаем, как спасти их.

Кристина схватила её за руку:

– Подождите! Там стоит монстр.

Люси добежала до двери первой и распахнула её. Софи увидела, что Искрокопыт по-прежнему прижимает амбала к земле. Увидев друзей, пегас расправил крылья. Детина воспользовался тем, что пони отвлёкся, и выплюнул кроличью одежду с такой силой, что крошечный цилиндр попал Искрокопыту в морду.

Пони вздрогнул и попятился, убрав передние копыта с плеч борова. Мужчина зарычал, ударил кулаками друг о друга и стал раздуваться как воздушный шарик: мышцы увеличивались в размере, ноги удлинялись.

Люси завизжала, но Мэдисон быстро зажала ей рот.

Лицо амбала искажалось и набухало, пока не стало похожим на высеченное из камня.

– Назад! – крикнул Итан, и все – он сам, Люси, Мэдисон, а за ними Кристина, Софи и Монстрик – рванули в гостиную.

Не успели они добежать, как передняя дверь распахнулась, и в дом в сопровождении мистера Кошмара ворвались три похожих на ящериц чудовища с красной чешуёй и зелёными языками. Все отступили на кухню и снова бросились к задней двери. Быстрее всех бежала Мэдисон.

Искрокопыт подскочил к двери, и Мэдисон быстро посадила Люси на спину пони. Не успела она сама забраться, как гигантский мускулистый монстр схватил её.

– Увези её отсюда! – крикнула Мэдисон Искрокопыту.

С Люси, ухватившейся за его гриву, Искрокопыт поднялся в небо.

Кто-то схватил Софи за руку, и она обернулась. Это была Кристина.

– Прячься скорее! – крикнула она и потащила Софи в ванную. Монстрик и кролики побежали за ними. Захлопнув дверь, Кристина прижала ухо к деревянной панели.

Из кухни раздались крики Итана и Мэдисон:

– Оставь меня в покое!

– Отстань!

– Убери от меня свои руки!

– Нет!

А потом Софи услышала крики мистера Кошмара и мускулистого чудовища, а ещё рычание, шипение и вопли монстров. Она хотела выбежать и помочь друзьям, но Монстрик удержал её, обхватив щупальцами за талию.

– Даже не думай, – прошептал он ей на ухо. – Если тебя поймают, ты не сможешь никому помочь.

Кролики сбились в кучу у неё под ногами. Софи и Кристина приникли к двери и слушали. Вскоре наступила тишина. Открылась и хлопнула дверь. Софи потянулась к дверной ручке, но Монстрик снова остановил её.

– На кухне ещё кто-то есть, – прошептала Кристина.

Софи услышала движение стула по полу.

– Нужно подождать, пока он уйдёт, – шепнул Монстрик.

Софи и Кристина сели на пол. Софи внимательно прислушивалась, но с кухни не доносилось никаких звуков. Зато есть надежда, что Люси и Искрокопыт спаслись. Она не знала, куда отвезёт девочку крылатый пони. Возможно, они обратятся за помощью. Хотя шансов мало: пегас не знает, куда идти, а Люси наверняка ещё не может прийти в себя от ужаса.

Было тихо.

Напрягая слух, девочки дышали в унисон – сначала часто, потом медленнее – и слышали каждый свой вздох.

– Давно ты узнала, что происходит, когда ты спишь? – шёпотом спросила Кристина.

– В шесть лет, – ответила Софи. – А ты?

– Примерно так же. Мой отец раньше разыскивал и продавал сны…

– У моих родителей тоже магазин снов! – шёпотом воскликнула Софи.

– В школе мне было несладко. Со мной никто не дружил, потому что другие дети… не такие, как я. Ну, ты знаешь.

Софи знала. Ещё как!

– Однажды отец потихоньку дал мне перед сном выпить из синей бутылки. Он купил её в одном из магазинов, для которых работал. – Кристина говорила так тихо, что Софи пришлось склониться почти к её губам, чтобы расслышать слова. – Думаю, он хотел меня подбодрить. Мама никогда бы этого не допустила. Она была категорически против того, чтобы иметь дело со снами. Родители всё время ругались из-за этого. Но я выпила из бутылки, появился монстр, и они насмерть перепугались.

Софи кивнула:

– Мои тоже. Только я выпила сама, из любопытства.

– Мне тоже было любопытно, – сказала Кристина. – Люди всё время говорят о снах. Я думала, это похоже на путешествие в волшебную страну – Нарнию или Оз[8], – куда мне никогда не попасть. Но оказалось, что ничего похожего.

Снаружи скрипнула и стукнула дверца буфета. Софи прислушалась, ожидая услышать другие звуки – шаги, голоса, звук отодвигаемого стула, – но ничего не последовало. Монстрик взгромоздился на бачок унитаза и изучал маленькое матовое окошко. Он простукал края: окно не открывалось. Но даже если бы и удалось его открыть, Софи сомневалась, что пролезет через него. Если только кролики… Но звук разбитого окна привлечёт внимание.

– Знаешь, мне даже нравится не видеть снов, – сказала Кристина. – Ты просыпаешься с ясной головой. Отсутствие сновидений меня не смущает. Но когда я вижу сны… мозг словно в тумане, ему нужно перестроиться. А если я выпиваю их много, то всё ещё хуже. Вообрази, что происходит с мозгом, когда он видит сны каждую ночь!

– Я почувствовала это, когда вызвала их. – Софи указала на кроликов. – Мозг был словно из ваты, и болела голова. – Она подумала обо всех монстрах, которых видела здесь, и представила, как плохо чувствует себя Кристина.

– Точно, – подтвердила Кристина. – Когда не видишь снов, смотришь на мир ясным взглядом – мозг не обманывает тебя, и ты не путаешь воспоминания и сны.

Софи кивнула. Она видела, как такое происходило с её родителями – они упоминали о разговорах, которые якобы вели, об обязанностях, от которых во сне удалось увильнуть. Наверное, это страшно – когда не можешь доверять собственному рассудку.

– И всё же я всегда хотела иметь собственный сон, – со вздохом произнесла Кристина. – Хотя бы один.

– Я тоже. – Софи никогда не признавалась в этом никому, кроме Монстрика. Слова словно лились из неё, и она испытывала облегчение. – Ты когда-нибудь пыталась не засыпать?

– Да. А ты когда-нибудь пробовала напугать себя так, чтобы приснился кошмар?

– Да! – Софи с трудом заставляла себя говорить шёпотом. – А ты читаешь книги перед сном в надежде, что тебе приснятся их персонажи?

– Постоянно.

– А какие твои любимые? – поинтересовалась Софи.

– «Лев, колдунья и платяной шкаф»[9], – сказала Кристина.

– «Гарри Поттер», все семь книг.

– Конечно! И «Трещина во времени»[10].

На кухне кто-то открыл кран. Потекла вода, потом кран закрыли. Софи снова услышала шаги и затаила дыхание, напряжённо прислушиваясь: уйдёт ли этот некто наконец с кухни? Но он не ушёл. Софи вздохнула.

Кристина снова зашептала:

– Когда я была маленькая, то думала: может быть, я вижу сны, но не запоминаю их. Даже ставила будильник на ночные часы, чтобы проснуться в середине сновидения. Но это никогда не помогало.

– А я ела перед сном несочетаемые продукты, – призналась Софи. – Например, бананы с кетчупом.

– Иногда я оставляла телевизор включённым на всю ночь, – продолжала перечислять Кристина. – Думала, услышу во сне диалоги – и они превратятся в сон. Тоже не помогло.

Монстрик спрыгнул с унитаза, подошёл к девочкам и втиснулся между ними, чтобы послушать у двери. Софи и Кристина замолчали и тоже стали прислушиваться. С кухни доносились приглушённые голоса – разговаривали двое мужчин. Софи догадалась, что это мистер Кошмар и амбал, оказавшийся монстром.

– Тебя действительно похитили? – спросила Кристина.

– Не меня, – ответила Софи. – Тот человек, мистер Кошмар, украл Мэдисон и Люси и пытался украсть Итана, потому что они видят яркие кошмары. А ещё он забрал моих родителей, потому что они очень хорошо дистиллируют сны.

– А тебя не тронул?

– Наверное, я ему не нужна. – Софи чуть не добавила «Потому что у него есть ты».

– Тогда, возможно, если ты сбежишь, он не погонится за тобой.

Софи сжала её руку:

– Я не оставлю тебя здесь. Никого из вас. Сбежим все вместе.

Монстрик рядом с ней заинтересованно оживился, словно ожидал услышать, есть ли у Кристины какие-то идеи. А она способна что-то предложить, подумала Софи. Она провела в этом доме долгое время и может что-то знать о похитителе и вероятных способах побега.

– Ты дружишь с детьми, которые видят сны? – спросила Кристина.

Софи замялась:

– Я бы так не сказала…

– Они не такие, как мы, – произнесла Кристина фразу, похожую на цитату из песни. – У них слабый сумбурный мозг. Когда они спят, их страхи берут над ними верх.

Софи не могла согласиться. Её родители не были слабыми, и Мэдисон тоже. После того как её держали в подвале связанной и с кляпом во рту, она нашла в себе мужество вернуться сюда, и даже утешала Люси, и не хныкала, когда они наткнулись на монстров. А Итан мыслил ясно, хотя и предлагал идеи, которые считал неосуществимыми, – это он придумал вызвать из сна динозавра и вернуться сюда. Если бы они быстро обыскали дом, всё закончилось бы превосходно.

В кухне снова стали отодвигать стулья – похоже, мужчины вставали. Дверь – во двор, догадалась Софи – скрипнула и захлопнулась. Софи напряглась. Этим надо воспользоваться! Но потом она услышала другие шаги и характерный шлёпающий звук открываемой дверцы холодильника.

– Один ещё здесь, – прошептал Монстрик.

– А что, если он так и не уйдёт? – спросила Софи.

– Или захочет в туалет, – поддакнул Монстрик.

Кристина встала:

– Я его отвлеку, а вы уходите.

– А как же ты? И мои родители? И Итан с Мэдисон? Нельзя бросить их в беде.

– Им я помочь не могу, а тебе могу, – сказала Кристина. – К тому же ты уникальна. Ты не видишь снов. А они обычные люди. Пожалуйста, Софи, не спорь. Ты свободна, и всё. – Она подошла к унитазу и нажала на кнопку смыва. Потом быстро обняла Софи, отперла дверь и вышла в коридор.

В кухне отодвинули стул.

– Кристина?! Что ты здесь делаешь?! – донёсся мужской голос.

Софи услышала быстрые шаги – Кристина кинулась бежать. Мистер Кошмар закричал, и вверх по лестнице загромыхали шаги.

– Софи, мы бежим или как? – поторопил Монстрик.

Девочка взглянула на него, на кроликов, потом на дистиллятор в ванне. «Когда они спят, страх берёт над ними верх», – прозвучали у неё в голове слова Кристины.

– Нет, не бежим, – ответила Софи. – Я кое-что придумала.

22

Софи коснулась изогнутых стеклянных трубочек дистиллятора.

– В спальне мистера Кошмара над кроватью висит ловушка для снов. Зачем? – Она не ждала от Монстрика ответа. – Он знает, как действуют ловушки, и вряд ли повесил её для украшения. Думаю, он страдает от дурных снов.

– И ты хочешь выпить его сон? – догадался Монстрик.

Софи кивнула.

– «Когда они спят, страхи берут над ними верх» – так сказала Кристина.

Монстрик тихо хлопнул щупальцами:

– И если мы вызовем его кошмары к реальности, то возьмём над ним верх.

– Именно, – сказала Софи. Она присела рядом с кроликами. – Вы в самом деле кролики-ниндзя? Можете поскакать наверх и незаметно принести эту ловушку?

Кролики полукругом стояли на задних лапах и внимательно слушали. Розовый кролик в знак согласия козырнул.

Софи испытала чувство вины за то, что привела их сюда и подвергает опасности:

– Вас могут поймать, съесть или вернуть назад в сон. Поэтому прошу вас проявлять крайнюю осторожность. В этом доме живут недобрые люди и недобрые порождения кошмара. Вы уверены, что готовы пойти на такой риск?

Кролики подскочили к двери и стали толкать её носами.

– Полагаю, это значит «да», – заключил Монстрик.

Софи осторожно приоткрыла дверь. Кролики выскользнули, стали продвигаться вдоль стены, а потом рассыпались в разные стороны и пропали в тени. Софи закрыла и заперла дверь и села рядом с Монстриком ждать.

– Раз твоих родителей нет на втором этаже, значит, они в подвале, – предположил Монстрик. – Наверное, там есть ещё помещения вроде того, где держали Мэдисон.

Софи кивнула:

– Если у нас всё получится, мы спустимся туда. – Кристина выиграла для них некоторое время, но не вечность. Это лучшая и единственная возможность. Все друзья схвачены. Только она одна может спасти их – и если уловка со сном мистера Кошмара удастся, она их спасёт. – А когда найдём родителей, Итана и Мэдисон, мы снова поднимемся наверх и опять освободим Кристину.

– Неизвестно, снится ли ему что-то полезное, – предупредил Монстрик, – а без сновизора мы не можем посмотреть сон перед тем, как ты его выпьешь. Он может быть непригодным или расстроит тебя.

– В худшем случае это его отвлечёт, а в лучшем… нам повезёт, Монстрик.

Софи обследовала дистиллятор. Все трубки были целы. На дне ванны остались следы блестящей жёлтой жидкости. Аппарат использовали здесь.

– А как насчёт амбала?

– Ты же видел его, он не настоящий. Застанем его врасплох и приложим ловушку. Кролики помогут. – Она оглядела ванную в поисках какой-либо ёмкости и нашла около раковины несколько стаканов. Это подойдёт. Сохранять сон не надо, нужно просто перелить его куда-то, чтобы выпить.

– Ты думаешь, что мы не настоящие? – тихо спросил Монстрик. Его щупальца поникли.

Софи присела рядом и погладила одно из них:

– Я не имею в виду тебя. Конечно же, ты настоящий. Ты мой лучший друг.

Монстрик шмыгнул носом:

– Бывший лучший друг. Похоже, ты нашла нового.

Софи шутливо подтолкнула его:

– Монстрик, ты ревнуешь? К человеку?

– Вот ещё. Но я боюсь, что однажды ты перестанешь во мне нуждаться.

– Ты всегда будешь мне нужен! – Трудно было не повысить голос. Что это с ним? Ведь это же здорово, что она нашла своё подобие. Он же знал, как она тоскует из-за одиночества и непохожести на других.

– Рано или поздно дети забывают о воображаемых друзьях.

– Ты не воображаемый.

– Я пришёл из сна. Как ещё меня назвать?

Софи удивлённо смотрела на него, не в силах найти подходящие слова, чтобы убедить его, и наконец ущипнула его лохматое ушко. Монстрик тихо ойкнул.

– Видишь, ты не воображаемый, – сказала Софи.

Он молча смотрел на неё, но больше не возражал.

Ожидание длилось мучительно долго. Уши почти болели от напряжения слуха. В кухне снова кто-то ходил. В раковине включили воду, и посуда задребезжала. Кто-то – мистер Кошмар или охранник – вернулся, чтобы закончить ужин. Звуки казались такими обыденными. Странно было думать, что в этом доме держат пленников, а Софи не может высунуться из ванной.

Наконец Софи услышала тихое царапанье в дверь. Девочка вскочила и чуть-чуть приоткрыла её. Внутрь ручейком втекли кролики во главе с розовым. Все вместе они несли наволочку.

Софи заперла за ними дверь и заглянула в наволочку. Внутри лежала ловушка.

Розовый кролик приосанился, а остальные пожали друг другу лапы, поздравляя с удачей.

Софи поднесла ловушку к дистиллятору. Она тысячу раз видела, как родители перегоняют сны, но никогда не делала это сама. Девочка медленно наклонила ловушку к воронке.

– Монстрик, ты сможешь управлять рычагами? – шёпотом спросила она. Мама и папа обычно регулировали рычаги.

– Готов, – отрапортовал Монстрик, занимая место у основания дистиллятора.

Софи не видела сна на нитях, но, как только Монстрик нажал на первый рычаг, внутри воронки образовались рассеянные капли. Софи сильнее наклонила ловушку.

– Аккуратно, – шепнул Монстрик. Ногой Софи ощущала его горячее дыхание. Он нажал на второй рычаг, пропуская капли в трубку. Жидкость засветилась.

Когда руки Софи уже устали держать ловушку над ванной и заныли, капли наконец перестали образовываться, и ловушку можно было опустить.

– Всё правильно?

Монстрик подвинулся, чтобы Софи могла управлять рычагами, и сказал:

– Я бы подбодрил тебя танцами с помпонами, но это не в моём стиле.

Глядя, как капли текут по трубкам, Софи думала о том, сколько раз наблюдала за этим процессом, запоминала каждый шаг, практиковалась, когда родители не видели, подражала их действиям. Главное заключалось в том, чтобы увеличивать сияние, но делать это осторожно – иначе фрагменты сна легко могут потеряться. Нужно было каждую секунду следить за жидкостью: когда она тускнела, прокручивать её на месте, когда мерцала – пропускать вниз, когда сияла – отправлять в спиралевидную трубку. Чтобы получить полный и ясный сон, необходимо строго придерживаться технологии. Родители изготавливали чистейшие сны.

Сосредоточившись, Софи стала быстро нажимать на рычаги, заставляя жидкость быстрее двигаться вниз по трубке, где она булькала и приобретала яркость, а затем сворачивала налево, где тускнела. Софи нажала на следующий рычаг. Меняя направление, сон замерцал и снова ярко вспыхнул.

Софи продолжала перемещать жидкость по трубкам, пока наконец та не закапала в стакан. Девочка присела на корточки, наблюдая, как переливающийся голубой напиток стекал в подготовленную ёмкость. Когда упала последняя капля, Монстрик выключил дистиллятор, а Софи бережно вынула стакан из-под крана.

Потом она села на коврик и прислонилась спиной к шкафчику, чтобы не упасть, когда будет засыпать. Софи взглянула на стакан. Заснуть, лишиться сознания, когда мистер Кошмар находится в двух шагах, казалось сумасшествием. Но ничего – в случае опасности Монстрик защитит и разбудит её.

С надеждой увидеть во сне что-то полезное Софи поднесла стакан к губам.

* * *

За окном шёл густой снег.

Софи прижала нос к окну, и её дыхание затуманило стекло. В такой снегопад школа не работает. Надо бы сказать об этом маме и папе. Софи соскользнула с дивана и встала – она не знала, где она. Это не их гостиная. Все диваны обиты красной кожей, на полу белый ковёр. На полках вместо книг стеклянные фигурки, посреди комнаты журнальный столик, сделанный из ствола дерева. Софи никогда здесь не была.

«Я во сне мистера Кошмара», – вспомнила она.

На столике стояла розетка с шоколадным мороженым. Сверху высокой горкой был насыпан шоколад, который вдруг стал таять на глазах, вытекать за края розетки на стол и капать на белый ковёр, где сразу становился красным как кровь. Он тёк и расплывался, пока вся комната не окрасилась в красный цвет.

Потом красная масса превратилась в воду, и журнальный столик и диван стали омывать морские волны. Софи забралась на спинку дивана. Поблизости рыскали акулы.

Если акула укусит во сне – это больно? Диван поднялся на волне и нырнул вниз. Софи уцепилась за подушки, и её ударило волной. В отдалении послышался свисток поезда, потом гул реактивного двигателя, но потом остался только звук разбивающихся друг о друга волн.

Софи уже наглоталась воды, то и дело накрывающей её, льющейся по голове и лицу. Потом она стала заливаться в горло, обжигая его, Софи начала погружаться в глубину и пыталась вырваться к свету над головой, но он распался на фрагменты. Лёгкие как будто разрывались, а голова готова была треснуть. Перед глазами замелькали какие-то пятна, и вдруг Софи оказалась лежащей в темноте, прижавшись щекой к полу; она снова могла дышать.

– Наконец-то я нашла тебя, – произнёс женский голос. – Ты правда думаешь, что можешь вечно от меня бегать? Ты не сможешь ни убежать, ни уплыть, ни улететь – я всегда тебя догоню.

Что-то сухое и шершавое, похожее на палку, прикоснулось к щеке Софи.

Зажёгся свет, и Софи поняла, что лежит на полу в кухне. Кашляя и ожидая, что изо рта польётся вода, Софи повернулась, чтобы посмотреть, кто с ней говорит, – и вскрикнула.

Над ней маячила голова женщины, посаженная на массивное коричневое туловище паука. Софи лежала между восемью его ногами. Брюхо было такого же размера, как Софи. Красивое лицо с безупречным макияжем – бронзовая кожа, ярко-розовые губы, подчёркнутые скулы и подведённые глаза – обрамляли пышные чёрные кудри, каскадом спускающиеся к волосатым паучьим плечам. Женщина-паук хмурилась, и рот её напоминал перевёрнутую радугу.

– Ты не Юджин, – сказала она.

– Привет. Я Софи. Я позаимствовала его сон.

Паучиха приблизила к Софи лицо – все восемь ног при этом согнулись. Дыхание её пахло перезрелым персиком.

– А-а, так это сон. Вот почему я так выгляжу. Говоришь, ты позаимствовала у него сон? Значит, ты его подруга?

– Нет! – воскликнула Софи – и тут же испугалась, что паучиха рассердится.

– Нет? – Женщина разогнула ноги, и Софи увидела всё её паучье тело. Потом чудовище отступило, чтобы Софи могла сесть. – Зачем же он отдал тебе свой сон?

– Я сама взяла его. – И Софи внезапно рассказала этому существу, как мистер Кошмар похитил её родителей, Мэдисон и Люси и что потом он захватил и Итана, а Софи застряла в ванной… Когда она замолчала, паучиха удивлённо посмотрела на неё:

– Так он опять крадёт детей?

– Опять? Он уже занимался этим раньше?

– Когда-то он похитил моего ребёнка! Украл и кормил баснями. – Женщина носилась по кухне, стуча лапами по полу. Кухню наполняли тени. В одном углу угадывалась плита, под затуманенным окном виднелась половина раковины. К дверце холодильника крепились детские карандашные рисунки и нечёткие фотографии. Софи задумалась, правильно ли она обработала сон. Но, хотя комната и не получилась полностью, по крайней мере чудовище было здесь.

– Он снова взялся за старое, – объяснила Софи. – Ты поможешь мне остановить его? – Сказав это, она засомневалась, разумно ли приглашать женщину-паука в реальный мир, но тут же отбросила опасения: если поверить, что это существо может ей помочь, возможно, так оно и будет. «Помоги нам», – горячо произнесла про себя Софи.

И проснулась.

Она лежала на коврике, рядом сидел Монстрик, а женщина-паук снова возвышалась над ней, вклинившись между ванной и раковиной. Софи попыталась унять головокружение. В мозгу стучало ещё сильнее, чем после предыдущего сна. Девочка стиснула виски руками и постаралась выровнять дыхание. Она пробудилась, живая и невредимая. Почти невредимая.

– Ты привела друга, – прошептал Монстрик в её ухо.

– Надеюсь, – тихо ответила Софи.

23

Лёжа под брюхом паука, Софи поморгала, чтобы стряхнуть остатки сна. Пульсация в голове превратилась в тупую боль. Когда она утихла, Софи приникла ухом к двери ванной. На кухне всё ещё кто-то был – слышались скрип стула, стук дверец шкафа, звук льющейся в раковину воды. Девочка очень надеялась, что там мистер Кошмар.

Софи отперла замок и повернула ручку. Женщина-паук толкнула одной лапой дверь и бесшумно выползла в коридор.

– Ну и гадость, – поморщился Монстрик.

Кролики столпились у двери и приготовились. Софи положила руку на спинку розовому кролику:

– Подождём, когда он увидит паука, а потом выйдем.

На кухне раздался звук разбитой посуды и мужской крик.

– Похоже, пора, – сказал Монстрик и выскочил из ванной. Софи на цыпочках вышла за ним. Из коридора она видела лишь половину кухни: плиту, раковину и угол стола с миской и ложкой. Мистер Кошмар ужинал.

– О, не смотри с таким удивлением, Юджин, – произнесла женщина-паук. – Ты знал, что я найду тебя. Иначе почему ты ещё видишь меня во снах?

– Ты не она, – пробормотал дрожащим голосом мистер Кошмар.

– Но очень похожа.

Софи встала на четвереньки и заглянула за угол кухни: дверь подвала находилась прямо за спиной мистера Кошмара, дверь во двор – позади чудовища с женским лицом.

– Надо думать, я должна благодарить тебя за мой внешний вид? Так вот как ты представляешь меня, Юджин?

– Ты такая и есть, – ответил мистер Кошмар.

– Я ядовитая? – поинтересовалась женщина-паук.

– Только твои слова. – Похититель попятился и упёрся в стол у раковины.

– Очень интересно, – проговорило чудовище. – Я появляюсь во всех твоих снах?

Мистер Кошмар, не отрываясь, смотрел на паука:

– Во всех.

– Тогда в некотором смысле я уже поймала тебя, а это всего лишь формальность. – И паучиха с криком бросилась вперёд. Мистер Кошмар схватил с плиты сковороду и швырнул её в голову монстру. Снаряд попал в цель, и женщина-паук пошатнулась.

– Ко мне, быстро! – закричал мистер Кошмар.

Задняя дверь распахнулась, и ворвавшийся в кухню бугай налетел на лишённую равновесия паучиху. Та отскочила к стене. Висящие на ней часы упали и разбились об пол.

– Надо ей помочь, – сказала Софи.

Кролики пронеслись мимо неё на кухню и осадили мускулистого здоровяка. Софи тоже устремилась вперёд, но Монстрик удержал её щупальцем за ногу.

– Что, если воспользоваться огнетушителем? – Он указал на стену около плиты.

Софи кивнула: если рвануть быстро, она успеет схватить баллон. Мистер Кошмар, конечно, её увидит, но… Софи не успела додумать эту мысль – Монстрик ринулся через кухню, стараясь не обращать на себя внимания, запрыгнул на разделочный стол, схватил огнетушитель и направил струю на амбала.

В лицо здоровяку брызнула белая пена. Тот зарычал, и Софи, подбежав к нему, вытащила из кармана ловушку и прижала к его спине. Кролики отпрыгнули. Монстр вытер лицо, крутанулся – и отбросил Софи. Ловушка выпала у неё из рук и покатилась по линолеуму.

Розовый кролик поскакал за ней, схватил ловушку зубами и, помчавшись к здоровенному монстру, вспрыгнул на его ногу и прижал ловушку к щиколотке.

Воспользовавшись моментом, женщина-паук метнулась к мистеру Кошмару и схватила его передними ногами. Похититель закричал, амбал повернулся, чтобы помочь ему, – но растворился в воздухе вместе с розовым кроликом.

Чудовище с женским лицом стало обматывать мистера Кошмара нитями паутины, крутя его как куклу.

– Не делай этого, Джасмин! – умолял злодей. – Мы с тобой можем составить мощную команду, особенно при твоём нынешнем облике. Если ты станешь моим партнёром и поможешь представлять монстров, цены подпрыгнут до небес. Мы обретём богатство и власть – всё, о чём ты всегда мечтала, будет нашим.

– Ты украл у меня ребёнка, – отвечала женщина-паук, – лишил меня радости материнства. Отобрал у меня всё – завтраки, проводы к школьному автобусу, помощь с уроками, чтение книг перед сном, нежные объятия, смех, слёзы…

Софи не знала, о чём они говорят, но понимала, что это даёт ей возможность получить ответы. Она подошла ближе к мистеру Кошмару и паучихе.

– А у меня вы украли родителей. Где они? И где Итан с Мэдисон?

Мистер Кошмар повернул к ней голову. Руки его были плотно привязаны к бокам, и он уже не мог двигать телом, но, увидев Софи, неожиданно обрёл уверенность.

– А-а-а… Бетти! Полагаю, это тебя я должен благодарить за появление Джасмин в реальном мире?

– Где мои родители и одноклассники? – повторила Софи.

Похититель ухмыльнулся:

– Спрятаны там, где тебе их не найти.

– Скажите мне, или я попрошу Джасмин вас укусить, – пригрозила Софи.

Паучиха с плотоядной улыбкой на красивом лице нависла над ним.

– Он не очень-то вкусный, но я перед тобой в долгу, так что буду рада услужить, – сказала она.

Мистер Кошмар снова улыбнулся:

– Она всё равно собирается укусить меня. Она всегда так делает. Я уже видел этот сон и смогу вынести несколько укусов. Так что ничего я тебе не скажу.

Монстрик зарычал, паучиха зашипела, обрызгав лицо злодея слюной. Он даже не поморщился.

– Или вы скажете мне, или… – начала Софи.

– Или что? Ты не сможешь держать меня связанным вечно, а она не убьёт меня, – заявил мистер Кошмар. Продолжая обматывать его паутиной, чудовище перевернуло его на живот и снова на спину. – Это ты привела её из сна, значит, она твоё создание, а ты неспособна на убийство.

Женщина-паук погладила его ногой по щеке:

– Ты и правда хочешь проверить эту теорию? У меня есть собственная воля.

Мистер Кошмар не отрывал взгляда от Софи:

– Ты не победила. Без моей помощи ты не найдёшь пленников, а я не стану тебе помогать, если ты не отправишь эту тварь назад в сон и не освободишь меня.

Правду ли он говорил? Софи отказывалась верить этому.

– У тебя нет выбора, – продолжал мистер Кошмар.

– Есть, – произнесла Софи и направилась к телефону. Она подняла трубку и, пока не передумала, набрала 911. – Здравствуйте. Дети, которые сегодня пропали, находятся в Истфилде, на Виндзор-стрит, 263. – Не отвечая на вопросы, она повесила трубку и уставилась на телефон, сама не веря, что сделала это. Когда телефон зазвонил, она отошла в сторону. Сейчас приедет полиция, а потом и Ночные Стражи, но по крайней мере мистер Кошмар больше не будет похищать людей. Его остановят, и она победит. Ссутулившись, Софи прошагала мимо мистера Кошмара к двери подвала. Помедлила она, только чтобы поднять ловушку, поглотившую амбала и розового кролика.

– Вернись! – истошно орал мистер Кошмар.

Когда Софи и Монстрик заспешили вниз по лестнице, женщина-паук обматывала паутиной его голову.

24

Монстрик приоткрыл дверь в ангар, сунул голову внутрь и тут же вытащил:

– Ничего хорошего. Похоже, мистер Кошмар использовал твою новую подругу по полной программе.

– А мамы и папы или ребят не видно?

Монстрик опять заглянул в помещение:

– Родителей не видно, а Итан и Мэдисон сидят во второй клетке слева.

Софи тоже заглянула – и ужаснулась: ангар кишел монстрами самых разных видов – существо с головой в виде черепа, человек-лев, три красные ящерицы, огромная змея, скользкий уродец… Увидела она и Итана с Мэдисон, забившихся в дальний угол одной из клеток. Остальные клетки были пусты, и монстры ползали по полу, свисали с потолка и бродили повсюду. Ловушки, которые были с собой у Итана и Мэдисон, были разбросаны вокруг клетки, и поэтому чудовища обходили её. Вероятно, ребята пытались защититься ими, и монстры вырывали их у них из рук и бросали на пол.

– Если я смогу передать им ловушки…

Кролики запрыгали к двери.

Софи преградила им дорогу и опустилась на корточки:

– Видели, что произошло с розовым кроликом? Вам нельзя прикасаться к ловушкам. Я сама.

– Софи, ты не можешь туда входить – тебя слопают как кекс, – остановил девочку Монстрик, вцепившись в её джинсы и обхватив щупальцами ноги.

– Это я виновата, что они попали в клетку. Если бы мы не вернулись…

– Мистер Кошмар всё равно бы их поймал. Давай-ка поищем родителей, а Итана и Мэдисон освободит полиция.

– Полиция не знает, что делать.

К тому же сейчас Софи может воспользоваться эффектом неожиданности: заскочит в ангар с ловушками в каждой руке, и… её съедят.

– Позволь это сделать мне, – попросил Монстрик, отпуская Софи. – Я с ними одной породы. Они примут меня за своего.

– Но ты тоже не должен касаться ловушек.

– Я и не буду, – спокойным и рассудительным голосом произнёс Монстрик. – Я открою клетку, а там уж Итан и Мэдисон сами соберут ловушки.

Софи очень хотелось возразить, но Монстрик был прав: её заметят немедленно и, скорее всего, разорвут на части, а Монстрик может втереться в доверие.

– Думаешь, ты сумеешь притвориться свирепым? – спросила она.

– Я и так свирепый, – ответил Монстрик. – Не понимаю, почему люди относятся ко мне иначе.

– Будь осторожен.

Монстрик поднялся на щупальцах, как на ногах, и ткнулся носом в щёку Софи:

– На случай, если дело повернётся трагическим образом и я погибну, хочу сказать: ты лучший друг для монстра, и я счастлив, что мне выпала возможность пожить за пределами воображаемого мира и стать не только сном, но и воспоминанием.

Сердце Софи забилось быстрее.

– Постой. Не надо. Мы найдём другой способ, – стала уговаривать она.

– Выходит, я произнёс такую торжественную речь напрасно? Не глупи. – И Монстрик мгновенно скрылся за дверью.

Софи прижалась к стене и стала прислушиваться, боясь заглянуть внутрь, чтобы её не увидели. До неё донёсся голос Монстрика:

– Привет, ребята! Я новенький. Можно счавкать этих людишек?

Дальнейшие слова потонули в рычании, лае и шипении.

Прилипнув ухом к двери, Софи напряжённо вслушивалась. Казалось, прошла вечность, прежде чем гам стих.

Потом вдруг воздух прорезали крики, визг и вопли.

– Скорее! Помогите ему! – сказала Софи кроликам.

Ушастые не колебались. Софи распахнула дверь, и они вихрем влетели в ангар. Только девочка хотела последовать за ними, как изнутри выскочил Монстрик, преследуемый осклизлым чудищем с глазами по всему телу. Монстрик рванул к лестнице.

Чудовище, оставляя сопливый след, ринулось за ним. Когда оно пробегало мимо, Софи приложила к нему ловушку, которая прилипла к коже уродца, и он растаял, не успев догнать Монстрика.

На ловушке, ступенях и стенах осталась клейкая гадость.

– Замечательно, – с облегчением вздохнул Монстрик.

Софи вытащила из кармана новые ловушки и разбросала их по липким дорожкам, затем открыла свой рюкзак и высыпала оттуда оставшиеся ловушки. Не обращая внимания на то, что противная слизь прилипает к её рукам, она собрала испачканные деревянные кольца. Чудовища с рыком и шипением стали выламываться из дверей, и Софи по одной бросала в них ловушки, которые прилипали к шерсти монстров – и те исчезали. Софи постепенно отступала к лестнице, звероподобные существа направлялись за ней – и один за другим растворялись в воздухе.

Она поднялась на верхнюю площадку лестницы и, вымазав последнюю ловушку в слизи, приставшей к её рубашке, стала ждать следующего монстра. Но они больше не появлялись. Софи присела на верхнюю ступеньку и прислушалась – тишина. Ни шипения, ни рычания, ни шагов, ни стука когтей по цементному полу.

– Это все? – спросила Софи.

– Возможно, – ответил Монстрик.

И они осторожно стали спускаться по лестнице.

Девочка услышала, как внизу со скрипом открылась дверь, остановилась, присела, держа наготове последнюю ловушку. Стоящий рядом Монстрик ощерился.

Но по ступеням им навстречу бежали Итан и Мэдисон, а за ними толпа кроликов.

Монстрик от радости обвил ноги Итана щупальцами, а Софи непроизвольно обняла Мэдисон, но, опомнившись, тут же отстранилась.

– Вы не пострадали, ребята? – спросила она.

– Нас спасли эти смешные кролики, – объяснила Мэдисон.

– Когда Монстрик отпер клетку, все чудовища как с цепи сорвались, – рассказал Итан. – Но кролики вступили с ними в бой, и мы смогли собрать ловушки. Изничтожили целую толпу, а ты, похоже, справилась с остальными. Софи, ты…

– Мои родители там? – перебила его Софи.

Но Мэдисон одновременно с ней выпалила:

– Где мистер Кошмар?

– Его поймал гигантский паук, – бросила Софи, быстро спускаясь по лестнице. Её родители могли сидеть в другой клетке, где-нибудь в особом помещении.

– Что-что? – Мэдисон побежала за ней.

Софи носилась по ангару, осматривая клетку за клеткой. Других комнат, кроме маленькой спальни с крашеными стенами, она не нашла. Может, после побега Мэдисон маму с папой поместили туда? Софи распахнула стальную дверь – внутри было пусто.

25

Мэдисон решительно поднялась в кухню:

– Монстры все уничтожены?

– Думаю, да. – Помедлив на ступенях, Софи собрала ловушки и сунула их в рюкзак. Воспользоваться ими больше не получится, но она не хотела, чтобы кто-нибудь их нашёл, а разрушать сны, пусть даже кошмарные, заставить себя не могла.

Мэдисон открыла дверь на верхней площадке, сунула голову в кухню и с визгом захлопнула дверь:

– Там огромный паук!

– Это наш друг, – объяснила Софи. – Я же тебе говорила.

– А, ну да. Что-то такое ты упоминала. В следующий раз рассказывай подробнее, ладно? – Мэдисон снова осторожно отворила дверь, и вся толпа ввалилась в кухню.

Мистер Кошмар лежал на полу, оплетённый паутиной.

– Ну ничего себе! – воскликнул Итан.

– Это его друзья? – спросила женщина-паук, направляясь к ним. Тело её покачивалось, а позади тянулся паутинный след.

– Это мои друзья, – быстро ответила Софи, но тут же задумалась, права ли она. Не может этого быть. После того что Итан и Мэдисон о ней узнали, хорошо, если они станут считать её представительницей того же биологического вида.

– А, ну тогда ладно. – Паучиха отступила, позволяя всем подойти. Мэдисон прижималась к шкафам, не отводя глаз от гигантского паука и ощупывая последнюю оставшуюся ловушку.

Софи повернулась к Мэдисон и Итану:

– Я пойду освобожу Кристину и спрошу у неё – может, она догадывается, где мои родители. Она была здесь дольше всех и может знать секреты этого дома. – Девочка обогнула связанного мистера Кошмара. – Пожалуйста, дождитесь полицию и убедите их, что он не жертва, а похититель.

Итан схватил её за руку:

– Ты что, позвонила в полицию?!

– Да, ещё до того, как нашла вас. – Софи попыталась произнести это как ни в чём не бывало, но на самом деле чувствовала себя так, словно она тоже связана по рукам и ногам, как мистер Кошмар.

– Но тайна твоей семьи… Ты же говорила…

Софи прервала его:

– Я обещала позвонить, если мы заметим что-нибудь подозрительное. – Она отступила назад. – А ты свяжись со своими родителями – успокой их, что с тобой ничего не случилось.

Мэдисон взяла трубку телефона, висящего у холодильника.

– Ты уверена, что паук меня не съест? – Прижимаясь к раковине, она старалась не попасться монстру под ноги.

– Я не ем детей, – ответила Джасмин.

Всё же следя глазами за чудовищем, Мэдисон набрала номер телефона, а Итан достал мобильный и начал писать сообщение. С минуты на минуту появится полиция, подумала Софи. Словно прочитав её мысли, Итан поднял на неё глаза и сказал:

– Если ты сможешь поскорее найти родителей, вы успеете скрыться до приезда полиции.

Софи кивнула. По крайней мере она попробует.

Вместе с Монстриком она взбежала по лестнице и распахнула дверь комнаты Кристины. Девочка бросилась ей навстречу.

– Почему ты до сих пор здесь?! – закричала она, хватая Софи за руку. – С тобой всё хорошо?

– Ты свободна, – ответила Софи. – Мы вернули всех монстров, которых нашли, обратно в сны и схватили мистера Кошмара. Сюда едет полиция. Вот, держи, – Софи отдала Кристине ловушку, – на случай, если мы отловили не всех.

– Что? Но как… Ты позвонила в полицию?!

Вытянув шею, Софи стала высматривать в коридоре другие двери. Во все три комнаты она уже заходила.

– Кристина, я ещё не нашла своих родителей. У тебя нет соображений, где они могут быть?

Монстрик, обнюхивая стены, бормотал:

– Какие-нибудь потайные комнаты? Тайные коридоры? Порталы в другое измерение или что-то ещё?

Не ответив, Кристина бросилась мимо них вниз по лестнице и пробежала через гостиную. Софи и Монстрик не отставали.

Мэдисон и Итан, подогнув ноги, расположились на диване в гостиной, чтобы лучше видеть улицу.

– Хорошо, её ты нашла, – сказал Итан. – Она знает, где…

Кристина поспешила в кухню и застыла на пороге, так что Софи и Монстрик чуть не врезались в неё. Быстро попятившись, она прислонилась спиной к стене гостиной:

– Что это?!

– Она пришла из сна мистера Кошмара.

Кристина побледнела, и казалось, её сейчас стошнит.

– Заставьте её уйти.

– Да я тоже об этом думала, – призналась Мэдисон. – Не волнуйся. Полиция уже в пути. – Она помахала в сторону окна. – Первый звонок они приняли за розыгрыш, но мне поверили.

– Женщина-паук нам не враг, – сказала Софи Кристине. – Она нам помогает.

Распластавшись по стене, Кристина словно окаменела.

– Мне всё равно, – проговорила она. – Отошлите её назад. Пожалуйста!

– Наверное, нам стоит отправить её домой до приезда полиции, – рассудил Итан. – Они могут не поверить, что она дружелюбный паучок.

Софи внезапно обняла Кристину:

– Всё почти закончилось. Скоро ты вернёшься к родителям и начнёшь счастливую жизнь. Вот увидишь!

– Пожалуйста, избавься от неё! – умоляла Кристина.

Софи кивнула и вошла в кухню. Женщина-паук с увлечением плела вокруг мистера Кошмара новые и новые слои паутины – и выглядела при этом как заботливая мамаша.

– Извини, что отвлекаю, – произнесла Софи, – но я должна вернуть тебя в сон до приезда полицейских. Они станут задавать вопросы и… В общем, так будет лучше.

К облегчению Софи, паучиха кивнула:

– Понимаю. Мне здесь не место. Воздух давит на меня, и я чувствую тяжесть во всём теле. Я физически не подхожу для вашего мира. Моя истинная сущность где-то в другом месте и вовсе не в теле паука. А пока достаточно того, что даже воспоминание о женщине, которой я была, получило возможность восторжествовать над ним.

– Да, ты одержала триумфальную победу, – подбодрил её Монстрик.

– Спасибо, – с достоинством произнесла женщина-паук. Софи никогда не думала, что пауки могут проявлять королевское величие. – Теперь можешь отправлять меня назад.

Софи достала из кармана последнюю неиспользованную ловушку и с большим сожалением приложила её к женщине-пауку. Та с торжеством победителя поставила ногу на грудь мистеру Кошмару и с довольной улыбкой на человеческом лице растаяла в воздухе. Софи осторожно положила ловушку в рюкзак вместе с остальными и позвала Кристину:

– Всё. Теперь тебя ничто не напугает.

Кристина вошла в кухню и, увидев скрученного на полу мистера Кошмара, остановилась. На лице её мелькнуло неуловимое выражение, которое Софи не успела разгадать.

Издалека раздался вой сирен.

– Едут! – крикнула из гостиной Мэдисон.

Монстрик похлопал Софи по плечу щупальцем:

– Скорее. Мы должны найти твоих родителей. Спроси у неё сейчас.

– Кристина, так ты знаешь…

– Вероятно, он держит их в комнате-сейфе, – ответила Кристина, направляясь к двери подвала. – Она находится под ареной – там в полу есть потайная дверь. Я покажу.

Вместе они спустились по лестнице и прошли мимо балкона, переступая через островки слизи, приставшие к ступеням и стекающие со стен. Кристина открыла красную дверь, ведущую в бойцовский клуб, и вошла.

Софи и Монстрик последовали за ней. Песок был испачкан кровью, на ограде висели клочья шерсти и ещё какая-то гадость. Под скамьями валялись пустые банки из-под пива.

Ни минуты не колеблясь, Кристина повела их на арену.

– Люк спрятан под песком в самом центре, – объяснила она.

Упав на колени, Софи начала раскапывать песок. «Мама! Папа! – кричала её душа. – Я иду!» Песок набивался под ногти и засыпал глаза, но Софи не останавливалась. Рядом всеми щупальцами отчаянно орудовал Монстрик.

Наблюдая за ними, Кристина спросила:

– Твой монстр… Говоришь, он с тобой уже давно?

– Много лет. Он мой лучший друг.

Жаль, что у них нет лопаты.

– Я не знала, что с ними можно дружить, – сказала Кристина. – У меня никогда не было друзей.

Сделав передышку, Софи взглянула на Кристину снизу вверх:

– Мы с тобой будем друзьями.

«Мы уже подружились», – подумала она.

– Что-то есть! – крикнул Монстрик. Он стал копать быстрее и обнажил ручку люка. Софи смела с крышки песок и потянула за ручку – заперто!

Кристина вытащила из кармана ключ, присела рядом с Софи и отперла замок. Когда она подняла крышку, внутрь посыпался песок. Софи заглянула в темноту и позвала:

– Мама! Папа!

– Откуда у тебя ключ? – спросил Монстрик Кристину.

Снизу Софи услышала знакомые родные голоса:

– Софи! – Это родители! – Софи, беги! Спасайся скорее!

– Всё хорошо! – крикнула Софи. – Мы связали мистера Кошмара. Вы в безопасности!

Кристина с ключом в руках отошла от люка.

– Я бы хотела дружить с тобой, Софи, – произнесла она. – Но вряд ли это возможно. Понимаешь, ты сломала мне жизнь. Такое трудно простить. На самом деле мы стали врагами.

Софи оцепенела.

– Что?! – Она не верила своим ушам.

– Всё это – моя жизнь. – Кристина обвела рукой арену. – Бои монстров должны были обеспечить нам будущее. Мои чудовища – замысел отца. Но ты всё разрушила, когда привела паучиху.

– Мистер Кошмар – твой отец?! – поразилась Софи.

– У паучихи было лицо моей матери. Первое чудовище, которое я создала, было гигантским пауком. Моя мать увидела его и позвала Стражей. Сказала, что это ради моего же блага – но нам-то с тобой известно, что они охотятся на таких, как мы. Мы с отцом успели сбежать до их прихода. Он спас меня от Стражей – и от матери.

Софи потрясла головой, словно слова Кристины от этого могли обрести смысл. Это исключено. Кристина не может быть замешана в таких злодеяниях. Она была пленницей! Она такая же, как Софи!

– Мать гонялась за нами много лет, но отец всегда оберегал меня. С помощью этого дома мы собирались построить новую жизнь. – Кристина обвела руками арену и указала в сторону ангара. – Мы бы разбогатели настолько, что мать не смогла бы навредить нам. Настолько, что Стражи не посмели бы забрать меня. Но потом явилась ты.

– Так ты замешана в похищении Мэдисон, Люси и моих родителей?!

– Нам нужно было больше монстров. – Кристина с грустным видом отступала к двери арены. – Я ждала такого, который мог бы сразиться с величайшим чудовищем из моих снов. Мы называем его Чемпионом. Мы берегли его до того времени, пока для него не найдётся достойного противника. Думаю, ты подходишь.

Монстрик взвыл:

– Софи, это западня! – и бросился к Кристине.

Но Кристина вытянула перед собой ловушку – ту, что дала ей Софи, единственную оставшуюся, – и пронзительно свистнула. Из люка Софи услышала рычание, и родители закричали, чтобы она бежала.

Мышцы Софи наконец стали слушаться её, и вслед за Монстриком она ринулась к Кристине и выходу с арены.

Но Чемпион был быстрее. Он выскочил из люка, набросился на Софи и схватил её за лодыжку. Девочка упала лицом на песок. Изогнувшись, чтобы увидеть преследователя, она завопила от ужаса.

Чемпион имел огненно-красную кожу и неимоверно развитые мышцы, прорезанные извивающимися как змеи лиловыми венами. Голову его венчали два изогнутых бычьих рога, а бо́льшую часть лица занимала массивная челюсть с огромными клыками. Хвост был весь покрыт шипами, а когда монстр повернулся, Софи увидела, что спина тоже.

Монстрик, стоящий в одном шаге от Кристины, вытянул щупальце и вырвал у неё из рук ловушку. Потом, крутанувшись на месте, метнулся к Софи и Чемпиону и, набросившись на чудовище, обвил щупальца вокруг его шеи и прижал ловушку к его коже.

– Монстрик, нет! Ты тоже исчезнешь! – Софи пыталась подпрыгнуть и вырвать у него ловушку, но Чемпион замахнулся на неё, и острые когти оцарапали ей руку. Софи вскрикнула, схватилась за рану и снова упала на песок.

Монстрик с Чемпионом стали почти прозрачными. Софи уже видела сквозь мышцы чудовища песок.

– Софи, беги!

– Нет, Монстрик! Брось мне ловушку! Пожалуйста! – Софи вскарабкалась на ноги и кинулась к нему, но рука Чемпиона преградила ей дорогу.

– Беги, Софи! И помни меня!

Нет, она должна что-то сделать! Найти какое-то оружие! Софи огляделась и увидела шест, которым мистер Кошмар тыкал чудовищ. Он был прислонён к ограде снаружи…

Чемпион замахнулся на Монстрика когтистой лапой, сбросил его и швырнул об ограду арены. При ударе Монстрик выронил из щупальца ловушку.

– Монстрик! – закричала Софи. Она не успела добраться до него – Чемпион вильнул хвостом, и её отбросило в сторону.

Подошла Кристина и, подняв ловушку, прижала её к Монстрику.

– Нет! – закричала Софи.

Но Монстрик уже исчез.

Кристина разорвала нити ловушки. Когда капли сна западали на песок, у Софи словно вырвали из груди сердце.

– Теперь ты знаешь, каково это – быть совершенно одной, – объявила Кристина. Потом она выбежала с арены, захлопнула дверь и заперла её за собой.

На балконе заржал конь.

– Она не одна! – раздался сверху голос Итана.

Софи подняла голову. На спине у Искрокопыта сидели Итан и Мэдисон. Пони спикировал на арену и так сильно лягнул Чемпиона, что тот отлетел к ограде и без сознания шлёпнулся на песок.

Итан и Мэдисон спрыгнули с пегаса и вместе прижимали ловушки к телу Чемпиона, пока тот не испарился.

26

Все собрались вокруг Софи.

– Я прилетел, чтобы сообщить, что доставил Люси в книжный магазин, – сказал Искрокопыт. – Боюсь, меня заметили – это женщина, которая представилась как мисс Ли и сказала, что печёт те вкусные кексы. Она угостила меня и согласилась присмотреть за Люси, пока не приедут её родители, чтобы я мог вернуться и протянуть вам копыто помощи.

– Искрокопыт нашёл нас наверху, – вставил Итан, – и мы все пошли искать вас… Мне очень жаль Монстрика.

Боясь разрыдаться, Софи лишь кивнула.

– Верни меня назад в сон, пока меня никто не видит, – попросил Искрокопыт. – Ты должна по возможности хранить свою тайну. А яблоки будешь должна.

– Полиция уже здесь, – сказала Мэдисон. – Они как раз подъезжали, когда Искрокопыт приземлился на заднем дворе, и войдут сюда с минуты на минуту.

Софи знала, что должна попрощаться и поблагодарить крылатого пони, но она словно онемела и видела всё как сквозь толстый целлофан. Кто-то передал ей неиспользованную ловушку, и девочка приложила её к пегасу.

Затем она убрала эту ловушку и ту, что поглотила Чемпиона, в рюкзак. Последнюю она хотела разорвать в клочья, но не стала. Чудовище же не виновато, что Кристина сотворила его таким. Монстрик как-то сказал, что сновидец меняет сны – вот почему все создания Кристины были такими ужасными.

– Она сбежала? – спросила Софи. Хотя какой смысл спрашивать? Пока они боролись с Чемпионом, у Кристины было полно времени, чтобы скрыться. Софи услышала над головой в гостиной тяжёлые шаги – наверное, полиция уже ворвалась в дом. Скоро они найдут мистера Кошмара, связанного паутиной.

Мэдисон кивнула:

– Я видела, как она сматывалась через дверь подвала, но чудовище…

– Я знаю. – Софи встала и направилась к люку.

– Как ты думаешь, там, внизу, есть ещё страшилища? – спросила Мэдисон. – Потому что меня до чёртиков утомили все эти монстры.

Итан подтолкнул её локтем.

– Ой, извини, Софи, – спохватилась Мэдисон. – Кроме одного…

Софи велела себе не плакать. Она поплачет позже, когда останется одна. Сейчас она должна освободить родителей, пока полиция не обследовала подвал. Она спрыгнула в люк.

Когда глаза привыкли к тусклому освещению, Софи увидела помещение с цементными стенами и решёткой посередине. Внутри стояли два чана – для воды и для пищи. Тут воняло так, что Софи стало мутить. Оглядываясь, она дышала через рот – и вдруг поняла, что помещение за решёткой предназначалось не для Чемпиона. Он жил снаружи клетки, в которой сидели её родители.

– Софи! – закричала мать, бросаясь к решётке.

– Ты цела! – воскликнул отец.

Софи подбежала к двери камеры, и родители просунули руки между прутьями решётки, чтобы коснуться её.

– Как мне вас выпустить? – спросила Софи.

Отец указал на стену:

– Ключ!

Трясущимися руками Софи сняла ключ с крючка и попыталась отпереть дверь, но руки не слушались. Она сделала глубокий вдох и попыталась сосредоточиться.

– Давай я, – подошла Мэдисон и отперла замок.

Софи не знала, что Мэдисон тоже спустилась в люк. В полутьме она различила и Итана.

Девочка вбежала в камеру. Мама и папа прижали её к себе и зарыдали. Софи не плакала, но обнимала родителей крепко как никогда. Казалось, она потеряла часть себя.

Они говорили ей ласковые слова, а Софи повела их к люку и взглянула наверх. Лестницы не было. Как же им выбраться отсюда?

В просвете люка появилось женское лицо:

– Здесь есть кто-нибудь?

– Мисс Ли?! – с удивлением спросила Софи.

– Джиа?! – поразилась мама.

– Кто это? – забеспокоилась Мэдисон. – Что происходит?

Мисс Ли свесилась и протянула руку:

– Вылезайте скорее. У полиции возникнет много вопросов, и, когда они начнут обыскивать подвал, лучше, если вас троих здесь не будет – а они уже в доме.

Никто не пошевелился.

– Кто вы? – спросил отец.

– Я ваша соседка, – ответила мисс Ли. – Вы можете просто поверить, что я пришла по дружбе?

Крепко обняв Софи, родители покачали головой.

Мисс Ли вздохнула:

– Я из организации, которая наблюдает за злоупотреблением снами. Я получила задание следить за вашим семейным магазином и проверять ваших клиентов.

– Вы из Ночных Стражей, – ровно произнёс отец.

– Да, – кивнула мисс Ли.

Родители ещё крепче обняли Софи.

– Что ещё за Ночные Стражи? – спросила Мэдисон.

– Жаль, что я не смогла вмешаться раньше, но у нас было мало информации. – Мисс Ли снова вздохнула. – Только когда прибыл пегас с девочкой, я смогла отследить вас. Пойдёмте, надо торопиться.

– Я ничего не понимаю. Вы из Стражей?! – Софи пыталась совместить свои воспоминания о мисс Ли – милой, неуверенной в себе, пахнущей выпечкой женщине – с образом Стражей, мрачным и ужасающим. Она не могла поверить, что мисс Ли одна из них.

– Мы доверяли вам, – словно выражая мысли Софи, проговорил отец.

– Вы и сейчас можете мне доверять, – сказала мисс Ли. – Я пришла помочь вам.

– Но Ночные Стражи ненавидят нас, – возразила Софи. – Они хотят уничтожить магазины снов.

Мисс Ли покачала головой:

– У вас неверные сведения. Мы не препятствуем работе магазинов снов, а пресекаем деятельность таких людей, как мистер Кошмар, которые злоупотребляют снами.

Софи не столько увидела, сколько почувствовала, что родители переглянулись. Она знала, что мама и папа так общаются.

– Мы даже благодарны вам, – продолжала мисс Ли. – Вы помогли разоблачить одного из крупнейших торговцев существами из снов. А теперь прошу вас, поднимайтесь. Время поджимает. Пойдёмте со мной.

Родители снова переглянулись.

– Хорошо, – серьёзно произнесла мама.

Мисс Ли, оказавшаяся на удивление сильной, вытащила их из люка. Она улыбалась приветливой, ободряющей улыбкой, которую Софи так хорошо знала. Девочке казалось, что весь мир опрокинулся вверх ногами и вывернулся наизнанку. Монстрик исчез, а Стражи оказались не злодеями. Две постоянные величины её жизни улетучились в несколько мгновений.

– На улице стоят машины «Скорой помощи», – сообщила мисс Ли Мэдисон и Итану. – Медики осмотрят вас, а потом полиция снимет с вас показания. Они уже разговаривают с Люси. Скажите, что вас похитили и держали в подвале, но не упоминайте о монстрах, крылатых конях и снах. Вы меня поняли? Обычным полицейским не нужны лишние сведения, им достаточно знать, что мистер Кошмар виновен в похищении. Если вы не проговоритесь, его надолго упекут за решётку.

– Но… – начал Итан.

– Простите, что приходится обременять вас этой просьбой, но вы должны сохранить тайну.

– Почему это? – не поняла Мэдисон.

– Позже объясню, – пообещала мисс Ли. – Нужно вернуть вас обоих в привычную жизнь. Вот ваши родители обрадуются! Запомните мои слова: если хотите, чтобы вам верили, исключите из рассказа небылицы. – Она повернулась к родителям Софи. – Мы отправим к вам бригаду врачей, а позже я поговорю с вами о том, почему вам не удалось скрыть способности Софи. Её нужно поставить на учёт и обучить, чтобы ни с ней, ни с другими не случилось ничего плохого. Видите, какой вред может нанести обществу неподконтрольный человек, который не видит снов.

– Но ведь она ещё ребёнок, – запротестовал отец.

– Кристина тоже, но она… – Софи не могла заставить себя выговаривать слова. Тогда её несчастье стало бы слишком реальным. – Монстрик… Он спас меня. – Голос Софи надломился.

Мама погладила её по голове и воскликнула:

– Вы не можете забрать её у нас!

– Зачем мне забирать её? – удивилась мисс Ли. – Она ваша дочь. Мы, Ночные Стражи, не отбираем детей у родителей. Наша цель – контролировать таких людей. Мы делаем доброе дело.

– Вы работаете в полиции? – полюбопытствовала Мэдисон. – В секретном отделе правительства?

– Тайные агенты? – высказал догадку Итан.

– Пока вам нужно знать только, что подобные ситуации – форс-мажор, – уклонилась от прямого ответа мисс Ли. – Когда минует кризис, я смогу ответить на ваши вопросы. – Потом она повернулась к Софи и её родителям: – Идёмте быстрее.

– Подождите! А как быть с дистиллятором? – окликнул её Итан. – И со снами в бутылках? Мистер Кошмар украл их десятки – мы видели пустые полки.

– Наш магазин не может работать без дистиллятора, – сказал отец. – Если вы не намереваетесь закрыть наш бизнес, нам нужно его вернуть.

– Я позабочусь об этом, – пообещала мисс Ли.

– А ещё остались кролики, – напомнил Итан. – Множество. Некоторые разноцветные.

Мисс Ли помедлила:

– Разноцветные кролики?

– В одежде, – добавила Мэдисон. – Они вроде ниндзя. Странноватые такие.

– Мы этим займёмся, – заключила мисс Ли. Она подтолкнула Мэдисон и Итана к лестнице, ведущей на кухню, и повела Софи и её родителей к заднему выходу из подвала.

Софи удивило, что на улице всё ещё стояла ночь. Она не могла вычислить, который час и когда именно она потеряла Монстрика.

Пока остальных осматривали врачи «Скорой помощи», Софи с родителями повезли домой в белой машине без номерных знаков. Вопросов никто не задавал.

27

Весь следующий день Софи проспала.

Она слышала, что родители несколько раз заглядывали проведать её, на цыпочках входили в комнату и удалялись, осторожно закрыв за собой дверь. Каждый раз, когда они появлялись, Софи плотно сжимала веки и ровно дышала.

Наконец она проголодалась.

Софи открыла глаза. Постель была холодной. Вытянув ноги, девочка не почувствовала тепла Монстрика в ногах кровати. Она села. Было тихо. Софи не услышала голоса лохматого друга, требующего, чтобы она снова легла спать или принесла ему кекс. Впервые за много лет она находилась одна в своей комнате, и внезапно ей захотелось бежать отсюда куда глаза глядят.

Софи встала и сунула ноги в тапочки. Они не согрели её ног. Софи спустилась по лестнице в кухню, надеясь, что родители в магазине. Но ей не повезло: мама и папа сидели в гостиной, словно ожидали её. У обоих под глазами были похожие на синяки тёмные круги, и Софи заключила, что спать они так и не ложились.

Мама поднялась из кресла-качалки, но не двинулась к Софи.

– Ты проявила большую храбрость, – сказала она. – Хочу, чтобы ты это знала.

Софи заметила, что разбросанные книги снова составлены стопками и отодвинуты к стене, так что впервые за многие годы проход к кухне освободился и деревянный пол поблёскивал в лучах солнца. Девочка уже и забыла, как он выглядит. Кажется, родители ещё и вытерли повсюду пыль – вся комната сияла.

Отец сидел на диване с закрытой книгой на коленях. У Софи возникло впечатление, что он оставался в таком положении много часов.

– Ты хочешь поговорить о случившемся?

Софи попыталась собрать силы для ответа, но их не нашлось. Она подошла к холодильнику и открыла его.

– Хочешь есть? – Отец отбросил книгу и встал. – Могу что-нибудь приготовить. Сэндвич с сыром и салат из помидоров подойдут?

– Да, – кивнула Софи. Легче было согласиться, чем думать, чего именно она хочет. А хотела она, чтобы рядом был Монстрик. И больше ничего. Она увидела на столе кексы, и подбородок у неё задрожал. Софи отвернулась с мыслью, что никогда больше не съест ни одного кекса.

– Мы тоже скучаем по нему, дорогая, – проговорила мама.

– Знаю. – Произносить слова было тяжело, и голос получился слабым, словно отдалённым. Но она не заплачет. Нет, не заплачет. Монстрик терпеть не мог её слёз – жаловался, что она мочит ему шкурку.

Софи села за стол, а отец тем временем разогревал сковороду и намазывал хлеб маслом. Наблюдая за ним, девочка спросила:

– Что имела в виду мисс Ли, когда говорила, что меня надо поставить на учёт и обучить?

Мать с отцом переглянулись, ведя свой обычный безмолвный диалог.

– Ты не единственная обладаешь таким… даром, – ответил отец.

– Это я уже поняла. – Вспомнив о Кристине, она почувствовала тошноту. Есть внезапно расхотелось.

– Сколько ещё таких, как я?

– Неизвестно, – пожала плечами мама. – Может, единицы, а может, сотни. Большинству людей никогда не попадают в руки жидкие сны, так что никто не знает, сколько тех, кто не видит снов.

– В том числе и поэтому тебе нельзя рассказывать о своих способностях, и потому Стражи наблюдают за такими людьми, как ты, – объяснил отец. Он положил на сковороду второй сэндвич и бросил быстрый взгляд на Софи, словно проверяя, как она восприняла эту новость. – Если такой человек знает о своих возможностях и получает доступ к снам… представь, что будет, когда тысячи людей начнут пить сны и приводить в реальный мир их персонажей.

– Монстры, демоны, вампиры, оборотни, всяческие страшилища стали бы появляться повсюду, – подхватила мама, сев за стол напротив Софи.

Девочка задрожала:

– Но ведь в снах есть и приятные существа. Бывают ведь хорошие сны. – Вот Монстрик был дружелюбным.

– Да, но Ночные Стражи считают, что плохие перевешивают, – объяснила мама. – Мисс Ли говорит, что…

– Она приходила? – перебила Софи.

Отец кивнул:

– Пока ты спала.

– Способность переносить сны в реальность… это редкий и опасный дар, – продолжала убеждать Софи мать. – Последствия твоих поступков могут стать катастрофическими.

Отец тяжело вздохнул:

– Мы не хотели, чтобы ты несла на плечах такой груз, надеялись, что сможем оградить тебя от всех проблем. Если не пить сны, не будет и вреда. Мы объяснили тебе правила и думали, что этого достаточно.

– Простите меня, – тихим голосом произнесла Софи.

Мама грустно улыбнулась и коснулась руки дочери:

– Мы не сердимся на тебя, Софи. Ты всё правильно сделала. Ты считала, что одна такая, и не знала, что кто-то может тебе помочь. Честно говоря, мы тоже не знали. Мы всегда были уверены, что Ночные Стражи наши враги. Но независимо от этого нам следовало рассказать тебе больше.

– Так расскажите теперь! – воскликнула Софи.

– Обязательно, – кивнул отец, в очередной раз переглянувшись с матерью. – Мисс Ли права: тебя надо обучать. Она найдёт наставника, который даст тебе необходимые знания. Она говорит, что таким людям, как ты, опасно пить сны, и, если тебя надлежащим образом не подготовить, ты можешь нанести вред себе или окружающим.

Софи вспомнила о головной боли после двух последних путешествий в сны и подумала, не это ли имела в виду мисс Ли – или что-то ещё хуже.

– Софи… – Мама замолчала, словно подбирая нужные слова. – Ты должна знать, что с этой минуты и до конца жизни за тобой будут наблюдать мисс Ли и её коллеги… Ночным Стражам теперь известно про тебя. – Мама поколебалась. – Может, они и не враги нам, как мы считали, но это вовсе не значит, что они наши друзья. Тебе нужно быть осторожной.

Без Монстрика Софи было всё равно.

– Я всегда осторожна, – сказала она.

– А теперь надо проявлять ещё бо́льшую осторожность, – настаивала мама. – Конечно, напрасно мы боялись Ночных Стражей и приучили тебя бояться их. Но, как бы ни мила была мисс Ли, это не значит, что она действует в твоих интересах.

– Не теряй своих друзей, – посоветовал отец, и мама кивнула. Она достала из шкафа блюдо, и отец нарезал помидоры.

– У меня нет друзей! – ответила Софи. Она встала из-за стола и, едва сдерживая слёзы, направилась к лестнице.

– Софи, а как же сэндвич? – окликнул её отец.

– Я не голодна.

Софи взбежала по лестнице и бросилась на пустую кровать. Оставшись одна в своей комнате, она наконец заплакала.

* * *

На следующее утро Софи проснулась и увидела, что сквозь занавески пробивается солнечный свет. Она села, и ей не захотелось снова лезть под одеяло. Девочка приняла душ, оделась и побрела вниз. Родители опять были в кухне. Глаза у матери покраснели, словно она тоже плакала, а отец выглядел так, будто не спал несколько суток.

– Забыла поставить будильник, – сказала Софи. – Я пропустила автобус?

– Если не хочешь сегодня идти в школу, не ходи, – ответил отец. – Мы сообщим, что ты приболела. Отдохни ещё немного.

– Я больше не хочу отдыхать и не могу оставаться здесь.

Каждая комната хранила миллион воспоминаний. Софи всё ещё ожидала, что краем глаза увидит Монстрика, услышит, как он своим суховатым голосом комментирует вкус завтрака, или её домашнее задание, или…

Мама кивнула:

– Тебе будет полезно вернуться к обычной жизни.

– Давай я приготовлю тебе завтрак, – предложил отец. Не дожидаясь ответа, он открыл холодильник, проверил срок годности йогурта и выбросил его. – Йогурт отменяется. Хлопья? Блинчики? Вафли? Хочешь, я испеку тончайшие вафли с клубничным джемом и взбитыми сливками?

– Дорогой, у нас нет клубничного джема и взбитых сливок, – напомнила мама.

– Она всё равно откажется, – усмехнулся отец. – Так позволь мне хотя бы помечтать.

Софи захотелось улыбнуться, но ничего не получилось. Казалось, она больше никогда не будет улыбаться. Это было бы оскорблением памяти Монстрика.

– Согласна на хлопья, – ответила девочка и пошла к шкафу за миской и коробкой с сухим завтраком. Потом села за стол и насыпала себе хлопья. Отец налил ей молока, а мама вручила ложку.

Пока она ела, родители суетливо хлопотали вокруг, словно боялись, что она взорвётся. Пора уходить. Школа принесёт облегчение. Там её никто не замечает и она снова может притворяться, что её не существует. Софи покончила с завтраком в рекордное время, взяла рюкзак, вспомнила, что не сделала уроки, и направилась вниз по лестнице к выходу.

Родители семенили за ней по пятам как потерявшиеся щенки.

– Люблю тебя, тыковка, – сказал ей вслед отец.

Софи помедлила, держа руку на ручке двери. От неё ждали ответа «Люблю тебя, кабачок», потом мама упомянула бы другой овощ, а потом Монстрик дразнил бы их перечислением всех овощей и фруктов, которые приходили в голову. Но Монстрика больше не было, и слова застряли у Софи в горле.

– Увидимся после школы, – только и произнесла она, вышла из дома и, не оглядываясь, зашагала к школьному автобусу.

* * *

На автобусной остановке всё казалось обычным. Женщина с маленьким сыном снова попыталась заговорить с Софи, но девочка от неё отвернулась. Мальчишки толкали друг друга на проезжую часть. Две школьницы шептались, хихикали и ни разу не взглянули на Софи. Подошёл автобус, Софи забралась внутрь и села одна.

В школе она ходила по коридору, не встречаясь ни с кем глазами. Она нарочно не заходила в туалет, где Монстрик забирался на потолок, и избегала кабинета музыки, где они вступили в бой с серым жирафом. У шкафчика Софи меняла учебники и тетради. Там не было ни поздравительных открыток, ни исчезнувших ловушек, вообще ничего необычного, и Софи убеждала себя, что это к лучшему. Опасность миновала, и жизнь – по крайней мере внешне – возвращалась в обычную колею, если не считать того, что сердце непрестанно ныло.

На уроках она не поднимала головы, слушала учителей вполуха, делала какие-то разрозненные записи, абсолютно в них не вдумывалась. Таким образом она отсидела несколько уроков, а потом настало время обеда.

Софи забросила тетради в шкафчик, и поток школьников увлёк её в буфет. Она встала в очередь и не замечала, как вперёд пристраиваются всё больше и больше учеников. Софи рассеянно смотрела на упаковки шоколадного молока. Всё напоминало ей о Монстрике. Неужели так будет всегда? Софи взяла наугад несколько блюд и села за пустой столик. Расставив перед собой еду, она просто сидела и смотрела на неё. Есть не хотелось.

Вдруг на стол опустились два подноса. Софи удивилась, почему их обладатели не выбрали свободный стол.

– Привет, соня! Хватит мечтать, – раздался знакомый пронзительный голос.

Софи подняла глаза.

Напротив неё устроилась Мэдисон, а рядом с Софи сидел Итан.

– Ты опять взяла пастушью запеканку? – поинтересовался он. – Намеренно?

– Явно нет. – Мэдисон протянула руку и поменяла тарелку с запеканкой на сэндвич с яйцом. – Съешь лучше это.

Софи взяла половину сэндвича:

– Спасибо. Почему вы здесь сели? И почему так приветливы со мной? – Она посмотрела на Мэдисон, потом на сэндвич и подумала: наверное, он отравлен или на него кто-то плюнул. Ещё два дня назад Мэдисон скорее бы пришла в школу голой, чем стала при всех разговаривать с Софи.

– Хочешь верь, хочешь нет, но схватка с вымышленными существами после того, как тебя похитил жуткий тип, поразительно сплачивает, – усмехнулась Мэдисон.

Итан пожал плечами:

– Мы больше ни с кем не можем об этом поговорить.

Софи положила сэндвич на тарелку:

– Я не хочу об этом разговаривать.

– Ну, тогда мы поговорим рядом с тобой, – весело произнесла Мэдисон. Она наклонилась вперёд и заговорщицки прошептала: – Любопытно, что случилось с розовыми кроликами. Как вы думаете, их всех поймали?

– Может быть. А может, они ускользнули из дома. А где, интересно, Кристина? – спросил Итан. – Правда ли, что мистер Кошмар её отец? Если да, то мои родители, похоже, не так уж и плохи. Безразличие лучше, чем откровенное зло.

– В самом деле, – согласилась Мэдисон.

– Я не удивлюсь, если Стражи уже нашли её, – продолжал Итан.

Софи наблюдала за тем, как эти двое беседовали о событиях, которые ещё совсем недавно считали невозможными. Но теперь ребята казались… увлечёнными и даже счастливыми.

– Разве вы не злитесь на меня? – спросила она. – Ведь если бы не я, с вами бы ничего такого не случилось.

Итан и Мэдисон удивлённо взглянули на неё и переглянулись, совсем как её родители. И она поняла, что они разговаривают друг с другом. Или даже обсуждают её.

– Кстати, – сказала Мэдисон. Она достала из кармана ловушку и положила её на поднос Софи. – Мы хотим получать свои проценты. Нам кажется это справедливым. После школы обсудим подробности. А если во снах будет много личного, надеемся, что твои родители не станут продавать их.

Итан тоже отдал Софи свою ловушку:

– А эта не для продажи, а лично для тебя.

Софи залилась краской:

– Я… я не понимаю.

– Ты нам нравишься, Софи, – сказал Итан. – Даже если тебе этого не хочется.

– Не то чтобы мы вдруг решили, что ты прикольная, – добавила Мэдисон. – Я вовсе не хочу становиться твоей лучшей подругой. Но сегодня после школы встречаемся у тебя.

Мэдисон и Итан оба закивали.

Софи, кажется, улыбалась.

28

После школы они встретились в магазине снов.

Итан сидел на лестнице и подбрасывал в воздух мячик. Мэдисон возле сновизора подпиливала ногти.

Софи под руководством отца дистиллировала сон: прогоняла по трубкам сверкающую золотыми искрами жидкость. Отец шёпотом наставлял её:

– Этот рычаг. Так. Теперь этот, скорее. Отлично.

Софи провела жидкость по другой трубке, взбалтывая её до тех пор, пока она не приобрела равномерное свечение.

– У тебя хорошее чутьё, – похвалил отец.

Софи не ответила – она сосредоточенно следила за продвижением вязкой мерцающей массы по спиральной трубке. Отец нажал на очередной рычаг, и жидкость, ярко сверкая, быстро потекла налево.

– Давай бутылку, – сказал отец.

Софи побежала к стеллажам, принесла пустую бутылку из синего стекла и поставила её под кран. Капля за каплей сон Итана стёк туда. Около сновизора ждала мама.

Итан в очередной раз поймал мяч, подошёл и встал рядом с Софи.

Все столпились около прибора для просмотра снов. Софи вглядывалась в завихрения облаков в резервуаре. За стеклом возник школьный музыкальный кабинет и Монстрик, который стоял перед Итаном, защищая его от серого жирафа. Потом Софи с Монстриком в рюкзаке оказалась в автобусе по пути домой, затем на велосипеде, когда его затошнило. По щекам девочки побежали слёзы.

Затем показалась ночная радуга. Софи с Монстриком на руках съезжала к дому. Потом изображение снова дёрнулось, и появилось жилище мистера Кошмара – сначала гараж, потом кусты, дальше дверь подвала и балкон над ареной. На ринге стоял Чемпион, и Софи увидела, как упала на песок… и отвернулась. Она не хотела видеть то, что произошло дальше. Софи прокручивала в мозгу это мгновение снова и снова и упрекала себя: если бы только она двигалась быстрее, если бы только она не была такой доверчивой, если бы…

– Погоди-ка, Софи, – сказал отец.

Девочка неохотно взглянула на экран. Она не понимала, зачем Итан так настаивал, чтобы она посмотрела его сон. Он представлял собой скорее последовательность воспоминаний, чем новое сновидение, а Софи не хотела этого помнить. Она не желала переживать несчастье заново. Софи обхватила себя руками, а сон уже снова стёк в бутылку.

Мама вытащила бутылку из-под крана и передала Софи:

– Выпей.

Друзья с надеждой в глазах улыбались ей. И внезапно Софи поняла, почему Итан принёс ей этот сон: в нём был Монстрик. Живой Монстрик вместе с ней.

Дрожащими руками Софи поднесла бутылку ко рту и выпила жидкость.

* * *

Она находилась в школе в кабинете музыки с Монстриком, Итаном и серым жирафом, и дежавю было таким острым, что Софи не могла двинуться с места… пока не вспомнила, что это сон.

Девочка подошла к человекожирафу и вытащила из кармана деревянный круг. Поначалу Софи задумалась: как здесь оказалась ловушка? подействует ли она во сне? Но потом решила: если поверить, что подействует, так и будет. Ни слова не говоря, Софи приложила ловушку к шкуре существа. Серое чудовище занесло над ней когтистую лапу, но вдруг стало таять и наконец пропало.

Итан сжался от ужаса возле пианино. Софи не стала с ним разговаривать, а направилась прямо к Монстрику и присела рядом с ним.

– Это в самом деле ты? – спросила она.

– Я что, сплю? – проговорил Монстрик. – Кажется, да. Я помню всё, что случится дальше, или, вернее, уже случилось – например, ту тошнотворную поездку на велосипеде.

– Собственно говоря, спит Итан. Спал. А теперь сплю я.

– Неужели ты хочешь снова вызвать меня к жизни? И у меня будет клон? Это значит, один из нас будет хорошим, другой плохим, и каждый раз, когда я буду совершать дурной поступок, я буду винить своего двойника?

– Никаких двойников, – сказала Софи. – Мне нужен ты.

– Правда? Почему?

– Ну, ты… – Софи с трудом произнесла: – Ты… умер.

Монстрик вытянул шею и оглядел свой живот и спину, потом попробовал поводить щупальцами:

– Забавно. А я чувствую себя вполне живым. Это тот ужасный Чемпион на ринге уничтожил меня?

– Вообще-то Кристина.

– Та, которой ты обрадовалась как вновь обретённому члену семьи?

– Ты моя семья, – возразила Софи. – И я хочу, чтобы ты вернулся домой. – В голову ей пришла ужасная мысль: – Или ты не хочешь? – Ведь он вернулся в сон, где ему и положено быть. – Однажды ты сказал, что сновидец меняет сон… Ты хочешь остаться здесь? Быть самим собой? – Произнести эти слова было больно, но необходимо: она не могла принуждать его.

– Где бы ты ни был рождён – во сне или в реальном мире, – тебя меняют те, кого ты любишь. И это не так уж и плохо.

– Так ты хочешь пойти со мной? – спросила Софи. Она хотела услышать его ответ.

– Конечно, Софи. Ты же мой лучший друг, – сказал Монстрик. Софи радостно обняла его, и он добавил: – К тому же ты меня кормишь.

Софи заулыбалась.

Монстрик обвил щупальцами её за шею.

– Хорошо, – проговорил он. – Давай просыпаться, пока мы не перешли к страшной части сна. Знаешь, я вообще-то не люблю кошмаров.

– Серьёзно?

– Это большой секрет. Не говори никому, ладно?

Софи засмеялась, но тут её испугала ещё одна мысль:

– А это действительно ты? Ведь сон приснился Итану, а он знает тебя совсем недолго.

– Теперь это твой сон, – ответил Монстрик. – Ты видишь его, Софи, и его происхождение не имеет значения. Твой мозг рисует картины. Твоя душа чувствует. И, Софи… где бы я ни был, я всегда буду с тобой, в твоей душе и в твоей памяти. Там моё место, потому что я так решил.

– Обещаешь? – спросила Софи.

– То, что ты любишь, никогда не умирает. – Монстрик коснулся одним щупальцем лба девочки, а другим её сердца. – Поверь мне, Софи, даже если это звучит как предсказание в печенье. Кстати говоря, я проголодался. Может, мы уже проснёмся? Пора перекусить.

И Софи проснулась.

Открыв глаза, она увидела, что лежит в магазине снов на горе подушек, а все обступили её плотным кольцом. Девочка засомневалась, спит она ещё или уже бодрствует. Рядом с ней свернулся тёплый пушистый комочек. Софи поморгала и взглянула на него.

Монстрик поднял голову и уголком рта проговорил:

– Софи, что это они все на меня так уставились? Неужели у меня выросли рога?

Отец присел рядом с Софи и Монстриком.

– Монстрик! Ты нас помнишь? – осторожно спросил он.

– Ну да. Это что, вопрос с подвохом? – теснее прижавшись к Софи, он прошептал: – Софи, твой папа случайно не заболел?

– Он просто волнуется, потому что некоторое время ты был мёртв. – Голос Софи дрогнул, ей захотелось плакать. Глаза зачесались, в горле встал ком.

– Сны не умирают, – заявил Монстрик.

– Но их можно потерять. – Софи обняла его.

Монстрик обвил её щупальцами:

– А потом снова найти.

Родители переглянулись, и мама спросила:

– Монстрик, если я тебе скажу, что ты можешь съесть одного ребёнка, что ты ответишь?

Монстрик оживился:

– Я отвечу «Где кетчуп?»!

Мама улыбнулась:

– Это он.

Родители и друзья придвинулись ближе, стали хлопать Софи по плечу и гладить Монстрика по голове. Все одновременно что-то говорили.

– Ух ты! – воскликнул Монстрик. – Прямо как на вечеринке. – Он с надеждой взглянул на Мэдисон: – Чтобы внести ясность… Это была шутка, да? Насчёт кетчупа?

– Да, – в один голос произнесли Софи, мама и папа.

– Ну конечно. – Он с некоторым разочарованием похлопал Мэдисон по руке. Та, смешавшись, нахмурилась. Софи пыталась сдержать смех. – А кексы есть?

Софи обняла его и сказала:

– Для тебя – сколько угодно.

Благодарности

Я хочу поблагодарить чудовищ под моей кроватью, в стенном шкафу, в подвале за поддержку и вдохновение, а также за то, что не съели меня. Вы, ребята, настоящие друзья. С меня воображаемый тортик. Я также благодарю моего замечательного агента Андреа Сомберг, восхитительного редактора Энн Хопп, чудесного издателя Дину Стивенсон и всех других потрясающих сотрудников «Клэрион Букс» и «Хоутон Миффлин Харкорт» за то, что превратили этот сон в реальность. Большое спасибо и заверения в любви моей семье, и особенно мужу и детям, которые лучше любого сна и благодаря которым я просыпаюсь счастливой.

Примечания

1

Монстрик говорит об эпизоде из диснеевского мультфильма «Русалочка», где краб поёт песню «В мире морском», а Русалочка слушает. (Здесь и далее – прим. переводчика.)

2

Площадь в Нью-Йорке.

3

Острое мексиканское блюдо из тушёного мяса и кукурузы.

4

В американских школах есть ряд обязательных предметов, а остальные ученики выбирают сами, поэтому на разных уроках класс учится в разном составе.

5

Отрывок из монолога Ромео из пьесы У. Шекспира «Ромео и Джульетта».

6

Всемирный центр отдыха Уолта Диснея – самый большой центр развлечений в мире, расположенный около города Орландо, штат Флорида.

7

Здание в «Диснейуорлде», построенное по образцам средневековых европейских замков.

8

Вымышленные миры из циклов книг Клайва Льюиса «Хроники Нарнии» и Лаймена Баума «Удивительный волшебник из страны Оз».

9

Первая книга из цикла «Хроники Нарнии».

10

Роман Мадлен Л’Энгл.

Content

Сара Бет Дёрст
Девочка, которая не видела снов

Примечания