Кэтти Уильямс

Второй шанс на счастье

The Secret Sanchez Heir

© 2017 by Cathy Williams

«Второй шанс на счастье»

© «Центрполиграф», 2019

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2019

Глава 1

Из окна рабочего кабинета, уединенно расположенного в западном крыле огромного загородного особняка, Леандро Санчес словно с высоты птичьего полета обозревал картину того, что можно было однозначно назвать неизбежным крахом его шестимесячных отношений с Розалиндой Дюваль.

Шел седьмой час вечера, и последние фургоны, доставившие в его особняк еду, напитки и предметы праздничного убранства, в том числе и нелепую ледяную скульптуру, выставленную в холле, покидали поместье. Специально приобретенные китайские фонарики, развешанные вдоль дорожки, ведущей к дому, мерцали среди медленно кружащихся снежинок.

Испытывая отвращение к происходящему, Леандро воспроизвел в памяти события последних трех часов. Едва он успел вернуться ночным авиарейсом из деловой поездки в Нью-Йорк, как на него обрушился шквал эсэмэсок от Розалинды с требованием немедленного прибытия в загородный особняк, где его ждет сюрприз.

Леандро терпеть не мог сюрпризов. Тем более сейчас, когда он, проведя неделю в Нью-Йорке, отчетливо уяснил себе, что его отношения с откровенно претендующей на роль супруги Розалиндой Дюваль подошли к логическому завершению.

С формальной точки зрения Розалинда подходила ему по всем статьям – была красивой, хорошо воспитанной и независимой в материальном отношении. Ее родители, хотя и не были столь же богатыми, как Леандро, относились к вымирающей породе так называемой потомственной британской аристократии. К тому же она дружила с его сестрой Сесилией, которая и подстроила их встречу.

Леандро не был заинтересован в серьезных взаимоотношениях, но на момент встречи оказался… неприкаянным. И Розалинда заполнила пустующую нишу с обещанием чего-то иного, особенного, нетривиального. Однако ничего особенного не случилось.

В силу своего происхождения и воспитания она была уверена, что любое ее требование будет тут же удовлетворяться. Будучи единственным ребенком, она привыкла всегда поступать по-своему, и тот факт, что ей уже под тридцать, не мешал Розалинде при случае топать ногами и бурно выходить из себя, если что-либо шло не так, как она хотела. Она всегда находилась в центре внимания и не видела причин для того, чтобы Леандро вел себя по отношению к ней не так, как другие.

Розалинда требовала от него постоянного внимания, часто звонила, иногда по несколько раз на день, в полной мере пользовалась кредитной картой Леандро, не находя ничего особенного в том, чтобы покупать по ней все, что бы ей ни приглянулось, – от ювелирных украшений и одежды до чрезвычайно дорогой спортивной машины. И наконец, обручальное кольцо, которое, к ужасу Леандро, оказалось тем самым сюрпризом, ожидавшим его по возвращении из Нью-Йорка.

– Специальная доставка! – Розалинда просто сияла, контролируя, как приходит и уходит бессчетное количество курьеров, суетятся рабочие, собирая и устанавливая на места все необходимое для вечеринки по случаю их помолвки, запланированной на следующий день. – Кольцо доставят к тому моменту, когда мы выстрелим пробкой от шампанского перед праздничным ужином и официально объявим о нашей помолвке. Мама с папой уже заждались внуков, и я не вижу смысла тянуть дольше. Мы оба достигли того возраста, когда просто необходимо сделать следующий шаг в отношениях. Дорогой, понимая, что ты, как большинство мужчин, и не задумывался ни о чем подобном, я решила взять инициативу в этом деле на себя.

Леандро пронаблюдал из окна, как исчезает из виду последний фургон, и направился в кухню, по пути отмечая последствия спешного отъезда всех из его дома. Нелепая ледяная скульптура в виде обнявшейся пары, установленная в холле, пока еще была на месте, но ее судьба уже была предрешена. Ему явно придется нанять команду уборщиков, чтобы вернуть особняку его прежний вид.

Леандро очень хотелось сейчас чего-нибудь выпить, и покрепче. Пресловутое обручальное кольцо уже на пути сюда. Он задумался, что ему с ним делать. Оно стоило целого состояния. Бриллиант безупречного качества, как следовало из описания кольца в баснословном счете, отправленном ему воодушевленной Розалиндой. Оставить у себя или, может быть, подарить его ей? Просто так, не как обручальное. Леандро поморщился, усомнившись в том, что этот его жест будет воспринят с радостью.

В кухне Джулия, его экономка, занималась уборкой, ликвидируя последствия приготовлений к торжеству.

– Будет еще одна, последняя доставка, – рассеянно произнес он, наливая в бокал виски. Затем взглянул на Джулию, женщину средних лет, следившую за порядком в особняке. – Мне нужно будет то, что доставят, лично отослать обратно. Когда прибудет курьер, дайте мне знать, Джулия. Вы найдете меня в рабочем кабинете. Это не займет более десяти минут, и затем вы можете быть свободной. А утром прибудут уборщики, чтобы помочь вам справиться с этим… беспорядком.

Возвратившись в кабинет и задернув шторы на окнах, за которыми снег уже просто валил, Леандро погрузился в воспоминания.

Он размышлял о Розалинде, о той цепочке событий, которая привела ее в его жизнь. Она умудрилась удержаться рядом целых полгода, хотя Леандро с самого начала отмечал, как трещинки в отношениях появлялись одна за другой. Во всей этой истории большую роль сыграла Сесилия, его сестра, и он представил себе ее реакцию на телефонный звонок Розалинды, которая выложила ей собственную версию произошедшего.

Он допил виски, остававшееся в бокале, сел в кресло и вернулся мыслями к событиям восемнадцатимесячной давности, к совсем другой женщине, которая вторглась в его жизнь всего на несколько недель и превратила ее в хаос.

Золотоискательница… лгунья… воровка…

Леандро сбежал от нее не оглянувшись, и его бесил тот факт, что, как бы далеко он ни находился от этой женщины, воспоминания о ней все равно терзали его. Он так и не смог забыть ее и до сих пор не понимал почему. Все его сомнения и тоска по ней в конце концов ослабили его защитные укрепления, и Розалинда показалась ему наиболее походящим вариантом для ни к чему не обязывающего партнерства.

Леандро заставил себя вернуться к работе в надежде прогнать воспоминания о золотоволосой зеленоглазой чародейке. С прошлым давно покончено! Теперь остается лишь отправить курьера с обручальным кольцом обратно в Лондон, и его отношения с Розалиндой тоже канут в Лету. Жизнь снова войдет в привычную колею.

* * *

Абигейл опаздывала. Она не могла отказаться от этого поручения, поскольку ее начальница, Ванесса, владелица ювелирного бутика, в котором леди Розалинда Дюваль приобрела обручальное кольцо с изумительным бриллиантом, когда-то буквально спасла Абигейл. Вместе с водителем Хэлом они получили от нее строжайшее указание доставить это кольцо в поместье «Грейлинг Манор» не позднее пяти часов вечера.

К сожалению, успешному выполнению этого распоряжения помешали непредвиденные, но взаимосвязанные обстоятельства. Прежде всего мерзкая погода и, как следствие, пробки. При этом Абигейл никак не могла связаться с леди Розалиндой, чтобы предупредить ее о задержке в пути, поскольку та не отвечала на телефонные звонки.

В «Грейлинг Манор» Абигейл должна будет вручить ей кольцо, получить ее подпись на сопроводительном документе и отбыть из поместья без промедления.

Абигейл ни в коем случае нельзя задерживаться там! Главное – не вступать в разговор с владельцем поместья, каким-нибудь молодым богатым бездельником. Мир богатых возрождал в ней худшие воспоминания о том, насколько беспринципны люди, населяющие его. Абигейл уже однажды совершила катастрофическую ошибку, связавшись с одним из его обитателей.

Конечно, для нее лучше всего было бы избежать этого поручения. В принципе она не занималась доставкой ювелирных изделий, да и Розалинду она видела мельком. Но для Ванессы наступили не лучшие времена, и Абигейл не могла ее подвести.

Абигейл в четвертый раз в течение часа проверила, не пришло ли сообщение от Клер, ее подруги. Но сотовая связь засбоила сразу же, как только они съехали на петляющую проселочную дорогу.

Со вздохом разочарования она откинулась на спинку сиденья и бездумно смотрела на проносившийся за окном незнакомый пейзаж. В такой снегопад в нем было что-то зловещее.

Впрочем, все мысли Абигейл были о Сэме, ее десятимесячном сыне, оставшемся в Лондоне. Скорее всего, он будет крепко спать к тому времени, как она вернется домой. Но когда это будет? Ей показалось, или снегопад действительно усилился? А что, если проселочные дороги занесет и по ним невозможно будет проехать обратно?

Конечно, подруга не уйдет от Сэма, но малыш еще ни разу не оставался без матери ночью. Абигейл даже представить себе не могла, как это – проснуться утром и не услышать его гуканья и настойчивого требования дать ему заветную бутылочку с едой.

Погруженная в свои мысли, она едва заметила, что машина замедлила ход, проезжая через монументальные кованые ворота и двигаясь теперь по обсаженной деревьями подъездной аллее, освещенной фонарями. Сама не зная почему, она ощутила первые признаки беспокойства и тревожного предчувствия.

Место казалось безлюдным, особняк был практически полностью погружен в темноту, светилось лишь несколько окон, и Абигейл попросила Хэла проверить, по нужному ли адресу они прибыли.

– Не похоже, чтобы здесь была вечеринка по случаю обручения, – заглушая двигатель, заметил Хэл. – На кладбище и то веселее.

– Но я же должна была доставить обручальное кольцо именно сюда, да? Ванесса с ума сойдет, если по какой-либо причине продажа сорвется.

– Не волнуйся. – Хэл дружелюбно улыбнулся Абигейл. – Наверняка сейчас выяснится, что помолвка состоится завтра. А пока счастливая пара отдыхает и наслаждается друг другом в предвкушении столь важного события.

Но какое-то время спустя Абигейл поняла, насколько рассуждения Хэла были далеки от истинного положения дел.

Леандро только-только выкинул наконец из головы все раздражающие мысли об инициативах Розалинды, как Джулия, его экономка, сообщила о доставке злополучного кольца. Леандро предстоял последний акт нелепого спектакля, и тогда он покончит с этим досадным делом. Как ни странно, настроение его улучшилось при известии о прибытии курьера, поскольку это был финальный аккорд.

Розалинда буквально визжала, взбешенная тем, что первый раз в жизни кто-то посмел расстроить ее планы. Она даже угрожала Леандро социальным бойкотом, на что тот некстати ответил усмешкой, от которой та буквально впала в ярость. Последней каплей стали слова Леандро о том, что без него ей будет гораздо лучше, поскольку он устал и больше не желает потакать прихотям Розалинды. К тому же он откровенно заявил, что не заинтересован ни в жене, ни в детях. Так что топот маленьких ножек так и останется несбывшейся мечтой ее родителей, если они не расстанутся.

Розалинда в запале выплеснула все самое худшее, что было в ней и составляло сущность ее натуры. Леандро цинично подумал, что, когда гнев Розалинды в конце концов утихнет, она найдет утешение в сплетнях о нем, рисуя картины, в которых будет являть собой образец добродетели.

Что касается самого Леандро, то он займется работой. Как всегда. И все снова будет в порядке.

Родители в памяти Леандро остались людьми богатыми, но занятыми исключительно потаканием своим гедонистическим желаниям. Удовольствия были для них смыслом жизни. Не желавшие взрослеть, они не понимали, что им делать со случайно появившимся ребенком. Сесилии, еще одной случайности в их жизни, и вовсе не досталось родительского внимания. Обязанность заботиться о младшей сестре легла на Леандро, который с самых юных лет усвоил, что бурное выражение эмоций и неупорядоченный образ жизни для него неприемлемы. Иными словами, неприятие любого беспорядка и непредсказуемости прочно укоренилось в нем с самого нежного возраста.

Взрослея, он углубился в учебу, потом в работу. А когда родителей не стало – они погибли во время бессмысленной гонки на скоростном катере в Карибском море, – именно работа, а еще забота о сестре стали смыслом его жизни. Ему нужно было спасти то немногое, что осталось от семейного капитала. Времени на развлечения у Леандро попросту не было.

Он попросил Джулию проводить курьера в одну из гостиных, не задействованных в подготовке к вечеринке. Мысли же его все еще были заняты бизнес-предложением, над которым он раздумывал, пока его не прервали.

Абигейл сидела в кресле, напряженно выпрямившись, в одной из гостиных особняка. Судя по всему, Розалинды здесь не было, а она сама доставила, похоже, уже ненужную вещь. Хэла домоправительница отправила в кухню перекусить, а Абигейл осталась дожидаться хозяина особняка, который, как она надеялась, примет-таки доставленное кольцо.

Услышав приближающиеся шаги, Абигейл поднялась, мысленно повторяя то, что собиралась сказать хозяину. Что бы здесь ни случилось, это не ее проблема. Она выполнила свою работу, и ей нужно срочно вернуться в Лондон.

Но Абигейл даже вообразить не могла, что ее ожидает. Скованная напряжением, прижимая к груди маленький переносной сейф для транспортировки драгоценностей, она на мгновение подумала, что у нее галлюцинация. Невероятно, но на нее смотрели до боли знакомые, коньячного цвета глаза, словно бахромой опушенные ресницами, которым позавидовала бы любая женщина. Этого просто не может быть! В дверном проеме гостиной стоял Леандро Санчес собственной персоной! Абигейл неотрывно смотрела на него, не в силах отвести взгляда. Этот мужчина являлся ей в кошмарных снах. И эротических тоже. При виде его немедленно ожили запретные, глубинные, порочные фантазии. Абигейл даже моргнула, отчаянно надеясь, что видение исчезнет. Однако нет, не исчезло. Видение ростом под метр девяносто осталось на том же месте, где и было. Мужчина такой греховной красоты, что перехватывало дыхание. Именно это случилось с Абигейл, когда она увидела Леандро впервые полтора года назад, и этот восторг не ослабевал на протяжении последующих нескольких недель их пылкой, но обреченной любовной связи.

Он был из тех мужчин, о которых мечтают женщины. Смуглый, с глазами цвета коньяка и гипнотической харизмой. Высокий, худощавый, мускулистый… Абигейл внезапно пришло в голову, что она помнит каждую мышцу, каждый потаенный уголок его великолепного тела.

Она никогда не предполагала, что после всего случившегося она вновь когда-нибудь увидит Леандро Санчеса, и, когда весь ужас этой неожиданной встречи наконец-то дошел до ее сознания, комната поплыла у нее перед глазами, а к горлу подступила тошнота. Опасаясь свалиться в обморок, Абигейл с трудом, но добралась до дивана. Леандро тут же придвинул к дивану стул и сел, наблюдая за ней с холодным любопытством.

– Выпей-ка вот это, – настоятельно предложил он, протягивая ей бокал. Его глаза оставались при этом холодными, взгляд настороженным, рука твердой, речь сдержанной. Ничто не выдавало в нем пережитого шока при виде той единственной женщины, которая вскружила ему голову и до сих пор сидит у него в печенках, вернее, в сердце. Но самое неприятное заключалось в том, что на него тут же нахлынули воспоминания. Тем более что эта женщина осталась такой же красивой и притягательной, какой он помнил ее.

Золотистый цвет волос Абигейл не изменился, и длина тоже, хотя сейчас ее волосы были собраны в пучок. Те же зеленые глаза с золотистыми крапинками, заметными, только если в эти глаза всматриваться. А он всматривался в них много раз… Роскошная фигура все такая же соблазнительная. Как бы сами собой глаза Леандро скользнули взглядом вниз, задержавшись на велико лепной формы груди под белой блузкой. Ноги Абигейл были скрыты серыми брюками, но даже они позволяли оценить их длину и стройность. Вся одежда на ней была явно недорогой, отметил Леандро. Видимо, после расставания с ним Абигейл еще не успела подцепить другого миллиардера.

– Леандро, этого не может быть… – Абигейл встала бы с дивана, не превратись ее ноги в желеобразную субстанцию.

– Почему? Ты в моем доме, сидишь на моем диване…

Леандро поднялся и отошел к камину, решив увеличить дистанцию между ними, поскольку каждый нерв в нем трепетал.

– Я так понимаю, что ты и есть курьер, доставивший кольцо?

– Я… Да, я… – Абигейл бросила на Леандро быстрый взгляд и тут же отвела глаза. Она протянула ему переносной сейф с кольцом. Однако Леандро проигнорировал этот жест.

– Похоже, твой босс останется внакладе. – Леандро не спеша приблизился к ней и смотрел, сузив глаза, как Абигейл, отпрянув, вжимается в спинку дивана.

– Прошу прощения, ты о чем?

– Кольцо было заказано без моего согласия. К сожалению, Розалинда ошибочно истолковала перспективу наших отношений.

– Но нас проинформировали о том, что здесь должна была состояться вечеринка по случаю помолвки…

Леандро пожал плечами, не отрывая взгляда от Абигейл, и снова сел на стул, придвинув его к дивану настолько близко, что она сразу ощутила дискомфорт.

– Чушь, – холодно отреагировал он.

– А Розалинда? Она… – Абигейл старалась понять, что происходит, но мысли ее пребывали в смятении, а тело покалывало, будто подключенное к электрической розетке.

– У меня никогда не возникало и мысли жениться на ней, – ответил Леандро раздраженно.

Теперь, когда эта женщина сидела здесь, в его гостиной, невероятная, ни на кого не похожая и все такая же сексуальная, все те воспоминания, которые он держал под замком, вырвались из заточения. Леандро вспомнил, как постанывала Абигейл, когда он касался ее, как сливались воедино их тела… Случайно встречаясь с бывшими любовницами, он не испытывал к ним ничего, кроме облегчения, что их больше нет в его жизни. Но никакие другие отношения и не заканчивались так драматически, как с Абигейл…

Абигейл наконец нашла в себе силы подняться с дивана и принялась нервно расхаживать по комнате.

– Значит, поездка сюда оказалась пустой тратой времени. И что мне теперь делать с этим кольцом?

– Ну уж если ты приложила столько усилий, чтобы доставить его сюда, позволь мне взглянуть на него, чтобы увидеть, на что ушли мои деньги. – Леандро кивком указал на сейф, и Абигейл дрожащими пальцами извлекла кольцо. Он аккуратно взял его и стал рассматривать, поворачивая на свету.

– Разве это моя проблема, если ты разорвал помолвку с Розалиндой?

– Я ничего не разрывал, потому что никакой помолвки не было. Розалинда приобрела это кольцо по собственной инициативе, потому что хотела связать меня обещанием жениться на ней. Я же решил прекратить отношения с ней, еще не зная об этом нелепом спектакле, и именно это я и сделал, вернувшись из Нью-Йорка.

Абигейл вздрогнула. В этом весь Леандро, и это так похоже на крах и их с ним отношений.

– Кольцо было продано по всем правилам торговли, – сказала Абигейл. – Мне нужно, чтобы ты удостоверил своей подписью его доставку, и я немедленно уеду.

– В самом деле? Почему такая спешка?

– А как ты думаешь, Леандро, почему? – Голос Абигейл прозвучал на пронзительно высоких нотах. – Когда мы виделись с тобой в последний раз, ты ушел, оставив меня в квартире с твоей сестрой, поверив каждому ее слову обо мне. Вот эти слова: лгунья, золотоискательница, воровка. Поэтому чем меньше времени я проведу в твоем обществе, тем будет лучше. Если бы я знала, что леди Розалинда собиралась выйти замуж за тебя, ни за что бы не приехала сюда. Итак, кольцо в твоем распоряжении. И все, что мне нужно, так это твоя подпись на документе.

– Я не намерен пускаться в воспоминания о твоей лжи, – спокойно ответил Леандро. – Что же касается кольца… Я еще не решил… Возможно, оставлю его себе, а может быть, и нет.

– Но ты обязан! – ахнула Абигейл. – Для Ванессы эта продажа очень важна…

– Меня совершенно не волнует судьба твоей хозяйки, хотя в моей голове и не укладывается, как тебе удалось получить работу, связанную с продажей драгоценностей. Обманным путем, как обычно? Твоя работодательница в курсе того, что ты, мягко говоря, нечиста на руку?

– Я не останусь здесь ни на минуту, чтобы выслушивать все это!

– О нет! Ты же обязана довести дело до конца. Или уже запамятовала, что тебе необходима моя подпись? – Леандро щелчком захлопнул коробочку с кольцом, очевидно приняв какое-то решение. – Я пришел к выводу, что мне надо сохранить кольцо на перспективу в качестве объекта инвестиции. Ведь в него вложены немалые средства. Мои к тому же. А теперь сядь, Абигейл!

– Но я должна ехать! Нам потребовалось гораздо больше времени, чем мы планировали, чтобы добраться сюда. Я должна вернуться в Лондон к половине девятого. Мне действительно очень нужно как можно быстрее попасть домой.

– Почему? – вкрадчиво спросил Леандро, заметив, как она с тревогой в который раз посмотрела на часы. – Боишься потерять хрустальную туфельку? На твоем пальце я не вижу обручального кольца и так понимаю, что нет и благоверного, поддерживающего сейчас огонь в домашнем очаге. Или есть? – Леандро вдруг обнаружил, что ему не все равно, есть мужчина в жизни Абигейл или нет. Эта женщина занозой застряла в его душе, и неприятная правда заключалась в том, что Леандро до сих пор хотел ее. Что-то было в ней такое, что вопреки всему тянуло его к ней. Скорее всего, он терзался незавершенностью всей этой истории, и, вероятно, оставался единственный способ извлечь эту занозу раз и навсегда.

Он опустил глаза и ощутил всплеск удовлетворения от принятого решения. Было бы глупо не воспользоваться преимуществом создавшейся ситуации.

– Тебя абсолютно не касается, есть ли кто-нибудь в моей жизни или нет, Леандро. А сейчас извини, меня ждет Хэл, наш водитель. Я пойду позову его, пора ехать…

– Ради бога! Хотя… – Леандро кивком указал на окно. – Посмотри-ка туда. Погода ухудшилась, и путь домой отрезан. Оставайтесь здесь, иначе может случиться, что вы окажетесь где-нибудь в придорожном рву. Летом здешние дороги весьма живописны, но зимой бывают смертельно опасны.

Абигейл побледнела. Следуя направлению его взгляда, она подошла к окну и стала вглядываться в темноту. Хлопья снега не переставая сыпались густой пеленой. Почти вся территория поместья оказалась под белым снежным покрывалом.

– Я не могу здесь остаться. Мне обязательно нужно вернуться домой.

– Не стесняйся, чувствуй себя свободно. Очевидно, тебе необходимо согласовать этот вопрос с водителем?

– Ты не понимаешь! Я должна быть в Лондоне сегодня же. Во что бы то ни стало!

– Нет. Ты никуда не поедешь. По прогнозу, к ночи снегопад усилится и продолжится до утра. Упорствуя, ты подвергнешь риску не только свою жизнь, но и водителя. Я позабочусь о том, чтобы вас накормили и устроили на ночь в гостевых комнатах. Утром, если погода позволит, вы уедете.

Абигейл готова была заплакать, но поделать сейчас ничего не могла.

– У меня в телефоне исчез сигнал связи, – уступая, сказала она, – а мне очень нужно позвонить.

Леандро ничего не ответил, но мысли его закружились вихрем. Мужчина? Не муж. Любовник! Но его это не остановит. Он хотел Абигейл. И пусть желание не взаимное, у него в распоряжении целая ночь, и этого времени ему вполне хватит, чтобы избавиться от наваждения, уложив ее в постель, и навсегда освободиться от этой женщины.

Глава 2

Абигейл ожидала, что Хэла тоже встревожит их вынужденная задержка на ночь в «Грейлинг Манор», поместье Леандро Санчеса. Его ждала дома семья с тремя маленькими детьми. Однако Хэл был рад-радешенек тому, что им не придется возвращаться назад в такую непогоду.

– Здесь ненадежные, коварные дороги, – проговорил он, усаживаясь за стол, накрытый для них экономкой Леандро и впечатляющий разнообразием блюд. – Не хотелось бы рисковать, возвращаясь по ним ночью.

В то время как Хэл живо уплетал еду, оставшуюся от несостоявшейся вечеринки, Абигейл, что называется, кусок не лез в горло. Хорошо, что ей хотя бы удалось связаться по телефону с Клер, которую она попросила побыть с Сэмом, пока ее не будет. Та безоговорочно согласилась остаться с малышом и на ночь.

– Я вернусь завтра не позже полудня, – сообщила ей Абигейл вполголоса, поскольку разговор шел по стационарному телефону и она до смерти боялась, что Леандро, оказавшись за дверью, может услышать его. – Меня не волнует, какая будет погода. Я не могу оставаться здесь ни при каких обстоятельствах. Ни за что!

– Я понимаю, дорогая, что ты скучаешь по Сэму, – Клер старалась успокоить Абигейл, – но тебе все-таки лучше подождать и возвратиться домой при более безопасных погодных условиях. Я позабочусь о Сэме.

Абигейл знала, что так оно и будет, потому что безусловно доверяла своей подруге. Они познакомились на одном из групповых занятий будущих мам и сразу подружились. Обе молодые, обе одинокие и обе беременные. Правда, у Клер была работа в детских яслях, и впоследствии Абигейл удалось с ее помощью устроить туда Сэма. Но как же ее терзала необходимость оставлять в яслях своего четырехмесячного малыша! Ведь она была вынуждена работать, чтобы сохранить крышу над их с сыном головами. Уверенность в том, что Клер отнесется к Сэму так же заботливо, как и к своему собственному ребенку, очень поддерживала ее.

Абигейл все еще с надеждой следила за изменением погоды, проверив ее состояние по меньшей мере дюжину раз за последние два часа. Снегопад ослабел, но лишь совсем немного. Она была рада тому, что Леандро как-то сразу исчез в недрах дома. Был хоть и малюсенький, но все же шанс не увидеться с ним больше. Да это уже не имело особого значения, поскольку горькие воспоминания, боль и опасения хлынули потоком из глубины души, всплывая на поверхность подобно обломкам потерпевшего крушение корабля.

Прошлое не забывается, конечно. И сейчас, когда защитная корка, со временем покрывшая его, оказалась содранной, едва затянувшаяся под ней душевная рана обнажилась вновь.

Довольного Хэла уже устроили на ночлег, а Абигейл все еще оставалась в кухне с чашкой кофе и воспоминаниями о прошлом, которое безуспешно пыталась предать забвению. Из задумчивости она вышла в тот самый момент, когда, подняв глаза, увидела стоявшего перед ней Леандро. В долю секунды она забыла обо всем – о работе, которая едва обеспечивала их с Сэмом, о неопределенности даже ближайшего будущего, о торжествующем смехе ее бывшего босса, распутника и приставалы, которым тот сопроводил сообщение об увольнении Абигейл якобы за кражу. Она отвергла его домогательства и поплатилась за это.

Абигейл была тогда на грани отчаяния. Но однажды она внезапно ощутила рядом чье-то присутствие и, подняв глаза, увидела его. Высокого, погруженного в раздумья мужчину, красивого до замирания сердца. Вот тогда впервые в жизни до Абигейл дошел смысл расхожего выражения «сексуальное влечение».

Не один год она намеренно умаляла значение собственной привлекательности, убеждая себя, что никогда, ни в коем случае не должна впускать в свою жизнь мужчину, рассчитывающего лишь на секс с ней. С тринадцати лет Абигейл всячески пресекала ухаживания и попытки сближения со стороны молодых людей. И оказалась совершенно неподготовленной к взрыву того самого сексуального влечения, не получив ни знаний, ни опыта в этой сфере.

Она понимала, что ей никак нельзя очутиться в таких жизненных обстоятельствах, когда необходимость могла бы заставить ее продавать себя, как это делала ее мать, в конце концов умершая от передозировки наркотиков. И все же она не устояла, и желание вырвалось на свободу с рвением взявшей старт скаковой лошади.

А Леандро не ходил вокруг да около. Завязав разговор, он непринужденно отметил, что время близится к обеду и что он знает здесь неподалеку небольшой итальянский ресторанчик. Он даже не потрудился как-то завуалировать свои намерения. В ресторане, глядя на Абигейл своими потрясающими глазами, опушенными неправдоподобно длинными густыми ресницами, он сказал несколько развязным тоном, что она произвела на него большое впечатление. Ничего не обещая, Леандро ясно дал понять, что хочет Абигейл, и сообщил, что сегодня он отправляется в Нью-Йорк. Бросив на свои часы абсолютно невозмутимый взгляд, добавил, что намерен взять ее с собой, причем Абигейл должна была ответить на его предложение тут же, на месте, поскольку его частный самолет вылетает уже в три часа.

Во взгляде Леандро, брошенном на Абигейл, читалось откровенное желание, однако было понятно, что, реши она уйти, удерживать ее он не станет.

Все в этом человеке противоречило жизненным установкам Абигейл, но она все-таки пренебрегла ими и пошла с ним. Позволила Леандро вовлечь ее в свой мир лимузинов, пятизвездочных отелей… В мир, где каждая твоя прихоть исполняется немедленно. Днем Леандро работал, настояв на том, чтобы Абигейл занялась своим новым гардеробом, покупая все, что ей приглянется в любом магазине. Деньги не были для него проблемой. Когда она попыталась воспротивиться, тот попросту не стал слушать ее возражения.

– Я никогда не позволял, – сказал он ей, раздеваясь очень-очень медленно, – ни одной из моих женщин платить за что-либо. И сейчас не намерен изменять своей привычке.

Секс без всяких условий и обязательств – вот что предложил ей Леандро и что безоговорочно приняла Абигейл, полностью порабощенная им. Они жили, как говорится, одним днем, и вопрос о прошлом Абигейл как-то не возникал. В какой-то момент она подсознательно почувствовала, что это оттолкнуло бы его, а расставаться с ним ей очень не хотелось.

Так прошла одна неделя, затем вторая, третья… И когда внезапно Леандро решил взять кратковременный отпуск и отправиться с Абигейл в дикий уголок Канады, у нее появилась надежда на то, что отношения, начавшиеся просто с секса, могут перерасти во что-то большее. Но потом пошло все не так, и случилось это довольно скоро. Только Абигейл возмечтала о, казалось бы, несбыточном, как тут же вмешалась сестра Леандро с ложными обвинениями в ее адрес, и в течение трех дней все зародившиеся надежды Абигейл рухнули, а она сама была выдворена из манхэттенской квартиры Леандро.

Он оказался из породы бессовестных мужчин, не привыкших церемониться с женщинами. А Абигейл, вместо того чтобы повнимательнее присмотреться к нему, предпочла не замечать зловещих предвестников катастрофы. Она ведь с самого начала была наповал сражена им, а затем оказалась и по уши влюбленной.

Абигейл сидела в кухне его особняка, пристально глядя в окно. Шторы не были задернуты, и она могла видеть, что снегопад все еще продолжается, хотя уже и не столь интенсивно.

– Ну так что? – раздался позади нее знакомый голос.

Вздрогнув от неожиданности, Абигейл увидела отражение Леандро в стекле. Он переоделся в черные джинсы и джемпер с закатанными до локтей рукавами и был… босым. Снаружи, судя по всему, было очень холодно, но отопительная система в доме работала превосходно. Сердце Абигейл заколотилось не в такт, во рту моментально пересохло.

– Я так понимаю, что ты согласилась остаться здесь, вместо того чтобы бросить вызов снегопаду. Мудрое решение.

– Я думала, ты уже в постели, – запинаясь, произнесла Абигейл первое, что пришло ей в голову.

– Ты имеешь в виду, что надеялась на это? Почему?

Леандро подошел к блюду с мясным ассорти, соорудил себе несуразный многоэтажный сэндвич, налил в бокал красного вина, предложив и Абигейл. Она отказалась, наблюдая, как Леандро усаживается за кухонный стол. Абигейл помнила, как этот мужчина воздействовал на нее, только вот забыла, насколько сильным было это воздействие.

– Все-таки неудобно как-то… – по-прежнему запинаясь, пробормотала Абигейл, опускаясь на стул напротив Леандро. Она поглядывала на него, пока он ел сэндвич, а его глаза все чаще задерживались на ней.

Он ничего не сказал в ответ, понимая, что любой его комментарий не заставит Абигейл чувствовать себя иначе. Самое странное, что сам Леандро совсем не ощущал дискомфорта в данной ситуации.

На самом деле все было предельно ясно. Гораздо яснее, чем полтора года назад, когда они виделись в последний раз. Тогда он просто не знал, как поступить. Впервые в его жизни любовная связь оборвалась таким неожиданным образом. Правила, которыми Леандро руководствовался в своей жизни, отошли на второй план после встречи с Абигейл. Когда он впервые увидел ее, то тут же захотел. Что-то в ней его зацепило, и Леандро, привыкший всегда потакать своему либидо, сделал то, что и всегда, не разводя никаких антимоний. Девушка вызвала в нем сексуальное возбуждение, значит, должна прямиком отправиться в его постель.

Абигейл оказалась девственницей, и Леандро задавался вопросом, сказалось ли это на его отношении к ней. На вопросы о ее прошлом Абигейл отвечала сдержанно, а он и не настаивал на подробностях, подсознательно не желая ничего знать. Он не хотел, чтобы между ними возникли доверительные отношения, душевная связь, ибо не сомневался, что неискушенная девушка скоро наскучит ему и он потеряет к ней интерес. Сопротивляясь неодолимому, почти болезненному физическому влечению, он старался держать дистанцию.

И все же, возможно, его сестра уловила что-то в том, как он говорил об Абигейл. Иначе зачем она раскопала всю эту грязь о ней? Для Леандро не были секретом излишне собственнические замашки Сесилии в отношении его, но он всегда оправдывал ее, поскольку с детства был ее единственной опорой в жизни. И все же он потерял самообладание, когда она нагрянула в его манхэттенскую квартиру с компрометирующими Абигейл сведениями из ее прошлого, чтобы заставить Леандро поверить, что эта женщина – золотоискательница, затеявшая игру с дальним прицелом. Он пришел в ярость от этой информации и ушел без оглядки. Но проблема заключалась в том, что ему никак не удавалось забыть Абигейл. Глядя на нее сейчас, он чувствовал, как в нем разгорается огонь желания.

История с Абигейл осталась как бы незавершенным делом, и Леандро до сих пор хотел ее. Все эти бесчисленные блондинки, и Розалинда в их числе, были лишь своего рода лейкопластырем поверх открытой раны, и вот теперь он сорван. Остается единственный способ исцелиться – в последний раз переспать с женщиной, нанесшей ему эту рану.

Однако теперь все по-другому. Леандро уже многое знал об Абигейл.

– Ну, твое неудобство можно понять, если оглянуться в прошлое, – произнес он, лениво растягивая слова. – Лично для меня что было, то быльем поросло. – Леандро пожал плечами. – У меня нет желания рассуждать о том, почему ты сделала тогда то, что сделала.

– Я ничего не сделала, – вполголоса возразила Абигейл. – А не рассказала тебе о своем прошлом потому, что не хотела потерять тебя. Почему тебе так трудно это понять? Хотя конечно же мы слишком разные. Я даже поверить не могла, что ты обратил на меня внимание. И мне очень не хотелось на тот момент испортить все своими признаниями, а потом… потом положение стало слишком серьезным.

Леандро едва заметно помрачнел.

– Возможно, это для тебя все стало серьезно, – холодно поправил он Абигейл.

Она согласно кивнула.

– Не буду притворяться, что это не так, – сказала Абигейл. – Да, я стала испытывать к тебе глубокое чувство, и чем сильнее оно становилось, тем труднее мне было решиться рассказать тебе о себе, о приемных семьях, в которые временно определяют ребенка, ожидающего усыновления, и об обстановке, царившей в них.

Голос Абигейл перешел в шепот, и Леандро едва сдерживал себя, чтобы не посочувствовать ей. Она вовсе этого не заслуживала, а он действительно мог тогда несколько иначе взглянуть на ситуацию, узнав, как отчаянно Абигейл нуждается в деньгах. Единственное, в чем она не солгала ему, так это в отсутствии сексуального опыта.

– И тут такое невезение! – негромко произнес Леандро. – Ты пытаешься получить работу в одном из моих отелей! Помощница Сесилии легко выяснила твою подноготную и обнаружила, что ты была уволена, по словам бывшего босса, как не справившаяся со своими обязанностями и не слишком чиста на руку.

– Он солгал. – Абигейл так отчаянно пыталась объясниться тогда, много месяцев назад, когда сестра Леандро ворвалась в его квартиру на Манхэттене с обвинениями в ее адрес. Но теперь ей совсем не хотелось возвращаться к той старой истории. Да и Леандро вряд ли расположен выслушивать ее объяснения спустя столько времени.

– А как насчет краж в магазинах?

– Что-о?! Так ты тоже покопался в моем прошлом уже после нашего разрыва?

– Назови это любопытством.

– Я помню тот случай, – вдруг тихо произнесла Абигейл. Взгляд ее затуманился. – Мне было тогда всего двенадцать лет, и мне ужасно хотелось стать такой, как все. Меня только что перевели в другую временную семью, где было много детей… – Она вздохнула. – И я поняла, что живущие там девочки не намерены меня принимать. – Из-за того, как она выглядела. Все всегда происходило из-за привлекательности Абигейл. – Однажды все дети, жившие в той семье, отправилась в торговый центр. Я увязалась с ними, чрезвычайно довольная тем, что девочки взяли меня с собой. И только когда мы добрались до места, мне стала понятна причина такого их расположения ко мне – они хотели поиздеваться надо мной, подбивая на кражу нескольких дешевых безделушек с прилавка с бижутерией. Наверняка они не думали, что я это сделаю… – Абигейл подняла голову и грустно посмотрела на Леандро. – Вот как я оказалась малолетним магазинным воришкой. Конечно же меня поймали, едва я успела выйти из магазина, и забрали в полицейский участок, где обращались со мной как с преступницей. В семье мне объявили бойкот и еще долгое время подвергали гонению. Но я усвоила этот урок и просто никогда больше ничего и нигде не смогла бы украсть.

Леандро внезапно ощутил, что ему больно думать о ней как о перепуганном насмерть ребенке, оказавшемся в полицейском участке. Он откинулся на спинку стула, подлил вина в свой бокал и задумчиво посмотрел на Абигейл.

– Ладно, от воспоминаний нет никакого проку. Лучше расскажи мне, что произошло с тобой после нашего расставания.

Абигейл немного успокоилась.

– Я… Мне удалось найти работу. – Она прочистила горло и очень постаралась придать невозмутимость своему взгляду. – Возвратившись в Лондон безработной и бездомной, я как-то раз зашла в кафе, пытаясь найти хоть какую-то работу и решить, что же делать дальше. Мне трудно было даже представить себе, кто согласился бы нанять меня после увольнения с такой характеристикой от моего бывшего босса. Кто бы мне поверил? Между тем, пока я сидела там с чашкой кофе, в кафе вошла Ванесса. А поскольку свободных столиков не оказалось, она попросила разрешения присесть за мой. Ну а дальше… – Абигейл, искоса взглянув на Леандро, продолжила, не скрывая удовлетворения: – Я рассказала ей обо всем, о той паутине лжи, которой меня опутали. Ванесса поверила мне и предложила работу с испытательным сроком. Как оказалось, у меня обнаружился талант продавать ювелирные украшения. – Абигейл не смогла удержаться от сарказма и добавила: – При этом ни одно из них не ввело меня в искушение положить его в карман.

– А мужчины? – Леандро решил, что пора уйти от этой темы разговора, на которой ему не хотелось задерживаться.

Абигейл вспыхнула нежно-розовым румянцем.

– Думаю, мне пора подняться наверх. Я устала и хочу отдохнуть перед дорогой. Постараюсь уехать пораньше поутру, даже если погода не изменится к лучшему.

Абигейл поднялась. Она понятия не имела, что решил Леандро относительно кольца. Возможно, он оставит его у себя и сохранит для следующей помолвки.

– И все-таки вернемся к моему вопросу. У тебя были другие мужчины? – Леандро, похоже, решил не отступать.

У Абигейл перехватило дыхание. Он тоже поднялся и подошел к ней почти вплотную. Она даже убрала руки за спину, чтобы не протянуть их и не коснуться широкой груди Леандро, почувствовать упругость его мускулистого тела под черным джемпером. Ей захотелось невозможного – вернуться в то время, когда она могла это делать. Абигейл подумала о Сэме, спящем сейчас в своей кроватке дома, в Лондоне, и о том выборе, который ей пришлось сделать, когда она узнала о своей беременности. Тогда чувства страха и вины захлестнули ее. Но несмотря на боль от обиды, разрывавшей душу, Абигейл терзалась сомнениями в правильности своего решения скрыть беременность и рождение сына от Леандро. Но так было легче жить. Относительно, конечно.

И вот то, чего она так боялась, мысли о чем гнала, случилось. Абигейл парализовало от страха. Нет, она не может позволить тайне выйти наружу, иначе ее жизнь снова превратится в хаос и череду проблем. Возможно, ей когда-нибудь и придется изменить своему решению, но сделает она свое признание достойно – спокойно и хладнокровно.

Она немного успокоилась и вернулась мыслями к вопросу Леандро о мужчинах в ее жизни, чуть не рассмеявшись. Абигейл едва успевала дышать, разрываясь между работой и материнскими обязанностями. До мужчин ли тут? Ей и в голову не приходила такая мысль. Эта сторона жизни совсем ее не заботила.

– Нет, Леандро. – Ее голос звучал холодно. – Я, бросив все, уехала в Лондон вовсе не для того, чтобы незамедлительно подыскать тебе замену. Мне нужно было срочно найти работу, и желательно не временную, а постоянную, с возможностью карьерного роста.

– Настолько срочно, что у тебя даже не нашлось времени заманить в свои сети еще одного дурака-миллионера? – произнес Леандро с издевательской интонацией.

– В отличие от тебя, – не удержалась от ответной колкости Абигейл.

Он-то не только снова нашел себе женщину, но и увлекся ею настолько, что та уверовала в возможность выйти замуж за Леандро. Абигейл отвернулась, сердясь на себя за разом нахлынувшее чувство ревности.

– Но это не сработало, – тихо сказал Леандро. Он протянул руку и обхватил ладонью запястье Абигейл, большим пальцем поглаживая ее кожу. Она едва сдержала стон и хотела высвободить руку, но не сделала этого, словно окаменев. – Хочешь знать почему? – спросил он, продолжая поглаживания. – Я сам это понял только сегодня, когда увидел тебя снова, Эбби.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – внезапно севшим голосом выдавила из себя Абигейл.

– Понимаешь, – вкрадчиво произнес Леандро. – Я же ощущаю, как ты трепещешь. Значит, не забыла меня. Пусть ты и последняя из женщин, с которой мне стоило бы ложиться в постель, но сделать это придется. Наша связь прервалась внезапно, да еще и при таких весьма скандальных обстоятельствах, оставив ощущение незавершенности. Нам нужно поставить жирную точку. Так что шансы у тебя есть.

Леандро, казалось, говорил искренне. Голос его был спокойным, но одновременно и приглашающим к диалогу. Абигейл пришлось снова прокрутить в голове только что сказанное им, чтобы удостовериться, не ослышалась ли она.

Да нет, похоже, он на самом деле намерен уложить ее в постель!

Она попыталась высвободить руку, которую все еще удерживал Леандро, но тот лишь усилил хватку, не спуская с Абигейл глаз.

– Теперь ты скажешь, что не имеешь понятия, о чем я говорю, да? И ужаснешься тому, что я посмел намекнуть тебе на это? Я прав?

«Еще как прав, прямо в точку», – мысленно согласилась Абигейл. Она облизнула губы и попыталась утихомирить разбушевавшееся сердцебиение. Леандро так и остался для нее самым сексуальным мужчиной из всех тех, кого ей доводилось встречать в жизни, но она не могла позволить себе снова уступить человеку, оскорбившему ее недоверием.

Однако кожу Абигейл покалывало от возбуждения, а между ногами повлажнело. Словно под гипнозом она неотрывно смотрела на Леандро, завороженная его низким, чарующим голосом.

Леандро под своей ладонью ощущал ее участившийся пульс. Кожа Абигейл осталась такой же мягкой и нежной, какой он ее помнил. Едва прикоснувшись к ней, Леандро вмиг представил себе, как он ласкал эту женщину повсюду, вызывая короткие вскрики и продолжительные стоны перед оргазмом, вспомнил, как она двигалась и извивалась под ним. В итоге он был вынужден изменить позу, чтобы скрыть сильнейшее возбуждение.

Взгляд Леандро сосредоточился на приоткрытых губах Абигейл. Она поняла, что он намеревается поцеловать ее, раньше, чем его рот коснулся ее губ, и тело Абигейл подалось ему навстречу так естественно, следуя инстинкту, как цветок тянется к солнцу. Поцелуй Леандро сдетонировал в ней вспышку непреодолимого возбуждения. Она безумно хотела его, никогда не переставала хотеть. И в то же время ненавидела, будучи в ужасе от того, что хранимый ею секрет подобен динамиту. Но все равно ей было мало всего лишь его поцелуя.

Не сдержав порыва, Абигейл со слабым стоном притянула Леандро к себе, ухватив за джемпер, в то время как он, не прерывая поцелуя, настойчиво подталкивал Абигейл к стене. Его руки нетерпеливо стремились поскорее высвободить из-под пояса брюк полы ее белой блузки, чтобы добраться до холмиков грудей и, накрыв их ладонями, ласкать до тех пор, пока соски не упрутся в кружево бюстгальтера острыми пиками.

Леандро был шокирован тем, каким легко узнаваемым для него оказалось тело Абигейл, и особенно тем, насколько по-новому он его воспринимал. Он хотел гораздо большего, чем просто ласкать под бюстгальтером грудь Абигейл, подобно подростку. Леандро с удивлением отметил, что его руки дрожат, когда он расстегивал крошечные перламутровые пуговички на блузке Абигейл, готовый рвануть полы так, чтобы они отлетели все разом. Наконец он достиг цели, выпустив на свободу роскошные груди.

– Твоя грудь по-прежнему прекрасна, – прерывающимся от волнения голосом произнес он, теребя пальцами соски. Их розовые кончики в ожидании ласки затвердели, став похожими на горошины. Бросив на Абигейл странный взгляд, Леандро признался: – Я хочу тебя очень сильно, до боли.

Абигейл вздрогнула, потому что происходящее было более чем неправильным, и тем не менее чувствовалось, что правильнее и быть не может.

– А теперь попробуй сказать, что ты не хочешь меня…

Глава 3

Абигейл изо всех сил воспротивилась полыхнувшему жару, внезапно охватившему ее, и оттолкнула Леандро, хотя руки заметно дрожали, когда она поправляла свою одежду.

Леандро же неотрывно смотрел на нее, опершись ладонями о стену с обеих сторон от ее лица и удерживая ее в ловушке.

– Постыдное признание, я понимаю, – почти шепотом произнес он. – Тем не менее это так. Правда заключается в том, что мы все еще находимся там, где были полтора года назад, охваченные страстным желанием обладать друг другом.

Стоя в кольце его рук, Абигейл вызывающе сложила руки на груди и пристально посмотрела ему в глаза.

– Правда заключается в том, что похоть не имеет никакого отношения к чувствам.

– Возможно, для тебя это и так.

Абигейл почувствовала, как на шее задергалась маленькая жилка. По правде говоря, она должна ненавидеть этого самоуверенного мужчину, мачо по природе своей, умеющего мастерски манипулировать людьми. Она на собственном опыте прочувствовала это.

– Леандро, это безумие, – пробормотала Абигейл. – Ведь если бы не твоя бывшая невеста, меня бы здесь не было. И мы не встретились бы вновь.

– Перестань называть Розалинду моей бывшей невестой, – раздраженно произнес Леандро. – Я же сказал, что просто желаемое было воспринято ею за действительное.

– Она подошла бы тебе.

– Да? А я и понятия не имел, что ты ее знаешь.

– Сарказм здесь не к месту. Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду.

Леандро помрачнел. За те несколько недель их связи он понял, что Абигейл была единственной из всех женщин, которая говорила то, что думала. Она не демонстрировала покорность и расчетливую покладистость, что импонировало Леандро и даже вызывало уважение.

– Давай закроем эту тему, – предложил он. – Мы ведь говорили о химической реакции, которая бурлит между тобой и мной, как и прежде. Ты пытаешься притвориться, что ничего подобного нет, а я готов тебе доказать, что есть.

– Я не говорила, что… что совсем ничего нет, – вполголоса возразила Абигейл. – Но, как бы то ни было, здесь и сейчас это неуместно и нецелесообразно.

– Меня не волнует, что случилось в прошлом, – хладнокровно солгал Леандро. Не осложненное чувствами удовлетворение физической потребности – вот что требовалось ему сейчас.

Но в чем-то Абигейл все-таки права. Если б она не появилась на пороге его поместья, их пути вряд ли пересеклись бы когда-нибудь снова. Но она появилась, и Леандро озарила ослепительная вспышка – эта женщина все еще не сошла с его жизненной орбиты и не сойдет, если он что-нибудь не предпримет.

– А меня волнует, – упрямо возразила Абигейл. – Я не могу похвастаться своим прошлым и не нашла в себе сил признаться в этом тогда, в самом начале наших отношений. Но я не заслужила… – Абигейл отвернулась, вспыхнув ярким румянцем. Она колебалась, то ли упрекнуть Леандро в том, что он в своей безрассудной преданности сестре сразу поверил той и безоговорочно осудил Абигейл, даже не выслушав ее объяснений, то ли бежать как можно быстрее и дальше от него и тех безумных ощущений, которые он всколыхнул в ней. – Впрочем, это не имеет значения, – тихо добавила она, опуская глаза.

– Посмотри на меня, Эбби. – Леандро немного отступил и указательным пальцем приподнял ее подбородок, чтобы поймать ее взгляд. – Я не стоял бы здесь сейчас, не будучи уверенным в том, что в этой нашей случайной встрече кроется какая-то мистическая неизбежность. И если тебя это хоть немного утешит, я готов признать, что именно случившееся заставило меня увидеть, какой собственницей стала моя сестра, чего не замечал на протяжении многих лет.

– В самом деле? – Абигейл широко раскрыла глаза от удивления, потому что это сказал человек, который скорее согласился бы вырвать зуб плоскогубцами, чем признаться в своей слабости.

Однако Абигейл от признания Леандро, по сути, было ни холодно, ни жарко, как говорится, потому что все и так закончилось бы рано или поздно.

– Ты позволишь мне посмотреть на тебя?

– Прошу прощения? – Абигейл уже высвободилась из ловушки, созданной Леандро, и ее теперь ничто не удерживало. Тем не менее она чувствовала, что не может на этом завершить разговор с ним и сбежать в отведенную ей комнату. Запереться в ней и постараться уехать рано утром, не попавшись ему на глаза. Она как бы со стороны услышала собственные слова: – Я не понимаю, что ты имеешь в виду.

– Сними блузку, Эбби. Она тебе не идет. Она подходит чопорной и почтенной женщине, а мы оба знаем, что таковой ты вовсе не являешься.

– Леандро…

– Мне всегда нравилось, как ты произносишь мое имя. Таким хрипловатым, словно осипшим голосом.

Слова Леандро были похожи на ласку, достигшую глубин души Абигейл, где был тайник, в котором хранились запертыми воспоминания.

– Не могу поверить, что все это говоришь ты, Леандро. – И тут же Абигейл задалась вопросом, а что, собственно, в этом удивительного? По его мнению, судьба не просто так снова свела их вместе, а с определенной целью. Зачем же тогда ей противиться? Наносить судьбе оскорбление, не воспользовавшись предоставленной ею возможностью снова оказаться в постели хотя бы просто потому, что они неожиданно встретились здесь?

Губы Абигейл все еще пощипывало от страстного, голодного поцелуя Леандро, а тело уже запылало. Хуже всего было то, что он все прекрасно понимал, потому что слишком хорошо успел ее узнать. Пусть она скрыла от него свое прошлое – не умышленно, а по умолчанию. Но в некотором смысле она всегда была с Леандро предельно честной и открытой.

Вот почему для него сейчас не осталось незамеченным ее внутреннее волнение, то, что она не может оторвать от пола ноги, словно налитые свинцом.

– Или… – он сознательно сделал после этого слова паузу, длительность которой заставила нервы Абигейл напрячься до предела, – я могу раздеть тебя сам, как прежде… Ты позволишь?

Не находя слов, Абигейл уставилась на Леандро в недоумении, а он лишь усмехнулся и склонил набок свою красивую голову.

– Вопрос остался без ответа. Либо это означает молчаливое согласие, либо я лишил тебя возможности перевести дух. А может быть, то и другое вместе, а?

– Ты, как всегда, слишком высокого мнения о себе, Леандро Санчес.

– Я знаю, – ответил на это Леандро с нескрываемой самоиронией, – и, поверь мне, это та черта, от которой я постоянно стремлюсь избавиться.

– Как ты можешь флиртовать со мной, если ты меня ненавидишь?

– Не знаю, – честно ответил Леандро. – Послушай, Эбби, давай оставим разговоры!

И он снова занялся пуговичками на ее блузке, которые она успела застегнуть. Его руки очень нежно, едва ощутимо касались кожи Абигейл, когда он, стянув с нее блузку, расстегивал бюстгальтер и снимал его тоже. Леандро придвинулся ближе к ней, и тогда по его прерывистому дыханию и напряженному, словно оцепенелому взгляду стало заметно, как сильно он возбужден.

Абигейл знала, что если она сейчас прижмется к нему, то через ткань джинсов почувствует его затвердевшую плоть, и тогда уже окончательно рухнут ее и без того никудышные защитные сооружения. Вслед за этой мыслью всплыло воспоминание о том, как Леандро заполнял ее собой, удовлетворяя нестерпимое желание; какой всплеск эмоций переживала она, когда он толчками вонзался в ее потаенные глубины; как двигался в ней, задавая ритм и вознося Абигейл на вершины блаженства.

Прижатая к кухонной двери, она выгнула спину дугой. Ее ресницы затрепетали, когда Леандро опустился перед ней на колени. Как давно такое было, и да, Абигейл этого очень не хватало. Мучительно признаваться, но горькую пилюлю придется проглотить, потому что вопреки всем логическим доводам Леандро оказался прав – она все еще хочет его, хочет вот этого, хотя их связь оборвалась и сейчас между ними нет и намека на привязанность.

Но зато есть великая тайна, способная катастрофически повлиять на устоявшуюся жизнь Леандро. Эта тайна должна была остановить Абигейл, но к тому времени рот Леандро уже завладел соском ее груди, а сама она слишком глубоко погрузилась в мир обостренных ощущений, чтобы сейчас что-то еще, кроме того, что делал Леандро, имело для нее значение. Она запустила пальцы рук в его волосы, а затем, охнув, откинулась назад, когда ищущие губы Леандро сместились вниз, прошлись по ее животу и остановились у пояса серых брюк.

Но вот брюки спали на пол, лужицей сложившись вокруг ног Абигейл, которая, не открывая глаз, машинально перебирала пальцами густые темные волосы Леандро. Помедлив немного, он стянул с нее трусики, при этом Абигейл невольно покрутила бедрами, помогая ему. Он хорошо помнил ее тело, хотя сейчас оно показалось ему слегка округлившимся. Однако это сделало его еще более сексуальным. Бедра стали немного пошире, но живот остался по-прежнему плоским. Знакомый мускусный аромат Абигейл подействовал на Леандро как наркотик. Он развел ее бедра в стороны и приник языком к лону, нащупывая потайной пульсирующий бутон.

Приглушенное поскуливание Абигейл сменилось утробными, протяжными стонами, а тело напряглось и содрогнулось в высвобождении, не выдержав интимной пытки.

Она буквально рухнула на Леандро. Ее кульминация получилась взрывной, неудержимой. Разгоряченная, все еще сотрясающаяся в пароксизме оргазма, она крепко держалась за Леандро, и кто знает, что было бы дальше, если бы не прозвучал телефонный звонок. Подобно вспышке молнии к Абигейл пришло осознание безумия момента.

Леандро, негромко выругавшись, отошел к аппарату, чтобы снять трубку, и в довольно резком тоне стал говорить с кем-то.

К тому моменту, как он вернулся к Абигейл, она ухитрилась кое-как одеться, хотя понимала, что выглядит ужасно – волосы в беспорядке, губы опухли от поцелуев.

– Зачем ты оделась? – Леандро явно разозлился.

Абигейл отступила.

– То, что сейчас произошло, не должно было случиться. – Она понимала, что поступает по меньшей мере несправедливо. Сама она получила то, что хотела, оставив Леандро с носом. И тем не менее она не могла позволить себе снова оказаться в западне. Не должна! Вернувшееся здравомыслие подсказало Абигейл, чем она рисковала, да так, что кровь стыла при мысли об этом.

– Не соизволишь объяснить почему?

Она обхватила себя руками.

– Я знаю наверняка, о чем ты думаешь.

– Ты понятия не имеешь, о чем я думаю.

Леандро стоял рядом, возвышаясь над Абигейл, мрачный и пугающий в своем раздражении. Но как бы внутренне она ни трусила и как бы ей ни было стыдно за свое падение, она ясно осознавала, что не должна сейчас уступить и поддаться Леандро.

– Мы совершили ошибку, – сказала Абигейл, проглатывая ком в горле и еле сдерживая слезы.

– Почему ошибку?

– Потому что… – она предпочла открыть хотя бы часть правды, – я не смогла справиться с собой. Или, может быть, ты оказался прав… и это случилось потому, что наши отношения оборвались… остались незавершенными. Я… Ты прикоснулся ко мне, Леандро, и я… я все вспомнила…

Лицо Леандро потемнело, он отпрянул от Абигейл. Повисла напряженная пауза.

– Нам не следовало даже начинать… это… – Абигейл взяла на себя смелость прервать молчание. Опустив глаза, она увидела все еще внушительную выпуклость в паху Леандро, распиравшую молнию на джинсах. Абигейл нервно облизнула губы и поспешно подняла глаза, пытаясь сделать вид, что ничего не заметила, но наткнулась на его взгляд. – И мне жаль, если у тебя создалось ошибочное впечатление на этот счет.

Леандро пропустил мимо ушей слова, сказанные Абигейл. Если бы проклятый телефонный звонок не прервал их, он бы затащил ее в свою постель и довел задуманное до конца. А что теперь? Холодный душ? А потом?

Леандро страстно хотел Абигейл, но понял, что сейчас больше ничего не добьется. Он запустил пальцы в волосы, взъерошил их и вздохнул.

– Почему ты побоялась рассказать мне тогда правду о себе? Вряд ли ты имеешь право упрекать меня за те умозаключения, к которым я пришел, и за то, каким образом отреагировал на твой обман.

Абигейл с удивлением уставилась на Леандро. По сути, он впервые давал ей возможность объясниться. Где же он был раньше?!

– Я уже говорила тебе, – проглотив ком в горле, ответила Абигейл. – Ты внушал мне в то время благоговейный трепет. Никогда прежде я не встречала мужчин подобных тебе. Кроме того, – добавила она абсолютно искренне, – рядом с тобой я не ощущала себя самой собой. – Абигейл немного расслабилась. Опустившись на один из кухонных стульев, она продолжила: – Я же была совсем другой – обычным человеком, и вполне довольствовалась таким самоощущением. Всю жизнь стремилась быть осторожной и осмотрительной в том, что касалось мужчин, но ты ураганом ворвался в нее, и все мгновенно изменилось. Жизнь стала напоминать катание на американских горках. – Леандро подошел к столу, возле которого сидела Абигейл, и она подняла на него взгляд своих огромных зеленых глаз. – Пока я носилась по этим горкам, было как-то не к месту поднимать не совсем приятную тему моего прошлого. Тем более я понимала, что наша связь… не продлится долго. – Но достаточно для того, чтобы она влюбилась в Леандро Санчеса без памяти. – Как-то не нашлось подходящего времени для подобных откровений. – Абигейл встала и разгладила, насколько удалось, свои брюки, видя, что Леандро из неистового любовника превратился в наблюдателя с непроницаемым выражением лица. – Теперь мне нужно уйти и попытаться уснуть.

Бросив беглый взгляд за окно, она увидела, что снег еще идет, хотя уже и не так густо. Абигейл очень рассчитывала на улучшение погоды. Оставаться в этом доме еще на день она категорически не могла себе позволить.

Их глаза встретились, и Абигейл снова подумала о том секрете, который хранила, оправдывая тайну здравым смыслом. Да, они плохо расстались. И, судя по всему, ее дальнейшая судьба Леандро не интересовала. Как видно, связь с Абигейл была для него лишь очередной кратковременной любовной интрижкой, тем более что он никогда не давал ей повода думать иначе. Узнав о своей беременности, Абигейл сразу же решила ребенка сохранить и свою дальнейшую жизнь посвятить заботе о нем.

Она думала о том, чтобы связаться с Леандро и сообщить радостную весть, но потом задалась вопросом – а не захочет ли он отнять у нее ребенка? И это сразу отрезвило ее.

Страх, порожденный мрачными мыслями о наихудших перспективах, горе, которое она испытывала от того, что мужчина, которого она безумно полюбила, оставил ее, да и мятежные гормоны, взбесившиеся в период беременности… все это побудило Абигейл принять решение, которое она сразу после разрыва посчитала вполне логичным и естественным. Зачем навязывать нежеланного ребенка мужчине, в планы которого беременность любовницы вовсе не входила? Однако теперь Абигейл уже не была так уверена в своей правоте.

Она ожидала, что Леандро попытается сейчас остановить ее, но он остался на месте и лишь смотрел ей вслед, когда она решительно направилась к выходу. И все-таки, уже взявшись за шарообразную ручку двери, Абигейл обернулась… Она сухо уведомила Леандро, что уедет рано утром, какой бы ни была погода.

– Провожать нас не нужно, – решилась добавить она, на что Леандро отреагировал лишь поднятием бровей и молчанием.

С пылающим лицом она выскочила из кухни, добежала до отведенной ей комнаты и только там позволила себе расслабиться, предварительно проверив, надежно ли заперта дверь.

Проснулась Абигейл от стука в дверь и, поднявшись, с недоумением обнаружила, что времени уже половина девятого. А ведь она планировала уехать еще до семи часов.

На телефон не пришло никаких сообщений, но только потому, что не было связи. Но Абигейл еще накануне вечером описала Клер ситуацию и могла только надеяться, что с Сэмом все будет в порядке.

Стук в дверь не прекращался. Абигейл и подумать не успела, в каком она виде. Ей пришлось спать обнаженной, потому что альтернативой была лишь та одежда, в которой она приехала. Она быстро обернула вокруг себя банное полотенце и открыла дверь. За ней стоял Леандро, бодрый, полный энергии, невероятно привлекательный в поношенных джинсах и кремовом свитере.

Толкнув дверь ногой, Леандро приоткрыл ее пошире и скрестил руки на груди.

– Мне не хотелось бы будить Спящую красавицу, – произнес он, глядя на плотно занавешенные окна позади Абигейл, – тем более чтобы сообщить ей плохие новости, но боюсь…

Леандро с чисто мужским интересом наблюдал, как полуобнаженная Абигейл стрелой метнулась к окну, одной рукой отдергивая штору, а другой крепко удерживая на себе банное полотенце.

Он уже предвкушал, как они продолжат то, что вчера грубо прервал телефонный звонок, как вдруг услышал негромкий, но полный душевной муки вскрик Абигейл, увидевшей сквозь окно, что снегопад не прекратился вопреки прогнозу.

Она обернулась и обнаружила, что Леандро вошел в комнату и стоит позади нее, довольно близко. Абигейл отпрянула и подняла на него глаза. Их взгляды встретились, и ее память воскресила мгновения вчерашней слабости. Со стыдом и ужасом она почувствовала, как между ее бедрами снова увлажнилось.

– Дальше будет только хуже. – Леандро даже не озаботился тем, чтобы попытаться хотя бы немного успокоить Абигейл. – Снегопад здесь может продолжаться по несколько дней. Вот почему я редко рискую приезжать сюда зимой. И хочу предупредить, что не может быть и речи о возвращении в Лондон, тем более на той машине, на которой ты приехала сюда.

– Не говори больше ничего, – единственное, что смогла сказать Абигейл, ошеломленная таким развитием событий. – Ты не понимаешь, Леандро. Я должна немедленно вернуться в Лондон.

– Я разговаривал с твоим водителем. Он более чем счастлив остаться здесь еще по крайней мере на одну ночь.

– Меня не волнует, чего хочет Хэл!

– Да, но ты должна иметь это в виду, поскольку он является водителем вашего средства передвижения, – заметил Леандро. – Но то, что по проселочным дорогам проехать невозможно, – это факт.

Абигейл захотелось взвыть.

– Пока ты не грохнулась в обморок, разыгрывая трагедию, недоступную моему пониманию, сообщаю, что у меня аналогичная проблема. Мне тоже крайне необходимо попасть в Лондон. Я не планировал приезжать в поместье раньше весны, если бы не эта глупая затея Розалинды.

Абигейл угрюмо размышляла, как следует расценить его слова. Получается, что они оба застряли здесь. Однако Леандро и не подозревал, что его проблема, какой бы важной она ни была, не идет ни в какое сравнение с теми обстоятельствами, которые требуют срочного возвращения Абигейл домой.

– И что? – задала она короткий вопрос.

– А то, что тебе надо одеться, – ответил Леандро с ухмылкой.

Абигейл только сейчас сообразила, в каком виде она стоит перед ним.

– Я… Мне необходимо сделать несколько звонков, – пробормотала она и едва сдержалась, чтобы не влепить Леандро пощечину за его усмешку в ответ.

– Ты нервничаешь по пустякам, – произнес он таким сахарным голосом, что у нее свело скулы. – Хэл намерен остаться здесь еще на ночь, так как ему все равно придется перегонять машину в Лондон. Но для тебя, к счастью, найдется альтернативный вид транспорта.

– Что ты имеешь в виду? – Абигейл нахмурилась, потому что, кроме лыж, не могла придумать никаких иных способов перемещения по заснеженному бездорожью. А она ни разу в жизни на них не стояла. Но если потребуется…

– Сегодня утром мой пилот прилетал на вертолете. У меня здесь есть посадочная площадка.

– У тебя есть вертолет и пилот в придачу?

– Да, – самодовольно подтвердил Леандро.

– То есть… мы полетим в Лондон на вертолете?

– Да, и, следовательно, тебе следует поскорее одеться. – Леандро посмотрел в окно. – Снегопад – это, конечно, красивое зрелище, но он оказался уж слишком затяжным, и если мы будем мешкать, то наверняка застрянем здесь и вместе с Хэлом будем доедать остатки еды от несостоявшейся вечеринки.

Леандро на самом деле искренне считал, что некоторые вещи случаются не просто так. Взять тот же снегопад… Это ведь еще и прекрасная возможность для него не только помочь Абигейл вернуться в Лондон, но и, доставив ее прямо домой, точно узнать, каков расклад.

– Встретимся в холле через полчаса.

Он направился к двери не оглядываясь. Однако перед глазами все еще стояла Абигейл в соблазнительном наряде из банного полотенца, пытающаяся удержать его на себе.

У Абигейл была ночь, чтобы подумать о многом. Ночь, позволившая осознать бесполезность попыток игнорировать пламя, до сих пор полыхавшее между ними. Уж если ее стыдливость и смущение беспрекословно отошли на задний план, то это о чем-то говорило. Рядом с Леандро она чувствовала себя как кошка на раскаленной крыше.

Она смотрела, как уходит Леандро и закрывает за собой дверь. Вертолет так вертолет. Зато она будет дома через пару часов. А затем… Леандро пойдет своей дорогой, а Абигейл придется подумать, что же ей делать теперь, когда он снова возник в ее жизни.

Глава 4

Абигейл удалось обнаружить в холле место, откуда оказалось возможным связаться с Клер по мобильному телефону, и она сделала разорительный для своего кошелька звонок, пока Леандро выходил из дома, чтобы проверить, все ли готово к вылету вертолета. Она сообщила подруге, что вернется через пару часов, и попросила ее побыть с Сэмом еще немного.

К тому времени, как Леандро вернулся в дом, Абигейл уже немного успокоилась, поскольку Клер заверила ее, что у них все в порядке. И все-таки, оставив сына на всю ночь в первый раз, она продолжала изводить себя.

– Зачем так часто смотреть на часы? – спросил Леандро и, взяв Абигейл под руку, повел к входной двери.

– Я тревожусь, вот и все. Просто никогда не летала на вертолете.

Снегопад продолжался, теперь уже в виде мелких колких снежинок, морозный ветер щипал лицо, румяня щеки. Абигейл была одета явно не по погоде, и ее легкое пальто не защищало от пронизывающего ветра.

– Не волнуйся. Вскоре будешь доставлена в Лондон целой и невредимой.

Как только Абигейл села в вертолет, тот взревел, ожил и взмыл вверх.

Она рискнула взглянуть на Леандро и поежилась – его властность и уверенность в себе вызывали в ней запретное возбуждение, какой-то необъяснимый трепет. Она совсем некстати начала в который раз мысленно подвергать сомнению правильность решения сохранить в тайне от Леандро свою беременность и рождение сына. По мере приближения к Лондону на смену сомнению пришло шокирующее осознание его ошибочности.

Абигейл попыталась воскресить в душе те чувства, которые испытывала месяцы назад, принимая его. Она напомнила себе, что никогда, по сути, не знала собственных родителей. Отец неизвестен, а мать умерла, когда ей было всего лишь семь лет. Зато она хорошо помнила равнодушие тех незнакомых людей, которым государство платило за то, чтобы они ее кормили, поили и в ка кой-то мере обучали. Та безрадостная, полная жестокости обстановка, в которой росла Абигейл, вынудила ее яростно защищать своего ребенка еще до рождения. Вот почему она решила сохранить втайне свою беременность. Возможно, Леандро и не захотел бы брать на себя ответственность за малыша или предложил бы финансовую поддержку, не более того, но в любом случае Абигейл не захотела рисковать.

Она думала о том, что, может быть, со временем, когда Сэм подрастет и начнет расспрашивать об отце, ей придется пересмотреть свое решение, принятое еще до его рождения. Но к тому времени, как она надеялась, она бы уже прочно стояла на ногах и была материально обеспечена, имела свой дом и многолетний опыт успешного выполнения материнских обязанностей. Все это не позволит никакому суду отнять у нее сына.

Лондон встретил их ледяным дождем, было холодно и ветрено. Абигейл, выйдя из вертолета, поплотнее закуталась в пальто и немного постояла, чтобы сориентироваться, где же они находятся.

– Вон там моя машина. – Леандро, слегка коснувшись спины Абигейл, задал направление, и вот она уже шагала рядом с ним к блестящему черному лимузину, у открытой пассажирской дверцы которого стоял аккуратно одетый мужчина средних лет.

С неприятным ощущением в желудке, которое приходится испытывать на американских горках, Абигейл села на заднее сиденье рядом с Леандро.

– Прямо, – коротко велел Леандро водителю и поднял перегородку, отделявшую того от пассажиров. – Адрес?

– Адрес? – переспросила Абигейл с тревогой.

– Где ты живешь, Абигейл? Мне нужно сказать водителю, куда тебя доставить. Не тупи, пожалуйста.

Абигейл на мгновение закрыла глаза и откинула голову на спинку кожаного сиденья. Похоже, настал момент принятия еще одного судьбоносного решения. Но она все еще не могла отважиться и продолжала увиливать от прямого ответа.

– Леандро, тебе вовсе не обязательно подвозить меня до самого дома, – с отчаянием произнесла она. – Можешь высадить меня у магазина Ванессы. Она должна услышать из первых уст, как все обошлось с кольцом. Вчера я попыталась отправить ей письмо по электронной почте, но не уверена, получила ли она его.

– Да, но на тебе все еще вчерашняя одежда.

– Не важно. Она чистая. И… и…

– Просто скажи, где ты живешь. Я уверен, твоя начальница в состоянии еще немного подождать твой доклад. – Леандро явно надоело и одновременно заинтриговало увиливание Абигейл.

Больше доводов у Абигейл не было, и теперь она молча смотрела на Леандро. Смуглого, красивого… Как она могла уверить себя в том, что оставила его в прошлом? Конечно, она совершила большую, но весьма тривиальную ошибку, безумно влюбившись в человека не своего круга.

Нет, не так. Она всей душой полюбила мужчину, который в один миг отринул все, что их связывало, и предпочел увидеть в ней лишь лживую золотоискательницу, которая расчетливо использовала его. Он тут же выбросил из памяти то, как они вместе смеялись, говорили обо всем и ни о чем, в общем, делали все то, что характерно для влюбленных пар. Однако в то время, как она по уши влюбилась в него, Леандро было нужно только ее тело. Нет, повторной ошибки она не сделает! Лучше ей вновь собраться с духом и вычеркнуть наконец Леандро из своей памяти, а равно и из жизни, навсегда.

Но ее язык опередил доводы рассудка. Абигейл глубоко вздохнула и, стараясь не запинаться, сказала:

– Думаю, нам следует поговорить, прежде чем я отправлюсь домой. У тебя найдется время? Мы могли бы зайти в кафе, что неподалеку от моего дома…

Леандро взглянул на Абигейл. Он полагал, что догадывается, о чем может пойти речь, и едва сдерживался, чтобы не выдать своего удовлетворения. У нее было время подумать обо всем произошедшем, о его словах, и она наверняка готова согласиться переспать с ним. Вожделение – мощный стимул. Кроме того, Абигейл по собственному опыту знала, что он весьма щедрый человек.

Леандро улыбнулся.

– Время можно сэкономить, – произнес он негромко. – Вместо кафе мы можем поехать прямо к тебе или ко мне. У меня есть квартира в Белгравии. А когда мы закончим… разговор, водитель отвезет тебя домой. Что ты на это скажешь?

Абигейл и представить себе не могла, что его ход мыслей примет такое однозначное направление. Хотя чему она удивляется? Но в любом случае ей нужно как можно скорее позвонить Клер и попросить ее задержаться еще ненадолго.

– Нет, – только и сказала она.

Леандро пожал плечами, хотя сам едва сдерживался. Он никогда не хотел никого так, как эту женщину. И пусть Абигейл солгала ему о своем прошлом, от этого она не стала менее желанной. Сейчас он был готов нарушить любые правила и действовать вопреки им только ради того, чтобы освободиться наконец от нее и закрыть эту главу своей жизни.

Абигейл назвала Леандро адрес кафе, и он, уступив, сообщил его водителю. А затем, совсем не потому, что ей была интересна эта тема, а чтобы нарушить возникшую в салоне тишину, от которой по ее телу побежали мурашки, она сказала:

– Твое загородное поместье великолепно, Леандро. Ты часто бываешь там?

– Пару раз в году.

Абигейл скрутила волосы на затылке узлом, но несколько прядей выбилось, и Леандро захотелось аккуратно заправить их ей за уши, а затем притянуть ее к себе и почувствовать губами свежую сочность ее рта.

– Жаль, что ты, имея так много домов по всему миру, редко можешь бывать в них.

– Наверное. Но для меня эти дома являются скорее вложением в недвижимость, которая всегда в цене. Я постоянно слежу за рынком недвижимости, и, надо сказать, подобная схема инвестиций работает безупречно.

– Получается, что делать деньги на домах важнее, чем жить в них.

Леандро усмехнулся:

– Ну вот! Ты опять разыгрываешь из себя чистоту и наивность.

– Если ты испытываешь ко мне такую неприязнь, почему так хочешь переспать со мной? Как можно делить постель с тем, кто тебе неприятен?

– Тебе ли спрашивать? – Вопрос Леандро прозвучал довольно резко. – Разве мы находимся не в одинаковом положении? Не в одной ли лодке плывем? Или ты имеешь в виду личные чувства ко мне и готова начать все сначала, отбросив груз прошлых ошибок?

Абигейл едва сдержалась, чтобы не назвать Леандро сумасшедшим, если он полагает, что она хочет поговорить с ним о чем-то подобном.

– У меня нет к тебе никаких чувств, Леандро. – Абигейл вызывающе вскинула подбородок.

– Та-ак, в этом, по крайней мере, мы в равном положении. Надеюсь, что предстоящий разговор, на котором ты настаиваешь, пойдет об условиях возможной связи между нами.

– Именно о связи между нами он и пойдет. Но ты даже не представляешь, в каком ключе. – Ответ Абигейл был предельно правдивым.

Леандро отреагировал на это кривой полуулыбкой:

– Я уже взрослый мальчик, Абигейл, и достаточно опытный, чтобы чему-либо удивляться. А условия, как ни странно, вещь весьма полезная. Они структурируют любую ситуацию.

– Разве? – Абигейл была почти уверена, что, во-первых, Леандро не был настолько опытен, чтобы ничему не удивляться, а во-вторых, те условия, которые она имела в виду, наверняка не структурируют его жизнь, а сокрушат привычную зону комфорта, в которой он обитает.

Абигейл приняла трудное решение и как-то сразу успокоилась. Скоро Сэму исполнится год, а сама она ощущает себя гораздо увереннее, чем в беспокойные месяцы беременности и сразу после рождения малыша. Когда она впервые взяла на руки своего новорожденного сына, ее едва не разорвало от любви к этому чуду, смотревшему на нее еще не сфокусированным взглядом больших темных глаз, и в то же время от недоумения, как это она отважилась справиться со всем этим в одиночку. На один миг она посочувствовала Леандро из-за того, что он пропустил столько интересного.

– Конечно. – Леандро коснулся пальцем подбородка Абигейл и опустил его, чтобы она смотрела ему в лицо, перестав делать вид, что он невидимка.

Дыхание Абигейл участилось. Прикосновение его пальца к подбородку заставило ее напрячься от возбуждения, а этого допускать было никак нельзя. Она отпрянула, однако кровь успела броситься ей в лицо.

– Если позволишь, я сделаю один телефонный звонок, пока мы не доехали.

– Мы будем в кафе через двадцать минут. К чему такая спешка?

– Мне крайне необходимо связаться с другом.

– С другом? – Леандро, сузив глаза, нетерпеливо ждал ответа Абигейл.

– Клер, моя подруга, находится сейчас у меня дома.

Абигейл уже говорила по телефону. Присутствие Леандро уже не имело никакого значения. Она сообщила Клер, что уже в Лондоне и скоро будет дома, а также сердечно поблагодарила подругу за неоценимую помощь.

– За помощь? В чем?

Леандро нахмурился, уставившись на Абигейл. Он не замечал за собой любопытства, но взволнованный разговор вполголоса заинтриговал его.

Абигейл предпочла не услышать эти вопросы Леандро. Все равно он скоро обо всем узнает.

– Я не могу долго задерживаться, – вместо ответа сказала она.

Леандро помрачнел при этих словах, однако решил не обострять ситуацию.

– Я тоже, – проинформировал он ее. – Вся эта дурацкая кутерьма нарушила мой рабочий распорядок.

Вскоре лимузин остановился возле кафе, высадив своих пассажиров под унылый, мелко моросящий дождь.

Они без проблем нашли свободный столик. Абигейл думала, что все будет занято, однако сейчас в этом небольшом, весьма популярном кафе было почти пусто.

– Итак… – Леандро недоумевал, почему Абигейл все больше нервничает. – Скажи мне, о чем ты хотела поговорить со мной?

Они заказали кофе, а Леандро добавил к нему круассан.

– Ты помнишь, как однажды мы отправились с тобой на озеро?

Леандро перестал жевать, положил круассан обратно на тарелку и откинулся на спинку стула. Он понятия не имел, к чему был задан этот вопрос, но ему очень не нравилось, как Абигейл беспокойно водит пальцем по краю кофейной чашки и старательно избегает его взгляда.

– Помню. – Ответ Леандро прозвучал неожиданно резко. – Пять дней в небольшой хижине неподалеку от Торонто. А почему ты спрашиваешь? Решила предаться воспоминаниям? По-моему, мы согласились с тем, что от этого прока не будет.

Абигейл взглянула на Леандро. Выражение его красивого, скульптурной лепки лица стало замкнутым, но она представила себе, как он будет обескуражен, когда услышит совсем не то, что ожидал, и едва нервно не хихикнула.

– Там кое-что случилось, Леандро, – тихо сказала она. – Вспоминаешь?

Леандро покачал головой, начиная злиться. Он провел пальцами по волосам.

– Ты намерена и дальше забрасывать меня воспоминаниями? Я пришел сюда не в угадайку с тобой играть.

– Мы занимались любовью у озера. Помнишь? – Ее голос помимо воли прозвучал ностальгически, но Абигейл даже не осознавала этого. – Было очень жарко, и мы устроились прямо на пристани с бутылкой холодного вина и закуской, где занялись любовью, рискуя позабавить случайных свидетелей.

Леандро помнил все. Фактически тогда он, совершенно расслабившись, впервые в жизни почувствовал, что действительно отдыхает. К сожалению, в этом раю, как оказалось, притаилась змея, и сейчас Леандро не намерен терять время на воспоминания, отравленные ее ядом.

– Мы ведь тогда не предохранялись.

Всего пять слов, но упали они словно неразорвавшаяся бомба. Абигейл внимательным взглядом окинула Леандро, который, остолбенев, казалось, лишился дара речи.

– Что… О чем ты говоришь? – выдавил он из себя наконец.

– Ты понял, о чем я говорю, – тихо ответила Абигейл. – И наверняка вознегодуешь, решив, что мне следовало уведомить тебя об этом тогда. Так вот, я говорю сейчас – у нас был незащищенный секс, и я забеременела.

– Ты лжешь!

– Именно поэтому я так отчаянно рвалась в Лондон. Клер, моя подруга, с которой мы только что разговаривали по телефону, согласилась побыть с Сэмом, пока я доставлю кольцо и вернусь. Но мне и в голову не могло прийти, что из-за погоды придется застрять там.

– Если это какая-то хитроумная уловка, предпринятая тобой, чтобы оттяпать у меня деньги, то ты явно перестаралась.

Они действительно пренебрегли тогда контрацепцией. Леандро был в тот момент настолько возбужден, что пошел на риск. Впервые в жизни.

– Ему десять месяцев.

– Я отказываюсь верить тебе на слово, – решительно отреагировал Леандро.

Золотистый оттенок кожи его лица на глазах становился пепельным. Он не должен верить Абигейл, но все равно в уме подсчитывал и сопоставлял сроки.

Она вздохнула:

– Я думала сообщить тебе, Леандро, как только узнала о беременности, но испугалась последствий. Ведь мы расстались при весьма неприятных обстоятельствах, и я боялась, что ты попытаешься отнять у меня Сэма.

Леандро потянулся за своей чашкой кофе и с удивлением отметил, что его рука дрожит.

– Тебе, безусловно, необходимо время, чтобы осмыслить услышанное. Я могу это понять. – Абигейл поднялась из-за стола. – Если позволишь, я запишу твой номер мобильного телефона и позвоню тебе через, скажем, пару недель, когда ты… хм… свыкнешься… со всем этим. Я просто хочу, чтобы ты знал – мне ничего от тебя не нужно.

Вид Абигейл, поспешно ретирующейся к выходу из кафе, молниеносно побудил Леандро к действию. Он швырнул на стол деньги за их заказ и бросился вслед за ней.

Две недели! Она собирается связаться с ним через две недели?!

Да Абигейл только что бросила ручную гранату ему на колени, и что? Она серьезно полагает, что может вот так исчезнуть, а затем объявиться вновь, когда Леандро, по ее мнению, осознает положение, в котором оказался после ее признания, и примет для себя какое-то решение?

– Куда ты, черт возьми, направляешься? – Леандро крепко ухватил руку Абигейл и резко дернул. Ее попытки высвободиться оказались безуспешными. – Не думай даже, что можешь обрушить на меня все это, а потом вот так сбежать.

– Но тебе же необходимо время обдумать…

– Обойдемся без твоей вздорной психологии! Ты сейчас огорошила меня новостью, что у тебя есть ребенок…

– У нас есть ребенок. Сын.

Их взгляды схлестнулись. Сын. Ничто не заставило бы Леандро уступить Абигейл и поверить ей, но отцовство… Это было то, о чем он никогда даже не задумывался. Никогда не помышлял становиться отцом, потому что не хотел! Как он понял еще в своем далеком, далеко не безоблачном, нестабильном детстве, рождение детей может оказаться в некотором роде чудовищной ошибкой. Убедил же его в этом не только собственный опыт взросления, но и пример сестры. Вот почему Леандро никогда не мечтал о продолжении рода и не видел себя в роли отца. Эта сторона жизни его не интересовала.

А что, если Абигейл сказала правду? Допустив такую вероятность, Леандро внезапно осознал, что эта правда перевернет с ног на голову его привычный мир. Нет ничего более пагубного и угрожающего для сокрушения его с трудом упорядоченной жизни, чем появление в ней ребенка.

Нет, нет! Никаких «а что, если»! Он даже думать об этом не хочет. Леандро был хладнокровным, здравомыслящим человеком, рациональным до мозга костей. Его не интересовала возможность, ему нужны факты.

– Ты говоришь мне, что я отец. Тогда позволь мне увидеть моего сына.

– Леандро…

– Сейчас по-твоему не выйдет, Абигейл. Ты не можешь вот так исчезнуть, преподнеся мне сюрприз подобного рода. Значит, по твоим словам, у меня есть сын. Тогда я хочу познакомиться с ним.

Леандро все еще цеплялся за свои подозрения о том, что Абигейл лжет и ее слова – обычный шантаж. Но разве можно обманывать в таком деле? Он искал все новые и новые контраргументы, стремясь логически, доводами рассудка развеять тот кошмар, который неожиданно навис над ним.

– Я не думаю…

– Нет! – Возглас Леандро прозвучал как удар хлыста. Абигейл вздрогнула и даже огляделась вокруг. – Эта ситуация уже вышла из-под твоего контроля. Ты отворила запертую дверь и теперь можешь пожинать плоды своего поступка.

Абигейл с ужасом в глазах уставилась на него.

– Где ты живешь? Довольно прятаться в кустах, больше никаких увиливаний, Эбби. Мы прямо сейчас едем к тебе домой, хочешь ты этого или нет.

Буквально через десять минут они уже были возле небольшого домика, арендованного Абигейл, располагавшегося в ряду однотипных строений.

Клер была обескуражена, и это слабо сказано. Она ведь понятия не имела, что объявился отец Сэма, потому что Абигейл не предупредила ее об этом. А сейчас уже не до объяснений.

– Сэм спит. – Это было первое, что сказала Абигейл, обернувшись к Леандро, едва за Клер закрылась входная дверь.

Дом выглядел до смешного крошечным, и присутствие в нем Леандро, казалось, поглощало весь кислород и вызывало клаустрофобию.

– Я хочу увидеть его.

– Ты все еще не веришь мне?

– Ладно, допустим, у тебя есть сын. – Леандро бросил на Абигейл суровый взгляд. – А кто может с уверенностью сказать, что именно я его отец?

– Я бы никогда не позволила себе солгать тебе в таком вопросе. – Она отвернулась, едва сдерживая слезы. – Пойдем.

Она развернулась и пошла, Леандро последовал за ней. Они поднялись по лестнице на второй этаж и вошли в спальню, где у одной из стен стояла детская кроватка. Это был, конечно, не идеальный вариант для жизни, но в Лондоне арендная плата за жилье очень высока, и этот домишко было единственное, что Абигейл могла себе позволить.

Она всегда держала включенным ночник возле кроватки сына. Неяркий свет горел и сейчас, поскольку занавески на окне были задвинуты и не пропускали в комнату даже слабые послеполуденные лучи солнца. В комнате было довольно уютно и аккуратно. Цвет обоев спокойный, нейтральный.

Абигейл посторонилась, и Леандро шагнул к детской кроватке. Опустил взгляд на ребенка, спящего в ней… Тот был невероятно, потрясающе красив. И Абигейл внезапно ощутила такой резкий укол вины за то, что скрыла ребенка от отца, который сейчас смотрел на своего сына. При виде Леандро возле кроватки Сэмюэля она не находила себе оправданий.

Даже в приглушенном, сумрачном свете спальни копна темных волос Сэма и оливковый оттенок его кожи делали отцовство Леандро очевидным.

Леандро захлестнула волна каких-то странных чувств. У малыша были такие же, как у него самого, очень темные волосы и того же оттенка кожа. Отрицать, что это его ребенок, было бы просто глупо. Но Леандро счел, что он должен еще некоторое время поупорствовать, а не принять все как должное. Хотя в глубине души он уже не сомневался в своем отцовстве.

Значит, Абигейл утаила от него сына и продолжала бы скрывать, не вмешайся судьба, заставившая их пути пересечься вновь.

Да, Леандро не помышлял о детях. Но сейчас в нем вскипела ярость, потому что от него скрыли самое важное, что только может произойти в жизни. Стоя у детской кроватки, он оглянулся и посмотрел на Абигейл. Затем медленно направился к ней.

– Пожалуй, теперь нам действительно нужно поговорить, Эбби.

Глава 5

– Нужен тест ДНК, – такими были первые слова, произнесенные Леандро, как только они с Абигейл оказались в кухне.

До сих пор он не обращал ни малейшего внимания на то, что его окружало, но сейчас огляделся, и ему крайне не понравилось то, что он увидел. Непритязательный, если не сказать убогий, домишко. Маленький настолько, что в нем негде было развернуться. И снова ярость захлестнула Леандро, как и в тот момент, когда он, стоя возле детской кроватки, смотрел на темноволосого малыша. Его окатила мощная волна гнева, заставившая стиснуть зубы.

Впрочем, основания для сомнения у него все еще оставались.

Помня, какая Абигейл лгунья, Леандро твердо решил не принимать во внимание никаких отговорок и увиливаний, которыми она вздумает оправдываться. Пока же он мог думать только о том, что если тот малыш, что спит наверху, его сын, то в его жизни, как он осознавал, предстоят кардинальные изменения.

Абигейл побледнела.

– Ты хочешь сказать, что не веришь мне? – спросила она напрямик.

– Ну, скажем так, твоя репутация не предполагает доверия. И принять твои слова на веру – значит совершить нелепый акт благотворительности. – Леандро отодвинул стул от кухонного стола и сел на него, вытянув длинные ноги.

При мысли о его ребенке, вынужденном расти и воспитываться в подобных условиях, Леандро бросило в дрожь. Но почти так же его шокировал тот факт, что собственные размышления уже приняли практическое направление поиска более приемлемых вариантов.

«Не торопись», – мрачно осадил себя Леандро. Этим он займется, только когда его отцовство будет стопроцентно подтверждено.

И все же… Внешнее сходство очевидно. Да и в душе Леандро верил в то, что Абигейл не из тех женщин, которые, едва расставшись с одним мужчиной, стремглав бросаются в постель другого.

Был, конечно, момент, когда он испытал настоящий ужас, представив себе, как трещит по всем швам его упорядоченная, отлаженная жизнь.

– Ты – отец Сэма, Леандро, – мятежно вскинув подбородок, стояла на своем Абигейл. Ей достаточно было взглянуть на лицо Леандро, чтобы съежиться и содрогнуться от мрачного предчувствия.

Она была нужна ему лишь на короткое время, чтобы удовлетворить желание и завершить их историю не троеточием, а жирной точкой. Он даже не постеснялся сказать ей это напрямик. Интересно, о чем он думает теперь?

– Я ничего не прошу у тебя, – тихо сказала Абигейл. – Ты вовсе не предполагал оказаться в такой ситуации, которая может кардинально изменить твою жизнь.

Она сидела напротив Леандро и прекрасно понимала, какой крошечной кажется ему ее кухня, особенно когда он сам занимает в ней столько места. И уж она сама в присутствии Леандро так остро замечает недостатки своего жилища, что же должен видеть он?

Человек с собственным вертолетом, владеющий шикарными домами по всему миру, оцениваемыми миллионами? Человек, которому стоит только щелкнуть пальцами, как все вокруг кинутся к нему со всех ног выполнять его пожелания?

Итак, Леандро намерен провести тест ДНК, результат которого все равно окажется положительным. И что тогда? Захочет ли он увезти своего сына из этого убогого обиталища? Вряд ли. На это, по крайней мере, надеялась Абигейл. Матери ведь тоже имеют права на ребенка. Но, как отец, Леандро может обеспечить Сэма не в пример ей, изъяви он такое желание, и использовать в борьбе с Абигейл свои неограниченные возможности.

Ей вдруг показалось важным и даже необходимым убедить Леандро в том, что его жизнь останется прежней, той, к которой он привык.

– Случившееся оказалось всего лишь непреднамеренной ошибкой. – Она успокаивающе и очень неискренне улыбнулась ему. – Судя по твоему образу жизни, в ней нет места ребенку, Леандро. Ты же постоянно в разъездах! Сам говоришь, что крайне редко успеваешь пожить в своем великолепном загородном поместье. Готова поспорить, что в Англии ты практически не бываешь!

Абигейл хотелось, чтобы Леандро сказал хоть что-нибудь и, хорошо бы, согласился с ней. Или, по крайней мере, дал понять, что слышит ее. Он же молча смотрел на нее с задумчивой напряженностью. Рассуждая здраво, Абигейл, конечно, понимала, что Леандро не может просто взять Сэма и забрать его с собой лишь только потому, что богат.

– Поэтому я и говорю, – закончила она с гораздо большей уверенностью, чем чувствовала. – Тебе не стоит менять свою жизнь из-за Сэма. Я вполне могу справиться со всем этим сама.

– Я договорюсь о тесте на отцовство.

– И это все, что ты можешь мне сказать, Леандро?

– А что бы ты хотела услышать? – Голос Леандро прозвучал угрожающе. – Если ты сказала мне правду и малыш – мой сын, я сделаю вид, что меня это не касается, поскольку его рождение оказалось всего лишь непреднамеренной ошибкой, как ты выразилась. – Леандро встал. – Я больше ничего не хочу обсуждать. Пока. Ты знаешь сама, что я очень богатый человек и весьма привлекательная цель для золотоискательниц. А верю я тебе или нет, значения не имеет.

– Я не золотоискательница, Леандро, и ты это знаешь.

У него сердце сжалось при виде такой неподдельной боли на лице Абигейл, но отказываться от сказанных им слов Леандро не намеревался. Еще совсем недавно его вдохновляла мысль о том, чтобы добиваться этой женщины, преследуя ее до тех пор, пока она не окажется в его постели, закончить незавершенное дело, освободившись наконец от наваждения, и продолжить свою прежнюю, вполне устраивающую его жизнь. Но теперь-то все изменилось. И самым радикальным образом.

– Я сообщу тебе о дате теста, а затем о результатах… – Леандро мельком взглянул на Абигейл и подумал о мирно спавшем в кроватке малыше. Что-то, сравнимое по мощи с глубинной бомбой или землетрясением, угрожало захлестнуть его.

– Леандро. – Абигейл шагнула к нему, но в нерешительности остановилась.

– Я буду на связи.

Назавтра Леандро не дал о себе знать, но к полудню с ней связался врач – консультант по вопросам ДНК-тестирования, а в шесть часов вечера у них побывал лаборант, взявший анализ. Позже позвонил Леандро и кратко проинформировал Абигейл о том, что тоже прошел подобную процедуру в полном соответствии с медицинскими требованиями. Их первая беседа по телефону после того, как он узнал о сыне, длилась секунд десять.

Поэтому она никак не ожидала увидеть Леандро всего через три дня после проведения теста, и уж тем более в магазине Ванессы, где он появился во всем своем мрачном великолепии.

Абигейл подняла голову и увидела его в проеме входной двери. Высокого, представительного, вмиг привлекшего к себе внимание присутствующих. У нее перехватило дыхание и сердце в груди отозвалось барабанной дробью.

Все в магазине тут же оставили свои дела, но Леандро проигнорировал интерес к своей персоне и направился прямо к Абигейл. Лицо суровое, и понять его выражение не представлялось возможным.

Как кролик, застигнутый на дороге светом автомобильных фар, Абигейл почувствовала, что лишилась способности двигаться и даже дышать.

– Получены результаты теста.

Абигейл моргнула и очнулась.

– По-моему… ты сказал, что сообщишь мне о них по телефону.

– Я посчитал, что гораздо лучше будет сообщить новость, встретившись лицом к лицу. Нам надо поговорить, Абигейл. И если ты не хочешь, чтобы разговор состоялся здесь, то тебе следует извиниться и тотчас уйти отсюда.

– Но до окончания работы еще два часа!

– Мне все равно, даже если бы ты только начала свой рабочий день. – Леандро огляделся, поймал взгляд Брайана, менеджера их бутика, и снова посмотрел на Абигейл: – Этот парень старший здесь?

– Дай мне пять минут… И, пожалуйста, Леандро, не мог бы ты подождать меня снаружи?

– Мне удобнее здесь.

Абигейл бросила на него сердитый взгляд, но сдержалась. Негромко переговорила с Брайаном, и через несколько минут они с Леандро вышли из магазина, окунувшись в морозные февральские сумерки.

– В машину. – Леандро кивнул в сторону черного лимузина. – Мы сейчас отправимся ко мне домой. Это в двадцати минутах езды отсюда, и там у нас состоится весьма серьезный разговор. Затем поедем и заберем моего сына там, где ты оставляешь его, пока работаешь.

– Ты не имеешь права приказывать мне! – взвилась Абигейл, однако слабость голоса свидетельствовала о ее капитуляции.

– Ты еще должна радоваться, что я решил действовать цивилизованным образом, Абигейл, потому что в данный момент благородным я себя точно не ощущаю.

– Послушай… – Она повернулась к Леандро, когда автомобиль, в который ее запихнули словно жертву похищения, резко набирал скорость. – Я понимаю, в этой ситуации ты имеешь право быть немного… раздраженным…

– Немного раздраженным?

Леандро бросил на нее уничтожающий взгляд. Простой серый костюм, волосы туго стянуты в пучок на затылке, макияж на лице минимальный… В ее стройной фигуре не было и намека на материнство. Леандро и в голову не пришло бы заподозрить что-либо подобное. Он вновь ощутил гнев из-за того, что она скрыла от него сына.

Делая свое признание, Абигейл сразу же сказала, что ей от него ничего не нужно, что она способна справиться со всем сама. Его это заявление почему-то оскорбило, хотя он действительно никогда и не помышлял об отцовстве. Собственная реакция после вскрытия конверта с результатом теста поразила Леандро, хотя он с самого начала знал, каким он будет.

– По какому праву ты утаила от меня моего сына? – Леандро стиснул зубы. – Вероятно, не сочла себя обязанной сообщить мне о ребенке после разрыва наших отношений?

Абигейл смутилась. Такая страсть в голосе была так не характерна для этого мужчины, умевшего, как никто, держать эмоции под контролем! Но тут уж она сама вскипела гневом, по накалу не уступавшим его ярости. Почему Леандро сваливает всю вину только на нее? Ведь между ними случился не просто разрыв отношений. Он избавился от нее как от преступницы. Выпроводил, посчитав золотоискательницей и лгуньей, а теперь смеет обвинять в сокрытии беременности.

– А как бы ты поступил на моем месте?

Абигейл озвучила мысль, внезапно пришедшую ей в голову. Она подозревала, что если слабовольно, без сопротивления уступит Леандро сейчас, то наверняка окажется ковриком, о который он безо всякого стеснения будет вытирать ноги в дальнейшем.

– Я не была уверена в том, что, если брошусь к твоим ногам и признаюсь, что беременна, ты не станешь настаивать на аборте после всего, что наговорила твоя сестра.

– Правду, ты имеешь в виду?

– Ну вот! Опять ты за свое! Прошло более трех месяцев после того, как мы расстались, прежде чем я поняла, что беременна. Меня тогда так тревожило будущее, я настолько отчаянно нуждалась в работе и беспокоилась о том, где и как мне жить, поскольку мои сбережения исчерпались, что и не заметила признаков беременности! Да, конечно, я могла бы прибегнуть к твоей помощи, но знаешь что? Когда тебя обвиняют в том, что ты лгунья, воровка, золотоискательница и вообще злоумышленница, обращаться за поддержкой к обвинителю – это последнее, что могло прийти мне в голову, да и то только в состоянии полнейшей безысходности.

– Я же был не просто твоим случайным сожителем, а отцом ребенка, которого ты носила.

Леандро вздохнул, теряя терпение и немного приуныв под грузом ее встречных, надо сказать, небезосновательных обвинений. Минут через пять они уже будут в его квартире. Он чувствовал, что разговор слишком личный, можно сказать, судьбоносный, чтобы вести его здесь, на заднем сиденье автомобиля.

– Я подумала, что ты попытаешься отнять у меня Сэма, а я буду не в состоянии тебе противостоять, потому что ты богат и могуществен, тогда как я в то время была безработной и практически без шансов устроиться куда-либо из-за характеристики бывшего босса, который из мести нагло оболгал меня.

– Почему ты думаешь, что я не попытаюсь сделать это сейчас? – спросил Леандро скорее с любопытством.

Абигейл замерла, с ужасом глядя на него.

– Ты не посмеешь!

– Абигейл, ты же понимаешь, что бросать вызов человеку вроде меня нельзя.

Леандро позволил возникшей в салоне тишине висеть бесконечно долго. Почему бы не дать возможность неуемному воображению этой женщины разыграться в полной мере? И это было еще самое малое из того, что она заслуживала за свой поступок.

– Мы приехали. Продолжим наш разговор в моей квартире.

Абигейл, не в силах справиться с охватившей ее паникой из-за мыслей о наихудших вариантах развития событий, в смятении едва взглянула на белое современное строение, перед которым затормозил их лимузин.

Они вошли в просторный холл здания, отделанный викторианской плиткой, в молчании поднялись на лифте во внушительных размеров квартиру, занимавшую два этажа. В ней все было белым, за исключением ярких картин художников-абстракционистов на стенах. Штор на окнах не было вообще, только жалюзи. Лестница, ведущая на второй уровень, показалась Абигейл самым опасным элементом декора для ребенка возраста Сэма. Ничего подобного она не видела никогда в жизни. Выполненная из металла, хотя и снабженная символическими перилами, лестница так и подстрекала бы малыша предпринять рискованные шаги, грозящие ему падением. Абигейл ужаснулась.

Леандро, внимательно следивший за ней, хмурился, понимая, что его квартира не произвела на нее ожидаемого впечатления. А ведь он нанимал самого востребованного в Лондоне дизайнера, который хвалился тем, что закупил лучшие строительные и отделочные материалы, чтобы создать для Леандро Санчеса идеальное обиталище. Дорогостоящий серый гранит в кухне, светлое дерево баснословной цены, доставленное из Нидерландов для пола в гостиной… Вся мебель в квартире была сделана на заказ.

– В чем дело, Абигейл? Что тебе не нравится здесь? – В вопросе Леандро сквозило раздражение.

Она тотчас повернулась к нему, воинственно скрестив руки на груди.

– Я терпеть не могу подобные жилища, – откровенно высказалась Абигейл, сделав широкий жест рукой.

– Да уж, так низко мою квартиру еще никто не оценивал.

– Она такая… бездушная… неприветливая… гнетущая… В мавзолее и то легче дышится.

Леандро сердито взирал на Абигейл, которая, как он помнил, никогда не стеснялась говорить то, что думала. В спорах она была великолепна, вот так же чертовски хороша, как в данный момент. Он не отводил от нее глаз в задумчивом молчании, отмечая вспыхнувший румянец на щеках, естественную розовость полных губ и сверкающий блеск восхитительных ярко-зеленых глаз.

Тело Леандро немедленно откликнулось на увиденное с огорошившей его самого страстью. Недовольный собой, он отвернулся и направился к одному из бледно-желтых диванов, функционально расставленных по периметру огромной гостиной.

– Давай отвлечемся от обсуждения моих ужасающих, с твоей точки зрения, жилищных условий и поговорим о твоих. Разве ты думала о ком-то еще, кроме себя, когда принимала решение устранить меня из жизни моего сына? С моими финансовыми возможностями ты могла бы значительно улучшить условия его жизни, вместо того чтобы держать ребенка в так называемом доме размером со спичечный коробок.

Абигейл вспыхнула, ужаснувшись тому, как безапелляционно Леандро отнес ее к категории эгоистов.

– А как насчет того, – безжалостно продолжал он, – что, повзрослев, мой сын неизбежно начнет задаваться вопросом, где же его отец?

– Перестань называть его «мой сын». Это наш ребенок.

Леандро злился на Абигейл за то, что она скрыла от него факт рождения сына, но был вынужден признать, что он в свое время неоднократно давал ей понять, что не намерен связывать себя никакими обязательствами, хотя был уже близок к пересмотру своей жизненной позиции. Сейчас же до него впервые дошло, что, возможно, поспешность принятия на веру слов Сесилии и резкий разрыв отношений с Абигейл были вызваны элементарным страхом перед собственными чувствами.

Леандро представил себе, как она в одиночку, без чьей-либо помощи – испуганная, не имеющая ни гроша в кармане и каких-либо связей, – справлялась с ситуацией, в которой неожиданно оказалась. Был ли с ней кто-то рядом, когда пришло время рожать? Или она отправилась в роддом одна?

– Я сама уже не раз думала о том, что будет, когда Сэм начнет проявлять любопытство в отношении своего отца, – пробормотала Абигейл с тревогой в голосе.

– И что надумала? – Тон Леандро, обескураженного результатами самоанализа собственных мыслей, был резче и холоднее, чем следовало бы. – Что-нибудь из серии «погиб в море при кораблекрушении» или «пропал без вести при выполнении секретного задания»?

– Нет-нет! – Абигейл ужаснулась тому, как ему могло прийти такое в голову. Он что, серьезно это говорит? – Я никогда, никогда не поступила бы так!

Его тон несколько смягчился, когда он увидел на лице Абигейл обескураженное, почти горестное выражение.

– Вспомни о своем прошлом. Подумай о том, что скажет Сэм по прошествии нескольких лет, когда поймет, что ты лишила его возможности вести тот образ жизни, который я мог бы ему обеспечить.

– О чем ты говоришь? – Она нахмурилась в замешательстве от рассуждений Леандро.

– Ты не допускаешь того, что, став подростком, он потребует от тебя ответа на вопросы обо мне и в конце концов узнает, в каких привилегиях ты ему отказала? Не возненавидит ли он тебя за это?

– Я никогда не растила бы своего ребенка меркантильным человеком, – тут же возразила Абигейл, хотя ее разум уже воспринял тревожный сигнал и заставил задуматься на сей счет.

– Возможно. Но несмотря на это, – по-прежнему безжалостно продолжал Леандро, – ну разве только если тебе удастся воспитать святого, человеческая природа возьмет свое. Повзрослевший Сэм все равно оценит свои упущенные возможности и рано или поздно начнет обвинять тебя. – Он помолчал немного, дав подобному сценарию уложиться в голове Абигейл. – Разве что, – задумчиво произнес Леандро, – ты надеешься взлететь на еще никем не достигнутые высоты финансового успеха.

– Я ненавижу тебя.

Абигейл рассерженно посмотрела на Леандро, а он в ответ лишь приподнял брови.

– Тебе ненавистно то, что я говорю. Но ты должна это услышать, потому что мы оба находимся в непростой ситуации, требующей разрешения.

– Как ты можешь в таких обстоятельствах быть настолько невозмутимым?

– Ты недовольна этим? А какова альтернатива? Тебе хотелось бы видеть меня рыдающим и заламывающим руки в отчаянии?

Мрачный юмор Леандро не вызвал, однако, улыбки на лице Абигейл. Она вскочила и начала расхаживать, оглядывая все вокруг. Богатство и роскошь так и лезли в глаза отовсюду.

– Да, мой дом, возможно, и совсем крошечный, но глупо предполагать, что в такой квартире ребенку было бы лучше! – воскликнула она с осуждением, остановившись прямо перед Леандро.

– Я ценю твою искренность, Эбби, – произнес тот серьезно, и она с удивлением взглянула на него.

– Да нет, вряд ли, – немедленно парировала она. – Я не думаю, что кто-либо был с тобой искренен до конца.

– Ты не права. Когда мы были вместе, ты была честна со мной во многих вещах. Знаешь, я отлично помню, как ты сказала мне, что я живу словно в башне из слоновой кости, и вознамерилась ознакомить меня с предприятиями фастфуда. Ты называла меня хвастунишкой, которому нравится сорить деньгами, и смеялась, когда я возмущался этим.

Щеки Абигейл вмиг заалели румянцем. Она в изумлении уставилась на Леандро, мысленно вернувшись в прошлое. Ее удивило то, что он помнил об этом.

– Здесь все такое белое. – Она выразительно взглянула на почти белый диван, где сидел Леандро, раскинувшись в небрежной позе. – А ребенок, начинающий ходить, способен причинить невосполнимый ущерб этой стерильности. А эта лестница? Это же источник искушения для малыша и гарантированная причина несчастного случая.

Абигейл представила себе будущее, в котором Леандро вынужден навечно оставаться частью ее жизни. Ребенок соединил двух человек, существующих на параллельных орбитах.

– Но так или иначе, я полагаю, нам следует поговорить о твоем участии в жизни Сэма. Устраняться, как я понимаю, ты не намерен. Если нужно, могу подписать необходимые в таком случае документы. Если захочешь оказывать нам с Сэмом финансовую поддержку, все должно быть задокументировано. – Абигейл, глубоко вздохнув, напомнила Леандро о его недавней завуалированной угрозе отнять у нее сына. – Но я никогда не позволю тебе забрать у меня сына. – Она нашла в себе силы и смело встретила его взгляд.

– У меня и в мыслях такого не было, – заверил ее Леандро.

– Но ты сказал…

– Я просто посоветовал тебе учесть и подобный вариант развития событий. – Он по-прежнему неотрывно, с задумчивым выражением лица смотрел на Абигейл. – Вот какое дело… – мягко, вполголоса произнес Леандро, но почему-то при этом у нее побежали мурашки по телу. – Ты права в отношении квартиры – она явно не рассчитана на детей, но ты можешь заняться ее переделкой.

– О чем ты говоришь?

– Представь эту квартиру в виде чистого холста для будущей картины и делай, что захочешь, чтобы довести ее до надлежащего состояния.

– Я не понимаю тебя…

– А затем, когда ты добьешься желаемых результатов, – продолжил Леандро в тишине, вызванной замешательством Абигейл, – мы решим вопрос с загородным домом. Есть у меня на примете несколько человек, сгорающих от желания заполучить «Грейлинг Манор». Его можно продать хоть завтра.

– Леандро, я не понимаю тебя!

– Что тут непонятного? – вкрадчивым тоном произнес он. – У нас появился ребенок, и я не хочу в связи с этим ввязываться ни в какие тяжбы относительно графика посещений, опеки, определения места его проживания и прочего вздора. Да, я никогда даже не задумывался об отцовстве, но сын дарован нам свыше. Поэтому принимаю это как данность и намерен поступать самым логичным образом. Ребенок, безусловно, должен иметь обоих родителей и статус законнорожденного. – Леандро тяжело вздохнул и взъерошил пальцами волосы. – Мои родители были женаты, – негромко сказал он, – но этим их союз и ограничился. Ты понимаешь, о чем я говорю. Сэм наш ребенок, предусматривался он в планах или нет, и должен расти в стабильной семейной атмосфере. И никак иначе!

– Так ты имеешь в виду…

– Брак, Абигейл. Брак.

Глава 6

– Иного выхода нет? – механически спросила Абигейл, по лицу которой было понятно, что слова Леандро оказались для нее полнейшей неожиданностью. Она уже перебрала в голове миллион и один сценарий того, что могло произойти после ее сообщения о Сэме, но ни в одном из них предложение о браке не фигурировало.

– Нет. Я не собираюсь жить, перетасовывая сына туда-сюда между нами.

– Леандро, мы не можем вступить в брак! – Голос Абигейл повысился и был готов перейти в истеричный. – Это только в идеальном мире ребенок является долгожданным пополнением семьи, плодом любви его родителей. Но мир-то не идеален, Леандро. Скажи мне, что даст нашему ребенку этот брак? Ведь он будет… фикцией?

Кровь бросилась в лицо Леандро, не ожидавшего от Абигейл подобной реакции. Предлагая ей брак, он немалым жертвовал и сейчас возмутился тем, что она, не раздумывая, резко отклонила его предложение. К тому же взыграло уязвленное мужское самолюбие.

– С каких это пор желание сделать лучше для ребенка считается фикцией?

– Ты не так меня понял, – ответила Абигейл тем кротким голосом, который ужасно действовал Леандро на нервы. – Просто брак в современных условиях вовсе не является необходимостью.

Она снова резко поднялась на ноги и принялась расхаживать по гостиной, вспомнив Сесилию, сестру Леандро, напористо объясняющую ей, насколько она не подходит ее брату, пока сама Абигейл собирала свои вещи в нью-йоркской квартире Леандро.

«Леандро нужна женщина его класса. Он не для тебя. Брату не подобает связываться с воровкой, и это еще счастье, что у меня хватило ума вмешаться…»

И тот факт, что Леандро так легко оставил ее, подтвердил слова Сесилии. Теперь же он предлагает ей брак. Но ведь она все тот же человек, которого сочли совершенно неподходящей партией для Леандро.

– Я готова позволить тебе видеться с Сэмом, когда захочешь, – сказала Абигейл. – И, безусловно, я понимаю, что ты можешь предоставить ему возможности, нереальные для меня. Поэтому если предложение о финансовой поддержке остается в силе, с моей стороны возражений не будет. Я хочу сказать, что в мире немало детей, которые растут вполне счастливыми в условиях, когда их родители расторгли брак или расстались по каким-то другим причинам.

– Меня не волнуют какие-то другие дети, – спокойно отреагировал на это Леандро.

Абигейл не выдержала.

– Почему ты не хочешь услышать меня? – выпалила она. – Мы же из разных миров, – отчетливо проговорила Абигейл тихим, но с настойчивыми интонациями голосом. – А это никогда ни к чему хорошему не приведет. Твоя сестра была права – я действительно из другого общественного сословия. Неравный брак будет недолог, и расставание ребенок воспримет куда тяжелее, чем устоявшийся уклад, когда родители дружелюбно общаются между собой, не живя вместе. Наш союз закончится слезами, Леандро. Невозможно без любви удерживать рядом двух человек якобы ради ребенка.

– Что сказала тебе Сесилия?

– Что? – Абигейл недоуменно уставилась на Леандро.

– Я признаю, что Сесилия не должна была вмешиваться. – Леандро поморщился, потому что привычка потакать сестре укоренилась в нем с давних пор. – Но она поступила так с наилучшими намерениями.

– Наилучшими для кого?

Абигейл едва справилась с собой. Она подняла глаза вверх и стиснула зубы, не понимая, как может такой человек, как Леандро, быть таким непонятливым.

Растерявшись на мгновение, Леандро нахмурился.

– Так она, по ее мнению, заботится обо мне, защищает. Наши родители были слишком заняты собой, делая вид, что сами еще недостаточно повзрослели, чтобы заниматься воспитанием детей.

– Сесилия – не защитница, – возразила Абигейл. – Она – собственница, а это плохое свойство натуры человека. Сесилия открытым текстом сказала мне, что я тебе не подхожу, недостойна тебя. Цитирую: «Ты типичная бездомная бродяжка. Твое место возле мусорных баков. Туда и возвращайся». Вот что сказала мне твоя сестра, Леандро!

Абигейл тяжело вздохнула и села, положив руки на колени. Ей было очень, очень трудно говорить с Леандро о его сестре. Оставшись тогда с Сесилией наедине, она не имела возможности отразить ее нападки, но теперь была рада, что рассказала Леандро.

– Мы с Сесилией сейчас не так близки, как раньше, – задумчиво произнес Леандро. Не был ли он слишком снисходительным по отношению к своей сестре? Леандро вспомнил о ее воодушевлении, когда он, попавшись на ее крючок, начал встречаться с Розалиндой, которая, по убеждению Сесилии, идеально подходила на роль его супруги как по происхождению, так и по воспитанию. – Однако мы уходим от главной темы разговора. – Леандро решил, что о сестре он подумает потом.

– Да нет, не уходим. Я лишь пытаюсь объяснить, почему твое предложение о браке в данном случае не имеет смысла.

Взгляд Леандро, брошенный на Абигейл, был непроницаемым.

– Я не готов к такой ситуации, когда, что вполне вероятно, в твоей жизни, Абигейл, появится другой мужчина, который, так или иначе, станет оказывать влияние на моего сына, – довольно резко высказался он.

Абигейл рассмеялась, сочтя нелепой мысль о других мужчинах в ее жизни. С тех пор как они расстались, она не имела ни малейшего желания даже глянуть на кого-либо из них, памятуя свой плачевный опыт.

Да и кто бы мог соперничать с Леандро? Он побеждал априори. И дело не в том, как он выглядел. Нет. Просто он был яркой, харизматичной личностью и красивым мужчиной с невероятным сексуальным магнетизмом. Абигейл почувствовала это сразу, в тот самый момент, когда он впервые подошел к ней и позвал с собой. Только много позже она осознала, что такой мужчина может иметь любую женщину и что их отношения, которые стали для нее жизнью, для него были всего лишь эпизодом.

– А как бы ты восприняла ситуацию с появлением другой женщины в моей жизни? – с любопытством спросил он, вырвав Абигейл из ее размышлений. Она моргнула, сосредоточилась на вопросе и поразмыслила над тем, что он сказал. А поразмыслив, окаменела.

Такая возможность не просто вероятна – она неизбежна. У женщин Леандро был, как говорится, нарасхват. Рано или поздно другая какая-нибудь Розалинда приберет его к рукам. С той разницей, что теперь, учитывая наличие ребенка, Леандро более ответственно подойдет к выбору спутницы жизни, с которой он разделит родительские обязанности.

И что делать ей, Абигейл, в этом случае? Женщины, обремененные детьми, никогда не считались завидной партией. Все, что ее ждет впереди, это работа и забота о Сэме.

Она вздрогнула, когда Леандро внезапно поднялся и посмотрел на часы.

– В какое время ты забираешь Сэма?

Выдернутая из глубокой задумчивости, в которую она то и дело погружалась, Абигейл взглянула на него и сморгнула, как сова.

– Еще через пару часов, – ответила она.

– И ты держишь его в детском саду каждый день с девяти часов до шести?

Абигейл разозлилась. Она последовала за ним в кухню, где Леандро стал готовить кофе.

– Ванесса предоставила мне большие льготы, – сказала Абигейл. – Я прихожу в девять тридцать и работаю до четырех часов. Кроме того, в пятницу у меня дополнительный выходной день. Ванесса понимает, какое бремя несут на себе одинокие работающие матери. Не многие боссы это осознают.

Абигейл вернулась мыслями к другой женщине. Как та будет обнимать Сэма! Говорить с ним воркующим голосом! Подталкивать в спинку на качелях в парке! Изображать добрую мачеху!

– Я не хочу, чтобы мой сын целый день находился в детском саду, – произнес Леандро категорическим тоном. – А тебя это устраивает?

Абигейл немного поколебалась, прежде чем ответить, а затем выпалила, защищаясь:

– А какой у меня выбор, Леандро? Я не могу сидеть с ребенком дома, я должна зарабатывать на жизнь и оплачивать жилье.

– И тем не менее тебе даже не пришло в голову найти меня и попросить о помощи.

– Не пришло. Ни разу, – честно призналась Абигейл.

– Ты, должно быть, чувствовала себя очень одиноко, – заметил Леандро, удивив и себя, и ее таким неожиданным замечанием.

Абигейл не нашлась сразу, что ответить, чувствуя себя обескураженной.

Она вспыхнула и запнулась на мгновение. Леандро тем временем принес ей кофе, приготовленный так, как она любила, – крепкий, с небольшим количеством молока.

– Да, одиноко, – ответила она, воинственно вскинув подбородок. – Но, как говориться, дорогу осилит идущий. Я осилила, как видишь.

– Да, ты как-то умудрилась это сделать.

Леандро не отрывал от Абигейл задумчивого взгляда, пока та не смутилась, зарумянившись, и не начала машинально вертеть в руках кофейную кружку.

– Вернемся к вопросу о браке. Ты воспринимаешь его так, словно речь идет о деловом соглашении, – произнес Леандро с подчеркнутой медлительностью.

Абигейл бросила быстрый взгляд на его худощавое, странно задумчивое лицо.

– А разве это не так? – спросила она. – Ты неожиданно узнал, что имеешь сына и… Мне, правда, жаль, что я не поставила тебя в известность об этом в свое время. Но в тот момент я была уверена, что поступаю правильно, посчитав только себя ответственной за случившееся. – Абигейл вздохнула и рассеянно накрутила на палец длинную белокурую прядь. – И теперь перед тобой встала проблема, как ты сам сказал, найти наиболее приемлемое решение с учетом собственного, не очень счастливого детства.

– Да, так и есть.

– Большинству людей твоего круга не трудно будет догадаться о моем происхождении. Поэтому тебе, тем более, совершенно нецелесообразно жениться на нелюбимой женщине исключительно ради ребенка.

– И это правда.

– Но ты намерен поступить по-своему, не так ли, Леандро? – Абигейл поняла тщетность своих попыток повлиять на ситуацию.

Она поднялась, прошлась по кухне и несколько мгновений смотрела в окно, из которого открывался вид совсем не такой, как из окна ее кухни. Затем повернулась и, прислонясь к кухонному столу, пристально посмотрела на Леандро.

– Так скажи мне, чем же это не деловое соглашение, и объясни, почему женитьба, похожая на сделку, может вообще считаться благим делом?

Леандро минуту поразмышлял, потом ответил:

– В сущности, я склонен думать, что брак как деловое соглашение имеет гораздо больше шансов сохраниться надолго. В тех же случаях, когда задействованы эмоции, как правило, все быстро заканчивается крахом и всякого рода страданиями. Вначале кипит бурная страсть, не оставляющая места ни для чего другого, а по мере ее угасания неизменно все вокруг рушится.

– Ты, оказывается, циник.

– Я реалист, Эбби. – Леандро неотрывно смотрел на Абигейл. – И именно поэтому мне удается успешно заключать многомиллионные сделки с минимальными рисками. Однако… – Леандро встал и медленно направился к Абигейл, которая неожиданно ощутила, как при его приближении волосы на ее затылке поднимаются дыбом. – Я ведь уже говорил, что мы заключаем не просто деловую сделку, не так ли?

Он остановился перед ней и слегка склонился, положив руки на столешницу с обеих сторон от Абигейл, как бы заключая ее в ловушку.

– О чем ты? – пролепетала она.

– В сделке не принимается в расчет сексуальное притяжение, которое, безусловно, по-прежнему существует между нами, – откровенно высказался Леандро. В какой-то мере он понимал, что не стоит усложнять ситуацию, идя на поводу своих сексуальных желаний, но соблазн провоцировать Абигейл победил. – Конечно, если ты заупрямишься, все еще больше запутается. И прежде всего из-за неизбежности того, что в наши жизни рано или поздно войдут другие люди.

Внешне Леандро проявлял слегка небрежное безразличие к обсуждаемой проблеме, говорил обычным, без эмоций, голосом, однако в душе он напряженно ждал реакции Абигейл.

– Я слишком темпераментный мужчина, чтобы продолжительное время оставаться без женщины, – напрямик заявил он.

– Как пошло это звучит, Леандро.

Но мысль об этом вызвала в Абигейл боль.

– Я надеялся услышать слово «честно». Предпочитаю называть вещи своими именами.

Наступившая тишина омутом поглотила их, и Леандро, склонившись к Абигейл, припал к ее губам.

– А если быть совсем уж честным, – тихо произнес он, и ласка в его голосе заставила ее задрожать, – я бы предпочел реализовывать свои сексуальные фантазии с тобой.

– Леандро…

– Я хочу тебя, Эбби, и прошу стать моей женой не только потому, что ты мать моего сына. Я страстно хочу тебя, только тебя, потому что ни одна другая женщина не возбуждала меня так, как ты.

Он снова поцеловал ее, и на этот раз поцелуй становился все более глубоким и голодным. Их языки переплелись. Леандро взял ее руку и, направив к выпуклости в паху, крепко прижал к ней. Ощущение возникло наиострейшее. Леандро чувствовал желание Абигейл, волнами излучаемое ею и не уступающее по силе его собственному. Не дав ей времени сформулировать и высказать ему целый ряд причин, по которым они не должны делать это, Леандро вытащил блузку из-за пояса ее брюк и начал расстегивать, но вскоре отказался от этой затеи. Пуговицы сами отлетели от рывка, которым Леандро распахнул блузку на Абигейл.

Собственническим жестом он положил ладонь на ее грудь и начал сжимать и поглаживать ее, дразня через кружевной бюстгальтер затвердевший бутон. Дыхание Эбби участилось, и она выгнулась дугой перед ним.

Разум Абигейл вопил, что так вести себя нельзя, нельзя, нельзя! Но уже ничто не могло ее остановить. Она никогда не могла насытиться Леандро. Абигейл все теснее прижималась к нему, наслаждаясь ощущением его возбуждения.

Не прерывая поцелуя, Леандро слегка отпрянул, чтобы избавиться от своей рубашки, но затем махнул на нее рукой и поскорее расстегнул брюки.

– Я уже на верху блаженства! – произнес он охрипшим голосом, когда руки Абигейл забрались под его распахнутую рубашку. Леандро освободил ее груди, расстегнув крючки бюстгальтера.

Не давая ей времени на раздумья, он подхватил Абигейл на руки и быстро понес в свою спальню. Слабый протест был заглушен таким сокрушительным поцелуем, что мысли о сопротивлении тут же вылетели из ее головы.

Она вся пылала и трепетала, пока наблюдала, как Леандро быстро направился к окнам, задвинул шторы, и тусклый свет дождливого дня сразу померк. К тому моменту, как он вновь оказался у кровати, Леандро уже был полностью обнаженным.

Как же он красив! Прекрасен, как статуя греческого бога, с отлично развитой мускулатурой и четко выраженными квадратиками брюшного пресса. Леандро встал возле кровати, а Абигейл села на край и, полузакрыв глаза, коснулась губами напряженной плоти.

Он судорожно вздохнул и зарылся пальцами в ее волосы. Только Абигейл знала, как доставить ему это изысканное наслаждение. Сдерживаясь из последних сил, Леандро отстранился, когда понял, что кульминация вот-вот наступит. Он хотел, чтобы они оба достигли пика наслаждения, и намеревался овладеть Абигейл медленно и глубоко.

Он раздел ее. Знакомое, волнующее тело женщины, обладающее способностью сводить его с ума. А мысль о том, что перед ним не просто любовница, а мать его ребенка, вызвало неожиданное чувство собственника. Леандро широко развел в стороны ноги Абигейл, глядя сверху на утонченные черты лица, на крепкие груди с розовыми сосками…

– Ты доводишь меня до безумия, – простонал он, а она ответила ему лукавой улыбкой.

– Поменьше разговоров.

Леандро буквально прорычал в ответ:

– Я хотел не спешить…

– А кто сказал, что я этого хочу? – Абигейл выгнулась под ним и провокационно заелозила.

Словно получив сигнал к действию, Леандро приподнялся над нею и дал себе волю. Он вошел в нее одним мощным толчком. Тело Абигейл, казалось, было создано специально для него. Ее женская плоть приняла и плотно сжала его пенис, словно ножны вложенный в них меч.

Абигейл вскрикнула. Как же она хотела этого! Ее ногти вонзились в спину Леандро, и она, подняв ноги, обвила ими его талию, побуждая проникать еще глубже.

Когда искры взорвавшихся в ней фейерверков пронизали все тело, она выгнулась дугой. Ее крики восторга были громкими, гортанными, едва узнаваемыми. В постели с Леандро она научилась быть раскрепощенной и свободной. Она смутно осознавала, что и Леандро близок к оргазму.

После произошедшего было крайне трудно вернуться к серьезному разговору. Абигейл вздохнула и привычным жестом обняла Леандро. После секса она любила уютно свернуться калачиком возле него, и ему самому, как он помнил, не в меньшей степени нравилось прижиматься к Абигейл с чувством полнейшего удовлетворения. При этом в постелях других женщин он не задерживался, покидая их практически сразу после соития.

Почти задремавшая Абигейл вдруг широко распахнула глаза и, отпрянув от Леандро, с ужасом уставилась на него.

– Мы же не подумали о контрацепции! – Она буквально задохнулась. Когда же Леандро не ответил, она повторила на случай временной потери им слуха. – Ты слышал, что я сказала, Леандро? Мы не подумали о предохранении!

– Выходи за меня замуж, Абигейл. – Леандро преспокойненько повернулся на бок, протиснул свое бедро между ее ногами и начал понемногу двигаться, снова возбуждая ее.

– Леандро…

– Можешь ли ты теперь, после всего этого, отрицать, что между нами существует сильное сексуальное притяжение?

– Так ты поэтому решил заняться со мной любовью? Чтобы что-то доказать мне? Но это же просто отвратительно, Леандро.

– Совсем не поэтому, Эбби, – совершенно искренне признался он, – а потому, что я не смог устоять перед тобой.

– Вожделение со временем ослабевает, – заметила Абигейл.

– Не быстрее, чем все эти глупости, которые люди называют любовью. А ты, кстати, можешь оказаться беременной уже сейчас.

– О! Это было бы ужасно, – ответила Абигейл первое, что пришло ей в голову. Бедро Леандро между ее ногами мешало ей сосредоточиться.

Она почувствовала приближение новой кульминации. Теперь уже она сама терлась о его бедро в преддверии оргазма, а потом содрогнулась, стискивая его широкие плечи. Леандро научил ее ничего не стесняться в постели, поэтому она ощущала себя очень сексуальной и немножко распутной. В этом было что-то очень, очень эротичное.

Внезапно в голове Абигейл промелькнула мысль.

Леандро не возражал против ее возможной беременности. Что бы это значило? Что у него на уме?

Да, Сэм должен иметь обоих родителей. Это очень важно, прежде всего для него. И желательно, если оба родителя будут жить с ним одной семьей.

И еще к вопросу об их раздельном существовании. К чему лукавить? Если они решат жить раздельно, она сойдет с ума от ревности при мысли, что Леандро занимается любовью с какой-то женщиной, рьяно доказывающей ему в постели, что может стать хорошей мачехой его сыну.

А все дело в том, что она по-прежнему любит Леандро. Осознание этого факта не стало для Абигейл шокирующим откровением. Она давно это поняла, храня свое чувство в глубине души. И вот теперь оно прокралось на волю и заявило о себе. Страсть никуда не делась, и если бы они оба по-настоящему оценили то необъяснимое притяжение, которое существует между ними, вдруг бы настал момент, когда Леандро полюбил бы ее так же, как любит его она…

Внезапно перед ней промелькнуло будущее, полное возможностей, в особенности для Сэма.

– Ты ничего не говоришь, Эбби. – Леандро одолело непреодолимое желание получить окончательный ответ. – Скажи мне, что ты обо всем этом думаешь.

– Готова поспорить, что ты никогда прежде не просил об этом ни одну женщину, – поддразнила она его, и Леандро расслабился. Он был намерен использовать это перемирие в своих интересах даже в ущерб его налаженной жизни.

– Ну… – поторопил он Абигейл. Она вздохнула и улыбнулась, глядя в такое знакомое, любимое лицо.

– Ты прав, – сказала она тихо. – Сэм заслуживает того, чтобы с ним рядом были оба его родителя, но… – Абигейл немного помедлила, потом уверенно продолжила: – Замуж за тебя я не выйду. Давай просто поживем вместе, Леандро, и посмотрим, что из этого получится.

Это было не совсем то, что хотел услышать Леандро, но все-таки намного лучше, чем он ожидал.

– Пусть будет так, – пошел он на уступку, мысленно разрабатывая дальнейшую стратегию по убеждению Абигейл выйти на него замуж. – Давай постараемся ради нашего сына.

Глава 7

Абигейл стояла возле небольшого загородного дома, расположенного в уединенном месте и всего в сорока пяти минутах езды от Лондона.

Ей все еще не верилось, что Леандро был тем самым мужчиной, который всего лишь несколько недель назад цинично заявил, что единственное, чего он хочет от Абигейл, – переспать с ней в последний раз и забыть.

Пережив в первоначальный момент шок от неожиданного известия о сыне, Леандро взял себя в руки и принял вызов, брошенный ему судьбой, с присущей ему рациональностью. По мнению Абигейл, его предложение о браке было продиктовано обостренным чувством долга, поэтому он без лишних споров согласился с ее контрпредложением ограничиться совместным проживанием.

Надо сказать, что прошедшие с тех пор два месяца Леандро вел себя поистине образцово. Был заботливым, внимательным, предупредительным, демонстрируя желание стать Сэму хорошим отцом. Абигейл не особо удивлялась этому, так как знала Леандро как человека, который, взявшись за дело, выкладывается по максимуму.

Конечно, для нее было искушением поверить, что он ведет себя так не только из-за Сэма, но и потому, что испытывает к ней определенные чувства, но она заставила себя не питать иллюзий. Огромной ложкой дегтя в бочке меда для Абигейл была мысль о том, что, поднабравшись опыта отцовства, Леандро в конце концов уйдет в свободное плавание, согласившись на роль «воскресного папы».

Абигейл вела с собой постоянную внутреннюю борьбу, не позволяя себе потерять бдительность. Она не могла не заметить, что их отношения с Леандро со временем изменились, стали глубже, откровеннее, но она понимала также, что надежда способна оказаться как другом, так и врагом, поэтому очень старалась не дать ей обосноваться в душе.

– Когда ты сказал, что приготовил сюрприз для меня, я не ожидала ничего подобного, – очень тихо сказала Абигейл.

Она подошла к белому заборчику вокруг дома и остановилась. Ей захотелось, чтобы Сэм был сейчас с ними, но няня, которую Леандро нанял несколько недель назад, уговорила ее оставить малыша дома. Честно говоря, она не долго колебалась, зная, каким капризным бывает сын, когда устанет или захочет есть.

– Ну как, нравится?

Леандро неторопливо подошел к Абигейл и встал рядом. Лучшего дня для подобного сюрприза и выбрать было нельзя. В воздухе чувствовалась весна, и, хотя солнце клонилось к закату, очарование этого места с плетистыми розами вдоль тщательно ухоженных дорожек, ведущих ко входу в дом, было очевидным.

Леандро вместе с агентом по продаже недвижимости посмотрели немало объектов, и этот дом оказался именно тем, что он искал. Для себя он бы в жизни не купил его, но Леандро все больше убеждался, что, несмотря на нелегкую жизнь, в душе Абигейл оставалась романтиком. Ей не понравилась его безупречная, современная, обставленная в минималистском стиле квартира. А вот этот уютный дом, судя по ее восторженно распахнутым глазам, был действительно домом ее мечты.

– Мне очень нравится. Очень! – Абигейл повернулась к Леандро и улыбнулась. – Но… – Она нахмурилась. – Мы же условились, что каждое решение, принимаемое нами, должно устраивать обоих. А разве подобное место отвечает твоему вкусу? Этот дом – полная противоположность твоей квартире.

– Прежде чем об этом говорить, есть смысл заглянуть внутрь, Эбби. Он пока пустует, и риелтор нам любезно разрешил все осмотреть не спеша, а затем бросить ключи в почтовый ящик.

Абигейл, не отводя взгляда от завораживающей красоты смуглого лица Леандро, едва справлялась с искушением понадеяться на то, что его заботливость означает нечто большее, чем… означает.

– Хорошо, давай зайдем в дом, – охотно согласилась она, и Леандро, отперев калитку, повел Абигейл к входной двери. – Просто я никогда не подумала бы, что подобное место может привлечь тебя…

– Многое видится по-другому с появлением ребенка, – заметил Леандро, и Абигейл подавила вздох, напомнив себе, что все это делается им ради Сэма. – «Грейлинг» явно был бы слишком велик для Сэма, – рассудительно произнес он, – а моя квартира, как ты сказала, слишком белая для ребенка. Это же место показалось мне удачным компромиссом.

Леандро толкнул дверь, и они вошли в дом.

Внутри дом оказался довольно просторным и хорошо спланированным.

Абигейл впечатлило все. Она восторженно отметила и форму потолочного свода, и деревянные панели, которыми была обшита нижняя часть стен; обратила внимание на кухонную плиту и открытые камины в комнатах. Ей понравились все подсобные помещения. Абигейл призналась Леандро, что никогда не смела и мечтать о жизни в таком поистине сказочном доме.

И наконец они оказались в саду, среди множества фруктовых деревьев, ягодных кустарников и буйно цветущих клумб.

– Переезд будет нелегким делом для тебя, – сказал Леандро, усаживаясь рядом с Абигейл на деревянную скамью под одной из яблонь.

– Я пока еще не думала об этом.

Абигейл внезапно словно очнулась. Она продолжала работать у Ванессы, не желая полностью утратить финансовую независимость. Конечно, в глубине души Абигейл лелеяла мечту проводить с сыном как можно больше времени, но она так и не смогла заставить себя снова во всех отношениях положиться на Леандро. Ведь эта попытка номер два когда-нибудь тоже закончится. Леандро вернется к привычной для него жизни, отрегулировав финансовую сторону их отношений. И Абигейл категорически не хотела превратиться в содержанку.

Все опять упиралось в официальный брак, а Абигейл чем дальше, тем сильнее хотелось от него любви, а не исполнения долга.

– Какой смысл жить здесь, но каждое утро выезжать в несусветную рань, чтобы успеть в Лондон на работу? Тебе совсем не обязательно…

– Ты не понимаешь.

– Да, ты права. Я не понимаю. Тебе надо быть вне себя от радости от разрешения финансовых проблем и возможности не работать.

– Я не могу и не хочу жить в полной финансовой зависимости от тебя, Леандро. Ты щедр сейчас из-за Сэма, однако, если бы я случайно не забеременела, нас с тобой ничего не объединяло бы.

– К чему все эти гипотетические допущения? – произнес Леандро со своей неоспоримой логикой. – Ситуация такова, какова она есть. И ты имеешь возможность сделать выбор – либо ты оставляешь работу и мы переезжаем сюда, либо остаемся в лондонской квартире и ты продолжаешь работать. Решай сама. Если тебя здесь все устраивает, скажи мне, и я завершу сделку с покупкой недвижимости уже к концу месяца.

Чем больше времени они с Абигейл проводили вместе, тем понятнее становилось Леандро, что золотоискательницей она никогда не была. Любую покупку для себя она оплачивала собственными деньгами. Ему едва удалось убедить ее не тратить свои деньги на продукты. В довольно редких случаях и только уступая его просьбе, Абигейл соглашалась надеть что-то из ювелирных украшений, которые Леандро дарил ей.

Да, Абигейл была рядом, но держалась отстраненно, и он не мог винить ее за это. Она не доверяла ему после вероломного ухода, хотя и никогда в разговорах не возвращалась к этому моменту.

– А ты, Леандро? Тебе ведь тоже придется выезжать в несусветную рань.

– Думаю, я смог бы работать и отсюда…

Абигейл искоса взглянула на него. Как же он хорош! Если они переберутся сюда и заживут в замкнутом мирке, тем болезненнее будет конец идиллии. Неожиданно в голову Абигейл пришла и другая, еще более мрачная мысль – а не преследует ли Леандро цель удалить ее из Лондона, чтобы она не мешала ему постепенно возобновлять свою прежнюю жизнь?

– По-моему, тебе будет довольно сложно это делать, – беспечно произнесла она, стараясь не смотреть на Леандро, чтобы не увидеть подтверждения своему худшему подозрению.

– Ты о чем?

– Ну, это место слишком удалено от всего, к чему ты привык. – Она заставила себя легкомысленно усмехнуться.

– О чем ты? Я – владелец компании, – спокойно возразил Леандро, – и могу работать в любое, удобное для меня время. У меня есть машина с водителем. Я сам себе хозяин и живу по собственному расписанию.

– В любом случае все это не имеет значения. Просто я хочу, чтобы ты знал…

– Прости, Эбби, но ты заморочила мне голову. Что именно не имеет значения? И что я должен знать?

– Ну… если тебе нужно будет оставаться в Лондоне на ночь…

– Если мне нужно будет оставаться в Лондоне на ночь? – недоуменно переспросил Леандро.

– Да. И я не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным приезжать сюда каждый вечер из чувства долга, если мы все-таки решим, что это место наилучшим образом подходит для ребенка.

– Не надо называть обязанностью мои действия, Эбби, когда речь заходит о Сэме, – раздраженно отреагировал Леандро на слова Абигейл, уловив скрытый подтекст.

– Я просто даю тебе понять, что ты ничем не связан и волен…

– Волен что?

Абигейл пожала плечами:

– Пойду-ка я еще раз быстренько осмотрю все вокруг, прежде чем мы уедем. – Она поспешно вскочила со скамейки.

Абигейл заново осмотрела дом, завершив обзор кухней, и с удивлением увидела в дверном проеме Леандро.

– Здесь придется еще поработать.

Абигейл снова огляделась вокруг и бросила на него недоуменный взгляд.

– Я говорю о доме, – терпеливо разъяснил Леандро, направляясь к ней. – Он требует кое-каких доработок.

– Здесь все прекрасно как есть, – возразила Абигейл.

– Я так понял, ты уже решила, что это место тебя вполне устраивает?

– Да, я уже вижу, как мы с Сэмом обживаемся здесь, – призналась она. – И совершенно не нужно приглашать каких-то дизайнеров, которые превратят его в точную копию твоей безликой квартиры.

– Но ты же предпочла ничего не менять в квартире.

– Вряд ли ее можно сделать уютней, Леандро. Тем более это не мой дом.

– Ладно, тебе виднее. Здесь ты можешь делать все так, как захочешь. И, кстати, для сведения – документы оформляются на твое имя, поэтому не переживай, что крыша над твоей головой принадлежит мне.

– А вот этого делать совсем не обязательно. – Абигейл в приступе подозрительности увиделся очередной признак желания Леандро дистанцироваться от нее.

– Я хочу, Эбби, чтобы ты чувствовала себя по-настоящему защищенной, – мягко произнес Леандро. – Понимаю, ты человек гордый, но не считай, ради бога, что ты будешь чем-то обязана мне. Я твердо намерен заботиться и о своем сыне, и о его матери.

Леандро приподнял ее лицо за подбородок и нежно поцеловал.

Секс. Единственный фактор, скрепляющий их отношения, обезоруживающий Абигейл и делающий ее крайне уязвимой.

Она вернула Леандро поцелуй и прошептала:

– Мы не можем делать это здесь.

– Я так соскучился по тебе, что мне все равно где, Абигейл.

– Похоже, секс – единственное, чем заняты сейчас твои мысли, – полушутя заметила она.

– Разве я виноват в том, что ты так действуешь на меня? – Леандро отклонился и провел по волосам не совсем послушными пальцами.

Сегодня на Абигейл были джинсы и красная блузка с длинными рукавами под плащом свободного покроя с поясом и погончиками, и выглядела она потрясающе. Свежий, здоровый цвет прелестного лица не требовал каких-либо косметических ухищрений.

– Признаю, что заниматься любовью здесь было бы не совсем уместно. – В голосе Леандро сквозило явное сожаление.

Он взял Абигейл за руку и вывел из дома, заперев за ними дверь, и решительно пресек ее намерение еще раз осмотреться. Он явно торопился.

– Я не смогу дождаться, пока мы возвратимся в Лондон.

– Леандро, это безрассудство!

– Ты заставляешь меня быть таким, Абигейл. – Он искоса бросил на нее чувственный взгляд, заставивший ее затрепетать.

Вскоре в сгущающихся сумерках они уже кружили по переулкам ближайшей деревушки. При не слишком интенсивном в это время движении на дорогах они могли бы вернуться в Лондон менее чем за два часа, и Абигейл была удивлена, когда Леандро неожиданно затормозил у сельской гостиницы.

– Я же сказал, что не дотерплю до дома, – проворчал он.

Леандро буквально затащил ее в номер, снятый на час, где и занялся с ней любовью, необузданной, страстной, которая опустошила Абигейл, отняв у нее все силы и оставив довольной и почти счастливой.

– Какая неразумная трата денег, – хихикнула она, когда они снова отправились в путь. – И что должен был подумать бедняга администратор гостиницы?

– Что ж, для него наше нетерпение оказалось весьма выгодным, – усмехнулся Леандро. – Он сдал нам самый дорогой номер, а мы пробыли в нем менее часа. Абигейл, завтра я собираюсь завершить покупку дома. – Он протянул руку и коснулся ее руки. – Ты оставишь работу, Эбби?

«Так вот что означал этот страстный порыв», – с неожиданным цинизмом подумала Абигейл. Леандро знал, насколько она податлива и сговорчива после занятий любовью.

– Думаю, я так и поступлю, – после затянувшейся паузы сказала Абигейл, понимая, что ей действительно нужно проводить с Сэмом больше времени. – Но мне будет недоставать работы, общения, Ванессы с ее добрым отношением ко мне. Она очень много сделала для меня, отчаявшейся тогда, в человеческом плане. Я в огромном долгу перед ней.

– Я тоже. – Серьезность тона Леандро удивила Абигейл.

– Как это понимать?

Леандро бросил короткий взгляд в ее сторону:

– Уже само по себе скверно, что по моей вине ты оказалась в одиночестве, без гроша в кармане и без работы, да к тому же будучи беременной. Но еще хуже, почти невыносимо для меня, представлять себе, что могло бы случиться с тобой и Сэмом, если бы Ванесса не поддержала тебя в тот момент. Вот как надо это понимать, Эбби.

К тому времени, как они вернулись в лондонскую квартиру Леандро, Сэм уже спал. Няня, привлекательная молодая женщина, явно обожающая своего подопечного, коротко сообщила, как Сэм провел время в их отсутствие. Как только она ушла, они тут же направились в комнату, которую, не считаясь с затратами, Леандро переоборудовал в детскую, взглянуть на своего сына. Одна из стен была вручную разрисована героями из популярного мультфильма. Рядом с детской кроваткой высилась огромная мягкая игрушка, подаренная сыну отцом пару недель назад.

Леандро смотрел на Сэма, а Абигейл украдкой – на него. Единственным источником света в детской был крошечный ночник. Но даже в таком полумраке можно было заметить, как смягчилось выражение лица Леандро, сбросившего маску непроницаемости. Абигейл сжала его руку, и он ответил ей странным взглядом.

Они отправились в кухню, где для них была оставлена еда, о которой позаботилась домоправительница, следившая за тем, чтобы квартира Леандро Санчеса постоянно выглядела так, как в журнале по интерьеру.

Почему-то мысль о том, что ей придется уехать из Лондона, разволновала Абигейл. Предстояло оставить ставшую привычной работу у Ванессы в ювелирном магазине и комфортную жизнь здесь.

Снова предстояли перемены. Будущее показалось Абигейл крайне шатким, сомнительным, как никогда. Она поняла, что подсознательно пошла на поводу своих иллюзий, убедив себя, что их отношения с Леандро настоящие. Этому способствовали и явные перемены в его поведении. Его внимательность, предупредительность, искреннее стремление стать Сэму настоящим отцом Абигейл сочла проявлением того, чего на самом деле не было.

Он никогда не выражал открыто своих чувств к ней. Леандро знал, как дать Абигейл почувствовать себя сексуальной, был весьма красноречив в отношении ее внешней привлекательности, но этим все и ограничивалось.

И вот теперь она уедет из Лондона, оставит работу, а Леандро заново обустроится в квартире и вернется к привычному образу жизни, навещая их с Сэмом с определенной периодичностью. Когда же Сэм достаточно подрастет, он будет оставаться у Леандро на ночь, на уик-энд, на каникулы… Перед Абигейл снова замаячил призрак другой женщины.

Рассудок твердил, что она должна решать проблемы по мере их возникновения, а не прогнозировать заранее множество гипотетических сценариев, негативных все как один, назойливо роившихся в ее голове тучей сердито жужжащих ос.

Вдруг Абигейл увидела в дверях Леандро, стоявшего со скрещенными на груди руками. Взгляд его прекрасных глаз был устремлен на нее.

– Давай-ка выкладывай все начистоту, – без предисловий заявил он. – В чем дело, Эбби? Что происходит?

– Ни в чем. Ничего не происходит.

– Тогда почему у тебя такой вид, будто ты ждешь, что вот-вот начнет рушиться небесный свод?

Пока Абигейл судорожно придумывала, что ответить, зазвонил мобильный Леандро, и он жестом призвал ее к молчанию. Стоя почти рядом с ним, она услышала в трубке женский голос, и все опасения, неустанно терзающие душу, подпитанные этим звонком, вновь укрепили уверенность в том, что Леандро неспроста так стремится сплавить ее из Лондона в загородный дом.

Мало того что он говорил с женщиной, так еще и вышел из кухни, явно не желая, чтобы Абигейл слышала их разговор. А она, охваченная мрачным, тревожным предчувствием, так и осталась стоять на месте, словно, приклеенная к полу, пока минут пять спустя в кухню не вернулся Леандро. На красивом лице – ни малейшего признака виноватости.

– Кто это был? – Абигейл ужаснулась, услышав свой вопрос, заданный сварливым, обвиняющим тоном.

Леандро резко остановился и взглянул на нее из-под полуприкрытых век.

– К тебе это не имеет никакого отношения, – холодно ответил он.

Но Абигейл уже закусила удила и была настроена стоять на своем.

– Ты разговаривал с женщиной, – ринулась она в атаку.

– И что? По-твоему, это преступление? – Леандро начал злиться, поскольку не привык давать отчет о своих поступках кому бы то ни было.

– Ты скажешь мне, кто она? – требовала ответа Абигейл.

– Нет.

Абигейл всю затрясло.

– И не надо! Не утруждай себя. Мне вовсе не обязательно знать это. Ты вправе поступать так, как хочешь. Твои похождения меня совершенно не трогают.

– Да? – с сомнением многозначительно произнес Леандро и, прищурив глаза, вгляделся в пылающее лицо Абигейл.

– Да. – Она отвернулась, сделала несколько глубоких вдохов, успокаивая нервы, и только потом посмотрела на Леандро. – Извини. Я не должна была спрашивать, а ты не должен отвечать. Это только твое дело.

– Даже несмотря на то, что мы любовники?

– Мы же оба знаем, что в нашем случае это ничего не значит.

– Означает ли это твое заявление, что ты не будешь иметь ничего против, если у меня появится другая женщина?

Боль резко пронизала сердце Абигейл, словно в него вошел осколок разбитого стекла.

– Я очень надеюсь, что ты уведомишь меня заранее и мы закончим наши отношения раньше, чем ты перепрыгнешь в чью-то еще постель.

– Не верю, что слышу это, – мрачно пробормотал Леандро.

Но Абигейл не обратила внимания на его слова, которые вряд ли и слышала. Ее голова была переполнена видениями, кадры которых мелькали с быстротой ускоренной перемотки кинопленки.

– Сколько понадобится времени, чтобы мы с Сэмом смогли перебраться в загородный дом? – спросила она, уже поняв, что это единственный путь разрешения неожиданно возникшего между ними конфликта. На ее глазах вскипели слезы, грозя вот-вот пролиться. – Так как скоро? – повторила она вопрос.

– Завтра я решу оставшиеся финансовые вопросы. Полагаю, в течение двух недель.

Глава 8

Леандро насупившись стоял у окна своего офиса в состоянии крайнего недовольства собой. Ему не удавалось сосредоточиться на делах, а Леандро терпеть этого не мог. За последние десять дней он отменил три важные для бизнеса встречи и перенес свою командировку в Нью-Йорк на следующий месяц.

С покупкой дома все обстояло успешно. Он максимально ускорил процесс ремонта, предварительно обсудив все детали с Абигейл, с которой они сосуществовали в атмосфере холодной вежливости.

И никакого секса!

Бог знает, какие мысли будоражили ее голову, но не надо обладать коэффициентом IQ гения, чтобы понять, какой бы нелепый сценарий с его участием ни возник в воображении Абигейл, в нем фигурировали Леандро и другая женщина.

Крайне раздраженный, он тихо выругался.

Он понимал, что этой вспышке можно было не дать разгореться, просто сказав ей, что ему звонила Сесилия. Сестра вывела его из себя, и он сорвался на Абигейл.

Леандро не любил, когда от него чего-то требовали. Тем более женщины. Он сразу терял к ним интерес и спешил расстаться.

Но еще больше он не любил сладчайшую, словно приклеенную улыбку Абигейл, которая появлялась на ее лице всякий раз, когда он переступал порог квартиры. В последние дни она умудрялась избегать оставаться с ним наедине – то уговорила няню пообедать с ними, то пригласила в гости Ванессу…

У Леандро не укладывалось в голове, как могло случиться, что ему стало так недоставать этой женщины с ее пылкой чувственностью. Ведь секс, с его точки зрения, – всего лишь физиологическая потребность человеческого организма, удовлетворение которой, безусловно, очень приятно, но без секса земной шар не перестанет вращаться вокруг своей оси.

И все же…

Леандро посмотрел на часы, отметив, как медленно тянется время. Вместо того чтобы предаваться самоанализу, ему следовало максимально сосредоточиться, и тщательно разобраться во всех юридических тонкостях завершаемой им сделки. Этот процесс потребовал немало времени, и, когда Леандро в очередной раз взглянул на часы, оказалось, что шел уже восьмой час.

Впервые с тех пор, как Абигейл снова вошла в жизнь Леандро, она изъявила желание развлечься. В связи с подачей ею заявления об увольнении Ванесса решила устроить традиционную прощальную вечеринку в клубе неподалеку. Помимо сотрудников были приглашены и несколько друзей Абигейл, которых она приобрела за время жизни в Лондоне, а также некоторые из постоянных клиентов ювелирного магазина, с кем Абигейл контактировала продолжительное время.

Об этом Леандро узнал не от Абигейл, а от Ванессы, двумя днями ранее заехавшей к ним на обед. Незаметно пронаблюдав при этом за Абигейл, он не отметил никаких эмоций на ее лице. Его выражение было непроницаемым.

При этом он не допускал и мысли, что Абигейл таким банальным образом решила вызвать его ревность. Ведь для ревности нет ни малейшего повода.

Ну соберутся они в хорошо известном ему клубе, который в былые времена он неоднократно посещал. Наверняка там, как обычно, будут музыка и танцы. Но Абигейл, скорее всего, заскучает по Сэму и постарается вернуться домой как можно раньше.

Леандро был уверен в этом.

Абигейл неотрывно смотрела на свое отражение в зеркале. Ей было непривычно видеть себя столь нарядно и стильно одетой.

С тех пор как они с Леандро стали жить вместе, ее гардероб значительно пополнился. По его настоянию она приобрела себе несколько нарядов, в которых могла появляться вместе с ним в обществе. Абигейл рискнула купить даже пару весьма смелых платьев, однако, устыдившись, спрятала их подальше в шкаф.

Теперь же, достав из тайника одно из них, она сочла его очень подходящим случаю. Это было платье-мечта – короткое, но не слишком, облегающее, но не вульгарно, с весьма скромным декольте и рукавами длиной три четверти. И все же она выглядела невероятно… сексуальной. Возможно, из-за его ярко-красного цвета. Абигейл сейчас очень нужно было повысить самооценку, снизившуюся в последнее время до рекордного низкого уровня.

Что же касается их взаимоотношений с Леандро, то они быстро превратились из чудесных в кошмарные.

Всего лишь из-за одного телефонного звонка!

Почему он не мог сказать, кто ему звонил? Если это был рабочий звонок коллеги, мог бы так и ответить! Умолчание же говорило о том, что наверняка ему звонила любовница, нынешняя или потенциальная.

Видимо, у него был кто-то еще или, по крайней мере, Леандро видел рядом с собой в перспективе другую женщину.

Абигейл не смогла этого вынести. Когда она услышала в трубке женский голос, ревность тисками сжала ее сердце. И с того момента воображаемый образ той женщины неотступно преследовал ее. Какая она? Блондинка? Брюнетка? Высокая или небольшого роста? Прежняя пассия или новая? Все эти мысли сводили ее с ума.

Но все же она была достаточно разумной и пони мала, что время идиллии, которую Абигейл восприняла слишком оптимистично в безумной надежде, что Леандро признается ей в любви, практически истекло.

После злополучного телефонного звонка она ушла на ночь в комнату для гостей. Леандро не стал возражать. Он наблюдал за тем, как Абигейл переносила свои вещи, как закрыла за собой дверь спальни, давая понять, что отныне никакого секса не будет, но вернуть ее не пожелал. С учетом того, что секс был весьма важной составляющей их отношений, эта демонстрация показала, насколько сильно растревожена Абигейл.

Ее сердце разрывалось на части, но она сдерживалась, пытаясь убедить себя в том, что поступает как взрослый, зрелый человек ради Сэма. Ни сбегать от Леандро, ни вымещать на нем свои разочарования Абигейл не собиралась. Она и так однажды уже позволила эмоциям определить свои поступки и тем самым лишила Леандро первых десяти месяцев участия в жизни его сына.

Она была вежлива с Леандро. Они разговаривали друг с другом. Однако Абигейл сохраняла дистанцию и общалась с ним как с совершенно посторонним, чужим для нее человеком. И все же всякий раз при взгляде на его невероятно любимое лицо ее сердце сжималось.

Ее воспаленное воображение рисовало картину, как в дом, в котором они живут с Сэмом, приезжает Леандро с другой женщиной. И ей придется смириться с этим, вести себя невозмутимо, не теряя самообладания. И подумать о собственном будущем. Будущем без Леандро.

Размышляя таким образом, Абигейл решила, что первым шагом на ее новом жизненном пути должна стать эта вечеринка, устроенная Ванессой.

Отсюда и это экстравагантное платье, и макияж, обманчиво кажущийся легким, но определенно эффектный. И волосы, ниспадающие до талии золотистой волной.

Абигейл надела открытые туфли на очень высоком каблуке и, перекинувшись несколькими словами с няней, поспешила к предварительно заказанному такси. Она, конечно, могла бы поехать с водителем Леандро, но решила не делать этого. Пора отвыкать.

Клуб находился в центре Лондона, и по пути туда Абигейл сообщила Ванессе, что скоро приедет. Ей не хотелось оказаться первой и ожидать остальных гостей в одиночестве у барной стойки, производя в своем эффектном виде впечатление искательницы приключений.

Глубоко вздохнув, она вошла в клуб, решив получить от вечера удовольствие несмотря ни на что.

Леандро так толком и не понял, как он ближе к десяти часам вечера оказался у входа в клуб, где проходила прощальная вечеринка Абигейл. Казалось, всего минуту назад он был в офисе и полностью поглощен работой, но вот он уже на заднем сиденье своей машины направляется к популярному клубу «У Валентино».

У входа толпились хорошо одетые люди в возрасте примерно тридцати с небольшим лет, многие из которых курили или держали в руках бокалы с шампанским. Почти все мужчины были уже без обязательных по дресс-коду пиджаков, а нарядные женщины выглядели уже не столь безукоризненно, как пару часов назад.

В дверях клуба скучали швейцары. «У Валентино» был закрытым частным клубом, и порой швейцарам приходилось утихомиривать слишком настойчивых посторонних, пытавшихся проникнуть внутрь.

Прошло уже больше года с тех пор, как Леандро был здесь в последний раз, но его узнали, и двери перед ним распахнулись.

Как всегда, клуб был заполнен до отказа. В толпе сновали официанты. Управлял ими железной рукой Жан-Клод, француз безупречных манер и поразительной расторопности: напитки никогда не проливались, закуски доставлялись по первому требованию, остывшей еду не приносили ни в коем случае.

Леандро уже был готов остановить Жана Клода и спросить у него, где проходит частная вечеринка, но ему не пришлось этого делать, потому что он увидел Абигейл и сузил глаза, словно хищник, заметивший добычу.

Сжимая челюсти, он остался стоять на месте, чуть отступив в тень. Что ж, Абигейл весьма успешно удалось скрыть под маской непроницаемости радостное возбуждение в связи с предстоящим развлечением.

В течение двух последних недель, когда из страстных любовников они превратились в вежливо здоровающихся соседей, Абигейл удостаивала его едва ли десятком слов. Разве что глупец вроде него мог надеяться, что она тоскует по нему. Так же как он по ней.

Как оказалось, вовсе нет.

Абигейл, наверное, считала часы до того момента, когда можно будет вот так, распустив волосы по плечам, вернуться к прежней жизни. Вот почему она сказала, что не выйдет за него замуж, но согласна пожить вместе и посмотреть, что из этого получится. Чтобы иметь возможность при малейших неурядицах исчезнуть, словно растаявшая дымка.

Каждый мускул в теле Леандро был напряжен, когда он, прищурившись, наблюдал, как Абигейл танцевала с каким-то парнем. Полуприкрыв глаза, она двигалась как профессиональная танцовщица, изящно и чувственно. Ей не было равных здесь. Когда партнер Абигейл, явно подпавший под ее чары, одной рукой обвил ее талию и прижал к себе покрепче, Леандро не выдержал.

Ослепленный яростью, он протиснулся сквозь толпу и ринулся к танцполу. Он даже не задумывался, что им движет.

– Не возражаете, если я вклинюсь между вами?

Он едва удостоил взглядом опешившего молодого человека. Все внимание Леандро было сосредоточено на женщине, которая теперь стояла перед ним, словно по стойке «смирно», но что-то подсказывало ему, что одним бокалом шампанского здесь не обошлось.

– Сколько ты выпила? – требовательно спросил Леандро.

Абигейл моргнула, пытаясь сформулировать ответ, все еще шокированная неожиданным появлением Леандро.

Быстрая музыка сменилась медленной романтической мелодией, и Абигейл, потянув его за отвороты белой рубашки, покачнувшись, шагнула ближе к нему.

– Потанцуем?

Осознавая, как много людей пристально наблюдают сейчас за ними, Леандро, слегка наклонившись к Абигейл, негромко сказал ей на ухо:

– Потанцуем. И все-таки сколько ты выпила? Да, и что это за парень, черт возьми, с которым ты танцевала? Если бы я не подоспел вовремя, тебе пришлось бы буквально отлеплять его от себя… Или ты именно этого и хотела? А я прервал вас на самом интересном месте?

Леандро крепче сжал Абигейл, чтобы контролировать ее движения, и притянул ближе к себе так, что ее груди коснулись его, и он сразу же представил себе ее недавнего партнера в таком же тесном объятии с ней. Леандро готов был поддаться порыву и избить беднягу до полусмерти.

– Мне не надо было пить так много.

Абигейл, оказавшись в клубе, поняла, что ей необходимо как-то преодолеть свою стеснительность. Она же пришла сюда развлечься. Поэтому и выпила подряд три бокала шампанского, которое немедленно ударило ей в голову и удивительным образом помогло расслабиться, а также хоть немного, но облегчить ту боль, что постоянно терзала ее с того дня, как они с Леандро стали отдаляться друг от друга.

Но в данный момент она безгранично наслаждалась мощью твердого тела, хрипотцой в голосе и его тоном ревнивого собственника. Все это чрезвычайно возбуждало. Она уютно устроилась в руках Леандро, теснее прижавшись к нему, и он не отстранился.

– Шейн, – пробормотала Абигейл и, закинув руки за шею Леандро, сцепила пальцы.

– Шейн?

В его объятиях была потрясающая женщина, ходячий секс, и кровь Леандро ускоряла свой бег по мере того, как она все теснее прижималась к нему. Ему не хотелось напоминать себе сейчас, что это та же самая женщина, порвавшая с ним отношения лишь только потому, что ей не удалось получить от Леандро ответ на вопрос, который она не должна была задавать в принципе.

– Сын господина Эндрю. – Абигейл немножко погордилась своей способностью мыслить ясно, хотя и осознавала, что шампанское ударило ей в голову. – Господин Эндрю, – как ей казалось, отчетливо произнесла она, – наш постоянный клиент. А Шейн – его сын от первого брака. Пару месяцев назад он зашел к нам со своей девушкой купить для нее бриллиантовый браслет.

– И где сейчас эта счастливая девушка? Спряталась за колонной и ждет, пока он закончит приставать к тебе и вернется к ней? – съязвил Леандро.

Абигейл взглянула на него с явным недоумением:

– Ты ревнуешь, что ли?

Леандро вспыхнул.

– Нет, – коротко ответил он весьма холодным тоном. – Никогда не ревновал и впредь не собираюсь. А ты выпила чрезмерно много, и я забираю тебя домой.

– Но я только что приехала сюда, – заупрямилась Абигейл. – И мы едва начали танцевать с тобой. – Она капризно надула свои сочные розовые губы и бросила на Леандро томный взгляд, полный желания. Он еле слышно выругался.

– Не надо этого делать, – довольно резко произнес он.

Им удалось переместиться в ту сторону танцпола, где освещение было менее ярким, а музыка звучала приглушенно, что позволяло слышать друг друга.

– О чем ты? – Абигейл взмахнула ресницами и хихикнула.

– Не напрашивайся на то, чего у тебя, скорее всего, и в мыслях не было, – рявкнул Леандро. Никогда еще выдержка не давалась ему с таким трудом. Его возбуждение становилось все более сильным и… очевидным.

– А может быть, я напрашиваюсь на то, на что ты и подумать не мог, что я буду напрашиваться… или как-то так.

Потеряв нить мысли, Абигейл пригнула к себе голову Леандро, и ее тело буквально воспламенилось, когда его губы впились в ее рот. Их языки сплелись, и он расслышал слабые, протяжные постанывания Абигейл.

Он отпрянул первым. Его пошатывало. Желание жгло его кожу, пронизывало каждую клеточку в теле.

– Где твоя начальница? Я отведу тебя к ней, ты извинишься, и мы поедем домой. Даже не помышляй возражать.

Леандро не оставил Абигейл времени на раздумье. Они вышли из клуба менее чем через десять минут и в его машине отправились домой. Он прижал к себе ее мягкое, гибкое, податливое тело, и она прильнула к нему. Леандро понадобилась воля святого праведника, чтобы удержать себя в руках.

Он устроит Абигейл в ее комнате, и тогда утром, когда она проснется с чудовищной головной болью, не возникнет вопроса, не воспользовался ли Леандро ситуацией.

Этот план в общем-то реализовывался, но только до того момента, как Леандро открыл дверь в собственную спальню. Он отвел Абигейл в ее комнату, где задержался лишь для того, чтобы удостовериться, что ей удалось разуться и высвободиться из обтягивающего платья. Леандро даже повернулся к Абигейл спиной, пока та облачалась в первую попавшуюся под руку одежду для сна. Он напомнил ей, что в шкафчике ванной есть парацетамол, и посоветовал принять сразу две таблетки, потому что вряд ли ей понравится самочувствие поутру.

И только затем, стиснув зубы от ощущения невыносимой неудовлетворенности, Леандро отправился в собственную спальню и… Открыв дверь спальни, он обнаружил в комнате Абигейл. И Леандро сдался – в конце концов, он всего лишь мужчина.

Абигейл в ореоле серебристого света, пробивающегося сквозь жалюзи, пристально смотрела на него, но он только вздохнул в ответ на ее молчаливый призыв и покачал головой.

– Я хочу тебя, – произнесла она.

Вряд ли Абигейл не понимала, что ее появление в спальне Леандро абсолютно обнаженной – чистой воды провокация. Но она устала страдать и терзаться, словно мученица в аду, и захотела побыть счастливой еще хоть одну ночь.

– Я не воспользуюсь твоим состоянием…

– Зато я воспользуюсь твоим.

Леандро хмыкнул, когда Абигейл, присев на край кровати, расстегнула его брюки, сдернула их вниз, а потом занялась рубашкой. Он являл собой живую иллюстрацию мужчины, проявляющего максимальную выдержку, на которую только был способен. Но, по сути, он уже давно сдался и наслаждался моментом.

Абигейл потянула Леандро на себя, опрокинулась на спину, но потом быстро перекатилась и взобралась на него сверху. Она стащила рубашку с его плеч, но тут уж Леандро не выдержал, приподнялся и сорвал ее с себя.

– Никаких помех, чтобы ты могла воспользоваться мной, как и намеревалась, – хрипло произнес он с улыбкой и провокационно оттянул пояс своих трусов-боксеров, чтобы продемонстрировать, насколько сильно он возбужден. – Делай со мной что и как хочешь, дорогая, воплоти любую свою фантазию. И да, я очень скучал по тебе.

Когда Леандро сказал, что скучал по ней, он явно имел в виду секс. Означало ли это, что другой женщины у него не было?

Абигейл стащила с него боксеры, а затем, опершись на руки по обе стороны от него, склонилась над его лицом так, чтобы ее соски оказались у его губ. Запрокинув голову, она протяжно застонала, когда Леандро обвел языком затвердевший сосок одной груди, лаская вторую рукой. Однако изысканная ласка досталась и другому соску.

Затем Леандро, подхватив ее ладонями под ягодицы, слегка переместил на себе таким образом, что возле его губ оказалось уже ее лоно. Кончиком языка Леандро стал ласкать потайной бугорок, и она содрогнулась и застонала. Дыхание Абигейл участилось, стало поверхностным. Она уже чувствовала приближение оргазма, но решила позволить себе еще несколько мгновений сладкой пытки.

Затем настала очередь Абигейл попробовать Леандро на вкус. Он развернул ее на себе, и теперь они уже одновременно ласкали друг друга губами и языком.

Леандро не мог насытиться ею. Когда он увидел, как движется Абигейл на танцполе, как пялятся на нее другие мужчины, как увивается вокруг нее этот парень… он чуть с ума не сошел.

Это что? Просто инстинкт собственника?

Чувство было странное, смущающее Леандро, и он избавлялся от него единственно действенным способом, какой знал. Сексом.

Теперь Леандро оказался сверху, и Абигейл предвкушала скорое высвобождение. Он был силен и в то же время нежен. Тело Абигейл колотила дрожь, когда он, целую вечность спустя, входил глубоко в нее резкими ритмичными толчками. Впиваясь ногтями в спину Леандро, она подхватила ритм его движений, и сила ощущений стала стремительно нарастать.

Пик этих ощущений настиг Абигейл на волне экстаза, который длился и длился, поднимая ее на заоблачные вершины. Она чувствовала, что Леандро следует за ней, поскольку через мгновение его тело выгнулось и судорожно напряглось перед сокрушительным оргазмом.

Секс, как всегда, объединил их в одно целое.

Когда же они наконец спустились с небес на землю, Абигейл переживала такую эйфорию, что была готова приравнять физическое слияние к единению душ и сердец.

Но внезапно она словно очнулась. Боже, что она натворила?

Ее затопило смущение после всего, что только что произошло. А вслед за ним вернулись обиды и подозрения. Горькие слезы душили Абигейл, готовые пролиться, и она уже начала испытывать сожаление и раскаяние. И все-таки, когда Леандро прижал ее к себе, она без раздумий позволила это сделать. Положив ладони ему на грудь, Абигейл глубоко вздохнула.

– Ладно, – произнес Леандро, – ты победила.

Абигейл откинулась назад, чтобы взглянуть на него.

– В чем? В чем я победила?

– Ты спрашивала меня, с кем я говорил по телефону.

– Ты не обязан рассказывать мне этого. Это не мое дело, – солгала Абигейл, немного покраснев. – И это был вовсе не каприз, Леандро. Мы взяли на себя определенные обязательства, решили попытаться… И тут ты разговариваешь по телефону с какой-то женщиной и категорически отказываешься сказать, кто это. Что я должна думать? Я, конечно, не имею на тебя никаких прав, однако, когда ты захотел узнать имя парня, с которым мы танцевали в клубе, я назвала его тебе без проблем.

Леандро со стоном вздохнул, лег на спину и уставился в потолок. Обвинения Абигейл не были беспочвенными. Из-за своей гордости он позволил конфликту, возникшему на пустом месте, разрастись до катастрофических размеров.

– Эбби, я не привык ни перед кем отчитываться, – признался Леандро, хмурясь. – Но тебе я, конечно, должен был ответить. Поэтому приношу свои извинения.

Абигейл на несколько мгновений закрыла глаза, поразившись этому признанию. Она знала, что попросить у нее прощения было для Леандро далеко не просто. И именно это оказалось ценнее всяких цветов и конфет, которыми непременно воспользовались бы в этой ситуации другие мужчины.

– Так кто это был? – повторила Абигейл свой тогдашний вопрос.

– Моя сестра. Я разговаривал с Сесилией.

Глава 9

Абигейл напряглась и отстранилась от Леандро. За исключением разговора, состоявшегося два месяца назад, о Сесилии они больше не упоминали. Где она? Сестра Леандро, как считала Абигейл, вполне заслуживала быть навечно сосланной на Марс за то, что она сделала.

– Ну и как она? – спросила Абигейл, стараясь казаться заинтересованной, на что Леандро отреагировал не без иронии.

– Что-то мне подсказывает, что вопрос не дежурный. У тебя весьма практичный интерес.

А поскольку Леандро оставался серьезным и задумчивым, Абигейл не могла не почувствовать беспокойства. Он ведь поверил тому, что когда-то наговорила ему Сесилия о ней. И хотя в их отношениях с Леандро наметился явный прогресс, возможно, именно сказанное тогда сестрой мешало ему проявить ответное чувство к ней.

Абигейл легла на спину, подтянула одеяло, чтобы прикрыть наготу, и уставилась в потолок, мысленно представляя себе выражение лица Леандро – замкнутое, отстраненное, непроницаемое.

– Сесилия не в Лондоне, она на другом краю земного шара. Открывала мой бутик-отель на Фиджи. Сесилия обожает представительскую работу. Кроме того, у нее роман с одним из менеджеров отеля. Зачем ей возвращаться сюда, если работу можно сочетать с отдыхом в прекрасном курортном месте?

– Почему же тебе сразу не сказать, что она и была той женщиной, с которой ты разговаривал по телефону? – не отступала Абигейл.

– Я уже сказал тебе, что не привык отчитываться в том, кто мне звонит, куда и с кем я собираюсь пойти.

Абигейл сделала глубокий вдох, собираясь с духом.

– Я понимаю, мы не женаты, – начала она, – но думаю, что ты вел бы себя так же и будучи женатым. Что касается меня, то я нахожу этот твой жизненный принцип неприемлемым в наших отношениях.

– Что-что? – Леандро ушам своим не поверил. Извинение уже было небывалой уступкой с его стороны.

Но Эбби опять вернулась к этой теме и, похоже, не собиралась сдавать позиции. Честно говоря, явное неодобрение в его глазах почти лишило ее мужества, но она преодолела страх.

– По-моему, тебе следует сделать окончательный выбор, чтобы мы могли двигаться дальше.

– Я что-то не совсем понимаю тебя, – ответил на это крайне встревоженный Леандро. Он повернулся на бок, и теперь они с Абигейл смотрели друг другу в лицо, глаза в глаза. Леандро обратил внимание, что она натянула на себя одеяло, и сделал вывод, что между ними начался серьезный разговор, при котором нагота неуместна. – Какой выбор ты предлагаешь мне сделать?

– Дело не в звонке Сесилии как таковом, а в твоей реакции на мой вопрос, – с большим трудом решилась она высказаться, вовсе не ощущая в себе уверенности. – И моих сомнениях относительно развития наших с тобой отношений. – Абигейл выдохнула и внимательно посмотрела на Леандро, выражение лица которого было непроницаемым. Но, по крайней мере, он не отвернулся и слушал ее.

– Ты что, в самом деле думала, что я разговариваю с любовницей? Конечно, мне льстит такая твоя высокая оценка моих мужских возможностей, но оскорбляет подозрение в столь банальном вероломстве.

– Я ни в чем тебя не подозреваю, но в отношениях между нами не должно быть места недомолвкам. Если ты действительно не считаешь нужным объяснять свои поступки и отвечать, если я спрашиваю, где ты бываешь, то скажи об этом прямо сейчас. Тогда я немедленно соберу вещи и утром покину эту квартиру. Мы с Сэмом переедем в загородный дом, но я обещаю, что не стану ограничить твои контакты с ним. Все будет кончено только между мною и тобою. Ты снова станешь свободным и сможешь без оглядок делать все, что тебе заблагорассудится. Как холостяк. Впрочем, ты и есть холостяк. Но если мы остаемся вместе, мы можем быть не женаты, но и холостяком ты не будешь.

Леандро понял, что правила игры изменились. При этом любые правила он обычно устанавливал сам. Но в данном случае в игру была вовлечена и третья сторона.

Готов ли был он рискнуть своими отношениями с сыном? И с самой Абигейл? Если он отвернется сейчас от нее, третьего шанса у него не будет. А вокруг полно мужчин, которые будут добиваться ее благосклонности, пусть даже у нее есть ребенок. Абигейл выглядела настолько сексуальной, что не вызывало сомнения – такой товар и пяти секунд не залежится на полке. Леандро стиснул зубы. Абигейл – его женщина и должна принадлежать только ему.

– Если ты настаиваешь на определенных условиях, – медленно, с расстановкой произнес Леандро, – то и я хочу поставить парочку своих.

– Ты пока еще не сделал то, о чем я попросила.

– Я постараюсь сделать все возможное, – Леандро с трудом сдерживал нервозность, в то время как Абигейл держалась довольно спокойно, – чтобы между нами не было секретов, и если у тебя возникнут какие-либо вопросы ко мне, я всегда удовлетворю твое любопытство.

– Ладно. – Абигейл помолчала, и эта пауза показала, насколько тяжело далась ей победа. – Теперь твои условия.

– Прежде всего ты не сбегаешь от меня и не разыгрываешь секс-карту всякий раз, когда захочешь продемонстрировать характер. Я могу поверить, что тебе было обидно, и, тем не менее, не надейся, что сможешь всегда манипулировать мной, отказывая в сексе. Далее. Ты перестаешь вести себя так, словно тратить деньги, которые я положил на твой счет, – это невыносимая пытка для тебя.

– Я трачу их. Понемногу.

– Да, ты покупаешь вещи для Сэма, какие-то продукты. И крайне редко позволяешь побаловать себя, и то лишь какой-то дешевой ерундой. Я считаю это оскорбительным для себя.

– Почему? – ахнула Абигейл. – Разве может быть оскорбительной экономия твоих денег?

– Не юли! – рявкнул Леандро. – Я же вижу, что ты упорно отказываешься от всего, что я могу тебе предложить, и это вынуждает меня думать, что гордость для тебя гораздо важнее попытки наладить совместную жизнь. Я веду определенный образ жизни и хочу, чтобы ты адаптировалась к нему.

– Допустим, ты прав.

– Я прав. Более того, мы установим испытательный срок для нашего совместного проживания и оценки наших перспектив.

– Что ты имеешь в виду?

– А вот что. – Леандро не стал ходить вокруг да около. – Я предлагаю тебе следующее. Поскольку для нашего сына крайне важно то обстоятельство, что мы оба находимся рядом с ним, и ему не нужно постоянно переходить из рук в руки, я предложил тебе брак, но ты отвергла мое предложение. Как вариант ты предложила совместное проживание, чтобы посмотреть, что из этого получится. Я предлагаю ограничить срок этого испытательного периода, по окончании которого мы сядем и решим, связывать ли себя узами брака или же расстаться во благо Сэму.

Никогда еще Абигейл не видела столь ясно, как мало любви крылось в этом плане их совместной жизни. В сущности, Леандро напомнил ей, что они заключили соглашение, гарантирующее им в случае неудачи возможность умыть руки и пойти каждому своей дорогой.

– Разве можно установить временные рамки для чего-то подобного? – довольно резко спросила Абигейл, на что Леандро пожал плечами.

– Хороший вопрос. По сути, это сделать невозможно. Мы ведь не можем гарантировать, что в какой-то момент точно поймем, что у нас все получится и мы счастливо проживем вместе долгие годы. И все-таки я предлагаю ограничить испытательный срок, поскольку решение так или иначе нужно будет принимать. Три месяца, по окончании которых мы решим, что и как делать дальше.

– Что ж, план хорош, – с трудом заставила себя согласиться Абигейл. – Три месяца, а затем, если он не сработает, как задумано, мы сможем пойти разными путями и продолжить каждый свою жизнь. – Она помолчала немного, понимая, что это лучшее решение их проблемы, способное остановить ее дрейф в водах безнадежности и неуверенности.

Переезд в загородный дом был сродни окончательному обрыву всего, что связывало Абигейл с жизнью в Лондоне. Привычный шум и сумасшедшее движение машин и людей уступили место естественным звукам природы. Все их имущество, включая кое-какую мебель из квартиры Леандро и поместья «Грейлинг», было завезено накануне.

– Бери что хочешь. – Леандро пожал плечами. – Но учти, что, скорее всего, ты все это заменишь. Не думаю, что ты станешь довольствоваться жизнью в окружении вещей, выбранных не тобою лично.

Абигейл могла бы сказать Леандро, что привередливость ей не присуща. Но она не стала устраивать перепалку по поводу собственной бережливости и привычки не сорить деньгами. Абигейл согласилась взять с собой в новый дом только то, что Леандро предложил ей сам, и тут, кстати, она убедилась в том, что ее постоянный отказ пользоваться его великодушной щедростью, мог действительно выглядеть оскорбительным.

В магазинах Абигейл впервые заинтересованно присматривалась к вещам для себя и наслаждалась этим процессом.

Направляясь к внедорожнику, в котором они с Сэмом должны были ехать в новый дом, – увы, без Леандро, – Абигейл остановилась у зеркала взглянуть на себя. Да, она нашла свой стиль. Ее не привлекали кричащие лейблы на дизайнерской одежде, и вопреки настойчивым советам Леандро она осталась верна себе, приобретая привычную одежду, но только более высокого качества, элегантную, хорошо скроенную и отлично сшитую. Вот и сейчас на ней были идеально сидящие джинсы известной марки с модными прорехами на коленях и рубашка поло с едва заметным, неброским логотипом над нагрудным карманом. Синие джинсы и белый верх, а также желтовато-коричневые с белым туфли на низком каблуке… Абигейл выглядела очень стильно.

В зеркале она увидела позади себя Леандро, который шел за ней с Сэмом на руках. Любому человеку, увидевшему их сейчас, показалось бы, что отец с сыном сошли прямо со страниц рекламного журнала. Абигейл обернулась и улыбнулась.

– Поразительно, как послушно ведет себя Сэм, не требуя спустить его с рук на пол.

Она протянула руки к сыну, тот сразу рванулся к ней, а затем тут же, как обычно, начал извиваться в ее руках до тех пор, пока не добился своего и не был поставлен на пол. В последние дни Сэм стал очень активно двигаться, молниеносно перемещаясь по квартире и держа родителей в постоянном напряжении – как бы ребенок не опрокинул на себя что-нибудь и не ударился о какой-либо острый угол.

Абигейл уже не удивляло, насколько естественно со всем этим справлялся Леандро. Он вполне освоился с отцовством. Никто не смог бы упрекнуть его в том, что он не вложил в это понятие все что мог. А ночами он с такой же полной самоотдачей предавался физической близости с ней, заставляя Абигейл с каждым днем хотеть и любить его все сильнее. В Леандро было все, о чем могла мечтать любая женщина, желающая быть счастливой. Очаровательный, умный, безумно сексуальный…

Впрочем, это была объективная, но поверхностная характеристика его личности. И понимая всю сложность натуры этого мужчины, Абигейл знала, что ей не дождаться от него той любви, какую она отчаянно рисовала себе в мечтах.

Никогда, ни разу, даже в пылу страсти Леандро не произнес ни одного неосторожного слова, которое позволило бы Абигейл рассчитывать на более глубокие чувства к ней.

«Хотеть» – вот ключевое слово в его отношении к Абигейл, а слова «любить» и «нуждаться» отсутствовали в нем напрочь, и с каждым днем она все чаще задавалась вопросом, что же будет с ними дальше, когда истечет трехмесячный испытательный срок. Леандро об этом не заговаривал, и она тоже. Ее мучило это испытание. Ей казалось, что все ее слова и поступки внимательно анализируются. Леандро хотелось считать их союз деловой сделкой, не отягощенной никакими эмоциями, которые привносит собой любовь.

Подспудно Абигейл знала, что, если по истечении трех месяцев Леандро повторит свое предложение о браке, она согласится. Они ладили друг с другом, оба очень любили Сэма, а уж о сексе и говорить нечего. Он был умопомрачительным. Многие в браке счастливо просуществовали и при гораздо худших изначальных условиях.

Она лукавила сама с собой. Конечно же она так не думала, потому что никогда не собиралась выходить замуж за человека, не любящего ее. Но с другой стороны, она не представляла рядом с собой другого мужчину, ибо все они меркли рядом с Леандро.

Абигейл задавалась вопросом, как скоро она наскучит ему, но все же была готова перейти мостик, когда наступит решающий момент.

– О чем призадумалась? – Леандро подхватил сына, прижал к себе, чтобы поцеловать в шейку, и потом, прежде чем передать его Абигейл, подержал на поднятых руках, а Сэм взвизгивал от удовольствия.

– Просто думаю о переезде, – ответила Абигейл беспечально, как ей казалось.

– Извини, что не могу поехать сейчас с тобой, – сказал Леандро, – но позже я обязательно приеду. – Он усмехнулся. – Ты наверняка сможешь сделать там гораздо больше без меня. Я бы только мешал, путаясь у тебя под ногами. Или, возможно, под тобой…

Абигейл вспыхнула при мысли, насколько же часто Леандро занимал секс, затмевавший все остальное, кроме Сэма и работы.

Преисполненная решимости не зацикливаться без толку на том, чего ей не хватает в жизни, Абигейл сосредоточилась на том, что у нее есть. Пока они ехали в новый дом, она мысленно составляла перечень дел и распределяла время, необходимое для их выполнения.

Она уже несколько раз бывала здесь, контролируя доставку и размещение мебели, однако когда их автомобиль остановился возле дома, не могла в который раз не восхититься им.

Дом отремонтировали и подновили. Его перекрасили, кухню переоборудовали, облагородили сад позади дома, а также установили в спальнях дорогую и удобную мебель, сделанную на заказ. Абигейл начала знакомить Сэма с новым домом. Она предоставила няне несколько выходных дней, чтобы самой, без посторонних пообвыкнуться в новом доме. Только Сэм, Леандро и она. Когда водитель уехал обратно в Лондон, Абигейл внезапно почувствовала радостное волнение, связанное с этим очень важным шагом в ее жизни.

Она позволила Сэму свободно перемещаться в гостиной, поскольку там не было ни острых углов, ни стеклянных изделий, затем они поиграли с ним в саду, и к тому времени, в час тридцать, когда пришла пора его дневного сна, ребенок вконец обессилел.

В кухне как раз закипал чайник, когда раздался звонок, возвещавший о том, что кто-то стоит у входной двери, и сердце Абигейл екнуло в надежде, что это Леандро, приехавший раньше, чем предполагалось. Она ринулась к двери, распахнула ее и тут же отступила, с удивлением обнаружив стоявшую на пороге Сесилию. Все такую же сногсшибательно эффектную, какой она запомнилась Абигейл с их последней встречи. Брат и сестра были во многом похожи – оба смуглые, темноволосые, с прекрасными фигурами. Но если красота Леандро носила агрессивно-мужественный характер, то его сестра выглядела более утонченной и очень женственной. Их можно было сравнить с тигром и пумой. Впрочем, у Абигейл пума ассоциировалась с хитростью и опасностью, и она подсознательно сразу закрыла собой дверной проем.

– Ты не собираешься впустить меня? – Сесилия бросила взгляд через плечо Абигейл в прихожую и сделала шаг вперед. – Отлично устроилась. Я заглянула в квартиру Леандро пару часов назад, где получила обстоятельную информацию о коттедже, но в реальности он куда лучше. Вижу, ты таки оказалась в выигрыше, Абигейл. Тебе несказанно повезло, учитывая твои обстоятельства. Радуешься небось?

– Что тебе здесь нужно?

Леандро не упомянул даже мимоходом, что его сестра сегодня вернулась в страну. Преднамеренно ли он так поступил, или это просто упущение с его стороны? А может быть, Сесилия нагрянула к нему без предупреждения?

– Наверстать упущенное, что же еще? Я проделала долгий путь от Лондона, Абигейл, и самое малое, что ты должна была бы сделать, так это предложить мне чего-нибудь выпить.

– Я полагала, что ты на Фиджи.

– Прилетела на две недели. Надумала повидать моего дорогого брата и подбросить ему кое-какую пищу для размышлений.

Абигейл, взяв себя в руки, отошла в сторону, молча впуская Сесилию в дом, и сразу же направилась в кухню. А та устроила целое представление, обозревая все вокруг, и громогласно выражала восторг от увиденного, начиная с картин на стенах до бутылочного цвета кухонной плиты.

– Снимаю шляпу перед тобой, Абигейл. Ты преуспела. Держу пари, тебе и в голову не приходило никогда, что окажешься в таком роскошном, фешенебельном доме с кучей денег в кармане. Что ж, ты своевременно подсуетилась с беременностью, – вслух рассуждала Сесилия, глядя на свои тонкие руки с отличным маникюром. И только через некоторое время подняла на Абигейл большие миндалевидные глаза.

Абигейл не произнесла ни слова, просто отвернулась и продолжила готовить чай. Сердце ее колотилось барабанным боем. С душевной болью она осознавала, что крайне неприятный для нее монолог Сесилии – анонс цели ее визита.

Однако она была гостьей в ее доме, и Абигейл не оставалось ничего другого, как поддерживать этот бессодержательный разговор, пересыпанный ядовитыми шпильками. Абигейл закусила губу. Она не станет вступать в спор с сестрой Леандро, иначе откроется ящик Пандоры, а это приведет к непредсказуемым и необратимым последствиям.

– Леандро говорит, что на повестке дня стоит вопрос вашего брака, – резко произнесла Сесилия. Они с Абигейл сидели с противоположных концов большого деревянного стола, бывшего гордостью кухни в «Грейлинг Манор».

Абигейл кивнула, смело встретив злобный взгляд Сесилии:

– Да. Мы считаем, что Сэму необходимо присутствие обоих родителей рядом с ним.

– Перестань говорить о себе и моем брате так, будто вы пара, – прошипела Сесилия. – Вы не пара! Ни тогда, ни сейчас. – На ее глаза навернулись слезы. – Я предполагала, что ты явишь собой большую проблему, с первой же вашей встречи. С тех пор как ты появилась на сцене, он едва находил время поговорить со мной.

Абигейл встала и, порывшись в своей сумочке, которую оставила на рабочем кухонном столе, извлекла из нее пачку бумажных салфеток и подвинула ее Сесилии.

– Я должна была догадаться, что что-то происходит, когда он отправил меня через полмира надзирать за этим отелем на Фиджи. – Голос Сесилии дрогнул, но взгляд оставался по-прежнему острым. – С ним же невозможно было толком поговорить из-за разницы во времени и проблем с Интернетом. Но сегодня, встретившись с Леандро лицом к лицу, я все наконец выяснила. Ты не выйдешь замуж за моего брата! Тебе не удастся отнять его у меня.

– Я… я и не собиралась отнимать у тебя Леандро, – только и нашлась что ответить на это Абигейл.

– Он не хочет жениться на тебе! – почти выкрикнула Сесилия, и Абигейл инстинктивно бросила обеспокоенный взгляд в сторону открытой двери кухни. Не хватало ей помимо кричащей Сесилии еще и пронзительных воплей разбуженного малыша. – Ты абсолютно не подходишь Леандро, и последнее, чего он хотел бы, так это жениться на тебе!

– Это он тебе сказал?

– Конечно! – аж взвизгнула Сесилия. – Мы же абсолютно все обсуждаем с ним! Еще он сказал мне, что ты вынуждаешь его жениться на тебе из-за этого вашего ребенка. Леандро признался мне, что ты женщина не его типа. Ты ему не интересна. Он тебя не любит!

Абигейл опустила глаза. Сесилия, безусловно, преследовала личную цель, высказывая все это и нагнетая атмосферу. Но лгала ли она? В любом случае та озвучила то, что Абигейл и так знала. Она ожидала еще одной визгливой тирады и поднялась, готовая вывести скандалистку вон, когда услышала голос Леандро, преградившего ей путь в проеме кухонной двери.

Абигейл даже не заметила, когда он вошел в дом. У Леандро свой ключ, а она была слишком поглощена разговором с Сесилией. Сейчас она не заметила бы и парочки йети, пройди они мимо открытой кухонной двери, держась за руки.

– Сесилия. – Низкий голос Леандро звучал холодно. Таким же холодным был и его взгляд, направленный на сестру, которая, покраснев, крутанулась на месте, прежде чем устремиться к нему с объятиями. Однако Леандро протестным жестом пресек ее намерение. – Что ты здесь делаешь, Сесилия?

– Я… я приехала сюда, чтобы познакомиться со своим племянником, – запинаясь, пробормотала Сесилия, – но она не позволила мне.

Абигейл хотела возразить и уже открыла было рот, но сдержалась, охваченная чувством полнейшей безнадежности. Почему Леандро должен поверить ей, а не Сесилии? Он же не любит ее, и все будет так, как и почти два года назад, когда Леандро, выслушав Сесилию, даже не дал Абигейл возможности изложить свою версию событий. Тогда он предстал в одном лице судьей, присяжным и палачом их отношений. Так почему теперь должно быть иначе?

Возможно, Леандро уже поддался убеждению, что нет смысла оставаться с Абигейл без любви, и что без нее ему будет лучше, пусть даже он и заявлял о своем желании быть рядом с ней ради Сэма. Тем более он всегда готов плясать под дудку сестры. Абигейл легко представила себе доводы Сесилии: он достоин лучшей женщины, равной ему по происхождению и образованию, которую он полюбит, а не будет просто отдавать долг, выполняя обязанности отца ребенка, о котором не просил и которого не планировал.

Воображение Абигейл разыгралось, тем более что она не могла не отметить, что Леандро и не подумал выразить сестре свое недовольство незапланированным визитом. Более того, он привлек Сесилию к себе, неотрывно глядя при этом на Абигейл.

– Я позабочусь о том, чтобы Сесилия вернулась в Лондон, – сказал он ей настолько невыразительным тоном, что для Абигейл так и остался загадкой ход его мыслей.

И это заставило Абигейл готовиться к худшему. Внезапно появившись, не разобравшись в ситуации, Леандро сейчас скажет Абигейл, что она жестокосердая женщина, не позволившая тете увидеться со своим племянником. Сесилия способна мгновенно выдумать душещипательную историю и разжалобить кого хочешь, хоть «Оскар» вручай.

Но даже поймав брошенный украдкой триумфаторский взгляд Сесилии, когда Леандро, нежно приобняв, выводил ту из кухни, Абигейл не могла не посочувствовать ей. Боль в голосе сестры Леандро была неподдельной. Сесилию глубоко задело, что ее старший брат, с детства всецело принадлежавший ей и прежде всегда находивший для нее время, стал игнорировать ее. И вскипевшие слезы в глазах молодой женщины не были фальшивыми.

Не то чтобы это что-то меняло, нет. Пусть назначенный ими самими испытательный срок только начался, но, если Леандро не даст ей сейчас возможности изложить свою версию того, что же все-таки произошло между нею и его сестрой, значит будущего у них нет.

Иначе говоря, в их отношениях ничего принципиально не изменилось с тех пор, как Леандро однажды, выслушав сестру, молча повернулся к Абигейл спиной и ушел, не дав ей сказать и слова в свою защиту. Единственная разница – он теперь отец. Но его отношение к ней осталось прежним.

Судя по всему, Сесилию в Лондон он решил отвезти лично. Все его покровительственные инстинкты старшего брата, взращенные в нем с самого раннего детства, снова дали о себе знать, и Леандро уже готов потворствовать и потакать сестре, глотая любую ложь, которую она ему скормит.

Вернется ли он обратно сюда? Возможно. Но скорее всего за тем, чтобы выставить Абигейл еще одно условие их совместной жизни – не сметь расстраивать и огорчать его драгоценную сестру.

Внезапно ощутив невероятную усталость, Абигейл вышла в сад и направилась к изящной беседке, сооруженной под одной из яблонь. Окно в комнате Сэма было распахнуто, так что она услышала бы, если бы малыш проснулся и заплакал, хотя его дневной сон обычно довольно продолжителен и крепок. Так что у Абигейл был по меньшей мере еще час.

Драгоценное время, необходимое ей, чтобы привести в порядок мысли, осмыслить взлеты и падения, которые случались в ее жизни за последнее время.

Однако ее мысли вскоре начали путаться, и она закрыла глаза. День был прекрасный, слабый ветерок обволакивал теплом. У природы свои собственные звуки, и сейчас Абигейл без помех могла различить их. Шелест листьев на деревьях, щебет птиц и отдаленный гул движущегося транспорта. Удаленность дома от цивилизации была немножко иллюзорной, потому что дорога на Лондон проходила не так уж далеко.

Пребывая в дремотном состоянии, Абигейл в полусне видела Леандро, быстро уходящего от нее, и себя, спешащей в панике за ним. Однако чем стремительнее Абигейл догоняла Леандро, тем быстрее он отдалялся. Лишь один раз оглянулся и пошел дальше, хотя и видел, что она очень огорчена его уходом.

Паника уже зашкаливала… и вдруг совсем рядом прозвучал низкий, такой знакомый и живой голос Леандро, и вовсе не во сне.

– Засыпать на солнце не рекомендуется.

Глаза Абигейл вмиг распахнулись, и она взглянула на Леандро в изумлении.

– Я думала, что ты повез Сесилию в Лондон.

– Она приехала сюда на своей машине, – сухо произнес Леандро, – и я не вижу причины, по которой Сесилия не могла бы в ней же отправиться обратно. Я приехал сюда с водителем, которого попросил сесть за руль ее машины и отвезти домой. А моя машина осталась здесь.

Леандро стоял перед Абигейл, держа руки в карманах. Непроницаемое выражение его смуглого, прекрасного лица не позволяло что-нибудь прочесть на нем.

На какое-то время Леандро отвел взгляд в сторону, а когда он еще и запустил пальцы в волосы, взъерошив их, Абигейл наконец определила, что скрывалось за этой непроницаемостью. Дискомфорт. Леандро явно ощущал себя в высшей степени неловко. А поскольку она никогда не видела его таким, душу Абигейл пронзила тревога, и она поняла, что пришло время кардинальных решений. Внезапно все ее сомнения и чувство безнадежности вырвались наружу, требуя быть, наконец, озвученными и услышанными.

Сердце колотилось где-то у самого горла, однако Абигейл смогла негромко, но твердо произнести:

– Мне думается, что нам надо поговорить. Я не знаю, что сказала тебе твоя сестра, Леандро, но меня она проинформировала о том, что говорил ей ты. Я сделала определенные выводы и хочу сказать, что нельзя заставить сердце насильно испытывать то, чего оно не чувствует. Нужно принять этот факт и не делать из него трагедию.

– Не делать трагедию?

– Ну да! Как бы там ни было, я хочу, чтобы ты знал. Я очень ценю усилия, предпринятые тобой, чтобы оставаться вместе ради Сэма. Чего никогда не произойдет, конечно, – грустно добавила Абигейл, опустив глаза. – Нельзя вставить квадратную заглушку в круглое отверстие. А именно это мы и пытались сделать. Я уверена, что ты согласишься со мной.

Абигейл подняла глаза на Леандро и вспыхнула под его пристальным взглядом, который привел ее в замешательство. Растерявшись, она уже не знала, продолжать ли монолог в том же духе или ретироваться в дом через заднюю дверь.

Так и не решив, Абигейл «приклеила» на лицо улыбку и поторопила Леандро с ответом.

– Ну, скажи что-нибудь, Леандро. Сэм скоро проснется, и если такой разговор нужен нам, сейчас для него самое подходящее время.

Глава 10

– Я совершенно не ожидал, что Сесилия явится ко мне сегодня, к тому же без предупреждения.

– Но ты же говорил с ней по телефону. – Абигейл порывисто поднялась и направилась к коттеджу, так как все в саду располагало к отдыху, успокоению, а она не чувствовала себя ни спокойной, ни расслабленной. Леандро следовал за ней по пятам, и она остро ощущала его присутствие. – Она же должна была сказать тебе об этом, – обернувшись к нему, продолжила Абигейл, уперев одну руку в бок. – Сесилия недвусмысленно заявила мне, что вы всегда говорите друг другу абсолютно все. – В ее голосе сквозило обвинение, и Леандро отвел взгляд, сжав челюсти.

Когда его способность все держать под контролем дала сбой? Ведь он всегда стремился к этому и в профессиональной, и в личной жизни. Куда все делось? Может быть, первые сбои появились тогда, когда в его жизнь вошла Абигейл? После их разрыва все вроде бы вернулось в привычную колею, но, как оказалось, нет. Сбои немедленно возобновились с ее возвращением.

Вот и сейчас Леандро понимал, что не он контролирует ситуацию. Он чувствовал себя как полный жизни человек, одна нога которого уже занесена над пропастью.

Абигейл села у стола в кухне возле окна и уставилась взглядом вдаль.

– Сесилия всегда зависела от меня, – вымученно начал объясняться Леандро. – У наших родителей не находилось времени для нас, и забота об их втором ребенке полностью лежала на мне. Сесилия во всем полагалась на меня. Конечно, я надеялся, что со временем она станет более самостоятельной и независимой, и ее жизнь постепенно устроится. На первый взгляд так и оказалось. Сесилия ни в чем не нуждалась, у нее появилось много друзей. Но она по-прежнему обращалась ко мне за советом, привыкнув с детства к моей опеке. Я находил это забавным, допуская, что сестра так поступает просто по старой привычке. Получив диплом, она сразу же начала работать в одной из структур моей компании и занималась отелями. Надо признать, она отлично справляется. – Леандро вздохнул и сцепил пальцы. – По правде говоря, я никогда не обращал внимания, как собственнически вмешивается Сесилия в мои отношения с женщинами, принимая все за чистую монету. Но те отношения мало что для меня значили. Когда же рядом со мной появилась ты…

– Когда рядом появилась я, – вклинилась Абигейл в его монолог, чтобы помочь Леандро, – Сесилия не могла дождаться момента, когда она уничтожит меня в твоих глазах, опутает тебя ложью, потому что не могла контролировать нашу связь.

Леандро криво усмехнулся.

– Потому что почувствовала серьезность наших отношений, – поправил ее он. – Сесилия почувствовала то, о чем я сам еще даже не догадывался. Я захотел тебя в ту же минуту, как увидел в первый раз.

– Ты мне это уже говорил, – с горечью отреагировала Абигейл. – Да я и сама это знала. Тебя тянуло ко мне, ты находил меня привлекательной. Ты удивишься, насколько обидно, а порой и оскорбительно воспринимается такое положение вещей спустя какое-то время. Да, вначале, когда мы только встретились, все было пьяняще, безрассудно, волшебно! Я никогда не встречала никого, похожего на тебя, в своей жизни. Да и как я могла? Ты вращался в совершенно иных кругах общества, недоступных мне. Я уже говорила об этом, но скажу снова – именно поэтому я умолчала о своем прошлом. Мне хотелось наслаждаться случившимся с нами, не обременяя тебя призраками своего прошлого. А Сесилия, должно быть, решила, что напала на золотую жилу, когда откопала обо мне компрометирующую информацию.

– Я должен был прислушаться к своей совести тогда, – признал Леандро, – а не воспринять сообщение Сесилии о тебе односторонне и безусловно, сделав тут же соответствующий, глубоко ошибочный вывод.

– Что ты сказал? – Абигейл посмотрела на Леандро с вызовом, не давая надежде снова расцвести. Слишком часто ей приходилось разочаровываться.

– Я был околдован тобой, Абигейл. Уж не знаю, как такое случилось, потому что всегда был уверен в крепости своей брони против эмоциональной вовлеченности в отношениях с женщинами, но тебе удалось ее пробить… Возможно, именно поэтому я сразу же ухватился за слова Сесилии о тебе – лгунья, золотоискательница, воровка. Ты солгала, и поэтому было легко поверить худшему в тебе. Не сделай я этого тогда, мне пришлось бы признаться себе в том, что мои чувства к тебе уже вышли далеко за рамки занятий сексом.

Сердце Абигейл забилось в учащенном ритме.

– Я потому и не сообщила тебе о беременности, зная, как плохо ты думаешь обо мне…

– Теперь я это понимаю. Когда я увидел тебя снова, стало совершенно ясно, что я по-прежнему хочу тебя, – признался Леандро. – К тому моменту я разорвал отношения кое с кем, кто теоретически, по мнению Сесилии, подходил мне в жены по всем статьям. Именно Сесилия и познакомила нас с Розалиндой. – Леандро поморщился. – Наверное, именно тогда я должен был понять, так сказать, прочитать между строк, насколько важным было для моей сестры исключить угрозу отнять у нее собственность в моем лице со стороны какой-либо женщины.

Абигейл позволила себе улыбнуться, поскольку единственным видом чтения, недоступным Леандро, было чтение между строк. И она могла это понять, потому что тому, кто никогда не копался в глубинах своей души, познать себя до конца вряд ли удастся.

Леандро встал и прошелся по кухне, отмечая малейшие изменения, привнесенные руками Абигейл в ее интерьер. Дом становился домом. Так, на стене возле стола уже висели две обрамленные фотографии Сэма, а на подоконнике стояли несколько горшочков с зеленью. Нечто подобное Абигейл делала и в его лондонской квартире, пока они жили в ней, поэтапно превращая ее из холодного и безликого помещения в теплый домашний кров. А Леандро этого даже не замечал.

– Я слышал, что Сесилия говорила тебе, – откровенно признался он. – Просто невозможно было не услышать ее выкрики.

Абигейл напряглась и уставилась на свои руки, лежавшие на кухонном столе.

– Но у нас с ней не было и в помине подобных разговоров, о которых она намекала тут тебе. Я должен был бы прийти в ярость из-за того, что она посмела взять на себя роль моего рупора, приехав сюда, но… не смог.

– Почему? Потому что она подготовила почву для тебя… чтобы сказать мне то, что уже и так стало очевидным?

– Да, что-то в этом роде. – Леандро протянул руку и коснулся дрожащих пальцев Абигейл, вынуждая ее взглянуть ему в лицо. – Мне трудно в этом признаваться, – тихо произнес он. – Я ведь никогда не верил в любовь, ассоциируя это чувство с чем-то разрушительным, и думал, что меня оно не коснется, обойдет стороной, но я ошибся.

– Леандро, что ты хочешь сказать?

– Я говорю о том, что был на полпути к любви, уже когда ты вошла в мою жизнь впервые. И вот теперь, при второй попытке, я прошел этот путь до конца. Я без памяти влюблен в тебя, Эбби, и очень давно.

– Ты… Ты любишь меня? – прошептала Абигейл, и глаза ее сделались большими и круглыми, как чайные блюдца.

– Я скрывал это ради того, чтобы оставаться на высоте положения, и считал, что поступаю правильно, но, делая тебе предложение о замужестве, я вдруг понял, что меня почему-то совсем не беспокоят грядущие вместе с браком изменения, которые непременно коснулись бы взлелеянного мною привычного образа жизни. И был слеп и едва не потерял тебя.

– Ты испугался того, что я хотела гораздо большего, чем мне предлагалось, мечтая о том, чтобы ты полюбил меня так же сильно, как люблю тебя я.

Абигейл улыбнулась Леандро, и он с облегчением улыбнулся ей в ответ.

– Я никогда не чувствовала уверенности рядом с тобой, – призналась она. – Я же понимала, что мы из разных миров. И потому звонок Сесилии меня испугал, – продолжила Абигейл. – По опыту прошлого я допустила, что она может снова исковеркать мою жизнь. Поэтому когда вы ушли вместе, я решила, что в следующий раз мы увидимся ради того, чтобы ты мне сообщил о расставании. Знаешь, у меня сложились определенные взгляды на брак. Прежде всего, мне хотелось, чтобы мое будущее диаметрально отличалось от прошлого. Я мечтала о полном брачном пакете – романтической любви со всей сопутствующей атрибутикой. – Абигейл грустно улыбнулась. – А полюбив тебя, поняла, что никакой романтики не будет. И все-таки теплилась во мне убежденность, что нельзя вступать в брак по каким-то иным причинам, кроме любви, и что, спустя какое-то время, ты и сам поймешь это.

– Ты выйдешь за меня замуж, любимая?

Абигейл кивнула, уютно устроилась на коленях Леандро и, обняв за шею, прижалась к нему.

– Конечно, выйду. Веришь, – почему-то застенчиво проговорила она, – но я отчаянно надеялась, что ты повторишь свое предложение о браке. Все-таки выйти замуж за тебя даже по «неправильной» причине, даже зная, что ты не любишь меня, все равно лучше альтернативы потерять тебя вообще.

Немного помолчав, Абигейл спросила:

– А как быть с твоей сестрой?

– Сесилия больше не будет высказывать свое мнение в твоем присутствии, – коротко ответил Леандро. – Мы с ней, естественно, будем видеться, когда она будет приезжать в Лондон, однако она преступила все границы, а я это не приемлю. – Он глубоко вздохнул. – Защита сестры стала моей многолетней привычкой, и это мешало мне видеть некоторые недостатки ее натуры. Сесилия будет продолжать управлять моим отелем на Фиджи, но беспокоить тебя впредь не станет. А теперь, Эбби, давай оставим тему Сесилии и поговорим о… нас.

Эпилог

Абигейл смотрела на себя в зеркало с улыбкой удовлетворения, поскольку выглядела она так, как ей и хотелось. Ничего кричащего, излишнего в ее наряде. Всего в меру, и тем не менее он был не настолько прост, чтобы в нем можно было отправиться, например, на коктейльную вечеринку.

С ее точки зрения, это было идеальное свадебное платье. Прямое, простого кроя, с изящной вышивкой серебристым бисером на кремовом фоне. Скромное декольте спереди и более глубокий вырез на спине. Пожалуй, сегодня первый и последний раз Абигейл удалось довольно легко натянуть его на себя. Ведь, как оказалось, она уже десять недель была беременна, и ее живот начал округляться.

Сегодня вечером Абигейл скажет об этом Леандро. Она не могла дождаться, когда увидит его лицо при этой новости. Он же пропустил ее первую беременность. Но Абигейл знала, что Леандро будет самым внимательным мужем, оставаясь нежным и пылким любовником, и прекрасным отцом Сэму и их будущему ребенку, о существовании которого она сама узнала лишь несколько дней назад.

Это будет свадебный сюрприз номер один!

Номер два – его сестра Сесилия. Она была весьма жестко поставлена им на место и отправлена обратно на Фиджи. Но прежде ей в ультимативной форме было велено никогда больше не соваться в его личную жизнь. Но Абигейл слишком хорошо знала Леандро. Хотя для нее он был лучшим на свете человеком, с которым ей посчастливилось встретиться, он никогда не отличался деликатностью и не ходил вокруг да около.

Абигейл очень ясно представила себе их краткую и категоричную беседу. Но как бы ни поступила Сесилия, она была движима собственными проблемами, делавшими ее уязвимой и зависимой, не представляющей себя без опеки и внимания старшего брата.

Неделю назад Абигейл связалась с Сесилией по телефону. Разговор получился неловкий, с паузами, во всяком случае вначале. Сесилия сразу взяла оборонительный тон, отказываясь, но Абигейл настояла, и та два дня назад, не уведомив Леандро, прилетела в Лондон. Абигейл, взяв с собой Сэма, встретилась с ней.

– Ты – его тетя, – мягко сказала она, – и очень важно, чтобы вы познакомились друг с другом. Каждому ребенку нужна тетя, желательно веселая, каких показывают в кинофильмах.

Сесилия выдавила скупую улыбку, но минут через пять она уже не держала Сэма на вытянутых руках, как мешок с радиоактивными отходами.

Абигейл не сказала бы, что они с Сесилией прониклись дружелюбием с первых минут встречи, но ведь и Рим был построен не за один день.

Пока все шло хорошо. Леандро понятия не имел, что его сестра будет присутствовать на свадьбе. Абигейл с иронией подумала, что человека, который терпеть не может сюрпризов, ожидал веселенький вечерок.

Позади себя в зеркале Абигейл увидела Ванессу, которая с улыбкой вошла в комнату и присвистнула от восхищения:

– Я полагаю, жених будет счастлив увидеть свою невесту такой прекрасной и сияющей.

Абигейл повернулась к Ванессе и ответила на отраженную в зеркале улыбку подруги.

– Пойдем, – сказала она, разглаживая свое сказочно красивое подвенечное платье, пока Ванесса поправляла ее прическу, украшенную бусинами.

Стилисты и косметологи уже ушли, и это были для Абигейл последние моменты незамужней жизни. Она знала, что никогда не смогла бы пойти по проходу церкви к другому мужчине, только к Леандро.

«Мое счастливое будущее ждет меня!»

Теперь Абигейл в этом не сомневалась.

Content

Кэтти Уильямс
Второй шанс на счастье

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Эпилог