Константин Келлер

Поллукс

© Константин Келлер, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020

Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону

Из дневника Фрэнсис Т. Морган

«…После преждевременной смерти моего отца, кроме титула “принцессы клана” и той головной боли, что он нес вместе с собой, я унаследовала и всю империю Морганов. А империя была огромна. Первое, что я сделала, вступив в наследство, – купила космический корабль, наняла лучшую команду и улетела с Земли. Но оказалось, что где бы ты ни был, от себя не уйдешь. Для начала, первым пилотом на корабле оказался мой сводный брат. Один из незаконнорожденных сыновей моего отца. Самый старший. Да-да, это был Майкл. Майкл Сэйнфилд. Странно, но мы поладили. У нас возникло это необъяснимое взаимопонимание с полуслова. Очень скоро мы не могли представить себе жизнь, где бы нас не было друг у друга. У нас была общая кровь и общая страсть – мы оба были первоклассными пилотами. Но на этом сюрпризы не закончились.

Вернувшись на Землю после первой экспедиции, мне пришлось с головой окунуться в дела клана. Кроме всего прочего, всплыл вопрос брака и не просто брака, а кланового брака, спастись от которого не было ни малейшей возможности. Четыре кандидата от четырех кланов и команда генетиков решали мою судьбу в течение года. Чтобы не сойти с ума, я загрузила себя работой и службой, потому что из армии меня тоже никто не отпускал. Попросив себе для тренировок группу совсем зеленых новичков, я и не подозревала, что встречу среди них своего младшего сводного брата – Патрика Дугана. Не думала, что кто-то еще кроме Майкла сможет пробудить во мне какие-то родственные чувства, но этот парень смог. Чистая и добрая душа, он был самым талантливым и старательным моим учеником. Эти двое помогли мне понять, как ко мне на самом деле относился отец, и осознать, чего ему стоила моя свобода от клана.

К концу года выяснилось, что ни один из представленных к браку кандидатов мне не подходит – анализы показывали генные мутации уже в первом или втором поколении. Впервые в истории клана (господи, да у них со мной все было впервые!) из-за меня прибегли к поправке “О свежей крови”. Результатом поисков стал единственный человек, которого я хотела видеть рядом с собой, но не позволяла себе даже мечтать об этом – Бартоломью Флинт, служивший механиком на моем корабле. Вдобавок он оказался агентом Отдела по делам кланов, и мы с Майклом были под его наблюдением. Развязка всей этой истории была бы фееричной и фантастично счастливой, если бы не Война кланов, в которую наш клан, а значит, и меня втянули через год после рождения близнецов.

После суровой полугодовой подготовки на базе и тщательно проработанного плана, мы запустили и блестяще провели операцию “Мираж”. Но не без ущерба для меня. Пытаясь вытрясти из меня необходимую им информацию, наши новоявленные враги ввели мне запрещенное вещество Си-Экс, которое пагубно повлияло на мой организм. Только благодаря титаническим усилиям нашего командного врача Генри Хейворда, я умудрилась пройти врачебную комиссию и остаться в строю. После долгих и упорных поисков противоядия доктору удалось-таки найти “волшебную” формулу и нейтрализовать яд в моей крови.

После успешного завершения операции “Мираж” мне позволили уйти в отставку и предоставили карт-бланш для первичной разведки в космосе. Кроме того, мой корабль “Поллукс” имел право неограниченного доступа к ресурсам всех существующих на тот момент космических станций и баз, и за мной оставалась полная свобода выбора объекта. Наши близнецы были под неусыпным надзором моего дяди со стороны отца, и теперь ничто не могло помешать мне летать по всей видимой Вселенной…»

Часть 1

SOS

– Морган… – пробилось сквозь сон.

– Морган!

Отвалите, я сплю…

– Морган!!! – заорал голос Майкла в моих ушах.

– Чего тебе? Мне еще три часа спать…

– Экстренное торможение! Вставай немедленно, мать твою!

– Можно немного больше любви? – я встала, но не могла разлепить глаза.

Майкл мне подробно объяснил, не стесняясь в выражениях, как он несказанно рад представившейся возможности открыть мне, наконец, всю сложную гамму чувств, которую он испытывает ко мне, но если я немедленно не явлюсь на мостик, он исполнит свою давнюю мечту и придушит собственную сестру. И это была сильно отредактированная версия его непечатной речи.

– Как поэтично, – к концу его тирады я положила руки на штурвал.

Капитан сыпал командами, и на разговоры не было времени. Я понимала одно – мы экстренно тормозим и выходим из тоннеля раньше времени. К физическому дискомфорту добавилось чувство нарастающей тревоги. Когда мы вышли из гиперпространства, я лихорадочно огляделась вокруг. Ни одной звезды. И зачем капитан активировал бортовые орудия?!

– Где мы?! – тихо спросила я, и тут мой взгляд остановился.

– Тебе с координатами или на пальцах? – не поворачивая головы, спросил Майкл.

– На пальцах, – в горле у меня пересохло.

– В пространстве между Волопасом и Девой…

Карта моментально всплыла перед глазами.

– Там пусто…

– Как видишь, не совсем…

Перед нами был корабль. Он висел в пространстве, вращаясь вокруг своей оси. Он был достаточно далеко. В зоне безопасной для любого выстрела. Но я могла точно сказать одно: я не видела раньше таких кораблей. Даже на картинках в учебнике истории. Я знала все корабли, начиная с первых «Союзов» и «Аполлонов». Такого корабля я не видела никогда.

– Мы получили сигнал SOS и были вынуждены выйти из тоннеля, – услышала я голос капитана Белфорда, – сигнал продолжает поступать, судя по интервалу и частоте, его передает маяк… Отлепите Морган от обзорного экрана!

В голосе капитана отчетливо слышалось раздражение, но я не могла заставить себя отвернуться от экрана.

– Сэр, я не знаю, что это за корабль, – сказала я вслух.

– Мы все не знаем, что это за корабль, – вздохнул капитан.

– Я знаю ВСЕ земные корабли… – впервые в жизни я застыла.

Я не могла пошевелиться. Я была в ступоре.

– Это не наш корабль, – пробормотала я.

– Сигнал SOS вполне земной, – голос капитана звучал буднично, и эта простая истина вернула меня в реальность.

– Давно мы можем принимать сигналы бедствия в гиперпространстве и выскакивать из тоннеля раньше времени? – я, как всегда вовремя, озаботилась сторонней проблемой.

– Ты реально сейчас хочешь это обсудить? – холодно осведомился Майкл.

– Не обязательно сейчас, но хотелось бы знать, – не могла остановиться я.

Майкл закатил глаза и подавил очередной приступ желания удавить меня на месте.

– Новая радиоаппаратура, разработанная «Морган Индастриз», позволяет теперь ловить не только направленные сигналы с Земли, что мы и раньше были в состоянии делать, но и принимать сигналы из космоса даже в гиперпространстве, – с ангельским терпением пояснил мне капитан, – мы пеленгуем все сигналы по пути своего следования, фиксируем координаты, информация отправляется на Землю и там анализируется. Это позволяет получить сведения еще и о пространстве вокруг тоннеля, – капитан смотрел на меня как на нерадивого ученика, который не понял новый материал с первого раза.

Мне оставалось лишь кивнуть. Я вспомнила целую пачку документов – спецификаций и счетов, которые аврально подписывала в последние дни перед вылетом. Впервые у меня не было ни времени, ни возможности тщательно изучить все, что я покупаю. Я лишь верила, что «Морган Индастриз» не подсунет мне что попало, и вот надо же, такую деталь пропустила…

– …Мистер Вульф нашел способ экстренного выхода из тоннеля, – продолжил тем временем капитан, а астрофизик кивнул в подтверждение и поправил очки. – Теперь, когда мы все прояснили, мистер Вульф, просканируйте объект на предмет активности. Если все спокойно, подойдем к нему на шаттлах и запустим «птиц». Джордж и мистер Флинт – проверить шаттлы и скафандры, Майкл и Морган – подготовьте птичек и загрузите на шаттлы, доктор, готовьте медотсек. – Капитан встал со своего кресла на мостике и хлопнул в ладоши, приводя нас в чувство: – За работу!

Привычная рутинная работа – лучший способ выйти из ступора.

– Есть гипотезы? – спросила я Майкла, возясь с настройкой очередного аппарата.

– Ни одной, – Майкл поднял голову и посмотрел на меня, – Морган, в любом случае мы скоро все узнаем.

– Надо проверить арсенал, – сказала я.

– Проверим, – кивнул Майкл, – и «пустыми» туда не пойдем.

Я кивнула и вернулась к работе. Дел было невпроворот. Стараясь не мешаться под ногами Джорджа и Барта, мы загрузили «птиц» на шаттлы и направились в арсенал.

– Что берем? – спросила я, обводя взглядом наши обширные запасы.

– Заряды для бортовых пушек для начала, – сказал Майкл, берясь за ручку внушительного ящика.

– Ладно, – кивнула я и взялась за вторую.

Мы загрузили шаттлы под завязку.

– Там для нас место осталось? – спросил Барт, провожая взглядом нас с очередным ящиком.

– Осталось, – пробормотала я, соображая, все ли мы взяли. – Майк, – озарило меня, – может, еще пушку взять, ту здоровую, как ее?..

– Морган, уймись! – засмеялся Майкл. – Мы уже можем уничтожить небольшой флот.

Смех Майкла смыл остатки паники, и тревога начала перерождаться в любопытство. К моменту, когда капитан пригласил нас на мостик, я едва сдерживалась.

– Итак, господа. Анализ корпуса корабля показал, что он вполне земной. Мягко говоря, древний. По составу корпуса, я вообще не понимаю, как он смог преодолеть такое расстояние. Активности нет. Функционирует аварийный генератор, которого хватает только на работу маяка. Подойдете на шаттлах, полная амуниция, – это уже нам с Майклом, – запустите «птиц», отойдете и ляжете в дрейф. На теневую сторону не соваться, постоянно находиться в зоне видимости, – капитан Белфорд посмотрел на меня. – Вы все поняли? – его голос звучал сурово, без тени намека на улыбку. – Морган?

– Да, капитан, – кивнула я.

– Отправляйтесь. Постоянно находиться на связи. При любой внештатной ситуации немедленно возвращаться на корабль, «птиц» перевести в режим самоуничтожения.

– Есть, сэр! – Мы не сдерживаясь перешли на бег.

За пять лет в космосе такое с нами случилось впервые, и нам не терпелось во всем разобраться. Неизбежная процедура облачения в скафандры, и, наконец, я на борту «Кастора». Барт занял свое место справа от меня. Он собран, спокоен и сосредоточен. Я никогда не видела его напуганным или в панике, хотя Майкл говорил, что наблюдал у него весь спектр этих эмоций, когда я рожала… Господи, о чем я сейчас?!! Самое время… Так, вернись в реальность!

– Все системы активированы! – доложила я капитану. – Проверка… Все в рабочем режиме, мы готовы, капитан!

– Старт!

Шлюз открылся, и мы нырнули в пространство. Я не могла оторвать взгляд от корабля. Я смотрела на его форму, на его конструкцию. На его размеры. Он медленно рос по мере нашего приближения.

– Он большой, – не выдержала я.

– Очень, – Барт внимательно смотрел вперед, делал снимки, ловко управляя бортовыми системами внешнего наблюдения, и увеличивал изображения на экране перед собой. – И старый. Такие двигатели и системы охлаждения были в девяностых годах двадцатого века, – он ловко вертел изображение на экране, увеличивая нужные объекты. – Смотри, какие сопла… Защитные экраны…

– Защитные экраны? – я разглядывала чудной корабль.

– На скорости, близкой к скорости света, любая пылинка в космосе от атома водорода до микрометеорита неизбежно становится пулей, обладающей огромной энергией и способной пробить корпус корабля насквозь… Водород при этом начинает разлагаться на субатомные частицы, которые проникают вглубь корабля – такое воздействие радиации означает мгновенную смерть, так как вода в организме человека буквально закипает. А сам корабль нагревается до температур плавления… У этого корабля корпус изрядно потрепан, но цел…

– Вот почему капитан удивился тому, что они здесь… Если это щиты, сколько же весит этот корабль? Как он вообще от Земли-то оторвался?!

– Он не отрывался… Судя по конструкции, он не должен был стартовать с Земли. Скорее всего, с околоземной орбиты…

– И на сколько человек он рассчитан?

– Трудно сказать… Команда человек шесть-десять, летали линейно… Черт, далеко они от Земли! Ни номера, ни серии… – Барт виртуозно манипулировал картинками на экране. – О! Название! «Новый путь».

– Майкл, видим название. «Новый путь».

– Тоже видим, спасибо. Капитан?

– Принято, проверяем. Работайте дальше.

– Что это за название для корабля? Для секты в самый раз, – я внимательно следила за показаниями приборов. – Сбавить обороты! Лечь в дрейф! Запускаем «птиц»!

– Есть сбавить обороты, – Барт безупречно управлялся с шаттлом. – Ложимся в дрейф. – Руки еще раз пробежались по панели. – «Птицы» активированы и готовы к запуску.

– Отправляй и быть начеку.

– Есть быть начеку. – Еще одна быстрая пробежка пальцев по панели, и активизировались бортовые орудия.

«Птицы» рассредоточились над видимой частью корабля.

– Капитан, можно отправить парочку на теневую сторону? – не выдержала я.

– Отправляй, но сама…

– …не двигайся с места, – закончила за него я и отправила с десяток «птиц» на теневую сторону.

Данные с приборов сыпали на экран бесконечным потоком. Они подтверждали то, что сказали мистер Вульф и Барт – сплав корпуса корабля вполне земной, техническое оснащение соответствует 90-м годам двадцатого века, энергетическая активность корабля близка к нулю. Барт снимал подробнейшим образом внешние люки и замки.

– Не вижу стыковочного шлюза, – он на бешеной скорости листал изображения на экране, – дай мне шлюз… Шлюз… Дай мне изображения от «птиц» с теневой стороны, – нетерпеливо скомандовал он.

Я переадресовала изображения к нему на экран.

– Барт, что не так?

– Если нет шлюза, не знаю, как мы туда попадем… Черт! Там тоже нет!

– Может, он выглядит не так, как сейчас? Какой-то из вот этих люков может быть таким шлюзом. Как-то же они туда попали… Вот этот люк выглядит самым большим. Остальные похожи на технические…

– Возможно, – Барт задумчиво вертел картинки на экране. – Вот этот тоже большой, – Барт увеличил картинку. – Да, замок такой же. Похоже, это и есть вход.

– Морган, Джордж не видит стыковочного шлюза, – подал голос Майкл.

– Барт тоже. Но есть два больших люка. Погоди, это шаттл?

– Похоже на то, – Барт изучил очередную картинку от «птиц», – внешняя стыковка… Даже не могу сказать, на сколько он человек.

– Чтоб их! И как мы туда попадем?! – озвучил Майкл вопрос, мучивший нас всех. – Ладно, решим на «Поллуксе». Собираем все и уходим.

– Хорошо, – согласилась я.

А что мне еще оставалось? Собрав «птиц» и под завязку загрузившись информацией, мы вернулись на «Поллукс».

* * *

На «Поллуксе» нас ждал капитан. Он уже обладал всей информацией, которая автоматически поступала к нему с шаттлов, и поэтому, не теряя время на доклады, мы принялись бурно обсуждать, что делать.

– Откуда они тут взялись?! – не унималась я.

– Как мы туда попадем? – мучились вопросом наши механики.

– Почему все орут? – капитан разом прекратил хаотичный поток сознания и направил нашу бьющую через край энергию в созидательное русло.

– Откуда – сейчас неважно. Попадем внутрь, поймем, откуда и зачем. Вопрос – как?

– Не будем знать откуда, не поймем, что ждет нас внутри, – я упрямо гнула свое.

Приход нашего астрофизика прервал полемику.

– Мистер Вульф, – капитан приглашающим жестом дал физику слово.

– Я проверил по общедоступной базе – такого корабля нет. Я проверил реестр миссий, считающихся неудавшимися – корабль бесследно исчез, потеряна связь с кораблем и тому подобное, в этом списке корабля тоже нет. У меня нет доступа к закрытым базам данных, – мистер Вульф посмотрел на капитана.

У меня засосало под ложечкой – ох, не к добру все это…

– Барт? – я посмотрела на мужа.

– У АНБ нет доступа к базе военного ведомства, но я попробую пробить по своим каналам.

– Хорошо, – кивнул капитан и повернулся к моему брату. – Майкл, Карен сможет нам помочь?

Жена Майкла – Карен Мак-Артур Сэйнфилд-Морган, будучи в положении, была нашим человеком на Земле. Впоследствии предполагалось ее вступление в команду – нашей миссии требовалось все больше специалистов. Но и сейчас Карен была нам чрезвычайна полезна.

– Пусть Барт попытается, может, и не придется ее дергать, – вполне резонно заметил Майкл.

– Чертовщина какая-то… – Барт уже воевал с компьютером. – Завожу название корабля, меня перебрасывает на ссылку «Корпорация», дальше идет ошибка – файлы отсутствуют.

– Введи свой уровень доступа, – сунулась я.

– Я уже на своем уровне доступа!

– Пусти-ка, – я решила использовать свои привычные обходные пути.

– Если интуиция меня не подводит, – отступил от панели Барт, – в ближайшее время с нами свяжутся с Земли с четкими указаниями никуда не соваться и ничего не делать.

Я обошла несколько «заслонок» и влепилась в непрошибаемую стену.

– Провались…

Я отступила.

– Капитан? – повернулась я, и все посмотрели на капитана.

– Итак, Джордж и мистер Флинт, есть идеи, как мы туда попадем? – невозмутимо спросил капитан.

Майкл, ни слова не говоря, занял мое место у компьютера, чтобы связаться с Карен. Барт заговорил.

– На всей поверхности корабля нет стыковочных шлюзов. В нашем представлении о них. Вероятно, единственный, который есть, находится под шаттлом, с системой внешней стыковки. Есть два достаточно больших люка, систему замков надо изучить – какая-то древняя механика. Прочности корпуса хватит на одно прохождение через земную атмосферу, после этого он будет годен только на лом. Я вообще не понимаю, что это за корабль, – Барт развел руками.

– Идеи? – терпеливо повторил вопрос капитан.

Механики переглянулись, Барт кивнул, и Джордж взял слово.

– Сканеры показывают старую планировку корабля, когда все помещения располагаются вдоль центральной оси, на одном уровне, и отсеки перекрываются вручную герметичными люками. Судя по полученным изображениям, люки задраены. Если мы войдем снаружи через этот люк, – рука механика обозначила участок на голографической схеме корабля, – мы разгерметизируем один отсек. Вот эти клапаны позволят выпустить космос, после закрытия люка. Нам нужен будет еще один человек на случай, если люк закрывается только снаружи. А вот это похоже на систему подачи кислорода, – темная рука скользнула по контрастно высветившейся разветвленной системе. – Дальше можно будет продвигаться, открывая люк за люком, добравшись до мостика, мы получим доступ к данным и, если до этого никого не найдем, поймем, что с командой…

– Или не поймем, – мрачно сказал Майкл, напряженно изучая данные на экране.

Быстро Карен работает!

– Карен не знает, что это за корабль, но у нее получилось добыть интересную информацию. В девяностых годах двадцатого века некая организация, именующая себя «Корпорация», пыталась протащить через Палату представителей, а затем и Сенат США проект «Смерть во имя прогресса», согласно которому все приговоренные к смерти уголовники передавались в распоряжение Корпорации, которая имела право использовать их в своих экспериментах на свое усмотрение. Интересы Корпорации простирались от фармакологии до космоса.

Что-то пробило наконец мою память.

– Экипажи смертников… – выдохнула я.

Ночная страшилка времен Академии про корабли-призраки с кровожадными уголовниками на борту оборачивалась реальным кошмаром.

Все повернулись ко мне.

– Когда я училась в Академии, ходили байки, что приговоренным к смерти давали право выбора – казнь или участие в первых запусках новых моделей кораблей. Предлагались безвозвратные миссии – экспедиции в черные дыры и тому подобное, – я «отжала» лишнюю информацию, которой обросли эти истории, оставив только суть.

Капитан Белфорд кивнул.

– Если там уголовники, оружие не помешает, и дополнительная защита тоже, – капитан оглядел висящую в пространстве мостика голографическую схему корабля. – Столько лет прошло, вряд ли там кто-то выжил, но если они в анабиозе… – капитан нашел взглядом доктора Хейворда.

Тот утвердительно кивнул.

– Такой вариант возможен. Или криокамеры. Экспериментировали и с тем, и с другим.

– И тому и другому нужна энергия и место. Допустим, генератор питает и маяк, и камеры. Такое возможно?

– Старая техника, сложно сказать, сколько энергии для них необходимо. Кроме того, вот это, – Барт указал на что-то на схеме, – похоже на солнечную батарею…

– Да, вот здесь тоже, – Джордж указал на еще одну панель на поверхности корабля, – они могут напрямую питать весь отсек с камерами независимо от генератора маяка…

– Если это смертники и они не могли сами покинуть корабль, зачем они выставили маяк? Они имели право подавать сигналы бедствия? Их должны были спасать? Или конкретно из этой экспедиции они должны были вернуться? – капитан не отрываясь смотрел на схему.

– Сэр, меня больше интересует, что они здесь делали? Здесь войд – космическая пустота, – подал голос Майкл. – Если они были посланы изучить ее свойства, то либо не долетели, либо уже покинули ее пределы. Были ли они внутри или так и остались на окраине?.. Зачем?.. Что есть такого в Пустоте Волопаса?

– Такие зоны традиционно обходят стороной, – согласно кивнул капитан, – в них плотность видимой материи значительно ниже её средней плотности во Вселенной, это как болото в лесу. Они были бы серьезной помехой при линейных полетах, уход в гиперпространство помог избежать лишних трагедий и потерь. Но тогда летали линейно и, как я понимаю, не совсем легально. Мистер Вульф, что мы знаем на данный момент о Пустоте Волопаса?

– Была открыта в 1981 году, ее диаметр триста миллионов световых лет…

– Мистер Вульф, к сути, – мягко сказал капитан, он глубоко уважал астрофизика за профессионализм и поистине энциклопедические познания, но времени на лекции не было.

– По краям Пустоты впоследствии обнаружили шестьдесят галактик, в самой Пустоте есть четыре галактики, две из них сталкивающиеся и о них практически ничего не известно.

– Туда можно войти на корабле? Вот на таком корабле? – капитан терпеливо указал рукой на нашу находку.

– Как вы уже сказали, плотность материи внутри войда значительно ниже средних величин во Вселенной и вдобавок гравитационная неустойчивость… Я не знаю, сэр, – мистер Вульф тяжело вздохнул.

– А если учесть мощность двигателей, максимальную скорость и вес корабля? – слегка подтолкнул капитан.

Мистер Тайлер быстро поправил очки.

– Я подумаю, сэр. А… вы можете предоставить мне спецификации корабля?

Капитан перевел взгляд на механиков. Те переглянулись.

– Пока нет. Надо идти на корабль, капитан. Без этого никак, – вздохнул Джордж.

Да, чем дольше мы летали, тем больше я убеждалась в одном: мы ни черта не знаем о космосе…

* * *

Я стояла у обзорного экрана и смотрела в Пустоту. Неожиданно в памяти всплыло: «Пустота – это хоть что-то, а там не было ничего…» И хотя я знала, что в этой Пустоте что-то есть, само ее существование вселяло необъяснимую тревогу.

Я перевела взгляд на корабль. Вот и осуществился «кошмар патологоанатома»! Мы нашли кого-то, кто побывал здесь раньше нас. Хотя обычно мы везде были первыми, если не считать исследовательские зонды, которые мы собирали каждый раз в ходе очередной миссии и отсылали информацию с них на Землю.

Да уж, предстоит решить задачу. Мистер Вульф удалился, чтобы заняться расчетами, капитан с механиками решал проблему прохода на корабль. Замки старой системы, надо изучить их досконально, чтобы потом открыть без малейших задержек. Мне пока заняться нечем. И вот, я стою здесь, смотрю на корабль и слушаю идущий с него сигнал. Ощущение тревоги усиливалось.

В этот раз мы шли в созвездие Весы. С 1962 года земляне с завидным упорством регулярно посылали в это созвездие радиосигналы, так сильно им хотелось быть обнаруженными. Никакого чувства самосохранения! И вот в 2005 году пришел ответ – радио- и световые сигналы. Что тогда началось! Найдена новая цивилизация – кричали одни; это возвращаются отражения наших сигналов – пытались вразумить их другие… Теперь у меня появилась реальная возможность разобраться, наконец, что это было.

Словом, я выбрала конечную точку пути, и капитан Белфорд, как полагается, разослал информацию по всем космическим агентствам. Так уж повелось, если мы шли в какой-то сектор пространства, то выполняли там все попутные задания. В основном это были интересные астрообъекты наподобие Угольного мешка в Южном Кресте или радиогалактика в созвездии Лебедя, а к какому количеству экзопланет были посланы наши зонды, я и сказать уже не могу! К каждому заданию прилагалась своя техника, которой нас снабжали заказчики. Сейчас я стояла и думала, что даже неплохо, что мы всегда возим с собой парочку запасных разведывательных зондов. Настроить их дело двух часов, и можно будет отправить их прямо в сердце этой Пустоты. Почему я раньше никогда не натыкалась на этот феномен? Да потому, что гонялась за другим! Теперь меня заворожила эта пустота, а вслед за ней Сверхпустота Эридана. Вот чем следовало бы заняться! Реликтовое холодное пятно в пространстве… Некоторые даже считают, что это точка соприкосновения с параллельной Вселенной…

Я снова почувствовала внутри этот непреодолимый зов. Мне нравилось это ощущение. Осознание новой цели. Новая мечта. Новый…

– Даже боюсь спросить, о чем ты думаешь, – тихо сказал возникший ниоткуда Майкл.

– Да? С чего бы это?

– Мне хотелось бы зайти на Землю, увидеть Карен, и после этого я с тобой. Куда ты уже собралась?

– Это так очевидно?

– Для меня – да, – улыбнулся Майкл.

– Потом скажу, пока разберемся здесь, если что-нибудь другое еще не выплывет, – я кивнула на корабль. – Как Карен?

– То счастлива, то в отчаянии, когда ни то и ни другое, злится. В основном на меня. Ну, ты же помнишь, как это бывает…

– Не то слово, – меня передернуло от воспоминаний. – Сколько ей осталось?

– Четыре месяца.

– В любом случае молодцы, что собрались наконец!

– Ну да, ее служба, мои полеты… Наконец все сошлось, – он мягко улыбнулся.

– И вовремя, еще немного, и вас бы к стенке приперли на Совете Клана, – усмехнулась я. – Но дай Бог ей сил и терпения! Я до сих пор это время без содрогания вспомнить не могу, – я улыбнулась, – зато сейчас…

Нашим близнецам уже шесть. Маленькие монстры с ангельскими личиками прибрали к своим крошечным ручкам всю родню и крутили ими как хотели, постоянно держа всех в тонусе. Бедный Генри хватался то за сердце, то за голову, стараясь везде поспеть и предотвратить, сэр Энтони изо всех сил пытался сохранить суровость и хоть как-то воспитать наших чад. Появление в семье новых детей нисколько не изменило расклад сил. Марго и Элиот вели постоянную вербовку среди подрастающих братьев и сестер, и вскоре взрослым предстояло встретиться лицом к лицу с хорошо организованной детской бандой.

– Генри до сих пор вздрагивает при слове «бластер», – хохотнул Майкл, прервав мои мысли.

– Кто знал, что Элиот решит запихнуть в игрушечную модель обойму от настоящего! – попыталась отбиться я, вспоминая памятный вечер, после которого сэр Энтони наложил табу на любое оружие в доме.

Пока Марго, руководя малышней, отвлекала внимание взрослых, Элиот вытащил запасную обойму из патронташа Майкла и почти успел запихнуть ее в свою абсолютно точную игрушечную копию только что купленного мною бластера. Только всевидящее око Генри и моментальная реакция Барта предотвратили все возможные роковые последствия.

– А сам-то со своими «феррари»! – теперь я перешла в нападение.

– Детям исполнилось шесть, они попросили машины, как у мамы! Это были детские модели! Они клялись, что машины абсолютно безопасны!

– Зашибись! На них стояли настоящие двигатели! А на семь лет ты купишь им космический корабль?!

– Каждому свой, без возможности возвращения на Землю и посадки, – кивнул Майкл, смеясь отбиваясь от моих тумаков.

– Тогда даже я тебя не спасу! Не знаю, кто будет более скор на расправу с тобой, Генри, сэр Энтони или сэр Финли… Я уже не говорю о Барте! После них мне даже делать ничего не придется!..

– Ладно, я же пошутил, – Майкл моментально железной хваткой перехватил мои руки. – Серьезно, что думаешь? – он кивнул на корабль.

– Пока не поднимемся на борт, не узнаем, – я снова повернулась к Пустоте, на краю которой висел в пространстве корабль.

– Он вращается, – я следила за движением корабля. – Скорее всего, придется идти без страховочных тросов, на автономных системах. Может, заняться ими? – спросила я.

– Да, безделье сводит с ума. Пойдем.

Мы вызвали доктора Хейворда на мостик, а сами отправились к отсеку со скафандрами, проверить и протестировать автономные системы для работы в открытом космосе.

Это было такое подобие ранца, где, наряду с кислородными баллонами, была встроена система, позволяющая двигаться направленно в безвоздушном пространстве.

– Как близко мы сможем подойти к кораблю? – спросила я, соображая, какое расстояние можно пройти с этим ранцем.

А если на корабле разгерметизация? Кислорода должно хватить хотя бы на пару часов, это еще без учета возни с замками на люках…

– Надо два комплекта, – почти хором сказали мы и невольно засмеялись.

Когда касалось дела, наши мысли всегда текли в одном русле.

– Возможно, им придется сделать две ходки: открыть – вернуться, сменить систему и затем уже зайти на корабль.

– Если надеть сразу две? – я повертела ранцы в руках и испытала чувство досады. – Нет возможности переключения с системы на систему…

– Всегда есть что дорабатывать, да, Морган? – усмехнулся Майкл, он знал, в каком направлении уже понеслись мои мысли.

– Каждый раз всплывает что-то новое, невозможно учесть всё!

– Ну, такого точно никто не предполагал, – согласился Майкл, и мы взялись за резервные комплекты.

К моменту, когда капитан пригласил нас на мостик, все было готово.

– Чем занимались? – капитан всегда неодобрительно относился к самодеятельности на борту.

Мы отчитались о проделанной работе.

Капитан сдержанно кивнул и заговорил.

– Так, с замками мы вроде бы разобрались. Вроде бы потому, что это в теории, – он слегка поморщился, как любой практик он не любил ничего теоретического, – есть только два состояния у механизма – он либо работает, либо нет, и никаких «может быть».

– Очень много «если», может быть все что угодно: от внутренних повреждений в механизмах замка или приводных системах люка до коррозии металла и прочих неожиданностей. Возможно, действительно, придется разбить все на два этапа. На борт подниматься только хорошо вооруженными, помните: там на самом деле могут быть настоящие уголовники… Как нам защитить скафандры от повреждений при возможном столкновении?! – капитан обвел нас взглядом.

Да провались! Как нам-то это в голову не пришло? Жертвы мирного неба и молчаливого космоса…

– Если они и живы, то только в условиях камер анабиоза, – напомнил Джордж.

– А если они вышли из анабиоза и из камер год, месяц, неделю назад?

– Активности на борту нет… – начал Майкл.

– В инфракрасном излучении смотрели?

Майкл покосился на меня, я на него.

– Смотрели, – кивнул Барт, – активности не было.

– Ладно, примем это за данность, – капитан оглядел на всех еще раз, – всем отдыхать! Через восемь часов всем собраться здесь.

– Есть, сэр! – мы с готовностью покинули мостик.

После внеплановой побудки, экстренного торможения, такого сюрприза и учета того, что нам предстоит, всем требовался отдых, поэтому мы без лишних слов разошлись по отсекам. Я уснула, едва коснувшись подушки.

* * *

На этот раз я была на мостике вовремя. Капитан начал совещание.

– Во-первых, с нами связались с Земли и приказали просто быть рядом с кораблем и наблюдать.

Капитан дал нам возможность переварить информацию.

– Значит, мы отступаем? – спросила я.

– Ни в коем случае. Из-за Пустоты идут сильные искажения, и сигнал мог прийти со значительным запозданием, я отвечу им позже, – капитан совершал недопустимую вольность, он обвел нас всех взглядом и, встретив молчаливое согласие с его действиями, продолжил: – Итак, ситуация у нас нештатная, придется решать задачи по мере их поступления.

– Разве у нас нет протокола на такой случай? – я тщетно напрягала свою память.

– Нет. Полагаю, мы его напишем, – сухо сказал капитан.

О, слава богу, значит, это не склероз, его просто нет… Я облегченно вздохнула и подняла глаза к висящей в пространстве рубки схеме корабля.

– Задача первая: подойти к кораблю, открыть люки и попасть вовнутрь, – продолжил капитан.

Как же легко все это происходило в моих любимых фильмах и книгах! И как наша реальность была далека от них.

– Корабль вращается вокруг своей оси, сила притяжения минимальна. Я обдумал вашу идею с «ранцами», это слишком рискованно – я не хочу никого потерять в космосе. Морган, сможешь зависнуть на шаттле у корабля и вращаться с ним, чтобы парни вышли с тросами?

Вот черт… Я уставилась на корабль.

– Скорость вращения, время полного оборота и максимально возможное сближение, чтобы меня к нему не притянуло, – моментально выдала я.

– Все здесь, – мистер Вульф с готовностью протянул мне файлы, молодец, ловит на лету.

– Спасибо, – я быстро просмотрела данные на экране.

– Морган?

– Да, капитан? – я была уже не здесь.

– Сделаешь? – терпеливо спросил капитан.

Я смотрела на цифры, сверяя их со спецификациями шаттла.

– Да, сэр! – отозвалась я, совершенно не представляя, как это вообще возможно.

Скорость вращения была достаточной для самого объекта, но вот зависнуть рядом с ним на шаттле… Слишком медленно… Я потерла щеку и взялась за жетоны на шее – жест тревоги, что не ускользнуло от Барта.

– Морган? Что не так? – спросил он.

Это было слишком важно, чтобы сделать вид, что он ничего не заметил. Теперь все смотрели на меня.

– Нужен пробный полет, сэр, только и всего. Сблизиться с кораблем и сделать с ним пару витков. Потом пойду с командой.

– Идите, – кивнул капитан и жестом отправил Майкла со мной.

Мы побежали к «Кастору».

– Вот данные, – я на ходу передала Майклу планшет.

– О, черт…

– Вот именно, – мы уже были на шаттле.

После тестирования и проверок капитан выпустил нас.

– Что думаешь? – Майкл снова просмотрел предоставленные нам параметры.

– Если периодически выключать двигатели и включать на самый малый… Надо выверить интервал.

– Морган, ты – гений!

– Просто соображаю быстрее, – я кивнула Майклу на выросший перед нами корабль. – Какой люк?

Майкл сориентировался по схеме и махнул рукой:

– Вон тот!

– Ясно, – я встала над люком на нужной высоте. – Поехали…

Мы сожгли почти все горючее, но синхронизировались с чертовым кораблем. Последние несколько витков люк все время был точно подо мной.

– Ладно, с этим разобрались, – кивнул Майкл, – идем домой.

На «Поллуксе» нас встретили в ангаре.

– Устали? Отдых нужен? – спросил капитан.

– Нет, сэр! Можем заправиться и идти.

– Хорошо, давайте, все за дело!

Мы заправили шаттл и загрузили все необходимое. Капитан и Майкл облачили в скафандры Джорджа и Барта, тщательно проверяя и перепроверяя каждую застежку. Затем капитан облачил Майкла. И все трое неуклюже поднялись на борт. Там мы прицепили к ним страховочные тросы и надели «ранцы». Капитан в таких случаях всегда предпочитал перестраховаться.

Когда все, наконец, было проверено и перепроверено, капитан выпустил нас с корабля.

Я впервые сидела в одиночестве за штурвалом «Кастора», когда справа сидел Барт, было как-то спокойнее. Теперь мне приходилось следить буквально за всем – от моих действий зависела жизнь трех человек.

– Парни, мы на месте, приготовились, – я стояла прямо над люком, удерживая высоту. – Пошли, – я открыла шлюз. – Не спешим, аккуратно! Следите за тросами, чтобы не переплелись! – крикнула я, и вовремя. Барт успел сманеврировать, и тросы пошли параллельно. – Отлично, спускайтесь, осторожно…

– Контакт, – услышала я голос Барта в наушниках.

– Контакт! – подал голос Джордж.

Я послала с ними «птиц» и сейчас на отдельном экране видела все, что там у них происходит.

– Отлично, работайте и будьте на связи. Если что не так, сразу сообщайте!

Это само собой разумелось, но я проговорила это еще раз. Больше для себя. Впервые у меня люди выходили в космос. Вообще все это происходило со мной впервые…

Хорошо, что мы пошли сразу обратно – руки еще помнили заданный на тренировках ритм, и я почти не дергала тросы. Редкие проклятия в мой адрес, раздававшиеся в наушниках, подтверждали, что все идет довольно неплохо.

– Парни, что с замками?

– Коррозия изнутри, заклинило механизм, придется повозиться…

– Понятно, работайте, – я не сводила глаз с приборов.

Майкл там в скафандре с ума сойдет – столько времени ждать! Но выхода нет.

– Майкл, слышал? – спросила я брата.

– Да, – отозвался он.

– Ты как?

– Нормально. Следи за парнями и не дергай шаттл, люди здесь подремать пытаются.

– Ну, ты даешь! – мой взгляд снова скользнул по экрану.

Вот черт!

– Парни, тросы! Джордж, замри! Барт, шаг влево и назад! Джордж, шаг вперед и вправо… Вот так, отлично! Следите за тросами!

– А ты у нас на что? – ворчливо отозвался Джордж.

– Что с замками?

– Сейчас…

Я видела, что они стучат по затворам, насколько это вообще возможно стучать в космосе по чему-либо.

– Есть! Один открыт! – раздался в ушах голос Барта.

– Принято! Майкл, один открыт.

– Слышал, я готов.

– Второй открыт! Отводим люк…

Я наблюдала, как они медленно с усилием отжимали крышку люка.

– Люк открыт, Майкл, на выход! Не спеши, следи за тросом. Парни, ждем!

Майкл коснулся обшивки корабля и с максимальной осторожностью приблизился к люку.

– Всё, Морган, идем внутрь.

– Принято, постоянно быть на связи. Видеосигнал с «птицы» поступает. Задраить люк!

Майкл принял страховочные тросы у парней и закрыл люк.

– Замки закрыты, – отчитался он.

– Принято, ждем.

– Кислород пошел, видимо, системы подачи воздуха работают от солнечных батарей, – это Джордж. – Кислород на норме, открываем люк в первый отсек.

– Будьте начеку, Майкл, возвращайся на борт, – я включила лебедку и втянула Майкла в шлюз шаттла.

Закрыла внешний люк и, выкачав космос, подала в шлюз кислород.

– Майкл, порядок. Кислород в норме, дышим. Парни, что у вас?

– Невесомость… Пока никого, техника – мечта антиквара, – отозвался Барт.

Я смотрела на изображение, транслируемое «птицей» с борта «Нового пути». «Что за гадкое название?» – в сотый раз подумала я…

– Что-то есть, погоди. – Луч фонаря выхватил плавающее в невесомости тело.

Я от неожиданности вздрогнула.

– Он старый? – Если это член команды, то учитывая срок давности, вопрос не самый глупый.

– Умер он не от старости точно, – Джордж развернул тело погибшего астронавта так, что я увидела рану. – Убит прямо в сердце…

В руке Барта появился бластер.

– Вы можете запустить генератор, чтобы дать свет? Ни черта же не видно!

– Люк в машинное отделение в следующем отсеке, но при подаче энергии могут возникнуть всякие неожиданности, – Джордж открывал замки на люке в следующий отсек. – Могут запуститься все системы, корабль может продолжить свой путь, и мы окажемся в ловушке. Мы обсудили это с капитаном, пока вы летали…

– Морган, еще один, – голос Барта звучал напряженно.

Я увидела еще одно тело. Провались, молодой парень…

– Морган! – это уже с «Поллукса».

– Да, капитан! – Все данные от меня автоматически передавались на «Поллукс», и капитан мог наблюдать за всем в режиме реального времени.

– К нам идет «Армагеддон», будет через шесть часов.

– Они отправили боевой крейсер?! – я следила за происходящим на экране.

Что же мы нашли, черт возьми?!

Но на эти мысли пока времени не было.

– Так, парни, в следующем отсеке анабиозные камеры.

Сначала они запустили «птицу». Барт и Джордж внимательно смотрели на картинку, передаваемую им на планшет.

– Я ничего не вижу, вроде все чисто. Морган? – Барт запросил подтверждение.

– Четыре… Шесть камер… В рабочем режиме, – я медленно водила «птицу» по отсеку. – Седьмая накрылась – датчики не работают… Ждать… Так, тело внутри… Если камера накрылась, то он, скорее всего, уже умер…

– Заходим, – парни отжали люк.

– Аккуратно, – я застыла у экрана.

Парни медленно «обходят» камеры одну за другой. Возле седьмой замирают.

– Откроем? – Джордж попытался протереть стекло на камере.

– Тут холодно, – в голосе Барта звучит сомнение.

– Я не вижу, кто там… Стекло запотело…

– Джордж! Оно не могло!..

Крышка камеры распахнулась настолько быстро, насколько это было возможно в невесомости. Я почти подпрыгнула.

– Барт! – заорала я.

– Морган, заткнись! – Барт и Джордж среагировали мгновенно.

Человек в легком скафандре бросился на Джорджа, Барт перехватил руку со сверкнувшим ножом. Схватка в невесомости – это как кошмар в замедленной съемке. Вдвоем они скручивают парня, сыпля проклятиями, Джордж даже нашел, чем связать ему руки.

– Барт, повернись… Барт! – Я не отрываясь смотрела на темное пятно на его скафандре. – Барт! Проверь скафандр!

– Морган! Спусти меня к ним! – это Майкл.

– Подожди, Майкл, – я смотрела, как Барт с Джорджем внимательно осмотрели каждый дюйм скафандра, – сейчас…

– Осмотри его, – кивнул Барт.

Джордж прокрутил перед собой связанного парня.

– Нет, ничего. Черт… Давай еще раз, не спеша, – Джордж был на удивление спокоен, у меня сердце стучало уже в горле, паника вот-вот накроет меня с головой. – Давай медленно, дюйм за дюймом… Вот она! Успел ножом задеть… Так, сейчас. – Джордж спокойно уложил найденного парня в ложе камеры и защелкнул крышку. – Вот так, не будет мешать… Так, иди сюда, – Джордж притянул к себе Барта, в руках у механика появилась бобина широкого скотча. – Давай замотаем… И заклеим, и кровь остановим, а там уже док тебя починит, будешь как новенький… – он туго, слой за слоем обматывал торс Барта. – Вот так, только на шаттл подняться, и все… – Я понимала, что говорит он это все специально для меня. – Ну, вот, давай, пошли на выход… А этот еще полежит, столько лежал, ничего с ним не случится… Морган, готовь Майкла!

– Я готов! – отозвался Майкл.

Кто бы сомневался! Я выровняла шаттл над выходным люком, и Майкл, спустившись на тросе, занялся замками.

– Готовы!

Майкл открыл люк, прицепил трос к Барту, и я подняла его на борт. Майкл прицепил Джорджа, и я подняла обоих. У меня едва хватило терпения задраить люки и дождаться, пока шлюз наполнится кислородом и к ним можно будет войти. Точнее, ворваться.

– Барт!

– Морган, не ори и не дергай меня, – Барт указал на шлем.

Да, шлем. Трясущимися руками я отстегнула и сняла его. Барт бледен.

– Морган, что у вас? – голос капитана в ухе смыл остатки паники.

– Барт ранен. Возвращаемся! Пусть док готовится, – я без лишних слов развернула «Кастора» и рванула к «Поллуксу».

Доктор и капитан были в шлюзе, едва закачался кислород. Джордж и доктор Хейворд увели Барта в медотсек, а капитан прошел с нами на мостик и затребовал самый подробный рапорт, несмотря на то что сам был фактически свидетелем произошедшего.

– Надо вернуться на корабль, забрать этого ублюдка и добраться до рубки. Надо понять, во что мы влипли, до прихода «Армагеддона».

– Барт выбыл, – я посмотрела на капитана, – нужен еще один человек. Майкл и Джордж вдвоем не справятся.

– Возьмете дока, – решил капитан, – пусть вколет там этому Джону Доу что-нибудь, чтобы доставить его сюда без сюрпризов, а Джордж проверит команду и снимет все данные с бортовых компьютеров. Компьютеры там есть? Не корабль, а дирижабль, чтоб его…

– Да, капитан.

– Пойдете, как только док закончит с мистером Флинтом.

– Есть, капитан! – отозвались мы с Майклом и отправились к медотсеку.

Барт уже лежал на койке в послеоперационной под термоодеялом. Я направилась к нему, а Майкл к Генри Хейворду, обрадовать его перспективой выхода в открытый космос.

– Ты как? – без лишних слов спросила я, сжав холодную руку Барта.

– Рана поверхностная. Замерз немного. Там жутко холодно, от повреждения скафандра холод проник внутрь.

– Надо разбить костюм на сегменты, чтобы повреждения не носили тотальный характер, а ограничивались небольшим участком, возможно продумать механизм самоизоляции поврежденного участка…

Барт засмеялся и слабо сжал мою руку.

– Ты неугомонная…

Я не могла отвести взгляда от его бледного лица.

– Я не могу тебя потерять, – тихо сказала я.

– Не потеряешь. Док сказал, через пару часов я буду в норме. И тогда вернемся на корабль.

– К нам отправили «Армагеддон», у нас нет пары часов, Барт. Мы пойдем сейчас, с доком.

– «Армагеддон»?! Первый боевой крейсер… Черт… Что же мы нашли? – повторил он мой вопрос.

Майкл помаячил мне из-за стеклянной двери отсека.

– Мне пора, поправляйся, – я коснулась губами холодной щеки Барта и вышла.

Как я и предполагала, доктор был не в восторге от перспективы выхода в открытый космос. Но других вариантов у нас не было.

* * *

На этот раз все прошло быстрее по уже отработанному алгоритму. Джордж с доктором без проблем добрались до отсека с анабиозными камерами. Доктор проявил неожиданную сноровку, и наш Джон Доу даже трепыхнуться не успел, как обмяк в воздухе. Руки его оставались связанными. Джордж прикрепил к его скафандру шлем и отправил его с доктором на выход. Там их ждал Майкл. Сам Джордж направился в рубку.

– Джордж, будь предельно осторожен, ты теперь один…

– Морган, ты разговариваешь вслух, – отозвался механик, запуская в каждый новый отсек сначала «птицу» на разведку, а уж потом заходя сам.

– Извини, я нервничаю…

– А вы не нервничайте, мисс, – Джордж умел вовремя «включать» южанина.

– До рубки один отсек, – я смотрела на экран.

Джордж запустил в очередной отсек «птицу». Еще анабиозные камеры, для экипажа. Пустые.

– Где команда? – пробормотала я.

– Здесь… – Джордж перенаправил «птиц» с камерами, и я застыла, глядя на поступающие с корабля изображения с плавающими в невесомости телами, Джордж осмотрел погибших. – Все убиты… Что нам с ними делать? Здесь не все… Камер больше, чем людей…

– Пусть с этим парни с «Армагеддона» разбираются, нам надо успеть снять информацию с бортового журнала, – одновременно с этим разговором я приняла на борт шаттла доктора с его ношей и Майкла. – Джордж, я отойду на минуту, подожди. Не заходи пока в рубку – я должна помочь доку.

– Принято.

Я не мешкая разоблачила доктора Хейворда, он довольно быстро пришел в себя после пережитого и занялся Джоном Доу.

– Майк, тебе придется потерпеть в скафандре.

– Ничего, иди.

Я вернулась в рубку.

– Джордж, я на месте, заходим в рубку.

– Да, мэм, – механик открыл последний люк и медленно вплыл в рубку корабля.

– А вот и остальные… На своих местах, пристегнуты ремнями… Убиты…

– Бортовой компьютер, – напомнила я, времени до прибытия крейсера было катастрофически мало.

В ушах раздавалось малоразборчивое бормотание Джорджа. Витиеватость некоторых фраз могла сразить любого искушенного филолога – Джордж пытался подключиться к допотопному компьютеру. Наконец, ему это удалось, и пока информация копировалась на наш диск, механик огляделся вокруг.

– Не может быть…

– Что такое?

– Они вели рукописный журнал! – Джордж, не раздумывая, бережно забрал находку.

– О, черт! – я смотрела на приборы, и волосы зашевелились у меня на затылке. – Джордж, быстрее вали оттуда! Чертов крейсер выходит из тоннеля, и мы в зоне выхода! Джордж, бегом!

– Понял, – Джордж выхватил наш диск и рванул к выходу.

– Майкл, хватай его, и я вас втяну, быстрее!!! – Цеплять к Джорджу страховочный трос времени уже не было – шаттл начал вибрировать. – Быстрее… быстрее…

– Морган, ты не помогаешь! – Майкл скользнул вниз, открыл люк и крепко схватил подоспевшего к этому времени механика, и как раз вовремя!

Я запустила двигатели и втащила их на борт уже почти на полном ходу. Когда закрылись створки шлюза, мне стало легче, но ненамного. Шаттл нещадно трясло от активации зоны выхода из тоннеля. Да вашу ж мать! Кто ж вам маршруты там считает?!! Они хоть школу-то закончили?! Они, черт возьми, вообще знают, что такое космос?!! Я запустила все резервные системы и мощности и на максимальной скорости рванула как можно дальше от того места, где только что была: «Армагеддон» рисковал влепиться в «Новый путь». Вот уж точно: как корабль назовешь… Нам всем сейчас будет огромный и сияющий конец… Ну уж дудки!

– «Армагеддон», включайте торможение! – по открытому каналу обратился к крейсеру капитан Белфорд, который тоже заметил неладное. – Слишком близко к кораблю сформировался выход из тоннеля.

– Морган, прикроем вас «Поллуксом» от волны! – раздался в ушах голос капитана.

– Принято, – я моментально поняла, куда мне отводить шаттл и что делать.

Я что было духу рванула в тыл «Поллукса».

– Эй, держитесь там за что-нибудь! – запоздало крикнула я по внутренней связи.

– Я успел всех пристегнуть, рули давай! – отозвался Майкл, голос его звучал сдавленно.

Я едва успела юркнуть за «Поллукс». «Армагеддон» включил торможение, но все же задел «Новый путь» и протолкнул его в сторону «Поллукса». Наш капитан был стреляным воробьем, и он успел сманеврировать, не забывая командовать мной. Когда все успокоилось – корабли легли в дрейф и в эфире смолк хор самой отборной брани, «Поллукс» принял нас на борт.

Капитан с мистером Вульфом ждали нас и помогли разоблачиться. Все смотрели на человека с «Нового пути».

– Надолго он в отключке? – спросил капитан.

– Часа на два.

– Отлично, давайте его в медотсек – осмотр, анализы, все, что успеете сделать. Я потяну время, все понятно? – капитан посмотрел на доктора Хейворда.

– Да, сэр! – отозвался тот и повернулся ко мне. – Морган?

– Да, – я подхватила парня под одну руку, Генри Хейворд под другую, и мы уволокли его в медотсек.

Капитан с остальными отправились в рубку, чтобы успеть пролистать журнал. Диск выдернули раньше времени, и файлы могли оказаться «битыми».

Я осталась в медотсеке, помогать Генри.

– Командуй! – сказала я, когда мы водрузили Джона Доу на стол в операционной.

– Надо его раздеть, – Генри протянул мне скальпель: – Режь.

Некогда было возиться с застежками старых конструкций. Я вспорола комбинезон.

– Сколько татуировок! – я даже замерла, разглядывая дикие узоры на руках заключенного.

Теперь в этом не было никаких сомнений. Сама мысль, что можно вот так добровольно обезобразить собственное тело, вызывала содрогание. Нет, никто не отрицал татуировки среди спецподразделений, за каждым из них были зарегистрированы свои, но они играли роль армейского жетона, были компактны, носили чисто информативный характер и набивались на совершенно конкретных местах на голени и руке. Чтобы при необходимости можно было опознать или установить личность. А здесь…

– Морган, у нас нет времени, – Генри сфотографировал лицо нашего Джона Доу, татуировки и протянул мне сканер. – Сними отпечатки, я возьму кровь.

– Давай, – я отсканировала пальцы обеих рук.

– Иди, включай сканер, посмотрим, что в нем, с ним или все вместе…

– Ты думаешь, в нем может что-то быть? – я вспомнила Чужого и поежилась.

– Не дури, запускай! – Генри провел первичный осмотр и дотошно записал все данные.

Я запустила сканер, по очереди активировав все функции.

Генри Хейворд, не глядя на снимки, гонял сканер над столом с парнем, снимая одну систему за другой, а я едва успевала регулировать технику по его команде.

– Доктор, нам нужен наш гость, – раздался по внутренней связи голос капитана.

– Да, капитан, он еще не очнулся, – Генри швырнул мне легкий комбез и кивнул на парня, пряча пробирки и выключая технику.

Я как могла быстро облачила Джона Доу, и к приходу гостей мы были готовы.

– Мы его забираем, – сказал нам один из вошедших.

– Пожалуйста, – кивнул доктор.

– Что и на каком основании вы с ним делали? – не отставал старший группы, пока трое других укладывали парня на носилки.

– Укол успокоительного. Очевидно, что он был дезориентирован преждевременным выходом из анабиоза, и первичный осмотр – видимых ран и повреждений нет, – доктор Хейворд был абсолютно спокоен. – Здесь все написано, – он передал старшему группы файлы с перечнем всего, что было сделано с указанием препарата и введенной дозы.

– Хорошо, уходим! – не успели они покинуть медотсек, как капитан пригласил нас на мостик.

Наконец-то. Пришла пора узнать, что происходит.

На мостике были люди.

– Полковник Артур Коллинз, командир группы, – представил нам капитан одного из чужаков.

– Я бы хотела узнать имя вашего астрофизика, чтобы знать, кому свернуть шею при встрече, – я не была расположена к светским беседам.

– Морган, – тихо сказал Майкл.

– Что Морган?! Нас там чуть не расплющило об этот проклятый корабль! Какого черта вы там выперлись?! Координаты по сигналу рассчитать не в состоянии?!!

– Наш астрофизик получит по заслугам, мэм. Мы уже принесли соответствующие извинения, – заговорил другой и представился сам: – Капитан корабля Гарольд Райт. А вы Фрэнсис Морган?

– Второй пилот «Поллукса», – сухо кивнула я, взгляд моего капитана удержал меня от живописного многословия.

– Капитан, еще раз приносим свои извинения и благодарим за службу, – капитан Райт коротко козырнул и со своими людьми покинул мостик.

Капитан лично выпустил гостевой шаттл с борта «Поллукса» и повернулся к нам.

– Что вы успели? – спросил он без лишних слов.

– Всё, – Генри Хейворд позволил себе легкую улыбку.

– А вы?

– Отсняли журнал не читая, – усмешка скользнула по лицу Джорджа.

– Отлично, – я перевела взгляд на «Армагеддон». – Долго они здесь пробудут?

– Несколько суток, надо полагать. Они должны демонтировать и перегрузить к себе анабиозные камеры, собрать тела, извлечь все данные с бортовых компьютеров…

– Мы не сможем проследовать по пути этого антиквариата, пока они здесь, – я мрачно смотрела на крейсер.

– Нам тоже будет чем заняться в это время. Пока мы будем читать журнал, изучите Пустоту Волопаса.

– Вы думаете, я ее не изучила? Они, – я кивнула на нашего мистера Вульфа, – ничего не знают. Данных кот наплакал.

– Невозможно объять необъятное, мисс, – начал было физик.

– Именно поэтому тебя пустили в свободное плавание, Морган, чтобы разбираться со всем на местах, – напомнил Майкл.

– И это тоже, – буркнула я.

Члены нашей команды благодаря нашей деятельности уже сколотили очень даже неплохие состояния благодаря открытым месторождениям различных руд и минералов на астероидах и лунах в разных точках видимой Вселенной. Да, движения были слегка хаотичны, но и выбор был невероятно сложным. Я хотела побывать везде!

– Мы даже телескоп поднять не можем, они нас сразу засекут, – с досадой сказал Майкл.

– У нас что, запрет на деятельность здесь? – опешила я.

– Да, вот, – капитан протянул мне приказ со всеми возможными гербами и штампами.

– Провались, – я вернула документ капитану.

– Еще раз изучите все известные данные об этой Пустоте и присоединяйтесь к нам, – тихо сказал капитан.

– Да, капитан, – вздохнула я.

Мне предстояло еще раз перетрясти довольно скудную базу данных, мистер Вульф поспешно посторонился, пропуская меня.

– Может, вы мне поможете? – довольно миролюбиво предложила ему я.

– Конечно, мэм…

Хорошо, но сначала к Барту. За всей этой чехардой я даже не смогла к нему заскочить.

* * *

Он спал. Все еще под термоодеялом, но уже с нормальным цветом лица. Как же я сегодня испугалась! Если бы не Джордж, не знаю, чем бы это все закончилось…

Я сама от себя не ждала такого. Это была паника на грани истерики. Чувство новое, ранее мне неведомое, и надеюсь, что больше не испытаю его никогда. Наверное, это чувствовал Барт, когда я была на «Мираже» во время Войны Кланов. Жуткое ощущение собственного бессилия и неотвратимости потери… Этот липкий страх на грани ужаса…

Я осторожно нашла ладонь Барта под одеялом и легонько сжала. У него был беспокойный сон. И, наверное, мне было бы лучше здесь не сидеть, но я должна была удостовериться, что с ним все в порядке и он со мной. Еще несколько минут, и я вышла из медотсека. Я знала, что завтра мы, как обычно, встретимся за завтраком, и все снова будет как прежде, но сегодня, сейчас, меня потряхивало.

Слишком многое произошло, слишком многое требовало осмысления. И все мысли, с чего бы они ни начинались и как бы они ни вились, в итоге упирались в эту чертову Корпорацию. Конечно, я знала, где я могла получить всю необходимую мне информацию. Сэр Финли и сэр Энтони, вероятно, осведомлены в данном вопросе лучше любой поисковой системы, но до них еще надо добраться. Такое не спросишь даже по закрытому каналу связи.

Тут до меня дошло, что я опять возле обзорного экрана и смотрю в Пустоту. Да провались! На душе и без того тошно…

– Если ты долго смотришь в бездну…

– …то бездна тоже смотрит в тебя. Ницше, – усмехнулась я и повернулась к бесшумно возникшему рядом Майклу. – Чего не спишь?

– Хотел у тебя спросить то же самое, – улыбнулся он.

Я вдруг увидела, что он безумно устал и буквально валится с ног – выход в открытый космос и столько часов в скафандре – это не шутки! Снова все события «дня» мелькнули в памяти, и страх снова накрыл меня липкой волной. У меня даже плечи передернуло.

– Я постою еще и пойду. Надо успокоиться немного. Прийти в себя…

– Чувствуется явная нехватка галереи, – усмехнулся Майкл.

– Это точно. – Портрет отца тут же всплыл перед глазами, и неожиданно я поняла, что все отступает и я успокаиваюсь под его привычным сканирующим взглядом.

Сухощавое лицо, жесткая складка губ… Это выражение лица могло встряхнуть любого.

– Спасибо, – я привычно уткнулась в Майкла.

– Обращайся. – Снова эта снисходительность старшего брата в легкой улыбке.

– Иди-ка ты спать, сейчас моя смена.

– Да, пошел, – он слегка коснулся моей щеки и ушел.

Я повернулась к экрану. Эта Пустота затягивала и, казалось, заполняла собой сознание, пробуждая в нем что-то давно забытое и вытесненное из памяти, извлекая не сами события, а чувства и эмоции, утраченные когда-то, как я надеялась, навсегда. Мысли проносились, цепляясь одна за другую, вытекая одна из другой, кружась и петляя. Их скорость не оставляла ни малейшей возможности на них сконцентрироваться. Но вот хоровод пронесся и исчез, и осталось одно. Все чаще и чаще меня возвращало к этой давно погребенной в глубинах памяти и сознания теме. Вероятно, потому, что я сама стала мамой. Да, я думала о своей маме. Я ее не помнила. Ни лица, ни голоса. В особняке не было ни одного портрета или фотографии, а я была слишком мала, чтобы сохранить и сберечь это все в своей памяти. Но я помнила страх. Всепоглощающий, сжирающий и уничтожающий страх, который всплывал во мне одновременно с мыслью о маме. Почему? Почему такие жуткие ассоциации? Еще я помнила ее крепкие до боли объятия. Ощущение боли и страха. Чего я боялась? Этих объятий или саму маму? Этот страх гнал меня с болот в убежище в гипнотической конструкции, которую я использовала на допросах на «Мираже» во время Войны Кланов. Этот страх подстегивал и не давал расслабиться… И это был один в один мой страх за моих собственных детей.

И вдруг меня словно током ударило. Это не я боялась! Это был страх мамы за меня! Страх оставить меня в этом мире одну раньше времени, маленькую и беззащитную. Страх больше меня не увидеть… После крепких объятий она надолго исчезала из нашей жизни, и сейчас я поняла, что это были прощания перед очередной госпитализацией… Господи, ну зачем они это делали?! Неужели меня одной им было недостаточно?! Ради чего было доводить себя до собственной гибели?! У меня возникло непреодолимое желание позвонить сэру Финли. Мне надо с кем-то поговорить о маме, и кто может рассказать мне о ней лучше ее родного брата?! Но простые алгебраические вычисления разницы во времени остановили этот порыв. Незачем его будить среди ночи, тем более с такими вопросами. Поговорим, когда вернемся на Землю. Снова сунув руки в карманы, я повернулась к экрану.

Пустота смотрела в меня… И вдруг пришло. Это все было ради тебя. Ради того, чтобы ты могла жить так, как ты хотела. Ради того, чтобы ты не прошла через все, через что тебе пришлось пройти. Чтобы бремя наследника легло на другие, более крепкие плечи. Это было осознанно и ради тебя. И все же я осталась одна. Против всех. Хотя, положа руку на сердце, не совсем одна. Отец все же обеспечил мне группу поддержки. Целую команду, я бы сказала. Майкл, Патрик…

Черт…

Я провела руками по лицу и встряхнулась. Надо убираться отсюда. Пока эта Пустота не поглотила меня целиком и не ввергла в бездну куда более страшную…

Я отправилась за кофе – до конца смены еще уйма времени. Неожиданно я почувствовала облегчение, подобное тому, когда еще один паззл занял, наконец, свое место. Еще один пробой в моем сознании был устранен. Но стоять я там больше не буду…

* * *

После смены я уснула, едва коснувшись подушки, и почти тут же раздался сигнал вставать. Посмотрев на часы, я поняла, что проспала восемь часов. Ни одного сна. Ни «Атлантиды», ни «Миража». Вот бы всегда так!

Быстро приведя себя в порядок, я в приподнятом настроении направилась в нашу столовую. Барт встретил меня коротким объятием и улыбкой.

– Как ты? – я всматривалась в его лицо, ища малейшие намеки на недомогание.

– Нормально, – он улыбнулся и коснулся губами моей щеки. – Капитан всех ждет.

– Ясно, – я залпом выпила что-то из стаканчика, что шло как «овсянка», и, захватив два кофе с собой, устремилась за Бартом.

Капитан приветствовал нас кивком. Я села на свое место и протянула кофе брату.

– Спасибо, – успел шепнуть он.

– Нас пригласили на «Армагеддон» с гостевым визитом.

На военный крейсер?! Может, еще экскурсия и бал?

– Морган, научись уже думать молча, – поперхнулся Майкл.

– Она права, – подал голос Барт и повернулся к Белфорду. – Капитан?

– Все, действительно, идет вразрез с протоколом, но и ситуация нештатная, – капитан кивнул в сторону «Нового пути». – Думаю, мы подпишем бумаги о неразглашении. Кроме того, нам надо попытаться узнать, что происходит, и кто именно их сюда прислал. Узнав это, получим еще одну нить, если захотим размотать этот клубок. Доктор, что вам уже удалось узнать?

Доктор потер лоб. Мне кажется, его рука слегла дрожала.

– Я провел несколько тестов. Столько, сколько мне позволил запас крови Джона Доу…

– Доктор, – мягко подстегнул его капитан.

– В крови я обнаружил бактерии, которым нет аналога на Земле. Но с продуктом их жизнедеятельности мы знакомы. Это Си-Экс.

Чтоб их… Теперь уже я дрожащей рукой провела рукой по лицу. Три года постоянных болей и бесконечные эксперименты с комбинациями препаратов, да еще в почти полном подполье. Я жива до сих пор только благодаря моим природным резервам и доктору Хейворду. Благодаря его терпению и гениальному уму я здесь. Я живу.

– Как это возможно? – капитан смотрел на доктора. – Такой временной разрыв, и они не вернулись на Землю… Как?

– Они вывели формулу выделяемого бактериями газа и отправили ее радиосигналом на Землю. Джордж нашел в журнале соответствующую запись.

– И получили они ее как раз перед Второй Африканской Континентальной Войной, – Майкл осторожно отставил кофе.

Это была последняя, самая ужасная война на Земле. Мы ее не застали. Она была задолго до нашего рождения, еще до учреждения института клана, но мы видели ее последствия. В Академии у нас преподавали люди, прошедшие через вторую кампанию. Мы получили свои знания по военной истории того периода, как говорят, из первых уст. Из-за давно назревших противоречий вспыхнул целый континент. Перемешалось всё: интересы отдельных корпораций, интересы местных царьков, которые решили отделаться от пришлой элиты, племена, под шумок решившие вернуть, наконец, свои территории. Замороженные с таким трудом после Первой Африканской войны конфликты вспыхнули с новой силой и жестокостью, а о кровной мести и вспоминать страшно – все, что было жестко подавлено в ходе первой военной кампании, распространилось по континенту со скоростью пожара в засохшей саванне. Кровь лилась рекой. Все силы международных военных альянсов и мировых держав были брошены на то, чтобы изолировать этот конфликт от остального мира, ограничив одним континентом. Это была беспрецедентная блокада целого материка. Никаких спасательных миссий, каждый был сам за себя и спасался как мог. Было запрещено как бы то ни было вмешиваться в ход событий на чьей-либо стороне – любые поставки были под запретом. Даже медикаменты и гуманитарная помощь. Люди должны были остановиться сами. Увидеть край и остановиться. Наивно? Жестоко? Возможно. Я не могу судить о правильности принятых тогда решений, я не политик и не судья. Почти вековой опыт работы на дипломатическом уровне доказал тщетность всех попыток разрешить спорные вопросы политическим путем. Тогда появились высказывания о том, чтобы дать, наконец, африканцам самим раз и навсегда разобраться со своими проблемами, чтобы не осталось неразрешенных конфликтов и вопросов. Но люди не останавливались. И тогда был применен Си-Экс. Последствия были катастрофическими. Газ действовал на все живое. Тогда впервые над Ближним Востоком развернули защитный купол, чтобы уберечь этот обширный регион от смертоносного газа. То, что было со мной на «Мираже» – это была лишь миллионная часть того, что творилось там. Ко мне применили хорошо очищенный и четко выверенный по дозе препарат. А там был газ. Который поглотила вода, а она напитала растения и почву. Те, кто чудом уцелел при самой атаке, умирали потом в страшных муках, получая смертельный яд с водой и едой. Все живое было уничтожено. Это было чудовищно. Но никакое всеобщее осуждение не могло исправить ситуацию. Международный суд осудил применение газа, наложил вето на использование выявленного вещества в каком-либо виде где бы то ни было. И всё.

Катастрофа планетарного масштаба. Преступление, разорвавшее общественное сознание и ввергшее все человечество в ужас. После первого шока начались вопросы. Кто отдал приказ? Кто осуществил? И откуда? Из недр какой лаборатории появилось это жуткое оружие? Многолетнее расследование специально созданной межгосударственной комиссии похоронило все эти вопросы под тоннами бумаг и ни к чему не привело. Исчезали документы, ответственные люди, свидетели. Вопросы остались без ответа. Континент стал безжизненным. Суда – воздушные и морские – обходили его стороной. Африка стала белым пятном на карте мира. Там не было ничего. Только роботы типа луноходов курсировали по пустыне, периодически собирая и анализируя пробы грунта и воду в оставшихся водоемах. Результаты были неутешительны. Исследования показали, что период выведения возникших в результате контакта с водной средой и почвой соединений может растянуться в лучшем случае на столетие. Конечно, велись работы по поиску веществ, которые могли бы нейтрализовать смертельный яд, но, насколько я слышала, пока прорыва не произошло.

– Так Си-Экс отсюда? – я кивнула в сторону Пустоты.

– Возможно, – кивнул доктор Хейворд. – Джордж разбирается с бортовым журналом. Мы должны узнать, где они были.

– Сейчас на «Армагеддон» загрузят анабиозные камеры и Джона Доу и доставят все это на Землю. Их прислали сюда за этим, – Майкл поднял голову. – Капитан, что будем делать?

– Полагаю, это мы и должны решить. Встаем на свой прежний маршрут и уходим, оставив все как есть, либо влезем в это дело, и жизнь наша очень сильно усложнится.

– Есть еще один нюанс, – подал голос доктор. – В случае с Морган было использовано искусственное соединение. Здесь же мы имеем дело с бактериями. Они прекрасно живут в организме человека, отравляя его продуктами своей жизнедеятельности. Эти люди не только идеальное средство транспортировки, но и нулевые пациенты.

Я почувствовала, как волосы зашевелились у меня на затылке.

– И они везут это на Землю?! – я была в ужасе. – Капитан? Они вообще знают, с чем имеют дело?

– Не уверен, – покачал головой доктор. – Думаю, что им дали четкие инструкции, которые они будут соблюдать. Я очень надеюсь на то, что они не доставят свой груз прямо на Землю, а оставят все на какой-нибудь станции в карантинной зоне у астероидного кольца.

– Я не хочу, чтобы это попало на Землю, – громко и внятно сказала я.

У меня там дети. У нас у всех там семьи!!!

– Доктор, мы были в непосредственном контакте с этим человеком, – капитан говорил четко и ровно, его хладнокровию можно было только позавидовать, – чем нам это грозит?

– Я хотел попросить всех вас сдать кровь, – так же спокойно ответил наш доктор.

– Хорошо, все в медотсек. Мистер Вульф, – капитан повернулся к безмолвно стоявшему физику, – мы знаем хотя бы примерно, откуда дрейфует корабль?

– Примерно – да. Джордж расшифровывает записи в журнале.

– Так, проверим кровь и решим, что делать, – капитан встал со своего кресла и отправился со всеми в медотсек.

Доктор Хейворд работал быстро и ловко. Наблюдать за ним было сплошным удовольствием, если бы не повод. После столь безрадостной процедуры Майкл с Джорджем ушли, наконец, спать, а мы заступили на смену.

– Капитан, – обратилась я к Белфорду, – что теперь с визитом на «Армагеддон»?

– Теперь он просто необходим. Они могут ничего не знать о грузе. Сколько таких операций поручалось военным! Прибыть, забрать, доставить. Надеюсь, что у них были инструкции по личной безопасности. Хотя нашего гостя они забирали без средств индивидуальной защиты.

– Может, чтобы у нас вопросов не было?

– Не знаю, – честно сказал капитан, – скоро все прояснится. Я надеюсь.

Наш доктор работал четко и быстро. К концу нашей смены он появился на мостике.

– Результаты готовы, сэр, – лицо доктора оставалось непроницаемым.

– Хорошо, сейчас подойдут остальные, – взгляд капитана скользнул по часам, и он пригласил Барта по интеркому подняться на мостик.

Через несколько минут все были в сборе. Капитан кивнул доктору, и тот заговорил.

– Есть новости хорошие и удивительные, – доктор Хейворд обвел всех взглядом. – Мы все здоровы.

– Слава богу! – выдохнул Джордж.

– Инфекция передается при контакте со слюной или кровью, что больше характерно для вируса, – доктор вовремя прервал поток лишней информации и вернулся к теме разговора. – Вторая новость. У Морган иммунитет к этому типу бактерий. Видимо, после инцидента на «Мираже» организм выработал защитный механизм. Я могу сделать сыворотку для вакцины и обезопасить всех нас.

– Твоя ядовитая кровь хоть на что-то сгодилась – тебя даже бактерии не берут! – усмехнулся Майкл и потрепал меня по голове.

Я оставила этот выпад без ответа. Пока.

– Что ж, отлично. Мы здоровы, некоторые даже больше остальных. Что делать будем? – капитан обвел нас взглядом. – Вы должны учесть все возможные последствия. Взвесить все «за» и «против».

– Нас могут объявить вне закона и лишить статуса неприкосновенности? – Это был один из многих вопросов, которые меня волновали.

– Если их миссия секретная, а это скорее всего так, они не захотят огласки…

– И нас шлепнут о какой-нибудь метеорит. Я уже вижу заголовки: «Трагедия в дальнем космосе. Скорбим вместе с семьей», – я потерла лоб и посмотрела на Барта.

Тот молча кивнул. Я перевела взгляд на Майкла. Он тоже ответил мне кивком.

– Джордж? – капитан посмотрел на механика.

– Я не оставлю этого парня без прикрытия, – Джордж кивнул на Майкла.

– Доктор и мистер Вульф?

– Надо с этим разобраться, капитан, – кивнул доктор Хейворд.

– Без меня вы вообще никуда не попадете, – мистер Вульф был чрезвычайно взволнован от столь жизнерадостной перспективы на будущее.

– Тогда через час отбываем на «Армагеддон». Джордж и мистер Вульф, вам есть чем заняться. Может, объедините усилия? И, доктор, у вас есть все необходимое?

– Да, сэр.

– Тогда все за дело.

* * *

Я вела наш шаттл за лоцманом. Крейсер впечатлял своими размерами и оснащением. Все безмолвно разглядывали надвигающуюся махину. Открылись створки приемного шлюза, и лоцман нырнул внутрь. Мы зашли за ним.

– Вряд ли нам дадут здесь погулять, – вздохнул Майкл.

– Вряд ли, – согласился капитан.

– Кислород в норме. Можно покинуть корабль, – объявила я.

Внутренние створки открылись, и мы увидели, что нас встречают.

Мы были в военной форме, при всех регалиях. Капитан решил придать визиту официальный статус. Ничто не напрягает так людей, как боевой бригадный генерал на борту, да еще с таким впечатляющим послужным списком.

Разглядев наши погоны и нашивки, встречающие вытянулись в струнку и взяли под козырек. Капитан принял это как должное и ответил на приветствие.

– Пройдем пешком, господин генерал, здесь недалеко.

Мы шли по коридору.

– Много мы тут не узнаем, – тихо сказал Барт, – все закрыто. Ни одного открытого отсека. На всех дверях кодовые замки с уровнями доступа…

– Критикуешь свою работу? – Майкл позволил себе легкую улыбку.

– Нет, восхищаюсь, – буркнул Барт, ведь это его протоколы безопасности были реализованы.

Навстречу шла группа пилотов. Завидя нас, они посторонились и взяли под козырек. Мы ответили на приветствие. Я скользнула взглядом по лицам, надеясь увидеть кого-то из тех, кого готовили еще мы. И вот черт! Паркер! Джозеф Паркер собственной персоной! Он скользнул по мне невидящим взглядом и прошел мимо. Я метнула быстрый взгляд на Майкла, тот едва заметно кивнул, дескать, да, видел. Почему он не захотел, чтобы все знали, что мы знакомы? После операции «Мираж» он был полностью реабилитирован и восстановлен в звании и в статусе пилота. Если только… Я повернулась к Барту. Его взгляд выражал одно: «Угомонись и не отсвечивай!» Ладно. Подождем.

– Прошу вас, господа.

О! Первые открытые двери. Конференц-зал. Большой стол. Капитан крейсера жмет руку капитану Белфорду и нам. Да-да, спасибо, и вам того же… Давайте к делу!

– Прошу вас, господа, садитесь.

Мы заняли свои места.

– Итак, – начал капитан крейсера Гарольд Райт, – благодарим вас еще раз за сотрудничество и оказанную помощь. Надеюсь, вы понимаете, что все происходящее здесь сугубо конфиденциально и огласке не подлежит? Записи в бортовых журналах должны быть уничтожены. Кроме того, вам приказано покинуть этот район, – он говорил сухо, отстраненно и безапелляционно.

– На каком основании? – мягко спросил наш капитан.

Ох, не к добру эта мягкость… Но, кажется, я знаю, какую партию он разыграет.

– Наш корабль – частная собственность, он не подчиняется ни одному ведомству, и он неприкосновенен. Мы добровольно сотрудничаем с государством и международными структурами. Мы имели полное право не пускать вас на борт, и в случае необходимости, если бы вы начали настаивать, ради защиты могли открыть по вашему шаттлу огонь, – капитан был предельно дружелюбен. – Кто приказывает нам покинуть этот район?

– Правительство, – твердо сказал капитан Райт.

– При всем уважении, капитан, я еще не в отставке и подчинюсь либо письменному, либо очному устному приказу моего непосредственного командира. У вас есть письменный приказ для меня от моего командующего? – мягко спросил капитан Белфорд.

– Нет, сэр.

– У нас есть возможность созвониться с ним сейчас по видеосвязи?

– Нет, сэр.

– Тогда мы пробудем здесь столько, сколько сочтем нужным, – капитан Белфорд был невозмутим.

– Миссис Флинт, вы владелица этого корабля, я прошу вас принять необходимое решение, – капитан Райт перевел взгляд и стрелки на меня, лучше бы он этого не делал.

– Сэр, я второй пилот на корабле и не могу принимать подобные решения, это было бы похоже на бунт, а законы о бунте на борту корабля до сих пор не отменены и не менялись на протяжении нескольких веков. У нас нет реи, но уверена, в случае необходимости капитан Белфорд что-нибудь придумает.

– Непременно, – кивнул капитан, явно готовый к любому сотрудничеству.

– Кроме того, – продолжила я не моргнув глазом, – посмотрите на наши погоны, сэр. Звезда бьет орла. Я настаиваю на нашем неприкосновенном праве пребывать где и сколько мы захотим.

– Очень скоро ваше пребывание здесь будет небезопасным. Нам приказано уничтожить «Новый путь», – на лице капитана Райта не дрогнул ни один мускул.

– Мы отойдем на безопасное расстояние, капитан, – кивнул капитан Белфорд.

– Тогда мы сообщим вам дополнительно о времени, – капитан Райт встал из-за стола. – Что ж, полагаю, на этом совещание закончено. – Мы поднялись следом.

Капитан Белфорд задержал капитана крейсера на пару минут, и я услышала:

– Сэр, как капитан капитану. Вы знаете, что приняли на борт?

Капитан Райт не проронил ни слова в ответ.

– Лучше бы вам потерять этот груз, – услышала я слова капитана Белфорда.

– Сэр, как генерал генералу. Я не могу.

Капитан Белфорд кивнул и присоединился к нам в коридоре. Нас проводили прямо до нашего ангара, не оставив ни малейшего шанса оглядеться по сторонам.

Мы не перекинулись ни словом до тех пор, пока не покинули крейсер.

– Вы сделали все, что могли, сэр, – мой голос разорвал тишину.

– Надеюсь, Морган. Очень надеюсь…

Мы прибыли на «Поллукс». Капитан дал нам время выбраться из парадной формы и собрал всех на мостике.

– Джорджу удалось расшифровать фрагмент записи с последними координатами пребывания «Нового пути», после этого следует запись о погружении пассажиров в анабиоз, и запись обрывается. Мистер Вульф, поднимайте телескоп, запускайте зонд и рассчитайте прыжок. Через четыре часа пересменка, все свободны.

Мы разошлись. Я пошла к себе. Капитан велел мне изучить еще раз все, что есть по Волопасу. Я в который раз перебрала все, что мне удалось найти в системе, и снова задалась очевидным вопросом: зачем они посылали сюда корабль? Моя теория, что это могло быть охотой за астероидом, который является источником Квадрантид, сначала разбилась вдребезги о дату его открытия – 2003 год, а затем о Пояс Койпера и Облако Оорта. Внешняя граница Облака определяет гравитационную границу нашей Солнечной системы. Это чрезвычайно интересные объекты и, безусловно, заслуживали более детального изучения с моей стороны, так как именно они являлись и являются источником кратко- и долгопериодических комет и астероидов, но не сейчас.

Почему их отправили именно сюда? Они выбирали направление наугад или точно знали, что они здесь найдут, и летели именно за этими чертовыми бактериями? С другой стороны, это была явно не единственная миссия, и мы обнаружили корабль, один из многих, который был отправлен к Пустоте Волопаса. Сколько еще таких кораблей-призраков дрейфует во Вселенной? Как и где это узнать? Отсюда я точно не узнаю. Информация сверхсекретная, и заняться этим придется на Земле. Представляю, как это обрадует Майкла, Барта и остальных. Я прямо слышу голос сэра Энтони: «Морган, не лезь в это!» Теперь это невозможно, дядя. Теперь это не праздное любопытство, а насущная необходимость. Какие еще потенциальные угрозы могут нести в себе эти корабли? Мы обнаружили источник Си-Экса и теперь можем, потянув за ниточки, размотать весь клубок. Мы узнаем имена людей, ответственных за гибель целого континента. Что это даст? Но разве зло не должно быть наказано? Отправят ли кого-то на поиски кораблей-призраков? Вряд ли. Если что-то решают похоронить, то не дают никому копать. Но если кто-то захочет сделать это, то не обязательно прямо указывать в заявке, что цель – поиск экспедиций смертников. Можно узнать, куда были отправлены корабли, и указывать разные объекты – туманности, суперземли, Пустоты… Во Вселенной столько всего, что требует изучения, что выбор кем-либо очередного объекта вряд ли кого-то удивит. Вот только не хотела бы я оказаться на их месте. Корабли, ставшие для своих экипажей могилами, не самая привлекательная цель.

Я вдруг осознала, что совершенно забыла о цели этой экспедиции в созвездии Весов и даже не возвращаюсь мыслями к сверхпустоте Эридана. Все просто стерлось и померкло на фоне происходящих событий. И теперь определилась новая цель. Новая тайна, которую очень хотелось раскрыть. Я поняла, что улыбаюсь. Как сказал бы мой брат: «Не к добру это». Оставалось еще одно. Осознавая грандиозность всего происходящего и предполагая, каков будет финал, я решила подстраховаться и связалась с сэром Финли по закрытому каналу.

* * *

Я пришла на мостик, как обычно, с кофе для Майкла.

– Что нового? – я заняла свое место за пультом.

– Очень бурная деятельность, – Майкл кивнул на висящий перед нами «Новый путь». – Они перевозят анабиозные камеры. Сначала пытались состыковаться модульным переходом, но они вращаются. Принять на борт они его тоже не могут – слишком большой. Гоняют грузовые шаттлы.

– Камеры же сквозь люки не пролезут, – я наблюдала за движением вокруг корабля.

– Они вырезали дыру нужного размера, видишь?

Я как зачарованная уставилась на зияющую дыру в боку корабля, которая как раз открылась мне на очередном витке «Нового пути».

– Жуть какая… – я зачарованно смотрела на пугающий чернотой, зияющий зев. – Долго они ее пилили?

– Да порядочно, – Майкл с наслаждением отпил кофе. – Сейчас демонтируют камеры. Не помню, чтобы там был автономный режим. Может, они, конечно, что-то придумали, есть же у них там механики, – он усмехнулся.

– Ага, такие же, как астрофизики. С нами связывались?

– Спросили цель активации телескопа и запуска зонда, я сказал, что для расчета прыжка.

– Они свои прыжки вычисляют, видимо, без этого. На счетах.

– Ты злая, – засмеялся Майкл и допил кофе. – Ладно, давай. Я спать.

– Пока, – я занялась журналом.

Через час ко мне пришел Барт, и мы связались с сэром Энтони. Он лаконично рассказал, как обстоят дела на предприятиях и в клане, и дал нам возможность посмотреть новые ролики с близнецами. Мы смеялись, вытирая слезы, глядя на их проделки. В ужасе замирали, наблюдая за прыжком Элиота с вышки в бассейн, и как следом, даже не притормозив перед краем доски, в воду полетела Марго. Генри в ужасе застыл с полотенцами, собака с диким лаем носится вокруг бассейна и отчаянно бросается в воду с твердым намерением спасти детей. В бассейне начинается полный хаос.

– Генри, они выплыли?! Генри!!! – донесся до нас голос сэра Энтони, в нем отчетливо слышалась легкая паника. – Оливия, ты видишь детей?!

– Не вижу, сэр! Мистер Элиот, мисс Маргарет!!! – старый слуга метался у бассейна.

– Папа, я их вижу, все в порядке! – отозвалась Оливия, снимавшая все это на камеру.

– Ох, и наподдам же я им, – покачал головой Барт, наблюдая, как из бассейна выскочил Элиот, не глядя протянул руку назад, в его ладонь тут же легла ладонь Маргарет, и, не дав себя обсушить, они понеслись в дом, за ними с диким лаем бросился не успевший даже отряхнуться пес, Генри тяжело привалился к колонне и помахал Оливии, прося не снимать.

– Кошмар! Бедный Генри… – я схватилась за голову.

– Я его таким счастливым никогда не видел, – отозвался Барт.

На экране снова появился сэр Энтони.

– Дядя, прости, когда вернемся, они получат по полной, – пообещала я.

– Даже не вздумай! Это же дети, пусть балуются, пока есть возможность, – сэр Энтони не сдержал улыбку. – Они не дают нам скучать.

– Да уж. Огромное спасибо Оливии – она прекрасный оператор! И спасибо тебе за терпение к нам всем, отдыхай!

Сэр Энтони сдержанно улыбнулся, кивнул Барту, и экран погас. Барт вывел на него стоп-кадр с близнецами.

– Им шесть лет, представляешь, что будет в шестнадцать?! – пробормотала я.

– Летная Академия вздрогнет, – засмеялся Барт.

– Ой, боже мой! – мне подурнело. – Почему Академия? – голос у меня ослабел.

– Потому что они слишком сильно похожи на свою мать, – Барт откровенно развлекался, наблюдая за моей реакцией. – Сначала «феррари», потом самолеты…

– Я не была такой!

– Серьезно?

– Я была одна!

– И когда тебя это останавливало? Ты и одна перевернула все вокруг вверх дном! Как ты вообще решилась на такое? Я очень сильно хочу узнать имя того человека, который не побоялся принять тебя в Академию! Девушку. В твоем статусе, с твоим характером. Отчаянный он был человек, или это была такая изощренная месть вашему клану, – Барт усмехнулся и покачал головой. – Да уж… А что ты вытворяла, когда появился Майкл? И что вы до сих пор вытворяете? Каждый ваш выход в космос на шаттлах или истребителях превращается в полет валькирий, – Барт смотрел на стоп-кадр с детьми на экране. – Они едины, они смогут такое, что нам и представить сейчас невозможно… И Генри с ними некогда стареть, – мягкая улыбка появилась на лице Барта.

Он знал, как я каждый раз боюсь улететь и не застать старого слугу по возвращении живым. Теперь он был единственным, кто знал меня с детства, кто мог рассказать мне о том, какой я была, когда была маленькой. Это так важно, когда рядом есть такой человек. Пока рядом есть такой человек, ты защищен от бездны. Он был моей незримой опорой. В жизни можно пережить все, если вечером в особняке тебя встречает Генри.

– Он крепкий. С тобой справился, справится и с ними, опыт у него уже есть, – Барт сжал мою руку.

Еще одна опора. Его твердая, надежная рука.

– Они здоровы и счастливы, это пока все, что от них требуется, – Барт встал. – Хочешь кофе?

– Да, пойдем, – я протянула ему руку и встала.

Мы перекусили, выпили кофе. Взгляд Барта медленно блуждал по моему лицу, так всегда было, когда он думал о предстоящем и оценивал мои шансы на успех.

– Что тебя терзает? – спросила я напрямую.

– В свете последних событий и того, что нам предстоит, думаю, тебе надо возобновить тренировки в зале и пострелять в тире.

Я допила кофе одним глотком и, кажется, обожглась.

– Зачем?

– Я хочу, чтобы ты была максимально защищена. Я не знаю, что нас ждет по ту сторону перехода. Я буду рядом, но я хочу быть уверен в том, что в случае необходимости ты сможешь постоять за себя. Возобнови интенсивные тренировки во время дежурств, когда у тебя бывает свободное время, хорошо?

– Составишь мне компанию? Для боя нужны двое, – согласно кивнула я.

Он прав.

– Почту за честь! Только обещай не бить сильно, – он облегченно улыбнулся.

– Постараюсь.

Нет, я все-таки должна его спросить.

– Барт, я видела сегодня Джозефа Паркера на «Армагеддоне».

– Да, я тоже.

– Он там на самом деле служит или это очередная миссия?

Барт налил себе кофе и посмотрел мне в глаза. Так, ответа я не получу, хорошо. Зайдем с другой стороны.

– Капитан советовал генералу Райту избавиться от груза. Если он не решится, Джозеф может сделать так, чтобы груз не дошел до Земли?

Снова этот прямой немигающий взгляд. Аэнбэшник чертов! Как у него это получается?! Вот он муж и друг, и вот – раз! – и уже нет никого более чужого и закрытого. Подожди, вот доберемся до зала… Правда, сначала, я чувствую, достанется мне – давно мы не тренировались…

– Что слышно от Патрика? – как ни в чем не бывало заговорил со мной этот чуткий и внимательный человек.

– Получил капитана. Ему предлагали командовать отрядом истребителей на таком вот крейсере, но он остался на «Драконе». Недавно был на Земле. Клан прижал его с женитьбой. Он пока отбивается, но долго не продержится, – я покрутила кружку, воспоминания о самом черном периоде жизни нахлынули на меня.

– Кто в претендентках?

– Разные кланы, – я повела плечами, тема была мне неприятна.

– У него есть предпочтения?

– Даже если и есть, мы не имеем права об этом говорить. Тебе ли не знать?

– Но бывают и счастливые браки… Посмотри на Майкла.

– Это Майкл! С него всегда как с гуся вода, – я не сдержала улыбку.

Барт тоже.

– Кажется, ему все сходит с рук, это точно…

– Обо мне говорите? – Майкл возник за столом, как джинн из бутылки.

– Больше не о ком, – кивнула я.

– Что я опять натворил? – насторожился он, начав мысленно перебирать, где и что он мог напортачить. – Вроде ничего, – подытожил он свои размышления.

– Барт говорит, что мы должны тренироваться в зале и в тире.

Майкл кивнул, откусив бутерброд.

– Согласен. Я давно не стрелял и тебя побью с удовольствием!

– Меня-то за что?!

– А я придумаю, – ухмыльнулся Майкл и допил кофе. – Пойдем, сдашь смену.

– И я пойду, Джордж уже там, наверное, – Барт налил своему сменщику кофе, захватил бутерброд и ушел.

Мы сели за пульт.

– О, банда! – улыбнулся Майкл, увидев на экране близнецов.

– Да, говорили с сэром Энтони, – я потянулась, чтобы убрать снимок с экрана, но Майкл меня остановил.

– Нет, пусть будут. Я соскучился.

– Скоро уже свой будет, – улыбнулась я.

– Даже странно, что один, – Майкл смотрел на детей. – Привык, что у вас сразу двое. Это здорово – всегда рядом друг.

– И подельник, – с готовностью подхватила я. – Ты это потом Генри расскажи, как это здорово!

– Точно. И сэру Энтони, – Майкл стал серьезным. – Так, ну давай…

Я отчиталась о работе систем, показала все дежурные записи, в том числе и по наружным наблюдениям. Капитан решил вести подробный протокол деятельности вокруг «Нового пути». На всякий случай.

– Ладно, все понял. Иди, отдыхай, – Майкл махнул мне и склонился к журналу.

От «Нового пути» отошел очередной шаттл.

– Пока, – кивнула я и ушла.

Надо связаться с Патриком. Неспокойно мне было как-то. Барт всегда словно чувствовал, что меня беспокоит, и бил прямо в цель. С сэром Энтони я сегодня говорить не стала, сначала поговорю с братом. Да, хватит уже гонять это в голове…

* * *

Капитан Белфорд, учитывая специфику предстоящей миссии, в приказном порядке велел нам вернуться к системным тренировкам, поэтому на следующий «день» после обязательного кофе я направилась в зал. Барт был уже там. Я быстро переоделась, и он начал бинтовать мне кисти.

– Я с тобой буду тренироваться? – спросила я.

Я видела его в деле и думала, что через пять минут буду уже просто в глубоком «отрубе», и остаток дня проведу, приходя в себя.

– Нет, – Барт покачал головой, – я не смогу даже замахнуться на тебя, не то чтобы ударить…

– А я без проблем! – услышала я бодрый голос Майкла.

Он уже прыгал и разминался в другом углу и радостно помахал мне, сверкнув капой в довольной ухмылке. Ну-ну, прыгай, пока можешь… Барт вставил мне капу.

– Не убей его, – шепнул он мне и, поставив нас в центре ковра, скомандовал: – Бой!

Давно мы этим не занимались! Навыки и реакция были явно подрастеряны. Удары были вялыми, двигались мы без былой прыти. А учитывая, что это было дикое смешение стилей, когда отовсюду взяли самое смертоносное, то Барт под конец уже просто охрип, кляня нас на чем свет стоит.

– Я полгода на вас убил, а вы ни черта не можете! – ему пришлось даже поддерживать нас после боя, чтобы мы не рухнули от усталости.

– Это когда было-то? – слабо отбился Майкл.

Мы были вконец измотаны и обессилены. Черт, мы реально расклеились!

– Возобновить тренировки со всеми нагрузками! – Барт серьезно разозлился. – Вы совсем ничего не делали?!

– Необходимый минимум, – честно призналась я.

Барт шумно выдохнул, сдержав поток эмоций и эпитетов в наш адрес.

– В душ и отдыхать. Через три часа жду обоих в тренажерном зале, – скомандовал он, и мы поплелись в свои отсеки.

После душа я немного пришла в себя и решила связаться с Патриком.

Когда на экране возникло его лицо, я ощутила приятное тепло внутри.

– Привет, можешь говорить? Есть время? – спросила я без долгих предисловий.

– Да, могу, – он тоже был рад меня видеть и не скрывал этого – чистая душа!

– Как ты? Слышала про капитана, поздравляю!

– Да, спасибо! – улыбнулся он и, посмотрев куда-то в сторону, снова перевел взгляд на меня. – Морган, мне надо с тобой поговорить.

– О чем?

– Клан настаивает на браке. – Я увидела, что у него настоящая паника.

– Так, тихо, успокойся, слышишь? – это тема не для открытого канала, но парню реально плохо. – Когда мы пойдем на Землю, я тебе сообщу, слышишь? Ты прилетишь, мы встретимся с сэром Энтони и поговорим. Ты понял?

Он медленно кивнул.

– А до тех пор на Землю ни ногой. Ты все понял?

Патрик послушно кивнул.

– Отлично, держись. Прорвемся! – я свернула разговор, пока он окончательно не расклеился.

Бедный мальчик! Неужели он уже кого-то полюбил?! Я знала Патрика, если он влюбится, то один раз и навсегда. Черт, придется разобраться еще и с этим… Я потерла лоб, вспоминая этот один из самых тяжелых периодов в моей собственной жизни. Поможет ли сэр Энтони и в этот раз? Так, стоп. Будем решать проблемы по мере поступления.

Сейчас мне надо вернуть физическую форму. Я передремала и послушно пришла в тренажерный зал, где Барт с нас буквально семь потов согнал. У нас опять болело все. Потребовалась неделя, чтобы мы начали хоть немного приходить в форму.

За это время на «Армагеддон» перевезли с «Нового пути» все, что сочли необходимым, и по истечении недели капитан Райт сообщил нам о готовности к уничтожению корабля. Мы отошли на безопасное расстояние.

Мы все стояли возле обзорного экрана. Такое мы тоже видели впервые. Всплеск протоплазмы – и все исчезло.

– Сэр, на «Армагеддоне» что-то не то… – Джордж указал на другую сторону крейсера.

– «Армагеддон», у вас возгорание на третьей палубе по правому борту, – тут же сообщил по открытому каналу капитан Белфорд.

– «Поллукс», принято. Очевидно, перегруз энергосистемы из-за залпа – датчики молчат! – до нас донеслись быстрые, короткие команды пожарным подразделениям. – Спасибо, капитан Белфорд, – голос капитана Райта звучал сухо и по-военному безэмоционально.

– Третья палуба, правый борт… – я машинально прорисовала пальцем схему в воздухе, – это…

– Заткнись, – пресек мои рассуждения Майкл.

Ей-богу, это была единственная команда, которую он обращал ко мне!

– «Армагеддон», можем оказать любую помощь, – снова раздался спокойный голос капитана Белфорда.

Мы смотрели, как пожарные шаттлы подошли снаружи, и горящий отсек был вскрыт. Пламя буквально вылетело в пространство и тут же исчезло.

– «Поллукс», спасибо за предупреждение и предложение помощи, – снова обратился к нам капитан Райт, – пока справились своими силами.

– Каков ущерб? Крейсер на ходу? «Армагеддон»?

– Закроем отсек снаружи и без проблем дойдем до Земли. А вот груз утерян. «Поллукс»?

– Сочувствую, капитан. Мы еще пробудем здесь какое-то время, пока рассчитываем прыжок. Если что-то потребуется, будем рады помочь. Капитан?

– Принято, благодарю, капитан. Отбой.

Мы отключились и какое-то время еще наблюдали за командой ремонтников.

Капитан Райт все же внял словам нашего капитана. Чем ему это грозит? У него есть все записи экспедиции, но нет живого биоматериала на борту. А если еще удастся поработать с записями и «поиграть» с координатами, то источник смертоносных бактерий никогда больше не будет найден. Чем же это обернется для капитана? Какой смелый человек…

Я посмотрела на нашего капитана. Он сидел в своем командном кресле и не отрываясь смотрел на «Армагеддон». Смог бы он поступить так с «Поллуксом» и с нами? Рискнуть своим кораблем и командой мог человек невероятной силы. Даже если все было тщательнейшим образом подготовлено и многократно перепроверено, всегда есть вероятность, что что-то пойдет не так и пострадают твои люди. Твой корабль. Что тогда?.. Я смотрела на нашего капитана и видела все эти мысли в его взгляде, в его лице. На этот раз все прошло идеально. Есть регистрация сбоя систем, есть запись радиопереговоров с другим кораблем, куча свидетелей, кораблю нанесен минимальный ущерб, команда не пострадала. Капитан Белфорд провел рукой по лицу, стряхивая все лишние эмоции, но на губах его все же мелькнула легкая улыбка удовлетворения. В следующую секунду его лицо снова стало серьезным, и он перевел взгляд на нас.

– Чего застыли? Мистер Вульф, прыжок уже рассчитан? Нет? Чем вы тогда занимаетесь? Ах, вам нужен Джордж? Забирайте, и чтобы через сутки расчет был готов! Мистер Флинт, почему эти двое здесь? Марш тренироваться! Доктор Хейворд, сыворотка сама себя не приготовит! Разошлись все! – Мы покинули мостик.

Сам капитан остался на дежурстве.

Я была под впечатлением от произошедшего. На этом каком-то странном подъеме мы провели бой.

– Морган, локоть! Не забывай про вторую руку! Майкл, меняй руки! Вы одинаково владеете обеими руками, в этом ваше преимущество! Меняйте стойки! Лавируйте! Обманывайте противника! Так, молодцы! Да, вот так! Морган, уклоняйся! Вот, маневрируй! Левой, левой работай! Майкл, отлично! Наконец-то проснулись!

Дальше последовало десятиминутное побоище, после которого Барт крикнул наконец-то:

– Разошлись!

Мы подошли к воде и полотенцам. Все тело гудело. Мне прилетело в глаз, Майклу по носу. Барт ловко справился с нашими травмами и, вложив в руки ножи, снова отправил на ковер и скомандовал: «Бой!»

– …Меняйте руки! Перебрасывайте! Так, хорошо! Майк, нападай! Отлично! Морган, перехват! Так, Морган, пошла! Нападай! Обманула, хорошо! Майкл, не спи! Вперед! Уклоняйся! Подсечку!

Майкл сбил меня с ног! Черт, Барт, хорош подсказывать! Сказала бы я, не будь у меня во рту капы, но мы как-то бестолково сцепились с Майклом и покатились по ковру.

– Встать, разошлись!

Пятиминутный перерыв, и снова отработка приемов, если тебя сбили с ног – как можно вывернуться, куда садануть локтем, разные обманные приемы.

– Так, дальше, – Барт и не думал останавливаться – времени у нас было катастрофически мало! – Мы не знаем, что там с притяжением и атмосферой. В невесомости и в скафандре это все совсем не так, как сейчас. Но что вы сможете сделать, так это…

И дальше уже мы тренировались в воде, вернее под водой. Это дикое состояние, когда ты и так неповоротлив, как слон, а еще должен следить и за кислородным шлангом, и за противником, и еще ни черта не видно из-за этих пузырей! Когда мы вконец обессилели, Барт сжалился и вытащил нас из воды. У меня уже руки не поднимались от усталости.

– Я больше не могу, – сказала я первое, когда сняла маску.

– Я тоже уже всё, – честно сказал Майкл.

– А больше и не надо. Сегодня хорошо поработали, отдыхайте! – честно говоря, было видно, что Барт и сам здорово вымотался с нами.

Мы побрели в столовую. Ложка у меня в руке дрожала. К черту, я выпила содержимое стаканчика – нечто густое, обозначенное на этикетке как индейка с овощным рагу – серьезно?! И запила все это кружкой кофе. Майкл задумчиво жевал, разглядывая свой стаканчик.

– Фрэн, может, «Морган Индастриз» еще и едой озадачится? Едим всякую дрянь! Кто это вообще делает?! – Майкл вертел стакан в поисках логотипа. – О, госзаказ для армии… В соответствии с международными стандартами… Обогащено витаминами и микроэлементами… Государственная Продуктовая Корпорация. Это многое объясняет…

Слушай, может, взять повара в команду и не мучиться с вот этим? – Майкл выразительно поболтал содержимым стаканчика.

– Джордж нас и так частенько балует чем-нибудь вкусненьким. – Я размышляла, не взять ли мне второй стаканчик «бурды».

– Почему ты против повара и нормальных продуктов? – не отставал Майкл.

– Ты знаешь, во что обходится компании каждая экспедиция?

– Оу! – Майкл с интересом посмотрел на меня. – И давно ты начала считать деньги?

– С тех пор, как вступила в наследство и начала их зарабатывать, – вяло огрызнулась я.

– Понятно, и все же, раз мы теперь почти живем на «Поллуксе», почему бы компании не заняться еще и этим?

– Ты в Совете учредителей «Морган Индастриз»? Вот и подними вопрос, – снова без энтузиазма отбилась я.

– Ты тоже в Совете, – не отставал мой брат.

– Хорошо, – сдалась я, лишь бы уже меня оставили в покое.

Барт усмехнулся.

– Быстро ты сдалась.

– Я ему кое-что другое приберегла, – я постаралась, чтобы моя улыбка выглядела максимально невинно.

– Я и не сомневался, – усмехнулся Барт, его всегда забавляли наши распри по распределению обязанностей в управлении предприятиями.

Майкл ненавидел производственную рутину, в которую был вынужден погружаться каждый раз по прибытии на Землю. Я планировала свалить на него модернизацию скафандров, я хорошо представляла себе, во что это все выльется, и поэтому так легко сдалась на еде. Начать с нуля легче, чем перестроить старое.

– Все, вам надо отдохнуть, разошлись! – скомандовал Барт и сам поднялся вслед за нами.

У нас очень мало времени до прыжка и так много еще надо сделать. Впереди нас ждала неизвестность, и поэтому мы должны быть в форме и во всеоружии…

Часть 2

Бездомная планета

Перед тем как прыгнуть в гиперпространство, капитан собрал всех в рубке и предоставил слово мистеру Вульфу.

Впервые в жизни я слушала человека и мне не хотелось его перебить.

Мистер Вульф ввел нас в курс дела. В пространстве рубки повисла голограмма с нашей Солнечной системой. Вид был немного необычен: нет станций у планет, нет магнитных установок, нет карантинных станций и входов и выходов из гиперпространства… Медленно вращается одинокая станция вокруг Земли.

– Это наша Солнечная система под конец двадцатого века, – начал мистер Вульф.

А, ну, это многое объясняет…

– Так, вернемся, чтобы все понять, к истокам.

Надеюсь, не в каменный век?

– На заре космической эры полеты в космос были фантастикой не только на бумаге, но и в реальности. Линейность полетов и временной парадокс, возникающий при этом, делали сам полет абсолютно бессмысленным, а недостижимая на тот момент скорость света переводила космические экспедиции в разряд неосуществимой мечты для человечества. Полет до ближайших планет на максимальной на тот момент скорости растягивался от нескольких месяцев до нескольких десятков лет. Чтобы преодолеть гравитационное притяжение Солнца и выйти за пределы нашей Солнечной системы, корабль должен был развить скорость 16,7 км/сек при тогдашнем достижимом максимуме 14 км/сек.

– Третья космическая, – вспомнила я.

– Верно. Плюс проблема перегрузок и сплавы металлов для кораблей, неспособные защитить экипажи от внешних угроз, начиная от жесткой радиации, вызванной распадом водорода и неминуемо ведущей к раковым заболеваниям, и заканчивая метеоритами, которые с такими скоростями, будучи даже размерами с рисовое зернышко, способны были прошить корабли того поколения насквозь или повредить двигатели и системы жизнеобеспечения, так как развивали скорость до трехсот тысяч километров в час, превращались практически в снаряд. Создание защитных панелей необходимой прочности утяжеляло корабль и снижало и без того небольшую на тот момент максимальную скорость…

– Как все было запущено… – вырвалось у меня.

Нет, мы проходили все это в Академии, в разделе истории освоения космоса, но это были древние, абстрактные, не актуальные на тот момент знания. К чему он клонит? Я начинала уже нетерпеливо поглядывать на капитана, но тот слушал с непроницаемым лицом.

– Новое топливо, революционные подходы к созданию новых двигателей – все это было на тот момент на страницах фантастических романов и на чертежных досках в засекреченных конструкторских бюро. Тогда пошли по другому пути. Это было умно, неожиданно и чрезвычайно рискованно. Но к истокам. В середине 90-х годов на одном из интернет-ресурсов появилось первое сообщение о так называемой «бездомной» планете.

Чего?! Я встрепенулась. Это еще что за?..

– Подтверждение этому феномену было официально получено уже в 2002 году. Группа Такахиро Суми сообщила уже о десятке подобных планет в пределах центра нашей галактики. Это были блуждающие планеты, не привязанные ни к одному светилу. Некоторые из них обладали достаточной массой для того, чтобы удержать не только атмосферу, но и порой до двух спутников. Была обнаружена планета, которая удалялась от нашей галактики со скоростью полтора миллиона миль в час! Это 2 414 016 км/ч. Корабль на тот момент мог развить максимальную скорость 50 400 км/ч.

– Если вовремя засечь планету, рассчитать ее орбиту и правильно сделать бросок… – Майкл смотрел на возникшую перед нами схему.

– Верно. Корабль мог быть направлен к планете и, сев на нее, мог, на немыслимых на тот момент скоростях, мчаться сквозь Вселенную, выполняя любые поставленные задачи.

– Планета должна быть твердой, – изрекла я, – или ее спутник.

– И опять в точку, – кивнул мне мистер Вульф, и я почувствовала себя такой заинтересованной ученицей. – Необходимо было досконально знать все нюансы несущейся планеты. А изучить их было при той оптике невероятно сложно – ведь планета не освещена ничем! Это как черная кошка в черной комнате! Это был либо полет наудачу, либо корабль просто случайно попал в гравитационное поле летящей планеты, и никакого расчета там не было.

А если расчет был? Черт, вот это авантюра! Я смотрела на схему. Это же какой надо было иметь изощренный ум, чтобы придумать такое? И сколько же надо было средств и ресурсов, чтобы это осуществить?!

– И тут мы опять выходим на Корпорацию. Но вернемся к нашей планете.

– Откуда они вообще берутся эти бездомные планеты? И как такое возможно? – Джордж озвучил по крайней мере один из терзавших меня вопросов, не сводя полного тревоги взгляда с темной планеты, его рука при этом машинально потянулась к его медальону-талисману, висящему на серебряной цепи.

– До сих пор идут дискуссии по этому поводу, и явление остается неизученным. Но есть две основные гипотезы. Это либо сверхплотное тело, выброшенное черной дырой, которое, проходя через газопылевые облака галактики, формирует из них вокруг себя первичную атмосферу из водорода и гелия, а если масса планеты достаточна, то и вторичную и третичную, либо это планеты, которые в силу каких-то природных катаклизмов были выбиты из своих солнечных систем и теперь обречены на вечное скитание по Вселенной без возможности вернуться на свою природную орбиту в родной солнечной системе.

Меня охватило чувство бесконечного одиночества и ощущение холодной бездны.

– Это темный мир, лишенный солнца, погруженный во мрак. Иногда он озаряется вспышками молний и вулканическими извержениями.

Я не отрываясь смотрела на темную планету, и суеверный ужас наполнял меня.

– Существует семь типов бездомных планет. Нас интересуют суперземли. Если основные параметры для обычных планет – это освещенность и масса, то для бездомных планет главным показателем является масса. Именно масса планеты определяет, какие газы она сможет удержать в своей атмосфере, за какое время их соберет и как долго она сможет их удержать. Масса суперземли в данном случае в три с половиной раза превышает массу нашей Земли, она имеет водородно-гелиевую атмосферу, температуру на поверхности – 0,1 °C, то есть точка таяния водного льда, при атмосферном давлении близком к тысяче атмосфер.

– Как на дне Марианской впадины, – тихо сказал Барт.

Пожалуй, всех на корабле начало охватывать странное чувство непонятного беспокойства. Взгляды всех членов нашей команды были направлены на бездомную планету, висящую в пространстве рубки «Поллукса».

Мистер Вульф, воодушевленный всеобщим вниманием, продолжал:

– На планетах такого типа, в зависимости от общей массы воды, может быть как глобальный океан, так и несколько мелких океанов земного типа, омывающих материки с поверхностью, покрытой горными породами сродни нашему океаническому базальту. Из-за чудовищного давления вода не имеет возможности испаряться, там нет ни рек, ни облаков. Суша представляет собой пустыню, выровненную постоянным ветром ураганной силы. Океаническая вода и вода внутренних морей отличается чрезвычайной соленостью, но – внимание! – у геотермальных подводных источников могут быть оазисы с бактериальной жизнью.

– Чтоб меня… – я потерла лоб.

– Не надо тебя, – тут же отозвался Барт.

Майкл провел ладонями по лицу и стряхнул с себя остатки наваждения.

– Ладно. Как мы это сделаем? – спросил он.

Им овладел азарт.

– Атмосферное давление около тысячи единиц… Нас там сплющит, – Джордж повернулся к капитану.

– Мистер Вульф, продолжайте.

– Наша странница обросла в пути двумя спутниками, – два шарика появились на схеме и понеслись по своим орбитам. – Нас интересует вот этот, – астрофизик указал на тот, что ближе к темной планете, – там разреженная атмосфера и притяжение как на нашей Луне. «Поллукс» вполне сможет туда сесть.

– А что делал «Новый путь»? – спросила я, разглядывая планетарную мини-систему.

– Они остались на ближней орбите – гравитационное поле без проблем удержало и третий спутник. Груз был сброшен при помощи зондов, шаттл спустил людей, затем, по окончании работ, поднял их на борт, – подал голос Джордж, озвучив записи из бортового журнала.

– Так, хорошо, – Майкл перевел взгляд с темной планеты на астрофизика, – мы сядем на первом спутнике. Что дальше?

– По моим расчетам, ваш шаттл сможет сесть на эту планету и взлететь. Соотношение веса, мощности двигателей и максимальной скорости не оставляют в этом сомнения. Единственный нюанс, – мистер Вульф взглянул на Джорджа, – мы не знаем – где именно они были.

– Проведем разведку, – отмахнулась я, – если у них была там база, мы ее найдем. Как мы там будем двигаться при таком давлении?

– У нас есть скафандры, – вступил капитан Белфорд, – способные компенсировать до тысячи атмосфер. Осталось только снабдить их антибактериальной защитой.

Доктор Хейворд кивнул и посмотрел на механиков.

– Мне понадобится помощь, – сказал он.

– Без проблем, – кивнули те.

– Значит, мы должны будем сесть на спутник планеты, мчащейся на скорости полтора миллиона миль в час? – Майкл не отрываясь смотрел на схему. – И при этом спутник вращается вокруг планеты?

Капитан Белфорд склонил голову набок.

– Мистер Сэйнфилд, мы сможем?

– Как вы рассчитали наш выход из гиперпространства, мистер Вульф? – вместо ответа спросил Майкл.

– Учитывая скорость и известный маршрут, я смог просчитать гипотетическую точку присутствия в определенный момент в определенной точке пространства…

– Будем прыгать наугад, – ответил капитан.

– Вы можете сказать, сколько будет времени между нашим выходом из гиперпространства и моментом, когда мимо пролетит этот скоростной экспресс? – не выдержала я.

– Меньше часа, – выдохнул физик и добавил: – Гипотетически…

– Даже затормозить толком не успеем, – Майкл мрачно посмотрел на меня. – Морган, пошли.

Я знала, куда мы. В симуляторную. Твою ж мать, это же как нам сделать-то такое?! А как они это сделали на своем «Новом пути»? Скорее всего, они на самом деле случайно попали в зону действия гравитационного поля этой бездомной планеты, а если нет? Если это был расчет? Это же даже сейчас почти нереально на нашем-то корабле, а на том допотопе…

– У тебя есть схема, где мы выйдем? – спросила я брата.

– Есть, – Майкл засел за компьютер, надо было прописать программу.

Чувствовалась острая нехватка людей. Марка бы сюда и Иосифа… Майкл почти с остервенением лупил по клавиатуре компьютера. Я не лезла. Я вообще не понимала, зачем я здесь – толку от меня на этом этапе ноль. Поэтому я пока просто сидела и размышляла, как бы нам расширить состав команды на постоянной основе на случай вот таких вот экстренных ситуаций…

– Так, проверим, – Майкл запустил проверку программы, быстро он ее сделал!

– Готово, – Майкл удовлетворенно кивнул и вызвал Джорджа – нам нужна была помощь в облачении и запуске программы.

Вместо Джорджа пришел капитан Белфорд.

– Давайте посмотрим, с чем мы будем иметь дело, – сказал он, и сначала я облачила их с Майклом.

Это было правильно. Капитан должен знать, что нас там ждет.

– Воу! – капитан даже отшатнулся. – Морган, давай еще раз.

Я запустила программу еще раз.

– Мать твою… – Майкл стянул очки и посмотрел на меня. – Надень очки и просто взгляни.

Я надела очки пока без перчаток, вслепую нажала на запуск программы. Мы вышли из гиперпространства. Тряска и все сопутствующие удовольствия, и тут что-то просвистело мимо.

Я обалдело смотрела в пространство перед собой. Очередной войд. Войд Козерога. Не люблю войды. Там пусто… Я встряхнулась. Да, планета! Черт, вот это скорость!

– И что?! Мы должны сесть на вот это?!! – я стянула очки и разоблачила капитана и Майкла.

– Полтора миллиона миль в час… – Майкл как будто сам себе пытался что-то объяснить. Хотя бы саму вероятность подобного явления.

– Мистер Вульф сказал, что это еще тихоход, некоторые планеты развивают скорость до тридцати миллионов миль в час, – капитан Белфорд посмотрел на нас. – И как мы это сделаем? Я даже спутник не успел разглядеть…

– Капитан, напомните еще раз – зачем нам это? Груз на «Армагеддоне» потерян, формула Си-Экс на Земле существует. Мы хотели узнать, где они были – мы узнали. Пусть эта планета летит себе дальше, и черт с ней! Ее же никто не догонит! «Новый путь», скорее всего, случайно оказался в зоне ее гравитационного поля, когда планета сама притормозила под влиянием внешних факторов, еще в пределах нашей Солнечной системы, – мистер Вульф был бы поражен моими познаниями в физике космоса, но я столько всего перечитала за последнее время, что у меня голова уже взрывалась от полученных знаний или от раздражения от нехватки информации по теме, но я не сдавалась и продолжала изучать все, что могла найти.

Сейчас я не отступала.

– У них выбора не было: они словно в капкан попали! Система вывела их из анабиоза из-за нештатной ситуации, да, им было трудно, но выбрались же! И не с пустыми руками, чтоб их… Нам-то туда зачем лезть?!

– Морган, я не знаю, где вы витали, когда Джордж зачитывал запись из бортового журнала. Там остались люди – члены экипажа «Нового пути», – ученые, которые не могут покинуть планету. Попасть на эту планету для них оказалось проще, чем покинуть ее. И ученых оставили, чтобы облегчить вес шаттла и быть в состоянии развить скорость, необходимую для того, чтобы вырваться из гравитационного поля планеты, а потом сэкономить ресурсы – кислород и прочее – на борту «Нового пути», чтобы их хватило добраться до… чего-нибудь или дождаться спасателей. Эффект парадокса времени давал им возможность рассчитывать на качественный прогресс в сфере космонавтики с той поры, как они покинули Землю, и надежду на спасение. Но часть экипажа все еще там, на планете. И это не уголовники, приговоренные к смерти. Их-то как раз забрали, как мы смогли убедиться. Это – ученые. Их ресурсы на исходе, и им нужна помощь. Наша помощь. Но это, безусловно, ваш корабль. Вам решать. Вы готовы принять решение бросить этих людей?

Про людей я не помнила. Видимо, отвлеклась. Что-то я часто стала отключаться – слишком много было всего, слишком много надо было переварить и обдумать. Люди. Да. Как ловко капитан перевел стрелки на меня! То он капитан, то я владелица корабля, как ловко он маневрировал среди этих позиций! Однако решать что-то надо…

– Вы уверены, что они еще живы? – спросила я осторожно.

– Такая вероятность есть, – кивнул капитан.

Я снова надела очки. Планета снова просвистела мимо меня. Провались… Я сняла очки и медленно положила на стол. Не хотела бы я остаться до конца своих дней в темном мире, несущемся черт знает куда на бешеной скорости. Холод, мрак, голод и бесконечное одиночество…

– Рванем что-нибудь перед ней, и она затормозит, – брякнула я прежде, чем успела обдумать идею.

Капитан посмотрел на моего брата.

– Нужен мистер Вульф, – решил тот.

Физик тоже рефлекторно отшатнулся от летящей пущенным ядром планеты и, сняв очки, посмотрел на нас.

– Это невероятно…

– И практически неосуществимо, – кивнул капитан, – но миссис Флинт посетила светлая идея взрыва на пути планеты. Перед ней. Это сможет затормозить планету настолько, чтобы мы успели разглядеть ее спутник и сесть?

– Взрыв… – мистер Вульф посмотрел на меня, вернее, сквозь меня, – затормозить… Можно еще раз взглянуть?

– Да ради бога, – я запустила программу еще по крайней мере три раза.

– Я должен посчитать… – мистер Вульф положил очки мимо стола и направился к двери, – взрыв… чтобы притормозить… Насколько?.. В вакууме?! Как?!!

– Или используем гравитационный барьер! – крикнула я физику вслед, но он вряд ли меня услышал.

– Все, «загрузили», – капитан проводил взглядом нашего физика.

– По-моему, он нас уже ненавидит, – Майкл, наклонив голову, задумчиво смотрел вслед мистеру Вульфу.

– По-моему, тоже, – согласно кивнула я.

– А по-моему, он счастлив, – предположил капитан, – сидел бы он сейчас в обсерватории на Земле, смотрел на звезды в телескоп, считал всякую ерунду и пил бы отвратный кофе…

– А чем он занят здесь? – спросила я, пряча улыбку.

– Смотрит в телескоп на звезды, без конца что-то считает и… пьет отвратный кофе, – приподняв бровь от удивления, констатировал капитан Белфорд столь очевидный факт и согласно кивнул. – Он нас ненавидит.

Усмехнувшись, я подобрала очки и выключила систему.

– Капитан, а нам-то сейчас что делать? – спросил Майкл.

– Пока дежурьте в штатном режиме. Когда поймем, как попасть на планету, мы прыгнем.

…И вот мы прыгнули.

* * *

Рвануть что-нибудь в космосе было бы очень эффектно. Но в условиях вакуума было практически нереально. Корабль удавалось взорвать благодаря кислороду на борту, который играет ведущую роль в процессе взрыва. Однако в условиях внешнего вакуума взрыв рассеется за секунды, если не быстрее, и никакой взрывной волны.

А вот с гравитацией повозиться стоило. Оказывается, мистер Вульф меня услышал, но, скорее всего, он и без меня давно понял, с какого конца браться за проблему. Необходимо создать гравитационное поле, по своей силе превышающее мощь планеты и способное даже при такой скорости повлиять на объект в космосе. Вот с этим мистер Вульф поиграл с удовольствием. Он буквально поселился в симуляторной. На каждый расчет он писал программу, в которую закладывал полученные параметры, создавая компьютерную модель развития событий в реальном времени.

Мы терпеливо ждали. Больше ничего не оставалось. «Армагеддон» проводил ремонтные работы и тоже занимался расчетом прыжка. Мы наблюдали за соседями и ждали. Тренировались, возились с шаттлом Майкла, проверяя и перепроверяя системы. Когда Майкл в сотый раз полез к двигателям, я не выдержала.

– Майкл, что не так?

– Попасть на эту планету оказалось проще, чем выбраться с нее… – пробормотал Майкл, оглядывая двигатель. – Я тут посчитал, Морган, на шаттле мы можем не взлететь с пассажирами на борту, даже если стартуем в обратном направлении от планеты… Наша скорость на форсаже, наша масса, сила гравитации… Мы можем не взлететь…

– Сколько человек там оставили? – спросила я.

– Шестерых отправили, восемь осталось.

Так, ага…

– Что тогда? – у меня вдруг пересохло в горле.

– На «Черной смерти» может получиться сесть и взлететь, даже учитывая перегрузки. Но тогда мы не возьмем пассажиров, и сам полет станет бессмысленным.

– А на двух шаттлах? – я взглянула на «Кастора». – Если пойдем в одиночку, сможем забрать людей за один раз? С пятью человеками на борту мы взлетим? Или сделаем две ходки…

– Двух взлетов с такими перегрузками при всей нашей защите мы не выдержим. И у нас нет времени на две ходки. Нам же надо еще их найти. При таких площадях я не знаю, на сколько растянется сам процесс поиска. Мы не знаем, в каком они состоянии…

– Мы ничего не знаем, ясно. Но если на шаттле будет пять человек, мы взлетим? Учитывая все мощности наших кораблей? – Я кивнула на дополнительные двигатели, установленные когда-то ради куража, и которые оказались так кстати сейчас.

Майкл быстро сделал расчеты и кивнул:

– Может получиться, но мне не хочется отпускать тебя одну, Морган. Очень сильно не хочется…

– Пойдем на двух шаттлах, выхода нет, – решила я.

– Мне это не нравится, Морган, – Майкл посмотрел мне в глаза, – даже не могу выразить, как мне это не нравится…

– Майк, мы не первый год в космосе, и это не первая наша переделка. Я не новичок, – я не понимала причину его тревоги.

Его взгляд был полон сомнений, он все еще не был уверен в правильности единственного решения.

– Пойдем-ка в симуляторную. Полетаем, – Майкл выпрыгнул из шаттла и, не глядя, подхватил меня и повлек за собой.

Почему-то вспомнились Элиот с Марго. Одна бесстрашно летела за старшим братом, второй точно был уверен, что она всегда идет прямо за ним. Я улыбнулась. Мы не близнецы, но я рада, что у нас есть эта связь. Это наполняет жизнь смыслом…

Летать совсем одной было непривычно, и это еще очень мягко сказано. Линейный полет – ничего сложного, но когда начинались маневры, начинались проблемы – надо было успевать везде. Основная трудность была в том, что система управления наших шаттлов была рассчитана на двух человек, и ни я, ни Майкл попросту не дотягивались до крайних панелей на пульте управления. Джордж и Барт демонтировали вторые кресла в рубках обоих кораблей и передвинули кресла пилотов в условный центр панели.

– Из-за перегрузок взлетать будем в положении лежа, вот так, – Майкл опрокинул кресло со мной, – что видишь?

Ни черта я не вижу, только ноги. Что я ему и сказала. Мы не могли переделать пульт, поэтому разработали систему зеркал и убили немало времени, чтобы научиться правильно действовать, учитывая эффект отражения. Руки все время двигались не туда.

– В другую сторону! – почти орал на меня Барт.

– Да-да, не кричи, – я, не отрываясь от зеркала, нажимала, наконец, на нужную кнопку.

– Ты там будешь одна, счет будет идти на секунды, одна ошибка…

– Я все поняла, – прервала его я – и тренировалась до изнеможения.

Наконец, у меня начало получаться, и мы пошли в симуляторную. Майкл неплохо потрудился. Кабина в программе выглядела один в один, как в оригинале.

– Морган, все в режиме реального времени. Условия максимально приближены к тем, что будут там.

– Хорошо, – кивнула я.

– Поехали.

Черт! Я разбилась раз десять. На взлете. Отвратительное чувство.

– Какого черта с тобой происходит?! Соберись! – не выдержав, прикрикнул на меня Майкл.

Ага, соберись! У меня внутри все уже просто в узел стянуто от моей собранности! Куда уж больше-то?!

Нет, надо не так. В голове прозвучал голос командира Рейнольдса: «Отпусти руки, Морган!» Тоже, кстати, злобный. Что же они все на меня злятся-то так? Какой своевременный вопрос… Так. Это было, когда мы летали с командиром перед моим экзаменом на высший пилотаж. Хорошо, отпусти руки… Отпусти руки…

Я опустила и встряхнула руки. Закрыла глаза. Так. Пульт всплыл перед внутренним взором. Это мой шаттл. Я знаю его как себя. Я знаю все кнопки, рычаги и клавиши. Так, поехали.

– Поехали, – сказала я, и мы снова запустили программу взлета.

Бешеные перегрузки. Шаттл трясет и глаза заливает мгла, руки бегают по пульту, словно живя своей жизнью. И вдруг меня словно выплюнуло в пространство, сопротивление и перегрузки исчезли, шаттл свободно мчался в космосе. Я повернула голову, шаттл Майкла рядом.

– Привет, братец, – улыбнулась я.

Шаттл Майкла помахал крыльями.

– Повторим? – раздалось в моих наушниках, и я просто увидела, как мой брат улыбается.

– Да запросто!

Итак, мы решили идти в одиночку, двумя шаттлами и сделали все, чтобы все удалось, отработав все действия до автоматизма.

У мистера Вульфа тоже наметился прорыв. Вроде бы виртуально у нас даже все получалось. Джордж и Барт обеспечивали техническую поддержку.

Мистер Вульф использовал классическую идею гравитационного маневра для замедления объекта в космосе. В нашем случае гравитационное поле было искусственным, для чего и понадобилась специальная установка, сожравшая весь наш технический резерв, осталась нетронутой только целевая аппаратура. И сила притяжения должна была быть настолько мощной, чтобы установка смогла «захватить» своим полем космическую странницу, подобно планетарному гиганту, затормозив ее таким образом, по расчетам мистера Вульфа, на несколько сотен тысяч миль на несколько минут. Все необходимые параметры тщательно высчитывались. В момент максимального замедления планеты «Поллукс» должен успеть подойти к ней и попасть в ее гравитационное поле, желательно между самой планетой и первым спутником, затем установка уничтожается метким выстрелом, гравитационное поле исчезает, и маленькая планетарная система спокойно возвращается на свою орбиту, снова набирая скорость. Мы же будем двигаться дальше внутри системы вместе с ней в качестве третьего спутника.

Джордж и Барт работали как заведенные. Когда мы были в состоянии, помогали им, чем могли. Капитан проверял каждую новую версию на симуляторе.

– Мы все это сможем проделать только на форсаже. Мы рискуем не успеть затормозить и вылететь за пределы системы… Мы должны сократить время торможения вдвое… Мистер Флинт! Джордж!

Механики наши были нарасхват…

* * *

Итак, мы шли по гиперпространству к точке выхода.

– А вдруг она уже пролетела, и мы опоздаем? – озвучила я терзающий меня вопрос.

– Морган… – Барт даже не стал заканчивать фразу.

Да-да, я и сама знаю – заткнись.

– Тебе обязательно воспроизводить весь поток своих мыслей? – спросил меня Барт в наушник, было наше дежурство.

– Если бы я озвучила весь поток…

– Я бы рехнулся, я знаю, – по голосу было слышно, что он улыбается.

Я люблю, когда он улыбается.

– И не только ты, я думаю, – вклинился в разговор Майкл.

– Все бы с ума сошли, – подытожил Барт.

Майкл снял с меня наушник.

– Наша смена, иди спать. Скоро наш выход.

Я почувствовала неприятный холодок внутри, сдала смену и пошла спать. Одно было неизменно – что бы ни происходило, мой сон всегда был крепким. Встала я за пять минут до будильника. Я спала всего четыре часа, но полностью отдохнула – сказывался опыт многолетней службы, организм научился отдыхать при малейшей возможности.

Итак, наш выход. Я заняла свое место в рубке.

– Внимание, господа, выходим из гиперпространства, – капитан Белфорд зорко следил за всеми системами и за нами. – Три, два, один…

Снова эта тряска. Когда-нибудь я к ней привыкну, утешила я себя, подавляя приступ тошноты. Наконец, все прекратилось. Я огляделась вокруг. Войд Козерога. Мы запустили зонд в центр войда Волопаса. Надо будет и сюда тоже запустить…

– Поднять телескоп! – скомандовал капитан.

– Есть поднять телескоп! – отозвался Майкл и пробежался руками по пульту, капитан дал координаты сектора пространства.

– Всем быть в состоянии готовности. Сколько у нас времени, мистер Вульф?

Физик припал к телескопу.

– Я ее вижу… – благоговейно прошептал он. – Я ее вижу! – Да он просто в восторге.

– Мистер Вульф, сколько у нас времени? – у капитана просто железные нервы.

– Чуть больше часа, – физик побледнел от волнения и снял и снова надел очки.

– Все знают, что им делать. По местам! Выводим установку! Активировать манипулятор!

Собранная установка была выведена за борт и помещена в пространстве. «Поллукс» встал на свою исходную позицию, и мистер Вульф запустил установку.

– Работает, – мистер Вульф смотрел на показатели на своем пульте, – работает!

– Еще бы, – усмехнулся Джордж и переглянулся с Бартом – они совершили невероятное и знали это.

– Мистер Вульф, как у нас дела? – голос капитана звучал напряженно, специально настроенный телескоп позволял следить за движением планеты на экране рубки.

– Две трети мощности, капитан, еще пара минут и… Есть! – мистер Вульф возбужденно подпрыгнул, но тут же одернул себя: – Простите…

– Ничего, мистер Вульф, мы все разделяем ваши эмоции, – на лице капитана не дрогнул ни один мускул. – Мистер Флинт, на позицию.

Барт ушел к пушке. А я поймала себя на том, что уже до боли сжала штурвал. Черт, надо расслабиться. Так, медленно… Хорошо… Пальцы с трудом разжались, и я с усилием бросила руки вдоль тела.

– Мистер Вульф? – капитан не сводил глаз с экрана.

– Планета подходит к границе гравитационного поля… – Кружочек на схеме приближался к зеленому кругу.

Там еще был синий и красный круг.

– Внимание, начали!

Мои руки тут же легли на штурвал, и «Поллукс» тронулся в пространстве. Скорость разгона была рассчитана строго поэтапно. Капитан сыпал командами, следя за всеми. Вибрация усиливалась. Мы оказались под влиянием двух гравитационных полей. Перегрузки росли.

– Держим корабль… Джордж, самый полный! Вперед! Давайте! Держим курс! Не спать!

Это был какой-то кошмар… Я видела темную планету. Она огромная… Она стремительно росла передо мной. Я отчетливо видела всполохи молний в ее атмосфере. Это было… нереально. Я ничего подобного даже представить не могла! Вот и ее темный спутник, подобие нашей Луны.

– Мистер Флинт, приготовиться!

Выстрел Барта из пушки должен был уничтожить установку. На такой скорости, с такой вибрацией… Это будет чудом.

– Тормозим!

Не знаю, что там они сотворили с двигателями, но нас как будто на ручник поставили.

– Мистер Флинт, огонь!

Яркая вспышка, и от инженерного шедевра не осталось ничего. Жаль, но… круто!

И мы внутри системы.

– Планета возвращается на курс, капитан, и ускоряется. Мы вместе с ней, – подал голос мистер Вульф.

Капитан откинулся на спинку кресла и провел рукой по лицу.

– Отличная работа, господа. На сегодня всё. Всем отдыхать. Мистер Вульф, мы на стабильной орбите?

Мистер Вульф без остановки барабанил пальцами по клавиатуре компьютера, считывая данные с экрана.

– Да, сэр, удаление оптимальное, – отозвался физик.

Казалось, он сам с трудом верит в происходящее.

– Двигатели на малый. Обойдем ее вокруг. Сделаем первичную съемку.

Да, это будет нелишним. Снимки планеты с «Нового пути» нам не достались. Хоть узнаем, сколько там морей и океанов, сколько там континентов и где они расположены. Мы все не отрываясь смотрели на планету на обзорном экране.

– Темный мир… – Барт встал рядом со мной. – Кто бы мог подумать?..

– Классный выстрел, – сказала я, не в состоянии оторвать взгляда от фантастического зрелища.

– Спасибо, – я услышала улыбку в его голосе. – Вы тоже неплохо сработали, – сказал он.

– Ага, – мой взгляд скользил по поверхности планеты, – что вы сделали с тормозной системой?

– Тебе лучше не знать.

– Это поправимо? – спросила я рассеянно.

– Надеюсь, – голос Барта тоже зазвучал рассеянно.

Планета целиком захватила наше внимание. Надо время, чтобы осознать. Чтобы постичь. Чтобы просто понять, что мы это сделали…

Капитан дал нам отдохнуть и прийти в себя. Затем все принялись за дело.

– Мистер Вульф, посчитайте, что выгоднее – сесть на «луну» или повисеть на орбите? Проверьте резервы накопленной энергии от солнечных батарей и наши резервы топлива. Посчитайте, сколько топлива нам придется сжечь, чтобы выйти из этой системы. Кроме того, определите, каким количеством времени мы располагаем – с такими скоростями мы можем вылететь за пределы видимой Вселенной, а мне не хотелось бы оказаться черт-те где с весьма туманной перспективой возвращения домой.

Мистер Вульф кивнул и с энтузиазмом взялся за новое задание. Нет, он вроде нас не ненавидит…

– Морган, Сэйнфилд – проверка шаттлов и «Черной смерти»! Господа механики, как только поможете пилотам, займитесь тормозной системой «Поллукса». За работу!

Мы проверили свои истребители. Первый вылет предстоял на них – надо будет запустить с них «птиц» для детальной топографической съемки всей обнаруженной суши, каждого островка, если таковые будут. «Черная смерть» по весу и скорости больше подходила для такого рейда. Когда придет время высадки, мы пойдем на шаттлах, на них мы сможем сесть и забрать людей, застрявших в этом Богом забытом месте. Итак, мы настраивали «птиц» – от параметров полета с учетом постоянных ураганных ветров и огромного атмосферного давления до настройки камер ночного видения – источников света там не было, и активировали защиту от электрических разрядов молний. От качества полученных снимков будет зависеть успешность всей операции. Лететь предстояло в полной амуниции – приказ капитана. Поэтому в тысячный раз были проверены и перепроверены скафандры. Когда мы выбрались из ангара, капитан пригласил нас в рубку.

– Господа, у нас есть картинка. Мистер Вульф.

Физик включил голограмму. В рубке повисла темная сфера.

– Итак, у нас четыре океана, шесть морей и три континента, – мистер Вульф скользнул световой указкой по перечисляемым объектам, – континенты большие с внутренними морями. Площади указаны.

Я смотрела на цифры на сфере.

– Всех «птиц» там оставим, – я разглядывала материки на сфере.

– У вас их там не раздует? Ветер ураганный, – напомнил капитан.

– Не должно, там заложена система антигравитации, и они способны придерживаться маршрута даже при шквальном ветре, – покачала я головой. – Но вот площади… Можем потерять время. Сколько у нас его, кстати?

– Сорок восемь часов на все, планета направляется за пределы обозримой Вселенной, – подал голос мистер Вульф.

– Вы говорили, бактерии живут у термальных источников, значит, и лаборатория должна быть рядом, – заговорил Майкл. – Мы можем провести тепловое сканирование суши, и тогда разведка будет более продуктивна.

Прямо с языка снял, мелькнуло у меня.

– Я заложил эти параметры в первичную съемку, исключая океаны, беря во внимание только внутренние моря, остается три зоны на трех материках, – мистер Вульф пробежался по клавишам, и на сфере обозначились требуемые зоны.

– Зашибись… – я прикидывала расстояние между объектами.

Планета-то в три с половиной раза больше Земли!

– Пойдете парой в любом случае, – решил капитан, – пусть даже придется вернуться на «Поллукс» для дозаправки – никаких одиночных вылетов!

– Да, капитан, – кивнул Майкл, с явным облегчением взглянув на меня.

Я кивнула в ответ и посмотрела на капитана в ожидании приказа.

– Вылет по готовности, идите.

Мы вышли в космос только после тщательнейшей проверки. Майкл шел чуть впереди.

– Внимание, входим атмосферу, – раздался его спокойный голос в ушах, – немного потрясет.

Ничего, это не страшно. Истребители отлиты из того же металла, что и «Поллукс», им не страшны ни метеоры, ни излучения любой этимологии. А тряска уже дело привычное. Нет облаков. Совсем. Вот это непривычно. Нет испарения из-за дикого давления и нет облаков. Это странно. Нет рек внизу и озер, что тоже бросается в глаза.

– Что, Морган, сбудется твоя мечта? Высадишься наконец на планету? И на какую! Это тебе не альфа Центавра, это черт знает что, черт знает где! – засмеялся Майкл.

– Только мне может так безумно повезти! Это место словно специально для меня создавали!

Мы благополучно прошли атмосферу и летели над первым материком.

– Начинаю сброс «птиц», – сообщил мне Майкл. – Фрэн, мотает здесь серьезно. Держи высоту.

Да, это я тоже почувствовала и буквально вцепилась в штурвал, чтобы удержать истребитель на курсе.

– «Птицы» пошли, – снова сообщил Майкл.

– Отлично.

Я держала истребитель, физически ощущая давление сверху и силу ветра.

– Майкл, аттракцион еще тот, – я изо всех сил старалась соблюдать дистанцию.

– И не говори! Так, здесь все, второй объект!

Надо было сменить курс. Лечь на крыло и повернуть на сорок пять градусов. Твою мать… Сказать, что по мне лучше десять «мертвых петель» в условиях Земли – ничего не сказать!

– Фрэн, отстань немного!

– Давай разойдемся! Я влево, ты вправо! – я как смогла вывернула штурвал, уводя машину влево, пытаясь при этом не перевернуться через крыло.

После невероятных усилий мы снова «сошлись» и парой пошли ко второму материку. Теперь была моя очередь сбрасывать «птиц». Мы зашли над условным квадратом – зоной, которую определил на карте мистер Вульф.

– Начинаю сброс. – Механики отладили все так, что одним нажатием мы могли отправить по три «птицы» через равный промежуток времени. – «Птицы» пошли!

– Морган, закончим здесь и на дозаправку, я «обсох», – донесся сквозь помехи голос Майкла.

Это рядом ударила молния. Яркая, разветвленная. Полыхнула и погасла, снова погрузив все во мрак.

– Ты видела?!

– Трудно не заметить, – выдавила я, сбросив последнюю партию аппаратов. – Майкл, «птицы» сброшены, уходим.

– Морган, только не отставай, пошли. – «Черная смерть» Майкла пошла на вираж и, подняв нос, направилась прямо в космос.

Я тоже хочу убраться отсюда. Мне надоело это ощущение, что я словно продираюсь сквозь что-то, а не лечу. Меня перевернуло через крыло. Провались… Я попыталась выровнять истребитель. Черта с два! Рядом долбанула молния, и мои приборы мигнули. Стрелки заплясали как сумасшедшие. Штурвал слушался, но меня завертело в штопор. Мать твою! Я даже ничего подумать не успела и словно со стороны наблюдала за своими четко отработанными движениями. Странно, но паники не было…

– Морган!!!!

– Убирайся, Майк! Найдешь меня! Я выставлю маяк!..

Он что-то еще орал, Барт что-то орал. Капитан тоже что-то высказал. Давай… Давай… Перебрав вслух всех святых, я вышла-таки из штопора, благо запас по высоте был неплохим, я тянула штурвал на себя. Хоть что-нибудь, хоть когда-нибудь в моей жизни может пройти по плану?!! Я должна быть уже на «Поллуксе», в безопасности и тепле, а я снова по уши в очередной передряге! Черный континент стремительно приближался. Посадка будет жесткой. Я выпустила шасси. Включила лучи. Море! Я над водой!!! Где чертов берег?! Я перенаправила луч, и в пляшущем круге света мелькнул берег. Так, суша. Ты уже это делала, ты можешь… Дотянуть с сухим баком до чего-нибудь – это твоя любимая забава… На Земле! Так, убрать шасси… Но что это?! Скорость моя увеличилась… Я же сменила курс, и ветер теперь дует в «спину»! Благодарю тебя, Господи, за… Так, подождем благодарить – скалы! Скалы, скалы… и скалы – чертова гряда! Вверх! Черт, их что, еще не все тут раздуло? Мистер Вульф обещал песчаную пустыню и базальт, как на дне океана! Так и вот он, базальт!

Ветер словно пинал и подталкивал, я практически вжала штурвал в себя, удерживая нос вверх, чтобы не кувыркнуться через голову и не потерять высоту. Луч скользнул по поверхности, и я увидела ровное открытое пространство – можно сесть! Так, снова выпустить шасси, нос вверх, ветер в спину, бак почти пустой… Господи, помоги мне… Касание… Подпрыгнув пару раз, истребитель понесся по поверхности, я включила торможение. Ветер гнал машину вперед. Я выключила двигатели, застопорила колеса и бросила колодки. Истребитель встал как вкопанный. Я дрожащей рукой вставила наушник.

– «Поллукс», это Морган. Я приземлилась. Все в порядке. Выставила маяк.

На этой про́клятой планете даже компас бесполезен – нет Солнца, нет полюсов, нет координат. Компас реагирует только на молнии. Я смотрела на его пляшущую стрелку и, вынув из уха наушник, слушала хор ругани из четырех голосов, перемежающейся хвалами Господу, и снова отборная брань в мой адрес и угроза скорой, нет, медленной и мучительной расправы. «Какая разница какой, я убью ее, и все! Найду и убью к чертям, чтобы больше не мучиться!» – «А детей моих ты воспитывать будешь?!» – «Она их и так ни черта не видит!» – «А ты своих когда в последний раз видел?!..»

Это была музыка для моих ушей в этом погруженном во мрак мире. Я включила луч прожектора и осмотрелась вокруг. Скалы после моего виража оказались слева. Недалеко. По планшетнику я нашла одну из «птиц» и направила к этой гряде. На экран посыпали изображения. Какая эрозия! Просто сказочные скалы… Мечта любого художника… Стоп! Назад! Пещера? Я приблизила «птицу». Пещера. Давай внутрь, подумала я, направляя «птицу» в кромешный мрак. Рядом снова шарахнула молния. Я стою здесь, как чертов громоотвод! Снова переведя взгляд на планшет, я остолбенела. «Птица» замерла перед дверью. Не может быть.

– Не может быть, – сказала вслух я.

– Чего не может быть, Фрэнсис?! – орал наушник у меня на коленях.

– А ну, заткнулись все! – я вставила наушник. – Я стою в чистом поле, вокруг лупят молнии, я тут в роли громоотвода. «Птица» при обследовании пещеры воткнулась в дверь. Старая система замка – колесо в центре тяжеленной двери. Вижу клапаны воздуховода, похоже, это шлюз, а внутри, возможно, кислород. Отправляю снимки. На металле коррозии нет, электроники нет. Могу добраться туда за час с учетом ветра. Капитан?

– Сейчас посмотрю все и решим. Морган, ждите моего приказа!

– Да, капитан.

Там началось бурное обсуждение, а я изучала снимки. Вот что значит сухой воздух и отсутствие кислорода! Все как новое. Даже песком не забито, потому что с подветренной стороны…

– Морган, учитывая концентрацию молний вокруг вас, приказываю вам немедленно покинуть истребитель и укрыться в пещере. Взять оружие и всю необходимую экипировку.

– Да, капитан.

– Быть на связи постоянно.

– Да, капитан.

– Майкл заправляется и немедленно полетит к вам. Истребитель на ходу?

– Да, но бак пустой.

– Хорошо, это хорошо. Майкл захватит горючее. Покиньте истребитель. Немедленно.

Легче сказать, чем сделать. Я достала приготовленный на такой случай рюкзак, обвешалась оружием, опустила забрало скафандра и открыла крышку истребителя. Мать твою, ну и ветер! Я сбросила веревочную лестницу и спустилась. Как мы хохотали над этой лестницей, когда увидели в первый раз! Теперь я дам в глаз любому, кто попробует хотя бы улыбнуться по этому поводу. Как же меня мотало во время спуска и било о борт, но я все же спустилась. Мне словно мешок на плечи положили, хотя в скафандре была защита от высокого атмосферного давления. Еще этот ветер! Рвет с меня рюкзак и оружие. Все болтается вокруг меня, нещадно лупя по чему придется. Шаг. Второй. Идти трудно и тяжело. Приходится с силой отрывать ноги от поверхности и тут же почти плюхать обратно. Но шаг за шагом я продвигалась вперед, цепко держа планшет и светя себе прожектором на скафандре.

– Очень тяжело идти, капитан, путь займет больше времени.

– Принято, Морган.

Когда я отошла от истребителя метров на двадцать, я обернулась. «Черная смерть» стояла уже в плотном кольце молний. Там было выключено все, кроме маяка на земле. Электрика не пострадает, мелькнуло у меня. Но как вовремя я оттуда ушла! На полпути я была уже практически без сил. Давай шагай, говорила я себе мысленно. Переставляй ноги! Господь сохранил тебе жизнь не для того, чтобы ты легла сейчас здесь и сдалась! Перед глазами встали мордашки Элиота и Маргарет. Да, вот так. Мои золотые, я сейчас. Я иду… Я скоро… Я остановилась, только когда влепилась шлемом в дверь. Звук и эффект были малоприятны. Ну, хоть ветра нет!

– Я на месте, капитан, – доложилась я, пытаясь убедить себя, что этот звон в голове слышу только я.

– Молодец! Что скажешь о замке? Откроешь?

– Блокираторов и дополнительных затворов нет, – сказала я, осмотрев дверь вблизи, и взялась за колесо.

Оно поддалось одному легкому усилию.

– Открывается, капитан!

– Морган, приготовь оружие! Лучше бластер, там может не быть кислорода! – это уже Барт.

– Морган, вы слышали?

– Да, капитан, – прокряхтела я, пытаясь отжать дверь. – Черт, тяжелая…

– Морган, Майкл уже вылетел, можешь просто подождать его там.

На этих словах капитана дверь, наконец, поддалась.

– Капитан, дверь открылась. Иду внутрь!

– Дождись Майкла! – это Барт.

– Мистер Флинт, займитесь делом, – сухо велел ему капитан. – Морган, если возможно, дождитесь Майкла, он будет у вас через двадцать минут.

– Хорошо, – я сползла на землю, я реально устала.

Еще в дыхательной смеси был небольшой переизбыток кислорода, меня конкретно повело, и я отрубилась. Проснулась я от бесцеремонного пинка.

– Эй, Морган, подъем! Расселась тут!

Я открыла глаза. Майкл протянул мне руку и с трудом поднял с земли. Мы обнялись, снова треснувшись шлемами.

– Твою мать! – Майкл потряс головой, пытаясь избавиться от шума в ушах.

– Не тряси, само пройдет, – посоветовала я и спросила: – Быстро меня нашел?

– Даже маяк не понадобился, там такая цветомузыка, – и он обернулся к нашим истребителям.

Они оба стояли в плотном кольце из молний.

– Как взлетать будем? – спросила я.

– Мистер Вульф дал какую-то штуковину, включим ее, и они от нас отстанут – переключатся на нее. Я ее уже опробовал, когда тебя заправлял.

– Отлично, – я кивнула на приоткрытую дверь: – Заходим?

– Пойдем, раз уж мы здесь, проверим, сколько их там и в каком они состоянии, – кивнул мой брат.

Мы вошли внутрь шлюза.

– Закрываем? – я с сомнением посмотрела на внешнюю дверь.

– Давай рискнем.

Мы притянули дверь и повернули колесо. Несколько секунд спустя раздалось шипение. «Птица» проанализировала воздух.

– Кислород, – я ткнула пальцем в планшет.

Майкл открыл шлем и сделал глубокий вдох.

– Нормально, открывай, – кивнул он, из его рта шел пар. – Холодно.

Я открыла забрало. Мороз обжег лицо и бронхи.

– Не то слово. Пошли? Может, там теплее…

И мы взялись за вторую дверь. Здесь было сложнее. Здесь уже был кислород и прошел процесс окисления.

– Заржавело, – Майкл налег на колесо, которое с третьего раза медленно поддалось.

Мы вдвоем с трудом отжали вторую дверь.

Перед нами был тускло освещенный коридор. Природная пещера с кинутой поверх породы проводкой. Так же холодно, как и в шлюзе. Майкл вдруг рассмеялся.

– Ты чего? – осторожно спросила я.

– Нет, серьезно, Морган! Только ты могла так бестолково впервые высадиться на планету! Столько об этом мечтать и – бац! – он снова зашелся смехом.

– А ты высадился эффектно, да?

– Я вообще герой, я же тебя спасаю, – самодовольная улыбка сияла на его лице.

– Ты мне просто горючее привез, – холодно парировала я. – А из такого штопора ты бы никогда не вышел.

Я увидела страх на его лице. Всего секунду, но он был там. Страх за меня. Он появился у них после «Миража», когда они осознали мою уязвимость. И это сводило меня с ума. Каждый раз теперь мне приходилось доказывать им, что я по-прежнему я и я в состоянии справиться с любой ситуацией.

Майкл надел маску бактериальной защиты, я последовала его примеру, решив, что разговор закончен, но вдруг он сказал:

– Морган, если кто и мог выйти из того штопора, так это ты с твоим невероятным везением! Черт, да ты умудрилась сесть, не поломав шасси, как раз рядом с лабораторией!

А он прав. И теперь нас тут таких везунчиков двое, и нам море по колено, или что тут у них…

Успокоившись, мы переглянулись и медленно двинулись вперед по тоннелю пещеры.

* * *

Идти было трудно. Это какой-то абсурд! С одной стороны, мы еле ползем по этому треклятому тоннелю, с другой – летим сквозь пространство на немыслимой скорости! И не на корабле, на планете!..

Очередной шаг, и снова нога еле отрывается от земли и через мгновение тяжело вдавливается в нее.

– Этот тоннель никогда не закончится, – пробормотала я в маску.

– Закончится, но не уверен, что нам понравится то, что мы увидим, – отозвался Майкл.

Он шел впереди, я за ним. Он чуть посторонился, и я посмотрела вперед. Дьявол! Два отворота!

– Разделимся? – спросила я.

Майкл молча двинулся вперед, обдумывая решение.

– Мы двигаемся слишком медленно, времени разгуливать здесь парами у нас просто нет. – Даже говорить тяжело, но я должна его убедить. – Майк, я – налево, ты – направо. Другого варианта нет.

Он сам это знает. Он нервничает. Наконец, принимает решение.

– Хорошо, – доносится до меня, – но будь на связи, – он обернулся. – Постоянно, ты поняла?

– Поняла, не дергайся.

– Я не… – он тяжело вздохнул. – Иди, – он кивнул мне на левый тоннель, а сам повернул вправо.

Дальше я двигалась одна. Я вполне уверенно чувствую себя одна. Я всю жизнь была одна, как я считала, и очень многое в моей жизни зависело от меня самой. Правда, после появления в моей жизни сначала Майкла, Барта и потом всей остальной родни я немного расслабилась, но это был быстро восстанавливаемый навык.

Тоннель был у́же, но тоже освещен. Было все так же холодно. Холодный воздух морозил лицо. Я натянула подшлемник почти до глаз. Ага, первая дверь.

– Майкл, у меня дверь.

– Принято. Приготовь оружие. Дверь открыта?

Я осмотрела дверь.

– Нет, закрыта. Такое же колесо в центре. Но все смазано. Других затворов не вижу.

– Держи оружие наготове и заходи.

Я легко провернула колесо. Механизм работал практически бесшумно – кто-то за ним тщательно ухаживал. Сняв бластер с предохранителя, я вошла внутрь. Стеллажи. На полках разный расходный материал: лабораторная посуда, провода, инструменты, детали, реактивы… Запасы явно истощены, но все тщательно рассортировано и разложено.

– Майк, это склад. Полно всякого старого хлама. Иду дальше. Что у тебя?

– Жилые помещения вроде… Пока никого нет. Иду дальше.

– Хорошо.

Я закрыла дверь и двинулась вперед.

– Еще дверь, – сказала я, завидев следующую цель.

– Хорошо, будь начеку.

– Ты повторяешься, – я провернула колесо и потянула дверь на себя – ни звука, даже не скрипнула!

– Я внутри, – я огляделась. – Шкафы, какие-то древние приборы, – я повертела что-то похожее на центрифугу. – Похоже на лабораторию, – я оглядела холодильные камеры и все, что было вокруг. – Майкл, здесь пусто. Ничего нет, даже реактивов. Странно…

Я выбралась в коридор. Ощущение, что что-то идет не так, отвлекло от трудности передвижения, и вскоре я стояла перед очередной дверью.

– Майкл, она открыта, – прошептала я, глядя на приоткрытую дверь и прислушиваясь к тому, что происходит внутри.

До меня донесся какой-то шум.

– Там кто-то есть…

– Иду к тебе! – безапелляционно сказал Майкл. – Не отключайся!

– Да не отключаюсь я, – вскинув взведенный бластер, я бесшумно вошла внутрь.

Еще одна лаборатория, но в центре стоит стол с привязными ремнями. Так вот где происходило главное действо… Спиной ко мне, у холодильных камер стоял человек. Он быстро буквально сгребал все содержимое в контейнер.

– Руки вверх и медленно повернись, – велела я. – Не дури лучше.

Человек замер. Медленно поставил контейнер.

– Руки! – я удобнее перехватила бластер, черт, он тут просто невероятно тяжелый!

Автомат я бы здесь точно не подняла. Человек замер на секунду и медленно повернулся. Без маски бактериальной защиты. Открытое лицо. Комбинезон вполне себе современный, на голове черный, по-пиратски завязанный платок вместо теплого подшлемника. Лицо загорелое, обветренное и обмороженное одновременно. Живописный шрам от ножа от уголка глаза до скулы. Какой-нибудь спецназ. Он двинулся ко мне.

– Стоять! – я пальнула в дюйме от его уха.

Он снова замер. Его холодные глаза скользили по мне.

– Кто вы такой? И сколько вас здесь? – спросила я.

– Морган, кто там у тебя?! – надрывался в ухе Майкл.

– Майкл, заткнись, – поморщилась я и слегка повела бластером. – Сэр, я жду.

– А вы откуда здесь взялись? – заговорил он.

– Так мы далеко не продвинемся.

Он снова направился было ко мне. Я прожгла стол прямо перед ним. Если бы не это чудовищное притяжение, мы бы давно уже сцепились в клубке и разгромили бы тут все к чертям, но здравый смысл говорил, что ничего кроме нелепой свалки тут не получится, и мы тянули время. А его у нас как раз не было…

– Морган! Не молчи! – крики Майкла взрывали мне мозг, и я вынула раковину из уха, бросив ее на шнурке. – Морган! Что там у тебя?!

Понятно, что мужик это услышал. Он попытался всмотреться мне в лицо сквозь маску.

– Морган? – спросил он. – Фрэнсис Морган?

– Да, – я уже из последних сил удерживала бластер – мышцы рук начали подергиваться от перенапряжения, чертова гравитация!

– Фрэнсис Тиана Морган… – его взгляд блуждал по моему лицу, – провались… – он провел руками по лицу и направился ко мне. – Убери эту хрень, – он небрежно кивнул на бластер.

Я снова активировала заряд.

– Морган, не дури, – продолжал говорить незнакомец, оттесняя меня к выходу, – Эй, Майкл, где ты там? – крикнул он в направлении моей ракушки.

Там пауза между воплями Майкла, и вдруг четкое:

– Джейк?! Какого черта? Что с Морган?

Джейк стоял уже передо мной. Он взял мою ракушку и сказал прямо в нее:

– С ней порядок, не спеши. Береги силы, они вам понадобятся, – он выпустил ракушку, и она снова повисла на проводке, пару секунд его взгляд еще скользил по моему лицу, и он представился: – Джейкоб Маккаби.

И это имя должно мне что-то сказать?

– И что? – ствол моего бластера упирался в его грудь.

Он вздохнул и без труда отвел ствол от себя мягким жестом левой руки.

– Напряги память.

– Я тебя знаю? – я вглядывалась в лицо парня.

Нет, я его не видела, никогда.

– Мы не знакомы. Но да, ты меня знаешь, – усмехнулся он.

Черт! Эта усмешка… Джейкоб Маккаби… Мать твою…

Я дезактивировала бластер и сунула в кобуру.

Джейкоб Маккаби. Младше Майкла, но старше меня… Теперь мой взгляд скользил по его лицу. Казалось, он вобрал в себя весь набор фамильных черт. Он был похож на отца даже больше Майкла, который, наконец, добрался да нас, тяжело дыша и с трудом передвигаясь.

– Привет, – кинул ему Джейкоб, не сводя с меня глаз. – Если бы на моем месте был кто-то другой, ее бы уже убили.

– Это не так просто сделать, поверь мне на слово, – Майкл привалился к стене и с трудом отдышался. – Чертова планета… Ты откуда здесь?

– Мы все зачищаем. Вам повезло, что вы напоролись на меня. Откуда вы зашли?

Майкл ткнул пальцем на схему на планшете.

– Отсюда.

– Там есть вход? – легкое удивление. – давайте-ка на выход тем же путем, пока вас не засекли. На чем вы пришли?

– На «Черной смерти», – Майкл стабилизировал дыхание.

– Отлично, пошли, я вас провожу.

– А где люди отсюда? Они были живы? – вклинилась я в их разговор.

– Люди у нас, вы их не получите. Уходите, пока возможно. Корабль на орбите?

– Да.

– «Поллукс»?

– Он самый, – кивнул Майкл.

– Тогда шанс есть. Уходим, – он вскинул свой бластер и подтолкнул меня к двери. – Вперед!

Он буквально гнал нас к выходу, насколько это было возможно. Мы были измотаны постоянной борьбой с троекратной силой тяжести и неуклюжестью своих тел. Джейкоб был замыкающим и постоянно «слушал» тоннель. Наконец, мы открыли дверь в переходный шлюз и закрыли забрала скафандров.

– Всё, валите, – Джейкоб шагнул обратно в кислородную зону и закрыл дверь.

Мы с трудом выбрались наружу. Снова ветер. Пригибаясь, мы очень медленно двинулись в сторону наших истребителей, окруженных какой-то безумной иллюминацией из молний.

Когда мы почти добрались, Майкл запустил свою штуковину для отвлечения молний. Безумный хоровод тут же переместился от наших истребителей к новой игрушке.

– Забирайся!

Я поймала болтающуюся на ветру лестницу и поползла наверх. Господи, никогда не думала, что они такие высокие! Казалось, я никогда не доберусь до кабины. Что-то прорвалось сквозь вой ветра. Какой-то резкий звук, вернее даже вибрация, пробирающая все тело на клеточном уровне.

– Это тревога? – спросила я, не доверяя своим ощущениям.

– Похоже на то, – отозвался Майкл. – Ты в кабине?

– Почти, – я ухватилась руками за край кабины и с трудом подтянулась.

Черт, да я тут все делала с трудом! Наконец, я внутри и кабина закрыта.

– Майк, я на месте. Кабина закрыта.

– Я тоже. Активируй системы.

Мы запустили двигатели, прогрели системы – все работало. Майкл задал мне параметры взлета, и мы рванули с этой планеты. Я вела истребитель с твердым намерением избежать повторной аварийной посадки. Все плясало перед глазами. Перегрузки просто чудовищные… Майкл проходит через это второй раз за такое короткое время… Штурвал пляшет в руках, «Черная смерть» буквально продирается сквозь атмосферу, с трудом преодолевая силу притяжения планеты.

– Двигатели на полную мощь! – командует Майкл.

– Есть двигатели на полную мощь, – я запускаю дополнительные мощности, двигатель звучит натужно, все чаще я слышу высокие нотки, мне это не нравится…

– Еще немного… – подбадривает меня Майкл.

И снова меня словно выплюнуло. Истребитель кувыркнулся в пространстве, я выровняла машину, сбавила обороты и нашла Майкла.

– Майк?

– Порядок. Ты как?

– Где «Поллукс»?

– Сейчас найдем. – Майкл вступил в переговоры с кораблем.

– Майкл… – я подтянулась поближе к нему. – Майкл!

– Что?!

– У нас компания! Они подняли «Черную смерть»! Я на мушке! – я перешла на открытый канал. – «Черная смерть», прием! Говорит Фрэнсис Морган, второй пилот корабля «Поллукс», мы находимся здесь по мандату правительства! Прекратите преследование! – Истребители не отставали. – Майк, они активируют заряды!

– Мать твою… Уходим! Самый полный! За мной и не отставай!

Я рванула за братом.

– Сколько их?

– Шесть! У меня заряда на два выстрела!

– У меня тоже! Не отставай! «Поллукс», нас преследуют шесть истребителей. «Поллукс»!

– Когда мы начали продавать «Черную смерть» частным компаниям?! – я вырубила систему, которая орала, что я на прицеле у четырех истребителей.

– Всегда им продавали! «Поллукс», у нас проблемы! Поддержка не помешает!

– Майкл, снаряды! Расходимся! Эй, вы понимаете, в кого стреляете?! Я же вам все поставки перекрою к черту!!!

Мы разошлись в пространстве, сбросив тепловые обманки. Ракеты взорвались в пустоте, и мы снова сошлись в двойку.

– «Поллукс»! Какого черта?! Нам нужна помощь!

– Встречаем, – услышала я спокойный голос Барта.

И я наконец увидела свой корабль. «Поллукс» ощетинился всеми пушками, каждая уже держала на прицеле по истребителю, а из-за корабля вынырнули два шаттла с активированными бортовыми орудиями. Слава богу! Мы неслись к ним как ужаленные.

Преследователи сбросили скорость, но не отставали. Оказавшись в безопасной зоне, я сделала кульбит и ринулась на преследователей.

– Морган, ты совсем рехнулась?! – это уже Барт.

– Эй, вы, разворачивайтесь и уматывайте! – я навела орудие на ближайший истребитель и активировала пуск, палец замер над кнопкой.

Наши преследователи легли в дрейф, развернулись и ушли обратно на планету.

– Так-то лучше, совсем страх потеряли, – я закрыла колпачком красную кнопку и дезактивировала систему пуска ракет.

– Все на борт, – скомандовал капитан. – Морган, Сэйнфилд, жду с докладом на мостике.

– Есть, капитан, – отозвались мы почти хором и направились к приемному шлюзу.

Наконец-то мы дома! С нормальной гравитацией! Снова эта свобода движений! Иногда мы не замечаем совершенно бесценные вещи…

Барт вынул меня из скафандра.

– Джейкоб Маккаби? – повернулась я к Майклу.

Тот тяжело вздохнул. Барт вскинул голову.

– Что, серьезно? Вот здесь?! – он машинально показал рукой в сторону планеты.

– Здесь, – устало кивнул Майкл, – Джейкоб Маккаби. Давайте об этом потом. Доложим капитану, и мне бы в камеру, – Майкл вдруг обмяк, Джордж тут же подхватил его.

Барт подхватил под другую руку.

– Повели, – скомандовал он, и они направились в медотсек.

– Я к капитану, – сказала я и на дрожащих от слабости ногах направилась на мостик.

Как он, оказывается, далеко! Я едва добралась. На мостике я просто рухнула в свое кресло.

– Слушаю вас, – голос капитана звучал мягко, но требовательно.

Ему надо принять решение. Время на исходе.

– На планете группа зачистки, частная компания. Они отлично оснащены, люди с планеты у них. Мы не знаем, что за компания, но думаю, можно выяснить. Там был Джейкоб Маккаби.

– Выясним, – кивнул капитан, – отправляйтесь в медотсек, вам тоже нужна помощь.

Я направилась в теплые руки доктора Хейворда. На полпути меня встретил Барт и буквально доволок до медотсека.

– Док, вот и вторая, – сказал Барт, усаживая меня на стол.

– Нет-нет, сюда, – доктор кивнул на камеру, – после таких перегрузок нужно серьезное восстановление.

Барт помог мне лечь. Погладил по щеке и сказал тихо:

– Отдыхай.

Я отключилась.

* * *

– Фрэнсис, эй… Фрэн, прости, но пора вставать, милая… – голос Генри Хейворда с трудом пробился к моему сознанию. – Фрэнсис…

– Я встала, – пробормотала я, приподнимая голову.

Доктор придержал меня:

– Осторожно, вот так, давай, – он помог мне без увечий выбраться из камеры.

Я увидела еще сонного Майкла.

– Давайте в душ, кофе и к капитану. Времени нет.

Я простояла под душем пару минут и переключила воду на холодную. Ай! Но так стало на самом деле лучше. Еще через пару минут я уже пила кофе на пути к мостику. Майкл нагнал меня в коридоре, и мы вошли вместе. Джордж и Барт уже были там.

Капитан встретил нас сдержанным кивком.

– Господа, времени не осталось, мы должны покинуть систему. Мистер Вульф предоставил все необходимые расчеты и алгоритмы, – механики получили планшеты с данными. – Запускайте двигатели, господа, – велел им капитан.

– Да, сэр, – механики удалились.

– Дело предстоит нешуточное, – в рубке повисла схема с выделенными скоростными зонами и временем их прохождения. – Команде занять свои места. Проверка систем!

Я, не вдаваясь в подробности плана, выполняла все приказы. Если захочу, мне все объяснят потом.

– «Поллукс», говорит «Рейнджер».

– «Рейнджер», «Поллукс» начинает маневр выхода из системы, что и вам советую, до встречи по ту сторону, – капитан отключил внешний канал связи, отсекая ненужные беседы, и продолжил сыпать командами.

«Поллукс» вышел на позицию и начал разгон. Я следила за светящейся точкой на экране. Пока все шло по плану.

– Всем пристегнуться! Кресла в лежачее положение!

К такому «Поллукс» был приспособлен. Штурвал автоматически сменил положение, и не требовалось никаких дополнительных устройств. Почему в шаттле такого нет и пришлось возиться с зеркалами?! Да потому, что здесь капитан контролирует все остальное, ответила я сама себе. Стоп, соберись! Перегрузки начали вдавливать нас в кресла, но руки твердо держали штурвал. «Поллукс» двигался в пространстве, стремясь вырваться из гравитационного поля темной планеты. Мне казалось, что я физически ощущаю сопротивление, словно бы натягивалась резинка и нас сейчас либо вернет назад, либо резинка порвется… Давай…

– Двигатели на самый полный! Активировать резервные системы!

Я бросила взгляд на схему, кажется, мы замедлились… Нет. Давай вперед, давай! Все плясало перед глазами, появилась серая пелена, но руки сжали штурвал намертво. Я выберусь отсюда, мать вашу! Точка снова начала движение.

– Что происходит? – с усилием спросила я, не удержавшись.

– Проходим мимо местного гиганта, гравитационное поле системы ослабело от внешнего воздействия, – с трудом ответил Майкл.

– Самый полный вперед! Поднажали, парни! – это команда механикам.

Я не знаю, что они сотворили в машинном отделении, но мы рванули вперед как пущенная стрела.

– Держите корабль! – капитан регулировал работу всех систем, нам оставалось только удерживать корабль на курсе.

Нам хватало и этого. Я смотрела на светящийся огонек. Собственно, это было единственным, что я видела сквозь серую пелену.

– Держись, Морган, еще немного… – прохрипел Майкл.

– Сам держись… – выдавила я.

И вдруг все кончилось. Корабль свободно несся сквозь пространство на бешеной скорости.

– Господа, сбрасываем обороты в рабочем режиме, – капитан говорил как ни в чем ни бывало. – Майкл, Морган, приготовиться к торможению.

Мы вышли? Серая пелена медленно отступала. Зрение было размытым, но я видела. Я смотрела на звездное небо. Мы вышли. Мы на самом краю Вселенной, в созвездии Жирафа, но мы вышли… Темная планета была уже далеко за пределами нашей видимой Вселенной… Это не осознать и никогда не постичь…

– Вот черт, – пробормотал рядом Майкл.

– Не то слово, – отозвалась я и встрепенулась. – Капитан, «Рейнджер» вышел?

– Да, Морган, прямо за нами. Вот они.

Мы вернули кресла в нормальное положение и посмотрели в обзорный экран. В пределах видимости в дрейф лег корабль типа «Оникс», из тех, что облюбовали для себя частные военные компании.

Капитан включил внешний канал связи.

– …«Поллукс», прием! Как обстановка? Нужна помощь?

– Спасибо, «Рейнджер», все в порядке. Нужна ли помощь вам?

– Спасибо, капитан, у нас тоже без происшествий. Необходимо встретиться. Позволите подняться к вам на борт?

– Моей команде нужен отдых. Через восемь часов мы в вашем распоряжении, капитан?..

– Джеймс Норвуд, сэр.

– Капитан Белфорд, – представился наш капитан.

– Для меня честь, капитан.

– Поэтому они нас обстреляли? – не выдержала я.

– Ты же понимаешь, что капитан корабля и командир тактической группы – это два разных человека? – поинтересовался явно уже пришедший в себя Майкл.

– Подозреваю, – неохотно согласилась я.

– Что тебя терзает? – Майкл в который раз безошибочно считал меня.

– Если они пойдут к нам, можно сделать так, чтобы Джейк тоже прилетел? – спросила я.

– Можно попробовать… – Майкл развернул меня к себе вместе с креслом. – Морган, говори уже.

– Он был там без системы бактериальной защиты, Майк. Они вообще знают, с чем имеют дело? Ему нужна вакцина. Мне плевать на остальных, но этому Маккаби нужна вакцина.

– Понял, сделаем, – взгляд Майкла скользил по моему лицу. – Ты не перестаешь меня удивлять, Фрэнсис Тиана Морган, – он улыбнулся и потрепал мои волосы. – Пойдем спать.

– Вы двое, в камеры! – скомандовал нам капитан. – Док вас ждет.

– Да, сэр! – с готовностью отозвались мы.

Нам досталось больше всех, учитывая еще и наш прорыв с планеты на корабль. Но доктор уложил в камеры всех – после таких перегрузок все нуждались в полноценном восстановлении. Корабль впервые был оставлен на попечение автоматических систем безопасности. Доктор забрался в камеру последним.

Сквозь слипающиеся веки я видела, как он закрыл дверцу своей камеры. Я провалилась в сон, давая умной аппаратуре восстановить мое физическое состояние.

– Долго же ты спала, – было первым, что я услышала, едва открыла глаза.

– Привет, док! Остальные уже встали? – я выбралась из камеры бодрая и полная сил.

– Да, недавно. К нам прибыли гости с «Рейнджера».

– Давно? – я пригладила волосы у зеркальной поверхности камеры.

– Только что, еще успеешь умыться.

– Точно, спасибо! – я ополоснула лицо холодной водой и рванула к приемному шлюзу.

Капитан уже встретил делегацию и следовал с ними в отсек для совещаний. Я провожала взглядом каждого из-за угла, пока не увидела знакомый шрам и черный платок. Реакция была молниеносной, я рванула Джейкоба в коридор быстрее, чем успела что-то сообразить.

– Какого черта?! – и вглядевшись в меня: – Морган?

– Пойдем со мной, – я потащила его в медотсек. – Тебя не хватятся?

– Вообще-то я командир подразделения…

– Это ты отдал приказ по нам стрелять? – тут же застопорилась я, и моя левая рука начала замах, одновременно сжимаясь в кулак.

– Нет, это воздушная команда. У меня наземная тактическая группа… – его взгляд был прикован к моему кулаку.

– Ладно, – я опустила руку и поволокла его дальше.

– Куда ты меня тащишь?

– Сюда, – я впихнула его в медотсек. – Док, он весь ваш.

– Что ты… Док, какого черта?

– Сэр, вам что-нибудь ставили перед миссией? – Генри Хейворд был невозмутим.

– Конкретно перед этой нет.

– Ни на Земле, ни на корабле? – не отступал доктор.

– Нет.

– Вы позволите ваш чип, сэр?

У всех армейских есть такой чип в предплечье. На него заносится информация обо всех вакцинациях. Грамотный врач сразу поймет, где и в каких миссиях побывал каждый из нас. Генри поднес к чипу сканер и, пока я разглядывала татуировку Mortal Storm, доктор изучал данные своего потенциального пациента.

– Ты знаком с сэром Мак-Артуром? – спросила я, скользя взглядом по рисунку кинжала.

– Знаком, – коротко кивнул Джейкоб.

А он неразговорчив. Ладно.

– Какая у вас богатая биография, – доктор считывал информацию с экрана, – ничего не пропустили…

– Док, ну что? – не выдержала я.

– Их не прививали, – Генри Хейворд отошел к шкафу с медикаментами и начал готовить вакцину.

– Что вы делаете? – Джейкоб решительно раскатал рукав и хотел было уйти.

– Ты знаешь, с чем вы имели дело? – спросила я.

– Нет.

– Тебе не интересно, почему на нас была бактериальная защита?

– Какого?..

– Ты слышал про Си-Экс? Конечно, слышал. Это продукт жизнедеятельности бактерий с этой чертовой планеты. Из него вывели химическую формулу для Си-Экс. Сами бактерии оказывают такое же действие, попадая в организм человека.

– Си-Экс?! – Джейкоб слегка побледнел.

– Сядь обратно, – велела я, и он послушно вернулся на стул. – У нас есть вакцина.

– От него нет вакцины, только антидот от газа, и тот паршивый…

– У нас есть. У меня антитела.

– Давайте руку, – доктор подошел к Джейкобу с пистолетом с заправленной ампулой, – можно предплечье. – Вдавив пистолет в кожу, Генри Хейворд нажал на «курок», Джейк и охнуть не успел. – Всё.

– Спасибо, наверное, – парень быстро собрался с мыслями. – А как же моя команда?

– Сколько их? – спросил доктор.

– Десять человек.

Доктор кивнул.

– У меня хватит на всех. Вопрос в конфиденциальности. Если вас не оповестили о бактериологической опасности, значит, не хотели огласки. Вас послали на верную смерть.

Джейкоб провел дрожащей рукой по лицу.

– Черт…

– Вот именно, – я смотрела на него не отрываясь. – Что делать будем?

– Я смогу сам сделать эти прививки? – спросил он, лицо его было мрачным.

– Только под наблюдением врача, необходимо знать, что уже есть в организме, чтобы избежать осложнений, – ответил доктор Хейворд.

– Ты можешь доверять вашему командиру?

– Это частная военная компания… Я в первый раз с ним работаю.

– Тогда официально приглашаю твою тактическую группу на экскурсию на «Поллукс», – сказала я. – Я поговорю с вашим командиром.

– Они сейчас с вашим капитаном…

– В переговорной, я знаю. Пойдем. Спасибо, док, – кивнула я Генри и потащила Джейка за собой.

Мы вошли в отсек для совещаний и тихонько встали у двери. Капитана не было. Майкл, подойдя к нам, коротко обнял Джейка и спросил:

– Как ты?

– Пока не знаю, – ответил второй мой брат и быстро оглядел зал. – А где капитаны?

– На мостике, говорят один на один.

Я тоже оглядела зал.

– Кто отдал приказ стрелять в нас? – спросила я. – Здесь же командиры?

– Да, командиры, – нехотя кивнул Джейк.

– Так кто? – не отставала я.

– Тот, что со сломанным носом, – ухмыльнулся Майкл.

– Почему меня не дождался? – рассердилась я.

– А это не я. Он уже был такой, – мой братец снова довольно ухмыльнулся.

– О косяк ударился? – тупо спросила я.

– Еще варианты есть? – Майкл откровенно смеялся.

Я обернулась на Джейкоба и вопросительно подняла брови, Майк едва заметно кивнул.

Сам Джейк невозмутимо стоял рядом с нами, и его холодный взгляд скользил по лицам в отсеке.

– Где ее муж? – спросил он Майкла.

– Эй, я, вообще-то, здесь стою, – сказала я.

– Его здесь нет. Пойдем, выпьем кофе.

– Я должен быть здесь, – Джейк покачал головой.

– Мы тоже. Нас позовут, пошли, – Майкл вытолкал нас в коридор, и мы пошли в столовую.

Через пять минут мы сидели вокруг стола с кружками кофе в руках. Стояла гробовая тишина. Каждый из нас в какой-то момент порывался что-то сказать, но тут же пресекал собственную попытку.

– Может, ты есть хочешь? – спросила я Майкла. – Я голодная.

Я встала и взяла себе из холодильника – что это? – пюре с индейкой. Ладно, и сунула в печку разогреть.

– Разогрей мне тоже что-нибудь, – кивнул Майкл и посмотрел вопросительно на брата, тот пожал плечами, – …и Джейку.

Я сунула в печку еще два стакана и достала ложки.

– Давно вы общаетесь друг с другом? – спросила я, наконец.

– Учились в одной школе, – сказал Джейк.

– Проводили вместе каникулы, – Майкл отпил остывший кофе и поморщился.

– Давно, – подытожил Джейк.

– Ясно, – я ощутила себя здесь лишней, но поставила на стол еду, и мы принялись ковырять неаппетитную массу.

– У вас такая же гадость, – Джейк смотрел, как пюре медленно сползает с ложки в стакан.

– Морган обещала заняться, – кивнул Майкл.

– Джейк, что делать будешь? – задала я, наконец, терзавший меня вопрос.

– Решу, когда узнаю, знал ли командир.

– Кто вас послал сюда? – не унималась я.

Он поднял на меня голубые, почти прозрачные, холодные глаза. Как у отца. У меня даже сердце сбойнуло. На портрете в галерее у него был точно такой же взгляд.

– Это частный заказ, – он перевел взгляд на Майкла.

Я почувствовала себя не то что лишней, чужой. Тем, при ком замолкают и перестают говорить. Неприятное было чувство.

– Ладно, не буду вам мешать, – я встала и направилась к выходу.

Хочу к Барту. Хочу быть нужной.

– Морган… – окликнул было меня Майкл, но настаивать не стал.

Я спустилась в машинное отделение.

– Барт! – сердце застучало у меня в груди.

Он обнял меня крепко, как мне было необходимо.

– Не задалась семейная встреча? – улыбнулся он уголками губ.

– Не задалась, – кивнула я, уткнувшись в него.

– Ничего, все наладится.

– Да ну их, давай я вам помогу, – предложила я с надеждой.

– Давай, разбери вот это, – Барт кивнул на лежащий блок двигателя, – инструменты вот. А я пойду, Джорджу помогу.

– Хорошо, – я с энтузиазмом взялась за дело.

Монотонная работа успокоила меня, упорядочила мысли и очистила разум. О, трещина?! Я покрутила деталь, да, трещина. В сторону. Я внимательно осмотрела все, найдя еще пару трещин на других деталях, отложила в сторону и их. Неслабые были нагрузки, если металл такого качества не выдержал… Я вспомнила серую пелену перед глазами, тошнотворное ощущение внутри, и меня передернуло. Вернулся Барт.

– Вот это вышло из строя, – кивнула я.

– Молодец, – он осмотрел детали и пошел на склад за новыми, я за ним.

– Не знаешь, какой у нас план? Капитан ничего не говорил?

– В смысле? – Барт рылся в ящиках на стеллажах.

– Куда летим дальше? В созвездие Весов или на Землю?

– По-моему, все решится после этой встречи, – Барт положил мне в руки деталь. – Мы сунулись туда, куда не должны были, и узнали то, что не должны были. Не уверен, что нам это так спустят с рук. Думаю, нам порекомендуют вернуться на Землю для выяснения обстоятельств.

– А ты уже доложил своим?

– Морган, я не шпион и это не дела клана. Я не вмешиваюсь в то, что меня не касается. Если меня официально вызовут на допрос, я дам показания, но не больше, – Барт положил мне на руки еще две детали и пошел на выход, мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним.

Барт оглядел разобранный мною блок.

– Соберешь? – спросил он.

– Легко, – кивнула я и принялась за дело.

Барт присел рядом и просто смотрел на меня. Он улыбнулся.

– Действительно, легко. Иногда мне кажется, что у тебя все легко, – он покачал головой и тихо добавил: – При всей реальной тяжести… Твой ангел-хранитель не знает ни секунды покоя и, наверное, поседел раньше времени.

– Ты в это веришь? – удивилась я.

– С тобой я поверю в кого и во что угодно, если это хоть как-то тебя защитит. Каждый раз у меня сердце обрывается. Этот штопор, погоня за вами… Видела бы ты мистера Вульфа у пушки!

– Это он там сидел?!

– А кто еще? Мы с Джорджем в шаттлах, мистер Вульф наверху, док у бортового орудия, капитан в рубке…

– Надо увеличить команду, – брякнула я.

– Ты невыносима! – Барт засмеялся.

– Просто мысли у меня несутся вперед! Ты должен перестать так за меня бояться, слышишь?

– Ты просишь о невозможном. Я постоянно боюсь тебя потерять. Чего-то не успеть сказать или сделать…

– Да что с тобой? – я уже серьезно напряглась: Барт обычно скуп на выражение эмоций и держит свои мысли при себе, и вдруг такой поток откровений!

– Не знаю, – он покачал головой, – устал, наверное.

– Мы спали восемь часов, – я докрутила последнюю деталь и посмотрела на Барта.

Он засмеялся, качая головой.

– Я понимаю, о чем ты, – поспешила заверить его я. – Ты устал волноваться, – я прижалась к его щеке. – Спасибо, и мне пора, надо еще зайти к себе.

– Давай, удачи! – услышала я уже в коридоре.

На совещание я явилась в своей военной форме. Капитан указал на место справа от себя, слева сидел Майкл. При моем появлении все встали и снова сели. Человек с разбитым носом мрачно изучал мои наградные планки и нашивки.

– Кто командир боевой группы? – без вступления спросила я, положив перед собой папку. – Имейте в виду, все идет под запись.

Люди напротив нас переглянулись.

– Джейкоб Маккаби, командир десантной группы.

– Нил Пэрри, командир воздушной группы.

– Общего руководства нет? – уточнила я.

– Нет, мэм.

– Кто отдал приказ преследовать и атаковать наши истребители? – мой голос звучал холодно-бесцветно.

– Я, мэм. Мы не знали, с кем имеем дело.

Я нажала кнопку.

Сначала шло мое обращение по открытому каналу. Я дала его прослушать и поставила запись на паузу.

– Я четко обозначила, с кем ваша команда имеет дело. Вот какова была реакция, – я снова нажала кнопку.

«Истребитель Морган на прицеле!»

«Не вздумай! Эта стерва моя!»

«Ну уж нет! Я прикончу эту…»

Я выключила запись.

– Радиоперехват разговора пилотов. У меня есть их имена, личные дела, я знаю, где их семьи. Это было: а) покушение на убийство члена клана; б) групповое преследование и нападение на гражданское лицо; в) нарушение устава частных военных компаний в части препятствования исполнения миссий под патронатом государства. Документы оформлены, собраны и отправлены на Землю в соответствующие инстанции. Я хочу услышать, кто отдал приказ открыть огонь по нашим истребителям. Вы прекрасно знали, кто в машинах, чья это миссия и на кого вы, простите, «наехали». Четыре истребителя из шести держали на мушке меня. Двое пустили заряды. Это был частный заказ на устранение персонально меня? Заказ на убийство? От кого?

Тишину, повисшую в зале, можно было, как говорят, ножом резать. Нил Пэрри сбледнул с лица, и это было мягко сказано.

– Я внимательно вас слушаю, мистер Пэрри, – моя рука спокойно лежала на папке, к которой были прикованы все взоры противной стороны.

Я снова нажала кнопку и включила запись.

«…Уничтожить! Не дать подойти к “Поллуксу”!»

– Это ваш голос. Вам и вашим пилотам предписано добровольно сдаться командору станции «Кассиопея», капитан Норвуд получил с Земли соответствующее предписание и является гарантом исполнения приказа. Оттуда вы под охраной будете доставлены на Землю и переданы представителям власти. После расследования будет определен статус вашего преступления, и вы будете переданы в соответствующий суд. Если статус окажется спорным, вы предстанете перед клановым, государственным и военным судом поочередно, если не будет принято решение о совместном заседании.

Ордер лег на стол перед Нилом Пэрри. Я скользила взглядом по его бледному лицу.

– Вы понимаете, во что вы впряглись и на что обрекли свою семью? Оно того стоило? – я встала, не дожидаясь ответа. – Господа, у меня всё. Капитан? – я повернулась к Ричарду Белфорду.

– Можете идти, – кивнул он невозмутимо.

Я взяла папку и вышла из зала. Вот так. Шах и мат! Я знала, кто заказчик. Мы влезли в дела Корпорации. Только такой мощной организации было под силу противостояние и фактическая война с одним из сильнейших кланов. Вот и ответ на мой вопрос. Пожалуй, нам придется вернуться на Землю и разобраться с этой проблемой раз и навсегда.

Меня нагнал Майкл.

– Узнаю свою сестру! – похоже, он был в восторге от произошедшего. – Свести все к «наезду» на государство и на клан! На секунду мне даже стало его жаль.

– А мне – нет, – голос мой все еще звучал сухо. – Ведь по большому счету так и есть.

– Морган, ну хватит, это же я, – Майкл шутливо сгреб меня и встряхнул, – когда ты успела? Откуда все это?

– У меня муж из АНБ, не забыл? – улыбнулась я.

– Да ладно, не морочь мне голову. Ты всегда все делаешь сама.

– По моей просьбе капитан вел радиоперехват. Специальный протокол.

– Сделаю вид, что поверил, – Майкл понял, что не услышит правды.

– Вот и молодец, – мы сели пить кофе.

Ему незачем знать, что, когда капитан Белфорд описал капитану Норвуду всю картину, тот без лишних церемоний сам передал все записи радиопереговоров, ведшихся с его корабля. Кроме того, были переданы искренние извинения клану Морганов и заверения в полной лояльности оному.

Я знала, что капитан был ни при чем, и потому он остался неприкасаемым. Порядочный человек с блестящим послужным списком, боевыми наградами. Из тех, для кого честь и репутация капитана превыше всего. Остальные получат по полной.

– А сэр Энтони в курсе? – спросил Майкл.

Я кивнула.

– И что?

– Просто в восторге, – я решила опустить детали разговора, – все одобрил.

– Ну, еще бы, – Майкл поставил кружку и посмотрел мне в глаза. – Опять война?

– Похоже на то, – я тоже поставила кружку. – Один раз выиграли, выиграем и в этот. Опыт есть.

– Да, но какой ценой? – Майкл скользил взглядом по моему лицу.

– Нас чуть не убили. Обоих. Такое не спускают, – я покрутила кружку, – не на тех напали. Пора снова напомнить, кто есть кто.

– У тебя действительно есть одобрение этой операции от правительства? – Майкл откинулся на спинку стула, не сводя с меня глаз.

– Конечно. За личной подписью господина президента, – кивнула я, радуясь тому, что успела все это провернуть до прыжка от Пустоты Волопаса.

– Как ты умудряешься все это проделывать?! – Майкл поднял брови и покачал головой.

Я пожала плечами.

– Само получается. Не знаю… Вижу уязвимые места и знаю, как их защитить.

– Где сейчас уязвимое место? – тихо спросил Майкл.

– Пусть Карен переберется в родительский дом, и свяжись с сэром Мак-Артуром, – без обиняков сказала я.

Он коротко кивнул:

– Понял. – И тут же ушел.

Зашел Барт и сел рядом со мной.

– У тебя удивительный дар заводить друзей.

– Уже слышал?

– Большую часть. Я связался с Землей, охрану детей усилят. Все оповещены.

– Хорошо. Ты связался со своими?

Барт кивнул.

– Ты не оставила мне выбора, притянув сюда клан. Это сильно. Теперь это дело моего отдела. Поддержку нам обеспечат. Никто в управлении понятия не имел о том, кто и что здесь проворачивал. Шум не поднимают. Все делается очень тихо. Огласка никому не нужна. Необходимо узнать, какие ведомства причастны.

– Поняла, – я налила ему кофе, – но как можно такое провернуть, и чтобы никто не знал?!

– Морган, все знают ровно столько, сколько им говорят, и мир видят ровно таким, каким им его показывают…

– Это понятно, но чтобы за все время ни одной утечки?! Уже несколько поколений отслеживают эту операцию по всей вертикали, по всем структурам! Это же какой уровень организации и конспирации! Просто в голове не укладывается…

– Ну, кое-что утекало, ты же вспомнила про байки-страшилки в Академии…

– Ты сам говоришь, что это уровень баек… Что еще мы знаем? Что еще можно вот так легко скрыть?..

– Все что угодно, – Барт снова покрутил кружку.

– Что у нас дальше, не знаешь? – спросила я без всякой надежды на ответ, но он неожиданно ответил.

– Мистер Вульф рассчитывает прыжок до станции «Кассиопея», там заправимся и на Землю. Пришел официальный приказ. Предстоит разбор полетов по «Новому пути». Все в закрытом режиме.

– Прямо приказ? – я позволила себе легкий сарказм.

– Настоятельная рекомендация, – усмехнулся Барт.

– Другое дело. Хорошо, зайдем на Землю, – милостиво согласилась я.

Оба не выдержали и засмеялись.

– Морган, – услышала я и обернулась.

Джейк.

– Майкла здесь нет, – сухо сказала я.

– Я знаю, – его взгляд скользнул мимо меня. – Барт, – кивнул он.

Мой муж встал и подошел к Джейкобу. Они коротко обнялись. Я обалдело смотрела на обоих. Они общались так, словно меня здесь нет, а они знают друг друга лет сто.

– Все взял? – спросил Барт.

– Да, док все приготовил и дал инструкции нашему врачу, – кивнул Джейк, и я увидела контейнер с красным крестом в его руке.

– Хорошо. Как люди, которых нашли?

– Разная степень истощения и безумия. Возиться с ними будут долго, если вообще будут. Пришлось погрузить их в анабиоз. Пусть на Земле потом разбираются и решают, что с ними делать. Вы на Землю?

– Через «Кассиопею», надо заправиться. На выходе из системы спалили почти все топливо.

– Мы тоже. Ладно, до встречи, – снова крепкое рукопожатие, объятие, хлопок по плечу.

И, едва кивнув мне, Джейкоб удалился.

– Это что сейчас было? – спросила я Барта.

– Мы знаем друг друга лет десять, – он прикинул и добавил: – Даже больше. Вместе были в нескольких операциях. – Барт снова занял свое место за столом.

– А почему я ничего про это не знаю? – с напором спросила я, чувствуя, как закипает кровь.

– Ты же сама не хотела их всех знать, – Барт слегка пожал плечами. – Раз так, я и не стал рассказывать.

Я справлялась как могла с нахлынувшими чувствами, самыми разными и не самыми светлыми.

– Ты привыкла, что все вписываются в твою личную Вселенную, где ты – центр. Мы все вращаемся вокруг тебя, каждый с определенной степенью удаленности от светила, – заговорил Барт, наблюдая за мной. – Джейк может оказаться в этой Вселенной темной планетой, пролетит мимо тебя по своему пути, и ты его больше не увидишь.

– «Бездомные планеты могут попадать под влияние более сильных гравитационных полей небесных тел с большей массой – звезд или планет. Они могут не только замедлить свой ход, но и стать спутником в новой системе, выйдя на свою орбиту вокруг светила или планеты с большей массой, входящей в состав солнечной системы, через которую проходит планета-странник», – воспроизвела я цитату из монографии о свободных планетах.

– Тогда, думаю, для него все тоже без вариантов, – Барт с трудом погасил улыбку, – у тебя такое гравитационное поле… – он обошел стол и обнял меня. – И еще столько свободных орбит…

– Пусть катится, – пробурчала я в Барта.

– Пусть, – согласно кивнул он.

– Он мне не нужен.

– Ни капли, – согласился Барт.

– Мы бы и без него ушли с этой чертовой планеты.

– Безусловно, – очередной кивок.

– Ты так и будешь поддакивать? – я подняла голову.

– Семейное счастье превыше всего, – снова покладисто кивнул Барт, уже не сдерживая улыбку.

Какой же он все-таки… Ну и ладно, я снова прижалась к нему, слушая, как бьется его сердце, и наслаждаясь короткой передышкой.

* * *

«Кассиопея» впечатляла. Мы вышли из гиперпространства в пределах видимости станции, легли на курс и вступили в переговоры с «Башней». Нам выслали лоцмана, и, следуя за ним, мы зашли в шлюз выделенного нам ангара. Нас встречали. Капитан был приглашен на аудиенцию к командору Ли, наши механики получили целую бригаду техников и весь технический арсенал станции в полное свое распоряжение. «Поллукс» нуждался в тщательной проверке и пополнении всех ресурсов. Доктор Хейворд получил возможность восполнить свои заметно оскудевшие запасы на стационарном фармакологическом хранилище. Мы оставили его там в состоянии крайнего возбуждения, мечущегося среди стеллажей в полной растерянности от такого неожиданного изобилия. Мистер Вульф отправился в местную обсерваторию, ему надо было зафиксировать и обработать все полученные нами данные, описать все касательно темной планеты. На мой совет засекретить наш маневр для попадания в эту маленькую планетарную систему он рассеянно кивнул, и я не была уверена, что он меня услышал, оказавшись, наконец, в своей среде, как рыбка, вернувшаяся в свой аквариум.

А мы с Майклом неожиданно оказались не у дел. Нам выделили апартаменты – на «Поллуксе» было полно людей, уединиться там было сложно. Мы разошлись по отсекам с мыслью отоспаться. Но сначала надо связаться с дядей. С сэром Энтони, если точнее. Сэр Финли помог с первой частью, теперь пора подключать второго тяжеловеса. Я активировала конфиденциальный канал связи.

На экране появился сэр Энтони.

– Дядя, привет! Занят?

– Здравствуй, Морган, – его пронизывающий взгляд словно сканировал меня. – Как вы с Майклом?

– Порядок, мы на «Кассиопее». Сэр Финли ввел тебя в курс дела?

– Старый дурак готов был здесь все разгромить, еле остановили, чтобы ничего не выплыло наружу раньше времени, – по лицу сэра Энтони скользнула улыбка и пропала.

Эти двое сильно сблизились со времен Войны Кланов. Они всегда симпатизировали друг другу, они мыслили и действовали по-разному, но с равной эффективностью. Большой, грузный сэр Финли легко заводился и шел напролом, не считаясь с сопутствующими разрушениями и потерями, худощавый, сдержанный и даже закрытый сэр Энтони предпочитал тонкую игру, оставаясь в тени и искусно манипулируя другими. Брак их старших детей и общие внуки укрепили связь между кланами и положили начало крепкой дружбе между этими совершенно разными людьми. Хотя я догадывалась, что они сами вообще никак не расценивают эти отношения, все воспринималось как должное и как данность, в которой ты не раздумывая защищаешь семью и близких тебе людей до последней капли вражеской крови.

– Извини, что снова втянула клан в передрягу…

– Какая передряга? Кого ты втянула?! Это они хотели убить вас с Майклом! Ты представляешь, какой это удар по клану?! – сэр Энтони провел рукой по лицу. – Я уже не говорю о семье…

– Ты неважно выглядишь, – насторожилась я, отмечая признаки усталости на его сухощавом лице.

– Мы тут все сейчас не сильно отдохнувшие, надо обезопасить семьи, не привлекая внимания.

– Прости…

– Ты-то здесь при чем? Это вас пытались убить. Что, кстати, сейчас происходит?

– Все, как проговаривали: группу Пэрри передали под юрисдикцию командора станции и ближайшим рейсом доставят на Землю. Если все обстоит так, как я думаю, они вряд ли доберутся до Земли, если же доберутся, то до зала суда точно не дойдут. Ты хоть что-то слышал об «Армагеддоне»?

– Нет, в СМИ ни слова…

– Вот и я про то же, – я потерла лоб и откинулась на спинку стула. – Черт! Это все может просто сойти им с рук…

– Здесь другая ситуация, господин президент в курсе данного инцидента и поставил вопрос под личный контроль, сэр Финли все сделал для этого. Тут и государство, и кланы, и крупнейшая частная военная компания… Такой клубок в дурном сне не приснится.

– Дядя, что-то уже происходит? Хоть где-то? Кто-нибудь на тебя выходил?

– Пока тихо, – сэр Энтони покачал головой, – в клане все в курсе, если хоть на кого-то выйдут, мне сразу сообщат.

– Ладно, постарайся хоть немного отдохнуть, я пока ничем не могу тебе помочь. Скоро мы вернемся, и тогда…

– Детей переключи на себя, уже будет проще, – сэр Энтони не смог сдержать улыбку.

– Что они опять учудили? – сердце мое медленно опустилось в пятки.

– Устроили гонки на своих «феррари». Им тут трассу обустроили – мини-трек. Они насмотрелись автогонок и решили устроить свои. С пассажирами. Распихали малышню по машинам и помчались. Оливию, Генри, а потом и меня чуть инфаркт не хватил, они гоняли по кругу, пока топливо не кончилось. Все живы-здоровы, не переживай! С инстинктами и реакцией у них полный порядок, но встряхнуло нас всех сильно. Малышня в восторге, близнецам от меня попало, – я подавила улыбку, представляя себе эту «суровую» выволочку. – Элиот поклялся, что больше они не будут, Марго невинно молчала.

– И кто выиграл? – машинально спросила я.

– Как ты думаешь? Они финишировали бок о бок, каждый вопил, что выиграл он, Марго потребовала установить фотофиниш, после этого Генри, на всякий случай, запер их машины вместе с твоей, чтобы даже соблазна не было…

– Ой, господи! – я потерла лицо руками. – Они же еще маленькие! Это какой-то кошмар!

– Это твои дети, чего ты ждала? Ты ведь не думала, что они будут собирать марки и разглядывать бабочек?

– Я на это очень надеялась, – мрачно сказала я.

– Мечты, мечты! – сэр Энтони рассмеялся и добавил серьезно: – Не дарите им больше ничего на колесах и с двигателем. Ничего стреляющего и летающего.

– Это Майкл подарил, – слабо отбилась я. – Я его ребенку на шесть лет БТР подарю, раритетную модель с полным вооружением.

– Все вы хороши, одним словом, – сэр Энтони тепло посмотрел на меня, так он смотрел на своих дочерей и моих детей.

Мне стало удивительно спокойно. Ощущение семьи наполнило меня целиком. Я улыбнулась.

– Оливию совсем загрузили, ей бы своей жизнью жить, а не с чужими детьми возиться…

– Какие же они чужие! – вскинулся сэр Энтони и тяжело вздохнул. – Лучше пусть с детьми возится, чем меньше той жизни будет, тем легче будет потом, ты же знаешь, – совсем помрачнев, закончил он.

– Когда ее представят? – севшим голосом спросила я.

– Через год.

– Кандидаты определены?

Сэр Энтони мрачно кивнул:

– Шестеро.

Ничего себе! Черт! Я провела рукой по лицу и увидела, что она дрожит. Я помнила, через что прошла я. Старшей дочери сэра Энтони Софии повезло – брак был заключен по всем правилам, и при этом они с Питером любили друг друга. Та же история повторилась с Майклом и Карен. Я всю жизнь буду помнить, что, если бы не подтасовка личных данных, быть мне сейчас печально спившейся миссис Ланкастер или Сантана, или Каннингем… Господи… Скоро через это придется пройти этому эфемерному нежнейшему созданию, Оливии… И мне еще предстояло решить вопрос с Патриком, я даже не знаю и не представляю, как вообще подступиться к этому разговору!..

– Прилетайте уже, – прервал поток моих мыслей сэр Энтони.

– Скоро, дядя. Отсюда прямо на Землю. Нас отзывают из экспедиции, придется прервать миссию. Задания не выполнены, ни одно. Такое с нами впервые. Но это уже наша беда. Отдыхай, береги себя, – я мягко улыбнулась, – до встречи!

– До встречи! – дядя отключился, он не любил долгих прощаний.

С мыслей о браке мой мозг переключился на Корпорацию. На данный момент это более актуально и требует решения сейчас. Итак, пока все тихо. Надолго ли? Что они предпримут? На кого и как выйдут? Это может оказаться кто угодно… «Корпорация» была надкланова, наднациональна, надсоциальна, пронизывала всё и вся. Политики, биржевые маклеры, ученые, судьи, полицейские, врачи… Кто угодно мог оказаться членом этой структуры.

За этими мыслями я провалилась в тяжелый сон.

Стук в дверь застал меня в разгар погони по каким-то закоулкам, и я с облегчением поняла, что мне все приснилось. Тряхнув головой, я согнала остатки суматошного сна и открыла дверь. На пороге стоял Барт.

– Что случилось? – вскинулась я.

– Ничего, мы на сегодня закончили. Я устал.

А… До меня медленно дошло. Точно. Мы на станции. «Поллукс» на профилактике.

– Я не сразу сообразила, где я, – пробормотала я, пропуская Барта в отсек.

– Я так и понял, – он устало улыбнулся, – я в душ и спать.

– Давай. Много еще осталось? – спросила я, стоя у дверей душа.

– Завтра закончим, – перекрикивая воду, ответил Барт.

Отлично. Надеюсь, мистер Вульф уже рассчитает прыжок к тому времени. А пока появилось немного времени и для нас…

Весь следующий день прошел в авральном режиме. Арестанты покинули станцию до нас, и мы все не сговариваясь пришли их «проводить». Капитан «Рейнджера» Норвуд вместе с командором Ли передали их в руки капитана «Орфея», крейсера, входившего в состав правительственного флота, который отправлялся на Землю после учебного рейда в этом секторе пространства. Мы наблюдали в обзорный экран, как крейсер входит в гиперпространство.

– Надеюсь, их довезут, – тихо сказала я.

– Да брось! Не настолько все плохо! – усмехнулся Майкл.

– Я даже боюсь себе представить, насколько все плохо, – и я опять тереблю жетоны.

Провались! Чувство тревоги нарастало, скручивая все внутри в тугой узел. Я поймала напряженный взгляд Барта. Он безмолвно едва качнул головой. Я хорошо знала, что означает этот кивок. Он говорил: соберись, не заводись раньше времени, будем решать вопросы по мере поступления. Усилием воли я взяла себя в руки и с головой погрузилась в предстартовую рутину.

Мы покинули «Кассиопею». Совершив маневр, мы вошли в гиперпространство в рассчитанной точке, и «Поллукс» направился к Земле…

Часть 3

Корпорация

Никогда еще время карантина не переживалось мною так мучительно. Это были самые бесконечные две недели. Наконец, нас отпустили по домам. Мы поехали в особняк, переоделись и отправились к сэру Энтони. Без Генри особняк был пустым и холодным, задерживаться там не хотелось. Нам еще предстояло решить сложный вопрос с подарком детям. Я перебирала вслух разные вещи, отвечающие требованиям сэра Энтони. Управляющий машиной Барт улыбнулся и сказал:

– Расслабься, я знаю, что мы купим. Один подарок для двоих, он не стреляет, не ездит, не летает и еще куча остальных «не».

– Что ты придумал?

– Сейчас увидишь, – он становился у огромного торгового центра. – Пойдем!

Когда я увидела наш потенциальный подарок, я сперва опешила, потом рассмеялась. В остроумии Барту не откажешь, и дети будут в восторге!

По приезду к сэру Энтони мы были атакованы нашими сорванцами, которые болтали что-то наперебой, через несколько секунд мой мозг просто отключился, будучи не в состоянии усвоить весь этот поток информации – от родившихся котят до длинной череды жалоб и претензий на то, что им нельзя.

– Дедушка прав, – пресек поток негодования Барт, – идите, посмотрите, что там вам собирают.

Детей как ветром сдуло. Сэр Энтони вздрогнул.

– Что вы привезли на этот раз?

– Ничего ужасного, и даже самые мелкие будут в полной безопасности.

Мы посмотрели на улицу. Шестеро детей, из которых наши были самые старшие, а годовалый малыш Софии едва за ними поспевал, но не отставал, нетерпеливо скакали вокруг рабочих, собирающих наш подарок.

– Я пытаюсь определить их в школу, – заговорил сэр Энтони, – у нас прекрасные школы, но они отдельные для мальчиков и для девочек. Но их нельзя делить, – он не отрываясь смотрел на близнецов, – мы пытались. С пеленок. Они орали и не засыпали, пока их не укладывали вместе. Сейчас их кровати стоят на расстоянии вытянутой руки. Их руки. Однажды ночью я зашел их проверить, в этот момент Марго повернулась во сне, протянула руку, и Элиот тут же ее сжал. Во сне. Они так и спали дальше, держась за руки через проход, – сэр Энтони покачал головой. – Я не знаю, что делать. Они должны быть вместе, у них словно одно сознание на двоих. Один тут же подхватывает то, что делает другой. Слава богу, с ними легко справляться, направляя их энергию в созидательное русло. Оливия и их учителя быстро усвоили это, и на данный момент они прекрасно образованны – читают, пишут, считают. Но что делать со школой?..

– Сделать что-то свое, переманить учителей, – подал голос Барт, – уверен, наши дети такие не единственные.

– Я думал об этом. Нашел неплохое поместье. Но нужна вся инфраструктура – система безопасности, охрана, обустройство территории…

– Я могу заняться, – кивнул Барт, – пока мы здесь, я могу все организовать. У меня есть толковые ребята. Можем поехать, посмотреть участок.

– Хорошо, – согласился сэр Энтони, казалось, он почувствовал облегчение от того, что хоть это удастся решить.

Рабочие закончили и – последний штрих – пустили воду.

– Водная горка?! – сэр Энтони подался вперед.

Малышня похватала туго накачанные покрышки и уже карабкалась наверх за зачинщиками.

– Все абсолютно безопасно, – заверил Барт.

Первым с воплями восторга съехал Элиот, за ним следом хохоча летела Марго, за ней остальные детки. Оливия носилась вокруг, снимая происходящее, Генри нервно пересчитывал число голов над водой.

– Там мелко, – улыбнулся Барт, – старина Генри, все в порядке.

А детишки уже выбрались из бассейна и понеслись на второй заход.

– Когда-нибудь Элиот встанет во главе клана, эти дети будут его опорой. Каким он будет? – сэр Энтони не отрываясь смотрел на детей. – Что будет с Марго? Как он расстанется с ней, когда придет время выдавать ее замуж? Вот что тревожит меня. Вы их родители, поэтому я говорю вам это прямо.

– Думаю, они пойдут после школы в Летную Академию, – заговорил Барт, и голос его звучал тихо и серьезно.

– Это само собой, учитывая их наклонности, иного и быть не может, – кивнул сэр Энтони. – Так страшно сделать что-то не так, никогда не знаешь, к каким последствиям приведет то или иное твое решение. Тем более, когда знаешь, что именно этот ребенок однажды встанет во главе мощнейшего клана. Это давит…

– Это сложно, дядя, – вступила я, – но, посмотрите, у вас прекрасные девочки! По-моему, если кто и может с ними справиться, так это вы. С вашей мудростью и прозорливостью…

– Какая неприкрытая лесть, – усмехнулся сэр Энтони.

– Это правда, у меня было достаточно времени убедиться в этом. Из сэра Финли они бы веревки вили, – продолжила я, и сэр Энтони рассмеялся, что было крайне редко.

– Этот упертый ирландец просто тает и плавится в их ладошках и становится податливей пластилина, – согласился он. – Однажды они почти вытрясли из него дельтаплан!

– О боже, – я в ужасе посмотрела на наших маленьких чудовищ, заливисто смеющихся в бассейне. Но я отметила, как ловко и аккуратно они ловят внизу малышей, особенно следя за самым мелким.

– Этого у них не отнять – своих они оберегают безусловно, – словно услышал мои мысли сэр Энтони, – у вас хорошие дети.

– У них хороший дедушка, – сказал Барт. – Я бесконечно благодарен вам за все, что вы для них делаете…

– Это закон клана, – начал было сэр Энтони.

– И вашу любовь к ним, – закончил Барт, – к этому не может обязать ни один закон.

Вошел дворецкий сэра Энтони.

– Сэр Патрик прибыл, – доложил он.

– Пусть войдет, – кивнул сэр Энтони.

– Пойду к детям, дам Генри передышку, – улыбнулся Барт и, откланявшись, вышел.

Я увидела, как они обнялись в коридоре с Патриком, и тот вошел в кабинет сэра Энтони.

– Сэр, – короткий армейский кивок и пожатие протянутой сэром Энтони руки.

– Что ж, какое у вас дело? – сэр Энтони сел за стол, моментально превратившись из любящего дедушки в главу клана.

– Сэр, на последнем Совете мне сообщили, что меня пора представить для заключения брачного союза.

– И?

– Я хотел бы попросить об отсрочке на год. Закончится мой контракт на «Драконе».

– Только это?

– Пока да.

– Пока… – сэр Энтони словно попробовал это слово на вкус. – А потом?

– Я приму решение клана, – Патрик бросил на меня быстрый взгляд.

Я четко велела ему не юлить и говорить все, как есть.

– У тебя кто-то есть? – прямо спросил сэр Энтони.

– Нет, сэр.

– Нам не придется разгребать за тобой целый шлейф проблем, как за Майклом? – сэр Энтони сдержал улыбку, которая всегда появлялась у него при упоминании моего непутевого брата.

– Нет, сэр, клянусь.

– Хорошо, год ты получишь. Но по истечении контракта ты явишься на Землю, и тогда уж без вариантов…

– Спасибо, сэр! – Патрик боялся поверить, что получил год отсрочки, как же мало еще надо ему для счастья.

– Я извещу Совет Клана, и они больше не будут тебя беспокоить…

– Патрик!!!

– Патрик!!!

С радостными воплями, оставляя за собой мокрые следы, в кабинет влетели мои дети. Они со всего разгона влепились в любимого дядю, и через минуту каждый уютно сидел у него на руках. Патрик мгновенно вымок, но безропотно сносил их объятия и поцелуи, они теребили его уши и волосы, сыпали вопросами, каждый заглядывал в глаза, чтобы убедиться, что он услышан. Я выхватила из потока слов «лодка», «воздушная подушка» и беспомощное «нет» от моего младшего брата. В этот момент в кабинет запыхавшись вбежала Оливия с полотенцами.

– Папа, прости, я не успела…

Она увидела Патрика. Впервые, мелькнуло у меня.

– О… – выдохнула она.

Ее небесно-голубые глаза округлились, она замерла. Я посмотрела на брата. Его по-прежнему трогательно оттопыренные уши залились краской. На какой-то миг он перестал дышать. Я перевела взгляд на сэра Энтони. И успела увидеть на его лице невыносимую боль. Он все понял. Сразу. Хватило этих секунд.

– Я заберу детей, их надо переодеть, – первой очнулась Оливия и подошла к Патрику.

– Я вам помогу, все равно я уже мокрый, а они успели стать очень тяжелыми, – быстро нашелся он, и его поступок выглядел вполне логичным.

Они вышли. Я присела на подоконник и посмотрела на дядю. На нем лица не было.

– Господи… – он провел руками по лицу, – он ее брат… – Сэр Энтони был сломлен.

Его младшая дочь влюбилась. Только что, на его глазах.

– Он ее кузен, – мой мозг работал с бешеной скоростью, – по женской линии. Ваша мать, – я быстро загнула пальцы, – четвероюродная сестра моего отца по женской линии. Можем провести негласную проверку.

Сэр Энтони смотрел на меня пару секунд, как раненый зверь. Затем он открыл ящик стола и вытащил огромную карту с генеалогическим древом. Я видела его впервые и с интересом склонилась над ним. Вот мои родители, вот я, а вот мои дети… Так Оливия и Патрик…

– Ты права, – палец сэра Энтони легко скользил по ветвям этого монстра, – проведем негласную проверку. Ее представят через год, и Патрика тоже… – сэр Энтони посмотрел на меня. – Спасибо тебе.

– Вы бы и сами пришли к этому, – я слегка пожала печами.

– Это вряд ли, – он покачал головой, – на членах клана автоматическое табу. Я бы даже пробовать не стал.

– Тогда спасибо мне, – улыбнулась я.

Сэр Энтони еще раз прошел по древу взглядом и, удовлетворенно кивнув, убрал его в стол.

– Так, теперь другое наше дело, – заговорил он серьезно, и я машинально присела в кресло, сэр Энтони продолжил: – Корпорация. На нас вышли.

– Что хотят?

– Предполагаю, что они не хотят, чтобы дело дошло до суда и получило огласку. Думаю, предложат компенсацию клану.

– За наше несостоявшееся убийство?

– Они очень четко отмежевались от этого приказа, и перед судом предстанет только частная военная компания, все будет представлено как их самовольное решение. Уверен, что на счетах этих парней уже появились круглые суммы за признание вины.

– За что тогда компенсация? – сухо спросила я.

Я знала, что кончится этим.

– За то, что не смогли гарантировать вашу неприкосновенность.

– Круто… – я покачала головой и посмотрела на дядю. – Что у нас есть?

– Есть документы, подтверждающие факт их осведомленности о вашем присутствии там, есть радиоперехват с приказом уничтожить пилотов, «будь они трижды Морганы», и многое другое.

Меня передернуло.

– Что будешь делать?

– Они сейчас ведут переговоры о нашей встрече, посмотрю, с чем придут и как будут себя вести, – сэр Энтони был, как обычно, спокоен и уверен в себе, – но ты знаешь правило: никто не смеет трогать Морганов.

– Челюсть за зуб, – вспомнила я девиз нашего далекого предка.

– Челюсть за зуб, – кивнул дядя.

– Мы готовы?

– Вполне. Все члены семей в безопасности. Все родственные кланы предупреждены. Документы собраны, служба безопасности на страже. Мы готовы.

– Отлично. Что делать нам?

– Ждать результатов первых переговоров.

– Можно с тобой? – спросила я без всякой надежды, не то чтобы мне было страшно отпускать его туда одного, мне очень хотелось увидеть его в деле – этот опыт был бы бесценен.

– Я ведь не прошусь с тобой на боевые вылеты, – он опять словно прочитал мои мысли, – хотя мне и хотелось бы однажды понять, каково это.

– Могу полетать с тобой на истребителе, если захочешь, – милостиво предложила я, подумав, что ведь и тут он прав!

– Сейчас это единственное, чего мне не хватает: вылет на боевом истребителе. Все остальное уже есть, – сэр Энтони скупо улыбнулся. – Я должен сообщить тебе еще кое-что.

– Что еще случилось? – с упавшим сердцем спросила я, тон дяди не предвещал хороших вестей.

– Занимаясь этим делом, Корпорацией, я обнаружил один аспект, который тщательно замалчивался. Я узнал, почему брат твоего отца – Дэниэл Морган – был предан анафеме. Он втянул «Морган индастриз» в дела Корпорации, клан едва не попал в кабальную зависимость от подписанных им контрактов. Я не знаю, каким чудом, и теперь уже вряд ли узнаю, как твой отец смог избавиться от этих договоров и снова «поднять» клан. Он был просто невероятным человеком…

– Да уж… – я потерла лоб. – Черт… – я не знала, что сказать, вопросы роились в моей голове, но я не могла ухватить хотя бы один из них.

– Какие еще новости? – это все, что я смогла сформулировать.

– Мы провели тщательную экспертизу, сэр Мак-Артур – сын именно Дэниэла Моргана. На закрытом собрании Советов Кланов мы огласили этот факт во избежание дальнейших неурядиц: сэр Мак-Артур до сих пор не женат.

– Ему самому сообщили?

– Как глава клана Мак-Артуров он присутствовал на совещании.

– Как он это воспринял?

– Он с честью выдержал удар. Сказал, что это многое объясняет. Какое-то время ушло на осознание информации, но в его жизни это ничего не меняет – он остается достойным главой клана Мак-Артуров, все с этим единодушно согласны. Его мать вышла замуж за сэра Мак-Артура будучи беременной. Ее ребенок был сразу по рождении признан сыном главы клана, так что даже Право Первенца соблюдено, – сэр Энтони задумчиво смотрел в окно. – Ты замечала, как в итоге любая ситуация оборачивается на благо Морганам? Есть здесь что-то странное…

– Барт сказал мне как-то, что мой ангел-хранитель точно поседел раньше времени, – так же задумчиво сказала я.

А дядя прав, мистическим образом мы выходили из всех передряг. Даже вырвались из лап Корпорации. Как отцу это удалось? И ведь он мне ничего не рассказывал… Снова на меня накатила волна сожаления за упущенные возможности: сколько он мог мне дать! Чему он мог меня научить?! Но что толку сожалеть об этом сейчас? Остается надеяться, что со своими детьми мы так не облажаемся…

– Ангел-хранитель? – переспросил сэр Энтони и задумчиво кивнул. – Возможно… Что ж, вскоре его помощь может потребоваться вновь…

* * *

На сегодняшний день у меня был назначен еще один обязательный визит. Меня ждал сэр Финли. Странно, но эти двое не желали делить мое общество между собой, они предпочитали встречаться со мной поодиночке. Потом мы приедем к сэру Энтони, и у нас будет семейный сбор за огромным столом, за которым дети будут сидеть вместе со взрослыми и о делах не будет сказано ни слова. Сэр Финли станет самым любящим дедушкой, который в детских глазах был даже круче Санта Клауса, потому что мог ВСЁ, и дедушка Энтони был ему не указ, а вот как раз над Санта Клаусом какая-то тайная власть у него была.

Поэтому сейчас я здесь одна, и мы говорим о делах. Он встретил меня короткими объятиями и тут же проводил в кабинет, плотно закрыв двери. Там он водрузился в свое кресло у камина и, набив трубку табаком, выслушал мой подробнейший отчет о нашем прерванном полете, начиная с сигнала SOS и заканчивая прорывом из крохотной системы бездомной планеты. Говоря о Корпорации, я вскользь упомянула имя брата моего отца, сэр Финли и бровью не повел – он явно все знал. А вот Джейкоб его заинтересовал.

– Я с ним не знаком. Каков он?

Каков? Я задумалась и, тщательно отделяя личное от профессионального, подробно рассказала сэру Финли детали нашей встречи.

– Словом, не заладилось у вас, – легкая улыбка скользнула по лицу сэра Финли.

– Как ты это понял? – мрачно спросила я.

– Ты тщательно отфильтровывала свои эмоции, – довольно заухал он.

– Ну да…

– Но он умен и верен. Это хорошая комбинация, – мой дядя не глядя достал увесистую папку из стопки на столе, – его личное дело. Он шесть лет как овдовел, больше не женился, у него есть сын. Клан у них небольшой, но крепкий. Сам Джейкоб ни на что не претендует, хотя формально является вторым лицом в клане. Его позицию по достижении совершеннолетия займет его сын, пока же от его имени действует доверенное лицо. Можешь изучить, – папка легла на стол передо мной.

Еще одно правило кланов – все только на бумаге, никаких информационных носителей. Бумаги трудно добыть и легко уничтожить. Информация в сети уязвима и остается там навсегда.

Я посмотрела на обтрепанные края папки. Дядя не один раз изучил ее от начала до конца.

– Не хочу, – я повела плечами, при мысли о том, как может выглядеть моя папка.

– Хорошо, – дядя легко бросил папку обратно на стол, попыхтел трубкой и вдруг сказал: – Что-то с тобой не так. Что-то изменилось…

Его прозрачные холодные глаза словно сканировали самые потаенные уголки моего сознания. Я поежилась.

– Что с тобой случилось? – тихо, но настойчиво спросил дядя.

– Когда стояли у Пустоты Волопаса, меня вдруг накрыло, – с ним я никогда не юлила, это было бессмысленно и глупо, – я вдруг вспомнила маму…

– О как… – сэр Финли откинулся в кресле, – столько лет прошло. Я уж и не думал, что ты вообще о ней заговоришь. Ты ее помнишь? – его голос звучал приглушенно-мягко.

Я помотала головой.

– Ни лица, ни голоса. Ощущение… Страх и отчаяние… – меня снова накрыло, как тогда на границе Пустоты.

– Что ты хочешь узнать? – голос дяди вкрадчиво прозвучал в сознании.

Я словно очнулась. Ух ты… Я отпила воды из стакана.

– Всё, – севшим голосом сказала я.

Мне нужно заполнить эту зияющую пустоту внутри. Любил ли отец маму? Если любил, то зачем позволял ей так изводить себя? Или он, наоборот, специально довел ее до печального конца? Давно пора уже с этим разобраться раз и навсегда, чтобы уже ничто не могло разъедать меня изнутри.

– Что ж, – сэр Финли плеснул себе виски и покрутил в руках стакан. – Он любил ее. Любил даже слабо сказано… Это было их обоюдное решение, они слишком любили тебя. Тебе трудно сейчас это понять. Не мы создали этот мир, но мы вынуждены в нем жить. Как и любой другой, он не идеален, но у нас все еще не так плохо, поверь мне. Однако, чтобы обеспечить тебе счастливую беспечную жизнь, сэру Моргану был нужен наследник. К сожалению, все закончилось трагически… Тогда сэр Морган пошел на крайние меры – он признал своего незаконнорожденного первенца с целью ввести его в клан. Клан встал насмерть. Это создало бы прецедент, который привел бы к фатальным последствиям. Ты понимаешь. Теперь ты понимаешь.

Да, теперь я понимала. После стольких лет в клане я могла слушать сейчас сэра Финли и понимающе кивать. Восемь лет назад такой разговор был бы просто немыслим.

– Он столько сделал для клана, почему они не сделали для него хотя бы это?

– Они очень долго не трогали тебя. Ты жила своей жизнью, никак не соприкасаясь с ними.

Я переварила и это. Точно, так и было. Пока вопрос не встал ребром. А именно, после смерти моего отца, когда настало время определить преемника.

– Но ты им здорово насолила, официально назначив своими наследниками его незаконнорожденных сыновей, вынудив таким образом двоих из них принять в клан, – сэр Финли снова довольно заухал в своем кресле. – И это только начало. Еще двое вопрос времени. Ты их здорово нагнула, детка!

И тут он прав. Парни, конечно, не заняли мою позицию, но имели достаточно прочное и достойное положение в клане. Майкл даже вошел в Совет Клана.

– Что-то еще? – дядя зорко наблюдал за моими эмоциями.

– Почему в особняке нет ни одного портрета моей матери? – неожиданно мой голос зазвенел.

Сэр Финли тяжело вздохнул, встал и открыл ящик стола.

– Ему не нужен был портрет, – он достал фото в рамке и поставил на стол передо мной, – у него была ты.

Я смотрела на фото. Меня обдало холодом. Я словно в зеркало смотрелась. Правда, у меня была эта отцовская жесткость черт, а у мамы лицо было тонким и нежным. Она стояла у окна вполоборота и задумчиво улыбалась. Взгляд ее был обращен к чему-то невидимому и известному только ей. На ней легкое платье в пол. Ветер развевает легкие шторы и подол ее платья…

– Полгода после свадьбы, – тихо сказал дядя, – она ждет тебя.

Я поняла это сразу. Барт сделал похожее фото, когда я ждала близнецов. Это выражение лица не спутать ни с чем.

Я смотрела на снимок. Она была счастлива, и она была любима.

– Не убирай больше ее фото, – попросила я, безошибочно определив место на столе, где оно, вероятно, стояло.

– Не буду, – кивнул дядя и поставил фото на стол, он смотрел на свою сестру. – Она любила тебя. Любила так сильно, что мне было страшно…

Я впервые осознала, что ведь и он ее потерял. Она была его младшей сестрой. Глаза дяди заблестели, и он тут же потянулся за трубкой. Я перевела взгляд на огонь в камине, давая ему прийти в себя. Так мы и сидели, глядя на огонь, каждый погруженный в свои мысли. Наконец, все окончательно встало на свои места, и я могла без содрогания думать о прошлом и без страха смотреть в будущее. Но эта грусть о непознанной любви останется со мной навсегда.

Сэр Финли вышел из задумчивости и взглянул на часы.

– Засиделись мы с тобой, сэр Энтони ждет нас к ужину, он не любит, когда опаздывают. Старый педант, – сказал дядя ворчливо, выбил трубку и встал.

– Не бойся, не опоздаем, – улыбнулась я.

– Я поеду на своей машине, со своим водителем, – категорично заявил дядя.

– Черта с два, – сказал я, ощущая, как он позволяет манипулировать собой, – ты поедешь со мной. И не говори, что не мечтал об этом! – я вышла из кабинета.

– Видел в страшном сне, – дядя легко последовал за мной.

– Не притворяйся, ты любишь ездить со мной.

– Мне страшно даже смотреть, как ты ездишь, – сэр Финли взял пальто у дворецкого. – Буду поздно, – предупредил он, и мы вышли на улицу, где нас ждал мой кабриолет.

Всю дорогу мы ехали молча. Дядя сидел, закрыв глаза и подставив лицо ветру. Я включила музыку и улыбнулась. Я тоже хорошо изучила дядю и знала его маленькие слабости. Одна из них вот такая безумная гонка по пустому шоссе, и почему бы мне не доставить ему эту маленькую радость? Мы были похожи больше, чем могло показаться внешне. В другом мире, при других обстоятельствах, кто знает… Мне дали такую возможность, у него же не было выбора. Не мы придумали этот мир, но нам приходится в нем жить. И у нас еще все не так плохо…

* * *

На следующий день сэр Энтони отправился на переговоры. Мы с Бартом попытались сосредоточиться на детях, но в итоге были отправлены Генри в дом, сам дворецкий привычно переключил малышню на себя.

Напряжение росло с каждым часом. Мы наматывали круги по кабинету, когда подъехал Майкл.

– Ничего? – без приветствия спросил он.

– Тишина, – коротко ответил Барт.

– Сколько уже? – Майкл посмотрел на часы.

Мы тоже. Встреча длилась уже три часа. О чем там можно говорить так долго?!

– А тебе-то чего дома не сидится? – спросила я Майкла. – Сам же весь изнылся в карантине, как по Карен соскучился.

– Никогда больше тебе ничего не скажу, – огрызнулся Майкл.

– Да ладно!

– Она меня выставила, – тяжело вздохнул мой брат, – сказала, что я ее нервирую, а ей это вредно.

– Не полезно, это точно, – кивнул Барт. – Как она?

– Нормально. Сегодня должен врач приехать. Из дома теперь из-за всего этого ее не отпустить. С охраной она ходить отказывается, а мне в клинику путь заказан.

– Ну, еще бы! – у меня вырвался непроизвольный смешок.

В их первый и последний совместный визит в клинику с ним там очень тепло поздоровались сразу несколько дам в положении. Весь обратный путь он клялся всеми святыми, что вот эти точно не его, но Карен осталась непреклонна и на все последующие приемы ездила одна.

– Пусть ее дома посмотрят, так спокойнее, – Барт снова посмотрел на часы и проверил свой и домашний телефон.

Когда зазвонил мой телефон, мы подпрыгнули, и я схватила трубку.

– Дядя?!

– Все, я вышел. Еду домой.

– Ждем.

Я положила телефон на стол.

– Всё. Он едет.

И мы снова стали ждать. Время тянулось мучительно долго, и к моменту, когда сэр Энтони приехал, мои нервы были натянуты как струна.

Сэр Энтони стремительно вошел в кабинет и, положив увесистую папку на стол, постоял пару минут, прикрыв глаза. Мы молчали.

– Чертовы ублюдки, – это все, что позволил себе сэр Энтони.

Он подошел к столику, плеснул себе виски и ослабил галстук.

– Хотят, чтобы мы приняли компенсацию и утерлись, – он залпом опрокинул стакан. – Я заявил, что клан подает на них в суд. Улик у нас достаточно. Вытащим мразь на свет.

Сэр Энтони говорил спокойно, ровно и размеренно. Я бы уже рвала и метала, он же был холодно-рассудителен. О бурливших в нем эмоциях можно было лишь догадываться по используемой им лексике. У него просто железные нервы…

Барт взялся за телефон.

– Идем в суд, – коротко сообщил он своему руководству.

Сэр Энтони кивнул – правительство должно быть в курсе. Впервые появилась возможность реально прижать эту почти мифическую организацию. Они еще сами не поняли, с кем связались. Я смотрела на сэра Энтони, и меня охватывал азарт предстоящей битвы.

– Действуем по плану, – Барт выслушал указания и убрал телефон.

Есть какой-то план? Какой? Я не успела задать этот вопрос, зазвонил телефон Майкла.

– Да? – он всегда отвечал, не глядя на номер.

Вдруг он стал белым как полотно. Вскочил. Сел. Снова встал, держа трубку у уха. Я жестом велела включить громкую связь. Он машинально сделал, что просили. Барт включил запись.

– …у нас. И останется у нас, пока наши условия не будут приняты, – услышали мы явно измененный голос.

– Даем вам двадцать четыре часа.

Майкл дрожащими руками провел по лицу.

– Карен у них? – мне надо было просто удостовериться, потому что сейчас только одно могло его выбить из колеи.

– Они забрали ее прямо из дома… Зачем я уехал?! Я оставил ее одну! – он метался по кабинету с ничего не видящим взглядом, его воображение явно рисовало одну картину страшнее другой.

– Сейчас бы было одно тело и одна заложница, – тихо и спокойно сказал Барт. – Сядь. Ты здесь, и ты жив. Карен – кадровый офицер, она справится.

– Она на шестом месяце!

– Я знаю, но она сильная, поверь в нее и возьми себя в руки, – Барт перевел взгляд на сэра Энтони. – С кем конкретно вы говорили?

Сэр Энтони отчеканил имена. Барт записал их на листке и вышел с телефоном.

– Куда он? – спросила я, ничего не понимая.

– Нам нужен противовес, – сухо сказал сэр Энтони, – гарантия, что с Карен действительно ничего не случится. Даже случайно.

Они возьмут кого-то из их детей. Жесткая пошла игра. Но другого выхода нет.

– Я позвоню сэру Мак-Артуру, – я взяла свой телефон, сэр Энтони кивнул.

Я слушала гудки, представляя, что сейчас будет с человеком на другом конце, но времени на церемонии не было. Сэр Мак-Артур если и был выбит из колеи, то на несколько мгновений.

– Еду, – коротко сказал он и отключил телефон.

– Так. Собираем группу, – Барт говорил сухо-профессионально, – за всеми нами следят, поэтому надо быть предельно осторожными. Майкл, ты вне игры – остаешься дома на телефоне. Мне остаться с тобой?

– Нет, ты будешь нужен там, – покачал головой мой брат.

– Ты справишься? Точно?

– Точно. Что ты предлагаешь?

Заработал печатный аппарат. Барт принял документ.

– Так, официально Морган отозвана из отставки и обязана явиться в распоряжение командира группы испытателей нового истребителя под руководством генерала Рейнольдса. Место и время будут указаны позже. В группу входят Патрик Дуган, Марк Леви и Иосиф Рами. Сейчас все едут в наш особняк. Майкл, тебе надо вернуться к себе. Нам пора. Времени мало.

– Я с вами, – безапелляционно заявил сэр Энтони, прихватив несколько папок со стола.

– Хорошо, – Барт взял куртку, и мы вышли из дома.

Барт тщательно проверил периметр. Расставил прибывших людей. Подъехал сэр Финли. Злой как черт и полный решимости навалять любому, кто хотя бы посмотрит в сторону детей. Когда приехал сэр Мак-Артур, мы отправились в наш особняк.

В особняке нас уже ждали Патрик и Джейкоб. А этот с каких пор в нашей команде?

– Пожалуйста, – тихо сказал мне Барт, почуяв мое настроение, – он нам нужен. Мы без Майкла.

– Ладно, – я распахнула двери в отцовский кабинет: – Прошу!

Мне было интересно наблюдать за Джейкобом. Дом его отца. Он здесь никогда не был, в отличие от Майкла и Патрика. Но лицо его оставалось непроницаемым. В доме он стянул свой пиратский платок на шею, и я увидела ежик темно-русых волос с ранней проседью.

– Так, первое. Необходимо определить, где они могут держать Карен.

– У них собственность по всему миру, – сэр Энтони раскрыл свои папки.

Через пару минут в пространстве кабинета повисла карта Земли, усеянная красными точками.

– Исключаем города, – сказал Барт, точек стало меньше, но легче не стало.

Природные зоны. Горы, джунгли, леса… Без систем слежения и контроля. Пока их облетят наши «птицы»… Мой взгляд блуждал по карте, все время спотыкаясь о белое пятно Африки.

– Барт, что скажешь? – Майкл был с нами на видеосвязи по закрытому каналу.

– Я бы сосредоточился на джунглях, – сказал Джейкоб, – джунгли скроют всё.

Это точно, джунгли скроют всё. Я как зачарованная смотрела совершенно в другую сторону. А где никому даже в голову не придет искать?

– Морган, – голос Майкла вывел меня из транса, – у тебя животная интуиция. Где?

– Здесь, – я коснулась белого поля, и изображение пошло рябью, – Африка.

Джейкоб насмешливо фыркнул. Барт, склонив голову, задумчиво посмотрел на меня и перевел взгляд на карту. Остальные застыли, ожидая пояснений.

– Откуда взялся Си-Экс? Корпорация, – заговорила я. – Улучив момент, они зачистили для себя целый континент, и он был объявлен закрытой зоной. Что мы знаем об Африке на самом деле? Что там происходит хотя бы последние двадцать лет? Если забыть о том, что говорят СМИ и разные организации? Есть снимки со спутников?

Барт уже был на телефоне. Остальные молчали.

– Черт, это самая мощная мистификация, о которой я когда-либо слышала, – я просто знала, что права.

Барт принял фотографии со спутника.

– Морган, иди посмотри. Ты в топографии лучше разбираешься.

Джейкоб бросил взгляд на снимки.

– Пустыня. Там ничего нет.

Но Майкл с экрана смотрел на меня. И все смотрели на меня. Я освободила стол и разложила фотографии по порядку. Включила свет и, вставив лупу, тщательно изучила первый снимок. Дальше дело пошло быстрее.

– Марк, взгляни, – я освободила место и передала Марку лупу.

Тот тщательно изучил первый снимок, зафиксировав контрольные объекты, взял второй, третий…

– Везде одно и то же, – Марк перебрал снимки, читая маркировки координат. – Разные места, картинка одна и та же. Неужели никто не заметил?!

– Никто не искал, – сказала я, – кто из авианосцев у берегов Африки? – повернулась я к Барту.

Тот уже говорил по телефону.

– «Вирджиния», командир Вилсон, – сказал он.

Мой старый знакомый. Я смотрела на карту. Черт, провернуть такое с целым континентом… Это просто в голове не укладывается.

Голос Майкла вывел меня из задумчивости:

– Морган, будь осторожна. Меня там не будет. Не лезь на рожон, – попросил он меня.

– Я никогда… Ладно, не буду, – кивнула я.

– Вот и умница. Джейкоб, на пару слов.

Пока они о чем-то тихо говорили, Барт инструктировал нас.

– В части нас ждет самолет. Включить в машинах «глушилки», разъезжаемся в разные стороны с интервалом десять минут. Следить за «хвостом». Встречаемся в аэропорту.

Я повернулась к экрану, чтобы махнуть Майклу. И уловила его тихое: «Беречь и защищать», и ответ Джейкоба: «Беречь и защищать». Какие-то мужские заморочки, они же росли практически вместе. Майкл поймал мой взгляд и махнул рукой, я махнула в ответ.

«Глушилки» на машинах давали помехи на камерах слежения и на летных поисковых аппаратах, делая машину «невидимой», поэтому обычную слежку нельзя было исключать. Пришлось покружить по городу.

В аэропорту нас ждали. К нам подбежал паренек и, вытянувшись перед Бартом, доложил:

– Гравилет готов, сэр.

– Я летаю только на том, у чего есть крылья, – сухо сказала я, – и езжу только на том, что имеет колеса.

Я направилась к грузовому самолету, игнорируя усмешку Джейкоба. Сдался он мне!

– Я возьму этот, – бросила я. – Погрузить все на борт. Подать трап. Джентльмены, прошу! Марк, Патрик – в истребители. Сопровождение. Полные боекомплекты.

Парни кивнули и отправились к готовым машинам.

– Ну, с Богом, – я поднялась на борт и прошла в кабину.

Барт по договоренности сел рядом с сэром Энтони. Джейкоб и сэр Мак-Артур устроились с другой стороны. Все необходимое загрузили в хвост, равномерно распределив вес багажа. Иосиф ждал меня в кабине на месте второго пилота.

Я заняла свое место. Проводив взглядом истребители Марка и Патрика, я запросила у Башни разрешение на взлет и вырулила на дорожку.

– Ко взлету готовы, – доложил Иосиф.

Как с ним спокойно!

– Отлично, поехали. – Самолет побежал по дорожке, и вся эта махина легко оторвалась от земли.

Надеюсь, дядю не сильно укачивает. Совершив вираж, я легла на курс. Солнце слепило. Отвыкла я уже от таких полетов, но навыки возвращались довольно быстро. Постоянные переговоры с Башней, метеосводки, уточненные координаты. В районе посадки шторм шесть баллов. Спасибо, что не девять. У нас же просто никогда не бывает.

Два часа лёта. Иосиф просто идеальный второй пилот. Работает четко, все переговоры по делу.

– Фрэнсис, на радаре дроны. Идут к нам.

Откуда? Нас выследили? Как? Это уже лишние вопросы.

– Сбить сможем? – машинально спросила я и тут же чертыхнулась, мы же на грузовике!

– Если только крылом по башке, – усмехнулся Иосиф и связался с Марком: – Парни, у нас компания, подтянитесь ближе. Морган, мы на прицеле у пяти дронов.

Мать вашу! Я когда-нибудь смогу просто долететь из точки А в точку Б?!

Я включила открытый канал.

– Говорит борт 26, самолет армии ВВС США, следуем курсом над нейтральными водами. Грузовое судно. Отзовите дронов, – я выждала пару секунд и повторила обращение.

– Не помогло, – Иосиф спокойно констатировал очевидное.

Я переключилась на салон:

– Пристегнитесь все, нас сопровождают. Придется повертеться.

Грузовик – это не истребитель, но минимальные возможности к маневру все же есть, и их придется использовать по максимуму.

– Ракеты активированы, – сообщил Иосиф.

Я поднялась выше. Пусть еще за мной побегают.

– Марк, вы где?

– Здесь, рядом. Я – справа, Патрик – слева.

Я быстро огляделась. Да, вижу. Ракеты! Я ухнула вниз. Вовремя. Бедный дядя… Некогда! Снова вбок и вверх… Я вспомнила маневры Майкла на «Фантоме» и усмехнулась. Ну, вот как-то так это и было.

– Морган, слева!

– Черт, Патрик, прикрой уже нас! – я быстрее, чем успела сообразить, привычно легла на крыло и ушла вбок.

Что-то не так… Это грузовик, мать твою, а не истребитель! Вот что не так! Иосиф невозмутимо выполнял команды. Я выровняла чертову телегу, следя за высотой и курсом.

Марк уничтожил ракету.

– Патрик, ты там спишь? Слева! – я скоро перейду с литературного на понятный.

– Да вот смотрю, что ты еще сможешь сделать с этим трактором, – мальчишка откровенно смеялся.

– Ты делом займись, смотрит он! – я снова ушла вниз, держа горизонт.

Чертова махина… Так. Я бросила взгляд на экран, чтобы посмотреть, где мы и где авианосец.

– Морган, – подал голос Иосиф, – левый резерв пробит. Идем на правом.

– Правого должно хватить, дотянем. Авианосец в зоне видимости.

– Ветер боковой, шквальный, – напомнил Иосиф.

Это я чувствовала. Всеми силами держа горизонт и курс. Сесть еще надо с первого раза.

– Начинаю снижение, – сказала я. – Марк, иду на правом резерве, расчистить коридор!

Иосиф тут же задал координаты.

– Вас понял, сделаем.

Дронов меньше не становилось. Марку и Патрику приходилось нелегко, но мне было в разы тяжелее. Я была с пассажирами. Еще надо сесть!

– «Вирджиния», борт 26, расчистить посадочную палубу! Аварийная посадка, горючего на один заход.

– Как всегда, борт 26, все сделаем. Видим вас, откорректируйте курс.

Дальше шли указания Иосифу.

– Высылаем два звена.

– Спасибо, «Вирджиния»!

Истребители взмыли с палубы. Как красиво! Вот почему я стала летчиком!

Самолет тряхнуло. Что это?

– Что это? – спросила я вслух.

– Правый резерв, – Иосиф пристегнулся.

Да чтоб вас там всех! Самолет трясло: ветер, воздушные ямы и ни капли топлива!

– Проверь закрылки! Надо попытаться сбросить скорость!

Закрылки и штурвал – все, что у меня есть. И полный самолет людей. Не помню, когда я так ругалась в последний раз. Однажды, пару веков назад, один парень посадил «Боинг», протянув без горючего 120 километров, и посадил самолет на остров. У меня авианосец. Меньше острова. Гораздо. И у меня один заход.

Самолет трясло и болтало.

– Мы слишком быстро снижаемся! – Иосиф манипулировал закрылками.

А что я могу? Я это-то еле удерживаю. Я неотрывно следила за показателями, держа в поле зрения светящийся всеми огнями авианосец. Чертов шторм!

– «Вирджиния», иду с пустыми резервами, возможности маневра нет!

– Борт 26, видим вас, сейчас откорректируем курс, не промахнетесь!

Да уж надеюсь!

– Скорость?

– Триста пятьдесят.

Господи, помоги мне! Я знала, какой кошмар теперь будет преследовать меня по ночам. Вот эта вот посадка! Сметем все к чертям! Если не сбросим скорость, вылетим за борт.

– Иосиф, выпусти закрылки полностью!

– Есть.

Я прямо слышала его голос: «Рано». Другого выхода не было. Теперь все буквально в моих руках.

– Молитесь все…

Все произошло слишком быстро. Касание, переднее шасси вылетает, сброс тормозных колодок, резина на оставшихся шасси лопается, нас ведет и крутит по палубе. Мы в четыре руки выкручиваем штурвал. Скрежет металла. Носом пропахиваем палубу так, что искры летят. Прорываем «баррикаду». Удар – и мы замираем. Левое крыло свисает за борт, нос уперся в мощные кнехты авианосца. Я сижу оглушенная.

Иосиф медленно отстегнул ремни и повернулся ко мне.

– Давай, милая, все, мы сели. Слышишь? Ты все сделала, давай, – он отстегнул мои ремни и с усилием оторвал сначала одну, потом вторую руку от штурвала.

Я провела дрожащей рукой по лицу. Снова скрежет, и самолет качнуло.

– Все из самолета, быстро! – я метнулась в салон. – Все на выход! Барт, аварийный трап, быстрее!

Я успела увидеть бледного дядю, все целы! «Птицы»! Я рванула в хвост. Неожиданно Джейкоб перехватил меня железной хваткой и перебросил к трапу.

– Брось все! На выход!

Мы скатились по аварийному трапу и едва успели отбежать, как очередной порыв ветра и крен палубы сделали свое дело – самолет ухнул за борт.

– «Птицы»! – в отчаянии закричала я.

Как мы проведем съемку?! Что теперь делать?!

– Очистить палубу! – к нам подъехал кар. – Быстрее! Истребители возвращаются!

Барт подсадил сэра Энтони, остальные запрыгнули сами, и кар помчался по мокрой палубе. Только оказавшись в тепле, я поняла, что промокла насквозь. Зубы стучали. Кто-то втискивает в руки стакан: «Выпей». Я пью. Ничего. Меня трясет. Барт укутывает меня в одеяло и усаживает рядом с дядей.

– Фрэнсис, – севшим голосом говорит сэр Энтони.

– Я знаю, дядя, прости! Обещаю, в следующий раз…

– На следующие переговоры ты идешь со мной.

Я обалдела. Еще один стакан чего-то, и по телу разливается тепло. Руки наконец-то расслабляются. Появились Марк и Патрик.

– Морган, черт, вот это посадка! Я такого никогда не видел!

– И больше не увидишь, – спокойно сказал Марк. – Надеюсь, – он хлопнул меня по плечу. – Молодец.

Спасибо, наверное.

– Полковник Морган!

Я различила командира Вилсона.

– Командир! Простите за палубу, – я не могу встать, ноги как ватные.

– Какая палуба? Все починим, как только шторм стихнет. Второй раз вы садитесь на мой корабль и снова с фейерверком!

– Это не первый раз? – спросил уже ничему не удивляющийся сэр Энтони.

– Вторая аварийная посадка, – улыбнулся капитан и представился моему дяде: – Командующий авианосцем капитан Вилсон.

– Сэр Энтони Морган Мак-Кормик. Это моя племянница.

Это что, гордость в его голосе?

– Эй, Фрэн, как ты?

Барт. Барт!

– Нормально, – я хочу взять его за руку.

– У-у, пойдем-ка, давай, – он поднимает меня. – Сколько ты выпила?

– Не знаю… Два стакана… Что это было? Ноги не держат…

– Пойдем. Марк, помоги, – он закидывает мою руку себе на плечо, вторую подхватывает Марк. – Кто ей дал два стакана?

– У нее руки не разжимались…

– Зато сейчас все разжалось, летать же завтра! Доброхоты, чтоб вас…

– «Птицы» пропали, Барт, «птицы»… Как летать завтра будем? С чем?

– «Птиц» там не было, милая, они были у парней на истребителях. Остальное все здесь есть. Не переживай.

– Самолет утонул… Первый раз самолет утонул…

– Это не страшно, пойдем…

Мы идем по каким-то ступенькам, ноги мои спотыкаются. Барт распахивает дверь. Каюта. Кровать. Спать…

* * *

Боже, как мне было плохо! Я без сил просто повисла на раковине. Где Генри с его адским пойлом? Где хоть кто-нибудь? В голове стучит. Нет, это в дверь.

– Кого там принесло? – едва я успела спросить, как меня снова вывернуло.

– Фрэнсис, это я!

– Док? – я едва доползла до двери и, открыв ее, с удивлением обнаружила Генри Хейворда собственной персоной. – А вы тут откуда? – только и успела спросить я, бросившись обратно в туалет.

– Так, все понятно.

Ему понятно, а мне нет. Я не первый раз пила, но первый раз мне так плохо.

– Вам вчера дали ром и виски, поэтому так вышло, плюс шторм. Сейчас все поправим, – я слышала, как он открыл чемоданчик и что-то достает и готовит.

Первый пакет он влил в меня прямо на месте, не отходя от раковины. Второй уже в каюте на койке.

– Сколько времени, док?

– Ночь еще. Меня Барт к вам отправил, когда выяснил, кто и чем вас напоил. Как чувствовал, что с вами что-то не так, – он промокнул мне лоб. – Завтра будете как огурчик, нельзя вам в грязь лицом ударить после такого эффектного прибытия.

– А я по-другому, видимо, не умею. – И правда легче.

– По-другому это уже не вы будете, – засмеялся доктор, хороший у него смех.

– Это точно… – Веки отяжелели.

– Вот, молодец, давай, отдохни, – последнее, что я слышу, проваливаясь в сон.

Утром еще штормило, но вышло солнце. Я выбралась на палубу. От одного взгляда на взлетную полосу у меня волосы зашевелились. Замысловатые петли, процарапанные носом нашего самолета по палубе, наглядно демонстрировали наш тормозной путь. Мы еще где-то фальшборт смели… Да, вот. Там уже ремонтники.

– Доброе утро, мэм, – рядом встал капитан.

– Доброе, капитан. Смотрю на последствия нашей посадки. Я вам все возмещу, пришлите мне счет.

– Не смешите, мэм, какой счет? Справимся. У всех только и разговоров, что о вашем прилете.

– Да уж, – я посмотрела на капитана, – я в первый раз самолет потеряла.

Капитан понимающе кивнул. Как капитан судна, он прекрасно меня понимал.

– Это не был МОЙ самолет, но тем не менее… – я огляделась вокруг – по горизонту везде была дымка. – Где берег?

Капитан улыбнулся и махнул рукой.

– Шторм балла четыре? – спросила я, глядя на ветроуказатель и определяя направление и силу ветра.

– Точно так, мэм, – кивнул капитан, – четыре балла.

– Надо вылететь сегодня, – я посмотрела на часы на руке с обратным таймером – оставалось четырнадцать часов.

– Машины подготовим. На своих полетите?

– Да, сэр.

– Все сделаем.

– Потом надо где-то устроиться с приемными экранами для видеотрансляции с «птиц».

– Все готово, мэм. Вам оборудовали кают-компанию по левому борту.

– Спасибо, сэр.

– Вы действительно думаете, что там что-то есть? – капитан кивнул головой в сторону суши.

– Уверена, – мрачно сказала я.

– Да уж… Но позвольте пригласить вас на завтрак, – капитан указал на нужную дверь: – Прошу.

– Спасибо, – я приняла приглашение.

В офицерской столовой уже был народ. Патрик подскочил и помахал мне рукой. Обожаю этого парня. Такой всегда жизнерадостный, открытый. Ничто его не изменило.

– Ты видела палубу? – встретил он меня восторженным вопросом.

– Видела. Чудом выжили, – я села за стол рядом с Бартом и поздоровалась с остальными. – Дядя, ты как? – спросила я сэра Энтони.

Он был элегантен и подтянут, как всегда.

– Сегодня лучше, – скупо улыбнулся он. – Ты-то как?

– Нормально, – кивнула я. – Марк, после завтрака слетаем, сбросим «птиц». Для нас все уже устроено.

– Поешь, дела потом, – Барт поставил передо мной тарелку.

– Четырнадцать часов осталось, – напомнила я.

– Я помню. Ешь.

После еды и кофе я окончательно взбодрилась.

– Почему ты Марка берешь, а не меня? – спросил Патрик.

– Он не будет рисоваться перед публикой, как некоторые, – я взлохматила его волосы.

Он обиженно мотнул головой.

– Полетаешь еще, мы быстро. Кстати, классно сел вчера. Красиво. Я видела. На мокрую палубу, в шторм, молодец.

Его уши ровно порозовели, и он бросил быстрый взгляд на сэра Энтони, слышал ли тот. Я тоже знала, что делать. Конечно, он слышал. Патрик пошел за Бартом в оборудованную для нас кают-компанию.

– Какой славный парень, – тихо сказал сэр Энтони.

– Очень, – кивнула я. – Посмотришь, как мы взлетим? – неожиданно для себя спросила я.

– Конечно. Сегодня рисоваться будешь ты одна?

– Ну, немножко, – улыбнулась я и помчалась одеваться.

Марк был ведущим, как более опытный.

– Никакой самодеятельности, слушаться меня, – сурово сказал он.

– Есть, – козырнула я.

Он усмехнулся и кивнул на мой истребитель:

– Иди.

Взлетели мы как пущенная стрела. Я покачала крыльями, Марк меня одернул, и мы легли на курс. Мы долго решали, на какую высоту пускать «птиц», непонятна была сама природа этой иллюзии. Если это чисто видеоэффект, это одно, если какое-то поле, это другое. Решили, что сориентируемся на месте. Все было в белом тумане.

– Что за чертовщина? – пробормотала я.

– Пускаю первую «птицу». Сейчас разберемся. «Птица» ушла.

Я смотрела вниз. Похоже на клочья густого тумана.

– Есть картинка. Пересылаю.

Я взглянула на изображение. Деревья!

– Они как-то генерируют туман. Пускай «птиц».

Мы пустили равное количество наших пташек над каждой из зон.

– Все, уходим. Картинка есть, все работают.

Отлично, мы легли на обратный курс.

Марк сел первым, я, описав круг, второй.

– Не можешь просто сесть? – засмеялся Марк.

– Док, сказал, это буду уже не я.

– Док прав.

Мы быстро разоблачились и присоединились к остальным. Все были просто в оторопи.

– Фрэнсис, ты чертов бладхаунд! – Барт быстро изучал одно изображение за другим. – Даже я что-то разглядел. Они там не особенно прячутся… Вот, смотри.

Он был прав. Шахты, вентиляционные трубы, подъездные дороги.

– Они там неплохо обустроились, – сэр Энтони не сводил глаз с экрана.

Однако перевел взгляд на меня.

– Барта в деле я уже видел. Тебя в первый раз. И я не имею в виду твою деятельность в «Морган индастриз». Впечатляет. Я даже не представлял…Твой отец не зря за тебя бился, – и он снова повернулся к экранам.

У меня все зашлось внутри от его слов, но времени на эмоции не было, я переварю это потом.

– Как понять, где ее держат? – впервые заговорил сэр Мак-Артур. – Если все помещения под землей?

Он переводил взгляд с одного изображения на другое.

– Мы ввели в «птиц» параметры Карен, – уклончиво сказала я.

– Параметры?

– Два сердцебиения на одной частоте.

– Они так могут? – сэр Мак-Артур не скрывал своей тревоги. – А вдруг там кто-то еще в положении?

– Дэвид, я бы хотела тебе объяснить подробнее, но, если честно, слушала техников вполуха, о чем сейчас жалею. Однако клянусь, что эти пташки ее найдут, слышишь? Люди на схемах будут обозначены зелеными точками, животные синими, у Карен будет красный.

– Там полно животных на поверхности… – Барт не отрываясь смотрел на поступающие снимки.

– Это похоже на поселение, – Марк указал на очередной снимок, убрал точки и изучил топографию, – определенно это дома…

Живой континент… Я до сих пор не могла поверить.

– Как ты догадалась? – спросил присевший рядом со мной на краешек стола Джейкоб.

Смотрите, кто снизошел!

– Я бы сама так сделала, – прямо сказала я.

– Ты страшный человек, – снова эта невыносимо знакомая усмешка.

– Даже не представляешь, насколько, – я отпила кофе, чтобы прогнать наваждение.

– О, это я как раз могу представить, – он поднял руку и указал на экран. – Вот Карен.

Барт моментально перебросил снимок с мигающей красной точкой на отдельный экран.

– Мы приняли аудиофайл, где док? – спросил он.

– Ждет у акустиков, – сказала я.

Барт кивнул и тут же переправил файл Генри Хейворду.

Мы же не отрываясь изучали новые снимки. Красных точек больше не появлялось. Надо будет разобраться потом, как все же работают эти «адские» машины…

Барт поднял руку, призвав всех к тишине, и, активировав «ракушку» в ухе, выслушал доклад.

– Есть! Это она, собираемся!

– Наконец-то, – Джейкоб повязал на голову свой черный платок, закинул на плечо давно готовый армейский мешок и взял со стола автомат последней модели.

Я всегда спокойно относилась к оружию, но при виде этой «пушки» просто руки зачесались взять ее и хотя бы ощутить ее вес. Какая у нее отдача?..

– Даже не думай, – пресек мои мысли Джейкоб.

Ну и ладно…

– Так, внимание! Морган, на чем летим?

– Вертушка, – я уже все решила, – сброшу вас здесь и уйду на это плато, в пяти минутах лёта. Когда закончите, подберу в мгновение ока. Марк, Патрик – сопровождение. Иосиф, ты с ними, может понадобиться твоя помощь, если Карен дезориентирована или в шоке.

Иосиф согласно кивнул.

– Хорошо, – Барт увеличил изображение на снимке. – Тактическая группа: Дэвид, Джейкоб, Иосиф и я. Объект наземный, не придется бродить по тоннелям. Охраняемый периметр…

– Чего-то они все же боятся… – пробормотал Джейкоб.

– Электронная система охраны и слежения, новые коды, но техники уже приготовили ключ.

Как быстро!

– По периметру охрана, четыре вышки, вооружены автоматами. Вчетвером справимся? – Барт обвел взглядом парней.

Те молча кивнули.

– Дальше, – Барт подробнейшим образом рассказал, что дальше, но меня там уже не было – пора готовить вертолет.

– Капитан Вилсон, – обратилась я к капитану, разыскав его на мостике.

– Смирно!

Все вытянулись в струнку. Ничего себе…

– Вольно, – автоматически сказала я, козырнув. – Капитан, у меня к вам просьба.

– Все наши ресурсы в вашем распоряжении приказом господина президента.

Ну, конечно.

– Так я возьму вертолет? – я едва подавила улыбку.

– Конечно, мэм! Людей у вас достаточно?

– Вот с этим к Барту, сэр. Мне пора готовиться. Спасибо.

– К вашим услугам, мэм.

Как же иначе? Я направилась к вертолету. Капитан отрядил мне механиков, и к моменту, когда появились остальные, машина была готова.

– Все готово? – спросил Барт.

Я впервые видела его в полевой форме. Эти четверо являли собой впечатляющее зрелище.

– Морган? Все нормально?

– Да, все готово. Где дядя?

– На мостике, с капитаном, – ответил Барт и скомандовал: – На борт! – И парни лихо заскочили в вертолет.

Ладно, я тоже не новобранец. Заняв свое место в кабине, я связалась с Башней. Пара минут переговоров, и вертолет отрывается от палубы и по дуге уходит к материку. В голове заиграл «Полет валькирий». Черт, это все Барт, из-за него эта музыка преследовала меня в последнее время. Это он сказал как-то, что каждый наш с Майклом вылет – это как полет валькирий.

Вертолет вошел в туман, и я спустилась ниже, включив бесшумный режим лопастей. «Невидимка» была включена по умолчанию. Внизу бежали стада зебр, жирафов и антилоп… Какой прекрасный мир!

Я бросила взгляд на планшет, наш квадрат.

– Готовность номер один, – я внимательно смотрела вниз, память у меня была фотографическая. – Пошли!

Первый парашют… Второй… Третий… Четвертый…

Я зашла на вираж и пошла к крохотному плато в горах. Хотела бы я увидеть этих парней в деле! Барт, Дэвид, Джейкоб и Иосиф. Там никакого подкрепления не потребуется, это даже без вариантов. Жаль, что я пропускаю это, однако Богу богово, кесарю кесарево…

Я связалась с Марком и Патриком.

– Порядок, Морган, мы на месте.

– Не вижу вас, – сказала я, тщетно глядя на радар.

– Значит, «невидимка» работает, – хохотнул Патрик.

– Не расслабляйтесь там, – велела я и переключилась на волну парней.

Там было тихо. Они включат рацию, когда войдут в здание.

В ушах сначала затрещало, затем отчетливо раздались очереди и одиночные выстрелы. Так, похоже, пора. Я запустила двигатели, лопасти бесшумно набирали обороты.

– …Карен! – услышала я сквозь треск рации и выстрелы.

Я запрыгнула в кабину, и вертолет оторвался от плато.

– Морган! Где тебя носит? Выходим!

– На месте! – я зависла над открытой площадкой перед входом.

А они тут славно поработали. Два… Четыре… восемь… Еще четверо там… Это только те, которых я увидела.

Дэвид и Иосиф вывели Карен. Я тут же села. Следом, отстреливаясь от преследователей, вышли Барт и Джейкоб. Джейкоб присел на колено и, включив режим одиночных выстрелов, ловко снимал одного за другим бойцов Корпорации. Барт занял позицию у вертолета и скомандовал Джейкобу отходить, надежно прикрывая его.

Я подняла «Валькирию» на полметра от земли. Джейкоб вскочил на борт и снова открыл огонь, давая возможность Барту запрыгнуть в вертолет. Дэвид и Иосиф тоже открыли огонь. Застрочили пулеметы помощнее. Это Марк и Патрик зависли чуть выше меня, я взлетела по прямой между ними и ушла к океану.

– «Вирджиния», борт 15, идем домой, прием!

– Борт 15, ждем. Высылаем группу прикрытия.

Не помешает. Марк и Патрик бились с шестью истребителями. Я спустилась к воде, постоянно петляя и меняя высоту – пара ракет пролетели мимо нас в воду. Я управляла вертолетом, не сводя глаз с радара. Подоспела группа поддержки. Вовремя!

– Борт 15, видим вас! Площадка для посадки готова!

Я посадила вертолет. Подбежал доктор, Карен увели в медотсек.

«Вирджиния» открыла огонь на поражение, прикрывая свои истребители, заходящие на посадку. Сели Марк и Патрик, друг за другом.

– Фрэн! Я сбил трех! – сообщил мне брат.

– Молодец! Уходим с палубы!

Мы поспешили убраться с зоны посадки и приняли вернувшихся «птиц». Один за другим заходили на посадку истребители. Потрясающее зрелище! «Вирджиния», продолжая огонь, запустила двигатели на полный ход и взяла курс к территориальным водам США. После существенных потерь оставшиеся истребители Корпорации развернулись и ушли к материку.

Мы не спешили в медотсек – от нас там толку нет, а Карен нужен покой. Но нас ждал новый сюрприз.

– Капитан! Субмарина по правому борту. Боеголовки активированы!

Мы переглянулись, и я поняла, что не я одна в растерянности. Морской бой? А нам-то что делать?!

– Капитан, что мы можем сделать?

– Ничего, мэм, – капитан шагнул мимо меня к радио. – Корабли сопровождения, уничтожить субмарину!

Корабли сопровождения? Я вертела головой, стараясь увидеть всё. И ни черта не видела, пока Барт не дернул меня за рукав и не показал рукой на океан. Там оседал огромный фонтан от взрыва.

– Субмарина уничтожена, сэр! – доложили капитану.

Уже?! Это был подводный бой?

– Акустики? – спросил капитан.

– Чисто, сэр!

– Отлично сработали, парни! Полный вперед!

И мы пошли к родным берегам.

Я разыскала сэра Энтони у дверей медотсека.

– Дядя?

– Ты как? – спросил он, моментально окинув меня взглядом и не заметив видимых повреждений.

– Хорошо все, – отмахнулась я, – что док говорит?

– Жду. Надо Майклу звонить, а мне еще сказать нечего.

– Я сказала, что мы ее вытащили, чтобы он там совсем с ума не сошел.

Открылась дверь, и вышел доктор, мы ринулись к нему.

– Все в порядке, – Генри Хейворд вскинул ладони, останавливая нас, – с ней Дэвид и медсестра. Она отдыхает. С ребенком все в порядке. У нее небольшое обезвоживание и шок, но она сильная и быстро придет в себя. С мужем она уже связалась.

Он сразу прервал поток наших вопросов, нам ничего не оставалось, как поблагодарить его и удалиться.

– У вас всегда так? – спросил дядя, когда мы шли в нашу кают-компанию.

– Не помню, чтобы было иначе. Каждый раз какая-то… засада, – я вовремя вспомнила литературное слово.

– Да уж… Как до дома доберемся? Они постараются нам помешать всеми доступными способами, – сэр Энтони задумчиво смотрел на океан.

Я думала об этом. В самолете мы легкая мишень. С поездом та же история.

Я думала про машины и проселочные дороги, но еще не обсуждала это с Бартом.

После нашего прихода начали совещание.

– Марк и Патрик должны вернуть истребители в часть, с ними все понятно, – сказала я.

Барт согласно кивнул.

– Остается восемь человек. Предлагаю разделиться и идти двумя машинами, разными маршрутами.

Вот тут высказались все.

– Мы прибудем в Норфолк, – заговорил сэр Энтони, – я должен сразу по прибытии отправиться в Вашингтон с докладом. Мне будут нужны все снимки с ваших «птиц», для подтверждения моих слов.

– У них возникнут вопросы, как мы сделали эти снимки. Версия аэрофотосъемки не прокатит, – мрачно сказала я, до сих пор мне удавалось делать так, чтобы «птицы» оставались только моей игрушкой.

Я не люблю делиться и никогда не любила.

Дядя выразительно посмотрел на меня.

– Фрэнсис, что, по-твоему, важнее? – терпеливо спросил он.

– Ладно, – я бережно положила одну «птицу» перед ним на стол, – они все равно попросят показать.

Дядя согласно кивнул и продолжил:

– Скорее всего, вам всем придется дать показания как свидетелям. Командир Вилсон представит свой отчет, и капитаны кораблей сопровождения тоже. – Все вразнобой кивнули. – Так, с этим все понятно. Майкл встретит вас в порту, и поэтому из Норфолка вас поедет восемь человек.

– Я очень сильно не хочу оставлять вас без сопровождения, – твердо сказал Барт сэру Энтони и обвел всех взглядом. – Иосиф и я едем с вами, – решил он.

Всем оставалось только согласиться, и мне в том числе. Что ж, это будет не первый раз, когда мы вот так разделяемся, но сэра Энтони я сама могла доверить только Барту.

Я посмотрела на карту. Далековато будет ехать, даже дяде, а уж нам-то и подавно.

– Может, все же самолет? – безнадежно спросила я.

– Нет! – хором ответили мне.

В итоге решили идти двумя машинами – Карен поедет в фургоне с доктором, Майклом и Дэвидом. А я с Джейкобом следом в машине прикрытия. Провались! Хуже этого просто ничего не придумать! Маршрут был тщательно составлен и проработан до малейших деталей. Были оговорены точки смены машин, и Барт провел переговоры со своим шефом, чтобы нам все устроили и обеспечили. Останавливаться на ночлег мы должны были не в мотелях, а в домах, затерянных в глуши, вдали от главных магистралей и систем поиска и слежения.

Позже Барт осторожно спросил:

– Я могу быть уверен, что вы не поубиваете друг друга?

Я пожала плечами.

– Фрэнсис Тиана…

– Ладно! – я не дала ему договорить. – Как-нибудь продержусь, – пробурчала я недовольно.

Да, уж. Вытащить Карен из Африки было полдела, теперь нам надо было добраться до дома.

* * *

Через три дня Майкл встретил нас в порту Норфолка. Сэр Энтони, Барт и Иосиф тут же сели в уже подготовленный джип и уехали в столицу. Я с тоской проводила взглядом истребители с Марком и Патриком и поплелась к нашему с Джейкобом джипу. Я очень сильно не хотела ехать с ним все это время, я достала телефон и набрала номер закрытой линии.

Оттуда крики, хохот, визг и сдавленное: «Алло».

– Дядя?

Характерный звук стряхиваемых детей и уже серьезное:

– Фрэнсис? Ты в порядке?

– Да, мы в Норфолке. Все.

– Знаю, сэр Энтони уже на аудиенции у господина президента.

Как?!! Они ж только что отъехали… Вот старая лиса! Их ждал самолет! Если это та модель, о которой я думаю, то он успел еще и кофе выпить перед встречей. Тогда у меня карт-бланш, и я с чистой совестью изложила сэру Финли свою просьбу.

– Сделай кое-что…

Все нетерпеливо смотрели на меня, пока я говорила. Получив все, что я хотела, я убрала трубку и подошла к машинам.

– Летим самолетом, – безапелляционно объявила я.

– Слава богу, – Майкл облегченно захлопнул дверцу фургона, – говори.

– Нас ждут в аэропорту Норфолка, летим гражданским рейсом. В самолете будем только мы, – я посмотрела на Карен. – Выдержишь? Это старый самолет. Лететь часа четыре…

– Выдержу, все лучше, чем трястись по резервным дорогам, – Карен села в фургон и обвела взглядом остальных. – Едем?

Конечно! Мы рванули из порта. Попетляв по городу и убедившись, что хвоста нет, мы прибыли в аэропорт. Нас ждали, провели служебными коридорами, и мы загрузились в небольшой самолет государственной компании.

– Мэм, мне поручено уточнить, вы точно отказываетесь от сопровождения? – спросил служащий перед тем, как покинуть самолет.

– Да, отказываемся, – кивнула я.

Незачем привлекать к себе внимание. Летит гражданский самолет. Много рейсовых самолетов имеют боевое сопровождение?

Служащий ушел, стюардессы закрыли дверь, и мы взлетели.

– Сейчас еще напитки подадут, – Джейкоб даже подпихнул меня локтем. – Ты, поди, на таких и не летала никогда?

– На таких моделях или на самолетах гражданской авиации? – холодно уточнила я.

– На самолетах гражданской авиации, – усмехнулся он, копируя мою интонацию.

– У меня есть частный самолет, и обычно за штурвалом я, и стюардессы мне не нужны, – отрезала я.

– Много потеряла, – легко парировал он и откинулся на спинку кресла.

– Мэм, сок, воду… – к нам подошла стюардесса.

– Виски, – не дала закончить ей я, едва сдерживаясь от того, чтобы забрать всю бутылку.

– Воду, – вежливо сказал Джейкоб и посмотрел на меня, – я не пью.

– А я пью, – но я поставила стакан, не прикоснувшись – простое чувство самосохранения не дало мне залпом выпить прямо сейчас, на высоте. – Чего ты вообще здесь расселся? Вон сколько места!

– Мне одному скучно, – Джейкоб смотрел на Майкла.

Я, честно говоря, тоже. Он так кружил вокруг Карен, что ее нервам можно было только позавидовать. Казалось, еще немного, и она одолжит у Джейкоба его суперпушку буквально на пару минут, больше ей не понадобится.

– Спорим, через десять минут она его пошлет, – Джейкоб помахал зажатой между пальцами двадцаткой.

Я внимательно посмотрела на Карен и достала сотню.

– Поднимаю. Через пять.

– Отлично, – Джейкоб достал сотню.

И мы оба стали пристально наблюдать за нашей парочкой.

– Майкл, пойди к пилотам, узнай, сколько нам еще лететь? – ровно сказала Карен.

Пять минут. Я не глядя протянула руку и забрала сотню.

Майкл пошел к пилотам. Когда он вышел из кабины, Карен лежала с закрытыми глазами, и Майкл прошел к нам.

– Кажется, спит, – сказал он, садясь через проход от нас.

– Оставь ее, – посоветовала я, – пусть отдохнет. Как ты?

– Только сейчас начало отпускать, – он провел еще дрожащей рукой по лицу. – Последний раз я так психовал, когда ты была на «Мираже».

Да уж, могу себе представить…

– Как у вас все прошло? – спросил он, справившись с собой.

Я вкратце рассказала, опуская подробности с нашей посадкой на авианосец.

– Там живой континент! Я видела слонов!

– Я же говорил, что у тебя животная интуиция, – Майкл неуклюже сгреб меня в объятия. – Спасибо, – шепнул он мне на ухо и отпустил.

– Потом расскажешь, как тебе это удается, – сказал Джейкоб.

Я сама не знала как, и даже не задумывалась. Поэтому, пожав плечами, я спросила Майкла:

– Что теперь будет? Все раскроют и предадут огласке? Это же не шутка – объявить мертвой зоной целый материк и качать его ресурсы! Я все думаю, как они выбрасывали продукт на рынок? Уран, бриллианты, золото, уголь… Неужели никто ничего не замечал все это время?

– Кого-то найдут, посадят, но верхушка просто отступит в тень и заляжет на время. Такие структуры никогда не раскрываются. Они отступают, перегруппировываются и снова вступают в игру в новом качестве…

– Майкл… Майкл! – прервал наш разговор Джейкоб. – Что-то не так, – он настороженно смотрел на нас.

Я тоже настороженно замерла, пытаясь понять, что именно не так.

– Мы меняем курс, какого… – я огляделась.

Стюардессы исчезли. Голова дока безвольно болталась на сиденье. Я выплеснула не выпитую воду Джейкоба на пол.

– Карен пила воду?

– Нет, только в аэропорту, – Майкл метнулся было к жене, но я его остановила.

– Пусть спит. Джейк, где твоя пушка? – спросила я, вставая.

– Я их голыми руками убью, – Джейкоб встал у дверей кабины.

Удостоверившись, что Карен и док ниже линии огня, он постучал в дверь кабины пилотов.

Несколько пуль беззвучно пробили дверь. Джейкоб выругался и высадил дверь плечом с одного удара.

Я ринулась было следом, но Майкл придержал меня.

– Лучше не мешай, – он держал пистолет наготове, следя за отсеком, в котором заперлись стюардессы.

Возня в кабине стихла.

– Морган! – голос Джейкоба звучал слегка сдавленно.

Когда я зашла, то увидела его на полу, он в захвате душил первого пилота, второй уже валялся на полу.

– Штурвал! – процедил Джейкоб.

Я осторожно перешагнула через них и заняла место первого пилота.

Да, вместо запада мы летели на юг. Мать же вашу, хоть кто-то еще остался верен правительству в этой чертовой стране? Джейкоб с Майклом вытащили пилотов в салон и, связав их, уложили на задних сиденьях. Затем, закрыв снаружи дверь с отсеком стюардесс, прошли по салону ко мне.

Майкл сел в кресло второго пилота.

– Морган, у нас компания.

– Уверен?

– Два истребителя слева, два справа…

– Еще двое на хвосте! – крикнул из салона Джейкоб.

Я посмотрела на координаты, чтобы понять, где мы. Так… Джорджия… Джорджия! База Моуди! Я включила радио и пощелкала настройками.

– База Моуди, прием! База Моуди, прием!

– База Моуди, назовите себя.

– Гражданский самолет, мы у вас на радаре и еще шесть истребителей. Угроза атаки. Нужна помощь!

– Назовите себя!

Чтоб вас!

– Полковник ВВС США Фрэнсис Морган, идентификационный номер 5595. Нужна поддержка гражданскому судну!

– Вы в отставке.

– Да, мать вашу, я в отставке! А еще у меня гражданские на борту и шесть неопознанных истребителей на хвосте!..

– Морган, они перестраиваются для атаки!

Черт, надеялись нас посадить, но услышали наши переговоры и перешли к плану Б.

– Вы тигры или кошки драные?! – я пошла на маневр, благо самолет позволял.

Похоже, они на земле увидели наконец-то, что что-то не так.

– Поднимаем три звена!

– Только поживее там, я долго не продержусь! Джейкоб, пристегни там дока и Карен! И сам пристегнись!

Опять все та же история! Я сама натянула ремень.

– Говорил мне Барт, езжайте на машинах, так ведь нет – самолетом быстрее!

– Морган, это не успокаивает! – крикнул со своего места Майкл.

– А я тебя не успокаиваю! – я реально разозлилась.

Швыряя самолет из стороны в стороны, входя в пике и выходя из него, я неслась по небу, уходя от прямого попадания.

– Да где же эти кошки драные?! – я в очередной раз взмыла вверх от макушки деревьев.

– Мы здесь, мэм! – раздалось у меня в ушах.

– Простите, парни, у нас тут жарковато…

– Не волнуйтесь, мэм. Вы под защитой армии США, – истребители перестроились и приняли бой.

– Полковник, назовите пункт назначения, – запросила Башня.

Я назвала свою базу.

– Принято, два крыла – сопровождать до границы Техаса, вас там встретят, мэм.

– Спасибо, Джорджия!

На границе штата нас «приняли» истребители с базы Дайс и провели над Техасом. Похоже, что с армией США Корпорация бодаться не хотела – на прямое столкновение их истребители не шли, но и не отставали. Думаю, пытались улучить момент, чтобы сбить. Киртланд передал нас Дэвис Монтан, а на границе с Калифорнией нас уже ждали… Марк и Патрик.

– А вы здесь откуда? – спросила я, узнав истребители.

– Мы едва заправились и обратно, услышали твои переговоры с базой Моуди, – Патрик почти хохотнул. – Здорово ты их приложила!

– Не треплись давай! Смотри в оба! – заткнула я этот фонтан жизнелюбия.

Истребители Корпорации, наконец, исчезли.

Мы сели на базе. Генри Хейворд с трудом пришел в себя.

– Чем меня накачали? – спросил он, язык его заплетался.

– Не знаю, Генри. Вызови его брата, – бросила я Майклу и, встретив маршалов, проводила их сначала к пилотам, потом к отсеку с запертыми стюардессами. – Может, они что-то знают, а может, нет. Посмотрим. – Двое увели пилотов, двум оставшимся я указала рукой на дверь: – Здесь.

И они вынесли дверь. Две девушки. Их здорово потрепало во время моих маневров, но что ж делать? Я вернулась в салон. Джейкоб помогал Майклу вывести дока. Карен с облегчением смотрела на них.

– Хоть немного от меня отстанет, – тихо сказала она.

– Его долго не было и еще долго не будет, – так же тихо сказала я, – он хочет компенсировать.

– Я понимаю, но это уже слишком…

– Он по-другому не умеет, – улыбнулась я, – все или ничего. – Я смотрела, как Майкл бежит по трапу, прыгая через ступеньку обратно в салон. – Держись, сестренка.

– Ладно, – кивнула Карен и протянула Майклу руки. – Помоги мне встать, – попросила она мягко.

А она молодец и, главное, любит моего непутевого брата…

– Морган!

Барт?! Меня сжимают в объятиях так, что я едва могу дышать.

– А ты как здесь? – хриплю я.

– Господи, я с тобой с ума сойду, – он отстранил меня от себя и бегло осмотрел. – Цела?

– Абсолютно, – заверила я.

– Группа, которую ты отправила вместо вас, попала в засаду на первой же стоянке, – мы спускались с ним по трапу, – еле отбились, но блокпосты Корпорации были расставлены по всему пути следования, у вас бы не было шанса. Когда мне сказали, что вас там не было…

– Люди живы? – я не на шутку встревожилась.

– Да, есть ранения, но все живы.

Он не отрываясь смотрел на меня.

– Как ты догадалась? Почему ты решила лететь?

– Я очень сильно не хотела ехать с Джейкобом в одной машине столько дней, – честно призналась я.

– Я тоже, – кивнул проходящий мимо Джейкоб, – но летать с тобой одно удовольствие! Меня так с выпускного не мутило, – он обернулся, продолжая идти: – И зови меня Джейк!

– Да пошел ты… – пробормотала я.

– Сама иди!

Вот это слух! Ну да, он же спецподразделение – шелест листвы, обломанные ветки и все такое…

– Я рад, что вы подружились, – усмехнулся Барт.

– Мы не подружились! – хором крикнули мы, Джейк при этом уже запрыгивал в джип.

– Ну да, – снова усмехнулся Барт, и мы тоже сели в машину.

– А где дядя? – задала наконец я мучивший меня вопрос.

– В Вашингтоне. Дело нешуточное.

Мы шли по трассе хорошо охраняемой колонной.

– Ты даже не представляешь, какую кашу заварила, – Барт уверенно вел машину твердой рукой.

– Я?! Какую кашу?.. – голос под конец фразы почти пропал.

– Похоже, будет Третья Африканская кампания.

– При чем тут я?

– Это тебя посетила светлая мысль влезть в Африку.

– Это Корпорация увезла туда Карен, – отбилась я.

– Они просчитались, согласен. Одурели от собственной безнаказанности. Но авианосец привела туда ты. Ты их раскрыла. Снимки с твоих «птиц» стали доказательством в этом деле. Кто-то когда-то должен был это сделать, по стечению обстоятельств этим человеком оказалась ты.

– Ой, боже мой… – холод пробрал меня до костей, – твою мать…

Сама перспектива войны на Земле, да еще фактически из-за меня, ввергала меня в ужас. Картинки увиденного там мелькнули в памяти на бешеной скорости, – там же нельзя, там природа и поселения… Мы не знаем, кто в них, но, надеюсь, аборигены. Последствия этой, третьей, войны уже на самом деле могут быть фатальными…

– Корпорация так просто не сдастся. Нам с трудом поверили, что они напали на авианосец США, и лишь после демонстраций записи боя, показаний и рапорта капитана, к нам прислушались. А когда на вас напали в воздухе… Мы слушали твои переговоры с базой Моуди. Это было прямой демонстрацией намерений. Президент все взвешивает – непонятно, кому можно верить, а кому нет. Кто «слил» информацию о вас и вашем маршруте?

Не хотелось бы думать, что это Вилсон. Я зябко поежилась.

– У них могли быть жучки, шпионские ПО на наших планшетах… Все что угодно!

– Могли, – Барт согласно кивнул. – Чтобы развеять твои тревоги, могу сказать тебе, что это будет другая война, Фрэн. Всем нужны ресурсы и уже созданная инфраструктура. Бомбежек и чего-то такого не будет. Это будет война диверсионных групп. Возможно, волновые пушки, но очень и очень прицельно.

Он смотрел несколько минут на шоссе перед собой.

– Работы у всех будет полно. И у нас тоже.

– Я в отставке, – моментально отреагировала я. – Меня отзовут?

– Нет, милая, ты нужна на «Поллуксе».

– Зачем?! – я даже повернулась, чтобы убедиться, что он не шутит.

– Надо собрать «экипажи смертников».

– Чего?!! – я чуть не задохнулась.

– Когда придет время, нас вызовут в штаб, и ты получишь всю имеющуюся информацию по делу. Надо будет составить маршруты. Рассчитать резервы. Нам дадут крейсер для сопровождения и тактическую группу.

Черт! Я прикрыла глаза рукой. Черт… Проведя рукой по лицу, я встряхнулась.

– Почему мы?

– Президент не знает, кому можно верить, а мы уже по уши в этом деле во всех его аспектах. И более или менее видим всю картину без дополнительного инструктажа.

Логично. Знаем, что искать. Есть опыт проникновения на корабль, можем просчитать и определить его местонахождение.

– У нас будет вся необходимая поддержка. Все космические станции будут в нашем полном распоряжении…

– Они и так были в нашем распоряжении, – сухо напомнила я.

– Фрэнсис, ты знаешь, президенту не отказывают.

Знаю. Но от этого только хуже. Не люблю, когда меня загоняют в угол. Выхода нет. Летать по космосу и собирать тела? Вот оно исполнение мечты всей моей жизни…

– Когда я буду принадлежать себе? – спросила я в пространство.

– После этой миссии, – ответил Барт, и мы въехали в открывшиеся ворота дядиного поместья.

Едва ворота за нами закрылись, Барт, удостоверившись, что все в порядке, достал телефон и сказал одно слово:

– Отпускайте.

– Сколько человек они держали? – спросила я.

– Жен и детей всех, кто был на встрече.

Я смотрела на жесткое лицо Барта.

– Вот каков нынешний курс членов клана, – усмехнулась я, – один к двадцати.

– Они посягнули на женщину в положении, жену твоего брата. Такое не спускают. Если начинаешь использовать такие методы давления, будь готов к тому, что их применят к тебе и счет не будет равным. Если решат повторить подобное, мы своих вернем, а вот им возвращать уже будет некого. Эти люди понимают только такой язык.

Я улыбнулась, глядя в его суровое лицо.

– Что? – спросил он немного растерянно.

Я покачала головой и захлопнула дверь машины, которая все еще стояла между нами.

– Ты – человек клана, Барт.

Он задумчиво смотрел на меня, ожидая продолжения.

– Ты мыслишь и действуешь, как человек клана, а не как агент. Ты бьешься за своих.

– Ты права, – согласился он после минутного размышления и анализа собственных действий, – придется это исправить.

– Не надо, это правильно.

– Я на службе, Фрэн, и это мешает.

– Если бы ты перегнул палку, твое начальство тебя бы поправило, – заверила его я.

– Надеюсь, – Барт тоже захлопнул дверь машины, и мы, наконец, двинулись к дому.

* * *

Сэр Энтони появился дома через неделю, изрядно уставший и измотанный. Мы дали ему отоспаться и прийти в себя. Через пару дней он сам собрал нас в кабинете.

Он ждал, пока мы все рассядемся.

– Ну, что? – нетерпеливо спросила я. – Когда президент соберет Совет Мирового Содружества?

– Все не так просто, Фрэнсис, – голос сэра Финли звучал ровно, он удобно устроился в кресле у камина.

Ладно, тогда объясни, мелькнуло у меня. Пора бы понять, как вертятся эти колеса.

Сэр Энтони заговорил.

– Я предоставил господину президенту всю имеющуюся у нас информацию.

Ну да, всю. Кое-что он явно придержал, иначе это был бы не он…

– «Птицу» пришлось сдать, – сказал он мне сразу, – но они получили первоначальный образец, который так любезно предоставил мне мистер Грин.

– Как он с ним расстался? – удивилась я.

Прототип с самого основания этой закрытой лаборатории хранился под стеклом в специальной витрине в кабинете мистера Грина.

– Я ему сказал, что, если тебе придется отдать правительству последнюю модель, ты очень расстроишься. Он вполне разумно решил, что тебя расстраивать нельзя. Закачал в прототип фотографии Африки, и все – мы были готовы. Словом, до твоих «птиц» им никогда не добраться, ни в прямом, ни в переносном смысле.

Я благодарно кивнула. Начало мне уже нравилось.

– Итак, я изложил все события последовательно, со всеми доказательствами и аргументацией. Мы говорили несколько часов, без свидетелей. Когда первый шок прошел, президент начал воспринимать информацию.

Сэр Энтони отошел к барному столику и плеснул себе виски.

– Прежде чем начать с кем-то разговаривать, ему надо понять, с кем вообще можно говорить. Для этого необходимо провести тщательную проверку, чтобы выявить всю пирамиду. Это чудовищно нудная и кропотливая работа. Ты была права, начнут с анализа рынка. Такие вбросы ресурсов не могли пройти незамеченными. Когда определят колебания рынка, посмотрят, какие фирмы и компании фигурируют при каждом всплеске или спаде, кто владельцы. Отследят их счета и банки. Изучат их связи с правительственными и государственными структурами…

– Это годы работы! – вырвалось у меня.

Сэр Энтони кивнул.

– Верно, а если присовокупить неизбежный саботаж – исчезновение документов, свидетелей и непосредственных участников, плюс очень ограниченный круг людей, которым можно доверять, то я даже не рискну обозначить сроки.

– Абсурд какой-то! – я смотрела на дядю. – А нельзя просто выступить с заявлением и вернуть уже людям пятую часть суши? У нас ведь, черт побери, совсем нет земельных излишков!

– И дать всем уйти, как с Си-Эксом? – осадил меня сэр Финли.

– И насколько мал этот круг доверенных лиц? – спросил Майкл.

– Те, кто сидят в этой комнате, – сэр Энтони окинул нас взглядом.

Черт…

– Я не буду рыться в бумагах! – твердо сказала я.

– Тебя никто не заставляет, – дядя поставил стакан на стол. – Барт соберет аналитическую группу из людей нашего клана и клана Мак-Артуров. Джейкоб и Дэвид возглавят отряды наземной разведки.

Джейк и сэр Мак-Артур кивнули.

– Мне будет нужен Иосиф, – твердо сказал Барт.

– Ты сам формируешь команду, набирай всех, кого посчитаешь нужным. Иосиф не чужой человек и тоже уже в курсе, – сэр Финли набил трубку.

– Вы с Майклом и Патриком временно прикомандированы к авианосцу «Вирджиния». Десант и аэрофотосъемка. Можете привлечь Марка, лишний надежный пилот не помешает, – сэр Энтони посмотрел на меня и перевел взгляд на Патрика, тот кивнул в ответ, не пытаясь скрыть восторг от предстоящей операции.

Мальчишка! Я не сдержала улыбки, глядя на него. Сэр Энтони поймал мое умильное выражение лица, и на секунду его лицо тоже смягчилось. Но лишь на секунду.

– Но мне сказали, что я должна собрать эти чертовы «экипажи смертников», – я тоже вышла из состояния секундной эйфории и вернулась в реальность.

Я должна была все прояснить.

– Пока вы изучите документы по программе «смертников», пока составите маршрутные карты и вообще поймете, с какого конца за это браться, вы успеете поучаствовать в разведывательной миссии в Африке.

Понятно, лазейки нет. Я откинулась на спинку кресла.

– Сколько времени дается на разведку? – спросила я.

– Вы не ограничены по времени. Все должно быть проверено и проведено тщательно и без шума.

– Как?! Они обстреляли правительственные истребители и чуть не потопили авианосец! Как там можно работать тихо?! – я не скрывала раздражения, не люблю такие задания. – Огласка бы очень помогла! – не смогла сдержаться я.

– Фрэнсис, некоторые вещи не настолько просты, как кажутся, – тихо сказал сэр Финли со своего места.

– Нельзя на одни сложности наматывать другие, надо хоть что-то сделать выполнимым! – воскликнула я.

– Морган, – я впервые услышала Барта.

– Что Морган?! – я вскочила и заходила по кабинету. – У меня там самолет затонул! Нас там вообще чуть не убили! Среди белого дня, не скрываясь! Нами хотят прикрыться, как щитом! Я не щит!

– Ты – меч, – флегматично сказал Джейк и отпил виски.

– Тебе вообще лучше заткнуться, – гневно бросила я.

– Ладно, – Джейк поднял стакан, – твое здоровье!

– Не заводи меня, Маккаби, – тихо сказала я.

– А то что? – он отставил стакан и смотрел на меня, сузив глаза и сгруппировавшись, как пантера перед прыжком.

– Я все еще не знаю, как именно ты оказался на бездомной планете. На кого ты работаешь? – теперь и мои глаза сузились от гнева.

– Мы – частная военная компания. Нам платят, мы работаем. За деньги, не за идею. Я не встаю ни на чью сторону, – холодно ответил Джейк.

– За деньги ты готов убить кого угодно? И свою семью? Своего брата? – вкрадчиво спросила я.

Еще секунда, и он бы меня прибил.

– Джейк, – тихо сказал Майкл.

Он усмехнулся и расслабленно откинулся на спинку кресла.

Я повернулась к дядьям. Они внимательно наблюдали за всем и за всеми.

– Я серьезно, – вернулась я к теме разговора, переводя взгляд с одного на другого, – нас выставляют вперед. Прямо под удар.

– Что ты хочешь сказать?

– Нас столько раз пытались убрать с доски, – у меня даже голос слегка сел, я посмотрела на сэра Энтони. – Ты уверен, что президенту можно доверять? Что он не с ними?

– А я себя считал параноиком, – пробормотал сэр Энтони и плеснул себе еще виски.

– Серьезно, подумайте. Все ключевые кланы будут выдвинуты на передовую.

Сэр Финли и сэр Энтони задумчиво смотрели на меня. И все смотрели на меня. Я несла явную крамолу, но с другой стороны…

– С чего мы взяли, что президенту можно доверять? – настойчиво повторила я.

– Он же нам помогал, – вступил Майкл.

– А если бы он не стал нам помогать? – холодно спросила я.

– Пять самых сильных кланов, – Барт задумчиво обвел всех взглядом.

Против такой силы никто бы ни устоял, ему оставалось только подыграть нам.

– Вспомните все эти маниакальные попытки уничтожить нас, при прекрасной осведомленности о том, с кем они имеют дело, – я как будто выложила четыре туза в покере.

Одной рукой оказывать помощь, другой отдавать приказ на ликвидацию.

– Морган, ты превзошла себя, – Майкл взъерошил волосы и провел руками по лицу, – черт…

– При всей абсурдности предположения, я бы не стал сбрасывать эти аргументы со счетов, – голос сэра Мак-Артура звучал твердо и очень весомо.

Патрик просто переводил взгляд с одного на другого.

– Что нам тогда делать? – упавшим голосом спросил он.

Все смотрели на меня. Я повернулась к камину, возле которого сидели сэр Энтони и сэр Финли. И внимание всех переключилось на них. Сэр Энтони аккуратно поставил не тронутый стакан на стол.

– Будем работать. Спокойно и методично. У нас будет доступ к информации – используем его по максимуму.

– Перед кем мы будем отчитываться? Кто будет нас курировать? – спросил Барт.

– Сам президент, – на этот раз из лексикона дяди выпало слово «господин». – Мы будем представлять свои отчеты, но придется тщательно фильтровать информацию, оставляя козыри при себе. Барт, ты сам все знаешь, не мне тебя учить.

– Да, сэр, – кивнул Барт задумчиво, он, как и остальные, все еще переваривал новый, так внезапно открывшийся аспект.

– А вам, – сэр Энтони повернулся к нам, – вам придется вертеться, как ужам на сковородке, но вернуться домой живыми. Всем.

Вот это я обещать не могу. Я перебирала свои жетоны, глядя на карту мира на стене кабинета. Чертова Корпорация… Чертова Африка…

– Будь проклят тот день, когда мы приняли сигнал SOS, – тихо сказала я.

Тогда все началось, и теперь неизвестно, когда и чем закончится.

– По окончании первичной разведки на материке почти все вы уйдете в рейд на «Поллуксе», вот там вы точно будете уязвимы, – дядя смотрел на меня.

Барт, не отрываясь, смотрел на мелькающие в моих пальцах жетоны.

– Морган, ты не могла бы… – Майкл выразительно посмотрел на меня, – это нервирует…

Я бросила жетоны, и они, звякнув, повисли на цепочке на моей шее.

– Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления, – я перевела взгляд с карты на дядю.

Тот кивнул.

– Всем быть начеку и быть предельно осторожными, – сказал сэр Энтони. – Наши дети собраны в моем поместье. Можете привезти своих – пусть проведут вместе время, им потом вместе работать. Такая дружба им только на пользу. А сейчас такой повод – надо сохранить их. Любой ценой. Барт, еще раз проверь все. Охранную систему и людей.

Барт кивнул.

– Позаботьтесь о безопасности остальных членов семей, – продолжил сэр Энтони, – козыри всегда должны быть в наших руках. Всегда, в любое время, что бы ни случилось, я и сэр Финли будем на связи. Патрик, что не так? – сэр Энтони заметил смятение парня.

– Я присягал господину президенту, – почти беззвучно сказал мой брат, – я должен нарушить присягу? – он был в ужасе.

– Мы все под присягой, – сухо напомнил сэр Энтони.

Кланы давали клятву верности каждому новому президенту.

– Морганы никогда не были клятвоотступниками, – твердо сказал мой дядя.

Тут я поперхнулась водой, но промолчала под тяжелым взглядом сэра Финли.

– Мы не предаем президента, – продолжил сэр Энтони, – мы не дадим повод уничтожить нас и всех, кто нам дорог.

– Но мы же не уверены… У Фрэн нет никаких доказательств, – Патрик отчаянно пытался восстановить вокруг себя привычный порядок вещей.

– Возможно, – согласился сэр Энтони, – но если президент – пешка Корпорации, доказательств этому мы тоже никогда не найдем. Просто не дадут. Ситуация патовая.

– Мы будем играть против правительства, – сказал Дэвид Мак-Артур, некоторые вещи просто необходимо сказать вслух, чтобы осознать.

– Если Морган права, нам придется, – сэр Финли был окутан клубами дыма, – а если это так, мы поймем это довольно быстро. И тогда будем просто вынуждены.

– Мы посвятим другие кланы? – спросил сэр Мак-Артур.

– Это надо серьезно обдумать. Некоторые кланы могут работать на Корпорацию, либо отдельные представители кланов могут работать на эту чертову контору, – сэр Энтони сел за свой стол. – Я не знаю, как это сделать, чтобы не подставить нас еще больше, – честно признался он, – как вернуть вас всех в целости и сохранности…

– Дядя, я тут подумала… – заговорила я, внезапно меня посетила еще одна «светлая» мысль, я посмотрела на сэра Энтони, он ждал. – Не была ли Война Кланов первым открытым демаршем Корпорации против нас? Я не видела тогда дальше собственного носа, но сейчас… Все предстает несколько в ином свете… Ланкастеры могли выполнять заказ Корпорации. Отсюда все эти ресурсы: забрать станцию – это не скутер угнать, – у меня в голове словно паззл складывался. – Нашли формальный повод – личная месть, а когда не вышло, они легко и быстро сдали их всех с потрохами, весь клан и их союзников, чтобы мы не начали искать дальше. И Си-Экс у них был… Я тогда увидела только то, что было на поверхности, но сейчас… – я вышла из задумчивости и обвела всех взглядом.

– Черт, Морган, ты сегодня просто в ударе, – Майкл был мрачнее тучи.

– Это точно, – взгляд сэра Энтони скользил по моему лицу, – доказать мы это не сможем – вряд ли остался хоть какой-то документальный след, но, возможно, ты права.

– И эти пираты, – я уже не могла остановиться. – Слишком мощная ресурсная база – ремонт и покупка новых кораблей вместо уничтоженных, отдельным пиратским группкам это было бы не по зубам, но если они были исполнителями Корпорации, тогда…

Мои дяди переглянулись. Я поняла, что это для них не открытие, они сами пришли к таким же выводам, но решили не посвящать нас в свои догадки и очевидные умозаключения. Я опять спутала им все карты. Простите, но я о таком молчать просто не в состоянии. Мы не должны играть в кошки-мышки еще и друг с другом. Необходимо иметь место, где ты можешь называть вещи своими именами.

– Что ж, игры кончились, – заговорил сэр Энтони после безмолвного кивка сэра Финли, – хорошо. Играем открытыми картами. Мы считаем, что Фрэнсис права, мы тоже пришли к таким выводам еще до вашего похода в Африку. События, произошедшие там, подтвердили наши безрадостные выводы. Но повторю еще раз – доказательств нет. Поэтому соберите детей – гостевые домики готовы. Их матери тоже могут приехать – места хватит для всех. С одной стороны – мы сложим яйца в одну корзину, с другой – проще организовать охрану одного поместья, чтобы не распылять ресурсы. Я до сих пор не знаю, что делать с кланами, – честно сказал сэр Энтони.

– Пока молчим, – сэр Финли вычищал трубку, – нам все равно нечего им представить, только наши догадки. Молчим и делаем нашу работу. Мы в положении ребенка, которому не купили желаемую игрушку, но дали поиграть выставочным экземпляром. Надо максимально использовать данные нам время и возможности.

В кабинете повисла тишина. Мы смотрели друг на друга, выбитые из колеи столь внезапно открывшимися истинами и встревоженные нашими весьма призрачными шансами на выживание.

Когда зазвонил мой телефон, все вздрогнули. Я взяла трубку – закрытый канал.

– Слушаю, – я приложила трубку к уху.

Меня вызывали в специальный отдел для получения информации и инструкций.

– Буду, – я убрала телефон.

Ну, вот и началось.

Почти тут же зазвонил телефон Барта.

– Да? – он напряженно слушает. – Есть! – он убрал телефон. – Меня тоже вызвали.

– Что ж, действуем по плану, – кивнул сэр Энтони.

Сэр Финли кивнул и посмотрел на меня:

– Ради бога, будь предельно осторожна.

– Да, сэр, – кивнула я, застегивая свою армейскую куртку.

Все знали, что им делать, и без лишних разговоров разъехались приводить план в исполнение.

* * *

Я прибыла в специальный отдел. Барт отрядил со мной Патрика и Джейка, тот был непривычно молчалив всю дорогу. По прибытии я оставила парней в машине и вошла в неприметное здание. Меня проводили по узким коридорам в маленькую комнату.

– Это приказано передать вам.

Я уставилась на коробки. Да вы издеваетесь?! Мне же это за год не разобрать! Я утону в этих чертовых бумагах!

– Одна я это не унесу, – сказала я вслух, оставив свои мысли при себе.

– Вам помогут.

– В мою машину это не войдет.

– Вам дадут фургон. Можете оставить свою машину на нашей стоянке.

Черта с два я оставлю вам мою машину.

– Нет, спасибо. Я с помощником. Грузите все в фургон.

Фургон – отличная цель для ПЗРК, подумала я, почувствовав холод внутри. Но я была не только с Джейком. В режиме невидимок меня сопровождало восемь «птиц». Из разряда «защитников». Они были вооружены, и с их помощью можно было обнаружить и «снять» любого снайпера.

Несколько крепких парней погрузили коробки в неприметный фургон. Надеюсь, на его крыше нет красной мишени.

Я села за руль фургона. Джейкоб сел рядом со мной, держа в руках планшет и направляя «птиц». Он моментально научился управлять ими, кроме того, по роду своей деятельности он лучше «видел» угрозу. Поэтому Патрик вел следом «феррари». Парень словно угас. И даже эта поездка на машине мечты не вызвала на его лице привычной восторженной мальчишеской улыбки. Но мне нечем было его утешить. Все могло оказаться правдой. Той правдой, что полностью переворачивает сознание.

Наш маленький кортеж двинулся к моему особняку. Если они придут за мной, то я хотя бы отведу угрозу от детей. Особняк стал нашей базой. Джейк спокойно и методично с помощью «птиц» ликвидировал три засады, ждущие нас по дороге в особняк. Это еще раз убедило меня в правильности моего решения.

Сэр Энтони сделал официальное объявление о традиционном «Семейном лете». В сети уже была размещена информация, что это ежегодное мероприятие родственных кланов, и даже СМИ не в силах были признать, что были не в курсе столь значимого события. Фото пикников, счастливых детей, карусели и аттракционы. Балы и приемы. Сбор пожертвований в очередной фонд по спасению кого- или чего-нибудь. Тематические вечеринки для детей и взрослых. Театрализованные представления. Весь этот праздник жизни прошел мимо нас.

Нас ждало другое. Мы разгрузили фургон, забив коробками кабинет отца.

– Мне отогнать их фургон? – спросил Патрик.

– Отгони его за ворота, они сами его заберут, – я бросила парню ключи. – Без охраны не высовывайся!

Когда он вышел, я повернулась к Джейку.

– Пойдем со мной, – я кивнула на бар, – прихвати бутылку.

Он взял бутылку виски и последовал за мной. Он не был здесь раньше. Я чувствовала, что просто обязана это сделать. Я вела его в галерею.

Он медленно брел вдоль портретов, вглядываясь в лица наших великих и ужасных предков. Один Морган следовал за другим. Наконец, мы добрались до отца.

Джейк застыл, глядя на его портрет.

– Он не защищен, не бросай в него ничего, – тихо сказала я, устроившись на полу, на своем месте.

Давно я тут не была. Сердце непривычно сжалось при взгляде на отца. Джейк долго стоял, не сводя с него глаз. Наконец, обернулся в поисках меня. Я похлопала рукой по полу, приглашая его присоединиться. Он тяжело опустился на пол рядом со мной и, открыв бутылку, отпил прямо из горлышка. Затем стянул с головы свой извечный пиратский платок. Я впервые заметила, что тот изрядно обтрепан.

– Откуда он у тебя? – решилась я на вопрос.

– Отец подарил. Он, – Джейк кивнул на портрет, – давно.

Мы долго молчали. Джейк крутил в руках бутылку, время от времени прикладываясь к горлышку.

– Черт… – услышала я наконец.

– Он признал Майкла, а меня нет, – усмешка его была горькой, – я считал, что недостаточно хорош для него… злился… Но он дал мне все то, что дал Майклу. Он дал мне его. Майкл – хороший брат. Но… отец не признал меня, – его щека со шрамом дернулась, – я ненавидел его и страстно мечтал о его любви. Он приезжал к нам в школу. В лагерь летом. Отправлял нас вместе на каникулы. Но я всегда помнил, что Майкл официально его сын, а я нет. Моя мать так и не вышла замуж – он разбил ей сердце в буквальном смысле, когда женился на твоей матери. Она прочитала газету и упала. К полудню ее не стало. Меня воспитывала тетка, ее сестра.

Джейк говорил сумбурно, но я отчетливо представляла себе его жизнь и его внутреннее состояние.

– С одной стороны, у меня было всё – образование, возможности, с другой – ничего – ни имени, ни отца. У остальных были приемные отцы, которые любили их как своих. У меня не было и этого. Когда тетка вышла замуж, она перевела меня в интернат на постоянное жительство. Мне было шесть. Если бы не Майкл, я бы там с ума сошел от тоски и одиночества. Но приезжал ОН и забирал нас на обед, кормил мороженым, водил на аттракционы, в те моменты мне казалось, что у меня есть семья и я любим.

– Он любил тебя, – тихо сказала я, – он признал Майкла поперек воли клана, когда оказалось, что законного наследника у него не будет. Он признал Майкла из-за меня, но ничего не вышло – Майкл не смог занять мое место. Тебя ему признать уже просто не позволили, поставив перед выбором – моя вольная жизнь или ваше признание.

– Ты и твоя вольная жизнь… Это должно было перевесить все просто по умолчанию. Твои интересы превыше всего – с этим росли все мы.

Джейк вытер своим черным платком лицо. Теперь была моя очередь приложиться к бутылке. Виски приятно обожгло горло, я отставила бутылку и заговорила:

– Я не знаю, с чем вы росли. Я всю жизнь была одна. У тебя были родные, старший брат и даже отец, пусть даже в такой странной форме. Ты провел с ним больше времени, чем я за всю свою жизнь. У меня был только Генри, наш дворецкий. Я не могу представить, каково было тебе, я знаю, каково было мне – ежедневно и ежеминутно ощущать себя нежеланным ребенком. Потом, спустя много лет, после встречи с Майклом я поняла, что ошибалась в оценке происходящего. Но до смерти отца и до появления в моей жизни Майкла я жила именно так – одна против всего мира. Я не знаю, что тебе сказать. Мне некому сейчас задать все эти вопросы, и я очень жалею, что мне не хватило чуткости и ума увидеть истинную суть вещей в то время, когда отец был жив. Момент упущен раз и навсегда. Все, что я знаю, это то, что время для клана было тяжелое, я сама все это недавно узнала. Но он любил вас, поверь мне. Даже если признать остальных не получилось, он все равно смог защитить и обеспечить всех вас, – я раз и навсегда хотела разрешить этот вопрос.

– Ну да… – он явно не знал, что сказать.

– Я признала тебя его сыном и указала в своем завещании.

– Я знаю, – он кивнул, – ты думаешь, это должно меня как-то успокоить?

– Ты никогда не успокоишься, но должно стать легче, – я повернула голову и посмотрела на него. – Ты привез своего сына к сэру Энтони? – спросила я тихо.

– Я не хотел. Кто я и кто мой сын для твоего клана? Но старик настоял. Кажется, Джо там счастлив.

– Джо?

– Джозеф, – кивнул Джейк и отставил бутылку.

– Что случилось с твоей женой?

– Авария. В нее влетел грузовик на трассе. Мы хоронили закрытый гроб.

Да уж. Жизнь потрепала его. Я снова потянулась за бутылкой, но он тут же забрал ее и переставил на другую сторону.

– Ты бросила, – сухо сказал он.

– Что ты еще знаешь? – спросила я.

Джейк мысленно перебрал всю информацию обо мне.

– Да всё, – резюмировал он.

– Что ж, так даже легче, – кивнула я, откинувшись на стену, мой взгляд привычно блуждал по лицу отца.

– Ты очень похож на него. У меня иногда даже сердце сжимается, настолько ты на него похож, – тихо сказала я.

Снова эта до боли знакомая усмешка. Я почувствовала, как по щеке скатилась слеза. Давно я не плакала. И не буду.

– Я знаю, – кивнул Джейк, – не ищи его во мне. Я совсем не он.

– Все не так запущено, – усмехнулась я, – мне бы и в голову не пришло. – Мой взгляд скользил по его лицу. – Барт сказал, что ты можешь оказаться бездомной планетой в моей Вселенной. Ты исчезнешь из моей жизни?

– Барт бывает очень поэтичным, когда дело касается тебя.

– Давно вы знаете друг друга? – спросила я.

– Лет пятнадцать, около того.

Ух ты, гораздо дольше, чем я. Так странно…

Теплая рука Джейка с жесткими мозолями неожиданно сжала мою руку.

– Я не знаю, как сложится. Не привязывайся ко мне.

– Я так не умею, – вздохнула я.

Он усмехнулся.

– Дашь мне попробовать… – начала я.

– Нет! – не дожидаясь окончания, категорично ответил он, а его не так просто подловить!

Ладно, он еще не настолько размяк, но я все равно улучу момент. Это только первый заход. Его суперпушка так и стояла у меня перед глазами. Я знала, что у каждого есть вещь, к которой никто не смеет прикасаться. У меня это был мой «феррари». А у Джейкоба – его оружие. Но я умею ждать. Ждать и ловить момент.

Так мы и сидели, каждый за своими размышлениями, пока не приехал Майкл. Он сел рядом. Потом заговорил.

– Вообще-то уже ни черта не видно, может, пойдем, перекусим? – его голос прозвучал в галерее неожиданно весело. – Там Патрик уже извелся весь от беспокойства за вас и от голода.

Я засмеялась, в этом весь Майкл!

– Пойдем, – я встала, – кто умеет готовить?

– Мы, – Майкл и Джейк поднялись следом.

– Отлично, пойдем, посмотрим, что у нас есть. – И мы спустились в кухню.

Патрик встретил нас встревоженным взглядом, но поняв, что все обошлось без кровопролития, встрепенулся и сказал:

– Я есть хочу.

Мы переглянулись, и нас пробрал хохот. Я смеялась, вытирая слезы, не в силах разогнуться. Организму необходима была разрядка, пусть даже такая. Это лучше, чем напиваться в галерее.

Майкл и Джейк готовили ужин, мы с Патриком изо всех сил мешались у них под ногами, наконец, все просто покидали на стол и уселись сами.

– От такой сервировки стола бедный Генри умер бы на месте от инфаркта, – я обвела взглядом кастрюли, сковородки и противни, стоящие на столе.

– Ну, его здесь нет. Налетай! – кажется, я впервые увидела такую открытую улыбку на лице Джейка.

Ужин был простой и необычайно вкусный. Это было необходимое затишье перед предстоящей бурей…

Часть 4

Рейд

После долгого подготовительного периода мы шли, наконец, по тоннелю к нашей первой цели.

Корабль «Первопроходец» был отправлен к созвездию Единорог. Целью их пути было достичь для начала одного из десяти светил, спутниками которых являлись экзопланеты. В идеале же интерес представляли две сверхземли, обнаруженные у звезды COROT-7. И хотя официально об их открытии было объявлено в 2009 году, согласно нашим документам, на момент осуществления программы Корпорация уже обладала этой информацией.

Год у нас ушел на то, чтобы разгрести бумаги из тех проклятых коробок. Мы просто потонули в потоке информации. Мало того что нам надо было определить интересующие их, а теперь и нас астрообъекты – это мы сгрузили на мистера Вульфа, нам надо было выписывать имена всех людей, упомянутых в тех или иных документах, всех, чьи подписи стояли на бумагах. Имена судей, которые предлагали подсудимым билет в один конец в качестве альтернативы смертной казни. Имена врачей, ключевых свидетелей по делам. Мы составляли списки из десятков и сотен имен, и все переправляли сэру Энтони – дальше работали уже они с сэром Финли и Бартом, используя все доступные им источники и каналы.

Парни не были в восторге от нашей работы. Мистер Вульф же был неприлично счастлив. Настолько, что мы выделили ему отдельную комнату, чтобы он не раздражал нас своими восторгами.

– Я из спецназа! – Джейк не сдавался до последнего. – Я не могу это делать!

– Мы тут все не библиотекари, – Майкл плюхнул перед ним на стол стопку папок, – однако же мы все здесь.

Имена осужденных отдельно, имена членов экипажей отдельно, имена ученых, отправившихся в экспедиции добровольно (добровольно ли?), составлялись отдельно. Несмотря на многочисленные перерывы, к концу дня моя голова уже пухла от переизбытка имен, лиц и попутно всплывающей информации – счета в банках на имена жен или детей членов экипажа и ученых, названия разных закрытых объектов с ограниченным доступом туда. Кодовые названия экспедиций. Все это потом мелькало в сознании во время короткого сумбурного сна. Высыпаться не удавалось. За день мы выпивали несколько литров кофе, чтобы хоть как-то мобилизовать на работу свой бунтующий организм.

Сэр Энтони прислал нам повара и пару служащих, чтобы мы не отвлекались на быт. Но ей-богу, порой просто хотелось вырваться из особняка и умчаться куда глаза глядят.

А ведь у нас были документы только по космическим программам! Кто-то еще разбирал документы, связанные с медициной, фармакологией и прочей биофизикой. От грандиозности и необъятности поставленной перед нами задачи просто волосы вставали дыбом!

Пока мы разгребали бумаги, капитан Белфорд и Джордж занимались технической стороной вопроса, плотно работая с инженерами «Морган индастриз». О чем мы знали точно, что все разосланные корабли были одного типа. Имея весьма подробные планы и спецификации «Нового пути», можно было начать работы по определенной модернизации нашего оборудования и оснащения. Работы было полно.

Надо было еще четко разграничить наши функции с сопровождающим нас крейсером. За нами поиск и первичная разведка. За ними дальнейшие предусмотренные протоколом действия…

Когда я открыла очередную коробку, то почувствовала, как волосы зашевелились у меня на затылке по прочтении первых пары страниц. Я вызвала доктора Генри Хейворда. Когда он приехал, я без лишних слов сунула ему в руки первую папку. Он начал читать.

– Скажи мне, что это не то, о чем я думаю. Скажи, что я ошиблась…

– Ты не ошиблась, – он посмотрел на меня и вернулся к содержимому папки.

– Меня сразу напряг возраст и состав подопытных групп, – меня передернуло от используемой формулировки, – ни одного наркомана или алкоголика. Все абсолютно здоровы.

У меня даже закралось сомнение, а были ли эти люди действительно виновны? Не были ли они отобраны в этот чудовищный эксперимент по сфабрикованным делам помимо своей воли? Как далеко готовы были зайти организаторы этого проекта? Через что готовы были перешагнуть ради достижения цели? А я-то своих предков считала беспринципными негодяями! Да они просто ангелы по сравнению с раскрывшейся бездной совершенных злодеяний.

– Что скажешь? – я не сводила глаз со слегка побледневшего доктора.

– Они всерьез были настроены на колонизацию – это было конечной целью всего эксперимента, помимо сопутствующих исследований.

– Три женщины и три мужчины. Члены экипажа и ученые из процесса исключались. Какая, к черту, колонизация?

– Вот, тут… – док нашел нужную страницу. – «При условии, что каждая особь женского пола зачнет и родит от каждой особи мужского пола в среднем по три потомка, только от одной женской особи можно будет получить в среднем восемнадцать особей уже во втором поколении»…

– Погоди! – Я едва добежала до ванной – меня вывернуло от отвращения.

Что за… Я даже не знала, как это назвать. Я вернулась в кабинет.

– Какому больному ублюдку такое вообще могло прийти в голову?! – я никак не могла осознать и переварить услышанное.

– Это была распространенная в то время в определенных кругах схема колонизации. Они рассчитывали вес и ресурсы корабля на момент полета. И опирались на законы генетики…

– Тебя это не шокирует? Ты считаешь это нормальным? – я не понимала его личного отношения к этому, он казался мне спокойным.

– Морган, в этом деле давно пересечены все мыслимые границы нормальности. Меня удивляет, что ты еще в состоянии так эмоционально реагировать…

– Я вообще сомневаюсь, что эти люди были виновны, – я вспомнила наколки парня с «Нового пути», – то есть они могли быть виновны. Но не настолько. Посмотри на женщин. Молодые, здоровые, все до двадцати пяти лет. Похоже на специальный отбор. Здесь нет статей с приговорами, есть только их добровольное согласие на участие в эксперименте вместо смертной казни. Они как-то не похожи на рецидивисток. И этих девочек обрекли на такое?! Нас там ждет вот это?! Какое там уже поколение и сколько там может быть этих «потомков»? Они даже сопротивляться не могли – у всех были чипы «послушания», а у экипажа и ученых были кнопки подчинения, – я не скрывала своего отвращения ко всей этой ситуации.

После паузы я добавила:

– Я попросила Барта попробовать найти их личные дела. Вряд ли это удастся, но надежда есть.

– Допустим, ты права, что тебе это даст?

– Еще один гвоздь в гроб Корпорации, – я опустилась в кресло.

– Давай я разберу эти бумаги и пойму, что еще нам понадобится на «Поллуксе».

– Хорошо, – кивнула я, – занимай любую комнату. Там Майкл, там Джейкоб, там мистер Вульф, остальные комнаты свободны. Проголодаешься, на кухне всегда кто-то есть и что-то готово. Спать тоже можешь здесь, чтобы не мотаться.

– Понял, – кивнул доктор и забрал с десяток коробок из кабинета.

Мрачный это был год. Для начала, мои подозрения подтвердились – самым тяжким преступлением у девушек был угон, проникновение со взломом, карманные кражи и аферы с банковскими картами – все это никак не тянуло на смертную казнь. Мужчины же были вполне реальными рецидивистами – так или иначе каждый из них совершил убийство. Но все они были недюжинного здоровья, в отличной физической форме и даже со вполне средним IQ.

Я выяснила, как формировались экипажи кораблей – в основном это были проштрафившиеся пилоты, для которых тоже было два пути – позорное увольнение или билет в один конец.

Ученые же были сплошь фанатики. Разные специальности, совершенно разные векторы исследований, но одна одержимость идеей.

Мы тонули в потоках разномастной информации, но выхода у нас не было – мы должны знать, с чем и с кем мы будем иметь дело, и быть к этому готовыми.

Для начала выяснилось, что «Новый путь» мог оказаться единственным кораблем, который покинул Солнечную систему. Этой информацией любезно поделился с нами мистер Вульф. Корабли могли не преодолеть Облако Оорта. «Новый путь» оказался за пределами Облака только благодаря тому, что оказался в ловушке гравитационного поля бездомной планеты. С ее помощью он смог прорваться сквозь само Облако и его гравитационное поле.

Мы так и замерли за столом.

– И что вы хотите этим сказать? – я первая обрела дар речи.

– Нам придется обследовать само Облако на предмет обломков кораблей. Я бы еще посмотрел Пояс Койпера, кто-то мог угодить и туда…

– Вся жизнь на это уйдет, – изрек Майкл.

– Мы можем подключить обсерватории и телескопы на орбитах к решению этой задачи? – спросил заскочивший на обед Барт.

Мистер Вульф задумался. Мы ждали.

– В принципе, можно. Настроить на определенные величины… Задать параметры объектов – структуру металла корабля… С вашего позволения, я… – мистер Вульф, так и не донеся ложку до рта, встал и ушел к себе, совершенно забыв про еду.

– Черт, Патрик, отнеси ему обед, пожалуйста! – попросила я.

– Я отнесу, мэм, – тут же возник один из служащих и, ловко сервировав для мистера Вульфа поднос, ушел.

Все время забываю о них, а их имена даже под угрозой смерти не вспомню.

– Можем вообще никуда не полететь? – спросил Майкл со слабой надеждой.

– Если повезет, то – да, – отозвалась я мрачно, – во всяком случае, не по этому поводу. Мы так и не добрались до созвездия Весов, и зонды и телескопы всех космических агентств еще у нас.

– Точно, я совсем про это забыл, – Майкл вернулся к еде.

Завидный аппетит. Я перевела взгляд на Джейкоба. Тот тоже невозмутимо ел. Почувствовав мой взгляд, он посмотрел на меня. Между нами так и осталась напряженность, натянутость и даже ощущение конфронтации. Он не принял меня с распростертыми объятиями, как Майкл или Патрик. Мы терпели друг друга. Находиться рядом с ним было нелегко. Но в конце концов он мой брат, и он нужен команде.

– Что? – спросил он спокойно.

– Тебя совсем не волнует происходящее? – спросила я.

– От того, что я волнуюсь или не волнуюсь, ничего не изменится, все будет так, как будет. Зачем тогда нервничать?

– Резонно, – кивнул Барт.

Да, вполне. И все же эмоции бурлили во мне, нисколько не внимая голосу разума. Тяжело было разгребать все мрачные тайны Корпорации и еще тяжелее было осознавать, что нам придется пройти этот путь до конца.

* * *

Отчасти мистер Вульф оказался прав. Обломки одного корабля были найдены в поясе Койпера. Еще один корабль нашли в Облаке Оорта, изрешеченный насквозь метеоритами, он стал спутником крупного астероида. Люди в оставшихся на них капсулах были мертвы, остальные сгинули в космосе. Корабли были отбуксированы к одной из карантинных станций, где и ожидали своей участи.

Еще три корабля, кроме «Нового пути», покинули нашу Солнечную систему. «Первопроходец» был одним из них. «Первопроходец». Такое название предполагает, что следом придет кто-то еще. Кто? Кого и сколько они еще планировали послать?

Я помнила свой ужас, когда обнаружили обломки кораблей. Погибнуть в анабиозе, что может быть хуже? Одно дело гибель в бою, лицом к лицу с врагом и полным осознанием происходящего. Совсем другое вот так… Меня снова передернуло. Впервые за все время моих вольных полетов я шла в экспедицию с таким тяжелым сердцем. Эта тяжесть не покидала меня с тех пор, как всплыло слово «Корпорация».

Я окинула взглядом приборную панель – все в порядке. Надо встряхнуться. Я встала и, прихватив портативный индикатор пульта, направилась в зал. Барт успел приучить меня к тому, что любое нервное напряжение можно снять физической нагрузкой.

И кстати о Барте и напряжении… Я стояла в дверях и смотрела на ковер, где сцепились в схватке Барт и Джейкоб. Сверкали ножи. Это все, что я смогла выхватить взглядом, зафиксировать хотя бы одно движение было невозможно.

– Как кобра с мангустом, – сказал над моим ухом Майкл и подтолкнул меня к скамье справа.

– Кто кобра? – машинально спросила я, не в силах оторваться от поединка.

Я знала, что Барт хорош, по тому, как относились к нему остальные, но никогда не видела его в бою. Это… Это…

– Иосиф! – крикнул Барт и встал один против двоих.

– Ты не пойдешь? – спросила я Майкла, завороженная зрелищем.

– Я лучше тебя потом побью, это как-то безопаснее, – засмеялся Майкл.

– Майкл! – крикнул Джейкоб, и Майкл тут же оказался на ковре.

Теперь Джейк и Майкл против Барта и Иосифа. Я смотрела на них с одной мыслью: «Чтоб меня…»

– Рот закрой, – засмеялся севший рядом Патрик.

– Ты раньше видел такое? – спросила его я.

– Не-а, – он одарил меня своей невероятной открытой улыбкой от уха до уха.

Я была рада, что он снова так улыбается. Его природный оптимизм взял верх над всем, что на нас свалилось и во что нам пришлось окунуться. Кроме того, в связи с новыми обстоятельствами и почти военным положением в кланах, его представление к браку отодвинулось до момента разрешения ситуации. Очевидно, это и послужило главной причиной для радости. За прошедший год этот маленький хитрюга пользовался малейшей возможностью, чтобы попасть в особняк к сэру Энтони. Он сопровождал то меня, то Майкла. Дети висли на нем, как игрушки на рождественской елке, и понятно, где дети, там и Оливия. А где Оливия, там…

Мы смотрели на них с сэром Энтони из окна его кабинета.

– Дядя, если не хочешь, чтобы он приезжал… – начала было я как-то.

– Мы провели проверку, – тихо сказал он.

– И? – я не любила эти паузы.

– Они подходят. Идеально.

Я шумно выдохнула.

– Ты очень любишь этого мальчика, – сэр Энтони смотрел на меня и скорее констатировал факт, чем задавал вопрос.

– Его сложно не полюбить, – сказала я, – вы же его видели.

– Да, – кивнул сэр Энтони, и на его лице, вопреки его воле, появилась мягкая улыбка, Патрик и его успел очаровать. – Твои братья обладают необъяснимым шармом.

– Это точно, не все, но…

– Что насчет Джейкоба?

– А что Джейкоб? – насторожилась я.

– Когда ты поднимешь вопрос о его принятии в клан?

– Я не собиралась, – я перевела взгляд с шумной компании в саду на дядю. – Я не поднимала вопрос о вводе в клан Майкла и Патрика и сейчас тоже не собираюсь вмешиваться. Это дело клана.

– Он хорошо показал себя, – задумчиво сказал сэр Энтони. – Я подумаю и, пожалуй, поставлю вопрос об этом. Он сын твоего отца.

– Возможно, даже больше остальных, – пробормотала я.

– Очень похож, – словно эхом отозвался голос сэра Энтони, – и это не внешнее сходство…

– Ты хорошо знал его? – я посмотрела на дядю.

Его взгляд был направлен куда-то во времени и пространстве.

– Что? – его взгляд прояснился. – Да, пожалуй, я могу сказать, что знал его.

– Расскажешь мне о нем? – спросила я севшим голосом.

– Конечно, – кивнул мой дядя и перевел взгляд со своей смеющейся дочери на меня, – в любое время…

– Эй, ты где? – Патрик бесцеремонно вырвал меня из потока воспоминаний.

– Что ты хочешь? – встрепенулась я.

– Ничего, они закончили! Наши выиграли!

И кто из них наши?! Наши братья? Или мой муж и Иосиф, вокруг которых уже пританцовывает мой младший брат? Я улыбнулась и смотрела на парней на ковре. Странное чувство гордости возникло внутри. Барт что-то объяснял и показывал Майклу захват, Джейкоб внимательно смотрел и тут же продемонстрировал на ничего не ожидающем Майкле новый прием. Барт одобрительно кивнул, и они подняли ничего не успевшего сообразить парня с ковра. Патрик, похоже, уговаривал Иосифа дать ему пару мастер-классов. Иосиф усмехнулся, не поддавшись на его мальчишеское обаяние, но согласно кивнул, понимая, что лишняя практика никому из нас не помешает.

Барт поймал мой взгляд. Секундное замешательство, и улыбка скользит по его лицу.

– Морган!

– Я – пас! – засмеялась я, вскинув ладони.

И тут же замигал мой портативный индикатор.

– Черт… Майкл! Барт! – я уже сорвалась с места – пора выходить из гиперпространства.

Мы пронеслись по коридору и, влетев в рубку, увидели на мостике капитана.

– Капитан! – приветствовала его я, окинув взглядом пульт.

– Команде занять свои места, – капитан Белфорд расположился в своем кресле. – Машинное отделение?

– Готовы, сэр!

– Отлично. Выходим! Три, два, один…

Все действия уже доведены до автоматизма и синхронизированы до миллисекунд. Мы могли даже не смотреть друг на друга. Но команды капитана были неизменной составляющей процесса.

Корабль преодолел барьер, и после нескольких тошнотворных минут мы легли в дрейф в пространстве.

Я огляделась вокруг. Рассеянное скопление М50. Созвездие Единорога, рукав Ориона.

– А ты уже поднаторела в астрономии, – усмехнулся Майкл.

Опять мысли вслух. И ладно!

– С мистером Вульфом без вариантов. Чтобы хоть немного понимать и разбираться в том, о чем он говорит, надо знать очень много, – я вздохнула. – Это только карты.

Мистер Вульф вошел в рубку.

– Итак, мистер Вульф, что дальше? – спросил его капитан.

– Поднимем телескоп, выпустим пару зондов. Я рассчитал местоположение корабля, исходя из его скорости и идеального стечения обстоятельств. Путь следования мог быть изменен любым небесным телом, от метеорита до астероида, притянувшего корабль к себе…

– Словом, в идеале он был бы перед нами?

– Да, прямо здесь, – мистер Вульф указал рукой в пространство.

– Но его здесь нет, – снова констатировал капитан.

– Нет, сэр, – согласился физик.

– Что ж, придется искать. Запускаем технику. Майкл, Морган – вывести зонды.

– Есть, сэр!

– Никаких гонок! Запустить зонды и обратно, – капитан моментально уловил наш энтузиазм и пресек его на корню.

– Да, сэр, – уже не так бодро отозвались мы.

Мы разместили технику в нужных координатах и вернулись на «Поллукс».

– Все работает, – мистер Вульф занял место за своим пультом.

– Что теперь? – спросил Майкл.

– Слушаем пространство. На корабле есть радиомаяк, мы его засечем, и дело будет сделано.

– А если он сломан? – спросила я.

– Есть еще транспондеры. Что-то должно работать, – пальцы физика носились по клавиатуре, и мы услышали странный звук из динамика.

– Что это? – прошептала я.

– Голос Вселенной, – тихо отозвался физик, – впечатляет… каждый раз…

Я закрыла глаза. Это было как… Как если бы нырнуть в океан и зависнуть в толще воды… Где песня кита переплетается с шепотом волн… Это не описать…

– Потрясающе, – я буквально вывела себя из транса и повернулась к капитану. – Сэр, какие еще здесь задания?

Капитан пробежался взглядом по списку.

– Надо запустить три телескопа, четыре зонда. Наши цели: переменная звезда V838 Mon, Туманность Красный прямоугольник, Туманность Розетка, Скопление Снежинки и вся компания COROT.

Аппарат Corot был запущен с Земли в 2006 году, если повезет, в коллекции Майкла прибавится древнего хлама. Я уже вижу, как заблестели его глаза.

– Это тебе, – капитан протянул мне планшет с заданием, второй протянул Майклу: – Это тебе. Все, за работу!

Нам не надо было идти к самим объектам. Мы должны были выйти на определенные мистером Вульфом позиции и запустить всю технику.

– Барт, есть работа, жду у шаттла, – сказала я по радио и направилась в ангар.

Мы разобрали по шаттлам, кто и что везет, и после тщательной проверки разлетелись в разные стороны.

Когда мы встали на курс, Барт заговорил.

– Что-то ты хандришь…

Есть такое, ничего не могу с собой сделать.

– Да, наверное, – уклончиво сказала я.

– Ты всегда так радовалась каждой экспедиции, – Барт задумчиво смотрел на меня. – Да, повод скверный, но ты оглядись вокруг – какая красота!

Я смотрела на приборы. Чертова Корпорация отравила даже это.

– Барт, мы были на бездомной планете, вряд ли кому-то в скором времени удастся проделать подобное, а мы попали туда! Но даже не смогли насытиться и насладиться этим странным и диким миром, потому что надо было искать лабораторию. После того, как нас чуть не убили, мы вышли на самом краю нашей галактики, в самой крайней точке Рукава Персея, мы были на рубеже нашей обозримой Вселенной и не смогли осознать и переварить и это! Даже зонд не запустили, чтобы посмотреть, что там…

– Мы еще вернемся туда, специально для этого – постоять на краю Вселенной, – тихо отозвался Барт.

– Не знаю… Я теперь ничего не знаю… Как же я не хотела идти в эту экспедицию! – здесь я могу это сказать.

Никто кроме Барта не слышит меня. А Барт… Это как продолжение меня. Я не могла это объяснить, просто была рада, что у меня ЭТО есть.

– Я знаю, – услышала я его мягкий голос, – я знаю, Фрэн. Не дай им забрать у тебя это, слышишь?

– Слышу, – кивнула я. – Барт.

– Что?

Я подняла руку и показала вперед. Перед нами был корабль. Мы подошли ближе и включили оптику.

– «Первопроходец», – прочитал Барт надпись на вращающемся корабле. – Капитан, мы нашли его. «Первопроходец» прямо перед нами, сэр, – и Барт быстро считал и продиктовал координаты.

– «Кастор», вас понял! Оставайтесь на месте, идем к вам.

– Можем запустить «птиц», сэр, – вступила в переговоры я.

– Запускайте, к кораблю не подходить!

– Принято, сэр, – я отключила рацию. – Черт, – сорвалось у меня, и мы пошли настраивать «птиц».

Через несколько минут с десяток «пташек» шныряло вокруг корабля, а мы изучали изображения с их камер.

– Их здорово потрепало, – Барт ловко манипулировал картинками на экране, – резервуар с топливом пробит, – он безошибочно выхватил и увеличил снимок.

Меня всегда поражал его профессионализм во всем, чем он занимался.

– Как тебе это удается? – спросила я, не выдержав. – Как ты так спокойно и безошибочно все делаешь? Ну, то есть абсолютно всё?!

– А ты? – улыбнувшись, спросил он.

– Я? Нет, я портачу через раз, если не чаще…

– Морган, не говори ерунды, – почти весело отмахнулся он. – О, солнечная батарея тоже повреждена, – он тут же нахмурился.

– Но…

– Ты себя за штурвалом видела? – спросил он.

– И это всё?

– Здесь – это главное, и на Земле тоже не последнее! – он отложил планшет. – «Поллукс» в зоне видимости. Быстро они.

– Капитан не рискнул оставить меня надолго с этим гробом один на один, – пробормотала я.

Будь моя воля, я бы рванула его, и все.

– «Кастор», пока собираем информацию, выполняйте задание!

– Да, капитан!

Мы обогнули корабль и еще через час были в первой точке сброса. Всего их было четыре.

– Надеюсь, Майкл нашел свой зонд, как ты говоришь?

– Corot, – сказала я.

– Да, Corot. Тебе достался корабль, – усмехнулся Барт.

– Нет, не нашел, – сказала я.

– Не может быть, – Барт поднял голову и огляделся, – Морган, и ты еще на что-то жалуешься? Да все само идет тебе в руки!

– Я и не жалуюсь. – Я подошла поближе к зонду и активировала щуп. – Просто больше не умею ни черта… – Я подхватила зонд и втянула его в шлюз шаттла.

– Не умеет она, – усмехнулся Барт и закрыл внешние створки шлюза, – вот и подарок Майклу.

Я не сдержала улыбки, представив себе его лицо. Мы совершили маневр и пошли к «Поллуксу».

– Капитан, задание выполнено, возвращаемся домой.

– Принято, «Кастор», ждем!

– Как там «Джуниор»?

– На подходе, все в порядке.

Слава богу! Всегда было немного неспокойно с этими вылетами с разными заданиями в разные квадраты. Мы на полной скорости неслись к «Поллуксу».

* * *

Сразу по возвращении мы, не задерживаясь, направились в рубку. Вслед за нами подошли Майкл и Джордж.

– Все сделали? – спросила я тихо.

– Да, порядок, – так же тихо ответил Майкл, и мы повернулись к капитану.

В рубке опять висела уже знакомая схема корабля. Но на этот раз это был «Первопроходец».

– Итак, что у нас есть, – капитан не глядя пробежался по панели справа от себя, и изображение из схемы превратилось в голограмму, которая повисла в пространстве рубки. – Это поверхность корабля.

Капитан вращал изображение, давая нам разглядеть все в деталях. К тем повреждениям, которые успел заметить Барт, добавились не менее фатальные.

– Обшивка корабля пробита в нескольких местах, – капитан задержал изображение, увеличив требуемые участки, – очевидно, последствие прохождения через метеоритный поток. Хотя им хватило бы и метеоров, – капитан Белфорд посмотрел на мистера Вульфа, тот согласно кивнул.

Мы все помнили его лекцию о кораблях того поколения с того момента, как обнаружили «Новый путь».

– Как следствие – разгерметизация нескольких отсеков, в том числе отсека с анабиозными камерами. Если размещение такое же, как на «Новом пути», то это отсек команды корабля. Заключенные здесь, ученые здесь. В прошлый раз мы зашли через этот люк и прошли вперед, к рубке, оставив их позади.

Мы не отрываясь смотрели на голограмму.

– Здесь все понятно. Вызываем «Армагеддон»? – подала я голос.

– Не так быстро, Морган, – капитан обвел всех взглядом. – Необходимо зайти внутрь и проверить все камеры – кто-то мог выжить. Кроме того, доктор Хейворд хотел иметь возможность провести осмотр тел погибших. После того, как их заберет «Армагеддон», мы не получим никакой информации.

Резонно. Я кивнула, и мой взгляд снова заскользил по поверхности корабля на голограмме. Здорово же им досталось. Надо было быть именно смертником, чтобы подписаться на такое. И какая это смерть… Меня снова передернуло, и я заставила себя перевести взгляд на капитана.

– …Джейкоб и мистер Флинт, пилот…

– Можно я, сэр? – махнул рукой Майкл.

– Я полечу с ней, – неожиданно заговорил Джейк и не глядя показал рукой на меня.

– Хорошо, – кивнул капитан, – у Морган уже есть опыт, Майкл – страхуешь.

– Ладно, – нехотя согласился мой брат и одарил Джейка тяжелым взглядом.

Что сейчас было? Джейк предпочел меня Майклу? С чего это?

– Морган, вам надо время, чтобы синхронизироваться с кораблем?

– Не помешает, сэр, – хоть я уже и делала это, но это было давно, и не хотелось рисковать жизнями людей из-за излишней бравады. Да и скорость вращения вокруг своей оси у кораблей может быть разная из-за разности гравитационных полей в зонах обнаружения.

– Хорошо, Морган, готовиться к вылету. Кто идет с вами?

– Иосиф, – моментально отреагировала я.

Капитан кивнул.

– Всем все понятно? Готовьте амуницию. Морган, вылет по готовности, – капитан обвел нас взглядом. – За дело.

Я направилась к шаттлу.

– Ты не возражаешь? – спросила я идущего рядом Иосифа.

– Нисколько. Лишняя пара рук и глаз не помешают, – спокойно отозвался он.

– Это точно, – согласилась я.

Мы вылетели с «Поллукса» и пару часов покрутились с «Первопроходцем». Да, скорость была другая. Но, уловив темп, я уже не сбивалась.

– «Поллукс», мы готовы, идем домой, – доложила я.

Иосиф удовлетворенно кивнул, и мы направились к нашему кораблю. Сразу по прибытии мы взяли на борт команду, оборудование и отправились обратно.

С Иосифом было проще – мне не надо было следить за всем сразу, как на «Новом пути». Иосиф следил за людьми, я за шаттлом. Я слушала его четкие короткие команды и радовалась, что они с Джейком согласились сопровождать нас в этом непростом рейде. В прошлый раз была явная нехватка людей. Теперь, когда у Барта на подстраховке профессиональный военный, мне было как-то спокойнее.

Я посматривала на экраны с трансляцией с «Первопроходца». Барт с Джейком уже внутри. Майкл, закрыв за парнями люк, вернулся с тросами на шаттл. Парни медленно двигались в невесомости, повернув сначала налево, чтобы проверить отсек с учеными. Освещая себе путь мощными фонарями, они тщательно осматривали все вокруг. Вот и анабиозные камеры. Луч фонаря скользит по матовым крышкам. Табло в изножье не горит. Но я успеваю разглядеть имя. За год я выучила все имена наизусть.

– Барт, это осужденные. Здесь другое расположение!

Их устроили первыми от реактора. Если бы их не убила радиация космоса, они умерли бы от радиации чертова корабля. Их шансы изначально были равны нулю…

– Понял, – отозвался Барт, и они внимательно осмотрели снаружи все камеры.

– Все герметично закрыто, но системы не работают. Обогрева нет, кислород не подается. Открываю камеру, – Барт аккуратно отжал и поднял крышку одной из камер, Джейк светил фонарем.

Иссохшее тело. Девушка. Черт…

– Здесь женщина, – сказал Барт, чтобы просто не находиться в этой жуткой тишине. – Свяжись с доком, спроси, кто ему нужен.

– Он просил мужчину и женщину, – тут же отозвалась я.

– Принято, пакуем.

Дальше, как бы я ни пыталась не смотреть, мой взгляд все равно снова и снова возвращался к экранам. Барт с Джейком упаковали два тела и подтянули их к выходу.

– Идем дальше, – сказал Барт, и они двинулись в отсек направо от люка, через который попали на корабль.

В первом отсеке были ученые.

– Две камеры функционируют, остальные не работают, – услышала я Барта.

Он изучил показатели с табло.

– Возможно, люди в них даже живы.

– Принято. «Поллукс», возможно, двое живых.

– Принято, «Кастор», продолжайте.

– Да, капитан!

Я наблюдала за всем, что происходило на экранах. Парни обследовали отсек и двинулись дальше. Камеры команды.

– Две камеры не работают. Четыре функционируют, – Барт изучил табло. – Похоже, что эти тоже живы.

– «Поллукс», еще четверо, возможно, живы, – тут же передала я капитану.

Сначала что-то невнятное, затем:

– Принято, продолжайте. Док просит тело еще из этого отсека.

– Принято. Барт, док просит тело из этого отсека.

– Хорошо, сейчас.

Через пару минут еще одно тело было доставлено к люку.

– Майкл, на выход, – скомандовала я, заняв позицию прямо над люком, – сначала поднимаем тела.

Майкл скользнул вниз с тросами. Иосиф руководил процессом спокойно и методично. Через несколько минут я подняла сначала тела, затем втянула парней и направилась к «Поллуксу». Тела поместили в неотапливаемый технический отсек шаттла, холодильника на борту не было.

– Док, готовьтесь, идем с грузом, – вызвала я доктора Хейворда, зная, что они уже и так стоят у дверей ангара.

– Ждем, – отозвался Генри Хейворд.

В этой экспедиции он был вместе со своим братом, и не зря – лишние руки были просто на вес золота.

Едва в ангар закачался кислород, братья вбежали с каталками.

– Быстрее, их надо в холод! – скомандовал Макс Хейворд.

Мы сгрузили два тела на одни носилки, третье тело на другие, и братья помчались в медотсек с максимально возможной скоростью.

Мы же выбрались из скафандров и отправились к капитану.

– Что теперь, капитан? – спросил Майкл, едва мы вошли в рубку.

– Даем братьям поработать с телами, как только они дадут добро – вызовем «Армагеддон». Дальше уже их дело. Мистер Вульф подготовил им расчеты с точкой выхода, чтобы нас не разметало, как в прошлый раз.

Да уж. Я повела плечами – стряхивая моментально всплывшие в памяти неприятные ощущения.

Ладно, появилось время.

– Кто дежурит? – я посмотрела на график.

– Я, – сказал капитан. – Всем отдыхать. Никаких боев – спать. Когда придет «Армагеддон», мы пойдем дальше.

– Да, капитан!

Мы разошлись по отсекам. Майкл спешил к себе – ему не терпелось связаться с Карен. Благодаря тому, что мы на год застряли на Земле, ему удалось быть рядом с ней во время родов. Ну, не совсем рядом, а за дверью. Карен его выставила. Мы просидели всю ночь в баре через дорогу от клиники и помогали Майклу справиться со стрессом. У них родилась чудная девочка.

– Проклятье Морганов, – пробормотал Майкл, держа младенца на руках.

На его лице при этом была совершенно блаженная улыбка.

– Что ты несешь? – возмутилась я, разглядывая племянницу. – Она – прелесть!

Майкл повертел дочь, разглядывая под разными углами.

– Она похожа на тебя, – удивленно сказал он.

– Не мели ерунды! – засмеялась я, забирая девочку. – Она похожа на тебя и Карен.

– Она еще вообще ни на кого не похожа, – заявила Карен, – отдайте ребенка и езжайте домой!

– Она все время меня прогоняет, – пожаловался Майкл.

– Они уедут, а ты останешься, – расшифровала свою команду молодая мама.

В голосе был смех и легкие оттенки угрозы. Для Майкла.

Мы поспешили ретироваться, оставив счастливых родителей одних.

– Что за проклятие Морганов? – спросил на улице Патрик.

– Это выдумка Майкла, – отмахнулась я.

– Он считает, что у Морганов в браке по мужской линии рождаются только девочки, – пояснил Джейк.

– Да? Я не знал…

– На нее посмотри, – Джейк кивнул на меня.

Опять я крайняя. Хотя в данном конкретном случае он прав.

– В любом случае у него еще есть возможность проверить эту теорию, – усмехнулась я.

– С его талантами? Без вариантов, – в кои-то веки согласился со мной Джейк.

Перед нашим отлетом Карен сообщила Майклу, что снова беременна.

– Два ребенка в один год. Мощно, – Джейк едва сдерживал улыбку, – как ты жив до сих пор?

– Карен любит детей, – заявил Майкл, но голос его звучал как-то неуверенно.

– Ирландские близнецы! – радостно отреагировал Патрик.

– Просто он хочет, чтобы Карен как можно дольше была дома, – снова вступил Джейк. – А если опять девочка?

Майкл шумно выдохнул.

– Ладно, оставьте его, – это все, что сказал Барт.

Я давно заметила, что он никогда не участвовал в наших разборках, никогда не принимал ничью сторону – даже мою, предоставляя нам самим выяснять отношения. На мой вопрос почему, он спокойно ответил: «Вы через минуту помиритесь, а я останусь крайним. Ну вас, сами разбирайтесь». И он железно придерживался этой линии.

Итак, Майкл спешил связаться с Карен. Я потом скажу ему про зонд, чтобы не отвлекался. А мы пошли спать. Честно говоря, капитан был прав – нервное напряжение было нешуточным, и нам требовался отдых.

* * *

Капитан связался с «Армагеддоном», как только братья Хейворд закончили свою работу с телами. Они очень аккуратно взяли всевозможные пробы и анализы. Провели детальнейшее сканирование всех тел. И с головой погрузились в работу. Мы же вернули тела в их камеры, чтобы не вызывать подозрений и лишних вопросов.

Сейчас мы стояли наготове, чтобы при необходимости отвести «Поллукс» в безопасную зону. На этот раз появление крейсера было не столь разрушительным.

– Вот что значит правильный расчет, – не смогла удержаться я от комментария.

– Это точно, – согласился Майкл.

– Капитан, что теперь? – спросила я, наблюдая, как крейсер выпускает шаттл к кораблю на первичную разведку.

– Здесь мы не нужны. Можем двигаться к следующей цели. Мистер Вульф, мы готовы?

– Да, сэр, расчеты у вас, – физик перекинул необходимые данные капитану.

– Хорошо. Команде занять свои места! – капитан связался с «Армагеддоном» и предупредил о нашем отходе, а дальше нам: – Вывести корабль на позицию!

Перед нами высыпал столбик цифр. Совершив маневр, мы заняли необходимое положение и рванули в гиперпространство. Следующая цель – «Новый горизонт». Что же за мания была у них на все новое?!

Мои размышления прервал процесс входа в тоннель гиперпространства. Чтоб его… Я сосредоточилась на руках и командах капитана, который невозмутимо сидел в своем кресле позади нас, контролируя всё и всех.

Наконец, кошмар закончился, и мы перевели корабль в обычный режим.

– Морган, мистер Флинт – дежурят, остальным – отдыхать.

Капитан покинул мостик впервые с тех пор, как мы вышли из гиперпространства в созвездии Единорога. Вот поэтому он – капитан. Меня восхищали такие люди. Тихо и спокойно выполняющие свою работу, которую на их месте любой другой бы не потянул. А Ричард Белфорд справлялся со своими обязанностями, казалось бы, без малейшего напряжения. Но именно казалось. Я знала, что сейчас он будет спать по крайней мере часов двенадцать, чтобы восстановиться.

Я заканчивала записи в бортовом журнале, когда пришел Барт.

– Привет, – он коснулся губами моей макушки, – пойдем, перекусим?

– Сейчас, – я дописала последнее предложение и закрыла журнал.

– Куда мы летим на этот раз? – спросил Барт по пути в столовую.

– Созвездие Девы. Планетарная система вокруг пульсара PSR-1257+12, – мрачно сказала я.

– И что не так? – Барт насторожился.

– Я вводила координаты системы и так, и эдак – там ничего нет. Пусто! Мы летим в никуда!

– Не может быть такого, что-то там все равно есть…

– Барт, я верю телескопам и своим глазам – там пусто. Звезда уже была пульсаром несколько веков назад. Теперь там, возможно, черная дыра или еще какая-нибудь засада, – я открыла холодильник и, достав нам пару контейнеров с едой, сунула их разогреваться.

Барт смиренно принял то, что я сделала выбор вместо него, и вернулся к теме разговора.

– А что мистер Вульф говорит? Зная тебя, ты из него уже печень вынула, – Барт налил нам кофе и сел за стол.

– И не только, – кивнула я и достала еду из печки. – Горячее, – предупредила я и достала вилки, – он говорит, что осмотримся на месте. Конечно, я понимаю, что они не успели еще дойти до цели, но где мы можем оказаться?!

Я раздраженно сорвала фольгу с контейнера, аромат лазаньи разлился по столовой.

– Люблю, когда ты берешься за дело! – Барт с аппетитом приступил к еде. – Все доводишь до конца и до совершенства.

– Когда удается, – я расковыряла лазанью на кусочки.

– Морган, рейд тяжелый, но, пожалуйста, не позволяй себе расклеиться, – тихо сказал Барт, глядя на меня через стол.

– Я не расклеилась, я в бешенстве. В бешенстве от того, что это безумие вообще пришло кому-то в голову, а его еще и поддержали! Никто не остановил! Такие ресурсы! Столько денег! А результат всего этого – Си-Экс и фактически сгоревшие заживо люди! Это… Это просто в голове не укладывается… И никому и ничего за это не будет!

– Одно я могу пообещать тебе точно, так или иначе мы выявим всю структуру – и ответит каждый. Возможно, не перед судом, но ответят все.

– Ты в это веришь?

– Безусловно.

– Ладно, но я все равно злюсь.

– Твое право, – кивнул Барт и добавил: – А еда отличная!

Еще бы! Пока мы были на Земле, я, чтобы не сойти с ума от открывшейся передо мною бездны человеческой жестокости, решила заняться чем-то реально материальным и сделать что-то во благо. Нашла людей, дала им лабораторию, требования к еде и установила жесткие сроки. Я навещала их так часто, как могла, и почти довела до инфаркта, но через год мы имели налаженное производство продуктов питания длительного хранения, неплохой ассортимент и кучу заказов от военного и космического ведомств и частных компаний. Одно предприятие не справлялось. Сэр Энтони, проводив нас, обещал открыть еще пару филиалов.

– Еще одна головная боль, – виновато сказала я, прощаясь.

– Еще один источник доходов и госзаказов, – улыбнулся мой дядя, – аккуратно там и звоните. У детей уже висит карта вашего маршрута, снова будут отмечать, где вы находитесь на данный момент.

– Я тоже по ним очень скучаю, дядя, – я подавила вздох. – Я не могу не лететь…

– Я знаю, я не об этом. Звоните, когда будет возможность, не думай о времени.

– Хорошо, – неожиданно для себя я крепко обняла его на прощание и села в машину не оборачиваясь…

Я посмотрела на Барта. Он тут же почувствовал мой взгляд.

– Что? – насторожился он.

– Возьмем отпуск после этой операции?

– Месяц? – осторожно спросил Барт.

– Что скажешь про полгода?

– Я только за! – улыбнулся он. – Проведем каникулы с детьми, если отпуск попадет на каникулы, – улыбнулся он.

Точно! Они же пойдут в школу!

За прошедший год Барт решил этот вопрос, к явному облегчению сэра Энтони. Облюбованное им поместье было приведено в порядок, были построены и оборудованы спортивные площадки для всех видов игр, бассейн, конюшня и площадка для выездки. Ангары со спортивными машинами, два трека. Классы были оборудованы и оснащены самой совершенной техникой и инвентарем. Словом, было сделано все для полноценного развития детей. Учителя подбирались по самой жесткой системе отбора, желающих работать в такой школе, к моему удивлению, было предостаточно.

– Я бы и сама здесь поучилась, – присвистнула я, стоя посреди залитого солнцем класса.

– Да уж, – сэр Энтони был поражен проделанной работой, – мне сообщили, что первые классы уже укомплектованы, кто-то хочет перейти с других ступеней обучения.

– Эти вопросы я уже не успею решить, – Барт посмотрел на сэра Энтони.

– Я знаю, кому это доверить, – кивнул он.

За это время его старшая дочь – София – стала правой рукой Барта. Лихо управляясь с делами и рабочими, она показала, что она истинная дочь своего отца и может вести не только дом, но и управляться с таким беспокойным хозяйством, без проблем решая все всплывающие вопросы, будь то вопросы стройки, оборудования или набор кадров. Поэтому руководство школой по умолчанию было за ней. Барт с чистой совестью оставлял свое детище в ее твердых руках.

– Пробудем на Земле столько, сколько выдержим, – решила я.

– То есть недолго, – засмеялся Барт.

Я не выдержала и засмеялась следом. Это точно! Он хорошо меня знает. К концу карантина я уже начинаю смотреть на небо. Это сильнее меня. Эту жажду не утолить. И не перебить даже таким вот рейдом.

– Над чем смеемся? – Майкл появился в столовой и сразу встал у холодильника. – Морган, с тобой одни проблемы! Раньше сунул руку не глядя, взял бурду и давишься, а сейчас стоишь и выбираешь, что ты хочешь…

– Тебе не угодить!

– Возьми лазанью, – сказал ему Барт.

– Лазанью… – Майкл задумался. – Хорошо, пусть будет лазанья. – Он сунул еду разогреваться и повернулся к нам. – Так чего смеялись?

– Морган хочет в отпуск после этого рейда.

– На пару часов? Я с тобой! – он был полон энтузиазма.

– По-моему, он ближе к истине, – усмехнулся Барт.

– А ты ей сколько дал? – спросил Майкл, водружаясь за стол с кофе и едой.

– Пару недель, не больше.

– Это ты загнул.

– Ну, знаешь, с учетом детей…

– А, ну да, материнский инстинкт и все такое… Пару недель протянет, – согласно кивнул мой брат.

– Вот спелись, – улыбнулась я, чувствуя, как узел, в который было стянуто все внутри с самого начала этого рейда, наконец, начал ослабевать.

– Мы да, мы спелись, – закивал Майкл, жуя свой завтрак. – Морган, вкусно!

– Не говори с набитым ртом, – машинально сказала я ему, словно ребенку, и тут уж засмеялись все.

– Кстати, там тебе подарок в ангаре «Кастора», – вспомнила я.

– Что там? – Майкл отпил кофе, реально жмурясь от удовольствия.

– Corot, – только и сказала я.

Глаза Майкла расширились. Он одним махом заглотнул остатки еды, и его сдуло с места.

– Всё, мы его потеряли, – усмехнулся Барт.

– На какое-то время, – кивнула я.

Мы не спеша допили кофе, отдежурили смену и пошли спать.

* * *

Лететь нам было долго. Поэтому, чтобы не расслабляться, все свободное время мы посвящали тренировкам. Мне пришлось фактически отдирать Майкла от его новой игрушки – зонда, который мы ему достали. Иосиф взялся за нас не на шутку.

– Распустились совсем! Ты куда смотрел? – это уже Барту. – Сэйнфилд, где твоя реакция?! Морган, обеими руками работай! Да чтоб вас обоих! Полгода на вас убил, и что теперь?

Теперь мы в ауте. Я думала, что Барт нас гонял. Ничего подобного! Джейкоб довольно ухмылялся, глядя на нас. У меня не было сил даже на какое-то подобие раздражения. Ничего, когда-нибудь… Кулак Майкла прилетел мне в челюсть, да чтоб тебя! Я дождалась, пока погаснет вспыхнувший фейерверк, улучила момент и врезала ему в ответ. Он охнул и осел. А вот так! Взял манеру по лицу бить! Что-то он там долго… Я нагнулась к нему:

– Майкл?

– Ты мне нос сломала, – Майкл поднялся, пытаясь зажать нос рукой.

– Прости… – я схватила полотенце и отдала ему.

Майкл кивнул, перехватил руки, зажав нос полотенцем, и поплелся в медотсек.

Я расстроилась.

– Сам виноват, не закрылся, – сказал Иосиф. – И ты тоже не закрыла лицо! Джейк, давай еще полчаса.

– С ней не буду, – замотал головой Джейкоб.

– На ковер, – холодно велел Иосиф.

– Ладно, – Джейк послушно вышел и встал передо мной.

– Бой! – Иосиф махнул рукой и отступил.

– Не сдерживай себя, – уронила я.

И зря. Я вспомнила все, что умела, и даже, кажется, не умела. Я вертелась как уж на сковородке. Уклоняясь, ныряя под руку, обходя захваты и нанося удары. Сначала Джейк боролся вполсилы, но потом распалился и всерьез пытался мне накостылять. Пару раз он довольно ощутимо меня достал, но это лишь добавило масла в огонь. Он был везде, молниеносно реагируя и работая обеими руками.

К концу боя мы уже буквально висели друг на друге от усталости, но продолжали лупить друг друга по бокам.

– Брейк! Разошлись! – Иосиф растащил нас.

Барт тут же дал мне воды и полотенце.

– Молодец, – шепнул он.

– Да? – Глаз заплыл, и я повернула голову так, чтобы его видеть.

– Давай-ка к доку. Похоже, без него не обойтись.

– Хорошо, – я отправилась к Генри Хейворду, представляя себе его лицо, когда он меня увидит.

– Фрэнсис, ради всего святого! Один со сломанным носом, вторая… О чем вы только думаете?!

Я села на стол.

– Лучше ляг, – Генри достал стерильный набор. – Надо чиркнуть, – сказал он мне.

– Чиркай, – кивнула я. – Как Майкл?

– Жить будет. Это ты его так?

– Ага, – я слегка поплыла от обезболивающего.

– А тебя кто?

– Джейкоб.

– Барт там?

– Конечно.

– Значит, сейчас еще один брат придет.

– Что ты имеешь в виду? – не поняла я.

– Заметил определенную закономерность, – усмехнулся Генри, – когда тебе «прилетает», у меня появляется пациент. Думаю, подбитый глаз нынче стоит одного ребра.

– Не меньше, – согласилась я, – но не сегодня. Завтра точно.

– А почему сама не справилась? – Генри ловко орудовал инструментами.

– Справилась, но я по лицу не доставала, у него защита такая… Ай!

– Тебе бы у него поучиться, чтобы лицо не разбивали так… Все, завтра сидеть на скамейке, никаких тренировок.

– Слушаюсь, – я сползла со стола.

– Это от головной боли. Сотрясения нет, но болеть будет.

– Спасибо, – я сжала порошок в руке и направилась к себе.

В голове начало стучать, поэтому я выпила порошок и погрузилась в сон. На смене я была минута в минуту. Майкл засмеялся, увидев меня, я засмеялась в ответ.

– Вот семейка! – покачал головой Барт. – Красавцы. Одинакового цвета.

Наши лица и впрямь были весьма живописны. Я приняла смену и отпустила Майкла спать. Заполнив журнал, я вернулась к изучению созвездия Девы. Особенно привлекала меня цепочка Маркаряна, состоявшая из восьми галактик, она выделялась на небе, проходя через центр скопления почти полутора тысяч галактик. Вот где стоило бы задержаться! От обилия чудес в этом секторе пространства аж дух захватывало, но после каждого погружения в очередную галактику меня снова возвращало к вопросу: куда мы летим?

Мистер Вульф напомнил и популярно объяснил мне, что мы летим не к самому пульсару, а к месту наиболее вероятного нахождения корабля «Новый горизонт». А это совсем не одно и то же, так как корабль в любом случае еще не достиг цели, а находится где-то на полпути. Вот в районе этого полпути мы его и будем искать. Чтобы я отстала, он дал мне координаты возможного нахождения корабля. Неизвестность выматывала, и снова появилось это странное ощущение какого-то предчувствия внутри. Там все будет непросто…

На следующий день, поскольку мы были временно отстраненными, тренировались Барт и Джейк. Мы с Майклом заняли места в первом ряду. Иосиф сел с нами. Бойцы сошлись в бою.

– Битва гладиаторов, – усмехнулся Майкл и сморщился от боли.

– Смотрите, как они работают, – сказал нам Иосиф. – Вам попадает потому, что ты вообще вечно где-то витаешь, – это он мне, – а ты не ждешь, что тебе от нее может «прилететь».

Барт был холодно-методичен, с абсолютным спокойствием он держал дистанцию, не давая Джейку приблизиться, но сам легко молниеносно приближался, наносил удар и вновь уходил в безопасную зону. Два мощных удара по корпусу и один «ох» от Джейка.

– Готов, – констатировал Майкл.

– Ребро, – кивнул Иосиф и встал. – К доку, быстро! – велел он Джейку.

Барт пожал моему побитому брату руку, они обнялись, и тот ушел, даже не посмотрев в нашу сторону.

– Ты не устал? – спросил Иосиф.

Барт улыбнулся:

– Нет.

Я любила смотреть на их поединки. Два профи с одинаковой школой, хотя, безусловно, у каждого было что-то свое. Периодически доносилось:

– А вот это хорошо…

– Покажешь потом…

– Обязательно…

Бой закончился. Они поклонились друг другу, обнялись, и Барт подошел к нам:

– Ну, инвалиды, прохлаждаетесь?

Я дала ему воду.

– Прохлаждаемся, – кивнул Майкл, расплывшись в довольной улыбке.

– Семейка, – Барт засмеялся и покачал головой. – Когда оправитесь, ты будешь тренироваться со мной, – сказал он Майклу, – а ты с Джейком, под присмотром Иосифа.

– Зачем нам это? Нам это вообще не пригодится! У нас все бои воздушные или их вообще нет, – возмутилась я.

– На «Мираже» тебе это пригодилось, пусть для другого, но все же… И потом, надо меняться партнерами, – он кивнул на Майкла. – Ты его уже изучила и даже не напрягаешься, с Джейком придешь в тонус, как вчера, – взгляд Барта скользнул по моему лицу. – Никогда не знаешь, что нас ждет. Лучше быть готовыми и держать себя в форме.

Словом, так мы и коротали свободное время. На ковре, пытаясь побить друг друга.

* * *

Наконец, мы прибыли к месту назначения, и капитан вывел нас из гиперпространства.

– Мистер Вульф, – капитан посмотрел на физика.

Перед нами не было ничего. А должен был быть корабль. В идеале.

– Я подниму телескоп и осмотрюсь, – мистер Вульф не проявлял признаков беспокойства.

Нам оставалось только ждать. Неприятное ощущение внутри усиливалось.

– Морган, не действуй на нервы, – тихо сказал Майкл.

Я посмотрела на руку и бросила жетоны. Надо как-то избавляться от этой привычки.

– Может, вывести пару телескопов в пространство? – спросила я.

– Мистер Вульф осмотрится и все решит. Всем отдыхать, я дежурю.

Как всегда, когда мы приходим на место, капитан берет все дежурства на себя.

Ричард Белфорд собрал нас через восемь часов.

– Надеюсь, вы отдохнули, – сказал он и посмотрел на физика. – Мистер Вульф.

– В паре часов отсюда есть небольшая планетарная система, – в рубке привычно повисло голографическое изображение, – две планеты. Вторая – ледяная, первая располагается ближе к светилу. Первичный осмотр дает основание полагать наличие атмосферы…

– Мистер Вульф… – мягко сказал капитан.

– Сигнал корабля исходит оттуда.

Теперь наши взгляды были просто прикованы к маленькому шарику на довольно удаленной орбите. Там точно не жарко… Период обращения, ось наклона, состав атмосферы предполагает наличие кислорода и воды, пусть и в застывшем виде…

Все это прошло мимо меня. Они высадились на планету. Пусть и не там, куда летели, но они нашли. Неужели у них получилось, и весь этот дикий план колонизации был реализован?! Где мы вообще находимся?!

Я оглядела близлежащее пространство и, не увидев ничего знакомого, снова воззрилась на планету.

– …Мне еще предстоит установить принадлежность звезды к известным созвездиям. Не могу найти это светило ни в одном каталоге, – пробился в мое сознание голос мистера Вульфа, значит, не я одна не знаю, где мы находимся, – но можно начинать работать, пока я собираю остальную информацию.

– По местам, – скомандовал капитан, – подойдем ближе. Зависнем на орбите и дальше по протоколу.

– Мы нашли что-то новое? – успела спросить я, имея в виду маленькую солнечную систему.

– Возможно, – капитан, как всегда, был невероятно терпелив. – А теперь займите свое место!

– Да, сэр!

Мы без проблем подошли к планете и встали на ближнюю орбиту.

– У нее луна! – воскликнула я.

– Две, – Майкл показал на едва виднеющийся месяц из-за первой луны.

– Какая-то невзрачная планета. – Мы шли по орбите, принимая снимки с телескопа «Поллукса». – Ни воды, ни зелени… даже на экваторе… – я разглядывала совершенно фантастические пейзажи, появляющиеся на экранах в рубке.

Стылая каменистая поверхность. Снега нет, но местами видно зеркало льда. Недостаток света и тепла от самого солнца из-за сильной удаленности планеты и скудное тепло от ядра обуславливали совершенно дикий пейзаж. Еще одна темная планета…

– Кислорода очень мало… Воздух разрежен. Как на высокогорье, – Майкл следил за данными на экране. – Где корабль? – задал он мой вопрос.

– Вот, – капитан указал на очередной снимок.

Мы смотрели на корабль. Точнее, на его остов. Сильно потрепанный и пробитый в паре мест. Очевидно, что пробоины появились уже здесь. С корабля, судя по всему, было снято все – вплоть до солнечных батарей, все, что хоть как-то могло пригодиться.

– Где люди? – Барт нетерпеливо изучал снимки. – Не вижу ничего, что выбивалось бы из пейзажа…

– И не увидишь, – я увеличила один из снимков, – они в пещерах. Вот вывод вентиляции.

Барт присмотрелся.

– Похоже на то…

– Идите на шаттле и пускайте «птиц». После того, как соберем всю информацию, спустимся, – принял решение капитан.

– Да, сэр.

Мы полетели с Майклом.

Вид планеты завораживал.

– Я даже не понимаю, это день или ночь? – сказала я, разглядывая поверхность новой планеты. – Сильный шквалистый ветер, – я с усилием удерживала шаттл на курсе.

Майкл запускал «птиц».

– Сильный не то слово, – отозвался он, – не знаю, что здесь сейчас. Я прослушал, какой тут период обращения. Но, судя по удаленности от солнца, разница между днем и ночью небольшая… Готово! – Майкл выпустил последнюю «птицу».

– Все, покрыли весь квадрат, – доложила я, – идем домой.

– Принято, «Кастор», ждем.

Мы прошли сквозь довольно плотную атмосферу и вернулись на корабль.

Снимки с «птиц» уже вовсю поступали на экраны в рубке. Вся команда тщательно изучала каждое изображение – ни одно новое наблюдение не оставалось без внимания.

– Несколько выходов, – Джейк быстро скользнул рукой по изображению.

У него зоркий глаз.

– Еще здесь, с другой стороны гряды, но вот этими явно давно не пользовались – они завалены камнями.

Обвалы в горах были явлением частым, сейчас на наших глазах произошло целых три камнепада.

– Суровая планета, – Барт разглядывал двери и выходы шахт, – коррозия… Этот воздуховод не функционирует… Какое-то запустение…

Это было самым верным словом. Запустение.

– Вряд ли они живы, – озвучила я, наконец, мысль, которая не давала мне покоя.

– «Птицы» сканируют шахты, у нас есть план, – капитан смотрел на возникающую на наших глазах схему, на которой появлялись и достраивались новые сектора, переходы и выходы наружу.

– Какая-то активность фиксируется? – тихо спросил Барт.

– Что-то есть… Вот! – Патрик ткнул рукой в голограмму.

– Так, в шахтах кислород есть, но с примесями – аммиак, метан. Где-то есть утечка из недр, почему они ее не закрыли? – Ричард Белфорд задумчиво смотрел на завершенную схему. – Они освоили довольно большую площадь.

Мы тоже блуждали взглядом по голограмме. Капитан был прав. Распотрошив корабль, они обеспечили себе тепло и герметичность освоенных пещер. У них было все для того, чтобы перекрыть поступление нежелательных газов…

– Что это было? – взгляд Патрика был прикован к экрану с видеотрансляцией.

– Что? Где?

Мы повернулись к экрану.

– Вот! – Патрик указал на мелькнувшую тень.

– Чтоб меня, – Майкл подался вперед.

– Это животное… – Джейкоб не отрываясь смотрел на экран, – чуть больше крысы… Возможно, они привезли их с собой.

– На борту каждого корабля был определенный набор подопытных животных – от земноводных до кроликов, включая мышей и крыс. – «И людей», – додумала я, и меня передернуло помимо воли.

– Так, идем на планету. Двумя шаттлами. Полная амуниция. «Кастор» – Морган, мистер Флинт, Джейкоб, Макс Хейворд. «Джуниор» – Майкл, Ричард, Иосиф, Генри Хейворд. Морган, этот вход, – капитан указал рукой на схему, – Майкл, этот. Быть предельно внимательными. Вооружиться с учетом того, что там большая концентрация взрывоопасного газа. Реакторы корабля «лучат», несмотря на защиту в скафандрах, эти сектора лучше обойти стороной, – капитан обозначил местоположение реакторов.

– Да, капитан, – отозвались мы.

Патрик заметно скис.

– Патрик – управление «птицами», следить за всей поступающей информацией. Будешь их глазами и ушами, – капитан кивнул на место рядом с собой.

Патрик просиял в ответ и торжественно занял место справа от капитана. Обожаю этого парня, он не разучился радоваться таким мелочам! Но это для меня мелочи, а для него… Я благодарно кивнула капитану, и мы направились в ангары.

Собирались не спеша. Мы тщательно проверяли все: запасы дыхательной смеси в баллонах, все необходимое для экстренной помощи, датчики радиации, плюсом к информации с «птиц», они, конечно тоже замеряют, но общий фон, а нам будут необходимы замеры в определенных зонах. И весь возможный арсенал холодного оружия. Джейк бросил мне армейский нож в чехле.

– Возьми этот, легкий и хорошо сбалансирован.

Я должна была остаться в шаттле, но спасибо, конечно. Я машинально достала нож из чехла. Клинок был странным.

– Не вздумай проверить лезвие, – предупредил Джейк.

– Что это за материал? – мой палец скользил по гладкой поверхности, что-то знакомое, что-то до боли знакомое.

– Дерево, – усмехнулся Джейкоб, – очень крепкое дерево. Если там газ, малейшая искра и – пф! – Джейк изобразил руками взрыв.

Точно, ничего воспламеняющего – металл, чиркнув по камню, может вызвать искру. Я кивнула в знак благодарности и прибрала нож.

– Док, умеете с этим обращаться? – Джейкоб с сомнением посмотрел на Макса Хейворда, который разглядывал богатый арсенал на столе.

– Ну…

– Не отходите от меня, – велел Джейк и продолжил экипироваться.

– Хорошо, – пробормотал Макс и неуверенно пристегнул к себе один из ножей.

Он тщательно ревизовал два ящика с медикаментами, что-то добавляя, что-то выбрасывая. Наконец, удовлетворенно кивнув, он встал.

– Все, я готов.

– Несите все в шаттл, доктор, – Барт оглядел все, что приготовили они. – Так, парни, понесли все.

Я тоже прихватила часть груза и поднялась на борт. Пока они грузились, я протестировала и прогрела системы. Разместив груз, мы приступили к очередной длительной и мучительной процедуре – надо было влезть в скафандры. С новыми скафандрами, которыми обеспечил нас Майкл, сделать это быстро было просто невозможно. При первой же возможности надо будет «поблагодарить» его за это. Ничего нельзя поручить! С трудом втиснувшись с посторонней помощью в скафандры, мы поняли одно – теперь мы утратили процентов сорок подвижности и скорости самого движения. Чтоб тебя, Майкл! Должен был сделать такую малость!

Но времени на эмоции не было и пришлось довольствоваться тем, что мы имели. Группа заняла свои места на борту, Барт сел рядом со мной, и капитан выпустил нас с «Поллукса».

– Это не гонка, будьте предельно собранны и внимательны, – велел он нам напоследок.

– Да, капитан, – только и оставалось сказать мне.

Я увидела шаттл Майкла. Мы одновременно вошли в атмосферу и над поверхностью планеты разошлись по своим квадратам. Я аккуратно посадила шаттл на относительно ровную площадку недалеко от нужного нам входа.

– Расставь сигнальные огни и закройся, – велел мне Барт, и они покинули шаттл.

Пока они распределяли груз, я расставила сигналки и вернулась на борт еще до их ухода. Задраив шаттл изнутри, я испытала что-то близкое к облегчению. Все время, пока я находилась снаружи, я чувствовала, как волосы шевелятся у меня на затылке – настолько враждебен был окружающий нас мир.

Заняв свое кресло, я активировала принимающие экраны «птиц» и наладила связь с «Поллуксом». Команда подошла к двери.

– Коррозия. Ее давно не открывали, придется повозиться.

Жидкий азот сделал свое дело, и парни вошли внутрь. Темно. Включив мощные фонари на шлемах, наша маленькая разведывательная группа медленно двинулась вперед, оставляя реактор позади.

Первое помещение.

– Лаборатория… Все в запустении… Битые колбы… Пустые клетки… Джейкоб прав, возможно, это расплодились завезенные животные, – Барт тщательно осматривался вокруг. – Здесь давно никого не было…

Они вышли в коридор и направились к следующей двери.

– Похоже на палату… – Джейкоб отодвинул ширму, – родильный стол… Чтоб меня… Они совсем спятили?! – в голосе хорошо различимое отвращение, он медленно двигался дальше. – Камеры для новорожденных детей… Как они называются? Не важно… Здесь тоже давно никого не было… – Джейк огляделся вокруг, луч его фонаря выхватывал из темноты разные объекты. – Морган, что видишь на других экранах?

– «Птицы» в комнаты не попадают. При сканировании слабая активность метрах в двадцати от вас, не могу сказать точно, что это. Идите осторожно.

– Хорошо, – Джейк первым покинул больничное помещение.

За следующей дверью был жилой отсек: четыре кровати, расположенные ярусно, стол, шкаф. В шкафу какое-то ветхое тряпье, которое рассыпалось в руках. Барт невнятно выругался и машинально отряхнул руки.

Дальше была кухня, совмещенная со столовой. Металлические миски и кастрюли валялись на полу. Шкафы и холодильник стояли пустые нараспашку. Джейк оглядел печи, ничего не касаясь.

– Здесь давно не готовили…

Оглядевшись еще раз, все вышли в коридор.

– Движение впереди… В десяти метрах! – определив расстояние, предупредила я.

Парни выхватили ножи, док оказался в глубоком тылу.

– Медленно и бесшумно, – тихо сказала я, следя за их продвижением, – за поворотом… Сейчас!

Какая-то тень метнулась вглубь тоннеля с диким визгом.

– Твою мать! – я подскочила от неожиданности.

– Морган, кончай орать в уши! – Джейк потряс головой. – Что это было?! Ты успела рассмотреть?

– Нет, но я работаю с изображением, – я действительно вывела запись на один из экранов и пыталась максимально приблизить и почистить кадр с изображением. – Мне надо минут пять…

– Где оно сейчас? – спросил Барт.

Я тщательно изучила экраны.

– Вне поля зрения «птиц».

– Ладно, очищай картинку и следи за коридорами, – Барт дал знак двигаться вперед.

– Хорошо…

Я поручила дело очистки компьютеру, сама повернулась к экранам, управляя «птицами» и изучая данные, которые высыпали на экран.

– В этой зоне радиация выше нормы, – сообщила я.

Барт достал счетчик. У меня в ушах защелкало. Взглянув на цифры, Барт что-то пробормотал и показал данные Максу Хейворду. Тот тоже делал свои замеры и собирал различные пробы.

– Это что, детская?! – Барт огляделся, и я увидела мелькнувшие в луче света маленькие кроватки.

Зашибись… Я потерла лоб и потянулась за водой. Что-то мелькнуло на периферии поля зрения. Я даже не успела ничего сообразить, в следующий миг мой нож летит по траектории движения, до меня доносится визг, и я вижу кровь.

– Морган, это что было?! – Барт замер на месте, подняв руку, все настороженно смотрят на него.

Я сползла с кресла и осторожно подошла на безопасное расстояние к существу.

– Какая-то тварь, – сказала я, пытаясь понять, что передо мной.

– Большая? – Барт едва сдерживался, чтобы не броситься ко мне.

– Нет, идите дальше, все под контролем, – я смотрела на страшные острые зубы, торчащие из пасти. – Видимо, залезла, пока мы разгружались. Справитесь несколько минут без меня? Я обойду шаттл, у них такие зубы, что если они что-то перегрызут…

– Принято, иди, – Барт вроде бы немного успокоился.

– Нож возьми, – сказал Джейк.

– Без тебя разберусь, – огрызнулась я, соображая, во что сунуть еще живую тварь.

Нож пригвоздил ее к полу. Ничего себе дерево… Я машинально сообразила, что на этом участке под панелями нет ни проводки и никаких труб. У дока был большой пластиковый контейнер с крышкой на защелках. Я порылась в его запасах и с облегчением извлекла искомое. Аккуратно вынув нож из пола, но не из твари, я поднесла ее к краю контейнера и стряхнула свой трофей внутрь, захлопнув крышку. Животное бросилось на стенку и без сил упало на пол, продолжая терять кровь. Я брезгливо протерла нож тряпкой и выбросила ее в утилизатор. Мне предстояло осмотреть шаттл. Я в скафандре. Черт…

И все же я осмотрела его весь. Проверила все закоулки и укромные места, все воздуховоды и пустоты, добавив еще пару тушек к первой, и, обойдя все еще раз, я вернулась за пульт.

– Все, парни, я с вами, – сказала я по радио.

– Сколько их было? – спросил Барт.

– Три с первой вместе. Отвратительные твари.

– Мы тут видели парочку. Похожи на крыс, – Джейк повернулся, осветив темный грот. – Какого… – он пошел вглубь.

– Джейк, помедленнее, – осадил его Барт, но разглядел то же, что увидел Джейкоб. – Морган, ты видишь это?

Я почти припала к экрану.

– Это… кости? – спросила я, разглядывая картинку в пляшущем свете фонаря.

– Кости, – Джейк остановился, к нему подошли остальные. – Здесь кто-то ел? Вот этих?!

Барт присел на корточки, все так же ничего не касаясь, он давал мне рассмотреть и снять все, что видел сам.

– Следы зубов на костях… Их обгладывали, – Барт встал, в его руке сверкнул нож. – Фрэнсис, что видишь?

Я внимательно осмотрела коридоры, направляя «птиц».

– Десять метров от вас, дальше по коридору, не могу разглядеть…

– Что с картинкой?

Я перевела взгляд на компьютер.

– Еще пару минут, подождите.

Барт и Джейк обошли грот.

– Док пока собирает образцы, – отозвался Джейк, – говорит, что кости от разных видов.

– Господи, прости… – пробормотала я.

– И не говори, – согласился Барт.

– Нет, я… – я не знала, что сказать.

Я смотрела на картинку на экране компьютера.

– Матерь Божья, – прошептала я.

– Морган? Тебя не слышно! Фрэнсис? Фрэн?! – Барт настороженно прислушивался ко всему, что улавливал его наушник.

– Барт, передаю изображение на планшет, – только и смогла сказать я.

Безусловно, это был человек. Безумно уродливый, но человек. Лысая, сплюснутая в области висков голова, низкий лоб, глубоко посаженные, явно адаптированные к кромешной темноте пещеры глаза. Плоский нос, осклабленный рот с сильно развитыми клыками, тонкая короткая шея, бочкообразная грудная клетка с явно раздутыми легкими, длинные руки, короткие полусогнутые ноги.

– Господи, что это?.. – раздалось у меня в ушах.

Меня замутило, и я помчалась в туалет. Едва отдышавшись, я умылась и вернулась назад, не глядя выключив компьютер и убрав жуткую картину, которая и так навечно отпечаталась у меня в мозгу.

Парни пришли в себя от увиденного. Переслали картинку группе Майкла.

– Морган, что в коридорах? – терпеливо спросил Барт.

– По-прежнему в десяти метрах от вас, – я настроила одну из «птиц» на параметры человеческого тела, – учащенное сердцебиение, дыхание тяжелое, прерывистое… у него длинные руки, осторожно… – Я смотрела, как группа движется по коридору. – Притушите свет – он привык к темноте…

Я видела, как они прикрутили фонари, оставив рассеянное свечение.

– Сейчас… Перед вами!

– Есть, не кричи, – тихо сказал Барт.

Они втроем встали перед существом в углу. Язык не поворачивался называть его человеком. Оно не убегало, переводя взгляд с одного на другого.

– Макс, пересылаю тебе его данные, – я отправила доктору все, что мне пришло от «птицы», – у нас только анализов нет.

– Спасибо, – отозвался Макс.

Существо нерешительно двинулось по коридору, оглядываясь и останавливаясь, чтобы убедиться, что пришельцы следуют за ним.

– Плохо дело, – сказал Макс.

– Что такое? – спросила я, как завороженная следя за происходящим.

– Похоже, он умирает… Правда, мне не на что опереться, я не знаю его метаболизм…

Они вошли в неосвоенную часть пещеры, здесь не было никакого оснащения. Существо проковыляло в дальнюю часть пещеры, где у стены лежала непонятная груда. Барт осторожно подошел ближе.

– Здесь два тела… – сказал он.

Существо устроилось под бок одного из тел.

– Его… родители? – спросила я севшим голосом.

– Похоже.

Барт присел на корточки возле несчастного. Он тяжело дышал, даже я слышала хрипы, вырывающиеся у него из груди с каждым вдохом и выдохом. Барт коснулся его влажного лба, он открыл глаза, и в них была такая боль, что я застыла.

– Он умирает, – тихо повторил Макс, присев рядом и следя за жизненными показателями.

Барт решительно расстегнул перчатку скафандра.

– Барт…

– Морган.

Он снял перчатку и вложил свою руку в грязную ладонь существа. Его пальцы слабо сжали теплую ладонь пришельца. Барт открыл стекло скафандра, и несчастный жадно вгляделся в лицо человека. Что-то мелькнуло в его глазах, словно остатки разума озарило давно утраченным воспоминанием. Рот дернулся в жуткой счастливой улыбке, и глаза его закрылись. Последний хрип вырвался из его груди, и слабые бледные пальцы выпустили ладонь.

Барт сидел не шевелясь. Все молчали.

– Барт, газ… – прошептала я, глотая слезы.

Он медленно опустил стекло скафандра и встал.

– Еще активность есть? – хрипло спросил он.

Я с бешеной скоростью пробежала пальцами по клавиатуре, запрашивая «птиц» по заданным параметрам.

– Нет, – ответила я.

– Оставим его здесь, – сказал Барт, и никто не посмел возразить.

– Надо накрыть, – Джейк нагнулся и поднял камень.

За полчаса они погребли под камнями всю семью.

– Мы должны закончить осмотр, – тихо сказал Джейк, когда они не сговариваясь замерли возле свежей могилы в минуте молчания.

– Да, – Барт включил фонарь на полный и направился назад, в те помещения, которые они пропустили, следуя за последним выжившим в этом аду.

Они нашли остальных. Тела просто складывали друг на друга. Возраст не установить – они все были объедены крысами или им подобным мутантами. Их кости были сильно искривлены и деформированы. Это было очевидно даже для меня. Макс делал снимки, брал пробы и хранил мрачное молчание. Говорить не хотелось.

Выйдя в коридор, Барт сверился с картой.

– Морган, мы закончили. Возвращаемся.

– Принято, жду.

Я откинулась на спинку кресла. Черт… Я еще не скоро отойду от этого. Я потерла глаза. Я знала, что будет тяжело, но чтобы настолько… Надо взять себя в руки.

К возвращению парней мне удалось справиться с собой.

– Где твои трофеи? – сразу спросил Барт.

Я кивнула на контейнер.

– Жуть какая, – Джейк поднял контейнер и внимательно осмотрел животных. – Это ножом? – он с сомнением взглянул на меня, я кивнула. – Ничего себе… С их скоростью…

– Надо бы еще раз все осмотреть, – сказала я, – чтобы на «Поллукс» ничего не притащить.

Мы еще раз облазили весь корабль, проверяя провода и все выходы систем.

– Похоже, ты нашла всех, – Барт выбрался из машинного отделения, – на «Поллуксе» поставим его в карантин. Поехали домой.

– Поехали, – эхом отозвалась я и отправилась в рубку.

– Всем занять свои места и пристегнуться, – скомандовала я.

Джейк и Макс легли на койки и пристегнулись.

– Отлично, – я запустила и продула системы, что-то вылетело из турбины.

Я погоняла все несколько минут – все работало как часы.

– Полетели. – Шаттл оторвался от поверхности мрачной планеты.

Набрав высоту, я направилась прямо к «Поллуксу». Прорвавшись сквозь атмосферу, я перевела шаттл в обычный режим и связалась с Майклом.

– Мы тоже взлетаем, – отозвался тот.

– Продуй системы, у нас были гости, – сказала я.

– У нас тоже! Таких красавцев везу!

– Живых? – с ужасом спросила я.

– Я что, спятил тащить такое на «Поллукс»?! Я еще домой хочу попасть! Нет, дохлые.

– По прибытии поставь шаттл в карантин, – сказала я без тени улыбки.

– Хорошо. Морган, у вас там все в порядке? Ну и жуть вы нам прислали…

Я посмотрела на Барта. Тот покачал головой.

– В порядке, до встречи на «Поллуксе», – я отключила радио.

Хотелось побыть в тишине. Я протянула руку и сжала ладонь Барта, он благодарно сжал мои пальцы в ответ. У него был взгляд раненого животного. Он тоже нескоро оправится.

По прибытии на корабль мы поставили шаттл в ангаре в режим карантина. Все открыли, продули и промыли все системы, омыли шаттл снаружи, как полагается при выходе из радиоактивной зоны. Покинув ангар, полностью выкачали из него кислород и отключили тепло.

Пройдя самую тщательную санобработку, мы пришли на мостик. Капитан пригласил нас в переговорную, где мы и расположились в ожидании группы Майкла. Патрик смотрел на нас круглыми глазами. Конечно, они видели всё. Им поступала съемка от обеих групп. Я видела, что мой брат все порывается что-то спросить, но я покачала головой – говорить не было сил. Хотелось выть. Хотелось своими руками порвать того, кто обрек людей на такое существование и на такую смерть…

Прибыл Майкл со своей группой.

– Шаттл обработали? – мрачно спросила я.

– Все по протоколу, – Майкл пристально вглядывался в мое лицо. – Морган, что стряслось?

Я хотела сказать: «Ничего», – но мои губы задрожали, и я, отведя взгляд, закрыла рот рукой.

– Барт?.. Джейк?..

– Потерпи, Майкл, – тихо сказал Джейк.

Иосиф пристально смотрел на Барта.

Пришел мистер Вульф. Капитан обвел взглядом команду «Поллукса» и включил видеозапись нашей группы. К концу Патрик уткнулся лицом в ладони, его плечи подрагивали. Я обняла младшего брата, и он крепко вжался в меня, словно хотел убежать от всего этого. Я смотрела сухими глазами поверх его макушки на Барта и остальных. Я проревелась на шаттле. Отключила рацию на пять минут и проревелась так, как, пожалуй, никогда в жизни не ревела. Барт сидел, сцепив руки в замок.

– Господи… – прошептал Майкл и перевел взгляд на нас.

Капитан остановил запись на моменте, когда группа двинулась к шаттлу.

– Мистер Вульф, я могу быть уверен, что координаты этой системы никогда не появятся ни в одном каталоге? – сухо спросил капитан ошарашенного физика.

– Да, сэр, – он снял и начал вытирать влажные очки.

– Вы уничтожили все маяки? – спросил капитан нашу группу.

– Да, сэр, – отозвался Барт.

– Надо уничтожить остов корабля, – сказал капитан.

– Я отбомблю его с «Черной смерти», – поднял голову едва успокоившийся Патрик.

– Уничтожишь все видимые входы, вентиляционные шахты и реакторы.

– Слушаюсь, сэр, – Патрик вскочил.

Майкл поднялся следом.

– Я с тобой. Сходим двойкой, чтобы дважды не летать.

Капитан кивнул, и они вышли. Джордж вышел с ними, чтобы снарядить и выпустить их с корабля.

– Записи в бортовом журнале уничтожить, – продолжил капитан.

– Копию снять для досье на Корпорацию? – спросила я.

– Безусловно. Продублировать все материалы и разослать по закрытым каналам контактным лицам, – капитан сохранял удивительное хладнокровие.

Барт кивнул. Это было задание ему – документы следовало отправить сэру Энтони и сэру Финли.

– «Армагеддону» сообщу, что мы ничего не нашли, – капитан обвел нас взглядом, и все кивнули.

– Сделать в бортовом журнале соответствующую запись, – капитан посмотрел на меня.

– Да, сэр. «Корабль в предполагаемых координатах не обнаружен, визуальный и радиопоиск оказались безрезультатны. Корабль «Новый горизонт» считать без вести пропавшим», – озвучила я текст будущей записи.

– Все верно, идите.

Я покинула зал для совещаний. Предстояло скопировать, а затем зачистить все аудио- и видеозаписи из рубки. Барт нагнал меня в коридоре и обнял. Я уткнулась в него и сказала тихо:

– На секунду я испугалась, что он прокусит тебе руку…

– Я тоже, – услышала я, – но в какой-то момент я понял, что это всего лишь напуганный ребенок.

Я чуть отстранилась и посмотрела на него, ожидая пояснений.

– Док не уверен, но думает, что ему было лет восемь, – глухо сказал Барт.

– Ой, господи, – у меня снова перехватило дыхание, – хорошо, что с ним был ты…

– Док велел мне прийти в медотсек, надо почиститься: я надышался газом, – он смотрел мне в глаза и приглаживал мои волосы, машинально стараясь меня успокоить. – Я полежу у него, а Иосиф поможет тебе с системой, хорошо?

Работы предстояло много.

– Хорошо, – кивнула я.

– Я отлежусь у дока и приду к тебе. Ты к тому времени успокоишься, и мы позвоним детям, ладно? – с тихим отчаянием спросил он.

– Обязательно, – кивнула я, – а если они спят, посмотрим на них спящих.

Барт остановился и крепко обнял меня.

– Спасибо, что вывела меня из ступора, – сказал он тихо, – я там просто застыл…

Я снова уткнулась в него. Это тебе спасибо… Мы постояли так пару минут и разошлись. Иосиф возник в рубке сразу за мной, безмолвно сел в капитанское кресло и вошел в систему корабля, предоставив мне возможность отредактировать записи бортового журнала.

Через обзорный экран мы могли видеть два ядерных гриба над темной планетой – это Майкл и Патрик рванули реакторы. К своему удивлению, я ничего не почувствовала.

* * *

– Мистер Вульф, у нас есть координаты? – голос капитана звучал буднично спокойно.

– Да, сэр, – физик перебросил координаты капитану на экран.

– Всем занять свои места, приготовиться к маневру.

Мы давно были на своих местах. Всем не терпелось убраться отсюда. От еще одного темного и зловещего мира.

Капитан бросил последний взгляд на погруженную во мрак планету, и посыпались дежурные команды. Мы совершили маневр, вышли на позицию и вошли в гиперпространство.

Первая смена была наша с Бартом. После заполнения журнала и всех штатных проверок систем я, прихватив портативный пульт, пошла выпить кофе. В столовой я увидела Генри Хейворда.

– Привет, – сказала я, наливая кофе, – жутко выглядишь. Тебе бы поспать.

– Какой тут сон? Мы не знаем, за что хвататься, – Генри быстро доел, даже не знаю, что это у него было: завтрак, ужин или обед. – Пойду, Макса отпущу перекусить.

– Что-то уже есть? – спросила я вдогонку.

– Есть, – лицо Генри Хейворда помрачнело, – потом все расскажем, когда будет вся картина.

– Хорошо, – мне оставалось только согласиться.

Пришел Барт.

– Ты всегда словно чувствуешь, что я здесь, – сказала я.

– Ты ходишь пить кофе в одно и то же время, – усмехнулся Барт и достал себе готовый сэндвич с индейкой, через пару минут он сидел напротив меня. – Морган, Майкл прав, мы так скоро растолстеем – очень вкусно, – он с удовольствием отпил кофе. – Прекрасно!

– Как ты так можешь? – искренне удивилась я. – Мы только что через такое прошли, я не знаю, что в себя запихнуть – аппетита нет, а ты умудряешься получать удовольствие даже от поедания сэндвича!

– Вкусного сэндвича, – Барт рассмотрел начинку, – там ведь и впрямь мясо! Как им это удалось?

Это я их заставила. Сказала, что, если мне представят хотя бы еще одну пастообразную массу, они будут есть эту дрянь до конца своих дней в весьма комфортных условиях одиночных камер. Да, сурово. А что делать? Зато это подстегнуло их фантазию, и они нашли способ консервации, исключающий какие-либо элементы таблицы Менделеева, а все продукты были натуральными.

Я смотрела на Барта. Меня поражала его способность защищаться. Защищаться эмоционально – там был просто железный занавес. Я так не умела. Он видел, что я жду ответ, и заговорил.

– Если я буду так расходовать свои резервы на все, что происходит с нами, я сгорю раньше времени. А я хочу увидеть детей взрослыми, увидеть их детей. И отдать им всего себя. Значит, от меня должно еще что-то остаться. Я отдам им часть того, что мы пережили – я научу их ценить жизнь во всех ее проявлениях. Я, надеюсь, что когда-нибудь, где-нибудь они тоже протянут руку тому, кто будет в ней нуждаться.

Какой высокий слог, подумала я. Но он действительно так думал, и я знала, что он сделает все, чтобы воплотить все в реальность.

– Это здорово, им повезло, что у них такой отец, – я скользила взглядом по его лицу.

– С тобой им тоже повезло, – Барт допил кофе и задумчиво смотрел на меня.

Он знал мой пунктик по этому поводу. Меня все время рвало пополам – часть меня хотела остаться дома, другая часть стремилась в космос, и не было между ними компромисса. Другие мамы могли брать своих детей на работу, у меня такой вариант категорически исключался.

– Они счастливы. Они любимы и обласканы всеми, – Барт улыбнулся своей неповторимой улыбкой, которая всегда появлялась у него, когда он говорил о детях, – они никогда не будут так одиноки, как тот несчастный, – тихо добавил он.

Значит, у него тоже были такие мысли. Поэтому он не побоялся взять бедного ребенка за руку – в нем жила надежда, что кто-то где-то когда-нибудь протянет руку нашему ребенку. Мы не всегда будем рядом и не сможем защитить их от всего, как бы нам этого ни хотелось. Неизвестность и неопределенность будущего детей – это кошмар всех родителей. Поэтому оставалось только закладывать вот такими кирпичиками фундамент их самостоятельной жизни и надеяться, что Судьба будет к ним благосклонна… Ох, куда меня занесло! Так, встряхнуться и на дежурство.

Я налила еще кофе и, махнув Барту, пошла в рубку.

* * *

Всем надо было стряхнуть с себя это тягостное ощущение чужого отчаяния и одиночества, и поэтому тренировались с каким-то особым остервенением.

Иосиф раз за разом ставил меня с Джейком. И тот ни на секунду не давал мне расслабиться. Барт был прав – я привыкла к Майклу. Тот даже умудрялся давать мне секундные передышки, Джейк же был неумолим.

– Ты меня прикончить решил? – вырвалось у меня как-то раз.

– Была такая мысль, – усмехнулся он, пытаясь достать меня левой.

Я уклонилась и нанесла удар правой в челюсть, затем тут же левой по корпусу и отступила, уклоняясь от серии ударов.

– Чем я тебе так насолила? – спросила я, поднырнув под его руку и сделав захват.

– Фактом своего существования, – он ловко вывернулся и швырнул меня на маты, я тут же вскочила.

Как он это сделал?!

– Как ты это сделал? – спросила я.

– Иди сюда, – Джейк махнул рукой.

Он дал мне захватить его так же, как я только что сделала, и медленно повторил свой маневр. Я снова на полу. Круто.

– Дай я попробую, – я снова вскочила.

– Ты меня не перебросишь, – покачал головой Джейк.

– Как тогда? – не унималась я.

– Можно с подсечкой попробовать, – он задумался на секунду. – Ну да, иди сюда.

Снова захват, маневр освобождения и подсечка. Я снова на полу.

– Поняла, – я вскочила, – давай.

Он захватил меня сзади, я прокрутилась в его железной хватке как уж, и после молниеносной подсечки он лежал на матах.

– Отлично, теперь в динамике. – Он пружинисто подскочил и обрушился на меня с серией ударов, я едва успеваю уклоняться и отвечать, захват и новый маневр с подсечкой – Джейкоб на полу.

– Молодец, – он снова на ногах, – устала?

– Нет пока, – я смахнула пот и снова подняла руки.

– Ладно, я устал, давай отдохнем, – он пошел к воде.

Барт одобрительно улыбнулся мне с соседнего квадрата для поединков, где он уже загонял моего второго брата.

Я тоже выпила воды и заметила Патрика на скамейках.

– А почему Патрик сидит? – спросила я, и мы с Джейкобом, переглянувшись, воззрились на нашего младшего брата.

Тот тут же встал, надеясь вовремя исчезнуть. Не успел.

– Патрик, – Джейк махнул рукой.

– Я не в форме, – Патрик посмотрел на свою форму пилота.

– Мы подождем, – голос Джейка звучал непривычно мягко.

Патрик тяжело вздохнул и побрел переодеваться. Он не любил драться. Как и я сначала. Пока не поняла, что это необходимо.

Он стоял перед Джейкобом, длинный и все еще немного нескладный.

– Морган, – Джейкоб кивнул мне на ковер.

– Я не смогу его ударить, – честно сказала я.

– Ладно, – Джейк занял место напротив Патрика, – старшие всегда лупят младших, верно?

Патрик бросил на меня быстрый взгляд и тоже поднял руки. Я приготовилась прервать бой сразу, как только Джейк начнет напирать. Оказалось, что не любить драться и не уметь – это разные вещи. Патрик легко гарцевал по ковру вокруг Джейка. Тот устал после боя со мной, но держался прекрасно. Через пять минут я уже просто опустилась на скамейку и смотрела на них – Патрик в моей защите явно не нуждался. На его лице даже появилась незнакомая мне ранее чуть снисходительная улыбка. А вот это ты, парень, зря, он заманивает тебя, притупляет твою бдительность, сейчас ты огребешь… Да! Серия мощных ударов, и Патрик загнан в угол. Джейкоб остановился сам, я даже не дернулась. Патрик должен был получить этот урок, это было очевидно даже для меня.

– Никогда не недооценивай противника, – Джейкоб хлопнул младшего брата по плечу. – Молодец. В душ!

Патрик вытер кровь с разбитой губы и побрел в душ. Похвала Джейка его взбодрила, но он реально устал.

– Быстро ты его вымотал, – сказала я Джейку, когда тот подошел к воде и взял полотенце.

– Это он меня загонял, скакал вокруг как заведенный, – Джейк жадно осушил бутылку, – но молодец. Гонор сбить и в самый раз, – Джейкоб перевел взгляд на Барта с Майклом. – Вот ему я не завидую, – он усмехнулся.

– Это точно, – отозвалась я.

Долго они. Майкл уже с ног валится.

– Ладно, стоп, – Барт остановил бой, – на сегодня хватит.

– Слава богу, – пробормотал Майкл и поплелся пить.

– Здорово он тебя, – Джейк открыл и протянул ему бутылку.

Майкл жадно припал к горлышку.

– Я сейчас прямо здесь рухну и больше не встану, – пробормотал он.

– Не дури, пошли в душ давай, – Джейк шутливо подхватил Майкла под руку и увел из зала.

– За что ты его так? – смеясь спросила я Барта, подавая ему воду.

– Расслабился с тобой совсем, Иосиф прав, – Барт вытер лицо полотенцем, – надо привести его в тонус.

– Не переусердствуй, – тут же отреагировала я.

– Твой материнский инстинкт неизбывен, – засмеялся Барт, – я даже сначала боялся, что у тебя откроется второе дыхание и ты сама вцепишься в Джейка, когда он насел на Патрика.

Я на секунду замялась – ну да, был такой порыв. Сначала.

– Парень должен учиться, – вздохнула я, и Барт снова засмеялся.

– Пойдем, мать-наседка, скоро наше дежурство.

Точно. Я не заставила себя ждать.

* * *

Во время нашего перекуса я совершенно неожиданно застала в столовой Джейкоба.

– Не спится? – спросила я его, наливая себе кофе.

– Есть захотелось, – коротко ответил Джейк.

– Привет, – Барта не удивило присутствие еще одного человека в столовой.

– Морган, капитан не сказал, куда летим, – Джейк смотрел на меня, явно ожидая ответа.

– Не сказал, – кивнул Барт, тоже дожидаясь, что я скажу, у распахнутого холодильника.

Ну да, не сказал. Но я потрясла мистера Вульфа и все выяснила, не люблю лететь туда, не знаю куда.

– Пересечем созвездие Девы, идем к Деве Эпсилон, – сказала я и кивнула Барту: – Холодильник закрой.

Тот кивнул и, достав сэндвич, захлопнул дверцу.

– А что там? – не унимался Джейк.

– Конкретно там может быть корабль, – в тон ему ответила я, продолжая нагонять туману.

– Морган, куда послали этот корабль? – Барт сел за стол.

– К Галактике Мэлина-один. Объект глубокого космоса, крупнейшая спиральная галактика.

– А это?.. – Джейкоб перестал жевать.

– За пределами нашей галактики Млечный Путь[1]. Мэлина-один была открыта в 1986 году Дэвидом Мэлином. Она в шесть с половиной раз больше нашей, расположена от нас дальше, чем на один миллиард световых лет, – выдала я короткую справку.

– А они оптимисты, – хмыкнул Джейк и добавил: – Были. На таком корыте за пределы Галактики, – и он снова принялся жевать.

Барт смотрел на меня настороженно.

– Мы ведь не полетим туда? – спросил он осторожно.

– Нет. Они не успели выйти за пределы нашей Галактики, будем ловить их в окрестностях Девы Эпсилон, – успокоила я его.

Было страшно покидать свою Галактику. Неизвестно, как работают тоннели за ее пределами. Применимы ли там законы, действующие в нашей Галактике? А если там другие свойства пространства, времени и вещества? Удастся ли вернуться оттуда тем же путем? Да и внутри нашей Галактики полно еще неисследованных галактик в разных созвездиях, не говоря уже об экзопланетах и прочих чудесах.

– Запустим там зонд? – так же тихо спросил Барт.

– С самого края Галактики, – кивнула я.

Барт заметно успокоился и начал есть.

– Морган, эта штука с грибами и мясом – это что-то, с прежней бурдой не сравнить, – Джейкоб выбросил пустой контейнер.

– Я рада, что тебе понравилось, – сказала я без тени улыбки.

– Говоришь, армия тоже стала вам все это заказывать? – спросил он.

– И частные военные компании, – кивнула я.

– Отлично, – Джейкоб одним глотком допил кофе. – Я – спать. Пока!

– Пока! – ответили мы вразнобой.

Джейкоб ушел.

– Железное здоровье – после кофе спать, – покачал головой Барт.

– Я первые два часа тоже вырубаюсь, – призналась я.

– Стало быть, семейное, – усмехнулся Барт.

– Наверное, – легко согласилась я.

Мы перекусили и вернулись на дежурство.

* * *

Переход был довольно долгим. Мы коротали свободное время в спортзале, восстанавливая старые навыки и нарабатывая новые.

Наконец, настал момент, когда система подала долгожданный сигнал. Капитан занял свое место, и посыпались давно знакомые команды и хорошо знакомые ощущения.

Наконец, мы вышли в переделах видимости Девы Эпсилон. С труднопроизносимым названием Виндемиатрикс. Я разглядывала пространство. Где-то там край Галактики…

– Капитан, у нас есть задания в этом секторе? – вышла я из задумчивости.

– Все как обычно: зонд и телескоп. Надо будет запустить все это с границы Млечного Пути в глубокий космос.

Мы с Майклом переглянулись.

– Сейчас? – пытаясь скрыть нетерпение, спросила я.

– Мистер Вульф осмотрится, и полетите, – остудил наш запал капитан. – Отправляйтесь спать, пока есть возможность.

Мы подчинились. Как только информация об окружающем пространстве была собрана, нас вызвали на мостик.

– Итак, здесь нам надо отправить зонд в глубокий космос. Запрограммируйте конечной целью Мэлин-один. Аппарат с телескопом должен быть направлен к Волосам Вероники. Это всё.

– Можно мы полетим одним шаттлом, сэр? – неожиданно для меня спросил Майкл.

– Да, отправляйтесь по готовности, – невозмутимо кивнул капитан, и мы отправились к ангару «Кастора».

Для начала надо было вывести отсек из состояния карантина. Я открыла и выдвинула панель с экраном у входа в ангар.

– Ну, поехали, – я активировала подачу кислорода и тепла. – Всё, процесс пошел, а нам надо забрать скафандры из санационных камер.

Мы принесли скафандры, затем притащили технику, предназначенную к запуску. Наконец, получив допуск в ангар, мы вызвали механиков и начали подготовку шаттла к полету. Джордж безмолвно бросил в утилизатор еще пару мертвых животных.

– Генри так и не сказал, кто это? – спросил Барт, подгоняя трап к шаттлу.

– Крысы мутировали, – озвучила я очевидное, затаскивая на борт оборудование. – Майкл, давай сразу наш зонд прихватим, чтобы дважды не летать.

– Давай, – кивнул мой брат.

Почему он захотел лететь со мной? Это значило, что Барт останется на борту «Поллукса». С чего это он вообще такой покладистый и не спорит со мной по каждому поводу? Что с ним творится? Он какой-то не такой… После той планеты еще не оправился или с Карен что-то? Или, не дай бог, с дочкой?..

Мы вдвоем приволокли наш многофункциональный зонд от «Морган индастриз». Я усмехнулась. Космические агентства поручали нам довольно неплохую технику, но до этого им было далеко!

– В пятый давай, он большой, – мы загрузили зонд во внешний шлюз для сброса аппаратов.

– Ну, все? – я огляделась вокруг.

– Только скафандры, – кивнул Барт.

Они с Джорджем проверили, пока мы загружались, шаттл и все его системы.

Джордж по умолчанию экипировал Майкла, Барт меня. Он спокойно воспринял желание Майкла лететь со мной.

– Аккуратно там, – только и сказал он мне.

– Есть, сэр, – козырнула я ему, засмеялась и, неуклюже обняв его, будучи в скафандре, поднялась на борт шаттла.

– Мостик, вызывает «Кастор», проверка систем, – я начала рутинную проверку.

Майкл занял место рядом, Барт отогнал трап, и я закрыла дверь шаттла.

– Вылет разрешаю, – раздалось наконец в ушах.

Барт и Джордж давно покинули ангар и закрыли двери отсека.

Капитан открыл внешний шлюз, и мы вылетели, наконец, в космос. Эпсилон Девы холодно мерцала вдали. Мы огляделись вокруг.

– Корабля не видно, следуем на заданные координаты для запуска аппаратов, – доложила я и, отключив рацию, повернулась к брату. – Что с тобой? – прямо спросила я, никогда не любила ходить вокруг да около.

– Не знаю, – Майкл пожал плечами и рассеянно огляделся вокруг.

– Барт тебя загонял? – осторожно спросила я.

Майкл помотал головой.

– Что-то с Карен или детьми? – я встревожилась не на шутку.

Он снова покачал головой.

– Майкл, что происходит?! – не выдержала я.

– Смешно, но мне тебя не хватает, – сказал он тихо, серьезно глядя мне в глаза.

– Чего? – переспросила я ошарашенно.

– Ты все время теперь проводишь с Джейком, а ведь вы едва терпите друг друга!

– Ты сам каждую свободную минуту несешься, чтобы поговорить с Карен! И я тебя не упрекаю, я, наоборот, рада, что ты наконец нашел женщину, которая способна вызвать у тебя такие чувства…

– Я скучаю по тебе! – почти зло перебил он меня. – Я не думал, что такое вообще возможно! С первой нашей встречи я был готов придушить тебя при первой же возможности! Я должен был защищать тебя, страховать, заботиться… Это раздражало, ты не давала мне жить, у меня не оставалось времени ни на что! Когда появился Барт, я выдохнул – теперь все заботы легли на его плечи. У меня появилась Карен. Но… Мне тебя не хватает, – похоже, он был сам удивлен.

– Я тоже скучаю, – призналась я, – раньше ты был почти в полном моем распоряжении и был рядом по первому зову. Как мы летали парой… – Все наши сумасшедшие гонки мелькнули перед моим внутренним взором. – Давай уговорим потом капитана выпустить нас двойкой. Без механиков. Мне этого не хватает… Я привыкла, что ты всегда меня страхуешь, ты приучил меня к этому…

Он крепко сжал мою руку.

– Обязательно, – он улыбнулся своей лукавой улыбкой.

– Ах ты ж!.. – я рванулась к нему с кулаками, но ремни безопасности меня не пустили. – Ну, ты и… – я подбирала слово, потом чертыхнулась и махнула рукой.

Провел меня как ребенка! Надавил на жалость, чтобы я вытрясла из капитана разрешение на полет двойкой! Капитан иногда делал мне поблажки после каких-то сложных заданий – позволял выпустить пар.

Майкл довольно хохотал. Он фактически повторил на мне мой же прием. Ну, погоди, я тебе еще отомщу. Когда ты будешь меньше всего ждать…

– Строишь коварный план мщения? – весело спросил он.

– Хоть слово из того, что ты сказал, было правдой? – гневно спросила я, пытаясь сдержать прорывающуюся улыбку.

– Все чистая правда! – вытаращил глаза мой брат. – Ты не выносишь Джейка и любишь меня, – закивал он.

Я ухитрилась дотянуться и треснуть его по плечу. Он охнул.

Мы подошли к месту пуска аппаратов.

– Запускаем зонд, – скомандовала я.

– Зонд активирован, – пальцы Майкла летали по клавиатуре, – есть пуск!

Мы проследили взглядом плывущий в пространстве аппарат и отправили телескоп. Оба аппарата удалялись от шаттла.

– Так, а наш вот отсюда. С самой крайней точки, мистер Вульф дал координаты, – я вывела координаты на экран, и мы легли на курс.

– Сопротивление нарастает, – подал голос Майкл.

Мы подходили к краю Галактики.

– Морган, давай-ка тормозить, нас уже неслабо трясет. Запустим отсюда, – Майкл напряженно смотрел на показатели на приборной панели.

– Сопротивление мощное, – подтвердила я, гравитационное поле Галактики тормозило наше продвижение. – Я читала, что раньше аппараты тормозили, покидая солнечную систему – гравитационные поля ощутимо замедляли их ход.

– Я рад этим совершенно бесполезным знаниям, тормози, всё! Двигатели на пределе! Если они «сорвутся», мало не покажется никому.

– Ладно, – нехотя согласилась я и легла в дрейф, нас начало тянуть назад.

Круто…

– Зафиксируй это как-то, надо мистеру Вульфу показать, – сказала я, держа руки над штурвалом.

– Это ты нас как-то зафиксируй, надо зонд запускать, – проворчал Майкл, активируя зонд.

Мне удалось относительно застабилизировать положение шаттла, и Майкл запустил зонд.

– Всё, идем домой, не по себе мне тут, – Майкл задраил шлюз, и я развернула шаттл к «Поллуксу».

Едва мы прибыли, нам сообщили, что нашли последний корабль. «Рубикон». Как символично. Они должны были миновать границу нашей Галактики, и пути назад у них не было.

До корабля было два часа хода. Мы заняли свои места, развернули «Поллукс» и легли на курс.

– Всем отдыхать, я дежурю, – капитан перевел управление на себя и буквально выгнал нас из рубки.

Я не спорила. Неизвестно, что нас ждет по прибытии к цели. Надо отдохнуть.

* * *

Я проснулась за пять минут до будильника. И успела не только привести себя в порядок, но и выпить кофе и захватила еще кофе и сэндвич капитану.

Тот благодарно кивнул.

– Корабль в зоне видимости. Мистер Вульф?

– Можем подойти ближе, – кивнул физик.

– Сбавить обороты, – скомандовал капитан, – на самом малом вперед.

Мы аккуратно вели корабль.

– Стоп, лечь в дрейф. Поднять телескоп. Морган, Майкл, готовьте шаттлы – запустим «птиц».

Капитан не выпустил нас с «Поллукса», пока не удостоверился, что пространство вокруг безопасно.

– Близко не подходить, сбросить «птиц» и назад, – капитан Белфорд не уставал повторять нам каждый раз одно и то же.

– Есть, – нам не терпелось вылететь с корабля.

Иосиф помог нам облачиться в скафандры.

– Майк, ты эти скафандры сам-то мерил или так, по рисунку, согласился? – пыхтя спросила я.

И раньше-то упаковаться было делом непростым, а сейчас без посторонней помощи было просто не обойтись.

– Ты не нашла другого времени для этой дискуссии? – спросил мой брат.

– Не нашла, – кивнула я, благо шлема на мне не было.

Майкл что-то пробурчал невнятное в ответ, и мы разошлись по ангарам.

– Чего ты к нему цепляешься? – спросил меня Барт, когда мы поднялись на борт «Кастора».

– Да потому, что действительно неудобно! Все надо делать самой, – я села в свое кресло и активировала панель управления, решив по возвращении на Землю заняться еще и этим – скафандрами.

– Зато вон сколько степеней защиты, – Барт занял свое место, – все сегментировано, как ты и хотела. Да, подвижность страдает, но радиацию и давление держит…

– Я в нем неповоротлива, как плюшевый медведь! – не сдавалась я. – Запустить двигатели! – привычно скомандовала я, прервав беседу. – Протестировать системы!

Мы провели все штатные проверки, и капитан выпустил нас с корабля.

Медленно мы приближались к нашей находке. Торопиться не хотелось.

– Запускай «птиц», – скомандовала я, когда мы подошли на достаточное расстояние.

Барт сбросил «птиц» и активировал планшет.

– Выглядит целым… – его голос звучал удивленно, – пара царапин по корпусу, скорее всего, по касательной… Батареи целы, функционируют…

– Почему двигатели молчат? – не выдержала я.

– Вот – пробой топливной системы, но остальное все в норме…. – Барт перелистывал поступающие изображения.

– «Джуниор», у нас пробой топливной системы, что у вас? – тут же связалась я с Майклом, который находился с другой стороны корабля.

– Левый двигатель в хлам, – отозвался он, – батареи работают.

– Принято, – я переключила частоту: – Капитан, можно «покрутиться» для синхронизации?

– «Кастор», разрешаю.

Я «поставила» шаттл над люком входа и сделала с кораблем несколько витков.

– Каждый раз как первый, – процедила я чертыхаясь.

Барт терпеливо управлял двигателями.

– Не так просто, как кажется, – в его голосе было удивление.

Ну да, раньше я занималась этой эквилибристикой без него.

– Следи за горючим, – сказала я, не сводя глаз со злополучного люка на экране, – это же надо было сделать такую бестолковую систему!

Мой возглас не требовал ответа. Барт выполнял мои указания, и, после пяти синхронных витков подряд, мы на остатках горючего пошли домой.

Когда мы пришли в рубку, капитан подтвердил наши выводы – системы жизнеобеспечения корабля в норме и работают.

Привычная голограмма висела в пространстве рубки, и все внимательно ее изучали.

– Люди на борту могут быть живы? – с надеждой спросил Патрик.

– Могут, если не вышли из своих камер и не умерли от старости, – осадила я его оптимизм. – За такой срок что угодно могло произойти, – добавила я, наткнувшись на тяжелый взгляд Барта.

– Морган права, – вступил в разговор Генри Хейворд, – срок огромный даже с учетом парадокса времени.

– Все равно быть на борту предельно внимательными, – капитан посмотрел на Барта и Джейка, которым предстояло высадиться на корабль, те кивнули. – Все, отправляйтесь. Патрик, наблюдение.

– Есть, сэр! – успела услышать я, покидая рубку.

Иосиф сидел справа от меня, и все было штатно. Парни спустились на тросах к кораблю, Майкл их запустил и вернулся обратно.

Барт и Джейк начали обход с отсека у реактора. Заключенные.

– Камеры работают. Крышки матовые, ничего не видно… Жизненные показатели в норме… Не знаю, какая здесь норма, но они все живы… Реакторы разбиты, видимо поэтому уровень радиации почти норма.

Они медленно двинулись вперед.

– Ученые… Камеры работают… Все… Да, все живы, – Барт махнул рукой, и они с Джейком поплыли в последний отсек.

– Майкл, готовься – последний отсек, сейчас закончат, – связалась я с братом.

Команда тоже была жива, по крайней мере по показателям, что там внутри камер, без их вскрытия мы узнать не могли, а вскрывать функционирующие камеры не имели права.

– Принято, на выход, – скомандовала я им и открыла шлюз Майклу. – Майкл, пошел.

Он скользнул вниз с тросами и повернул затвор люка.

Шаттл затрясло.

– Капитан, это «Армагеддон»?! – спросила я.

– Нет, мы не вызывали, но кто-то идет тяжелее и мощнее «Армагеддона», – капитан, судя по всему, дождался анализа показателей пространства и почти прокричал: – Морган, активация выхода из гиперпространства, убирайся оттуда!

Дьявол!

– Майкл – внутрь! Кто-то выходит, я тебя отстегиваю, живо! – я увидела, как мой брат скользнул в открытый люк, отстрелила тросы и рванула прочь от корабля.

– Морган, отходи к «Поллуксу»! – скомандовал мне капитан.

Ага, сейчас! У меня там муж и два брата, сейчас я отойду к «Поллуксу»…

– Морган! Немедленно к «Поллуксу»!!!

Шаттл трясло. Иосиф безмолвно сидел в ожидании команды. Я в ужасе смотрела на «Рубикон» и вокруг него. И вот сквозь пространство прорвался корабль.

– Мать твою… – выдохнула я.

«Армагеддон» рядом с этой махиной выглядел бы как… Блоха на фоне собаки.

– Это ЧТО?.. – спросила я, пытаясь понять сразу кучу вещей.

Чье это? Зачем ЭТО здесь? И кто это сделал?!!

– «Несокрушимый», – прочитал Иосиф название с борта корабля.

Понятно, что несокрушимый! Кто ж такое сокрушит…

– Что?.. Какого?!.

Я увидела, как открылся огромный шлюз, и «Рубикон» медленно двинулся внутрь космического монстра.

– Куда?! Барт! Барт!!!

Радиопомехи чуть не взорвали мне мозг. Я сдернула наушники, оглушенная и абсолютно растерянная. Так, тихо…

– Иосиф, я оглохла – радиопомехи долбанули по ушам. Свяжись с этим монстром и скажи, что они вместе с кораблем забрали наших людей.

Иосиф начал поиск волны, но вскоре снял наушники, и мы вдвоем слушали безбожный треск, щелчки и что-то еще, идущее фоном и выносящее мозг.

– Какие-то глушилки. Они не намерены ни с кем общаться, очевидно, есть какой-то специальный диапазон, но я не могу его найти. Прости, – Иосиф переключился на линию связи с «Поллуксом», выключив эти адские звуки.

Я смотрела, как корабль медленно плывет в черный зев. За ними нельзя – если это засада, то кто-то должен остаться. Поступим иначе.

– Иосиф, прилепи «птицу» на корабль. Включи «хамелеон», если повезет, ее обнаружат не сразу, и мы успеем засечь конечные координаты, – услышала я свой голос.

Иосиф тут же направил одну из птиц на «Рубикон». Она намертво прилепилась к борту корабля, затерявшись во внешнем рельефе обшивки, слившись с нею по цвету.

Корабль вошел в шлюз. Створки закрылись, и шаттл снова затрясло.

– Капитан требует, чтобы мы вернулись на «Поллукс», – спокойно сказал мне Иосиф.

– Собрать «птиц».

Пальцы Иосифа пробежались по клавиатуре, и «птицы» влетели в открытый шлюз шаттла.

– Двигатели на полный.

– Есть двигатели на полный!

Шаттл трясло. Еще немного, и мне будет не справиться, меня затянет за кораблем. Я вывернула штурвал и рванула в тыл «Поллукса». И вовремя.

«Несокрушимый» буквально вдавливался в гиперпространство. Я смотрела на это пугающее зрелище. Несколько минут, и корабль исчез. Я вывела шаттл из-за «Поллукса» и вошла в принимающий шлюз корабля.

Переговоры с кораблем вел Иосиф. Я не в состоянии была сейчас слушать капитана. Но придется. Я не помню, как добралась до рубки.

– Морган, какого черта вы отключили связь? – капитан был даже не в гневе.

Капитан был в бешенстве.

– Электромагнитные помехи, сэр. Меня оглушило, – это было частичной правдой.

Иосиф безмолвно кивнул в подтверждение моих слов.

– Допустим. За неподчинение приказу вы получите взыскание и отбудете наказание. Потом, – капитан встал передо мной, – мы не смогли связаться с этим кораблем – мы тоже слышали помехи. Мистер Вульф не смог определить диапазон их радиосвязи. Что удалось сделать вам?

– Мы «присадили» на корабль «птицу», сэр, – сказала я.

Меня начало трясти.

– Я не знаю… Больше ничего нельзя было сделать…

– Садись, Фрэнсис, садись, – капитан буквально насильно усадил меня в мое кресло, – вы сделали единственно возможное.

Капитан выпрямился.

– Мистер Вульф!

– Да, капитан!

– У нас есть сигнал с «птицы»?

– Слабый, но есть. Когда выйдут из гиперпространства, будет четче.

– Хорошо, следите. Как только они выйдут из тоннеля, засеките координаты и рассчитайте прыжок.

Мы ждали в рубке несколько часов. Никто не мог уснуть. Патрик был растерян и инстинктивно жался ко мне. Все же младший всегда будет младшим, сколько бы ему ни было лет. Я не отталкивала его, мне самой была нужна поддержка. Иногда я ловила на себе напряженные взгляды оставшихся членов команды – Иосифа, Джорджа, капитана и мистера Вульфа. Все явно ожидали от меня чего-то непредсказуемого. Генри Хейворд оставил брата в лаборатории и безмолвно дежурил в рубке вместе с нами, держа под рукой чемоданчик.

Наконец, сигнал с «птицы» стал четким и устойчивым.

– Вышли, – выдохнул мистер Вульф и зафиксировал координаты.

– Где это? – мы все смотрели на физика.

Тот активировал голографическую карту, ввел полученные координаты. В пространстве рубки высветилось требуемое нам созвездие. Волк. И красной точкой посреди него висел искомый корабль.

Умно. Ни одного привлекательного объекта, для меня по крайней мере, ничего ценного ни по потокам, ни по строению. Да, четыре галактики, темная туманность, планетарная туманность, и все, пожалуй. Никто и никогда туда бы не полетел – ни ради интереса, ни ради какого-то необычного зрелища. Абсолютно серая, неприметная зона. Но так удачно расположена…

Я перевела взгляд на мистера Вульфа.

– Вы рассчитали прыжок? – сухо спросила я, едва сдерживая нетерпение и надвигающуюся панику.

– Сейчас, заканчиваю, – пальцы физика просто летали над клавиатурой.

Снова повисла тишина и напряженное ожидание.

– Готово, – мистер Вульф перебросил цифры капитану.

– Всем занять свои места. Джордж, вам нужна будет помощь в машинном?

– Я пойду, – Иосиф удалился с механиком.

– Патрик, – я кивнула младшему брату на свое кресло, а сама заняла место Майкла.

Тот нерешительно встал рядом со мной и оглядел пульт.

– Ты знаешь, что делать, – твердо сказала я и надела наушники. – Капитан, мы готовы.

– Машинное отделение?

– Готовы, – отозвался Джордж.

– Начинаем маневр, – капитан был невероятно хладнокровен, и его спокойная уверенность постепенно передалась нам.

Мы вошли в гиперпространство и легли на курс. Я посмотрела на бледно-зеленого Патрика.

– С первым переходом тебя, – сказала я тихо, – теперь ты – пилот звездолета.

Тот неуверенно кивнул и присел.

– Кофе пока не пей, – посоветовала я, – вообще лучше воздержись от жидкости и чего бы то ни было.

– Угу, – только и смог сказать бедолага, рванув в туалет.

Что ж, боевое крещение не всегда проходит героично.

– Капитан, какие будут распоряжения? – спросила я.

– Свяжитесь с Землей, Фрэнсис, нам нужна страховка. И, возможно, боевая поддержка.

Именно этим я и хотела заняться.

– Вы свяжетесь с «Армагеддоном»? – спросила я.

Огневая мощь боевого крейсера нам бы не помешала. Мы не знаем, что нас там ждет.

– Обязательно. И еще с военно-космическим ведомством, – кивнул Ричард Белфорд, активируя каналы связи.

Я тоже отправилась к себе и сразу включила систему видеосвязи. После первых же моих слов радостная улыбка сползла с лица сэра Энтони. Внимательно меня выслушав, он кивнул.

– Я все узнаю и устрою. Дай мне координаты, куда вы летите.

Я отправила ему всю имеющуюся у меня информацию и вернулась в рубку. Капитан с кем-то вел беседу по закрытому каналу на повышенных тонах и жестом отправил меня отдыхать.

Я вернулась к себе. Тревога и страх разъедали меня изнутри. Чувства были новыми и пугающими. Никогда еще я никого не теряла. Не так. И не потеряю.

Я не могла представить себе жизни без Барта и Майкла. И не хотела. Я, конечно, не выношу Джейка, но не настолько. Не выносить его целым и невредимым будет гораздо приятней. Только пусть останутся в живых…

Часть 5

На станции Корпорации

Мы вышли из гиперпространства на безопасном расстоянии, чтобы не оказаться в зоне видимости. Капитан приказал отвести корабль за крупный астероид. Когда мистер Вульф определил его статус как стабильный, капитан посадил на него «Поллукс». Теперь мы имели возможность осмотреться.

Осмотревшись, мы впали в ступор. Я думала, «Несокрушимый» – монстр. Станция, к которой он шел, была размером, кажется, с нашу Луну.

– «Звезда смерти», – пробормотала я.

Тот, кто ЭТО строил, явно вдохновился идеей легендарного фильма. В голове даже зазвучала музыка, и я, помимо воли, начала искать в пространстве имперские «утюги». И еще всплыло и засело в мозгу вот это: «Один пилот, на маленьком корабле…» Чтоб тебя! Сознание снова защищается от реальности всеми силами.

– Что будем делать, капитан? – тихо спросила я, выключив, наконец, в голове «Марш Империи».

– Для начала соберем информацию. Мистер Вульф, определите внешнюю инфраструктуру. Как-то бы получить информацию о самой станции…

– Я подойду к станции на «Черной смерти» в режиме «невидимки» и полной радиотишины и спущу «птиц», – сказала я.

Капитан посмотрел на Иосифа. Тот медленно кивнул.

– Другого выхода нет.

– Настройте «птиц» на сканирование всех систем: начиная с внешнего арсенала – пушки, орудия, шлюзы, и заканчивая системами жизнеобеспечения. Если удастся составить хоть какой-то план этой махины, сможем думать дальше.

Мистера Вульфа оставили на мостике, а наша заметно поредевшая команда направилась настраивать «птиц».

– Сколько их всего? – спросил капитан.

– Двести, вместе с резервными. На «Черную смерть» смогу взять тридцать. Это максимум.

Капитан задумчиво смотрел на меня. Я знала, о чем он думает – для такой махины это мизер.

– Пойдем двойкой, – вступил Патрик.

– Нет, – ответили мы хором.

– Если со мной что-то случится, на корабле должен быть второй пилот. Это большой корабль, а людей уже слишком мало, – мягко сказала я и повернулась к капитану. – Сделаю три ходки.

Мы взялись за «птиц», и тут я чертыхнулась.

– Что? – сразу вскинулся капитан.

– «Птицы» будут передавать в нашем диапазоне, даже если мы получим с них сигнал сквозь все эти помехи, они его моментально засекут!

Тут чертыхнулись остальные и, оставив «птиц», все переводили взгляд с меня на капитана и обратно.

– Я пойду на шаттле. В открытую. Они примут меня на борт, – решила я.

– Если не собьют…

– Не собьют. Открытый канал универсален. Если его не было на их корабле, не значит, что его нет на «Звезде Смерти».

– На чем? – не понял капитан.

Патрик просиял.

– Точно! А я думаю, где я это уже видел?

В недрах памяти капитана проснулись детские воспоминания, и он нерешительно кивнул.

– А я и забыл…

– Неужели с детьми не смотрели?! – поразилась я.

– Я – нет. Они смотрели это с мамой. Я пропускаю все в их жизни… – взгляд капитана Белфорда затуманился, и я бесцеремонно вернула его в реальность.

– Капитан, если у них не будет открытого канала, как я себя идентифицирую?

– Световыми сигналами, – спокойно сказал Иосиф – у этого человека были ответы на все! – Азбуку Морзе помнишь?

– Не особенно, – призналась я, – успела подзабыть.

– Пойдем, запишем твое обращение, – Иосиф встал.

Мы убрали «птиц» обратно и вернулись на мостик.

– Капитан! – встретил нас мистер Вульф. – Станция окружена электромагнитным полем! Поэтому ее не засек ни один телескоп! Она глушит и поглощает все сигналы! – физик явно был в восторге.

Вот уж ученые, ничто их не прошибает! Я могу лишиться близких, а этот радуется!

– Как тогда туда попадают корабли? – спросил капитан и посмотрел в обзорный экран – «Несокрушимый» уже явно был внутри этого монстра.

– Они их как-то затягивают. Что-то с гравитационными полями, очень странная технология, я не разобрался…

– Еще разберетесь, – кивнул капитан и повернулся к нам. – Итак?

– Так, ты должна сказать, кто ты и зачем ты пришла, – Иосиф сел на место Майкла и, взяв бумагу, начал писать.

– Почему не планшет? – спросила я.

– Электромагнитное поле вырубит электронику, – терпеливо повторил мне Иосиф.

– А фонарь нет? – я явно не могла собраться.

– «Холодный свет», – внятно сказал мне Иосиф.

Точно. Пора включить голову. Мы нашли эти чудо-кристаллы в одной из планетарных систем Кентавра. Вторая луна ледяной планеты приятно удивила нас неожиданной находкой – кристаллами, которые были носителями и источником неизвестного доселе типа энергии. Целый научный отдел в моей корпорации уже пару лет ломал голову, изучая ее свойства и возможности. Одно было установлено точно – на энергию кристаллов не действовал электромагнитный импульс. Пытались смоделировать приборы, в которых можно было использовать энергию чудо-кристаллов. Этот фонарь в моих руках был первой действующей моделью.

Иосиф без заминок записал мне строчки кода и с сомнением посмотрел на меня.

– Ты их ответ сможешь «прочитать»?

– Вряд ли они вступят в беседу. Либо затянут на станцию, либо собьют, – пожала плечами я.

– Морган! – в ужасе вскликнул Патрик и посмотрел на капитана.

Тот согласно кивнул.

– Ну, да, варианта два.

– Так, если меня собьют, будет понятно, что делать – подойдет флот с Земли и зачистит тут все к чертям, – продолжила я. – А если меня затянут?

– Говори спокойно, не нарывайся, – начал Иосиф инструктаж, – никакой лишней информации, ответы «да» – «нет», максимальная отстраненность при упоминании Барта, Майкла или Джейка. Они просто механик, пилот и наемник, но они – члены экипажа «Поллукса», и ты хочешь их вернуть. Даже если они в курсе, кто эти люди для тебя, так ты подчеркнешь, что они не особо много для тебя значат, а значит, разыгрывать их карту в давлении на тебя бессмысленно. Но они попытаются. Вспомни все, чему я тебя учил, – Иосиф пристально смотрел мне в глаза. – Зону безопасности. Все там, в твоей голове, просто активируй это. Ты сильнее, чем кажешься, – это твой козырь. Разыграй его правильно, – Иосиф достал что-то из кармана.

Крошечный «Поллукс»! Здорово! Почему у меня такого нет? Соберись, дубина…

Иосиф прикрутил значок к клапану моего нагрудного кармана.

– Ты будешь без оружия. Но я не переживаю, ты хорошо поработала в зале и сможешь за себя постоять. Однако мы должны знать, что происходит. Это передатчик. Ты не будешь нас слышать, но мы тебя будем слышать и будем видеть все, что видишь ты. Это особая система шифрования сигнала, наши парни придумали. Такого еще ни у кого нет, это фактически прототип. Не бойся, у них, – Иосиф кивнул в сторону станции, – таких технологий нет, и они его не засекут – он работает в совершенно другом диапазоне сигналов. Отличном и от их, и от нашего обычного. У меня есть приемник для него. Вот тебе еще один, – второй «Поллукс» лег в карман, – на месте решишь, как им воспользоваться. Поняла?

Я кивнула.

– Когда найдешь и соберешь всех, вы должны добраться до радиопередатчика и сообщить нам обстановку. Если флот к тому времени будет тут, нам надо будет скоординировать действия.

Иосиф говорил медленно и четко. Каждое слово словно впечатывалось в мой мозг.

– Вы должны отключить это электромагнитное поле. Скорее всего, есть какие-то генераторы и центр управления ими. Отключите их, и станция станет видимой и уязвимой. Доберетесь до шаттла и уйдете со станции. Понятно? Если бой уже начнется, вас проводят в тыл флота, и на этом все, никаких выкрутасов. Ты поняла меня, Фрэнсис?

– Никаких выкрутасов, яснее ясного. Оружия же не будет, какие выкрутасы, – мрачно сказала я.

– И слава богу, что не будет, – сказал капитан, – иначе вы вместе будете просто неуправляемы. Три Моргана и один Флинт в одном шаттле! Нам повезет, если они не смогут захватить на станции что-то еще…

– Морган не бросит «Кастора», – Иосиф строго посмотрел на меня. – Фрэнсис?

– Я – нет, – ответила я честно.

А вот парни к нему не привязаны и вполне могут прихватить со станции что-нибудь с пушками и ракетами. Капитан нас хорошо знает. Просто насквозь видит.

Иосиф пару минут пристально смотрел на меня.

– Ладно, пошли. Помогу со скафандром. Если собьют, в капсуле будет хоть какой-то шанс.

В шаттле тоже была эвакуационная капсула по принципу капсулы в «Черной смерти». Если я катапультируюсь до приближения ракеты, то шансы реально будут.

Мы сняли с шаттла все внешнее вооружение, так выгрузили и все, что было внутри.

– Господи, это-то тебе зачем?! – Иосиф взял в руки последнюю модель стингера.

– Мало ли что, – пробормотала я, доставая ящик с боеприпасами.

Мы провозились больше часа.

– Всё, – констатировал капитан, еще раз дотошно осмотрев шаттл сверху донизу.

Иосиф утрамбовал меня в скафандр.

– Надеюсь, они меня там из него вытащат, – мрачно сказала я, едва двигая руками.

– Вытащат, – кивнул Иосиф и водрузил мне на голову шлем.

Поднявшись со мной на борт, он прикрепил листок с моим текстом для передачи на уровне глаз.

– Вот фонарь, – Иосиф положил мне мощный фонарь прямо под руку, – дотянешься?

Я чуть переместила руку от пульта, и тут же фонарь оказался в руке.

– Нормально.

– Хорошо, удачи. Верни всех, – Иосиф ушел, не дожидаясь ответа.

Легко сказать…

После тщательной проверки капитан выпустил меня с корабля, и я вышла из тени астероида.

* * *

Я летела к «Звезде Смерти» и никак не могла выбросить из головы накрепко засевший там «Марш Империи». Я давно обратила внимание, что, когда попадаешь в какую-то реально экстремальную ситуацию, мозг начинает вести себя довольно странно, видимо, пытаясь максимально защитить сознание от стресса, начинает вытаскивать из недр памяти всякую ерунду. Почему бы тогда не музыку с начальных титров, где идет вот это: «Однажды в далекой-далекой галактике…»

Я почувствовала, что шаттл тянет вперед. Да что ж такое?! Я снова отвлеклась на какой-то бред и чуть не упустила главное. Они вообще со мной связывались? Я включила радио, но не через наушники, а громкую связь – уши мне еще понадобятся. Треск, щелчки и завывания. Вряд ли мне кто-то что-то сказал. Фонарь не пригодился. Ладно. Опять все идет не по плану. Пора уже привыкнуть, готовишься к одному, а происходит кардинально другое. Так, я в зоне действия их системы захвата и меня не расстреляли. Уже хорошо.

Я бросила штурвал и терпеливо ждала, пока меня «затащат» в ангар. Внешний шлюз закрылся. Закачали кислород, и внутренние створки распахнулись, впустив с десяток вооруженных людей, которые тут же окружили шаттл. Мне такой прием, конечно, польстил, но возник вопрос: а трап мне подадут? Прикатила машинка с трапом. Отлично. Едва он был установлен, я открыла внешнюю дверь. На борт тут же вломились дружелюбно настроенные, вооруженные с головы до ног люди.

– Руки! Не двигаться!

– При всем желании не смогу, – я едва подвигала рукой, – достаньте меня из этого, и я с удовольствием выполню ваши требования.

Двое переглянулись и, получив кивок от третьего, осторожно подошли ко мне.

– Я не кусаюсь, просто достаньте меня, – я с трудом встала.

Один парень отложил оружие и принялся рассматривать систему. Остальные продолжали держать меня на мушке. Параноики…

– Там такая штука есть сбоку, вот тут, – я едва смогла указать, где надо искать.

Парень попробовал подергать что-то, оставаясь в перчатках.

– Перчатки лучше снять, – вздохнула я.

Через сорок минут мучений меня достали из скафандра и, увидев мои погоны, передо мной все вытянулись в струнку. Так, значит, наша субординация здесь все-таки действует. Это немного утешает. Меня сопровождали до трапа и во время спуска с борта шаттла. Когда я встала перед человеком, встречающим меня, команда сопровождения встала полукругом, держа меня на мушке. Но мне уже было не до них.

Я знала того, кто меня встречал. Его имя было вписано в курс Новейшей истории военных преступлений. За расстрел эвакуационной колонны во время Австралийской кампании полковник Уотерс был с позором уволен из армии, лишен звания и всех регалий, и его погоны были сорваны в зале трибунала, что было крайне унизительно для офицера. Сейчас я не отрываясь смотрела на его погоны. Генерал?!!

– Командор станции, генерал Уотерс.

Он не сказал генерал чего, но я машинально вытянулась, все-таки многолетняя выучка берет свое.

– Полковник ВВС США Фрэнсис Морган, – я поняла, что только что козырнула.

Черт… Держи себя в руках.

– В отставке, – его губы улыбнулись отдельно от лица.

Жуткий тип.

– Нет, снова призвана на службу. – Он много знает, надо быть предельно осторожной.

– Что же, не хватает новых кадров? Они вынуждены созывать старую гвардию?

– Это мне не известно, сэр.

«Скажи уже: “Вольно”, высокомерная ты…»

– Что ж, вольно, полковник. Прошу, – жест в сторону кара, мы сели на заднее сиденье, и водитель мягко тронулся с места. – Занимательный у вас значок, – заметил генерал.

– Да, мне сделали ребята, хотим всей команде отлить, – слова сами слетали с моего языка. – У меня есть… – я опустила руку в карман и достала второй значок, – вот, это вам, сувенир, – улыбнулась я.

Генерал принял подарок и не скрываясь просканировал его. Прибор молчал.

– Предосторожность никогда не помешает, – улыбнулся генерал и, убрав сканер, опустил значок в карман.

Что ж, картинки не будет, зато будет слышно. Пользуясь моментом, я дала Иосифу возможность максимально ознакомиться с этим уровнем станции, пока мы ехали к лифтам. Генерал молчал, явно приберегая вопросы для кабинета. Я же внимательно смотрела вокруг.

– Впечатляет? – заговорил генерал.

– Да. Вот только… – я замялась.

– Что только?

– Не могу отделаться от ощущения, что все это уже видела… – только бы не сорваться.

– Где? – насторожился генерал Уотерс.

– В «Звездных войнах», – продолжала я разыгрывать свою партию.

– Где? – не понял он.

– Фильм «Звездные войны». Люк Скайуокер, Оби Ван, Йода… – я с детской надеждой смотрела на него, он не мог не знать!

– Ах, это! – он явно расслабился и засмеялся, опять одними губами. – И что именно вам напомнило все это?

– «Звезду Смерти», – простодушно сказала я.

– А я – Дарт Вейдер? – усмехнулся он.

Нет, ты генерал, которого тот придушил, подумала я. Хотела бы я знать, кто тут на самом деле Дарт Вейдер, а кто злой император.

– Ну, что вы, господин командор! – воскликнула я и потупилась.

Нет. Надолго меня не хватит, пора менять тональность.

Мы поднялись в лифте на нужный уровень и доехали на каре до рабочего отсека генерала. Он кивком отправил машинку с водителем обратно, и мы вошли в отсек, двери за моей спиной сомкнулись. Ну, все, понеслась.

– Прошу, – генерал сел за свой стол и указал мне на кресло напротив.

Я села.

– Итак, как вы здесь оказались? – его лицо в секунду стало абсолютно непроницаемым.

– Как вы уже знаете, я второй пилот корабля «Поллукс», – начала я спокойно, по-военному сухо.

Генерал нетерпеливо кивнул.

– Мы находились со специальной миссией по поручению господина президента в пределах Девы Эпсилон, когда появился крейсер «Несокрушимый» и вмешался в рабочий процесс.

– Каким образом? – генерал не мигая смотрел на меня.

– Он забрал наш объект.

– Вы выходили с ним на связь?

– Господин командор, вы же знаете, что это невозможно, – мои губы едва не дрогнули в улыбке, я продолжала смотреть ему прямо в глаза.

– «Несокрушимый» забрал ваш объект, и что дальше?

– В этот момент на объекте работали наши люди. Из-за невозможности связаться с командованием крейсера мы были вынуждены последовать за ним. Мы хотим вернуть членов нашей команды, сэр.

Его взгляд несколько секунд скользил по моему лицу.

– Каким образом вы прошли следом за нашим кораблем? – спросил он, словно не слыша слов о команде «Поллукса».

Тут уже я не сдержала легкой улыбки.

– Это детали, сэр. Я заберу наших людей, и мы покинем станцию.

– Какую именно миссию вы выполняли? – он явно не спешил со мной расстаться.

Ладно, эта игра мне знакома.

– Мы находились там по личному распоряжению господина президента и предоставим отчет только господину президенту, вот приказ. А также предписание господина президента и Совета мирового сообщества о свободном заходе на все существующие космические станции и получение технической и любой другой помощи по первому требованию, – я положила на стол вторую бумагу.

Он откроет карты сейчас, или мы еще поиграем?

Генерал взял в руки бумаги, смял и бросил в утилизатор.

– Эти бумаги здесь ничего не стоят.

– А это копии, – я откинулась на спинку кресла. – Где мои люди, командор?

– Они на станции. И вы тоже. Теперь от вас зависит, уйдете вы отсюда или нет, – генерал отбросил последние условности. – Итак. Как вы проследили за нашим крейсером? Где сейчас находится ваш корабль? Кто еще знает, где вы?

– Полковник Уотерс, как вам удалось так быстро дослужиться до генерала? – спросила я, воистину: язык мой – враг мой, но остановиться я уже не могла. – Я помню, что в зале военного трибунала ваш командир лично сорвал с вас погоны.

– Что ж, вы знаете, кто я, – его голос звучал угрожающе вкрадчиво.

– Я даже знаю, на кого вы работаете. Мне нужны мои люди. Целые и невредимые.

– Ваш муж и два ваших брата.

– Механик, первый пилот и наемник, – я усмехнулась, – звучит как начало плохого анекдота. Отдайте мне моих людей, и мы уйдем отсюда, – повторила я.

– Как вы прошли за крейсером? Где «Поллукс»? Кто еще знает, что вы здесь?

Тренированное ухо различило отдаленный вой тревоги. Значит, он на всякий случай поднимает истребители и флот. Сейчас возьмутся за меня. Как мне добраться до Барта?!

Створки отсека разъехались, и вошли двое.

– Увести. Выбить всю информацию.

Меня подняли, и я повисла между двумя громилами. А здесь действует Конвенция об обращении с военнопленными? И вообще, я считаюсь военнопленной?! Когда мы выходили, генерал связался с кем-то по внешним каналам, но створки закрылись, и я не успела ничего услышать. Ничего, Иосиф и капитан услышат. Меня занесли в лифт, и мы поехали вниз. Свой кабинет он пачкать не стал.

– Парни, поставьте меня на пол, это выглядит комично, – сказала я, глядя на наше отражение в дверях лифта.

Уверена, они ждали чего угодно, но только не этого. Мои сопровождающие переглянулись и поставили, наконец, меня на пол.

– Вот спасибо, – успела сказать я, и лифт остановился.

Этот этаж был совсем не похож на предыдущий. Тускло освещенные коридоры, скудная вентиляция. Обретя, наконец, возможность передвигаться на своих двоих, я заметила, что гравитация на станции чуть выше нормы. Меня втолкнули в камеру. Там уже ждали. Тоже двое. Я посмотрела на стул.

– Какая скудная обстановка, – вырвалось у меня.

Меня уже привязывали ремнями. Как я не люблю все это! Но если после этого я попаду к своим, придется это просто пережить.

Они были неутомимы. Без устали повторяя одни и те же вопросы, они, сменяя друг друга, пытались выбить из меня ответы. Я запомнила их лица. Их имена были написаны на планках на их комбинезонах. У меня болело всё. Раза три я успела побывать в «безопасной зоне», когда-то созданной в моем сознании Иосифом. Только дети были старше и к действующим лицам добавились Патрик и Оливия.

Эти парни знали свое дело – кости они не ломали. Пока. Черт! Значок «Поллукса» все еще на мне, а это значит, что Иосиф и капитан все видят! Очередной удар сбил меня с мысли, а ведро холодной воды в очередной раз выдернуло из «убежища». А воду они совсем не экономят. Хотя… вода техническая, тьфу! Во рту остался горьковато-солоноватый вкус. Гадость. Так странно: я сама по себе, а тело само по себе. Боль где-то далеко. Отдельно от меня. И я уже даже не слушаю, что говорят, быстрее бы взяли и увели к остальным. А хорошо Иосиф со мной поработал…

Что это? О! Меня отвязывают. Наконец-то. Так, взяли и понесли. Молодцы. Хоть бы в камеру. Да, камера. Летя на пол, я успела увидеть, что камера на одного, а двери без решеток – сплошным листом. Я успела выставить вперед руки. Они затекли, и удар от приземления я не почувствовала. Пока. Боль накроет меня потом, когда адреналиновый туман рассеется.

– Черт! – сорвалось у меня, когда я попыталась сесть.

Поговорить с капитаном я не могла – камеру могли слушать. Но капитан уже и так увидел и услышал все, что надо было.

– Морган?! – услышала я.

– Барт?! – я огляделась, чтобы понять, откуда звук, и увидела вентиляционное отверстие. – Барт!

– Морган, какого черта ты здесь делаешь?!! – Барт был в ярости.

– За вами прилетела, – сказала я.

– Сразу видно, удачно, – отозвался Майкл.

– А ты говорил, что у нее хватит ума не лезть сюда, – донесся голос Джейкоба.

– Морган, ты… – Барт перебирал словарный запас, мысленно, видимо, сворачивая мне шею. – Ты как? – спросил, наконец, он.

– Живая, – отозвалась я, заползая на койку. – Тут глаза и уши, полагаю, есть, так что держите свои мысли при себе. – Я вытянулась на спине, о боже!

Сознание воссоединилось с телом, и боль захлестнула меня.

– Морган, ты там чего? – насторожился Майкл.

– У них были вопросы, – как можно более внятно сказала я.

Я прямо видела, как Барт, белый от гнева, опустился на койку, бессильно сжал голову и затем, взъерошив волосы, шумно выдохнул, подавляя в себе эмоции. Майкл помечется по камере, потом саданет ногой по двери и рухнет на койку, распираемый злобой и тревогой. До меня донесся гулкий удар. Так и есть. Как ведет себя в стрессе Джейк, я не знаю и даже не знаю, беспокоит ли его вообще что-то касаемо меня.

Эти мысли не отвлекали от боли. Она затягивала словно в омут, выкручивая тело и мозг. Пора, пожалуй, отключиться.

– Барт, я передремлю немного, – успела предупредить я и провалилась в забытье.

* * *

Я не знаю, сколько я была без сознания. Меня словно вытолкнуло в реальность. Я услышала, как открывают двери где-то рядом.

– Морган, ты где? – услышала я вопрос Барта, и тут же последовал глухой звук удара и непроизвольный стон.

– Я здесь! – я подскочила и заколотила по двери. – Я здесь!!!

Шаги прошли мимо. Он меня услышал. Он меня услышал…

– Увели, – тихо сказал Майкл.

– Теперь не скоро вернут, – отозвался Джейк.

Я сползла по двери на пол. Слезы потекли по моим щекам.

– Морган, ты как? – спросил Майкл.

– Перестань задавать тупые вопросы, – вступил Джейк. – Морган, ты ляг. Легче будет.

Я добралась до койки и легла. Увидела стакан воды.

– Эй, воду пить можно? – спросила я.

– Попробуй, – усмехнулся Джейк.

– Пить все равно надо, – подал голос Майкл, – вода паршивая, но другой не будет. Если ты обезводишься…

– Они подмешивают туда разную дрянь, она не опасна, но притупляет реакцию и внимание, – снова заговорил Джейк.

Провались. Я отвернулась к стенке, вылив воду на пол. Я им еще нужна. Если обезвожусь, вольют все, что надо, по вене. Они считают меня слабым звеном и будут держать меня живой до последнего. Побои уже были. Скоро перейдут к химии… Я снова провалилась в черный омут забытья.

Пришла в себя от звука открывающейся двери в блок, и что-то проволокли мимо моей камеры. Нет, не что-то. Кого-то. Барта. Я вскочила и вжалась в дверь, пытаясь расслышать хоть что-то.

– Барт?.. Барт!

Едва различимый стон в ответ и звук закрывающейся двери в камеру.

– Сэйнфилд, на выход. И вторую прихватите. Командор решил, что так они быстрее разговорятся.

Зря он так решил. Иосиф столько времени потратил, чтобы подготовить нас к подобному. Да, это было давно, перед операцией «Мираж». Но все это было в нас. Надо это только активировать. Двери в мою камеру открылись.

– На выход.

Я медленно встала – болело всё. Меня нетерпеливо подхватили и практически выволокли в коридор. Я увидела Майкла. Лицо – сплошное кровавое месиво. Что ж, они решили идти до конца. Время маневров и уклонений закончилось. Корпорация дала команду «фас», сжигая все мосты. Так даже проще. Открытое столкновение. Они пошли против всех – против кланов, против государства. Сейчас у них, как они считают, все козыри на руках – сразу три Моргана! Ладно, посмотрим, у кого окажется флэш-рояль…

На этот раз на допросе присутствовал третий человек. Как я позже поняла – врач, который давал безмолвные команды, управляя процессом так, чтобы мы как можно дольше оставались в сознании. Садист. Его я тоже запомнила.

Сначала взялись за Майкла. Сознание моментально, как по команде, выстроило все барьеры. Я отстраненно смотрела на людей, избивающих подвешенного за руки человека. Слово «брат» даже не всплывало в сознании. Кивок «врача», и нас меняют местами.

После первого же удара я оказалась на болоте. Продравшись сквозь лес, я распахнула заветную калитку в красном кирпичном заборе и крепко-накрепко закрыла ее. Залитая солнцем лужайка возле дома сэра Энтони. Оливия с камерой бегает вокруг бассейна, в котором играют дети. Я вижу в счастливой толпе малышей лица своих детей. Они заводилы в этой игре. Яркий мяч летает в воздухе, и его легко отбивают детские ладошки. Оливию обдает волной брызг, и она заливисто смеется, словно колокольчик.

– Мисс Оливия, вам надо переодеться, вы простынете! – старый Генри обеспокоенно смотрит на младшую дочь сэра Энтони.

Он успел к ней привязаться, и я даже немного ревную…

Меня тоже обдает ледяной водой. Ничего себе, погружение в фантазию! А, нет, это не фантазия, это мы уже в реальности.

Я с трудом сфокусировалась на одном из допрашивающих.

– Мы уже закончили? – мою речь трудно было назвать членораздельной.

Опять удар по корпусу. А, еще нет, ладно…

Я снова добралась до калитки и, заперев ее, обратилась к действию на лужайке…

Нас выволокли в коридор и вернули в камеры.

Последнее, что я услышала перед тем, как отключиться окончательно, было имя Джейка.

Сказать, что все слилось в сплошную боль и стерлись все временные рамки – это ничего не сказать. До них дошло, что большего эффекта они добьются, если работать над нами парами. Безучастно глядя на Барта единственным едва открывающимся глазом, второй заплыл окончательно, я вдруг поняла, что у меня есть уязвимое место. Мы с Иосифом «закрыли» в моем сознании Барта и Майкла, но Джейк был фигурой не отработанной. Эта мысль заняла меня полностью, я даже перестала слышать постоянно повторяющиеся вопросы. Что же делать? А что мы делали с Иосифом? Он определил эмоциональные зоны на компьютере с помощью сотен датчиков, прикрепленных к моей голове, и затем полностью изолировал их от любых внешних воздействий с помощью бесконечных тренингов и даже пары сеансов гипноза. Отсюда и взялось мое «убежище». Что будет, когда там будет висеть Джейк? Болевой порог уже преодолен. Но эмоционально сломать еще можно…

Нас поменяли с Бартом местами и, вися под потолком, я «улетела» сознанием не в «убежище», а на станцию «Марс», где Иосиф готовил нас к операции «Мираж». Я снова с датчиками на голове. На экране обозначились зоны Барта, Майкла, детей. И я добавила: «Джейк». Вспыхнула новая зона. Я даже вздрогнула. Вот это да! Так, дальше. Что было дальше? Да, стена – кирпич за кирпичиком. Времени мало. Неожиданно мы с Джейком оказались в болоте. О боже, опять! Но менять картинку было некогда. Схватив его за руку, я протащила его по знакомой тропе, отбиваясь от тянущихся к нам рук, и, уткнувшись в кирпичный забор, довольно резво понеслась к калитке. Джейк слегка обалдел: «Какого?..» Я впихнула его на лужайку, где с моими детьми возился его сын. Тут я поняла, что не знаю, как выглядит его сын. Ладно, пусть играет с близнецами, я потерплю. «Будь здесь, – сказала я, – что бы ни случилось, будь здесь, ты понял?» – «Нет, ничего не понял. Но буду», – неожиданно покладисто ответил Джейк. «Вот и отлично…»

– Что она говорит? – переспросил один из допрашивающих.

– Бредит. Надо сделать перерыв, толку все равно нет.

Меня сняли, и нас с Бартом поволокли в камеры. Приводили и уводили с допросов другие люди. Я из последних сил подняла голову и с трудом сказала, как можно более разборчиво:

– Парни, дайте, пожалуйста, нормальной воды. Я тут помру скоро такими темпами… Мы все помрем, – добавила я.

Когда я очнулась, возле меня стоял стакан воды. Я осторожно пригубила. Чистая, холодная вода! Кто бы ты ни был, ты только что спас себе жизнь! Я с наслаждением осушила стакан и снова провалилась в забытье.

В следующий раз забрали нас с Джейком. Выглядел он просто ужасно. Когда нас доволокли до допросной, он, с трудом усмехнувшись, сказал:

– Дамы вперед!

И опять все сначала! Где «Поллукс»? Как мы отследили корабль? Сообщили ли мы на Землю координаты?

– Не стесняйтесь, парни, я давно мечтал это сделать, – комментировал Джейкоб каждый удар. – Ненавижу ее, но отец запрещал ее и пальцем трогать, а вам ничто не мешает…

Я понимала, что он делает. У него тоже не было защиты против такой обработки, и он создавал ее прямо сейчас. Убедившись, что он держится, я позволила себе отключиться. Мы с Джейком снова продираемся к забору из красного кирпича и, добравшись до заветной калитки, оказываемся на залитой солнцем лужайке в поместье сэра Энтони. Дети коротают знойный день в бассейне, старый Генри хлопотливо бегает вокруг: «Мисс Маргарет! Сэр Элиот! Не сидите долго под водой!» – «Генри, сколько?» – требует результат вынырнувший Элиот. Дворецкий машинально смотрит на секундомер: «Три с половиной минуты, сэр!» Бедный Генри, надо будет провести с детьми беседу…

Что это? Уже снимают? Так быстро?!

Нас меняют местами, таща мимо друг друга.

Мне кажется, я успеваю услышать: «Держись». Сам держись, успевает мелькнуть у меня. Сегодня до них дойдет, что бить нас уже бесполезно. Когда перейдут к химии, без чужой помощи на ноги уже не встать… Надо что-то делать. Охранники вроде неплохие ребята. Их определенно коробит то, что здесь происходит, и уносят они нас с допросов, стараясь причинить как можно меньше дополнительной боли.

– Что, Морган? Ликуешь, наверное? – услышала я голос Джейкоба.

– А ты как думал? Вы мне всю жизнь отравили, папенькины сынки! Бастарды чертовы!

Чего это Джейк так на меня смотрит? Что, я перегнула? Нет, он мучительно пытается что-то мне показать. Что?!! Он смотрит на руки. Я опустила взгляд – меня не привязали. Они расслабились. Они не знали, что уже какое-то время мы пьем чистую воду и наше сознание не спутано. Я бросила взгляд на Джейка, тот едва заметно кивнул. Когда второй допрашивающий подошел ко мне и, подняв мою голову за волосы, заставил смотреть на то, как избивают моего брата, я со всей силы двинула ему локтем в самое дорогое. Он задохнулся и согнулся. Джейк зажал шею второго между ног и быстрым движением свернул ему шею. Я обыскала своего «потерпевшего», нашла оружие, мимоходом пустив врачу-садисту пулю в лоб, отвязала Джейка. Мы забрали у мертвых дознавателей все оружие, которое нашли, и вышли в коридор. Охранники машинально вскинули автоматы.

– Парни, лучше не надо. Скажите нам код от камер и уходите отсюда. Лучше вообще со станции. – Мы получили всю информацию, и парни поспешили исчезнуть.

Джейк вскинул пару пистолетов, поставив их в режим «очередь», я держалась за ним, прикрывая тылы.

Мы добрались до камер и выпустили Майкла и Барта. Все мы являли собой печальное зрелище, но гнев и ярость отличные стимуляторы.

– Мы должны отключить их «глушилки», – сказала я.

Барт вошел в систему с первого же попавшегося информационного терминала и быстро изучил планы.

– Нам наверх, в центр управления.

– А внизу ничего нет? – с надеждой спросила я.

Барт изучил систему энергоснабжения.

– Есть, вот этот узел, – он обвел фрагмент схемы на плане, – выведем из строя его и вырубим всю электронику.

– Как мы тогда свалим со станции? Как откроем шлюз? Руками?! – Майкл взвел одолженный у охранника автомат.

– Прострелим его к чертям, – сказал Джейк.

– Чем?! «Кастор» полностью разоружен! – я постоянно оглядывалась вокруг, скоро они спохватятся и объявят тревогу.

– Значит, захватим еще что-нибудь, – решил Майкл.

Барт согласно кивнул и скомандовал:

– Идем вниз.

Я рванула к лифтам.

– Морган, технический спуск! – остановил меня Барт.

Черт! Лестница!

Мы неслись вниз, прыгая через марши. На всех станциях есть эта древность – когда вырубается электричество, ремонтники, да и все остальные, должны иметь возможность перемещаться между уровнями станции.

Оказавшись на нужном уровне, мы услышали вой сирены – нас хватились.

Пришлось открыть огонь, пробиваясь к нужному участку распределительных узлов.

Барт и Майкл расчищали путь, а мы с Джейком прикрывали тылы.

– У меня пусто! – я бросила бесполезные стволы.

Джейк снял очередного преследователя.

– Возьми его пушку!

Я схватила автомат и пару обойм, и мы продолжили путь.

– На месте! – объявил Барт. – Круговая оборона!

Мы встали вокруг него, вскинув наши пушки.

– Джейк, твоя Бетти была бы кстати, – сказал Майк.

– Ты про его суперпушку? – спросила я.

– Да, про нее, – усмехнулся Майкл.

Барт поднял руку, призывая нас заткнуться.

– Ты зовешь ее Бетти? Мужики серьезно дают пушкам женские имена?! – шепотом спросила я Джейка о самом на данный момент насущном.

– Я сейчас тебя сам прикончу, – прошипел он.

Майкл указал нам на коридоры, из которых отчетливо слышались шаги. Мой – правый. Я кивнула и вскинула автомат. Джейк по центру. Майкл держит левый фланг.

– Барт, – сказала я, переведя автомат на очередь.

– Я работаю, – я слышала, как его пальцы с бешеной скоростью носятся по клавиатуре.

Я увидела тень и открыла огонь. Джейк и Майк тут же присоединились. Пока нам удавалось удерживать их в коридорах.

– Есть! – Барт нажал последнюю клавишу, свет мигнул и перешел в аварийный режим.

– Мы отключили их поле? – спросила я, почти безостановочно паля по коридору.

– Сейчас проверю, – Барт снова застучал по клавиатуре. – Да, уходим! Левый коридор, система запасных генераторов! Если получится, захватите пару гранат! Джейк, Фрэн – замыкающие.

Мы прорвались к генераторам. Майкл снял с кого-то четыре гранаты. Зачем они ходят по станции с гранатами?!! Да так своевременно… Барт рванул генераторы, и станция погрузилась в темноту. Тут же в руках Майкла вспыхнул фонарь, и мы помчались дальше, к ангарам.

– Лестница, уровень выше! – скомандовал Барт.

Мы скакали по ступенькам. За нами никто не бежал, но время шло на минуты – станция теперь уязвима для флота, и они ждут только нас! Уровень с ангарами. При отключении электричества внутренние переборки автоматически открылись. Мера предосторожности, чтобы люди не попали в ловушку где бы то ни было. А тут как-то оживленно. Патроны быстро кончились. Барт и Майкл перешли в рукопашную. Провались, всегда мечтала… Кто-то саданул меня так, что искры полетели из глаз. Да чтоб тебя! Я двинула в ответ, и понеслось! Не зря Барт и Иосиф гоняли нас в последнее время в зале, ох не зря…

Я увидела «Кастора».

– Вижу шаттл!

– Рядом истребитель станции! Я туда! – Майкл расчищал себе путь кулаками.

– Джейк, Морган на тебе! – Барт присоединился к Майклу.

Джейк прикрыл меня слева, так как левый глаз у меня был закрыт и я могла смотреть только правым.

– Только бы был на ходу! – крикнула я, бешено отбиваясь от всех, кто возникал на моем пути.

– Должен быть! – Джейк одним ударом уложил здорового детину.

– Что-то еще есть рядом? – спросила я, машинально продумывая запасной путь отхода.

– Пока не вижу! – свет отдельных фонарей скакал по ангару, как шальная цветомузыка в наркоклубе.

Преодолев последнюю пару метров, мы поднялись на борт шаттла и, задраив дверь, кинулись в рубку. Я защелкала тумблерами.

– Давай, давай… – раздался характерный звук запуска энергосистем, и вспыхнула огнями приборная панель. – Только бы с двигателями ничего не сделали… – я форсированно запускала систему за системой и, момент истины, – двигатели.

Они взревели от не совсем корректного запуска, но от этого звука у меня даже слезы на глаза навернулись!

– Джейк, где Майкл с Бартом?

Ответом на вопрос был залп по внешнему шлюзу из бортовых пушек истребителя.

Космос ворвался в ангар, и тела бывших там людей вылетели в пространство.

– Джейк, пристегнись! – я рванула с места в карьер.

– Твою мать! – мы столкнулись с парой тел, я лавировала между какими-то ящиками и бочками, которые тоже вынесло из ангара в космос.

Вот тут пригодились все зеркала, все еще висевшие в кабине шаттла, и все многочасовые тренировки по управлению шаттлом с их помощью – зеркала компенсировали невидящий левый глаз. Истребитель Майкла шел сзади, прикрывая наши тылы от дежурившего вокруг станции флота. Я связалась с «Поллуксом».

– Капитан, мы вышли! Майкл на истребителе станции идет прямо за нами! Он включил все габаритные огни!

– «Кастор», принято! Патрик идет к вам на «Черной смерти»!

Я хотела было заорать: «Нет!» Но выхода не было – мы нуждались в помощи.

«Поллукс» послал еще один радиосигнал, и пространство вокруг нас завибрировало.

Я вцепилась в штурвал. Я знала, что это. Из гиперпространства вышел флот с Земли.

– Чтоб меня… – выдохнул Джейк.

А вот и наш чертов флэш-рояль! Зрелище впечатляло. Петляя в пространстве, уходя от обстрела, я успела узнать флагманские суда Мак-Артуров, Морганов, Финли, Дуганов и Мак-Кормиков в окружении боевых флотилий кланов – это был только ближний ряд. «Поллукс» покинул астероид и мчался к нам сразу за Патриком, ощетинившись всеми пушками. Истребитель Патрика занял позиции сразу за Майклом, отсекая его от остальной массы станционных истребителей, «Поллукс» занял позиции передо мной и уверенно расчищал нам путь в тыл земного флота. Очередное сотрясение пространства, и на поле боя возник «Армагеддон».

– Вон мои, – Джейк указал на флагман флотилии Маккаби, в его голосе была гордость.

– Хорошие корабли, – отреагировала я, уходя от тепловых ракет. – Патрик, сними уже этого идиота! – не выдержав, прокричала я по открытому каналу.

– Сейчас! Я тут тоже как бы делом занят… – ответил мне мой младший брат, а я его еще от брака отмазывала!

Но докучавший мне истребитель он «снял», ладно, пусть живет пока… Мы пробились, наконец, в тыл нашего флота, и «Поллукс» лег в дрейф, распахнув шлюзы для шаттлов. Я с наслаждением завела шаттл на борт своего корабля.

– Господи, будто домой вернулся, – с удивлением пробормотал Джейк.

За нами зашел истребитель Майкла.

Я почти пулей вылетела с шаттла и бросилась к «Черной смерти». Этот бой без меня не пройдет!

– Морган, стой! – я едва расслышала Барта, застегивая шлем и подводя лестницу к истребителю.

– Полковник Морган, отставить! – услышала я окрик капитана.

Я остановилась.

– Капитан… – начала было я.

– Полковник Морган, приказываю немедленно покинуть ангар и отправиться в медотсек!

– Но, капитан!!!

– Фрэнсис, не спорить, – капитан безапелляционно развернул меня на выход и забрал шлем.

– Я должна быть там!

– Как и все мы, – кивнул он, – но этот бой мы пропустим. В медотсек, все! Быстро!

Мы позволили оказать себе первую помощь только в рубке у обзорного экрана, наблюдая за эпохальной битвой. Братья Хейворд не знали, за что и у кого хвататься, а мы были поглощены небывалым зрелищем.

– Кто руководит боем? – спросила я, жадно слушая эфир.

– Генерал Рейнольдс. Твой командир. Он не мог бросить тебя.

И тут я услышала его. Он управлял всем с «Армагеддона». Четко видя все и вся, распределив все имеющиеся силы, не упуская ни одной детали, он методично истреблял флот противника и наносил точные точечные удары по станции, выводя из строя шлюзы и орудия. Я не отрываясь следила за «Черной смертью» Патрика с его извечным четырехлистным клевером на борту. Он отчаянно лез в центр самой горячей схватки, и только мой командир смог его приструнить и направить его бурную деятельность в более продуктивное русло.

Немного придя в себя, мы с Майклом уже орали в полное горло:

– Слева!.. Обходи!.. Что ты творишь?! Вот так! Да! Есть!!!

– Доктор, заткните их, – попросил Джейк.

– Бесполезно, – Барт махнул рукой, наблюдая за тем, как наши с Майклом руки безотчетно управляют истребителем. – Видишь? – кивнул он Джейку.

Тот тоже понаблюдал за нами и откинулся на спинку кресла.

– Маньяки, – резюмировал он.

Ну да, не спорю. Но в этом наша жизнь. Наша суть. Это – мы.

Капитан усмехнулся и покачал головой. Он знал, что мы бы отдали все, чтобы оказаться там. Если бы не были так изувечены, мы бы подняли бунт и захватили корабль, и никакая перспектива трибунала нас бы не остановила. Но сейчас, здесь, утыканная капельницами, я поняла, насколько я обессилена. И остальные, очевидно, находятся в не менее плачевном состоянии.

– Там был кое-кто, кто нам помогал, – напомнил Майкл.

– Мы знаем их имена, они есть у десантных групп, – впервые заговорил Иосиф.

– Я думал, что они просто ее шарахнут, – сказал Джейк, кивнув на станцию Корпорации.

– Была такая мысль. Пока вам не начали помогать, – кивнул Иосиф. – Кстати, – он подошел ко мне и отколол маленький «Поллукс». – Сейчас в нем нет необходимости, – мягко сказал он.

Я кивнула.

– А второй у командора, – напомнила я.

– Ты правильно поступила, – кивнул Иосиф, – благодаря этому мы очень много узнали. Дешифруем записи и отправим все на Землю.

Отлично. Меня начало клонить в сон.

– Наконец-то! – услышала я возглас Генри Хейворда. – Я думал, они никогда не отключатся! Макс, там все готово? – его брат что-то отвечает. – Покатили, держи капельницы…

Мои глаза, точнее, мой действующий глаз окончательно закрылся, и я уснула впервые за долгое время.

* * *

Я пришла в себя от того, что кто-то нещадно светил в глаза.

– Да чтоб вас… Отвалите…

– Морган, это Генри Хейворд. Ты на «Поллуксе».

На «Поллуксе»? Я вспомнила недавние события и расслабилась. Я дома.

– Где остальные? – спросила я.

– Рядом все, – подал голос Макс Хейворд, вешая новый пакет с капельницей, – вас же не разделишь! – усмехнулся он. – Мистер Флинт должен быть рядом с тобой, Майкл тоже должен быть рядом с тобой, Джейк должен быть рядом с Майклом – сплошная головная боль! – он улыбнулся и перешел к Майклу.

Я повернула голову. Майк помахал мне из-за стеклянной перегородки слева. Барт был справа. Напротив – Джейк.

– Доктор, что с глазом? – спросила я, ощутив повязку.

– Удалось спасти, видеть будет, – кивнул Генри, обрабатывая мне лицо.

– Насколько все плохо у меня и остальных? – тихо спросила я.

– Рассечения, вывихи, подвывихи, трещины в ребрах, сотрясение мозга, – так же тихо ответил Генри, – били вас грамотно. Ушибы внутренних органов серьезнее внешних повреждений. Печень, почки, селезенка. Истощение. Вас там совсем не кормили?

– Нет, и почти не поили, только под конец…

Я всматривалась в его лицо, пытаясь считать то, о чем он молчит.

– Мы вернемся в строй? – прямо спросила я.

– Со временем, – доктор был откровенно мрачен.

– Месяц? Два? – прошептала я.

– Не знаю, как пойдет. Я вообще не понимаю, как вам удалось самим уйти со станции, да еще с таким боем, – Генри покачал головой и, закончив со мной, перешел к Майклу.

Макс уже менял пакеты капельниц у Джейка.

– Кто-нибудь может рассказать, что там сейчас происходит? – спросил Барт, опередив меня на долю секунды.

– А это вот он вам расскажет, – Генри Хейворд кивнул на пританцовывающего от нетерпения за прозрачными дверями медотсека Патрика. – Заходи уже! – крикнул доктор, и мой брат практически влетел в наше отделение. – Последние пару часов нам нервы мотает, – пробормотал доктор, склонившись над глазом Майкла.

Патрик влетел в медотсек и застыл, не зная, к кому броситься.

– Давай, обойди всех по очереди и рассказывай, – вывел его из секундного замешательства Барт.

Патрик так и поступил, а затем встал по центру и ввел нас в курс дела.

– Для пилотов операция закончена, сейчас десантные группы зачищают станцию. Парней, что вам помогали, нашли, они пока на «Армагеддоне», потом сами решат, чего хотят. Командор арестован, тоже на флагмане объединенного флота, под арестом. Генерал Рейнольдс снова сорвал с него погоны, на этот раз до трибунала. Там столько всего разгребать на станции!

– Не проще ее рвануть? – мрачно спросила я.

– Там куча всяких документов, – помотал головой Патрик, – «глушилки» эти одни чего стоят!

– А что с кораблем? С «Рубиконом»?

– Не знаю, – мой брат даже растерялся, – это я забыл спросить…

– Там моя «птица» на нем, – сказала я. – Тебе задание – вернуть. И чтобы никому ни слова, понял? Ее никто не должен видеть.

– Понял! – Патрик исчез.

– Это ты его сейчас здорово отправила, – засмеялся Майкл.

– Если догадается, настроится на радиочастоту или отправит еще одну «птицу», – усмехнулась я. – Что? Он исчез раньше, чем я смогла что-то сказать!

– Ну да, – усмехнулся Джейк.

Вошел Иосиф.

– Всем скорейшего выздоровления! – громко сказал он и, подсев к Барту, завел с ним тихую беседу.

– Морган, я вот что хотел спросить, – заговорил Джейк, – когда мне было совсем паршиво, какого черта я оказывался во дворе твоего дяди и играл с твоими детьми?! Я тебя-то с трудом выношу, а твоих детей… Почему не со своим сыном?!

Иосиф умолк и повернулся ко мне. И все повернулись ко мне. А к кому повернуться мне? Я сама не знаю, о чем он!

– Она его не видела, – подал голос Майкл.

– Не видела?.. – Джейк смотрел на меня.

Я повернулась к Иосифу. Может, он объяснит.

– Она втащила тебя в свою «зону безопасности». Вы не могли создать твою, и она забрала тебя к себе. Ты был ее уязвимым местом, – тихо сказал Иосиф, пристально глядя на меня. – Расскажешь потом, как тебе это удалось, – кивнул он мне.

– Обязательно, – пообещала я. Когда сама пойму.

Джейк переваривал информацию. Вопросов было все больше, но все по сути сводилось к одному: как?!!

Я и сама не знала. Нам предстояло еще в этом разобраться.

– Иосиф, что на станции? Что удалось найти? – спросила я, чтобы сменить тему разговора.

– Там работы ни на один месяц, чтобы все разобрать. Оказалось, там хранятся все архивы Корпорации. Они думали, что эта станция никогда не будет обнаружена. Там все документы, начиная с семидесятых годов еще двадцатого века. Это только то, что я успел увидеть. Разгребать и разгребать. Но в приоритете документы последних десятилетий – нужны имена, – сказал он. – В принципе, мы уже можем уходить – наша миссия тут закончена, но генерал Рейнольдс попросил «Поллукс» задержаться – хочет вас навестить.

Я кивнула, узнаю командира! Он всегда должен лично удостовериться, что с его людьми все в порядке и для них сделано все мыслимое и немыслимое.

– А что с «Рубиконом»? – спросила я.

– Он все еще на борту «Несокрушимого». Сейчас решают, как лучше поступить – снять анабиозные камеры и перевезти на «Армагеддон», что будет весьма проблематично. Либо кто-то приведет «Несокрушимого» к Земле, к карантинной зоне, а там уже будут решать дальше. Для этого надо перенастроить всю их локацию на общепринятые частоты – тоже работа еще та.

Да уж, дело не пяти минут. На войне всегда самое простое пойти в бой, а вот разгребать последствия – процесс долгий и муторный.

– Я хочу, чтобы доктора Генри и Макс Хейворд вошли в рабочую группу от клана Морганов, – сказала я твердо.

– Она вернулась! – усмехнулся Майкл.

– По-моему, она не уходила, – хмыкнул Джейк.

– Я озвучу ваше требование, – кивнул Иосиф, – что-то еще?

– Дяде передайте, что мы в порядке, – спохватилась я.

– Уже, – усмехнулся Иосиф, – капитан отчитывается перед ним лично каждые два часа.

Я без сил упала на подушки. Представляю себе этот разговор! Надеюсь, капитан не слишком на меня зол. А кому сэр Энтони еще мог позвонить? Патрик неуловим и вечно занят вне корабля. И в свете предстоящих событий личные контакты пока лучше вообще свести на нет, чтобы не возникло даже тени подозрения в сговоре в вопросе брака. Остается капитан. Он человек бывалый и с моим дядей как-нибудь справится.

– Иосиф, посмотри сам, есть ли там файлы по «Миражу» и не мелькает ли где-нибудь имя Ланкастеров, – вспомнила я еще одну осенившую меня ранее мысль.

– Пока все только разбираем, они пытались уничтожить архивы – файлы и бумаги в беспорядке. Но я посмотрю. Остальных посвятить в этот вопрос?

– А кто работает с документами?

– Представители кланов Мак-Артуров, Йорков, Дуганов и Мак-Кормиков.

Все свои.

– Можно, так будет проще.

Иосиф согласно кивнул и снова вернулся к тихой беседе с Бартом.

Двери медотсека распахнулись, и к нам стремительно вошел мой командир – генерал Рейнольдс. Иосиф встал. Мы попытались вытянуться лежа, но это было сложно, учитывая количество трубок, входящих и выходящих из нас.

– Вольно, – засмеялся генерал, и мы «опали». – Ну вы и отличились! Опять, – командир опустился на стул возле меня, – всегда знал, если где заварушка, то в эпицентре Морган, но чтобы такое! Все едва переварили Африку.

– Дело предали огласке? – вскинулась я.

– Да, прямо перед новостями о «Волке», станции Корпорации, – пояснил нам генерал.

Так вот как ее зовут, такое благородное животное оскорбили.

– Рано, – услышала я Барта, – слишком рано.

– Когда флотилии ведущих кланов сорвались с мест, трудно было что-то утаить, – вздохнул мой командир. – Вы не представляете, чего стоило удержать весь этот флот в гиперпространстве! От вас не было ни звука, но я сдерживал их до последнего, знал, что вы найдете способ убраться оттуда! И был прав, – он довольно усмехнулся, – лишний раз убедился, что вы не умеете работать тихо, вам надо мощно, с размахом!

– Со спецэффектами и цветомузыкой, – кивнул Майкл.

– Это точно, спецэффектов было с избытком, – кивнул генерал Рейнольдс. – Пока вы не отключили их «глушилки», не знаю, что было у остальных, а у меня народ на борту чуть с ума не сошел даже в гиперпространстве. Радисты разбираются сейчас с адской системой, а программисты думают, как перенастроить все на общепринятые параметры.

– Надолго здесь застрянете, – заключила я.

– Это точно. Станцию решено оставить. Позиция удобная.

Не то слово! Эти люди знали, что делать.

– Командир, уже известно, кто всем руководил?

Генерал покачал седой головой.

– Пока разбираемся. Уотерс молчит.

– Генерал Рейнольдс, разрешите допросить арестованного, – Иосиф встал, вытянувшись в струнку, и смотрел прямо в глаза генерала. Спокойно, уверенно и профессионально выдержанно.

Генерал Рейнольдс медленно обвел нас взглядом и посмотрел на Иосифа.

– Вы можете гарантировать, что это не будет местью? – спросил он тихо.

– Даю слово, – сухо сказал Иосиф.

– Хорошо. Я отдам распоряжение. У вас будет столько времени, сколько потребуется.

Ну, все, Уотерс, теперь за твою голову я не дам и пенни. Иосиф тебя не бить будет. Он сотрет тебя в порошок, не оставив на теле ни царапины. Он уничтожит твою личность не спеша и методично. От твоего «я» камня на камне не останется. А это в разы хуже любой боли. Быть лишенным возможности осознавать себя… Я вздрогнула от ощущения холода и зияющей бездны, ощущения, охватившего меня на границе войда.

– Благодарю, генерал, – услышала я и, выйдя из ступора, увидела, как Иосиф сдержанно кивнул.

– Вольно, – мой командир кивнул в ответ и повернулся ко мне. – Надеюсь, что ты скоро встанешь. Без тебя уже скучно.

– Патрика вам мало? – улыбнулась я.

– Сорвиголова! – улыбнулся генерал. – Но он не ты. Ты – непредсказуема, вокруг тебя все кипит и взрывается, – засмеялся он.

– Ваша правда, генерал, – согласился Джейк, – я за время работы с ней пережил больше, чем за все время службы в «Black Birds». А там мы где только не были…

– Мы работали с вами в Австралии, – кивнул генерал, припоминая ту кампанию. – Вы неплохо там себя показали, – из уст генерала это была высшая похвала.

Я в Австралию не успела. К моему выпуску там все закончилось. Внутренний политический кризис вылился в глобальную войну за ресурсы. В учебниках истории после этой кампании появилась глава «Урановые войны». Поддержка с воздуха должна была быть более чем деликатной и требовала идеальной слаженности с наземными силами, чьей задачей было не вмешательство во внутренний конфликт, а обеспечение безопасности и защиты существующих хранилищ, реакторов и шахт, чтобы предотвратить глобальную экологическую катастрофу от непродуманных боевых действий.

Генерал еще немного посидел и, осторожно пожав мою, утыканную капельницами, руку, удалился. Иосиф остался возле Барта. Пришли наши доктора, а за ними и наш капитан. Он обвел нас веселым взглядом.

– Вот семейка! Если кто и мог завалить эту махину, так это вы! – улыбнулся он. – Я знал, что им не поздоровится, зря они вас сразу не отпустили. Могли бы отделаться малой кровью, а так вот как все печально для них закончилось, – он довольно улыбнулся и сказал серьезно: – Как только доктор даст добро, пойдем на Землю. Так что ешьте, спите и быстрее приходите в себя, чтобы пережить переход в гиперпространство. Джордж готов по первому требованию приготовить для вас все, что вы пожелаете из того, что есть, – капитан снова улыбнулся. – Отдыхайте, я на связи, если что, – он кивнул нам и ушел.

Наши доктора проверили наше состояние, и Джордж вкатил столик с одуряюще пахнущим бульоном. Я даже приподнялась с одра. Как давно мы не ели! Но, поскольку руки наши были в капельницах, нас пришлось кормить. Разумеется, Джордж кормил своего любимца – Майкла, Иосиф – Барта, Генри Хейворд возился со мной, а его брат с Джейком. В какой-то момент мы переглянулись между собой, и нас разобрал смех. Напряжение отпустило нас, и мы хохотали до слез. Бравые воины! Посмотрите на нас! Лежим тут, как какие-то овощи бесполезные!

С этого момента все пошло на лад. Задача была поставлена, и мы были полны решимости вернуться в строй. Майкл даже потребовал себе медсестру. Джейк пообещал рассказать все о его поведении Карен, и Майклу пришлось отказаться от своей фантазии. Уныние от боли и осознания тяжести увечий отступило. Все поправимо и преодолимо. Пока мы вместе, нам море по колено. Я наслаждалась этим ощущением. Вместе. Оно давало чувство защищенности и безопасности.

* * *

«Армагеддон» ушел на Землю, как только был рассчитан прыжок. Началась рутинная работа. Патрик все свободное время проводил у нас, травя байки и принося последние новости. Все шло неплохо. У меня сняли повязки с глаза и головы. Наконец-то я могла видеть все вокруг, не выкручивая голову на птичий манер!

– Ну, как? – спросила я доктора Хейворда, когда он снял все повязки и осмотрел мое лицо.

– В зеркало пока не смотри, – он впервые позволил себе осторожную улыбку.

И в голову бы не пришло! Живы и на том спасибо! А Барт как-нибудь меня переживет и со шрамами на лице. Я повернулась. С Барта тоже сняли повязки. Ой, боже! Ну и досталось же ему… Я посмотрела на Майкла, с которого доктор тоже снимал бинты. Через несколько минут мы, все четверо, с интересом разглядывали друг друга, сыпля остротами по поводу внешности, иногда на грани фола. Но смех даже сквозь еще не отступившую боль помогал. Наше восстановление шло довольно неплохими темпами.

И все было хорошо до того момента, пока к нам не пришел Иосиф. Он опустился на стул возле Барта и провел руками по лицу. Он выглядел усталым и разбитым.

Я непроизвольно села, хотя какие-то трубки потянули меня назад, тогда я приподнялась на локте. Остальные тоже почуяли неладное.

– Что? – глухо спросил Барт.

Иосиф не появлялся у нас с тех пор, как генерал Рейнольдс разрешил ему поработать с арестованным командором Уотерсом. У нас не было никакой информации о ходе этой работы. Иосиф был человеком весьма закрытым и не распространялся о своей деятельности до достижения результата. И даже тогда вы получали лишь отчет с сухими неопровержимыми фактами.

Сейчас на нем лица не было. Я его таким не видела.

– Уотерса убили в камере, – тихо сказал он, опустив голову.

Вот черт!

– Он успел что-то сказать? – спросил Майкл.

– Практически всё. Он стал бы ключевым свидетелем… – Иосиф развел руками, покачав головой.

– Но как?! – спросил Джейк, прекрасно знавший этот аспект работы. – Там были камеры наблюдения? Охрана?

– Моих людей убили, – Иосиф покачал опущенной головой, – видеокамеры были выключены. Даже те, которые установили мы. Это был кто-то из своих. Кто-то из людей кланов.

Не может быть… Я упала на подушку и вытерла мокрый лоб. Что за проклятие?!

– Я подвел вас, – продолжил Иосиф. – Они убрали человека, который вывел бы нас на верхушку. Сейчас есть только его слова. Без него и без доказательств они ничего не стоят. Архивные материалы еще не разобраны. Сейчас мы хотя бы знаем, что искать, но на это надо время.

– Кто был допущен к информации? – спросил Барт. – Ты же наверняка составил списки.

– Список. Пять имен. Они подпустили этого человека к себе, они его знали и доверяли.

– А что с записями с передатчика, который был у Уотерса все время нашего пребывания на борту станции? – вскинулась я.

– Ключевые моменты затерты, только общие разговоры. Приказы по поводу вас, и все. Кто-то знал и о нем.

– Кто имел доступ к этим записям? – спросил Барт.

– Эти же пять человек. Пять доверенных лиц.

– Мог ли кто-то из этих доверенных лиц оказаться источником информации для кого-то со стороны, сам того не подозревая? – голос у меня задрожал.

– Патрика в этом списке нет, – Иосиф сразу понял, о чем я спросила, точнее, о ком.

Я облегченно выдохнула.

– Но вопрос утечки я уже пробиваю. Отслеживаю связи.

– Ты назовешь нам имена из списка? – спросил Майкл.

– Нет, – Иосиф покачал головой.

– Но Барт знает? – не отступал Майкл.

– Ему положено, – спокойно сказал Иосиф, – а вам нет.

С этими словами Иосиф встал.

– Поправляйтесь. Мне пора.

Иосиф ушел, оставив нас в весьма растрепанных чувствах.

Все найденные нами нити обрубались. Повторялась как по кальке история с расследованием применения газа Си-Экс. Утешало лишь то, что вся информация из обнаруженных документов и, по возможности, сами документы отправлялись к сэру Энтони, а не распылялись по бесконечным ведомствам.

Кроме того, возник вопрос о людях клана. Кто-то из них может работать или быть членом Корпорации и играть против своих? Мы привыкли слепо верить в непогрешимость и абсолютную верность членов клана. Сейчас эта основа основ здорово пошатнулась. Мне было трудно это принять.

Дальше шел логичный вывод о предстоящих обострениях и расколах внутри кланов. Что, в свою очередь, вело к распаду и уничтожению давно сложившейся и прекрасно функционирующей системы. Смена государственного уклада. Возможно, даже строя.

И следующий вопрос, который не давал мне покоя – на чьей стороне президент? Вокруг кого соберутся те, кто решит защищать давно установившийся порядок? Как отделить зерна от плевел? Как понять в этой ситуации, кто с тобой, а кто против тебя?

Значит ли этот переход к прямой конфронтации с Корпорацией? Грядет война? Война в моей стране?!! А как же мои дети и их будущее?!!

Эти мысли изматывали меня. Мне нужен дядя. Мне надо с кем-то это обсудить. Если я себя накручиваю, он сможет меня успокоить. Если все так и есть, и я не ошибаюсь, у него уже явно есть пути решения этой проблемы.

– Мне надо связаться с дядей, – сказала я доктору Хейворду во время очередного обхода.

Генри Хейворд скользнул взглядом по моим показателям, кивнул, и через минуту я ехала в кресле в сопровождении Макса Хейворда в свой отсек.

Едва появилась связь, я поняла тему тихих разговоров Иосифа и Барта – мой дядя лежал в постели. Он был дома, но вокруг стояла аппаратура.

– Дядя, какого… Что происходит?!

– У меня к тебе тот же вопрос, – взгляд дяди скользил по моему лицу.

Точно, я сейчас тоже являю собой зрелище не для слабонервных.

– А, это… Это ерунда, с тобой что? – я не дам старому лису увильнуть от темы.

Но он и не думал увиливать.

– Морган, вы нужны здесь. Быстрее вставайте на ноги и возвращайтесь на Землю.

– Дядя… – прошептала я одними губами.

И дядя заговорил. Он рассказал, как обстоят дела, и оказалось, что я не так уж далека от истины. Бурление идет в кланах и вокруг, все громче звучат призывы к ликвидации института кланов, изъятию их собственности в пользу государства и лишению членов кланов всех социальных статусов и привилегий.

Я даже дышать перестала на секунду. Они это серьезно?!! О, более чем, подтвердил мой дядя. Он выступил перед обеими палатами с речью, в которой предупреждал об опасности подобных призывов и обрисовал последствия предлагаемых изменений. Экономический коллапс стал бы лишь малой частью фатальных последствий слома давно устоявшейся и работающей как часы системы. Апофеозом хаоса нового перераздела станет Первая континентальная война. Это была впечатляющая и прекрасно выстроенная речь, после которой на моего дядю, сэра Энтони, было совершено покушение.

Я остолбенела. Как?!! Стреляли с крыши, по счастливой случайности мой дядя обернулся к кому-то, и пуля попала в плечо, ко второму выстрелу дядя был уже на земле под телохранителем, а моментально подогнанная машина закрыла собой обоих от снайпера. Нет, его не нашли. Только место, где он сидел. Не волнуйся, я дома, все охраняется, дети в полной безопасности. Никто не покидает поместье. Я уже иду на поправку, но страсти накаляются, и вам лучше поспешить.

– Будем как можно скорее, – заверила я сэра Энтони и отключилась.

Я потерла лоб дрожащей рукой. Надо встать на ноги. Надо не просто держаться на ногах, а надо реально поправиться, чтобы быть в состоянии сразу ввязаться в драку. В драку за свою семью, за существующий уклад, за будущее моих детей. Я не хочу, чтобы они жили в мире, где правит Корпорация. Я достаточно узнала об их деятельности, чтобы биться с ними до конца…

– Генри! – я вкатилась в медотсек. – Ставь нас на ноги! Делай что хочешь, но к возвращению на Землю мы должны быть в форме!

– Морган, что стряслось? – Майкл даже приподнялся.

Барт молчал. Он знал. Он знал, что я начну форсировать события, и молчал. Но теперь поздно – теперь и я все знаю.

– Морган? – Джейк напряженно смотрел на меня.

– Все дети в порядке, – поспешно заверила я. – Карен тоже, – опередила я вопрос Майкла. – Ситуация развивается по нарастающей, нам надо быть там.

Барт едва заметно кивнул, оценив, что я не вывалила с ходу новость о покушении на сэра Энтони.

– Генри! – снова крикнула я.

Он бесшумно вышел из лаборатории и возник передо мной, от столь неожиданного появления я вздрогнула.

– Вот ты где, – моментально оправилась я, – поставь нас на ноги. Мы стартуем на Землю. По возвращении мы должны быть на ногах.

– Насколько на ногах? – доктор Хейворд задумчиво смотрел на меня.

– Чтобы сразу пересесть в истребитель, вот насколько. – Черт, я еще сижу-то с трудом – все дрожит от перенапряжения, а как он поставит меня на ноги?!

– Сделаю, – неожиданно кивнул доктор, – мне самому надоело, что вы все здесь болтаетесь. У меня другой работы полно.

– Чего же ты раньше ничего не делал?! – Джейк аж подскочил. – Я в жизни столько на больничной койке не валялся!

– Сейчас уже можно, вы достаточно окрепли, – доктор Хейворд едва пожал плечами.

– Для чего мы окрепли? – вкрадчиво спросил Майкл.

– Для ложа.

Что?! Мы все уставились на доктора.

Оказалось, что они тоже на Земле зря времени не теряли и совместно с инженерами «Морган индастриз» создали очередное чудо. Ложе. Капсулу, в которой при определенном режиме происходит полное выздоровление и восстановление человека практически с любыми травмами.

– И сколько у тебя этих камер? – спросила я, наклонив голову набок.

– Как раз четыре, – Генри Хейворд повернулся. – Макс, иди сюда! Поместим их в ложа!

– Давно пора, – Макс вошел в нашу палату и покатил меня вперед.

Генри помог Барту перебраться в кресло и покатил его следом.

Нас поместили в четыре капсулы, сконструированные с применением самых новейших разработок и технологий в сфере нанобиологии, биофизики и медицины.

– К прилету на Землю будете как новенькие, – пообещал доктор Хейворд и захлопнул прозрачную крышку.

Я ощутила поток свежего воздуха на лице. Что-то тихо загудело. Меня начало клонить в сон. Последнее, что я слышала, это то, как закрыли Барта…

* * *

Мы восстановились раньше, чем рассчитывал доктор Хейворд. Система сама разбудила нас и автоматически открыла капсулы.

– Вещь! – Макс Хейворд не скрывал своего восхищения. – Ну, если вы и на самом деле так здоровы, как считает система, я снимаю шляпу перед ее конструкторами, – он лично провел финальную диагностику.

Мы были здоровы.

– Ты посмотри, – обратился Макс к брату, вертя мое лицо, – даже шрамы рассосались…

– Что, все? – спросила я, жмурясь от света.

– Мне нравился твой шрам над бровью, – улыбнулся Майкл, – о многом напоминал.

– Мне тоже, – отозвался Барт, выбираясь из своего ложа.

Макс повертел мое лицо еще.

– Эй, голова все еще моя! – напомнила я.

– Простите, – мимоходом извинился он. – Нет, этот шрам цел. Видимо, слишком старый.

– Да, старый, но не слишком, – усмехнулся Майкл.

Мы покинули, наконец, медотсек и предстали перед капитаном.

– Готовы приступить к работе? – он внимательно осмотрел каждого из нас, словно ища что-то, что врачи могли пропустить.

– Готовы, сэр! – не очень стройным хором ответили мы.

– Морган, Барт, на дежурство! – скомандовал капитан. – Я – спать.

Здорово было вернуться! Однако было кое-что, что омрачало радость возвращения. Мне надо связаться с дядей и узнать, что происходит на Земле. Покончив с рутиной, я активировала экран.

– Дядя, ты как?! – выпалила я, едва связь наладилась.

– Хорошо, – дядя вгляделся в мое лицо. – Боже, ты отлично выглядишь!

– И чувствую себя тоже, – кивнула я, – введи меня в курс дела.

И дядя ввел.

К этому моменту сэр Финли и сэр Энтони проделали огромную работу. Сэр Финли провел серию тайных переговоров с главами крупнейших кланов по всему миру, в ходе которых выяснилось, что не только наш клан ведет подобную деятельность. Кланы других государств тоже стремились сохранить существующий порядок вещей и уберечь мир от хаоса глобальной войны. Заручившись их поддержкой, сэр Финли, сэр Энтони и представители кланов других стран провели переговоры с главами правительств. Службы безопасности кланов работали не покладая рук, проверяя подноготную каждого президента и каждого премьер-министра. При малейшем подозрении в связях с Корпорацией глава государства исключался из переговорного процесса, и велась кропотливая работа по поиску достойной альтернативы для переговоров в правительстве данной страны. Именно так была установлена связь вице-президента США с Корпорацией, что многое объясняло. А президент, ко всеобщему облегчению, оказался фигурой с незапятнанной репутацией. Таким образом, среди правящей верхушки были определены сторонники существующего уклада и сторонники переворота в пользу Корпорации, что уже было немало. По итогам этих переговоров был созван Международный Совет Кланов, на котором был учрежден Координационный центр и было заключено соглашение о военном сотрудничестве с правительственными войсками, которые заметно поредели из-за мятежных генералов. Был предан огласке ряд фактов о деятельности Корпорации, помимо их оккупации целого континента – Африки, где существование ранее живших там народов до сих пор было под вопросом.

– Как ты понимаешь, страсти накаляются. Мы на грани большой войны, – дядя не был сторонником мягких формулировок, – антиклановые настроения набирают обороты. Нам приходится защищать наши города от пришлых банд.

Города, выросшие вокруг клановых предприятий, были просто воплощением мечты наяву, оплотом покоя и благоденствия. Жить в них было мечтой любого человека, но для этого надо было работать на каком-либо предприятии клана, а попасть туда было непросто из-за высокой конкуренции даже среди рабочих специальностей. Сейчас военные формирования кланов были вынуждены защищать города и их жителей от банд мародеров.

Зачем Корпорации эта война?!! Для чего им нужен вот такой мир?!! У них и так было всё! Ресурсы, возможности, даже власть. Пусть теневая, но была… Чем им мешали кланы?

Клановая система возникла не вчера. Она формировалась долго и, когда оформилась как институт, была тут же вписана в конституцию государств отдельным разделом с целым сводом законов. Законов, не допускающих кланы к непосредственному участию в политической жизни страны. Любой кандидат на любой политический пост в первую очередь проверялся на принадлежность к какому-либо клану. Но даже при таких условиях давно сформировавшаяся и устоявшаяся система лоббирования позволяла все же кланам осуществлять определенное влияние на правительство и законодательную власть, что было вполне законно. Кроме того, все кланы присягали на верность каждому новоизбранному президенту, и был установлен безусловный приоритет государственных интересов над клановыми.

Социально-экономический раздел законов в клановом законодательстве был самым объемным и жестким. Я подробно изучила его, когда на меня свалились обязанности по управлению «Морган индастриз». Согласно закону, кланы гарантировали безопасность своих производств как для окружающей среды, так и для людей, работающих на их предприятиях. Степень социальной защиты была просто беспредельной. Уровень жизни людей, работающих на предприятиях клана, был таким, что рабочие специальности встали на один уровень со специальностями врачей и юристов. Социальное и медицинское страхование, обязательные клиники при каждом предприятии, обслуживающие всех членов семей работников предприятия. Школы и колледжи от предприятий и обязательные квоты, оплаченные кланами, в престижных вузах для детей работающих на предприятиях людей гарантировали постоянное обновление кадров на всех уровнях производства – от рабочих до инженеров и ученых, занимающихся разработками на перспективных направлениях. Преподаватели в учебных учреждениях всех ступеней были прекрасно обеспечены, и считалось особой привилегией работать в образовательной структуре, созданной кланами. Точно так же обстояло дело с врачами. Лучшие в выпусках получали приглашения в клиники предприятий кланов, и принимали их не раздумывая. Все клиники были оснащены самым современным оборудованием и имели совершенно потрясающую научно-исследовательскую базу. Конечно, все это стоило немалых вложений, но в конечном итоге эти затраты окупали себя с лихвой. Быть уволенным с такого предприятия означало не только позорное пятно на репутации и проблемы с дальнейшим поиском работы, но и утрату всех этих благ для всей семьи. Поэтому, несмотря на довольно суровые требования к работникам предприятий, люди держались за свои места. Люди были обучены и востребованы. Люди были обеспечены, защищены и имели возможность роста. Вакансии на предприятиях кланов отсутствовали как таковые.

Такое положение вещей на клановых производствах заставляло федеральные производства улучшать условия труда на своих предприятиях, чтобы защитить их от оттока рабочей силы в места со столь привлекательным социальным пакетом. К тому же эта конкуренция была неплохим стимулом для постоянной модернизации и развития предприятий, принадлежащих государству. Кланам удалось создать практически идеальную социально-экономическую систему без каких-либо причин для социальных волнений.

Зачем Корпорация хотела уничтожить почти совершенный мир и создать после этого на его месте – что?! Этот вопрос зависал без ответа. Захватить власть, захватить предприятия. А дальше? Они же и так фактически погрузили мир в виртуальную реальность, создав одну из величайших фальсификаций с целым отравленным континентом и забрав его себе, вызвав неприятные ассоциации с театром марионеток. Это несколько меняло мои представления о мироустройстве, переворачивая их с ног на голову. Сейчас, когда я думала о возможных последствиях этой войны, воображение и здравый смысл рисовали одну картину апокалиптичней другой. Я достаточно узнала о методах работы этой организации и о направлениях их исследований, чтобы понять, что в их мире нам просто не останется места, а люди, уже несколько поколений работающие на нас, будут лишены всего, что имели по праву. Большей части населения во всех странах было что терять, и терять они ничего не хотели. Гарантированное будущее детей, их обеспеченность и защищенность – вот что станет главной причиной для сопротивления людей.

– Я не понимаю, на кого они опираются? Кто на их стороне? – я смотрела на дядю, лихорадочно ища ответ на свой вопрос.

– Фрэнсис, недовольные будут всегда, при любом государственном устройстве, – дядя грустно усмехнулся и развил мысль.

Кто станет опорной силой Корпорации? Те, кто остался за бортом. Те, кто не вошел в пул лоббистов интересов кланов, те, чьи предприятия не выдерживали конкуренции с предприятиями кланов. Серая масса, застрявшая в системе госструктур, не имеющая интеллектуального потенциала для роста, но жаждущая отхватить часть пирога. Плюс люди, живущие на пособия и просто не желающие работать. Не говоря уже об антисоциальных элементах. Таких оказалось достаточно. И именно на них была направлена антиклановая пропаганда Корпорации. На них она опиралась в своей борьбе с клановой системой.

– Дядя, прости, – тихо сказала я.

– Господи, Фрэнсис, за что?!

– Это мы прищемили хвост Корпорации и заставили перейти к активным действиям. Сначала на странствующей планете, потом в Африке, – я похолодела внутри от осознания того, что это наши действия втянули Землю в этот фатальный кризис.

Если бездомная планета была далека и почти нереальна, то Африка все время была рядом, у всех на глазах. Такое уже нельзя было спустить на тормозах. При всем могуществе Корпорации замять этот скандал не удалось. Возникли вопросы, началось расследование специального комитета при ООН. Начали всплывать первые имена из составленных нами списков. А потом – «Звезда Смерти». Мы по-прежнему между собой называли ее так. Очередная волна публикаций вновь всколыхнула общество. И чем больше было таких публикаций, тем громче и настойчивее велась антиклановая пропаганда.

– Фрэнсис, не вы, так кто-то другой спровоцировал бы это. Слишком много всего накопилось. Знаешь, в древности контрабандисты привязывали мешки с солью к ящикам со спиртным, чтобы прятать их от таможни, к определенному моменту соль таяла, и буйки от ящиков начинали всплывать, обозначая место нахождения груза. Так вот, всплыло слишком много буйков. Как ты правильно сказала – уже не замять. Даже им.

Мне оставалось обреченно кивнуть.

– О детях не беспокойся. И передай всем – семьи всех членов твоего экипажа в безопасности. Полной и абсолютной.

– Спасибо, дядя, – только и осталось пробормотать мне.

Я отключила канал связи и сидела, уставившись в пустоту за обзорным экраном.

В чьем воспаленном сознании могла возникнуть мысль развязать новую войну?! Как можно было поставить под угрозу само существование мира, не говоря уже о миллионах и миллионах жизней, которые эта война может унести?! Какая цель стоила этого?!!

Эти вопросы пока оставались без ответа. Я взглянула на часы. Оставалось еще одно. Пока есть возможность, надо воспользоваться затишьем и решить и этот вопрос.

Я взяла с собой портативный пульт и отправилась на поиски Иосифа. Больше никто бы не справился. Я нашла его в зале, он «месил» грушу.

– Иосиф, привет!

– Привет, – он был мрачен.

– Я говорила с дядей. Твоя семья в безопасности. Они вместе со всеми нашими в убежище. В полной безопасности, – повторила я.

Кажется, я услышала вздох облегчения.

– Что-то еще? – спросил меня Иосиф, скользя взглядом по моему лицу.

– Ты мне нужен, пойдем.

Иосиф без слов бросил грушу и, сдернув перчатки, последовал за мной. Если я звала его, значит, это был важно.

Мы пришли в отсек со скафандрами.

– Что ты задумала? – Иосиф посмотрел на камеру на треноге.

– Сейчас увидишь. Я специально ее закрепила, у тебя руки могут дрогнуть. Просто следи, чтобы я всегда была в кадре, хорошо? И постарайся вести себя тихо.

– Да в чем дело-то? – он растерялся окончательно.

Я вытащила скафандр и включила камеру.

– Сэр Гилфорд, добрый день или вечер. У меня к вам есть огромная просьба. Посмотрите эту запись. На словах это не объяснить. Когда отсмеетесь, постарайтесь как-то все исправить, хорошо? Надеюсь на вас. И благодарю.

Я начала сама натягивать скафандр. Черт, это было просто невыполнимо! Я ложилась, я вставала, я изгибалась и выкручивалась, кряхтя и проклиная все и вся. Иосиф держался, сколько мог, следя за тем, чтобы я постоянно была в кадре. Улыбка перешла в тихий смех. Потом уже просто в несдерживаемый хохот. Через сорок минут мучений я была в криво натянутом, не полностью застегнутом скафандре, мокрая от пота, растрепанная и в крайней степени раздражения.

– Сэр Гилфорд, думаю, все понятно. Самой мне его не натянуть даже в обычных условиях. А в экстремальных, даже если я успею его натянуть, то застегнуть я его не смогу. Как бы я ни старалась. По функциональности он – почти идеален, но в использовании – видите сами. Попробуйте это исправить. Конец.

Иосиф выключил камеру и вытер глаза.

– Можно парням показать? – спросил он.

– Сперва вытащи меня из него, – я кивнула на скафандр.

Я отправила файл до выхода из гиперпространства. Парни развлекались как могли. Они запускали съемку на ускорке и просто корячились от смеха. Даже капитан не остался в стороне. Мистер Вульф и оба доктора тоже не упустили возможность поучаствовать во всеобщем веселье.

– Над собой смеешься, – я щелкнула Майкла по макушке, – твоя работа.

– Ага, – согласно кивнул мой брат, завалившись от смеха на бок.

Пусть посмеются, пока есть возможность. Потом будет долго не до того. Черт, очень долго… До выхода из гиперпространства я успела получить ответ: «Мэм, благодарю за наглядность – задача понятна. Все еще смеемся, но уже работаем. Думаю, что к следующему рейсу все исправим». А он оптимист! Следующий рейс! Когда он будет? Чувствует мое сердце, что не скоро…

Часть 6

Война

– Финнеган, Мак-Аллен, продолжить сопровождение! Дуган, за мной, – я положила истребитель на крыло, и наши звенья разошлись перед атакой.

Цель моей группы – бомбардировщики и их группы сопровождения. Бомбардировщики Корпорации.

Действовали мы слаженно и эффективно. С той стороны тоже были отлично подготовленные кадры, поэтому каждый бой был новым вызовом и мог стать последним. Мы прекрасно понимали это. Но едва разгромив идущую на нас армаду, мы меняли самолеты и сопровождали наши бомбардировщики к указанным целям.

Впервые, с момента первого полета в космос, мы сели на Землю на шаттле, бросив «Поллукс» на орбите, минуя обязательный карантин. Я посадила шаттл на аэродроме моей части, чем вызвала немалый переполох. Благо мой командир, генерал Рейнольдс, был на Башне и нас не сбили. Не успев прийти в себя, мы пересели на истребители.

На Земле шла война. В воздухе, на воде, на суше. Пылали все континенты, и впервые глобальная война пришла на наш материк. Были задействованы все рода войск. Частные военные компании впервые воевали не за деньги, а за убеждения. Это была война спецслужб как внутри, так и друг с другом. Такого глубокого раскола еще не было. Он коснулся всех. Всех слоев населения и социальных групп. Пылало все и везде. Это была война всех против всех. Это было хуже всего, что я могла себе представить.

У меня не было полной картины происходящего. Я видела только то, что касалось непосредственно меня. Я просто знала, что где-то на материке в Координационном центре работает Барт. Джейк в Африке – цитадели Корпорации, в составе диверсионных групп правительственных войск. Майкл командовал подразделениями «Черной смерти», защищая от атак Корпорации спутники, работающие на орбитах Земли и обеспечивающие связь и работу почти всего на Земле. Я знала, что Марк и Иосиф сейчас там же, в составе команды «Поллукса», который воевал с флотом Корпорации в составе флотилии клана Морганов. Что там происходило, я узнавала только из военных сводок. Следить за всем было некогда и практически невозможно – у нас своих дел было невпроворот.

Мы охраняли Западное побережье нашего континента.

Из истории я знала, что однажды, в начале двадцать первого века, наша цивилизация уже стояла на пороге тяжелейшего кризиса. Однако в какой-то момент, в связи с мощным прорывом в сфере других новейших технологий, ядерное оружие просто потеряло свою актуальность, и потому было довольно быстро ликвидировано всеми странами за ненадобностью. Конечно, оставались службы, в функции которых входило предотвращение даже не применения, а просто появления опасного раритета у новых, только заявляющих о себе государств.

Но с тех пор еще оставались атомные станции. Обновляемые и модернизируемые на каждом витке научно-технического прогресса, снабженные защитной системой «Купол», в этой войне они стали главной стратегической целью. На земле орудовали диверсионные группы, которые могли в любой момент отключить защиту любой из них, и тогда катастрофа была бы точно неминуема. И вот на этот случай были мы. Очередной вой сирены оповещал о беззащитности очередной станции. И мы с воздуха обеспечивали защиту «открытого» объекта до восстановления «Купола». После его восстановления мы наносили ответный удар, ликвидируя аэродром или авианосец, с которого пришли бомбардировщики, зачищая все под ноль без малейшей возможности восстановления.

Мы защищали наши авиабазы, предприятия, военные склады и базы наземных войск. Мы защищали все, что могло обеспечить нам победу.

Города не бомбили. Воинские подразделения кланов встали на их защиту, спасая их от разграбления и защищая их жителей, которые и сами, не желая оставаться в стороне, сформировали добровольные дружины и примкнули к армии кланов. Эти города тоже находились под охраной правительственной авиации и стали впоследствии своеобразными центрами для создания безопасных зон.

В других городах, существующих вне юрисдикции кланов, война велась на каждой улице, в каждом доме. Бандитские группировки получили карт-бланш, национальная гвардия и полицейские подразделения тоже разделились на два лагеря, и начался беспредел. Из крупных городов потек поток беженцев. Люди уходили в леса и в горы, спасая детей и самих себя, образовывая спонтанные лагеря и формируя отряды самообороны, которые действовали хаотично, вслепую, иногда даже против друг друга. Города кланов не принимали беженцев, боясь впустить к себе людей Корпорации. Страх и недоверие отравили сознание людей. Ситуация была тяжелейшая.

Меня утешало то, что наши семьи были надежно укрыты. Даже я не знала где. Я лишь знала, что дети в порядке, и этого мне было достаточно.

Мы были загружены под завязку. У моей команды было до десяти вылетов в день. Ни на что не было времени – ни на страх, ни на тоску, ни на раздумья. Только короткие промежутки глухого забытья отделяли одно дежурство от другого. Иногда во время боя со стороны противника ко мне обращались по имени знакомые голоса, но это меня не трогало. Эти люди хотели лишить будущего и жизни моих детей. Моих родных. Меня. Поэтому я без малейшего колебания пускала ракету или жала на гашетку пулемета. Меня уже ничем не пронять. Я знала, какой мир нас ждет в случае поражения, и боролась с новым злом всеми силами.

Наконец, где-то через месяц полного хаоса и глухой обороны, поступило первое сообщение, что небольшой городок в сердце Европы полностью зачищен от сил Корпорации и занят правительственными войсками. Нашей радости не было предела. Затем на карте в нашем штабе начали вспыхивать новые зеленые точки по разным странам – Россия, Китай, Индия, Австралия, Бразилия, наконец, в США.

Это стало началом перелома. Началась консолидация сил вокруг определившегося центра противостояния, к которому подтягивались отряды самообороны, в освобожденные зоны прибывало мирное население, уставшее от полуголодного существования в постоянном страхе в плохо защищенных лагерях, определялись фронты, и уже можно было действовать по всем правилам военной стратегии.

Определилось лицо противника. У них появились форма, флаг и символы. Теперь они не скрывались, они были уверены в победе. Их уверенность упрощала нам задачу. Ситуация свелась до понятного – здесь свои, там чужие. Были обозначены основные этапы и направления боевых действий. Все обретало четкость и упорядоченность. Появились ясные цели. Наступления войск теперь велись скоординированно, под прикрытием авиации. Зачищались территории, и зоны безопасности смыкались, образуя прочный тыл. Линия фронта выравнивалась и медленно отодвигалась от условного центра.

Я не знаю, как нам удавалось держать такой темп. Наши предприятия продолжали работать, снабжая нас всем необходимым, начиная с запчастей и боеприпасов и заканчивая едой. Иногда, едва мы выходили из боя, нас тут же отправляли на сопровождение эшелонов сырья для работающих заводов. И я даже не знаю, где бои были более ожесточенными – при наступлении на войска Корпорации или при таком вот сопровождении грузов. На подходе к городу, к нашему облегчению, навстречу поднимались истребители местного подразделения.

– Груз принят! Спасибо за службу! – раздавалось у меня в ушах.

– Принято, уходим на базу. – И мы разворачивались, добивая противника и не подпуская никого к городу.

После этого ночью мог быть вылет на «Валькирии» с диверсионной группой на борту в тыл врага или, наоборот, уже эвакуация группы после выполнения задания.

Патрик все время был рядом и не давал потерять связь с реальностью. Его неувядаемый оптимизм поддерживал и придавал мне сил. Он инстинктивно жался ко мне, и я держалась ради него. Он же был источником основных новостей. С его талантом заводить везде друзей он находил возможность разузнать все о наших близких.

Мы спешно экипировались под вой тревоги.

– Я говорил с Майклом! – крикнул он, стараясь перекричать сирену. – С ним все хорошо!

– Спасибо!

Один жив, мелькнуло у меня.

– Барт был занят, но передал через помощника, что он в порядке!

– Отлично! – я застегнула комбинезон и взялась за шлем. – От Джейка новости были?!

– Пока нет, но они опять в Африке, там связи нет! Даст о себе знать, когда вернется!

– Хорошо!

Мы уже бежали по полю к истребителям.

– Не отходи от меня, понял? – сказала я, ставя ногу на ступеньку трапа.

– Ты каждый раз это говоришь!

– И каждый раз ты делаешь все наоборот!

Он легко махнул мне рукой и побежал к своему истребителю.

Теперь одним поводом для тревоги станет меньше. Все живы. Пока.

Мы сопровождали наши бомбардировщики. Разведка донесла о переброске противником тяжелой техники, и необходимо было ее уничтожить до введения в бой.

– Первый ко взлету готов! – доложила я Башне.

– Второй ко взлету готов! – бодро сообщил Патрик.

Я улыбнулась. Он всегда останется мальчишкой, жаждущим приключений!

– Второй, держаться рядом со мной! Не отходить! – напомнила я и рванула по взлетной полосе, получив команду на вылет.

Ночной вылет. Люблю летать ночью. Видно звезды. Они не переставали манить и заставлять мечтать о том, что, когда весь этот кошмар закончится, я снова смогу вернуться на «Поллукс» и все же завершить свою миссию в созвездии Весы. Не люблю, когда что-то висит невыполненным. А потом новые цели и новые горизонты… Космос был велик и бесконечен, и даже то, что мы побывали на краю нашей Галактики, не лишило меня этой убежденности. Наша Галактика полна сюрпризов и чудес. Только бы выбраться отсюда живой…

Так, пора перестраиваться. Я дала команду – нас встречали истребители Корпорации.

– Ударная группа, за мной!

Три звена легли на крыло и разошлись, меняя порядок. Вскоре ночное небо озарилось вспышками от пулеметных выстрелов и пущенных ракет. Один истребитель вспыхнул и ушел вниз горящим протуберанцем.

– Морган! Классно ты его! – услышала я восторженный крик Патрика.

– Да-да, сам не зевай! Справа!!! – я дернула машину вниз, давая ему место для маневра.

Удостоверившись, что он отбился, я обнаружила, что сама на прицеле. Не дождетесь! Дальше началась привычная «карусель». Пока мы держали ударную группу, наши бомбардировщики добрались до цели и, отбомбившись, повернули назад.

Мы продолжали держать внимание ударной группы на себе. Вторая группа прикрытия сопровождала бомбардировщики.

– Патрик, сними этого гада справа! Он мне надоел! Патрик?!

Тишина. Я огляделась. Черт…

– Патрик!!!

– …подбит… падаю… – сквозь помехи пробилось в уши.

– Катапультируйся!!! – я остервенело обстреляла ближайший истребитель Корпорации и спустилась ниже.

Увидев пылающий истребитель, я обмерла.

– Прыгай, мать твою!!!

В черном небе раскрылся парашют.

– Ты живой?! Патрик, ты живой?!!

– Да, заткнись ты, слова не даешь вставить! – отозвался он.

Я сдержала поток всего, что хотела ему сказать, и посмотрела на координаты. Черт! Мы над территорией Корпорации…

– Морган, я цел! Ни царапины! Как сяду, выставлю маяк на нашей частоте. Там лес внизу, все будет нормально.

Он был спокоен. Даже больше – в его голосе был азарт. Новое приключение! Такого с ним еще не было! Мальчишка…

– Я вернусь за тобой! – крикнула я, уйдя от ракеты и выстрелив в ответ.

– Я и не сомневался! – Он что, смеется?!

– Первый, уходим, Первый! – деликатно окликнул меня один из моих пилотов.

– Да, уходим, – я запомнила координаты, и мы повернули домой.

Едва коснувшись ногой земли, я скомандовала:

– «Валькирию» и тактическую группу, немедленно!

– Машина готова, мэм! Группа на борту!

Отлично! Меня домчали до вертолета на джипе, и я поднялась на борт.

– Башня, «Валькирия» один, разрешите взлет!

– Взлет разрешаю, – командир Рейнольдс воздержался от предостережений.

«Валькирия» бесшумно взмыла вверх. Обожаю эту машину. Я следила за всем – за небом, за координатами и за тем, что внизу. На панели, на карте, мигал сигнал маяка Патрика.

– Внимание, готовность номер один, – скомандовала я группе.

– Есть готовность номер один, – отозвался командир тактической группы.

Нажав на кнопку, я открыла дверь.

– Пошли, парни.

– Первый, пошел! – услышала я и машинально проследила за тенью парашюта – черный шелк в ночном небе…

Последний из группы покинул вертолет, и я закрыла дверь.

– Верните его, – прошептала я и ушла в условленный квадрат эвакуации.

Команда, снабженная «птицами», десантировалась в квадрате, где приземлился Патрик.

Я включила планшет и перешла на режим ночного видения, подключившись к одной из «птиц». Все происходило слишком медленно. Группа бесшумно перемещалась по лесу перебежками, следуя за «птицами». Что это?!

Мой братец сидит возле дерева и с аппетитом уплетает свой сухой паек!

При появлении десантников он даже не вздрогнул!

– Привет, парни! Быстро вы! Морган там совсем озверела?

– Сейчас сам все узнаешь, – усмехнулся командир тактической группы. – Цел?

– Ногу сломал, кажется, – весело сообщил Патрик.

Я перевела «птицу» на его ноги и уставилась на торчащую кость. Кажется?! Сколько обезболивающего он себе воткнул?! Только притащите его сюда, и я ему лично шею сверну!

– Носилки! – услышала я.

Они уложили Патрика на носилки и двинулись обратно.

Я пустила «птиц» вперед, следя за обстановкой.

– Парни, движение на северо-западе в двух минутах, – сообщила я.

Группа замерла и присела.

Я смотрела на перемещающихся навстречу им людей. Они тоже шли за Патриком. Быстро.

– Семь градусов левее, там ручей, аккуратно, – скомандовала я, и группа свернула левее, расходясь с людьми Корпорации.

Если повезет, они просто бесшумно разойдутся… Я замерев смотрела на экран. Капля пота медленно стекла по моему виску.

Этот парень меня с ума сведет… Ну же, еще немного…

– Угроза миновала, – сообщила я и дальше вела группу к вертолету.

Я оторвалась от планшета, когда первая «птица» влетела в открытую дверь. Я встала и помогла затащить, разместить и закрепить носилки.

– Морган! Привет! Ты так быстро!

– Заткнись лучше, – я защелкнула ремни безопасности и вернулась в кабину. – Все на борту?

– Все, порядок!

– Взлетаем!

«Валькирия» бесшумно взмыла в небо.

Добрались мы до базы для разнообразия без приключений. Нас встречала медслужба.

– Что у вас? – спросил врач.

– Как я сказала, открытый перелом левой ноги, но я не знаю, сколько обезболивающего он себе вколол, – перекрывая ветер, сообщила я.

– Хорошо, разберемся в госпитале, – кивнул врач, – грузите и поехали!

Патрика увезли.

Снова сирена. «Открытый» «Купол». Да чтоб вас!

– По машинам! – раздалось через динамик, и я побежала к своему истребителю.

Ну, хоть мой брат в безопасности. На какое-то время.

* * *

Патрик быстро поправился и вернулся в строй, добавив мне головной боли. Бои продолжались. Война была жестокой и кровопролитной. Обеим сторонам было что терять. Главы Корпорации понимали, что теперь либо всё, либо ничего. Сопротивление было просто бешеным. Лишь мощь кланов, объединённая с мощью государств, могла качнуть маятник в другую сторону. И очень нескоро, с приложением огромных усилий, наступил долгожданный перелом в этой совершенно, на мой взгляд, бессмысленно и бездумно развязанной войне.

Между вылетами мы обязательно старались попасть в штаб, где могли следить за продвижением фронтов. Правительственные войска двигались от двух побережий к центру страны. Линии фронтов были ломаные, но мы наметанным глазом моментально замечали изменения. Наступил момент, когда канадские правительственные войска сомкнули два фронта на своей территории и силы Корпорации отступили в еще довольно широкий коридор в США. Те, кто попадал в плен, тут же отправлялись с трудовой повинностью на восстановление разрушенных городов и дорог. Мы следили, как смыкается коридор на нашей территории, как образовывались «мешки», и тогда нас отправляли расчищать путь войскам.

Не было предела нашему ликованию, когда оба фронта сомкнулись и эстафета была передана Мексике, в которой добивали остатки прорвавшихся на их территорию групп и додавливали остатки сопротивления местных подразделений Корпорации.

Нас перебросили на авианосцы, которые сосредоточились вокруг Африки. Наше подразделение приписали к «Вирджинии».

– Капитан, – приветствовала я капитана Вилсона.

– Полковник, рад вас видеть, – он улыбнулся, – что ж, палуба вам знакома.

– Довольно хорошо, – кивнула я, усмехнувшись.

– Тогда, надеюсь, обойдемся без лишних разрушений, – он пожал мне руку, – добро пожаловать на борт!

– Спасибо, капитан.

И началось. Ежедневные инструктажи и рейды в цитадель Корпорации. На земле работали диверсионно-разведывательные группы, которые устанавливали местоположение и статусы объектов, их значимость и обеспечивали отключение систем безопасности над ними. Мы сопровождали бомбардировщики, обеспечивая им плотное прикрытие от отчаянно сопротивляющегося противника. Небо над Африкой стало местом самых ожесточенных боев.

К континенту стягивались силы стран, которые уже победили Корпорацию на своих территориях. Был создан координационный центр, осуществляющий общее руководство боевыми действиями на материке, обеспечивая их слаженность и эффективность.

Спецслужбы работали в авральном режиме, разыскивая и беря под стражу лидеров Корпорации, чьи данные были раздобыты в архивах «Звезды Смерти». Там были адреса всех укрытий и убежищ Корпорации на Земле. География их была довольно обширна, и работы хватало. В Европе тем временем началась подготовка к Международному военному трибуналу. Привлеченные из всех стран специалисты готовили и собирали документы и свидетельства, подтверждающие причастность тех или иных лиц к этому кровопролитию, кропотливо определяя степень персональной вины и ответственности каждого уже арестованного или еще разыскиваемого человека. Спецгруппы трибунала работали по всему миру, неумолимо настигая всех руководителей и исполнителей из списков Корпорации. Насколько я знала, такое в истории человечества было лишь однажды. Сейчас мы вышли на качественно новый уровень, перекрыв ту войну по количеству жертв просто в сотни раз. Ни один вынесенный приговор не возместит эти потери, но должен надолго отбить желание у кого-либо еще затеять что-то подобное. На этот раз было принято решение, что за совершенные преступления или за соучастие в действиях Корпорации будут отвечать все члены семей подсудимых без исключений. Положение, заимствованное из законодательства кланов, могло гарантировать, что подобные события не повторятся впредь. Хотя бы какое-то время. Предстояло еще много работы по всем направлениям.

А мы «зашивались» в Африке.

Однажды, едва я выбралась из истребителя, меня снова отправили на вылет на «Валькирии».

– Мэм, вам надо забрать нашу группу из этого квадрата, – передал мне задание младший офицер, вручив планшет с данными.

Провались, шестой вылет.

– Кофе дай, – я не скрывала раздражения.

Посыльный с готовностью протянул мне термостакан.

– Без молока, сахара и прочей дребедени? – спросила я с плохо скрытой угрозой в голосе.

– Да, мэм! – парнишка вытянулся просто в струнку.

Я взяла стакан, салютнула им в сторону Башни, зная, что это мой командир позаботился о кофе для меня, и направилась к вертолету.

Мне дали взлет без проволочек. Я отставила стакан и подняла машину в ночное небо.

Сесть предстояло в джунглях. Не люблю джунгли. Слишком много всего. Но выбирать не приходилось.

Я посадила вертолет в указанном месте минута в минуту по времени. Тихо. Я глотнула кофе, открыв двери с двух бортов и дав группе прикрытия оглядеться вокруг.

– Идут, справа! – услышала я и закрыла дверь по левому борту.

За спиной началась перестрелка. Так, уходим с музыкой. Ладно. Я завела двигатели. Пропеллеры бешено вращались в бесшумном режиме.

– Все на борту! Уходим!

Уходим так уходим. Вертолет взмыл вверх по прямой аккуратно, в уже пробитый в кронах деревьев просвет. Нас преследовали.

– Группа прикрытия, у нас компания, – сообщила я по радио.

– Принято, встречаем.

Патрик?!

– Патрик, какого черта?!

– Что? Ты полетела, я тоже, – услышала я его и прямо увидела его ухмылку. – Должен же кто-то прикрыть твою…

– Не смей, – прошипела я.

– …спину, – он откровенно издевался.

Ох, и огребешь же ты на базе… А пока надо прорваться сквозь заслон из четырех истребителей Корпорации и оторваться еще от пяти. Это что за группа такая?! Кого я там вывезла?!

– Пристегнуться всем! – едва успела крикнуть я, как тут же пришлось идти на маневр уклонения.

Наушники зашелестели. Включился канал внутренней связи.

– Морган?! – раздался в ушах удивленный голос.

– Джейкоб?! – я не была уверена, что не ошиблась из-за помех.

– Слава богу, нормальный пилот! Парни, скоро будем дома!

– Я бы пока подождала с преждевременной радостью, – посоветовала я, вытворяя в воздухе невероятные кульбиты, уходя от пущенных ракет и трассирующих очередей бортовых пулеметов и костеря вслух Патрика на все лады по каналу внешней связи.

Патрик умело командовал эскадрильей. Мне реально было чем гордиться. Но эти ракеты меня достали! Очередная порция пуль просвистела, едва не задев кабину пилота. Мою кабину! Эти гады целят прямо в меня! Да чтоб вас!

Продолжая маневрировать, я вызвала Джейка в кабину.

– Доберись до меня живым! – прокричала я.

– Морган, ты понимаешь, о чем просишь? Мы сейчас в пике!

– Ты мне нужен около пушки! – заорала я.

– Сейчас буду.

Он буквально рухнул в кабину и, вцепившись в кресло рядом, невероятным образом занял его и тут же пристегнул ремни.

– А у тебя тут весело, – он моментально оценил обстановку.

– Пали во все, что с мантикорой на борту!

– Патрик там?

– А сам не видишь? Это не небо, а чертово клеверное поле!

– Ну, любит парень клевер, жалко тебе?! – Застрочил пулемет, и я услышала звук активации пушки.

– Нисколько не жалко, но когда он везде… – я взмыла вверх.

– Морган, твою мать! – Джейк едва успел оторвать руки от пулемета, чтобы не задеть борт с клевером.

– А я при чем?! – я продолжала уходить вверх и… мертвая петля и резкий уход вниз.

Ракеты рванули над хвостом почти рухнувшего вниз вертолета.

Я вышла из пике и продолжила прорываться: осталось двое впереди, один позади.

Снова затрещал наш пулемет, и я почувствовала отдачу от бортовой пушки. Еще один вражеский истребитель запылал и рухнул в джунгли. Я успела увидеть белый парашют.

– Снять пилота? – спросил Джейк.

– Не трогай, пусть сядет.

– Этот ваш кодекс, – услышала я в ответ, и снова застрочил пулемет, и еще один едва ощутимый толчок от выстрела пушки.

– Не бурчи, – я увидела еще один горящий истребитель и еще две машины вспыхнули позади меня, я огляделась вокруг. – Патрик, чисто?

– Путь свободен, мы рядом.

– Спасибо, отличная работа, – я переключила каналы на внутреннюю связь. – Все чисто, отбой, – сказала я Джейку.

– Я снял двоих.

– Я заметила. Затем ты и был здесь. – Я перевела работу двигателей в штатный режим, и вертолет пошел ровно, бесшумно рассекая ночное небо. – Никто бы больше с этим не справился, – признала я.

– Это точно, – Джейк откинулся на спинку кресла. – Ты почему без стрелка оказалась?

– Один из парней из группы прикрытия должен был быть здесь, но команда на взлет была раньше, чем он занял свое место. Я не запомнила его имя и не знаю его способности. А тебя я знаю достаточно…

– Ладно, – легко кивнул Джейк. – О, кофе?! – и тут же открыл мой термостакан и с аппетитом отхлебнул. – Без сахара и прочей дребедени, как раз как я люблю!

– Да неужели? – я не пыталась скрыть сарказм.

– Морган, ты чего такая злая?

– Это шестой вылет, и каждый раз какая-нибудь засада! Я не ела с шести утра, а сейчас ночь!..

Кусок шоколада прервал поток моего красноречия. Как он это сделал? Я разжевала шоколад, чувствуя, как перестают дрожать мышцы рук и ног, а желудок смог переварить наконец хоть что-то.

– На, глотни, – Джейк протянул мне мой кофе.

Пара глотков горячего кофе вернули мне хорошее настроение.

– Скажи мне лучше, что вы там такого умыкнули, что за вами послали меня?

– Не что, а кого, – Джейк вытер лицо, смазав камуфляж со лба и щеки.

– На, вытри его совсем, – я протянула ему платок, – я даже не знала, что ты там, в этой группе. Я уже столько времени здесь, на «Вирджинии», а от тебя ни слуху ни духу.

– Я знал, что ты здесь, потому и запросил тебя, – он скрестил руки на груди, и его голова свесилась вниз.

Он что, уснул?! Ничего себе… Я забрала стакан и допила кофе. Надеюсь, больше никуда лететь не придется, для одного дня событий уже больше чем достаточно. Я взглянула на Джейка. Он не сказал, кого они везут. А я не спросила. Было бы можно, он бы сам все рассказал. Но если такие серьезные силы послали на перехват, это кто-то важный…

Мы без приключений добрались до авианосца, и меня, наконец, отпустили отдыхать. Джейк открыл глаза, едва колеса коснулись палубы, и тут же отправился к своей команде.

Следом за нами на палубу друг за другом сели истребители группы сопровождения.

Я проводила взглядом группу Джейкоба, которые уводили человека с мешком на голове, и стала высматривать Патрика.

Он бежал ко мне с широкой улыбкой на лице. У меня сжалось сердце. Он стал мне слишком дорог, и я слишком сильно боялась его потерять.

– Ты видела, как мы?! – восторженно начал он.

Я обняла его и прижала к плечу его стриженую голову с трогательно торчащими ушами.

– Все видела. Молодец, – не сдержала улыбки я.

– Ты тоже сняла двоих! Как тебе удалось?! Ты там такое вытворяла!

– Там был Джейк со мной, – сказала я, глядя в его восторженно блестящие глаза.

– Он тут?!

– Он сейчас занят, – я заставила себя встряхнуться. – Есть хочешь?

– Не то слово! Мы же с шести утра летаем! – он уже почти бежал в направлении столовой, увлекая меня за собой и рассказывая на ходу детали боя.

Я уже и не знала, которого по счету. Я не знала, сколько у меня боевых вылетов. Я давно сбилась со счета. Я знала лишь, что устала. Устала воевать и убивать. Впервые я позволила себе обратиться мыслями к «Поллуксу». Когда мы на него вернемся? И вернемся ли?..

Патрик с аппетитом умял ужин, я не заметила, как съела свою порцию. Все, теперь спать. Едва добравшись до своей койки, я отключилась.

* * *

На следующий день со мной связался Барт. Меня вызвали в Башню и, заведя в крошечную рубку связи, деликатно оставили одну. Увидев на экране лицо Барта, я не поверила своим глазам. Как же я соскучилась… Я машинально положила ладонь на экран, на его щеку.

– Морган, я тебя не вижу, – тихо сказал он.

Я убрала ладонь. Его глаза скользили по моему лицу. Сколько же я хотела ему сказать!

– Как ты? – глухо спросил он.

– Да не особенно, – честно сказала я. – Видимо, я уже в том возрасте, когда тяжело убивать. Даже на войне.

– Но если не ты, то тебя, – взгляд Барта продолжал с тревогой скользить по моему лицу.

– Только это и держит, – кивнула я.

– Значит, я вовремя. Тебе спецпоручение от господина президента. Надо доставить груз с авианосца сюда, в Центр.

– Меня выводят? – мой голос звучал неожиданно глухо, и внутри поднялась волна протеста.

– Нет! – поспешил заверить меня Барт. – Груз слишком ценный. Нужен лучший пилот с лучшей группой сопровождения.

Уж не вчерашнего ли мужика с мешком на голове я повезу?!

Я молча ждала продолжения.

– Поэтому ты доставишь груз. Патрик, Мак-Аллен и Финнеган со своими эскадрильями – сопровождают.

– Ты себе представляешь такое количество самолетов в небе? – спросила я.

Барт кивнул.

– Полетят три одинаковых самолета, каждый со своей группой, в разные центры.

Я кивнула – другое дело.

– Патрик летит со мной, – безапелляционно сказала я.

– Не могу обещать. По нему вычислят тебя. Он слишком приметен.

Чертов клевер! Я знала, что еще не раз споткнусь о его треклятый четырехлистник…

– Я не знаю, кто полетит с тобой. Но ты должна добраться во что бы то ни стало.

Я смотрела на него.

– Морган, – он ждал моего ответа.

– Да, все будет в порядке.

– Хорошо.

– Я увижу тебя, когда прилечу? – почти шепотом спросила я.

– Не знаю, – он коснулся пальцами экрана со своей стороны, лишив меня картинки на несколько секунд.

– Ладно, – я уже взяла себя в руки, – когда вылетать?

– Всю информацию предоставит командир Рейнольдс, – его голос стал отстраненно-официальным.

– Сделаю все, что смогу и не смогу. До связи, – я первая выключила экран и встала.

Мне нельзя расклеиваться. Ни в коем случае. Я вышла из рубки.

– Командир Рейнольдс?

– Полковник Морган, прошу, – мы зашли в кабинет генерала.

– Так, вылет через полчаса, – он достал планшет. – Вот координаты коридора, маршрут и письменный приказ.

– Могу я узнать, кого я везу, сэр? – спросила я для проформы, но он неожиданно ответил.

– Третье лицо в иерархии Корпорации, – ответил мой командир.

– А где первое и второе? – машинально спросила я.

– Уже там. Доставите его – и конец войне. Континент почти зачищен, остались небольшие группы. Ждут вас. Он необходим для начала процесса.

– Процесса?

– Международного военного трибунала, – разжевал мне генерал.

– Понятно. Разрешите идти?

– Иди, – генерал отправил меня коротким кивком без лишних напутствий.

Я вышла на палубу.

– Мэм, транспорт готов! – доложил подбежавший техник и кивнул на три самолета.

А они молодцы. Самолет небольшой, маневренный. Этот я посажу даже на воду. Ладно.

– Хорошо. Который из них мой?

– Любой, мэм!

Я еще раз осмотрела машины. Рядом возник Джейк.

– Летим?

– Летим. Груз на борт, я пошла готовиться, – я направилась к самолету.

Почему-то я выбрала этот. Может, потому, что он стоял первым на взлет.

Я запустила двигатели, прогрела и проверила системы. Провела переговоры с Башней.

Джейк вошел в кабину и плюхнулся в соседнее кресло.

– Все на борту, поехали, – сказал он.

– Тебе сюда нельзя, – я проводила взглядом отъезжающий трап и закрыла дверь в салон.

– Да ладно тебе. Ни разу не летал в кабине пилотов, не злобствуй!

– Ладно, сиди, но ничего не трогай и молчи. Пристегнись, – я вступила в переговоры с Башней и начала рулежку, встав на исходную и получив добро, я рванула с места в карьер.

Самолет вылетел с палубы авианосца пущенной стрелой. Заложив над океаном вираж, я легла на курс и начала набирать высоту.

– Вот это да! – Джейк начал дышать. – Здорово!

– Тебе твой груз не надо охранять?

– Там мои парни.

– Ты там всем можешь верить?

– Я сказал, там МОИ парни. Мы одни летим? – Джейк огляделся по сторонам.

Я безошибочно, не глядя, махнула рукой в четырех направлениях. Проследив взглядом за рукой, Джейк увидел истребители сопровождения.

– Круто. Что ты сейчас делаешь?

– Я веду самолет, а ты сидишь и молчишь.

– Это скучно.

– А ты на что рассчитывал? – я следила за пространством, было как-то неспокойно на душе.

У Корпорации может быть еще достаточно сил, чтобы напасть на все три группы и не допустить на процесс ключевого свидетеля и ответчика.

– Группа сопровождения? – обратилась я к пилотам истребителей.

– Слушаю, мэм, – я узнала голос Мак-Аллена.

– Смотрите в оба, не расслабляться, – я до последнего надеялась, что Патрик будет со мной.

– Да, мэм! – И Мак-Аллен переключился на связь со своей группой.

– Зануда, – Джейк покрутился в кресле.

– Ты зато слишком весел…

– А что мне тут еще остается?

– Клиента своего проверь, для разнообразия, – я в сотый раз просканировала пространство вокруг.

Джейк вышел, но вскоре вернулся.

– Все в порядке там. Кофе хочешь?

– Давай, – я в сотый раз огляделась – все чисто, но что же так неспокойно-то?

Джейк снова вышел и вернулся с кофе. Вот тут они и появились.

– Убери кофе! Пристегнись! Всем пристегнуться! – скомандовала я по внутренней связи и включила внешний канал: – Мак-Аллен, видишь их?

– Да, мэм!

– Шесть?

– Шесть, – подтвердил он.

– Так, ты знаешь, что делать. Меня не заденьте, если что.

– Слушаюсь, мэм!

Я смотрела на приборы.

– А у нас сколько? – Джейкоб смотрел на экран.

– Пять.

– У нас меньше, – Джейк вопросительно смотрел на меня.

– Тут дело не в количестве… – я не отрываясь смотрела на экран. – Идут на сближение, – я положила обе руки на штурвал.

Джейк поправил свой черный корсарский платок на голове и весь собрался.

Через минуту истребители Корпорации атаковали истребители сопровождения, прорываясь ко мне. Я включила «невидимку» и ушла в тучу, не отрываясь следя за перемещением самолетов вокруг на экране приборной панели.

– Один сбит, молодец, Мак-Аллен, – тихо сказала я.

– Теперь ровно, – пробормотал Джейк, тоже следя за боем на экране.

Это облегчение в его голосе? Рано радуешься, это только начало.

Самолеты сновали по небу в запале битвы. Я следила, чтобы ни один из них не подошел ко мне достаточно близко. Какое-то время у меня это получалось, пока один истребитель Корпорации, уходя от погони, не вошел в облако, в котором мне удавалось скрываться до последней минуты.

– Борт с грузом здесь! В облаке!

Чтоб ты провалился! Я рванула из облака, пока он не успел меня обстрелять. И тут началось!

Всего час летим. Я посмотрела, где мы. Внизу суша, уже хорошо. Десять истребителей гонялись друг за другом и пять из них еще норовили сбить меня. Я шныряла между ними всеми, уворачиваясь от обстрела, играя иной раз роль приманки, когда, в запале погони за мной, летчик не замечал атакующий его истребитель.

– Есть! Еще один! – Джейк с азартом следил за событиями.

Я знала, что долго так продолжаться не может. Подбили один из истребителей Мак-Аллена.

– Черт! – Джейк припал к окну кабины. – Есть парашют! – воскликнул он.

– Джейк, захлопнись! – я снова легла на крыло и ушла в нижний слой облаков, снова включив «невидимку».

Горючее еще есть. До цели хватит. Мак-Аллен, расчисти нам дорогу!

На экране я увидела, что сбит еще один истребитель Корпорации. Черт! Очередная ракета пролетела мимо цели и летит прямо в меня! Я метнулась из облака, костеря всё и вся. И снова они меня увидели! Я лавировала сколько могла, пока самолет не тряхнуло, и мы начали терять высоту.

– Что это? – я посмотрела влево – все нормально.

Джейк проверил со своей стороны.

– Правый резерв горит, – сообщил он.

– Сходи в салон, проверь там всех и всё, – я выставила Джейка. – Мак-Аллен, говори!

– Правый резерв горит, – подтвердил он, – хвост задет, но сесть сможете.

– Хорошо, расчистите нам уже проход!

– Мы стараемся, мэм!

– Лучше старайтесь!

Я стабилизировала самолет, включила внешнюю систему пожаротушения. Пламя было сбито. Я следила за высотой, горючим, смотрела, сколько осталось до цели. Вернулся Джейк, и нас тряхнуло еще раз. Теперь самолет резко пошел вниз.

– Нет-нет-нет, – я потянула штурвал на себя. – Мак-Ален?!

– Хвост оторвало, мэм, – доложил тот.

Джейк дернулся в салон.

– Сидеть! Там все пристегнуты?

– Давно и основательно.

Я посмотрела вниз. Скалы! Что есть еще?! Что там сверкнуло? Озеро? Я вывернула штурвал, ладно хоть он меня слушался. На озеро я еще не садилась. Без хвоста точно не садилась… Скорость мысли и действий была просто бешеная. Водная гладь надвигалась на меня с огромной скоростью. Мне не удавалось выровнять самолет…

– Да почему же я с тобой все время падаю, а?! Что с тобой не так?! – вопрос, обращенный к Джейку, был чисто риторическим, а вот следующий уже по делу: – Ты хорошо плаваешь?

– Да!

– Задержи дыхание! Всем надеть кислородные маски!

Самолет вошел в воду. Я тут же отстегнулась, Джейк тоже, и мы бросились в салон. Вода начала заливать самолет.

– Оружие, вещмешки, и на выход! – Джейк кивнул в сторону хвоста.

Вода быстро прибывала.

– Дамы вперед! – Джейк махнул мне рукой.

Я подхватила свой рюкзак и, сделав глубокий вдох, нырнула первой. Пробоина виднелась впереди, и я изо всех сил гребла к ней, сопротивляясь потоку воды. Добравшись наконец до нее, я с уже раздутыми легкими осторожно протиснулась наружу, стараясь ничем не зацепиться за рваные края обшивки. Выбравшись из самолета, я толчком отправила себя наверх. Ранец мешал, но оставить я его не могла. Наконец, когда уже я готова была сделать вдох в воде, я оказалась на поверхности, жадно глотая воздух.

– Джейк! – Я огляделась вокруг. – Джейк!

– Здесь! – он вынырнул рядом, придерживая над водой голову нашего пассажира.

Следом выплыли парни.

– Все? – Джейк огляделся вокруг.

– Все, – прокатилось над водой.

Джейк посмотрел по сторонам, выбрал направление и скомандовал:

– Поплыли!

– Почему туда? – спросила я.

– Морган, теперь ты захлопнись и делай, что говорят.

Плыли они так, что любой чемпион по плаванию умер бы от зависти. Я выглядела на их фоне весьма бледно. Но все же я плыла и не сильно отставала, уже хорошо. Джейк выволок своего клиента на берег и вернулся в воду за мной.

– Давай, плывешь как топор, – с этими словами он подхватил меня за шиворот, последние десять метров почти протащил по воде и выволок на берег.

– Я хорошо плаваю, – сказала я, с трудом переведя дыхание и отплевывая воду.

– Для летчика даже слишком, – сказал он без улыбки.

Отжав свой черный платок и повязав его обратно на голову, он подошел к своей группе.

– Так, где мы? – они встали вокруг парня с планшетом.

Мне там делать нечего. Здесь, на земле, от меня нет толку. Мои зубы уже стучали от холода.

Джейк подошел ко мне и, сев рядом, раскрыл свой мешок и вынул пару ботинок.

– Переобуйся, в своих не дойдешь, – он кивнул на тонкую подошву моих ботинок.

Холод начинал сковывать движения.

– Давай шевелись. Нельзя мерзнуть, – подгонял он меня.

Я натянула ботинки, завязала шнурки и встала.

– Все, пошли! Держись за мной, – скомандовал мне Джейк, и наша группа двинулась от озера в ущелье.

Один из парней привязал к себе нашего пассажира.

– Как его зовут? – спросила я.

Его лицо мне не было знакомо.

– Мистер Блэк, – сказал Джейк.

Я обернулась. Мистер Блэк был одет в черное. Смешно.

Я поняла, что правды не узнаю, и просто шла, стараясь не отставать и держать дыхание и темп. Начало темнеть.

– Они найдут самолет по последним координатам и начнут искать нас по всей округе. Кто-то из летчиков мог увидеть, что мы полетели к озеру, – сказала я Джейку тихо.

– Часа три у нас есть, шагай! Лучше молча, мы здесь не гуляем. В любой момент можем налететь на какую-нибудь банду.

– Разве континент не весь зачистили? – удивилась я.

– Морган, какая ты смешная. Все, тихо.

Дальше мы шли, не издавая ни звука, не отрывая взгляда от Джейка, следя за его сигналами. Да, ему пришлось мне на пальцах объяснять, что обозначают все эти сигналы. Я согрелась. Я устала. Я столько никогда не ходила, тем более в горах. Одно дело нагрузки на тренажере, и совсем другое – такой вот марш-бросок по ущелью горной гряды.

– Джейк, – позвала я, – Джейк!

– Что? – еще один звук, и он меня точно пристрелит, а потом вместе со всеми оплачет или нет. – Что ты хочешь?

– У меня «птицы» в рюкзаке, можем запустить.

Джейк остановил группу.

– Я даже не знаю, пристрелить тебя или обнять, – сказал он тихо, – доставай.

Мы настроили и подняли в воздух «птиц» в режиме «невидимки». Джейк взял планшет.

– Мы прозрели, – теперь он видел все вокруг, и мы могли относительно спокойно двигаться дальше.

Пару раз мы обогнули какие-то лагеря, два поселения, которых не было на карте. В полночь Джейк остановил группу, и мы разбили небольшой лагерь. «Птицы» летали по округе, присылая изображения местности.

– Согрелась? – тихо спросил меня Джейк.

– Давно и уже почти высохла, – так же тихо ответила я.

– На, поешь, – он протянул мне знакомый стаканчик из пайка.

– А ты?

– У меня есть, – Джейк показал свой стаканчик, – холодное. Но все равно вкусно.

Я посмотрела на нашего пассажира и решилась на вопрос.

– Мне сказали, это третий. Первых двух тоже ты доставил в Центр?

– Так я тебе и сказал, – его глаза весело сверкнули в свете полной луны.

– Сколько нам еще идти, ты можешь сказать, или это тоже тайна? – раздраженно спросила я.

– Если не сбавим темп, завтра к вечеру придем. Тем более с «птицами» это в разы проще. Жаль, что они только у тебя. Нам бы они очень пригодились.

– Они всем бы очень пригодились, – я откинулась на свой рюкзак и стала разглядывать луну.

– Непривычно видеть ее отсюда? – спросил Джейк после паузы.

– Я так на нее почти не смотрела, – мой взгляд ушел дальше.

В чистом морозном небе ярко сверкали звезды, я даже разглядела Млечный Путь. А вот это уже не Млечный Путь…

– «Валькирия»! – громким шепотом сказала я, махнув рукой.

– Проклятье! Прижаться к стенам!

Мы вжались в отвесную стену скал, над нами был небольшой гребень. Вряд ли он закроет нас от инфракрасного сканирования, но от обстрела может и спасет. А если это наши?

У меня затрещала рация, и оттуда раздалось:

– Морган! Это ты там, внизу?

– Патрик?! – я машинально высунулась из-под гребня. – Это ты в «Валькирии»?

– Да, я, – вертолет Патрика завис в воздухе, – зажги фонарь!

Мы обозначили нашими фонариками место посадки, чтобы он не раскрыл свое присутствие возможным сторонним наблюдателям своими прожекторами. Едва вертолет сел, мы запрыгнули на борт.

– Какое счастье! – я села в кресло рядом с младшим братом. – Не придется больше идти пешком!

– Летать рожденный пешком не ходит, – ответил мне брат, смеясь и явно переврав классику, «Валькирия» взмыла в небо.

Я летела, сидя рядом с Патриком, вполуха слушая его рассказ об их рейде со вторым самолетом. На них тоже напали, я не ошиблась. Он живо описывал мне бой и свои маневры, едва удерживая себя от желания показать все руками. Я смотрела на него и просто радовалась, что он цел. Что он здесь. Он нашел меня. Я обернулась. Парни дремали. Джейк вроде тоже.

А все-таки это символично. Мы практически стали причиной этой войны, вмешавшись в дела Корпорации, и мы же ее и заканчивали. Это было странное чувство. Еще недавно за всеми этими вылетами казалось, что этот кошмар никогда не кончится. И вдруг конец. Вот так, сразу. Конечно, дел еще вокруг полно – надо отловить оставшиеся банды, но это уже дело национальной гвардии и полиции, возможно, даже каких-то спецподразделений. А для нас эта война, похоже, закончилась.

Через пару часов мы прибыли на место. На посадочной площадке нас встречали. Мы передали нашего пассажира представителям спецслужб, среди которых я узнала Барта. Тот едва кивнул мне, и, забрав мистера Блэка, они уехали.

А нам показали, где мы можем, наконец, отдохнуть. Нас ждал горячий ужин, горячий душ и долгожданный сон.

Еще через двое суток было объявлено об окончании боевых действий и возвращении воинских частей в места их постоянной дислокации. Флоты повернули от Африки к родным берегам. Самолеты снялись с мест временного базирования и тоже вернулись домой.

В Африку были отправлены разные миссии, чтобы выяснить там реальное положение вещей с местным населением, с флорой и фауной. Поскольку авиация работала прицельно, то была надежда на возможно минимальный ущерб. Но это все только еще предстояло выяснить, проанализировать и понять, что делать дальше.

А в здании Международного Совета начал работу суд Международного военного трибунала. На скамье подсудимых, которая была больше похожа на трибуну стадиона, не было свободных мест. Это еще не все, объяснили мне. Это только руководство, над исполнителями разного уровня будут другие процессы. Процесс был публичным. Война не пропустила никого, и все должны были видеть ее итог.

Я смотрела на все со стороны. Я получила официальное распоряжение о почетной отставке. Мне придется пережить вручение еще одной Медали Почета, а потом – «Поллукс» и новый рейд по нашей Галактике.

Однако сейчас у меня оставалась масса вопросов. Начиная с того, почему, даже с учетом «парадокса времени», ученые на странствующей планете прожили столько лет?! И их подопечные тоже? Конечно, они постарели, но они были живы, а ведь их отправили с Земли в семидесятые годы двадцатогого века! Как такое возможно?

Мистер Вульф и доктор Хейворд сказали мне, что это вопросы не на один год исследований. Мистер Вульф выдвинул теорию о «двойном парадоксе времени», имея в виду, что на самой странствующей планете время тоже могло течь по совершенно другим параметрам, а доктор Хейворд говорил об изменениях в метаболизме, причины которых еще только предстояло установить. Словом, все это требовало тщательного изучения. Очень надеюсь, что однажды кому-то удастся со всем этим разобраться, вот только когда это будет? Мне бы хотелось получить ответ на эти вопросы уже сейчас.

Я не знала, где сейчас эти ученые из двадцатого века. В тайной лаборатории какого ведомства их заперли и что там с ними делают, или что они там делают? Предстанут ли они перед судом за сотрудничество с преступной организацией, или повторится когда-то давно примененная практика «забвения»? Что еще они смогут разработать в этом случае? Когда ждать появления чего-то нового, более смертоносного и опасного, чем Си-Экс? От всех этих мыслей мне становилось дурно.

Я не знала, где сейчас находится «Рубикон», и что с людьми, которые были у него на борту. Были они живы или уже умерли от старости в своих капсулах, находясь в глубоком сне? Мы могли открыть только неработающие капсулы и не трогали действующие на найденных кораблях, чтобы не выдать себя и не раскрыть свою почти подпольную деятельность, кроме того, у нас не было технических возможностей, чтобы сделать это в соответствующих условиях и не погубить своими действиями выживших, если таковые были, а на примитивных табло допотопных агрегатов были только параметры среды внутри самой капсулы и ничего о состоянии людей. С остальными найденными теория «двойного парадокса времени» не работала, и, даже при самом замедленном метаболизме, они просто не могли столько протянуть. Надо будет еще раз задать этот вопрос Генри Хейворду, вдруг он уже знает хоть что-то…

А кого об этом спросить? Когда я начала наводить справки о «Рубиконе», всплыли интересные вещи. Командир Рейнольдс передал свой груз – корабль – прибывшей карантинной службе и показал мне документ, удостоверяющий, что передача груза состоялась. Имя, значащееся на документах, не выдала ни одна поисковая система, хотя обычно бывает пять-шесть полных тезок. Такого просто не могло быть! На станции карантинного контроля корабля не оказалось. Кто его забрал? Я, конечно, сказала об этом Барту, но он был занят подготовкой документов к процессу, ему было не до моих бредовых теорий.

Сидя в баре с чашкой кофе, я смотрела на огромный экран над стойкой. Шла трансляция из зала Международного трибунала. Я смотрела на лица тех, кто сидел на скамье подсудимых. В них не было раскаяния, в них была досада поражения. Эти люди так и не поняли, что они сотворили. Одна мысль не давала мне покоя: «А на самом ли деле это “тузы”? Может быть такое, что мы обнаружили лишь верхушку айсберга? Кто остался за рамками этого расследования? Организация, столько веков пребывающая в тени и передающая эстафету своих дел из рук в руки следующим поколениям, не могла не быть готовой к подобному повороту событий! Явно в каждом поколении были готовы свои “овцы” на заклание, и они бы меня сильно разочаровали, если бы это было не так. А что, если целью этой войны был не сам факт захвата власти, хотя если и удалось бы, то не помешало бы, а проверить, кто и как себя поведет? Кто на чью сторону встанет, как консолидируются силы? Выявить слабые места, потом начать планомерно бить по болевым точкам и следующий раз, в тщательно подготовленный момент, выступить с новой силой, и тогда все может сложиться совершенно иначе. Но какую модель мира они хотят предложить взамен той, которая уже есть? Методы их действия не сулили ничего хорошего, так зачем им менять сложившуюся, прекрасно работающую систему? Зачем?!» Этот вопрос не давал мне покоя, и я не находила на него ответа. Неужели жажда власти, не теневой, а реальной, так сильна? На этот раз кланы консолидировались вокруг государства, что же они предпримут, чтобы расколоть этот альянс? Что может заставить кланы повернуться в сторону Корпорации? Сменится поколение, сэр Энтони и сэр Финли уйдут в отставку, во главе кланов встанут другие люди – молодые, не такие опытные и проницательные… Надо посмотреть, кто станет преемниками в кланах, надо изучить их и начать работать с ними уже сейчас, спокойно и аккуратно, чтобы это не начал кто-то другой. А может, нас уже опередили? Мои мысли скакали вперед. Не за горами тот день, когда во главе клана встанет мой сын. И я хочу, чтобы вокруг него были надежные люди. Это то, что я могу и должна сделать. То есть мы. Мы все. И теперь идея Барта со школой обретала совершенно другой смысл. Вероятно, он сразу думал об этом именно в таком ключе. Не зря, не зря сэр Энтони благоволил ему с самого начала. Он никогда не перестанет удивлять меня. Хотя игра на опережение – это именно то, чему его учили и чем он занимался изначально.

Все эти сомнения и подозрения мешали мне поверить в нашу победу над Корпорацией. Но кому я могла об этом сказать? Барту? Он занят начинающимся процессом. Майклу? У него родился сын, и ему сейчас вообще ни до кого не было дела. Сэр Энтони? Прямо вижу его тонкое лицо, чуть сдвинутые брови, и легкая снисходительность звучит в голосе, когда он говорит мне: «Фрэнсис, не параной!»

Был лишь один человек, который так же, как и я, никогда не сбрасывал со счетов теорию заговора. Сэр Финли.

– Готова? – Барт коснулся губами моей щеки, выведя меня из состояния задумчивости, он выкроил время, чтобы повидаться и закинуть меня на обед к дяде.

– Готова, – я одним глотком допила кофе и соскользнула с табурета.

– Поехали! – он распахнул передо мной дверцу машины – меня ждал вечер в Доме на утесе в компании с сэром Финли.

Мне всегда было удивительно спокойно рядом с ним. И я ждала, что он с легкой усмешкой разобьет все мои неуклюжие построения и снимет камень с души. Сейчас он сидел в кресле напротив меня, благодушный после отличного обеда, и пыхтел трубкой, глядя на огонь в камине.

– Ты был прав тогда, дядя, – заговорила я, переведя взгляд с огня на сэра Финли, – они решились снова.

– И ты была права, – дядя тоже перевел взгляд на меня, – мы были готовы.

Его глаза заблестели.

– Что за время было! Я в жизни столько не ездил! Все эти встречи, переговоры, – дядя попыхтел трубкой, погрузившись в воспоминания, – столько лиц и имен… Мы были в самом эпицентре, буквально держали руку на пульсе, – он посмотрел на меня прояснившимся взглядом. – Мы с сэром Энтони творили историю, – он покачал головой, – до сих пор не верю, что нам удалось провернуть все это… Пришлось, правда, уладить несколько старых межклановых конфликтов, но это уже так, мелочи, – сэр Финли махнул рукой.

Я смотрела на него. Представляю себе их дуэт. Сэр Финли и сэр Энтони. Хотела бы я увидеть их в деле. Оба были настоящими мастерами интриг и переговоров. Почему-то перед внутренним взором возникла пара касаток, кружащих вокруг тюленей.

– У них просто не было шансов, – пробормотала я, кивнув.

– Это точно! – сэр Финли выбил трубку.

– Расскажешь мне все подробно? – я хотела знать всё.

– Конечно, потом, – сэр Финли отложил трубку и посмотрел на меня строго. – Что тебя гнетет? – спросил он прямо.

Я слегка замялась.

– Говори, как есть.

И я сказала, как смогла логично и обоснованно выложила все, что меня терзало.

– Я не слишком нагнетаю? – спросила я под конец.

– Ты многому научилась с тех пор, как… – он замялся на мгновение. – С тех пор, как занялась делами клана, – сказал дядя, задумчиво скользя взглядом по моему лицу.

А у меня был выбор? Мне пришлось.

– Здесь есть над чем подумать. Возможно, ты не так уж и далека от истины. Но давай начнем с того, что мы можем проверить уже сейчас.

Дядя взял свой поисковик и попросил повторить имя служащего карантинной службы. Я повторила.

– Странно, – дядя посмотрел на нулевой результат и перевел взгляд на меня, – довольно грубо, не находишь? Хотя бы кто-то должен был быть…

– Может, они так хотят нам показать, что еще ничего не закончилось? – осторожно спросила я.

Дядя снова раскурил трубку.

– Может быть. Я займусь этим. А пока – держи язык за зубами.

– Они все равно уже засекли запрос в сети по указанному имени…

– Ну и что? Подождем, посмотрим. Понаблюдаем, – дядя сосредоточенно пыхтел трубкой. – Черт… А был такой хороший обед!

– Ну, извини…

– Нет, правильно, что сказала. Надо это прояснить, пока все бумаги «на плаву», – он вдруг улыбнулся. – А я уж было заскучал от полного затишья, и вот теперь опять будет чем заняться.

Он затянулся и медленно выпустил струйку дыма.

– Кстати, ты мне кое-что задолжала.

– Я? Что? – я лихорадочно рылась в памяти.

– Этот старый хвастун все уши мне прожужжал про ваш полет и посадку на «Вирджинию», – начал мой дядя.

– Ты хочешь пережить аварийную посадку на авианосец?! – спросила я в ужасе.

– Нет, – отмахнулся он, к моему облегчению, – лучше! Пойдем со мной, – он легко вскочил и устремился в сад через распахнутые двери.

Я последовала за ним, перебирая в уме варианты того, что он мог еще задумать.

– Вот! – сэр Финли торжественно взмахнул руками и отступил в сторону, открывая мне обзор.

– У тебя есть «Валькирия»?! – я уставилась на вертолет.

– Давай прилетим на ужин к твоему дядьке на этом! – весело воскликнул сэр Финли. – Старый хвастун с ума сойдет от зависти, и детишкам радость!

Мой взгляд метался по вертолету – орудий нет, уже хорошо.

– Ну, вы даете, – пробормотала я, от всей души надеясь, что сэр Энтони не прикупит себе в ответ истребитель или бомбардировщик.

Сэр Финли тем временем уже занял место рядом с креслом пилота. Мне оставалось только забраться в кабину и запустить двигатели. Я надела наушники и велела дяде сделать то же самое. Он был в совершенном восторге. Я связалась со всеми наземными службами, предупредив о взлете «Валькирии», и, запросив высоту и коридор к указанной цели полета, подняла вертолет в воздух.

– Это чтобы нас не сбили, – пояснила я дяде, набирая высоту.

Тот нетерпеливо махнул рукой, говоря: «Давай, лети уже!» Правду говорят, что каждый мужчина в душе всегда остается мальчишкой.

– Когда будем подлетать, выключи бесшумный режим! Пусть все с ума сойдут!

Они и так сойдут, но звук я включу. Не так уж часто дяде выпадает шанс развлечься.

Дядя откровенно наслаждался полетом. На ужин мы явились весьма эффектно. Пролетев над лужайкой, где шел прием, и вызвав там немалый переполох, мы сели на соседнюю лужайку. Винты еще не остановились, а к нам уже бежала восторженная ватага детей.

– Вот, видишь! – сэр Финли светился от счастья.

Сначала дети облепили его, а затем устремились в вертолет.

– Я надеюсь, они его не заведут, – услышала я голос Барта над ухом.

– Не заведут, – я помахала блоком запуска.

– Мама! Где блок запуска?! – раздался вопль нашего сына.

– Откуда он знает про блок? – я повернулась к Барту, тот опустил глаза.

– Не говори мне, что наш сын умеет запускать вертолет, – тихо сказала я, не сводя с мужа глаз.

Он смотрел в землю.

– Не может быть… – я не верила, что он мог решиться на такое. – Как?!

– У них был симулятор, облегченная форма! – поспешно добавил он.

– Мама! А где пушки?! – это уже голос нашей дочери.

– С пушками? – я смотрела на Барта, не зная, плакать мне или смеяться.

– Их надо было как-то удерживать все это время в убежище. Это непросто. Им установили симулятор.

– На чем еще они летали? – вкрадчиво спросила я.

– На истребителях, бомбардировщиках и «Черной смерти», – почти беззвучно закончил Барт.

– Папа, это нечестно! Ничего не запускается! – снова раздался голос Элиота.

– Разбирайся сам, – кивнула я в сторону вертолета и направилась к сэру Энтони здороваться.

Сэр Финли уже делился с ним впечатлениями от полета. Сэр Энтони пришел в себя от нашей выходки и обнял меня.

– Я понимаю, он из ума уже выжил, но ты-то должна была его вразумить! – воскликнул он.

– И как я могла это сделать? – я развела руками.

– Вот уж точно никак, – согласился сэр Энтони и повел меня здороваться с остальными.

Нас ждал большой семейный ужин, ознаменовавший собой окончание войны. Народа было много. За время войны в убежище все дети сдружились, а семьи сблизились еще больше. При первой встрече Оливия едва не разрыдалась:

– Вы такое сделали, а я… – она посмотрела вокруг на игрушки и детскую площадку.

– А ты сделала самое главное – ты сберегла всех наших детей, – Барт обнял ее. – Запомни это: в любой войне дети – это самая главная ценность, и сберечь их – самая высшая цель. И ты сделала это для всех нас. Даже для тех, кого никогда не видела. Ты сделала самое важное, запомни это.

У меня мурашки ползли по коже, когда он это говорил. Я бы не сказала лучше.

Сейчас за большим столом в огромном приемном зале Совета калана были все – члены клана, члены моей команды с «Поллукса», мои братья. Дети помладше носились вокруг, дети постарше сидели за накрытыми для них столами, и там тоже было довольно оживленно. Сэр Энтони лично приветствовал Джейкоба, и я видела, как много для него это значит. Они довольно долго о чем-то беседовали, чем не могли не привлечь внимание вех присутствующих. Сэр Энтони был опытным интриганом и прекрасно знал, что делает. Едва он отошел к следующему гостю, Джейка обступили дамы со всех сторон. Он поддерживал беседу, а его взгляд метался по залу.

– Спасай брата, – шепнул мне Барт.

– Пусть помучается, – ответила я, но уже через минуту была рядом. – Джейкоб, удели мне минутку, пожалуйста, – я подхватила его под руку и улыбнулась окружающим. – Простите, дела семьи.

Я увела Джейка от толпы.

– Запомни этот момент, – тихо сказала я ему.

– Что это было? – Джейк отпил виски.

– Ты не понял? – прыснула я.

– Нет, – он покачал головой.

– Сэр Энтони продемонстрировал свое личное расположение к тебе. Ты теперь в рейтинге женихов на первом месте!

– Женихов?! – Джейк поперхнулся и закашлялся.

– Ты смешной, – вернула я ему его фразу, – на тебя официально открыта охота.

Джейк перевел взгляд на меня.

– Когда, ты говоришь, стартует «Поллукс»?

– Через полгода, – я не могла сдержать торжествующей улыбки.

– Ты говорила, там есть место в команде, – он выжидающе смотрел на меня.

– Возможно, – тянула я.

– Морган, не заставляй меня умолять, – он снова метнул взгляд в сторону хлопотливых мамаш.

– Полгода продержишься? – я уже откровенно смеялась.

– Свалю в Африку, как раз пригласили.

– Ладно, осторожно там.

– А ты чем займешься? – Джейк перевел взгляд на меня.

– Детьми, – вздохнула я, – придется их немного приструнить.

– Ну-ну, удачи! – Джейк салютнул мне стаканом, и его увлекли куда-то Майкл с Патриком.

Перед ужином сэр Энтони огласил результаты работы комиссии генетиков и объявил о помолвке Патрика Дугана Моргана и Оливии Морган Мак-Кормик. Патрик был представлен кланом Дуганов в числе других кандидатов – формальности были соблюдены со всей щепетильностью и со всевозможными экспертными проверками. Дядя сделал все по максимуму, чтобы ни у кого не возникло даже повода для сомнений. Я же не видела более подходящих друг другу людей. Патрик крепко сжал ладонь будущей жены, и на лице его вновь была его открытая мальчишеская улыбка. Эти ребята будут очень счастливы. Барт обнял меня за плечи.

– Ты стала сентиментальной, – прошептал он.

– Нет, – возразила я.

– Неужели? – Барт протянул мне платок.

Точно, щеки у меня почему-то мокрые. Не может быть! Я совсем здесь размякла!

Мой взгляд скользил по счастливым лицам в зале, а мыслями я была уже далеко – на мостике «Поллукса» в созвездии Весы…

Часть 7

Земля Дрейка

Иногда самые сложные вещи имеют самое простое объяснение.

Сэр Финли разыскал «Рубикон» за пару недель, разумеется, используя все свои связи. «Рубикон» был оставлен в карантинной зоне, и ему был присвоен статус сверхсекретного объекта. Он был состыкован с одной из бывших орбитальных станций, которую выделили для жизни ученых, которые должны были тщательно изучить корабль и его пассажиров, и там же были оборудованы сверхсовременные лаборатории для анализа полученных материалов и данных. Дядя не только нашел «Рубикон», но и включил в состав рабочей группы доктора Макса Хейворда, который продублировал и собрал весь накопленный за время рокового рейда «Поллукса» материал, чтобы присовокупить его к новым полученным данным. Генри Хейворд остался на «Поллуксе», он отказался бросить команду, и все время теперь проводил в лаборатории корабля, постоянно находясь на прямой связи с братом и ведя параллельные исследования оставшихся у него образцов и материалов медицинских исследований, которые мы успели провести с заключенным с «Нового пути». Мы старались не беспокоить нашего доктора лишний раз – эти исследования слишком много значили для всех. Мы надеялись однажды узнать результаты.

До нашего отлета в созвездие Весы нам пришлось решить еще одну проблему. Нам – это нам всем: мне, Барту, сэру Энтони и сэру Финли. Причиной семейного совета стал категорический отказ наших детей идти в школу.

Война закончилась, и жизнь вернулась в привычное русло. Учебный год начался с опозданием на четыре месяца, и наших детей ждали в только что открытой школе. Остальные дети уже были там и даже приступили к занятиям. Наши близнецы заявили, что в школу они не пойдут, они уже и так умеют летать на кораблях и истребителях и поэтому в этот раз полетят в экспедицию с нами.

Мои дяди переглянулись и посмотрели на нас с Бартом, ожидая нашей реакции.

У меня в голове на бешеной скорости пронеслись все аргументы, и, поняв их бесполезность, я потянулась к телефону и вышла из кабинета с трубкой у уха. Когда я вернулась, дети были пунцовыми от гнева, Барт сидел с холодно-непреклонным выражением лица. Мои дяди пребывали в растерянности.

– Поехали, – сказала я. – Все поехали, – обратилась я к сэру Энтони и сэру Финли.

Я вела машину. Все сидели в полной тишине. Дети притихли после выволочки отца, невмешательства дедушек и моего сурового тона.

Когда Барт понял, куда мы едем, он улыбнулся и сжал мою руку. Я кивнула в ответ, бросив при этом суровый взгляд на детей на заднем сиденье.

Мы въехали в ворота, я остановила машину у главного входа. Там нас ждал мой командир. Генерал Рейнольдс. Да, мы приехали в Летную Академию.

– Генерал Рейнольдс, – я привычно козырнула.

– Полковник Морган, – генерал без тени улыбки ответил на мое приветствие и перевел взгляд на моих пассажиров.

– Сэр Финли, сэр Морган, – приветствовал он прибывших гостей. – Мистер Флинт, – генерал опустил взгляд на детей. – Мистер Элиот, мисс Маргарет.

Дети совсем притихли и взяли Барта за руки.

– Прошу, – генерал пригласил всех внутрь.

Мои дяди с интересом смотрели вокруг.

– Итак, молодые люди, ваша мама сказала, что вы уже прекрасно на всем летаете и учиться вам необязательно, – мой командир говорил сухо и строго. – Что ж, посмотрим.

Уж не знаю, специально или случайно, однако с моим командиром случайностей не бывает, мы в это время остановились у огромного стенда в холле. Взгляды детей машинально заскользили по фотографиям выпускников Академии, которые были отмечены высшими наградами государства.

– Дядя Майкл! – звонкий голос Элиота эхом отозвался в коридорах старинного здания.

– Мама! – Марго показала рукой на мое фото.

Барт подхватил детей на руки, и они начали изучать снимки.

– Дядя Патрик! – почти хором воскликнули дети.

Мои дяди тоже внимательно изучали стенд. Там было много знакомых имен, особенно за последние пять лет. Теперь считалось честью для кланов отправлять своих детей в военные академии.

– Это наши лучшие выпускники, – кивнул генерал Рейнольдс.

Только не показывайте им мое личное дело, мелькнуло у меня.

– А папы тут нет! – воскликнула Марго.

– Папа, а где твоя фотография? – спросил Элиот.

А действительно, где и на каком стенде висит фотография Барта?

– Папа, мама – пилот, а ты кто? – не отставала Марго.

Вот, прекрасный вопрос! Я с удивлением поняла, что не могу на него ответить.

– Папа заканчивал другую академию, – услышала я свой голос и посмотрела на немного растерявшегося Барта.

– Прошу, – генерал, как всегда, пришел на помощь и продолжил экскурсию, лишая детей возможности задать новые вопросы.

Мы зашли в класс.

– Парты, – дети удивленно переглянулись.

– Парты, – кивнул генерал. – И учебники, – он протянул детям внушительный том по механике, – умеете читать?

Барт усадил близнецов за парту и помог раскрыть книгу. Дети посмотрели на страницы и совсем растерялись.

– Здесь мало слов, – тихо сказал Элиот.

Сверху легли еще три учебника. Командир и Барт раскрыли их наугад, и снова одна формула страшнее другой. Мои дяди тоже взглянули на страницы раскрытых книг.

– Правильно, – кивнул генерал, – здесь формулы. И их надо знать и уметь ими пользоваться. Ваша мама знает и умеет. Надо уметь читать схемы, – перед детьми лег лист со схемой блока питания из системы управления истребителя. – Можете прочесть?

– Нет, – прошептала Марго, смущенно перебирая пальчики.

– А ваша мама умеет, она училась в Академии с пятнадцати лет. И теперь по таким вот инструкциям сможет освоить любой самолет или вертолет.

– И космический корабль? – благоговейно спросил Элиот.

– И космический корабль. Но до того, как поступить сюда, ваша мама закончила школу.

Хорошо, что он не употребил слово «блестяще». Я смотрела на детей. Командир говорил с ними тем же тоном, что и со мной, когда я пришла сюда после школы, заносчивая и самоуверенная.

Дяди наблюдали за нами с явным интересом. Мне показалось, что они теперь как-то иначе стали смотреть на меня.

– Что ж, пойдем дальше.

Мы вышли на летное поле, где на стендах стояли учебные самолеты и вертолеты.

– Истребитель! – Элиот был в восторге.

Генерал шел именно туда. Легко подхватив Элиота на руки, он поднялся по трапу наверх и усадил мальчика в кабину.

– Папа, тут все не так! – раздался крик.

– Ну, еще бы, – пробормотал Барт, и настал мой черед благодарно сжать его руку.

Марго нетерпеливо скакала у трапа.

– Я тоже хочу! – не выдержала она.

Генерал Рейнольдс спустился за ней. И вскоре она сидела рядом с братом. Благо они еще были маленькими и умещались в кресле пилота вдвоем.

– Папа, у нас был другой самолет! – крикнула Марго. – Неправильный!

– И слава богу, – пробормотал сэр Финли, глядя снизу на истребитель.

Потом посмотрел на меня. И сэр Энтони посмотрел на меня. Абстрактно они всегда знали, кто я и чем я занималась на службе. Но сейчас, рядом с истребителем, они словно осознали всю меру опасности и ответственности, которая лежала на мне все это время. Особенно в последней войне.

– Как твой отец позволил тебе?! – почти беззвучно спросил сэр Энтони.

– Он не позволял, – я покачала головой, – он меня почти проклял, – мой голос неожиданно дрогнул.

– И ты позволишь им?! – сэр Энтони в ужасе кивнул наверх, где в истребителе восторженно чирикали дети.

– А у меня есть выбор? – вздохнула я. – Я сама никого не слушала. Мне повезло с командиром. Надеюсь, он не откажет мне в чести обучить и моих детей.

Генерал Рейнольдс спустил детей на землю.

– Ну, что решили, молодые люди? – спросил он серьезно.

Близнецы переглянулись и потупились.

– Мы пойдем в школу, – сказал Элиот, Марго кивнула.

– Вот и отлично, – у меня отлегло от сердца. – А сейчас сюрприз! Все едем на «Поллукс»! Посмотрите, на чем летают ваши мама с папой!

– Ураааа!!! – дети рванули бегом с летного поля.

– Генерал Рейнольдс, буду рада, если вы присоединитесь, – едва успела пригласить я командира и бросилась следом.

Такой уже шумной компанией мы прибыли на стартовую площадку, где красовался «Поллукс».

– Какой огромный! – дети были в восторге.

Нас встретил капитан Белфорд. Они тепло приветствовали друг друга с генералом Рейнольдсом.

– Сэр Энтони, сэр Финли, – капитан пожал протянутые ему руки, – добро пожаловать на борт.

Сэр Финли был откровенно в восторге, сэр Энтони привычно сдерживал эмоции, но было видно, что ему интересно всё. Капитан лично провел почетных гостей по всему кораблю. Рубка вызвала особенный восторг у детей.

– Это мой штурвал! – Марго встала на мое место.

– А это мой! – Элиот занял место Майкла.

Барт усмехнулся.

– Вот и ваша смена.

– Со временем, – улыбнулась я в ответ, – я еще никуда не собираюсь.

Сэр Финли замер возле капитанского кресла и посмотрел на Ричарда Белфорда.

– Капитан, – заговорил он, – можно? – он кивнул на кресло.

Капитан Белфорд кивнул и сделал приглашающий жест. Сэр Финли сел в кресло капитана. На лице его была абсолютно мальчишеская улыбка. Он оглядел все панели управления и мониторы вокруг себя.

– А это все не так просто, как кажется, а, сэр Энтони?! – воскликнул он и покрутился в кресле.

– А ты как думал? – откликнулся мой второй дядя и спросил меня: – Это твой штурвал? – безошибочно указал сэр Энтони.

– Да, дядя, – кивнула я.

Меня наполняли странные чувства. Сегодня я словно взглянула на свою жизнь со стороны. Их глазами. И многое стало понятно. Насколько я не вписывалась в их мир, настолько же их мир не вписывался в мою жизнь. Понадобилось время, чтобы мы приняли друг друга, и только сейчас пришло окончательное понимание и настал момент, когда стерлись последние границы.

– А где вы спите? – звонко спросила Марго.

– Пойдем, покажу, – я повела дочь по кораблю.

– И ты покажи, где спишь! – потребовал у отца Элиот.

– Давайте, мальчики с мальчиками, девочки с девочками, – весело скомандовал Барт, и мы разделились.

Марго бежала рядом со мной вприпрыжку, счастливая оттого, что они здесь. Они увидели наш корабль, теперь они четко будут представлять, где их папа с мамой живут во время полетов, чем занимаются.

– Это наша столовая. Тут мы едим, – я посмотрела на дочь. – Голодная?

– Давай Элиота позовем? – Марго не представляла, как можно делать что-то без брата.

– Давай всех, – предложила я.

– Покажи мне, где ты спишь, и я сбегаю за ними, – согласилась Марго.

– Помнишь дорогу?

– Помню, – кивнула моя девочка, и мы продолжили путь.

Каюта ей понравилась.

– Маленькая только, – сказала она.

– Мне хватает, – улыбнулась я.

Марго полежала на моей койке с закрытыми глазами пару минут и соскочила:

– Все, пойдем кушать!

Она вылетела в коридор и побежала к столовой. Я побежала следом.

Этот обед стал для всех неожиданностью. Сэр Энтони и сэр Финли настороженно отнеслись к идее обеда на корабле, но вскоре с азартом дегустировали блюда.

– Вполне съедобно, – сдержанно отзывался сэр Энтони, пробуя содержимое очередного контейнера.

– Съедобно? Да это вкусно! – сэр Финли с завидным аппетитом налегал на второй контейнер. – Что это? Болоньезе? Прекрасно! А десерты у вас есть?

– Есть, и это заслуга вашей племянницы, – улыбнулся капитан Белфорд.

– Да уж, она нам скучать не дает, – сэр Энтони отпил кофе. – Благодаря ей мы чуть не зашились с военными заказами…

– Брось, мы отлично справились, не ворчи! – сэр Финли отставил пустой контейнер и попробовал кофе. – Очень неплохо! Можно мне прислать домой? – весело спросил мой дядя.

– Не выдумывай, – фыркнул сэр Энтони, – твой повар отлично готовит!

– У него бывают выходные, – гнул свое сэр Финли.

– Дядя, думаю, мы это уладим, – смеясь заверила я сэра Финли.

– Миссис Морган, вы видели наши отправные документы? – спросил капитан, улучив момент.

– Нет, а что там? – насторожилась я – не люблю сюрпризы, они редко бывают приятными.

– Нам надо доставить учителей на станцию «Кентавр», – капитан поднял бровь и кивнул на детей.

– Учителей? – переспросила я, а вот этот сюрприз весьма своевременен.

– Да, четыре человека. На станции подросли дети, их пора учить.

Я увидела, что близнецы навострили уши.

– Это что-то новое, – сказала я.

– Это эксперимент. Дети родились на станции, и чтобы не отрывать их от родителей, решили отправить учителей туда.

– Школа на станции, кто бы мог подумать?! – как быстро летело время, казалось, только вчера там все запускали, а сейчас там уже дети и их надо учить.

– Даже космос от учебы не спасает, – Барт подмигнул детям. – Интересно, у кого будет больше двоек, у вас или у них?

– У нас! – крикнула Марго.

– Двойки – это плохо, – быстро шепнул ей брат.

– У них! – она тут же исправила свою оплошность.

– Посмотрим, – я налила себе кофе.

– А нам кофе? – Марго вертела головой, наслаждаясь атмосферой – не было привычных условностей, границы словно стерлись.

– Вам газировка, – Барт поставил на стол две банки и ловко открыл.

– Прямо из банки? – спросил восторженно Элиот.

– Прямо из банки, – кивнул Барт.

– Здорово!

Командир Рейнольдс смотрел на моих детей и, поймав мой взгляд, довольно кивнул.

– Возьмете их в академию, сэр? – спросила я.

– Как экзамены сдадут, – усмехнулся он.

– Точно! Экзамены, – кивнула я.

– Но после сегодняшнего дня уверен, что учиться они теперь будут не хуже тебя, – генерал снова посмотрел на близнецов. – Летать я с ними уже не буду, но найду, кому их доверить.

– Не знаю, кто кроме вас с ними справится, – тихо сказала я.

– Найдем, – генерал допил кофе. – Ну, мне пора.

– Мы вас отвезем, – Барт показал детям, куда выбрасывать мусор, и они быстро убрали со стола.

– Капитан Белфорд, спасибо вам, – я от всего сердца поблагодарила нашего капитана.

– Это было интересно, – улыбнулся он и помахал детям на прощание.

Мы приехали домой вечером. Дети были переполнены эмоциями. Они с порога начали рассказывать обо всем, что было, старому Генри в оба уха, тот кивал, успевая еще что-то понять в этом потоке слов, и тихонько увел их спать.

Сэр Финли устремился в кабинет. Я вдруг поняла, что он не курил целый день.

Сэр Энтони плеснул себе виски и опустился в кресло.

– Какой удивительный день, – сказал он, сделав глоток, и посмотрел на меня, – жаль, что ты не сделала этого раньше. У тебя очень насыщенная жизнь.

Иногда даже слишком, но я не возражаю.

– Я рада, что вы провели этот день с нами и поддержали нас, для детей это важно – видеть, как все решается, – я посмотрела на часы. – О, и мне тоже пора, завтра с утра мне надо на «Поллукс». Спокойной ночи, – я по очереди поцеловала в щеку сэра Энтони и сэра Финли и оставила их переваривать эмоции такого насыщенного дня.

Барт еще задержался и обговорил отъезд детей в школу. Он поднялся в спальню, когда я уже вышла из душа и лежала в постели, чувствуя, как спадает напряжение прошедшего дня.

– Что решили? – спросила я его.

– Завтра, после обеда. Ты вроде свободна, – Барт снял куртку.

– Должна быть.

Выйдя из душа, он лег в постель, я тут же скользнула к нему на плечо.

– А все же, какое у тебя звание и где висит твоя фотография? – спросила я его. – У тебя же есть воинское звание, – это было скорее утверждение, чем вопрос, я приподнялась на локте, разглядывая его лицо и следя за мимикой.

Он улыбнулся и убрал волосы, упавшие мне на лицо.

– Есть, – коротко ответил он.

Емко. А дальше?

– И? – не отставала я.

– И все, – усмехнулся он.

– Тебя устраивает, что я про тебя ничего толком не знаю? Я догадываюсь, но не знаю.

– Этого вполне достаточно, – он обнял меня и остановил поток вопросов поцелуем.

* * *

Сидя сейчас на дежурстве перед обзорным экраном, я с удовольствием снова и снова прокручивала этот день, ощущая тепло внутри.

Мы летели в созвездие Весы. Опять. Мне пришлось снова все перечитать, чтобы вспомнить, почему мы выбрали этот маршрут. Вернее, я выбрала. Столько всего произошло с тех пор, как мы предприняли первую попытку добраться туда!

Я читала свои записи, согласно которым в двадцатом веке в созвездии Весы была обнаружена экзопланета, близкая по статусу к Земле – Gliese581d, находящаяся в зоне обитаемости и относящаяся к классу суперземель. С 1962 года туда, с завидным упорством, достойным лучшего применения, были отправлены радио- и световые сигналы. В 1962, 1966, 2008 и 2009 годах. С 2005 года из этой зоны начали поступать ответные радио- и световые сигналы. На Земле начался ажиотаж, но скептики утверждали, и я была солидарна с ними, что это от чего-то отразились посланные землянами сигналы. Работа по расшифровке принятых сигналов была строго засекречена. Хотя простые математические вычисления могли подтвердить эту теорию. Сигнал, посланный в 1962 году, мог вернуться в 2005-м, а по моим дилетантским подсчетам, вполне мог вернуться и в 2002 году, но учитывая рассеивание сигнала в пространстве и допплеровское смещение частот, можно было принять погрешность в три года.

Словом, особого оптимизма я на этот счет не испытывала, хотя чего душой кривить? Хотелось, очень хотелось найти что-то или даже кого-то во Вселенной. Я смотрела все эти фантастические фильмы даже с некоторой завистью к их персонажам. Как у них там все интересно! А мы уже больше шести лет мотаемся по космосу и до сих пор не наткнулись ни на одно доказательство существования внеземной цивилизации. Но с другой стороны, мы только начали. Вдруг ждет нас где-то что-то совершенно потрясающее и на самом деле фантастическое, и это не будет очередным последствием преступления против человечества? Хотя с самой Gliese581d мало приходилось на что-то рассчитывать, индекс идентичности с Землей у нее был всего 0,53, это при том, что индекс Земли принимался за единицу. Гораздо больше шансов было у ее соседки Gliese581g, с индексом идентичности 0,76. Но там вообще все сложно: в разное время то признавали ее существование, то отрицали. Еще там была Gliese581C, которую некоторые вообще считали земным аналогом. Словом, нам предстояло разобраться со всем этим на месте. Если бы не радиосигналы, я бы вообще туда не полетела – не было там для меня ничего привлекательного. В других местах было куда интереснее, но все научное сообщество желало, наконец, выяснить, что это было – ответ или отражение?

Я перекусывала под очередной фильм, держа под рукой большой блокнот. Барт взял себе еды и устроился рядом.

– Что смотришь?

– «Космическую Одиссею».

– А-а, а что еще есть?

– На, посмотри, – я протянула ему пульт от телевизора.

– А там у тебя что? Очередной проект? – Барт кивнул на блокнот.

– Нет, надо решить кое-что. – Все-то он видит!

– Древность какая у тебя тут собрана, кошмар, – Барт щелкал пультом.

– Я люблю старые фильмы. С живыми актерами, – пожала плечами я.

– О, «Миссия Серенити», будешь?

– Давай, – кивнула я.

Я снова окунулась в давно знакомый сюжет с любимыми персонажами и актерами.

– У них все гораздо интереснее, чем у нас, – озвучила я свою мысль.

– Это точно, даже немного завидно, – Барт с увлечением следил за сюжетом, – я все пытаюсь понять, что у них за двигатель такой?

– Не в двигателе дело, а в сюжете, в людях.

– У них там тоже распылили газ, все как у нас.

Тут он прав. Вообще, насколько я помню, согласно учебникам, газ начали распылять еще в древности, в начале двадцатого века, и последствия были просто жуткими. Кстати, об учебниках.

– Как там наши учителя? – спросила я.

Капитан разместил пассажиров на другом уровне, там, где раньше жили представители NASA, и я с ними практически не пересекалась. Только во время их посадки на корабль. Две семейные пары. Молодые энтузиасты с горящими глазами.

Барт пожал плечами.

– Нормально. Летят, – он отпил кофе, – я их видел всего раз или два. Мистер Вульф с ними часто общается.

– Ну да, с нами-то ему и поговорить не о чем, – усмехнулась я.

– Так чем ты там занимаешься? – Барт не забыл про мой блокнот.

– Мистер Вульф дал задание, надо решить несколько задач.

– Так ты всерьез взялась за астрофизику?

– Я слишком многого не знаю.

– Ты слишком многого не знаешь, потому что нам вообще слишком мало известно. Мистер Вульф не в состоянии ответить на половину твоих вопросов просто потому, что куча всего еще не исследовано и не изучено.

– Я не знаю даже то, что уже точно известно, – буркнула я.

– Молодец, мне это никогда не освоить, – Барт взглянул на формулы в блокноте и посмотрел на часы. – Ну, давай, мне пора! – он коснулся моей щеки и ушел.

Я выключила телевизор и вернулась в рубку. Убедившись, что все в порядке, я принялась за задачи. Не скажу, чтобы мне было легко, но когда очередное задание было выполнено, я испытывала определенное, немного мрачное, удовлетворение. Мрачное потому, что следом шло еще более сложное задание, с которым все начиналось сначала. Но я была полна решимости разобраться и в этом. Я должна понимать мистера Вульфа, когда он пытается нам что-то объяснить. Я читала очень много все это время, но довольно бессистемно и в отрыве от практического применения. Сейчас, одолев том «Введение в астрофизику», я продвигалась уже по первому тому самой «Астрофизики».

Сигнал о приближении к точке выхода из тоннеля оторвал меня от моих занятий, я почти с облегчением отложила блокнот – придется мистеру Вульфу уделить мне еще немного времени, потому что у меня там все совсем застопорилось. Мы подошли к Кентавру. Я включила сигнал подъема, а Барт приготовился к торможению.

Капитан и Майкл пришли на мостик друг за другом. Майкл пил кофе на ходу. Зря он это. Мы начали выход из гиперпространства, процедура давно знакомая, но от этого никак не становящаяся более приятной.

– Родные пенаты, можно сказать, – Майкл оглядел станцию «Кентавр». – А они разрослись!

Станция действительно стала больше. К первичной конструкции добавилось несколько модулей, все было сделано со вкусом и выглядело весьма органично.

– Мне нравится, – резюмировала я.

– Да, они неплохо обжились, – капитан тоже с любопытством рассматривал приближающуюся станцию.

– Капитан, что у нас тут, кроме выгрузки учителей? – спросила я.

– Так, – капитан взял полетный план, – надо забрать еще пару зондов NASA, и все, пойдем к созвездию Весы.

– Отлично, – мы завели корабль в ангар, и внешние створки за нами закрылись.

Мы не стали задерживаться на станции, капитан попрощался с учителями, передал их с рук на руки встречавшему их представителю, мы забрали зонды, дозаправились и снова прыгнули в гиперпространство.

* * *

Наконец, мы вывели «Поллукс» из тоннеля в созвездии Весы. Мистер Вульф всегда рассчитывал точку выхода так, чтобы в случае, если со светилом случился коллапс, не попасть в зону действия новорожденной черной дыры.

– Ложимся в дрейф! Мистер Вульф, поднимайте телескоп, – капитан Белфорд встал со своего кресла. – Всем отдыхать, я на вахте.

Мы не возражали – со светилом или без, работы здесь будет полно.

– В последний раз звезда была на месте, – услышала я бормотание мистера Вульфа, покидая рубку.

Я притормозила и вернулась назад.

– Что, ее может не быть?

– Миссис Морган, как правило, на Земле мы видим свет уже несуществующих звезд – расстояния здесь просто… – он замолчал, напряженно всматриваясь в пространство.

Конечно, я знала, о чем он. Мне просто нравилось его допекать.

Мистер Вульф подрегулировал линзы и вновь припал к телескопу.

– Так что со звездой? – терпеливо спросил капитан.

– На месте, – похоже, мистер Вульф облегченно вздохнул.

– Уже что-то, – кивнул капитан и занял свое место, – разберитесь с планетами, – затем капитан посмотрел на меня. – Миссис Морган, спать!

– Минутку, капитан, – я подошла к телескопу и спросила: – Можно?

Мистер Вульф сделал приглашающий жест.

Я взглянула на систему Gliese. Какая тоска…

– Найдите мне здесь что-нибудь интересное, мистер Вульф, – попросила я.

– Да что здесь искать-то?!

– Вот хотя бы это, – я повернула телескоп к мерцающему вдалеке справа скоплению звезд. – Да, вот это.

Я освободила место у телескопа. Мистер Вульф взглянул на мою находку.

– Но это… Что это? – он оторвался от телескопа и повернулся к карте сектора. – Этого даже на карте нет!

– Вот именно, мистер Вульф, – кивнула я, – найдите мне там что-нибудь интересное!

После этого я покинула мостик. Что ж, звезда на месте. Теперь надо просканировать пространство на предмет радиосигналов, установить статус интересующих нас планет – существуют или не существуют… Так, с этим и без меня разберутся, но, если мне повезет, мистер Вульф найдет что-то и для меня. И я провалилась в сон.

Проснулась я от стука в дверь.

– Морган, подъем! В рубку, немедленно!

– Сейчас! – я слетела с койки и через пару минут уже неслась на мостик.

– Что у нас? – спросила я, замерев рядом с Майклом и разглядывая голограмму системы Gliese581, висящую у нас в рубке.

– Мистер Вульф, – капитан дал слово физику.

– Так, все наши планеты на месте. Активность вокруг них нулевая – ни станций, ни искусственных спутников, ни кораблей. Мы подойдем к краю системы и запустим зонды к трем интересующим нас планетам.

– Что насчет сигналов? – не удержалась я.

– Сигналов нет.

– Как неожиданно, – в голосе Майкла отчетливо слышался сарказм.

– Зонды облетят планеты, проведут съемку поверхностей планет, затем исследуют их атмосферы, сгорят в плотных слоях, и на планету спустится несгораемый модуль с планетоходами. Может, они прояснят ситуацию, но скорее всего, что разгадка будет в атмосфере, а не на планете, ионный слой и… Ну, вы знаете, – мистер Вульф обвел нас вопросительным взглядом, мы знали свойства ионного слоя, – несмотря на их статус экзопланет и обитание в «жилой зоне», условия на планетах далеки от того, чтобы ждать там наличие цивилизаций. Бактерии, вирусы – возможно. Возможно, что колонии таких бактерий способны поглотить переработать и отзеркалить сигнал. Посмотрим, подождем результаты.

Я не смогла сдержать вздох разочарования. То есть я понимала, что надежды на что-то мало, но ожидание какого-то чуда теплилось во мне до последнего. А что насчет скопления?

– Но, – продолжил мистер Вульф, и я решила подождать с разочарованием, – аппаратура засекла один очень интересный сигнал, который совсем не похож на сигналы, принимаемые Землей из этого сектора пространства. Сигнал исходит из сектора, недосягаемого пока для телескопов Земли, – мистер Вульф указал на замеченное мной скопление, – и он вполне земного диапазона. Это радиостанция современного поколения. Она ничего не передает, просто пеленг засек действующий передатчик. Это может быть зонд, упавший на планету или ставший ее спутником.

– Да где она?! – нетерпеливо воскликнула я.

– Вот здесь. Планетарная система вокруг еще незарегистрированной звезды. – Мы воззрились на новую голограмму.

Пять планет вращалось вокруг светила по сильно вытянутым эллипсоидным орбитам.

– Это вот ты нашла? – тихо спросил меня Барт.

– Ну да, – кивнула я и добавила: – Просто ткнула пальцем в пространство.

– Ничего себе так «ткнула», – хмыкнул Майкл, разглядывая систему.

Я тоже несколько секунд смотрела на снимок.

– Вот эта в «жилой зоне», – я указала на вторую планету от солнца, – здесь очень жарко, – я указала на отрезок максимального приближения к солнцу, – а там очень холодно и довольно темно, – я посмотрела на самые удаленные точки орбиты. – Это что, океаны?!

– Первичная съемка телескопа не может приниматься как серьезный аргумент, нужны дополнительные исследования, – подал голос мистер Вульф.

– Как далеко она находится? – капитан Белфорд внимательно рассмотрел систему.

– Нужен прыжок, но недолго, часов шесть, – заверил нас мистер Вульф.

– Так, быстро все выполняем здесь и летим туда, – решил капитан, и мы составили график работ.

Мы начали готовиться. Сейчас нам предстояло проверить и опробовать, что приготовил для нас космический отдел «Морган индастриз», речь шла о скафандрах.

Выглядели они обычно. Я взяла скафандр в руки – по сравнению с предыдущим, этот был практически невесом. Ткань для него была использована очень интересная, плотная, какая-то суперпрочная, но легкая, немного шуршащая, приятная на ощупь. Непривычно тонкий слой термоподклада, скафандр разделен на сегменты, видимо, на случай прорыва ткани, это линии изоляции. Я скользнула внутрь и одним движением застегнула молнию. Ничего себе, так просто!

– Вот таким должен быть скафандр, – сказала я Майклу, свободно размахивая руками, легко приседая и наклоняясь.

– Что им еще оставалось, бедным, после твоего блокбастера? – спросил он, ухмыляясь.

– Если бы ты догадался опробовать предыдущую модель на себе, мне бы не пришлось снимать этот блокбастер, – я так же легко вылезла из скафандра и убрала его в шкаф.

– Ладно, я виноват, – кивнул мой брат.

– Сильно виноват, – сказала я.

– Сильно, – кивнул он.

– Ты все спихнул на меня.

– Точно. Но у меня дети.

– У меня тоже!

– У меня был новорожденный, – не отступал Майкл.

– А мои пытались угнать мой «феррари» и еще много чего, – напомнила я. – Но это не помешало мне бесконечно пробовать все, что готовил наш продуктовый цех.

– Все, я сдаюсь, – засмеялся Майкл и вскинул руки.

– Давно пора, – улыбнулась я, и мы вернулись на мостик.

– Мы готовы, капитан, – доложил Майкл.

– Мы тоже, – капитан посмотрел на мистера Вульфа.

Тот еще раз осмотрел готовые к работе зонды и кивнул.

– Грузим, – Майкл подхватил один зонд, я – второй, наши механики подхватили остальное, и мы понесли все в ангар.

Работали быстро, слаженно, не покладая рук. Курсировали на шаттлах по системе Gliese с регулярностью рейсовых автобусов, распихивая по ней зонды и телескопы различных космических агентств. Теперь эта система не выглядела так пустынно. Все это начало работать, и Земля подтвердила, что уже принимает первые сигналы.

Наступил момент, когда капитан еще раз пробежался взглядом по списку и объявил:

– Здесь – всё! Мистер Вульф, где расчеты прыжка?

Физик тут же сбросил капитану параметры и координаты точки входа.

– Команда, занять свои места! Приготовиться к маневру!

– Есть приготовиться к маневру, – тут же отозвались мы.

Капитан посыпал командами, мы вывели корабль на исходную и рванули в гиперпространство.

Шестичасовой переход был потрачен на изучение всего, что успел за это время узнать о системе мистер Вульф.

Планета, ставшая нашей целью, в полтора раза больше Земли. Время полного оборота вокруг солнца двести сорок дней, из них планета дважды проходит перигелий и дважды афелий, при этом температурный режим, в теории, просто сумасшедший: от +100 со стороны солнца в перигелии до –160 °C с теневой стороны в афелии (если там при этом есть что-то живое, это чудо!), время обращения вокруг своей оси семьдесят суток. Есть вероятность, что при прохождении перигелия оба раза выжигается одно и то же полушарие планеты, тогда то, что в тени, поворачивается к солнцу при прохождении афелия, и вот там вполне возможна жизнь, а выжженное полушарие застывает в лед. Ну и планета… Я потерла лоб и глаза. Так, афелий кратен перигелию примерно один к четырем. И зачем мне это? Сама не знаю. Я уже не знаю, что еще можно выжать из той информации, что предоставил нам мистер Вульф. Предварительный анализ показывал наличие атмосферы, состав которой мы должны были определить по прибытии.

Уже очень скоро мы будем на месте и все прояснится. Сигнал на пульте управления сообщил о приближении к точке выхода из гиперпространства. Через минуту все были на своих местах. И корабль вышел из тоннеля.

Я огляделась. Ну, мистер Вульф, вот это точность! Мы вышли прямо на оптимальную орбиту нашей планеты. Мы замерли у обзорного экрана. Шапка льда на северном полюсе. Огромный океан покрывает две трети суши, два небольших материка расположились у южного полюса. Мы вышли с теневой стороны.

– Интересно, что со стороны солнца? – я не могла оторвать взгляд от материков.

Если я не ошибаюсь, это леса. Вот это озера или внутренние моря, а это реки…

– Отправим технику и узнаем, – отозвался мистер Вульф, тоже завороженно созерцая невероятное зрелище.

Это была первая планета за столько лет, которую мы обнаружили сами и подошли так близко. Мы были первооткрывателями! Это надо было еще как-то переварить.

– Похоже, осуществится твоя мечта, ты высадишься на планету, – шепнул мне Барт.

Я уже почти подпрыгивала от нетерпения, но здравомыслие не покидало меня.

– Не забудь про радио, мы тут не первые.

– Ну, на орбите никого. Если бы здесь кто-то был, он был бы сейчас с теневой стороны, – вступил в беседу Майкл.

– Только бы не очередной объект Корпорации, – помрачнела я.

– Такой вариант возможен, – кивнул капитан. – На планету пойдем после тщательной разведки. Мистер Вульф, запеленгуйте сигнал, установите точные координаты. И проанализируйте атмосферу. Что для этого надо?

– Пару метеозондов, я настрою все параметры.

– Мистер Флинт и Джордж, подготовьте шаттл. Морган, Майкл, готовьте скафандры.

Капитан остался на мостике, следя за тем, чтобы «Поллукс» оставался в тени.

Джордж и Барт проверили и перепроверили «Кастора» и загрузили принесенные нами зонды в шлюзы. Мы проверили кислород в баллонах и сами надели скафандры. Джордж и Барт проверили герметичность у ботинок и на манжетах и помогли надеть шлемы.

После этого мы поднялись на борт шаттла, а наши механики покинули ангар и закрыли внутренние створки. Капитан еще раз оговорил наше задание и запретил приближаться к атмосфере. Зонды нам надлежало выпустить над верхним слоем атмосферы и вернуться на «Поллукс». А запущенные аппараты должны были начать движение к планете через все слои атмосферы. Сделанные из сверхпрочного сплава – подобного тому, из которого был отлит «Поллукс», они имели все шансы достичь поверхности планеты в зоне материка. Мистер Вульф запрограммировал их так, что они должны были попасть на разные материки и проанализировать воздух и обстановку – температуру, давление, влажность, ветер, грунт – непосредственно на самой планете.

С исполнительностью школьников мы подошли к внешнему краю атмосферы, запустили зонды и вернулись на корабль. В рубку мы просто бежали.

– Ну, что? – хором спросили мы.

– Я работаю, – мистер Вульф стоял за своим пультом и принимал информацию с обоих зондов.

Мы нетерпеливо гарцевали вокруг. Капитан не выдержал и выгнал нас с мостика. Мы поплелись в столовую. Там сидели Джордж и Барт.

– Выгнали? – спросил Барт, гася улыбку.

– Из-за нее, – кивнул на меня Майкл и открыл холодильник.

– Из-за него, – я налила себе кофе и села за стол.

– Оба хороши, – капитан тоже заглянул перекусить.

– Что-то уже есть? – не удержалась я.

– Дайте мистеру Вульфу время, – мягко попросил капитан, – нам всем не терпится, поверьте мне, но мы же ждем.

Майкл плюхнул передо мной контейнер с равиоли в сливочном соусе – знает, что я люблю! – и сел рядом со своей извечной лазаньей.

– Там еще другие блюда есть, – сунулась я.

– Я люблю это.

– Как дети малые, – Джордж покачал головой и улыбнулся.

– Они и есть, – кивнул капитан.

Барт мудро воздержался от комментариев, но его быстро скользнувшая по лицу улыбка сказала мне то же самое.

Ну, и ладно. Ну, и пусть. Я все равно полечу туда. Это же первая найденная нами вероятно пригодная для жизни планета!

– Я рад, что ты вернулась, – тихо только мне сказал Барт, – я боялся, что твой азарт пропал. И вот ты здесь, – он легко коснулся губами моей щеки и тут же вставил свою реплику в общий разговор.

Приятное тепло радостного предвкушение наполняло меня, я на самом деле давно такого не испытывала – не было повода. Я улыбнулась и начала есть, слушая совершенно беспредметный разговор за столом. Ясно было одно – все ждали. Ждали и предвкушали…

* * *

Сирена согнала с нас благостное состояние. Мы с Майклом понеслись в рубку, а Джордж и Барт в машинное.

На мостике мы без лишних слов заняли свои места у штурвалов. Капитан сыпал командами и проклятиями. Мы совершили какой-то сумасшедший маневр, меняя орбиту на более дальнюю, и в обзорный экран увидели, что что-то просвистело мимо нас на крейсерской скорости. «Поллукс» снова лег в дрейф.

– Это что сейчас было? – впервые Майкл опередил меня с вопросом.

– Астероид, спутник этой планеты, – капитан повернулся к бледному физику. – Мистер Вульф, еще спутники есть?

– Если они с той стороны, то мы не узнаем о них, пока не выйдут на орбиту с теневой стороны, – ответил физик, – необходимо время и наблюдения.

– Вы уверены, что вот эта орбита свободна? – спросил капитан, явно не ожидая внятного ответа.

– Я буду дежурить у телескопа и дальше, капитан, – заверил физик.

– А спать вы когда будете? – сурово спросил капитан.

Физик пожал плечами.

– Так, дежурить посменно, вывести изображения с телескопа на боковые экраны, каждый, кто несет вахту – следить за ситуацией на орбитах, из рубки не отлучаться. Все понятно?

– Да, сэр! – почти хором отозвались мы.

– Так, пока затишье, у вас уже есть чем поделиться, мистер Вульф? – спросил капитан.

– Мне бы не хотелось торопиться, сэр. Выводы должны быть точными.

– Понятно, ждем. Вахты в обычном режиме. Кто первый?

– Я, – подала я голос.

– Хорошо, остальные – спать. И вы тоже, – персонально обратился капитан к мистеру Вульфу. – Если появится хоть что-нибудь, будить меня немедленно, – велел мне капитан.

– Есть, сэр.

Все ушли. Я заполнила журналы, провела проверку и, пересев в капитанское кресло, продолжила следить за изображениями с экрана. На мостик зашел Барт с кофе и едой.

– Что это было? – спросил он.

– Спутник, астероид, – я с благодарностью забрала кофе и сделала первый глоток.

– А еще есть?

– Узнаем, вот, на экраны все вывели. Чудо, что мы в него при выходе не влепились, как подумаю, аж дурно делается…

– Но не влепились же, – Барт смотрел на экраны. – Морган, это что?

Я подняла голову, поперхнувшись, отставила стаканчик и потянулась к кнопке вызова капитана. Еще пару минут я смотрела на экран. Все, сомнений нет – на теневую сторону заходил очередной спутник, типа нашей Луны. Я нажала кнопку.

– Капитан, еще один.

– Скорость? – тут же отреагировал капитан.

Я пробежала по цифрам на экране.

– Меньше километра в секунду, – я смотрела на счетчик скорости, когда цифры зафиксировались, я уточнила: – 930 метров в секунду. – И встала с кресла капитана, благоразумно забрав свой кофе и еду.

К моменту моего прибытия к своему креслу капитан и физик были в рубке.

– Спутник типа Луны, – сообщила я.

– На какой он орбите? – капитан не отрываясь смотрел на физика.

– Сейчас, – руки физика порхали над клавиатурой, – разойдемся. Можно не двигаться.

– Капитан, отправим на него зонд? – спросила я, завороженно глядя на медленно выплывающий спутник, озаренный светом местного солнца – зрелище просто потрясающее.

– Сколько их у нас осталось? – голос капитана звучал немного рассеянно, он тоже залюбовался зрелищем.

– Восемь штук.

– Давайте один. На орбиту, пусть проведет съемку и соберет всю возможную информацию. Шевелитесь! – капитан вывел всех из ступора.

Я бросилась за зондом. Вместе с физиком мы настроили его на необходимый режим работы, активировав, на всякий случай, программу планетохода – вдруг эта луна его притянет.

– Астероид появился с той же стороны? – спросила я, занимаясь аппаратом.

– Да, оттуда. Но расслабляться рано, орбиты могут быть самые разные, – мистер Вульф явно устал и нуждался в хорошем сне.

– Капитан, запустим с «Поллукса», или мне подойти на шаттле? – спросила я Ричарда Белфорда.

– Мистер Вульф, что скажете?

– Можно с «Поллукса», расстояние позволяет, – ответил физик.

– Я пошла к Барту, – я подхватила зонд и покинула мостик.

Мы подготовили все, и в нужный момент капитан осуществил запуск.

– Зонд ушел! – подтвердили мы, и я вернулась на мостик.

– Работает, все отлично, – кивнул мне капитан и посмотрел на физика.

Тот следил за передвижением зонда, корректируя его по мере приближения к луне.

– Есть! Зонд на орбите, капитан, – доложил, наконец, он.

– Попробуем еще раз отдохнуть, – капитан встал. – Мистер Вульф – спать.

– Да-да, сейчас, – физик настроил часть аппаратуры на прием сигнала с третьего запущенного нами зонда и покинул рубку.

– Сколько еще может быть спутников? – спросил Барт, снова придя ко мне.

Ей-богу, лишняя пара глаз мне сейчас была просто необходима.

– С такой массой и гравитацией она легко удержит четыре спутника, – сказала я.

Занятия с мистером Вульфом давали свои плоды – я уже не задавала половины вопросов, которые могла задать раньше.

– А ты неплохо продвинулась, – улыбнулся Барт.

– Не так далеко, как хотелось бы, – мы не могли оторваться от медленно проплывающей мимо нас луны.

– Красиво.

Я смотрела на Барта.

– А ты ведь тоже любишь все вот это, – сказала я, – только делаешь вид, что ты здесь из-за меня, на самом деле, если бы даже не было меня, ты сам нашел бы способ здесь оказаться, – эта мысль была как озарение. – И дело даже не в твоей работе, тебе нравится быть здесь, – я махнула рукой на окружающее нас пространство.

– Конечно! – легко согласился Барт. – В другом случае я нашел бы способ остаться на Земле. Мои задания по вам двоим давно завершены, мне нет причины находиться здесь. Кроме того, что ты здесь и вот этого, – он кивнул на планету за обзорным экраном. – Думаешь, ты одна мечтала об этом? – улыбнулся он. – Да здесь все такие, иначе не подписались бы на это все.

Примерно то же самое сказал мне как-то Ричард Белфорд. Ну да, мы все здесь немного одержимы.

– Джейка явно не хватает, если мы высадимся, он был бы кстати, – задумчиво сказал Барт, разглядывая материк.

– Он застрял в Африке, сказал, что благодаря мне он теперь сдохнет там в этой чертовой саванне, – процитировала я.

– Все еще на ножах? – усмехнулся Барт.

– Он меня терпит. Я – неизбежное зло в его жизни, – пожала плечами я. – А что он может с этим сделать? Ничего.

– Но сына своего в нашу школу отдал. Дети здорово сдружились, пока сидели в убежище, это хорошо, – Барт вздохнул, – нет худа без добра. Это будет такой костяк, они такое сделают, – Барт взъерошил волосы, – я даже представить боюсь.

– Если Элиот еще впитает мудрость и умение вести дела от сэра Энтони и сэра Финли, – продолжила я, – хватка и ум моего отца, помноженные на все, чего он успеет от них набраться…

– Это будет всё, – Барт, усмехнувшись, покачал головой, – я им не завидую.

Им – это конкурентам клана, врагам клана и, вероятно, особенно нерадивым членам клана.

Мы с Бартом смотрели друг на друга и поняли, что впервые не боимся за будущее наших детей. С таким тылом и поддержкой у них все будет хорошо.

Что-то заставило перевести меня взгляд на экран.

– Чтоб меня, – пробормотала я и без промедления ткнула на кнопку вызова капитана и мистера Вульфа – не судьба ему выспаться.

Сверху над планетой начал появляться еще один спутник. Над ним сияла корона солнечного света.

– Наискось пойдет, – пробормотала я, не отрываясь от растущего на глазах спутника.

– Больше первого? – спросил Барт.

– Похоже на то, давай бегом в машинное! – я нажала общую тревогу – по первичным данным наши орбиты пересекались.

Через минуту рубка наполнилась народом.

– Сколько их еще? – сонно спросил Майкл.

– Хороший вопрос, – кивнул капитан.

Мистер Вульф проводил необходимые расчеты.

– Надо переместить корабль, капитан, – физик положил перед капитаном Белфордом координаты.

– Приготовиться всем, двигатели на самый полный! – капитан смотрел на величественно поднимающийся над планетой спутник. – Вот, черт, – пробормотал он. – Отходим! – и посыпались команды.

Мы отодвинулись от планеты еще. Я без лишних приказов приволокла очередной зонд, мы с мистером Вульфом довольно слаженно настроили его и так же без лишних слов запустили его ко второй луне. Снимки с нашего телескопа были просто фантастическими.

– Морган, еще один спутник, и я тебя прибью, – пообещал мне Майкл и побрел досыпать перед своей сменой.

Как будто это я их делаю!

– Надеюсь, это все, – капитан потер лицо и встал с кресла, – последняя попытка отдохнуть, мистер Вульф.

Физик едва держался. Мостик снова опустел. Я смотрела на восход луны над полюсом планеты. Шапка льда озарилась отраженным светом. Я увидела свечение внешней оболочки атмосферы, подобно тому, как светится в лучах солнца атмосфера Земли.

– Фантастика, – прошептал Барт, обнял меня, и мы молча любовались восходом.

Луна перевалила через полюс и начала погружаться в тень.

– Только ради этого стоило здесь оказаться, – тихо сказал Барт.

– Это мы еще на планете не были, – прошептала я, – представляешь, что там может быть?!

Через час наша смена закончилась, и мы ушли спать, оставив на посту Майкла и Джорджа.

– Когда снова пронесется астероид, зафиксируй все показатели, чтобы на следующем круге послать к нему зонд, – попросила я Майкла.

– Хорошо, – кивнул тот, и мы смогли пойти отдохнуть.

* * *

Наконец-то мы полетели на планету!

Она оказалась просто уникальной. Выяснилось, что ее атмосфера была довольно близка к земной с некоторыми отклонениями, обуславливающими ее большую плотность. На поверхности можно было дышать немного разреженным воздухом, атмосферное давление было чуть больше земного, но вполне приемлемым, около восьмисот единиц ртутного столба. Ветра на планете дули таким образом, что слои холодного воздуха с теневой стороны постоянно перемешивались с нагретым воздухом со стороны солнца, равно как и океанические течения равномерно остужали перегретую воду со стороны солнца и согревали толщу воды на теневой стороне таким образом, что на теневой стороне температура в районе материков не опускалась ниже плюс тридцати.

– Это просто фантастика! – пробормотал отоспавшийся мистер Вульф, проанализировав и резюмировав все полученные данные.

– А как же ваши –160 °C? – спросила я осторожно.

– Это были данные теоретические, без учета местных условий, а они здесь просто фантастические! Кто бы мог подумать, как хитро может быть устроена природа?! Так все уравновесить – это же… непостижимо!

Материки показывали вулканическую активность, наличие пресной воды и растений. На снимках с зондов отчетливо было видно лесные массивы.

Мистер Вульф выявил четкую локацию засеченной им радиостанции, и мы шли в точно указанные координаты.

Я летела с Бартом. Майкла капитан оставил на «Поллуксе», на случай, если появится новый спутник и понадобится еще один маневр.

Мы вошли в атмосферу.

– Вот черт, – сорвалось у меня.

Нас трясло и мотало так, что в глазах рябило, система охлаждения работала на пределе возможностей. Надо будет доработать – увеличить резерв мощности. Не об этом сейчас! Я сосредоточилась на приборах. Еще немного, еще… Есть! Мы прорвались в чистое ночное небо, я выровняла шаттл и направилась к указанным координатам. При приближении к цели я спустилась пониже и пошла на беззвучном режиме. Внизу проносились реки, горы и долины.

– Барт, там купол? – спросила я, указывая на экран на приборной доске, где сканер с дотошностью машины обозначил сетку энергетического защитного купола.

– Похоже на то, – Барт знал, что его ответ не обязателен, просто, чтобы осознать какие-то вещи, необходимо произнести это вслух. – Нас никто не встречает – небо чистое, активности на земле нет. Где сядем? – Барт огляделся вокруг.

– Там, – я махнула на ровный участок за холмом.

– Ты хочешь идти пешком? – севшим голосом спросил Барт.

– По незнакомой планете? Ага, разбежалась, – я аккуратно посадила шаттл, – возьмем гравилет.

– Слава богу, – пробормотал мой муж и отстегнул ремень безопасности.

Мы вылетели с шаттла на гравилете, и створки «Кастора» тут же закрылись. Отлично, теперь туда точно никто не пролезет. Все-таки фильмы оставляют значительный отпечаток на нашем сознании. Гравилет был абсолютно герметичен.

Купол был посреди долины. От леса по всему радиусу его окружала ровная пустошь, пробраться незамеченным будет невозможно. В который раз я вспомнила Джейка с его навыками, но у меня есть Барт, а он не хуже.

Я остановила гравилет прямо у кромки леса. Барт достал бинокль ночного видения и занялся наблюдением. Я озиралась вокруг. Пока мы летели сюда с минимальным светом, мне было не до того, сейчас я получила возможность рассмотреть растения. Зелено-голубые листья разных размеров и форм прижимались к стеклу кабины и закрывали мне обзор. Что-то пробежало, шваркнув когтями по стеклу, и я подпрыгнула от неожиданности.

– Не может быть, – пробормотал Барт.

– Что там? Что ты увидел?

Барт оторвался от бинокля и посмотрел на меня.

– Ты серьезно просто ткнула пальцем в небо?

– Ну да, – я насторожилась, – а что не так?

– На, взгляни, – он протянул мне бинокль.

Я взглянула в сторону купола. Так он невидим, его фиксируют только приборы. На территории под куполом горят фонари. Я рассмотрела постройки. Ничего особенного. Из одной из построек вышел человек и прошел в большой дом. Я увеличила изображение и рассмотрела лицо.

– Ты про этого парня? Я должна его знать? – спросила я.

– Должна, но не хотела, – усмехнулся Барт.

– Не может быть! – я снова припала к биноклю, но парень скрылся в доме. – Господи, ну почему здесь? За что мне это? Это должна была быть моя планета… – Парень снова вышел на порог, потянулся и… помахал нам рукой?! – Он нам машет? – я передала бинокль Барту.

– Да, заводи и поехали, он отключил купол, – Барт кивнул на экран на приборной доске, так и есть – купол погас.

Мы подлетели к дому, и купол снова загорелся на экране. Барт открыл кабину гравилета.

– Винсент Дрейк!

– Бартоломью Флинт!

Они обнялись и похлопали друг друга по спине. Еще один сюрприз.

– Так вот ты где! – Барт огляделся вокруг. – Неплохо устроился!

– И надеялся, что меня здесь не найдут, – смеясь, ответил Винсент Дрейк.

– А мы не тебя искали, мы нашли планету, а на ней тебя, – я подошла ближе.

– Фрэнсис Морган, – парень слегка напрягся.

– Собственной персоной, – кивнула я, разглядывая парня.

Винсент Дрейк. Мой четвертый брат. Младше меня, но старше Патрика. Последний.

Барт переводил взгляд с одного на другого.

– Сообщу капитану, что мы здесь и все в порядке, – он отошел к гравилету и вышел на связь с «Поллуксом».

– Не ожидала встретить тебя здесь и вообще нигде, – сказала я.

– Я тоже надеялся избежать, – у него были лукавые глаза со смеющимся взглядом.

– Твое хозяйство? – я кивнула в сторону построек.

– Мое.

– Ты работаешь на Корпорацию? – я не заметила, что моя рука легла на кобуру на поясе.

– Нет, – коротко ответил мой брат, но после паузы добавил: – Я сам по себе.

Вернулся Барт.

– Корабль пришлось опять переместить, – он повернулся к Дрейку. – Сколько всего здесь спутников?

– Три луны и один астероид, мелкий и дурной. Периодически влепляется в луны, я все жду, когда он уже сорвется со своих орбит и сгорит в атмосфере, но он упертый, – Винсент не сводил взгляда с моей руки на кобуре.

– Пойду, сообщу капитану, что это все, – Барт снова отошел.

– Вы на «Поллуксе» пришли?

– У меня нет другого корабля, – я чутко реагировала на малейший звук. – Ты здесь один?

– Мой пес здесь. Он в доме.

– Где твой корабль? – я снова бегло осмотрелась вокруг.

– Там площадка, за домом. Можешь переставить туда свой шаттл, так надежнее будет.

– Посмотрим, – я никак не могла стряхнуть с себя напряжение.

– Говоришь, можно переставить шаттл к тебе? – переспросил снова вернувшийся Барт.

– Да, там полно места. Где вы его оставили?

– За холмом.

– Тогда лучше поспешить. Скоро будет дождь, ту долину затопит.

– Хорошо, выпускай нас, и мы быстро – туда и обратно, – Барт взял меня за рукав и повлек к гравилету.

К шаттлу мы летели в гробовой тишине. Потом я заговорила.

– Не доверяю я ему.

– Зря, – только и сказал Барт.

– Откуда ты его знаешь? – спросила я.

– Он делал для Агенства работу, которую мы сделать не могли в силу разных причин.

Это мне было как раз понятно.

– Очередной наемник… В этой семье есть хоть один ботаник? – раздраженно спросила я.

– Он разводит здесь травку, так что где-то он ботаник, – усмехнулся Барт.

– Еще лучше! – мы влетели внутрь шаттла, и я закрыла створки. – Санация! – скомандовала я.

Система выкачала из шлюза кислород, нам надо подождать десять минут.

– Чего ты завелась? – Барт заглянул мне в глаза.

– Я все время на них напарываюсь! – я сама не понимала причину своего раздражения, хотя нет, я знала причину своего недовольства.

Он лишил меня радости первооткрывателя. Это было так важно, и я так долго ждала вот такой высадки на новую неизведанную планету, и надо же мне было напороться на ней на очередного брата.

– Это последний, успокойся. Фрэн, серьезно, – Барт сжал мою руку, – ты так долго этого ждала.

– Вот именно! – время карантина истекло, и я открыла гравилет.

Когда мы подлетели на шаттле к куполу, он погас. Винсент разметил для нас площадку огнями. Я аккуратно посадила «Кастора», и купол вспыхнул снова. Я взглянула на «Иглу» на стартовой площадке, детище одного из заводов Мак-Артуров. Очень неплохой корабль для экипажа из двух человек, ну, или одного. Довольно простой в управлении, сверхпрочный легкий корпус, способный многократно пройти через плотные и сверхплотные слои атмосферы. Мощные двигатели, развивающие довольно высокую скорость на форсаже. В комплектацию входит шаттл. Я рассмотрела пару бортовых орудий, это была явно поздняя доводка.

– Хороший корабль, – сказала я, спустившись с шаттла.

– Неплохой, – кивнул Дрейк.

– От кого купол? – спросила я его.

– От разного зверья.

– Не боишься прорыва, пока купол отключен? – я огляделась вокруг.

– У меня там несколько степеней защиты, – начал Дрейк.

– Поле вокруг заминировано, – закончил Барт, – я видел растяжки. Пойдем в дом. Угостишь кофе.

«А на “Поллуксе” кофе нет?» – мелькнуло у меня, и я пошла за ними в дом.

– Он сам выращивает кофе, – Барт был явно в предвкушении чего-то потрясающего.

Да что ты! Что он еще выращивает?

Мы вошли в дом, и я осмотрелась. Это был готовый жилой модуль для станции. Нас встретил здоровый пес.

– Люк, свои, – скомандовал Дрейк, едва пес показал нам клыки, могу поклясться, что на его морде тут же появилось подобие улыбки.

– Люк, ты что, не узнал? – Барт присел, бесстрашно почесал мощный загривок, пес завилял хвостом и положил ему лапу на плечо. – Вот, молодец! Умница, – ладони Барта уже скользили по подставленному животу.

– Во дает, – Дрейк перешагнул через пса и занялся кофе.

Я села в кресло и смотрела на своего последнего брата и вокруг. Семья Дрейка не входила ни в один клан, но была довольно состоятельна. Им принадлежало несколько ферм, и они специализировались на поставках сельхозпродукции предприятиям и заводам, нашего клана в том числе. Винсент, похоже, не стал продолжателем семейного дела.

– На чем ты специализируешься? – спросила я, прервав собственные размышления.

– Достаю то, что достать невозможно, доставляю то, что доставить невозможно…

– Вор и контрабандист, помимо всего прочего, – резюмировала я.

Отлично, как раз то, чего нашей славной семье не хватало.

– На каком уровне тут развита жизнь? – я сменила тему.

– Палеозой, Карбон, – без запинки ответил Винсент и поставил на стол кофе.

Аромат был просто необыкновенный. Как он этого добился?

– Здесь уникальная почва – богатая и необычайно плодородная, и внешние условия совершенно потрясающие, – пояснил мой брат.

– Поставляешь на станции? – я сделала глоток, глядя на него поверх кружки.

Винсент уклончиво пожал плечами.

– Все-таки от семейного бизнеса ты недалеко ушел: фермер-контрабандист – удивительный симбиоз. Что берешь за кофе? Кроме денег, – я скользила взглядом по его лицу.

– Так, всякое…

– Дашь нам на «Поллукс» мешок?

– Дашь мне запас пайка на шесть месяцев? – тут же нашелся Винсент.

– Тогда два мешка. На «Кентавр» ходишь?

– Бываю, – уклончиво сказал он.

– Будешь там в следующий раз, заберешь паек. Я знаю командора, скажу, что для тебя.

– Договорились, – Винсент встал и протянул мне руку через стол.

Я тоже встала. Пожатие вышло крепким.

– Вот и сторговались, – усмехнулся Барт.

С улицы донесся шум дождя и ветра.

– Хочешь посмотреть? – Винсент протянул мне дождевик и кивнул на резиновые сапоги.

За несколько световых лет от Земли я надеваю на ноги резиновые сапоги! Я усмехнулась и шагнула за братом под дождь, Барт вышел следом.

Это была буря. Молнии неистово плясали по небу, теплый дождь лил сплошной стеной, гром был такой силы, что вибрировала земля под ногами. Вот это да! Вот что значит разгул первобытной стихии! Пес носился под дождем с совершенно щенячьим восторгом, абсолютно не боясь грома.

Насытившись зрелищем, мы вернулись в дом.

– Давно ты нас засек? – спросила я, берясь за еще горячий кофе, вкус которого вполне соответствовал запаху. – Потрясающе, – не сдержалась я.

– Когда вы вышли из гиперпространства. Я не знал, кто пришел. У меня нет глаз на орбите – зачем выдавать свое присутствие? Перехватил ваши переговоры между кораблем и шаттлом и, поняв, что это вы, успокоился и стал ждать. И вот вы здесь.

– Точно, мы здесь. А ты здесь как оказался?

– В первый раз – неправильно рассчитал прыжок, чуть не врезался в одну из лун, едва увернулся от астероида и почти аварийно сел в долине, где сели вы. Как раз перед ливнем. С виду вроде самое то, но как дождь зарядил – долго пришлось ждать, пока он закончится, пока спадет вода и уйдет вся местная фауна, облепившая корабль. Потом нашел это место, поставил купол, все починил, рассчитал прыжок по новой и улетел. А позже все тут обустроил.

– Неплохо так – присвоил планету, – усмехнулась я.

– А чего мелочиться, – в тон мне ответил Винсент.

– А действительно, – я отпила кофе, – Морганы мыслят масштабно, если присваивать, то планету.

– Я – Дрейк! – вскинул голову Винсент.

– Точно, – кивнула я, – у меня там еще один Сэйнфилд на «Поллуксе», на Земле Маккаби и Дуган. И они все не Морганы, и не братья.

– Двое из них стали Морганами, – тихо сказал Винсент.

– Не добровольно, поверь мне, – я допила кофе и поставила кружку.

Я не знала о нем ничего. Как и о любом из них. Они сами рассказывали мне то, что считали нужным, или не рассказывали.

– Ты знаком с ними? – спросила я, нарушая собственное правило не задавать вопросов.

– Встречались, – сухо ответил Винсент.

– Надо полагать, встреча не задалась, – я откинулась на спинку стула.

Винсент промолчал, а я не стала выяснять, с кем именно не задалось. Казалось мне, что с Джейком.

Пес подошел ко мне и положил морду мне на колени. Я погладила его лобастую голову, и пес прикрыл глаза.

– Он мокрый после дождя, – сказал Винсент.

– Ничего. Как ты назвал планету? – спросила я, продолжая гладить собаку.

– Земля Дрейка, – сказал мой брат.

– Емко и скромно, – кивнула я, – точно обозначает суть и принадлежность, – я не смогла сдержать усмешку – это как раз в манере Морганов столбить собственность.

Барт все это время молча наблюдал за нами и смаковал кофе, готовый при необходимости немедленно вмешаться и разнять.

Я посмотрела брату прямо в глаза.

– Хочешь на «Поллукс»? В гости? – неожиданно для него спросила я.

– Я без Люка не летаю, – твердо сказал Винсент.

– А я тебя зову только ради него, – засмеялась я, и напряжение, которое ножом можно было резать, наконец, спало.

Винсент встал и стал собирать бумаги на столе.

– Что это? – спросила я.

– Я составил карту полушарий и материков, – он протянул мне бумаги.

Я смотрела на мастерски нарисованные карты.

– Там еще один материк, Барт, смотри, – я пододвинула карту к Барту. – Ты был там? – я повернулась к Винсенту.

– Да, был, но там еще все ходуном ходит – вулканы извергаются и землетрясения, здесь все уже немного устоялось.

Мы перебирали самые подробные карты материков и отдельных участков. Я пробежала записи наблюдений за спутниками, солнцем, погодой. Описания растений и животных. Целые тома исследований.

– Вот это труд! Да мистер Вульф тебя на руках за это носить будет! Смотри, скорость обращения вокруг планеты и вокруг своей оси всех трех лун! Съемки поверхностей… Как ты все это сделал?!

– У меня есть телескоп, гравилет и шаттл, – пожал плечами Винсент.

– Надолго эта буря? – спросила я, мне уже не терпелось попасть на «Поллукс» и поделиться этими сокровищами с командой.

– Ты в дождь не летаешь? – легкое удивление скользило в его голосе.

– У меня плохие воспоминания о молниях, – я невольно дернула плечами, вспомнив свою аварийную посадку на бездомную планету.

– Гроза закончилась, – подал голос Барт, – уже только дождь.

– Тогда полетели? – я нетерпеливо взглянула на Винсента.

Тот кивнул, прихватил еще пару больших блокнотов для записей и сложил все в герметичную сумку.

– Полетим на «Касторе»? – спросил он и осекся – понял, что проговорился.

Я сделала вид, что не заметила. Он много обо мне знает. Даже название моего шаттла. Это внушает надежду, возможно, я все же нужна ему.

– На «Касторе», – кивнула я, и мы вышли под дождь.

* * *

– Капитан, идем с гостями, – предупредила я по рации.

– Хорошо, ждем! – отозвался Майкл.

Я не стала сообщать ему, что за гостя я везу. Пусть при встрече порадуется.

Мы прорвались через атмосферу, и только моя молниеносная реакция спасла нас от столкновения с астероидом.

– Чтоб его… – я смотрела вслед проклятому булыжнику.

– Я же говорю, он дурной, – усмехнулся Винсент.

Барт вытер лоб.

– Может, сбить его к чертовой матери? – спросил он нас.

– Пусть летает пока, сама виновата, надо было запросить «Поллукс» о его местонахождении, – я сама не поняла, как я так оплошала – совсем расслабилась! – Кстати, а где сам «Поллукс»? – я огляделась. – «Поллукс», дайте ваши координаты.

– Морган, ты там чего творишь?! Не могла спросить, какая обстановка в точке выхода? – донесся до меня сквозь помехи голос Майкла. – Я тут чуть с ума не сошел!

– Мы тоже, – заверил его Барт. – Вы где? А то этот камень-убийца сейчас на второй круг пойдет…

Майкл сбросил координаты, и я направила шаттл к «Поллуксу». Винсент стоял весь путь позади наших кресел. А его пес сидел аккуратно между нами, с живым любопытством следя за происходящим. То Барт, то я трепали его мощный загривок.

– Вы шаттл ведите, – усмехнулся Винсент, любуясь приближающимся кораблем. – Вот это красавец!

Я и сама каждый раз испытывала прилив гордости, глядя на «Поллукс».

Майкл завел нас на корабль и закрыл внешний шлюз. Автоматически закачался кислород.

– Все, можем идти, – объявила я, и мы покинули шаттл.

Майкл нас уже встречал.

– Это что… – он смотрел на выбежавшего вперед нас пса.

– Смотри, кого нашли, – сказала я, привлекая внимание к нам.

Майкл смотрел на Винсента.

– Да ты издеваешься, – пробормотал он. – Винс, ты-то здесь откуда? – они крепко обнялись.

– Это был его радиопередатчик, – сказала я, проходя мимо, – у него там поместье, или угодья, или ферма… Короче, не знаю, – я направилась в рубку с нашим драгоценным грузом – исследованиями Винсента по планете.

Не совсем по пути, но я зашла в медотсек.

– Эй, док, присоединитесь к нам на мостике?

– Я занят, – Генри Хейворд даже не оторвался от микроскопа.

– Вы в курсе, что мы на орбите планеты?

Молчание.

– Кислородной планеты.

Молчание.

– Период Палеозоя, Карбон. У меня здесь исследования первого поселенца.

Генри Хейворд оторвался от микроскопа и повернулся ко мне на стуле.

– Это розыгрыш? – спросил он.

Я подняла тяжелый пакет.

– Нет, – заверила я, – и с нами пес, он всегда с этим парнем летает. И да, еще он мой брат. Парень, а не пес. Последний, слава богу.

– Без этих деталей я бы пережил, – доктор подошел ко мне. – Где пес?

– Несется на нас, – я показала на длинный коридор, по которому с языком на плече несся в нашу сторону довольный Люк.

Он моментально принял доктора. Руки доктора Хейворда заскользили по телу собаки.

– Великолепное строение… Крепкие кости… Отлично развитая мускулатура… Сколько лет он летает?

– Четыре года, – сообщил подбежавший Винсент, – я его потерял.

– Он в отличной форме! – доктор Хейворд посмотрел на Винсента. – Вы позволите мне взять у него анализ крови?

– Главное, чтобы он позволил, – усмехнулся мой брат.

– Думаю, мы договоримся, – доктор распахнул лабораторный холодильник и достал оттуда контейнер с мясным рагу. – Чистое мясо, минимум специй. Можно ему дать?

Винсент кивнул, и через минуту пес получил обед, а доктор – пробирку крови.

– Отлично, – Генри Хейворд убрал свой трофей, – пойдемте, взглянем на ваши исследования.

Не знаю, что вызвало на мостике больший фурор, появление собаки или вышедшего из добровольного заключения доктора, когда шум улегся, я продемонстрировала труды Винсента.

И представила всем брата.

Капитан окинул взглядом нас троих – меня, Барта и Винсента.

– Морган, Флинт и Дрейк на мостике моего корабля, кто-нибудь с более слабыми нервами уже бы запаниковал, – усмехнулся он.

До нас дошло. И правда, вот это компания!

Но время дорого, я раскрыла герметичный пакет и извлекла толстенные тетради, разложив их на краю капитанского пульта.

– Молодой человек, да у вас талант! – мистер Вульф изучал тетрадь с наблюдениями звездного неба.

Там были снимки с телескопа, описания небесных тел и вычисления орбит и всего прочего.

– Вы даже наметили местную зодиакальную группу, потрясающе! – Так, физика мы потеряли, он исчез вместе с тетрадью в своей обсерватории.

– Может, переместимся в столовую? – предложил капитан. – Там большой стол.

Пока мы перелистывали и изучали его записи, Винсент сварил всем кофе.

– Боже, что это? – капитан поднял голову, учуяв аромат.

– Кофе, – улыбнулся Винсент, ставя кружки на стол, – я привез вам два мешка.

– Он – святой, – Джордж втянул носом божественный аромат.

– Не совсем, – не сдержалась я, – он отжал за него полугодовой запас пайка, – я не скрывала сарказм.

– Я добавлю еще пару деталей, – Джордж, зажмурившись, наслаждался запахом. – Что тебе надо?

– Серьезно? – встрепенулся Винсент.

– Забудь, – я сурово опустила его на землю, – тебе наши детали не подойдут, и никому не подойдут. Этот кофе Джорджа просто разума лишил, – там точно только кофе? – с подозрением спросила я, переведя взгляд с кружки на своего младшего брата.

– Точно.

– Ладно, – я вернулась к географическому атласу.

Анализ почвы, грунта, источники пресной воды. Места затоплений в период дождей. Вулканы, сейсмически нестабильные районы, карта прибрежных течений… Да тут был кладезь знаний!

Доктор листал атлас растений и животных.

– Вы даже определили опиаты! – воскликнул он. – Было бы интересно взглянуть и взять образцы… Изучить свойства… – доктор опять погрузился в чтение. – Целебные свойства растений! Кровеостанавливающие, спазмалитики… Это просто бесценный труд! Какое у вас образование?

Вот именно. Я чувствовала ревность. Он и пилот, и ученый во всех областях. Сам рассчитывает свои прыжки в гиперпространство, проделал такую всеобъемлющую работу по изучению планеты, что не подкопаться. Я поймала смеющийся взгляд Майкла и дернула плечом.

Капитан изучал фауну.

– Господи, сколько их тут… Похожи на рептилий… Водные, земноводные, древесные… А это рыбы?

Винсент заглянул в тетрадь.

– Да, и вот эта очень вкусная. А вот это ядовитая…

Надо ли говорить, как мы провели ближайшие сутки?

Только сильное чувство голода заставило нас оторваться от изучения уникальных исследований.

Мы нехотя убрали бесценные тетради подальше от еды, чтобы их не заляпать, и, наконец, поели.

– Не зря мне на «Кентавре» этим пайком все уши прожужжали, – Винсент смаковал болоньезе. – Надо было за кофе больше взять.

– Кто бы тебе еще дал, – усмехнулась я, парень-то не промах.

– Так, – сказал капитан, – всем отдыхать. Майкл и Джордж, первая смена, Морган и Барт – вторая. Вы примете нас на планете? – спросил Ричард Белфорд Винсента.

– С удовольствием, – кивнул Винсент.

– Пойдем двумя шаттлами, – капитан оглядел команду, явно решая, кого оставить.

– Я останусь на «Поллуксе», капитан, – сказала я, – я там уже была.

– Я тоже, – кивнул Барт.

– Отлично, так и решим.

Их не было трое суток. Вернулись они возбужденные, счастливые, переполненные впечатлениями, как дети из парка аттракционов.

Винсент прилетел с ними.

– Зашел проститься? – спросила я.

– Не совсем, – Винсент огляделся и, убедившись, что мы здесь одни, заговорил: – Я всегда буду рад вас видеть, но ты можешь пообещать, что об этой планете больше никто не узнает?

– Я договорюсь с командой, внесу изменения в бортовой журнал, но ты знаешь, что наш навигатор каждый раз проверяют в специальном отделе NASA, чтобы избежать как раз вот такого утаивания информации? А наш телескоп делает регулярные снимки пространства с таймкодом и координатами.

– Майкл мне все объяснил, – кивнул Винсент, – и он сказал, что только ты можешь это решить.

«Ну да, и он опять все спихнул на меня», – мелькнуло у меня.

– Хорошо, – вздохнула я.

– Ты обещаешь, что об этой планете больше никто не узнает? – еще раз спросил Винсент, для уверенности.

– О какой планете? – я изобразила недоумение.

– Спасибо тебе, – он обнял меня в порыве благодарности.

Я его тоже.

– Ты с Джейком не поладил? – спросила я, слушая гулкие удары его сердца.

– С ним, – кивнул он.

– Я тоже, – я отстранилась и посмотрела на него, – а Патрик просто золото, верно?

– Не то слово! И Майкл, – Винсент сжал мои плечи, – и ты. И совсем не стерва.

– Джейк? – Мои глаза превратились в щелочки, только он мог так обо мне отозваться.

– Джейк, – кивнул Винсент.

Ладно, я ему еще успею отомстить. Он не на всю жизнь в Африке, когда-нибудь он оттуда выберется, и тогда я науськаю на него всех мамаш в нашем клане.

– Ты тоже молодец, – сказала я Винсенту, придержав свои коварные планы при себе, – всех нас переплюнул.

– Ты о чем? – не понял он.

– Самый умный, – я хлопнула его по плечу, он смутился, но был доволен. – Голодный? – спросила я.

– Давай поедим.

– А потом я тебя отвезу, и нам пора на Землю.

– Жалко, – сказал он, и ему было действительно жаль.

– Ты же бываешь на Земле? – спросила я.

– Редко, – он покачал головой.

– Тогда увидимся на станции… какой-нибудь, – засмеялась я. – Кстати, на какие станции ты уже возишь свои товары?

Винсент бегло перечислил.

– О, я могу расширить тебе рынок потребителей, – я щедро дала ему координаты нужных людей на «Драконе» и на «Северной звезде».

– Я не знал, как туда пробиться – не мог найти через кого, – благодарно сказал Винсент.

– Ну вот, нашел, – улыбнулась я.

В столовой нас ждал сюрприз – Джордж готовил обед. Или ужин. Выберите необходимое. На корабельных часах было выставлено земное время, и наш жизненный цикл делился на условные сутки. Сейчас было четыре дня, и Джордж готовил поздний обед. При этом Люку перепадали лучшие кусочки мяса.

– Вы мне его избалуете вконец! – но Винсенту нравилось, что его пес стал всеобщим любимцем.

– Доктор, рада, что и вы здесь! – воскликнула я, увидев Генри Хейворда.

– Это ненадолго, – ухмыльнулся Майкл, помогая Джорджу, – видела бы ты, сколько травы он сюда приволок! Это даже не гербарий, это просто стог!

– Видела бы ты Майкла с удочкой на речке, – шепнул мне Винсент. – «Винс, что это?! Что меня укусило? Оно ядовитое?!»

Я прыснула смехом.

Хороший был вечер – мы всегда будем мыслить земными категориями, – уютный.

Джордж побаловал нас вкусной стряпней, все делились своими впечатлениями, Винсент просто утонул в комплиментах. Вполне заслуженных, кстати сказать. Вот уж кого природа одарила всем, чем смогла.

Но пора было прощаться. Все пошли проводить нас до шаттла, горячо попрощались с моим младшим братом, и мы с Майклом снова спустились на планету.

Там, на стоянке под куполом, уже пришла пора прощаться нам.

– Подожди! – Винсент метнулся в дом и вернулся с мешком. – Вот, это табак, привезешь дяде.

– Откуда… Да черт с ним, спасибо, – я обняла брата. – Когда сэр Финли погонит меня за новым мешком, я знаю, где тебя найти! – смеясь, сказала я и выпустила, наконец, Винсента из объятий. – Все, держи связь по радио и увидимся!

– Увидимся!

Он махал нам, пока шаттл не скрылся в низких дождевых облаках.

– А здорово, что ты его нашла, – сказал на обратном пути Майкл, – теперь мы все.

Да, теперь мы все.

«Поллукс» гостеприимно распахнул шлюз, мы завели шаттл на борт.

Всё, пора домой. Вот я и нашла новый прекрасный мир потрясающей красоты и с совершенно фантастической природой, а факт того, что тайной его существования будем обладать только мы, приятно щекотал нервы. Совместными усилиями мы отредактировали таймкоды и снимки на телескопе и координаты в навигаторе. Да, мы тут были. Но ничего не нашли. Зачем полетели? Увидели скопление и решили взглянуть поближе. Ничего интересного. Не стоило и время терять…

– Готовность номер один! Начинаем маневр! – капитан Белфорд зорко следил за всеми в рубке. – Мистер Вульф. – Физик привычно перебросил координаты входа в гиперпространство.

– Двигатели на полный! Поехали! – снова посыпались четкие приказы, и через несколько минут мы были готовы войти в гиперпространство.

Пока, Винсент! Уверена, мы скоро увидимся. И на Земле меня будет согревать мысль, что там среди звезд есть ты и твой верный пес…

Что-то просвистело мимо обзорного экрана по левому борту, едва не шваркнув по корпусу корабля.

– Дурной и нестабильный, – пробормотала я, глядя вслед астероиду – опять новая орбита! – и мы вошли в тоннель гиперпространства…

Примечания

1

Галактика, к которой относится Солнечная система, так и называется – «Галактика» (с большой буквы). Иногда ее называют «Млечный Путь» или «галактика Млечного Пути». Это калька с английского и, в общем-то, не очень корректное словоупотребление, астрономы так не говорят (http://www.astromyth.ru/Astronomy/MilkyWay.htm).

Content

Константин Келлер
Поллукс

Часть 1 SOS

Часть 2 Бездомная планета

Часть 3 Корпорация

Часть 4 Рейд

Часть 5 На станции Корпорации

Часть 6 Война

Часть 7 Земля Дрейка

Примечания