Холли Вебб

Утраченное сокровище

Holly Webb

The Hounds Of Penhallow Place 2: The Lost Treasure

1. Лето секретов

— Мы можем спуститься в бухту искупаться, — предложила Полли.

Рекс в ответ лишь лениво махнул лапой, давая понять, что слышал. Его разморило на солнышке, он лежал, развалившись, на спине и вовсе не собирался никуда идти. Но Полли была неумолима. До конца каникул оставалось три недели, и она буквально чувствовала, как время утекает сквозь пальцы. Ей хотелось приключений, хотелось увидеть что-нибудь новое и интересное, а не просто валяться на солнце. Правда, псу этого не объяснишь. А в особенности псу-призраку, который такой древний, что и сам не знает, сколько точно ему лет.

Полли тяжело вздохнула и заглянула за куст роз, чтобы удостовериться, что никто из посетителей, гуляющих по саду, ее не услышал.

— Наверняка на пляже будет полно людей, устроившихся там на пикник, — добавила она уныло. — Уже почти обед… Что случилось? — Полли не обратила внимания, что Рекс перевернулся и теперь сидел, положив свою вытянутую серую морду ей на плечо. Пес лизнул девочку в щеку. — Похоже ты чем-то недоволен.

Полли задумчиво оттолкнула мокрый нос друга.

— Я не знаю. Просто я проснулась сегодня утром и вспомнила, что больше половины каникул уже прошло. Вот и все. — Рекс молчал, и Полли заглянула ему в глаза. — Я скоро пойду в школу.

— Тебе придется уехать? — спросил пес, понурив голову.

Полли внимательнее пригляделась к своему другу. Бедняга как-то весь поник. Его крупная голова волкодава понуро висела между передними лапами, а кости плеч выпирали из серебристо-серой шерсти. Внезапно Рекс стал выглядеть каким-то отощавшим и грустным.

— Рекс! Что такое? — Полли обхватила друга за шею, с облегчением почувствовав его тепло и собачий запах. Чем больше времени Полли и Рекс проводили вместе, тем реальней становился он для нее. Могла ли она представить, что когда-то его силуэт расплывался и бледнел по краям?

— Ты уедешь.

— Нет! — Полли крепче обняла Рекса, а затем отклонилась, чтобы поймать его взгляд. — Нет-нет, ты не понимаешь. Я пойду в школу здесь, в нашей деревушке. — Она с тревогой посмотрела на него. — Ты подумал, что меня отправят в школу-интернат, как Уильяма?

Рекс кивнул. Он все еще не сводил с нее глаз, в которых светилась тревога, но уши у него немного поднялись.

— Уильям был из рода Пенхэллоу и очень богат, поэтому родители и отправили его в такую школу. В те времена многие состоятельные семьи отсылали своих детей учиться в подобные учебные заведения. В любом случае моя мама не смогла бы себе позволить школу-интернат. Да и я бы не поехала, честное слово. Ненавижу такие школы.

Уильям, призрак, обитающий в одной из детских Пенхэллоу-холла, был отправлен родителями в школу-интернат в семь лет. Полли с трудом могла себе представить, как можно в таком юном возрасте покинуть дом. Он оставил родителей, любимого пса Магнуса. Должно быть, это было ужасно, хотя сам Уильям никогда не жаловался.

Полли почесала Рекса за ухом и вздохнула.

— Но меня все равно не будет дома целый день. Думаю, я буду возвращаться не раньше четырех.

Рекс сел прямо, а его хвост застучал по земле:

— Но мы же будем встречаться вечером. И гулять ночью. Школа ведь не на целый день?

— Нет, конечно. А еще у нас будут выходные. Прости, Рекс, не хотела тебя расстраивать. Вероятно, те дети, с которыми ты общался, все учились в школах-интернатах.

— Или вообще не ходили в школу, — добавил Рекс. — Значит, твоя новая школа здесь, в деревушке?

— Да. И скоро мне придется поехать в город, чтобы купить форму. Мама отвезет меня. — Полли скорчила недовольную гримасу, а Рекс засопел ей в ухо. Полли захихикала.

— Итак, чем займемся, Полли?

Полли моргнула — она так расстроилась из-за школы, что почти забыла о том, что собиралась отправиться навстречу приключениям. Но потом радость от предвкушения новых открытий так захватила ее, что она подпрыгнула на месте.

— А мы можем, — от волнения она еле могла говорить, — отправиться будить остальных собак? — Полли с надеждой посмотрела на Рекса. Их ждет столько приключений и нерассказанных историй. Уж она это точно знает.

Рекс некоторое время смотрел на Полли, а затем замахал хвостом:

— Но кого именно? В поместье так много спящих собак. — Пес посмотрел на дом, провел взглядом по веренице окон. В задумчивости пошевелил ушами. — Можно было бы начать с портретов в библиотеке или гостиной. Или с фигурок, украшающих главную лестницу. Там достаточно собак. Ну и, конечно, не забыть мозаики в фолли[1].

— Где? — не поняла Полли. — А, ты про тот забавный каменный храм? — Она помотала головой. — Не думаю, что мы сможем туда пойти. Там устраивают детские мастер-классы, где детей учат создавать собственные мозаики. Мама говорила, что эти мастер-классы оказались такими популярными, что все места были заранее забронированы. Мама очень обрадовалась, ведь это была ее идея проводить мероприятия на территории поместья. Она хотела, чтобы я тоже пошла, но я решила провести время с тобой. Там везде будут люди. И даже если они не могут видеть тебя, то услышат, как я разговариваю с тобой. Здесь не протолкнуться, все посетители хотят полюбоваться розами.

Розовый сад был одним из любимых мест Рекса в имении. К тому же он находился неподалеку от террасы, где стояла статуя пса, стоило лишь спуститься вниз. Именно там Полли и Рекс впервые встретились вскоре после того, как она приехала в Пенхэллоу-холл. Но, к сожалению, это было и одно из самых популярных мест у туристов. Рекс задумчиво наморщил нос:

— Может, тебе стоит пойти на этот… мастер-класс? Ты должна больше времени проводить с мамой.

— Ну, мамы там все равно не будет, она просто организатор. В данный момент она занята тем, что готовится к новой выставке.

Рекс фыркнул, а Полли ему улыбнулась. С тех пор как она сказала маме, что та слишком много времени уделяет работе, все изменилось.

— Она не хотела забывать обо мне. Просто ей очень нравится здесь работать, к тому же это помогает забыть о смерти отца. — Полли вздохнула. — Жаль, что мы не можем рассказать маме про тебя. Ты ей понравишься, когда она, конечно, отойдет от шока. Только представь, мама сможет расспросить о доме кого-то, кто такой же древний, как и само поместье. Это даже лучше, чем все эти старые документы семейства Пенхэллоу, от которых она в таком восторге.

Рекс встал и пошел по направлению к дому.

— Я не знаю, — произнес он, когда Полли присоединилась к нему. Он посмотрел на дом. — Не уверен, что твоя мама поверит. По какой-то причине ты единственная, кто может меня видеть. Я до сих пор не понимаю, как так вышло и почему, но я все равно этому рад. Я чувствую себя таким живым, каким не чувствовал на протяжении многих лет. И не только я ожил, между прочим. Оживают и другие собаки… Кстати, если хочешь разбудить кого-то еще, будет проще это сделать с теми, кто уже просыпался. Ты видела таких?

Полли задумчиво произнесла:

— Я точно не уверена. Мне кажется, я что-то такое замечала краем глаза. Особенно ночью, когда тайком спускалась к тебе. Полагаю, в лунном свете лучше видно… — Она запнулась, не зная, как их назвать. Ей не хотелось называть Рекса призраком. Это слово ему точно не подходит. Он был слишком реальным, теплым, живым, забавным. А призраки обычно страшные, пугающие. — …Неясное, то, что не увидишь в другое время. Иногда мне даже кажется, что собаки виляют хвостами. Совсем чуть-чуть.

— Точно. — Рекс выглядел довольным собой. — Я же тебе говорил, что все больше псов Пенхэллоу-холла просыпается.

— Вчера в Китайской гостиной мне показалось, что фарфоровая собачка вот-вот со мной заговорит. — И Полли улыбнулась при воспоминании о забавной сплющенной мордочке собачки. Когда бы она ни входила в гостиную, фарфоровая собачка первой бросалась ей в глаза. То же было и с посетителями: они улыбались необычной маленькой синей статуэтке, протягивали руки, чтобы коснуться ее, но затем вдруг вспоминали, что это бесценный антиквариат, который запрещается трогать, и прятали руки в карманы.

— Пойдем разбудим его? Или ее. Мне почему-то кажется, что это она, — предложила Полли, но затем покачала головой. — Нет, сейчас в Красной гостиной будет полно народу. Все красивые безделушки, которые Пенхэллоу привезли из Китая, выставлены там. И мама тоже там. В этой комнате много семейных портретов, примерно одной и той же эпохи. И мама пытается выяснить, кто из членов семьи начал коллекционировать все эти вещи. Она хочет устроить отдельную выставку и назвать ее «Сокровища Китая».

Рекс повернулся к Полли:

— А мы не можем забрать оттуда фарфоровую собачку?

Полли захихикала:

— Можешь представить, что скажет мама, если я попрошу у нее эту статуэтку на пару минут…

Рекс обиженно запыхтел:

— Не могу. Я до сих пор не привык ко всем этим посетителям в моем доме. — Пес с раздражением посмотрел на двух пожилых леди, которые шли мимо, любуясь розами. Одна из них обернулась и подмигнула Полли. Но вдруг смутилась, отвернулась и продолжила идти по дорожке.

— Она тебя видела! — зашептала Полли Рексу. — Как ты думаешь? На мгновение?

— Нет… — Рекс мотнул головой. — Думаю, она просто почувствовала мой гнев. Мне надо быть осторожнее.

Полли вздрогнула. Она и забыла, каким странным бывает ее друг. Даже если она и не хотела называть его призраком, он тем не менее не был обычным псом. Пенхэллоу оказался буквально наводнен ожившими предметами истории — предметами, которые ходят, разговаривают и иногда виляют хвостами. Правда, пока она встретила только Рекса, Магнуса и Уильяма.

История Уильяма чрезвычайно грустная. Он погиб во время Первой мировой войны, сражаясь где-то в Бельгии. Тогда ему было лишь шестнадцать. Перед смертью он успел повидать столько ужасов, что его призрак решил вернуться в Пенхэллоу, туда, где он провел свои детские годы, где был счастлив и любим.

Если верить словам Рекса, в Пенхэллоу было много призраков — или воспоминаний. Но что, если не все из них такие дружелюбные? Впрочем, это не останавливало Полли. Она по-прежнему страстно хотела найти и разбудить новую собаку.

— Давай подождем, пока не наступит ночь, — предложила она шепотом. — Дом сейчас битком набит людьми. Я поставлю будильник на четыре утра. В это время уже светает, но еще слишком рано, чтобы нам могли помешать работники поместья. Поднимись наверх и перекуси со мной, — сказала Полли.

Рекс принюхался.

— Я бы с удовольствием. А у тебя есть чипсы? Они так вкусно пахнут.

— Ой! Извини. — Полли потерла ухо. — Я и забыла, что ты не можешь есть.

— Я бы смог, наверно, если бы попробовал, — задумчиво пробормотал Рекс. — Нет… Лучше не надо. Я, пожалуй, вернусь в статую и вздремну, раз мы собираемся гулять сегодня ночью. Тебе бы тоже не мешало. — Он коснулся своим влажным носом щеки девочки. — До встречи!

* * *

После обеда Полли собиралась лечь поспать. Они с мамой занимали небольшую квартирку в одной из башен поместья. Эта квартира была одним из плюсов проживания в Пенхэллоу. Квартира полностью принадлежала им, но тем не менее являлась частью этого роскошного старого особняка. Полли пришла в восторг от неправильной формы спальни и круглого окошка.

Но сейчас Полли не могла уснуть. Она была слишком взбудоражена предстоящим ночным приключением. В конце концов она сдалась и спустилась в Красную гостиную, чтобы снова взглянуть на фарфоровую собачку.

— Привет, мам! — Полли прошла мимо семейства, рассматривающего изящный деревянный комод, покрытый глянцевым красным лаком.

Мама оторвалась от записей, которые она делала, и просияла:

— Полли! Тебе что-нибудь нужно, милая?

— Нет, я просто заглянула сюда. Это он? — Полли кивнула на портрет мужчины с серьезным, задумчивым лицом, возле которого ее мама делала заметки. — Тот, о ком ты мне говорила?

— Да, Лоуренс Пенхэллоу. — Мама вздохнула. — Бедняга. Полагаю, портрет был написан после его возвращения из Китая. Для него это путешествие стало кошмаром. В Китай он поехал с дипломатической миссией, и она завершилась не слишком успешно. Тогда, в восемнадцатом веке отношения между Британией и Китаем были довольно напряженные. Ему, вероятно, нравилось путешествовать, он находил это увлекательным, но как, должно быть, он скучал по своей семье… — Мамин голос дрогнул, и Полли прижалась к ней, чтобы ободрить. Для них обеих говорить о чем-то, что могло вызвать воспоминания об отце, было до сих пор трудно. Прошел год с тех пор, как отец Полли погиб. Он ехал на велосипеде, когда его сбил грузовик.

— Спорим, он очень скучал, — шепотом согласилась Полли.

— Хм. Он оформил эту комнату в китайском стиле, — пояснила мама. — Привез из путешествий украшения и мебель. А еще разбил китайский сад, ты знала об этом?

Полли удивленно посмотрела на маму.

— Нет… Никогда его не видела. И Стефан мне о нем тоже не рассказывал.

Стефан, главный садовник, обещал ей показать часть сада, которая закрыта для публики, но так и не нашел на это время. Он был таким же занятым, как и ее мама.

— Этот сад нуждается в реставрации. Стефан мечтает этим заняться, говорит, что он мог бы стать очень красивым, но у него не доходят руки. Можно повторить рассадку растений, как на рисунках дочери Лоуренса Пенхэллоу. Мы нашли ее эскизы. — Мама счастливо улыбнулась. Для тех, кто любит старые письма и дневники, Пенхэллоу — идеальное место. Похоже, здесь никто ничего никогда не выбрасывал. — Лоуренс Пенхэллоу приложил руку и к саду. В нем он увековечил свои воспоминания о путешествии в Китай.

Полли перевела взгляд на портрет Лоуренса Пенхэллоу. Темные глаза мужчины внимательно смотрели с картины.

— Как будто он смотрит сквозь меня куда-то еще, — пробормотала Полли и почувствовала, как мамина рука сжала ее ладонь.

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, — кивнула мама. — Мне тоже интересно, о чем он думает. Еще одна загадка. — Она улыбнулась Полли. — Порой мне кажется, что в этом доме их немало.

* * *

В первые часы новых суток Полли сбежала вниз по лестнице, оказавшись в основной части дома. Темная фигура отделилась от теней и присоединилась к ней. Теплый мокрый язык коснулся руки девочки. Полли потрепала Рекса за ушами и заметила, что к ним направляются еще две фигуры.

— Привет, — прошептала она Уильяму, который крался по коридору. Фонарик Полли высветил портреты на стенах. — Ты хочешь помочь нам разбудить китайскую собачку? Ты слышал, как мы о ней говорили? — Полли не знала, часто ли Уильям бродит по дому, потому что большую часть времени он проводил в своей детской. Но тем не менее он мог появляться и в других частях дома, и в садах, и на пляже. Однажды он даже поднялся к ней в комнату, но только когда она его пригласила. Теперь, когда он привык к Полли, ему даже, похоже, нравилась ее компания. Мальчик приходил поздороваться раз в несколько дней, пусть даже их разговоры длились недолго.

— Я рассказал Магнусу, — сообщил Рекс. Магнус, еще один ирландский волкодав, спал в статуе напротив статуи Рекса.

— Какая именно фарфоровая собачка? — уточнил Уильям. — В гостиной моей бабушки было полно статуэток стаффордширских спаниелей.

— Нет, это китайская статуэтка. В Красной гостиной.

— Что? Ты имеешь в виду того синего монстра на камине?

— Тсс! — шикнула на него Полли.

— Да уж. Страшилище с выпученными глазами.

— Может, тебе лучше не ходить с нами? — нахмурилась Полли. — Я-то думала, тебе интересно найти еще одну собаку в Пенхэллоу. Но если ты будешь грубить, она не станет разговаривать с нами. — Девочка повернулась к Рексу и Магнусу. — Интересно, собака будет выглядеть как ее статуэтка? Ты, Рекс, выглядишь точной копией своей статуи, а вот Магнус нет. Он просто жил в твоей статуе, поскольку они парные…

— А вот и неправда, — мрачно заметил Магнус. — Я похож на свою статую. У той только нос немного длинноват.

— Это потому что у тебя приплюснутый нос, — пробормотал Рекс. — И да, Полли, я думаю, что собачка будет выглядеть так же, как и статуэтка, в которой она спит. Но только не синяя. По крайней мере, я на это надеюсь…

— Значит, это будет маленькая собачка? — Полли была уверена, что высотой статуэтка не больше тридцати сантиметров. Вероятно, это будет какая-нибудь порода вроде таксы.

Рекс громко вздохнул:

— Ты задаешь слишком много вопросов. Может, да, а может, и нет. Думаю, это диванная собачка. Одно из тех пушистых созданий, которых в свое время было полно в доме. — Рекс фыркнул, и в лунном свете Полли заметила хмурое выражение его морды. Ей внезапно стало жалко собачку, которую им предстояло разбудить.

2. Телохранительница императора

Полли посветила фонариком, и четверо друзей вошли в Красную китайскую гостиную. Это была одна из самых маленьких комнат, открытых для посещения, и Полли решила для себя, что этим она ей и нравится. Сейчас в комнате сгустились тени, а блестящие поверхности лаковых комодов сверкали в луче фонарика.

Синяя фарфоровая собачка сидела на каминной полке рядом с часами, сделанными в форме китайской пагоды. Даже Полли пришлось признать, что собачка выглядит не слишком симпатично — у нее были большие навыкате глаза, бакенбарды и грива.

Полли стояла напротив каминной полки, улыбалась синей собачке и ждала какого-то знака. Может, ряби на глазурованной синей поверхности, когда на нее падает свет фонарика, или подергивания загнутого, похожего на веточку, хвоста. Но ничего не происходило. Китайская собачка была всего лишь безделушкой, и Полли подумала, что вряд ли она вообще сможет ожить.

— Что мы будем делать? — спросила Полли остальных. Она никогда не будила собак специально, все получалось само собой. Полли случайно удалось разбудить Рекса, а Магнус и Уильям призраками жили в доме. С Уильямом она столкнулась в саду, и он посмеялся над ней.

Полли прикусила губу. Вдруг нужен какой-нибудь особый ритуал, чтобы разбудить китайскую собачку? Может, им зажечь свечи или принести подношения? Нужно что-то, связанное с Китаем. Чайная церемония подойдет. Или чайную церемонию проводят в Японии?

— Я не знаю, что делать, — шепотом призналась Полли. — Надо было подумать об этом заранее.

— Я тоже, — согласился Рекс. — Когда ты разбудила меня, это как-то вышло само собой…

— Китай… — Полли покачала головой, вспомнив любимое папино лакомство из китайской закусочной — креветки в кляре. Иногда, когда папа забирал ее с танцев, они заходили в закусочную и брали целый пакет. Затем они пешком возвращались домой, и папа говорил, что съест все сам. Полли знала, что он над ней подтрунивает. А когда они входили в квартиру, папа поднимал пакет над головой, и Полли бегала за ним, прыгала, пытаясь достать. В конце концов папа сдавался и отдавал пакет ей, а потом посылал на кухню за миской, чтобы положить туда угощение. Так они сидели и хрустели креветками, соревнуясь, кто найдет креветку большего размера.

Полли с трудом сглотнула и провела рукой по ставшим мокрыми глазам. Она не была уверена, действительно ли эти креветки — блюдо китайской кухни. Фарфоровая собачка с гордым выражением на мордочке вряд ли одобрит… Рекс, почувствовав, что Полли расстроилась, коснулся ее носом. Уильям и Магнус тактично осматривали коллекцию китайских ваз в стороне.

Звонкое рассерженное тявканье заставило Полли вынырнуть из своих размышлений. Крошечная золотисто-коричневая собачка стояла на каминной полке и смотрела на них с высоты.

— Ну! Наконец-то! Вы собираетесь снять меня отсюда? — спросила она у Полли.

— Ой! — ахнула девочка. — В смысле — ну конечно. Прости, я не заметила, что ты ожила.

Как странно — она разбудила собаку, потому что заплакала? Но, с другой стороны, в этом есть смысл. Рекс тоже проснулся, потому что беспокоился за нее. Он почувствовал, что расстроенная девочка, обнимающая его каменную статую, нуждается в нем.

«Надеюсь, мне не придется плакать каждый раз, когда я буду будить собак», — подумала она и протянула руки, чтобы снять собачку.

— Я так давно ждала, что ты заговоришь со мной, — призналась маленькая собачка Полли. — Ты каждый раз проносилась мимо меня, сломя голову бежала по коридору к этому долговязому. Ну, чего ты столько тянула?

— Как она меня назвала? — переспросил Рекс, и его голос зазвенел от обиды. Полли не выдержала и тихонько хихикнула.

— Жердь. Олух. Неповоротливый пень. — Собачка повернулась к Магнусу. — Не мог бы ты не дышать на меня? — фыркнула она.

Теперь, когда собачка стояла на полу, ростом она даже не доставала до середины лапы Рекса. Рекс и Магнус переглянулись, от удивления даже не зная, как поступить с маленькой задирой. Уильям и Полли улыбнулись друг другу. Впервые гигантские волкодавы пришли в замешательство, и это при том, что они могли бы прихлопнуть малютку одной лапой.

— Значит, ты ждала, пока мы за тобой придем? — уточнила Полли. — Ты уже проснулась?

Она наклонилась, чтобы как следует разглядеть малышку, стараясь не светить ей фонариком в глаза. Собачка оказалась крошечной, с длинной золотистой шерстью и мягкими ушами, напоминающими уши спаниеля. Ее мордочка была сплющенной, как и у ее китайской статуэтки, а большие карие слезящиеся глаза напоминали блестящие мраморные шарики.

— Я была… готова. Все собаки здесь уже готовы, — сообщила собачка.

Полли кивнула. Это, наверно, потому, что Рекс проснулся и стал носиться по дому, как гигантский щенок. Он был первой собакой Пенхэллоу, духом этого места. Разумеется, он взбудоражил всех его обитателей.

— Я не люблю, когда меня заставляют ждать, — сурово сказала собачка Полли, а девочка попыталась придать своему лицу выражение сожаления.

— Извини, я не догадалась, — призналась она смущенно. — Как тебя зовут? Я Полли. Он Рекс. А это Уильям и Магнус.

— Меня зовут Ли-Мей. — Собачка бросила на Рекса и Магнуса высокомерный взгляд. — Это значит «прекрасная роза».

Хвост Магнуса дернулся, но пес промолчал. Его имя означало Огромный в переводе с латыни, а Рекс — Король. Полли могла с уверенностью сказать, что и ее друг держится из последних сил.

— Какое чудесное имя, — произнес Рекс с деланой любезностью.

— Да что ты? — фыркнула Ли-Мей. — Так меня назвал отец Сары. Вряд ли он бы дал мне какое-нибудь глупое имя.

— Сара? Твоя хозяйка?

Ли-Мей кивнула:

— Мисс Сара Пенхэллоу. Ее отец Лоуренс Пенхэллоу привез ей меня в подарок из Китая. Он же привез и эти статуэтки. — Собачка посмотрела на камин. — Тут была еще одна, — пояснила она. — Правда, она потерялась.

— Мама рассказывала мне про Лоуренса Пенхэллоу, — сказала Полли. — Она работает здесь и много знает об истории дома. Тебя привезли сюда более чем две сотни лет назад.

— Так давно? — удивленно спросила Ли-Мей. — Выходит, я так долго спала. — Она подняла голову и посмотрела на Рекса. — А я тебя помню. Ты тогда стоял в саду. Даже Сара видела тебя. Правда, в основном краем глаза.

Рекс кивнул:

— Умная юная леди, должен признать, раз она меня видела.

— Это правда, — согласилась Ли-Мей и замахала хвостом, похожим на перо. — Странно находиться в этой комнате без нее. Она была моим сокровищем, а я ее преданным стражем.

— Стражем, — фыркнул Магнус и нагнулся, чтобы обнюхать собачку.

— Да. — Ли-Мей выпрямилась. — А что, думаешь, я не смогла бы ее защитить?

Магнус не ответил, вместо этого он посмотрел на Рекса, словно хотел сказать какую-то шутку.

Рекс нагнул голову и внимательно взглянул на Ли-Мей.

— Я уверен, что ты бы постаралась, — заметил Рекс деликатно. — Магнус пытался сказать, что ты довольно… маленькая. Просто с такими размерами сложно защитить хозяйку, как бы тебе этого ни хотелось.

Китайская собачка строго посмотрела на гигантского волкодава, и Полли с Уильямом не рискнули засмеяться. В маленьком существе было столько благородства, чувства собственного достоинства, что ни приплюснутая забавная мордочка, ни пушистые уши вовсе не умаляли общего впечатления.

— Ты знаешь, кто я такая? — наконец спросила собачка.

— В смысле — какой ты породы? — Рекс выглядел озадаченным. — Извини, но нет. Как ты видишь, я довольно древний. В те времена собаки были просто собаками. Большими или маленькими. Охотниками или пастухами. Но, разумеется, хорошая охотничья собака высоко ценилась.

— Она пекинес, — прервал его Магнус. — Комнатная собачка. Это китайская порода. — Магнус тряхнул головой и заметил, как Полли и Уильям с удивлением на него смотрят. — Что? Между прочим, твоя тетя их держала, Уильям. Ты не помнишь? Она всегда брала их с собой, когда приезжала в гости. Все носилась с ними, наверно, боялась, что я съем одного из этих ее меховых недоразумений.

— О… — Уильям выглядел смущенным. — Да… То есть он не имеет в виду тебя, Ли-Мей, — быстро добавил он.

— Да, я пекинес, — согласилась Ли-Мей. — Так нас называют люди. Но я предпочитаю, чтобы меня звали рукавной собакой. — При этих словах мордочка Ли-Мей приобрела еще более свирепое выражение, а Рекс и Магнус кивнули, словно понимали, о чем она толкует. Полли ничего не понимала, но предположила, что волкодавы тоже не в курсе, просто слишком гордые, чтобы это признать.

— Что значит рукавная собака?

Ли-Мей повернулась к девочке:

— Рукавную собаку носит в рукаве своего платья император Китая, сын Неба. Она его телохранитель и защищает от врагов. Если жизни императора будет что-то угрожать, рукавная собака выскочит из рукава своего хозяина и вцепится в горло нападающего. — Ли-Мей произнесла это одновременно и с удовольствием, и с легким разочарованием от того, что, вероятно, ей никогда не доводилось этого делать.

— О… — пробормотала Полли, не зная, как реагировать на такую жестокость. — И ты бы смогла?

— Разумеется, — ответила пекинес, и ее пушистый хвост задрожал от возбуждения. Затем она снова посмотрела на Рекса и Магнуса. — И с превеликим удовольствием. Вот поэтому я не маленькая, а очень даже правильного размера. Это вы слишком большие. Две здоровенные неуклюжие бесполезные жерди.

— Значит, так! — Голос Магнуса сорвался на рык. — Я, может, и не влезу в рукав Уильяма, но если кто-то будет угрожать моему другу, я с радостью порву ему горло. Но только если у меня не останется выбора, — добавил он, увидев испуганное выражение лиц Полли и Уильяма. — И это не доставит мне удовольствия.

— А мне доставит, — заметила пекинес.

— Кое-кто из нас лучше выдрессирован, — высокомерно заметил Магнус.

— Я чрезвычайно хорошо выдрессирована — меня тренировали быть живым оружием и нести с собой смерть и разрушение, — отрезала Ли-Мей, еще больше вытаращив глаза. Уильям не выдержал и сдавленно хихикнул.

Все тут же на него обернулись.

— Извините, — сказал он. — Во-первых, ты же жила здесь, в Пенхэллоу, вряд ли тетя Сара ожидала от тебя подобного. А во-вторых, я только что прочитал табличку рядом с твоей статуэткой, на которой написано, что ты вообще не собака.

— Что? — прошипела пекинес. — Что еще за глупости?

— Здесь сказано, что статуэтка датирована восемнадцатым веком и изображает так называемую собачку Фу. «И хотя чаще их действительно называли собаками, на самом деле статуэтка изображает охранника-льва. Такие парные статуи ставили при входе в храмы». Видишь? На самом деле ты не собака, а лев.

Магнус громко фыркнул:

— Да какой из нее лев? Она же размером с котенка! Маленького пушистого котенка!

— Неправда! Неправда! — зашлась лаем Ли-Мей, так и норовя укусить Магнуса за лапу. — Да как ты смеешь так говорить? Ты просто невежественный дикарь! Я порву тебе горло!

К счастью, шерсть Магнуса была достаточно густой и толстой, чтобы защитить его от мелких зубов пекинеса, но волкодав попятился от разозленной собачки, высоко поднимая лапы.

— Отойди от меня! Уильям, на помощь! Я не буду драться с этой малявкой!

— Нет, будешь! — не унималась Ли-Мей. — Будешь! Ты ответишь за свои слова, ты, шелудивая дворняга!

— Тссс! Тихо! Прекрати! — Полли поймала Ли-Мей за ее изящный синий кожаный ошейник. Что ей сказать, чтобы умиротворить это создание? — Он не хотел тебя обидеть. Пожалуйста, не причиняй ему вреда. Он ведь не обучен быть живым оружием, как ты. Разве это благородно нападать на беззащитного? Это ниже твоего достоинства.

Ли-Мей задумалась.

— Ты так считаешь? — произнесла она. — Он, конечно, не профессиональный воин, как я, но это компенсируют его размеры.

— Ммммпгрф! — Магнус хотел было запротестовать, но Уильям сжал руками морду волкодава.

— Да, я так считаю. Тебя обучали драться. Веками выводили особенную породу… — Полли в отчаянии посмотрела на Уильяма и Рекса, пытаясь придумать еще что-нибудь, что помогло бы успокоить разбушевавшуюся собачку.

— Твоя обязанность копить силы для борьбы с куда более великим врагом, — смиренно произнес Рекс. — Этот противник тебя недостоин.

— О, ну тогда ладно, — согласилась Ли-Мей. — Но пусть извинится!

Уильям отпустил морду Магнуса, и пес тут же рявкнул:

— Не собираюсь!

— Но тебе придется, — прошептал мальчик.

Магнус помедлил, а затем наконец пробормотал:

— Извини. — По его голосу было понятно, что он вовсе так не считает.

Сказав это, Магнус отошел и улегся за диваном. Было видно, что он обиделся и теперь дуется на всех.

Ли-Мей снисходительно кивнула, принимая извинения.

— Рукавные собаки — самые отважные создания в мире, — произнесла она, переводя взгляд с Рекса на Уильяма, а затем на Полли. — И если моя статуэтка изображает льва, то это правильно, поскольку львы храбрейшие из животных.

— Должно быть, ты очень любила Сару, — сказала Полли, и Ли-Мей замахала хвостом:

— Ну конечно! Она тоже была храброй, как лев. У нас было столько потрясающих совместных приключений!

— Правда? — Полли не смогла скрыть своего удивления. Вряд ли Саре, девочке, жившей в 1790-е годы, разрешалось участвовать в приключениях. — Разве в те времена девочки не сидели дома, следя за хозяйством и вышивая?

— Разумеется, — отрезала Ли-Мей. — Мама Сары очень строго следила за своей дочерью, требуя от нее безупречного поведения, присущего юной леди. Но как только она отворачивалась, мы так и норовили сбежать. Мы везде следовали за Робертом и Николасом, старшими братьями Сары. Мы скакали вместе с ними по пустошам или спускались в бухту, чтобы искупаться или походить под парусом. Сара плавала так же хорошо, как и они, но братья крайне редко брали ее с собой кататься на лодке. Это очень злило мою хозяйку. Она-то мечтала отправиться с ними в ночное плавание по морю, помочь забрать груз и перехитрить таможенников.

— Таможенников? — вздрогнул Уильям. — Ты хочешь сказать, что ее братья занимались контрабандой?

Ли-Мей зевнула:

— Нет, конечно. Но их небольшое судно было достаточно вместительным, чтобы спрятать ящики с бренди, ввозимые из Франции. Сара считала, что у палубы есть двойное дно, служащее тайником. — Собачка посмотрела на Уильяма, наклонив голову. — Это была шалость, понимаешь? Они были в то время мальчишками и просто помогали приятелям…

— Но контрабанда — это преступление, — сказал Уильям. Казалось, он шокирован, но Полли была увлечена рассказом собачки. Она немного знала о контрабанде, но звучало увлекательно.

Ли-Мей кивнула:

— Полагаю. Но те французские бренди и вина, которые подавал к столу отец Сары, он получал от деревенских друзей. Они просто не хотели платить налоги государству. Лоуренс Пенхэллоу же смотрел на это по-другому, и у него в погребе всегда находилось несколько бутылочек про запас… — Глаза Ли-Мей сияли. — Сара переодевалась в одежду Николаса. Он был ненамного выше нее, поэтому его костюмы ей были впору. Сара бесшумно пробиралась за ними в бухту. А я сопровождала мою хозяйку. Мы были такими отважными, что даже не боялись Зеленую леди. — Собачка бросила взгляд в сторону дивана, туда, где лежал Магнус.

— Кого не боялись? — переспросила Полли, но Магнус резко вскинул голову.

— Щелкнул замок внизу, — предупредил он. — Там кто-то есть.

— Ой! — Полли посмотрела на часы. — Уже шесть утра! Это сотрудники пришли готовить поместье к открытию. Извини, но нам пора. Ты еще поговоришь с нами? Мне посадить тебя обратно на камин?

Ли-Мей кивнула:

— Да, мне понравилось беседовать с вами. Можете снова меня навестить.

Полли поставила пекинеса на каминную полку, и она мгновенно замерла, снова превратившись в синюю фарфоровую собачку Фу, которая бесстрашно смотрит перед собой.

3. Портрет

— Думаю, мы могли бы сегодня сходить и посмотреть твою школу, — сказала мама за завтраком, намазывая тост маслом. — Снаружи, разумеется. Но это помогло бы тебе хоть чуть-чуть привыкнуть к новому месту. Сегодня утром я не работаю, так что лучшего времени не придумаешь. Нам еще нужно будет купить тебе форму, но для этого придется заехать в Пенбридж. — Она посмотрела на Полли и вздохнула. — Знаю, тебе не очень-то хочется идти в эту новую школу. Жаль, что мне не удалось взять тебя с собой, когда я приезжала сюда на собеседование, тогда бы ты смогла взглянуть на школу еще во время учебного года.

Полли покачала головой и подавила зевок:

— Это не твоя вина. Ты ведь даже не знала, будет ли у тебя работа. Мне правда было лучше остаться тогда с бабушкой. Не переживай, мам. Все в порядке. — Полли улыбнулась и потянулась через стол, чтобы взять маму за руку. — Те последние месяцы в Лондоне, когда все в школе шептались насчет папы, были просто ужасными. Вряд ли будет хуже. — Полли вяло помешала ложкой в миске с хлопьями, думая над тем, что последняя ее фраза прозвучала скорее как утверждение, нежели вопрос.

— Конечно, нет, — мягко сказала мама. — Ты вчера поздно легла? Опять зачиталась?

Полли попыталась стереть с лица виноватое выражение. В конце концов, она ведь не сидела полночи за книгой, она просто встала очень-очень рано. После того как они разошлись с друзьями, она ненадолго легла в кровать.

— Нет… — пробормотала она.

Мама улыбнулась, но Полли видела, что она ей не верит.

— Можем зайти в ту милую булочную в деревушке и купить пирог. Побалуем себя. Школа как раз будет у нас на пути. — Мама встала, чтобы убрать тарелки в раковину. — Почему бы нам не отправиться прямо сейчас? Тогда тебе не придется ходить по дому и переживать в ожидании встречи со школой.

Полли с трудом сглотнула.

— Ну, наверно. — В животе у нее возникло какое-то странное ощущение, хотя она съела лишь хлопья.

— Тогда пошли, иди обувайся.

Когда они вышли наружу, Полли мысленно пожелала, чтобы они с мамой прошли через террасу, тогда бы она наудачу погладила статую Рекса. Правда, признаться в своем желании не смогла.

Прежде они с мамой уже пару раз ездили в деревушку. Самым очаровательным в ней было то, что она располагалась у самого побережья — вокруг небольшой бухты. В деревне были всего лишь два магазинчика да военный мемориал напротив. Когда Полли проходила мимо него в первый раз, она заметила имя Уильяма на памятной табличке, как и имена других семи солдат, которые были родом из этой деревни и погибли в Первой мировой войне. Для нее стало настоящим шоком прочитать выбитые в камне слова «Уильям Пенхэллоу».

Дорожка вокруг поместья вела как раз к деревушке, а оттуда по ней можно было добраться прямо до скал на побережье. Кругом было очень живописно, особенно в такой ясный и солнечный день. В воздухе порхали бабочки, а шмели гудели в зарослях ежевики и дрока. Полли почувствовала, как щемящее чувство в груди, сковавшее ее утром, постепенно уходит, сменяясь легкостью и счастьем. Она рассмеялась, когда большая синяя бабочка, порхающая перед маминым лицом, чуть не села ей на нос.

— Она едва не приземлилась на тебя!

— Я никогда не видела такого количества бабочек. А ты?

— Я тоже… — Полли указала вперед: — Эта тропинка приведет нас в деревню? — уточнила она, хотя и без мамы знала правильный ответ.

— Да, — кивнула мама. — Мы почти пришли.

Полли сорвала травинку и принялась медленно отрывать от нее метелочки. Ей внезапно расхотелось разговаривать. Школа находилась как раз на краю деревни, поэтому миновать ее было невозможно. Полли пригляделась и заметила, как между деревьями мелькнул голубой указатель — «Начальная школа Пенхэллоу».

— Выглядит мило, правда? — радостно заметила мама, когда они стояли возле забора, окружающего здание школы. — А постройка такая красивая! Интересно, сколько ей лет?

По сравнению с прежней школой Полли в Лондоне эта выглядела старой. Девочка даже подумала, что она больше напоминает церковь, нежели школу. Схожесть придавал серый камень, из которого было сложено само здание, а также высокие стрельчатые окна. Разрисованные змейки, лестницы игровой площадки и классики на асфальте казались неуместными рядом с таким древним зданием. Но везде стояли горшки с цветами, и даже в отсутствие учеников школа казалась довольно дружелюбным местом. Местом, которого точно не стоит бояться.

«Мне не страшно, — уверяла себя Полли. — Со мной ничего не случится. А после уроков буду возвращаться домой к маме и Рексу, Уильяму и Магнусу».

Она улыбнулась маме, стараясь не выглядеть взволнованной:

— Может, пойдем уже за пирогом?

* * *

Полли просунула голову в дверь Красной гостиной, чтобы еще раз взглянуть на статуэтку Ли-Мей. Сколько же вопросов ей хотелось задать собачке! И про Сару, и про мальчиков, и про то, какой была жизнь двести с лишним лет тому назад.

— Привет… — шепотом поздоровалась Полли с собачкой Фу. Ей показалось, что напоминающая усы шерстка на носу пошевелилась.

— Уже вернулась? Я думала, ты собиралась загорать. — Мама помахала ей из-за лакового комода, возле которого сидела на корточках. Полли решила, что мама проверяет его на наличие древоточцев. — Ты искала меня, милая?

— Снаружи слишком жарко, вот я и вернулась. Я просто… Мне нравится эта комната. Хочу получше ее осмотреть. — Полли перевела задумчивый взгляд на маму. — А ты знаешь что-нибудь о Саре Пенхэллоу? Она вроде была дочерью Лоуренса.

— Не слишком много, — ответила мама. — А где ты вообще про нее услышала?

Полли удивленно уставилась на маму. Она не подумала об этом.

— Ну… Вроде один из экскурсоводов что-то такое говорил…

— А, понятно. Сара выросла здесь, но затем вышла замуж и переехала в Лондон. А вот и ее портрет.

Мама указала на портрет, висящий на стене над блестящим лакированным комодом. На нем была изображена юная девочка, чьи волосы были завиты и уложены в замысловатую прическу со множеством локонов. На ней было розовато-коричневое платье. Глаза Сары внимательно смотрели из-под темных нахмуренных бровей. Полли подумала, что эта Сара, пожалуй, самый любопытный персонаж из всех, кого она видела на портретах в Пенхэллоу. Большинство девиц казались такими милыми и скучными, словом, теми, кто ни за что не нарушит ни одного правила. А с Сарой, похоже, можно было повеселиться.

— Ой! — Полли, которая до этого пристально рассматривала лицо девочки, перевела взгляд на платье. На коленях Сары сидела собачка пекинес. Она выглядела точь-в-точь как Ли-Мей: золотистая шерстка, глаза навыкате. А на кресле рядом со своей хозяйкой сидел другой пекинес, с темными блестящими глазками.

— У меня наверху есть книга по истории Пенхэллоу-холла, — прервала ее молчание мама. — Знаешь, одна из тех, что продают в сувенирном магазинчике внизу. Может быть, в ней что-нибудь сказано про Сару Пенхэллоу.

— Отличная идея, мам! — Полли обняла маму и побежала в их квартиру, по пути обдумывая все увиденное. Значит, у Сары были две собаки. А где же тогда второй пекинес? Если Ли-Мей проснулась, значит ли это, что и вторая собачка тоже проснулась? И где она может спать? На каминной полке была только одна подобная статуэтка. Странно, что Ли-Мей не упомянула о второй собаке. Конечно, она могла и забыть, как Рекс забыл о своей прошлой жизни, когда Полли его только разбудила. Но портрет висит прямо напротив камина, так что Ли-Мей не составило бы труда его увидеть и все вспомнить…

Полли нетерпеливо тряхнула головой. Она может обо всем расспросить фарфоровую собачку позже, но вопросы так и теснятся у нее в голове, не находя ответов. А что, если позвать Рекса в Красную гостиную сразу после ужина и не ждать, пока мама уснет? Надо будет спуститься в сад и рассказать Рексу о своем плане, а он уже передаст остальным. Уверена, они придут в такой же восторг, когда узнают о загадочном втором пекинесе.

Полли улыбнулась своим мыслям. Хорошо бы, чтобы ее мама оказалась права и в этой книге нашлась информация о Саре и ее собаках. Полли бегом миновала коридор и взлетела наверх по узкой винтовой лестнице, которая вела в башню, где находилась их квартира. Оказавшись в гостиной, Полли пробежала пальцами по корешкам книг, стоявших на маминых полках. Вот она, «История Пенхэллоу-холла». Книга выглядела увесистой и, похоже, была серьезным историческим трудом. Ага, а вот и имя Сары Пенхэллоу в алфавитном указателе. Но когда Полли открыла нужную страницу, то увидела лишь фотографию портрета, висевшего внизу, да несколько сведений, которые мама и без того уже рассказала ей. О самой Саре информации практически не было, за исключением выписки из счетов, где было указано, сколько шелка пошло на ее свадебное платье. И ни слова о Ли-Мей или втором пекинесе.

Полли разочарованно вздохнула и пролистнула еще несколько страниц. В книге по большей части рассказывалось о том, какие изменения претерпевал дом, когда были пристроены разные его части, что, конечно, было довольно интересно, но Полли искала не это.

Когда она уже собиралась отложить книгу, ее взгляд упал на слова «Зеленая леди». Ее, кажется, упоминала Ли-Мей. Она говорила, что они с Сарой не боялись некой Зеленой леди. Полли принялась читать…

Зеленая леди — призрак, обитающий на скалах и в бухте Пенхэллоу. Ее имя упоминается в семейных архивах конца восемнадцатого — начала девятнадцатого века. Женщина-призрак одета в развевающееся зеленое платье. В некоторых источниках упоминаются ее руки, похожие на когтистые лапы. Впрочем, она никогда не пыталась приблизиться к тем, кто свидетельствовал о ее появлении. Неизвестно, чьим точно призраком является Зеленая леди, хотя Френсис Пенхэллоу в своих письмах предполагал, что это его родственница, которая трагическим образом утонула в бухте.

Призрак! Настоящий призрак! Полли поежилась, отчасти от страха, отчасти от восторга. Она, разумеется, видела призраков и раньше. А с Уильямом вообще встречается почти каждый день. И хотя Уильям, когда они впервые встретились, повел себя с ней довольно грубо, прямо как мальчишки в ее прежней школе, впоследствии оказался довольно славным малым. Теперь, когда она его получше узнала, то поняла, что вредничает он лишь время от времени, и его вовсе не стоит бояться. Зеленая леди была же призраком совсем другого рода — таинственная, наверняка мрачно светящаяся, как и подобает всем призракам.

— Ох… — простонала Полли. Она была горда собой, ведь ей удалось столько всего интересного выяснить, но как теперь дождаться вечера, чтобы поговорить с Ли-Мей?

* * *

Статуэтка слабо сверкнула, а затем синий глазурованный фарфор превратился в насыщенно-золотистую шерстку Ли-Мей. Полли спустила собачку на пол, и пекинес, довольная, что снова находится в центре всеобщего внимания, огляделась.

— Предлагаю отправиться в сад. — Полли посмотрела на часы. — Дом закрывается для посетителей в шесть, так что всех туристов попросят покинуть залы, а затем придут уборщики. Советую поторопиться.

— В сад! — Ли-Мей с воодушевлением замахала своим пушистым хвостом. — Да, да! А какое сейчас время года? Лето? Ох, я его прямо чую! Цветы, древесная пыльца и скошенная трава. — Ее хвост завилял еще быстрее.

— Сейчас август, — сказал Уильям. — И целый день жарило.

Полли последовала за Уильямом, Рексом, Магнусом и Ли-Мей к лестнице. Глядя на собак, она размышляла о том, какие же они все-таки разные. Лапы волкодавов были такие длинные, что псы, если бы пожелали, могли бы преодолеть лестницу в три прыжка. Коротенькие лапки Ли-Мей быстро мелькали, когда малышка трусила следом за гигантами. Ли-Мей оказалась короткошерстным пекинесом, сообразила Полли. Днем она читала об этой породе в своей книге. Пекинесы на фотографиях в ней отличались необыкновенно длинной шерстью — этакая смесь парика со шваброй. Шерсть доставала до пола, а на одной фотографии челку собаки даже перевязали ленточкой, чтобы не падала на глаза. Полли решила, что Сара специально коротко стригла Ли-Мей, раз они вместе отправлялись навстречу приключениям. Если бы шерсть Ли-Мей ниспадала до пола, то едва собака переступила бы порог дома, как собрала бы на себя все колючки и репьи.

Три собаки вышли на террасу, и Ли-Мей принялась перепрыгивать мраморные ступени лестницы. Каменные постаменты внизу были пусты, поскольку Рекс и Магнус были сейчас рядом. Полли подумала, что лестница кажется несколько голой без своих статуй.

Ли-Мей радостно вертелась на траве, тявкая, принюхиваясь и фыркая. Кажется, она не могла решить: то ли ей побежать, то ли начать рыть землю, то ли поваляться на спине, подставив живот вечернему солнцу. А Полли вспомнила свою первую ночную прогулку с Рексом, когда они, озаренные лунным светом, спустились на пляж, где бегали по серебристому песку, плескались в водопаде, смеялись и гонялись за волнами.

Наконец Ли-Мей успокоилась и просто растянулась на траве, точно маленький лев, сложив передние лапки перед собой.

— Я и забыла, как это здорово бегать, — призналась она. — Мне кажется, что мои лапы еще не до конца отошли после фарфоровой неподвижности, сковывавшей их.

Рекс обнюхал Ли-Мей, а затем вытянулся рядом с ней на траве.

— А я от каменной. Требуется немного времени, чтобы в нас снова забурлила жизнь.

Полли и Уильям уселись рядом с собаками на траву, и девочка обратилась к Ли-Мей:

— Я видела портрет Сары в Красной гостиной.

Ли-Мей фыркнула:

— Этот? Нет ничего общего с Сарой. Художник даже не удосужился передать ее кипучую энергию. Нарисовал какую-то жеманную девицу.

— А мне показалось, что с такой девочкой, как Сара, может быть весело, — заметила Полли. — И художник это нарисовал.

— Было весело. — Ли-Мей положила голову на вытянутые лапки и закрыла глаза.

— Там на портрете была еще одна собачка, — продолжила Полли. — Кто она? Вы обе приехали из Китая?

Ли-Мей молчала. Она не поднимала головы, но Полли заметила, как собачка напряглась. Пекинес определенно услышала ее вопрос. Девочка увидела, что Уильям строит ей гримасы, но проигнорировала его. Почему она не должна спрашивать про вторую собаку? Ведь это важно.

— Собака выглядела точь-в-точь как ты, — настаивала Полли. — Только цвет шерсти был светлее… Ли Мей?

Та свернулась клубочком так, чтобы никого не видеть.

— Прекрати! — не выдержал Уильям и потянул Полли за рукав. — Оставь ее в покое! Ты что, не видишь — она не хочет об этом говорить! Это не наше дело, кто была та собака.

— Извини… — прошептала Полли. «Я всего лишь хотела узнать правду», — подумала она, чувствуя себя обиженной. Ей не стоило давить на Ли-Мей. Полли внезапно вспомнила, как вели себя девочки в школе, болтая о ее отце, и насколько неприятно это было. — Извини меня, пожалуйста.

Ли-Мей встала и, по-прежнему не глядя на Полли, пошла вперед, обнюхивая цветы, которые росли настолько густо, что их головки высунулись далеко за пределы клумбы. Собачка остановилась, чтобы понаблюдать за толстенькими шмелями, которые деловито летали вокруг лаванды, словно это было самое интересное зрелище, которое она видела в своей жизни. Затем Ли-Мей поспешила наверх по лестнице и скрылась в доме.

— Я пойду за ней, — сказал Рекс, поднимаясь на лапы.

Полли с несчастным видом смотрела, как ее друг уходит, затем повернулась к Уильяму и Магнусу, чтобы спросить, правда ли она обидела Ли-Мей.

Но на лужайке никого не было. Полли осталась одна.

4. Зеленая леди

— Ну, если им так хочется, — пробормотала себе под нос Полли, но тем не менее чувствовала себя виноватой. Выйдя из сада, девочка направилась по тропинке, которая вела сквозь густые заросли кустарника позади дома к конюшням. Эта часть садов была закрыта для посетителей. Полли проигнорировала знак «Не входить». Стефан обещал, что через некоторое время эти сады восстановят. Правда, это может занять не один год. Стефан напоминал ей маму. Носился с садами, так же как и она с домом. Всегда в голове планы, проекты, мечтает улучшить каждый клочок земли.

Тропинка шла мимо темных лавровых деревьев к старым покосившимся воротам. Полли никогда раньше сюда не ходила, в садах много других мест, куда более интересных. Но сейчас ей даже хотелось пройти через эту заросшую, неухоженную, болотистую часть имения. Полли толкнула створку ворот, почувствовав, как та просела на петлях, и она отворилась с ужасающим скрипом. Девочка проскользнула внутрь, гадая, на что будет похоже это место, вдруг здесь тоже есть чем полюбоваться.

— Ой-ей! — Полли ахнула, едва не свалившись в заросли крапивы. — Ой! Ой! Ой! — Она запрыгала на одной ноге, растирая лодыжку. Там, где ее кожи коснулись листья крапивы, распускались алые пятна.

Обо что она споткнулась? Как будто что-то каменное. Может, статуя? Полли нагнулась, чтобы посмотреть, а заодно чтобы отвлечься от крапивного ожога. Камень не был частью статуи, только если та была полностью разрушена. Скорее, каменный бугорок. Полли раздвинула траву, и у нее перехватило дыхание. На камне оказались выбиты буквы — точнее, имя:

Сильвия, 1899.

Это была могила.

Полли отпрянула. Ее била дрожь. Она тут же представила себе кости, которые лежат под этой каменной плитой. Она не думала, что члены семьи Пенхэллоу будут похоронены здесь же, за домами, и уж точно не так. А где же роскошные мраморные усыпальницы и гипсовые ангелы?

Но затем она увидела еще одну каменную плиту, и еще. Надгробия окружали ее со всех сторон.

Трясущимися руками Полли расчистила таблички. «Малыш». «Чулок». «Голди». Это действительно было кладбище. Но не для людей, догадалась Полли. Она стояла на кладбище, где были похоронены горячо любимые собаки семейства Пенхэллоу.

Полли поднялась на ноги и отломила свисавшую до земли ветку дерева. С ее помощью она раздвигала траву, чтобы как следует рассмотреть надгробия. Она что-то искала, переводя взгляд с одного могильного камня на другой.

Спустя некоторое время под деревом Полли заметила накренившийся камень:

Магнус, 1916.

Пес умер в тот же год, что и погиб Уильям. Полли с трудом сглотнула вставший в горле комок. Магнус наверняка почувствовал, что его дорогой хозяин убит, и решил больше не жить.

Полли решила, что могилу Рекса она не найдет. По крайней мере, вряд ли это будет именная могильная плита, уж слишком много столетий назад пес жил в Пенхэллоу. А вот могила Ли-Мей должна быть где-то здесь. Полли огляделась, гадая, где находится старая часть кладбища.

В меркнувшем свете дня все это выглядело очень грустно. Она легко могла себе представить всех этих людей, которые приходили сюда, чтобы похоронить своих любимцев.

Полли споткнулась. Разросшиеся в живую изгородь ветки ежевики зацепились за ее шорты. Когда-то она наверняка была аккуратно подстрижена, но теперь Полли пришлось продираться через нее. Девочка очутилась в саду, где никогда до этого не была. Но эта часть имения сохранилась гораздо лучше, чем кладбище, поскольку была вымощена камнями.

Полли осмотрелась. Посередине протекал ручей, теперь почти пересохший. Он петлял между большими валунами, а по его берегам росли декоративные травы, которые склоняли свои пушистые перистые головки, качаясь на легком вечернем ветерке. Полли заметила поросль бамбука, за которой скрывалось небольшое здание со ступенчатой крышей. Похоже на китайский домик, решила Полли. Точно, это была пагода.

— Китайский сад, — прошептала Полли. О нем говорила ее мама. Теперь понятно, почему Стефан так хочет вернуть ему былую красоту. Если кусты будут подстрижены, а ручей снова станет полноводным, здесь будет чудо как красиво. Похоже, Стефан уже произвел кое-какие работы — некоторые растения выглядели более ухоженными, чем остальные.

— Что ты здесь делаешь? — спросил звонкий требовательный голос. Полли подпрыгнула от неожиданности.

Ли-Мей сидела в ветхой деревянной беседке с крышей-пагодой и с негодованием смотрела на девочку. Рядом с ней устроился Рекс.

Полли услышала какое-то движение позади и, обернувшись, увидела Уильяма и Магнуса, которые сидели, свесив ноги и лапы через край беседки.

— Вы что, за мной следили? — спросила она, смутившись. — Я думала, вы ушли.

Уильям пожал плечами:

— Следили. Ты выглядела расстроенной. Не хотели, чтобы ты опять пошла на пляж плавать и впуталась в неприятности. — Он ухмыльнулся ей. — Вот мы и пошли за тобой.

— О, — кивнула Полли и пробормотала: — Спасибо.

Даже если ей и не слишком понравилось, что за ней следили, она не могла злиться на Уильяма после того, как она только что видела могилу Магнуса. Поэтому Полли вздохнула и приблизилась к пагоде.

— Мне очень жаль, — обратилась она к Ли-Мей, наклонившись к собачке так, чтобы быть с ней на одном уровне. — Мне не следовало расспрашивать тебя про ту собаку. Меня это не касалось. Я, видишь ли… Забыла, что это не просто часть истории, а то, что приключилось с тобой… Понимаешь?

Ли-Мей выпучила глаза.

— Не очень, но все равно я тебя прощаю. — Она обвела сад грустным взглядом. — Я теперь понимаю, что то, о чем ты меня спрашивала, произошло очень давно… тогда, когда это место было действительно красивым.

— Садовник Стефан обещает, что снова вернет этому саду былую красоту, — сказала Полли.

— Тебе бы этого хотелось? — спросил Уильям, присаживаясь рядом с Рексом и Ли-Мей. Он похлопал рукой по деревянному настилу рядом с собой, приглашая Полли присоединиться к ним. Пятеро друзей устроились под облупившейся крышей пагоды и с тоской смотрели на заброшенный сад.

— Из-за этого запустения я чувствую себя призраком, — поежившись, заметила Ли-Мей. — В доме все совсем по-другому. Фу. Ненавижу призраков.

Полли моргнула:

— А здесь есть призраки? Я читала книгу о Пенхэллоу-холле, и там было сказано про Зеленую леди. Считается, что она была членом семьи Пенхэллоу, а затем утонула. Ты ведь говорила, что вы с Сарой не испугались Зеленой леди? Она правда призрак? Вы ее видели?

Ли-Мей подняла голову и медленно открыла глаза. Выглядела она по-прежнему расстроенной, и Полли прикусила губу — пожалуй, сейчас не самое лучшее время для историй о призраках. Может, нужно было предложить прогуляться по пляжу или по лужайке, где во множестве растут полевые цветы. Темнело, и вокруг пагоды собирались тени. Но Ли-Мей посмотрела ей в глаза, и, к удивлению Полли, вид у собачки был виноватый.

— Мне не следовало говорить об этом, — призналась она. — Я не была с тобой честна, когда сказала, что мы не боялись Зеленой леди. Понимаешь, я не была готова признаться, особенно перед этими двумя, — она посмотрела на Рекса и Магнуса, — которые считают, что только крупные долговязые псы могут быть храбрыми. Но я думала об этом всю ночь, после того как ты оставила меня на каминной полке. — Ли-Мей заговорщически оглянулась, как если бы подозревала, что их могут подслушать. — Не стоит искушать судьбу. Если я скажу, что не боюсь Зеленой леди, как думаешь, что произойдет?

Друзья, сбитые с толку, обменялись взглядами.

— Зеленая леди явится нам, разумеется! Чтобы проверить, что я говорю правду. — Ли-Мей нервно пошевелила лапками и бросила быстрый взгляд на Полли. — А это не так. По крайней мере, не совсем.

— Значит, ты признаешь, что боишься ее? — вставил Уильям.

Ли-Мей посмотрела на него с пренебрежением:

— Ну разумеется! Она же призрак! И тебе советую, между прочим!

— Э-э-э… — Уильям уставился на собачку.

— Мы ведь никогда тебя не называли призраком, — прошептала Полли ему в ухо.

— А что, это и так не понятно? — Уильям посмотрел вниз на свои руки и побледнел так, что стал почти прозрачным. Полли могла различить доски, на которых он сидел.

— Не делай так больше, — сказала она. — Выглядит жутковато.

— Ты меня обижаешь, — заметил он, улыбаясь.

— Ты ведь понимаешь, что он тоже призрак? — спросил Магнус у Ли-Мей, указав лапой на Уильяма.

Собачка перевела взгляд с волкодава на мальчика.

— Правда? А девочка точно живая?

— Ну конечно! — воскликнула Полли.

Ли-Мей поднялась и принялась пристально рассматривать Уильяма. Тот оставался полупрозрачным, и собачка с подозрением его обнюхала.

— Значит, ты призрак, — произнесла она. — Так себе ты призрак, я тебе скажу. Ты совсем не страшный.

— Если хочешь, я могу стать страшным. — На этот раз Уильям действительно оскорбился. — Я никогда не хотел носиться по окрестностям, греметь цепями и пугать людей.

— Хммм. — Ли-Мей снова обошла вокруг него. Ее глаза блестели.

— А ты не призрак? — спросила у нее Полли. — Ты вроде Рекса или Магнуса. — Она перевела взгляд на друзей. — Я не хочу никого обидеть. Просто хочу понять.

— Я — воспоминание, — наконец произнесла Ли-Мей. — Я была особенной собакой, любимой. И меня никогда не забудут. И все это благодаря Пенхэллоу. Все мы, кто бегал по лужайкам этого имения, плескался в волнах бухты, мы останемся здесь навсегда. И однажды ребенок, который особенно этого заслуживает, сможет увидеть нас и поиграть с нами.

— И я бы лучше не сказал, — согласился с ней Рекс. — Очень хорошее объяснение, мадам Ли-Мей.

— Я тоже могу быть настоящим призраком, ну, я так думаю, — вставил свое слово Магнус. — Мы же с ним все время вместе. — Пес бросил взгляд на Уильяма, и Полли заметила, с каким обожанием он смотрит на мальчика. Он даже стал призраком, чтобы быть все время рядом со своим хозяином. — Я тоже могу стать прозрачным. — Магнус закрыл глаза и напряг передние лапы. — Ну! Вы видели?

— Нет. — Ли-Мей уставилась на его лапы. — Ты весь здесь. Даже не побледнел.

Магнус фыркнул:

— Так, ладно. Возможно, это лучше работает в темноте. Но готов поспорить, что я могу быть таким же пугающим, как и Зеленая леди. А что она делает, кстати?

Ли-Мей вздрогнула.

— Обычно она появляется на скалах. А иногда ближе к дому, порой даже здесь, на лужайках. Она летает и стонет. Ее крики такие ужасные, словно ее пытают. От этих завываний у меня шерсть дыбом встает.

— Какой кошмар, — прошептала Полли. — А как она выглядит? В книге написано, что на ней надето зеленое платье.

— Да, всегда одно и то же. Зеленое платье, которое волочится за ней по земле. В те времена все женщины носили платья в пол, за исключением девочек, которых одевали в платьица покороче. — Ли-Мей бросила неодобрительный взгляд на шорты Полли, но промолчала, решив, что сделать замечание будет слишком грубо. — А еще она светится зеленым. От нее исходит такой замогильный свет. Гораздо более страшный, чем от тебя, — добавила она, кивнув Уильяму.

— Ну ладно, — пожал он плечами.

— Все боялись Зеленую леди, не только мы с Сарой. С экономкой каждый раз случалась истерика, когда она ее видела.

— И когда она появлялась? — поинтересовался Уильям. — В смысле только в лунные ночи или, наоборот, только когда было темно? И в какое время?

Ли-Мей непонимающе посмотрела на него.

— А что? — спросила она. — Я не знаю.

— Просто любопытно. В историях про призраков обычно упоминается, что они появляются по какой-то определенной причине, как будто их что-то держит в нашем мире. — Он принялся ковырять деревянный пол беседки своими прозрачными пальцами. — Я, например, не смог находиться во Франции со всей ее грязью, шумом… и крысами. Вот я и вернулся туда, где был в безопасности. И остался навсегда.

Полли почувствовала, как к глазам подступают слезы. Она протянула руку и обняла его. Было довольно странно делать это, потому что Уильям выглядел прозрачным, как будто только наполовину находился в этом мире, но Полли не стала обращать внимания на такие мелочи.

Уильям кашлянул, и Полли торопливо отпустила его, но мальчик не разозлился.

— Мне интересно, есть ли у Зеленой леди своя история, — произнес он. — Тогда бы мы узнали, почему она вернулась. Может, эта женщина утонула в лунную ночь или что-нибудь в этом роде.

Ли-Мей задумчиво кивнула.

— Мы видели ее лишь однажды, — призналась она. — Зловещее зеленое сияние смешивалось с лунным светом. И, кстати, я знаю ее историю. Николас нам рассказывал. — Пекинес заметила, что благодарные слушатели ловят каждое ее слово, поэтому помедлила, решив продлить удовольствие, и почесала себя за ухом. — Так на чем я остановилась? Ах да. Значит, Николас нам рассказывал. Он обожал рассказывать всякие истории… Он был всего на год старше Сары и любил ее пугать, чтобы почувствовать себя, ну, вы понимаете, взрослее. Зеленая леди была юной девушкой, которая приехала навестить родственников в Пенхэллоу. Полагаю, она была кузиной. Однажды она отправилась в поисках ракушек на пляж. Она искала их в заводях, образовавшихся при отливе. Ей все говорили быть осторожной и не забывать о том, что может начаться прилив. Но глупышка не обратила на их слова никакого внимания. И попалась, бедняжка.

Ли-Мей обвела друзей взглядом, чтобы убедиться, что ее внимательно слушают.

— Прилив подбирался к ней все ближе и ближе… — Собачка понизила голос до шепота. — А она все не замечала прибывающей воды. Она сообразила, что происходит, только когда намок подол ее длинного зеленого шелкового платья. Но было уже слишком поздно. Девушка оказалась отрезана от суши.

Полли поежилась. Она прекрасно знала бухту и могла себе живо представить ужас бедняжки. Девочка и сама нередко во время отлива лазила по скалам и искала в образовавшихся запрудах всякую морскую живность. Полли почти видела ту юную леди, видела, как у нее на ветру полощется зеленая юбка платья, а она бегом спешит добраться до скал и вернуться обратно на тропинку.

— Должно быть, она очень испугалась, — прошептала Полли.

Ли-Мей кивнула.

— Вода поднималась все выше, и девушка решила вскарабкаться на скалы. В это время ее хватились дома и отправились на поиски. Родственники стояли на узкой полоске золотистого песка, звали ее, она кричала им в ответ, но их разделяла полоса воды. Девушка не могла перебраться к ним, а они — к ней. Наконец бедняжка сумела забраться на небольшой выступ над скалами. Семья быстро принесла из дома веревку, и один из сыновей обвязался ею и спустился вниз, чтобы спасти глупышку.

— И у него получилось? — выдохнула Полли. — Он успел вовремя?

— Конечно, нет! Откуда в таком случае взялся бы призрак? — ухмыльнулся Уильям.

— Ты хочешь, чтобы я рассказала историю, или нет? — фыркнула Ли-Мей.

— Да! Замолчи, Уильям, — шикнула на мальчика Полли. — Пожалуйста, Ли-Мей. Что там дальше случилось?

— Вода поднималась слишком быстро, — торжественно продолжила собачка. — А девушка вся изранилась, когда карабкалась по скалам. Она повредила лодыжку и не могла стоять на ногах. Бедняжка так и лежала и смотрела, как прилив поднимается все выше, а вода лижет ее зеленое платье. Сил подняться у нее уже не было.

— Она утонула? — Рекс поежился. — Никогда не слышал этой истории.

— Это правда! — запротестовала Ли-Мей. — Роберт и Николас клялись нам, что это действительно произошло.

— Похоже на правду, — согласилась Полли и подтянула колени к груди. Ей стало холодно, как будто и ее обступила соленая морская вода.

— Саре потом несколько недель подряд снились кошмары, — прошептала Ли-Мей, придвигаясь поближе к Полли, как будто сама испугалась собственного рассказа. — Николас, разумеется, рассказывал это ночью, при свете свечи, чтобы было еще страшнее.

— Ох, даже не хочу об этом думать, — содрогнулась Полли. — Я и не предполагала, что прилив в бухте такой сильный.

— Вовсе нет… — отмахнулся Уильям. — В смысле, конечно, нужно быть осторожными, но обычно, чтобы убраться с пляжа, есть масса времени. Странно как-то это все. И почему она не заметила, что вода поднимается? В смысле как этого вообще можно не заметить?

— Хм. — Ли-Мей запрыгнула Полли на руки и прижалась к девочке. Рекс ревниво придвинулся ближе и положил свою морду на плечо подруге.

— Это очень хорошая история, — произнесла наконец Ли-Мей, обведя всех взглядом. — И правдивая. Нас с Сарой не купишь детскими сказками. А если вы не верите в существование Зеленой леди, тогда подождите, она появится, и вы сами все увидите!

5. Новая девочка

Мама ободряюще улыбнулась Полли, когда та рассматривала себя в зеркале примерочной.

— По-моему, отличный цвет. Гораздо веселей, чем твой серый джемпер в прошлой школе.

Полли с тоской посмотрела на красный свитер:

— Я похожа на помидор.

— Он тебе идет, честное слово, Полли. Особенно сейчас, когда ты так загорела. А я-то и не обращала внимания. — Мама притянула дочь к себе. — Как же хорошо, что мы сюда переехали. Ты никогда не проводила столько времени на свежем воздухе в Лондоне. Ты выглядишь такой счастливой. Даже если думаешь, что похожа на помидор. — Мама задумчиво посмотрела на Полли. — Пожалуй, мне стоит устроить тебе встречу с детьми, которые учатся в этой школе. У многих волонтеров есть дети или внуки. А у Майка, который работает в чайной, дочка твоего возраста. Тогда в первый учебный день ты не будешь чувствовать себя чужой.

— Ну ма-а-ам… — простонала Полли. — Не нужно устраивать утренники. Мне же не пять лет.

— Я просто хотела помочь. — Мама вздохнула. — Ну хорошо, пойду заплачу за эти кофты. Раз мы в магазине, давай купим тебе несколько новых футболок поло, — предложила она, проверяя список покупок. — А юбки и брюки можно носить и те, что у тебя уже есть. И новую бутылку для воды. Ты, кажется, говорила, что не можешь найти свою. Что-то еще нужно?

Полли покачала головой, сняла свитер и отдала его маме. Дело было не в цвете. В конце концов, не так уж ей и не нравился красный, просто покупка формы напоминала ей о школе и о том, что очень скоро ей придется туда идти. Знакомиться с целым классом новых детей. Эта мысль пугала. Но мама все равно не должна искать ей друзей, это неправильно.

«По крайней мере, в Пенхэллоу у меня есть друзья, пусть и призраки, — подумала Полли. — А если никто не захочет разговаривать со мной школе, я вернусь домой и поговорю с Рексом и остальными».

Полли отдернула шторку примерочной, натянула свою толстовку и, сделав шаг вперед, натолкнулась на девочку, которая несла в руках целую охапку школьной формы.

— Извини! — воскликнула Полли. — Я не видела тебя!

Она подняла красный свитер, который упал на пол, и пристроила его поверх кучи одежды. Свитер оказался такой же, как Полли совсем недавно мерила сама. С логотипом начальной школы Пенхэллоу.

— Все в порядке, — ответила девочка. У нее были волнистые светлые волосы, выгоревшие так, словно она целые дни проводила на пляже. Девочка с любопытством посмотрела на Полли. — Ты пришла с той леди, которая сейчас вышла отсюда? Она еще собиралась оплатить вот это, — незнакомка кивнула на красный свитер. — Ты будешь учиться в моей школе? Мисс Дженингс в конце прошлого семестра говорила нам, что в класс придет новенькая.

— Эм… да, — промямлила Полли.

— Откуда ты?

— Из Лондона. — Полли смотрела вниз, на свои туфли.

— Ух ты! Тебе везет! А почему вы решили переехать сюда? — Девочка состроила такую гримасу, как будто судьбы хуже трудно было себе представить.

Полли с трудом сглотнула. Вероятно, ответ «потому что мой отец умер и мы больше не могли находиться в прежнем доме» не подойдет.

— У мамы новая работа. Она устроилась в Пенхэллоу-холл.

— Ты там живешь? — спросила девочка, и Полли кивнула. — Класс! Поэтому мы тебя и не видели у нас в деревне.

— Полли, ты идешь? О! — Мама выглянула из-за угла примерочных и просияла. Она заметила школьную форму в руках девочки. — Простите, не хотела вам мешать. Ты тоже ходишь в начальную школу Пенхэллоу?

Девочка кивнула. А Полли мысленно взмолилась, чтобы мама ушла и оставила их в покое. Но у нее на лице уже расцвело выражение, говорящее «вот идеальная подруга для моей доченьки. Ее нельзя упустить!».

— Полли пойдет в шестой класс, — прощебетала мама радостно.

— Да? Я тоже.

— О, это так здорово! Мы как раз говорили о том, как было бы прекрасно познакомиться с кем-то, кто тоже ходит в эту школу. Хочешь прийти к нам на чашечку чая?

— Мама! — прошипела Полли.

— А что?

— Люси, ты закончила там? — Появилась мама девочки и с любопытством посмотрела на Полли и ее маму.

— Э, нет. — Светловолосая девочка Люси нырнула в примерочную и, звякнув кольцами на шторке, закрыла ее.

Полли схватила маму за руку и потянула на улицу, вон из магазина.

— Что ты творишь? — шепотом спросила мама. — Она показалась мне милой. Почему ты не дала мне пригласить ее к нам?

— Я с ней не знакома! Я даже не знала, как ее зовут, а ты уже пригласила ее к нам на чай! Как же стыдно! — Слезы стояли у Полли в глазах, а голос дрожал. Мама обняла ее за плечи.

— Мне так жаль, милая. Я не хотела тебя ставить в неловкое положение. Просто я подумала, что вы могли бы подружиться. Тебе было так одиноко летом… И в Лондоне. С тех пор, как папа умер. Мне так больно видеть тебя, одиноко бродящую по по местью.

Полли прижалась лбом к маминому плечу. Ну как ей объяснить, что она больше не одна?

* * *

Полли спустилась вниз по мраморным ступеням к статуе Рекса. Ночь была темной, безлунной, и босые ноги девочки замерзли. Она хотела куда-нибудь пойти и планировала позвать Рекса с собой. Одной идти было боязно, хотя Полли и не понимала, отчего ей так не по себе…

Девочка положила руки на каменные бока Рекса. Ее дыхание вырывалось быстрыми, неровными толчками. Она ждала, пока по статуе пробежит золотистый свет и тело обмякнет, но ничего не произошло. Статуя оставалась недвижимой.

— Рекс! Рекс! Проснись! — Полли терла каменную морду и уши пса, но он ее не слышал. Что случилось? Может, ей все это приснилось? Она помотала головой. Нет, Рекс существовал на самом деле. Он просыпался каждую ночь и почти каждый день. Рекс был частью Пенхэллоу, а Полли была его другом. Но почему сейчас он ее игнорирует?

Девочка поежилась. Наверно, поднялся ветер, иначе с чего бы ей мерзнуть?

— Пожалуйста, Рекс. Ты где? — прошептала она и обхватила друга за шею в последней отчаянной попытке, но камень оставался холодным и безжизненным. Девочка выпустила статую из рук и отвернулась. Теперь она одна.

Вот только не совсем. Через террасу к ней приближалась высокая и тощая фигура и светилась фосфорическим зеленым светом. Полли попятилась назад по ступенькам. Она ничего не соображала, знала только, что должна как можно скорее убраться отсюда.

— Нет, — прошептала она, чувствуя, как нога скользит по влажной росистой траве. Фигура медленно приближалась, и Полли знала — она пришла за ней.

Девочка словно очнулась от сна и побежала, но она была так напугана, что, казалось, все силы, вся энергия ее покинули. Ей приходилось буквально волочить ноги по земле, как если бы она шла, утопая в вязком сиропе.

Мучительно медленно Полли преодолела лужайку. Она и сама не знала, куда направляется. Должно быть, Зеленая леди гонит ее к бухте. Призрак будет преследовать ее, пока она не окажется в ловушке. Но ей ни в коем случае нельзя туда идти. Полли посмотрела через плечо. Она так надеялась, что каким-то чудом фигура исчезла. Но Зеленая леди оказалась прямо у нее за спиной! Она тянула к лицу Полли свои светящиеся когтистые руки!

Полли закричала и прыгнула вперед, чтобы увернуться от лап призрака. Поскользнувшись, она покатилась по траве, отбиваясь, когда что-то теплое, тяжелое и влажное навалилось на нее…

— Полли! Полли! Проснись! Это я, проснись!

Мгновение она еще сопротивлялась, а затем до нее начал доходить смысл слов. Полли замерла, а затем открыла глаза. К счастью, никакого зеленого призрака рядом не было. Она лежала на каменной террасе, а над ней, склонившись, стоял Рекс. Его серая лапа касалась груди девочки. Пес с тревогой смотрел на нее, а его длинный розовый язык свисал из пасти. Он лизнул ее в щеку — вот почему ей стало мокро, с опозданием сообразила Полли. И никакая Зеленая леди не касалась ее своими когтистыми ручищами.

Полли с трудом поднялась на ноги, повиснув на Рексе.

— Где она? — спросила она шепотом. Ее голос дрожал. — Ты ее вспугнул? Куда она делась?

— Кто? — Рекс удивленно посмотрел на свою подругу. — Здесь никого не было, Полли. Ты спала.

— Я не… — начала Полли и замолчала. Призрак казался таким реальным. А она жутко испугалась. Может, ей просто приснился кошмар? Она зарылась пальцами в густую жесткую шерсть Рекса. Как же хорошо чувствовать рядом теплого и сильного друга. Должно быть, у нее опять случился приступ лунатизма, решила Полли. Она не помнила, как спустилась из квартиры, помнила только, как пыталась разбудить Рекса, а затем явилась Зеленая леди.

— Почему ты не откликнулся, когда я тебя звала? — спросила она, вздрогнув при воспоминании о холодной безжизненной статуе.

— Откликнулся! — возмутился Рекс. — Вот он я!

— Нет, до этого. Я звала тебя, Рекс, звала. Я царапала камень, чтобы ты проснулся. Наверное, даже поранилась. Я ударила тебя. — Полли посмотрела на свои руки, но ночь была безлунной и рассмотреть что-либо было невозможно.

— Я проснулся сразу же, как ты спустилась по ступенькам. — Рекс коснулся ее уха своим мокрым носом, и Полли поежилась. — Ты не звала меня. Ты спала. Вот и все. Пойдем обратно к тебе в комнату, тебе надо согреться.

— Да… — прошептала Полли. Она не ходила во сне уже… Сколько? Недели три, наверное? Она даже подумала, что излечилась. Но похоже, что нет.

Рекс отвел Полли в дом. Она по-прежнему держалась за его шерсть. Полли не забыла закрыть за собой дверь на замок, но ключи выскользнули из ее заледеневших пальцев. Она настолько обессилела, что Рекс почти отнес ее наверх.

Друзья неслышно поднялись в квартиру и пробрались в спальню Полли. Она слышала, как мама дышит во сне в соседней комнате. К счастью, они ее не разбудили. Рекс подтолкнул Полли, и она залезла в кровать. Зубами пес укрыл ее одеялом и уселся рядом. Рекс был такой высокий, что его голова оказалась на одном уровне с лицом Полли.

— Это был просто сон? — шепотом спросила она. — Непохоже.

— Просто сон, — повторил Рекс и аккуратно поднялся на кровать. — А если даже нет, то я рядом. Бояться нечего. — Он фыркнул. — Кроме меня, разумеется. Спи, моя дорогая Полли.

Рекс улегся на кровати, приняв ту же позу, в которой находилась его статуя, вытянув передние лапы. Полли пригрелась, чувствуя теплый бок друга. Рекс положил голову на лапы, так что шерсть на его морде легонько щекотала щеку девочки. Полли почувствовала, как Рекс глубоко и мерно задышал. Пес уснул. Но, прежде чем она сама отважилась закрыть глаза, прошло еще много времени.

6. Девочка с портрета

На следующее утро Полли проснулась от того, что ее щеку хорошенько облизали. Она застонала и вытерла лицо рукой.

— Фу-у-у! — пробормотала она. — Ой… — Полли села, подтянув колени к груди, и тут же вспомнила, почему Рекс остался ночевать в ее кровати. Она с тревогой оглядела комнату в поисках зловещего зеленоватого свечения, но только яркий солнечный свет проникал в неплотно задернутые шторы.

— Так, а теперь, когда настал день и ты окончательно проснулась, расскажи-ка, что произошло вчера? — спросил Рекс. — Тебе приснилась Зеленая леди? Надо было запереть Ли-Мей в Красной гостиной. Глупое создание. Ну зачем она рассказала тебе эту байку?!

— Она же не вызывала призрака, — осторожно произнесла Полли. — Похоже, я сама виновата. Как она сказала — не нужно искушать судьбу. А я не поверила в ее существование, вот и результат.

— Нет-нет-нет. — Рекс так замотал головой, что его длинные уши захлопали ему по морде. — Не было никакого призрака, Полли. Ты боролась сама с собой. А затем и со мной.

— Я тебя не поранила? — заволновалась Полли.

— Конечно, нет. — Рекс фыркнул, как будто сама эта идея показалась ему смешной.

— Но я видела ее. Уверена, Рекс, это был не просто сон. Может, она пришла за мной, поэтому ты не смог ее заметить? — Полли поежилась. Призрак наверняка попытается снова явиться к ней.

Рекс низко и протяжно взвыл:

— Не говори чепухи! Полли, клянусь, этой ночью в Пенхэллоу не было никаких призраков. Я бы знал. Если ты не забыла, я сам своего рода призрак и точно почувствовал бы их появление. Я могу чувствовать всех духов, обитающих в Пенхэллоу. Впрочем, ты и так это знаешь. — Рекс положил голову на кровать возле Полли, а девочка принялась его гладить между ушами.

— Значит… это все-таки был сон? — Полли не была уверена, но ей так хотелось в это верить. Вот только это слишком простое объяснение.

— Ты ходила во сне. А еще была чем-то расстроена. Да эта Ли-Мей понарассказывала страшилок. Возможно, это все и смешалось у тебя в голове.

— Да, есть кое-что… — начала Полли. — Вчера мы ездили в Пенридж, чтобы купить мне школьную форму. Учеба начнется через две недели. Мне так страшно, Рекс. Что, если в новой школе никто не захочет со мной разговаривать? Или наоборот — будут болтать без умолку? В магазине со мной заговорила одна девочка. Так вот она спросила, почему мы переехали сюда. Я не хотела рассказывать ей о том, что мой папа погиб. Но в школе-то знают. Готова поспорить, что правда рано или поздно выйдет наружу. В смысле, ведь меня спросят, есть ли у меня папа? Вчера я целый день об этом думала.

Рекс толкнул Полли холодным носом:

— Почему ты ничего не сказала? Я, конечно, вряд ли смог бы тебе помочь в этом, но, по крайней мере, ты бы не переживала в одиночестве. — Он вздохнул. — Теперь мне понятно, почему ты опять гуляла во сне.

Рекс плюхнулся обратно на кровать, и они какое-то время сидели в молчании. Полли лишь чесала его за ушами, пока наконец пес не поднял голову:

— Полли, ты правда думаешь, что эта Зеленая леди существует? Ведь я бы знал это, правда? Когда вчера Ли-Мей рассказывала про нее, я долго размышлял об этом и понял, что ничего такого не помню. Тогда я решил, что, наверно, просто забыл. А вдруг ничего этого никогда и не случалось?

— Зачем тогда Роберт и Николас это выдумали? Просто чтобы напугать младшую сестру? Но это же ужасно!

Рекс покачал головой:

— Нет. Вспомни, что рассказывала Ли-Мей? Братья Сары были контрабандистами или, по крайней мере, в них играли. Им нужно было незамеченными перевозить вина и бренди.

— И никто не отважится выйти к скалам или спуститься в бухту, если будет думать, что там живет призрак. Ты хочешь сказать, что они выдумали эту Зеленую леди, чтобы никто их не выследил. Как хитроумно! Отличная идея!

— И это объясняет, почему я не почуял никакого призрака. — Рекс посмотрел Полли в глаза. — Честное слово, Зеленой леди не существует.

— Наверно, ты прав… Но это не объясняет, что Ли-Мей и Сара видели тогда. — Полли вздохнула. — О, Рекс. Что мы скажем Ли-Мей?

* * *

— Что значит — нет никакого призрака? — Ли-Мей переводила взгляд с Рекса на Поли и обратно.

Как только поместье закрылось для посетителей, друзья прибежали в Красную гостиную поговорить с ней. Они решили пока ничего не рассказывать Уильяму и Магнусу, а поговорить с Ли-Мей наедине.

Пекинес дрожала от возмущения. Полли легко вообразила ее в рукаве императора, готовую выскочить при первой необходимости.

— Конечно, Зеленая леди существует. Вы что, думаете, мы все выдумали?

Рекс наклонил голову, чтобы заглянуть в глаза Ли-Мей.

— Мы не думаем, что вы с Сарой ее выдумали, — сказал он со значением. — Кое-кто другой ее выдумал.

Пушистые брови Ли-Мей взлетели над ее выпученными глазами.

— Что?

— Вы с Сарой когда-нибудь видели Зеленую леди близко? Так, чтобы быть абсолютно уверенными, что это призрак? — Полли постаралась придать своему голосу мягкости.

— Конечно, она призрак! Она же зеленая! Да еще светилась в темноте!

Полли кивнула.

— Мы не говорим, что не верим тебе, — заверила она сердитую маленькую собачку. — Просто… Как близко вы ее видели?

— Ну, вероятно… С другого конца сада? — предположила Ли-Мей. — Ты бы на моем месте тоже ближе не подошла, — надувшись, добавила она. — А Роберт с Николасом видели почти вблизи. Она едва не коснулась Николаса своей когтистой лапищей. Мальчишки так испугались. А они никогда ничего не боялись, так что призрак был по-настоящему жуткий.

Полли и Рекс кивнули и обменялись понимающим взглядом. А затем Рекс так глубоко вздохнул, словно наполнял всего себя воздухом, до самого кончика хвоста.

— Вот какое дело, — начал он деликатно. — Ты говорила, что братья Сары были контрабандистами и прятали свою контрабанду в бухте, верно?

Ли-Мей пошевелила ушами:

— Мы не знали этого наверняка.

— Вот именно. Потому что вы боялись призрака и не приходили на пляж ночью. Как и все остальные. — Рекс не спускал с собачки внимательного взгляда. — Как того и хотели братья Сары.

Ли-Мей вскочила на лапы, шерсть у нее на загривке встала дыбом, так что внезапно собачка стала выглядеть гораздо внушительнее.

— Ты хочешь сказать, что они врали моей хозяйке? — прорычала она. — Выдумали глупую сказку, чтобы она им не мешала? Потому что не хотели, чтобы девчонка влезала в их преступные, презренные, пиратские планы? Ррррр! — Пекинес разразилась ожесточенным тявканьем.

— Она на нас разозлилась? — шепотом поинтересовалась Полли у Рекса.

— Нет, не на нас, — ответил Рекс, наблюдая, как Ли-Мей беснуется на диване. Для такой маленькой собачки она производила слишком много шума.

Ли-Мей еще некоторое время побегала по дивану, в том числе и по его спинке, а затем, тяжело дыша, плюхнулась посередине.

— Они лгали, — завыла она с горечью. — Мне, наверно, не надо было так злиться, ведь это было слишком давно. Но я зла, зла…

— Они, вероятно, хотели защитить Сару, — предположила Полли.

— Возможно. — Но когда собачка перевела взгляд на девочку, было понятно, что она не могла их простить. — Они наверняка веселились, обманывая свою бедную глупую сестричку. Вот почему я так зла. Братья втайне потешались над ней. Ох, я бы их укусила! — зарычала она, показывая зубы. — Они выдумали эту байку, чтобы выставить Сару дурочкой.

Рекс сморщился:

— Но она ведь не единственная, кому они рассказывали эту историю, верно? Они просто хотели отвадить любопытных от бухты. Дело не в твоей хозяйке.

Ли-Мей посмотрела на Рекса, а затем перевела взгляд ему за спину, туда, где висел портрет Сары. Глаза собачки заблестели.

— Это было ее самое красивое платье, — пробормотала пекинес. — Она его просто обожала. Зеленое шелковое платье. Подарок мамы. Ее первое взрослое платье. — Ли-Мей с грустью покачала головой. — После того как Николас рассказал ей про призрака, она его так и не надела ни разу. Она говорила, что ей кажется, будто к ней подбирается морская вода и мочит ее юбку. В конце концов ее мать отдала платье, чтобы его перекрасили, и оно стало какого-то розовато-коричневого цвета вместо насыщенного зеленого. В этом платье она позировала для портрета. — Собачка посмотрела на Полли. — Теперь понимаешь, что я имею в виду.

Полли кивнула, не сводя глаз с картины. Ей и раньше приходило в голову, что у платья какой-то странный цвет, и это не лучший выбор для парадного портрета.

Ли-Мей застонала:

— Как жестоко они обошлись с моей бедной девочкой. Испортили ей радость от того чудесного платья. И… и…

— Что такое? — встревоженно спросила Полли.

Собачка обмякла от огорчения, а голова безвольно упала. Полли не сводила с нее глаз. Пекинес задрожала, а затем подняла голову и завыла. Вой получился невыносимо печальным и одновременно жутким. Когда Ли-Мей завыла снова, по спине у Полли побежали мурашки. Ли-Мей выла и выла, задрав мордочку к потолку. Потом успокоилась и замолчала. Ее глаза были закрыты, а грудь тяжело поднималась и опускалась. Она что-то бормотала, но ни Рекс, ни Полли, сколько бы ни наклонялись к ней и ни прислушивались, ничего не могли разобрать — слова были незнакомые.

— Говорит по-китайски? — предположил Рекс.

— Ли-Мей, что случилось? — спросила Полли. — Пожалуйста, расскажи нам. Мы могли бы тебе помочь.

Золотистый пекинес тоскливо взвизгнула, а затем открыла глаза и печально посмотрела на Полли.

— Мне никто не поможет. Слишком много времени прошло.

— Расскажи нам! — взмолилась Полли. — Вдруг мы сможем. Ты ведь не знаешь наверняка. В Пенхэллоу все возможно. Ты, Рекс, Магнус и Уильям — вы все пришли из прошлого. И хотя вы уже стали историей, вы все еще здесь. Понимаешь, что я хочу сказать? Вдруг у нас получится хоть чуть-чуть тебе помочь? О, пожалуйста, не грусти так!

Ли-Мей встала и облизала руку Полли, точнее — коснулась своим крохотным розовым язычком.

— Ты добрая девочка, Полли, — сказала она. — И спасибо, что беспокоишься за меня. Ты напоминаешь мне мою Сару. — Она взглянула на Рекса. — Я расскажу тебе. — Она помолчала некоторое время, видимо, собираясь с силами, но затем замотала головой. — Нет. Я не могу. Я лучше это покажу. Смотри на картину, Полли. Ты поймешь. Ты все увидишь своими глазами.

* * *

Шея Сары затекла. Она попыталась немного размять мышцы, пошевелив плечом, но так, чтобы художник этого не заметил и не пожаловался ее маме, что она опять мешает ему творить. Месье Фантэн уже говорил леди Пенхэллоу, что девочка все время хмурится и вообще ее трудно рисовать, а ее невоспитанные собаки не дают ему и кисть взять в руку. Мама отругала ее и пообещала запереть в комнате, если она не будет себя вести должным образом.

Хан опять увернулся от нее. Он должен был лежать у ее ног, а Ли-Мей сидеть на коленях, но глупый пес не желал слушаться. Вместо этого он и вовсе сбежал от нее, а затем сгрыз кисточку художника, превратив ее в кучку щепок.

— Сидеть, — шепотом приказала ему Сара. — Сидеть, Хан! — Но проказник и ухом не повел. Она-то знала, что он прекрасно ее слышал, но не желал подчиняться.

— Сидите смирно, мисс Пенхэллоу!

Она вздрогнула, расправила плечи, пытаясь вспомнить, как нужно правильно позировать. Она уже ненавидела свой портрет, а тут еще пришлось надеть это дурацкое платье. Как жаль, что мама не разрешила отдать ей платье одной из младших кузин. Платье было таким дорогим, что мама позволила только перекрасить его. Она была не из тех, кто верит в призраков, и считала, что история про Зеленую леди не более чем выдумка.

Сара с грустью посмотрела на свое теперь коричневое платье. Каким же красивым оно было до того, как его перекрасили. Сочного зеленого цвета. Не то что этот несуразный бурый оттенок.

«Сегодня, — решила она, — будет полная луна, и я спущусь следом за братьями к бухте. И мне плевать на Зеленую леди…»

В этот момент Полли стала самой собой.

— Что это было? — ахнула она, рассматривая свои желтые шорты. — Что ты сделала? Я побывала там! Я видела его — второго пса. Его звали Хан. И тебя тоже видела. Все было так, словно это я Сара. Ли-Мей, жуть какая!

— Я не знаю, что значит это слово, — высокомерно сказала собачка. — Ты хотела, и я тебе показала. — Она тронула лапкой колено девочки. — Мне не пришлось тебе ничего рассказывать. Проще все увидеть своими глазами. Хочешь еще?

Полли сглотнула:

— Да, наверно…

— Подумай о Пенхэллоу-холле, залитом лунным светом, — предложила Ли-Мей.

Рекс нагнулся к Полли и с сомнением посмотрел на свою подругу:

— Полли…

— Я тебе все расскажу через минуту, — пообещала ему Полли. — Я готова, Ли-Мей.

Сара открыла боковую дверь, ту самую, через которую она сама выбегала, чтобы встретиться с Рексом, — сообразила Полли. Мальчики не должны были уйти далеко. Когда в коридоре раздались шаги, она соскочила с кровати и как можно быстрее оделась. На влажной от росы траве темнели отпечатки их ног.

— Пошли, Хан. Пошли, Ли-Мей, — шепотом позвала она.

Ли-Мей заскулила, и Сара наклонилась, чтобы погладить собачку.

— Не бойся. Зеленую леди давно не видели. Может, она ушла совсем. Пойдем, пока не потеряли из виду Роберта и Николаса.

Сара пошла по следам братьев, миновала лужайку и остановилась у тропинки, ведущей через рощу к скалам. Собачки принюхивались и жались к ее ногам, их усы подергивались. Но затем собаки встали как вкопанные, а за ветвями возникло призрачное зеленое сияние. В роще все стихло. Сара слышала только свое дыхание. Никакого звука шагов, а он должен быть, ведь кто-то к ней приближался.

Сара замерла на месте — слишком испуганная, чтобы бежать домой или спускаться к бухте. Она даже думать не могла, лишь чувствовала, что Зеленая леди приближается и потусторонний холод пробирает ее до костей. Собаки жались к ее ногам и дрожали.

— Проснись!

Полли подпрыгнула на месте и прижала руки к груди.

— Ты укусил меня? — спросила она Рекса, удивленно посмотрев на пса.

— Царапнул. — Он понурился. — Прости, Полли, но я не мог смотреть на тебя в таком состоянии. У тебя закатились глаза. Мне стало страшно.

— Все в порядке. Я рада, что ты меня разбудил. — Полли посмотрела на Ли-Мей. — Ты правда ее видела? Зеленую леди?

— Да. Фигуру в зеленом, довольно невысокую — ты же помнишь, она погибла юной девушкой. Она плыла среди деревьев. Как будто хотела, чтобы мы ей помогли. Но я-то понимала, что она выпьет из нас жизнь, чтобы вернуть ее себе. — Ли-Мей посмотрела на Полли. — Теперь, когда ты сказала мне, что она была ненастоящей, я, возможно, с тобой соглашусь. Но тогда ночью я готова была поклясться, что видела духа. Ты почувствовала, как испугалась Сара. Разве она могла нас так напугать, если была выдумкой?

— Потому что ты уже знала ее историю, — вмешался Рекс. — Хитроумная ловушка. Интересно, какие еще истории про призраков вам рассказывали мальчишки? Хорошенькое дело — страшилка, чтобы напугать доверчивых людей, а самим безнаказанно обделывать свои делишки в бухте.

— Что ты сделала? — спросила Полли у собачки. Она бы на ее месте точно убежала без оглядки.

— Сара подхватила меня и бросилась домой. Она попыталась поймать и моего брата, Хана, но он вывернулся. Бедняга стоял и выл на призрака. Он выл, а призрак подбирался все ближе. В конце концов Сара не выдержала, и мы убежали. — Ли-Мей снова загрустила. — Это был последний раз, когда я его видела.

— Что? — пискнула Полли. — Что ты имеешь в виду? Его схватил призрак? То есть… — Девочка вздрогнула и покачала головой. На мгновение она даже забыла об их решении, что никакого призрака не существует. — Что случилось?

— Я не знаю, — тихо произнесла Ли-Мей. — Мы звали его, но он так и не вернулся. Мы так испугались. Мы боялись за него и за мальчиков! — Собачка завыла. — Мальчики… Мы так переживали из-за них, в то время как один из них, переодевшись, представлялся призраком или кто-то из их дружков. Когда на следующее утро Сара увидела своих братьев целыми и невредимыми, она так обрадовалась. Она рассказала им, как пошла за ними и встретила призрака. Они клялись, что спустились на пляж, чтобы искупаться при луне, и ничего не видели. Роберт даже сказал Саре, что Зеленая леди явилась именно ей, потому что они были ровесницами.

— Готова поспорить, что это напугало ее еще больше, — возмутилась Полли. — Знаешь, Ли-Мей, я уже начинаю ненавидеть этих ее братьев так же сильно, как и ты. Но я все же не понимаю, что случилось с Ханом.

— Мы искали Хана несколько дней, — тихим голосом продолжила собачка. — На скалах. В роще. Деревенские мальчишки ставили ловушки для кроликов, и Сара всегда предупреждала нас, чтобы мы были осторожны и не ходили в заросли. А когда мы скрывались из виду, она всегда звала нас — боялась, что мы попадем в одну из этих ловушек. Мы так и не нашли Хана. Словно его никогда и не было. Мы решили, что его забрала Зеленая леди или он, спасаясь от нее, прыгнул в море и утонул.

— Это вполне вероятно, — согласился Рекс. — Но почему его дух не вернулся в Пенхэллоу, как было со всеми остальными собаками? Его любили и разыскивали…

Ли-Мей снова заскулила и зарылась головой в диванные подушки, чтобы не слышать слов Рекса.

Полли протянула руку и ласково коснулась золотистой шерстки пекинеса.

— Мы узнаем правду, — пообещала она. — Я не знаю как, но узнаем! Пойдем!

7. Расщелина в скале

Когда они спустились вниз и пошли по лужайке к роще, все выглядело совершенно по-другому. Словно рассказ Ли-Мей что-то изменил. Деревья стали угрожающе нависать над ними, клубилась тьма, которую не в силах был прогнать даже фонарик Полли. Девочка шла, положив руку на покрытую густой жесткой шерстью спину друга. Теплый бок пса рядом придавал ей уверенности.

— Это же просто сказочка, — прошептал он ей, а Полли хихикнула, пристыженная, что Рекс заметил ее испуг.

— Но очень правдоподобная, — возразила Полли.

Ли-Мей, которая шла по другую сторону от Полли, фыркнула:

— Вы бы слышали, как ее рассказывал Николас. Да у вас бы кровь застыла в жилах. — Тут она шарахнулась в сторону, когда что-то перебежало им дорогу.

— Это лесная мышь. — Полли старалась говорить как можно спокойнее, чтобы скрыть, что и ее сердце едва не ушло в пятки.

— Вы обе, прекратите быть такими трусишками. — Рекс толкнул носом Полли под локоть. — Сколько раз говорить? Нет здесь никаких призраков.

— А похоже, что могли бы быть, — пробормотала Полли. — Вон как темно и тихо здесь.

Рекс раздраженно взвыл:

— А если бы Ли-Мей рассказала тебе историю про фей, ты бы тоже видела, как они порхают в кронах деревьев? Пошли скорей на пляж.

Полли вздохнула. Рекс, вероятно, не рассчитывал узнать, что случилось с Ханом, но она верила, что они могут помочь пролить свет на эту тайну.

Когда они наконец вышли из рощи на открытое пространство, настроение всех немного улучшилось. Тонкие облачка рассеялись, и на небо вышла луна, заливая серебристым светом морскую гладь. Полли почувствовала, как теснящее чувство в груди постепенно сменяется легкостью, и она глубоко вдохнула свежий прохладный воздух.

— Если Зеленая леди не имела никакого отношения к пропаже Хана, могло ли это быть делом рук контрабандистов? — спросила Полли. — Что, если он побежал за ними?

— Нет! — Ли-Мей даже отшатнулась от Полли. — Роберт и Николас, конечно, вели себя безрассудно, но они бы ни за что специально не причинили вред любимой собаке сестры.

Рекс стоял рядом с Ли-Мей и смотрел на воду.

— Ты уверена? — хмыкнул он. — То есть вряд ли они хотели этого. Например, Хан мог залаять, а неподалеку оказалась береговая охрана, и братья не хотели привлекать внимание. — Рекс посмотрел на Полли, которая присела рядом с пекинесом. — Береговая охрана в то время патрулировала побережье верхом, чтобы отслеживать незаконное перемещение грузов контрабандистами.

Ли-Мей фыркнула:

— Они так ничего и не доказали. Сборище глупцов, как их называл отец Сары. Однажды во время похорон в церковь вошел офицер и заявил, что где-то в здании спрятан груз французского бренди.

— Прямо в церкви? — удивилась Полли.

— Да. Безмозглый идиот. Он велел обыскать церковь, а семья осыпала его проклятиями. Оказалось, что ящик с бренди действительно был спрятан в церкви. На нем в могиле стоял гроб. И когда на следующей неделе обыски завершились, они его достали.

— Это еще одна из сказочек Николаса? — с сомнением в голосе спросила Полли.

— Нет-нет, честное слово, это правда, — заверила ее Ли-Мей. — Об этом происшествии говорили все слуги. Единственное, чего не знала Сара, — был ли викарий в курсе… — Собачка подняла взгляд на Рекса и вздохнула. — Полагаю, ты прав. Если ее братья решили, что Хан их выдаст, они могли заставить его замолчать. Навсегда.

— Что они еще делали с грузами, кроме того, что прятали их в могилах? — спросила Полли. — Если они доставляли грузы на лодках, вряд ли они держали их в доме. Люди бы заметили вереницу бочек и ящиков с… хм…

— Бренди, — подсказал Рекс. — Его тоже доставляли контрабандой, как и другие французские товары: вина, шелк и кружева.

— Из бухты к саду ведет единственная тропинка, — задумчиво произнесла Полли. — Семья и слуги наверняка заметили бы братьев Сары, даже если из-за боязни Зеленой леди они сидели дома.

— Уверена, они прятали контрабанду в бухте. — Ли-Мей прошлась по влажному песку, пристально глядя на море. — Однажды мы видели лодки. Сара полагала…

Рекс посмотрел на скалы.

— Этот камень мягкий, — пробормотал он. — А значит, есть пещеры дальше на побережье. Скалы буквально изрыты ими и напоминают пчелиные соты.

— Значит, мы сможем разыскать пещеру, где они прятали грузы, — сказала Полли. — А может, даже тайный ход! — добавила она, и ее голос зазвенел от возбуждения. — Настоящий тайный ход!

— Ничего там нет, — раздраженно фыркнула Ли-Мей. — Посмотри сама, ты видишь здесь пещеру? Скалы отвесные и гладкие.

Полли прикусила губу:

— Пещера может находиться за валунами.

— Но мы с Сарой облазили здесь все, когда искали Хана. Тут ничего нет. Никаких пещер.

— А она права.

Полли чуть не выронила из рук фонарик, когда оглянулась и столкнулась нос к носу с Уильямом и Магнусом.

— Откуда вы взялись? — ахнула она. — Вы напугали меня до смерти.

Уильям ухмыльнулся:

— Я же призрак, Полли, забыла? И могу появляться, где захочу, а также приводить с собой Магнуса. Что вы задумали? Магнус слышал, как вы шли через рощу. Ближайшая пещера находится в миле отсюда и называется Пещерой русалок. Если хочешь, можем сходить туда и посмотреть. — В голосе Уильяма прозвучала надежда, и Магнус завилял своим лохматым серым хвостом.

— Нет, мы думали, что пещера есть где-то здесь. — Полли подняла фонарик повыше, осветив скалу. — Мы пытались выяснить, что произошло с Ханом, братом Ли-Мей. Возможно, контрабандисты… — Она оборвала себя. — Потом мы гадали, как они выносили свои товары из бухты. — Луч фонарика снова скользнул по скале, а Полли замолчала и перевела взгляд на Ли-Мей. — Когда вы с Сарой искали пещеру на пляже, вы заглядывали за водопад?

— За водопад? — переспросил Рекс. — Сомневаюсь, что там что-то есть.

Полли покачала головой.

— Я так не думаю. Это лето выдалось очень жарким, дождя и вовсе не было, а поток, питающий водопад, не пересох. Воды много, она пенится и бурлит. Вполне вероятно, что за пологом водопада может быть хотя бы небольшая расщелина в скале, необязательно большая пещера.

Ли-Мей сделала несколько шагов назад, уставившись на водопад.

— Полли правильно говорит, — признала она. — Мы с Сарой никогда не заглядывали за водопад, вдруг там действительно что-то есть? Это могло бы быть идеальным местом, чтобы прятать контрабанду. — Собачка поежилась. — Вода холодная.

— И камни скользкие, — добавила Полли. — Но это наш шанс узнать, что случилось с Ханом. Идем. — Она обвела друзей взглядом. Даже Рекс не проявлял особого энтузиазма.

— А до завтра подождать нельзя? — тихо спросил он. — Уже темно…

— Это же пещера, — сказала Полли. — Там всегда темно, разве нет?

— Ну да. — Рекс перевел взгляд на свои лапы. — От сырости у меня ноют лапы.

Полли закатила глаза. Рекс прекрасно себя чувствовал, когда они плескались до этого в море. Она не могла понять, почему у ее друзей идея отправиться на поиски пещеры не вызывала такого восторга. Ей казалось, что, наоборот, это могло стать самым лучшим приключением в ее жизни, прямо как в книгах. Еще бы прихватить с собой бутылочку имбирного пива[2]. Полли подняла капюшон толстовки и направилась через пляж прямиком к скалам, а за ней вереницей потянулись недовольные призраки.

Когда Полли только познакомилась с Рексом, они отправились на пляж и резвились в водопаде, смеялись, бегали друг за другом. Это было очень весело. Странным образом сейчас ей совсем не хотелось лезть в воду.

Полли перепрыгнула серебристый ручей, который, увлажняя песок вокруг, по пляжу стекал в море. Приблизив лицо к завесе водопада, девочка попыталась что-нибудь разглядеть за потоком воды. Но даже в свете фонарика различить что-либо было невозможно. Поморщившись, Полли закатала рукав и сунула руку в ледяной поток водопада, тихонько взвизгнув.

— Что-нибудь нащупала? — спросила Ли-Мей. Маленькая собачка сидела на кедах Полли и вздрагивала каждый раз, когда на нее попадали брызги воды.

— Нет… Только камень. Наверно, нам надо подняться выше.

Водопад каскадом спускался по скалам, прежде чем обрушивался на пляж. Полли подумала, что в таком случае найти вход в предполагаемую пещеру будет еще труднее.

Рекс первый запрыгнул наверх. Ему удалось это сделать почти без усилий.

— Ну, чего вы все ждете? — позвал он.

— Уильям, можешь мне помочь? — Полли взяла фонарик в зубы и с помощью Уильяма, который ее подсаживал, и Рекса, который тянул за рукав, вскарабкалась на скользкий каменный выступ. Это тут же напомнило ей о несчастной утонувшей девушке.

Следующей Уильям поднял Ли-Мей, а затем они с Магнусом залезли на скалу.

— Вон что-то темнеет, — сказал Уильям. — Между теми двумя камнями, прямо под водопадом. Похоже, это вход.

— Ага, под водопадом, — вздохнул Магнус. — Ненавижу мокнуть. — Он посмотрел на Полли, словно говоря, что это все ее дурацкая затея.

— Хорошо. — Полли крепко стиснула фонарик, закрыла глаза и сделала шаг вперед, на ощупь двигаясь вдоль каменной стены. Ледяная вода обожгла ее, Полли ахнула, закашлялась, поскользнулась на влажном мху. Запаниковав, она попыталась за что-нибудь ухватиться, но под руками оказалась только пустота.

— Я нашла! Это здесь! — крикнула она. — Но аккуратней, камни скользкие.

Полли почувствовала, как Рекс оказался рядом, подтолкнул ее мордой внутрь, в пещеру, прочь от ледяного потока. И вот они уже вдвоем стояли в темном туннеле, освещенном лишь неверным светом фонарика Полли.

Ли-Мей вылетела из-под водной завесы, отряхиваясь, и распушилась в меховой шарик.

— Ты оказалась права! — воскликнула она. Полли деликатно решила проигнорировать удивление в ее голосе. — Ох… Если бы я только могла показать это место Саре… Оно бы ей так понравилось!

— Ну что, мы пойдем дальше? — мрачно спросил Магнус. — Здесь еще хоть что-то видно благодаря луне, а там будет кромешная тьма. И холод.

Ли-Мей фыркнула:

— Можешь оставаться, если струсил. А я отправляюсь дальше.

— Он не струсил, — тут же отреагировал Уильям. — Он просто не любит замкнутые пространства. Идем, Магнус, это настоящее приключение. Интересно, куда ведет этот туннель?

— Возможно, под дом? — предположил Рекс. — В подвалы под особняком? Эй, Ли-Мей, ты идешь?

Несмотря на всю браваду, Ли-Мей замерла у входа. Собачка заметно нервничала и с беспокойством смотрела вперед, в темноту. Она перевела взгляд на Рекса и поскребла влажный камень.

— Мы должны его найти, — сипло произнесла она. — Все эти годы я мечтала узнать, что с ним стало. Но что, если мы наткнемся на его кости?..

Полли тяжело сглотнула.

— Тогда мы заберем их с собой, — прошептала она, наклонилась и взяла на руки маленькую собачку. — Мы похороним его на том кладбище рядом с Китайским садом. Я даже думаю, что мы сможем из чего-нибудь сделать ему надгробие.

— Да. — Ли-Мей пошевелила ушами. — Да, сможем.

И они двинулись вперед. Первым шел Рекс, рядом с которым, держа его за ошейник и подсвечивая себе фонариком, ступала Полли. Узкий луч света выхватывал из темноты каменные стены туннеля. Было сложно сказать, была ли эта пещера естественного происхождения или ее прорыли контрабандисты. Но, пройдя несколько метров, Полли показалось, что она увидела на стене отметины, сделанные, вероятно, каким-то инструментом. Сколько же потребовалось времени, чтобы прорыть такой ход?

— Вероятно, поначалу это была маленькая пещерка, — предположил Рекс, обнюхивая стены, — а затем контрабандисты сделали в ней туннель.

— Согласен, — кивнул Уильям. — Туннель, должно быть, ведет к садам. Теперь ясно, почему они выдумали эту историю про Зеленую леди. Пока все прятались дома от страха, они обделывали свои делишки.

— Ой! — взвизгнула Полли, поскользнувшись на обломке камня.

— Осторожней! — Рекс поймал ее за рукав зубами. — Иди помедленнее!

— Что это? — спросила Полли, едва свет ее фонарика выхватил кучу камней впереди. — Нам не пройти.

— Обвал, — пояснил Рекс. — Потолок обвалился, но мы не знаем, когда это произошло. Это может повториться.

Пес резко отскочил, когда еще несколько камешков скатилось вниз.

— Видите?

— Да… — Полли, несмотря на предостережение пса, подкралась ближе. Ей показалось, что она что-то заметила, словно нечто сверкнуло синим.

— Полли, осторожней! — прошипел Рекс. — Здесь все может снова рухнуть!

— Мне так не кажется. Смотри, этот обвал произошел много лет назад. — Она потянулась и подняла из кучи камней фарфоровый осколок. Поднеся его к свету фонарика, девочка показала его остальным — фарфоровый осколок насыщенного синего цвета, который даже каменная пыль не заставила померкнуть.

— Моя статуэтка! — взвизгнула Ли-Мей.

— Нет, не твоя. Другая. Ты же говорила, что она пропала.

Ли-Мей подошла ближе.

— Да. Вскоре после исчезновения Хана. Мама Сары решила, что, должно быть, одна из служанок ее разбила и спрятала. А сама отказалась признаваться. Как же она тогда разозлилась… — Ли-Мей заскулила. — Это напоминает мне о Хане.

— Что это было? — Магнус резко выпрямился, а Полли заметила, как шерсть у него на спине встала дыбом.

— Я тоже слышал. — Рекс взялся за рукав Полли зубами и оттащил девочку от камней. Полли попятилась, все еще сжимая в руке фарфоровый осколок.

— Это не камнепад, — прошептала она. — Звук позади нас.

Магнус низко завыл:

— Если потолок обвалится, мы все здесь застрянем. Тебе нужно выбираться отсюда.

Полли сглотнула, сообразив, что она единственная из всех, кому грозит реальная опасность. Но внезапно Ли-Мей принялась скулить, не сводя глаз со входа в пещеру.

— Смотрите… — Полли посветила фонариком на завесу воды, закрывающую вход. В этот самый момент звуки стали громче, и теперь все поняли, что они слышали до этого.

Шаги.

К ним направлялось пять или шесть расплывчатых фигур. На плечах они несли бочки и ящики и приглушенно переговаривались. Одеты они были в укороченные штаны и широкие куртки, лица скрывали платки.

— Что это такое? — прошептала Полли не своим голосом. В туннеле стало как-то резко холодно, и Полли тут же вспомнила о своем видении, когда она столкнулась нос к носу с Зеленой леди. Девочка почувствовала нарастающую слабость и дурноту.

— Контрабандисты, — объяснил Рекс. — Должно быть, это они. Не волнуйся, они не могут нас видеть. Они духи этого места.

Полли, Уильям и собаки вжались в стену, чтобы пропустить призраков. К облегчению Полли, никто не обратил на них внимания, словно контрабандисты по-прежнему находились в прошлом и были заняты лишь своим грузом. Добравшись до обвала, они прошли сквозь него, как будто их и не было.

— Что с ними случилось? — спросила Полли приглушенно, едва странные фигуры растаяли. — Почему они тоже призраки? Они что, погибли здесь? — Девочка с тревогой посмотрела на каменный свод у себя над головой.

— Нет… Они просто часть истории. — Ли-Мей по-прежнему не сводила глаз со входа в пещеру, скрытую за стеной воды. — Смотрите. О, Хан…

Маленькое существо уверенно прошло под водопадом и отряхнулось.

— Хан… — проскулила Ли-Мей, когда песик двинулся мимо нее. — Хан, берегись!

На мгновение Полли показалось, что пекинес услышал крик своей сестры. Он поднял голову, а с потолка на него дождем полетела каменная крошка и куски породы, а затем рухнул и весь потолок, погребя под собой маленькую собачку.

8. Статуэтка возвращается

— Хан! — Ли-Мей рванулась вперед к груде камней и издала протяжный тоскливый вой.

Полли поспешила следом и подхватила малышку на руки.

— Это произошло много лет назад, Ли-Мей. Все в прошлом.

— Пока еще нет. — Уильям оттащил Полли назад. — Ли-Мей, смотри. Кто-то еще идет.

Полли прижалась к стене с Ли-Мей на руках, а по туннелю, крадучись, двигалась еще одна фигура. Ростом незнакомец оказался гораздо ниже контрабандистов, но вот одежда на нем была куда лучше — рубашка с жабо, куртка, сшитая из дорогой ткани в отличие от домотканых грубых курток мужчин.

— Это Николас, — прошептала Полли Ли-Мей. — Или Роберт?

— Николас, — прорычала собачка, показав зубы. — Маленький негодник. Смотри, что он несет!

— Статуэтка! — пригляделась Полли, когда мальчик подошел достаточно близко. — Да, она самая. О, Ли-Мей. Это произошло в другую ночь. Полагаю, он хотел исправить то, что случилось с Ханом.

Николас приблизился к груде камней и, найдя довольно плоский булыжник, водрузил на него синюю фарфоровую статуэтку собачки Фу.

— Прости, Хан, — прошептал он, понурив голову. Его тихий голос разнесся по пещере вместе с каменной пылью. — Ты не должен был ходить за нами. Тебе следовало остаться в безопасности с Сарой. Слава богу, она не побежала за тобой. Хотел бы я отнести тебя в сад и похоронить как следует, чтобы моя сестра прекратила тебя искать. Но мне не поднять все эти камни. Парни не станут расчищать пещеру, они сказали, что нашли другое место, где прятать груз. Раз туннель начал рушиться, находиться в нем больше небезопасно. Тебе придется остаться здесь, приятель.

Друзья во все глаза смотрели, как мальчик погладил по голове фарфоровую статуэтку, а затем, сгорбившись, вышел из пещеры, вымокнув под водопадом. Как только Николас ушел, с потолка сорвался еще один поток камней и разбил статуэтку вдребезги.

Полли вздрогнула.

— Наверное, поэтому Хан так и не вернулся… то есть в образе призрака, — прошептала она. — Потому что статуэтка разбилась?

— Очевидно, — согласился Рекс. — Люди видят нас — дети карабкаются на мою статую в саду, любуются статуэткой Ли-Мей на камине. Нам нужны их любовь и внимание, чтобы ожить. А Хан остался погребенный под завалом, безнадежно потерянный, пропавший из виду.

Полли поднялась на ноги и подошла к камням, оставив друзей позади себя. Если бы она только могла собрать все осколки… Она упала на колени, шаря руками в поисках фарфоровых фрагментов статуэтки.

Позади раздался скрежет, это Ли-Мей рыла породу, ступала крошечными лапками в промежутки между камнями и вытаскивала оттуда зубами обломки.

— Как думаешь, это поможет? — спросила она Полли, выплюнув каменную крошку изо рта.

— Нужно попробовать. Дай я тебе помогу, это проще делать, если у тебя есть пальцы. — Полли наклонилась и принялась разгребать мелкие камушки. Она сняла с себя толстовку, чтобы сложить в нее все фрагменты статуэтки.

— Мне это не нравится, — проскулил Рекс, вытаскивая лапой кусок фарфора. — Я чувствую, что потолок может рухнуть в любую минуту.

— Интересно, что случится с нами, если на нас, призраков, ну или кто там мы есть, рухнет тонна камней, — пробормотал Магнус.

— Мы почти закончили, — успокоила его Полли. — Я больше не вижу осколков. А, нет, вон еще один…

Она потянулась за последним синим фрагментом…

— Потолок рушится! — закричал Уильям, и Полли подняла голову. Все словно произошло в замедленной съемке: в воздух поднялась каменная пыль и раздался грохот, когда сотни камней застучали по полу.

— Полли, в сторону! — взревел Рекс и бросился на Полли, сшибая ее с ног. Девочка отлетела в сторону, накрыв голову руками, когда прямо рядом с ней с оглушительным грохотом рухнула часть туннеля.

Полли лежала, не двигаясь, оглушенная и растерянная. Она не поняла, что произошло. Из нее как будто вышибли весь воздух. Держась за стену, она медленно села. Ее рука так крепко сжимала фарфоровый осколок, что наверняка теперь кровоточила от порезов.

— Полли! Полли! С тобой все в порядке? — Рекс подскочил к ней и принялся ее обнюхивать. — Скажи что-нибудь!

Уильям опустился на корточки, чтобы помочь.

— Рухнула еще часть потолка, — сказал он, и его голос дрожал.

— Где Ли-Мей? — выдохнула наконец Полли.

— Здесь… — Пекинес, отряхнувшись, подошла к девочке. Беднягу впечатало в стену. В зубах собачка держала толстовку Полли, в которой лежали фарфоровые осколки.

— Ты их спасла!

— Я больше его одного здесь не оставлю! — заявила Ли-Мей. — А теперь давайте выбираться отсюда!

* * *

— Что мы будем с ними делать? — спросила Полли, рассматривая фрагменты статуэтки, которые лежали на ее толстовке. Друзья расстелили кофту на полу Красной гостиной. Фарфоровые осколки, пыльные и потерявшие былую яркость, выглядели грустно. Некоторые фрагменты были достаточно большими, и Полли смогла определить, какими частями тела они некогда были — вот на нее умоляюще смотрит один глаз. Девочка попыталась сложить их наподобие пазла, но дело оказалось слишком сложным. Да и клей ей не хотелось использовать. Так всегда учила ее мама. Статуэтка могла стоить несколько сотен, если не тысяч, фунтов — если бы не была разбита, конечно. Если неаккуратно склеить фрагменты, она будет выглядеть еще хуже.

— Я могла бы отдать осколки маме, она бы придумала, что с ними сделать, — задумчиво произнесла Полли. — Но как я ей объясню, где их нашла? К тому же она может отправить их реставратору, а нам нужно, чтобы они остались в Пенхэллоу.

— А может, и не нужно их соединять в единое целое, — предложил Рекс. — Просто оставить рядом с Ли-Мей и портретом.

— Но я же не могу положить их посреди комнаты на полу, — заметила Полли. — Тогда их придется где-то спрятать.

— Может, в дымоходе? — Магнус как раз стоял рядом с каминной решеткой и с любопытством смотрел в дымоход. — Обычно внутри есть небольшая приступочка, которая может послужить неплохим тайником. Вуф! — Он вытащил голову из дымохода. Его морда была покрыта черными пятнами сажи.

— А может, и нет, — хихикнул Уильям, и пес вышел из комнаты.

— Можно положить в комод. — Ли-Мей подошла к красному лаковому комоду, над которым висел портрет Сары.

Но Полли покачала головой:

— Нет, так не пойдет. Время от времени волонтеры открывают его, чтобы показать перламутровую инкрустацию внутри.

Ли-Мей фыркнула:

— Но они же не открывают потайное отделение, а? Отец Сары показал ей. Это был их секрет. Там он прятал мятные леденцы для нее. Открой дверцы, Полли.

Полли откинула небольшой золотой крючок, дверцы распахнулись, и перламутр блеснул в свете фонарика.

— Ну-ка, подними меня, — велела Ли-Мей. — Так, где это он? Ага! Выдвини ящик. И еще один. Ты можешь добраться до этого потайного отделения, только когда оба ящика выдвинуты. Чувствуешь, позади верхнего ящичка есть защелка.

Полли провела пальцами по дереву, и ее ноготь за что-то зацепился. Она потянула, надеясь, что не сломает бесценный антиквариат.

— А теперь вытащи ящик совсем, — с нетерпением приказала собачка. — Давай же.

Полли кивнула. В задней стенке ящиков находилось небольшое отверстие — это можно было понять, только если вытащить все ящики. Нажатием на защелку открывалась задняя фальшпанель. Теперь доступ к тайнику был открыт.

— Сложи в него осколки, — велела Ли-Мей. — Они окажутся прямо под портретом Сары. Статуэтка вернулась в любимую Китайскую комнату, где и должна была быть… — Она вздохнула. — А дальше я не знаю.

— А дальше мы подождем и будем думать о твоем брате, — мягко произнес Рекс. — Магнус. Вернись, старый друг. Ты нам нужен.

Пес так быстро прибежал, что Полли решила, будто он прятался возле двери. Он немного успокоился, но по-прежнему злился на Уильяма за то, что тот над ним посмеялся.

— Что такое? — спросил он. — Вообще-то мне есть чем заняться и без вас.

Рекс ткнул его носом:

— Нужно последить за Ханом. Посторожить. Показать, что мы скучаем и ждем его.

Магнус вздохнул и плюхнулся на пол возле комода, следя за тем, как Полли закрывает защелку и аккуратно вставляет ящики на место.

Магнус лег мордой на лапы, и Ли-Мей уселась рядом с ним.

— А можно сторожить, лежа на подушках? — спросил он у нее, но пекинес промолчала. Она сидела прямо и не сводила взгляда с комода.

Полли, Уильям и Рекс присоединились к ним. Так они и сидели полукругом напротив портрета и глянцевито блестевшего в лунном свете комода. Полли надела свою толстовку, а фонарик положила на колени. Она видела розовато-коричневое платье Сары и фигуру Хана позади нее.

Полли моргнула. Глаза у нее закрывались, и она решила, что Магнус был прав, когда спросил про подушки. Они сейчас и правда не помешали бы. Нужно ли ей думать о чем-то грустном, чтобы его дух вернулся? Но у нее слипались глаза и сил на размышления не было… Кто-то из собак толкнул ее носом, и Полли вздрогнула.

— Прости, — сонно шепнула она.

— Не извиняйся, — ответил пес. — А ты что делаешь?

Полли встрепенулась, обернулась и увидела маленькую собачку с темными глазами навыкате.

— Ждем тебя, — улыбнулась она.

* * *

Когда они наконец рассказали Хану, что произошло, уже начало светать. Псу же показалось, что прошло не так много времени с того момента, как он попал под завал. Ли-Мей сидела рядом с братом, ласково обнюхивая его и то и дело повторяя, каким глупым он был, что решился пойти за контрабандистами, вместо того чтобы вернуться с ней и Сарой домой.

— По крайней мере, меня не схватил этот глупый призрак, — заметил он. — Когда я подошел к нему, то учуял, что за маскарадом скрывается юный Дейви Трелан. Ты что, его не унюхала, Ли-Мей? Да что с твоим носом, сестренка?

— Дейви Трелан? Не может быть!

— Может! Он вонял рыбой!

— Половина деревни воняет рыбой! — фыркнула Ли-Мей.

— Ну, допустим. Но призраки-то не воняют. — Хан наклонил голову и следил за реакцией сестры своими глазами навыкате.

— Но как они сделали так, чтоб Дейви светился? — спросила Полли. — Ли-Мей показала мне, что произошло той ночью. Я видела исходящее от призрака зеленоватое потустороннее свечение.

Хан тряхнул головой.

— Люминесцентная краска, наверно. Покрасили его всего с ног до головы. Хитроумно!

— Не знала, что в те времена люди умели делать такую краску, — удивилась Полли.

— Роберт увлекался чтением всяких научных журналов, особенно тех, где рассказывалось о химических экспериментах, — объяснила Ли-Мей. — Он это просто обожал.

Хан кивнул:

— Так что произошло со статуэткой, которую Николас поставил в пещере?

— Разбилась, — с грустью ответила Ли-Мей. — Случился новый обвал. Мы собрали осколки и принесли их с собой. Полли спрятала их в красном комоде. Полли, откроешь его снова?

Уильям держал фонарик, пока Полли открывала комод, вытаскивала ящики и нащупывала защелку. Наконец фальшпанель сдвинулась в сторону, и Полли ахнула — вместо осколков в тайнике стояла статуэтка — точно такая же, как статуэтка Ли-Мей. Целая и невредимая, без единой трещинки.

— Достань ее оттуда! — обрадовалась Ли-Мей. — И поставь рядом с моей на камине!

Собачка так энергично крутилась вокруг ног Полли, что Рексу пришлось придержать ее:

— Прекрати! Хочешь, чтобы Полли споткнулась и статуэтка снова разбилась?

Полли прижала статуэтку к своей видавшей виды толстовке, погладила фарфоровое тельце, а затем аккуратно поставила фигурку на каминную полку напротив другой. Затем сделала шаг назад, чтобы полюбоваться ими обеими. Пекинесы запрыгнули на диван, чтобы тоже взглянуть. Хан беззаботно балансировал на подлокотнике дивана.

— Что я скажу маме? — вздохнула Полли.

— Ты думаешь, кто-то заметит? — удивился Рекс.

— Конечно, заметят! Даже в описании комнаты сказано, что статуэтка на камине одна. А мама любит эту комнату. Сейчас она работает над тем, чтобы больше узнать о Лоуренсе Пенхэллоу.

— Можешь сказать, что нашла вторую, — предложил Рекс.

— Точно, в потайном отделении комода, — согласилась Ли-Мей. — А что? Это правда. Скажи, что открыла комод и случайно обнаружила в нем тайник.

— Ладно… Но мне запрещено трогать такие уникальные предметы мебели. — Полли улыбнулась собачке. — Правда, мама так обрадуется, что мы нашли вторую статуэтку, что это уже не будет иметь никакого значения. Тем более она как раз собирается устроить выставку, а тут статуэтки наконец-то снова стали парными! И от тайника в комоде она тоже наверняка придет в восторг! Жаль, нельзя ей рассказать, как Лоуренс Пенхэллоу оставлял там для дочери конфеты. — Полли улыбнулась, вспомнив, как это было странно, когда она очутилась в теле Сары. Девочка оказалась такой храброй, такой целеустремленной. Она ни в чем не хотела уступать братьям. Быть может, немного ее отваги досталось и Полли? Хорошо бы… Кажется, новая школа уже так ее не пугала, как прежде. Вон Сара не испугалась ни призрака, ни контрабандистов. А Ли-Мей и вовсе столько лет переживала из-за брата.

Полли ласково погладила Ли-Мей, а затем и Хана.

— Знаете, вы очень похожи на львов. А ваша шерстка напоминает гриву. Бесстрашные львиные собаки.

— Точно, — тявкнула Ли-Мей, а Хан тоненьким голоском зарычал.

Магнус вздохнул и положил голову на подлокотник кресла рядом с Ханом.

— Прекрасно. Они и так злющие. Что, обязательно их подзадоривать?

Рекс лизнул Полли в ухо и прошептал:

— Ты очень хорошо поступила, что помогла Ли-Мей разыскать брата. Но прежде всего ты мой друг.

Полли потерлась щекой о его шерстяное ухо и произнесла:

— Не волнуйся. Я помню. Всегда.

Сноски

1

Каприз, или фолли — небольшое забавное или экстравагантное здание, которое украшает дворцовые и парковые ансамбли. (Прим. пер.)

2

Имбирное пиво — традиционный английский газированный напиток с имбирным вкусом. Обычно безалкогольный. (Прим. пер.)

Content

Холли Вебб
Утраченное сокровище

1. Лето секретов

2. Телохранительница императора

3. Портрет

4. Зеленая леди

5. Новая девочка

6. Девочка с портрета

7. Расщелина в скале

8. Статуэтка возвращается

Сноски