Радов Анатолий

Изгой: Книги Богов

Глава 1

Зыбь, внешний Тонг

Длинная вереница из демонов и аземов медленно двигалась по ночной дороге. Во мраке показались огни костров, путь отряду преградили с полсотни всадников. Вереница медленно, но всё же начала перестраиваться в боевой порядок.

— Кто такие?

— Третья армия Владычицы… Остатки третьей армии, — устало ответил ехавший впереди дриг.

— Пароль.

— Какой к Номану пароль?! — голос дрига наполнился злостью.

— Ладно, Кург, не наседай.

От преградившего путь небольшого отряда отделился рослый демон и шагом направил своего грона вперёд.

— Ир Нарт-Гал? Вы? — спросил он, вглядываясь в лицо того, кто возглавлял вернувшихся.

— Я, — в голосе дрига уже не было злости. — Успокой своих подчинённых, мне сейчас не до того, чтобы учить их соблюдать субординацию.

— Не обращайте внимания, ир Нарт. Всё по уставу. Сами понимаете, сейчас даже демон не может доверять демону. Не те времена.

— Да я понимаю. Моим воинам нужен отдых.

Командир усиленного ночного патруля кивнул и дал своим всадникам знак пропустить. Остатки третьей армии двинулись дальше, даже не перестраиваясь обратно, словно на это у них уже не хватало сил.

Нарт-Гал отъехал в сторону, подобрал поводья и устало осунулся. Его взгляд застыл на идущих мимо. Во мраке было трудно что-то разглядеть, но он знал и так. Он знал, как выглядят его воины, знал что три четверти их уже никогда не пройдут мимо него, они лежат под Арт-Тонгом, не похороненные как надо. Но боль вызывала не только эта мысль. Ещё больнее было от того, что он знал — его воинов убили такие же демоны и аземы, ещё несколько тонгов назад сражавшиеся на одной стороне против людишек.

Когда показался хвост плетущейся вереницы, Нарт приосанился.

— Отведи меня к шатру Владычицы, — повернулся он к командиру патруля и тот в ответ кивнул.

У шатра им снова преградили дорогу.

— Кто такие? — грубо спросил один из охраны.

— Ладж, это я. Тут вернулась третья армия, её командующий просит аудиенции у Владычицы.

— Третья армия? — переспросили с недоверием в голосе. — Что-то я не заметил чтобы тут целая армия подошла.

— Она уже не такая большая, чтобы её было легко заметить, — грубо бросил Нарт. — Послушай меня, амрал. Я сейчас зол. Очень зол. Не вынуждай меня проявлять мою злость.

— Ты… — дёрнулся было демон из охраны Владычицы, но осёкся. — Ладно, — он повернулся к стоявшему справа. — Доложи во внутреннюю охранку, пусть там решают, что делать с этим героем.

Нарт едва сдержался, чтобы не ударить этого наглого амрала воздушным “кулаком”. Да так, чтобы тот на глазах своих подчинённых грохнулся задницей на землю. И после этого спрыгнуть с грона, подскочить и пинать его ногами… Тва-арь. “С этим героем…”

Дриг вдруг почувствовал, как его ладони стали мокрыми и тёплыми, и удивлённо разжал кулаки. Поднёс правую руку к лицу. Из четырёх небольших ранок сочилась кровь, которая в отблеске пламени двух костров выглядела ещё чернее.

Посланный доложить охране вернулся через пару минут и что-то тихо сказал своему командиру. Тот кивнул и разрешил Нарту пройти к шатру.

Дриг спешился, передал поводья своему спутнику и, обойдя один из костров, быстро зашагал во мрак. Тут же справа и слева от него появились дриги из охранки, бесшумные и молчаливые как тени. Нарт профессионально набросал в мозгу план действий, если эти тени вдруг решат напасть, и словно для того, чтобы просто придержать, положил ладонь на рукоять меча.

Но в десятке шагов от шатра тени вдруг словно испарились, а перед ним возник один из молодых советников Владычицы. Хлипкий на вид, даже тщедушный. Нарт припомнил, что вроде бы этот демон был советником ещё при новом Владыке и именно поэтому Лилианна приблизила его к себе.

Нет, он не разделял всеобщих чаяний по поводу Анта Сатэна, который по мнению некоторых должен вернуться, чтобы восстановить в Зыби порядок, но он, как старый вояка, уважал этого человека и помнил его победоносную кампанию против ольджурцев. Да, всего два боя, но каких боя! Выигранных легко, играючи, и всё благодаря стремительности и отваге Владыки. Ну и что, что он не демон? Разве это имеет значение сейчас, когда Зыбь разделилась на два враждующих лагеря и повсюду в ней льётся кровь?

Впрочем, об этом можно уже не думать. По словам одного дрига из секретной внешней разведгруппы, большая часть которой перешла на сторону предателей, но слава Оргду кто-то всё же сохранил верность, они вот уже два тонга времени никак не могут определить местоположение Сатэна. А такое могло произойти всего в трёх случаях — либо он мёртв, либо “метка” снята, либо с заклинанием произошло что-то необъяснимое. Насчёт последнего этот дриг сильно сомневался, а вот о первом говорил почти с уверенностью, при этом выражая искреннее сожаление. Дела у сторонников Владычицы шли с каждым днём хуже и в их умах и сердцах всё более крепла надежда на возвращение Анта.

— Меня зовут Караг, — заговорил молодой демон и указал за спину. — Владычица ждёт вас. Как я понимаю, новости не самые хорошие?

— Новости отличные. Чит-тонг в руках демонов, — Нарт хохотнул. Это грубая солдафонская шутка позабавила его, и тогда, когда он впервые услышал её от какого-то азема, и сейчас, когда он провертел её в мозгу уже в десятый раз.

Молодой демон его веселья не поддержал. Они молча прошли сквозь мрак и оказались в просторном, освещённом магическими фонарями, помещении. Владычица была здесь. Она сидела на простеньком массивном кресле и молча глядела на вошедших. На лице её угадывались тревога и усталость. Если без шуток, то новости в последнее время и в самом деле были не самыми хорошими.

— Вы только что от Чит-Тонга? — без всяких предисловий поинтересовалась Лилианна.

Нарт помедлил с ответом, невольно залюбовавшись её тонкой и немного болезненной красотой. Ему даже стало жаль свою Владычицу. Усталость чувствовалась даже в её голосе.

— Нет, Владычица, мы не смогли подойти к нему, — начал он объяснять, стараясь скрывать своё раздражение и боль от случившегося. — Предатели окрепли настолько, что смогли атаковать нас на подходе к столице. Мы приняли бой недалеко от Арт-Тонга и потеряли почти три четверти армии.

Лилианна поджала губы и откинулась на спинку кресла. Её веки тяжело опустились и она какое-то время просидела не шевелясь. Нарт молчал, ожидая, когда она продолжит разговор. Его взгляд упал на советчика и он мысленно выругался. Может в такой момент стоит окружить себя знающими людьми из армии, а не доходягами-штудийниками? Магия — это конечно сила, но во время войны она ничто без стратегии и тактики.

— Вы можете быть свободны, — неожиданно проговорила Владычица и Нарт опешил. Он ожидал более заинтересованного приёма. Всё же его воины своей кровью заслужили, чтобы их командира выслушали со всем вниманием. Но он подавил в себе вспыхнувшую злобу и медленно проговорил.

— Дело требует скорейшего решения, Владычица. Прямо сейчас нужно провести совет в штабе армии. Мы должны полностью пересмотреть стратегию, иначе в ближайший тонг времени потеряем всё. Ваши воины ждут, что вы примете правильное решение, а правильным сейчас будет отступить и перегруппироваться. Мы уже не сможем взять Чит-Тонг, соотношение сил изменилось не в нашу пользу. Наши воины на подступах к столице гибнут зря. Ещё немного и их там не останется совсем…

— Я всё понимаю, — перебила Лилианна. — Но спешка ещё никого не доводила до добра. Через два дня я соберу на совет всех военнокомандующих и мы выработаем новую стратегию. А пока, вы можете быть свободны.

Нарт сжал зубы, и обозначив поклон, буквально выскочил из шатра.

— Зря вы так, Владычица, — глядя ему в спину, тихо проговорил Караг. — У нас осталось не так много боевых командиров. Что если он после такого приёма переметнётся на их сторону?

— Я не собираюсь идти на поводу у каждого вояки, — холодно бросила Лилианна. — У меня своя голова на плечах.

— Её положение там слишком зыбко.

— Ты говори, но не заговаривайся, советник, — слегка повысила тон Владычица, но быстро остыла. — Что там с поиском Анта? Почему мы до сих пор не можем найти его?

— Это сложный вопрос, Владычица. Дриги из внешней разведки продолжают делать вид, что занимаются поиском, но мне кажется, они уже давно куплены предателями. А возможно, они просто не могут засечь “метку”. Я много времени проводил за магическими трактатами и мне пару раз попадались интересные места в них. Так вот, в них говорилось о некоем преувеличении, связанным с “метками”. Нельзя их засечь на любом расстоянии. Всё же существуют ограничения.

— Ты это сейчас сам придумываешь, чтобы оправдать разведку? — прищуриваясь, спросила Лилианна.

— Зачем — это мне? — Караг хмыкнул. — Никогда не испытывал к ним симпатии. Я озвучиваю лишь то, к чему прихожу в результате долгих размышлений. Поверьте, Владычица, я размышляю постоянно и как и вы, желаю, чтобы восстановилась ваша власть. Я не могу ни любить, ни уважать, ни поддерживать тех, кто убивает старших штудийников.

— Хватит. Я поняла, — Лилианна повелительно вскинула руку. — То есть ты хочешь сказать, что они просто не могут почувствовать “метку”, потому что слишком большое расстояние?

Её лицо просветлело, на губах появилась блуждающая улыбка. Это всё же намного лучше, чем думать о его смерти. А все вокруг всё чаще твердят о ней. Идиоты! Да это просто ни один дриг не в состоянии почувствовать “метку”.

— Скорее всего. К тому же, Ант был просто помешан на магии и мог изучить что-нибудь такое, что позволило ему снять заклинание Тьмы. Он неплохо владел магией Света. Насколько я знаю, он был почти универсал, а такое встречается очень редко.

— Я больше боюсь, что Другие убили его из-за книг. Зачем он взял их?

— Он не хотел, чтобы книгами воспользовались предатели. И я думаю, Ант принял верное решение.

Владычица задумалась, посмотрела на стоявшего справа дрига. Количество тех, кому она может доверять, уменьшалось с каждым днём: позавчера дезертировали двое из её личной охраны, вчера два десятка аземов самовольно покинули расположение своего отряда и ускакали в неизвестном направлении. Нарт прав, медлить нельзя, но она не хотела показывать свой страх и спешить.

— А что будет, если он избавился от “метки”? — спросила она, снова посмотрев на советника.

— В этом случае найти его можно будет только непосредственно высадив отряд в землях Других. Но этот отряд должен состоять из самых лучших и преданных дригов. Они не должны вступать в бой, их основной целью станет взятие в плен местных. Возможно, кто-то слышал о человеке, появившемся на их земле. Не думаю, что такое у Других часто случается. Владычица, если бы у меня была библиотека Чит-Тонга, то возможно я нашёл бы способ, как засечь “метку” на любом расстоянии…

— Караг, давай не будем сводить наш разговор к эфемерной болтовне. А по поводу отряда — ты прав. Я сама подумывала об этом. Нужно срочно отправить в земли Других лучших из лучших. Как ты считаешь — шестерых достаточно?

— Здесь дело больше не в количестве, а в качестве. Владычица, — штудийник выдержал небольшую паузу. — А что, если он не захочет возвращаться?

Лилианна взглянула на него с искренним непониманием.

— Почему это? — она усмехнулась. — Неужели ты думаешь, что Другие предложили ему что-то лучше, чем трон целого государства?

— Но ведь не каждому нужен трон. Есть много тех, кто живёт иными целями.

— Какими иными? — непонимание на лице Владычицы усилилось. — Что может быть выше власти?

Караг хотел было пуститься в пространственные рассуждения о чести, долге, высших побуждениях и прочих ценностях разумного существа, но промолчал. При всём его уважении к Владычице, он ясно осознавал — всё из того, что он хотел перечислить, не входило в сферу её интересов. Да и не самое лучшее сейчас время для философских бесед.

— Вы правы, думаю, он согласится, — сказал он вместо этого и тут же поинтересовался. — Вы предполагаете забросить отряд в земли Других в ближайшее время?

— Не просто в ближайшее время, а немедленно, Караг. До рассвета шестеро лучших из верных мне дригов должны быть переброшены через портал. По моим сведениям, мы сделали всего пару, но и этого в два раза больше, чем нужно.

— Владычица, — Караг потупил взгляд, — Позвольте и мне отправиться с этим отрядом…

— Нет, — голос Лилианны вновь стал холодным, а в глазах мелькнул рубиновый огонь. — Ты останешься рядом со мной. Я хочу знать про Анта всё, а в Чит-Тонге ты больше других сблизился с ним. Скажи, Караг, как ты думаешь, — она снова смягчилась, — Когда он вернётся, мы уничтожим предателей?

— Непременно, — всеми силами придав голосу уверенности, ответил штудийник и отвёл взгляд. Сказать честно, в то, что Ант однажды появится здесь, он уже почти не верил.

Глава 2

— Наргар умер.

Лицо Курнака, вошедшего в мою палатку за несколько минут до рассвета было серее предрассветной хмари.

— Всё, — добавил он, вздохнув. — Нет больше Наргара.

Я встал с лежанки и уставился на поднявшегося Рунга.

— Умер? — переспросил тот и я услышал, как он зашмыгал носом. — Жалко-то как. Я уж подумал, что он доживёт до того момента, как мы войдём в Аркополь.

— Уже все знают? — спросил я, надевая пояс с “шипом”.

— Нет. Это случилось всего несколько минут назад. Я там был. Он в предсмертном бреду говорил, что ты должен стать великим сэтом, потому что никто не достоин этого больше тебя.

— Перестань, Курнак. Ты же знаешь, что подобные вопросы будут решаться большим количеством сэтов, а не только теми, кто думает, как Наргар. Да и появилось у меня одно дело…

— Какое?

— После штурма объясню, — я накинул куртку и, подойдя к Курнаку, похлопал его по плечу. — Возможно твоя помощь в этом деле тоже понадобится.

— Что значит тоже? — обиделся сэт.

— Ничего особенного. Просто хотел взять с собой своих десятников. Самых первых, вигларцев. Но возможно будет нужен кто-то постарше. Ладно, пошли. Пора начинать.

Мы покинули палатку, бриз с моря заставил вздрогнуть и я поплотнее запахнул полы и поднял воротник.

— Пушки готовы?

Курнак указал на холмы в сотне метров.

— Готовы. Половину поставили там, половину там, — он обернулся и ткнул рукой в серую утреннюю даль. — Нацелили на один сектор. Думаю, два-три залпа и стена обрушится. А что с Наргаром? Я же к тебе почему пришёл? Чтобы этот вопрос решить. Может пока не нужно всем о его смерти говорить? Плохо это, конечно, но что если у стрелков боевой дух упадёт? Особенно у тиглимцев.

Мои губы непроизвольно сжались, словно не желая пропустить те слова, которые я должен был сказать.

— Ты прав, Курнак, — через силу выдавил из себя. — До того, как захватим город, лучше молчать.

Мы свернули, поднялись на небольшой холм и вскоре были в палатке старшего сэта Тиглима. Тело Наргара лежало на кровати, накрытое до шеи белой простынёй. Сидевший у изголовья Ульгар, поднял голову и с каменным выражением посмотрел на нас. Его лицо стало меняться, он словно скинул с себя груз и, кивнув, поднялся.

— Нужно начинать, — проговорил безжизненным голосом. — Прости отец, но мне надо идти.

Дотронувшись до лба покойника, он подошёл к нам.

— Мы тут посоветовались, — он обвёл взглядом находившихся в палатке, — И решили, что так будет правильно. Сначала штурм, а потом займёмся похоронами. Думаю, отец понял бы нас и поддержал это решение.

Я кивнул, приблизился к кровати и, постояв минуту, решительным шагом покинул палатку.

— Принимай командование основными силами, Ульгар, — бросил молодому сэту. — Ты, Курнак, займись виарами. Пусть забрасывают “взрывы” по “фонарикам”. Бумагу раскидывать времени нет. Каждый час промедления даёт возможность Мангру укрепиться. Первый залп из орудий через двадцать минут.

Сухие, короткие приказы. Размусоливать смысла не было, всё давно решено. Уже дважды на совете мы обсуждали все детали штурма. В первую очередь пробиваем пару-тройку приличных брешей в стене, потом начинаем обстрел улиц, а две тысячи стрелков пытаются ворваться в город.

Когда Ульгар и Курнак ушли, я зашагал к орудиям. Отдать приказ о первом залпе должен я сам, это тоже было обговорено. Как и говорил Наргар, сэты приписывали все победы моей удаче и… божественному происхождению. Не знаю, как, но байка придуманная Сальгаром подействовала не только на умы срединных сэтов, но и стала незаметно завладевать разумом восточных.

Я поднялся на холм и, найдя командира отряда пушкарей, приказал проверить готовность. Командиром оказался вигларец.

— А я ведь помню, как вы в первый раз вошли в наше селение. Я видел. Я тогда в гости к другу шёл, а тут вы с Альгаром и Рунгом.

От его слов нахлынули воспоминания, а от воспоминаний потянуло теплом. Я невольно улыбнулся и вигларец улыбнулся в ответ. Но на этом мгновение ностальгии закончилось. Я снова сделал серьёзное лицо и повторил:

— Проверьте готовность.

— Так точно! — вытянулся в струнку сэт и бросился исполнять приказ.

А я взглянул в сторону Аркополя. Огромный и красивый город, раскинувшийся на побережье. Столица Сэттии, которая вскоре будет разрушена. Не полностью разумеется, но повреждений не избежать, как и не избежать сотен смертей, и не только среди стрелков, но и среди мирных жителей. Не легко будет потом восстанавливать дружеские, или хотя бы не враждебные отношения с ними…

Оранжево-красный краешек солнца показался из-за далёкого горизонта и я поднял руку.

— Зажечь огонь! — тут же прокричал командир-вигларец.

Закоптили восемнадцать факелов, вспыхнул огромный костёр, давая знак второй батарее. Я подождал немного, пока столб густого дыма от пропитанных специальным составом веток поднимется на несколько метров, опустил руку и спустя всего пару секунд предутренняя тишина содрогнулась от оглушительного залпа в тридцать пять стволов.

Всё вокруг окутал дым, сработали “взрывы” и стена с грохотом стала осыпаться.

— Зажечь огонь!

Всё. Здесь я уже был не нужен. Вернувшись к своей палатке, я вскочил на оседланного Асгата и направил его к двум тысячам пеших стрелков, среди которых был и вооружённый новыми стрельнами гурт. Именно они первыми войдут сквозь проёмы в стенах и мощным залпом заставят мангровских отступать. Квартал за кварталом, пока остатки не укроются в местном Рейхстаге.

— Ну что?! — пытаясь перекричать грохот орудий, обратился я к вестовому с одного из холмов, на котором стояла артиллерия.

— Девятый залп, мин аржант! — с азартом проорал молодой сэт. — Вот сейчас ещё один и…

Всё вокруг снова содрогнулось и вестовой машинально открыл рот, хотя здесь ударная волна была не настолько сильной.

— Всё! — он махнул рукой в сторону Аркополя. — Там уже и после восьмого залпа можно было, а теперь-то уж точно!

Ну, значит, час настал.

Я спешился, передал поводья вестовому и подошёл к Дангару с Вайром. Светившиеся перед их грудью “щитки” делали похожими молодых сэтов на железнодорожников в спецодежде. Правда, у тех она оранжевая, а “щитки” светились синим, но это было не существенно. Главное, что такое сравнение придало настроения и развеяло в прах остатки страха, который всегда был перед началом боя. Вытащив “шип”, я взмахнул им и тут же земля содрогнулась от четырёх тысяч лап. Меньше, конечно, чем от залпов, но по грозности явно не уступая. Две тысячи сэтов, построенные в порядок, напоминающий тевтонскую “свинью”, двинулись к городу.

Ещё две тысячи сейчас выстроились в линию за нашими спинами и прикрывали нас. До стен отсюда было метров четыреста-пятьсот, которые нужно преодолеть без потерь, и поэтому парни, не жалея пуль, лупили в сторону врага. Хотя, я был уверен, что его на стенах практически нет. После такого арт-обстрела даже самые смелые должны были спуститься вниз и в лучшем случае укрепиться в окраинных домах, а в худшем, сразу бежать к центру, чтобы собственноручно замочить Мангра и… Твою мать!

Я взял правее и спустя несколько секунд был рядом с Рунгом. С наполовину замотанной головой, он шёл наперевес со стрельной и всё время пытался укрыться от моего взгляда за спиной Дангара.

— Ты чё, с ума сошёл?! А-ну быстро в палатку! — бросил я ему в самое ухо и Рунг молча покрутил головой.

— Не пойду, мин аржант. Хоть убейте. Я хочу собственными руками придушить эту мразь.

— Да нет там его, скорее всего… — я почувствовал, что не могу на него злиться. — А если тебя узнают?

— Так все уже и узнали, — посмотрев на меня, проговорил Дангар. — Не переживайте так, мин аржант. Никто из этих двух тысяч его не сдаст.

Да причём тут сдаст?! — едва не бросил я в лицо сыну Курнака, но всё же смолчал. А стоит ли показывать, что я просто переживаю за этого парня? Они ведь не дети, они воины. Им по большому счёту уже давно непонятны подобные переживания.

Зло сплюнув под ноги, я вернулся на своё место и, вложив меч в ножны, приготовился работать магией. До стены, а точнее до огромного проёма в ней, оставалось меньше тридцати метров. Ещё немного и…

Я разглядел за грудами камней стрелков, готовящихся окропить нас свинцовым дождиком и метнул в их сторону “взрыв” пятого круга.

Тут же раздались выстрелы, сначала одиночные, потом разом в пару сотен стволов. Едва не оглохнув, я вскарабкался на огромные обломки стены и увидел, что мангровские отходят. Да уж, совсем не Фермопилы, а мангровские далеко не спартанцы. Но разве стоит об этом сожалеть? Это у диванных коммандос мнение, что враг должен быть достойным, а по мне, пусть он лучше будет труслив, плохо организован и малочислен. Не желать себе сильного противника меня научили сотни смертей тех, кто становился мне близкими. Линк, парни из тринадцатого легиона, молодые сэты, погибшие в ходе этой кровавой и по сути ненужной войны. Не нужной самим сэтам…

А вот мне она была нужна. Как бы это странно не звучало. Ещё один рывок и у меня в наличие доступ к морю, а вместе с ним и доступ к тем целям, которые уже давно поставлены и которые до сих пор не приблизились даже на четверть лиги.

Прокричав, в небе над нами пролетели Чук и Гек, похожие на вдруг ожившие самолёты, они понесли в своих лапах магические “бомбы”. Ещё немного и эти бомбы принесут первые разрушения уже внутри Аркополя. На секунду все вскинули головы, но тут же снова опустили их и ещё быстрее зашагали вперёд.

Я метнул “срезнями” магистрального круга в остановившуюся группу стрелков, заметил, как несколько парней тоже стали использовать магию. Молодцы! Как говорится, одно умение воевать хорошо, а два лучше. Где говорится? Да плевать!

“Шип” взмыл вверх, я обернулся, нашёл глазами Дангара.

— Рассредоточивай гурт и закрепляйся на позициях. Используй естественные укрытия! Будем ждать подхода других!

Идти дальше небольшими силами я не решился. По нам будут стрелять из окон домов, с крыш, а это значит гурт понесёт серьёзные, а главное, совсем не нужные сейчас потери. Мы уже в городе, зачем спешить и рисковать?

Совсем рядом просвистела пуля, и я укрылся за грудой камней. Поставил “щит” и только после этого бегом рванул к Рунгу. Тот о чём-то спорил с Дангаром, указывая при этом рукой в один из узких проулков.

— По нему пройдём, никто не увидит! Ты думаешь они эту щель охраняют?

— Они сейчас всё тут охраняют! — проорал я, снова испытывая недовольство по поводу того, что Рунг попёрся в бой. — Ты помнишь, что я тебе сказал в палатке? Про книгу помнишь? Так что не ерепенься, а сиди и жди других!

— Я же говорил, что собственноручно придушу…

— Мангра тут может и не быть, отца ты уже не вернёшь, а десятая книга пригодится всем! Они, — я указал на отступающих мангровских, — Не последние враги! И не самые страшные! Так что отставить самодеятельность! А то ты любитель…

Я осёкся. В прошлую самодеятельность Рунг сделал хорошее дело и попрекать его этим несправедливо.

— Ладно, — старший сын Альгара как-то разом скис и, махнув рукой, глухо добавил. — Делайте, как хотите.

И мы сделали именно так, как хотели.

Продвигались вглубь города очень медленно, отвоёвывая у врага дом за домом и “платя” за каждый квартал по минимуму. Лишь на одном из перекрёстков, попав под неожиданный огонь, мы потеряли кучу народу. Враг перехитрил. Затаился в четырёхэтажном здании и не выдавал своего присутствия, пока полсотни наших стрелков не двинулись открыто вперёд. Пришлось здоров помучиться, чтобы взять этот пятачок под свой контроль.

Вдобавок, с той стороны была использована магия, и сразу стало понятно — часть жрецов всё же осталась верна Мангру. Или они просто воюют за свой город?

Проблему пришлось решать мне и десятку парней из гурта. В одном из домов имелся цокольный этаж, о чём свидетельствовали маленькие окошки, находившиеся на уровне земли. Точнее, видны были только узкие верхние части окон, примерно в полметра шириной. Не каждый сэт способен пролезть, и поэтому выбирали самых худых. А худой у них — это больше моих семидесяти пяти примерно на десять килограмм. Непонятно как очутившийся в гуще событий Ульгар, вызвался пойти внутрь дома, но я согласия не дал. Как и Рунгу. Взял только Дангара, который и отбирал десяток тех, кто сможет протиснуться в такие узкие окошки.

Штурмовать решили с одного из боковых фасадов и провели там разведку. Что-то похожее на аллею, которая позволит подойти почти незамеченными. Почти. А почти, увы, не — полностью.

Но обходить укреплённый перекрёсток и оставлять врага за спиной… Этот вариант был ещё хуже.

Мы подкрались в тот момент, когда остальные наши парни принялись лупить по дому изо всех стволов, отвлекая засевших в нём. Удар прикладом по навесам узких деревянных ставень, заставил их сразу же отлететь в сторону и я первым протиснулся в щель.

В доме кисло воняло дымом от пороха и плесенью. Я схватил стрельну, которую подал следовавшим за мной сэт и отошёл на пару шагов, давая ему место для приземления. Тусклый свет попадавший сквозь окна не позволял видеть всё помещение сразу, только часть. Но этой части хватило, чтобы заметить лежавшего на полу сэта. Метнувшись к нему я вырубил его лёгким ударом по голове и огляделся.

— Что там? — спросил меня уже идущий ко мне гуртовик. Самый тощий сэт из всех, кого я видел среди своих воинов. Возможно даже меньше меня весом.

— Раненый, — тихо ответил я. — Целился в меня. Осмотри его, только не добивай. Как очнётся, допроси.

— Но… Мин аржант, я же хотел…

— Наверх повоевать? — я улыбнулся. — Ладно уже, и вдевятером справимся.

Это у меня что? Мания при первой же возможности уберечь от возможной смерти очередного сэта? С такими заскоками тогда уже нужно вообще в одиночку воевать. Как Рэмбо.

Я дождался пока ещё пара сэтов пролезет внутрь и уже с ними направился к тому месту, где предполагался выход из подвала. Там его не оказалось, и пришлось немного пометаться по периметру, пока наконец не была обнаружена ведущая наверх каменная лестница, наверху которой нас встретила наполовину приоткрытая дверь. Я осторожно подобрался к ней и ударил в проём “срезнями”. Если там кто-то и ожидал нас, то теперь ему, или им, стало явно не до этого.

На бегу распахнув дверь полностью, я ворвался в огромный зал и почти сразу метнул “срезни” повторно. Двое ошеломлённых стрелков успели лишь обернуться и рухнули с удивлёнными лицами на пол. А позади меня, растягиваясь в короткую цепь, уже стреляли мои гуртовики.

В ушах загудело, кислый запах порохового дыма стал невыносим, перед глазами, словно бешеные снежинки, закрутились крошки побелки. А мы бросились в эту известковую метель, убивая магией и защищаясь ею. Поступать именно так в решающий момент приказал я. Нужно дать понять парням, что они могут справляться с врагами не только при помощи стрельн, нужно, чтобы магия снова стала для сэтов частью их военного искусства.

Всё превратилось в месиво. В доме сосредоточилось примерно три десятка вражеских стрелков и нам пришлось здорово поработать, чтобы выйти из потасовки победителями. На втором этаже я сходу убил “молнией” одного из жрецов, однако успел принять на “щиток” два “срезня”. Сказать честно, увидев это заклинание направленным на меня я на мгновение опешил. Привык как-то, что лишь сам использую его. Поэтому с ходу пригвоздил корчащегося в судорогах мишку в тёмно-синей накидке “шипом”. И пока вытаскивал его, получил ещё один “срезень” в “щиток”, который с треском рассыпался. Да сколько их тут?!

С разворота ещё “молния”. Второй жрец поставил “щит”, и я бросился на него, намереваясь добить простым клинком из железа. Но из-за спины кто-то из моих уже выстрелил в него и молодой жрец схватился за шею.

Сверху посыпалось не меньше килограмма побелки, набилось за шиворот, разрывая штанину и обжигая кожу в паре миллиметров от ноги просвистела пуля. Пятеро стрелков, сгрудившиеся в дальнем углу явно хотели прибить именно меня, потому как все пять дул их стрельн смотрели в мою сторону. Я выплюнул попавшую в рот извёстку и поспешил нырнуть в дверной проём, который вёл в смежную комнату. Бить “стрезнями” в “великолепную пятёрку” помешали свои же, которые пёрли напролом, как танки, и давно уже маячили впереди меня. Стараются парни, показывают свою удаль.

В смежной комнате не было вообще никого, и я с недоверием окинул помещение взглядом. Вроде спальня. Вон и огромная кровать в углу… Простенький “срезень”, который я метнул под неё решил проблему с укрывшимся за ней мангровским стрелком. Но даже без магии у него не было шансов. Пороха у бедолаги не осталось даже щепотки и он просто хотел сохранить жизнь…

На мгновение внутри появилось тягостное ощущение, всё же некоторые смерти совсем лишние. А как же твоё собственное решение о том, чтобы таковых не было? Как же идея о победе малой кровью? И не только своей, но и вражеской. Не получается? А почему так? Потому что на войне нельзя просчитать количество той крови, что прольётся? Или просто ты уже настолько насобачился убивать, что лучше сделаешь это, чем подумаешь перед тем, как нанести смертельный удар?

Я вспомнил тех в лагере возле Нурлима. Как мы налетели на них и как кромсали с азартом и бешенством… И ещё радость. Разве тогда ты не испытывал радость?

С трудом отбросив эти мысли, я обшарил всю комнату и поспешил обратно. Зал мои парни уже очистили. Пятеро трупов в углу, один из них ещё жив, пытается подняться, но смысла в этом нет. Его лицо представляет месиво из шерсти, крови и даже белых, словно отполированных осколков костей. Пуля полностью раздробила ему правую сторону челюсти, вместо глаз у него… вообще ничего нет. Только слизь, от которой под глазницами слиплась шерсть.

Я воткнул ему в сердце “шип”, провернул его по оси, чтобы прервать страдания бедняги и только после того, как он мешком упал на своего товарища, заспешил дальше.

Стрельба раздавалась уже на следующем этаже. Я быстро покорил ещё одну лестницу и оказался в длинном коридоре. Семеро моих стрелков, завидев меня, дружно показали в направлении одной из трёх арок.

— Там три жреца! — громко проговорил один из них. — Не можем никак взять! Двоих уже потеряли!

Что ж. Значит, моё время продемонстрировать каков у этих семерых командир.

Я кивнул, засунул “шип” в ножны и, подойдя к арке, трижды сплёл магистральные “срезни”. Вскрик был один, значит остальные двое либо успели защититься магией, либо… совсем неважно. Пора переходить на что-то поинтереснее…

Расширяясь, словно мазутное пятно на поверхности воды, в комнату унёсся “чёрный шлейф”, а следом снова магистральные “срезни”. Ещё два вскрика и, не дожидаясь развязки, я оттолкнулся плечом от стены и шагнул через порог.

Действительно, все трое, судя по накидкам, были жрецами. Один лежал возле массивного шкафа с торчащим из спины краешком “срезня”. Двое других с криками корчились на полу, пытаясь “оттереть” с ног чёрную, разъедающую кожу и мясо пелену.

— Больше в доме никого, — раздался за спиной голос и я одобрительно кивнул. Ну, вот и отлично.

— Дай знак нашим, чтобы продолжали наступление, — бросил через плечо и указал на страдающих от заклинания Тьмы. — А этих пристрелите. Всё равно они уже не жильцы.

Глава 3

К вечеру наша армия полностью владела городом. Почти две тысячи сдавшихся облегчили задачу и когда солнце коснулось поверхности моря, мы были полными победителями. Единственным огорчением было то, что именно этим морем и скрылся из города сам Мангр.

Разгорячённые победой парни стали высказывать мысль отправиться в погоню, но я остудил их пыл. Во-первых, в двух портах города было всего три корабля, и один из них с порубленными мачтами. Во-вторых, Мангр наверняка уже высадился неподалёку и драпает дальше по суше. Ну не через Живые же отмели он рискнёт проплыть? Так что задачу с его поисками будут решать специальные мобильные отряды, которые придётся отправить во все стороны большой Сэттии.

Но это уже потом. А сейчас более важным делом было подавить мелкие очаги сопротивления, которые ещё оставались, и провести работу с местным населением.

— Сальгар, объясни им, что если мы сейчас не займёмся делами в городе, а станем ловить Мангра, то каждый третий рискует в первую же ночь получить нож в спину. Для городских мы всё же завоеватели.

— А если Мангр начнёт собирать новую армию?

— Ты сам веришь в это? Ему уже не набрать и тысячи. Посмотри, — я указал в окно на пленных, которые стояли длинной колонной на площади. — Даже его личная охрана сдалась.

— Наверное, ты прав, — кивнул Курнак и, поднявшись с кресла, похожего больше на трон, пнул его ногой. — Надо же, я только что сидел на том месте, где этот нефилимов Мангр протирал накидку несколько вёсен!

— А дальше посидеть в нём не хочешь? — я с улыбкой посмотрел на старого друга.

— Ант, да брось, — сэт махнул рукой. — Не моё это дело. А почему не ты? Давай, Ант. Я думаю, мало кто будет против. Ты же в понимании большинства посланник Богов…

— Вот именно поэтому и не хочу. Вдруг подобный подход вскружит мне голову, — моя улыбка стала шире. — Нужно всё-таки сохранить выборное право, причём честное.

Я услышал, как громко хмыкнул Сальгар.

— Думаешь, Мангр сохранил бы его? — спросил он и отошёл от окна. — Да где этот молодняк? Не навоевались ещё?

— Кстати, о молодняке, — я облокотился на подоконник и продолжил устало рассматривать мангровских стрелков. Выглядели они совсем не браво, а даже подавлено. Без оружия, в грязных и порванных накидках… свора бродяг, а не воинское подразделение. И что с ними делать? Отпустить? Так ведь какая-то часть из них уйдёт либо в подпольное сопротивление, либо в бандиты. Расстрелять тоже нельзя, озлобим мирных. Посадить в тюрьмы? Озлобим самих этих оборванцев и тогда точно уйдут в подполье, едва откинутся. — Через несколько дней я отправляюсь в Безмолвный лес.

Увидев ошеломлённые лица Сальгара и Курнака, я кивнул для подтверждения.

— Но зачем? — первым опомнился Сальгар. — Ант, если тебя считают посланником Богов, то совсем необязательно идти к этим Богам. Ты что наслушался дурацких сказок? Так вот, ты не услышал самого главного! Девять из десяти пытавшихся добраться к ним, не возвращались.

— Больше, Сальгар, — вступил в разговор Курнак. — Ну, я так думаю. Никто же не подсчитывал. А сколько тех, кто всё же выбрался оттуда, но всё забыл напрочь?

— Все ведь забывают, — напомнил я.

— Все, да не все, — не согласился Сальгар. — Некоторые что-то помнят. Какие-то мелкие детали, но помнят. По крайней мере, они хотя бы помнят, что были там, я уж не говорю про тех счастливчиков, которые возвращались с книгами, как дед Альгара. Эти уж может и не помнили, но точно знали, где побывали.

— Мне в любом случае нужно туда идти, — я отошёл от окна и плюхнулся на небольшой диванчик, обтянутый чёрной кожей. Набивка жалобно скрипнула, я устроился поудобней и прикрыл глаза. — Поэтому мы здесь сейчас и втроём, лишних ушей не нужно. Я отправляюсь за десятой книгой Номана.

— За десятой?! — в один голос выдохнули оба сэта.

— Но их же всего девять, — добавил Курнак и выпятил нижнюю губу. — Что за ерунда?

— Нет, их десять, — спокойно ответил я. — Откуда мне это известно, говорить не буду. Но уверен полностью. С собой я хочу взять твоего сына, Рунга и Вайра.

— Лес пропустит только одного, — вставил Сальгар и я кивнул.

— Знаю. Они будут ждать меня у кромки. Разумеется, я собираюсь взять не только их, но и ещё около двадцати стрелков для спокойствия. А то неровен час и на Мангра наскочим, — я хмыкнул. — Сколько с ним на корабле ушли?

— С полсотни примерно, может больше.

— Значит, двадцати будет достаточно.

— Это, значит, то о чём ты хотел мне сказать, — задумчиво протянул Курнак и уставился на меня. — Ант, ты должен взять и нас с Сальгаром.

— А кто останется тут за главного? Кто будет наводить порядок? — мне пришлось поднять веки, потому как говорить спокойно с закрытыми глазами ещё можно, но когда немного накатывает, получается глупо. — Надеюсь, вы же не думаете, что оно само всё уляжется? И первым делом необходимо восстановить разрушения.

— Честно говоря, мне лично плевать на Аркополь, — выдал вдруг Сальгар и пожал плечами. — Ну вот взяли мы его и что? Для меня важнее было скинуть Мангра, а остальное… Восточную Сэттию укреплять нужно, а не Аркополь восстанавливать. Да и с чего мы должны этим заниматься?

— Я предлагаю оставить здесь за главного Ульгара, — неожиданно озвучил мою мысль Курнак. — Он справится.

— Он ещё слишком молод, — всё же не согласился я, хотя именно эту кандидатуру хотел предложить.

— Зато умён не по годам. Кстати, всегда при отце был и учился управлять. А у Наргара плохому не научишься.

— Наргара похоронить нужно сегодня, — я посмотрел сначала на одного сэта, потом на другого и те по очереди кивнули. — Хорошо, — продолжил я, — Оставим Ульгара. Но и ты Курнак останешься. И не кипятись. Во-первых, ты будешь как старший помогать Ульгару, а во-вторых, на тебе виары. И не только Чук и Гек. Пусть привезут сюда остальных и ещё найдут в лесах малышей. Будем тренировать целую боевую группу против демонов.

— Ант…

— Не спорь, — не дал я договорить Курнаку. — Пойми, Ульгар хоть и умён не по годам, но всё же ещё слишком мо…

А мне не дали договорить шумно ввалившиеся в тронный зал, а иначе после правления Мангра Зал Совета и не назовёшь, Дангар и Рунг. Причём последний был явно перевозбуждён.

— Мин аржант, — едва увидев меня, начал он. — Мне нужен корабль! Это ведь шанс для меня! Ну, пожалуйста!

— Так, Рунг, быстро успокоился! — я сделал суровое лицо и молодой сэт, поколебавшись немного, присмирел. Однако во взгляде так и остались нетерпение и жажда мести. — Никаких кораблей, после похорон Наргара ты едешь со мной. И ты Дангар. Ты бы лучше объяснил своему другу, — я посмотрел прямо в глаза Рунгу, — Куда нам надо. И Вайра не забудь. А если информация просочится дальше, то я с тобой сделаю то же, что ты хочешь сделать с Мангром.

Молодой сэт опешил, завертел головой, потом неуверенно улыбнулся, снова застыв взглядом на мне.

— Это не шутки, Рунг, — но глядя на его вытянувшееся лицо, я всё же не сдержался и рассмеялся.

— Что? — Рунг снова стал вертеть головой. — Что я такого сказал?

— Да, ничего, — ответил за меня Сальгар. — Тебя все понимают, но может хватит с этим Мангром? Тем более ты же знаешь уже, что Ант решил взять тебя с собой в Безмолвный лес.

— Безмолвный лес?! — пришла очередь удивляться Дангару.

— Именно он, — голос Сальгара стал твёрже. — Хватит на всё реагировать, как дети.

Только поборов смех, я едва не прыснул снова, вспомнив, как ещё совсем недавно “по-взрослому” отреагировали на это сам Сальгар и Курнак. Их морды ещё нужно было видеть.

— Так, хватит всем, — я поднялся с дивана и снова направился к окну. На улице начиналась какая-то возня. Загудели возмущённо пленные, раздались крики.

— Что там? — спросил Курнак и направился вслед за мной.

— Ульгар это, — поспешил объяснить его сын. — Он решил толкнуть речь перед бывшей личной охраной Мангра. Мол, если хотите исправиться, то давайте все на восстановительные работы. Город отстраивать.

— А что, неплохая идея, — я выглянул в окно и сразу же приметил сына Наргара. Тот стоял в окружении десяти гуртовиков и что-то говорил ближайшей к нему шеренге. Именно в ней и возмущались. Гул недовольства рос и вдруг… резко сошёл на нет. Такое ощущение, что все разом с Ульгаром согласились. Интересно, что он им там такое сказал?

— Ладно, давайте спустимся и решим с этими пленными. Не вечно же им тут стоять на площади? Их же ещё и кормить надо.

Сделав недвусмысленный жест, я зашагал к двери. Двое стрелков стоявших возле неё с той стороны, увидев меня, вытянулись во фрунт и мне вдруг вспомнилась давняя фраза, услышанная ещё в бытность мою легионером.

“Тянуться нужно так, словно собрались коснуться макушкой задницы Номана”.

Ну вот и дотянулся.

Если мифы этих мишек не врут, то там, за Безмолвным лесом и Пустошью Нефилимов я запросто могу увидеть самого Номана.

Гул от наших шагов наполнил казалось всё здание, мы спустились по широкой лестнице и вышли наружу, чтобы увидеть, как колонна сама по себе стала делиться на практически равные части и эти части под конвоем гуртовиков, одна за одной двигались с места. Пара направилась в сторону одной из улиц напротив нас, ещё три поплелись к той, что была справа. Гуртовики прикрикивали на пленных, но беззлобно и только если кто-то из мангровских начинал препятствовать движению. Правда, таких мангровские присмиряли самолично.

— Что ты им сказал? — спросил я, приблизившись к Ульгару.

— Да ничего особенного, — молодой сэт изобразил на лице довольное выражение. — Сказал, что либо они начинают работать и получать за это еду, а потом и полное прощение с нашей стороны, либо я отправлю их исследовать Живые отмели.

За моей спиной раздался смех Курнака и Сальгара. Я тоже хохотнул и хлопнул Ульгара по плечу.

— Молодец. Главное, найти чем напугать. А что вы и в самом деле так сильно боитесь этих Живых отмелей? — обернувшись, спросил я и мои спутники каждый по своему ответили на вопрос. Кто-то кивнул, кто-то выдохнул — угу, кто-то презрительно фыркнул, однако никто не смог скрыть мелькнувший в глазах страх. В общем, все ответили утвердительно, а у меня внутри вспыхнуло дикое любопытство. Да что ж за отмели такие, что лучше шугать ими а не, скажем, массовыми расстрелами? А если я всё же решу плыть в Вальтию? Что-то сдаётся мне подавляющее большинство этих мишек в данном случае на корабли даже под страхом смерти не затащишь.

— Ну не все, — внезапно огорошил меня Ульгар. — Я например наоборот хочу на них посмотреть, а возможно и преодолеть. Я даже сведения об отмелях собираю уже шесть вёсен, интересно же!

— Я бы тоже взглянул. Боязно, конечно, но… Но это же интересно, в самом деле! Если соберётесь, я с вами, мин аржант, — видно было, что подошедший Вайр не врёт. Да и в глазах особого страха нет, хотя и говорит, что боязно.

— Странно, сам не боишься, а других пугаешь, — я посмотрел на Ульгара, а потом обвёл взглядом толкущиеся на месте части когда-то единой колонны. Все разом с площади они выйти не могли, улицы всё же были не настолько широки, чтобы позволить почти двум тысячам сэтов влиться в них бурным потоком. К тому же конвоирующие по бокам гуртовики здорово усложняли задачу. — Когда закончишь с этим, жду тебя в зале советов. И тебя, кстати тоже, — я взглянул на Вайра. — Где ты вообще шатаешься и где твой гурт?

— Мои отдыхают, — Вайр гордо приосанился. — Ульгар нас в это дело втягивать не стал, потому что мы совсем недавно тут на побережье, — он кивнул в западную сторону, туда, где всего в нескольких кварталах отсюда начиналось море, — Почти сотню врагов положили.

Побережье.

Мне вдруг захотелось коснуться рукой морской воды, посмотреть на лижущие берег волны… Странно, как-то не удосужился ещё сходить. Как в дурацком и пугающем сне, который мне с завидной регулярностью снился в детстве. Как будто я приезжаю на море, идёт время, идёт, идёт, идёт, а я всё никак не могу увидеть его.

Мы прихватили с собой Вайра и вместе с моими спутниками вернулись в зал советов. Вопрос с пленными был решён, с размещением наших стрелков тоже. В городе было полно казарм. Мангр собирался превратить его в крепость, и если бы восточные протянули с войной ещё весну-две, то взять Аркополь стало бы задачей куда более сложной.

Я снова уселся на диван и ещё раз объяснил, куда и зачем конкретно собрался, параллельно реагируя на эмоциональные всплески слушателей. Особенно отличался Вайр. Он так же, как и с Живыми отмелями, принял идею на ура, и мне приходилось постоянно остужать его не в меру разбушевавшийся пыл. Не говоря уже о том, что первым делом пришлось дважды объяснить ему, что лес пропустит лишь одного, и это при том, что сам он прекрасно об этом знал. После этого он заявил, что пойдёт туда после того, как выйду я…

В общем, не ожидал я такой прыти от своего пятого командира гурта.

А вот Рунг, видимо, за последние несколько часов успел хорошенько поразмыслить и вдруг железно заявил, что лучше бы ему поручили заняться поисками и убийством бывшего Великого сэта, чем звали в мифические походы.

— А ты не забыл, что на тебе до сих пор висит убийство? — наехал на него Сальгар. — И только благодаря Анту ты ещё не сидишь в тюрьме в ожидании суда? Или забыл?

— Сальгар, перестань, — я вскинул руку, останавливая ссору, которая бы обязательно началась, потому как молодой сэт отреагировал на слова старшего совсем не послушанием. Его зрачки зло блеснули, а желваки заходили так, словно он принялся жевать один из патронов, незаметно достав его из своей сумки и закинув в рот. — Рунг не убийца. Это раз. И два — Ульгар не даст его в обиду. Пусть остаётся и возглавит один из отрядов по поиску Мангра.

Я мысленно выругал себя, но тем не менее на душе стало легко. Видно же, что парню башку снесло с этой местью и, пусть в благодарность Альгару я должен заботиться об его сыне, но… Но кто его знает, может сам Альгар хотел бы, чтобы его старший отомстил за него? Да и тянуть насильно… Рунг с обиды может и вперёд меня в этот лес юркнуть. Мол, не дали мне своё дело сделать, я и вам ваше не дам. А после этого придётся целых сорок дней ждать, чтобы снова пройти. По крайней мере мифы гласят именно так.

— Тебе решать, — Сальгар махнул рукой и скривил лицо, выказывая всем своим видом презрение к молодому сэту. Рунг в ответ только ухмыльнулся и, поглядев на меня, кивнул.

— Спасибо. Я знал, мин аржант, что вы поймёте.

Он развернулся и с явно преувеличенным высокомерием покинул зал. А может и не преувеличенным. Не один я проводил его задумчивым взглядом. Даже Дангар с Вайром посмотрели в спину друга с плохо скрываемой тревогой. Правда после того, как он вышел, тут же забыли о нём и снова погрузились со всем молодым энтузиазмом в идею моего путешествия к Богам.

Наша беседа, похожая иногда на трёп базарных бабок, длилась целый час, прежде чем пришёл Ульгар и заговорил о похоронах отца.

— Я бы хотел завтра на рассвете, — он оглядел всех присутствующих. — Отец любил рассветы.

Мы переглянулись, я заметил как Курнак пожал плечами и с видом — тебе решать — отвернулся.

— Хорошо, — согласился я с молодым сэтом. Да и в чём собственно проблема? Можно и завтра отправиться к этому чёртовому лесу.

Разумеется, после того, как Ульгару было сообщено о готовящемся путешествии, он тут же захотел отправиться с нами и мне пришлось ко всему прочему отговаривать и его.

— А я как будущий Великий сэт могу заняться исследованием Живых отмелей? — смирившись с тем, что ему суждено остаться в Аркополе, поинтересовался Ульгар.

— Не вижу никаких проблем с этим, — я невольно почувствовал, как внутри вспыхнул неподдельный интерес. — У меня даже есть одна интересная идея. Мы тут немного поговорили о Безмолвном лесе и Пустоши, но каким-то боком зацепили и отмели. В общем, я теперь имею о них более детальное представление. Потому предлагаю заложить на местных верфях пару виараносцев, — я невольно хмыкнул от придуманного всего несколько минут названия.

— Пару чего? — практически одновременно вопросили почти все сэты. Исключением стал только Вайр, но он был настолько поглощён размышлениями о том, кто такие по своей сути нефилимы, что как мне кажется, вообще не прислушивался к нашему диалогу с Ульгаром.

— Виароносцев, — медленно повторил я. — Это такие корабли с трюмами, в которых будут находиться специально обученные виары. Как я понял — отмели опасны только для кораблей, или точнее сказать, все эти живые растения не могут подниматься выше определённого уровня. До виаров они не дотянутся, и наши черныши спокойно могут проводить бомбардировки, расчищая тем самым временный фарватер. По этому фарватеру мы сможем преодолеть их.

Мои собеседники на какое-то время зависли, обдумывая только что услышанное. Сальгар делал это с нахмуренным лицом, Курнак всё с той же оттопыренной нижней губой, а молодые сэты поглядывали друг на друга, словно никак не могли определиться, кому первому заговорить.

Я встал и подошёл к массивному круглому столу, располагавшемуся в центре зала. Морёная столешница из цельного дерева была испещрена тонкими, похожими на морщины, надрезами. То ли просто от иссушения, то ли кто-то специально делал эти надрезы клинком. На мгновение мне представилось, как здесь проводились заседания при Мангре. Наверняка говорил только он, а все остальные помалкивали в тряпочку. Диктатура, она такая диктатура.

— Но тут двумя, или даже четырьмя чернышами не обойтись, — наконец-то прозвучал за спиной голос Курнака и я обернулся. — Тех, кто пытался пробраться через отмели и смог вернуться живыми, говорят, что эти плавучие гады очень быстро разрастаются и так же быстро появляются на месте уничтоженных. Чтобы успеть проплыть…

— Вот ещё и поэтому ты останешься здесь, — мягко прервал я. — Пусть с востока привозят как можно больше маленьких виаров. Отправь туда отряд и сам определи сколько малышей нужно. Но только без перегибов. Пусть у тех матерей у которых по двое детёнышей, берут одного, а второго оставляют.

— Это не так-то просто будет сделать, — Сальгар присвистнул. — Некоторые могут преследовать похитителей и пытаться убить.

— Используйте “путы”. Пусть несколько охотников направляют заклинание на самку. Среди вигларских стрелков из первого гурта есть те, кто выучил это заклинание.

— Их отправить туда? — осведомился Курнак.

— Разумеется, — я кивнул. — Заодно пусть парни там готовятся к следующему Семиходу. Рано или поздно вам снова придётся столкнуться с демонами.

— Вам?

Я посмотрел на задавшего вопрос Дангара. Тот слегка смутился, но всё же добавил.

— Что значит вам? Мин аржант, а почему не нам? Или вы собрались…

— Дангар, — я вскинул руку. — Я сказал так не потому что собрался покинуть Сэттию. Но в этом мире судьба вела меня такими запутанными тропами, что… — мои губы тронула лёгкая ухмылка. — В общем, Дангар, не задавай глупых вопросов, а лучше займись отбором тех, кто отправится с нами. А ты Вайр, подготовь моего Асгата и айсалов. Постараемся добраться до Леса как можно быстрее.

Глава 4

Мы отправились в путь сразу после похорон Наргара. С тяжёлыми, словно окаменевшими сердцами. А многие из нурлимских даже не смогли сдержать скупую слезу. Больше трёх тысяч сэтов и один человек на площади перед главным зданием Аркополя смотрели, как пламя торопливо, словно боясь, что у него отберут его добычу, поглощает иссохшее тело старшего сэта Нурлима.

О чём думал я в это время? Сложно сказать. О себе, о том, что ждёт меня дальше. Похоронят ли меня с таким же почётом, уважением и скорбью если я вдруг закончу свой путь в этом мире?

Солнце уже преодолело точку зенита, когда мы покинули Аркополь через восточные ворота и устремили своих скакунов против хода местного светила. Когда-то хорошая мощёная камнем дорога была порядком разбита. Сначала отступающими в суматохе войсками мангровских, потом тяжёлой поступью нашей армии.

— Надо будет и её поправить, — задумчиво рыся рядом со мной выдохнул Сальгар. — Это я наверное немного не прав был, когда про Аркополь сказал. Всё равно и его восстанавливать нужно. И дорогу вот тоже. Да и вообще, пора уже нам сэтам и в самом деле становиться единым целым, — он взглянул на меня. — Ты прав, Ант, рано или поздно нам придётся встретиться с серьёзным врагом.

— Да ладно тебе, дядька Сальгар, — насмешливо бросил ехавший вслед за ним Дангар. — С серьёзным… Скажешь тоже. Да ты посмотри на то, какими мы стали. Эта война укрепила нас и сделала настоящими воинами. Встретим любого врага…

— Это была не война, — перебил я с холодным спокойствием. — Настоящие войны куда тяжелее и кровавей.

Хотя я и перегнул с пафосностью, никто спорить со мной не стал и это было приятно. Приятно, когда тебя уважают в общем-то лучшие представители народа, к которому ты не так давно прибился, удирая от представителей другого народа.

Интересно, попробуй я тогда всё же прорваться к армии, что было бы сейчас?

Но эта мысль стала сразу же неинтересна, как только я напомнил себе о том, куда мы направляемся. Я по второму кругу задумался над всем услышанным о Безмолвном лесе. Сведения были обрывочны, наполовину выдуманы, наполовину похожие на бред, но тем не менее они давали хотя бы какое-то представление о том, что я встречу. Или кого…

Хотя, считать одушевлёнными белые шары, или осыпающиеся с деревьев чёрные цветы, аромат которых вызывает галлюцинации… по-моему ещё бредовей. Скорее всего это проявления местной флоры то ли случайно, то ли намеренно пропитанной магией.

Ну, с этим понятно. Действовать придётся по обстоятельствам. Но как быть с нефилимами, которые будут пытаться тебя уничтожить, если почувствуют ложь в твоих ответах?

Да уж.

Я отмахнулся от лишних размышлений и огляделся. Весна давно вступила в свои права, кроны деревьев округлились и заматерели. Не было в них уже былой юной хрупкости.

— Вот я думаю, сколько там пребывают те, кто решается идти? — вырвав меня из созерцания, начал вслух размышлять Сальгар. — День, два, пять? Никто не может сказать точно. Нет, всё-таки интересно, с чего ты взял про десятую книгу? А ещё интересней — книгой чего она будет?

— По логике — книгой целительства, — я пожал плечами, так как был уверен не на все сто. — А возможно и чем-то иным. Но лучше чтобы всё-таки целительства, — я с усмешкой поднял руку и продемонстрировал свой обрубок. — Если там окажется книга какой-нибудь некромантии, то не видать мне…

Асгат нервно дёрнулся и мне пришлось легонько натянуть поводья. Выработанное на войне чутьё мгновенно просигналило мне об опасности. Я быстро отгородился от лесной полосы, которая заунывно и однообразно тянулась по правую руку, “щитом” и подал знак, ехавшим за мной.

Залп не меньше чем из двадцати стволов на время оглушил, но это не помешало мне сработать на автомате. “Срезни” магистрального круга, одни за другими…

— Спешиться и рассредоточиться!

Это проорал Сальгар и я мысленно помолился Номану, чтобы никого не задело. Хотя бы с первого же залпа. Коротко очень помолился, всего в четыре слова.

“Номан вас всех …”

И сразу после этого выругал себя за “щит”. Не знаю почему, но поставил обычный из ветви Воздуха. И толку от него, как от козла молока.

Я заметил, что Сальгар прихрамывает, но на мой немой вопрос он помотал головой.

— Спрыгнул неудачно!

Спешиться…

Я быстро взглянул на парней, большая часть из которых укрывалась за телами айсалов. Местных коняг, судя по всему, никто жалеть не собирался. Во-первых, это были не их личные айсалы, всё же парни из пехоты, а во-вторых, в хвосте нашей колонны рысили примерно сорок таких же, нагруженных вещами.

А вот мне Асгата было жаль, очень жаль. Эта зверюга, как говорится, со мной и Крым и рым прошла, так что укрываться за ним, подставляя его самого под пули, у меня никакого желания не было.

Я дёрнул поводья, пришпорил и лог понёсся в сторону, уходя с линии следующего залпа, а заодно приближаясь к лесополосе. Мои подчинённые уже открыли огонь, и под этим прикрытием уверенности добраться до неё было больше. Обернувшись на мгновение, я увидел шестерых стрелков, понявших моё решение и последовавших за мной. Дангар, Вайр и ещё четверо молодых сэтов.

У кромки леса мы почти одновременно спрыгнули на землю и двинулись к тому месту, где скрылся враг. Раздался очередной залп, исступлённо заржали несколько раненых айсалов, парни стали поливать пулями в ответ, а мы всемером двинулись сквозь густой кустарник вперёд, стараясь при этом не шуметь. Я перебрал свои боевые заклинания, остановился на “шлейфе” и когда по моим подсчётам до укрывшихся за деревьями стрелков оставалось шагов двадцать-тридцать, сплёл его.

В отличие от “срезней”, “шлейф” обтекал неживые препятствия, и пока мои парни били водным боевым, стараясь прицелиться и не попасть в стволы, я просто метал хаосное в сторону предполагаемой засады. Шесть “шлейфов”, переключился на “молнию” и, выхватив “шип”, бегом бросился вперёд. За спиной прогремел выстрел, кто-то ругнулся на спустившего курок, и шесть сэтов бесшумно поспешили за мной.

Первый попавшийся мне на глаза противник хотя и стоял на ногах, но уже не представлял угрозы. Трудно сохранить возможность сопротивляться, когда треть твоего тела разъедает хаос. Я бы даже сказал, что этого даже сверх необходимого. Сам видел, как люди теряли всякую ясность и начинали метаться в панике, получив всего лишь неглубокое ранение обычным мечом. Или падали на колени и блевали на белый снег, не в силах сдержать рвоту.

Я оттолкнул обезумевшего от боли сэта в сторону и всадил, бежавшему на меня ещё одному, клинок прямо в солнечное сплетение. Абсолютно бессмысленный удар. Этот сэт тоже был на треть покрыт чёрной пожирающей его тело пеленой. Но против инерции иногда не попрёшь. Не успеваешь просто.

Причём “не попёр” я против неё дважды и повалился вслед за рухнувшим сэтом на землю. Уже барахтаясь на спине, я с ужасом глядя на шевелившуюся чёрную субстанцию, кое-как выдернул ногу из-под тяжёлой туши и отпрянул назад, не выпуская рукоять. “Шип” вышел из мяса тяжеловато, наверное мышцы свело судорогой, а может и всадил клинок в кость, но не это меня сейчас волновало больше всего. Чёрная, словно живая, пелена. Никогда не задумывался, может ли она перелезть на другое живое существо? Или ограничивается тем, на кого попало заклинание?

Под редкие выстрелы и вскрики я торопливо оглядел себя и не обнаружив никакой гадости, бросился в гущу схватки.

А там уже была куча мала, которую больше создавали вражеские стрелки, нежели мои бойцы. Да и как можно создать кучу вшестером? Нет, можно конечно, но они работали чётко и слажено. Пропускали всех обезумевших от болевого шока и выбирали себе в жертву только тех, кого магия не задела. И именно в жертву. Потому что даже непострадавшие пребывали в полном ступоре и вели себя не лучше тех, кого облепила и пожирала живьём чёрная субстанция.

Спустя минут пять всё было решено. Пара оставленных в живых с пристрастием допрашивались Дангаром и Вайром, четверо других ходили между трупов, проверяя нет ли среди них живых и собирая стрельны, которые без всякого уважения тут же сбрасывались в груду под одной из сейкон. Привыкли парни к новым образцам и на старые смотрели уже без всякого пиетета.

— Это не те, кто был с Мангром, — стал докладывать Дангар, едва я подошёл. — А жаль. Я думал мы прямо на его группу наткнулись.

— Мы не с Мангром, Великий сэт. Не с ним мы. Мы думали, что это он, потому и напали на вас, — подтверждающе затараторил один из пленных, но я лишь усмехнулся.

— Ты ещё скажи, что не заметили меня. Что за подразделение, почему шатаетесь по лесам?

— Один из отрядов второй армии. Мы принимали участие в том сражении, сразу после переправы, когда вы доблестно победили. С тех пор и шатаемся, — повторил сэт моё определение и тяжело вздохнул. — Не заметили мы вас, Великий сэт. Клянусь, не заметили. А заметили бы, не напали.

— Ну эти сказки ты своей жене рассказывать будешь. Отпустите их, — я махнул рукой. — Пусть возвращаются к своим семьям.

— Благодарю вас, великий сэт, — пленный воздел руки к небу, потом взглянул на стоявшего рядом и толкнул его в плечо. — Благодари Великого сэта, чего застыл? Сын это мой, — поспешил он объяснить, заглянув мне в глаза с искренним повиновением.

— Ну, значит, хватай его за шкирку и проваливай. А возьмёшь ещё раз в руки стрельну, тогда пеняй на себя. Расстреляем без всякого сожаления.

— Никогда, Великий сэт, — пленный закивал. — Богами клянусь!

Когда две грязные накидки скрылись за деревьями я подозвал одного из своих стрелков.

— Проследи за ними, чтобы не вернулись и не подстрелили нас с дуру.

— Зря отпустили, — Дангар ткнул стрельной в один из трупов. — Западные всё же. Могут снова за оружие взяться.

— А могут и не взяться, — выдохнул я, вслед за парнями уставившись на труп. Выглядел он ужасно, как впрочем и половина всех трупов, валяющихся в радиусе двадцати метров. Чёрная хаосная хрень просто-напросто сжирала части тел, но при этом ран не было. Только непонятно скукоженые участки в тех местах, где она “выдохлась” и перестала жрать.

— Страшное заклинание, — озвучил мою мысль Вайр. — А вы нас научите ему, мин аржант?

— Как-нибудь позже, — задумчиво проговорил я и зашагал к своему логу, которого уже привели на поляну те, кто оставался во время нашей схватки на дороге. — Какие потери? — спросил у одного из сэтов.

— Двое раненых стрелков, три айсала убиты. Двух оттащили в сторону уже, чтобы прикопать, а одного парни хотят пустить в дело, — сэт пожал плечами, мол, а что тут такого.

Пустить в дело означало съесть. Издержки походной жизни воинов. Я молча кивнул, хотя мне и претила такая практика, но с другой стороны, сам же похлёбку из этого бедного айсала и буду вечером хлебать. Хорошо просоленное мясо, замотанное в тряпки и лежащее в тюках, это одно, а свежее — совсем другое. Почувствуйте, как говорится, разницу.

— А ранения серьёзные?

— У одного да, второго по руке немного чиркнуло. Первый домой просится, туго ему. Пуля хоть и навылет прошла, но всё же попала в живот. Может и разворотила там всё внутри, — добавил сэт и снова пожал плечами.

— Я уже распорядился отправить, — раздался голос Сальгара и я взглянул на него. Хромает до сих пор. — Да, вот так вот, — заметив мой взгляд, виновато улыбнулся он. — Вроде и не новичок в верховой езде, а спрыгнул неудачно. От неожиданности. А с раненым думаю одного достаточно отправить? Тут и недалеко, в общем-то.

— Достаточно, — согласился я и указал на двух наших, которые уже уселись на поваленное бревно с таким видом, что собрались заночевать на этой поляне. — Давай, собирай всех. Пусть не расслабляются. До вечера ещё как минимум три-четыре перехода сделать нужно.

Минут через десять мы двинулись дальше. Предложение выслать вперёд двух разведчиков я отклонил. Смысл? Если есть ещё засады, то этих двоих могут благополучно пропустить, а нас атаковать. Или ещё хуже — при наличии хотя бы одного жреца, их просто тихо вырубят магией и мы на ровном месте потеряем двух бойцов.

Но к счастью никаких засад больше не было и к вечеру мы спокойно остановились ночевать на небольшом холме, гребень которого густо порос молодыми деревцами высотой в пару моих ростов. Вдобавок деревца эти оказались плодоносными и мы получили на ужин кроме похлёбки из айсала ещё и десерт. Немного кисловатые, но зато сочные плоды, похожие на миниатюрные груши.

— А когда мы вернёмся, — умудряясь довольно быстро работать ложкой, размышлял вслух Сальгар, восседая на брошенном на землю седле, — Я тоже с вами пойду. Поплыву в смысле. На отмели эти.

— И впрямь, что ли? — хохотнул Дангар. — А я думал, что все старшие боятся этих отмелей до трясучки.

— А ложкой в лоб не хочешь получить? — нахмурился Сальгар.

— Ладно-ладно, молчу, — поспешил отшутиться молодой сэт, но всё же не сдержавшись снова хохотнул.

— А вообще, если честно, — Сальгар посмотрел на меня, — Я рад за нашу молодёжь. Вот посмотри, как в войне себя повели. Среди первых всегда были. Герои. Не задирайте носы, — бросил он с отеческой нежностью, мельком взглянув на Дангара и Вайра. — И на отмели эти готовы… Молодцы! Я уже про Ульгара молчу. Молодой же ещё, а хватка отцовская. Вот с такими парнями я за нашу страну спокоен.

— За страну да, а вот за самого Ульгара, — задумчиво протянул я. — Не нравится мне Рунг. Что-то там у него в голове щёлкнуло. Как бы он с Ульгаром не затеял потасовку.

— Зачем ему? — удивился Сальгар, но в разговор неожиданно вступил Вайр.

— Мин аржант, не хотел говорить вам. Но это ведь не ябедничество, я в интересах их обоих, и Ульгара и Рунга. Слышал я как Рунг несколько раз об Ульгаре говорил, и говорил с явной неприязнью. Даже сказал, что Ульгар при вас его дураком выставить хотел.

Мне вспомнилась их словесная перепалка в моей палатке. Не сказал бы, чтоб там кто-то кого-то дураком выставлял, поспорили просто, но… Ульгар об этом наверняка забыл давно, а Рунг, значит, помнит.

— Вернёмся, решим вопрос, — я поднялся и оглядел сидевших ближе ко мне сэтов. Мне бы хотелось продолжить этот разговор, но командир, который любит поразглагольствовать о подобных вещах… Не знаю. Лучше действительно вернуться и разобраться, а не болтать тут при свете местной луны.

Я развернулся и зашагал прочь, чтобы поискать место для занятий магией. Мой внезапный уход удивил всего одного сэта, который явно не присутствовал рядом со мной на войне и не знал, что я могу вот так запросто свалить и при этом меня совершенно не нужно сопровождать. Сэт этот подскочил, вероятно решив поиграть в моего охранника, но ему вполголоса и очень торопливо объяснили, что делать этого совсем не нужно.

А я, попетляв между невысокими деревцами несколько минут, наконец, нашёл подходящую “проплешину”. Сказать честно, при таких невысоких деревьях складывалось дурацкое и неприятное ощущение, что ты вдруг стал великаном. И вдобавок ещё тоскливый лунный свет… В общем, картинка вырисовывалась феерическая. Хотя… Возле места куда мы следовали, судя по рассказам, картинка ещё фееричней будет.

Присев в позу лотоса, я стал разбираться со своим первым “кровным” заклинанием. За последние дни я успел сделать всего лишь три петельки второго блока и теперь намеревался изучить за раз не меньше двух, а если хватит сил, то и три не помешало бы. Однако, хватило меня только на пару. Несмотря на все мои достижения в магии всё-таки это была Высшая ветвь. Именно так я решил называть магию Крови и ту, книга которой будет за Безмолвным лесом и Пустошью нефилимов.

Вопрос — смогу я её взять или нет — на повестку дня мною пока не выносился, хотя бы потому, что даже примерно нельзя было представить, как это всё произойдёт. Сам ли Номан окажется за лесом и пустошью, или книга будет просто лежать на каком-нибудь камне, или… Или там вообще не окажется книги.

Я поднялся и медленно поплёлся обратно. Мои мысли вернулись в прошлое, в те дни, после боя, когда я с Линком и остальными парнями из тринадцатого легиона возвращался домой. Не встреться тот мудак, я бы уже был свободным… Хотя, не встретиться он никак не мог. Да и что бы я делал со своей свободой в Ольджурии? Женился на Лите?

Я невольно усмехнулся. В первый раз при воспоминании о Лите я усмехнулся. Нет, не потому что у меня что-то изменилось к ней. Нет. Просто обычная мещанская жизнь показалась мне вдруг серой и неинтересной. К тому же при таком раскладе я бы никогда не отправился в гости к самому Номану. Ну, или к Богам, если мои предположения и предположения Гларга верны.

А о чём ты обязательно спросишь у Богов?

Правильно. О возможности вернуться в свой мир.

Зачем?

Это уже другой вопрос.

Но всё же вопрос.

Зачем?

— Мин аржант? — подскочив, окликнул меня один из сэтов, стоявших в карауле, и я устало махнул рукой, мол, не отвлекай, не до тебя сейчас.

Глава 5

Через два дня мы переправились через Лунгару по правительственному мосту и едва первыми с Сальгаром оказались на другом берегу, он указал рукой в южном направлении.

— Теперь нам туда. Через переход будет старая дорога, а последние два перехода вообще без дороги, по лугу просто.

— А мы найдём этот лес? — спросил я, вглядываясь вдаль. Где-то там у горизонта то ли кучились облака, то ли возвышались небольшие горы.

— Должны найти. Если, конечно, он не переместился, — Сальгар хохотнул, хотя в этом смешке и послышались нотки страха. — А что? Ему станется.

— Я вот не понял, если в лес может зайти каждый, то почему сэты не пробуют сделать это постоянно?

— Не каждый, мин аржант, — вступил в разговор Дангар. Он только что вернулся с той стороны и выглядел усталым. Некоторых айсалов, особенно тех, что были навьючены, пришлось по мосту чуть ли не на руках переносить. Упирались похлеще земных ослов и от страха всё норовили шарахнуться как раз-таки в то место, которого так боялись. А боялись они широкой глади воды, которая шумела, двигалась и отсвечивала тысячами маленьких солнц. — Если бы каждый. Я же рассказывал вам о том, что Рунг мне говорил про деда. Лес-то всем виден, но для большинства тех, кто в него входит, он остаётся самым обычным лесом. Хоть сколько там ходи, ничего сверхъестественного не увидишь. А вот его дед вошёл и практически сразу началось. Шары…

— Про шары — это ты уже со слов других говоришь. Раньше у тебя ничего о шарах не было, — намекнул Сальгар.

— Ну и нефилим с ними с этими шарами, — Дангар устало скривился. — Тут уже столько за последние дни об этом переговорили все, что непонятно, кто с чего начинал.

— Ты не забывай Ант, что по мнению сэтов все книги уже оттуда вынесены, — добавил Сальгар. — А зачем подвергать себя опасности, если за это ничего не возьмёшь?

— Боги. Разве это неинтересно? — риторически вопросил я и взглянул на реку. Широкая и величавая, она неспешно несла свои воды на юг. Не по прямой, правда. Примерно через пять-шесть переходов она резко повернёт на юго-запад и уже в этом направлении устремится к океану. А на юго-востоке горы. Не Гималаи, конечно, и даже не Альпы, но всё же горы. И именно у подножия этих гор начинается Безмолвный лес.

Бросил взгляд на мост. Пару последних айсалов уже буквально стягивали с него на сушу, а это значит, можно двигаться дальше. Я поправил притороченную к седлу куртку, которая была скручена и связана крепкими ремнями, потрогал рукой добротную кожаную сумку с книгами и, достав фляжку с водой, жадно припал к ней.

— Надо будет пополнить запасы, — глядя на то, с каким удовольствием я пью, проговорил Сальгар и тут же отдал приказ двум молодым сэтам. — Все ёмкости и меха, которые есть, наполните из реки. И черпайте подальше от берега, где течение есть.

Я допил до половины и засунул фляжку обратно в кармашек сумки. Точнее это была не сумка, а что-то наподобие разгрузки, перекинутой через луку седла. В неё мне в Аркополе насовали всякую мелочь — пара небольших ножей, иглы с нитками, две красивые фляги из местного серебра, перевязочные материалы, два пустых амулета, на которые я собирался в ближайшее время поставить какие-нибудь заклинания, и много чего ещё. Сказать честно, хорошенько покопаться в ней я ещё не успел.

Парни с водой затянули надолго и я спешился, решив походить и размять ноги. Но такая разминка только больше утомляла. Через пять минут я уже бухнулся на зелёную траву и закрыл глаза.

— Мин аржант, — разбудил меня голос сэта, которого лично я не знал.

— Что? — спросил, открыв глаза и принявшись размышлять, спал ли я или просто прикрыл веки и тут же этот подошёл?

— Там один айсал ногу сломал при переходе через мост, парни спрашивают… — он замолк.

Проглоты, нефилим их раздери!

— Только подальше в лес отведите, и побыстрее его.

— Хорошо, — кивнул сэт и бегом сорвался обратно, а я одновременно с недовольством и удовольствием снова закрыл глаза. Неудовольствие было от того, что убивают на прокорм “лошадок”. Ещё со времён боя возле Кроми стараюсь не вспоминать с каким выражением глаз помирают эти создания. Никакого умиротворения. У разумных иногда бывает, умирает, а в глазах умиротворение, словно отмучился. А у животных такого нет. У них только ужас, непонимание и тоска. Бесконечная тоска.

А вот удовольствие было от того, что можно ещё немного поваляться под тёплыми лучами солнца. Пока убьют, пока разделают.

— Ант, мы так до заката тут пробудем, — не дал мне снова погрузиться в дрёму Сальгар. Сам он лежал метрах в семи, под невысокой сейконой, подперев щёку широкой ладонью. — А может тогда и заночуем здесь? Парни вон и сеть сделали, рыбы наловят. Полдня всё равно ничего не решают.

Я подумал немного и кивнул. А и в самом деле. Завтра нагоним.

— Сколько ещё отсюда до Леса? — прикрыв глаза и чувствуя, как сладкая истома начинает зарождаться где-то в центре лба, спросил я.

— Переходов шестьдесят примерно. За два дня доберёмся…

Именно в этот срок мы и уложились и то, о чём говорили сэты, тоже вырисовалось во всей красе. Природа стала меняться, а вот от близости ли обители Богов или просто из-за постоянного подъёма над уровнем моря, непонятно. Деревьев становилось всё меньше, всё больше вокруг расстилались бескрайние луга. И холмы. Теперь они были повсюду и нашей колонне приходилось извиваться между ними, словно змее между камней. Подниматься и спускаться по склонам никому не хотелось. Ни нам, ни айсалам. Последние выражали это недовольными всхрапываниями и ржанием, стоил дороге пойти вверх. Мой Асгат тоже от настроений большинства своих сородичей не далеко ушёл. Как только в гору, так сразу начинает пританцовывать на месте. И лишь шпоры придавали ему хоть какое желание двигаться дальше.

— Заметили, птицы больше не поют? — задумчиво спросил Дангар и указал на пару чахлых сейкон. — И деревья совсем уж хлипкие. Это всё от близости к тому месту.

— Мне казалось наоборот должно быть, — уставившись на скрюченные стволы, ответил я. — Вроде как Боги, а значит, вокруг должна их сила разливаться.

— Поэтому и айсалы нехотя идут, — поддержал разговор Сальгар. — Ну, я так думаю. Сколько слышал рассказов, в основном сюда пешком добирались. Да тот же дед Альгара. Не любили наши предки сильно в сёдлах разъезжаться, всё больше на своих двоих. А птицы да, не слыхал уже полперехода.

И действительно. Странная и даже немного пугающая тишина висела вокруг нас не меньше часа. Я и сам был готов спросить об этом, но Дангар просто опередил. А ведь и в самом деле странно почему не наоборот? Почему божественная сила, которая должна исходить из обители Древних, не превратила эти места в Эдем, густо населённый животными и всех окрасов птицами? Навевает на нехорошие мысли. А Боги ли там, за Безмолвным лесом и Пустошью нефилимов? Или…

Дорога вновь пошла в гору и нам пришлось сосредоточиться на придании животным стимула, чтобы те продолжали движение. Понукания, пришпоривания, недовольные окрики. Мы взобрались на холм, который никак нельзя было объехать, примерно через час и едва оказалась на его вершине, как Сальгар сразу же указал рукой в покрытую синеватой дымкой даль и вскрикнул:

— Вон он! Видишь, Ант? Безмолвный лес!

Я прищурился. И в самом деле. Между двумя холмами, не сказать чтобы раскинулся, а скорее, съёжившись, приютился довольно густой лесной массив. Даже отсюда было понятно насколько плотно расположены в нём деревья. Там даже если захочешь, верхом не погарцуешь.

А вот всякие тревожные ощущения словно испарились. Безмолвный лес был полной противоположностью Кроми. Самый настоящий сказочный. Деревья просто поражали своими насыщенными зелёными кронами, луг от подножия холма до самого леса был больше похож на лужайку, за которой ухаживали несколько сотен лет. Казалось, что вот-вот перед нашими взорами появится радуга и предстанет белоснежный единорог.

Но ни одного животного, кроме испуганно всхрапывающих айсалов и моего лога, на этой сказочной лужайке так и не появилось. Да и то — с краю. Едва мы спустились с холма, как все четвероногие представители нашей колонны отказались сделать ещё хотя бы шаг. Половина сэтов тут же спешились, схватились за поводья и стали тянуть, но я приказал им не заниматься ерундой.

— И правильно, — согласился Сальгар. — Дальше они точно не пойдут. Боятся чего-то. Но с другой стороны — это хороший знак.

— И в чём он хороший? — не понял я.

— А в том, что они чувствуют силу Древних, а это значит, что и сила почувствовала тебя и пробудилась.

— Дядя Сальгар, — не преминул его поддеть Дангар, — Ну это же, как и с шарами. Никто точно не знает. Сам же сейчас придумал.

— Я не придумал, — насупился сэт и аккуратно спустился на землю. — Я логически вывел, — он взял оба повода в одну руку, а второю принялся отвязывать походную сумку. — Животные они зря пугаться не станут, стало быть, силу чувствуют. А раз она чувствуется, значит пробудилась.

— Может она и не спит никогда, — Дангар хмыкнул, наткнулся на суровый взгляд старшего и, отвернувшись, принялся тоже отвязывать дорожную сумку.

— Ишь, умные все стали. Молодёжь, — взглянув на меня, буркнул Сальгар. — Всё норовят поддеть.

— Сам же недавно хвалил их, — улыбнулся я и спешился. Нужно было тоже рассёдлывать Асгата, на котором помимо седла была ещё уйма всяких вещей. “Разгрузка”, сумка с магическими книгами, пара стандартных мешочков с овсом, моя “фирменная” куртка, чехол со стрельной. На секунду стало неудобно за то, что так нагрузил своего верного друга и я, в знак извинения, похлопал его по шее.

— Сейчас-сейчас, вздохнёшь хоть свободно. Умаялся поди.

Приказ разбить лагерь все приняли с воодушевлением, хотя ни для кого он уже и не был новостью. Сэты засуетились, стали вбивать колья, снимать тюки с айсалов, доставать палатки и еду. Через пять минут развели первый костёр. Пара предусмотрительных стрелков набрали хвороста в одном из встреченных по дороге перелесков. Но этого было слишком мало и некоторые начали поглядывать в сторону Безмолвного леса, и даже намекнули, что нужно бы отправить туда группу для сбора сушняка, а лучше и вовсе срубить пару деревьев, но быстро получили выговор от Сальгара.

— Вы что, с сейконы рухнули?! Рубить деревья в Безмолвном лесу?! А если вы туда зайдёте и вам откроется вход в обитель Богов?!

Сэты попереглядывались, согласились и отправили группу к тому самому перелеску у дороги, где были набраны быстро заканчивающиеся запасы хвороста, а я, расседлав и разнуздав Асгата, в сопровождении Сальгара и Дангара отправился к большим белым камням, торчащим из зелёного травяного ковра примерно на полпути от нас к Безмолвному лесу. Издалека они были похожи на надгробия, но как оказалось, таковыми не являлись. На одном из камней, самом большом, была высечена надпись — Кальгар, сын Ульма, оставил здесь эти камни, чтобы каждый знал — здесь вход а обитель Богов.

— Вот странно, — глядя на надпись, принялся я размышлять вслух. — Вы все говорите об обители Богов, а Гларг преподносил мне это, как открытие.

— Гларг всё же немного сумасшедший, — Сальгар коснулся ладонями белой поверхности монолита. — Нет, я конечно с уважением отношусь к этому учёному сэту, но иногда он мыслит так, словно пребывает в каком-то своём отдельном мире. Эту идею о Богах он открыл самолично и несколько раз твердил о ней с таким видом, словно никто больше и не знает. Хотя многие и так знали о том, что в обители не только Номан, но и другие боги есть. Просто принимали, как сказки. Ну есть там боги, или там один Номан… Какая разница? А Гларг к этому чересчур серьёзно относился. О, Боги!

Сальгар отпрыгнул в сторону и в эту же секунду камень с надписью рухнул на бок.

— Я его не толкал! — прокричал Сальгар таким голосом, что у меня по спине невольно пробежали мурашки, но я тут же усмехнулся.

— Даже если бы толкнул, он бы в твою сторону не упал. Видимо просто давно уже неустойчиво стоял, а ты просто баланс нарушил. Он и наклонен был к тебе.

— Это знак! — едва сдерживая смех, дурашливо вскрикнул Дангар. — Сила проснулась!

— Дурак ты, — резко обозлился Сальгар и плюнул под ноги. — Может и знак, да только специально вот такой, чтобы понял лишь тот, кто верит.

— Рунг не говорил, что его дед видел какие-то камни. Наверное, этот Кальгар их сюда недавно притащил, — решив больше не поддевать старшего, сказал Дангар.

— Зачем? — я присел и провёл по надписи рукой, ожидая почувствовать магическую силу, но кроме холодной шершавой поверхности ничего не ощутил. — Чтобы не забыть, где вход? Не получилось с первого раза пройти, что ли?

— Видимо, так, — согласился Сальгар.

— Но зачем ему туда идти? — я поднялся. — Все книги вынесены, а то, что существует десятая книга знают только те, кому я об этом сказал.

— А что если не только? — спросил Дангар и я посмотрел на него.

— В смысле?

— Что если кто-нибудь из жрецов знает? Может этот, — он кивнул головой на повалившийся камень, — Как раз из них.

— Его бы тогда не Кальгар звали, а Кальгунг, — с плохо скрываемым раздражением бросил Сальгар.

— Не обязательно, — Дангар выпятил нижнюю губу и повертел головой. — Он мог и специально написать своё не жреческое имя, чтобы никто не понял.

— Возможно, — согласился я с мыслями молодого сэта. — Как вернёмся в Аркополь, обязательно нужно заняться всеми жрецами. И найти тех, с которыми я говорил в Нурлиме.

— В Аркополе наверное ни одного нет. Как сквозь землю провалились, — Дангар указал на лес. — А они случаем не могли… — его голос дрогнул и я сам почувствовал внутри приступ лёгкого страха. А ведь могли же, твари. Чего им оставалось делать?

— Хватит нести чушь, — уже совсем не скрывая раздражения, гаркнул Сальгар, но я не дал ему дальше выплеснуть его.

— Погоди. Дангар прав. Сообразив, что делать им нечего, они могли запросто попытаться пройти через лес и как-то повлиять на ход событий. По крайней мере они могли отправить туда своего, чтобы узнать, действительно ли я посланник Богов. Тянуть смысла нет.

— Ты о чём, Ант? — тут же поинтересовался Сальгар.

— Мне нужно идти прямо сейчас. Если кто-то из жрецов уже прошёл, то в ближайшее время мне попасть в обитель Богов не светит, а стало быть и оставаться здесь смысла нет. Лучше вернуться и начать охоту на исчезнувших жрецов… Орден Целебного Креста и Айны, мать вашу! Тамплиеры недоделанные!

Мы вернулись в лагерь и я стал готовиться к походу, который возможно и не случится, если кто-то из жрецов недавно ломанулся через лес на встречу с “начальством”. В таком случае он меня уже не пустит.

Обратил внимание на то, что невольно скрежещу зубами и постарался успокоиться, сосредоточившись на сборах. Рядом со мной молча стояли Сальгар и Дангар и так же молча подавали необходимое, когда я просил. Так. Ножи возьму, пригодятся. Куртку тоже нужно одеть. Кто его знает, что там за обитель? Дальше за лесом виднеются горы, и даже пара вершин, хоть и совсем немного, но всё же покрыта снегом. “Шип” обязательно, хоть и идти к Богам вооружённым обычной железякой смешно, но без него я давно, как без рук. Магический узел нужно заполнить под завязку. Что ещё? Еды тоже надо взять. Зверья тут вообще нет, не поохотишься. Запас воды непременно, без неё человек всего двое-трое суток способен протянуть… Стоп. А как долго я там собираюсь быть?

Обернулся, хотел спросить у Сальгара, но понял, что сказанное им будет таким же мифом, как и всё остальное связанное с этим вопросом.

Что ещё? Пустые амулеты тоже. Спасибо Дангар. И ещё нитки достань тогда с иглами, мало ли. Вдруг порву штанину или рукав куртки… Хотя, последнее вряд ли. Из кожи адгрона всё-таки. Да, вторую фляжку тоже клади в мешок. Знаешь, наверное и третью клади, воды мало не бывает. Ничего не забыл?

Я застыл почти на минуту, тупо пялясь на потолстевший холщевой мешок. Половина его была заполнена вяленым мясом и хлебом. Ага. Вяленым. Значит нужно на дорожку хорошенько набить желудок бедным айсалом, потому как вяленое ещё успеет задолбать. Ну и четвёртую фляжку положить. После вяленого мяса запаришься сушняк сбивать.

Я намекнул Дангару, что наверное возьму с собой ещё пару маленьких мехов с водой. В каждом таком всего по два литра, так что отяготит не смертельно. Молодой сэт метнулся к сброшенным в кучу тюкам и быстро вернулся, радостно сообщив, что мясная похлёбка скоро будет готова.

Молодец, сечёт, что мне сейчас нужно хорошенько перекусить на дорожку.

— Волнуешься? — спросил Сальгар, когда я глубоко вдохнул и рывками выдохнул сквозь сжатые губы.

— Разве только о том, что туда уже прошёл жрец, — соврал я, решив не посвящать никого в творящееся сейчас в моей душе. Да и сам себя я хотел бы в этот момент обмануть, чтобы снова не елозить по мозгам сомнениями и страхами.

Мы направились к костру и мне тут же была налита приличная порция похлёбки. Ха! Не угадали. Всё равно добавки попрошу.

Пока я уминал вторую порцию, наблюдал, как парни выстраиваются в шеренгу, и стоило мне отложить глиняную чашку и подняться, как все двадцать сетов одной глоткой выдали боевой клич:

— Во имя славы!

Придумал эту штуку совсем недавно Ульгар и посредством Дангара внедрил в гуртовые подразделения. И сказать честно, отнёсся я к этому нововведению без особого энтузиазма, а вернее, просто не придал ему значения. А вот сейчас проняло. Лица у парней были серьёзны, даже суровы и все они как один смотрели на меня с искренним восхищением.

— Вольно, — скомандовал я и тут же услышал в ответ от Дангара.

— Мин лег-аржант, мы будем стоять так пока вы не войдёте в лес. Это решение всех.

— Говорил же, что устраняем приставку “лег”. У нас ещё нет ни одного полного легиона, — я улыбнулся и махнул рукой. — Ладно, сейчас не имеет значения. Слушайте мой приказ. Если меня не будет слишком долго, то вы должны будете вернуться в Аркополь…

— Ант… — попытался возразить Сальгар, но я не дал ему.

— Не перебивай. Это приказ. Через двадцать дней можете уходить. Дальше. Моего Асгата беречь и лелеять. Если кто-то появится, берите в плен. Понимаю, харчи лишние, но сведения лишними не будут. Всё, парни.

Я взял протянутый Сальгаром мешок и накинул лямки на плечи, потом бросил на левое плечо два связанных верёвкой меха, а на правое чехол со стрельной. Посмотрел на стрелков. Парни приосанились ещё больше, наверное, пытаясь коснуться макушками задницы Номана. Того самого, которого совсем скоро я могу лицезреть воочию… Возможно.

— Я с тобой до леса, — услышал за спиной голос Сальгара и помотал головой. Не стоит. Ты думаешь — это так легко? Ты думаешь — мне не страшно? Дружище, мне страшно и этот отрезок пути отсюда до первых деревьев я лучше пройду в одиночестве, чтобы собраться и этот страх перебороть.

Глава 6

Но страх не отступил, а даже усилился, когда я шагнул в тень первых деревьев. Это был совсем не тот страх, который я чувствовал в Кроми, ничего потустороннего вокруг не ощущалось, но именно это и пугало больше всего. Что если всё наше путешествие было зазря?

Я снова принялся материть жрецов, а затем и себя за то, что не взял их тогда в плен, а позволил вернуться в Аркополь. Зачем, спрашивается? Чтобы они убедили своих не сопротивляться нам? Ну… По сути так они и сделали. Жрецов в городе было по минимуму, наверное, явные фанатики, которые не послушались даже своего главного. Как там его? Айсунг? Или, возможно, это как раз-таки были те, кого он заставил воевать до последнего, а те, что приезжали в Нурлим, откололись и решили пойти другим путём. Вот этим самым, по которому иду сейчас я…

Мысли в голове замерли и я медленно поднял глаза. Где-то в кроне дерева щебетала птица. Нет, не рядом, а примерно метрах в пятидесяти, ну или ста. В лесу хрен определишь. Но дело было не в расстоянии, а в самом факте.

Тут либо случайная птаха каким-то немыслимым образом смогла сюда прилететь, либо это уже и есть проявление…

Ответ появился сам собой. Одно из деревьев вдруг сдвинулось с места и зашагало рядом со мной, шевеля нижними ветвями, словно руками. Сказать, что я охренел, значит, не сказать ничего. Зрелище было настолько фантастическим, что прежде чем принять его, я пару раз ненадолго зажмурился. Но шагающее дерево никуда не исчезло. Оно продолжило своё прогулку, правда резко взяло влево и быстро исчезло в густой чащобе. Означало ли это, что лес пропустил меня к обители? Или просто в нём обитают живые деревья? Или это глюк от каких-нибудь цветов? Да, с деревьев пока на меня ничего не осыпалось, но некоторые стволы были обвиты чем-то наподобие вьюнка с большими розовыми бутонами.

Появившийся ответ вновь превратился в кучу вопросов.

Ладно, подождём шаров.

С этой мыслью я двинулся дальше и прошагал почти час, но больше ничего странного не происходило. Обычный лес, разве что выглядит красивее всех тех, где мне пришлось побывать. Ну не росла в тех лесах трава, как на ухоженной лужайке, а здесь было именно так. И ни одной сухой ветки, ни одного островка мха.

Присев на траву, я скинул с себя весь хабр, достал фляжку и опорожнил её примерно на четверть. Может нужно было следовать за ожившим деревом?

Моя спина отчётливо ощутила чьё-то присутствие. И не просто присутствие, а очень грозное присутствие. Холодное и липкое. Словно по коже полз огромный слизняк.

Я неспешно приготовил “срезни” и, разворачиваясь в прыжке, отскочил на пару метров от того места, где сидел.

Никого. Моя ладонь с голубоватым облаком вокруг была нацелена на пустоту.

Хм. Попытка вывести из себя? Раскачивание нервной системы? Но зачем?

Я сделал пару шагов вперёд и, не сводя взгляда с того места, где ожидал увидеть какого-нибудь зверя или агрессивно настроенное разумное существо, собрал свои пожитки. Ощущение, что на этом месте всё-таки кто-то или что-то есть не проходило, а вместе с этим ощущением росла уверенность в том, что Безмолвный лес меня пропустил.

Обойдя “нехорошее” место, я зашагал дальше, стараясь успокоиться. Вся эта психологическая атака, по большому счёту, детский лепет. Я, конечно, не идиот и понимаю, что при определённом желании можно любого довести до срыва, но с другой стороны и в самом деле, кто в армии был, тот в цирке не смеётся. Что такого я должен увидеть после кровопролитных боёв и тысяч смертей, чтобы моя психика покачнулась?

Наверное, этот чёртов лес прочитал мои мысли!

Я увидел свою смерть.

А вернее, пережил её.

Не меньше десяти непонятно откуда появившихся стрел пронзили моё тело и я рухнул на колени. Внутри словно взорвался паровой котёл, казалось обожгло каждую клетку организма, сознание закостенело, сосредоточившись на одной пульсирующей мысли — выжить. Я должен выжить! Во что бы то не стало!

Кое-как сплетя “срезни”, я вдруг с тоской осознал, что использовать их у меня уже нет сил. И ещё я с тоской осознал, как же глупо умирать вот здесь, после того, что пришлось преодолеть в этом мире. На секунду мне стало жаль себя до слёз, я попытался поднять руки и дотянутся до одной из торчащих во мне стрел, чтобы вырвать, но тело уже не слушалось. В ушах стал нарастать свист, картинка перед глазами поплыла, я осознал, что уже очень долго не дышу и повалился лицом в расплывчатое зелёное пятно. Но, словно издеваясь надо мной, мой мозг не хотел вырубаться и продолжал осознавать смерть тела. Снова стало страшно, потом вернулась жалость к себе, а потом… Пришло бесконечное умиротворение. И даже счастье.

Да, я почувствовал себя настолько спокойно, что испытал счастье.

После этого моё сознание померкло, а когда оно снова “включилось”, вокруг была сплошная темнота. Сначала я даже подумал, что продолжаю находиться где-то “внутри” смерти, но бьющий в нос приторный запах травы явно намекнул, что я жив и до сих пор пребываю в этом мире. Медленно поднявшись, я первым делом ощупал себя, и не найдя ни одной торчащей стрелы, усмехнулся. Ну, а чего они ещё ожидали? Что я весь преисполнюсь благодати и с этого момента в постоянном режиме буду испытывать мистический ужас? Да хрен вам.

Я проверил свой скарб, поднялся и двинулся дальше, решив, что глупо ночевать там, где “умер”, пусть даже и не на самом деле. Возможно в этом месте присутствует “плохая” энергия, или какая-то пыльца от цветов вызывает галлюцинации, а значит лучше покинуть его, чем снова переживать чёрте что.

От долгого пребывания лица в траве его охватил зуд. Чесались нос, щёки, лоб, а вдобавок к ним тыльные стороны ладоней, и мне приходилось прилагать немалые усилия, чтобы не разодрать кожу в кровь. Примерно через полчаса появились те самые шары и отвлекаться от зуда стало легче. Теперь я заинтересованно разглядывал светящиеся сгустки размером с мою голову и пытался понять, в чём заключается их функция? Проверить меня на злость?

А именно этим шары и занимались. Они делали вид, что нападают, неслись на меня как сумасшедшие и всего в десяти-пятнадцати сантиметров резко останавливались. Я пару раз дёрнулся, а потом просто стал рассматривать их. Серебряные сгустки с разноцветными змейками внутри. Они постоянно меняли форму, но в то же время всегда оставались сферами. Точнее, внутри них меняли форму сплетающиеся змейки. Я пригляделся. Ну, понятно. Эти шарики каким-то образом сканируют мой мозг и вытаскивают из памяти картинки. Вот в одном шаре размытое лицо Литы, в другом забинтованный Рунг, в третьем стоящие друг напротив друга Линк и псевдо-Руна. Ещё немного и мой друг упадёт замертво… Но досматривать этот сюжетец я не стал. Перевёл взгляд на другой шар. Там внутри была девочка, засовывающая в рот монету, однако продолжалось это недолго. Шары почувствовали больное место и все разом показали Линка, в глаз которого был воткнут клинок.

Я выматерился, и стал глядеть под ноги, но долго так идти не получилось. Едва не врезался в дерево. Снова бросил взгляд на один из шаров и замер, поражённый тем, что увидел внутри него. Там был Вирон, плетущий заклинание Тьмы. Так-так, с этого места поподробней, пожалуйста…

Через несколько секунд моя давняя догадка по поводу его причастности к стоящей внутри меня “метки” подтвердилась. Судя по происходящему внутри шара, эта тварь подпитывала стоящее внутри меня заклинание. Так, стоп. А ну шарик, передай мне пожалуйста, что я чувствую в этот момент. Не можешь? Жаль!

Хотя, чего тут жалеть, и так всё яснее ясного. Происходит всё в тот момент, когда я валяюсь вырубившийся после плетей. А почему в голове есть этот эпизод? Скорее всего приходил в себя на какое-то время. Но видать так хреново приходил, что самому вспомнить никак, и даже не снилось ни разу, а может и снилось, да только, увы, не перед самым пробуждением. Спасибо шарик, что напомнил. И с чего я взял, что если Вирон прислужник Тьмы, то значит не должен был послать меня в Лиорд? Наоборот же! Знал, что сбегу в любом случае, что выполнив задание, что не выполнив. А там уже оставалось Псевдо-Руне просто найти меня по “метке” и всё.

Я прошагал окружённый время от времени атакующими шарами до утра и когда тьма вокруг стала понемногу уступать место серому предутреннему мареву, решил устроить привал. Шары к этому времени уже не кружили вокруг меня, а поотстали и теперь едва слышно гудя, словно высоковольтные провода, висели метрах в десяти за моей спиной. А едва в лес проникли первые лучи всходящего солнца, они исчезли полностью.

Довольный от того, что наконец-то остался один, я устроил нормальный привал и набил желудок солёным мясом. Потом вылакал целую фляжку и сонно растянулся на мягкой травке. Говоря откровенно, всё происходящее меня не особенно поразило. Глупый тест на страх и агрессию. Зачем? Неужели Боги боятся?

Я полежал немного, отбросив все мысли и тупо наслаждаясь тишиной и тем, что меня никто не тревожит, а когда солнце поднялось выше, снова пустился в путь. Идти всё так же приходилось по “целине”, постоянно раздвигая ветки кустарника, но что радовало, на них не было ни единой колючки. Хотя, зачем они в полном отсутствии фауны? А та птица… Скорее всего — это была вовсе не птица.

Лес неожиданно закончился и я замер, с унынием поглядев на склон перед собой. Вроде и небольшая гора, но там, за ней… Там за ней уже виднелась снежная вершина.

Не сказать, чтобы я не любил гор, очень даже любил, хотя и видел их всего один раз. В Приэльбрусье. Красота неописуемая. И желание. Желание подняться на какую-нибудь вершину и радостно воздеть руки к небу.

Но сейчас почему-то этого желания не было и в помине.

Тяжело вздохнув и мотнув головой, я поправил на плече ремень чехла со стрельной и поплёлся дальше. Нагрузка на ноги сразу же возросла и на середине склона пришлось останавливаться. Посидев немного, глядя на лес, который с высоты смотрелся ещё сказочнее и непроходимее, я поднялся и решил не останавливаясь дойти до самой вершины. Не вышло. Молочная кислота в мышцах накапливалась очень быстро и так сильно жгла, что волей-неволей пришлось останавливаться ещё дважды. Зато на вершине я вздохнул с облегчением. Подножие той самой снежной вершины, которая казалось должна была быть прямо за этой горой, находилась чуть ли не в паре километров, а внизу располагалась долина. Или точнее — пустошь. Нефилимовая она или нет, я гадать не стал, но то, что это именно пустошь, сомневаться не приходилось. На территории примерно в пять гектаров не росло ни единой травинки. Всякая флора вообще переставала присутствовать у самого склона, словно упиралась в невидимую преграду и дальше виднелась лишь рыжевато-коричневая земля, испещрённая извилистыми трещинами.

Я стал медленно спускаться. Ошибаются те, кто думает, что спуск легче подъёма. Теперь помимо передних мышц на ногах у меня напрягалось всё что-только можно. Даже пресс, потому что приходилось осторожничать и не давать самому себе разогнаться, хотя так и подмывало сделать это. Но вопрос заключался в том, что нужно было не только спускаться, но и следить за территорией, которую я окрестил пустошью. И не только следить, но и внимательно рассматривать.

Вдалеке, по левую руку от меня темнело ущелье, стены которого больше походили на скалистые отроги, чем на пологие склоны. И это показалось мне странным, потому что сами горы, между которыми это ущелье пролегло, назвать скалами было трудно. Обычные “холмики” высотой максимум в полтора километра, густо покрытые кустарником и небольшими деревьями. Такое ощущение, что от них просто отрезали куски, как от торта.

Я мысленно “приставил” эти куски обратно, но опять не сошлось. В таком случае один склон наползал бы на другой.

“Возможно между ними была перемычка, — стал размышлять я, продолжая спуск. — Хотя, в любом случае, то, что это ущелье рукотворно, никаких сомнений. Ну, не река же тут протекала когда-то! Слишком уж пустошь не похожа на бывшее дно.

До границы, где трава альпийских лугов вдруг неожиданно переходила в рыжеватую мёртвую поверхность, оставалось не больше сотни шагов, и внутри появилась непонятная тревога. И когда я подошёл к этой границе, тревога уже полностью охватила меня и заставила ещё раз внимательно оглядеть всю пустошь.

Ущелье отсюда выглядело ещё более неестественно, к низу стены уходили “внутрь” гор, словно кто-то специально хотел сделать нависающие уступы, придав тем самым и без того непривлекательному проходу совсем уж непонятной зловещности. Зачем? Опять лишь для того, чтобы воздействовать на психику, подавить, сломать? Они хотят видеть перед собой испуганных и коленопреклонённых? Интересно, как вёл себя и о чём думал Альгар, стоя перед этой чертой?

Я вздохнул и ступил на рыжеватую поверхность, ожидая от этого шага чего угодно. Появления нефилимов, других чудовищ, низвержения в бездну или медленного погружения в нечто схожее с топью. Ведь по большому счёту, сама земля, как и ущелье, тоже выглядела неестественно. Слишком уж чёткая граница между ней и альпийским лугом. Да и сам цвет. Не знаю, может она просто богата какими-то минералами, но выглядит это всё равно странно.

Чтобы не поддаться желанию отступить и всё ещё раз обдумать, я сделал два быстрых шага и остановился, прислушиваясь к ощущениям внутри и звукам снаружи. А последние, кстати сказать, здесь были. Если с той стороны границы висела практически полная тишина, то здесь слышался лёгкий гул, отчётливый, но тихий. Чем-то похож на гудение шаров, но немного другой. Ниже и заунывней.

Я ещё раз бросил взгляд на ущелье, понимая, что звук исходит оттуда, а ещё одновременно с этим вдруг меня осенило, что именно туда мне и нужно идти. А куда же ещё? К подножию той заснеженной горы? Глупость. Я же сюда не для покорения вершин пришёл. Ну а про другие варианты и заикаться не стоило, их попросту не было. Всюду одно и то же. Рыжая пустошь, упирающаяся краями в подножия гор.

И тут что-то дёрнуло меня оставить стрельну на той стороне. Если честно, мешала мне эта огнестрельная дубина. Для мага моего уровня она лишь бесполезная ноша… Нет, не совсем, конечно. Тех же демонов удобней бить пулями, чем заклинаниями Света, от которых они закрываются плетениями Тьмы. Но тут будут нефилимы. А эти существа наверняка владеют магией не хуже демонов, и если они вдруг решат напасть…

Эта мысль пришла ко мне чуть позже, чем я успел наткнуться на невидимую преграду. По спине пробежал холодок, хотя мозг практически сразу выдал — Ничего страшного. Это можно было предвидеть. Просто отрезали тебе путь назад. Мало ли…

Я влупил по невидимой стене кулаком и, не почувствовав боли, развернулся. Чёртовы боги! Надоели уже со своими выкрутасами.

Ну, что ж, потащу стрельну с собой. Тем более что может понадобиться против…

Шесть крылатых светящихся фигур появились в темноте ущелья и стали быстро увеличиваться в размерах. А вот со свечением происходило обратное, оно уменьшалось. И в момент, когда шесть нефилимов оказались вне ущелья, я на какое-то время перестал их видеть. Они слились с освещённым пространством и лишь когда между ними и мной осталось не более двухсот метров, я снова смог различить белых крылатых существ, стремительно несущихся на меня. И намерения их определялись безошибочно. Они хотели напасть и уничтожить. Иначе зачем эти вознесённые сверкающие мечи в их руках?

Я впал в ступор. Но ненадолго. Ложь в моих ответах?! Да, по моему, эти ребята совсем не собирались утруждать себя опросом!

Чехол со стрельной автоматически полетел на рыжую землю, я вытащил “шип” и сплетя “чёрный шлейф”, метнул его в того крылатого, что был в центре. Растекаясь, как мазутное пятно, заклинание устремилось вперёд, а в ответ мне понеслись сразу четыре “луча”. Уж что-что, а определить этот боевой световик я мог легко. И всё что я придумал — это ударить в каждый из них всё тем же “шлейфом”.

Последний удалось сплести у направить на цель, когда “луч” был уже метрах в десяти, а ближайший нефилим в тридцати.

Сталкиваясь, заклинания противоположных ветвей с оглушающим треском вспыхивали, порождая огромные шары из оранжевых и чёрных искрящихся змеек, и благодаря последней вспышке, я на пару секунд выпал из поля зрения почти приблизившегося ко мне нефилима. Если, конечно, в данном случае можно было говорить о зрении. Глаз, как и вообще лиц, у этих крылатых мудаков не было.

Ну а чем не мудаки? Где вопросы, которые они должны были задать и на которые я должен был ответить без лжи?! У них что, программа сбилась?!

Под прикрытием вспышки, я стартанул вперёд, примерно рассчитав, где должен находиться нефилим и, метнув в то место “срезнями” пятого круга, едва успел отбить удар, нанесённый другим безликим.

Его меч оказался самым обычным, из стали. Клинок об клинок проскрежетал с такой силой, что я невольно вздрогнул. Такое ощущение, что наждачной бумагой провели прямо по слуховому нерву.

Уклонился от второго удара, вокруг меня вырос “щит” Тьмы четвёртого уровня и клинок нефилима воткнувшись в него, вспыхнул, как проводка при замыкании. А вот мой “шип” прошёл сквозь защитное плетение, как сквозь воду, и я даже, ни черта не видя, сообразил, что он на треть погрузился в самую настоящую живую плоть.

И в это время под градом “лучей” “щит” обрушился. Пара световиков воткнулась мне в спину, я почувствовал лёгкое жжение внутри. Я, конечно, не демон, но тёмного и во мне немного есть, поэтому выяснять, что будет воткнись в меня с десяток световиков, не хотелось.

Восстановил “щит”, хотя и понимал, что ненадолго. Ещё одни магистральные “срезни”. Не убьют, так отвлекут, заставят уворачиваться. А в голове всего одна мысль — Что за хрень?

Раненый мною нефилим рухнул на землю и от мощных ударов его крыльев в воздух поднялась пыль, под защиту которой я поспешил спрятаться. Глаз у них нет, но визуально они меня теряют, это я уже заметил.

Ещё три “луча” и следом какое-то охреневшее заклинание Света, от которого мои внутренности едва не оплавились. Какое-то огромное оранжевое облако, похожее на наше солнце. Даже “протуберанцы” вырываются из этого шара и, изогнувшись дугой, снова ныряют в него.

Охренеть!

Я поставил “щит” Тьмы, попятился назад, поставил ещё один. Через пять секунд не было обоих. Зато я умудрился “срезнями” перерезать крыло пытавшемуся атаковать справа противнику, который точно так же рухнул на землю, но крыльями бить не стал.

Так. Двое из игры выведены. Осталось четверо крыластеньких, которые пытаются окружить. Хм, не четверо, а снова пятеро. Сбитый быстро поднялся и пошёл на меня.

Расклад выходил, мама не горюй. И пока радовало лишь одно — они перестали бить заклинаниями. Пока. Перед направленной на меня ладонью одного из нефилимов снова разгоралась и росла оранжевая сфера, готовая превратиться в заклинание Света. И какое это будет заклинание, после “солнышка” оставалось лишь гадать.

Глава 7

Вальтия, Стоунграф

В порту было шумно. Разношёрстный люд сновал туда-сюда, кто-то молча, как грузчики, оголённые торсы которых блестели от пота, кто-то не мог обойтись без криков и ругательств. Особенно усердствовали бригадиры портовых команд, продавцы-лоточники и подвыпившие моряки.

— Эй, трави конец! А теперь подтягивай его! Да вяжи ж ты, твою ольджурскую мать!

— Иди сюда! Да ты, с вином! Иди сюда, рожа! Мы хотим купить пару кувшинов!

— Свежие булки! Заквас холодный из бочек!

Удар деревянного трапа о борт шхуны был похож на раскат грома. Ант иль Качур с недоверием посмотрел на сотрясающиеся, связанные крепкой пенькой доски, но всё же сделал первый шаг и торопливо сошёл на берег. Спешащий по причалу мускулистый парень с огромным мешком на плечах взял правее, обходя его, чтобы ненароком не задеть. При этом он едва слышно хмыкнул, выражая своё отношение ко всем этим богачам, хотя сошедшего со шхуны вряд ли можно было таковым назвать. Да, выглядел Ант солидно, но больших денег всё-таки не имел. Не обзавёлся, не взирая на то, что такая возможность у него безусловно была. Должность заместителя главы тайного агентурного дома — это не простая служба в войсках, пусть даже и в элитном подразделении, где он протянул лямку пять лет. Так что будь он чуть меркантильнее, то наверняка имел бы уже в сберегательном доме пару-тройку тысяч золотых. Но пока деньги, можно сказать, его совсем не волновали.

Постояв пару секунд, он двинулся по причалу, поглядывая на шесть тяжёлых руанских кораблей. Все трёхмачтовые, двухпалубные, водоизмещением не меньше тысячи лайдов, все способные в случае чего отбиться от корсов, о чём свидетельствовали ряды бортовых батарей. Да и экипаж на таких кораблях не меньше трёхсот человек, и не все из них штатные матросы.

Именно по этому вопросу Ант иль Качур и посещал личную резиденцию принца Ильяро, которая находилась недалеко от столицы Вальтии. Конечно, вернуться можно было и по суше, но морские путешествия ему нравились больше. Солоноватый морской воздух, лёгкое покачивание, терпкий запах дерева и смолы, которым каюты корабля пропитаны, словно копчёная рыба дымом.

А вот принц ему не понравился. Слишком легкомысленно он отнёсся к предоставленным фактам. То ли по своей молодости, то ли из-за отсутствия радения за отечество, непонятно. Да и члены совета отнеслись к отчётам агентурного дома с прохладой. У некоторых вообще были такие лица, словно их отвлекли от чего-то интересного и заставляют заниматься скучнейшими вещами.

И вот теперь он даже не знал, как докладывать начальству о том, что его по сути проигнорировали. Нет, в общем плане даже ничего. И на бал пригласили, и внимание уделяли. Принц так и вовсе лично пытался сблизить его с одной из своих бывших фавориток.

— Огонь, девка, — с видом заговорщика говорил он, дыша ему в лицо дорогим вином. — Советую эту ночь провести с нею вместе. Она тебя многому научит…

Ант вдруг почувствовал лёгкое прикосновение и мгновенно сообразив, что это означает, поймал за руку воришку. Малец, совсем, тонкая-то какая…

Его мысль на минуту замерла, а через минуту он уже рассмеялся. Воришка был совсем не мальчишкой, а карликом.

— Я вас случайно задел, простите. Вы не то подумали, — стал отпираться уродец. — Отпустите руку, я честный гражданин…

— Чего?

— Что чего? — не сообразив, вылупился карлик.

— Гражданин чего? Ольджурии?

Карлика от этих слов тряхнуло и он разом сник.

— В управу потащите? Хорошо… Не буду врать, хотел пару монет вытащить, но не больше. На еду не хватает. Вы бы, добрый господин, пожалели бы лучше. Думаете легко быть таким маленьким?

— Ты давно из Ольджурии? — спросил Ант, понизив голос. А для того, чтобы карлик лучше расслышал, наклонился.

— Да. Давно, господин. Скоро уж полгода будет.

— Это плохо, — приметив, что на них уже поглядывают зеваки, он потащил маленького человечка за собой. — Не бойся, я в управу не сдам. Я сам управа.

Карлик от таких слов дёрнулся в сторону, стал вырываться, и пришлось ему объяснить подробнее.

— Не переживай. Тебе нужны были монеты? Ты их получишь, но после того, как расскажешь мне немного о всяком-разном. Хорошо?

— Хотите, чтобы я рассказал об Ольджурии? Вербуете? — пробурчал карлик и Ант рассмеялся.

— Скажи, зачем? — подавив смех и, вновь придав лицу серьёзность, спросил он. — Ты здесь давно, о последних событиях в своей стране не знаешь. Но ты наверняка знаешь о тех ольджурцах, которые прибывают сюда. Нелегально. Ты меня понимаешь?

— Вы что хотите чтобы я сдавал своих соотечественников? Да я никогда… — пафосно начал карлик, но Ант прервал его.

— Боишься, что убьют, если узнают? — Ант остановился и посмотрел на толпу снующую по площади. — Так они уже знают. Каждый второй из местных воришек в курсе кто я такой. И даже твои соотечественники. А раз ты трёшься возле меня, то наверняка, по их мнению, уже работаешь на меня. Вот мы с тобой сейчас так мило беседуем, а они смотрят и мотают на ус. Понимаешь?

— А кто вы такой? — сдавленно спросил карлик, бросив испуганный взгляд в сторону основной массы людей. Потом так же испуганно посмотрел на бредущего прямо на них огромного заросшего субъекта. Он видел его уже не раз на пристани. Ноер, бригадир местных попрошаек, страшный человек. Денег на то, чтобы выглядеть нормально у него точно бы хватило, но он специально ходит вот так, дабы выглядеть страшней для своих подопечных и простого обывателя. Хотя сам уже давно не просит.

Завидев их, Ноер как-то нехорошо посмотрел на карлика и криво усмехнулся, отчего у Вистуса сердце тут же ухнуло в пятки, а спина покрылась инеем. К кому же он по незнанке нырнул в карман?

— На этот вопрос я тебе отвечу позже. Если понадобится, — Ант ответил кивком, на приветственный кивок Ноера и потащил карлика дальше.

“Вот и пожил на острове свободы” — семеня ножками, размышлял Вистус, одновременно с этим исподлобья ища, куда можно если что нырнуть, если удастся вырваться. Правда, тащивший его, такой возможностью пока не одаривал, держал крепко. Да и если даже получится сбежать, то что? Судя по всему, этот солидный парень какая-то серьёзная фигура в этом городе. Надо было сидеть в Лаундграфе, маленьком спокойном городишке, а не переться сюда. Да, там было трудно прокормиться, все “доходные” места давно поделены, но зато там он был спокойнее и… свободнее. Пусть и недоедал. Но много ли ему нужно?

— Я так понимаю, в Стоунграфе ты недавно, — словно угадав ход его мыслей, заговорил незнакомец. — Иначе, ты бы в мой карман не полез. С одной стороны — это плохо, но с другой, я надеюсь, что ты успел вдоволь наговориться со своими соотечественниками и у тебя есть, что мне сказать.

— А что вы хотите услышать? — Вистус бросил тоскующий взгляд на очень “уютный” закоулок, в котором легко было бы скрыться, будь такая возможность. И вдруг он почувствовал, что незнакомец отпустил его запястье.

Секунда замешательства, и он со всех ног бросился в заветный проход между двумя старыми портовыми складами, но не успел сделать и трёх шагов. Его ноги словно зажало в тиски и он на полном ходу повалился на крупную гальку. Обожгло плечо, потом по острым камням пропахало лицо и Вистус с усмешкой и горечью подумал о том, как теперь будет выглядеть. Да, он само собой никогда красавцем не был, но после встречи с галькой и вовсе станет похож на забулдыгу, который всегда пьяный и всегда битый. Любят таких помутузить ради удовольствия.

Кряхтя и охая, он вывернул голову и увидел, что ладонь незнакомца направлена точно на его лицо. Ну, а чего ты ожидал, идиот? Разумеется, этот странный субъект — маг. Поэтому его все и знают, и относятся с уважением. Даже на лице Ноера оно отразилось, хотя чаще всего ничего кроме маски презрения там не было.

— Ну вот, — Ант смотрел на уродца с жалостью. — Всё лицо себе расцарапал. И зачем? Я ведь тебе не желаю зла, и даже хотел помочь. Под моим покровительством ты можешь неплохо жить.

— Кто вы? — решился повторить вопрос Вистус, хотя и не рассчитывал, что ему дадут ответ. Но незнакомец в этот раз не стал скрывать.

— Я из агентурного дома. Зовут Ант иль Качур.

— Ант? — карлик первым делом среагировал на имя, пропустив даже то, что стоявший перед ним оказывается ещё и из благородных.

— Да, Ант? А что тут такого?

— Ничего, извините, — он неуклюже согнул ноги и попытался перевернуться на бок. — Вы не могли бы снять с меня заклинание? Я больше не буду пытаться сбежать, обещаю.

Ант хохотнул и разрушил воздушные “путы”. Карлик медленно поднялся, отряхнул пыль с мятых штанов и принялся аккуратно щупать лицо. При этом он сильно кривился и поминутно вздыхал.

— Ну вот. На кого я теперь похож? На жалкого побитого пропойцу?

— На маленького побитого пропойцу, — улыбнулся Ант. — Ладно, нечего здесь светиться, пошли.

Он зашагал дальше вдоль старых складов и Вистус, решив что физических повреждений с него и так достаточно, покорно поплёлся следом.

Шагов через двести они свернули влево и уже торопливее зашагали по узкой улочке, на которой муторно воняло гнилой рыбой. Многие живущие недалеко от порта занимались ловлей и посолом, на что в общем и существовали. Да вот только при тёплой погоде часть рыбы неизбежно портилась и улочки наполнялись невыносимым амбре. Местные наверняка к этому “аромату” привыкли и не замечали его, а вот Вистуса от него тянуло блевать.

Пройдя несколько кварталов и оказавшись на более менее приличной улице, Ант поймал коляску. Получив короткий приказ, долговязый тощий кучер стеганул такого же тощего лога и покатил к центральному проспекту, где у Анта был двухэтажный особняк. Достался он ему от умершего родителя, который почил, когда Анту было всего четырнадцать лет. И с тех пор он привык всего в жизни добиваться сам. Конечно, титул помогал, но всё же не благодаря ему он дослужился до майорлета в элитном подразделении “Магир”. Больше помогло этому делу его рвение и упорство.

— Вы ещё и благородный, — тяготясь молчанием, задумчиво протянул карлик. — Интересно, что нужно такому благородному и могущественному магу от простого уродца-попрошайки?

— Был бы ты попрошайкой, тебя давно бы Ноер прижал и заставил работать на себя, — Ант искоса взглянул на сидевшего рядом коротышку. — Но ты вор… Точнее, воришка. Ты мне лучше скажи, что за странная реакция у тебя на моё имя?

— Вам показалось, — решил увильнуть Вистус, но его собеседник в ответ повертел головой, причём с такой холодной ухмылкой, что сразу стало понятно, обманывать лучше не надо. — Знал я одного Анта в Ольджурии. Свела судьба, — неохотно продолжил он. — Нет. Как человек очень даже. Просто кремень-парень. И маг, кстати, тоже, как и вы. Наверное, его убили.

— Почему?

— Да мы в дом к одним богачам полезли, но видать кто-то об этом знал. Окружили так, что еле выбрался. А ваш тёзка, он полез Литку спасать…

— Это кто такая? — перебил Ант. История была так себе, но для того, чтобы скоротать путь до особняка, годилась. К тому же отвлекала от неприятных размышлений о грядущем отчёте перед начальником.

— Да это девчонка у нас в банде была. Влюбилась в этого Анта по уши. Нет, не говорила, конечно, но я то вижу, не дурак. Ну и он видать, раз спасать полез. Да куда только?! Там не только обычные стражи были, там и гвардейцы, и маги какие-то. Страх в общем. Еле ноги у нёс из этого ада!

— Стало быть ты и у себя на родине воровством промышлял, — задумчиво протянул Ант и нахмурился. — А в Вальтию зачем приплыл? Тут и без вас сброда в достатке.

Карлик снова струхнул. Не ляпнул ли он чего лишнего? И кто его за язык тянул? Надо было просто сказать — мол, да, знал одного Анта, и всё. Нет же…

— Ладно, не обращай внимания. Это у меня профессиональное, — улыбнулся вдруг собеседник и Вистус сразу почувствовал себя спокойнее. А вообще, как-то странно на него действовал этот вальтиец. Вроде и опасность от него исходит и в то же время чувствуется, что человек не злой. Прямо, как с тем Антом в Ольджурии. С ним тоже так было. Умел он заставлять, когда надо, но сам по сути внутри добряк ещё тот был. Эх, если бы не неудачный налёт на особняк, со временем он бы подмял под себя всю банду, и сделал Анта своим подручным магом. А почему бы и нет? Мальчишка был силён и умён, но опыта ему не хватало. Не то что у него, у Вистуса. За плечами столько всего… Взять тот же особняк. Был бы у Анта жизненный опыт, как у него, не стал бы он Литку спасать, а о своей жизни побеспокоился. Что, мало на земле других Литок? Да полно! А теперь вот лежат где-нибудь его кости, и что? Ни жизни, ни других Литок.

Вистус вспомнил о кошеле, который нашёл в кабинете Муан’Тура. Триста монет, о которых Ант даже не подумал во время окружения. Вот что значит отсутствие жизненного опыта.

А он, Вистус, подумал. И потом прожил целый месяц, как король. Самое лучшее вино, красивые шлюхи, азартные игры.

Если бы не попытки каких-то странных личностей его убить, он бы так в Ольджурии и остался. Купил бы себе лавку, стал торговать вином, и возможно даже бросил бы воровать… Впрочем, нет. Иногда можно было бы обирать какой-нибудь богатый домишко для лишнего дохода.

И жену бы себе завёл. Нормального роста. Сколько их нищенок красивых, тысячи! Да за деньги они бы его не только любили, а каждый день всего облизывали…

Из сладких грёз Вистуса вырвал окрик кучера, после которого он по инерции дёрнулся вперёд. Стало быть, приехали.

— Выходи, — приказал вальтиец и карлик поспешно спрыгнул на землю.

Ант выбрался неспеша, положил пару медных монет в специально прибитую к козлам маленькую миску и взглянул на окно своего кабинета, потом взглянул на спешащего к нему парня из прислуги. Тоже, кстати, подобранного вот так, из нищеты. Интересно, из жалости он это, или из-за глупой веры, что так человек будет испытывать к нему благодарность? Чушь же. Не умеют люди быть благодарными. Впрочем, этот парень пока вроде не “взлетел” и продолжал испытывать к своему спасителю от нищего существования преданные чувства.

Преданный. Предать. Почему эти слова так похожи?

Ант подтолкнул карлика в плечо.

— Пошли. Это Гартен, — он указал на подбежавшего мальчишку. — На всё, что захочешь сделать в моём доме, спрашивай разрешение у него. Если, разумеется, рядом не будет меня.

— А я тут надолго, что ли?

— Спешишь встретить свою красавицу-смерть? Думаю, после нашей душевной беседы на набережной, кто-то уже высказал какую-нибудь интересную мысль своему корешу. Например такую. Сдаётся мне этот карлик под колпаком. А не выпустить ли ему кишки для всеобщего спокойствия?

Вистус тяжело сглотнул и пару раз кивнул, соглашаясь с предположением вальтийца. Воры народ грубый и на расправу скорый. Особенно, если кого-то подозревают в сотрудничестве со всякими управами. Выпустить кишки, посадить на нож, грохнуть стукачка… Да они это с радостью, да ещё и с таким видом, что за подобное убийство им положено тёплое местечко в раю.

— Иль Ант, — обратился к вальтийцу прислуга-парень, слегка обозначив поклон. — В ваше отсутствие ничего плохого не произошло, всё как и до отъезда. Приходил один раз какой-то человек, который вас спрашивал.

— Что за человек?

— Он не представился. Рослый такой мужчина, лет сорока. Лёгкая седина в волосах…

— Понятно, — Ант кивнул, сообразив о ком идёт речь и зашагал к лестнице.

А она была красива. Из мрамора, с деревянными парапетами и шириной в десять Вистусов, если положить их поперёк. Карлик невольно залюбовался и снова принялся мечтать о таком же своём особняке, который когда-нибудь у него обязательно будет.

Они поднялись. Парень снова обозначив поклон, открыл одну из створок массивных, покрашенных в белый цвет дверей и Ант первым перешагнул порог родного дома. На душе сразу же стало спокойно и уютно, все плохие мысли куда-то исчезли и он не смог сдержать счастливой улыбки.

Молча он двинулся к лестнице, ни разу не обернувшись, поднялся на второй этаж и остановился у двери кабинета. Карлик застыл в паре шагов, напряжённо, но с интересом поглядывая на картины, висевшие на стенах в коридоре. В мягком свете двух магических светильников пейзажи выглядели пугающе реалистично. И тут без магии, видимо, не обошлось.

— Проходи, — открыв дверь, бросил Ант, чем не мало удивил Вистуса. Не ожидал тот, что благородный откроет перед ним двери и пригласит войти. А может не всё так страшно? Может этот вальтиец просто благородный идиот, которому нравится помогать всяким несчастным уродцам вроде меня? Что ж, если это так, то пока присмотрюсь, а потом облапошу этого дурачка и те две картины, что по левую сторону обязательно стырю. Больно они дорого выглядят. Грех такие не прихватить.

Начиная воодушевляться, Вистус вскарабкался на массивный кожаный диван и усевшись поудобней, с деланным подобострастием посмотрел на вальтийца.

Тот остановился возле рабочего стола, взял какой-то пергамент, смотрел на него почти минуту и только после этого перевёл взгляд на коротышку.

— Итак, рассказывай, что ты слышал от своих соотечественников. Особенно от тех, кто прибыл недавно. Что говорят, почему приплывают сюда, что творится по их мнению в Ольджурии, — лицо Анта иль Качура стало серьёзным. — И не вздумай что-то придумывать. У меня сегодня не то настроение, чтобы тратить время на сказки. Да… И про этого моего тёзку потом ещё расскажи. Интересно стало.

Глава 8

Я сидел упираясь спиной в холодную каменную стену ущелья и устало смотрел на тающих в воздухе нефилимов. Четверо в полном здравии, двое мертвы, и их держат под руки те самые здоровые. И стоило из-за ответа на вопрос — лживо ли моё желание попасть в обитель Богов — терять двоих?

Когда я уничтожил поднявшегося с перерезанным крылом, один из нефилимов вскинул руку и протрубил:

— Он не лжёт!

Они все вдруг остановились, опустили мечи и медленно взмыли в воздух.

— Ты можешь идти, — спокойно добавил один из нефилимов и указал в сторону ущелья.

И вот теперь я сидел в этом ущелье, чувствуя спиной холод камня, и устало смотрел на исчезающих крылатых существ, для которых спросить — это слишком просто. Или точнее — просто спросить — это не то. Нужно обязательно, чтобы испытуемый ответил не словом, а действием. Мол, если действительно хочет пройти в обитель, то должен пробиваться сквозь любые преграды и сложности.

Я пробился. Оставалось сделать всего несколько сотен шагов по ущелью и мне откроется… Что именно? Да плевать. Сейчас немного отдохну, сделаю эти шаги и увижу.

Битва с существами Света, а в том, что это они и есть, я не сомневался, изрядно вымотала. Эти хреновы нефилимы очень сильны физически, и заклинания у них такие, что до сих пор внутри ощущение, что там всё выжгло напалмом.

Почувствовав себя немного восстановившимся, я поднялся и, накинув на плечи незамысловатый скарб, потащил своё бренное тело дальше. Хм. Это у меня от близости к Богам такой пафос в мыслях появляется? Бренное тело… Ага. Прах под ногами, из праха создан — в прах тебе, скотине, и возвращаться…

Я усмехнулся, ускорил шаг и очень скоро подошёл к тому месту, где ущелье закончилось и начиналось…

Что начиналось, понять было трудно, потому что начиналось ничто. Безликая пустота не наполненная ничем. И в этой пустоте висел огромный остров, похожий на вырванный из земли кусок. Чёрные обрывы с торчащими и свисающими словно клочья бороды, толстыми корнями, густая растительность на поверхности и где-то за этой насыщенной зелёной массой проглядывалось грандиозное строение, похожее на пирамиду с пристроенными по бокам высокими башнями.

Я постоял немного перед пустотой и наконец решился сделать шаг. Не совсем шаг, разумеется. Проваливаться и лететь в бездну я не собирался, хотя и был уверен, что пустота эта окажется твёрдой. Твердь небесная… Почему бы и нет?

И прозрачное ничто оказалось не просто твердью, но и невидимой лестницей, по которой я стал подниматься к острову. А через несколько шагов я уже увидел эту лестницу. Пустота и в самом деле оказалась лишь иллюзией, на самом деле тут всё было сделано из практически невидимого материала, похожего на стекло.

Восхождение заняло почти час. Приближающийся остров казался всё больше и больше и когда моя нога ступила на его поверхность, я уже точно представлял размер этой громадины. В длину точно не меньше километра, в ширину уже, но ненамного. Высота обрывов — метров в сто, но я как-то избежал карабканья по ним, благодаря всё той же лестнице.

А природа здесь была такой же, как в Безмолвном лесу. Густой, похожей на тропики, и только отсутствие птиц и животных делало её хоть и очень красивой, но всё же мёртвой.

Заметив тропинку, петляющую среди кустов, я зашагал по ней. На штаны тут же налипли какие-то чёрные, похожие на тараканов, семена, пару раз я пытался избавиться от них, но очень скоро плюнул на это дело. Потому что стоило пройти ещё метров десять, как они снова появлялись на штанинах в том же самом количестве. Я пригляделся к траве вокруг и заметил, что снизу, почти у самой земли, у каждой травинки есть серый мешочек из которых и выстреливаются эти “таракашки”.

А ещё трижды мне приходилось выпутываться из чего-то похожего на паутину, однако по всей видимости сплетённой растениями, а не животными. Тонкие нити появлялись словно из ниоткуда. Такое ощущение, что они были прозрачными, но стоило мне в них влипнуть, как они наливались изумрудным цветом. Но всё же проявлением фауны не были — это точно. Потому как ни одного членистоногого, когда, яростно вздымая меч, я рубил эту паутину направо и налево, а потом долго стоял на месте, отплёвываясь и снимая остатки липкой гадости с лица, не появилось.

Именно продолжая отлеплять эти остатки и сдирая семена со штанин, я и замер перед огромной пирамидой, когда вышел из леса и оказался на краю каменной площадки. Не совсем подходящее для данной ситуации появление, но мне было плевать. Назойливая флора успела достать и мне было не до помпезности и приличий.

Неспешно приведя себя в порядок, я оглядел величественное строение из огромных блоков цвета соломы, и не заметив, чтобы меня кто-то вышел встречать, продолжил своё восхождение теперь уже по совершенно отчётливо видимой каменной лестнице. Редкие островки травы в щелях когда-то хорошо подогнанных блоков, обсыпавшиеся или сколотые края, змеящиеся трещины — всё намекало на древность постройки. Но всё же, древность эта была явно сделана намеренно. Для посетителей. Разве трудно Богам немного поджамшутить и привести своё жилище в божеский вид?

Над божеским видом я от души хохотнул. Изящный получился каламбурчик.

Поправив стрельну и меха с водой, которой осталось вдоволь, я остановился возле ворот, а назвать дверью штуковину высотой в три моих роста, как-то язык не поворачивался, и не придумав ничего лучшего — постучал.

Где-то под ногами затрещало, потом тряхнуло так, что я едва устоял на ногах, и одна из створок с гулом и скрежетом начала уходить в стену. Сверху посыпался песок, я отпрянул на пару шагов и с интересом заглянул в увеличивающийся проём. Там, за воротами-дверями был виден рассеянный голубоватый свет, который по мере увеличения проёма менялся по линейке спектра, и когда створка полностью исчезла в стене, стал жёлтым.

И снова никого. Никакого знака, что тебя ждут… Хотя, стоп. А то, что дверь открылась разве не знак?

Я вздохнул и осторожно двинулся вперёд, пытаясь разглядеть, что там за желтоватым рассеянным светом. Словно за вуалью, за ним были видны очертания. Длиннющая полоса… Похоже — стол. Какое-то возвышение справа. Слева колонна вроде… Стоп! Там что-то шевельнулось!

Я машинально потянулся к рукоятке меча, и в этот момент пространство внутри пирамиды словно сбросило вуаль. Нет, жёлтый свет остался, но теперь я мог отчётливо видеть сквозь него, то, что раньше было лишь очертаниями.

Со столом я угадал. Каменный, серого цвета, он тянулся практически от одной стены до другой, а это не меньше трёхсот метров. Колонна тоже была. Слева. Похожая на ствол огромной сейконы. А справа тёмно-синий шар, установленный на большом каменном постаменте. Что это и зачем — понять было невозможно, да наверное и не нужно. Тем более что сосредоточился я на совершенно другом.

Человеческие фигуры. Хотя, почему фигуры? Это были именно люди.

Четыре старика в монашеских рясах, не дать ни взять — монахи из какого-нибудь ордена, вроде иезуитов. Лица похожи на солончаки, длинные белые бороды, острые, словно у хищных птиц носы. Я какое-то время смотрел на них, потом перевёл взгляд на фигурки, висевшие над столом, и в этот момент один из стариков улыбнулся.

— Да, — сказал он таким тоном, словно происходящее было для всех присутствующих обычным явлением. — Мы играли перед тем, как ты пришёл, — он пристально посмотрел на меня и спросил. — Не желаешь попробовать свои силы?

Попробовать силы? В чём? Я мать вашу к вам пришёл за ответами на вопросы и книгой, а не в ваши шахматы играть…

— Подопечные Асклеписа всегда были неуравновешены, что странно, — беззлобно проговорил другой старик. — Его мысли наполнены злостью.

Ну, а с какого они должны быть ею не наполнены?

— Так что — попробуешь сыграть?

Ладно, не хотите торжественности и официальности, давайте так, по простому.

Я скинул с плеч меха и чехол со стрельной, осторожно положил всё это на каменный пол и зашагал к столу. Один из стариков одобрительно кивнул и, бросив на меня мимолётный взгляд, снова погрузился в созерцание шара. Это был единственный из четвёрки, кто до этого не смотрел на меня.

Номан? Или Номан тот, кто первый заговорил? А может быть — это всё Номан? Хотя, тот сказал про какого-то Асклеписа… Опа! Асклепис, Асклепий… Земля принадлежит к целительской ветви, или скорее наоборот — целительская ветвь — это атрибут Земли, её профиль, так сказать. А почему и нет? Разве мы не дошли в этом направлении до результатов, которые представителям других миров могут показаться магическими? Разве мы уже не выращиваем органы из стволовых клеток, разве мы не победили многие болезни, разве мы не в состоянии искусственно оплодотворять? Да и много чего ещё. Вплоть до воздействия на ДНК. Разве это нельзя назвать магией?

И стало быть, моё предположение насчёт десятой ветви верное. Это целительство. Сто процентов — целительство.

— Злость и разум, — снова решил высказаться тот старик, что уже бросал реплику о моих мыслях. — Опасное сочетание.

— Не опасней, чем злость и глупость, — парировал я, чем заставил его удивлённо вскинуть седые брови.

— И наглость ещё, — как-то неуверенно добавил он.

— Это решительность, а не наглость, — поправил я и замер перед столом. Внутри меня в одну кучу смешались с десяток ощущений. И лёгкий страх, и воодушевление, и ожидание чего-то, и желание узнать как можно больше. Ну и конечно же мне не терпелось спросить у них о себе. О своём попадании сюда. Есть ли в этом чья-то воля, в чём смысл моего пребывания здесь?

— Видишь эти фигуры? — на этот раз не прокомментировав мои мысли, сказал тот старик, что предложил игру. Я оглядел огромную доску с квадратами, разложенную на столе и висевшие над нею геометрические фигуры. От простого шара до таких, что трудно было разобрать сколько там вообще сторон, граней и прочего геометрического барахла. Доска тоже отличалась от шахматной. Квадраты такие же, но вот все они белые. — Для простоты предположим, что они ничего не означают, кроме равнозначных фигур для игры. Это чтобы ты понял смысл, — продолжил объяснять старик, а я вдруг сообразил, что по сути не могу их различать визуально. Все четверо похожи друг на друга. А вот на другом уровне…

Мне стало интересно и я проверил гипотезу, сосредоточившись на магическом узле и старике, стоявшем напротив меня за столом. Через несколько секунд я уже понял, что старики отличаются. Или это Номан так разделился, что каждая его ипостась проявляет себя больше в одном из магических полей. Вот этот передо мной — вокруг него ореол из магии воздуха, а тот старик, что созерцает шар — он прямо пышет надстихийной Тьмой.

— Ты прав, мы боги разных миров, — заговорил один из молчавших до этого стариков, и я сразу просканировал его. Вода. — Каждый из нас.

— А почему всего четверо? — не очень учтиво перебил я. — Где остальные шесть?

— Это ты узнаешь позднее, — невозмутимо продолжил бог водного мира. — Пока тебе достаточно знать, что ты прав. И как ты уже догадываешься — я бог Воды.

Воды? Стоп. Большая часть Отума — это океаны. Суши тут совсем немного. Всего один континент и Вальтия!

— Номан? — спросил я, глядя ему в глаза.

— Нет, — он улыбнулся. — В этот раз ты ошибся.

— Аквирс, не отвлекай, — взглянув на него, проговорил старик, озадачивший меня игрой в местные шахматы. — Мы все хотим узнать, какой путь он выберет в игре, ведь так?

Трое Богов с ним молчаливо согласились и он снова сосредоточил взгляд на мне. — И так, Антон, Ант-Изгой, человек с планеты Земля, слушай внимательно. У этой игры всего два правила. Первое — для любой фигуры ты можешь создать любое правило, но оно не должно приводить к окончательной победе с одного хода. И это правило становится правилом игры. Второе — ты не можешь создавать правила если у тебя осталась одна фигура.

Сказать честно, я на мгновение завис, потом быстро просчитал пару вариантов. Если я своей фигурой побью его фигуры, оставив одну, то он не сможет создать своё правило, однако и моего будет достаточно, чтобы у нас двоих осталось по фигуре. И что тогда? Ничья? Если же я оставлю ему две фигуры, он сможет оставить у меня одну и затем создать своё правило и уничтожит мою фигуру со второго хода. Хм. А почему собственно я должен начинать?

— Если у каждого игрока останется по фигуре и не будет правил, чтобы уничтожить эти фигуры — значит ничья? Да, и почему первым должен ходить я?

— А разве кто-то говорил, что первым будешь ходить ты? — все четверо Богов одновременно ухмыльнулись, а спросивший даже позволил себе довольно широкую улыбку. — Ход твоих мыслей характеризует тебя, — продолжил он, быстро вернув лицу серьёзность. — Ты считаешь, что всегда должен начинать первым. Ты — это действие. Но ты и мысль. Прежде чем ввязаться в игру, ты провертел в мозгу несколько вариантов. Однако слишком мало. Ну, так ты готов играть?

Я молча повертел головой и Боги переглянулись. Повисло недолгое молчание. Наконец, тот, которого я ошибочно принял за Номана, заговорил.

— Это очень мудрое решение, Ант. Ты слишком плохо знаком с игрой и ввязываться в неё не разобравшись — это безумие. Боги не любят безумцев. Они любят решительных, смелых, мечтателей, готовых на всё ради идеи, но не безумцев. Нельзя заходить за грань. Присаживайся и задавай свои вопросы.

Он указал на каменное кресло, которое вдруг оказалось справа от меня. Я недоверчиво потрогал его рукой, уселся и обвёл божественных старцев взглядов. Заметил, что внутри машинально проснулось что-то властное, привык уже, вот так сидя в подобных креслах, отдавать приказы.

— Я здесь случайно или по вашей воле? — спросил первым и делом и снова увидел усмешку на солончаковых, изрытых морщинами лицах.

— Смертные всегда хотят узнать самое главное. Смысл жизни, — Бог Воды покачал головой, и его длинная борода закачалась словно маятник. — Почему всегда с самого начала нужно задавать последний вопрос? Ну, вот узнаешь ты — случайность твоё присутствие в Отуме или нет, и что дальше? Что после этого ты захочешь ещё узнать? Не лучше ли начинать с простых вопросов?

— Не бывает простых вопросов, — выдал я и уставился на водного Бога с таким видом, что тот даже не стал противоречить, а лишь пару раз кивнул.

— Это самый наглый смертный, — раздался справа голос Лилианны, и я удивлённо повернул голову. Да, она самая. Демонесса с божественно красивым лицом и фигурой.

Четвёртый дедушка отсутствовал, и поэтому, после лёгкого укола внутри, я сразу же успокоился.

— Сам давно хотел хорошенько поработать с “иллюзиями”, - сказал, после того, как тяжело сглотнул слюну. Всё-таки эффект этот старичок на меня произвёл, не скрою. — Это у вас на основе Тьмы?

— Боги меняют облик не с помощью “иллюзий”. Для нас это доступно без всякой магии, — сексуальный образ Лилианны быстро превратился в старика. — Ты будешь отвечать на его вопрос? — посмотрев на “коллегу”, с лёгким недовольством протянул он.

— Попробую, — губы водного Бога тронула едва заметная презрительная ухмылка. Ну, понятно, считает меня глупым смертным, который всегда всё делает не так. А по большому счёту — какая разница с чего начинать? Дай мне ответ на основной вопрос и всё остальное я пойму сам. Или в этом случае твоя божественная самооценка упадёт?

— Не упадёт, — сурово перебил мои размышления дедуля. — Понять частности из общего… Не всегда можно протянуть эту нить, не всегда таким путём можно прийти к истине. Истина и красота… — он задумался, пошевелил губами, словно что-то пережёвывая и, видимо, решив перейти к конкретике, продолжил. — Ты хочешь знать божественная ли воля перебросила тебя в другой мир или это случайность? Ант, ты же сам уже догадался, что между десятью мирами когда-то существовали порталы. К тому же существа из разных миров, умевшие создавать их, очень часто перемещались из одного мир в другой. Нет ничего в этом необычного.

— Значит, случайность, — подытожил я, и Бог Воды молча кивнул. — Хорошо, тогда следующий вопрос. Могу ли я прямо сейчас вернуться домой?

В огромном помещении повисла тишина, которая продлилась несколько секунд, за которые я и сам мысленно успел ответить на свой вопрос. Бог Воды улыбнулся.

— Вот видишь. Некоторые ответы ты знаешь сам. Задавай следующий вопрос.

— Книга Целительства, — коротко выдохнул я и, напряжённо поглядев на собеседника, добавил. — Скажите, а зачем вообще Вы отдавали книги тем, кто приходил сюда?

— Это условие данного мира, — неторопливо заговорил тот, что созерцал тёмно-синий шар и мне пришлось повернуть голову. — В других мирах мы не стремимся распространять магию, но в Отуме выбран именно этот путь. Как ты уже догадался, Отум — это мир Крови. Когда-то этой магией здесь владели все, ещё очень давно, но Номан решился на эксперимент. Он привязал магию к определённому генотипу, а точнее, он развил эту магию у одного сильного племени людей, которое вскоре покорило другие племена и стало правителями земель, на которых теперь находятся Ольджурия и Руания. Зачем? — повторил старик-бог мой мысленный вопрос и так же неспешно продолжил. — Номан, да и мы тоже, хотели знать, что будет с миром, в котором власть зиждется исключительно на магии. Оказалось — это не лучший путь и тогда мы решили изменить существующую ситуацию. Мы распространили миф о книгах Богов, которые можно добыть в Обители Богов, среди сэтов. И таким образом у магов Отума появилась возможность выучить все ветви. А что происходит, когда ты становишься магистром в восьми ветвях, ты уже знаешь.

— Могу изучать девятую ветвь, — кивнул я. — И десятую. Их всего десять?

— Да.

Короткий ответ, и таким тоном, словно что-то хотят скрыть. Или мне показалось?

— Знаете, а ведь ничего от книг в Отуме не поменялось, — сказал я, обведя взглядом всех Богов и снова задумавшись о том, где остальные шесть. — Лично я не встретил ни одного супер мага, который был бы магистром во всех ветвях и изучал девятую ветвь.

— Такие есть, — прервал меня Бог Воды. — Но всё дело в том, что они прислуживают правящей верхушке Ольджурии, а не пытаются вернуть в Отум гармонию и свободу.

— Так почему бы вам самим не исправить такое положение вещей? — решил в этот раз прервать я. А что? В самом деле. Сидят тут в своей обители четыре Бога и ничего не делают для того, чтобы отменить то же рабство, например.

— Мы не можем что-либо поменять в этом мире без согласия его Бога, — не очень дружелюбно ответил “водяной”.

— А где он, кстати? — снова попытал я счастья, но мой вопрос остался без ответа.

— Но, как ты успел, заметить, — словно я и не спрашивал ничего, продолжил Бог Воды, — В Отуме живут не только ольджурцы. Есть ещё и те, кто ждёт тебя перед Безмолвным лесом, есть вальтийцы. Номан возлагал надежды и на первых, и на вторых. Но первые не слишком увлеклись магией, а вторые после нескольких неудачных войн с Ольджурией, успокоились и решили, что их личный покой дороже всеобщей гармонии.

Старик замолк и указал рукой на шар. Я посмотрел и увидел, что шар стал прозрачным, а внутри него, не поддерживаемая ничем, висела магическая книга, сияя словно маленькое белое солнце.

Content

Радов Анатолий
Изгой: Книги Богов

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8