Олег Рыбаченко

НЕВЕРОЯТНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ АЛЕКСЕЯ СОТНИКОВА

Пролог

Алексей Сотников играл в некое подобие тенниса с Аленушкой. Эту игру он заимствовал из прошлой жизни, шарик и ракетки сделали мастеровые.

Аленушка была в коротком платье оранжевого в белый горошек цвета, которое так гармонировало с ее яркими рыжими волосами. Она ловко передвигалась, была на редкость энергичной, подвижной и гибкой. Сотников едва поспевал блокировать ее броски.

Выточенный из слоновой кости шарик подскакивал и отражался от ракеток. Алексей любил теннис в прежнем мире, который он покинул не по своей воле.

Вот ведь как получилось: хотелось заработать побольше, подходящий случай представился. Но покушение… И вот он здесь…

Зато в новой жизни Алексей стал супергероем!

Да, серьезной ностальгии по двадцать первому веку Сотников не испытывал. Там Алексей был обычным гражданином, сейчас стал князем после многочисленных приключений и подвигов. Все в его жизни теперь хорошо!

Алексей подумал: а куда все-таки делся тот проклятый олигарх Синицын, с которого и начались его фантастические приключения? Может быть, его прикончили те, кто покушался и на Алексея? Или переместился новый русский в средние века? Может, так же нашел тут себе теплое местечко.

Человек, обладающий знаниями будущего, способен на многое. Правда, для этого он должен иметь силу воли и определенные качества: незаурядный ум, решительность, целеустремленность, умение убеждать людей и вести их за собой. Похоже, олигарх имел такие качества, раз добился успеха на рубеже веков в новой России. Алексею в той жизни повезло меньше, зато сейчас он стал известным и знаменитым!

А олигарха след простыл. Скорее всего, он погиб. Может быть, даже попал в средние века, но не смог приспособиться и сгинул в этом безжалостном мире.

Впрочем, что Алексею до Синицына, он и сам теперь своего рода олигарх, хотя понятия такого здесь нет. Можно жить в свое удовольствие, наслаждаться собственным величием и властью. И совсем не хочется возвращаться назад. Даже если произойдет чудо и Сотников сможет вернуться в свой мир, то там, скорее всего, попадет в руки полиции. А значит, получить гонорар при любом раскладе будет затруднительно. Так что лучше оставаться в Смутном времени.

Алексей посмотрел на изящные ножки Аленки. Чем-то похожа она на его законную жену из прошлой жизни. Как там его дети? Скучают без отца? Тяжело им без кормильца в семье. Думают, наверное, что Алексей погиб. Скорее всего, в том мире остался его труп.

И невдомек жене и детям, что их муж и отец сделал великолепную карьеру, стал князем и хорошо проводит время. Соскучился только по ратному делу. Хочется взять в руки меч и вдоволь помахать им, вновь показать себя!

Но хватит думать о прошлом, лучше сосредоточиться на игре. Он пока проигрывает. Не должен князь проигрывать!

Однако Аленушка хороша. Так проворна, быстра, за мячиком носится словно рысь! И вообще, она — молодец! Достойная подруга для супергероя.

А как фехтует! Воительница от Бога! В русской армии лишь сам Сотников может драться с нею на равных.

Эх, все хорошо. Только приключений перестало хватать. Ничего, предполагается война с Польшей. Вот где можно будет себя показать.

Сотников прикинул расклад и громко произнес:

— Скоро с ляхами пойдем воевать, у них нет шансов!

Аленушка одарила князя лучезарной улыбкой и ответила:

— Я думаю, шансов нет у тебя! Ты проигрываешь мне в эту интересную игру.

— Тебе могу и проиграть разок. Сегодня я не в форме, — сказал Сотников.

— А что так? — спросила Аленушка. — Мысли о ляхах мешают игре?

— Нет, прошлое вспомнил, — честно признался Алексей. — Подумал: где может находиться тот, кого я обещал найти за очень большие деньги.

Аленушка прищурилась, не стала продолжать игру, но ответила:

— Наверное, в самом неожиданном месте. Там где ты и помыслить не можешь!

Алексей улыбнулся:

— Не в преисподней ли?

Аленушка отрицательно мотнула головой:

— Почему в преисподней?

— Там ему как раз самое место! Уж очень много грешил человек ради своего богатства.

— Так и ты богат, а хочешь оказаться в раю…

— Ладно, давай не будем забивать себе голову посмертными вопросами. Лучше примем баньку.

Аленушка радостно кивнула:

— Баня — это здорово!

Сотников отдал приказ дворовым подготовить настоящую сауну. И произнес философски:

— Сколько веревочке не виться, а конец найдется. Верю я, что все загадки разрешаться! И будет много счастья…

А Аленушка решила, что обязательно найдет исчезнувшего человека по своим каналам, но ничего не сказала любимому.

Глава 1

Весна вступила в свои права. В принадлежащей Сотникову деревне крестьяне расчищали поля, готовились к пахоте. Мужики ломали перед князем шапки, кланялись ему в пояс.

Многие деревенские ребятишки уже мелькали босыми пятками по первой травке и то же бросали вверх шапки при появлении их князя. Такое почитание нравилось Алексею. Он с удовольствием объезжал владения неподалеку от своего роскошного замка.

Вдруг несколько рослых кузнецов молитвенно обратились к князю за помощью, протягивая ему неподдающуюся ковке заготовку плуга, сделанного на современный лад по эскизу Сотникова. Плуг должен был быть более совершенным и эффективным по сравнению с довольно примитивными изделиями средневековья, что сулило большие урожаи и хорошую прибыль от продажи зерна.

Князь лично проехал в кузню, взял в руки молот и нанес несколько ударов, поправляя резак. Кузнецы одобрительно зашумели. В Алексее чувствовалась не дюжая сила и умение.

Затем князь отнес плуг в поле. Вогнал острие в землю и лично продавил борозду. Она получилась ровной и глубокой. Металл легко разрезал землю.

Алексей наставительно произнес окружившим его крестьянам:

— Это изделие облегчит ваш труд. Только будьте, мужики, с новым плугом предельно аккуратны! Аккуратность подобна огранке, тренируйте ее спозаранку!

После чего князь решил набросать эскиз более сложного устройства — культиватора.

Аленушка присоединилась к мужу. Она тоже стремилась улучшить крестьянский труд, обеспечить людей более совершенными орудиями труда. Лично контролировала вытачивание серпов, проверяла режущую грань.

Крестьяне дивились проворству, силе, уму своего князя и очень уважали его жену.

Вот и сейчас Аленушка подбросила вверх перышко и размашисто рассекла его серпом под одобрительные возгласы мужиков.

— Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались! — похвалил ее Алексей словами песни из прошлой жизни.

Работа над плугом, серпами и прочим сельскохозяйственным инвентарем — дело важное. Тут речь идет о будущих урожаях. И не важно, что Алексей уже добился небывалого почета и уважения. Он старался поднять технологический уровень средневековья. Ведь сражаться за лучшее будущее своих людей нужно не только с помощью оружия. В те времена, когда еды не хватало, наличие передового инвентаря было крайне важным. Пусть мужики мотают на ус, а женщины испугано крестятся, удивляясь премудрости и сверхъестественным способностям своего господина.

После обкатки плуга в поле и эскиза Алексей решил погрузиться в медитацию. Он уселся в позу лотоса, выпрямил спину. Ему хотелось узнать, что нового происходит на чужбине. Медитативный способ работал, но не всегда получалось лицезреть ценное видение. Иногда приходилось наблюдать, что-то типа танца папуасов.

Однако на сей раз Алексею повезло. Он увидел Оршу и большое количество скопившихся там войск. Продолжали подходить иноземные полки, собираемые со всей Европы. Десятки тысяч солдат, ратный сбор охватил Речь Посполитую.

Разворачивались флаги множества наемных отрядов, били барабаны. Король Сигизмунд и германский герцог Барбаросса находились в ставке. Множество воинов окружали царственную пару. Сигизмунд рассержено произнес:

— Русские оказались слишком сильны. И нам понадобится множество орудий для подрыва их цитадели. А для сражений в поле используем тяжелую конницу.

Барбаросса рыкнул:

— Папский престол и Испанский король предоставили нам солидные средства. Мы, несомненно, соберем стотысячную армию и предпримем поход на Московские земли. Скопин-Шуйский не сможет отбиться.

— Даже турецкий султан прислал несколько бочек с золотыми монетами, чтобы профинансировать набор наемников, — сказал Сигизмунд и кивнул в сторону, где собрались воины в чалмах и с кривыми саблями. — Вон его люди.

Оба правителя встали друг против друга. Барбаросса был выше ростом и шире в плечах польского короля. В позолоченных латах, украшенных самоцветами, он казался мощнее и роскошнее знаменитого поляка. Многих вгонял Барбаросса в дрожь. Ватикан обещал ему благословение на императорский престол, но нужно было добиться успеха в Московском походе.

Появился тип в черной одежде с наглухо надвинутым балахоном. Он показал знак, выгравированный на четках, и его пропустили к сановитым особам. Послышался скрипучий голос:

— Ваши величества, я вижу, полны боевого настроя?

Сигизмунд произнес:

— Численность наших войск вот-вот превысит сто тысяч. И Русь не устоит! — король для пущей убедительности тряхнул по воздуху кулаком.

Барбаросса тоже прохрипел воинственным тоном:

— Наши воины самые сильные! Русским не устоять против рыцарского конного строя!

Человек в черном одеянии ответил:

— Не будьте столь самоуверенны. Русские войска отлично обучены и организованы. У них появилось новое оружие и очень умные командиры. Следует быстрее раздавить Россию, пока она не завершила перевооружение армии.

Сигизмунд уже не столь бодрым тоном сказал:

— Нам противостоит гениальный полководец Скопин-Шуйский. Вы, иезуиты, давно обещаете нам отправить на тот свет этого военачальника, но пока я вижу лишь одни обещания.

Иезуит тихо прошептал:

— Мы сумели нанять из заморских земель такого убийцу, что дни Скопина-Шуйского уже сочтены. А вслед за ним падет и трон безбожного царя Василия. Русские не смогут найти равного Скопину полководца. И тогда российскую империю ожидает бесславный конец!

На последних словах представитель самого коварного ордена на земле чуть повысил голос.

Сигизмунд с надеждой спросил:

— Владислав станет русским царем?

Иезуит покачал головой:

— Кандидатуру русского царя определит Ватикан. Владислав уже был бит русскими и доверие к нему подорвано!

Сигизмунд сделал жест. Слуга поднес серебряный кувшин с вином. Судя по всему, это был дорогой и выдержанный напиток. Слуга налил из кувшина в кубок.

Король предложил иезуиту:

— Выпей чашу лучшего вина из моих подвалов!

Представитель ордена после небольшого колебания ответил:

— Что же, я выпью за успех нашего дела! Ведь ты не посмеешь меня отравить?!

И хватил цепкой рукой позолоченный кубок, который был опустошен в один прием.

После чего иезуит заявил:

— У нас есть один претендент на русский престол. Он поможет поднять смуту на юге России. Но если Скопин-Шуйский умрет, нам будет гораздо проще.

Король Польши согласно кивнул.

Барбаросса, выпятив свой большой живот, предложил:

— Воссядем за стол и отдадим должное еде!

Стол располагался под навесом. Уже жарился большущий вепрь, которого поливали соусом. Слуги нарезали мясо кинжалами и сыпали на него приправу.

Барбаросса первым приступил к еде и энергично заработал челюстями. Запивать жирное мясо можно было тремя разными винами, стоявшими тут же в кувшинах. Иезуит, посланник церкви, видимо, не признавал постов и то же с аппетитом стал поглощать свинину. Сигизмунд ел не спеша, словно нехотя, так, за компанию. Разговор не клеился. Все трое сообщников были слишком скрытными. Иезуит, впрочем, посетовал, что у Скопина-Шуйского появился молодой и очень энергичный помощник.

— Змий в человеческом обличье, — шипел служитель культа, — мы и убить воеводу пытались, и отравить. Но все портил этот некий Сотников. Зато теперь есть у нас убийца, он точно прибьет их обоих!

И для пущей убедительности иезуит провел ребром себе по горлу.

Сигизмунд стукнул полупустым кубком по столу и сердито спросил:

— А почему вы их раньше не прибили?! И позволили стольким сильным воинам погибнуть?

Иезуит, отхлебнув вино из своего кубка, ответил:

— Потому что все наши планы предугадывал Сотников. Только сейчас из дальней земли мы привезли прирожденного убийцу. Он большие дела может творить. И магией хорошо владеет.

Король скептически пожал плечами. А Барбаросса удивленно спросил:

— Колдун что ли?

Иезуит кивнул:

— Сильный колдун! Так что теперь дело наверняка выгорит!

Сигизмунд негромко произнес:

— Дай Бог.

Немецкий герцог Барбаросса предложил:

— Так выпьем за это!..

Далее видение стало неразборчивым, Алексей вышел из медитации…

Надо было действовать. Князь встал, быстро размялся, позвал Аленушку и коротко рассказал о своем видении. Девушка нахмурилась:

— Я, кажется, догадываюсь, кто может быть этот убийца.

— Нам не следует терять ни секунды, — ответил книзь.

И они рванули на своих белоснежных скакунах, чтобы вовремя поспеть в Москву.

Глава 2

Скопин-Шуйский тоже проводил смотр своего многочисленного войска. До него уже дошли слухи о невиданных ранее сборах иноземных войск и формировании двух крупных армий ляхов под Витебском и Оршей. А ведь еще и шведы могли поднять голову. Плюс возможные набеги татар.

Надо быть готовыми к отражению агрессии, иметь острые сабли и меткие мушкеты.

Послышались ликующие возгласы толпы. Это царь Василий прибыл. Седовласый, пожилой монарх, он еще вполне бодро держится в седле и даже немного гарцует. Михаил Скопин-Шуйский сдержано приветствует выехавшего на площадь русского монарха. Сам Скопин-Шуйский похож на глыбу — этакий воин-великан с довольно длинной бородой. Он теперь второе лицо в государстве. И народом любим.

Воистину Михаил подобен Илье Муромцу и силой, и харизмой. Шлем отливает серебром, а сверху пышная султанка. Взгляд добродушный и выразительный. Российский монарх на его фоне смотрится обычным дедушкой.

Царь Василий решил осмотреть новые пушки-единороги, он спрашивает у Михаила с удивлением в голосе:

— Что за орудие такое?

Великий воевода отвечает:

— Оно изготовлено по чертежам князя Алексея Сотникова.

— Того самого неукротимого героя, который так помог всем нам? — уточнил царь.

— Да, он принес много пользы России, за это пожалован в князья, — подтвердил Скопин-Шуйский.

— Название у орудия чудное — единорог, — сказал царь.

— Казенная часть круглая, — Михаил показал рукой на тыльную часть орудия, — а ядро летит на очень большое расстояние!

Царь Василий удовлетворенно качнул головой и спросил:

— А как точно эта пушка бьет?!

По толпе пронесся гул. Михаил Васильевич восторженно ответил:

— Точнее обычных орудий. Кроме того, здесь могут использоваться и специальные бомбочки-ракетницы. Они разлетаются, не дают сильных разрушений, но могут напугать противника и устроить пожар. Стены же крепостей пробивают ядрами.

Царь Василий подъехал к орудию на коне, осторожно потрогал его горловину и сказал:

— Это, вероятно, одна из самых совершенных пушек в мире. А про ракетницы я ничего раньше не слышал. Думаю, наш супергерой Алексей еще к тому же и великий изобретатель.

Скопин-Шуйский кивнул:

— Я иногда думаю, что он — колдун. По крайней мере, ясновидением обладает. Но его колдовство доброе, на пользу Отчизне!

— Давайте проведем испытание этой пушки, — велел царь.

Вспыхивает зажженная ракетница. Так, словно подожгли сухой хворост. И с жутким воем одна за другой взлетают несколько ракет. Царь Василий, испугавшись, чуть не свалился со своей напуганной лошади. Двое слуг едва успели подхватить лошадь и усадить коронованную особу на прежнее место. Такой рев способен вогнать в страх не только животное, но даже храброго человека.

Пара ракет рванули в воздухе, рассыпав по небосводу кучу искр и вспышек фейерверка. Это смотрелось даже днем достаточно эффектно. Но одна из ракет улетела далеко и угодила в сарай. Словно отрыжкой дракона вспыхнул пожар. Раскаленные искры довольно быстро взлетели выше деревьев. Вскоре от сарая осталось лишь пепелище.

— Да, это страшная штука, — со скепсисом в голосе сказал царь, — но разлетаются ракеты не понять куда.

Скопин-Шуйский ответил:

— В пешей армии и при осаде крепостей такая штука очень даже пригодится! А над полетами ракет мы еще поработаем.

Царь устало произнес:

— Дай Бог, чтобы все отладили! — и продолжил осмотр своей модернизированной армии.

Его заинтересовал введенный Сотниковым штык на мушкете, который выглядел экзотично и необычно. Им можно было бить врага и при этом одновременно палить из мушкета. Но настоящей диковинкой царю Василию показался воздушный шар. Прекрасное средство для воздушной разведки, которое можно использовать и в качестве бомбардировщика.

Однако от предложения подняться в небо царь Василий все же отказался.

А вот Скопин-Шуйский и предводитель наемников Якоб Делагарди от такого удовольствия решили не отказываться. С ними в корзину залез проворный белобрысый подросток, обученный управлению шаром. Он скинул несколько мешочков балласта, и конструкция медленно поднялась в воздух. Алексей Сотников и его мастера над этим шедевром поработали на славу. Для горизонтально управления летательного аппарата использовался вращающийся с помощью пара винт. Подобное обеспечивало неплохую маневренность.

Как только шар набрал приличную высоту, Скопин-Шуйский сказал:

— Чудная машина! Можно любоваться Москвой с высоты птичьего полета. Красивейший город, полный множества церквей, среди которых особенно выделяется собор Василия Блаженного.

— Тем не менее, город контрастен и не однозначен, — по-русски ответил Якоб Делагарди. — Рядом расположены хижины и дворцы, хаты с соломенными крышами и золоченые купола церквей. Все в этом городе особое, включая размеры Москвы.

— Столица очень красивая, боярские терема расписаны с большим искусством, — сказал Скопин-Шуйский.

Подросток в нарядной белой одежде спросил у русского воеводы:

— Разрешите обратиться?! — и пристукнул каблучком своих сафьяновых сапожек.

Князь милостиво кивнул:

— Разрешаю.

Паренек с поклоном сказал:

— Если угодно вашему высочеству, то вы можете сами управлять винтом, — и указал на ручной привод.

Делагарди перекрестился, а Скопин-Шуйский с удовольствием взял рычажок и повернул его. Воздушный шар, повинуясь команде, слегка изменил направление движения.

Скопин-Шуйский заулыбался. Делагарди с бледным лицом снова наложил на себя крестное знамение.

— Не бойся, — подбодрил попутчика Скопин-Шуйский, — конструкция прошла тщательные испытания.

— Двум смертям не бывать, а одной не миновать! — ответил Якоб Делагарди.

— У нас, у русских, есть хорошая пословица: на Бога надейся, а сам не плошай! Вот мы и не оплошаем! — сказал Скопин-Шуйский.

— Смотри, там, на опушке, кто-то движется в нашем направлении, — произнес Якоб Делагарди.

— Так это, похоже, создатель воздушного шара и мой главный мечник Алексей, а с ним его шаловливая подруга Аленушка скачут на своих скакунах.

Делагарди с воодушевлением произнес:

— Вот Алексей — действительно великий воин! Никогда я еще не видел такого высочайшего, как у него, класса в битве на мечах.

— Он и тактик великолепный, — сказал Скопин-Шуйский.

Подросток едва слышно прошептал:

— Он просто гений.

Делагарди согласно кивнул головой:

— Мне бы такого в мое войско.

Великий воевода ответил:

— Мы его титулом князя наградили. Придем в Польшу, пожалуем ему еще земель. Вижу, спешат они к нам, весть какую-то несут.

Скопин-Шуйский сделал знак в сторону парня:

— Спускаемся!

Глава 3

Алексей и Аленушка неслись в Москву. Их кони, пущенные в полный галоп, были уже буквально в мыле. Но такая спешность казалась вполне оправданной, так как слишком тревожное известие получил Алексей о готовящемся покушении на Великого воеводу.

Ближе к Москве снег совсем растаял, но откровенная грязь еще не подсохла. Коням было тяжело.

В ставку воеводы Алексея с Аленушкой пропустили сразу. Дозорные узнали Сотникова, про него ходили легенды, даже превосходящие его реальные подвиги.

Алексей жестами показал, что у него есть срочное сообщение для великого воеводы.

Скопин-Шуйский как раз спустился на землю, где сразу обнял своего главного мечника, а затем и Аленушку, которая чмокнула воеводу в губы. От девушки пахло медом и весенними цветами.

Полководец вежливо спросил у Алексея:

— Что заставило вас мчаться во весь дух в Москву?

Князь сразу ответил:

— Я узнал о готовящемся на вас покушении и не мог сидеть в своем имении.

— Покушении?! — переспросил Скопин-Шуйский. — Ну, и что с того?! Первый ли случай, когда на меня пробуют покушаться?!

Алексей, придав своему лицу максимально озабоченное выражение, ответил:

— Но в данном случае убийца слишком опасен. И это требует нашего присутствия рядом с вами.

Аленушка кивнула. Великий воевода просиял широкой улыбкой:

— Я всегда рад, когда рядом со мной первый меч царства. А когда рядом еще и такая красавица, то рад в большей степени, — Скопин-Шуйский подмигнул Аленушке.

Девушка улыбнулась в ответ:

— Для меня честь служить великому воеводе!

— Как волнует воображение мужчин столь прекрасное создание! — сказал Скопин-Шуйский. — Какое совершенное у тебя тело! Какая в нем физическая и эротическая сила!

Большому воеводе хотелось бы прижать к себе высокую, мускулистую и вместе с тем нежную, соблазнительную девушку с чистой, блестящей кожей. Загорелая, несмотря на прошедшую зиму, Аленушка очень нравилась воеводе. Но она была подругой Алексея, которого Скопин-Шуйский очень ценил и уважал, и воевода не приставал к ней. На этот раз, смерив фигуру и изящные ножки девушки похотливым взглядом, воевода подмигнул Алексею и решил пошутить:

— Я желаю провести ночь с тобой! Ох, до чего ты хороша! Требуй от меня, что хочешь, воительница-амазонка!

Аленушка как шаркнет ножкой по земле и выпятит грудь:

— О, великий князь, ветвь царского рода! Я об этом и мечтать не смею! Но как можно говорить такое? Как можно шутить, когда убийца рядом с тобой? И если медлить, заниматься всякой ерундой, то его кинжал вонзится в твою спину, повелитель наш.

Михаил поежился. Наблюдавший эту сцену Якоб Делагарди произнес:

— Я предоставлю к вашим услугам своих лучших телохранителей. Это опытнейшие воины, прошедшие огонь и воду

Аленушка хотела, было, сказать, что меч Алексея надежней всех иноземных наймитов, как вдруг солнце на мгновение померкло, вспыхнул каскад молний. Словно адское пламя преисподней дало отблеск на землю. Повалил дымок и в его мареве появился человек в красной униформе и маске. Он был чуть выше среднего роста, широкоплечий и очень подвижный. Подскакивая на месте, незнакомец из другого мира проорал:

— Я мог бы легко убить великого князя. Но я дождался, когда вы все соберетесь вместе, чтобы продемонстрировать силу своего клинка. Слава о вас громкая. Так узнаем, что вы на самом деле стоите! Красный Скорпион пришел по ваши души!

Аленушка презрительно фыркнула и топнула ногой. Скопин-Шуйский выхватил из ножен внушительный, почти с человеческий рост, меч и громогласно крикнул:

— Сразись сначала со мной!

Воздух словно сгустился. Воин в красном рассмеялся и направился к великому воеводе. Аленушка и Алексей едва успели выхватить мечи и встать на пути противника. На фоне Красного Скорпиона движения Михаила казались замедленными.

Скорпион стукнул вклинившегося между ним и воеводой Алексея ногой и отскочил назад. Влюбленная пара решила атаковать красного воина. Тот, стремительно передвигаясь, едва не выбил острием своего сапога Аленушке глаз. Девушка с трудом увернулась, выхватила из кармана походной куртки тонюсенький острый диск и метнула в пришельца. Диск пролетел в считанных миллиметрах от Скорпиона. Тот успел пригнуться. Алексей подскочил к противнику и занес меч. Но дерущийся чародей неожиданно выпустил из указательного пальца пульсар.

Пространство озарились алым цветом. Огненный сгусток едва не поразил Сотникова в висок, но русский витязь тоже сумел уклониться. У него лишь слегка обуглились волосы. Однако повторный пульсар нанес Алексею повреждение, он оказался окутан огненной паутиной. И на время потерял способность двигаться.

В этот момент Аленушка попыталась зайти сзади, но противник увидел ее маневр и ударил по ней с руки как из огнемета. Пламя опалило девушке лицо, прошлось по волосам.

Не будь ведьмочка Аленушна прикрыта заклятием — сгорела бы голубым пламенем. А так воительница отшатнулась и спросила:

— Чертов Скорпион, как ты это делаешь?!

Воин в красном ответил:

— Магия! У тебя на такое не хватит мастерства!

Ведьмочка рассержено сказала:

— Ну, это мы еще посмотрим!

Она постаралась нанести противнику удар мечом. Но тот снова парировал ее выпад.

Тогда воительница выхватила острый диск и запустила его на этот раз в ногу противника. Скорпион не ожидал подобного, его зацепило. Красного цвета сапог получил разрез, через него стала проступать кровь.

Это разозлило Скорпиона. Полыхнуло ядовито-желтое пламя. Аленушка, к счастью, снова смогла уйти с линии огня. Тогда разъяренный маг обрушил пульсары на Алексея.

Но князь уже успел отойти от шока, паутина рассеялась. Сотников проворно отскочил, рядом с ним остались лишь прожженные рытвины. Правда, русского витязя всего равно немного обожгло, он опять на время лишился подвижности, но успел запустить в противника кинжал, который зацепил доспехи Красного Скорпиона. Посыпались зеленые и оранжевые искры. Однако враг не получил, похоже, серьезных увечий и набросился на приближающегося к нему Скопина-Шуйского, решившего ввязаться в бой и прикончить мага. Не тут то было!

Словно гончая псина Скорпион атаковал русского медведя. Крупный, не слишком поворотливый князь смог парировать лишь первый удар. Затем клинок противника обошел толстую руку Михаила и вонзился ему в плечо. Громила Скопин-Шуйский пошатнулся и стал оседать. К этому моменту Якоб Делагарди наконец-то вышел из оцепенения, кинул Аленушке православный серебряный крест и поспешил на помощь раненому воеводе. Аленушка встала на пути Скорпиона и машинально парировала клинок противника ударом креста.

Меч Скорпиона, столкнувшись с освященным крестом, внезапно лопнул, словно пузырь, наполненный водой. Во все стороны разлетелись фейерверками искры.

Теперь уже пришедший в себя Алексей взялся за дело. Действуя мечом, он достал красного воина мощным ударом, рассек жесткую плоть в незащищенном доспехами месте.

Скорпиону отсекли по локоть руку, он пронзительно завизжал, фонтанчик крови стал бить из разрубленной артерии.

Алексей почувствовал скорую победу, а Аленушка снова запустила в Скорпиона диск. На этот раз диск попал в лицо и рассек маску. Красный Скорпион стал медленно оседать, не в силах больше стоять на ногах. А Аленушка тем временем настигла оставшегося одноруким воина. И срезала ему кисть второй руки. Теперь он точно не будет полыхать пламенем!

Алексей все же решил покончить с поверженным воином, нанеся ему сокрушительный удар мечом в незащищенный доспехами участочек шеи. Скорпион, теряя кровь и силы, выпустил изо рта огневой сгусток. Сотников вновь сумел отклониться и пренебрежительно ударил неприятеля ногой. Удар пришелся в доспехи так, словно Алексей лупил в камень, но он еще в той жизни с детства занимался карате и привык крушить кирпичи, не причиняя себе боли.

Странно, но после ноги Алексея из туловища Скорпиона повалил густой дым, который окутал князя. Сотников почувствовал, что теряет сознание…

Аленушка тем временем оказывала помощь Скопину-Шуйскому. Она освободила от доспехов и одежды поврежденное плечо и для начала попыталась остановить кровь. Поцеловала в глубокую рваную рану, стала делать пасы, что-то шептать.

Подошедшему Якобу Делагарди Аленушка сказала:

— Очень серьезная рана! Большая потеря крови, разорван ряд нервных узлов. Тут следует быть крайне осторожными.

— Нужно его перевязать, — сказал Якоб, передавая Аленушке бинты. — Сейчас принесут носилки.

Аленушка вновь провела рукой возле раны и прошептала заклинание. Михаил тяжело дышал, но был без сознания. Девушка принялась нежно перевязывать Скопина-Шуйского. Красный Скорпион был близок к тому, чтобы убить великого князя, его жизнь висела на волоске. Аленушка это понимала и старалась действовать со всей осторожностью, особенно когда Михаила грузили на носилки. Тут любое неловкое движение могло спровоцировать смерть. Великого воеводу аккуратно несли сильные воины. Носилки прогибались под тяжестью грузного тела знаменитого полководца.

Юноша, который летал вместе с ним на шаре, а потом с ужасом наблюдал в сторонке сцену боя, скинул сафьяновые сапожки. И вступил босой ногой в кровь поверженного Скорпиона. Его губы шептали какое-то заклинание. Аленушка подмигнула мальчику, которого обучила управлять воздушным шаром и кое-каким колдовским премудростям.

Вслед за Скопиным-Шуйским унесли и получившего ожоги Алексея Сотникова. Он был без сознания, погрузившись в некое подобие медитации. Но его состояние не внушало Аленушке тревоги. Она знала живучесть своего возлюбленного, способного пройти и огонь, и воду, и медные трубы. А потому сосредоточилась на помощи воеводе.

Глава 4

Алексей оказался в состоянии глубокого транса, ему словно во сне представилось чудное видение. Будто он перенесся в иной мир. И там предстояло решить: жить или не жить Скопину-Шуйскому на Земле.

А он, Алексей, будто бы великий, хоть и относительно юный спортсмен, участвующий в средневековых соревнованиях. Один против сотни отборных рыцарей. И ему даже к ногам приковали гирьки, чтобы, как сказали, стало честнее. Но в нем всегда жили силы супермена, путь даже во сне или в каком-то фантастическом измерении, куда он попал.

Перед Сотниковым предстал немецкий принц Карл, одаренный особым даром прощать и миловать тех, кто стоит перед смертным туннелем, через который открывается путь в иной мир. Принц объяснил Сотникову, что он должен выиграть два испытания: забег и битву с его бойцами, тогда Скопину-Шуйскому будет дарована жизнь на Земле.

А что Алексей? Он всего лишь в теле юноши, который находится в месте, где решается посмертная судьба великого человека.

Принц оглушительно, с легкой хрипотой в голосе, прокричал:

— Подданные мои! Движением резвых скакунов, марш!

Публика на трибунах многоголосо засвистела. Алексей, хоть и в параллельном видении, остался суперменом высочайшего класса. Хотя и пожалел, что позволил нацепить на себя гирьки. На первый взгляд, двадцать фунтов или девять килограмм веса — пустяк, у соперников навешено брони не меньше. Но вот если гирьки привязаны к ногам и мешают двигаться, то это чепухой вовсе не кажется.

Первый круг все соперники Алексея бежали фактически слитной толпой, как обычные спортсмены. Сотников не отставал от мужчин, которые были взрослее и крупнее его.

Большой наружный круг ристалища измерялся восьмьюстами пятидесяти метрами и был выложен тремя разными чередующимися покрытиями: гладкими каменными плитами, острыми камушками и аккуратно уложенным, успевшим уплотниться, круглым гравием.

Каждое покрытие встречалось четырежды, поддерживать единый ритм бега оказалось сложной задачей. Алесей единственный бежал босиком, он чувствовал голой подошвой уколы камней. Бегать без обуви для коренного москвича и князя — большая редкость. Правда, сейчас мальчишеская босоногость не выглядела противоестественной. Но было удивительно, что так много бойцов собрались против одного босоногого подростка.

Сотников взбодрился и пропел на бегу:

— Кто весел — тот смеется! Кто хочет — тот добьется! Кто ищет — тот всегда найдет!

Ощущения остроты камней заводили юношу. Он чувствовал в себе приток энергии и силы.

После третьего круга несколько средневековых воинов предприняли попытку вырваться вперед. Они обогнали Алексея. Юноша решил пока не форсировать события и выжидать. Строй начал понемногу растягиваться. Уже на пятом круге все воины бежали с внушительными промежутками. Металл звенел под покованными сапогами участников забега.

Зоркий и бывалый Алексей видел, что бойцы в доспехах стали уставать, дышат все тяжелее и тяжелее. Понятно, почему мальчишке навесили гири. Легкий парень мог тривиально загнать целую орду взрослых утяжеленных бойцов.

Вот один из них отчаянным усилием догнал Алексея и попытался сделать подножку. Но проворный юноша ушел от попытки и ударил кулаком по рогатой, в шлеме, голове соперника. Удар с разворотом корпуса оказался настолько силен, что боец рухнул в гравий. Несколько девчат-санитарок в белых халатиках и черных тапочках выбежали в круг ристалища и прихватили незадачливого воина.

Тут было, чем гордиться! На бегу Алексей нанес такой сокрушительный удар, словно он Брюс Ли, Джеки Чан или Стивен Сигал, а, может, даже и лучше их! Пусть другим будет неповадно!

Лишь на девятом кругу Сотников прибавил скорость. Вначале он одного за другим, словно моторный катер буйки, обгонял всех, от кого немного отстал, а затем стал нагонять и ушедших вперед лидеров.

Конечно, подобное положение вещей наиболее сильным и опытным бегунам не могло понравиться. Они тоже взвинтили темп. Но тяжелое дыхание бойцов говорило, что долго им не выдержать. А в юношеском теле Алексея еще полно энергии и дикой силы. Бойцы измотаны до изнеможения. Им с ним не тягаться.

Алексей продержался в ускоренном темпе еще четыре круга, и бойцы не выдержали, стали сдавать. Их организмы требовали передышки. Сотников вышел вперед и стал наращивать свое преимущество. Его тактика сработала! Он верно рассчитал свои силы.

— Ты победил! — громогласно изрек принц. — А теперь к бою!

Участники забега остановились. Алексей довольно улыбнулся: Наконец-то его любимое дело! У него обширный опыт боев и даже не смущает, что возможные противники намного крупнее.

Гирьки сняли, но сразу с десяток запыхавшихся, вымотанных воинов выступили против Сотникова. Всем выдали мечи. Воины приободрились: на «чертенка» можно будет навалиться разом, очень уж он быстрый и реакция у него феноменальная.

Первого оппонента искушенный в боях Алексей уложил простым ударом ногой в пах. Банально, но эффективно. Поверженный оказался знатной особой, имел на доспехах герб фамильный с рубиновыми розочками.

Второй воин получил локтем в прыжке по носу. Зря не надел шлем! Кровь потекла, нокаут случился. Вот что значит добавочное движение корпуса. Далее можно атаковать остальных.

Алексей стремительный, словно мангуст. Его противники явно за ним не поспевают. Один получил мощный удар двумя ногами в корпус. Даже доспехи прогнулись, изо рта вылетел сгусток крови. Другой воин был нейтрализован банальным ударом меча по тупому с кривыми рогами шлему. А следующий противник получил в подбородок стальной рукоятью меча. Хорошо вырубает, если попасть в уязвимое отверстие.

Однако остальные воины продолжали бросаться на отважного юношу, словно свора собак на волчонка. Но Алексей все правильно рассчитал: они быстро устанут и выдохнутся. У них уже и движения не эффективные, и реакция замедленная. Понятное дело, столько пробегать в доспехах, а теперь еще и драться. Алексей же совсем не прикрыт, устал меньше, а за счет отменной реакции уходит от всех наскоков противников. Они стараются подбодрить себя истошными криками. Но мышцы не обманешь. Бойцы, словно сонные мухи, мешают друг другу. Кроме того, тактика ударов ногами для них совершенно непривычная. К ней не выработано системы защит. Ничего не слышали они и о боях без правил.

А быстрый и относительно свежий Алексей этим пользуется. Удары ногой, коленом, локтем по открытым частям тела на сумасшедшей скорости. Обычное избиение противников в доспехах. Уже пять могучих мужчин остались валяться, корчась, словно выброшенные прибоем вьюны. На покрытиях ристалища подбегающие девчата им сразу же оказали немудреную медицинскую помощь. А кому-то и оказывать не пришлось: вынесли за пределы ринга. Алексею хорошо! Противником меньше.

Наконец бойцы перестали наскакивать скопом, сделали попытку встать в линию и, несмотря на усталость, двигаться как можно быстрее и проворней. Чтобы не давать атакующему их подростку так измываться над собой.

Но Алексей не дремал, он не дал противникам возможности даже перестроиться как следует. Налетел и сбил первых двух бойцов простой уловкой, когда они, реагируя на замах в голову, получили разящие удары в корпус.

Алексей еще в двадцатом первом веке был прекрасным бойцом, ему не привыкать поражать противников. Хоть в доспехах они, хоть без них. В доспехах выходило даже прикольнее.

Его беспощадная пятка нашла очередной висок неприятеля. Этого надо уносить с ринга. Затем юноша проскользнул между двух рыцарей, как хомяк в нору, и локтями им в челюсти — раз, сразу обоим. Что же не успели перестроиться? Алексей ведь знал, что даже не очень сильный удар в конец подбородка способен отключить самого стойкого бойца. Пусть полежат пока, это не смертельно.

Ничего, что он выглядит как подросток. Все боевые навыки у него сохранились.

Кто следующий? Пять противников остаются, нельзя останавливаться, дать возможность воинам прийти в себя. Юноша крутит сальто, становится на руки и ногами очередному бойцу по лицу.

Красиво, даже Джеки Чан лучше не смог бы! Правда, один из клинков все же царапнул героя по голым ребрам. Но это ерунда. Так даже злее будет.

Мечом он мало поработал. Можно очередного противника зацепить и оружием, лишь бы самому от ответного удара увернуться. Меч тяжелый, но у Алексея еще есть силы.

И все же ногами получается более впечатляюще и оригинальней. Боковым ногой в шею следующему клиенту. Хорошо прошло!

Кто на новенького? Ах, этот мечом махает. Сейчас остановим! Алексей парировал машинальный выпад противника, а свой клинок ввернул плашмя в его сонную артерию. Крови будет много. Пускай, зрителям кровь на ринге нравятся.

Так! Есть еще желающие? Вон тот оклемался, вскочил. Ему можно ногой в самое чувственное место. Не эстетично, но зато эффективно из-за отсутствия навыка блокировки. Пусть еще полежит, отдохнет.

Хорошо идет, Алексей полон вдохновения.

Еще остались оппоненты? Приходят некоторые в себя, однако они Алексею не соперники. Победа близка. Но еще можно развлечься. Вон те двое оклемались. Есть в реслинге прием «краб». Хорошо бы попробовать его. Алексей делает сальто и бьет тяжелому бойцу по затылку. Тот, падая, вырубает своего же товарища, находящегося сзади. Отличная работа!

Юноша на радости шлепнул ногой по лужице крови. Всех победил? Им уже и на счет двадцать не подняться! И всего лишь один легкий порез. Кожа почти не пробилась. Он — русский витязь, любимец богов! А у противников не было обдуманной тактики.

Говорят: один в поле не воин. Еще как воин в таких боях! Хорош он сегодня, особенно когда бьет ногами.

Во сне или в параллельном мироздании, куда он попал, Алексей оказался подвижным выносливым юношей с разумом и навыками бывалого ветерана — прекрасное, фантастическое сочетание! Юный воин, сверхчеловек с колоссальным опытом.

Но вот на Сотникова пошел мощный, высокий противник, оставшийся, пожалуй, единственным из воинов, сохранивших способность к бою. Он откуда-то выхватил кинжал и метнул его в Алексея. Кинжал — не по правилам! Но юноша успел увернуться, кинжал лишь слегка оцарапал ему плечо.

А Алексей под восторженный рев публики подскочил к негодяю. Последовал невероятно длинный и красивый прыжок вперед. Противник получил сокрушительный удар в грудь, от которого упал на спину. Он попытался, было, вскочить — не смог. И получил удар по голове.

Юноша вскинул вверх обе руки. Победа! Священный бой выигран!

Глава 5

А в реальности все куда суровее и печальнее…

Известие о тяжелом ранении сразу двух величайших воинов царской России Алексея Сотникова и Михаила Скопина-Шуйского через голубиную почту в считанные часы достигло границ Польши. Радость охватила наемников и ляхов.

Король Сигизмунд отдал приказ о выступлении. Две огромные армии под барабанный бой и гул сотен труб тронулись в путь.

Впереди двигалась легкая кавалерия, за ней — тяжелая, далее — пехота и обоз. Скрипели пушки, колеса вдавливались в сырую весеннюю землю.

Король Сигизмунд, королевич Владислав, герцог Барбаросса и присланный к ним иезуит неторопливо ехали на скакунах.

Герцог Барбаросса, чей громадный желудок не терпел пустоты, жадно чавкая, жевал бычью ногу. По подбородку гиганта стекали жир и соус, капая на позолоченные доспехи.

Иезуит подъехал поближе к польскому королю:

— К сожалению, наш чародей сам погиб при исполнении своей миссии. Но зато два главных наших врага выбыли из строя. И теперь нам будет легче…

Монарх сдержано кивнул.

Наследник Владислав сказал:

— Да я бы этого Скопина-Шуйского взял бы и повесил… Нет, посадил бы на кол!

Король Польши нервно потер перстень с бриллиантом.

Герцог Барбаросса расхохотался:

— Отличная идея! Именно так мы и поступим. А его правую руку Сотникова будем мучить еще несколько месяцев!

И громила со злостью отшвырнул обглоданную кость.

Король Сигизмунд обратился к иезуиту. В его тоне звучала озабоченность:

— Город Смоленск превращен в настоящую крепость. Это мощнейшая цитадель на пути к Москве. Вы можете обещать нам помощь в сдаче данной крепости?

Иезуит после паузы ответил:

— Мы послали своего шпиона с мешком золота к Шеину. Но русский воевода приказал его утопить, а золото пустил на оборонительные нужды…

Король Сигизмунд недовольно ответил:

— Я ожидал чего-то более действенного от вас. Осада города в любом случае не должна затянуться.

Монарх нервно удали каблуком своего крупного жеребца, а иезуит недовольно пробурчал:

— Зачем вообще нам брать Смоленск? Достаточно оставить двадцать тысяч человек на крепкую блокаду, а остальным идти к Москве.

Король Польши не согласился:

— Оставлять в тылу у себя такую крепость опасно. Кроме того, речь идет и о престиже королевства.

Барбаросса злобно сказал:

— Давить всех надо!

Иезуит ответил:

— Наш человек сообщил, что Скопин-Шуйский тяжело ранен, но этот медведь еще может подняться…

Сигизмунд перебил:

— Так пошли еще одного убийцу! Чтобы добить наверняка.

Иезуит тихо сказал:

— Ведьма помогла Скопину-Шуйскому, я пока не знаю, где сейчас находится великий князь и как его достать. Но мы сделаем все, чтобы его отыскать и прикончить!

Владислав взмахнул саблей и нанес несколько ударов по ветвям попавшегося на пути дерева. После чего задорно произнес:

— Я бы хотел прикончить Шуйского сам! В честном бою.

Сигизмунд ласково ответил сыну:

— Ты настоящий воин! Но в ратном деле огромную роль играет хитрость. Мы должны действовать против русских максимально коварно.

Молодой королевич презрительно буркнул:

— С врагом все средства хороши…

Герцог Барбаросса спросил у иезуита:

— Когда выступит шведский король?

Представитель коварного ордена почти шепотом прошепелявил:

— Новый король Швеции очень молод и горяч. Он хочет ратных подвигов и славы. Думаю, они выступят в самые ближайшие дни. Разумеется, для начала его войска пойдут на Новгород и Псков. Так что к Москве мы поспеем раньше.

Барбаросса довольно улыбнулся, предвкушая неслыханные грабежи. А принц Владислав воскликнул:

— Если я стану русским царем, стану драть с москалей три шкуры, а на каждом зубце Кремля будет болтаться веревка!

Иезуит оглянулся, а Сигизмунд одобрил подобное:

— Правильно, сынок. С русскими нужна жесткость без жалости и сострадания.

Владислав снова рубанул саблей по ветке, посыпались листья.

Иезуит сказал:

— Главное — это вера. Следует немедленно заставить русского патриарха присягнуть Римскому Папе и считать его кардиналом и Архиепископом Московским. Мы не должны упустить из-под своего влияния Россию. Вопрос веры есть вопрос власти.

Глаза князя церкви зловеще сверкнули. А Сигизмунд хвастливо заметил:

— У нас, в Польше, не дали воли протестантам, заполонившим всю Европу. Мы тверды в вере и вся Речь Посполитая предана Папскому престолу. Скоро и Русь избавим от остатков язычества.

Барбаросса согласно кивнул головой. А иезуит сказал:

— Когда мы подойдем к Москве, устроим большой пожар в Российской столице.

Королевич Владислав возбужденно ответил:

— Мы обставим виселицами Москву и разорим все боярские гнезда!

Польский король скептически покачал головой. А иезуит попытался успокоить наследника:

— Часть бояр на нашей стороне. Они хотят иметь такие же вольные права, как в Польше. Так что у нас будет немалая поддержка. Не стоит их отпугивать прежде времени.

Король тихо шепнул:

— Коварство — сила!

Владислав надменно пробурчал:

— У нас достаточно сил, чтобы обойтись и без предателей бояр.

Иезуит произнес:

— Когда возьмем власть, тогда и зажмем их всех. А до этого будем кормить их обещаниями.

Беседа «совета четырех» прервалась. Впереди показалось зарево подожженной ляхами пограничной русской деревни. Вверх устремлялись языки пламени, трещали бревна, разлетались головешки. Слышались стоны и причитания женщин, плачь детей.

Одну девушку изнасиловали прямо на дороге. Она громко орала от боли и стыда, по лицу стекали слезы.

Иезуит показал на пяток уже воздвигнутых виселиц. В петле болталось трое мужчин. Представитель одной из самых влиятельных религий мира сказал:

— Вот такие методы управления, как правило, наиболее эффективные. Жестокость, страх, насилие. Пусть знают нашу силу и боятся!

— Нужны еще костры для ведьм! — сказал королевич Владислав.

— Женщин лучше не убивать, не вешать, не сжигать, а тешиться с ними, — ответил Барбаросса.

— Почему католическая церковь не узаконит гаремы и многоженство?! — спросил Владислав.

Иезуит ответил:

— Иисус учил: кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействует в мыслях. Если мы после таких слов и гаремы еще утвердили… Чтобы сказали бы люди?

Владислав заносчиво заметил:

— Иисус говорил: ударили тебя по правой щеке — подставь левую. Но никто этому не следует, даже священники, — при этих словах юноша рубанул саблей по ветке.

Иезуит чуть-чуть приподнял свой балахон. Нижняя часть лица открылась, ее осветила легкая улыбка. Голос стал чуть веселее и звонче:

— Наш Бог, Иисус, как учит католическая церковь, имел в виду то, что подставлять другую щеку должны рабы и те, кто находится в подчиненном положении. А мы, хозяева жизни, получили иную заповедь. Ибо сказано Христом: «Не мир я принес, но меч! И кто не со мной, тот против меня!». Так что ты недаром носишь свой меч свой. Силой и хитростью мы устанавливаем наше господство над остальными людьми.

— И девушек берем в рабство, — похотливо сказал Владислав.

Герцог Барбаросса заметил:

— В России немало красоток, с которыми можно порезвиться.

Королевич облизнулся и кивнул головой.

Сигизмунд сказал:

— Царственным особам не пристало насиловать своих подданных.

Иезуит ответил:

— Каждый должен общаться в своем кругу. Я предпочитаю чинить допрос, а не насиловать женщин. Куда приятней посадить ведьму на дыбу, применить кнут и раскаленное железо.

Король Сигизмунд немного отстал от попутчиков и призадумался. В Речи Посполитой власть короля ограничена сеймом. Не сравнить с самодержавной властью русских царей. Хорошо бы воспользоваться походом на восток, чтобы свою власть укрепить. Посадить сына на русский трон. А потом слить обе империи в одну. Тогда возникнет сильнейшая держава мира. Под благословением Ватина можно и на юг поход совершить. Захватывающие перспективы! Вот только умелые русские полководцы не помешали бы опять.

Сейчас все расчеты связаны с тем, что русские ослаблены, Скопин-Шуйский и Сотников тяжело ранены, нужно пользоваться моментом.

Только темнеет уже, придется останавливаться на ночлег…

Глава 6

Лагерь постепенно успокоился. Вельможи тоже ушли спать. Остался только иезуит. Он как будто не нуждается во сне. Сидит себе, скрестив ноги, и смотрит на весеннюю луну. О чем он думает?

Очевидно, не о том, как осчастливить всех людей на Земле. Он размышляет о колдунах. Красный скорпион убит, а равного ему мага сложно найти. У русских, оказывается, тоже есть колдуны и с этим придется считаться.

Сильное беспокойство иезуита вызывал Алексей Сотников. Кто этот странный мужчина? Откуда он взялся? Откуда у него такие знания?

Может, он — чародей? Поэтому и творит непостижимые вещи. Возможно, владеет ясновидением, способен исцелять, наводить порчу.

Когда он, один из самых влиятельный иезуитов, сообщил об этом человеке генералу ордена, то тот, нахмурившись, предположил:

— Это птица из другого времени.

Толи в шутку, толи серьезно. И сделал вид, что потерял интерес к разговору. Так что пока вопрос о Сотникове остается открытым. Про него следует собрать побольше информации, выяснить откуда он все-таки появился.

Иезуит не верил, что можно перемещаться во времени. Скорее, это колдун из какой-то далекой страны или тибетских гор.

Служитель культа решил прогуляться по лагерю. Он шел как лисица, почти бесшумно. Присматривался, принюхивался, словно хотел что-то стащить. Но увидел посыльного мальчишку, который принес ему голубя. Мальчик размотал лапку и протянул кусок пергамента.

Иезуит прочитал записку. Скопин-Шуйский неизвестно где, как и князь Сотников. Ничего эта информация не проясняла. Но князь церкви швырнул мальчугану монету. Тот, не смотря на ночную прохладу, не носил обуви. Он мелькнул голыми пятками и растворился в темноте. Один из прислуживающих послушников, проворный и нищий, как и его родители. Из таких можно вить веревки. Иезуит любил повелевать людьми, а еще любил пытать врагов. Лично бить кнутом, прижигать тело огнем, наслаждаясь криками жертв. Все-таки пытки придавали ему какую-то таинственную силу. Истязая людей, он ощущал приятные эмоции. И хотел их повторения. Ничего, подходящий случай представится еще не раз!

С такими мыслями иезуит неожиданно провалился все же в сон. Ему снилось, будто поймали таинственного Алексея Сотникова вместе с его подругой и приготовили их к пытке.

Сотникова с подругой свели вместе в одном пыточном помещении. Первому мечу противников на вид всего-то лет двадцать, почти юноша. Хотя измучен уже допросами и пытками. Под глазами темные круги, на теле синяки, кое-где глубокие ожоги.

Главный следователь ордена Иезуитов, веселый человек с добродушным лицом почти вежливо допрашивает пленного князя:

— Расскажи нам, где находятся скрижали счастья и могущества. Не будь эгоистом, они должны принадлежать всем людям на этой планете.

Помощник следователя, садист-истязатель по призванию, палит Сотникову грудь огнем факела.

Алексей Сотников с трудом может говорить: зубы уже почти все выбиты, челюсть буквально сводит судорогой.

Но он превозмогает себя:

— Вы — палачи и негодяи, вам нельзя давать в руки власть.

Истязатель воткнул в живот князя иглу. А главный следователь почти закричал:

— Юноша, ты еще такой молодой, знаешь ли ты что такое Содомский грех?!

Сотников вздрогнул: неужели они посмеют его изнасиловать? Это похуже раскаленных игл, вывернутых суставов.

— Я вижу, ты испугался, не бойся, мы не согрешим Содомом, ибо здесь святая земля, — сказал следователь с явным сожалением. — Но вот посадим тебя на козий пустотелый рог и будем каплю за каплей вливать в задницу раскаленное олово. Что ты на это скажешь?

Князь Алексей молчал.

— Что страшно?! — спросил следователь. — Палач — он как художник рисует картину боли, ужаса, страдания. Огонь, расплавленный металл, кровь, иглы, растяжки и многие другие орудия создают скульптурные композиции терроризирующего сознания.

Истязатель стал ломать щипцами пальцы на ноге Алексея.

— Все равно я вам ничего не скажу, можете меня убить! — прокричал князь. — Вас накажут русские боги!

Истязатель сломал мизинец, но Сотников даже не охнул. Следователь кисло усмехнулся:

— Я слуга наместника Всевышнего Бога в этом мире, а ты хорошо кинь взор. Сейчас увидишь, как мы будем допрашивать твою девушку.

Помощник следователя отложил щипцы и рыкнул:

— С него хватит!

Спектакль, если можно назвать спектаклем такое варварство, был продолжен. Внешне юную, но с весьма развитыми формами девушку били, жгли, пока она не отключилась, потеряв сознание. Золотые волосы едва не вырваны — все тело красавицы в ссадинах и кровоподтеках.

Иезуит приказал изуверу:

— Подрумянь ей еще ее соблазнительные ножки.

Истязатель извлек из жаровни пылающий жаром кусок металла. Облизнулся: до чего же красивая девушка. Хочется такую мучить и терзать как можно дольше!

Палач так увлекся, что раскаленным железом слишком сильно погладил оголенные круглые девичьи пятки, тем самым лишив ее способности двигаться. Ничего, теперь не убежит!

Девушка опять потеряла сознание. Бывает, искусство истязания требует жертв.

Ее окатили ведром студеной воды. Князя больше не трогали. И так измучили парня, на мускулистом теле живого места не осталось.

Их отнесли в просторную, но чисто вымытую камеру. Такие бесценные пленники не должны умереть от заражения или инфекции. К стене приковывать не стали, все равно едва живы. Пятки девушки даже почернели от ожогов.

Охранники ушли.

— Ты молодец, что ничего им не выдал, — сказала девушка. — А мы все равно убежим, у меня есть заклинание такое, что на коже ни единого следа не останется…

Иезуит проснулся на самом интересном месте. Уже светало, вот-вот протрубят сбор, войско продолжит свой поход. Уже бежит знакомый босоногий мальчишка, чтобы разбудить горнистов.

Князь церкви благословил крестным знаменем просыпающийся лагерь и закричал во все горло:

— Скоро конец Руси! Мы собрали много сил! С нами Бог и Его наместник на Земле — Римский папа!

Но это, скорее, было самоуспокоением. Иезуит достал меч и принялся фехтовать с воображаемым противником. Слишком уж мрачные у него были предчувствия, связанные с походом. Что-то не верилось в скорую и неизбежную победу.

Если бы Скопин-Шуйский был убит, а Алексей и его подруга действительно оказались бы в плену, то можно было бы успокоиться. Но сейчас эти русские черти — главная угроза походу.

Подошедший сзади Барбаросса иронически сказал:

— Воображаемый противник всегда очень искусен, но обречен на поражение. Ты бы лучше сразился с настоящим бойцом!

Иезуит предложил:

— Так, может, ты со мной сразишься?

Смелое предложение, если учесть, что Барбаросса как минимум вдвое тяжелее.

Герцог выхватил из-за пояса клинок и прошипел:

— С удовольствием!

Иезуит был высок, почти вровень с Барбароссой, но худощав, на фоне бычьего телосложения герцога казался практически тростинкой. Тем не менее, при первом же выпаде герцог убедился, что его визави очень быстр и ловок. Несколько взмахов и клинок иезуита коснулся лица Барбаросса. Тот, рассвирепев, рванулся на противника, но попался под подножку и упал на землю. Герцог попытался встать, однако острие клинка коснулось его бычьей шеи. Иезуит довольно спросил:

— Ну что, настоящий боец, ощутил остроту моего меча?

Барбаросса, тяжело дыша, ответил:

— Ты воплощение коварства…

Иезуит ответил:

— Так все говорят… После знакомства со мною.

Князь церкви подал герцогу руку, помог подняться. Досадно было Барбароссе получить подобное от иезуита, даже не рыцаря-профессионала. Хотя, кто их знает? Может, этот тип использовал колдовские штучки? Говорят, иезуиты знакомы с древней магией.

Подошел король Сигизмунд. Поглядев на перепачканного Барбароссу, его величество сказал:

— Я вижу, кто-то из вас искупался в грязи…

Иезуит кротким тоном ответил:

— Но ведь и спаситель мира родился в хлеву.

Король Речи Посполитой согласился:

— Все мы созданы из глины.

Он посмотрел на Барбароссу, как бы говоря: «ты не ссорься с иезуитами, они самые полезные наши союзники». Герцог согласно кивнул. В целом, у них общие цели.

Иезуит примирительно произнес:

— Легкая разминка на мечах только на пользу делу. Не будем это возводить в трагедию. Тем более, впереди у нас русские клинки и пушки.

Барбаросса пропыхтел:

— Мы их сломаем!

Сигизмунд решил спросить у иезуита:

— До нас дошли слухи, что у русских появились пушки, стреляющие на необычно большие расстояния. Знают ли иезуиты секрет данного орудия?

Князь церкви с грустной улыбкой ответил:

— Русские мастеровые умеют хранить секреты. Нам удалось только выяснить, что чертежи рисовал князь Алексей Сотников. И это пока все!

Король презрительно фыркнул. А Барбаросса злорадно произнес:

— Вы не можете вычислить русские секреты, а считаете себя гениями шпионажа.

Иезуит спокойно ответил:

— Как же, как иные считают себя гениями фехтования на мечах…

Король Сигизмунд негромко спросил:

— Какие-нибудь секреты русских удалось вам все же выяснить?

Иезуит огляделся и ответил:

— Мушкеты… Нам удалось получить пару штук и узнать, что русские в них используют.

Барбаросса буркнул:

— Меч надежнее мушкета!

Король Речи Посполитой поинтересовался:

— И что же?

Иезуит ответил:

— Обычный кремень, высекающий искры.

Барбаросса с глупой улыбкой спросил:

— Неужели так просто?

Иезуит подтвердил:

— Да. Вот и нам следует изготовить подобные или даже более совершенные мушкеты.

Король и Барбаросса согласно кивнули.

Иезуит продолжил:

— На это уйдет время. Там пусковой механизм требует довольно тонкой работы. Нам будет трудно наладить массовое производство такого оружия. Сейчас лучше провести наступление войск, пока Скопин-Шуйский в коме.

— Правильно! — ответил Барбаросса. — К бою! Куй железо пока горячо!

Сигизмунд сказал:

— Так и русские не смогут выставить массово новые мушкеты с такой тонкой работой.

Иезуит пожал плечами:

— Докладывали, что у них есть какая-то новейшая технология литья. Мы не знаем, что там конкретно они придумали.

Сигизмунд с нарочитой уверенностью произнес:

— Завоюем Москву и переймем все их секреты.

Иезуит не столь уверено ответил:

— Если на это будет воля Божья…

Герцог Барбаросса громко сказал:

— Нужна наша с вами воля!

Глава 7

Для России настало время суровых испытаний.

Войско Речи Посполитой приближалось к Смоленску. По пути ляхи атаковали мелкие города. Белоцерковный гарнизон отказался сдаться. Передовые отряды ляхов предприняли штурм русской пограничной крепости. Их встретили мушкетными выстрелами почти в упор, на головы атаковавших со стен крепости лили расплавленную смолу. Мужество защитников гарнизона создало большие проблемы для армии ляхов.

Среди сражающихся были стрелецкий сотник Степан и его подруга Варвара, красивая, сильная девушка с мужественным лицом и длинными русыми волосами, заплетенными в тяжелые косы. Они собирались обвенчаться и верили в то, что не погибнут при вторжении вражеской орды, так как нельзя умирать, не познав всех радостей любви и семейной жизни.

Ляхи пытались взять город нахрапистым штурмом, используя свою численность. Русские выставили против врага всех, кто способен носить оружие. Даже вооружили некоторых женщин и подростков старше четырнадцати лет. Все мобилизовали на оборону!

Многие люди сами пришли и полны энтузиазма, готовы жизнь отдать за Родину.

Варвара командует женским отрядом. Она проворная и обученная владеть саблей. Чтобы было удобнее сражаться, девушка в мужской одежде, она укоротила шаровары, сняла подаренные сотником сафьяновые сапожки. Хотя до лета еще больше месяца, почти все женщины и подростки уже босиком, так им привычнее. Мальчишки даже веселы. Их не пугает возможный бой. Воины постарше намного серьезнее. Ляхов даже в передовом отряде в несколько раз больше, чем русских воинов и ополченцев.

Варвара перекрестилась, прошептав:

— Помоги нам, Матерь Божья!

Ляхи и их наемники идут на штурм под барабанный бой. У них много лестниц. Однако стрельцы встречают атакующих меткими выстрелами с дистанции. Враг несет приличный урон. Их, побольше бы народу! Стрельцов в городе только один приказ…

Варвара с подругами стреляют из легких луков. И попадают метко! Но врагов слишком много.

Хорошо, что крепость Белоцерковная имеет довольно высокие и толстые стены. И гарнизон способен оказать достойное сопротивление на пути армий врага к Смоленску.

Ляхи ревут, подбадривая себя и стараясь поднять боевой дух. У стрельцов уже есть штыки, но из части мушкетов приходится вести огонь по старинке, используя фитили, а не кремневой спусковой механизм. Не успели еще изобретения Сотникова в полном объеме в строй войти. Приходится поджигать порох. Это медленнее, но все равно выбивает из ляхов их боевой потенциал.

Стрелы из луков, что посылают девушки и подростки, не способны пробить латы, но порой попадают в лицо и другие незащищенные места. Несет иноземное войско потери. Но рой ляхов взбирается на высокий земляной ров. Воины поднимаются все выше и выше, натыкаясь на штыки стрельцов, сабли дворянского ополчения, рогатины и косы мужиков. Мальчишки при стрельбе по ляхам используют даже пращи. А дети помельче помогают взрослым, поднося горшки с углями, колчаны со стрелами, патроны, порох. Почти все население теперь при деле.

Громадный кузнец Ваула работает ударной кувалдой. Каждый его взмах по забравшемуся на стену ляху или наемнику — поверженный враг. Не спасают ни доспехи, и ни кирасы. Крепко лупит этот лапотник.

Варвара и представительницы женского батальона готовы вступить в ближний бой. Они могут орудовать косами, а некоторые и саблями. Девушки полны энергии и здоровья.

Варвара рубит ляхов, пытающихся перескочить через стену. Те падают. Героизм девушек заводит остальных ополченцев, они сражаются с еще большим энтузиазмом и упорством.

Юноши стреляют отравленными стрелами. Очень даже неплохо у них получается! Вот выбило глаз знатному пану. Тот корчится в муках и грязно ругается.

Крупный воин получил от ополченца вилами в живот, в незащищенное место, и то же сквернословит перед смертью.

Варвара, срубив еще одного ляха, проорала:

— Сквернословить — грех!

И сбила лестницу со стены. Несколько врагов свалились с дикими криками.

А девушка опять машет саблей. Сколько силы в женских руках! Словно богатырь, а не баба.

И Степан продолжает героически сражаться. Сотник получил царапину от клинка наемника. Но зато срубил супостата.

Мужики, используя длинные рогатины, сталкивают лестницы. Но врагов слишком много. Некоторым удается проникнуть в крепость.

Варваре чуть не перебили ногу, но клинок, к счастью, лишь скользнул, слегка расцарапав кожу. И девушка осталась в строю, круша неприятеля с еще большей яростью.

Степана опять зацепило, он отступил. Девчонка, помощница лекаря, перемотала ему рану. Сотник пробормотал двусмысленно:

— Моя жизнь на волоске. Но это конский волос!

Перекрестился, перевел дух. И снова в бой!

Варвара стряхнула с лица капельки пота и крови. Ей несильно рассекли бровь. Девушка улыбнулась и произнесла:

— Без ран не бывает побед!

Командовал авангардом польской армии пан Лисовский. Он был под стать своей фамилии: крупным и рыжим.

Но двадцать тысяч наемников и ляхов никак не могли одолеть пять тысяч защитников города-крепости, из которых половина — ополченцы, в том числе женщины и дети.

Для гордой шляхты это позор. Лисовский бесновался, сильно нервничал и орал:

— Наступайте! Смелее, трусливые твари!

Командиры лупили солдат ногайками, подгоняя идти на приступ. Но стремительная атака армии Речи Посполитой все равно захлебывалась. Под стенами крепости росли горы трупов. Урон, наносимым наемникам, компенсировали их новые отряды.

Защитники крепости бились, выкладываясь полностью. Они знали, что им не будет пощады. Их переполняла ярость, придавая сверхчеловеческие силы. Враги разоряли и жгли завоеванные села. Женщин насиловали, всех, кто оказывал сопротивление, зверски пытали и убивали. Приходилось сражаться за свои жизни. Лучше умереть с достоинством и честью, чем оказаться под властью врага.

Девушки из ополчения почти не несут потерь. Смерть щадит прекрасный пол. Но вот среди мужчин уже есть не мало жертв. Однако ляхов и наймитов полегло намного больше. И они вымотались уже капитально…

Атака войска Речи Посполитой захлебнулась. Воины стали отступать. В ярости пан Лисовский схватил пищаль и пальнул по своим. Затем начал лупить из мушкетов, ранив нескольких бойцов. Ничего не помогло! Отступление продолжилось.

Не сумев взять город, потрепанное войско отхлынуло от него, словно волна от пирса.

Белоцерковск погрузился в весенний сумрак. Стонали раненные, по убиенным мужьям и сыновьям плакали бабы.

Все же довольно много защитников оказалось убито, еще больше получили ранения. Тех, кто ранен легко, перевязывали на месте, тяжелораненым приходилось туго. Медицина пока развита слабо…

Какой-то юноша потерял в бою руку и теперь горько плакал. Даже не от боли, а от осознания, что он теперь будет калекой или умрет от потери или заражения крови.

Несколько Православных батюшек отпевали погибших и молились во здравие раненных.

Командующий Белоцерковным гарнизоном Александр осматривал позиции. Все воины сильно устали во время рубки, а подступы к городу завалены телами ляхов. Многочисленные раненые враги стонали, их приходилось добивать. Кое-кого захватили в плен, предстояли допросы.

Варвара — краса, длинная коса и Степан, несмотря на усталость, после боя немного порезвились в сене. Куча мальчишек сбежались на сладострастные стоны, сотник отогнал их мушкетным выстрелом.

Может, это и не ко времени. Хотя, сколько еще им осталось жить?

Но штурм отбит. Победа! Можно и поразвлечься. Некоторые девушки хотели в преддверии вполне вероятной скорой гибели или рабства встретиться со своими кавалерами. Досадно умереть, так и не вкусив радости плотской любви.

Глава 8

Ночью к пану Лисовскому прибыл герцог Барбаросса с десятью тысячами наемного войска. Пан оказался буквально высечен грубым навалом оскорблений, которым подверг его немецкий сановник. Далее последовало предложение еще до рассвета повторить штурм.

Лисовский не осмелился возражать. И солдат опять погнали в атаку. Тех, кто не хотел двигаться, лупили бичами, словно баранов, которых гонят на бойню.

Часовые крепости оказались начеку. Они заметили движение войска польского и подняли тревогу. Стрельцы, у которых еще оставался солидный запас пороха и патронов, опять открыли стрельбу. Поскольку еще не рассвело, стрелять оказалось сложение. Но противник шел лавиной, некоторые пули достигали цели.

Варвара с девушками приготовили луки и множество стрел. Вот-вот начнется рассвет, можно будет прицельно стрелять.

Снова полилась на противника смола, мужики взялись за вилы и топоры, были готовы ринуться врукопашную. Относительно небольшие размеры Белоцерковска позволяли его защитникам надежно прикрыть стены. Орда шла волнами, словно прибой. Противник напирал. Но ему оказывали достойное сопротивление. Сражение разрасталось. Оно напоминало шторм, в котором крепость хочет затопить иноземная волна. Потери ляхов и их наемников росли. Но штурм не прекращался.

Герцог Барбаросса приказал своей правой руке графу Болевинтура попробовать прорваться в крепость через ее желтые ворота. Однако у иноземцев не оказалось хороших таранов, пришлось по-прежнему использовать лестницы. Некоторые наемники бросали кошки и пытались взобраться по веревкам. Им не давали подняться.

Проворные русские ополченцы перерезали веревки, заставляли захватчиков падать. Вслед им летели стрелы, стреляли девушки и подростки, благо уже становилось светло. Некоторые из стрел были вымазаны в навозе. Из-за этого даже не слишком глубокие раны в условиях средневековья были опасны для жизни. Кто-то мазал острие стрел мышьяком, чтобы нанести врагу больший урон. Раненые нападавшие падали со стен. Но прочие лезли снова, натыкаясь на рогатины и косы.

У защитников крепости было подобие огнемета, изобретенного Алексеем Сотниковым. Такое оружие отличалось хорошей эффективностью. Получив из огнемета, ляхи подавались назад, но сталкивались со своими же бойцами, лезшими за ними, и давили друг друга.

Русская оборона оказалась тяжелейшим препятствием на пути наемного войска. Даже девушки упирались босыми ногами и рогатинами сталкивали лестницы с идущими на штурм солдатами, которые с воплем попадали.

Граф Боливентура с горстью отборных воинов все же сумел оседлать одну из небольших башен. Наемники с Европы стали скапливаться на ней. Выбить их никак не удавалось. Защитники города тоже были измотаны и держались из последних сил.

Неожиданно мелькнули грязные пятки белобрысого мальчика, не старше двенадцати лет. Ребенок с факелом чудом проскочил между копьями и мечами врагов, прорвался к бочке с порохом, находившейся на занятой башне.

Оглушительно рвануло. Лучших европейских воинов разбросало во все стороны. Храбрый мальчишка погиб, но предотвратил возможный прорыв.

Окончательно рассвело, поредевшие отряды наемников подались назад. Им крепко дали по носу, они еще долго будут вспоминать этот штурм. А ведь рассчитывали, что до Смоленска дойдут без проблем. Но жесткое сопротивление встретили еще до подхода к легендарной цитадели.

Герцог Барбаросса был вне себя от ярости. Штурм отбит, при этом погиб его любимчик Боливентура. И еще столько бойцов…

Немецкий сановник пообещал:

— Никого в городе в живых не оставлю! Всех ожидает костер!

Увы, слава этого знатного бандита не расходятся с делом. Для начала его наемники вошли в ближайшее село. И там устроили резню. Набрасывались на женщин, насиловали, вырывали из их рук младенцев, швыряли в огонь. Мужчинам вспарывали животы. Некоторых привязывали веревками к лошадям и разрывали на части.

Казнили и местного попа. Его вместе с женой и четырьмя малыми детьми посадили на бочку пороха и подожгли.

Село оказалось полностью сожжено. Барбаросса и в Европе печально прославился своей жестокостью.

Впрочем, эта деревня оказалась не единственной, на которой завоеватели вымещали злобу. Они свирепствовали по всем окрестностям на подходе к Смоленску.

А через три дня после неудавшегося штурма к Белоцерковску подогнали тяжелые осадные орудия. И начался массированный артобстрел. Рвались ядра и бомбы. Город решили сравнять с землей.

Варвара вместе со своим женским отрядом помогала мужчинам в перерывах между обстрелами заделывать пробоины в стенах, восстанавливать башни. Все надеялись на удачу и Божий промысел. Может быть, хорошо вооруженное войско русского царя сможет подойти им на помощь.

Белоцерковск — главная цитадель на пути от границы к Смоленску. Сам Смоленск хорошо укреплен, он может оказаться войску ляхов тем более не по зубам. Но нужна была помощь свежих сил.

Пока же били осадные орудия. Впрочем, как-то бессистемно обстреливая город. В то время как более эффективным был бы огонь по какой-либо отдельной стене. Чтобы мог обвалиться защитный вал, что открыло бы путь в город. А так защитники успевали тушить пожары и заваливать проломы в стенах.

Сам король Сигизмунд уже был под городом. Его встретил Барбаросса. Вместе с Владиславом и иезуитом они осматривали разрушаемую русскую цитадель. Пока доблестные защитники Белоцерковска держались.

Король Польши с тревогой сказал иезуиту:

— Вот сравнительно небольшой город, а как огрызается. Впереди еще Смоленск нужно брать, только потом Москва.

Иезуит хладнокровно ответил:

— Этот город скоро падет. Его стены долго не смогут выдерживать наш обстрел. Вслед за ним ляжет и Смоленск. Насколько нам известно, о великом воеводе Скопине-Шуйском нет никаких вестей. Возможно, он уже умер. Ничего не слышно и о Сотникове. Так что у нас все шансы на победу.

Король Польши скептически развел руками. А наследник Владислав с молодецким задором произнес:

— Дозволь мне, тятька, самому возглавить штурм крепости. Я поведу войска и принесу нам победу!

Владиславу хотелось подвигов. Но Сигизмунд отрицательно покачал головой:

— Если тебя убьют, кто тогда будет сидеть на Московском престоле? Нет, пускай штурмом руководят другие воеводы.

Барбаросса рыкнул:

— Я поведу людей!

Иезуит тем временем негромко сказал:

— Шведы уже выступили. Молодой, но очень талантливый полководец Густав Адольф со своим войском спешит нам на помощь. Так что прибытие сил с севера обеспечено. И из Крыма нам подсобит хан. Он уже идет на Тулу. Русские окажутся в тройных клещах.

Сигизмунд хотел сказать, что он и сам с помощью Ватина и Господа Бога справится, но упорное сопротивление русских не настраивало на оптимистический лад.

Обстрел города продолжался всю ночь. А утром многотысячная армия ляхов вновь устремилась на штурм.

Защитники крепости встретили противника, мужественно стиснув зубы. Они были полны желания отстоять свой родной город. Но численный перевес врагов казался слишком большим.

Варвара и ее потрепанный, но не сломленный женский батальон был настроен драться и победить. Или умереть.

Девушки и юноши опять пускали стрелы, поредевший стрелецкий приказ осыпал противника пулями, а затем встретил его в штыки.

Лучше найти смерть в бою, чем погибнуть в плену. Любая смерть почетней жалкого подобия жизни под ярмом.

Девушка Варвара рубила вражеских рыцарей, пытавшихся перескочить через стену. Они все лезли и лезли без перерыва. Одну шеренгу порубили, за ней появлялась другая. Ее встречали ударами топоров и кос.

Но слишком много врагов. Сложно отбиться. Словно суденышко захлестнуло бурной волной, и оно, накренившись, начало тонуть в этом безбрежном и неистовом океане людской толпы завоевателей, где волны пенятся и вздымаются все выше и сильнее, захлестывая Белоцерковск.

Уже девушки и юноши рубятся наравне со взрослыми. А враги все прибывают…

Король Сигизмунд смотрит с холма через подзорную трубу и начинает улыбаться. Похоже, ранее неприступный град поддается напору. Еще немного и он будет взят. Потери, правда, опять большие. Многие видные воины сложили головы. Трупами завалены подступы к стенам. Но уже ворвались передовые силы в город. Кровь льется на его улицах.

Кузнец Ваула, израненный и обескровленный, падает со стены. Словно глыба. А вместе с ним упало и российское знамя. Но защитники не сдаются, они сражаются и не хотят уступать.

Варвара уже потеряла многих подруг. Ее возлюбленный Степан упал пробитый копьем. Героем закончил свою жизнь русский богатырь. И командир Александр погиб. Но сама девушка все еще сражается. Она забралась на крышу одного из домов и расположилась так, что к ней по наклонной нелегко подобраться. Босые женские ноги цепки, а наемники в сапогах скользят и при попытке приблизиться к девушке теряют головы.

Герцог Барбаросса уже въезжает в город через открытые ворота. Догорают последние очаги сопротивления. А Варвара на крыше не сдается. Барбаросса смотрит на нее через подзорную трубу и улыбается. Вот это баба! Двинула ногой рослого воина, тот кубарем слетел с крыши. Настоящая воительница. И красивая женщина.

Сопровождающий Барбароссу барон Мазель предложил:

— Давайте, ваше сиятельство, снимем ее из пищали.

Герцог Барбаросса отрицательно покачал головой:

— Нет! Ее нужно взять живой! Только живой!

Иезуит, подъехавший к герцогу на своем резвом коне, спросил:

— Зачем тебе русская девка? Пытками, что ли, решил потешиться?

Самый влиятельный из немецких герцогов надменно ответил:

— Я хочу пообщаться с этой женщиной.

Иезуит поглядел острым взглядом на Варвару, сбросившую очередного наемника, и сказал:

— Я тебя понимаю…Как она ловка! Так запросто не взять…

Барбаросса прищурился:

— Ее можно заарканить.

Иезуит ухмыльнулся и ответил:

— У меня есть кое-что получше.

И князь церкви извлек из кармана небольшой необычный пистолет. Герцог возмутился:

— Не смей ее убивать!

Иезуит усмехнулся и пообещал:

— Не буду! Она только уснет.

Барбаросса поверил этому воплощению коварства, соскочил с коня и направился к дому, на крыше которого сидела девушка. Та сражалась отчаянно. Наемники ползли к ней и старались взять живой, чтобы получить награду герцога. Но страдали от взмахов девичьей сабли.

Иезуит же приблизился к воительнице крайне осторожно. Оказавшись на необходимом расстоянии, князь церкви выстрел. Тоненькая иголка вырвалась из пистолетного дула и угодила в девушку. Попала в грудь. Варвара попыталась вытащить иголку, но ее пальцы стали словно ватные. И она, уже не контролируя своего тела, упала.

Наемник подхватил девушку, ее связали и отдали герцогу.

Барбаросса посмотрел на спящую красавицу и сказал:

— Какая она еще юная, но вместе с тем дородная, мускулистая.

Иезуит с улыбкой спросил:

— Хочешь посадить ее на дыбу? Или ты предпочитаешь испанский сапожок?

Герцог Барбаросса отрицательно покачал головой:

— Нет…Может быть, позже, если красавица мне не покорится. Пока попробую к ней метод убеждения.

Иезуит скептически заметил:

— Русские женщины крайне упрямы! А эта, думаю, вдвойне. Стоит ли терять на нее время?

— Она мне нравится, — ответил Барбаросса.

Иезуит понимающе кивнул:

— Что же! Пускай девушка станет твоей игрушкой. Не волнуйся, герцог, через несколько часов она придет в себя.

Немецкий сановник кивнул, Варвару унесли, а победители стали готовиться к пиру в захваченном городе. Отлавливали кур, свиней, уже разделывали убитую корову. В подвалах захваченного города нашли первоклассное вино. Было чем потешить свои желудки.

Сигизмунд восседал в самом центре празднично накрытого стола для знати, по правую руку от него сидел королевич Владислав, а по левую — герцог Барбаросса. Представитель иезуитов отказался присесть и стоял сзади между королем и Барбароссой, который как всегда пил неумеренно и ел с поражавшим воображение размахом.

Принц Владислав, уже хмелея, поднял тост:

— За нашу очередную победу!

И чуть не облился вином.

Король Сигизмунд отрицательно замотал головой:

— Я не думаю, что взятие второстепенной крепости ценой гибели стольких солдат хорошая победа.

— Но, главное, мы теперь можем спокойно идти к Смоленску! — ответил Владислав.

Герцог Барбаросса с хмельной улыбкой прошептал иезуиту:

— Прежде я хочу с пленной девушкой поразвлечься.

И вновь запихал большой кусок мяса себе в рот.

Иезуит осторожно ответил:

— С ней нужно быть очень осторожным, особенно наедине. Эта женщина способна придушить даже крупного мужчину.

Подобное показалось Барбароссе обидным:

— Вы что, сомневаетесь в моей силе?

И герцог согнул пальцами вилку. Он считал себя самым сильным человеком Германии.

Иезуит сказал:

— Гнуть вилки много ума не надо.

Барбаросса посмотрел на служителя культа леденящим взглядом: что, намекаешь на мои слабые умственные способности? Но, вспомнив острие клинка иезуита у себя на шее, ничего не ответил.

Глава 9

А в это время красавица Аленушка, наконец, привела в сознание Алексея Сотникова. После ожогов магическим огнем и феерического сражения в теле юноши князь чувствовал себя сильно побитым и уставшим.

Очнувшись, Алексей увидел, что находится в каком-то подземном, уставленном свечками помещении. Здесь находились пара длинноволосых и длиннобородых волхвов, несколько мальчишек и девушек в необычных для средних веков коротких юбках.

Как оказалось, подземных помещений было несколько, они связаны друг с другом коридорами и увешаны шкурами разных животных, в основном медведей. Висели иконы, только не православных святых, а с ликами языческих богов.

Алексей удивлено спросил у Аленушки:

— Где мы?

Девушка-ведьма ответила:

— В центре родноверцев. Тут мы сможем поддерживать угасающую жизнь Скопина-Шуйского и не дать ему умереть.

Алексей Сотников хмуро спросил:

— А поставить великого князя на ноги вы можете?

Аленушка с доброй ухмылкой произнесла:

— Я многое могу, но для этого нужны определенные усилия. Ведь в нашем мире ничто не дается даром и просто так. Чтобы осуществить спасение Скопина-Шуйского, мне кое-что предстоит сделать.

Алексей Сотников тяжело вздохнул и поднялся с кровати. Они с Аленушкой решили выйти наружу, подышать свежим воздухом.

Стоянка родноверцев находилась в густом лесу преимущественно хвойных пород. Весна была в разгаре, погода солнечная, теплая, улучшающая настроение.

Сотников ощутил душевный подъем, впрочем, пока еще не слишком сильный. Он сумел спасти Скопина-Шуйского от смерти, а значит, кое-что полезное опять сделал. Но этого мало. Досадно, что в тот момент, когда поляки и шведы вторглись в Россию, он торчит где-то в глухом лесу, а не рубит, не уничтожает врагов. Аленушка, видя, что Алексей в некоторой растерянности, подбодрила его:

— Не волнуйся, мы сможем поставить Скопина-Шуйского на ноги. Но для этого я должна совершить особый ритуал.

Алексей, жадно втягивая в себя свежий лесной воздух, спросил:

— Ритуал? А я в нем участвовать могу?

Аленушка отрицательно покачала головой:

— Нет! В данном случае это будет чисто мое действие. Но ты можешь смотреть и молиться за мой успех.

Алексей согласно кивнул.

Они вышли на солнечную поляну. Несколько девушек находились на ней. Девушки дружно поклонились и разбежались, сверкая голыми пятками.

Аленушка встала в центр поляны и начала колдовать. Она произносила заклинания, одно за другим. И подскакивала на своих голых, без обуви, ногах.

Девушка казалась весьма сексуальной и соблазнительной. Алексей, не удержавшись, спросил ее:

— Что ты делаешь?

Та с гордым видом ответила:

— Перехожу в Принцесс-ноосферу. Место, где решаются судьбы мироздания!

И колдунья босыми пальцами ноги быстро начертила что-то сложное на земле.

Алексей восторженно ответил:

— Да поможет тебе Всевышний Бог!

Девушка махнула руками, в них появился мешочек. Аленушка извлекла из мешочка нарядную одежду и хрустальные туфельки. Она примерила новый наряд. Впервые Алексей видел свою любовь в таком одеянии и умилился:

— Ты еще более прекрасна, когда одета словно принцесса!

Девушка-ведьма искренне произнесла:

— Не люблю на себя надевать лишнее… Но сейчас так надо!

Аленушка, действительно, не слишком стремилась наряжаться. Предпочитая свою естественную красоту. Но сейчас она стала отбивать на полянке каблучками какой-то танец, похожий на чечетку, только каблуки не могли звонко звучать на земле.

Затем она извлекла из крошечной золотой табакерки пакетик с порошком. Зажала его в руке и снова стукнула драгоценными каблучками об землю.

«Может, единственный способ попасть в Принцесс-ноосферу прием порошка, подозрительно смахивающего на пыль бледных поганок?», — подумал Сотников. Но уберегать справедливую воительницу-ведьму от приема сомнительного средства не стал. Она лучше знает, что делает.

Тело Аленушки вдруг стало светиться, тускло с желтоватым оттенком, примерно как старинная лампа через плотный абажур. В воздухе запахло озоном, летящая мимо Алексея муха рухнула вниз, как истребитель, сорвавшийся в штопор. Происходило что-то очень таинственное…

Воительница-ведьма словно крошечным фотоном нырнула в бескрайние недра квазара. Сразу тысячи, миллионы разнообразных, сменяющих друг друга калейдоскопов эмоций, чувств, переживаний, воспоминаний пульсировали в этой сети. Аленушка воспринимала их жгучее течение. Тут было и страшное, и веселое, были благословения и проклятия, боль и удовольствие, эротические образы и сексуальные фантазии, мир подсознательного влечения, наполненный восхитительными и одновременно гротескными эмоциями.

Но Аленушка искала не это. Ее влекло к барьеру, к пугающему и манящему. Каждый представляет барьер перед Гипервселенной мысли и разума Принцесс-ноосферы по-разному, но проявляет он себя так, как нарисовало воображение жаждущего его увидеть.

Аленушка увидела перед собой колоссальные, уходящие в поднебесье кованые броней врата, закрытые на замок размером с пирамиду Хеопса. Броня утыкана остро заточенными буквами, цифрами, иероглифами.

Девушка-ведьма подлетела к вратам и тут же была отброшена назад чем-то мягким, но несокрушимо сильным.

Аленушка растеряно прокричала:

— Поверьте, мне надо пройти! Я должна быть именно там, в загадочной Принцесс- ноосфере!

Мощный голос раскатисто прогремел:

— Добудь ключ и открой врата!

Ведьма-воительница растеряно произнесла:

— Но я понятия не имею, где его надо искать!

Глас стал еще более мощным и грозным:

— Ключ не надо искать! Его следует завоевать как трофей на войне! И сделать это может только Дьявол по плоти, но с душой поэта!

Двусмысленно звучит!

Аленушка вскрикнула:

— Согласна! Я завоюю ключ!

В тот же миг вечную девушку подхватил неистовый вихрь, переходящий в торнадо. Только вместо воздушных потоков в невероятной концентрации мелькали картины. От первобытнообщинных схваток до потрясающих воображение любого футуриста космических сражений.

Затем последовал хлопок, и в мгновение ока пейзаж изменился, воительница-ведьма оказалась на просторной арене.

Девушка даже слегка растерялась и вздрогнула.

Ее взгляд невольно задержался на вишнево-оранжевой стрелке и скользнул в указанном направлении. Из уст ведьмы-воительницы послышался вздох, выражающий удивление.

При этом исполинский замок уменьшился, обретя лапы макаки и голову кошки с тремя ушами в виде павлиньих хвостов. Порождение гибрида возлежало в ложе высоко, а кругом свирепствовало подобие Древнеримского Колизея. Огромного и бушующего.

Аленушка почувствовала себя Спартаком в юбке. Она огляделась: так не бывает! Произошел моментальный перенос в другой мир, попирающий все законы мироздания.

Сверху пылали небесные светила, но не круглые, а похожие на колокольчики, которые слегка колебались. Два из них были фиолетовые, а два — огненно-красные.

Можно было подумать, что это другая вселенная. Рядом с диковинными, дарящими свет колокольчиками появилось что-то похожее на гранатомет. Из дула словно полыхнуло огнем: вылетала дюжина сверкающих всеми цветами радуги язычков. Красиво!

Язычки хищно лизнули бутоны колокольчиков, от чего те поменяли цвет и форму…

Глава 10

Девушка, познавшая колдовство, многое понимала. Даже то, почему здесь звезды такие чудные.

Там, куда она попала, должны обитать души наиболее одиозных грешников, прежде чем воплотиться в иной, непостижимой для воображения человека вселенной. Эти души должны были перевоспитать ангелы. Хотя бы частично. Душам даже давали здесь плоть, чтобы они могли ощущать боль или наслаждение, и через боль избавиться от некоторых своих грехов.

Впрочем, грех будет существовать всегда, чтобы стимулировать поступательное развитие личности.

Сейчас места в Колизее занимали весьма странные существа, похожие на пирожные, были также напоминающие конфеты с шоколадной и глазуревой корочкой. У многих существ имелись щупальцами как у кальмара.

Вдруг на небе пропали светила! Вместо них появились светящиеся насекомые. Это не звезды, а сгустки принцесс-плазмы дающие свет и тепло грешникам. В Колизее знойно, более жарко, чем обычно на стадионах планеты Земля, прежнего ласкового мира.

Аленушка подумала, что пирожные и конфеты быстро протухнут на жаре, ей стало даже смешно, она едва сдержалась, чтобы громко не рассмеяться.

Впрочем, Всевышний Бог, если он есть, не настолько жесток, чтобы кого-то терзать и мучить даже жарой. Вот на Земле многие верят в ад, наверное, размышляла Аленушка, это глупо. Разве будет Высший разум за преступления короткой земной жизни истязать потом миллионы лет? Чем мощнее ум, тем он должен быть добрее и гуманнее. Ведь всем так хочется счастья и благоденствия. А делать добро своему творению — это удовольствие и благодать!

Размышления Аленушки метались в ее голове как крохотная шаланда в бушующем океане. Их прервал грубый, но, похоже, женский голос, который бил по ушам как удар грома:

— Дьяволица-ведьма, ты попала к нам и, следовательно, заслужила наказания. Стань на колени перед императрицей.

Предложение не из приятных для такой гордой девушки, как Аленушка

— А если я откажусь? — отважилась на вопрос подруга Сотникова, она по привычке хотела показать всем, что крута и никого не боится.

— Тогда умрешь! — ответил ей голос, вонзившийся в барабанные перепонки.

— Смерти нет! — Возразила воительница-ведьма показала язычок. — Смерть — это жадная лапа священников, к которой липнут деньги простаков.

Смелым, даже отчаянным получился ответ. Наступила пауза, императрица, похоже, была в самом большом и сверкающем крупными драгоценными камнями ложе. Разглядеть ее оказалось трудным, слишком все блестело кругом, но, судя по всему, ее фигура была внушительной и в доспехах. Просматривалось, что императрица держит в руках кристалл, стараясь, очевидно, рассмотреть девушку на арене получше.

Аленушка тоже посмотрела на себя и смутилась. Ее элитная одежда разом исчезла, она оказалась в купальном костюме цвета хаки. Босые девичьи ножки ощущали колючий горячий песок. Девушка вдруг ощутила себя рабыней, быть может, гладиаторшей на арене, только почти нагой и с публикой крайне странной…Такой не найти аналогов, в привычном ей материальном мире. И эти кулинарные изделия вызывают спазмы в пустом животе.

Наконец снова послышался голос, но на сей раз более мягкий и мелодичный:

— Ты мне нравишься, ты смелая и умная. Поэтому я дам тебе шанс: сразишься с лучшими моими воинами и, если останешься жива, получишь ключи от мироздания фантазии и мысли. После у тебя будет выбор: вернуться назад или жить вечно с нами в Гипервселенной фантазии, где нет старости и смерти.

Девушка собралась с силами и прочирикала громко:

— Я принимаю вызов!

В небе громыхнул грубый голос:

— Тогда трепещи, дьяволица-ведьма! У тебя почти нет шансов!

Аленушка ответила:

— Пока бьется сердце, шанс всегда есть!

Громовой голос дал команду:

— Тогда начнем!

Прозвучал сигнал, на арену стали выбегать девушки. Воительнице-ведьме выбросили оружие. Сразу два меча.

Аленушка слегка растерялась, ожидая, что бойцы будут выходить по одному, как и положено на единоборствах. А тут на нее набросились сразу семеро воительниц. Эти амазонки в сверкающих сапфирами купальниках были на вид красивы, выглядели не особенно накаченными, но имели стройные фигуры. И напоминали восточных танцовщиц.

— Они не самые страшные противники, только вот их слишком много, — прошептала Аленушка. — Интересно, это — преддверие мироздания. А куда они пойдут, если будут убиты?! Даже не хочется рубить столь красивые тела.

Бывалая чародейка Аленушка решила вспомнить путеводитель по мирам фантазии: в этом случае они должны воскреснуть, вернувшись в респектабельную преисподнюю, а кому повезет — воплотятся в иной вселенной. Совесть боевой подруги Сотникова успокоилась.

Движения Аленушки стали уверенными, она неплохо владела разнообразными боевыми техниками. И рубанула сразу двумя клинками по первым двум противницам. Одной срезала кисть руки, другой — предплечье. На сиреневый гравий полилась густая красная кровь, девушки вскрикнули.

— Будьте счастливы красавицы, я желаю вам лучшей доли в другой жизни! — крикнула Аленушка и продолжила атаковать. На этот раз чиркнула левым мечом поперек колена очередной амазонки. Та попыталась повернуться и ответить ударом своего меча, но упала, не удержавшись на ногах.

А воительница-ведьма продолжила движение наискось и уколола в незащищенное горло девушки, пытавшейся подкрасться сзади. Жалко амазонок, но Аленушка гонит сострадание, она не хочет проиграть. Выгибается, уходя от трезубца златокудрой воительницы с мечом, вероятно, самой опытной и главной среди соперниц. Затем хватает трезубец резким движением руки и вонзает его в подмышку девы. Она орет от боли. Но следует добивающий удар мечом…

Очень жалко рубить такое изящество, но это поединок на жизнь.

Другой девушке Аленушка выполняет подсечку и насаживает ее на меч. Красавица умирает в муках.

— Смерть самое лучшее приключение, потому что ее нельзя повторить! — ревет Аленушка в иступленной ярости.

Последняя девушка пробует сыпнуть гравием в глаза, но промахивается и падает убитая, получив мощный удар мечом.

По стадиону прошелся гул, никто не ожидал, что Аленушка так легко сможет одолеть сразу семерых воительниц. Они даже не успели воспользоваться своими мечами.

Наступившую паузу прервал дикий возглас.

— Теперь новые воительницы, не посрамите нас!

На арену выходят фигуристые красотки в украшенных изумрудами купальниках. Кожа у них как атлас, движения, скорее, восточных танцовщиц, чем воинов.

Аленушка поигрывает мускулами, пока еще усталость не ощутима.

Противницы опять далеко не сильнейшие и без защитных шлемов. Похоже, напуганы тем, что против них выставили столь крутую воительницу-чародейку и опасаются попасть после смерти в худое место.

Теперь амазонки обошли Аленушку со всех сторон и попытались атаковать совместно. Это правильная тактика, однако каждая из амазонок не хотела высовываться и надеялась на напарницу.

Аленушка уловила их слабости и, махая мечами, заставила их податься назад. Она прыгала пантерой на одиночек и рубила их мечом. Воительнице достаточно было двух-трех несложных выпадов или даже единственного резкого удара, чтобы поразить очередную соперницу. Вот упала с тяжким стоном одна, завопила с распоротым животом вторая, почти сразу истекла кровью с разрубленной артерией третья. Красная жидкость, похожая на кровь и вытекающая из амазонок очень яркая, нечеловеческая.

Две последние девушки попробовали убегать от разящего меча воительницу, понадеявшись на ноги. Аленушка рванула за ними как волк за раненной ланью. Одну ей удалось зарубить почти сразу, за второй пришлось побегать по рингу.

Глава 11

Следующая партия была в золоте и топазах. На этот раз их было пять, но зато крупных, мускулистых, более опытных в боях. Их кожа оказалась покрытой колючками. Девушки-кактусы выглядели угрожающе. Хотя и не утратили женской привлекательности.

Особенно сильной и рослой была их командир, на полторы головы выше Аленушки и заметно тяжелее ее. Она предоставила право остальным атаковать воительницу, а сама, вооруженная остро заточенным с четырьмя режущими гранями крюком, выцеливала решающий удар в надежде поразить противостоящую ей голоногую девушку-ведьму.

Аленушка была начеку, но трудно во время боя уследить за всеми. Одну из кактусов-амазонок наша воительница сумела насадить на меч, сделав сальто, однако получила при этом скользящую царапину по лопатке.

Несколько капели крови упали на гравий и песок, Аленушке было больно, но пришлось уворачиваться от пущенного в нее крюка, который чуть не пробила ее.

Аленушка рассвирепела, подскочила к дылде и, делая сальто, попыталась достать ее мечом.

Поначалу это сделать не удалось, слишком хорошая реакцией у противницы. Тогда Аленушка сделала вид, что пошатнулась от ответного удара крюка, но вместо того, чтобы продолжить вращение корпуса и рубануть с права, к чему воин-кактус была готова, ведьма ударила по незащищенной руке, смахнув сжимавшую клинок кисть. Соперница не сразу поняла, что случилось, пробовала поразить Аленушку мечом в другой руке. Не получилось.

Тут еще одна кактус-амазонка попыталась достать ведьму со спины, но Аленушка провела прием «веер-мельница», перерезав одной рельефный шоколадный пресс, а другой выпустила кишки, ударив мечом по животу.

Девушка-ведьма обильно испачкалась в крови. Крутясь волчком, она свела вместе ноги, увернулась от меча очередной воительницы, метнула свой меч в основание черепа и поразила ее мощным броском.

Еще одна фрау опешила от действий соперницы и пропустила удар вторым мечом в живот. Колючая амазонка ойкнула и завалилась. Ее ноги сотрясались в конвульсиях.

Наступил перерыв, воительница-ведьма получила несколько легких ран и устала, да и жара выматывала. Убитых и тяжело раненных девушек унесли.

К Аленушке подлетели обнаженные существа женского пола со сказочно роскошными крыльями бабочек. Они поднесли победительнице кувшин вина. В голове ведьмы-воительницы мелькнула мысль: не яд ли? Но жажда оказалась сильнее. После нескольких глотков Аленушка почувствовал себя бодрее, только голые ступни мучительно чесались от горячего песка и колючего гравия. В голове сложился стих:

Не может побежденным быть,

Кто храбр и чист душой!

Хоть жизнь тонка, как шелка нить,

Напиток кровь хмельной!

— Рано радуешься! — крикнула Аленушке императрица. — Следующая наша пара никогда не проигрывала!

В голосе кошмарного монарха звучала уверенность.

— Больше сила врага — выше ценность победы! — уверенно ответила Аленушка. — Бить слабого, что жевать песок: доступно каждому, но вызывает рвоту!

Воительница, с минимумом одежды, мускулистая, в крови, блестящая от пота, смотрелась восхитительно! Жаль, ее не видел сейчас Алексей Сотников.

Послышался шум, словно топали слоны. На арену вышли две женщины. Они были такие огромные, что их можно было принять за титанов. Выглядят страшно, видны вылезшие вены и жилы перетренированных мышц. Лица в татуировках разноцветных драконов, татуировки начинаются с шеи, идут по щекам, а на лбах драконы открывают свои пасти. Рубиновые трусики и лифчики в виде черепа на дамах дополняют неприглядную картину.

Женщины-терминаторы сделали ритуальные взмахи, резво покрутив мечами над своими головами. Казалось, это не лезвия мечей, а лопасти современно вертолета, отрывающего от земли многотонную массу. Было очевидно, что, несмотря на размеры, дамы очень ловкие и быстрые твари. Шарики их мышц эффектно перекатывались под загорелой кожей.

Прозвучал горн, женщины-амбалы двинулись в направлении Аленушки. Она сделала шаг назад, будто испугалась, но когда соперницы приблизились, резко прыгнула вперед, пытаясь поразить их приемом «двойной веер». Те, однако, среагировали моментально, одна даже успела нанеси ответный удар ногой в грудь воительнице-ведьме.

Аленушку словно долбануло увесистой кувалдой. Она вскрикнула и отскочила, ребра заныли, девушка поняла, что значит бойцы высокого класса. Пришлось отступить. Женщины-терминаторы устремились за нею. Воительница-ведьма пятилась, сначала медленно, потом почти бегом. Двое рубиновых громил гоняли Аленушку. Их атаки заставляли ее двигаться в рваном, непредсказуемом ритме и не давали возможности контратаковать.

Аленушка старалась держать дистанцию, но и дивы не дремали, пару раз зацепив беглянку клинком. Слегка попало по грузи, а во второй раз Аленушка чуть не потеряла глаз, клинок срезал ей волосы на виске и немного зацепил кожу на ухе, выступила кровь.

Амазонки-титаны легко перемещались по рингу, было очевидно, что на сей раз это действительно прекрасные воины, выставленные против воительницы-ведьмы, находящейся пусть и в великолепном, но все-таки обычном человеческом теле.

Аленушка почувствовала, что устает. Руки и ноги стали наливаться свинцом, казалось: гравитация усилилась, а мечи потяжелели. Воительница-ведьма поняла, что ей придется расстаться с этим телом и надеждой когда-либо попасть в мироздание фантазии и мечты. А что дальше? Ведь если она умрет здесь, то, возможно, не сможет воплотиться и в прежнем материальном мире, а значит… Девушку охватила паника. В голове вдруг зазвучала песня, соответствующая ее бедственному положению:

В море играют барашками волны,

Я на арене сражаюсь мечом!

Взгляд на противника бросила гордый,

Беды лихие и боль — нипочем!

Да, родилась я когда-то бесправной рабыней,

Бревна тянула, несла на спине валуны.

Быть в напряженье — родная стихия,

Плечи ласкают кнутом палачи-алуны!

Кто-то богат, в удовольствие дремлет,

Я под палящим потоком машу молотком!

Это обычай такой жутко древний,

Нужно покорность впитать с молоком!

Но повезло, если можно назвать то везеньем,

Продали деву из шахт и отправили в бой!

Там осветило святым озареньем,

Стала не просто рабыней, а бабой крутой!

Но не бывает, поверьте, безбрежного счастья,

Страшный противник попался, и ранена я!

Рубят меня в битве злобной на части,

Боже мне выставил счет, набежала пеня!

Но не сдаюсь, из последних силенок сражаюсь,

Пусть убивала людей, проклинала Богов!

В этом, конечно, теперь горько каюсь,

Но не могу подобрать подходящих мне слов!

Глава 12

Смоленск был готов к обороне. В нем собралось шесть стрелецких приказов, дворянское ополчение, ополчение из крестьян и посада. Довольно значительные силы для хорошо укрепленного города с развитой в инженерном отношении обороной.

Подойдя к городу, ляхи и иноземные полки сникли. Противник показался им достаточно сильным. А после Белоцерковска не очень-то хотелось идти на штурм. Там многие не удосужились погребения, солдаты мучились от ран и царапин.

Но король Сигизмунд повелел с ходу идти на стремительный приступ. Речь шла о престиже. Забили барабаны, зазвучали мощные горны. В начале штурма в ход пошли многочисленные лестницы и крючки.

Стрельцы встретили противника меткими выстрелами, у многих были новейшие, легкие с нарезным стволом, мушкеты с кремневым механизмом. И огонь обрушился на противника, нанося ему существенный урон. Враг уничтожался у стен. Длины у некоторых лестниц не хватало, чтобы достигнуть вершины стены. Высота у цитадели изрядная. Но те, кто мог, лезли наверх по приказу короля. Там их уже встречали острые топоры, копья, штыки. Ополченцы-мужики пускали в ход и косы.

Но иноземные полки, несмотря на потери, все лезли и лезли. Сверху на них полились расплавленная смола и крутой кипяток.

Ошпаренные ляхи оглушительно и испугано орали. Их сбивали копьями, мечами, в них почти в упор палили из арбалетов и луков.

Сигизмунд следил за штурмом, по традиции взобравшись на холм и используя для обзора подзорную трубу. Его люди гибли, но не могли взобраться на стены. Они оказались заложниками хорошо укрепленного города и его мужественных защитников, не желающих ложиться под иноземцев. Их расстреливали в упор. Даже небольшие арбалеты, что использовали босоногие юноши, превратились в эффективное оружие. Вымоченные в навозе и в яде стрелы наносили смертельные раны.

Тысячи ляхов и наемников, хотя и шли в атаку широким фронтом, захлебывались в собственной крови.

Сидя на коне, королевич Владислав размахивал кулаками и ревел:

— Давите их, давите скорее!

Королевич даже охрип от собственного крика.

Герцог Барбаросса заметил:

— Надо было подождать, когда подойдут осадные орудия…

Сигизмунд скептически произнес:

— Стены очень уж толстые. Понадобится не одна неделя беспрерывных обстрелов, чтобы нанести хоть какой-то урон.

Король опять бросил взгляд на крепость. Она смотрелась неприступно.

Владислав надул себе щеки и произнес:

— Я сам на штурм пойду и русских раздавлю!

— Сиди уж! — произнес Сигизмунд. — Тебя срежут, как и остальных.

И король указал пальцам на гору трупов под стенами города. Атака захлебывалась.

Новые русские мушкеты со штыками позволяли палить в упор и одновременно колоть. Хорошее преимущество в бою!

В битве принимали участие и несколько русских женщин. Стреляя из лука, они по снайперски осыпали противника стрелами.

Среди воительниц выделялась дочь Аленушки Екатерина. Рыжая красивая девушка. Она жила в этом городе, после расставания с матерью повзрослела, расцвела. Теперь владеет многими приемами сабельного боя. Вот очередной вражий воин появился на стене. Катя выхватывает оружие, проводит прием «мельница». И расфуфыренный неприятель падает вниз, сбив при этом с высокой лестницы еще нескольких солдат.

Девушка сражалась вместе с Еремой. Юноша по-прежнему прекрасно стреляет из лука. Метко, быстро. Руки у парня на первый взгляд тонкие, но жилистые и очень сильные.

Юноша не так прост. Он использует особый арбалет, выпускающий сразу несколько отравленных стрел. И снова падают убиенные ляхи. Русские выкашивают их капитально.

Стрелы находят себе все новые жертвы, в такой ситуации у польского войска нет шанса на успех.

Сигизмунд в досаде трясет подзорной трубой, бормоча:

— Пора трубить отбой, пока нас всех не перебили!

Находящийся рядом гетман энергично кивает. А королевич Владислав категорически не согласен:

— Мы должны взять город как можно быстрее и любой ценой. Иначе станем посмешищем для всей Европы.

Его отец возразил:

— Наши ряды быстро редеют. Так мы рискуем вовсе остаться без армии!

Взгляд короля Речи Посполитой становится решительным. Он командует:

— Трубить отбой штурма!

Загудели огромные трубы, сменили тембр барабаны. Ляхи отхлынули от высоченных и широченных стен города. Воля русских опять оказалась несокрушимой, а война для пришедших на Русь губительной.

Герцог Барбаросса отправился в свой просторный шатер. Там у него находилась плененная Варвара. Девушку пытали, но без ущерба ее красоте. Били широкими, сыромятными ремнями, выкручивали руки на дыбе и выгибали с помощью различных приспособлений ноги и суставы.

Варвара, несмотря на все истязания, не смирилась. Герцогу нравилась эта девушка, он любил наблюдать за действиями палача, лично спрашивал пленницу на ломаном русском:

— Готова ли ты отречься от своей Родины?

Девушка отрицательно мотала головой.

Она была прекрасна и трогательна в своей гордой наготе. Даже в пыточном станке, терзающем сильное, мускулистое, удивительно гармонично сложенное тело.

Герцогу нравилось мучить свою жертву. Варвара не орала, не просила о пощаде. Упорное сопротивление русской девушки герцога только заводило. Хотелось сломить девку. Но при этом не изуродовать, не покалечить ее. Она такая красивая, может пригодиться ему для утех.

Правда, сегодня в ходе штурма Барбаросса разглядел через подзорную трубу рыжую дьяволицу, метко осыпавшую его солдат стрелами. То же крутая воительница. Герцогу нравились именно такие женщины.

Но рыжую еще следует достать, а Варвара уже в его руках. Чем бы ее еще помучить?

Барбаросса скомандовал:

— Гусиное перо мне!

Мальчик-слуга выбежал в поисках орудия пытки.

Герцог вновь полюбовался на почти нагое стройное тело девушки. До чего же она хороша! С каким удовольствием он овладеет ей. Но пока рано, нужно сломить ее характер, превратить в послушную рабыню. И все же хотелось лично потешиться своей властью над красавицей. Можно было высечь ее плеткой, Барбаросса любил наблюдать за порками, но сейчас он решил просто пощекотать красавицу. То же неплохое развлечение.

Мальчишка вбежал, держа несколько гусиных перьев. Герцог взял в руки два самых пышных и принялся щекотать девушку под мышками. Он делал это с неподдельным энтузиазмом.

Варвара не проронила ни звука, а Барбаросса прогнусавил:

— Отрекись от России!

Варвара мучительно простонала:

— Нет…

Она твердо решила не сдаваться.

Барбаросса продолжил свое развлечение, только перешел к щекотке грудей. Они у девушки такие соблазнительные, по ним так приятно водить перьями. Груди вздрагивают, покрываются пупырышками. Очень возбуждающе! А чего тянуть? Почему бы прямо сейчас не воспользоваться ее телом? И сиятельный герцог навалился на девушку…

Но тут послышался оглушительный грохот. Рванул обоз ляхов с порохом, несколько возов рядом взлетели на воздух, пострадали множество бойцов.

Это отряд русских предпринял дерзкую ночную вылазку. Поляки никак не ожидали, что после их ожесточенного штурма русские рискнут проявить активность. Но отборный отряд из нескольких человек бесшумно проник в спящий лагерь, измученный неудачным штурмом. Устранили охрану, разнесли обоз с порохом и повернули назад в крепость. Попытка преследования ни к чему не привела.

Налет стоил ляхам большого количества пороха и новых жертв. Всю ночь поляки провели на ногах.

Глава 13

А утром собрались генералы и стали обсуждать дальнейшие планы. Пан Лисовский предложил оставить заслон и наступать на восток.

Мол, цитадель все равно неприступна, а голод рано или поздно заставит защитников города сдастся. Возможна и боярская измена.

Шведский полководец Шлипенбах хотел идти к Новгороду на соединение с Густавом Адольфом. А венгерский воевода Стефан и вовсе посоветовал обраться за помощью к Турецкому султану.

Единства среди собравшихся военачальников не было.

Иезуит сообщил, что в Пскове уже объявился Лжедмитрий третий, что должно стать для русских новой головной болью. Кроме того, несколько тысяч татарских всадников уже подходят к Туле, при этом разоряя русские деревни. И османский султан может выступить, двинув большую армию к Астрахани.

Царевич Владислав придерживался мысли, что следует быстрее идти на Москву. Но Сигизмунд рассудил иначе. Чтобы не дробить свои силы, он решил перегруппировать войска и предпринять новый штурм ночью.

Благо еще прибыло три иноземных полка подкрепления.

Ночью оборонятся, в принципе, сложнее, на этом строился расчет. Белоцерковский опыт решили не учитывать.

Однако вновь русские пушки и ружья встретили ляхов уже на дистанции и нанесли им серьезный урон. Сходу преодолеть высоченные стены не получилось. Поляки опять оказались встречены ударами секир, мечей, копий. Некоторые мужики из ополченцев применили и тяжелые безмены, тяжелые, окованные шипами стальные шарики на цепи. Размахивая ими, наносили увечья противнику.

Поляки наступили на те же грабли. Здесь оказался и свой богатырь-мужик Булка, который работал шестипудовой палицей и буквально разбивал ляхов на части.

И других силачей хватало. Но и женщины оказывали посильную помощь обороняющимся мужчинам. Катерина, дочка ведьмы Аленушки, очень ловко метала стальные диски, изготовленные местными кузнецами по проекту Алексея Сотникова. Диски были любимой его забавой. Катерина не уступала своему учителю. Удачно запущенный диск мог убить человека.

Девушка неплохо владела и мечом, и саблей. Настоящая воительница! Когда ее диск попал точно в горло очередному пану, находившийся при подруге Ерема в восторге воскликнул:

— Ты богиня, как Афина.

Девушка улыбнулась и вывела из строя следующим диском еще одного воина.

Погода благоприятствовала обороняющимся. Как только поляки пошли на штурм, легкий дождик прекратился и из-за туч вышла яркая луна. Похоже, Боги опять симпатизировали русским.

Когда ляхом все же удалось в центре прорваться на стену, по ним ударили струями огнеметы.

Пламя слепило, жгучие потоки огня испепеляли, обожженные воины пятились назад и падали со стены.

Король Сигизмунд был в сильном волнении. Штурм польской армии по его плану оказался не состоятельным. Не удавалось прорвать оборону, ляхи несли огромные потери.

Наступление, в конце, концов, выдохлось. И огромная армия Речи Посполитой отошла на исходные позиции.

В штабе Сигизмунда снова собрались полководцы ляхов. Шлипенбах предложил провести подкоп и заложить порох. Но данное предложение не устроило польского короля. Для рытья туннеля понадобится много времени и не факт, что еще удастся добиться успеха.

Противник хорошо подготовлен и может нанести контратаку.

Голубиная почта донесла, что татары уже подошли к Туле. Русский гарнизон вынужден укрыться в городе. Пока басурмане на штурм не идут, но зато грабят окрестности, жгут села. Шведы штурмом овладели Карелой, заняли несколько русских крепостей и уже подходят к Новгороду. Самопровозглашенный царь укрепился в Пскове, часть русских городов на севере присягнули ему. Самозванец обещал крестьянам волю, а горожанам отмену налогов. Многие поддержали его.

А вот о судьбе Скопина-Шуйского и Алексея Сотникова пока нет известий. И это радовало поляков.

Дела у русских шли неважно. Их вполне боеспособная армия лишилась лучших полководцев. По слухам, новым командующим вместо Михаила Скопина-Шуйского должен стать Дмитрий Шуйский. На него делали ставку бояре.

Польских военачальников сильно волновали собственные большие потери, а также вылазки русских, сумевших поднять на воздух обоз с порохом. Преуспевали и стрелецкие приказы противника. Они стреляют практические без перерыва, не давая полякам как следует развернуться.

Вдруг Сигизмунду указали на воздушный шар, появившийся в небе. С него осуществлялся осмотр позиций. Было видно, как человек на шаре в подзорную трубу разглядывал собравшихся в штабе военачальников. Король Польши рассвирепел. Он отдал приказ окружить Смоленск сплошным валом, чтобы из города «не могла вылететь и муха». На том закончил совещание.

Все польское войско было брошено на земельные работы. Однако защитники города снова предприняли вылазку. Случился ожесточенный бой, заставившись ляхов отойти от стен.

Тогда Сигизмунд решился на новый штурм. Поляки собрали в окрестностях мокрую солому и подожгли ее, чтобы получить максимум дыма. Под дымовой завесой они устремились на навалистый накат.

И снова гудят увесистые горны и бьют барабаны. Однако дым оказался не слишком удачным прикрытием. Пули от мушкетов все равно выбивали ляхов, а картечь поражала солдат. Заработали и русские единороги, выбрасывающие бомбы, которые выбили массу солдат за стенами крепости.

И стрелы сыпались из крепости словно градинки, рассекая дым.

Катерина метала любимые диски еще интенсивнее, чем прежде. Она выглядела как непобедимый терминатор, от которого нет спасения.

Агрессивной оказалась дочка ведьмы. Она чувствовала себя героем.

Глава 14

Героизм дочки словно передался Аленушке, добавил ей бодрости. Она успокоилась, собралась. По мускулистому потному телу красавицы заструилась энергия.

Воительница-ведьма стала дышать ровнее, защищаясь автоматически от тяжеленных ударов див.

Главное сейчас — поиск слабых мест в сыгранной паре разукрашенных убийц. Найти их трудно, женщины-танки настоящие профессионалки. Тем не менее, одна из них, похоже, более молодая и горячая, она чуть-чуть опережает свою подругу, из-за этого амазонка преисподней на очень короткий промежуток времени остается без надлежащей защиты.

Но этот миг так едва уловим, что чародейка Аленушка засомневалась: хватит ли у нее реакции и скорости. Правда, был шанс заставить их сделать одну, устраивающую Аленушку последовательность атак, когда они раскроются в своей защите и появится возможность сделать прицельный укол на поражение. Но при этом был большой риск подставить свою светлую голову.

Сиреневый гравий сильно нагрелся и жег босые ноги симпатичной девушки-ведьмы, но подобное, скорее, стимулировало к активным действиям и двигаться, совершать маневры без обуви легче, когда стопой чувствуешь каждую песчинку. Можно быть быстрым барсом или стремительной гадюкой.

Убегая, Аленушка расчетливо пыталась представить, как надо двигаться, чтобы спровоцировать соперниц бездумные атаки. Порезов груди, предплечий, бедра, спины у дьяволицы-чародейки становилось все больше, выступила кровь.

Один из выпадов соперниц едва не повредил девушке ногу. На мускулистом бедре возник глубокий кровоточащий шрам. Аленушка замедлилась, ноги подкашивались. Ее начало водить из стороны в сторону, блоки стали неуклюжими. А женщины-монстры усилили натиск. Казалось: финал затянувшегося боя близок.

Аленушке было очень тяжело. Крепкая и гладкая нога девушки обагрилась кровью. Она все же умудрилась сместиться и порез оказался не глубоким, но противницам казалось, что воительница-чародейка серьезно ранена. Этот укол в ногу, кровь противницы еще больше раззадорил нападавших. Они рванулись вперед, чтобы добить ведьму, но Аленушка была к этому готова.

Первая дама-боец вскинула вверх меч, пытаясь закончить бой сложным ударом с поворотом, способным рассечь шею. Но воительница-чародейка вдруг метнулась к ней навстречу, нырнула под руку, едва не потеряв сознание от боли в поврежденном плече, но смогла воткнуть свой правый клинок под смахивающую на арбуз грудь тетки. Вложилась лихо, пробив кожу.

Дива-богатырь дернулась, лифчик лопнул, посыпались рубины, стуча по сиреневому гравию, что на мгновение отвлекло вторую воительницу и позволило Аленушке, которая упала навзничь, правым мечом зацепить икру противницы.

Аленушка едва успела уйти от скрещивающего движения их клинков, на многострадальной спине появился свежий порез. Дьяволица-чародейка применила подсекающий удар под колено женщины-громады, раздался короткий стон, она упала под ноги замершей от неожиданности подруги. Аленушка, пользуясь легким замешательством женщины, врезала ей головой в солнечное сплетение. Вторая огромная дива свалилась как срубленная сосна.

Золотые волосы воительницы-ведьмы стали красными от крови, она почувствовала близкую победу, что добавило сил. Ей удалось опередить шокированную, медленно приходящую в себя первую женщину, и точный выпад меча пришелся в ее бычью шею. Соперница рефлекторно произвела несколько взмахов руками и затихла, не подавая признаков жизни.

Окровавленная и потная красавица Аленушка подскочила ко второй, успевшей уже подняться даме. Меч амазонки-бегемота, направленный навстречу, Аленушка парировала, она вовремя сместилась и рассекла противнице внутреннюю сторону бедра, при этом зацепила богато украшенную юбку. Вновь посыпались крупные рубины.

Аленушка воспользовалась моментом и резким движением зацепила клинком женщине-гиганту внутреннюю часть локтевого сгиба. Вены оказались порезаны, рука утратила подвижность.

Ведьма имела основания быть довольной.

— Не повезло тебе, крошка, в этой жизни, может, счастье ожидает в иных мирах, — прошептала Аленушка и тут же едва не поплатилась за секундное отвлечение.

Здоровой рукой женщина ударила клинком. Аленушка едва успела отскочить, при этом попала своей круглой пяточкой на рубин. К счастью, прокол оказался болезненным, но не глубоким, хотя проблем добавил. Ее жуткая противница все еще не была окончательно сломлена, но теряла кровь и силы. Аленушка провела сложный, трудно отразимый прием и, обойдя клинок, сильно ударила даму ногой в солнечное сплетение. Упав на колени, женщина-богатырь выпустила из слабеющих пальцев меч, потом подняла изумрудные глаза, впившись взглядом в лицо Аленушки, и произнесла:

— Если бы ты была моей дочерью, я бы гордилась тобой, но сейчас прошу: отойди!

Смотрелась дама в самом деле ужасающе.

— Все хотят иметь хороших детей, но никто не думает о воспитании! — вздохнула воительница-ведьма. — Хочешь иметь счастливую поросль, удобряй заботой, поливай вниманием, окучивай наставлениями!

Аленушке хотелось сказать что-то красивое у ног поверженных противниц. Ведьмочке было жаль их. Впрочем, дух бессмертен, а она причинила страдания лишь плоти.

Боевая ведьма провела трясущейся рукой по прядям своих волос, они слиплись, стали багровыми, в такую жару неприятно стоять окровавленной и потной, соленая жидкость щиплет раны, чешется голова.

Наконец звучит мощный голос:

— Ты была великолепна, победила самых сильных наших бойцов. Воистину ты достойна войти в нашу семью и получить нужный тебе ключ.

Аленушка приподнялась на носочки, подошвы ног сильно ныли. Предложение войти в семью стало довольно неожиданным, этот мир казался слишком сумасшедшим и иррациональным. Аленушка хотела назад и подумала попросить об этом, но тут к великому ее разочарованию громыхнуло:

— А теперь подготовься к последнему своему испытанию!

Словно на голову рухнул небесный свод.

Аленушка недовольно поморщилась, неужели придется драться еще? Как это пел в своей любимой песенке Алексей: «еще немного, еще чуть-чуть, последний бой — он трудный самый! А я в Россию домой хочу…»

Поверженных женщин аккуратно положили на носилки и унесли. А Аленушка ощутила, что у нее нет больше сил.

Воительница-ведьма легла, точнее, плюхнулась на место, где гравий не так сильно жег тело. Вытянулась, приподняв ножки, чтобы кровь отхлынула от болезненных ступней, и как могла расслабилась. Ее охватила истома, совсем не хотелось двигаться, тянуло уснуть, отключиться, провалиться в забытье. Но подсознательная тревога не давала погрузиться в царство грез.

Девушки прислужницы принесли утолить жажду разбавленного водой вина, потом брызнули на Аленушку каких-то жгучих трав, продезинфицировав раны.

Ведьмочка взвыла от такой весьма болезненной процедуры, но быстро смолкла, сгорая от стыда: нельзя проявлять слабость на публике. Ее ломанные ноготки аккуратно подрезали отливающими светлой бронзой ножницами, на соблазнительных ножках вправили пару вывихнутых пальчиков. Выгнутую ключицу также поставили на место, заставив в очередной раз инстинктивно простонать, чуть подровняли волосы, брызнув кусачим, приятно пахнувшим шампунем.

Ей дали смоченный маслами и благовониями плащ, разрешили, наконец, несколько минут поспать. Хотя хотелось отдохнуть, как минимум, несколько часов.

Когда боль от дезинфекции прошла воительница-чародейка почувствовала себя намного легче. Засыпая, она подумала о том, что в заложенное в живые тела ощущение усталости есть и плюсы: как ты блаженствуешь, когда отдыхаешь!

Аленушке почему-то приснилась Герда, которая обошла босиком половину света и перед последним переходом расслабилась. Только той девочке было холодно в позднюю осень. А она лежит себе в тепле. Правда, израненная и исцарапанная мечами.

Тут из-под гравия выползло забавное существо, корпусом своим оно напоминало дыню и имело сапфировый в изумрудную крапинку хвост, по форме похожий на хвост лисицы. Мордочка с большими ушами, носик в виде морковки, оканчивающейся семицветной кувшинкой. Подойдя к Аленушке, зверек прижался к ее расцарапанной щеке и стал лизать ее тоненьким язычком. Девушка проснулась от неожиданности.

— Кто ты такой? — спросила ведьма. — Органика или механика?

И осторожно попробовала погладить зверька. Ладони стало щекотно.

Существо никак не отреагировало.

— Жаль, что мне тебя нечем покормить! Ты хоть разумный?! — шептала Аленушка.

В ответ раздался звонок, аналогичный трели будильника. Неприятный звук издал зверек, непонятно, что он означал. Но девушка-ведьма вновь осторожно погладила таинственного зверька. Ее мускулистое тело все еще ныло от усталости, а поспать ей не дали.

Зверек после паузы завыл как сирена, забил шестью широкими, подвижными ножками-колесиками, неожиданно его морковка раздвинулась, стали появляться острые зубки, они словно выросли за секунду. Аленушке пришлось приподняться на локте и отодвинуться от странного объекта. Что он хочет?

Притихшие трибуны вновь оживились, некоторые кулинарные монстры стали трясти своими завитушками и заревели.

Увиденное Аленушкой могло привести в шок даже самого стойкого бойца. Из врат Колизея, оформленных в форме черепа, вышли три здоровенных чудовища, их трудно описать русским языком, что-то похожее на гибрид огромной гориллы и медведя с очень мощными когтистыми лапами. Раззадоренные голодом и запахом пролитой на арене крови чудища испустили звук, напоминающий гром при грозе, и завертели тремя выдвижными глазами-перископами. Они осмотрели публику, немного поколебались, но, видимо, высокое ограждение внушило их примитивным мозгам, что до упитанных посетителей им не добраться, и монстры нехотя направились к единственной доступной им пище, Аленушке. Закуска не велика, но приятно пахнет травами.

Воительница вскочила на ноги, изобразила на лице мужество. По спине Аленушки невольно пробежали мурашки: справиться с тремя гигантами представлялось нереальным. Она бы не рискнула вступить в бой с такими огромными, почти как слоны, существами даже будучи совершенно свежей и имея в руках два меча. Против них лучше всего подошел бы десятиствольный универсальный принцесс-аннигилятор. Он стреляет гравиолучом и гиперрадиацией, как торнадо. Страшное оружие, да еще создающее матричную защиту и силовое поле вокруг бойца. Аленушка видела это оружие во сне после изнурительной медитации. А что мечи, особенно если учесть, что она беспредельно измотана уже проведенными схватками.

Девушка сердито топнула ногой и отчаянно крикнула в сторону императрицы!

— Так не честно! Уберите их!

— Чем больше врагов, тем ценнее победа! — парировала августейшая особа. — Покажи себя достойной!

Аленушка стиснула зубы и сжала кулаки. Все же не хотелось помирать. Ведьмочка стала подпрыгивать, стараясь вернуть себе бодрость и стремительность в движении. Однако организм ее не успел восстановиться, войти в боевое состояние не удавалось.

Аленушка дрожала от страха и истощения, а монстры приближались. Они не сильно спешили, видя, что жертве все равно не уйти. Воительница-ведьма уже ощущала их смрадное дыхание, глаза чудовищ то выдвигались, то, наоборот, проваливались в глазницы.

Но тут произошло то, что Аленушка меньше всего ожидала. Зверек, испуганно стрекотавший и неудачно пытавшийся зарыться в гравий, вдруг загрохотал как залпы нескольких пушек и рванулся навстречу чудовищу, шедшему впереди остальных. Монстр оторопел от такой наглости: какая-то кроха бросается на него. Он присел на задние лапы, придавив свой хвост, глаза удивленно высунулись, пасть широко раскрылась.

Аленушка поняла, что зверек на грани гибели, он как собака, которая бросается на медведя, чтобы защитить хозяина, ринулся у чудовищам, посягавшим на ее жизнь. Чувство товарищества придало ведьме мужества. Воительница, подавив усталость, метнулась вперед и успела ударить мечом по готовой раздавить зверка лапе с выпущенными на всю длину кошачьими когтями.

И откуда только силы взялись у Аленушки! Удар хорош, хотя и отдался в кисть, кожа монстра лопнула, полилась тягучая оранжевая кровь. Чудовище прыгнуло, стараясь придавить Аленушку своей массой, но получило удар мечом от отклонившейся девушки. Второй монстр открыл пасть, пытаясь достать девушку зубами, но получил по губе клинком. Мечи замелькали в руках ведьмочки как дамский веер, пробить шкуру монстрам трудно, но расцарапать можно. Чтобы уйти от третьего чудовища, воительнице пришлось выполнить армейскую команду: упал — отжался. Из пасти монстра изверглось жгучее пламя. Оно коснулось и лизнуло и без того истерзанную кожу девушки.

Она быстро вскочила и вспомнила танец диких лебедей, при этом стараясь экономить силы. Большие размеры монстров теперь играли против них медлительностью. Аленушка успевала уходить от их когтей и при этом чиркать клинками по туловищам, лапам, иногда доставала и до морд. Она наносила мелкие, но болезненные раны неповоротливым созданиям, а сама избегала их огромных пастей и сильных лап.

Открылось второе дыхание, и разогретые мышцы уже не так мучительно ныли от усталости.

Пока ведьмочке везло, она обошлась небольшим рваным порезом на спине, потому что чуть-чуть не успела уклониться, и ее слегка зацепили когтем. Но ярость от боли придает новые силы!

Воительница-ведьма в бешенстве высоко прыгнула и засадила мечом по перископу обидчика. В тоже мгновение ее отбросило неведомой силой, да так, что обезоруженная Аленушка упала, перед глазами поплыли цветные круги. Монстр прыгнул на нее. Но воительница-ведьма все же успела отскочить, а нападавший со всего маху напоролся на меч. Он выплюнул большой сгусток окровавленных соплей, рухнул на песок, согнулся и затих.

Воительница радостно закричала:

— Они тоже умирают! Внешне несокрушимый монстр оказался смертным!

Подобное приободрило Аленушку, тем более, лучше убивать этих тварей, а не симпатичных девушек.

Оба оставшихся монстра недоуменно уставились своими глазами-перископами на умирающего собрата, который, похоже, был у них за главного. Аленушка воспользовалась этим, стремительно подскочила сзади к одному из соперников и в прыжке всадила сразу оба меча в его спину. Монстр получил серьезные ранения, его гибель была лишь вопросом времени. Кровь из ран струйкой стала стекать на гравий. Чудовище быстро слабело, его движения становились все более и более вялыми.

Тем не менее, раненый монстр вместе со своим напарником все еще атаковали воительницу-ведьму вдвоем, один раз она едва успела выскользнуть из лап здорового гиганта, оставивших кровавые полосы на ее ребрах.

Но Аленушку уже не остановить. Пусть даже на ней и живого места почти не осталось. Тело все в ожогах, порезах, язвах. Но воля девушки несокрушима!

Второй монстр, наконец, выбыл из боя, а против оставшегося драться не так сложно, тем более, героический зверек отвлек противника, укусил его за лапу. И тут же был отброшен, но сильно пищал, отвлекая внимание монстра.

Аленушка, пользуясь моментом, прыгала и колола мечом чудовище, кровь стала хлестать из его ран.

Добить монстра казалось делом не слишком сложным, он стал оседать. Девушка-ведьма умудрилась даже вышибить ему несколько зубов, крупных, почти как кинжалы. Но случайно наступила на один зуб. Он вонзился в пятку. Тело затрясло, Аленушку почти парализовало. Однако об ногу воительницы снова потерся таинственный зверек и дрожь прошла. Аленушка вытащила зуб из пятки, из последних сил прыгнула и всадила клинок в морду монстра настолько глубоко, что рукоять скрылась в глазнице. Кисть ее руки покрылась противной жидкостью, девушку отбросило и ударило об гравий с такой силой, что она потеряла сознание.

Глава 15

Сознание зависло на тоненькой ниточке. Лишь чрезвычайным усилием воли воительница-ведьма сплела канат, вскарабкавшись к свету из беспросветной тьмы. И очень вовремя! Аленушка усилием воли оттолкнулась коленями и локтями и сместилась на метр. Погибающая тварь в последней смертельной агонии щелкнула пастью, зацепив зубами гравий в том месте, где только что лежала девушка.

Затем монстр выпустил изо рта небольшую струйку голубого дыма и затих.

— Виктория! — хотела крикнуть девушка, как учил ее на досуге Алексей Сотников, но губы лишь бессильно прошептали победное слово.

Все плыло перед глазами, словно она смотела через линзы, а в голове взрывались бомбы.

Чудный зверек подскочил к ней, лизнул в кровоточащий нос. Аленушка поняла, что если бы не это дружелюбное создание, не видать ей победы.

— Спасибо тебе, братишка! — прошептала воительница-ведьма.

Зверек вдруг кивнул симпатичной мордочкой и даже слегка помахал непропорционально большими своими ушками. Как мило! Неужели понимает человеческую речь?

И уже не так чудовищно болит местами содранная и обожженная кожа. И радость наполняет сердце.

А на арену уже выбегали девушки в халатах, они насаживали на крючья монстров и тащили их вон со сцены. Увидав сразу несколько девушек, зверек не от мира сего помахал хвостиком, наконец-то сумел зарыться в гравий и исчез. Аленушка проводила его усталым взглядом, выступила скупая прощальная слеза. Лежать было больно — порезы и раны давали о себе знать, но сил подняться уже не осталось.

Вот это сражение, самое напряженное, за всю ее не простую жизнь. Мучительно ноет каждая клеточка тела, каждая жилочка, каждая косточка.

Но воительница мысленно уже мчится на белом коне как триумфатор.

Девчата с арены подошли к ней, встряхнули, плеснули на распухшее от синяков лицо холодной воды и резко дернули за руки вверх, так, что оторвали от поверхности. Аленушка ощутила резку боль в теле, охнула и посмотрела на трибуны.

Оттуда на арену летели цветы, шарики, ленты. Видя, что Аленушка не может подняться и поприветствовать зрителей, девушки положили ее на носилки и поднесли поближе к толпе. Тем самым давая возможность самым нетерпеливым болельщикам дотронуться через решетку до своего до свежеиспеченного кумира. Аленушка слышала возгласы:

— Супербоец! Величайшая! Королева ринга!

Конечно, это почетно, но не слишком приятно, когда тебя трогают. Воительница-ведьма морщилась, когда ее касались липкие лапы. Она ожидала главного — обещанного ключа. В голове мелькнуло сомнение: а ради чего, собственно, она устроила этот кровавый цирк. Только чтобы испытать свое мужество и показать крутизну?

Когда очередная лапа сжала ее обожженную грудь, Аленушка рассвирепела:

— Не лапать! — и толкнула пяткой в наглый «леденец» с руками.

Сильно толкнула, только окружавшие его другие зрители не позволили «леденцу» упасть.

Он закричал:

— Ты сделала мне больно, госпожа.

Воительница-ведьма ответила:

— Стану вашей правительницей, всех посажу на диету!

Ей становилось легче, тело ведьмы совершеннее обычного человеческого.

Красивая девушка-прислужница обмыла от пыли и крови ступни Аленушки и поцеловала их. Сразу стало легче, волдыри и порезы перестали беспокоить.

Аленушка набралась сил, приподнялась на носилках и закричала:

— Где ключ, мой законный трофей?!

В ответ послышались свист зрителей и довольно приятный голос:

— Ключ твой, вот только попробуй его взять!

Девушка-ведьма решительно поднялась с носилок. Она чувствовала себя бодрее.

Перед чародейкой возникла бабочка с туловищем в форме красивого сказочного ключа. Аленушка проворно хватила рукой, бабочка-ключик и не думала отклоняться, ладошка ведьмочки прошла сквозь нее как мираж. Аленушка закричала:

— Обман?!

И попыталась вновь схватить бабочку-ключ, но ощутила лишь теплоту в воздухе и едва не потеряла равновесие.

Кто-то из зрителей крикнул:

— А ты примани его!

Аленушка удивилась и ответила:

— Не знаю, как это сделать!

В самом деле, все ее колдовские знания были тут абсолютно бессильны. Но последовал ответ:

— Спой ему песенку про любовь, только не чужую, а собственного сочинения!

Аленушка нахмурилась:

— Ну, не знаю!

Меньше всего она была настроена сейчас на лирику.

— Мир принцесс-ноосферы можно открыть только тому, кто и воин, и поэт в одном лице! — сказал появившийся возле Аленушки импозантный мужчина.

— Ты кто? — спросила ведьмочка.

— Хранитель мироздания, — ответил мужчина.

— Ничего себе! — удивилась Аленушка и улыбнулась.

Мужчина положил руку на плечо девушке-ведьме.

— Больше песни, меньше прозы, — сказал он и стал осторожно поглаживать Аленушку. Ей было приятно ощущать голой, в волдырях кожей прикосновения невероятно нежной руки. Она даже слегка разомлела, и лишь ставший строгим взгляд хранителя мироздания заставил ее собраться.

Аленушка немного покашляла, помяла руками заживающую на глазах шею и, наконец, запела:

Понять нельзя, что стало вдруг со мною,

Пригожий мир, как сумрак стал ночной!

Я отдала мечту страстей свою герою,

А ноги танец исполняют заводной!

Ну почему так на душе тревожно?

И душит сердце скользкий, мерзкий спрут!

Понять себя ведь просто невозможно,

Одна надежда: время — доктор, «швы» пройдут!

Искала я в сраженьях утешенье,

Хотела кровью жар в душе залить!

Кто не со мной — жестоким будет мщенье,

Сплелась в кольчугу жизненная нить!

Душа на часть рвется — раздвоенье,

И черное и белое — равно!

Хочу молить у доброты прощенье,

Но истребляю много, все одно!

Но где-то милый в сладких грезах бродит,

Стремлюсь к мужчине, чтоб был идеал!

Детей родить хочу, пахать и сеять поле,

И не губить, лишь строить, созидать!

Да, верю, что смогу стать чище, лучше,

Что обрету покой, мечту, семью!

Разгонит ветер грозовые тучи,

Надеюсь, верю, страстно всех люблю!

На последних словах бабочка-ключик сам опустился в раскрытую ладонь чародейке. Аленушка ощутила ласковое щекотание его лапок. Девушка улыбнулась и неожиданно для себя спросила:

— Теперь можно открыть?

Хранитель мироздания произнес глубоким, словно доносящимся со дна колодца голосом:

— Открывай, путь не в бездну, но не в рай!

Аленушка аккуратно сунула ключик в отверстие огромного замка и замерла, переводя дыхание.

— Поверни три раза по часовой стрелке, — подсказал хранитель мироздания мысли. — Не бойся!

Воздух вдруг стал немного холоднее. А Аленушка довольно дерзко ответила:

— Скорее звезда закукарекает, чем я испугаюсь!

Воительница-ведьма стала медленно поворачивать ключ, ощущая упругое сопротивление. Один оборот — очень тяжело идет. Второй — уже легче, словно в механизм добавили смазку. Третий — еще легче… Когда осталось совсем чуть-чуть Аленушка, в волнении, перекрестилась, она видела как это в критические моменты делал Алексей Сотников. И тут же испугалась, что Боженька разгневается и ударит в нее молнией.

Она ведь ведьма, Родноверка, а не Православная. Но чувство юмора красотке не отказало. Разбитые в боях губы прошептали:

— О Боги всех миров, если погибну — прошу считать меня атеистом!

Воительницы напряглась и с усилием воли довернула ключик до конца. Задержала в волнении дыханье, ее сердце, неистово колотившееся, вдруг замерло, словно тоже с нетерпением ожидая развязки.

Пару мгновений ничего не происходило, а потом…

Глава 16

А в другом, реальном, мире в это время…

Скопин-Шуйский очнулся. В могучем теле гиганта ощущалась некоторая слабость, но ничего не болело, кроме спины, которую он отлежал.

В комнате посредине стены висело большое зеркало. Скопин-Шуйский посмотрел в него на свое горло. На месте ранения не осталось даже шрама. Великий воевода усомнился, сказав сам себе:

— Это, наверное, бред…

Он чувствовал себя вполне бодро после такого серьезного ранения. На радостях захотелось даже сплясать.

Светловолосый мальчишка в белой одежде поклонился великому князю и произнес:

— Благодаря нашей святой Аленушке вы встали, господин!

повернулся к мальчишке. Оголец ему не был знаком. Полководец басовито спросил:

— Ты кто?

Мальчик просто ответил:

— Послушник Сережа. Поставлен наблюдать и ухаживать за вами.

Пацан улыбнулся и чуть громче добавил:

И охранять от всяческих неприятностей.

— Так, так… — задумчиво произнес Скопин-Шуйский, пытаясь понять, где он находится.

Сережа призывно свистнул. Появилось еще несколько мальчишек на вил лет двенадцати. Все в белых одеждах, но босые, в штанах закатанных по колено. Головы светловолосые, аккуратно стриженые, движения шустрые, за поясами небольшие сабельки в ножнах.

Огольцы поклонились знатному барину в пояс. Скопин-Шуйский спросил:

— Долго я у вас задержался? Мне нужно в войско. Покажите дорогу?

Мальчишки белозубо заулыбались. Снова поклонились и ответили:

— Мы можем провести вас, великий полководец. Но сначала должна прибыть Аленушка, она домчит вас на быстрых конях.

Михаил Скопин-Шуйский не удивился:

— Эту женщину я хорошо знаю. Она лучшая подруга моего помощника. Вы знаете, где сейчас Алексей Сотников?

Парни пожали плечами. Предводитель мальчишек несколько раз громко хлопнул в ладоши.

Появилась белобрысая девушка, лет шестнадцати, а за ней несколько девочек помоложе. Тоже в белоснежных платьицах с голыми ногами. Они несли на подносах разнообразную снедь. Тут были борщ, тыквенная каша, жареный гусь.

При виде съестного Скопин-Шуйский ощутил сильный голод. Великий воевода уселся за стол и принялся поглощать еду. Организм требовал калорий. Еда, хоть и простая, но отлично приготовленная.

Мальчишки построились по росту, вытянулись в шеренгу. Их кулаки были с рельефными костяшками, что выдавало тренированных бойцов.

Михаил Васильевич посмотрел на старшую девушку. Та осторожно присела на скамейку рядом с князем. Она была очень красивая, Скопину-Шуйскому захотелось обнять красавицу. Он с трудом противостоял своему искушению. Но неожиданно девушка сама приникла к нему и поцеловала губы.

Князь аж растерялся, а девчонка шепнула ему:

— Вы прямо как наше Божество, которое дает силу!

И опять поцеловала сладкими губами. Язычница не испытывала предрассудков, что характерны для верующих христиан, а прославленный воевода представлялся ей чем-то вроде значимого бога.

Вот ее грудь совершенно обнажилась. Она была упругая, юная и пахла медом.

Скопин-Шуйский не в силах противостоять нахлынувшему искушению погрузился в водоворот сумасшедшей страсти. Он еще никогда не встречал столь темпераментную партнершу, способную пробудить мертвого и соблазнить святого.

А ее бесстыдство, столь редкое для средних веков, пробудило в молодом мужчине вепря.

Мальчишки молча наблюдали за происходящим…

Но Скопин-Шуйский вдруг ощутил в себе колоссальную степень усталости и захотел погрузиться в сон. Не было сил противостоять объятиям Морфея.

Здоровый сон оказался у Скопина-Шуйского очень даже впечатляющим. В нем смешалась реальность и сказка. Но что поделаешь, когда отяжелел от еды и ласк темпераментной девушки.

В голове сложились очень даже странные картины. Может, под влиянием магии. Происходило все словно наяву, но в сказке из разряда тех, что Скопин-Шуйский не слышал даже в детстве.

Другое время, иная планета, хотя такая же проблемная и полная войн, как и Земля.

Султан База послал своего военного визиря хитрого Фетра завоевать богатое княжество Зарони, чтобы создать себе более удобный плацдарм для последующего удара по королевству Бартон. Он собрал ударный кулак из двадцати пяти тысяч бойцов, вильфабаков и героннов. Это такие похожие на веники существа. Были и люди, наемники, местные разбойники, привлеченные посулами. Короче говоря, отчаянный сброд, разношерстное, но весьма могучее войско. Часть из них двигались морем на судах.

По пути они решили напасть на купеческий караван, укрывшийся в бухте. У входа в бухту стоял форт с тяжелыми катапультами, но незадолго до этого Фетра послал к полковнику шпиона. Тот предложил половину купеческих сокровищ в обмен на временную «слепоту». Полковник согласился.

Караулы сняли, а многочисленная охрана, получив задаток, пьянствовала на берегу. Некоторые погрузились в хмельной сон. Высадка десанта прошла без проблем, только вода на мелководье чрезмерно нагрелась, от нее шел пар: били грязевые источники.

Высадившись, многочисленное разношерстное войско двинулось грабить город. Стражники попытались оказать сопротивление, возникла резня. Полилась кровь.

— Пускай наши воины разомнут клинки! — произнес с шипением визирь Фетра.

— Ты как всегда прав! — хрипло проговорил Оскар-паша. — Тем более, перед большой войной нужны деньги.

Визирь, не скрывая презрения, промолвил:

— Проследи, чтобы разоружили гарнизон, полковник Булка слишком дорого мне обошелся.

Оскар ответил зловещим, скрипучим тоном:

— О нем очень даже позаботятся.

В самом городе воины никого не щадили, насиловали женщин, ради развлечения пороли пленных, с тех, кто оказывал сопротивление, сдирали живьем кожу.

Визирь в сопровождении двух вильфабаков-мутантов с четырмя руками носился по городу. Какое удовольствие завалить молоденькую девушку, причинить ей боль, надрезать и приложиться к артерии, вливая бурными струями в себя теплую кровь. Этот дивный напиток пьянит крепче любого вина. От крови визирь балдел сильнее, чем от секса. А потом с наслаждением наблюдал, как девушка умирает, истекая кровью.

Оскар-паша занимался людоедством. Он предпочитал мальчиков. Поджарить румяное смуглое от загара тело пленника на огне, полить соусом и надкусить корочку.

При встрече визирь сказал своему подельнику:

— Самое прекрасное в войне, это возможность надругаться над беззащитной жертвой!

— Мой тебе совет, попробуй мясо мальчиков, женская кровь не такая вкусная и сытная, — предложил Оскар-паша.

«Ну и извращенцы подлые», — подумал во сне Скопин-Шуйский, но продолжил наблюдать картинку словно на экране.

Визирь пообещал:

— Обязательно попробую! Как только возьму Громонт.

Постепенно очаги сопротивления затихали, захватчики свозили добро. Набралось немало добычи.

Привели и начальника гарнизона полковника Булку. Он был избит и связан, глаза заплыли, нос сломан. Вместе с ним приволокли и его жену, уже почти нагую, всю в синяках.

Визирь издевательски проревел:

— Ну, что Булка?! Может, поджарить тебя на костре? Ты ведь такой полненький, аппетитный.

Полковник, трясясь от страха, пробормотал:

— Мы так не договаривались. Вы нам обещали половину добычи, что возьмете лишь купеческие суда и не будете грабить город.

Визирь улыбнулся:

— Вот как?! Обмануть врага — высшее военное искусство.

И сильно хлестнул плетью несчастную жену полковника. Она потеряла сознание и обмякла, а Булка, ощутив в себе отчаянную смелость, выкрикнул:

— Никто больше не захочет разговаривать с тобой! Теперь все города и крепости тебе предстоит брать с боем!

Визирь опять улыбнулся и спросил:

— А откуда они узнают о моей хитрости?

Полковник, преодолевая страх, ответил:

— Сороки на хвосте разнесут!

Фетра грозным тоном изрек:

— Ладно, чтобы не разнесли, тебе отрежут язык, завяжут рот и посадят на кол.

Затем голос жестокого сластолюбца немного смягчился.

— Что касается стражи, то сегодня я добрый и их просто прирежут без мучений. Перед смертью, кто захочет, может женщину твою насиловать, пока она не отдаст концы.

И сухо приказал:

— Привести ее в себя!

— Слушаемся властелин!

Вильфабаки вылили на жену Булки ведро воды. Она испугано вращала глазами. А визирь хохотал и тыкал ее дрыгающуюся плоть своим кривым с длинным ногтем пальцем.

Наслаждаясь страхом и беспомощностью своих жертв, визирь сказал:

— Жадность неистребима, я всегда найду глупого начальника, который откроет мне нужные ворота. Хороший вам урок преподал. Предсмертный…

Глава 17

После варварской зачистки города войска султана стали грузиться. Нельзя было терять время. Визирь и Оскар-паша подгоняли подчиненных.

Рядом с командирами находился придворный черный маг Луфор. Словно пришелец из потустороннего мира, он передвигался подобно тени. Ему предстояло сыграть свою роль в предстоящих битвах. Только что он лично зарезал несколько красивых женщин и напитался бесовской силой.

Предстояло плыть по жгучим водам, где время от времени пробуждались вулканы-демоны. Духи нижнего порядка вселились в стихии, и только творец Вселенной знал, когда они выплеснут энергию разрушений. Можно было, конечно, обойти опасные пороги, но это вело к потере времени. А легионы Сатаны рвутся в бой, ожидая новую добычу и разрушения.

Зловещий маг приказал вылить кровь, запасенную в городе, на воду, за борт кораблей. Он прочел заклинание. Было видно, как кровь растекается по поверхности, но не желает втягиваться в голубую гладь. Зато корабли пошли быстрее, в надежде проскочить опасное место.

Луфор долго махал руками, посылая синие лучи. Свистели бичи, надсмотрщики изо всех сил лупили рабов, заставляя тех энергичнее махать веслами.

Визирь обратился к своему постоянному спутнику:

— Что, Оскар, нравиться тебе этот переход?! Он мне кажется блином, по которому катиться масло.

Царедворец и кровавый полководец ответил:

— Начало не самое плохое, но все должна решить быстрота, есть опасение, что король пронюхает и поспешить на помощь.

Фетра выразил сомнение:

— Он для этого слишком медлителен.

Их корабли под утро причалили к берегу. Визирь с гордо поднятой головой наблюдал, как выгружается войско. Когда оказались на суше, двинулись вглубь континента. Топали подкованными сапогами, скрипела упряжь, позвякивали оружие и доспехи. Звучал горн, тысячники вели полки к заранее намеченным тропам. Подниматься по ним было нелегко, но другой путь по плитам оказался еще более рискованным.

Даже маг Луфор не мог дать гарантии, что совладает с дремлющими под сводом камней стихиями. Миры духов в любой момент могли пробудиться и раскромсать на кусочки дерзких пришельцев.

— Сколько мерзости клубиться под землей! — ругнулся недовольный визирь. — И ты, маг, не в силах ее подавить!

Предводитель разбойников брезгливо плюнул.

Чародей ответил голосом полным досады:

— Я и так потратил слишком много энергии, а то, что сокрыто под землей неподвластно простому волшебству.

Визирь едва сдержался, чтобы не нахамить грубо колдуну. Он сказал:

— Вот если бы удалось уговорить султана отправить с ними верховного магистра Дакку, как бы это все упростило. Он реально великий мастер.

Луфор промолчал. Себя маг считал не менее великим.

С высоты гранитного утеса слышался грохот прибоя, скрип севших на мель судов, стук камней, осыпавшихся под сапогами солдат. Единорог, на котором ехал визирь, впивался в землю всеми своими копытами, на таком животном лучше на скалы взбираться. Лошади и олени послабее будут.

Неожиданно в пропасть сорвались несколько воинов-неудачников.

— Вот зараза! — выругался визирь и обратился к Луфору:

— Ты можешь перенеси нас с помощью заклинания?

— Рад бы да силы такой нет, даже магия не все может, — пробормотал колдун.

Визирь сверкнул глазами. Ему захотелось воткнуть меч в зловещего мага.

Когда светило достигло зенита все десять тысяч воинов стояли на плато. Чтобы взбодрить войско, Фетра разрешил напиться из ближайшего ручья и добавить в чистую воду бодрящего зелья. Сам визирь предпочитал хмельное вино, смешанное с кровью своих жертв.

Полчаса отдыха не помешали, тем более, на небе появилась кроваво-красная туча. Ее очертания выгляди очень грозно и зловеще.

— Это символично! Мы прольем много крови! — Сказал визирь, вонзил алмазные шпоры в бока белоснежному единорогу и двинулся в путь.

Войско двинулось следом за ним. Грозные вильфабаки в доспехах, фарациды, группа куццапов, это полукровки, что рождались от вильфабаков и людей, но были вечными изгоями. Они даже внешне выглядели ужасно, покрытые густыми волосами, словно полинявшей шерстью, с непропорциональными лицами, кривыми руками, некоторые горбатые. Другие расы их ненавидели, и куццапы платили взаимностью. Зато в бою они были смелые и лютые, ведь смерть избавляла их от страданий. Кто-то пошел в поход, желая денег, удовольствий, женщин, а эти парни хотели выпустить побольше кишок, чтобы удовлетворить таким образом свою навязчивую садистскую похоть.

Армия султана двигалась на Громонт по центрально дороге, названой шелковым путем. Ее вымостили голубыми тщательно отшлифованными булыжниками, которые даже давали отражение, словно зеркала.

Вперед вырвались быстроногие куццапы. Остальные шли с некоторым отставанием от них. По пути куццапам попался караван с верблюдами. Полукровки бесцеремонно напали на охрану и моментально перебили ее, потеряв четырех бойцов. Лишь несколько стражей успели снять стрелами вероломных захватчиков.

Одного из своих раненных куццапы без всякой жалости добили.

— Вот и обоз пополнили! — сказал подъехавший визирь.

— Впереди селение! — напомнил Оскар-паша.

Вскоре войско визиря подошло к небольшому городку. Он был обнесен частоколом и неглубоким валом. Крошечный гарнизон, увидев столь крупное войско, поспешил сдаться. Что, впрочем, не уберегло население от зверств пришельцев.

— Никто не должен уйти и предупредить врага! — приказал визирь и разрешил свирепствовать.

Солдаты забавлялись с женщинами. Сам Фетра подъехал к привязанной девушке и понес факел к ее обнаженной груди. Красавица завопила во всю глотку, а визирь с наслаждением ловил ее стоны.

В этот момент стрела вонзилась ему в спину. Искусно сделанная кольчуга выдержала удар, а Фетра поспешно укрыл лицо руками. Но следующая стрела пробила сановнику кисть. Воины-телохранители прикрыли своего господина громадными щитами.

Фарациды почти сразу засекли, что стреляли с высокой башни. И немедленно атаковали стрелка. Тот успел выстрелить третий раз, но никуда не попал.

— Взять живым! — скомандовал визирь.

Фарациды с ловкостью обезьян лезли на башню, но кто-то из вильфабаков выстрелил снайперу в руку. Послышался крик, затем с башни рухнуло тело. К нему спешно подбежал колдун.

— Да это всего лишь девушка! — удивленно сказал чародей.

Визирь недовольно ответил:

— Воскреси ее, чтобы можно было пытать.

Маг развел руками:

— Не могу! Ее мозг вылетел, максимум на что я способен, это обратить в зомби, не знающего мыслей и боли.

Визирю понравилась подобная идея:

— Да! Сделай зомби, страшного тайного убийцу.

— Город сожжем? — спросил Оскар-паша.

Ему хотелось крушить и терзать.

Визирь замотал головой:

— Нет, дым может предупредить остальных. Сегодня ясное небо. Пускай фарациды двинутся вперед, а отсюда ни один местный не должен уйти.

Отобрав тысячу быстрых воинов, визирь двинулся вперед. Следующий городок они обошли, оставив на разграбление основным силам. Куда более серьезной проблемой оказалась сторожевая башня, что стояла на холме у самой высокой точки дороги. Наблюдатели видели всякого, кто движется к Громонту.

Воины затаились, один лишь фарацид приблизился к башне и выпустил стрелу в караульного, тот зашатался, но успел закричать:

— Тревога!

Но к башне уже мчались основные силы, фарациды на дальней дистанции открыли огонь из длинных арбалетов. Несколько сигнальщиков разом были убиты. Тем не менее, один из воинов умудрился доползти и зажечь фитиль. Ракета взвилась в воздух и рассыпалась тревожным фейерверком.

Визирь в сильнейшей досаде выкрикнул:

— Вот неудача, они сумели предупредить своих! Теперь с налету город не возьмем.

— Они не успеют послать за подкреплением, — сказал Оскар-паша.

И многочисленная орда поспешила на штурм…

Такой вот сон увидел русский полководец. К чему бы это? Скопин-Шуйский видел иногда вещие сны. Сейчас он воспринял свое видение как предвестник нашествия коварных жестоких врагов. Реальность подтверждала такое возможное развитие событий.

Михаил Скопин-Шуйский стал собираться в дорогу.

Глава 18

Пришла пора решительных действий.

Армия под командование вновь вставшего в строй Скопина-Шуйского выступила в направлении Новгорода. Город Смоленск держался пока твердо, ляхи с иноземными полками там капитально увязли. А вот Новгород мог пасть. Кроме того, следовало оборонять северные города от влияния самозванца Лжедмитрия третьего. Пока еще его имя привлекало народ. А популярность царя Василия Шуйского была низкой. Шли разговоры о том, чтобы нового царя избрать на Славянском соборе. Многие хотели видеть самодержцем Михаила Васильевича Скопина-Шуйского.

Появление исцелившегося от тяжелейшей раны полководца вдохновило русских людей. Войска Лжедмитрия третьего либо переходили на сторону Скопина-Шуйского, либо разбегались в страхе. А тех, кто пробовал сопротивляться, разбивали легко.

Войско Скопина-Шуйского шло форсированным маршем, стремясь поспеть и не допустить разграбления Новгорода войсками шведского короля Густава Адольфа.

Богатый этот град, центр торговли. И укреплен солидно. Но юный монарх решил взять Новгород штурмом. И хотя осадные орудия еще не успели прибыть, его воины, включая и разного рода наемников, выстроились для атаки. Они стремились опередить грозного Скопина-Шуйского, взять город раньше подхода основных сил русских.

По сигналу армия Густава двинулась на штурм. Но жители решили не сдаваться. Мобилизовали многочисленное ополчение, массу посадских, приказных людей, слуг. Город имел высокие и толстые стены, считаясь первоклассной цитаделью. Войско гарнизона и многочисленное население были готовы для схватки.

Самая главная сила — стрелецкие приказы. У многих воинов уже есть новое оружие.

Густав Адольф рассчитывал на купеческую измену. Но в Новгороде собралось под колокольный звон вече. Народ дружно присягнул на верность Скопину-Шуйскому. И потребовал оставаться в составе Московии. А несколько изменников оказались буквально растерзаны толпой.

Лжедмитрий третий тоже объявил, что шведы — ему не союзники, так что многочисленная и дисциплинированная армия скандинавов оказалась во враждебном окружении.

Народ хотел единства и окончания смуты.

Штурм проходил ожесточенно. Сначала шведы попали под мушкетные и пушечные выстрелы, но все равно полезли на стены. Там их встречали копьями и косами. Действовали и купеческие команды с саблями и крючками, которыми сталкивали атакующих шведов.

Густав Адольф нанес основной удар в направлении глиняных ворот, выдвинув туда отборные свои полки. Им удалось ценой больших потерь «оседлать» пару башен. В остальных местах

Над воротами взвились шведские флаги, но ненадолго. Нищенка Шура смогла проникнуть в подвал под башнями и поджечь там порох. Героиня погибла, но башни обрушились, подгребая под себя лучших шведских воинов. Русское войско держалось и в остальных местах. За долгие годы существования Новгорода был вырыт не один ров, возведен дублирующий вал.

Так что попробуй, супостат, сунься! Шведы нарвались на огненную завесу, так и не смогли преодолеть завалы и рвы.

Новгородцы сражались упорно. В городе были большие запасы спирта, его поджигали и использовали при стрельбе из огнеметов. Это эффективное оружие в обороне, особенно когда лезут на стены: обдать врага пламенем, чтобы загорелся живьем, упал, увлекая за собой остальных. Швеция имела дело с крупным русским городом, который не собирался сдаваться.

И Скопин-Шуйский приближался. Его армия росла, в нее вливались мужики добровольцы.

Густав Адольф собрал королевский совет на заседание. Предстояло решить, что делать дальше. Самое разумное в данной ситуации было отступить от Новгорода, уйти к Выборгу и отсидеться в крепости. Но речь шла о личном престиже короля. Монарх был молод и отважен.

Вариант бегства Густав отверг, он решился на отчаянный шаг: выступить навстречу русскому воеводе. Из Швеции только что прибыл резерв, войско боеспособное и силы почти равны. Значит, можно рискнуть на бой.

Шведский король выступил ночью. Нужно было отойти подальше от Новгорода, чтобы местные не ударили скандинавам в тыл.

А Скопин-Шуйский скакал навстречу вместе с оправившимся от травм Алексеем Сотниковым и вернувшейся в этот мир Аленушкой. Они двигались во главе своего войска.

Лошадь Скопина-Шуйского под тяжестью могучего всадника, закованного в тяжелые доспехи, шла тяжело. Любимые белоснежные лошадки Алексея и Аленушки были и легче и быстрее, их приходилось сдерживать.

Сотников выглядел еще более молодым, чем до ранения. Он и раньше казался гораздо моложе своих реальных сорока лет, а сейчас лицо словно по-детски округлилось, не было видно никаких морщин.

Михаил Васильевич спросил у Аленушки:

— Тебе долго пришлось колдовать, чтобы вытащить меня с того света?

Князь не мог даже представить, что пришлось пережить этой паре ради его выздоровления.

Девушка с жемчужной улыбкой ответила:

— Долго и не без труда. Все в нашем мире дается в борьбе…

Алексей кивнул, но промолчал, ему вспоминалось свое сражение.

Скопин-Шуйский, раздувая легкие, словно кузнечные мехи, спросил:

— А если бы не удалось меня вытащить, то тогда что бы делали?

Аленушка подмигнула мужу: мол, не молчи.

Алексей честно ответил:

— Тогда пришлось бы послужить Дмитрию Шуйскому. Он, конечно, не такой хороший полководец, и наша помощь пригодилась бы.

Аленушка предложила:

— Может, побыстрее поскачем?

Скопин-Шуйский отрицательно покачал головой:

— Нет! Я должен быть рядом с войском. Скажите лучше, как поступит Адольф, узнав о нашем приближении?

Алексей Сотников пожал мускулистыми плечами. Аленушка срубила с одного замаха шишечку на ближайшей ветке и ответила:

— Я думаю, он выступит нам на встречу.

Скопин-Шуйский поинтересовался:

— А почему ты так считаешь?

Аленушка ответила:

— Король молод, горяч. Ему не захочется отступать, чтобы его приняли за труса. Он пойдет к нам и даже попытается атаковать.

В голосе ведьмы звучала уверенность.

И Алексей подтвердил:

— Тут я согласен с Аленой. Нам нужно выбрать позицию, удобную для обороны. И вырыть редуты пока есть время.

Скопин-Шуйский призадумался. Да, на него могут напасть здесь. А еще поляки осаждают Смоленск. Там у них значительные силы. Пожарский, к счастью, отогнал татар и ногайцев от Тулы. Но награбить крымцы успели изрядно. И много селений сожги.

Россия сильно измотана войнами и различными неурядицами. Нужно быстрее добиться мира. Но с другой стороны, шведы, даже если их разбить сейчас, могут вернуться. Было бы неплохо отбить у них Выборг и особенно Нарву. Последний город как морской порт особенно важен. В нем можно будет снова воссоздать как при Иване Грозном «нарвскую навигацию». Без торговли и военно-морского флота Руси никак нельзя.

Есть шанс, что удастся поймать короля Густава Адольфа в ловушку, и не дать его армии отойти на север.

С такими мыслями Скопин-Шуйский приказал Алексею Сотникову:

— Пошли голубя в Новгород, чтобы собрали сколько можно воинов и перекрыли все доступные отходы армии Густава на север. Ни в коем случае не дайте ему уйти!

Аленушка согласно кивнула, тряхнув своей золотистой шевелюрой.

Алексей предложил:

— Следует послать надежного человека, который проследил бы за тем, чтобы шведов не выпускали.

Аленушка сказала:

— Я пошлю в Новгород Альбину. Она сможет все правильно сделать и проследить.

Скопин-Шуйский поинтересовался:

— Альбину? Это надежная девушка? Справится?

— Подождите, — сказала Аленушка, развернулась к войску и громко, по-особому, засвистела. Вскоре появилась уже знакомая Скопину-Шуйскому и Сотникову блондинка. Красивая, во многом похожая на златовласую Аленушку. Она напомнила Алексею подругу его школьных бурных лет. Та девушка тоже была белобрысой, немного старше Леши. С ней он открыл для себя телесную любовь. Ему очень это понравилось, помогло почувствовать себя взрослым… Приятные воспоминания.

Альбина, выслушав Скопина-Шуйского, согласно кивнула:

— Я все сделаю как надо! Не волнуйтесь, король не уйдет!

Аленушка добавила:

— Альбина почти равна мне в ратной выучке. Она прошла мою школу, владеет магией.

Скопин-Шуйский, сказал:

— Очень надеюсь, что все получится. Только будь осторожной!

Блондинка вскочила на белого скакуна, подхлестнула коня и помчалась стремительным галопом.

Скопин-Шуйский долго смотрел вслед красавице. А Алексей Сотников подумал, что было бы в случае, если бы он оказался перенесен по воле Богов во вторую мировую войну. Смог бы он проявить себя во всей красе как здесь или оказался бы попаданцем-неудачником?

Глава 19

Русское войско расположилось в поле, удобном для боя. Небольшая возвышенность способствовала рытью редутов. Овраг рядом оказался весьма кстати.

Воины взялись за работу, энергично замахали лопатами. Нужно поспеть вовремя: швед медлить не будет. Юный король Густав Адольф очень способный полководец и наверняка попытается нагрянуть, свалившись, как снег на голову. Но с воздушного шара при использовании подзорной трубы видно далеко. И любая попытка внезапного удара обречена на провал.

Впрочем, у Алексея Сотникова были сомнения: а если король все-таки проявит мудрость не по годам, снимет осаду Новгорода и отойдет к мощной крепости Выборг. Это вполне рациональное решение. Но тогда получится, что они по Предложению Алексея даром потеряли много времени и сил на рытье укреплений.

Но ведьма Аленушка психологию знала хорошо. И наблюдатели, находившиеся все время на привязанном воздушном шаре, спустя несколько часов доложили: противник идет с севера.

Алексей обрадовался: ему вновь хотелось проявить себя в бою! Ну что же, раз так, следует дать шведскому королю хорошенько по рогам.

Русская рать приготовилась к бою. Стрельцы распределились, достали новые кремневые мушкеты, легкие ружья с острыми штыками. Пригодятся и гранаты, изготовленные по проекту Сотникова. В ход пойдут единороги, способные вести огонь за линией войск.

Армия Скопина-Шуйского отлично вооружена и обучена. Хотя и шведы не слабы. Но русские на своей земле, к ним присоединились на марше немало ополченцев, в основном лапотных мужиков. Все полны энтузиазма: готовы драться с неприятелем.

Расчеты оказались верными: враг пришел, предстояло его достойно встретить.

Аленушка осматривала редуты. Возведены простейшие. Все равно противник их с ходу не преодолеет, да и часть работы сделала сама природа. Ну а русская рать свою стойкость на практике уже показали.

Аленушка с легким трепетом в голосе пробормотала:

— Жалко юного короля! Идет соколик прямиком в капкан…

Первыми противника дружно и метко встретили единороги. Бомбы рвались, поднимая тучи осколков и выбивая из шеренг шведов массу воинов.

Атака неприятеля с самого начала не удалась. Шведы приблизились к укрепленным позициям русских и столкнулись с капитальным и метким огнем. Потом, когда поредевшие отряды приблизились к редутам, им стал досаждать ружейный огонь, то же неся ощутимые потери. Добраться до укреплений и навязать плотный бой никак не удавалось. Меткие выстрелы истребляли всех, кто приближался на расстояние тридцати шагов.

Алексей Сотников лично палил из мушкета, Аленушка предпочитала колчан со стрелами, иногда метала свои любимые диски.

Алексей подумал, что в той жизни в ходе войны в Чечне следовало избегать контактного боя. В этом случае российские потери были бы намного меньше. Вот сейчас они демонстрируют преимущество битвы на расстоянии. И все идет хорошо. Шведы лишь на ходу могут производить отдельные выстрелы. Но наши солдаты защищены укрытиями.

Тех, кто все же сумел подойти вплотную, наши снимают из огнемета. Это выглядит впечатляюще! Огонь заставляет иступлено орать обгоревших. Хорошим оружием обогатил он, Сотников, арсенал родной армии.

Густав Адольф, видя что его солдаты безнадежно проигрывают сражение, захотел лично возглавить атаку. Но на нем повисли телохранители. Глава охраны заявил:

— Я обещал вашей матери, что приведу вас домой живым.

Адольф заносчиво рявкнул:

— Я не скотина, чтобы меня приводили! Лучше быть мертвым, чем опозоренным.

Советник короля Карл Либештейн отрицательно покачал головой:

— Вы нужны Швеции, ваше величество!

Король в ответ прорычал что-то невнятное.

Бой тем временем развивался по прежнему сценарию. Шведы атаковали, русские их отстреливали и поджигали огнеметами. Алексей Сотников даже немножко загрустил:

— Хоть бы сабелькой помахать!

Один из шведских полков двинулся вдоль болота в обход. Но и это не помогло. Маневр заметили с воздушного шара, подали сигнал. По приказу Сотникова развернули пару единорогов и обстреляли шведов. Выстрелы российских пушкарей точны и смертоносны. Бомбы с новейшей взрывчаткой, что мечут единороги, весьма мощные по тем временам.

В ход вступали все новые и новые шведские полки, юный Густав Адольф отдавал самоубийственные приказы. Опыта у него было мало и мудрости не достаточно.

Впрочем, желание самому вести полки в атаку улетучилось. Было видно, что слишком сильны русские. Но Густав орал, и бравые викинги шли на штурм.

Они даже пробовали петь: умирать так с музыкой. Понятно, это не помогало.

Шведский король аж трясся от ярости, в досаде он молвил:

— Я бы продал душу дьяволу, чтобы победить сейчас!

Аленушка словно услышала эту фразу и прокричала Сотникову:

— Даже дьявол шведам не способен помочь.

— Ты же атеистка! — ответил Сотников, — ни в Бога, ни в черта не веришь.

Алексей слегка отвлекся от боя и вспомнил о том, что атеизм зародился еще в Древней Греции. Подобные взгляды долгое время исповедовать было опасно. Сократа за его неверие заставили выпить чашу с ядом. Хотя атеист Сократ верил в бессмертие души. И принял чашу с ядом без тени страха.

А вот Эпикур, наоборот, был стопроцентный материалист. Он считал, что жизнь человека приходит к концу вместе со смертью тела. Значит, нужно гулять, пить, веселиться пока не умрешь. А смысл жизни состоит в том, чтобы получить от нее как можно больше удовольствия.

Наслаждение по максимуму — к этому направлены помыслы и стремления многих людей. Хотя наслаждаться жизнью могут далеко не все. Рабу уготована участь мучиться на хозяина и лишь надеяться на лучшие изменения после смерти.

Христианская вера породила у нищего и раба надежду на светлое будущее. На рай, который не описан подробно в Библии и который каждый может представлять по-своему. Все религии мира служат средством примирения человека со своей неудачной судьбой. Ислам еще подробнее расписывает прелести рая и ужасы ада. Причем, в раю обещают все, что только могло придти в голову средневековому бедуину.

Да, атеизм не получил большой популярности в средние века. Но что остается ведьме Аленушке, не признающей официальную религию? Она верит в бессмертную душу. Которую, после прекращения земного существования, ожидает не ад, не рай, а новая жизнь, но уже в другом мироздании. Где продолжится борьба, войны, интриги, сражения за место под солнцем. Все по кругу, вновь и вновь! Но она уже будет иметь опыт и станет мудрее.

Родноверие, в отличие от Индуизма, при новом воплощении души подразумевает сохранение прежней памяти. Ибо только так оттачивается духовная мудрость. Когда умудренный старец умирает, он получает в следующей жизни новое, молодое тело, сохранив при этом прежние знания. Заманчивая перспектива!

И все же интересно, что там на самом деле происходит за гранью жизни. Наверное, правила определены для всех времен и народов. Но какие это правила Алексей не знал. Его попаданство убеждало в бессмертие души. Но вот куда отходят души убиенных ими врагов и героев, защитников родной земли?

Почему-то после таких размышлений Алексею стало жалко убивать молодых викингов. Хотя раньше он воспринимал свои военные похождения в смутном времени как игру, в которую попал по недоразумению или велению Богов. Но, возможно, это и есть его новая жизнь, пусть рождения в другом теле и не было. И эта жизнь опять проходит в борьбе. Теперь нужно защитить свою отчизну, собирать кровавую жатву, отправляя души воинов противника в иной мир. Много их сгинуло в этой безумной атаке.

Очередной шведский полк полег под русскими выстрелами. Трупы валялось по всей земле. Немногое уцелевшие воины остановились и не желали идти на смерть.

Тогда воевода Скопин-Шуйский скомандовал:

— А теперь, братушки, на штурм!

Зазвучали русские трубы, ударили барабаны. И армия двинулась в контрнаступление. Впереди выступили стрелки, которые вели огонь на ходу, за ними шла многочисленная пехота.

Развернулась грандиозная битва. Обе стороны проявляли ожесточение.

Аленушка с удовольствием вступила в ожесточенную схватку. Алексей последовал за ней. Причем, ведьма нацелилась на самого короля.

Сотников размахивал широченным мечом и рубил словно легендарный Илья Муромец. Аленушка же нацелилась прорваться к Густаву Адольфу и махала своими двумя саблями, словно заводная. Иногда останавливалась, чтобы метнуть диск. Красивая и смертоносная.

Алексей Сотников тоже вспомнил, что у него есть диски для метания, способные наносить увечья врагу. Он чуть уступает Аленушке в точности метания, но зато лучше, мощнее рубит мечом, а при необходимости наносит еще и удары ногами. Алексей с раннего детства тренировался боевым искусствам. В таких переделках в школьные годы побывал! Природный талант, помноженный на труд, дал хорошие результаты.

Умение драться очень пригодилось ему и в колонии-малолетке, где он быстро выбился в авторитеты. Но зато охладел к криминальной карьере. Именно на малолетней зоне, насмотревшись различного зла, Алексей понял, что путь в криминал — тупиковый путь. Нужно нести пользу обществу. Пусть даже в нем много несправедливости.

Наверное, при социализме справедливости было больше. При царях или демократии — кто богаче и сильней, тот и прав!

Алексей воевал в Чечне, дослужился до звания майора, получил несколько государственных наград. Он боролся тогда, как он думал, за справедливость. Вот и сейчас его стезя — служение своей Отчизне, пусть и во времена средневековья. Не мечтал он об этом, но так уж получилось!

Здесь настоящие бои, здесь шикарный адреналин, здесь он стал богатым и знаменитым.

Алексей дрался с исступлением. Вот двух метровый охранник польского короля свалился под ударом его меча. Второго срезала точнейшим броском диска Аленушка.

Глава телохранителей попытался уберечь короля и увести подальше от приближающихся русских. Но получил в горло острие диска от проворной ведьмы. Воительница провела мельницу, которой обучил ее Алексей, и срубила еще одного охранника.

Как быстро добрались Аленушка с Алексеем и поддерживающие их воины до Густава! Король в отчаянии выхватил два меча и сам пошел на воинственную девушку. Она в ответ бросилась к Густаву. Тот не успел парировать стремительный выпад ведьмы, получил сильный удар по мечу. Рука невольно разжалась. А чародейка, сближаясь, провела тычок коленом в солнечное сплетение.

И Густав упал, словно парализованный. Аленушка проревела:

— Смерть за смерть! Кровь за кровь!

Тут к ней бросились пара оставшихся охранников и попытались девушку сбить. Но воительница сражалась очень отважно. Она отбила выпад, кружась словно метеор. Ее опять пытались атаковать, но без успеха.

Алексей прорвался к Аленушке и встал рядом с ней. Он сражался с большим удовольствием и яростью. Удавалось сразить все новых и новых воинов-викингов. В бой возле них включились и подоспевшие ополченцы, мужики с косами, рогатинами и вилами. Они беспощадно секли своих оппонентов. Удары русских кос в бою — это что-то непередаваемое. Так же как и поведение девушки-воительницы, на которую налетела личная охрана короля. Но Аленушка сражалась очень отважно, демонстрировала чудеса сноровки. А когда к ней подоспел на помощь Алексей, чаша весов окончательно качнулась в ее сторону.

Шведы решительно проигрывали сражение, догорали последние осколки битвы. Шел процесс добивания уже поверженного врага.

Скопин-Шуйский, впрочем, умудрился получить мушкетную пулю в грудь, но надежная кольчуга выдержала попадание. И бычья туша великого князя продолжала демонстрировать свою непотопляемость.

Русские дрались упорно, безо всяких попыток пощадить противника. Поэтому пленных оказалось мало. Большая часть живой силы истреблена, пытающиеся сбежать ушли не далеко. Их преследовали жестко и эффективно.

Многочисленная артиллерия оказалась захвачена, так и не сумев вступить в бой.

Глава 20

Юного короля Густава Адольфа подхватили под мышки и поволокли в стан. Крупная победа русских, тем более, удалось пленить такую важную персону, как король. Все были в радостном настроении: разгромили такую армию и почти не понесли урона.

Когда Густав пришел в себя, Скопин-Шуйский пригласил короля в шатер. Густав Адольф был бледен и сильно поражен тем, что оказался в плену. Вдвойне обидно, что его смогла завалить какая-то баба. Впрочем, когда Аленушка появилась в шатре, король нашел ее вполне соблазнительной. Тем более, девушка стоила царственной особе глазки и даже Улыбалась, кокетничала с ним, будто ей хотелось переспать с пленником. Густав не удивился: он юн, смазлив и, главное, — король. Кто же из женщин не хочет близости с королем? Пусть и пленным. Пленного короля можно принудить.

Густав не знал, что это ведьма и она лет на лет на двадцать его старше. Хотя красива и выглядит намного моложе своих лет.

Королю предстояло провести не самые приятные для него переговоры. Скопин-Шуйский через переводчика поставил ультиматум, что мир со Швецией возможен на условиях, если России перейдут Нарва, Ревель, Выборг. Это обеспечит русским удобный выход к Балтийскому морю. Потребовали и выплаты компенсации за разорение земель.

Шведский король печально заметил, что мирный договор должен еще утвердить сенат, который, видимо, не захочет отдавать без боя так много.

Скопин-Шуйский заносчиво парировал:

— Что вам, шведам, будет лучше, если возьмем силой ваши города?! Возьмем непременно! Смотрите, сколько тысяч ваших воинов полегло, а у нас потери минимальны! Мы вполне способны и до Стокгольма дойти! Пускай ваш сенат учтет это!

Король, вспомнив бой, закончившийся такими потерями и его пленением, мягко сказал:

— Я бы предпочел умеренный мир, чем снова сражаться с вашей армией. Но я теперь военнопленный и, скорее всего, спор о мирном договоре будет вести сенат.

Скопин-Шуйский спросил у короля:

— А ты как думаешь, кто победит?

Густав пожал плечами, а за него ответила Аленушка:

— Глупый вопрос, конечно мы!

Великий князь ответил:

— Ну, я спрашивал не у тебя. А вопрос, конечно, глупый. Тогда другой вопрос тебе: с чего нам начать? С Выборга или Нарвы?

Аленушка сразу же ответила:

— С Выборга!

Скопин-Шуйский с удивлением спросил:

— А почему с него? К Нарве ведь отсюда ближе идти.

Девушка-ведьма ответила неожиданно:

— Потому что мы Нарву при Иване Грозном уже брали, а Выборг еще нет!

Скопин-Шуйский согласился:

— Можно пойти и на Выборг

Аленушка довольно кивнула:

— Этот город на побережье Балтики мы сходу возьмем! А далее шведам придется потесниться!

По случаю победы Скопин-Шуйский решил в Новгороде устроить знатный пир и представления. Но, чтобы не терять даром времени, отправил к Выборгу Алексея Сотникова. Князь прихватил с собой три полка русских воинов, переодетых под шведов, рассчитывая захватить город сходу и малой силой.

Скопин-Шуйский же остался командовать основными, менее мобильными и быстрыми силами, чтобы прихватить с собой артиллерию и пойти к Нарве, а далее двинуться на Ревель.

Путь предстоял непростой, но Скопин-Шуйский планировал обеспечить русским выход к морю и показать, как брать крепости. А пока можно было отпраздновать легкую победу.

Девушки-служанки разносили пировавшим еду и напитки. Воины устроили шуточное представление: дрались на палках и кулаках. Аленушка тоже приняла участие в забаве и показала себя в кулачном бою первоклассной воительницей, способной уложить мощных бойцов. Она крутилась, словно заводная юла, сбивая солдат с ног.

Скопин-Шуйский сам вышел на ринг намного помахаться с молодыми бойцами.

Впрочем, он и сам молод, только длинная, начавшая седеть борода и бычье телосложение делали его на вид старше реальных лет.

А потом воевода продолжил трапезу, налег на кабанью голову с соусом. Ел Скопин-Шуйский со смаком и пировал с размахом. Очень нравились ему различного рода восточные приправы. Попробовали и захваченных у шведов вяленых ананасов и бананов. Редкое угощение, которое приятно было запивать трофейными заморскими винами. Скопин-Шуйский много пил, внешне почти не пьянея, широко улыбался и получал массу удовольствия. Вот оно — счастье полководца. Даже нашли и пригласили музыкантов, которые играли на современных инструментах, изготовленных на заводе Сотникова. Музыка лилась задорная, заводная. Все стремились повеселиться от души.

Скопин-Шуйский хорошо поел и погрузился в сон прямо на столе. Ему снилось, будто он, могучий взрослый мужчина, превратился в полуголого мальчишку, да еще, по-видимому, раба.

Ему что-то втирают, пытаясь взбодрить, но усталость и глухая боль в мышцах все равно давят тягучим удавом. Скопин-Шуйский с тревогой, которая просачивалась через накипь усталости, сказал:

— Ситуация выходит из-под контроля. Вот-вот ворвутся императорские войска, и те, кто останутся жить, позавидует мертвым.

Девушка-рабыня с огненными очень яркими рыжими волосами тихим голосом предложила:

— Тебе надо поесть и отдохнуть в тени.

Взяв за руку, она поволокла Скопина-Шуйского в тень. Ее движения были быстры, а вода с хлебом и большим куском мяса, которые получил мальчишка, были более чем кстати. Оглодавший хлопец ел словно тигр, пожиравший свою добычу. Девушка, стоящая перед ним, была не совсем обычной. Мускулистая и поджарая от постоянной тяжелой работы, на ногах просматривались вены, на крепком прессе прорезались рельефные плиточки. Она была очень гармонична, с идеальной фигурой и даже какой-то неуловимой аристократичностью. В изумрудных глазах горело спокойное достоинство. Звали девушку-рабыню Альбиной.

— Я вижу твой взгляд, ты умеешь чувствовать людей! — воскликнула Альбина

Скопин-Шуйский, чувствуя, как к нему возвращаются силы, спросил невольницу:

— Ты была знатной дамой?

Девушка откинула пышные волосы и сказала.

— Я правнучка Александра Македонского, воительница-графиня Альбина де Люциферо.

— И в то же время рабыня? — с некоторым удивлением произнес Михаил Скопин-Шуйский. Как-то не вязался громкий титул со сбитыми, загорелыми ногами девушки и телом, привычным к тяжелому труду. Кроме того, удивило, что она назвала себя воительницей. И как он здесь оказался? Переместился в иной мир? Во вселенную параллельного уровня или в прошлое?

Большой воевода во время своего нахождения между жизнью и смертью явственно ощущал, что находится в ином, бестелесном, мире. Но сейчас у него было тело. Правда, не его родное.

А рабыня со вздохом ответила на вопрос:

— Это долго рассказывать, тут были две причины, почему четыре года назад меня, точнее мою прежнюю носительницу данной плоти, лишили титула, отдав в вечное рабство. Это роковая страсть со стороны злого герцога фон Барбароссы и навязчивое стремление Римского папы подобрать ключи абсолютного всевластия.

Большой воевода огляделся. Неприятно быть в теле мальчишки-невольника. Он сказал

— Ты удивительно красива, с тобой поступили несправедливо.

Бывшая графиня согласно кивнула:

— Ты, я вижу, умный мальчишка и, видимо, тоже попаданец. А меня лишили титула и отправили в каменоломни, под удары плетей безжалостных палачей. Первые недели казалось, что все мышцы сведены адской болью, любое движение было невыносимой маетой, потом я привыкла и выжила, физически и духовно став сильнее.

Михаил присвистнул и пригляделся. На мускулистой оливково-бронзовой спине бывшей графини были видны едва заметные следы от плетей и палок. Били, видимо, жестоко, но на юном теле все хорошо заживает. Но со следами насилия она даже сексуальнее выглядит. И куда трогательнее…

Глава 21

Скопин-Шуйский открыл глаза. Перед ним стояла девушка, которую послали в Новгород перед сражением со шведами.

— Вы звали меня? — спросила Альбина.

Скопин-Шуйский удивился. Вероятно, во сне он называл ее имя. Сон странный и закончился эротической фантазией. А девушка красива!

Пир заканчивался. Улыбаясь, Михаил предложил пройти в свободную комнату. После обильной еды и пития на фоне великой победы воеводу захлестнула страсть, захотелось подвигов и на любовном фронте. Попросту настоящее чудо, что девушка предстала перед ним. Как не воспользоваться случаем, не нырнуть в ее объятия? Законная жена далеко, а военные победы сближают…

Сложно молодому мужчине устоять против соблазна пообщаться с такой красавицей.

Служанка, впустившая пару в горницу, позавидовала молодой блондинке, которая, несомненно, получит удовольствие от общения с таким титаном.

Альбину же раздирал стыд и любопытство. Она не смела возражать великому воеводе, но была слегка напугана его вниманием.

Повернувшись к девушке лицом, Скопин-Шуйский откинул ее чудные локоны. Затем, наклонившись вперед, горячо поцеловал в обнаженную, стройную шею.

— Твоя кожа подобна шелку, — сказал полководец восхищенно и нежно погладил по спине девушки своей большущей рукой. — Ты не сняла платье. Позволь помочь мне тебе.

Альбину слегка затрясло, мускулы сильной девушки дрожали.

— Не знаю, надо ли, — последовал невнятный ответ.

В девушке боролись страх перед грехом и желание угодить воеводе. Великий князь понял, что действовать следует решительнее…

Полки Алексея Сотникова подходили к Выборгу. Довольно крупный город, который придется брать штурмом.

Аленушка догнала отряд возлюбленного на своем резвом коне. И сообщила свежие новости:

— Скопин-Шуйский обзавелся пассией!

Алексей удивился:

— Да ну? И кто же это?

Аленушка с улыбкой сообщила:

— Наша знакомая Альбина.

Сотников улыбнулся сам:

— Девушка со светлыми волосами? Я бы и сам не против за ней приударить! — князь подмигнул своей жене.

Аленушка серьезно ответила:

— Не стоит! Она — ведьма и у нее есть очень ревнивый муж, но не в нашем, а в другом мире.

Сотникову стало любопытно, он спросил:

— А что, есть и другие миры?

Аленушка, сама ведьма, вздыбила коня и ответила:

— Разумеется, есть. Наша вселенная похожа на бесконечный веер. В ней много мирозданий. В одном из них Альбина является королевой, но она отправлена в ссылку сюда, как в монастырь. Своего рода, это для нее наказание.

Алексей от удивления встал на коне, затем искренне ответил:

— Сложные вещи ты говоришь, голова попросту идет кругом!

Аленушка на это с улыбкой ответила:

— Всемогущий Род для того и наплодил прочих Богов-демиургов, сыновей и дочерей, чтобы было легче творить неисчислимые мироздания. Одним из таких богов-демиургов является Сварог. Именно от Его имени происходит знаменитое сварганить! Таким образом, можно сказать следующее: вселенная бесконечная и в ней множество Богов и Божеств. Но Сварог сам сотворил многих демиургов. Его можно назвать Богом богов.

Алексей помнил, что его попаданство связано со статуэткой Сварога и осторожно спросил:

— Люди верят в единого Бога. Он и есть Сварог?

Аленушка рассмеялась и ответила:

— Нет! Сварог не един. Наличие множества религий на Земле — лучшее доказательство множества богов. Ведь существуй единый Бог, разве он допустил бы подобный бардак, войны?

Алексей на это ответил:

— Атеисты приводят тот же аргумент, вообще отрицая существование и Бога и богов.

Аленушка кивнула и произнесла:

— Атеисты, тем не менее, не могут отрицать очевидное: религии существуют и влияют на умы людей. Они — часть жизни, нет практически ни одного народа, ни одного племени, которое не верит в единого Бога или богов. Даже самые примитивные племена строят культовые сооружения и справляют религиозные ритуалы. Религиозное сознание свойственно человеку. А откуда оно взялось, если сверхъестественных сил не существует?

Алексей кивнул:

— Хороший вопрос. В свое время мне язычество казалось слишком примитивным и характерным для отсталых народов. Но я побывал в Японии и увидел, что многобожие может сочетаться с высоким уровнем культуры, технологиями и знаниями. Тогда я задумался о религии своих предков и их культуре. Занялся поисками загадочной страны Гипербореи, которая, вероятно, является Родиной нашего народа. Она манила и притягивала меня. Я участвовал во множестве раскопок. И откопал чудные статуи Лады и Сварога. Вот теперь я здесь.

Князь пришпорил коня, прибавляя ходу.

Аленушка сказала:

— Ты убедился в том, что история России насчитывает века задолго до Рюрика.

Алексей подтвердил:

— Да, верно. Но почему-то на официальном уровне до сих пор не признана богатейшая дохристианская история России. Нет по этому вопросу полной ясности. Хотя походы Святослава и не были единственными. Совершали славяне много набегов и на Византию, и на прочие города. Воевали и с римлянами, не дав им продвинуться за Эльбу, а затем и вовсе отбросили их к Рейну.

Без счету было славных войн и походов. Я пытался доказать, что Российская цивилизация древнее Вавилонской и Египетской оказалось. Не послушали. Принижают Русь времен Родноверия. А ведь не исключено, что Пирамиды в Египте и великую китайскую стену строили наши предки. Они многое смогли возвести и придать стройную форму. Именно мы создали стиль барокко и многое другое!

Девушка с удивлением сказала:

— Я не знаю, что такое барокко… Многие непонятные вещи ты говоришь… Видно, тебя и в той твоей жизни не все понимали…

Алексей кивнул:

— Да, доктора наук не дали, на смех подняли. Хотя я много чего раскопал. Ну а барокко скоро будет!

Девушка не стала подробней расспрашивать. Алексей говорил ей, что он попаданец из будущего. У нее были на этот счет сомнения, но ведьма и сама была необычной женщиной, не любила, когда ее расспрашивают, и сама старалась не лезть в чужие тайны.

Сотников спросил сам:

— А есть ли у вас, в вашей религии заповеди?

Аленушка с улыбкой кивнула:

— Конечно, есть. Но они не такие как у Христиан. У нас несколько более воинственная система ценностей. И мы не открываем свои заповеди посторонним. Любому человеку нужен Бог как ребенку отец и мать, Хоть атеистическое учение и логичное, но и атеисты идут в другие миры. И радуются что ошибались!

Глава 22

Операция проходила по плану. В выборгские ворота переодетые российские полки впустили без расспросов. Солдаты, усталые и пыльные, несли шведские флаги. Светловолосые и рослые, они не вызвали подозрений. Тем более, шведы ждали возвращения своих после неудачной битвы под Новгородом.

Сотников по такому случаю надел костюм шведского воеводы, Аленушка тоже переоделась и выглядела весьма импозантно, приклеив себе усы и бородку. С гримом они поработали капитально.

Русское войско входило в широко раскрытые ворота. Уже не первый раз, когда города берутся таким вот хитрым маневром. Крепость Выборг сильна, ее приступом так просто не взять. Пришлось бы устраивать длительную осаду, тащить сюда тяжелые пушки. А так проникли в город без проблем.

Шведы, естественно, заметили, что это не их соотечественники. Но было поздно. Завязался бой. Аленушка начала метать диски. Алексей выхватил меч. Ему почему-то вспомнилось, как в камере малолетний пахан попытался качать права, «наехал» и плюнул в него. Подобное прощать нельзя, юный Сотников зарядил пахану с обеих рук. Да так, что сломал челюсть и вышиб зубы. Вырубил и двух его приятелей, что пытались помочь своему.

Тем самым Алексей завоевал авторитет среди пацанов. Но пришлось неделю провести в темном и сыром карцере. Зато потом к нему боялись цепляться, даже ругать за спиной.

А сейчас он сражается на шведской территории. Дерется отчаянно, как тогда. И как настоящий терминатор не пасует перед врагами никогда. Неумолимый и отчаянный боец. Его не остановить!

Вот какой-то барон попытался «снять» Сотникова. Но сам потерял голову в прямом смысле слова после точного удара мечом.

Алексей даже пропел:

— Не надо голову терять! Не стоит торопиться! Я запишу себе в тетрадь! На каждую страницу!

Аленушка виртуозно поражала бравых викингов дисками. Хорошее оружие Сотников предложил своей возлюбленной.

Преодолевая сопротивление, их отряд ворвался в центральный замок Выборга и там стремительно прошелся по скандинавам.

Бургомистр города, прихватив мешочек с золотом, попробовал скрыться через черный ход. Но разве уйдешь от такой ведьмы-воительницы, как Аленушка?

Она догнала бургомистра на выходе и сказала:

— Ты прямо как школьник, который нашкодил, — и поволокла знатную особу за собой.

В конфискованном у градоначальника мешке помимо золота нашлось еще несколько крупных алмазов. Аленушка взяла их себе. Пригодятся.

Алексей Сотников увидел это и сказал:

— Лучше друзья девушки — это бриллианты! — после чего прикончил ударом по голове последнего стражника, сохранившего способность сопротивляться:

Самое приятное в выигранной схватке — дележ трофеев. А еще над противниками можно поиздеваться.

Пленных построили в шеренгу, Аленушка со смехом сказала:

— Что-то бравые викинги приуныли! Видно, понимают, что им еще долго не увидеть девчонок!

И ударила кулаком бургомистру в подбородок. Потом заставила пленных становится на колени и целовать свои слегка запыленные сапоги.

Шведы покорно чмокали, не смея возражать.

Алексей вмешался в процесс:

— Зачем ты их унижаешь?

Аленушка улыбнулась:

— А тебе не кажется, что им это нравится?

— По-моему, это нравится только тебе, — ответил Алексей.

— Смотри, как они чмокают с энтузиазмом, — шутила Аленушка, — хотят, наверное, овладеть моей плотью.

— Да, трудно найти девушку краше тебя. С саблей и в форме ты производишь неотразимое впечатление. Я даже ощутил ревность. Матери моих детей целуют ноги мужчины, да еще враждебного племени.

— Чмокают и облизываются от удовольствия, — со смехом подтвердила воительница. — Ты же всегда считал ревность чувством постыдным.

— А если бы меня пленные женщины осыпали поцелуями, тебе бы понравилось? Правда, пленных воительниц маловато, но все же они есть. Однако у меня нет соблазна заставить целовать пленных девушек свои конечности. Лучше прямо в губы, — шутил Алексей.

— Я пользуюсь правом победительницы. Ты знаешь, сейчас в меня входит магическая энергия.

— Я думал, любовь добавляет тебе энергии, а не лизание сапог, — сказал Алексей.

— Правильно, любовь повышает во мне ауру и дает силы. Но и унижение пленных солдат то же, — сказала Аленушка и продолжила по очереди совать пленным для поцелуя свои ножки.

— Но есть же правила приличия, и не престало тебе вот так себя непристойно вести, — почти серьезно сказал Алексей.

Воительница отмахнулась, словно услышала откровенную чушь:

— А почему заниматься любовью тайно это пристойно, а открыто целовать конечности — нет? — спросила Аленушка и шлепнула ладошкой по щеке шведа, не желавшего целовать сапог.

Сотников сказал:

— Есть не только мораль, но и нормы поведения.

Аленушка улыбнулась:

— На войне все эти нормы не применимы. Вот ты, такой безнадежный бабник, а говоришь о морали…

Сотников ответил задумчиво:

— Мораль… Это не есть тождественное ханжеству.

Голос Аленушки стал строже:

— Так и не мешай мне! Пускай все пленные мои ноги расцелуют, будет им удовольствие, а мне сила!

Алексей нахмурился. Он понимал, что Аленушке хочется показать свою власть. Тем более, она еще и ведьма, подпитывается людской энергией. Но выглядело все довольно сексуально. И Алексею захотелось любви, а Аленушка подмигнула ему: мол, ничего, скоро и до тебя очередь дойдет…

Глава 23

Тем временем Скопин-Шуйский со своей армией подходил к Нарве. Русское войско заметно выросло за счет притока добровольцев. Их было много, и Михаил Васильевич некоторых отсылал обратно, чтобы земля пахотная не осталось неухоженной. Ратное дело хорошо, но и голода на Руси следует избежать.

Хотя Сотников какие-то удобрения придумал и обещал в будущем хорошие урожаи. Эх, послал ему Бог в помощники такого соколика! Алексей мудр и таинственен, не иначе как колдун, сильный чародей, хотя и не признается в этом.

С колдунами дело иметь хоть и боязно, но можно многого добиться с их помощью. Способности у чародеев — сверхчеловеческие. И с оружием Сотников здорово помог. Скопину-Шуйскому особенно нравились единороги. Они дальнобойные и точные. На расстоянии держали шведскую армию. А теперь ими можно обстреливать Нарву, используя во всю мощь новейшую артиллерию.

Нравилось полководцу теперь и то, что рядом с ним находилась красавица Альбина. Вот она призналась, что является ведьмой. Но доброй, способной приносить пользу. Девушка рассказывала полководцу истории о том, что с ней приключалось в давние времена, когда она путешествовала вместе с Аленушкой. Две такие красивые девушки — отличный тандем!

Слушать Альбину было приятно, голос ее лился, словно перезвон хрустальных колокольчиков. Михаил Скопин-Шуйский не мог наслушаться ее удивительных историй, хотя девушка рассказывала о себе в третьем лице. На очередном привале Михаил вновь пришел послушать Альбину. Она начала свой рассказ:

— Мы с Аленушкой оказались в каком-то, необычайном, весьма красочном мире, напоминающим сказочный лес с золотыми и серебряными листиками, да еще в обрамлении драгоценных каменьев всех оттенков и видов. А фрукты на деревьях росли в виде шоколадок, мороженных, пирожных, настолько восхитительных и раскрашенных так ярко, что пропадало всякое желание есть подобные произведения искусства. Хотя ароматы такие аппетитные…

Девушка улыбнулась и продолжила:

— Это чем-то напоминало рай для послушных детей. Альбина не удержалась и отломила кусочек пирожного. Ведьма Аленушка в ответ, шутя, пропела:

— Детям грубым непослушным место лишь в чулане душном! Там и жизнь они кончают, им не вырваться назад!

И златовласая героиня как рассмеется…

Странствующая королева Альбина удивилась:

— А у тебя есть чувство юмора! Только совершенно не уместное в данном случае! Как и эта детская песенка! — и тряхнула своими жемчужными волосами.

Лихая Аленушка на это возразила:

— У подлинного гения детский разум, и выдающиеся познания! Чтобы сделать открытие, нужно воспринимать проблему как маленький ребенок, а методы использовать подростковые!

Альбина хотела было ответить, как вдруг услышала впереди себя цоканье копыт. Такое тоненькое постукивание, словно лошадку подковали хрусталем. Девушка прижала палец к своим розовым губкам:

— Тише мыши, кот на крыше, а котята еще выше!

Хитрая Аленушка предложила:

— Давай лучше выйдем на встречу и узнаем, кто это там едет.

Осторожная Альбина мягко возразила:

— Учитывая, в каком мы сейчас мире, лучше не надо…

И двинула голой ножкой по кактусу. Ощутила босой подошвой лишь приятное щекотание.

Девчата нырнули в кусты, листья были бархатными, но зато кремовые пирожные немилосердно мазались. Причем, крем пах сильнее и приятнее самых лучших земных ароматов. Воительницы облизывались на ходу.

Едва девушки скрылись, как появился сам всадник. Это был… Как сказать точнее? Что-то вроде стрекозы, только туловище по форме напоминало бревно. Такое вот существо. А за ним мчался самый обыкновенный юноша, такой красивый и гладколицый, словно сказочный эльф. И скакуны у них… Стрекоза на желтом кузнечике, а эльф на очаровательном белоснежном единороге. В целом пара выглядела симпатично. Причем, юноша одет весьма богато: серебряные доспехи в жемчуге и сапфирах, золотые шлем и щит в топазах и рубинах. Стрекоза вообще без одежды, но разве она полагается насекомому?

Сами девчата были в тонких кольчугах и коротких юбках, оставляющих голыми загорелые ноги. Золотые волосы на бритой после плена голове ведьмы-воительницы Аленки еще только-только начали отрастать, из-за воительница имела вид соблазнительный и зловещий одновременно. Словно красавица и чудовище слились в одну форму.

Стрекоза все же увидал девчат, сразу же обнажил меч и даже что-то зарычал. Юноша осадил своего напарника на нашем языке:

— Ты что, не видишь, что эти девушки безоружны

Стрекоза возразил:

— Воин всегда должен ожидать худшего. Этому учит практический опыт!

Аленушка взяла большой камень и приготовилась кидать. Но не понадобилось.

Юноша не стал спорить, а просто скинул вышитую драгоценными каменьями перчатку, приблизился и пожал руки сначала более красивой, с волосами как волна, Альбине, а затем и стриженой Аленке.

Незнакомец ласково улыбнулся:

— Вы кто такие будете? Может, принцессы?

Королева Альбина решила не выдавать себя, отрицательно покачала головой:

— Мы не принцессы, а офицеры Червовой Армии. Если это, конечно, для тебя важно.

Более грубая Аленушка сама спросила парня:

— А ты кто такой, разодетый, весь в каменьях?

Юноша поклонился и с достоинством ответил:

— Я принц Черешня, повелитель эльфов. Скачу туда, не знаю куда, принесу то, не знаю что!

Аленушка тоненько хихикнула. Мудрая не по годам Альбина ответила:

— То, что ты говоришь, выглядит парадоксом… Вернее, полной бессмыслицей.

Пенал объяснил скрипучим голосом:

— У нас проблемы. И проблемы серьезные. Злобный царь вильфабаков покорил царство эльфов. Ему не понадобилось для этого ни пушек, не танков, ни даже острых копий. Приняв облик прекрасного юноши, он очаровал королеву. А она изгнала принца Черешню и теперь рядом с ней на троне сидит злобный царь вильфабаков, чье подлинное имя нам не известно, а себя он называет Раджа Великий.

Альбина насторожилась, расправила свои сильные плечи. А Алена удивилась:

— Женщина изгнала с трона мужчину?

Юноша кивнул:

— У нас, у эльфов, матриархат, и женщин в шесть раз больше, чем мужчин, вот они и руководят. Таков уж обычай моего народа.

— Да, это интересная история! — сказала Алена, а красивая Альбина кисло заулыбалась:

— Свергнутый принц встречает двух девчат-воительниц. Как это романтично… И ты, наверное, будешь просить, чтобы мы вернули тебе трон?

За юношу ответил стрекоза:

— Если вы думаете, что это все местные разборки, то очень даже заблуждаетесь. На самом деле вильфабаков слишком мало, чтобы вести серьезные захватнические войны, и вояки они неважные, особенно если дело доходит до битвы на мечах. А так империя эльфов способна причинить любому огромные неприятности, особенно если учесть, что их нация владеет сильной магией.

Искушенная Аленушка сразу же насторожилась:

— А что политика империи изменилась?

Стрекоза подтвердил:

— Конечно, и очень сильно! Первым под удар попало королевство Минстралия, эльфийки при поддержке вильфабаков уже покорили его. А вы как раз находитесь на лесной части этой страны. Я чувствую, что за нами движутся безжалостные преследователи. Они идут по пятам…

Девчата ощутили под голыми подошвами вибрацию. Добросердечная Альбина тут же изменила решение:

— Мы вам поможем, хотя нас всего две безоружные девушки…

Грубый голос прервал ее слова:

— Это кто и кого хочет уничтожить?!

Два десятка существ, даже не на скакунах, а на каких крайне уродливых тележках с колесиками, окружили их. Бывалая Аленушка удивилась, как им удалось так незаметно подобраться к достаточно опытным разведчицам. Королева Альбина растеряно потерла босой пяткой об мягкий, придорожный цветок. Вот, что называется, влипла. При этом она все же спросила:

— Это вы вильфабаки?

И стукнула указательным пальцем по своей кольчуге.

Предводитель странных тварей ответил:

— Да это мы!

Принц выхватил из ножен меч, приготовился к обороне.

Выглядели представители нетипичного вида в самом деле странно: вместо голов веники, руки как лапы раков с клешнями, туловище покрыто металлическим панцирем, но по форме вроде майского жука. Вместо рта выдвижные щупальца, а рот и глаза заменяют три кривые рваные дыры.

А еще вместе с вильфабаками были эльфийки, похожие на атлетически сложенных человеческих девушек с нежными и очень красивыми личиками, которые как-то не совсем гармонично сочетались с их широкими плечами и крепкими шеями.

Одеты эльфийки по-походному: в сапожках, коротеньких юбочках и кольчугах, впрочем, не скрывающих их соблазнительных фигур. Волосы у эльфийек сплетены в косички, выбивающиеся из-под серебряных в камушках шлемов. Ушей не видно, поэтому нельзя определенно сказать, отличаются ли эльфийки от людей, как их обычно описывают в сказках.

Самая рослая эльфийка крикнула:

— Не стреляйте! Принц должен быть жив, так как в нем течет древнейшая кровь…

Аленушка подмигнула принцу в ответ. Жаль, что она теперь стриженная. Видно, в плену ее здорово хотели унизить.

Предводитель вильфабаков, который выделялся и ростом, и золотыми доспехами, жестко возразил:

— А какой смысл брать его в плен? Императрица все равно прикажет отпустить своего бывшего супруга на все четыре стороны. Мы даже награды не получим. Неумное твое распоряжение, графиня де Журавлик. Вот девушек можно и в плен. Мне особенно нравится та, с жемчужными волосами, не простолюдинка она, наверное. И очень даже хороша! Но и с лысой можно заняться любовью.

Графиня Журавлик ухмыльнулась краем рта и спросила:

— Что конкретно ты предлагаешь?

Альбина невольно улыбнулась, представив, что ей придется заниматься любовью с такими монстрами. А Главарь вильфабаков произнес:

— Повесить принца прямо тут, на месте! И стрекозу то же!

Но это легче сказать, чем сделать. Принц взмахнул мечом, а вильфабаки разом ощетинились арбалетами. Девушки также встали в стойку. Графиня поспешила их предупредить:

— Не стоит вам драться! Веникоголовые не очень сильны в рукопашной схватке, но зато отлично стреляют. Их обычно используют в качестве лучников-наемников. Я же и на мечах нескольких взрослых, человеческих мужчин-рыцарей сделаю!

Аленушка презрительно фыркнула, а королева Альбина тут же ухватилась за ее слова:

— Давай поединок между нами на мечах. Если я выиграю, ты нас всех четверых отпускаешь!

И девушка выпятила свою высокую грудь.

Графиня ответила:

— Вы же люди! Я вижу это по форме глаз, ушей, ауре. Мы, эльфийки, гораздо сильнее и быстрее, чем человеческий род. И в отличие от вас не стареем. Мне уже четыреста лет, я очень опытная в боях. У тебя, девочка, нет ни малейшего шанса, ты погибнешь в схватке со мной…

Альбина прервала ее речь:

— А я так не считаю! Может, ты и прожила более меня, вот вряд ли убыла больше, чем я.

Де Журавлик рассердилась:

— Ну, хорошо, мы с тобой сразимся! Но знай, я убью тебя не сразу, а сначала отсеку руки, ноги и только потом голову!

Мягкая королева Альбина хладнокровно ответила:

— Я тебя не боюсь! — и босой ножкой раздавила мухомор.

Графиня соскочила с единорога, на котором сидела. Они встали друг против друга. Эльфийка была значительно выше и тяжелее Альбины, отнюдь немаленькой по человеческой мерке. Преимущество в росте и весе придавало ей уверенность. Но Альбина и не думала пасовать. Пусть противница больше и тяжелее, но зато подвижность и особая техника волхвов должны были сказаться.

Царственной особе Альбине подали в руки меч, но тут одна из напарниц графини сказала:

— Это девушка, скорое всего, простолюдинка из числа крестьянок. Посмотри, на ней никакой обуви нет. Стоит ли тебе, титулованной особе, драться с плебейкой?

Августейшая Альбина на это, мило улыбаясь, возразила:

— Внешность часто обманчива. Скажи, разве ангелы маршируют в ботинках?

И своими босыми пальцами ног стремительно вырвала несколько игл из кактуса. А затем решительно скинула с себя кольчугу, обнажив мускулистый, девичий торс.

Графиня решительно заявила:

— Мне не нужен повод, чтобы избежать драки. Судя по тому, как уверенно она держит в руках меч, это воительница. И бой с ней будет весьма интересный!

Бывалая Альбина, подтвердила:

— Поверь, я тебя не разочарую!

Девушки, хотя одной из них было уже четыреста лет, начали схватку. Хладнокровная Альбина действовала уверенно, ее противница сделала несколько вялых выпадов, но сама чуть не нарвалась на ответный удар, едва не выбивший ей око.

Графиня Журавлик отступала, в ее взгляде появилось изумление:

— А ты слишком быстро порхаешь для человека. И технична!

Остроумная и любящая философию Альбина спокойно ответила:

— Человек только тогда человек, когда он бесчеловечен к себе и человечен к другим!

Напарница сделала презрительный жест и ответила:

— Ваш человек беспощаден к другим, но еще в большей степени он беспощаден к себе!

После чего графиня изменила тактику. Она включила скорость. Атаки эльфийки следовали одна за другой. Королева Альбина делала минимум движений, но при этом каждый ее шаг был расчетлив и тщательно выверен. Поэтому девушка пока не получила ни одной царапины, хотя клинок графини несколько раз мелькал возле ее оголенной шеи.

Главарь вильфабаков крикнул эльфийке:

— Какое это жалкое зрелище! Не можешь прихлопнуть человечину.

Сам бы за меч бы взялся, хвастун!

Но графиня рассвирепела, ей все-таки удалось зацепить Альбину и пролить первую кровь. Она, увидев красные капельки, окончательно вошла в раж и сильно размахнулась для нового удара. Но клинок лучезарной Альбины резко сместился и обрушился на незащищенное запястье графини. Та охнула, меч выпал из судорожно раскрывшихся пальцев. Графиня хотела подхватить его левой рукой, однако проворная Альбина ловко отбросила его своей ноженькой. После чего поклонилась и произнесла:

— Ну вот, бой окончен. Я выбила оружие и победила! Отпускай нас.

Кожа Альбины блестела от пота, словно покрытая лаком.

Однако главарь вильфабаков вскинул арбалет и выпустил стрелу со словами:

— Людская дочь, ты не уйдешь!

Альбина ловко ушла от выпущенной стрелы и с силой метнула меч в вильфабака. Тот совсем не ожидал подобной реакции и не успел уклониться. Острие меча пробило монстру грудь и вышло через спину. Брызнул фонтанчик фиолетовой крови.

Грозная Аленушка крикнула:

— Вот это класс!

Вильфабаки задергались, пара арбалетных стрел успела вылететь в сторону дерзкой Альбины, но строгий окрик графини прервал их порывы:

— Я ваш командир и приказываю опустить оружие! Поняли?!

Вильфабаки неохотно подчинились.

— Эльфиек много, нас большинство в империи, а веникоголовые вынуждены быть на вторых ролях, мы ими командуем, — пояснила графиня де Журавлик и приказала своим:

— Строиться! И шагом марш, продолжим поход!

Вильфабаки построились. Титулованная эльфийка вновь обратилась к своим новым знакомым.

— А теперь у вас есть выбор, может, и не самый веселый, но вы должны быть благодарны богам, что он вообще у вас есть. Пойдете с нами?

Альбина хладнокровно произнесла:

— Выбор… Не знаю… Что скажет принц.

И девушка снова нацепила не себя кольчугу.

Бывший супруг императрицы заявил:

— Я, в принципе, готов совершить любой подвиг во славу эльфийской расы. Но вот мою супругу нужно освободить от чар вильфабака-колдуна. Иначе нам будет еще хуже, чем раньше. Разве не чувствуете исходящее от Раджа зло?

Графиня оглянулась, даже принюхалась: не слышит ли кто-нибудь их из числа посторонних, не притаился ли в засаде шпион. Вроде, все спокойно. Она произнесла:

— Злую ауру мы, эльфийки, за сто верст чуем. Но этот Раджа способен менять внешность и ауру, он так очаровал императрицу, что она сразу же выходит из себя, когда ей хотя бы намекаешь на недостатки оборотня-вильфабака. Альбина снова скинула кольчугу и решительно ответила:

— Я ее вылечу магией!

— А меня магией вылечила после тяжелейшего ранения Аленушка, — сказал наконец после длительного молчания внимательно слушавший сказочную историю Скопин-Шуйский.

— Я знаю, — ответила Альбина. — А продолжение расскажу в следующий раз…

Глава 24

Противник тем временем не дремал. Осада Смоленска польской армией продолжалась. В ляхах говорила гордость, они хотели овладеть городом любой ценой. Смоленск подвергли массированному артобстрелу. Но толстые стены устояли.

Король Сигизмунд собрал малый военный совет. Военачальники не были едины. Одни предлагали попробовать взять город ночью, другие советовали все же снять осаду и идти к Москве. Король склонялся к тому, чтобы еще раз штурмовать город всеми силами.

Герцог Барбаросса доложил о прибытии из Германии двух дополнительных наемных полков. Ватикан продолжал финансировать восточную компанию, много денег получено и от турецкого султана.

Но немецкий герцог все-таки был недоволен:

— Мы ожидали большего притока солдат и денег от Ватикана!

Иезуит с мрачным тоном ответил:

— Наслышавшись о победах русских, многие наемники боятся идти на восток. Поэтому полки собираются с трудом. Кроме того, казна Ватикана не безгранична.

Герцог Барбаросса подсказал:

— Усильте торговлю индульгенциями, чтобы денег хватало на все!

Владислав вполне серьезно добавил:

— И введите налог на жен!

Иезуит с мрачным видом ответил:

— И так протестанты обвиняют нас в отступлении от Писания. А ты хочешь дать им дополнительный повод для нападок на святую церковь? А индульгенций мы продаем в достаточном количестве. Были бы желающие их купить.

Герцог Барбаросса сказал:

— Грех неистребим, а страх перед расплатой еще у многих не успел атрофироваться.

Иезуит ответил:

— Протестанты обещают сейчас спасение подешевле!

Владислав хихикнул. У него страх перед расплатой уже успел атрофироваться.

Иезуит посмотрел строго на сына короля и сказал почти на распев:

Человек в безверии несчастен,

Жить в греховной похоти нельзя!

Потому что Божий гнев ужасен,

Потому что строгий Бог судья!

Плоть в аду от боли изнывает,

И пора вам всем понять давно

Тот, кто веры в Господа не знает,

Попадет под пламени ярмо!

Грешный человек свое получит,

Будет как паук гореть в огне,

Станут в преисподней бесы мучить,

Тех, кто поклонялся сатане!

Герцог Барбаросса поморщился и с сарказмом произнес:

— До чего страшное стихотворение. Прямо жуть берет!

Иезуит пригрозил немецкому сановнику:

— Еще и не то будет, если ты станешь утаивать от церкви десятину.

Владислав зажал себе рот ладонью, чтобы не рассмеяться.

Барбаросса с притворной плаксивостью попросил:

— Ой, не надо меня трогать! Я хороший!

— Давайте сыграем в карты на золото, пока у герцога оно есть, — предложил польский король. Герцог Барбаросса и королевич Владислав охотно согласились. А вот иезуит усомнился:

— Вы мне можете здорово проиграть.

— Еще бы! Резаться в карты с хитрым представителем самого коварного ордена в мире, — сказал Барбаросса.

Сигизмунд, нахмурившись, сказал:

— А пусть он поклянется именем Господа Бога, что не будет мошенничать и честно расплатится с нами.

Иезуит произнес:

— Я-то поклянусь. Но чтобы выигрывать не обязательно мухлевать. Следует еще и систему знать.

Сигизмунд кивнул:

— Я тоже не промах, системы в картах знаю.

Игра шла с переменным успехом, но больше выигрывали король и иезуит. Барбаросса проиграл свое золото и был очень зол.

А следующей ночью наступило время штурма. Ночью все-таки оборонятся сложнее. Хотя наступило уже лето, ночи короткие, не такие темные, как зимой.

Подкрасться незаметно не получилось. Заработали единороги, наугад с дистанции стали обстреливать приближающихся в темноте поляков и наймитов. Лавина врагов, не обращая внимания на обстрел, подобралась к стенам. По лестницам стали взбираться воины. Стены высокие, быстро не преодолеть. Особенно под обстрелом: град стрел разрывает темное пространство. Среди обороняющихся Ерема со своей подругой Катериной.

Парнишка уверенно пускает одну стрелу за другой. Катя больше предпочитает метать диски. Скучает она по маме, которая ушла с войском Скопина-Шуйского на север, громить шведов. Но Катерина самостоятельная, довольно долго жила с бабушкой, сейчас повзрослела и не смогла остаться в стороне от сражения. Она не боится мушкетных выстрелов, уверена, что ее защитит оберег Перуна. А если нет? Пойдет по млечному пути. И найдет там свое счастье, в новом мироздании. Так ее учили…

Вот в потемках девушка разглядела очередного воина и метнула диск в его горло. Противник упал, так и не взобравшись на стену.

А Ерема стрелой поразил гетмана. Тем самым внес в ряды противника определенную сумятицу. Как не стараются поляки, оседлать стены им пока не удается. Защитники достаточно хорошо обучены и вооружены.

В атаку пошли тяжелые рыцари в доспехах. Для своего времени неплохо защищенные, но неуклюжие. Они медленно карабкаются вверх по лестницам. Но от их тяжелой брони мало толку. Теперь мушкетная пуля русских способна с близкой дистанции пробить доспехи. Да и рогатиной неповоротливого рыцаря скинуть легче, мощная булава по голове оглушит через любой шлем.

Но самый эффективный прием — огнемет. Тут уже рыцари в своих доспехах жарятся, с лестниц падают капитально. Грозное оружие поставил на вооружение Сотников!

Панцирная атака обернулась для ляхов фиаско. Много рыцарей погибло и разбилось. Тогда на штурм бросили легких воинов, но и им не удалось прорваться.

Начало светать, штурм в виду огромных потерь пришлось прекратить. Ляхи опять обильно умылись кровью, и не слишком желали продолжения банкета.

Но русская рать не успокаивалась. Быстрый мобильный отряд внезапно выскочил из крепости и атаковал поляков, легших спать после утомительной ночи. Многие из них оказались прирезаны и не проснулись больше никогда. А отряд почти без потерь вернулся назад.

Снова собрался совет полководцев польской армии. Высказывались разные мнения. Но желание снять осаду и попытать счастья, штурмуя Москву, преобладало.

Хорошо укрепленный Смоленск в самом деле оказался неприступной цитаделью, об которую разбивались все штурмующие волны польской армии. И ничего хорошего дальнейшая осада не сулила.

Иезуит, впрочем, предложил коварный план:

— Давайте разграбим ближайшие города, захватим заложников и погоним их на стены. Под прикрытием попробуем еще раз взять город.

Король Сигизмунд возразил:

— Воевать, прячась за бабьи спины? Да мы запятнаем себя несусветным позором!

Все же монарх Польши, был благороднее людей из своего окружения.

Герцог Барбаросса сказал:

— В любом случае захватить ближайшие города не помешает. Мы пока все равно на штурм не пойдем. А что бы держать русских в блокаде много войск не понадобится.

Польский король принял решение и приказал:

— Будем рыть подкоп. Я разделю войско. Часть сил останется здесь держать блокаду, остальные пойдут на Вязьму.

Владислав воскликнул:

— Правильно! Там и Москва ближе!

Подобное решение монарха вызвало одобрение. Поляки знали, что город Вязьма не так укреплен, как Смоленск. А штурмовать неприступную цитадель больше никто не хотел.

Основные силы польской армии выступили на следующий день, покинув окрестности Смоленска. Потянулись обозы, и шеренги.

Катя, видя, что большая часть войска уходит, предложила Еремке:

— Слушай, давай последуем за польским королем!

Мальчишка-лучник охотно согласился:

— Давай!

Его голубые глазки загорелись азартом.

Глава 25

Мальчишка и девушка ночью покинули Смоленск. Они шли вдвоем, обходя польские отряды, стараясь двигаться практически бесшумно. Один лишь раз их заметил часовой, но Катя метнула диск, поразив неприятеля. После чего юные воители прибавили шагу.

Они двигались вслед покинувшей Смоленск армии.

Сигизмунд не спеша ехал на коне, он спросил своего постоянного спутника иезуита:

— Будет ли возможность у ваших сторонников открыть ворота в Москве?

Князь церкви с печальным тоном ответил:

— Авторитет Скопина-Шуйского после его внезапно воскрешения из мертвых еще более укрепился. Недавно разбит король Швеции Густав Адольф. При минимальных потерях русских. В этих условиях боярство боится выступать. Да и царь Василий их устраивает.

Сигизмунд ответил:

— Но сейчас Скопина-Шуйского в Москве нет. Это значит, что мы можем захватить город в отсутствие основных полководцев русских.

Барбаросса вставил свое слово:

— Надо было сразу идти на Москву!

Иезуит согласно кивнул:

— Вероятно, следовало обойти Смоленск стороной.

Король Речи Посполитой возразил:

— Наши предки всегда учили: не оставляй в своем тылу не взятых крепостей. Так что попытаться взять Смоленск было разумно.

Попутчики замолчали и некоторое врем ехали не разговаривая. Король смотрел под ноги коня, Барбаросса что-то жевал, иезуит бормотал под нос молитву. Молчание прервал наследник Владислав:

— Скоро я взойду на московский престол, стану крупнейшим монархом в Европе.

Иезуит прервал свою молитву:

— Сколько самоуверенности! Москва хорошо укреплена, ее так запросто не взять.

Владислав вкрадчиво произнес:

— Нужно взять изменой! У нас хватить золота, а у русских предателей.

И королевич тряхнул золотым кошелем.

Иезуит нехотя кивнул:

— Разве что так. Мы все же попробуем повернуть на свою сторону бояр. В ход пойдет и золото, и шантаж. Только очень уж они боятся Скопина-Шуйского.

Сигизмунд ответил за сына:

— Одно дело страх перед отсутствующим Шуйским, а другое дело, когда они увидят большое войско перед собой. Ближний страх должен победить дальний.

Катя и Ерема шли по пятам уходящего войска.

В одну из очень темных ночей они пробрались к обозу ляхов и сумели поджечь бочки с порохом. Знатный получился фейерверк! Затем боевая пара по шумок покинула проснувшийся лагерь.

Юные воители поспешили в Вязьму.

Вскоре и армия польского короля подошла к городу, который встретил польский авангард пушечной пальбой и мушкетными выстрелами. Попытка штурма с ходу обернулась солидными потерями. Авангард оказался потрепанным и не справился со своей основной задачей: овладеть городом сходу. Поляки были вынуждены скорректировать планы. И дождаться подхода основного ядра своей армии.

И Вязьма дождалась подхода войск Дмитрия Пожарского. Известный князь, пополнив свои силы за счет мужицкого ополчения, прибыл в город, сделав Вязьму своей опорной базой.

Теперь шансы поляков на успешный штурм заметно уменьшились.

Катерину пропустили к князю. Внешность у Пожарского была мужественной и благородной. Довольно высокий, хоть и не такой крупный, как Скопин-Шуйский, Дмитрий был красивым мужчиной. Кате он сразу понравился.

Во всяком случае, это был человек большой внутренней силы. В нем чувствовался ум и энергия.

За укрепление обороны Вязьмы Дмитрий взялся весьма энергично. К стенам поставили даже юношей, выдав им отравленные стрелы. В городе получилась достаточно мощная линия обороны.

Екатерина была уверена, что они устоят и перед основными силами поляков.

Когда ляхи пошли на штурм, их встретили единороги, которые были уже на вооружении и в этом городе. Орудиями встретили врагов на дистанции. Когда потрепанные польские ряды сумели прорваться из-под огня и полезли на стены, их встретили ударами копий, сабель и мечей. А мужичье эффективно применило расправленные косы.

Юноши же стреляли по противнику из луков и рогаток. Катя метала диски рядом с Еремой. И ее диски находили свои жертвы.

Бой выдался жаркий. Отважно сражался и Дмитрий Пожарский, вдохновляя личным примером бойцов и демонстрируя свои лучшие боевые и человеческие качества. Его героизм позволил не пропустить ляхов в город, хотя Вязьма и уступала в качестве оборонительных сооружений Смоленску. А атаковали город около десяти тысяч бойцов.

Отразив штурм, русские бросились преследовать отхлынувших поляков. Те только благодаря своему численному перевесу смогли избежать разгрома.

Ереме с большой дистанции удалось послал стрелу, которая попала в доспехи самого короля Сигизмунда. Доспехи выдержали, но король был очень зол. Однако ему удалось остановить бегство своих потревоженных воинов и вступить в бой с преследовавшим ох отрядом. Русская атака оказалась отражена, войско Пожарского вынуждено было отойти назад, в Вязьму.

Теперь у ляхов не было иного выбора, как продолжить осаду города.

Глава 26

А на северной окраине России развертывалась своя баталия.

Скопин-Шуйский осаждал Нарву. Русская артиллерия обстреливала город. Великому воеводе хотелось взять позицию ожесточенным штурмом, без всяких хитростей. Чтобы доказать, что русские могут брать города не только обманом.

Артиллерия вела концентрированный огонь. Скопин-Шуйский лично управлял сотней стволов, словно одним пистолетом.

Нарва разрушалась, ее стены обваливались, в самом городе бушевали пожары. Но пока неприятельский гарнизон отказывался сдаться. Город довольно большой и хорошо укрепленный. Скопин-Шуйский особо не торопился. Хотя польская армия нацелилась на Москву, но Вязьму на ее пути прикрыл надежный Дмитрий Пожарский. А под Нарву прибыл и отряд Алексея Сотникова.

Сотников предложил начать штурм города немедленно. Мол, к чему тянуть?

Скопин-Шуйский прислушался к мнению своего лучшего командира, не знавшего ни одного поражения. И ночью, благо она выдалась пасмурной и темной, русские войска двинулись на штурм.

Алексей Сотников шел вместе с Аленушкой на острие атаки. Он по-прежнему любил рубки, но в последнее время заметно прибавил и в искусстве дискометания. И демонстрировал свой класс.

За первой волной своих воинов они с Аленушкой вскарабкались на башни и устроили там настоящее пиршество боя.

Аленушка рубя мечом и метая диски, пропела:

— Есть женщины…

Алексей, как обычно находившийся рядом с подругой, продолжил:

— В нашей России!

Воительница, запустив очередной диск, продолжила:

— Что водят…

Князь продолжил:

— Шутя самолет! — и долбанул маркиза по голове. Даже искры из шлема посыпались.

Аленушка уточнила:

— Ковер-самолет, — и продолжила своеобразную совместную импровизированную песню:

— Что всех во…

Алексей закончил фразу:

— Вселенной красивей! — и то же метнул диск, срезав знатного пана.

Девушка вякнула:

— Легко супостата…

Князь закончил:

— Прибьет! — и ударом ноги сломал крупному немецкому наемнику челюсть.

Пара продвигалась вдоль стены. Аленушка срубила шведа, затем метнула три диска, уложив пару бойцов.

Алексей восторженно произнес:

— Они рождены…

Воительница прибавляла.

— Для победы!

Князь-терминатор выдал:

— Чтоб Русь…

Девушка продолжила:

— На века прославлять!

Алексей остановился, метая диски, но продолжил импровизацию песни:

— Ведь наши великие…

Девушка ответила:

— Деды!

Сотников продолжил:

— Для них…

Аленушка рубанула попавшегося под руку неприятеля, пропев:

— Собирали враз рать!

Так восторженно и нараспев боевая пара шествовала далее, поражая теряющий силы шведский гарнизон.

Русская рать, ворвавшаяся в город, уже завершала штурм. Шведы выбросили белый флаг и начали сдаваться. Очередная победа одержана!

Хотя потери русской рати не слишком велики, но и бескровным штурм назвать нельзя. Однако ключевая крепость на Балтийском побережье пала.

Теперь у русских оказался выбор. Идти на Ревель или на подмогу Вязьме, осажденной поляками. В Вязьме сейчас Пожарский и дочь Аленушки Катька.

Этот вопрос вызвал споры. Москва при возможной боярской измене находилась недалеко от воинства ляхов. Это не могло не вызвать беспокойства.

Скопин-Шуйский, тем не менее, настаивал на походе на Ревель, чтобы довершить начатое дело, тем более, Дмитрий Пожарский пока уверено держал Вязьму и все подступы к Москве.

Русская армия выступила в направлении запада. Первая попавшееся на пути крепость оказалась брошенной гарнизоном, поспешно убежавшим в Ревель. Они даже пушки и большое количество боеприпасов оставили русским.

Но войска Скопина-Шуйского продолжали движение, не задерживаясь в маленьком городке.

Глава 27

По дороге с воеводой поехала Альбина. Видя, что Михаил призадумался и не весел, она доверительно сказала ему:

— Мы с Аленушкой имеем опыт боев в параллельных вселенных. Пока скачем без сражений, я могу рассказать тебе немного.

— Да, продолжи свой рассказ, — попросил Скопин-Шуйский.

— Теперь уже другой полк гламурных красавиц, из которых половину составляли эльфийки, сражался с армией страны Восходящего солнца. Девчата открыли огонь по мощно укрепленному пункту самураев. Принцесса-эльфийка Ангелина, дружески похлопав по плечу ведьму-воительницу Алену, изрекла:

— Воевать всегда хорошо, когда хорошо воюешь, а драться плохо, даже если дерешься отлично! Потому что война от драки отличается как охота от браконьерства.

— Остроумно, ничего не скажешь! — вставил фразу Скопин-Шуйский.

— Не перебивай, пожалуйста, — попросила Альбина и продолжила свой рассказ:

— Вот и огнезарная воительница Аленушка согласилась:

— Вполне логично! Жизнь бессмысленна, если в ней нет подвигов и приключений!

Эльфийка Ангелина добавила:

— А вечная жизнь без подвигов и приключений не имеет смысла вдвойне!

Последнее, впрочем, спорно…

Воительницы всех мастей усилили огонь по укрепрайону и батарее, что занимали японцы. Они использовали арбалетные взрывные болты и снаряды орудий. И могли и диск метнуть.

На тот момент Графиня Альбина со светлыми, как чистейший индейский жемчуг, кудряшками и в традиционном подобии бикини указала ребром ладони вперед:

— Вы сейчас все увидите, что такое мощь Пурпурной армии в сочетании с магией светлых эльфов!

На батарее страны Восходящего Солнца, видимо, полностью обалдев от случившегося, наконец-то забегали, да еще и стали приплясывать.

А девушки уже приступили к жатве.

Принцесса-эльфийка Ангелина вставила арбалетный, вымоченный в ядовитой траве болт в специальную пусковую лунку и сказала:

— Рай для слабых — это ад для сильных! Рай для сильных — это ад для слабых! А для тех, кто посередине, любое место — чистилище!

Аленушка тоже добавила:

— Бог не может две вещи: сделать людей счастливыми в грехе и оставить людей человечными без греха!

Воительницы ударили по позициям страны Восходящего Солнца опять, там послышались отголоски команд, и через полминуты раздались первые «плюх, плюх… бах, бах…» японских пушек. Это сначала выглядело как снежки, которые друг в друга бросают беззаботные школьники. Но только на первый взгляд все было так безобидно. За секунду воздух наполнился летящими осколками, дым стал столбом.

А эльфийки только смеялись в ответ! Хотя им и было страшновато. Страх, впрочем, не леденящий, а, наоборот, дарящий тепло и возбуждающий как поглаживание красивого юноши.

Выбить пехоту из глубоких окопов с помощью пушек было нелегко, и вскоре противник сменил высокий темп на беспокоящий огонь, не позволяя далеко высовываться.

Графиня и будущая королева Альбина выпустила стрелу и выдала очередной афоризм:

— Кто косит в стрельбе, прямиком попадает на тот свет!

Определенно так! — подтвердила воительница- ведьма Алена, извлекла из воздуха подзорную трубу и посмотрела через нее на вражеские позиции. Сквозь дым было видно, что большая часть японской прислуги просто присели за орудийными щитами в ожидании чего-то непонятного.

Принцесса-эльфийка потрогала пальцами свои уши, расчесала четырехцветные волосы, поглядела на склоны и сказала:

— Больше всего японцам сейчас пригодилась бы магическая минометная батарея, но об этом даже думать не хочется, чтобы не накаркать.

Несколько воительниц, у которых были винтовки-арбалеты, неспешно постреливали по прислуге.

Босоногая графиня Альбина перед каждым выстрелом целовала стрелу или даже облизывала языком ее кончик, приговаривая:

— Раз, два, три! В цель лети!

Воительница-ведьма Алена с видом специалиста заявила:

— Прицельного огня с такой дистанции вести невозможно, но если насытить пространство достаточно большим количеством летящих в определенном направлении «гостинцев» смерти, появляется шанс, что одна-две из стрел могут попасть во что-нибудь ценное.

Принцесса-эльфийка с досадой спросила:

— А сколько нам еще ждать?

Воительница-ведьма ответила:

— Ждать уже не долго!

Дожидаться, действительно, пришлось недолго. Минут через десять с дороги свернула еще колонна человеческих фигур, у некоторых были мечи.

Графиня Альбина воскликнула:

— Вау! Наши пришли!

Но за колонной подошли повозки, с одной из них стал работать аппарат, быстро-быстро метающий в их сторону пули. Такие пулеметы застрочили и с других повозок.

— Свинцом плюется, тот, кто не хочет харкать кровью! Один раз двинуть кулаком лучше, чем сотню раз пригрозить пальцем! — сказала себе под нос принцесса-эльфийка.

Пулеметы обрабатывали холм лучше, чем огромный полк стрельцов. Воительница-ведьма Аленушка все же высунулась, сняла стрелой нахального вурдалака и осторожно осмотрелась. Пехота из частично желтолицых японцев, перемешанных с упырями, пока сидела в окопе.

Графиня Альбина наклонилась к очень мускулистой, но при этом стройной девушке с наивным детским лицом.

— Маринка, как жизнь? — спросила сановитая блондинка.

После чего отогнула лифчик, приобнажив клубничный сосок красавицы. Алые уста Альбины сомкнулись на соске, а язычок начал двигаться по часовой стрелке, очень умело щекоча чувствительное место.

Красавица из рода эльфов Маринка сладострастно застонала и начала млеть, ее золотистые волосы даже стали искриться от умелых ласк.

— Вы с ума сошли! — прикрикнула на них строгая Алена. — Нашли себе время: ведь война!

И сердито ударила ногой по земле.

Девчата хором ответили:

— Жить без пищи можно месяц, но без любви прожить нельзя!

Графиня Альбина все же отвела свои сахарные уста от возбужденной золотисто-оливковой груди девушки-эльфийки и спросила:

— Справимся мы с мохнатой ордой, Маринка?

— Да, мы их в костяную муку перемелем! — с жаром произнесла златокудрая дива.

Воительница-ведьма Аленушка равнодушно покачала головой, опять высунулась из окопа, послала стрелу и свалила очередного вурдалака, затем выскочила из укрытия, ящерицей уползла влево, не особо уже заботясь о своей жизни.

Молоденькая эльфийка Маринка, смуглая девчонка с монголоидными, но приятными чертами лица, массировала тем временем принцессе лодыжки и ступни. Было ясно, что жить многим из девчат осталось минуты, но как бывалые воительницы они относились к этому спокойно: чего паниковать, если эльфы, в отличие от некоторых людей, прекрасно знают, что их душа бессмертна.

Принцесса млела, находя удовольствие в расслабляющем массаже. Другая атлетически сложенная боец-эльфийка подошла и поцеловала ее в упругую грудь, что было восхитительно. Любвеобильной августейшей особе нравились ласки девчат, но нужно было вернуться к жестокой драке.

Злая, проклятая реальность! А что поделаешь? Это война, тут девушкам не так комфортно, как в мирное время.

Принцесса-эльфийка скинула с ноги прилипший комом грязи. Подумав, она извлекла из кармана единственную гранату — это такое самовзрывающееся устройство с большой поражающей осколками силой. И аккуратно привела в действие взрыватель. Затем запустила гранату и кое- кого, похоже, достала.

Воительница-ведьма Алена, вернувшаяся в окоп, ощутила своеобразное вдохновение и сказала нараспев:

— Двинул вперед враг полки!

Но палачей- супостатов,

Русские встретят в штыки!

Пехотинцы-вурдалаки и прочая шваль пока не спешили. Им не хотелось умирать от метких стрел и пуль эльфийек и российских воительниц. Но солдаты страны восходящего солнца вместе с упырями все же лениво трусили за телегами с пулеметами. Упыри пускали багровые слюни из ртов с гнилыми зубами. Они даже что-то пытались петь, видимо, для бодрости, но их пение смахивало на завывание шакалов.

Взбодрить себя рати из преисподней не удавалось, растянувшись в одну широкую цепочку, они старались держаться поближе к пулеметам. Редкий арбалетный огонь начал до них доставать, одна из фигур вдруг повалилась на бок. Уродливые и узкоглазые соседи по цепи не обратили на это особого внимания, такой же расслабленной трусцой, как ишаки с поклажей, они начали подниматься в гору.

Красивые девчата их, разумеется, ждали.

Воительница Алена издала вопль:

— Бык тянет плуг, а вурдалак — резину!

Остроумно она выразилась. Но графиня Альбина ответила:

— Шпарить афоризмами мы умеем, пора научиться метко стрелять!

Глава 28

Альбина задумалась ненадолго и снова продолжила плести свой рассказ:

— Снова принялись извергать снаряды пушки. Их приземистые разрывы вразброс покрыли холм, мешая воительницам целиться во врагов. Пехотинцы тоже начали постреливать. Поморщившись, принцесса-эльфийка высунулась из окопа и выстрелила в сторону бегущих японцев и вурдалаков. Кого-то убила.

Воительница-чародейка Алена изрекла:

— Нет большего зла, чем исключить саму возможность греха, так в этом случае и понятие добра не имеет смысла!

Принцесса-эльфийка не ответила, она оглянулась, чтобы убедиться, что три набитых заклинаниями позолоченных и обрамленных жемчугом диска никуда не делись, затем пробормотала заклинание:

— Какао — кока око — вай, вай, вай! Мое с сапфиром око, не сарай!

Воительница Алена продолжала сыпать афоризмами:

— Умереть с песнею хорошо, припеваючи жить еще лучше!

И вытащила шарик со взрывчаткой.

Принцесса-воительница из гордого рода эльфов начала, прищурившись, выбивать перебегающие в дыму уродливо-угловатые фигуры. Различные твари стали видны четко. Другие девчата также начали стрелять в свой участок цепи. Воительнице-ведьме Алене показалось, что соседка, управляющая баллистой-арбалетом, зря тратит патроны. Алена даже крикнула:

— По пехоте лупи, дурашка!

Та воительница, которой сделали замечание, огрызнулась:

— Я не жалкая дурашка! А боец по кличке Дашка! — и продолжила стрелять.

Графиня Альбина расчетливо и экономно била по пехоте, приговаривая:

— Я буду вас, узкоглазых, крушить и оставлю в тени времен! Я вам устрою Армагеддон!

В такт ее словам несколько упырей и узкоглазых покатились вниз по пологому склону холма, размахивая болтающимися кистями рук как тряпичные куклы.

Воительница-ведьма Алена изрекла:

— Припеваючи живет тот, кто заставляет врагов плясать от страха!

Принцесса-эльфийка, израсходовав патроны, нырнула на дно окопа за новыми и для того, чтобы установить заряженную магией систему. Когда она высунулась, ее чуть не зацепило пулей. Впрочем, эльфийка ничуть не испугалась:

— Как эти ничтожества меня достают своим шумом! — сказала она.

Прикрываемые пулеметами японские пехотинцы и упыри перебегали короткими зигзагами и постреливали. Выбрав одного из вурдалаков, ловко прыгающего через кочки, принцесса взяла его на ствол арбалета, дожидаясь, пока тот сменит направление на более фронтальное. Девушка даже выразилась:

— Заяц — самый трудный трофей, уж очень высока его маневренность на фоне кабана! — и засмеялась.

Дождавшись, она дала очередь арбалетных болтов, часть из которых попала вурдалаку в шею, если можно назвать шеей его уродливую кочерыжку. Болты заставили тварь схватиться за рану обеими руками, она выронила свое оружие и, дергая головой, стала заливать окружающее пространство кровью, брызжущей как прокисшее масло со сковороды.

Воительница-ведьма Алена одобрила:

— Вот это по- нашему!

Принцесса-эльфийка хихикнула:

— Вы знаете, его уродство очень привлекательно! Я даже взгляда от этого упыря оторвать не могла.

После таких слов принцесса-эльфийка поспешно, но вместе с тем изящно расстреляла свой второй диск, целясь уже не так тщательно.

— Интуиция — самый верный из всех прицелов, потому что это штучная работа Всевышнего! — остроумно сказала она.

Японцы и вурдалаки, повинуясь какой-то команде, начали швырять свои фруктовые, но от этого не менее взрывающиеся бомбочки. Столбы разлетающейся земли поднялись рядом с окопом.

Маринка получила осколком в лобик. Девчонка завизжала:

— Мама, милая! Так не надо!

— Успокойся, красавица! — крикнула в ответ воительница Алена и кинула свою собственную гранату.

Одну рогатую голову вурдалака оторвало, и она приземлилась прямо в окоп.

Воительница-ведьма Алена недовольно поморщилась, но выкинула «подарок» назад. Становилось все жарче как в прямом, так и в переносном смысле. Стрелять теперь приходилось уже почти вслепую, высунув из окопа только оружие. Баллиста-арбалет сухо щелкнул и умолк, выплюнув последний арбалетный болт со взрывчаткой, а из дыма уже бежали вурдалаки с косматой шерстью и огромными клыками.

Принцесса-эльфийка успела зацепить стрелой арбалета одного из них, когда он перепрыгивал через ее окоп.

Воительница-ведьма Алена рявкнула во всю глотку:

— Не надо только паники!

А паники и не было. Несколько разъяренных воительниц выпрыгнули из окопа и накинулись на японцев.

Принцесса-эльфийка сама выпрыгнула вслед за подругами как тигр из засады и побежала вниз по склону, по пути извергая пламя из своего мистического оружия.

Воительница-ведьма Алена тоже устремилась в атаку со словами:

— Войну люблю отважно! И драться как петух, а в схватке рукопашной одна я стою двух!

Маринка крикнула:

— А мы десяти! Мочи их!

Из просвета в дыму на воительницу-ведьму Алену выбежал высокий вурдалак в каске, воительница успела вильнуть в сторону, влепив врагу прикладом мушкета в лицо.

И как заорет:

— В пекло, вандал!

Да, сразу видно крутую воительницу.

Вурдалак свалился, как подрубленный, запрокинув голову назад, а воительница выстрелила в очередного упыря.

И опять громко прокричала:

— И ты пойдешь в пекло, не быть тебе в раю!

Тут воительница-ведьма Алена ощутила в себе прилив энергии и вдруг оглушительно пропела:

Война, конечно, боль и разрушенье,

Но хуже есть еще, поверь, напасть!

Испытываешь горькое сомненье,

Ведь можешь в бездне навсегда пропасть!

Но все же на войне ведь есть и благо,

На ней любой — достойный человек!

Отчизне русской послужите свято,

Что был насыщен жизнью цельной век!

Альбина прервала свое повествование. Впереди показалась крепость.

— Да, Аленушка и Алексей Сотников любят иногда попеть, — сказал Скопин-Шуйский. — Твой необычный рассказ хорошо скрасил время в пути.

— Продолжение следует, — ответила девушка.

Глава 29

На пути русских войск попалась крепость, которая пыталась защищаться. Ее взяли практически сходу. С одного стремительного налета, покончив тем самым с главным препятствием на пути в Ревелю, вполне колоритному городу.

Аленушка, Альбина и Алексей хорошо поработали мечами при штурме. А Впереди предстояло не шуточное развлечение в более крупном городе. Наступила ночь и воители, утомленные переходом, решили отдохнуть. Альбина отправилась к Скопину-Шуйскому, чтобы продолжить рассказ о феерических приключениях в гламурном мире.

— Эльфийские мастодонты шли геометрически правильным строем по черной богатой почве, урожай с которой был снят совсем недавно. Огнезарная воительница Алена понимала, что это сделано, скорее всего, теми рабами, кто вкалывал в горящем сейчас поселке троллей, агрессивных и безжалостных тварей, которые отстреливались еще, посылая снаряды, от чего грохотало, словно внутри исполинского барабана.

Три десятка тяжелых повозок с эльфийками, которые пришли, наконец, им на помощь, не были той силой, которая может кардинально перевернуть ход этого крупного сражения. Но воительница-ведьма Аленушка понимала, это было ядро истерзанной до жалких процентов былой мощи, элитной гвардейской дивизии некогда непобедимой армии. Сейчас от их магического корпуса осталось немного, но в умелых руках полководцев-эльфов все они способны были на ратные чудеса. Воительницы на повозках прошли через ряды скирд из гибридов колосков и крапивы.

Воительница-ведьма Аленушка ощущала все большую настороженность. Она кожей чувствовала опасность. Туча марева сгущалась в воздухе, по горизонту пробегали мутные чернильные тени.

Боевые колоны эльфийек продвинулись уже довольно далеко. Пока, за исключением оставшейся позади части, растерзанной воительницами, среди пылающих строений не встретилось ни одного вурдалака или тролля.

Девчонки были как обычно в ожидании грандиозного расклада.

Напарница Алены златовласая Маринка улыбалась и откусывала по кусочку большое яблоко. Юная и нежная дева-воин произнесла с грустью:

— Сколько наших подружек погибло! И их не заменить! Проклятые вурдалаки, погубившие столько прекрасных девушек.

По розовой щечке Маринки сбежала слезинка.

Вместо воительницы-ведьмы ответила принцесса Ангелина:

— Если мы выиграем войну, то получим доступ к такому бесконечно могучему источнику волшебной энергии, что сможем восстановить тела и вернуть с того света души павших девчат да и парней тоже! Если, конечно, ушедшие от нас личности не сочтут, что там им намного лучше.

Воительница-ведьма Алена бросила свой взгляд на Маринку. И вздохнула: хорошо, что хоть ее не потеряла. Алена еще раз провела пальцем с причудливо обстриженным кровавого цвета ногтем по нанесенному на бумагу маршруту их пути. На том месте, где они сейчас находились, по данным магической разведки должны были быть укрепления троллей.

Но их позиции располагались, похоже, севернее. И как предположила ведьма Алена, не представляли угрозы маневру эльфийских сил.

Конечно, если коварные пушки жестоких и изощренных троллей не спрятаны где-то рядом. Их поражающая способность, увы, велика.

Огнезарная воительница Алена выругалась и покрутила талией. На повозке сидеть все-таки не слишком удобно.

Девчата, конечно же, и не помышляли об отдыхе, но теплилась надежда, что и тролли не смогли отдохнуть. А если тролль долго не спит, то его магическая энергия иссякает. Точно так же как и многие люди глупеют от недосыпания.

Эльфийка наводчица Наташка сунула в рот лягушку, густо пропитанную богатырским зельем. Сильное стимулирующее средство! А Маринка для улучшения реакции и прилива сил использовала гибрид таракана и подсолнечного семечка.

Вдруг последовала громкая команда:

— Воительницы доблестные, внимание! Стой! Всем остановиться!

Ощущение опасности стало настолько сильным, что воительница-ведьма Алена почувствовала как по всему телу прокатилась мощная волна мурашек. Ее мускулистое литое тело почти тряслось. В ушах зазвенело.

Колонна остановилась, за несколько секунд прекратив движение.

Маринка даже удивилась:

— А чего мы тормознули?

— Нам нужно продолжить движение вперед двумя группами, — послышалась команда, — двигаться неслышно, скользить как змейка.

Воительница-ведьма Алена пояснила:

— Будет движение с минимальной скоростью и максимальной осторожностью!

Эльфийское войско перестроилось в соответствии с приказом.

Воительница- ведьма Алена подняла подзорную трубу и стала разглядывать небольшую рощицу, состоящую из тонких, без листьев деревьев, очень похожих на бочки.

Необычно смотрелся гибрид высокого дерева и бочки, растущий из-под земли.

При этом над рощей кружились бестолковыми кругами гибриды вороны и кукурузных початков. В роще никого не было, только тлел мокрый дерн. Гибриды ворон и кукурузных початков вдруг рванули из рощи и пронеслись почти над головами воительниц, истерично хлопая крыльями. Девчата проводили их насмешливыми взглядами. Но вот из-за деревьев уже замелькали вспышки выстрелов пушек жестоких троллей, по ушкам девчат ударило визгом и свистом. В роще стали рваться снаряды, вздымая фонтаны камней и веток, поднимая всякий древесный мусор.

Принцесса-эльфийка Ангелина командовала:

— Принять крен вправо, обойти рощу!

Воительница-ведьма Аленушка видела, как пламя столбами поднималось со всех сторон. Гуляла, размахавшись косой смерть.

Принцесса-эльфийка кричала:

— Быстро! Гоните!

Они промчались мимо рощи, оставив позади разрушение и огонь.

Было странно, что тролли и гоблины сумели за ночь выбрать позицию и глубоко закопаться в землю. Хотя, с другой стороны, что тут такого уж странного? Зарываться поглубже у троллей в крови, они любят подземелья и преисподнюю! За левым от них краем поля, отграничиваемым редкими деревьями, колыхался вертикальный, ядовито-зеленый столб дыма,

— Дай Бог нам просто выжить! — сказала Маринка.

Крутая Алена ответила:

— Солдат, который думает только о собственном выживании, хуже трупа.

Впереди показалось еще одно поле, перепаханное воронками. Пошатываясь, по полю шла девушка, прижимающая руки к лицу. Ее волосы почернели от копоти. Вдруг девушка упала на колени, продолжая закрывать ладонями лицо, и конвульсивно стала дергать голыми, исцарапанными ногами.

Девушку погрузили на ближайшую повозку и как могли быстро рванули от поля. Далее пейзаж был мирным: желтый в оранжевую крапинку выцветший луг, очередные скирды, тонкий, голубой искрящийся ручеек, бегущий по дну неглубокого овражка.

Графиня Альбина все время молчала. Она задумала вернуться на Землю.

Ведьме-воительнице Аленке тоже надоела бессмысленная возня в этом мире. Она спрыгнула с повозки и пустилась бегом. Ей было очень приятно ощущать босыми ногами траву…

Глава 30

На этом рассказ Альбины прервался. Скопин-Шуйский узнал много нового: оказывается, девушки воевали и с японцами, и с троллями, и разными тварями. Только в другом измерении. Или Альбина все придумала? Но она же ведьма.

Сотников осторожно спросил у девушки:

— Меня заинтересовала пулеметная установка. И гранаты как там делают. Почему ты не использовала свои знания, чтобы помочь русским людям?

Альбина ответила:

— Боги запрещают нам ускорять научный прогресс. Они считают, что люди обязаны пройти все сами. Чтобы научиться по-настоящему, изобретать и мыслить. Процесс эволюции труден и мучителен. Но в этом во многом и заключается его прелесть. Так как даром ничего не бывает. Но зато потом, когда пройдут тысячелетия, человечество получит великую награду!

И девчонка широко развела руками.

Скопин-Шуйский неопределенно произнес:

— Блажен, кто верует! — и погладил Альбину по мускулистой, очень изящной ножке.

На следующий день перед русским войском показался древний город Ревель. Это был один из захваченных у ливонского ордена шведами городов. Раньше ливонский орден контролировал огромную территорию, включавшую в себя аж сто пятьдесят крепостей. Иван Грозный предпринял внезапный поход и овладел Нарвой и многими крепостями и городками. Но затем в Ливонской войне последовала пауза. Польша и Литва начали боевые действия против России. Поначалу успех способствовал русским. Казалось, вот-вот и будет одержана блистательная победа.

Но в сражении под Чашниками произошел перелом, погиб лучший царский воевода Петр Шуйский. Начались массовые боярские измены, предательства. Князь Курбский нарочно проиграл ляхам, имея огромное превосходство в живой силе. Но Россия оставалась сильной.

Снова последовали военные. Русские укрепились под Полоцком, подходили к Вильно. Были взяты многие Ливонские города, кроме Риги и Ревеля. Последний город не раз осаждали, но взять не удавалось. А он ключевой для выхода к морю, из него пираты тревожили торговый люд, что стекался в Нарву.

Такую, относительно недавнюю историю вспоминал Скопин-Шуйский на подходе к Ревелю. Теперь ему предстояло взять это город, обеспечивающий удобный выход к Балтийскому морю. Ради такой цели Скопин-Шуйский отложил поход к Москве. Имея таких советников и командиров, как Алексей Сотников, задача казалась вполне выполнимой.

Пойдя к Ревелю, русские с ходу атаковали одну из пригородных крепостей и захватили ее после энергичной работы мечами. Теперь город стало удобнее обстреливать из многочисленных привезенных орудий.

Единороги привели в боевую готовность. Скопин-Шуйский хотел испытать новые бомбы, изготовленные по рецептам Сотникова. Там присутствовало мощное вещество, относительно простое в изготовлении.

Начался интенсивный обстрел прибалтийского города.

Через подзорную трубку Скопин-Шуйский всматривался в стены Ревеля, отмечая места, где произведено больше разрушений. Обстрел отличался эффективностью, приносил изрядный урон противнику. Уже в первые полчаса оказались разрушены четыре большие башни с пушками. Обвалился и шведский штандарт. Новые русские бомбы показали свою разрушительную мощь. От них не было спасения.

Скопин-Шуйский похвалил своего великого мечника Алексея:

— Ты очень здорово все сделал. Я не ожидал, что оружие может обладать подобной разрушительной мощью.

Сотников не слишком хвастливо ответил:

— Я и сам не ожидал, что так получится! Но получилось! Я очень этому рад!

Рухнула пятая башня, за ней шестая. Ревель почти перестал отвечать на артобстрел. У шведов началась явная паника. Они носились по городу, словно угорелые.

Алексей Сотников показал технический ум и сумел увеличить точность попадания.

Аленушка лично поджигала запалы и наводила орудия. Ее очень нравилось командовать артиллеристскими расчетами. Когда обрушилась десятая башня, ответная пальба из Ревеля смолкла. Лишь изредка постреливали мушкеты.

Скопин-Шуйский, осмотрев через подзорную трубу крепость, с большим удовлетворением отметил:

— А мы хорошо поработали!

Затем полководец обратился к Алексею:

— У нас еще много этих убойных бомб?

Сотников честно ответил:

— Нет, большая часть уже израсходована. Это недавняя разработка. Мало еще было произведено таких «игрушек».

Скопин-Шуйский потер себе подбородок, обросший длинной бородой, и приказал:

— А теперь на штурм!

Глашатае проорали:

— На штурм! Вперед!

Высокие и толстые стены Ревеля стали щербатыми, с громадными брешами, защита города напоминала сыр, изъеденный мышами.

Алексей и Аленушка бросились в атаку и первыми ворвались в город. Шведы, шокированные массированной бомбардировкой, сопротивлялись не слишком активно. Желания умирать у защитников полуразрушенной крепости не было. Но порубиться и немного пометать диски знаменитой боевой паре удалось.

Аленушка попала остро отточенным диском прямо в горло воеводе шведов.

Алексей, правда, получил легкое касательное ранение в живот. Опять пуля нашла его, содрав кожу и отразившись болью. Но ничего серьезного: русский витязь продолжил сражаться, несмотря на неприятную царапину.

В бой вступили русские стрелки и крестьянские ополченцы с самым ходовым мужицким оружием: косой.

Шведские королевские гвардейцы пытались отступить в замок и там сгруппироваться. Пришлось их выбивать.

Сам великий князь Скопин-Шуйский принял участие в штурме замка. Он сражался размашисто, используя длинный и тяжелый меч. На Михаиле Васильевиче была двойная кольчуга, которая выдерживает попадание мушкетных пуль. Князь решил размяться в окружении своей свиты. Мощным ударом своего меча командующий способен был рассечь человека пополам. Не вставай враг на пути — огромная в Скопине-Шуйском силища, которая вдохновляет его подчиненных.

Падают один за другим рыцари, которые пытаются прикрыть замок. Бой идет с нарастающей силой со стороны русских.

Некоторые уцелевшие воины стали падать на колени и молить о пощаде. Бой заканчивался без серьезных потерь со стороны русских.

Глава 31

Очередная победа Скопина-Шуйского и Алексея Сотникова впечатляла.

Ревель пал, были захвачены впечатляющие трофеи. А получившие легкие ранения Алексей Сотников и его подруга Аленушка погрузились в состояние глубокой медитации и под присмотром Альбины перенеслись в сказочные параллельные миры, чтобы и там совершать новые, немыслимые простым людям, подвиги.

Эльфийки ремонтировали свои повозки. Главная из них, ринцесса-эльфийка, провела босой изящной ножкой по своей золотистой шевелюре.

Воительница-ведьма Аленушка сказала:

— Вот если бы и люди могли так гнуть свои конечности!

— Вы, люди, слабое племя!

Аленушка возразила:

— Наша сила в уме и сообразительности!

Наташка согласилась:

— Да, люди неплохо соображают. А еще они очень хитрые и у них песен всяких много, — и вдруг девушка сама запела:

— Хоть поверьте, хоть проверьте! Но вчера приснилось мне, будто принц за мной примчался на серебряном коне!

Ее голосок звенел серебряным колокольчиком. ком. Но графиня Альбина, которая помогала ремонтницам, оборвала песню:

— Не время сейчас петь! Вот после победы, пожалуйста!

Игривые голоногие эльфийки подавали снаряды для орудий, пополняя опустошенный боекомплект. Затем девчата из рода эльфов и наши воительницы решили подкрепиться сильно пахнущим с фруктами варевом из котлов полевой эльфийской кухни. Сама кухня была из золота, на вершине ее орудовал черпаком веселый ушастый повар, похожий на зайца в косо сидящей треуголке. Он тоже негромко пел:

— Пусть даже зубы выпадают, пускай исчезнет аппетит! Но банку меда в чашку чая никто мне класть не запретит!

При этом забавно шлепал ушками.

К обеду присоединились новоприбывшие пехотинцы-воительницы. У них было хорошее настроение. Личики раскраснели, а пышные, преимущественно золотистые и светлые волосы развивались по воздуху. Девушки время от времени даже целовались и шлепали друг дружке в ладошки. Лишь слегка прикрытые одеждой и украшениями из драгоценных камней, они смотрелись очень эротично.

Наши знакомые воительницы отошли в сторону, присели на ствол поваленного дерева и начали, не торопясь, обедать. Гибриды индейки и дыни были весьма вкусные, сочетая в себе фруктовые ароматы и сытность мяса.

Принцесса-эльфийка сказала:

— Ну, вот почему, все говорят, что война это плохо?! По-моему лучше развлечений не бывает!

Альбина согласилась:

— Да, война это так интересно. Наши дети во что начинают играть? Ну, конечно же, в войну. Это стало традицией у людей.

Воительница-ведьма Аленушка шлепнула ногой по трухлявой коре пня, подняла тучу пыли и сказала:

— Вот бы и нам повоевать сейчас! Душа просит приключений. Не воевали мы еще в этом мире как следует.

Словно в ответ сильно рвануло неподалеку. Даже несколько деревьев повредило. Будто Господь Бог решил предупредить чрезмерно воинственных и легкомысленных девчат.

Это случилось без всякого шума, сопровождающего полет снаряда. По шуму опытный солдат может определить, откуда стреляют и поспешить в укрытие.

Девчата истошно завизжали. Одна из эльфийек зачем-то метнула гранату в заросли у поврежденных деревьев. От испуга, наверное.

В довершение прямо перед носом уже видавшей всякое Аленушки шлепнулась оторванная в локте рука повара.

Ведьма-воительница взвизгнула:

— Это просто ужас какой-то! Адская магия!

Принцесса-эльфийка испуганно изрекла:

— Ад не там где горит, а там где тебе ничего не светит!

Воздух словно пылал, сухой жар ослеплял и не давал дышать, по некоторым женским телам ударило комья земли.

Мария, попавшая под комья, завизжала:

— Ну, почему мне очень больно — не пойму!

Ее мускулы содрогались, на коже стали появляться волдыри.

Наташка завыла нараспев некое подобие песни:

— Прервалась нить,

Нам угрожает смерть!

Охота жить,

И нет желанья умереть!

Ну, почему

Я реву…

Ну, почему

Иду ко дну?

Ну, почему?

Ну, почему?

Мария плюхнулась рядом к упавшей на землю Аленке. Подмигнула сначала одним глазом, потом другим, облизнул бархатные губы. Даже грудь приобнажила: мол, не хочешь ли на последок поласкать восхитительное, необычайно приятно пахнущее девичье тело?

Грозная воительница-ведьма удивилась: каких-либо эмоций под непонятным огнем она от златокудрой красавицы не ожидала. Ведьма Аленушка, сама с ангельской внешностью, рыкнула:

— Ты чего озабоченная такая?! Неужели у тебя столь сильна к лезби?! Не стыдно ли?!

Но и сама воительница-ведьма вдруг ощутила влечение к этому невероятно соблазнительному телу. Опасность обостряет чувства.

Мария приподнялась с намерением бежать.

Коротким броском воительница-ведьма навалилась на нее, придавив к земле, но при этом не забыла поцеловать пышную, девичью грудь.

Мария тяжело задышала, а Аленушка шепнула:

— Куда, краса моя, собралась? Под огнем опасно двигаться. Лежи уж рядом со мной, — и опять поцеловала подругу.

Мария с придыханием отвечает:

— Лежать рядом с симпатичным мужичком, конечно же, лучше, но за тебя, милая, я любую сволочь, застрелю!

Воительница-ведьма Аленушка хихикнула в ответ:

— А я за тебя, хваленная, всех мужчин замучаю до смерти!

Продолжало грохотать все вокруг. Над роскошными головами воительниц проносились куски земли и деревьев.

Воительница-ведьма Аленушка сказала:

— Сейчас лучше на печи долбить баклуши, чем придаваться ласкам в окопе! — и попыталась прочесть охранное заклинание.

Босоногой принцессе Альбине, которая находилась рядом, попало осколком прямо в изящную круглую пяточку. И она, ойкнув, принялась удалять застрявшую в конечности большую занозу. Подошва у девушки заболела и стала распухать.

Напуганная обстрелом Мария изрекла:

— Страх на войне, как и собаку, нужно держать на привязи, только поводок должен быть из стальных нервов!

Воительница-чародейка Аленушка добавила:

— Только стальные нервы помогают в любой ситуации.

И девушки в унисон прошептали заклинание. Стало тише. Из босой пяточки Альбины наконец вышел кривой осколок.

Взрывы ушли в отдаление, как раскаты грома, уносимые ветром с тучами, а вскоре все затихло совсем.

Рядом эльфийка пронзительно всхлипывала словно в надрывном плаче. Воительница-колдунья Аленушка поспешила успокоить ее:

— Все будет хорошо! Все будет хорошо!

Громко простучали сапоги с серебряными шпорами у пробежавшего мимо их массивного гнома. Незнакомая эльфийка тащила в одиночку носилки с раненной напарницей. Эти царапающие по земле свободной парой ручек носилки были волшебные, так как оторванная ножка эльфийки сама по себе догнала бывшую владелицу и стала постепенно прирастать. И срезанный пальчик отрастал, словно грибок после дождя. Сначала ноготок, а потом и фаланга.

Принцесса-эльфийка, наблюдавшая это, сказала:

— Медицина бессильна лишь при слабом уме и сильном страхе!

Воительница-ведьма Аленушка добавила:

— Нет ничего живучее безнадежно мертвых суеверий!

Она стряхнула с себя пепел. Щеку слегка опалило, но волдыри сходили прямо на глазах. Воительница-ведьма приподнялась, осторожно оглядываясь по сторонам. Земля была покрыта пеплом и щепками, обломки перевернутых стволов были разбросаны по всей округе. Ведьма решила начертить защитную пентаграмму.

Мария досадливо сказала:

— А я вот даже покушать не успела! — тоже вылезла из укрытия и осмотрелась.

Повара-гнома, конечно, больше не было. Недалеко виднелись как мертвые, так и живые, раненые, тела девчат и гномов-ремонтников. Оно были разбросаны как тряпки.

Впрочем, если девушек-воительниц оказалось потеряно не более трех человек, то гномиков выкошено более десятка. Кто-то из них стонал, глухо и утробно.

Воительница-ведьма Аленушка осмотрела своих подруг. Слава Гипербогу из принцепс-ноосферы: все целы.

Поднимались в воздух струйки волшебного дыма. Раны и порезы на телах заживали, не оставляя шрамов.

Мария выдала очередной афоризм:

— Материальные приобретения не компенсируют людских потерь! Но людьми жертвую ради материальных приобретений!

Воительница-ведьма Аленушка добавила:

— Пустой карман — самая тяжелая ноша при дырявой голове и чугунном воображении!

Глава 32

При более внимательном осмотре оказалось, что сгорела лишь пара повозок. И лошади не пострадали.

Строгий взгляд могучей Аленки наткнулся на лежавшую в кустах лицом вверх баронессу-эльфийку. Ее светлые пышные волосы были залиты бурой, смешанной с грязью кровью, а на правой ноге сияла хрустальная туфелька. Это была Фрэда сеньорита де Родригес, считавшаяся одной из самых красивых девушек из числа эльфийек. С Аленой они познакомиться не успели.

Подруга погибшей, принцесса Ангелина ругнулась:

— Мы проиграли бой, пропустив элементарный джеб!

И выпустла маленький пульсар из указательного пальца.

Мария поправила:

— Не элементарный, а замаскированный магией!

Принцесса презрительно фыркнула:

— Но от этого ничуть не легче! — и сняла хрустальную туфельку с ноги.

Воительница-чародейка Аленушка сказала:

— С сильным противником тяжелее драться, но зато куда легче признать поражение и придти к компромиссу…

Она хотела пояснить, но тут ведьму-красотку пошатнуло и она упала, дергая ножками. Видимо, поистратилась магией и жизненными силами.

Наташка покачала светленькой головкой:

— Языки у вас как помело! А пропустили эти злые шутки троллей, магию не почувствовали. Как-то они нас обхитрили со взрывами.

Аленушка, пошатываясь, встала, голова у нее кружилась.

— Что-то тяжело мне, какая-то оглушенная я, — сказала воительница-ведьма.

Раненый гном перестал стонать, замолчал навсегда, гоблина из числа пленных тащили на носилках.

Девушки-воительницы из прибывшей части стояли небольшими группами, некоторые сидели на корточках, копаясь в карманах мертвых гномов.

Сердитая графиня Альбина прикрикнула на них:

— Да не будьте вы такими стервятниками! Ведь это наши братья по оружию! Союзники людей и эльфов! — и как в ярости отшвырнет ножкой раскаленный обломок, обжигающий, неведомый, магической закалки.

Но Альбина даже не поморщилась.

Широкоплечий крупный гном подошел к телу баронессы-эльфийки, посмотрел почему-то вверх, присел на корточки. Воительнице-ведьме Аленке показалось, что он щупает пульс на шее, но нет, просто снял драгоценный талисман с шеи и спрятал в свой нагрудный карман, затем поднялся и пошел к следующему трупу.

Наташка, поморщившись, выдала:

— Вот это падальщик!

Знающая Альбина возразила:

— Нет! Это он просто старается сберечь ценные артефакты. Чтобы не достались врагу. Его работа неприятная, но нужная!

Попытавшаяся воительница-ведьма Аленушка сидела и пыталась сосредоточиться, но почувствовала руку на своем плече и возмущенно сказала:

— Вечно тут капризы и приставания!

Аленушка повернулась и оторопела, увидев, что к ней липнет вовсе не девушка.

— О, ваше сиятельство! — сказал немолодой гном с орденом на шее, держась за плечо.

— Убери волосатые руки! — попросила воительница.

Гном стал лепетать что-то нечленораздельное, а Алена тупо глядела на его орден в виде черепа со крещенными и механически кивала, не понимая, чего хочет собеседник.

Мария крикнула:

— Ну, гном, говори нормально!

Орденоносец исправился:

— Надо двигаться, красавицы, используя уцелевшие колоны и повозки, построенные гномами…

Воительница-ведьма Аленушка наконец-то поняла фразу, состоящую до этого из бессмысленных звуков. Дева подняла глаза на гнома, судя по всему, командира штурмовыми орудиями гномов. Ответила ему:

— Двигаться запланированным маршрутом нельзя. Если впереди будет засада, то ни одна из наших повозок не уйдет! Я предлагаю другой путь для нашей бригады…

— Гиперплазма преисподней! — вдруг ошалело заорали девчата сзади.

Мария демонстративно засвистела:

— Это не пустячок! Совсем не синячок!

Что-то долбануло, но вместо взрывной волны лишь засветилось, словно вспышка от мощного пожара.

Прочти все воительницы, тем не менее, попадали на землю и переползли в окоп. Аленушка, впрочем, осталась стоять на своем месте.

— Русского солдата можно убить, но нельзя замочить, можно испугать, но нельзя заставить бояться! Русский человек может отступиться, но никогда не сбавит шаг! — решительно произнесла ведьма-воительница.

Вокруг снова завыло и затрещало, так и не успевшая осесть на землю пыль полезла в ноздри. Аленушка посшла все же в укрытие. Ее трясло. Тяжелые магические орудия троллей накрыли позиции готовых к наступлению частей эльфийек и подошедших к ним военных гномов.

Тут опять полыхнула очень яркая вспышка, и Аленку оторвало от земли, закрутив в огненном вихре…

Очнулась она, услышав звонкий мальчишеский голос:

— Вы живы тетя Аленушка? — пацан провел ей пальцами руки по голой подошве. От чего стало щекотно.

Золотоволосая воительница ответила:

— Похоже, жива! А ты кто?

Перед воительницей был самый обыкновенный мальчишка примерно двенадцати лет, только в камуфляжной форме. Впрочем, форма была изрядно потрепана и велика, явно по размеру для пацана. Сам мальчишка был чумазый, светлые волосы потемнели от пыли, глаза на исхудавшем лице провалились. Босые ноги мальчика не так грязны, видимо, он их помыл в ручье. Только вот почему-то заодно и физиономию не привел в порядок.

Перехватив изучающий взгляд Аленки, мальчишка пояснил:

— Я лицо не мыл, чтобы жуткие солдаты-тролли думали, что я просто нищий ребенок, а не представитель батальонной разведки.

Воительница-ведьма Аленушка одобрила:

— В общем, правильно, но… ты ведь в камуфляже, тебя сразу вычислят!

Мальчик согласился:

— Я это понимаю, но наш батальон попал в окружение и почти весь уничтожен, а я пока не успел переодеться в гражданское. Только сапоги спрятал в дупло, чтобы не пропали, запомнил местечко. А форма… Она уже так за последние месяцы изнасилась, что немногим отличается от обычных лохмотьев. Кроме того, у нас и гражданских лиц много, которые ходят в камуфляже.

Пацан развел руками. Он напоминал птенца орла и смотрелся вполне решительно.

Ведьма-воительница Аленушка согласилась:

— Да, одежда выцвела и не так бросается в глаза. Но все же лучше там, где тролли, камуфляж снять. Я вот, правда, тоже выгляжу как чучело и знаю, каким ветром меня перенесло сюда…

Мальчишка сказал:

— Мы бы могли сойти за беженцев, мама и сын. Так легче добраться до своих.

Ведьма-воительница Аленушка насторожилась:

— Странно, почему я до сих пор не видела ни одного воина-тролля?

Пацан ответил:

— Наши отступили к река Амурат, все тролли теперь там. Пытаются реку с ходу форсировать либо взять штурмом Владиэльфистан.

И мальчишка сердито топнул ногой, раздавив крупного уличного таракана.

Ведьма-воительница растерла ногой еще одно надоедливое насекомое и сказала:

— Владиэльфистан так просто штурмом не взять. Там мощные форты и естественные укрепления, созданные природой.

Мальчишка ответил:

— Я слышал, что гоблины наступают под Курком, у них там огромные силы, значит, как минимум, до зимы, эльфийская армия на востоке не будет наступать, и Владиэльфасток окажется блокированным.

Ведьма-воительница Аленушка кивнула и сказала:

— Я иду на север. Хочу сражаться с врагом. И, вероятно, даже не с троллям, а с гоблинами!

— Тогда давай вместе, — сказал мальчишка и снял куртку. Стала видна худая спина, на которой прослеживалось каждое ребро. Похоже, в последние дни он почти ничего не ел.

Аленушка спросила мальчишку:

— А звать тебя как?

Он сразу ответил:

— Алексей!

Ведьма опять спросила:

— А фамилия?

Мальчик неожиданно ответил:

— Сотников!

Аленушка сильно удивилась, она поняла, что мальчик похож на ее возлюбленного из земной жизни и с волнением поинтересовалась:

— Я хорошо знаю Алексея Сотникова по жизни в другом измерении. Ты имеешь какое-то отношение к князю Алексею Сотникову, одному из лучших наших полководцев?

Пацан с печалью в голосе ответил:

— Сейчас действие происходит не только в параллельном измерении, но и в моем детстве, поэтому я стал мальчиком. Но я нашел тебя, Аленушка!

Ведьма-воительница обрадовалась.

— Помнишь, какие подвиги мы там совершали? Как развлекались, какие песни пели на радостях. Эх, хорошая жизнь была, хоть и военная…

Глава 33

А в реальном мире происходили свои события.

Осада и попытки взять Вязьму не прекращалась. Новый штурм, предпринятый на рассвете, оказался для ляхов более удачным. Ценой больших потерь им удалось захватить одну из стен города. Но защитники возвели еще одну линию обороны и остановили дальнейшее продвижение польской армии.

Катька получила легкое ранение. Девочка лезла в самое пекло, а свое оберег передала Еремке, который не уступал подружке в своем желании повоевать.

Русские тоже несли потери, но они сражались в обороне и имели более совершенное оружие, особенно мушкеты и огнеметы. Их потери были несоизмеримо меньше.

Из Москвы к Дмитрию Пожарскому подходило подкрепление. Но кое-какие силы из Европы получал и король Сигизмунд. Однако в тылу поляков разворачивалась партизанская война, мужики атаковали обозы ляхов.

В таких условиях пан Лисовский решил совершить поход к Калуге. Его корпус двинулся на юг от Москвы, рассчитывая пограбить не слишком разоренный пока русский край.

Расчет строился и на том, что этого россияне не ждали, опасаясь больше за столицу империи.

Отход корпуса Лисовского ослабил армию Сигизмунда, заставив временно прекратить штурм Вязьмы. Положение ляхов постепенно ухудшалось. Тем более, голубиная почта донесла новость: штурмом взят Ревель. Похоже, Скопин-Шуйский повернет теперь со своей непобедимой армией на юг.

Малый совет иноземных полководцев не показал единства. Сигизмунд предложил снять осаду со Смоленска, отозвать назад пана Лисовского и попытаться дать бой надвигающейся армии Скопина-Шуйского, собрав в кулак все силы.

Иезуит не стал возражать. Но против выступил королевич Владислав. Он предложил не дожидаться неприятеля, а идти на Москву, рассчитывая, что изменники-бояре сами откроют ворота и призовут его на царство. А часть войска Скопина-Шуйского переметнется на их сторону.

Король Сигизмунд на это заметил:

— Мы рискуем потерять там все войско.

Владислав прервал отца:

— Не надо трусить!

Герцог Барбаросса сказал:

— Надо держать все силы вместе, как пальцы в кулаке!

Королевич Владислав настаивал:

— Мы рискуем проворонить корону Российской империи! Зачем тогда на земли русские пошли?

Польский монарх тяжело вздохнул и молвил:

— Империя у русских знатна, велика и богата! Но мы должны быть реалистами и понимать, что, не разбив Скопина-Шуйского, нечего думать о тронах. Только покончив со Скопиным-Шуйским, наши шансы значительно возрастут.

Иезуит тихонько прошептал на ухо королю:

— Прибыл снайпер с особым мушкетом, который в ходе боя выцелит и прикончит великого князя, а также Алексея Сотникова. Мы выбьем главных русских полководцев и одержим победу.

Король Сигизмунд довольно потер руками и воскликнул:

— Да поможет нам Бог! — и приказал сосредоточить все силы в кулак.

С учетом подходящих из Европы подкреплений, войск снятых со Смоленска и возвращения корпуса пана Лисовского, ляхи могли получить почти двойной численный перевес над Скопиным-Шуйским. Это внушало определенный оптимизм: вояки у них бывалые, а у Скопина полно необученных ополченцев. мужичья и огольцов с девками в рядах.

Прибывший снайпер продемонстрировал возможности нового мушкета. С большого расстояния, почти в версту, сбил стальную каску с кола. Для семнадцатого века — потрясающая точность!

На вопрос короля Сигизмунда нельзя ли всех ляхов оснастить подобными мушкетами, иезуит ответил:

— Мы ствол долго разрабатывали, покрыли внутри серебром. Это дорого и сложно в производстве, да и мушкет не слишком скорострельный получился. Он больше подходит не для армии, а разового убийства с дистанции. Кроме того, многое зависит и от меткости стрелка.

Снайпер был невысок ростом, но приземистый. Лоб у него был покатый, почти как у обезьяны, глаза маленькие, но зрение отменное, орлиное.

Иезуиты знали, кого присылать. Стрелял это киллер непревзойденно, с большого расстояния точно поражал все цели.

Сигизмунд одобрил план убийства русских полководцев. Его войско готовилось к решающей битве.

Скопин-Шуйский, действительно, пошел в направлении Вязьмы. Его войско понемногу росло. Прибывали новые ополченцы. От Ревеля по пути был бывший ливонский, а ныне польский город Дерпт. Когда-то он назывался Юрьевым и входил в состав Киевской Руси, как и Нарва. Разумеется, русская армия не могла обойти этот город.

Поляки и наемники, защищавшие этот город, были напуганы приближением непобедимой армии и предпочли сдаться без боя.

Бургомистр Дерпта лично вынес Скопину-Шуйскому ключи от города. Главнокомандующий остался доволен. Он распорядился никого не трогать и не грабить в городе. В то время в Дерпте находился один из самых сильных и известных рыцарей Германии, наемник Арнольд Шварц. Бургомистр предложил поединок. Они выставляют Шварца, а русские любого из своих бойцов. Вполне в обычае тех суровых лет. Кто в таком поединке победит, того и будут считать хозяином города.

Предложение Скопина-Шуйского заинтересовало. Он и сам был бы не против сойтись с Арнольдом. Огромный рост, богатырская сила, хорошее владение оружием давали неплохие шансы большому воеводе. И все же сам драться главнокомандующий не стал, предпочел посмотреть поединок со стороны. Русские выдвинули Алексея Сотникова. В случае поражения воевода обещал покинуть эти земли навсегда.

Алексей ожидал сильного противника, но Арнольд превзошел все его ожидания. Настоящий великан, выше даже Скопина-Шуйского, вес без доспехов более десяти пудов. Плечи в сажень, руки толстенные.

Сотников раньше не знал, что существуют такие большие люди. Арнольд был весь в броне, с мечом длиной в два метра и щитом-исполином.

Казалось, земля под ним прогибается. Помимо меча взял себе рыцарь массу другого оружия. И булаву, и сабли, и кинжалы для метания, и дротики и две секиры. А сам в доспехах закрыт сверху донизу. Попробуй подступить к такому.

Но страха у Сотникова не было. Он решил взять техникой и скоростью. Вышел на бой в одних коротких штанишках, голый по пояс. Он казался мальчиком-подростком на фоне подобного гиганта, хотя был выше ростом среднего мужчины. Но рельеф мускулатуры у него был отличным, производил впечатление красотой и глубиной прорисовки. Тело литое и очень быстрое.

Алексей не испытывал страха перед гигантом. Немецкий рыцарь и вовсе расхохотался при виде Сотникова и на ломаном русском спросил:

— И этот пигмей хочет драться со мной?

Алексей отважно ответил:

— Большие шкафы громко падают! Ты велик, но неуклюж!

— Да я тебя, сосунок! — рыцарь размахнулся.

Это выглядело жутко.

Меч в руках Алексей был довольно длинным, но он не стал парировать выпад противника, а ловко пригнулся и пропустил над собой полет клинка, затем стремительно подскочил к рыцарю и ударил его по ноге. Пробил щиток до крови.

Арнольд ухмыльнулся, размахнулся и попытался зацепить противника кулаком, но не успел, получив чувствительный тычок в забрало. Алексей уколол противника и разорвал дистанцию. Рыцарь выхватил кинжал и метнул его в русского воина. Алексей был готов к такому, смог увернуться от броска. Рыцарь разразился ругательствами и попытался размашисто атаковать.

Хоть и силен слон, но большая масса повышает инерцию. Алексей достаточно ловко подсел под выпад, после чего опять рубанул своим клинком по уже раненой ноге противника. У того кровь пошла сильнее. Могучий рыцарь рубанул секирой и вогнал ее возле ноги князя. Алексей прыгнул на секиру, скакнул еще раз и в движении сумел дотянуться до головы противника. Удар, которым Сотников еще в детстве разбивал кирпичи, потряс Арнольда. Тот рассвирепел и бросился на дерзкого мужика.

Алексей в противоходе размашисто со всей силы рубанул по плечу гиганта, разбил металл и рассек мускулистую ключицу, заставив противника вскрикнуть от боли. Еще никогда его так не рубили!

Рыцарь почувствовал, что не может держать щит. Поэтому он действовал только правой рукой. Воткнул в землю меч и стал метать дротики. Алексей, для которого движения гиганта вовсе не были воплощением космических скоростей, легко уклонялся. Он просто раскачивал корпус. Когда дротики закончились, ловкий князь подскочил к неуклюжему Арнольду и в прыжке нанес удар в область шеи. Защита опять не выдержала мощного удара, через разрез проступила кровь.

Гигант ругается на своем языке.

Алексей с ухмылкой произносит:

— Моя сила в движении! А у тебя шансов нет!

Противник ревет, пытается теперь орудовать тяжеленной булавой, но получается плохо. Через порезы уходит кровь, а с ней и силы.

Алексей прыгает и проводит сокрушительный удар ногой в уже поврежденную шею. Вот она знаменитая вертушка, после которой ломались бревна!

От болевого шока и потери крови Арнольд теряет сознание. И падает с шумом, словно срубленная сосна.

Победа! Враг повержен, князь доволен.

Глава 34

Дерпт стал очередной жемчужиной в череде российских завоеваний. Там прошли празднества в честь восстановления русской власти. Много было выпито вина и меда.

Прочие крепости по соседству также принесли присягу на верность русскому царю.

Местное население встречало русских с ликованием. Некоторые латыши и эстонцы записывались в российское ополчение и присоединялись к армии Скопина-Шуйского.

Люди искренне радовались объединению с Россией. А настоящим героем считали Алексея Сотникова, многие падали перед ним на колени, целовали следы его ног.

Одна из крепостей все же отказалась сдаться и признать русское подданство. В нее ворвался передовой отряд Алексея Сотникова и быстро навел порядок. Людей Сотникова оказалось достаточно, чтобы крепость и ее стремительно редеющий гарнизон капитулировали до подхода остальных русских сил.

Алексей, Аленушка и примкнувшая к ним Альбина провели разъяснительную беседу с местным населением, а затем поправили покосившуюся крестьянскую хату.

После того, как эти земли стали частью Российской империи, в них аннулировались все прежние долги и залоги, а, значит, люди могли вздохнуть свободно. Их радость по поводу смены подданства была искренней. Особенно радовались купцы, которые получили право без проблем торговать в такой огромной державе.

Но походная жизнь звала к новым победам и приключениям.

Сотников скакал рядом с Аленушкой и Альбиной. Знатная рассказчица Альбина на этот раз попросила Алексея:

— Расскажи нам какую-нибудь историю. Ведь у тебя богатая боевая биография.

Сотников согласился:

— Вам, красавицы, я поведаю про одно из самых первых своих боевых крещений еще в прежней жизни. Я там спас девушку красивую.

И князь начал свой правдивый рассказ:

— Был я в Чечне, враждебной тогда нам республике, наполненной боевиками, которые вели с нами войну на уничтожение.

Путь к вероятному местоположению нашего штаба находился за стройкой. Строители, похоже, хотели возвести настоящий дворец, стояло сразу три громадных крана. На одном из них я разглядел двоих снайперов. Они впрочем, легкомысленно резались в карты, уверенные, что крупные силы русских далеко, а мелкими группами никто к ним не сунется. У них была весьма крупная банда.

Можно было направиться тремя путями. Справа — в обход заправки, слева — в обход стройки или самым коротким путем — напрямую между заправкой и стройкой. Правда, еще надо было проползти по громадной луже, в ней плавало немало мусора, в том числе и бутылок. Там, где было сухо, вздымались кучи шлака и какой-то вывороченной руды.

Я был с напарницей, Юлианой Александровой, симпатичной и отчаянной девушкой-журналисткой.

— Нет! — решительно сказала Юлиана. — Ползти через лужу в грязи я не буду.

Понятна брезгливость красавицы.

— Это безопаснее, под прикрытием куч нас практически не видно, а там снайперы, — показал я из укрытия на мужиков.

— Тогда ликвидируй этих снайперов! — Юлиана Александрова сверкнула своими изумрудными глазами.

Как ликвидируешь с такого расстояния, да еще сразу двоих?

Я не слишком решительно ответил журналистке, любительнице острых ощущений:

— Это невозможно!

Юлиана безнадежно махнула рукой.

А мне хотелось драки. Я, тогда еще совсем молодой офицер, намерен был доказать красавице, что являюсь настоящим мужчиной. Мы выбрали оптимальный, как нам казалось, путь. По-пластунски пресекли лужу, но по пути Юлиана Александрова совершено случайно наткнулась на полную запечатанную бутылку с яркой наклейкой виски. Недолго думая, женщина открыла бутылку и потянула с горла.

Я скривился брезгливой гримасой.

— Ты не беспокойся, бутылка не тронутая, словно из магазина, — сказала Юлиана и протянула бутылку мне.

На войне многие снимали стресс алкоголем. А я не пил. Вот и тогда отстранился и брезгливо сказал:

— Не буду хлебать эту мерзость! Самый смертоносный за всю историю человечества снаряд имеет объем в пол литра, но пробивает любую броню, кроме железного характера! Нечего себя поганить пойлом.

Юлиана не стала настаивать, но влила в себя еще сомнительного пойла.

Изрядно промокнув, мы перебрались через лужу и оказались в не просматриваемом снайперами лесочке между заправкой и стройкой. Ветер гнал пыль по потрескавшемуся асфальту с проросшей травой странного лилового цвета, в вечернем небе стали появляться первые звезды, проглядывавшие сквозь пелену быстро набухающих свинцом облаков. Пошел редкий дождик. Сгущающаяся темнота была нашим союзником. Какая-то псина, похожая на бульдога, приближалась к ним.

Я напрягся, готовый метнуть ножик. Но собака, судя по всему, была не сторожевой, а обычной бездомной. Она не собиралась поднимать шум. Видя, что люди здесь ей не рады, собака пометила дерево и побежала дальше. А мы проскользнули мимо вздымавшегося ввысь башенного крана и бетонных плит, готовых к укладке. Глазастая Юлиана обратила внимание, что они сделаны из дорого розового мрамора.

— Богато живут, черти! — сказала журналистка.

Строящийся особняк выдавал знатное происхождение его владельца. Уже установленные массивные ворота были бронированы и украшены богатым в стиле восточного орнамента узором.

Я агрессивно сплюнул, но почувствовал себя в своей стихии и сказал:

— Постараемся проползти!

Я юркнул между створок. Александрова ринулась за мной.

Журналистка смотрелась несколько неуклюже. Конечно, она не босоногая и проворная Аленушка.

В этот момент ударил гранатомет, рвануло рядом с воротами, на наших глазах разлетевшиеся осколки поцарапали золоченный узор.

Послышался истошный вопль на чеченском языке и нецензурная брань. Над нашими головами просвистели несколько пистолетных пуль.

— Обнаружили гады, глупо мы здесь засветились, — в досаде произнес я и взвел автомат. — Не ожидал, что они нам здесь встретятся, повел тебя не той дорогой…

— У тебя патроны есть? — испугалась Юлиана.

Я показал еще один запасной рожок с патронами.

— Дай мне свой пистолет, — попросила женщина. — Я снайперскую школу закончила.

О том, чтобы бежать глубже в лес в надежде, что не подстрелят, мысли не было. От выстрелов нас защищала дверь и строительные плиты, за которыми мы спрятались. Но отстреливаться, а, тем более, сдаваться в плен не хотелось. Мы знали, что боевики делают с пленными.

Террорист вновь выстрелил с гранатомета. Разорвалось недалеко от плит.

В щель между плитой и воротами я увидел приближающегося к нам человека с гранатометом. Я интуитивно послать пулю одиночным выстрелом в бандита, от выстрела журналистка дернулась, ударившись головой об плиту. Ничего страшного, только на лбу вырастает шишка.

Бандита я зацепил, он выронил гранатомет, не успев выстрелить опять. Остальные его соратники поняли, что мы будем отстреливаться. Сколько их здесь? По крайней мере, еще двое снайперов на кране.

— Будь осторожна! — сказала шепотом сама себе Александрова, взяв у меня пистолет.

Я вскинул автомат, осторожно высунулся из укрытия и выстрелил вверх по крану. Тело одного из снайперов с шумом рухнуло вниз. Меткий у меня глаз!

В этот момент красивая Александрова выскочила из неудобного укрытия, проскользнула за ворота и заняла удобную позицию в дверном проеме гаражного бокса. Но, понимая, что место горячее, она, улучшив момент, высунулась и выпустила два коротких выстрела по крану. Тело второго бандита полетело на землю. Он не успел нам ответить…

Я даже присвистнул в восхищении:

— И этот готов!

Александрова хихикнула: я хорошая снайперша.

Но нужно было оставаться наготове. Я приник глазом к окуляру своей походной подзорной трубы, внимательно осматривая окрестности на предмет затаившихся бандитов. В окуляр вписалась макушка человека, спрятавшегося за оградой. Не стоит разбираться, хороший он или плохой. Я дал короткую очередь из трех выстрелов. Макушка пропала, но, похоже, бандит просто пригнулся.

— Чуть пониже надо! — сказал я сам себе, перевел оружие влево и увидел в просвете между плитами ноги в кожаных сапогах и отделанных серебром штанах.

Я прицелился и пробил точным выстрелом противнику ногу. Он свалился, а я выстрелил следующей пулей в этот же просвет.

Первый один бандит выполз из-под ограды и открыл огонь из автомата. Пули ударили по воротам, выбивая искры. В таких случаях важно не покидать укрытия, чтобы не попасть под пули, и не терять самообладания. Но и подпускать автоматчика к себе нельзя, да и от женщины нужно отвлечь. Я высунул автомат и пальнул почти вслепую в сторону, откуда извергается огонь. Автомат стрелявшего смолк, никакого движения в нашу сторону не было слышно. Неужели, достал? Или выжидает?

Я тоже стал выжидать. Тишина. Осторожно выглянул из укрытия. На дороге лежал раненый террорист, крупный парень был в шлеме и бронежилете, он, видимо, рассчитывал на амуницию, поэтому пытался атаковать меня почти в открытую. Мужик шевелился, автомат его валялся в сторонке. Я тщательно прицелился и послал пулю в незащищенный участочек его шеи. Брызнул фонтанчик из алой крови.

Но тут по мне открыли огонь сзади, со стороны автозаправочной станции. Это было плохо, с той стороны не было такого нагромождения плит, меня могли достать. Одна из пуль угодила рядом с плечом. Еще чуть-чуть и я мог бы быть ранен или отправиться на тот свет.

Я бросился за ворота, влетел в гаражный бокс. Там рассчитывал встретить Александрову, но в боксе ее почему-то не оказалось. Я слегка опешил, но огонь по мне продолжился, пришлось прошмыгнуть глубже в бокс под защиту тяжелых железобетонных стен. Я осмотрелся, внутри были выложены непонятные арабские буквы, видимо, местный язык и множество мечей.

Пространство двора было ограниченно забором, воротами, не достроенным зданием, имевшим уже барельефы со львами. Почему-то многие богатые люди любят львов. Справа, за бетонными плитами, приютилась бытовка на колесах.

— Через несколько секунд дверь в бытовку распахнулась, выскочили пара человек с автоматами и открыли огонь. По стенам бокса звонко защелкали пули. Но уже через миг мой встречный огонь уложил одного из нападавшим, раздался одиночный выстрел из пистолета, второй из бандитов схватился за живот.

— Не суй пальцы в пасть крокодилу! — услышал я возбужденный крик Александровой.

Она снова сделала довольно меткий выстрел…

Я влетел в укрытие к Александровой и сказал:

— Надо отходить, они могут вызвать подмогу, будем пробиваться к своим.

Раздались автоматная очередь. Били они не прицельно, лишь бы разрезать выстрелами все более и более сгущающуюся темному.

— Вот ведь мы попали! — недовольно сказала Александрова. — Как их сюда занесло?

Да, женщина напугана. Впервые в такой переделке, а мне, родившемуся в женской колонии, не привыкать рисковать жизнью.

Попытались высунуться из укрытия, но заметили приближающуюся к нам фигуру. Я вскинул автомат, но Александрова выстрелила первой и попала в грудь бандиту. Его отшвырнуло назад, но боевик тут же вскочил, выстрелил в нашем направлении и метнулся за ближайшую плиту.

Александрова в досаде выругалась: не завалила.

— Бей, если можешь, в затылок! — сказал я. — У них есть бронежилеты.

— Думала, пробью, — ответила Александрова.

— У боевиков есть самые современные и мощные бронежилеты, — уточнил я.

— Может, этот за плитой последний из них? — с надеждой спросила Александрова, — надо его ликвидировать, иначе не даст нам спокойно уйти.

— Его просто так не возьмешь, — понуро произнес я.

Александрова отважно заявила:

— Хорошо, давай уйдем от него тихонечко под покровом темноты.

Мы даже сняли обувь, чтобы меньше шуметь и одновременно рванули с места, рассыпавшись по обеим сторонам от проема, чтобы выйти из зоны поражения бандитских пуль.

Но автомат застрочил из темноты. Я интуитивно послал очередь в сторону стрелявшего и упал на землю, а Александрова продолжила бежать к лесу. Я дал еще очередь из положения лежа, чтобы отвлечь огонь на себя и дать девушке возможность скрываться в глубине лесного массива.

Автоматчик ответил. К счастью, не попал. Я затаился и отполз в сторону, стремясь рассмотреть противника. В его укрытии было чуть светлее, чем здесь, на земле. И я уловил, когда бандит высунулся и всадил в него пулю. Попал в голову. Прежде, чем затихнуть, боевик разрядил в небо весь свой магазин.

Попадание воодушевило. У меня возникла надежда, что никого из бандитов могло уже и не остаться. Но твердой уверенности не было, вдруг кто-то еще затаился. Можно нарваться на кинжальный огонь. С другой стороны, и медлить нельзя, террористы вполне могли вызвать подкрепление. Против кучи боевиков оставшиеся у меня несколько патронов явно не спасут.

Я прислушался и осторожно пополз в сторону леса.

В тот раз повезло. Мы выбрались, я провел поджидавшую меня перепуганную журналистку в нашу часть.

Алексей закончил свой рассказ. И стал отвечать на вопросы девушек. Пришлось пояснять, что такое автомат, где находится Чечня, как он попал сюда…

Глава 35

Войско Сигизмунда объединилось с частями, покинувшими осажденный Смоленск. Подходил и пан Лисовский. По дороге его, правда, потрепал Дмитрий Пожарский. Покинув Вязьмы, русский князь внезапно атаковал противника. Пан Лисовский постарался избежать открытого боя, просто бросился с войском наутек в сторону Сигизмунда. Ему помяли бока, но полного разгрома не случилось.

У Сигизмунда оказалось собрано с учетом только что подошедших полков больше людей, чем у Скопина-Шуйского. Но не намного. Кроме того, у русских было превосходство в оружии. Они вполне могли победить в бою с многочисленной армией ляхов.

Аленушка предлагала быстрее сцепиться, чтобы покончить с иноземными захватчиками.

Скопин-Шуйский раздумывал, он послал вперед разведку. Полководец понимал, что многое будет зависеть от места, какое выберут для сражения. Тут были возможны разные варианты. Можно ускорить движение и попытаться застать врага врасплох, свалиться нежным комом на голову, атакуя противника в движении, пока тот не успел перестроиться.

Но тогда отстанет артиллерия, включая единороги. И потери атакующих будут велики. Можно было встать на пути ляхов. Если противник не захочет атаковать русскую армию, его станут донимать подоспевшей артиллерией и тревожить партизаны, всячески мешая снабжению польской армии.

Возможно, поляки вообще захотят отойти назад, в свои земли…

Сигизмунд и в самом деле подумывал об отступлении. Русские, может, и не стали бы преследовать его армию, занявшись собственными проблемами, восстанавливая нанесенный им урон.

В конечном итоге Скопин-Шуйский мог бы согласиться на умеренную контрибуцию и закончить войну.

Но польский престиж оказался сильнее здравого смысла. И он диктовал: выйди на поле, дай противнику бой, используй свой шанс.

Тем более, войско большое, неплохо обучено.

И поляки решили принять бой.

Грандиозное сражение развернулось на Гончарном поле. Поле оказалось удобным для боевых действий, просторным и ровным. Лишь небольшая возвышенность оказалась на том месте, которое заняли русские войска.

Обе стороны развернули полки и выстроились в боевой порядок.

Как и положено в таких случаях генеральному сражению предшествовал поединок двух воинов: по одному с каждой стороны. Таков древний обычай. В средние века он еще соблюдался. Хотя далеко не всегда.

После уговоров Скопин-Шуйский дал согласие выставить Аленушку. За нее просил сам Сотников. Алексей уже показал себя в прошлом поединке и теперь решил дать шанс своей подруге. Она очень хотела участвовать в поединке. А чем женщины хуже мужчин? Они имеют право сражаться, если не уступают мужикам в боевой подготовке.

Когда Аленушка вышла на поле, по рядам ляхов и наемником пронеслись смешки. Воины противной армии перемигивались и ухмылялись при виде девушки и не могли оторвать от нее своих плотоядных взглядов. Аленушка казалась способной скорее соблазнить, чем убить. Ее золотые волосы развивались по ветру, притягивая к себе взоры. Казалось, русские издеваются, выставив бабу. Но это их право.

Вышел на поединок воин и со стороны ляхов. Он был не таким огромным, как Арнольд, но все-таки могуч, широкоплеч. При виде Аленушки поляк разразился тирадой из грязных и пошлых шуток.

По рядам обоих армий прошли смешки. Многие солдаты, особенно молодые, тряслись от возбуждения.

Рыцарь рассвирепел. И едва дождавшись гонга, бросился на дерзкую красавицу, махая двухметровым мечом. Аленушка не стала играть на публику. Она попросту швырнула в противника острый кинжал. Пробила насквозь забрало, заставив громилу поперхнуться собственной кровью.

А чего церемониться? Не надо было насмехаться!

Гигант грохнулся и после краткой агонии затих. По шеренгам наемников и ляхов прокатился возглас удивления, смешанного с ужасом. В ответ Аленушка погрозила мечом, который даже не пригодился ей в этом поединке.

Слишком коротким оказался бой, никто не ожидал такого быстрого исхода. Ничего, пусть знают наших женщин!

Глашатай объявил:

— Победила Аленушка! Сражение можно считать открытым!

И началась генеральная битва. Король Сигизмунд основной удар попробовал нанести в центре, чтобы построением немецких наемников расколоть российские ряды.

Тактика, которая приносила успех Германии. Но только в борьбе с другим противником.

Единороги встретили ляхов своим разрушительными осколочными бомбами, пробивая в стройных шеренгах целые проплешины.

Затем кавалерия неприятеля оказалась встречена дружными ружейными залпами. Но ляхи мчались вперед, пока не налетели на выставленные колья. А мужицкое ополчение пустило в ход косы, вполне эффективные в закаленной работой крестьянских руках. Особенно когда нужно лошаде распороть живот или перерезать жилы на ногах.

Но все-таки с огнеметом косу не сравнить. Поляки увидели потоки неистового огня. Сотников придумал усовершенствование, которое резко повысило дальность огня и его температуру. Пригодились попаданцу его технические знания.

Запах паленого мяса разносился над полем, наряду с ревом от боли.

Аленушка, Алексей и Альбина развлекались, обрушивая на противников стрелы, затем в их руках засверкали острые мечи, да еще особой ковки, способные разрезать металл. Отборный отряд Сотникова тоже имел такие мечи и применял их с поражающим эффектом.

Но ляхи и их наемники продолжали наступление. В бой пошла пехота. Центр русских позиций начал прогибаться. Стрельцы и ополченцы постепенно отступали. В поляков летели сотни пуль, нанося им громадный ущерб. Падали пораженные воины, но на их место вставали другие и снова лезли на русские позиции.

Нанеся основной удар в центре, король Сигизмунд рассчитывал прорвать линию обороны российских войск. Противник сумел сдержать конницу стрелками и ударной мощью огнеметов. Но русские все же медленно отступали, приходилось пятиться назад. Хотя и преднамеренно. Ляхи двигались в центре, вместе с тем прогибались на флангах. Прямо как римляне против Ганнибала.

Скопин-Шуйский лично руководил армией, придерживал резервы и наблюдал за Сигизмундом, у которого было почти в полтора раза больше войск. Но при таком сражении русские несли намного меньше потерь. А на подходе новые полки, что уже заходят ляхам. Войска воеводы Шеина и князя Дмитрия Пожарского — солидные силы, закаленные в сражениях.

Сигизмунд оказался в ловушке. Был шанс уничтожить большую часть ляхов. Скопин-Шуйский решил повторить тактику Ганнибала на Каннах, когда осуществлена была грандиозная операция по пленению и уничтожению огромного войска

Алексей Сотников тоже продумывал план сражения. Поначалу тяжело, но войско сражалось, Сотников бесстрашно руководил обороной. Алексей с младенчества воспитывался как спартанец и не испытывал сильного страха. Не было у него дрожи в коленях. Единственный раз по-настоящему стало страшно, когда он подорвался на мине.

Пугала ужасная перспектива навсегда остаться калекой. Тогда волх-родноверец его спас, поднял на ноги и даже даровал дополнительные способности.

Тогда Алексей поверил: русские Боги есть! И они способны наделять своих адептов не дюжей силой и могуществом.

Сотников пришел к выводу: когда-то Россия была известна грекам как Гиперборея, богатая, благополучная страна с теплым климатом и людьми, которые не знали болезней и старости. Правда, умирали, в боях или во сне, без боли и дряхлости.

Но пришло время, и Россия пережила упадок. Люди разочаровались в своих прежних Богах и приняли Христианство. Иную религию, от чужих народов…

Хоть Алексей был образован, много знал, но при всех своих знаниях не понимал сути Христианства. Зачем, например, Иисус, будучи Творцом мирозданий и Всемогущим Богом пошел на крест? Есть, конечно, церковное объяснение, но по логике вещей такое делало людей еще более преступными в глазах Бога. Кроме того, Алексею не нравилось, что в Библии сказано: возмездие за грех — смерть!

А как соизмерить наказание проступку? То, что одобряется одними людьми, может выглядеть в глазах других страшным преступлением, заслуживающим самого жесткого наказания.

Алексей считал, что безгрешный мир был бы слишком уж пресным и стерильным, совершенно неинтересным. Родноверие привлекало его обещанием того, что загробная жизнь во грехе и борьбе продолжится. А человек будет иметь опыт, знания, выводы и ошибки прежней жизни. Чем может воспользоваться. Как и он, попавший в Смутное время. Но за особые блага придется сражаться. В таких вот, как сейчас, нешуточных битвах.

Русские отошли, но теперь поляки и их наемный сброд оказались схвачены с флангов. Сигизмунд двинул в бой последние резервы, выбросил все свои карты. Тем лучше! С воздушного шара уже доложили, что Шеин и Пожарский со своими войсками уже на подходе и спустя считанные минуты вступят в бой.

Алексея зацепило пулей по ключице. К счастью, вскользь, но кровь все равно пошла. Князь погрозил врагам мечом и в ярости провел мельницу, срубив сразу двух ляхов, и двинул пяткой в подбородок вражескому полковнику. У того челюсть буквально вышла из затылка.

Аленушка успешно бросала свои диски в самом эпицентре наступления. Альбина, впрочем, почти не уступала своей напарнице.

Бой продолжался. Снова ляхов жарили из огнеметов. Неприятель начал выдыхаться, изнемогая от опустошительного сражения. Русские контролировали сражение. В тылу появилось войско Шеина с юго-запада, а с другой стороны прибыли люди Дмитрия Пожарского. Эти соединения двигались по сходящимся направлениям словно ножницы, и грозили изрезать поляков.

Алексей Сотников рубился в полную мощь, иногда метал диски. Русские полки отличались массовым героизмом, ляхам становилось совсем туго.

Иезуит испугано оглянулся и сказал:

— Похоже, мы проигрываем сражение.

Не очень хотелось в это верить королю. Сигизмунд с сомнением произнес:

— Думаешь, нет шансов?

И прищурил глаза, стараясь рассмотреть просвет в тучах фортуны.

Иезуит пожал плечами и посоветовал:

— Лучшее, что мы можем сделать… бежать отсюда!

На снайпера надежда не оправдывалась. Скопин-Шуйский лично в бой не вступал, был в укрытии далеко от передовой. А Алексей Сотников и Аленушка постоянно стремительно передвигались.

Король угрюмо крикнул своей свите:

— Пора трубить отступление! Пусть хоть часть армии сумеет вырваться с этой ловушки.

Хотя сигнал и подразумевал организованное отступление, но на деле все обернулось повальным бегством. Это было следствием паники и огромных потерь, понесенных польской армией.

Скопин-Шуйский приказал окружить неприятеля и замкнуть кольцо блокады. Но отдельные отряды все же успели вырваться. Среди них оказалась и личная гвардия короля Сигизмунда, во главе с самим королем. Отборные воины в позолоте, с дорогими, кованными лучшими кузнецами доспехами вместе с королем стремились уйти от расплаты, гнали своих коней во всю прыть.

А простые польские воины начали сдаваться. И масса наемников тоже бросают оружие.

Но король уходит. У него лучшие скакуны.

Сотников вместе с Аленушкой и примкнувшей к ним Альбиной решили догнать удирающего монарха. Пленение главного человека и воина Речи Посполитой способно многое перевернуть и в политике, и в военном деле.

В свое время Алексей имел шансы пленить в Чечне самого Шамиля Басаева. Но упустил в погоне этого кровавого бандита. Что же бывает, что и герои ошибаются. Но сейчас Сигизмунд не должен был уйти.

Триумвират мчался, стремясь настигнуть Сигизмунда и его подельников. У боевой тройки прекрасные лошади, не уступающие польским. Расстояние начинает постепенно сокращаться. На преследователей бросаются всадники польской гвардии. Наши воины встречают их бросками остро отточенных дисков. Срезают своих врагов и продолжают погоню, приближаясь к королю и его ближайшему окружению. С каждой минутой все ближе и ближе. И вот уже виден круп королевского коня.

Но вновь охранники пытаются остановить Сотникова и его маленький отряд. Последовала ожесточенная стычка. Аленушка и Альбина удачно метнули несколько дисков, Алексей славно поработал мечом. Путь свободен, вновь погоня.

Королевские особы решили разделиться. Девушки погнались за Сигизмундом, Алексей стал преследовать Владислава. И настиг королевича, сбил его одним ударом ноги. Наследник полетел с лошади. И, похоже, оказался без сознания. Это обрадовало Алексея. Сотников подумал: а не лучше ли его добить? Живой Владислав не нужен России.

Но молодое лицо наследника престола было испуганным по-мальчишески, не враждебным, совсем не похожим на заклятого врага. И князь пожалел пацана.

Тем временем девушки и подоспевшие всадники из отряда Сотникова настигли и пленили короля.

Дело сделано!

Правда, ускакал иезуит, самый хитрый и неприятный тип из всей компании. Кроме него удалой вырваться и уйти герцогу Барбароссе. Ну что же, бывает и такое, что кому-то из негодяев везет.

Глава 36

Команда Сотникова возвратилась с триумфом. Аленушка и Альбина занялись врачеванием.

Ведьмы, служащие Всемогущему Роду, во все времена обладали фантастическими способностями к исцелению.

А раненных русских воинов оказалось очень много. Все же был кровавый бой. И ляхов поранено еще больше. Девушкам работы выше крыши. Русский обычай требует лечить пленных. И ведьмочьки поработали очень даже продуктивно.

А огромная польская армия перестала существовать. Закончилось вторжение величайшим триумфом русского оружия.

Снайпер, на которого так рассчитывал иезуит, не успел как следует прицелиться в Сотникова и оказался убит диском, пущенным Аленушкой. Коварный замысел не осуществился.

Скопин-Шуйский в шатре лично допрашивал плененного короля Сигизмунда. Монарх одной из самых могучих стран Европы теперь сидел понурый перед великим князем, в отчаянии опустив свою голову.

Красивая служанка налила в золотые чаши лучшего вина. Михаил Васильевич предложил выпить и рассказать, что больше всего помешало королю. Они могли общаться без переводчика.

Король Польши осторожно потянул из своей чаши и сказал:

— У вас, у русских, очень скорострельные и меткие мушкеты, они буквально истребили мою армию.

Скопин-Шуйский улыбнулся в свою бороду:

— Это наша военная наука. Против нее не попрешь!

Сигизмунд ответил, тяжело вздохнув:

— Наука или колдовство… Ваше адское пламя жгло наши войска!

Михаил Васильевич сказал:

— И пламя — наука! Никакой магии. Есть у меня знаток в военных делах, создатель современного оружия. Алексеем Сотниковым зовут.

— Мне бы такого, — мрачно ответил Сигизмунд. — Вы говорите — наука, но ведьмы у вас точно есть. Хотя бы те, которые меня пленили.

Скопин-Шуйский улыбнулся:

— Они, скорее, не ведьмы, а Божьи слуги.

— Разве могут так вести себя Божьи слуги? — удивился Сигизмунд. — Они бросались на меня и мою охрану словно дьяволицы. Действовали как заговоренные, ничего не боялись. И дрались так, как обученные воины не могут.

Скопин-Шуйский улыбнулся опять:

— Может быть, те девчата являют собой совершенных ангелиц…

Сигизмунд усмехнулся, и заметил:

— Ангелиц… Они колдовать умеют!

— Ну и что из того? — спросил Скопин-Шуйский и задал еще один, чисто практический вопрос:

— Сколько за вас дадут выкупа?

Король Польши трусливо поежился, представляя, какой позор ожидает его на родине. Но ответил вопросом на вопрос:

— А чего вы хотите?

— Колоссальную сумму денег, — пошутил Скопин-Шуйский и пояснил:

— Надо посоветоваться с нашим царем. Я думаю, если Польша хочет мира, то она должна заключить его как можно быстрее. Речь Посполитая должна выплатить контрибуцию за разрушения и грабежи, что причинил ваш поход нашим городам. Естественно, оставить ранее все занятые вами земли и города. Иначе наша непобедимая армия будет и дальше громить вас.

Король Сигизмунд обреченно пожал плечами:

— Мир… После того, что я видел на поле брани, готов поверить в вашу непобедимость. Но вряд ли сейм одобрит все ваши условия. Максимум, согласятся отдать Дерпт, который вы и так взяли… А на счет контрибуции, Польша ослаблена войнами, денег в казне нет.

И монарх беспомощно развел руками.

Скопин-Шуйский усмехнулся и произнес:

— Тогда мы заберем у шляхты еще больше. У нас есть современное оружие, наша армия сильна как никогда, а вам собрать прежнюю рать не удастся. Даже если бы и удалось, мы бы ее разбили без существенных потерь.

Польский король тяжело вздохнул и пробурчал:

— К большому сожалению, я понимаю, что теперь русские могут забирать один наш город за другим. Но убедить сейм после того, как я потерял войско и попал в плен, мне не удастся. Авторитет потерян.

Скопин-Шуйский с некоторым сочувствием посмотрел на короля и внешне печальным тоном сказал:

— Ну что же, тогда мы будем вас завоевывать!

Сигизмунд с неподдельной печалью произнес:

— Это наш гонор. Мы не привыкли уступать, пока не приставили нож к горлу. Но даже в этом случае истинный шляхтич предпочтет смерть!

Скопин-Шуйский продолжал улыбаться, он был в хорошем расположении духа, имелся очевидный повод для радости: победа в генеральной битве, да еще и с пленением короля и его наследника. Но Польше монархия ограничена, все принципиальные вопросы решает сейм. Однако Скопин-Шуйский уже наметил себе план: он пойдет на Полоцк, а часть армии под командованием Сотникова двинется освобождать пока занятые еще города на Украине. Они заберут себе все, что захотят. А там видно будет. Как местное население себя поведет. При массовой поддержке можно забрать себе все древнерусские земли и выйти к старым границам Польши.

Сигизмунд тоже понимает всю серьезность ситуации и вкрадчиво произносит:

— Отпусти меня из плена, великий князь. Я все свое влияние положу, чтобы заключить с Россией мир!

Король попытался даже придать своей лисьей улыбке заискивающую искренность.

Скопин-Шуйский допил вино. Исподлобья посмотрел на Сигизмунда и с превосходством произнес:

— Думаю, нам выгоднее вместо мира с вами добить Речь Посполитую, пока вы наши военные открытия не переняли.

Сигизмунд поежился, он смотрелся теперь совсем жалко.

Скопин-Шуйский приподнялся над польским королем и подтвердил:

— Война будет продолжена! Вы, ляхи, дорого заплатите за то разорение, что принесли русским землям. Зачем полезли к нам?

Сигизмунд ответил с горечью в голосе:

— Нас против России направила католическая церковь…

Михаил Шуйский нахмурился:

— Вечно вас кто-то направляет…

Глава 37

Русская армия простояла два дня на поле боя, залечивая раненых и подсчитывая трофеи. На третий день основные силы русских выступили в направлении Смоленска и Полоцка. Одновременно Сотников с отрядом в несколько тысяч человек поспешил наперерез остаткам войска Лисовского, пытающегося уйти на территорию Польши.

Попытка оказалась для пана не слишком удачной. Алексей сумел перехватить его. Вместе с ним в бою приняли участие и его надежные соратники Аленушка, Альбина, Катерина и Еремка. Великолепная пятерка, проверенных бойцов.

Они атаковали противника стремительным накатом. Рубили всех подряд и крушили лисовичей словно грибы лисички, подрезанные ножом. Сам пан Лисовский бросился наутек в самом начале боя. Его подлость, бросить свое войско, оказалась спасительной. Опять этому хитрецу удалось скрыться. А сражение выдалось скоротечным, и почти без потерь для русских. Много оказалось захвачено пленных и трофеев.

Тем временем русская армия с триумфом вошла в Смоленск, где была сердечно встречена. Победы впечатляли. Ко всем этим победам был причастен Алексей Сотников, который в это время выполнял очередную свою задачу.

Плененного польского короля и его сына, который так хотел на русское царство, везли под охраной верхом. Скопин-Шуйский отказался от идеи клетки или кандалов. Оба, Владислав и Сигизмунд были, правда, без шапок и своих царских одежд. Погода стояла солнечная, лето только-только перевалило через свою макушку, и знатным особам не было холодно в простых русских рубашках. Их обнаженные головы являлись символом русской победы.

Горожане с интересом рассматривали польских господ, не оскорбляли их, не закидывали гнилыми овощами. Только уличные мальчишки время от времени свистели.

Скопин-Шуйский распорядился оказывать пленному королю Сигизмунду и его наследнику Владиславу должный почет. Хотя эта пара и причинила множество зла российскому народу. Их не стали пытать, хотя поляки не брезговали мучить пленных в свое удовольствие, насиловать красивых женщин.

Впрочем, царственные особы в таких безобразиях не участвовали. В отличие от герцога Барбароссы, который истязал Варвару, пытал других русских людей. Да и иезуит, чье подлинное имя оставалось тайной, то же заслужил возмездия. Этот дьявол в религиозном обличье любил пороть женщин и детей попросту для того, чтобы доставить себе удовольствие. Но любители орудовать плетьми умудрились скрыться. Самые подлые антигерои остались безнаказанными. В этом заключалась некоторая несправедливость. Но война не закончена и был шанс в дальнейшем найти злодеев. И этим могли бы заняться потом Сотников и его подруга, ведьма Аленушка. А пока можно было немного попировать по русскому обычаю, неплохо подкрепиться и отдохнуть перед очередным походом. Мясо было свежим, вино выдержанным, служанки красивыми и проворными.

Но война продолжалась. Южная рать во главе с Алексеем и Аленушкой маршами шла по территории Украины, временно занятой Речью Посполитой. Местное население встречало российскую армию с ликованием. Несколько небольших крепостей по дороге оказалось брошено ляхами. Удалось взять без боя несколько пушек и прочих трофеев.

Алексей впал в транс, чтобы увидеть историю из параллельного мироздания, Аленушка, шутя, просила рассказать ее.

Только что рухнула эльфийская империя, на Эльфкраине полыхал майдан. Ведьма Аленушка переместилась в Смутное время, а Алексей вынужден был временно остался в Эльфкраине. Часть патриотических сил не смирилась с поражением и организовала Революционную армию. Особенно охотно в нее шли подростки. Записался и Алексей Сотников. Мальчишка бы вместе с теми, кто бросил вызов кошмарной машине под названием Священная Автономия троллей и орков — САТО, их попыткам поглотить Эльфкраину. Патриоты, настоящие большевики магической армии развернули отчаянную борьбу за светлое будущее.

Население колебалось. Большая часть пошла за магическими большевиками, но многие переметнулись на сторону САТО, особенно на Западной Эльфкраине, где находился Сотников. Местные жители неохотно поддерживали народные интересы и большевистскую магическую интифаду. Приходилось находиться в подполье вместе с партизанами и другими мальчишками. Они лезли во все щели.

Алексей натянул на себя модную одежду и кроссовки, материализованные волшебницей колдуньей из прошлой его жизни. Босиком в город идти нельзя: вызовет подозрения, тем более на дворе уже осень и довольно холодно. Мальчишки из Революционной Магической Армии демонстративно презирают обувь и стараются бегать босыми столько, насколько хватает здоровья.

Когда тепло, босяком можно ходить без ограничений. На снегу, конечно, труднее, но закаленный юный воин несколько часов вполне способен выдержать.

Алексей Сотников был хорошо закален, но в тот раз ему нельзя было показать, что он — партизан. Кроме того, хотелось пройтись пешком и послушать о чем думает народ, оказавшись под властью троллей и орков.

При всем своем романтизме Леша был умным парнем, его интересовало, отчего столь живуч и манящ призрак длинного магического доллара. Неужели нет других, более важных ценностей?

В эгоизме все беды разумных живых существ.

Сотников шел по городу, населенному людьми, и насвистывал орковский бравый марш. Чтобы не было подозрений. Будучи не слишком крупным парнем, Алексей все же выглядел чуть старше своих лет и мог вполне сойти за тинэйджера из местной молодежной прозападной магической организации. У него даже соответствующая повязка на рукаве красовалась с головой змеи.

Вот впереди на разбитой проселочной дороге какая-то бабка волочит здоровенный рюкзачок. Интересно, что это там у старухи? Может, на продажу в город Магольвов, что-то съедобное тащит?

Парень прибавил шагу. А старушка, похоже, совсем выбилась из сил. Алексей Сотников поморщился: почему возраст так дико уродует женщин? Были красивыми девушками, а становятся жуткими развалинами со сморщенной кожей. Не эстетично. Куда смотрит Бог? Разве ему нравится подобное уродство?

Алексей подошел к бабке и вежливо спросил:

— Вам, я вижу тяжело, может, оказать помощь?

Старушка отшатнулась от мальчишки и злобно прошипела:

— Не смей разевать пасть! Думаешь, я не знаю, что ты замахнулся на мою зелень.

Бабка размахнулась палкой, а ее переполненный рюкзак раскрылся. Алексей уловил запах краски и вытаращил глаза. Из вместительного рюкзака торчали неумело выкрашенные в зеленый цвет листки пожухшей капусты. Старуха-идиотка покрасила эту дрянь. Пятна краски были и на самом рюкзаке, и на руках противной и крикливой бабки.

Старушка старалась врезать мальчишке по голове палкой, но Алексей легко уклонился. А бабка как завопит во всю глотку:

— Ой, грабят! Злодей зелень урвать норовит!

Явно старуха чокнутая…

Сотников иронически сказал:

— Кто людям помогает, тот тратит время зря! Хорошими делами, прославиться нельзя!

И притопнул кроссовками гопак.

Старуха сильно смахивала на Шапокляк, из мультика прошлой реальной жизни. Только была еще противнее, даже с небольшим уродливым горбом. Она схватила свой рюкзачок, прижала его к груди и сказала уже не слишком внятно:

— Ой, вы баксы мои! Баксы лыковые! Защите от бандитов, от ужасных магомоскалей!

Алексей Сотников рефлекторно сжался, указал пальцем на повязку со змеиной головой и, артистично чередуя эльфакраинские слова с русскими, произнес:

— Мы есть организация, которая защищает пожилых людей во всем мире! Это мы оказываем им помощь, строим дома, даем белый хлеб с шоколадным маслом!

Бабка немного успокоилась и шепотом спросила:

— А ты разве не магический американец?

Алексей, растянув губы в улыбке, на английском языке подтвердил:

— Да, конечно, сто процентный!

Но, видя, что бабка на самом распространенном в мире языке не понимает ни слова, добавил на эльфакраинском:

— Я есть американский тинэйджер и бойскаут!

Старушка окончательно успокоилась и подобревшим тоном спросила:

— А сколько вил и Мерседесов я смогу купить за свою зелень?

И тряхнула крашеной капустой.

Мальчишка-разведчик, понимая, что с сумасшедшими лучше не спорить, спокойно ответил:

— Много! Очень много!

Но бабка попалась настырной и продолжала спрашивать не по годам мускулистого и сообразительного парня:

— А сколько это — много!?

И показала крашеные кочаны.

Сотников серьезным тоном ответил:

— Ну, Мерседесы, они ведь бывают разных модификаций. Чем марка новее и роскошнее, тем большее она стоит и на нее надо большее количество зелени!

Старуха, тяжело дыша, поставила свой рюкзачок и простонала, указывая на покрашенную капусту:

— Тут килограмм двадцать, не меньше! Я боюсь, что сдохну, если такое количество зелени до города донесу!

Алексей ответил:

— А зачем вам нести! Найдите телегу и вас довезут до Магольвова с комфортом!

Сгорбленная бабка тяжело вздохнула:

— Пригласила я Федора, чтобы он меня довез. Так он, ирод, спросил, чего это я гнилую капусту в краску вымазала. Я ему, дураку, объясняю: капуста и зелень — самые высшие ценности в мире. За зелень можно все купить. А он…

Алексей Сотников догадливо подсказал:

— Пообещал вас бесплатно доставить в дурку!

Старуха, перекосив лицо, злобно подтвердила:

— Почти так! Только не бесплатно, держи карман шире, а за литр браги! Ну, я его с дуркой послала!

Парень не удержался и рассмеялся. Бабуся, похоже, наслушалась, что зелень и капуста теперь высшие ценности, восприняла сленг слишком уж буквально. И даже покрасила свой овощ зеленой краской.

Старушка продолжала откровенничать:

— Ох, я несчастная, сижу в деревне и лишь слухами питаюсь. Хотела к Борисову сходить, так у него коня на нужды красной магической армии забрали. У Орехова была классная и красивая карета. Так большевики ее кувалдами расплющили. Мол, слишком роскошная, не пролетарская вещь. А мне пришлось самой волочить капусту зеленую на базар…

Бабка всплакнула.

Алексей Сотников счел нужным прервать лопотание старушки, по которой плачет психушка. Он решительно произнес:

— У вас ведь не натуральная зелень, мадам…

Бабка сразу взбучилась:

— Ну и что?

Мальчишка-разведчик, с трудом сдерживая вырывающийся из груди хохот, объяснил:

— А то, что за подкрашенную зелень вас могут привлечь к уголовной ответственности!

Старушка испугалась и попятилась назад, ее тощие ноги в каком-то подобии лаптей заплетались, лицо стало лиловая лицом, а посиневшие губы лепетали:

— Меня… за что? За что меня привлекут к ответственности?

Алексей подавил смешком, стукнул себя по груди и ответил:

— Вы несете не натуральную капусту, а повянувшую. Значит, пытаетесь обмануть, всучить фальшивую, в дешевой краске зелень! А это фальшивомонетчество!

И пацан-лазутчик сделал страшные глаза. Он говорил вполне убедительно. Старушка причитала:

— Не надо меня к ответственности! Краска еще совсем свежая и натуральная. Ее внук привез.

Алексею понравилось прикалываться:

— Так мы еще и внука за пособничество в изготовлении фальшивых купюр к ответственности привлечем. Будет вам семейная каталажка.

Бабка среагировала неожиданно, выбросила рюкзак и закричала:

— Это не мое! Это совсем не мое! Это точно не мое!

Испачканный краской рюкзак остался валяться на дороге. Бабкин крик привлек пару мальчишек подросткового возраста. Они смотрели на представление, широко открыв рты.

Сотников больше не хотел терять время на выживших из ума старушек. Но дикий окрик местных тинэйджеров остановил его. Пацанам было лет по четырнадцать, они оказались немного выше и заметно полнее Алексея. Хотя хорошо обученный единоборствам Сотников их не боялся. Пусть только сунутся! Он умеет то, что другим ребятам и не снилось.

Но пацаны, похоже, были в восторге. Тот, что потолще, произнес:

— Здорово ты ее отшил! Прямо как Коган!

Кто такой Коган Сотников не знал. Видимо, местная знаменитость. Комплимент ему сделали или совсем наоборот?

Алексей решил показать себя, подпрыгнул и прокрутил в воздухе вертушку. Приземлившись, с улыбкой терминатора спросил:

— А подобное Коган умеет?

Подростки ухмыльнулись в ответ:

— Он и не такое умеет! Давай, пойдем в город, потусуемся с нами!

Мальчишки, вроде, не агрессивные.

Алексею Сотникову стало интересно пообщаться со сверстниками, обсудить с ними текущие проблемы. Хотя, с другой стороны, он поступает не правильно — малограмотную старушку напугал и бросит ее с рюкзаком, не сказав, что пошутил. Хорошо было бы проводить ее до дома и намылить рожу тому, кто подсказал бабке идею капусты с зеленой краской.

Алексей, впрочем, почувствовал к горбатой бабусе брезгливость и посему принял предложение:

— А что, давайте как следует потусуемся!

Юность всегда находит контакт. Ребята направились с город.

Но на входе в Могольвов сатовцы уже расположили свой блокпост и проверяли документы. Образовалась небольшая очередь из людей и повозок. Пацаны сразу потеряли весь понт, толстяк грустно сказал:

— У нас с собой документов и нет. А эти могут отправить в каталажку.

Но попробуй испугать бывшего зека Алексея. Он задиристо, чтобы произвести впечатление на пацанов, произнес:

— Тем лучше! Я им там устрою майдан в тюремной камере!

И погрозил кулаком в сторону блокпоста.

Парни оживились:

— Мы зальем Магоскаву кровью и дойдем до Турала!

Грозные ребята, когда врагов не видно.

Алексей Сотников испытал соблазн хорошенько побить малолетних идеологических противников, но пока было лучше себя не обнаруживать. Парни повернули назад в поисках обходного пути.

А мысли Алексея пошли в другом направлении. Странные у него путешествия. То в Смутном времени оказался, то в параллельном мире. Хотя к этому, магическому миру он относится лишь косвенно. Находясь в медитации, видя себя словно со стороны. Не понятно только, зачем к нему приходят такие видения и почему Боги не направили его во вторую мировую войну? Гораздо ближе по времени получилось бы. Хотя, у всего есть свой смысл. Наверное, в попаданстве сыграла свою роль статуэтка Сварога. Да и последние работы его как ученого-историка были посвящены древности. Так что ничего удивительного нет. Посмотрим, что будет дальше в параллельном магическом мире…

Глава 38

Пацаны вышли дорогу, которую охраняло местное отделение националистов. На страже стояли подростки чуть старше новых знакомых Алексея Сотникова. Они узнали попутчиков Алексея.

Парень постарше с козлиной бородкой, похоже, главный здесь, спросил:

— Вы куда, молокососы?! Может, подраться хотите?

В голосе сквозило презрение.

Сотников почувствовал это и злобно ответил:

— Вот представьте себе — да!

Алексей показал костяшки на своих кулаках.

Главарь приказал:

— В таком случае надо отвечать за базар!

— А что я, испугаюсь кабанов? — спросил Сотников и сразу встал в стойку.

Юному Алексею показалось, что теперь он стал воплощением Брюса Ли в его детском, но не менее опасном варианте. Леша-каратист прокричал:

— Ну, давай выходи силой мериться!

И сжал кулаки покрепче.

Главарь, впрочем, сам драться не стал, а кивнул в сторону приятеля:

— Бес, разберись с ним!

Пацаны захлопали в ладоши и засвистели.

Перевернувшись в сальто, выскочил мальчишка в кимоно. Тоже, видимо, боец, босоногий и быстрый.

Сотников немного смутился. Он думал, что придется иметь дело с обычным парнем, а против него выставили настоящего профессионала, ловкого, с накаченной горой мышц. Алексей по движениям Беса понял, что это очень сильный соперник, и на всякий случай скинул мешающие чувствовать поверхность земли кроссовки.

Оба парня стали друг напротив друга и поклонились как на ринге. Прочие ребята окружили их кольцом, оставив свободную площадку для поединка один на один.

Бой начался без сигнала, оппонент Алексея резко атаковал в корпус. Мальчишка-разведчик поставил блок и ощутил не дюжую силу удара. Да, действительно, это сильный боец и следует собрать все силы, чтобы его победить. Давно уже не было у Сотникова такого противника.

Бес перешел в наступление, но Алексей, то же достаточно искушенный в подобных боях, парировал удары и отступал от проворного неприятеля, стараясь держать дистанцию.

Пацан все взвинчивал темп. Его приятели вокруг громко орали:

— Так его, так! Дай белобрысому!

Некоторые кричали:

— Он трус! Лупи это чмо!

В ответ на оскорбления Алексей ощутил в себе ярость и перешел в контрнаступление. Кулак противника прошелся вскользь по его правой скуле, но и Сотников попал оппоненту в грудь, заставив поморщиться от боли и отступить.

Алексей умеет бить! Удар прошел на встречном движении, на груди Беса отпечатались костяшки пальцев Сотникова.

Бес впервые посмотрел на своего противника с уважением и пробормотал:

— А ты не так плох!

И удалил кулаком как молнией.

Сотников поставил динамичный блок и ответил:

— Я еще опаснее, чем ты думаешь!

Проворно стукнул противника, слегка зацепив нос и причинив очередную порцию неприятной боли.

Бес опять перешел в наступление. Он пытался больше ударов наносить ногами, Алексей несколько раз ставил своей набитой голенью блоки и хихикал, стараясь, завести противника еще больше. Но пропустил внезапный удар с руки, однако тут же ответил своим мощным выпадом.

У обоих пацанов по мере течения боя добавлялось ушибов, ссадин и шишек. Отдельные удары проходили, как, впрочем, и должно быть в серьезном поединке. Чаша весов колебалась, все не могла склониться в ту или иную сторону, выбрать кого-то из достойных и умелых бойцов.

Сотников пробовал взять противника хитростью, но Бес вовсе не отличался простотой. Каждый новый его выпад то проходил вскользь, то расцветал синяками на лице. Однако и мальчик-лазутчик возвращал с процентами полученное. И снова атаковал, в ответ пропуская болезненные тычки.

У обоих пацанов оказались разбиты носы, они тяжело дышали. Поединок становился все более похожим на гладиаторскую схватку. Все чаще и чаще мальчишки входили в захват и пытались встряхнуть друг друга борцовскими приемами. Они бодались головами, но ни один из них старался не поддаться другому. Эта жесткая дуэль была конкуренцией равных и упорных бойцов.

Но, конечно, постепенно они стали уставать все больше. Движения и удары становились все более и более вялыми. Вот бес с трудом, тяжело дыша, поднял на плечи Алексея Сотникова и швырнул его вниз. Но у самого мальчишки подкосились ноги, и он упал, уткнувшись головой в крепкий пресс пацана-лазутчика.

Тут же Алексей воспользовался промашкой конкурента, нашел в себе силы и своим ногами крепко прихватил шею Беса в «замок».

Такой удушающий прием весьма эффективный. Противник в ответ попытался ущипнуть Алексея или даже сдавить самое чувствительно у мужчины место, но нажим на шейные позвонки оказался таким сильным, что руки Беса не слушались его. Сотников усилил давление, подключая к ногам корпус и увеличивая шейный рычаг. Бес отчаянно стремился выйти и «замка». Его симпатичное, хотя и покрытое синяками лицо начало наливаться вишневым цветом…

Алексей прошептал:

— Постучи ладонью по земле, что сдаешься!

Упорный Бес хотел ответить отказом, но из его сдавленного горла послышалось лишь бульканье. Парня капитально сдавило. Подобный прием вообще мог оказаться смертельным, на войне в реальной жизни Алексею уже доводилось убивать так взрослых мужчин. Напрасно этот каратист упрямится. Он посинел лицом и затих.

Конечно, Алексею жалко убивать почти ровесника, хоть он и враг. И мальчишка-лазутчик ослабил хватку, а затем и вовсе отпустил Беса. Его оппонент был жив, но без сознания. Сотников, впрочем, тоже изнемог и от сильной усталости был не в силах даже подняться. Он лежал и тяжело дышал, положив ногу на спину неподвижного Беса. Но окончательную победу Алексея еще не признали. Хотя правила поединка не были оговорены заранее и все было очевидно, главный из парней крикнул:

— Давай, фиксируй победу по фриколу реслинга!

«Надо же, какие правила боев знают из моей основной жизни», — подумал Алексей, собрался с силами и отчаянным усилием толкнул противника. Тот перевернулся только наполовину. Пришлось снова восстанавливать дыхание и опять толкать, чтобы парень окончательно лег на спину. После чего правила реслинга предусматривали положить на грудь ногу и ждать, пока неспешно подойдет судья и начнет отсчет. Сейчас должен подойти тинэйджер, выбравшись себе роль судьи.

Но как мучительно медленно течет время! Пацан с казачьим чубом на голове начинает громко считать. Его рука с накрашенными ногтями зависает в воздухе и начинает падать при каждом медленном счете. Алексей чувствует нетерпение. И вдруг при пятом выкрике Бес вяло дернулся и сбросил с груди ногу Сотникова.

Вот так и нет победы! Таковы дурацкие правила. По рядам собравшихся пацанов прошелся рокот. Получалось: забавное зрелище должно продолжиться. Сотникову чувство досады помогло собраться, он отчаянно лягнул лежащего Беса своей пяткой в подбородок.

Приложился довольно удачно. Бес откинулся и совсем затих, лежа на спине. Подняться ему теперь будет еще сложнее. Но и Сотников, вложивший в удар остатки сил, не мог подобраться к противнику. Он тяжело дышал, с него стекал пот. Однако следовало еще подползти к противнику. Через не могу, через дичайшую усталость. Совсем немного проползти, совсем чуть-чуть. И чего это он так расслабился и раскис, что не может двигаться?

Алексей надул себе грудь и резко дернулся, подбираясь оппоненту. Ему удалось перевернуться и на сей раз положить свою ладонь на грудь противника. Почувствовал тяжелые удары сердца жестоко избитого бойца.

Снова к ним подошел тот же парень, игравший роль рефери. Он постоял некоторое время в нерешительности, а затем принялся очень медленно считать и как можно сильнее махать рукой возле уха юного Сотникова. Явно подыгрывал своим этот юный судья.

Бес на третьем отсчете все-таки опять сумел дернуться, и удержание не было засчитано. Но Сотников опять положил свою руку на тело поверженного противника. Парень-рефери посмотрел на своего атамана и принялся снова за отсчет.

Да, это реслинг — самое зрелищное, но тяжелое из всех единоборств. В основной жизни он видел постановочные бои, а сейчас пришлось сражаться самому на полном серьезе по кровавым правилам.

Отсчет шел очень медленно, даже еще медленнее, чем раньше. Бес опять дернулся и умудрился скинуть руку.

Ну и бой! Словно битва титанов, пусть даже в столь юном возрасте!

Алексей попробовал ткнуть оппонента кулаком в висок, но уставшая и ослабевшая рука лишь соскользнула с потной головы противника. Сотников оказался на животе, он снова тяжело дышал, но нашел в себе силы и стал с помощью рук подниматься.

Раз по таким правилам вынуждают его драться, надо двинуть противника по виску. И он двинет, заставит неприятеля затихнуть и больше не дрыгаться. Пусть ярость заструится по жилам и найдутся силы!

Но главарь местных пацанов неожиданно вмешался в поединок:

— Все, все, бой закончен! Не трогай его больше!

Ты не сумел как следует зафиксировать Беса, поэтому будет ничья!

С видимостью примирения главарь подскочил к Алексею, протянул ему свою широкую ладонь и сказал:

— Ты показал себя отличным воителем, и заслуживаешь достойного места в нашей команде!

Конечно, досадно приложить столько сил и не выиграть поединок. У него украли победу, но Сотников спорить не стал. Он, с трудом поднимаясь на ноги, ответил:

— Немного потусоваться с вами я, конечно, не против…

Алексей стряхнул со своего мускулистого тела капли крови и пота. Он говорил осторожно, чтобы не разозлить парней, так как чувствовал себя не способным на любую драку. А сразу сказать нет — это риск получить нешуточных тумаков. Парни были бы рады скопом наброситься на чужака, жестоко побившего их кумира.

В целом, Сотников мог считать, что выдержал и этот экзамен в параллельном мире. Он дрался с настоящим каратистом, фактически победил его. Пусть даже победа формально не зафиксирована удержанием. Его противник все еще лежит обездвиженный. Алексей в таком юном возрасте способен побить настоящего терминатора.

Пара парней ринулась к Бесу, они принялись растирать посиневшее лицо каратиста. Терли энергично, брызгали какой-то розовой водой.

Бой, конечно, выдался на славу. Алексей ощутил желание попить и поесть, а это признак возращения сил. Ему поднести стакан с прозрачной жидкостью. Мальчишка-лазутчик до такой степени устал, что машинально выпил залпом все содержимое и лишь тогда понял, что это — водка.

Фу, какую гадость подсунули! Стакан спиртного для смертельно уставшего парня, пусть даже терминатора, это очень много. И Алексей не выдержал дозы, завалился уже в настоящий, глубокий алкогольный нокаут.

Ребята в кожаных куртках с наколками подхватили его за руки и ноги и понесли к себе в палатку. А прочие парни свистели и улюлюкали.

В палатке Сотникова мяли, щупали его мускулистое тело. А он ничего не чувствовал. Словно по голове двинули свинцовым тараном.

Какой же убийственной может оказаться водка для непьющего пацана!

Алексей Сотников провалился в тяжелый сон.

Впрочем, сон во сне или воспоминание в воспоминании — это уже перебор.

Эх, куда только не залетаешь в магическом мире из параллельных измерений.

Глава 39

Раньше Сотников, медитируя, видел иногда реальные события, происходящие в реальном мире. Сейчас видение из параллельного измерения несколько озадачило его. Алексей во всем старался найти смысл, он пытался понять свое видение, извлечь из него полезную для себя информацию.

Вероятно, старушка с капустой олицетворяла собой обманутую страну, которую после так называемой перестройки ввергли в хаос и нищету девяностых. А он, в то время пацан, ощущал себя патриотом и партизаном в родной стране, не готовым смириться с навязанной им властью САТО, вернее, буржуев и олигархов, которые захватили власть под знаменами свободы и демократии. А затем его готовность присоединиться к недружественным попутчикам, вступить в бой, оказаться в другом мире. Сейчас он сам стал, считай, буржуем и олигархом. Но он добился всего не обманом, а трудом, умением и геройскими поступками, он сражается за свою страну. Его реальность была интересной и насыщенной. Его войско шло по территории Украины, местное население встречало соединение с большим почетом и воодушевлением.

Переправа через Днепр прошла достаточно спокойно. Небольшой польский полк попытался атаковать русских, но оказался рассеян конницей и залпами мушкетов.

Сдалось несколько крепостей. Казаки охотно вливались в русскую армию, которая подходила к очередному крупному городу. Уже можно было разглядеть золотые купола православных храмов. Как красиво, ярко они сверкают на летнем солнце, когда природа еще только-только поворачивает к осени.

Плавным, неторопливым потоком русская армия входила в Славянинск. Первой шла кавалерия. Местные жители выбегали навстречу, чтобы приветствовать русских воинов.

Алексей Сотников чинно ехал на коне. Он был в нарядном камзоле, смотрелся уверено, как и подобает графу и прославленному военному полководцу. Его воины на конях — статные молодцы в сверкающих кольчугах, крепкие, хорошо обученные ребята.

Сотников ощущал эмоциональный подъем, кивал, иногда махал рукой приветствующим его людям.

Город сдался без сопротивления. Ляхи и ополчение из украинских людей не захотели драться с прославленной русской армией. Только небольшой отряд немецких наемников закрепился в самой верхней точке города, там, где стоял замок Радзивилов.

Народ, угнетаемый ляхами, искренне радовался своим освободителям. Люди были одеты довольно бедно. Большинство женщин и детей босоногие. Мужчины в лаптях и простых рубашках. Некоторые торжественно перед иконой принимали присягу русскому царю. Становились на колени и целовали кресты.

При желании они могли бы создать сильную оборону и затруднить штурм города. Впрочем, репутация у русской армии была настолько высока, что гибнуть никто не желал. Тем более, чем власть России хуже засилья шляхты?

Даже большая часть профессиональных наемников, видя мощное, многочисленное и прекрасно вооруженное русское войско, оробели и сдались на милость победителя. Лишь некоторые поспешили укрыться в замке.

Аленушка приоделась по случаю сдачи города и предстоящих торжеств в мужской костюм и кольчугу. Спрятала косы под шлем, на ножки надела сафьяновые сапоги.

Девушка спросила Алексея:

— Ну, что? На сей раз ты доволен?

Сотников спокойно ответил:

— Помахаться на мечах не плохо было бы. Но еще верхний замок не взят. Можно будет порубиться. А вообще-то я такой прием ожидал.

Аленушка улыбнулась, достала из кармашка печатный пряник, откусила своими белыми зубками и сказала:

— Думаю, может, не стоит нам теперь идти на Польшу, вернем только занятые еще земли в границах Киевской Руси

Алексей возразил:

— Лучше всего объединить славянские народы в империю! А потом у нас еще хватит дел. Османская империя сильна и огромна! На востоке Китай, и вообще земель разных не измерить!

Аленушка спросила:

— Весь мир хочешь объединить?

Сотников согласно кивнул:

— Это покончило бы со всеми войнами раз и навсегда!

Аленушка снова откусила от пряника, потерла свой девичий подбородок указательным пальцем и негромко произнесла:

— Но ведь люди всегда будут чем-то недовольны. Будут восстания, мятежи, требование независимости. И сатрапы будут восставать. Ты помнишь историю монгольской империи?

Алексей тяжело вздохнул и ответил:

— Да, помню!

Аленушка, сказала:

— Вот! Империя Чингисхана была самая большая за всю историю человечества. Но все равно потомки Чингисхана распылили земли. Увы, все империи падали.

Сотников добавил:

— И Карла Великого можно вспомнить! И Испанию… А также Римскую империю, которая то же оказалась разделена и ослаблена, а потом исчезла.

Аленки согласно кивнула:

— Вот именно! Нужна система, а не просто объединение земель вокруг одной личности!

Сотников мечтательно произнес:

— Вот если бы обладать даром, чтобы душа могла вселяться в разные тела, а дух оставался бы прежним.

Аленушка рассмеялась и заметила:

— Думаешь, это решило бы проблему?

Сотников решительно ответил:

— Душа бессмертна! Если бы кто-то из великих и бессмертных духом правил бы Землей, то сумел бы навести порядок.

Аленушка, улыбаясь, сказала:

— Возможно, я скоро смогу овладеть секретом, способным победить старость. Тогда ты, мой муженек, сможешь стать диктатором всей планеты. Но не думай, что никто не посмеет бросить вызов тебе!

Сотников ответил:

— Я и не думаю! Вся наша жизнь — борьба!

Но мысль о создании всемирной империи была интересной. Однако, если в позднем средневековье шло объедение, то затем пошел иной процесс.

Сотников тяжело вздохнул и продолжил говорить:

— Я знаю, что будет. Падение династии Романовых, потом распад колониальной системы, крушение СССР, появление множества независимых государств. Скоро, возможно, и США распадутся, и Евросоюз. Национализм — это болезнь. Не делай удивленные глаза. Будут такие государства, как СССР, в котором я родился в прежней жизни. Мощная была страна, сверхдержава. Но я сейчас здесь. И вовсе не хочу заниматься альтернативной историей. Да мне и не дадут это делать. На небесах. Пусть все идет, как предусмотрено Господом Богом.

Сотников призадумался и спросил у Аленки:

— Ты в самом деле сможешь дать мне вечную молодость?

Девушка улыбнулась:

— Я постараюсь! Но ты и так выглядишь куда моложе своих сорока двух лет!

Сотников рассмеялся:

— Ладно, хватит мечтать о вечной молодости и мировом господстве. Надо замок освобождать.

Глава 40

Наемников в замке было около тысячи, русские могли подавить их своей артиллерией. Понимая, что немцам и полякам не выдержать штурма, Сотников великодушно предложил им уйти из укрепленного пункта, оставив там все ценное.

Наемники, несмотря на здравый смысл, отказались уходить.

В результате подтянули артиллерию и ударили по замку из единорога. Тяжелые ядра сразу же снесли вороты.

Алексей, Аленушка и примкнувшие к ним Альбина, Катерина и Еремка устремились на штурм. Наемники стреляли редко и неточно. Было видно, что их боевой дух сломлен.

Аленушка смогла опередить всех и рубанула немецкого офицера саблей по голове. Рогатый шлем поверженного противника отлетел и зацепился об бронзовую завитушку на стене.

После чего Аленушка ловким движением метнула остро оточенное лезвие диска, которое точно поразило польского пузатого пана, пытавшегося отдавить распоряжения наемникам.

Великолепно метает диски Аленушка. Она красива в своей ярости. Ее красота особая, аристократическая. Сотников залюбовался своей подругой. И Альбина хороша, то же знатная дама. А вот у огненно-рыжей Катерины красота, скорее, дикарки или разбойницы.

Еремка тоже уже обучен метать острые, разящие диски. Вот он метнул снаряд, попал точно в глаз крупному тевтону. Тот завалился, словно сосна под ударом топора.

Наступающие движутся стремительно. Алексей машет мечом и стальным клинком разрубает ретивого капрала. После чего произносит:

— Наша нигде не пропадет!

Аленушка, срубая соперника, выдает очередной афоризм:

— Меч требует сильной руки, страна мудрого правителя, женщина любящего мужа!

Сотников отвечает:

— Стальные мышцы под стать стальному клинку, железная воля к стальному характеру, а золотое сердце к бриллиантовой душе!

Затем Алексей добил очередного немца и добавил:

— Железное сердце быстро ржавеет, а вот железный характер коррозия не берет!

Аленушка распорола брюхо наемнику и сказала:

— Даже их крепкая как дубы армия не имеет прочности с дубовыми полководцами!

Алексей согласился:

— Чаще всего дают дуба дубовые головы!

Катерина, рыжая стерва-терминатор, срубала тевтона и вставила:

— Дыры в кармане у кого дупло в голове!

Алексей ответил:

— Дуб дает отличные желуди, дубовая башка привлекает только свиней.

Аленушка сочла нужным дополнить:

— Кто дубовой башкой трясет, тот в дубовом гробу уснет!

Катька согласилась:

— Один дубовый генерал загубит тысячу стальных клинков!

Алексей срубил польского полковника и сказал сопровождавшим его своим воинственным подругам:

— Дуб — прочная опора, хрупкая защита — дубовое соображение!

Так и продвигались они, махая мечами, сыпля дисками и афоризмами.

Наемники, видя, что их убивают играючи, стали бросать оружие, падать на колени, молить о пощаде.

Славянинск был окончательно взят под контроль, Сотников получил в свои руки ключи от города из сусального золота.

После чего были устроены гуляния и пир на весь мир.

Танцевали, пили столетние вина, ели мясо и много другое, включая заморскую снедь.

Девушки подносили еду и напитки. Алексей и Аленушка сидели на почетном месте и вели разговор.

Аленушка предложила:

— Теперь надо идти к Житомиру. А потом и к Львиву.

Алексей согласился:

— Правильно! Так мы и планировали.

Аленушка воскликнула:

— Мы с тобой рождены побеждать. И это у нас никто не отнимет!

Князь откусил от ноги куропатки, прожевал и сказал:

— Эх, нравится мне здесь! Пусть и война идет. Я вот думаю, если бы попал во вторую мировую, что было бы? Расстреляли бы как шпиона! Нет, самое лучшее время и место для меня — это тут!

Хотя и во времена Святослава было бы неплохо. Как раз возрождение языческой Руси!

Аленушка сказала:

— В то время наша вера была всемирной…

Алексей со вздохом ответил:

— Да… Большая проблема Православия — совместить пацифизм Христа и завоевательные походы.

Аленушка ответила:

— А еще ты говорил о многоженстве…

Алексей сказал:

— Вот, согласись, русский берет себе четырех басурманских жен. И его дети уже считают себя русскими. Ассимиляция окраин пойдет куда быстрее!

Аленушка с этим охотно согласилась:

— Разумеется, быстрее. Но тебе не сломить упрямство попов и их консерватизм.

— И все-таки стоит узаконить многоженство! — не согласился Алексей. — И сделать религию более уравновешенной. В самом деле, как Георгий Победоносец совместим с принципом: ударили тебя по правой щеке — подставь левую?!

Сотников посмотрел в зал. Танцы были в разгаре. Многие танцующие девушки разгорелись и скидывали сарафаны. Фигуры у девушек стройные, мускулистые. Постоянная работа на свежем воздухе, простая, здоровая пища, делали их очень привлекательными. Девушки танцевали босиком, и это выглядело обворожительно.

Алексей Сотников не удержался и сам пустился в пляс, вместе с ним танцевали Аленушка, Альбина, Катерина. Энергично двигалась четверка. Алексей пустился даже приседать и подскакивать. В нем было много энергии. От того, что все хорошо. Он богат, знаменит, русская армия под его руководством побеждает. Вот бы так было и всегда. Но он понимал, что не будет никакой альтернативной истории. Полководца и графа с таким именем, как у него, в истории не было.

Вдоволь натанцевавшись и изрядно выпив, Алексей Сотников уснул в объятиях Аленушки.

Ему снилось что-то тяжелое, немного бредовое. Будто бы он попал во Вторую мировую войну, немцы взяли в сорок первом году Москву. А затем вообще выиграли ту войну. Россия под оккупацией. Бушует, не утихая, партизанская война. Он — командир партизанского отряда, а немцы свирепствуют. Сжигают деревни, мужчин вешают, женщин насилуют, устроили охоту на его отряд. Вот уже они окружены, пощады ждать не следует. Сейчас его убьют! Ужас…

Алексей проснулся в холодном поту, несвежим, с головной болью. И отдал приказ готовиться к выступлению на запад.

Пока армия собиралась, Алексей решил записать в дневник из пергамента ряд крылатых изречений, которые ему захотелось оставить на память потомкам. После тяжелого сна на него вдруг нашло вдохновение. Пергамент был особой обработки, более тонкий, чем обычно. Пришлось брать гусиное перо. «Надо бы изобрести ручку, которая заправляется чернилами: это куда практичнее, чем перо, — подумал граф и улыбнулся. — Буду писать, как привык, без твердых знаков, ятей. Пусть потомки потом разбираются, головы ломают».

Алексей стал медленно писать, стараясь не наставить клякс и не прорвать пером пергамент:

«Тысяча овец не затопчут одного волка, миллион посредственностей не заменят одного гения!

Гении как золотые крупицы в песке, но их проба зависит от правителя-промывщика!

Бездарному богатею лучше, чем гениальному бедняку, во всем, кроме бесценной народной памяти!

Лев — царь зверей, но львиная доля все равно достается человеку!

Хорошо иметь от обезьяны ловкость, хуже — ловкачество в плагиате!

Лучше погибнуть в битве львом, чем бараном при сдирании шкуры!

Когда бублик съедают, куда девается дырка от бублика? Она идет на закуску, выпитую из пустого стакана!

Умная тирания лучше глупого бардака!

Много поваров портят кашу, но много женщин не портят любовь!

Чем больше богов, чем меньше их могущество!

Без женщин нельзя жить, но без мужчин невозможно выжить!

Знание рождает уверенность даже когда трудно, незнание — растерянность даже когда легко!

Любви все шалости покорны!

Чем убить семь мух, лучше прихлопнуть одного кровососа!

Лучше завалить одного быка, чем сотню крыс, лучше сразить одного героя, чем тысячу трусов!

Два живых друга — хорошо, четыре мертвых врага — еще лучше!

Лучше быть женщиной, чем бабой!

Не каждый в штанах — мужчина, не каждая в юбке — баба!

Легче соблазнить сотню женщин, чем осуществить одну соблазнительную мечту!

В мире много соблазнов, но самый коварный — соблазнение войной!

Война непривлекательна, но хорошо соблазняет!

Все в природе гармонично, но человек весьма циничный!

Можно быть обезьяной по образу жизни, хуже находиться в обезьяннике!

Самая крепкая клетка — глупость, она непроходимая, ломает извилины мозга!

Лучше с дураком приобрести, чем с умным потерять!

Дурак — понятие относительное, неудачник — абсолютное!

Счастье у всех разное, а вот горе может быть одно на всех!

Вера без дел мертва и бесплодна, только дела по вере часто плодят мертвецов!

Я люблю не оружие, а чувство уверенности, которое оно дает!

Любить можно многое, а обожать — только достойное любви!

Дать дуба — это не значит приобрести прочность!

Чрезмерное раздумье как тихое безумье!

Думать — хорошо, обдумывать — еще лучше, но передумать — всегда скверно!

Удача дает надежду, талант ее дарит, а гениальность берет силой!

Проявлять твердость не значит быть камнем!

У кого в сердце пламя, тот не обратится в огарок!

Ум — как огонь: ярко светит и больно обжигает!

Банальность ума рождает оригинальные глупости!

Задирание носа не способствует возвышенным мыслям!

Можно попасть на небеса по блату, но никакие связи не избавят от ада в душе!

Счастье как птица: в руки дается с трудом и постоянно хочет упорхнуть!

У фанатика можно выиграть спор, но его нельзя переубедить!»

Сотников любил пофилософствовать, но нужно было собираться в путь.

Войско двинулось как и было намечено. Погода благоприятствовала походу. Было солнечно, дул теплый ветерок.

Екатерина скакала впереди войска, Сотников подумал, что ее медно-красные волосы развиваются как знамя пролетариев, идущих на штурм Зимнего дворца. Красивая и очень шустрая девушка. Не любит сидеть на месте, предпочитает военные приключения, как и он сам.

Рядом с Алексеем ехали и его боевые подруги. Блондинка Альбина раскручивалась корпусом и махала саблей. Аленушка бросала ей шишки, Альбина разрубала их налету. Потом девушки поменялись местами, уже Альбина бросала подруге шишки. Пусть пока потренируются. Сотников вспомнил, как Аленушка провела мельницу и срубила сразу двух ляхов. Да, с такими воительницами не страшно в любом бою.

Аленушка тем времен очень ловко разрубила налету шишку на несколько частей.

Князь воскликнул:

— Ну, ты и ниндзя!

Аленушка, смеясь, возразила:

— Я ведьма и дочка Рода Всемогущего!

Глава 41

После нескольких дней хода российская армия вошла в Житомир. Сопротивление ляхов было очаговым. Полк наемников оказался рассеян за несколько минут. Командира полка Аленушка заставила целовать себе и Альбине пыльные пятки.

Голубиная почта донесла, что Скопин-Шуйский овладел Полоцком. И движется на Минск.

Сопротивление поляков слабое, а местное население поддерживает русских. Так что пока война идет как в сказке: победоносно, легко, и быстро.

Впрочем, Сотников понимал, что находится в этой самой сказке, но расслабляться рано. Хотя поляки почти разбиты. И, скорее всего, до самого Львова не будет серьезного сопротивления. Но могут выступить турки. У них мощная армия.

Началась осень, нужно было спешить, пока не зарядили проливные дожди, а погода стояла классная. Бабье лето: солнечно и очень красиво. Только по ночам стало холоднее.

Сотников любил летнее тепло. Хорошо, когда много солнца и света. Когда теплый, приятный ветерок ласкает тело.

Эх, стать бы снова мальчишкой лет четырнадцати, пробежаться босиком по щекочущей траве, по опавшим золотисто-красным листьям. Ведь князю и взрослому человеку это, к сожалению, ни к лицу. Вот Аленушка, Альбина и Катька бегают себе без обувки на остановках, настолько это естественно, красиво и сексуально.

Алексею снова захотелось записать свои афоризмы. Он велел принести чернила и аккуратно стал выводить:

«Вселенная бесконечна, а у человеческого воображения всегда есть пределы.

Хорошо иметь конское здоровье, хуже — физиономию, еще хуже — интеллект, а совсем плохо — хомут!

Ход конем — умно, а ходить под конским хомутом — глупее быть не может!

Кто рассчитывает на помощь ангелов, попадает прямо в пекло!

У кого черти в голове — в перспективе одна преисподняя!

Полный желудок вызывает легкость на сердце, пустой — порождает тяжелые мысли!

Простить можно любую слабость, кроме смирения перед собственными недостатками!

Не бывает легких войн, бывают противники без всякого веса!

Чем тяжелее тылу, тем легче фронту!

Самая сладка ноша — крест Иисуса!

Подлинная капитуляции женщины возможна лишь перед настоящим мужчиной!

На войне интуиция — второе счастье, слепота — первая смерть!

Осторожность — не трусость, а оборотная сторона разумной отваги!

Убийствами на войне приобретешь популярность, но потеряешь народную любовь!

Можно быть удачливым безумцем и счастливым дураком, но нельзя быть умным и чувствовать удовлетворение!

Мертвые не кусаются, только совесть может загрызть убийцу до смерти!

Умный в драку не пойдет, умный драку обойдет!

Рожденный драться терпеть не может!

Талант как неразменный рубль: чем больше используешь, тем больше становится!

У мужчин баталия, а у женщин талия!

Золото тяжелый металл, но придает непотопляемость!

Золотник особенно дорог когда не мал!

Чем больше у врага дубов, тем крепче наша оборона!

Страх — самый коварный палач, его эшафот подкрадывается незаметно!

У смерти много обличий, но содержание едино для всех!

Сильному легко быть смелым, слабому тяжело перестать быть трусом!

В вечности может остаться лишь непобедимый!

Непобедимость — качество исключительное, но побеждать доступно всем!

Победа как жена: когда ее нет — желанна, а когда приходит — не знаешь куда деться!

Голод не тетка, но зато родня трудолюбию!

Лучше напеться, чем напиться!

Без Христа можно жить, но без Бога в душе не выжить!

Воображение — второе счастье!»

Да, у него хорошее воображение. И вдохновение посещает иногда. Может, на старости лет займется литературной деятельностью, опубликует свои афоризмы, напишет воспоминания. Только где? Наверное, в прежней жизни. А сейчас труба зовет!

Царское войско вступило в очередной город. Местные жители сами поднялись и повесили дюжину панов. Те, оборванные, висели в петлях. А русских встречали с хлебом и солью. Священники справляли молебны.

Некоторым, правда, удивительно было видеть в первых рядах непобедимого войска даже девушек, которые ничуть не смущались, наоборот, улыбались и угрожающе размахивали мечами.

Небольшой отряд наемников попытался все же атаковать русских. Воительниц и самого Сотникова возможность вступить в бой даже обрадовала. Любили они военные приключения! На этот раз Аленушка взяла с собой стрелецкий мушкет, пальнула из него и свалила кого-то из наемников. А Альбина развлекалась бросанием дисков. Поразив очередного противника, девушка проревела:

— Не будет вам пощады!

Алексей по привычке орудовал мечом. Наемники не выдержали натиска, стали разбегаться. Преследование было жестким. Словно стаю волков травили. Рубили, поражали дисками, расстреливали…

Нескольких наемников взяли в плен. Аленушка заставила их целовать следы своих босых ног. Девушка специально оставили на грязи изящные отпечатки. И тыкала пленников лицами в грязь.

Сотников сначала улыбался, а затем с сомнением спросил:

— Может, не стоит так унижать людей?

Аленушка, хихикая, ответила:

— Нет! Врага нужно унизить, чтобы он знал свое место и больше к нам не сунулся!

Алексей метнул рукой нож в сосну и с улыбкой предложил:

— Может, отпустим пленных? Чтобы всем рассказали о твоих унижениях и больше на наши земли не лезли.

Аленушка решительно ответила:

— Нет! Мы не знаем жалости!

Князь топнул сапогом, разбрызгивая грязь из ближайшей лужи, и сказал:

— Все-таки я тут командир!

Аленушка улыбнулась:

— Если хочешь и дальше быть успешным командиром, больше слушай жену!

Алексей ласковым тоном сказал:

— А мужчины порой строптивых жен порют!

Аленушка презрительно фыркнула. И ударила ногой по голове стоящему на четвереньках пленнику. Сильно, мужчина упал и долго не мог подняться.

— С такой девкой опасно иметь дело, — сказал Сотников с улыбкой, — в следующий раз найди себе противников посильнее, а развлечение получше.

Катерина неожиданно поддержала князя:

— Действительно, какая доблесть унижать и бить безоружных?! Следует в бою побеждать сильных противников!

Аленушка вдруг высоко подпрыгнула, прокрутив в прыжке сальто. Прямо как акробатка. После чего ответила:

— Они издеваются над нашими пленными гораздо хуже. Ладно, считайте, что я погорячилась. Хотя мудрые говорят: врага не щади, как бы не был он слаб.

В ответ Сотников выдал:

Силой монолитною,

Встанем все горой…

Только беззащитного

Никогда не тронь!

Аленушка поцеловала князя в губы и сказала:

— Ты прекрасный поэт! Ну, что же, будем двигаться дальше в поисках новых битв и приключений.

Глава 42

Войско шло на Запад. А Алексею вдруг захотелось Кока-колы. В прежней жизни он одно время увлекался этим напитком. Но затем заметил, что у него растет живот. Не слишком хорошая идея — пить шипучку. И все же прежние пристрастия давали о себе иногда знать и в этой жизни.

Когда стемнело, кавалерия остановилась. Распалили костер. Подстрели нескольких куропаток. Если с удовольствием. Шипучих напитков, естественно, не было, пришлось запивать разбавленным вином.

Аленушка, Альбина и Катерина снова стали танцевать. В них столько энергии и силы.

Алексей немного пел. Было весело и хорошо даже без кока-колы и других атрибутов цивилизации. Определенно, в средних веках есть своя прелесть. Здесь Алексей был почти счастлив.

Потом князь уснул, прислонившись к Аленушке. Алексею снилось, будто он оказался во времена осады Порт-Артура. Вместе с Аленкой, Альбиной, Екатериной и Еремкой они обороняли гору Высокая. Решающее сражение в битве. Японцы идут на штурм, их выкашивают целыми шеренгами автоматными очередями. Но они все прут и прут. Кажется, полчище такой рати не остановить. Но вот девушки босыми пальцами ног начинают швырять бомбы. Поднимается цунами из огня, поглощающее и разрывающее японцев. Растут целые курганы из многих тысяч трупов.

Сотников проснулся на этот раз свежим и бодрым. Хотя и задумался о том, почему ему стала сниться беспощадная война. Не пора ли закончить сражения? Они перебросились несколькими словами с Аленкой и стали готовиться к очередному переходу.

По пути пришлось штурмовать крепость. На этот раз ляхи оборонялись упорно, русским саблям пришлось вволю поработать.

Аленушка в ходе боя получила попадание из мушкета, но пуля ушла в рикошет. Воительница отделалась легким испугом.

Было решено подавить сопротивление четверкой легких единорогов. Орудия разнесли на мелкие щепки ворота, уничтожили массу бойцов.

Руководителя сопротивления уложила Катерина. Она очень ловко метнула диск, пробила знатному пану лоб и правый глаз. Громила упал и не смог подняться.

После взятия крепости местные жители принесли русским дары. Алексею вручили статуэтку льва из чистого золота. Впечатляющий подарок весил несколько килограмм. Богатой оказалась крепость. Русские сделали в ней привал.

На следующий день к ляхам подоспела подмога в лице крымских татар. Более тысячи сильного конного войска. Вместе с поляками они попытались атаковать. Русские стрельцы спрятались за гуляй-город и встретили противника беспрерывным и очень метким огнем. А когда татары, несмотря на потери, прорвались к городку, то по ним ударили струи пламени из огнеметов. Загорелись конские гривы и люди.

Главного хана Сотников снял из длинноствольного мушкета. Попал ему в самый центр лица.

Зря пошли на штурм крымцы. Из тысячи человек и двух сотен не уцелело. Некоторые получили очень тяжелые ожоги и осколочные ранения, умирали мучительно.

У крымских татар оказался обоз с добычей, награбленной в польских землях. В том числе и три сундука с золотом.

Сотников радостно произнес:

— Недурную добычу мы захватили! Вот еще одна из прелестей войны — легкое обогащение.

Аленушка хихикнула:

— Да, знатно поживились!

Она достала монету, попробовала надкусить зубами. Не получилось — настоящее золото!

Среди трофеев было и несколько украшений с бриллиантами. Брошку в форме бабочки Аленушка оставила себе. После чего воительница предложила:

— Один сундук можно раздать бедным.

Сотников поинтересовался:

— А почему только один?

Аленушка улыбнулась:

— Хорошего понемножку.

Князь тоже с улыбкой ответил:

— Понимаю, и себе хочется побольше оставить. На то она и война… Но денег, как и счастья, всегда мало… Чем больше имеешь, тем больше хочется.

Аленушка в ответ звонко пропела:

— Надо, надо, надо! Надо верить в чудо!..

Сотников довольно сказал:

— Чудо уже произошло! Мы побеждаем во всех сражениях. К нам придет успех, невиданный ранее!

После чего воин из двадцать первого века взял и метнул кинжал в сидевшую на сосне ворону. Да так, что пробил насквозь зазевавшуюся птицу.

Аленушка на это сказала:

— Вороны тоже хотят жить…

— Не надо было подсматривать, как мы золото делим, — пошутил Алексей и стал отжиматься от травы.

— Завтра надо двигаться дальше, — сказала Аленушка, — и обоз придется с собой захватить.

— Захватим! — ответил Сотников. — Пойдет под охраной надежных людей.

На следующий день русское войско продолжило свое победоносное шествие. Большая часть поселений сдавались без боя. Лишь местами дрались ляхи и те, кого они смогли нанять за деньги.

Войско Сотникова заняло после небольшой стычки Винницу. И продвигалось к Галиции. Армия во главе со Скопиным-Шуйским, как донесли по голубиной почте, штурмом овладела Мирославлем. Поляки терпели поражение за поражением и бежали.

Был момент, когда несколько тысяч поляков и примкнувших к ним венгров и немцев попытались атаковать русских, рассчитывая на внезапность.

Но у Сотникова имелся воздушный шар, который сопровождал войско. С шара все отлично было видно. Русские войска встретили кавалерию неприятеля дружным оружейным огнем. Затем напали с флангов. Снайперша Катерина первой же стрелой сняла гетмана. Противник ослабил пыл, затем и вовсе бросился в бегство. Ляхов гнали несколько верст, захватили знамена, барабаны и прочие военные трофеи.

Среди пленных оказался венгерский барон. Аленушка захотела допросить его с пристрастием. Насобирала прутьев, грозилась раздеть и выпороть его прилюдно. Барон согласился сообщить секретную информацию.

Оказалось, Римский папа уже послал богатые дары Турецкому султану. И просит прислать сюда большое войско на помощь ляхам. Султан пока не дал ответа.

Аленушка сделала вывод:

— Надо быстрее идти на Польшу!

Глава 43

Русская армия продолжила движение быстрым маршем, обозы и артиллерия отставали. Но вот русские кавалеристы прибыли под Львив. Тут располагался мощный гарнизон, было много пушек и наемников.

Сообщили, что ко Львиву движется подкрепление. Большой корпус ляхов и их наемников.

На малом совете решили атаковать врага ночью. Главный советник Сотникова Аленушка решительно заявила:

— Нечего медлить! Ударим, и внезапность даст нам победу!

Граф с этим согласился:

— Не будем откладывать нападение. Хотя с артиллерией было бы проще.

— Пока ждем, подмога к ним может подоспеть, — сказала Аленушка. — А еще интересно посмотреть, что мы стоим без артиллерии.

Сотников приказал:

— Готовимся к бою!

Рискованно, конечно, нападать без артподготовки на мощный гарнизон, но расчет делался как раз на то, что противник не ожидает такого нападения. Не логично, имея классную артиллерию, бросаться на врага одной конницей.

Однако не все коту масленица. Сотников принял решение атаковать, и он сделает это!

Копыта лошадей обмотали тряпками, чтобы двигались без шума. Воины переговаривались шепотом. Впереди сам Сотников с Аленушкой. Она шепотом произносит:

— Да… в свое время много городов отдали ляхам. К сожалению, получилось очень даже плохо.

Алексей Сотников в досаде махнул мечом по воздуху и сказал:

— Такую войну проиграли! Теперь вот приходится все возвращать. Видно, для этого послан я сюда. Это моя судьба.

— Счастливый ты человек, — сказала Аленушка, — все бои выигрываешь малой кровью.

Алексей на это ответил:

— Счастье переменчиво. Иван Грозный тоже поначалу выигрывал, а потом стал проигрывать. Только Чингисхан неизвестно за какие заслуги пользовался беспрерывной любовью фортуны!

Аленушка сказала:

— История бывает несправедлива.

Сотников ответил:

— Да, за подъемом часто следует падение. Вот при Горбачеве… Впрочем, о чем это я? Нам падать ни к чему! Ни шагу назад, ни шагу на месте, все только вперед! Сейчас буду снимать часовых

Аленушка прошептала:

— Ты ничего не боишься…

— А что мне могут сделать ляхи? Убить, или покалечить? Но это и в прежней жизни могло произойти. Нет, не для этого меня сюда послали!

Сотников с несколькими обученными бойцами аккуратно сняли часовых. Подкрадывались к ним, зажимали рот и перерезали горло. Орудовали весьма умело, двигались словно тени, без шума. Кровь хлестала из перерезанных артерий. Но что делать: война есть война. Здесь все средства хороши.

Затем пришлось резать спящих наемников и ляхов. Действовали словно лисы, которые давят кур. Яростно, но скрытно и эффективно. Русские продвигались с разных сторон, обезвреживая противников.

Абсолютно бесшумно все это проделать нельзя, началась паника с истошными криками, диким воем. Словно преисподняя вырвалась из-под земли. Постепенно паника переросла в настоящую рубку с многими сотнями трупов.

Аленушка работала двумя саблями и метала диски, поражая противников. Девушка сражалась, словно в нее вселилась тысяча бесов. И другие бойцы действовали с яростью, крушили, рубили…

Победа с такими воинами казалась неизбежной.

Сотников провел мельницу и уложил сразу двух наемников. После чего Алексей двинул ногой очередного воина в пах. Удар был настолько силен, что тело рухнуло на землю. А князь продолжил атаку, вдохновляя своим примером остальных. Барон из Германии пропустил выпад, и острие Сотникова пробило сердце наемнику.

Князь-воитель произнес:

— Если не дюж, не берись за гуж!

После чего ударом каблука сломал ногу польскому пану. Сотников все более и более заводился. Он успел пройти и огонь, и медные трубы еще в прошлой жизни. В каких только передрягах не был. Обычно выходил сухим из воды. А если и был ранен, то быстро восстанавливался. Сейчас, тем более, страха не было. Хотелось насладиться своей отвагой и умением.

Аленушка старалась не уступать любимому. Лихо мелькают сабли воительницы. Вот от ее удара падает польский пан. Словно бревно в доспехах грохнулась. Не остановить красавицу!

И остальные воины тоже не промах. Умело сражаются богатыри, не останавливаясь, не отступая. Противники заваливаются, дрыгают конечностями в предсмертной агонии. У Сотникова прекрасный передовой отряд, бойцы хорошо обучены, в них нет и тени сомнения, их командир смел, умен, непобедим, он верит в свою звезду и показывает пример личной храбрости. Вот Сотников атакует маркиза. Тот — опытный фехтовальщик, отражает первые два удара. Но Алексей лупит ногой ему в пах. Удар сокрушительный, маркиз падает.

Находившаяся радом Аленушка издевательски пропела:

— Не надо голову терять,

Не стоит торопиться…

Не надо голову терять,

Она вам пригодиться!

И сама двинула коленкой в подбородок очередному ляху.

Организованного сопротивления не получилось. Командующий неприятельским корпусом герцог де Беффон приказал отступать. Но этот приказ запоздал. Ляхи и их наемники обратились в паническое бегство. Русские преследовала противника с иступленной яростью. Словно молодые псы гнали раненого кабана.

Сотников участвовал в погоне с диким восторгом. Лихо работал саблей. Он старался добраться до герцога, главного бойца неприятелей. Но Аленушка опередила его. В затылок сановнику ударил диск, командующий свалился замертво.

После чего преследование окончательно превратилось в беспощадную бойню и истребление беспомощного врага.

Глава 44

После разгрома корпуса ляхов и их наемников русская кавалерия с добычей и пленными возвращалась ко Львиву.

Сотников, раскачиваясь на коне, спросил Аленушку:

— Как ты думаешь, жизнь после смерти есть?

Девушка-ведьма уверенно ответила:

— Конечно, есть! Разве ты сомневаешься?

Князь честно ответил:

— Я иногда думаю: сколько мы человек убили… А если их души нас проклинают на том свете?

Аленушка улыбнулась и ответила:

— Как ни кляли Чингисхана, а он прожил долгую жизни, умер в глубокой старости. И вообще, не забивай себе голову…

Сотников тяжело вздохнул:

— Не хочу стареть…

Аленушка причитала стих нараспев:

— Удар богатыря как молот,

Во имя Родины святой…

Ведь мы сильны и дух наш молод,

Вперед, товарищи, за мной!

Затем кинула князю бодрящего зелья. Он глотнул и сразу стал более бодрым и веселым.

Ко Львиву подошла отставшая артиллерия и пехота. После уничтожения корпуса осталось подавить редкие очаги сопротивления и взять хорошо укрепленную крепость в центре города. Там засело немало ляхов. На штурм решили не идти, опасаясь ненужных потерь. Начали с обстрела. Заработали единороги. Били чугунные ядра. Быстро оказались разрушены три башни и главные ворота. Дальнейшее было делом техники. Но в этот момент доложили, что к неприятелю подходит долгожданная подмога.

Первой двигалась кавалерия. Сотников приказал не стрелять, а поджидать противника. У врага было много флагов, били барабаны.

Когда кавалеристы подошли на расстояние мушкетного выстрела, по ним ударили из новенького оружия. А затем добавили из пушки с картечью, целые просеки вырубая в шеренгах ляхов.

Сотников командовал:

— Беспрерывный огонь!

Попавшая под смертоносные залпы кавалерия противника смешалась, и, роняя сотни трупов, повернула назад, врезалась в собственную пехоту.

Сотников приказал:

— Атакуем противника!

Русская кавалерия устремилась преследовать врага. Словно тигры бросились за раненным кабаном, который отчаянно пытался скрыться. Но русские воины были неумолимы.

Мчалась Аленушка с двумя саблями в руках. К погоне присоединились даже Альбина с Катериной.

Ляхов рубили, кромсали, пробивали черепа. Жестоко, но это азарт охоты. Война оправдывает подобное поведение. Боевой дух свежей шляхетской армии был подорван.

А Сотников, командуя, кричал:

— За Русь-матушку! Не посрамим себя!

Аленушка как обычно метала диски, Альбина с Катериной махали саблями, наводя ужас на мужиков, не привыкших видеть девушек в сражениях.

Русские быстро и легко разбили неприятеля и вернулись во Львив, где развернулись уличные бои.

Комендант города вместе с польской графиней Лизой собирали драгоценности, надеясь уйти через подземный ход.

Лиза в страхе спрашивает:

— Нельзя ли было это все приготовить заранее?

Комендант растерянно отвечает:

— Кто знал, кто знал, что этот черт Сотников так неожиданно нагрянет…

Лиза недовольно усмехнулась. Она та еще стерва. Красивая, богатая. На ней навешано драгоценностей словно в лавке ювелира. Считала себя крутой госпожой, хозяйкой жизни. По ее приказу людей подвергли жестоким пыткам только из-за их симпатии к москалям. Теперь москали у ворот ее замка. Скорее бежать надо.

С досадой, бормоча ругательства, госпожа Лиза подхватила узелок с золотыми монетами, браслетами, кольцами и брошками. Подбежала к зеркалу, нажала на статую позолоченного льва. Открылась потайная дверь.

Ее любовник, комендант города, хотел зайти вслед за ней, но Лиза выхватила из-за пояса украшенный драгоценными каменьями пистолет и стреляет в бывшего любовника. Пуля вонзается в лоб коменданта.

— Извини, ты лишний теперь в моей жизни, одной будет уйти проще, — говорит Лиза, зажигает свечку, закрывает зеркало-дверь и начинает осторожно спускаться вниз по туннелю. Узелок с золотом и украшениями тяжелый, тащить его изнеженной госпоже не просто. В подземелье сыро, холодно, страшно. Лиза продвигается медленно, тяжело дыша.

А замок ее был захвачен стремительно. Ляхи и наемники не могли противостоять натиску москалей, которые на этот раз решили испытать угольные бомбы, сконструированные Сотником и Аленушкой. Бросаемые русскими воинами бомбочки заставляли впадать неприятеля в ступор и вызывали панику. Еще бы, когда такое убойное, невиданное ранее действие, поднимает целые столбы осколков, калечит, убивает людей.

Аленушка, швырнув очередную бомбу, прокричала Алексею:

— Я черт в юбке!

— Да, чумазая вся, но сильнее Дьявола, быстрее черта! — ответил Сотников и коленкой ударил громадного наемника в пах. Тот свалился, а когда очухался, поднял руки вверх: сдаюсь!

Все смотрелось на редкость эффектно. Город пал быстро. Масса пленных, ксендз уже приносил присягу верности русскому царю. Осталось только собрать добычу.

Тем временем графиня Лиза с трудом выбралась из туннеля за чертой городского поселения. Она прихрамывала, сильно устала под тяжестью драгоценностей и золота, к тому же у туфли отвалился каблук. Дамочка плюхнулась на траву, чтобы немного отдохнуть. Однако уже макушка осени, долго не полежишь.

Вскоре Лиза ощутила дрожь от холода, поднялась. Что теперь делать? Туфли развалились, а босиком да еще с грузом ее нежные ноги долго не выдержат. Ни коня, ни слуг.

Приказчик Арнольд должен был ее здесь ждать с тремя сменными скакунами. Но нет его!

Графиня осмотрелась. Долго она мешок нести не сможет. Нужно будет где-то его припрятать до лучших времен. А ноги обмотать тряпками. Так она дойдет до ближайшего села, где за кольцо или брошку купит себе лошадь.

Скинув разбитые туфли, графиня оторвала куски ткани от длинного, по средневековой моде платья, обмотала, как и хотела, ноги. Потом принялась искать место, где можно спрятать драгоценности.

Как-то неожиданно к ней прискакал мальчишка. На вид лет четырнадцати, но очень мускулистый. Несмотря на осенью прохладу, в одних лишь штанах, с голым торсом. А мускулы так и перекатываются словно рябь по воде. В руках сабля.

Лиза выхватила пистолет, у нее еще был один заряд. Но мальчишка опередил, стремительно спрыгнул с лошади и ударом ноги выбил оружие из руки графини.

Лиза охнула и пропищала:

— Не надо!

Мальчишка усмехнулся:

— Что не надо?

— Трогать меня! Я дам тебе брошку с бриллиантам, а ты меня отпустишь!

Оголец отрицательно мотнул головой:

— Я могу убить тебя и забрать все, в том числе и твой мешок с добром! Но ты пленная. Меня послали за тобой.

Графиня Лиза затряслась и умоляюще сказала:

— Не надо убивать, не надо пленять! Ладно, я дам тебе и мешок, и все свои украшения, если ты меня отпустишь!

Мальчишка презрительно фыркнул:

— О вас, пани Лиза, такая слава идет, что мне с вами разговаривать противно. Отведу к своим, пускай судят.

— Откуда узнал обо мне?

— Арнольд доложил. Алексей Сотников послал меня проверить.

— Сотников? Тот самый? — графиня в сильном страхе упала на колени и даже попыталась поцеловать пыльную ногу мальчишки:

— Не надо! Не губите! Я богата! Все отдам! У меня есть еще поместье!

Оголец презрительно фыркнул и сказал:

— Давай так: я забираю у тебя мешок и все украшения, отпускаю, но ты об этом ни слова никому не скажешь.

Пани Лиза обрадовалась:

— Я согласна!

И стала снимать свои серьги и кольца. Мальчишка смотрел на нее исподлобья, хмурился. Когда пани сняла все драгоценности, юный воин заявил:

— Ты пытала Андрейку. По твоему приказу парню всыпали сто плетей и прижгли раскаленным железом пятки.

Пани Лиза пробубнила:

— Это не я, это комендант!

Мальчишка вместо ответа спрятал саблю за пояс, вырвал из куста прутья, кинулся хлестать Лизу. Графиня бросилась бежать. Началось преследование.

Юный воин наседал, крепко бил, приговаривая:

— Ты мучила женщин и детей, ты крала казну, убивала крестьян, сжигала людей. Тебе будет за это…

Вдруг стремительно прискакала рыжая девушка и прикрикнула:

— Хватит тебе, Еремка! Участь пленных решает царский суд. И вообще, тут все — не ангелы! А ее ценности — в царскую казну.

Еремка капризно ответил:

— Хоть бы брошку взять за труды!

Катька погрозила кулаком:

— И не думай. Нам и так положена часть добычи Мы многое захватили. А пленницу веди в стан!

— Он меня обещал отпустить! — взмолилась графиня. — Я вам все отдаю, берите и делите!

Еремка хихикнул:

— Это я так сказал, чтобы она быстрее снимала драгоценности. Смотри, Катя, все же я успел ей кровь пустить!

Платье у графини в нескольких местах от ударов лопнуло, через ткань проступали кровоточащие следы от ударов прутьев.

Глава 45

Львив был взят, войско по традиции пировало.

Сотников во время застолья почти не пил, но много танцевал. Люди праздновали, смеялись и пели. Все шло очень хорошо. Ляхи бежали, Сигизмунд в плену, местное население в основном поддерживает российские войска. Русские полки лучше вооружены и организованы, имеют самое современное и эффективное по тем временам оружие, управляются при помощи сигнальных флажков. Полякам нечего противопоставить. Турция, скованная своими проблемами, не решалась вступить в войну против России, Швеция разбита и вышла из игры.

Сотников был доволен. И повоевал хорошо, и трофеев много захватил. Впереди полная победа, с триумфом и почетом можно будет вернуться домой, наслаждаться жизнью графа в своем поместье.

А поутру прилетел голубь с сообщением о том, что войска Скопина-Шуйского после короткого кровопролитного штурма овладели Вильно.

Нужно было закрепить успехи, Сотников продолжил свой поход.

Вскоре русское войско подошло к городу-крепости Перемышль. Это была мощная цитадель, населенная преимущественно поляками. Сопротивление ожидалось упорным.

Развернули пушки и начали массированный обстрел города. Сотников с Аленкой на этот раз решили подняться на воздушном шаре. С высоты птичьего полета через подзорную трубу они осматривали город.

— Ну что, краса? — спросил князь у примостившейся рядом с ним Аленушки. — Разрушим ворота и пойдем на штурм? Или оставим город в блокаде?

Аленушка решительно тила:

— Лучше быстро взять город штурмом и, пока снег не выпал, идти на Краков. Польша должна быть наша!

Сотников не слишком охотно согласился:

— Должна! Но близок локоть, да не укусишь…

Аленушка покачала головой:

— Что за отсутствие оптимизма? Мы здесь, чтобы побеждать, и должны брать вверх чего бы это нам не стоило!

Сотников принял решение:

— Проведем мощный обстрел и через три часа пойдем на штурм!

Однако жизнь внесла некоторые коррективы. Спустя час после начала обстрела, крепость выслала посланника.

Человек в рясе иезуита привез внушительный мешочек с золотом и предложил Сотникову уйти, обещая взамен десять возов с богатой добычей.

Князь с улыбкой спросил:

— Вы такие богатые? И где эти десять возов?

Иезуит ответил смиренным тоном:

— В городе…

Сотников ухмыльнулся:

— Так мы можем взять их и сами! А ты возвращайся, передай, что даю вам еще один час, чтобы вы выбросили белые флаги. А потом будет штурм!

Иезуит вернулся. Через час сдачи города не последовало, русские продолжили обстрел. Крепко прессуют их разрушительные бомбы. Все способны смести, проломить самую прочную стену.

Вскоре под прикрытием дымовых шашек воины Сотникова устремились на штурм.

Впереди всех, конечно же, Алексей и Аленушка. Как обычно рубятся и бросают диски.

Иезуит тем временем отправил голубя с посланием. И поволокся со своими драгоценностями к подземному ходу.

Иезуит с тяжелым коробом на шее и не менее тяжелым сердцем спускался в подземелье, вспоминая, как он развлекался, предавая самых красивых женщины инквизиции. Вспоминал, как обвинял в колдовстве и пытал с подручными в подземелье голых женщин. И жаровня, и дыба, и стальная дева, и много еще различных приспособлений использовал. Иезуит предпочитал что-то изощренное, то, что причиняет страшную боль, но не оставляет следов. Но иногда действовал и раскаленным прутом. Все же наслаждение видеть муки беззащитных красавиц, всецело находящихся в его власти, превосходило кайф от традиционного секса. Впрочем, и сексом он не редко занимался с находящимися в шоке от боли и унижений «подследственными». Любил жестокий секс, с избиениями, иногда нанесением увечий.

Да, получили невинные жертвы дикие истязания на радость извращенцам и совершенно законных основаниях.

Сейчас нужно было спасаться. Русские уже перемахнули через стены. Бои кипят на улицах. Масса крови, убийства под беспрерывное звяканье оружия.

Аленушка кидает диски, Сотников работает весьма энергично саблями. Рубит всех, кто попадает под руку. Вот он столкнулся с полковником. Настоящий гигант с длинным мечом. Князь подпрыгнул, рубанул по шлему. Противник зашатался. А следующий удар отделил голову полковника от тела.

— Но не теряйте головы, господа! — произнес Сотников, посмотрел на Аленушку и подмигнул ей. Аленушка метнула диск. Попало в горло ляху.

Князь на глазах любимой произвел сальто, долбанул сапогом в грудь противнику и сказал:

— Какие они здесь все слабые! Даже не интересно сражаться. Скоро уж всех перебьем.

Но уцелевшие ляхи и наемники начинают бросать оружие и сдаваться.

Последним отрядом, который перебили в Перемышле, была рота иезуитской стражи.

Аленушка рубила и бросала диски с особым остервенением. Она знала, что иезуиты жестоко мучили женщин, выступая в качестве инквизиторов. Могли любую красивую девушку объявить ведьмой и даже сжечь на костре.

Аленушка сама являлась ведьмой. Она уважала Родноверие, потому что в нем магия считалась даром Богов, а вовсе не сатанизмом. Подруга Сотникова сражалась, в том числе, и за Русских Богов. Ей хотелось верить в что-то такое, что дарило бы счастье людям на земле, вместо посулов вечной жизни после смерти.

Когда перебили почти всех иезуитов, выяснилось, что самый важный из них исчез. Ему удалось уйти. Но это не помешало устроить победный пир. Как без этого?!

Сотников снова плясал. Аленушка и Альбина сражались в шутейном бое на саблях…

Тем временем пришло тревожное сообщение: Сигизмунд и его сын Владислав сбежали, а Ватикан снова выделил средства для набора наемников со всей Европы.

Герцог Барбаросса тоже копил силы. И мобилизовывал войска в районе Вроцлова. Готовилась мощная битва. Теперь еще и король Польши на свободе.

Хотя Сигизмунд с сыном попали в плен, однако случилась оказия: им удалось уйти. Разумеется, не просто так. Боярская пятая колонна действовала. За больше деньги иезуиты подкупили конвой и думского боярина Функина, отвечающего за пленных.

Теперь польский король получил шанс поквитаться с обидчиками.

Но русские, похоже, ничего не боялись. Войско воеводы подошло к Гродно. Мощная и богато оснащенная армия Скопина-Шуйского одним своим видом вгоняла ляхов в дрожь. А уж когда заработала артиллерия… Просто ужас для шляхты.

Бомбардировка города длилась несколько часов. После чего начался штурм.

Скопин-Шуйский лично участвовал в бое. Михаил Васильевич ударом кулака раскроил череп польскому пану и проревел:

— Слабый с сильным не дерись!

Затем опять обнажил свой огромный, острый, особой закалки меч.

Ляхи и наемники падали под напором русских. Видно было, что Гродно им не удержать.

Одна из стрел попала в кольчугу большого воеводы, но сломалась. Осторожнее все же надо быть главнокомандующему.

Ляхи бросают оружие, падают на колени и истошно молят о пощаде. Еще один исконно русский город становится свободным от польского владычества.

Теперь большая и хорошо организованная русская армия может двигаться дальше.

Глава 46

А Сотников шел на соединение с другой стороны. По пути предстояло взять Криков, очень крупный, хорошо укрепленный город.

При подходе к городу Аленушка, сказала:

— Мы сумеем без особого труда и этот город взять!

Сотников согласился:

— Конечно же, сумеем!

Но у стен города произошла кровавая стычка. Больше тысячи ляхов попытались атаковать русское войско. Однако меткий огонь из скорострельных мушкетов охладил пыл поляков. Оставив множество трупов, они отступили.

В бою был убит гетман. Снайпер с дистанции накрыл его точным выстрелом из мушкета. Но гарнизон огромный, стены высокие и толстые.

Сотников приказал дождаться подхода артиллерии и обстреливать город с одной стороны. А пока решил перехватить шедший на подмогу ляхам отряд наемников. Последовал бой, кровопролитный, жесткий. Русские имели преимущество и быстро рассеяли наемников.

Аленушкой был убит французский граф, который командовал корпусом. Боевая подруга Сотникова сняла его ядовитой пулей из мушкета.

Алексей, как обычно, махал мечами с энтузиазмом. Рубить своей сильной рукой он любил.

Тем временем русские пушки работали по одной из толстенных стен. Криков в свое время не смогли взять полки Сулеймана Великолепного. Этот город считался почти неприступным.

Сотников приказал не торопиться, вести длительный и тщательный обстрел. Боеприпасов пока достаточно. Потом можно будет приготовить и заложить мощную взрывчатку.

Тем временем Скопин-Шуйский не спешил на подмогу Сотникову. Его войска пошли на штурм Бриста. Воевода не захотел оставлять у себя в тылу мощную крепость.

Штурм оказался скоротечным, но кровопролитным. Брист пал. Русские обезопасили свои тылы и продолжили движение на Криков победоносным маршем.

Сигизмунд и Владислав отошли от неприятностей плена и рассылают во все стороны гонцов. Они хотят подкреплений. Надеясь, в первую очередь, на Римский престол. Но у Ватикана средства не беспредельные. Тоже проблемы с казной.

Среди наемников возросло дезертирство — не очень-то хочется умирать.

Русская армия велика числом, король Сигизмунд не имеет больше численного перевеса, сильно уступает и качеством войск. Все это вынуждает его просить мира. Король посылает к Скопину-Шуйскому гонцов, предлагает ему титул Великого Князя Литовского и все земли этой державы. Но Скопин-Шуйский ответил, что проблемы следует решать до конца. Его армия продолжила движение к Крикову.

Обстрел Крикова артиллерией Сотникова продолжался, пока одну из российских пушек не разорвало от перегрузки. После такого происшествия обстрел решили временно прекратить.

Аленушка предложила свое любимое решение:

— Надо пойти на штурм! Затягивать нечего!

Альбина посоветовала:

— Возобновим обстрел. Пока не стемнеет, пусть действуют пушки, а ночью можно идти на приступ.

Сотников скептически сказал:

— За стенами ляхов и наемников не меньше, чем нас.

Аленушка сердито спросила:

— А когда нам это мешало?

Сотников наелся войной, не хотел больше ничего штурмовать, но решительно приказал:

— Продолжить обстрел и быть готовыми к штурму!

Стрелять пришлось недолго. Уже поздняя осень, темнеет довольно рано.

Как только стало совсем темно, звучит сигнал к штурму. Русские войска атакуют противника. Впереди Сотников со своей боевой подругой.

Аленушка опередила всех и вскарабкалась на разрушенную стену. Срубила с наскока ляха и прокричала:

— Пусть славиться русская земля!

Сотников тоже рубит. Проводит мельницу, свой коронный прием. Попадает поляку в острие подбородка. Тот падает со сломанной челюстью.

Ляхи и наемники пытаются стрелять, но ночью их огонь не эффективен. А русские уже входят в ближний бой.

Сотников срубает очередного противника. Его сабли острые, он не дает шанса парировать свои удары.

Еремка поразил снайперской стрелой противника и на радостях закричал:

— Я воитель номер один, если не считать Алексея!

Пускай развлекается! Героический парень. Не уступают ему и девушки, Аленка с Альбиной. В какой еще армии есть такие воительницы? Могут рубиться с отчаянной яростью, никому не дадут ни малейшего спуска.

Сотников продвигался по стене. Махал саблями, убивая попадавшихся на пути ляхов. Он действовал с потрясающей эффективностью. Настоящий супергерой!

Аленушка сокрушала мощным ударом меча французского барона, командующего наемниками. Его защитная броня лопнула как кожура жаренных семечек.

Аленушка прокричала с дикой яростью:

— Пусть славится Россия — страна святых людей!

После чего продолжила движение. Воительница была настроена очень даже решительно.

Еремка пробил стрелой голову венгерскому барону, после чего побежал просить мушкет у стрельцов.

Сотников собственноручно развернул захваченную пушку и ударил по полякам их же оружием со словами:

— Да поможет нам Господь Бог!

Русская армия вела бои на улицах Крикова. Поляки и наемные части продолжали упорно сопротивляться. Но войско князя Сотникова уже чувствовало вкус победы.

Аленушка продолжала драться, она пяткой зарядила маркизу под коленку, заставила его упасть и налететь на копье. После чего довольно крикнула:

— А вот я не отступаю и сдаюсь ни при каких обстоятельствах!

Русские войска в рукопашной схватке использовали мушкеты со штыками. Это эффективно: можно и стрелять, и колоть. Превосходство в вооружении сказывалось. Воины России и так сильны и смелы, а тут еще и с лучшим в мире оружием. Благодаря попаданцу из двадцать первого века. Он организует штурмы по самому лучшему военному искусству.

Прочная кольчуга Сотникова вся была заляпан кровью. Слава Богу, чужой. Оглядевшись, князь сказал самому себе:

— Я гениальное воплощение Сварога!

А Аленушка словно услышала эти слова и прокричала:

— А я воительница самого высшего класса! -

И поразила кого-то диском. — От меня не покажется мало никому.

Ляхи пятились от дикого напора ощетинившейся сталью и огнеметами русской рати. Сотников продолжал поражать мечом противников России. Но вновь сомнения стали одолевать его. А справедливо ли они поступают, войдя на территорию Польши? Ведь поляки сражаются за свою Родину. Конечно, те же ляхи хотели присоединить к себе всю Россию. Но сейчас русские сами становятся захватчиками.

Однако размышлять некогда. Алексей отразил выпад противника, ответным движением раскроил ему череп. Продолжил атаку, рубанул по немецкому виконту и прошил ему грудь. После чего ударил сапогом в пах офицеру наемников.

Воительница Аленушка подпрыгнула и двинула противника носком ноги в шею. У ляхов не было шансов против таких воинов.

Комендант Крикова до последнего пытался сдерживать неистовый натиск русских.

Но Аленушка подкралась в темноте и метнула кинжал. Острие вонзилось в глаз полководцу. Главный лях города упал.

Сопротивление поляков начало иссякать. В бой попытались вступить татары-наемники. Но были встречены огнеметами.

Аленушка прокричала:

— Мы вам дадим огонька! Мало не покажется никому!

Подпаленные татары разбегались как тараканы, понимая, что их дело проиграно.

Сотников командовал:

— Герои! В атаку за Родину и честь!

И бойцы напирали. Сражение развивалось стремительно. Русские шли вперед. И вот уже передовой отряд Сотникова прорвался к центральной площади Крикова. Догорали последние очаги сопротивления. Все больше врагов сдавались в плен. Русские постепенно занимали весь город.

Алексей Сотников вновь был доволен. Судьба по-прежнему благосклонна к попаданцу и России. Поставлена жирная точка и в этом победном сражении.

Князь Сотников приказал:

— Привести поверженный город к присяге!

Началось принесение клятв и чтение молитв. Криков теперь у русских. Бьют торжественно барабаны.

Князь решил устроить подобие парада. Алексей гарцевал на белом скакуне. Рядом с ним на рыжем коне Аленушка. Хорошо обоим, народ смотрит на них со страхом и восхищением.

Аленушка веселая, как всегда сильная и стремительная. Она приковывает к себе взгляды. Великолепная женщина-воительница на коне, что необычно, особенно для средних веков. Но как воевала она! Редкий мужчина так сможет. Великолепная девица, в которую сложно не влюбитьсяю

Воительница, впрочем, не ангел, способность к разрушениям у нее очень даже большая. Но эти разрушения во имя Родины.

После парада купцы приносили князю Алексею щедрые дары. И грамоту заключали.

Все идет как по писанному: пал крупный город Польши, местное население не сильно грустит. Вот уже и девушки-полячки на пиру исполняют танец.

Сотников вместе с Аленушкой сидит на почетном месте. Смотрит на девушек. Среди полек много светловолосых, Алексею нравятся блондинки. Девушки танцуют ритмично. Красивые у них движения, плавные. Словно лебедушки. Аленушка и Альбина тоже пускаются в пляс. Смешиваются с польками.

Воины попивают вино, едят жирное мясо с овощами, ведут негромкую беседу.

Русские красавицы выделились из толпы и решили исполнить танец с саблями. Для начала Альбина бросила Аленушке яблоко. Та разрубила его в полете, затем сабля Аленушки замелькала, она плясала, подскакивая и размахивая саблей. Альбина присоединилась к ней. Обе девушки то и дело скрещивали сабли. От ударов сыпались искры, звенела сталь.

Сотников с восторгом наблюдал за танцем. После чего и сам присоединился к пляске. Эх, хорошо, когда все хорошо!

Еремка тоже пустился в пляс. Мальчишка подумал: он уже взрослый, и, наверное, получит награду за подвиги. Может быть, женится на Катьке. Они с ней давно уже друзья. Но и здесь есть немало красивых юных девушек. Ему понравилась одна с белыми волосами. Еремка даже пригласил милашку на танец. Они плясали энергично, видно было, что Еремка, смазливый и мускулистый парень, пришелся пани по душе.

Веселый пир продолжался.

Глава 47

В это время войско Скопина-Шуйского подходило к Вроцлову. То же крупному городу, недалеко от Крикова.

Тут король Сигизмунд, принц Владислав и герцог Барбаросса собрали основные свои силы.

Скопин-Шуйский имел незначительное превосходство в численности воинов. Но противник, разумеется, не будет драться в поле, а предпочтет спрятаться за мощные стены города. При почти равной численности, это дает хороший шанс на благоприятный исход.

Впрочем, вооружение и организация у русских намного лучше. Скопин-Шуйский уверен в победе. Его сопровождает новая походная подруга — медовая блондинка Мария. Она скачет по правую руку полководца. Скопин-Шуйский любуется подругой. Она смотрится весьма эффектно. Такая в ней грациозность, великолепное телосложение, золотые сусальные волосы.

Скопин-Шуйский произнес:

— Слава Богу, что создает такую красу, как ты!

Мария с улыбкой ответила:

— Богу Роду слава! Этот Бог дает дивную силу!

Скопин-Шуйский с ухмылкой спросил:

— Род? Ты язычница?

Мария отрицательно мотнула головой:

— Нет, я славянская приверженка единобожия.

Скопин-Шуйский ответил:

— Ну что же… Аленушка, подруга Сотникова, из ваших. Я верю в единого Бога. И неважно, как его называют.

Мария сказала:

— Русские Боги дают нам силу…

Скопин-Шуйский согласился:

— Да, я вижу. Вы очень сильны!

Но разговоры разводить некогда. Войско уже у стен города, пора приступать к осаде. Сейчас заработает артиллерия.

Развесные мешочки с порохом, предложенные Сотниковым, позволяли вести огонь с высокой скорострельностью. И не давали противнику перерыва, постоянно держа город под обстрелом.

Падали ядра, сыпалась картечь. Вроцлав запылал словно в преисподней. Рушились дома, гибли люди.

Российская артиллерия вела массированный огонь почти сутки. И ляхи решились на вылазку. Первой пошла кавалерия, за ней потянулась пехота. Стрелки Скопина-Шуйского встретили противника как обычно: меткими залпами из новейших кремневых ружей. Выбили массу коней и солдат. А когда кавалерия неприятеля прорвалась ближе к позициям, по ней ударили огнеметы.

Михаил Васильевич руководил битвой из укрытия. Командующий внимательно смотрел за ходом сражения в подзорную трубу. Судя по всему, ляхи поняли, что им не выдержать такого массированного обстрела, потому попытались прорваться. Но ведь их ждут! Стрельцы палят беспрерывно. Одни заряжают ружья, другие ведут огонь и выбивают ляхов десятками и сотнями.

Вот и сам Барбаросса двинулся с рыцарями и панцирной пехотой в бой Панцирная пехота тоже теперь уязвима для убойных выстрелов из новейших мушкетов. Падают немецкие наемники и прочие бойцы.

Мария в нетерпении произносит:

— Может, пора атаковать противника?

Скопин-Шуйский спокойно отвечает:

— Пока нет. Вот когда ляхи побегут, мы будем преследовать их.

— Тогда ждать осталось недолго!

Скопину-Шуйскому захотелось драться, показать свою удаль новой подруге. Однако пока опасно главнокомандующему ввязываться в бой.

Ляхи упрямы и бросают в бой все новые и новые резервы. Но огонь русских стрельцов слишком плотный и меткий, да еще пушки и огнеметы бьют. Ляхам только и остается заваливать трупами подступы к российским позициям.

Скопин-Шуйский философски заметил:

— Выдержка — залог победы!

И все же он дрожал от нетерпения. Так ему хотелось в бой!

Вот, наконец, натиск неприятеля иссяк. Ляхи с наемниками, потеряв множество бойцов, устремились назад к воротом.

Скопин-Шуйский произнес короткую молитву и скомандовал:

— А теперь пора!

Российская армия с ревом и криком ринулась на врага. Сначала кавалерия, а за ней и пехота.

Михаил Васильевич вскочил на коня, размахивая громадным мечом. Силы у Скопина-Шуйского словно у молодого буйвола. Готов крушить все на своем пути этот гигант ростом более двух метров и огромными плечами.

Скопин-Шуйский, рубя убегающих ляхов, влетел в центральные ворота Вроцлова. Русские войска уже в самом городе. Кипят ожесточенные схватки. Главнокомандующий рубит себе и приговаривает:

— Кто враг Руси — умри!

И валит неприятелей в стиле Ильи Муромца.

Герцог Барбаросса все еще жив и руководит сражением. Скопин-Шуйский прорывается к нему. Оба гиганта сталкиваются лицом к лицу. Скрещивают их мечи, густо сыплются искры от соприкосновения. Оба бойцы тяжелые, сильные, для своего веса — быстрые. Оба искусные.

Пока Скопин-Шуйский и Барбаросса дерутся, остальные воины не вмешиваются в поединок, сражаются друг с другом. Их сабли блестят от крови, а лица перекошены от ярости.

Барбаросса — опытный боец. Он старается обхитрить большого воеводу. Но тот не поддается уловкам. Сражается словно исполин клинка, однако немца зацепить пока не может.

Мария спросила находившегося рядом с ней командира сотни:

— Может, поможем Михаилу?

Командир возразил:

— Это их бой! Мы по неписанным правилам не должны вмешиваться!

Мария выдохнула:

— Что за правила такие?

— Не переживай, воевода справится сам.

Скопин-Шуйский продолжал бой с герцогом. Противник силен, но все же слишком перегружен доспехами. Да и менее вынослив, чем Михаил. Видя, что Барбаросса чуть сдает, Скопин-Шуйский добавил прыти. Стал рубить злее и яростнее.

Подловив момент, Михаил Васильевич рубанул по кисти герцога. Хотя удар и смягчила стальная перчатка, но Барбаросса все-таки выронил меч. Следующий удар пришелся по рогатому шлему. И был нанесен с такой силой, что у Барбароссы изо рта и ноздрей хлынула кровь. Противник оказался повержен и свалился с лошади.

Михаил Васильевич отдохнул немного и снова пошел в ряды неприятеля. Меч при деле, поляки разбегаются: боятся гиганта.

Русские подбираются к дворцу наместника короля в этом городе. Глава города и близлежащих поселений пан Дворжак сам в бой вступить боится: могут убить. Вместе с сыном-подростком наблюдают за ходом сражения из окна.

Дворжак предлагает:

— Собирайся, сынок, подземным ходом уйдем. Город, похоже, не удержать.

Сын печально ответил:

— И кому мы после такого позора и бегства будем нужны?!

Наместник короля развел руками:

— А что еще делать?

Сын неуверенно предложил:

— Может, умереть достойно с мечами?

Дворжак отрицательно замотал головой:

— Глупо умирать, когда я еще не стар, а ты так юн! Лучше уйдем и продолжим борьбу.

Сын обреченно кивнул:

— Тогда прихватим все драгоценности, они нам пригодятся.

Отец с сыном стали спешно собираться.

А Скопин-Шуйский и его армия продолжали крушить защитников города. Все слабее становилось сопротивление. Первые воины уже перескакивали стену вокруг королевского дворца и рубились с охраной.

Пара воинов сумели проскочить и вбежали в покои Дворжака.

Наместник короля как раз собирался вместе с сыном юркнуть в потайную дверь, прихватив с собой собранные драгоценности. Не успели они. Слишком стремительными оказались русские воины. Очень быстро срезали телохранителей короля.

Дворжак выхватил меч, но Иван выбил его ударом ноги и прошипел:

— Вам конец!

Дворжак взмолился:

— Возьмите всю мою казну! Отпустите хоть сына!

Иван подмигнул другу и спросил:

— Что с ними будем делать?

Юрий решительно сказал:

— Зарубим на месте! Нам такие враги не нужны.

Иван кивнул:

— Вот и конец вам! Можете помолиться перед смертью.

Дворжак пал на колени:

— Не убивайте!

Юрий отрицательно мотнул головой:

— Нет ничего проще, чем прикончить вас.

Дворжак предложил:

— Мы готовы стать русскими подданными…

Юрий спросил:

— А зачем нам греть на груди змею и плодить измену?!

И все же сановнику и его сыну оставили жизнь.

Глава 48

Тем временем Сотников со своим войском пошел навстречу Скопину-Шуйскому. Алексей хотел соединиться с воеводой и закончить войну. Навоевался, хватит. Пора вернуться домой.

Тем более, ляхи смирялись с тем, что им придется признать новую власть. Скопин-Шуйский сможет обойтись теперь и без его помощи.

В дороге Алексей спросил у Аленушки:

— Как ты думаешь, Русь возродилась?!

Воительница уверенно ответила:

— Вполне! Мы сильны как никогда!

Алексей кивнул головой:

— Не зря мы воевали и работали на благо России.

Аленушка ответила:

— Не все еще мы сделали! Впереди много чего предстоит. А пока…

Аленушка задумалась, а Алексей насторожился:

— А что пока?

Ведьма показала впереди себя на вдруг появившуюся в небе дальнюю звезду и сообщила:

— Нас ожидает особая встреча. Нам предстоит такая битва, которая решит, кто слабак, а кто герой

Князь Алексей улыбнулся:

— Что же, я к этому готов!

Темнело, Сотников объявил привал. Они нашли тихое место. Аленушка спросила:

— А куда делась статуя Сварога, о которой ты рассказывал? Ведь она была у тебя, затем бесследно исчезла?

Сотников кивнул:

— Да, была у меня. А потом меня убили, статуэтка, наверное, осталась там, в двадцать первом веке, олигарху досталась. Но состоялось мое перемещение сюда.

Алексей задумчиво погладил себя по щеке и растеряно развел руками:

— Я и сам не знаю, отчего так произошло, но факт остается фактом. Я тут, а статуэтка неизвестно где!

Алексей поцеловал Аленушку в губы. Она слегка отстранилась и томным голосом произнесла:

— Я знаю много способов, как искать ценные артефакты. А этот артефакт обладает колоссальной магической силой, он способен притягивать к себе флюиды.

Аленушка посмотрела на любимого и предложила:

— Я постараюсь воспроизвести ритуал, который укажет, где находится эта статуэтка… Если она, конечно, на земле.

Алексей настороженно спросил:

— А ты думаешь, она может быть в другом мире?

Воительница-ведьма согласно кивнула:

— Да! Этого тоже нельзя исключать.

Алексей растеряно пожал плечами, и спросил:

— А как мы ее найдем?

Аленушка ответила вопросом на вопрос:

— Ты хочешь вернуться назад?

Вопрос риторический.

Алексей опять пожал плечами и произнес:

— Не знаю. Если возвращаться… Я заберу с собой и тебя, и наших детей.

Аленушка снисходительно улыбнулась:

— Спасибо! А то я думала, что ты хочешь нас бросить!

Алексей произнес:

— Поверь, мой мир в будущем очень интересен! Там есть компьютеры и очень много разных преимуществ. Вот бы попасть туда хоть на время, а потом я был бы не против вернуться сюда.

Аленушка подмигнула своему возлюбленному и ответила:

— И ты мне поверь, витязь, я знаю о твоем мире куда больше, чем ты думаешь.

Алексей, нахмурившись, сказал:

— Я верю тебе, ведьма!

Аленушка со смешком предложила:

— Давай так: найдем статуэтку, ты побываешь в прежней жизни, а потом вернешься, и мы пойдем до конца.

Алексей спросил:

— Это как — до конца?

Аленушка ответила:

— До полной власти России над миром… Вот после этого, действительно, тут станет неинтересно. Если завоюем все страны, что еще делать?

Алексей спросил у ведьмочки:

— А наше будущее не измениться из-за нашего влияния в прошлом?

Сотников ощутил холодок между лопатками.

Аленушка уверенно ответила:

— Вряд ли! Твое будущее не изменится точно. А вот наша жизнь… не знаю…

Алексей уточнил:

— Почему ты думаешь, что в моей истории ничего не изменится? Я вовсе не так уверен.

Воительница-ведьма туманно ответила:

— Потому что ты не исчез. Значит, изменения вашего будущего не произошло. Ты же должен понимать, что даже смещение зачатия на долю секунды приведет к тому, что ты уже будешь не ты.

Алексей на всякий случай пощупал себя и неуверенно сказал:

— Я то и есть я… Как там, так и здесь. Мне уже сорок два года, но ощущаю себя юношей и очень люблю приключения!

Аленушка с улыбкой кивнула:

— Я и говорю, что будущее не изменилось.

Алексей опять не понял:

— Но ведь прошлое мы изменяем. Как это могло пройти незаметно для моего будущего?!

Аленушка хихикнула:

— А это может быть вовсе и не твое прошлое!

Мысль и в самом деле выглядела неожиданной.

Алексей, который любил читать фантастику, допустил:

— Тогда это параллельный мир, слегка отстающий от моего по времени?!

Ему даже стало смешно от такой мысли. Но ведьма подтвердила:

— Вполне возможно… Так, может, хоть в нашем мире русские смогут с нашей помощью стать империей на всю планету.

Алексей подумал, что для человечества в этом не было бы ничего плохого. Он согласно кивнул:

— Вот это правильно! Ради этого я готов остаться здесь. Но все же хотелось бы побывать и дома.

Аленушка произнесла:

— Наша цель — служение русскому народу!

Алексей почти с мольбой попросил:

— Все-таки найди статую Сварога. Порой я скучаю по жене и детишкам, оставшимся в том мире.

И тут же Сотников пожалел, что сказал это. Не стоило пробуждать в Аленушке ревность. Но его нынешняя подруга спокойно ответила:

— Постараюсь найти!

«Замечательная женщина — Аленушка, — подумал Алексей. Почему бы не родить с ней еще детишек? У них замечательные дети получаются. Сейчас они дома, в окружении нянек и гувернанток. Скучают, очевидно, по родителям. Большую радость приносят дети. Счастье, когда их много и не нужно думать о том, чем их кормить. А вот первой жене тяжело сейчас, наверное».

Алексей и Аленушка обнялись, стали осыпать друг друга поцелуями. Потом сплелись в объятиях…

Глава 49

Алексей Сотников и Аленушка скакали в направлении сияющей звезды.

Ведьма произнесла:

— Нас сейчас будет ожидать решающий поединок, который решит наши судьбы.

Алексей с удивлением сказал:

— Воевали, воевали, сколько побед совершили, все враги нас боятся, а ты говоришь о каком-то решающем поединке.

Аленушка тяжело вздохнула:

— Так уж получилось… Нам предстоит еще одна битва не на жизнь, а на смерть!

— Нам угрожает смерть?! — с улыбкой спросил Алексей. — Но я ничего и никого не боюсь!

Сотников ощущал себя настоящим богатырем. Что за бой предстоит? Далеко не первый ведь, и, наверное, не последний. Чего ему бояться? Как поется в песенке: «Броня крепка и танки наши быстры!» Зря Аленушка пугает.

Они выскочили на поляну. Просторную, слегка присыпанную первым снегом. Там их уже дожидались иезуит в черном балахоне и еще какой-то мужчина в маске, одетый то же в балахон, только белый, весь увешанный различными амулетами и талисманами.

Человек в белом балахоне увидел Сотникова и Аленушку еще издали. Извлек из-за пояса меч, проверил его острие и сказал:

— Едут птенчики на брань!

Иезуит в черном балахоне ответил:

— Это очень опасные и сильные бойцы!

Человек в белом равнодушно возразил:

— Против магии их ратные ухищрения будут бессильны.

Иезуит кивнул, но его голос звучал неуверенно:

— Там ведьма Аленушка, она тоже сильна в магии, мой генерал!

Человек в белом с нарочитым равнодушием произнес:

— Посмотрим готова ли их ведьма к сюрпризам.

Иезуит прошептал:

— Будьте осторожнее, генерал. У них обоих абсолютная реакция.

Человек в белом не ответил своему напарнику. А когда Сотников и Аленушка приблизились, воскликнул:

— Ну, добрые люди! Вы, я вижу, готовы принять величайший вызов в своей жизни!

Алексей холодно ответил:

— Вызов принять готовы. Но величайший ли он — еще посмотрим!

Аленушка сказала с усмешкой:

— Какие люди! Сам верховный генерал Ордена Иезуитов пожаловал! И без охраны!

Человек белом равнодушно ответил:

— Я не нуждаюсь в охране! Я сам себе охрана. А вот вы… Не боитесь, что истекают последние минуты вашей жизни?

Алексей решительно заявил:

— Мы ничего не боимся! Я готов драться! Можем прямо сейчас и начать.

Генерал ордена иезуитов согласился:

— Да, языками чесать нечего. Давай начнем.

Он взмахнул мечом и набросился на Сотникова. Опытный боец, хотел опередить Алексея. Но Сотников уклонился от меча и рубанул на скорости противника. Да так удачно, что попал ему в шею. Другой упал бы с лошади в предсмертных судорогах, однако мелькнуло сияние, и генерал лишь усмехнулся. А Сотникову показалось, что меч врубился словно в титан. Отскочив, князь закричал:

— Так не честно! У тебя магическая защита!

Генерал-чародей довольно ответил:

— Все честно! Ты естеством, а я колдовством. Вот и посмотрим, на чьей стороне будет победа!

Алексей снова атаковал. А Аленушка тем временем набросилась на иезуита в черном. Тот тоже, похоже, нацепил особый амулет. И заблокировал выпад магией, а сам рубанул мечом навстречу девушке. Ведьма уклонилась и сама врезала так сильно, что, несмотря на защиту, иезуит зашатался в седле.

Аленушка прошипела:

— Никуда ты, церковная крыса, не денешься!

Иезуит ответил:

— Рано или поздно ты устанешь, и я отрублю твою золотую головку.

Аленушка проревела:

— Не бывать этому!

Иезуит в ответ начал свою атаку. Но Аленушку это не смутило. Она легко парировала выпад и сама атаковала противника.

Сотников в это время фехтовал с генералом. Противник имел понятие о бое на мечах, был довольно быстр, но, все же, по сравнению с Алексеем, такой поединок не являлся его стихией. А высокая скорость генерала объяснялась, скорее, следствием магической накачки, а не физических упражнений. Да и сам генерал был довольно упитан, имел приличный живот. В то время как Сотников атлетически сложен, стремителен, техничен, расчетлив. То и дело достает противника, но натыкается на защиту.

Так просто неприятеля не получается взять. Но Сотников рассчитывал все же найти слабое место. И хотя это не совсем честно, ударил мечом лошадь по голове.

Но, похоже, и такое генерал ордена иезуитов предусмотрел. Меч отразился от защиты. У Сотникова даже отдалось в пальцы рук.

Алексей пробормотал:

— Хитер, черт!

Генерал-чародей поправил:

— Никаких чертей! Мы слуги Всевышнего!

Аленушка услышала и на это крикнула:

— Нет Бога, кроме Рода Всемогущего!

Генерал-чародей возразил:

— Имя Бога Всевышнего — Иегова! И Римский Папа — наместник Его на земле! А вы, что вы можете, куски тренированного мяса?!

Алексей обошел меч противника и ударил по лицу. Было видно что, несмотря на маску и защиту, генерал-иезуит ощутил неприятные покалывания. И даже ругнулся:

— Молокосос!

Алексей ответил с ухмылкой:

— Первый убитый мною моджахед говорил тоже самое!

Глава 50

Генерал-чародей отъехал подальше, извлек из-за пояса флягу и глотнул из нее. После чего его движения еще более ускорились. Меч закрутился, словно лопасти вертолета. Парировать такие удары стало сложнее. Алексей предпочел просто уклоняться. Сам уже не атаковал, выжидал. Противник двигался очень быстро, но его техника не была совершенной.

Алексей старался действовать экономнее. И лихорадочно думал, что предпринять, как бороться с реальной магией. Но в голову пока ничего не приходило.

Аленушка же действовала активно. Она достала диски и стала метать их, но защита и у иезуита в черном была безупречной. Все отражала.

Генерал ордена иезуитов, похоже, решил, что Сотников близок к отчаянию и вкрадчиво спросил:

— Жить хочешь?

Алексей презрительно фыркнул:

— Что за вопрос?

Генерал предложил:

— Переходи на нашу сторону! Герцогом тебя сделаем, будешь на золоте есть, золотом укрываться.

Сотников решительно ответил:

— Не бывать такого, чтобы русский князь стал предателем!

Генерал иезуитов рассмеялся:

— Вот как? Тогда получай!

Меч иезуита обрушился на голову вороного, послушного коня Сотникова. Князь едва успел соскочить. А генерал в белом прошипел:

— Теперь ты умрешь!

Он широко размахнулся, чтобы нанести удар. Сотников вдруг вспомнил бои без правил, в которых участвовал, и применил прием Айкидо. Алексей опередил генерала и не попал под его меч. Конечно, он не мог пробить защиту противника, но удалось ногой выбить его из седла. Генерал грохнулся на землю, а Сотников умудрился вырвать у иезуита меч. Тот явно растерялся. И Алексей атаковал неприятеля его собственным оружием. Защита слегка поддалась, перчатка лопнула, брызнули капельки крови. Генерал проорал:

— Ко мне, мой конь!

Но Сотников сам запрыгнул на спину животного. Конь содрогнулся, но сбросить всадника не попытался. Алексей перешел в атаку на генерала иезуитов. Тот выпустил пульсар из перчатки, князь успел уклониться и ударил иезуита мечом по голове. Белая маска лопнула. Обнажилось довольно полное, знакомое Алексею лицо.

— Что-то мне твоя физиономия знакома! — сказал Сотников, пытаясь вспомнить, где видел этого человека раньше.

Генерал машинально прикрыл лицо руками, но Алексей вспомнил:

— Господин Артем Синицын?! Вот мы и встретились! Сколько веревочке не виться, а конец найдется!

Генерал ордена иезуитов проревел словно бык:

— Нет, сукин сын! Здесь я вовсе не Синицын! Ты меня не знаешь и я тебя не знаю!

Алексей усмехнулся:

— Зато твоя жена знает и меня, и, тем более, тебя!

Разоблаченный Артем Синицын испустил с обеих рук огненные пульсары и закричал:

— Так пусть эта тайна умрет вместе с тобой!

Но Алексей успел отскочить в сторону. Огненный вал обрушился на землю. Сотников соскочил с лошади и подлетел к генералу Артему. У того руки буквально дымились от разрядов.

Алексей нанес противнику удар мечом по животу. Синицын согнулся. Сотников спросил:

— Жить хочешь?

Артем, ловя ртом воздух, промычал:

— Ну, ты и Сатана!

Алексей ударил ногой под коленку, заставив упасть противника. Острие клинка коснулось его горла. Князь снова спросил:

— Жить, падла, хочешь?!

Артем, извиваясь и тяжело дыша, ответил:

— Хочу!

Алексей улыбнулся:

— Сможешь вернуться в прежнее время со своей магией?

Артем кашлянул и произнес:

— Если бы я мог вернуться, уже вернулся бы.

Алексей сказал:

— Мне порой тоже хочется вернуться, вспомнить цивилизацию. Хотя реально тут столько дел, что скучать не приходится.

Генерал Артем попытался встать, но сил не хватало. Он прилег опять. А тем времен Аленушка прессовала иезуита. Более быстрая и ловкая, она то и дело доставала противника саблей. Иезуит стал поддаваться. Попробовал в отчаянии ударить пульсаром, но девушка легко уклонилась. А затем сама запустила небольшой, но очень жгучий ком из магоплазмы. Удар угодил в грудь иезуиту и оказался настолько силен, что сбил его с лошади.

Аленушка воспользовалась моментом и направила своего скакуна на противника. Когда иезуит вставал, мощные копыта коня ударили ему в грудь. Представитель церкви свалился, выронив меч. Аленушка подхватила его оружие и перекинула себе в руку.

Иезуит испугано взмолился:

— Пощади!

Аленушка ударила противника, отсекла ему кисть. После чего произнесла:

— Врага не щади, как бы не был он слаб!

И ведьма бросилась добивать неприятеля. Она рубила иезуита его собственным мечом, способным пробивать магическую защиту.

Сотников крикнул своей возлюбленной:

— Оставь его!

Аленушка крикнула:

— Это тот гад, который был советником у Сигизмунда и творил инквизицию! — и стала рубить с еще большей яростью.

Вскоре представитель ордена затих.

Генерал Артем неожиданно одобрил поступок Аленушки:

— Она правильно сделала, что добила Скелентона! Мерзкий тип. Плел интриги, меня собирался подсадить.

Аленушка ответила афоризмом:

— Недобитый враг, как не долеченная болезнь — жди осложнений!

Генерал Артем, наконец, приподнялся и спросил:

— И что теперь?!

Алексей обратился к Аленке:

— Нельзя ли каким-либо способом вернуть этого олигарха в его время? Да и мне тоже вернуться?

Аленушка улыбнулась:

— А как насчет планов покорения мира? В двадцать первом веке ты точно большой власти не получишь и графом не станешь.

Алексей пожал плечами:

— Самый лучший для меня вариант — отправить назад олигарха, получить награду, оставить деньги семье, а потом снова вернуться сюда.

Аленушка ухмыльнулась и сказала:

— Это, как ни странно, можно сделать!

Ведьма подскочила к трупу иезуита, рассекла его балахон, сунула под балахон руку и… извлекла статуэтку Сварога. Бог богов древних славян сверкал всеми цветами радуги, чудные самоцветы делали статую воистину волшебной.

— Вот гад, держал статуэтку у себя, — вскрикнул Артем.

А Аленушка подмигнула князю и произнесла:

— Теперь ты можешь вернуться! Но дай клятву, что уладишь там свои дела и возвратишься сюда.

Алексей подтвердил:

— Обещаю вернуться! У нас здесь много дел!

Аленушка осторожно передала статуэтку своему возлюбленному и сказала:

— Возьми Артема за руку, произнеси: «Сварог, великий Бог, я хочу обратно!» И вы вернетесь в свое время.

Алексей кивнул и пробормотал:

— Дай, я тебя поцелую, Аленушка!

Девушка лукаво усмехнулась и ответила:

— Можешь сделать что-то более серьезное.

Алексей пожал плечами:

— О чем ты?

Аленушка ответила с улыбкой:

— Есть вероятность, что ты больше не вернешься. А я хочу от тебя еще ребенка!

Сотников надежно привязал Артема Синицына к дереву. Влюбленные сбросили одежды и удалились в кусты. Вернулись довольные, обнявшись. Аленушка сказала:

— Твои дети продолжат твой ратный путь! Но я говорю тебе: не прощай, а до свидания. Надеюсь, мы еще встретимся, и у нас будут бурные подвиги!

Алексей Сотников уверенно произнес:

— Мы встретимся, обязательно встретимся! У нас будет в семье рай и благодать! И подвигов совершим не мало.

После таких слов Алексей подошел к Артему Синицыну, перерезал ему веревки. Артем потер окоченевшие кисти и искренне произнес:

— Я бы с такой женщиной расставаться не стал.

Алексей согласно кивнул:

— Она стоит всей планеты Земля! Но мне надо проведать законную жену и тебя, бедолагу, вернуть, чтобы ты не вредил более России!

Артем Синицын, оправдываясь, сказал:

— Так уж получилось! Таково стечение обстоятельств, что я стал генералом ордена Иезуитов. Магией овладел. В ином случае мне было в средневековье не выжить.

Сотников сердито заметил:

— Обстоятельства — это вечное оправдание негодяев!

Артем ответил:

— Я хотел, как лучше… Попал к иезуитам. Благодаря своему уму и знаниям быстро сделал у них головокружительную карьеру. Да, помогали мы полякам. Но это не от меня зависело…

Алексей сказал:

— Давай не будем дискутировать. Я надеюсь получить за тебя миллион долларов.

Артем спросил:

— Поэтому ты меня не убил? Деньги превыше всего?!

Алексей сердито ответил:

— Знаешь, я могу отсечь тебе голову прямо сейчас, а не возвращать тебя обратно. А денег у меня здесь предостаточно…

Артем испуганно пробурчал:

— Молчу! Молчу!

Алексей сжал руку генерала иезуитов и громко четко произнес:

— Сварог — великий Бог, верни меня и моего визави обратно домой.

Все вокруг князя закружилось, заплясало, полыхнуло несколько ярких молний…

Эпилог

Сотников оказался в собственной квартире в Москве. За руку он держал Артема Синицына. Помятый олигарх не пытался сопротивляться. Он был очень доволен. Увидев компьютер, сразу же подошел к нему и обрадовано сказал:

— Цивилизация! Давай посмотрим, что происходит в стране.

Они включили Интернет. Многое хотелось узнать. Сотников уже обратил внимание, что квартира слегка изменилась. Прежние его плакаты культуристов и боксеров по-прежнему висели на месте. Добавилась еще пара больших фотографий с незнакомым мужчиной.

Синицын воскликнул с удивлением:

— Ничего себе! Уже апрель 2019 года, долго же мы отсутствовали!

Сотников покинул двадцать первый век 5-го октября 2013 года, как раз в канун матча Кличко с Поветкиным. Хотел посмотреть этот поединок. Не дали…

— Так, обсуждают выборы на Украине, — комментировал Артем, — санкции. Ничего себе — грозят нам войной. Украинцы с русскими собираются драться из-за Донбасса и Крыма. Хуже не придумаешь.

Алексей Сотников удивился:

— Что? Кто-то воевать с нами собирается?

Артем подтвердил:

— Я и сам поражен! Крым в составе России. У меня там бизнес был. И вообще столько изменений. А про нас ничего нет.

Алексей сдержано ответил:

— Я отбыл из спокойного мира в Смутное время. А сейчас получается, что там успокаивается, а тут назревать буря.

Артем не совсем уверенно ответил:

— Может, и тут все обойдется! Пошумят и все вернется в круги своя! Президент тот же. Мне сейчас не о политике нужно думать, а о бизнесе.

Алексей согласно кивнул:

— Да. А мне нужно получить за тебя награду. У меня трое детей, нужно думать о деньгах и хлебе насущном!

— Сейчас посмотрим, что про нас пишут, — Артем набрал в поисковике свое имя. — Так, пропал без вести. Это понятно. Жена распродала активы. Ну и дура. Вот про тебя. В розыске. А у жены твоей родился мальчик.

Алексей нахмурился:

— А когда?

Артем ответил с ухмылкой:

— Девятого мая прошлого года.

Сотников растерянно сказал:

— Я не знал, что оно так. Интересно, кто отец.

Артем спросил:

— Ты будешь ждать жену или поедешь со мной за вознаграждением?

Алексей пару секунд подумал и сказал:

— Посидим немного у меня. Чайку выпьем, поедим, посмотрим телевизор! Попривыкнем немного к цивилизации, а потом решим, куда ехать.

Артем согласился, но добавил:

— Можно чего-нибудь покрепче с чаем.

Алексей покачал головой:

— Я не пью!

Синицын недоверчиво спросил:

— Может, у твоей жены в запасе есть?

Сотников неохотно полез в бар. Там оказалось сразу три бутылки со спиртным. Бутылка с водкой было открыта и выпита наполовину. Его жена-спортсменка была не пьющей. Только бы любовника не завела.

Алексей налил Синицыну водки, намазал красной икры на бутерброд, банка была в холодильнике. Они включили телевизор. Щелкали каналы. За эти годы изменилось многое. На Украине сменилась власть, к России присоединен Крым, но в экономике стало хуже. Мир бурлил.

Сотников с тревогой размышлял:

— Вот интересно, а за квартиру ипотеку моя жена выплачивала? Откуда деньги брала? И как мне сейчас быть?

Артем пояснить не мог, но предложил:

— Напиши роман о своих приключениях в Смутном времени. Может, заработаешь.

Алексей покачал головой:

— Нет! Я уже писал про войну в Чечне, заработал какие-то копейки.

Артем сказал:

— Можешь пойти в мою охрану. Я буду тебе хорошо платить!

Алексей покачал головой:

— Не знаю. За тебя обещано миллион долларов. С такими деньгами можно многие проблемы решить, открыть свое дело…

Артем спросил:

— За меня миллион долларов жена предложила?! Неплохо! А контракт подписали?

Алексей насторожился:

— Думаю, она слова как ветер бросать не будет.

Артем улыбнулся и хотел что-то сказать, но послышался звук открывавшейся входной двери.

Сотников выскочил навстречу. Ему очень хотелось увидеть жену. Вот и она! Почти не изменилась, разве что чуть полнее стала. С коляской пришла. И с ней — молодой мужчина, на вид лет тридцати.

Вместо приветствий и объятий Сотников указал на мужчину и жестко спросил у растерявшейся жены:

— А это кто?

Наташа была сильно ошарашена:

— Ты?! Вернулся?!

Алексей набычился:

— Вернулся! А ты кого привела в нашу квартиру?

Жена пробормотала с испугом:

— Ты знаешь, тебя во всероссийский розыск объявили, обвинили в убийстве нескольких человек!

Алексей буркнул:

— Да ну! Вот сюрприз! Ты так и не сказала, кто это!

Жена сухо ответила:

— Дай зайти домой, я тебе все объясню.

Попутчик Наташи заходить отказался. Он был одет в хорошую кожаную куртку, на указательном пальце его красовался перстень с бриллиантом. Мужчина сослался на срочные дела и покинул помещение.

Артем Синицын встретил Наташу приветливо. Она, видя колкие взгляды мужа, произнесла:

— Это был Борис. Сын богатых родителей и очень хороший мой друг! Если бы не он, то нашу квартиру конфисковали бы за долги. Борис — прекрасный парень, без него я бы оказалась с детьми на улице.

— Наши дети где? — спросил Алексей.

— В школе. Скоро должны придти.

— Младший от Бориса? — опять спросил Алексей.

— Да, — подтвердила Наташа и попыталась объяснить:

— Понимаешь, тебя обвинили в убийствах и объявили во всероссийский розыск. Ко мне даже оперативники приезжали. А потом ты стал числиться как пропавший без вести. Я ждала, надеялась… Не верила, что ты убийца. Жизнь тяжелая…Познакомилась с Борисом. Он стал давать мне деньги и гулять с нашими детьми. А потом родился сын.

Алексей выслушал, немного смягчился и решил рассказать свою историю. Ему не терпелось похвастаться своими подвигами, поведать, как стал князем, знаменитым полководцем и супергероем.

Только он начал свой рассказ, как послышалась трель дверного звонка и почти сразу же удары по двери. Грубый голос потребовал:

— Откройте! Полиция!

— Я ухожу из этого мира! — сказал Алексей, спешно достал из-за пояса статуэтку Сварога, пожал на прощание руку Артему, поцеловал жену, выскочил в соседнюю комнату.

Полицейские уже ломали дверь. Били прикладами. Сотников произнес заклинание: «Бог Великий Сварог, верни меня обратно в Смутное время!»

В это время дверь рухнула, в квартиру вломились полицейские и омоновцы. Они разбегались по комнатам. Но полыхнула яркая вспышка, и Алесей исчез.

Бурные столетия пронеслись перед ним…

Content

Олег Рыбаченко
НЕВЕРОЯТНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ АЛЕКСЕЯ СОТНИКОВА

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Эпилог