Александр Долинин

Чужое время

Часть первая

Возвращение из никогда

Глава первая

Как-то не очень хорошо этот день начинается… Через полтора часа важная встреча, а я только что разбил себе пальцы на руке, очень сильно ударив кулаком в косяк двери. Плетусь в ванную комнату и включаю холодную воду, надеюсь, это поможет избежать отека… Мне ведь уже одеваться пора, опаздывать нежелательно. Высокие гости ждать не любят, сами понимаете!

Понемногу боль утихает, хотя для этого приходится использовать заклинание экстренного лечения. Закрываю кран и тут же слышу приглушённое толстой дверью мяуканье. Как есть, в нижнем белье, иду к двери, отпираю и впускаю знакомого кота. Несчастный зверь промок до последней шерстинки. Эй, вот только не надо вытираться о мои голые ноги!..

Хватаю висящее на кухне полотенце и заворачиваю котейку в него, затем несу в кабинет. Поставив на стол, быстро вытираю ему шерсть и укладываю, прикрыв тем же полотенцем. Кот явно согрелся и начинает бодро мурлыкать, глядя мне в глаза. Извини, друг, но мне сейчас пора идти!..

– Подождешь меня? – спрашиваю у блаженно щурящегося кошака, почесывая его за ухом. – Только веди себя прилично, договорились?

Кот делает вид, что согласен, и укладывается спать. А я наливаю в блюдце на кухне немного молока, споласкиваю руки и не торопясь иду в спальню одеваться. Костюм в порядке, как будто только вчера принес его из чистки. Правда, на улице дождь… Но это не страшно, сейчас по телефону вызову экипаж, доставят прямо ко входу в Контору, не промокну…

Через двадцать минут, оставив спящего кота на столе в кабинете, выхожу и спускаюсь по ступенькам крыльца к ожидающему меня извозчику. По дороге нащупываю в кармане невесть как попавшую туда бумажку, комкаю и уже хочу выбросить, но что-то меня останавливает. Разворачиваю – это та самая почтовая квитанция. Наверное, машинально сунул в карман, когда одевался. Бережно расправив листочек, засовываю его во внутренний карман. Мало ли, вдруг пригодится… Хотя, зачем это мне? Сам не знаю…

Налетевший порыв ветра забрасывает мне под шляпу пригоршню капель, которые начинают медленно стекать по лицу. Нет, это не слезы. Просто холодная дождевая вода…

Всю короткую дорогу извозчик что-то весьма немелодично напевает себе под нос. Но я занят собственными мыслями, поэтому его вокальные упражнения пролетают мимо моего слуха.

– Приехали, барин!

– Что, уже?.. Да, вот, держи… – отдав серебряную монету, выбираюсь из-под мокрого тента и как можно быстрее прохожу ко входу в здание. Вроде не промок, брюки сухие… Ну, почти. Да и ладно, сейчас за четверть часа просохнут, времени до визита в кабинет к начальству еще много.

Дежурный, увидев меня, начинает улыбаться.

– Крис, ну ты и шутник!.. Слушай, от тебя вчерашним перегаром случайно… Не?.. А то, сам понимаешь…

– Да какой там перегар. Просто устал очень, а потом всю ночь снилось непонятно что. То ли кошмары алкоголика, то ли вообще бред сумасшедшего.

– Странно. Ты же вроде вчера был выходной?

– Сам не понимаю. Может, простудился… Лучше скажи – начальник у себя?

– Да, готовится к приему высоких гостей. Кроме тебя, еще несколько человек вызвал. Все уже по кабинетам сидят, красоту наводят. И ты тоже иди, а то сейчас уже звонить начнут…

В моем скромном кабинете все, как обычно. Достаю из нижнего ящика тумбы письменного стола две щетки и начинаю приводить себя в надлежащий вид. Ботинки заблестели, брючины уже не выглядят пятнистыми от капель уличной грязи. Ну вот, вроде бы и все…

Не успел я пожалеть о том, что здесь негде поставить большое зеркало, как зазвонил телефон на столе.

– Слушаю, Сми… Кха-кха… Кузнецов! – чуть было снова на островном не ответил, надо же!

– Кристофер, через десять минут вы должны стоять в приемной Ивана Федоровича, – сообщила черная трубка голосом секретарши начальника Марины.

– Понял, буду вовремя…

Так, на моих карманных часах без десяти минут десять. Надо же, как все точно! Через пять минут и пойду, зачем лишнее время торчать в приемной?

Все-таки, какой странный сон приснился этой ночью… Длинный, красочный… И почему так сильно щемит сердце, как будто потерял родного человека? Вот еще, тосковать по сновидениям… Но Клер все-таки красавица, что ни говори! Интересно, а у нее на самом деле есть родинка на левом плече? Ладно, пора вернуться в нормальный мир, а то уже лишняя минута прошла, что-то я замечтался!..

Не успел войти в приемную, как Марина энергично замахала мне рукой, указывая на дверь – мол, заходи побыстрее!

В кабинете начальника, кроме него, в креслах сидели еще двое. Один – в штатском костюме, но «шпаком» он все равно не выглядел. Второй… Ну ничего себе!..

Его лицо я часто видел на фотографиях в газетах, рядом с Императором. Он принимал парады, общался с иностранными послами, проверял войска, курировал военную промышленность. Должность у него имела длинное название, но я коротко называл ее «Главный по войне». Насколько я знал, до того, как стать кабинетным воякой, он участвовал в малоизвестных военных кампаниях на границе, где заслужил несколько боевых наград. Надеюсь, что этот бравый военный еще не окончательно стал паркетным генералом… Вблизи пышные усы старого вояки выглядели еще солиднее, чем на фотографиях в газетах и журналах.

– Позвольте вам представить, господа, нашего специального агента. Кристофер Кузнецов, который и провел эту блестящую операцию. Обнаружил пропавшие аппараты, нашел вражеского агента в штабе, вывел контрразведку на резидента, – заливался соловьем Иван Федорович.

Не успел я моргнуть, как вся компания уже стояла передо мной. Не навытяжку, конечно, но улыбались они вполне искренне.

– Мы прибыли сюда для того, чтобы вручить вам награду от имени Императора. Конечно, по всем правилам он должен вручать ее лично, во дворце… Но, учитывая особенности вашей службы… Нам приходится отмечать данное событие в очень узком кругу посвященных.

Кстати, этого гражданского я тоже видел на фотографиях. Причем он попадал в кадр очень редко, и все время оставался на заднем плане. Как иногда говорят про таких людей, один из «Серых кардиналов»? Не исключено…

– Благодаря вам удалось избежать больших проблем на Востоке. Теперь соседи ведут себя более спокойно. Кстати, никаких официальных протестов с их стороны не последовало. Как мы и ожидали, «там» все объяснили происками внутренних врагов, желающих испортить отношения между нашими странами.

– Военные, с которыми вы проводили совместную операцию, очень хорошо о вас отзывались, – продолжил разговор бравый генерал. – Если честно, в начале у них было некоторое предубеждение насчет работников вашего… гм… ведомства.

(Интересно, и когда это он успел с ними переговорить? Хотя, о чем это я… Скорее всего, ему предоставили копии рапортов, написанных участвовавшими в операции офицерами.)

– …Иван Федорович представил вас как одного из лучших своих агентов. Поэтому мы рады вручить вам от имени государя нашего Императора эту высокую награду…

Штатский взял со стола начальника небольшую коробочку, обтянутую красным бархатом, и открыл ее.

– …За большие заслуги перед Империей, личную храбрость и героизм вы награждаетесь орденом Святой Иоанны с мечами…

(Ого!.. Награжденному таким орденом полагаются немалые привилегии, вплоть до получения дворянского титула… Судя по газетным публикациям, такими орденами награждают очень редко…)

– …Рад вручить вам соответствующую грамоту, подписанную лично государем!

Официальная бумага оказалась большим листом картона с золотым тиснением по краям и имперским гербом сверху. Разглядывать узор и читать текст, выведенный каллиграфическим почерком, я не стал. Но размашистая подпись внизу внушала уважение, если честно.

– Государь император просил передать вам его личную благодарность… А сейчас давайте хотя бы символически отметим это событие!

Оказывается, пока высокие гости произносили свои полуофициальные речи, на столе Ивана Федоровича откуда-то появилась бутылка дорогущего коньяка, блюдце с тонко нарезанными дольками лимона, плоская тарелка с ломтиками красной рыбы (а я-то думал, откуда доносится смутно знакомый запах?..), и еще какие-то деликатесы. Нет, точно: что-то странное случилось в мире… Насколько я знаю, начальник никогда раньше не проводил таких мероприятий у себя в кабинете. Неужели это богатство гости в карманах принесли?..

Иван Федорович умело налил коньяк в пузатые бокалы, не пролив на полированную столешницу ни одной капли. Вот что значит опыт!

– Вообще-то, подобные события принято отмечать шампанским. Но, опять же, служба у нас трудная, поэтому мы больше привыкли к крепким напиткам. Водку оставим для прозы жизни, а хороший коньяк сегодня в самый раз! – Он что, эту речь заранее приготовил?

Мы звонко чокнулись бокалами, после чего я, забыв о приличиях, высадил содержимое одним махом, буквально в пару глотков. Игнорируя укоризненный взгляд начальства, мило улыбнулся и сказал:

– Прошу меня извинить, переволновался…

После выпитого коньяка стало немного легче, и почти исчезло гнетущее настроение, давившее на меня с момента утреннего пробуждения. Теперь я и сам не понимал, зачем понадобилось портить себе руку ударами по дверному косяку? Мало ли какой сон может присниться. И что теперь, каждый раз бить разными частями тела о стены?

Беседа стала почти дружеской, о чем говорили – неважно. Когда бутылка опустела, настроение у нас всех было просто замечательное. Чтобы определить это, не нужно обладать особыми магическими талантами – достаточно всего лишь некоторого жизненного опыта. Гости стали прощаться, штатский просто крепко пожал мне руку (с трудом удалось не поморщиться – пальцы все еще побаливали), а генерал решил по-отечески обнять и троекратно расцеловать.

– Спасибо тебе, сынок, еще раз от меня лично!..

Силы у него было, как у матерого медведя, а примечательные усы оказались мокрыми и сильно пахли коньяком. Мои ребра с трудом, но выдержали его объятия. Поцеловав меня три раза, генерал отстранился, затем притянул меня к себе и… Очень больно укусил за нос!!!.. Его лицо, фигура, затем все окружающее тут же задрожали, стали расплываться, терять резкие очертания и через несколько мгновений пропали в непроницаемой темноте.

Глава вторая

С трудом открыв глаза (режет, как будто в них песку насыпали!..), я видел сидящую рядом на кровати зареванную Клер, прижимающую к глазам мокрый платочек. На моей груди расположился кот, сейчас он вылизывал мне нос, который только что укусил. Ну, ты даешь, мелкий хищник!.. Даже не знаю, поблагодарить тебя, или согнать…

– Клер, а ты почему не спишь? – мой голос скрипит, как немазаное тележное колесо.

– С возвращением! – услышал я знакомый голос с другой стороны кровати. Оказывается, я лежал ровно посередине, Клер сидела слева, а справа пристроилась… Линкс??!!.. Надо же, так и сидит в своем лесном наряде.

– А ты откуда здесь?.. Кхе-кхе-кхе… – У меня начался приступ кашля.

Клер отпихнула кота в сторону, буквально упала мне на грудь и разрыдалась.

– Задал ты мне работы, Охотник!.. – Меняющая Облик улыбалась, но сейчас она выглядела чуть ли не в два раза старше Клер. Черты лица обострились, под глазами темнели круги.

– Линкс, поменяй внешность… Я хочу видеть тебя молодой… Ай!.. – Я дернулся от того, что уже переставшая реветь Клер явно насторожилась и больно ущипнула меня за ухо.

– Сейчас не могу, очень устала. А завтра – пожалуйста…

– Почему здесь так темно? Соскучились по старине?

В подставку, закрепленную на стене, была вставлена керосиновая лампа, с трудом разгонявшая темноту в комнате.

– Вчера ночью гроза была, где-то порвались провода.

– Подожди, какая еще гроза?!..

– Ты пролежал без сознания больше суток. Телефон тоже не работает, поэтому врача сразу вызвать не смогли. А потом прибежала Линкс, насквозь промокшая… – Клер уже сменила платочек на другой и вытирала последние слезы, улыбаясь через силу.

– Я ведь не показывал тебе, как можно ее вызвать? Или рассказывал?.. Не помню…

– Ты забыл про подарок? – Линкс указала на плетеный браслет, все так же обвивающий мою руку. – Он подает мне знак, если его владельцу грозит опасность.

(Да, так и думал – у этих браслетов много тайн… Надеюсь, что вреда от них меньше, чем возможной пользы.)

– Что у тебя с рукой? – Хозяйка лесов показала на мою правую кисть, сжатую в кулак. – Мы никак не могли разогнуть твои пальцы, думали, это судорога…

Пытаюсь разжать кулак, получается, но с большим трудом. Что это??!!.. На ладони лежит смятая бумажка, написанные на ней синими чернилами буквы слегка расплылись. Вот это да…

Ой, погодите, тут одна проблема возникла…

– Дамы, вы не могли бы дать мне халат и отвернуться? Очень нужно!..

Кое-как надеваю халат, встаю и, покачиваясь, иду в ванную комнату. Позади слышу почти неразборчивый голос Линкс, ворчащей «И чего я там не видела? Думал, испугаюсь, что ли?..» и тихий смех Клер.

Добравшись, куда хотел, еле-еле успеваю включить воду посильнее… Хорошо, что не оконфузился перед дамами. Ох, как крутит все внутри!.. Нужно срочно выпить крепкого чая, что ли. И съесть побольше чего-нибудь сладкого, может, в ушах звенеть перестанет. Спиртное пить не рискну, мало ли, куда опять может занести.

Вода течет еле теплая, но я героически ополаскиваюсь с макушки до пяток, после чего пытаюсь растереться полотенцем, громко лязгая зубами от холода. Ну вот, почти проснулся. Хотя, сейчас ночь… И что я буду делать до самого утра?

Стараясь не спотыкаться, иду в спальню. Клер уже не выглядит убитой горем, а почти весело разговаривает с Линкс.

– А теперь расскажите мне, пожалуйста, что тут происходило, пока я… Был неизвестно где.

– Насчет «неизвестно где» – это ты нам расскажи. Вот, смотри сам! – Линкс протянула мне бумажку. – Там написано что-то непонятное.

А что тут непонятного? Обычная почтовая квитанция. Вес… Оплата… Получатель – Клер Стефансон???.. Ноги вдруг ослабли, и я плюхнулся на кровать, едва не придавив недовольно мяукнувшего кота.

– Клер, помнишь, что я тебе прислал? Ну, с чего вообще все началось?..

– Конечно, помню! Эта фигурка медведя сейчас у меня на письменном столе…

– Так вот… Бумажка – это почтовая квитанция. В моем сне она лежала в тумбочке… Потом я зачем-то сунул ее в карман своего костюма… Поехал на службу… Там мне что-то вручали… А потом кот меня разбудил.

– Теперь ты должен кормить его лучшей ветчиной до конца жизни, – сказала Хозяйка совершенно серьезно. – Я еле-еле успела придержать тебя, чтобы не провалился еще дальше.

– Куда?..

– Тебе лучше знать, куда. Как я понимаю, днем ты встречался кое с кем?

– Да. Чисто деловая встреча, он сделал мне предложение – перейти к нему на службу, я отказался. На этом мы и распрощались. Ничего там не ел и не пил, руку не пожимал, магии не чувствовал… Разве что…

– Что?.. – Линкс прямо-таки напряглась, вся подобравшись, как рысь перед прыжком на добычу.

– Когда уже выходил из кабинета, тот… джентльмен… что-то сказал мне вслед.

– Вспомни, это очень важно!

– Сейчас… Вроде бы – «Беги, рысь!.. Беги!..», и сильно повеяло холодом, но сразу пропало.

– Вот оно что… Даже не знаю, что теперь делать. Это нельзя считать нападением… Я впервые за все время жалею, что так долго просидела в своем лесу. Отстала от жизни, так сказать…

– Ты можешь сказать, что случилось? И может ли это повториться снова?

– Что случилось… Ты помнишь, что я сказала тебе, когда уходила?

– Ну так, в общем… Что-то вроде «Не верь никому!..» Так, подождите… А где Джонатан, Меган, Сэм, Сюзан? – Ну почему я не спросил о них сразу?!..

– Ты перескакиваешь с одного на другое, милый друг. Успокойся, с ними все хорошо. Джонатан, когда узнал, что ты лежишь без сознания, почти весь день просидел у себя в комнате. Наверное, молился… – Линкс криво улыбнулась. – Сейчас он спит. Сюзан занималась на кухне, хотя, скажу честно, настроение у нее было плохое. Она ведь тоже за тебя переживала. Сэм вчера вечером уехал, еще до того, как… В общем, он должен вернуться через пару дней. Меган весь день просидела рядом с тобой, сейчас спит. Теперь, что касается разговора… О чем вы разговаривали с тем… джентльменом? – Линкс резко сменила тон.

Хм… А вот тут небольшая загвоздка… Но я не давал клятвы молчать. Тем более, что возникли новые обстоятельства. Конечно же, этот могущественный демон сумеет отвести от себя любые подозрения в том, что со мной произошло. («Штирлиц, как всегда, был ни при чем…» – выдал очередное замечание внутренний голос.)

– О разном… Он предложил работать на него, я отказался… Потом… Разговор зашел о том, что марионетка счастлива, если не замечает тянущихся к ней ниточек… И неужели я мог подумать, что… Нет, ничего…

– Что? Говори! – Клер чуть ли не подскочила.

– Милая…

– Он говорил обо мне, да?.. Что я не могла полюбить такого мелкого… нет… другое… незаметного человека? И ты поверил ему?!! Почему??!!.. Разве я хоть раз давала тебе повод усомниться в… моей… – Клер заплакала и отвернулась. Ну да, она ведь может узнавать, о чем я думаю…

Я притянул ее к себе и попытался обнять. Она сначала отталкивала меня, но потом все-таки прижалась и уткнулась лицом мне в грудь, продолжая всхлипывать.

– Нет, я ему не поверил… Просто… Когда ты вечером сидела за столиком и расчесывала волосы… Я смотрел на тебя… И что-то случилось…

– Клер, он говорит правду, – вмешалась в нашу семейную сцену Меняющая Облик. – Это сработало очень хитрое заклинание. Противодействовать такому трудно, особенно, если не знаешь, в чем дело. Интересно, зачем вообще понадобилось совершать подобное?

– Де… В общем, он мне сказал, что я влез в чужую игру, причем очень серьезную. Так сказать, сыграл роль песчинки в особо точном часовом механизме. Он-то не остался внакладе, но какие-то «другие» очень недовольны. Твои рисунки не дадут другим демонам напасть на меня, но не защитят от подвластных им людей, вот… Если честно, потом весь остаток дня ожидал подвоха, со всех сторон. Можно сказать, от каждой тени шарахался.

– Теперь все понятно, – сказала Линкс. – Он попытался заставить тебя сомневаться в реальности чувств, вывести из равновесия. И это ему почти удалось…

– И как же называется этот фокус, или что еще?..

– Я не знаю такого заклинания. Это что-то новое, или хорошо забытое… Ты чуть было не переместился в другое время. В прошлое…

– Но в прошлом меня не награждали никакие генералы! Начальник поблагодарил, и все… Ну, премию выплатили… Только ведь посылка была на самом деле, вот квитанция!.. Ничего не понимаю… – Действительно, как такое возможно? Голова кругом идет…

– Значит, это было не твое прошлое. Чужое…

– В другом мире?

– Да. Как я понимаю, у тебя раньше никогда не было подобного?

– Нет, только иногда слышал разное… Песни, как будто издалека, мелодии… Но чтобы так подробно… Вот! – Я показал ей руку со свежей царапиной. – Там я ударился о дверной косяк, до сих пор болит…

Линкс взяла меня за руку и легонько провела пальцами вдоль царапины, которая мгновенно исчезла. Впечатляет!

– Так лучше?

– Намного! Мои дорогие дамы, у меня есть предложение…

– Какое? – Клер подняла голову и посмотрела мне в глаза.

– Давайте спустимся на кухню и выпьем чего-нибудь… Чаю, какао, бренди… Только потихоньку.

Клер и Линкс поддержали мою идею, но только частично. В том смысле, что мы с Линкс хлопнули по рюмке (мягко говоря) бренди, а Клер выпила какао. Хорошо, что чайник на плите был еще горячий. Потом решили все-таки идти спать. С этим возникла небольшая проблема – демон-хранитель ни за что не хотела оставлять меня без своего присмотра, а свободной комнаты с кроватью в доме не было. Пришлось идти на крайние меры – лечь в кровать втроем. Но не для того, чтобы заниматься чем-то предосудительным, как вы могли подумать. Просто леди решили, что если они хотя бы сегодня будут меня контролировать вместе, то я уже точно никуда не денусь. Пока я ходил мыть руки, Клер выделила гостье одну из своих длинных ночных рубашек с рукавами. Сама надела точно такую же, только с другим рисунком. Интересное получилось зрелище, если честно!.. Потом, когда я забрался в кровать, Линкс в принудительном порядке уложила меня в середину. Клер ушла в ванную комнату, а я повернулся к Меняющей Облик и тихонько провел пальцами по ее щеке. Лицо на миг утратило четкие очертания, а когда морок рассеялся, она стала выглядеть гораздо моложе.

– А говорила, что не можешь, потому что устала…

– Это не я, а ты сам сделал.

– Шутишь, да?

– Все, спи! Сейчас придет твоя Волчица, и очень рассердится!.. Тогда точно до утра не уснешь…

Опасность замерзнуть этой ночью мне точно не угрожала. Разве что места маловато, но, как говорится, в тесноте, да не в обиде. Мои спасительницы очень быстро уснули, а я почему-то вспомнил ночь, когда ночевал у летуний. Интересно, как там у них сейчас дела? Все еще летают на своих «Драконах», или уже перешли на другую, менее опасную службу?.. Почему-то увидел лицо Дианы, она радостно улыбалась, как будто встретила давнего друга. Хотел было ее поприветствовать, но уснул…

Глава третья

Утром я проснулся раньше всех. Мои хранительницы тихо сопели по бокам, а на животе у меня разлегся кот. Стоило мне пошевелиться, как он сразу же выпустил когти и вцепился в одеяло. Понял, лежу дальше, не дергаюсь…

Почему-то вспомнились несколько старых «дел», прочитанных еще в прошлом году, в архиве Конторы. В них фигурировали люди, явно не принадлежавшие в нашему времени. Кстати, они себя даже называли особенным словом – то ли «попадуны», то ли «пропаданцы»… Один такой персонаж появился в Северной Столице пару лет назад. Конечно же, его сразу взяла в оборот Контора, после того, как выяснилось, что это не сбежавший пациент психиатрической лечебницы. Хотя, понять его речь было трудно – она практически вся состояла из непонятных слов. Например, на вопрос «Чем вы там у себя занимались?», молодой мужчина (ну, «парнем» его называть было уже поздновато) ответил: «Впаривал лохам огрызки…» С трудом удалось понять, что речь шла не о торговле фруктами – он продавал какие-то довольно сложные технические устройства. Однако сам в их внутренностях не разбирался – совершенно. «Да мне только нужно знать, что тут на экране нажимать…» Когда оказавшийся при переносе у него в кармане артефакт израсходовал весь заряд и погас, вернуть так называемую «сотку» в рабочее состояние не удалось.

На вопрос о том, какими еще навыками обладает, попадунец только недоуменно пожал плечами. Ну, машиной мог управлять… Его попытка проехаться на здешнем механическом экипаже привела к напрочь заваленной ограде, хорошо еще, что угол здания не пострадал. Да, он ведь заявил, что является экспертом по тактике!.. Но в результате проверки выяснилось, что в реальной жизни он никогда не был даже в тире, боевого оружия в руках не держал, а познания приобрел, управляя персонажем на экране специального устройства. Попаданец часто с грустью вспоминал о каких-то «танчиках» и «Вике», у которой можно было узнать ответ почти на любой вопрос.

Что с ним было дальше, я уже точно и не помню. Вроде бы назначили ему небольшое содержание, в надежде, что он вдруг вспомнит что-то очень важное. Оставалась надежда, что сей персонаж постепенно сможет обжиться, не привлекая особого внимания (о чем его инструктировали особенно тщательно). А он получил деньги, в этот же день упился в трактире, стал кричать, что «Сейчас всех тут нагнет!..» Получил в завязавшейся драке водочной бутылкой по голове, вылетел из дверей и попал под лошадь проезжавшего мимо извозчика. Такая вот произошла история… Запомнился рукописный комментарий кого-то из начальников, сделанный прямо на обложке папки с документами: «У них там что, все такие? Храни нас Господь от подобных гостей!»

Неожиданно Линкс вздрогнула, чуть приподняла голову и удивленно огляделась. Наверное, на демонов коньяк действует по-другому – неужели она забыла, где и как легла спать? Нет, уже улыбается…

Я хотел было объявить «Доброе утро!», но гостья приложила палец к моим губам и потихоньку выбралась из постели. Ясно, срочные дела. Отойдя к шкафу, она сдернула ночную рубашку, повесила ее на ширму и чуть ли не за пару мгновений надела свою лесную одежду. (За ширму она прятаться не стала, интересно, почему?.. Наверное, из вредности…) Быстро, армейский унтер-офицер бы порадовался такой скорости!.. Все так же почти бесшумно она подошла к двери, тихо прошипела что-то, кот тут же соскочил с кровати и подбежал к ней. Вдвоем они вышли в коридор, и через минуту послышалось громкое мяуканье. Все ясно, мой спаситель требует, чтобы его немедленно покормили, не то он за себя не ручается!

Клер пошевелилась и сонным голосом спросила:

– Что там за вопли внизу?

– Линкс на кухню пошла, кот за ней увязался. Решил, что ему пора завтракать.

– А-а…

Я ласково погладил ее руку, лежавшую у меня на груди.

– Линкс к тебе ночью не приставала? – Ха, сонная-то она сонная, но бдительность не теряет!..

– Нет. По-моему, она очень устала.

– Хорошо, сделаю вид, что поверила. Только не вздумай надеяться на повторение… такого… Я тебя не отдам никому, помнишь?

– Да, помню…

– Она сидела рядом с тобой и следила, чтобы ты не провалился еще дальше. Ну, так она выразилась.

– А почему Линкс просто не выдернула меня обратно?

– Сказала, что этого делать нельзя, ни в коем случае! Последствия могли быть непредсказуемыми… Мы решили не рисковать. Волновались, конечно…

– И она тоже?..

– Да. А на что ты намекаешь? – Клер насторожилась.

– Ни на что. Просто спросил. Кстати, ты знала о… когда мы с тобой поехали в лес?

– Вот ты о чем… Нет, еще не знала. Но Меняющая Облик мне на это намекнула, когда ездили по магазинам.

– Сколько будут длиться съемки? Это не помешает?

– Месяца два, ничего страшного. Ты ведь меня подстрахуешь, на всякий случай?

– Хм… До сих пор как-то не приходилось охранять беременных…

– Ничего, все когда-то случается в первый раз!.. – Моя леди уже окончательно проснулась. Несмотря ни на что, ее улыбка заставила меня улыбнуться в ответ.

– Давай подыматься тоже, что ли… Сейчас Джонатан проснется, зайдет обязательно… Он из-за тебя очень переживал.

– А что вы ему сказали?

– Линкс сказала, что это последствия вражеского заклинания…

– Я думаю, что так и есть.

– …И тебя нельзя беспокоить, пока сам не очнешься. Так что иди и обрадуй его.

Чувствую себя вроде бы нормально, поэтому одеваюсь и иду сначала в ванную комнату, а потом в комнату Джонатана. Присаживаюсь на край его кровати, и он тут же просыпается, как будто ждал этого момента.

– С добрым утром!

Мальчик прижимается ко мне и обхватывает руками за шею.

– Я боялся, что…

– Все хорошо, ничего страшного не случилось. Такое иногда бывает с Охотниками…

– И что теперь?

– Да ничего. Буду знать, как с этим бороться, чтобы не повторилось. А теперь вставай, завтрак скоро. Слышишь, на кухне уже тарелки звенят?

Ну, это я немного преувеличил, конечно. На самом деле оттуда всего лишь слышался негромкий разговор Сюзан и Линкс, да шипение чего-то на сковороде.

В комнату заглянула Клер:

– Уже проснулся?

– Да, мам!.. Как хорошо, что Крис теперь здоров! Это тетя Линкс помогла?

Мы с Клер переглянулись.

– Конечно, она ведь была рядом, все это время. Можешь ее поблагодарить. Только сначала умойся, пожалуйста!..

Завтрак получился многолюдный, если так можно выразиться. Мне даже пришлось раздвигать стол, чтобы за ним поместились все присутствующие. Хотя, на самом деле, добавилась только Линкс. Но это уже мелочи.

Наблюдая, как наша гостья умело справляется с многочисленными столовыми приборами, соблюдая все правила этикета, я в очередной раз подумал: «Что-то она темнит, наверняка раньше бывала на званых приемах, и не раз!..» Почувствовав мой взгляд, Линкс улыбнулась и чуть ли не демонстративно звякнула ложкой о тарелку. Ну-ну, госпожа Меняющая Облик!.. Меня так просто не обманешь…

Сидя за столом, очень даже хорошо ощущал направленное на меня внимание всех присутствующих дам. Если честно, стало как-то не по себе. Даже Сюзан время от времени сочувственно поглядывала на меня, и порция в тарелке, стоящей передо мной, заметно отличалась от других. Надеюсь, что это у них скоро пройдет, а то целый день такой заботы я просто не выдержу.

– Милый, какие у нас планы на сегодня? – ненавязчиво поинтересовалась Клер.

– У меня пока никаких.

– Тогда мы все тебя просим… Сыграй нам, пожалуйста! А после обеда съездим в синематограф, в театре сегодня выходной.

– Сыграть?.. – Я изобразил некоторую задумчивость. – Хорошо, только дайте немного отдохнуть.

Домработница понимающе улыбнулась. Ну еще бы, если знать, сколько омлета и творожников она мне положила… Теперь до самого вечера есть не захочется, скорее всего. Хотя, любой врач возмутился бы таким обжорством после чуть ли не суточного беспамятства. Но ведь я чувствую себя совершенно здоровым!..

После того, как все покинули гостиную-столовую, мы с Джонатаном вышли из дома – нам обоим захотелось подышать воздухом. Дамы решили, что им нужно поболтать, и ушли куда-то наверх, скорее всего, в кабинет Клер или в спальню. Думаю, что сейчас они будут подбирать наряды для выхода в город. Любой согласится, что платье для театра не подходит для визита в синематограф, это даже не обсуждается. Думаю, что часа два на отдых у меня есть…

– Крис, можно у тебя кое-что спросить? – Странно, мальчик выглядит немного смущенным.

– Спрашивай, конечно. Или ты чего-то боишься?

– Это… Ну, как бы сказать… – Ему явно не хватает слов для описания. – Я что-то вижу возле людей.

– На что оно похоже? Легкий дымок, или туманное облачко?

– Да, можно и так сказать. А откуда ты знаешь?..

– Потому что сам иногда вижу что-то подобное. У кого ты такое заметил?

– У мамы… Когда она на тебя смотрит, это похоже на лучики света… Потом вокруг них начинают летать мелкие искорки. А она сама… Ее облачко начинает светиться ярче.

– Хорошо, а еще что чувствуешь? – Понятно, мальчишка тоже «видящий», но пока этого не понял.

– У Меган и Сюзан эти облачка не такие яркие, и цвета другие. Но тоже хорошие…

– А у меня что?

Джонатан немного помолчал, явно собираясь с духом. Может, все-таки стесняется?

– У тебя… Оно не такое яркое, как у мамы, но… Не знаю, как описать.

– Плотное?

– Да!.. – Он молодец, почувствовал разницу. Просто я обычно избегаю «светиться» в полную силу, незачем выдавать себя.

– И как тебе все это? Давно видишь?

– Не очень… Сначала было страшно. Потом, когда мы с мамой приехали на те съемки… На вокзале… Я уже понял, что могу видеть то, чего другие не замечают. Когда ты нас встретил… От тебя прямо чувствовалось тепло, как от печки. – Джонатан засмеялся. – Мама потом весь вечер ходила задумчивая, ну я ей и напомнил про фигурку медведя.

– А откуда ты узнал?..

– Я же держал фигурку в руках… Очень сильный след. Сразу вспомнил, как только тебя увидел.

– Так ты еще и можешь узнавать прошлое по вещам?

– Нет, пока еще не пробовал. Читал о таком в книгах, но сам боюсь…

– Ничего, потом научишься. Значит, еще не время… А маме об этом не рассказывал?

– Нет. И еще…

– Что?

– Тетя Линкс… Она кто? – Вот тебе на, мальчишка видит то, что я сам смог определить только недавно.

– Почему ты о ней спрашиваешь?

– Я не вижу ее так, как остальных людей.

– А что там? Очень отличается?

– Да. Будто смотрю на тучу, когда гроза приближается. Иногда через нее солнце видно, а иногда в темноте молнии сверкают.

– Ты прямо поэт!..

Джонатан насупился, решая, обидеться или нет.

– Я серьезно говорю… Красиво описываешь, правда! Но ты не бойся Линкс, она ведь нам помогает.

– Не боюсь… Просто вижу, как она «светлеет», когда смотрит на тебя или маму.

– Это очень хорошо… Пока не говори маме об этом, чтобы не волновалась. Потом, когда настанет подходящий момент… Хочешь научиться еще чему-нибудь?

– Да.

– Хорошо, я тебе помогу. Только с одним условием – будешь выполнять все, что нужно, без лишних разговоров. Иногда нужно действовать очень быстро, и на долгие объяснения не хватит времени. Договорились?

– Договорились!

Мы пожали друг другу руки, и тут раздался голос Клер:

– О чем это вы здесь разговариваете?

– Я прошу Криса помочь в одном важном деле, – тут же ответил Джонатан.

– Ну, если у вас тут суровые мужские дела…

– Ничего особенного, нужно будет позаниматься на природе. А дальше он сам будет учиться. – Я попытался уйти от дальнейших расспросов.

– С вами все ясно, – вздохнула жена. – Ты как себя чувствуешь?

– Совершенно нормально. Разве что бегать наперегонки не хочется. Остальное все, как обычно.

– То есть обычно тебе хочется бегать, и побыстрее?

Я чуть было не ляпнул фразу, запомнившуюся со времен суровой подготовки – «Кто медленно бегает, тот быстро умирает!», но вовремя прикусил язык.

– Нет, всего лишь хочу сказать, что сегодня постараюсь не очень утруждаться. Просто на всякий случай…

– Тогда после обеда собирайся, и съездим в синематограф. Джонатан, ты хочешь ехать с нами?

– Мам, меня будут ждать у Дженсенов… Я вчера договорился, хотим из лука пострелять. А то скоро занятия в школе начнутся, некогда будет…

– Ладно, только обещай мне, что будешь осторожен! – Клер ласково провела рукой по голове мальчика и прижала его к себе. – Какой ты у меня самостоятельный…

– Обещаю! И другим баловаться не разрешу.

– Умница! А теперь иди, Сюзан тебе даст пару пирожков, как раз испеклись…

Мальчишка тут же унесся на кухню, только подошвы простучали. Клер подошла ко мне вплотную и обхватила за талию.

– В синематограф поедем втроем, только ничему не удивляйся, хорошо?

– А чему там можно удивляться? Новой фильме?

– Увидишь.

– Где ты оставила Линкс?

– Она сейчас в спальне, выбирает себе подходящий наряд.

– Чем же ей прошлый не нравится?

Клер искренне удивилась:

– Ты разве не понимаешь? В синематограф нужно одеваться по-другому, не так, как в театр.

– А у тебя как с этим?

– Мне проще – платье давно выбрано. Кстати, ты меня еще в нем не видел…

Я нагнулся и прошептал ей на ухо:

– Платье наверняка очень красивое, но ты мне нравишься в любом…

Она не дала мне договорить – чуть отстранилась и прижала губы пальчиком.

– Знаю, знаю… Но лучше расскажи об этом вечером, хорошо? И Линкс хочет послушать твою игру на гитаре, если ты не против.

– Ну, если ты об этом просишь…

– Я только передала тебе ее просьбу.

– Ревнуешь?

– Конечно! – Клер сверкнула глазами, но через мгновение все-таки смягчилась. – Хотя, мы с ней поговорили, пока ты… Долго разговаривали… Обо всем… Она тебя вытащила назад, сюда.

– Я думал, что это кот помог мне вернуться.

– Она ему приказала.

– Ты серьезно??..

– Хочешь верь, хочешь – нет… Все, оставим эту тему!.. Линкс на нашей стороне, и не собирается никому вредить.

– Обещала это тебе?..

– Считай, что так. И почему-то я ей верю. Хотя она не… Ты все понял, да?

– Не совсем.

– Решил притвориться, что плохо соображаешь после своей «спячки»? Можешь не стараться, все равно не получится. – Жена решила показать характер.

– Ну, за нас, так за нас. И для чего мы ей нужны?

– Линкс там скучно, в лесу. Она попросила хотя бы иногда водить ее в театр. Особенно, если на гастроли приедут известные артисты.

– Демон – любитель театра, с ума сойти…

– Извините, что прерываю вашу беседу… – Я чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда буквально в шаге от нас появилась Линкс. – Сюзан просила передать, что через полчаса обед будет готов.

– Спа…сибо.

– Ты что, испугался? – Меняющая Облик усмехнулась.

– Просто не слышал твоих шагов.

– Я не хотела, чтобы меня слышали. Извините, если что-нибудь не так. Привычка…

(Понятно, кошки предпочитают бесшумно подкрадываться к своим жертвам.)

– Мы тут как раз говорили о том, что можем ходить в театр и почаще, чем раз в год. Лишь бы спектакли были хорошими.

– Вы не против, если я время от времени составлю вам компанию?

– Нет, – ответили мы с Клер в один голос, и Линкс улыбнулась.

– Вот и хорошо. Я очень на это надеялась… – Ну да, можно подумать, она ожидала другого ответа.

– Клер, можно у тебя кое-что спросить?.. – Ясно, дамочки снова решили пошептаться о своих тайнах. Они вдвоем снова ушли в дом, а я решил немного прогуляться до сарая и обратно, размяться, так сказать.

Возле бывшей конюшни ко мне подошел Сэм.

– Крис, ты или очень смелый человек, или совершенно безумный!

– Если честно, до сих пор сам не могу разобраться. Скорее всего, ты прав в обоих случаях…

– Смеешься? Ну-ну… Никогда не слышал поговорку «Вендиго в вигваме – к несчастью»?

– Нет. Но она не…

– Хочешь сказать, что это не так?

– Линкс не вендиго. Она много раз могла меня убить, но не сделала этого. Скорее, даже защитила…

– А ты знаешь, почему?

– Могу только догадываться.

– Вот-вот. – Сэм хмыкнул. – Откуда ты знаешь, что у нее на уме?

– До сих пор она не давала повода усомниться в своей искренности.

– Даже в легендах, которые я слышал давным-давно, ни разу не говорилось о добрых демонах. Всегда знакомства с ними заканчивались очень плохо…

– А кто же тогда рассказывал все эти страшилки? Только не говори, что это были те, кто сумел убежать. От нее не спрячешься…

– Хм… Действительно… – Старый индеец задумался. – Но все равно, прошу – будь осторожен!

После разговора с Сэмом я попытался вспомнить детали нескольких бесед с Линкс. Во всех книгах утверждалось, что демоны – великие обманщики, и доверять им нельзя, ни в коем случае! Кстати, и она сама сказала то же самое. Но воспринимать ее как врага мне совершенно не хочется. До сих пор она не сделала мне ничего плохого, скорее даже спасала и заботилась. Интересно, каковы истинные причины ее поступков? Нет, спрашивать не буду, чтобы хороших отношений не испортить. Надо же, прямо хоть статью пиши, на тему «Как подружиться с демоном». Только вот данный случай – скорее исключение, чем правило, в этом я уверен совершенно точно.

Джонатан из всех сил старается не проговориться о том, что видит, и пока это у него вполне получается. Вроде бы и Клер до сих пор ничего не заподозрила…

Когда я вошел в дом, женщины стояли у дверей в гостиную и о чем-то весьма оживленно беседовали. Услышав мои шаги, они обе развернулись в сторону входа, и я с большим трудом удержал челюсть от падения на пол. Вот это да!.. Понятно, что оделись не для визита в театр, и не на званый вечер, но все это как-то… Неожиданно и весьма экстравагантно, скажем так.

Клер сегодня надела юбку длиной до колен, жакет и блузку цвета морской волны. Ботинки, чулки… Да, еще шляпка с модными очками. Вообще-то, все почти как обычно, разве что юбка у нее довольно короткая. А вот Линкс…

В этот раз Хозяйка леса явно решила всех удивить. Хотя, чему тут удивляться? Разве что тому, как она сегодня выглядела. Сначала ее юбка казалась мне длинной, почти до пола, но когда Линкс повернулась – ой!.. Длинной она была сзади и по бокам, а вот спереди… Еще чуть выше – и это стало бы неприличным. Если можно так выразиться, кружева на «лице» юбки располагались заметно выше середины бедер. Сапожки, обтягивающие стройные ноги, заканчивались у колен. Да, чулки тоже были, но их края оказались не намного выше сапог. Белая блузка, корсаж из тонкой кожи со множеством застежек, опять же шляпка, разве что без очков… Ну и как вершина всего – кружевные зонтики от солнца. (Дождя сегодня вроде бы не предвиделось.) Да, вот что интересно: они обе сейчас выглядели примерно лет на двадцать – двадцать пять, не больше. Вот это да!..

Довольные произведенным эффектом, дамы переглянулись и рассмеялись.

– Клер, посмотри, он же сейчас просто упадет!

– Ничего, поднимем, отряхнем и поведем в синематограф. Нам ведь нужен провожатый, не так ли?

– А я почему-то думаю, что вы и без меня справитесь с кем угодно. Милая, ты ведь прихватила парочку небольших игрушек из своей обширной коллекции?

Улыбающаяся Клер пожала плечами, будто отвечая «Ты же сам знаешь, так зачем спрашиваешь?..»

– Кажется, я догадываюсь, где ты их прячешь… Хорошо, не буду выведывать никаких секретов. А, вот уже экипаж подъехал, идем!

Куривший небольшую трубку извозчик поперхнулся дымом и закашлялся, когда увидел нашу милую компанию. Да, эффект мои спутницы производят совершенно убийственный, понимаю и не упрекаю.

Пока ехали, я чувствовал, как вознице хочется повернуться и рассмотреть пассажирок более подробно, но он все-таки сумел сдержаться. Разве что, после того, как высадил нас у здания синематографа, остался стоять на месте, сделав вид, что ждет пассажиров. Ну да, такое не каждый день увидишь. Линкс вообще как будто только что сбежала со сцены столичного варьете. Честное слово, никогда раньше и предположить не мог, что попаду в такую компанию. Самое интересное – что сейчас Клер относится к ее присутствию совершенно спокойно, будто они родные сестры и знакомы чуть ли не с рождения.

Меняющая Облик сегодня решила оправдать свое имя, и выглядела совсем как городская жительница, предпочитающая экстравагантный стиль в одежде показной сдержанности. Клер, с ее голыми коленками, казалась рядом с ней сущей скромницей. Кстати, лесной загар нашей гостьи стал почти не заметен. Да и волосы уложены в модную прическу, когда только успела? Магия, не иначе!..

Моим спутницам явно нравилось быть центром внимания окружающих, в отличие от меня, но куда тут деваться? Пришлось изо всех сил сохранять невозмутимое выражение лица. Ну, иду под руки с двумя красавицами, и что? А вам кто мешает сделать так же, господа? И не зыркайте так, дамы, мы просто решили культурно отдохнуть…

Оказалось, что это была не одна длинная фильма, а несколько связанных между собой довольно коротких юмористических сюжетов. Главный герой в них – маленький человечек в широких штанах, узком костюме, в шляпе-котелке и с тросточкой. Интересно, что в первой части фильмы усы у него росли довольно большие, а в других они почему-то стали маленькими. Впрочем, внешность актера от этого только выиграла. Здоровенные ботинки, надетые не на ту ногу, и походка вразвалочку делали этот образ весьма запоминающимся.

Вдруг я почувствовал, как Линкс взяла мою руку, положила ее на свое бедро и прижала обеими руками. Ой, что это она?.. Через несколько минут то же самое проделала Клер. Все ясно, сговорились!.. Ну и зачем?..

Но мне совершенно не хотелось размышлять на эту тему. Весь зал смеялся над проделками маленького актера, и мы хохотали вместе со всеми. А я чувствовал себя просто замечательно, и совсем забыл, что почти сутки пролежал в постели без движения. Не нужны мне никакие другие миры, мне и здесь хорошо!

Мы вышли из здания синематографа, все еще смеясь и обсуждая запомнившиеся сцены из увиденного на экране.

– Думаю, этот актер станет очень знаменитым, – сказал я.

– Мне тоже так кажется, – согласилась Клер.

– Да, он такой… выразительный… – это уже сказала Линкс.

Толпа вокруг заметно поредела, и мы неторопливо пошли в сторону ближайшего перекрестка. Дежуривших у синематографа извозчиков сразу расхватали те, кто вышел из зрительного зала раньше, ну, а мы не торопились. Вечер только начинался, и сумерки еще не успели полностью пригасить синеву неба.

Мы шли, занимая большую часть тротуара – я в середине, слева Линкс, справа Клер, они обе держали меня за локти. Как ни странно, встречные прохожие не возмущались, а напротив – совершенно искренне улыбались двум девушкам. Получив ответные улыбки, чуть смещались на край тротуара и обходили нашу компанию. И часто после этого я чувствовал на себе взгляды, которыми нас провожали другие пешеходы.

Так, вот и стоянка извозчиков… Правда, никто из них не горел желанием ехать на самый край города, но обещание заплатить по двойной цене подействовало безотказно. Я помог дамам взобраться в экипаж, тент которого был поднят, а сам занял сиденье у облучка.

Клер и Линкс тут же начали что-то тихо обсуждать между собой, хихикая и бросая на меня взгляды, я улыбался им в ответ. Лошадь неторопливо везла пролетку вдоль по улице, извозчик молчал. Надо же, какой спокойный попался, философ, наверное!

Мы уже проехали большую часть пути, и освещенные тусклыми фонарями улицы остались позади. Ну вот, еще минут десять, и будем дома…

Когда извозчик остановил лошадь у перекрестка, пропуская какую-то грохочущую на неровностях дороги телегу, на подножки одновременно вскочили два субъекта с замотанными платками лицами. Прямо кино какое-то!.. Но, судя по всему, револьверы у них в руках были настоящими. Чтоб тебя, пиджак ведь застегнут… И кинжал из рукава вытащить не успею, был бы грабитель один… Что делать, а?!!.. Не могу рисковать Клер, даже случайно…

– Быстро выгребли все ценное, и давайте сюда! Парень, ты что – глухой? И вы, дамочки, шевелитесь!.. Сумочку дай сюда, дура!!!.. А ты держи свою кобылу!!.. – Это уже извозчику.

Я напрягся, готовясь шарахнуть одновременно в две стороны – рукой и ногой, но ничего не успел сделать. Линкс сжала обе ладони вместе, а затем резко развела руки с растопыренными пальцами в стороны. Обоих грабителей как ветром сдуло!.. Без шуток, мне показалось, что каждый из них получил удар здоровенной кувалдой в живот, отчего согнулся пополам, а затем… Они оба просто… улетели в разные стороны, как сухие листья на ветру. Вместе со своими револьверами. Оружие им теперь вряд ли понадобится – раздались странные звуки, как будто на землю с силой бросили свиные туши, причем мне показалось, что был слышен хруст костей. И ударились они не о мостовую, а о стены домов – так далеко отлетели… К счастью, как я успел заметить, на перекрестке в этот момент больше никого не было.

– Что стоишь, поехали! – скомандовала Линкс извозчику, и тот не заставил повторять дважды, хлестнул кобылку кнутом, отчего она буквально рванула с места.

Как только мы заехали за угол, Меняющая Облик провела рукой сверху вниз, и я почувствовал, как успокаиваются лошадь и ее хозяин. Вот и хорошо… Только мне почему-то кажется, что все не так просто. Скорее всего, происшедшее будет стерто у них из памяти. Ох, с кем мы связались!..

Остаток пути ехали молча. Клер явно не ожидала ничего подобного, и такая выразительная демонстрация силы ее заметно испугала. Ну да, милая, я ведь тебя предупреждал… Линкс почувствовала ее состояние, что-то тихо сказала и легонько пожала ей руку, после чего Клер несмело улыбнулась и кивнула, соглашаясь. Вот и хорошо…

Извозчик остановил экипаж у подъездной дорожки, и я помог дамам спуститься. На прощание Линкс махнула рукой, и лошадь тут же потянула коляску вдоль по улице.

– Ты что-то сделала сейчас, да?

– Почувствовал? Всего лишь убрала у него из памяти воспоминания об этом происшествии. Теперь он будет уверен, что спокойно довез пассажиров и высадил их за две улицы отсюда.

– Вот как…

– А ты что, против?

– Вообще-то, нет… Зачем нам лишние вопросы, правда, милая?

Клер молча кивнула. Интересно, она теперь весь вечер будет такой неразговорчивой?

Линкс вместе с Клер поднялись наверх, а уже через пять минут мы втроем пошли к далеким зарослям кустов. Меняющая Облик сказала, что ей пора возвращаться, и она поужинает дома, в лесу. Ладно, если так…

Рядом с кустами она обняла Клер и поцеловала ее в щеку, что-то шепнув на ухо, меня обнимать не стала, просто улыбнулась и кивнула на прощание. Не оборачиваясь, прошла в узкий проход, звук удаляющихся шагов стих, и тут же налетел порыв ветра. Все…

Клер прижалась ко мне, я обнял ее за плечи.

– Что она тебе сказала?

– «Все будет хорошо!..»

– Пойдем в дом. Что-то мне уже есть захотелось, а тебе?

– Мне тоже. Сюзан уже закончила готовить, сейчас только Джонатана позовем…

Но звать никого не пришлось – Меган и Джонатан уже заняли свои места за столом, разве что не начинали есть, дожидаясь нас.

– Все в сборе? Наконец-то!.. Кстати, как нашей гостье понравился синематограф? Миссис Джонсон утром занималась своими делами, поэтому мы не виделись. Хотя, я пока еще не знаю, может быть, она успела пообщаться с Меняющей Облик? Интересно, что она смогла заметить?.. Поговорю с ней об этом вечером, а сейчас… Очень уж есть хочется!

– Ей очень понравилось, хочет еще что-нибудь посмотреть.

– Если привезут новую фильму – то я бы и сама пошла, с удовольствием.

Во время ужина Меган поглядывала то на меня, то на Клер, но ни о чем больше не спрашивала. Наверное, потом невзначай заведет разговор…

Встав из-за стола, все дружно поблагодарили Сюзан и разошлись по комнатам. Я немного задержался, чтобы выпить еще стакан компота, а когда шел по коридору, мимоходом посмотрел на висящий телефон. Как будто почувствовав мой взгляд, блестящий черный ящик разразился громким звонком.

– Слушаю, Смит!

– Добрый вечер! Это секретарь мистера Мак-Кинли.

– Добрый!.. Да, я узнал.

– Босс просил вас прибыть к нему завтра, в одиннадцать утра.

– Вы не в курсе, зачем я ему понадобился?

– Только между нами, хорошо?..

– Да, конечно!

– Сначала ему принесли конверт из лаборатории, а еще через час пришел какой-то незнакомый тип… По внешнему виду – из «топтунов», но не из нашей Конторы. После его ухода босс долго сидел в кабинете, потом приказал мне вызвать вас на завтра, и ушел.

– Злой?

– Нет, скорее… Озадаченный, наверное.

– Ясно. Буду завтра, в указанное время.

В трубке запиликали гудки отбоя. Я повесил ее на место и задумался. Что такое могло произойти? Есть у меня смутное подозрение, что за нами могли наблюдать, причем весьма квалифицированно – за весь день я ни разу не ощутил этих преследователей рядом с собой. Да, нашу компанию разглядывали, но почти все внимание привлекали к себе дамы. Еще бы, в таких нарядах… И очень красивые… Или?.. Или у наблюдателей были амулеты, что-то вроде «шапки-невидимки». Вот уж чего не заметишь, пока вплотную не натолкнешься… Нет, эти амулеты не скрывают человека полностью, но позволяют стать почти незаметным, серой мышью на сером фоне, если можно так выразиться.

Задумавшись, я пошел в кабинет. Буквально на пороге меня перехватила Клер, обняв и прижавшись.

– Что, милая?

– Это ты мне скажи, «что»… Звонили из Конторы?

– Да, завтра в одиннадцать, прибыть к шефу в кабинет. На расправу…

– Ну, неужели все так страшно?

– А кто знает… Мало ли что еще могли обнаружить. Даже загадывать не хочу.

– И не нужно! А что будешь делать потом?

– Говорю же, не хочу гадать. Может быть, еще задание появилось, придется ехать куда-нибудь. Секретарь точно ничего не сказал.

– Ясно… Пойдем, – она за руку повлекла меня в кабинет, где усадила в кресло, а сама уселась прямо на столе, покачивая ножкой.

Примерно минуту мы смотрели друг на друга и молчали, но потом не выдержали и рассмеялись. Тут же в двери показалось лицо Джонатана, несмело заглянувшего в кабинет.

– Заходи, – махнул я ему рукой.

Мальчик подошел к столу и замер в нерешительности. Клер притянула его к себе, и он уткнулся головой в ее плечо.

– Милый, мне нужно чаще заниматься с тобой…

– Мама, я ведь уже не маленький!.. – однако отстраняться не стал. – Уроки мне помогает делать миссис Джонсон, но только если я сам не могу справиться.

– …А это случается очень редко, я знаю, – улыбнулась Клер. – Но я не об этом… Джонатан, скоро у тебя будет маленький братик, или сестренка. Ты рад?

Мальчик посмотрел на Клер, потом на меня и кивнул.

– Так что тебе будет с кем играть. Конечно, года через три…

– Да, пусть сначала подрастет, – согласился Джонатан. – И у меня осталось много игрушек, отдам…

Когда Джонатан вышел из кабинета, я встал, подошел к Клер и обнял ее. Прижавшись, она тихо зашептала мне в ухо:

– Ты такой…

– Какой?…

– Разный… На первый взгляд – обычный служака, неуклюжий и грубоватый… Затем вдруг выясняется, что гоняешься за особо опасными монстрами в одиночку… А потом… Когда я узнала тебя поближе… Оказывается, ты такой милый!..

Я посмотрел – она улыбалась. Чтобы подтвердить репутацию милого парня, пришлось ее поцеловать… И еще раз… И еще… Мы целовались, как будто не видели друг друга больше года, и нам нужно было вспомнить, как это делается. А потом просто стояли, обнявшись, и молчали…

Глава четвертая

В этот раз дежурный на входе сидел и бдил, не отвлекаясь на чтение детективов. Наверное, он теперь читал их только по ночам, когда входные двери надежно заперты. Что поделаешь, теперь в Конторе к охране будут относиться гораздо внимательнее. Жизнь заставила…

Кивнув парню, державшему правую руку под лежащей на столе газетой (судя по очертаниям, там лежало оружие, скорее всего – револьвер), я пошел к лестнице на второй этаж. Открыв дверь в приемную, я увидел секретаря, который сразу же молча показал мне рукой – «Входите!..» Интересно, интересно… Меня что, ждали? Неужели у босса нет никаких дел? Сейчас мы это и выясним…

– Доброе утро, мистер Мак-Кинли!

– Доброе утро, мистер Смит… Или можно по-вашему, «Кузнетцофф»?

– Как вам будет проще. – Что это с начальником? Похоже, он сегодня не в настроении.

– Впрочем, это неважно. Помните, вы отдавали в проявку отснятую пленку?

– Да, я фотографировал тела преступников. Разве что в штольне было довольно темно, а вытащить их наружу не представлялось возможным – там проход очень узкий, камнями завалило.

– Нет, снимки получились очень даже различимыми, хотя с художественной точки зрения ценности не представляют. По фотографиям опознали двух рецидивистов, участников нескольких ограблений банков. На их счету также убийства полицейских. Ликвидировавшему полагается награда… – Тут босс замолчал, испытующе глядя на меня.

– Передайте эти деньги семьям наших погибших работников. Тем более, что я всего лишь сделал пару фотографий.

– Я почему-то так и подумал… И еще… – Сегодня день самодеятельного театра, что ли? Сплошные драматические паузы в разговоре, непонятные намеки…

– Скажите, а зачем вы сделали вот эти снимки?

Мистер Мак-Кинли придвинул ко мне лежащий на столе конверт из желтоватой бумаги. Я открыл его, вынул пару отпечатков, пригляделся… Вот оно что…

– А, это был просто эксперимент, хотел узнать, что получится в результате.

– Ну и что скажете?

А что тут говорить? На снимке была Клер, стоящая на фоне ели. Только и всего. Ага, разве что я делал эту фотографию на фоне вигвама, и в тот момент рядом с Клер стояла Меняющая Облик. Значит, она и так умеет…

– Пока ничего. Жена тут хорошо получилась. Можно, я возьму эти снимки на память? Она недавно о них спрашивала.

– Пока ничего, говорите… Ладно, продолжим. Что вы делали вчера вечером?

– Ходил с женой в синематограф. Там новые комедии показывали…

– С вами был кто-то еще?

Вот оно что… Ну ладно, приоткрываем карты, но не все сразу.

– Еще была наша знакомая. Она редко приезжает в город, попросила составить ей компанию. Вот мы и пошли, все вместе.

– Что вы можете сказать о ней?

– А что конкретно вас интересует?

– Кто такая, где живет…

– Мистер Мак-Кинли, это допрос? – Как он вскинулся!..

– Пока еще нет.

– Тогда прошу вас, скажите, что конкретно вы хотите узнать. Но хочу сразу же предупредить – я не сошел с ума, и то, что вчера могли видеть ваши люди – происходило на самом деле.

Мой ответ, как показалось, не стал для босса неожиданностью.

– Мне хотелось бы знать о ней как можно больше.

– То есть показания людей, которые за нами следили, и сделанные ими снимки вас очень сильно озадачили? Возможно, даже поставили в тупик?

Мистер Мак-Кинли чуть заметно вздрогнул – значит, я угадал!

– Расскажите о том, что произошло, когда вы возвращались домой из синематографа.

– На подножки нашего экипажа одновременно с двух сторон вскочили бандиты, и потребовали отдать им деньги и ценные вещи…

– И что было дальше?

– Наша гостья их… Скажем так – нейтрализовала.

– Вот оно что… Каким образом?

– Своей магией. Такое объяснение вас устроит?

– Надо же… Когда мне доложили о случившемся, я не сразу понял, про что вообще речь. По всем признакам, смерть грабителей наступила от падения с большой высоты. Но они же не упали с крыши?..

– А следившие за нами этого разве не видели?

– Нет, они были слишком далеко. Разве что успели зачистить место происшествия, чтобы не привлекать внимания полиции. Ребята многое видели, но такого…

– Я так понимаю, что фотографии этой женщины у них тоже не получились?

Босс усмехнулся, признавая мою правоту.

– Совершенно верно. А теперь скажите мне, кто она все-таки такая? Колдунья, ведьма?.. Есть ли у нее амулеты, обеспечивающие невидимость?

– Ничего из перечисленного. Она… как бы это сказать… – Я замолчал, раздумывая, не хватит ли босса удар от того, что он сейчас услышит. – Это у нее в лесу я скрывался от погони.

– Вы сказали «У нее в лесу». Это частные владения?

– Нет. Просто она и есть Хозяйка Леса.

– Такую сказку я слышал еще в детстве. Ну, а если серьезно?

– Никаких шуток. Она вполне реальна, и вчерашние грабители в этом убедились. Только вот сфотографировать ее нельзя.

– Она всегда ведет себя столь… решительно?

– По ее словам, каждый получает от нее то, с чем пришел сам. Помните, я спрашивал у вас – отправляли за мной кого-нибудь в лес, или нет?

– Помню. Нет, могу повторить еще раз: никого из сотрудников нашей Конторы я туда не посылал. Из других отделений – тоже. В городе следопытов не оказалось, из других мест они просто не успели бы доехать.

– Значит, все-таки планировали…

– Не сразу, – признался босс. – В любом случае, я бы не стал с этим торопиться.

– И хорошо. Потому что те, кто сумел пройти в ее лес вслед за мной, там и остались. Я думаю, что они шли туда не угощать меня конфетами или выпивкой. Вот и получили… то же самое.

– Вы думаете, это она их?..

– Да. Только уточнять я не стал. Не хотелось ее огорчать.

– Неужели она такая впечатлительная?

– Просто это не доставило бы ей удовольствия.

– Вы так заботитесь о ее чувствах?

– Она вытащила меня из воды, помогла найти обратную дорогу… Мы друзья. По крайней мере, я очень на это надеюсь. – В этот момент я чуть было не вздрогнул, когда кожаный браслет вдруг потеплел и чуть заметно сжал мое запястье. Ясно, Линкс подслушивает… Ну вот что с ней поделаешь?

– И все-таки, кто она?

– Ну, если вы так настаиваете… Она – не человек.

– Что?!.. А кто или что она тогда? Привидение?

Браслет мелко-мелко задрожал – Линкс явно смеялась.

– Нет. Демон. Для привидения она слишком… материальна.

Мистер Мак-Кинли аж подскочил в своем кресле, не смог усидеть и резким движением встал из-за стола. Подойдя к окну, раскурил здоровенную сигару и скрыл хорошо заметное смятение с помощью клубов сизого дыма. Несколько минут он молчал, затем спросил:

– Это что, такая изощренная шутка?

– Нет. Все происходило на самом деле.

– На этот случай у нас нет никаких инструкций, – признался босс. – Вы уверены, что она не принесет нам проблем?

Браслет чуть заметно сжался, и от него по руке пошла волна тепла. Намек понятен…

– Не думаю. Скорее, она заинтересована в сохранении спокойствия и не желает никаких перемен. – Браслет тут же подтвердил мои слова, опять несильно сжавшись.

– Вот значит как… Вы меня поразили, если честно. Привести в город демона из леса… Это либо абсолютная уверенность в своей правоте, либо полное безрассудство!

– Одно другому не мешает, – пробурчал я себе под нос, но начальник все услышал.

– А ваша жена как ко всему этому относится?

– Они вместе ходили по магазинам, наряды подбирали. Значит, Клер… Миссис Смит смогла найти общий язык с нашей гостьей.

– Когда они познакомились?

– В лесу. Вот тогда-то я и попробовал сделать несколько снимков, для проверки.

– Почему вы ни разу не упомянули о ней в своих отчетах раньше?

– Вы бы мне поверили? В лучшем случае, покрутили бы пальцем у виска и отстранили от работы… Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, как говорится.

– И не было мысли о том, что привозить демона в большой город может быть опасно?

– Хозяйка леса не желает никому зла. Она всего лишь защищает себя и тех, кто рядом.

– У вас с ней какой-то договор, что ли? – тут же заинтересовался босс. – И как вы его заключали?

– Ничего подобного тому, что часто описывают в книгах, не было. Ни листа пергамента, ни подписи кровью… Мы просто смогли найти общий язык.

Браслет мелко задрожал – Линкс явно хихикала. Я попробовал было мысленно передать ей, что подслушивать нехорошо, но она не унималась.

Мистер Мак-Кинли наконец докурил свою сигару и уселся за стол. С минуту он молчал, затем повернулся и вытащил из стола знакомые бокалы и бутылку бренди.

– Сопьюсь я тут с вами вконец… От таких новостей…

Начальник изо всех сил старался выглядеть спокойным, но горлышко бутылки все равно несколько раз звякнуло о край бокала. Налив в каждую посудину примерно треть, он придвинул один из бокалов ко мне.

– Выпивка с утра – шаг в неизвестность, – попытался я разрядить обстановку.

– С начальством – можно, – парировал босс.

Отсалютовав бокалами, мы выпили. Я видел, что Мак-Кинли хочет о чем-то спросить, но не решается. Ладно…

– Наверное, вы хотите спросить – могу ли я устроить вам встречу?

– Да, только не уверен, что это хорошая идея… – Надо же, он опасается…

– Наверное, это возможно, только на какой-нибудь нейтральной территории, если так можно выразиться, и под ваши гарантии.

– В смысле?

– Гарантии того, что вы не будете пытаться ее как-то задержать или использовать в своих целях.

Браслет снова чуть потеплел и ласково сжал мне руку – Линкс явно понравились мои слова.

– Хорошо, я гарантирую ей неприкосновенность…

– И когда бы вам хотелось с ней встретиться?

– В любое разумное время, в подходящем месте. Разве что не ночью, посередине кладбища…

– Если она появится, я передам ей ваши слова. Конечно, гарантировать ничего не могу.

– Да, это понятно… Когда вы въезжали в нашу страну, вы давали подписку?

Я сразу понял, что он имеет в виду.

– Два раза. Первый – как и все, в посольстве, при оформлении визы. И второй – уже в Конторе. «…Обязуюсь не вести деятельности, направленной на причинение вреда гражданам страны, учреждениям и организациям, или безопасности государства в целом…», и все такое прочее. Надеюсь, до сих пор я не давал повода для подозрений? Да и какие государственные секреты можно выведать, сидя дома или в глухом лесу? Даже рецепт домашних конфет до сих пор не узнал…

Босс усмехнулся, затем снова стал серьезным.

– Те двое грабителей, что вчера совершенно случайно «упали с крыши» – совсем не обычные уголовники. Когда их проверили по отпечаткам пальцев, вдруг выяснилось, что они наследили в нескольких местах. Это наемные убийцы, и с чего вдруг им вздумалось заниматься грабежом?..

– Может, у них просто деньги закончились? – предположил я.

– Смеетесь? Хотя, не исключено… Только вот в карманах у них было несколько сотен «президентов».

– Ого! Им что, заплатили?..

– Мы пока этого не знаем. И еще… Совершенно точно, что они причастны к смерти двух полицейских – пули были выпущены из их револьверов. Так что… Ваша подруга оказала помощь правосудию, пусть и не совсем обычным способом. Только вот откуда она могла узнать?..

– А это очень важно? Пусть у нее будут свои секреты. Все равно, наши способности несравнимы… Но Хозяйка ничего не делает просто так, уж будьте уверены! И если бандиты оказались размазанными по стенам – значит, они это заслужили… Но она никого не убивает просто ради удовольствия, вот что я хочу сказать. В архиве почти нет дел о пропажах людей в том районе. Дети вообще никогда не терялись. Хотя, вы же знаете, где они только не лазят… Немногие зафиксированные случаи – это браконьеры или бандиты, скрывавшиеся от преследования. Что интересно – больше их нигде не видели. Никто и никогда…

– Крис, вы меня убедили… Почти… – Надо же, назвал по имени, а это редкий случай. – Рад, что мы наконец-то смогли прояснить недосказанное вами раньше. Теперь я согласен, что эти сведения действительно лучше было оставить вне отчетов, так сказать.

Мистер Мак-Кинли налил еще раз, и мы выпили. Без закуски, но что уж тут привередничать.

– Как вы думаете, она могла бы помогать не только вам? – Вот оно что…

– Об этом лучше разговаривать с ней лично, без посредников. – Браслет одобрительно сжал мне руку. – Вы хотите, чтобы она время от времени оказывала нам консультации, в особо трудных делах?

– Да, именно так.

– Не знаю, пусть Хозяйка сама решает. Наверное, это будет первый случай в мировой истории – демон-эксперт!..

Мы с боссом засмеялись, и Линкс тоже – я почувствовал ее смех по слабой вибрации браслета.

– Само собой, об этом будем знать только мы трое.

– Согласен! – босс даже не раздумывал

– Но заранее обещать ничего не буду. Понимаете, не хочу ее лишний раз тревожить… – Тут же от браслета вверх по руке прошла едва ощутимая теплая волна. Думаю, так Линкс дала понять, что ценит мою заботу.

– В любое время, только предупредите хотя бы за час, или два. И еще, помните наш разговор, после вашего возвращения… И всех недавних событий… Вы еще сказали, что хорошо бы узнать, кто первым вбежал в здание?

– Что-то такое припоминаю, да.

– Так вот… Оба полицейских, которые первыми оказались на месте преступления, сейчас мертвы.

– Как?!..

– А вот так… Одного зарезал уличный грабитель, прямо на улице. Правда, полицейский был без формы… Буквально в нескольких шагах от ювелирного магазина, из которого он вышел.

– Интересно-интересно… Он делал заказ, или забрал покупку?

– Приказчик сказал, что посетитель приценивался к весьма дорогим комплектам из колье и сережек. Обещал зайти через несколько дней. Теперь, конечно, уже не придет…

– А второй? – Ребята, устранившие своего подкупленного копа, вряд ли будут повторяться, чтобы не вызвать слишком много вопросов.

– Второй… Его сбил извозчик, на перекрестке. А потом скрылся с места происшествия… Испугался, наверное.

Я громко хмыкнул. Ага, «испугался», как же! Не удивлюсь, если этот извозчик и уличный грабитель – одно и то же лицо. Или…

– Знаете, может быть, стоит проверить на причастность к этим происшествиям наших вчерашних бандитов?

– Вы так думаете? Хорошо, я позвоню знакомому в полицейское управление. Копы очень не любят, когда режут кого-то из них.

– Вполне вероятно, что это заинтересует следователей. А через несколько дней выясним, что сыщики накопают. Вдруг что и по нашей части найдется…

На улице я тихонько потер место, где под одеждой скрывался браслет, и тихо сказал: «Вообще-то, подслушивать нехорошо!..» Тут же почувствовалось тепло, и возникло ощущение, что кто-то взял меня под руку и повел вдоль по улице. Причем это совершенно точно была женщина… Но вблизи никого не оказалось, так что мне оставалось только идти туда, куда меня влекла невидимая спутница.

– Линкс, это ты?

Послышался тихий смех, и мою руку сжали еще сильнее. Вот любят некоторые демоны пошутить, хлебом не корми!..

У стоянки извозчиков невидимка выпустила мою руку, чмокнула в щеку и была такова. Я машинально провел по щеке рукой и затем посмотрел на пальцы – вдруг там обнаружатся следы от помады. Объясняй потом жене, что это всего лишь очередная шутка Линкс…

Раздумав ехать домой, я пошел дальше по улице. Повернул за угол, прошел еще немного и увидел знакомую вывеску. Зайти, что ли? Толкнув тяжелую дверь, я вошел внутрь. На мое счастье, других покупателей не оказалось.

– День добрый! – приветствовал меня хозяин магазинчика. – Уже израсходовали все заготовки? Быстро!.. Кстати, тут знакомые прислали новых выкроек, не желаете ли взглянуть? – Моня внимательно посмотрел мне в глаза. Ага, понятно…

– Отчего же? Давайте, посмотрю, вдруг что интересное попадется!

– Тогда проходите вот сюда, здесь клиенты мешать не будут.

Он провел меня по небольшому коридорчику в помещение, которое можно было назвать кухней. Вот только размеры подкачали – буквально два на два шага.

– Я тут себе кофе варю, – сообщил хозяин. – Присаживайтесь на табуреточку, и любуйтесь. – Он протянул мне запечатанный конверт без каких-либо надписей, а сам вернулся в магазин.

Бумага оказалась весьма прочной, и мне пришлось воспользоваться складным ножом, чтобы вскрыть конверт. Хм, а письмо-то не простое… Чистый лист, но как только я прижал к нижнему углу большой палец правой руки, на бумаге сразу появились буквы сообщения:

«Мастеру.

Ждем от вас сообщений. Удалось ли найти общий язык с руководством местного отделения Конторы? Что у вас случилось, почему был объявлен и тут же отменен розыск? Угрожает ли это вашему нынешнему положению? Как вам удалось скрыться от преследования?

Избегайте проявлять ненужную инициативу, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Помните, вам запрещено заниматься разведывательной деятельностью. Вас отправили сюда для того, чтобы вывести из-под удара, а не устраивать представления.

По недавно полученным данным, некоторые враждебные нам силы планировали любой ценой заполучить известную вам особу на свою сторону. Почему она так важна для них, установить пока не удалось. Время от времени встречалось упоминание о «Темном пророчестве», но что это такое – нам до сих пор точно неизвестно.

Информируйте о любых изменениях в своем статусе.

Желаю удачи.

Лодочник»

Вложив лист в конверт, я положил письмо в пепельницу. Кончиком пальца вывел на конверте руну Огня, и тут же вспыхнуло белое пламя. Через несколько секунд в пепельнице осталась только кучка почти невесомого серого пепла, которую я перемешал и высыпал в мусорное ведро. Благодаря хорошей вытяжке запаха гари в кухоньке не чувствовалось, вот и хорошо.

Мда, получил выговор от начальства… Впрочем, вполне заслуженный… Хотя, если подумать – ничего непоправимого не случилось. А вот недоброжелателям пришлось срочно избавляться от соучастников, ставших ненужными свидетелями, к тому же теперь они лишились пары исполнителей. Разумеется, все это – лишь мои предположения. Зато мы сумели подружиться с Линкс… И она уже несколько раз спасала меня. Упоминать ее в своем отчете, или не нужно? Наверное, обозначу ее как «местную жительницу» – это ведь полностью соответствует истине, не так ли?..

– Уже прочитали?

– Да, и хотел бы написать ответ. Вы не поможете мне с бумагой и прочими принадлежностями?

– Для вас – все, что угодно, в пределах разумного! – Улыбаясь, хозяин вытащил из-под прилавка письменный прибор, несколько листов бумаги и конверт. – Там, на кухне, возле стены лежит широкая дощечка, можете использовать ее.

Пристроившись у столика, я положил листы бумаги на доску и задумался. Что писать-то? Ладно, буду краток, а в подробностях можно и потом расписать. Если потребуют, конечно…

«Лодочнику

Имела место попытка дискредитации как меня лично, так и здешнего отделения Конторы в целом. Благодаря помощи местной жительницы удалось избежать ареста (весьма вероятна была ликвидация прямо на месте подстроенного преступления). Мне удалось покинуть город и переждать несколько дней в глухом лесу. По возвращении оказалось, что все обвинения сняты. Как оказалось, начальник здешнего отделения Конторы, которому я предоставил для изучения записывающий изображения артефакт, в тот момент проверял его, скрытно установив в холле здания. Благодаря этому удалось быстро доказать мою невиновность. В дальнейшем выяснилось, что человек, давший свидетельские показания о том, что я входил в здание с оружием в руках, был убит возле бара через несколько дней после происшествия. Также вскоре погибли два полицейских, первыми вошедшие в здание, которые (предположительно) должны были найти меня «на месте преступления с оружием в руках», и (опять же предположительно) устранить. По моему следу в лес проникла группа неустановленных лиц. Начальник отделения утверждает, что никого не посылал, и ничего об этом не знает, я ему верю. Насколько мне известно, упомянутая группа из леса не вернулась, встречи с ними удалось избежать.

В настоящее время я возвращен к исполнению служебных обязанностей, без каких-либо ограничений. К миссис С. никто не приближался, новых знакомых не замечено. Ее знакомый в Управлении железных дорог временно (возможно, уже и постоянно) заменен другим чиновником. Весьма вероятно, что этот персонаж может представлять некоторый интерес для Конторы (есть подозрение – использует магию, причем, не соблюдая никаких законов и правил, но требуется провести дополнительное расследование).

Мастер»

Закончив писать, я немного подождал, чтобы высохли чернила, и пальцем начертил на листе сначала диагональную полосу, затем руну «Ночь». Вложив исписанный лист меж двух других, я всунул письмо в конверт и запечатал его. Подписывать не стал, только внизу, в уголке на обороте конверта нарисовал маленькую букву «N», вписанную в круг. Это означает, что письмо можно вскрывать только в темноте. Если вынуть листок при любом свете, то письмо тут же воспламенится и мгновенно сгорит. Мера предосторожности, сами понимаете…

Когда я вышел из кухоньки в помещение магазина, Моня что-то собирал в бумажный пакет.

– Что, уже готово?

– Да, написал вкратце о том, что случилось. Если понадобится, могу дополнить. Но не сейчас…

– Сегодня же отправлю. Как раз собирался выслать несколько образцов галантереи нашим общим знакомым. Дня через три-четыре получат, я надеюсь.

– Ясно, а теперь мне пора уходить.

– Вот, с вас пять «президентов», – Моня протянул мне сверток, оказавшийся довольно увесистым. – Это чтобы не было скучно, пока ждете ответа.

– Благодарю!

Расплатившись, я попрощался с хозяином и вышел на улицу. Извозчиков поблизости не было видно, значит, придется идти до угла, там недалеко есть место, где они ждут пассажиров.

В учреждениях явно начался обеденный перерыв – на улице как-то вдруг стало очень людно. Хорошо одетые мужчины разных возрастов, мальчишки-посыльные с плетеными корзинками, смеющиеся молодые женщины, идущие небольшими группами по три-четыре… Насколько я знаю, это будет длиться час-полтора, а когда перерыв закончится, улицы снова опустеют до вечера. Ближе к ночи в городе начнется совсем другая жизнь, но исследовать ее, так сказать, «изнутри» у меня пока не было ни желания, ни необходимости. Для этого и в полиции, и у Конторы есть специально обученные люди. Меня позовут, если сами не смогут справиться. Или не захотят влезать во что-то непонятное…

На углу двух улиц мне удалось перехватить свободного извозчика, и уже через полчаса я был у дома. Вот всегда бы так! И лошадь резвая, и экипаж не слишком потрепанный (колеса не скрипели), и дороги свободны. Но что-то мне подсказывает, что через некоторое время передвигаться по улицам будет быстрее пешком. Надо поинтересоваться – планируют ли городские власти развивать общественный транспорт? Может, стоит вложить в это дело немного денег? Вечером посоветуюсь с Клер, может быть, у нее знакомые есть, которые занимаются этим бизнесом…

Не успел я войти, как с кухни раздался голос Сюзан – она сообщала, что ужин готов. Интересно, что-то сегодня рано решили за стол сесть, почему?

– Дорогой, переодевайся и спускайся в столовую, мы будем тебя ждать! – Клер решительно пресекла мою робкую попытку распаковать принесенное из магазина. – Успеешь еще повозиться, никуда твои заготовки не денутся!

Как ни странно, в столовой я оказался первым. Домработница посмотрела в мою сторону и еле заметно улыбнулась. Я кивнул ей и двинулся к столу, но тут же замер, не сделав и пары шагов – что-то еле заметное вдруг проявилось в облике Сюзан. Странно, почему раньше этого не заметил?..

– Сюзан, могу я вас спросить о чем-то личном?

– Конечно… – Такое впечатление, что она совершенно не удивлена и давно ждала этого разговора.

– Мне показалось, что вы совершенно не опасаетесь Линкс. Почему?

– Она никогда не причиняла зла никому из нашей семьи.

(Вот это номер!..)

– И как давно…

– Она освободила мою прабабку из зачарованного капкана.

– Не понял, простите…

– Моя прабабка была оборотнем.

Так вот в чем дело… Но ведь Хозяйка говорила, что не любит оборотней и рада, что я избавил ее лес от них? Не понимаю…

– Пытаетесь угадать, каким?

– Да… Не волк, не рысь, вряд ли медведь…

– Лисица.

Я посмотрел на ее темные, черные как вороново крыло волосы и против воли улыбнулся.

– Да, «чернобурка». Вы удивлены?

– Вот как-то не ожидал… – Нет, правда. И ведь никак не определилось, хотя я в первые дни знакомства проверял все и всех в доме очень внимательно.

– Я тоже могу превращаться, но не часто. И полнолуние на меня никак не действует. Так что угрозы для вас, миссис и ее сына никакой нет.

– А кто еще знает об этом?

– Мой муж.

– Он тоже…?

– Нет, он просто умеет разговаривать с духами. А я ему помогаю…

– Вы с ним из-за этого уехали так далеко от прежних мест?

– Не так уж и далеко, если честно. Сейчас везде понастроили железных дорог, и путешествовать стало намного проще.

– Какие способности у вас сохраняются… от зверя?

– Обоняние. Помогает вести хозяйство – например, очень хорошо можно определять, свежие продукты, или нет. Пряности в блюда добавлять, сколько требуется… Все, сюда идет миссис, садитесь за стол!..

Ужинали в тишине – Сюзан постаралась на славу, и на застольные разговоры никто отвлекаться не хотел. А я все пытался разобраться в услышанном от домработницы. Она ведь знает, в чем заключается моя служба в Конторе – и, тем не менее, совершенно меня не опасается. Почему? Уверена в том, что я ее не трону? А повода для этого «лиса» не даст, совершенно точно. Получается, что теперь она вообще находится чуть ли не под моей защитой? Вот это да!..

После ужина я долго возился у себя в кабинете – чистил револьвер и маленький «Дерринджер». Не то, чтобы они были закопченными, стрелял-то я уже давно… Просто хотелось заняться полезным делом.

– А что это ты делаешь? – заглянул в дверь Джонатан.

– Оружие чищу. Знаешь, как это делается?

– Нет, сам никогда не чистил, мама не разрешала. Говорила, что я могу сломать что-нибудь мелкое.

– Иди сюда, теперь уже можно. Вот, смотри: после стрельбы нагар образуется где?

– В стволе!..

– Правильно, еще вот здесь… И здесь. Его-то и приходится убирать.

– А сейчас зачем вот эта деталь снята?

– Хотел внутрь заглянуть. Здесь климат довольно сырой, и приходится внимательно следить, чтобы на металле не появилась ржавчина. Смотри сам – видишь, сколько разных деталек? А если вдруг сломается вот эта пружина, например, то револьвер стрелять не будет.

– У нас внизу есть ружья и револьверы, но их давно никто не проверял… – вдруг озаботился Джонатан.

– Что, есть желание поработать?

– Да, только я хочу все делать сам!

– Ну, пойдем к маме, спросим, что она думает по этому поводу.

Как ни странно, Клер сразу же одобрила чистку оружия, только сказала «Будьте внимательны!», чем ее наставления и закончились. И вообще, она как будто думала о чем-то своем и была готова согласиться с чем угодно, лишь бы от нее поскорее отстали.

Джонатан оказался прав – ружья и револьверы в шкафу хотя и не успели покрыться паутиной, но смазку давно пора было обновить. Чем он и занялся под моим чутким (надеюсь) руководством.

– Кстати, можно патроны, которые лежат в шкафу, отстрелять в тире, а взамен положить новые. Заодно и проверим, будут ли осечки. Поедешь с нами? – спросил я мальчика.

– Обязательно!.. Мама уже говорила, что не против. Лишь бы дождя или холода не было…

Да, погода явно давала понять, что лето уже заканчивается – почти каждый день на небе появлялись густые облака. Но затяжных дождей еще не случалось, поэтому в ближайшую неделю-две еще можно было рассчитывать на сухие выходные. Ясно, тогда не будем особенно затягивать с выездом на стрельбище.

Закончив оказавшуюся весьма продолжительной чистку, мы с Джонатаном отнесли ружья и револьверы на их постоянное место, в шкаф на первом этаже.

– Ого, как поздно уже! Иди мой руки, тебе уже скоро спать пора.

Подошедшая Клер беглым взглядом окинула результаты наших трудов и спросила:

– Как у него получается?

– Хорошо, все делает, как нужно. Мы договорились, что съездим на стрельбище, отстреляем патроны, которые лежат здесь в шкафу. А на их место положим новые.

– Это ты хорошо придумал. Я ведь и забыла, что время от времени запас нужно обновлять.

Я заметил, что она время от времени чуть морщит свой носик.

– Что, запах оружейной смазки неприятен? Вроде та же самая, что и раньше…

– Нет, все в порядке… Неважно. Пойду проверю, что там Джонатан делает. – Резко повернувшись, Клер ушла по коридору в сторону лестницы.

А интересно, почему Клер мне не сказала об этой милой особенности Сюзан? Или она сама не знает?

– Думаете, почему миссис не сказала вам обо мне?..

– Сюзан, вы решили продемонстрировать мне свои способности?

Домработница мило улыбнулась и ответила:

– И это тоже… Она не знает. Все скрыто очень глубоко, и никакими вашими проверками не выявляется. Так что не переживайте, вы не единственный, кто ничего не смог увидеть.

– Еще немного, и я начну сомневаться в своих способностях…

– А вот этого не нужно! Они гораздо выше, чем вы сами можете себе представить. Еще не раз в этом сможете убедиться… – Тут со стороны входной двери послышались чьи-то шаги, и Сюзан мгновенно скрылась за дверью кухни.

В дом вошла миссис Джонсон, привычно повесившая свой зонт на вешалку у двери.

– Добрый вечер!

– Добрый вечер, Кристофер! Как ваши дела?

– Хорошо, спасибо! А у вас как?

– Почти все успела, что нужно… Завтра придется съездить в город еще раз, докупить учебников для Джонатана. Школа хорошая, но и требования к ученикам высокие, придется соответствовать…

– Не сомневаюсь, что он справится.

– Я опоздала на ужин… Сюзан на кухне?

– Да, она только что туда пошла. Не сомневаюсь, что на вашу долю там еще осталось много чего вкусного, сегодня день был явно удачный.

– Спасибо, только переоденусь… И еще… Крис, вам завтра могут позвонить из Конторы… В городе что-то происходит, сегодня я услышала о нескольких загадочных случаях… Хотя, если это по вашей части, то все сами скоро узнаете.

Миссис Джонсон ушла переодеваться, а я поднялся в свой кабинет. Усевшись за стол, достал лист бумаги и начал бездумно водить по нему карандашом. Есть такой метод расслабления, вот и проверю, как он работает…

– Крис, ты еще долго собираешься тут сидеть? – Голос Клер неожиданно прервал мое занятие. – Ты знаешь, который сейчас час?

– Нет, а сколько…Ого! – Действительно, что-то я засиделся…

Кутаясь в свой длинный халат, Клер непреклонным тоном буквально приказала:

– Все, заканчивай свои дела, и побыстрее! Завтра много дел, и ты нужен мне бодрым.

Если все так строго… То никуда не денешься! Сунув свой листок с непонятными каракулями в стол, иду готовиться ко сну.

Однако в спальне я оказался первым. Торопила-торопила, а сама сейчас где ходит? Ладно, оставлю включенным небольшой светильник, и под одеяло! И правда, что-то сегодня день напряженный выдался…

Но не успел я закрыть глаза, как послышались шаги Клер.

– Милый, ты уже спишь?

– Еще нет, но уже почти…

Она ушла за ширму, и чем-то там зашуршала и защелкала. Через пару минут подошла к кровати и резким движением скинула халат, отбросив его на спинку стула у окна. Ой, что это за наряд такой в красном цвете? Корсаж, чулки, и почему-то ажурные перчатки до локтя…

– Как тебе мой сюрприз?

– А… о… – Я потянулся было к фигуркам, стоящим на тумбочке у кровати, но Клер стремительным движением опередила меня, нажав на серебряную пластинку в основании…

..Здесь кто-то говорил о том, как сильно ему хочется спать? Вам совершенно точно это показалось…

Глава пятая

Итак, что же случилось? Скорее всего, Клер просто переволновалась и боялась, что я могу снова отключиться. Вот и решила действовать по-своему. Могу сказать, что она добилась своей цели – мне совершенно не хотелось никуда «проваливаться». Только вот синяки от ее объятий остались довольно заметные, и спину немного саднило.

Я постарался вылезти из-под одеяла как можно тише, но Клер все равно сонно пробормотала:

– Ты куда? Рано ведь еще… – и ласково провела рукой по моей спине, отчего я вздрогнул. – Почему шипишь?..

Открыв глаза, она увидела царапины и смущенно пробормотала:

– Ой, прости… Сама не знаю, что на меня вчера такое нашло… Иди сюда, поцелую…

Обняв меня, Клер тихо прошептала:

– Я так боюсь…

– Чего?

– Потерять тебя… И на съемки согласилась только недавно, хотя начали предлагать сразу, как только вернулась.

– А почему? Разве тебе всегда не хотелось чего-то большего?

– Вот поэтому… Я хотела, чтобы ты получше узнал меня именно такой, какая я на самом деле, а не в кино. Иногда бывает так трудно избавиться от роли, которую играешь… Нам обоим повезло, что мы познакомились до начала съемок.

(Хм, есть у меня свои догадки насчет этого «везения», но я не выскажу их никому. И никогда…)

– Мы знакомы с тех пор, когда я увидел тебя на экране синематографа. Только ты об этом еще не знала.

– А когда ты решил написать мне? Сразу, как увидел?

– Нет. Позже… В то время у меня было много дел.

– Но ведь не забыл?

– Тебя забудешь, как же…

(Не буду рассказывать ей всех подробностей давнего разговора с Княгиней. Если уж Клер не смогла «прочитать» этого раньше, то и не надо…)

– Кто-то посоветовал?

– Милая, разве это важно? Главное – результат…

– Значит, так и было… Твоя знакомая?

– Очень давняя. У нее редкие таланты…

– Не сомневаюсь. А мне вот никто ничего не советовал, сама захотела – и поехала!

– Клер, можно тебя спросить…

– Спрашивай.

– Как ты сейчас относишься к Линкс?

– У нас с ней договор. Она обещала, что будет помогать нам, и от тебя ей ничего не нужно.

– Вот как…

– А почему ты об этом спросил? Она тебе все-таки нравится, да? – В голосе Клер послышались ревнивые нотки.

– Если честно, я ее боюсь. Правда, сейчас мы – ее племя, если так можно сказать. Маленькое такое… И Хозяйка нас охраняет. Но это значит, что на каждого придется больше ее заботы. Даже не знаю, хорошо это или плохо.

– Пусть помогает, если хочет. А я еще когда-нибудь узнаю у нее, как это она так хитро… Неважно. Да, вспомнила! – Моя леди на секунду прикрыла глаза. – Сегодня до обеда нам с тобой нужно съездить к одному портному…

– Это еще зачем?

– Примерить костюм.

– Какой еще костюм? – Ой, что-то у меня появляются нехорошие предчувствия…

– В котором ты завтра вечером пойдешь со мной на встречу… Будет что-то вроде вечеринки, где соберутся те, кто участвует в съемках фильма. Пора выходить из тени, милый! – Она чмокнула меня в щеку и отстранилась. – Все, пора вставать! И вообще, начинай привыкать к своей нелегкой роли…

– Мужа звезды синематографа?

– Именно! Ну, что сидишь? И не делай такие жалобные глаза! Заодно разожги бойлер, пусть вода нагревается…

Как говорится, если тебя послала жена – нужно идти. К счастью, горячая вода в баке уже была, это Сюзан постаралась, перед тем, как начать готовить завтрак. Кстати, что-то есть захотелось! Вот и не будем тянуть кота за хвост, приступим к водным процедурам.

Визит к портному не продлился и часа – костюм был уже давно готов, его даже не пришлось подгонять по фигуре. (Клер сказала, что просто отдала в ателье один из моих старых, для снятия мерок.) Так что оставшуюся часть дня мы посвятили будущей вечеринке деятелей искусства.

– Понимаешь, это не какой-то бал знаменитостей, и не простая гулянка в кабаке. Соберутся люди, которые будут работать в студии, чтобы поближе познакомиться друг с другом, может быть, сразу что-то узнать, и не тратить потом время на выяснение отношений, – просвещала меня Клер.

– Надо же, как у вас тут все хитро устроено…

– Так здесь принято. Не волнуйся, от тебя не потребуется знания дипломатического этикета. Просто постарайся никого не зашибить ненароком, даже если он тебе совсем не понравится.

– Я туда иду охранять тебя, а не обзаводиться знакомствами среди здешней «богемы».

– А там из «богемы» будет всего несколько человек, так что можешь не переживать по этому поводу. Скорее всего, они как всегда будут общаться между собой и пытаться закадрить актрис из массовки…

– Что, и вправду женская массовка такая большая? – сказал я и тут же получил от Клер толчок локтем в бок.

– Это уже как решит режиссер. И вообще, ты сам сказал, что разглядывать чужие прелести тебе будет некогда!..

Я вроде ничего такого не говорил, но в данный момент решил, что лучше промолчать…

Как ни странно, вечеринка в одной из небольших рестораций прошла очень даже тихо. Съемочная группа не была многочисленной, так что запомнить лица удалось без особого труда. Тем более, что в скором времени мне предстояло любоваться на них чуть ли не каждый день. Ко мне никто не приставал с расспросами, но Клер сразу же оказалась в центре внимания. Еще бы – такая длительная поездка в далекую снежную страну, ее весьма неожиданное (для многих состоятельных джентльменов, считавших себя потенциальными женихами) замужество, громкие скандалы, связанные с фильмом… Так что мне пришлось отойти в сторону, пока звезда синематографа рассказывала о своих приключениях в стране ручных медведей, матрешек, балалаек и водки в самоварах. Разумеется, все подавалось с юмором, и без особых подробностей, о чем мы договорились заранее. Но слушатели явно радовались тому, что могут услышать все именно от нее.

Что бы Клер мне ни говорила, я хорошо заметил – ей явно не хватало общества, длительное затворничество, пусть и относительное, требовало выхода эмоций. Пусть, а мое дело маленькое – стоять и охранять. Кстати, кто там через занавеску в зал нос сует?.. А, местная обслуга… Нет, нам ничего не нужно, если что – сообщим через метрдотеля. Все, иди отсюда!.. Иди, говорю, на миссис Стефансон потом, в синематографе посмотришь!..

Вечеринка не затянулась, поэтому мы с Клер уехали на извозчике домой, когда еще не стемнело.

– И зачем нужно было шить для этого новый костюм? Неужели старый был бы не комильфо?

– Ты не понимаешь… – Клер обхватила меня за локоть и притянула к себе. – Здесь все зависит от первого впечатления. Как у вас там говорят – «По одежде встречают…»

– Ладно, убедила… Не устала рассказывать о своих приключениях?

– Не очень. Все равно, они потом будут требовать подробностей. А сейчас – так, чтобы сплетничали не слишком уж много.

– Так они сейчас сами придумают, что было и чего не было…

– Ты прав… Но теперь им будет, о чем поговорить. Пересказывать друг другу сплетни – это такое увлекательное занятие!..

Вечером зазвонил телефон. Подняв трубку, я услышал знакомый голос секретаря начальника Конторы.

– Мистер Смит, завтра в девять утра босс ждет вас в своем кабинете.

– Хорошо, буду.

– Между нами, мистер Мак-Кинли сегодня вернулся из полицейского управления сильно раздраженным, так что предмет разговора вряд ли будет радостным.

– Спасибо за предупреждение!..

Немного поковырявшись в кабинете со своим револьвером, я отмыл руки и пошел в спальню. Как ни странно, Клер уже спала. Наверное, устала за день… Вот и хорошо, не будет лишних вопросов. Все, завтра рано вставать, так что отложим размышления до утра.

Глава шестая

Проводив Клер до студии, я на том же извозчике поехал в Контору. Интересно, чем вызвано плохое настроение босса? Думаю, что-то случилось, и полученная от городских властей взбучка отразилась на жизни всех сотрудников нашего «большого дома».

– Добрый день! – встретил меня дежурный у входа. – Мистер Мак-Кинли сказал, чтобы вы сразу поднимались к нему, как только придете.

– Хорошо, так и сделаю…

Вот и нужная дверь. Не успел я ее открыть, как секретарь показал мне рукой на дверь начальника, и пару раз махнул, для ускорения процесса. Сам он в этот момент выслушивал кого-то по телефону, сверяясь с записями в толстом журнале.

Постучавшись, я вошел к начальнику. Мда, ощущение – как будто шагнул в клетку с хищником – так ощущалось висевшее в воздухе напряжение. Тяжелый взгляд покрасневших от недосыпа (или переутомления?..) глаз мистера Мак-Кинли подтвердил мои самые недобрые предчувствия.

– Заходите, присаживайтесь, Кристофер! Я вызвал вас по очень важному делу… Впрочем, другими вы у нас тут и не занимаетесь…

Я привычно сохранил невозмутимое выражение лица. Такими шуточками меня уже давно не проймешь. Впрочем, босс это знал, поэтому сразу решил перейти к делу:

– В городе произошло несколько жестоких убийств. Полиция не смогла найти никаких следов, с подозреваемыми тоже все плохо. В том смысле, что их нет. Уткнувшись в глухую стену, полицеские начальники решили обратиться к нам за помощью…

– Ясно. А как же раньше они без нас обходились? – не удержался я от замечания.

– В этом случае сыщики сдались уже после третьего случая…

– А сколько их вообще? Этих «случаев»?

– Достоверно известно о трех. Возможно, были и еще… Я прошу вас оказать помощь в расследовании. Вся информация об этих убийствах засекречена, газетчики пока не пронюхали… Но это ненадолго, вы же сами понимаете…

О, понимаю, еще как! Этим виртуозам пера только дай за что зацепиться – остальное раскрутят сами, что не найдут – придумают… А паника среди обывателей никому не нужна, особенно сейчас.

– Скоро какие-то местные выборы, если не ошибаюсь?

– Да, – подтвердил начальник. – И все это очень не вовремя… Или очень вовремя, смотря как повернуть… Если мы сможем быстро расследовать эти дела, то авторитет нашей Конторы взлетит до небес.

– А если не сможем, нас утопят в выгребной яме.

– Ну, я бы не стал выражаться столь… кхм… резко… Но ощущения будут примерно такие же, тут вы правы…

– Когда можно будет ознакомиться с материалами?

– Они уже на столе в вашем кабинете. Если захотите посетить места… происшествий, то скажите секретарю, он все организует.

– Ясно. Разрешите приступать?

– Идите. И да поможет вам… Ваш покровитель…

Папка, лежавшая на столе, удивляла своей толщиной. Выдохнув, я придвинул ее поближе и открыл. Ну и что здесь? Так, протоколы осмотра мест… Показания свидетелей… Которых почти и нет, сыщики опросили владельцев соседних складов… Складов… Все три жертвы найдены в пустых помещениях. «Склад» – в первом случае звучит слишком гордо. Так, не особо капитальная постройка, стоящая в ряду таких же. Владельцы сдавали их в аренду сроком на месяц или больше… Договор заключен с… Имя… Ни о чем не говорит… Внешность арендатора – толком описать не могут, приходили разные люди – от низкорослого толстяка до худого верзилы. Если волосы или лысину еще можно скрыть под париком, то изменить рост… Значительно труднее. Вывод – действовала группа злодеев? Или в каждом случае это был наугад взятый помощник? Все равно, поиски этих арендаторов ничего не дали. Значит, и не дадут, город по здешним меркам большой… Да и преступники могли уехать, например… Будем считать, что эти следы ведут в никуда.

Значит, что нам нужно? Осмотреть места преступлений, лично и без помех.

– Алло, это агент Смит. Мистер Мак-Кинли сказал, что вы можете организовать выезд на места преступлений…

– Да, конечно! Машина будет из нашего гаража, только нужно будет присутствие одного из сыщиков. На этом особенно настаивали господа из полицейского управления. – Секретарь босса отозвался мгновенно, и был готов ответить на любой вопрос. Значит, дело по-настоящему серьезное.

– Когда?

– Прямо сейчас я позвоню в Пи-Ди[1], и договорюсь. Перезвоню вам через пять минут.

– Хорошо, жду!..

Я продолжил разглядывать фотографии. Да, тут любого поклонника ужасов может наизнанку вывернуть – уж на что моя служба приучила к разным кошмарным зрелищам, но здесь… И зачем было вот так делать, а? «Убийство с особой жестокостью», это еще мягко сказано… В заключениях патологоанатомов было четко указано – жертвы оставались в сознании очень долго, несмотря на то, что с ними вытворяли убийцы. Неужели все происходило в полной тишине? Да быть того не может!.. Скорее всего, использовали что-то вроде «полога тишины», как в моем артефакте с обезьянками.

Секретарь не подвел, и уже через десять минут я направлялся к месту встречи с представителем городских сыскарей. Возле полицейского управления водителю помахал рукой с тротуара хорошо одетый джентльмен, лет примерно тридцати.

– Это вы мистер Смит из Конторы? Я – Джордж Смайли, очень приятно.

– Да, агент Смит, это я. Размещайтесь и скажите водителю, куда ехать.

– В район портовых складов, знаете, где это?

Водитель молча кивнул, пару раз нажал резиновую грушу гудка, поторопив извозчика впереди, и мы поехали…

Молчание длилось всю дорогу. Я просто разглядывал окружающие дома, не стараясь особо фиксироваться на определенных зданиях, а сыщик искоса посматривал на меня. Наверное, пытался определить, с кем ему предстоит совместно работать. Ладно, смотри, мне не жалко…

– Вот, здесь поверните направо, – скомандовал Смайли. – И через сотню ярдов остановитесь у склада по левой стороне проезда… Да, вот здесь. Пойдемте, – обратился он ко мне. – Это и есть нужное место. Вот, здесь, недалеко от входа.

Складская территория была обнесена забором высотой примерно в два человеческих роста, сколоченным из некрашеных досок. Подойдя ближе, я ненавязчиво поинтересовался – нет ли между досками щелей. Но, вопреки первоначальному впечатлению, забор оказался совершенно непроницаемым и крепким.

И что мы увидели за ним? Да совершенно ничего особенного. Обычный каменный сарай, высотой в два этажа, с торца – большие ворота. В правой створке есть дверь, ну, это как почти во всех складах… Рядом – пожарный щит, на котором одиноко болталось дырявое ведро непонятного из-за ржавчины цвета.

– Судя по всему, тут давно не было нормального хозяина? – обратился я к сыщику.

– Крыша протекает, поэтому никто и не его хотел арендовать.

– А кого-то, значит, это не смутило?

– Владелец и сам удивился, но был рад подзаработать. Как раз хватит на ремонт… Когда мы ему разрешим начать работы. Ну, вы понимаете…

– Да, все понятно… Охраны нет?

– Первый день охраняла полиция, когда все осматривали, а потом убрали… Здесь есть свои сторожа, они следят за порядком.

– И что же, они ничего не слышали?

Сыщик сразу понял, о чем я спрашиваю.

– Нет, оба клянутся чем угодно, что ночью было тихо. А в светлое время сюда никто не приезжал, в книге записывается время вскрытия-закрытия. Вот, пройдемте!

Примерно в сотне шагов виднелось небольшое строение, у которого прохаживался некий субъект. Один из сторожей, что ли?

– Полиция, прибыли для осмотра места происшествия. Выдайте нам ключи от строения 4-D.

– Документы ваши, будьте добры! – Коренастый охранник не поверил мистеру Смайли на слово. Наверное, мы не очень похожи на истинных джентльменов…

Сторож внимательно прочитал все, что было в документе сыщика, разве что на зуб не попробовал, но все-таки решил, что мы те, за кого себя выдаем.

– Вот, держите. Там замок малость заржавел, так что поосторожнее, не сломайте, будьте любезны! – Пройти с нами к складу он желания не изъявил.

Немного повозившись, сыщик отпер замок и повесил его на пробой.

– Ну что, пройдемте… – Он потянул негромко скрипнувшую дверь.

– Подождите-подождите… – Я решил осмотреть петли ворот. В отличие от дверных, они оказались хорошо смазанными. Странно… Кто-то не поленился пару раз брызнуть из масленки на ворота, а про двери забыл?

– Вот, сюда… – Напарник показал в сторону небольшой будки, или как еще можно назвать коробку, сколоченную из досок и прижатую к задней стене склада.

Я попробовал было использовать «ночное зрение», но отказался – слишком светло, глаза после такого будут болеть…

Замка на двери будки не было, дверь тоже не скрипела. А вот внутри… Сразу почувствовался характерный запах… Теперь главное, не торчать тут слишком долго, иначе придется ехать домой и переодеваться, а этот костюм сразу же отдать в стирку…

На стене, противоположной двери, я заметил маленькое окошко, сбоку от которого висел кусок темной ткани. Наверное, им окно занавешивали… Точно, материал очень толстый – когда я приложил его к раме, наступила почти полная темнота. Ладно, чуть позже попробуем свои методы осмотра.

– Тело лежало здесь, на полу. Вы видели фотографические снимки? – спросил меня сыщик.

– Да… Лучше бы не видел такого… Никогда…

– Не приходилось раньше сталкиваться? – Ну-ну, ты еще меня подкалывать будешь!

– Много с чем приходилось сталкиваться… Давайте ближе к делу. Одежда убитой была здесь же? – Материалы осмотра я прочитал, конечно же, но мало ли, вдруг он что добавит.

– Как ни странно, ничего не нашли. И никто не видел, чтобы сюда кого-то или что-то привозили. Не по воздуху же она прилетела, в конце концов! – Мистер Смайли демонстрировал преувеличенное удивление, разве что руками не развел.

– А почему бы и нет, собственно? Окна проверяли?

Сыщик недоуменно посмотрел на меня.

– Вы что, серьезно? Может, нам нужно было еще и ведьминскую метлу здесь поискать? Окна проверили, все рамы забиты наглухо. Да и узкие они…

– Лестницы здесь не было?

– Нет…

– Хорошо, что вам еще кажется странным? – Пусть выскажет свои соображения, если такой знающий…

– Здесь слишком чисто. Как будто пол тщательно вымыли… И мебели никакой…

– Это уже интереснее… Что вы видите на полу?

Смайли пожал плечами:

– Темные пятна, скорее всего – кровь. Да, точно – наш доктор сделал анализ, это кровь жертвы.

– Больше ничего не замечаете?

– Нет. Темновато здесь… Но тогда мы все осматривали с фонарями, каждую щелку. Пусто… И следов нет.

Так… Пришла пора воспользоваться штучками из моего сейфа. Только сначала занавешу окно вот этой самой черной тряпкой…

Я достал из внутреннего кармана небольшой фонарик и щелкнул рычажком на его торце. Разумеется, никакого яркого луча света не появилось.

– Что, не работает? – ехидно поинтересовался Смайли.

– Работает, и еще как!.. – На полу, стенах и потолке сразу же тускло засветились какие-то символы и линии. Правда, увидеть их можно было только с помощью моего «колдовского зрения». Ну, или…

– Ничего не замечаете?

– А на что тут смотреть-то? Ваш фонарик ничего не освещает!..

– Тогда… – Я вынул из кармана очки ночного зрения и протянул ему. – Надевайте!

– Ого!.. – Возглас выдал совершенно неподдельное удивление. – И что это такое?

– Могу сказать, что это было не просто убийство с особой жестокостью, а магический ритуал. С какой целью его проводили – пока еще не понял. Кстати, а у вас разве нет подобных фонарей?

– Да вот как-то раньше не приходилось сталкиваться… – Смайли, пользуясь возможностью, заново осматривал все небольшое помещение. – Вот тут она и лежала, хорошо видно… Кровищи-то сколько натекло… Ни одной надписи прочесть нельзя.

– И не надо. Просто запомните, что они здесь были.

– Сталкивались с чем-нибудь похожим? – Вот пристал, как банный лист! Не рассказывать же ему о давней стычке в пещере…

– Разве что с очень слабо похожим. Давайте посмотрим вот тут…

В дальнем углу тускло светился небольшой, полностью закрашенный волнистыми линиями кружок.

– Здесь явно что-то стояло! – Радостно воскликнул сыщик.

– Могу предположить, что именно.

– Ну, подскажите…

– В протоколах записано, что никто ничего не слышал, хотя ночью здесь довольно тихо, все перемещения грузов происходят только в светлое время, так?

– Так…

– Еще в записях указано, что жертва могла долгое время находиться в сознании, и почти все повреждения – прижизненные.

– Да, и что?

– Для того, чтобы полностью убрать шум, используются специальные артефакты. Просто они не очень распространены, по многим причинам. Например, потому, что их цена весьма велика, и мало кто может их сделать.

– А вы их вообще видели? – тут же заинтересовался сыщик.

– Видел, даже в руках держал. – Нет, подробностей я ему раскрывать не буду. Обойдется без лишних знаний…

– И что они могут? Как долго работают?

– Большинство может несколько часов убирать слабый шум, или короткое время – сильный. Зависимость простая…

– Если крики были сильные, то артефакт работал недолго? – тут же высказал догадку напарник.

– Или это был очень мощный образец, например… Судя по следу… Видите, на досках отметина в этом кругу, как будто стояло что-то очень тяжелое? Углы вдавились в древесину…

– А если этот предмет не имел отношения к делу?

– Будем надеяться на то, что это и есть «глушилка»… И вообще… – Я задумался.

– Что «вообще»?

– Здесь пусто, во всех смыслах. Ни вещей, ни мебели… Ни эмоций… Хотя, в подобных местах даже малочувствительных людей иногда пробирает так, что они убегают, как вспугнутые зайцы.

– Действительно… Как в музее восковых фигур, что ли… Никаких эмоций, – согласился Смайли. – И что это означает?

– Как очень давно сказал мудрый человек, «Ежели в одном месте убавится, то в другом обязательно прибавится!» Все куда-то делось… И теперь здесь нет даже остатка силы… – Я сказал это и сам удивился. Получается, жертву приносили с целью выкачать побольше энергии?

– И куда, не подскажете?

– Нужно думать… В любом случае, в этом сарае нам делать больше нечего. Куда поедем дальше?

– Старый дом, через две улицы отсюда. Идемте, я закрою склад и отдам ключи…

Пока сыщик ходил туда-сюда, я ждал его у машины. Все-таки интересно… Обычно даже на месте простого мордобоя очень долго заметны следы «выброшенных» эмоций. А здесь – и правда, как будто водой смыто, хотя никаких потеков на полу нет.

– Все, едем дальше! – прервал Смайли мое топтание на месте.

Хорошо, поехали…

Если честно, можно было и пешком дойти. Но раз есть машина – будем вовсю использовать служебное положение. Что, мы уже на месте? Точно…

Дальше все пошло так, как и в первом случае. Разве что ключи от подвала пустующего дома сыщик не стал у кого-то брать, а просто вынул из кармана большую связку и отпер замок.

– Может быть, сразу воспользуемся вашими… инструментами? – спросил он. Что, оценил плоды технического и магического прогресса? Это тебе не мелких воришек ловить!..

– Почему бы и нет? – В подвале действительно темно, а набивать шишки совсем не хочется. Обычный фонарь в руке сыщика скорее мешал, так что через минуту мы уже двигались вперед, используя невидимый свет и очки ночного зрения. (Я опять отдал ему свои дорогущие «гогглы».)

– А вам что, такие очки не нужны?

– Сейчас – нет. Нам сюда? – я указал ему на небольшую дверку в правой стене длинного коридора.

– Да, точно! Но как вы… Ах, да, понимаю… – таких дверей в подземном проходе впереди виднелось еще несколько, вот он и удивился. – Заходим, замков тут нет и не было.

В этот раз он действовал уже более уверенно, не удивляясь тому, что видит.

– Тело лежало здесь… И опять никаких следов. Да, здесь сыро, но воды нет, и пол не мыли… Слишком чисто, просто удивительно!

– Будем считать, что преступник помешан на чистоте, – хмыкнул я. – Может быть, у него есть специальный артефакт-пылеглот.

– А такие бывают? Моей жене бы пригодился… – в голосе сыщика послышался явный интерес.

– Бывает, на свете много чего бывает… Смотрите, вот, в углу – опять небольшой кружок, только следов от предмета не видно – пол бетонный.

– Ну, если присмотреться… Вот, пара царапин, как будто увесистую железяку сначала дернули вбок, а потом уже подняли.

– Да, вы правы, мистер Смайли! Предмет явно металлический и очень тяжелый. Если и не с тумбочку размером, то близко к этому.

– А как ваши ощущения?

– Все точно так же, – ответил я. – Пусто!.. Хотя убийство совершенно точно произошло здесь, а не в другом месте. Объяснить не могу, но знаю, что так и было.

– Это, конечно, хорошо, но чувства к делу не подошьешь… Теперь вы понимаете, в какой з… в каком положении мы оказались? Ни улик, ни следов…

– Как вы смогли убедиться, следы есть почти всегда. Осталось найти того, кто их оставил… Если он мне попадется, то не уверен, что смогу доставить его в полицию живым, – честно признался я. – А то еще начнет во время суда жаловаться на свое трудное детство…

– Хм… Я вас понимаю… Учитывая особенности работы вашей Конторы… Только могу попросить – собирайте все улики, какие попадутся, чтобы не возникало сомнений в правоте содеянного.

– Уж в этом будьте уверены! Постараюсь носить с собой фотографический аппарат, на всякий случай.

– Это очень хорошо… Ну что, осталось еще одно место?

– Далеко?

– Нет, минут пять, если без задержек.

– Тогда поехали! И заодно по дороге напомните мне, как были обнаружены тела…

В протоколе по первому случаю я вычитал, что тело обнаружил охранник. Но как, ведь ворота стояли запертыми, а окошко наглухо занавешено тряпкой? Оказывается, там какая-то бродячая собака уселась возле стены и начала выть, причем отогнать ее не удалось. Тогда-то сторожа и решили осмотреть складское здание, с разрешения начальства. Мда, осмотрели…

Во втором и третьем случаях внимание привлекло необычное скопление кошек у подвальных окон. По свидетельству очевидцев, там ошивалось десятка по два разномастных кошаков. Но никаких кошачьих концертов не было – полная тишина. Бдительные жители вызвали полицию, ну и далее по тексту, как говорится.

Да, третье место походило на второе как две капли воды – дома совершенно одинаковые, разве что каморка почему-то использовалась другая. Почему? Да кто их знает… Наверное, в других просто было слишком много мусора, поленились убирать?

– Почему эти дома стоят пустыми? Вроде не старые, трещин нет…

– Владельцы запрашивали слишком много денег за квартиры… А потом спрос упал, да и жителей в городе убавилось – поуезжали на прииски, счастья искать.

– И как, нашли?

– А как же! Кто счастье, кто могилу в лесу… Золото, оно добра не приносит.

– Вы прямо философ…

– Да какое там! Мой родной дядя тоже хотел заработать. Жилу-то он нашел, деньги появились… Через год поехал на свой участок, и пропал. До сих пор дело не раскрыто. Участок по наследству не передали, что-то там оказалось неправильно в бумагах написано…

– Поэтому вы и пошли служить в полицию?

– И поэтому тоже.

– Если не секрет – как успехи в службе?

Смайли едва заметно поморщился, значит, эта тема ему неприятна.

– По-всякому бывает… Что-то быстро раскручивается, что-то зависает… Наверное, пятьдесят на пятьдесят.

– Как вы думаете, почему это дело скинули на вас?

– Потому что оно безнадежное, а меня не жалко! – Сразу и не поймешь, крик ли это души, или всего лишь неуклюжая попытка слегка пошутить.

– Все будет хорошо, найдем мы эту гадину… И помощничка его – тоже.

– Так их двое? Почему вы так решили?

– Скажем так – минимум двое. Ту хреновину одному таскать тяжеловато, если судить по следам на досках. А злодею нужны силы, понятно для чего. Вряд ли он такой могучий, что все делает в одиночку. И еще, кто-то снаружи должен был охранять транспорт, на котором они сюда приезжали. Район не очень спокойный, как я понимаю? – Сыщик кивнул. – Ну вот… Представьте, выходите вы из подвала, а тут – ни лошади, ни экипажа! Или экипаж должен был подъехать в обговоренное время, чтобы не торчать здесь, и не привлекать внимание. Хотя, уйти отсюда они могли и пешком, а вот доставить сюда жертву… По доброй воле кто пойдет в такое место?

– Согласен… Двое или трое… Вот как… Похожие идеи были, но как-то никто особо не задумывался. Хотя, в протоколах это упомянуто.

– Ну что, мистер Смайли, мы закончили с осмотром?

– Да, на этом пока все… Боюсь, скоро будет еще одно… О котором мы еще не знаем.

– Примерную разницу во времени установили?

– Как ее установишь-то… Доктор весьма долго ковырялся со своими вонючими склянками, потом сообщил, что между… эпизодами… примерно неделя. Как он сумел это определить, я не в курсе. Химией в прошлом не особенно интересовался.

– А какой из случаев – последний?

– Да вот этот самый, по давности – дня два, не больше. Сейчас всех полицейских инструктируют, чтобы обращали внимание на скопления кошек у подвалов и тому подобное. Остается…

– Остается ждать следующего раза.

– Вы правы, только… Скрывать от газетчиков дальше вряд ли получится. Представляете, что тогда начнется?

– Даже пытаться представить не буду. Ладно, идемте, мне нужно еще раз просмотреть все документы.

– Тогда сначала отвезите меня в управление, хорошо? Не хочется добираться на трамвае через половину города.

Вижу, что ему гораздо больше хочется поговорить со мной, тоже нашелся великий конспиратор! Ну и ладно, все равно никаких тайн выдавать я не собираюсь.

На улице, возле машины, он протянул мне очки:

– Большое спасибо, теперь я понимаю, что значит хорошее снабжение!

– Это не «снабжение», а мое личное имущество.

– Как так, почему?.. Разве вам не выдают…

– Выдают, конечно же. Только в особо ответственных случаях я предпочитаю пользоваться своими, хорошо знакомыми вещами. Это не по инструкции, но если будет результат – то претензий никто не предъявит. Но прошу, это строго между нами.

– Хорошо… – Протянул Смайли. – А я вот хотел спросить… В вашу Контору… вообще, как попадают?

– Смотря кто. Я учился в университете, когда получил предложение от некоего ответственного лица… Другие… Да кто их знает… У каждого по-своему.

– И все могут вот так «видеть»?

Я вынул из кармана свой значок и показал ему надпись.

– «Viderius invisus»… Так вы не просто следователь…

– Да. Но опять же, никому не рассказывайте. Иначе у меня могут быть проблемы. – Не то, чтобы я так уж сильно опасался разглашения, но пусть проникнется оказанным ему доверием! Глядишь, и работать вместе легче будет. Потом… Если не испугается…

– А если человек вдруг оказывается непригоден?

– Все, кто смог выжить и завершить обучение – пригодны условно. Кто живым вернулся с первого задания – тот пригоден более-менее…

– Весело там у вас, как я посмотрю!

– Так ведь и расследовать приходится не простую уголовщину или пьяные драки.

– Знаете, я сначала сомневался…

– По-другому бывает, но очень редко. Пока человек сам не увидит – не поверит. А некоторые и после этого не верят… Начинают искать объяснение «фокуса» среди привычных явлений. Так ведь удобнее.

– Вот скажите, чем нанесены эти линии, невидимые под обычным светом?

Я пожал плечами:

– Мне как-то без особой разницы, чем именно. Подходящих для этого химических составов можно изготовить много, из самых разных компонентов. Здесь главное – результат. Когда-то линии вообще насыпали молотым мелом. А в этом случае… Рассчитывали скрыть истинную причину своих злодеяний. Ведь до этого следователи хотели все списать на очередного маньяка, не так ли?

– Почему «очередного»? В этом городе раньше не было никаких «Джеков-Потрошителей»…[2]

– Значит, на вновь прибывшего, или гастролирующего… Не суть важно. Вот вы могли бы заметить разницу между этими местами и другими?

– Если честно… Не знаю. Мы привыкли искать факты и доказательства, улики, а не ощущения или видения.

– Иногда такие ощущения помогают выжить.

– Мне рассказывали о подобном… Но сам не сталкивался.

– Не будем загадывать. Каждый должен сам понять, что чувствует. Если дано…

Пока мы беседовали, машина успела доехать к полицейскому управлению. Водитель остановился прямо у парадного подъезда, невзирая на запрещающий знак. Стоявший у ступеней крыльца полицейский дернулся было в нашу сторону, но увидел выбирающегося из машины Смайли и тут же сменил направление. Интересно… Не желает с ним встречаться, или чего-то опасается? Впрочем, их взаимоотношения – не мое дело.

– Как только что-то появится, я вам обязательно сообщу, через секретаря. Ну и вы, если вдруг что-то сможете узнать… Позвоните мне, хорошо?

– Обязательно!

На этом мы и распрощались. Я быстро оглядел свой костюм, грязных пятен не заметил и решил, что можно не переодеваться.

– Где находится синематографическая студия, знаешь? – Водитель кивнул. – Тогда поехали, у меня там дела!..

Вообще-то, надо было бы поговорить с боссом… Но пока не о чем. Так что буду выполнять свои обязанности телохранителя, все равно сейчас нужно обдумать свои дальнейшие действия. Очень уж тут все непросто…

На студии все шло, как обычно. Из глубин павильона доносились команды режиссера, который явно пользовался жестяным рупором для большей доходчивости – уж больно «жестяной» призвук слышался в его воплях. Что-то сегодня наш деятель разошелся… Вот, опять призывает исполнителя роли любовника добавить страсти в поцелуй. И в таких выражениях… Так, а главная героиня у нас… Эх, я бы этому Дон Жуану добавил страсти… Да так, чтобы потом и близко не подошел… Ну да ладно, как говорится, «искусство требует жертв!» Хотя, посмотрим, что Клер скажет после съемок, вечером. Может быть, она и без моей помощи справится? Кстати, где там конторские ангелы-хранители? А, оба на месте, с разных сторон павильона, очень хорошо. Тогда буду нарезать круги по территории, и заодно попробую измыслить – что же буду завтра докладывать начальству. Если только уже сегодня босс «на ковер» не вызовет…

Глава седьмая

День начался, как многие до него – звонок будильника, потягивания, дружное зевание спросонья, утренние процедуры, далее Клер снова готовится к выходу в свет, а я коротаю время в кабинете, рисуя на листке бумаги непонятные кривые. Иногда в этом хаотичном наборе линий удается найти разгадку вертящегося в уме вопроса, кстати. Но сейчас ничего вразумительного увидеть не получилось – наверное, времени оказалось слишком мало, или не удалось настроиться… Хотя, если честно, и раньше мог что-то разгадать в этих каракулях примерно один раз из пяти попыток. Ну и что тут? Лапа с когтями сжимает какую-то штуку? А может, это всего лишь воображение так шутит… после вчерашнего… Отчет я писать даже и не пытался. Слишком мало удалось выяснить, можно сказать, почти ничего. Но в кабинете начальника эту бумажку показывать точно не стОит – мистер Мак-Кинли такого юмора может и не оценить, рисковать не буду.

И действительно, не успели мы с Клер войти на территорию студии, как меня тут же позвали к стоящей у ворот машины.

– Мистер Смит! Вас вызывает мистер Мак-Кинли.

– Да, сейчас иду. – И тут же пришлось сообщить Клер то, что она слышала сама:

– Милая, меня вызывают в Контору, к начальству на ковер. Постараюсь не задерживаться там слишком долго, но предсказывать не берусь – дело очень серьезное.

– Да, конечно… За меня не беспокойся – ваша охрана дело знает. Все, иди! – Надо же, Клер отреагировала совершенно спокойно. Привыкла, наверное… или делает вид…

Привычно кивнув дежурному на входе, я поднялся на второй этаж и без стука вошел к секретарю начальника Конторы.

– Секундочку… – Повинуясь жесту руки, я притормозил у самой двери кабинета. После очень короткого телефонного разговора другим жестом мне разрешили войти.

– Доброе утро, мистер Мак-Кинли!

– Доброе… было бы… Вчера я так и не дождался вашего доклада. Вижу, что и сегодня вы пришли с пустыми руками. Можете что-нибудь доложить по сути дела?

– Вчера совместно с ведущим расследование инспектором полиции я обследовал несколько мест преступлений. Все происходило по одному и тому же сценарию… Примечателен тот факт, что никто ничего не слышал, хотя жертвы могли кричать очень долго. Предположительно, для устранения шума использовался некий артефакт, весьма большой. По крайней мере, на досках пола остались следы от его ножек.

– А это не мог быть обычный сейф, например?

– На складе не было никакого сейфа, в заброшенных зданиях тоже вряд ли оставили такую ценную вещь. Давно бы утащили…

– Ясно, продолжайте. – Не знаю, удовлетворился ли босс моим ответом, но эмоции в голосе вроде не изменились.

– Также я заметил… очень необычное явление. Но приборов для его измерения не знаю, поэтому и не стал ничего записывать. Эмоции к делу ведь не подошьешь…

– Вы правы, конечно же…Но все-таки, рассказывайте дальше!

– Эмоциональный фон на местах преступлений оказался необычным. Полицейский ничего не заметил, или просто не обратил внимания.

– И в чем эта «необычность» заключалась?

– Обычно в местах, где кого-то лишили жизни, в течение очень долгого времени можно почувствовать выброс эмоций, энергии, или как еще можно назвать это явление. Особо чувствительные люди могут даже падать в обморок, причем, даже не зная о том, что здесь произошло. А тут… не было ровным счетом ничего. Как будто все очень хорошо подмели, а потом вымыли пол. Сравнение грубое, но лучше ничего не придумалось.

– Есть какие-нибудь идеи?

– Всю энергию, эмоции куда-то забрали… Возможно, опять в некий артефакт. Но какой он, и для чего предназначен – неизвестно. В моей практике таких случаев еще не было. Все добытое обычно использовали сразу, на месте.

– И никто раньше не сталкивался с подобным?

– Насколько я помню – нет. Именно по причине малого количества информации я и не стал вчера ничего писать. Стараюсь использовать только достоверно известные факты и доказательства, ошибки могут слишком дорого обойтись.

– Ваши бы слова, да городскому начальству в уши… Управление требует немедленных результатов, а откуда они возьмутся-то? – Однако мистер Мак-Кинли не выглядел слишком уж расстроенным. – Кстати, а вы использовали какие-нибудь свои… способности?

– Только возможность видеть скрытое, но для сыщика я включил специальный фонарик и дал ему свои запасные очки, так что он смог увидеть все своими глазами. Так сказать, убедился, что я не выдаю желаемое за действительное. Ну, или просто не вешаю ему лапшу на уши…

– Это уже лучше, гораздо лучше… А что-нибудь еще можете сделать? Расспросить своих знакомых, например.

– Я уже думал об этом. Как раз сегодня хотел попробовать, но результатов гарантировать не могу, вы же понимаете…

– Главное – попытайтесь, о результатах потом доложите. Бумажных отчетов писать не нужно, разве что… Если вдруг что выяснится – звоните мне в любое время дня. Ночью лучше звоните сюда, нашему дежурному, он утром мне передаст.

– Хорошо, так и сделаю. Разрешите идти?

– Идите… И раздобудьте мне хоть что-нибудь…

С таким напутствием я и покинул кабинет высокого начальства. А теперь попробуйте догадаться – кого мне захотелось расспросить о неизвестном артефакте?

Домой ехать совершенно не хотелось – зачем? Почему-то я думаю, что Хозяйка может найти меня где угодно, лишь бы я ее вызвал. Так что теперь остается только найти ближайший укромный уголок, желательно где-нибудь в парке, подальше от высоких зданий с большими окнами, откуда может таращиться любопытный свидетель. А лишних глаз мне сейчас совсем не нужно…

Подходящее место нашлось буквально в пяти минутах ходьбы – за оградой городского парка, пусть небольшого, но весьма ухоженного. Чистота и порядок обеспечивались двумя служителями весьма сурового вида, стоявшими у ворот. Мой внешний вид их вполне устроил, так что я беспрепятственно вошел за ограду и неторопливо побрел вдоль тенистой аллеи. Ну-с, где тут заросли погуще? И почище, мало ли что там лежать может, неудобно получится… Вот эти кусты вполне подойдут…

– Хозяйка, я жду тебя!

Повторив условный призыв, я приготовился ждать. Но рука в кружевной перчатке легла мне на плечо совершенно неожиданно, буквально через несколько секунд.

– Ты уже соскучился по мне, Охотник? – проворковал хорошо знакомый голос за моей спиной.

– Я не хотел тебя беспокоить, но очень нужен совет… или подсказка… Ты ведь знаешь очень много.

– Тогда пойдем, присядем вон на ту лавочку… Или лучше – в беседку, видишь – там, справа?

Но короткий разговор не смог прояснить загадок с непонятным исчезновением энергии с мест происшествий. Разве что Хозяйка подтвердила мою догадку насчет таинственного артефакта, но как он может выглядеть, не подсказала.

– Это зависит от желания того, кто его изготовил. Судя по твоему рассказу, предмет весьма тяжелый… Наверное, и накопить в нем возможно очень много…

– Я уже об этом подумал. Но для чего все это?

– Кто-то хочет провести ритуал, а вот какой… Даже предположить не могу. Может, он всего лишь хочет разбогатеть?

– Или приобрести что-то более ценное, чем деньги…

– Ты даже не представляешь, на что могут пойти люди, чтобы добиться желаемого. – Меняющая Облик явно могла долго рассказывать об этом, но я предпочел завершить разговор на весьма неприятную тему.

– Пойдем лучше, прогуляемся? Смотри, какая погода хорошая! И народу сейчас мало, толкаться никто не будет.

– Я согласна. Идем… Куда ты хотел меня пригласить?

– Театральные гастроли еще не начались, новые фильмы в синему еще не привезли… Так что просто будем ходить под руку и улыбаться. Устраивает?

– Конечно! – Она тут же поднялась со скамейки и раскрыла свой зонтик. – Ну, и что ты сидишь? Пригласил, так пойдем!

Очередная прогулка с Меняющей Облик уже не вызывала каких-то особенных эмоций ни у меня, ни у нее. Она давно привыкла к грохоту и суете городских улиц, а я перестал ежеминутно проверять, не идет ли кто за нами. Никаких признаков слежки обнаружить не удалось, повышенного внимания прохожих не заметил. Тем более, что моя спутница ничем не отличалась от других горожанок своего возраста. По крайней мере, внешне…

– Линкс, почему ты стала мне помогать там, в лесу? – До сих пор не пойму, чем могла быть вызвана такая симпатия.

– Долго рассказывать… Я ведь как зеркало… Если тебя устроит такое объяснение.

– Ну, что-то такое я и подозревал. Но совсем не мог понять, как это происходит.

– Хочешь разобраться получше? – Линкс посмотрела мне в глаза и улыбнулась.

– Да.

– Не пожалеешь?

Интересный вопрос, но, как говорится – «Назвался груздем – полезай в кузов!»

– Очень надеюсь, что нет.

– Тогда пойдем дальше… Вот в ту сторону. – Спутница энергично повлекла меня в сторону перекрестка, за которым мы свернули направо.

– Так, вот этот дом подойдет… Чего бы ты сейчас очень хотел? – Неожиданно спросила Линкс.

(«Господа офицеры, маал-чаать!!!..» – радостно завопил внутренний голос.)

Будто услышав его реплику, моя демоническая знакомая тихо рассмеялась и повела меня дальше, в переулок.

– Линкс, а этот дом выглядит заброшенным… Видишь, окна на первом этаже досками заколочены, двери вообще наглухо забиты. Ты уверена, что нам нужно именно сюда?

– Сюда-сюда, сейчас все поймешь сам.

Она все так же настойчиво тянула меня дальше, к видневшемуся в конце стены маленькому крыльцу с дверью запасного выхода.

– Видишь, тут открыто… Значит, кто-то сюда заходит, так что по ночам дом вполне обитаем. Но сейчас самое начало дня, и здесь никого нет. Если хочешь, проверяй сам!

Действительно, проверка моим испытанным способом уже через несколько секунд показала – дом пуст. Бродяги, следы пребывания которых были заметны в коридорах, отходящих вглубь этажей от лестницы, ушли на свой ежедневный промысел.

– Ну и местечко… Куда нам дальше?..

– Не волнуйся, мы уже почти пришли!

Вот и последняя лестничная площадка, перед нами небольшая дверь, за которой выход на крышу. В дужки пробоя был продет здоровенный «амбарный» замок, и когда Линкс дотронулась до него, стало понятно, что металл от сырости давно превратился в комок ржавчины.

– Куда только смотрит пожарная инспекция? – тихо пробормотала демон, и щелкнула длинным ногтем по дужке замка. С негромким треском осыпались мелкие куски железа, и путь на крышу оказался свободен. Линкс отодвинулась в сторону. – А теперь ты!..

Против ожидания, дверь открылась сравнительно легко – мне даже не пришлось нецензурно выражаться для ускорения процесса. И вот мы на крыше!..

– Подожди, здесь не везде можно ходить, перекрытия уже старые, – предупредила меня Линкс. – Пропусти даму вперед!

– Да не очень-то и хотелось, – пробормотал я себе под нос. И затем сказал уже громче:

– Прошу вас!..

Крыша оказалась совершенно плоской, с небольшим уклоном в одну из сторон. Кровельное железо давно утратило даже признаки былой окраски, но все еще держалось, прибитое к балкам гвоздями с широкими шляпками.

– Оглядись вокруг, что можешь сказать?

– Так… Мы на крыше старого здания… Вот-вот провалимся вниз…

– Не бойся, никуда не провалимся, иди сюда! – позвала меня Линкс. – Да, вот здесь наступай! Что еще заметил?

– Хм… Остальные дома ниже, на один или два этажа?

– Правильно! А еще что?

– Чувствую что-то… Подожди… Дом построен на интересном месте… Сила близко, но жить здесь нельзя… Поэтому его и забросили? Даже бродяги остаются здесь только ради ночлега.

– Молодец, все правильно! А теперь встань передо мной, здесь! – она указала, где именно.

– Встал, что дальше?

Вместо ответа Линкс приблизилась ко мне вплотную, неожиданно сняла с моей головы шляпу и положила ее на более-менее чистый участок крыши, затем сдвинула свою шляпку так, что она повисла на ленте у нее за спиной.

– Теперь смотри мне в глаза!

Мы стояли лицом к лицу, буквально соприкасаясь носами. Со стороны это могло выглядеть комично, но зрителей у нас не было, кроме… Зрачки Линкс внезапно расширились, и я понял, что вижу не ее, а…

…С высоты очертания городских улиц выглядели, будто нарисованная художником картина. Только вот цвета слегка исказились, будто на палитре одних красок не хватило, и вместо них в спешке схватили другие, чтобы поймать момент, пока не ушло вдохновение.

Изменилась и резкость – теперь я мог рассмотреть детали одежды у прохожих с расстояния чуть ли не в версту… Подождите, что это вообще такое, откуда я смотрю на город? Сверху?!.. Чьими-то глазами?!. Будто издалека, донесся голос Меняющей Облик:

– Не волнуйся, все хорошо!.. Просто смотри!..

Дыхание понемногу успокоилось, и вдруг оказалось, что я могу выбирать, куда смотреть, поворачивая голову, только медленно, чтобы не сбивать взгляд. Ух ты!.. Город оказался пересечен какими-то параллельными линиями, слабо светящимися в лучах солнца. Или это только так кажется, и они будут светиться сами по себе даже в темноте?.. А вон там, и еще там – какие-то цветные пятна… В другой стороне – будто в костер бросили несколько бенгальских огней, что там находится? А, вокзал, понятно… Кто-то приезжает, кто-то уезжает, встречи, расставания, радости и горе… Неужели это стали видимыми проявления эмоций?.. А если подняться чуть повыше, что получится?

Да, отсюда видно даже лучше – цветных пятен на этой странной «карте города» прибавилось, и я постарался запомнить их расположение, хотя бы примерно. Кстати, вот эти странные темные пятна… Они не черные, скорее темно-серые… Но выглядят очень нехорошо, и находятся… Что там можно взять за ориентир? Да, фонтан, а через улицу от него – памятник, корявый всадник на толстой лошади… Другие гораздо дальше, в районе порта… Сколько их всего? И почему мне кажется, что я знаю, где они находятся и как они возникли…

– Насмотрелся? Все, хватит на первый раз, птичка устала, пусть летит дальше! – Голос Линкс вернул меня к реальности. Разноцветные пятна и россыпь домов сменились темнотой, из которой медленно выплыло лицо «подруги». Что это она такое делает, кстати?..

– Прости, я воспользовалась твоей беззащитностью и поцеловала, – пояснила Линкс, вытирая с моих губ свою помаду. – Очень уж ты забавно выглядел, не смогла удержаться.

– Говоришь, ты подобна «зеркалу»? Тогда попробуй отразить вот это!..

Я прижал ее к себе так крепко, что она сдавленно пискнула, и поцеловал… Очень крепко и искренне… Линкс вначале замерла, но буквально через пару мгновений стала отвечать с неожиданной силой и страстью. Меня будто обдало теплой волной – нежность, желание быть рядом, слышать голос, чувствовать биение другого сердца…

– Теперь придется снова помаду вытирать… Подожди, сейчас… – Линкс чуть отстранилась, но не покинула моих объятий. Хм, я вдруг понял, что держу ее не за поясницу, а… Впрочем, это неважно, она с невозмутимым видом повторила процедуру с платочком, затем попросила меня подержать зеркальце, чтобы привести в порядок свою внешность. Ну да, помада размазалась, волосы слегка растрепались… Но минут через пять уже ничто не напоминало о произошедшем. Да ничего такого, просто я ее поцеловал, в знак благодарности, и все!

По внутренней лестнице спускались молча – приходилось внимательно смотреть под ноги, так как после яркого солнца на крыше внутри дома казалось темновато. Никем не замеченные, мы вышли из дома и направились в сторону центра города.

– Спасибо за приключение, никогда не ощущал себя птицей.

– И тебе спасибо… Теперь понимаешь, что я чувствую, когда нахожусь рядом с Клер? Хорошо, что я демон и не испытываю чувства зависти…

(А вот тут ты немного лукавишь… Может, и не зависть… Но тебе ведь очень хочется погреться у этого костра, не правда ли?..)

Чуть помолчав, Меняющая Облик сказала:

– Я очень благодарна тебе за то, что принял мое приглашение… Помнишь, тогда?..

– Такое забыть невозможно! – Мой ответ был совершенно искренним. – Хотя, это скорее обстоятельства так сложились…

– Можешь вызывать меня независимо от «обстоятельств», разрешаю… И даже хочу этого. – Ничего себе!..

– Постараюсь не беспокоить вас по пустякам, о могущественная Хозяйка окрестных лесов!..

Мы с Линкс шли вниз по узкой, пыльной улице, спутница держала меня под руку и тихим голосом рассказывала о своих предыдущих визитах в город. До нашего знакомства Хозяйка бывала здесь нечасто – так, раз в десять-двадцать лет заглядывала посмотреть, как деревянные «вигвамы» сменяются каменными. Когда в не очень далеких окрестностях нашли нефть, предприниматели заметно оживились, и город за пять лет резко увеличился в размерах, даже построили причалы для больших кораблей. Только вот обустроить пляжи, как положено, никто пока не догадался, и это была одна из причин, по которым мы за все лето так и не съездили на берег океана. Что там смотреть-то? Вода и вода… Тем более, что от нашего дома туда нужно было добираться на извозчике часа два по неровной, пыльной дороге. Или все-таки устроить нам пикник на берегу?

– Линкс, если мы решим съездить на побережье, присоединишься к нам? А то лето уже почти закончилось, а я там еще ни разу не был.

Она посмотрела мне в глаза и задумалась.

– Это было бы интересно, я в ту сторону далеко не заходила. По крайней мере, давно там не была. А когда можно будет…

Тут меня кто-то так сильно толкнул в спину, что я запнулся о торчащий из мостовой камень. Повернувшись к нахалу, успел заметить только неясный силуэт, очень быстро скрывшийся за углом дома, который мы только что миновали.

– Ой! – Линкс так сильно сжала мое плечо, что наверняка остались синяки. – Крис…

– Что случилось?

Меняющая Облик не ответила. Ее лицо быстро утрачивало свежесть, на глазах превращаясь из румяно-розового в блекло-серое. Цепляясь за мою руку, она медленно оседала на тротуар.

– Милая, что с тобой?..

Демон уже явно теряла последние силы и почти опустилась на колени, когда я подхватил ее на руки, которые сразу стали мокрыми и липкими. У нее течет кровь?!. Откуда, как?!.

На наше счастье, улица в этот момент оказалась совершенно пуста, и я за считанные секунды оказался в ближайшем узком переулке, тело Линкс становилось все тяжелее и тяжелее. Что делать, куда бежать?.. Не будешь же грохотать кулаками в двери – «Пустите, у меня тут демон умирает!..» Да, а они разве могут умереть?..

Ага, вот штабель досок, явно приготовленных для ремонта здания, вот тут, в уголке, нас не будет видно… Как раз лежит деревянный поддон, на котором явно стояли бочки с краской – на серых досках остались цветные круги. Как ты, Линкс, держишься? Что-то хочешь сказать?.. Не пойму, говори громче…

– Там… В спине… Больно…

Действуя как можно осторожнее, кладу ее на поддон и переворачиваю набок. Ох, сколько крови-то!.. А это еще что такое?

Чуть выше поясницы Линкс из складок платья торчит что-то вроде небольшой рукояти. Ясно, ткнули сзади стилетом, или кинжалом… Ну и что, в больницу ее везти? Не успею, да и не лечат они там демонов… Но если не вынуть оружие у нее из спины – она просто умрет от потери сил, сама с этим не справится.

– Милая, потерпи, сейчас будет… – Не договорив, начинаю вытаскивать кинжал из раны. Знаю, что нельзя, отстаньте!.. В пальцы как будто бьет электрическим током, до судорог, но я упрям!.. Как только клинок полностью вышел из тела, бросаю его рядом с собой и прижимаю рану ладонью. Негромко бормочу себе под нос формулу экстренного лечения, не зная, может ли она подействовать на Меняющую Облик. Ну не учили нас врачевать демонов!.. Только убивать их… И то, очень сомнительно…

Дыхание Линкс стало ровнее, кровь больше не текла, по крайней мере, я этого не чувствовал. Цвет лица уже не изменяется, но и к нормальному не возвращается. И что делать дальше? Сколько нам тут сидеть, пока раненая сможет подняться? До завтрашнего дня? А вдруг в ней проснется жажда крови?!.

– Ты как? Я вынул кинжал и попробовал закрыть рану, как сумел. Слышишь меня?

– Да… Не бросай… меня… здесь…

– Ты что!.. Сейчас лучше помолчи…

Рискнуть? Надеюсь, получится… И она меня не сожрет на месте…

Подобрав кинжал (сейчас он уже не бьет по пальцам искрами), примеряюсь кончиком его лезвия к своей левой руке и чиркаю по коже между рукавом и ладонью. Больно!.. Тут же прижимаю это место к губам Линкс, она жадно приникает к царапине, но потом пробует оттолкнуть мою руку:

– Ты что!.. Не надо!..

Но я непреклонен, и демон покорно пьет мою кровь. Ее щеки постепенно розовеют, но руки все еще слабы. Наконец, Линкс отстраняется, облизывая алые губы. Зрелище, конечно, жутковатое – потеки на половине лица…

– Все, больше не надо… Спасибо!..

– Теперь ты не умрешь? – ненавязчиво интересуюсь я.

– Здесь мы не погибаем… Просто уходим из этого мира.

– Ну вот… Теперь ты будешь сердиться на меня…

– За что? Нет, конечно!.. Я еще хотела побыть здесь… Рядом с… – Она замолчала. Снова взяв меня за руку, она поцеловала место пореза, и кровь сразу же перестала капать. Своими тонкими пальцами Линкс несколько раз пробежалась вдоль раны, я ощутил холодок, заплясали мелкие искры, и след от глубокой царапины тут же исчез.

– Не надо, я бы и сам убрал…

– Сиди, у тебя все лицо белое сейчас, как мел. Так что не дергайся, когда тебе демон советует.

– На себя посмотри, красавица…

Ну да, лицо у нее уже не пепельно-серое, а просто очень бледное, как бумажный лист. Возле рта – пятна крови, рядом с которыми кожа начинает медленно-медленно розоветь. Ни дать ни взять – вампирша на охоте!.. Ой, не буду даже касаться этой темы, мало ли что…

В суматохе я совершенно забыл окружить нас завесой невидимости. Нам повезло, что в этот момент мимо никто не проходил, а то бы еще полицию вызвали, разбирайся потом с ними. Ну вот, накаркал!

Рядом послышались шаркающие шаги, и из-за штабеля досок показалась неуклюжая фигура. Кто это тут у нас?.. Ясно, мужичок хотел спокойно посидеть в уголке, с бутылочкой любимого пойла. А тут – мы!..

Забулдыга медленно-медленно сосредоточил свой взгляд на поддоне, где мы с Линкс сидели в обнимку. Как у него только не случился сердечный приступ – непонятно. Цвет лица мужика поменялся от красно-синего к серому, потом к белому, он взглянул на бутылку в своей руке, потом опять на нас… Вдруг с его стороны раздался звук (характерный совершенно для другого места, понимаете, о чем я?..), пьяница судорожно перекрестился, и выпавшая из разжавшихся пальцев бутылка вдребезги ахнулась о мостовую. Полетели брызги, мужичонка очнулся, дернулся в сторону и побежал прочь со всей возможной скоростью.

Повернувшись к Линкс, я увидел, что она медленно прячет выпущенные клыки. Юмористка, чтоб тебя!..

– Ну и шуточки у вас, мадам!

Улыбнувшись уже совершенно по-человечески, она ответила:

– Вообще-то, не мадам, а мадемуазель… Зато теперь ему точно никто не поверит, что бы он ни рассказывал о том, кого тут видел.

(Улыбается, значит, быстро придет в норму… Надеюсь.)

– Давай еще немного тут посидим… Хотя бы с четверть часа. Потом надо бы почистить одежду, сам видишь, что с ней стало.

Тут она совершенно права – в таком виде, как сейчас, ходить по городу можно было только очень темной ночью, и обязательно по тем улицам, где нет фонарей. Пятна крови, грязь, краска на досках не высохла, как оказалось…

Сначала мы сидели, обнявшись, на досках и молчали. Затем Линкс перебралась ко мне на колени, прижалась, обхватила руками за шею и уткнулась лицом куда-то в плечо.

– Ну, что ты, маленькая… – Да уж, такая «маленькая», что еле-еле сюда дотащил…

Я потихоньку гладил ее по спине, стараясь не касаться того места, откуда недавно вытащил кинжал. Кстати, что это за штучка такая хитрая? Ведь Хозяйке нельзя причинить вред никаким оружием, хоть стреляй в упор. Или, оказывается, все-таки можно?..

– Почему ты меня спас? Ведь тебя учили убивать таких, как я… – Отвлекшись на внимательное изучение кинжала (костяная рукоять, даже заляпанная кровью, выглядела настоящим произведением искусства), я не сразу расслышал тихий шепот.

Хм… Ну и что тут скажешь?

– А я не вижу в тебе врага. Тем более, что ты спасла меня тогда в лесу, вытащив из реки.

– Тебя вытащила не я…

– Мне это не важно. Просто я помню, как ты поила меня отварами трав в своем вигваме. И подарила браслет. Специально его сплела, так ведь? Коварная ты моя…

Линкс подняла голову и взглянула на меня, улыбаясь сквозь слезы.

– Наши пути еще долго будут идти вместе, Охотник! И твоя Волчица это знает…

– Прошу, не волнуй ее! Сама понимаешь…

– Не бойся, все будет хорошо, обещаю! Сейчас мы с тобой оказались связаны еще крепче…

– Это хорошо или плохо? – Нет, серьезно!.. Мне что, теперь по ночам не спать, переживать?

– Для всех вас – хорошо. И для меня – тоже.

– Надо же! Я сумел помочь самой грозной Хозяйке леса, Меняющей Облик… ну и так далее, по списку.

Линкс чувствительно толкнула меня кулачком в бок и снова уткнулась в плечо.

– Ты сохранил равновесие… Мало ли кто мог сюда попасть, если бы я… ушла… Что ты делаешь?.. Нет, не убирай руку…

(А я всего-то хотел чуть передвинуться, рука соскользнула с ее плеча немного пониже…)

Наконец, мы решили покинуть этот гостеприимный уголок – видимо, закончился обеденный перерыв, и в начале переулка послышались голоса приближающейся группы людей. Пора приводить себя в порядок и как можно быстрее ловить извозчика, чтобы ехать домой.

Поставив Линкс перед собой, я несколькими пассами попробовал очистить ее платье от пятен крови и грязи. Нет, получилось только с третьего раза – что-то сил маловато осталось. Наверное, поделился с Хозяйкой не только кровью, но и чем-то еще. На моей одежде пятен оказалось меньше, поэтому удалось отчиститься за один раз. Хотя, если внимательно присмотреться, то можно заметить… Да, неважно! Нам бы только поскорее уехать домой, а там уже разберемся. В дамской сумочке обнаружился чистый кружевной платочек, которым Линкс тщательно вытерла лицо, смотрясь в зеркальце. Ну вот, ничего и не видно… Почти…

Все, выходим на оживленную улицу. Народ в нашу сторону не смотрит – помогает заклинание малозаметности, только переходить через улицу надо очень осторожно. Где тут поблизости стоянка извозчиков? Ясно, нам в ту сторону…

Линкс, хотя и бодрится, опирается на мою руку совсем не символически. Нет, уважаемая, сегодня ты у нас никуда не полетишь. Ночевать останешься в доме, посмотрим, как все будет следующим утром.

На наше счастье, мимо проезжал свободный экипаж, который мне удалось остановить громким свистом. Вот и хорошо, сейчас поедем… Да согласен я, заплачу, сколько просишь, только побыстрее!

По дороге мы молчим. Пользуясь тем, что верх экипажа поднят, Линкс прижалась ко мне и склонила голову на плечо. Она что, дрожит?.. Вроде бы сейчас не холодно…

– Почему я не заметил того, кто к нам приближался? Ведь рядом людей не было.

– Потому, что это был не человек и не дикий зверь.

(Я что, начал размышлять вслух? А Меняющая Облик услышала и отвечает?)

– Так ведь рядом были разве что кошки…

– Ты прав. Только не такие, как обычные. По крайней мере, одна из них.

– А почему…

– Позволила на себя напасть? У врага был амулет, скрывающий его суть. Вот и не почувствовала… До последнего момента. Все, давай помолчим, обсудим это дома.

Ну да, ведь наш дом – и ее дом тоже…

Как ни странно, у дверей нас никто не встретил. Даже на кухне было тихо. Но сейчас это даже лучше – не будет лишних вопросов.

– Пойдем наверх… Хотя… Пить хочешь?

Линкс молча кивнула, и я повел ее на кухню, где усадил возле столика и быстро налил половину бокала красного вина.

– Пей!

Надо же, она меня послушалась и выпила все до дна.

– А вот теперь пойдем наверх, и побыстрее…

Услышав наши шаги на лестнице, из своего кабинета выглянула Клер и тут же метнулась к нам.

– Что случилось?!.

– На Линкс напали. Давай, помоги ей устроиться в ванне, нужно набрать воды, как можно горячее, и побыть рядом.

– Хорошо, иди, разжигай котел, я справлюсь! – махнула Клер рукой и повела нашу раненую гостью в ванную комнату.

Вода в баке еще не совсем остыла, я специально проверил, перед тем, как зажечь огонь в небольшой топке. Ничего, сейчас быстро нагреется, добавим еще воды, и все будет хорошо!

Ну, с этим делом покончено, что дальше? Есть идея, нужно попробовать…

Ненадолго зайдя на кухню, я взял бутылку красного вина и три бокала. Чуть подумав, прибавил к ним бутылку бренди. (Ну, мало ли что…) Сейчас подымусь наверх, гляну, как там у Линкс дела, и начнем ее лечить. Говорите, спиртное в большом количестве не рекомендуется? Кто это говорил, и по поводу чего? Ах, может усилиться кровотечение… Которое было остановлено около часа назад. Нет, обычные знания в этом случае не подходят. Придется экспериментировать, в книгах про лечение ран у демонов точно ничего не было. Скорее, наоборот – чем и как можно быстро вывести противника из строя, так сказать. Но дело в том, что универсального способа нет, что бы там ни утверждали авторитетные составители учебных пособий. То, что свалит с ног одного демона, только придаст сил другому, и наоборот. А когда и как их сортировать-то, не подскажете? Конечно, нужно долго наблюдать, сопоставлять… Ага, так вам и дали нужное количество времени!.. По крайней мере, никто из сослуживцев никогда не рассказывал, что смог победить демона в схватке. Или хотя бы вовремя сбежать подальше от места встречи… Подозреваю, что чаще всего после таких стычек рассказывать о них было уже некому. В том смысле, что живых свидетелей вообще не оставалось.

Вот и ванная комната… А где мои дамы? Ясно, пока набирается вода, они решили посидеть в спальне – я слышу приглушенные голоса.

– Ну, как дела? – бодрым голосом спрашиваю у Линкс, вваливаясь в комнату с бутылкой и бокалами в руках. Она уже переоделась в один из длинных халатов Клер, платье, требующее если не выбрасывания в утиль, то починки и хорошей стирки, небрежно скинуто в угол возле шкафа.

– Бывало и получше, – ответила Меняющая Облик, плотнее запахивая отвороты халата возле шеи.

– А ты решил использовать лекарства, рекомендованные народной медициной? – Это уже говорит Клер, с большой такой ноткой скептицизма в голосе.

– Сейчас под рукой все равно больше ничего подходящего нет. Так что предлагаю выпить за твое спасение, Линкс!

Поставив бокалы на тумбочку возле кровати, наливаю в два бокала из трех до половины, в третий, по знаку Клер, только на самую малость. Чокнувшись, пьем первый тост за спасение, и почти сразу второй, за здоровье всех присутствующих в комнате. Кстати, кот, лежавший на кровати, тоже вошел в перечень. Он сосредоточенно смотрел на Линкс и мурлыкал так громко, что казалось, будто рядом работает двигатель автомобиля. Оба раза Меняющая Облик пила наравне со мной, как говорится, «До дна!» Клер пригубила вино чисто символически, ну, причина известна…

– Вода уже набралась, посмотри, милый! – обратилась она ко мне.

Ладно, как говорится, волею пославшей меня жены… Действительно, набралось примерно три четверти ванны, пора закрывать краны. Горячая? Нормально, пусть погреется. Источника с живой водой у нас в доме нет, так что сойдет и такой вариант.

– Ванна готова, можно начинать водные процедуры! – объявил я, войдя в спальню. Линкс поднялась с кровати, чуть поморщившись. Неужели она еще не восстановилась? Хотя кто ее знает, как быстро она может залечивать раны… Сами понимаете, оружие-то необычное!

Женщины вдвоем пошли к дверям спальни, а я совершенно машинально прихватил с тумбочки бутылку бренди и один бокал. Когда подошел к дверям в ванную комнату, выглянувшая из нее Клер жестом остановила меня:

– Все, дальше девочки справятся сами! А ты иди, займись чем-нибудь. Если будешь нужен, я тебя позову. – После чего небрежным жестом забрала пузатую бутылку и бокал, подала их Линкс и закрыла дверь прямо перед моим носом. Затем последовал щелчок задвижки. Ну да, а чего вы собственно хотели, господин специальный агент?.. Пациентка может передвигаться самостоятельно, падать в обморок или как там это у демонов происходит – вроде не собирается… Из-за двери послышался приглушенный смех Линкс, затем Клер что-то сказала, после чего они рассмеялись уже обе. Вот и хорошо! А я пойду съем что-нибудь, аппетит разыгрался, это все от нервов. И бренди забрали… Нужно проверить – вдруг там в шкафу еще что-нибудь осталась?

На кухне меня ждало разочарование – в шкафчике стояли лишь пустые бутылки. Нужно сказать Сюзан, пусть уберет их в кладовку, что ли… А то сплошные обманутые надежды, понимаешь! Даже вина нет, почему-то быстро закончилось. Лишь бы пошло на пользу – когда Линкс пошла в ванную комнату, цвет лица у нее был уже почти нормальным. Интересно-интересно… То есть вместо переливания крови удалось обойтись вливанием спиртосодержащих жидкостей? А другие горючие вещества ей подойдут?

Тут в мои размышления неожиданно вмешался чуть гнусавый голос, изрекший: «Единственно, что может спасти смертельно раненного кота – это глоток бензина…»[3] Ага, ты мне еще предложи в Хозяйку керосину из лампы залить, и посмотреть, что из этого получится! Хотя… Кто знает, какая у нее химия внутри? На первый взгляд, кровь из раны выглядела совершенно обычной… Под микроскоп бы сунуть такой препарат на стеклышке, посмотреть… А позвоню-ка я по телефону!

Дежурный ответил уже после второго гудка вызова.

– Джеймисон слушает!

– Привет, это агент Смит. Босс на месте?

– Да, только что ему принесли рапорт – полицейские задержали какого-то алкоголика, который орал на всю улицу, что своими глазами только что видел двух вампиров! Протрезвел бы сначала, что ли… У нас вся Контора ржет, как кони. Откуда здесь вампиры? Да еще среди бела дня! Даже дети знают, что кровососы вылазят только по ночам…

– Понятно.

– А ты чего звонишь-то? Дома скучно стало?

– Нет, хотел договориться с начальником о встрече на завтра. Приду не один.

– Вот как!.. – Голос дежурного стал заинтересованным. – И кто у нас гость?

– Завтра и увидишь, если раньше не сменишься.

– Ради такого дела могу и задержаться. – И тут, гораздо тише, он добавил: – Босс сказал, что если ты будешь звонить – немедленно сообщать ему, в любое время. Даже если просто спросишь, который час или какая погода на улице.

– Ясно… Тогда передай ему, что завтра в одиннадцать утра я прошу встретиться с одним человеком, он в курсе.

– Хорошо, позвоню мистеру Мак-Кинли прямо сейчас. Отбой!..

А теперь мне остается всего лишь уговорить Линкс составить мне завтра компанию и прогуляться в Контору. Почему-то я думаю, что она не откажется. И начальник не станет устраивать хитрых ловушек с серебряными клетками и душем из святой воды. Мистер Мак-Кинли крайне заинтересован в этой встрече, знать бы еще, почему? Однако, в смелости ему не откажешь – ведь он прекрасно знает, кого я приведу к нему в кабинет. Да, первоначально я думал устроить их встречу где-нибудь на природе, в лесу. Но сейчас нет времени составлять хитроумные планы, придется действовать напролом. Этого неизвестные враги, скорее всего, не ожидают – подобные прямолинейные действия в Конторе не приветствуются, если не абсолютно, то очень близко к тому. Кстати, пусть Линкс наденет шляпку с густой вуалью, этого будет достаточно. Очень надеюсь… Впрочем, у нее есть и другие способы изменения внешности. Подозреваю, что и мужчину она может изобразить так же легко. Но не будем об этом, пожалуй! Хватит с меня нервотрепки на сегодня!

Вошедшая на кухню Сюзан прервала мои размышления.

– Я сейчас начну готовить ужин. Хотите, заварю для вас чай?

– Да, пожалуй…

Пока я задумчиво грыз сухие печенюшки из стоявшей посреди кухонного стола большой тарелки, индеанка вскипятила небольшой чайник. Ну вот, теперь есть чем горло промочить, если все остальное внезапно закончилось.

– Хозяйка Леса все еще у нас в гостях?

– Да, только я не знаю, будет ли она ужинать.

– Что-то случилось?

– В городе у нас с ней были неприятности, но сейчас все уже хорошо. Я очень надеюсь…

– Может, тогда вы ее спросите? Мне нужно знать, на сколько персон готовить.

– Сейчас, чай допью и пойду… А где Сэм?

– Уехал сегодня утром, на два дня.

– Когда он вернется, передайте, что я хотел бы с ним поговорить.

Сквозь двери ванной комнаты по-прежнему чуть слышно доносился разговор. Ни одного слова разобрать не получилось, да я особо и не прислушивался.

– Сюзан спрашивает, будет ли ужинать наша гостья.

– Буду! – тут же отозвалась Линкс. – Желательно что-то мясное, только не очень сильно прожаренное.

Так, голос вроде нормальный…

– Вы скоро отсюда выйдете? – вдруг они там в ванне спать собираются.

– Как раз к ужину и выйдем. Лучше иди проверь бойлер, а то горячая вода слабо идет. – Это уже Клер командует.

– Ну, если вы просите… – В ответ раздалось хихиканье и плеск воды. Понятно, у дам свои секреты.

Действительно, огонь в топке заметно уменьшился, пришлось добавить ему бодрости, закинув пару поленьев и засыпав угля. Мне показалось, что среди взметнувшихся огненных лепестков промелькнуло извивающееся тело ящерицы. Неужели саламандра, дух огня? Раньше я ее здесь не замечал, хотя заниматься водонагревателем приходилось весьма часто. Ну ладно, грейся, ты вроде существо безобидное.

На кухне Сюзан вовсю громыхала посудой – судя по всему, ее посетило кулинарное вдохновение.

– Наша гостья просит на ужин что-нибудь из мяса, не сильно прожаренное.

– Хорошо, я как раз принесла из лавки подходящий кусок грудинки. А теперь позвольте мне заняться готовкой…

Ясно, «Мавр сделал свое дело, мавр может уходить». Пойду-ка я в кабинете посижу.[4]

На письменном столе в своем кабинете я обнаружил сумочку, с которой Линкс ходила в городе. Не понял, это еще как сюда попало?.. И почему ридикюль такой тяжелый?..

В сумочке, кроме обычной дамской мелочевки вроде зеркальца и пудреницы, обнаружился завернутый в кружевной платочек тот самый кинжал. Да, которым чуть было не убили… или не отправили в другой мир Линкс. Очень странно, что когда уходили с места происшествия, я о нем и не вспомнил… Металлический четырехгранный клинок длиной примерно полфута, все грани с долами. Серо-красный, но это не ржавчина… На костяной рукояти, сплошь украшенной неизвестными мне символами, темнели пятна засохшей крови. Я попробовал оттереть одно из пятнышек пальцем – не получилось. Плюнув (в буквальном смысле) на уголок платка, повторил попытку – никакого результата. Хм… Интересно.

Что у меня еще есть под рукой? Маленькая фляжка с бренди, буквально на пару глотков, лежащая в боковом ящике стола. Аптекарского спирта не держу, я ведь не лекарь, и употреблять внутрь предпочитаю более приятные на вкус напитки. Хотя, если спирт хорошо очищен… Да если его качественно, со знанием дела, настоять… Нет, сейчас не до этого.

Как ни странно, платок, смоченный бренди, справился с задачей самым лучшим образом. Через пять минут на кинжале не осталось и следа от пятен крови. Что интересно, когда пропитанная бренди ткань касалась очередного пятна, раздавалось легкое шипение, и появлялся слабый дымок, вроде сигарного, только без запаха. Никогда о подобном не слышал, да и не читал. А Линкс очень лихо употребляла бренди большими глотками, даже не поморщившись. («Она что – на спирту работает?..» – тут же съехидничал внутренний голос.)

Ужин прошел как-то очень быстро, и в молчании. Даже Джонатан сумел обойтись без своей привычной болтовни. Не знаю, устал он за день, или просто стеснялся в присутствии Линкс? Сюзан вообще за все время сказала буквально несколько слов. После традиционного чая или кофе, по выбору, мы все разошлись по своим комнатам. Я чистил оружие в кабинете, потом решил немного порисовать эскизы очередной поделки. Когда нарисовал второй – понял, что в доме совершенно тихо, все уже давно спят. Тогда и я пойду, утром рано вставать…

Что такое? Сон слетел с меня мгновенно, как только я ощутил рядом чье-то присутствие. Напрягшись, уже приготовился отбросить одеяло в сторону и вскочить, как вдруг почувствовал еле уловимый запах бренди. Понятно, кто пришел…

– Линкс? Ты почему не спишь? – Шепот в ночной темноте мне самому показался оглушительно громким.

– Хочу тебе кое-что сказать… Двигайся!..

Диван в гостиной был не таким уж и широким, так что мне пришлось как можно сильнее вжаться в его мягкую спинку. Меняющая Облик плавным движением (воздух почти не колыхнулся) присела рядом.

– Ты меня спас сегодня…

– И что? – Мне не привыкать совершать необдуманные поступки, этот далеко не первый и скорее всего не последний.

– Теперь я связана с тобой. Могу выполнить какое-нибудь желание, что загадаешь?

– Это что, как в детских сказках про джиннов, что ли? – Что это она еще придумала? Ну вот, такой сон интересный снился…

– Если я тебя правильно поняла, то да.

– А вдруг я захочу, чтобы ты принесла мешок золота – выполнишь?

– Конечно!.. Только потом тебе самому, как работнику Конторы, придется разбираться с необъяснимым исчезновением этого золота из ближайшего городского банка.

– Надо же… А других способов разве нет?

– Ты в самом деле подумал, что я его тебе мгновенно наколдую? Или буду сначала копать яму, промывать породу, затем сплавлять золотой песок и самородки в большие слитки?

– Да кто вас… кхгм… знает… – чуть было не ляпнул «демонов».

– Лично я не могу делать очень многое, на что способен обычный человек. Так что будь осторожнее в своих желаниях…

– Хм… Тогда, властью, которая у меня есть, я освобождаю тебя от этой… зависимости. Живи, где хочешь, делай то, что считаешь нужным. А мешки с золотом я буду добывать сам, без всякой магии.

– Ты меня прогоняешь? – Мне показалось, или в ее голосе на самом деле послышались нотки разочарования?..

– Нет, с чего ты взяла? Просто не хочу ни требовать, ни просить… Мне нужен друг, а не слуга.

– А подружка тебя устроит? – Надо же, слезы куда-то подевались, мгновенно высохли, что ли?

– Что ты имеешь в виду?

Она тут же пояснила, сбросив одеяло в сторону и буквально рухнув мне на грудь:

– Не прогоняй меня… сейчас.

От такого бурного проявления демонических эмоций я потерял дар речи. Но, примерно через минуту, все-таки смог выговорить:

– Вот сейчас как зайдет сюда Клер, да как включит свет!.. И все, нам даже твоя великая магия не поможет…

– Она сейчас видит очень хороший сон и просыпаться не собирается. Ой…

Линкс вздрогнула и вроде как начала соскальзывать с узкого дивана, я машинально подхватил ее… Мда… Плотнее уже некуда…

– Вот так и держи, – прошептала она мне на ухо, – не отпускай!

– «Кабальеро в постели сеньориты – традиция, овеянная веками. Сеньорита в постели кабальеро…» – она не дала мне закончить фразу.

– Я никакая не сеньорита, и всякие ваши кабальерские поговорки ко мне неприменимы, ты забыл?

– Линкс, не мучай меня, пожалуйста…

– Тебе что, больно?

– Нет…

– Если вдруг Клер проснется, мне об этом сообщит кот.

– Ну вот, и он на твоей стороне…

– А как же! И вообще, сейчас кроме нас и кота, вокруг все спят, и не проснутся до самого утра.

– Прошу… Я…

– Вот поэтому ты мне и понравился тогда, человек! – Линкс рывком села рядом, но мою руку из своей не выпустила. – Не теряешь голову при виде золота и хранишь верность тем, кого любишь… – Показалось, или ее голос все-таки чуть дрогнул?

– Ну, ты мне тоже очень нравишься… Не помню, я уже просил тебя посетить нашего босса?

– Да, что-то такое было… Пустяковая просьба, но для меня очень приятная.

– А подходящий наряд у тебя есть?

– Как мило, что ты об этом подумал!.. Есть, конечно… Теперь спи, мой хороший!.. – Она легонько провела пальцами по моей щеке, и я мгновенно уснул, как будто погасили лампу.

Глава восьмая

Утром я проснулся от звона посуды на кухне. Сюзан старалась копаться там как можно тише, но тихое бряканье в утренней тишине разносилось по всему дому.

Надо же, что может присниться после такой сильной встряски!.. Но, как ни странно, чувствовал себя я очень даже хорошо. Только вот почему-то оказался закутан в одеяло, как будто кто-то меня очень заботливо укрыл. Так приходила Линкс сюда ночью, или нет? Так… Рядом с моей головой на подушке обнаружились два длинных темных волоса. Ну, это явно не мои, Клер рыжеволосая… Ой… Откинув одеяло, я собрался было вставать… А это уже ой-ей-ей…

Нижнее белье на мне отсутствовало – оно лежало дальше, под одеялом. Хотя, когда я ложился, все было как обычно. Ну и шутки у вас, моя демоническая подруга! Вот, ходи теперь, мучайся – было что-нибудь ночью, или нет? Решено – объявляю все сном! И пусть никто мне не доказывает обратного. Только волосы с подушки сейчас уберу… И вот этот лежащий на полу рядом с диваном маленький цветочек – рюшечка от ночной рубашки… Чувство юмора у Меняющей Облик точно есть, но оно немного странное. Ладно, проверяем – руки-ноги на месте, голова тоже… Пора вставать!

Только-только я успел одеться, собрать постельные принадлежности и спрятать поглубже в карман следы ночного посещения, как в гостиную вбежал кот. Он тут же стал тереться о мои ноги, негромко мяукая. Намекает, что его пора кормить? Нет, как будто…

– Хочешь есть? Так иди, Сюзан тебя покормит.

Кошак не ответил, продолжая громко мурлыкать.

– Нужно, чтобы я…

– Мяу!

– …Куда-то пошел?

– Мяу! – Он тут же побежал в сторону двери. Ладно, нужно глянуть, что там за срочная необходимость.

У лестницы на второй этаж кот остановился и посмотрел на меня.

– Туда, в спальню?

Он кивнул, или мне показалось? Стоило мне сделать несколько шагов вверх по лестнице, как кот с довольным видом направился в сторону кухни. Интересно… его кто-то прислал?

Стараясь идти как можно тише, подымаюсь вверх и крадусь вдоль коридора. В спальне тихо, только слышится размеренное дыхание двух спящих красавиц. Солнце еще не заглянуло в окно, поэтому в комнате все еще утренние сумерки. Так и тянет подойти поближе, но не хочется их будить – пусть сами просыпаются. И на что этот настырный кот мне намекал?..

Тут я услышал тихий шепот с той стороны, где спала Линкс. Слов было не разобрать, но мне показалось, что я это уже слышал. Там, ночью, в лесу… Нет, пойду-ка отсюда! И подальше, к примеру, на кухню…

На встречу с мистером Мак-Кинли Меняющая Облик решила надеть длинное платье строгого покроя, какого-то непонятного серо-зеленого цвета. В нем она сразу же стала похожа на школьную учительницу, причем, из таких, которых школьники тихо ненавидят и за глаза награждают всякими нелестными прозвищами. Кстати, внешность наша гостья тоже решила изменить, став лет на десять или пятнадцать старше. Черты лица вроде остались такие же… Но узнать ее теперь совершенно невозможно! Если бы я не видел Линкс до и после этого «преображения», наверное, и не поверил бы, что такое бывает. Клер тоже выглядела слегка удивленной, хотя, с ее опытом актрисы, и сама часто пользовалась разными приемами из арсенала гримеров.

– Ну и как я тебе?

– Хоть сейчас в школу, хулиганов воспитывать!

Линкс довольно улыбнулась.

– Спасибо, я подумаю над этим. А сейчас… Мы едем, или что?

Как раз в этот момент задребезжал колокольчик у входной двери – прибыл вызванный по телефону извозчик. Вовремя!

Клер тоже отправилась с нами в город – ей нужно было заехать на студию, и мы договорились, что позже заберем ее оттуда. Синематограф – дело серьезное, хотя все артисты – люди творческие, но она обычно старалась не опаздывать. По крайней мере, больше чем на час, хи-хи…

Утренняя жизнь в городе буквально кипела – на перекрестках наш экипаж часто останавливался, повинуясь жестам полицейских-регулировщиков. Да, после обеда развозка товаров уже обычно заканчивается, и проехать можно гораздо быстрее. А вечером грузы уже не возят, зато много неторопливо прогуливающегося народа, который после рабочего дня возвращается домой. Большой город, свои особенности дорожного движения! Говорят, где-то изобрели специальное устройство с названием «све-то-фор», которое зеленым или красным фонарем показывает, ехать или стоять. Но сюда подобные новинки еще не добрались. Даже на центральных улицах вместо автоматических указателей стоят полицейские. Впрочем, они ведь еще и охраняют порядок, так что прогресс может подождать, наверное.

Извозчик остановил лошадь возле входа на синематографическую студию, и я проводил Клер к дверям, где ее уже встречал притоптывающий от нетерпения агент.

– Все уже в сборе, ожидают вас! – сообщил он актрисе, мимоходом кивнув мне.

– Милый, приезжай за мной, когда разберешься со своими делами. – Вот так, ненавязчиво, и расставила все по местам.

– Да, я постараюсь не задерживаться. – С тем и откланялся.

Вернувшись в экипаж, я скомандовал «Поехали на Центральную!». С самого начала хотел немного пройтись пешком по городу, а вот и случай представился.

Минут через пять мы с Линкс неторопливо шествовали по тротуару в направлении здания Конторы.

– Бывала здесь когда-нибудь?

– Очень давно, половина зданий была одноэтажными и деревянными. Улицы не такими широкими… Людей гораздо меньше. Но сейчас все выглядит по-другому.

– Правильно, мода с тех пор не раз сменилась.

– Какая там «мода»… Тогда ходили неторопливо, а сейчас, посмотри – все куда-то торопятся. Мы идем медленнее всех, заметил?

– Время дня сейчас такое. Вечером уже мало кто будет торопиться. Да и сейчас, вон, посмотри, на другой стороне улицы!

Рукой я показывать не стал – трех девушек было очень хорошо видно и слышно. Они явно были подругами, так как шли, внимательно слушая среднюю. Время от времени раздавался громкий смех, когда девушка что-то показывала руками. Например, сейчас она будто рисовала или писала что-то на невидимой доске перед собой. Ого! Интересно, только я это заметил?.. В воздухе оставались мерцающие прозрачные нити, которые исчезали буквально через мгновение. Но две другие девушки на них никак не реагировали.

– Что, почувствовал? – спросила меня Линкс.

– Ну да. Только ведь она сейчас не произносит заклинаний… Интересно, кто это такие?

– Девушки ходят на театральные курсы. И у той, что в середине, учеба идет лучше всех.

– Понятно, почему… Но ведь она и сама не знает о своих скрытых талантах?

– Еще рано. Вот через год-другой они ей точно понадобятся. Ну, ты и сам уже знаешь.

– Пусть свои курсы окончит сначала. Но я ее запомнил, на всякий случай…

Некоторое время мы шли молча, потом Линкс спросила:

– А сейчас ты почему улыбаешься?

– Спасибо, что ночью не рычала…

Меняющая Облик от неожиданности остановилась, но все-таки сумела сохранить выражение лица, больше подходящее профессиональному игроку в покер:

– Понятия не имею, о чем ты говоришь… Идем, нас ведь ждут!

Однако, через пару минут все-таки улыбнулась, отвернувшись в сторону, и я заметил покрасневшую щеку. Не такая уж ты и невозмутимая, оказывается!..

Разумеется, почти сразу Линкс вернулась к образу строгой учительницы, причем так правдоподобно, что встречные мужчины стали поглядывать на меня с неподдельным сочувствием. Как я понял, ее такая реакция окружающих искренне забавляла.

– Можешь не беспокоиться, Клер уже перестала вздрагивать, когда я к ней приближаюсь. Я ведь за вас теперь отвечаю…

– Перед кем? – Мое удивление было совершенно искренним.

– Я сама так решила. И… Мне с вами интересно. Только не надейся, что все время буду защищать тебя от жены!.. Еще… Благодарю, что не дал мне тогда… уйти…

Вроде бы она сейчас не притворяется. Ну, или играет так хорошо, что я принимаю все ее слова, как говорится, «за чистую монету». Но подаренный ею браслет на несколько секунд стал очень теплым и как-то по-дружески сжал мою руку. (Интересно, а он может обманывать, или нет?..)

– Сам не знаю, почему так поступил. Кстати, вот мы и пришли!

Перед тем, как войти в здание Конторы, Линкс опустила на лицо густую вуаль, ранее лежавшую на полях ее шляпки. Теперь рассмотреть лицо стало весьма затруднительно, хотя, тут Меняющая Облик явно играла на публику – при таких-то способностях изменять внешность, можно было замаскироваться как угодно быстро. Ну да ладно, женщина есть женщина… Пусть даже она и демон.

– Привет! Нас ждет мистер Мак-Кинли, обоих.

– Добрый день! Я сейчас перезвоню его секретарю, минуту… – Дежурный меня хорошо знал, но исполнял свои обязанности буква в букву. Переговоры по внутреннему телефону заняли у него буквально несколько секунд, и после его приглашающего жеста мы с Линкс неторопливо прошествовали в сторону лестницы на второй этаж. Взгляд, которым нас проводил сидевший за столом сотрудник, буквально жег спину. Ох, чувствую, и будет разговоров после нашего визита!..

Секретарь встал со своего места и предупредительно распахнул перед нами дверь в кабинет босса. Ну что ж, шоу начинается!

– Входите, очень рад вас видеть! – Мистер Мак-Кинли прямо-таки излучал гостеприимство. – Здравствуйте, миссис…

– Мисс Линкс, – представил я Меняющую Облик. – А это – начальник данного учреждения, мистер Мак-Кинли.

– Проходите, садитесь!

Чуть передвинув кресло, я развернул его для Линкс. Она церемонно кивнула, продолжая играть роль строгой матроны, и опустилась на сиденье.

– Хочу сразу поблагодарить вас за то, что вы сочли возможным почтить нас своим визитом…

– Не стоит благодарности, мистер Мак-Кинли. Мне давно хотелось встретиться с вами.

– Вот как? И чем же был вызван такой интерес? Насколько я знаю, мы до этого не встречались, даже случайно.

– Скажем так… По личным причинам.

– Очень интересно… Надеюсь, наша организация не доставляла вам… никакого беспокойства?

– Нет. Я живу далеко от города, и не наведывалась сюда очень давно. В моем лесу все тихо… Было, еще совсем недавно. Разве что неожиданно появились две Темные Твари, но Крис… то есть агент Смит, сумел с ними справиться.

– А вы сами как же…

– Мне было любопытно, кто еще сможет туда прийти. И я очень рада, что это оказался достойный человек.

(Ну, зачем так громко об этом заявлять-то?.. Даже неудобно стало…)

– Извините, мне бы хотелось попросить вас об одном одолжении… – Босс высказал это как-то нерешительно.

– Говорите, а я подумаю. – Линкс добродушно улыбнулась, что в сочетании с ее выбранной для визита внешностью произвело сильное впечатление даже на меня.

– Разрешите взять у вас каплю крови… Для проверки.

– Мистер Мак-Кинли, вы гарантируете, что это необходимо чисто для научных целей? И не будет использовано для причинения… мисс… какого-либо вреда? – Пришло время и мне высказаться, не молчать же, как памятнику.

– Я обещаю, что это просто исследовательский интерес. Понимаете, уважаемая… мисс Линкс… Ранее у нас не было подобной возможности для столь близкого общения. По крайней мере, в литературе о таких случаях не упоминается.

– Хорошо. Что от меня требуется?

– Всего лишь капля крови из пальца, если это возможно…

– Это не страшно. Я согласна.

Мистер Мак-Кинли тут же поднял трубку и нажал кнопку подключения линии секретаря.

– Лаборант ждет? Пусть входит!

Я напрягся, но совершенно зря – вошел знакомый парень, тот самый, что исследовал мою кровь после головокружительного приключения. С собой он принес маленькую пробирку и блестящую коробку из металла, явно медицинского назначения.

Немного смущаясь, он подошел к креслу, в котором сидела Линкс. Она невозмутимо стянула с левой руки тонкую перчатку и вопросительно взглянула на лаборанта.

– Пожалуйста, вашу руку…

Шеф смотрел на происходящее с неподдельным интересом, разве что рот не открыл. А что такого-то? Подумаешь, берут каплю крови из пальца… У демона…

Внешне все было, как обычно – укол, минута времени и все окончено. Парень вылетел за дверь, как ядро из пушки, только каблуки простучали по паркету. Боится, что ли? Да нет, вроде бы… Наверное, торопится препарат под микроскопом рассмотреть – вдруг там все очень быстро меняется.

– Вам было не очень больно? – Какой у нас заботливый начальник, оказывается!

– Нет, – у Линкс явно было хорошее настроение. – Все уже заживает, смотрите сами!

Она демонстративно растопырила пальцы руки, и тут же по уколотому пальцу пробежал зеленый огонек. Короткая, в малую долю секунды вспышка – и на коже не осталось никаких следов укола. Щелчком пальцев Линкс подбросила вверх кусочек тонкой ткани, который ей дал лаборант, чтобы прижать к ранке – белый комок взлетел на пару футов вверх и тут же исчез, вспыхнув ярким пламенем. Ну, похожие фокусы можно и в цирке увидеть, конечно… Только вот выражение лица мистера Мак-Кинли говорило о том, что он давно не бывал в цирке. Или не видел подобного так близко…

– Какие вам еще могут потребоваться доказательства, что я не актриса, которая изображает здесь непонятно кого?

Я впервые увидел начальника могучей Конторы в таком смущении.

– Простите… В любом случае, когда нам приходится сталкиваться с… малоизученными явлениями… требуется проверка, в том числе и научными методами…

Не успел он закончить фразу, как затрезвонил телефон. Босс схватился за трубку, как утопающий за соломинку.

– Да? Уже готово? И что?.. Вы уверены?.. Хорошо, об остальном доложите мне в письменном виде… Да, с известным вам грифом. И чтобы ни одна душа!..

Положив трубку на аппарат, мистер Мак-Кинли секунд пять приходил в себя.

– Мисс Линкс… Вы не будете против, если я закурю сигару?..

– Только откройте окно, пожалуйста.

Подойдя к окну, босс открыл створку, как мне показалось – немного резковато. Да и руки у него чуть подрагивали – это было заметно по огоньку спички, пока он раскуривал свою дорогущую сигару.

– Прошу меня извинить…

– Вы не ожидали, что я окажусь самой что ни на есть настоящей?

– Хм-м… – Начальник не нашелся, что ответить.

– Агент Смит может подтвердить мои слова. Надеюсь, другие демонические способности демонстрировать не требуется? Или хотите чего-то еще, более впечатляющего?

– А вы можете показать, как меняете внешность? – Несмотря ни на что, босс хотел убедиться лично.

– Могу. Только попрошу Крис…тофера выйти. Ты не против? – Это она уже мне.

– Надеюсь, что представление обойдется без жертв. – Просто у меня такой своеобразный юмор. (Как и у большинства агентов подобных Контор, независимо от страны.)

– Не беспокойся, все будет тихо и мирно, обещаю!

Почему-то я ей поверил. Странно, правда? Не торопясь, поднялся из кресла, вышел из кабинета и плотно закрыл за собой дверь. Ну, посмотрим, что там дальше будет…

Минуты через две мне показалось, что я услышал звук падения на деревянный пол чего-то тяжелого, но за дверью было слышно только неразборчивое бормотание – толстая кожаная обивка надежно глушила разговор.

Еще через пять минут зазвонил телефон. Подняв трубку, секретарь выслушал реплику босса и указал мне рукой на дверь, разрешая войти.

Что же я увидел в кабинете начальника? Скажем так – примерно то, что и ожидал. Мистер Мак-Кинли доставал из сейфа бутылку дорогого бренди, а на столе уже стояли три рюмки. (Хотя, если честно, размерами они больше напоминали бокалы.) Эк его проняло!..

Линкс, сменившая облик на более молодой (сейчас ее загорелое лицо выглядело примерно так, как в вигваме посреди леса, что резко контрастировало с городским нарядом), довольно улыбалась. А что тут упало-то? А, вижу… Рядом со стеной лежала верхняя половинка массивного бронзового подсвечника, как будто отсеченная острейшим лезвием. Нижняя часть канделябра продолжала стоять на своем месте в углу. Вот, значит, как… Мы умеем рубить не только деревяшки…

Заметив мой взгляд, демон сказала:

– Видишь, с твоим начальником ничего не случилось, и со мной – тоже! Нам предлагают выпить за знакомство, ты не против?

– Нет… Но ты хотела что-то спросить, или я ошибаюсь?

– Да, я все хорошо помню…

Мистер Мак-Кинли закончил разливать бренди по рюмкам и сказал:

– Давайте выпьем за то, что познакомились именно здесь, а не где-то еще!

– Поддерживаю! – Линкс пригубила немного, подержала жидкость во рту, удовлетворенно кивнула и затем лихо, я бы даже сказал, «по-гусарски», влила в себя все, что плескалось в рюмке. Боссу только и оставалось, что удивленно хмыкнуть.

– Хороший бренди… – констатировала демон. – Давно такого не пробовала.

– Рад, что вам понравилось. Еще?..

– С удовольствием!..

– Прошу извинить, что не могу ничего предложить к столу… Как-то не предполагал…

– Ничего страшного. – Она прямо-таки излучала обаяние. Еще немного, и даже на меня подействует…

– О чем вы хотели меня спросить, мисс… Линкс?

– Сначала вы задайте свой вопрос, мистер Мак-Кинли.

– Да, вот в чем дело… Нам нужна ваша помощь. Или хотя бы совет… Не знаю, сможем ли мы справиться самостоятельно…

– Что-то случилось?

– В центре города, среди бела дня, видели вампиров, – сообщил начальник. – Конечно, источник не заслуживает особого доверия, это всего лишь старый пьяница… Но, кроме него, был еще один свидетель.

Мы с Линкс сначала засмеялись, но потом одновременно затихли. Получается, нас видел кто-то еще? И что этому свидетелю удалось разглядеть?

– Вы слышали об этом? – тут же спросил босс, увидев нашу реакцию. – Но откуда? В газетах не писали, все документы об этом из полиции нами изъяты.

– Скажем так – все было совсем по-другому… И с этим связан уже вопрос к вам.

– Хорошо, говорите!

– На мисс Линкс было совершено покушение. Оружием служил особый кинжал, я раньше таких не видел, даже в книгах.

– А кто был… этот напавший?

– Мы не знаем. Во всяком случае, это не обычный человек, пусть даже и очень ловкий. В тот момент возле нас никого в человеческом облике не было.

– Где этот кинжал, вы можете его показать? – Начальник подался вперед, забыв отодвинуть бутылку в сторону, и чуть не спихнул ее локтем со стола. – А, чтоб тебя… – Ему удалось спасти бренди, подхватив бутылку за миг до падения.

Линкс достала из своей сумочки завернутый в кружевной платочек кинжал и положила его на стол.

– Мне бы не хотелось оставлять его где-либо, понимаете? Так что можете изучать, как хотите, но только в моем присутствии. И еще: его нельзя царапать или что-то рисовать на поверхности…

Шеф тут же схватился за телефонную трубку и вызвал лабораторию. Парой фраз потребовал немедленного прибытия в кабинет эксперта-фотографа, со всем необходимым оборудованием, и несколькими короткими словами пресек робкие попытки хотя бы ненадолго отсрочить съемку.

Не знаю, был ли побит рекорд по времени прибытия в кабинет к начальству, но взмыленный фотограф постучал в дверь уже через пять минут. Мистер Мак-Кинли не стал выговаривать ему за опоздание, а показал рукой на стол. Там, на ближней к окну стороне, лежал принесенный нами странный кинжал. (Бутылка и бокалы откочевали назад в сейф, надеюсь, что ненадолго.) Кстати, Линкс снова опустила на лицо вуаль, не желая показывать лицо неизвестно кому. Ну, ей виднее…

Положив артефакт на лист белой бумаги рядом с линейкой, эксперт начал подбирать нужные углы для съемки. Солнце в этот час светило прямо в окно, и кинжал пришлось отодвинуть чуть дальше, чтобы на его поверхности не оказалось ярких бликов. Фотограф предусмотрительно надел тонкие перчатки из белой материи, поэтому можно было не опасаться, что он оставит какие-то следы на металле или рукояти. Я снова попробовал тихонько «прощупать» кинжал, но сейчас это был вполне обычный предмет, сравнимый по энергии с дешевым кухонным ножом, не более того. Разрядился? Или его воздействие было рассчитано на кого-то конкретно – на Меняющую Облик? А когда я вытащил его из раны (да, ощущение электрического удара запомнилось очень хорошо), то он стал всего лишь вычурным кинжалом? Можно ли его «зарядить» повторно? И для кого в этот раз?.. Надо же, сколько вопросов…

Фотограф выполнил свою работу меньше чем за четверть часа и ушел, Линкс тут же спрятала кинжал в сумочку. Как только закрылась дверь кабинета, мы вернулись к обсуждению, как выразился начальник, «возможностей дальнейшего сотрудничества».

– Хорошо, с вампирами в городе мы разобрались. Но могу ли я… и наше учреждение… рассчитывать на вашу помощь при расследовании особо запутанных дел?

– Конечно. Это будет весьма интересно. Но с одним условием…

– Каким?

– Я буду помогать, только если в паре со мной будет работать Крис… Агент Смит.

– Это возможно. Если не секрет, почему?

– Мы с ним хорошо понимаем друг друга. И… я не хочу, чтобы меня видели здесь. По многим причинам.

– Понимаю. Тем более, что покушение на вас – явно неспроста. Кому-то не понравилось то, что вы недавно сделали. А вот что именно – вам самой лучше знать.

– Я уже думала об этом.

– Обещаю – если нам что-либо станет известно о причинах нападения, то мы сразу же вам сообщим, через агента Смита.

Линкс ответила усмешкой, в которой даже слепой мог бы рассмотреть скептицизм, но промолчала. Ну да, куда уж обычным людям тягаться с хитростью демонов, упражняющихся в плетении интриг не одну тысячу лет!

– Со своей стороны, я обещаю, что буду охранять агента и его семью…

– Вот даже как? – Мистер Мак-Кинли явно удивился.

– Да. И не спрашивайте о причинах, для вас это не имеет значения.

– Как знать, как знать… – вздохнул босс. – Давайте выпьем еще по одной…

Начальник проводил нас аж до самого выхода из Конторы, чем немало удивил вскочившего со своего места дежурного.

– Был очень рад знакомству с вами… Надеюсь, что это взаимно.

– Спасибо за гостеприимство. Если что – обращайтесь. – Лица гостьи не было видно под вуалью, но чувствовалось, что она улыбается.

Линкс почему-то не захотела воспользоваться предложением отвезти нас машиной из служебного гаража Конторы, поэтому мы с ней неторопливо пошли вдоль по улице в сторону ближайшего перекрестка, где можно было побыстрее нанять извозчика.

– Хочу тебя спросить… – Наконец-то я решился задать вопрос, который не давал мне покоя уже давно.

– Спрашивай, – милостиво разрешила Хозяйка Леса, вновь вернувшая себе внешность строгой учительницы.

– Ты знаешь, что такое «Темное пророчество»?

Она не сбилась с шага, лишь на мгновение чуть сильнее сжала пальцы руки, которой держала меня за локоть.

– А тебе это зачем? – странно, раньше у нее не было манеры отвечать вопросом на вопрос.

– Может быть, нападение на тебя связано именно с ним?

– Нет, про… НАС – Линкс выделила голосом, чтобы стало понятно, кого она имеет в виду, – там ничего нет. – Оно касается только людей. И теперь я догадываюсь, кого именно…

– Одного человека?

– Нет. Имен там не указано… Но, если подумать…

– Текст, или что там сказано, помнишь?

– Я ничего и никогда не забываю. Ты хочешь услышать все прямо здесь?

– Ну… Тогда вернемся к этой теме чуть позже. Не боишься, что за разглашение тайны тебя могут наказать?

– Как? Запретят появляться в городе? – Она рассмеялась. – Нападение на меня устроил кто-то из демонов, так что теперь я не считаю нужным хранить чьи-то покрытые многовековой пылью секреты.

– Ты уверена?

– Полностью, совершенно, ну как еще сказать… Кинжал – не из этого мира, понимаешь? Человек им не может воспользоваться… Если только…

– Что?..

– Ему не поможет кто-то из демонов.

– Но ты же говорила, что напал не человек?

– Да. Это бы оборотень, не совсем обычный, поэтому мы его и не заметили сразу… Кого ты сейчас видишь?

На выступе фундамента дома, мимо которого мы сейчас проходили, сидел и умывался здоровенный рыжий кот.

– Ну… Кот сидит, умывается… Так… Только что придушил здоровенную крысу в подвале… Но живет не здесь, в соседнем доме… Хозяйка – старушка, любит сидеть у окна и держать кота у себя на коленях…

– Достаточно… – Меняющая Облик засмеялась. – А теперь вспомни свои ощущения в тот момент…

– Странно… Но почему-то очень похоже… Такое разве бывает?

– Бывает. Просто ты с ними еще близко не сталкивался. В твоих родных краях оборотни почти все большого размера.

Хорошо, я запомню…

Вот еще что… Не нужно держать кинжал в сейфе. Положи его под матрас, со своей стороны кровати, только аккуратно. Или, еще лучше – закрепи под лежаком. – Линкс протянула мне завернутый в платочек артефакт.

Это еще зачем? А вдруг его кто-то найдет?..

Так нужно. И пусть он лежит там, пока я не скажу. В сейф только не прячь. – Не иначе, она опять что-то задумала. Только ведь не расскажет… Демоны, они такие хитрые!

Тут я увидел пустой экипаж с явно скучавшим извозчиком, махнул ему рукой, и через минуту мы уже ехали на студию синематографа. По дороге оба молчали. Интересно, о чем сейчас думает Линкс?.. Будто услышав мой вопрос, она повернулась и взяла мою руку в свои, но разговора не начала. Вот как… Хорошо, не буду приставать с разными глупостями, вдруг у нее сейчас настроение неподходящее. Да и лишних свидетелей не хочется, мало ли что окажется затронуто в самом невинном, на первый взгляд, разговоре.

Нам пришлось подождать чуть ли не полчаса – Клер еще не закончила свою деловую встречу. Извозчик согласился подождать, тем более, что размер обещанной платы его вполне устроил.

Вышедшая к нам из ворот студии Клер буквально сияла, слушая идущего с ней рядом пожилого мужчину в строгом деловом костюме. Деятель искусства тоже выглядел весьма довольным. Надеюсь, что очередные переговоры закончились успешно, и создатели очередного шедевра синематографа наконец-то смогут приступить к съемкам. Лето уже почти закончилось, и если они хотят отснять несколько эпизодов на улице – им придется поторопиться. Я еще не знаю особенностей местного климата, но дожди вряд ли сделают работу операторов и актеров легче. Хотя… Не буду лезть в чужие дела, тем более, что понимаю в них совсем мало.

– …Ждем вас завтра, миссис Стефансон, вся группа будет в сборе, и начнем работать. Пару сцен для пробы отснимем, потом решим, что будем делать дальше. Готовы обсудить ваши предложения, можете вечером набросать список…

– С предложениями лучше немного подождать. То, что есть сейчас, мне очень нравится. До встречи на съемках, мистер Ивнинг!

– Удачного вам дня, миссис Стефансон!

Домой ехали молча, Клер сидела рядом со мной, а Меняющая Облик – напротив. За вуалью разглядеть ее лицо было невозможно, но я почему-то думал, что она улыбается, закрыв глаза. Довольна? Очень похоже, если судить по ощущению легкого тепла, исходящего с ее стороны экипажа. Разумеется, это всего лишь иллюзия… Но все равно – приятно.

Не успели мы выбраться из пролетки, как Линкс объявила, что ей срочно нужно отправляться домой, в лес. (Мне показалось, что Клер еле заметно, с облегчением вздохнула?..) Проводив нашу гостью к уже привычному месту отправления, если можно так выразиться, мы вошли в дом. В этот раз кот нас встречать не стал – был очень занят на кухне, гипнотизируя кусок мяса в руках Сюзан.

– Что у нас будет на ужин?

– Сейчас начинаю готовить отбивные…

Понятно, лучше не мешать, вкуснее получится. Тогда пойду в кабинет, все равно Клер заняла спальню – будет переодеваться, а это дело весьма непростое и долгое, вы же знаете.

В кабинете я снова принялся осматривать грозный артефакт. Почему «грозный»? Потому, что предназначен для устранения тех, кого невозможно убить обычным оружием. Вопрос, кому все это понадобилось? Зачем? Ведь Линкс почти все время сидит в своем лесу, и только в последнее время стала выбираться в город, да и то ненадолго. Кто-то решил выразить свое недовольство?

Откуда же взялся этот загадочный кинжал, как он сюда попал? И кто такой смелый, что не побоялся вонзить оружие в спину самой Хозяйке? Или ему просто было все равно? Или он не знал, к кому его подослали? Хотя, когда Линкс находится в облике человека, разницу уловить невозможно… Кстати, почему мы оба не смогли почувствовать приближение несостоявшегося убийцы? Вариант – если у напавшего был амулет, скрывающий его ауру, то и сам злоумышленник не мог чувствовать, к кому приближается… Но точно сказать нельзя, пока этот амулет не попадет ко мне в руки, а такое очень маловероятно…

Мои размышления о том, как именно следует заряжать такой сильный артефакт, и хватит ли у меня на это сил и умения, прервала Сюзан – постучала в косяк двери и сообщила, что ужин готов и все уже давно собрались, один я тут сижу в темноте. То-то думаю, узоры на рукояти стало трудно рассмотреть!

За ужином мальчишка внезапно спросил меня:

– Крис, а ножи делать сложно?

– Не очень, если есть все необходимые инструменты и мастерская. А что, хочешь научиться?

– Хотя бы посмотреть, как это все делают…

– А у тебя же начинаются занятия в школе?

– Мы можем сходить в мастерскую после занятий… Или даже в выходной… Ну пожалуйста…

Не знаю, что это взбрело ему в голову, но нужно посоветоваться с Клер. Она все слышала, и сейчас задумчиво смотрела на сына.

– Джонатан, а как сильно ты этого хочешь? – мама решила уточнить сама.

– Ну, на лошади я уже научился ездить… почти. Стрелять тоже… учусь. Теперь хочу посмотреть, как делают разные вещи, например, ножи. Ведь это так интересно!

– Хорошо, поищу в городе мастерскую, где разрешат немного поработать. Только заранее приготовь себе одежду, которую не жалко испачкать. Пыли и гари будет много…

После ужина эксперименты в кабинете продолжились, но образ предыдущего владельца ускользал. А если сделать вот так?.. Или вот так?..

Я продолжал крутить кинжал в руках, закрыв глаза, и ощупывал вырезанные на рукояти узоры. Почему-то никак не получалось увидеть лицо нападавшего, хотя его эмоции обязательно должны были оставить хоть какой-нибудь след.

Внезапно почудилось, что рукоять охватила когтистая лапа. Я тут же открыл глаза – нет, мои руки не изменились. Закрыл глаза и снова увидел мохнатые… пальцы? Рука небольшая, можно сказать – изящная, но кинжал держит умело, как будто тот, кому она принадлежит, часто пользовался таким оружием. Вот даже как… И что дальше? А ничего… Не увидел лица. Даже пол не удалось определить, не то, что подробности. Что ж, отрицательный результат – тоже результат!

На всякий случай я нарисовал примерный чертеж кинжала и подписал размеры. Сделаю-ка несколько грубых копий и потренируюсь в метании ножей и этих железяк, прямо всей спиной чувствую – может пригодиться…

Глава девятая

Как обычно, я начал прогуливаться у закрытых ворот съемочного павильона. Но сегодня у режиссера что-то явно не заладилось с самого начала – даже через толстые доски было слышно, что деятель искусств очень недоволен. Более того – с каждой минутой его голос становился все громче, и я смог расслышать несколько характерных выражений, которыми обычно пользуются грузчики в порту, когда ворочают особенно тяжелые ящики. Что такое могло случиться, интересно?..

Внезапно наступила тишина, голоса внутри павильона смолкли, и через негромко скрипнувшую дверь вышла Клер. Судя по ее раскрасневшемуся лицу, она тоже попала под горячую руку, как говорится.

– Милая, что у вас там случилось? Почему уважаемый режиссер вдруг вспомнил такие интересные выражения?

Клер смущенно хихикнула:

– Понимаешь, сегодня должны были снимать несколько эпизодов… Не самых главных, но мистер Стэнли отказывается работать дальше, пока не отснимем эти.

– А в чем проблема-то? Пленка закончилась, или оператор не пришел?

Она снова засмеялась.

– Нет… Исполнительница одной из ролей не в состоянии работать.

– Заболела?

– Вчера отмечала день рождения, в узком кругу больших поклонников. Неудачно сплясала на столе, и теперь у нее глаз не открывается и нога бинтами замотана. Хорошо еще, что без перелома обошлось. Мистер Стенли сказал, что или найдете другую актрису, с такой же внешностью, или будем ждать, пока эта не выздоровеет. А если быстро не выздоровеет, или не найдут подходящую замену – то съемки вообще отложат… И забудут про них.

Тут наш разговор прервался – через скрипнувшую дверь выглянул Кларк, помощник режиссера. Ого, его там что – кошки драли? Волосы, которые утром были уложены в идеальную прическу, сейчас клочьями торчали в разные стороны, помятый галстук болтался, изображая долго бывшую в употреблении удавку.

– Ну, нашли кого-нибудь? – спросила у него Клер.

– Всех обзвонил, результатов – ноль!.. Кто уже занят на съемках, кого в городе нет… Что делать будем?.. – отчаяние в его голосе мог расслышать даже глухой от рождения.

– Сейчас, подождите, я вспомню, может, кто из моих театральных знакомых откликнется?

– Да я уже по всем театрам отзвонился – ни сегодня, ни завтра… До конца недели все заняты. А у нас тут даже одну сцену могут целый день снимать, вы же знаете, как мистер Стенли работает… Пойду покурю минут пять, а потом к реквизитору…

– А к нему-то зачем? – удивилась актриса.

– Зачем, зачем… За веревкой и мылом, вот зачем!!!.. Приму ванну, и в горы полезу… Извините, день такой сегодня… неудачный…

Спотыкаясь, Кларк побрел за угол, где была устроена курилка с навесом из железных оцинкованных листов. (Несмотря на всю синематографическую вольницу, за курение в неположенных местах тут можно было огрести все виды наказания – от штрафов до увольнения. Клер рассказала, что это все из-за того, что пленка горит очень хорошо, а павильоны выстроены из дерева. Дважды случавшиеся пожары уничтожали по несколько строений за раз, и хозяева студии твердо решили не допустить этого снова.)

– А что, неужели действительно некем заменить?

– Понимаешь, актриса в эпизоде должна быть определенного роста, а те, которые здесь есть – заметно ниже… И фигуры у них слишком миниатюрные… Режиссер эту-то с трудом нашел, хотел на контрасте сыграть… Хотя, подожди-подожди…

Она отступила на шаг и оглядела меня с головы до ног.

– Милая, ты что это такое задумала?.. Боюсь, мне твоя идея не понра…

Клер прервала меня:

– Крис, ты когда-то говорил, что можешь сделать для меня все, что угодно?

– Ну, в разумных пределах… Ты что, серьезно?!.. – Я уже понял, к чему она клонит.

– Не бойся, у нас здесь хорошие гримеры.

– Еще скажи, что нигде других кандидатов на эту роль нет.

– Милый, не все должны знать о больших проблемах на съемках…

– Как будто помреж своими звонками уже не оповестил о них весь город.

– Ты многого здесь не понимаешь. Ну что, могу я (она специально выделила это голосом) рассчитывать на твою помощь?..

– Наверное, это будет очень ценный опыт для специального агента, – пробормотал я себе под нос, следуя за Клер в глубины павильона, где располагались гримерные комнаты.

– Так, сначала зайдем сюда. – Она потянула меня за руку к двери, над которой висела табличка с надписью «Костюмерная».

Внутри большой комнаты, где длинными рядами висели самые различные костюмы и платья (на мой взгляд, от современных до лет этак на двести назад по времени), у стола сидела и явно скучала за толстой книгой молодая женщина. Увидев Клер, она заметно смутилась и быстро засунула книгу в ящик стола.

– Миссис Стефансон, вы что-то хотели?.. Ваши вещи я уже отдала, они в гримерной…

– Сильвия, подберите наряд для сегодняшнего эпизода вот на эту фигуру, – тут Клер выпихнула меня вперед.

– Подождите… Вы хотите сказать, что… Замена?.. Он?.. Серьезно??..

– Вы найдите платье нужного размера, а с остальным мы после разберемся.

Явно заинтересовавшаяся таким неожиданным поворотом костюмерша неуловимым движением выхватила из кармана портновскую ленту и тут же приступила к обмеру моей фигуры. Сделав несколько записей на клочке бумаги огрызком карандаша, она упорхнула в лабиринт стеллажей и вешалок.

– Ну что, попался, мой дорогой!.. Сейчас будем делать из тебя неземную красавицу… – Клер еле сдерживалась, чтобы не расхохотаться.

– В этом деле главное – не слишком увлекаться, – пробурчал я. А что прикажете делать? Охранять павильон и без меня есть кому, вот и развлекусь немного. – Мне хоть заплатят? Сколько там получается за съемочный день?..

Моя миссис удивленно приподняла брови:

– Нет, посмотрите, какой меркантильный! Ему предлагают войти в историю, а он еще и недоволен!.. – Но тут она заметила, что я ухмыляюсь, и дальше мы смеялись уже вдвоем.

Костюмерша принесла нам целую охапку нарядов, и следующие несколько минут я терпеливо изображал манекен. Хорошо еще, что раздеваться прямо тут не заставили!.. Всего лишь ограничились тем, что прикидывали платья сообразно росту и фигуре. Наконец, результат их выбора лег сверху на корзинку, в которой лежали другие принадлежности.

– А там что?

– Сейчас узнаешь, пойдем быстрее, время не ждет! – Клер увлекла меня прочь из костюмерной вдоль по коридорчику, через пару десятков шагов втолкнула меня в дверь без таблички. – Заходи сюда и жди, сейчас придет гример.

Ожидание не продлилось и пяти минут, так что я еле-еле успел прийти в себя от такого бешеного натиска. (Вот так, господин агент, это вам не с чудовищами врукопашную биться!..)

В комнату вошла улыбающаяся Клер, следом за ней… Ну да, кого еще можно было ожидать?

– Здравствуй, Хозяйка! – Одета она была по-городскому, довольно скромно, но со вкусом. Непонятно, это такая иллюзия, или она у себя в лесу сидела и ждала вызова? Хотя, с ее возможностями… Не удивлюсь, если происшествие с вчерашней именинницей – ее рук (или чего там еще) дело. Ой, куда это меня понесло, привет тебе, дорогая и нежно любимая паранойя…

– Здравствуй, Крис! Вижу, вам понадобилась моя помощь?

– Если честно, не думал, что для этого нужны такие крутые меры.

– Да, это ты хорошо сказал… Вол… Клер рассказала мне, в чем дело. Ну что, готов сменить облик?

– А это не навсегда? – Я хотел пошутить, но голос все-таки дрогнул. Они заметили это и переглянулись.

– Нет, в полночь твоя карета превратится в тыкву, а платье – в мешковину.

– Если так, то давайте приступим. Режиссер, наверное, уже вторую трость догрызает…

– Тогда я пойду, займу его разговорами, а вы уж меня не подведите, хорошо? – Клер тут же вышла.

Закрыв дверь на ключ, Хозяйка повернулась ко мне и загадочно улыбнулась.

– Ты готов?

– Куда от вас денешься…

– Тогда раздевайся, сейчас узнаешь, каково быть женщиной.

– Красивой?

– Ну, это уж какая получится… – Меняющая Облик рассмеялась. – Хотя… Если сможешь потерпеть, то сам удивишься.

– Делай, что считаешь нужным.

– Уверен? Смотри, я предупредила… Закрой глаза и постарайся их не открывать. Подожди… давай лучше сделаем вот так. – Она завязала мне глаза каким-то легким платочком. – Теперь расслабься. И не думай ни о чем…

Хозяйка вертела меня в разные стороны, заставляя надевать различные предметы одежды. (Если честно, я всегда предпочитал наблюдать этот процесс со стороны, так сказать. Вот угораздило-то!.. Но, всем известно, что «Искусство требует жертв!» Ох, лишь бы чем плохим не кончилось это дело…)

– Так, теперь надеваем вот это…

– А оно не слишком большое?

– Не волнуйся, огромные фальшивые задницы и широченные юбки давно вышли из моды, так что у тебя будет… Все хорошо у тебя будет… Даже красиво. Теперь вот это… Выдохни, еще, еще!

Я выдохнул, и она тут же коварно воспользовалась моментом – очень туго затянула шнуровку корсета.

– Ох!.. Как я теперь дышать-то буду?..

– Ничего, привыкнешь… Попробуй, вдохни! Видишь, все получается. Давай сюда руки… Ну как, входишь в образ?

– Когда увижу себя в зеркале – тогда и начну.

– Подожди, осталось совсем немного… Готов потерпеть несколько минут?

– Что ты собираешься делать? – У меня возникли какие-то смутные подозрения.

– Мы же хотим добиться не просто лицедейства, а почти полного перевоплощения. Или ты против?

– Я-то не против, но слегка опасаюсь последствий.

– Ничего плохого с тобой не случится. Или ты сомневаешься в моих словах?

(Мне почудилось, или это прозвучало несколько… угрожающе? Вот уж чего не хочется, так это случайно разозлить Меняющую Облик…)

– Хорошо, делай, что задумала, – сказал я и мгновенно пожалел об этом. Кожа на лице буквально «загорелась», будто от ожога кипятком, а кости… Они стали менять форму под твердыми, как инструменты скульптора, пальцами моего необыкновенного гримера. Жуткие ощущения продлились несколько минут, показавшихся мне очень длинными, на лбу даже выступила испарина.

– Вот и все, милый! – Хозяйка ласково провела пальцами по моему лицу, и боль мгновенно исчезла. – Подожди, еще рано, – остановила она мою руку, когда я потянулся снять платок с глаз.

– Теперь возьми это и сожми в руке… – Меняющая Облик вложила мне в руку какую-то ленточку и заставила сжать кулак. Непонятно, на ощупь это широкая полоска бархата, и на ней – угловатая подвеска странной формы, что-то вроде многолучевой звезды. Ай, колется!.. Хорошо, что не до крови… Вроде бы…

– Все, дай-ка мне… – Она забрала полоску и тут же застегнула ее вокруг моей шеи. – Теперь скажи что-нибудь.

– А зачем все э… – тут полоска неожиданно сдавила мне горло, перехватив дыхание, и я закашлялся.

– Вот, выпей воды, давай-давай!.. Нет, не трогай застежку! Все будет хорошо…

И действительно – больше мне ничто не давило на горло и не мешало дышать (ну, кроме корсета, разумеется).

– Спасибо, – я протянул стакан, который она тут же забрала у меня, и понял, что не узнаю своего голоса. – И что, теперь я смогу так разговаривать?

– Разумеется. Это мой подарок, он будет работать и тогда, когда ты вернешь себе обычный вид. Вдруг когда-нибудь пригодится… Конечно, петь на сцене в опере – не твой уровень, но… Можешь и проверить, если хочешь.

– Не ожидал… – Действительно, голос заметно изменился по тембру, но не стал писклявым тенорком, как у притворяющегося мужика, а каким-то совершенно женским, возможно, даже приятным меццо-сопрано, или как там это называется. (Хотя, со стороны лучше заметно, пусть Клер потом оценит.)

– Осталось совсем немного, давай наденем на тебя вот этот милый паричок… Хорошо, что у тебя волосы коротко подстрижены, и утром ты побрился… Ничего, после моих… изменений… щетина у тебя все равно неделю расти не будет… Надеюсь, ты не против?

– Совершенно…

– И не нужно говорить таким замученным голосом! Всего лишь загримировали, а страданий-то!.. Тебе еще целый день на площадке так ходить.

– А как мне можно… стать прежним?

– Очень просто – три унции бренди внутрь и горячий компресс на все лицо. Через четверть часа будешь таким же, как раньше.

– В этом рецепте мне больше всего нравится первая часть…

– Ну что, красотка, прошу оценить результат моих стараний! – Хозяйка сняла с моих глаз повязку, и я наконец-то смог посмотреть в зеркало. Ой… Держите меня четверо, падаю… Хорошо, что здесь кресло с подлокотниками, а не простой табурет…

Глядевшая на меня из зеркала молодая женщина не имела со мной совершенно ничего общего, разве что цвет глаз. Лицо… Не ослепительная красавица, не утонченная аристократка… Но очень даже симпатичная… Я бы с такой захотел познакомиться… Что-то в ней оказалось этакое, необъяснимо притягательное…

– Подожди, я забыла еще кое-что… – Меняющая Облик бесцеремонно уселась ко мне на колени и приложила свои ладони к моим вискам. В голове тут же зашумело, шум перешел в звенящий гул, затем все резко стихло.

– Это еще зачем?..

– Ты ведь хочешь ходить и двигаться совершенно естественно, а не как кукла на ниточках? Теперь будешь самой настоящей женщиной… Да не дергайся ты так, я не это имела в виду… – Она расхохоталась. – Изменилось только твое лицо.

– Ну и шуточки у вас, госпожа Хозяйка…

– Теперь еще немного подведем тебе линии… вот здесь… и здесь… – Она умело работала маленькими щеточками, подкрашивая мне брови и ресницы. Конечно же, пришлось вытерпеть и губную помаду…

– Не облизывай губы, пусть немного подсохнет. Теперь встань и пройдись туда-сюда.

Я нерешительно поднялся с кресла, пытаясь оценить новые ощущения. С учетом того, что сейчас на мне прибавилось сверху на груди и позади ниже спины… Да еще и сапожки пришлось надеть, с небольшими каблучками… Интересно, у них что, действительно бывают актрисы с ногами такого размера?..

– Смелее, расслабься. Вот, у тебя все замечательно получается! Только резких движений не делай, сейчас на тебя никто не нападает.

Действительно, благодаря ее внушению, мне не нужно было задумываться о том, как нужно двигаться – все получалось само собой. Кстати, руки тоже изменились – интересно, все это Хозяйка проделала одновременно? Да, лицо тогда так болело, что на руки я совершенно не обратил внимания. Очень даже хорошо выглядят, ухоженные, с маникюром…

– Дальше сам справишься. А мне уже пора! – Меняющая Облик сделала буквально пару шагов за высокую ширму, по ушам чувствительно ударило воздухом, и я остался в одиночестве. Раз так, можно отпереть замок в двери, наверное, сейчас Клер вернется…

Ну что, с походкой более-менее освоился, теперь нужно привыкнуть к своему новому (надеюсь, временному) голосу. Ага, вон в углу как раз чья-то гитара стоит, выглядит вроде прилично… Да, она и новая почти… Только чуть поднастроить… Где тут можно присесть, а то в кресле не очень удобно… Кстати, сидеть на жестком табурете теперь стало гораздо мягче, хи-хи…

В юности матушка мне говорила,

Чтоб для любви свое сердце открыла.

Видно, иные пришли времена.

Бедная, как заблуждалась она.

Ах, нынче женихи

Твердят лишь о богатстве,

Костры былой любви

Навеки в них погасли.

И лишь один средь них

Сам ангел во плоти,

Но где его найти?

Но где его найти?..

Так, теперь добавим чувственности и выразительности…

А у меня душа -

Она почти из воска:

Податлива, тонка,

Наивна, как березка.

Душа моя щедра,

Но что вам от щедрот?

Никто ведь не поймет,

Никто ведь не поймет!

С юности встретить мечтаю поныне

Друга, представьте, я в каждом мужчине.

Я беззащитна пред вами стою.

Что же вы топчете душу мою?..

Негромко скрипнула дверь, и вошла Клер. Мельком взглянув на меня, она стала осматривать комнату и явно удивилась, никого больше не обнаружив. Глаза у нее от неожиданности моментально стали большими-большими, а я тем временем заканчивал песню:

Ах, нынче женихи

Твердят лишь о богатстве,

Костры былой любви

Навеки в них погасли.

И лишь один средь них

Сам ангел во плоти,

Но где его найти?

Но где его найти?..[5]

Неожиданно со стороны двери раздались негромкие аплодисменты. Там стоял мистер Стенли и улыбался. Клер повернулась в его сторону и явно не знала, что сказать.

– Кто это здесь? Неужели вы сумели так быстро найти замену?

– Да, мистер Стенли, Крис…тина согласилась нам помочь. Она моя хорошая знакомая, и к счастью, как раз сегодня приехала в гости.

– Вы очень хорошо пели, жаль, что я не понял ни одного слова. – Ну да, еще бы, песня-то была на моем родном языке! – А что-нибудь еще можете исполнить?

– Конечно же, но в синематографе это сейчас не нужно. Вы ведь искали актрису для массовки, а не певицу?

– Да, вы правы… Разрешите… – Он взял у меня гитару и аккуратно положил ее на столик, затем подал мне руку. – Пойдемте, сейчас я расскажу вам, что нужно будет делать…

Пока мы шли по коридору, я сумел расслышать фразу, которую режиссер словно в раздумье тихонько пробурчал себе под нос: «Да, она гораздо лучше той говорящей коровы из второсортного кордебалета…»

– Вы что-то сказали? – Нет, у меня сейчас отличный голос, даже самому нравится!

– Ничего… Простите, а откуда вы приехали? И в каких театрах играли? Конечно, если это не тайна..

– Ну что вы, какая может быть тайна! Приехала я из-за океана, а играла… В самых разных театрах, в основном – в малых.

– И какие роли вам доставались?

– Вы же понимаете, что мне вряд ли могли поручить роль Джульетты… – Режиссер оценил шутку и улыбнулся. – Да и не всякий Отелло со мной справится… – Теперь он уже рассмеялся во весь голос. Наверное, потому, что его голова только слегка возвышалась над моим могучим плечом. Да уж, моя гримерша постаралась, добавив к размерам и там, и сям. Но при этом фигура получилась весьма привлекательной, вон как оценивающе смотрит мужской персонал… А от ревнивых взглядов женской массовки (вон они, из-за угла осторожно выглядывают) сейчас платье на спине дымиться начнет…

Я чувствовал, что Клер идет позади и старается отыскать недостатки в гриме или движениях. А вот и не доставлю тебе такого удовольствия, милая! Меняющая Облик поработала на славу, и вдобавок неожиданно одарила меня «тузом в рукаве» – мне не нужно было контролировать каждое свое движение, все получалось совершенно естественно.

Неторопливо вышагивая рядом с режиссером, я выслушивал его указания и пожелания.

– …Вот, собственно, и все… Почти…

– Но мне говорили, что нужно будет всего лишь несколько раз мелькнуть на заднем плане?

– Увидев вас, я решил немного изменить свой первоначальный замысел… Вы достойны гораздо большего, чем один эпизод на несколько минут.

– К сожалению, у меня совершенно нет времени, завтра нужно ехать дальше…

– Даже если вам предложат существенный гонорар?

(И чего он в меня так вцепился-то?.. Неужели ему нравятся женщины именно с такой внешностью?.. Вот уж не было печали!..)

– Гонорар бы не помешал, но я связана обещанием, которое никак не могу нарушить… Зато сегодня весь день – ваш!

– Тогда не будем терять времени! Кларк! Всех на площадку, быстро, быстро!..

Помощник, который уже привел себя в более-менее нормальный вид, тут же развил бурную деятельность, и через пять минут актеры были на своих местах. (Съемочная группа вообще прискакала раньше всех, как при сборе по тревоге.) И началось!..

К окончанию съемочного дня я чувствовал себя так, будто прошел не один десяток километров с тяжелым мешком за плечами. Все-таки двигаться приходилось в «маскарадном костюме», так сказать, а он весил очень даже немало. Но Клер все время тихонько подбадривала меня своей улыбкой, что придавало сил.

Другие участницы съемок относились ко мне подчеркнуто нейтрально. Еще бы – я в их окружении выглядел подобно пастушьей овчарке среди болонок. Не знаю, может, всех специально подбирали небольшого роста, или просто такие оказались под рукой? Но подножек мне никто из них ставить не пробовал, и зонтиками за ноги не цеплялись. Хотя, я был бы рад ошибиться в своих предположениях – все они казались совершенно нормальными людьми. Правда, краем уха все-таки услышал фразу «Ну вот и где ее только нашли, такую дылду?.. Но предыдущая была гораздо хуже, да…»

Все мои вещи сразу после переодевания были аккуратно сложены в корзинку. Револьвер в кобуре и кинжал я спрятал на самом дне, еще в самом начале примерки. Жетон с удостоверением лежали там же, и чувствовать себя абсолютно безоружным было очень непривычно. Разве что напасть никто так и не попробовал, может быть, и правда этот день хорошо закончится?

Когда за окнами в крыше уже начинало темнеть, раздался крик режиссера:

– Так, на сегодня мы закончили, довольно!.. Все свободны! Миссис Стефансон, благодарю вас, вы были бесподобны!.. А вас, дорогая Кристина, я прошу остаться… Мне нужно с вами поговорить.

– Ну, разве что вы так настаиваете… У нас с миссис Стефансон большие планы на этот вечер…

(Нет, надо убегать отсюда, и как можно быстрее… Если он решит познакомиться со мной «чуть поближе», то или его хватит кондрашка, или я его раньше сам пришибу… Невзирая на заслуги перед мировым искусством и отдельно взятой страной…)

– Я вас надолго не задержу. Давайте отойдем вот сюда, – он указал на два кресла и столик, служившие реквизитом в одном из отснятых днем эпизодов.

Когда мы усаживались в кресла, я изящным движением расправил подол платья, совершенно не задумавшись об этом. Надо же!.. Ох, как его пробрало, аж лысина вспотела… Кажется, я знаю, кто ему будет сниться этой ночью… Только бы не рассмеяться во весь голос…

– Вы сказали, что здесь проездом? – спросил режиссер, поглаживая рукоять своей трости.

– Да, завтра утром мне нужно быть на вокзале, чтобы продолжить долгое путешествие.

– И все-таки… Могли бы мы встретиться с вами, когда вы будете следовать обратно?

– Не знаю, когда это будет… Понимаете, моя поездка связана с наследством… Но там все очень сложно… Придется погашать долги… Извините, не хочу морочить вам голову своими проблемами, но все может затянуться на несколько месяцев…

(Да, если бы мне так строили глазки, и сам бы поверил, честное слово! Это что, Меняющая Облик так повлияла?..)

– Я буду рад видеть и слышать вас в любое время. Поверьте моему чутью – вы можете сделать хорошую карьеру в синематографе.

– В комедиях, где буду лупцевать незадачливого мужа зонтиком?

– Мисс Кристина, мне нравится ваше чувство юмора, правда!.. – Мистер Стенли рассмеялся. – Можно будет отснять несколько эпизодов и оценить, в каком из них вы лучше всего раскроетесь.

– В драме… – Скорей бы от него отвязаться!

– Действительно?

– Вы же сами сказали, что любите пошутить.

– На этот раз я совершенно серьезен. Вот вам моя визитная карточка, на ней есть номер телефона моего секретаря. Звоните, если понадобится какая-нибудь помощь, или решите поучаствовать в съемках. Знаете, вы сегодня нас всех очень выручили! Я бы хотел вас расцеловать, в благодарность, за спасение фильма… – А в павильоне-то, кроме нас, уже никого нет!

– Нет, что вы, право, не стоит… – Я решительно поднялся с кресла, наплевав на этикет и условности. – Лучше это я вас поцелую, но только потом… Если захотите… А сейчас прошу извинить, но мне еще нужно собрать вещи перед поездкой.

– Очень жаль, очень жаль… И все-таки, надеюсь, вы не оставите мое предложение без внимания. – Как резво подскочил, видимо, ему хотелось поболтать еще.

– Как знать, как знать… Жизненные дороги бывают очень извилистыми и непредсказуемыми.

– Откуда это?

– Так, запомнилось… Всего вам хорошего, мистер Стенли!

– Рад был с вами познакомиться, мисс… Кристина! Искренне надеюсь, что когда-нибудь мы еще встретимся, и не раз!

Распрощавшись с неожиданным поклонником, я сунулся было в комнату, где меня гримировали, чтобы забрать свои вещи, но корзинки в углу не оказалось. Так, кто ее мог отсюда забрать? Наверное, Клер унесла!.. Вот незадача, в этом наряде нет карманов, и денег я не припрятал, нечем будет извозчику заплатить. Подождите, а ведь можно расплатиться и на месте, дома! Все, пора уносить отсюда ноги. Что-то сегодняшний день очень уж затянулся, а продолжения томного вечера мне совершенно не хочется – очень устал, да и надо бы всю эту «сбрую» снять поскорее, а то еще начну к ней привыкать!.. На улице уже прохладно, и жакет на вешалке сейчас очень даже кстати, спасибо костюмерше… И кто только придумал эти мелкие пуговицы, да еще в таком большом количестве?.. Ладно, возьму сумочку и зонтик, шляпка на месте, быстрый взгляд в зеркало – помада не размазалась, тушь не потекла, можно и на выход.

Неужели Клер не стала меня дожидаться и уехала? Вряд ли… Нужно только добраться к выходу со студии, там посмотрим. Если не будет ожидающего меня экипажа – поймаю извозчика сам и отправлюсь домой. Приняв решение, я неторопливо зашагал в сторону ворот, которые были уже закрыты, но сбоку виднелась распахнутая настежь дверь в высоком заборе. Да, темновато уже… И охраны не видно… Собственно, что им тут делать? Они охраняют Клер, сейчас ее тут нет, значит…

– Эй, красотка, куда торопишься? А почему одна, неужели проводить некому?

От стены соседнего павильона отделилась темная фигура. Так, лицо разглядеть невозможно, ночное зрение сейчас у меня не действует, секундочку, теперь поморгать… Ну вот, очередные приключения… И оружия никакого нет… Хотя…

– Вы собираетесь меня проводить до извозчика? Тогда пойдемте, а то здесь так темно и страшно… Ни один фонарь не горит…

(Действительно, почему? Завтра спрошу у охраны.)

– Нет, сначала мы с тобой познакомимся чуть поближе…

– Нас не представили друг другу, и вам не кажется, что вы слишком настойчивы? – Я сделал голос чуть погромче, но на визг переходить не стал, пусть клиент расслабится.

– Для тебя – в самый раз. Люблю таких, рослых!..

Какое неуважение к даме, он даже свой нож не вынул из кармана! (А «железка» явно у него есть, вон, сбоку рукоятка торчит…) Когда злодею оставалось до меня несколько шагов, я чуть отступил назад, а он резко ускорился, вытянув вперед обе руки, не желая упускать добычу. И тут же налетел на острый наконечник сложенного зонтика, который с размаху воткнулся ему под дых.

– Х-х-хе-ее… – Он согнулся пополам, не в силах сделать очередной вдох.

Я крутанул зонтик в руке, и тяжелая деревянная рукоять с громким треском шарахнула несостоявшегося любовника-грабителя по голове.

– Бум!.. – ну вот, пусть теперь объясняется, почему у него синяк на полморды. Он хоть живой там?.. Все нормально, дышит… Я ведь не стал его подхватывать, когда он гулко воткнулся лбом в дорожку, замощенную крупными камнями. Нет, пора здешнюю охрану взбодрить, совсем нюх потеряли! Вон, какие «крысы» по территории шастают! А если сопрут что-нибудь особо ценное, или подожгут?

– Нахал! – громко, с удовольствием воскликнул я своим мелодичным голосом и гордо прошествовал дальше

Нет, пока шел к забору, ночного сторожа так и не встретил, это немного удивляло… Уф-ф, за калиткой и правда стоял экипаж, в котором сидела Клер. Позади стоял еще один извозчик, в его экипаже явно сидели два охранника из Конторы.

– Не меня ли вы ждете, миссис Стефансон?

– Именно вас, дорогая Кристина! Надеюсь, вы не сердитесь на меня за то, что пришлось так быстро удалиться? Да, ваши вещи здесь, можете не беспокоиться.

Клер говорила это явно для охранников, которые были не в курсе происходящего. Ну и ладно, мне бы только поскорее домой… Лишь бы Джонатан меня в этом наряде не увидел, а то еще подумает невесть что…

Мы покатили вдоль по улице, над которой уже вовсю сгущались сумерки. Клер смотрела на меня, и я видел, как свет редких фонарей отражается в ее глазах.

– Если честно, я не ожидала такого результата, – тихо сказала она. – Думала, выйдет шутка, посмеемся немного… А сейчас… Я тебе даже завидую.

– Не понял…

– У тебя все получалось с первого раза. Так не бывает… Ну, у меня так не бывает… И эта песня…

– Нужно было освоиться с новым голосом. Не мог же я все время говорить шепотом?

– И твое лицо…

– Меняющая Облик сказала, что его можно вернуть к прежнему виду за пятнадцать минут, так что ничего страшного. Разве что воду в ванне надо сделать погорячее.

– А голос?

– Это еще быстрее, потом расскажу. Представляешь, ваш мистер Стенли дал мне свою визитку! Сказал, что могу обращаться к нему за помощью в любое время.

– Ого! Ты удостоился редкой чести… И как, воспользуешься предложением?

– Конечно же, нет – он абсолютно не в моем вкусе.

– А почему ты с ним так долго разговаривал?

– Ну, должен же я был его хоть немного помучить!..

Эти слова я произнес так выразительно, что Клер расхохоталась, заставив извозчика оглянуться.

– Ты замечательно вошел в роль…

– Чего только не сделаешь для хорошего человека.

Всю оставшуюся дорогу мы молчали, Клер держала меня за руку и перебирала пальцы, как будто проверяла, что в них изменилось.

Возле дома экипаж остановился, и мы осторожно спустились на землю. (Да, в юбке это не очень удобно, подол так и норовил зацепиться за торчащие сбоку железки.) Я подхватил корзинку с вещами и пошел следом за Клер. К счастью, Сюзан на кухне не оказалось, а звонкий голос Джонатана слышался откуда-то из-за дороги, от дома напротив, так что визит «неизвестной дамы» прошел незамеченным. Скорее в спальню, там можно переодеться!.. Только водонагреватель по дороге разожгу…

С юбками удалось справиться довольно быстро, а вот с верхней частью наряда вышла заминка – я никак не мог расстегнуть перекосившуюся застежку на спине. За своим пыхтением я так и не услышал, как в спальню вошла Клер.

– Что, теперь ты знаешь, как нелегко приходится женщинам?

– Да, понял… Не могла бы…

– Это делается вот так, – она взяла меня за руку и без труда расстегнула непокорную застежку. – Видишь, ничего сложного.

– Тебе что, ты это с детства знаешь…

– Я пустила воду в ванну, погорячее, как ты и говорил. Что-нибудь еще нужно?

– Бутылку бренди и небольшой стакан.

– Серьезно?.. – Клер приподняла бровь.

– Очень даже. – Я продолжал снимать мягкие детали «маскировочного костюма». – Ты даже не представляешь, насколько.

– А про голос потом обязательно расскажешь!

– Расскажу, и покажу, только дай мне прийти в себя. У Меняющей Облик очень своеобразные методы… Кстати, когда ты решила ее позвать?

– Сразу после того, как ты согласился. Наши гримеры знают свое дело, но не настолько, теперь это хорошо видно. Кстати, костюмерша будет молчать, как рыба – я ее очень-очень попросила. Нам повезло, что твоего «превращения» больше никто из группы не видел. Все, иди в ванную, я тут сейчас уберу. И бренди принесу… Подожди, а ленточку снять?..

И правда, куда это я… Совсем забыл про это «украшение» на своей шее. Только разговаривать теперь надо осторожно…

Схватив в охапку домашние брюки и рубашку, я босиком прошлепал в ванную. Ого, какая вода горячая, так и свариться можно!.. Нет, добавлю холодной, мне вот только еще ошпариться не хватало.

– Тук-тук!.. Ты еще не в ванне?

– Нет, вода просто кипяток. Сварить вкрутую меня хотела?

– Нужно, чтобы комната прогрелась, так что долго тут не разлеживайся.

– Хозяйка обещала, что на все будет достаточно четверти часа. Кха-кха… – В горле неожиданно запершило, причем очень сильно. Я набрал в ладонь холодной воды прямо из-под крана и выпил, после чего кашель прекратился.

– Вот тебе бренди и стакан, только смотри, не перестарайся! – Клер погрозила мне пальцем. – У меня появилось много вопросов…

– Все, милая, теперь разреши мне…

– Ухожу-ухожу!

Вода к этому времени стала не очень, а просто горячей. Хорошо, с чего там нужно начинать процедуру? Так, первая пошла… А бренди-то хорош… Ну что, теперь вторая… Третью порцию я выпил, уже сидя в воде и намочив небольшое полотенце. Теперь горячий компресс…

Через несколько минут лицо стало ощутимо жечь, все сильнее и сильнее. Больно-то как!.. Выпитый заранее бренди притупил ощущения, но боль все-таки пробивалась через хмельную завесу, вынуждая меня скрипеть зубами.

– Тук-тук!.. Крис, у тебя там все в порядке? Ты так громко стонешь…

– Все… хорошо… уже… почти…

– Можно, я войду?

– Не надо, скоро все закончится… надеюсь… – прохрипел я и наконец-то потерял сознание.

Очнулся я от того, что Клер гладила меня по щеке. В глазах у нее стояли слезы.

– Тебе было очень больно?

– Смотря что называть словом «очень».

– Если бы я только знала, то никогда…

– Я сам согласился на изменение внешности, Хозяйка предупреждала меня о последствиях.

– Прости меня, пожалуйста!.. – Клер прижала мою голову к своей груди, не обращая внимания на мокрые волосы.

– Все хорошо, уже… Если только ты не хочешь задушить меня в объятиях.

– Тебя задушишь, как же… Дездемона… – она явно слышала весь мой разговор с режиссером. – Дай-ка я на тебя посмотрю… Ой, вот здесь у тебя был маленький шрамик, а теперь его нет… И тут тоже…

Украдкой я проверил свои руки. Все было, как и раньше, обычные мужские руки, только без старых отметин – «светлых полосок» на пальцах. Хотя, если честно, я бы предпочел руки с мозолями, зато без вот этих корежащих ощущений.

– Все, ты такой же, как и раньше, – объявила Клер. – А теперь приходи в себя, одевайся и ступай на кухню, посмотри, что там с ужином. Сюзан давно пришла…

Как ни странно, хмеля в голове не было, совсем. Наверное, весь вышел, когда я отмокал в воде. А вот есть хотелось, как после длительной голодовки. Сейчас проверим, что там есть вкусного у нашей поварихи!

На кухне Сюзан уже заканчивала готовку, тут же вертелся Джонатан. Кот сидел в углу и внимательно наблюдал за происходящим, но молчал. (Он у нас вообще не очень «разговорчивый», разве что иногда начинает громко требовать открыть ему дверь на улицу.)

– Джонатан, чем ты занимался весь день?

– Сначала здесь был, читал… После обеда меня позвали кататься на пони…

– Ясно. Ну и как?

– Да все хорошо… А мы когда-нибудь будем ездить на больших лошадях?

– Это нужно обсудить с мамой. Сам понимаешь, она лучше знает, где тут можно покататься. И лето уже почти закончилось, а мы к океану так и не выбрались…

– Мы с мамой как-то были на берегу. Ничего особенного – песок, волны… – пожал плечами Джонатан. – Даже купаться не стали, там после шторма много разного мусора валялось.

– А я как-нибудь выберусь, посмотрю… Сюзан, что у нас с ужином?

– Все почти готово, но лучше подождать миссис Стефансон.

– Хорошо, подождем…

– Крис, а что у тебя с лицом?

(Неужели грим не полностью смыл?.. Да вроде как меня очень уж сильно и не мазали ничем…)

– Сегодня днем пришлось кое-кого изображать, загримировали, а сейчас лицо онемело почему-то. Оно у меня хоть не слишком красное?

Ответила Сюзан, которая меня долго и внимательно разглядывала:

– Не красное, разве что выглядит чуть опухшим. Может быть, нужно сделать холодный компресс?

Меня аж передернуло, воспоминания были еще слишком яркими.

– Спасибо, не нужно, к утру все должно пройти. А больше я им не дам себя мазать чем попало!

– Просто вы теперь выглядите… моложе, что ли.

(Ну надо же, интересный эффект!.. Но дальше экспериментировать совершенно не тянет, хотите верьте, хотите нет.)

– Вот утром и посмотрим. Где же там наша хозяйка, а то есть хочется больше, чем спать!

– Что, заждались? – на кухню вошла Клер. – Как вы тут?

– Мам, а у Криса лицо какое-то другое! – Конечно же, Джонатан не смог промолчать.

– Ты тоже заметил? Сегодня я попросила его помочь на съемках, пришлось накладывать грим. А у него оказалась слишком нежная кожа…

Тут я не сдержался и фыркнул.

– Не смейся, всякое бывает. А теперь давайте ужинать! Пообедать не получилось, хоть сейчас поедим…

Ужинали молча. Мы с Клер просто очень хотели есть, а Джонатан сумел удержаться от расспросов. Когда пил чай, то понял, что вот-вот начну засыпать прямо здесь за столом. Пришлось поблагодарить Сюзан за вкусный ужин, Джонатана за компанию и уйти в спальню. Кое-как раздевшись, я рухнул в кровать и почти мгновенно уснул.

Глава десятая

Ночной лес полон звуков, от громких, до почти неслышимых. Но мне среди этого великого множества нужен только один – негромкий топоток маленьких лапок по земле. Иногда зверек попадает на осыпи хвои или опавших листьев, и звук переходит в легкое шуршание. Шаги потихоньку приближаются, и мне пора затаиться на ветке… Ночное зрение позволяет видеть все вокруг почти так же хорошо, как в облачный день, нужно получше осмотреть – нет ли рядом конкурентов, способных отобрать попавшийся на зуб кусок…

Волки сюда, в предгорья, не заходят, им больше нравятся открытые пространства, где можно гонять добычу всей стаей. Поэтому и живность тут бегает самая разная, на любой вкус, так сказать. Хотя, если зазеваешься, то можешь и сам попасть кому-нибудь на зуб или под тяжелую лапу…

Что там внизу? Земля под деревом ровная, торчащих веток нет… Не хватало еще в прыжке напороться на острый сучок…

Вот он – довольно толстый заяц, хорошо откормившийся за лето. Интересно, чего так много для него в этом лесу… Или, может быть, просто недалеко находятся фермерские поля? Куда тебя понесло, на ночь глядя? Не успел выбрать лежку в сумерках, или тебя дома ждут?..

Не дождутся!!!.. Молниеносный прыжок вниз, мои когти вонзаются в бока дичи, и я тут же впиваюсь клыками в загривок. С хрустом ломается тонкий позвоночник зайца, и рот мгновенно наполняется горячей влагой…

…Рывком подскакиваю, открываю глаза и внезапно понимаю, что это был всего лишь… Сон? Во рту до сих пор чувствуется вкус свежей крови. Взгляд в сторону – там тусклый свет маленького ночника освещает безмятежно спящую Клер. Надо же, как сердце колотится-то… Ну и как теперь уснуть? На всякий случай провожу пальцами возле губ – нет, все чисто… Никого не покусал.

Тихонько встав с кровати, накидываю халат и иду в ванную комнату, где сую голову под струю холодной воды. Остатки сна мгновенно уходят в сливное отверстие, если можно так выразиться. Ладно, довольно водных процедур, еще не хватало простуду заполучить, не выходя из дому…

Почти досуха вытираю голову большим полотенцем и присаживаюсь на край ванны. Ну и что теперь скажете, господин специальный агент?.. На луну повыть еще не хочется? Хотя, это же волки воют, а они вроде как с деревьев на добычу не бросаются… Нет, тут точно без бутылки не разберешься!

Крадусь в кабинет, осторожно прикрываю дверь и усаживаюсь в кресло. Налив в небольшой бокал бренди, отпиваю половину и пытаюсь хоть как-то оценить происшедшее.

Конечно, сны бывают самые разные, приятные, или не очень… Или совсем не… А этот – какой? Все было так реально – ощущения, звуки, запахи, вкус крови… Бр-р-р!.. И что будет дальше? Начну убегать из дома по ночам? Кстати… Нет, ноги чистые, никуда я сегодня не уходил…

Поставив бокал, утыкаюсь лицом в сложенные ладони. Ну, Хозяйка, ну, удружила!.. Почему-то я даже не сомневаюсь, что этот дивный сон – последствия ее манипуляций со мной. Интересно, она хоть знала о возможных последствиях? А если знала, почему не предупредила? Совершенно машинально прислушиваюсь к ощущениям от подаренного когда-то кожаного браслета – нет, ничего… Ни тепла, ни холода, просто переплетенные кожаные полоски. Ладно, этот вопрос мы как-нибудь потом разъясним…

– Крис, ты почему не спишь? Выпить захотелось посреди ночи? Смотри, алкоголиков я не люблю!.. – Клер стояла в дверях, кутаясь в халат.

– Да так, сон приснился… Непонятный. Даже не знаю, хороший или кошмар…

– Расскажешь?

– Не сейчас…

Клер решительно подошла к столу, взяла бокал и недрогнувшей рукой перелила бренди обратно в бутылку.

– Все, пойдем спать! Как у вас говорят, «Утро вечера умнее!..»

– «Мудренее», – зачем-то поправил я, вставая с кресла. – Идем, ты права… И вообще – подумаю об этом завтра!..

– Крис, пора вставать! Через два часа нужно быть на студии.

– Ау-у-у… – Так зевнул, что чуть не вывихнул челюсть. – Милая, я же быстро собираюсь, можно, еще полчаса посплю?..

– Нет уж, вставай! Сюзан твои любимые пирожки приготовила…

– Коварная соблазнительница… Знаешь ведь, что я не могу сопротивляться такому искушению…

Клер поцеловала меня и провела пальцами по щеке.

– Как твое лицо?

– Спасибо, хорошо. Даже чувствую, как ты ко мне прикасаешься…

– Тогда иди умываться. Быстрее одевайся, а то я займу комнату!..

Она не стала напоминать мне о ночном происшествии, вот и хорошо. В этом деле спешить не нужно, иначе можно ошибиться с выводами. А сейчас главное – спокойно работать на съемках…

Я наслаждался свежеиспеченными пирожками с чаем, когда хлопотавшая у плиты Сюзан повернулась ко мне и спросила:

– Ну и как вам, Кристофер, ощущать себя одним из нас?..

Чай брызнул у меня из носа, и я закашлялся.

– …Что, простите?..

– Говорю, каково это было?

– Вы о чем сейчас спрашиваете, никак не могу понять… – Вот уж ошарашила, честное слово!

– Я спросила, как у вас прошло изменение внешности?

– Да как сказать… Весьма болезненно. Подождите, Сюзан, а откуда вы узнали? Ведь мы с Клер об этом никому не рассказывали, даже втихомолку не обсуждали.

Сюзан пожала плечами, констатируя очевидный факт:

– Мистер Смит, вы меня удивляете! Неужели один оборотень не почувствует недавнего изменения внешности у другого?

Кусок недожеванного пирожка едва не выпал у меня изо рта. Вот это да… Я что, и в самом деле скоро начну выть на луну и бегать голым по лесу?..

Наверное, мое лицо стало таким изумленным, что домработница быстро поставила перед тарелкой с пирожками большой стакан, набулькала в него прозрачной жидкости из высокой бутылки и придвинула его к чашке. Пояснений не требовалось, чего уж тут…

Одним глотком хлобыстнув содержимое стакана, я даже не почувствовал вкуса. В первые секунды… Потом глотку будто опалило, и пришлось залить огонь холодным чаем. Да знаю-знаю, так не делают, но мне сейчас не до соблюдения приличий. А, вот оно что – «Ром», крепость в полтора раза больше, чем у водки, разглядел я вычурные буквы на пестрой наклейке.

– Может, повторить? – спросила Сюзан, внимательно глядя на меня.

– Ш-ш-ш-пасибо… Не надо…

– Теперь лучше?

– Не знаю… И когда я начну обрастать шерстью? В полнолуние, через неделю?

Домработница громко рассмеялась:

– Вам это не грозит. Хозяйка не допустит…

– А что тут смешного? И вообще, это шутка такая, или розыгрыш?

Сюзан тут же стала совершенно серьезной.

– Нет, какие тут могут быть шутки… Еще когда я увидела вас впервые, то почувствовала…

– Что?

– …Скажите, вас никогда не ранил оборотень?

Я задумался. Да, был когда-то давно странный эпизод… Одна из Темных Тварей зацепила мне ногу, потом пришлось долго лечиться. Но кто это был, точно выяснить не удалось – ошметки разбросало слишком далеко. Просто мы тогда не пожалели наших «особых» патронов и целой кучи гранат, спалив все логово тварей дотла. А наши доктора так и не ответили ни на один заданный мной вопрос, умело отделываясь туманными фразами.

– Был один случай… Тварь разодрала мне ногу, заживало очень долго. Но оборотень или нет, я не знаю. И лекари промолчали…

– Да, это был именно оборотень, но не успевший войти в полную силу, молодой. Если бы старый – то сейчас мы бы не разговаривали, скорее всего.

Аппетит совсем пропал, и я сидел за столом, опустив голову и вертел тонкостенную фарфоровую чашку с недопитым чаем. Хорошо, что его там осталось немного, а то бы расплескался по скатерти… Надо же, прямо «оборотень в погонах» какой-то…

Молчание длилось несколько минут. Сюзан завершила свои кухонные дела и присела за столом, напротив. Чуть помедлив, она взяла меня за руки, освободив несчастную посудину.

– У вас все будет хорошо. Ведь вы раньше никогда не испытывали ничего подобного?

– Нет. Только вот сон приснился, очень странный. Как будто я дикий зверь и охотился ночью в лесу.

– Можете поговорить с Сэмом, если это вас успокоит. Но я думаю, что ничего страшного не произойдет. Пока сами не захотите…

– Да уж, как-то не хочется повторять. – Меня даже передернуло, едва только вспомнил корежащую тело боль.

– Трудно бывает только в первый раз. Потом легче, – «успокоила» меня Сюзан.

– Если честно, даже не предполагал, во что может превратиться шутка с переодеванием… И заниматься этим снова точно не желаю!

– Тогда будем считать это всего лишь проверкой ваших способностей.

– И что, теперь я могу превращаться, в кого захочу?

– Конечно, нет! – Сюзан даже удивилась моей наивности. – Пусть вам сама Хозяйка это объясняет. Но неужели после случая с ранением вы сами ничего не замечали? Какие-то неожиданные таланты, обострившийся слух, зрение, или что-то другое?

– Да что там неожиданного может быть… Пока лечили, воспользовался передышкой, брал уроки и теперь вот на гитаре играю.

– А до того учиться не пробовали?

– Все никак времени не оставалось. То одно, то другое… Так что не могу утверждать, будто музыкальный слух появился внезапно, из ниоткуда. А насчет других способностей… – Вот тут я всерьез задумался.

Действительно, ведь после ранения меня всерьез ни разу не зацепило. Как будто некий инстинкт уводил меня из опасных мест. Или, по крайней мере, от самых серьезных угроз. А вот остальные агенты, с которыми я начинал службу… Из них в Конторе остался только один, и то уже давно не полевой оперативник. Другие – «выбыли». Ну, сами понимаете, что часто скрывается за этим словом… Неужели во мне тогда проснулось то самое «звериное чутье на опасность», как его часто называют в книгах? Может быть, может быть…

– Наверное, тут еще важна восприимчивость к магии, – высказала догадку Сюзан.

– Что-то мне даже думать об этом не хочется.

– Страшно?

– Да, есть немного, – не стал я увиливать от прямого ответа. – И еще… Получается, что в лесу я пристрелил… своих, что ли?

– Какие они вам «свои»? Обычные преступники, решившие воспользоваться магическими артефактами для обретения способностей, присущих реальным оборотням. И людей они убивали чуть ли не для развлечения. Так что для «истинных» оборотней они точно не свои, никак.

Вот уж удивила, так удивила! Подробностей своего дебютного похода в здешний лес я дома никому не рассказывал, кроме Клер. И откуда она все это знает? Особенно мелочи, вроде способностей, полученных от неких артефактов…

– Сюзан, вы ведь не просто домработница, правда? То, что вы сейчас сказали, я сообщил в отчете, который лежит у начальника, в сейфе Конторы. Кроме меня, его читала только Клер, но вслух подробностей мы не обсуждали.

– Не волнуйтесь, миссис Стефансон мне ничего не рассказывала. Скажем так – пусть это будет моим маленьким секретом, хорошо? И я никому ничего не скажу, будьте спокойны.

– А Клер знает…

– Нет. И давайте оставим все как есть. Поверьте, так будет лучше. Давайте, я налью вам еще чаю. И ешьте пирожки, а то совсем остынут.

Сюзан выпустила мои руки, забрала кружку и отошла к плите за чайником. Через минуту я уже пил чай, так что вошедшая на кухню Клер ничего не заметила. (Бутылку с ромом и стакан бдительная домработница сразу же убрала подальше.) И еще – последствий употребления солидной порции рома я не ощутил, вообще. Странно все это…

Как теперь жить дальше? Меня назвали «истинным оборотнем», хотя никакие обследования, регулярно проводившиеся в Конторе, ничего подобного не выявили. Никогда не ощущал желания бегать по ночам в лесу и рвать добычу зубами. Приступов беспричинной ярости тоже не помню. Думаю, что если бы случилось что-то подобное, то Контора могла справиться с этой проблемой без лишних церемоний. Хотя, я не помню таких случаев с оперативниками… Или о них просто тут же «забывают», без лишней огласки? Да, теперь не спросишь… Начальство вряд ли ответит, скорее – насторожится, если стану проявлять ничем не обоснованный интерес. Ладно, подумаю об этом завтра…

Возле дома ожидали два экипажа. Во втором, как обычно, сидели наши сопровождающие. Да, босс не бросал слов на ветер, когда сказал, что охранять нас будут весь день.

Хорошо, что мы выезжали рано утром, до того, как улицы заполнятся спешащими на работу людьми. Да и погода сегодня обещала быть хорошей – легкий ветер быстро разгонял редкие оставшиеся облака.

Я посмотрел вниз, где у наших ног стояла корзина с платьем и остальными предметами моего вчерашнего образа. Впечатления от этого приключения остались интересные, но вряд ли я соглашусь повторить все сначала. Очень уж болезненно…

– Думаешь, как все вчера прошло? – угадала Клер мои мысли.

– Я вчера очень устал, а как ты справляешься, особенно сейчас?

– Мне легче – это ведь вас всех гоняли по площадке. А я почти все время была на одном месте, да и между эпизодами отдыхала. Интересно, что сегодня скажет мистер Стенли?..

Режиссер встретил нас у павильона и тут же подхватил Клер под руку, увлекая внутрь. Мне он уделил внимания не больше, чем бревну-подпорке у стены. Ну и ладно, значит, не узнал, а это хорошо! Оп-па, а это еще кто?

– Вы мистер Смит?

– Да, это я. Охраняю павильон снаружи, когда идут съемки. А вы кто, и что вам угодно?

– Инспектор полиции Форрестер. Скажите, в котором часу вы вчера отсюда ушли?

– Ну, как режиссер скомандовал окончание съемок, так все и разошлись… Было… Около семи вечера, уже начало темнеть. Все из съемочной группы разошлись очень быстро, потому что работали весь день без перерывов… Почти.

– А кто уходил последним?

Так… И что мне ему ответить?.. «Это был я, в женском платье»?..

– Подождите… Разошлись актеры, потом работники, ушла миссис… Оставался режиссер… Собственно, охранять было уже некого, и я тоже ушел. Все равно, отснятые пленки операторы сразу уносят в лабораторию, на проявку. А почему вы так подробно об этом расспрашиваете, что-то случилось?

Инспектор придвинулся ко мне поближе и, понизив голос, сказал:

– Вчера вечером недалеко отсюда сторож обнаружил труп неизвестного. Этим, – Форрестер кивнул в сторону павильона, – мы ничего говорить не стали. Просто сообщили, что забрался сюда пьяный хулиган, и все. А то эти актеры такие впечатлительные и суеверные… будут потом на нас сваливать все свои неудачи.

– Это так… Нет, до момента, когда все начали расходиться, посторонних у павильона не было. Парни у нас в охране службу несут хорошо, лишних и близко не подпускают.

– И все-таки… Ничего подозрительного до этого не видели? Мне сказали, что вы целыми днями здесь вокруг ходите.

– Нет. Ну, нашел его сторож, пусть даже и не совсем живого… Забрали вы его… А что странного-то?

– У тела голова повернута назад.

– В смысле?

– В прямом. Как будто ее оторвать хотели, но передумали.

– Ничего себе! А другие отметины были?

– Вот это и странно… Синяк от удара чем-то твердым в живот и здоровенная шишка на голове, но от такого не умирают.

Интересный поворот… Я точно помню, что пользовался всего лишь зонтиком. И когда уходил, злодей был вполне жив, валялся, уткнувшись носом в дорожку, тихо сопел себе в две дырки…

– Во время очередного обхода территории сторож услышал женский голос, который что-то выкрикнул, когда сюда подошел – увидел…

– Так вечерами здесь светильники не горят, что он мог рассмотреть?

– У него есть переносной фонарь.

– Кстати, а он-то где был в то время?

– Говорит, услышал непонятный шум и решил проверить. Правда, он явно большой любитель виски…

– А что насчет калитки в заборе?

– Утверждает, что она была заперта.

– Так… Ну, а я-то здесь при чем?

– Где вы были перед самым окончанием съемок?

– Это допрос?

– Нет, я всего лишь опрашиваю потенциальных свидетелей. Вас что-то беспокоит? – тут же насторожился инспектор.

– Понимаете, мне не хотелось бы раскрывать перед всеми свою принадлежность к вот этому ведомству… – Я вынул из жилетного кармана бумажник с удостоверением и показал его полицейскому.

– Разрешите взглянуть поближе?

– Да, смотрите сколько угодно.

Форрестер разглядывал документ почти минуту, вертя его и так, и этак, затем протянул мне и поинтересовался:

– А жетон у вас есть?

Я молча вынул жетон и протянул его к инспектору, держа на ладони. Тот прикоснулся к металлу пальцами, заметно вздрогнул, после чего удовлетворенно кивнул.

– Вижу, что все в порядке.

– Уверяю вас, что не имею к этому трупу никакого отношения. – По крайней мере, трупом его сделал не я. – Можно ли осмотреть место, где обнаружили тело?

– Буду рад принять любую вашу помощь. Там все довольно странно выглядит…

Мы пошли вдоль дорожки в сторону ворот, и я уже было приготовился высматривать следы от каблуков женских сапожек, в которых ходил вчера, но инспектор вдруг свернул в сторону соседнего павильона. Куда это он?.. А, наверное, вот сюда… У торца здания дежурил полицейский в форме.

– Вот здесь, под стеной, и лежало тело. Что удивительно – рядом никаких следов на земле не осталось.

– Он что, по воздуху сюда прилетел, или с крыши свалился?

– На земле отметин от обуви вблизи тела не обнаружено, – тут же ответил Форрестер. – Хотя почва здесь мягкая.

– Следы борьбы?..

– Никаких. Но смерть наступила именно от того, что ему свернули шею. Это вряд ли могла сделать женщина – парень телосложением похож на грузчика.

– Вот даже как…

– Следов на теле нет, разве что… Как будто царапины от когтей. Не порезы, а именно еле заметные царапины.

– Может, он любитель кошек?

– Наш эксперт осмотрел его одежду и не нашел никаких признаков кошачьей шерсти.

Но рядом с телом были следы лап.

– Большие?

– Нет, вполне обычные. Но сторож клянется, что здесь нет никаких кошек – хозяева студии особо следят за этим.

– То есть, это не похоже на обычное криминальное происшествие?

– Мы не знаем, что произошло. Может быть, вы нам подскажете?

– А если я скажу, что здесь замешаны не люди, а другие силы, вы мне поверите?

– Вряд ли…

– Могу только посоветовать истолковать происшедшее как попытку кражи со взломом. Преступник хотел залезть в павильон через крышу, наверное, где-то там пытался проделать отверстие, но не удержался и свалился вниз. При падении свернул себе шею. Дело закрыто…

– Как же быть с отсутствием необходимых следов?

– Почему-то я уверен, что если хорошо осмотреть эту крышу, – я указал пальцем вверх, – то следы взлома найдутся.

– Вы на что-то намекаете?

– Всего лишь на то, что нужно поискать лестницу… Но имуществом заведуют хозяева студии.

– Мы уже послали за рабочими, скоро узнаем, правы вы или нет.

– А кто полезет на крышу?

– Есть у меня помощник, молодой, но толковый. Пусть работает… Кстати, вот и он. Прошу вас пока не уходить очень далеко, на случай, если понадобитесь.

– Я буду здесь до вечера, мистер Форрестер.

На том и распрощались. Я пошел к дверям «своего» павильона, а инспектор начал изображать ветряную мельницу, руководя установкой лестницы.

Вот какие у нас тут дела, значит… И что это вообще за непонятный сторож такой? Хорошо помню, что рядом с калиткой никого не было. Разговаривал с неудачливым ухажером я не очень громко, не кричал, не визжал… Вряд ли это можно было расслышать с большого расстояния. Что-то здесь не так… Кстати, а где этот самый сторож? Ладно, пусть с этим полиция разбирается, у меня свои дела есть. Например, хочу поинтересоваться, что там сейчас происходит на съемках.

Чтобы избежать обвинений в помехах творческому процессу, я решил дождаться одного из перерывов, которые режиссер устраивал более-менее регулярно. Наверное, Клер почувствовала мой интерес и вышла из павильона, когда еще не прошло и часа.

– Как там у вас дела? – встретил я ее вопросом.

– Все хорошо! Сегодня мистер Стенли почти не кричит, разве только выглядит задумчивым. Наверное, это встреча с тобой так повлияла.

– Вот тебе смешно, да! А вдруг он решит продолжить знакомство?

– Придумаем что-нибудь. Вообще-то, наш режиссер очень хороший человек, и с чувством юмора у него все в порядке.

– Вся надежда только на это…

Тут нас прервал выглянувший из двери Кларк:

– Миссис Стефансон, вас ищет мистер Стенли!

– Хорошо, сейчас иду. – И, повернувшись ко мне, она тихо сказала:

– Ты наверняка знаешь, что когда-то были театры, в которых все роли, даже женские, исполняли мужчины. Так что, не ты первый, не ты последний…

– Спасибо, милая, ты сняла огромный камень с моей души!..

Улыбнувшись, Клер упорхнула в павильон, а я продолжил наматывать круги вокруг здания, с интересом поглядывая на возню полицейских неподалеку.

Сейчас на крыше возле световых люков что-то явно искал молодой человек. Наверное, тот самый помощник, о котором говорил инспектор. Между участниками этого «представления» шел весьма эмоциональный разговор, но расслышать подробности мне не удалось. Да и зачем? Все равно сейчас сами все расскажут…

Действительно, минут через десять ко мне подошел инспектор.

– Наши догадки подтвердились – возле слухового окна заметны следы от ломика, кто-то пытался взломать раму.

– Но она осталась целой?

– Почти. Видимо, вор поскользнулся, когда ломик соскочил, и свалился с крыши. Кстати, остальные инструменты так и остались лежать возле окна.

– Инспектор, а почему они решили лезть туда через крышу? Вскрыть двери разве не проще?

– Эти – нет, они железные, а замок изрядно заржавел. Мы проверили – кто-то действительно в нем недавно ковырялся, но только заклинил механизм. И дверь давно не открывали, мы еле смогли попасть внутрь.

– А что там вообще такого ценного?

– Всякий реквизит, среди которого есть и настоящие антикварные вещи. Например, весьма много старинного оружия, не только бутафорского. Владельцы мне сказали, что сейчас фильмов о тех временах почти не снимают, вот все это и лежит без дела. Ржавеет…

– Что-нибудь пропало?

– Служащие осмотрели почти весь склад, но на первый взгляд все на месте. Там такой слой пыли… Никто уже давно ничего не трогал и не ворошил.

– Надо же… Интересно, откуда этот воришка… если он вообще был один… мог узнать об этом?

– Вот мы и начали искать тех, кто мог ему подсказать. Но это дело не быстрое, сами понимаете. Так что, если вдруг что услышите… Я буду признателен за любую помощь.

– Могу только пожелать вам успеха! Разумеется, если мне станет что-либо известно, вам обязательно сообщу.

Инспектор протянул мне картонную визитку, попрощался и ушел к своей группе. Помощник уже слез с крыши, и двое рабочих, переругиваясь, убирали явно тяжелую лестницу.

Я прислушался: внутри «нашего» павильона все так же звучал голос режиссера, актеры проговаривали свои реплики… Звук еще не пришел в синематограф, все слова персонажей зрители читали в виде строчек на экране. Но действующим лицам приходилось выражать свои чувства как можно сильнее, в надежде, что будущая публика оценит их старания.

Неожиданно отворилась дверь, и наружу буквально повалили актеры и съемочная группа. Ну да, в этот раз режиссер их гонял до тех пор, пока не отсняли эпизод так, как ему хотелось, понятно… Клер почему-то не вышла, и я решил проверить, как у нее дела.

Мои шаги гулко раздавались в безлюдном павильоне, и в гримерных было тихо. Куда она подевалась-то? Хорошо, мало ли что ей вдруг понадобилось… Зачем паниковать раньше времени?

Вдруг я увидел стоявшее возле стены пианино. Интересно, что раньше совсем не обращал на него внимания, относя его к реквизиту, и считал чем-то вроде бутафорского ящика с нарисованными клавишами. А, просто оно было закрыто чехлом, вон он, валяется у стены, толстая пыльная тряпка. Когда подошел и приподнял крышку, то стало ясно, что инструмент вполне настоящий. Даже название фирмы-изготовителя есть, кстати, довольно известная марка… И табурет стоит рядом…

Я сам не понял, зачем присел на него и положил пальцы на клавиши. Никогда ведь раньше не пробовал играть, даже пыль не протирал…

Та-да-да-да да-да да-дам,

Та-да-да-да да-да да-да-да-дам…

Я начал играть какой-то регтайм, но совсем не помнил, чтобы когда-нибудь хотя бы мельком видел его нотную запись. Что вообще произошло, откуда вот это все?.. Пианино отзывалось на мои прикосновения, музыка звучала свободно, как будто сама собой. И пока мелодия не закончилась, я не мог остановиться. Так, думаю, понял, чья это работа…

– Крис, неужели ты умеешь… – рядом стояла Клер и удивленно смотрела на меня. – И за все время ни разу об этом не сказал?..

– Я и сам не знал… Все, пойдем, сейчас люди с перерыва вернутся, не хочу, чтобы меня здесь лишний раз видели.

Но незаметно выйти мне не удалось – в дверях мы буквально столкнулись с мистером Стенли.

– А, это вы, мистер Смит!.. Здесь кто-то играл на пианино, или мне показалось?

– Кристофер иногда развлекается… – решила выручить меня Клер.

– Получилось очень даже неплохо. А еще какие-нибудь увлечения у вас есть?

– Их долго перечислять, боюсь, что это займет непозволительно много вашего ценного времени, – ответил я. Не очень вежливо, но сейчас мне хотелось быть как можно дальше от режиссера. Мало ли что он неожиданно вспомнит из увиденного вчера – характерное движение, интонацию…

– Да, вы правы… Сегодня у нас еще очень много работы. Миссис Стефансон, пойдемте, вот что мне от вас сейчас нужно… – Он взял Клер под руку и повел вглубь павильона, тут же забыв обо мне, а сквозь двери внутрь буквально повалили актеры и персонал.

Я отошел за угол и сел на скамейку в безлюдной сейчас курилке. Здесь можно было посидеть, не опасаясь, что кто-то неожиданно приблизится и услышит…

– Хозяйка, прошу, поговори со мной…

Скамейка чуть слышно скрипнула, и я ощутил присутствие кого-то невидимого. Надо же, как быстро!.. Невидимка склонила голову ко мне на плечо, и сразу почувствовался запах лесных трав.

– О чем ты хочешь со мной поговорить, Охотник? – произнес еле слышный голос у моего левого уха. Так, если это галлюцинация – то голос должен звучать «внутри головы». Не похоже… Очень утешает, да…

– Ты вчера сделала для меня что-то еще, кроме изменения внешности?

– А тебе разве не понравилось?

– Это очень… неожиданно. Есть еще то, о чем я должен знать?

– Не торопись. Каждому подарку – свое время.

– Предпочитаю знать заранее…

– Если в жизни все будет предсказуемо, то она станет слишком скучной, – засмеялась собеседница.

– Да, я очень хорошо повеселился вчера в ванне, когда возвращал истинное лицо. – Как вспомню, аж передергивает…

– Прости, я не думала, что для тебя это окажется столь болезненно. Наверное, стоило выпить четыре унции бренди… или пять… – Раскаяния в ее голосе совсем не заметил.

– Ладно, тогда ответь – почему ты вообще решила помогать мне? Еще тогда, в лесу.

– Ты же вроде об этом спрашивал?.. Ладно, повторю: пришел в мой лес, чтобы убрать из него Зло. Поделился с грызуном ветчиной, а не пнул, извинился перед рысью… Не брал ничего сверх необходимого. Мой лес принял тебя. А я одобрила это решение… И когда тебя принесла ко мне река, всего лишь познакомилась поближе. О, ты смутился, надо же!..

– И что дальше?

– Живи, как живешь, а я присмотрю за тобой и Клер. Это гораздо интереснее, чем безвылазно сидеть в лесу. Там у меня хватает помощников, справятся… Кстати, что здесь с театром?

– Пока ничего нового, разве что через месяц-другой…

– Ты узнал все, что хотел?

– Почти.

– Тогда – до встречи, мой Охотник!

Теплые губы нежно поцеловали меня в щеку, и через мгновение только слабый запах лесных трав говорил о том, что разговор не был бредом.

Машинально я потер щеку и взглянул на пальцы. Похоже, это входит у меня в привычку… Хорошо, что Меняющая Облик в лесу помадой не пользуется. А спросить о своем «оборотничестве» я почему-то не решился. Может, как-нибудь потом…

– Крис, ты здесь? Устал бродить и решил отдохнуть? Пойдем, сейчас сюда курильщики прибегут!.. А почему у тебя щека красная? – Вот и Клер появилась, как только она меня нашла?..

– Не знаю, наверное, комар укусил.

– Да?.. Тогда не три, а то хуже будет. Ну, пойдем же!.. – Она настойчиво потянула меня в сторону двери.

– Куда ты меня тянешь? Давай лучше тут постоим, воздухом подышим…

– Ладно, тогда слушай… Мистеру Стенли очень понравилось, как ты играл. И настроение у него сегодня было гораздо лучше, чем вчера, вся группа заметила. Может, в перерыве еще что-нибудь попробуешь?..

– Клер, ты смеешься? Я сегодня вообще первый раз в жизни за пианино сел…

– И откуда тогда такое мастерство?

– Просто шутка одной нашей общей знакомой.

– С чего ты это взял?

– У нее и спросил… Буквально только что…

– Боишься, что не сможешь повторить?

– Не знаю, – пожал я плечами. – Хозяйка вряд ли заберет то, что подарила… А почему ты об этом вообще спрашиваешь?

– Да, появилась идея… Чтобы ты играл перед началом съемок эпизодов, только музыку нужно выбрать заранее. Может быть, актеры начнут точнее подстраиваться… Надеюсь, моя затея тебе понятна? – Клер решила проявить неожиданную настойчивость.

– Это точно твоя задумка?

– Как тебе сказать… Мистер Стенли высказался по этому поводу, а я запомнила…

– Так пусть и пригласили бы обычного, хорошего музыканта, я-то при чем?

– У другого ТАК не получится. Не стой, идем быстрее!..

Но неожиданное выступление пришлось отложить. Режиссер беседовал с благообразным джентльменом, в котором я узнал одного из владельцев синематографической студии. Через несколько минут их разговор закончился, и мистер Стенли начал давать указания своему помощнику – Кларку. Тот записывал все услышанное в блокнот, кивая головой.

– Клер, по-моему, начальству сейчас не до музыки.

– Да, наверное, что-то случилось. Я пойду, узнаю?

– Не надо, хочу поговорить с хозяином студии, так что извинись за меня перед мистером Стенли, если он вдруг спросит, где музыкант, хорошо?

– Да, конечно… Только не задерживайся, и не влезай в неприятности!

Как ни странно, кинобосс меня узнал.

– Добрый день, мистер Смит!

– Добрый день, мистер Голан! Я хотел попросить вашего разрешения на осмотр соседнего павильона, в котором хранится реквизит. Ну, того самого, возле которого утром нашли… – Дальше продолжать я не стал.

– А зачем вам это нужно? Полиция уже все там проверила, имущество никто не трогал.

– И все-таки… Они могли чего-нибудь не заметить. Ведь неспроста туда пытались вломиться.

Мистер Голан внимательно посмотрел на меня, как будто впервые увидел.

– Вы ведь не простой телохранитель?

Ну что ж, покажем свой грозный документ…

– А, вот оно что!.. Теперь понимаю… Но у нас никогда не было происшествий, какими занимается ваша Контора.

– Поэтому разрешите осмотреть павильон. Пусть таких происшествий не случается и дальше. И прошу – не рассказывайте никому о том, что я не только охранник.

– Понимаю…

В павильоне я осмотрел и проверил каждый стеллаж, заваленный ржавым, пыльным хламом, потребовал открыть каждый металлический шкаф – некоторые были заперты на висячие замки. Хотя, они совсем не выглядели старыми – наверное, просто замку на входной двери не повезло, его не потрудились прикрыть от дождя.

Жестяные доспехи, тупые мечи, луки без тетивы, искривившиеся от сырости стрелы, кожаные наручи… Чего только там не лежало! Но ни на одном предмете я не заметил даже малейших следов магии. А вот в дальнем углу… «Усы» прибора чуть заметно пошевелились.

– Откройте этот шкаф!

– Пожалуйста, здесь у нас разные стекляшки, реквизит для украшения…

Так, смотрим внимательно… Даже если не пользоваться специальными очками, а просто смотреть ночным зрением, можно увидеть слабое свечение на нижней полке… Неужели?

Я потянул на себя и выдернул коробку, где среди всякой блестящей ерунды лежали три стеклянных черепа, размером с крупную сливу каждый. Хм, а они вовсе не стеклянные… Кончик ножа следов не оставляет, значит, материал заметно тверже стекла. Хрусталь?..

Кладовщик заметил мои попытки царапнуть черепа и скривился. Ничего, сейчас скривишься еще сильнее!..

– Мне нужно забрать для исследований вот эти три… предмета.

– У вас есть ордер?

– Мои полномочия вам подтвердит мистер Голан. Я выдам расписку, чтобы не было проблем с учетом в книгах.

– Ну, если так… Пойдемте, я все запишу.

– Сейчас, только проверю все до конца.

Но больше в этом сарае ничего интересного или магического найти не удалось. Мой хитрый приборчик, который мог уловить даже слабые следы магии, промолчал.

После изъятия этих артефактов я поехал в Контору. Начальника на месте не оказалось, и мне пришлось самому отнести добычу в лабораторию, где на нее тут же накинулись соскучившиеся по экспериментам научники.

– Вы помните – результаты только мне и мистеру Мак-Кинли!

– Да-да, конечно… – пробормотал один из них, вытирая хрустальную черепушку чистой тряпочкой. – И не будем спрашивать, где и как вы их взяли…

– Спрашивать можете, только все равно не скажу. Служебная тайна!

С тем я и откланялся. На студию ехать было уже поздно, так что домой меня отвез извозчик – брать машину в гараже не хотелось. Как раз к ужину доберусь…

К дому мы подъехали одновременно – я и Клер. Ужин был уже готов, так что оставалось только умыться и переодеться, не особенно торопясь. Дальше – все, как и много дней до этого…

Я сидел за столом в кабинете и внезапно захотел проверить, как там моя любимая гитара. Что-то давно не брал ее в руки – то очень уставал, то просто не было настроения… Вынув ее из чехла, протер лакированное дерево мягкой тряпочкой и задумался. Настроение сегодня какое-то странное… Будто гуляю по узкой горной тропе и вижу над собой огромные камни, которые грозят вот-вот свалиться, с диким грохотом сметая все на своем пути вниз…

Совершенно отчетливо послышался хриплый мужской голос, напевавший что-то о разлуке и письме в конверте, о смерти и любви. Затем что-то несколько раз булькнуло, и певец исполнил следующий куплет, в котором обращался к своей удаче. Пока он пел, я быстро налил бренди в стопку и выпил, после чего удалось поймать мотив и слова, а дальше мы уже пели дуэтом, если бы нас кто-то смог услышать сразу обоих:

Ваше благородие, госпожа Чужбина,

Жарко обнимала ты, да только не любила.

В ласковые сети постой, не лови,

Не везет мне в смерти – повезет в любви.

В ласковые сети постой, не лови,

Не везет мне в смерти – повезет в любви.

Ваше благородие, госпожа Победа,

Значит, моя песенка до конца не спета.

Перестаньте, черти, клясться на крови,

Не везет мне в смерти – повезет в любви.

Перестаньте, черти, клясться на крови,

Не везет мне в смерти – повезет в любви.[6]

Вот значит как… Давненько у меня не случалось такого… В смысле, не слышал голосов из других миров. Может, оно и к лучшему, с нашим бы сейчас разобраться?

– Интересная песня… А почему раньше про нее молчал? – В двери кабинета стояла Клер в толстом халате. Она только что вышла из ванной комнаты и теперь неторопливо вытирала свои длинные волосы полотенцем.

– Да так, послышалось… Теперь вот думаю – может, записать слова, или не нужно?

– Сложный вопрос. – Клер подошла и спокойно уселась прямо на мой стол, продолжая сушить волосы. – Если ее перевести, то не все уловят смысл… Что-то потеряется. – Сама она уже давно научилась понимать мой «родной» язык на слух, только не разговаривала на нем. – Лучше запиши, вдруг потом пригодятся.

– Завтра утром на студии и запишу, все равно мне там у вас особо делать нечего. А сейчас пойдем спать, что-то день сегодня длинный получился…

Глава одиннадцатая

Не успел я завершить свой первый обход вокруг павильона, как ко мне подбежал запыхавшийся Генри.

– Уфф… Доброе… утро!.. Меня за вами прислали, босс срочно вызывает.

– Ты дежуришь сегодня, что ли? Тревогу объявили?..

– Да просто оказался под рукой. Тревоги нет, сказали привезти вас как можно скорее, только без лишней огласки.

– Сейчас, только нашим охранникам скажу, что еду в Контору.

Я сказал парню, дежурившему у дверей павильона, несколько слов и направился к автомобилю, в котором уже сидел Генри.

– Все, давай рули вперед, на зов боевой трубы!

Машина затрещала двигателем и покатилась вниз по улице. Генри сосредоточенно смотрел на дорогу, объезжая самые большие выбоины, изредка вполголоса комментировал поведение извозчиков и прохожих. У водителей это обычное дело, поэтому я сидел молча и пытался угадать, зачем понадобился мистеру Мак-Кинли. Ох, такое предчувствие, будто еще что-то нашли по делу местного «Потрошителя»…

Машина с резким скрипом тормозов остановилась у парадного входа в здание Конторы, и я вышел наружу.

– Подожди здесь, скорее всего, сейчас куда-то поедем!

Генри кивнул – мол, все понятно, достал из «бардачка» небольшую книгу и открыл ее где-то посередине. Надо же, водитель у нас библиофил! Потом спрошу, что он читает…

Сразу же на входе меня остановил дежурный:

– Мистер Смит, подождите! Босс сказал, как только вы появитесь – позвонить ему, он спустится, и вы с ним куда-то сразу поедете.

– Хорошо, сделаем, как велели…

Мистер Мак-Кинли спустился вниз через три минуты – я специально засек время после звонка. Ну, если он так торопится, то дело очень срочное, вряд ли ему захотелось прокатиться со мной на машине до ближайшего кабака.

– Мистер Смит, пойдемте, время не ждет! Как вы уже поняли, «доброго утра» желать не буду, потому что оно таковым не является…

– Пойдемте, мистер Мак-Кинли, детали уточним по дороге!

Начальник сообщил Генри адрес, куда ехать, и сразу после этого закрыл стеклянную перегородку, отделяющую салон от водителя.

– Мне позвонил начальник полиции города, сказал, что обнаружено еще одно место преступления. Все точно такое же, как и в других случаях, только совсем свежее – кровь еще не запеклась. Может, вы сумеете хоть что-нибудь узнать, пока сыщики там все не затоптали к чертям?

– Обещать заранее не могу и не хочу… Вещи, одежду, какие-нибудь предметы нашли?

– Пока ничего не знаю, он всего лишь попросил меня прибыть как можно быстрее, место рядом с одной из центральных улиц города, так что тянуть с осмотром и очисткой места нельзя, никак… Газетчики вот-вот пронюхают…

– Тогда будем вести себя очень осторожно. По крайней мере, постараемся.

Босс посмотрел на меня взглядом, выражающим одновременно и надежду, и отчаяние. Надо же, обычно он довольно невозмутим, и таким я его раньше не видел. Хотя, если честно, не так часто я с ним встречаюсь…

– Все, приехали, – Генри обернулся и постучал в стекло перегородки.

Машину он остановил у соседнего дома, повинуясь жесту вышедшего на проезжую часть улицы копа.

– Проход и проезд запрещены, разворачивайтесь! – Полицейский сразу же приступил к работе, отгоняя нас подальше.

– Мы по приглашению начальника полиции, – тут же заявил мистер Мак-Кинли.

– Ничего не знаю, сейчас подойдет старший следователь, он и будет с вами разбираться. Отгоняйте свою повозку в сторону!.. Еще дальше!..

Понятно, босс не хочет «светить» Конторскими документами, во избежание огласки нашего участия в деле. Ладно, если не пускают, то хотя бы осмотрюсь по сторонам, что ли… Интересная улица, неширокая, столбы электрического освещения совсем новые, в городе еще вовсю газовыми фонарями пользуются. Недавно поставили?

К нам уже направлялся один из сыщиков (ну, кто тут еще мог быть, за оцеплением?..).

– Вы из Конторы? Мы вас ждем, сами только что закончили место осматривать…

– Куда идти?

– Идите за мной, вот в тот закоулок. Вход с улицы заколочен, дом на ремонте.

– Давно?

– Да с начала лета… Жильцов переселили, а хозяева дома все никак не начнут. Так, кто-то ковырялся по мелочам, но следов серьезных работ не заметно. Мы еще не разобрались, почему… Осторожно, не споткнитесь!

В узком проходе валялись битые кирпичи, образовавшие небольшую кучу. Строители решили обновить внутреннюю кладку, что ли? Чем им старая не понравилась?.. Идти можно было только вдоль самой стены, под нависающей пожарной лестницей. Совершенно не задумываясь, я посмотрел вверх, чтобы не зацепиться головой о торчавшие из стены железки, а когда прошел дальше – обернулся, хотел было предупредить начальника. Тут же заметил странный блик в окне третьего этажа дома напротив.

– А дом на другой стороне улицы заселен?

– Нет, тоже пустой. Там что-то с трубами водопровода и канализации случилось, пока не заменят – жить невозможно. – Сыщик был в курсе местных дел, и когда только все разузнал?

– Кто сейчас в доме?

– Да никого, мы уже все осмотрели, ждали только вас, оцепление нужно снимать, и побыстрее, так что давайте поторопимся.

Не успели мы подняться на крыльцо пожарного выхода, как мое чувство опасности завыло дурным голосом, как пароходная сирена. Я оглянулся, снова увидел блик в окне дома напротив, посмотрел наверх, там между крышами висела какая-то веревка… или шнур…

– Дальше проход есть? – да отвечай ты быстрей!!!

– Нет там, тупик, сразу за углом.

– Бежим назад!!! Ходу, ходу, ходу!!!.. – Я схватил ничего не понимающего мистера Мак-Кинли за рукав и потащил назад, в сторону улицы. – Да быстрее вы!..

– В чем дело?

– Быстро, бежим!!!..

Время будто растянулось, как резина… Или так бывает иногда во сне – бежишь от чего-то страшного, а ноги передвигаются медленно-медленно, как будто движешься в густом киселе. Босс что-то протяжно мычал, но я не мог разобрать ни слова, торопясь поскорее убраться из ставшего смертельно опасным прохода. Почти успел…

Когда я дотащил начальника до машины, улица озарилась яркой вспышкой, и в спину шарахнула ударная волна от мощного взрыва. Мы все повалились на землю, как сбитые шаром кегли, а сверху начали беззвучно падать обломки кирпичей, дерева и какие-то куски железа. Уши закрыть никто не догадался (да и когда бы?..), поэтому несколько минут все напоминали выброшенных на берег рыб.

Звон в ушах немного стих, и я услышал яростные ругательства Генри: несмотря на легкую контузию от взрыва, он больше переживал за пострадавшую машину. Длинный кусок бревна, прилетевший сверху, пробил ее крышу прямо посередине, а рама от удара заметно прогнулась.

– Ничего, главное, что тебя там не было, – утешил я водителя.

– Да ведь только-только отремонтировал все!.. Теперь разве что на свалку… Сколько труда…

– Другую дадут… – Но Генри снова разразился матерной тирадой, уж очень ему было жалко свою «ласточку».

– Мистер Мак-Кинли, вы в порядке? – вспомнил я о копошащемся рядом начальстве.

– Шевелюсь сам, значит, в порядке, – ответил босс, после чего добавил несколько слов. Их я не понял, но догадался, что это были крепкие ирландские ругательства. – Где там моя шляпа?

– Там же, где моя, наверное… Да вот же они, в канаве!..

Хорошо еще, что вчера не было дождя и все давно высохло. Иначе я б и в руки свою шляпу не взял, а так – отряхнул от пыли, протер платком, и достаточно! Что-то я забыл сделать… Что?.. Твою…

– Быстрее к черному ходу! – меня как будто в зад шилом кольнули. – Быстрее, уйдет ведь!

– Кто? – не понял босс.

– Тот, кто все это устроил!.. – крикнул я уже на ходу. Мимоходом заметил, что из-под здоровенного куска кровельного железа, упавшего рядом с авто, торчат и слегка подергиваются ноги в форменных штанах и ботинках. Не повезло бдительному полицейскому… Чуть дальше поднимался с четверенек сопровождавший нас сыщик. Смотри-ка, живой!.. Я уже подумал, что его там стеной придавило, а он успел… Почти… Вон, плечо рукой трет, наверное, камень попал…

– За мной! – скомандовал я ему. Нет времени, может, еще успеем… Начальник остался у машины, чтобы собрать к себе полицейских, уцелевших при взрыве.

Дом оказался зеркальным отражением взорванного. Наверное, таков был замысел архитектора, или владельцев, неважно. Главное, что рядом виднелся такой же проход к пожарному выходу. Ну, быстрее!..

Черт, дверь забита досками! Подергал – нет, в самом деле, гвозди целые,

– Что там с основным входом?

– Тоже заколочен, – ответил запыхавшийся сыщик. – Мы проверяли, на всякий случай…

– Здесь тоже тупик?

– Да…

Я все-таки решил проверить, вдруг что замечу. Через несколько шагов действительно уперся в забор, сколоченный из толстых досок. С досады я сильно пнул его, и одна из вертикальных плах отскочила – почему-то в этом месте не оказалось гвоздя, крепящего ее к нижней планке. Не колеблясь, тут же пролез через дыру на другую сторону, зацепившись рукавом. Только успел сделать шаг вперед – и тут же встретился взглядом с мужчиной, вылезавшим из окна.

– Стоять, не двигаться! – Револьвер я достал еще в проулке, и сейчас ствол оказался направлен куда нужно.

На голове непонятного субъекта была кепка с длинным козырьком, затенявшим лицо, и я не мог точно определить, куда он смотрит. В руках – что-то большое, прямоугольное, завернутое в темную тряпку. Коробка? Кисти рук плохо видно…

Позади затрещала доска, я сделал вид, что поворачиваюсь, и тут же в руке мужика оказался… Неважно, что у него там, прыжок влево, выстрел!.. Пуля ударилась в асфальт рядом с моей головой, взвизгнул рикошет и тут же раздался второй выстрел, но я уже переместился дальше… Мой ответный выстрел попал в цель – пуля влепилась в край коробки и отбросила ее в сторону, второй выстрел – противник выронил небольшой пистолет и схватился за плечо. Тут же позади бабахнуло еще раз, и все закончилось…

– Сыщик, мать-перемать!!! Простуженного хромого осьминога тебе в задницу, и грязным сапогом плашмя утрамбовать, плевать, что не влезает!!!.. Вот зачем ты стрелял, а? Я ж его взял, почти!.. Он оружие на землю выронил, осталось только подойти и в наручники забить… Сам теперь его будешь допрашивать, или знакомых некромантов позовешь?

– Да я… Машинально… Показалось… Что он в вас попал… – Сыщик выглядел не очень хорошо. Рикошетом ему прилетело по голове, так что сейчас по лбу стекала кровь, и он пытался зажать рану платком. Ткань быстро краснела…

– Так, лезь обратно, иди к нашей машине. У водителя есть аптечка, он перевяжет тебе голову. А то пока врачей дождешься… По дороге скажи полицейским, чтобы сюда прислали хотя бы пару человек. Я сейчас дальше посмотрю… Вдруг другой кто оттуда полезет.

(Хотя, второй бы уже себя проявил, наверное… Вряд ли сообщник сидел и терпеливо ждал, пока его найдут полицейские.)

– Да, конечно…

– Иди уже, «стрелок»!.. – Метко стреляет сыщик, мужику прямо в лоб закатал… Уж лучше бы промазал! Да что теперь горевать…

Воспользовавшись моментом, я «осмотрел» здание внутренним зрением. Нет, пустота и тишина, живых внутри не оказалось… Тогда можно посмотреть, что же он такое волок с собой, не пожелав бросить.

Размотав тряпку, я увидел очень интересную штуку, какие используют при взрывных работах, вместо огнепроводного шнура. Как же ее… Вроде «подрывная машинка» – коробка с Т-образным рычагом на верхней грани, сбоку – два зажима, к ним должны подходить провода. Вот, кстати… Небольшой их моток лежал рядом. Наверное, отрезал кусок, чтобы скрыть следы. Да, если не знать, что ищешь – и не догадаешься! Хорошо нас готовили, курс по саперному и подрывному делу занял немного времени, но чему учили – помню до сих пор. Хотя бы основы, да…

Кстати, если подумать… Нет, размеры не совпадают, ну и вес не такой уж и большой… Ясно, следы были от другого предмета.

Мои размышления прервали два полицейских. Судя по чистым мундирам, они только что прибыли на помощь с соседней улицы.

– Вы агент Смит? Нам приказали…

– Да, это я. Осмотрите дом, только аккуратно, мало ли кто там окажется внутри. И особо не топчите – сыщики сюда еще не приходили. Так что руками ничего не трогать, понятно? И осторожно там…

– Да, сэр! – Оба копа с револьверами наизготовку тут же влезли в окно и затопали по скрипучим доскам внутрь дома.

Теперь займемся подстреленным… После выстрела сыщика мертвец вывалился из окна, как мешок с картошкой, и лежал под стеной. Слетевшая с головы кепка валялась чуть дальше, перевернутая, будто владелец просил подаяния. А он у нас лысоватый… Крепкого телосложения… Мог таскать тяжести? Да вполне, вон какие ладони здоровенные, в рукопашке с ним биться точно не хотелось бы… Что еще? В карманах – запасные патроны к пистолету… Несколько бумажных купюр, с десяток монет… Пачка мелко искрошенного табака, а трубки нет. Зажигалки или спичек – тоже. Хотел присыпать следы, от собак? Хитер… Два небольших фотографических снимка, изрядно помятых, сейчас посмотрю… Кто на них?.. Да неужели, вы это серьезно?!..

Больше в карманах ничего не оказалось, даже ключей или мелких бумажек. Что можно сказать по одежде? Штаны, куртка – из магазина готовой одежды, не самые дешевые, но и не дорогие. В толпе на улице владелец точно не выделялся. Обувь… Ботинки, похожие носят рабочие на стройках – крепкие, с толстой подошвой, которую не проткнет случайный гвоздь. Но они малоношеные, значит, куплены недавно… Или редко надевались? Кожа еще не задубела от грязи, значит – новые. Точно – края на подошвах не сбиты… А что это за темные пятна сбоку – кровь, что ли? Пусть наши в лаборатории посмотрят… Сейчас скажу, вот, уже шаги слышу, точно!

– Сэр, там внутри еще один труп!

– Где?

– На лестнице, между первым и вторым этажами. Похоже, споткнулся – там ступеньки сломаны, и упал…

– Сейчас посмотрю. Вы стойте здесь, ждем сыщиков из управления.

– Так точно!

Ладно, посмотрим, кто там еще оказался неудачником…

Второй полицейский ждал меня возле дверей на лестницу.

– Там, прямо на ступеньках!

– Да, вижу…

Этот покойник совсем не похож на бродягу, вряд ли он тут ночевал – одежда не помята, да и чистая. Конечно, теперь уже не совсем, но ему это без разницы… Что в карманах? Револьвер.38 калибра, складной нож – лезвие чистое, следил… Зажигалка, папиросы, кошелек с парой банкнот и несколькими монетами. Небогатый улов… Рядом с телом лежала кепка. Хм, а ростом он будет повыше, чем первый, да. И не такой мускулистый, скорее даже худощавый. Но явно не голодал… Разве что зубы пожелтели от курения, а больше особых примет пока не видно. Лицо, шея, руки – без шрамов… Пальцы без мозолей. Кожа тонкая… Предпочитал заниматься умственным трудом, вроде игры в карты на деньги? Пусть сыщики проверяют…

– Больше в доме никого?

– Мы еще не все осмотрели, только зашли, и сразу наткнулись. Но везде тихо… – Видно, что полицейский чувствует себя не очень уверенно, но бодрится.

– Ждите, скоро вас сменят. Можете выйти чуть дальше в коридор, если хотите, только не теряйте тело из вида. Мало ли что…

Не могу сказать, что мои заключительные слова очень обрадовали парня, но службу он теперь будет нести гораздо бдительнее. Лишь бы не начал палить от случайного скрипа…

Выглянув из окна, я увидел неторопливо делающего снимки фотографа и эксперта-криминалиста. Он рассматривал пистолет, держа его на продетом через скобу карандаше.

– Джентльмены, у вас есть еще один клиент, в здании!

– Нам уже сообщили… Вы ничего не трогали? – спросил эксперт.

– Только карманы проверил.

– Нужно было подождать!.. Вот кто вам разрешил лезть?..

– Извините, но дело не терпит отлагательств, и еще… – Я показал ему свое удостоверение, отчего лицо знатока слегка перекосило. Да, не любят нашу Контору в полиции…

– Хорошо, делайте все, что хотите, только не мешайте!

Ну, если так… Пойду на лестницу, еще посмотрю…

– Это я, не стреляйте!

– Вижу, сэр… – отозвался коп. – Сыщики приехали?

– Да, сидят, ковыряются… Я сейчас осмотрю лестницу и верхние этажи, пока они сюда не пришли.

– Понятно…

Ступени в начале лестницы вели себя очень даже пристойно – скрип был еле слышен. А вот и сломанные… Странно, их как будто специально вывернуло со своего места, с невероятной силой. Это как же так надо было запнуться, или с каким весом прыгнуть? Такие слоны здесь не летают!..

Попробуем войти на этаж, следы на пыльных досках видны очень хорошо, иду по ним…

Присмотревшись, я увидел лежащий в темном углу предмет. И что там… Ага, небольшой бинокль, почти как театральный… Забыт, или оставлен специально? Кто теперь скажет… Благодаря некоторым метким стрелкам из полицейского управления… Трогать не буду, чтобы эксперт не ворчал больше положенного.

Кстати, вот и окно, из которого наблюдали за домом напротив. Стекол в нем уже не было – осколки валялись на полу, а несколько самых крупных даже торчало из стены. Вот это бабахнуло…

Пыль уже рассеялась, и когда я осторожно выглянул наружу, то рассмотрел несколько пожарных машин, затем две группы полицейских и трех человек, стоявших рядом с мистером Мак-Кинли. Ясно, пора возвращаться, только проверю еще кое-что…

Босса я нашел возле разрушенного дома. Рядом стоял какой-то полицейский чин и энергично размахивал руками – наверное, выражал свои впечатления от увиденного. Мистер Мак-Кинли заметил меня, но сделал жест рукой, чтобы я не торопился к нему подходить. Ясно, пусть городское начальство выговорится, а то еще лопнет от злости…

Да что такое! Никак не успокаивается… Наверное, отойду подальше, там как раз Генри с машиной возится.

– Что скажешь, мастер мотора и четырех колес?

– Позвонил с соседней улицы в Контору, сейчас пришлют грузовик и четырех наших механиков в помощь. Отвезем в гараж, пусть начальство думает, что с ней дальше делать…

– Ничего, был бы водитель – а машина найдется!

Генри еле заметно улыбнулся краем рта, значит, уже отошел от шока.

– Кстати, а здесь лежал полицейский, который нас пускать не хотел, что с ним?

– А, этот крикун… Да ничего особенного – куском жести с крыши по голове хлопнуло, плашмя. Фургон-амбуланс его в госпиталь увез, но вроде ничего серьезного, жить будет.

– Я-то думал, что его совсем… того…

– Нет, разве только пару недель головной болью помается, как врачи сказали. Ну что, поймали кого-нибудь?

– Тебе сыщик разве ничего не сказал?

– Нет, он к амбулансу сразу ушел…

– Понятно… Я одного из двух уже почти взял, а этот… работник наручников и револьвера… пулю ему между глаз закатал, самец обезьяны… Теперь и допросить некого.

– А второй, что с ним?

– Свалился с лестницы, и шею себе сломал. Там ступеньки разобраны… Наверное, бежал слишком быстро, чтобы под удар не попасть. Но запомни – я тебе вообще ничего не говорил, хорошо? Ты вроде парень не болтливый…

– Да, конечно-конечно… – Генри точно никому не расскажет, проверено. Тем более, что после некоторых событий он часто просил потренировать его в стрельбе и некоторых других премудростях. Я никогда не отказывал – мало ли что, вдруг пригодится… Ему, или мне…

Наконец, глава местной полиции ушел к ожидавшему его автомобилю (а экипажик-то похуже нашего!.. разве что целый… пока), и мистер Мак-Кинли махнул мне рукой, подзывая. Ясно, настало время ошеломительных историй…

– Мне сообщили, что вы пытались задержать двоих подозреваемых? – не стал он тянуть кота за хвост.

– Не совсем так. Когда перелез через забор в тупике, увидел мужчину, который пытался покинуть здание через окно. В руках подозреваемый держал непонятный предмет, завернутый в ткань. Я скомандовал ему остановиться, но он тут же начал стрелять. В меня не попал… Мне удалось ранить его в руку, после чего преступника можно было задержать, но тут появился этот… ударенный кирпичом по голове сыщик… Пристрелил он мужика, с одного выстрела и прямо в лоб!.. Отличник стрелковой подготовки, чтоб его…

– Мог он это сделать специально?

– Думаю, вряд ли. Слишком молодой для коварных замыслов. Наверное, это у него первое серьезное происшествие, вот и… погорячился.

– Мда… А второй?

– Когда полицейские осмотрели здание, второй подозреваемый уже был мертв – предположительно, сломал себе шею при падении с лестницы. Но пусть лучше специалисты посмотрят, мне некогда было его ощупывать, я дом проверял.

– Нашли что-нибудь?

– Да, небольшой бинокль… И место, откуда персонажи наблюдали за домом. Мистер Мак-Кинли, разрешите… строго конфиденциально?

– Да, конечно. – Босс как бы невзначай огляделся по сторонам, вблизи нас никого не было. – Продолжайте.

– Это была ловушка, покушение, засада или как еще можно назвать. Кстати, я даже могу предположить, на кого именно.

– И?..

– На вас и меня. Только не знаю, на обоих вместе, или им хватило бы и одного.

– Но откуда?..

– Извините, здесь показывать не буду… У меня в кармане лежат две фотографии. Вот и все объяснение…

Босс шумно выдохнул, снял пыльную шляпу и вытер мокрую от пота лысину большим платком, который вытащил из кармана пиджака.

– Вы нагло забрали улики с места преступления?

– Думаю, что сейчас об этих фотографиях лучше никому не знать. Пусть они у вас в сейфе полежат, что ли… Ну, или в хранилище их сдать, в подвал.

– Возможно, возможно….

Ох, я совсем забыл, мне же скоро надо быть на студии! Потянув за цепочку, я достал из нагрудного кармана жилетки свои часы… и тут же вполголоса выругался очень нехорошими словами. Наверное, когда я упал при взрыве, то напоролся на камень… То-то у меня слегка побаливает левая сторона груди… Откидная крышка часов помялась так, что не работала защелка, и мне пришлось буквально отколупывать эту раковину складным ножом. Крышка, наконец, откинулась, и тут же на землю посыпались мелкие осколки разбитого стекла. Самая маленькая стрелка, указывавшая секунды, не подавала признаков своей торопливой механической жизни. Приложив часы к уху задней крышкой, я услышал только тишину. Мда… Жалко, надежные были часы, в стольких переделках побывал с ними, и вот…

Босс с сочувствием посмотрел на меня, но промолчал. Ладно, и на этом спасибо, присмотрю себе другие… Если смогу найти подходящие.

– Кристофер, а почему вы так отреагировали? Заметили что-нибудь подозрительное? Или сработало ваше неповторимое чутье?

– Увидел странный блик в окне дома напротив. А по уверениям сыщика, здание давно пустовало, двери заколочены. Вот и решил перестраховаться. Лучше вместе смеяться потом, чем… Ну, вы меня понимаете… И еще кое-что… Но я лучше напишу об этом в докладе.

Мистер Мак-Кинли кивнул, и пошел к конторской машине, медленно выехавшей из-за угла. И в самом деле, пока не разберут завал и не осмотрят остатки здания – нам тут больше делать нечего.

До здания Конторы мы доехали вместе, в тишине, если не считать треска мотора нашего авто и прочих дорожных шумов. Босс отправил меня домой – переодеваться, а сам неторопливо поднялся по ступенькам. Какой-то он слегка ошарашенный, наверное, давно в переделки не попадал, разве что в кабинетах высокого начальства. Ничего, зальет в себя пару стаканов любимого бренди, придет в норму!..

Дома я быстро переоделся, свернул испачканный костюм в узел и попросил Сюзан, чтобы она отнесла его в чистку как можно быстрее. Мне показалось, или домработница слегка принюхалась?.. Ну да, там смешалось много ароматов – пыль, копоть, гарь от взрывчатки… Но никакого удивления она не высказала, лишь совершенно невозмутимо кивнула.

К воротам студии я подъехал вовремя – наш водитель не особо церемонился с извозчиками, разгоняя их в стороны резкими воплями гудка. Я пожал ему руку на прощание (да, я не считаю других служащих Конторы «прислугой», а себя – стоящим у вершины пирамиды) и пошел в сторону нужного павильона.

Остаток дня прошел совершенно спокойно, как большинство предыдущих. Из павильона доносились голоса режиссера и актеров, команды съемочной группе… Несколько раз объявляли перерыв, и я сидел рядом с отдыхавшей Клер. Она ничего не заметила, даже не обратила внимания на другой костюм – учила следующие эпизоды. Вот и хорошо… Как только стемнело, съемки закончились, и мы с ней поехали домой ужинать.

Джонатан пропадал на улице с утра до вечера – он с соседскими детьми старался урвать побольше оставшихся солнечных дней, ведь до занятий в школе оставалась всего пара недель. Как я его понимаю!.. Что ни говори, а в далеких краях играть ему было особо не с кем, да и сейчас мама занята на студии целыми днями. Кстати, нужно все-таки поискать мастерскую, я ведь обещал…

Ужин, неторопливые разговоры за столом, и все расходятся по своим комнатам. А мне нужно оружие почистить, только что вспомнил. Но это недолго, что дальше?

Сняв со стены гитару, я взял пару аккордов. А почему бы и нет, собственно? Разве что в этот раз обойдемся без бренди…

Ваше благородие, госпожа Удача,

Для кого ты добрая, а кому – иначе.

Девять граммов в сердце постой, не зови…

Не везёт мне в смерти, повезет в любви!

Девять граммов в сердце постой, не зови…

Не везёт мне в смерти, повезет в любви!

Глава двенадцатая

Следующий день прошел абсолютно спокойно, съемки длились по несколько часов без перерывов, актеры и остальная группа будто стремились наверстать потерянное время.

В середине дня удалось выкроить пару часов и найти слесарную мастерскую, где мне по чертежу быстро напилили и обработали десяток железяк. Да, разумеется, это нельзя считать точными копиями того самого кинжала, но баланс получился именно таким, какой нужен. Расплатившись с довольным мастером, я погнал извозчика на студию, и даже успел к концу обеденного перерыва.

Вернувшись домой, после ужина я отправился со своими новыми железками к сараю – бывшей конюшне. Там на самой ровной стене нарисовал бубновый туз размером с ладонь и больше часа метал в него эти имитации кинжала. Получалось не очень хорошо, Надо бы тренироваться каждый день, а то я совсем жиром заплыву от такой спокойной жизни. И в тир конторский сходить, в самое ближайшее время…

Телефон загадочно молчал почти до самой ночи. Что, полиция уже все выяснила и расследование закончилось? Вот уж не верю!

Звонок телефона нарушил вечернюю тишину часа через два после ужина.

– Слушаю, Смит!

– Это дежурный. Босс просил передать, что ждет тебя утром, часов в десять. Потом он куда-то собирается, так что не опаздывай!

– Понял, принял… Или все наоборот?

– Ты опять шутишь, как всегда!.. – рассмеялся дежурный. – Все, отбой!

Ну, вот и накаркал… Горячо обожаемый начальник наверняка расскажет душераздирающую историю, о которой чуть позже будут кричать на каждом углу мальчишки-газетчики… А потом даст папку с документами, описывающими «Как все было на самом деле» и пометкой «Секретно!». Ладно, загадывать не хочу и не буду. Клер очень хорошо чувствует мое настроение, и волновать ее лишний раз совершенно не хочется.

Утром Клер растолкала меня сразу после трезвона будильника.

– Вставай, соня, мне нужно на студию, а тебе к начальству, ты сам вчера сказал!

– М-м-м… Куда спешить-то? Мне собраться – пять минут…

– Не вредничай! Зато я долго собираюсь, ты что, не знаешь? Нет, никаких разговоров, иди!.. Только поцелуй меня сначала… Вот, теперь все в порядке!.. И не мешай…

Разве можно заметить, что почти каждую ночь она устраивает… Неважно, что. А утром выглядит очень бодрой, в отличие от меня – так хочется подремать еще час-другой. Днем-то не получается, нужно нести службу бодро, не отвлекаясь на актрис из массовки, например. Да и не приткнешься подремать где-нибудь в темном уголке павильона – обязательно припрется кто-нибудь из группы. Сам видел пару таких эпизодов, когда помощник режиссера обнаружил художника в укромном (как тому казалось) месте. Криков было много, а художник теперь официальная версия «козла отпущения» для всей группы. Нет, такой славы мне точно не нужно!

Клер, как почти всегда, режиссер встретил у входа в павильон. Я не стал выяснять подробностей будущего съемочного дня – торопился в Контору, еще неизвестно, как быстро извозчик сможет добраться в центр города. Успел, но по лестнице пришлось чуть ли не бежать.

Но секретарь жестом остановил меня. Вот в чем дело – висящие на стене часы показывали без десяти минут десять. А я-то думал, что опаздываю… Нет, нужно срочно найти замену своим верным «ходикам». Или хотя бы попробовать сдать их в ремонт, хорошему мастеру. Вдруг получится вернуть их в рабочее состояние?

Наконец, зазвонил телефонный аппарат, и секретарь (странно, почему я до сих пор не озаботился узнать его фамилию?..) показал мне рукой на дверь кабинета – мол, «Вперед, Макдуф!»[7]

– Заходите, Кристофер! – начальник оказался неожиданно приветлив. – Присаживайтесь.

– Доброе утро, мистер Мак-Кинли! – после энергичного рукопожатия я опустился в хорошо знакомое кресло у стола.

– Да, можно и так сказать… Полиция нашла остатки электрических проводов, которые кто-то протянул от взорванного здания к зданию напротив. Причем сделано это было скрытно, через соседние дома… Неужели вы что-то заподозрили, когда мы с вами шли к черному ходу?

– Сам не понял… Случайно посмотрел вверх, чтобы не удариться головой о пожарную лестницу, или что-то другое… Увидел какую-то веревку, протянутую с одной крыши на другую, еще подумал – зачем она нужна? Дом ведь стоял пустой, на ремонте… Обернулся и заметил блик в окне дома напротив, вот и решил подстраховаться, мало ли… Если бы вдруг тревога оказалась ложной – то можно было и посмеяться над слишком пугливым агентом, кому охота.

– Да, понятно… Только вот тревога оказалась самой настоящей… И часто у вас так бывало раньше?

– До сих пор мне удавалось остаться в живых, как видите. – Мой ответ прозвучал «уклончиво», но перечислять все свои приключения совершенно не хотелось.

– Вижу… Полиция решила объявить в прессе, что все эти убийства совершены двумя преступниками, взорвавшими дом, чтобы избежать разоблачения. Не самая лучшая версия, но газетчики теперь вряд ли будут копать слишком глубоко. Конечно же, о нашем участии никто не узнает, вся слава достанется сыщикам из уголовной полиции.

– Тем лучше.

Босс внимательно посмотрел на меня.

– Думаете, что история еще не закончилась?

– Да. Остался еще кто-то, возможно – главный. И если произойдет следующее похожее убийство…

…То шоколад мгновенно превратится в нечто совсем другое, – продолжил мистер Мак-Кинли.

– Но все-таки я очень надеюсь, что больше подобных зверских убийств не будет.

– Чутье?

Я неопределенно пожал плечами. А как можно объяснить свои предчувствия? Тут или сбывается, или нет…

– Подвал еще не откопали, как только что-нибудь найдут, нам обязательно сообщат.

– Возможно, там оставили некий артефакт, для приманки. Ведь вызвали именно вас, так?

– Да… – Шеф задумался, – получается, хотели избавиться?

– От вас, или от меня, или от обоих вместе, почему бы и нет? Ведь фотографии с нашими лицами у злодеев не по волшебству появились? Значит, кому-то мы очень помешали…

– Значит, мы хорошо делаем свою работу, если нас опасаются, – ответил мистер Мак-Кинли. Повернувшись к своему сейфу, он достал оттуда традиционный набор – пару бокалов и очередную бутылку бренди. – Давайте отметим, что ли… Не каждый день меня за шиворот вытаскивают из заминированной ловушки.

Ну, кто б возражал, я – так нет… Между первой и второй порциями мы сидели молча. Босс был очень задумчив и больше смотрел куда-то в окно, чем на меня. Но после второго бокала он разговорился.

– Когда вы только прибыли к нам, то мое первое впечатление… Ну, вы, наверное, помните… Я приношу вам свои извинения и рад, что ошибся! – начальник встал из-за стола и мы пожали друг другу руки. Странновато, но приятно…

– И еще… У нас не почти никогда не награждают служащих, разве что за какие-то совершенно немыслимые подвиги. По крайней мере, я давно о таком не слышал. Но я хочу сделать вам небольшой подарок просто от себя. – Мистер Мак-Кинли достал из сейфа небольшую продолговатую коробочку. – Примите лично от меня, в знак благодарности…

В коробочке оказались… наручные часы, как я понял. Причем, не переделанные из карманных, какие случалось видеть раньше. (Ну, знаете, когда по бокам «луковицы» приваривали ушки из толстой проволоки, сквозь которые продевался ремешок.) Верхняя крышка была почти плоской, и в ее середине красовалось выдавленное в металле изображение короны. Корпус вместе с «ушками» изготовили из одного куска металла, и заворонили, как и крышку, до почти черного цвета. После нажатия на заводную головку крышка откинулась, явив взгляду темно-синий циферблат с такой же короной под меткой «12». Внизу, над цифрой «6», гордо красовалась надпись мелкими буковками – «Chronometer». Надо же! Я думал, что хронометры обычно устанавливаются на кораблях и делают их размерами с большую кухонную кастрюлю. А здесь – они даже меньше, чем мои старые карманные. Интересно, что секундная стрелка оказалась длинной, тонкой и описывала такую же окружность, как и минутная.

– Благодарю вас, мистер Мак-Кинли!

– Изготовитель уверяет, что они очень точные. При закрытой крышке не боятся брызг воды, и повредить их сложно. Кстати, ход не сбивается даже при стрельбе.

– Пожалуй, это самая интересная особенность, но лучше обойтись без ее проверки.

– Надеюсь, вы не считаете, что наручные часы носят только женщины? – усмехнулся начальник.

– Нет, хотя мне доводилось слышать фразы вроде «Я скорее надену платье, чем наручные часы!» от некоторых господ. Только вот у них никогда не было очень грязных рук, наверное…

Зазвонил телефон, мистер Мак-Кинли поднял трубку, ответил… Судя по сразу изменившемуся выражению лица и повелительному жесту руки, аудиенция могла считаться оконченной. Я тут же выскользнул за дверь, пока он не передумал, и у меня не появилось новых проблем или заданий. Теперь можно и на студию… Только, наверное, пройдусь пешком, надоели мне эти тряские экипажи. Погода хорошая, народу на улицах мало – рабочее время… Что еще нужно?

– О-о-о-хо-о-тник!.. – Тихий певучий голос раздался откуда-то сбоку. Но я не повернулся, надо будет – окликнут еще раз.

– О-о-о-хо-о-тник!.. Подожди, не уходи, я хочу с тобой поговорить. – Кто там еще?..

Обернувшись, я увидел женскую фигуру… Небольшого роста, скромное платье темно-серого цвета, шляпка с широкими полями, вуаль полностью закрывает лицо. Что за маскарад?

– Пойдемте в сторонку, чтобы никто не мешал, – предложила мне таинственная собеседница. Голос странный, некоторые слоги как будто проглатывает, другие – растягивает. Иностранка, что ли? Восточный акцент? Что за мяуканье такое, раньше не слышал…

– Присядем здесь, – изящная рука в темной кружевной перчатке указала на скамейку.

– Хорошо, давайте… Что вы хотите от меня?

– От вас – ничего. Разве что прошу замолвить слово…

– Перед кем?

– Перед Хозяйкой леса. Вы ведь с ней друзья, не так ли?

– Вообще-то, это не ваше дело…

– Не сердитесь, умоляю вас! – Собеседница легонько коснулась меня рукой. – Это дело жизни… Жизни и смерти, и не только моей.

– Слушаю вас.

– Дело в том, что меня заставили… Это я ударила ее кинжалом.

Вот это да!.. Быстро воспользовавшись своим «чутьем», осматриваю злодейку. Точно! Ощущения те же самые, что и в момент нападения!.. Она… Но на человека-то не похоже!..

Собеседница решила открыть свое лицо и подняла вуаль на поля шляпки. Да, внешность явно восточная…

– Пытаетесь выяснить, кто я на самом деле? – усмехнулась она.

– Думаю… Бакэнеко, так?[8]

– Вас не зря рекомендовали мне как настоящего Охотника…

– Давайте без комплиментов, хорошо? – будет она мне тут еще уши медом намазывать.

– Нет, я говорю совершенно серьезно – вы отличаетесь от других. Остальные здешние Охотники – всего лишь простофили с блестящими серебряными значками…

– Как-то вы о них совсем не уважительно говорите, леди. – При слове «леди» собеседница усмехнулась.

– Можете называть меня Нэкобаси-сан.

– Хорошо… Итак, Нэкобаси-сан, еще раз: чего вы от меня хотите? Только скажите прямо, без ваших восточных заумностей.

– Я опасаюсь сама обращаться к Хозяйке леса… Поэтому прошу вас… Скажите ей, что меня заставили сделать это обманом и шантажом.

– Вот даже как… Что дальше?

– Я прошу ее… дать мне и моим детям убежище. Буду служить ей столько, сколько она пожелает.

– А кто именно заставил вас это совершить? И как?

– Один из… Сильных… пообещал свернуть шеи всем моим детям, если я этого не сделаю. А меня заставит смотреть…

– В кого нужно было воткнуть кинжал, вы, конечно же, не знали?

Кошка-оборотень подняла правую руку вверх:

– Клянусь жизнями и здоровьем своих детей – нет!.. В облике человека Хозяйка леса ничем не отличается… И на мне тогда был надет амулет, скрывающий суть… Я не могла почувствовать, что передо мной не обычный человек.

– Где артефакт теперь?

– Сильный… забрал его, буквально через несколько минут. Это был кусок черного камня на кожаном шнурке, с какими-то символами. Очень неприятная вещь… Я после него два дня вся чесалась.

Против воли я улыбнулся, очень уж забавно это прозвучало.

– Я никогда раньше не видела Хозяйку, о ней только рассказывали, – продолжила бакэнеко. – Но когда почуяла, какая кровь пролилась… то все сразу поняла.

– «Сильный» – это ведь другой демон, так?

– Так…

– И кем он был в тот раз?

– Представительный мужчина, в деловом костюме… Только лицо такое… не могу вспомнить, оно как будто расплывается.

– Ясно, не хотел оставлять свой портрет на память… А почему он вас сам не… устранил… после неудачного покушения?

– Вы забрали кинжал с собой, может быть, он надеялся его вернуть и повторить еще раз? А кроме меня, никто не может подобраться к кому угодно, оставаясь незамеченным, даже без помощи этих дурацких амулетов.

Однако, непростая мне встретилась кошечка! Не удивлюсь, если на ее родине некоторые дела со странными смертями высокопоставленных лиц до сих пор остаются нераскрытыми… Впрочем, это абсолютно не мои проблемы.

– А откуда я знаю, может, вы просите оказать помощь именно для того, чтобы проникнуть в ее владения, и там… – я не договорил.

– Если бы только я сразу знала, против кого меня используют… то нашла способ уклониться и сбежать. Даже от Сильного…

Голос Нэкобаси-сан дрогнул. Нет, она совсем в этом не уверена… Врет? Играет? Не берусь судить…

– Хорошо, я попробую… Не могу обещать, что Хозяйка разрешит вам укрыться в ее лесу… Но просьбу передам. – Все, хватит с меня задушевных бесед на сегодня, пора идти!

– Благодарю вас, О-ни-сан!..

Я уже уходил, но обернулся.

– Как вы меня только что назвали?

– Старшим братом. И не говорите, что не расслышали. – Она опустила вуаль на лицо и поднялась со скамейки. – Ни один настоящий, истинный оборотень из этого города не причинит вам и вашим близким зла.

– Откуда вы это знаете?

– Мы так решили. Лучше уж вы будете разбираться с бандитами-«перекинувшимися», чем кто-то еще. Я сама найду вас через несколько дней… – И как сквозь землю провалилась, вот она была – и через мгновение исчезла. Да, такая кошечка может оказаться весьма опасным противником… Хотя, сейчас мы вроде как на одной стороне, если верить ее словам? Теперь осталось всего лишь поговорить с Меняющей Облик… Если только она снова не подслушивала.

– Хозяйка, ты мне нужна!..

Линкс откликнулась почти сразу, как будто сидела у телефонного аппарата и ждала вызова. Ее тихий голос раздался прямо у меня над левым ухом – хорошо, что я шел по пустынной улице и никого не мог заинтересовать, разговаривая сам с собой.

– Я слышу тебя, Крис. Что случилось?

– Тот, кто напал на тебя, просит прощения… и убежища в твоем лесу. Для себя и своей семьи.

– И кто же это, такой наглый?

– Бакэнеко… Кошка-оборотень из далекой страны. Говорит, что ее заставили, угрожая смертью детей.

– Кто?

– Один из… «Сильных», как она выразилась. Думаю, что кто-то из демонов. По описанию напоминает одного из знакомых, но его лицо кошка рассмотреть не смогла.

– Вот как… Интересно… чем же это я ему помешала?

– Он был очень настойчив, как я понял. И захочет повторить свою попытку, если добудет другой кинжал.

– Не добудет, не беспокойся!.. Это очень редкая вещь, на дороге не валяется и на рынке не продается. Через границу между мирами пронести сложно… теперь. Кстати… Ты сделал то, что я сказала?

– Да. Привязал его снизу, под досками кровати. Только вот Клер…

– Что?

– Понимаешь, она…

– А, вот ты про что!.. – Линкс не дала мне договорить. – Все хорошо, так и должно быть. Ты уж мне поверь.

– Спасибо, успокоила…

– А той кошке с Востока можешь сказать, что может приходить на место… через которое ты сам попал ко мне. Ее там встретят и проводят дальше.

– Хорошо, как только появится – скажу. Дальше пусть сама решает.

– У тебя все? – Надо же, еще спрашивает!

– Да. Прошу прощения, если побеспокоил.

– Ничего, я всегда рада тебя слышать. – Невидимка чуть ощутимо поцеловала меня в щеку и исчезла. Вот и удалось помочь оборотню… А стоило ли? Наверное, да. Ведь там эта коварная киса будет под строгим присмотром, у Хозяйки не забалуешь! И в городе потише станет… наверное.

Глава тринадцатая

Кошка-оборотень появилась уже на следующий день. Выросла буквально из-под земли, прямо передо мной, когда я зашел за дальний угол съемочного павильона. Одета она была в то же самое платье и шляпку, только за вуалью прятаться не стала.

– Здравствуй, Охотник!

– И ты здравствуй, Нэкобаси-сан! Готова отправиться в путь?

– Да, чем скорее, тем лучше. Я не одна…

– С детьми?

– Да.

– А где они?

– Ждут недалеко от входных ворот. Я чувствую, что за мной следят… Хочу убраться отсюда подальше, времени остается мало…

– Тогда пойдем, расскажу, куда нужно идти. Но лучше найти попутный экипаж, это довольно далеко.

– Нам не привыкать, добежим.

– Это твои следы я видел возле соседнего павильона? – Мой вопрос заставил ее остановиться. Сразу оборотень ответить не сумела, пауза длилась секунд десять.

– Мои…

– И что тебе там было нужно? Зачем ты убила того парня?

– Меня послали… Забрать артефакты из шкафа. А парень услышал, как я пытаюсь открыть окно на крыше, подошел ближе… Нельзя было дать ему заорать или увидеть меня.

– Артефакты – это хрустальные черепа? Кто хотел их получить?

– Ты задаешь слишком много вопросов, Охотник!..

– А ты пытаешься уйти от ответа. Кого-то покрываешь? Или боишься?

Бакэнеко фыркнула от возмущения:

– Боюсь? Их, что ли? Да после исчезновения Сильного они стали обычной бандой! Тем более, что теперь остались вообще без артефактов. Просто хочу обезопасить своих детей, только и всего. Они еще слишком малы для взрослых дел.

Вот оно что… Значит, соучастников темных делишек было не двое, а немного больше.

– Сколько их осталось?

– Трое… Больше не видела.

– Значит, могут быть еще и другие…

– Этих незнакомых я и опасаюсь. Вот мои дети, – она указала на стоявших в ряд четверых подростков, двух мальчиков и двух девочек. Все они были одеты в неброскую одежду, выдававшую скромный достаток. Через плечи висели небольшие мешки – наверное, все остальное добро им пришлось бросить?

– Добрый день, уважаемый мистер! – хором сказали подростки.

– Коннитива, Нэко-мусумэ и Нэко-данси![9]

После моих слов все дружно улыбнулись – наверное, я сказал это с диким акцентом. Но стало заметно, что они немного расслабились.

– Вам всем нужно добраться к месту недалеко от фермы, это миль двадцать отсюда. Может, отправить вашу семью до окраины города на извозчике? А дальше… Я нарисовал план местности, и подписал, куда идти. Кто-нибудь из вас читал карты, или что-то вроде этого?

Один из парней слегка поднял правую руку и тут же опустил ее.

– Хорошо, подойди. Вот, смотри… Когда закончится улица… Нужно выйти на эту дорогу, там есть указатель. – Молчаливый собеседник кивнул, что понял. – Идете по ней, никуда не сворачивая, миль десять. Увидите на обочине справа почтовый ящик с надписью «Ферма «Одинокий ковбой», значит, все правильно. Там рядом есть дорога к этой ферме, но вы идите прямо, еще через пару миль будет узкая дорога вправо. Сворачиваете на нее, идете к холмам, их отлично видно. Как подыметесь на холм все по той же дороге – вдали, у опушки леса, увидите три отдельно стоящие сосны. Идите к ним, и через них – обязательно между ними, не просто рядом – входите в лес. Там вас встретят и проводят в надежное место. Понял?

Парень снова кивнул и спрятал листок бумаги с записями в карман куртки.

– Тогда идемте, отправлю вас на извозчике… Лишь бы телега подходящая попалась.

Ждать пришлось минут пять, или около того. Наконец, показался экипаж, в который смогли бы поместиться все «кошки», и я свистнул, подзывая извозчика.

– Можешь отвезти их до окраины города, на улицу Вязов? Там, где дорога из города выходит.

Водитель кобылы хмуро оглядел компанию и заявил:

– Три «президента», меньше – не поеду! Далеко очень…

– Хорошо, вот тебе четыре, только вези быстрее, они торопятся.

– А чего торопиться-то, не на поезд же. Вокзал в другой стороне. – Получив деньги, мужик слегка подобрел и ударился в размышления.

– Так, садитесь быстрее, а то лошадь застоялась!

Под смешки подростков вся их компания расселась в экипаже, и бакенеко подошла ко мне.

– Спасибо, О-ни-сан! – Смущаясь, поцеловала в щеку и быстро опустила вуаль на лицо.

– До встречи, Нэкобаси-сан! – Возможно, мы еще увидимся с ней, когда-нибудь…

Возница щелкнул языком, и лошадь потянула экипаж вниз по улице, постепенно ускоряя бег. Хорошо, с этим делом я закончил… По крайней мере, на сегодня.

На студии во время перерыва Клер обрадовала меня свежими новостями.

– Крис, ты знаешь, что завтра у нас съемки на природе?

– Далеко? – я насторожился.

– Нет, сразу за городом, где начинаются поля, и есть кусок леса. Хорошее место, я там уже бывала раньше. Рядом нет никаких кладбищ, деревень… Разве что пара ферм.

Так… А почему мне раньше не сказали?

– Милая, почему я узнаю об этом только сейчас?

– Режиссер хочет отснять несколько сцен, где мы катаемся на лошадях в поле и возле леса, на фоне деревьев. Ничего сложного, лишь бы дождя не было… А мне это даже полезно.

– Хочешь, чтобы ребенок вырос умным?[10]

Клер смутилась и покраснела. Наверное, тоже знает такую примету…

– Ладно, поедем, только охрану нужно увеличить. – Лучше перестраховаться, или у меня опять паранойя?

– Да что там увеличивать-то? Нас там будет человек тридцать, вся группа, конюхи с лошадьми… Хватит и тех двоих, что дежурят обычно.

– Как скажешь, милая… – но мистеру Мак-Кинли я все-таки позвоню, как только смогу.

В здешнем отделении Конторы никогда не было специальной «отбойной группы», которая могла выручить агента, попавшего в трудную ситуацию. Артефактами, вроде моих самодельных «сигналок», они тоже не пользовались. Хотя, особых поводов для беспокойства вроде не было – самые наглые преступники ликвидированы, так или иначе. Что там с моим предчувствием? Молчит, зараза!.. Понимаю, что отвечаю не только за себя, но и за Клер, а сосредоточиться никак не могу, не получается! Тогда вечером попробую, может быть, и удастся заглянуть в ближайшее будущее. Шучу, конечно! Я на такое вообще не способен. Так, угадываю по мелочам – как можно уклониться от неприятной встречи, или вовремя написать отчет для конторского начальства…

Босс такой новости не обрадовался, но и особенного беспокойства не высказал.

– Так где, говорите, будут проходить съемки? За городом? Хорошо, выделю машину и четырех агентов. Парни опытные, несколько раз сопровождали сенаторов в их поездках. Так что работайте спокойно. Во сколько ваша группа выезжает со студии?

– В восемь утра, чтобы в десять начать съемку. И до конца дня, как я думаю…

– Понятно. Все, завтра вечером мне доложите, как прошел день.

– Принято… – Мистер Мак-Кинли тут же положил трубку. Наверное, дел много…

Вот и весь разговор. Как говорится, «Краткость – сестра таланта!» Получается, что завтра охранять нас будут целых шесть агентов. Даже многовато, как я думаю. Хотя, боссу виднее – может, он решил заодно провести тренировку с выездом на плэнер, так сказать. Пути и мысли начальства неисповедимы…

После ужина мы с Джонатаном пошли к сараю. Он вчера заметил, как я метал ножи, и попросил научить его. Клер особенно не удивилась, но взяла с него слово, что он не будет никому об этом рассказывать. Джонатан торжественно пообещал молчать, и учеба началась.

Учеба – громко сказано, мы поделили острые железки пополам и стали метать их в нарисованные на стене сарая отметки-мишени. Конечно, я показал Джонатану самые «азы» этого умения, но все время стоять у него за спиной не было ни возможности, ни желания. Да и он этого не хотел, хотя и не высказывался слишком явно. Что ж, уважаю! Только изредка приходилось немного поправлять, если мальчишка слишком уж «мазал».

– Ну что, руки устали? – спросил я у него через час. Ножи, вылетевшие из его рук, все чаще стали просто ударяться о стену и падать в траву.

– Да, немного…

– Тогда на сегодня с тебя хватит, а то утром ложку поднять не сможешь.

– А ты?

– Я еще покидаю, нужно больше тренироваться… Эти ножи для тебя слишком тяжелые, но других у меня сейчас нет. Тебе не такие нужны, поменьше.

– А когда мы пойдем в мастерскую? Ты ведь обещал!..

– Я помню… Хорошо, в ближайшие дни после обеда мы с тобой займемся твоим будущим ножом. Пока иди домой, нарисуй, какой хочешь. И размеры подпиши, вместе посмотрим. Может, подскажу что-нибудь…

Джонатан убежал домой, а я продолжил упражняться, метая железки по очереди в обе мишени с разных дистанций – три, четыре, пять шагов… Правой рукой, левой, снова правой, опять левой… Забытое умение потихоньку возвращалось.

Все, на сегодня хватит! На краях железок от многочисленных ударов друг об друга появились глубокие зазубрины, а это не очень хорошо. Придется взять точильный брусок и неторопливо убрать последствия тренировок. У Джонатана кожа на руках не такая грубая, как у меня, а перчатки надевать еще жарковато. Точно, для него другие ножи сделать, поменьше. А что, в той мастерской обломков рессор валялась целая куча, скажу, что нужен реквизит для цирка… Шучу, конечно. Но ножи сделаю обязательно!

Глава четырнадцатая

Подъем сегодня оказался не то чтобы очень ранним, но и поспать мне не удалось.

– Вставай, соня! Нас будут ждать на студии через два часа, так что быстро одевайся и на кухню!

– Милая, что-то ты с самого утра раскомандова-а-а… – зевок не дал мне закончить фразу.

– Не «раскомандовалась», а напоминаю некоторым забывчивым агентам! У нас съемки за городом, и туда еще нужно ехать, полчаса или больше. Режиссер просил не опаздывать, и это у него как приказ… Чего лежишь? Хватит зевать, вставай! – и с этими словами я был лишен одеяла.

Бр-р-р, прохладно-то как! Лето закончилось, до осени осталась буквально неделя. Скоро дожди начнутся… Надо спросить у Клер, как тут обычно с погодой. Может, льет так, что носа на улицу не высунешь.

Одевшись за пару минут, я вышел из спальни. Для начала – утренние процедуры, главное – потише, чтобы не разбудить Джонатана.

На кухне уже хлопотала Сюзан.

– А вам что, тоже не спится?

– Я еще успею… Готовлю вам чай, омлет и бутерброды на всякий случай. Неизвестно, что там будет с обедом. Миссис Стефансон попросила…

Как ни странно, Клер присоединилась к нам очень быстро. А, понятно… Все равно ее будут гримировать перед съемками, вот она и не особенно усердствовала с макияжем.

– У вас тут все готово? Очень хорошо!.. Крис, не теряй времени!..

Через двадцать минут мы уже тряслись в экипаже по дороге на студию. Клер решила подремать у меня на плече, благо, что верх сразу был поднят для защиты седоков от утреннего тумана.

Но у ворот студии мы оказались не первыми.

– Прибыли? Очень хорошо! Сейчас прибудут еще… – Кларк заглянул в список – двое, и поедем на место!

– Скорей бы, не хочется тут мерзнуть в сырости, – высказалась Клер.

– Пока доберемся, земля более-менее просохнет. Вот, уже едут! – обрадовался помощник режиссера. – Остальные давно там, готовятся. За мной, дамы и господа!

Он бодрым пасхальным зайцем вскочил в ожидавший экипаж, и наша маленькая колонна тронулась в сторону окраины города. Ребята из охраны ненавязчиво пристроились в самом хвосте колонны, не попадаясь на глаза. Молодцы, надо будет потом с ними поболтать, вечерком…

По дороге я все время оценивал местность – в каком месте могут сделать засаду. К счастью, редкие кусты и далекие рощицы не могли что-нибудь скрыть от внимательного глаза. Вероятным злоумышленникам просто негде было бы спрятаться. Вот и хорошо, затевать перестрелку с бандитами сейчас ну совсем не хочется!

Место съемок напомнило мне виденный как-то цыганский табор. Повозки, стоящие в ряд, непрерывная суета, мелькание разноцветных нарядов, ржание лошадей, крики, иногда ругань… Как говорится, все шло, как обычно и бывает у творческих людей.

Клер сразу ушла гримироваться в вагончик – «артистическую уборную» (странное название, да?..), а я отошел чуть подальше, чтобы не путаться у занятых людей под ногами. Затопчут и не заметят…

Наконец, подвели лошадей, на которых усадили Клер и актера, который играл роль ее партнера в фильме. Вот надо же так гордиться собой!.. Он выглядел в седле гораздо хуже, но, как я случайно подслушал разговор, надменно отказался от замены себя в этой сцене на всадника-дублера. «Что я, пяти минут на лошади не продержусь?..» Пара всадников проезжала перед камерой из стороны в сторону, на разных углах и расстояниях – режиссер с оператором искали самые выгодные ракурсы. Через некоторое время объявили перерыв, и актеры скрылись в своих вагончиках.

Лошадей конюхи расседлывать не стали, значит, перерыв долго не продлится. И точно – через пятнадцать минут все повторилось, буквально прогон в прогон. Ага, понятно, солнце поднялось почти к зениту, свет поменялся, и творческие муки закончатся еще не скоро. Интересно, на обед прервутся, или будут снимать, пока пленка не закончится?..

Я почти угадал – сначала услышал крик режиссера «Стоп!», а потом реплику оператора – «…Да все равно пленки только на несколько минут осталось… Вот и свет «уходит», солнце скрылось…» Начальство решило, что торчать под дождем, который обещает вот-вот пойти, смысла нет, и скомандовало начинать сборы к отъезду. Пленку сразу же увезли в проявку, чтобы к вечеру узнать – нужно ли повторять съемки, или хватит того, что уже отснято.

Первым выехал экипаж с режиссером, за ним потянулись и остальные актеры. Мы с Клер уселись вдвоем на сиденье и спрятались под тентом. Охрана тащилась позади. Хотя, чего их жалеть? Раз в кои-то веки выпала возможность посмотреть, как все происходит на самом деле! Разве что сегодня не было съемок эпизодов с массовыми побоищами или бешеными скачками в пыльном куске местности, изображающем бескрайнюю прерию, или что там нужно было показать. Даже пустячной драки в салуне не случилось. И откуда ему взяться, салуну этому – в чистом поле?

Клер устало откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза.

– Хочешь спросить, устала ли я? – Она будто прочитала мои мысли. – Да, очень…

– Лошадь тебя вроде слушалась.

– Седло оказалось «дамское», мне такие не нравятся. Вот и ерзала, пока не привыкла…

– Ничего, приедем домой, все быстро уберем. Ванна и хороший ужин тебя исцелят.

– Хорошо, я запомню… А Филипу, моему партнеру, лучше было согласиться на замену… Честное слово…

Всю оставшуюся дорогу она продремала. Но мне было не до отдыха – обостренное чувство опасности не давало расслабиться. Как ни странно, нападения не произошло. Даже возница за время поездки ни разу не прикрикнул на лошадь, пешеходов или водителей авто. Странно… Ложных тревог у меня раньше не было. Возле дома неприятное ощущение чужого взгляда исчезло.

– Милая, приехали!

Я помог ей выйти из экипажа, и мы вошли в дом. Нас сопровождал кот, спрыгнувший со своего любимого места на перилах крыльца.

– Что, тоже устал и есть хочешь? – спросил я у него.

– Мяу! – ну, кто бы сомневался…

Все вместе мы вошли на кухню, где на столе уже стояла посуда – Сюзан заканчивала приготовления к ужину. Теперь можно и перевести дыхание – дом снаружи охраняли два сотрудника нашей Конторы, неплохие парни. Я был с ними знаком, эти ночью спать точно не будут. По крайней мере, сразу двое…

После ужина Клер решила немного посидеть в комнате у Джонатана, он хотел поговорить с ней о недавно прочитанной книге («…и еще кое о чем…», как он загадочно сказал). А чем заняться мне? Наверное, почистить и проверить оружие. Несмотря на спокойную жизнь, расслабляться нельзя. Смутное беспокойство не исчезает, но чем оно вызвано – не могу понять. Как будто опасность грозит не мне, а кому-то другому. Но и не Клер… Тогда в чем дело? Хоть гадальные карты раскидывай!.. Но в этом я никогда не был силен, а знакомая гадалка сейчас очень далеко. И письмо просто не успеет дойти, как… Что? Нет, показалось… Стукнула от ветра неплотно закрытая форточка в окне.

После чистки оружия захотелось что-нибудь почитать. Но, когда пересмотрел все книжные полки, стало понятно – давно пора обновлять и дополнять свою библиотечку. Иначе долгими зимними вечерами может быть очень скучно… Нужно узнать у Клер – где в городе есть хорошие книжные магазины. Накупить детективов потолще, ну и что-нибудь из большой, так сказать, литературы… Которую издают толстенными книгами. Можно и на дорогой бумаге, она не так быстро желтеет со временем…

– Крис, ты долго еще будешь здесь сидеть? Пойдем, у меня что-то поясница разнылась, сделай массаж, как ты хорошо умеешь… – В кабинет вошла Клер, потирая бок рукой.

– Идем… Как там Джонатан?

– Укладывается спать.

– Прямо-таки идеальный ребенок, как я посмотрю.

– Сама удивляюсь. Взгляд у него такой… взрослый. Наверное, ты и сам это уже заметил?

– Конечно. Вот, нужно бы заказать для него десяток ножей, пусть учится метать, если так хочет. А если ему вдруг надоест – тогда железки мне самому пригодятся, для тренировок.

Пока Клер раздевалась за ширмой, я искал в прикроватной тумбочке куда-то закатившийся пузырек со специальным бальзамом. Как всегда, пропажа нашлась в самом последнем месте, в дальнем углу. Хорошо, что пробка очень плотно притерта, и наружу не просочилось ни капли. Иначе все бы давно вытекло… Вот и Клер укладывается на кровать.

– Если можно, не только поясницу. Что-то я сегодня устала… Давно так долго верхом не ездила.

Хорошо, теперь нужно вспомнить, что и как делается… Ничего особенно сложного, но нас специально обучали массажу, пусть и недолго, самым азам. Иногда это требовалось для быстрого восстановления после длительных переходов, или, например, пробежки по лесу, которая начиналась утром и заканчивалась перед заходом солнца. Почему не в темноте? Да потому, что еще надо было успеть до заката – обустроить место ночлега и приготовить обед-ужин. И чтобы на следующее утро суметь встать и продолжить свой путь, приходилось разминать усталые руки, ноги…

Когда я закончил с массажом, Клер уже крепко спала. Вымоталась за день, солнце мое… Ну и мне пора. Пусть нам приснится что-нибудь хорошее…

Глава пятнадцатая

…Очередное утро, снова тряска в экипаже по дороге на студию. Дежурившие ночью около дома парни из Конторы отбыли на доклад к боссу. Благодаря постоянной охране, на улице стало заметно тише, даже припозднившиеся гуляки старались обходить наш квартал стороной, хотя и так уже давненько ничего криминального тут не случалось.

Хорошо, что дождя с утра нет! Не люблю сырость… Кстати…

– Клер, сколько еще у вас съемки продлятся?

– Режиссер говорит, что пока все идет по плану. Кстати, ты тогда очень помог… Мистер Стэнли до сих пор вспоминает такую необычную замену.

– В каком смысле необычную?

– Я хотела сказать – «неожиданную». Кстати, куда это мы свернули?

Тут же переадресую ее вопрос извозчику:

– Эй, куда повернул? Нам же прямо!

Извозчик обернулся и невозмутимо ответил:

– Там впереди, на улице, два фонарных столба поперек дороги лежат. Может, зацепил кто ночью, да и повалил? Развелось лихачей на этих механических драндулетах! Носятся, как ненормальные, особенно когда напьются! Тьфу! – он в сердцах сплюнул в сторону.

Ладно, если так… Мельком глянув направо, я и в самом деле заметил два столба. Лежат аккурат поперек дороги, не проедешь… Подождите, подождите…

– Давай побыстрей, заплачу вдвое!

– А куда так спешить-то? – удивился возница, но щелкнул бичом, и экипаж поехал чуть шустрее.

– Ты чего? – удивленно спросила Клер. – Увидел что-то?

– Сам не знаю… Оружие с тобой? – спросил я тихим голосом, чтобы не услышал извозчик.

– Конечно, в сумочке.

– Это радует… – Не успел я договорить, как впереди из-за угла неожиданно вылетела лошадь, запряженная в телегу. Сидевший на скамейке возница пытался заставить своего одра повернуть, но не смог, телега наскочила на бордюрный камень, подскочила и опрокинулась, едва не развалившись на части.

– Приготовься! – скомандовал я.

– В чем дело-то?..

Тут впереди, сразу с двух тротуаров, в нашу сторону двинулись четверо мужчин, одетых в просторные пиджаки, под которыми можно было спрятать все, что угодно, хоть обрезы дробовиков.

– Бежим! – схватив Клер за руку, я буквально выдернул ее из пролетки и поволок за собой в сторону ближайшего дома. Они тут все на улице пустые, что ли? Ладно, хоть не древние развалюхи… Вот и дверь… Не заперта…

Ввалившись вовнутрь, я сразу принялся искать засов на внутренней стороне двери. Эх, щеколда, хлипкая какая-то… Подпереть нужно!

– Клер, там дальше ничего нет – стулья, столы, лавки какие-нибудь?

– Только разбитая тумбочка, и пара табуреток…

Быстро сбегав в ближайшую комнату, я приволок дряхлую тумбочку и подпер дверь у самой ручки. Да, надолго этой баррикады не хватит… Ничего, на окнах ставни…

– В других комнатах смотрела, черный ход есть?

– Нет, только глухие стены… кухня… умывальник… окна везде толстыми досками забиты. Так что вход только один. И вообще, давай, быстро объясняй, в чем дело! Я тебе что – девчонка, по развалинам бегать?

– Видела там впереди людей?

– Да!

– Они к нам шли явно не угощать конфетами… – Снаружи бабахнул выстрел, и я приник к щели между ставнями. Стекол в раме давно не было, повезло…

Мне повезло, а вот извозчику – не очень. То ли он не сообразил сбежать, то ли надеялся отсидеться, изображая нейтралитет… Не получилось. Сейчас его тело мешком валялось на тротуаре, а один из четверых пытался отвести лошадь вместе с экипажем подальше в сторону.

– Милая, это совсем не полиция… И боюсь, что даже не оборотни…

– А кто?

– Скорее всего – те, кому мы сильно мешаем. И живыми мы им не нужны… Так что доставай свой револьвер и смотри за окном в соседней комнате. Патронов сколько у тебя, кстати?

– В сумочке – пара дюжин…

– Надо же… – и тут наш диалог прервал грохот – в дверь начали колотить так, что она еле удержалась на петлях. Нужно их чуть-чуть успокоить, что ли…

– Эй, там, снаружи, угомонитесь! Первый, кто сунется, получит пулю в башку!

В ответ раздались частые выстрелы, и дверь ощетинилась сколами дерева в местах пробоин. Ничего себе!.. Наивные, думали – я там доски плечом подпираю!..

Чуть отойдя дальше, я показал выглянувшей из соседней комнаты Клер – «Смотри за окном!», подпрыгнул и громко шлепнул подошвами туфель по доскам пола, изобразив звук от падения тела, после чего громко застонал. Пришлось снова жестами успокаивать Клер, которая уже было собралась бежать ко мне – «Замри на месте!..»

Снаружи немного помолчали, но затем в несколько ударов вышибли кусок двери, и я увидел, как чья-то рука старается отпихнуть в сторону многострадальную тумбочку.

Два быстрых выстрела в отверстие, в место, где виднеется плечо… С расстояния в несколько шагов я не промазал. Злодея отбросило, аж кровь от попаданий брызнула… Как еще оторванная рука внутри не осталась? Пули в моем револьвере экспансивные, так что – «минус один», бандит из боя вышел. Трое осталось… В комнате, где возле окон пряталась Клер, часто-часто забухали выстрелы. Зачем, решила весь барабан высадить?.. Видела вообще, куда стреляет?

Выглянув в коридор, я увидел Клер, которая быстро заряжала свой револьвер, вытаскивая патроны из сумочки. Надо же… Она что, доверху ее боезапасом наполнила?..

Заметив меня, она показала один палец и чиркнула им по горлу. Я кивнул, что понял – «Один готов!..» Осталось двое… Если к ним не подойдут дружки, то есть шанс продержаться… до каких пор, собственно? Отбойной группы в нашей Конторе нет, как-то совсем не предусмотрена такая, «здесь ничего этакого никогда не происходило!..» Придется нам выкручиваться самостоятельно, кавалерии из-за холмов не будет…[11]

Что-то там снаружи подозрительно тихо… Я посмотрел в сторону Клер – она в ответ пожала плечами, мол – «Тоже ничего не слышу!..» Ох, не к добру такая тишина…

Снаружи мелькнула тень, и сквозь дыру в двери что-то влетело и с глухим металлическим стуком покатилось в мою сторону. Брякнув о стену, «подарок» остановился, и я увидел округлую железяку с продольными и поперечными насечками, от которой шел легкий дымок. Горячий привет от «Миллса»… запал горит около 7 секунд… Рванувшись к этой влетевшей сквозь дверь смерти, я хватил ее левой рукой и прыгнул в сторону двери, одновременно вытягиваясь во весь рост… Металл брякнул о край дыры, мои пальцы разжались, граната упала на тротуар, со стуком покатилась дальше… И я увидел смотрящий мне в лоб ствол пистолета, дыра в котором казалась размером с железнодорожный тоннель. Вспышка!..

…– Крис, ты что, убить меня решил? Задушишь… Чего так навалился? – меня привели в чувство сильные толчки в бок.

– А?.. Что?.. Извини, Клер, перепутал, кошмар приснился…

– И с кем ты меня перепутал? С очередным демоном? Или новой подружкой?

– Нет… С гранатой… До взрыва несколько секунд оставалось…

Жена сразу сменила тон:

– Что такое тебе приснилось? Опять чудовища напали?

– Да вот, не пойму… Ты помнишь ту перестрелку, в лесу? Когда мы спрятались в старом домике?

– Такое не забудешь! – фыркнула Клер. – Ночь, темнота… Выстрелы, снаружи ломятся оборотни… А ты признаешься мне в любви. Даже в книжках такого не попадалось!

– Вот и сейчас… Только засада была не в лесу, а на перекрестке, в городе. Мы спрятались в каком-то пустом доме, я подпер дверь тумбочкой… А потом через дыру в досках к нам забросили гранату, хотел ее выкинуть наружу…

– И что?..

– Вроде бы успел… И проснулся.

– Видишь, все хорошо закончилось! – Клер решила меня простить и ласково погладила мою руку. Но о жутком видении направленного в голову ствола лучше промолчать. Не хочу, чтобы она волновалась…

Во время завтрака я спросил:

– Клер, куда сегодня едем?

– Сначала на студию, там скажут.

– Разве не нужно снова ехать на то же место?

– Нет, вчера не звонили, поэтому едем к павильону.

– Как скажешь… – Мне оставалось только пожать плечами. – Сколько вам еще осталось снимать?

– В павильоне не так уж много. Режиссер еще хотел несколько сцен на фоне старых домов отснять, но пока ему не нашли подходящей натуры. Он смотрел несколько вариантов, но ни один ему не понравился. Времени до начала осенних дождей осталось не так уж и много… Вот он и переживает. Но, думаю, что примерно через три недели наши мучения закончатся…

Перед выходом я решил забрать иномирный кинжал с собой. Мой старый, который все время был у меня в ножнах на правой руке, положил в ящик стола. Демонический кинжал по размеру вполне поместился в эти же ножны, разве что пришлось добавить внутрь полоску кожи, которая осталась после изготовления ремня. Вот и все, не болтается, сидит плотно, из рукава достать можно быстро… Что и требовалось. Зачем я так сделал – сам не знаю. Привык доверять своей интуиции, или как там это непонятное чувство называется. «Кинжал хорош для того, у кого он есть. И плохо тому, у кого он не окажется в нужное время» – тут же хрипло высказался внутренний голос. Лучше бы он помолчал, честное слово! Я еще не совсем забыл сегодняшний сон, хотя кошмаром его назвать – сильное преувеличение. Так, бред какой-то… Ну какая засада может быть на городской улице? Да и не знаю тут таких мест, с целыми кварталами брошенных домов. Два-три попадались, но чтобы вся улица… Хотя… Надо у местных спросить, например, у водителей. Они по всему городу катаются, если где-то видели подобное – расскажут.

Данные обещания нужно исполнять, поэтому сразу после того, как отвез Клер на студию и сдал на руки охране (шутка), я поехал к уже знакомому мастеру заказать дюжину небольших метательных ножей. Рисунок с линиями размеров был давно готов, пожелания о заточке и отделке указаны на оборотной стороне листка.

– Да тут не вижу ничего особенного, – пожал плечами мастер. – Закаливать нужно? Как сильно?

– Закаливать… Нужно, но после – обязательно «отпустить», чтобы не ломались от ударов.

– Это понятно… Завтра вечером будет готово, вас устроит?

– Да, вполне. И еще… Нужно окрасить обе стороны рукояти в яркий цвет – красный или оранжевый, чтобы потом их легче находить, если отлетят в траву. И края обработать, убрать заусеницы.

– Этим есть кому заняться, – мастер кивнул в сторону парнишки, который во время разговора протирал тряпкой какую-то блестящую деталь. – Все сделаем, как нужно. Не в первый раз…

– А что, уже делали металки для кого-то?

– Да приезжал как-то цирк в наш город, по дороге часть реквизита у них пропала. Вот и приходили ко мне двое артистов, ножики заказывали. Только они побольше ваших просили…

– Это я не для себя, для сына… Мои для него тяжеловаты.

– Вы тоже артист, что ли?

– Нет, просто тренируюсь. Патроны нынче дорогие, вот и приходится ножи кидать.

Собеседник сделал вид, что поверил. Да ладно, это его проблемы, лишь бы готовый заказ вовремя мне отдал.

Оставив мастеру десять «президентов» как предоплату, я со спокойной совестью поехал на студию.

Продолжение дня ничем не отличалось от множества предыдущих. Все так же я кружил у съемочного павильона, все так же приглушенно раздавались команды режиссера и неразличимое бормотание актеров.

Из павильона вышла усталая Клер, и я молча проводил ее к ожидавшему нас экипажу. Конторская охрана привычно следовала за нами всю дорогу. Уличное движение еще не стихло, поэтому ехали весьма долго. Клер задремала, а мне приходилось все время смотреть по сторонам – главную миссию никто не отменял. Но, как и многими днями раньше, по дороге совершенно ничего не случилось.

– Милая, мы уже приехали!

– А?.. Да, идем… Помоги сойти…

В коридоре возле кухни нам встретился Джонатан.

– Вы уже вернулись? Как здорово! Сегодня поужинаем раньше, я есть очень хочу, а Сюзан не разрешает…

– Хорошо, только дай нам время переодеться… – устало улыбнулась Клер, потрепав сына по непослушным волосам.

– Тогда я скажу ей, что вы уже приехали! – Мальчишка тут же умчался на кухню.

– Пойдем, видишь, ребенок есть хочет… – я легонько потянул жену за руку к лестнице на второй этаж.

– Тогда будешь у меня вместо горничной, иначе быстро не справлюсь.

– А вот и не откажусь!

Возможно, многих бы подобное шокировало, но это наше с Клер личное дело – кто, кому и как помогает переодеваться. Что происходит за дверями спальни, касается только нас двоих. И вообще, зависть – плохое чувство!

Пока я расстегивал многочисленные крючки на платье Клер, тихонько пробовал восстановить ее силы, с легким нажимом касаясь определенных точек. Она, если это и заметила, то промолчала.

– Теперь подай мне халат, пожалуйста!

– Держи…

– Спасибо. Я уже не чувствую себя, как выжатый лимон.

– Я что, я ничего…

– Не скромничай, у тебя все хорошо получилось. Теперь поужинать, и спать… Идем, а то я засну прямо за столом.

Сюзан сегодня расстаралась, и ужин по количеству блюд больше походил на обед. Разве что количество еды в тарелках оказалось не очень большим.

– Крис, а когда ты еще будешь заниматься со мной?

– Когда дела позволят…

Джонатан тут же состроил кислое выражение лица.

– Тебе скоро в школу, времени мало будет.

– Да что там… Я всегда хорошо учился, правда, мама?

– Сам, или с помощью?

– Ну, мне миссис Джонсон помогала иногда… Но задачи решал сам!

– Кстати, когда она приезжает? – поинтересовался я у Клер.

– Обещала в начале сентября.

– Хорошо бы. А то без миссис Джонсон кое-кто совсем от рук отбился…

– И ничего я не «отбился»! – тут же отреагировал Джонатан. – За все лето ни одного стекла не разбил…

– Ладно-ладно, ты молодец! Завтра привезу твои… спортивные металки. Так что после ужина потренируемся, если хочешь.

– Конечно, хочу!.. Тогда завтра я не буду далеко от дома уходить, вдруг ты раньше вернешься?

– Договорились! – и мы торжественно пожали друг другу руки.

После ужина слегка приободрившаяся Клер все-таки захотела провести немного времени с Джонатаном, а я пошел в кабинет, чистить оружие. Почти каждый день приходится ездить туда-обратно, дорога пыльная, хоть и в городе… Да и влажность тут высокая, океан рядом, как-никак…

Глава шестнадцатая

Так, сегодня я хочу забрать готовые ножи у мастера. Надеюсь, что он успел все сделать и мне не придется ехать к нему завтра или через несколько дней. Чего там мудреного? Вырезать полоски, обработать края по шаблону, немного закалить, потом в самом конце заточить острие…

– Милая, я ненадолго съезжу в город – нужно забрать готовые ножи. Помнишь, я говорил вчера?

– Хорошо, только не задерживайся там особо. Все-таки спокойнее, когда ты там, рядом с павильоном…

– Да я быстро, туда и обратно. Если по дороге ничего не случится.

– Постарайся, чтобы не случилось!.. Все, иди уже!..

Проводив Клер до павильона, я быстро вернулся к извозчику, который задумчиво курил трубку, поставив свой экипаж рядом с воротами.

– Улица мастерских, недалеко от порта, знаешь такую?

– Конечно… Только туда клиенты обычно сами не ездят, прислугу посылают… Грязновато, дымно…

– Если сам грязи с дымом не боишься, тогда поехали, время – деньги!

– Чего бояться-то… Вы, мистер, деньги платите, я – везу. Дальше везти – больше денег заплатите…

– Поехали, ворчать по дороге будешь!..

– Торопятся, все куда-то торопятся, спешат… А жизнь-то проходит… – С этими словами он щелкнул бичом, и мы покатились в сторону порта.

– Сколько ни есть, вся наша…

На это он не ответил, и дальше всю дорогу молчал.

Мастер-ножевик не подвел – заказ был готов. Даже яркая краска на рукоятях ножей успела высохнуть.

– Проверяйте, смотрите… Там, у стены щит стоит из досок, остался после разборки ящиков. Можете в него покидать свои ножики.

Ну, если предлагают… Взяв из кучи у кузнечного горна кусок угля, я прочертил в середине щита, сбитого из неструганых досок, круг размером с голову, и заштриховал его, как получилось. Несколько шагов от стены, резкий поворот – и нож воткнулся в верхний край мишени. Понятно, теперь попробуем вот так… Баланс там, где он и нужен, очень хорошо… Сделаем несколько подходов…

Через пять минут, после очередной серии бросков в центре круга торчали три ножа, остальные я «раскидал» небольшим крестом по четырем сторонам. Ну, понимаете, хотелось мне порисоваться перед раскрывшим рот подмастерьем… Когда еще такой случай представится? Может, и правда, пойти в цирке выступать, что ли?..

Когда я вытаскивал ножи из досок и нанизывал их на кусок проволоки через просверленные в рукоятях отверстия, сзади послышались шаги. Закончив свое дело, обернулся и увидел двух полицейских, весьма солидного вида.

– В каком цирке представления устраиваете? – улыбаясь, спросил тот, который выглядел чуть помоложе.

– Подожди, – прервал его старший наряда. – Документы покажите! Только аккуратно… – И, как будто случайно, тут же положил руку на кобуру с револьвером.

– Подождите, сейчас вот руки отчищу… – Я подошел к верстаку, положил проволоку с ножами, взял тряпку и вытер руки. Да, ножики-то надо тоже почистить… – Вот, смотрите.

Удостоверение сотрудника Конторы не произвело особого впечатления. Интересно, даже очень интересно – почему?..

– А какие-нибудь еще документы у вас есть?

– Ну, если вы такие любопытные… Пожалуйста! – Я протянул к нему ладонь, на которой лежал серебряный знак Охотника.

Полицейский осторожно дотронулся до металла, получил слабый удар электричества (по крайней мере, ощущения похожие) и мгновенно утратил свой пыл.

– Прошу извинить за беспокойство, служба!.. – Тут же схватил своего напарника за рукав, и они оба как-то очень быстро исчезли за дверями мастерской. Стоявший у входа мастер сделал такой вид, мол, сничего не видел, они сами зашли… Да ладно, все понятно! Хорошо, что моего представления с жетоном он не заметил. Бдительность – это отлично, только вот смотря в каком районе живешь и работаешь… Соседи могут не понять…

– Они всегда в это время по мастерским ходят, – ответил мастер на мой вопросительный взгляд. – Смотрят, кто что делает.

– И как, удается им найти что-нибудь? Хоть раз?

– Да, придурка одного… Кастеты лил из свинца, а как раз похожим кому-то голову проломили за несколько дней до того.

– Действительно, придурок! Кто ж такими делами средь бела дня занимается?

Мы оба понимающе усмехнулись, я расплатился, сложил свои железки в мешок из грубой ткани, и вышел на улицу. Интересно, какие страшилки будут сегодня рассказывать в полицейском участке?..

Быстро подъехавший на призывный свист извозчик с ветерком отвез меня к дому – нужно было убрать ножи в сейф. Я попросил его подождать, так как собирался ехать на студию, к Клер, но тут планы резко поменялись.

– Мистер Смит! К вам пришли… Выйдите к черному ходу, пожалуйста! – Сюзан старалась выглядеть невозмутимой, но получалось это не очень хорошо. Странно, что ее так обеспокоило?

Понятно… Во дворе, на скамейке у двери, сидела Линкс в полном боевом… Прошу прощения, городском наряде. Даже косметикой решила воспользоваться чуть больше, чем обычно.

– Здравствуй, уважаемая Хозяйка леса! Чем вызван столь неожиданный визит?

– Просто захотелось тебя увидеть, храбрый Охотник! – Линкс улыбалась. Хорошее настроение у демона – это главное. Постараюсь, чтобы оно и осталось таким же. – Мне нужно кое-что купить в городе, составишь компанию?

– Разве я могу отказать прекрасной даме? Пойдем, у входа как раз ждет извозчик.

Пока мы шли по дорожке, я спросил:

– А откуда ты знала, что застанешь меня дома?

– Нашел о чем спрашивать у демона… Кстати, полицейские тебе не слишком докучали? – Мда, все-то она знает!.. Или не все?.. Не хочет отвечать, и не надо. Сам разберусь… – Кстати, кинжал с тобой?

– Да, уже несколько дней беру его вместо своего. На всякий случай потренировался метать ножи такого же размера и веса.

– Вот за что я тебя люблю и уважаю, так это за предусмотрительность! – Линкс сегодня была подозрительно щедра на комплименты. – Как ощущения?

– Ничего не чувствую. Просто кинжал, и все. Разве что…

– Что?

– Клер стала гораздо спокойнее… по ночам. – Как будто она сама этого не знает!

Линкс чуть заметно усмехнулась.

– Интересно… Тебя это беспокоит?

– Пусть лучше хорошо высыпается после съемок. Тем более, что она… Зачем ей лишние волнения?

– Многое в этой жизни от нас не зависит, – философски ответила Линкс. – Помоги сесть…

По дороге в город мы молчали, на всякий случай. Вдруг у извозчика окажется особенно чуткий слух? Лишние свидетели нам совсем не нужны, вы же понимаете…

Линкс попросила отвезти нас в район, где располагались всякие модные магазины и лавки мастеров. Да, вот такое соседство, правда, не на одной улице, конечно. Но при желании можно было за пару часов выбрать и заказать себе наряды по самой последней моде – хоть в известных домах, хоть в небольших ателье. Лишь бы денег хватило. Я не так давно собирался посмотреть витрины в нескольких магазинах, торгующих часами, но теперь необходимость в этом отпала. Подарок мистера Мак-Кинли отличался замечательно точным ходом, и надпись «Chronometer» на циферблате полностью соответствовала действительности. Кстати… Ого, уже четыре часа дня! На студию ехать будет уже поздно… Лишь бы Клер не начала беспокоиться.

Нелегкая мужская доля – сопровождать женщин в хождении по магазинам. К счастью, Линкс не задерживалась в них слишком долго. Наверное, ей все-таки тяжеловато находиться среди множества людей после тихой жизни в лесу. И что она хочет найти? Но спрашивать об этом будет как-то не очень достойно джентльмена… Какового я старательно пытался изобразить все это время.

– Хочу выбрать себе подходящую обувь, – сжалилась надо мной Хозяйка.

– Так у тебя вроде…

– Во-первых, разве может нормальная женщина обойтись только одной парой? Во-вторых, скоро будет холодно, а я не хочу вызывать подозрительные взгляды, разгуливая по снегу в летних ботинках…

– Я все понял, прошу великодушно извинить…

– Что, не ожидал такого от демона? Ничто человеческое мне не чуждо, удивлен?

– А украшения ты носишь?

– Скорее нет, чем да… Хотя, ты подал мне хорошую идею… Но она тебе дорого обойдется!

– Уже начинаю бояться…

– Я не буду просить ничего слишком дорогого. Так, небольшое колье с парой десятков бриллиантов… Как думаешь, оно будет соответствовать моей красоте?

– Будет…

– Да не вздыхай ты так безнадежно, я же шучу!

– А я – нет.

Державшая меня под руку Линкс остановилась.

– Ты и в самом деле хочешь подарить мне колье?

– Ну, не колье… Но серьги подарил бы точно. Хотя, зачем они тебе в лесу?

– Нет уж, обещание надо сдержать! А где и как их носить – я уж найду, честное слово демона!..

Как вы понимаете, уже через четверть часа мы разглядывали прилавок в ювелирном магазине. Еще через пять минут Линкс уже примеряла небольшие серьги с оправленными в серебро светло-зелеными изумрудами. Я уже давно знал, что серебро ей не страшно, поэтому не беспокоился.

– Очень хорошо подходят к цвету твоих глаз.

Она поняла, что я имею в виду, потому что сейчас глаза у нее были скорее темно-карие.

– Да, милый! Ты умеешь делать подарки женщинам! – и, не стесняясь приказчика, поцеловала меня в щеку. Правда, тут же вытащила из сумки платочек и стерла след от помады. Меня как будто ударило электрическим током, но Линкс ничего не заметила. Дежа вю…

Забрав покупку, мы вышли из магазина. Но уже через сотню шагов Линкс сбавила шаг и остановилась.

– Что случилось?

– Так неудобно… У нижней юбки… Завязка распустилась… Сползает… Нужно поправить. А магазинов с одеждой рядом не вижу…

– Давай просто зайдем в переулок, вон там. Найдем место, где никого нет, завяжешь свои тесемки спокойно… – Но почему меня начало так сильно морозить? Ведь на нас никто не смотрит? Даже прохожих на тротуарах мало, вижу не больше десятка человек, рабочий день еще не закончился…

Переулок и в самом деле оказался безлюдным. Параллельная улица виднелась в его конце, весьма далеко. Боковые стены домов оказались с выступами, за одним из которых и скрылась моя демоническая спутница, чтобы вернуть на место своевольный предмет гардероба. Чтобы не проявлять даже видимость любопытства, я отошел в сторону.

– Крис!.. – раздался сзади немного испуганный голос. Быстро повернулся… Вот это да!..

Передо мне оказалось две Линкс. Машинально я закрыл глаза, потом открыл – нет, это все на самом деле, остальных предметов по одному, а Хозяйка вдруг «раздвоилась»… И они обе с ненавистью смотрят каждая на свою копию. Да что это такое вообще происходит-то?..

– Крис, помоги мне! Это другой демон! – вскрикнула та, что стоит слева.

– Крис, – точно таким же голосом обратилась ко мне другая, – у тебя ведь остались особые пули? Двух в голову будет достаточно…

– Не слушай ее! Это я – настоящая!

– Ну конечно, как же…

– Так, замолчали, обе!

Как ни странно, они меня послушались и прекратили вопить. (Как еще сюда не сбежался народ посмотреть, в чем дело?..)

«Близнецы» развернулись в мою сторону, и я понял, что не могу отличить их оригинал от копии – такое впечатление, что наряды похожи до мельчайшей ниточки в платьях! Сумочки, шляпки – тоже одинаковые. Выражение лиц – хм, обе раскраснелись и не собираются сдаваться, вот-вот начнут кричать снова… А мне-то что делать прикажете? Сразу понятно, что вторым может быть только демон, но как его отличить от настоящей Хозяйки? И почему она не может лишить его возможности «хамелеонить»? Или действительно – не может?!.

– Крис, да стреляй в нее! – это говорит та, что слева.

– Крис, нет, это же я, помнишь, как мы с тобой… – правая делает полшага вперед.

– Стоять обеим на месте!.. – Двуствольный «Дерринджер» в моей руке нацелен строго между ними, чуть колеблясь из стороны в сторону.

Вдруг стоящая слева тихонько расстегивает сумочку, я настораживаюсь, но она всего лишь двумя пальцами вытягивает из нее белый кружевной платочек, а на нем заметны…

Мгновенно повернув пистолет, я стреляю дважды, и другая Линкс тут же ловит обе выпущенные в нее пули руками, не скрывая улыбки. Только вот следом за пулями полетел тот самый зачарованный кинжал, с глухим звуком вонзившийся демону в верх живота. Странно, но поймать заточенную железку псевдо-Линкс не успела… Или не смогла?.. Почти бесшумно фигура оседает на тротуар, сотрясаемая яркими молниеподобными разрядами, которые хорошо заметны на рукояти кинжала.

Совершенно неожиданно очертания лежащей на пыльных камнях «Линкс» расплываются, окутываясь туманом, и вместо нее возникает… Я почему-то не удивлен!.. На земле оказался тот самый демон, который принимал меня в своем кабинете, и его тело вместе с одеждой становилось все прозрачнее и прозрачнее. Только отлетевшая на пару шагов сумочка никак не изменилась.

Через пару мгновений я бесцеремонно забрал сумочку у стоящей Хозяйки и, резко дернув, открыл застежку. Так, что здесь… Тот самый платочек, с красными пятнами от помады… Расческа, зеркальце, кошелек, помада, те самые серьги в подарочной коробочке… Понятно, обычная женская мелочевка. Вернув сумочку владелице, я метнулся к предмету, лежавшему в пыли. А вот здесь… Во-первых, сумочка хоть и такая же, но абсолютно новая, ни царапинки. Открыл… Во-вторых, внутри были только скомканные газеты, наверное, для придания нужного объема и внешнего вида. Ффуухх… Я облегченно выдохнул, но бдительность решил не снижать. Ну, мало ли что…

– Удостоверился? – спросила меня Линкс, продолжавшая неподвижно стоять на месте, перебирая пальцами ручку застегнутой сумочки.

– Да. Вроде бы…

– Ты ведь проверил, что это я – настоящая.

– Настоящая – сумочка… А вот остальное… Пока не знаю.

Меняющая Облик решила не обижаться на мои слова (или просто сделала вид, что не обижается).

– Вот тебе чистый платок, заверни кинжал в него и пойдем отсюда. А «это», – она указала на полупрозрачное тело, все еще лежащее на земле, – сейчас исчезнет без следа.

Вполне разумный совет, сейчас ведь разгар дня, и удивительно, что до сих пор нас никто не заметил – на улице мимо входа в переулок то и дело мелькали прохожие.

Закинув чужую сумочку подальше в темный угол (может, еще и пригодится кому-нибудь), аккуратно заматываю вновь ставший обычной железкой кинжал и прячу его в сумку Линкс – в мои карманы он не влезет, а совать его на прежнее место в рукав абсолютно не хочется. Мало ли что…

Линкс взяла меня под руку, и мы быстрым шагом двинулись в сторону ближайшей центральной улицы, чтобы нанять извозчика. Шли молча, спутница время от времени косилась на меня, но ни о чем не спрашивала. И вся дорога в сторону дома прошла в молчании, я пытался определить, настоящая ли Хозяйка, которая спокойно сидела рядом со мной, или это всего лишь очередная «подделка»? Понятно, что в случае ошибки мне нечего было использовать в качестве оружия, хоть я и перезарядил «Дерринджер» сразу после стрельбы. Но в глазах все еще стояла довольная улыбка демона, без видимых усилий поймавшего обе пули, выпущенные с расстояния в несколько шагов. А кинжал сейчас разряжен, и толку от него… Как от тупой столовой вилки. Да и куда мне тягаться с той, которая может перерубить ножку бронзового светильника легким движением пальца… Хотя, никакой агрессии от нее я не почувствовал, разве что… Обиду??.. Нет, серьезно, что ли?..

Клер вернулась со студии чуть раньше, встретила нас в коридоре возле кухни и сразу почувствовала неладное.

– Что у вас произошло? Крис, ты почему такой?..

Ответила Линкс:

– Клер, пойдем в кабинет, нужно кое о чем поговорить.

Подхватив озадаченную Клер под руку, она повела ее к лестнице на второй этаж, а я решил зайти на кухню, как говорится, «промочить горло». Бренди вполне подойдет… Что-то не могу найти… Да ладно, вот эта бутылка, с джином, что ли… Эх, теперь от меня можжевельником пахнуть будет… Ничего, выветрится!

Когда я вошел в кабинет Клер, обе женщины стояли у стола.

– Линкс мне ничего подробно не захотела рассказывать без тебя.

– Клер, ты лучше присядь, я не знаю, что это за странная история…

– Смотрю, ты уже успел немного принять внутрь, для храбрости? – прищурилась жена.

– Ничего-то от тебя не скроешь…

– Не увиливай!..

– Тогда я расскажу, – Линкс решила изложить свою версию событий. – Меня хотели убить… ну, убрать отсюда… руками Криса. И для этого другой демон принял мою внешность. Скопировал все, до мелочей. Даже сумочку такую же нашел, – она качнула своим ридикюлем. – Вот Крис до сих пор и сомневается, настоящая я или нет.

– А что с тем… демоном? – тихо спросила Клер.

– Больше он нас не побеспокоит. Конечно, неизвестно, что будет дальше… Но теперь его здесь нет, и он не вернется.

– Крис, ты как себя чувствуешь? – Клер заметила, что мне все еще не по себе.

– Говорю же, он сомневается в сделанном выборе. А я не знаю, как его убедить, что для этого сделать…

(«Господа офицеры, мааал-чааать!..» – вдруг совершенно не к месту вякнул внутренний голос, и я непроизвольно ухмыльнулся.)

– Вот только не вздумай! – тут же отреагировала Клер.

– Что? – неподдельно удивился я.

– А вот то, о чем ты сейчас подумал!.. – Ой, у нее даже ноздри затрепетали от накатывающего гнева… Спасайте меня…

– Клер, подожди, – тут же вмешалась Линкс. – Я думаю, тебе не нужно так волноваться, пойдем, я придумала, как его убедить. – И добавила, уже обращаясь ко мне, – Мы тебя позовем, жди здесь.

Что за жизнь… Еще ничего подумать не успел, а уже обвинили во всех грехах. Где там моя заначка? Кстати, Линкс оставила сумочку на столе, пойду, отнесу кинжал в сейф, мало ли что… Заодно проверю, что у меня там осталось…

Только-только успел положить завернутый в платок кинжал на полку сейфа, как услышал голос Клер, выглянувшей из спальни:

– Крис, иди сюда!

– Иду, иду… – Куда деваться-то…

В спальне я увидел Клер, стоявшую возле окна, и сидевшую на кровати Линкс, прикрытую простыней. Снятое платье небрежно висело на ширме у шкафа.

– И что?

– Линкс, покажи ему…

Меняющая Облик медленно убрала в сторону уголок простынки, оголив часть спины.

– Смотри сам!

На гладкой коже был хорошо заметен крестообразный шрамик – след от кинжала, которым ее пырнула кошка-оборотень. Да, по размерам… соответствует клинку, одна сторона чуть шире другой… по форме – тоже, место – то самое, которое я тогда лечил.

Взяв ее руку за пальцы, я прижался к ней губами.

– Прости меня, пожалуйста…

– Ничего, я все понимаю… – С заметной неохотой она высвободила свою руку и снова прикрылась простыней. – Можно мне одеться?

– Да, конечно… Я буду у себя в кабинете, если что.

Усевшись в кресло за столом, начал обдумывать происшедшее. Да, хорошо, что этот шрамик оказался на месте, иначе бы сомнения оставались до сих пор. Действительно, как еще проверить-то, ведь о способности демонов копировать других практически ничего не известно?

Приняв еще стопку «лекарства от нервов», я закрыл глаза и постарался успокоиться. На сегодня все закончилось… Надеюсь. А вот и шаги в коридоре.

– Вы только посмотрите на него! Выпивка по любому поводу до добра не доводит, запомни это хорошенько, мой дорогой! – Клер с порога взялась за мое воспитание.

– Не ругай его слишком уж сильно, – вступилась Линкс. – Просто он переволновался. Я и сама до сих пор нервничаю…

(Ну да, пусть такие сказки рассказывает кому-нибудь другому… Я-то чувствую, что она скрывает довольную улыбку. Но Клер этого как будто вообще не замечает, странно…)

– Может, тогда пойдем на кухню, а то у меня от переживаний что-то аппетит разыгрался?

Дамы полностью одобрили мое предложение, и мы потопали вниз. А вот и Джонатан – его голос послышался с кухни, где он убеждал домоправительницу выдать ему еще два пирожка с повидлом, так как одного ему будет мало.

– Джонатан, сладкое после ужина! – строго сказала Клер, едва переступив порог кухни. – Одними пирожками сыт не будешь.

– Мам, я ведь только попробовать…

– А чего их пробовать, пирожки как пирожки, – тихо пробормотал я себе под нос.

– Не бурчи, – тут же отозвалась Клер. – И вообще, уважаемые господа, руки – мыли?

Пришлось нам с Джонатаном идти в умывальничек на первом этаже. А куда деваться?..

Сразу после ужина Линкс заторопилась к себе в лес, пришлось проводить ее к месту «отлета». Клер снова решила провести вечер с сыном, а я пошел в кабинет – убирать с кинжала возможные следы сегодняшнего происшествия. Да и маленький «Дерринджер» нужно почистить…

Глава семнадцатая

– Крис, мне Линкс рассказала, что в городе недавно открылся новый магазин одежды…

– А тебе разве надеть нечего? У шкафов уже дверцы не закрываются.

– …Там есть специальный зал для демонстрации модных нарядов, и разрешают приходить супружескими парами. Не вредничай!..

– Да шучу я, шучу… Тем более, что твой гардероб действительно требует обновления… Если и не сейчас, то уже скоро. По известным причинам.

Клер подошла и обняла меня.

– Ну что, милая? Когда мы посетим сие, без сомнения, весьма респектабельное заведение?

– Да хоть завтра! Как раз после съемок…

Клер последовала за девушкой-продавцом, а я остался скучать в одиночестве. Хотя, в этом магазине для сопровождающих своих дам джентльменов был предусмотрен специальный уголок с диванчиком, парой кресел и небольшим столиком. Завершали композицию две пальмы в кадках возле стен, как же без растительности-то… Хорошо, что не стали устраивать здесь имитацию джунглей, и на том спасибо.

Комнатка располагалась на цокольном этаже недалеко от входа в магазин, и в окно было хорошо видно прилегающий к дому кусок улицы. Хотя занавески немного мешали, закрывая обзор по бокам, я не стал их трогать. Чего я там не видел, извозчиков и пешеходов, что ли? Лучше пока журналы посмотрю.

Так, что тут на столике? Вполне приличные модные журналы с цветными рисунками… И даже с фотографиями… «Недавно прошедшая в Северной столице выставка сопровождалась показом модных нарядов… Внимание публики привлекли экстравагантные костюмы для прогулок и верховой езды…» Ну и что дальше? Странно, но одна из девушек-манекенщиц показалась мне знакомой. Да неужели?.. Очень похоже на ту, которой не повезло встретить завистницу, владеющую незаконными артефактами. Фамилия тут упомянута? Нет… Если честно, как-то не запомнил, да и незачем было…

– Добрый день! – Совершенно неожиданно я услышал мелодичный женский голос. Что-то совсем хватку потерял, даже не услышал, как подошла…

– Добрый день!

– Просматриваете наши журналы, и как они вам? Нравятся? Извините, я сразу не представилась – Эвелина Рэдквин, владелица этого магазина.

– Кристофер Смит… Служащий… Сейчас сопровождаю жену, она как раз ушла выбирать наряды вместе с вашей помощницей. – Надо же, какая интересная фамилия. Настоящая, или псевдоним?

[12]

Пока мы представлялись друг другу, я как можно незаметнее изучал собеседницу. Не ослепительная красавица, но внимание мужчин ей гарантировано, в любом обществе. Волосы черные, уложены в замысловатую прическу. Лицо очень даже… Не холодная красота музейного экспоната, а весьма живое, без аристократического высокомерия. Глаза – темно-карие, почти черные. Наряд… Видно, только что вошла в магазин, приехала на извозчике – пыли на сапожках нет. Кстати, юбка у ее наряда заканчивается примерно на ладонь от земли, значит, хозяйка магазина придерживается современных взглядов на моду. (Или просто не любит, когда подол дорогого платья волочится по грязной мостовой.) Ткань костюма – явно тонкая шерсть, весьма дорогая… Узор – мелкие-мелкие клеточки, почти неразличимые. Шелковый платочек, чтобы воротник не натирал шею, и шляпка, украшенная небольшими цветами, опять же из кусочков цветного шелка. Украшения – серьги и подвеска, похоже, что камни в них – звездчатые сапфиры зеленого цвета, оправленные в золото. Очень интересно…

Госпожа Рэдквин заметила мой интерес к ее костюму и улыбнулась.

– Хотите подобрать для своей жены что-нибудь подобное?

– Нет, пусть выбирает сама… У нее очень хороший вкус и чувство стиля.

Эвелин снова улыбнулась, показав милые «ямочки» на щеках.

– Но к вашим советам она все-таки прислушивается?

– Когда считает их полезными…

– Хорошо, давайте присядем, мистер… Смит.

Что-то в интонации ее голоса заставило меня насторожиться. Будто сквознячок из приоткрытого окна прошелся по голой спине… И в чем причина?

– Надеюсь, вашей жене понравится новая коллекция нарядов. Да, вы как раз держали тот самый журнал, где рассказывается о выставке, с которой я эти платья и костюмы сюда привезла.

– А что, вы оказались там единственным покупателем?

– Нет, остальные просто не успели, или упустили нужный момент… – Улыбка хозяйки была искренней, ведь провернуть удачную сделку, опередив большинство конкурентов, удается не всегда. И в этот самый момент я кое-что заметил…

– Надеюсь, другие владельцы модных домов не обвинили вас в использовании нечестных приемов ведения дел? Люди иногда начинают объяснять свои неудачи чем угодно, вплоть до колдовства соперников, или демонических происков. Ну, вы же понимаете…

О да, еще как поняла!.. Собеседница не смогла (или не захотела?) скрыть мелькнувшие в глазах сверкающие искорки. Но, если бы я не знал, в чем дело, то ничего бы и не заметил. Почему вдруг решил задать такой странный вопрос совершенно незнакомому человеку? Да так, проверить захотелось… Вот и проверил… Что будет дальше?

Но прекрасная Эвелин вовсе не торопилась набрасываться на провокатора, выпустив клыки и когти, а только пристально разглядывала меня с ног до головы.

– Да, одна наша общая знакомая не ошиблась… Вы очень интересный человек… И в наблюдательности вам не откажешь.

– Служба такая…

– Я очень люблю ходить в театр, возможно, мы с вами там и встретимся… Чуть позже. А сейчас прошу меня извинить, дела! – К нам подошла та самая продавщица, с которой ушла Клер, и начала что-то тихо говорить хозяйке на ухо. Кивнув, миссис Рэдквин встала с кресла и ушла по лестнице наверх.

Хотите узнать, почему я решил ее проверить? Да очень просто – увидел свое отражение в зеркале, как раз в тот момент, когда тускло-тускло засветились знаки, нанесенные Хозяйкой леса. (Вот да, они мне очень напоминают линии, которые рисовали у себя на лицах исконные жители этих мест – индейцы. Правда, рассмотреть их удалось только на рисунках и старых фотографиях… Надо будет потом как-нибудь переговорить об этом с Сэмом.) Очень может быть, что я зря это сделал. Зато теперь знаю, кто она. Осталось только выяснить, чем миссис Рэдквин будет заниматься, кроме торговли модными нарядами. Или проще сразу расспросить Линкс?

Такая вот странная встреча произошла сегодня днем. Но, самое главное – Клер все-таки выбрала себе пару платьев! Обещала показать их дома, вечером. Перед сном…

У нас как будто сама собой образовалась негласная договоренность – так сказать, зависимость вечерних нарядов от настроения. Наверное, многих подобное могло бы довести до сердечного приступа, но зачем нам в спальне какие-то советчики, правда?

Когда у Клер было хорошее настроение – она занималась вечерними процедурами, сидя за туалетным столиком в короткой ночной рубашке. Каждый раз я откровенно любовался ею, и она была совершенно не против. Артистка… Ей нужны обожание и признание восторженных зрителей, пусть даже в количестве одного. Если настроение было ближе к плохому – то вся красота наглухо скрывалась под длинным халатом из толстой ткани. В такие вечера лучше было не мешать жене своим повышенным вниманием, пусть сама потихоньку «выпустит пар», как говорится. Ну а если из одежды на ней оставались только серьги и заколка в волосах… Значит, настроение – очень хорошее… Или просто вечер оказался (или показался?..) слишком жарким. Но я был рад ее видеть в любом настроении, и она это хорошо чувствовала и знала. Вот и спальня у нас общая, а не две отдельные, как это обычно принято в обществе. Нам обоим не хотелось упускать ни минуты из того времени, которое отпущено судьбой…

Глава восемнадцатая

По утрам не хочется вставать с постели – летняя жара постепенно сменяется осенней сыростью, и в спальне весьма прохладно. Теплое одеяло будто не выпускает из своих мягких объятий… Но – труба зовет, великие дела ждут, и так далее, и так далее…

– Сегодня съемки на студии?

– Приедем, там скажут. Может быть, наконец-то смогли подобрать усадьбу, не слишком перестроенную. А то зрители засмеют, когда увидят на экране платья из середины прошлого века и фасад дома в стиле «модерн».

– Думаешь, много людей в этом разбирается?

– Если делать, то хорошо! Исторически достоверно, как говорит мистер Стенли. Но, само собой разумеется, «в пределах выделенного на съемки бюджета», – тут она явно кого-то передразнила.

– И тут деньги…

– А ты как думал? Съемки – дорогое удовольствие. Все, хватит болтать, вставай!..

Пока ехали, шел дождь. Редкие капли залетали под тент и щелкали по ботинкам. Извозчику приходилось хуже, но его плащ с капюшоном мог бы выдержать и настоящий ливень. Сразу видно – человек давно занимается этим делом, знает, как нужно одеваться осенью.

Удивительно, но когда мы подъехали к воротам студии, дождь почти закончился, и порывистый ветер разрывал тучи на части, освобождая синее небо.

– Уважаемая миссис Стефансон, нам нужно ехать в Маджестик-менор, – сразу же подбежал к Клер помощник режиссера.

– Это же так далеко?

– Остальные выехали туда час назад, нужно спешить. Мистер Стенли принял волевое решение, так сказать. Я буду вон на том экипаже, – Кларк указал в сторону. – В этот раз обещали привезти еду из ресторана…

Они с Клер немного посмеялись специфической шутке, которую я не совсем понял, и мы расселись по экипажам.

Странно, но дорога не показалась очень уж долгой, разве что петляла совершенно безбожно. Так, вот и район трущоб, или как его еще можно назвать? Древние домишки стояли впритык друг к другу, и между ними удалось бы протиснуться разве что боком. В них вообще живет кто-нибудь? Да, вижу… Из труб идет дым, на окнах висят занавески… С трущобами я немного погорячился – просто дома очень старые, наверное, с них и начинался когда-то весь город.

Вот и окраина… Дорога ведет дальше, за рощу. Деревья стоят редко, и впереди уже можно увидеть светлые здания.

– Это и есть то самое место?

– Да, Мажестик-менор. Когда-то здесь жил один местный богач, но потом дела пришли в упадок. Место не то чтобы забросили… Но гулянок с прежним размахом тут уже очень давно не устраивали, – ответила Клер.

– А ты откуда все это знаешь?

– Несколько лет назад хотели здесь снимать исторический фильм, но не смогли договориться с хозяевами о цене.

– Наверное, сейчас ваш красноречивый мистер Стенли сумел их переубедить…

– Или им просто очень понадобились деньги, пусть и не очень большие, – прагматично заключила жена.

Если внимательно разглядывать окружающие предметы, то можно было заметить следы поспешного наведения порядка – недавно скошенная лужайка перед домом, наспех замазанные выбоины на колоннах… Ну и прочие мелочи, которых издалека можно и не увидеть. Интересно, как это все будет выглядеть на экране?..

Киношный «табор» разместился на заднем дворе, у каретного сарая и конюшни. Не знаю, насколько мое предположение оказалось верным, но эти два ветхих строения выглядели именно так. Состав группы не изменился, новых людей не появилось. Я бы даже сказал – «Ба, знакомые все лица!..»

Не успели мы подъехать, как Клер буквально за руку утащили в гримерный вагончик, даже парой слов не перекинулись. Значит, и мне пора приниматься за свои обязанности… Где там наши конторские парни? На местах, вижу… Два по углам, еще двое у въезда, периметр закрыт, очень хорошо. Старший заметил меня и приветливо кивнул, я помахал рукой в ответ. Вот так, несем службу бодро, ничем не отвлекаясь… Отсюда и до обеда. А после обеда – до вечера, или когда они там закончат свои артистическо-синематографические дела.

Так, вижу, вся толпа бодро шествует ко входу в дом… Мощные светильники уже давно там расставлены, камеры тоже… Сколько их, оказывается!.. Замучаются потом лучшие кадры выбирать, перфекционисты этакие… Все, пойду-ка я лучше за угол, мало ли… Вдруг там в кадре Клер с партнером целоваться будут, я ж потом ревностью умучаюсь! Знаю, что все «не по-настоящему», но все-таки… Вот и подходящая скамейка, явно принесли откуда-то из беседки. Да шагах в двадцати – какие-то развалины, не выдержала хрупкая постройка ударов погоды и времени. А скамейка уцелела…

Из-за угла слышались бодрые команды режиссера, иногда смех… Солнце грело, легкий ветерок отгонял немногих комаров… Красота! Интересно, сколько таких дней осталось до того, как зарядят нудные дожди? Клер мне говорила, что здесь иногда ливень длится несколько дней подряд. Бывал я в подобных местах, но к счастью, надолго там не задерживался. Помогал местным Охотникам справиться с очередной Темной Тварью, и возвращался… Домой? Скажем так – в то место, которое долго мог считать своим домом. Пусть домик и был предоставлен Конторой, а не куплен мной в личную собственность. Но там лежали мои немногие вещи… Всего лишь… И никто меня никогда там не ждал. Здесь? Здесь моих вещей тоже мало, но меня любят и ждут… Как говорят местные жители, «Дом там, где сердце!..» Мое сердце сейчас здесь… Если вдруг и соскучусь по милым березкам, можно будет наведаться в заповедный лес, в гости к Меняющей Облик. Там много чего растет, сам видел белые стволы недалеко от источника. Можно сказать, целая рощица. Интересно, сильно они отличаются от тех, что растут на моей далекой родине?.. Так, что там за шум?.. Выстрелы?..

Выскочив из-за угла, я спрятался за кустом. Тьфу, чтоб вас!.. Очередной эпизод снимают, только и всего. Дуэль устроили в углу двора, хорошо, что он тут очень большой. Просто выбрали место, где в кадр не влезают постройки, и вуаля! Пожалуйста, драматическая сцена на фоне леса… (Повезло еще, что наши охранники не заметили моего переполоха – смотрят наружу, как по инструкции положено. А то было бы смеху в Конторе…)

Хозяев усадьбы я за весь день так и не увидел. Всем распоряжался управляющий, которому помогали три человека. Удивительно, но актерам предложили обедать в зале, где для этого специально накрыли несколько столов. (Управляющий так и сказал – «Как в старые добрые времена!..») Прочие деятели искусства обедали в более простой обстановке – на веранде. Солнце пригревало вовсю, так что настроение у всех было хорошее. Готовые блюда действительно привезли откуда-то из ресторана, потому что на вкус они заметно отличались от того, чем удавалось пообедать раньше. Интересно, кто у них там шеф-повар? Может, он у себя на кухне магию вовсю нелегально использует, а Контора и не в курсе? Шучу, конечно же…

– Крис, вот ты где!.. Пообедал? – Клер подошла к скамейке и присела рядом, аккуратно уложив широченную юбку своего наряда.

– Да, благодарю. Смотри, платье не помни!

– Ничего ему не будет… Видел, в каком зале нам столы накрыли? Вот где надо было половину эпизодов снимать!.. Только обстановку чуть повеселее сделать. А то здесь разве что паутину в углах смели и пыль с картин и мебели вытерли… Но все равно… Нам еще пару сцен здесь нужно снять, не знаю, как долго… Но думаю, что часа три еще тут пробудем.

– Так мало?

– Тебе что, тут понравилось?

– Вдруг дождь пойдет, а мы не дома…

– Крис, что-то ты сегодня странный!.. – Клер материнским жестом быстро приложила руку к моему лбу, потом к щекам. – Ты не заболел, случайно?..

Я взял ее руку и поцеловал тонкие пальцы.

– Нет… Просто лето закончилось… Осень…

– Ничего, приедем домой, там я тебя развеселю!

– Миссис Стефансон, вот вы где! – из-за угла появилась одна из актрис массовки. – Идемте, режиссер всех собирает, следующая сцена!..

Все оставшееся до отъезда время меня никто не дергал. Съемки шли без перерывов, разве что режиссер давал всем короткие передышки на время смены обстановки в кадре и переодевания актеров.

О, вот и Клер!..

– Милый, на сегодня здесь все!.. Наконец-то!.. Если небеса будут к нам милостивы, то второй раз приезжать сюда не потребуется.

– А что, тут так плохо?

– Ну, если тебе нравятся удобства во дворе и вода в старых кувшинах…

– Все, понял, осознал, прошу простить!.. Когда едем домой?

– Мистер Стенли отпустил меня и других актеров, так что хоть сейчас.

– Тогда чего мы ждем?

– Тебя! – Клер взяла меня под руку, и мы степенно пошли в сторону бывшей конюшни, где стояли экипажи с изрядно заскучавшими возчиками. Нет, надо бы намекнуть боссу… Что пора обзаводиться собственным транспортом, которому овес и сено не нужны… В Конторе авто используются только для срочных выездов, или поездок с разрешения начальства. Личный экипаж, это совсем другое дело!.. Только вот сначала нужно выучиться им управлять, иначе прокатимся до первого столба… Решено – попрошу Генри дать мне несколько уроков вождения, думаю, что он не откажет.

Парни-охранники уже заняли свои места во второй пролетке, ждали нас. Я помог Клер взобраться и сесть, затем влез сам. Ну что, домой!.. Приедем, еще останется время для тренировки с Джонатаном, надеюсь, он не в гостях.

Раскисшая после дождя земля влажно чавкала под копытами лошади, Клер откинулась на спинку сиденья и дремала, прикрыв глаза. Я привычно озирался по сторонам в поисках возможных угроз, но все было спокойно. Вот и начался этот самый трущобный район, который сейчас выглядел еще более угрюмым и мрачным, чем утром. На улице не было игравших детей, никто не сидел возле домов на уцелевших кривых лавках. Все как будто вымерло. Понятно, взрослые работают где-то в городе, дети или тоже работают, или помогают дома… Но вечером в этот район лучше не соваться, мне так кажется. В подобных местах чужаков не любят. Мы здесь проездом, вот уже улица заканчивается, теперь, насколько я помню, будет развилка с дорогой направо… Все верно, едем дальше.

– Стой! – Извозчик натянул вожжи. – Нужно свернуть, тут не проедем.

– А что там такое впереди? – Меня как будто ткнули шилом пониже спины.

– Столб упал, лежит посреди дороги, от канавы до канавы. Места не хватит объезжать.

– И куда сворачивать будешь?

– Тут остается одна дорога, направо.

– Хорошо, сейчас поедем. Только подожди минутку!

– Стою…

Я повернулся в сторону сонно хлопающей глазами Клер.

– Милая, очень прошу, пересядь во второй экипаж, к парням из Конторы.

– Зачем? Этот сломался, что ли?

– Нет, просто так нужно! Давай быстрее, времени нет!

Недоумевающая Клер спустилась на мостовую, и прошествовала к экипажу сопровождения, подняв юбку, чтобы не замарать ее в грязи.

– Так, парни, слушайте меня! Сейчас разворачиваетесь и возвращаетесь на пару улиц назад, потом сворачиваете и въезжаете в город с другой стороны, подальше отсюда, ясно?

Оба согласно кивнули. Молодцы, никаких вопросов, надо – значит, так надо!

– А ты куда? – придержала меня за рукав Клер.

– А я – туда!.. Все, давайте уже, разворачивайтесь! Милая, потом расскажу, сейчас некогда!

Извозчик начал разворачивать свою колымагу, хорошо, что в этом месте у перекрестка было много свободного места, а я побежал вперед, к своему экипажу.

– Все, поехали! Доедешь быстро – дам еще «президента» сверху!

Обрадованный водитель кобылы щелкнул кнутом, и мы потряслись по правой дороге, ко въезду в город. Да, вот только тент нужно опустить пониже, чтобы издалека не было понятно, сколько человек сидит внутри…

Я пытался использовать свои обостренные чувства, чтобы выяснить, что там может быть впереди, но получалось не очень хорошо – слишком много вокруг живых существ. Кошки, собаки… Непонятно, кто куда движется – к нам, или от нас… В домах, или на улице… Минут через пять чувство тревоги стихло. Неужели просто нервы шалят? Вот вечером мне Клер дома устроит!.. По той дороге, куда я их отправил, ехать минут на двадцать дольше, если я правильно запомнил план города. Ну, разве что мостовая там должна быть гораздо ровнее, не такая разбитая.

Внезапно браслет на руке обжег кожу леденящим холодом. Не задумываясь, я на ходу выскочил из пролетки, поскользнулся и упал на тротуар, едва не пропахав носом камни. Захлопали выстрелы, и пули буквально изрешетили кожаный тент над сиденьем. Нет, такие игры нам не нужны!.. Вскочив на ноги, я изо всех сил бросился в сторону ближайшего прохода между домами, умоляя всех небесных покровителей, чтобы там не оказалось глухого забора. Невидимые противники сразу же переключились с экипажа на меня, и вокруг зажужжали рикошеты от стен и камней. Не догонишь, не дого… Ох… Зацепили… По бедру будто ударили молотком. Нет, крови пока не вижу, это рикошет, бежать могу… Твою ж… Скорее, ковылять… Что это за огромный сарай такой? Старый цех, что ли? Темно, страшно… Для меня в самый раз, лишь бы кровью не накапать, по следам найдут, сволочи… Вот, подходящий уголок, тут везде какие-то кирпичные перегородки гораздо выше человеческого роста, настоящий лабиринт… Деревянного пола нет – давно растащили, гореть нечему, крыши у цеха тоже давно нет, а стены высокие… Выкурить меня отсюда огнем не получится, дров не хватит!..

У входа послышались осторожные шаги. Сколько их там? Определить не получается, мешает странное эхо, как будто одновременно идут сразу со всех сторон, именно к моему хилому укрытию. На мгновение прикрываю глаза, прислушиваясь к своему чутью. Не меньше шестерых, надо же!.. Прямо как на крупного зверя собрались, ур-р-роды!.. Патронов в барабане только шесть, запасные есть, но перезарядить не успею… Был бы тот хваленый пистолет, который мне когда-то показывал Харон… И то не факт, там в магазине семь патронов, разве что перезаряжать быстрее… А у меня еще кинжал есть, вдруг кто забыл!.. Дайте только до вас добраться, сволочи! Ведь Клер сидела на том самом месте, где в тенте оказалось больше всего следов от пуль…

Револьвер уже давно в руке, курок взведен, кинжал тоже наготове… Ну, где вы там, храбрецы? Шестеро, или сколько вас, на одного?

Вот шаги уже рядом, выглядываю из-за торца стенки… И тут же стреляю в грудь преследователю, крадущемуся ко мне с револьвером в руке. Бандит отшатывается, как после сильного удара, но сразу поднимает пистолет… Вот тебе еще раз, в голову! Раскинув мозгами, клиент мигом улегся возле кучи битого кирпича, а я нырнул в каморку через две от своей. Заметил кто-нибудь?.. Сейчас узнаем… И он что… бронированный?.. Сразу в голову нужно?..

Теперь шаги послышались сразу с двух сторон, не повезло… Ближе, ближе… прошли мимо… Рывок, выстрел в голову тому, что слева, промазал, еще выстрел, попал! Тот, что справа, почти уже повернулся в мою сторону, стреляет, бок обожгло… Стреляю в ответ, он сгибается пополам, вот тебе еще!.. С этими все… А где остальные-то?..

Пытаюсь бесшумно прокрасться чуть подальше, но наступаю на обломок кирпича, нога подворачивается, чтоб тебя!.. Еще и коленом ударился… Но шагов не слышу, куда оставшиеся подевались-то?.. Выстрелов на улице местные жители могли вообще «не заметить»… А подмога не пришла… подкреплений не прислали… Ни к ним, что хорошо, ни ко мне, что гораздо хуже. Пользуясь моментом, осматриваю бедро – крови нет, но болит сильно. Синяк будет здоровенный…

Ну, и где они там? Сколько мне тут еще сидеть? Будут злодеи своих вытаскивать, или бросят, где упали? Пока тихо, нужно перезарядиться… В карманах еще почти два десятка патронов, так что на всех вас хватит, господа нехорошие… Подходите, с каждым поделюсь!..

Сверху на стене что-то зашуршало, и сразу со странным щелчком мою грудь обожгло болью, еще раз, и еще… в разных местах. Опустив голову, я увидел торчащие древки коротких и толстых арбалетных стрелок, странного бело-голубого цвета. Выпавший из ослабевшей руки револьвер брякнулся на кирпичи, и я зачем-то попытался взяться за древко стрелы. Ох, как голова кружится-то!.. И качает… Древко обожгло пальцы холодом и неожиданно легко раскрошилось на мелкие кусочки. Другое… так же… третье… Что за… А почему я сижу, привалившись к стенке? И кто это осторожно подходит, направив на меня небольшой арбалет? Да вас трое… Как трудно дышать… И до чего же холодно…. замерзаю… темнота…

Часть вторая

Daemonium ex machina

Глава первая

…Где это я?.. Пытаюсь приподняться, но тут же простреливает боль в левом боку, и от попытки встать приходится отказаться. Немного подождем, пусть сначала исчезнут ослепительные искры в глазах…

Через минуту очень осторожно начинаю осматриваться по сторонам – ого, попал в какой-то вигвам, что ли? Стены из шкур, висящих на длинных жердях, в середине очаг. Огонь там давно погашен – тепла совершенно не ощущается, над углями с помощью железной треноги подвешен небольшой медный чайник.

Оказывается, я укрыт шкурами, осторожно шевелю руками и ногами – вроде слушаются, не связаны… Очень хорошо, значит, я тут не пленник! Только вот одежды на мне нет, и рядом ее не видно. Но кто же здесь такой добрый и заботливый?..

Накатывает сильное ощущение дежа вю… Ведь я тут был раньше, несколько раз. А как сейчас сюда попал? Ничего не помню… Сначала удары в грудь, затем ощущение пронизывающего холода, от которого застывает все внутри, сердце пропускает несколько ударов, в глазах темнеет… Внезапно губы обжигает чем-то вроде горячего спирта, и после нескольких судорожных глотков внутри как будто оживают тлеющие угли, мгновенно превращаясь в полыхающий нестерпимым жаром костер, в котором неторопливо исчезает колючий кусок льда…

Что было перед этим? Ладно, вспомню как-нибудь потом, а сейчас… Природа властно зовет наружу. Пробираясь к выходу, руками на всякий случай ощупываю голову – нет, все хорошо, никаких отметин или свежих следов от ран не прибавилось. А на груди – большие алые рубцы, как будто несколько раз ударили чем-то острым. Они не болят, разве что прикасаться к ним не очень приятно – сразу щиплет, ощущения, как от электрического удара. Но все выглядят зажившими, это хорошо… Только вот своей одежды не могу найти – ее нет ни в вигваме, ни на столбах снаружи.

Утренний туман затянул ближайшие окрестности, мешая рассмотреть лес… Хотя, вон там явно река – в той стороне туман заметно гуще. А те кустики шагах в тридцати выглядят очень заманчиво… Дальше убежать просто не успею…

Как ни странно, утренняя промозглая погода не вызвала у меня совершенно никакой реакции – даже мурашек от озноба на коже не появилось. Стою на мокрой траве, босиком… Интересно… И пар от меня не валит… Я вообще живой? Прислушавшись к ощущениям, нахожу пульс сначала на запястье, потом на шее – все хорошо, сердце бьется ровно. А то я уже начал беспокоиться…

Вернувшись в вигвам, я налил в жестяную кружку воды из чайника и неторопливо ее выпил. Ощущения вроде бы не изменились… Вода как вода, разве что явно холодная. Теперь надо бы заняться вопросом одежды… Нет, конечно же, в лесу можно пренебречь некоторыми условностями, но я точно не знаю, кто может сюда войти через несколько минут. Крупных зверей поблизости не ощущаю, людей тоже… вроде бы…

Что тут есть подходящего? Кожаный шнурок в несколько футов длиной и кусок ткани, лежавший в углу, прекрасно подошли для импровизированной набедренной повязки. Так как холода я не чувствовал, то решил пока этим и ограничиться. Осталось дождаться… Хозяйку? Устроившись возле давно остывшего очага, я постарался успокоиться и закрыл глаза. Какая тишина вокруг…

Минут через пять мне послышалось, что кто-то поет неподалеку от вигвама, будто в стороне реки. Пение понемногу становилось все громче, но слов мне разобрать не удалось – язык оказался совершенно незнакомым, ничего похожего раньше не слышал. Тем не менее, мелодия была очень красивой. Знать бы, о чем эта песня…

Осторожно выглянув наружу через щель между повешенной на входе шкурой и стенкой вигвама я увидел, как по тропинке неторопливо идет… Да, подобное мало кто видел… Вот значит, каким бывает демон в естественном виде. Книги не так уж и врут, оказывается…

Весело помахивая хвостом, демон неторопливо вышагивал, сопровождая пение плавными жестами рук, или как там у него называются верхние конечности. Одежды на нем (вернее, это «она», судя по некоторым особенностям фигуры – оказывается, и у демонов бывает грудь!..) не было, поэтому можно было рассмотреть фигуру полностью. Конечно, не похожа на красотку, но очень пропорционально сложена. Не худая, но и не полная – живя в лесу, вряд ли слишком растолстеешь… Вот только пальцы с длинными когтями и хвост, да еще и серо-зеленый цвет вместо обычной кожи… Все, пора возвращаться на место, кто знает, какое у нее сейчас настроение…

Я снова уселся возле очага и закрыл глаза. Будь, что будет! Зашуршала шкура полога, и послышался голос демона:

– Пррроссснулсся?

Изображать сон не было смысла, поэтому я сразу ответил:

– Да, и пытаюсь сообразить, как сюда попал… И вообще… Почему я вижу тебя в этом облике, уважаемая Хозяйка леса?

– Я пррринесссла тебя сссюда. Ты был очень сссильно ррранен…

– Давно?

– Прррошло два дня. Это тррретий.

– Ничего не помню… Только боль, все темнеет, становится холодно… Потом вдруг глоток чего-то обжигающего, и больше ничего…

– Я дала тебе выпить сссвоей крррови.

– Зачем?

– Ты умирррал. А я… оказаласссь рррядом.

– А если бы и в самом деле умер от этого? Или ты точно знала, что делаешь?

– Терррять было нечего. Пррросссто попыталасссь… Мне ссстало интеррресссно.

– И как, результат тебя устраивает?

Демон широко ухмыльнулась, что на зубастой физиономии выглядело весьма… неоднозначно. Голова – совсем как у человека… Уши – небольшие, самой обычной формы. И черты «лица» можно назвать изящными. Если не принимать во внимание мелкие-мелкие чешуйки вместо кожи, полное отсутствие волос, клыки тигренка и глаза с узкими полосками зрачков… Да, и язык – самый обычный, а не раздвоенный «змеиный». Голос – что-то вроде кошачьего мурлыканья пополам с шипением.

– Ты осссталссся жив. А что будет дальшшше – посссмотрррим.

– И что, у меня теперь будут демонические способности? Тоже покроюсь чешуей, хвост вырастет, клыки появятся?

Хозяйка рассмеялась, отчего у меня все-таки появились знобкие мурашки.

– Нет, конечччно же! Но надо пррроверррить как можно лучшшше… чем мы сссейчассс и займемссся. Вдррруг что-то в тебе поменялосссь?

Она плавным движением как будто перетекла ко мне и прижалась всем телом. Да, упругая чешуя, это вам не мягкая кожа… И даже не грубая шерсть оборотня. Неожиданно оказалось, что она не скользкая и холодная, как можно было ожидать, а очень даже теплая. Почувствовав легкое прикосновение когтей к своей спине, я все-таки вздрогнул.

– Боишшшьссся? – Какой знакомый вопрос…

Чуть отстранившись, я заглянул в ее глаза с вертикальными зрачками. Мне показалось, или там в самом деле была тоска?

– Ты опять спасла мне жизнь, так чего теперь бояться? Позволь сделать вот что…

Зажмурившись, я прижал ее к себе, и… Как там в сказках? «Лягушку нужно поцеловать, чтобы она стала царевной», так что ли?

Самого момента превращения я так и не заметил. Просто вдруг вместо когтистых лап меня обняли женские руки, а чешуя сменилась нежной кожей. Клыки тоже исчезли… Но Хозяйка не торопилась разрывать объятия, а я и не думал сопротивляться. Наконец, она прервала затянувшийся поцелуй и склонила голову ко мне на плечо.

– Как же мне хочется, чтобы ты делал это почаще… – вздохнув, сказала она уже совершенно нормальным голосом.

– Сама знаешь, что…

– Можешь не продолжать. Я ведь все понимаю… Ой, подожди, мне нужно одеться! – вдруг спохватилась она. Странно, в демоническом обличье ее этот вопрос совершенно не волновал. Протянув руку, Хозяйка сняла с шеста свою накидку и тут же надела ее, подпоясавшись узорной ленточкой. Красиво, что еще сказать!..

Мельком взглянув на мою набедренную повязку, демон еле заметно усмехнулась.

– Извини, но все твои вещи были залиты кровью или порваны, пришлось сжечь. Смотрю, ты уже частично приоделся?

– Да, взял тут у тебя какую-то тряпицу и веревочку, ты не против?

– Носи на здоровье! – она рассмеялась. – Я не обеднею. Есть хочешь? Тогда иди, там снаружи лежит топор, наруби дров.

И опять – все это уже было… Я точно не сплю? Да вроде нет… Заодно и согреюсь. Хотя, мне ведь совершенно не холодно, интересно, почему?

Нарубив объемистую охапку сушняка, я вернулся к вигваму. Хозяйка уже вовсю хлопотала возле очага, где на треноге весело булькал котел.

– Принес? Очень хорошо, давай сюда несколько деревяшек, нужно огонь сделать посильнее… А теперь сядь вон туда, и не мешай!..

Зачем сидеть, если можно лежать? Так что я на всякий случай отодвинулся как можно дальше (огонь разгорелся не на шутку), и совершенно неожиданно задремал. Проснулся от ласкового прикосновения к щеке.

– Спал? Это хорошо. Пойдем, все уже готово!

Ели молча, старательно глядя каждый в свою чашку. После каши пили чай, заваренный на лесных травах. А потом Хозяйка ушла на реку мыть посуду, а я снова растянулся на шкурах у стенки. Чувствовал себя как-то… непонятно. Судя по отметинам на груди, досталось мне очень сильно. Даже не знаю, смогли бы справиться с такими ранами обычные доктора в городской больнице. Скорее всего – нет, разве что попался бы лекарь – знаток военно-полевой хирургии. И то, очень сомнительно… Но сейчас ничего не болело, даже синяков не заметно. И что Меняющая облик такого сделала? Скажет, или нет? Попробую узнать…

– А как ты меня сюда принесла? – спросил я у Хозяйки, как только она вошла в вигвам.

– На руках, – невозмутимо ответила она. – Как ребенка.

– Ну вот… Обычно я сам носил женщин на руках, а они обнимали меня за шею.

– Часто? – Она что, ревнует?.. Надо же…

– Нет. Только когда было нужно.

– Тебе или им?

– Смотря по обстоятельствам. Хотя, один раз меня тоже дотащили и уложили в ванну, а потом чуть не утопили…

– Ты кого-то очень сильно разозлил?

– Нет, это было из благодарности. – Ну, не рассказывать же ей о моей попытке убрать старое проклятие. Убрать-то убрал, но и сам получил такой мощный удар, что потерял сознание. Даже вспоминать стыдно, если говорить начистоту.

– Довольно странный способ благодарить… – хмыкнула Линкс.

– Так получилось, долго рассказывать.

– А ты что, куда-то торопишься? На восстановление нужно еще дня два… Лучше – три.

– Клер знает?..

– Да. Пока ты лежал без сознания, я ее навестила. Она хотела сама быть с тобой здесь, но мне удалось ее отговорить. Некоторые вещи не должен видеть никто… Даже ты. А без них ничего бы не получилось. Зато теперь – посмотри на себя!

– Уже посмотрел. Шрамы такие… здоровенные…

– Прости, убрать следы от ран не было времени.

– Да я не в претензии… Потом, сам справлюсь как-нибудь. А там же оставались наконечники от стрел, как ты их вытащила?

Линкс выразительно «пощелкала» кончиками пальцев друг о друга.

– Сам понимаешь, инструментов, как у ваших целителей, здесь нет… Пришлось сделать, что и как смогла. Хорошо, что наконечники не ушли глубоко, удалось их быстро вытащить. Древки-то ты раскрошил…

Хозяйка придвинулась поближе, и тут я заметил светлую полоску на коже у ее левого запястья.

– Что это за отметина?

– Я же сказала… Мне пришлось дать тебе немного своей крови, как ты мне… тогда. Помнишь?

– Да, помню. – Я осторожно взял ее руку, поцеловал шрамик, а потом медленно провел по нему указательным пальцем правой руки, повторяя про себя заклинание восстановления. Под кончиком пальца тут же запрыгали мелкие зеленые искорки (Вот это да!.. Раньше такого не видел…), и белая полоска тут же пропала, не оставив после себя никакого следа.

– Спасибо… Теперь моя очередь. – Меняющая Облик тихонько прикоснулась губами к шрамам на моей груди, затем я ощутил легонькое покалывание в местах ранений. Через минуту рубцы сгладились, а потом исчезли. Когда демон хотела отстраниться, я не отпустил ее.

– Подожди, не уходи…

– Это ты подожди… До вечера. А сейчас отпусти меня, пожалуйста, я хочу выйти.

Через пару мгновений она выскользнула из вигвама, почти не шелохнув занавесь на входе. Ну и ладно, что делать остается? Буду валяться на шкурах и делать вид, что размышляю о смысле жизни…

– Просыпайся, идем на источник! Тебе нужно в нем искупаться, несколько раз.

Ну вот, только-только задремал…

– Да, конечно, если ты так говоришь…

Усмехнувшись, Линкс взяла меня за руку и вывела наружу. Солнце уже поднялось к зениту, но намного теплее не стало – лето почти закончилось, и дожди шли буквально через день. Или… в чем еще может быть дело?

– Линкс, подскажи… Я почти не чувствую холода. Почему?

– Ты что, забыл? Это было еще в прошлый раз.

– Нет, тогда я его ощущал, но мне было тепло. А сейчас… Не пойму, тепло или нет – без разницы, у костра или снаружи. Мне просто все равно…

– Интересно… Что-нибудь еще чувствуешь?

– Пока не знаю… Может, чуть позже пойму.

– Ладно, мы уже почти пришли. Прыгай в воду, только не пей ее, помнишь?

Я послушно бултыхнулся в яму, куда со скалы тек небольшой ручеек. Вода как вода, мокрая… Теплая, что ли? В прошлый раз была холоднющая, точно помню. А сейчас – как в летний полдень, если верить ощущениям.

Мои размышления прервала Меняющая Облик, с тихим визгом бухнувшаяся в воду рядом со мной. Яма была небольшая, поэтому мы оказались почти вплотную друг к другу.

– Как ты? – сразу же поинтересовалась она.

– Вода кажется теплой… Хотя она должна быть очень холодной, насколько я помню.

– Да, это так. Значит, твое тело понемногу осваивается… Ведь ты сейчас не мерзнешь?

– Нет. Рядом с тобой всегда жарко.

– Какой изысканный комплимент! – Линкс тут же прижалась ко мне и засмеялась, почувствовав мою реакцию. – Так, понятно… Нет-нет, куда собрался? Стой, не шевелись… Как говорят ваши целители, рефлексы организма в норме… Все, теперь можешь вылезать, а я еще пополощусь…

По скользким камням я выбрался из этой купальни и отошел на десяток шагов в сторону реки. Линкс что-то тихо напевала, слова и мелодия показались знакомыми. Да, она это пела утром, когда шла к вигваму!

Пение смолкло, плеснула вода и зашуршала одежда – понятно, это висевшая на кусте накидка.

– Линкс, а о чем эта песня? И откуда она?

– Песня… Из давних времен, народа, который ее придумал, уже не осталось. Совсем… А поется в ней о девушке, которая дождалась своего любимого из долгого похода. Избранник вернулся с большой добычей, и теперь племени не грозит голод. Его раны скоро перестанут болеть, потому что любовь может излечить все, кроме смерти… И даже иногда победить смерть. Только если любовь – настоящая.

Я посмотрел на Линкс, но она повернулась ко мне спиной и завязывала ремешок, стягивающий накидку на груди. Что-то мне послышалось в ее голосе…

– Давно хочу тебя спросить… У демонов как с… любовью, или что там у вас?

– В человеческом смысле – нет. Даже привязанностей не бывает. Только выгода… и продолжение рода. Пойдем, на ходу обсохнешь!

– А…

– Я поняла, о чем ты хочешь спросить. Наши тела отличаются от человеческих, как ты уже заметил. Или утром еще не все рассмотрел? Ну вот, неужели смутился? – Линкс рассмеялась. – Интересующие тебя отношения между демонами бывают только ради потомства. Я же говорю – выгода прежде всего… Хочешь спросить еще что-то, вижу… Неужели ты ревнуешь меня к другим демонам? – Она расхохоталась. – Нет, я думаю, что еще слишком молода для такого серьезного поступка. И дел очень много… Например, все время приходится спасать одного настырного Охотника, который обожает лезть не в свои дела и ломать чьи-то хитроумные планы. – Крепко взяв меня за руку, Линкс пошла в сторону поляны. – Идем, обед уже скоро, а мы еще огонь не разожгли.

Пока я возился с костром, она быстро сбегала к реке и принесла две рыбины, кстати, уже вычищенные. И когда только успела?.. Хотя, у нее такие когти, куда там поварским ножам…

Обед готовили без всякой магии, всего лишь сварили уху. Правда, крупы туда не пожалели, и рыба оказалась очень даже жирной. Так что чая я смог выпить только одну кружку. Линкс осилила две, после чего отправилась к речке, мыть котелок. От такой жизни и растолстеть недолго… На всякий случай я слегка ущипнул себя за тыльную сторону ладони – нет, вроде не сплю. Что еще во мне могло измениться, кроме появившегося безразличия к холоду? Попробовал задержать дыхание – нет, тут без перемен. Так что часами плавать под водой точно не смогу… Ага! Взяв из угасающего очага уголек, я положил его себе на ладонь. Странно, но запаха паленого не появилось, из ощущений – только еле ощутимое, легкое тепло на коже. Значит, чувствительность не пропала совсем, она просто снизилась…

– Развлекаешься? – Линкс вошла неожиданно. – И что узнал о себе нового?

– Тепло все-таки чувствую, только огонь кожу не обжигает почему-то. Раньше бы уже вовсю дым пошел, а сейчас… Вот, сама посмотри! – Я протянул к ней ладонь с краснеющим на коже угольком.

– Вот как… Наверное, это моя кровь так повлияла. Ведь моя стихия – огненная.

– Надо же… А взглядом костры разжигать я смогу?

– Попробуй!.. – она откровенно смеялась. – Но лучше все-таки делай так, как обычно, без выкрутасов. Кстати, когда вернешься в город, не давай никаким докторам брать у себя кровь. Хотя бы первое время… Не знаю, как долго… – призналась Линкс. – Иначе рискуешь тем, что в тебя будут каждый день тыкать иголками или вообще начнут резать по кусочкам.

Я поежился, вспомнив нездоровый энтузиазм опытного маньяка во взгляде лаборанта, бравшего у меня анализ крови после неудачного похищения. Да, в этом она безусловно права. Если Контора пронюхает о том, что со мной случилось – дело закончится плохо. Запрут в четырех стенах и пустят на опыты, невзирая ни на какие прошлые заслуги. Потом, конечно, напишут кучу умных книг, научники получат высокие звания… Только вот мне это уже будет все равно. А Клер… Нет, даже думать об этом не хочется!

– А что насчет одежды?

– Я же сказала – принесу… Клер знает, что ты у меня. И она сказала… – Тут Хозяйка почему-то смутилась и сделала паузу. – …Что я могу делать все, что угодно, только вернуть тебя живым и по возможности – здоровым.

– Ну, я ведь жив… вроде бы…

– Насколько здоров – пока не знаю. Ты ведь не хочешь проснуться среди ночи от того, что умираешь и не можешь пошевелиться?

– Точно не хочу.

– Вот и не будем спешить… Дня через два-три поедешь домой. А до тех пор… Будешь делать все, что скажу. – Мне показалось, или в ее глазах сверкнули зеленые искорки? – Тебя ждут тяжелые испытания.

– Боюсь предположить, какие…

– Ничего такого, чего бы ты не делал раньше. – Линкс улыбнулась и машинально потеребила завязку на своей накидке. – Дров мне побольше заготовишь, например… Ягоды как раз пора собирать, грибы… Так что сегодня можешь отдыхать, а завтра с утра, и за работу!

– Все ясно, о прекрасная Хозяйка! Тогда начну отдыхать прямо сейчас, а то вдруг не успею…

Я немедленно растянулся на привычном месте у стенки, а Линкс тут же прилегла рядом и положила голову мне на грудь. Чуть потянувшись, я укрыл ее одеялом из шкур, и она благодарно потерлась об меня щекой, негромко мурлыкнув, как настоящая кошка. Как ни странно, ее тепло почувствовалось очень хорошо… И я почти сразу уснул.

Вечером мы с Хозяйкой поужинали запеченной в глине птицей, а потом вместе смотрели, как закатные сумерки сменяются ночью. Когда набежавшие облака скрыли звезды, нам пришлось уйти в вигвам, где Линкс устроила мне испытание, продлившееся до полуночи. Судя по тому, что она заснула первой, я его выдержал…

Глава вторая

– Вставай, Охотник! Тебя ждут великие дела! – Странно, мне кажется, что эту фразу я уже где-то встречал, только очень давно. В книге, что ли…

– Да, уже просыпаюсь… несравненная…

Линкс улыбнулась, но было хорошо видно, что такое обращение ей очень нравится.

– Сейчас иди за дровами, а я приготовлю нам завтрак… А потом… Ягоды будем собирать. Или грибы, как раз небольшой дождик прошел. Ну, чего ждешь? Иди уже!..

Вот так, прямо с места в карьер, как говорится. Буду считать это очередной проверкой… Где там моя одежда… которая повязка на шнурке? Голому одеться – только подпоясаться, это всем давно известно. За спиной раздался тихий смешок Линкс, и я выскочил из вигвама наружу, под лучи утреннего солнца.

Как ни странно, холода я снова не почувствовал. Впрочем, как и особенного тепла. Просто бродил по лесу, собирал сухие ветки, завалил пару высохших берез, с которых нарубил целую охапку сучьев. Чтобы перетащить все собранное к вигваму, пришлось ходить несколько раз. Теперь куча дров высотой оказалась мне до плеча. Хорошо-то как!..

– После завтрака идем с тобой на реку.

– Зачем?

– Ты обещал делать все, что я скажу…

– Хорошо, о Великая…

– Не преувеличивай. Самая обыкновенная…

– Не смею перечить, о самый обыкновенный спасший меня демон…

– Да перестань ты уже! – Она легонько толкнула меня кулачком в плечо. – А то увидишь, какая я бываю, когда рассержусь.

Нашла, чем пугать женатого мужчину… Ладно, пока хватит комплиментов, а то перехвалю еще.

Снаружи вигвама Линкс протянула мне котелок:

– Подержи!.. И отвернись.

– Да пожалуйста… – Пожав плечами, я выполнил ее просьбу. Услышал позади какое-то шуршание, затем рука (лапа?..) с когтями забрала у меня котелок.

– Ну что, пойдем?

Ого! Весьма неожиданно… Хозяйка опять решила предстать в своем истинном облике. Как ни странно, я ее не боялся. Ну, скажем так, внешность слегка непривычная… Накидку из тонкой кожи, обшитой по краям бахромой, она сняла, теперь стояла и неповторимо улыбалась своей страшноватой улыбкой демона. Какие изящные клыки, тигрица бы позавидовала!.. Удивительно, но я воспринимал ее примерно как молодую женщину, надевшую экстравагантный маскарадный костюм… Весьма необычный… И очень красивый. Никак не получается относиться к этому демону как к чему-то совершенно чуждому… Конечно, бывают всякие там инкубы и суккубы, при общении с которыми люди теряют разум и душу. Но мой разум вроде бы пока при мне… Насчет души – не уверен, но я никому ее не продавал. Даже за обладание демонической красоткой…

Она прошла вперед, а я поплелся сзади, поневоле разглядывая ее фигуру со спины. Линкс это чувствовала, и ее походка напоминала манекенщицу на подиуме, вот если бы не хвост, и серо-зеленый цвет чешуек… Кстати, они у нее мелкие, разные по величине, и будто еле заметно переливаются, надо бы лучше рассмотреть… если получится. Прислушавшись, я смог различить еле заметное пение – да, похоже, снова те же слова. Интересно, а другие песни она знает?

Возле реки Меняющая Облик показала мне на большой плоский камень, краем уходивший в воду:

– Залезай и сиди там пока…

Свою накидку, которую все это время несла в руке (ладно, буду называть рукой…), она повесила на куст, и принялась мыть котелок. Интереснейшее, я вам скажу, зрелище!.. Кому рассказать – не поверит, да еще и вруном обзовет.

– Можно спросить?

– Спрашивай, – отозвалась Линкс.

– А почему ты сейчас в этом облике?

– В нем я не трачу силы на поддержание измененной внешности.

– Странно… Я думал, что это вроде заклинания, работает, пока не отменишь, или пока само не рассеется… Через долгое время.

– У меня по-другому. Я ведь не человек… И менять внешность приходится гораздо тяжелее. Представь, что ты целый день носишь на себе здоровенный мешок…

– Меняющая Облик… Ты ведь меняешь его не только себе, но и другим, как я убедился.

– А тебе разве не понравилось? – Линкс закончила тереть котелок песком, ополоснула его и положила на камни дном вверх. Стряхнув с рук воду, забралась на камень и уселась рядом со мной. Чуть помедлив, она легла на спину и растянулась на камне, заложив руки за голову.

– Да как тебе сказать… Очень уж больно.

– Ничто не достается даром, теперь ты и сам знаешь.

– Кстати… Ты ведь знала, что меня когда-то ранил оборотень, и поэтому у меня может быть повышенная чувствительность к магии и заклинаниям?

– Да.

– И давно?

– Еще с нашей первой встречи, – невозмутимо ответила Хозяйка.

– И ничего мне об этом не сказала?

– А ты что, раньше сам ничего не замечал? Сейчас-то почему заинтересовался? Хм… Чернобурка проболталась?

– Неважно… Ты знала, чем это могло закончиться?

В ее глазах с вертикальными зрачками я увидел искреннее удивление. (Надо же, какая богатая мимика у демонов… неожиданно…)

– А что с тобой может случиться, если я рядом? Боишься, что вылезут клыки, и шерстью покроешься в лунную ночь?

– Если честно, то теперь боюсь…

– Многие знания – многие печали, – она ласково погладила меня по руке. – Нет, это тебе не грозит. Но сейчас менять внешность сможешь почти без боли.

– Меня смущает вот это маленькое дополнение – «почти»…

– Бренди тебе больше не потребуется. Кстати, для оборотней спиртное – почти как яд, а ты употребляешь его весьма часто.

– Вот спасибо, успокоила!.. Теперь буду знать, как выявлять потенциальных оборотней. Лишь бы бренди хватило…

– Яд, когда они находятся в зверином виде.

– Ну вот, только обнадежила…

– Если что странное вдруг почувствуешь – тогда зови меня, или сам приходи. – Демон закрыла глаза и расслабленно вытянулась на камне. Позагорать решила, что ли?.. Так ведь солнце облаками закрыто – греет еле-еле, и тепла от камня вообще не ощущаю.

Рядом со мной тихонько пошевелился ее хвост, и я чуть не подскочил.

– Да что ты так шарахаешься? Можешь потрогать…

Ну, если Хозяйка разрешает… Я осторожно провел по хвосту руками, он оказался неожиданно мягким и теплым. Так, что дальше?.. Выглядит почти как наконечник копья… ой! Выскочившая иголка-жало оказалась длиной в пару дюймов.

– Что это у тебя такое?

– Мое естественное оружие. Парализует, может убить… Смотря кому и сколько достанется. Кстати, иногда этот яд может оказаться и сильным лекарством… Но вашим знахарям достать его не удавалось ни разу, насколько я знаю. Поэтому не будем рисковать, ладно? – Игла бесшумно исчезла.

Я осторожно положил хвост на камень и задумался. Надо же… В книгах ничего об этом не было. Или там описывались какие-то другие демоны?

Через минуту Линкс негромко сказала:

– Ты ведь очень хотел рассмотреть меня получше? Ну так чего ждешь? Вот она я…

Наверное, я оказался единственным, кто смог бы изучить демона вот так, вблизи. Значит, не нужно терять времени, вдруг она передумает?

Волос нет совсем, ни на голове, ни на теле и конечностях… Никаких «рожек» на голове тоже нет, врали картинки… Чешуйки на животе чуть светлее, чем по бокам и на спине, вот как… и размер помельче. Интересно, что при движениях ничего у нее не скрипит и не шуршит, как можно было ожидать. Чешуя что, очень гибкая?..

Я осторожно прикоснулся к ее поблескивающему животу и чуть надавил пальцем. Линкс хихикнула, не открывая глаз:

– Эту чешую не могут пробить даже пули ваших ружей, не говоря уже о саблях и ножах. Так что трогай, не бойся.

Да, как я помню, убить демона можно только некоторыми артефактами, причем очень сильно заряженными магической энергией. Ладно, а в других местах, например, чуть повыше?..

Да, точно – на сгибах в районе суставов чешуйки совсем мягкие и более тонкие, почти неразличимые. (По крайней мере, они такими кажутся.) На плечах и боках – потолще, но все равно гибкие. Еще – при нажатии цвет чешуйки немного меняется, становясь светлее. А если нажать и быстро провести пальцем? Нет, светлой полоски-следа не остается… Намочить? Вода быстро скатывается, и чешуйки моментально высыхают. Так, руки… проверил, а что там с ногами?.. Чешуйки чуть-чуть толще, на ступнях что-то вроде мозолей – понятно, в этом виде обувь ей совсем без надобности… Когти… сейчас втянуты, но совсем не убраны… или специально не спрятала до конца? А пощекотать? Дергается, хихикает, значит, какая-то чувствительность все равно есть… Самая мягкая чешуя – на внутренней стороне бедер и рук, вот как… Иначе бы шуршала при ходьбе? Ну, здесь все понятно… Ничего страшного не вижу… Она что, улыбается, наблюдая за мной, прищурив глаза? А мы вот так… О, а грудь все-таки теплая, даже очень… Чего это Линкс вдруг застыла, почти перестав дышать?.. И от нее сейчас жар идет, как раньше от костра…

Вдруг она обхватила меня за плечи и притянула к себе, не открывая глаз. Зачем? Неужели…

…И время будто остановилось…

…Я держал в объятиях не демона, а женщину… А это еще что такое?.. Камень нагрелся так, что у края, погруженного в воду, был виден пар, но я ощущал всего лишь слабое тепло. Линкс лежала с закрытыми глазами, и не отпускала меня ни на дюйм.

– …Вот как бывает… – еле слышно прошептала она. – И откуда ты только свалился на мою несчастную голову… Не шевелись… Видишь, что со мной стало?..

– Ты опять человек.

– Из-за тебя… Как и тогда… Из-за раненого охотника… А такое вообще в первый раз… Хорошо, что ты теперь жары не боишься… Мог бы и сгореть… Не шевелись, все уже закончилось… почти…

– Рычать больше не будешь?

– Нет… пока… – прошептала она, перебирая пальцами мои волосы. – Все, отвернись, дай мне одеться… И ты тоже… Я ведь вижу, чувствуешь себя неловко… Можешь окунуться пару раз, если хочешь.

Последовав совету, я прыгнул в воду. Ну и ничего, что она очень холодная, мне ведь теперь это неважно!..

– Вылезай, неси котелок с водой, будем ужинать. А то есть что-то очень захотелось…

Хорошо, я тоже проголодался. Наверное, купание так подействовало, как вы думаете?

После наскоро приготовленного ужина мы снова любовались закатом. А ночного испытания не случилось – нам обоим вполне хватило и вечернего…

Глава третья

Утром я проснулся первым. Линкс лежала, прижавшись ко мне, и тихо сопела во сне. Такая хорошенькая, если не знать, что вчера на берегу реки она рычала столь громко, что дрожали листья на окружающих камень кустах… Что поделаешь, у каждого могут быть свои недостатки. Хотя, какой это недостаток? Так, милая особенность ее настоящего облика…

От моих легких поглаживаний она не проснулась, только прижалась еще крепче. Спи, спи… Вот что мне теперь делать, а? Притворюсь, что еще вижу сны, например…

– …Думаешь, какие мемуары будешь писать после выхода в отставку? Могу предложить названия – «Как я соблазнил демона из леса», или «Моя демоническая любовница»… – пробормотала Линкс, не открывая глаз. – Весь тираж за пару дней раскупят…

– Ты знаешь… Любовница – подразумевает какую-то вторичность, что ли. А тебя нельзя ставить на второе место, только на первое… И никакой конкуренции ты не потерпишь…

– Когда ты успел так хорошо меня узнать, а?..

– Когда кто-то рычит так, что трясутся деревья, все сразу становится ясно и без длительных объяснений.

– Ну, рычать я могу по самым разным причинам… Но такой ответ мне очень даже нравится. После завтрака хочу посетить твой дом, встретиться с Клер. Какую одежду для тебя принести?

– Сапоги, они в шкафу, внизу, не новые… Рубашку, ну и дорожный костюм, наверное. Револьвер бы тоже не помешал… Кинжал… Все, как обычно.

– Сразу говорю – револьвер не возьму. Остальное – принесу в мешке, устраивает?

– Принеси в любом виде…

– Хорошо, но оденешься только перед самым отбытием домой.

– Странно…

– Тебе жалко, или стесняешься?

– Да как-то непривычно…

– Я тебя очень прошу.

– Ну, если просишь… тогда ладно.

– За это могу снова предстать в своем истинном облике – вдруг ты чего-то не запомнил. Когда вернешься, сможешь порадовать начальника материалами исключительной научной ценности… Обещаю не рычать слишком громко. – Я даже и не понял, услышал просьбу или предложение? Мне даже показалось, что Линкс настаивает на этом. Вот ведь как, раньше она предпочитала не демонстрировать свою демоническую сущность так явно и часто…

– Договорились!

– Тогда иди за водой, завтрак буду готовить…

– …А тебе ничего не будет за такое вот саморазоблачение?

– Кто мне что может сделать?

– Ну, твои… соплеменники, или как их там…

– Им нет до этого никакого дела. Если вдруг и заявятся – очень пожалеют. Это моя территория, и посторонние тут не выживут. Даже если они демоны, как и я. Впрочем, у вас в городе я тоже на чужой территории… Поэтому и стараюсь не вмешиваться ни во что.

– И как подробно разрешаешь себя описывать?

– Пиши все, что сочтешь нужным. Хоть прославлюсь, пусть и в очень узких кругах… – она усмехнулась.

– Я не буду указывать никаких имен и мест.

– Ну, это само собой. Да, и насчет жала… не упоминай, не надо.

– Понял. Может, тогда сначала дам тебе прочитать, вдруг что-нибудь не понравится?

– Вызови меня, когда напишешь, и вместе разберемся. Только… не показывай свой научный труд Волчице, договорились?

– Хорошо… – Клер лучше не знать обо всем, что тут происходило, хоть она и разрешила Линкс «делать со мной что угодно». Не все можно списать на методы лечения, пусть даже и врачеватель – демон… Мне кажется, что для нее сейчас очень важно быть рядом со мной именно в своем природном обличье. Ох, что-то она задумала… – Все будет под грифом «Совершенно секретно!» И прочитают это всего несколько десятков человек. В газетах точно не напечатают, по причине абсолютной сказочности изложенного.

– Тем лучше, мой милый, тем лучше!.. – проговорилась, или сказала специально?

Отсутствовала Линкс часа два, если судить по движению солнца. Я сидел возле вигвама и смотрел в небо, когда услышал шаги со стороны реки. Хозяйка несла мешок, перекинутый через плечо, и выглядела очень довольной.

– Заждался? Вот, держи свои вещи, которые просил! – она кинула мешок к моим ногам. – Пойду переоденусь… – Видимо, городская одежда в лесу казалась ей лишней. И точно, через минуту она вышла из вигвама в истинном облике, не скрывая облегчения. Удивительно, но чувствовать ее эмоции в «нечеловеческом» виде мне удавалось все лучше и лучше. Наверное, моя способность к эмпатии усилилась просто до невероятной степени. Почему?..[13]

– В этом облике ты не пользуешься одеждой?

– Да вот моя одежда, другой и не надо, – демон скользящим движением провела руками по своим чешуйчатым бокам. – В моем родном мире ваши предметы быстро портятся. Не из металла же мне платья делать… А тебе что, не нравится?

– Непривычно… Зимой не холодно?

– Зимой… Есть приходится немного чаще и больше. Но я не замерзаю. Здесь снег на мне не тает… Долго объяснять… И шерсть мне не нужна. Кстати, держи свой измеритель времени, – Линкс протянула часы. А, точно, я совсем забыл про них! Да и зачем они в лесу, назначать зайцам время деловых встреч, что ли? (Кстати, сейчас ее голос совсем не отличался от «человеческого». Она меня тогда проверяла, что ли?..)

Как ни удивительно, часы шли.

– Я заводила их каждый вечер, – пояснила Хозяйка. – Хоть я и демон, но как обращаться с точными механизмами, знаю. Удивлен?

– Весьма… Спасибо! Это подарок…

– От Клер?

– Нет, от начальника… Он почему-то решил, что я спас ему жизнь.

– Вот как…

– Просто взял его за шкирку и отволок в сторону, объяснять времени не было. Потом даже выговора ждал, за неуважительное отношение и нарушение субординации…

– Ваш мистер Мак-Кинли показался мне очень разумным человеком.

– Точно, в здравомыслии ему не откажешь… – Особенно когда выпьет пару «дринков», мда…

Линкс смотрела на меня и снова улыбалась. А вот сейчас спрошу кое-что…

– Почему в самый первый раз ты не показала своего истинного облика?

– Не хотела тебя пугать. Что бы ты подумал, если, очнувшись, увидел перед собой меня – вот такую? – Она сделала шаг назад, развела руки в стороны и махнула хвостом.

– Наверное, решил бы, что умер и попал в ад. Но для чертенка ты слишком красивая. Кстати, где твои демонические рожки?

– Сняла и спрятала, чтобы тебя не пугать. Да шучу, нет у меня никаких рожек, сам же смотрел!

И правда, ничего такого нет, я давно проверил… Только на самом верху ото лба к затылку идет небольшой выступ, зелено-черного цвета, совсем немного темнее остальной … чешуи. О чем она там спрашивает?..

– …Неужели это место так пугает тебя?

– Ну, тогда я еще не видел здешнего леса, только стены вигвама, шкуры, чайник над очагом…

– Вот поэтому я и подумала, что облик местной жительницы тебе понравится больше. Зачем мне сумасшедший в гостях?..

– А почему с каждым разом становилась все моложе?

– Можно, я не буду отвечать?.. – оказывается, даже демон может смутиться…

– Ладно, забудем… – Я встал и обнял ее. Она обняла меня в ответ, и даже ласково обвила хвостом. – Что с тобой происходит?

– Ничего особенного… Просто хочу побыть сама собой. Не притворяясь ни перед кем…

– Ну так будь… – Я хотел поцеловать ее, но она отвернулась.

– Подожди, не сейчас… – но обнимать меня не перестала. – Теперь ты можешь отправляться домой, я тебя провожу.

– А если я отправлюсь в дорогу завтра вечером, ты не против?

Линкс вздрогнула и посмотрела мне в глаза, прижавшись еще крепче.

– Ты… и правда, хочешь остаться еще на день?

– Я не могу уйти от тебя сразу… Разве только сама прогонишь.

– Тогда пойдем…

Обнявшись, мы пошли вниз, к реке. Наверное, со стороны это выглядело очень странно, но лесным обитателям не было до нас никакого дела, а других свидетелей нашей прогулки не оказалось. Подумаешь, идет демон – хозяйка местного леса, в обнимку с почти голым человеком… Чего только в этой жизни не бывает!

…– Демоны появились в этом мире задолго до вас, людей, – рассказывала Линкс на ходу. – Это уже потом ваши богословы постарались загнать нас в рамки своих представлений о мире. Но спорить не буду, особой добротой к людям мы не отличаемся… Поэтому нас и относят к «темным силам». Но ты ведь знаешь, что не бывает черной и белой магии, например – бывают черные и белые маги. А к людям у нас отношение как к средствам достижения каких-либо целей…

– По тебе не скажешь.

– Ты про себя? Это редкий случай, ты ведь не простой человек…

– Да, особенно теперь.

– Тебя это не радует?

– Не представляю, что с этим делать.

– А ты не задумывайся… Просто живи дальше.

У реки мы снова расположились на том же камне, только в этот раз Линкс улеглась на живот, предоставив мне для изучения спину.

Так, основное уже ясно… Позвонки почти не заметны, чешуйки побольше, чем на животе, как я и думал… И заметно тверже, кстати… Но на щекотку она все равно реагирует, иначе бы не хихикала. Хвост… А что хвост… Чуть подрагивает, как у кошки… Может, она еще и в кошку иногда превращается, я же не знаю, и спрашивать не очень хочется…

Плечи… То же самое. Значит, на самых чувствительных местах – самые мелкие и мягкие чешуйки, но это я понял еще вчера.

Поясница и ниже… Две полусферы, так сказать… Надо же, как там чешуя красиво блестит на свету!.. Странно, когда шли, цвет был матовый серо-зеленый, а теперь он кажется серо-красноватым, это мимикрия под цвет гранита, что ли? А сам камень почему-то стал заметно теплее, хотя солнце скрыто за низкими облаками.

– Красиво! – не удержался я от констатации очевидного факта, легонько проведя пальцами вдоль стройной ноги, сверху вниз – от поясницы до пятки, и обратно.

– Правда так думаешь?

– Ну да, зачем мне врать… Просто это другая красота, не человеческая… Наверное, и среди демонов ты вряд ли считалась бы уродиной.

– А откуда ты знаешь, какие у нас требования к красоткам? Вдруг все наоборот – чем ниже и толще, тем красивее! – Линкс перевернулась на спину и заложила руки за голову.

– Мне все равно. Для меня ты самый прекрасный демон…

– И многих ты видел? – Она откровенно смеялась.

– Тебя вполне достаточно. Двоих мне уже будет чересчур…

– Да, хотя бы с одной попробуй справиться!

На этом разговор и закончился…

И снова, как вчера, мы оказались распростертыми на горячем валуне, брызги воды с которого испарялись за доли секунды. Вот она какая, страсть у демонов… Испепеляющая в буквальном смысле слова.

Я лежал на теплом (как мне казалось) камне, а Линкс расположилась сверху, обняв меня, и держала так крепко, будто боялась, что я вскочу и убегу. В этот раз она почему-то осталась в настоящем облике, перейти в человеческий не захотела? Или не смогла?

Наконец, она тихонько поднялась и, быстро развернувшись, ловко нырнула в реку, моментально скрывшись в бурлящей воде. Куда это она собралась?..

Через две или три минуты демон выбралась на камень и смахнула с себя воду. В шутку она брызнула на меня, и я по привычке вздрогнул, хотя капли и не показались мне холодными. Линкс выплюнула недожеванный рыбий хвостик в воду и засмеялась:

– Извини, очень уж есть захотелось!.. Тебе не предлагаю, вдруг от сырой рыбы у тебя живот разболится…

– А русалок ты там не распугала?

– Ты же знаешь, что русалки – это сказочные персонажи, их не бывает! – Ага, вот кто бы говорил, да!.. – И всяких там водяных – тоже!

– А насчет леших что скажешь?

– Так это хозяева леса и есть. Просто они другие…

– Не такие красивые, как ты?

– Разные бывают… Чаще всего притворяются старичками, или старушками. Чтобы уважение вызвать.

– Да я и сам знаю…

– Доводилось встречать?

– Нет, просто знаю. И в незнакомых местах сначала показываю уважение хозяевам, после этого обычно все получается так, как нужно.

– Молодец! Ну что, пойдем на поляну? Подымайся!..

Когда я вставал с камня, то заметил несколько глубоких параллельных борозд, которых раньше тут не было. Линкс перехватила мой взгляд и как-то смущенно сказала:

– Это… Я ведь обещала не рычать очень громко… А сдержаться не могла…

Я обнял ее и поцеловал, невзирая на клыки и внешность. Но демон чуть оттолкнула меня:

– Пойдем, а то до утра тут останемся… И тебе надо поужинать, ведь завтра ты уезжаешь… Опять начнешь есть что попало в своем городе…

– Благодарю за такую нежную заботу, Хозяйка!

– Мне ведь нужно заботиться о ком-нибудь, почему бы и не о тебе? Так ты идешь?..

– Иду…

Во внутреннем кармане куртки оказался тот самый специальный фонарик, и у меня тут же возникла идея…

– Линкс, можно тебя попросить…

– Что нужно сделать?

– Пожалуйста, встань, хочу проверить одну догадку.

– А как именно встать?

– Как хочешь, мне всего лишь нужно на тебя посмотреть.

Линкс встала, выдвинув одну ногу вперед, и подняла руки к голове.

– Так хорошо?

– Очень! Подожди минуту, я сейчас…

Щелкнув рычажком включения фонарика, я пробормотал заклинание перехода на ночное зрение. Очаг почти угас, поэтому свет от него мне не мешал. А вот под лучом фонарика чешуйки на коже демона буквально заискрились, как слой инея на морозе. Вот это да!..

– Твоя штука меня слепит, долго еще?

– Извини, можешь повернуться?

Она медленно повернулась кругом, и от ее чешуек по стенам из шкур запрыгали неяркие «зайчики». Вот это да!.. Но фонарик я все-таки выключил.

– Ты даже не представляешь, как это было красиво.

– А ты мне расскажи!.. – Линкс опустилась рядом со мной и села, поджав ноги.

– Твоя чешуя так сверкала… Хотелось нарисовать картину, честное слово!

– Ты что, еще и художник?

– Нет, куда там… Просто нравится смотреть на все красивое и гармоничное.

– Только смотреть?

– Это уже зависит от обстоятельств…

– Тогда иди сюда, я тоже хочу кое-что проверить!..

– … Ой, Линкс, ты что делаешь?

– Проверяю, не вырос ли у тебя хвост, агент-оборотень! А то еще из дома выгонят… Так, здесь все в порядке… и тут тоже… Нет уж, теперь доводи начатое до конца… Не отвертишься!..

Глава четвертая

Следующим утром после завтрака мы снова побывали у реки, на том же камне. А когда вернулись, то начали собираться в дорогу. Вернее, собирался я, а Линкс просто вернулась к человеческому облику и нарядилась в свою «лесную» одежду – куртку и штаны из тонкой кожи, обшитые бахромой.

– Я читал, что индейцы нашивали бахрому на одежду для защиты от злых духов. А ты от кого защищаешься?

– От злых глаз, – невозмутимо ответила Линкс. – Мало ли кто меня увидит.

– Чего тебе бояться-то…

– Злые мысли возвращаются к пославшему их… «Зеркало», ты ведь помнишь? Вот так это и действует…

– Надо же…

– Ты собрался? Нам нужно успеть к поезду.

– Он вроде идет вечером?

– Дорога не близкая, если ты помнишь.

– Как скажете, уважаемая Хозяйка! – Я застегнул ремешок часов на руке и привычно поправил кинжал в наручных ножнах. – Можно выходить.

– Пойдем, Охотник!..

В сторону лесного полустанка мы шли молча и довольно медленно. Быстро идти не получалось, ведь Линкс обхватила меня за талию и шла, прикасаясь бедром. Я же размышлял о том, что происходило все эти дни. Почему она была так настойчива, показывая свою истинную внешность? Проверяла, как это на меня действует? А все остальное? Прежде Меняющая Облик не стремилась так часто… Неважно. Или у нее что-то случилось, и нужно любой ценой совершить определенный ритуал? Нет, спрашивать не хочу… Вдруг это было всего лишь желание провести некий эксперимент, а я просто подвернулся ей под лапу, так сказать. Тут же возник карикатурный образ демона, одетого в белый лабораторный халат, и заполнявшего журнал наблюдений: «…В течение эксперимента исследуемый перестал испытывать страх перед истинным обликом объекта. Был достигнут полный контакт…» Раздвоенный язычок время от времени выглядывал изо рта, сопровождая движения карандаша по страницам. Это было столь забавно, что я не удержался от смешка.

– Ты что? – тут же отреагировала Линкс.

– Так, подумалось… Из тебя мог получиться неплохой ученый.

– Что значит «мог бы»?.. – Она посмотрела на меня и рассмеялась. – Да шучу я, шучу!.. – Все мои знания – о природе… И том, что в ней происходит. О людях я знаю гораздо меньше.

– Твоих знаний вполне хватило для спасения жизни.

– Да, кое-что пригодилось… Просто живу очень долго, по вашим человеческим меркам.

– А по вашим?

– Я еще очень молода. Хотя, ты что, женщин ведь не спрашивают о возрасте!.. – она толкнула меня в бок.

– Извини, увлекся исследованиями…

– Надеюсь, тебе достаточно того, что разглядел за эти дни, – усмехнулась Линкс.

– Это было… очень познавательно.

– И только?

– И… необычно…

– И?..

– Ошеломительно… Теперь не знаю…

– …Что делать дальше? – уловила она мою мысль.

– Да.

– Живи, но постарайся не вспоминать об этом приключении слишком часто.

– А если буду вспоминать, то ты сразу почувствуешь?..

– Сам догадайся.

Понял, хватит глупых вопросов… И все-таки… Что она хотела узнать? Или получить? Как долго продержится моя новая способность выдерживать жару и холод? Изменилось ли во мне что-то еще, кроме этого?.. Придется выяснить это самому. Или с помощью Клер, не сообщая подробностей, разумеется. Ох, и устроит она долгое разбирательство с пристрастием…

– А зачем тебе платья из магазина? Ты разве не можешь сделать себе, какое захочешь?

– Нет, как надо – не получится. Поэтому лучше иметь в запасе настоящие.

– И где ты их хранишь? У тебя в вигваме я не заметил никакого платяного шкафа.

– Как бы тебе сказать… Есть «кладовка», но она… Только для меня. Сую туда руку, и беру что надо. Из любого места, где нахожусь. Но только легкие вещи!

– Здорово! Мне бы так… Можно было бы не таскаться в поездках с багажом.

– К сожалению, люди так не могут.

– Ладно, буду знать… Наверное, у тебя обширный гардероб. Надеюсь, в твоем волшебном хранилище моль не заводится?..

Любая дорога рано или поздно заканчивается. Тропинка вышла из леса буквально в нескольких десятках шагов от домиков на разъезде, и Линкс остановилась, едва миновав кусты на опушке.

– Дальше я не пойду.

Она прижалась ко мне и поцеловала. Я еще чувствовал вкус ее губ, а Меняющая Облик уже скрылась среди деревьев. Через несколько мгновений можно было услышать только удаляющиеся легкие шаги обутых в кожаные мокасины ног, а через минуту пропали и эти звуки. Вот и все… пока что.

Так, а деньги-то на оплату проезда у меня есть? Да, во внутреннем кармане куртки обнаружился бумажник с несколькими бумажными купюрами и десятком серебряных монет. Надеюсь, этого хватит…

– Добрый день! Вы снова решили посетить наши края? Что стряслось в этот раз? – услышал я голос Ивонны, жены смотрителя.

– Добрый!.. Да вот, пригласили недолго побыть в гостях, не стал отказываться…

– Вы гостили у нашей отшельницы? Она вас пригласила, сама?

– Ну да, а что такого?

– Н-нет, ничего… – взгляд женщины стал немного ошарашенным. – И она вас проводила?

– Да. Тропинка сильно заросла, вот Ли… отшельница и показывала дорогу.

– Понятно… Идемте, вы, наверное, есть хотите?

– От чая не откажусь, а ел недавно, спасибо.

– Чая у нас нет, только кофе…

– Тогда налейте чашечку, пожалуйста, – не стал я обижать ее отказом.

Сидя на кухне, мы с Ивонной болтали о разных пустяках, вроде того, что осенние дожди пока не торопятся залить все водой, а в лесу полно грибов и ягод, только собирай!

– Скажите, мистер Смит, а где она живет?

Я сразу понял, о ком идет речь.

– В вигваме, только подолгу на одном месте не задерживается. Как она выбирает место для стоянки – не знаю, но там очень хорошо.

– Далеко отсюда?

– Мы шли несколько часов, но дорога очень запутана, поэтому сам бы я не прошел.

– Тропинка?

– Да, местами совсем заросшая.

– Мы в ту сторону не ходим, потому что даже если и нарубишь дров – как их вывозить? Повозка не пройдет…

– И не только по этой причине, правда?

– Вы правы. Страшновато там… Я как-то уже об этом говорила раньше.

– Просто Хозя… ваша отшельница не любит незваных гостей.

Ивонна внимательно посмотрела на меня, но промолчала. Я поблагодарил ее за кофе, и тут в соседней комнате застрекотал телеграфный аппарат. Женщина вышла, и скоро послышался стук телеграфного ключа – она отправляла ответное сообщение.

– Поезд будет через час. Вы где хотите подождать?

– Снаружи, под навесом. Дождя нет, не жарко…

– Хорошо, пойдемте.

Поезд вполз на разъезд часа через полтора. К тому времени я успел несколько раз пересчитать все доски на крыше навеса и количество шпал от семафора до навеса. Доски у сиденья лавки были обработаны весьма небрежно, поэтому задремать у меня не получилось.

Все было, как и раньше – паровоз издал гудок, когда машинист увидел опущенный сигнал, и сбавил ход. Я заскочил на подножку вагона, и тут же Ивонна подняла семафор, разрешая движение. Проводник взял у меня пару серебряных монет и пропустил в вагон, где сидели немногочисленные пассажиры. Вот теперь можно и подремать…

В город мы въехали, когда уже совсем стемнело. Извозчики ожидали клиентов у выхода на площадь, и мне пришлось снова повторить уговоры – никто не соглашался ехать так далеко за стандартную оплату. Времена и места могут измениться, а извозчики будут торговаться все так же…

По бокам крыльца горели два фонаря, напоминая сигнальные огни у входа в гавань. Странно, раньше у меня как-то не возникало такого ощущения. Доски ступенек тихо скрипнули под ногами, и тут же под ноги шмыгнул кот, мимоходом потрешийся о штанину.

– Мяу!..

– Привет, давно не виделись… Как вы тут без меня?

Кот не ответил, просто начал скрести когтями по входной двери. Что, ужин пропустил? Я тоже…

На кухне стояла тишина. Ну да, все давно разошлись по своим комнатам, а Сьюзан придет только утром. Хлеб тут где-нибудь остался, хотя бы?

– Крис!.. – Распахнулась дверь, и влетевшая на кухню Клер повисла у меня на шее.

– Я очень рад, что вернулся… И ты тоже рада, как вижу…

– Когда мне сказали, что тебя… Что там была перестрелка… Как будто что-то оборвалось внутри…

– Перестань, тебе нельзя волноваться. Я здесь, все в порядке…

– Потом сказали, что кто-то увез… забрал… Я уже не знала, что и думать. Но буквально в тот же момент сюда ворвалась Линкс, налила мне чего-то в стакан и почти насильно заставила выпить… Сказала, что все будет хорошо, и чтобы я не вздумала волноваться. Взяла с меня слово пить ее лекарство три раза в день…

– Как ты себя чувствуешь, милая?

– Хорошо… Она тогда быстро сумела меня успокоить, как ни странно. Я точно знала, что ты жив и поправишься… Только не думала, что это будет так быстро. И сейчас… Странно, но совсем не переживаю… Будто ты всего лишь ездил куда-то по делам, на несколько дней… Так удивительно…

– Сам мало что понимаю…

– Обещаю – не буду спрашивать, что и как Хозяйка с тобой делала…

– Я ничего не знаю, пару дней вообще лежал без сознания, очнулся только на третье утро, как она мне сказала. Посмотрел – вроде все на месте… Даже шрамов не осталось.

– С этим потом… Есть хочешь?

– Не откажусь.

– Тут сегодняшние ветчина, сыр… Хлеб уже подсох…

– Мне пойдет, все равно на ночь я много не ем.

– Тогда садись, все сейчас будет!

Сидя за столом, я наблюдал, как Клер быстро пластает хлеб, сыр и ветчину, ставит чайник. Так смотрел бы и смотрел…

– А как вообще ты себя чувствуешь? – она еще не успокоилась окончательно.

– Говорю же – хорошо. Только вот спина чуть болит, и пардон… чуть пониже. В вагоне сиденья жесткие, а ехал долго. Ну, ты сама знаешь, откуда.

– Кстати, Джонатан тебя очень ждал. На улицу к соседям не ходил, все сидел в кабинете за столом и читал книги. Я ему разрешила…

– Что говорил?

– Да молчал почти все время, но не плакал. Разве что на час-другой ходил к сараю, тренировался кидать железки, которые ты ему сделал. После этого немного успокаивался, я хорошо чувствовала…

– Молодец какой… Хорошим человеком должен вырасти…

– Все уже готово, ешь!

Меня не нужно было приглашать дважды, так что бутерброды не залежались на блюде дольше нескольких минут.

– Спасибо, милая! – я чмокнул Клер в щеку, она засмеялась:

– Колючий какой!.. Иди в ванную, мойся и брейся. В лесу горячей воды нет, это я точно знаю. Только бойлер проверь, вроде бы не погас еще.

Точно – углей в топке оказалось достаточно, чтобы заброшенные туда дрова быстро разгорелись. Пусть вода греется, а пока что забегу в кабинет, положу свой кинжал на место, и возьму в кладовке чистое полотенце…

Когда воды набралось примерно на половину ванны, я торопливо залез в нее. Мытье в речке – это хорошо, но теплая вода и мыло гораздо лучше. Завтра утром предстоит визит к начальнику, и въевшийся запах дыма может оказаться лишним. Не нужно боссу знать, где я провел эти несколько дней и ночей.

– Крис, можно войти? – послышался из-за двери голос Клер.

– Да, конечно.

Скрипнула дверь, и вошла Клер, одетая в длинный халат с узором из ярких цветов.

– А что это здесь так много пара? – она сунула руку в воду и тут же с визгом ее оттуда выдернула. – Ты что, решил заживо свариться?!..

– Да вода просто чуть теплая… – сказал я и замолчал, глядя, как Клер дует на покрасневшую кисть руки. – Что, правда, так горячо?

– А ты разве сам не чувствуешь?.. И посмотри… У тебя ведь кожа не красная…

– Дай руку сюда, сейчас вот что сделаю…

Я взял ее руку в свои, несколько раз провел по ней кончиками пальцев и пробормотал заклинание ускоренного лечения. По коже сразу запрыгали мелкие зеленые искорки, Клер тихонько хихикнула от щекотки, и краснота почти мгновенно исчезла.

– Вот и все, милая! – сказал я, отпуская ее пальцы. – Больше не суй руку в воду так неосторожно.

– Но ты там сидишь, почти в кипятке… Помылся? Тогда выходи из воды!

– Зачем?

– Я тебя осмотрю. Вдруг она с тобой еще что-то сделала…

– Хорошо, только отвернись, пожалуйста!

– Надо же, какой стеснительный! Все, я не смотрю.

Через минуту я уже вытерся полотенцем и завернулся в него.

– Я готов. Что ты там хотела увидеть?

Клер повернулась и решительно сдернула полотенце с моих бедер.

– Да вот всего тебя и хотела осмотреть. Стой спокойно!

– Рядом с тобой я не могу просто так стоять и ничего не делать…

– Подожди! Можешь закрыть глаза, если хочешь.

Закрыть-то я их закрыл, но почти сразу захотелось спать – разморило в теплой воде.

– Увидела все, что хотела?

– Повернись, свет плохо падает… Да, вот так. А где след от раны?

– Убран. Хочешь знать, где она была? – Клер кивнула. – Смотри…

Я провел ладонью по груди, и на коже ярким зеленым светом выделились очертания стертых шрамов. Клер негромко вскрикнула и прикрыла рот руками.

– Не нужно так сильно переживать. Даже следа не осталось… – Я провел рукой по груди еще раз, и страшные отметины бесследно исчезли.

– Как Хозяйка тебя смогла вылечить?

– А я что – знаю?.. Очнулся только через два дня. Проверил – руки, ноги, голова на месте, чего еще надо? Вижу, слышу, и остальное… Ничего не болит…

– Все, идем в спальню…

В комнате она скомандовала:

– Ложись на кровать, посмотрю еще раз, внимательно…

– Что там можно рассматривать столько времени?

– Ложись, показывай спину!

Уж не знаю, что Клер там хотела увидеть, но исследование продлилось минут пять. Наконец, я услышал ее немного разочарованный голос:

– Все, можешь надеть халат.

– Нашла, что искала?

– У тебя даже старых отметин почти не заметно. Только если точно знать, где смотреть… И новых нет, даже самой маленькой царапинки.

– Это хорошо или плохо?

– Даже не пойму… И в кипятке сидел, как будто так и надо… Чего еще от тебя ждать? В кого ты превратился? Ты вообще человек?..

– Так давай это проверим… Прямо сейчас!

– Подожди хотя бы… А, не слушай меня… Только нажми там… Чтобы шума не было слышно…

…Некоторое время спустя Клер тихо пробормотала, что я совсем не изменился, и уснула…

Глава пятая

В Контору я решил не звонить. Пусть будет сюрприз начальству, а если босса не окажется на месте, то еще лучше. Хоть найдется время для того, чтобы узнать из местных сплетен, что со мной вообще случилось.

Проводив Клер на студию, у ворот я поздоровался с двумя охранниками, на мгновение утратившими дар речи.

– Доброе утро, джентльмены! Хорошая сегодня погода, не правда ли?

– Мистер Смит… Крис… Мы слышали, что вас… тебя…

– Как однажды сказал весьма известный человек, «Слухи о моей смерти немного преувеличены».[14]

– Босс эти несколько дней ходил сам не свой, орал на всех… – сообщил мне строго конфиденциальную информацию Джон, с которым я время от времени ходил в ближайшую кофейню на обед.

– Ничего, сейчас мы это исправим… А еще какие-нибудь новости есть, о которых мне нужно знать?

– Стрелявших в тебя нашли рядом, в самом буквальном смысле размазанными по стенам. Кровищи там было, как на бойне. Я-то сам не видел, но парни рассказывали… Полиция сообщила, что произошла разборка между двумя бандами, которые никак не могли поделить район. В газетах описывали все так, будто там перестреливались два полка пехоты.

– А на самом деле?

– В более-менее целом виде нашли только троих… Правда, все стены были в отметинах, будто чуть ли не картечью из пушек палили, залпами… Кстати, тебя ведь долго искали!.. Мистер Мак-Кинли успокоился только после телефонного звонка. Кто звонил – так и не выяснили, но криков моментально убавилось.

– Надо же… – Интересно, даже бренди не помогал?

– Ты уж давай, покажись ему на глаза, а то он там всех до смерти загрызет…

– Хорошо, вы тут продолжайте охранять миссис Стефансон, и всех остальных заодно. Я поеду успокаивать большое начальство, пока оно и в самом деле кусаться не начало…

Взгляд дежурного у стола на входе в Контору показался мне еще более ошалевшим, чем у охранников. Ну да, он ведь только на входе сидел, во время выездов по темным углам не шарахался, и нервы у него не такие тренированные, как у парней. Ну и ладно, не смог ответить на приветствие, бывает!

Секретарь встретил меня в коридоре, у дверей в приемную. Наверное, охранник все-таки смог выполнить команду «Отомри!» и позвонил ему.

– Очень рад вас видеть! – он и правда говорит совершенно искренне, хотя до этого мы с ним за все месяцы обменялись друг с другом буквально несколькими словами. – Мистер Мак-Кинли вас ждет! – Проводив меня к двери кабинета начальника, он раскрыл ее передо мной. Да что это вообще такое? Я им особа королевской крови, что ли?

Судя по всему, босс в ожидании меня ходил по своему кабинету кругами – мне даже показалось, что на паркете видны следы от его ботинок. Нет, ерунда, воображение шутит…

– Доброе утро, мистер Мак-Кинли!..

– Ах ты ж… – он не ответил, просто подошел ко мне и от души обнял так, что кости затрещали, но через секунду спохватился:

– Подожди, тебя ведь ранило так, что кости торчали из груди?!.

– Я этого не помню. Когда очнулся, все уже было на месте, никаких ужасных ран…

– Ну, как же не было… Наши парни увидели тебя лежащим у стены, подбежали… Такие здоровенные лужи крови, одному даже нехорошо стало… Посмотрели – ты еще дышишь, тут наш врачеватель приехал как раз… Сказал, что до госпиталя могут не успеть довезти, но попробуют… Убежал за носилками в машину, вернулся – а тебя нет!.. И никто не знает, куда ты подевался!!! Как ослепли все… Я их потом сам чуть на мелкие кусочки тут не порвал! Нет, твердят, никого не видели, никто не проходил, ни машин, ни повозок не было. Потом, через час, лично мне позвонили…

– Кто?

– Голос непонятный, ни мужской, ни женский… Шепотом сказали, что тебя забрали, увезли в тайное место, где будут лечить, и положили трубку. Вот и думай, что хочешь!.. Мы все госпитали в округе перетряхнули – никого не нашли, кроме парочки раненых бандитов. Да и те… совершенно посторонние, к этому делу не причастны. Побочный эффект, как говорится. Ну и трех торговцев незаконными артефактами заодно… Вот полиция теперь «на коне», во всех газетах который день пишут. Правда, уже меньше…

– Могу сказать, что чувствую себя превосходно и готов приступить к служебным обязанностям. Медицинский осмотр проводить необязательно, прошу не трепать мне нервы лишним вниманием наших докторов. – Получилось несколько грубовато, но лучше сказать об этом сразу.

– Точно? – недоверчиво спросил босс.

– Абсолютно. Хотите, прямо сейчас в тир поедем?

– Не нужно, верю… А кто и где вас лечил, не скажете?

– Кто… Вы сами можете догадаться. Где и как – не знаю, честное слово. Главное – результат, я так думаю…

– Что будем делать со сплетнями?

– Нужно собрать тех, кто первыми прибыл на место, врача, и объявить, что им всем показалось… Ранения были, но не опасные для жизни, а кровь и все остальное – от убитых преступников… Кто будет упорствовать и продолжит рассказывать о чем-то другом – того переведут с понижением, куда-нибудь в деревню, охранять кур и гусей.

– Да, сделаю так… даже сегодня. Как только уйдете. А сейчас, – мистер Мак-Кинли хищно улыбнулся и потер руки, – давайте отметим ваше столь чудесное воскре… возвращение.

Кто был бы против? Я – так нет!..

…– Нет, и в самом деле все нормально?

– Да, вот, можете взглянуть сами и рассказать другим, – я расстегнул жилет и рубашку. – Видите, никаких следов от страшных-ужасных ранений? – Их, конечно, можно заметить, но только не простому человеку, и об этом лучше скромно промолчать.

– И правда… – Босс не стал изображать скептика и щупать мои бока «самолично руками». – А что тогда будем говорить о причине отсутствия?

– Понадобилось отвлечь внимание оставшихся на свободе преступников и найти возможных сообщников. Ну, придумайте что-нибудь… – Я еще хотел добавить «Не мне вас учить», но передумал.

– Хорошо… Тогда давайте сделаем так: в мой кабинет вызовем нашего доктора, он быстро вас осмотрит, вынесет свое заключение… Без всяких анализов и исследований, обещаю! – уточнил босс, заметив кислое выражение моего лица. – Просто взглянет, пощупает и всякое другое, что они в таких случаях обычно проделывают.

– Если так, то я согласен.

Через пять минут изрядно удивленный доктор осматривал мою грудь и спину, проверял, как сгибаются руки и ноги, больно стучал резиновым молоточком по колену… И все это под ехидным взглядом начальника.

– Что, господин доктор, ваше заключение о скорой смерти данного агента оказалось несколько преждевременным?

– Не могу поверить… Я же сам видел…

– Вы его осматривали раздетым?

– Конечно, нет!.. Не было времени, он так тяжело дышал… Я боялся, что не успеем довезти, все хрипело… Только и успели, что кобуру и ножны снять, чтобы не мешали осмотру… Потом оружие должны были жене отвезти…

– В другой раз следует проводить осмотр более внимательно.

– Искренне надеюсь, что следующего раза не будет, – прервал я их диалог. В кабинете явно стало прохладно (на коже чувствовался сквозняк из открытой форточки), и не следовало обращать внимание окружающих на мое безразличное отношение к окружающей температуре.

– Да, одевайтесь, вам только простуды сейчас не хватало… – мастер-коновал решил закончить осмотр и закрыл свой саквояж. – Но я все-таки хотел бы…

– Агенту Смиту предстоит новое, очень сложное задание, и времени на всякие глупости вроде ваших иголок, стекляшек и прочих клистирных трубок у него нет. Он здоров?

– Ну, на зомби он точно не похож. На куклу некроманта – тоже.

– А вы что, их много видели? – пробормотал я себе под нос, застегивая рубашку.

– Представьте себе, да! – огрызнулся задетый доктор. – Когда служил в одном городе на южном побережье. Там как-то накрыли логово колдуна-некроманта, и нашим агентам пришлось отбиваться от… этой нежити. Насмотрелся… Они потом еще несколько дней из соседних домов вылезали.

Что-то я о таком не слышал… Ну да ладно, пускай это будет на совести рассказчика. Босс тоже слегка приподнял бровь, наверное, об этом наш милый доктор никому еще здесь не рассказывал, хотя и прослужил чуть ли не десяток лет.

Раздосадованный врачеватель покинул кабинет, а мы с начальником все-таки успели еще пару раз выпить за мое чудесное возвращение, прежде чем зазвонил телефон.

– Да, Мак-Кинли слушает! – Судя по изменившемуся выражению лица босса, маленькое застолье можно было считать оконченным. Что он и подтвердил, покачав рукой возле бокалов и опустевшей бутыли. Я встал из кресла, молча откланялся и вышел. Ф-ф-у-х! Одной проблемой меньше.

У выхода на улицу стоял Генри.

– Крис, ты как насчет по бокалу пива в конце дня?

– Извини, приятель, но меня ждут на студии, задание никто не отменял… Так что не сегодня.

– Давай отвезу! Все быстрее, чем на извозчике!

– А тебя не потеряют?

– Нет, начальство само распорядилось доставить тебя, куда скажешь.

– Тогда поехали, чего стоим?..

Я по привычке уселся на заднее сиденье, как важная персона, и мы двинулись вниз по улице. Но за углом Генри неожиданно остановил авто и махнул мне рукой, призывая сесть рядом с ним, впереди. Хорошо, он поговорить хочет, что ли?..

– Что-то случилось?

– Я хочу тебе сказать… – начал парень, выруливая на середину дороги, – что за твоим домом наблюдали все это время, пока тебя не было. Да и вчера вечером, когда ты вернулся – тоже.

– Откуда знаешь?

– Случайно услышал разговор двух наших агентов, они не знали, что я рядом, за углом курилки.

– И что? Наверняка они охраняли мою жену, как и те, что на студии торчат целыми днями.

– Не совсем… Как только ты появился, один из них сразу умчался докладывать боссу. Твое возвращение для толстяка не было таким уж сюрпризом, ты и сам заметил, наверное? Но не все о нем знали…

– Интересно… Получается, начальник ждал, пока я сам не объявлюсь?

– Похоже, что так… Сам я его утром не видел, но слышал, как он на кого-то орет. Вроде как ему вовремя о чем-то не доложили…

– Надо же… Ладно, я вернулся, живой-здоровый. А по пиву – как-нибудь в другой раз, мне сегодня еще бдительность на студии целый день изображать.

Дальше ехали, болтая о всяких пустяках, типа капризов нового авто и о том, что предыдущее, разбитое бревном при взрыве, до сих пор стоит в гараже.

Приехав на студию, я проводил Клер до павильона, а сам уселся на скамейке у соседнего сарая. Нужно было записать свои наблюдения по анатомии демонов, так сказать. Вздохнув, я вынул из кармана большой блокнот и карандаш. Надеюсь, мистер Мак-Кинли простит мне ошибки в тексте. Или у них в секретных архивах все это давно уже лежит на особых полках, о которых мало кто знает?

Записывать мне приходилось, поглядывая в сторону павильона. Нельзя, чтобы Клер увидела эту писанину. А то настроение испортится, нормально съемки провести не сможет… Но режиссер взялся за дело всерьез, и никто из съемочной группы не вышел наружу до самого обеденного перерыва. Времени как раз хватило, чтобы закончить свой научный труд. Вот, после обеда – перечитаю, и можно будет звать Меняющую Облик, как мы с ней и договаривались. Вдруг ей что-то не понравится, тогда придется переделывать… Хорошо, вон, уже Клер вышла, пора блокнот прятать!

Актеры обедали в небольшом ресторане, для которого нашлось место в паре сотен шагов от ворот студии. Если честно, я не любил там бывать – владельцы слишком обожали вычурные украшения и портреты звезд экрана, с автографами изображенных на них людей. Но ради Клер можно и потерпеть очередной визит в этот музей тщеславия. Хотя, справедливости ради, могу заметить, что кормили там недорого, на радость участникам массовки. За те гроши, что им платили на съемках, каждый день есть деликатесы невозможно.

А вообще, можно было продавать билеты на ежедневное представление: группы разномастно одетых людей выходят из ворот студии и направляются к ресторану. Наряды – из самых разных эпох, от средневековых до невыносимо футуристических. (Конечно же, самые «секретные» или экстравагантные всегда оказывались прикрыты плащами или накидками, что только добавляло интриги для случайных зрителей.)

За столом Клер была задумчива и обменялась со мной буквально несколькими фразами – что-то обдумывала. Я не стал приставать к ней с расспросами, потому что до вечера режиссер планировал отснять еще несколько эпизодов. Мало ли, вдруг собью с настроения, извиняйся потом… Так что просто сидел, неторопливо допивал кофе и любовался, глядя на профиль звезды синематографа.

Наконец, Клер вернулась в обычное состояние и строго посмотрела на меня.

– Ну и что ты хочешь найти у меня на лице?

– Улыбку, миссис Стефансон. Очаровательную улыбку…

Пытаясь сохранить серьезное выражение, она спросила, подыгрывая:

– А зачем она вам, господин агент?

– Возьму ее себе на память…

– Мистер, если подождете до вечера, я подарю ее вам вместе с персональным автографом. Все, хватит шутить! Пойдем, нас уже зовут…

Творческие люди продолжили заниматься своими таинственными делами, а я перечитал будущий доклад. Ну вот, теперь можно вызывать главного критика!

– Хозяйка, я жду тебя!

Повторять три раза не пришлось – буквально через пару секунд Меняющая Облик показалась из-за угла.

– Я тут прогуливалась неподалеку. Нужно было посетить кое-какие места в городе, – сказала она, увидев мой удивленный взглад. – Что, решил показать мне свой научный труд?

– До научного труда это не дотягивает… Но эффект разорвавшейся бомбы не исключен… Разберешь мой почерк, или прочитать все вслух?

– Попробую сама прочесть. Давай свой блокнот сюда, знаток дикой природы!..

Она присела рядом со мной на лавку и углубилась в чтение, комично морща носик. Некоторые слова Линкс тихонько бормотала вслух, проверяя, нет ли ошибок.

– Дай карандаш!

Пожалуйста, мне не жалко…

Кое-что она зачеркнула, подписав другие слова сверху, в других местах что-то дописала уже после.

– Наверное, вот так будет лучше, – сказала она, возвращая мне блокнот и карандаш. – Это все?

– Прошу, подожди… Сначала прочитаю, вдруг нужно будет слова заменить.

– Читай, юный натуралист…

На эти слова я не отреагировал, потому что разбирался в сделанных Хозяйкой исправлениях. А, вот даже как можно написать… Ну, если она сама так хочет… Так, это ей не понравилось, заменила… И здесь вот так… откровенно… очень…

– Я думал, что об этом не надо писать…

– Какой скромный, кто бы мог подумать!.. – ехидно заметила Линкс. – Нет уж, пиши! Бесстрашный исследователь непознанного…

Стараясь не краснеть, я стал читать дальше. Сейчас вот тоже как пошучу!..

– Может, нам с тобой этот доклад совместно подписать? Только я себя обозначу как «Агент «Альфа», а тебя как указать?

– Дикий демон из дикого леса, как же еще!.. Да куда ты пишешь, шуток не понимаешь, что ли!.. Укажи инициалы, так и быть… Только вот какие… «Х.Л.»… Нет, пиши «М.О.». Все равно мое настоящее имя я никому не скажу.

– Все, подписал.

– Можешь переделывать начисто и отдавать своему начальнику. Только осторожно… А то у него еще сердечный приступ случится.

– Ничего, мы примем все нужные меры…

– Смотри не перестарайся, знаток народной медицины! Доброго тебе вечера, я пошла! – Поднялась со скамейки и моментально скрылась за углом. Ну вот, а поцеловать на прощание?.. Не успел я об этом подумать, как тут же невидимые губы чмокнули меня в щеку. Чего это она? Понятно – к скамейке направлялись два актера из массовки. Наверное, закончили снимать очередную сцену.

Что-то она сегодня странно себя ведет, или мне показалось? Раньше я не замечал за ней склонности к язвительным высказываниям… Сейчас Линкс будто нервничала в ожидании неких известий, или событий. Интересно, каких именно?.. Игра, или все по-настоящему?..

Мне пришлось сказать Клер, что я отправляюсь в Контору, нужно поговорить с начальником. Она не стала возражать, только попросила не опаздывать к ужину. Хорошо, постараюсь успеть…

В городе можно было найти несколько магазинов, торгующих печатными машинками. Но мне нужно всего лишь напечатать несколько страниц текста, и покупка не была такой уж настоятельной необходимостью. В одном из магазинов предлагали услугу «проката», и приказчик за небольшую плату разрешил мне поработать в отдельной комнатке. Даже не пришлось показывать конторское удостоверение, чему я искренне порадовался. Так, мне нужно отпечатать два экземпляра… Один – в здешнюю Контору, другой – в «родную». Вложив в машинку листы бумаги, переложенные копиркой, я застучал по клавишам, как заправский ремингтонист.[15]

Спустя полчаса я распределил листы по копиям, забрал использованную копировальную бумагу, чтобы потом втихомолку ее сжечь, купил два конверта из плотной бумаги и покинул гостеприимное заведение. Даже на прощание сказал приказчику, что обязательно зайду к ним еще раз. Он сделал вид, что поверил…

Теперь – в лавку, торгующую изделиями из кожи. Хочу сделать небольшой кошелек для мелких монет, потом отдам его Джонатану. Пригодится… Заодно отправлю сообщение, кому надо. А то они там могут решить, что я совсем обленился.

– Добрый день! Хочу купить у вас тонкой кожи, для небольшого кошелька-монетницы. И посмотреть каталог товаров, где-нибудь в другой комнате…

Хозяин посмотрел на меня, кивнул и пригласил в крохотную кухоньку.

– Что вам нужно?

– Ручку, чернила… Остальное у меня есть. Разве что… Динамитная шашка найдется? А еще лучше – две.

– Вы шутите? За такие вещи тут посадят очень надолго, и никакие адвокаты не помогут…

– Это письмо ни при каких обстоятельствах не должно попасть в чужие руки. Даже гриф «Особо секретно» будет недостаточным. Если сохранность не гарантируется… То я лучше подожду другой оказии.

– Я не сказал «невозможно»… Просто мне придется ехать туда самому, а приказчик, мой племянник, такой шалопай… Ничего доверить нельзя! И лавку не закроешь – самый сезон продаж!.. Вы пока пишите, а я подумаю…

Мое послание было коротким.

«Лодочнику

Направляю вам материалы чрезвычайной важности. Прошу не связывать их со мной никоим образом, ограничить первоначальное распространение доклада высшим руководством. Доведение остальным агентам – в части касающейся, на усмотрение командования.

Мастер»

А что – пугать, так пугать! Конверт с машинописным текстом я вложил в другой конверт, присоединил к содержимому только что написанное и заклеил треугольный клапан. Нарисовав руну «ночь», перевел дух. Вот, пока все…

– Я тут закончил, можете забирать.

– Вот, думаю, что можно сделать по вашей просьбе… Поеду завтра, как раз под выходные, торговли все равно не будет. А бабахалку… найду, но только одну. Ох, подведете вы меня под монастырь!

– Это очень важное письмо… Нужно, чтобы его получили. Лучше всего, если доставите лично в руки Харону. Он компенсирует вам все затраты.

– Да, он такой… Слово держит.

– Тогда у меня все, пойду…

– Подождите, а заказ? Вот вам обрезки кожи, там подберете, какой цвет больше понравится, из того и сделаете. Ну и ниток положил, вощеных… С вас пять «президентов».

Попрощавшись с хозяином, я вышел на улицу, где шла обычная жизнь большого города. Двигаясь вместе с прохожими на тротуаре, миновал два перекрестка, свернул направо… Вот и место, где ждут клиентов извозчики. Теперь можно проехаться до Конторы… Вернее, до соседнего с ней здания.

Минут десять тряски по булыжной мостовой, и я вхожу в двери Конторы. Дежурный, узнав меня, встает из-за стола и здоровается.

– Добрый день, мистер Смит!

– Приветствую, Майкл! Наш босс у себя?

– Да, но собирался уезжать, так что поспешите.

Если так, нужно поторопиться, оставлять конверт с докладом у себя мне совершенно не хотелось. Вдруг его случайно заметит Клер, а зачем мне лишние вопросы? Совершенно незачем, правильно!

Секретарь не стал меня тормозить у дверей, а сразу махнул рукой – мол, проходи!

– Добрый день, мистер Мак-Кинли!

– Добрый, Кристофер! Что-то случилось?

– Вот, хочу вам передать… Донесение от неизвестного агента, так сказать.

Босс вопросительно посмотрел на меня.

– В каком смысле?

– Это не должны связывать со мной. Я считаю, что некоторая часть данных материалов может пригодиться и другим агентам… Или, по крайней мере, доклад надо поместить в особый архив. Прочитайте, и сами решите.

– Хорошо, давайте сюда, там сколько листов?

– Я отпечатал текст на машинке, чтобы нельзя было опознать почерк. Заранее прошу извинить за ошибки, торопился.

– В ваших докладах… столько всего, что ошибки проскакивают мимо глаз, – констатировал шеф, и отошел к окну, где было чуть светлее.

Начав читать, он поперхнулся буквально после нескольких абзацев.

– Это что, серьезно? На самом деле?

– Так шутить – не в моем стиле. Все реально… И я был абсолютно трезв, когда писал доклад.

– Надо же… В смелости вам не откажешь.

– Других в нашу Контору не берут, так ведь? И это писал не я… мы же договорились?

– Точно-точно… Не могу поверить…

Молча сидя в кресле, я смотрел, как лицо начальника становится все краснее и краснее. Даже зазвонивший телефон не смог надолго оторвать его от чтения.

– Слушаю, Мак-Кинли! Да, помню! Нет, подождут! Пусть машина стоит у входа, я скоро выйду. Все! – И босс с треском грохнул трубку на аппарат, после чего вновь уткнулся в листки.

Наконец, он положил доклад на стол и шумно выдохнул, после чего вынутым из кармана платком вытер потную лысину.

– Это… Это… Как вам удалось, так близко… и подробно…

– Мы пришли к некоторому согласию, договорились… Продавать душу, расписываться кровью и прочее мне не пришлось. Этот демон – не пособник темных сил, скажем так.

– Хочу спросить… Это Она? – Мистер Мак-Кинли специально выделил голосом «она», чтобы я понял, о ком речь.

– Как истинный джентльмен, – «Вот загнул!..» – тут же съехидничал внутренний голос, – я бы не хотел обсуждать даму…

– Все-все, будем считать, никакого вопроса не было! – тут же замахал руками босс. – Но удивительно…

– Дело в том, что у «них» нет морали в нашем понимании. И стесняться они не привыкли, потому что одежда им не нужна. Скорее, это мне было не по себе.

– А… зачем это ей вообще понадобилось?

– Кто ее знает? Может, решила показать, что не имеет враждебных намерений и не скрывает никакого оружия?

– Она сама по себе и есть страшное оружие, – пробурчал босс. – И что мне теперь делать со всем этим? – он потряс сложенными вместе листами, затем бросил их на стол перед собой.

– Отправить вышестоящему начальству?

– И как я объясню, откуда это взялось? Они потребуют представить им этого «Агента «Альфа»…

– Тогда сделаем так: с какой-нибудь городской почты я отправлю письмо, примерно равное по весу, на адрес Конторы, заказным пакетом, «начальнику лично в руки». Здесь вы получаете его, вкладываете внутрь доклад, и вуаля! Никто не сможет отследить автора написанного…

– Наверное, так и сделаем… Отправьте письмо-обманку как можно скорее. Не хочу держать эту бомбу у себя в сейфе слишком долго. Теперь прошу извинить, мне пора ехать в мэрию… Секретарь уже звонил. А выпьем мы с вами в другой раз!

Странно, но мне пришлось посмотреть на табличку с номером дома, никак не мог вспомнить точный адрес Конторы… По привычке ушел подальше, и нанял извозчика на соседней улице, подвезти до железнодорожного вокзала. Там всегда суматоха и толчея, почтовое отделение работает круглосуточно, и несколько ящиков для писем висят в пределах двух-трех минут ходьбы – выбирай любой! Словом, уже через полчаса я запечатал конверт, в котором лежал тонкий журнальчик с фривольными иллюстрациями, и бросил это «особо ценное письмо» в ящик недалеко от выхода на платформы с поездами. Предварительно осмотревшись, быстро провел вокруг конверта горящей спичкой, разрывая связь письма с отправителем. Все, теперь меня могут искать до потери сознания от усталости! Сейчас послание будет путешествовать весьма извилистым путем, побывает в стольких руках… Это даже не иголка в стогу сена, это след от капли в океане.

Вернувшись на студию, я почти сразу наткнулся на искавшую меня Клер.

– Где ты ходишь? Целый час тебя найти не могу!

– Ездил в Контору, по делам. А разве что-то случилось?

– Ничего не случилось! Разве что мне не в чем будет пойти на премьеру!

– Значит, мы с тобой поедем в тот самый модный салон-магазин?

– Наконец-то догадался! Где там охранники?.. Скажи им, куда едем, и найди извозчика!

– Милая, ты очень возбуждена…

– Знаю! Не мешай мне злиться, а то и тебе достанется!..

– Все, уже пошел! – Наверное, сегодня день такой, не особенно удачный. Может, там у них на съемках случилось что…

Пока ехали в магазин, Клер немного успокоилась и рассказала, в чем дело. По недосмотру отдельных… криворуких… задоголовых… оказались засвеченными пленки, отснятые вчера. Пришлось заново переснимать несколько сцен, получилось не сразу, режиссер был недоволен…

Когда вошли в модный салон, Клер уже смогла успокоиться и начала обсуждать с девушкой-советницей фасон будущего наряда, выискивая подходящий в красочном каталоге. А я, как любой мужчина, далекий от веяний быстротечной моды, предпочел поскорее уединиться в спокойном уголке, на мягком диване. Через полминуты мне предложили на выбор сигару, чай, кофе или бренди. Пришлось выбрать два последних варианта. Вот, если бы сюда еще и штучки три пирожных… Разных…

Не успел я продегустировать бренди, как услышал голос хозяйки салона:

– Добрый вечер, мистер Смит! Вижу, вы снова решили нас посетить?

Встав с дивана, я чуть поклонился и ответил:

– Добрый вечер, миссис Рэдквин! Сопровождаю жену, она решила подобрать себе наряд, в котором будет не стыдно пойти на премьеру… В театр, или куда-нибудь еще…

– Я понимаю, о какой премьере идет речь. Давайте присядем…

Мы уселись на диване у столика. Хозяйка посмотрела на меня странным взглядом, я бы даже сказал – оценивающим.

– Хочу вам сказать… Недавно у меня здесь была наша общая знакомая.

– И что такого? Это ведь салон модных нарядов для женщин…

– …Она рассматривала… платья для замужних дам… в положении. Хотя, по ее нынешней фигуре ничего подобного сказать нельзя.

– А зачем вы это говорите мне?

– Так вы ничего об этом не знаете?

– Нет, откуда… Я ведь не всевидящий демон.

На столь бестактный ответ миссис Рэдквин только лишь улыбнулась.

– Не такие мы и «всевидящие», как вам могло показаться… Недавно у вас случилось… не очень хорошее происшествие, так? И вас несколько дней не было в городе?

– Откуда вы это знаете? – У нее что, здесь шпионы на каждом углу?

– Слухами земля полнится, как у вас часто говорят…

– Да, я был ранен… Сильно.

– И она вас вылечила? Быстро, ведь в обычном госпитале на это могло потребоваться несколько месяцев… И вам ничего не показалось странным?

– Я был без сознания, и совершенно не в курсе, что там кому могло показаться.

Это не сбило хозяйку, она даже не перестала мило улыбаться.

– Если она так за вас беспокоится, неужели не смогла предотвратить то, что случилось? Ведь раньше часто предупреждала вас об опасности, ведь так?

– Случалось, да…

– Вот видите!.. А сейчас – ничего, хотя угроза была и в самом деле смертельной! И после этого заполучила вас на несколько дней, в свое полное распоряжение. Теперь можно сделать вывод, что она добилась того, чего так давно хотела.

– Ну, и зачем вы все это мне рассказали?

– Хотела всего лишь предупредить… Очень часто вещи и события, которые нас окружают и с нами происходят, совсем не то, чем кажутся. Была рада вновь увидеть вас, мистер Смит!.. – с этими словами она откланялась.

Вот такой получился разговор… Размышлений о том, что услышал, мне хватило до самой ночи. Клер даже слегка попеняла мне за рассеянность. Но потом решила, что крепкий здоровый сон все исправит, и за руку утащила меня из кабинета в спальню.

Глава шестая

Сегодня утро началось как обычно, но меня вызвали в Контору прямо со студии. Пришлось оставить Клер под бдительным присмотром хмурых парней, а самому мчаться на авто с Генри на встречу с мистером Мак-Кинли.

Но, как ни странно, ничего особенно серьезного не случилось – босс просто хотел сообщить, что получил мое… хм… послание в конверте и с интересом просмотрел иллюстрации. Особенно понравились фотографии на пятой и десятой страницах, но это к делу не относится, да… (Хорошо, когда у начальства сохранилось чувство юмора!..) Теперь он отправляет это «письмо» с вложенной в конверт секретной информацией вышестоящему начальству.

– Вы уверены, что нужно отправлять именно туда?

– Я обязан доложить по команде, сами понимаете… Своему прежнему начальству вы ведь уже отправили сообщение?

– Я тоже обязан доложить… Надеюсь, что кому-нибудь эта моя писанина пригодится.

– Чувствую, будет мне за этот ваш… научный труд… Либо внеочередное повышение, либо почетная отставка… Давайте выпьем, что ли! – Способ борьбы с нервным напряжением у босса остался все тем же. Бренди с утра – шаг в неизвестность, но мы ведь чисто символически…

Отправив курьера с письмом, мистер Мак-Кинли вдруг озадачил меня, предложив написать соображения о модернизации Конторского тира, по образцу «лабиринта», в котором я тренировался у себя на родине. Дело растянулось на целый день, потому что мне пришлось неоднократно возвращаться к нему в кабинет и показывать различные варианты. Но все упиралось в элементарное «А как можно сделать это подешевле, без новомодного электричества?..» Трудился я без обеда, но до самого вечера. Наконец, босс утвердил мои предложения и разрешил отбыть домой, а завтра, во время дежурства на студии, оформить все в более-менее вразумительном виде. («Все равно вам там особо делать нечего!..»)

Дома оказалось, что Клер еще не вернулась. Джонатан тоже где-то бегал, наверное, опять с соседскими мальчишками заигрался. Так что ужинать мне пришлось в гордом одиночестве. Сюзан если что и подумала по этому поводу, то промолчала.

После ужина я решил немного потренироваться со своими железками. Хотя, теперь метать кинжал вроде не в кого, он и не заряжен, давно лежит в моем кабинете. Конечно, пришлось спрятать его в сейф, замотав в тряпку. Да, и еще раз тщательно почистил от возможных следов демонической крови, на этот раз я купил в аптеке бутылек со спиртом и не пожалел его, оттирая даже самые мелкие пятна. Под конец – вообще полил весь кинжал, для чего пришлось выйти во двор. Зато теперь найти на лезвии и рукояти какие-то следы вряд ли получится и с помощью магии. Во всяком случае, я на это очень надеюсь.

Руки уже начали уставать, когда из-за спины послышался голос:

– Крис, мне нужно с тобой поговорить!

– Линкс? А ты откуда здесь? У нас все хорошо, и театр приедет на гастроли только через две недели, билеты еще не продают… – Я обернулся и увидел Меняющую Облик в лесном наряде, стоявшую в двух шагах от меня.

– А сегодня я решила прийти без приглашения… Хочу рассказать тебе… Пойдем! – она взяла меня за руку и потянула ко входу в сарай. – Никуда твои ножи не денутся, потом соберешь!

У дальней стены бывшей конюшни лежала большая куча сена, к которой и привела меня Линкс.

– Садись здесь!.. Нет, давай лучше вот так… – Она слегка толкнула меня в грудь, отчего я уселся на спружинившее сено, и тут же примостилась ко мне на колени. – Хочу, чтобы ты знал правду…

– Всю?

– Насколько возможно… Иначе будешь во всем сомневаться. Ты ведь был в том модном магазине, вместе с Клер, да?

– Был…

– И его хозяйка сказала тебе, что недавно туда заходила я, и рассматривала особые платья для…

– Именно это она и сказала.

– И что ты подумал?

– То, что ты всегда, с самого начала, использовала меня в своих целях, как это и принято у вас, демонов. Только не могу понять, какая тебе от этого выгода? И что будет дальше?

– Значит, тебе придется выслушать длинную историю… Часть которой я тебе уже рассказывала когда-то.

– До ночи успеешь, сказочница?

Линкс и не подумала улыбаться, а прижала пальцы к мои губам, призывая к молчанию.

– Не перебивай меня! Я могу и рассердиться! – Неужели она нервничает? Вот уж не думал, что могу нарушить ее спокойствие.

– Все, молчу, молчу и внимаю тебе, Хозяйка леса…

– Я уже давно в этом мире. И никогда не считала себя никакой «Хозяйкой леса» – это выдумали сами люди. Мне просто хотелось жить как можно дальше от всех своих… сородичей, если так выразиться.

– Почему?

– Ты ведь обещал молчать!.. Ладно, слушай… У вас ведь тоже бывают «вынужденные браки», по воле родителей, или как там еще?

– Сейчас уже меньше, но в прошлом такое часто случалось.

– Моя мать… да, у нас родители тоже называются похожим образом… Хотела войти в высшие круги тамошнего общества, любой ценой. А тут и я подвернулась… Родив меня от кого-то достаточно высокородного, она сразу принялась строить планы на мое и свое будущее. Если бы ты только знал, как мне надоело все время слушать одно и то же!.. Пытаться что-то изменить было бесполезно, сколько я ни пробовала. Когда мать сообщила мне, что выбрала нужного кандидата – я сбежала на следующий же день. Сбежала сюда, в ваш мир… Не спрашивай, как.

Здесь мне понравилось. Никого из высокомерной знати, никто не гудит в уши о том, сколько и чего я получу, родив потомка вот для того-то или того-то… В лесу полно дичи, в реке много рыбы, жить можно где угодно! Свобода!.. Ну, теперь ты и сам знаешь, что хижина мне и не нужна… Она для гостей…

Тогда я еще не умела принимать человеческую внешность. Все решил случай… Бегая по лесу, я наткнулась на плачущую девочку – она заблудилась. Как ни странно, это случилось совсем недалеко от места, где остановилось ее племя. Просто взрослые не сумели уследить за ней, и она отошла в лес чуть дальше.

Говорить девочка не могла – наверное, устала. Я не смогла добиться от нее и нескольких слов, поэтому просто взяла ее на руки и понесла к стойбищу.

– Она не испугалась тебя?

– Нет. Наверное, тогда меня еще не было в здешних сказках, потому что никто не видел. Когда за деревьями показались шатры из звериных шкур, я опустила ее на землю и показала, куда идти. Уже были слышны голоса, поэтому девочка все поняла. Вдруг она сняла со своей руки кожаную полоску, на которой висела красная бусинка, и отдала мне. Такая полоска у нее была не одна, и я взяла подарок.

Отправив девочку, я затаилась за деревьями и стала ждать. Услышала радостные крики, потом громкие разговоры, и немного спустя – тишина. Затем – несколько человек выкрикнули хором: «Спасибо тебе, Хозяйка леса!..» Хотя, тогда я еще не понимала их языка, узнала это через некоторое время.

Бусинку я спрятала в надежном месте, сейчас она на столбе, у меня в вигваме. Ну, ты ее вряд ли заметил, она маленькая… Красный цвет по-прежнему яркий…

Наблюдая за ними, я выучила их язык и запомнила ту самую песню, которую ты слышал в лесу. Интересно было смотреть, как та девочка выросла и стала настоящей красавицей, на которую заглядывались все парни из племени. Она же выбрала не самого умелого охотника, а того из них, кто вечерами у костра рассказывал истории и делал самые изящные украшения. За ними приходили из соседних племен, обменивали на другие вещи, потому что девушкам нравилось носить эту «роскошь».

А потом… Меня нашла моя мать. Конечно же, она не смирилась и все еще надеялась пробиться наверх, заполучив именитую родню. За время моего отсутствия как раз нашелся другой подходящий кандидат… Которому она меня и представила. Тогда я не смогла уклониться от вызова домой… Как бы это ни казалось странным…

Не могу забыть его взгляд – «избранник» посмотрел на меня, как на не особенно ценную вещь, лежащую в пыли под ногами… Так, очередная игрушка. Конечно же, незамысловатые интриги моей матери он видел насквозь, поэтому согласился сделать ей одолжение… за некоторую плату… Мать получала доступ в свет, как только я рожу ему наследника. А он больше не встречался бы со мной никогда.

Как я взбесилась!.. Сказала, что их выгода меня нисколько не интересует, и свою жизнь буду устраивать сама, безо всяких одолжений от высокородных… Я тогда еще много чего сказала, в вашем языке таких слов-то и нет…

– В моем родном – точно есть…

– Не перебивай!.. А то рассержусь, – сказала Линкс и заерзала, устраиваясь поудобнее.

– Ой… Потише… – Все-таки худенькой ее назвать нельзя, даже при большом желании.

– Молчи и слушай! – Она прижалась ко мне и говорила очень тихо, почти в ухо.

– Все, молчу… – сдался я и принялся тихонько поглаживать ее по спине.

– Его морду надо было видеть! Какая-то молодая выскочка посмела отвергнуть столь высокую честь стать инкубатором!.. Да еще и в таких выражениях!.. Хлопнул дверью так, что она с петель слетела, если описывать произошедшее в знакомых тебе словах. Мать уговорила меня побыть у нее дома еще немного. Вроде как надеялась, что заставит глупую девчонку передумать и извиниться. А когда я вернулась сюда… То нашла все племя… Ну, ты помнишь тот мой рассказ…

– Да, помню…

– Уцелел только один охотник, и то случайно – повредил ногу, и не успел вернуться в стойбище до бурана. Я нашла тех, кто перебил всех моих людей… Того племени с тех пор тоже больше нет. А мной пугают непослушных детей по ночам.

Линкс помедлила, но я промолчал. Что тут скажешь…

– Охотник прожил со мной весь остаток своей жизни. И до конца считал меня той, кого очень любил… Подарил мне самое красивое из всех украшений, которое хотел отдать своей невесте… Той, настоящей. С другими людьми мы встречались очень редко, только для обмена ценных шкур на нужные вещи и продукты. Потом его жизнь окончилась, и я осталась тут одна… Просто так в мой лес попасть было нельзя, с того времени его окружает невидимая ограда. Пройти за нее могут только те, у кого есть способности, или артефакты, или… нужная кровь.

Линкс приподнялась и посмотрела мне в глаза. Я спокойно выдержал ее взгляд. Ну да, теперь многое становится понятным…

– Ты осуждаешь меня за тот обман? Понимаешь, мне очень захотелось узнать, каково это… Когда тебя любят. Вот тогда я и приняла облик местной жительницы.

– Нет. Ведь он был счастлив, как я понимаю. Иначе ушел бы от тебя, как только смог двигаться.

– Он не захотел никуда уходить… Ведь я была той самой… Или он не захотел увидеть разницу… Не мог поверить, что она погибла вместе со всеми.

После его… окончания жизни… – Линкс не захотела сказать «смерти», – я стала иногда посещать возникшее неподалеку человеческое поселение. Теперь это большой город, в котором ты и живешь.

– Многие города начинались с нескольких развалюх, – сказал я, просто для того, чтобы поддержать разговор и дать ей время. Зачем она ходила в город? Наверное, хотела встретить кого-то, похожего…

– Так все и было… Потом рядом с моим лесом построили эту… гремящую… железную дорогу с ее паровозами. Но мне удалось сделать так, что люди не заходят в мои владения. У них и так достаточно места…

– Мне рассказывала об этом женщина с того лесного полустанка. Они побаиваются туда ходить… Она очень удивилась, когда заметила меня рядом с тобой.

– Еще бы! Правда, я им несколько раз помогала…

– Да, Ивонна рассказала о том, как ты спасла ее мужа зимой.

– Просто о других случаях они не знают. Например, лесной пожар прекратился «сам собой», едва начавшись… Стая волков выбрала другое место для охоты… Да это и неважно.

Несколько раз в мои владения случайно забредали браконьеры. Наверное, когда ослабевала защита… Каждый раз это была их последняя охота. – Линкс усмехнулась. – Но на моей памяти ни один из детей, заблудившихся рядом с зачарованным лесом, не погиб. Я выводила их, так или иначе. Кого за руку, приняв внешность девушки, кого выносила на руках, старательно усыпив… Некоторым приходилось исцелять небольшие раны… Это прибавило сказок, как я думаю.

– Если хочешь, могу поискать в библиотеках, – и кто меня за язык потянул?

– Не нужно… Потом… Потом заявились те, измененные. С собой они провели через невидимую границу еще двоих. Тащили сумки, набитые барахлом… Спрятались в старой штольне, где когда-то давно люди добывали серебряную руду. Я следила издалека… Хотела выяснить, кто они такие и что им нужно, чего хотят. Из шахты вышли только двое, оборотни. Другие двое осталось в выработке, навсегда. Но я тут ни при чем – наверное, бандиты не смогли договориться о том, как поделить добычу. Оборотни оказались быстрее и сильнее… Да ты и сам это знаешь.

Я молча кивнул, вспоминая. Один из тех «перевертышей» действительно был больше меня раза в полтора.

– Они резвились возле того места, а я все никак не могла решить, что с ними делать. Подумала… и не стала торопиться. Ждала, что будет дальше.

Оборотни устроили себе логово, в этой самой штольне. Таскали туда украденную у фермеров скотину… И почему-то не спешили возвращаться назад, в нормальный человеческий облик.

– У них испортились артефакты. Наверное, когда грабили, в один из них попала пуля, а второй просто разрядился. Обычные бандиты в тонкостях не разбираются, вот и упустили момент, когда еще возможно было превратиться в людей. Хотя, как мне кажется, они этого уже и не хотели, – высказал я свое мнение. Меняющая Облик подумала и кивнула, соглашаясь.

– Да, пожалуй… Человеческого в них совсем не осталось. Я уже начала сомневаться, правильно ли поступила, когда… вдруг пришел ты.

– Они убили двух хороших парней из нашей Конторы. Просто так, развлекаясь… Вот я и решил, что пора браться за дело, хватит изображать богатого бездельника.

– Ну да, богатого, – ухмыльнулась Линкс. – Что-то ваш дом совсем не похож на королевский дворец.

– Нам хватает, – буркнул я. И вообще, какое кому дело!..

– Не сердись, – погладила она меня по щеке. – Слушай дальше…

Еще один человек в моем лесу, как он в него прошел? Что ищет? Все это я выяснила очень быстро. Ты оставил столько следов… И шел как раз в сторону логова. За твоей схваткой с оборотнями я наблюдала, как у вас говорят, из кресла в первом ряду. Ты сумел произвести на меня впечатление, Охотник!.. И вычистил все, как полагается, не оставив от них ничего. Оставил в пещере ценности, ничего себе не взял, только забрал пару стекляшек…

– Это и были те самые артефакты, нельзя их бросать где попало. – Я покраснел, вспомнив свои наивные планы насчет денег, которые оказались в мешках.

– Тебе лучше знать, – махнула рукой Линкс. – А на следующий день ты упал в воду… Ты разве никогда не слышал о том, что нельзя выскакивать на обрыв?

– Да знаю я… Просто заметил в реке что-то странное, решил рассмотреть получше…

– …И оказался у меня в вигваме. Как думаешь, это судьба?

– Кто из нас демон, который может предвидеть будущее? Ты мне и скажи.

– Смешно, но этого я как раз и не предвидела, – призналась Меняющая Облик. – Хотела проследить, как ты найдешь выход из моего леса. Но если уж представилась возможность познакомиться с тобой – то зачем отказываться? Тем более, что я уже давно ни с кем из людей… не разговаривала… много… И в городе не бывала долгое время… Одиночество мне не страшно, я хотела всего лишь проверить, изменился ли язык, на котором говорят люди, чтобы не выделяться.

– Ну и как? – полюбопытствовал я.

– Изменился… Появились новые слова… Но когда я почувствовала, что ты… что в тебе… есть и другая кровь… Сразу стало ясно, что наша встреча – не последняя. Поэтому и подсунула свой охранный браслет.

Она замолчала на пару минут.

– Я догадалась, что ты вернешься за теми мешками, и ждала. Только удивилась, когда ты пришел не один, а со своей женой.

– Мы решили, что так будет меньше подозрений. Муж тащит мешки, жена отвлекает внимание…

– Да уж, это она умеет… Мы с ней долго разговаривали, сходили на источник… Ты и сам помнишь… Тогда Клер думала, что я обычная шаманка, или вроде этого, да?

– Да, так.

– Вы ушли, а я опять стала бродить по лесу… Тут шла своя жизнь, которая за долгое время стала известна мне до мелочей. Потом… мои браслеты предупредили вас об опасности, так?

– Да. Но откуда и как…

– Неважно. Считай это особой магией. Вы сумели отлично справиться, и я успокоилась. А когда ты позвал меня к себе в гости… Удивилась. Но мне было очень приятно ваше внимание. Тем более, что ни о чем не просили… Хотели порадовать, развеселить… И это получилось! Твой маленький подарок до сих пор радует меня. Но когда ты пришел сюда, чтобы скрыться от преследователей, и попросил убежища… Я решила проверить… Будешь ли ты бояться меня… Настоящую…

– Ну и как, узнала, что хотела?

– О да!.. И была очень рада… Ты не изменил своего отношения… нисколько. Пусть даже я оказалась и не человеком…

– Ты меня спасла… Помогала… Ну и почему я должен отвернуться?

– Молчи… Люди такие разные… И тогда я решила попробовать… Но ты ушел назад, с в свой большой мир…

Линкс прижалась ко мне и затихла, чуть заметно дыша. Я уже было решил, что она заснула, когда услышал:

– А когда тебя ранили… Я еле успела на место битвы… Избавилась от тех, кто стрелял… Отвела глаза вашим Охотникам и унесла тело сюда. Да, тогда было еще неизвестно, сумею ли сохранить твою жизнь. Вашему врачу не показалось, оставались буквально минуты… Но источник жизни не подвел. Правда, перед этим я дала тебе выпить немного своей крови… И еще пришлось использовать жало в моем хвосте, чтобы заставить тебя два дня лежать неподвижно. Ты не в обиде?

– На что обижаться? Для спасения жизни хороши любые средства… – Вот уж удивила, еще и спрашивает!..

– Что бы там и кто тебе ни говорил – я ничего не знала об этом заранее. Такие события мне неподвластны, их не видно… Или видно, но не все. У нападавших были артефакты, оставшиеся от Сильного, скрывавшие их намерения до последнего момента. И как-то предотвратить нападение я не могла! А что тебе могли наболтать другие – это уже их вымысел.

Лечение кровью и источником дало тебе новые возможности. Оказалось, что холод и жара больше не вредят твоему телу, и я снова подумала… что могла бы попробовать… Понимаешь, до этого еще никому не удалось… завести общих детей с людьми… В нашем мире считается, если где-то невозможно… получить детей от «местных», то они нам не родственные, а всего лишь… расходный инвентарь, пешки для игр… Что-то вроде этого. Если совместные дети возможны, то мир должен стать закрытым для игроков, любые воздействия, даже в небольших масштабах – запрещаются.

– А кто эти «игроки», ваши Высшие?

– Они, или те, кто заплатил побольше…

– Сколько сейчас закрытых для игр миров?

– Вот что странно… Я не знаю ни одного… – Линкс задумалась. – Вдруг такой где-то есть, только о нем не говорят? Если он закрытый…

– Может быть, ваши экспериментаторы плохо старались? – я не смог удержаться от вопроса.

– Информация везде краткая: «Попытки оказались безрезультатными в связи со смертью… Мир объявляется открытым для любых воздействий…» Поэтому я и убежала сюда. Хотя… Мать смогла отыскать меня и здесь, разве что через долгое время. Не отвлекай, слушай дальше!

Помнишь, как нагревался большой камень? Это было… то самое… И теперь могу сказать точно – случилось невозможное!

– Ты получила, что хотела? – меня как будто шарахнули мешком по голове.

– Нет, ты не понимаешь!.. Мы спасли твой мир от «игроков»!.. Как только появится… доказательство… Все игры будут запрещены, объявлены вне закона!.. Ваш мир сможет жить так, как хотят сами люди!

– Идеалистка… Думаешь, эти ваши «игроки» захотят так просто лишиться столь полюбившейся им площадки для развлечений? Да тебя в порошок сотрут вместе с… ребенком… Не дадут и слова сказать, объявят все подделкой и обманом! Заодно и меня… устранят.

– Насчет подделки и обмана… как бы тебе сказать… Ты только не возмущайся… Ко мне приходила моя мать и сказала, что наблюдала за мной через… хрустальный шар, если по-вашему. И не одна… Так что есть несколько свидетелей.

– И что еще она тебе рассказала? Что недовольна тем, как ее дочь проводит время? А как же стремление к высокому обществу? Рождение потомства по расчету? И теперь мать навек опозорена – ведь ее дочь связалась с…

Пальцы Линкс прижались к моим губам.

– Ты опять ничего не понимаешь!.. Ее дочь, то есть я, окажется единственной, кто сможет… Доказать родство наших миров. И она теперь с меня будет пылинки сдувать… Maman, – она произнесла это иностранное слово с неповторимым прононсом, – порвет на мелкие клочки любого, кто посмеет ко мне приблизиться с дурными намерениями. Ведь теперь у нее появится реальный шанс оказаться чуть ближе к вершине, куда она так долго стремилась. Пусть даже это выйдет и совсем не так, как хотелось раньше.

– Надеюсь, что эти любопытные зрители тебе очень сильно завидовали… Вуайеристы чертовы… А если потребуют доказательств?

– Будет им… доказательство… Через некоторое время. Уж я знаю совершенно точно! А ты… спас меня и сделал это возможным. Почему у тебя сейчас такое лицо?

– Думаю, что обо всем происходящем скажет Клер, вот почему…

– Я должна тебе кое-что рассказать… Она знает. Ну, не все, конечно…

– Давно?

– Когда я приходила за твоей одеждой, то поговорила с ней. Она согласилась дать мне возможность попробовать…

– Вы что, сговорились у меня за спиной?

– Это никакой не сговор! Две женщины… – Она чуть помолчала. – Пусть даже одна из них и не совсем женщина… Могут решить что угодно… Клер поняла, что я хочу сделать. И согласилась… Еще хочу тебе сказать… Я хорошо проверила и не нашла ничего, о чем ты так давно беспокоился. Никаких следов магического или магнетического воздействия на нее. В твою страну она действительно поехала для участия в съемках. До этого Клер не видела твоих фотографий, ей никто никаких портретов не показывал, ничего о тебе не говорил. Все переговоры велись через официального агента, который и занимался бумагами. Что еще тебе не ясно? Перестань терзаться сомнениями, наконец! Никто ее к тебе не подсылал!

– А откуда ты знаешь, что меня беспокоило?

– Ну, ты до сих пор не понял? Моя магия способна на многое… пусть и не на все. Особенно, если… – тут она почему-то замолчала.

– Если что? – иногда я бываю потрясающе бестактным. Служба такая…

– Если кто-то мне очень нужен, – нехотя призналась Линкс.

Нужен, значит нужен… Я и сам не безгрешен…

– Тогда поздравляю!

– С чем? – удивилась она.

– Возможно, ты первый демон, научившийся любить…

– И почему ты так решил?

– Потому что ты сделала то, что не несет никакой личной выгоды именно для тебя. Просто для того, чтобы успокоить того, кто тебе… нужен.

– Не знаю… Никогда об этом не задумывалась. Все демоны должны быть корыстолюбивыми… Я ведь хочу получить выгоду, как и моя мать!..

– Но при этом волнуешься и спасаешь…

– Ничего я не волнусь! И спасаю просто из любопытства… – но это прозвучало не очень убедительно, потому что в это время она уткнулась носом в мое плечо.

– У нас говорят так: «С кем поведешься – у того и наберешься!..» Ты слишком долго была рядом с людьми, Линкс. И при этом не играла в эти чертовы «игры», а просто жила. Вот и изменилась… – сказал я, поглаживая ее по голове.

– Ты разочарован, наверное? Грозная и всемогущая Хозяйка леса, Меняющая Облик, ужасный и кровожадный демон, которым люди пугают друг друга и детей уже которую сотню лет, оказалась всего лишь девчонкой, сбежавшей из дома…

– Нет. Совсем нет… Легенда и должна быть страшной. А демон вполне может оказаться милым и симпатичным…

– И еще… Тот демон, которого ты убил… Да, убил!.. кинжалом, он и есть тот самый… кому мать предназначала меня… И тот, кто послал чужое племя убить всех моих подопечных… Я заманила тебя на встречу и использовала как оружие, понимаешь? – По ее лицу текли слезы. – Все это время… Ты был моим инструментом, а теперь… еще и… вот…

– Теперь ты можешь забыть про него. Если бы ты не плакала, то я бы тебе поверил. Ничего не могу с собой поделать… Рядом с красивыми женщинами совершенно теряю голову…

Линкс еще немного повсхлипывала и умолкла.

Наверное, она высказала все, что хотела, потому что надолго замолчала. Я уже хотел было спросить ее, как часто она станет приходить к нам в гости, как услышал тихое, равномерное дыхание. Она что – заснула?.. Надо же… Вроде бы не притворяется.

Вдруг Линкс заполошно подскочила, будто ужаленная осой, посмотрела на меня ошалелым взглядом… и вмиг исчезла, только воздух больно хлопнул меня по ушам! Чего это с ней случилось такое, а? Ого, снаружи, за воротами сарая, уже стало совсем темно… Что-то мы с ней заболтались, пора бы и домой.

– Крис, ты здесь? – услышал я голос Клер. Раздались тихие шаги, и она вошла в сарай, держа в руке керосиновую лампу, которой светила себе под ноги, чтобы не споткнуться.

– Да, я тут… Кидал ножи, решил немного отдохнуть… Уснул, наверное, день сегодня был суматошный. А ты на студии задержалась? Думал, раньше приедешь.

– Сегодня отмечали последний день съемок… Устроили небольшой банкет… Ой! – Она негромко икнула, прикрыв рот рукой, и смущенно засмеялась.

– Ладно, идем домой, только ножи свои подберу…

Забросив металки в небольшую сумку, я повесил ее на плечо. Клер сделала пару шагов и оступилась, пришлось подхватить ее на руки. Так, шампанским пахнет, все понятно…

– Было так весело!.. Теперь какое-то время уйдет на монтаж… А потом я приглашаю тебя на премьеру!.. Давай и Линкс тоже позовем, ей понравится!.. Ой!.. – Она снова икнула.

– Хорошо, пойдем вместе, пригласим Линкс… Только сначала уложу тебя в кровать.

– Ты мой герой! – Клер чмокнула меня в щеку. – Только смотри не урони! – погрозила она пальцем.

– А ты держись крепче, – пропыхтел я. Все-таки от сарая до дома не пара шагов…

Она обхватила мою шею, и нести стало чуть легче. Наконец, вот и спальня. Когда я осторожно положил ее на кровать, Клер не отпустила меня:

– Помоги раздеться… Что-то я сегодня устала.

Если женщина просит, почему бы и нет? Избавив ее от одежды, я отошел за ночной рубашкой, висевшей на ширме. Когда вернулся к кровати, то обнаружил жену крепко уснувшей. Немного полюбовавшись «спящей красавицей», накрыл ее одеялом и пошел на кухню, нужно было срочно чего-нибудь выпить.

Да, сегодняшние новости оказались весьма… интересными. Верить тому, что сказала Линкс, или нет? Очень уж похоже на правду…

Выпивки на кухне найти не удалось – жалких остатков рома на дне пузатой бутылки не хватило бы и на полглотка. Вот так всегда – захочешь надраться в лоскуты, в стельку, в драбадан, а нечем… Вроде бы в кабинете еще оставалось!..

Но пока шел до кабинета, немного успокоился. А когда увидел, что бутылка в ящике тумбочки тоже пуста и суха, как старое дупло, просто сел в кресло за столом и обхватил голову руками.

История, рассказанная мне Линкс, почему-то не удивила. Я давно подозревал, что у происходящего есть и другая, тайная сторона. Все-таки, почему она тогда сказала, что не умерла бы, а только ушла из этого мира? Не хотела говорить правду?.. Почему?..

Теперь, когда выяснились подробности, многое прояснилось. Но легче от этого не стало… Чтоб у них там это волшебное яблочко с тарелки на пол свалилось, чтоб его мыши съели!.. Нашли, за кем подглядывать… Вот, наверное, откуда взялось то видение – демон в лабораторном халате. Разглядывали меня, как подопытную белую крысу, и делали ставки – что со мной будет: сгорю, или она меня просто на части разорвет в порыве страсти, или как самка богомола – голову откусит? Но на мне даже царапин не осталось… Хотя кожа толще не стала. И боль я чувствую по-прежнему, и остальное, за исключением температуры. Демону… ей-то что, у нее ни морали, ни стыда… вроде бы… А я – чем от нее отличаюсь? Особенно когда на задании… Да, вот кто бы говорил, господин агент!.. «Нашей работой в белых перчатках не занимаются!..» У агентов мораль и стыд отмирают за ненадобностью еще во время подготовки. Или на первом же задании их грубо вырезают, хирургическими методами…

Что я делал раньше? Мимоходом – убирал рубцы на телах, небрежно поглаживая – стирал рубцы на душах… Теперь вот и до демонов дошло… У Линкс тоже был рубец на душе, или что там у нее вместо… Смог я его убрать, или нет? И вообще… С чего это вдруг возомнил себя великим целителем тел и душ? Курам на смех… Сколько шрамов убрал, а сколько причинил новых ран? И не сосчитаешь…

– Крис, ты почему тут сидишь? Я без тебя уснуть не могу… – в дверях стояла Клер. Накинутое на плечи одеяло изображало королевскую мантию. Нижний край одеяла волочился по полу, и спереди оно ничего не прикрывало. А одежды совсем не осталось… никакой. Но стоявшую с закрытыми глазами красавицу это нисколько не смущало. А я… я просто сидел и любовался.

– Пойдем, – она протянула в мою сторону руку и чуть покачнулась. – Мне холодно…

– Пойдем, – согласился я, вышел из-за стола и подхватил ее на руки вместе с одеялом. Хватит на сегодня душевных терзаний, спать пора!..

Глава седьмая

Утром я проснулся раньше всех, даже Сюзан еще не пришла. Так что мне пришлось самому разжигать плиту и ставить чайник. Впрочем, это заняло всего несколько минут, и пока нагревалась вода, можно было слегка подремать за столом. Но… не получилось. На кухню вошла Клер.

Выглядела она, скажем прямо, не очень хорошо, что сразу и подтвердила:

– Голова болит… Зря вчера столько шампанского выпила. Просто за время съемок столько нервничала, захотелось расслабиться… – И тут же посмотрела на меня, нахмурившись:

– А я сама вчера раздевалась? Что-то не припомню…

– Это я тебя раздел. Ты уже засыпала.

– Почему так решил?

– Ты вообще помнишь, как домой вернулась?

– Да… почти. Меня сопроводили ваши… охранники, прямо до дверей, я вошла… – И тут она замолчала. – И все… А что я делала?

– Ничего особенного. Взяла керосиновую лампу и пошла к сараю.

– Зачем??..

– Я там тренировался с ножами, ты решила меня позвать. Пришлось нести тебя домой – сама ты идти уже не могла. В спальне помог тебе раздеться и уложил спать.

– И все?..

– И все. – Про ее визит ко мне в кабинет я решил не упоминать. Мало ли что…

– Так странно… Ничего не помню. Ой!.. – Клер чуть побледнела и прикрыла рот рукой. Понятно, обычное дело после вечеринки…

Я взял ее за плечо и почти насильно усадил на стул. Затем медленно провел руками вдоль ее тела, от макушки до пояса. Еще несколько движений, легкие поглаживания висков, затылка, лба…

– Ну что, стало легче?

– Да, больше не тошнит… И головная боль пропала!

– Нельзя пить столько шампанского… на ночь.

– Ага, ты мне еще мораль читать будешь… – Так, головную боль убрал, а настроение не поменялось…

– А вот и не буду.

– А вот и не читай! Думаешь, не знаю, что ты вытворял с этой… – и она заплакала.

Наверное, лучше помолчать. Не скажешь ведь «Да мы таким образом мир спасти пытались!..» Ага, даже вода закипела… Кстати, о чайнике…

Стараясь не смотреть на Клер, я стал заваривать чай. Кофе в таких случаях не особенно подходит для начала дня.

– Ну, что ты молчишь!!.. – не выдержала она.

Взяв чайник за литую металлическую ручку, я переставил его на подставку. Увидел расширившиеся глаза Клер и понял, что сделал это голой рукой, без всяких кухонных рукавиц. Вот такой вышел прокол, да… Опустившись на колени рядом со стулом, взял ее руки в свои. Сначала она вырывалась, но когда я прижал их к своим щекам, перестала. Даже не стала царапаться…

– Мне нужна только ты… – и отпустил руки, но Клер их не убрала.

– Налей мне чаю, что ли, – сказала она, улыбаясь сквозь слезы. – Любитель подсматривать за женщинами…

– Почему это «подсматривать»? Даже обидно… Я просто любуюсь… Когда такая красота рядом со мной.

– А когда смотрел на нее – тоже любовался?

– Она может быть кем угодно, красивой или нет… Ты у меня – настоящая. Тебе не нужно притворяться.

– Надо же, какой наглый льстец! – Клер притворно вздохнула, вытерев рукавом халата остатки слез. – Чего замолчал, ври дальше…

– Я бы смотрел на тебя как можно чаще и дольше, но ты не разрешаешь.

– Ну, знаешь!.. Есть же правила приличия, в конце концов!.. – Ну да, а кто мне по вечерам устраивает целые представления у зеркала?..

– Даже в спальне?

– Даже… ладно, поговорим об этом позже, кто-то идет!..

Хорошо, плавно переведем разговор на другую тему.

– Тебе сегодня нужно ехать на студию?

– Нет, съемки же закончились… Дня через два мне позвонят и скажут, когда надо будет посетить режиссера. Вдруг что-то придется переснимать, или еще… – В этот момент на кухню вошла Сюзан. Моментально оценив состояние Клер, спросила у нее:

– Что вы хотели бы на завтрак?

– Ой, наверное, ничего… или салат… Чем меньше, тем лучше. Крис, что ты хочешь?

– Омлет из трех яиц, думаю… с ветчиной. До обеда мне этого хватит.

– Тогда разрешите, я начну готовить, – ненавязчиво намекнула домработница.

Я взял обе чашки с чаем и пошел наверх, в свой кабинет. Клер чуть помедлила… и пошла следом, чуть слышно шаркая домашними туфлями. Мне домашняя обувь теперь была без надобности. Если честно, совершенно забыл о ней, хотя моя пара всегда стояла рядом с кроватью. Теперь перед каждым выходом на улицу придется внимательно себя осматривать – не забыл ли чего надеть, а то неудобно получится… В дорогом костюме и босиком, да по лужам… Или к зиме все станет, как раньше?

Моя эмпатия сигнализировала, что Клер успокоилась, и вряд ли решит выплеснуть на меня кипяток из чашки. Но проверять свою догадку я не спешил. Пусть сама «перестанет булькать», как говорится.

В кабинете я поставил горячие чашки на стол и сел в кресло. Жена, снова помедлив, все-таки решилась и села ко мне на колени, но при этом сделала выражение лица, какое бывает у строгой учительницы по время разговора с провинившимся учеником.

– Рассказывай!..

– Что рассказывать?

– Какая она на самом деле?

– Демон, она и есть демон… Но ничего от «темных сил», которыми нас так часто пугают священники, в ней не заметил. Линкс просто живет в своем лесу и не допускает туда почти никого.

– Тебе-то за что выпала такая большая честь?

– Во-первых, я шел по следам оборотней, поэтому меня и пропустили…

– А во-вторых?..

– Во-вторых… – повторил я за ней, – у меня оказались некоторые способности… Вот и все. – Про «особую кровь» лучше помолчать.

– И какие именно способности для этого нужны?

– «Viderius Invisus», можешь прочитать на своем значке. «Видящий невидимое»…

Тут она заметно смутилась и промолчала. Видеть скрытое Клер не могла, разве что почувствовать ложь… (Но это уже совсем другая история.)

– Нет, ну как она выглядит в истинном облике? – Женское любопытство пересилило.

– Как обычный демон… – И тут я получил чувствительный толчок кулачком в бок.

– Рассказывай!

– Если так уж интересно, попросила бы ее сама…

– Я… боюсь… – тихим голосом призналась Клер.

– А зря. Она ведь и тебя охраняет. Ладно, слушай… Представь себе девушку в обтягивающем трико, оно выглядит как змеиная кожа, но гораздо тоньше. Вот, примерно, так… Улыбка своеобразная, это правда… Но к ней быстро привыкаешь. Кота ведь ты не боишься?

– Ну ты сравнил!.. Еще что?

– Да больше ничего… Рогов, или маленьких рожек – никаких нет, зря их все время рисуют. Копыт тоже нет, просто обычные ноги… А вот хвостик есть, да… Все.

– Как «все»?

– Это надо видеть самому. Она ведь все время меняется, как захочет. И еще – она не холодная, как змея или ящерица… Скорее, напоминает разогретый в огне камень, что ли…

– Обжигает?

– Наверное, могла… Поэтому и скрывала свою истинную внешность. – Про когти, легко перерубившие металлический прут, и глаза с вертикальными зрачками я «забыл» рассказать. Провал такой образовался в памяти, вы меня поняли, да?

– Почему она решила показаться тебе… такой?

– Сказала, что ей тяжело все время ходить в человеческом облике, это как постоянно таскать на себе здоровенный мешок.

– А ты?..

– Что я… Совсем не могу ее воспринимать как демона-врага. Все время кажется, что это просто такой особенный костюм, с маскарада или из цирка… Она ведь мне два раза жизнь спасла… Просто так…

– Скажи мне… Тебе было страшно с ней рядом?

– Немного… В самом начале. Потом… Уже не обращал на это внимания.

– Как она к тебе относилась? Ну, хотя бы…

– Хорошо. Разве что пожаловалась, что ей слишком часто приходится меня спасать, но это она так пошутила. Не знаю, как там у остальных демонов, но Линкс, если так можно выразиться, «свой парень».

– Я тебя поняла. Но все еще сержусь! Тебе надо было на Востоке жить, там гаремы – обычное дело…

– Мне пока одной жены достаточно, «человеческой».

– Ну вот и что мне с тобой делать? «Пока», надо же…

– Гордиться, наверное… Что мужа смогла оценить по достоинству даже демон из другого мира. – За эти слова я тут же получил сначала удар кулаком в бок, а затем – поцелуй.

Не успела Клер сесть прямо, как в кабинет буквально влетел Джонатан и сразу бросился к нам. Обнял сразу обоих, и уткнулся головой куда-то между нами.

– Я тоже рад тебя видеть, малыш…

– Я не малыш!..

– Хорошо. Тогда – я очень рад вас видеть, молодой человек!

Джонатан обнял нас еще крепче.

– Понимаешь, у специальных агентов служба бывает очень опасной…

– Я все равно не передумал! И тренировался каждый день, пока тебя… не было.

– Молодец! После завтрака проверю, чему ты научился. А сейчас… Ты почему без тапочек? Холодно уже…

– Я закаленный!

Клер поцеловала его в макушку и слегка потрепала волосы:

– Иди переодевайся, будущий специальный агент! Вот еще насморка твоего перед самой школой не хватало…

– Хорошо, иду… – Джонатан оторвался от нас и пошел к двери. – Можете спокойно целоваться дальше…

– Ах ты… – Клер не успела договорить, как он мигом выскочил из кабинета в коридор. – Ладно, на чем мы с тобой остановились? – И вернулась к прерванному занятию.

Завтракать мы пришли со слегка опухшими губами. Но моему аппетиту это не помешало, да и Клер вдруг передумала, и мне пришлось поделиться с ней чуть ли не половиной омлета, хотя Сюзан и предлагала сделать еще одну порцию. Джонатан решил не отставать и попросил добавки. Несколько гренок спасли положение, и печенье за утренним чаем съели не торопясь.

– А не поехать ли нам сегодня… немного пострелять? – выдал я идею, поражающую своей новизной. – Погода с утра хорошая, дождь если и начнется, то после обеда.

– Давайте! – сразу подхватил Джонатан. – Только и ружья надо взять, из них мы очень редко стреляем.

– Ну, если вы так хотите… Через два часа я буду готова. А пока можете собрать все ваше железо, – Клер решила составить нам компанию.

Быстро переодевшись, я спустился на первый этаж, где у шкафа с оружием уже томился в ожидании Джонатан. Вынимая из шкафа ружья, он спросил:

– Вы с мамой не поругались?

– Вроде нет… Просто она очень устала за все время съемок, много нервничала… Целыми днями на студии, да еще и вот это… со мной случилось. Рассердилась немного, это правда. Было за что…

– Но сейчас-то помирились?

– Конечно. Я точно помирился…

На стрельбище мы пробыли так долго, что даже опоздали на обед. Настрелялись до звона в ушах, но никто не жаловался. Я немного опасался, что Клер будет неприятен запах сгоревшего пороха, но все обошлось – она стреляла из своего револьвера так же метко, как и раньше. Зато Джонатан дорвался до винчестера и вовсю палил по гонгам, установленным в сотне ярдов. Стрелять на дальность в пару сотен он тоже попробовал, но особых успехов не добился.

– Потом как-нибудь еще попробую… – ответил он на мой вопрос, не желает ли еще пострелять на две сотни. Ну ладно, пусть…

Дома я отнес ружья и револьверы к себе в кабинет, и мы с Джонатаном провозились с чисткой до самого ужина. Ему нравилось возиться со стреляющими железками, надеюсь, что интерес не исчезнет, когда мальчишка повзрослеет. Жизнь, она иногда такая непредсказуемая!.. А умение стрелять и разбираться в оружии лишним явно не будет.

Глава восьмая

Начались занятия в школе, и теперь Джонатан каждое утро просыпался от звонка будильника, который был слышен и в нашей спальне, через две комнаты. На предложение сделать звонок чуть потише ученик ответил, что иначе он может проспать. Хорошо, если он так решил, пусть так и будет. Но на стене его комнаты я начертил несколько маленьких символов, и теперь этот трезвон слышен разве что в паре шагов по коридору. (Пришлось еще замаскировать в коридоре маленький артефакт-глушилку, но мы ведь об этом никому не расскажем, правда?..)

Миссис Джонсон еще не приехала, и поэтому Джонатану приходилось решать задачи самостоятельно. Он краснел, пыхтел, но не жаловался, и редко обращался за помощью ко мне или Клер. Пусть привыкает, во многих ситуациях помощников рядом не окажется…

Погода уже стала осенней, и нам удавалось погулять в городе только раз в несколько дней, когда прекращались нудные, моросящие дожди. Я всегда сопровождал Клер в ее поездках, потому что конторскую охрану сняли после завершения съемок. (И после окончательного разгрома банды, которой руководил тот самый демон, но об этом знают только те, кому положено…) По сведениям из полицейского управления, в городе стало значительно тише, разве что никуда не делись воришки и мелкие жулики. Ну, и выпивохи в кабаках регулярно выясняли между собой, кто из них прав, с помощью кулаков и мебели.

И вот, в один из дней я спросил у Клер:

– Ты вчера сказала, что в городе начались гастроли столичного театра? Какие спектакли будут?

– Что-то из классики… Комедия об усмирении невесты с вредным характером. На драму идти совсем не хочется.

– Сходим на комедию?

– Вдвоем?

– Как скажешь… Может, Линкс позовем? Она спрашивала…

– Если сможешь заказать три билета в ложу, то зови. Не в общем зале же нам с ней сидеть. Мало ли кто из знакомых встретится, разговоры пойдут…

– Это правильно, да… Значит, ты не против?

– Нет. Зови свою… подружку.

– Тогда сегодня вечером будь готова… Сейчас только в театральную кассу позвоню, билеты закажу и уточню время…

Как ни странно, билеты в ложу удалось заказать без проблем. Мне показалось, что голос собеседника поменялся от радости. Неужели билеты редко покупают? Хотя, это сейчас неважно, лишь бы места оказались поближе к сцене. Меня заверили, что эта ложа обычно предназначена для очень важных гостей, и места одни из самых лучших. Но и цена соответствует престижности, как вы понимаете. Для хороших людей ничего не жалко, поэтому я попросил прислать билеты на адрес, и как можно быстрее. Трудно поверить, но посыльный трезвонил во входную дверь уже через сорок минут после разговора. Я выглянул – а, понятно! К столбу веранды был прислонен велосипед. И в самом деле, не пешком же билеты разносить… И не на лошади скакать.

Расплатившись, я решил не тянуть кота за хвост, и сразу пошел к тем кустам, где обычно вызывал Меняющую Облик.

В этот раз я повторял нужные слова несколько минут, а демон все не появлялась. Может, что-то случилось?.. Ой!.. Холодные пальцы бесшумно подкравшейся сзади Хозяйки закрыли мне глаза. Ну и шуточки!..

– Линкс, ты что, замерзла?

– Ничего, сейчас согреюсь! – И она со смехом засунула свои руки мне под рубашку.

– Звал тебя несколько минут, уже думал, что не придешь.

– Я плавала в речке, сразу и не услышала. Пока обсушилась, оделась… Зачем позвал? – Линкс грозно сдвинула брови, но было хорошо видно, что она совсем не сердится.

– Мы решили пойти вечером в театр, билеты уже принесли. Так что пойдем, будешь готовиться к выходу в город.

– Ты настоящий… друг! – Линкс поцеловала меня в щеку, и мы пошли к дому.

– Только очень попрошу – не пугай Клер, пожалуйста!

– Ее испугаешь, как же, – усмехнулась Линкс. – Хорошо-хорошо, я все понимаю. И вообще, ты меня обижаешь своим недоверием!..

– Просто я беспокоюсь…

– О чем это ты беспокоишься? – Ну вот, Клер встретила нас у крыльца, я-то думал, что она в доме.

– О том, успеете ли вы собраться до вечера. Это ведь такое долго занятие…

Линкс бросила на меня быстрый взгляд и еле заметно усмехнулась.

– Не волнуйся, милый, успеем! И даже пообедаем, если ты еще помнишь наши сегодняшние планы. Все, идемте в столовую, на кухне не пометимся!..

После обеда дамы удалились в спальню выбирать подходящие наряды, а я пошел в кабинет почистить револьвер и осмотреть свой «выходной костюм».

Через два часа Клер вошла ко мне в кабинет и сказала:

– Зайди в спальню, она хочет тебе кое-что сказать. А я на кухню пойду…

– Да, сейчас… А ты почему такая красная?

– Неважно, – отмахнулась она. – Мы с ней немного поговорили… О разных вещах. Иди же! Только не слишком на нее наседай, ладно?

– На нее насядешь, как же…

– Иди быстрее, Линкс ждет! – подтолкнула Клер меня в спину. Чуть помедлив, добавила тихим голосом, – Она и в самом деле довольно симпатичная…

Войдя в спальню, я никого не увидел. Дверь будто сама собой закрылась, громко щелкнул замок. Тут же из-за ширмы бесшумно выскользнула Линкс, зачем-то принявшая свой демонический облик, в наброшенном на плечи халате.

Не говоря ни слова, она стала расстегивать пуговицы на моей рубашке.

– Линкс, подожди, ты что делаешь!..

– Молчи!.. – от ее резкого движения халат упал вниз, полностью обнажив фигуру. Но она не обратила на это никакого внимания.

К счастью, пуговицы были пришиты толстыми нитками, и рубашка не пострадала… Демон бросила ее на спинку кровати и обняла меня.

– Да что с тобой? – Тут я почувствовал, что она дрожит, как от холода. – Ты замерзла, что ли? Почему в этом виде?

– Я не могу замерзнуть, забыл?.. Просто если я сейчас буду в человеческом облике, то не смогу тебе ничего рассказать… Разревусь… А это тело не умеет плакать…

– Говори, – сказал я, нежно поглаживая ее по спине.

– Ты только держи меня крепче, ладно? – Ну, если она сама так просит…

– Знаешь, все получилось так, как ты и говорил. Меня выслушали, покивали головами… И сказали, что сейчас уже нет никакой разницы, потому что все давно решено и поделено. Да, мои заслуги велики, ранг повышен до… неважно, все равно не поймешь… Мать получила, что хотела… Мне сделали одолжение – записали, что на этом континенте теперь запрещаются игры, приводящие к массовым столкновениям людей… Больших войн здесь не будет, понимаешь? Но я вижу… начнутся другие беды… От которых не убережешься… А им – все равно! Игроки сменят поле, уйдут в другие страны и продолжат… Ваш мир скоро изменится, понятно? Буквально через несколько лет. Разве что… Они обещали, что новых игроков больше не будет, останутся только те, что давно уже здесь.

– Ты сделала все, что могла. Больше от тебя ничто не зависит. Живи дальше… Как ты сама мне когда-то говорила.

– Как мне жить, зная, что может случиться?

– Может, но не обязательно случится. Своими поступками мы изменяем будущее…

– Или приближаем его…

На это я не нашелся, что ответить. И правда, бывает такое… Поглаживая ее по спине, заметил, что она почти перестала дрожать. Вот и хорошо, значит, успокаивается…

Проведя пальцами по ее голове, я обратил внимание на небольшой выступ, похожий на «гребешок».

– А это что у тебя такое? Раньше не было так заметно…

– Это… вроде вашего обручального кольца. Появляется у замужних дам. Цвет – зависит от статуса будущего потомства. Подделать или изменить его невозможно, пытались когда-то ловкачи…

– У тебя он… Желтоватый. Или зеленоватый… Не могу понять. Светлый очень.

– У матери он темный, красно-зеленый… Чем светлее цвет – тем выше ранг. Чем выше ранг – тем сильнее магия…

– Вот как!.. А почему так получилось? Нашлась подходящая пара? И ты с ним…

– Хватит изображать тупую деревенщину! «Подходящая пара!..» Что, еще не понял?

– Нет, не может быть… Мы ведь из разных…

– Оказывается, очень даже может! И ты еще не уяснил? Цвет зависит от цвета мужа и отца!

– А какой ранг был у… того… которого…

– Поняла. Обычный зеленый…

– Надо же!.. И что сказала твоя мать, когда увидела?..

– Сказала… «Ты оправдала мои надежды, дочь! Найти того, кто может повысить твой ранг, даже в другом мире, в чужом времени – на это нужен особый талант!..» О прошлом даже словом не вспомнила…

– Ты же говорила, что у вас там все хотят получить выгоду… Вот она и обрадовалась.

– Теперь меня не смогут просто так «задвинуть в угол». Потому что те, кто выносил решение – почти все желто-зеленые. И снизить ранг не получится – таких прецедентов еще не случалось. Если мое новое положение объявят недействительным – тогда они сами могут быть лишены привилегий, когда-нибудь потом. С меня взяли слово, что я буду тихо сидеть здесь и не появляться в родном мире слишком часто.

– Сильно огорчена?

– Вот уж нет! – она фыркнула. – В лесу мне гораздо больше нравится. И недалеко живешь ты…

– Линкс, ты же понимаешь…

– Теперь я демон одного из высших рангов! Так что подчиняйся мне, человек! – Сказано это было грозным шепотом с наводящими страх завываниями, но я посмотрел на нее и увидел широкую улыбку. – Обещаю, что не буду искать с тобой встреч… Слишком часто, – добавила она, отвернувшись.

Снова притянув ее к себе, я погладил ее по спине, и даже… хм… чуть ниже. Надо ведь оправдывать свою репутацию нахала-соблазнителя межмирового масштаба! Линкс, снова замерев в моих объятиях, тихо заговорила:

– Должна тебе рассказать… Не знаю, как начать…

– С начала.

– Помнишь, я говорила, что за нами следили, когда мы были в лесу, и…

– Да, помню. Когда мы уже шли к поезду, мне еще привиделся демон в белом халате, заполняющий журнал наблюдений. Даже смешно стало!

– Вот… Они сохранили эту запись, а потом кто-то хитроумный взял и… сделал что-то вроде фильмы для вашего синематографа. Сочинили целую историю о попавшей в чужой мир юной демонице… Она встретила человека, который смог добиться от нее взаимности, обманул и воспользовался ее наивностью…

Тут я не выдержал и тихо засмеялся. Ага, наивностью!.. Кто еще кем воспользовался…

– Тихо!.. Нет, держи, не отпускай… Потом, когда… добился своего… Для обретения сверхъестественных сил выпил почти всю ее кровь…

Я затрясся от смеха, уткнувшись ей в макушку с желтым хохолком, потом с трудом выговорил:

– А расстройства желудка от этой крови у него не произошло?..

Линкс тихо захихикала, но продолжила:

– Нет, он обрел великую силу, но не смог с ней справиться и сгорел.

– А демоница?

– Ее успели спасти… Вроде бы… Там непонятный финал. Наверное, будут делать следующую часть. Но… В роли человека был один из демонов… Его там гримировали, меняли внешность и прочее. А в тех сценах, где… ну, понимаешь… Нельзя подделать и надо было без грима… Там – мы с тобой. И теперь ты – звезда тамошнего волшебного шара.

– Ты тоже. У нас с тобой творческий дуэт…

– …В особых сценах… – добавила она, и дальше мы смеялись вместе.

– Ваша… «синема»… хоть пользовалась успехом? – мне стало интересно.

– Даже не представляешь, каким! Maman из своей чешуи вылезла, но добилась гонорара за идею и сценарий, эксклюзивные съемки и прочее. Теперь бедность ей точно не грозит.

– Хм, а мне от этого богатства хоть что-нибудь перепадет?

– Слушай, ты точно человек, а не один из нас?.. – хихикнула она. – Первым делом спрашиваешь о личной выгоде. И вообще… Тебе мало меня?

– Тебя даже очень много… – я поцеловал ее в лоб. – Может, как-нибудь сумеешь успокоить Клер?

– Попробую… Тихо-тихо, по-родственному…

– Ты только ей это не…

– Я же демон, выкручусь…

– Только без магии и прочих заклинаний, умоляю!

– Все будет хорошо! А теперь поцелуй меня, «восходящая звезда эротического жанра»!..

Снова принявшая за ширмой человеческий облик Линкс выпроводила меня из спальни, чтобы одеться, а я отправился на кухню. В горле было сухо, как в пустыне. Что-то переволновался, понимаете ли…

На кухне никого не оказалось, ну так даже лучше. Буквально залпом выпив большую кружку остывшего компота, я перевел дух.

Ясно – как я и предполагал, у Линкс не получилось остановить смертоносную «игру». Больше всего опасался, что наивную экспериментаторшу могли по-тихому ликвидировать, если уж называть вещи своими именами. Но совершенно неожиданное изменение статуса демоницы спутало все планы и карты возможным недругам. Одно дело, если исчезнет безвестная девчонка, когда-то сбежавшая в другой мир. Другое – когда пропадет обладательница высокого ранга, которую видела целая толпа свидетелей. Начнутся вопросы… А если следующими кандидатами на «исчезновение» станут они сами? Действительно, для этих вершителей лучший вариант – изоляция Линкс в другом мире, откуда ее никому не слышно и не видно. И куда она сама стремится, как я сейчас узнал… Но мне-то что делать? Клер не потерпит конкуренции… Уйти в лес? Тоже не вариант… Кто тогда будет защищать всех здесь?.. А вот совесть меня совсем не мучает… Наверное, потому, что ее у меня нет… Такая вот я скотина бесчувственная… С непонятно какой, чужой кровью… Пойду в кабинет, отведу душу с гитарой в руках, что ли…

Сколько сонат ненаписанных,

Тетерев, в поле, токуй!..

Во столицах мне сыскать триумф шальной,

Славой быть обласканным, иль нет…

Мой Гелиос почтил взором мой путь,

Стал я суров и к чужим, и к своим.

Но с пути не свернуть, постигая суть,

За сим…

Песня, услышанная в каком-то подвальном кабаке, отпечаталась в памяти от первого и до последнего слова. Будто кто-то другой пел моим голосом и перебирал струны тихо звенящей гитары…

Ярило, ко мне свой лик обрати!

Десница моя облачилась в булат.

Посеявшим ветер – тайфун обрести!

Стократ…[16]

Краем глаза я заметил движение в проеме двери и повернулся в ту сторону. У входа стояли Клер и Линкс, держась за руки. Что???.. Неужели Клер решила сменить гнев на милость? Раньше она вообще избегала прикосновений к Хозяйке, как мне показалось.

Заметив мой удивленный взгляд, они обе быстро сделали вид, что ничего подобного не было, и одновременно взялись за свои сумочки. Я с трудом сохранил невозмутимое выражение лица.

– Что ты тут сидишь? Сейчас извозчик приедет, уже пора выходить к дороге. Орфей ты наш…

– Пойдемте, Эвридики вы мои…[17]

Возмущаться таким сравнением они почему-то не стали. Загадка… Идя вслед за ними сначала по коридору, а затем по лестнице, я тихо напевал себе под нос: «Веди меня, Вергилий, по адовым кругам, а если я споткнусь – толкать меня не надо…»[18]

Нанятый по телефону извозчик уже стоял возле дорожки к дому, дамы степенно прошествовали в экипаж, ну и я заскочил следом. Сидеть пришлось напротив них, спиной к водителю кобылы. Почти всю поездку Клер и Линкс строили мне глазки, то одновременно, то по очереди. Прямо издевательство какое-то… Сговорились, да?..

На входе в театр мы быстро, но вежливо проскользнули сквозь толпу и скрылись от любопытных глаз в ложе, по соседству с другими состоятельными ценителями прекрасного.

Показывали классическую комедию о женитьбе какого-то слуги богатого вельможи. Я ее видел раньше, но не в таком блестящем исполнении. Заезжая театральная труппа оказалась из столицы, поэтому зал был полон до отказа. Сам не понимаю, как мне удалось заполучить билеты… Хотя… Наверное, не все желающие смогли оплатить билеты в ложу? Вот, рядом еще одна пустует.

Первое действие прошло незаметно, казалось, что оно длилось всего несколько минут. Клер вышла попудрить носик, и мы с Линкс остались вдвоем.

– Как тебе спектакль?

– Замечательно! Я не ожидала, что это может быть так интересно!

– Хочу спросить… Тебе удалось поговорить с Клер?

– Да. Ты же сам видишь. Мы даже за руки держались… Еще, совсем забыла… Наши шары, которые показывают истории, они передают и звук тоже…

– Хочешь сказать, что нас еще и подслушивали?

– Нет, до этого не дошло… Просто зрители смотрели ту «фильму» со звуком. Ты так громко кричишь, оказывается! – Линкс хихикнула.

– Ты же знаешь, что это неправда.

– Конечно, знаю. Но было очень смешно… Еле сдержалась. А остальные смотрели, буквально раскрыв рты. Зато теперь там шум поднялся, все спрашивают, как создателям удалось добиться столь реалистичных эффектов? Просто… там все очень красиво, и не скажешь, что просто подглядывали. Нет, честное слово, я ничего про это не знала! – поспешно добавила она. – Полог невидимости, знаешь, да? Ты ведь сам им пользовался…

Хорошо, сделаю вид, что поверил. Да и зачем Линкс меня обманывать? Скажем так – это не самое худшее, что случалось в моей жизни. Переживу как-нибудь. Лишь бы Клер не увидела данное творение иномирного синематографа… Конечно, я знал о существовании «эротических картин», даже видел парочку, но никогда не предполагал, что стану персонажем одной из них. Да еще в эдаком контексте, так сказать…

Клер вернулась и сообщила, что встретила знакомую актрису. Та рассказала, что все с нетерпением ждали выхода новой фильмы, и очень жаль, что вручение наград за лучшие картины в этом году уже прошло. Но шансы на следующий год еще остались, так что…

Да, награды для артистов означают многое. Например, это признание критиков и публики, будущие приглашения на главные роли… Много разного и полезного. Ну, поживем – увидим.

Вторую часть спектакля мы досмотрели с не меньшим удовольствием, игра актеров на сцене не позволяла отвлечься ни на мгновение. Время от времени я украдкой поглядывал на Линкс, но не заметил ничего тревожащего. Ей спектакль очень понравился, а демон в хорошем настроении безопасен для окружающих. (Ну, почти…)

Всю обратную дорогу дамы обсуждали игру актеров, всех сразу и каждого по отдельности, а я сидел и любовался ими. Но все когда-нибудь заканчивается, и мы подъехали к дому. Линкс и Клер сразу же поднялись наверх, переодеваться, а я пошел на кухню, где Сюзан уже закончила готовить ужин.

В столовой за ужином все было как-то очень по-семейному, даже удивительно. Невозмутимая Сюзан порадовала нас удивительно вкусным яблочным пирогом на десерт, чему лесная сладкоежка Линкс очень обрадовалась.

После, когда Меняющая Облик уже переоделась и хотела отправиться в свой зачарованный лес, к ней вдруг подошел Джонатан и что-то тихо спросил. Она заметно удивилась, но ответила, после чего мальчишка неожиданно обнял ее, как родную. Линкс ласково взъерошила непокорные волосы у него на голове и сказала:

– Надеюсь, родители не будут против, если я приглашу Джонатана к себе в гости на выходные?

Удивленная Клер посмотрела на меня, пришлось кивнуть в знак согласия. А что, ему давно обещали поездку в лес, но все как-то не получалось.

– Хорошо… Только ведь туда далеко добираться.

– Вы ведь знаете, что для меня это не проблема. А Джонатан никому не расскажет, правда?

– Да!.. Никому не расскажу.

– Ну, если так… Значит, тебе уже пора там побывать. Очень интересное место, совершенно дикое, – опередила меня Клер.

– Тогда до встречи через неделю, Джонатан!.. А теперь мне пора… Крис, проводи меня, пожалуйста!

Перед тем, как войти в кусты, Линкс сказала:

– Спасибо тебе за помощников, Крис! И они передают тебе привет, кстати.

– Что сейчас делают эти кошки у тебя в лесу?

– Восстановили домик у ручья… Я показала им, где и у кого брать продукты на той станции в лесу.

– Ивонна не очень сильно удивилась?

Она уже ничему не удивляется. Мне показалось, что там даже рады новым жителям. Твоя знакомая ба-ке-не-ко, – Линкс выговорила по слогам, – умеет быстро сходиться с людьми. До встречи, мой Охотник!.. – Она притянула меня к себе и поцеловала, совсем не символически. – Все, иди, тебя ждут!..

– Джонатан, а что ты сказал Линкс? Раньше ведь тебе она не очень нравилась.

– Я помню… Но теперь она стала какая-то другая. Раньше вокруг нее было что-то вроде темного облака…

– А сейчас?

– Этого облака больше нет, разве что маленькие кусочки иногда появляются. По цвету… – Джонатан слегка замялся. – …Стало очень похоже на тебя. И на маму тоже… Так странно… От нее теперь… как это лучше сказать… Тепло идет.

– Больше не страшно?

– Мне и раньше страшно не было!.. Просто… Теперь хорошо видно, что она добрая. И от нее к тебе лучики идут, яркие такие… Когда она на тебя смотрит. Вот я и подумал… Вы мне обещали поездку в лес, но не получилось, мама все время была занята, ты… тоже.

– Прости… Взрослая жизнь, она такая непредсказуемая, особенно у нас.

В спальне, уже ложась в кровать, я спросил:

– Клер, скажи мне, пожалуйста… Почему ты вдруг резко изменила свое отношение… к Хозяйке… то есть к Линкс?

– Мы с ней… Она спросила, не хочу ли я пройти один несложный обряд… Или ритуал, как там это все правильно называется?..

– Неважно, рассказывай дальше.

– Пока ты там занимался непонятно чем у себя в кабинете, мы… Она уколола ножом сначала свою ладонь, потом мою, а затем мы пожали друг другу руки.

– Ну, и какие были ощущения?

– Сначала руку будто пламенем обожгло… Потом стало просто тепло… И кровь с ладони исчезла. Линкс провела по моей руке пальцем, почти как ты делаешь, и царапина от ножа пропала. А потом, она сказала мне сделать точно так же с ее рукой… Представляешь, все получилось!.. Теперь я тоже могу лечить мелкие раны. Линкс сделала этот подарок в благодарность… Все, дальше не буду рассказывать, ты сам все уже понял. Герой-любовник…

– Вот опять ты, да…

– Да!.. И мы с ней стали как сестры… Или еще ближе… Насколько это возможно. Я почувствовала, хорошо поняла, что мы для нее совсем не чужие… И она будет нас защищать, как только сможет. После всего этого… Я теперь если даже и хочу рассердиться на тебя за любовные похождения, то не могу, представляешь? А раньше бы глаза выцарапала, честное слово…

– Совсем не представляю, фантазии не хватает.

– Ладно, объясню как-нибудь потом…

– Если в семье будет только одна жена, то она вырастет эгоисткой. – После чего я мгновенно получил удар подушкой, а затем начался сеанс борьбы, завершившийся моей быстрой сдачей на милость победительницы. И откуда в Клер взялось столько сил? Наверное, это кровь Линкс так повлияла…

Глава девятая

Неделя прошла спокойно, и новости были неожиданные, но весьма приятные.

Каждый день после обеда мне приходилось ездить в Контору, проверять, как идет переоборудование тира в подвале. До идеального результат не дотягивал, но и от исходного темного помещения с примитивным барьером и пулеуловителем в торце отличался весьма сильно.

Вернувшись в один из вечеров домой, я застал Клер в состоянии тихой радости.

– Представляешь, мне позвонил давний знакомый, который раньше занимался моими делами в управлении железной дороги?

– Да, помню, ты о нем говорила, что он куда-то подевался.

– Он сильно болел, врачи не могли понять, в чем дело. А не так давно болезнь неожиданно прекратилась, стало гораздо лучше, теперь Клаус здоров, и снова будет там работать! А тот мистер, который там сидел на его месте, куда-то пропал, никто не может найти. Поговаривают, что он что-то не поделил с бандитами, и они его… – Клер замолчала.

– Я рад, что у твоего знакомого теперь все в порядке. Моя помощь не требуется?

– Знаешь, я завтра ему позвоню, спрошу… Вдруг он захочет проверить свой дом? Мало ли что может быть…

– Позвони сейчас, тогда завтра с утра можно было съездить к нему. После обеда я должен быть в Конторе.

– Хорошо, подожди несколько минут…

Клер удалось договориться о визите, и она буквально сразу занялась выбором наряда. Ну да, в этом деле ошибаться нельзя, сами понимаете! А я пошел в кабинет, проверять свои артефакты. Давненько я не искал черную кошку ночью, в темной комнате!..

Как ни странно, особо наряжаться для этого визита Клер не стала. Довольно скромное платье, умело маскирующее некоторые изменения в фигуре владелицы, большая шляпа с несколькими цветами из шелка, сумочка и зонтик. Ну да, еще сапожки… Как завершение – небольшие серьги с бриллиантами (да-да, те самые, старинные) и маленькая подвеска. Мне тоже пришлось выбрать самый новый костюм, хорошо, что сейчас в шкафу есть что надеть. Из украшений – только револьвер в скрытой кобуре и кинжал в ножнах. Взял с собой индикатор и еще пару небольших артефактов – даже если они мне и не понадобятся, пусть лежат в кармане.

Ехать пришлось через весь город, вдоволь наглотавшись пыли на оживленных улицах. Но Клер не жаловалась, разве что часто прикрывала лицо тонким платочком. Возле ограды из кованых прутьев, за которой виднелся двухэтажный особняк, извозчик наконец остановил свой экипаж.

– Приехали! Вас подождать?

– Да, мы скоро вернемся, – обнадежил я его, на что Клер еле слышно фыркнула. Ладно, лишь бы не уехал, а то пешком идти далековато, и заказывать поездку с чужого телефона как-то не комильфо, знаете ли.

– Миссис Стефансон, хозяин вас давно ждет! – приветствовал нас молодой человек, явно секретарь. – Пойдемте, я провожу!

Кабинет располагался на втором этаже, в углу здания. Когда поднимались по широкой лестнице, я мимоходом разглядывал обстановку. Да, владелец особняка явно привык жить на широкую ногу, как говорится! Перила из красного дерева, резные украшения на стойках, картины – насколько могу судить, это не поделки недоучившихся художников. Очень даже красиво… Ну, и кто же он, таинственный друг Клер?

– Миссис Стефансон, как я рад вас видеть! – Из кресла за большим письменным столом энергично поднялся мужчина, примерно лет на десять старше меня. Надо же, а я думал, что он почти старик…

– И я тоже рада встрече. Познакомьтесь, мой муж – Кристофер Смит… А это – мой давний знакомый и управляющий делами Клаус Шульце.

Мы пожали друг другу руки, и хозяин жестом пригласил нас сесть в гостевые кресла по бокам стола.

– Кристофер может проверить ваш кабинет и другие комнаты, как мы договаривались.

– От меня что-нибудь требуется? – поинтересовался Клаус.

– Нет, разве что открыть шкафы.

– Они не запираются. Что там брать, кроме камней? Да и те особой ценности не представляют, – улыбнулся хозяин. – Так, красивые кристаллы…

– Тогда не будем тянуть время… Разрешите? – Я поднялся с кресла и, дождавшись кивка хозяина, вынул из кармана свой индикатор. Пройдя вдоль ряда шкафов, где хранилась коллекция, раскрыл все стеклянные дверцы и начал методично водить «усами» прибора вдоль полок. Пришло время вспомнить свои посещения минералогического музея. Интересно, хоть что-то еще осталось у меня в памяти? Или все давно и прочно забыто? Сейчас выясним…

Ничего… Ничего… Ничего… В крайнем шкафу, стоявшем у левой стены кабинета, при осмотре нижней полки коротко вспыхнул один из сигнальных глазков индикатора. Что такое?.. Нет, на полках чисто… А внизу, где дверцы деревянные, что там?.. Открыв дверцу, поднес прибор туда… Есть!.. И чутье мне подсказывает, что руками этот блестящий кусок золотисто-желтого камня лучше не трогать…

– Вот этот образец, он откуда у вас? И почему лежит здесь, а не на полке за стеклом? Нет-нет, руками не касайтесь!

Мистер Шульце наморщил лоб, явно желая вспомнить историю камня.

– Странно… Не могу сказать, кто его мне подарил.

– У вас все камни в коллекции кем-то подарены? Есть какие-нибудь записи, книга учета, или как она там называется?

– Конечно же, есть! Сейчас посмотрю, у меня на каждом экспонате сзади приклеена этикетка с номером, все записано!

Однако, никакой бумажки с номером на блестящем камне мы не увидели. (Я настоял, чтобы к нему прикасались только в перчатках, и Клаус со мной быстро согласился.)

– Представляете, этот образец – лишний!.. Все остальные на своих местах, номера совпадают… И откуда он здесь взялся?..

– Может быть, слугам кто-то передал, а они засунули его в шкаф и вовремя не сказали вам, а потом вообще забыли о нем?

– Вряд ли… Никто не трогает мою коллекцию! И даже пыль вытирают только по распоряжению. А то перепутают, что где стояло, ищи потом… В этом деле порядок – превыше всего!

– Согласен… Получается, что кроме вас, эти камни никто не трогает? – Мы с Клер переглянулись.

– Да!..

– Вот вам и разгадка… Дело в том, что этот камень, который обычно называют «аурипигмент», при нагреве или контакте может выделять ядовитое вещество. Когда вытирали пыль, уборщики пользовались перчатками?

– Конечно!

– А вы брали камни просто голыми руками?

– Как же… – Клаус выглядел если и не ошарашенным, то сильно удивленным.

– Так, этот камень очень вам дорог?

– Нет, если дело в нем…

– Нужно от него избавиться, как можно быстрее. Можете отдать его в музей местного университета, если у них есть подходящая экспозиция. Только предупредите, чтобы его поместили в герметично закрытую витрину и не вздумали трогать руками!

– Да, так и сделаю… Но откуда вы знаете такие подробности? Вы ведь не геолог?..

– Во время учебы приходилось бывать в подобном музее и, конечно же, интересовался, как выглядит настоящее золото. Там мне и объяснили все о поговорке – «Не все то золото, что блестит». К некоторым камням и подходить опасно, не то что в руки брать… А в вашем случае, на камне было еще и какое-то заклятие, на что отреагировал мой поисковый прибор. Кто же так сильно пожелал вам зла?.. Есть предположения?

– Нет…

– У вас были слабость, ухудшение памяти, не могли долго работать? Возможно, повышенная раздражительность?..

– Да, именно так… Постойте… У меня в рабочем кабинете, в Управлении железной дороги, есть… шкаф, где лежали несколько камней. И теперь я вспомнил – этот камень сначала был там, а теперь очутился здесь. Но как?..

– Теперь понятно. Сначала этот «сюрприз» подсунули вам в рабочий кабинет, а когда вы больше не смогли работать из-за усиливающихся симптомов, то заняли ваше место. Камень каким-то образом перенесли сюда. Кстати, это могли сделать вы сами – если заклятие работало так, что вам хотелось держать этот предмет возле себя. Теперь, надеюсь, у вас такого желания нет?

– Абсолютно!.. – Клаус разом утратил свою невозмутимость.

– Тогда не откладывайте, избавьтесь от камня сегодня же, и сделайте тут хорошую влажную уборку. Да, и обязательно проветрите, как можно дольше. Теперь все…

– Очень вам благодарен! – Мистер Шульце долго тряс мою руку.

– Это моя работа… И в будущем, постарайтесь не слишком увлекаться неизвестными камнями. Пусть они даже будут очень красивыми.

Задерживаться в гостях мы не стали, хотя Клаус и предложил было остаться на обед. Мне нужно еще составить доклад о том, что выяснилось в результате проверки, и отвезти начальнику. Пусть знает, что я не сижу без дела! Ну и в отчете лишняя строчка не помешает…

– Если честно, я немного удивлена, – сказала мне Клер, пока ехали домой. – Так коварно… И так просто…

– Да, наложить подобное заклятие не каждый может… Кому-то было очень нужно убрать твоего знакомого. И не просто убрать, а не допустить его возвращения, но сделать это как можно хитрее. Примитивные злодеи могли просто дать по голове в темном месте, а тут… Заставить жертву добровольно находиться рядом с ядовитым камнем, но не трогать его слишком часто… Вот и весь секрет затяжной болезни.

– Он очень много средств потратил на лечение, но выздоровел только недавно. Странно, но… Почти сразу, как исчез этот… сидевший в его кабинете. Кстати, которого до сих пор не могут найти…

Я сидел молча и разглядывал вывески на домах, но Клер все равно что-то почувствовала:

– Можешь мне не говорить, но я думаю, что тут не обошлось без твоего участия.

– Милая, с чего ты взяла? И вообще, я этого типа видел только пару раз в жизни…

– После первого раза ты валялся в беспамятстве, а когда был второй? – Ой, надо же было так проговориться!..

– Тебе следователем нужно быть, а не актрисой.

– Не увиливай!..

– Второй раз я его видел, когда… Шел с Линкс по улице, и он… напал. Помнишь, когда Линкс показывала нам шрам от кинжала? Вот, тогда… В тот день. – Я покосился на спину извозчика, но он что-то тихо напевал себе под нос, изредка покрикивая на свою флегматичную лошадь, и явно не слышал наш тихий разговор.

– Вот как… Почему мне сразу не сказал?

– А зачем? Тогда еще было неясно, кто кем притворялся. Вдруг бы на следующий день оказалось, что это всего лишь очередная «копия». Ну, исчез и исчез… Не думаю, что в Управлении кто-то по нему очень горько плакал.

– Ты прав, он к тому времени уже успел многих сильно разозлить. И с его приходом начались проблемы, сначала мелкие… Так что выздоровлению Клауса обрадовались все. Но он и сам хорош!.. Таскать к себе в шкаф, в дом что попало!..

– Просто его никто не предупреждал о том, что некоторые камни могут быть опасны. Обычный человек о таких вещах просто не задумывается.

– Надеюсь, ты к себе в стол и сейф ничего подобного не засунул? – Клер с подозрением заглянула мне в глаза.

– Нет. У меня все давно проверенное, и чужих подарков там не держу. Да и не дарит мне никто и ничего… Разве вот только начальник, часы… Но они самые обычные. А браслет… У тебя самой есть похожий.

Клер машинально потерла место, где под рукавом еле заметно виднелась полоска.

– Да, правда… Кстати, Линкс тебе не говорила, что она будет делать дальше? Зимой, в лесу… Ей же будет трудно одной, особенно… сейчас.

– Она там давно не одна. Пятеро помощников, будет кому и воды принести, и дров насобирать.

– Откуда они там взялись? Опять ты постарался?..

– Ничего особенного. Одна семья попросила у нее убежища, в обмен на службу. Теперь помогают.

– Что за семья, откуда? – Да, бесконечны только Вселенная и женское любопытство, как говорят ученые…

– Из эмигрантов, им нужно было скрыться от преследования. А там их вряд ли кто найдет.

– Это ведь… не простые люди?

– Я бы сказал – не совсем люди. Ладно, хватит о делах, мы уже приехали!

Но доклад начальнику пришлось отложить – Джонатан вдруг решил, что хочет увидеть, как делают ножи, именно сегодня. Ладно, на такое дело нескольких часов не жалко, съезжу с ним в мастерскую…

Пока ехали, успел обсудить с ним, какой нож ему бы хотелось сделать. Достав из кармана рисунок, Джонатан показал его мне:

– Вот, мы же говорили, ты что – забыл?

– Хорошо, покажем мастеру, пусть делает.

– Я хочу сам попробовать!

– Да пожалуйста, думаю, он будет не против.

Конечно же, мастер, он же хозяин мастерской, был не против – особенно после вручения бумажки с портретом президента и написанным числом «10». Разве что поставил в пару с Джонатаном своего помощника, который сразу меня вспомнил. Ну да, такое представление, как я ему устроил, редко можно увидеть!

Пока мальчишка стучал молотком по железу, мы с мастером вели неторопливый разговор.

– А что это он у вас вдруг решил с железом поиграться? Судя по всему, семья не из бедных… Странный каприз…

– Да не каприз… Я ему как-то рассказал, что дольше всего служат вещи, которые делаешь для себя сам. Ну, или по личному заказу, от знакомого мастера. Подаренный нож у него есть, теперь вот захотел сделать своими руками. Пусть пробует…

– Вижу, старается!.. – Мастер добродушно улыбнулся. – Вон как стучит… Ничего, пусть заодно мой помощник сам учится.

Спустя примерно десять минут Джонатан позвал меня к наковальне.

– Посмотри, что у меня тут получилось!

– Для первого раза хорошо. Ну что, переходим дальше?

– Ага!..

Дальше мне пришлось работать самому, все-таки с первого раза вывести ровные спуски на клинке у мальчишки не получится, к гадалке не ходи. Ну и руки нужно держать так, чтобы их не ободрало. Ну вот, грубая обработка закончена, теперь очередь шлифовки!

Наждачная бумага уже была наклеена на деревянные бруски, и Джонатан, пыхтя и краснея, тер и тер лезвие, убирая царапины.

– Покажи, что с лезвием? Так, хорошо, теперь возьми брусок с крупинками помельче… И продолжай.

Мальчишка возился часа полтора и заметно устал. Наверное, хватит наводить красоту, все равно идеальный блеск очень быстро пропадает, как только нож становится рабочим инструментом.

– Хватит, давай его сюда, будем закаливать! Иначе лезвие останется слишком мягким.

– Я знаю… Вот, – он протянул мне заготовку.

Мастер к этому времени уже приготовил все необходимое. Внимательно осмотрев плоды трудов начинающего ножедела, он одобрительно хмыкнул и понес клинок к печке.

Минут через пятнадцать мастер решил, что уже пора, достал клещами заготовку и почти всю засунул ее в ведро с маслом, стоявшее рядом. Слегка полыхнуло (Джонатан даже отшатнулся), но тут же пламя угасло, и нож утопили в ведре полностью. Когда дым перестал идти, клинок бросили в ведро с водой для полного остывания.

Подмастерье очистил клинок от масла, и я решил проверить твердость металла. Напильник скользил, но не оставлял царапин – это хорошо, повторной закалки не потребуется.

– Теперь его нужно «отпустить», а это часа полтора. Будете ждать здесь, или завтра придете? – спросил мастер.

– Да мы погуляем тут недалеко, делайте, что нужно…

Примерно в паре кварталов от мастерской я видел небольшую харчевню, или как она тут называется – не ресторация же! Ну и не трактир… Туда мы с Джонатаном и направились. Сейчас обеденный перерыв уже закончился, и заведение пустовало. Ну, нам так даже лучше, не будем выглядеть как белые вороны в стае обычных. Кстати, оказалось, что пирожки с картошкой тут очень даже неплохие! Но кофе я заказывать не решился – неизвестно, из каких желудей его сделали. Обошлись чаем и порцией блинчиков на двоих.

– Ну и как тебе работа? – поинтересовался я у Джонатана.

– Интересно… Когда железка подчиняется, становится другой… И начинаю что-то чувствовать…

– Когда закончишь работу, сравни ощущения. Все, пойдем, мастер говорил про полтора часа, время подходит.

– А сегодня можно будет еще поработать? Хочу побыстрее закончить нож…

– Тебе уроки делать разве не нужно, ученик мастера?

– Завтра же в школе выходной!.. Ну пожалуйста…

– Хорошо, только сначала домой вернемся, а то мама волноваться будет.

Мы вошли в мастерскую как раз в тот момент, когда подмастерье щипцами вытаскивал нож из закалочной печи.

– Вы пришли вовремя, – с многозначительным видом сказал мастер. – Что-нибудь еще будете делать?

– Нужно заготовку для рукояти просверлить, и клинок очистить. Как раз успеем до конца дня.

– Тогда работайте, там в углу есть верстак и станок. Только инструменты мне не поломайте!

(Ну да, а то я не заметил, что на виду лежат самые потрепанные и побитые трудной жизнью напильники.)

– Ничего, мы аккуратно!

Подмастерье выдал Джонатану очередную плашку с наждачкой, и работа продолжилась. Хотя, там особо ничего делать уже и не нужно – только убрать темные пятна и просверлить деревяшку. А закреплять клинок и придавать нужную форму рукояти можно и дома, не торопясь. Например, завтра…

– Я тебе потом ножны сошью. А рисунок для них сам придумаешь. Как доделаем, то можно будет и в лес отправляться.

– Вот тетя Линкс удивится! – засмеялся Джонатан.

– Спросишь у нее, может, еще один нож придется делать. Или сразу сделаем, чуть позже?

– Хорошо, давай через неделю! Я уже понял, как надо…

– Договорились. Но с условием – что в школе у тебя все будет хорошо.

Подумав, он кивнул, хотя и не очень уверенно. Ничего, пусть старается!

Мы даже успели к ужину, разве что Клер, которая встретилась нам в коридоре, принюхалась, покрутила носом и отправила Джонатана мыться, а меня – переодеваться. Ну да, запахи дыма, гари и масла никуда не делись, хорошо, что одежду для работы специально выбрали самую старую.

За столом Джонатан болтал без умолку, описывая то, как он работал всякими инструментами, и что будет делать завтра. Клер слушала его и улыбалась. А что, пусть учится работать руками! Вдруг потом станет мастером по артефактам… Нож в качестве пробы сил вполне подходит, это вещь, которая обычно служит хозяину много лет.[19]

После ужина я вышел во двор, чтобы решить – можно ли сегодня вечером потренироваться с ножами. Но погода оказалась неподходящей – дул порывистый ветер, и низкие тучи ползли в небе, казалось, едва не цепляясь за верхушки деревьев. А в сарае будет уже темновато, нормального освещения там нет… Ладно, завтра нужно постараться выбрать время чуть пораньше.

В этот момент пошел дождь. Капли начали сыпаться на землю, все чаще и чаще. А я стоял, подняв голову, и радовался стекающей по лицу воде. Это мой мир, со всеми его достоинствами и недостатками. Это мое время, и я делаю все, что могу… Лишь бы хоть немного сократить количество зла в нем… Здесь теперь мой дом, и мне есть куда возвращаться… Потому что есть, кому меня ждать…

– Крис, что ты тут стоишь? Промокнешь ведь!.. – сзади на мои плечи легли две руки. – Пойдем в дом!..

– Да, идем…

На веранде, у самых дверей, я остановил Клер, державшую меня за руку, и стал осторожно вытирать дождевые капли с ее лица. Она тоже несколько раз провела пальцами по моим щекам.

– Пожалуйста, спой мне ту песню… Про везение в любви, – попросила жена. – А я

тебя своими особенными конфетами угощу…

– У меня много песен про любовь. Или тебе достаточно одной?

– Не пой их все сразу, оставь и на потом.

– Если будет нужно, напишу еще.

– Все, идем, не стой в дверях! – повлекла она меня в дом. – И Джонатан хотел у тебя еще что-то спросить, очень серьезное…

– Тогда сначала я поговорю с ним, а потом и спеть можно будет. Или наоборот…

Но когда мы проходили мимо висящего в коридоре телефона, раздалась громкая трель звонка. Как будто специально, честное слово!..

– Слушаю, Смит!

– Это Мак-Кинли… – Надо же, раньше босс никогда не звонил мне домой сам, всегда от его имени разговаривал секретарь. – Прошу вас завтра быть у меня в кабинете в девять часов утра.

– Понял, буду у вас в девять. Что-нибудь с собой брать нужно?

– То, что обычно при вас… Ничего лишнего. – На этом босс положил трубку, не попрощавшись. Ну вот и поговорили…

– Кто звонил? – тут же поинтересовалась Клер.

– Мой горячо любимый начальник. Требует к себе в кабинет завтра, в девять утра.

– Что, опять служба зовет?

– А куда от нее деваться?..

– Нас завтра вечером приглашали на очередной банкет, хозяева синематографической студии хотят вместе со всей группой порадоваться успеху нашей фильмы. Теперь вот и не знаю, идти или нет? Без тебя не хочется…

– Милая, я постараюсь разобраться со всеми делами до вечера, а еще лучше – до обеда.

Клер скептически усмехнулась, но промолчала.

– Я и правда не хочу задерживаться…

– Делай то, что должен! Только постарайся успеть вернуться домой к пяти часам вечера. Костюм поменяешь. У тебя как раз новый есть, в котором на премьеру ездил.

– Да, я помню. Нужно бы его примерить, вдруг растолстел…

– Все, идем, пока еще кто-нибудь не позвонил! А то настроение испортят, петь не сможешь…

– Если петь не смогу, тогда просто сыграю.

– Ну нет, я теперь от тебя не отстану.

Пришлось подниматься на второй этаж, рассаживать слушателей в кабинете и взять гитару. Хотите песен о любви? Их есть у меня, начинаю! Как раз недавно еще одну выучил…

Heil, Your Royal Majesty, madam Farewell

We've been long related, you’re such a belle

Letter in the envelope, don’t you tear it, dove

Luck is not to die for, but to be in love

Letter in the envelope, don’t you tear it, dove

Luck is not to die for, but to be in love

Hey, Your Royal Highness, madam Foreign Land

I remember hot embrace, yet no love at hand

Into nets of tenderness don’t you catch me, dove

Luck is not to perish, but to be in love

Into nets of tenderness don’t you catch me, dove

Luck is not to perish, but to be in love

Don’t forget the lady also known as Luck

If she ever smiles at you, nothing ever sucks

Heart, the beating bullet, please don't summon me

Better be in love than croak, hun, wouldn’t you agree

Heart, the beating bullet, please don't summon me

Better love than croak, hun, wouldn’t you agree

Listen to me sweetie pie, darling Victory,

Want to live a life complete, so really it may be

Damn you, old man Satan, hell will have to wait

Luck's my only destiny, love’s my only fate

Damn you, old man Satan, hell will have to wait

Luck's my only destiny, love’s my only fate…[20]

© Долинин А.А. 2019 г.

Примечания

1

P-D – Police Department, полицейское управление

2

Джек-потроши́тель (Jack the Ripper) – псевдоним, присвоенный неустановленному серийному убийце, который действовал в Уайтчепеле и прилегающих районах Лондона во второй половине 1888 года.

3

М. Булгаков, «Мастер и Маргарита»

4

Иногда эти слова ошибочно приписывают венецианскому мавру Отелло – главному герою пьесы У. Шекспира «Отелло».

На самом деле эта фраза из пьесы (действ. 3, явл. 4) «Заговор Фиеско в Генуе» (1783) немецкого поэта Иоганна Фридриха Шиллера (1759–1805). Русский перевод (1804) Николая Ивановича Гнедича (1784–1833).

Такую фразу произносит один из персонажей пьесы – мавр – после того, как он помог графу Фиеско организовать восстание против дожа Дориа, тирана Генуи, и вскоре обнаружил, что уже не нужен заговорщикам, что они видели в нем только инструмент для достижения своих целей.

В основу пьесы Шиллера положены реальные события в Генуе в 1547 г.

Фраза – символ потребительского отношения к человеку, которого сначала цинично использовали в каких-либо целях, а потом, вместо благодарности, отвернулись от него.

5

«Ах, ныне женихи твердят лишь о богатстве» – музыка Исаака Шварца, слова Булата Окуджавы, песня из фильма «Невероятное пари», где она звучала в исполнении Ирины Муравьевой

6

Песня из фильма «Белое солнце пустыни», музыка – Исаак Шварц, слова – Булат Окуджава, исполнил Павел Луспекаев

7

Из пьесы У. Шекспира «Макбет»

8

"Бакенэко" (Bakeneko) – кот-монстр – буквальный перевод с японского названия Бакенэко.

В Японии считается, что длиннохвостая кошка с течением времени может стать оборотнем. Так получается, если кошка проживет 13 лет, или она трехцветная, или сильно растолстеет, или запрыгнет на мертвеца, или у нее просто будет очень длинный хвост.

Представляет опасность для спящих. Бакенеко может ходить на задних лапах, говорить, изменять форму тела, превращаясь в человека. Он в разы превосходит в размерах обычного кота.

9

Коннитива – «здравствуйте», Нэко-мусумэ – девушка-кошка, Нэко-данси – парень-кошка (яп.)

10

Лошади всегда считались одними из самых мудрых животных. Вероятно, именно в этой связи принято считать, что если беременная женщина проедет на лошади или осле, то её ребенок обязательно вырастет мудрым и послушным.

11

«Кавалерия из-за холмов» – кинематографический прием развития сюжета – неожиданное появление союзника главного героя, спасающего последнего от неминуемой гибели. Литературный аналог – «Deus ex maсhina» («Бог из машины», лат.).

12

Red Queen – Красная Королева (англ.)

13

Эмпатия (греч. empatheia – вчувствование, сочувствование) – осознанное понимание внутреннего мира или эмоционального состояния другого человека. Соответственно, эмпатом называют человека, имеющего способность определять настроение собеседника.

Отличительная особенность эмпатии заключается в том, что это свойство касается широкого спектра эмоций – вне зависимости от их позитивного или негативного оттенка. Различается характер проявления эмпатии – от легкого отклика до глубокого погружения в чувственный мир другого человека.

14

Марк Твен произнёс свою знаменитую фразу: «Слухи о моей смерти несколько преувеличены» в ответ на ошибочный некролог в «New York Journal»

15

От названия фирмы-изготовителя печатной машинки – «Ремингтон»

16

Дореволюцiонный Совѣтчикъ – «Тетерев» («Сколько сонат ненаписанных…»)

17

Эвриди́ка (Евридика, др. – греч. Εὐρυδίκη) – в древнегреческой мифологии одна из дриад (лесная нимфа), известная как жена легендарного мифического певца и музыканта Орфея

18

Вергилий – проводник, ведущий главного героя поэмы Данте Алигьери «Божественная комедия» по загробному миру.

19

В старых народных поверьях и обычаях нож часто предстает верным помощником и другом, который одновременно требует к себе внимания и уважения. Он служит символом свободного и полноправного человека, а также оберегом от нечистой силы.

20

Перевод/адаптация текста песни «Ваше благородие» – Эдвард Крицкий, Нью-Йорк

Content

Александр Долинин
Чужое время

Часть первая Возвращение из никогда

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Часть вторая Daemonium ex machina

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Примечания