«S.T.I.K.S» - Нолд.

Глава 1. Охотник.

Массивная туша неслась по дороге, сложенной из ровных плит какого-то непонятного материала, каждым скачком преодолевая по десятку метров пути. Элита была голодна, очень голодна. Уже давно у нее не было порядочной трапезы, с живым, вкусным мясом, истекающим кровью. Последним ее блюдом оказался вонючий кусач, с жестким невкусным мясом. Он немного притушил пожирающее изнутри пламя голода, но время прошло, и это неприятное ощущение снова вернулось. Монстр терпел, обнюхивая окрестности, и широкими скачками продвигаясь на север. Он знал что там, где то в конце этой длинной ровной дороги, сложенной из широких каменных плит, скоро появится много вкусной пищи. Столько, сколько никогда не выйдет съесть, как бы он ни старался.

Неожиданно, в ноздри элиты ворвался аромат. Приятный, манящий аромат свежей крови. Монстр замер, осматриваясь. Запах крови доносился откуда-то сбоку, из за деревьев, куда уходило ответвление дороги. Запаха людей, этой вкусной, но немного опасной пищи, которая способна наносить неприятные раны даже сквозь плотную броню твари, не было. Практически бесшумно, как тень, элита скользнула в лесок, крадясь между деревьев и внимательно осматривая окрестности. За деревьями находился поселок. Небольшой, домов на десять, и явно давно брошенный всеми его обитателями. Запах крови шел оттуда, и так ярко, так притягательно. Элита не сдержалась, довольно громко заурчав в предвкушении трапезы, и двинулась вперед.

Поселок был странный. Монстру это было не интересно, но он заметил, что дома тут отличаются от тех, к которым он привык. Никакой древесины. Только металл, стекло и пластик. Многие дома были разорены. Стекла выбиты, а стальные опоры, на которых держались конструкции, погнуты неведомой силой. Тут явно поигрался кто-то из его собратьев. Источник запаха был уже совсем близко, а признаков присутствия людей по-прежнему не было. Ни запахов, ни колебаний воздуха от резкий движений, ни даже звука дыхания, долго скрывать который эта пища не могла. Элитник скользнул в один из домов, через раскуроченное высокое окно, и сразу же увидел свою цель. Коровья туша, небрежно рассеченная пополам, истекала кровью. Она висела посреди комнаты, на кое как прикрученном к одной из потолочных балок крюке.

Обезумевший от голода элитник бросился вперед, впиваясь в мясо острыми зубами, и отрывая здоровый шмат. Уже чуть загрубевшая, но все еще вкусная плоть скользнула в желудок. О, как приятен этот миг, миг насыщения ненасытной утробы. В этот момент монстр понял что что-то пошло не так, как обычно. Вместо прилива сил, после получения организмом новой энергии, он ощутил неожиданную слабость. Покачнувшись, он оперся на тушу, не способную помочь ему, и рухнул на пол, неуклюже барахтаясь. Мясо было отравлено. Это его ограниченный разум понял сразу, но людей вокруг по прежнему не ощущалось. Кое как поднявшись на передние лапы, он пополз к выходу, волоча свое тело по трещащей плитке пола. Монстр разгневанно, обиженно урчал, покидая оказавшееся стол негостеприимным место.

В этот момент на крыше соседнего дома что-то вспыхнуло, с легким грозовым треском, и в голову элитника будто ударил огромный, колоссальный молот. Молот, удара которого не мог безболезненно пережить даже сверхпрочный череп монстра Стикса. Давно он не ощущал такой боли, пронзающей и страшной. Тело хотело жить, но что оно могло, отравленное и ослабленное? Лишь отчаянно царапать землю непослушными лапами, надеясь уползти в какое-нибудь укрытие. Новая вспышка разорвала тишину, и элита затихла навсегда. Блеснул металл, и до того скрытый хитроумным механизмом человек отделился от крыши, вставая с металлического настила, и поднимая громоздкого вида винтовку. Могло показаться, что это и не человек вовсе, а мудреный андроид, но через прорези шлема боевого костюма проглядывали вполне живые человеческие глаза. Костюм выглядел действительно внушительно. Прочная нагрудная броня, плавно перетекавшая в опутанные всевозможными усилителями конечности, также закрытые сегментами защиты. Костюм чуть мерцал в свете местного солнца, готовый в любую секунду слиться с окружающей средой, подобно хамелеону. Человек спрыгнул со второго этажа так, будто в этом не было ничего особенного. Массивные конечности с грохотом приземлились на дорогу, выбивая из нее мелкую крошку.

Лейтенант Андрей Свиридов внимательно смотрел на только что убитую им тварь. Та постепенно остывала, но расслабляться в этом мире равносильно самоубийству. Лучше уж обождать. Окончательно убедившись в смерти своей добычи, он подошел ближе. Встроенная в шлем оптика любезно приблизила ему вид раскуроченной башки и вскрытого зарядом спорового мешка, анализируя его содержимое. Не так уж и плохо. Пара сотен споранов, сотня горошин, и даже две черные жемчужины. Андрей не был точно уверен, зачем нужны эти ошметки, но начальству виднее. Местные немногочисленные иммунные очень их ценили, выкупая в обмен на драгоценные и редкоземельные металлы, найти которые в кластерах было не очень то и сложно, но трудозатратно и опасно. Запищала система связи, и на боковом экране шлема появилось лицо его непосредственного начальника, капитана Соколова. Соколов был мужчиной в возрасте, и его волосы давно потеряли свой натуральный цвет, покрывшись благородной сединой. От левого глаза к шее тянулся старый шрам, заживить который не могла до конца даже совершенная медицина родного мира. След от одной из первых стычек с местными зверушками.

-Господин Капитан, лейтенант Андрей Свиридов на связи и ожидает ваших указаний.

-Расслабься, Андрюша, - Соколов добродушно усмехнулся, - охотишься?

-Да, Андрей Семенович. Вот, еще одну элиту отловил на восточной дороге.

-На восточной? Уже шестая за неделю, выходит. Тревожные знаки, тревожные. Впрочем, не о том сейчас речь. Ты надеюсь не сильно там занят?

-Ну что вы право. Нищему собраться, только подпоясаться. Сейчас уберу тушу от греха подальше, и я в вашем полном распоряжении. Какие будут указания, господин Капитан?

-Ну, раз так, то слушай, - капитан нажал несколько кнопок на невидимом Андрею пульте, и главном экране шлема появилась полупрозрачная схема, - через шесть часов перезагрузится кластер К-47. Ну, тот, который «Рудник». Умники из аналитического отдела спрогнозировали очередное появление там нашего целевого объекта. Как будто в этом мире вообще можно что то предсказать. Туда отправляют рейдовый отряд, и нам опять не хватает людей. Давай заканчивай со своим делом, и дуй к точке сбора.

-А дорога? Кто охранять то будет?

-Через тридцать минут запущу в твой сектор разведывательный беспилотник. Уж если там появится что серьезное, он нас надеюсь оповестит. Ладно, ты свою задачу понял, а меня зовут дела. Конец связи.

Экран связи погас, и Андрей недовольно поморщился. Выказывать свое недовольство капитану не хотелось, да и смысла не было. Тот прекрасно его понимал, но помочь ничем не мог. Такая уж специфика этого мира, в который их по долгу службы занесло, что приходится лицезреть не самые приятные картины. И особенно остро это ощущалось в рейдах. Свиридов отлично помнил свой первый рейд. Помнил город, охваченный огнем. Небоскребы в пламени, и столбы дыма от горящих на улицах машин. Помнил людей, обезумевших, пожирающих друг друга. И тварей, пожирающих вообще все, что имело несчастье шевелиться. Нахлынувшие воспоминания заставили с силой навернуть ногой в бочину поверженной твари. Усиленный костюмом удар отбросил тушу на пару метров в сторону, несмотря на ее солидный вес. Подойдя к элитнику, Андрей схватил его за заднюю лапу, и бесцеремонно потащил в сторону, к скрытому на заднем дворе соседнего дома люку. Любовно смазанные петли повернулись без скрипа, открывая почти герметичную крышку, и покореженная туша свалилась вниз, на небольшую горку таких же.

Открыв дверь дома, Андрей вошел внутрь. Тут была его база, на которой он проводил большую часть времени. В документах это место значилось как «Наблюдательный пункт Восток-2». Небольшой поселок Истцы обновлялся каждые четыре месяца, каждый раз приходя почти пустым. Имунных тут никогда не встречалось. Сняв со стоящего в углу ящика крышку, он извлек один из уложенных ровными рядами металлических цилиндров, подставляя его к разъему в шлеме. Питательная жижа со вкусом макарон по флотски скользнула в трубку пищеприемника, продавившего герметичную мембрану. Сказать по чести, такой рацион уже давно сидел в печенках, но иного выхода не было. Глоток самого обычного воздуха в этом уютном поселке, да и вообще, в любом месте Стикса мог стоить Андрею жизни. С вероятностью чуть меньше чем в сто процентов. В тот иллюзорный шанс что именно он окажется тем «везунчиком», так называемым иммунным, он не верил совершенно. Нормально поесть можно было только на главной базе, а туда судя по всему попасть получится еще не скоро.

Проведя быструю диагностику костюма, Андрей убедился что во всех блоках питания достаточно энергии. Костюм был в этом плане весьма самодостаточным. Заряда одной ячейки хватало на месяц работы, правда, только на жизнеобеспечение. А ведь энергия была нужна еще и оружию, защитным системам, да и столь полезной маскировке. Так что приходилось стараться всегда держать закрома забитыми. Подхватив массивную винтовку, уже забравшую сегодня жизнь одной из тварей, он осмотрелся. Можно было отправляться. Стоявшая на окраине поселка машина была надежно замаскирована. Чем то она напоминала багги, только очень тяжелый, бронированный, с угнездившейся на вершине автоматической турелью, калибром конечно поменьше винтовки, но не менее солидным. С таким набором оружия сам черт не брат. Система машины признала владельца, запуская двигатель, и юркий, несмотря на немалую массу, транспорт вылетел через лесок, прямо на дорогу, устремившись на запад. Дороги были чисты. Эта зона была полностью им подконтрольна, и мертвяки сюда попадали ну очень редко, приходя с далекого запада, через Башенный перевал, узкую полоску нормальных кластеров, зажатую между бескрайними полями черноты. Перевал был опасным местом, непредсказуемым. Примерно раз в год-два с той стороны накатывала орда мертвяков, проносясь через все кластеры разрушительной лавиной. Если такое случалось, чаще всего приходилось отступать в свой мир, пережидая опасность. Последний такой набег был около пяти месяцев назад, и оказался довольно слабым. Мертвяки прошли самым краешком, выйдя через другой перевал, и почти не затронув «обитаемых» земель.

Восточная точка сбора, ближайшая к кластеру К-47, находилась в довольно странном месте. Как то раз он слышал рассказ иммунного, переместившегося туда, и сумевшего пережить сумбурные первые дни. Место вроде как называлось «пионерский лагерь», и являлось чем то вроде молодежного клуба. Андрей точно не знал, да и не сказать, чтобы ему было такое интересно. Лагерь был заброшен, и тот иммунный оказался каким-то нищим, пережидавшим ночь в одном из домов. Кластер имел солидный срок перезагрузки, чуть колебавшийся в районе двух месяцев, из-за чего постоянно использовался их отрядами для перегруппировки. Там же стояла всегда какая-нибудь тяжелая техника, первый форпост, для сдерживания возможных угроз. Точка сбора встретила суетой, всегда предшествующей напряженной работе.

Для рейда база выделила несколько свертяжелых грузовиков, усиленных крупнокалиберными турелями. Если груз окажется на месте, доставить его до базы будет делом чести. Все таки именно эти рейды кормили всех внешников, как иногда называли их местные иммунные. Правда, для некоторых данное слово почему то было крайне неприятно, но в подробности они вдаваться не любили. Бурчали что то, про то что за перевалами внешники едва ли не кошмар во плоти, охотящийся за иммунными и истребляющий их на лекарства. Возможно, какое то лекарство из пораженных заразой Стикса организмом и можно было синтезировать. Вот только их ученые даже не рассматривали такой вариант. А зачем оно надо? В их родном мире уже лет двадцать как болезней нет. Наномашины, циркулирующие вместе с кровью, по всему организму, лучшее из возможных лекарств от всех болезней. Нет, кое что они конечно не могли излечить, но на такие трудные случаи всегда находилось медицинское устройство побольше. Жалко что заразу Стикса не могла подавить даже такая развитая медицина. Стоило багги Свиридова пересечь забор «пионерского лагеря», въезжая на утрамбованную колесами тяжеловесов стоянку, к нему сразу подскочил вытянувшийся часовой, судя по отсутствию защитного снаряжения, из иммунных.

-Господин лейтенант, рады приветствовать.

-Вольно, рядовой… - экран костюма послушно считал информацию с идентификатора часового, вживленного под кожу, -Лугин. Группа рейда уже собралась?

-Никак нет, господин лейтенант. Ожидаем прибытия штабс-капитана Казакова.

Где-то на дороге, вне ограниченного бетонным забором обзора Анрдея, раздался шум техники. К стоянке подкатил танк, массивная конструкция, чем-то похожая на черепаший панцирь с шестью ячеистыми колесами, на вершину которого присобачили здоровенное орудие в округлой башне, едва ли не морского калибра. Танк выглядел забавно, на первый неопытный взгляд. И тем не менее, эта конструкция прекрасно себя зарекомендовала, встав на вооружение базы почти что с первых дней. В, казалось бы, монолитной броне, с тихим шипением открылся шлюзовой люк, и наружу выбрался мужчина в герметичном комбенизоне, с завитыми в спирали усами, едва ли не высовывавшимися за пределы прозрачной дыхательной маски, закрывавшей всю голову. Усач радостно услыбнулся, увидев Андрея, и с распростертыми объятиями пошел к нему.

-Андрей Иванович, дорогой, что же вы так редко присоединяетесь к нам? Не скисли еще на дальней заставе?

Мужчины обнялись, насколько позволяла броня Свиридова, способная легко расплющить человеческое тело. Андрей был рад видеть своего старого друга, как то незаметно переросшего его по званию. Илья Казаков, его неизменный соучастник по мальчишеским проказам. И талантливый командир танкового экипажа. На базе танков было не так уж много, и потому попасть на это теплое и ответственное место было по настоящему почетным делом.

-Да вот, друже, как то все не выходит вырваться. Элитники уж больно часто наведываются в наши края, отстреливать приходиться. Да и нравится мне там, на дальнем краю. Считай, сам себе командир.

-Ты эту свободу брось, -недовольно нахмурился Казаков, - вся она ограничена количеством рационов, которые есть на твоем складе, а что потом? Голодная смерть, или игра в лотерею со Стиком. Сам понимаешь, какова вероятность пережить местный приятный воздух. Да и домой путь заказан будет, а оно тебе надо?

-Да что меня там держит то, дома? Семьи нет. Старики мои померли год как. Хоть в достатке, слава Стиксу. Но ты прав, шансы лотерею выиграть невелики. Да и костюмчик мне знаешь ли, уже словно вторая кожа стал.

Весело переговариваясь, они прошли мимо грузовиков и ящиков, к стоящему на старой площади массивному шатру. Такие шатры, созданные специально для местных условий, имели собственный генератор атмосферы, полностью очищавший пространство от воздуха Стикса. Пройдя через шлюзовую камеру, мужчины зашли внутрь. Вокруг стола с примерной картой местности уже ждал состав нынешнего рейда, нетерпеливо переговариваясь. Казакаов подобрался, и подошел к своему месту. Все сразу притихли, внимательно следя за командиром. Тот потянулся, вставил в голографический стол стержень блока памяти, и на нем сразу высветился маршрут. На карте были довольно точно размечены границы всех кластеров, на всем протяжении Долины. За содержимое самих этих ячеек, правда, не отдал бы гроша ломаного ни один человек в этой комнате. Слишком уж оно было переменчивым.

-Господа, -начал Казаков спокойным голосом, - руководство данным рейдом поручено мне, и сейчас я донесу до вас основные аспекты данной, не побоюсь этого слова, авантюры. Впрочем, само наше нахождение тут, и так авантюра, только государственная, не так ли?

По штабу раздались смешки. Авантюра, точнее и не скажешь. Вечные игры со смертью.

-Наша задача такова: добраться до кластера К-47, более известного как «Рудник», и вывезти оттуда груз редкоземельных металлов, расположение которого нам достоверно известно. До перезагрузки кластера примерно пять часов, и ко времени нашего прибытия, в самом разгаре будет «пиршество безумцев». У нас тридцать два часа, на то, чтобы добраться до склада и эвакуировать его. По истечению срока город будет залит химическим оружием, от которого могут не спасти даже защитные системы костюмов и техники.

-И куда они так торопятся, - буркнул один из техников, - если им так нужны эти металлы, могли бы и обождать с зачисткой.

Казаков посмотрел на ворчуна как на полного идиота.

-Отлично, младший лейтенант, отлично. И кто, спрашивается, будет ловить всех разбежавшихся зараженных? А по истечению указанного срока, они скорее всего начнут разбегаться в поисках пищи. А мы чтим все договоры о защите, заключенные с местными стабами. Еще глупые вопросы и предложения будут?

Собравшие молчали, обозначая полное согласие с позицией старшего. Андрей улыбнулся, посматривая на друга. А тон то какой командирский. Да, не зря он провел это время, не зря. Так, глядишь, и до капитана дорастет. Как говорил один из знакомых иммунных, «далеко пойдет, если не остановят». Правда контекст был не особо подходящий случаю, но само высказывание безусловно красивое. Какое то время, все обсуждали технические тонкости. Когда все было завершено, Казаков выключил систему стола.

-Итак, господа, готовность полтора часа. Постараемся уж, во славу батюшки Императора, и всего нашего государства.

Андрей кивнул Илье, и вышел через шлюз, следом за остальными. Его роль в предстоящем походе считалась достаточно опасной. Как бы база не чистила округу и перевалы Долины, всегда сюда просачивались элитники, причем не из слабых. Видать, такова была воля самого Стикса, потому что объяснить их проникновение сюда иначе не получалось. Ему предстояло быть разведкой, и снайпером единым числом. Почти бесшумный и уж явно более быстрый багги куда лучше подходил для разведки, чем даже самый быстроходный грузовик или танк. В задачи Андрея входило обнаружение и устранение всего опасного, что могло бы встать на пути группы. А значит надо было как следует проверить всю технику, и обновить боезапас.

Глава 2. Рейд.

Багги взлетел на вершину холма, через который переваливалась дорога, спускаясь в лесистую ложбину. Андрей активировал оптику, и она послушно выдала актуальные данные по местности. Тут проходила граница кластера, славившегося в Долине «качеством» своих дорог. И верно, в этом месте ровное покрытие дороги без какого-либо предупреждения переходило в разбитую грунтовку. Техника то конечно справится, чего ей будет. Она и по бездорожью спокойно пройдет, но вот людей будет нещадно болтать. А на настроение это влияет пагубно. С этого места уже был виден нужный кластер. Пятно невысоких домов, еще затянутое туманом, километрах в десяти западнее текущей позиции. Высотной застройки К-47 не имел, являясь чем то вроде заводского поселка одного из бесчисленных миров, поставляющих Стиксу новые кусочки его жестокой мозаики. Перезагрузка там отгремела всего час назад, и сейчас, в эти самые минуты, скорее всего уже начались безумства. Может там еще и остаются сохранившие разум больные, но с каждой минутой их число начнет падать, обращая все вокруг в бурлящий хаос. Остается только пожелать удачи немногочисленным иммунным. С «Рудника» редко кто приходил. Слишком уж беспокойное место. Шевельнув чуткой рукояткой скоростей, Андрей пустил багги с холма, со все набирающейся скоростью приближаясь к концу хорошей дороги. Грунтовка встретила резким толчком, и вылетающей из под массивных колес сухой глиной. Хорошо хоть сухой.

До черты городского кластера оставалось около трех километров, когда оптика зафиксировала аномалию. Андрей остановил багги, с интересом изучая стоящую посреди дороги машину, метрах в трехстах от него. Маленькая, видимо показавшаяся кому-то дизайнеру очень красивой машинка. То есть абсолютно не то, что в ходу у местных. Около машины происходило какое то невнятное шевеление. Сняв с креплений винтовку, Андрей соединился с ее прицелом, превышавшим по мощности оптику костюма. Картина была неприятной. Но такой типичной для Стикса. Около машины, с распахнутыми настежь дверями, женщина, точнее то, что ей когда-то являлось, поедала окровавленное тело. Опознать, кому принадлежал этот кусок объеденной плоти, уже не вышло бы. А ведь не так уж много времени прошло, с момента переноса кластера. Видать, ехал кто-то из города, и сам не заметил, как пересек границу. Или заметил, но решил что так оно и надо? Кто ж теперь поймет. Винтовка извергла синюю вспышку, с легким треском пославшую снаряд вперед, и голова начинающего мертвяка взорвалась, разлетевшись метров на пять вокруг кучей ошметков. Подъехав к машине, Андрей бросил под ее днище диск импульсной мины, и сразу дал по газам. Аудиосистема уловила резкий звук за спиной. Он не стал оборачиваться, и так понимая что взрыв отбросил прочь с дороги и машину, и все следы развернувшейся тут маленькой человеческой трагедии, никому не интересной и не нужной в этом жестоком мире.

Над рядами пятиэтажных домов из кирпича, представлявших тут абсолютное большинство архитектурного разнообразия, поднимались столбы дыма. Веселье в самом разгаре. Одна из пятиэтажек горела так, будто ее долго и упорно пропитывали керосином. Андрей искренне не понимал, что там вообще может так гореть. Фигурки людей, плохо различимые с такого расстояния, хаотично возились в новообразовавшейся ячейке улья. Праздник безумия и каннибализма, иначе не скажешь. Колонна, передвигавшаяся достаточно громко, наконец его догнала. Передовая машина, которой оказался танк Казакова, остановилась в пяти метрах от Андрея. Из внешняя аудиосистема заговорила голосом Ильи.

-Ну что там, все как обычно? Склады перенесло?

-Все как обычно, и склады, - Андрей взглянул на ряды белых как снег кирпичных строений, расположившиеся на окраине кластера, -все на месте, насколько я вижу. Но за содержание не ручаюсь.

-Это уже не наша головная боль. Нам надо туда пробиться, забрать все, что представляет ценность, и свалить на базу. Райская поездка, что тут сказать. Никаких серьезных угроз на горизонте нет?

-На окраине элиты не видно, но за центр городка ручаться не могу.

Колонна техники двинулась вперед. Андрей пропустил все машины, устремляясь вслед за ними, с минимальной скоростью. Разведка разведкой, но для прорыва через беснующиеся толпы ставить на острие копья его мелюзгу бесполезно. Пусть уж титан Казакова поработает на славу отчизне. Танк ворвался на городскую улицу, расшвыривая по сторонам брошенный людьми транспорт и давя без жалости всех, встречаемых на пути. Грузовики не отставали. Стрекот турелей, расстреливающих мертвяков, на несколько секунд заглушил шум агонии умирающего города. На багги бросилась какая то толстенная тетка, в изорванном платье, и тут же упала на землю, пробитая на вылет зарядами установленной на крыше турели. Путь рейдовой группы усеивали трупы, раздавленные и изрешеченные зарядами. Вид не для слабонервных. Эта начинающая падаль была слишком слаба, для того чтобы нанести машинам урон. Грустно звякнули выбитые танком ворота складкой зоны. Колонна заехала внутрь, и один из грузовиков перекрыл проход, отстреливая турелями всех приближающихся извне. Люди в боевых костюмах и защитных комбинезонах высыпались из транспортных секций, начиная рутинную процедуру вскрытия склада. Андрей заметил ведущую на крышу одного из складов лестницу. На первый взгляд, она была достаточно капитальной, чтобы выдержать вес его брони. Оставив багги у ее основания, он полез наверх. Лестница скрипела, недовольная столь варварским с ней обращением, но все же выдержала. Белый цвет крыши выделял Андрея, словно превосходную мишень. Хотя, кому тут в него целиться? Агонизирующему городу нет никакого дела, до пирующих на его костях внешников.

Андрей сидел наверху, озирая окрестности, и краем глаза наблюдая за погрузкой. Прогнозы аналитиков сбылись, и склады оказались забиты так необходимыми их миру ресурсами. Кому, и для каких целей понадобилось хранить в этом поселки такие богатства? Базе до этого дела не было. Раз лежит, надо взять, пока не взял кто-нибудь другой. В грузовики закладывали деревянные ящики, заполненные слитками. Свиридов не знал точно, что именно вывозят с этого склада. Были какие то речи про рений, и про платину. Много тут было всего, судя по всему. Жаль всего не увезти, кластер перезагрузится уже через пару суток, вновь запуская кровавый цикл, и этот вот склад скорее всего не появится еще 5-6 перезагрузок. А то и больше. Лестница заскрипела. Илья поднимался наверх. Он сменил свою одежду, облачившись на сей раз в облегченный костюм, аналог костюма самого Андрея, без мощной брони и вспомогательных систем. Друг уставился вдаль, на все больше и больше разгорающиеся городские пожары.

-Кошмар, да? Впрочем, мы привычные. Мир смерти, а мы в нем стервятники.

-Стервятники, говоришь? – Андрей усмехнулся, что впрочем все равно было не видно за плотным забралом шлема, -Говорят внешники за пределами Долины, так те и вовсе всех иммунных под нож пускают. Лекарства какие то делают, наивные.

-Да уж, аж смех берет. Какой вообще смысл в этом? Ну да, нам конечно легко об этом говорить. Наша медицина сделала свой прорыв, избавив нас от необходимости травиться различными пилюлями. Но почему они в таком случае не ищут других внешников, с развитыми технологиями?

-Как ты уже сказал, нам легко об этом говорить, Илья. Представь, что ты проник в неведомый мир, в котором смерть столь же обыденна, как чаепитие в купеческом доме. И что же ты будешь делать? Неужто бросишься в объятия к любому, у кого игрушки круче твоих? Напротив, любой кто сильнее тебя будет восприниматься как враг. Сначала всегда говорят языком силы, такова уж историческая тенденция человечества. А потом уже переходят к так называемой дипломатии.

Погрузка уже завершалась. Бойцы суетились, закрывая массивные люки. Все грузовые отсеки были до отказу забиты ящиками. Их попытались сунуть и в десантные, но там стало слишком тесно для самих людей, и пришлось выбрасывать лишнее за борт, прямо на дорогу, оглашая окрестности громким звоном. Илья и Андрей уже хотели спускаться вниз, когда неясное, тревожное предчувствие коснулось сознания Свиридова. Яркая вспышка на краю обзора, где то среди домов, острое чувство смертельной опасности, и в следующую секунду он уже прыгнул вниз, схватив словно мешок картошки ошарашенного Илью.

В стену склада, в паре метров от того места, где только что стояли они сами, врезалась огненная стрелка. Взрыв был оглушительным. Система костюма сразу же отключила звуковые узлы, обращая мир в тишину, чтобы защитить от разрушительно шумового воздействия хрупкие человеческие тела. Андрей с грохотом приземлился на землю, на чуть подпружинивших ногах. Отвечавшие за амортизацию системы протестующее запищали, негодуя на столь варварское к ним отношение. Действуя на одних инстинктах, Андрей с силой оттолкнул друга прочь, в тот же момент услышав гремящие по броне костюма обломки стены. Один особенно сильный удар едва не поставил его на колени. Видимо останется вмятина. В этот момент ошарашенная быстро развивающимися событиями система костюма наконец осознала что на владельца напали. Все панели покрылись тонким слоем силовой защиты, жравшей огромное количество энергии, но неплохо защищавшей от физических атак. Казаков уже бежал к своему танку, полностью осознавая сложившуюся ситуацию.

Андрей развернулся, бросившись к своему багги, но вовремя успел остановиться. Лишившаяся стабильности стена разрушалась на глазах. Массивные элементы конструкции осыпались вниз. Кусок стены рухнул прямо на турель, сминая ее, и обращая грудой высокотехнологичного хлама. Следом со скрипом упала лестница, полностью блокируя несчастный транспорт. Понимая что железного друга уже не спасти, Андрей на всей мощи искусственных мышц бросился к одному из грузовиков, уже готовившемуся мчаться прочь, и ухватился за приваренные сбоку поручни, необходимые как раз для таких вот случаев. Раздался оглушительный треск, в котором без труда узнавался танковый залп. Илья стрелял, судя по всему, по приборам, потому что визуальная позиция атакующих так и не отслеживалась, по крайней мере оптикой костюма и молчащих турелей. Один из соседних домов буквально разрезало, на уровне четвертого этажа, снося все перегородки. Страшен был огонь главного калибра. Вот только, попали ли они хоть по кому то? Кто вообще это был, и зачем атаковал?

Пять грузовиков вытянулись в колонну, набирая максимально возможную для такой загрузки скорость. Вообще, в таких условиях, следовало бы сбросить груз. Вот только как это сделать то? Все под завязку забито надежно закрепленными ящиками. Колонну замыкал танк, хаотично обстреливающий соседние дома. Видимо Казаков решил навести побольше шороху, и помешать невидимому противнику. Жаль что винтовка осталась на крыше. Сейчас наверное лежит, раздавленная обломками. Было во всем этом что то странное, на что Андрей обратил внимание только сейчас. Зачем? Зачем эти неизвестные атаковали таким громким и мощным оружием две одинокие фигуры на крыше? Снимать часовых ракетами, или чем то вроде того, это конечно занимательно, но в этом нет никакого смысла. Почему не атаковали танк, или запирающий выход грузовик? Тогда у отряда были бы очень большие проблемы. Но чего они все таки добивались сейчас? В этот момент с одного из домов сорвалась новая огненная стрела. Танк сразу среагировал, ударяя по месту запуска, и превращая целый сегмент дома в осыпающиеся руины, но было поздно. Ракета в считанные секунды преодолела дистанцию до первого грузовика, и вонзилась в просторный грузовой отсек. Еще один оглушительный взрыв перекрыл все прочие звуки, блокируемый аудиосистемой.

Выглядело это красиво, по своему. Как в замедленной съемке, Андрей наблюдал за вспучившимся отсеком грузовика. Тот покраснел, и взорвался, выбросив по другую сторону от попадания язык пламени. Отсек разорвало на лоскуты, разбрасывая вокруг слитки, опадавшие на землю тяжелым дождем. Несколько серебристых слитков ударили по нему, не причиняя никакого вреда. Судя по открывшемуся виду, грузовик лишился не только грузового, но и транспортного отсека, иссеченного взрывом. Никто не смог бы выжить, а значит у них первые потери. Почему то машина не опрокинулась, продолжая гнать вперед. Неужели водитель жив? Впрочем, бронекапсула кабины бала очень серьезной, равно как и защита основных систем. С домов сорвалась еще одна ракета, летевшая судя по всему прямиком в грузовик, на котором как клещ сидел Андрей. В этот раз Казаков действовал по другому. С башни танка сорвалась встречная ракета, быстро набирая скорость, и идя наперерез вражескому снаряду. Тот попытался уклониться, но встречная ракета повторила маневр. Огненная вспышка в воздухе имела не менее чем семиметровый диаметр, заполненный ревущей пламенной стихией. Что за снаряды то такие?

Грузовики резко повернули, уходя из сектора обстрела. Танк следовал за ними, сбив по пути еще две вражеские ракеты, и разворотив залпами соседние здания. Одна из последних ракет взорвалась у самой брони, сожженная системами активной защиты, и не причинив технике никакого вреда. Отряд благополучно покинул опасный кластер. Уже в лесу, на грунтовой дороге, поврежденный взрывом грузовик неожиданно съехал в канаву, глухо врезавшись в одинокую березу. Андрей соскочил с брони, и подбежал к кабине, распахивая ее. Она даже не была заблокирована. Водитель валялся на рулевой панели. Сиденье под ним было липким от натекшей крови. Уже не спасти. Механик машины, сидевший рядом, был жив. Судя по всему, его только оглушило. Тонкая струйка крови текла из видимого Андрею уха. В пассажирском отсеке было кошмарно. Сидевшие там шесть бойцов оказались буквально под градом осколков, изрешетивших тела. Тонкий ручеек крови тек через почти что вырванную Андреем дверь. Выживших тут не было, как и ожидалось. Бережно вытащив водителя, он уложил его в окровавленный транспортный отсек, кое как приладив дверь. Не время скорбеть.

Из открывшегося люка танка вывалился Илья. Через прозрачную маску его костюма было видно его бледное, испуганное лицо. Андрей нервно усмехнулся, понимая что его лицо, скорее всего, ничуть не лучше. Казаков подошел к машине, озирая кровавое месиво в отсеке. Свиридов заметил, что на слабо укрепленном костюме друга виднеются вмятины. Оставить их могли только обломки здания. Вовремя, выходит, оттолкнул его прочь. Илья поймал его взгляд, и кивнул.

-С меня причитается. Ты сегодня спас мою шкуру от игры в лотерею Стикса. А так, глядишь, еще поживу немного. Но что это вообще было?

-Я сам не понял. Что приборы танка показали?

-Ничего, Андрей. Ничего. Я отслеживал запуски ракет по их тепловому следу, но самих точек запуска и атаковавших нас не засек. Словно их системы маскировки значительно превосходят наши.

Андрей едва не начал истерично смеяться.

-Хорошо что наши системы боевой автоматики столь же значительно превосходят их. Нам срочно нужно на базу. Мой багги приказал долго жить, сяду за баранку этого монстра. Вроде основные узлы целы. Хвоста нет?

-Вроде нет. Мы его можем и не заметить, если они такие умельцы в маскировке. Ладно, выхода у нас все равно нет.

Колонна снова пришла в движение. Андрей сел на место водителя, все еще липкое от крови, и протер панель управления. По его команде двигатель, заглохший для экономии энергии, запустился. Выбравшись из канавы, изувеченный грузовик покатил в сторону базы, прыгая на кочках неровной грунтовой дороги.

Глава 3. База.

На базе было неспокойно. Сразу стало понятно, что не только с их рейдовым отрядом случилось что то странное. Уже на дальнем периметре, в нескольких километрах от стаба, на котором засела база, колонну остановил спешно установленный блокпост. Дорогу перекрывали два окопавшихся танка, около которых суетились люди в боевых костюмах, как две капли воды похожих на собственный костюм Андрея. А тот был весьма хорошей модели, и кому попало его выдать не могли. Наверное не могли. Кто знает, каков масштаб проблемы. Еще в пути, Андрей несколько раз пытался связаться с капитаном Соколовым, но связь отсутствовала. Равно как и связь с другими машинами. Сбросив все на неисправности поврежденного грузовика, он решил на время отложить этот вопрос. Когда колонна встала перед блокпостом, он выскочил из кабины, и подбежал к соседней машине. Выпрыгнувший наружу водитель в облегченном боевом костюме вопросительно посмотрел на него.

-Передатчик исправен? Мне надо связаться с базой.

-Так нету связи то, - водитель, будто извиняясь, развел плечами, - совсем нет, будто отрезало. Я конечно не по этой части, но, кажется, ее специально глушат. Причем мощно так, с самой базы.

Поблагодарив водителя, Андрей побежал в начало колонны, к танку, где Казаков что-то бурно обсуждал с бойцом-часовым. Обсуждение явно зашло в тупик. Приблизившись, Свиридов смог услышать их перебранку.

-Что это, мать вашу, за чертовщина, - буйствовал Казаков, - по какой причине группа не может пройти в сторону базы, без досмотра груза?

-Приказ свыше. Досматривать весь транспорт, движущийся в сторону базы. Никак не могу пропустить вас, господин штабс-капитан.

-Да вы сдурели что ли? У нас тут полные отсеки проклятых слитков. Их только разгружать часа два. А у нас срочные известия для штаба.

-Погоди, Илья, - Андрей сразу вник в суть дела, невероятно быстро обдумывая варианты действий, - часовой, хрен с тобой, сколько займет осмотр машины без грузового отсека?

-Ну, минут пять, никак не меньше.

-Сойдет, вот что, - обратился Андрей к Казакову, - я поеду на своей. Грузовой отсек у нее снесло нахрен, а трупы в пассажирском груз простой, надолго осмотр не затянется. Поеду прямиком к управлению, попробую связаться с Соколовым. Он то должен что то знать. Кстати, часовой, что со связью?

-Докладывали по закрытому каналу, что глушат, господин лейтенант.

Андрей подогнал к блокпосту изувеченный грузовик, и несколько бойцов быстро осмотрели его, немало ужаснувшись складу мертвецов. Желания задавать вопросы у них как то резко поубавилось. Набирая ход, машина устремилась к базе. Несколько раз на дороге попадались танки, спешно укрепляющие боевые позиции, и не обращающие особого внимания на несущийся мимо грузовик, несмотря на всю необычность его полуразрушенного вида. А вот самого Андрея массив летающей крепости, воздушной боевой платформы, парящий над базой, удивил прямо таки до глубины души. Платформу предпочитали держать на земле, в качестве одного из строений лагеря. Летать высоко все равно не получалось. Гулящие поля черноты иногда каким-то образом выскакивали на визуально свободные пространства, мгновенно выводя из строя электронику. На низком же полете, платформа была неоправданно уязвима, и такой дорогой техникой предпочитали не рисковать, используя лишь для переброски особо тяжелых грузов и групп разведки по давно проторенным маршрутам. Сейчас же, судя по вращающимся боевым модулям крупнокалиберных турелей, которым недалеко было до полноценных орудий, платформа была именно в боевом режиме, готовая в любой момент отразить вражескую атаку.

Бросив грузовик на пустой стоянке, ранее занимаемой танками, Андрей бросился к главному входу. Видимо его узнали. Ничем иным быстро открывшейся автоматической двери объяснить бы не получилось. На территории царил так называемый организованный хаос. Повсюду ходили люди в защитных костюмах, перетаскивая с места на место ящики. Около арсенала скопилась целая толпа народа, вытаскивавшая на свет божий все новое и новое оружие. В том числе тяжелое, державшееся от греха подальше под замком. Погасли вывески бара и публичного дома, единственных мест, где солдаты базы могли сбросить пар, не сыграв со Стиксом в прятки. Явное свидетельство введенного чрезвычайного положения. Пробравшись среди снующей толпы, прямиком к зданию штаба, Андрей беспрепятственно вошел внутрь. Система защиты опознала его костюм, и не собиралась препятствовать войти в здание тому, кто имел на то полное право. По сравнению с хаосом снаружи, внутри было как то пустовато. Хоть штаб и был герметичным строением, одним из жилых модулей, в которых можно было безопасно дышать, почти все, кого он встретил, ходили в защитной экипировке, хранившейся в специальных ячейках на случай разгерметизации. Над кабинетом Соколова горела зеленая лампа. Владелец был на месте. Андрей вежливо постучал в дверь.

-Господин капитан, разрешите войти?

-Андрюша? – раздался удивленно-радостный голос Соколова, - Это ты? Заходи быстрее.

Андрей вошел в кабинет, воочию увидев старого вояку. Тот закопался в каких то бумагах, перекладывая их из стопки в стопку. Вид у него был неопрятный, что было для капитана нехарактерно. Жестом предложив Андрею сесть, Соколов уставился на него.

-Алексей Семенович, что происходит?

-Молодец, Андрей, с седла рубанул. Мы под атакой. Хотя, судя по твоему виду, это ты и так уже понял. Рассказывай ты, да побыстрее. Потом я расскажу, что знаю, и что тебе можно знать.

Андрей, так быстро, как мог, описал произошедшее во время рейда. По ходу его рассказа, капитан все больше мрачнел, даже не обращая внимания на бумаги у себя в руках.

-Какие потери?

-Шесть человек, господин капитан. Шесть бойцов и водитель грузовика. Механик ранен, но не думаю что серьезно.

-Считай, легко отделались, Андрей. Так вот, для начала, так сказать, новость дня. Стаб «Тихий» уничтожен.

Новость была действительно ошарашивающая. «Тихий» являлся одним из крупнейших стабов, расположенных на крайнем севере Долины, едва ли не на границе черноты. В соседний с ними кластер часто прилетало банковское отделение, с полутонной золота, скупаемого базой за боеприпасы и кое какую технику. Места там были мирные, и крупная мертвячина была там редкостью. Однако стаб все равно считался укрепленным, и взять его так просто, с наскока, смогла бы разве что сама база, если бы напала основными силами.

-И кто же смог сделать такое?

-А вот это мы хотели бы и сами узнать.

Соколов открыл голографическую панель, и повернул ее к Андрею. Представшая картина была неприятной. Место, где ранее располагался стаб, узнавалось с трудом. Повсюду виднелись следы отчаянного сражения. На выгоревших стенах, сложенных из бетонных блоков, покоились останки защитников. Кое где в стенах были пробиты солидные дыры.

-Видишь? Кто-то буквально выжег целый стаб, находящийся под нашим протекторатом, а мы и сделать то ничего не можем, потому что не понимаем, кто такой наглый, и у кого вообще могло найтись столько оружия. И самое противное что это не единственный случай. Пропала колонна техники с платиной, рейдовый отряд кластера К-81. Атакован неизвестными стаб «Березовый». Ракетная атака с дистанции, тип снаряда не опознали. Собрали совет штаба, но ничего дельного пока не придумали. Ввели чрезвычайное положение на базе, глушим связь на сто верст окрест, общаясь лишь по закрытым каналам, и отслеживая каждый шумок в эфире. Есть правда пара гипотез. Кое-кто думает, что наши недоброжелатели с Земли тоже нашли дорожку в Стикс, и сейчас вежливо просят нас потесниться. Не знаю, может ли это быть правдой. Все беспилотники подняты в воздух, обыскиваем местность на максимальной дистанции.

-Вижу. Плохо все, - Андрей толкнул голографический экран, возвращая его в стол, -что говорят извне?

-Ничего особенного. Обещали через шесть часов прислать дополнительной поисковой техники. Скоростных беспилотников, управляемых зондов. И людей малость, в усиление. И вот на фоне всего этого, скажи мне честно, насколько сильно ты дорожишь своей шкурой?

-Не особо, - даже не раздумывая, ответил Андрей, -шкура конечно дорога, но до трусости свою бережливость в этом вопросе не довожу. Я так понимаю, у тебя есть какая то работенка для меня?

-Да, и важная. Через пятьдесят два часа перезагрузится кластер К-70 «Мясорубка». Ты же знаешь, чем славен этот милый городок, похожий чем-то на Новый Йорк в Америке?

-Примерно, - воспоминания пронеслись в голове неприятным каскадом, - это был кластер, в который я попал во время первого рейда. И вроде как сейчас там все такой же кошмар.

-Ну да, мясорубкой его не просто так прозвали. Но ценен он не экстремальными гонками с тухлятиной, а одним из институтов в центре. Эту информацию стараются не сильно распространять, но именно оттуда идет едва ли не пятая часть всего нашего финансирования. Калифорний. Этот чертов металл по прежнему очень дорог на земле, а там в одной из лабораторий несколько контейнеров с ним. Ну, его там, конечно, не так уж и много. Около двух килограммов, в совокупности. Только вот это на самом деле дофига и больше. Туда должен был отправиться Стервятник, со своими ребятами. Но как ты наверное уже догадался, именно они перевозили эту несчастную платину, и сейчас непонятно даже где находятся их тела.

-Так ты хочешь, чтобы этот отряд повел я?

Андрея не особо радовала перспектива посетить этот кластер. Сейчас он конечно уже окреп, физически и духовно, но воспоминания о том неприятном визите все еще были крепки в памяти. Однако надо же когда то преодолевать свои страхи. Тем более, что за такую сложную миссию наверняка хорошо доплачивают. Доплачивают, да. Эта мысль вызывает только усмешку, учитывая что за эти годы на счетах скопилось приличное состояние, больше половины процентов с которого уходит на благотворительность по воле самого Андрея. Ему оно особо и не надо.

-Да, лейтенант Свиридов, я хочу чтобы вы собрали отряд, и вывезли груз калифорния из кластера К-70. Ввиду особого положения данной миссии, вам будет выделена малая летающая платформа.

-Платформа?

Андрей удивился. Не так часто штаб решал поднимать в воздух доступные летающие машины, ограничиваясь беспилотниками и зондами. Интересный шанс взглянуть на Долину с высоты птичьего полета.

-Хорошо, господин капитан, я подчиняюсь вашему приказу. Людей в отряд мне разрешено набирать откуда угодно?

-Ну, Андрей, если они сами на это согласятся. Все таки кластер в наших кругах известен. Если будет недобор, сообщи мне, в приказном порядке народ наберем.

Из кабинета начальства Андрей вышел в несколько тревожном состоянии духа. Вся эта история ну слишком плохо пахла, и чувствовалось что ее последствия могут идти куда дальше, чем кажется на первый взгляд. Выйдя из штаба, и вновь окунувшись в окружающую суету, он задумался. Что делать дальше? Однако после того как взгляд упал на упорно разграбляемый солдатами арсенал, план действий сложился сам собой. Для начала, необходимо разжиться новым оружием. Зайдя в высокую металлическую дверь, Андрей пошел через арсенал. Люди расступались, уступая дорогу человеку в боевом костюме. Все таки такой и зашибить может ненароком. Стойки с тяжелым ручным вооружением популярностью по понятной причине не пользовались . Выглядели то они конечно пафосно, но управляться с этими массивными бандурами смог бы далеко не всякий стрелок. Нужен был опыт. Которого у Андрея было хоть отбавляй.

Сначала его взор пал на винтовку, точную копию той, что он оставил в рейде. Это привычное, удобное руке оружие. Но шанс так вот вольно грабить арсенал возникает не каждый день. Пройдя чуть дальше, он подошел к стойке, на которой гнездились всего три винтовки, едва ли не в полтора раза превышавшие первый экземпляр. Называемые по старой народной привычке «слонобоями», эти винтовки были ограничены для выдачи, так как считались бронебойными, и были предназначены в основном для поражения техники. Разумеется, их техники, а не местных гражданских замухрыжек, забрасываемых перезагружающимися кластерами. Выстрел такой винтовочки не только снес бы тому элитнику голову, но и добрый кусок тулова впридачу. Зашкаливающая мощность для работы по живым целям. И вместе с тем, крайняя беспомощность в бою с массой. Хотя, не совсем, в теории выпущенный заряд смог бы пробить и пару десятков стоящих друг за другом медляков. Но для этого их еще как то выстроить нужно. Забросив винтовку на плечо, где располагалось оружейное крепление костюма, Андрей выдернул из ящика под стендом пару картриджей со стержнями, засовывая их в специальные кармашки по левому боку. Винтовка есть, но одной винтовки явно мало.

На одной из полок лежал автомат. Классический, почти не поменявшийся со времени Великой Войны, когда был применен впервые. Тогда он назывался автоматом Федорова. Однако, сходство было только внешним. Эта, в сравнении с винтовкой, сущая пукалка имела огромную скорострельность, и неплохую поражающую способность. Если стрелять по начинающим мертвецам. Для элиты она, что слону дробина. Может и ранит, да не сильно, а скорее и вовсе не пробьет брони пластин. Автомат также занял свое место, на боковом креплении. Следующим на очереди был меч. Да, странно конечно, но в мире Стикса оказались крайне полезны усовершенствованные варианты холодного оружия, в том числе и классические. На стойке висели десятки обычных сабель и шашек, в ножнах. Но это явно было не то оружие, которое должно быть в руках у массивной боевой машины, которой по факту и являлся Андрей. Открыв специальный шкаф, он вытащил из него классический русский меч, обоюдоострый клинок в полтора метра длины, с удлиненной под массивную ладонь боевого костюма рукоятью. Клинок послушно лег к разъемам питания, и по его ровной поверхности прошла волна вибрации, едва заметная невооруженным глазом. Виброклинок, вершина развития холодного оружия, рассекавшая плоть и сталь так же легко, как разогретый кухонный нож свежее масло. Конечно, настоящую броню это оружие вскрыть не могло, но от него этого и не требовалось. Оно было создано, специально чтобы рубить мертвяков. Прямой укол таким, быть может, смог бы даже пробить пластину живого элитника. Уверенности в этом не было, потому что безумцев, возжелавших подраться с монстром «на кулачках» Андрей пока не встречал. Побродив еще немного по арсеналу, он забил предназначенные для этого карманы костюма дисками импульсных мин и осколочно-тепловыми гранатами. Оставалось только затариться картриджами с едой.

Еда. В животе неприятно заурчало, и Андрей понял, что ничего не ел с момента отбытия с наблюдательного поста. Можно конечно было добраться до склада продовольствия, и взять там пару емкостей, с уже привычной питательной жижей, безуспешно пытающейся копировать нормальные вкусы, но зачем оно надо, если он сейчас на базе? Недалеко от публичного дома, несмотря на некоторую странность такого соседства, стоял крупный блок столовой, куда Андрей и направился. Пройдя через шлюзовую камеру, он оказался в просторном помещении, заставленном столами. С чмокающим звуком, открылись крепления шлема, и впервые за долгое время он смог вдохнуть полной грудью воздух, обычный воздух, наполненный миллионами запахов, а не вычищенный до полной стерильности фильтрационной системой костюма. Пахло жареным мясом. Это он вовремя заглянул. Подойдя к массивному столу, предназначенному как раз таки для бойцов в боевых костюмах, он открыл панель меню и сделал заказ, маясь в предвкушении нормальной еды, едва ли не впервые за несколько месяцев.

Глава 4. Институт.

В просторном десантном отсеке малой воздушной платформы было тихо. Шум работающих двигателей заглушался отличной звукоизоляцией, усиленной мощными защитными экранами. Платформы, дальние родственники винтокрылов, не испытывали типичных для боевых костюмов проблем с экономией энергии. Массивный блок энергетических ячеек мог бы обеспечить энергией целое отделение бойцов, и осталось бы еще достаточно для полета и даже ведения эффективного огня из восьми расположенных по периметру турелей и главного орудия под брюхом. Сидя на мягком кресле, Андрей изучал собранную им в спешке команду. Как и ожидалось, желающие отправиться в пекло «Мясорубки» на дороге не валялись, но отчаянные головы найдутся везде, если хорошенько поискать. Отряд состоял из пяти человек, не считая самого Андрея.

На противоположном кресле сидел здоровенный мужик, казавшийся еще более здоровым из-за усиленной брони, такой же как у Андрея. Его звали Игорь, и на базе он был довольно известным человеком, являясь одним из лучших бойцов ближнего боя. На креплениях его костюма был закреплен виброклинок, чуть больше того, который выбрал себе сам Андрей. В руках он держал пугающе выглядящую секиру с широченным лезвием, сделанную на заказ на родине. Она не имела вибрационных функций, но и сама по себе была невероятно разрушительным инструментом, разваливавшим тела даже успевших развиться зараженных надвое без каких либо затруднений, особенно учитывая силовые возможности костюма. Сейчас, пока высвободилось время от повседневной рутины, Игорь неспешно, с расстановкой, правил лезвие своего оружия небольшим оселком. Автоматическим заточным станкам, стоявшим в мастерских базы, он не доверял. Своего рода фанатик, что тут скажешь.

Около откидного стола, в задней части отсека, сидел мужчина без защитного костюма. Имунный. Его звали Маркус, но настоящее ли это имя, никто не знал, да и не стремился узнать. Маркус не любил говорить о своем прошлом. Он был одним из редких случаев, когда пришедшие через перевал иммунные оседали в землях Базы, и вливались в ее коллектив. В прошлой жизни он явно был военным инженером, или кем-то вроде того, но большинство его знаний являлись устаревшими для технологий их мира. В конечном итоге, он обучился на сапера, и уже два года отлично подвизался на этом поприще. Перед Маркусом, на подмагниченном столе, была разложена различная взрывоопасная техника. Подрывник проверял свои игрушки, комплектуя ими специальные подсумки. Важность такого человека в команде недооценить было трудно. На пути к цели препятствия возникают постоянно, и не всегда живые. Обвалившуюся стену не зарубить и не застрелить, а вот взорвать, вполне можно. Да и расчистка пути взрывами, когда зараженные начинали переть особенно густо, была куда эффективнее даже самого ураганного огня.

Рядом с Андреем, сыто посапывая, сидел еще один боец в костюме. Броня на нем была не такой тяжелой, но в целом функционал был ничуть не хуже. Руки покрывала дополнительная сетка стальных ячеек, предназначенная для их стабилизации. Семен, а именно так и звали этого человека, был пулеметчиком команды. У его ног, на полу, лежал чудовищный агрегат, размером едва ли не с самого Семена. Скорострельный крупнокалиберный пулемет. Разумеется, метал он не обычные пули, но названия по мере развития оружия так и не изменились, прочно закрепившись за техникой схожего назначения. Андрей и Семен были знакомы давно. Приходилось пересекаться во время патрулирования восточной границы, когда туда накатывали развитые твари, и доверять этому человеку можно было не сомневаясь.

Последними двумя членами отряда были рядовые стрелки, молодое пополнение, присланное Соколовым. Звали парней Алексеем и Леонидом. Собственно, как считал Андрей, они являлись во всем отряде самым слабым звеном. Как бы хорошо не готовили их на Земле, мир Стикса всегда вносит свои коррективы. Тем паче, первая миссия, и сразу в мясорубку. Свиридов пробовал было возмутиться Соколову, и сбросить этот балласт, но тот справедливо заметил, что других добровольцев все равно нет, да и большинство бойцов сейчас рыскают по Долине в поисках неизвестного врага. Пришлось смириться, и молча ожидать сюрпризов от этой парочки. Система внутренней связи пробурчала недовольным голосом пилота.

-Приближаемся к границе «Мясорубки». Будем у нее через несколько минут. Господин лейтенант, зайдите, пожалуйста, в кабину. Нам следует обсудить некоторые моменты операции.

Андрей встал с жалобно скрипнувшего кресла, и под заинтересованными взглядами всей команды подошел к ведущему в кабину люку. Приземлившись в пустующее кресло механика, он вопросительно уставился на пилота, пожилого мужичка в защитном комбинезоне. Свиридов не знал этого пилота лично, но Соколов отзывался о нем очень хорошо. По словам капитана, этот невзрачный без пяти минут пенсионер был лучшим пилотом, имевшимся на всей Базе. Пилот повернулся к Андрею, окинув его быстрым взглядом.

-Я надеюсь, господин лейтенант, вы понимаете куда мы направляемся? Или стоит пояснить?

-Я кое что знаю, но специфику воздушного проникновения не изучал. Есть какие-то существенные отличия от проникновения по грешной земле?

-Есть. В умирающем городе постоянно происходит нечто невразумительное, из-за чего инструкцией нам предписывается не приземляться. Я доставлю вас почти к институту, и сброшу на тросе. Спуститесь по нему на крышу главного корпуса, а дальше все в руках божьих, ну и ваших, немножко. Связь будет работать плохо, особенно сейчас, когда все еще действует глушилка Базы, так что мне придется кружить над институтом, на максимально возможной в этой местности высоте.

-А нам то как дать вам знак, чтобы спускались и нас забирали?

-Вот это и есть главный аспект.

Пилот засунул руку в один из ящиков, стоявших рядом с ним, и вытащил из него что-то вроде пистолета, с очень толстым стволом. Чуть присмотревшись, Андрей вспомнил, что это такое. В музее великой войны он видал такого монстрика. Сигнальный пистолет, чистая пиротехника, какой у бойцов базы почти и не осталось. На шнурке, привязанном к пистолету, болтались несколько латунных цилиндриков с ракетами. Пилот бросил раритет в руки Андрею, и тот бережно поймал его. Устройство было очень простым, и разобраться с его использованием не составило труда.

-Как вытащите контейнеры, идите на крышу. Не буду говорить идти на крышу института, разное бывает. Идите на ту, на которую сможете пробиться. Чем выше, тем проще будет вас подхватить без риска. Как доберетесь, запускайте вверх ракету. Она яркая, даже через задымление видна будет, а там уж по приборам найду.

-Понятно. А какие конкретно могут возникнуть проблемы, для боевой платформы, в городе? Не мертвяки ж на нее полезут.

-Ну, тут трудно так уж сказать, - было видно, что пилоту тема неприятна, - но в Стиксе чего только не случается. Лучше не поминать лишний раз лихо, пока тихо. А вот и кластер. Любуйтесь на него, красавца, чтоб ему пусто было.

Через широкие обзорные экраны кабины открывался вид на город. Настоящий город, не чета «Руднику», являвшемуся всего лишь кусочком какого-то промышленного поселка. Небоскребы, шедевры неведомых архитекторов, возносились стальными пиками в небеса. Со стороны, город напоминал дикобраза, ощерившегося длинными иглами. Над кластером поднимались столбы черного дыма. Разрушение было в самом разгаре. Платформа начала огибать город по дуге, выискивая подходящий проход вглубь. Резко развернувшись на месте, она полетела над широкой улицей, на высоте в примерно двадцать метров. Экраны кабины непрерывно транслировали происходящее внизу. С облегчением, Андрей понял что не ощущает того ужаса, который обуял его в первый раз, когда он увидел заваленные телами и залитые кровью городские улицы этого места. Привык, все-таки. Внимательно уставившись на экраны, он осматривал пространство, и вскоре заметил искомое. Крупная элита, с залитой кровью мордой, с интересом смотрела на платформу. Решив что такая добыча не стоит траты сил, монстр вернулся к пожиранию чьего то изувеченного тела. Значит, элита уже прибыла на пиршество, и стоит соблюдать максимальную осторожность. Впрочем, откуда ей тут взяться в больших количествах? Перевалы до сих пор под контролем, а по черноте эти монстры не ходят. Наконец, показался институт. Видимо, он являлся частью старой застройки, так как самый большой его корпус по высоте не превышал пяти этажей. Вертолет завис как раз над ним.

-Ну все, дуй к своим, -пилот ободряюще хлопнул Андрея по плечу, -постарайтесь найти цель в течение двух часов. А то тут иногда небоскребы разрушаются. Не хотелось бы, чтобы вас привалило.

Ободренный столь странным напутствием, Андрей закрыл дверь кабины. В десантном отсеке все уже были готовы, собравшись около люка. Царило сосредоточенное молчание. Работа предстояла по-настоящему нелегкая. Люк скользнул в сторону, и в тишину отсека ворвалось гудение двигателей.

-Ну, с богом, - Андрей пристягнул карабин троса к костюму, подергав соединение, для надежности, - поехали, мужики.

Шаг в пустоту, и он уже скользит вниз. Мягкий магнитный тормоз системы спуска не позволяет слишком ускоряться, но и не замедляет сильнее необходимого. Ботинки коснулись поверхности крыши, почти без удара. Отщелкнутый трос улетел наверх, и уже следующий член команды начал свой стремительный спуск. Андрей, держа в руках автомат, осмотрел крышу. В дальнем ее конце, скрытая многочисленными вентиляционными трубами и техническими башенками лифтов, виднелась лестничная дверь. То, что он сейчас наблюдал, почти совпадало с переданными ему Соколовым планами этого здания, а значит шанс найти ценный материал возрастал. В таких операциях всегда был риск, процентов в десять минимум, что отправившаяся в рейд группа вернется с пустыми руками. Стикс непредсказуем, и любит зло шутить над своими обитателями.

Вся процедура высадки заняла всего несколько минут. Отряд двинулся вперед, внимательно осматривая местность, и стараясь издавать как можно меньше шума. Около двери на лестницу виднелись следы крови, но того, кто их оставил, нигде на крыше не было. Андрей подергал ручку, и понял, что дверь заперта. К сожалению, замок на этой двери был механическим, и встроенные в костюм системы взлома были бесполезны. Вперед вышел Игорь, вставляя топор в узкую щель между косяком и дверью. Толстое лезвие вошло со скрипом, раздвигая металл двери. Осторожно поворачивая оружие на манер рычага, Игорь ломал дверь. Хрустнул запор, и дверь скрипуче распахнулась. Игорь резво отскочил в сторону, открывая путь стрелкам, уже готовым уничтожить потенциальную угрозу. Однако ее там не было. Освещенная красными аварийными лампами лестничная площадка была пуста. На плитке пола были следы из размазанной крови, судя по которым кто-то, бывший тут ранее, ушел вниз. Семен поставил приклад пулемета на пол и аккуратно перегнулся через перила, заглядывая вниз.

-Господин летейнант, а где конкретно находится то, что мы ищем? Али по всем шести этажам прикажите шариться? – пулеметчик вопросительно посмотрел на Андрея.

-Девяти, - Свиридов мрачно усмехнулся, - тут еще три подвальных этажа должно быть, если это именно нужное нам здание. Обычно, склад радиоактивных материалов находится именно там, в подвале.

Один из молодых стрелков, Алексей, удивленно вскинулся. Известие о том, что искомое ими является радиоактивным материалом, его несколько удивило. По какому то непонятному настоянию Соколова, отряд не был поставлен в известность, о конкретном предмете поисков, но сейчас, на месте, смысла скрывать этого не было.

-Именно радиоактивных, бойцы. Довожу до вашего сведения, что нам нужно найти и извлечь не просто какой то ценный металл, вроде золота или платины, а несколько контейнеров с радиоактивным калифорнием. От того, насколько успешно мы его добудем, в некоторой степени зависит щедрость содержания нашей базы. Насколько я понимаю, он уж очень дорогой. Ладно, двинули.

Отряд преодолевал этаж за этажом, не встречая никаких признаков иммунных или зараженных, кроме разлитой повсюду крови. Честно говоря, Андрея такое сильно тревожило. Конечно, мертвяки могли просто уйти отсюда, на какой-нибудь шум на улице. Они такое любят. Но с такой же долей вероятности, их могло что-нибудь сожрать, и вот от этого по спине пробегал неприятный холодок. Убивать ослабленную синтетическим ядом элиту, это совсем не то же самое, что и столкнуться в ближнем бою со здоровой особью. Первое тело, а точнее целая груда тел, попалось на уровне второго этажа. Тут полегло не меньше семи человек, на которых виднелись обрывки белых лабораторных халатов. Ученые института. У всех были оторваны, а скорее даже откушены головы, которых нигде не было видно. Точно, элитник. Коридоры института были широки, и развернуться тут для средних размеров твари труда не составит. Андрей молча подал сигнал остальным, устанавливая третью, высшую степень тревоги, давно отработанным среди бойцов базы жестом. Остальные подобрались, готовые в любой момент начать бой.

На первом этаже было так же пусто, как и на предшествовавших. Лестница обрывалась, утыкаясь в бетонный пол. Очевидно, в подвал вела какая то другая лестница, или же подвала не было вовсе, и вот тогда успех миссии видится крайне сомнительным. Андрей открыл ведущую с лестничной площадки дверь, и осторожно выглянул наружу. В просторном холле, отделанном мраморными плитами, валялись несколько слегка объеденных тел. Над одним из них склонилась массивная фигура, отдаленно походящая на гориллу. Кусач. В непропорционально длинных руках мертвяк держал человеческое тело, отдирая от него целые куски с жадностью дорвавшегося до шведского стола голодающего, и прерывисто урча. Андрей снял с крепления винтовку, переводя ее в бесшумный режим огня. Мощность значительно падала, как и пробивная способность зарядов, но кусач не та цель, ради которой может понадобится основная мощь этого орудия. Хоть его кожа ороговела, она уязвима даже для пуль примитивных пороховых самострелов. Винтовка едва слышно кашлянула, испустив почти невидимую вспышку синего свечения, и кусач лишился головы. В споровом мешке таких зараженных все равно никогда не встречалось стоящих вещей. Несмотря на это, Андрей поймал недовольный взгляд подрывника Маркуса. Ну да, он то сам не иммунный, ценности этого барахла толком не понимает. Виновато пожав плечами, Андрей открыл дверь до конца.

-Разбиться на двойки, - тихо произнес Андрей, - ищите лестницу вниз или лифт. Лестницы тут может и не быть.

-А чего искать то? – Маркус показал пальцем в дальний конец холла, где виднелись слабозаметные из за аварийного освещения двери лифтов. Всего лифта было три, но внимание привлекал центральный из них. Раздвижные двери буквально разворотили, погнув тонкий метал и деформировав до нерабочего состояния. Кое-где сталь была буквально порвана. Оптика костюма услужливо увеличила повреждения. Опять этот проклятый элитник. Рядом с лифтами нашлась и дверь на подвальную лестницу. Андрей осторожно подошел к центральному лифту, и заглянул внутрь, готовый в любой момент открыть огонь на максимальной мощности. Шахта лифта была пуста. Сам лифт висел где то на высоте между вторым и третьим подвальными ярусами. Из открытых дверей минус второго этажа струился свет.

По лестнице спускались аккуратно, каждую секунду ожидая нападения. Первый подвальный этаж был закрыт. Массивная стальная дверь, не чета той, что была на крыше, перекрывала проход. Открывалась она электронными пропусками, считыватель которых находился рядом. Взорвать ее было возможно, но зачем, если искомое должно быть на втором этаже. По крайней мере, вся надежда была именно на это. А вот закрытая дверь следующего этажа, хоть и была ожидаема, заставила Андрея поморщиться, словно от головной боли. Взрывать, и никак иначе. Можно конечно было спуститься по шахте лифта, но по какой то причине в наборах снаряжения не было тросов, способных безопасно опустить людей в тяжелых боевых костюмах. А пускать в одиночку слабозащищенных, в месте, где предположительно гуляет элита, было бы мягко говоря глупо. Искать пропуск для второго яруса? Так что толку то, если считыватель обесточен. Да и поди найди в этом кладбище один единственный кусочек пластика. Кивнув Маркусу, Андрей и остальные члены отряда поднялись наверх.

Маркус деловито постучал по двери в нескольких местах, довольно кивнул, и открыл один из своих увесистых подсумков. Андрей сразу узнал импульсные мины, которые он и сам использовал, пусть и довольно примитивным образом. Достав сразу два диска, подрывник установил их в тех местах, где предположительно должны были находиться дверные запоры. Нацепив на голову болтавшийся до того у него за спиной шлем, Маркус еще немного поколдовал над дверью, и быстро побежал к остальным. Через несколько секунд раздался противный резкий звук, и толстенная бронированная дверь, словно получив увесистый удар от кулака какого то великана, распахнулась. Удерживавшие ее стальные штыри запоров выворотило вместе с куском стены. Да, великая сила, технологии. Маркус довольно осмотрел дело рук своих, такое простое с виду, и столь сложное в исполнении.

На втором этаже царил разгром. Около входа валялось пять, довольно сохранных трупов в лабораторных халатах. Длинный коридор, с дверями по обеим сторонам, освещали встроенные в потолок длинные светильники. Это было не аварийное освещение, даже странно, отчего так. Около раскрытых дверей лифта виднелись огромные царапины, явно не дело рук человеческих. По очереди открывая двери, и готовые в любой момент атаковать спрятавшегося за ними монстра, бойцы обследовали этаж. Как выяснилось, в обследовании было мало смысла. Одна из последних дверей на этаже была помечена знаком радиоактивной опасности, одинаковым, наверное, во всех, или по крайней мере в большей части миров. Выбив замок выстрелом из винтовки, они вошли внутрь. В небольшой, примерно шесть на шесть метров, комнате, все стены которой покрывали странные металлические трубочки, лежало множество белых ящиков, помеченных значком радиации. Игорь стоял в проходе на страже, угрожающе покачивая топором, пока остальные бойцы перебирали контейнеры с различной маркировкой. Торий, плутоний, палладий. Все не то. Взломав один из ящиков, запертый на ключ, Андрей извлек на свет божий тяжеленный чемодан. И наконец увидел маркировку калифорния. Весил чемодан никак не на обещанные Соколовым два килограмма металла, но видимо такая масса обеспечивалась какими то защитными приспособлениями внутри. Открыв защелки, Андрей приоткрыл чемодан, заглядывая внутрь. Защитная система костюма протестующее возопила, предупреждая о опасности содержимого. Внутри лежали крохотные кусочки металла, каждый в своей персональной ячейке. И было их немало.

-Уходим, - захлопнув крышку, Андрей пошел к коридору, - задание выполнено.

Свет неожиданно начал мерцать. Неприятный урчащий звук, пробирающий до мозга костей, раздался откуда то сверху. Панели потолка, метрах в десяти дальше по коридору, покрылись трещинами. Андрей бросил чемодан, вскидывая винтовку. Остальные последовали его примеру, насколько вообще позволяло пространство коридора. Потолок с глухим треском обвалился, и в скоплении образовавшейся пыли и мерцающего освещения, все увидели ее. Огромную элиту, измазанную с ног до головы в крови. Монстр, казалось, улыбается. Жуткой улыбкой маньяка убийцы. Мигнув особенно ярко, свет погас.

Глава 5. Крушение.

Неожиданно обрушившуюся темноту разорвали голубые вспышки выстрелов. Системы боевых костюмов перешли на ночной режим, обратив темноту серым полумраком, но нескольких мгновений слепоты элите хватило, чтобы подобраться вплотную к наглым людям. Элита была быстра. Очень быстра. С нечеловеческой скоростью, она бросалась от стены к стене, уклоняясь от огня своей растерянной добычи. Несколько зарядов все таки задели монстра, но не серьезно, лишь еще больше разозлив эту бронированную громаду. Рывком оказавшись около людей, мертвяк с силой ударил стоявшего впереди Илью, и тут же с шипением отдернул лапу, обожженную силовыми полями. Тем не менее, нанесенный удар был очень силен. Массивный боевой костюм отлетел назад, лишь чудом не раздавив Маркуса, вовремя успевшего отпрыгнуть. Пулемет рычал, осыпая элиту сотнями зарядов, оставлявших на ее броне небольшие выщерблины. Андрей вскинул ствол винтовки, целясь прямо в голову твари, но быстрый, едва уловимый удар лапы, впечатал в стену и его. Словно в замедленной съемке, он наблюдал как тварь, схватив поперек туловища молодого стрелка Леонида, разрывает его пополам. На пол, и на застывшего в ужасе Алексея, хлынули потоки теплой крови, и выпадающие из мертвого тела внутренности. Элита торжествующе заурчала, воздевая лапы с останками Леонида к потолку.

И в этот момент, что-то произошло. Монстра словно заклинило. Он застыл в одном положении, затихнув, и лишь слегка покачиваясь, как дерево на ветру. Еще не оправившийся до конца от удара Андрей наблюдал за Маркусом, приближающимся к монстру. Маркус приближался неспешно, словно шел навстречу любимому другу. Андрей смотрел, испытывая благоговейный восторг. Так вот они какие, дары Стикса. На базе о них ходило много слухов, да и иммунные кое что показывали, но были это в основном всякие глупости, мало чем полезные в реальном бою. Оказавшись едва ли не в метре от монстра, он резким движением выхватил из подсумка диск импульсной мины, и впечатал его прямо в грудь элиты, отшатнувшись назад. Монстр, словно очнувшись от сна, с недоумением посмотрел на жалкое человеческое существо, спешно от него убегавшее, и бросил верхнюю часть трупа, намереваясь ударить наглеца. В этот момент мина сработала. Монстр, получивший чудовищный удар в грудь, отлетел к самому лифту, преодолев не меньше десяти метров. Мина видимо была усиленной. Установлена она была не совсем правильно, так что часть волны пришлась на Маркуса и залитого кровью Алексея, отбрасывая их в другую сторону, к уже успевшему оправиться от удара Илье.

Элитник поднялся. На его грудных пластинах, потрескавшихся, и частично развалившихся, виднелись выступающие пузыри и какая-то коричневая жижа. Монстр пошатнулся, и злобно заурчал. Это было странно, очень странно. Андрей знал, что элита куда умнее обычных монстров, и знает, когда надо отступить. Так почему же она так упорствует? Она не может быть голодна, еды тут столько, что целой армии таких тварей хватит. Так почему же? Не вставая, Андрей поднял винтовку. Ствол загудел, накапливая заряд. Семен, меньше всех пострадавший в этой разборке, продолжал стрелять. Иногда заряды пулемета достигали плоти, проходя через поврежденные сегменты брони, и причиняя элите немалое неудобство. Но убить ее таким образом не получится. Монстр с обреченным упорством шагал вперед. Андрей направил ствол прямо на ее башку, выведя данные прицела на экран костюма. С громким треском разряда молнии, и яркой вспышкой, слегка разогнавшей коридорный мрак, заряд отправился в полет. Монстр не уклонялся. Он даже не заметил атаки, снесшей ему нижнюю челюсть и изнутри разворотившей споровый мешок. Тело с грохотом осело на пол, словно робот, у которого закончился заряд.

-Сдох? – поинтересовался на удивление спокойный Семен, меняя картридж в своем скорострельном чудище.

-Сдох, - Андрей поднялся с пола, проверяя целостность костюма, - после таких ранений они не живут.

Вставший Илья недовольно поморщился, потирая грудь. Даже под защитными силовыми полями виднелась небольшая вмятина. Ну и дури в этой твари было. Рядом, Маркус придерживал Алексея. Тот опорожнял желудок. Не выдержал все-таки зрелища своего товарища, разрываемого надвое. Хорошо что костюмы предусматривали такой вариант, и юнец не захлебнется в собственной блевотине. Через специальный клапан, она под давлением выбрасывалась наружу, пачкая пол вокруг и поверхность костюма. В этой ситуации Маркусу не позавидуешь. Он ведь единственный, кто может в полной мере оценить запах, не защищенный воздушными фильтрами. Андрей проверил сохранность чемодана, и открыл на боковом экране часы.

-Господа, я понимаю что всем сейчас тяжело, но нам нужно торопиться. Это далеко не единственная элита в этом городе, а я не особо горю желанием вычищать эти Авгиевы конюшни. Павших оплачем после, ходу!

-Надо, забрать, -почти простонал Алексей, - забрать труп Леонида…

Илья кивнул, вытаскивая из подсумка прочный мешок из синтетического волокна. Сдернув с разорванного трупа остатки защитного снаряжения, он уложил покойного в мешок. Конечно, собирать разбросанные вокруг кишки он не стал, но Алексей и не возражал. Поднявшись, он поднял с земли бесхозный теперь второй автомат, и закинул его на плечо. Наверх поднимались в полном молчании. На крыше по прежнему никого не было. Андрей вытащил из кармана сигнальник, к счастью не пострадавший в бою, и вставил в него одну из ракет. Платформы нигде не было видно, но звук двигателей иногда долетал. Подняв сигнальник вверх, Андрей выстрелил. Яркий сгусток зеленого огня взлетел над домами. Звук двигателей усилился, и вскоре платформа зависла над крышей. Вниз скользнул трос. Когда вся команда оказалась на борту, Андрей распахнул дверь, вваливаясь в кабину. Пилот одобрительно кивнул.

-Быстро вы, уважаю. И даже успели на ту же крышу. Хотя, без потерь не обошлось, да?

-Да, - Андрей кивнул, -нарвались на элиту в закрытом пространстве. Одного порвали надвое. А что значит, успели?

-Ну, соседний небоскреб имеет склонность заваливаться, причем прямиком на институт. Первым то этажам ничего, а вот вершину один раз всю разрушило. Той группе пришлось тогда через соседнюю высотку прорываться, на тамошнюю крышу. Половина состава полегла, причем по глупости. Ладно, пора домой.

Разогнавшись, платформа понеслась в сторону границы кластера. Активность на улицах уже поутихла. Начинающие зараженные разбежались, в поисках пищи. Кое-где пировали развитые зараженные, но их было немного. Лотерейщики, топтуны, несколько кусачей и даже стайка руберов. Наверняка была и элита, но она наверное сейчас собралась ближе к центру, охотясь на последних выживших. Если такие вообще есть. Краем глаза, Андрей заметил на горизонте, у границы города, что-то черное, заворачивающее по дуге.

-Беспилотник? – от вопроса Андрея пилот вздрогнул, быстрым жестом увеличивая изображение на своей части монитора. Голос пилота стал каким то напряженным и даже немного безжизненным.

-Не наш беспилотник.

Андрей не сразу понял, что это значило. Однако когда наконец осознал, резко распахнул люк десантного отсека. Команда в недоумении уставилась на командира.

-Всем закрепиться, у нас очень большие проблемы.

В этот момент платформа резко наклонилась, и Андрей с силой ударился шлемом об открытый люк. Бойцы упали на пол, сразу же поднимаясь, и рассаживаясь по креслам. Лишних вопросов у них сейчас не возникало. Андрей и сам прыгнул в кресло механика, пристегиваясь магнитными лентами. Люк, так и не закрытый, болтался на креплениях. Кое как дотянувшись до стопорной рукоятки, Андрей заблокировал его в открытом положении, и сразу же уставился на экраны. Их атаковали. Напряженный пилот бросал машину из стороны в сторону, уклоняясь от огненных стрел. Вражеский беспилотник падал на землю, испуская клубы дыма. Основной калибр платформы поработал, снеся заднюю часть аппарата подчистую. До границы города оставалось совсем, совсем немного. Свиридов не успевал отслеживать все, происходящее вокруг. Пилот виртуозно менял обзор экранов, управляя платформой так, будто она была его неотъемлемой частью. Казалось, вот вот, они вырвутся из этой ловушки. В этот момент, сразу три огненных росчерка устремились к платформе от домов на окраине. Не видя иных вариантов, пилот развернул машину, хитрой спиралью удаляясь обратно в скопления домов. Одна из ракет врезалась в высотку, разнеся угол здания в клочья. Вторая неожиданно упала куда то вниз, то ли потеряв цель, то ли сменив ее по какой то причине. Оставалась лишь одна ракета, но и ей было не сравниться с платформой, управляемой настоящим асом пилотирования.

Андрей наморщился, пытаясь понять, откуда такое гнетущее, нарастающее ощущение опасности. Такое же, как тогда, на крыше склада. Ракеты им не страшны, пилот свое дело знает. Если они подойдут слишком уж близко, их собьют турели. Пусть даже платформу и заденет взрывом, скорее всего. Так откуда же этот густеющий с каждой секундой страх? Пилот совершил очередной вираж, сбрасывая с хвоста третью ракету, и вновь на огромной скорости, казавшейся небезопасной даже в чистых небесах, ринулся прочь из кластера. В этот момент с соседнего здания, в каких то десяти метрах от машины, сорвалась очередная ракета. Дистанция была слишком мала для уклонения. Сразу четыре турели загудели, силясь уничтожить угрозу. И у них почти получилось. Ракета взорвалась в паре метров от корпуса, с силой толкнув платформу в сторону. Силовые экраны взвизгнули, кое как спасая корпус, но вот левый двигатель, попавший под удар, полностью защитить они не смогли. В кабине загорелись красные огоньки, не сулившие ничего хорошего. Платформа закрутилась, теряя управление, и со все возрастающей скоростью понеслась к земле. Андрей молчал. Парализованное ужасом горло не могло выдавить из себя ни звука. Пилот яростно матерился, проклиная все на свете, и пытался сделать что то с вышедшей из под контроля машиной.

Платформа вздрогнула, когда и так поврежденный левый двигатель вонзился в стеклянный бок высотки, разрушая хрупкие перегородки. Наткнувшись в конце концов на несущий столб, платформа задрожала. Левый двигатель с хрустом разваливался, резко бросая технику на борт. Они падали прямо на городскую улицу. У пилота, наконец, что то получилось. Уцелевший двигатель яростно взревел, с совершенно нехарактерным для себя шумом, и машина резким толчком вознилась в стену здания, разбивая стеклянные панели. От страшного удара, от которого не смог защитить до конца даже боевой костюм, Андрей потерял сознание, слыша приглушенный горохот и яростный визг рвущегося металла.

Очнулся резко, толчком, скривившись от боли во всем теле. Чуть треснувший экран шлема показывал, что все в порядке. Костюм остался герметичным. Пошевелившись, и убедившись что серьезных повреждений нет, Андрей осмотрелся. Платформа лежала носом вниз. Экраны разнесло вдребезги, разворотив кабину. Было просто чудом, что сам Андрей жив. Боевой костюм не подвел. С пилотом чуда не случилось. Андрей печально посмотрел на скрючившуюся в кресле фигурку человека, имени которого он так и не узнал. В груди пилота торчал искореженный кусок металла, пробивший насквозь приборную панель. Отстегнув магнитные ремни, Андрей встал на наклонившийся пол, и посмотрел вверх. Люк сорвало, заклинив поперек прохода. Проверив закрепленный сбоку виброклинок, к счастью не пострадавший при крушении, Андрей срезал петли, отбрасывая люк в сторону. На него сразу же плюхнулась верхняя половина покойного Леонида, таращась в пространство пустыми глазами. Осторожно отбросив останки в сторону, Андрей потянулся, поднимаясь в десантный отсек.

Люк был распахнут, выходя в какое-то просторное помещение. Судя по всему, машина пробила несколько этажей, и остановилась лишь тут, носом оказавшись на одном ярусе, а десантным отсеком на другом. Какое, однако, хлипкое здание. Игоря в кабине не было. Дорожка крови от его сидения вела к открытому люку, скрываясь за поворотом. Маркус висел в кресле, глухо постанывая и зажимая плечо, пропоротое острым осколком стекла. Семен барахтался в заклиненных ремнях, приветливо кивнув Андрею. Вот ведь неунывающий оптимист. Юный боец был без сознания, но вроде был жив. Перерезав мечем ремни пулеметчика, Андрей подошел к Маркусу. Рана была серьезная, но не слишком. На иммунных и не такое зарастает за считанные дни, если они свою противную водичку своевременно посасывают.

-Терпи, казак, атаманом будешь.

Резко дернув за стекляшку, Андрей вырвал ее из раны, тут же зажимая порез предварительно распечатанным пакетом первой помощи. Умная ткань тут же сама облепила рану, поглощая кровь и заполняя поврежденное пространство. Новые волокна плоти будут прорастать прямо сквозь нее, одновременно растворяя эту материю, полностью состоявшую из регенерина, особого заживляющего порошка, продававшегося на родине Андрея в любых аптеках. Больно уж полезный был состав в таких вот неожиданных ситуациях. Семен уже привел в чувство Алексея, непонимающе озиравшегося. В дальнем конце, под столом, обнаружился чемодан с калифорнием. Андрей осторожно взял его в руки, и закрепил у себя за спиной, на месте где обычно крепилась винтовка. Винтовка теперь не скоро окажется в креплениях. Она, к счастью, тоже уцелела. Проверив сохранность ее оборудования, Андрей еще раз осмотрел разбившийся аппарат. Интересно, куда все таки делся Игорь? Даже свой виброклинок не взял, оставив в креплении рядом с креслом. А вот секиры нигде видно не было.

-Отряд, уходим. В городе неизвестные враги, нужно как можно быстрее его покинуть. С собой брать только самое необходимое.

Выбравшись из отсека, Андрей посмотрел на пол. Кровавые следы, скорее всего принадлежавшие пропавшему члену отряда, уходили вглубь здания. Он осторожно пошел по ним, и заглянул туда. Игорь стоял в десятке метров дальше, на коленях. Рядом сиротливо валялся топор. Боец не шевелился, будто уже был мертв. Андрей приблизился, и сразу же понял в чем дело. Броня шлема Игоря была пробита насквозь. Нарушенная герметичность. Подойдя к нему, Андрей щелкнул замками шлема, и откинул его в сторону. На него уставились лишенные человеческих эмоций, движимые лишь голодом глаза. Существо, которым стал Игорь, дергалось, явно пытаясь пошевелиться, но костюм лишь слегка вздрагивал, не подчиняясь командам захватившего его тела. Режим полной неподвижности. Перед тем, как стать чудовищем, зараженный Илья активировал этот режим, заковывая самого себя в неподвижную клетку. Подошедшие сзади бойцы со страхом наблюдали за запертым мертвяком, еще недавно бывшем их другом.

-Ты был настоящим бойцом.

Приставив ствол к виску Игоря, Андрей выстрелил, обрывая искаженную жизнь. Обернувшись к команде, он внимательно осмотрел всех.

-Я надеюсь, если возникнет подобная ситуация, вы сумеете сделать правильный выбор. Такой же, как сделал он.

Бойцы нестройно кивнули. Семен подхватил с земли брошенную секиру, и закрепил ее у себя за спиной.

-Отправлю его родне.

Андрей молча развернулся, вытаскивая из разъемов костюма Игоря энергетические блоки. Им они сейчас будут нужнее. Свалив в еще один мешок блоки, вместе с капсулами питания, он отдал мешок Алексею, и они двинулись к лестнице вниз. Предстояла долгая, и очень опасная дорога, через кишащий зараженными город. Впрочем, самих зараженных Андрей сейчас не очень боялся. А вот таинственных недоброжелателей, уже второй раз вставших на его пути, волей неволей приходилось опасаться. Кто они, и что им вообще нужно?

Глава 6. Столкновение.

Остатки отряда спускались по лестнице вниз, прислушиваясь к каждому звуку. В городе все еще слышалась возня зараженных, но она не шла ни в какое сравнение с бурлящим хаосом первых часов после переноса. Редкие взрывы, треск разрушаемых зданий, и торжествующее урчание зараженных, радующихся этому празднику плоти, этому шведскому столу, так любезно предоставляемому им породившим их миром. Здание, в которое они столь удачно врезались, являлось каким-то офисным комплексом. По пути вниз, Андрей успел упокоить трех зараженных, которым не повезло сунуться на лестницу. Двое были убиты из винтовки на бесшумном режиме, даже не успев даже голову поднять на шум отряда. Третий успел заурчать, прежде чем его рассек надвое виброклинок, но пришедший ему на подмогу зараженный также не прожил долго. Лестница, к счастью, оказалась не основной, а чем-то вроде пожарной, и многие из выходивших на нее двери были заперты. Внизу обнаружился аварийный выход. Он также был закрыт все еще работающим магнитным замком. По всей видимости, все эти выходы должны были открываться только во время пожарной тревоги, а это здание по какой-то причине огонь сегодня миловал. Не мудрствуя лукаво, Андрей рассек замок пополам, перерезая заодно и питавшие замки кабели. Дверь открылась, выпуская их в переулок.

Место для выхода оказалось весьма неплохим. Узкий переулок между двумя высотными домами был забит всяким хламом, вроде кубов спрессованной макулатуры и пустых бутылок из-под воды. Как по заказу, напротив металлических ворот стоял частично загруженный мусоровоз. Массивная машина. Андрей задумался. Конечно, можно было попытаться пройти через город тихо, благо не так уж далеко было до спасительной границы кластера. А дальше то что? Мало того, что пройти тихо через город будет невероятно трудно, из-за кишащих кругом низших зараженных, так еще и непонятно, что делать потом. До базы путь не близкий, а транспорта в окружающих Мясорубку лесах не так уж и много. За забором урчал одинокий зараженный, то ли учуявший запах Маркуса, то ли просто заинтересовавшийся, что это за закрытый от него проход. Скорее уж второе. Не защищенный герметичным комбинезоном Маркус наверняка пах для тварей как вкусный обед. Какое упущение. Дернув на себя дверь машины, Андрей заглянул в салон. Маленький. Усиленную силовую броню сюда точно не впихнуть.

-Поедем на нем? – подошедший Маркус оттеснил Андрея, залезая в салон. Андрей подтверждающее кивнул, и подрывник сразу начал возиться с приборной панелью, отковыривая ее небольшим ножом. Старая машина, с еще обычной системой зажигания. Пошаманив там минут пять, Маркус соединил несколько проводков, подавая питание напрямую на зажигание. Двигатель тихо заурчал, в такт собирающимся на шум низшим зараженным, испытывавшим на прочность металл ворот. Почти силой запихнув в кабину Алексея, Андрей запрыгнул на крышу мусоровоза, к уже сидевшему там Семену. Отсюда открывался превосходный вид на улицу, по которой уже ковыляли со всех сторон медляки, и даже несколько ползунов.

-А мы сегодня популярны, - Семен с не совсем здоровой улыбкой озирал зараженных, - смотри, командир, сколько публики собралось?

-Главное чтобы более почтенная публика не явилась на наш концерт. Поехали! – Андрей постучал по крыше кабины, и двигатель взревел. Машина разогналась, и вынесла ворота, разбросав всех собравшихся около них тварей в стороны. Завернув, машина понеслась по дороге прочь из города. Встречные машины мусоровоз аккуратно огибал или сбивал в сторону. Технику Маркус не жалел, понимая что жизнь дороже. Несколько раз на дорогу выскакивали руберы, пытаясь преследовать машину, но короткие пулеметные очереди быстро отбивали у них желание гоняться за такой кусачей добычей, и они возвращались к поеданию более доступного мяса. Высотная застройка уже начала перерастать в малоэтажную, что было хорошим знаком. Значит конец кластера не так уж и далеко. Все это время Андрей внимательно следил за округой, и лишь потому успел вовремя заметить вспышку, и огненный снаряд, устремившийся к ним. Опять эти уроды. Как они вообще поняли, что кто то выжил после крушения? Или им настолько важно, чтобы не ушел никто?

-Поворачивай, Маркус, ради всего святого, влево!

Маркус мгновенно отреагировал на крик Андрея, и его стук по крыше, выкрутив руль. Тяжелая машина завернула за угол, спасаясь из под удара. Ракета вонзилась в шестиэтажный дом, с громким взрывом. Кирпичи разлетелись вокруг, и один из них прилетел прямо в лицо Семену. На прочном шлеме остались несколько царапин, но сам факт был неприятен. Этак и правда, сегодня еще одному придется сыграть в лотерею Стикса. Мусоровоз все же не смог вписаться в поворот до конца. Словно подскользнувшись, он с грохотом завалился на бок. Скорость к тому моменту уже упала, и потому особого урона от падения не было. Андрея сбросило в сторону. Броня погасила удар об асфальт, и он быстро поднялся, озираясь. Из свободной двери кабины уже выбирались Маркус и Алексей. Оба были невредимы.

-Быстро, в здание.

Четверка перебежала улицу, скрываясь в дверях какого то магазинчика. Судя по всему, тут торговали выпечкой. Маркус невозмутимо схватил с одной из полок кусок пирога, и впился в него зубами. Андрей подавил всколыхнувшуюся было зависть. Подрывнику действительно нужно было подкрепиться. Он то питаться капсулами не сможет, как бы ни были они неприятны на вкус. Все затихло. Будто и не было никакой атаки. Лишь мусоровоз, со все еще не заглохшим двигателем, валялся поперек улицы, да кирпичи падали на асфальт откуда то сверху, с приглушенным стуком. И что же делать дальше? Андрей осматривал улицу, в поиске альтернативных вариантов. Скоро сюда придут зараженные, как пить дать, и что с ними тогда делать? Отбиваться, пока очередная ракета не снесет ко всем чертям этот магазин? Очень веселые перспективы. Неожиданно, взгляд его зацепился за какой-то объект. Каменные бортики, и знак с большой латинской литерой «М». Метро? Вспомнив про примерную карту города, выданную Соколовым, он открыл ее на экране костюма. Трещины мешали нормально видеть, но слегка подкрутив яркость, он смог различить то, что хотел. Да, на планах был метрополитен, схемы которого украли с серверов этого несчастного городка, и почти каждый раз он был именно таким. Исключения случались, но незначительные. Определив их примерное местоположение по адресам, он нашел этот спуск в метро. Одна из веток почти идеально шла к концу кластера, выходя из под земли метрах в двухстах от него, и переходя в наземную железную дорогу. Андрей закрыл карту, и обратился к отряду.

-Господа, план таков. Сейчас очень быстро, рывками, идем к вон тому спуску вниз. У нас только один вариант, выбираться из города через метро.

Маркус посмотрел на него как на умалишенного.

-Господин лейтенант, вы уж конечно простите, но ваш план ничуть не безопаснее. Сколько народу было там, под землей? И сколько сейчас там бродит зараженных?

-Дельное возражение. Но шансов пройти через подземку у нас больше, чем шансов выбраться по поверхности. Я не знаю, сколько тут этих уродов с ракетами, но судя по всему много. Под землей мы невидимы, а системы ночного зрения в костюмах и твоем шлеме дадут преимущество перед мертвяками, которые будут ориентироваться только по запахам и звуку. Все, рванули. Времени у нас в обрез, скоро сюда столько зараженных набежит, что лучше сразу повеситься, чем их всех истреблять.

Отряд покинул магазин, и побежал к метро, растянувшись цепочкой. Со стороны соседних улиц уже слышалось урчание мертвецов, искавшие источник недавнего шума. У входа в подземку стоял один из них, не успевший даже отреагировать на снесший ему голову клинок. Внизу было темно. Метро обесточено, и это очень им на руку. В просторном подземном переходе и у касс было пусто. Валялись несколько обглоданных до костей трупов. За бронированным стеклом одной из касс вроде как бродила какая то тень. Видимо заразившийся кассир. Несколько неупокоенных душ, урча, жрали чье то тело близ турникетов. Заслышав приближающихся людей, зараженные заурчали громче, словно приглашая присоединиться к трапезе. Очередь едва слышных выстрелов из автомата Алексея, и мертвяки наконец затихли. Спустившись в тоннель по короткому заглохшему эскалатору, они оказались в главной зале. И вот тут Андрея пробрало. По платформе бродили десятки, если не сотни зараженных, поедая валявшиеся рядом трупы. В окружающем урчании любые звуки тонули, становясь совершенно неслышимыми. Андрей коснулся пальцами шлема Маркуса, посылая на тот текстовое сообщение. Маркус кивнул, и достал из своего подсумка цилиндр гранаты, снабженный специальной пращей из лески. Раскрутив смертельный снаряд, он послал его далеко вглубь залы.

С громким хлопком, заряд взорвался. Не менее десятка зараженных упали. Может, убило и не всех. Но на шум, и новые трупы побежали почти все мертвяки на станции. Это был отличный шанс пройти дальше. Спрыгнув на рельсы уже слегка покрывшиеся прибывающей водой, группа двинулась по ним к следующей станции, стараясь никак не привлечь внимания жуткой свалки безумцев. Уже скрываясь в проходе, Андрей заметил, как на станции появились новые действующие лица. Несколько кусачей, и один рубер. Видать на шум явились. Про себя, Андрей порадовался что на этот шум не решила заявиться какая-нибудь гулящая элита. Уж от нее то в темноте вряд ли получилось бы скрыться. Тоннель казался бесконечным. Тянулись толстые жилы кабелей вдоль стен. Несколько раз они натыкались на заблудившихся в темноте мертвяков, быстро прекращая их существование. Впереди виднелась другая станция, и тут уже Андрей скипнул зубами от досады. Ну что за невезение? До цели оставалось совсем немного, и станция, на которой работало освещение, совершенно не входила в их планы. Подойдя к самой границе освященной зоны, он осторожно выглянул наружу. Станция была пуста. Почти пуста. Несколько ползунов, словно испытывая дикий страх, пытались ползти вверх по эскалатору. Это был ну очень, очень плохой знак. Низшие зараженные разбегаются только тогда, когда рядом находится какая то высшая стадия, в плохом расположении духа. Впрочем, иного варианта, как двигаться вперед, все равно не было. Одна элита уже умерла сегодня, так почему бы не умереть и второй? Вспоминать о том, что за жизнь элиты пришлось заплатить жизнью своего бойца, Андрею не хотелось.

Пригнувшись ниже края платформы, они осторожно проползали освещенный участок. Вокруг было тихо. Медляки почти не урчали, и лишь сучили руками по эскалатору, медленно поднимаясь выше. Такая форма зараженных долго не живет, превращаясь в корм для более везучих собратьев. Они уже скрылись в темноте прохода, когда сзади началась стрельба. Кто то стрелял по ним, не жалея патронов. Услышав как барабанят по броне пули, Андрей обернулся, и увидел их. В вестибюль спускались фигуры в черных плащах, лица которых закрывали маски. Их было не меньше десятка. Рядом с тихим стоном завалился Маркус. Кажется его зацепили. Андрей подхватил раненого товарища, и скомандовал, уже набирая ход.

-Бежим!

Отряд рванул по тоннелю, разбрасывая вокруг себя водяные брызги и слыша за спиной все новые очереди. Вражеское оружие было примитивным, но не слишком. Некоторые пули умудрялись пробивать силовую защиту костюмов, ударяясь о бронеплиты, и едва не сбивая их с ног. Опомнившись, Андрей закрепил винтовку сбоку, и на ходу перекинул чемодан Алексею, как то механически словившему опасный груз. Мало ли что может случиться, от попадания по целому чемодану радиоактивного материала, с весьма маленькой критической массой. Вскоре вода исчезла. Дорога шла на подъем, и вскоре они достигли нужного места, с ужасом уставившись на кучу грунта и обломков каких то конструкций. Проход наверх оказался завален. Судя по всему, часть тоннеля обрушилась при переносе. Андрей окинул взглядом пространство, и тут же обнаружил ведущий наверх узкий колодец технической лестницы. Враги настигали сзади, иногда постреливая. Причем довольно точно. Видимо у них также была какая то техника ночного видения.

-Алексей, хватай Маркуса, и тащи наверх, да побыстрее! Мы их слегка задержим.

Семен верно понял слова Андрея, тут же залегая за каким то бетонным блоком. Пулемет удобно встал на сошки. Первые враги, показавшиеся в тоннеле, оказались срезаны длинной очередью. Свиридов видел, как их черные плащи дергаются, пробиваемые зарядами. Но вот что было странно. После таких ранений человек не мог выжить. Так почему же эти сволочи встают, и снова наступают? Пусть не все, некоторые затихли навсегда. Выхватив из подсумка импульсную мину, Андрей бросил ее в первые ряды атакующих. Их смело, отбрасывая в стороны. Оставшиеся также нашли укрытия, и начали методичный обстрел Андрея. Тот, в свою очередь, усилил питание защитных модулей. Сколько костюм сможет работать в таком режиме, он не знал. Но иного выхода не было. Бросившись вперед, прямо под пули, он начал резать направо и налево виброклинком. Словно косарь в поле, каждым ударом он заканчивал жизнь одного из нападавших. Те, в какой-то момент, дрогнули и начали отступать. Все? Нет, по-прежнему гнетет ощущение близящейся опасности. В проходе шумели громкие шаги.

-Семен, наверх, быстро! И чемодан прихвати.

Не споря с командиром, пулеметчик быстро полез наверх, закрепив за спиной бандуру пулемета, и кое-как пристроив чемодан к креплению для отсутствовавшего у него меча. Из прохода показалось нечто. Артур не сразу поверил своим глазам, увидев движущийся на него объект. Это был человек, или что то очень на него похожее, облаченный в силовой костюм. Очень старый силовой костюм, какие использовались первыми проникшими в этот мир «колонистами». Лицо неизвестного закрывала такая же плотная маска из белого материала, какая была на уже убитых стрелках. В укрепленной гибкими стержнями руке нападавший держал массивный лом из серебристого металла. Враг резко сорвался с места, сокращая дистанцию. Держа винтовку в руках, Андрей просто не успевал извлечь из ножен меч. Удар пришелся на хрупкую оптику, буквально сминая электронную начинку оружия. Слонобой слегка изогнулся, однако этого было достаточно, чтобы вынести вердикт о смерти винтовки. Едва успев уклониться от нового удара, Андрей выхватил меч, и тот рассек вражеское оружие, обрезав его почти у рукоятки. Отрезанная часть, продолжая движение, ударила в броню костюма Андрея. Все таки виброклинок не создан для фехтования. Лишившийся оружия противник, словно и не ожидал чего-то иного, ударил плашмя по вибромечу. Тот заискрил, и дал трещину, расколовшись надвое. Однако врагу не повезло. Один из разрядов видимо перескочил на его костюм. То ли защита от электричества не работала, то ли ее там в принципе не было, но получив удар током, противник застыл, судорожно дергаясь. Повинуясь мимолетному порыву, Андрей рванул маску, сдирая ее с головы неизвестного.

Шлем старого боевого костюма был давно разбит. На него смотрели глаза, полные ярости и муки. А главное – разума. Существо перед ним не было, или уже не было человеком. На него смотрел зараженный. Очень странный зараженный. Казалось, процесс заражения просто застыл во времени, оставив некоторые характерные признаки. Затылок чуть деформирован, явно наличием спорового мешка. Челюсть раздулась. Из под растрескавшихся губ виднеются заострившиеся зубы. Кожа покрытая смердящими рубцами. Но разум, откуда в этих глазах разум? Повергнутый в ужас своим открытием, Андрей отшатнулся, рухнув на задницу, и начал отползать прочь. Зараженный помотал головой, и уставился на свою жертву. Как то странно урча, словно пытался воспроизводить урчанием человеческую речь, он пер на Андрея. Руки Андрея судорожно шарили по телу. Автомата на месте не обнаружилось. Куда он делся в этой суете, Андрей не знал. Быть может, остался в отсеке платформы. Рука коснулась непривычной рукоятки сбоку. Резко выхватив из кармашка сигнальный пистолет, подарок покойного пилота, Андрей одним движением вогнал в него новую ракету. Зараженный уже тянулся к нему, готовый раздавить, сокрушить ненавистного человека. Ракета с шипением вылетела из ствола, ударяясь прямо в пролом шлема. Зараженный завизжал, громко, отчаянно.

Андрей не стал ждать развития событий, бросившись к лестнице. Быстро перебирая руками, он поднимался наверх, туда, где виднелись испуганные физиономии товарищей. Едва ли не выпрыгнув наружу, он взглянул вниз, и увидел у начала лестницы обожженную морду мертвяка, начинавшего карабкаться следом. Один глаз ему явно выжгло напрочь, но казалось что такие мелочи ему глубоко безразличны. Сорвав с пояса лежавшего рядом Маркуса подсумок, Андрей вытащил оттуда сразу несколько цилиндрических гранат. Одновременная активация с задержкой в несколько секунд, и гранаты летят вниз, а Андрей закрывает люк, навалившись на него всей массой боевого костюма. Резкий толчок, и из щелей в металле повалил белесый дым. Когда он развеялся, в приоткрытую щель Свиридов смог различить валяющееся на земле тело, искалеченное взрывом, снесшим заодно и большую часть лестницы.

Глава 7. Возвращение.

Маркус лежал на асфальте, и Андрей заметил небольшую лужицу крови, натекшую под левой ногой подрывника. Склонившись над раненым, он нащупал сделанную впопыхах повязку, скрытую под штаниной. Подошедший сзади Семен от души выругался, выпуская наружу накопившееся напряжение.

-Жить будет, господин лейтенант, -Алексей распечатал шприц из полевой аптечки, и всадил его в бедро Маркуса, - но вот ходить он в ближайшее время не сможет точно. Я не врач, но судя по всему, пулей ему раздробило бедренную кость. Тут мы ему точно ничем не поможем. Нужен транспорт.

Андрей встал, осматривая местность. Они находились у самой границы города, в районах одноэтажной и двухэтажной застройки. Тут стояли небольшие, опрятные коттеджи, похожие на его собственную лежку наблюдательного пункта. Ну что же, это не так плохо. Осталось найти машину, выбраться из этого проклятого места, и наведаться к Соколову. Вот не верил Андрей совершенно, что старый вояка, который тут едва ли не с первых дней колонизации, может не знать чего-то такого. Да те же боевые костюмы, которые раньше были куда как более редким предметом снаряжения, чем сейчас. Ну не может же такого быть, чтобы подобная вещь пропала бесследно, и всем было на нее наплевать. Отряд двинулся вдоль улицы. Семен бережно нес Маркуса на руках, стараясь не тревожить его ногу. Алексей смотрел по сторонам, целясь на любой подозрительный шум. Шедший во главе Андрей, с забранным у стрелка автоматом Леонида, высматривал подходящий объект для разграбления.

Им оказался невысокий особняк, заинтересовавший отряд необычно высокими гаражными воротами. Они отлично подходили для того, чтобы поставить небольшой грузовик. Когда они высадили хрупкую парадную дверь, и проникли в гараж через дом, Андрей впал в некоторый ступор. Ну, да, всегда можно ожидать, что в гараже будет стоять машина. Может даже трактор. Или на худой конец мотоцикл. В этом гараже стоял танк. Небольшой танк, с хищными очертаниями. Хотя, танком назвать эту технику можно было лишь условно. Да, это и был танк, но очень, очень старый. В нынешних условиях, потерянная в канализации винтовка была просто смертью для брони этого раритета. При наличии желания, его можно было бы разнести в хлам из пулемета Семена. Но это было лучше чем ничего. Алексей, как самый мобильный из группы, быстро забрался внутрь, и некоторое время там копошился. Из недр танка раздался его приглушенный голос.

-Машина на ходу, наверное. Даже топливо в баках есть. Правда все липкой смазке. Коллекционная игрушка была у кого то, не иначе. А вот орудие местное заварено наглухо, да и снарядов к нему нет. Правда, вы сюда все равно не влезете, броня у вас тяжеловата. Даже я с трудом поместился.

-Ничего, мы на броне покатаемся. Главное Маркуса там аккуратно расположить.

Через башенный люк, Семен осторожно спустил Маркуса в танк. Разграбив хозяйскую спальню, они натаскали раненому подушек и одеял, из которых удалось соорудить пристойного вида лежак. Семен нашел в вещах подрывника странного вида фляжку. Андрей сразу узнал ее. Такие фляжки были у всех иммунных, и содержали, вот мерзость то, растворенную в алкоголе начинку из голов зараженных. Подробностей Андрей не знал, но даже примерное описание невольно вызывало брезгливость. Осторожно прислонив флягу к губам раненого, Алексей залил в него несколько глотков. Пролилось много, но что то все же попало внутрь, и это было хорошо. Имунные всегда выздоравливали в разы быстрее, потребляя этот странный напиток. Двигатель танка чихнул, и зарычал, исторгая в пространство черный удушливый дым.

Алексей рванул рычаги, и машина устремилась вперед, выбивая ворота и выезжая на пустынную улицу. Только сейчас Андрей подумал, что издавая такой шум, они могут привлечь элиту. А теперь пришибить ее будет трудновато, оставшись без основного калибра. В этот раз им повезло, и элиты поблизости не случилось. Танк вывалился на главное шоссе, раскидывая брошенный транспорт и давя подвернувшихся ползунов, и ринулся прочь, как можно дальше от этого проклятого места. В какой то момент асфальт шоссе сменился потрепанной грунтовкой, которая могла гордиться лишь отсутствием глубоких ям. Танк замедлился, стараясь поднимать поменьше пыли. Они ехали, не останавливаясь, в течение суток. Путь, занимавший всего несколько часов на платформе, на громоздком танке оказался воистину длинным. Уже преодолев половину пути, они заметили в воздухе серебристую стрелку беспилотника. Их беспилотника. Через пару часов над танком, сиротливо плетущимся по дороге, зависла платформа, похожая как две капли воды на оставшуюся в руинах Мясорубки. Сидевшие на башне танка Андрей и Семен приветственно помахали висящей в воздухе машине руками, и платформа начала снижаться. Алексей остановил танк.

-Назовите себя.

Стоило платформе приземлиться, из нее высыпало шесть стрелков и два бойца в костюмах, с интересом рассматривавшие странную команду на допотопном механизме. Один из людей в боевом костюме вышел вперед, и обратился к Андрею, безошибочно опознав в нем старшего.

-Лейтенант Андрей Свиридов, возвращаюсь с рейдерской миссии в кластер К-70.

-Свиридов? – голос, доносившийся из динамиков шлема, был очень удивленым, -Простите, но вы вроде отправлялись туда по воздуху? Несколько часов назад, была потеряна связь с платформой, и в штабе решили что вы уже погибли.

-Рановато меня хоронить удумали. Господа, не найдется ли у вас места для нашей четверки, а то у нас тут, - Андрей кивнул на танк, - раненый, и ценный груз, который надо доставить на базу.

Сослуживший им хорошую службу танк загнали в какой то небольшой стаб, не больше дачного участка, поросший чертополохом. Может еще и пригодится. Загрузившись в платформу, отряд полетел в сторону базы. По началу, ребята из отряда быстрого реагирования пытались вызнать из них что-то, о произошедшем во время рейда, но наткнулись на глухую стену молчания, и вскоре сдались. Андрей смотрел в маленький иллюминатор, и видел что база все больше и больше окапывается. Дальняя линия была уже не такой и дальней. Несколько ДЗОТов возвели еще дальше, организовав там полноценную оборону. От кого? Неужели от тех странных людей… странных мертвецов в черных плащах? Происходило что-то очень нехорошее, оправдывавшее дурные предчувствия, возникшие после визита к Соколову.

Платформа плавно села на свое посадочное место. Отдав последние указания по перемещению раненого в лазарет, Андрей как был, в грязном боевом костюме, покрытом многочисленными вмятинами и трещинами, отправился в штаб, держа в руках заветный чемодан. Двери открылись, вновь впуская его внутрь. Суета внутри и снаружи базы все продолжалась. Разве что, не так активно. Постучав в дверь Соколова, Андрей сразу открыл ее, не ожидая ответа. Соколов печально посмотрел на него, молча кивнув в сторону заваленного кресла. Сбросив прочь бумаги, Андрей уселся в него, и угнездил на стол, прямо поверх документов, свою ношу. Соколов посмотрел на чемодан, и развернул его к себе, изучая грязную наклейку сбоку.

-Сколько?

Вопрос прозвучал так определенно, что у Андрея не возникло никаких иллюзий, относительно его предмета.

-Трое. Мы потеряли троих. Рядовой Леонид Светлов, стрелок. Порван элитой пополам в подземельях института. Младший лейтенант Илья Кульгин, заразился, был добит мной. Пилот, имени и звания не знаю. Погиб при крушении платформы.

Соколов мрачно уставился на Андрея, внимательно осматривая его фигуру, и почти полностью скрытое шлемом лицо. Печально вздохнув, он потер глаза пальцами, и отложил очередной документ в сторону.

-Чувствую, ты пришел ко мне, не только чтобы отчитаться за потери, и отдать этот чемоданчик? Давай, не тяни, выкладывай что еще тебя сейчас гложет? Мне уже самому тошно от всего этого.

-Мы уже собирались улетать, когда на нас снова напали. Все так же, как на Руднике. Атака ракетами из домов, места запуска не определяются автоматикой. Мы бы может и ушли, но одна ракета взорвалась слишком близко. Платформа упала, мы выжили благодаря пилоту, вонзившему ее в офисное здание.

-Эх, Ваня, вот не повезло мужику. Еще совсем немного до полной пенсии оставалось. – Соколов стукнул кулаком по подлокотнику своего кресла.

-Сочувствую вашему горю, мне тоже его жаль, но есть кое что поважнее. В конечном итоге, нам пришлось выбираться из города под землей, через метрополитен. И там на нас напали странные люди.

При этих словах капитан явно напрягся, и стал внимательно прислушиваться к словам Андрея.

-У них было довольно примитивное, по сравнению с теми же ракетами, огнестрельное оружие. Оно с трудом доставало до брони через силовые экраны. Но потом вперед вышел кое-кто странный. Это был человек, облаченный в боевой костюм старого образца. И этот человек был заражен.

Соколов вздрогнул. Его рука сжала подлокотник, и он резко сглотнул, пытаясь справиться с охватившим его всплеском беспокойства.

-Я вижу что вы, Андрей Семенович, вполне в курсе о чем я тут распинаюсь, - продолжал давить Андрей, - и потому мне хотелось бы понять, с чем я имею дело. Я хочу знать, что меня чуть не убило, и ради чего, наверняка, в этот самый момент гибнут наши бойцы. Вы мне расскажете?

-Ты просишь о весьма трудных вещах, Андрюша, -Соколов смял какую то бумажку на столе, отбрасывая ее прочь, и нервно поморщился, - есть вещи в которые вообще лучше не соваться, но я давно тебя знаю, и считаю что тебе нужно и можно знать. Хотя бы то, о чем знаю я сам.

Открыв один из ящиков, капитан достал оттуда матово черный кубик, с кнопочной панелью на одной из граней. Набрав комбинацию, он поставил кубик на стол, и тот начал слегка вибрировать. Андрей ощутил создаваемое им звуковое поле, едва ощутимо отдававшееся в кончиках пальцев, через сенсоры перчаток.

-Это так называемая «Клетка Молчания», генератор областных звуковых колебаний, отсекающий любые возможности прослушки. По крайней мере любые, с тем оборудованием, которое можно найти на базе. Думаю есть умельцы, которые и такое обойдут, но не у нас. Итак, ты готов слушать?

Андрей кивнул, с интересом посматривая на куб. Полезный однако предмет, в мире современных технологий.

-Итак, Андрей, для начала сразу тебя разочарую. Я знаю не так уж много. Да и те сведения, которые мне доступны, не проверены, но уж чем богаты. Корни этой проклятой истории гнездятся в самых истоках базы, во временах так называемой первой колонизации. Когда открывали первый портал, ученые уже подозревали что из нового мира могут придти опасные болезни, и организовали абсолютную карантинную зону. И разумеется, они сразу обнаружили заразу Стикса. Неизлечимую, абсолютную заразу, способную уничтожать целые миры. Слава богу, все в правительстве были реалистами, и у них не возникло и мысли попытаться создать из такого биологическое оружие. Контролировать его все равно не вышло бы. Мир было решено осваивать, но это освоение и сейчас топчется на месте, и все из за заразы, не дающей нам выползать на свежий воздух, и заставляющей ютиться в искусственной атмосфере. В то время, было решено попробовать исцелить проказу Стикса. Сюда направили целый институт, целью которого был поиск лекарства. И разумеется, они сразу начали испытания на зараженных, пытаясь создать наномашину, способную исцелять даже неисцелимое. А вот дальше начинается совсем уж мутное болото.

Соколов встал с кресла, и отошел к соседнему шкафу. Взяв с полки одну из фотографий, он передал ее Андрею. На фотографии был сам Соколов, в старом силовом костюме, на фоне какого то металлического шатра.

-Они связались с местной группой, называвшей себя «Институт». Их люди помогали нашим ученым познать тайны Стикса, и ставить опыты над иммунными и зараженными различных стадий. В конце концов, пошли разговоры о том, что проект преуспел. И скоро можно будет гулять по Стиксу, дыша его собственным воздухом, как у себя дома. Только вот слухи остались слухами. Через некоторое время купол нашей исследовательской базы попросту сгорел. А ученые исчезли. Никто так и не знает что с ними произошло, но все защитные костюмы остались на месте, а значит они должны быть мертвы, если конечно не создали себе искусственного иммунитета. Тел зараженных, на которых ставили опыты, также не нашли. А вскоре начали пропадать люди и снаряжение. Отправленные на поиски группы долго не могли ничего обнаружить, и в конце концов поймали одного из таких грабителей, буквально изрешетив его зарядами. Он был вооружен, и стрелял в ответ, причем весьма метко. Вот только он был зараженным. Разумным, частично мутировавшим во что то иное, но зараженным. Его тело сразу забрала новая партия ученых, а после их труды были засекречены и вывезены в родной мир от греха подальше. Только вот я был одним из тех, кто доставлял эти трупы, и знаешь что? На ноге этого покойника болтался вросший браслет с номером нашей лаборатории. Видимо эти проклятые яйцеголовые все таки преуспели в своем дурном начинании. Я не рассказывал об этом никому. Таким опасным знанием по идее должен обладать разве что генерал, да и то не факт.

В комнате повисло напряженное молчание. Капитан снял со стола куб, отключая странную вибрацию, и убрал его обратно в ящик.

-Вот такие вот пироги. Сейчас ситуация разворачивается схожим образом, и это меня тревожит. Понятия не имею, где они раздобыли такие ракеты, да и что это вообще за существа, но они упорно нападают на наши стабы и форпосты. Они разоряют рейдовые колонны, но даже ничего оттуда не берут. Я не понимаю смысла их действий, я не понимаю их логики. Я вообще нихрена не понимаю. Но у нас нет особых вариантов, кроме как укрепляться, и искать их повсюду. Искать гнездо, откуда они вылезают, и уничтожить его при первой же возможности. Я надеюсь, ты будешь молчать обо всем услышанном. Давай поговорим о более «вещных» делах. Миссию ты выполнил, так что можешь с чистой совестью возвращаться на свой наблюдательный пункт. Как минимум дня на три ты свободен. Только ради бога, зайди в мастерские. На костюм смотреть страшно.

-Будет сделано, господин капитан.

Выйдя из штаба, Андрей пошел в сторону техблока, погруженный в глубокую задумчивость. Происходящее сильно выбивалось из привычной картины мира. Даже этого мира. Определенные догадки были, но они ничем не подтверждались, кроме столь же неопределенных предположений. Из этого подвешенного состояния его вырвал хриплый окрик механика.

-Ну, чего встал то, заходи коль приперся?

Впервые за долгое время полностью сняв костюм, Андрей сидел в мягком кресле около журнального столика. Совершенно голый. Под костюмом он одежды не носил, да и нельзя было, а запасного комплекта в наличии не было. В мастерской пахло смазкой и сварочной гарью. Механик ползал вокруг костюма, внимательно его изучая и недовольно цокая языком.

-Господин лейтенант, а вы счастливчик. Хочу вас поздравить. Еще немного, и вы бы сыграли в лотерею Стикса. И чем это вам тут так приложило, прямо в уязвимое место меж сегментами.

Андрей встал с кресла, и подошел ближе. Действительно, около шеи, на стыке брони и шлема, виднелась глубокая вмятина. Было видно, что еще немного, и металл лопнет, запуская воздух в герметичную оболочку костюма. С некоторым запоздалым ужасом, он осознал что именно сюда прилетел удар так неудачно перерубленного лома того монстра.

-Починить можно?

-Можно то оно можно, - механик почесал давно не мытую голову, - вот только материалов сейчас нет. Проще взять новый костюм. Пара таких на складе стоит еще, только с ремонта. Ну как, возьмешь, или ты с этим уж сросся?

-Возьму. Без костюма оно как без рук.

-Вот и славно. Только ты того, иди душ прими. Вы ребята уж очень полюбили жить в этих консервных банках. Вот только как бы хорошо они не впитывали пот, поддерживая тело в чистоте, полноценного душа это все равно не заменит.

Поблагодарив механика, Андрей направился к душу. Он явно был не единственным человеком, снимавшим костюм лишь для ремонта, и потому в техблоке давно имелась собственная душевая. Зайдя в кабинку, он подставил обнаженное тело под теплые струи, смывая с себя весь страх и боль последних дней.

Глава 8. Трофей.

Андрей лежал на двуспальной кровати, словно на небольшом диванчике. Странная специфика сна в боевом костюме, по массе превышающим двух взрослых представителей рода людского. Заснуть не получалось. Он ворочался, а несчастная кровать, творение неведомого плотника, проходила невероятные прочностные испытания, издавая жалобный скрип. Уставившись в покрытый росписью цветных колец потолок, он размышлял. С момента рейда в Мясорубку прошло всего два дня. Уже на следующее утро после возвращения, он вернулся в свою любимую конуру. Сторожевой пес востока, и правда подходящее прозвище. Жаль что длинное. Вновь потянулись заполненные рутинным наблюдением часы. Причем довольно продуктивные. Буквально в день своего возвращения, Андрей смог застрелить матерого рубера, прибежавшего на запах приманки. Не элита, но тоже тварь неприятная. Все чаще он возвращался мыслями к той жуткой фигуре в подземельях метро, и главное, ее взгляду. Взгляд этих белесых глаз, покрытых тонкой сеткой капилляров, будто выжгло в душе Андрея. Он не желал его отпускать. Чертова загадка, и проклятое любопытство. Неужели таков был итог изысканий пропавших ученых? Монстр, разумный монстр, страдающий от невыносимой боли, душевной, или физической, какая разница. Монстр, ослепленный жаждой убийства, и лишенный любых моральных барьеров. Решив что сейчас заснуть не выйдет точно, Андрей встал с кровати. В той что то противно затрещало. Сломается видать скоро. Впрочем, перезагрузка кластера тоже не за горами, а там будет и новая кровать. Может даже получше этой.

Хотелось чего-нибудь сладкого. Достав из ящика цилиндрик с надписью «десерт», Андрей вставил его в разъем, и присосался к трубке, ощущая во рту вкус яблочного пирога, переданный очень даже неплохо. Хотя с домашней стряпней все равно не сравнится. Заняться было нечем. Погасив свет, Андрей поднялся на крышу, и уселся в закутке между двумя каминными трубами, на гору тряпья. В который раз он посмотрел на небо, чуждое, странное небо этого не менее странного мира. В новый костюм был переставлен старый блок памяти, в котором были, в том числе, и полные записи с камер. Была там, наверняка, и запись боя с мертвяком. Вот только, надо ли ее кому-нибудь показывать? Соколов советовал спрятать ее подальше, а лучше удалить вовсе. Странно, но никто не стал изымать у них эти данные, будто предпочитая вовсе о них забыть. Возможно это тоже была незримая помощь Соколова, а может штабу просто было не до того. Вернулась группа, да еще и с грузом, и то славно. Отбросив лишние мысли, он открыл на основном экране какой то фантастический фильм, из недавно присланных с той стороны. Все было довольно шаблонно. Очередная космическая опера. Но даже она давала измученной душе так желаемый ей отдых. Наблюдая за приключениями странных главных героев, Андрей начал погружаться в сон.

Он не видел, как замигала лампочка сенсора обнаружения на боковом экране, сигнализирующая, что в радиусе километра проявилась неопознанная активность. Из соседнего леска, чуть дальше вглубь от поселка, сорвался огненный метеор, и понесся к тому самому дому, где обосновался Андрей. Пробив стеклянную стену, ракета ушла вглубь, взорвавшись в самом сердце дома. Андрей почувствовал, что незыблемая до того крыша под ним неожиданно вспучилась, наклоняясь куда то в сторону. Мгновенно открыв глаза, он оценил обстановку. Дом заваливался, рассыпаясь как детский шалаш из палок. Андрей скользил вниз, и когда до края оставалось несколько метров, отскочил в сторону. Могучие усилители костюма отбросили тело метров на семь в сторону. Перекувырнувшись через голову, Андрей встал на ноги, и скрылся в тени, внимательно наблюдая за округой. Рухнувший дом загорелся и, чтобы не оказался ясно видимым, в свете пламени, он быстро сменил позицию. Локальная сеть датчиков отказала – она была завязана на его дом, и с его уничтожением рухнула. Сгорели запасы, пошла прахом, вот умора то, очередная винтовка. Да с такими буднями никакого арсенала не хватит. Оставалась резервная антенна связи, располагавшаяся в соседнем доме, и имевшая закрытый тревожный канал, способный отослать на базу короткое сообщение. Однако, кто напал то? Переведенный в ночной режим костюм осматривал местность. Андрей примерно понял, откуда пришла атака, и сейчас смотрел в сторону леса. Оптика услужливо увеличила выбегающие из леса черные точки. Опять люди в плащах, и этих белых масках. А люди ли? Ведь они тоже вставали, даже получая смертельные ранения. Наверняка такие же твари, как тот, в силовом костюме.

Атакующие сбегались к горящему дому. Видимо думали, что он там, внутри, и может вырваться наружу. Добить хотят. Андрей искренне недоумевал, чем так насолил этим падлам, что они решили дотянуться до него даже тут, в непосредственной близости от базы. Тихо открыв дверь заднего хода, он зашел в гостиную соседнего дома, и начал подниматься наверх. Когда он был уже у двери на крышу, внизу раздался звон. Кто-то проник в дом. Видимо они решили обыскать для надежности весь поселок. Этак они что, и еще один багги уничтожат? Уроды. Блок управления антенной торчал в стене, грубо прикрученный к ней несколькими саморезами. Откинув крышку, Андрей подсоединился к электронике, посылая набранный на экране костюма текст.

«Доклад лт.Свиридов, НП Восток-2 под атакой неизвестных, сенсорная сеть уничтожена, срочно пришлите подмогу. Попытаюсь покинуть захваченную позицию.»

Антенна отправила сообщение быстро, после чего сразу погасла, повинуясь команде Андрея. Канал связи был схлопнут, а все хранившиеся на ней данные уничтожены. На всякий случай. Свиридов не строил иллюзий касательно своего бессмертия, особенно после недавнего техосмотра костюма, и не хотел чтобы важные данные попали в руки врага, если старуха с косой все таки заглянет к нему в гости. Андрей замер, прислушиваясь. Первый этаж громили. Кто то уже начал подниматься на второй, а значит скоро дойдет дело и до крыши. Все таки конструкцию антенны трудно не заметить. Интересно, почему не атаковали сперва ее? Надеялись что он сдохнет от первого же залпа? Скрипнула дверь на крышу, рядом с которой притаился Андрей. Фигура в черном плаще поднялась, с интересом уставившись на антенну. В руках у нападавшего был пистолет, в котором Андрей без труда опознал так называемый «ствол пилота», почти бесполезное оружие, выдаваемое всем водителям и пилотам летающих машин, не имеющих военной специальности.

Словно тень, Андрей подкрался к фигуре, и со всей дури хватанул ее по затылку. Что то упруго поддалось, и лопнуло. Фигура тихо осела прямо в руки Андрея, осторожно уложившего ее на пол. Это и правда был зараженный. Сняв маску, Андрей всмотрелся в потухший взор мертвяка. Все те же признаки заражения, что и у убитого в метро. Перевернув труп на живот, Андрей опустил воротник плаща, и увидел споровый мешок. Небольшой, и какой то сморщенный. Из него торчали нити паутины и, кажется споран? Нет, это был не споран. Странная черная горошина, размером со средний споран. Это точно был не жемчуг, да и вообще хоть что то, из того что он видел раньше. Убрав странную находку в карман, он вытащил из сжатых пальцев пистолет. Краем глаза, он обратил внимание на странную черную нитку, будто обвившую под кожей позвоночник трупа. Открыв дверь до конца, он осторожно спустился вниз. С одним пистолетом, к которому у покойника даже не было боеприпасов, много не навоюешь. Проходя мимо балкона, он заметил через окна кое что очень интересное. Один из масочников нес на спине странное оружие. Матово черную трубу, метра в полтора длиной, и довольно толстую. Сразу вспомнились эти проклятые огненные стрелы. Андрей отчетливо понял, что захватить эту трубу очень важно. На втором этаже был еще один зараженный, убитый таким же ударом. При нем, к великой радости Андрея, нашелся виброклинок. Правда, всего пол метра длиной, но и это уже неплохо. Судя по вооружению нападающих, никакого единого стандарта у них нет. Воюют тем, что найдут или захватят.

Первый этаж был разгромлен подчистую. Что за странная мания, поганить хорошие вещи? Выйдя через ту же заднюю дверь, Андрей активировал режим маскировки. Интересно, можно ли было избежать проблем, включи он его тогда, на крыше склада? Вряд ли. Все таки Казаков тоже был там, а в его костюме таких изысков не было. Стараясь держаться в темноте, Андрей пробирался к соседнему дому, где скрылся противник с трубой. Дверь была распахнута настежь, будто только его и ожидая. Чувство опасности слегка кольнуло в сердце, и Андрей обошел дом по кругу, открыв дверь заднего хода. Масочник стоял в гостиной, частично закрытый диваном, и проводил какие то непонятные манипуляции над трубой, установленной на манер миномета, и направленной прямо на главную дверь, к которой он приближался всего минуту назад. Так это была ловушка? Но не слишком ли простая? Враг умер мгновенно, с рассеченной надвое головой. Виброклинок легко прошел сквозь кости черепа. Андрей положил мертвеца на пол, и аккуратно подхватил ракетницу. В том что это была именно она, у него не было сомнений.

Оружие оказалось на удивление тяжелым, даже для своего размера. Точный вес Андрей определить не мог, усилители костюма не позволили бы, но уже само то, что он почувствовал наличие веса, говорило о многом. Закинув ракетницу в крепления за спиной, легко ее присосавшие, он двинулся к заднему входу. В этот момент дверь, к которой он шел, с грохотом слетела с петель. Ему в грудь смотрела винтовка, так похожая на ту, что горела сейчас в руинах его логова. Справедливый размен. Управ на пол, Андрей уклонился от выстрела, и тут же выстрелил в ответ. Заряд пистолета, пусть и слабый, оказался достаточным чтобы продырявить твари голову. Если бы этот чудик в него попал, защита могла и не справиться. Схватив упавшую на землю винтовку, Андрей бросился прочь. В поселке поднялось странное урчание, чем-то похожее на искаженную человеческую речь. Андрей бежал, используя все возможности костюма по максимуму. Тайник с багги был совсем близко. На ходу отключая маскировочный кокон, Андрей заскочил в машину, и бросил тубус ракетницы в багажный отсек. Зафурчал мотор, недовольный столь резким пробуждением, и аппарат рванул вперед, быстро набирая скорость. Андрей вздохнул с облегчением.

Рано радовался. Он успел удалиться не более чем на километр, когда из леса выскочил грузовик. Кустарная бронемашина, на крыше которой стояла плохо сочетавшаяся с ее видом крупнокалиберная турель. Андрей сразу узнал и турель, и саму машину, собранные иммунными кластера «Тихий» с огромными затратами. Чего стоило только убедить начальство базы продать эту самую турель, так хорошо справлявшуюся с отстрелом элиты. Серия синих вспышек разорвала ночную тьму, и в паре метров от багги на дороге взметнулись фонтанчики пыли. Это был конец. Можно было свернуть в лес, но как успеть? Машина двигалась быстро, даже быстрее багги, и постепенно его нагоняла. Повинуясь отчаянному порыву, Андрей схватил тубус ракетницы, и навел его на грузовик. Как ее использовать, он не имел не малейшего понятия. Багги, ощутив отсутствие управления, само гнало по давно заданному маршруту. Шаря по корпусу, Андрей наткнулся на какую то выпуклость, и чуть надавил на нее, случайно, не ожидая никакого эффекта от этого действия. Ракетница кашлянула, извергая огненный болид, устремившийся к грузовику. Тот резко вильнул в сторону. Турель палила, пытаясь сбить ракету, но судя по всему она работала в ручном режиме, и просто не поспевала за юрким сгустком пламени. Яркий взрыв, видимый, наверное, на несколько километров окрест, обратил машину в ревущий костер. Скорее всего горело топливо, продукт перегонки ископаемых останков, так что полыхать грузовичок будет еще долго. Своеобразная месть за его хозяев, убитых этими масочниками. И как только умудрились захватить технику почти невредимой. Андрей невольно глубоко вздохнул. Ему было страшно представить, что случилось бы, если бы он активировал это оружие случайно, к примеру, бросив его в багажник. Со спешащим на подмогу отрядом столкнулся уже через несколько минут. Три танка, и полная машина бойцов в костюмах. А неплохая у него репутация, среди своих. Среагировали по настоящему оперативно.

Рассвет встретил Андрея и его подкрепление за разбором завалов. Удивительно, но когда они вернулись к грузовику, и разрушенному поселку, не удалось найти ни одного трупа. Таинственные противники собрали покойников, и вывезли их. О том, что они вообще тут были, свидетельствовал только повсеместный разгром, сгоревший особняк Андрея, да стоящая теперь на обочине машина, полностью выгоревшая. А также, лежавший сейчас в багажнике багги, странный ракетомет.

В кабинете Соколова собрались трое. Сам он, Андрей, и невзрачный мужичок-механик, тот самый что недавно рекомендовал Свиридову помыться. Оказалось что он являлся нынешним главой всего техблока, со скуки работавшим с рядовыми проблемами. На столе перед ними лежала ракетница. Механик что то покрутил в ней, с легкостью вытащив заряд еще во дворе. Цилиндрическая ракета, какая то странно скругленная. Взрыватель с нее предварительно сняли, чтобы не учинять случайных терактов на территории штаба. Механик с интересом ковырялся в недрах пусковой трубы.

-Ну что там, Михалыч, - нетерпеливо окликнул механика Соколов, - есть какие нибудь маркировки?

-Ни одной. Эта труба, сплошная загадка. Надо бы ее в мастерскую, для тщательного изучения. Я не знаю, где ее делали, но оборудование применено очень серьезное. Она, по сути, монокристалл какого то металла. Даже не знаю какого. Электронная начинка довольно обычная, если не сказать, мусорная. Такая на устаревшей технике встречается. А вот сама ракета… ничего не могу сказать конкретно. Я просто не знаю как ее вскрывать, и можно ли вообще это делать. Чудо, что на ней стоит довольно стандартный свинчивающийся взрыватель. Очевидно, они и сами не хотят на такой подорваться. А еще, вот это.

Механик провернул какой то болт, и из углубления проступил кубик. Маленький черный кубик. Дежавю? Андрей внимательно уставился на странный предмет. Механик подковырнул кубик длинным ногтем, и вырвал его из хитрого разъема.

-Я вижу, вы оба узнали данный предмет? Однако, из рассказанного Андреем, я могу утвержать, что назначение у него другое. Вот, та самая вещица, из за которой автоматика не может отследить точки запуска этой дряни. Это блок областной маскировки, я думаю. Чтобы подтвердить, нужно отнести его в лабораторию, и подать питание. Заодно и посмотрю, насколько совершенна эта машинка. Я таких еще никогда не видел.

-Забирай к себе это барахло. Надеюсь, Андрей, ты не против?

Андрей кивнул головой, подтверждая согласие. В конце концов, для него ракетница особой пользы не представляла. Скорее одну опасность. А так, может получится узнать что то интересное о своем таинственном враге.

Механик сграбастал раскуроченную ракетницу, и удалился, насвистывая какую то веселую песенку. В кабинете остались только капитан и Андрей. Соколов устало взглянул на своего шебутного подчиненного, так и притягивавшего неприятности всей своей тушкой.

-Ну, что я могу сказать тебе, лейтенант. С сегодняшнего дня останешься на базе, и не спорь. Будешь ездить с отрядами разведки и быстрого реагирования, если скука заест. Проще держать тебя вблизи, чем постоянно думать, что там с тобой творится на окраине. Возражения есть?

-Нет, Андрей Семенович, возражений нет. Сам уже что то устал. И тем не менее, почему эти странные личности так ко мне привязались? Неужто я отдавил им самую любимую мозоль?

-Понятия не имею. Ладно, Свиридов, иди обустраивайся в казармах. Мне еще с бумагами возиться. Кто ж знал, что придется такой вот бумажной крысой заделаться, из за какой то мелкой раны.

Андрей вышел, оставляя капитана одного, наедине с тяжелыми мыслями.

Глава 9. Дом.

Желание посетить родину возникло у Андрея внезапно. На это у сотрудников базы не было почти никаких ограничений. По правилам любой, за исключением уже несущих в себе заразу Стикса имунных, мог обратиться в канцелярию базы, и получить короткий отпуск. Разумеется, на практике все было не так просто, и это «почти» вводило свои коррективы. Существовали строгие ограничения на промежутки между такими вылазками на землю, вызванные дорогостоящими дезинфекционными процедурами при переходе. Но два-три визита в год на несколько дней в родные края, это же лучше, чем ничего? Личных вещей у Андрея не было, по крайней мере таких, которые стоило бы тащить на ту сторону. Неспешным шагом, он вышел из канцелярии базы, под завистливыми взглядами охранявших ее часовых, держа в руках небольшую пластиковую карточку. Врата меж мирами, вершина инженерной мысли, располагались в самой дальней части базы, близ стены. Многие говорили, это было небезопасно, с точки зрения возможного нападения, но у начальства были свои резоны. В случае необходимости, снабженный мощной мобильной платформой портал мог быстро покинуть базу, и выехать за пределы кластера. Разумная предосторожность, на случай перезагрузки стаба. Портал был открыт всегда. За все годы нахождения тут базы, он не прекращал своей работы, и объяснялось это не столько почти не прерывающимся потоком ценных грузов, сколько самой механикой его работы. Андрей не был особым специалистом в этом вопросе, но из досужих разговоров в казармах знал, что на открытие портала ушло бы примерно в сто раз больше энергии, чем уходило на его ежедневное поддержание в течение года.

Шлюз с шипением распахнулся, выпуская его в просторную раздевалку. Андрей начал осторожно снимать костюм, укладывая его фрагменты в выделенный ему шкаф. На Землю тащить такую технику было нельзя. Не нужна она в самом центре мирной страны, пропитанная кровью и смертью. Надев заранее заказанный с той стороны комплект гражданской одежды, Свиридов толкнул тяжелую дверь, и вошел в зал портала. Он был не особо велик, и большую его часть занимала широкая движущаяся лента, способная уместить на себе целиком малую воздушную платформу. По ленте кучками перемещались ящики. Сейчас еще шла доставка грузов в мир Стикса. Андрей сразу узнал угловатые ящики с пищевыми контейнерами, и ячейки упакованных энергоблоков. Энергоблоки, конечно, можно было подзаряжать и тут, на месте, но завозить новые было выгоднее, да и на энергосеть базы не ложилось лишней нагрузки. Вскоре поток ящиков прекратился, и рабочие с их стороны начали загружать на ленту ящики с металлами и ценными минералами. Краем глаза, Андрей заметил чемоданчик с калифонием, сиротливо лежавший поверх целого штабеля ящиков. Ящики тоже были знакомыми. Сильно походили на те, что они привезли с Рудника.

Зайдя на остановленную ленту, Андрей двинулся по ней в сторону портала. Приветливо кивнув дежурному, он протянул ему пластиковую карту, и тот вставил ее в прорезь, внося запись о проходе через портал, и перезаписывая туда всю его медицинскую книжку, хранившуюся в административной сети базы. Ощущения от прохода через портал всегда были странными. Словно ударился в стену, но вместо того, чтобы набить синяков, упруго через нее проскользнул, не получив никаких повреждений. Сойдя с ленты на той стороне, Андрей прошел через огромный зал, в разы превышавший погрузочную зону на базе стороне, и приложил карточку к считывателю около высокой двери. Створки с шипением открылись, пропуская его внутрь. Небольшая комната заполнилась фиолетовым газом, не мешавшим дыханию, и даже довольно приятным на вкус. Андрей знал, что невидимые лучи, пронизывающие все пространство этого маленького помещения, сейчас убивают все, что могло так или иначе проникнуть с ним в родной мир. Зараза Стикса содержалась только в воздухе мира, да еще в крови зараженных и иммунных. Но вот только это была не единственная дрянь, которую можно было случайно подцепить в мире между миров. Мощные насосы выкачали газ, замещая его чуть прохладным воздухом, и следующая дверь приветливо открылась. За ней находился последний этап проверки. Врач, в легком изолирующем костюме, ждал его около кресла, окруженного всевозможной аппаратурой. Медик бережно взял у Андрея пробу крови, вставив ее в разъем массивного микроскопа. На большом экране, рядом с медиком, появилось увеличенное изображение. Оно всегда интересовало и забавляло Свиридова. Не каждый день видишь собственную кровь в таком увеличении. Среди скоплений мелких телец, эритроцитов и лейкоцитов, словно ползали сравнимые с ними размером клещи. Наномашины. Переставая быть частью организма, лишенные возможности связываться меж собой, они впадали во что то вроде паники. Эти причудливые клещи копошились в крови, не зная что им делать дальше. Врач удовлетворено кивнул.

-Никаких аномалий, все в порядке. Имеются какие жалобы, уважаемый?

Андрей помотал головой. Врач удовлетворенно кивнул и сделал в пластиковой карточке новую запись. Двери в родной мир были открыты. На Земле царило раннее утро. Убрав карточку в глубокий карман, Андрей направился к транспортному терминалу. Несмотря на то, что Врата располагались в глуши, глубоко в безлюдных северных землях, добраться от них до любой части Империи не составляло больших проблем. Курсирующая между Вратами и ближайшим городом воздушная платформа для персонала доставила его на станцию Транссибирского скоростного пути. Через три часа он сошел на вокзале в Москве, успев как раз к позднему московскому завтраку. Многомиллионный город гудел, как растревоженный улей. Несмотря на тот факт, что столицей Москва не являлась уже лет двести как, большая часть древних аристократических и торговых фамилий обиталась именно тут. Замок его небольшой квартиры на восьмом этаже красивого жилого комплекса приветливо щелкнул, опознав хозяина. Андрей вошел внутрь, ощущая спертый пыльный воздух покинутого жилища.

В этой квартире жили еще его родители. В ней он родился и вырос. Войдя в просторную гостиную, с висящими на ее стенах портретами родственников, он уселся на порядком запыленный диван. Впрочем, как он давно заметил, при долгом ношении костюма даже неприятные запахи радуют. И чего он сюда приперся? Неожиданно возникшая мысль заставила его широко улыбнуться. Вот она, свобода. Захотел, и приехал, даже если в этом и смысла то нет никакого. Кто его тут ждет? Кому он тут нужен? Портреты предков сурово смотрели со стен. На полке фальшивого камина стояло что-то, закрытое тканью. Андрей не помнил этого предмета. Подойдя, он сдернул кусок ткани, и пробивающиеся в окно лучи солнца осветили прекрасную фигурку. На полке сидела кошка. С замершим дыханием, Андрей вспомнил ее. Эту кошку подарил ему отец, незадолго до своей смерти, и ухода Андрея через врата Стикса. Дорогая игрушка. Он осторожно провел пальцем по гладкой металлической спине, чем-то напоминавшей по структуре силовой костюм. Вставленный в грудь кошки маленький энергетический модуль все еще мигал, сигнализируя о наличии достаточного для работы заряда. Андрей легонько толкнул его внутрь, замыкая контакты. Кошка вздрогнула, открывая рубиново красные глаза. Робот потянулся, в мельчайших подробностях копируя движения реальных животных, и довольно заучрал, распознав хозяина. Мертвая машина, полностью копирующая живое существо. Очередное извращение развивающейся цивилизации.

Вернувшись на диван, он уложил искусственную кошку на колени. Поглаживая металл, и слыша его доверчивый стрекот, Андрей размышлял. Пытался понять, что чувствует он на самом деле, тут, на родной ему Земле. Куда делось то ощущение безмятежности, которое должен испытывать каждый человек, возвращаясь к себе домой? Почему он то и дело оглядывается на окна, будто ожидая что в любой момент их иссекут пули? Да и сможет ли вообще душа, прошедшая огонь Стикса, стать прежней? Тот, кто видел как сам воздух содрогается от ужаса и боли, наблюдая за страданиями десятков тысяч невинных, тот кто видел, как умирают в огне и хаосе города, стоявшие наверное столетия в своих мирах. Тот, кто знает чувство постоянной, гнетущей опасности. Есть ли для него место в этом мире, с его деловой суетой и размеренной жизнью в комфорте и безопасности? Кошка спрыгнула на пол, звонко ударив лапами по деревянным панелям, и уселась там, смотря на него внимательным взором.

-Ну, чего уставилась?

Не дожидаясь ответа от бездушной машины, Андрей схватил со стоящего рядом столика стационарный передатчик, набирая чудом сохранившийся в памяти номер. Накинув самую чистую куртку, какая нашлась в шкафу, он подошел к двери. Кошка ждала его, по-прежнему внимательно изучая. Андрей склонился над ней, проведя пальцами по гладкой голове. Кошка снова замурчала, прогоняя прочь тоску и тревоги, и будто одобряя его действия. Он отключил питание робота, оставляя его сидеть у двери, и вышел наружу.

Стоявший в нескольких улицах от дома Андрея трактир всегда был популярным местом, с дешевой едой и хорошей выпивкой. Заказав графин с водкой, Андрей уселся на уютный диван в одной из закрытых кабинок, само размещение в которых стоило как добротный ужин. Деньги у него были, и даже более чем. Тратить на Стиксе их было некуда, разве что в борделе спускать. Алкоголь там не стоил вообще ничего, обильно доставляемый иммунными-рейдерами. Пискнул дверной замок, и на экране показалось полноватое лицо его старого знакомого. Можно сказать заклятого друга. Звали того Антоном Шульгиным, и был он личностью довольно неоднозначной. Добродушный толстячок, душа компании и выпивоха. Такова была сторона светлая. С другой стороны, он был членом опасной криминальной группировки, промышлявшей одним из самых вредительских видов преступного ремесла Империи. Воровством информации. Впустив гостя внутрь, Андрей закрыл дверь кабины. Шульгин смерил его недоверчивым взглядом, и уселся в соседнее кресло.

-Ну здорово, Андрей Павлович. Зачем звонил, чего хотел?

-Вот так вот сразу к делу, - в этот момент принесли заказ, и Андрей поставил на стол графин, налив и себе и собеседнику по полной рюмке, - выпьем за встречу.

-Ну, а чего рассуждать то, - Шульгин опрокинул в себя рюмку, - время деньги. Вряд ли ты стал бы мне звонить, просто чтобы позвать выпить. Так чего тебе понадобилось?

-Так чего мне может понадобится от информационного вора? – почти прошептал Андрей, -Информация, конечно. И разумеется не за просто так. Однако и информация не самого простого свойства.

-Ну, я весь во внимании.

-Мне нужна информация, касающаяся расследования исчезновения на Стиксе группы ученых-медиков, искавших лекарство от проказы Стикса. Сразу скажу, что информация может быть засекречена, и найти ее будет непросто. Какова примерная цена вопроса?

-Пол миллиона. - не раздумывая выпалил Шульгин.

Пол миллиона. Огромные деньги. Стоимость небольшой квартиры в центре. Андрей прикинул. Это была примерно треть его финансов, так что позволить себе это он мог.

-Я плачу. Так что у вас есть на них?

-Ну что же, начнем, - толстяк довольно потер руки, и достал из кармана коммуникатор, поключая его к поверхности стола, сразу превратившейся в экран, - ты наверное не в курсе в глуши своей, но год назад сервера отдела по делам Стикса неожиданно лишились защиты на несколько часов. Разумеется, совершенно случайно, по халатности одного из сотрудников, которого позже уволили. Однако стоила эта халатность едва ли не половины всех их данных, которые разумеется осели в нашей организации. Конечно, самые защищенные тайны, вроде технологий самого портала и бухгалтерии, которую они пуще зеницы ока берегут, нам отыскать не удалось. Но вот всяких отчетов набрали целую гору. Я уж думал, они никогда не понадобятся, а тут ты явился. Судьба, не иначе?

На столе отобразился заблокированный паролем файл. Андрей внимательно взглянул на Шульгина, и тот пожал плечами.

-Это нужный вам файл, господин Свиридов. По крайней мере, его часть, которую мы смогли обнаружить. Я несу за это полную ответственность. Но деньги все же вперед.

Андрей прислонил свой палец к услужливо протянутому коммуникатору, и с его счета списались пятьсот тысяч кровно заработанных рублей. Файл открылся. Это были несколько страниц текста, сопровождаемые фотографиями. Научную терминологию он не понимал, стараясь вычислять самые «очеловеченные» фрагменты. Фотографии изорванного трупа, похожего на тех зараженных, что атаковали его самого, выглядели неприглядно. На последней странице обнаружился написанный от руки абзац, что то вроде заключения всего документа.

«По совокупности установленных следствием фактов, рискну предположить что проект Прометей увенчался успехом. Обнаруженные в мертвом теле искусственные структуры превосходят на порядок наш технологический уровень, будучи способными полностью искоренить саму смерть. Полностью поддерживаю мнение экспертной группы, о необходимости уничтожения представленного образца, однако прекращение исследований на территории пораженной заболеванием считаю преждевременным. – Г.Бюррен.»

Понятнее ничего не стало. Значит, проект проводимый в землях Стикса назывался Прометей, и все таки достиг своей цели, какой бы она на самом деле ни была, но что случилось потом? Куда делись ученые, и откуда выползают эти разумные зараженные? Где искать правду? Еще раз внимательно просмотрев все листы, Андрей поднял глаза на Шульгина.

-И вот за это вы взяли пятьсот тысяч? А вы, однако, очень дорого цените свое время. Ладно, что есть то есть, часом, не знаете, кто такой этот господин Бюррен?

-Вообще, у нас не принято отвечать бесплатно, но ввиду удачной сделки по сбыту бесполезных данных, я вам так и быть отвечу. Был такой почтенный ученый, занимавшийся наномашинами. На момент написания этого документа, судя по датировкам, ему было около семидесяти лет. Однако в том же году он исчез. Его пытались искать, в том числе через нас, но успехом это не увенчалось. Да и не такой он был важной шишкой, чтобы встревожить важных лиц по настоящему. Так, поискали и забыли.

-Значит, и тут пустота. Что же, не смею более вас задерживать.

Довольный сделкой толстяк удалился прочь, оставляя Андрея наедине со странным файлом, все еще отрытом на панели стола, и початым графином водки. Пить как то резко расхотелось. Скопировав данные на собственный браслет, пусть и устаревший, но еще вполне пригодный для хранения информации, Андрей стер файл, оставшийся в столе. Если захотят, конечно, раскопают следы его тут пребывания, но и что с того? К тому времени он уже будет далеко, а в дела гарнизона Стикса земные сыскари не суются. Хотя и имеют право.

Дело близилось к вечеру, и Андрей вышел на улицу. Звезды начинали проступать на небосклоне, и среди них было заметно скопление огней, быстро двигавшееся куда то на восток. Космическая станция «Форпост», космопорт, построенный при поддержке почти всех стран цивилизованного мира. Где то там, в вышине, человечество начинало делать первые серьезные шаги в космос. Строились колонии на Марсе и Венере. Первые исследовательские суда готовились выйти за пределы солнечной системы, отправившись в бесконечную космическую пустоту. Нынешнее поколение начинает прямо таки болеть космосом. Повсюду книги и фильмы о нем. Все восславляют как героев первопроходцев. А в каких то нескольких тысячах километров от столицы Империи, в лесистых пустынных просторах, скрыт проход в настоящий другой мир. Информация о нем не скрывается, в этом просто нет смысла. Никому, кроме государственных деятелей, исправно получающих с той стороны ценные ресурсы, которые даже обрабатывать не нужно, не интересно происходящее в том страждущем мире. Почему так? Андрей не знал. Он и сам бы никогда не подумал о перспективе службы в гарнизоне Стикса, если бы не печальное стечение обстоятельств. Болезнь матери, вогнавшая семью в долги, и вынудившая Андрея, уже собиравшегося жениться и остепениться, подписать контракт с государством. Интересно, что стало с той девушкой? Разрыв был весьма жестким, но Стикс сам по себе жесток насколько, что подобные воспоминания кажутся незначительными. Да и какая, действительно, разница. Остается надеяться что у нее все хорошо.

-Пора домой, - сказал Андрей в пустоту, - в свой настоящий дом.

Зайдя в опустевшую, мертвую квартиру, он поднял печально ждущего его на пороге робота. Последнее напоминание о родителях. Положив робота в небольшой рюкзачок, оставшийся у него еще со школьных времен, Андрей захлопнул дверь квартиры, с четким осознанием что вернется сюда еще нескоро. Если вообще когда-нибудь вернется.

Глава 10. Кошка.

Дежурный у портала встретил его удивленным взглядом. Обычно уходящие в увольнение старались выжать из доступного им времени максимум, постоянно опаздывая к установленному сроку, и получая нагоняй от начальства. А тут, человек который, считай, только вчера ушел, уже вернулся, и явно не планирует продолжать отдых на родине. Сдав дежурному карточку, Андрей зашел в раздевалку, и с трепетом начал облачаться в свою вторую кожу. Про себя отметил, что это уже становится похожим на психологическое заболевание. Синдром «железной мышцы», о котором так часто говорили в войсках на Земле? Синдромом железной мышцы называли состояние бойцов, впервые надевших боевой костюм. Это чувство всемогущества, когда можешь одной рукой поднять тяжеленную железную балку, и размахивать ей, словно деревянной дубинкой, многих опьяняет. И делает зависимым от ношения костюма. Впрочем, Андрей с упорством наркомана уверял себя, что это тут совершенно не при чем, да и вообще, какая разница, если без костюма он просто не выживет в местной окружающей среде. Может оно и вовсе к лучшему, что у них такое сродство. Подвигав конечностями, ощутил какое-то неудобство в левой ноге. Словно она по непонятной причине медленнее реагировала на команды. Немудрено. Костюм то подменный, не родной. В том, который на ремонте остался, таких проблем не было. Может его уже починили? Покинув блок портала, Андрей направился в сторону мастерских.

В мастерской царила обычная для нее суета. Несколько механиков увлеченно ковырялись в покореженных боевых костюмах. Создавалось ощущение, что по ним потоптался слон. Хотя, каких должен быть размеров слон, чтобы продавить силовую защиту и так помять металл, Андрей даже не представлял. Михалыч сидел за столом, в дальнем конце помещения, и в чем-то увлеченно ковырялся. В чем конкретно, стало сразу ясно, стоило Андрею приблизиться. На столе лежал его трофей, ракетница, так и не тронутый заряд к ней, плавающий в заполненной водой банке, и тот самый кубик. Механик увлеченно ковырялся в нем, соединяя какие то проводки. Заметив присутствие Андрея, Михалыч обернулся, уставившись на него слегка ошарашенным взором. Судя по всему, он не спал с того самого разговора в кабинете Соколова.

-А? Андрей Палыч? А я тут как раз, с игрушкой вашей разбираюсь. Желаете взглянуть?

Андрей определенно желал. Механик вытащил из ящика цилиндр энероячейки, и накрутил на него переходник, судя по виду изготовленный кустарно. Довольно крякнув, он всадил кубик прямиком в гнездо на переходнике, и в тот же миг ровным счетом ничего не произошло. Михалыч удивленно осмотрел свое творение, и поправил длинным ногтем какой то проводок. В том месте, где стоял Механик, оптическая система костюма начала выдавать сплошные помехи.

-Ну как? – раздался голос из этого скопления непонятных импульсов, - работает?

-Не знаю. На вашем месте куча помех, но это не похоже на тот эффект, которого добился наш противник. Их то позиции вообще засекать не выходило, даже в такой форме.

-А ты чего хотел? – как то обиженно прогудел механик, - Там то она родная была, сидела как надо, и поле создавала ровное. Да даже и так, пока эти помехи обзор перебивают, ни одна автоматическая система цель не захватит, понимаешь? Укрой таким образом, скажем, ракету, и существующие системы, при всем их совершенстве, не смогут ее сбить. Понимаешь что это значит?

Андрей понимал. Слабо, но понимал. Сейчас, в их родном мире ракеты уже перестали быть чем то, представляющим серьезную военную мощь. Зачем, если есть куда более удобные и эффективные в использовании рельсотроны, снаряды которых перехватить попросту невозможно, а разрушительный эффект, ими оказываемый, почти такой же как у мощных ракет. При этом, его еще и регулировать можно. Если о существовании подобной вещицы станет известно некоторым чинам из военного министерства, они не преминут попробовать вставить ее в свой арсенал. Ракеты, которые не обнаруживаются, а значит и не сбиваются современными защитными системами. И признак новой мировой, которых не случалось со времен той, великой войны, продлившейся в мире Андрея долгих двенадцать лет. Михалыч явно прочел эти мысли на его лице.

-Вижу, что понимаешь. Жалко мне ее уничтожать, но и в мастерской оставлять не хочу. Еще кто соблазнится из сопляков. Деньги то огромные, понимать должен. Сам я все равно не понял, как конкретно она работает, но есть одно предложение. Ты ведь за своим костюмчиком заглянул, да? Ну так вот, во первых, я его еще не починил. Слишком рано ты вернулся из увольнения, я тебя так скоро не ждал. Во вторых, предлагаю еще немного обработать эту игрушку, и вставить рядом с блоком оптического камуфляжа. Как смотришь на это?

-Какие… побочные эффекты такой модернизации? – Андрей недоверчиво посмотрел на механика, выглядевшего не слишком адекватным.

-Ну, нет худа без добра, - Михалыч потупил взор, - и добра без худа тоже нет. Точно не знаю, но скорее всего возрастет нагрузка на энергосистему, и будет жрать энергии процентов на пять больше, а при включении маскировки, так и на все десять. Но в конце концов, ты ж станешь вообще ниндзей японским. И оптический камуфляж, и защита от технического обнаружения. Разве не хорошее приобретение?

-А избежать таких странных эффектов нельзя?

-Можно. Если отключить основную систему жизнеобеспечения, сиречь, фильтры. Но ты сам понимаешь, чем такая самодеятельность черевата. Проще уж сразу шлем снять, и вдохнуть полной грудью прекрасный воздух стикса.

-Ладно, устанавливай, - махнул рукой Андрей, - плюсов у твоей модификации действительно много. Но раз уж ты опять меня оставляешь без привычной брони, можешь эту поправить? Нога барахлит.

Механик подошел к Андрею, и наклонившись над левым коленом, легонько постучал по нему пальцами.

-Знакомо. Сымай, будем править. Питание отходит. Хорошо хоть не отошло, когда ты от тех уродов что восточный пункт громили драпал. А то забавная бы была картина, с одноногим солдатом.

Андрей нервно вздрогнул, представив себе эту картину. Да уж, приятного было мало. Если бы такая неисправность случилась тогда, он бы уже кормил червей Стикса. Снимая модули костюма, и укладывая их на стойку, Андрей сердито посмотрел на механика.

-И чего ты мне тогда сунул эту рухлядь? Смерти моей так хотел, что ли.

-Да нет, - пожал плечами механик, устанавливая снимаемые Андреем сегменты на стенд, и сразу сочленяя их, - просто самому мне времени все осмотреть конечно не хватает. Вот кто то из новичков или лентяев видать и пропустил огрех, а я не заметил. Да и кто знал, что ты у нас такой беспокойный кадр. Не умер, и то славно.

Полностью раздевшись, Андрей подхватил с земли прихваченный с квартиры рюкзачок. В нем должна была быть запасная одежда, забранная из раздевалки портала. Все таки в мастерской он в последнее время гость частый, а постоянно гулять по ней голышом странно. Расстегнув молнию, он вытащил наружу комплект одежды, и начал переодеваться. Ремонт, судя по кряхтению Михалыча обещал слегка затянуться. Рюкзак, не удержавшись в стоячем положении, завалился на бок. Из него показалась металлическая кошачья голова. Заметивший это механик чуть не уронил себе на ногу сегмент грудной брони, весьма увесистый. Его и так не слишком здоровый взгляд мало спящего человека уперся в отключенного робота.

-Андрей Павлович, дорогой мой, а это что? – голос механика звучал немного странно.

-Это? Да так, подарок отца на день рождение. Старый, уж сколько лет то прошло. А чего он тебя вдруг так заинтересовал то, Михалыч?

-Можно? – получив одобрительный кивок Андрея, механик вытащил кошака из портфеля. Бережно, словно святыню, он уложил его на свой стол, сбросив куда то в сторону кучку мелких деталек, рассыпавшихся по металлическому полу, явно давно не мытому и покрытому слоями пятен из смазки и какой то технической химии.

-Так что с ней не так то?

Одевшийся Андрей подошел к столу, с подозрением поглядывая на осторожные манипуляции механика. Кошка с тихим шелестом ожила, как и в первый раз, поднявшись и потянувшись.

-С ней то все так, но такую теперь поди найди. Чтобы ты знал, вся произведенная партия этих кошаков изъята из оборота. Даже по домам ходили, конфисковали. Осталось не так много, да и те в основном у всяких коллекционеров. Суммы за них пару лет назад стояли просто космические. Какая думаешь причина была у подобного ажиотажа?

-Мне то откуда знать. Я отсюда последние свои лета даже и не выбирался. Незачем было.

-Ладно, раз уж взялся байки травить, так до конца пойду. Ты наверняка в курсе, что в нашей стране одни из самых жестоких законов в области робототехники, среди цивилизованных стран. Разве что в северной Америке пожестче будут. Ну так вот, кошечку эту красивую, изготовили как игрушку для детей и подростков, с зачатками искусственного интеллекта. Даже такое было трудновато протолкнуть, но эти крючкотворы как-то справились. А потом, кошечка возьми, да и окажись слишком умной. История, правда, трагичная. Но с долей черного юмора. Одна девочка, лет семи, которой купили такую кошечку, пошла гулять с ней на детскую площадку. А там на нее, как водится в дружных детских коллективах, налетела девочка побольше, этак килограммов на двадцать. И разумеется силы были неравны. Побили мелкую. А кошка возьми, да и заступись за хозяйку. Насмерть. Убила она та задиру.

-Как, убила? – Андрей посмотрел на Механика ошарашенным взором.

-Да так. Взяла, да и убила. Ты не смотри, что ей даже нормальных когтей не дали, искусственные мышцы они и есть искусственные мышцы. Точно не знаю, да только взяла она по слухам, да и пробила ей глазницу, да прямо до мозга. От такого даже наши врачи не лечат, если хоть на секунду опоздают. А там медиками поблизости и не пахло. Кошку, разумеется, в расплав, компании иск, сразу от двух семей. И от семьи погибшей, и от семьи хозяев. А дальше шум, разбирательства. И вердикт правительственного суда, всех кошечек изъять, а производство прикрыть. Делали игрушку, сделали боевую машину. Бывает же, а?

-Так в чем была проблема то?

-Да в том то и дело, не было никакой проблемы. А вот нехрен им было военный завод левым образом выкупать, и разворачивать на нем подобное! Поплатились за любовь к злату и чиновники, и производители. Кто ж знает, чья там шутка затесалась в мозги этой игрушки. Я не следователь, материалов не видел. Как по мне, все просто идеально. Быстрая, сильная, ловкая железная скотина, преданная владельцу.

Окончательно прогрузившаяся кошка подошла к Андрею, и мяукнула, глядя ему прямо в глаза. Сейчас, эти показавшиеся тогда мертвыми глаза, уже не казались таковыми. Самоубеждение, или и правда, в глубине алых зрачков есть что то, не свойственное машинам. Кто ж знает. Погладив довольно замурлыкавшую металлическую кошку, Андрей подставил руку и кошка, цепляясь за рукав своими крохотными коготками, забралась ему на плечо.

-О как, - удивленно воззрился на кошку Михалыч, - сразу тебя признала. Только вот стандартной то ячейки ей всего на пару недель хватит. Сейчас, погоди.

Открыв один из ящиков, механик вытащил из него энергоячейку, похожую на ту, что красовалась в кошачьей груди, но куда более яркую. Да и вообще, выглядела она не в пример добротнее.

-На, от сердца отрываю. Ячейка похожа на стандарт, но такие ставят только в военные игрушки. Для простого люда дороговато будет. Такой и на год хватит, если не наглеть, а там и перезарядить ее можно, ежели недельку в заряднике подержать. Береги ее. Больно уж занятная. А то смотри, с радостью куплю.

Неожиданно, кошка издала шипящий звук, чем то похожий на звук сбрасываемого из парового котла пара. Андрей и Михалыч в недоумении воззрились на кошку, а то смотрела на Михалыча, и шипела.

-Видал? Даже думать не хочу о том, что она нас сейчас поняла, и разозлилась. Быть такого не может, а есть. – механик почесал макушку, - Ладно, надо заняться твоим костюмом. Ты ко мне ее приноси, если что. Всегда, так сказать, рад встрече.

Андрей отошел к дивану, и присел на него, сразу поменяв энергоблок робокошке. Та довольно бродила по дивану, втянув крохотные коготки, годные лишь для того, чтобы кое как цепляться за ткань. Наблюдая за роботом, Андрей нечаянно вновь бросил взгляд в сторону покалеченных боевых костюмов, висевших на стендах.

-Эй, Михалыч, а с этими то чего случилось? Выглядит так, будто их целый взвод слонов топтал.

-Эти то, - оторвавшийся от ремонта костюма механик бросил взгляд в другой конец мастерской, - так это, бой был недавно, с какими то черными. Часа четыре назад. Вот, эти попали под раздачу. Запульнули в них такой же вот ракеткой, как та что на столе. Никого не убило, только покалечило знатно некоторых. А броня вот в хлам. Все в лазарете лежат.

-И чего сразу не сказал? – Андрей вскочил, - Мне ж в штаб надо, а я тут с тобой лясы точу.

-Не суетись, молодежь. Штаб никуда не убежит, как и ты, на неисправной ноге. Обожди, будет тебе и нога, и штаб, и все такое прочее.

До штаба Андрей добрался только через час. Кошка, угнездившаяся на его броне, и прекрасно на ней удерживавшаяся, бросала на всех вокруг взгляд своих пугающих глаз. Как выяснил Михалыч, в кошачьи лапки были встроены довольно мощные магниты, позволявшие ей чуть ли не по отвесным поверхностям карабкаться, если те хоть немного металла в себе имеют. Соколова в кабинете не было. К счастью, он нашелся недалеко. Почтенный капитан сидел около кофейного автомата, и попивал свежий напиток, читая доставленную с Земли газету. Заметив Андрея, он отсалютовал ему кружкой, совершенно не удивившись такому скорому возвращению. Да и на кошку он бросил лишь мимолетный взгляд, снова уставившись в газету.

-Стоимость платины снова выросла, во дела то. А ртуть? Ух, ртуть бы нам не помешала. Но только если пару цистерн найдем, - бормотал себе под нос Соколов.

-Господин капитан, лейтенант Свиридов из увольнения вернулся.

-Славно, Андрюша, славно. Уже в курсе последних новостей? - Соколов перелистнул страницу.

-Нет, вот, пытаюсь что то узнать. Михалыч сказал что был бой.

-Бой, это еще слабо сказано. Нам объявили войну, господин лейтенант. Прямо и конкретно. Отряд в черных плащах напал на танковую колонну, сопровождавшую груз золота. Танки расстреляли из засады, один даже подбили. Его так и не вывезли оттуда, да и вывозить то нечего. Снаряд попал в энергоблок, каким то образом пробив защиту, и все что было внутри танка просто изжарилось. Даже принудительный сброс энергии в пространство не помог.

Андрей похолодел. Он уже был готов задать капитану тяжелый вопрос, когда тот сам разрешил его сомнения.

-Нет, не волнуйся. Это был не танк штабс-капитана Казакова. Илье удалось оттуда свалить. А у нас совершенно случайно появились подозрения, о нынешнем месте базирования этих повстанцев.

-Почему повстанцев?

-Ну, а как их еще назвать, если они вооружаются в основном тем, что у нас отымут, или всяким устаревшим снаряжением из местных кластеров? – Соколов сложил газету, и внимательно взглянул в глаза Андрею, - Ну что, готов немножко повоевать? Попробуем заставить их выйти на честный бой. Если конечно штаб не решит опять избавиться от проблем, просто запустив по ним несколько ракет с какой-нибудь химической гадостью. А то и чего похуже.

-Ядерное? – удивленно поднял брови Андрей.

-Нет, боже упаси, до такого даже они не додумаются. На кой нам рад-кластер под боком? И добро бы еще стандартный, так а если придется палить по стабу? Я как то раз сталкивался с атомитами, впечатления не из приятных.

-Чего тут говорить, я то всегда готов, - Андрей почесал кошку за металлическим ухом, и та радостно отреагировала на ласку, - мне еще за порушенное логово с ними посчитаться надо как следует.

-На том и порешим. Я сообщу тебе о подробностях, когда совещание закончится.

Глава 11. Разведка.

В небольшом кластере, расположенном меж двух крупных холмов, ютился заброшенный поселок. С десяток крупных бетонных сооружений непонятного назначения таращились в пространство пустыми провалами окон. Андрей сидел в кустах, на вершине одного из холмов, и осматривал через оптику винтовки окрестности этих руин. О существовании данного стаба было известно давно, но он относился к категории «мусорных», и не представлял никакой ценности. Все ценное отсюда вынесли еще до того, как в земли Долины пришли поселенцы базы. Конечно, столь долгоживущий стаб заселить не рискнули. Кто знает, в какой момент ему приспичит обновиться, и как быстро будет протекать этот процесс. Имунным стаб тоже интересен не был. Рядом с ним не было никаких источников ресурсов. Лишь периодически обновляющиеся однообразные холмы, поросшие мелким лесом. Беспилотник базы, отправленный в этот район после начала активных нападений, засек какие-то фигуры в темных одеждах, заходившие в одно из строений. Это нуждалось в проверке, и теперь, по приказу штаба, несколько разведчиков в костюмах с функцией маскировки сидели в засаде, выжидая какой-либо вражеской активности. И ожидание затягивалось. Хорошо хоть, с защитой связи разобрались, и теперь можно было без проблем пересылать сообщения членам группы и самому штабу. Андрей в который раз взглянул на поселок, все такой же безжизненно серый. Несколько раз оптика засекала признаки жизни, но это было какое-то зверье, забредшее ненароком под прицел.

Из кустов рядом тихо выпрыгнула кошка. Перед отправкой на миссию, Андрей обратился к Михалычу, и тот покрасил ее блестящий корпус матово черной краской, какой покрывали боевые костюмы. Черный цвет роботу очень даже шел. Андрей не понимал, как вообще устроен электронный разум этого создания, действовавшего весьма своевольно и неожиданно. К примеру, часа четыре назад, когда скука совсем сморила его, кошак неожиданно взял, и принес Андрею здоровенную крысу, непонятно как выловленную в леске. То есть, поступил то робот как настоящая кошка, но неужели в него было заложено даже такое? Кто записывал в эту крохотную коробочку мозгов инстинкт охотника? От многочисленных вопросов, так и сыпавшихся на него в последние дни, как из рога изобилия, разболелась голова. Решив не донимать себя праздными думами, Андрей снова уставился в прицел. Еле слышно пискнул под ухом передатчик.

-Кошатник, чего там у тебя? – раздался под ухом тихий голос штабс-капитана Федотова, командира разведывательного отряда. Позывной «Кошатник» Андрей получил в этой группе по вполне понятной причине. Ну, кому еще придет в голову тащить с собой на задание кошку, пусть и робота.

-Пусто, как в копилке нищего.

-Ну, это ты загнул, - добродушно пробасил командир, - в копилках иных нищих побольше чем в наших может найтись. Современные нищие явление странное.

Новый звуковой сигнал обозначил переключение командира на общий канал.

-Отряд, поступил приказ с Базы. Выдвигаемся в руины, и осматриваем их, осторожно. Судя по всему, эта точка уже заброшена. Нам надо только убедиться.

Андрей встал, разминая слегка затекшие конечности. Долгую неподвижность он никогда не любил. Холм был довольно крутым, и вниз пришлось спускаться, едва ли не скользя по склону на полусогнутых ногах, и периодически натыкаясь на увесистые булыжники. Кошка, опять забравшаяся на плечо, пялилась в пустоту. Андрей видел как спускаются другие члены группы, которым тоже было не так уж и просто. Один даже запнулся, с трудом удержав равновесие, чтобы не рухнуть с отвесного склона. Поназанимали высот, понимаешь. С тем же успехом можно было сидеть на единственной дороге, ведущей к кластеру нормальным образом. Вблизи руины не показались более приятными. Мрачное место, от которого так и веет смертью и разложением под неумолимым гнетом времени. Надо заметить, для переменчивого Стикса, постоянно обновляющего свою мозаику, такие места были не слишком частым явлением.

-Бойцы, каждый осматривает свой сектор. Встречаемся в центре. – голос Федотова вновь прозвучал под ухом.

Прямо перед Андреем было большое трехэтажное здание из кирпича и бетона. То ли жилой корпус, то ли административный. Тонкая железная дверь, насквозь проеденная ржавчиной, валялась на ведущей к входу лестнице. Судя по всему ее выбили. Не похоже что она свалилась сама. В отличие от материалов самой двери, толстые петли не успели сгнить. Перешагнув через нее, Андрей заглянул в проем. Кошка спрыгнула вниз, сразу скрывшись в полумраке. Переключив оптику шлема в ночной режим, Андрей осмотрел внутреннее пространство. Все столь же мрачная картина. И старые человеческие следы на полу. Приглядевшись, Свиридов отчетливо увидел многочисленные опечатки грязной обуви, оставшиеся на изорванном линолеуме, кое-как прикрывавшем бетонный пол без изысков. Кошки нигде не было видно, да и не до своевольной машины сейчас. Готовая к бою винтовка уже накапливала заряд для выстрела. Осторожно, стараясь не тревожить валяющиеся на полу осколки стекла и кучки мусора, он пошел вперед. Все следы вели по одному маршруту, напрочь игнорируя боковые ответвления. Для надежности, Андрей заглянул в пару боковых дверей, чудом сохранившихся, и увидел лишь ободранные обои и загаженный чем-то пол крохотных комнат. Следы обрывались у входа в подвал, спускаясь вниз по бетонной лестнице с побитыми краями. Ну, разумеется, опять лезть под землю. Не везет ему на это. И почему все так и норовят зарыться поглубже? Андрей включил передачу, настроившись на общий канал.

-Говорит Кошатник, обнаружил следы неизвестной активности, но судя по всему довольно старые, и спуск в подвал. Какие мои дальнейшие действия?

Ему сразу ответил недовольный чем-то голос командира.

-Понял тебя, у меня ничего. Пока оставайся на месте. Ключ, Заяц, Трест, что у вас?

-Говорит Заяц, - раздался голос самого молодого члена группы, - тут было что то вроде склада. Много пустых ящиков, следы разгрузки. Но ничего ценного или интересного.

-Командир, у меня тут пусто. В этом здании уже год как ни души не было, судя по всему. - Андрей чуть напрягся, вспоминая, и опознал этот голос как Ключа, опытного стрелка и «охотника» северной границы базы.

-Где там Трест? – вновь раздался голос Федотова, - Трест, ответь. Матвей, черт тебя дери, ты там что, поссать отлучился? Так в костюме для этого рук вроде не надо. Так, отряд, всем в точку сбора, бросайте находки нахер, кажись у нас ЧП. И побыстрее. Если этот гомосек звук в связи отключил, я ему по возвращении на базу яйца отрежу.

Андрей развернулся, и побежал к выходу, уже не скрывая своего топота. Он заметил черный силуэт кошки, на секунду мелькнувший в дверном проеме. Ну и славно, не придется потом ее по всему чертову зданию искать. Выбежав наружу, Андрей завернул за угол, и сразу увидел фигуру капитана, стоявшего в центре площади и тревожно озиравшегося. Ключ и Заяц тоже были на подходе. Когда вся четверка собралась в центре, командир тихо обратился к ним, не используя передатчик.

-Его нигде не видно. Мне уже становится не по себе. Такое ощущение, что мы сами себя в ловушку загнали, вам так не кажется?

-Кажется, - Ключ закинул на плечо винтовку, - но для начала, надо проверить сектор Чушки. Если с ним что случилось, мы во всяком случае найдем следы. Никакого шума то и не было, может он там переволновался, сознание потерял.

-Умник ты, Ключ, - едва ли не прошипел Федотов, - через две горячих точки и год службы тут этот придурок прошел, а на рядовой разведывательной миссии он у тебя переволновался, значит? Хотя, кого я обманываю, разведчики из нас как из дерьма энергоячейка. Двинули.

Решивший не вмешиваться в эту короткую перепалку Андрей потрусил за остальными. Исчезнувший Трест должен был обыскать несколько домов на окраине поселка. Пока остальные обыскивали дома, в поисках следов, Андрей вернулся к склону холма. След, пропаханный ботинками, четко отпечатался на сыроватой земле. Трест спустился, вниз, а дальше? Через низкую траву шла небольшая тропинка, в сторону одного из полуразрушенных строений. Андрей пошел по ней, внимательно всматриваясь в цепочку оставленных тяжелым костюмом следов. И вдруг, следы пропали, не доходя до строения. Небольшой пятачок был вытоптан, но никаких признаков, что боец отсюда куда-то уходил не было. Зато было кое что другое.

-Три-О! Тут чертова элита! – заорал Андрей.

Выскочившие из домов разведчики бежали к нему, на ходу настраивая оружие на полную мощность. Андрей озирался, пытаясь выцепить любое постороннее движение. В грязи, видимо упавшей с обуви Чушки, виднелся четкий отпечаток когтя. Длинного, чуть загнутого когтя. Федотов, так же внимательно осматриваясь вокруг, обратился к Андрею.

-Уверен что она?

-Больше некому, - Андрей кивнул на следы, - Трест даже до дома не дошел, тут его скотина прихватила. Они умеют так, бесшумно подкрадываться, не тревожа ни единой травинки.

- Ты о другом вспомни, лейтенант. Умеют так только самые сильные твари, у которых способность специальная вырабатывается. Иначе их наша оптика быстро засекает. Да и то, постоянно так передвигаться они не могут. И еще, черт тебя дери, Кошатник, как ты себе представляешь бесшумное уничтожение элитой бойца в тяжелом костюме?

-У вас есть какой то другой вариант произошедшего тут, штабс-капитан? – процедил Андрей. Федотов смолчал. Вокруг было все так же тихо и уныло, и ничто не показывало, что каких-то несколько минут назад тут, скорее всего, жестоко убили их товарища. Хотя, шанс что он еще жив все таки остается, крови то нет. Броня крепкий орешек, и если не сгорел энергетический модуль, твари придется еще попотеть, расковыривая костюм. Внимание Свиридова привлек какой то скрежет, и он быстро повернулся на шум. Чуть медленнее, но все таки тоже быстро, в ту сторону повернулся Заяц, и Андрей едва успел ударить по стволу его винтовки, наклоняя ее вниз. Мощный заряд ушел в землю, поднимая фонтан земляных брызг.

-Ты чего… - с непониманием уставился на него Заяц.

-Ничего. Смотри куда стреляешь.

Андрей пошел на скрежет, приближаясь к сидевшей у одного из небольших строений черной фигурке. Опять кошка. Робот сидел около приоткрытой ржавой двери, и скребся в нее, подобно своим живым собратьям. Группа собралась около строения, с недоумением глядя на склонившегося над кошкой Андрея. Искусственный зверек, словно выполнив какую-то задачу, и наконец успокоившись, запрыгнул на плечо хозяину. Андрей, начиная что то подозревать, потянул на себя согнутую арматуру, заменявшую дверную ручку. Широкая дверь, в которую без проблем могли бы пройти три человека, с адским скрипом отворилась. Андрей, и подошедший к нему командир, осторожно заглянули внутрь. Вниз уходил квадратный бетонный колодец, похожий на шахту какого то лифта. На дне, около черного провала, уходящего вбок, плескалась вода. Прозрачная, как слеза. И в этой воде отчетливо виднелся силуэт винтовки Чушки.

-Утащила, значит, - упавшим голосом сказал Ключ, - что будем делать, командир?

-Неужели сунемся в логово матерой элиты, столь ненавязчиво нас приглашающей? – Андрей с сомнением взглянул на свой отряд. В его памяти еще была свежа нападающая элита, в узком проходе подземной лаборатории. Если бы не особые способности иммунного Маркуса, она бы их там всех порвала. В этот раз иммунных среди них не было, тем более с такой выдающейся способностью.

-И что в этом такого? – Заяц оперся на винтовку, всем своим видом демонстрируя свою великую крутизну, - Четыре бойца с мощным оружием против одного монстра? Да охотники на границе их пачками валят. Неужто испугался, Кошатник?

Андрей уже вознамерился было задать зазнавшемуся новичку трепку, но неожиданно в дело вмешался Федотов.

-Экий ты храбрый боец у нас, Заяц. А сам то, много элит стрелял? Наслушался он разговоров в казармах, а в голове ветер один так и гуляет. Чтобы ты знал, раз так хочешь умником показаться, Кошатник и есть один из таких охотников, причем со стажем. Элиты очень сильные твари, и умные. Так что не надо думать, что разобраться с таким врагом выйдет как с дворовой шавкой, да еще и на ее собственной территории. Но выхода у нас все равно нет. Я уже отправил отчет в штаб, и нам приказано закончить разведку, и по возможности обнаружить Чушку. Или его труп.

-Как будем спускаться? – Ключ также заглянул на дно колодца, -Неужто тут? Так и у нас и снаряги нету нормальной, для таких спусков. Или по старинке, на ножичках?

Андрей усмехнулся, поняв о чем ведет речь этот ветеран. Было такое развлечение раньше, у особо безбашенных рейдеров. Спуск по отвесной стене на виброклинке. За такое наказывали, но желающие пощекотать нервы все равно находились. Вонзали под углом клинок в стену, выкрутив его на максимальную мощность, и сигали вниз. Разумеется, высоты были не слишком большие, и даже при падении боец в костюме не получал особых травм, но вот клинки от такой запредельной нагрузки часто выходили из строя, да и сама процедура «скольжения» была трудной, не всем давалась. Все прекратилось, после маленькой трагедии. Один из таких прыгунов сверзнулся с высоты третьего этажа, и каким-то немыслимым образом умудрился повредить костюм. Его товарищи, подбежавшие на помощь, могли лишь вытащить энергоячейки из его костюма, и добить начинающего безумца, хищно скалившегося на них из под треснувшего шлема. Начальство тогда устроило большое собрание, которое Андрей хорошо запомнил. С тех пор желающих так развлекаться сильно поубавилось.

-Нет, конечно нет, - Федотов посмотрел на Андрея, - ты говорил, что нашел лестницу вниз? Вряд ли тут какое то отдельное сооружение, так что спустимся там.

В административном корпусе ничего не поменялось. Без проблем добравшись до лестницы, отряд пошел вниз. Первым шел командир, внимательно осматривая дорогу. Его подозрительность быстро окупилась. Склонившись над ступенями, Федотов провел пальцами по тонкой леске, натянутой поперек прохода, и уперся в массивный цилиндр, разбитый на множество небольших ячеек. Растяжка. Изучив ловушку, командир рассек леску кончиком виброклинка, и вытащил из криво загнутой скобы гранату. Андрей не узнавал ее. Войска базы подобных не использовали, это уж точно.

-Смотри-ка, - выступивший вперед Ключ взял из рук Федотова гранату, - редкая штука. Такие один стаб имунных на юге использует. Прилетает иногда пара ящиков, в полупустой военной части. Гранаты, прямо скажем, так себе, но для небронированных целей хватит. При особом невезении может даже костюм повредить. Хотя, это будет действительно огромное невезение. Силовая защита такое спалит мгновенно.

Продвигаясь вниз, сняли еще две растяжки, прежде чем наконец увидели вход. Над раздувшейся от влаги белой дверью, чем то напоминающей больничную, виднелась полусфера примитивной камеры видеонаблюдения. Ключ разбил ее вдребезги выстрелом на минимальной мощности винтовки. Их взорам предстал просторный цех. Андрей не мог сказать, что именно производили в этом помещении, но это явно не была гражданская продукция. Вдоль стен стояли разнообразные металлообрабатывающие станки, перемежающиеся с электронными стендами. Целый угол помещения занимала химлаборатория. В центре стоял длинный стол, заваленный деталями. Свиридов сразу опознал некоторые из них. Обломки силовых костюмов, фрагменты конструкций грузовиков и даже целый двигатель. Покалеченное оружие. Разряженные энергоячейки, так хорошо ему знакомые, громоздились целыми кучами. Дальше вела только одна дверь. Элиты видно не было, и отряд разошелся двойками, рассматривая все вокруг. Иные стабы за такую кладовку глотки порвали бы.

-Интересно, что тут производили? – первым нарушил молчание Заяц. Ключ укоризненно посмотрел на него, но стоявший рядом командир, склонившись над каким то столом, постучал пальцем по стопке бумаг.

-Они разрабатывали какое-то оружие. Подумать только, что в Стиксе вообще хоть кто-то этим занимается. Это что--то вроде ракеты с импульсным двигателем, какие используют наши танки.

Диалог оказался прерван резким шумом. Грохотало дальше, в подземельях. Было похоже, что по полу катают железную бочку. Команды никому не понадобились. Отряд осторожно, соблюдая дистанцию, подошел к двери. Федотов жестом приказал всем быть наготове, и распрямил запястье, направляя его на дверь. Андрей заметил на костюме командира модификацию типа «захват». Таких модулей по какой то непонятной причине было мало, и в свое время Андрею так и не удалось его выпросить у механиков. От руки командира протянулась к двери тонкая нить, цепляя ее магнитом, и дверь распахнулась от сильного рывка. За ней было пусто. Оптика показывала коридор, с хаотично расположенными дверями, и черный провал шахты лифта, в который лился сверху, из открытых Андреем дверей, свет местного солнца. От лифта тянулась полоса, словно от волочения тяжелого предмета, уходящая за одну из дверей. Прикрывая друг друга, разведчики приблизились, и тяжелый ботинок костюма Ключа вышиб дверь. Открывая вид на кабинет, заполненный каким то врачебным оборудованием. В кресле, чем то похожим на старое зубоврачебное, сидел опутанный разноцветными проводами Трест.

Глава 12. Сокрушение.

Трест сидел в кресле, бессильно свесив голову в шлеме. Быстро оглядевшись, и не заметив в этом помещении признаков ловушки, Федотов и Андрей подбежали к нему, в то время как оставшиеся члены группы встали у двери, держа наготове оружие. Андрей с некоторым удивлением смотрел на многочисленные технические разъемы костюма, сейчас открытые, и подключенные к проводам, убегавшим в какие-то хитрые приборы, мигавшие ничего не говорившими Свиридову индикаторами. Он, конечно, знал о существовании такой системы разъемов, но ни разу не видел в действии. Эта система предназначалась для медицинской диагностики, в ситуации, когда снятие костюма невозможно. А весь Стикс, по природе своей, был именно такой ситуацией. Но как-то весьма сомнительно, что такой тонкой процедурой занимался элитник. Он бы просто не смог открыть своими лапищами многочисленных мелких заглушек. А значит, в этом комплексе есть кто-то еще. Или был. Андрей уже собрался озвучить свои элементарные выводы, до которых все, вероятно, и так уже дошли, когда командир отскочил от Треста.

-Проклятье! Шлем разбит, он инфицирован.

Федотов потянулся к винтовке, но был остановлен быстро подошедшим Ключом. Ключ также внимательно осмотрел шлем, заглянув через ставшее полупрозрачным забрало прямо в лицо Тресту. Его явно беспокоила судьба старого друга. Схватив целый пучок проводов, он оторвал их прочь, отбрасывая вместе с каким то мелким оборудованием.

-Командир, признаков безумия нет. Есть шанс что у него иммунитет, а значит убивать его не надо. Предлагаю вынести на поверхность, и убираться отсюда. Будет буйствовать, тогда уж пристрелим. Происходит что то непонятное, и кажется мне, что мы с этим не справимся.

-Согласен, -вновь подойдя к креслу, Федотов начал один за другим отрывать провода, -я уже отослал отчет о произошедшем в штаб, и они обещали прислать за нами платформу с десятком бойцов. Чтобы тут все обследовать, и пристрелить тварь.

Андрей пошел по кругу, осматривая расставленное повсюду оборудование. Было во всем этом что то знакомое. Знакомое, и виденное им совсем недавно. Взгляд его упал на массивный железный стол, половину которого занимал надтреснутый экран. А вторую? Вторая половина была пуста, но было ясно, что еще совсем недавно тут что то стояло. Микроскоп. Тяжелая мысль рухнула в голову словно булыжник, и он понял, что это все напоминает. Такое же, или может чуть лучше, современнее оборудование… И получился бы готовый медицинский кабинет в карантинной зоне. Раздался громкий крик, и стоявший у входа Заяц отлетел внутрь, словно футбольный мяч, врезаясь в какую-то аппаратуру и сминая ее с противным скрежетом. В дверь заглянула уродливая морда огромной элиты, глумливо смотревшей на человеческую возню. В следующий миг, прежде чем все успели опомниться от столь неожиданного нападения, элита отскочила обратно. Выстрел Андрея пробил насквозь стену и ушел через коридор в противоположное помещение, но монстра явно не задел. Где-то сбоку раздался звук скрежета когтей по бетону, и плеск. Андрей догадался, что элитник карабкается по стенам шахты лифта. Догонять его смысла не было, если только не затем, чтобы предложить себя в роли основного блюда.

-Уходим отсюда, быстрее! - Федотов подхватил Треста под руку. Ему помог Ключ, и вместе они потащили товарища к выходу. Андрею эта идея казалась не самой разумной, но спорить он не стал. Судя по поведению, элита была очень даже стреляная, и прекрасно понимала, что пойдя напрямую против людей в железной скорлупе, с из длинными пушками, так непохожими на пушки остальных иммунных, есть все шансы лишиться собственной жизни. Выдернув Зайца из искрящего прибора, Андрей увлек его за собой. Юнец явно пребывал в шоке от столь сокрушительной атаки, а может и парочку синяков получил. Быстро миновав заброшенный цех, они поднялись по лестнице наверх. Отпустив уже чуть оправившегося Зайца, Андрей приготовился к возможным нападениям, плавно поводя стволом винтовки из стороны в сторону, и давая волю ее продвинутой оптике. Никакого движения вокруг. Все будто вымерло. Отойдя к слону холма, они встали кругом, просматривая местность вокруг во всех направлениях.

-Сколько там до прибытия платформы? – мрачно осведомился Ключ.

-А я почем знаю, -огрызнулся Федотов, - до сюда два часа лету, с опытным пилотом, да полным ходом, а пока что и десяти минут не прошло. Продержимся, что уж тут. Лишь бы какие другие уроды не подвалили по наши души.

Заяц, до того действовавший вполне адекватно, неожиданно бросил винтовку и упал на колени, яростно ударяя себя кулаками по голове. Броня трещала, под градом ударов собственного владельца. Ключ подбежал к безумствующему бойцу, и схватил его за руки, с трудом удерживая равные по силе усилители. Мигнули автоматически включившиеся экраны защиты, и Андрей увидел в нагрудной пластине, там, куда пришелся удар элиты, маленькую черную вмятину. Броня не выдержала удара.

-Он заражен, выдерни силовые блоки! – крикнул Андрей Ключу, сам бросаясь к ним. В этот самый миг из воздуха, поразительным, недоступным даже маскировке костюмов образом, материализовалась элита. Огромный монстр образовался в паре метров от Федотова, ошеломленно уставившегося на эту тушу. Элита ударила со всей своей невероятной силы, впечатывая командира группы в грунт. Андрей вскинул винтовку и монстр, заметив его движение, с недоступной людям скоростью реакции схватил Федотова за одну из конечностей, швырнув его в Свиридова. Лишенный возможности стрелять, Андрей не успел уклониться. Два костюма с грохотом столкнулись отвратительно взвизгнувшими защитными экранами, и Андрей остался лежать, придавленный сверху товарищем. Элита прыгнула сверху, вбивая живую кучу в землю. Массивные когти скрежетали по отчаянно сопротивляющейся защите барахтающегося Федотова. Андрей не видел его лица, но подозревал что опытный капитан сейчас в ужасе. В ужасе был и сам Андрей, совершенно не понимавший, как мог оказаться отряд разведчиков столь беспомощным, перед лицом всего одного монстра. Они, истреблявшие таких монстров десятками, сейчас избивались всего одной матерой тварью, едва ли не насмехавшейся над барахтавшимися в земле консервными банками, и попиравшую их честь и самооценку своими лапами.

Сбоку раздался треск винтовки, разрядившей куда то полный заряд. Андрей с трудом извернулся, взглянув в ту сторону. Взглянула туда и элита. Стреляли явно не в нее. Ключ стоял над Зайцем, заваливавшимся на землю. Шлем самого юного члена отряда был залит кровью. Точный выстрел, почти в упор, снес ослабленную защиту, и покончил с существованием Зайца. Ключ уже заносил ее для повторного выстрела, когда попранная лапой элиты броня Федотова дала первую трещину, впуская внутрь смертельно опасный воздух Стикса. Элита прыгнула в сторону, уклоняясь от выстрела. Заряд прошелся по ее боку, впоров одну из пластин брони, но не причинив серьезного урона. Монстр бросился к Ключу, почти мгновенно сокращая дистанцию хаотичными скачками. Боец сохранял спокойствие, выцеливая противника. Барахтавшийся под почему-то затихшим Федотовым, Андрей видел, как новый выстрел Ключа ударил в тварь. Но не там, где нужно. Заряд прошил плечо монстра насквозь, вырывая крупный кусок плоти, и в тот же миг массивная лапа обрушилась. Но не на бойца, а на его оружие. Ствол и передняя часть оптики отлетели в сторону, буквально оторванные от остальной конструкции. Андрей понял, что Ключу не спастись. И начал дергаться еще сильнее, выползая из вдруг ставшей вязкой земли, и отталкивая прочь командира. Ему удалось, тело откатилось в сторону. Андрей привстал в образовавшейся яме.

И в следующую секунду грянул взрыв, ударяя по барабанным перепонкам тут же отрезанным костюмом грохотом. Андрей успел бросить мимолетный взгляд в сторону схватки, перед тем, как вновь рухнуть на дно ямы. Разглядеть ничего не удалось, но взрыв был явно в месте схватки человека и монстра. Волна потревоженного воздуха пронеслась над ним, перекатывая по земле тело Федотова. На землю осыпались осколки, иногда стуча по броне. И все стихло. Андрей вновь приподнялся на локтях, осторожно выглядывая наружу. На том месте, где меньше минуты назад стоял Ключ, образовалась неглубокая воронка. От бойца почти ничего не осталось. Фрагменты костюма и окровавленные куски плоти. Вероятно, впав в отчаяние из-за потери оружия перед лицом такого монстра, не желающий быть сожранным Ключ просто взорвал весь свой боезапас импульсных мин и гранат. Андрею было жалко старого коллегу, хоть они и не были особо знакомы. Однако, дело превыше всего, и пришлось схватиться за оружие, сжав зубы. Элита валялась метрах в тридцати. Этим сокрушительным ударом ее отбросило прямо в бетонную стену, которую она проломила, напарываясь на торчащие из обломков куски арматуры. Монстр был еще жив. Истекал странной жижей, и чем то вроде крови, но все еще барахтался, пытаясь слезть с металлических прутьев. Андрей нащупал винтовку, валявшуюся тут же, в яме. Сразу бросилась в глаза раздавленная оптика. Ну, оптика это еще ничего. Андрей поднял винтовку, прицеливаясь навскидку, как не делал уже очень давно. Выстрел. Заряд прошел в десятке сантиметров от шеи монстра, задергавшегося еще яростнее. Второй выстрел уже не прошел мимо. Голова элиты дала трещину, и та мгновенно обмякла, обозначая критическое повреждение спорового мешка.

Элита умерла. Андрей осел на землю, полностью опустошенный. Какой же позорный бой. Вдвойне позорный для него, как для последнего выжившего из всего отряда. Последнего ли? Андрей огляделся. В паре метров валялся Федотов. Он лежал на животе, и Андрей прекрасно видел расплющенную, пробитую броню спины, все еще искрившую поврежденными энергоячейками. В таком состоянии, даже труп трогать нежелательно. А то что он труп, уже несомненно. Каким образом элитник смог так разнести защиту, оставалось загадкой. Пока что. Труп зайца отлетел на склон, пропахав небольшую борозду. Жалко парнишку. От Ключа ничего не осталось. Погодите-ка, а где же Трест? Андрей медленно обвел взглядом окрестности. Последнего бойца нигде не было видно. На том месте, где он только что лежал, не было даже следов его присутствия. Всю траву чуть ли не срезало взрывом, так что очевидные следы от глаз были скрыты. Он же был без сознания, как он смог так вот взять, и уйти в самом разгаре боя? Если он стал безумцем, почему не напал? Опять вопросы, вопросы и еще раз вопросы. Ладно, будем есть что дают.

Поднявшись на ноги, Андрей побрел в сторону элиты, опираясь как на костыль на поврежденную винтовку. Огромная туша распласталась в руинах, порядком побитая и изувеченная. Но самое главное сохранилось. Подойдя ближе, Свиридов с изумлением посмотрел на лапы монстра. Кто? Чей извращенный разум додумался дать и так невероятно опасной твари оружие? И главное, как он этого вообще добился? На передних лапах элитника, не закрывая и так невероятно прочных и острых когтей, виднелись массивные кастеты, плотно охватывавшие конечности. Такие же, только более массивные, были на лапах, сливаясь с ними черным цветом. Материал был знаком, очень даже знаком. Андрей скрипнул зубами, встречая очередную загадку. Снаряжение элитника очень походило на ту самую трофейную ракетницу, и скорее всего было изготовлено теми же людьми. Или нелюдями. Сев на землю около поверженной твари, он зевнул. Подкрадывалась усталость. Оставалось только дожидаться чертову платформу, которая заберет его прочь с этого могильника. А еще лучше, сровняет его с землей. Глаза Свиридова закрылись, и он погрузился в странный, полубредовый сон, в котором за ним непрестанно гонялся вооруженный бензопилой элитник, распевая какие то частушки голосом покойного Ключа.

Прибывшая на место команда осматривала место боя, поглядывая на мирно спящего у стены Андрея со смесью страха и восхищения. Не всякий сможет уснуть посреди такой бойни. Подошедший лейтенант, возглавлявший эту группу, потрепал Андрея за плечо.

-Эй, вставай! Это вы вызывали поддержку?

Андрей с трудом продрал глаза, с удивлением взирая на нависшую над ним фигуру. Поняв, о чем его тут вопрошают, он выдавил из себя язвительный смешок, и тоном, из которого можно было бы выжать не меньше литра превосходного яда, изрек.

-Ну, уважаемый, как видишь поддержка уже и не нужна. Все полегли, кроме меня, а кто не полег, те пропали. Долговато летели, господа.

-А вы бы еще дальше залезли, тогда бы мы, так уж и быть, добавили бы к сроку прибытия еще часик-другой. – лейтенант явно обиделся на тон Андрея, и тот решил сбавить обороты.

-Ладно, ладно. Вы часом тут не видели одного бойца нашего? Пропал куда то, во время боя.

-Дезертир? – с интересом вопросил лейтенант.

-Нет, не думаю. Он вроде как заразился, но не безумствовал. Один из наших, опытный мужик, сказал что тот иммунный. Валялся без сознания, а потом взял и исчез.

-Нет, его не видели. Искать надо?

-Некогда, - воспользовавшись помощью лейтенанта, Андрей поднялся с земли, -нужно срочно связаться со штабом. У вас канал нормально работает?

Сидя в кабине платформы, Андрей набирал личный код Соколова. Тот, к счастью, был у себя в кабинете. Увидев крайне потрепанное состояние подчиненного, капитан отложил в сторону пачку бумаг, обеспокоенно уставившись на него.

-Летейнант Свиридов, что с вами опять приключилось?

-Разгром у нас, господин капитан, - Андрей печально улыбнулся, и вышла эта улыбка какой то животной, словно оскал раненого зверя, - полный разгром. Одна элита уничтожила весь разведывательный отряд.

-Да какого ж хрена, Андрей? Как одна элита могла вас так раскидать то?

-Да вот так, господин капитан. Взяла и раскидала. Мало того, что матерая она, так еще и какие то умники, и я думаю вы тоже догадываетесь, какие, насадили твари на лапки оружие, которого хватило чтобы отправить на тот свет Федотова, рядового Зайцева и, возможно, стрелка Треста. Простите, не знаю как его фамилия. Он вообще пропал куда то. Ни тела, ни следов. Если бы не самопожертвование Ключевского Виктора, я бы тут с вами уже не разговаривал. Взорвал себя, как шахид.

-Оружие, на элиту? Ты ведь понимаешь что это значит? – голос капитана звучал приглушенно, словно он погрузился глубоко в собственные мысли.

-Понимаю, Андрей Семенович. Судя по всему наш неизвестный враг научился дрессировать элиту, словно домашнюю скотину.

-Вот-вот, это то и пугает. Я слышал, что есть такие дары у некоторых иммунных. Их называют «нимфами». Говорят что они могут контролировать волю зараженных, но с небольшого расстояния. Может, рядом был такой талант?

-Я тоже об этом слышал, - Андрей невольным жестом попытался почесать в затылке, но наткнулся лишь на шлем костюма, - рядом может кто и был, надо комплекс до конца обыскать, но вот не уверен я что тут нимфа поработала. Они, кстати, женщины все. Скорее похоже, что элита действовала вполне осознанно, но по чьему то приказу.

-Это звучит еще бредовее. Элита и так понятно что умна как черт, но чтобы она с какими то людьми сотрудничала? Это уже какой то абсурд. Какой резон сотрудничать с собственной пищей. Обыщите там все, и возвращайся в штаб. Мне надо обсудить это с вышестоящими, чтоб их скреббер уволок. – наплевав столь нагло на неписанную традицию иммунных не поминать эту здоровенную тварь всуе, капитан Соколов оборвал соединение.

Дальнейший обыск ничего особенного не принес. Прилетевшие бойцы осторожно обшарили все помещения комплекса, проведя тщательную съемку чертежей и оборудования, после чего запечатали оба известных входа специальной пеной, которая покажет, если кто-то решит сюда снова наведаться. Андрей клевал носом, сидя на скамье платформы, и думал, как же его все это уже успело достать. Что же происходит в этой чертовой долине, и как он умудрился оказаться едва ли не в самом центре этой круговерти?

Глава 13. Предвестник.

Уже на базе, когда платформа коснулась поверхности земли, Андрей понял, что чего-то не хватает. Взгляд невольно опустился на плечо. Кошки на нем не было. По его сердцу пробежал холодок. Куда делся робот? В какой момент он исчез? Во время боя не было времени следить за ним, но после то, почему Андрей забыл об этом странном создании, последней ниточке, связывающей его с родным миром. Хотелось ругаться и проклинать все на свете, но он сдержался. Сам облажался, и руганью тут не поможешь. Быть может, еще найдется. Заряду в ней на год хватит, а зараженные роботов не едят. Правда, это все только в том случае, если ее не сломало во время боя, и раздавленный трупик не остался валяться на дне той проклятой ямы, в которую его втоптал покойный элитник. Михалыч, наверное, будет в ярости, узнав, как бездарно был потерян образец столь редкой машины. Броню-то в любом случае надобно поправить. С тяжелым сердцем Андрей шел в мастерскую, предчувствуя нагоняй от эксцентричного механика. Однако того на месте не было. Один из его замов, принимая костюм Андрея, сообщил, что тот в срочном порядке был отправлен в какой-то стаб имунных. По какому конкретно поводу, никто не знал. Облачившись, для разнообразия, в обычный защитный комбинезон, десяток которых всегда висел при входе в помещения, Андрей отправился в казармы.

Особым комфортом казармы базы не отличались, но были и не так уж плохи. По крайней мере, каждому бойцу выделяли довольно мягкую койку и чистый комплект постельного белья, исправно обновляемый местной прачечной. Под недовольным взглядом дежурного, Андрей не раздеваясь улегся на свою койку, уставившись на составленный из однообразных белых панелей потолок. Потеря кошки тревожила его куда сильнее, чем могло показаться. В принципе, что мешает вновь отправиться на тот кластер, и все осмотреть? Наверняка ведь туда отправят еще одну группу, если уже не отправили. Может, набиться к ним в попутчики, или хотя бы попросить их поискать механическую скотину? Усталость снова брала свое. Что уж поделать, он вполне обычный смертный, и даже мощный боевой костюм не избавляет его от необходимости спать. И лучше, конечно, в нормальной кровати. Снов не было. Андрей словно рухнул в пустоту. В черную бездну покоя и тишины. Сколько он так проспал, сам толком не понял. Проснулся от какой-то активной суеты, шум которой доносился даже через звукоизоляцию казарменного блока. В казарме было пусто. Даже дежурный, в нарушение гарнизонного устава базы, куда-то испарился. Андрей спрыгнул с кровати, и пошел к выходу, не утруждая себя ее приведением в порядок.

Во дворе снова шла с виду крайне беспорядочная суета. Андрей поймал за плечо пробегавшего мимо рядового, тащившего в руках несколько автоматов, и тот недовольно обернулся на него, всем своим видом показывая, как сильно он сейчас занят. Впрочем, выражение его лица сразу изменилось, после того, как он понял что перед ним офицер. Андрей неопределенно махнул рукой в сторону копошащихся бойцов.

-Рядовой, а что тут происходит?

-Так тревога, господин лейтенант, - рядовой, судя по голосу, был весьма озадачен незнанием Андрея, - черные на «Форт» напали.

Напали на «Форт». Брови Андрея удивленно поднялись вверх. Форт являлся смешанным стабом, управлявшимся в равной степени представителями иммунных и базы. Это был один из самых сильных западных стабов, стоявших на границе пустынного перевала. Хотя он и не был самым богатым или ценным в плане ресурсов, база тратила большие силы на его охрану, как раз таки из за специфики перевала. В одном из стандартных кластеров, запертых между полей черноты, периодически появлялся ядерный могильник, склад законсервированного ядерного оружия. Самые старые иммунные Долины, глядя на которых Андрей никогда не мог до конца поверить в их истинный возраст, рассказывали истории о том, как однажды со стороны этого могильника пришла волна радиоактивного ветра, зацепившая несколько перезагружавшихся городских кластеров и породившая столь огромное количество полубезумных атомитов, что само существование групп иммунных в этой области оказалось под вопросом. Вполне доверявшие этим историям ученые базы убедили штаб держать там постоянный гарнизон, и при каждой перезагрузке проверять состояние могильника. Законсервировать его, до следующей перезагрузки кластера, не являлось чем-то особо трудным. Андрей отпустил бойца, и тот побежал дальше по своим делам.

Кабинет Соколова встретил все тем же бумажным хаосом. То ли старый вояка не справляется со своей бумажной работой, то ли на него свалили всю работу штаба. Зная, какие специфические личности заседают в высшем управлении штаба, оба варианта казались равновероятными. Полковника Березина вообще мало кто любил, или хотя бы уважал. Тот почти все время проводил в модулях летающего флагмана базы, комфортабельных и просторных, и в управление вмешивался лишь тогда, когда считал нужным. Большую часть времени это устраивало абсолютно всех, но вот непредсказуемый характер такого вмешательства сильно напрягал. Поделать с этим, впрочем, все равно ничего не вышло бы. Уж больно знатного рода была засевшая на небесной крепости рожа. Соколов поднял голову от бумаг, и Андрей с удивлением понял, что тот начал носить очки. Из под линз в простоватой оправе смотрели внимательные, и очень усталые глаза. Жестом пригласив Андрея сесть, Соколов углубился обратно в бумаги. По оборотной стороне, Андрей догадался, что тот изучает распечатки отчетов разведывательной миссии. Возможно, их проваленной миссии. Кажется, их база была единственным форпостом Империи, вынужденным вести бумажный документооборот. Обычно такая практика имелась лишь для самых секретных заданий и работающих с ними организациями, но положение колонии на Стиксе тоже было весьма особенным.

-Так чего хотел то, Андрюша? – старый вояка первым прервал молчание.

-Да, Андрей Семенович, я к вам за заданием. Слышал, на Форт напали. Разрешите присоединиться к подкреплению.

-Скажи-ка мне Свиридов, -четко выговаривая каждое слово сказал капитан, -в твоем психологическом портрете часом ничего от мазохиста нет? Еще и восьми часов не прошло с тех пор, как тебя чуть не раскатала в ком элита, положив всех остальных твоих товарищей. У тебя костюм в ремонте, чудом что не разгерметизировался. А тебя уже снова тянет на приключения? Не болезнь ли это часом? Ты смотри, а то к врачу живо загремишь, на психологическую реабилитацию. Кстати, где твой механический кошак? Михалыч мне уже про него прожужжал все уши, а у меня и без этих россказней дел много.

Андрей сразу помрачнел.

-Пропал робот. Вот во время того боя и пропал. Как бы его в пылу сражения не пришибло.

-Пропал? Интересно. Ну, на поле боя его точно нет, за это не бойся. Группа расследования там каждый квадратный метр перерыть уже успела, а ведь с ними и Михалыч сейчас. Уж он бы не преминул мне сообщить, о том что некто крайне нехороший человек Свиридов угробил ценный образец робототехнической живности. Я передам группе чтобы они поискали кошака. Вряд ли он оттуда мог куда то сбежать. Все таки робот.

-Спасибо. Ну так что, можно мне на фронт?

-Даже и не проси, - жестко отмахнулся от Андрея капитан, - запрещаю. Еще как минимум сутки, чтобы сидел на базе и выздоравливал. Там и без тебя разберутся. Атака столь странная и неграмотная, что я диву даюсь, как они умудрялись так красиво высекать наши отряды один за другим. Просто взяли, и напали с двух сторон на Форт, а там стены по десять метров железобетона. В каком вообще мире строили это чудище, да и зачем? Ладно, не будем об этом, без нас разберутся. Скажи мне лучше, что ты сам думаешь по поводу происходящего?

-И не спрашивайте. Я уже не знаю, что мне думать. Давайте попробуем сложить все в кучу, господин капитан. Итак, у нас имеются. Неизвестные, атакующие наши отряды с помощью очень совершенного оружия. Разумные зараженные, вполне активно использующие оружие и не слишком похожие на привычных нам атомитов. Заброшенный производственный комплекс, на котором судя по всему производили ракету, основанную на нашей же технологии импульсного двигателя. И эти вот хаотичные нападения, не имеющие никакого особого смысла. На меня они напали, может быть, отомстить хотели, черт с ними, а вот какой смысл нападать на Форт, защищающий Долину от радиоактивных ветров?

-А вот тут кстати может и есть смысл. Если это какой-то подвит атомитов, возможно они пытаются увеличить свою численность. Однако ты верно заметил, на атомитов все слабо походит. Они обычно деградируют до полностью дикарского состояния, и так грамотно использовать ракеты точно не смогли бы. Да и прочие нападения тоже не их почерк носят. Если же это настолько развитые атомиты… Не особо хочу об этом думать. Это станет настоящим геморроем.

-Есть и еще кое что, Андрей Семенович, - неожиданно вспомнивший о своем недавнем визите на Землю Андрей раскрыл комбинезон, частично из него вылезая, и показал закрепленный на руке браслет, - тут есть кое что интересное, по той теме, что мы обсуждали.

Свиридов переслал файл с браслета Соколову, снова выдвинувшего экран, и с интересом уставившегося на документы. Его брови поползли вверх, и он глянул на Андрея поверх экрана.

-Где ты это достал, лейтенант?

-Так ли это важно, господин капитан. Хотя, какой смысл скрывать то. Связался с информационными ворами на Земле. Эти электронные копии бумаг стоили мне трети всего капитала. Дороговато, не так ли?

-Не особо, - проворчал Соколов, - за государственные тайны и побольше выкладывают, я уверен, а этот документ считается одной из них, несмотря что для таких вояк как мы с тобой эта куча научных данных бесполезна. Но заключение очень интересно. Значит, вся эта научная суета называлась «Прометей»? Громкое название. Защитник людей от божественного произвола, принесший огонь на грешную землю.

-Вполне подходит, если конечно они действительно разрабатывали лекарство от заразы Стикса.

-Возможно. Только вот, где оно, это лекарство? Кстати об этом, Бюррен, что то очень знакомое.

Встав со стола, Соколов достал из шкафа увесистую картонную папку с литерой «Б», и начал пролистывать лежащие в ней пластиковые файлы. Остановившись на одном из них, он выдернул его из креплений, и раскрыл, просматривая содержимое. Недоуменно кивнув, капитан протянул файл Андрею, нетерпеливо впившемуся в строки машинного текста.

«Георг Бюррен, 1950 год рождения. Прошел через врата в качестве научного сотрудника медицинского блока. Погиб при невыясненных обстоятельствах через два месяца после прибытия. Согласно имеющейся информации, отправился за пределы базы, в сопровождении двух бойцов в силовых костюмах. Тела бойцов, и изувеченное тело самого Бюррена, обнаружены в ста метрах от руин медицинского исследовательского комплекса в кластере К-139»

На прилагавшихся к отчету фотографиях Андрей узнал купол, уже виденный им на фотографии Соколова. Только сгоревший. Опорные балки, словно ребра чудовища, торчали над поверхностью земли. Обгорелые панели кое-где держались, а в некоторых местах уже осыпались. Времени после пожара явно прошло немало. Фотографии трупов не выделялись чем-то особенным, но все равно были странными. Бойцы выглядели целыми, без ярко выделяющихся повреждений. А вот Бюррена, словно долго и упорно месили мордой об асфальт. Искалеченное тело даже узнать было трудно. Оторвавшись от документов, Андрей заметил рассматривающий его взгляд Соколова.

-Капитан, а почему написано «при невыясненных обстоятельствах»? Неужели не было расследования? По фотографиям оба бойца выглядят вообще целыми, что кажется мне странным.

-Да вот так вот, Свиридов. Очень удачно произошло это убийство. На следующий день после преступления кластер перезагрузился. Вместе с трупами и оборудованием следователей, на котором были кое какие записи. Они и сами то с трудом успели убежать. Очень уж быстро шла перезагрузка.

-То есть убийцы знали о стандартных процедурах расследования, и предугадали перезагрузку, заметая таким образом следы, - Андрей отдал файл обратно капитану, - даже звучит фантастично. Информация о перезагрузке стабов была только в штабе?

-Не только, Андрей. Местные долгожители, разумеется, тоже знают их периоды обновления. Только вот два бойца в силовых костюмах это два бойца в силовых костюмах, а местным и тогда они не по зубам были. По словам одного из следователей, убили бойцов очень аккуратно. Пробив броню насквозь неизвестным оружием, оставившим едва ли сантиметрового диаметра дыру. Так осторожно даже винтовки не работают.

-Короче, все и всюду зашло в тупик. Ладно, капитан, пойду я пожалуй, в столовую. Раз уж до тела миссии меня допускать вы не желаете.

Получив согласный кивок Соколова, Андрей покинул Штаб, и пошел в сторону пищеблока, насвистывая какую то легкомысленную мелодию времен его детства. Он уже готовился открыть шлюз столовой, когда привыкшее постоянно находиться в напряженном состоянии зрение заметило крохотную тень, шмыгнувшую в переулок. Кошка? Да быть такого не может. Поколебавшись еще секунду, Андрей подошел к узкому промежутку между столовой и каким то складом. В комбинезоне не было встроенного ночного зрения, и потому темнота не желала расступаться. В глубине что то шебуршало. Осторожно, ощупывая пространство перед собой руками, Андрей пошел во тьму. Вскоре стало светлее, и он увидел небольшой пятачок, метра три –четыре квадратных, окруженный со всех сторон массивными стенами блоков. Тут было что-то вроде курилки, в которой расслаблялись иммунные работники, покуривая табачок. Это было ясно видно по пепельнице, заполненной бычками. Кругом валялся непонятно зачем принесенный сюда мусор, и несколько украденных из актового зала стульев. Кошка, а это была именно она, сидела на одном из стульев, сверля немигающим взглядом алых глаз своего хозяина. Андрей сделал к ней шаг, пытаясь поймать чудесным образом оказавшегося в лагере робота, но кошка ловко уклонилась, и запрыгнула на металлическую стену. Раздался настойчивый мявк, и робот пошел вверх. Андрей задрал голову. Под свисающим козырьком блока, частично закрывающим от дождя эту курилку, был закреплен какой-то сверток. Заметить его было непросто. Если не смотреть намеренно, он неплохо сливался с фоном. Сигаретная заначка?

Андрей встал на стул, невольно порадовавшись, что не в броне. Иначе такой хрупкий стульчик его бы не выдержал. Схватив кончиками пальцев странный сверток, он оторвал его от клейкой ленты, до того невидимой. Под пальцами было что-то твердое. Окончательно очистив сверток от кусков пластика, Андрей развернул неплохо проризиненную ткань. И увидел небольшой электроприбор. Странная коробочка, собранная, судя по всему, кустарно, но с огромным искусством и аккуратностью, мигала двумя индикаторами – зеленым и красным. Из разъема торчала крохотная энергоячейка. Какая-то радиотехника, как сразу понял Андрей. Чем-то оно походило на передатчики, которыми снабжались грузы. Маячок? И зачем кому-то понадобилось ставить такой маячок в курилке около столовой базы? Да в принципе, зачем помечать неподвижный объект. Андрей собрался уже уходить, когда все еще сидевшая на стене кошка адски взвизгнула, и бросилась на него. Понимая что комбинезон кошачьих коготков может и не пережить, Андрей отшатнулся. И услышал громкий стук. В стене, напротив того места, где только что была его голова, образовалась глубокая вмятина, все еще исходящая легким дымком.

Глава 14. Обманчивость.

Атаковавший его человек стоял в проходе, неумело держа двумя руками пистолет. Противник, немного ошарашенный действиями кошака, потерял несколько драгоценных для него секунд. Пусть и без силового костюма, Андрей и сам по себе был довольно сильным человеком. Резко перекатившись, Свиридов схватил стрелка за ногу, и со всей дури дернул, опрокидывая врага на землю. Очередной выстрел ушел куда-то вверх, выбив сноп искр из металлической балки. Началась настоящая борьба. Андрей был сильнее, но и рисковал больше. Любое повреждение не такого уж и прочного комбинезона стало бы для него фатальным. Враг же не был стеснен этим обстоятельством. Он и так был иммунным, и ядовитый воздух Стикса никак ему не вредил. Оба молчали, и лишь сосредоточенно наносили друг другу удары. Враг дрался неумело, и явно не имел опыта в каком либо виде единоборств. Уже в первые секунды выбитый пистолет улетел куда-то в темноту. Извернувшись, Андрей вышел на болевой захват, выкручивая ногу противника. Раздался хруст, и громкий вопль. Минус нога. Воспользовавшись болью и замешательством врага, Андрей сорвал шлем. На него смотрело вполне обычное лицо человека средних лет, морщащееся от страшной боли. Но вот глаза были иными. С каким-то суеверным страхом Андрей смотрел в белесые глаза, и тонкую сетку кровяных капилляров, растекающуюся по ним. Зараженный? Странный монстр, гибрид человека и зараженного, глазел на него с уже знакомой ненавистью и яростью. Какой-то фанатичной, нездоровой яростью. Не в силах видеть этот жуткий взгляд, Андрей со всей силы навернул противнику по лицу. Раз, другой. Хрустнули зубы, полилась носом кровь. Враг что-то булькал, силясь закрыться руками, но ярость Андрея была слишком сильна, чтобы ее остановило такое препятствие. С трудом остановившись, он посмотрел на избитое лицо. Враг прикрыл глаза, и что-то урчал, совсем как мертвяки. Поднявшись с поверженного противника, Андрей с силой саданул того в бок сапогом, вызывая у того очередной стон.

-Что ты за мерзость!?

Андрей не ожидал ответа на этот вопрос, выкрикнутый в порыве ярости, но ответ неожиданно пришел. Враг закашлялся, выплевывая сгустки крови и обломки зубов. И заговорил. Заговорил, почти по человечески, лишь иногда срываясь в непонятное урчание, словно непроизвольно переходил на иной язык.

-Ты умрешь… Вы все умрете… Сгорите…

-Что ты несешь? – схватив с земли едва не раздавленный во время схватки передатчик, Андрей сунул его врагу под нос, -Что это такое, отвечай!

-Падет кара, и все недостойные сгинут… И не миновать им суда Стикса, ибо…

Андрей отвесил врагу оплеуху, заставившую его голову мотнуться в сторону и прервавшую поток сектантского бреда. Тот снова зашелся кашлем, отхаркивая кровью.

-Скажи мне конкретно, уродец, зачем ты спрятал это тут? Ведь это точно спрятал ты. Иначе какой смысл был пытаться меня по тихому пристрелить.

-Ты умрешь, страшной смертью… Как и все недостойные, трусливые, что страшатся встретить Сикс лицом к лицу… Огонь Прометея коснется земель нечистивцев, и загорятся сухие бурьяны, сжигая все недостойное и грешное… Я не скажу ничего… Во славу Очищения…

Враг неожиданно затих, не подавая признаков жизни. Грудь вздымалась, на необычайно горячей руке прощупывался пульс, но и только. Не реагировал мутант и на удары, на которые Андрей поначалу не скупился. Решив, что дальнейший допрос гада с пристрастием не приведет ни к чему хорошему, Свиридов наконец успокоился, и активировал коммуникатор ближней связи. В ухе раздался недовольный голос Соколова.

-Лейтенант, мы же виделись только пять минут назад. Какого черта тебе надо? Соскучился?

-Порой пять минут растягиваются в вечность, - мрачно изрек Андрей, - на меня только что напал неизвестный. Сил он видимо не рассчитал, так что я его знатно отмудохал. Судя по всему, он один из этих, черноплащных. Несет какую то сектантскую лабуду. Я с пленником, в переулке слева от столовой. Тут и еще кое-что есть. Пришлешь кого нибудь?

Несколько секунд Соколов молчал.

-Знаешь, Андрей, мне очень интересно из какого фантастического говна ты слеплен? На тебя, словно мухи, слетаются проблемы, устраивая настоящее пиршество. Я оставил тебя на базе, для отдыха, а ты даже там умудрился опять вляпяться в историю. Жди, скоро буду.

Андрей схватил один из стульев, и уселся на него. Валяющийся на земле враг все еще был неподвижен и не проявлял никаких эмоций. Лишь дышал, да изредка моргал. Через две минуты в переулок вошел чуть ковыляющий Соколов, в сопровождении двух бойцов с автоматами. Все трое с удивлением и легким испугом уставились на валяющееся на земле тело.

-Оттащите его в карцер. Пусть медики осмотрят. – отдавший команду бойцам капитан сел на соседний стул. Бойцы подхватили пленника, и уволокли его наружу. В закутке остались только два Андрея, капитан и лейтенант. Соколов, одетый в такой же защитный комбинезон, как у Свиридова, с интересом осмотрел местное убранство.

-А неплохо иммунные устроились, да? Ладно, я так понял, что ты связался со мной не только из за этого лазутчика. Что-то нашел?

Андрей протянул Соколову передатчик, все еще мигающий зеленым диодом. Капитан с интересом повертел странную вещицу.

-Что это?

-Подозреваю, господин капитан, что это какой то передатчик, или быть может, маяк. Но зачем он, не имею не малейшего понятия. Этот гад пытался меня в спину застрелить, когда я его нашел, но кошак помог.

-Кошак, - Соколов озадаченно посмотрел на Андрея, - погоди-ка, какой кошак? Твой что ли? А как он тут оказался то? И где он?

Вопрос был резонный. Металлическая скотина опять куда то сбежала. По крайней мере в переулке его не было, равно как и в закутке. Воспользовалась суматохой, и скрылась.

-Понятия не имею. Завела меня в этот переулок, спасла от первого выстрела, и судя по всему снова отправилась на вольные хлеба. Этот робот ведет себя как то уж совсем непредсказуемо. И уж точно не так, как должен вести себя робот.

-Занятно, - усмехнулся Соколов, - не зря им так интересуется Михалыч. Уж он то в таких вещах толк знает, с опытом мужик. Кстати, что ты там про сектантскую лабуду говорил?

-Да этот урод, когда я спросил его про маячок, начал нести какую то чушь. Мол, умрем мы все, сгорим в пламени. Про то, что Стикса боимся, и прочее подобное. Единственное что меня реально заинтересовало, так это то, что он упомянул «Огонь Прометея», но что он имел в виду под этим, я не знаю. Может, получится выжать из него информацию?

-Сомневаюсь, но ладно. Я доложу о произошедшем в штаб. Хотя, какой смысл… полковник Березин настаивает на том, что враг не представляет особой угрозы. Они даже ракеты использовать не хотят, хотя могут уничтожить всех, кто сунется в нашу сторону, еще на подходе.

-А где они, ракеты то наши? – как бы невзначай спросил Андрей. Губы Соколова тронула ироничная усмешка.

-Секретная информация. Арсенал у нас порядочный, но использовать его они боятся. А доступ к пусковым только у полковника и подполковника, прямо оттуда, - Соколов указал пальцем наверх, прямо в летающую над базой флагманскую платформу, - эти сволочи зачешутся только тогда, когда пламя ада начнет разгораться под их жирными задницами. Давно пора всю верхушку выгнать в поле, жирок согнать. Ну ладно, я пойду, отнесу эту хрень на анализ к яйцеголовым.

Андрей вышел из закутка вслед за Соколовым, и они разошлись в разные стороны. Слегка озадаченный происходящим Андрей все таки зашел в столовую, под неодобрительным взором дежурного, увидевшего на его снаряжении грязь драки. Заказав себе добротную тарелку борща, он приступил к запоздалой трапезе. Время еды пролетело незаметно, чуть сбросив напряжение, и позволив ему составить план дальнейших действий. Да, нарушать приказ капитана он не будет, и без крайней нужды базу не покинет. Но быть готовым ко всяким неожиданностям он обязан. А значит, для начала надо забрать из мастерских броню. А потом опять наведаться в арсенал. Самый трудный «бой» предстоял именно там, так как теперь просто взять что понравится не получится. На анархической складской земле снова воцарилась строгая власть прапора Сидоренко, мужика крайне сурового и бережливого.

Однако проблемы нашлись и в мастерских. Видимо, отсутствие железных зуботычин от Михалыча сказалось на работоспособности техников весьма негативно, и в момент когда предвкушающий объединение со своей второй кожей Андрей вошел внутрь, работы все еще не были завершены. Пришлось благим матом поторопить лентяев, и провести довольно много времени почитывая журналы с Земли, благо на журнальном столике нашелся совсем свежий завоз. Несколько раз невольно возвращался мыслями к кошке, и ее странному поведению, но продолжал упорно отгонять навязчивые идеи прочь. Вот поймает эту бестию, тогда и будет разбираться. Вновь облачившись в костюм, Андрей испытал необычайное облегчение. Он снова чувствовал себя могучим и крепким, способным выйти с элитой один на один, и победить ее в честном бою. Восторг слегка притух, когда он вспомнил что элита тоже не лыком шита, и уже положила отряд из пяти таких же бронированных болванов, переоценивших свои возможности. Да, конечно, элита тоже была вооружена, но это то как раз вполне спортивно. Не все же охотникам с их винтовками безнаказанно отстреливать монстров?

Сидевший в прихожей арсенала Сидоренко посмотрел на Андрея так, будто тот только что помочился на флаг Империи, распевая похабные частушки. Окинув Свиридова с ног до головы взором отца, узревшего крайне непутевое и проблемное чадо, старый прапорщик печально вздохнул.

-Что на сей раз, лейтенант?

-К сожалению, вынужден сообщить, - Андрей стыдливо потупился, под сурово-печальным взором прапора, - что последняя выданная мне винтовка получила повреждение оптической системы, и отправлена на ремонт в мастерскую.

-Эх, ну что же, - прапорщик ударил себя по коленям, вставая, и направляясь к массивным дверям, - хотя бы на ремонт, а не на запчасти. Что ж вы за дурни такие. Имея такие прекрасные винтовки, и постоянно гробите их в ближнем бою.

-Так ведь не наша вина, господин прапорщик. Элита она нас не спрашивает, на какой дистанции нападать то.

-Ежели бы вы нормально пользовались теми клешнями, что по недоразумению зовете руками, а не прятали бы их чуть пониже причинного места, элитники бы от вас как от чумы шарахались.

Слушая ворчание старика, Андрей продвигался вслед за ним. Неожиданно, старик остановился посреди секции, заставленной нерассортированными железными ящиками. Указав на один из них, имевший весьма солидную длину и необычную маркировку, старик приказал Андрею вскрыть его. Массивные свинцовые пломбы упали на пол, и металлическая крышка поднялась. Под ней Андрей увидел нечто весьма необычное.

-Что, нравится, - довольно усмехнулся старик, - небось, еще таких не видел? Немудрено. Мне больших трудов стоило эту красавицу к нам выписать. Экспериментальная она. Испытания проходят. На живучесть. То есть как раз для тебя, оболтуса, вечно ломающего снарягу.

В ящике лежала черная винтовка, полностью покрытая чуть поблескивающей сеткой. Она чем то походила на «слонобой», но были и свои особенности. В частности, куда более массивный прицельный блок, и расположенный под ним разъем под ячейку. Только вот не стандартную, оружейную ячейку, а полноценную ячейку боевого костюма. Куда такой объем энергии оружию, было непонятно. А ведь есть еще и подпитка напрямую от костюма владельца. В некоторых местах вдоль ствола были расположены странные выдающиеся в стороны конструкции, словно охватывающие ствол побеги.

-Что это? – услышав в голосе Андрея удивление, прапорщик радостно засмеялся.

-Это, дорогой мой, «Черная Кобра». Винтовка с функцией ближнего боя и щита. Энергии правда оба режима жрут будь здоров, но оно того стоит. Да и энергоячеек у меня побольше будет, чем исправных винтовок такого калибра, так что бери, пользуй. Единственное условие, присылай раз в неделю отчет об использовании. Ну и верни лично мне, если сломается. Отправим с жалобой на землю.

Андрей не знал, как благодарить прапора. Винтовка была действительно хороша, и хоть он не понимал пока ее полного функционала, описанное Сидоренко ему нравилось. Очень нравилось. Правда, сделать пару пробных выстрелов из нового ствола лишним конечно не будет. На улице кто-то громко шумел, радостно выкрикивая что то там про победу, и отброшенных жалких черноплащих. Андрей прислушался. Старик пихнул его вперед, намекая что пора и честь знать. На главной площади базы действительно собрался народ. На большом экране появилась довольная морда полковника Березина. Самый главный из постоянно присутствовавших на базе должностных лиц выглядел как порядком откормленный боров, по ошибке наряженный в парадную форму. Березин редко выходил за пределы летающего флагмана, этой огромной платформы, сейчас висевшей над землей. Транспортировка всех деталей и ее сбор были его навязчивой идеей с самого попадания на земли Стикса, и судя по всему мания до конца не исцелилась даже после исполнения проекта. Березин оглядел собравшуюся перед экраном толпу.

-Дорогие подчиненные, рад видеть вас в добром здравии. Сегодня, я связался с вами, чтобы поздравить с победой! Как всем возможно известно, с недавних пор на нас стали нападать неизвестные, именующие себя черноплащими, и в наивной гордыне полагающие, что мы не сможем совладать с их наглостью! Однако свершилось. Сегодня, после шестичасового боя под стенами стаба «Форт», противник был разбит и обращен в бегство. Истреблено более пяти сотен его бойцов. Мы совладали с этой угрозой, и уничтожили основную живую силу противника. Во славу Империи и государя нашего!

Толпа повторила воззвание, но как-то без энтузиазма. Немногие верили в искренность этих слов, произносимых зажравшимся родовитым воякой «кабинетного» типа. Андрея же эта новость и вовсе напрягла. Если все закончилось, то не слишком ли это было просто? Нет, не может такого быть. Это явно не конец истории. Предстояло узнать, что за странное устройство подбросил сюда полубезумный фанатик. Да и самого фанатика скоро исследуют ученые. Впереди столько ответов. Но нужно время. Не имея иных занятий, Андрей решил вернуться в казармы, и как следует отоспаться. Уже вернувшийся на пост дежурный посмотрел на него как на врага народа. Судя по всему, измятую кровать Андрея пришлось заправлять именно ему. Андрей лишь виновато пожал плечами. На кровать на сей раз он ложиться не стал. Зачем мучить несчастную койку боевым костюмом? Привалившись к стене, он отрегулировал температуру внутри своей скорлупы, и начал погружаться в сон. Как же он все таки устал, раз стал так быстро засыпать.

Глава 15. Разрушение.

«Уходи отсюда»

Голос, то ли являвшийся частью сна, то ли проникший сквозь него, сопровождался ужасными звуковыми эффектами. Что-то противно скреблось, совсем рядом. Андрей поморщился, и открыл глаза. Проснувшийся костюм сразу включил ночное зрение. Казарма уже наполнилась мирно спящими сейчас солдатами. Спал и дежурный на своем посту, склонив голову на тумбу. Кошка сидела на грудной пластине костюма, и методично царапала шлем. Ее когти не оставляли на нем следов, но система почему то не погасила звук, донеся мерзкий скрежет во всей его полноте. Каким-то образом заметив, что Андрей проснулся, кошка мягко спрыгнула с него, и села рядом, внимательно уставившись на него алым взором. Чего же ей опять нужно? Андрей поднялся, и подобрал с пола «Черную Гадюку», все это время лежавшую рядом с ним. Кошка задорными и почти беззвучными скачками двинулась прочь из казармы. Свиридов послушно шел следом, миновав дежурного и пройдя через шлюзовой отсек во двор. В центре горел настоящий костер, вокруг которого сидели десятка четыре бойцов, среди которых были в основном иммунные, и попивали непонятный алкоголь из дорогих с виду бутылок. Празднуют, видать, победу к которой не приложили ни капли усилий. Как это типично.

Кошка продолжала вести его вперед. Мимо мирно спящих на земле людей, отдыхающих после празднества. Мимо часовых, приветственно ему отсалютовавших, и подозрительно покосившихся на идущего впереди робота. Открылась ведущая за основной периметр базы дверь, и Андрей оказался на стоянке транспорта. Стоянка была на удивление свободна. Всего пять танков, да штук десять или пятнадцать грузовиков. Кошак степенно вышагивал среди машин, периодически бросая взгляд назад, на своего хозяина. А хозяина ли? У Андрея все больше и больше возникало ощущение, что кошка сама себе хозяйка, и делает что хочет. Прошмыгнув под сеточным забором посадочной зоны платформ, кошка скрылась среди них. Андрею захотелось выругаться. Он мог разве что снести этот забор, в своем то нынешнем костюме, но никак не перемахнуть или подлезть под него. Однако все оказалось куда проще. Обычно закрытая, ведущая внутрь калитка была распахнута. Часового, который должен был охранять это место, абсолютно нигде не было видно. Зайдя внутрь, Андрей снова стал разыскивать свою черную подружку. Удалось это далеко не сразу. Кошка сидела у почему-то открытого десантного люка одной из платформ, недовольно помахивая хвостом, и словно осуждая Андрея за то, что он так долго возится.

-И зачем ты меня сюда привела?

В отличие от того мутанта, кошка явно не спешила начинать говорить. Махнув хвостом, она скрылась в глубине платформы, чем-то там заскрежетав. Андрей разозлился. Да что себе вообще позволяет этот робот. Полный желания поймать плутовку и наказать ее отключением, скажем, на недельку, он залез в десантный отсек. Люк с тихим шелестом автоматически закрылся, отрезая Андрея от окружающего мира. Кошка сидела на одной из скамей, и демонстративно вылизывала лапу. Андрей подошел, и схватил робота за шкирку. Пластичные сегменты покрытия животного вытянулись под его рукой, словно у настоящей кошки. Робот смотрел на него спокойно, и даже безразлично. Ну да, боли то он все равно не чувствует. Андрей развернулся и направился к люку, намереваясь покинуть платформу и вернуться к прерванному сну, заблаговременно отключив эту ходячую неприятность. В этот момент платформа неожиданно оторвалась от земли, и Андрей не удержался на ногах, плюхнувшись на металлический пол. Машина, судя по ощущениям, быстро набирала высоту, куда-то удаляясь прочь от базы.

-Кто здесь?!

На окрик Андрея никто не ответил. Подбежав к кабине, он потянул на себя рычаг, и люк податливо открылся. В кабине было пусто. Тут Андрея пробрало уже по-настоящему. В активные экраны обзора он видел быстро удаляющийся силуэт базы. Платформа развила уже весьма хорошую скорость. Сев в кресло пилота, Андрей попытался взять управление на себя. Он кое-как умел управлять такими машинами, на уровне «дай порулить». Но сейчас панель молчала, полностью игнорируя его потуги. Машиной управлял кто-то извне, или же она шла на автопилоте, не суть важно. Андрей едва не ударил по хрупким управляющим приборам с досады. Вырваться из этой ловушки не выйдет. Прыгать? Слишком высоко, не спасет даже костюм. Кошка, впопыхах забытая им в отсеке, зашла в кабину, и приземлилась в кресло навигатора. Главный экран услужливо переключился, открывая отличный обзор на огоньки базы, и парящей над ней летающей крепости. Неужели там никто не заметил несанкционированного взлета боевой платформы? Проклятая кошка. Андрей гневно зыркнул глазами на невозмутимую механическую тварь, заманившую его в эту ловушку. Зачем? Кто ей на самом деле управляет? Он был готов растерзать это механическое тело, когда что то начало меняться.

Огненный болид, оставляющий за собой полосу помех, мчался в сторону базы. Мозаика начинала складываться, и ужасная догадка пронзила разум Андрея. В тот же миг, в центре базы, вспыхнула искра, мгновенно обратившаяся огромной огненной вспышкой, пожравшей строения вместе с гарнизоном и летающей над базой крепостью. Пламя, не ведающее пощады, всепожирающее пламя вырвалось на волю. Платформа продолжала бешено мчаться прочь, но на сей раз Андрей был скорее рад этому факту. Единственный шанс на выживание таился теперь в этом летательном аппарате. В яростном свечении бушующего пламени рождался адский гриб, порожденный потревоженным покоем спящих атомных сил. Многочисленные индикаторы, неожиданно загоревшиеся на панели, протестующее ревели. Ударная волна наконец настигла платформу, и та содрогнулась, начав хаотично дергаться и пытаясь удержаться в воздухе. Приборы искрили, не понимая происходящего вокруг. Что то треснуло, и внутрь платформы ворвался ветер, сопровождаемый адским ревом ядерного взрыва, наконец достигшего ушей Андрея. Платформа падала вниз, кое как еще поддерживая парение, но уже не способная полноценно держаться в воздухе. В окружающем хаосе был лишь один островок спокойствия. Черная кошка, сидящая в кресле, и со спокойствием выбравшегося из глубин ада демона созерцающая созданный руками и разумом человека ад. Экраны погасли, и Андрей больше не мог наблюдать за происходящим. Последним, что он услышал этой ночью, был отчаянный визг защитных экранов платформы и звук удара, погасившего мир вокруг.

Он лежал на полу, выброшенный из сломавшегося кресла, и ощущал себя, словно раздавленный кузнечным молотом таракан. Пошевелился. Вроде цел, хотя все и очень болит. В только что пришедшее в себя сознание ударили единым потоком картины вчерашнего дня, и произошедшей катастрофы. Как?! Как могло такое получиться!? Андрей не мог до конца поверить в происходящее. База уничтожена. Сметена с лица земли ядерным взрывом, не оставившим от нее ничего, кроме радиоактивного пепла. Погибли не меньше пятисот человек, находившихся там в этот чудовищный момент. И самое страшное, врата. Врата, нить соединяющая их с домом. Если взрыв ударил напрямую по базе, то в эту дыру он ворвался бушующим гневом атома, уничтожая хрупкое оборудование, удерживающее прокол открытым, и надолго делая Врата непригодными для работы. Они заперты тут, заперты в ловушке Стикса. В горле словно встал комок, мешающий дышать. Разум Андрея затмевало набегающее отчаяние и обреченность. Он обречен умереть тут.

Что-то вторгалось в сознание. Какой-то звук, навязчиво пиликавший под ухом. Костюм сигналит о зашкаливающем излучении? Но нет, как ни странно, выведенные на экран показатели не выдавали критических превышений радиоактивного фона, опасных для боевого костюма. Горевшая сбоку иконка была сигналом о пришедшем сообщении. Сообщение с Базы. Андрей едва не закричал от радости. Если с базы пришло сообщение, которого точно не было вчера, значит это все, лишь галлюцинация, и он тронулся умом. Скоро за ним прилетят, и заберут его на Землю. И вылечат, обязательно вылечат. Ощущая как крыша совершает рискованные акробатические кульбиты, Андрей открыл сообщение. Радость сразу померкла.

На экране стоял капитан Соколов. Левый рукав его форменной куртки был изодран, и пропитался активно сочащейся из глубокой раны крови. Андрей узнал это помещение. Соколов стоял посреди главного штаба, на летающей крепости. Но вид штаба был ужасен. В высоком кресле, на краю обзора, сидел полковник Березин. То что от него осталось. Голова полковника была снесена начисто. Выстрел из винтовки, с минимальной дистанции. В других креслах также валялись трупы глав базы. Соколов печально уставился в экран, и начал вещать, слабым голосом.

-Здравствуй, Андрюша. Если ты слушаешь это сообщение, значит план этой таинственной личности удался, и ты благополучно покинул пределы нашей обреченной базы. Мы были слишком надменны, и это погубило нас всех. Наши техники разобрали тот странный маячок, и установили, зачем он нужен. Я не сразу понял, в чем тут дело, но когда поступили последние доклады с полей нашей роковой «победы», головоломка сложилась. Со мной вышел на связь некто. Он рассказал очень интересные вещи, предоставив убедительные доказательства своих слов. К сожалению, мой коммуникатор поврежден, и я не могу переслать тебе нужные файлы. Просто пойми меня, так было нужно. Ты давно меня знаешь, и понимаешь, что я не стал бы поступать так, из неоправданных подозрений. Я не смог с тобой связаться. Полагаю, к этому тоже приложила руку та личность. Я пытался убедить штаб провести эвакуацию, но они насмехались надо мной, и в конце концов бездарно просрали время, которое могло бы спасти всех. Своей последней волей, я признаюсь тебе, мой добрый друг, в том что самолично изменил присяге и убил каждого, в помещении, где сейчас нахожусь. Они не хотели слушать меня. Я использовал их ключи доступа, и принудительно схлопнул портал с нашей стороны. Была там такая функция, на самый экстренный случай. Теперь на его открытие уйдет немало времени. Никак не меньше полугода. Припасов на резервных стабах хватит, чтобы остатки гарнизона продержались до нового открытия. Если бы я так не поступил, взрыв ворвался бы во врата, и запер бы всех тут находящихся на долгие годы. Времени все меньше. Ракета, скорее всего, уже приближается к базе, и наша система ПРО с ней не справится. Помнишь, тот чертов кубик? Именно он станет причиной гибели нашей базы. Я передаю тебе свою последнюю волю, как последнее должностное лицо нашей Земли в пределах Стикса. Уничтожь ублюдков, погубивших твоих товарищей. Я доверяю немногим, и ты в их числе. Раз уж ты приглянулся этому неведомому, и он решил спасти тебя, ценой столь многих жизней, ты станешь наследником Базы. В прилагающемся к сообщению файле, ты найдешь все данные о «Немезиде». Это как раз то, о чем ты меня спрашивал. Наша ракетная система, скрытая в нескольких стабах. Перезагрузка в них еще не скоро, так что в запасе у тебя есть пол года как минимум, но лучше с этим не медлить. Ведь комплексы может обнаружить противник. Я уже не доверяю нашим системам маскровки. Да, помни, в этом же файле находятся коды запуска, и основная часть секретной информации о складах и персонале. Достаточно одного сигнала, чтобы по указанным тобой координатам обрушился наш химический, и даже ядерный арсенал. Но ты должен быть уверен, что использовав это оружие, положишь противнику конец. Найди его базу. Главную базу, с которой тянутся эти проклятые корни, и… мое время на исходе.

Соколов печально улыбнулся, морщась от боли в руке, и по отечески тепло посмотрел на Андрея.

-Прощай, Андрюша. Спаси, кого сможешь, из наших. В Долине больше нет шерифа…

Запись резко оборвалась, стертая сияющим вихрем. Трансляция закончилась. Андрей смотрел в пустоту. Его невидящий взор был далеко, в ныне исчезнувшем из этого мира кабинете, перед ветераном Стикса, пожертвовавшим всем, ради своих идей. Эти уроды очень дорого заплатят, за то что они сделали. И оружие мести у Андрея уже есть. Открылся файл, загруженный прямиком в блок памяти костюма. В нем действительно содержалась вся основная информация базы. Карты, списки распределения сил, документы союзов со стабами, ныне довольно бесполезные, и действительно бесполезные теперь перечни поставок с земли. И конечно зашифрованные файлы пусковых кодов ракетных комплексов, спрятанных по различным стабам в Долине. Осталось только вычислить логово этих ублюдков. И, быть может, понять кто они вообще такие. Холодный огонь мести разгорался в душе, напитывая ее новыми силами.

Андрей встал на ноги. Платформа стояла как то косо, но стабильно. Даже лобовые экраны уцелели. Попробовав запустить машину, Андрей ничего не добился. Управление было мертво. Люк в десантный осек был открыт, и Андрей вышел в него, осматриваясь. В отсеке царил настоящий бардак. Стоявшие в задней части ящики разнесло при падении, разбросав содержимое по всему пространству. И посреди образовавшегося беспорядка валялась в куче тряпья, ей же сюда явно и натасканного, кошка. Андрей уже не знал, злиться на нее, или слезно благодарить за спасение жизни. Он не понимал, что из себя представляет этот робот, и какими непонятными дорожками судьбы он оказался так кстати в его руках. Кошка подняла голову, и печально мяукнула, будто выражая свое сожаление о случившемся. Андрей лишь махнул рукой, направившись прямиком к люку. Тот был закрыт. Электроника не работала и тут, из-за чего пришлось открывать его в аварийном режиме, вручную. Люк уперся во что то, и внутрь комками стал заваливаться влажный песок. Не вариант. Пришлось пробираться к хвосту, где располагался узкий запасной люк. Он открылся без проблем, показав Андрею прекрасный вид на поломанный их падением сосняк. Судя по всему, платформа вонзилась в какой-то песчаный холм, пропахав в нем порядочную борозду, и встав на бок. Это подтвердилось, когда Андрей все-таки вылез наружу, пытаясь понять, где оказался.

Это явно были северные области Долины. Но улететь слишком далеко от базы он не мог. В лучшем случае, с учетом огромной высоты, которую успел набрать аппарат, и возможного парения на поврежденных двигателях, отмахать он мог не более двадцати километров. И это при всей чудовищной скорости, выжимаемой из двигателей на максимальной мощности. Вспомнив о двигателях, Андрей проверил собственный запас энергии. И с некоторым страхом, понял что в ячейках осталось всего процентов двадцать от максимума. Каждый процент сейчас был гарантом его жизни. Для Лотереи Стикса он все еще не был готов. Паника ушла так же, как и пришла. Конечно, выход есть. Зайдя в хвостовую часть платформы, Андрей сорвал закрытый технический люк, открывая доступ к энергоблоку. В нем стояли несколько сотен энергоячеек стандартной емкости, но с немалым удивлением Андрей отметил что почти все запасы энергии были потрачены. Зеленые индикаторы горели лишь на двух десятках цилиндров, вставленных в свои ячейки. Впрочем, костюму, в котором было всего два разъема под такие энергоносители, этого хватит за глаза, и очень надолго. По крайней мере, хватит на то, чтобы найти стаб с резервным складом. Если их еще не разграбили эти чертовы масочники, сейчас наверняка празднующие свою победу. Рано радуются, ублюдки. Вернувшись в отсек платформы, где все еще валялась кошка, Андрей занялся другой насущной необходимостью. В костюме, он мог питаться лишь капсулами. Ящик с капсулами был в разбитом грузе, и удалось набрать около пятидесяти полностью исправных трубочек. Месячный запас продовольствия, если экономить.

Новая винтовка, последняя память по погибшему в огне прапорщику Сидоренко, валялась в кабине. Андрей бережно поднял ее. Хорошо, что бережливый прапорщик заставил его сразу взять к ней неплохой запас зарядов. Забив до отказу все карманы костюма ячейками и капсулами с питанием, Андрей присобачил себе на спину небольшой вещмешок, в который свалил остальное. Пора было убираться отсюда. Немного поколебавшись, он поднял безразлично взирающую на него кошку с тряпок, и угнездил ее на своем плече. Настоящее посвящение Стиксом и его месть только начинались.

Глава 16. Начало.

Земля вокруг огромного кратера была черна и безжизненна. Андрей, засевший на небольшой возвышенности, с печалью и тихой яростью смотрел на место, где еще совсем недавно находилась База. От нее не осталось ничего. Все развеяло и выжгло адским огнем. Защитная система костюма протестующе попискивала, сообщая о радиоактивном загрязнении местности. Местным иммунным несладко придется, если хоть кто-то в округе еще остался. Андрей поморщился. Мало ему было проклятых масочников, так еще и атомитов такими темпами расплодится сверх всякой меры. Он и сам не знал точно, почему решил прежде всего посетить место взрыва. Видимо, в глубине души, все еще тлела какая-то несбыточная надежда, что это всего лишь глупый, жестокий розыгрыш. Теперь же угасла и она. База мертва, и остатки ее гарнизона предоставлены сами себе, в этом жестоком мире. На пятьдесят, а может и на сотню километров вокруг базы сейчас царила необычайная активность. Имунные срывались с привычных мест поселения, отправляясь в путь, к окраинам Долины, и старались сделать это как можно быстрее. Слишком велик был страх перед радиоактивным загрязнением местности. Становиться атомитами простым иммунным не хотелось. Мало чести, стать полубезумной смесью зараженного и обычного человека, сохранившей кое какие остатки разума, и постоянно жаждущей смерти собратьев.

Сидя в песке, и потягивая через трубку очередную бурду, именуемую питательным составом со вкусом нормальной еды, Андрей думал. Вот пришел он сюда, и дальше что? Нужно как то найти базу масочников, и отомстить им со всем размахом русской души. Нужно было с чего-то начинать. Кошка сидела рядом, безразлично осматривая выжженную местность. Неожиданно она навострила уши, и зашипела, выгибая спину дугой. Андрей бросил взгляд в сторону, куда смотрела его механическая подруга. На краю пустоши, чуть в стороне от их позиции, что-то происходило. Андрей поднял «Черную Гадюку», соединяясь с ее прицелом. Оптика послушно увеличила нужную зону. В том месте, где искореженное взрывом полотно дороги переходило в ее сохранную часть, стоял танк. Обычный танк базы. Но вот управляли им точно не товарищи Андрея. Открылся массивный десантный люк, и наружу вылез масочник. В отличие от стандартного облачения этих безликих бойцов, он был одет в плотно подогнанный, но такой же черный комбинезон. Но вот маска была точно такой же, как и обычно. Судя по всему, танкиста радиация не волновала. Несмотря на скудость своего защитного снаряжения, он спокойно зашел в самую глубину пораженной территории, внимательно изучая выжженную поверхность.

Живыми, если этих тварей вообще можно назвать живыми, отпускать врагов не хотелось. Андрей начал осторожно соскальзывать вниз по склону. Кошка быстрым прыжком взлетела ему на плечо, и уселась там, плотно закрепившись на броне. Не жалея энергии, Андрей активировал оптический камуфляж и защиту от электронного наблюдения, установленную Михалычем. Он быстро продвигался в сторону танка, и тот факт, что вражеский разведчик уже двинулся в обратный путь, к машине, заставил его еще больше ускориться. К танку они успели почти одновременно. Завалившийся в какие то обгорелые кусты Андрей с напряжением наблюдал, как враг подошел к люку. Но вместо того, чтобы войти внутрь, он заглянул туда, и кого-то позвал. Точнее, проучал комбинацию странных звуков, на которую изнутри охотно ответили. Второй масочник, одетый схожим образом, вышел наружу, перенося в руках какой-то вытянутый контейнер. Андрей постоянно держал врагов под прицелом, готовый обнулить их беспечные головы. Он уже был готов нажать на спуск, когда танк вздрогнул. С глухим рокотом тяжелая машина съехала на обочину, и начала погружаться в землю, вздыбливая вокруг себя почву. Самозакапываться. Судя по всему, масочники организуют собственный блокпост. На границе радиоактивной области?

Обдумав это, Андрей пришел к выводу, что масочники боятся ответного удара с той стороны. Окружают зону локализации Врат, и готовятся отбивать вторжение извне. Ну конечно, им же не известно, сколь долог может быть процесс создания нового прокола. Тем временем, двое оставшихся вне танка врагов собирали прямо на дороге какую-то конструкцию. Андрей сразу узнал их фирменный ракетомет. Разве что, этот был чуть больше. Пройдя чуть дальше по дороге, и быстро перебежав ее, Андрей начал приближаться к танку. Атаковать двух суетившихся рядом с ним масочников смысла не было. Оставшийся в танке враг просто заблокирует люк, и поди его оттуда выковыряй. Даже Андрей не имел достаточно уверенности в собственных силах, чтобы танцевать под главным орудием танка. И это еще не считая вспомогательных систем. Никто не заметил его тихого маневра. Забросив винтовку за спину, Андрей достал из ножен короткий виброклинок. Как только двое полностью отвлеклись на свою работу, он рывком заскочил в люк танка, и по памяти ударил по боковой панели, активируя экстренное закрытие шлюза. Люк захлопнулся, но вот шлюза внутри и так не было. Одна из его панелей была снята, и Андрей оказался лицом к лицу с масочником, возившимся над орудийным пультом. Тот не успел издать ни единого звука. Клинок вонзился между глаз маски, глубоко утопая в голове, и доставая до спорового мешка, вполне наметившегося на затылке.

Новообразовавшийся труп с грохотом рухнул на рифленый металлический пол. Андрей подскочил к пульту, и увидел на обзорных экранах оставшихся двоих. Те явно поняли, что случилось неладное. Видимо все же заметили момент его проникновения. Несмотря на это, не ощущая никакого трепета перед бронированной громадой танка, они разворачивали в его сторону уже собранный и готовый к бою ракетомет. Глупость какая то. При выстреле с такой дистанции, танковой защите может и не удастся поглотить весь урон, но ведь и этих двоих скорее всего разнесет на части. Не видя иного выхода, Андрей зашарил глазами по панели, пытаясь спешно понять принципы ее управления. Она оказалась не очень сложной, но и во времени он был ограничен. Повинуясь его неловкой команде, с башни сорвалась одна из небольших ракет, ударяя в уже успевший навестись ракетомет. Громыхнул взрыв, слышимый через броню весьма приглушенно, и танк едва ли не подбросило. На бок он не перевернулся по чистой случайности, с шумом рухнув обратно на колеса. Вот так пострелял. Ну, жизнь то свою, конечно, спас, но вот стрелять ракетой по ракетному же вооружению, стоящему к тебе вплотную, это уже клиника. Андрей валялся поверх тела только что убитого им противника. Краем глаза посмотрев на экраны, пыль на которых уже развеялась, он убедился что оба противника и их орудие прекратили свое существование в этом мире. На дороге образовалась неплохих размеров воронка, среди развороченных плит. Пережил, слава богу.

Танк был вполне на ходу, однако явно пострадал в каком то сражении, до этого странного эпизода. Немудрено, машина скорее всего трофейная, и принадлежала ранее базе. В кластеры таких монстров точно не забрасывает. Осмотрев убитого им масочника, Андрей выбросил эту падаль прочь из танка, и вновь закрыл люк. Жалко, конечно, что эти уроды уничтожили шлюзовую систему, и теперь танк заполнен зараженным воздухом Стикса, но в общем то, какая разница для него? Все равно в костюме. Энергии было чуть больше чем в половину запаса. Достаточно много, чтобы не думать о ней какое-то время. Главное орудие также в боеприпасе стеснено не было, а вот ракеты кончились. Андрей с удивлением понял, что самолично выпустил последнюю из них. Вот так странная удача, учитывая, что навести главное орудие он бы все равно не успел. По прочим припасам в танке было совсем негусто. Нашелся примитивный автомобильный холодильник, заполненный сырым мясом. Эта мерзость отправилась следом за трупом, наружу. Андрею даже думать не хотелось, чье мясо тут может быть. Из полезного, только стандартная аптечка, в которой обнаружился инъектор и ампулы для введения бойцам в костюмах. Правда, во всех ампулах было мощное обезболивающее, пользоваться которым без особой нужды смерти подобно. И ладно еще, что привыкание эта дрянь вызывает, так ведь и по нервной системе ударяет весьма нехило.

Еще, очень заинтересовала Свиридова рабочая станция связи. Она была явно посильнее коммуникатора его костюма, почти бесполезного после уничтожения главного узла связи на Базе. Станция была исправна, хотя и виднелись на ее панелях подозрительно напоминающие засохшую кровь бурые пятна. Активировав станцию, Андрей начал искать возможные источники сигналов. Их оказалось немного, и все какие то нестабильные. Значит далеко, да и что разницы то? Сейчас он явно не готов заделаться всеобщим спасителем. Однако при поиске неожиданно выявилась достаточно четкая передача, услышав которую, Андрей быстро остановил процесс, прислушиваясь к звукам такого знакомого голоса.

-База, база, как слышно, ответьте. База, что там у вас происходит, черти драные? – голос Михалыча звучал устало, будто он всю ночь не спал. А может быть так и было. Механик, насколько Андрей успел понять, был весьма увлекающейся любым делом натурой.

-Михалыч, слышу тебя, - Андрей настроил канал связи, -базы больше нет, уничтожена.

-Андрей, ты? Как это уничтожена? Как такое возможно?

-Ядерный удар. Я чудом спасся. Михалыч, у врага много трофейной техники, в том числе, как я думаю, станций связи. Защита связи упала, так что нас могут слушать все, кому не лень. Не называй никому места своего расположения. Просто ответь, ты там же, где был вчера?

-Да. Тут довольно много припасов, можно долго продержаться. Но я не уверен что старые хозя… Ну, ты меня понимаешь, да?

-Понимаю. У меня танк на ходу. Движусь к вам. Связь на этом же канале, но только в крайнем случае. Скоро увидимся.

-Понял. До встречи, Андрей Палыч. – в голосе механика забрезжила какая-то неясная надежда.

Передача погасла, и Андрей откинулся на спинку кресла связиста. Михалыч жив. Ну, это было довольно ожидаемо, ведь его-то в ночь атаки на базе не было. Однако убежище у него не самое подходящее.Припасы, это безусловно важно, но вот сидеть на бывшей базе твоего противника… Быть может, ему пока и не до нас, но рано или поздно он туда наведается, хотя бы лишь за тем, чтобы забрать оставшиеся производственные мощности. Не может же быть такого, чтобы они были никому не нужны? Плюхнувшись в кресло пилота, Андрей неожиданно почувствовал нечто твердое, лежащее под сиденьем. Там оказался уже знакомый ему небольшой пистолет. Его самого только недавно пытались таким убить. Положив руки на панели управления, Андрей запустил двигатель. Танк с урчанием начал откапываться. Управлять им Андрей никогда не учился, но на базовом уровне все было достаточно понятно, и помаленьку, тщательно следя за происходящим на обзорных экранах, он понял как элементарно двигать его взад-вперед, и поворачивать в стороны. Для начала, этого было достаточно. Танк выкатился на дорогу. На одном из экранов была открыта карта, и примерно прикинув, где сейчас находится он сам, Андрей построил маршрут до заброшенного стаба. Путь получился не сказать чтобы маленький. С две сотни километров в общей сложности наберется. Если конечно ехать в объезд радиоактивной пустоши. А зачем, кстати? Андрей примерно знал возможности такого танка, и понимал что для него пройти через зону радиоактивного загрязнения труда не составит. От него даже фонить не будет, все отразят защитные экраны. Скорректировав машрут, уменьшившийся почти на треть, Андрей неуверенно тронулся с места. Могучая машина перла через мертвую пустошь, перемалывая обугленные остатки растительности в мелкую угольную пыль, стелившуюся за ним словно рыцарский плащ. Андрей внимательно осматривался вокруг. Хоть он и понимал, что за это время рад-твари еще не успели бы появиться, в этом месте у него возникало неясное беспокойство. Быть может, связанное с гибелью множества людей, многих из которых он знал.

Вскоре унылая картина смерти закончилась. Танк выскочил на поляну, и попер по бездорожью, идя кратчайшим маршрутом. На дорогу, которая была неподалеку, Андрей решил не выезжать. Если масочники устроили засаду на одной дороге, почему они должны помиловать остальные? А участвовать в танковых дуэлях не самое лучшее занятие для человека, толком так и не освоившего управление танковым вооружением. Да и одновременно управлять им, и вести стрельбу, было бы затруднительно. Неожиданно выскочивший из леса элитник заставил Андрея насторожиться. Он уже был готов броситься к стрелковому пульту, когда тварь с огромной скоростью умчалась прочь. Похоже высший зараженный испугался танка гораздо больше, чем Андрей самого элитника. Установив курс, Андрей решил исправить пробел в своем образовании, и подошел к орудийному пульту. Все было просто. На первый взгляд. Однако при недостаточной сноровке, управляться с этой системой оказалось очень неудобно. Сидящий в кресле оператор левой рукой наводил орудия, правой корректируя стрельбу и меняя ее параметры. Всего под контролем пульта находились главный калибр, ракеты, а также курсовой и башенный крупнокалиберные пулеметы, каждый из которых по идее мог действовать в автоматическом режиме. Но только если за пультом сидел грамотный оператор, способный их правильно настроить. Андрей грамотным оператором не являлся, и потому ограничился тем, что повращал башней, и понял как правильно ее наводить. На этом танке, по какой-то причине, не было полностью автоматических турелей. Скорее всего это был танк старой модели, выброшенный в мир Стикса за ненадобностью, и доживавший свои дни где нибудь на дальних рубежах базы. Где и был захвачен масочниками.

Несмотря на довольно бодрый темп движения танка, Андрей успел заскучать. До точки было еще солидно времени пути, и запертый в этой скорлупе, теперь он мог лишь строить довольно смутные планы на будущее. То, что Михалыч жив и здоров, было неплохой подмогой. Грамотного механика поди найди. Почти весь технический персонал полег на базе, а костюмы, как и техника, имеют дурную привычку постоянно ломаться. Особенно у Андрея, с его беспокойным образом жизни. Осталось только раздобыть инструменты и материалы, однако это куда проще, чем искать способные их применить мозги. Разведка вражеского логова не такое уж быстрое дело, и все равно придется организовывать где-нибудь временную базу. Можно конечно собрать все, что плохо лежит, да и переехать вместе с механиком на какой-нибудь устоявший после уничтожения базы форпост, да вот только как воспримут они его появление и советы? Они, в смысле нынешние командиры этих опорных пунктов, для которых Андрей не больше чем хрен с горы. А то и хуже, союзник изменника, истребившего руководство, и вор, похитивший секретные данные. Они могут не знать, как к нему попали все эти документы, но все тайное рано или поздно становится явным, если только не заткнуть глотки всем, кто хоть как-то соприкасался с этой тайной. Да и передача покойного Соколова явно шла не по закрытому каналу. Похоже, он переслал ее на какой-то ретранслятор, переживший взрыв, а значит, в курсе произошедшего могли оказаться многие. Интересно, в курсе ли сам Михалыч о произошедшем?

К холмам, среди которых скрывался нужный стаб, прибыл уже ближе к вечеру. По грунтовой дороге, имевшейся тут, двигаться было куда проще чем по бездорожью, и машина развила неплохую скорость. Подъехав к границе кластера, Андрей остановился. Выглядело все заброшенно, однако проглядывавшиеся за одним из складов летающие платформы указывали на то, что люди все еще тут. Оптика танка засекала движение среди бетонных стен, но плохо, приглушенно. Зашумела станция связи, и раздался напряженный голос Михалыча.

-Андрей? Андрей, как слышишь? Это ты тут стоишь?

-Да, это я. Ну что, хозяин, принимай гостя.

-Слава богу. Ну, заезжай.

Танк, наконец, заехал в заброшенный поселок. Навстречу выходили бойцы отряда разведки, во главе с самим механиком, облегченно приветствуя Андрея.

Глава 17. Сон.

С тех пор, как Андрея увезла отсюда платформа отряда поддержки, в стабе почти ничего не поменялось. Поставив танк у входа в разваливающийся поселок, и надежно связав его с идентификатором костюма, Андрей прошел навстречу товарищам. Усталые, осунувшиеся лица. Хмурые взгляды исподлобья, изучающие все вокруг с явной угрозой. Разумеется, люди уже начали понимать, в какой западне оказались, и каковы перспективы их дальнейшего выживания. Михалыч, а точнее, капитан технической службы Сергей Михайлович Горский, прибыл сюда через несколько часов после того, как Андрея эвакуировали, в сопровождении пятнадцати бойцов и пяти вспомогательных техников. При них изначально были три воздушные платформы, доставившие их на место, вместе с солидным запасом вспомогательного груза. Предполагалось, что враг может попытаться выбить силы базы со своего производства, ан нет, масочники не стали заморачиваться и тратить на них время. Видимо полностью осознавали, что без поддержки центра этот отряд ослабеет в разы, и не будет представлять никакой угрозы. Хотя, кто может доподлинно сказать, что у них на уме. Может они и вовсе не знали, что тут кто-то есть. Вместе с Михалычем, они зашли в одно из помещений, кое-как переделанное в примитивный командный пункт. Андрей заметил знакомый блок сенсоров, собирающий сигналы обо всей незарегистрированной активности на довольно большой территории. На вмонтированном в стену дисплее горели зеленым успокаивающим светом индикаторы. Михалыч сел на составленный из пустых ящиков табурет, поправляя складки своего защитного комбинезона, и предложил Андрею второй кустарный стул.

-Рассказывай, Андрей. Что там случилось? – голос механика был глух и сосредоточен.

-Я и сказал, взрыв там был. Ядерный. Оправдались наши подозрения и опасения. Помнишь тот кубик, который ты в мой костюм вставил? Так вот, судя по всему, они тоже не дураки, и создали ядерный снаряд, неуязвимый для систем обнаружения.

-Понятно, - Михалыч сгорбился, и даже как-то визуально еще сильнее постарел, - значит, теперь мы тут заперты. А сам то ты как смог выжить?

-Сам не знаю. У вот этой твари, - Андрей кивнул на сидящую на плече кошку, - спросить было бы куда логичнее. Основной причиной моего спасения была она. Кто-то запер меня в платформе, в которую она меня заманила. Платформа была в режиме полного автопилотирования, и успела увезти меня из зоны поражения. Я сам… я видел последние секунды базы. Кстати, ты не получал никакой записи?

-Записи?

-Значит не получал. В таком случае, я хочу чтобы ты пообещал, никому за пределами этого помещения не передавать той информации, которая есть у меня. Смотри.

Михалыч включил экран своего комбинезона, и внимательно уставился на запись последних минут жизни Соколова. По мере просмотра на его лицо постепенно возвращались краски. В конце, он печально, но кажется облегченно вздохнул.

-Так вот значит, до чего дошло. Да будет бог милостив к душе несчастного Андрея, раба его. Соколов положил немало народу на платформе. Но он поступил правильно. Ты верно делаешь, что удерживаешь информацию при себе, но почему ты думал, что ее мог получить я?

-Судя по всему, запись побывала на каком то ретрансляторе, прежде чем придти ко мне. А системы защиты отправились вместе с самой базой, в мир иной, как бы абсудрно это не звучало тут, на Стиксе. Кстати, а почему вы не отправили никого на базу? Ну, после происшествия. Отголоски взрыва должны были и до вас дойти.

-Они и дошли, Андрей, дошли. Сразу после этого, еще ночью, одна из платформ с пилотом и тремя бойцами убыла в сторону базы. Так и не вернулась, и на связь не выходят. Кто их знает, что там случиться могло. А по поводу ретранслятора не беспокойся. Хрен его знает, чего там Соколов перед смертью намутил, но сколько я не искал сигналы, подобных передач, да еще и таких четких, не было. Видеосвязь пока вообще не работает, разве что на близких дистанциях.

-И что нам делать? – Андрей с надеждой спросил старшего товарища. Все таки принимать такие важные решения в одиночку для него было непривычно и трудно.

-А что делать? На этом кластере опасно. Я удивляюсь, что они вообще рискнули тут устроить производство. Он может перезагрузиться в любой день и час, вместе со всем содержимым, и учитывая протяженность этого застоя, перезагрузка может быть стремительной. Только вот и вариантов у нас немного. Все что можем, денно и нощно караулить кисляк, да держать большую часть наших запасов на платформах, чтобы их быстро вывезти.

-И много ли тех запасов?

-Для нас? Дохрена и больше. Энергии на пол года, не считая энерглоблоков в самих транспортах. Тут было солидно этих ячеек. И еще больше пустых. Не знаю, куда они их столько потратили. Продовольствия на два месяца, хоть эту дрянь и трудно назвать нормальной едой. Придется как-то выкручиваться. Есть у меня конечно идеи, по поводу перезарядки капсул, но для них не хватает материалов. Ладно, это все мелочи. Насколько я понял, ты теперь главный. Хотя вряд ли тебя будут слушать, званием не вышел. Но под твоим контролем Немезида, про которую даже я не особо много знаю. Ремонтировал эти установки пару раз, но где они стоят, знает только штаб. Ну и ты, вроде как.

-Да что толку от всего этого арсенала, - Андрей встал, и начал мерить комнату своими огромными шагами, - да, это просто превосходно, что мы можем четверть всей долины в выжженную и отравленную пустошь превратить, вот такие вот герои, да оно нам надо? Нам нужен точечный удар, по вражескому логову. А где оно? Я не знаю, и даже как об этом узнать пока что не представляю.

-Ты не нервничай, Андрей Павлович, не нервничай. Будет день, будет пища. Кое какую информацию найти можно. Если они запускали эту ракету со своей главной базы, или хотя бы из области, где она находится, мы сможем ее отследить.

-Что? – Андрей в удивлении воззрился на механика, - Но ведь они не отслеживаются? Ты же сам мне об этом говорил?

Михалыч явно смутился, и забарабанил пальцами по столу, в довольно странном ритме. Он словно не решался высказать какую то идею.

-Нет, Андрей, отследить-то их в теории можно. Да, помехи просто не позволяют нашим защитным системам зацепиться за них. Защищенный таким полем объект для электроники не существует, но вот след помех он оставляет вполне существенный. И если найти информацию о таких вот аномалиях, мы скорее всего сможем составить их карту, и определить траекторию полета.

-Звучит как то просто, но я в этом все равно ничего не понимаю. Михалыч, как? Как это можно сделать, скажи мне. У нас не так уж много времени, как может показаться. Месяцами ждать результатов я не могу.

-Зачем месяцами? – Михалыч открыл на настольном экране карту Долины, и ткнул пальцем в какую то зону, чуть восточнее уничтоженной базы, - Вот тут было то, что может нам помочь. Стаб, период перезагрузки, около трех лет. Вроде и хороший, да вот только размером с теннисный корт. Там стояла раньше подвижная метеостанция, и узел связи восточного сектора, заодно. Если мои расчеты о силе заряда верны, то взрывная волна до сюда докатилась, и даже могла вывести из строя часть оборудования. Но не защищенные блоки памяти. Вот уж чему такие мелочи не угрожают. Надо только добраться дотуда, и их извлечь.

-А не проще их выследить, посмотрев куда они возвращаются?

-Да что ты до старого человека докопался, ирод, - Михалыч явно рассердился, - если тебе проще ползать на карачках за этими ребятами, то флаг тебе в руки, ветер в спину, и скоростную транссибирскую капсулу навстречу. Чего ты от меня-то хочешь? Я шпионить за ними по лесам не собираюсь, возраст не тот. Сам решай, что тебе делать.

-Ладно, ладно. А что с вами то будет?

-Что с нами будет, лейтенант? Уйдем отсюда. Есть у меня на примете пара стабов, дальше к северу, в которых мы можем обосноваться. Хотя бы ненадолго. А там, проблем насущных у нас выше крыши. Буду искать способ перезаряжать энергоблоки местными источниками электроэнергии и пытаться впихнуть местную пищу в капсулы, после тщательной стерилизации. Это довольно сложные задачи, но и интересные.

-А как быть с этим местом?

-Да никак. Заберу то, что мне понадобится, а остальное взорвем к чертовой матери. Пусть уж лучше завалено будет, чем достанется вражинам.

Обсуждение дальнейших планов группы, и самого Андрея, затянулось до глубокой ночи. Выйдя из «штаба», Свиридов направился прямиком в казармы, как называли местные бойцы и техники то самое жилое строение, в котором он шарился в первый свой визит сюда. Завалившись в одну из комнат, на полу которой лежала куча свежего сена, Андрей растянулся на импровизированной постели. Разумеется, костюм гасил ощущения, и саму траву он почувствовать не мог, однако такая странная тактильная изоляция неплохо развивает фантазию. Он почти смог почувствовать, что лежит прямо на ней. Смежив веки, он погрузился в сон. Беспокойный, наполненный странными сновидениями, но сон, дарующий покой усталому телу.

Ему снился бескрайний сосновый лес. Он шел по нему, вдыхая непривычно чистый воздух, совершенно не царапавший гортань и легкие. Одурманивающий смолистый запах витал среди многообхватных стволов. Андрей шел по лесу, и слышал шуршащую под его ногами старую хвою, сброшенную могучими деревьями. В лесу было тихо. Не было слышно пения птиц, и даже ветер безмолвствовал, почти не существуя в этой обители покоя и мира. Человек наслаждался первозданной природой. Она питала его, и давала ему силы. На грани слышимости раздался хруст. Андрей резко обернулся, и увидел молодого оленя. Животное стояло, испуганно глядя на человека. В душе Андрея начало просыпаться нечто. Он хотел, нет, он жаждал догнать этот сгусток плоти, внутри которого пульсирует так им желанная красная жидкость, источник самой жизни. И он побежал. Олень спасался от него крупными скачками, но Андрей, непонятно почему, да и не волновало его это, несся ничуть не уступая, и даже потихоньку нагоняя свою… жертву? Да, жертву, ведь он охотник. Настоящий охотник, предназначение которого отнимать жизнь, во имя жизни. Рывок за рывком, он настиг оленя, и со всех сил ударил его сжатым кулаком, повергая на землю. Раздалось громкое урчание. Сам не зная почему, Андрей испуганно отпрянул, и начал озираться, однако когда взгляд его упал то место, где только что лежал олень, он увидел его. Огромного элитника, уродливого и излучающего опасность всем своим существом. Страх на секунду сковал его тело, но усилием воли он разорвал эти оковы. Он охотник, и даже элита станет его добычей, жертвой на алтарь существования. Андрей бросился вперед, и элита повторила его действия, несясь на него всей своей огромной массой. Раздался оглушительный звон, и вокруг разлетелись осколки стекла. Андрей пошатнулся, видя перед собой рассыпающееся на мельчайшие фрагменты зеркала, в котором отражалась удивленная и растерянная морда монстра. Его морда. Мир погрузился во тьму.

Тьма быстро сменилась светом. Андрей шел по немного знакомому ему коридору. Коридору, ведущему в контрольный пункт штаба на летающей крепости. Дверь была открыта, и Андрей беспрепятственно вошел внутрь. По белым стенам всюду были рассеяны брызги крови. Круглый стол, за которым сидел десяток людей, она покрывала еще гуще. Разорванные беспощадными, точными выстрелами головы, внушали страх и отвращение. Соколов стоял во главе стола, прислонив ствол к последнему живому человеку. Полковнику Березину. Жирная морда того сотрясалась в беззвучных рыданиях, а по парадным белым штанам растекалось желтоватое пятно. Высшее должностное лицо базы обмочилось, видя упершийся ему в лоб ствол винтовки. Андрей хотел окрикнуть Соколова, но тот сам повернулся к нему. В сухих глазах капитана стояли слезы, спрятавшиеся глубоко в недрах этих серых омутов.

-Во имя необходимости.

С этими словами, Соколов выстрелил. Пуля превратила голову полковника в кровавое месиво, а мир уже вновь начинал меняться, рассыпаясь вокруг невесомым песком. Андрей стоял в месте, в котором он ни разу не был. Да и был ли «он» Андреем? Серые невзрачные коридоры, с нарисованными через каждые несколько шагов знаками биологической опасности. Камеры, с запертыми в них зараженными, одурманенными и беспомощными. Вскрытия, кровь, грязь, вонючая жижа. Горки споранов, горошин, и даже жемчуг, валяющийся никому не нужным хламом. Сложные машины синтезируют то, чего не должно быть в природе. В огромном аквариуме плавает что то жуткое, противоестественное для их родного мира. Скреббер, а точнее его голова, как услужливо подсказывает память. Около аквариума, спиной к Андрею, стоит человек в белом защитном костюме. Он медленно поворачивается, и Андрей видит белую маску, так ему знакомую. И в то же время другую. Эта явно не является декоративным элементом. Осторожно встроенные фильтры, линзы. Это сложное устройство, защищающее своего владельца. Человек начинает говорить, но большую часть его слов словно пожирает сам воздух. Порыв странного ветра доносит часть фразы.

-…принести огонь жизни, избавляющий от страданий, во имя необходимости…

Все вокруг бледнеет, словно обращаясь мутным толстым стеклом. Андрей ворочается, пытаясь вырваться из него, но лишь сильнее загоняет себя в ловушку. Он видит странных жучков, копошащихся в этом пространстве, и понимает, чем они являются. Наномашины. Крохотные устройства, циркулирующие в крови. Они начинают расти, и становятся все больше и больше. В таком огромном виде они выглядят устрашающе, словно боевые машины. Они бродят вокруг него, едва не давя огромными лапами. Вокруг стоит непрекращающийся гул, и Андрей понимает. Понимает, что это не просто гул. Огромные наномашины общаются друг с другом, с невероятной скоростью передавая информацию. Одна из них замечает его, мечущегося меж их ног, и резко бросается вперед. Челюсть-манипулятор хватает Андрея, и начинает грызть его. Течет алая кровь, и он понимает, что его вот вот разгрызут на две половины. Но почему ему это так безразлично? Он падает вниз, порванный на две части, и видит как плывет видение, казавшееся таким реалистичным.

С грохотом, более подобающем консервной банке, Андрей падает на асфальт. Вокруг него город, тот самый, где совсем недавно он был. Город, откуда он забрал калифорний. Мясорубка. По чистым спокойным улицам неспешно шли немногочисленные прохожие. Водители, на до смешного беспомощных машинках, не обращая на него никакого внимания ехали мимо, проезжая прямо через его иллюзорное тело. Голуби с громким шелестом, перекрывающим гудение человеческого муравейника, слетелись на рассыпанное какой то старушкой пшено. Мир. Покой и мир. Жизнь нормального мира. С небес светит яркое Солнце, настоящее Солнце, а не жалкая пародия Стикса. Это настоящий мир. Не его, не Андрея, но мир. Какая то неясная тень легла на эту идиллию. Небеса потемнели, и Андрей поднял глаза наверх, наблюдая за темным покровом, накрывающим мирные улицы. Полоса белесого тумана опускается вниз, и через нее просматривается что-то. Нечто неясное, но вызывающее тревогу и страх. Будто гигантская фигура, рассматривающая свои очередные игрушки через эту белесую завесу. Безумное божество, не менее безумного мира. Туман расплывается по улицам, резко меняя картину. Это вновь Мясорубка, на сей раз «настоящая». Мясорубка Стикса, наполненная кровью и разрушениями. На улицах уже не осталось зараженных, они все или мертвы, съеденные своими же товарищами, или разбрелись в поисках пищи. По мертвой улице мертвого города идет человек в черном плаще и маске. Он идет неспешно и неторопливо, словно прогуливаясь у себя дома. Андрей догоняет его, ощущая сжимающие сердце стальными тисками гнев и обиду. Он хватает незнакомца за плечо, и разворачивает к себе безмятежную маску. В ту же секунду незнакомец, не медля ни секунды, вонзает ему в шею длинную иглу инъектора, заполненного какой-то мутной жижей. Раздался тихий, печальный голос.

-Сделай то, что должно.

Глава 18. Дуэль.

Андрей проснулся, какой-то частью сознания все еще пребывая в кошмаре. Этот сон был очень странным. Настолько красочных снов ему, пожалуй, не снилось уже несколько лет, с тех самых пор, как он отправился на Стикс впервые. Сон был столь яркий, что смешался с реальностью, и до сих пор не хотел отпускать попавший в его сети разум. Кто-то шумел, совсем рядом, и тряс его за плечо. Андрей сосредоточился, окончательно приходя в себя, и увидел лицо неизвестного ему бойца, пытавшегося до него достучаться.

-Лейтенант, проснитесь! Пожалуйста, поторопитесь, капитан Горский просил вас срочно подойти в штабное помещение.

До штаба добрался быстро. Михалыч, и еще один мужчина, в боевом костюме, нависли над расположенной на столе панелью. Когда Андрей вошел, механик поднял на него взгляд, кивком приглашая к обсуждению.

-Обложили нас, Андрей Палыч, обложили. Вот сучьи дети. Смотри на это, – Михалыч ткнул пальцем в панель, выделяя несколько групп красных точек, - осторожно обложили, грамотно. Минимум сотня обнаруженных системой вражеских целей, пятьдесят на дороге, двадцать пять на восточной стороне, двадцать пять на западной. И на южной стороне, один.

-Один? – переспросил Андрей, недоуменно взирая на одинокую красную точку.

-За что купил, за то и продаю. Карту и сам прекрасно видишь.

-Мы, считай, покойники, - до того молчавший солдат печально тыкнул в карту, указывая перемещающиеся по поселку зеленые точки их бойцов, - двенадцать стрелков в силовых костюмах, пять техников и два пилота оставшихся платформ. Да они нас просто мясом завалят, при желании, тут без вариантов.

-И что ты предлагаешь, - механик угрожающе нахмурился, - в переговоры вступить? А они вообще ведут переговоры? Не слышал что то о таком чуде. Вот то, что попавших к ним в плен никто вживых еще не видел, это слух вполне актуальный. Нет у нас выхода. Или сейчас будем подороже продавать свои шкуры и, может быть, чем черт не шутит, пока бог спит, еще победим. Если сдадимся, скорее всего погибнем, или того хуже.

Все трое промолчали. Они прекрасно знали, что может быть хуже смерти. Этот кошмар всегда был рядом. Растворенный в смертоносном воздухе Стикса, способный уничтожить в человеке саму его бессмертную душу. Не говоря уже о ужасных метаморфозах тела. В кратчайшие сроки был составлен план обороны. Защищать решили склад, рядом с платформами. Он был не слишком большим, и состоял из одного вытянутого этажа, по верхней части которого шла галерея, с прекрасным обзором и многочисленными узкими окнами. Все бойцы, кроме одного, распределились по первому этажу, заколачивая узкие окна и оставляя лишь бойницы для себя. Впрочем, любое серьезное вооружение все равно прошьет насквозь эти хлипкие стены. Оставшийся боец присоединился к Андрею на верхней галерее, в качестве снайпера. Профессор и его техники загнали внутрь склада танк, и засели в нем, готовые сметать всех, кто попытается ворваться внутрь. Пилоты закрепились в своих платформах, окутавшихся многослойными щитами. На их совести была защита целого фланга, огнем автоматических турелей и главных орудий. Все замерло, в тревожном ожидании.

Андрей всматривался в лесок на вершине холма, где не так давно сидел он сам. Кто бы мог подумать, что теперь там будут сидеть его враги. Вскинув «Гадюку» он занялся осмотром местности, не особо то и нужным. Датчики все еще исправно фиксировали движение противника, помечая его на перенесенной в танк карте. Предвкушение безнадежного боя действовало на нервы. Андрей уже решил, как поступит в случае, если положение станет совсем безвыходным. Все просто. Он заранее соединился со станцией связи танка, и приготовил сигнал, по первой команде готовый отправиться на пусковые установки Немезиды. Сигнал, правда, не очень приятный. Вызов огня на себя. Все равно, если он умрет, файлы из костюма скорее всего выловят, и удаление обычными методами тут не поможет. Так зачем давать врагу такой сильный козырь против возможной карательной миссии из родного мира?

Все началось неожиданно. Андрей увидел, как по склону холма в его секторе скользят черные тени. Вскинув винтовку, он выстрелил в одного из противников, который находился выше остальных, и тот упал, покатившись вниз, прямо под ноги своим товарищам, сбивая некоторых с ног. Еще выстрел. Новая фигурка кувыркаясь летит под откос. Словно в тире. Но Андрей четко понимал что это не надолго. С другой стороны галереи раздаются выстрелы его напарника. Достигнув подножия холма, противники рассеялись по пространству, скрываясь за сооружениями. Аналогичное, видимо, происходило со всех сторон, кроме той самой северной. Одинокая красная точка не двигалась, словно наблюдающий за битвой полководец. А может, это и есть полководец?

Раздался многоголосый грохот, и по силовым экранам костюма застучали вражеские снаряды. Андрей на секунду обрадовался, подумав было, что враг опять вооружился только второсортными стрелялками местных кластеров, но следующий удар оказался на удивление сильным, едва не отбросив Андрея с галереи вниз, через ржавые перила. Экраны протестующе загудели, с трудом отражая новые заряды, вонзавшиеся в них. Винтовка! Пусть и не такая сильная, как у него, но недооценивать ее возможности не стоит. Активировав маскировочные модули, Андрей спешно сменил позицию. Вражеские стрелки заняли соседние строения, и уже начали активную перестрелку с защитниками первого этажа. Иногда стреляли и по галерее, видимо для острастки. Воздух гудел от разрезающих его зарядов и жужжащих кусков свинца, пытающихся унести чью то жизнь. Андрей стрелял, почти не целясь, иногда попадая, а иногда лишь впустую расходуя энергию. Где то сбоку стрекотали турели платформ, поливая врагов смертоносным градом. За то направление опасений не возникало. Стены дрожали, распыляясь фонтанчиками бетонной крошки. Взрывались импульсные мины. Ни одна из сторон не могла взять верх в этой перестрелке. Масочников было много, очень много. На каждого бойца Михалыча приходилось по восемь или девять вражеских бойцов, но они были слабо вооружены, в отличие от облаченных в костюмы защитников. Свиридов всерьез начал думать, что победа будет за ними, и они смогут… По системе связи раздался встревоженный голос Михалыча, обращающийся к нему.

-Андрей, север! Единичная цель пришла в движение. Нет, она исчезла, быстр…

Связь затихла. Передатчик работал, но Андрей ничего не слышал, словно погружаясь в густой кисель. Мир вокруг замедлился. Ощущение было до боли знакомым. Нечто подобное происходило с ним во сне, но тут оно было почти реальным. Осязаемым. Андрей стоял посреди галереи, тряся головой в шлеме, и стараясь сбросить это наваждение. На галерею вскочил масочник. Именно вскочил, прыгнув на десять метров вверх, и легко перемахнув через перила. Андрей навел на него винтовку, и выстелил. Мимо. Враг, будто совершая какой то замысловатый танец, уклонился от выстрела. Раздался хриплый, булькающий смех.

-Вот мы и встретились. Как спалось, господин Свиридов?

-Откуда вы меня знаете? – Андрей чувствовал как загустевший воздух выпивает его силы, - Кто вы такой?

-А какое это имеет значение?

Масочник подошел вплотную к Андрею, отклонив его винтовку в сторону. Андрей с трудом шевелился, пытаясь оттолкнуть его, но ничего не выходило. Незнакомец схватил его за шею, приподнимая массивный костюм в воздух так, словно он, как и сам Андрей, были из картона. Бросок, и Андрей летит. С силой ударяясь о плиты крыши и выбивая из них искры. Масочник прыгает следом.

-Это все не важно, господин Свиридов, совершенно не важно. Важно лишь то, что вы еще живы, и можете продолжать борьбу.

-А сами то, - Андрей с трудом поднимался с земли, - ваши бойцы умирают один за другим. Долго ли вы сами сможете так воевать?

-Бойцы? – удивленно вопросил незнакомец, - А, эти пешки. Что же, если им суждено умереть, пусть умирают. Однако уверяю вас, уважаемый, что если они захотят, от этого здания ничего не останется, вместе с его защитниками. Однако, выход есть. Сразитесь со мной, Андрей.

-Сразиться? Зачем?

-Опять глупые вопросы, - раздраженно махнул рукой масочник, - сразитесь со мной, и если будет воля Стикса, вы все узнаете.

Андрей встал, и посмотрел на незнакомца. Тот стоял на другом конце крыши, и внимательно смотрел на него. Или не смотрел. За прорезями маски, в ночном полумраке, разглядеть ничего не выходило. Сразиться? Он хочет драки? В нутре Андрея начала разгораться долго сдерживаемая ярость. Ярость, на этих уродов, уничтоживших сотни бойцов базы, выжегших ее до основания, и продолжающих преследовать немногочисленных выживших. Раз хочет, значит сразимся. Заметив, как Андрей поднимается, держа двумя руками свою винтовку, незнакомец снова расхохотался.

-Ну что же, боевой настрой у вас, я вижу, есть. А теперь, позвольте и мне стать серьезным.

Масочник резким движением выдернул из ножен, которые Андрей почему то не заметил раньше, длинную изогнутую саблю. С саблей? Против бойца с виброклинком и винтовкой? Андрей на секунду усомнился в здравомыслии этого странного человека. Но было в этой сабле нечто страшное, внушающее опасение. Ночной режим визора показывал ее сиреневое, переливающееся различными оттенками лезвие. Это явно была не одна из игрушек, лежавших пачками в арсенале базы. Андрей посмотрел на свою винтовку. В качестве оружия дальнего боя она сейчас бесполезна. Но что там про остальные функции? Их он еще не пробовал в деле и, похоже, наступил подходящий для этого момент. Масочник с невероятной скоростью, превосходящей даже наступающего элитника, ринулся вперед. Клинок в его руках парил, образуя сплошную сетку из разрезов. И ударился об щит, созданный винтовкой. Несмотря на защиту, Андрей почувствовал весь вес этих беспощадных ударов. Спасти от них могут только энергетические модули. Сама броня может и не выдержать, и тут-то ему и наступит конец.

Масочник атаковал непрерывно, вынуждая Андрея уходить в глухую оборону, и все дальше отступать к краю здания, под пули своих союзников, иногда ударявшие в стену. Почти что чудом выцепив крохотную паузу между атаками, Андрей запустил функцию ближнего боя винтовки. Те странные стержни, окружавшие ствол, назначение которых было ему ранее непонятно, окутались электрическими разрядами. Такой фокус оказался неожиданным даже для самого Андрея. Враг же предпочел резко отпрыгнуть назад, уходя из зоны возможного поражения. Андрей побежал вперед, вновь возвращаясь на старые позиции, подальше от губительного края. Враг стоял, покачивая своим странным оружием, и внимательно за ним наблюдал.

-Смотрю, у тебя есть кое какие фокусы в рукаве? – голос масочника не был удивленным. Просто безжизненным и безразличным, как вечные ледяные покровы полюсов.

Не отвечая, Андрей сделал выпад винтовкой, словно электрическим копьем, и противнику пришлось резво уклоняться от ветвящихся разрядов. Неуловимым, резким движением, масочник толкнул Андрея вперед. И боевой костюм, массивное устройство, превращающее владельца в миниатюрный танк, полетел на землю. Винтовка вылетела из рук, и повисла на краю здания, балансируя. Понимая, что масочник не даст ему шанса снова ее взять, Андрей выдернул из ножен с ходу запустившийся виброклинок, и рывком перевернулся на спину, чтобы парировать уже направленный на него удар. Однако, произошедшее дальше сломало все его планы. Виброклинок, оружие способное нарезать сталь, словно масло, соприкоснулся с сиреневым лезвием. И развалился на две неравные части, исходящие искрами. Сабля масочника ударила по нему, оставляя на броне длинную царапину, и остановилась на уровне шлема, прямо промеж глаз Андрея. Масочник зашипел, злобно, яростно, словно эта победа была ему горше самого позорного поражения.

-Какой же ты слабый и бесполезный, кусок дерьма. Так быстро проиграл? Позор. Видимо я ошибался в своих расчетах.

-Да какого хрена тебе вообще от меня нужно? Почему я? – Андрей яростно оттолкнул от себя саблю, прочертившую по шлему короткую полосу, - Почему все это дерьмо со мной происходит? Убей меня, и закончи все это, если тебя так сильно расстраивает мое позорное поражение. Ты ведь наверняка можешь.

Масочник резко ударил ногой в грудную пластину костюма, вминая Андрея в бетон. Вонзив саблю прямо в пол, он протянул руки к своему затылку, и осторожно снял маску. Андрей увидел. Увидел бледное лицо, почти не отличающееся от человеческого. Лицо с белыми как снег глазами, пронизанными тонкой сетью капилляров. Он так и не понял до сих пор, кем являлись эти странные мутанты, но точно не атомитами. В этом не было никаких сомнений. Мутант смотрел, и Андрею казалось что тот зрит прямо в его душу.

-Что мне от тебя нужно? – прошипел монстр, - Ты мое орудие. И если орудие затупилось, его нужно заточить.

Удар. Голова Андрея, даже защищенная шлемом, почувствовала всю силу этого удара, пришедшуюся на шлем. По экранам пошли трещины. Запищали предупреждающие сигналы.

-Тебе явно не хватает мотивации для выполнения задачи. Ну что же, давай замотивируем тебя. Для начала, я заберу твоего дружка механика. И буду наблюдать за тобой.

Еще один удар, и новые трещины пронизывают панели, закрывая обзор. Андрей слышит какой то шум в передатчике. Крики и стоны. Что там происходит? Свиридов попытался шевельнуться, но новый удар в грудь, оставивший даже через энергозащиту небольшую вмятину, снова прижал его к полу.

-Тебе пора вылезти из своей скорлупы. Если не поторопишься, я убью твоего друга, а затем и всех остальных, кого мы сможем найти. Что толку от твоей крови, если ты слабое ничтожество?

Удар, громкий треск, и шипение. Разум Андрея сковал немыслимый доселе ужас. Он понял, что происходит, и начал дергаться из всех своих сил. Воздух Стикса проникал в костюм, тонким, незримым ручейком самой смерти. Масочник позволил Андрею встать на ноги. Через разбитые, сочащиеся воздухом панели экранов, он видел его ужасное лицо. И было в нем что-то смутно знакомое. Он видел его, совсем недавно. Но где? Новый удар отбросил Андрея назад, к парапету. Как вообще возможно так бить руками по твердейшей броне? Отступая, он судорожно пытался запустить поврежденное управление экранами, чтобы привести в действие Немезиду, и стереть этого страшного, непонятного врага с лица земли, пусть даже ценой своей жизни. В какой-то миг, нога не нащупала опоры. Андрей рухнул вниз с крыши склада, слыша как выпадают фрагменты шлема, окончательно лишая его герметичности. Перед тем, как он с грохотом рухнул на землю, в голове всплыл на секунду файл с отчетом о смерти и фотографиями. Он с ужасом понял, что этим неизвестным фехтовальщиком, только что сбросившим его на верную смерть, был Георг Бюррен. Его лицо, только не обезображенное заразой, он видел на одной из прилагавшихся к отчету о смерти фотографий. От удара сознание Андрея померкло, и он отключился. Словно через бесконечную, черную вату, до него доносились слова Бюррена. Он не понимал, происходит это во сне, или наяву.

-Выполни свою задачу, Свиридов. Выполни ее, и твой друг будет жить, как и сотни других людей.

Какую задачу он должен выполнить? Никто и никогда не давал ему поручений. Разве что, Соколов, просивший… вновь в уши вторгся голос, словно растекающийся по сознанию навязчивой густой патокой. Или даже много голосов, сплетающихся в один. Из темноты проступило лицо Бюррена, и какие то смутные тени, словно скрывающиеся в его тени, более черной, чем даже окружающая тьма. Где-то далеко, словно в сотнях километров от такого ничтожного и незначительного Андрея, шумел яростный бой.

-Убей нас всех.

Проговорило многоголосое эхо, наконец отпуская его в пустоту и покой истинного забвения.

Глава 19. Лотерея.

Снова эти противные, скрежещущие звуки. Андрей поморщился, и ему тут же захотелось поморщиться еще сильнее. Все мышцы затекли и нестерпимо ныли. В нос навязчиво стучались ароматы. Мерзкий запах гари, смешивавшийся в единый омерзительный букет с приторным запашком горелой плоти. Стоп, запахи? Андрей распахнул глаза, и уставился на покрытый сетью широких трещин экран шлема. В хлам. Через особо крупные трещины, в которых виднелись проблески света, внутрь попадал внешний воздух. Сердце бешено забилось, едва ли не вырываясь из грудной клетки. Он дышит?! Дышит воздухом Стикса, и не ощущает никакого безумия? Он иммунный. Эта мысль пронеслась по разуму стремительной молнией, даруя облегчение и какое-то неясное предвкушение. Так вот оно каково, выиграть в Лотерею? Все еще не веря до конца в свою удачу, Андрей ухватился за крепления шлема. Тот все равно теперь бесполезен. Шлем с тихим щелчком отвалился, и впервые в своей жизни, Андрей Свиридов полной грудью вдохнул воздух Стикса. И тут же закашлялся от ворвавшейся в горло горечи. Кошка сидела рядом, и скреблась в броню, опять взирая на него своим безжизненным и безразличным к хозяйским мучениям взором.

Обзор закрывал белесый дым, неспешно проплывавший над поселком. В памяти Андрея, слегка покосившейся от стресса, пробежали картины вчерашнего боя. Что произошло? Кто победил? Где все? С трудом, сражаясь с плохо слушающимся телом, Андрей поднялся на ноги. Вокруг царила почти абсолютная тишина. Неподалеку что-то искрило. Трещало угасающее пламя. На ощупь, старательно закрывая нижнюю половину лица, Андрей ринулся в дым, под какой то насмешливый взгляд кошака. И сразу же споткнулся. Перед ним лежал труп масочника, изрешеченный зарядами. Пластиковую маску венчали три огромных отверстия, оставленные, по всей видимости, автоматной очередью. Надежда забрезжила в его сознании, и он двинулся дальше. С тем лишь, чтобы достигнув входа на склад, узреть реальное положение дел.

В центре склада горел так удачно угнанный им танк. Андрей невольно удивился, ибо на первый взгляд, гореть в этом нагромождении брони было попросту нечему. Тем не менее, факт оставался фактом. Из открытого десантного люка валил густой серый дым, заполнявший пространство склада и обильно выходивший в окна. В тумане проглядывались тела защитников этого места. Тела в массивных боевых костюмах валялись, словно острова в дымном море. Андрей начал считать, вспоминая где располагались позиции. И сразу сбился, когда ворвавшийся внутрь ветерок сгустил дым, заставляя Андрея вновь болезненно закашляться. Глаза слезились, и найдя ближайшее тело в боевом костюме, Андрей подскочил к нему. По какому-то совпадению, это оказался тот самый боец, вместе с которым они продумывали план обороны. Мертвый. Андрей осмотрел его шлем, но в центре того зияла безобразная дыра, похожая на выстрел из винтовки, в упор. Неужели они добили раненых? Но зачем? Уже порядком пошатываясь, Андрей добрался до следующего тела. На нем нашелся целый шлем, который Андрей сразу же напялил на себя. Разъемы сошлись идеально, и активировавшаяся оптика начала сканировать склад, выдавая своему владельцу необходимые данные. Заработавшие фильтры очистили воздух от вредных примесей. Тут были все. Одиннадцать бойцов, защищавших первый этаж, валялись недалеко от своих позиций, без признаков жизни. Шлем исправно выдавал какие то медицинские знания и термины. Видимо, он принадлежал санитару отряда. Около танка валялись два тела механиков, изорванные пулями. Их просто расстреляли из местных примитивных самострелов. Убитый снайпер, двенадцатый боец, висел на перилах галереи, все еще удерживая в мертвых руках винтовку.

А где Михалыч? В памяти всплыли слова Бюррена, о том что он заберет у него друга. Неужели, и правда, забрал. Или обманул, и его тело сейчас догорает в недрах танка? Узнать об этом все равно не получится, тушить машину попросту нечем. Хотелось выть от досады и гнева. Выйдя через выбитую заднюю дверь, он увидел летающие платформы. Одна из них тоже горела. Вернее, догорала. Обгорелый труп пилота сидел в кабине, пялясь пустыми глазницами куда-то в склон. Вторая машина оказалась на удивление в порядке. На ее броне виднелись следы повреждений, но незначительных. Пилот этой платформы валялся метрах в пятнадцати от нее. Судя по всему, он открыл аварийный люк и, выскочив через него, дал деру в сторону. Но был остановлен меткой пулей. Однако, почему вообще бросили эту платформу? Она выглядит вполне исправной. Андрей подошел ближе, и попробовал открыть люк. Тот ожидаемо был заблокирован. Спасибо хоть силовые экраны снялись, видимо в тот самый миг, когда пилот выскочил через аварийный люк. Кстати о нем. Схватившись руками за перекладину, сделанную прямо под ним, Андрей подтянулся, и с трудом заполз внутрь. Задняя часть платформы была забита многочисленными ящиками. В кабине и десантном отсеке все было в порядке, и даже заряд в энергоблоке был весьма неплох, так в чем же дело то? Почему масочники оставили тут полностью исправный транспорт? Или они… Или Он оставил его ему? Невероятно, но кто знает. Чего то же Бюррен, этот проклятый ублюдок, от него хотел.

Только вот что-то начало налаживаться, и снова все идет прахом, из-за таких вот неожиданностей. Как масочники смогли так оперативно выследить лагерь Михалыча? Или они следили за ним самим? Это то куда более вероятно, если учесть что он у них танк спер. А что если в танке был маячок, такой же как тот, что Андрей нашел на базе? Теперь уже не узнать. Разве что найти эту сволочь, и спросить с нее лично. Проще сказать, чем сделать, учитывая как Бюррен ему вчера навалял, голыми руками расколотив бронированный шлем, способный пулю остановить. И откуда такая дурная сила в этом мутанте? Остальные члены его братии вроде как такой резвостью не обладают. По крайней мере те, с которыми Андрей в последнее время сталкивался. Присев на какой то кусок бетона, Андрей в который раз прокручивал в голове события последних дней. Итак, что имеется сейчас. Какой то странный мутант, судя по виду, покойный доктор Георг Бюррен, собственной персоной, напал на лагерь с кучей таких же как он мутантов-головорезов, и украл Михалыча. Что он там говорил то? Андрей должен поторопиться, и выполнить какую-то задачу. Но черт его подери, какую задачу-то? Неужели «убить нас всех» было не просто частью бреда? Да и кого «нас» то? Впрочем, как ни крути, идея найти для начала их логово звучит здраво. А значит, можно попробовать действовать по плану Михалыча, где бы он сейчас ни был. Тем более что платформа на ходу, а с ней это проблемой не станет.

С помощью нашедшегося в платформе огнетушителя, Андрей погасил пламя в танке, и вытащил оттуда три оставшихся тела механиков. Михалыча среди них действительно не было. Собрав все трупы в центре поселка, Андрей воздвиг над ними примитивный курган из бетонных плит. Просто, и со вкусом. Похороны в стиле иммунных, когда мертвецов оставляют на перезагружающемся кластере. Правда, Андрей все таки надеялся, что оставшиеся в живых бойцы или имунные базы смогут добраться до этого места раньше, чем кластер обновится. Слишком много ценного добра тут осталось, в том числе надетым на трупы. Боевые костюмы на дороге не валяются. Много времени ушло на поиск «Черной Гадюки». На крыше винтовки не было, и Андрею пришлось обыскать весь склад, и прилегающее к нему пространство. Он уже отчаялся, и подумал что винтовку у него банально сперли, когда та обнаружилась в густых кустах, метрах в тридцати от склада. Нашла винтовку неугомонная кошка, так громко мяукавшая в зарослях, что Андрею все таки пришлось проверить причину беспокойство робота. Как оружие там оказалось, история умалчивает, однако Андрей был очень рад «Черной Гадюке», словно старому другу. Уж больно интересными функциями обладала эта змейка.

Странная слабость периодически накатывала на Андрея, заставляя его садиться на землю, и приходить в себя. Откуда это вообще взялось? Он даже снял шлем, чтобы подышать свежим воздухом. И тут его осенило. Иммунитет. Иммунные не могут жить без той дряни, что они любовно называют «живцом», и если он один из них, значит она и ему нужна? Андрей примерно знал, как изготовляется этот противный напиток. Спораны, встречавшиеся почти во всех зараженных, растворяли в крепком алкоголе, после чего фильтровали осадок, который за неплохую цену скупали охотники базы, синтезировавшие из него транквилизатор для элиты. Спораны, ранее казавшиеся Андрею мусором, который он десятками, если не сотнями бросал в пластиковые мешки и просто отдавал иммунным, вдруг обрели ценность. Конечно, что угодно станет ценным, если оно нужно, а взять неоткуда. Взгляд упал на то место, где еще каких то пару дней назад разведывательный отряд столкнулся с элитой. Элитой… Андрей подскочил, вновь почувствовав вспышку слабости, и побежал к трупу элитника, все еще торчащему в стене. Своим последним выстрелом он прошиб голову монстра насквозь, разорвав споровый мешок. Пришлось залезть в здание, и найти комнату, по которой разбросало его остатки. Андрей шарил в омерзительной, подгнившей массе, выискивая так нужные ему виноградины. За пол часа работы, Андрей наковырял шесть десятков споранов, пятнадцать совсем уж мелких черных бусинок, пяток странных связочек, похожих на спутавшееся янтарное ожерелье и, наконец, три жемчужины. Две черные и одна красная. Красную Андрей, по некоторому размышлению, просто проглотил. На всякий случай. Возможно, там было и что-то еще, но Андрею уже было не до того. Разумеется, в полевых рационах базы алкоголя не было. Самым крепким напитком, содержавшимся в пищевых капсулах, было пиво, выдававшееся в крайне ограниченных количествах, и уж точно не во время военного положения. Единственным источником алкоголя оказался пузырек с жидкостью для дезинфекции открытых ран, на кой то хрен имевшийся в аптечке платформы. Возможно, для иммунных бойцов, которых на базе было не так уж мало. Опустошив одну из капсул, Андрей залил ее антисептиком, и положил туда споран. Тот быстро растворился. В каком-то мрачном предвкушении, Андрей смотрел на предварительно профильтрованный «живчик». И резко опрокинул в себя емкость. Жидкость скользнула в горло, болезненно обжигая, но слабость почти сразу отступила, а тело наполнилось силой. В этом расслабленном состоянии, Андрей неожиданно вспомнил о живце кое-что еще. А его ведь разводят в соотношении один споран на литр спирта? Не перебрал ли он с дозой? Но все было в порядке, самочувствие улучшилось, и он, собрав свои вещички, и усадив шлявшуюся рядом кошку на плечо, вновь залез в платформу.

С тихим шелестом платформа поднялась в воздух. Ее постоянно бросало из стороны в сторону. Имея лишь базовую информацию о работе этой сложной машины, управлять ей как полноценный пилот Андрей не мог. Набрав достаточную высоту, он проложил маршрут к бывшему восточному узлу связи. Платформа устремилась вперед, набирая скорость. Закончив с прокладкой маршрута, Андрей перевел машину в режим автоматического полета, и платформа сразу перестала дергаться, двигаясь плавно и уверенно. Экраны показывали проплывающие мимо кластеры. Кое-где виднелись стабы. Заброшенные. Как и ожидалось, сейчас все стараются держаться подальше от места взрыва. Впереди уже показалась выжженная пустошь, заставившая сердце Андрея в который раз печально затрепетать. Как много людей погибло тут. Мог ли он это предотвратить? Не мог. Не мог, и все тут. Нечего травить душу призраками прошлого, пусть и столь недавнего. Даже на приличной высоте, датчики платформы обеспокоенно запищали, регистрируя повышение радиоактивного фона. Восточная граница пустоши была уже видна. Решив перекусить, Андрей вышел в отсек, и начал перебирать трубки, пытаясь определить наименее омерзительный заменитель нормальной пищи. И в этот момент система предупреждающе взвыла. Платформа дала резкий крен, бросая Андрея в стену. Спотыкаясь о летающие вокруг предметы, вылетевшие из открытых ящиков, Андрей продвигался в сторону кабины, едва справляясь с выделываемыми платформой кульбитами. Завалившись внутрь, он уселся в кресло пилота, и вперил взгляд в экраны.

Свиридов понял что он дурак. Круглый дурак. На хвосте платформы висели две печально ему знакомые огненные стрелы, преследуя глупую машину, сунувшуюся в опасные небеса Стикса по воле не менее глупого человека. Платформа уклонялась от них, постоянно меняя курс, но те упорно преследовали свою добычу, словно взявшие след гончие. Завернув особенно крутой вираж, платформа устремилась вверх, и в этот момент ракеты взорвались. Толчком машину подбросило еще выше. Двигатели гудели как два растревоженных улья, меняя вектор тяги. Платформа парила, постепенно снижаясь вниз со все возрастающей скоростью. Судя по данным на экранах, активировался режим аварийной посадки. Андрей открыл карту. До цели осталось не больше десяти километров, а при такой высоте, снижаться машина будет долго. Все шансы подойти на кратчайшее расстояние все еще были при нем. Добравшись до склона большого холма, машина оказалась на высоте в десяток метров. Началось довольно резкое торможение. Что-то трещало в энергоблоке. Уже готовый к высадке, Андрей в последний раз проверил вещи. В прочном заплечном ранце, специально для боевого костюма, лежал занимавший очень большой объем запасной шлем, три десятка энергоячеек, и десяток пищевых капсул, а также улов с элитника. Двигатели взревели, в финальном усилии, и машина грузно осела на землю, по инерции проехав несколько метров на опорах. Андрей саркастично подумал, что это была лучшая посадка за последнее время.

Задерживаться на месте падения было опасно. Выскочив наружу, Андрей быстрым шагом направился в нужную ему сторону. Те, кто эти ракеты запустили, наверняка отправятся проверить место падения, и лучше не давать им лишних минут. Следопыты у них вряд ли найдутся, в диком лесу его разыскивать. Углубившись в лесной кластер, Андрей вывел на экран карту. Узел связи был совсем близко, в каких то двух километрах. Плевая дистанция для человека в костюме. Пробираясь по неприметной тропке, между стволов берез, Андрею захотелось вдохнуть этого воздуха. Работавшая во всю система очистки убирала все запахи, хоть в ней теперь и не было необходимости. Андрей присел на камень, открывая главное меню. Отключить одной командой столь важную систему было невозможно. Возиться пришлось довольно долго, но оно того стоило. Припомнив слова Михалыча, Андрей довольно улыбнулся. Теперь, полная система маскировки не будет излишне расходовать энергию. И всего лишь за счет фильтрации воздуха. Конечно, в случае чего, ее можно легко включить. Эх, убрать бы еще царапины, оставленный Бюрреном на броне.

Кластер связи действительно оказался невелик. Небольшой пятачок, полностью занятый каменным пиком, метров сорок в высоту. На вершине, прочно закрепленная в камне, стояла выносная антенна. Когда-то, во всяком случае, стояла. Сейчас ее сорвало с креплений, и большая часть металлической конструкции висела на оставшихся тросах, натянутых как струны старинной гитары. С опаской посмотрев на ненадежное сооружение, Андрей подошел к ютящемуся у основания скалы фургончику. Небольшая машина, большую часть которой занимал блок связи и его энергоустановка, была кое как укрыта маскировочной сеткой, наверняка украденной на каком то кластере. Маскировочного поля для такой техники к счастью не полагалось, а то ее поиски могли бы стать весьма неприятным сюрпризом. Дверь самостоятельно открываться не пожелала, даже когда Свиридов ввел код доступа, хранившийся в присланных Соколовым данных. Причина тому была проста, и довольно очевидна. Энергии нет. Индикатор замка не горит. Пришлось применить грубую силу, просто выломав непокорную дверь, и войдя внутрь. Небольшое помещение занимал терминал связи, с массивными блоками памяти, и колонна энергоблока, окруженная прозрачными изолирующими экранами. Андрей отодвинул одну из изолирующих панелей, и открыл технический люк. Энергоблок светился ровным рядом зеленых ламп. Все в порядке. Тогда, почему энергии нет? Проблема, судя по всему, была где то между энергоблоком и терминалом, и устранить ее своим силами Андрей не мог. Найдя место, где проходила основная жила, Андрей разрезал пол виброклинком, и перерезал провод, довольно грубо подключая его напрямую к одной из своих ячеек. Операция была простая, однако заряд в такой схеме расходовался крайне неэффективно, и надолго его не хватит. Терминал загорелся синим, радостно приветствуя человека.

Глава 20. Запустение.

Свечение терминала было не очень ровным. Иногда он начинал мерцать, видимо, из-за кустарности соединения с новым источником питания. Не тратя времени зря, Андрей подошел к управляющему модулю, похожему на небольшой столик, и надавил руками на его поверхность, пробуждая от сна систему. Терминал принял код доступа, и на поверхности стола стали расплываться многочисленные блоки данных, кое-где поднимаясь над столом, и устремляясь к потолку. Андрей с некоторым испугом уставился на такой массив информации. Вот и как тут прикажете искать нужное? Михалыч так и не рассказал конкретной методики поиска, а на тщательное обследование всей собранной тут информации и нескольких лет не хватит. Внимание Андрея привлекла странная программа, в одном из углов. Какая-то «Визуализация», которую он повинуясь то ли неявной догадке, то ли интуиции, активировал. Разрозненные данные резко всосались в стол, и наверх вышла карта. Полная карта долины, и довольно подробная. Правда, судя по обозначениям, эта станция охватывала лишь восточный сектор и центр, зону расположения базы. Сейчас, карта была пуста. Лишь в том месте, где располагался сам узел связи, горел желтый огонек. Появилась надпись.

«Станция в режиме ожидания. Потеряна связь с базовым узлом. Активировать архивный режим? Подтвердите переход голосовой командой.»

-Активировать архивный режим. – Андрей не имел не малейшего понятия, что из себя этот самый режим представляет, но выбора у него не было. Надо ж хоть что-то делать. Надпись исчезла, и через несколько секунд, сбоку, появилась календарная панель. Андрей ткнул наугад, в случайную дату, и карта тут же взорвалась сотнями разноцветных огоньков, между которыми возникали и гасли линии. Легкое касание ближайшего огонька, и под его руками возник целый блок данных. Какие то аудиозаписи, текстовые сообщения и изображения. Все данные, которыми обменивались между собой эти пункты. Он нашел нашел глазами восточный наблюдательный пункт, и открыл его, увидев собственные отчеты и записи их переговоров со штабом. Как интересно. Однако, совершенно бесполезно для поиска траектории ракеты. Или нет? Настроив время так, чтобы оно охватывало ночь перед разрушением базы, Андрей нашел функцию воспроизведения. Замелькали огни и линии, передавая информацию. Догадка была весьма неточной. Андрей не был уверен, что сможет таким образом выследить ракету, но все же… Неожиданно, что то мелькнуло. Одна из линий около базы задрожала, прямо перед ее уничтожением. Сбой системы терминала, или же действительно что то есть? Андрей повторил фрагмент, и слова увидел, что линия передачи на западе за несколько секунд до взрыва как то странно исказилась, словно в сигнал что-то вмешалось. Что-то постороннее. Прогнав запись еще несколько раз, он окончательно убедился в том, что какая то аномалия за считанные секунды до взрыва пронеслась через западный участок центрального сектора. К сожалению, эта станция связи не могла дать ему большего. Она просто не доставала до западных областей.

И что теперь делать? До западной части теперь довольно далеко добираться. Придется обходить выжженную базу по большой петле. Защита костюма радиацию может и выдержит, но даже так, оказаться на этой равнине словно удачная мишень в тире ему совершенно не хотелось. А идти на запад все равно придется, хочется ему, или нет. Андрей отключил терминал, и отсоединил опустошенную на четверть энергоячейку. Тут теперь делать нечего. День еще был в своих правах, осыпая землю блеклыми лучами местного солнца. Вполне можно пройти какую то дистанцию до цели. Где находится, или по крайней мере должен был находиться западный узел связи, Андрей узнал из данных Соколова. Он был дальше от центра, чем восточный, но не сильно. Открыв на экране костюма собственную карту, он проложил примерный маршрут. Не так уж и много получалось, можно обойти за один световой день. Если выходить с утра. Сейчас, однако, было уже явно не утро. Так что в пути придется где то ночевать. Да и необходимость время от времени принимать живец действовала на нервы. Сделать то его было не из чего. Последний спирт, бывший в платформе, потратил еще там.

Проблема добыть еще спирта стала как никогда актуальной. У местных иммунных наверняка можно было бы купить уже готовый живец. Только вот где их взять, этих иммунных? Разбежались они, после взрыва. Если, конечно, вообще не превратились в атомитов. Андрей внимательнее рассмотрел карту. Недалеко от его планируемого маршрута имелся стаб, в котором до взрыва жило несколько десятков иммунных. Там у них было нечто вроде зоны отдыха, в безопасных землях базы. Наверняка там есть бар, или что то вроде того. Решив заглянуть туда по дороге, Андрей выпрыгнул из модуля связи. Возник соблазн запустить двигатель, и поехать прямо на этой машинке, но здравый смысл победил. Этот тихоход едва ли будет быстрее него самого, а вот заметно его будет издали. Приставив вырванную дверь обратно, Андрей снова закутал все в маскировочную сетку. Враги, скорее всего, не смогут вскрыть защиту блоков памяти, но зачем давать им лишний на это соблазн? Тем паче, что это место теперь заметить трудновато. Оно глубоко в лесу, да и выпиравшая вверх антенна теперь обрушилась.

Бодрым шагом, Свиридов двинулся прочь. Он шел чуть боком, чтобы не выйти ненароком к месту крушения. Показываться там, где могут быть сейчас вражеские наблюдатели, было ему не с руки. Иногда, он с тревогой поглядывал на небо. Хоть масочники применили беспилотник только один раз, вряд ли у них одна такая игрушка. Под ногами мягко пружинил дерн. Вдыхая через отключенные фильтры приятный лесной воздух, Андрей поймал себя на мысли, что наслаждается этим. Чем? Да всем. Он впервые ощущал Стикс как полноценный, живой мир. Вот уж действительно, словно вылупившийся из своей скорлупы цыпленок. За отсутствием точного позиционирования, Андрей сверялся с картой, по крупным ориентирам. Признаков цивилизации не было довольно долго. Дорога появилась неожиданно. Обычная асфальтовая дорога не первой свежести, покрытая многочисленными выбоинами. Некоторые из них были довольно грубо залатаны черными кляксами свежего полотна. Она то ему и была нужна.

Идти по ней в костюме было не так приятно, как по лесу, но скорость передвижения выросла. Аудиосистема костюма чутко прислушивалась к происходящему спереди, и сзади. Мало ли, кому в голову взбредет ездить по этой межкластерной дороге в это неспокойное время. Около двух часов он спокойно шел вперед, миновав три небольших кластера. Асфальтовая дорога перетекла в грунтовку, а та в свою очередь, в приятно родную дорогу из массивных плит особого полимера, похожего на камень, характерную для мира Андрея. Солнце уже клонилось к закату, когда в ушах раздалось тихое пиликанье предупреждения. Кто-то двигался по дороге, ему навстречу. Андрей спешно включил все доступные режимы маскировки, и юркнул в кусты. Ждать пришлось минут десять, не меньше. По дороге двигался кустарный грузовик. Свиридов знал такие машины. На них в некоторых мирах перевозились на большие расстояния различные габаритные грузы. Впрочем, эта машина была заточена под другие задачи. Стены грузового отсека покрывали пластины стали. Техники базы всегда презирали подобные модификации, говоря что любой элитник их растерзает, словно картонный щит. Имунные резонно парировали, что элитник не такой уж частый гость, в краях базы, а вот всякая мелочь вполне себе обломает зубы о такую броню. Когда то мнение иммунных казалось Андрею правильным, да вот только последние злоключения, в ходе которых он уже столкнулся аж с двумя элитниками, в самом сердце некогда безопасных земель базы, заставили его изменить свою точку зрения.

Поверх кабины была устроена странная бронированная конструкция. Чем то похожая на турель, но куда больше и кустарнее. Внутри, вроде как, даже сидит человек. Пулеметная башенка, не иначе. Кому принадлежал этот грузовик, Андрей знать не хотел. Тот с шумом и грохотом промчался мимо, не заметив его, и скрылся в поднимаемой им же пыли, активно сыпавшейся с огромных колес. Пришлось даже ненадолго снова включить фильтры. Проверив карту вновь, Андрей подумал, что этот грузовик вполне может быть с нужного ему стаба. Неужели там кто то еще остался? Оказалось, что нет. В этом Андрей воочию убедился, добравшись до места в сумерках, предшествующих ночи. Стаб был заброшен. Окруженный периметром из бетонных плит, небольшой стаб встретил его широко распахнутыми воротами. На смотровой башенке, около ворот, висел разлагающийся труп. Система ночного видения услужливо осветила табличку, приколоченную к его груди ржавыми гвоздями. «Барыжил хреновым спеком». Бедолага. Торговлю наркотиком из нитей зараженных среди иммунных база не одобряла никогда, и всегда поощряла расправы над изготовителями и распространителями. Правда, все равно изготовляли и продавали. Слишком уж полезны были эффекты от этой гадости в критических ситуациях, по словам бывалых иммунных.

Открыв ворота, Андрей скользнул внутрь. Все вокруг носило на себе след спешного бегства. Разбросанные повсюду вещи, включая и довольно ценные. Прямо около ворот были разбросаны россыпью латунные цилиндры примитивных боеприпасов. Имунные бы такое точно не бросили, если бы необходимость не прижала. Небольшое заведение с вывеской бара находилось на другой стороне стаба. Андрей не стал идти поперек главной площади, в центре которой громоздилось какое то огромное кострище, не особо давнее. Кажется, в его центре виднелась привязанная фигурка человека. Барная дверь оказалась заперта изнутри. Легким движением руки, Андрей выбил ее прочь, и вошел в помещение. Заведение было разгромлено. Местный хозяин явно постарался, обустраивая свое здание. Панели из красного дерева на стенах, пусть и покрытые следами от ударов, но любовно покрытые лаком, и явно не одним его слоем. Изящные лампы под потолком. Каменная барная стойка. Доставить это все сюда было конечно возможно, вот только стоили вылазки в городские кластеры за подобной роскошью ох как недешево. В экране огромного телевизора, занимавшего почти всю стену, торчала табуретка. Вонзилась ножкой, да так и застряла. Все напитки с полок были сметены, и валялись на полу, пропитывая воздух стойким алкогольным духом. Брось спичку, и все загорится. Устроивший этот погром человек лежал на полу, в окружении бутылок из под виски. Он был мертв, и довольно давно. Судя по отсутствию внешних повреждений, причина смерти была довольно оригинальной для Стикса. Упиться на смерть не всем дано, с лошадиным то здоровьем иммунных.

Андрей обогнул барную стойку, и заглянул за нее, высматривая целые бутылки. Почти все разбилось, но несколько особенно толстостенных пузырей были целы. Андрей выцепил их из общего беспорядка, и поставил на гладкую каменную поверхность стойки. Названия были ему незнакомы. Однако то, что в этой бурде содержится больше сорока процентов спирта было точной информацией. В нос шибануло каким то странным запахом, не сказать чтобы приятным. Отмерив пол литра этой бурды шейкером, Андрей бросил внутрь споран. Новый живец показался каким то более… слабым? У него не было такого сильного и яркого воздействия, но то, что пропорция именно такова, Андрей помнил уверенно. Лучше не рисковать попусту. А то так и квазом стать недалеко. В этом, в принципе, нет ничего дурного, но в костюм он после таких трансформаций может и не влезть, а его пользу переоценить невозможно. Свиридов видел этих квазов, пару раз. Приходили они и на базу. Очень мощные и опасные бойцы иммунных, прокачивавшие свои навыки в ущерб иммунитету. На базу они являлись за белым жемчугом, стоившим им очень солидных средств, выражавшихся, конечно, в различном ценном барахле. Ценных металлах, драгоценных камнях и, иногда, информации. Воротилы из штаба иногда давали им заказы на иномирные книги, пользовавшиеся на родине большим спросом. Забавно наверное, читать автора, которого в твоем мире попросту нет. Слив остатки живца в одну из бутылок, Андрей спрятал ее в ранец, и добавил туда пару бутылей с алкоголем. Идти дальше было бессмысленно. Пустая трата энергии на ночное зрение, да и устал от уже, за целый то день. Лучше передохнуть.

Утро встретило его в уютной кровати местной гостиницы, за ночь успевшей подломиться под весом костюма. Кошка лежала на грудной пластине и тихо мурчала. Ох уж эта железная животина. Она столь неподвижна, что про нее просто забываешь, как про неотъемлимую часть костюма. Конечно, если ей самой не взбредет в голову куда нибудь свалить. Тогда скроется, так же незаметно, и начхать ей на твои планы. В процессе вставания, несчастный предмет мебели был окончательно доломан. Кошка же с недовольным мявком спрыгнула на пол и, потянувшись, вновь заползла на плечо, где и застыла. Андрей неодобрительно посмотрел на робота, но ругать или осуждать бессловесную машину не стал. Какой в этом смысл? В солнечном свете стаб казался еще более мертвым, чем ночью. Ветер гулял в разбитых окнах, теребя узорчатые синие занавески. Кострище в центре поселения действительно оказалось местом жестокой казни сожжением. Кого конкретно тут казнили, и за что, было непонятно. Может просто спалили низшего зараженного, но зачем такая жестокость? Даже зараженные не виноваты в том, что с ними случилось такое, пусть они и несут смерть беззащитным иммунным. Покинув заброшенный стаб, Свиридов вернулся на дорогу, и двинулся по ней дальше. До станции связи запада оставалось совсем немного.

Раздвинув кусты, Андрей осмотрел огромную поляну, покрытую ромашками. Красивое зрелище, которое несколько портила возвышавшаяся над местностью огромная антенна. Подойти к ней он не решался, внимательно изучая суетившихся рядом людей. Точнее, масочников. Когда Андрей подошел к границе этого кластера, он услышал громкий шум, и успел затаиться. Около фургончика узла связи стояли два потрепанных бронеавтомобиля. Вокруг суетились враги, человек шесть. Еще один, судя по всему, был внутри. Масочники стояли безмятежно, урчаще переговариваясь друг с другом. Один из них так и вовсе присел, прислонившись к машине. Было похоже что он уснул, однако можно ли утвержать такое с уверенностью, для этих то мутантов? Ясно было одно. Их надо отсюда выбить, как можно быстрее, и попытаться вызнать нужную информацию. Узел то так и так придется уничтожить. Оставлять его им никак нельзя. Кошка, неожиданно спрыгнув с плеча, скрылась в высокой траве. Андрей едва не выстрелил в эту своевольную засранку, напугавшую его до чертиков. Решив не заморачиваться по поводу робота, уже доказавшего свою полезность в полевых условиях, пусть и весьма странным образом, Андрей активировал все слои маскировки, и осторожно двинулся вперед. Он старался не тревожить траву. Враг то может его не увидит, да вот только услышит вполне отчетливо. Вряд ли они там все глухие. Если это разновидность зараженного, то слух у них должен быть гораздо лучше зрения.

Держа в руке виброклинок, Андрей подкрался к своей первой жертве. Масочник, с которого должна была начаться эта локальная резня, был тем самым, то ли спавшим, то ли просто отдыхающим около машины. Когда Андрей был уже в двух шагах, враг услышал его, и вскинул голову, намереваясь поднять тревогу, но прорезающее сталь как масло лезвие вонзилось в середину его горла, обрывая звуки, и легким взмахом отсекло голову прочь. Отряд не заметил потери бойца. Оставшиеся пять масочников все так же были заняты своими делами. Но так скрытно к ним не подкрасться. Вытащив из кармана импульсную мину, Андрей активировал ее на взрыв по сигналу, и засунул под днище одной из бронемашин, таким образом, что машину должно было бросить прямо в сторону мутантов. Отбежав в сторону, и уже почти не скрываясь, он активировал мину. С визжащим звуком машина взвилась в воздух, и рухнула на землю. Двое масочников, бывших на ее пути, успели отпрыгнуть, но одному это не удалось. Металлический корпус навалился на него, буквально раздавив в лепешку. Враги зашевелились, похватав оружие, и пытаясь понять, откуда пришла угроза. Один из них бросился к машине, над которой виднелась антенна дальней полевой связи. Андрей не собирался давать ему шанс связаться со своими. Бросок ножа, и в черепе зараженного уже торчит черная рукоятка, а лезвие выходит из порвавшегося спорового мешка. Своим броском Андрей выдал позицию, и в его костюм ударили пули. Слабые пули местного огнестрела, не способные причинить защитным экранам серьезного урона. Вскинув винтовку, Андрей резко отключил маскировочные модули, и выстрелил. Заряд снес голову одному из зараженных. Осталось двое. Один из них разворачивается, и запрыгивает внутрь модуля связи. Второй растерянно топчется на месте, и отлетает назад, получив заряд в грудь. Его грудная клетка разворочена, а внутренности вываливаются наружу. Через сквозную дыру видны обломки позвоночника. Торжествуя победу, Андрей бросился вперед, вырывая на ходу засевший в черепе одного из врагов клинок. И в этот момент модуль связи с грохотом взорвался, разлетаясь на тысячи фрагментов.

Глава 21. Уцелевшие.

Андрея отбросило назад, впечатав в крышу опрокинутого им же автомобиля. Крыша оказалась на удивление прочной, с достоинством выдержав таран его бронированного зада. По передним панелям силовой защиты с визгом ударили обломки, отлетая или сгорая. До брони почти ничего не дошло. Андрей опустился на землю, и уставился на пылающие обломки узла связи. Вот так вот просто? Взяли, и уничтожили. Неужели они тоже догадались о том, что их можно выследить подобным образом? Впрочем, какая теперь разница. Блоки памяти конечно прочные, но такого издевательства они вряд ли стерпели, да и нечем теперь с них информацию считывать. Разве что на своем горбу волочь на одну из оставшихся трех станций, на которых почти наверняка будут такие же отряды. Поднявшись с земли, Свиридов недовольно пнул какой-то кусок металла, отправляя его метров на двадцать в сторону. По округе растекался густой черный дым.

Среди царящего вокруг беспорядка, отчетливо и громко прозвучало настойчивое кошачье мяуканье. Андрей огляделся. Мяуканье исходило от оставшейся в целости машины, на которой стояла антенна. Он подошел ближе, отпихнув в сторону от двери труп с пробитой насквозь черепушкой. Робот сидел на водительском сидении, наблюдая за Андреем, и будто силясь что-то сказать. Кошак уже не раз помогал в спорных ситуациях, каким то непонятным образом, и потому Андрей с надеждой осмотрел машину. Радиостанция молчала. Щелкнув примитивным тумблером, он увидел загоревшуюся на небольшом экране надпись. Удивительно, но рация масочников была защищена паролем. Смысла в его взломе было мало. Урчащих переговоров мутантов Андрей все равно не понимал, а они вряд ли станут общаться на тех же каналах, что и выжившие. Кошка недовольно потыкалась в его руку, и подошла к бардачку. Андрей попытался его открыть, но не рассчитал силы, и просто выломал хлипкую пластиковую защелку. В бардачке лежали россыпью латунные патроны непонятного калибра, и какая-то потрепанная бумага.

На небольшом листе оказалась схематическая карта, с обозначенной базой и основными ведущими к ней дорогами. По сторонам света были довольно точно отмечены расположения узлов связи. Масочники явно знают обо всех четырех, хоть до сих пор и не ясно, зачем они им понадобились. Хотели бы присвоить, что было бы весьма трудно, не стали бы взрывать. Андрей всмотрелся внимательнее в неровно начерченные линии. По карте был проложен маршрут, с обозначенными путевыми ориентирами, ведущий сюда. Вероятно, маршрут этой самой группы. И он также шел с запада, по одной из второстепенных дорог. Опять запад. Ну, видимо это уже судьба. Придется двигаться в том направлении, и пытаться узнать что-то уже по ходу действа. Андрей машинально погладил сидящую на кресле кошку, хрипло замурлыкавшую от ласки хозяина.

Приняв, наконец, какое-то решение, Андрей забрался в броневик, с трудом умостившись на водительском месте. Для человека оно было бы даже слишком просторным, а для боевого костюма едва-едва пригодным. Слава богу, что в этом архаичном средстве передвижения уже не было педалей на полу. Управляться с ними в таком полускрюченном положении было бы невозможно. Разобраться в принципах управления не составило труда. Запустив шумный мотор на ископаемом топливе, Андрей развернул машину, и поехал в сторону дороги, подскакивая на кочках. Радиостанция, время от времени, выдавала какие-то непонятные сигналы. Возможно, враг уже обеспокоился, и пытается связаться с пропавшей группой. Не его это дело. Если только… Неожиданно вспыхнула мысль. Вот он молодец, взял чужой транспорт без спросу. А что если в машине есть маячок, и теперь за его передвижениями внимательно следят масочники? Как скоро они поймут, что машина захвачена? Или уже поняли. Андрей пообещал себе бросить опасный транспорт на ближайшем перекрестке.

Выскочив на ровное дорожное полотно, броневик понесся вперед, набирая ход. Андрей не жалел машины, выжимая из массивного транспорта его скоростной максимум. Все равно, скоро бросить придется. Мимо проносились повороты на смежные направления. Кластер был довольно крупным. Прозевав момент перехода ровной дороги в разбитую грунтовку, Андрей подпрыгнул на сидении, ударившись шлемом о крышу машины. Скорость упала в разы. Броневик мчал по груновке, надсадно дребежжа всем, что в нем вообще могло дребежжать. Это начинало раздражать. Привыкнув к мягкому ходу машин базы, трудно пользоваться таким устаревшим транспортом. С другой стороны, всяко лучше, чем пешком. Путешествие оказалось прервано неожиданным образом. Посреди дороги лежало толстое бревно. Перескочить его было трудно, как и объехать. Очень неудачное место. Со скрипом покинув машину, Андрей подошел к бревну. С мощью костюма, убрать его было бы вполне возможно. Но взгляд на ровный срез настораживал. А где же пенек? Засада, обреченно подумал он. Тихий треск в кустах, и мощный винтовочный заряд, с трудом остановленный энергетической защитой, бросил его на колени. Мощно лупят, сволочи. Андрей отпрыгнул в сторону, скрываясь в канаве, и снял с креплений винтовку, готовый немедленно вступить в бой. Из зарослей на другой стороне дороги раздался очень знакомый голос.

-Господин лейтенант, это вы?

-Маркус? – Андрей был крайне озадачен, услышав голос недавнего подчиненного, - сапер, ты то тут откуда?

Маркус вышел из кустов, таща в руках импульсный дробовик. Несмотря на «огнестрельное» название, тот являлся орудием ближнего боя. Дробью там и не пахло. Массивная конструкция, способная нокаутировать с нескольких метров даже бойца в слабом костюме. Выглядел сапер осунувшимся, но от ран явно не страдал. Имунные они такие. Быстро все на них заживает. Маркус улыбался, и явно был очень рад этой встрече.

-Вы уж простите, Андрей Павлович, что мы так по вам выпалили. Не разобрались малясь в происходящем. Да и машину вы выбрали, так сказать, приметную.

-Уж прости, другой не нашлось. С транспортом нынче вообще не лады, сам понимаешь.

-Да уж как не понять. Эти черноплащие все что находят тащат куда-то на северо-запад. А вы то к нам по какому поводу?

-Тема весьма темная, - Андрей незаметно кивнул на заросли, намекая что при прочих бойцах об этом говорить не будет, - лучше бы обсудить ее в закрытом режиме. Кто главный то среди вас, орлы? Ты, Маркус?

-Нет, не я. Главный в нашем лагере. Лейтенант Шипулин, знаете такого? Эй, вы там, вылезайте уже.

Из кустов наконец вылезли, до того скрывавшиеся, люди Маркуса. Четыре человека. Два с винтовками, причем у одного даже крупняк. Не слонобой, но тоже очень солидно. Из нее то видимо и прилетело. И еще двое с примитивным автоматическим огнестрелом, неизвестного Андрею вида. Бойцы приветливо ему кивнули. Кошка, выпрыгнув из окна машины, неспешно подошла к ногам Андрея, и начала о них обтираться. Маркус удивленно уставился на робота и, видимо, уже хотел что то спросить, но Андрей жестом остановил его.

-Потом поговорим. Давай в лагерь. Мне надо с Шипулиным обсудить кое-что.

Андрей знал Шипулина. Немного. Периодически пересекались у Соколова, пока лейтенант не перешел к другому капитану. По слухам, его назначили комендантом какого то небольшого, но важного стаба, в южной части Долины. Тут-то он как оказался, на Западе? Бревно оттащили в сторону, а машину, по настоянию Маркуса, отогнали в лес, где и оставили. Брать такую технику, как верно предполагал Андрей, было себе дороже. Уж больно хорошо ее находили вражеские беспилотники. Маркус вел отряд прямо через густой лес, по едва заметной тропинке. Согласно имевшейся у Андрея карте, в этой местности не должно было быть объектов базы. Сюда не шла ни одна дорога. Лес начал редеть, и отряд вышел, совершенно неожиданно для Свиридова, к небольшому поселку. Это точно был стаб. Примерно с дюжину потрепанных временем деревянных домов. По главной улице поселка проходила неплохая асфальтовая дорога, выходившая из ниоткуда и уходившая в никуда.

-Удивлены? – вопросил Маркус, - Да, стаб тут довольно причудливый, господин лейтенант. Ошибка Стикса, так сказать. Обычно мозаика формируется так, чтобы дорога подстраивалась к дороге, а тут такое вот безобразие. Поселковый кластер среди дикого леса, без каких либо подъездов. Сюда только пешком, или по воздуху. По воздуху масочники почему то не особо любят передвигаться, хотя несколько платформ по нашим сведениям они захватили. А пешком, это место еще найти нужно. Не так то это и просто.

Андрей осматривался вокруг, пока сапер вел его мимо домов. Народу тут было не очень много, и в основном иммунные, но были и люди в различных боевых костюмах. На лицах последних читалась какая-то отстраненная обреченность. Немудрено, когда жизнь висит на волоске, полностью зависимая от конечных запасов энергоячеек и питательных капсул. Лейтенант Шипулин засел в одном из крайних зданий, являвшимся, по всей видимости, поселковым магазином. Под пристальным взглядом охранявшего вход бойца в тяжелом костюме, Андрей и Маркус вошли внутрь. Шипулин сидел за большим столом, поверх которого была разложена довольно подробная бумажная карта кластеров долины. На лейтенанте был тяжелый костюм, такой же, как на самом Андрее. Секундный обмен идентификаторами, и удивленный Шипулин уставился на Андрея.

-Господин Свиридов, и вы тут? Вам удалось выжить?

-Да я вообще живучий. Давай без лишнего официоза, Яков, мы все таки равные по званию, - Андрей подошел к столу, и окинул карту внимательным взглядом, -честно говоря, я в эти края по делу, и не ожидал, что тут будет так много наших.

-Делу? – Шипулин печально усмехнулся, - Какому делу? Базы больше нет, врата закрыты. Сейчас у нас не осталось дел. Разве что выжить.

-Какой ты однако пессимист. А как же месть за товарищей, погибших во взрыве?

-Как будто мы можем им отомстить, – Шипулин мрачно ковырял закованным в костюм пальцем несчастную карту, - нас остались считанные единицы, а эти уроды еще и большую часть резервных ресурсов базы присвоили. Нечем нам мстить.

-А что если я скажу, что у нас есть возможность для мести?

-Мне выйти? – Маркус, мявшийся с ноги на ногу у входа, обратился к разговаривающему начальству. Андрей покачал головой, и жестом пригласил сапера к столу.

-Господа, я не буду рассказывать вам всего, что знаю. Так будет лучше. Но у нас осталось кое какое наследие от Базы, до которого вражеским лапам дотянуться будет трудновато. Достаточно лишь сказать, что у меня есть доступ к «Немезиде».

-Немезиде? – шокированный Шипулин вскочил, опрокинув укрепленное для костюма кресло, и начал расхаживать по помещению, - То есть, у тебя есть возможность задействовать нашу ракетную систему? Поразительно. Не буду спрашивать, откуда ты взял для нее коды доступа, да ты и все равно не расскажешь. Ее точечными ударами, пожалуй, можно было бы и уничтожить противника…

-Не все так просто, - Андрей поднял руку, останавливая словоизлияния товарища, - у меня нет над системой полного контроля. Лишь сигнал, способный выпустить весь боезапас по заданным координатам. Абсолютное возмездие.

-Это плохо, - Маркус задумчиво окинул взором карту, - я понимаю, о чем вы говорите, господин лейтенант. Надо ударить по главной вражеской базе. Вот только, с этим есть некоторые проблемы. Нам так и не удалось узнать, откуда приходят масочники. Они увозят трофеи и пленных на северо-запад. Там есть несколько промежуточных лагерей, но на главный не тянет ни один из них. А дальше только чернота. Лагерь за ее границей, по понятным причинам, существовать не может.

-Базу их мы найти сможем, рано или поздно, - Шипулин вернулся на свое место, устало обмякнув в кресле, - только вот, есть большой риск, что мы просто не доживем до этого момента. У нас большие проблемы с припасами. Это, конечно, в основном касается бойцов, сейчас запертых в костюмах.

-Насколько все плохо? – обеспокоенно спросил Андрей.

-У нас сорок три человека в костюмах, которым нужна энергия. И две сотни энергоячеек. Даже если учитывать их расход на различные дополнительные нужды, этого запаса хватит месяца на три. Но есть одно «но». Такой расчет верен только в том случае, если мы не будем использовать их в бою. Энергозащита жрет слишком много энергии, а без нее костюмы теряют свой основной смысл. Куда серьезнее проблемы с продовольствием. Питательных капсул осталось где-то на месяц в лучшем случае. Проблемы мог бы решить резервный склад, в паре кластеров западнее, вот только его вчера занял крупный вражеский отряд. Примерно пятьдесят особей, включая пару мутантов в боевых костюмах. Мы просто не успели собрать основные силы. Они уже вывезли со стаба почти все, в один из своих лагерей.

Андрей внимательно посмотрел на карту, с отмеченными на ней позициями основных вражеских лагерей. Расстояния между ними были довольно значительными, что наталкивало на некоторые мысли.

-А что если напасть на один из этих лагерей, и забрать все припасы себе?

-Ты думаешь об этом не думал я сам? – иронично осведомился Шипулин, - Сил-то атаковать лагерь у нас хватит, да вот только многовато подводных камней на этом пути. Во-первых, их лагеря неплохо укреплены нашими же турелями. Во-вторых, они могут просто уничтожить все припасы, когда поймут что проигрывают. И, наконец, в-третьих, куда нам после этой вылазки деваться? Не думаю что при наличии необходимости они не смогут вычислить этот кластер. Куда повести весь этот народ.

Действительно, подводные камушки солидные. Андрей задумался, пытаясь найти выход из этого кризиса. Как никак, Соколов просил позаботиться о выживших, прямо перед своей кончиной. Допустим, первые две проблемы вполне решаемы. Благодаря улучшению Михалыча, он невидим как турелям, так и людям. И, в теории, сможет пробраться внутрь вражеского лагеря, и отключить турели. Или вовсе, перенастроить их на защиту грузов, хоть это будет и сложнее. Защитить хотя бы часть припасов от уничтожения должно получиться. А вот куда девать все это богатство после…

-А что если, перевезти выживших к Башенному перевалу? – неожиданное предложение Маркуса несколько обескураживало.

-Так ведь, - удивился Шипулин, - через Башенный постоянно приходят орды?

-Однако, башню еще ни разу не разрушала ни одна орда. Старая обсерватория просто идеальное укрепление. Орды обычно его обтекают, не пытаясь разрушить. – парировал сапер.

Андрей вспомнил все, что знал о Башенном перевале. Именно дорогу, ведущую от него, он и защищал несколько лет. Самый восточный из перевалов, закрытый кластером, посреди которого, на отвесных скалах, стоит обсерватория. К ней очень трудно подобраться, иначе как по узкой дороге, которую не составит проблем обвалить.

-Я поддерживаю идею Маркуса, - Андрей прочертил по карте линию, от их текущего места, до Башенного, - однако путь неблизкий. Если не добудем достаточно техники, вряд ли до туда доберемся без проблем. Тем более, что враг контролирует большую часть территорий в центре долины. Видимо, боятся ответного удара с родины.

-Знаете что… а пошло бы оно все к черту, давайте попробуем, - Шипулин снова поднялся со своего многострадального кресла, и облокотился на стол, - если ничего не предпринять, просто подохнем от нехватки припасов и энергии. А так, хотя бы умрем в борьбе, как подобает мужчинам.

-Не спеши себя хоронить, Яков, - усмехнулся Андрей, - может еще и покоптим землю. Но нужно составить план штурма, да и посмотреть бы для начала, на этот вражеский лагерь. Надеюсь, там получится узнать что нибудь, о том, где находится их главное логово.

Глава 22. Пленник.

Вражеский лагерь стоял посреди обширной поляны, примыкавшей к одной из основных дорог. Видимо, ранее тут находилась какая-то автозаправка, сейчас превратившаяся в центр небольшой крепости. Между четырьмя каркасными башнями, вершины которых занимали крупнокалиберные турели, располагались плотно подогнанные друг к другу металлические секции забора. На базе таких никогда не использовали. Слишком уж хлипкие. Видимо, создавая лагерь, масочники надеялись на подавляющий огонь из турелей, который просто не подпустит никого к стенам. Или не хотели воздвигать что-либо постоянное на кластере, который все равно обновится через месяц-другой. Тоже разумно. Отряд разведки, состоявший из Андрея, Маркуса и еще одного безымянного бойца, засел в лесу, примерно в километре от стен лагеря. Позиция была не самая лучшая, с нее не было полного обзора, но других подходящих все равно не нашлось. Кластер, который занимала заправка, был слишком уж ровным и лишенным растительности. Владельцы этой недвижимости в ее старом мире постарались, не иначе. Не должно быть в природе столь тщательно выровненной местности, если речь не идет о какой нибудь степи, гладкой как стол. Андрей, скрытый кустами и системой оптической маскировки костюма, наблюдал за происходящим во вражеском стане. А неплохо они развернулись то. Едва ли не каждые десять минут, к базе подъезжал новый тяжелый грузовик. Судя по всему, враг вывозил имущество. Это был тревожный знак, значительно ограничивавший их время на раздумья. Если масочники успеют провести эвакуацию, грош цена будет этим пустым стенам. Свиридов подал знак рукой Маркусу, отзывая его в сторону. Скрывшись в густых зарослях, они уселись на землю.

-Что думаете, господин лейтенант? – тревожным голосом спросил Маркус, - Этак они все вывезут, а потом ищи их, где они там по новой засели.

Андрей некоторое время молчал, размышляя. С одной то стороны, если отпустить врага сейчас, возможно получится найти его главную базу. А что если нет? Что если они опять сделают времянку? Он то сам ничем не рискует, а вот оставшиеся без припасов бойцы в костюмах имеют все шансы загнуться. Месть местью, но они то чем виноваты? Они наверняка хотят отомстить, ничуть не меньше его самого. Нет, не время сейчас ставить все на карту.

-Вот что, Маркус, времени у нас в обрез. Иди к Шипулину, пусть собирает бойцов тут же, на переднем крае. Я пойду внутрь. Они не ожидают атаки, а от взоров турелей у меня есть не менее надежное сокрытие. Слушай внимательно, примерный план таков. Я проникну внутрь, и доберусь до блока управления турелями, или найду пульт. Попытаюсь взломать их. Если не получится, просто отключу. Или выведу из строя. Не суть. Есть только одна проблема. Я не знаю, как сигнал подать, если выйдет остаться там незамеченным и стрельбы не поднять. Эх, сюда бы ту ракетницу…

-Ну, это можно, - Маркус печально улыбнулся, и вытащил из за пояса знакомый Андрею пистолет, с латунным стволом, - ракета, правда, всего одна нашлась, но нам то я думаю хватит? Вы не подумайте, это не тот что был у вас. Тот то вы где то выронили. А этот нашелся на складе базы. Валялся в пыли. Вот и прихватил с собой, как талисман.

-Полезный однако талисман.

Андрей взял в руки ракетницу, невольно вспоминая события, предшествовавшие разрушению базы. Кто бы мог подумать, что сражение с элитником в подвалах института покажется сейчас меньшей из проблем. Засунув ракетницу в один из карманов, Андрей слегка хлопнул Маркуса по плечу, едва коснувшись его рукой, и поднялся на ноги, в последний раз проверяя комплектность боезапаса. Новенькие энергоячейки, как в костюме, так и в «Черной Гадюке», плюс две запасных в карманах. Пять импульсных мин, пять зажигательных гранат. И странный цилиндр набора экстренной помощи, вставляющийся в специальное гнездо на костюме. Говорят, такой набор ненадолго и мертвого поднимет. Что особенно странно звучит в пределах Стикса. Лучше до него не доводить.

-Ладно, я пошел, - Андрей кивнул саперу, и двинулся в сторону выхода из леса, - не медли, собирай отряд на исходных. Как будет ракета, начинайте прямую атаку.

Заработавшая на полную система маскировки окутала его плотным покрывалом, пробиться через которое не мог ни живой глаз, ни электронный. Он словно исчез. Испарился. Андрей бежал через поле. Наверняка, он оставлял отчетливо видные следы, но кто за этим следить то будет? Подбежав метров на сто, он замедлился, и пошел осторожным шагом, внимательно посматривая на спящие турели башен. Те, к огромному облегчению, никак не спешили реагировать на его появление. Славно, хоть что то идет так, как и было задумано. Входить через главные ворота было слишком рискованно, хотя в теории, при наличии достаточной храбрости и наглости, можно было попробовать и такой фокус. Вот только Андрею явно не хватало наглости, пытаться пробраться мимо четверых стоявших там на страже вражин. Обогнув лагерь вдоль стены, Андрей подошел к одной из панелей, и осмотрел ее. Даже напряжение по ней не пустили, хоть такая возможность и предполагалась. Неужто энергии пожалели? Ткнув клинком в стену, Андрей проделал смотровой глазок, и уставился на происходящее по ту сторону. Забор смотрел в глухую стену какой то палатки, и прекрасно закрывал обзор на это место от возможных часовых. Осторожно, не издавая лишнего шума, Андрей вырезал под себя лаз, и проник внутрь.

В лагере царила суета. Выглянув через просвет между складскими палатками, этакими огромными брезентовыми теплицами, Андрей увидел снующих туда-сюда масочников. Довольно много, не меньше пятидесяти особей. Словно рабочие муравьи, они погружали различные ящики в грузовики. А грузовики то, судя по всему, имущество Базы. Кого эти гады ограбили, интересно? В этот момент Андрею пришла очень интересная мысль, и вовремя. Открыв базу данных Соколова, он стал искать, и вскоре обнаружил увиденный мельком файл. Вот она какая, скрытая защита. Разумеется, база довольно часто продавала технику их мира иммунным, отдавая себе отчет в том, что эту технику когда нибудь могут применить против них самих. Но на этот случай имелся план. Точнее, не план, а особое устройство, встроенное в двигатель и основную систему так, что заметить его почти невозможно. Такими устройствами оснащалась вся техника Базы, на всякий случай. После получения особого сигнала по общей системе связи, такая техника, оказавшаяся в руках врага, попросту глохла, и не запускалась вплоть до обратной команды. Сеть упала, но он то тут. С такого расстояния Андрей вполне мог попробовать сделать такую пакость. Несколько команд, и он уже связался с системами грузовиков, безучастно ожидающих команд. Секунда, извлеченный из архива код, и эти машины уже никуда не поедут. Враг не сможет уйти. Жаль, что нельзя таким же образом включить автопилот. Никто ничего не заметил. Пока. Стоит первому из них попытаться запустить движок, и начнется паника. Надо было ускорить действо. Бойцы Шипулина были недалеко, им до сюда добраться проблемы не составит.

Андрей изучил через оптику одну из башен. К сожалению, проводного соединения она не имела. Полностью автономна. Ну что же. Единственным местом, где было бы логично разместить пункт управления, было само здание АЗС в центре. Через отключенные фильтры пробивался неприятный запах ископаемого топлива. Тут надо быть очень осторожным с огнем. А то и до беды недалеко. Подойдя к задней двери, на которой было выведено черной краской через трафарет «Служебный Вход», Андрей потянул на себя ручку. Он был морально готов заниматься вскрытием двери, но та, к его великому счастью, оказалась открыта, и податливо распахнулась. Внутри было темно. Костюм сразу перестроился под новый режим освещения, и показал Андрею каморку, видимо служившую раздевалкой и местом отдыха для персонала. В дальнем ее конце находилась дверь в основную часть здания, а вот по левую руку, судя по всему, дверь в подвал. Андрей тревожно глянул на ощутимо просевшие показатели энергии, и отключил маскировку. Он было пошел к главной двери, но какой то шум со стороны подвала заставил его изменить решение.

Внизу что-то громко звякнуло. Открыв дверь, Андрей попал на узкую бетонную лестницу, и начал спускаться. Подвал был не глубок, но весьма обширен. Свиридов не без интереса окинул взглядом помещение, носившее на себе следы спешных сборов. На столах виднелись царапины, оставленные какими-то массивными приборами, а центр зала завален заколоченными деревянными ящиками. Неожиданно оживший робот-кошка, сидевший на плече как часть костюма, сорвалась и спрыгнула на пол. Уверенными шагами, она двинулась в дальний угол подвала, и Андрей пошел следом. Там виднелось что-то большое и бесформенное, накрытое когда то белой, а сейчас почти черной от грязи простыней. Под ней что то… Шевелилось? Андрей подошел ближе, и заглянул под простыню. Под ней была человеческая нога. Сдернув завесу прочь, Андрей с интересом и ужасом посмотрел на то, что она скрывала. К наклоненному почти отвесно, к полу, столу, испещренному многочисленными трубками и проводами, был привязан толстыми синтетическими жгутами, способными выдержать на разрыв несколько тонн, человек. Или не человек? Обнаженный мужчина был совершенно обычным, с виду. Если бы только не жар, исходящий от его тела, который отчетливо засекал костюм, и не вздувающееся на затылке неестественное образование. Тело мутанта покрывали многочисленные шрамы, и едва поджившие раны, будто его беспощадно пытали. На тех местах, где располагались вены, густой крапинкой виднелись следы от многочисленных проколов. И сейчас, к запястьям мутанта шли длинные иглы, по которым струилась, уходя куда-то, алая кровь. Момент, когда истязаемый открыл глаза, Андрей пропустил. На него смотрела пара белых как снег глаз. Но густой сетки капилляров не было. Эти глаза были пусты, и не выражали ничего. Не могли выражать.

-Кто ты? – слабым, но вполне нормальным голосом осведомился мутант.

Ответить, или нет? Этот явно не человек, в полном смысле этого слова, но раз он тут привязан, значит масочникам он враг. А враг врага это друг. Только вот, нужна ли такая дружба. Поколебавшись, Андрей все же тихо ответил.

-Зависит от того, кто спрашивает.

-Ну, ты вроде не из этих, - заключенный измученно улыбнулся, - прости, не могу полноценно видеть в такой тишине, без дополнительных источников звука.

-Ну и кто же ты такой, раз тебя свои же держат привязанным?

-Свои? Нет тут у меня своих. Сам ничего не знаю. Помню, как ехал на машине, по городу. Помню опустившийся туман, и начавшееся безумие. А потом, ничего не помню. Очнулся давно, не знаю как давно. Они привязали меня к столу, и что-то делали. Пронзали меня иглами, и выкачивали кровь. Сначала было больно, а потом ушла и боль. Где мы? Что вообще случилось в мире? Война?

-Война? – Андрей недоуменно уставился на мутанта, - Да в этом мире, в общем то, всегда война. Когда большая, а когда и малая. Не знаю что там было в твоем мире, но тут все как обычно.

-В этом мире? В моем мире?

В голосе незнакомца прозвучал нешуточный испуг. Андрей уже начал понимать, кем тот является. Перенесенный. Попавший сюда, вместе с одним из перезагрузившихся кластеров. Если не врет, выходит, масочники с ним что-то сделали.

-Прости, нет у меня времени рассказывать тебе обо всем. Если нам удастся захватить эту базу, я освобожу тебя, идет?

-Я не очень понимаю, о чем ты говоришь, но верю тебе, - мутант снова улыбнулся, - меня кстати Георгием зовут. Или звали.

-А меня Андреем зовут, до сих пор. Ну ладно, не скучай, узник замка Иф. Надеюсь, все пройдет удачно.

Андрей пошел обратно, маневрируя между ящиками, и уже намеревался открыть дверь, когда вновь услышал голос Георгия. Тот, явно, напряг все свои силы, чтобы эти слова достигли Андрея.

-Прячься.

Повода не доверять узнику не было, и Андрей спешно нырнул за ящики, включая все режимы маскировки. Через несколько секунд за дверью раздались шаги. Она распахнулась, и внутрь вошла небольшая процессия масочников. Первым шел очень толстый мутант. Андрей впервые видил толстого зараженного воочию. Обычно, измененный метаболизм сжигал все излишки жира, но у этой особи проблемы со здоровьем не исправило даже это. Следом за ним шли два обычных мутанта, с неплохими автоматами наперевес. Тоже ворованное у базы, наверняка. Толстяк остановился, будто прислушиваясь, но уже в следующий миг пожал плечами, и двинулся дальше. Прямиком к привязанному пленнику. Увидев, что закрывавшая того простыня сдернута на пол, толстяк недовольно заурчал, словно подстраиваясь под что-то, и заговорил как нормальный человек. Пусть и с некоторой натугой.

-Как ты смог сбросить простыню?

-Сама упала, - бесцветным голосом ответил Георгий, - как я могу с ней что-либо сделать? Я ведь привязан накрепко.

-Ладно, пусть так. Я пришел чтобы закончить твою жизнь. Поступил приказ о эвакуации, и ты для нас лишний груз. К сожалению, твой ресурс почти выработан, и содержать тебя далее нет смысла.

-Может отпустите?

На возражение Георгия, толстяк не ответил. Откинув полу одеяния, он вытащил из ножен короткий виброклинок, и подошел к заключенному. Андрей отчетливо понял, что еще минута, и тот умрет. А что он, собственно, потеряет от этого? Незнакомый мутант. Какое ему то дело, до того что его пришьют? Желание спасти невиновного боролось с опаской провалить всю миссию. И в этот момент, по всему подвалу раздался громкий мявк. Андрей медленно поднял глаза. На одном из высоких ящиков сидела кошка, и безмятежно умывалась. Мутанты также уставились на странное создание, прервавшее столь напряженное действо. Далее, события развивались стремительно. Толстяк что то проурчал, и солдаты навели автоматы на по прежнему не реагирующую на них кошку. Андрей вскинул винтовку, и бесшумный заряд пронесся через подвал, снося одному из бойцов половину черепа, вместе со споровым мешком. Второй начал разворачиваться, чтобы посмотреть, что случилось. Сорвавшаяся с места кошка одним длинным прыжком вцепилась в его оружие, утягивая его вниз, и несколько зарядов вошли в уже и так мертвого первого стрелка, почти не издав шума. Толстяк растерянно смотрел на происходящее. В какой то момент он, будто очнувшись, потянулся к запястью. Андрей не стал ждать его дальнейших действий. Еще один заряд начисто оторвал мутанту руку. Стрелок, сумевший наконец сбросить кошку, навел автомат туда, откуда должен был стрелять Андрей, и открыл огонь. Все мимо. Система маскировки прекрасно скрывала его присутствие. Выстрел, и вражеский боец лишился головы. Попавший в шею заряд просто снес ее, ударив о стену, словно волейбольный мяч. Отключив маскировку, Андрей подошел к последнему. Толстяк отчаянно полз, скребя уцелевшей рукой по бетону, в ту сторону, где осталась другая его рука. И чего он к ней так привязался? Подняв с пола тот самый нож, которым мутант собирался убить Георгия, Андрей вонзил его в споровый мешок урода, прекращая его возню. Тревоги вроде нет. Славно.

-Спасибо, - слабо прошелестел узник, - я уже был готов отдать концы.

-Погоди еще, может и отдашь. Этих скоро хватятся, и вот тогда на базе может начаться настоящий переполох.

Андрей перерезал жгуты ножом, и поймал осевшее тело Георгия. Сил у того было немного. Уложив его за ящики так, чтобы не нашли сразу, Андрей заметил очередную странную кошачью активность. Кошка игралась с оторванной рукой, таская ее по полу. Какое кровожадное существо. Когда он подошел, кошка оставила руку, и невинным взором уставилась на него. Андрей поднял конечность. Было в ней что-то странное. Слишком толстое запястье под одеждой. Сорвав остаток рукава, Андрей испустил радостный вздох. Если это то, о чем он думает, то визит в подвал спас его от множества бессмысленной суеты.

Глава 23. Захват.

На предплечье отрубленной конечности красовалась довольно необычная и редкая вещица. Переносной терминал управления. Этот браслет, покрывавший всю поверхность кожи, от запястья до локтя, состоял из множества гибких панелей, формировавших единый экран. Такие терминалы были у капитанов базы. И откуда масочники вообще взяли нечто подобное? Андрей стянул устройство со все еще горячей руки мутанта, и отбросил ставшую ненужной мертвую плоть в сторону. Браслет ожил, разворачивая голографический экран. Всплыло предупреждение о незапланированной смене владельца и блокировке всей системы. Защищено, конечно. Только вот такая защита совершенно не имеет значения, если у тебя есть «мастер-ключ», от цифровой начинки всей техники базы. Враг явно не ожидал, что эти данные, хранившиеся в штабе, каким-то образом смогут покинуть его пределы до взрыва. А может и не знал о их существовании вовсе, что немного странно, учитывая как хорошо и детально было спланировано все остальное. Наблюдается лишь факт наглого применения даже самой редкой техники базы врагом, а уж почему враг столь обнаглел, вопрос иной. Браслет что-то протестующее вякнул, и торжествующий Андрей увидел загрузочный экран. Техника вынужденно признала его за владельца, и была готова повиноваться. Андрей, признаться, очень надеялся, что в браслете окажется полезная ему информация. Но был сильно разочарован. Ничего особенного там не было. Никаких карт, приказов, или записей о перемещении владельца. Судя по всему, браслет был активирован лишь тут, на базе, и имел только одну активно использовавшуюся функцию из своего весьма богатого набора. Управлял турелями периметра.

На этом разочарования не кончились. Подключившись к турелям, Андрей обнаружил, что его изначальный план, с возможным их взломом и разворотом, для атаки на масочников внутри, совершенно неосуществим. По весьма банальной причине. На этих турелях, зачем то, была вручную установлена «защита от дурака», ограничивавшая их возможный поворот так, чтобы они не при каких условиях не могли повернуться друг на друга, или внутрь лагеря. Придется значит вручную косить этих уродов, а это может повлечь за собой куда большие потери. Но да выхода то и нет. Нужно было срочно начинать атаку, пока по вине очередной случайности не начались проблемы.

-Оставайся тут, я скоро.

В ответ на указания Андрея, Георгий лишь иронично похлопал по колену. Жест получился вялым, но вполне передавал намек. Мол, куда я вообще могу деться, в таком то состоянии? Ну да, действительно. Быстро взлетев вверх по лестнице, Андрей выглянул в каморку персонала. Чисто. Действительно, словно пчелы. Приказали масочникам ящики грузить, а они и грузят. И не отлынивает никто. Ишь, послушные какие. Андрей осторожно вышел на улицу. Массивный курок сигнального пистолета щелкнул, сигнализируя о готовности снаряда. Не слишком громкий хлопок, и сияющая ярким синим огнем ракета устремилась в небеса, постепенно задавая высокую дугу. С этого момента вся скрытность полетела к черту. Не заметить огненный снаряд в небесах враги не могли. Раздалось громкое урчание, и топот шагов. Кошка на плече издала какой-то странный мявк. Первой мыслью было, вернуться в подвал к оставленному узнику, и затаиться там, до подхода отряда Шипулина. Дверь, ведущая в основной зал заправки, с грохотом отворилась. В проеме стоял масочник, вооруженный странным оружием, с уж слишком большим калибром для пулевой стрельбы. Враг, кажется, растерялся, но быстро сократить дистанцию Андрей не успевал. Оставалось лишь броситься в сторону. Что-то едва слышно просвистело мимо, и в паре метров вспучился небольшой фонтанчик потревоженной земли и дыма. По защите с визгом ударили несколько осколков. Да это ж ручной гранатомет.

Не имея никакого желания лично сражаться со всем гарнизоном лагеря, который тут соберется с минуты на минуту, Андрей судорожно искал варианты для отступления. Бежать к лазу в заборе? Может и прорвется, конечно, но техники с базы у них немало. А ну как и на его хитрую жопу управа найдется. Глаза зацепились за ведущую на крышу строения пожарную лестницу. Жалкий обрубок, заканчивающийся в двух метрах над землей. И зачем такая вообще нужна? Подскочив, он ухватился за одну из перекладин, и легко подтянулся, подбрасывая массивный костюм вверх. Лестница жалобно скрипнула, вываливаясь из пазов, но он успел перехватиться за край крыши, и взгромоздиться наверх. Снизу уже свистели пули, ударяя в спинные экраны. Пули, это все мелочи. Словно решив придать ему ускорения, по экранам ударил заряд из энергетической винтовки, бросая чуть вперед. Оно и к лучшему. Враги то ли недовольно, то ли разозлено урчали внизу, обнаружив что Андрей скрылся от них. Пройдя в центр крыши, к группе вентиляционных труб, Андрей замер, прислушиваясь, и поводя стволом «Гадюки» из стороны в сторону. Вряд ли они позволят ему сидеть тут спокойно.

Действительно. Через крышу, по навесной траектории, пролетели с шипением металлические цилиндры, и покатились в его сторону. Из них пер густыми струями серый дым, закрывавший обзор и мешавший даже оптической системе, не успевающей адаптироваться к постоянно меняющимся условиям. Кошка яростно зашипела. О броню с треском ударился заряд вражеской винтовки. Недостаточно сильный, чтобы тревожить, но это могло значить лишь одно. Враг уже тут. Андрей развернулся, в сторону выстрела, и сам выстрелил несколько раз, вслепую. Бесполезная трата энергии. Вырвав из кармана одну из зажигательно-осколочных гранат, Андрей бросил ее в дым, надеясь что она-то свою цель найдет. Бухнуло, судя по всему, внизу. Упала с края, значит. Пули начали сыпаться со всех сторон, заставляя защиту недовольно урчать. Андрей осторожно прикрыл кошку рукой. Пули то ее прочный корпус может и переживет, а ну как энергетический заряд зацепит? Обложили, сволочи. И как не боятся друг в друга попасть? Или им это попросту безразлично? Глупейшая атака, учитывая что защиту его они пробить все равно не могут. В чем же их план? Раздался приглушенный треск, и Андрей понял, что падает. Потолок над главным залом заправки, где он сейчас по идее и стоял разваливался на части. Опора ушла из под ног, и он полетел вниз, всей массой костюма приземлившись на обломки бетона. Неужели взорвали опоры крыши? Очень уж слаженно действуют. Быть беде. Падение не нанесло никакого урона. Только дезориентировало. Андрей стоял на месте, тщательно напрягая слух, и ожидая любых подлянок.

Дым начал рассеиваться. Главный зал заправки, в котором располагался магазин и кассы, обратился в руины. Крыша, провалившись внутрь, расплющила витрины, выглядывавшие из под них изувеченными грудами стекла и металла. И ни одного врага. Как то отстраненно, Андрей заметил что кошка пропала. Рядом ее видно не было. Оставалось надеяться, что ее не раздавило. На крыше, точнее, ее оставшейся части, раздались гулкие шаги. К краю подошел он. С удивлением и страхом, Андрей узнал новую угрозу. На границе обрушившейся зоны стоял Трест, собственной персоной. Живой, и здоровый. Хотя, насчет живой, это он погорячился. Залитые кровью неестественно белые глаза, нездоровая кожа, и начаток спорового мешка, выпирающий сквозь раскуроченный шлем боевого костюма. В памяти невольно возникла та странная дуэль в метро. Андрей вскинул винтовку, намереваясь ликвидировать угрозу как можно быстрее, но не успел. Сверкнул диск импульсной мины, и Свиридова с силой отбросило в стену. Винтовку он к счастью не выпустил, но толку то? Трест спрыгнул вниз, мягко приземлившись на полусогнутые конечности, и мгновенно бросился в бой, двигаясь неестественно легко и быстро. В руках противника, будто из ниоткуда, возникло поблескивающее полотно виброклинка, уже готовое отнять Андрееву жизнь. Он едва успел активировать щит «Гадюки», в который с визгом вонзилось вражеское оружие, недовольное тем, что ему не позволили испить крови. Выстрел, прямо через полусферу щита. Все мимо. Заряд винтовки пробил насквозь чудом уцелевший холодильник с алюминиевыми банками. Зашипела растекающаяся по земле газировка. Трест не прекращал атаковать, быстро маневрируя из стороны в сторону, перед прижатым к стене противником. Его удары были очень сильны, каждый раз заставляя щит содрогаться. Андрей с тревогой смотрел на то, как исчезает запас энергии в ячейке винтовки.

-Трест, очнись, - в отчаянной надежде обратился Андрей к бывшему товарищу, сейчас яростно терзающему его защиту, - очнись, это не ты!

Тот никак не реагировал на воззвания. Энергия все продолжала утекать, и скоро щит разрушится, обозначая начало настоящего ближнего боя, которого с таким противником можно и не пережить. Судя по всему, трест сохранил свои навыки даже став монстром. А Андрей слышал от покойных ныне товарищей, что с ножами Трест был большой умелец. В голову пришла отчаянная мысль, возможно являвшаяся единственным разумным решением, в сложившихся обстоятельствах. Андрей вытащил еще одну импульсную мину. И быстро подсунул ее под свой щит, сжавшись комочком под его прикрытием. Звуковой эффект от взрыва мины в такой близости вынудил костюм отключить звук, но и без этого Андрей в полной мере впечатлился произведенным эффектом. Щит снесло мгновенно. Винтовка, вырванная из рук Свиридова, улетела куда то в сторону, а его самого с такой силой приложило о стену, что от боли не спас даже усиленный костюм. Что-то тоскливо хрустнуло. Андрею даже не хотелось знать, чем это могло быть, раз он услышал этот звук, даже с отключенной звуковой системой. Оставалось надеяться, что это были не его кости. Он поднял взгляд, уставившись в поднятую взрывом пыль.

Трест все еще был жив. Он поднимался с земли, и выглядел по-настоящему страшно. Грудную панель его костюма почти сорвало. Она болталась сбоку, открывая вид на изодранную плоть, обнажившую ребра. Видно, костюм уже был немало поврежден. Иначе такого мощного эффекта быть не могло. Но смертельных ран у Треста не было, и этот живой труп пер вперед, явно намереваясь удавить Андрея голыми руками. Свое оружие монстр также потерял, но и Андрей был почти безоружен. Виброклинка в ножнах не было. В какой момент он пропал, Свиридов не мог сказать. Что еще? Что еще есть, что может отбросить прочь неумолимо приближающуюся смерть? Руки невольно нащупали оставшиеся три импульсные мины. Да, это может помочь. Может добить проклятый ходячий труп, но вот только переживет ли он сам эту процедуру. Слишком близко враг, слишком. Мина запустилась, готовая взорваться в любой момент. Андрей замахнулся, встретившись взглядом с безумными, полными ярости и боли глазами Треста. И в этот момент противника снесло направленным импульсом, впечатав в стену. Андрей повернул голову, и увидел Маркуса, стоявшего в широком проломе, с дробовиком наперевес. Сапер не стал медлить, и сразу сделал новый выстрел, вколачивая начинающего подниматься противника в бетон. Костюм Треста работал на пределе своих возможностей. Вспомнив о лежащей в его руке активированной мине, Андрей испугался, и с силой бросил ее в барахтающегося врага.

Новый взрыв обрушил часть уцелевшего потолка прямо на Треста. Когда пыль рассеялась, Андрей увидел его. На сей раз, действительно мертвого. Несколько тонких, длинных арматурин, прошили насквозь оставшуюся беззащитной грудь треста. На месте лица осталась лишь одна большая кровавая рана, по которой невозможно будет опознать труп. По костюму пробегали разряды, заставлявшие тело чуть дергаться, словно в чудовищном танце. На Свиридова нахлынуло облегчение. Трудно. Очень трудно сражаться с маньяками в костюмах, особенно если ты знал их еще нормальными. Подбежавший к поверженному врагу Маркус провел контроль, сделав несколько выстрелов прямо в голову, из пистолета. Шлем уже не защищал владельца, и потому череп Треста разлетелся, образовав месиво из костей и мозговой жижи. Сапер обернулся к Андрею. Только сейчас он заметил, в каком состоянии находился сам Маркус. Изодранная военная форма базы, во многих местах пропитанная кровью. Часть скальпа отсутствует, будто срезанная тонким скальпелем, и стекающая вниз кровь заливает левую часть лица, придавая ему сходство с жутковатой маской.

-Ты как, цел? – подбежав, Маркус протянул ему руку, и тут же спохватился, смущенно осмотрев тяжеленный боевой костюм, - Подняться можешь?

-Могу, - покряхтев, Андрей поднялся на ноги, - как штурм?

-Все кончено. Мы застали их в активных попытках тебя умертвить. Они словно и вовсе не думали, что на них может кто-то напасть. Больше половины положили в первые же минуты, а потом уж, я сюда ринулся, смотреть в чем дело. Еле пробился, а пока завал у двери раскидывал, уже и оставшихся добили. До смешного просто с ними все вышло. Не знаю уж почему. Может, так доверяли своим турелям?

-Может. А может и нет. Чем больше я вижу этих мутантов, тем меньше понимаю, что вообще ими может двигать, и как они управляются. – Андрей осмотрелся, в поисках винтовки, и облегченно вздохнул, увидев ее матово-черный корпус среди каменных обломков. Вроде даже невредимый. Подняв верное оружие, сослужившее сегодня хорошую службу, он обтер его ладонью. Кроме царапин, особых повреждений корпуса не было. Кто знает, что там с начинкой. Не время сейчас проверять. А вот кошки нигде видно не было. Даже намека на ее присутствие.

-Маркус, надо брать все, да валить отсюда. Я заблокировал машины. Сейчас сниму блок, хватаем все что плохо лежит, и грузим туда, где место есть. А потом спешно валим. Надо забрать всех, и срочно уезжать к Башенному перевалу. Чую я, они этого так просто не оставят. Теперь они о нас знают.

-Не оставят, конечно. Но Шипулин не дурак, и сам понимает. Сейчас спешно собирают трофеи, до которых могут дотянуться. А в лагере уже закончены сборы. Все выдвигаются к дороге. Транспорта должно хватить.

Андрей кивнул, и двинулся к выходу из разрушенной заправки, стараясь не глядеть на все еще подергивающийся труп. Грузовики уже начали заводить. Андрей отменил блокировку, и машины радостно загудели, готовые к отправлению. Шипулин стоял около ведущей машины, и о чем то бурно спорил с невысоким усатым иммунным. Свиридов смог уловить обрывок фразы.

-…предлагаешь все бросить, и прятаться? После таких то трудов? – Яков посмотрел на усача как на врага народа, и перевел взгляд на Андрея, - Андрей Павлович, у нас кажется проблемы.

-В чем дело?

-Разведка докладывает, что по дороге с севера движется вражеское подкрепление. Не меньше трех танков, и непонятное количество прочих сил. Многие считают, что нужно отсюда драпать, но черт, бросить все, ради чего мы так горбатились, и потеряли несколько не самых плохих бойцов. – Шипулин сплюнул, чуть не себе под ноги.

Андрей задумался. Враг вполне мог послать силы на перехват, и в этом случае груженым до отвала грузовикам точно не уйти от прущих почти налегке машин. Какие были варианты? Этот груз жизненно важен для выживших бойцов базы. Взгляд Андрея невольно упал на все еще непоколебимо главенствующие над дорогой башни крупнокалиберных турелей. Шипулин его взгляд поймал, и как-то странно покачал головой.

-Танков эти пушки не возьмут, господин Свиридов. Я догадываюсь, о чем вы думаете. Это геройство будет напрасным.

-Пушки то может и не возьмут, - неожиданно вмешался в разговор подошедший сзади Маркус, - а мины на что? Заминируем дорогу, и подорвем, когда танки попадут в радиус действия. Заряд, конечно, большой нужен, но я тут видел полный ящик свежих. Должно хватить на все про все.

-Что, тоже в герои захотел? – устало посмотрел на сапера Шипулин, - Ладно, решать вам. Точнее, решать тебе, Андрей. Это твоя операция, и твоя ответственность. Без тебя это никогда не прошло бы так хорошо.

Решать. А что решать? Если не задержать врага, обречены будут все. Рано, или поздно. А значит он, Андрей, не имеет такого права, развернуться сейчас, и сбежать. Хороший из него будет вояка, коли так получится. Андрей переглянулся с Маркусом. Выражение лица сапера было решительным. Он явно готов рискнуть, а то и пожертвовать собой. Но зачем жертвовать то? Все шансы уйти у них будут, если сделают все грамотно.

-Вот что, лейтенант Шипулин. Берите все, и срочно уезжайте. Останемся только мы с Маркусом. Двигайтесь, как и договаривались, в сторону Башенного. Но не по основной дороге. Карты у вас есть, свернете на побочные. Выйдет крюк, но дай бог, возможную погоню это запутает. Ну что, до встречи?

Шипулин печально взглянул на Андрея и Маркуса, и четким, отработанным движением, отдал им честь. Будто старшим по званию. Ни сказав ни единого слова, он развернулся, и пошел к машинам. Андрей с ухмылкой, всю полноту которой вряд ли мог показать запачканный шлем, повернулся к Маркусу.

-Ну что, дружище, придется нам слегка повеселиться.

Глава 24. Враг.

Склонившись над дорожным полотном, Маркус быстро, но точно, пристраивал на него импульсные мины, одну за другой вытаскивая их из большого железного ящика. Зарядов он не жалел. Уж чего-чего, а глупой экономии они сейчас позволить себе не могли. Мины то, может, и пригодятся в дальнейшем, но мертвым вообще ничего не понадобится. А речь шла именно о жизни и смерти. Согласно наспех составленному плану, они должны были дождаться вражеской колонны, и из заранее выбранного укрытия в лесу подорвать заряды на дороге в тот момент, когда те окажутся под танками. Танки являлись самой крупной угрозой. С остальными потенциальными целями более-менее могли бороться турели. Даже если победы им в этом бою не светит, они смогут значительно врага потрепать и, что куда важнее, задержать, давая направляющейся к Башенному группе драгоценные минуты на отход и заметание следов. Андрей подтащил саперу новый ящик с минами, шумно умостив его рядом с уже опустевшим.

-Это последний.

-Нам больше и не понадобится, - зловеще усмехнулся Маркус, - если наша закладка сработает, уродам не поздоровится. Кстати об уродах. А с этим то чего делать?

Следуя взглядом за указующим перстом Маркуса, Андрей уставился на одинокую фигурку, сидящую на бетонном блоке около КПП разоренного лагеря. Георгий. Когда все закончилось, Андрей вытащил его из подвала. Бросать этого бедолагу тут он не имел морального права, но и послать его вместе с колонной было нельзя. Не поняли бы. Даже Маркус, при всем его к Андрею доверии, относился к появлению странного зараженного крайне негативно. Немудрено. К масочникам, на чью породу сейчас более всего походил спасенный пленник, отношение у внешников Базы было весьма особенное.

-О том речь уже была, - Андрей сурово глянул на товарища, - этот не такой как остальные. И к их злодеяниям отношения не имеет. Он такой же человек как все. Ты лучше мне скажи, где наша погоня застряла? Уж больно много времени они нам на подготовку оставляют. Не обойдут ли по другим дорогам?

-А нет иных дорог, господин лейтенант. Если хотят вообще нагнать, один им путь, и он здесь. Думаю, появятся с минуты на минуту. Там дальше дорога весьма плоха, вот они и тормозят, я думаю. Надеются тут наверстать. Зато, мы смогли как следует подготовиться к нашему свиданию.

На самом деле, времени утекло не так уж много. С момента отбытия от лагеря колонны с отжатым у масочников добром, и получения сообщения о вражеской погоне, прошло всего-то с десять минут. Однако, нет ничего хуже чем ждать и догонять. Нервное напряжение начинало давать о себе знать, и Андрей уже едва ли не молился, чтобы враг наконец проявился. Когда последняя мина встала на место, на дисплее в шлеме Андрея загорелся предупреждающий красный сигнал. Установленный разведчиком Шипулина сенсор наконец засек движение на дороге. Как, однако, ровно уложились. Маркус понял все без слов. Сбросив пустые ящики из-под мин в канаву, и слегка присыпав их сорванной тут же травой, он рванул под прикрытие деревьев, где была запланирована наблюдательная лежка. Андрей же побежал к Георгию. Подняв все еще слабое тело бывшего пленника на руки, он быстро отнес его в леснное, коим служила глубокая естественная канава, прекрасно скрывавшая их фигуры. В таком укрытии, масочникам не помогут в обнаружении противника даже системы танков. Так что сейчас выдать себя могут только они сами. Маркус в очередной раз недовольно зыркнул на спасенного, и одел свой шлем. Он заранее установил камеру, размером не более булавочной головки, таким образом, чтобы можно было обозревать нужный им участок дороги. Доступ к камере был только у Андрея, да у самого сапера.

Вражеская колонна вошла в зону наблюдения резко. Из-за легкого изгиба дороги вынырнул первый танк, угрожающе щерясь стволом главного калибра. А вот следом за ним шел уже не танк, а грузовик, переделанный под пехотный транспорт. Это было совсем не по плану. Почему-то Андрей и Маркус изначально решили, что вперед пустят танки, самые тяжелые и защищенные единицы, способные принять на себя первый натикс возможного противника, ан нет, у врага оказались на этот счет свои соображения. Изначальная задумка разваливалась на глазах. Но какие были варианты? Маркус, в отличие от Андрея, явно не страдал излишними сомнениями. Как только первый танк оказался в зоне действия последнего из установленных зарядов, сапер активировал созданную им ловушку. В следующий миг он упал на землю, засунув руки под шлем и закрывая ими уши. Костюм отключил звуки, так что Андрей не мог сказать, на что был похож звук от одновременной активации такого количества мин. Но эффект был на лицо. В поднявшейся мелкой взвести, взметнувшейся вверх единым столбом, Андрей увидел как многотонная машина, уже почти покинувшая опасный сектор, словно получила увесистый пинок под зад, совершив неполное сальто, и рухнув на башню, посреди дороги. Шедшие прямо за ней грузовики, оказавшиеся в радиусе действия остальных ловушек, разметало как кегли в новомодном боулинг. Заряды были рассчитаны не на них, и эффект оказался еще более впечатляющим. Вряд ли хоть кто нибудь выживет в этих грузовиках, после таких то кульбитов и ударов о дорогу. Один из грузовиков, принявший основной удар на бок, впечатало в деревья на обочине, в каких-то двух десятках метров от их укрытия. Из оставшихся пяти грузовиков начали высыпать масочники с оружием, окружая место взрыва, и осматривая уничтоженный транспорт. В конце колонны, заблокированный вставшими грузовиками, просматривался еще один танк. Маркус, все еще закрывающий уши под шлемом, вопросительно взглянул на Андрея. Итак, они вывели из строя один танк и четыре грузовика. Дорога перекрыта. Это их на какое то время задержит, но вот если решат обыскать местность, засадники станут для масочников крайне приятным сюрпризом. Андрей попытался активировать маскировочную систему, на всякий случай. Но она никак не отреагировала на команду. К сердцу начал подбираться неприятный холодок. Он вспомнил о том хрусте, который слышал во время схватки на заправке. Да ладно вам. Неужели, это были маскировочные модули? Да какого-ж раньше то не проверил. Ну, поздно уж плакаться. Они вроде и не ищут особо никого. Может и пронесет.

Не пронесло. Десантный люк перевернутого танка будто выбили изнутри, и наружу вылез он. Андрей сразу узнал эту фигуру, пусть его лицо и снова скрывала белая маска. Бюррен. А он то тут какого черта делает? Надо затаиться. Андрей еще сильнее вжался в землю, и его примеру сразу последовал Маркус, хоть и не понимал до конца, в чем тут дело. А вот с Георгием творилось нечто непонятное. Его неожиданно начала бить крупная дрожь. Антон прижал его к земле мощной дланью костюма, но каким-то образом эта дрожь начала передаваться и ему самому. Пусть и в очень ослабленном виде. Сверху словно нарастало давление. Очень знакомое ощущение. Точно такое же, как и на заброшенном кластере, во время их дуэли. Да что же это такое то, в самом деле? Способность этого урода? Маркус недоуменно смотрел на своих соратников, и уже намеревался что то сказать, когда Георгий громко вскрикнул, с неожиданной силой отталкивая удерживающую его руку, и выскочил из укрытия. Словно безумец, он резко бросался из стороны в сторону, издавая нечленораздельные крики. Масочники резко повернулись на шум, наводя оружие на орущего умалишенного. Андрей с ужасом смотрел, и ждал, что спасенного им человека вот-вот застрелят. Теперь от укрытия толку никакого. Даже если Георгия убьют, они наверняка решат проверить прилегающие к дороге территории.

Андрей, понимая что их проблемы только что удвоились, невольно посмотрел через камеру на Бюррена. И отчетливо встретился с ним глазами. Свиридов понял, что тот его видит. Тот смотрел прямо в камеру, и в едва различимых глазах читалась насмешка и, вероятно, презрение к такому жалкому противнику. А может, показалось? В этот момент Георгий тоже заметил Бюррена. Уставившись на него глазами, преисполненными ненависти, он зарычал как дикий зверь, и бросился вперед. Несколько масочников с автоматами сделали шаг вперед, явно намереваясь застрелить его, но Бюррен повелительным жестом остановил их, терпеливо ожидая бегущего к нему человека. Георгий, с воистину фантастической, для того, кто еще пять минут назад еле передвигал ноги, силой, подскочил к нему, и попытался нанести удар, прямо по маске. Бюррен будто и не заметил этого. Легкое движение рукой, словно он отмахивался от мухи, и Георгий упал в пыль, неподвижным скоплением плоти. Масочник осмотрелся, и взгляд его снова уперся четко в камеру.

-Андрей? – раздался почти не искаженный насмешливый голос, -Андрей, я знаю что ты тут. Выходи, и сражайся. Ты ведь не забыл наш уговор? Ты все еще даже не начал его выполнять, а время то идет. И твой друг может не дождаться.

Булькающий смех масочника был жутким и очень неприятным. Маркус с недоумением посмотрел на Андрея, явно безмолвно вопрошая, о чем этот гад вообще говорит. Андрей лишь печально усмехнулся. Нашли, значится. Опять этот урод что-то там о своем задании вякает. О чем он вообще говорит? Ну, судя по его словам, Михалыч все еще жив, и это дает надежду. Хотя Бюррен мог и обмануть. Нельзя же верить такой мерзкой твари. Георгия уже не спасти. Что это был за приступ безумия? Видимо действительно какая то способность масочника, сродни талантам имунных. Бюррен, видимо, догадался, что выходить к нему скрытые в лесу люди не намерены. Повинуясь его жесту, около трех десятков вооруженных масочников начали расходиться полукольцом, надвигаясь на их позицию. Проклятье. Еще немного, и их действительно окружат. А костюм явно не в том состоянии, чтобы выдержать полноценный бой с таким количеством противников. Значит, время переходить ко второй части плана. Переглянувшись с сапером, Андрей потянулся к терминалу управления, болтающемуся у запястья комтюма. Придорожные башни турелей ожили, покачивая стволами, будто недоумевая, зачем их разбудили. Бюррен сразу понял, что происходит, но отозвать своих людей не успел. Он резко отпрыгнул за опрокинутый танк, скрываясь за его броней. Турели зажужжали, как разъяренные пчелы, и около двух десятков вражеских бойцов упали в дорожную пыль, изорванные зарядами и залитые своей странной кровью. Оставшийся в хвосте колонны танк масочников зашевелился, явно наводясь на турели, но Андрей и Маркус не намеревались ждать развязки ситуации.

Выскочив из канавы, они бросились вглубь леса, продираясь через не особо густой подлесок и постоянно петляя из стороны в сторону. Где-то за спиной раздался громкий взрыв. Видимо, одна из турелей прекратила свое существование, что подтверждал и звуковой сигнал от браслета. Ну и пусть, свое дело она уже сделала, подарив им эту возможность. По деревьям рядом стучали пули, выбивая щепки. Бежать, только бежать, не останавливаясь. Бежать, пока есть энергия в ячейках костюма. Маркус начал выдыхаться. Еще бы, у него то костюма нет. Он уже бросил свой шлем, чтобы было легче бежать, но было видно что долго он так не протянет. Андрей перебросил винтовку за спину, и подхватил товарища на руки. Ощущение опасности и близящейся смерти проснулось неожиданно, вынуждая его резко свернуть в сторону. Взрыв. Огонь, обломки древесины и комья земли, ударяющие по уже ставшей весьма нестабильной энергетической защите. Что это вообще было? Всего в паре метров от Андрея разверзлась воронка, радиусом никак не меньше чем в пять метров. Танковый заряд. Видимо, с остальными турелями они решили разобраться потом.

-Маркус, ты как?

Лежащий у него на руках друг не ответил. Андрей стряхнул с него землю, и с ужасом увидел ощепок сосны, торчащий в боку Маркуса. Тот был еще жив, но судя по пенящейся на губах крови, долго не протянет. Медицинская подсистема шлема выдавала какие то данные, в которых Андрей разобраться не мог. Но было очевидно, что повреждения Маркуса слишком сильны, а медиком рядом и не пахнет. В таком состоянии переносить его нельзя. Не выживет Андрей попытался встать на ноги. И в этот момент в его спину словно ударил гигантский кулак. И так едва державшаяся энергетическая защита с визгом отключилась. Андрей почувствовал страшную боль, пронзившую плечо правой руки, и выронил Маркуса. Раненый друг упал на перекопанную взрывом землю. Из уголка его рта струилась кровь. Правая рука не шевелилась. Треснувший, в который уже раз, экран шлема не мог выдать внятной информации. Андрей повернул голову, преодолевая непонятно откуда взявшееся сопротивление. Костюм на плече был искорежен попаданием. Что же в таком случае с самой рукой? Сквозь кровавый туман, застилающий взор, Свиридов видел окружающих их врагов. Масочники. Проклятые ублюдки. Думаете, победили? Сломили? Уцелевшая рука потянулась к незаметному разъему на боку, и надавила на него. Хрустнул клапан, где то в нутре костюма, и в кровь Андрея словно влили жидкого огня, с адской болью растекшегося по всему телу. Он зарычал, не как человек, а как зверь, обреченным рыком загнанного в угол хищника, готового подороже продать свою жизнь. Сверкнул в руке вибрационный клинок. Пусть рука и левая, держать его неудобно, но все это такие мелочи, по сравнению с возможностью пустить кровь этим ненавистным белым маскам и черным плащам.

Взмах, и тело одного из них разделило на две неравные части, заливая все вокруг кровью. Воздух разовали многочисленные вспышки едва различимого пламени. По броне беспрерывным градом, уже не сдерживаемые энергетическими барьерами, стучать пули. Что то трещит и хрустит. Горят предупреждающим алым огнем экраны, и полностью согласуясь с ними, летят во все стороны брызги крови масочников. Словно нож гигантской мясорубки, Андрей метался по полю боя, от одного врага к другому, рассекая их тела, снося головы и смахивая конечности. Масочники все пребывают, им нет конца, и вместе с тем, нет конца его ярости. Вспышки боли. Несколько вражеских пуль все таки нашли свою цель, пробив броню и пустив ему кровь. Виброклинок с хрустом разваливается, не выдерживая очередного удара. Пусть так, пусть кулаками, но он заберет как можно больше их жизней. Снова тяжесть. Снова движения замедляются, становятся неспешными, словно он под бескрайней водной толщей. Бюррен. Одержимые, безумные глаза убийцы, отражающиеся в отключающихся экранах шлема. Его собственные глаза. И через эту пелену, он видит Бюррена. Своего врага. Тот неспешно, с грацией аристократа на прогулке, идет мимо изрубленных трупов, направляясь прямо к нему. Какая удача! Андрей безумно улыбнулся, и сделал шаг вперед. И в этот момент, силы оставили его. Погасла бушующая ярость. Потух огонь в жилах, дававший ему эту безудержную энергию. Почему? Почему сейчас, когда цель так близка?

-Признаться, я не думал, что наша новая встреча состоится столь скоро, - раздался приглушенный болью и слабостью голос Бюррена, - но видимо, я несколько ошибся в своих изначальных прогнозах. Придется заняться этим более тщательным образом.

Какой то из сопровождавших Бюррена масочников склонился над Маркусом, и что то проурчал, обращаясь к своему начальнику. Бюррен лишь отмахнулся, и нарочито громко, так, чтобы Андрей слышал каждое слово, приказал.

-Этот не жилец. Добей, чтобы не мучился.

Андрей хотел закричать, но не мог. Сейчас он был лишь угасающим разумом, запертым в обессилевшем теле. Последней картиной, запечатлевшейся в его меркнущем взоре, был склонившийся над телом его друга масочник. И вибронож, перерезающий Маркусу горло. Алая кровь хлынула потоком на изувеченную взрывом траву, толчками, каждый из которых уносил оставшуюся в этом израненном теле частицу жизни. Безразлично взиравший на умирающего иммунного Бюррен лишь усмехнулся и, развернувшись на месте, двинулся обратно к машинам. Несколько масочников подхватили Андрея, и потащили его следом, ничуть не отягощенные весом боевого костюма.

Глава 25. Внутри.

Весь мир обратился в серый полумрак, наполненный колеблющимися от порывов незримого ветра тенями. Он видел вспышки света, проносившиеся над ним, и слышал звуки, обращенные окружающим миром в полную бессмыслицу. Боль совершенно непредсказуемо вспыхивала в разных частях тела, но и она была не важна. Словно он мог попросту игнорировать ее. Андрей с трудом открыл глаза, и увидел яркую лампу, нависшую над его лицом. Какие-то металлические конечности возились над ним, совершая непонятные манипуляции. Это было что-то очень знакомое. Воспоминание вспыхнуло в мозгу, словно раскаленный уголь. Медицинский стенд. Редкое оборудование, но на базе оно было. Но база уничтожена, так откуда взялся этот стенд? Андрей попытался дернуться, но тело отказывалось его слушаться. Всей его воли, собранной в едином порыве, хватило лишь на то, чтобы пошевелить указательным пальцем. Его накачали наркотиками? Сквозь пелену непонятных шумов начали прорываться осмысленные слова, произнесенные каким-то странным, приглушенным голосом, словно не принадлежащим человеку.

-Повреждений угрожающих жизни нет. Однако, пациент использовал на себе медицинский стимулятор боевого класса. Разумеется, такое не могло пройти даром.

-Я вполне осознаю, чем грозит организму прием таких препаратов, - Андрей сразу узнал этот голос, принадлежащий Бюррену, и безуспешно попытался дернуться, - но то, что я наблюдаю, далеко от стандартных последствий, не так ли?

-К сожалению, вы правы. Реакция на стимуляторы весьма индивидуальна, особенно если мы говорим о подобных сильных препаратах. К сожалению, у этого человека оказалась повышенная восприимчивость. Его нервная система была перегружена настолько, что начала отказывать. Последствия могут быть непредсказуемы. Впрочем, мы ведь говорим о «нем». Не думаю что он умрет от такого.

-Умереть то может и не умрет. Но у нас все меньше времени. Совет начинает беспокоиться по поводу моих действий, а это может поставить на грань провала всю нашу деятельность. О, мне кажется, или он пошевелился?

-Право, господин Бюррен, сейчас он совершенно точно не может шевелиться. Тело введено в состояние искусственного паралича. Он жив только благодаря стенду. Хотя, сознание может и не дремлет, но я не знаю, кем надо быть, чтобы умудриться слышать нас в таком состоянии. Ладно, пойдемте.

Голоса вновь стали неразборчивы, и вскоре стихли. Андрей лежал на гладком медицинском столе, обездвиженный, и тщился вновь обрести контроль над своей бренной плотью. Эти отчаянные попытки не приносили ему ничего, кроме усталости. В конце концов, он отключился, истратив весь лимит выделенного ему терпения, и погрузился в блаженный мрак забытья, спасаясь от ужаса сознания, запертого в мертвой оболочке.

***

Теплый воздух ворвался в легкие, словно поток обжигающего пламени. Андрей задохнулся, вдыхая его, и открыл выпученные от страшной боли глаза. Сердце билось в груди, как пойманная в капкан дичь. Казалось, оно вот-вот проломит ребра, и вырвется наружу. Не вырвалось. Боль начала стихать, и Андрей обмяк в постели. Несмотря на то, что в агонии он дергался с невероятной силой, кровать не пустила его, удерживая в силках жесткими захватами. Кровать? Андрей смутно припоминал события, предшествовавшие его пробуждению тут. Бегство, смерть Маркуса, паралич на медицинском стенде. Как всегда не вовремя вспомнилась кошка. У этого робота просто невероятный талант пропадать так, будто его и вовсе не существует. Зрение нормализовалось, и он смог осмотреться, насколько позволяли плотно прижимающие его путы. Небольшая комната, метра так два на два. Половину пространства занимает кровать, опутанная какими-то проводами и датчиками. Не разбирался Андрей в этом совершенно. Сбоку виднелась массивная железная дверь. Запора с этой стороны нет, значит он заперт тут, или же у этой двери вовсе не предусмотрено запирание. Сомнительно, учитывая, что он в плену у масочников. На потолке единственная световая панель, испускающая неяркое желтое свечение. Под самым потолком небольшой квадратик вентиляционной шахты.

Андрей снова задергался в путах. Они не пускали, но он не сдавался, движимый надеждой как-нибудь их расшатать. И в этот момент в глазах ярко полыхнуло. Тело словно стало ватным, отказываясь повиноваться. Состояние было похоже на давешний паралич. Лишь чуть слабее. Он мог шевелиться, но с огромным трудом. Боль билась в висках, не давая сосредоточиться, но она затухала, с каждой новой вспышкой теряя часть силы. Вскоре явление закончилось. Андрей снова мог чувствовать свое тело. Что это было? В том странном разговоре что-то упоминалось про повреждения нервной системы. Так это, выходит, последствия приема той дряни, или Бюррен подложил ему новую гадость? Новых попыток вырваться он предпринимать не стал. Просто застыл на кровати, переваривая интенсивно развивавшиеся события последних дней. Маркус мертв. Ему вскрыли горло, и алая кровь иммунного растеклась по лесной траве. Эти ублюдки заплатят и за это, уж он то постарается взять с них по счетам. Если конечно выживет, и выберется отсюда. Интересно, смогли ли ребята Шипулина уйти? Может, они уже на пол пути к Башенному. А может даже уже добрались. Лучше уж так. Тогда жертва сапера не будет напрасной. Проклятый Георгий. И зачем только вообще Андрей спас этого утырка, так бездарно сдавшего всю их засаду? Впрочем, тот не виноват. Это все Бюррен. Немчура поганая, что за фокусы он применил там? Откуда в его тщедушном теле столько дурной силы? Дверь с тихим шипением отъехала в сторону, и в комнату вошел Бюррен, без маски. Легок на помине. Лишенные зрачков глаза внимательно уставились на Андрея, словно проникая в самую его душу.

-Думаю, вы уже оценили последствия своей глупости в полной мере, не так ли, господин Свиридов? О, право, можете не утруждать себя ответом, я вполне уверен в вашем характере, и могу примерно оценить вероятность тех или иных действий. Помнится, в последнюю нашу встречу, я предупреждал вас о том, что следует поторопиться. Но не могу сказать, что вы действительно вняли моей вежливой просьбе. Раз уж у вас нашлось время на то, чтобы спасать остатки базы от полного уничтожения. Видимо, жизнь механика вам не так уж и нужна?

Андрей поднял на изуродованный лихорадкой Стикса лик усталые глаза. Ну чего же надо ему от этого урода, чей путь он постоянно пересекает по воле злого рока? О какой задаче он каждый раз разглагольствует? Может, этот масочник окончательно свихнулся. Не получал он никогда никаких задач от масочников, своих злейших врагов. Бюррен недовольно вздохнул, прикрывая жуткий взор, и окидывая Андрея взглядом из под полуопущенных век.

-Как все запущенно, господин Свиридов. Вы так и не поняли, или же не пожелали понять, в чем ваша задача? Совсем не стараетесь. Ни к чему хорошему такое небрежение вас не приведет, поверьте на слово.

-Так почему бы не сказать, - произнес Андрей хриплым, каркающим голосом, давно молчавшего человека, - почему просто не сказать мне, в чем эта задача, сумасшедший ты ублюдок?

-Почему? – Слова Бюррена прозвучали как-то растерянно. Однако в следующую секунду он склонился к самому уху Андрея. Тот почувствовал жаркое, дыхание собеседника, отрывисто зашептавшего. –Потому, уважаемый Свиридов, что я не могу отдать вам такое указание лично. Вы должны лишь сделать то, что должно. Вы мой инструмент. Но не могу сказать, что я и сам не являюсь инструментом, понимаете?

Бюррен поднялся, оправляя свой черный плащ, а Андрей воззрился на него с недоумением, смешанным со страхом. Что этот гад вообще имел в виду? Бюррен жутковато усмехнулся.

-Что же, надеюсь, вы сможете понять все, что вам необходимо из нашего короткого разговора. За сим, откланиваюсь. До скорой встречи. Надеюсь.

Дверь с щелчком закрылась, вновь оставляя Андрея в гнетущей тишине закрытой комнатушки, привязанного накрепко к постели. Издевательство какое то. Тишина продлилась не так долго, как он изначально ожидал. Со стороны противоположной стены, той, в которой находилось отверстие вентиляции, раздался громкий стук. Андрей молчал, подозрительно уставившись на эту стену. Очередные фокусы масочников? И какой в этом смысл? Что-то с металлическим звуком задребезжало, и вентиляционная решетка явственно приподнялась. Освещен тот угол был плохо, да и положение для рассматривания было неудобное. Андрей, уже давно отвыкший от темноты, благодаря необычайным свойствам своего костюма, отчаянно напряг зрение, но так и не смог ничего различить. Блеснуло что-то красное. Словно… Словно два глаза? Решетка снова скрипнула, и вниз плюхнулась кошка, болезненно приземлившись прямо на ноги Андрея. Свиридов опешил. У его ног сидел этот чертов робот, и внимательно пялился прямо ему в глаза. Несмотря на присущую живой кошке грацию, робот был куда тяжелее. Наверняка синяки останутся, но не о том ведь речь. Каким вообще образом кошка смогла пробраться на базу масочников? В голову начали закрадываться смутные сомнения. Уж больно часто действия кошки невозможно было объяснить разумным образом. И то, как она увела его с Базы, за считанные минуты до ее уничтожения. И ее периодические исчезновения из поля зрения. И вот это вот ее появление, словно гвоздь в крышку гроба. А не в сговоре ли с Бюрреном этот робот? Да нет же, это еще большая чушь. Ладно бы кошка была местной, если можно так сказать о этом механизме, так нет же, с Земли она. Сам через врата протащил.

Андрей смотрел на кошку. Кошка смотрела на Андрея. Ей это надоело куда быстрее. Быстро перебирая лапами, она забралась на грудь Свиридова, и начала тщательно умываться, хоть практической необходимости в этой процедуре не было совершенно. Андрей попытался ворочаться в путах, чтобы стряхнуть с себя нахальную машину, но та недовольно что-то мявкнула, и выпустила короткие коготки, проколовшие одежду, и ощутимо царапнувшие голую кожу. Ощущения от уколов были странными. Не такими, как Андрею представлялось. Видимо, сказывалось долгое ношение боевого костюма. Без всякого предупреждения мелькнула в воздухе лапка, и одна из удерживавших Андрея лент с треском лопнула, с хирургической точностью перерезанная подозрительно острым когтем на правой передней лапе робота. Вся удерживающая конструкция начала разваливаться, как лишившийся опорного яруса карточный домик. Кошка спрыгнула на пол, а Андрей, растягивая оставшиеся ремни и вылезая из-под них, шумно скатился с кровати, и сразу застыл. Вроде тихо. Никто не заметил побега. Едва ему в голову пришла эта мысль, как он тут же залепил себе мысленную затрещину, затравленно озираясь. Черта с два все так просто. Современные камеры наблюдения могут быть размером меньше спичечной головки. Наверняка, сюда уже идет отряд масочников, чтобы вернуть его на место. А без костюма победить их и думать нечего. Очередная подстава от робота? И на что вообще он надеялся.

Однако прошло несколько минут, а суеты все никак не наблюдалось. Неужели, им настолько безразличен факт его побега? Или и правда, не заметили. Кошка все это время сидела на полу, как-то выжидающе на него поглядывая. Андрей присмотрелся. На спине кошки что-то болталось. Этого там точно быть не должно было. Протянув руку, он снял с нисколько не сопротивлявшегося робота тонкую бечевку, к которой был привязан клок бумаги. Судя по всему, тетрадный лист, сложенный несколько раз. Лист был не очень чистый, и носил на себе многочисленные масляные пятна. От бумаги пахло знакомо. Тот специфический запах мастерской, запах металла и смазки. Андрей развернул таинственную записку, и увидел неровные строчки крупного, довольно неразборчивого текста. Словно он писался в спешке.

«Жду в мастерской. Ярус 2, налево. Кошка поможет. Вспомни, как твой костюм едва не пробило в метро.»

Андрей еще раз перечитал короткое послание. О том случае знали только Соколов, ныне покойный, и Михалыч. Неужели он жив, и находится тут? Значит, это он прислал кошку. Но у него то она откуда взялась. Свиридов вновь посмотрел на сидящего на полу робота, на сей раз более дружелюбно. Зря он в ней врага видел. Если только, в который раз возникла шальная мысль, все это не является частью еще большей ловушке. Но в таком случае, масочники уже давно перемудрили сами себя. Какой вообще может быть смысл в происходящем, если он и так уже в плену. Однако, ситуация лучше не стала. Да, он теперь может оторвать задницу от кровати, и при нем есть робот с острыми коготками. Но он тут, вроде как, заперт. А через вентиляцию ему точно не проползти, в ней и кошка то с трудом должна была помещаться. Подойдя к двери, он потрогал ее гладкую поверхность. Металлическая. Такую не прошибить, а сама она открываться не хочет. Дверь с тихим шелестом открылась, открывая вид на слабо освещенный коридор, уходящий под углом куда-то в сторону. Андрей опешил, не понимая, что вдруг изменилось. Металлический бок отерся о его штанину. Кошка стояла у него ног. Неужели, дверь отреагировала на нее? Подхватив робота на руки, Андрей шагнул в коридор, и дверь тут же закрылась за ним. Вокруг царила мертвая тишина.

Звук шагов босых ног по металлическому рифленому полу разносился далеко в стороны. Не услышать такое мог разве что глухой, а что делать? Андрей пытался красться, но тише шаги не становились, а вот скорость передвижения падала слишком серьезно. Двери действительно реагировали на кошку, послушно перед ней открываясь. Не все, но многие. Ничего полезного в этих помещениях не было. Пустующие койки, такие же как та, на которой он проснулся, и кладовки, заполненные железными ящиками. Интересно, а где вся охрана? Или они тут и вовсе ничего не охраняют? Первым препятствием на его пути по коридору стала массивная дверь, полностью его перекрывавшая. Несколько осмелевший за это время Андрей спокойно подошел к ней, позволяя кошке открыть ему путь дальше. Дверь с шипением отъехала в сторону, открывая Свиридову вид на масочника в военной форме. Мутант стоял в проходе, держа в руках увесистую дубинку, и ошарашено смотрел на представшего перед ним человека. По крайней мере, Андрею показалось что враг был ошарашен его появлением. Все, что осталось у мутанта от эмоций, скрывала привычная белая маска. Опережая реакцию противника на какую то секунду, Андрей выпустил кошку и бросился на масочника, с яростью загнанного в угол зверя. Давно. Ох, как давно Андрей не участвовал в по настоящему «рукопашной» схватке. Постоянное ношение боевого костюма вносит свои коррективы. Резкий блок руки с дубинкой левым предплечьем, отозвавшимся болью. Силен, собака. Захват запястья врага правой рукой, рывок вперед, и масочник вынужденно заваливается вниз, сраженный неумолимыми законами физики. Чуть согнувшийся Андрей довольно отметил, что заученные еще на Земле приемы до сих пор не выветрились. Прием, созданный чтобы обезоружить. Мирная внешне вещь, но лишь для тех, кто не знает его истинного потенциала. С противным звуком, рука масочника изогнулась под неестественным углом, а сам он с силой впечатался в пол, урча что-то на жутком наречии зараженных. Он еще жив, и уже начинает дергаться, желая вырваться и отомстить обидчику. Если он так же живуч, как обычные зараженные, убить его будет непросто, а повредить споровый мешок не получается. Какая-то патовая ситуация. Пока у Андрея выносливость не закончиться, удерживать мутанта.

В этот момент проявилась кошка. Серебристой молнией, она метнулась к врагу. Сверкнул блестящий коготок, и аккуратно рассеченный споровый мешок начал распадаться. Рана все еще не смертельна. Содержимое мешка явно не затронуто, но и этого хватит. Свободной рукой, Андрей с силой ударил по этому наросту, вминая его внутрь. Мешок лопнул по разрезу, и рука Свиридова почувствовала сухой сгусток нитей, заполняющих этот орган зараженных. Враг затих. Андрей отбросил от себя вывернутую руку, и встал на ноги. Победил, но шуму наверняка произвел немало. И почему, интересно, у них тут нет системы видеонаблюдения? Если бы была, давно бы уже его изловили. Одного он одолеет, но вот целую толпу… Нечего и думать. Сейчас он простой человек, без своей могучей брони. На другом конце помещения, в котором протекала эта схватка, Андрей с удивлением увидел лифт. Было чему удивляться. Так это строение еще и не одноэтажное. Лифты в Стиксе, особенно на базах иммунных, не были чем то особо необходимым. Базы редко имели многоэтажную застройку. Уж выше, чем в три этажа, никто и ничего не делал. Даже у самого стабильного стаба рано или поздно сработает механизм перезагрузки, и пойдут любые труды прахом. Неужели, все это строение уже является частью какого-то стаба? Не до того, нужно двигаться дальше. Теперь ясно, к чему был тот «ярус 2» в записке.

Внимательно посмотрев на поверженного врага, Антон измыслил примитивный план, дававший шанс безопасно добраться до места. Такой себе план, на самом деле, но вдруг сработает? Подхватив труп под руки, он затянул его в коридор, и умостил в ближайшем открытом каземате. Переодевание заняло минут десять. Раздевать труп оказалось не самым приятным занятием. Да и одежда была странная. На мертвеце вообще не было нижнего белья. Форма была надета прямо поверх голого тела. Андрей пригладил непривычную форму. Единственное, что скрыть не удастся, это отсутствие спорового мешка. Но спереди вроде и не заметно. Да и вообще, лучше бы никого не встретить на дороге. А то мало ли, чем это закончится. Стащив с искаженной в оскале морды мертвеца маску, Андрей с некоторой брезгливостью натянул ее на себя. Прорези оказались на удивление хорошо сориентированы, и давали качественный обзор, почти не мешая. Вернувшись к месту схватки, Андрей поднял с земли дубинку. И аж присвистнул, внимательно ее разглядев. А ведь, не бросься он на противника так резко, у него были бы самые минимальные шансы на победу. Дубинка оказалась непростой. Шоковой. Удар такой и более сильных, чем Андрей, может завалить, даже если пришелся самым краешком. С электричеством шутки плохи. Хорошо, что враг не успел, или не догадался сразу ее включить. Кошка послушно прыгнула на руки, и Свиридов вошел в двери лифта, озирая аскетичные стены без отделки. Панель с кнопками находилась там, где ей и положено. Судя по светящимся на сенсорном дисплее квадратикам, в этом здании не меньше шести этажей, и он сейчас на последнем, шестом. Комплекс видимо подземный, раз шестой этаж расположен в самом низу. Или у них очень странная система отсчета. Надавив на кнопку второго этажа, он услышал тихий подтверждающий сигнал. Лифт бесшумно пополз наверх, выдавая свое движение лишь слегка навалившейся тяжестью.

Глава 26. Встреча.

Подъем продолжался неожиданно долго. Это же на какую глубину закопался этот странный комплекс? Нет, не похож он ни на один стаб, из тех, о которых Базе было известно. Андрей недовольно почесал шею. Форма масочника натирала кожу, вызывая неприятные ощущения. Лифт начал замедляться. Бросив тревожный взгляд на панель, Андрей понял что это только четвертый этаж. Кто-то тоже вызвал лифт, или это, наконец, местные охранники высунули головы из того места, где они их прячут, и заметили его побег? Скрыться в лифте все равно было некуда, и потому Андрей застыл, прислонившись спиной к стене около панели. Двери с тихим шелестом открылись. Человек, да, именно человек, в белом лабораторном халате, закатил внутрь вовнутрь какую-то тяжелую тележку, нагруженную металлическими контейнерами.

-Третий.

Андрей не сразу понял, что вошедший обратился к нему, но успел сориентироваться до того, как тот заподозрил неладное. Неужели, повезло, и его приняли за местного лифтера? Нажав на панели кнопку третьего этажа, Андрей продолжил изображать истукана. Ученый с интересом посмотрел на кошку, сидящую у Андрея в руках.

-Какой занятный зверек. Откуда такие берутся?

Андрей промолчал, мысленно коря себя за то, что не скрыл робота сразу. Впрочем, ученого не особо волновало его молчание. Он лишь усмехнулся, отвернувшись от Свиридова.

-Эх, вот нахрена вы такие нужны, неразговорчивые?

Третий этаж выглядел весьма сходно с шестым. Какая-то вереница бесконечных коридоров, только разве что массивных дверей нет, и все можно просмотреть насквозь. И все так же безлюдно. Где же все? Ученый вышел вместе со своим грузом, бурча под нос непонятную песенку. Лифт вновь тронулся, увозя Андрея еще выше. Перед вторым ярусом он собрался, морально готовый пробиваться к Михалычу с боем, если придется. Избежать такого развития сценария было бы лучше всего, но тут уж ничего не предскажешь. Двери открылись вновь.

По началу, у Свиридова слегка захватило дух. Открывшееся его взору сооружение было, конечно, не столь колоссально, как терминал Врат на Земле, но тоже внушало уважение. Огромный ангар, с высоченными сводами, вершина которых терялась в темноте, скрывавшейся за рядами подвешенных на тросах мощных систем освещения. От лифта, до противоположной стены, видневшийся вдали, было метров триста, или четыреста, а может и все пятьсот. Гладкий пол из плотно подогнанных бетонных плит, сложные системы грузовых кранов, сновавших туда-сюда по направляющим на потолке. Да в этом огромном помещении места хватило бы на пару-тройку Баз, если не больше. Все это огромное пространство жило какой-то своей жизнью, в полный противовес мертвой тишине нижних этажей. Повсюду стояли массивные контейнеры. Открывались и закрывались ворота в стенах, выпуская груженые и порожние машины. Рядами стояли летающие платформы и танки, около которых суетились масочники, видимо, занимаясь техническим обслуживанием. Да до таких масштабов даже Базе было как до луны на самокате. Откуда все это могло взяться? Андрей тревожно огляделся. В голову пришла странная мысль. А что, если он уже не в мире Стикса? Что если его вернули на Землю? Но как? Врата ведь были только одни.

Когда мимо него прошел строем патруль из трех масочников, вооруженных автоматами, способность рационально мыслить сразу вернулась в строй, и он осмотрелся более внимательно. Стоя тут, на виду у всех, Андрей рисковал раскрыть себя, и в этом случае его дальнейшей судьбе наверняка не позавидуешь. В записке говорилось что-то про мастерские, но вся эта суета и так напоминала одну огромную мастерскую. Так куда же идти? В дальнем конце «ангара» открылись ворота. Свет за ними явно не был искусственным. Это выход на поверхность. Однако важно сейчас было не это. Въехавший на территорию грузовик волочил за собой танк. Потрепанный, обгоревший танк Базы. Судя по всему, энергоядро пошло в разнос. Отсюда и такие странные черные пятна на броне. След бушевавшей там электрической стихии. Буксир завернул в сторону, и двинулся к ряду черных ворот, зиявших в стене. Раз машина в таком состоянии, ее только в мастерские и могут везти. Решив так, Андрей бодро, стараясь полностью походить на обычных бойцов масочников, зашагал в выбранном направлении.

Он едва не вскрикнул, когда в каких то десяти метрах заметил застывшую огромную фигуру. Элита. Рядом с несколькими танками стояла по стойке смирно натуральная элита, если не матерая, то уж и не такая от нее далекая. С трудом сохранив невозмутимую походку, Андрей краем глаза следил за монстром. Может быть, это манекен? Возникшее предположение разбилось почти моментально. Элитник пошевелился, переступив с ноги на ногу. Каким образом масочники умудрились превратить мутанта Стикса в нечто столь спокойное? Уже скрываясь за нагромождением контейнеров, Андрей заметил, что к элитнику подошел один из вражеских бойцов, и повел его за собой, удерживая каким то до смешного тонким и бесполезным поводком. К счастью, первичное предположение, что именно там, куда увезли подбитый танк, находятся мастерские, полностью оправдалось. Дождавшись, когда ворота откроются перед очередным транспортом, Андрей скользнул внутрь. Пространства тут были велики, но с основным ангаром не шли ни в какое сравнение. Просторные помещения, связанные широкими коридорами. Столы с инструментами, какие-то станки. В той секции, куда проник Андрей, ремонтировали боевые костюмы. Вокруг двух десятков ремонтных стендов суетились люди, большая часть из которых носили на себе массивные ошейники, не стеснявшие движений, но обхватывавших шею мягким кольцом. Рабы? Скорее всего. На зараженных не похожи.

Окинув взором помещение, Андрей не нашел Михалыча. В этой секции его не было. Осторожно, стараясь не привлекать ничье внимание, он стал пробираться вдоль стены, где было меньше всего рабочих, переходя из секции в секцию. Были тут и бойцы масочников, однако стояли они лишь у некоторых мест. Видимо, там находилось требующее охраны оборудование. Миновав одну за другой все секции, Андрей так и не заметил своего знакомца. Не те мастерские? Или записка и правда подделка, хоть в это верить и не хотелось. В момент, когда он уже намеревался покинуть эту мастерскую, и вернуться в ангар, ему на плечо легла жилистая ладонь. Андрей вздрогнул. Ощущать прикосновения другого человека до сих пор было ему слегка в новинку. Рефлекторно, он едва не перехватил эту руку, но смог сдержать себя.

-Огоньку не найдется?

Свиридов облегченно вздохнул. Голос, хоть и усталый, был вполне узнаваем. Он обернулся, и увидел ухмыляющуюся физиономию механика. На его шее красовался тот самый ошейник, мигая несколькими лампочками. Михалыч воровато осмотрелся и, приложив палец к губам, поманил Андрея за собой. Между двумя станками обнаружился небольшой клочок закрытого пространства. Видимо, и тут рабочий люд нашел место, где можно безнаказанно от работы отлынивать. Главное, тут их никто не видел, да и не слышал, за постоянно царящим в мастерских шумом. Михалыч радостно улыбнулся, пожимая руку Андрея.

-Не сразу понял что это ты, уж извиняй. Тебя ж поди узнай, без костюма то. Человек как человек, ничего особенного. Разве что кошка твоя. Да я ее не сразу заметил.

-А как узнал то? – заинтересованно вопросил Андрей.

-Да смотрю, какой то масочник странный. Ходит, осматривается, словно вор в хозяйском доме. Нетипично. Будто ищет кого-то. Ну, я и решил огонька попросить. Если ошибусь, так ничего, они ж туповаты. Просто мимо пройдет. А вон, видишь, не ошибся. И правда ты.

-Михалыч, у меня вопросов вагон и маленькая тележка. Откуда у тебя кошка то взялась, и что ты с ней такое сотворил?

-Да все просто, Андрюш, очень просто. Притащили ее, вместе с подбитым танком. Да и бросили, а я подобрал. Ей малость корпус пулей раскорежило. Видишь, отремонтировал. Мозги то к счастью уцелели. Их починить и вовсе было бы невозможно.

Михалыч указал на странность, ранее проигнорированную Андреем. Металл в середине кошачьей спины был чуть более светлым. Новым. Приняла пулю прямо на «позвоночник», ишь как. Хорошо что не ниже, а то и вовсе сгорел бы робот.

-Ладно, лейтенант, не о том сейчас речь. Нам надо выбираться отсюда, и как можно быстрее. У меня есть рабочая идея, но я все же не боец, а техник. А масочников тут, что вшей у дворняги.

-Давай полегче, - поежился Андрей, - я тебе тоже не машина убийства, сотнями этих уродов косить. Да мне без костюма и десятка хватит, чтобы распрощаться со своей несчастной шкурой.

-Кстати об этом, - сразу посмурнел механик, - костюмчик твой притащили. Ты уж прости, но восстановлению уже не подлежит. Вспомогательный технический блок смяло в лепешку, а в нем и маскировка, и жизнеобеспечение, и еще много чего важного. Да и руку там помяло страшно. Чудо, что ты вообще с конечностью остался. Зато, я смог вытащить блок памяти. Он, правда, тоже слегка помят, но думаю работать будет.

-А как так вышло, что ты в их же мастерских работаешь?

-Как говорилось в известном бородатом анекдоте, - Михалыч потыкал пальцем в ошейник, - есть нюанс. Тут на всех «рабах» такие. С автоподрывом по сигналу, и снять невозможно, без очень специфических инструментов, которые тут охраняются как гроб Господень. А кто не работает, тот понимаешь ли не ест. Но ты не бойся, это, как ни удивительно, не проблема.

-Почему это? С ошейником наш побег точно лишен смысла.

-Да видишь ли, Андрей Павлович, мой ошейник бракованный, и даже без инструментов я давно его обезвредил. Вероятность такого счастливого события столь мала, что заставляет задуматься, а не является ли это чьим-то планом. Да и кошка мне уж очень хорошо и вовремя на глаза попалась, как и завалявшийся чип-идентификатор какого-то погибшего масочника не последнего чину. А уж про то, что до меня очень вовремя дошли слухи о том, что ты тут, и держат тебя в нижних ярусах...

Да, в этом что-то есть. Что-то, сулящее неприятности. Андрей и сам давно заметил, что уж больно многие моменты в событиях последних дней словно происходят по указанию свыше. И те слова Бюррена. Неужели, он и правда всего лишь инструмент, кукла, не видящая своего кукловода, и думающая что вольна в действиях. Если так, то картина кое-как складывается, но подумать только, насколько же все это должно быть глобально. Заметив задумчивое состояние Андрея, Михалыч ткнул его в бок.

-Не время тут философствовать, драпать надо. И побыстрее. На самом деле, времени у нас не так уж и много. Вечно они в неведении по поводу твоего побега пребывать не будут. Не удивлюсь, если они уже тебя ищут. Видеонаблюдения в комплексе, по некоторым причинам, нет, но о этом давай позднее.

-Каков план? – Андрей осторожно выглянул из-за станка, обозревая мастерские.

-Ну, примерно вот таков. Нам нужно захватить одну из платформ. Неплохо бы, конечно, разжиться и костюмом для тебя, но свободных рабочих костюмов тут сейчас по пальцам сосчитать, да и те под охраной.

-Михалыч, на кой нам платформа, - ошарашено спросил Андрей у механика, - она ж как красная тряпка. Бери, да догоняй. Нас ПВО местные не собьют? Не верю, что на такой огромной базе нет чего-нибудь противовоздушного.

-Послушай… А впрочем, у нас нет времени на эти объяснения. Просто поверь мне на слово, что иначе как по воздуху нам с этого места не выбраться. С ним все крайне непросто.

-И как нам провернуть такой фокус?

Михалыч засунул руку за станок и, поковырявшись, вытащил оттуда комплект формы, и еще одну белую маску. Форма чуть отличалась, но несущественно.

-Слушай внимательно, Андрей. Каждый час, взлетный люк ангара открывается, примерно на десять минут, чтобы выпустить несколько посыльных платформ. Обычно, их две, так что времени свободного остается немало. Наша задача, к ним присоседиться. Только машину возьмем более скоростную. Есть тут откуда-то несколько нестандартных платформ. Таких даже на Базе не было. Так вот, мы эту машинку присвоим, и сразу деру…

-Деру? – Андрей недоверчиво взглянул на механика, - А как же остальные пленные?

-Остальные? Так ты ничего не заметил, лейтенант? Да и ладно, что не заметил, неужели в Спартака решил поиграть? Так эпоха вроде не та, да и у врага не бронзовые мечи.

-А что я должен забыл заметить?

-А ты понюхай этот чудесный воздух. Чувствуешь, привкус свежести и легкий сквознячок? Думаешь, это местный воздух? Нет, это друг мой, неотфильтрованный воздух Сикса, и почти все, кого ты тут видишь, потенциальные зараженные. Мне повезло, я то иммунный оказался, и еще пара человек, а остальные таковы, какими ты их видишь, лишь благодаря масочникам и какому то их препарату. Он вроде способен подавлять симптомы. Я думаю, при длительном принятии, человек и сам становится таким же мутантом, как масочники. Пару раз видел, как старожилов уводили куда-то, с концами. Так что, помочь ты им не сможешь. Они теперь накрепко привязаны к масочникам, стали их слугами. А если восстанут, обратятся зараженными. Много ли им в том хорошего? В этом цеху всего трое иммунных, и все «ценное имущество». Специалисты, мать их. Не любят масочники иммунных в плен брать. Уж не знаю, почему. Есть правда, и еще один иммунный, но уж больно он мутный. Пусть даже возьму грех на душу, но его в наши планы вмешивать не буду. Опасно.

-А чего раньше то не сбежали, Михалыч? Не верится, что меня ждали.

-Ясное дело, не тебя. Но ты все упрощаешь. Не так уж просто, захватить платформу. А мы, знаешь ли, те еще вояки. Я то может еще и могу затрещину дать, да и то, возраст. А остальные двое и вовсе задохлики.

Ловким движением руки, механик разомкнул свой ошейник, и бросил его за станок. Спешно начал натягивать форму, прямо поверх рабочего комбинезона. Форма оказалась куда просторнее той, что была на Андрее. На вопросительный взгляд Свиридова, Михалыч ехидно усмехнулся.

-Надо было не часового грабить, а пилота. Тогда и форма была бы более просторной. Я пошел, остальных собирать. Скоро вернусь.

Натянув маску, Михалыч вышел из укрытия, и степенно зашагал куда-то в сторону. Ждать пришлось недолго. Механик вернулся, в сопровождении еще двух худосочных «масочников». Поманив Андрея пальцем, Михалыч повел свой отряд в сторону выхода. Дверь послушно открылась, выпуская их в ангар. Обзор от этого места был плохим. Около служебного входа были нагромождены огромные контейнеры. Засели в тупике, между несколькими особенно крупными металлическими ящиками. Через небольшую щель, не толще мизинца, виднелась посадочная площадка, на которой стояли платформы. Расположенный в крыше огромный люк был закрыт. Михалыч стянул маску, и утер с лица набежавший пот.

-До начала открытия люка еще минут десять. Вовремя ты, Андрей, сбежал. Спрятать тебя было бы возможно, но очень трудно. Могло и не получиться. Итак, нужная нам машина стоит в ближнем углу. Она патрульная, так что я уверен, что там и энергии под завязку, и охрана есть. Последнее, наш основной геморрой. Надо их прибить, и незаметно. Тогда получится пристроиться к улетающим машинам.

-А как же диспетчерские, и все такое? – удивился Андрей.

-С этим тут все очень сложно, - заговорил один из иммунных, - не беспокойся о подобном.

-Из оружия у нас только дубинка у Андрея, - продолжил Михалыч, -да по одному вибрационному ножу на брата. Не богато, но на маленькую победоносную войну должно хватить.

Под потолком, вокруг люка, загорелись оранжевые сигналы. Михалыч тревожно взглянул в ту сторону.

-Готовятся открывать. Ну, вперед и с песней.

Выстроившись в колонну, на манер тех, какими патрулировали ангар сами масочники, беглецы двинулись в обход контейнеров, приближаясь к стоянке платформ. Пока они шли, люк зашелестел, и начал медленно сдвигаться в сторону, открывая полоску серых небес Стикса. Указанная Михалычем платформа выглядела нетипично. Слишком массивная с виду. Внутри, около опущенного пандуса, стоял масочник с автоматом. Михалыч, как бы намекая, незаметно ущипнул стоявшего впереди Андрея. Они приблизились к безмятежному часовому, и Андрей начал подниматься в машину. Масочник забеспокоился, и потянулся за автоматом, но не успел. Незаметное движение, и упершаяся ему в грудь дубинка шибанула разрядом, мгновенно парализуя все мышцы и обездвиживая. Прикрываясь парализованным противником как щитом, Андрей шагнул вглубь отсека. Второй масочник что-то тревожно проурчал, выхватывая пистолет, и без малейших сомнений стреляя в Андрея. Одна из пуль с треском вошла в спину его товарища, а вторая… Андрей услышал лишь, как кто-то вскрикнул за спиной, и сразу бросился вперед, ударяя врага дубинкой. Тот, видимо, не сразу понял, с каким оружием на него пошли, и потому схватил дубинку рукой, словив ошеломляющий разряд. Михалыч, уже вошедший в отсек, бросился к открывающемуся люку кабины, на ходу вытаскивая нож. Стар, но порох в пороховницах еще есть. Резкий удар, и нож вошел в шею противника, рядом с кадыком. Однако враг не умер. Он беззвучно, обливаясь кровью, бросился на механика сверху. Медлить было нельзя. Выхватив у иммунного, стоящего до сих пор в проходе, его жалкий нож, Андрей бросился на помощь Михалычу. Пилот масочник, в точно такой же форме, как и так, что была на механика, придавил его, и яростно душил. Быстрый бросок вибрационного ножа, и враг обмяк, с пораженным споровым мешком. Михалыч, тяжело дыша, выбрался из под мертвого масочника. Андрей оглядел поле короткой схватки. Оба бойца врага нейтрализованы, пилот убит. Вот только и с их стороны есть потери. Один из иммунных, имени которого он не знал, скорчился на пандусе. Быстро подбежав к нему, Андрей втащил раненого внутрь, оставляя на металле кровавый след, и осмотрелся. Вроде, никто ничего не заметил. Да и пистолет стреляет почти бесшумно. Платформа была захвачена.

Глава 27. Побег.

Склонившись над скорчившимся на земле раненым, Андрей увидел тревожно быстро расползающуюся по металлическому полу лужу крови. Проклятье, сквозное пробитие, да еще и в такой опасной области. Бесшумные энергетические пистолеты внешников дырявят лишенные защиты цели, как раскаленное на огне шило сливочное масло. Андрей понятия не имел, чем можно помочь насквозь продырявленному человеку. Раньше у него был шлем, в котором была кое-какая медицинская информация, но теперь он был лишен этого полезнейшего источника знания, а собственных познаний не хватало ни на что. Андрей убрал маску с лица раненого, и сразу поймал его взгляд. Взгляд, наполненный болью и страданием. Морщась от нестерпимых мучений, раненый прошептал, еле слышно.

-Добей меня. Все равно, не жилец. Меньше мучиться. Умоляю…

Видимо, речь поглотила последние силы умирающего. Андрей, понимая что в такой ситуации и правда ничего не выйдет сделать, вытащил из ножен раненого нож и, активировав вибрационный режим, легко вогнал его под затылок, мгновенно обрывая бренное существование. За спиной раздался яростный крик, и Андрей лишь чудом уклонился от неловкого удара кулаком. Один из иммунных бросился на него. Как-то отстраненно, Андрей заметил, что голос нападающего звучит совсем не по мужски.

-Ты что сделал, урод?! Ты нахрена его кончил?

Андрей не ответил. Перехватив руку атакующего, он сделал простенькую подсечку, с шумом отправляя слишком уж легкое тело на пол. Несмотря на небрежность приемов Свиридова, приложился тот знатно. Второй член из странного отряда, до того стоявший около люка кабины, и о чем-то беседовавший с Михалычем, быстро подбежал к валяющемуся на полу, и навалился на него всем весом, пресекая любые попытки продолжающего отчаянно барахтаться иммунного встать.

-Пусти, Кадет, пусти говорю! Он же Философа убил!

-Умолкни, дура! – голос того, кого окрестили Кадетом, звучал устало и злобно, - Что у тебя с глазами?! Философ и так был труп, только на кладбище и не успел прописаться. Этот ему еще и одолжение сделал. Кстати, раз уж мы тут, давайте познакомимся что ли. Я Кадет, эта вот Сойка. А ты кем будешь?

Переход от короткого противостояния к знакомству оказался неожиданным. Да и нападавший неожиданно оказался девушкой. Под довольно мешковатой формой скрыть не блистающую особыми выпуклостями фигуру оказалось несложно.

-Андреем кличут. Вы уж простите, что так, - Андрей кивнул в сторону трупа в луже крови, - ваш товарищ сам попросил добить его, а я не смог не исполнить такой просьбы умирающего. Взял грех на душу.

-Да что нам с тех то грехов, в этом аду, - пробурчал Кадет, - а почему Андрей то? Ты, вроде как, иммунный, а оставлять земные имена себе плохая примета.

-Да я и иммунный то всего ничего…

В этот момент платформа содрогнулась. В двигательном отсеке раздалось едва слышное шипение готового к работе двигателя. Из кабины высунулся Михалыч, сердитым взором окидывая пространство, и отдельно остановившись на покойном Философе и все еще сидящем поверх Сойки Кадете.

-Вы что тут развели, идиоты, - прошипел он полным злобы голосом, - мы, мать вашу, все еще в полной жопе, а вы тут устроили брачные игры? Андрей, иди в кабину, они тут сами разберутся.

Кабина была столь же необычной, как и вся машина в целом. Нет, основные элементы управления были схожи, но все выглядело несколько громоздким. К тому же, в кабине имелось третье кресло, с отдельными панелями, назначение которого было не слишком понятно. Михалыч, приземлившись в кресло первого пилота, уверенно что-то настраивал, выдавая немалый опыт в управлении подобными аппаратами.

-Садись туда. – бросил механик, указывая на странное кресло.

-А что это, хоть, такое?

-Кресло боевого оператора. Эта машина несколько старше всех образцов Базы, и автоматических систем управления боем у нее минимум. А точнее, только одна. Противоракетная. Все прочее работает в ручном режиме, и требует наличия оператора.

-Так зачем мы такое старье захватили? – Андрей уселся на указанное место и, памятуя о богатом опыте «неудачных» полетов, пристегнул прилагавшиеся к креслу ремни.

-У этого старья, чтобы ты знал, при сопоставимой с современными машинами скоростью огневая мощь и броня раза в полтора посолиднее будут. Лишние шансы уйти живыми нам никогда не повредят. И так вон, одного потеряли.

На главном экране, сейчас транслировавшем окружающее пространство, что-то начало меняться. Массивная створка люка в потолке отъехала в сторону. Проход открыт. Михалыч уже потянулся к какой то сенсорной кнопке, собираясь начать взлет, когда один из экранов отобразил бегущую в их сторону фигурку. Это был человек. Мужчина, в грязной спецовке, бежал мимо контейнеров, размахивая руками и что-то выкрикивая. Чуть в отдалении бежали вооруженные масочники.

- Как этот мухоблуд узнал?! – возопил Михалыч, во все глаза уставившись на бегующего.

-Кто это?

-Это тот самый упырь, которого я не хотел с нами брать. Какая сука нас сдала? Урою. – механик остановил уже начавший закрываться люк, под удивленным взглядом Андрея, - Теперь мы не можем его оставить.

Мужчина добрался до люка, и прыгнул, уцепляясь за край и заползая внутрь, как червяк. Масочники были уже совсем быстро но, видимо, не понимали до конца, что именно происходит. До кого-то из них начала доходить странность ситуации. Раздались первые выстрелы, ударявшие по броне, и не способные причинить ей ни малейшего вреда. Платформа рыкнула, и рывком оторвалась от земли, рванув в сторону столь близкого выхода. Краем глаза, включая многочисленные панели боевого оператора, Андрей заметил, как загорелись по всему периметру ангара красные огоньки. Враг поднял тревогу. Словно снаряд из пушки, платформа выскочила на поверхность, и начала быстро набирать высоту. На обзорных экранах показался небольшой кластер, всего в несколько квадратных километров. Но было в нем нечто очень необычное, заставившее Андрея застыть над пультами, с широко открытым ртом. По всему неровному периметру кластера словно бушевала гроза. Туман, скопившийся у его границы, и отчаянно рвущийся внутрь. В этих мутных скоплениях то и дело сверкали грозовые разряды, придававшее этой, необычной даже по меркам Стикса картине, особую, непередаваемую жуть разгневанной стихии. А впереди, по ту сторону этого кипящего раздела, была чернота. Михалыч, словно одержимый безумец, пер на эту бескрайнюю черную равнину, не делая ни малейших попыток отвернуть. Отстегнув, а точнее, едва не оторвав ремни от креплений, Андрей рванулся к пилоту, и схватил его за плечо.

-Ты куда прешь?! Михалыч, там чернота!

-И без тебя знаю, - неожиданно резкий и сильный толчок от пилота отправил растерявшегося Андрея на пол, - сядь в свое кресло и не мешай. Все будет нормально.

Сидя на полу, Андрей заворожено смотрел на приближающуюся смерть. Однако, опасности почему-то не ощущал. Словно чернота не была тем местом, в котором любая техника обречена на быстрое разрушение, а люди обращаются в черные статуи. Бурлящая граница осталась позади. Андрей сжался, ожидая что вот-вот, сложная машина начнет заваливаться. Начнут сходить с ума приборы, и развалившаяся изоляция энергоячеек выпустит наружу разгневанную силу электричества, обрывая их ничтожные жизни. Но нет. Платформа уверенно шла, прямо над чернотой. Но такого же не может быть? На ватных ногах, Андрей вполз в свое кресло, и снова с трудом пристегнулся, не отрывая взгляда от экранов.

-Как это возможно?

-Я не в чем не уверен, - совершенно спокойным голосом ответил механик, - но есть только одно разумное объяснение происходящему. Помнишь, то странное устройство маскировки? Так вот, я ведь так и не смог понять, как именно оно работает. Но чутье мне подсказывает, что без этой технологии тут дело не обошлось, и где нибудь на платформе есть отвечающий за это узел. Я уже не раз видел, как их машины летали над чернотой, словно у себя дома. Именно поэтому, их базу и не вышло бы найти привычными путями. Они сами себя сдали. Мог бы ты подумать, что масочники обитают в глубине черноты? Там, где не должно быть вообще ничего живого.

-А если бы такого узла в самой платформе не оказалось? Что тогда? Мы бы поги…

Разговор оказался прерван близким разрывом. Платформу тряхнуло, чуть отбрасывая влево. Андрей взглянул на свои экраны, и сразу заметил три черных силуэта, гнавшихся за ними. Ну конечно, масочники не стали страдать из за случившегося. Просто послали погоню.

-Стреляй по ним, Андрей! Стреляй! До края черноты еще долго, а если нас собьют тут, шансов выжить не будет…

Андрей и сам это прекрасно осознавал, но вот так, сходу, разобраться в довольно сложной местной оружейной системе он не мог. Михалыч гнал платформу неровными зигзагами, из за чего ее порядком потряхивало. Вооружение оказалось на удивление серьезным. Механик не врал, когда заявлял о нестандартности машины. Орудие главного калибра, четыре малых турели, две больших, расположенных рядом с двигателями, и целый блок из двух десятков управляемых ракет. С таким арсеналом можно было пободаться с кем угодно, вот только, если у оператора, управляющего этим богатством, есть хоть какой то опыт. Андрей развернул назад турели. К ним уже летели росчерки вражеских ракет, уклоняться от которых было бесполезно. Турели завизжали, создавая сплошной заслон из зарядов. Одна из ракет взорвалась, но вторая прошла, снова приблизившись вплотную к их платформе. Взрыв, и платформу отбрасывает в сторону. Система активной защиты снова спасла, но надолго ли ее хватит? Враг гнался следом, явно выжимая из своих машин все возможное, но существенно сократить разрыв не мог. Новые ракеты сорвались вслед беглецам. Андрей судорожно думал. Что можно предпринять? Уставившись на экран управления ракетами, он решился на отчаянный и, возможно, глупый план. Быстрыми движениями, он зафиксировал четыре цели. Четыре вражеские платформы.

Двадцать ракет сорвались в едином порыве, словно огромный сияющий метеор. Еще не приблизившись к врагу, разошлись, словно расцветающий бутон смерти. Множество одновременно прогремевших взрывов. Некоторые вражеские ракеты пошли на перехват, да и их турели явно не бездействовали, но все же, такая одновременная атака возымела свой эффект. Консоль двигателя крайней платформы оторвалась, устремившись к земле, и следом за ней завалилась сама машина, совершая безумные кувырки. Одна из центральных платформ отстала, начиная постепенно снижаться. Но оставшиеся две, кажется, не получили вообще никакого урона. Андрей пропустил момент, когда очередная ракета взорвалась около самой брони их платформы, заставляя ее сделать кувырок. На секунду, пол поменялся местами с потолком. Михалыч матерился, едва ли не барабаня по управляющей панели, но все же смог выровнять ее положение.

-Отлетались. – лицо механика было мрачнее тучи, - Основной энергоблок повредило. Защита включилась, теперь летим на остаточной энергии и аварийном источнике.

И правда. Андрей попробовал заставить шевелиться турели, но те безмолвствовали. Враг, то ли тоже истратив все свои ракеты, то ли не желая тратить их на уже подбитую цель, открыл огонь из своих турелей. По броне градом застучали заряды, уже не сдерживаемые почти угасшими энергетическими полями. Хорошо еще, сама броня была достаточно прочной, чтобы не дырявиться как картон под этим обстрелом. Иначе смерть их была бы предрешена. В кабину ввалился кадет, с залитым кровью лицом. Крови было много, но сразу видно, что виной этому внешнему кошмару рассеченная бровь. Такой уж орган эта голова, что даже незначительные раны кровят как смертельно опасные.

-Что происходит? Мы падаем? Там с энергоблоком что-то странное, шумит нездорово.

Ему никто не ответил. Впереди, километрах в пяти, виднелась полоса зелени. Стандартный кластер! Андрей впился в него взглядом, словно стараясь притянуть. Он хотел жить. Жить, и отомстить масочникам, и в частности этому мутному Бюррену. Михалыч уже не управлял машиной, она сама постепенно снижалась под очень острым углом. Заряды вражеских машин продолжали стегать их многострадальный корпус, не причиняя серьезного ущерба. Видимо, и правда, ракеты у них закончились. Казалось, сам воздух изменился, когда платформа выскочила за пределы черноты. Она все снижалась, и снижалась, цепляя днищем в верхушки высоченных дубов, и в конце концов нашла самый высокий низ них, буквально сминая его и заваливаясь вниз. Кто-то вскикнул в десантном отсеке. Кадет, успевший пристегнуться к креслу, что-то неразборчиво произнес, и машина со всей дури вонзилась в землю, едва ли не с корнем вырывая стоявшее рядом дерево. Толчок был ужасающим, но по всей видимости, кресла были рассчитаны и не на такое. Экраны погасли. Платформа с честью выполнила свою миссию, и электронная жизнь покинула ее недра. Откуда-то потянуло запахом паленой плоти. Андрей отстегнулся от кресла, и с трудом встал. Его покачивало, как траву на сильном ветру. Открыв люк десантного отсека, он выглянул туда. Сойка обвисла на ремнях в пассажирском кресле. Но вроде дышит. Присоединившийся в последнюю минуту человечек тоже в кресле, мелко подрагивает. По всему отсеку разбросало трупы, которые никто так и не удосужился выбросить наружу. Да и когда это было делать? Один из трупов, каким то образом залетев в техническую дверь, обвис на энергоблоке, все еще искрившем, и испускал легкий вонючий дымок. Поджаренная мертвячина вообще не может пахнуть приятно. За спиной прокашлялся Михалыч, также уже покинувший свое место.

-Остановка, дубовая роща. Конечная. Народ, надо отсюда уходить, и побыстрее. Я так понимаю, мы успели несколько километров пролететь над лесом, прежде чем вонзились в какое-то высокое дерево. Они тут не сядут, но пешком точно дойдут, чтобы убедиться в нашей смерти. В лесу может они нас и не нагонят. Лесники из них хреновые.

Андрей подошел к основному люку, и повернул рукоятку аварийного открытия. Все работало как надо. Немного силы, и внутрь хлынул свежий лесной воздух. В кресле очнулась Сойка, недоуменно мотая головой. Свиридов спрыгнул на мягко пружинящую под ногами лесную землю. От удара, платформа получила куда большие повреждения, чем могло показаться изнутри. Как минимум, обе консоли двигателей оторвало. Одна из них валялась метрах в пятидесяти, а вторая, загнувшись под неестественным углом, болталась на борту, повиснув на толстых пучках кабелей. Вражеских платформ слышно не было. Наверняка, ищут место для посадки, чтобы добраться сюда пешком. Из люка выпрыгнул Кадет, держа в руках два автомата и сумки убитых масочников. Один автомат он протянул Андрею. Автомат был самым обычным, какими пользовалась рядовая пехота Базы. В сумке нашлись по две запасные автоматные энергоячейки, и картриджи с зарядами. Должно хватить на пару тысяч выстрелов. Жалко, что это всего лишь автоматы. Андрей всегда считал их оружием несерьезным. Из люка почти выпал Михалыч, держа в руках какую то увесистую железку, похоже вырванную из прочей электроники только-что. Выглядел он довольно, словно нажравшийся сметаны кот. И это при том, что их положение было трудно назвать радостным. Механик поймал скептический взгляд Свиридова.

-Знаешь, что это такое? Думаю, тебе не сложно будет догадаться, но я скажу. Это тот самый блок, который отвечает за маскировку всей машины. И я уверен, что именно в нем находится устройство, позволяющее перемещаться по черноте.

-А нам то оно нахрена? – пожал плечами Андрей, - Платформа восстановлению не подлежит, а другой техники у нас нет.

-Отойдем на секунду. - Михалыч поманил Андрея в сторону, и когда они отдалились достаточно от остальных членов группы, механик вложил ему в руку небольшой прямоугольник, не узнать который было трудно. Блок данных из его костюма, - Теперь понял, Андрей? Масочники окопались среди черноты, и явно планируют очень масштабные действия. Возможно даже, против родного мира. Никакая наша ракета не достанет их в черноте, даже самая совершенная. Ракеты просто попадают, едва войдя в ее пределы. Но с этим вот подарком, мы сможем сделать одну единственную ракету, которая пройдет сквозь черноту как игла сквозь ткань, и сотрет этих ублюдков, понимаешь? Наша месть свершится.

Андрей понимал. Он никогда не забывал о последнем завете Соколова, но до сего дня, выполнение его продвигалось как-то не так. Безнадежно, и без серьезного плана. Но не теперь. Теперь, они точно знают, что нужно делать. Осталось лишь уйти от погони, и они начнут настоящий путь к своей мести. Отряд собрался, вытащив из платформы все, что могло бы помочь им в пути. Продовольствия в машине не было. Только аптечка, да немного оружия. Едва ли не наугад выбрав направление, они двинулись прямиком через лес, слушая пение немногочисленных местных птиц.

Глава 28. Лес.

Птицы разноголосо переговаривались в кронах деревьев, даруя пробирающимся меж них людям мнимое ощущение покоя и безопасности. Этот, столь непривычный для вечно находящихся на грани обитателей Стикса гомон, оказывал на сознание почти гипнотическое влияние. Приходилось постоянно бороться с ним, настороженно оглядываясь по сторонам. Кто знает, не спрятался ли за ближайшим изгибом местности особо хитрый мертвяк, обливающийся слюной в предвкушении сытной трапезы из пяти блюд. На самом деле все было не так трагично. В глубину леса зараженные, большинство из которых являлось бывшими людьми, предпочитали не лезть. Нечего им было тут делать. Мелких быстрых тварей, в изобилии приходивших с каждой перезагрузкой, было очень сложно ловить. А крупные лесные твари и сами могли переродиться, и тогда еще неизвестно, кто станет дичью, а кто охотником. Самой большой опасностью для беглецов были масочники, сейчас, возможно, уже обшаривающие место крушения. Нет никаких сомнений, что они найдут его, а после попытаются нагнать уже их, если выследят. Андрей обернулся назад, в который раз посетовав на отсутствие костюма. С ним каких-то десятка три масочников, а больше уцелевшие две платформы вряд ли могли привезти, проблемой не являлись бы. Невольно он окинул взглядом собравшийся отряд, отмечая некоторую его колоритность.

Первым, уверенно вышагивая по мягкой лесной земле, двигался Михалыч. Оставалось лишь надеяться, что механик знает, куда ведет всех остальных, но больше походило на то, что он уводил их в совершенно случайном направлении. Лишь бы подальше от упавшей платформы. Сразу за ним мелко трусил Упырь. Андрей не знал, настоящая это его кличка, или просто оскорбление. Упыря никто из остальных иммунных не любил, а говоря конкретнее, его презирали, словно ничтожное насекомое. Чем была вызвана такая неприязнь, Андрей не знал, да и не его это было дело. Предстояло правда выяснить, каким вообще образом этот человечек так вот нагло поломал им все планы, но это могло подождать. Говорить на ходу в лесу, не лучшая идея. Тем паче что слышно человеческие голоса будет гораздо дальше, чем и так довольно шумные шаги небольшого отряда. За упырем шли Сойка и Кадет. Не слишком взрослые иммунные, лет по двадцать пять, максимум тридцать им было, не больше. У имунных, конечно, возраст бывает обманчивым, но эти не похожи на местных старожилов, которых Андрей всегда ощущал по специфической атмосфере и поведению. Кадет производил впечатление надежного человека, и двигался тише всех, внимательно выбирая места, куда наступал, при этом ничуть не снижая скорости. Сойка Андрея слегка раздражала, что наверняка возникло после того, как она попыталась настучать ему по голове, несмотря на его полную правоту. Добить раненого товарища, тем более по его просьбе. Что тут может быть зазорного? Андрей свое отношение к ее импульсивности тщательно скрывал, не желая вносить раздор. Ему с ней не спать, так что пока не распускает руки, все в порядке. А вот она периодически бросала на него гневные взгляды, словно видя в нем ярчайшее воплощение мирового зла.

В этом лесу следы присутствия человека отсутствовали совершенно. По какому принципу неведомый механизм Стикса выбрал столь пустынный клочок земли, Андрей не знал. Может, случайно? А может быть, раз в две или три перезагрузки, тут появляется полноценный небольшой городок, а то и несколько. Кластер то явно тут не один находится. Просто границы уж больно размытые за давностью лет. С первых дней существования Базы, ученые собирали статистику обо всех доступных для наблюдения кластерах Долины, и так и не смогли найти какой-либо закономерности в их обновлениях. Нет, пару раз им казалось, что разгадка вот она, уже тут. Осталось только руку протянуть, да и взять ее. И словно насмехаясь над ними, Стикс вытворял что-то такое, что совершенно не вписывалось в общую картину, ломая их многомесячные труды. В ногу жестко тнулся кошачий бок. Робот, бесшумно бежавший рядом, требовал ласки. Андрей сурово посмотрел на кошку, не останавливаясь, и та отбежала в сторону, недовольно покачивая гибким металлическим хвостом. Даже несмотря на тот факт, что кошку починил и послал к нему Михалыч, яснее связанные с ней загадки не становились. Да даже то, как она нашла его во всем комплексе, и как смогла попасть в вентиляцию, было совершенно не ясно ни Андрею, ни самому Михалычу. Он действовал почти на авось, и потому не подписался в записке, отделавшись намеком.

-Я устала, - Сойка неожиданно остановилась, и тяжело плюхнулась на землю, облокачиваясь на ближайший древесный ствол, - давайте отдохнем немного. Все равно, у нас хорошая фора.

-Это она сейчас хорошая. А если будем отдыхать, что от этой форы останется? – раздавшийся гнусавый голос Андрей слышал впервые. Заговорил Упырь, и голос, надо сказать, полностью соответствовал и внешнему виду, и кличке. Странный голос, но у него вряд ли был выбор.

-Если не будем отдыхать, выбьемся из сил, - Михалыч также присел на землю, потирая уставшие ноги, - лучше уж со свежими силами. Жалко, жрать у нас нечего. Этак ноги протянем раньше, чем из леса выберемся.

-Да полно тебе, Михалыч, - Андрей удивленно уставился на друга, - Стикс, конечно, странное место, но не перенес же он сюда полноценную тайгу? Вся Долина, если подумать, не так уж велика. Ее и пешком пройти вполне реально, по крайней мере вширь.

-И давно ли ты пешком ходил, Андрей Палыч? В том то и дело, что Стикс, место странное. Сейчас идем как по маслу, ровная дорога, что столешница. А если напоремся на границу кластера с перепадом высоты? Такое случается, пусть и не очень часто. А это либо «плато», либо «обрыв». У нас нет снаряжения, чтобы преодолевать такие препятствия, а значит, если нам не повезет, придется его обходить. Конечно, бешеной собаке семь верст не крюк, но среди нас бешеных вроде нет. Все там, у масочников остались. – Михалыч постучал по карманам, словно ища что то, и разочарованно вздохнул. –Вот он, соблазн иммунитета. Пристрастился к курению, по новой. Чую, придется снова бросать. Мертвяки, говорят, курево за версту чуют.

-Давайте быстрее, а ну как они нас уже догоняют?! – снова едва не взвизгнул Упырь, так и не присевший за все время стоянки, и продолжавший мелко подрагивать. Неужто так перепугался из-за жесткой посадки платформы? Да вряд ли. Не такая уж она была и опасная, если подумать, а он ведь ничего из десантного отсека не мог видеть.

-О, дорогой человек, - Михалыч, словно впервые заметив присутствие Упыря, внимательно уставился на него, с неприкрытой угрозой, - раз ты с нами, не будешь ли ты так любезен, объяснить нам, каким образом ты тут вообще оказался? Кто слил тебе информацию о нашем скромном предприятии?

-Сука ты, Сергей Михайлович, - прошипел Упырь, - как есть сука, потому и клички не дали. Не хотели меня брать, а?! Все вы подонки конченные. Хотели меня на откуп уродам оставить? А вот хрена вам лысого. Думали небось, что я ваших приготовлений не замечал никогда. Жалко, не сразу спохватился, когда вы на выход поперли, бросив меня там. Может и легче бы ушли, однако меньшими скотами вы от этого не становитесь.

-Как будто ты не знаешь, почему мы к тебе так относимся, - вставил свое слово до того молчавший Кадет, - все ведь тебе понятно, ты же умный. Или будешь отрицать, что масочникам задницы вылизывал, чтобы лишнюю пайку получить, и чтобы не гоняли по работе? Какая вообще тебе может быть вера?

-И что!? –взвизгнул Упырь, яростно поблескивая глазами, - Я выживал как мог, понятно? Все хотят жить, и жить хорошо. Вы ничем не лучше меня, но я смог выбиться повыше, пусть и на ступеньку, а вы нет. И что с того? Можно бросать меня там на верную погибель, пусть и не сразу?

Андрей не очень понимал их разговора, но по общему мотиву становились понятные отдельные факты биографии Упыря. Типичный подхалим, готовый шагать по головам других и лебезить перед теми, кого он считает хозяевами жизни. Свиридов не любил таких гнилых людей, и предпочитал не иметь с ними никаких дел. Но неужели именно это побудило Михалыча бросить эту блоху помирать у масочников?

-Еще как можно, мразь, - Кадет, вскочив с земли, начал угрожающе надвигаться на Упыря, - выживал как мог? Ступенька повыше? По твоей вине, скотина, несколько не самых плохих людей лишились жизней. Потому что ты их подставил. Сбросил на них собственные косяки. Можешь не отпираться, мне все известно, да и им тоже. Об этом вообще все знали, но ты же там в любимчиках ходил. Да будь их воля, те зараженные тебя бы порвали, узнав что ты передаешь масочникам каждое сказанное ими слово, которое достигло твоих сраных ушей. Пристрелить бы тебя…

Кадет, за которым Свиридов за короткое время их знакомства не заметил склонности к очевидной агрессии, потянулся к закрепленной на поясе кабуре с пистолетом. Андрей и Михалыч рванулись было, чтобы остановить его, но их вмешательство оказалось преждевременным. Упырь отскочил назад, и вытащил из своей спецовки, висевшей на нем как мешок на пугале, серый цилиндр с характерными выпуклостями. Зажигательная граната. Андрей отшатнулся назад, понимая что в случае взрыва без костюма он тут может и кони двинуть. Кошка выгнулась, рассерженно зашипев, и скользнула за дерево. Упырь, держа в зажатой руке гранату, угрожающе двинул ей в сторону замершего Кадета.

-Не подходи ко мне! Иначе всех вас с собой заберу! – Упырь, судя по виду, был на грани истерики, и мог наворотить немало дел, с таким то оружием в руках.

-Уймись, Кадет! – подошедший Михалыч с силой оттолкнул Кадета, - Да, Упырь сволочь, но сейчас он наша сволочь, и потому не смей даже просто целиться в его сторону. А ты, убери свою сраную игрушку. Ты ведь любишь жизнь, не так ли? Иначе какой смысл был так изголяться перед своими господами.

Упырь, внимательно поглядывая на Кадета, усевшегося рядом с Сойкой, убрал гранату в карман, но явно был все еще настороже, не намереваясь верить Михалычу на слово. На мгновение подумалось, а не пристрелить ли его исподтишка? Ситуация подходящая. Он смотрит на Михалыча и Кадета, а его, Андрея, в поле зрения держать уже не может. Автомат заряжен, пара нажатий на спуск, и проблема решена. Но что-то не позволяло поступить так. Было в этом что-то неправильное, отличавшее от убийства простого врага. Пусть Упырь и недостоен уважения, но убивать его за это глупо. Вот если он снова выкинет какой фокус, и попытается переобуться на ходу, вот тогда уже можно обеспечить ему вечный покой зарядом в лоб, или в затылок. Уж куда будет проще стрелять. В этот момент, где то в отдалении, раздалось многоголосое карканье. Кто то вспугнул стаю ворон. Андрей напрягся, всматриваясь в ту сторону, но до источника возможной опасности было слишком далеко. Все смолкли, и начали подниматься с земли. Пора было двигаться дальше. Андрей почувствовал прекрасно ему знакомое ощущение. Ощущение близкой опасности. В тот же миг в воздухе раздался еле слышный звук, и Свиридов заметил, как кошка ринулась под развесистые лапы соседней ели. Не раздумывая, он бросился следом, утаскивая за собой оказавшуюся рядом Сойку. После них, не задавая лишних вопросов, залезли и остальные. Некоторое время ничего не происходило, но потом, с тихим, и так хорошо знакомым всем звуком, над лесом пронеслась летающая платформа. Спрятавшиеся среди ветвей люди не могли ее толком разглядеть. Когда шум окончательно смолк, Андрей неуверенно спросил.

-Может, это наши летают?

-Какие еще наши, летейнант? – удивленно вопросил Михалыч, - У наших летающего транспорта почти не было. Все на базе квартировалось. Боялись все, что не в те руки попадут платформы, а толку? Видел, сколько их у масочников на базе? Пусть некоторые и устаревшие, но я все равно понятия не имею, где они их взяли. Ладно, двинули дальше.

Дальнейшее передвижение проходило спокойно. Платформы больше не появлялись в небесах, да и признаков существования погони тоже не наблюдалось. Солнце уже начинало клониться к закату, когда отряд вышел на дорогу. Ну, почти дорогу. Через лес шла извилистая просека, в центре которой находилась испещренная колдобинами колея от машины. В глубоких ямах стояла жидкая грязь, лишь слегка покрывшаяся сверху корочкой. И судя по всему, дорогой время от времени пользовались. Следы протекторов колес явственно отпечатались на чуть сыром грунте. Это точно не был специфический след техники Базы, равно как и техники масочников. Что-то куда более примитивное, и распространенное в перезагружающихся кластерах. Михалыч склонился над одним из отпечатков, внимательно его изучая, и указал в одном из направлений.

-Машина двигалась туда.

-Пойдем в ту сторону? – подчеркнуто жизнерадостно спросила Сойка, по которой явно было видно, как она устала от этого перехода.

-Нет, - усмехнулся Андрей, - пойдем в противоположную. При переносе иммунные часто паникуют, и пытаются покинуть зону странных изменений на машинах. Вероятность того, что этот человек уезжал прочь от жилья, немного выше чем обратная. Если конечно это жилье вообще существует, и мы не видим просто хорошо сохранившиеся следы старой активности.

Все, в принципе, были согласны со сказанным. Да и Андрей был единственным человеком, долго бродившим по кластерам Стикса, пусть и не здесь, на севере, а в восточной части Долины. Основные принципы, несмотря на всю хаотичность этого мира, были более-менее схожи. Отряд двинулся по дороге, перепрыгивая через грязь. Впрочем, успешно это выходило не у всех. Упырь, неловко поскользнувшись на наклонном участке, с шумом рухнул в довольно глубокую лужу, полностью перепачкавшись, но все равно не позволил даже помочь ему подняться. После инцидента с Кадетом он никому не доверял. Довольно зоркий, для своего не слишком юного возраста, Михалыч заметил впереди нечто странное. По дороге что-то двигалось. Андрей и Кадет, вскинув автоматы, приблизились к странному явлению. Ползущий оказался мертвяком. Самой жалкой, низшей его формой – ползуном. Увидев людей, монстр радостно заурчал, обнажая измазанный землею рот, и с удвоенной силой рванулся вперед, но вышло нечто невразумительное. Зараженный явно был голоден, и сильно ослабел. Андрей с интересом смотрел на мертвяка, понимая что выбранное направление было верным. Раз ползун движетсястой стороны, значит именно там находится кластер, в котором он был в момент перезагрузки. Но почему уполз? Неужто там совсем не нашлось еды, кроме червей, которых видимо и жрал этот несчастный по пути сюда? Подошедший к Андрею Кадет удивленно проследил уходящий вдаль след, оставленный ползуном.

-Это ж сколько он до сюда полз?

-Мертвяки они такие, повыносливее людей будут местами. Но с такой скоростью, не думаю что он мог уползти далеко, - Андрей быстро прицелился, и выпустил заряд прямо в голову урчащему зараженному, обрывая его бестолковое существование, - ползуны дольше двух трех дней не живут. Судя по тому, какой он бодрый, несмотря на специфический рацион, ему не больше суток. Думаю до перезагрузившегося кластера километров шесть-семь. Может чуть больше, или чуть меньше.

Солнце уже скрывалось за лесом, когда отряд увидел по ту сторону холма, на который они уже минут десять карабкались, какие то строения. По настоянию Андрея, сразу туда не пошли. Засели в кустах на вершине, и начали наблюдать. Андрей и Михалыч внимательно осматривали небольшой поселок, скорее даже деревушку. Десятка три небольших домиков, в основном деревянных, хотя ближе к окраинам и в центре виднелись какие-то кирпичные строения. И никаких признаков жизни. Не похоже, что кормовой базы тут хватит на нормальный откорм действительно опасных для них тварей. Прыгуны, или бегуны, вполне убиваются даже из пистолета, при наличии некоторой сноровки.

-Ну что, мы сегодня пойдем туда, или будем тут, в кустах валяться, как настоящие бомжи? – Сойка недовольно пнула какую то деревяшку, отправляя ее в короткий полет. В ее словах была доля истины. Члены отряда уже порядком проголодались, и хотели пить. Не хлебать же вонючую жижу из дорожных колдобин? Тут и хваленый иммунитет может не помочь. Михалыч решил принять решение за всех. Махнув рукой, он быстро двинулся вниз, выбрав направление на ближайшее к ним строение.

-В доме всяко безопаснее будет, чем на просторе. Боеприпасов у нас хватит.

Последний раз окинув кластер взором с высоты, Андрей двинулся следом. Последней холм покинула сверкающая алыми зрачками кошка.

Глава 29. Село.

К строениям приближались почти в полной темноте. Во мраке видели лишь темные силуэты друг друга, да постепенно растущие очертания постройки. Михалыч едва не навернулся в довольно глубокую ямку. Кадет успел вовремя его подхватить, и дальше двигались уже куда осторожнее. Переправившись через невысокий, скорее символический, чем защитный заборчик, отряд подошел к дому. Ничего так, обычный деревенский домишка, обшитый рассохшимися досками, но все же ухоженный, в какой то мере. Дорожки чистые, а на клумбе, которую нагло попрал ногами Андрей, даже имелись какие-то аккуратные кустики. Все прислушались. Ни единого звука. Деревня то ли мертва, то ли скрывает какую-то совсем уж изобретательную пакость. Михалыч подошел к двери, и нащупал ручку, осторожно потянув ее на себя. Дверь не открылась, лишь на пару миллиметров провернувшись на петлях. Похоже заперто. Варианта было только два. Или идти искать другое убежище, что в таком мраке предприятие очень рискованное. Или попытаться открыть дверь наиболее тихим образом. Фонарик в аварийном наборе их платформы был, хоть и плохонький, вот только использовать его на улице они опасались. Все равно, что заявить на всю округу, мол, вот он я, весь смелый и сверкающий таким привлекательным огоньком. Андрей вытащил его из сумки, которую тащил на спине, но не спешил включать. Михалыч, заметив его деятельность, замер около двери. Пройдя вдоль стены, Андрей нащупал окно, и довольно улыбнулся. Одна из створок простенького деревянного оконца была приоткрыта. Внутри было так же темно, как и снаружи. Открыв вторую створку, Андрей подтянулся, затаскивая себя внутрь, и мягко приземляясь на покрывавший пол ковер. В тишине помещения тиканье ходиков где-то на стене звучало с невероятной отчетливостью. Но никаких иных звуков не было.

Андрей включил фонарик, прикрывая его ладонью так, чтобы создавать лишь необходимый минимум света. Домик выглядел уютно. Словно и не попадал никогда в этот ад. Даже немного странно. Небольшая гостиная, в которой он оказался, была мебелирована скромно, но со вкусом. Старинный стол со стульями, какой-то буфет с фарфоровым сервизом, торчащая из угла массивная каменная печь, и мягкий диван, стоящий напротив нее. Решив, что обыском можно заняться и позднее, Андрей подошел к двери на улицу, за которой оставались его товарищи. Только сейчас его посетила мысль, что дверь может быть заперта на ключ, и не иметь при этом способов открытия изнутри. Опасения частично оправдались. Дверь действительно закрыли на ключ, однако изнутри, вместо замочной скважины, был небольшой рычажок, поворачивая который Андрей осторожно отпер проход. Остальные зашли внутрь, и дверь вновь была закрыта. Фонарик был один, а интересно было всем, и потому Михалычу пришлось в приказном порядке всех утихомирить, и не спросив его воли, назначить Андрея главным по поиску самых нужных сейчас предметов. Воды и еды. Спорить Андрей не стал. Есть действительно хотелось.

Кухня, совершенно так же, как и гостиная, не выглядела покинутой. Андрей потрогал холодильник, и неожиданно обнаружил, что тот все еще слегка холодный. С чувством совершения некоторой глупости, он открыл его, сделав то, что особо не рекомендовалось всеми рейдерами-имунными. И ничего. Холодильник как холодильник. Разве что старый очень, и почти уже потерял весь холод. Внутри стояли несколько бутылок с чем то белым, различные пластиковые упаковки и… Два полных пузыря водки. Только сейчас Андрей осознал, что водка для них сейчас будет куда ценнее еды как минимум. Как долго они смогут протянуть без живца? Трудно сказать. Сам Свиридов никакой жажды по этому противному напитку не испытывал, и не мог сказать, испытывают ли ее остальные. И почему Михалыч этого не предусмотрел? Без живца особо не побегаешь, по крайней мере долго. Была в холодильнике и кое какая снедь, в основном закусочного толка. Морозильник открывать смысла не было. Собрав в кучу все, что попалось под руку, и добавив три бутылки с, как он догадывался, кефиром или молоком, он вернулся к ожидавшим его голодным товарищам. Тишину разорвали звуки раскрываемых упаковок и жевания. Подобравшись вплотную к Михалычу, Андрей прошептал ему на ухо.

-А что с живцом то делать будем? Я нашел водку в холодильнике.

-Завтра пойдем на охоту. Наверняка тут остались зараженные. – голос механика звучал неуверенно.

-А если не остались?

-А если не остались, Андрей, то у нас крупные проблемы. Давай все же надеяться на лучшее. С базы мы живец все равно не утащили бы. Его только в пайке выдавали, и тщательно следили, чтобы все выпивалось полностью.

Андрей кивнул, и выхватил из общей кучи непонятную снедь. Ей оказался запечатанный в герметичную упаковку сыр, довольно ароматный и вкусный. Вот они, истинные радости иммунного Стикса. Возможность есть нормальную еду, а не противный концентрат из капсул. Запив сыр несколькими глотками молока, и мысленно пожелав себе не прослабиться с непривычки от такого питания, он завалился на покрывавший пол мягкий ковер. Спать хотелось не сильно, но он понимал, что это необходимо. Кто знает, что им сулит день завтрашний. Михалыч шепотом распределял ночные дежурства, и дежурство Андрея выходило прямиком под утро. Хоть в чем-то свезло. Свернувшись на ковре клубком, он сам не заметил, как погрузился в глубокий сон. Ему снился Бюррен, с непередаваемым ехидством смотревший на него, насмехавшийся. Хотелось подойти, и вмазать по этой изувеченной вирусом физиономии. Спросить, чего в конце концов этому уроду надо? Он уже почти добрался до его ухмыляющейся морды, когда мир вокруг затрясся, и он проснулся. За окном уже виднелась едва-едва нарождающаяся заря. Сойка легонько трясла его за плечо. Видимо, его очередь караулить. Андрей встал, и протирая глаза подошел ближе к окну. Окинул взглядом доступный участок местности. Ничего необычного. Интересно, как там поживает их погоня? Встала ли на след, или уже заблудилась в чаще? Ну, вряд ли они настолько глупы, но кто их знает. Андрей до сих пор не до конца понимал, что же вообще представляют из себя эти «масочники». Что за разительное отличие между низшей и высшей их формами? Откуда это все взялось? Когда за спиной раздался шорох, Андрей резко обернулся, уже потянувшись к пистолету. Но это оказался всего лишь Упырь. Подойдя, самый подозрительный член их команды присел на стоявший по соседству стул.

-Не спится, - пояснил Упырь, - ну, что тут интересного?

-А что тут может быть интересного? – сухо ответил Андрей, - Окно как окно, вид как вид, и ничего нового.

-Что, и ты меня тоже презираешь? – Упырь как то довольно усмехнулся, -Вот скажи, а чем я вообще виноват? Жил в своем мире, работал в автомастерской, постоянно оскорбления слушал в свой адрес, особенно от всяких разукрашенных как клоуны фиф, думающих что красивее и умнее их нет во всем свете. Разве заслужил я переноса вот сюда вот? Насильственного переноса. Я никогда не хотел такой жизни, как бы плоха не была моя прошлая жизнь. И что зазорного, что мне хотелось ее немножко улучшить, хотя бы здесь?

-Зазорен не тот факт, что ты хотел ее улучшить. Я много не знаю, но судя по всему, методы твоего «улучшения» жизни были таковы, что теперь тебя все ненавидят.

-Думаешь я не понимаю? Понимаю я все. Только что могу сделать? У кого-то есть сила, у кого то ум, а у некоторых даже талант. А у меня, будем честны, полноценно нет ничего из этого. Даже не знаю, почему они меня сразу не убили. Может, планы какие были, а может просто так, чтобы поиздеваться над убогим.

Андрей молчал, и Упырь не спешил прерывать это молчание. Оба смотрели в окно, думая о чем то своем. Свиридов размышлял о том, что же все-таки дает обычному человеку, жившему своей, может и скучной, но привычной жизнью, перенос в этот мир? Ему было сложно осознать это. Ведь он шагнул сюда сознательно, полностью понимая возможные последствия. У него был выбор. Но для тех, у кого выбора не было, все выглядит совершенно иначе. Быть может, для кого то это шанс начать новую жизнь, а кто-то, как вот этот вот человечек, потонет в собственных жалких страстях. Можно ли осудить его за это? Можно ли осудить хоть кого нибудь из пленников этого мира, за то, как сильно искажаются тут их личности и взгляды, порой превращая их в циничных убийц, а то и вовсе кровожадных маньяков. Или таких вот презренных подхалимов. Солнце наконец показалось над дальним лесом, обливая первыми лучами придомовую территорию. Остальные члены отряда начали просыпаться. Михалыч, потянувшись, встал со служившего ему постелью дивана.

-Ну что, ребята, новый день, новые проблемы? А не поесть ли нам горяченького?

-И на чем будем готовить? - заинтересовался Андрей, - Газ тут вряд ли найдется, равно как и электричество. А печь больно много дыма производит. На всю округу засветимся.

-Да, возможно что и засветимся, - не стал спорить механик, - но ты ж помнишь, о чем речь вчера была? Пока мы все себя неплохо чувствуем, но по моим прикидкам, еще часов так пять-шесть, и нам станет не до смеха, без живца. Так что даже если засветимся, вреда не будет. С большинством местных монстров, которых мы можем тут встретить, с двумя автоматами справимся.

-А элита? – настороженно спросил также проснувшийся Кадет.

-А что ей тут делать то, элите твоей? Судя по виду, поселок перенесся дня два назад, не больше. И судя по тому, какой он безжизненный, народу с ним прилетело мало. Может, в разгар рабочего дня перенесся, и дома никого не было. Не на чем тут серьезным мертвякам отжираться. Они крупные кластеры предпочитают, которых в Долине предостаточно. – подойдя к печи, Михалыч литую чугунную заслонку и бросил в зев топки несколько лежавших рядом поленьев. С разведением огня возились неожиданно долго. Не так уж часто им приходилось вообще его разжигать. В костюме Андрей никогда не мерз, и огонь был ему без надобности, тем паче что подогревать питательные капсулы было к сожалению невозможно. Хотя, говорят что на родине уже начали разработку и такой возможности, но теперь это неважно. Да и вряд ли подогретая бурда была бы вкуснее чем бурда холодная. Так и осталась бы пародией на еду. Андрей и Кадет, найдя лестницу на чердак, поднялись наверх, и вылезли на крышу, устланную на удивление новенькими листами железа, успевшими слегка нагреться на солнце. Они внимательно поглядывали в разные стороны, в поисках какой либо активности. Свиридов вдохнул полной грудью свежий утренний воздух, с легким ароматом исходящего из трубы дымка. Все таки мир красив, даже в этом месте. Ему неожиданно вспомнилось об одном вопросе, о котором он давно хотел осведомиться у знающих людей.

-Слушай, Кадет, ведь у всех иммунных есть «дары» Стикса? А как узнать, какой дар у меня?

-Не знаю, - Кадет пожал плечами, вглядываясь в сторону основного скопления домов, - обычно дары определяет кто-нибудь со способностью знахаря, или они и вовсе сами проявляются. Я вряд ли смогу помочь тебе в этом.

-А какая способность у тебя?

-Да я, вроде как, сенс, только очень слабенький, - Кадет неуверенно улыбнулся, - я тут тоже еще не очень давно, способность почти не развитая. Знахарь нашего стаба говорил, что я могу найти что угодно, в заданном радиусе. Но не очень получается, не умею пока управлять этим.

-Прям что угодно можешь найти? – Андрей недоверчиво посмотрел на Кадета.

-Ну, да, наверное. К примеру, знаю что в спальне, в тумбочке, под тряпками лежит несколько пачек сигарет. Только Михалычу не говори. Зачем лишний соблазн старику? Имунные, конечно, не болеют от курева. Вот только привыкать к нему им себе дороже выходит. Без Базы, так безопасно, как было раньше, в Долине уже не будет. О, тише, смотри туда.

Андрей взглянул в указанном направлении. На ловца и зверь бежит. По широкой деревенской улице довольно быстро брели три человеческие фигурки. Бегуны. Андрей слышал, что с этих зараженных, уже слегка отъевшихся, можно взять парочку споранов. Есть конечно и тот шанс, что все они окажутся пустыми. Но об этом и думать не хотелось.

-Надо подпустить их поближе. – Андрей отполз на другую сторону крыши, скрываясь за коньком, и лишь изредка осторожно поглядывая на ничего не подозревающую добычу, возомнившую себя охотником. Кадет молча ждал рядом, видимо ожидая сигнала от него. Враги были метрах в пятидесяти, не больше, когда до слуха Свиридова донеслось что-то странное.

«Мясо… Вкусно…»

-Ты слышал? – он ошарашено уставился на Кадета, смотревшего на него с полнейшим непониманием. Неужели слуховые галлюцинации? Или же, мутанты действительно говорили.

-Слышал что? Разве что урчание этих вот. Андрей, они уже близко. Надо начинать.

Андрей кивнул, и высунулся из за укрытия. Зараженные сразу их заметили, и рванули вперед, с радостным урчанием, в котором точно не было ничего от человеческой речи. Отметив про себя, что он отвык стрелять без помощи систем боевого костюма, Андрей нацелился на ближайшего мертвяка, и нажал на спуск. Автомат с отрывистым жужжанием выплюнул с десяток зарядов, один за другим прошивших грудь зараженного и, видимо, повредившие позвоночник. В голову было стрелять надежнее, но почему-то он не испытывал уверенности в своей меткости, несмотря на скромную дистанцию до целей. Раненый враг упал на землю, жалобно скуля и пытаясь ползти вперед, к вожделенной пище. У Кадета ситуация была куда лучше. Его цель рухнула на землю, с почти оторванной от тела головой. Остался последний, но прибить и его засевшие на крыше не успели. Он скрылся от них. Андрей, понимая чем это черевато, рванулся вниз, в тот же миг услышав пистолетный выстрел на максимальной мощности и отрывистый визг Сойки. К счастью, обошлось. Михалыч успел вовремя среагировать, и выстрелил прямо в лоб полезшему в окно мертвяку, заставив его пораскинуть мозгами.

Поморщившись, Свиридов вышел на улицу, доставая из ножен вибрационный нож. Предстояла самая «грязная», и в то же время никак не связанная с грязью часть работы. Нужно было достать то, ради чего они все это и затеяли. Склонившись над валяющимся под окном мертвяком, Андрей недовольно сплюнул. Пистолет пистолетом, но разбросало черепушку зараженного изрядно. И где тут искать чертов споран? Особенно, если даже неизвестно, был ли он там вообще. Следующим на очереди был так и не добитый им до конца зараженный, с бессмысленным упорством ползший вперед. Выстрел в шею, и враг прекратил яростно дергаться в сторону ног Андрея. Осторожно проведя ножом по споровому мешку, Андрей засунул в него пальцы, и пошарил там. Пусто. Очередная неудача. Оставался последний мертвец, и тут уже, по законам жанра, удача им улыбнулась. На ладони Андрей лежал один единственный споран, размером с крупную виноградину.

Все собрались за столом в гостиной, отдавая дань неведомо как сгинувшим хозяевам этого жилища. Пока Андрей и Кадет возились с мертвяками, Михалыч при активной поддержке Сойки смог состряпать нечто удобоваримое. Если таким можно назвать жидковатое картофельное пюре с тушенкой, не лучшего качества. Впрочем, все с радостью уплетали эту нехитрую снедь, наслаждаясь так, словно ели ресторанное блюдо. Стикс быстро учит радоваться простым вещам, не вызывающим в обычной обстановке никаких эмоций. Споран забрал Кадет, самый сведущий из всех в приготовлении живца. Андрей не спорил. Его последний опыт приготовления данного напитка выглядел как минимум жалко. В ситуации выживания, конечно, еще и не такое выпьешь, но повторять специфический опыт не хотелось. Слив водку в небольшой ковшик, Кадет бросил туда споран, довольно быстро растворившийся, и процедил через плотную тряпицу получившееся нечто. Количество вышло, прямо скажем, скромное, если учесть как ценен для них этот напиток. Каждый получил по небольшой рюмке. Удивительно, но Андрею даже удалось получить удовольствие, от употребление живца. Когда слегка обжигающая жидкость скользнула по пищеводу, по всему телу пробежала волна облегчения, стирающая усталость этих напряженных дней. Давно ему не было так хорошо.

Глава 30. Особняк.

Шумно поставив рюмку на стол, Андрей резко выдохнул, прогоняя из тела навязчивое жжение напитка. А ведь к такому и привыкнуть нетрудно. На вкус то может и редкостная гадость, да и сама мысль, что пьешь растворенные в спирте остатки зараженного, энтузиазма не добавляет, но какой прекрасный эффект. Его взгляд упал на все еще открытое окно, и это несколько отрезвило. Вот ведь, расселись, радуются жизни, как последние болваны. А на хвосте уже может сидеть вражеский отряд, который явно не разделит с ними прелести домашнего очага. Обоззрев собравшуюся за столом компанию внимательным взглядом, Андрей уставился на Михалыча, и наконец спросил его.

-Ну, и что мы будем делать дальше?

-Честно говоря, не знаю, - Михалыч виновато пожал плечами, - может быть, казалось что у меня есть полноценный план, но на самом деле дальше нашего побега из черноты я не загадывал. Я лишь примерно представляю ту область, в которую нас занесло.

-А ты однако мастер побегов, уважаемый капитан, - едким как незрелый лимон голосом съязвил Упырь, - и чего, спрашивается, сбегали то тогда, если сами не знаете что дальше делать? Ни оружия, ни припасов, ни техники. Лучше бы на базе остался.

Кадет вскочил на ноги, яростно уставившись на Упыря глазами полными ненависти. Андрею подумалось, что такой вражды от простого заискивания перед масочниками не заслужить. Есть тут что-то еще. Казалось, что Кадет вот-вот кинется на ненавистного человека с кулаками, но он сдержал себя, и лишь процедрил, словно клещами вырывая из себя каждое слово, и пожирая его ненавидящим взором.

-Если бы ты, гнида, оставался со своими любимыми господами на Базе, у нас бы сейчас был отличный транспорт. И вариантов для действий было бы побольше.

-Остынь, - механик повелительно поднял руку, призывая всех к тишине, - Кадет, может, в чем то и прав, но я думаю что погоня за нами в любом случае вылетела, и итог вполне мог быть таким же. Может, сбили бы немного дальше. Как по мне, все закончилось очень даже неплохо. А уж приземлились мы, в таких условиях, и вовсе идеально. Давайте думать не о том, что могло бы быть, а о том, что имеем сейчас.

Андрей задумчиво пробарабанил популярную на Земле мелодию по деревянной поверхности стола, мысленно прикидывая, как стоит выбираться из нынешней ситуации. Нет, определенные мысли у него были уже давно, но они выглядели достаточно банально, и частично резонировали с уже выдвинутыми Упырем претензиями. Нормальное оружие совсем не повредило бы. С нынешним для любой серьезной твари они станут лакомым куском.

-Прежде всего, нам нужен транспорт, - уже успевший вернуться на свое место Кадет злобно зыркнул на Упыря, и продолжил, - деревня, вроде, крупная, а мертвяки машины водить не умеют. Может, тут найдется что на ходу. Пусть даже и плохонькое, все равно лучше, чем пешим ходом.

Михалыч кивнул, соглашаясь.

-Да, и я даже догадываюсь, где можно разжиться таким богатством. Самые хорошие дома, с гаражами, и прочими радостями богатых людей, находятся в центре. Мы их видели с холма. Надо идти туда.

-Ну так, чего мы ждем, - Андрей встал со своего места, оправляя для удобства одежду, и шагнул к буфету, на полке которого сейчас лежал его автомат, - за нами, может быть, погоня, а мы тут разглагольствуем так, будто ничего и не происходит.

При упоминании погони все как то слегка скисли, и начали быстро собираться. Андрей был несколько удивлен таким поведением. Неужели, и правда забыли о возможной угрозе? Да глупо как то. Возможно, все дело в расслабляющей обстановке почти домашней ночевки. Он и сам не помнил, когда последний раз спал под такой мирной, полноценной крышей, без изолирующего от окружающего пространства костюма, и находил в этом некоторую прелесть. Сборы уложились в несколько минут, да и что там было собирать? Михалыч пошарил на кухне, забив свой рюкзак всем, что было возможно унести. Долгоиграющих припасов нашлось немного. Несколько банок тушенки, сгущенки, мешочек с домашними ржаными сухарями и какая то неопознная рыбная консерва. Надолго такому крупному отряду этого не хватит. Уже покинув дом, наполнили несколько пустых пластиковых бутылей холодной водой из колодца, заодно и напившись ей вдоволь.

Андрей шел в голове их небольшой колонны, внимательно посматривая по сторонам. Деревня по прежнему производила впечатление совершенно мертвой и опустившей, да скорее всего таковой и была. Видимо, те мертвяки были если не единственными, то уж по крайней мере основными местными обитателями. На подходе к главной улице наткнулись на машину. Что-то вроде небольшого грузовика, с длинным кузовом и неприятно яркой окраской, не перекрывавшейся даже почтенным слоем грязи. Кажется, такие назывались «пикапами», и в былые времена являлись популярным для сельской местности транспортом. Дверь в кабину была открыта, и Михалыч залез туда, с чем то повозился, и сразу разочарованно вылез, махнув на это дело рукой.

-Источник питания сдох. Без него нам такой двигатель не запустить.

Один из домов сразу привлек внимание Андрея, и он указал на него пальцем. Дом был действительно странным. Человек, который тут жил, явно не страдал от бедности, и при этом имел отвратительный художественный вкус. Окруженное высоким бетонным забором, строение выглядело как средневековая крепость и, как и древние укрепления, было лишено особых украшений, кроме чисто символических неровностей, которые можно было списать как на веяния современного искусства, так и на ошибки строителей. Над крышей небольшой и непонятно зачем необходимой башенки болтался на легком ветру пиратский флаг. Большего разглядеть было нельзя. Вид целиком скрывал забор, единственными прорехами в котором были глухая калитка и очень большие гаражные ворота, судя по всему имевшие автоматическую систему подъема. Михалыч кивнул и, обойдя Андрея, подошел вплотную к калитке, внимательно ее изучая.

-Отойдите в сторону. Сейчас попробую ее сломать.

Андрей не успел возразить. Механик, вытащив из кобуры пистолет, всадил несколько зарядов в то место, где предположительно должен был находиться запирающий механизм. Что-то хрустнуло, и дверь начала быстро открываться внутрь.

«Мясо?»

Странный образ «мысли», мелькнувший на границе сознания, слился воедино с громким урчанием. Каким образом этот мертвяк умудрялся так долго не выдавать себя?! Случайность, или он действительно их караулил? Выскочивший из распахнувшейся калитки зараженный сбил Михалыча с ног, придавливая его сверху. Михалыч, от неожиданности потерявший пистолет, вцепился в руки нападающего, и в последний момент смог выставить вперед колено, не давая яростно клацающим зубам добраться до своего беззащитного горла. Андрей вскинул автомат, привычным движением посылая заряд в голову мертвяка, лопнувшую как перезрелый плод. Часть тела механика забрызгало ошметками мозга. Михалыч сел, сбрасывая с себя мертвое тело, и ошалело оглядел не менее встревоженных соратников.

-Твою мать… Он ведь меня едва не сожрал.

Андрей подбежал к калитке, заглядывая внутрь и угрожающе поводя стволом автомата. Внутри было пусто. На небольшой ухоженной лужайке виднелись следы какого-то празднования. Над столами, с остатками различных блюд, жужжала мухота. Повсюду валялись пустые бутылки и виднелись следы крови. Много крови, и каких то ошметков. Тут явно нашли свой последний приют человек пять, как минимум. Неужто их всех почти без следа сожрал этот бедолага? Ну, исключать такой вероятности нельзя. Он, возможно, просто не успел перейти на более развитую стадию, несмотря на обильное кормление, чему видимо и обязан жизнью Михалыч. Уже поднявшийся на ноги механик подошел к нему сзади, и осторожно положил руку на плечо.

-Спасибо, Андрей Павлович, выручил.

-Да полно тебе, - тихо фыркнул Свиридов, - все в одной лодке плаваем.

Под прикрытием Андрея и Кадета, все еще внимательно посматривающих на подозрительно тихую домину, все остальные вошли внутрь, и прикрыли за собой калитку. Дом был вторичной целью. Его можно было и вовсе проигнорировать, от греха подальше. Основной задачей являлся большой гараж, в который вела легкая панельная дверь. Сойка без труда открыла лишенную даже полноценного запора дверцу, и осветила пространство изъятым у Андрея фонариком.

-Тут какая то машина, странная, - голос девушки звучал озадаченно, - я такие только у одного соседнего кластера видела. И то издали. Они их в броневики переделывали, легкие. Но эта немного не такая. Даже не знаю.

Андрей чуть сдвинулся, заглядывая внутрь. Машину он узнал. Типичный транспорт на ископаемом топливе, активно используемый местными. Такие, кажется, называли «буханками», иммунные из отдаленных кластеров. Свиридов на такой ни разу не ездил, но видел, как они гоняли по восточной дороге в сторону перевала, к почти не затронутым Базой кластерам, в поисках ценных трофеев. Правда, конкретно эта машина действительно выглядела иначе. Широкие колеса, едва ли не полностью покрытые толстыми резиновыми шипами. Поверх матового корпуса виднеются какие то корявые надписи, кажется, на немецком. Михалыч вновь нырнул в недра потенциального транспорта, и через минуту по тесному пространству гаража разнесся громкий звук запускающегося мотора. Кадет, отобрав у Сойки фонарик, подошел к воротам.

-Машина то на ходу, а вот что с воротами делать будем, -Кадет слегка стукнул рукой по массивным металлическим сегментам, из которых они были составлены, - владелец явно боялся за сохранность своего детища. Тараном такие не вынести.

-Ну, поднимали же их как-то раньше, - Андрей окинул ворота взором, и сразу нашел уходящий через систему блоков трос, заканчивавшийся в массивной лебедке, - может, попробуем запустить эту бандуру?

-И чем запускать будем? – скептично осведомился Упырь.

-Да с этим проблем быть не должно, - уж очень уверенно высказалась Сойка, - дом богатый. В таких почти наверняка найдется генератор, на случай отключения света в разгар какой-нибудь вечеринки. Вот только, тут его нет. В доме, наверное, в подвале стоит, чтобы шумел поменьше.

Идти в дом Андрею особо не хотелось. Веяло от него чем-то непонятным, но тем не менее неприятным. Подойдя к воротам, он попробовал поднять их руками, но не смог сдвинуть даже на сантиметр чуть лязгающие пластины. Значит, выхода в любом случае нет. Можно конечно поискать другой дом, и другой гараж, но это лишние траты времени. Нет никакой гарантии, что найдется транспорт получше, и извлечь его будет проще. В дом отправились втроем. Андрей, идущий во главе отряда с готовым к стрельбе автоматом, Сойка, прикрывающая его с пистолетом, и ползущий в конце процессии Упырь, приставленный к ним скорее в нагрузку, на случай образования полезной поклажи. Гротекскный железобетонный гигант в три этажа словно навис над несчастными людьми, осмелившимися сунуться в его недра. Ведущая на первый этаж дорожая стальная дверь была распахнута настежь. На покрытом мозаичной плиткой пороге виднелись грязные разводы, следы чьих то босых ног. Андрей зашел внутрь, скрипя удивительно красивыми досками пола, поверх которых изредка валялись пушистые ковры. Такое ощущение, что владельцы намеренно сделали полы крайне скрипучими. Вряд ли богатые люди не смогли бы разобраться с такой проблемой, как какой то пол. Впрочем, какая разница? Но где же спуск в подвал. Внутри дома царил разгром. Мебель разбросана и поломана. Повсюду валяются осколки разбитой посуды и остатки каких то бумаг. Пол на небольшой кухне, совмещенной с гостиной, и занимавшей большую часть первого этажа, был запачкан блевотиной. Все меньше и меньше становилось понятно, что на самом деле тут случилось. Неужто веселье началось тут еще до обращения обитателей в кровожадных монстров?

-Черт, - удивленно воскликнула Сойка, вытаскивая из под обломков кресла какой то предмет, - да тут какое то оружие?

В ее руках действительно был небольшой угольно черный пистолет непонятного образца. Таких Андрею видеть никогда не приходилось, а на складах Базы имелось немало образцов огнестрельного оружия, собранных в схватках с непокорными иммунными и чужими внешниками, иногда пытавшимися засылать свои отряды к Долине. Взяв пистолет из рук девушки, Андрей вышелкнул магазин, и увидел ряд тупоносых пуль, явно не тянувших на травматические. Боевые патроны. В принципе, ничего странного в наличии оружия в доме нет. В мире самого Андрея гражданское оружие, за исключением по настоящему опасных образцов, являлось привычным атрибутом жизни. Даже самый мирный с виду горожанин вполне мог иметь в кобуре, скрытой полами скромного пиджачка, очень неприятный сюрприз для своего потенциального противника. Последние десятилетия эта практика сходила на нет, без всяких запретов и ограничений. На улицах стало столь безопасно, что не было никакого смысла таскать повсюду не такое уж и легкое оружие.

-Оно бесполезно, - Андрей повертел в руках пистолет, и бросил его в сторону, - наши пистолеты куда опаснее, да и то, против серьезных тварей не котируются, а к этому еще и патронов мало. В доме может и можно найти, но это не то, за чем мы сюда явились.

Осторожно перебравшись через завалы, он выглянул в другой коридор, где находились какие то двери, и уходящая вниз и вверх винтовая лестница, с красивыми чугунными перилами. Никаких следов жизни заметно не было, равно как и подозрительных звуков. Лестница оказалась не так скрипуча, как остальные полы. Надежно подогнанные к креплениям доски выглядели полноценной частью конструкции. Андрей медленно спускался вниз, поражаясь глубине залегания местного подвала. Они тут что, бомбоубежище сделали? В принципе, не лишено смысла. Различные секты выживальщиков, ожидающие скорого конца света, явление не такое уж редкое во всех мирах, откуда выпадали иммунные в пространство Стикса. Может тут засела одна из таких. Лестница закончилась в крохотной бетонной каморке, в одной из стен которой находилась внушительная стальная дверь. Свиридов очень удивился, заметив под потолком горящую электрическую лампу. Значит, электричество в подвале есть. Хороший знак, но в то же время опасный и странный. Ухватившись рукой за приваренную к стали дугу, заменявшую двери ручку, Андрей потянул ее на себя. Дверь открылась, почти бесшумно, открывая вид на большую круглую комнату, к тому же неплохо мебелированную. Оправленные в красивые абажуры лампы выдавали теплый желтый свет, в котором можно было разглядеть любые подробности обстановки.

В центре помещения стояли несколько мягких диванов и каменный, судя по всему мраморный, стол. Вдоль стен громоздились какие то тюки и ящики, странные столы, напоминающие лаборатории безумных ученых в миниатюре, уставленные бесчисленными колбами и непонятным оборудованием. Из дальнего конца помещения раздавались звуки, не вызывавшие приятных эмоций. Тихое урчание зараженных, словно доносящееся через толщу воды. Дав спутникам сигнал держаться позади, Андрей быстро пересек помещение, бросая отрывистые взгляды по сторонам, и оказался в его конце. За двумя крупными ящиками находилась небольшая дверь, заметить которую от входа было бы непросто. Ее поверхность была обшита сливающимися с поверхностью панелями. Андрей бы вовсе не заметил ее, если бы дверь не была чуть приоткрыта, словно приглашая его внутрь.

Стоило зазору увеличиться на каких-то несколько сантиметров, и в уши Свиридова ворвалась неприятная какофония. Он аж поежился, пытаясь понять, сколько на самом деле зараженных скрывала странная тайная комната, освещенная неприятным глазу, белым светом электрических ламп. Вдоль узкого и довольно длинного коридора беспрерывно шел ряд клеток. За плотными решетками из толстых прутьев передвигались человеческие фигуры, трудно различимые в неверных тенях. Единственный зараженный, который был в коридоре, находился в самом его конце. Вцепившись руками в решетку, он безуспешно пытался перегрызть ее, скрежеща по металлу обломками зубов. Андрея передернуло от этого омерзительного зрелища. Убедившись что других зараженных в коридорчике нет, а все имеющиеся клетки закрыты, он одним выстрелом оборвал существование монстра, и вошел в коридор. В клетках сидели люди. Когда-то. Новоиспеченные зараженные, едва передвигая конечностями, горестно заурчали, судя по всему осознавая всю обреченность своего положения. Их тут было штук десять, никак не меньше. И чего же ради всех этих людей держали в клетках? В последней клетке, той самой, около которой ошивался свободный зараженной, обнаружился человек.

Глава 31. Пленница.

В небольшом закутке, отгороженном от коридора решеткой, прямо на голом бетонном полу валялся изодранный матрас, покрытый множеством темных пятен. Лежавшая на нем женщина выглядела плохо. Грязные, спутанные волосы, в которых явственно серебрилась седина, закрывали лицо, но приглядевшись к ней внимательнее, Андрей отметил, что она вряд ли старше двадцати-тридцати лет, несмотря на удручающее состояние закутанного в какую-то изгаженную хламиду тела. Девушка постоянно содрогалась, словно замерзая, но в помещении не было холодно. Скорее наоборот, чуть жарче, чем следовало бы. Андрей неуверенно обернулся на застывшую в дверном проеме Сойку, с ужасом озирающую ряды клеток. Клетка узницы была заперта, это и проверять ее смысла не было. По ту сторону массивного встроенного замка виднелись уходящие в стену стальные штыри. Скользнувшая вдоль ноги кошка, возникшая словно из неоткуда, бесшумно просочилась меж прутьями, скользнув внутрь. Робот осторожно подбежал к девушке, и остановился рядом, удивленно склонив на бок голову. Пленница не реагировала.

-Ищите ключ. - приказал спутникам Андрей, сам склоняясь над только что упокоенным зараженным и обшаривая разбросанные по его одежде карманы. Набитый купюрами бумажник, видавший виды перочинный ножик, инкрустированный серебром и какими то стразами, и даже вычурная табакерка из слоновой кости. Все не то. Отбросив бесполезный хлам в сторону, он снова осмотрелся. И где, интересно, может быть этот чертов ключ? Девушка тихо застонала, и из под чуть раздвинувшихся волос нездорово блеснули глаза. Заметив кошку, она испуганно дернулась, попытавшись ударить робота, но машина проворно скользнула назад, уклоняясь от удара, и с угрожающим шипением выскочила из клетки, устремившись к выходу из темницы.

-Эй, ты меня слышишь? - вопрос Андрея остался без ответа. Девушка лишь яростно зыркала на него из под растрепанной челки волос, и не желала вступать в диалог. С ней явно не все в порядке, но не бросать же тут? Имунных мало, и если они не будут помогать друг другу, ничем хорошим это не кончится. Правда, положение для помощи другим людям у их отряда весьма сомнительное, но вероятность, что эту несчастную найдет кто то другой и вовсе стремится к нулю. Этот кластер может перезагрузиться через недельку, и тогда уж ей точно придет конец, да и не проживет она столько без того же живца и нормальной еды. В предыдущем помещении чем-то грохотали спутники, занятые поисками. Видать, удача пока не на их стороне. Андрей прошел вдоль рядов клеток, одиночными выстрелами в голову добивая запертых в них зараженных. Нечего эту погань оставлять за спиной, пусть даже и запертую.

-И какого черта мы вообще этим занимаемся? – недовольно ворчал Упырь, копаясь в ящиках одного из столов, -Нас тут самих без масла сожрать хотят, а мы еще и бесполезного новичка себе на закорки усадить хотим?

Андрей не стал ему отвечать. Он уже понял, что этот человек обладает весьма специфическим характером, и его проще игнорировать, чем пытаться вступить в бессмысленные препирательства. Подойдя к одному из массивных ящиков, привлекших его внимание, он поддел носком ботинка сколоченную из толстых досок крышку, и с грохотом сбросил ее на пол. В ящике лежали матрешки. Свиридову захотелось протереть глаза. Глумливо разукрашенные яркими цветами под каких то неведомых Андрею личностей игрушки, разложенные ровными рядами, внимательно таращились в пустоту. Ну и абсурдная же вещь, для столь специфического места как подземное убежище с собственной тюрьмой. Андрея начало поглощать любопытство. Положив автомат поверх ящика, он вытащил одну из фигурок, и попытался ее открыть. Это оказалось на удивление сложной задачей. Он было подумал, что фигурка и вовсе неразъемный монолит, несмотря на подозрительно малый для этого случая вес, и не имеет положенных ей вкладышей, но она с хрустом развалилась на две части. Наружу вырвалось облако мелкой взвеси, чем то напоминающей мучную. Андрей инстинктивно задержал дыхание, отпрыгивая в сторону, но все равно почувствовал на языке горьковатый привкус, быстро сменившийся легким онемением языка. Ну, а чего еще можно было ожидать от этого странного дома? Он был готов поспорить на свой автомат, что неосторожно распыленное им «нечто» это какой-то наркотик. Не муку же они перевозили в столь странной таре? Когда наркотическая дымка осела, Упырь подошел, и с интересом обмакнул палец в образовавшуюся на полу кучку, после чего осторожно лизнул его.

-Вот так находка, - тон упыря был совершенно не похож на тот, которым он обычно разговаривал, - на кокаин похоже, хоть и мельче куда. Я по молодости пробовал, было дело? Да его ж тут на целую армию, в таком случае. В моем родном городке за такое количество кого угодно удавили бы.

Все наконец начало вставать на свои места. Им повезло обнаружить убежище какой-то криминальной группы. Определенные догадки на этот счет были у Андрея и раньше, но лишь сейчас, после обнаружения странной тюрьмы и этих вот заполненных наркотой матрешек, они полностью подтвердились. Подобные находки не были чем-то уникальным, но редким – однозначно. От рейдеров, заглядывавших на Базу, Андрей слышал о забитых оружием тайниках и целых ящиках золота в неприметных квартирах. Достоверность подобных историй была спорна, но некоторые из них подтверждались наличием непосредственных трофеев. Правда, тут имеется что то уж совсем необычное. И наркотики, и какие-то люди, то ли рабы, то ли заложники для выкупа. Весьма многопрофильные были преступники, судя по всему. А таким преступникам однозначно нужно оружие, если уж не для торговли, то для защиты себя любимых. Раздавшийся в наступившей задумчивой тишине звук заставил людей подпрыгнуть, испуганно оборачиваясь. Кошка, чертов робот, сидя на одном из столов увлеченно точила о него когти, иногда мявкая. Короткие, но очень острые коготки, высекали из полированной столешницы завивающуюся спиралями стружку.

Андрей подошел к кошке. Стол, избранный жертвой ее лапок, несколько отличался от остальных. На нем не было никаких склянок и непонятных приборов. Лишь письменные принадлежности, в изящном хрустальном стакане, несколько книг, и необычно толстый ноутбук. В его откинутом экране имелось неровное сквозное отверстие, не оставлявшее никаких сомнений в своей природе. Дыра от пули, глубоко засевшей в стене напротив. Похоже на стол начальствующего лица. Ящик в нем оказался всего один и, выдвинув его, Андрей сразу увидел связку из пронумерованных стальных ключей, число которых, как он догадывался, точно соответствовало числу клеток в казематах. Помимо ключей, в ящике лежали какие то печати и канцелярские мелочи. Даже преступность в современном мире не может существовать без какой-никакой бюрократии. Кошка, довольно мявкнув, развалилась на исцарапанной деревянной поверхности, всем своим видом показывая нежелание как-либо шевелиться в дальнейшем. Андрей, повертев ключи в руках, собрался было идти вызволять девушку, но в голову пришла своевременная мысль. Кто знает, что с ней делали местные романтики с большой дороги, и какие тараканы сейчас возятся в ее затуманенном сознании.

-Сойка, - окрикнул Андрей спутницу, вертевшую в руках целую матрешку, - иди, открой камеру, и попытайся как-нибудь эту горемыку оттуда вытянуть.

-А сам чего не пойдешь? – недовольно пробурчала Сойка.

-Думается мне, что с девушкой она быстрее найдет общий язык, чем со мной. Давай только быстрее. У нас тут есть и другие дела, да и вообще, пора сваливать. Упырь, ты чего там?

Третий спутник, стоя в небольшом тупике, возился с висящим на стене металлическим ящиком.

-Чего-чего, а сам как думаешь? Ты же про другие дела только что вдруг вспомнил. Щиток тут местный, пытаюсь питание в гараж подать. Где тут генератор, понятия не имею, но источник энергии тут какой-то явно есть. Лишь бы хватило, с вашей то удачей.

Тон Упыря опять пропитался ядом. Видимо, удивление, возникшее после обнаружения такого количества наркотиков, успело угаснуть. Вспомнив о посетившей его после обнаружения наркотиков мысли, Андрей внимательно осмотрел расставленные вдоль стен ящики. Взгляд упал на сравнительно небольшой штабель, все ящики в котором были окрашены в серый невзрачный цвет, и носили на себе непонятную маркировку, которую можно было трактовать равно как «взрывоопасно», так и «не кантовать». А что, хороший знак. Крышка верхнего в стопке ящика легко повернулась на небольших петлях, открывая вид на содержимое. В наполовину заполненном каким то упругим гранулятом пространстве лежали три автомата. Андрей не был точно уверен, что за оружие находится перед ним. Такое же морально устаревшее для его мира, как и найденный наверху пистолет, в их ситуации оно все равно было полезно. К каждому стволу шли по три магазина, вмятых в гранулы рядом, но патронами в ящике и не пахло. Осторожно столкнув ящик в сторону, Андрей открыл следующий, но и в нем оказались все те же автоматы. Уже было отчаявшись найти к ставшей совершенно бессмысленным мусором куче оружия боеприпасы, Свиридов заметил похожий ящик, стоящий чуть в стороне. Ящик оказался закрыт на небольшой навесной замок, тут же сбитый выстрелом из автомата Андрея. Внутри были вожделенные патроны. Несколько стоящих рядком герметичных металлических контейнеров, цинков, какие всегда были в чести у рейдеров. Значит, смысл забрать с собой пару местных автоматов все-таки имеется.

Громко вскрикнула Сойка, сразу перейдя на нецензурную брань. Свиридов бросился к тюремной комнате, и увидел странную картину. Сойка, лежа на полу, отчаянно барахталась, отбиваясь от навалившейся на нее девушки. Мгновенно вспыхнувшая мысль, что та все таки оказалась зараженной, и сейчас Сойка может погибнуть по его вине, так же мгновенно угасла. Пленница нагло трепала Сойку за волосы, что для жаждущих крови чудовищ нехарактерно, да и настоящий зараженный уже давно бы пустил в ход зубы, разрывая беззащитное человеческое горло. Подбежав, Андрей схватил девушку за руки, аккуратно заламывая их ей за спину, и стараясь не причинить вреда. Та дергалась, словно загнанный в угол истощенный зверек, но не могла вырваться. Слишком слабая, даже в приступе этой странной ярости. Сойка, тяжко дыша, отползла назад.

-Ах ты тварь! Ты чего творишь? – разъяренной фурией прошипела она, - Да чтоб я еще раз кого спасать взялась. Сучка, чуть волосы с мясом не вырвала.

-Кто вы? – хриплый, булькающий голос, слабо похожий на голос нормального человека, несколько ошарашил Андрея. Девушка говорила с трудом, будто давно от этого отвыкнув.

-Смотря кто спрашивает. – выдала все еще пребывающая в ярости Сойка.

-Смотря кто спрашивает. – в хриплом голосе пленницы чувствовалась нотка иронии. Хороший знак. Андрей и сам едва не рассмеялся от этого странного диалога, но сдержался, памятуя о всей серьезности ситуации.

-Мы не отсюда, - начал Андрей успокаивающим тоном, - мы спасем тебя, и доставим в безопасное место. Ну, постараемся во всяком случае. Мы не причиним тебе вреда, не бойся.

-Они схватили меня… Притащили… Потом били, много били… И этот безумец… Он грыз прутья… Грыз и грыз, и смотрел на меня… Как на мясо смотрел… - тело девушки обмякло в руках Андрея. Видимо, на схватку с Сойкой и эту короткую беседу она потратила все свои силы. Подхватив пленницу на руки, он уложил ее на диванчик в основном помещении подвала.

-Чем вы тут занимаетесь? – вошедший в подвал Кадет, держащий наготове свой автомат, удивленно уставился на лежащую на диване девушку, - Андрей, это что, выжившая? Имунная?

-Все потом, дел много. Ты чего сюда спустился то? Где Михалыч?

-Да где был, там и остался, - неопределенно махнул рукой Кадет, - долго вы тут возитесь, вот он и послал меня проверить. Давайте, быстрее. Нельзя нам так долго задерживаться.

Общие итоги обыска дома оказались достаточно приятными. Упырю все-таки удалось побороть местный щиток, и направить питание в гараж. Стальные пластины ворот с тихим шелестом поползли вверх, пуская в пыльноватое помещение струи свежего уличного воздуха, радостно проникшие в столь крупный проем. Уезжать можно было хоть сейчас, но отряд не спешил покинуть такое хлебное место. Из подвала были вытащены два ящика с автоматами, и все найденные контейнеры с патронами. Выходило, что на шесть захваченных стволов, у группы было около двенадцати тысяч патронов, упакованных в цинки по две тысячи штук.

-Патронов бывает недостаточно, мало, и маловато, но больше уже не унести. – мрачно, и не слишком понятно для Андрея пошутил Михалыч, вскрывая своим ножом один из цинков, и вытаскивая на свет прямоугольник из плотной бумаги, внутри которого что-то явственно позвякивало.

С местной, пусть и порядком разгромленной, кухни, утащили все консервы которые нашли, и часть продуктов долгого хранения, сложив их в один из опустошенных оружейных ящиков. Запасы на первое время пути у них однозначно завелись, как и необходимая посуда. Андрей осторожно вытащил из подвала пленницу, держа ее завернутое в одеяло тельце на руках, и уложил на одну из кушеток, заменявших в автомобиле сидения. Девушка так и не очнулась за все время обыска здания, пребывая в глубоком сне и лишь умиротворенно посапывая. Тревожить ее покой никто не собирался. По ней было видно, как сильно она вымоталась.

-Пора валить отсюда. – совсем не по женски смачно плюнув на пол гаража, Сойка запрыгнула в пассажирскую дверь урчащей машины, уже готовой отправиться в неизвестность. Андрей обернулся на дверь гаража, через которую все еще был виден залитый кровью внутренний двор. Подойдя к самому проему, он вскинул автомат, направляя его вверх. Едва слышимый выстрел. И флагшток, на котором развивался глумливо скалящийся череп, разломился пополам, падая на мокрую черепицу. Удовлетворенно кивнув, Свиридов развернулся, и в пару шагов запрыгнул в ожидающий его автомобиль.

Машина двигалась не очень ровно. Сказывалось отсутствие у Михалыча серьезного опыта управления подобным транспортом. Андрей смотрел на удаляющуюся деревню, думая о том, какие еще тайны может скрывать в себе столь непримечательное с виду место. Не вовремя конечно такие мысли, но вот только подумать, вдруг где-нибудь во дворе того дома, где они ночевали в первый раз, закопан целый сундук золота? Или, вот скажем, в том неприметном, полуразвалившемся домишке, хранится спрятанный под половицей древний предмет, за который коллекционеры родного мира могли бы поубивать друг друга на своих напыщенных аукционах. Забавный мир, Стикс. Все, что имело ценность ранее, становится прахом и бессмысленной суетой. То, что казалось раньше сокровищами, сейчас становится в лучшем случае мелкой разменной монетой, главным товаром в которой является твоя собственная жизнь. И потому без зазрения совести можно обменять целые состояния на потрепанный автомат или парочку паршивых гранат.

Деревня окончательно скрылась за холмом, когда машина наконец достигла границы этого кластера, отметив это событие резким толчком на особенно неприятной кочке. Сидевший на лавке напротив Андрея Упырь от неожиданности чуть не упал, с трудом сумев удержаться. А вот то, что лежало под его курткой, рядом, удержаться не смогло. Свиридов с удивлением уставился на знакомую матрешку, с глухим стуком упавшую на пол, и прокатившуюся прямо ему под ноги. Не особо задумываясь, он подхватил ее, и без замаха выбросил в приоткрытое окно. Упырь сдавленно выругался, яростно зыркнув на Андрея.

-Ну и на кой черт ты это сделал, умник? Что, самый правильный?

-Ты нахрена это вообще взял? –угрожающе посмотрел Андрей на самого ненадежного члена их небольшого коллектива, - Проблем мало, так решил еще и наркотиками накачаться?

-Дурак что ли? – оскалился Упырь, - А, ты ж из этих, из нолдов. Вот ты скотина конечно. Сам новичок новичком, а уж всех уму разуму поучать удумал. Ты что, не в курсе что на иммунных наркота так сильно, как на Земле, не работает? Нас только спеком здраво пробирает, так, чтобы со вкусом. Все удовольствие изгадил, козлина…

Андрей отвернулся от ворчащего спутника. Да, не очень хорошо вышло. Но с другой стороны, «не так сильно» значит, что эффект все таки есть. А значит, нечего позволять в коллективе такие вольности, особенно в такой обстановке. Тем паче, что эту погань, если не подводит неопытная в таких вопросах память, полагается курить, а зараженные очень хорошо знают запах дыма, и производящих этот манящий аромат существ. Машина ковыляла по испорченной дороге, метр за метром увозя их в неизвестность таинственного завтра.

Глава 32. Неприятности.

-Это уже третий. Да что же у них тут случилось?

Не отвечая на риторический вопрос Михалыча, Андрей выпрыгнул из кабины, разминая затекшие от долгой езды ноги. Перед ними, примерно в сотне метров, возвышались сложенные из бетонных блоков стены стаба. Над распахнутыми настежь металлическими воротами, покрытыми длинными острыми шипами, была закреплена деревянная табличка, на которой когда то было название этого места. Сейчас, большая ее часть обуглилась, сделав надпись полностью нечитаемой. В который раз стаб без признаков жизни. Вся местность будто вымерла. Даже мертвяков нет, а уж им то сейчас должно быть самое раздолье. Зачищать города теперь некому, а вечный механизм перезагрузок Стикса никто не отменял. Перехватив поудобнее свой автомат, Андрей двинулся к воротам. Следом за ним пошел Кадет, внимательно озирая округу.

Тихо скрипел ветрогенератор, довольно шустро вращаясь под действием местного ветерка. А ведь довольно ценное имущество. Значит, и это место покидали в спешке. Войдя в периметр стен, Андрей увидел уже хорошо знакомую картину запустения. Двери в дома были распахнуты. Повсюду разбросан какой-то непонятный хлам, растоптанный, порванный или и вовсе частично сожженный. Хозяева хорошенько потрудились уничтожая свое добро, но зачем? Конечно, в вечном хаосе Стикса особой ценности материальное имущество, кроме разве что оружия, не имеет, но тем более странным казался такой вандализм. Выбрав среди домов самый с виду укрепленный, Андрей и Кадет направились прямиком туда. С выбором они не ошиблись. Когда то в этом здании явно располагался «штаб» этого стаба, и жилище местных власть имущих. И разумеется, арсенал они предпочитали держать к себе поближе, как и прочие ценности. Только вот для их небольшого отряда не было в том пользы.

Открыв окованную железом дверь, Андрей шелкнул выключателем, оживляя небольшую лампочку, и обозрел небольшое помещение, все стены которого занимала непрерывная череда полок и стоек. Поживиться было нечем. Конечно, все оружие вывезли в первую очередь, как и боеприпасы. В ящиках на полу громоздились битые плиты для бронежилетов. На полках кое-где валялись запасные магазины, стреляные гильзы и отдельные элементы из наборов для чистки. Лампочка на потолке недовольно мерцала. Видимо, ветряк все-таки работал не так хорошо, как показалось в самом начале.

-Эй, Андрей, иди сюда! – голос Кадета звучал озабоченно, и Андрей покинул опустошенную оружейную, миновав узкий коридор, оказавшись в небольшой комнате, с занавешенными окнами. Кадет стоял у одного из столов, и проводил какие то непонятные манипуляции над довольно крупным прибором. Свиридов не сразу узнал это устройство. Одна из устаревших радиостанций, пригодных для использования в пространстве Стикса, пусть и на не очень больших дистанциях. Такие База охотно поставляла стабам, используя их при случае в качестве резервных ретрансляторов, совершенно незаметно для владельцев.

-Ну, и чего шумел?

-Я почти поймал сигнал. Была передача, какая то. Тут с питанием проблемы, не смог удержать.

Андрей заинтересованно посмотрел на манипуляции Кадета. Тот обращался с этим прибором необычайно ловко, будто имел недюжинную практику. Интересно, и где только успел такого поднабраться, если сам только недавно тут оказался. Эти размышления прервал неожиданный звук, пробившийся через шипение эфирных помех. Кадет замер, осторожно поворачивая какую-то рукоятку. Передача начала стабилизироваться, и через помехи проступил человеческий голос.

«…говорит Медвежий перевал, штабс-капитан Леоньтев. Срочное сообщение, всем кто может меня слышать. Системы дальнего обнаружения засекли приближение орды. Повторяю, приближается орда. Точную численность установить невозможно. База недоступна для связи уже шесть дней. Всем, кто может меня слышать. Прячьтесь, ищите укрытия. Вероятно, в ближайшие двадцать четыре часа перевал будет атакован. Долго мы не продержимся. Оставляю данную запись на автоматическое воспроизведение. Всем, кто может меня слышать. Удачи…»

Запись повторялась пошла по второму кругу, и Кадет отключил радиостанцию. Андрей стоял, ошарашено вспоминая виденную как-то раз примерную карту Долины. В сердце закрались очень неприятные предположения. Медвежий перевал располагался на крайнем западе. Прямо в противоположной стороне от Башенного, куда ушли выжившие вместе с Шипулиным. То есть именно на той стороне от руин базы, где сейчас находились они сами. Молча развернувшись, Андрей бросился на улицу, направляясь к машине. Кадет неотрывно следовал за ним, затравленно озираясь и прислушиваясь, будто знание о существующей опасности как то могло помочь в такой ситуации. Запрыгнув на сидение навигатора, Андрей посмотрел в глаза удивленно уставившемуся на них Михалычу.

-Гони, если жить хочется.

Кадет запрыгнул в пассажирский отсек, и машина рванула вперед, по ровной дороге, уверенно набирая скорость. Хотя, какая это скорость. Элита на рывке догонит этот тарантас без особых помех, и вот тогда уж им точно крышка. Всем, и сразу. И не спасут ни их собственные автоматы, ни захваченные трофейные, а винтовка осталась где то в глубине черноты, на базе Масочников.

-Андрюш, что случилось то? – испуганно спросил Михалыч, - Да на тебе лица нет.

-Беда, Михалыч, беда. Когда последний раз порядочная орда заходила в Долину?

-Да уж давненько. За временем тут трудно следить, сам знаешь… Ты что, хочешь сказать…

-Да, Сергей Михайлович, мы в полной жопе, и в Долину снова заглянула Орда. Если мои расчеты верны, то вот там, - Андрей указал пальцем за спину, - может сейчас находиться несколько миллионов зараженных, единой толпой прущих вперед, и пожирающих на своем пути все живое.

-Так вот почему все стабы пустые. – Михалыч сильнее вжал в пол педаль газа, но скорость увеличиваться не спешила. Все таки, у машины имелись свои пределы. И так, даже на таком ходу, буханку безбожно швыряло и трясло. Не спасали сложные гидравлические амортизаторы, и поездка стала весьма некомфортной, но что такое какой-то комфорт, по сравнению с возможностью лишиться жизни столь нелицеприятным образом. Андрей продолжал думать, почти не смотря по сторонам. Он давно запутался в датах, и даже не знал толком, сколько времени провел в плену. Через шесть дней после уничтожения базы Орда напала на Медвежий перевал. Как Андрей помнил, Медвежий не славился особыми укреплениями, и имел лишь небольшой форт из бетонных плит. Такой против серьезной орды даже со всем современным оружием, которое наверняка у местного гарнизона имеется, дольше суток не продержится. Успеют ли они уйти от орды? Орда движется не очень быстро, но зато постоянно, и усталость ей неведома. Ситуация паршивая.

Спасенная девушка давно проснулась, но все еще сидела и молчала, не реагируя на любые вопросы в ее адрес. Сойка, приставленная к ней для надзора, и весьма этим недовольная, заслышав из кабины разговор Андрея и Михалыча притихла, внимательно поглядывая в соседнее окно, словно ожидая увидеть там что-то жуткое и смертельно опасное. В целом, от истины она ушла не далеко. Разве что, не в ту сторону направила взор.

-И какие у нас шансы уйти? – нервно спросила она.

-Небольшие, - выплывший из раздумий Андрей не стал обнадеживать ее раньше времени, - скорость движения орды весьма прилична, да и прут они как правило по дорогам, не утруждаясь пересеченной местностью. Боюсь, если на пути орды не найдется большого стандартного кластера под перезагрузкой, а лучше парочки, уйти у нас не выйдет. Не помню я, какие там, дальше на западе, крупные кластеры.

-Как минимум один город там есть, - неожиданно встрял в разговор Кадет, - но не знаю, перезагружается ли он сейчас.

-А ты откуда знаешь? – удивленно воззрилась на товарища Сойка, - Ты же там не бывал никогда, сам ведь говорил.

-Слышал, от мужиков, что есть там город, - как то неуверенно промямлил Кадет, - и перезагружается он часто. Вот и подумал, что орда может застрять там на некоторое время.

-У меня есть для вас более интересный вопрос, - громко обратился ко всем Михалыч, - куда поедем то? На открытой местности шансы против орды у нас нулевые. Такое и база, во всей своей мощи, могла не пережить.

Машина в очередной раз подпрыгнула на колдобине. Глухо выругался не удержавшийся на месте Упырь, проклиная и это ржавое корыто, в котором он по стечению самых неприятных случайностей оказался, и идиотов, что составляют ему в этом деле компанию. Видно, ушибся. Словно змея, которой наступили на хвост, он громко прошипел из задней части кабины, где обитался.

-Из того, что я об этих ваших ордах знаю, мы уже почти покойники. Они укрепленные стабы сносят, как нечто незначительное. Слышал, что есть пара способов уйти с пути орды, и несколько стабов, достаточно сильных для противостояния подобной угрозе. Но вам виднее… Не думал я, что придется подыхать в компании таких клинических имбицилов.

-Башня… - хриплый голос, почти скрывшийся за шумом несущегося автомобиля, каким то образом услышали все. Девушка, сидя ну кушетке, согнулась в три погибели, и что то слабо бормотала, -Башня, что стоит на границе черноты… Спасение найдется там для тех, кто сможет выдержать путь… И нелегок он будет…

-Эй, чего с тобой? – Сойка испуганно тронула девушку за плечо, но та от этого слабого касания едва не рухнула на пол. Пришлось подхватить ее, усаживая обратно на кушетку. Кажется, снова отключилась.

-Совсем рехнулась видать в подвале своем, - подозрительно поглядывая на девушку, Упырь отодвинулся чуть дальше вглубь кузова, - что за чушь она тут только что несла?

-Что то там про Башню, и то что там можно спастись. Горячечный бред, не иначе. – Кадет усмехнулся, помогая уложить безсознательную, и закрепить ее ремнями, чтобы не свалилась.

И правда, интересно, что это с ней такое случилось. Андрей вполне понимал, что разум хрупкая вещь, особенно разум молодой и, как следствие, весьма эмоциональной девушки. Заточение в подвале, с кучей жаждущих ее крови зараженных, не самые лучшие условия для сохранения душевного равновесия. Но было в ее словах какое то здравое зерно, которого там явно быть не должно было. Башня. Только одно географическое место в Долине имело в своем названии данное слово. Башенный перевал. Андрей взглянул на потерявшую сознание девушку по новому. О Стиксе известно очень мало, и еще меньше известно о дарах, которые он дает своим детям. Слышал он как-то про теорию одного из ученых родного мира. Тот выдвинул предположение, что чем более ужасными будут стартовые условия иммунных, тем более полезный дар может быть им преподнесен. Словно извинение этого жуткого мира перед его пленниками. Теория интересная, хотя проверить ее было трудно. Ужасные стартовые условия в мире Стикса как правило означают медленную и мучительную смерть. Но есть ли шанс, что в этой девушке проснулся какой то совсем уж особый дар? Кто знает.

-Михалыч, нам надо к Башенному перевалу, - выпалил Андрей после непродолжительных раздумий, -если уж какое место и сможет пережить наплыв орды, так это Башенный перевал.

-Ты что же, уверовал в слова этой чудачки? – с интересом спросил Михалыч, - Не логичнее ли было пойти на север или юг? Орда редко петляет из стороны в сторону, хотя и такое случается. Если уйдем с пути основного массива зараженных, сможем пересидеть опасное время.

-В чем то ты прав, но каким образом мы можем предсказать, куда эта проклятая орда повернет? Она непредсказуема. Если будем гнать без отдыха, у нас хорошие шансы успеть до перевала первыми, и укрыться на его высотах.

-Если там еще есть где укрыться, - буркнул Упырь, - мне кажется, или вы уже забыли, что помимо зараженных есть еще и Масочники? Что-то мне не верится, что они так вот просто оставили целый лагерь выживших с этой вашей Базы, и не захотели пощипать им нервы.

-Не думаю, что все так плохо, как ты тут расписываешь, -Кадет в который раз злобно зыркнул на упыря, - если орда движется с запада, то есть оттуда, где судя по всему расположена их база, выходит что и для них все наземные переброски сил закрыты. А платформами много не навозишь, да и рискованно это. Без должной поддержки пехоты, платформы наверняка будут весьма уязвимыми мишенями.

-Внимание, господа! Выезжаем на основную дорогу.

Окрик Михалыча привлек внимание. Машина на полном ходу выпрыгнула с полуразбитой асфальтовой дороги, на ровное, родное полотно привычных миру Андрея дорог. По этому пути можно будет без особых проблем добраться до Башенного, если не случится чего-нибудь непредвиденного. А оно тут имело неплохие шансы случиться. Михалыч чуть притормозил, увидев валяющийся в кювете грузовик. Огромная грузовая машина, носившая на себе следы местных модификаций, была буквально изрешечена каким то мощным оружием. Очень похоже на танковые тяжелые пулеметы. Около мертвого гиганта, среди беспорядочно разбросанных обломков и хлама, бродили несколько мелких зараженных, поедая кровавые останки.

Грузовик, вместе с кровавым пиршеством, остался далеко позади, но осадочек остался. Уничтоженный транспорт явно принадлежал местным удирающим иммунным, и непонятно было, кто и зачем так жестоко с ними расправился. Неужели, Масочники и правда все еще караулят дороги? Или это лишь какие то местные разборки в этом, беззаконном ныне, крае? Час шел за часом. Машина неслась по ровной как стол дороге, лишь изредка вздрагивая при проходе границ кластеров. Лес редел, и вскоре на пути стали попадаться упавшие стволы, между которыми приходилось маневрировать. Андрей уже напрягся, каким то неведомым образом почувствовав приближение к нему. К месту, где все это началось. Машина взобралась на холм, и с него, за рядами поваленных деревьев, стала видна огромная плешь в самом мире Стикса. Выжженная пустошь бывшего стаба Базы. Все сидевшие в машине, кроме все еще спавшей девушки, уставились на эту страшную картину. Из всех, лишь Андрей уже видел это место ранее, и бушевавшие в нем ранее чувства успели подутихнуть. Сойка, Кадет и Упырь к базе не имели отношения, и смотрели на след взрыва как на какую то диковинку, занятную, но недостойную более пристального внимания. И лишь Михалыч, все еще поглощенный управлением несущейся машиной, пустил тихую мужскую слезу, созерцая руины собственного дома. Андрей промолчал, не желая нарушать воцарившуюся в машине тишину. Вскоре, деревья скрыли от них пустошь.

Зараженных на пути попадалось поразительно мало. Иногда, из зарослей показывались мелкие бегуны, не способные угнаться за несущимся полным ходом автомобилем. К вечеру, когда над Стиксом стали сгущаться тягучие сумерки, впереди показались строения. Андрей сразу узнал их, и не сдержал радостного вздоха. От порушенных и частично сгоревших строений веяло чем то родным и домашним. Наблюдательный пункт Восток-2 приветствовал своего хозяина, глазницами разбитых стеклянных окон.

-Михалыч, остановись тут. Надо кое-что забрать.

Механик не стал спорить. Машина замедлилась, и осторожно завернула в поселок. Андрей сразу заметил, что тут уже успел кто-то похозяйничать. Возможно, ребята Шипулина, которые точно должны были проходить через это место, чтобы пройти дальше, к Башенному. Сенсорная система демонтирована, а стена дома, где он жил, обрушена наружу, и сразу бросается в глаза отсутствие ящиков с припасами. Вряд ли масочники стали бы таким заморачиваться. Немногочисленное запасное оружие тоже наверняка забрали. Жалко конечно, но приехал он вовсе не за этим. Обойдя одно из строений, он ухватился за крышку неприметного люка, и потянул ее на себя. Та лишь едва приподнялась, и сразу же рухнула обратно. Андрей сокрушенно покачал головой. Как легко все давалось в силовом костюме. Сзади подошел Кадет.

-Помочь?

-Да уж, не отказался бы.

Вместе, им с немалым трудом удалось поднять крышку люка. Наружу порывом ветра вынесло отвратительный смрад. Андрея едва не стошнило, но сдержался. Нужно было закончить начатое. Обвязав намоченной в водосточной канаве тряпкой лицо, он спустился вниз по металлической лестнице. В центре темного подвала громоздилась куча мертвой элиты, в разной степени разложившейся. Осторожно обойдя по кругу зловонную массу, Андрей подошел к массивному столу, и ухватил рукой увесистый брезентовый мешок. Вот они, плоды долгого труда, раньше казавшиеся чуть меньше чем бессмысленной шалостью, а сейчас как никогда ценные. Сколько всего может быть в этом мешке? Даже прикинуть трудно. Его не интересовала эта добыча, которую без разбора принимали для сортировки на базе. Хорошо, что не успел сдать. Выбравшись наверх, с упоением вдохнул свежего воздуха. Кадет удивленно посмотрел на мешок.

-И что же тут такое?

-Тут то? – усмехнулся Андрей, - Да чего тут только нет. Спораны, горошины, янтарь, жемчуг. На любой вкус и цвет.

Не вдаваясь в подробности, Свиридов быстро зашагал к машине. До Башенного им прямая дорога, но кто знает, где сейчас орда. Может, она уже наступает им на пятки, без их же ведома. Нужно было спешить.

Глава 33. Башенный.

Совсем не щадя технику, Михалыч гнал машину по дороге всю ночь. К утру в двигателе что-то начало нездорово позвякивать, а рывки на кочках и трещинах, обильно возникавших на стыке кластеров, отдавались в ногах и седалищах пассажиров куда значительнее, чем в начале пути. Свои пределы есть даже у внедорожников. Андрей и Михалыч, после бессонной ночи, чувствовали себя не слишком хорошо. Михалыча и вовсе было бы неплохо сменить за баранкой, но тот был единственным человеком, способным полноценно управлять таким транспортом. Остальные пассажиры спали на кушетках, а то и вовсе на полу. Андрею было трудно понять, как можно спать в таких условиях, и тем не менее факт такой возможности был прямо перед глазами. Кошка забилась под водительское сидение, и изредка шипела оттуда, в очередной раз задавая Андрею ту еще задачку своим странным поведением.

Дальше по дороге был лишь сам Башенный перевал, но до него было еще довольно далеко, а вот заброшенный за ненадобностью еще при Базе наблюдательный пункт «Восток-1» мог стать местом для короткого отдыха. Восток-1 был очень удобным местом для наблюдений, но просто отвратительным для обороны. Располагавшиеся там гарнизоны Базы постоянно несли потери, плохо соотносившиеся с приносимой им пользой, что видимо и стало основанием для прекращения его использования. И правда, зачем вообще содержать там живых операторов, если с этой наблюдательной работой вполне справлялась электроника? Машина взобралась на очередной холм, и Андрей наконец увидел строения, расположившиеся в небольшом, почти квадратном кластере, через который дорога проходила лишь по касательной.

В самом его центре торчала металлическая вышка. Высокая, никак не меньше полусотни метров, и выглядящая довольно хрупкой. Равновесие этого переплетения тонких стальных балок поддерживали толстые стальные тросы, устремляющиеся к бетонным сваям, вбитым глубоко в землю. У основания башни располагалось небольшое кирпичное строение и с десяток вагончиков для рабочих, носивших на себе следы очевидного вандализма. Ну, а чего, в самом деле, добру пропадать. Вот иммунные, видимо, и поживились, чем смогли. Около строений не было ни людей, ни зараженных. Значит, пока что, тут безопасно. Михалыч подъехал почти вплотную к главному строению, едва в него не врезавшись. Он устало откинулся на сидение, и закрыл глаза, почти моментально отправившись в царство Морфея. Проснулся Кадет, приподнимаясь на кушетке.

-Чего там?

-Ничего. Пойду осмотрюсь, а ты будь внимателен. Мало ли что тут может случиться. – Андрей открыл дверь, и выпрыгнул на влажную от утренней росы траву.

Проигнорировав здание, он пошел прямиком к клетке небольшого лифта. Разумеется, тот не работал. Видимо, питание он получал от какого-то генератора, ныне ставшего жертвой дотошных местных мародеров. Закинув автомат за спину, Андрей примерился к узкой железной лестнице, уходившей ввысь, и начал восхождение. Перекладины ступенек были скользкими, и приходилось соблюдать немалую осторожность при подъеме. Каждые пять метров лестница прерывалась небольшой площадкой, с каким-то оборудованием, вряд ли установленным тут инженерами Базы. Добравшись почти до половины доступной высоты, Андрей осмотрел округу. Далеко на востоке, едва различимая в утренних туманах Стикса, виднелась черная точка. Полной уверенности в этом у него не было, но из объектов такого размера в той стороне могла быть лишь скала, на которой возвышалась «башня» обсерватории. Не так уж и долго осталось ехать. Пусть и неизвестно что там, на месте. Обернувшись, он взглянул в ту сторону, с которой они пришли. Обычная мозаика Стикса. Холмы, поросшие лесом, и вьющаяся через них дорога. Вроде, ничего необычного.

Вскарабкавшись еще на пару пролетов выше, он снова осмотрелся, уже не надеясь увидеть что-то интересное, когда краем глаза заметил движение. Обернувшись в ту сторону, он внимательно уставился на склон далекого холма, едва различимый с такого расстояния. Сердце забилось быстрее, почувствовав грядущие неприятности. По холму двигались на восток, нестройной россыпью, черные точки. Сомнений быть не могло, это зараженные, причем, раз их можно различить с такого расстояния, это монстры явно не слабее матерого рубера, а скорее даже элиты. Расстояние, которое кажется сверху таким незначительным, разумеется куда солиднее этих ощущений, но все равно, опасность оказалась значительно ближе, чем предполагалось. Подниматься выше не было никакого смысла. Проскользив вниз по лестнице, Андрей побежал к машине, почти не ощущая исцарапанных о какие то выщербины на металле рук. Потом, сейчас не до того. Прыгнул в кабину. Кадет, видимо заметив его состояние, тут же начал яростно тормошить уснувшего Михалыча. Михалыч открыл глаза, тут же едва не подпрыгнув на сидении, и осоловело уставился на захлопывающего дверь Андрея.

-Чего опять то?

-Гони, родимый, гони! - Андрей выщелкнул картридж из своего автомата, проверяя наличие зарядов. Стартанувшая с места машина оцарапала бортом стену, лишившись зеркала с водительской стороны, и через небольшую лужайку снова выскочила на дорогу. Спавшие члены отряда проснулись, ошарашено осматриваясь и не понимая, чем вызван такой бедлам. Свиридов, закончив осмотр своего оружия, обратил наконец внимание и на них.

-Быстро, снаряжайте все магазины к трофейным. Орда совсем близко, а до Башенного еще далеко. Мы должны успеть, или смерть. Но к схватке лучше подготовиться. Хоть шансов на выживание у нас в таком случае и нет почти.

-Как обнадеживающе, - язвительно усмехнулся Упырь, - все таки твой гениальный план нас всех угробит.

В кузове воцарилось напряженное молчание. Пассажиры, похватав оружие, заряжали магазины патронами из распечатанного цинка. И почему только раньше этим не занимались? Несущаяся машина глотала километр за километром, приближая их к цели, но с каждой минутой начинал сдавать Михалыч. Кто знает, что было причиной такого утомления. Может, виной всему возраст, еще не исправленный до конца восстанавливающим механизмом чумы Стикса. Михалыч клевал носом, и даже постоянные тычки слабо помогали. Машина виляла, порой находясь в считанных сантиметрах от того, чтобы свалиться в придорожную канаву, или собрать передним бампером какой-нибудь столбик или ствол молодого деревца, каким то образом выросшего на обочине. Андрей понял, что дальше так точно продолжаться не может.

-Михалыч, стоп! Останови машину!

Механик, словно послушная кукла, выполнил команду. Выпрыгнув из кабины, Андрей обошел ее, и осторожно спихнул водителя на пассажирское сидение. Тот упирался, но без фанатизма, и уже через минуту храпел, откинувшись на мягкую спинку, и забыв про все окружающие их горести и опасности. Андрей уселся на его место, сосредоточенно уставившись на управление немудреного механизма. Подозрения, что вести машину постоянно Михалыч не сможет, у него возникали и раньше, так что он кое-как расспросил его, и внимательно наблюдал за процессом, подмечая различные особенности. Повторяя запомненные им манипуляции, он сдвинул машину с места, и неуверенно повел вперед, постепенно набирая скорость. Ощущения были не очень привычные. Словно несешься в жестяном гробу на колесиках. Не было того ощущения безопасности, которое исходило от кабин массивных грузовиков Базы или тех же платформ. Но и альтернативы тоже не было. Раньше надо было его сменить. Может, сейчас он смог бы вести, со всем своим опытом. А все страх и опаска еще больших проблем. Андрей раздосадовано сплюнул в окно, тут же с трудом выравнивая движение рванувшейся вправо машины.

Неприятности не заставили себя ждать. Они успели отъехать довольно далеко от вышки Востока-1, когда Сойка тонко вскрикнула, указывая пальцем в боковое окно. Андрей осторожно повернулся, по прежнему опасаясь отвлечься от управления машиной, и заметил увесистую тушу монстра, несущегося на них через высокую траву. Это была не элита, а что-то вроде матерого рубера, уже начавшего трансформацию в следующую стадию. Быстро перебирая массивными лапами-булавами, тварь мчалась наперерез машине, явно намереваясь попортить крови прячущимся внутри нее людям.

-Да стреляйте вы, чего застыли, идиоты! – взвизгнул Упырь, разбивая прикладом одно из боковых окон и выставляя в него свой автомат. Раздался грохот автоматического порохового оружия, извергающего во врага поток свинцовых ос. Судя по всему, стрельба Упыря была бесполезна. Рубер даже не почесался, а может, в него попросту не попало ни одной пули. Однако, начало пальбы стало сигналом для всех остальных, резко опомнившихся, и начавших готовиться к отчаянной обороне. Кадет не стал так радикально увечить окно, просто открыв его специальной ручкой и не спеша, со спокойным выражением лица, подходящим скорее опытному бойцу, чем почти новичку Стикса, направил на тварь автомат. До рубера оставалось всего метров сорок, когда Кадет открыл огонь. Затрещали заряды, изрыгаемые оружием внешников. Рубер споткнулся, неловко и глупо падая в траву, и кувырком пролетая еще с десяток метров. Куда там попал Кадет, было непонятно, но подниматься вновь зараженный не спешил. Из леса, следом за ним, как заметила всматривавшаяся в окна Сойка, выбежала стайка безвредных сейчас низших зараженных. Видимо, свита этого поверженного монстра, обедом которой ему суждено стать сегодня.

Лес неожиданно расступился, обращаясь просторной равниной, разлившейся на многие километры вокруг. Специфичная местность. Словно, управлявший Стиксом механизм надергал фрагментов из каких то степей, слепив их в странное подобие огромной поляны. «Башня» на горизонте стала прекрасно различимой. Андрей даже рассмотрел расположенные на ее вершине строения. Они почти прибыли. Дорога в этой местности была довольно ровной, словно проточенная в глинистой почве, и совершенно сухой, так что скорость упала незначительно.

-Андрей, гони, гони! – взвизгнула Сойка.

В уцелевшее зеркало заднего обзора, Андрей увидел как на горизонте, в удаляющейся от них полосе леса, мелькают черные силуэты. Словно рой пчел, покидающий улей, из леса и с только что покинутого ими полотна уходящей в него дороги отделялись все новые и новые фигуры. Орда пришла. Андрей гнал машину так быстро, как только мог. Скалы «Башни» приближались, но передовые монстры, видимо ощутив близость желанной добычи, ускорились, быстро сокращая дистанцию. Машина неслась, поднимая за собой столб пыли, и частично закрывая обзор. Снова раздался грохот автоматов. На сей раз стреляли сразу двое, но Андрею некогда было на них отвлекаться. Всем своим существом, он сосредоточился на том, чтобы успеть. Успеть к этой монолитной скале, возвышающейся над местностью. Сзади кто-то закичал. Кажется, Сойка. Слов разобрать невозможно, слишком много других шумов перекрывают слух. Машина подпрыгнула на кочке, потеряв немного хода. Не успеть. Что-то ударило сзади, придавая немного ускорения, но что это могло быть, кроме особо резвого преследователя? От строений наверху отделилась черная тень, быстро спикировавшая вниз. Раздался резкий стрекот, и что-то яростно заурчало сзади. По крыше раздались несколько громких ударов. Заскрипел порвавшийся металл. Сзади опустилась на плечо рука, от чего Андрей едва не вскрикнул. Голос Кадета прокричал в самое ухо, едва слышимый в окружающем гуле.

-Андрей, гони к въезду! Эта платформа нам помогла, она сбила рубера, который за крышу зацепился. Они прикроют нас, быстрее.

«Башня» была примечательным местом. Даже по меркам Стикса, такое сооружение выделялось некоторой необычностью. Скала черных, словно уголь пород, возвышавшаяся посреди ровной местности. К ее вершине, туда, где располагался массив обсерватории, вела завивающаяся вокруг шпиля спиралью опасная горная дорога. Осторожно, словно неопытный хирург, вдруг поставленный делать операции на головном мозге, Андрей вошел в первый виток. Он понимал, как важна скорость, но психологически не был способен разгоняться на подобной дороге. И это еще пока невысоко, есть шансы пережить падение. Пулеметы платформы, жужжавшей вокруг, время от времени огрызались по невидимому для сосредоточенного на дороге Андрея противнику. Виток за витком, машина ползла вверх. Сердце бешено стучало в груди, и непонятно, что пугало сейчас сильнее – оставшиеся позади зараженные, или бездна, разверзающаяся в считанных метрах от колес автомобиля. Сзади что-то громыхнуло. Не иначе как платформа ракеты выпустила. Да что же такое их там преследует. Впереди показались белеющие на фоне скал массивные металлические ворота. Хотя, какие ворота, странное сооружение больше напоминало дверь бомбоубежища. Интересное место, эта обсерватория. До ворот оставалось не больше пятидесяти метров, когда двигатель, чихнув несколько раз, заглох. От неожиданности, Андрей не сразу понял, что именно произошло. Глаза его блуждали по приборной доске, не зная за что зацепиться. Вдавленная в пол педаль газа эффекта не производила. Машина начала медленно сползать вниз по склону дороги.

-На ручник! На ручник ставь! – проснувшийся Михалыч заорал под ухом, - Топливо кончилось, бежать отсюда надо!

Андрей, нащупав рычаг ручного тормоза, сдвинул его в блокирующее движение положение, но машина продолжала соскальзывать. Непрерывная гонка все-таки не прошла даром. Тормоза отказывали. Повинуясь скорее инстинктам, чем холодным велениям разума, он выпрыгнул из кабины, не забыв прихватить с собой автомат, и резко развернулся. Кошка бесшумной тенью выпрыгнула следом, тут же шмыгнув куда то в сторону. Чуть ниже по дороге, зависшая в воздухе платформа кого-то обстреливала, беспощадно поливая дорогу из всех турелей. Если даже такой огневой мощи не хватает, что вообще могут сделать они? Спутники, быстро разобравшись в ситуации, также повыскакивали из постепенно ускоряющегося транспорта, и ошарашено смотрели, как он катится к краю. Выскочивший из за поворота рубер столкнулся с машиной, уже набравшей приличную скорость.

-Забыли!

Михалыч что-то вскрикнул, рванувшись к машине, но Андрей одернул его. Поздно. Машина перевалилась через край, увлекая за собой монстра, и рухнула вниз, с грохотом врезаясь в каменные уступы. Опомнившись, Андрей схватил механика за руку, и потащил его к ожидающим их воротам. Платформа все еще палила, но судя по приближающемуся урчанию, сдерживать врага она уже не могла. Оглянувшись, Свиридов заметил выбегающих из за поворота тварей. Нет, не успеть им к воротам. Так и сожрут, в считанных шагах от спасения. Сойка, бежавшая последней, всрикнула, ощутив схватившую ее за ногу когтистую длань. Вот и первая жертва. И в этот момент, когда надежда на выживание уже почти иссякла, заговорили из бойниц над воротами пулеметы. Первые ряды зараженных попадали друг на друга, затрудняя продвижение отстающим. Упырь, подхватив раненую Сойку под руку, потащил ее к выходу. Упырь? А где Кадет? Неужели погиб? Нет, среди трупов его не было. Вновь взглянув на ворота, Андрей увидел спину Кадета, удиравшего изо всех сил. Вот так храбрец. Под прикрытием пулеметов, они смогли добраться до ворот, и ввалиться внутрь, уже ощущая затылком зловонное дыхание тварей. Стальные ворота с гулким грохотом закрылись, кажется, раздавив какому то зараженному конечность.

Тяжело дыша, Андрей осел на пол, не в силах разжать пальцы, удерживающие автомат. Выжили. Действительно, выжили. Не зря, значит, послушал бредни странной иммунной. Вокруг суетились какие то люди, но уставший от этой смертельной погони разум не воспринимал их, погружая окружающее пространство в мутный туман, приглушавший слух и зрение. Однако, кто то назойливо пытался достучаться до него, не реагируя на слабые попытки отмахнуться.

-Лейтенант! Лейтенант, ты в порядке!? Ответь хоть что нибудь…

-Да подожди ты, видишь, он едва на ногах держится.

Знакомые голоса. Очень знакомые. Первый явно принадлежал Шипулину. Дошел значит до Башенного. Хорошо, очень хорошо. А второй? Память услужливо подкинула улыбающееся через аккуратно подстиженные усы лицо. Лицо человека, которого он знал с самой юности.

-Илья, это ты?

Зрение сфокусировалось на лице Казакова. Старый друг приветливо и радостно улыбался ему через прозрачный экран боевого костюма.

-Я, Андрюх, я. Ты как?

-В порядке. Просто очень устал…

Напряжение, наконец, отпустило Андрея, позволяя ему расслабиться. Глубоко вздохнув, он отключился, обвиснув на руках удерживающих его людей. И не было в его сне тревожных сновидений и кошмаров. Лишь тьма и покой, дарующий отдых усталому созданию.

Глава 34. Осада.

В уши проник надоедливый шуршащий звук. По лицу скользнул порыв холодного ветерка, заставив поежиться. Андрей открыл глаза, уставившись на плохо натянутый меж металлических ребер брезентовый потолок. Движение воздуха трепало одну из складок, словно полотнище флага, и именно она так назойливо шумела. Несмотря на наличие сквозняка, в воздухе витает специфический запах медикаментов. Тепло. Хорошо. Обнаженного тела касается лишь поверхность мягкого одеяла. Давненько он не спал вот так вот, в мягкой постели. Осмотревшись по сторонам, Андрей уткнулся взглядом в натяжные ширмы, полностью отгораживавшие его от остальной части этого помещения. Живот повелительно урчит, требуя подношения. И в самом деле, в дороге почти не удавалось поесть. Дорога? Сколько же он тут лежит? До слуха, наконец пришедшего в норму, донеслись тихие звуки шагов, где то за ширмой, звон чего-то металлического, и даже отдаленный треск выстрелов. Оперся руками на кровать, и мягким рывком принял сидячее положение, ощутив обнаженными телесами прохладу свежего воздуха Тело чувствовало себя прекрасно. Пожалуй, одно из лучших пробуждений за последнюю неделю.

На чурбачке около походной койки с трудом умещается тарелка, наполненная какой-то густой кашей, и кружка с жидкостью, по цвету напоминающей чай. Все уже остыло, но требовательно ревущему чреву нет до этого никакой разницы. Подхватив увязшую в каше ложку, Андрей начал за обе щеки наворачивать блюдо, оказавшееся довольно вкусным. Некто неведомый не пожалел масла и чего-то сладковатого, щедро сдобрив ими обычную манку. Каша исчезла в считанные мгновения, лишь слегка утолив голод. Схватив алюминиевую кружку, Андрей приложился к ней, делая щедрый глоток, и едва не сплюнул напиток от неожиданности. Чай тут возможно и был, в каком-то количестве, но неизвестный шутник явно решил разбавить его убойной порцией живца. Быть может, таков стандартный рацион для иммунных? Пришлось допить до конца. Плотный полог из мешковины, служивший чем-то вроде двери в его «палату», откинулся, и внутрь вошла женщина весьма героических пропорций. Узрев абсолютно голого Андрея, сидящего на койке с пустой кружкой в руках, она залилась краской смущения, и пробормотала, еле слышно.

-Ой, вы уже очнулись. Я сейчас позову кого-нибудь.

Женщина быстро шмыгнула обратно за полог. Раздался звук удаляющихся прочь шагов. Андрей осмотрел пространство вокруг койки, и не нашел никакой одежды. Встречать неизвестных посетителей голым ему не улыбалось, и чтобы избежать подобных неловкостей, пришлось содрать с матраса широкую простыню, явно не на него пошитую, укутавшись в нее на манер древнеримской тоги. Получилось недурственно, хотя бегать в таком одеянии марафон врагу не пожелаешь. Сделав пару шагов по палате, Андрей пришел к выводу, что и ноги его в полном порядке. Здоров как бык, выходит. Снова раздались шаги, и в его скромный закуток ворвался живой вихрь, стиснув его в осторожных, но крепких объятиях ожившего металла боевого костюма.

-Андрюха, живой! – Казаков явно был вне себя от радости, и мог забыться, навредив Свиридову. Андрей осторожно похлопал его по заднему щитку костюма и тот, поняв в чем дело, виновато выпустил его из захвата,

-Живой, Илья, живой, - слова вырывались из Андрея с некоторой натугой. Горло, пусть и смазанное странным полуалкогольным чаем, все еще не отошло от долгого молчания, - и ты, я вижу, живее всех живых. Честно, уж и не думал что свидимся.

-Твоя правда, сам не до конца понимаю, как выжил, - Илья поморщился, будто вспоминая что-то очень неприятное, - повезло мне, очень повезло. Костлявая, считай, в сантиметре от шеи своим косилом прошла, чудом голову не снесла. Кстати, твои все живы. Девчонку вашу, ну, ту что поборзее, слегка подрали, ногу поцарапали, но это дело поправимое. Все остальные отдыхают пока, сил набираются.

-А с Ордой чего?

Илья недовольно скривился, но было видно, что недовольство это направлено не на Андрея, а на нечто иное. Вздохнув, он махнул рукой в сторону стенки палатки.

-А что с ней сделается, с Ордой? Тут эти выблядки. Сам скоро увидишь. Врач сказал, что с тобой все в порядке. Утомился просто сильно, вот и отключился. А так, ты поздоровее иных здоровых будешь сейчас.

-Можно войти? – в палату снова заглянула недавняя женщина. В руках она несла несколько увесистых свертков, -Тут одежда для вас, господин лейтенант. Комендант Шипулин просил заглянуть к нему, как оправитесь.

В свертках оказалась немудреная военная форма, какая была в ходу среди обитавшихся на Базе иммунных. Легкая, приятная на ощупь ткань, сносу которой не будет. Такая от старости точно не порвется. Уж кто их знает, этих армейских производителей, из чего они тачают одежду. Размер совпал почти идеально, и уж в довершение приятных сюрпризов этого пробуждения, Андрею были вручены кожаные сапоги, прекрасно подогнанные под размер его ноги.

-Будто по мерке на меня делали. – невольно высказался Свиридов.

-Ну, а их по ней и делали. Пока ты в отключке валялся, наш местный мастер на все руки мерки снял, и все что надо подправил. Ты же тут вроде как герой. Шипулин рассказывал мне про ваши авантрюры с базой масочников. Тебе многие из находящихся тут жизнями обязаны, отношение само собой особое будет. Ну, пойдем что ли?

Следуя за Ильей, Андрей вышел из своего закутка, и оказался в пространстве длинной высокой палатки. Стандартная модификация, продававшаяся сотрудничавшим с Базой стабам. Вдоль стен были расставлены уже знакомые койки, большая часть из которых пустовала. Около одной из занятых коек суетилась медсестра, меняя окровавленные повязки на каком-то человеке. Покинув лазарет, Андрей довольно вдохнул свежего утреннего воздуха, а сейчас, судя по общему состоянию природы, было именно утро. С травы, росшей на небольшой полянке около палатки, еще не успела сойти роса, да и сама брезентовая поверхность была покрыта поблескивающими на солнце каплями. Андрей обернулся, и сразу заметил за спиной, по другую сторону палатки, массивный купол обсерватории, закрывавший половину неба. Так вот она какая, «Башня».

-Что, впечатляет? – Казаков также уставился на купол, довольно усмехаясь, -Я, как первый раз тут оказался, тоже был ошарашен. Такое ощущение что не звезды изучают, а к апокалипсису готовятся. Толстенные стены из железобетона. Стальные ворота, какие и ракета не всякая возьмет. Запутанные узкие коридоры. Если бы не телескоп, никогда бы не поверил в назначение этого сооружения.

-Может, в их мире астрономия под запретом? – грустно улыбнулся Андрей, озирая небольшой пятачок меж палатками, на котором они сейчас оказались, - Ну что, куда дальше?

-Наш герр комендант, наверное, уж заждался тебя, но я ведь обещал показать наших любезных гостей. Пошли, на передний край сходим.

Казаков, ловко маневрируя между палатками и штабелями каких то грузов, потащил Андрея за собой, и вскоре они оказались у самого края плато, служившего обсерватории основанием. В скальные породы были вбиты поручни из стальных стержней, для предотвращения глупых падений. Сейчас, с некоторыми интервалами, вдоль них были расположены укрытые силовыми щитами огневые точки, с направленными отвесно вниз крупнокалиберными пулеметами. Казаков подвел Андрея к одному из таких пунктов. Стоявший там солдат в боевом костюме вытянулся, отдавая честь. Илья лишь отмахнулся от него, и указал рукой в сторону начинавшейся по ту сторону бездны. Посмотреть было на что. По широкой равнине, которую еще недавно пересек сам Андрей, рассыпались движущиеся черные точки. Сколько же их тут? Свиридов даже не стал пытаться считать эти полчища. Совершенно бесполезное занятие, вызывающее лишь ужас и ощущение обреченной беспомощности перед истинной силой мира, в который их занесла их собственная алчность и жажда наживы. Миллионы. Десятки миллионов зараженных. Да откуда же их могло взяться так много? Да орда в один миллион раньше считалась немалым бедствием.

-Как тебе наша свита? – мрачно вопросил Казаков.

-Да что же они жрут то все… - вцепившись руками, все еще саднящими от недавних порезов, в металлический поручень, Андрей осматривался, везде натыкаясь на зараженных. Опустив взгляд вниз, он увидел их фигурки, шляющиеся по спиральной дороге. На ней валялось немало тел уже убитых тварей, но по сравнению с тем, сколько их сейчас слонялось вокруг «Башни», это количество было недостойно даже статуса «капли в море».

-Спроси чего полегче, я у них опросный лист не собирал. Вероятно, друг друга. Ненормальная это Орда, Андрей, совсем ненормальная. Они обычно несутся напролом, к богатым едой местам, и если не могут с наскока хлебное место поглотить, просто огибают его, и бегут дальше. А эти, как на Башню напоролись, рассыпались по всей равнине, и будто ждут чего-то. Мы в гребаной осаде, да еще и на этой мине замедленного действия. Башенный ведь не стаб, стандарт он, черт его дери, пусть даже и с солидным сроком перезагрузки. Если начнется обновление, уйти отсюда мы не сможем. Не хватит у нас сил для прорыва. Почти все тут и поляжем. Разве что на платформах некоторое количество спасется, да сколько их, платформ этих? Одна надежда что они свалят отсюда, и поскорее. С масочниками мы, дай бог, разберемся. Не так страшен черт, как его малюют.

Воцарилось молчание. Молчал Казаков, словно вогнанный в депрессию собственным монологом. Молчал часовой, с тоской уставившись на рассеявшуюся внизу орду. Молчал и Андрей, погруженный глубоко в собственные мысли. Какая однако своевременная орда. Почти всех, кто остался от Базы, согнали в одно место, и обложили так, что надежнее и не придумаешь. Что же такого случилось с Долиной? Какая череда трагических случайностей могла повести их по такому пути? Или же это и правда чей то хорошо продуманный, жестокий план?

-Кстати, Илья, а где моя кошка? – Андрей рефлекторно осмотрелся, не обнаружив никаких признаков механической бестии.

-Да тут, где то. Часовые у ворот видели, как она заскочила внутрь, причем порядком опередив вас. Хотели схватить, да не тут-то было. Смылась, и след ее простыл. Вероятно, сама к тебе выйдет. Ее пару раз видели, недалеко от лазарета. Ну что, к Шипулину?

Последний раз окинув взором смертоносную равнину, Андрей кивнул, и двинулся следом за старым другом. Шипулин выбрал местом своего обитания, пожалуй, самое специфическое место во всей Башне. Его рабочий стол, с разбросанными по нему отчетами и какими-то схемами располагался прямиком под огромным устройством, якобы являвшимся телескопом. Таких телескопов Андрей никогда не видел, и не мог даже сказать с уверенностью, превосходило данное устройство аналоги их родного мира, или же напротив, являлось сильно устаревшей версией. Шипулин выглядел усталым, и даже слегка осунувшимся. При виде Андрея он радостно улыбнулся, протянув ему закованную в броню тяжелого костюма руку для аккуратного рукопожатия. Следуя приглашающему жесту, Андрей уселся на один из стоявших рядом стульев.

-Выжили все таки, господин лейтенант? Очень рад. Мы уж, по чести сказать, записали вас в герои посмертно. Отзвуки боя мы слышали, и раз погоня нас так и не настигла, вы видимо смогли добиться успеха. А Маркус…

-Рядовой Маркус погиб, - Андрей стиснул зубы, невольно вспоминая, как масочники перерезали саперу горло у него на глазах, - героически погиб, выполняя поставленную задачу.

Взгляд Шипулина на секунду стал пустым, но он быстро оправился и, открыв один из ящиков, вытащил оттуда две пищевые капсулы со странной маркировкой и небольшую бутыль с янтарного цвета напитком. Чуть сконфуженно, он протянул одну из капсул Казакову, а странную бутыль подтолкнул к Андрею.

-Берег, для особого случая, господа, - взяв в руки капсулу, на манер рюмки, Шипулин печально вздохнул, - помянем Маркуса, славного бойца и доброго друга. Пусть райские кущи примут его, ибо в аду он уже свое отбыл. Помянем!

Илья и Шипулин вставили в разъемы костюмов капсулы. Андрей, вытащив притертую пробку, приложился к бутылке, ощущая как растекается по пищеводу тепло очень крепкого алкоголя, невероятно приятного на вкус и не менее ароматного. Некоторое время все молчали. Тишину прервал Казаков.

-А я думал, в пищевых капсулах алкоголя, кроме пива, не поставляют.

-Не поставляют, - кивнул Шипулин, - но техники Базы, да упокоятся их души с миром, давно нашли способы обходить этот запрет, и переснаряжали пустые капсулы по своему вкусу, очень неплохо ими приторговывая. В том грузе, что мы утащили у масочников, попалась партия таких, ну я ее и приберег, для особого случая. С таким настроем, не хватало только, чтобы половина базы спилась. Ладно, есть и более важные вопросы, которые необходимо обсудить. Андрей, так уж вышло, что из всех нас ты более других разбираешься в нашем настоящем враге, эти проклятых мутантах масочниках. И я хотел бы спросить тебя. Как думаешь, может ли эта орда быть их подарком к нашему порогу?

-Я уже размышлял над этим сегодня, -Андрей откинулся на стуле, возвращая на стол бутыль, - и ничего определенного сказать не могу. В общем то, если учесть все, что я уже видел... Может. Но верить в это не хочется. Если это так, я даже не знаю, есть ли смысл в нашем противостоянии? Если они способны управлять ордой зараженных, мы для них не более чем мухи. С такими возможностями покорение всей Долины, да что там Долины, всего известного, и даже неизвестного нам Стикса, станет лишь вопросом времени.

-Согласен с тобой. Да, ситуация у нас не из приятных, - встав со стула, Шипулин начал расхаживать вдоль стола, нервно чеканя шаг, - запасов провизии у нас едва ли не на год, сбежавшие из стабов на пути орды прихватили с собой немало. А вот когда перезагрузится этот кластер, с уверенностью никто не скажет. У Базы были записи, да толку то. Нет уже ни Базы, ни записей.

-Вообще то, записи есть, - за ту секунду, что Шипулин произносил последние слова, Андрей уже успел все обдумать. Положение сейчас явно не то, чтобы играть в шпионов, да и все равно, имелись с его главным секретом некоторые трудности, - у меня имеется носитель, на котором содержится немалая часть ключевых данных базы.

-Это вы о том таинственном «канале доступа к Немезиде», о котором упоминали при нашей первой встрече? – заинтересовался Шипулин.

Казаков ошарашено перевел взгляд с одного собеседника на другого.

-Какая еще «Немезида»? Та самая, что ли?

-Да, Илья, та самая. Не буду раскрывать пока, откуда у меня эти данные, но доступ к ним у нас имеется. Правда, есть некоторая проблема. И она может оказаться очень существенной. Блок данных был у Михалыча, то есть, капитана технической службы, Сергея Михайловича Горского. И если он сейчас не у него, то…

-…он сейчас в рухнувшем с обрыва автомобиле, - усталым голосом продолжил комендант, - вот так задачка. Я вас понял, Андрей. У Горского ничего нет. Его вещи все еще в медблоке осмотрели. Платформа доложила о состоянии машины. Она рухнула с верхнего витка, и сосчитала еще два уступа, прежде чем застряла в камнях, у самого основания. Блоки данных конечно прочные, но есть шанс что даже они таких кульбитов не пережили бы. Машина всмятку. Едва ли не разорвана на две части.

-Но шанс все таки есть, - заметил Казаков, задумчиво уставившийся на пустую капсулу из под алкоголя, -нам очень нужна эта информация.

-Нужна, не спорю. Но достать ее будет очень непросто. – снова приземлившись на стул, Шипулин пробарабанил пальцами по столешнице какую то затейливую мелодию.

Андрей едва не прокусил губу, стоило подумать о том, что носитель уничтожен, вместе с единственной возможностью расквитаться с масочниками в целом, и с ненавистным уродом Бюрреном в частности. Нет, нельзя отчаиваться. Нужно верить, что блок данных цел, и ничего еще не потеряно.

-Если вы доставите меня к машине, и отвлечете ненадолго зараженных, я готов рискнуть и поискать в обломках данные, - Андрей задумчиво почесал руку, сдирая с кожи тонкий слой грязи, - однако, не найдется ли у вас боевого костюма лишнего? А то я без него, как без рук уже.

Шипулин усмехнулся.

-Костюм то найдется, господин лейтенант, а вот про отвлечь вы конечно занятно загнули. Надо подумать, чем вообще можно отвлечь такое количество зараженных. Это будет очень опасно, как для вас, так и для прочих «отвлекающих». Но опять таки, согласен, это нам необходимо. Без этих данных, мы сидим, словно на вулкане, готовящемся к извержению, и даже не знаем даты сего события. Не знаем, к чему готовиться. Ладно, над планом я еще подумаю, а пока что, не смею вас задерживать. Господин Казаков проводит тебя на склад, подберешь костюм по руке. Некоторые только с ремонта, и не сказать, чтобы ремонта сильно качественного. Мало у нас техников.

Откланявшись, Андрей и Илья покинули огромный зал, оставив сгорбившегося Шипулина сидеть над кучами документов, на фоне монументального устройства, слепо уставившегося в безразличные небеса Стикса.

Глава 35. Вылазка.

Арсенал, как и положено столь важному объекту, располагался едва ли не в самой безопасной зоне всего лагеря. А именно, в крупных подземных помещениях, у самого основания обсерватории. В чем было их истинное назначение до переноса, сказать никто не мог. Сюда они попали уже пустыми и безжизненными. Ну никак они не походили на кабинеты ученых, изучающих небеса планеты и раскрывающих любопытные, но в общем то не слишком полезные космические загадки. Шагая по ровному, шершавому полу, Андрей невольно вспоминал базу Масочников. Нет, внешнего сходства не было никакого, но что-то неуловимо общее прослеживалось. Решив не заморачиваться очередной загадкой Долины, Свиридов тряхнул головой, и перешагнул через низкий порог, входя в обитель местного техблока.

Техники постарались на славу, проложив походную электросеть и запитав ее от запасного энергоблока летающей платформы. Инструментов у тружеников резака и сварки было мало. Почти все по настоящему полезное сгорело в ядерном огне, вместе с Базой. В просторном прямоугольном помещении стояли вдоль стен десять ремонтных стендов для костюмов, самых простых моделей. Походные раскладушки, с минимальным функционалом. Теперь Андрею стали ясны слова Шипулина, про то, что на качественный ремонт костюмов можно не рассчитывать. И дело тут не только в дефиците персонала. С таким оборудованием много не сделаешь в любом случае. Один из суетившихся ближе всего ко входу рабочих, заметив их появление, приветливо махнул рукой.

-Приветствую, господа. Чем могу помочь?

-Мы здесь по приказу коменданта, - выступил вперед Илья, - лейтенанту Свиридову необходим новый боевой костюм. Старый был утрачен в битве с противником.

-Ну, ясное дело, такие вещи просто так не теряют. Заранее прошу прощения, выбор у нас не особо велик, но уж чем богаты. Я так понимаю, господин лейтенант ранее использовал тяжелую модель?

Дождавшись утвердительного кивка Андрея, техник провел его в самый дальний угол мастерской, где стояли ровными рядами уже отремонтированные костюмы. Это были, в основном, устаревшие модели, почти не использовавшиеся на Базе. Облупившаяся краска, кое-как залатанные дыры и сколы на чересчур массивных боевых плитах. На секунду, Андрей даже задумался, стоит ли вверять свою жизнь таким консервным банкам. Пройдя вглубь, он заметил странный костюм в одном из последних рядов. Очень необычный. Слишком компактный, даже для «легкой» модели. Не спросить про него любопытство просто не позволяло.

-А, этот, - оживился техник, - да, надо было сразу его вам показать. Единственный экземпляр в наличии, боевой костюм для иммунных. Чудо, что он оказался у нас. Таких всего три штуки на базу привезли, на случай появления бойцов, ну, таких как вы.

-И в чем же отличие от остальных костюмов? – Андрей снова окинул необычную технику взглядом, - Почему он такой небольшой?

-Система жизнеобеспечения обрезанная. Никакой замкнутой атмосферы и контроля температуры. А они места ой как много занимают. Простая фильтрационная система в шлеме, и слой термоизола под катушками защитного поля. Броня, нечто среднее между тяжелой и легкой. Их, насколько я знаю, планировали выпустить массово. Сравнительно дешевые, простые в использовании. Пара сотен бойцов-иммунных в таких костюмах могла бы стать для Базы неплохим подспорьем. Не успели.

-Я возьму его, - Андрей не стал раздумывать дальше, - это для меня лучший вариант, если вы его не перехвалили. Маскировочная система в порядке?

-По крайней мере, не хуже чем у остальных. Уверены? Он не такой сильный, как тяжелый костюм. С непривычки можно немало ошибок допустить.

-Не попробую, не узнаю.

Для проверки обновки была выбрана крупная пустующая комната. Свет к ней так и не подвели, но для боевых костюмов это не имело особого значения. Андрей, словно обучающийся ходьбе младенец, осторожно перемещался из угла в угол, осваивая незнакомую технику. Всего пара дней прошла, а привычка к постоянному нахождению в броне испарилась, будто и не было ее вовсе. Или дело в столь резкой смене модели? Костюм, пока что, казался Андрею очень даже неплохим. Правда, движения в нем становились уж больно резкими. Приводы оказались даже слишком чувствительными, но в этом были и свои плюсы. Скорость движений возрастала в половину, если не больше, что частично компенсировало меньшую силу. Главный недостаток Андрей заметил не сразу и был очень недоволен тем, что не осведомился о подобном. У костюма напрочь отсутствовали гнезда под питание тяжелых винтовок. Уж почему неведомый изготовитель, оставшийся на далекой родине, решил лишить свое детище столь полезного приспособления, оставалось только гадать. Наблюдавший за проверкой Казаков лишь пожал плечами. Сам, мол, выбрал эту уникальную машинку.

-Андрей, ты тут!? – неожиданно раздался от двери в комнату голос. Андрей обернулся, и увидел Михалыча, подсвечивавшего себе путь небольшим фонариком, - Я уже давно тебя ищу. Надо поговорить. Нам надо вернуться к машине, надо забрать…

-Михалыч, я в курсе, - остановил это словоизлияние Андрей, - я уже говорил с Шипулиным. Он поможет с отвлечением и заброской, и я заберу из машины банк данных.

-Банк? Какой… Ах, вот ты о чем, - Михалыч выглядел нездорово, его глаза поблескивали в полумраке, создаваемом системой ночного зрения костюма, - я хотел поговорить совсем не о нем, Андрей. Банк важен, но та штука, которую мы вытащили из вражеской платформы… Обязательно возьми ее. Она куда более важна для нас, чем данные Базы. Без нее все наши планы бесполезны.

Андрей и правда почти забыл об этом обломке, мирно валявшемся где то в машине и если бы не Михалыч, мог бы и вовсе о нем не вспомнить. Стоявший у стены Казаков, заинтересовавшись разговором, подошел ближе.

-Вы о чем вообще? Какая штука?

-Устройство, позволяющее масочникам передвигаться по черноте. – на автомате выпалил Андрей, снова погрузившийся в задумчивость. Казаков издал непонятный звук, который можно было трактовать как нечто среднее между возгласом удивления и предсмертным хрипом велосипедного насоса.

-По черноте? – Казаков недоверчиво воззрился на Андрея и Михалыча, - А вы точно из плена сбежали, а не из местной дурки? Устройство. Для хождения по черноте. Да это звучит как два противоречия в одном.

-Ну вот зачем ты так сразу, лейтенант, - укоризненно посмотрел на Андрея механик, - такую информацию людям надо постепенно выдавать, по чайной ложке. Это мы восприняли все просто, как текущую действительность того времени, а у них с осознанием может быть куда сложнее. Успокойся, штабс-капитан, узнаешь все в свое время. Слишком… Необычная информация. Кстати, Андрей, что у тебя за странная тяга к экспериментальным моделям?

-В смысле? - не понял вопроса Андрей.

-Ну, сначала «Черная Гадюка», теперь «Первопроходец». Всю эту хрень одной партией доставили, для испытаний на месте. Не думал, что хоть один из них найдется за пределами базы. И как тебе это порождение сумрачного гения инженеров закрытых заведений?

-В общем то нормально, но вот, - Андрей встрепенулся, когда ему в голову пришла неожиданная мысль, - Михалыч, а ты можешь его модифицировать? Уж не знаю чем они там думали, но тут попросту нет разъемов под тяжелую винтовку.

-Нет, это вряд ли, - сразу ответил механик, - без серьезного изменения конструкции такое не пройдет. Если хочешь в нем бегать в ближайшее время, о тяжелом оружии придется забыть. Видишь ли, у этого костюма есть другое вроде как полезное свойство. Полезное, но странное. При переходе в рукопашный режим, модули рук становятся своеобразными шокерами, способными игнорировать стандартную защиту, благодаря чему то там, не знаю даже чему. Всех данных мне не сообщали. Живой человек от удара таким отправится на тот свет сразу, но он на него отъехать может и от простого удара кулаком, а вот то, что удары шоком могут навредить вражеской технике, это уже более полезно. Если пробьешься через защиту, сможешь выводить из строя противников в боевых костюмах. При прямом контакте, ежели в голову ударит, или близко к сердцу, есть возможность смерти оператора.

-И какой в этом смысл? – озадаченно спросил Казаков, неопределенно поводя рукой, - Силовые костюмы есть… Были только у Базы, а нам сюда закидывают костюмы для борьбы с костюмами? Да это ж бред какой то.

-Не больше твоего знаю, что там в головах начальства творится, -огрызнулся Михалыч, - ладно, пойду смотреть, что там нынче в Техблоке творится. Моя старая команда наверняка вся полегла, да попадут их души в более светлое место, чем это. Будем смотреть, чего наворотили местные профаны. Удачи, Андрей.

Михалыч ушел, оставляя Андрея наедине с Казаковым, удивленно провожающем механика следом. Ну да, Михалыч фигура колоритная, со специфическим поведением. К нему еще привыкнуть надо, и за пару минут беседы этого точно не сделать. Видать, Казаков раньше дела с эксцентричным старикашкой не имел. Побегав в костюме еще несколько минут, Андрей решил что хватить травить душу. Предстояло выбрать оружие, и ввиду того, что излюбленные его винтовки пока недоступны, с выбором придется напрячься.

***

Платформа с тихим шелестом оторвалась от земли, быстро набирая высоту. Андрей выглянул в окошко. Даже отсюда купол обсерватории выглядел огромным. В десантном отсеке, на откидных сидениях, расположились десять бойцов. Все, кроме самого Андрея, были в тяжелых силовых костюмах. Немудрено, учитывая то, что предстояло сделать этому отряду, не такому уж и большому. Даже у самого Свиридова, хоть его роль в происходящем и была одной из самых безопасных, слегка подрагивали руки, сжимающие легкий пулемет. Неизвестный Андрею лейтенант, стоя у десантного люка, в который раз повторял детали рискованного плана, наспех составленного Шипулиным и несколькими его «советниками».

-Итак, бойцы. Наша задача состоит в том, чтобы доставить лейтенанта Свиридова к обломкам транспортного средства, у основания скалы, прикрыть его во время поисков объекта, и вернуть обратно в целости и сохранности. Желательно, с минимальными потерями личного состава. Каждый из вас и так в курсе своей роли. После сброса приманки, направляемся к зоне поиска и организуем оборону по периметру. Платформа прикроет нас с воздуха, однако не слишком на нее рассчитывайте. Убивайте все, что осмелится шевелиться в вашем секторе. А вы, лейтенант Свиридов, не медлите там. У нас будет не больше двух минут на то, чтобы высадиться, найти предмет, и свалить оттуда. Есть вопросы? Нет? Замечательно. Ну, с богом, мужики.

Платформа обогнула скалу по дуге, заходя с противоположной от места крушения машины стороны. Люк открылся, и один из бойцов подтолкнул к нему массивные цилиндры, наспех сделанные техниками из самых простых материалов. Идея приманки была весьма примитивной, но и зараженные, пусть и бывают порой хитрее чертей, университетов не кончали. Немудреная пиротехника, если можно так назвать предмет, в котором не было ни капли давно устаревшего пороха. Цилиндры полетели к земле, и с шумом вонзились в нее. Платформа зависла над точкой, ожидая начала представления. Без всякого предупреждения, воздух наполнился грохотом. Словно добрый полк бойцов с автоматами решил попытать счастья в огромном тире. Приманки грохотали на всю округу, и зараженные, слыша столь привычные и привлекательные для них звуки, инстинктивно начинали двигаться в их сторону. Сверху это походило на магнит, брошенный в рассеянные по плоскости железные опилки.

Убедившись, что орда взяла наживку, пилот дал ускорение, и повел платформу к точке высадки. Летательный аппарат двигался почти бесшумно. Те немногие звуки, которые он все же издавал, поглощались шумом приманки, и мертвяками игнорировались. Андрей сразу отметил, сколь опытным был выделенный им пилот. Платформа шла невероятно плавно, и при этом быстро. Земля с каждой секундой приближалась, и вскоре он увидел среди камней искореженный остов машины. Кузов смяло от сильного удара, но кабина кажется уцелела. Очень хорошо.

-Готовность десять секунд! – все сжались, словно пружины, готовые вот вот распрямиться с огромной силой. Над открытым люком замерцала зеленая лампочка, - Первый пошел!

Бойцы в костюмах начали высаживаться, один за другим, прыгая с высоты нескольких метров, и сразу же отскакивая в сторону, чтобы не мешать следующим. Они расходились вокруг машины, на заранее обговоренные позиции. Затрещали винтовки. Отвлекающий маневр явно подействовал не на всех. Андрей был шестым на высадке, и когда назвали его номер, без промедления шагнул в пустоту, грузно приземляясь в раскрошенный предшественниками щебень. Время дорого, даже по сторонам смотреть некогда. Машина тут, всего в десятке шагов, и медлить никак нельзя.

Вблизи, постигшая транспорт неприятность открылась во всей своей красе. Отключенная система фильтрации запищала. В нос пахнуло бензином. Одной единственной искры будет достаточно, чтобы изувеченная машина вспыхнула, как свечка. Подбежал к водительскому месту. Двери нет – сорвало с креплений при падении. Судорожно думая, вспоминая где может лежать диск, Андрей обшарил пространство под сидением водителя. Ничего. Бардачок. Запрыгнув внутрь, перекинулся через хрустнувший рычаг коробки передач, и распахнул дверцу. Есть! Прямоугольник диска тут, основная миссия выполнена. Отряд стреляет все активнее, время уходит, как песок сквозь пальцы, и с каждой секундой все больше тварей, сбежавшихся сейчас к противоположному краю скалы, понимают что их обманули. Где же эта проклятая железяка? В кабине ее точно нет. Выбрался наружу. В небесах застрекотали турели платформы. Вот и опасные цели подошли, раз воздушные силы решили наконец вмешаться.

Может, ну ее? Отгоняя панические мысли, Андрей заглянул в пролом кузова. Искореженные остатки трофейного автомата, сотни гильз, рассыпавшихся по полу из открытого цинка. Фильтры по прежнему пищат, сигнализируя о большом количестве горючих паров в воздухе. Концентрация тут была сильнее всего. Ведь запасные баки располагались именно в кузове. Жаль, не удосужились вовремя дозаправиться, по старой привычке почти неограниченного хода машин Базы. Открыл один из ящиков под кушетками, до которого смог дотянуться. Пусто. За спиной что-то громко взорвалось. Платформа применила ракету? Быстрее, быстрее. Взгляд зацепился за уголок знакомого мешка. Схватил пропитавшуюся топливом материю, потащил на себя. Непонятные крики бойцов. Неожиданный удар в машину едва не прокинул ее, прямо на Андрея. Зазвенели перекатывающиеся гильзы. Андрей отскочил, удерживая приятно тяжелый мешок. Ткань порвалась, и через прореху он увидел тот самый обломок.

-Цель у меня, уходим! – крикнул он в систему внутренней связи, хоть в такой громкости и не было необходимости. Слишком уж много противоречивых эмоций кипели сейчас внутри, не давая сосредоточиться. На остов машины вскочил рубер, кровожадно уставившись на замершего в паре шагов от него человека. Андрей не успевал ни убежать, ни выхватить автомат. Руки заняты мешком. Как эта тварь вообще пробралась через бойцов прикрытия? Это же всего лишь рубер. Из за спины треснула крупнокалиберная винтовка, выбивая руберу правый глаз вместе с содержимым черепа. Он завалился вниз, и в этот момент, видимо не успев правильно отреагировать, открыла огонь одна из турелей платформы. Взметнулся столб пламени, пожирая оказавшееся в нем тело. Бензиновый огонь ревел, яростно пожирая все, до чего мог дотянуться, и пуская в небеса столб вонючего черного дыма. Но страшно было не это. Рассеянные по машине патроны начали взрываться, один за другим, производя страшный шум и разбрасывая во все стороны ошметки гильз и пули. Вреда для бойцов в костюмах от этого не было, но шум… Сейчас, он был смерти подобен.

-Все на платформу, бегом! – скомандовал лейтенант, подхватывая Андрея под руку, и увлекая за собой. Бойцы отступали, отстреливаясь от уже подтянувшихся тварей. Восемь? А где еще двое? Платформа зависла почти над землей, ожидая отряд. Андрей тяжело ввалился внутрь, проскользив по полу, и продолжая сжимать в руках сумку. Жалкое зрелище. Откатился в сторону, и тут же закованные в броню ноги очередного бойца прогрохотали по металлу совсем рядом. Опираясь на поручни, Андрей поднялся. Семь оставшихся бойцов отступали спиной к платформе, отстреливаясь от наседающих мелких и крупных тварей. Гул турелей стал непрерывным, словно жужжание огромного улья. Бросив мешок на пол, Андрей поднял автомат. Стрелять он не решался, на линии огня слишком много своих. Выпрыгнувшая из за огромного валуна мелкая элита совершила длинный прыжок, ворвавшись в первые ряды отступающих. Оказавшийся рядом с ней боец вскинул винтовку, но выстрелить не успел. Монстр схватил его за руку, и резко дернул. Треснул металл, и конечность неестественно выгнулась. Наружу потекли ручейки крови. Элитник явно хотел утащить свою добычу, и сожрать в тишине, но меткий заряд от капитана оставил в его груди порядочную дыру. Бросив свою жертву, монстр прыжками помчался прочь. Раненого подхватили под руки, затаскивая внутрь. Последним в люк запрыгнул лейтенант, и машина тут же взмыла в небеса, вжимая стоявших на ногах бойцов в пол. Люк закрылся. Платформа развернулась, направляясь в сторону обсерватории.

-Отряд… Какие потери? – спросил лейтенант, грузно опускаясь на соседнее с Андреем сидение. Один из бойцов осмотрел десантный отсек, и начал доклад.

-Рядовые Груздь и Туча погибли. Зараженные прорвались через их сектор ответственности. Система жизнеобеспечения зафиксировала обрыв биологических сигналов. Рядовой Заря ранен, степень серьезности повреждений неизвестна. Возможна разгерметизация костюма, но признаков заражения в данный момент нет.

-Хорошо, - лейтенант кивнул, и повернулся к Андрею, - ради бога, скажите что все вышло, и ребята не зря отдали свои жизни Стиксу?

Андрей молча вытащил из кармана на поясе блок данных, и показал его всем. Многие облегченно вздохнули. Перед вылетом, важность этой информации для выживших всем объяснили достаточно доходчиво. Платформа обогнула скалу, и начала заходить на посадку. Под аэродром был выделен довольно скромный пятачок пространства, и потому от пилота эта процедура требовала максимальной концентрации. Платформа была уже в считанных метрах от земли.

-Эй, ты чего?!

Боец, сидевший около раненого, и безуспешно пытавшийся подсоединить медицинскую капсулу к погнутому разъему, отскочил от своего подопечного. Раненый встал на ноги, бубня что то несуразное, и поднимая здоровую руку для удара. Свиридов сразу понял. Костюм все таки подвел своего владельца, и сейчас остатки его разума пожирает чума Стикса. Среагировать никто не успел. Зараженный ринулся вперед, словно живой, закованный в броню таран. По иронии судьбы, ближайшей к нему целью оказался Андрей. С утробным скрежетом, костюмы столкнулись, и Свиридов почувствовал удар спиной о металлическую поверхность пола. Удар был силен, но большую его часть приняли на себя энергетические экраны, спасая костюм от повреждений. Навалившийся противник бил Андрея руками по шлему, бормоча неразборчивую чушь. Экраны шлема начали мерцать. Андрей не мог сбросить с себя навалившуюся тушу, а бойцы опасались стрелять, не рискуя повредить чувствительное нутро летательной машины, и лишь пытались оттащить бывшего товарища, впавшего в буйство, больше мешая друг другу, чем помогая.

«Активировать рукопашный режим?»

Высветившаяся на экране надпись на миг озадачила Андрея, но сомневаться он не стал. Не то положение. Свободная рука обхватила шлем врага, отталкивая его прочь. Энергетический заряд прошел через защиту вражеского шлема, к чувствительным тканям. Зараженный обмяк, распластавшись поверх тяжело дышащего Свиридова. Из ослабевшей руки Андрея выпал блок памяти, испуская явственный запах паленой электроники.

Глава 36. Ультиматум.

Атмосфера под огромным куполом обсерватории царила безрадостная. Собравшиеся около стола Шипулина люди были мрачны, и явно чего-то ожидали, пребывая в гнетущей тишине. Всего их было пятеро. Сам Шипулин, сидевший за столом и мрачно постукивавший по нему металлическими пальцами, Казаков, мрачно ходивший рядом, командовавший вылазкой лейтенант и Михалыч, колдовавший над переносным терминалом. Ну и, конечно, сам Андрей, ощущающий себя настоящим Иудой под взором оставшихся одиннадцати апостолов. Как ему казалось, было отчего так себя чувствовать. Механик наконец закончил свои манипуляции, и устало откинулся на спинку принесенного для него кресла.

-Ну что, - Шипулин с надеждой взглянул на него, - каков ваш вердикт?

-Как вам сказать… - начал Михалыч, почесывая затылок, - совсем бесследно это дело не прошло, но все не так страшно, как нам показалось. Хотя опять таки, смотря для кого. Блок принял на себя не весь заряд, и потому большая часть областей данных цела, но некоторые восстановлению уже не подлежат. Что-то сохранилось лишь частично.

-Сергей Михайлович, - прервал его речь Казаков, - сохранились ли данные о кластерах и сроках их перезагрузки?

Старик кивнул, и все слегка расслабились. Все, кроме Андрея, теперь терзаемого вопросами, вызванными словами Михалыча. «Смотря для кого». Что же он имел в виду? Шипулин заметил мрачный вид Свиридова, и поспешил утешить его.

-Не расстраивайтесь так, Андрей Павлович. В произошедшем нет вашей вины. Оно является лишь совокупностью крайне неудачных обстоятельств. Если уж тут кому и следует повиниться, так это лейтенанту Котовскому, так глупо допустившему потерю контроля над потенциальным зараженным, что и привело к его нападению на вас.

Лейтенант, фамилию которого Андрей услышал, как ни странно, впервые, пристыжено опустил голову. Он и правда нарушил инструкции, предусматривавшие тщательную изоляцию потенциальных зараженных, особенно облаченных в боевые костюмы. Но для Свиридова это было слабое обоснование для его собственной глупости. Надо же было додуматься, пустить в перчатки костюма ток, когда в одной из них зажат этот чертов блок. Блок, являющийся едва ли не единственной возможностью реальной мести масочникам, уродам, запершим их тут, стершим с лица земли Базу. Андрей повернулся к Михалычу, взглянув ему прямо в глаза.

-Какая информация пострадала?

-Я понимаю о чем ты, Андрей, - Михалыч опустил взор в пол, - протоколы «Немезиды» частично повреждены. Я постараюсь восстановить их, но ничего не могу гарантировать.

Свиридов кивнул, грустно усмехаясь. Вот и опять он беспомощен, как выброшенная на берег рыба. Теперь все, из за его безобразной глупости, зависит от мастерства старого механика и его помощников. Что же, иного выхода все равно нет. Шипулин кашлянул, привлекая к себе внимание.

-Давайте, для начала, о главном. Капитан Горский, вы, я так понимаю, уже посмотрели интересующую нас информацию на диске. Раз так, просветите нас. Сколько дней осталось до следующей перезагрузки Башенного Перевала?

Механик снова открыл терминал, и пролистал несколько заполненных данными таблиц. Выражение его лица не сулило ничего хорошего, и все заранее напряглись, ожидая дурных вестей.

-До перезагрузки этого кластера, если мои подсчеты верны… Примерно неделя, в пессимистичном сценарии, и полторы в оптимистичном. Точнее сказать не могу.

-То есть, времени у нас почти нет, – Шипулин сложил руки на груди, откидываясь на спинку стула. Взгляд его стал пустым и отрешенным. То ли эти известия так его шокировали, то ли комендант глубоко задумался, пытаясь разрешить возникшую проблему, - ладно, господа. Можете расходиться. Если возникнут умные мысли, милости прошу ко мне. Надо подумать.

Андрей вышел за пределы обсерватории через главный ход, сразу погрузившись в вечернюю прохладу. Солнце уже скрылось за горизонтом, и лагерь освещали лишь немногочисленные, скудные светильники, максимально экономившие ограниченные запасы энергии. Лагерь погружался в сон, и лишь от края плато, где располагались защитные сооружения, иногда раздавался оружейный треск. Бессмысленно. Какой смысл в отстреле пары-тройки особо наглых мертвецов, если на этой равнине их рассредоточены миллионы? На скалы они все равно не лезут. Слишком отвесное препятствие, даже для их нечеловеческой ловкости, силы и острейших когтей. Усталость потихоньку отравляла сознание. Андрей вспомнил, что ему выделили место в палатке офицеров. Нужно было пойти поспать. Направляясь туда, Свиридов заметил в полумраке странную фигуру, стоявшую к нему спиной в промежутке между палатками. Ну, стоит себе человек, и стоит. Может, естественную нужду справляет. Андрею в любом случае пришлось бы пройти мимо него, но когда он уже был в паре шагов, человек неожиданно обернулся, показывая закрытое черной тканью лицо, и Андрей увидел упирающийся ему почти в грудь ствол импульсного дробовика. Яростный визг оружия, и Свиридова, во всей его броне, швырнуло назад, опрокидывая на брезентовую поверхность палатки. Хрустнула опора, и ткань накрыла его, словно сетью, лишая подвижности. Барахтаясь там, он услышал удаляющиеся звуки бега, и закричал, что было сил.

-Ловите! Ловите этого ублюдка!

Вокруг заголосили люди. Кто-то помог Андрею выпутаться из брезентового плена, и он увидел, что народу собралось уже прилично. Вокруг него стояли человек двадцать, из которых половина были хоть и в портках, но при оружии. Имелись и два бойца в костюмах, сосредоточенно озиравших округу. Один из них и помог Андрею встать на ноги, сразу перейдя к делу.

-Лейтенант, что случилось?

-Тут был человек, иммунный судя по всему. Когда я проходил мимо, он выстрелил из импульсника. Срочно, обыщите тут все! Он закрывал лицо куском черной ткани, да и дробовик вещь приметная. Такие все на учете должны быть.

Вооруженные люди разбежались вокруг, в поисках таинственного нападавшего. Андрей, сон с которого как рукой сняло, подошел к тому месту, где стоял странный человек. Трава между палаток была подозрительно измята. Навевает воспоминания. Повинуясь порыву, Андрей засунул руку на крышу одной из палаток, пошарив в том месте, где брезент прогибался. Рука нащупала нечто прямоугольное, из за чего по телу Андрея пробежались мурашки. Опять? Только не опять, только не тот проклятый маячок, проклятый предвестник гибели. Предмет показался на свету, заставив Андрея вздрогнуть. Это был не тот маячок, но явно другой предмет электроники, опознать назначение которого Свиридов самостоятельно не мог. Срочно нужно было увидеться с Михалычем. И с Шипулиным. Если в их стане завелся изменник, общая погибель лишь дело времени, и придет она далеко не от перезагрузки кластера.

***

Михалыч трудился над тяжелым костюмом, кое как подстроенном под походный стенд. Андрей невольно вздрогнул, осознав, что это тот самый костюм, обладатель которого откинул сегодня днем копыта, далеко не без его помощи. Отсоединенная рука валялась рядом. На металле все еще алела засохшая кровь. Заметив Андрея, Механик отряхнул руки и приветливо махнул рукой, подзывая его ближе.

-Андрей? Неужто уже соскучился? Знатно ты надо сказать работки тут накинул. Экраны сгорели, как и мозги пациента. Приходится с совсем уж разбитых переставлять, а это с таким дерьмовым инструментом задача нетривиальная. Чего мрачный такой?

Свиридов молча протянул ему непонятное устройство. Механик с интересом и некоторым подозрением посмотрел на него, словно прикидывая что-то в уме.

-Бойся данайцев, дары приносящих, - задумчиво протянул он, - и что это такое?

-Сам бы знать хотел. Чтобы ты понимал, на меня пару минут назад напали. Из импульсника в упор выстрелили. Сбежал этот гаденыш, а это было там, где он отирался.

-Вот как... Ну, давай посмотрим. – отойдя к стоявшему у стены столу, Михалыч уложил устройство на него, и подтащил поближе малый сканер. Поползли строки непонятной Андрею информации. Исследование не продлилось долго. Пожав плечами, механик вручил находку обратно Андрею.

-Даже не знаю, что тебе сказать. Это «жужжалка». Собрана конечно кустарно, но ничего особенного, равно как и опасного в ней нет. Вещица конечно неприятная, но…

-Погоди-ка, - оборвал Андрей механика, - а что такое, эта твоя жужжалка?

-Игрушка детская, - механик вернулся к стенду, и продолжил что-то править в костюме, - при включении начинает издавать мерзкий звук. Очень мерзкий, но никакого вреда от него человеку нет. Эта вот включается дистанционно, по сигналу. Не похоже на диверсию, если только кто-то не решил нас зажужжать до смерти. Но ситуация странная, не могу с тобой не согласиться. Если бы не броня, ты бы так легко не отделался…

-Их как то можно обнаружить? – Андрей кивнул на жужжалку в своих руках.

-К сожалению нет, пока они неактивны. Разве что обшарить весь лагерь. Что будешь делать, Андрей?

-Ну, выбор у меня невелик, особенно после твоих слов, пойду к Шипулину, - Свиридов кивнул на потолок, - предатель в нашем лагере, все равно серьезно. Вряд ли кому то захотелось просто так пошутить, что он был готов убить первого встречного.

***

Шипулин сидел за столом, в той же самой позе, в которой Андрей его оставил. Часть бумаг со стола исчезла, заменившись походным терминалом и парой карт. Секретарь коменданта, державший в руке какую то картонную папку, недовольно посмотрел на вошедшего под купол обсерватории Андрея. Сам Шипулин лишь молча кивнул на стул, продолжая сосредоточенно пялиться в терминал. Удивительно, вроде и ситуация весьма щекотливая, а административная работа все равно никуда не делась, и делать ее приходится этому усталому человеку, еще несколько дней назад носившему не самое важное в иерархии звание лейтенанта.

-Мне уже доложили о произошедшем, - на удивление спокойно начал разговор комендант, - Андрей Павлович, дорогой, из какого же, извините грешного за выражения, фантастического говна вы слеплены, что с вами вечно приключается такая пакость?

-От этого разговора у меня возникает ощущение дежавю… - пробормотал Андрей еле слышно, но Шипулин все таки услышал его.

-С вашей любовью к поиску приключений на свою филейную часть, а в простонародье жопу, не мудрено. Ну что же, спешу вас огорчить. Таинственный нападавший не найден. Импульсный дробовик, который наградил вас от всех щедрот, взяли из арсенала без ведома ответственных за него. И, видимо заметая следы, сбросили со скалы. Часовые периметра заметили как он летел вниз, но кто его туда кинул, не знают. Так что по нему мы никого не отследим. Хитрый гад попался. Очень хитрый. Придется ввести дополнительное патрулирование, а народ и так усталый. Понимаете, в какую ситуацию мы опять вляпались?

-Понимаю, но странности на этом не кончаются.

Андрей выложил на стол жужжалку, и толкнул ее к коменданту. Тот поднял устройство, и поднес его к самым глазам, будто изучая редкое насекомое.

-Это опасно?

-Не знаю, - пожал плечами Андрей, - в целом, нет. Но именно эту штуку угнездил на палатке тот уродец. Однако зачем рассовывать в скрытые места «жужжалки», которые только и могут, что шуметь? Надо обыскать лагерь.

-Ты хоть понимаешь, как отреагируют бойцы, если мы заставим их искать эту глупость? – Шипулин снова вперил взгляд в терминал, однако было видно что мыслями он далеко не в работе.

-Подозреваю. Только вот, чтобы между нами не было недомолвок. За час до того, как База обратилась в радиоактивный пепел, я нашел один ничтожный, незначительный кусок сделанной на коленке электроники, и не обратил на него должного внимания.

Шипулин дернулся, выронив все еще удерживаемый в руке прибор. Намек он понял очень хорошо, и было видно, что невысказанному совету он последует. Андрей расслабленно откинулся в кресле. Веки его начали наливаться свинцом. Спать. Как же хочется спать.

-Если вы не против, я посплю тут… Не доверяю я... Всяким палаткам.

Он не услышал ответа. Просто заснул, сбрасывая с себя напряженность и усталость этого дня. Сбрасывая память о смерти, снова пощекотавшей его за шею, и вновь упустившей свою законную добычу. И снился ему дом. Милый, спокойный дом его родного мира, который он не ценил, и в один миг потерял. Вероятно, навечно.

***

И снова он просыпается от какого-то мерзкого звука. Словно все силы природы сговорились против него, ставя своей целью обеспечить самые неприятные факторы для пробуждения. Жужжание, навязчивое и неприятное, проникало в голову, вызывая легкую головную боль в висках. Ничего серьезного, но неприятно. Ой как неприятно. Андрей открыл глаза, и увидел рабочий стол Шипулина. Самого хозяина за столом не было. Жужжание продолжалось. Взгляд судорожно обшарил пространство, в поисках его источника. На столе громоздилась целая куча знакомых «жужжалок». Штук десять, не меньше. И все они шумели, накладываясь друг на друга, и невероятно раздражали. Андрей встал. Стул болезненно скрипнул, ощущая покинувшую его нагрузку боевого костюма. Какие удивительно крепкие стулья делали в родном мире для Базы, диву даешься. И почему не могли мирное население такими же обеспечить.

Сам дивясь невовремя возникшим мыслям, Андрей осмотрелся. Под куполом было пусто, но снаружи, пробиваясь даже через надоедливое жужжание, захватившее вероятно все это пространство, раздавался непонятный шум. Свиридов не стал медлить, бросившись к выходу. Раз шум пробивается даже через купол, значит заварушка обещает быть серьезной. На выходе его едва не задавили несколько бойцов в костюмах, тащившие увесистый ящик с боеприпасами для ракетометов. Стрельба звучала почти непрерывно, как на земле так и… В воздухе? Под контролем Шипулина были шесть летающих платформ полной комплектации, но в воздухе сейчас парили не меньше дюжины. Воздушный бой, редчайшая для Стикса картина. И смертельно опасная. Очередь турели, из под атаки которой ушла одна из платформ, стегнула по основанию, выбивая бетонную крошку в считанном метре от головы Свиридова.

Лагерь погрузился в панику. Люди бежали к входам в подземные помещения. Немногочисленные бойцы, не занятые обороной, не могли навести порядок в людском стаде, и лишь преумножали хаос. Андрей схватил за руку бойца-иммунного, едва не сломав ему кость. Тот вскрикнул, оборачиваясь, и в недоумении уставился на Свиридова.

-Где Шипулин?! – Андрею с трудом удалось перекричать шум толпы.

-У ворот был, раньше. Сейчас не знаю где.

Андрей отпустил солдата, и тот умчался прочь, кого то браня на чем свет стоит. Свиридов побежал к воротам, расталкивая встречных. Одна из платформ, издавая печальный звук, начала быстро падать. Не понять даже, своя или чужая. С гулким хлопком многотонная машина вонзилась в купол, едва его не пробив. По гладкой прочной поверхности, не пойми из чего сделанной, пробежались угасающие молнии. Вокруг разлетались обломки, прошивая, а то и вовсе снося палатки. Несколько увесистых кусков ударили Андрея в спину, но он смог устоять, продолжая бежать вперед. Около подземного спуска к воротам, где располагалась основная линия обороны, было шумно. Четыре крупнокалиберных турели не переставая палили в небеса. Взлетали запускаемые станковыми ракетометами заряды, взмывая к одним им ведомым целям. Хаос, почище чем в людской толпе. Шипулин обнаружился в подземной части, почти у самых ворот. Он, вместе с крупным отрядом, состоявшим наполовину из безоружных иммунных, возводил запутанную металлическую баррикаду, из различного ненужного лома, свариваемого воедино. Заметив Андрея, он лишь сумрачно кивнул, продолжив свою работу.

-Яков, что происходит? Я ни черта не понимаю.

-Ничего особенного, - огрызнулся комендант, - на нас напали масочники. Налетели, сразу целым десятком платформ, пытались взорвать ворота. Наши поднялись в воздух, да только вот никакая электроника их не выцеливает, вручную воюем. Хорошо хоть, у нас в этом некоторое численное преимущество, считая сухопутные силы. Мы уже потеряли три платформы. Они, нашими стараниями, четыре. Но долго так продолжаться не может. Заряды к ракетометам не вечные, а процент попаданий несоизмерим с процентом промахов.

Очередной хлопок, и еще одна платформа начала снижаться, пытаясь приземлиться. Массивный механизм с лязгом соприкоснулся с землей, ломая опоры. Из десантного модуля высыпали бойцы. К счастью, свои. Вражеские платформы, неожиданно для всех, начали разрывать дистанцию. Платформы защитников не спешили их преследовать, выходя из под надежного ракетометного прикрытия. Стороны застыли друг напротив друга, прекратив взаимный обстрел. В воздухе все еще держались пять вражеских платформ. Раздался едва слышимый, раздражающий писк, и раздался усиленный техникой незнакомый голос.

-Внешники! Люди Базы! Последние ее еретики в этом мире, жаждущем очищения! Сегодня, мы пришли к вам не для того, чтобы уничтожить, а лишь чтобы показать серьезность наших намерений! Покайтесь, ничтожные, и примите огонь Прометея! Спасите этот мир вместе с нами, и заодно, спасите свои жизни, которыми вы так глупо дорожите. От ваших воздушных сил почти ничего не осталось. У вас кончаются боеприпасы, провизия и медикаменты. Вы не выдержите на этой скале вечность, да и нет у вас этого времени. Скала скоро перезагрузится, унося с собой ваши жизни или души. Вы заперты, как мыши в мышеловке. Снаружи вас ждет смерть от орды, которую мы привели под ваши стены. Если через три дня вы не склонитесь перед силой Прометея, и не примете нашу власть, мы взорвем ворота, и запустим орду в ваше убежище, чтобы она очистила Стикс от вас, как от грязи, недостойной спасения! Ваши лидеры ведут вас лишь к смерти. Отрекитесь от них! Станьте частью чего то большего, нашими истинными соратниками и братьями! Помните. Три дня. Через три дня наши воздушные колесницы снова придут под ваши стены, и будет их куда больше, чем сейчас. Я все сказал.

Сообщение закончилось. Вражеские платформы, не тратя свое время, развернулись и полетели обратно. Словно и не было только что кровопролитного боя, в котором они теряли своих соратников. Андрей обернулся на Шипулина. Тот словно разом постарел лет на десять, не меньше. И в глазах его поселилось тихое, глубокое отчаяние.

Глава 37. Перебежчик.

Последствия атаки масочников были воистину ужасны. Ранее казавшийся таким упорядоченный лагерь обратился в хаотичные руины. Больше половины палаток снесло, или в ходе боя, или просто испуганной людской толпой, метавшейся в тесном пространстве. Число пострадавших или уничтоженных запасов и вовсе не получалось оценить. Провизия, боеприпасы, даже оружие. Все было поглощено полнейшим беспорядком того трагичного часа, в ходе которого Башня оборонялась. Растерянные люди выбирались из подземелий обсерватории, печально бродя по развалинам, и собирая то, что еще могло пригодиться. Хорошо хоть, вспыхнувшие кое где пожары были опеативно задавлены, в основном силами солдат. Шипулин, послонявшись недолго по останкам лагеря, похлопал Андрея по плечу, и молча удалился в свой странный кабинет. Выглядел он неважно. Словно, вся жизнь в одночасье покинула его бренное тело, оставляя пустую, бездушную оболочку. Даже улыбка, которую он бросил в сторону что-то лепечущей девочки, сквозила фальшью. Свиридов не стал мешать ему уйти. Ясное дело что комендант сейчас далеко не в лучшем состоянии. Но что может сделать он, обычный боец, чтобы помочь товарищу? Он не психолог, и не великий оратор. Он и сам растерян, и не понимает, как теперь быть, и что делать. Чем он может помочь ему, осознающему всю глубину проблемы куда лучше Андрея. Все таки это его ответственность, ответственность взявшего на себя роль командира.

Андрей, вместе с Казаковым и еще несколькими офицерами, включая уже знакомого лейтенанта Котовского, пытались навести порядок, руководя незанятыми в обороне бойцами. Палатки для временного проживания установили быстро, а вот сбор трупов и разгребание пространства от обломков затянулись. Погибло много. Под завалами нашли тридцать девять тел, из которых лишь трое были военными Шипулина, и еще один бойцом одного из вольных стабов, успевших укрыться в этом, как им казалось, безопасном месте. Подумать только, большая часть погибших - самые обычные люди, пусть и иммунные. Правда, к этим трупам следовало присовокупить тех бойцов, судьба кого еще не выяснена, но вполне предсказуема. Три платформы защитников рухнули вниз, к основанию скалы. Вероятность выживания экипажей нулевая. Там уж, если не разбился при падении, так добьют и сожрут зараженные, которым явно живется не так уж сыто на этом ровном как стол пространстве. Обломки собрали в большие кучи, не став даже всерьез сортировать. Не то состояние у людей, чтобы беспокоиться об оставшемся под ними хламе и тряпках.

По настоящему тревожны были разговоры среди людей, особенно тех, что пришли со стабов. Слушая, о чем они переговариваются меж собой, когда не знают что их слышат внимательные уши, Андрей узнал что среди них уже немало тех, кто может в любую секунду переметнуться на сторону противника, для спасения своей шкуры. Страх поедал их сердца. Доверчивые идиоты. Может масочники и не врут, и пощадят жизни этих малодушных, но что-то сомнительно, что их ждет иная судьба, чем участь боевого или рабочего мяса, почти лишенного воли. Нет, Андрей четко осознал что его авторитета тут не хватит. Он может и герой, вытащивший всех из жопы, но людским массам этого не объяснишь. Они скорее поверят тем, кто лично привел их сюда, и защищал все это время. А кого для этого можно припрячь? Молодняк? Некоторым авторитетом уже начал пользоваться Михалыч, которого знали еще по Базе. На удивление общительный оказался дед. Но сейчас он возился над аварийно приземлившейся платформой, покрывая чистым матом то ли масочников, то ли экипаж, а то ли и вовсе сам завод, выпустивший эту несчастную развалюху. Нельзя его в таком состоянии духа тревожить, без крайне острой нужды. Оставив все на попечение Казакова, Андрей двинулся в сторону купола.

-Яков Владимирович просил его не беспокоить.

Выросший словно из ниоткуда военный секретарь преградил Андрею путь, с решительностью тигра, защищающего свое потомство. Андрей такой преданности не оценил, грубо отодвигая секретаря в сторону. На всякого тигра найдется свой дракон.

-Нам сейчас не до ваших субординационных игрищ.

Секретарь следом не пошел, злобно зыркнув в спину Свиридова. Да и черт с ним, и его обидами. Не в детском саду, перетерпит. Поднявшись по небольшой лесенке, Андрей понял, что что-то под куполом не так. Неясные ощущения мучили его еще там, когда он увидел лицо коменданта после вражеского ультиматума, но сейчас это ощущение достигло пика. Шипулина за столом не было. Стол вообще остался ровно таким же, каким и был. Хотя нет, кое что изменилось. Подойдя ближе, Андрей увидел коробочки «жужжалок», замолкшие навек, кем то раздавленные и снова сложенные в похожую кучку. Такой силой обладает только рука в боевом костюме. Но где же владелец этой руки? Свиридов окинул пространство купола взглядом. Пусто. Единственным местом, куда взгляд не доставал, была расположенная на высоте в десяток метров закрытая кабинка наблюдателя, к которой вел отключенный сейчас подъемник, и узкая, похожая на ту, что он видел недавно на Востоке-1, лестница. Перебирая перекладины, Андрей полез наверх.

Комендант «Башни» действительно был там. Точнее, там было то, чем стал этот замечательный человек, успевший заслужить подлинное уважение Андрея. Шлем боевого костюма валялся на полу, словно ненужный хлам. Яков Владимирович Шипулин корчился в своем костюме, силясь сдвинуть его хоть на сантиметр, но тщетно. Искусственные мышцы, позволяющие рвать сталь словно пластилин, не желали слушаться команд. Режим полной неподвижности. Увидев Андрея, новоиспеченный зараженный яростно щелкнул зубами и издал странный звук, жалкую, неумелую пародию на полноценное урчание, от того не менее жуткую. На приборах перед Шипулиным лежал пистолет. Андрей застыл, с неверием взирая на открывшуюся картину. Эмоции угасли. Он не чувствовал ничего, по поводу гибели коменданта. Лишь пытался понять, зачем? Какой смысл был в этом? Хотел совершить традиционное самоубийство, с пистолетом в висок, но чего то не рассчитал, и был вынужден заковать себя в стальную скорлупу, чтобы не навредить окружающим? Тошнит уже от этих загадок. Большие и маленькие, они всюду, и кто бы знал, как они уже раздражают. За спиной раздался вкрадчивый, и очень знакомый голос.

-Я бы на твоем месте особо не шевелился.

Андрей замер, прекрасно понимая, что силовой костюм это не панацея, и существует немало вещей, способных отправить его на тот свет, игнорируя все слои защиты. Но почему? В глубине души уже появилось понимание, но он все еще пытался убедить себя, что оно лишь плод ошибки или заблуждения. Неужели он сам привел в их стан погибель?

-Ладно, можешь повернуться. С твоей спиной разговаривать смысла мало. Только плавно, осторожно. Чтобы я чего плохого не подумал.

Осторожный, плавный разворот. Свиридов поднял глаза, взирая на улыбающуюся физиономию Кадета. Тот выглядел так, словно очень рад видеть хорошего знакомого. Образ радушной встречи разрушал лишь странный черный стержень, на линии которого находился Андрей. Что это такое, он не знал, но если за этим улыбающимся лицом и правда скрывается тот самый диверсант масочников, ожидать от него можно любой, даже самой изощренной пакости.

-Ну, привет тебе, Андрей Павлович. Как дела, как сам?

-Почему, Кадет? – выдавил из себя глупый вопрос Андрей, - Ты предал нас? Почему ты к ним переметнулся?

-Переметнулся к «ним», говорите, - задумчиво протянул Кадет, - видите ли, многоуважаемый лейтенант, имеет место быть некоторое неприятное заблуждение. Евдокимов Иван Иванович, известный вам как «Кадет», ни разу в жизни вас в глаза не видел. Славный парень, новичок Стикса, еще не преисполнившийся животной жестокости нашего мира. Любитель травить безобидные шутки и тайный воздыхатель небезызвестной вам Сойки, уж не знаю ее настоящего имени, остался в плену. Возможно, уже стал частью отлаженной боевой машины Прометея, возможно, просто расходным материалом для иных нужд. Я не знаю, да и не до его тяжкой судьбы мне. От Кадета во мне лишь внешние данные, да кое-какая эмоциональная маска, позволившая так успешно обвести вокруг пальца даже капитана Горского, с его зорким взором.

-Кто ты такой? – задал Андрей вопрос, которого явно ожидал этот странный человек. Да и человек ли вообще? Раз в деле замешаны масочники, ни в чем нельзя быть уверенным. Возможности этих ублюдков неправдоподобно велики. Порой возникают сомнения в том, что у них вообще есть какие то серьезные ограничения. Словно они слились с самой чумой Стикса, став ее неотъемлемой частью.

-Хороший вопрос. Я, как бы это сказать… Орудие. Инструмент в чужих руках. Биологическая машина, с определенной задачей и ограниченным функционалом. Или так, во всяком случае, задумывалось. Те, кого вы называете масочниками структура весьма странная, и даже они сами не до конца понимают породившее их явление и доставшееся им наследство. А мне и понимать не надо, я ведь исполнитель всего лишь. Пешка в чужой игре.

-Ну и чего ради пешка вдруг решила вступить со мной в диалог? – спросил Андрей, поймав взгляд лже-Кадета, и заглядывая в его чуть насмешливые глаза, - Послали гадить? Ну так, добей меня. Лидеров у этих людей почти не осталось. Тебе останется ликвидировать лишь пару человек, и ты считай уже победил. Точнее, твои хозяева победили.

-Человек ты вроде неглупый, Андрей Павлович, - задумчиво протянул диверсант, - или даже не совсем человек, но не суть. Раз я тут с тобой говорю, логично предположить, что убивать я тебя не хочу. Нет, убью конечно, если ты не оставишь мне выбора, но это уже от тебя самого зависит. Любовью рассказывать проигравшему противнику о его плачевном будущем это не то извращение, которым лично я страдаю. Скажу прямо, будь я нормальной пешкой, ты бы уже был мертв, причем далеко не один раз. Я сломанная пешка. Пешка, которая очень хочет жить, чего вообще то быть не должно. Как я упоминал ранее, ребята из Прометея и сами не до конца знают, какую змею пытаются вытащить из кувшина, и потому порой вместо безобидного, послушного ужа, на свет божий появляется недовольная гадюка. Нынешняя ситуация такова, что ты жизненно нужен мне, а я тебе, хоть ты пока и не понимаешь, зачем. Кроме того, я в общем то нужен не тебе лично, а всем душонкам, запертым сейчас на этой проклятой скале.

Чувствительная звуковая система костюма уловила рядом странное шебуршание. Очень странное, и что-то напоминающее. Словно какой то мелкий зверек решил организовать в столь специфическом месте гнездо. Свиридов застыл, не смея верить в собственную удачу. Или неудачу. Уж больно непредсказуем был этот загадочный фактор, сейчас явно находившийся неподалеку. Кадет тоже что-то услышал, дрогнув, и внимательно осматриваясь так, чтобы не потерять из виду Андрея.

-С чего мне тебе верить? – спросил Свиридов, привлекая к себе внимание.

-Все очень просто, если думать об этом как о крайне извращенной партии в шахматы. Вы ведь не против моих отсылок к этой прекрасной игре? Сам я в нее играть не умею, но уж больно красивые аналогии вырисовываются. Так вот, некоторый очень сильный игрок, избрал стратегию жертв, и бросается направо и налево пешками, защищая с их помощью важные фигуры. Пешки послушно идут на смерть, ведь они всего лишь пешки? И вот, одна из этих пешек понимает, что исходом выполнения «удачного» по мнению шахматиста хода станет ее гибель. И вот ударило ей в голову резкое желание жить. Или скорее выживать, ведь самой шахматной доски она не сможет покинуть. И эта пешка предает своего игрока, и его интересы, и переходит на вражескую сторону, пытаясь помочь вражеской фигуре выжить. Ох, право, простите. Так много слов, для описания банального предательства из выгоды.

Слова лже-Кадета были интересны. Положение их безвыходно, и это факт. Если все пойдет так, как идет сейчас, через эти три дня, а может даже чуть раньше, они все умрут. Страшной смертью, какой и врагу не пожелаешь. Но слепо доверять вражескому лазутчику, значит добровольно принимать игру на его условиях. Неприемлимо. Нужно выдавить из этой сволочи больше информации, пусть она сейчас и в выгодном положении. Даже слишком выгодном, а никакое спасение не спешит с небес, к зажатому между свежим зараженным и таинственным оружием масочников Андрею.

-Сказал ты действительно много, - нагловато усмехнулся Свиридов, - только вот я так и не понял, чем может помочь нам вражеский диверсант, посаженный с нами в одну лодку, и почему он так боится смерти. Все ведь идет к безусловной победе твоих хозяев, разве не так?

-Хорошо, - на удивление легко согласился Кадет, - давай поговорим более предметно. Через три дня, сюда вернутся вражеские платформы, и будет их никак не меньше десятка, тогда как тут на ходу остались только две. Вам никак не отбиться, и они легко смогут сделать то, что захотят. Если ваши люди не примкнут к ним, став новой партией мяса, Прометей взорвет ворота, и впустит внутрь зараженных. Ресурсов у них на это более чем хватит. И тогда очень злые и голодные мертвяки сожрут тут все. Меня, тебя, вот этот вот полутруп, что корчится у тебя за спиной. Чистой мертвячиной они тоже не брезгуют. Все, что тут вообще возможно сожрать, они сожрут. Вероятность того, что за три дня этот адский котел, даже оставшись без лидеров, успеет созреть, и единым строем пойдет на заклание, минимальна. Я могу лишь запрыгнуть в одну лодку с вами, и попытаться выгрести против потока. Это даст хоть какой нибудь шанс на спасение, как мне, так и…

Договорить Кадет не успел. Сверху на него рухнула небольшая, но, по опыту Андрея, довольно массивная тушка кошки. Острые стальные когти оставили глубокую царапину на лице диверсанта, тут же начавшую обильно кровоточить. Андрей не стал ждать у моря погоды, сразу бросившись в атаку. Резким ударом по руке Кадета, он выбил у того странный черный стержень, с хрустом сломавшийся на две части, и показавший столь же монолитно черное нутро. Потерявший равновесие враг упал на пол, и тут же был придавлен сверху массивом боевого костюма. Кошка, сделав свое кровавое дело, уселась рядом, вылизывая лапу. Андрей с некоторой благодарностью взглянул на робота, этот механический рояль, умеющий на удивление вовремя выкатываться из кустов. Придавленный к полу Кадет глупо хихикал.

-Чего это тебя на ржач пробило? Впрочем, какая разница. Теперь, когда расклад неожиданно сменился, я еще раз задам тебе вопрос. Перефразирую его немного, согласно новым условиям. Какие у меня есть причины не убить тебя прямо тут, на месте? Оружия у тебя в руках нет, ты для меня не более чем мошка, которую я могу прихлопнуть одним весомым ударом. Так что, будь убедителен, прошу.

-Для начала, - спокойно, будто это не он сейчас висел на грани жизни и смерти начал Кадет, - тебе придется объясняться за все три трупа.

-Три? – недоверчиво спросил Андрей, - И кто третий?

-Так секретарь этот, который очень не хотел пускать меня. Пал смертью храбрых, но быстро, и безболезненно. Я не садист. Я могу продолжить? Так вот, помимо объяснений со всем народом, как это так получилось, что их герой оказался в компании мертвого коменданта, его секретаря и младшего механика, без единой царапины на себе… У тебя просто нет иного выхода, как сохранить мою шкуру, и узнать то, что знаю я. И я охотно расскажу тебе многое, если хочешь, вообще все, в обмен на самую малость уступок с твоей стороны. А тот графитовый стержень, которым я тебе угрожал, можешь оставить на память. В руках боевых костюмах трудно удержать шариковую ручку, а вот такое писало отлично подойдет.

Протянув руку, Андрей схватил обломок стержня, и сжал его. Тот послушно раскрошился, запачкав поверхность металла. И правда, это никакое не оружие. Стало стыдно, и очень неприятно за собственную доверчивость. Развели как лоха, без каких бы то ни было серьезных усилий. Масочники в сознании Свиридова демонизировались сверх меры. Любое связанное с ними событие непроизвольно заставляет быть даже слишком осторожным. Надо с этим завязывать.

-Так ты, выходит, блефовал?

-Конечно блефовал, - гордо выпятил подбородок Кадет, насколько это вообще было возможно в лежачем положении, - оружие диверсанта это не только, и не столько старомодные бомбы и всякие пафосные скрытые ножи, сколько его умение владеть собой, и вводить собеседника в заблуждение, подстраиваясь под его психологию. Очень полезный навык, убедить скажем, часового, в том что ты имеешь право находиться в закрытой зоне…

-Знаешь, твоя разговорчивость начинает напрягать. Информацию, которая якобы может нам помочь, ты мне в любом случае расскажешь. Ты теперь в моей власти.

-Ладно, - попытался пожать плечами лже-Кадет, - но кое что не помешало бы сделать прямо сейчас.

-И что же?

-Да вот, тут некто господин Шипулин преставился, да не до конца. Ты бы помог ему довершить это черное дело. А то ведь ему на том свете перед людьми стыдно будет, если его им в таком виде представят.

В словах гада был свой резон. Придавив его ногой, что наверняка было очень болезненно, даже если Андрей не переносил на эту конечность всю массу костюма, он дотянулся до пистолета на приборной панели телескопа. Зараженный дернулся, желая схватить столь близкую, как ему казалось, добычу. Андрей внимательно посмотрел на существо, каких то два часа назад бывшего человеком, и далеко не последним человеком. Зачем? Ну, зачем он это сделал? Неужели его отчаяние было столь сильно? Что побудило его закончить свое существование вот так, жаждущим человеческой плоти монстром? Такое могло быть сделано только добровольно, и даже если Шипулин надеялся на удачный исход адской лотереи Стикса, это его не оправдывает. Он знал, сколь малы шансы. Уставившись в налитые кровью глаза коменданта, Андрей не увидел там ни единого проблеска разума.

-Прощай.

Тихий треск. В голове бывшего Шипулина образовалось крохотное отверстие, тут же пустившее жирную кровавую струю на обмякшее тело. Еще одна жизнь, отвоеванная Стиксом в свою безразмерную шкатулку. Еще одно существование, оборванное лейтенантом Базы Свиридовым.

Глава 38. Авантюра.

Кадет сидел на жесткой поверхности походного кресла, предназначенного для людей в боевых костюмах, не имея возможности лишний раз шевельнуться. Примотал его Андрей на славу, не пощадив несколько десятков метров прочной грузовой стропы. Излишние, судя по всему, предосторожности. Диверсант улыбался, приветливо посматривая на собравшихся вокруг него людей, и ничем не выдавая собственного волнения. Неужто и правда, настолько уверен в себе, и ценности содержимого своей головы? В этой мрачной комнате, в одном из тупиковых технических помещений обсерватории, собрались трое, не считая пленника. Андрей, Михалыч, спешно вызванный из мастерской и, как ни странно, Сойка, на присутствии которой механик, узнав в чем дело, настоял.

-Значит ты, Свиридов, утверждаешь что Кадет шпион масочников, - язвительно осведомилась девушка, переводя взор с намертво примотанного Кадета на Андрея, - и думаешь что я так легко тебе поверю? Ладно, Философа ты допустим по делу уложил, все равно бы не выжил сам, и только мучился бы. Ну а тут, чем докажешь?

-А ему ничего доказывать и не надо, дорогуша, - почти промурлыкал привязанный Кадет, игриво подмигивая Сойке, посмотревшей на него, как на призрак прошлого Рождества, - я и сам все охотно расскажу. Только не сердись сильно, мы же разумные люди.

-Кадет, что ты… - Сойка растерянно смотрела на улыбающееся лицо, до сих пор казавшееся ей таким знакомым, и Андрей заметил в глубине ее глаз зарождающийся страх.

-Довольно!

Михалыч повелительно поднял руку, призывая всех к молчанию. Все то время, пока Андрей объяснял суть произошедшего, он неподвижно сидел на выделенном ему стуле, и взирал на Кадета, почти не моргая. На его суровом лице не промелькнуло ни единой лишней эмоции. Свиридов не мог понять, поверил тот ему, или нет, но к дуракам механика отнести было нельзя. Не мог тот не поверить. Бросив взгляд на Андрея, Михалыч снова отвернулся к Кадету, словно решаясь на что-то.

-Итак, Кадет… Ведь ты не против, если я буду называть тебя так? Или у тебя имеется другое имя?

-Нет, что вы, называйте, - кивнул Кадет, пользуясь той немногой свободой движений, что ему еще была оставлена, - я и сам к этому прозванию сильно привык, и менять его не хотел бы.

-Я и изначально не сомневался в честности Андрея, но ты лишь утвердил меня в этой уверенности, - Михалыч устало потер черную от грязи мастерской переносицу, - и раз мы дошли до этого момента, будь так любезен, выкладывай. Только начни с того, что сразу отобьет у нас желание отправить тебя на тот свет. Чудо, что этого не сделал сам лейтенант Свиридов. Масочников и их прихвостней он очень сильно не жалует. Как и я сам…

-О, я умею быть убедительным. Что-нибудь интересное, для вас? Ну что же, - Кадет наконец перестал улыбаться, и взгляд его стал серьезен, - я знаю, почему эти прекрасные зверушки так упорно пасутся вокруг этого куска камня. Вы наверняка догадываетесь, что они сидят тут не из чистой любви к искусству, и уже успели порядочно проголодаться. Они конечно и своими более слабыми сородичами пропитаются, но не думаю что такое меню им по вкусу. Так вот, я знаю почему они тут, и как с этим разобраться, чтобы они перестали нам мешать. Это спасет и мою шкуру, так что смысла врать мне нет.

Михалыч обменялся взглядом с Андреем, стоявшим у стены. Доверять этому лазутчику до конца было бы глупо. Но других вариантов не было и вовсе. Стоило хотя бы попытаться вызнать из него что-нибудь полезное, деля все сказанное на десять и тщательно проверяя информацию.

-Ах ты тварь! – вмешательство в продуманную и относительно спокойную атмосферу переговоров Сойки оказалось неожиданностью. Подскочив к связанному Кадету, девица изо всех своих сил врезала по лицу диверсанта, от чего его голова резко дернулась вбок. Что-то хрустнуло, брызнула кровь. Только сейчас Андрей заметил необычные перчатки, обхватывавшие тонкие женские кисти, и скрывавшие в себе немало металлических неприятностей на случай кулачного боя. Андрей среагировал почти мгновенно, подскочив к Сойке и перехватив занесенную для нового удара руку. Девушка попыталась вырваться, но не ей тягаться с мощью боевого костюма. Прижав ее к себе, Андрей почти прокричал ей в ухо, не думая о том что внешняя звуковая система все равно приглушит звук.

-Ты чего, белены нажралась?! Успокойся!

-Да он… Он ведь… - она бормотала что то непонятное, трепыхаясь в железной схватке, постепенно затихая, и заходясь в тихих, истеричных всхлипах. Михалыч мрачно оглядел впавшую в тихую истерику девушку, и лишь тяжко вздохнул, отворачиваясь обратно к пленнику. Тот на удивление легко отделался. От удара утяжеленной перчатки он лишился пары зубов, осколки которых спокойно сплевывал на пол. По подбородку стекала тонкая струйка крови.

-Ладно… Заслужил, будем считать, - Кадет сплюнул густо смешанную с кровью слюну, и попытался пожать плечами, - уж простите, ничего не могу сказать вам о судьбе «оригинального» Кадета. Не буду пытаться ввести вас в заблуждение, вряд ли у него все хорошо, но тут уж я не при делах.

-Так, что ты все таки такое? – Михалыч говорил спокойно, но Андрей чувствовал, что тот попросту проглотил все лишние эмоции, сосредоточившись на сборе информации, которая могла стать ключом к их спасению, - Ты человек? Или синтетическая форма жизни?

-Не могу сказать. Не потому, что не хочу, а просто потому, что и сам не знаю ответа на этот вопрос. Вряд ли они выращивают тела. Это же Стикс, биоматериалы самого различного качества в изобилии бродят по этим просторам, обновляясь с каждой перезагрузкой. Что они сделали с моим разумом, и как умудрились превратить меня в свой инструмент, не знаю, но одно точно. Перемудрили они где то. Все это время меня воспринимали как беспрекословного исполнителя, как безвольную куклу, но воля то была. Много чего я успел повидать у них. Кто станет осторожничать и следить за языком рядом с кухонной плитой или холодильником? Ну так что, вам интересно, как спасти свои шкуры, или все таки меня прихлопнете?

-Давай уже, вещай, болтун хренов, - Андрей бросил в сторону Кадета недовольный взгляд, усаживая чуть успокоившуюся Сойку на второй стул, и последнюю мебель в помещении, - много слов, и мало дела.

-Ладно. Я знаком с устройством, манипулирующим ордой, могу примерно определить его местоположение, и провести вас к этому месту. Ну как, выгодное предложение?

-Устройство… Манипулирующее Ордой? – ошарашено переспросил Андрей.

-Да, устройство. Ты же не думал что они их контролируют магией, шаманизмом, или еще какой эпически-высокопарной чепухой? У них есть технология, а любая технология уязвима. И я могу помочь вам найти эту уязвимость. Заранее скажу, что хоть вы и знаете теперь корень своей проблемы, выжать из меня больше информации через пытки можете не надеяться. Я все таки диверсант, пусть и дефектный, и язык за зубами удержать смогу. Вам придется пойти на сделку.

Все молчали. Андрей, решив уступить лидерство в этом вопросе Михалычу, пытался представить себе то устройство, которое способно подчинить своей воле такую огромную орду. А ведь эта технология, если лжеКадет не врет, могла бы перевернуть само существование Стикса. Подарить людям бесконечный, и почти безопасный мир, преисполненный неисчислимых богатств. А чего добиваются масочники? Чего они хотели, разрушив мост с другим миром, и методично уничтожая последние оставшиеся от него кусочки? Просто не хотели конкуренции? Вполне возможно. Хотя, их фанатики вроде несли какой то псевдо-религиозный бред, так что все может оказаться гораздо, гораздо хуже.

-Хорошо, - Михалыч неожиданно хлопнул ладонями по коленям, и встал со стула, - альтернативы у нас нет, так что мы доверимся тебе. Но не полностью. Однако, хотелось бы выслушать твои условия, прежде чем мы озвучим окончательное решение.

-Вот так бы сразу, - снова расплылся в улыбке Кадет, - мои условия вряд ли серьезно обременят вас. Во первых, я не хочу быть на положении пленника. Наши жизни сейчас сильно зависят друг от друга, и нам придется, хочется того, или не хочется, сотрудничать. А это довольно трудно сделать, будучи примотанным к креслу. Во вторых, я хочу чтобы все вы понимали, что полной гарантии не дают даже мои знания. Они дадут лишь шанс, успех которого зависит много от чего. Со своей стороны лишь обещаю приложить все усилия. И, наконец, последнее условие. Я хочу свободы. Не в смысле сейчас, а чуть позже, когда разберемся с нашими агрессивными соседями мертвяками. Я хочу, чтобы мне дали уйти, с некоторым количеством продовольствия, пристойным стволом и некоторым количеством боеприпасов.

Михалыч молчал, снова погрузившись в раздумья. Обернувшись к Андрею, он неуверенно кивнул в сторону пленника. Тут без слов понятно, что ему хотелось бы услышать мнение Свиридова, но самому Андрею высказывать его сильно не хотелось. Умом он понимал, что, возможно, предложение диверсанта является единственным шансом спастись самому и спасти людей, ответственность за которых так бесцеремонно сбросил на их плечи покойный Шипулин. Но как же сильно не хотелось сотрудничать с таким скользким типом, да еще и на его условиях. А есть ли иной вариант? А ведь есть. Андрей был не из самых великих «старожилов» Базы, по большей части ушедших в небытие вместе с ней, но он успел застать те времена, когда для строительных работ еще использовали заключенных. И разумеется, несмотря на всю специфику Стикса, позволять им вольно разгуливать никто не собирался.

-Михалыч, а ты сможешь собрать «ограничитель»?

-«Ограничитель»? – удивленно поднял брови механик, но вскоре по его лицу скользнула тень понимания, - А, ты о тех ошейниках, что надевались на заключенных под костюмы? Ну, хитрого там немного. Обычная бомба с заблокированным коммуникатором удаленного доступа. Такую игрушку и школьник сможет смастерить, если материалы дать. Хочешь надеть на нашего гостя?

-Да вот, подумываю, - Андрей посмотрел на тревожно заерзавшего на стуле Кадета, - не нравится мне его односторонняя сделка. Да, он нам нужен, но без гарантий доверяться ему слишком рискованно. Слушай, диверсант, предлагаю поступить так. Хочешь свободы, и кое какого барахла? Ты его получишь, это мы тебе гарантируем. Если конечно наше дело, в чем бы оно ни состояло, выгорит, и мы тут все не подохнем. Однако тебе придется побегать с управляемой бомбой на шее, на случай, так сказать, лишних для здоровья мыслей. Как ты на это смотришь?

-Я так понимаю, это самый крайний вариант, на который вы согласны? – Кадет недовольно скривился, словно сжевал целиком неспелый лимон, и кивнул головой, - Пусть даже это с моей стороны очень большая уступка, но я согласен. Времени мало, и чем больше мы припираемся, тем меньше шансов что что-то вообще получится. Я действительно хочу жить. Очень хочу.

-Вижу я, что договоренность состоялась, - Михалыч, придерживая за плечи Сойку, направился к выходу из каморки, - надеюсь, лишний час роли не играет, потому как быстрее я ошейник все равно не закончу. Андрей, думаю я, надо перевезти нашего «гостя» в кабинет покойного Шипулина. Допросная комната нам вряд ли теперь понадобится.

***

Всю поверхность стола занимала карта, распечатанная на желтоватой бумаге походным принтером, напоминающим небольшого зверька, юрко ползающего по примитивному холсту и оставляющего за собой отчетливые линии различных цветов. Найденный в сохранившихся блоках памяти комплект карт кластеров, находившихся в непосредственной близости от «Башни», не отличался особым качеством. Отмечено лишь самое основное, да и то схематично. Кадет поморщился, с трудом засовывая палец под плотно облегающий шею железный ошейник.

-Чешется. – то ли пожаловался он, то ли просто сообщил это, как не требующий каких либо дополнений факт.

-Ничего, потерпишь. - бросил сидевший у стола Казаков, ставший четвертым посвященным в тяжкие дела базы. Танкист выглядел неважно, и время от времени бросал взоры в сторону телескопа, где лежали у основания ведущей в смотровую лестницу два трупа, закутанных в грубую мешковину. Известие о смерти Шипулина сильно расстроило Илью, но тот смог собраться. Сейчас он был нужен всем выжившим, запертым тут. –Ты бы не ковырял особо эту железку. А то, неровен час, без головы останешься. Мало ли чего Михалыч там накрутил, тебе на радость.

-Ты на меня не гони, Казаков, - степенно пробасил Михалыч, убирая со стола принтер, - не эталонное изделие, конечно, но сбоев у него не будет. Давайте, что ли, к делу уже. Карта готова. Эй, Кадет, самое время раскрыть карты. Каков твой план?

Подойдя к столу, диверсант оперся на него руками.

-Как я уже говорил, для контроля орды враг использует особые установки. Я не знаю как они работают. Слышал лишь, что в основе лежит та же самая технология, которая позволяет им без помех перемещаться по черноте. Если их уничтожить, орда, скорее всего, двинется дальше, а то и вовсе разбежится. Зараженные не столь уж тупы, особенно развитые, и впустую биться головами об эту скалу не станут. Я могу их отследить, и тогда…

-Да как же это надоело, - неожиданно для себя вспылил Андрей, - ты постоянно намекаешь на какую то великую свою ценность, и работу, которую можешь сделать лишь ты, однако все упирается в то, что ты можешь отследить эти проклятые установки. Может, расскажешь нам, как именно ты собрался это сделать? Или это очередной твой секрет?

Кадет смолк, и как то странно, словно с опаской, покосился на Андрея.

-Я ведь не совсем человек, лейтенант… Понимаешь?

-Лучше проясни сам. – Свиридов уже начинал догадываться, в чем тут дело, однако ему хотелось услышать истину из первых уст, и наконец понять, в чем тут дело.

-Как вы их называете, «масочники», это не иммунные, господа, - диверсант нервно провел пальцами по ошейнику, словно опасаясь что тот в любую секунду может взорваться, - по своей природе, они где-то посередине между ними, и зараженными. Это дает им много различных преимуществ, хоть и отнимает ничуть не меньше. То, что действует на зараженных, влияет и на них… И на меня, конечно, тоже. Не так сильно, но влияет, и это можно почувствовать. Чем ближе к источнику, тем сильнее будет это влияние.

-То есть, ты наш живой детектор? – неподдельно удивился Андрей. Кадет нервно кивнул. На стол неожиданно запрыгнула кошка, усевшись на карту, прямиком на то место, где располагалась скала обсерватории. Свиридов удостоил ее лишь короткого взгляда. После столь неожиданного «спасения» от обмана Кадета, робот продолжал вольно бродить где ему вздумается, и вмешиваться в его жизнь Андрей не видел совершенно никакого смысла. Все равно, в нужный момент окажется в нужном месте, а если уж не окажется, то что же, значит такова судьба, и с этим остается только смириться, решая проблему собственными силами.

-Превосходно! – Казаков хлопнул в ладоши, довольно откидываясь в кресле, - Хоть мы и понесли потери, две платформы все еще на крыле, хоть сейчас в воздух поднимутся. Только вот я никак не пойму, сколько должно быть таких установок, чтобы сгонять в кучу всю эту мертвячину? Охраняют ли их?

-Да мне то откуда такое знать, - скрестил руки на груди диверсант, - я им свечку не держал. Вряд ли такая установка одна. Подозреваю, что их тут минимум четыре, а то и пять, чтобы замыкать вокруг вас блокаду. Иначе твари уже нашли бы лазейку и сбежали. От тварей охранять их смысла нет, зараженные к ним и не приблизятся, а от нас… Не знаю. Вряд ли они догадываются, что я рассказал вам об этом.

-Это плохо. Эффективная дальность автоматического огня превосходит возможности ручного прицеливания, особенно если эти их штуки будут «замыливать» электронику. – громко пробурчал Михалыч себе под нос.

-Пусть так, - стукнул по столу кулаком Андрей, больше для самого себя, чем для остальных, - вариантов у нас нет. И время тоже неумолимо кончается. Пусть это и чистой воды авантюра, мы уничтожим эти установки, разгоним тварей, и уйдем до прихода масочников. Иного пути у нас нет.

Глава 39. Прорыв.

Весть о том, что Шипулина вероломно убил вражеский диверсант, притворившийся секретарем коменданта и долгое время вынюхивавший тайные сведения, была воспринята народными массами с немалым негодованием. Андрей мог лишь недовольно морщиться, слыша как распространяет эту наглую ложь Михалыч. Ложь во спасение, так кажется говорят? Сейчас, на алтарь этого самого спасения была брошена даже не жизнь, а честь уже умершего человека. Какой бы бюрократической крысой не был секретарь, вряд ли он достоин всех тех выкриков, что раздавались сегодня в его адрес из толпы. И тем более противно было видеть довольную рожу настоящего диверсанта, улыбающегося во все уцелевшие после удара Сойки зубы. Но реакция на эти известия оказалась сущей мелочью, по сравнению с тем, что началось, когда Михалыч огласил приказ – немедленно начать сборы и погрузку всего имущества на транспорты, для эвакуации. Крики, брань, обвинения в неграмотности и даже безумии. Навести порядок удалось далеко не сразу. Пришлось применить немало успокоительных тумаков и выжать чашу убеждения досуха. Люди разошлись, продолжая ворчать, но понимая что приказы нового руководства им выполнить все же придется.

Сейчас, взглянув на лагерь со стороны, можно было подумать, что на него опять напали. Повсюду царил человеческий хаос. Возня и суета множества людей, занятых каждый своим делом. Подготовка к эвакуации, несмотря на народное недовольство, двигалась быстро, но даже в таком темпе на сборы должно было уйти никак не меньше семи-восьми часов. В выстроившиеся рядами грузовые машины закладывали плотно забитые припасами и иным ценным имуществом контейнеры. К счастью, машин от налета масочников пострадало не так уж и много, да и те уже ударными темпами приводили в нормальный вид. Безвозвратно оказался утерян лишь один грузовик. Угодившая прямиком в кабину ракета превратила ее в пылающий ад, ощерившийся металлическими осколками, и в дополнение столкнула вниз, в сторону обрыва. Проломив хлипкое заграждение, тяжелый транспорт рухнул вниз, ударяясь обо все встречные выступы. То, что докатилось до основания скалы, восстановлению не подлежало ни в каком виде. Хорошо, что в момент падения грузовик был пуст. Перевозившиеся на нем боеприпасы заблаговременно укрыли в недрах основания обсерватории. Андрей, наблюдавший за этой суетой от входа под купол обсерватории, не заметил подошедшего сзади Кадета, и вздрогнул, услышав его вкрадчивый голос под самым ухом.

-Что, господин лейтенант, занимаетесь пассивным руководством?

Даже не повернувшись в его сторону, Андрей продолжил наблюдать за работами. Разговаривать с перебежчиком ему особо не хотелось. Нет, как ни странно, особой ненависти к конкретно этому масочнику не было. Если не соврал, он и сам не в восторге от содеянного с ним. Но тот факт, что из за этого вот молодчика был посмертно опорочен другой человек, оставил щедрую горсть горечи на душе Андрея.

-Игнорируете? Ну, ладно. Я чего подходил то… Михалыч сказал что через четверть часа обе исправные платформы будут полностью готовы к вылету.

-Меня это должно обрадовать? – мрачно осведомился Свиридов.

-Не знаю. А почему нет? Все таки, время нам сейчас ценно. Люди уже собираются, но если блокада орды не будет прорвана, все их сборы станут лишь пустой тратой времени.

-После некоторых событий, - начал Андрей с мрачной миной, вряд ли видимой за шлемом костюма, - мне перестал нравиться такой прекрасный транспорт, как летающие платформы. Из четырех вылетов, которые я могу вспомнить за последнее время, три закончились плачевно, особенно для самой техники.

-По статистике, воздушный транспорт Стикса на семьдесят два процента безопаснее наземного. - безмятежно изрек Кадет. Андрей обернулся к нему, слегка недовольный собой. Все таки вовлек он его в разговор, хитрый черт.

-И откуда же такая статистика?

-Да ниоткуда, - пожал Кадет плечами, - я ее только что выдумал. Хотя, не думаю что особо сильно погрешил против истины. В воздухе главной опасностью Стикса являются сами люди. О воздушных тварях я ничего и никогда не слышал, хотя мои воспоминания… Словом, не слишком я в них уверен.

-Я тоже ничего не слышал о летающих тварях. Но это не значит, что их вовсе нет.

Разговор был неожиданно прерван бойцом в тяжелом костюме, подбежавшим со стороны посадочного пятачка, где сейчас приводились в порядок платформы.

-Господа, капитан Горский просил вас пройти к платформам по важному делу.

Передав сообщение, боец скрылся в толпе, ничего не уточняя. Андрей пожал плечами, и двинулся вперед, раздвигая людскую суету словно нагретый нож свежее масло. Да, маслице совсем не помешало бы, учитывая скудость рациона. Липкое пюре быстрого приготовления, хоть и оказалось весьма питательным, аромат испускало не самый приятный. Михалыч стоял около платформы, облаченный лишь в грязный рабочий костюм прямо на голое тело. В руках его покоился внушительных размеров непонятный инструмент. Таким и зараженного «среднячка» прибить можно с легкого замаха.

-Все готово, - устало изрек механик, едва Андрей показался перед ним, - закончили даже раньше плана. Машины полностью исправны, а кое какие узлы даже заменили на новые. Надежности ради. Казаков уже отбирает в экипажи стрелков, а пока… Андрей Палыч, на два слова.

Отведя Андрея в сторону, Михалыч достал из внушительного нагрудного кармана небольшую чистую тряпицу, и развернул ее. На почти белой материи лежало что-то маленькое, поблескивавшее в неверных лучах местного светила. Правильный октаэр, размером с ноготь большого пальца, выполненный из небесно голубого и совершенно непрозрачного стекла. Свиридов недоуменно посмотрел на странную бижутерию. Судя по тому, как бережно относился к этому кристаллику Михалыч, он был чем то весьма ценен.

-И что это такое?

-Не знаю, - механик слегка пожал плечами, ловко подхватывая кристалл пальцами, - к сожалению, тот обломок который ты спас из буханки уже не работал. Но я вскрыл его. И вот этот самый кристаллик был внутри. Именно он основа технологий масочников, позволяющих им так успешно бродить по черноте и, если верить словам «Кадета», манипулировать тварями.

Андрей еще раз посмотрел на камешек, показавшийся неожиданно значительным. Ну еще бы, после таких то известий. Теперь в его голубых гранях играли какие то донельзя зловещие отблески, не сулившие ничего хорошего. Осторожно взяв предмет из рук Михалыча, Свиридов поднес его к солнечному свету, еще раз убеждаясь в непрозрачности. Действовал он боязливо, опасаясь раздавить такой хрупкий с виду предмет.

-И как он работает?

-Этого я тоже не знаю, - механик досадливо махнул рукой, - я попробовал пропускать через него ток, но эффект очень уж невнятный вышел. Ладно, вам улетать пора. Можешь оставить его себе, ну, на всякий случай…

-Разве ты не хочешь его исследовать?

-А я и не говорил, что из обломка вытащил только его. У меня таких целая пригоршня, но помогает это слабо, так что лучше один при тебе оставить. Мало ли чего может случиться, - в глазах механика неожиданно загорелся огонек легкого безумия. Он схватил Андрея за руку, и неожиданно сильно, хоть Андрей и не сопротивлялся, притянул ближе, - дружище, если я помру, а ты выживешь, доставь эту штуку ребятам из Института. Пока врата в родной мир закрыты, только они смогут разгадать эту загадку.

Андрей вырвался из рук Михалыча, и возмущенно на него воззрился.

-Ты чего, совсем что ли от химии своей разум потерял? Какого рожна помирать удумал?

Заметив, что Казаков уже привел небольшой отряд зачистки к платформам, и начал распределение, Михалыч тряхнул головой, словно выбрасывая из нее негативные мысли, и вытащил из своего одеяния другой предмет. Небольшой матово-черный блок памяти. Андрей с интересом изучил новый дар, и хотел было уже спросить у Михалыча, что же тот ему впарил, но механик уже удалялся быстрым шагом, направляясь куда-то в сторону купола. От платформ нетерпеливо окликнул Казаков.

-Андрей, чего ты там? Время не ждет, давай сюда.

Последний раз взглянув на спину удаляющегося механика, Андрей побежал к уже запускающей двигательные установки платформе, на ходу вставляя блок памяти в предназначенное для него гнездо. Может, хоть этот полет обойдется без жесткой посадки?

***

Две платформы, выстроившись друг за другом с небольшим смешением, быстро двигались на восток, к входу в уходящий прочь из Долины «перевал». Решение начать охоту на вражеские силы именно оттуда было принято не просто так. У Михалыча, после обдумывания полученной от Кадета информации, теплилась вполне себе обоснованная надежда, что при разрыве собирающего монстров в кучу кольца они просто хлынут в образовавшуюся прореху, почувствовав исчезновение этого таинственного контроля. Для защитников «Башни» такой расклад был бы истинным даром небес. Если твари действительно ринутся прочь, люди сэкономят так необходимое им время, чтобы убраться отсюда в другой кластер, и закрепиться уже там. Была правда мысль, настойчиво глодавшая разум, и не дававшая Андрею покоя. Вот, снимут они эту блокаду, и твари сбегут, а дальше то что? Куда податься, вместе со всем народом? У масочников хватит ресурсов на контроль над всей Долиной, а у них самих имеются лишь постоянно убывающие остатки былой роскоши. Смогут ли они вообще продержаться до открытия новых врат, с таким скудным количеством припасов?

Простых ответов у Андрея не было ни на один из этих вопросов, и потому он просто отмахнулся от них. Завтра будет завтра, и подумать обо всем этом надо будет после удачного прорыва блокады. Именно удачного, и никак иначе. Нет у них сейчас этого права, подвести доверившихся им людей. Кадет, спокойно сидевший рядом, неожиданно вскрикнул, хватаясь руками за голову. Его взор померк, на несколько секунд потеряв осмысленность, но через силу, с очевидным напряжением, он все таки смог выдавить из себя несколько слов.

-Мы уже близко… Я чувствую… Он где-то впереди…

Андрей едва успел подхватить заваливающееся тело, и пристегнуть Кадета к креслу. Того ощутимо трясло. Свиридов и сам ощущал нечто странное, но скорее всего имело место самовнушение. Не должен он ничего чувствовать. Распахнув дверь кабины, Андрей бесцеремонно умостился в пустующее кресло навигатора. Пилоту такая инициатива, судя по выражению лица, понравилась не сильно, но спорить он не стал. Андрей вглядывался в экраны, в поисках чего то подозрительного. Взгляд сразу зацепился за необычность. На расположенном восточнее от их нынешнего местоположения холме, возвышающегося почти в середине зажатой между полями черноты горловине, стояло что-то черное. Изображение на экране вокруг него бесновалось, искажаясь и не давая увидеть истинных очертаний.

-Это оно! Мы нашли его!

В кабину влетел Казаков, хватаясь за поручень кресла пилота.

-Да, я вижу, - со стороны танкист был похож на ребенка, в ожидании рождественских подарков, - ох, и попляшут эти сволочи. Пилот, передай на вторую машину позиционные данные, и открой десантный люк. Попробуем расстрелять их с дистанции.

Люк с шелестом открылся, пуская внутрь струи холодного воздуха. Андрей вышел из кабины, как раз застав момент, когда два бойца заканчивали установку прямо напротив люка мудреного агрегата. Чем то этот странный тубус, опутанный множеством дополнительных коробов, напоминал ракетомет, но на самом деле являлся куда как более дорогой игрушкой. Импульсный гранатомет, коих у выживших было всего три штуки. Их берегли для по настоящему серьезных дел, и потому во время атаки масочников на лагерь просто не успели изготовить к бою. Может, оно и к лучшему. Боеприпасов для этого мощного оружия тоже было немного. Через люк, вражеская позиция прекрасно просматривалась. Угловатая машина, какой то переделанный грузовик. Вокруг него несколько машин поменьше. Оптика отказывала, и потому рассмотреть это место лучше не выходило. Цилиндр гранаты скользнул по гладкому стволу. Не дожидаясь команды, стоящий за пультом боец ухватил рукоятки ручного управления, и застыл, выжидая.

-Огонь по готовности! – отдал команду Казаков, и с громким треском снаряд отправился в полет. Граната угодила во вражеский транспорт, стоявший в паре десятков метров от основной цели. Взметнулся столб огня, ошметков почвы и обломков разнесенного в хлам транспорта. Снаряд отправленный командой другой платформы, взорвался с сильным недолетом. Непривычно так работать, очень непривычно. Автоматика все таки быстро убивает настоящее «искусство», в том числе и воинское. Скорострельность гранатомета была велика. Один за другим, заряды отправлялись в сторону холма. Наконец, один из них нашел свою цель. Раздался грохот, и стоявшая в центре машина, наконец, взорвалась огненным вихрем. Андрей, игравший роль молчаливого наблюдателя, сразу заметил как расслабился в кресле Кадет. Весь расстрел беззащитного противника не занял и минуты.

-Тут все, давайте к сле… - слова Андрея были прерваны резким вскриком одного из стрелков. Платформа резко мотнулась в сторону, уклоняясь от такого знакомого снаряда. До того, как с силой ударился головой о бортовую поверхность, Свиридов заметил пронесшийся мимо люка огненный росчерк. Вражеские ракетометы! Давненько он с ними не сталкивался. Платформа выровнялась, резко набирая высоту. Борясь с убегающей из под ног поверхностью пола, Андрей бросился к открытому люку. Заряжающего стрелка выбросило за борт, и он висел, ухватившись одной рукой за элемент запирающей конструкции, подозрительно хрустевший под клешней легкого боевого костюма. Ухватив его за руку, Андрей затянул бойца внутрь. Казаков уже поворачивал рукоять аварийного закрытия люка. Платформа резко дернулась, словно получив увесистую оплеуху. Андрей медленно пробирался в сторону свободно болтающегося люка кабины. Ввалившись внутрь, и едва не протаранив многострадальной головой главный экран от резкого толчка, он все же смог приземлиться в кресло, и пристегнуть к костюму ремни.

-Как обстановка?

-Никак, - пилот-имунный стер со лба выступившую испарину, - серьезных повреждений не получили. Видать, не ожидали они, что у нас есть чем по ним с воздуха палить. Да и вообще, в этих дебрях без вспомогательных систем хрен чего найдешь. Ух, суки, едва не сбили.

-Так сваливать надо, -обеспокоенно высказался Андрей, вглядываясь в мелькающие на экранах изображения. А ну как опомнятся, снова стрелять начнут.

-Не начнут. Вон, глянь.

Изображение на экране сменилось. И Андрей почувствовал в глубине души темную радость. В большом приближении, были видны с десяток бойцов масочников, беспорядочно отступавших в сторону развороченного обстрелом холма, теперь прекрасно просматривавшегося. Они отчаянно отстреливались от тварей, наседавших из леса. Зараженные тут были, в основном, мелкие, но судя по качающимся в перелеске деревьям, скоро дойдет дело и до по настоящему опасных. Вот, один из врагов упал, и тварь, по виду всего лишь матерый рубер, взмахом когтистой лапы оторвала ему голову. Убийца тут же поплатился, словив несколько зарядов из чего-то явно неслабого, но наседающих тварей было очень много, и остатки масочников были обречены. Платформа висела на максимально безопасной высоте, и с этих небесных высей открывалась радостная картина. По равнине двигались точки. Одиночные цели, и целые стаи тварей бежали прочь из долины, в неожиданно открывшуюся перед ними лазейку.

-Ну что, - неожиданно возникший у двери в кабину Казаков кровожадно осмотрел картины бегущей прочь Орды, - проблема с тварями решена. Не озаботиться ли нам теперь судьбой других «тварей»? Давайте, добьем эту погань.

-Не уверен, что оно того стоит, - озадаченно сказал Андрей, - я так понимаю, ты хочешь уничтожить оставшиеся вражеские установки? А не остановится ли от этого бегущая орда?

-Вряд ли, - вмешался в разговор успевший оклематься Кадет, выглядывая из за плеча Ильи, - твари не дураки, и из этого странного места будут линять полным ходом. Уничтожение оставшихся установок их не остановит. Разве что, самых низших и тупых, но таких я думаю уже и не осталось. Сожрали с голодухи. Да и когда они вообще были в этих краях проблемой?

-Дело ты говоришь, - довольно кивнул Казаков, - однако, уверен что сам этого хочешь? Тебя с этой то вон, трясло как припадочного.

-Да уж, приятного в этом мало. Но оставлять у них в руках такие опасные игрушки я бы не стал. Кто знает, что еще они могут придумать, - пробурчал перебежчик, - да и, честно сказать, я бы на вашем месте одну взял целиком, без повреждений. Уж больно интересно, что за машина такая.

-Это уже по ситуации. Ладно, летим! - возразить Андрею было нечего. А ведь неплохо начались ответные боевые действий. Раз так, грех упускать пойманную удачу.

Глава 40. Кусач.

Кадет сидел на полу кабины, чуть прикрыв глаза и, казалось, совершенно отрешился от окружавшего его пространства. Казаков стоял в открытом проеме люка, соединявшего десантный отсек с кабиной, и ненавязчиво держал руку на рукояти виброклинка. Из всего экипажа платформы, лишь Андрей да Илья знали истинную природу Кадета. Для остальных, он являлся лишь обычным иммунным с какой-то сильной сенсорной способностью. Конечно, ошейник являлся неплохой гарантией повиновения перебежчика, но мало ли что, перестраховаться лишним не будет.

-Не знал я, что у нас такие сильные сенсы водятся, - уважительно произнес пилот, скосив глаза на Кадета, - поиск на таких дистанция... Да я о таком только в пьяных россказнях иммунных слыхал, а какое им доверие то…

Пробурчав нечто неопределенное, Андрей вперился в экраны. Ну не объяснять же пилоту и обоим стрелкам, что сейчас на борту платформы находится, по сути, враг. Вражеский диверсант, только только переметнувшийся к ним, да и то, без особых гарантий. Если не считать таковыми серебристую полоску плотно прилегающего ошейника, способного в секунду отделить голову от тела. Кадет дернулся и открыл глаза, растерянно озираясь. Взглянув на экраны, он указал рукой направление.

-Туда. Там, что-то чувствую, думаю это оно…

Под платформой простирался местный лес, мудреное полотнище из кусков лесов иных миров. Зеленый покров в этой местности был столь густым, что почти не оставлял нормального обзора. Без «особенностей» Кадета, найти тут что-либо стало бы настоящим геморроем. Кадет снова начал трястись, оседая на пол. Он пытался что-то сказать, но все превращалось лишь в невнятное бормотание. Что-то тут было не так, но что?

-Илья, унеси его отсюда!

Подскочил Казаков, хватая Кадета под руки, и утягивая в десантный отсек. Взор диверсанта на секунду прояснился, и он протянулся к Андрею, шепча хриплым голосом. Стоило большого труда услышать его слова.

-Близко… Они слишком близко…

О чем говорил перебежчик, Андрей понял уже в следующую секунду. Поздно. Из под лесного покрова, только сейчас показавшегося откровенно странным, взмыли в воздух с десяток ракет масочников. Чертова самоуверенность. Первая атака была слишком уж удачной, вот и расслабились, но те то не спешили нападать. Надеялись видать, на силу своей защиты от прицеливания электроникой. Пилот резко дернул машину в сторону, уходя из под обстрела. Казаков, уронив Кадета на пол, с руганью улетел к стене. Андрей, вжавшись в кресло, внимательно наблюдал за приближением снарядов, приготовившихся преследовать избранные ими цели.

-Я переведу все резервы на щиты, а вы там, держитесь! – прокричал пилот, выполняя какие то манипуляции с пультом с невероятной скоростью. Сразу видно, летун опытный. Сам воздух гудел от напряжения. Расстояние сокращалось с каждым мгновением, растягивавшимся в минуты для напряженно уставившегося на экраны Свиридова, беспомощного и безучастного наблюдателя.

Удар. Повинуясь инстинкту, Андрей закрыл глаза, и пропустил момент столкновения с ракетами, но прошедшую через всю машину вибрацию он ощутил вполне. Попали, а то и не один раз. Платформа как то странно наклонилась. Неужели опять падение? Да сколько же можно! Открыв глаза, Андрей обернулся к пилоту. Тот упал на панель управления, безвольно свесив руки. Отлетался. В узкой дыре, расположившейся прямо под ногами пилота, свистел ветер. Все таки весь урон щиты не погасили. Неуправляемая платформа явно собралась познакомиться с земной твердью. Едва не вырвав ремни с креплениями, Андрей подскочил к пилоту, и приподнял его. В груди иммунного торчал увесистый осколок металла. Насквозь не прошило, но помощь тут уже не требуется. Мертвым вообще уже ничего не нужно. Бесцеремонно отбросив пилота на пол, Андрей уселся на его место, и начал судорожно вспоминать все, что знал об управлении платформами. Досталось машине нехило. Строчки отчетов о повреждениях мелькали беспрерывным хороводом. Платформа вновь содрогнулась, и даже, на секунду показалось, застонала. Падение остановилось. Какая знакомая картина. Экраны в трещинах, умирающая техника, и сам Андрей, в эпицентре этого беспорядка. Нет, не стоит ему летать, не стоит. Ни к чему хорошему такие полеты никогда не приводят. В кабину ввалился Казаков, перешагивая через труп пилота.

-Андрей, уходить надо, в нас раза три попали! Дела плохи, в энергоблоке искрит нехорошо.

Свиридов кивнул, набирая высоту. Обзорный экран показал то место, из которого была произведена атака. Сейчас, в зелени были прекрасно видны оставленные вражескими снарядами обгорелые проплешины. Вторая платформа, испуская дымный шлейф, также отступала. Не им одним не повезло. Казаков, заняв бывшее кресло Андрея, о чем то переговаривался с другим экипажем.

-Что там у них?! – спросил Андрей, с трудом перекрывая свист врывающегося в кабину воздуха.

-Не очень! Левый двигатель поврежден, но до плато добраться должны успеть. Надо уходить отсюда! Чего хотели, уже добились.

-Да знаю я, знаю!

Снова на экране появились огненные болиды, упорно направляясь к ним, причем именно к платформе Андрея, которую непонятно почему сочли лучшей целью. Шесть ракет. Андрей с ужасом понял, что уклониться они не успеют. Только не сейчас, не на этой едва живой машине. И в этот момент, ожила ракетная установка платформы. Судя по всему, Казаков успел что-то сделать. В направлении вражеских зарядов вылетел целый рой, все имевшиеся в пусковых установках платформы ракеты. Серия взрывов заставила воздух содрогнуться, подбрасывая платформу вверх. Машина снова издала непонятный звук, словно стон умирающего механизма. Весь экран покрылся красными предупреждающими надписями. Все таки достали их. Читая бесконечный рапорт повреждений, Андрей понял что улететь отсюда они уже не смогут. Платформе остались считанные минуты до того момента, когда двигатели просто выключатся, и порядком потрепанный механизм рухнет на землю. Смириться с этим? Или… Вглядевшись в экран, Андрей резко развернул платформу, используя остатки доступных мощностей, и устремил ее к земле.

-Андрей, ты что творишь, - испугался Казаков, - мы же разобьемся.

-Мы так и так теперь разобьемся. Вопрос только в том, где именно!

Скрытое до того под листвой мельтешение и помехи стали теперь видны. Вражеская машина. Она была там, под сенью деревьев, невидимая с воздуха и потому, как наверное кажется масочникам, почти неуязвимая для лишенных своей мощной автоматики платформ. Раз уж так все сложилось, надо бы обломать им эту уверенность.

-Ты что, на таран собрался что ли!?

-Ага, - с улыбкой идиота кивнул Андрей, -именно так. Закончим начатое, и заберем с собой их установку. Платформа прочная, столкновение должна выдержать.

Илья посмотрел на него, как на сумасшедшего, быстро пристегиваясь, и что то крича оставшимся в отсеке бойцам и Кадету. Что именно, Андрей уже не слышал, да и не желал того. Сейчас у него была лишь одна цель, и она быстро приближалась. Вспыхнул еще один вражеский болид, пролетая мимо. Какое теперь до него дело, когда платформа взяла такой разгон, и несется прямо на позиции его операторов. Очередной удар, и платформа, задев отваливающимися двигателями несколько древесных стволов, влетела на небольшую полянку. Посреди нее стояла большая черная машина. Рассмотреть ее не вышло – в следующий миг экран потонул в помехах, но дело было сделано. Столкновение неизбежно. Страшный удар едва не выбросил Андрея из кабины, и лишь напрягшиеся до предела ремни удержали тело в массивном костюме. Свет в глазах Свиридова померк. Последними мыслями, всплывшими в засыпающем сознании, стали сетования на то что это уже четвертая угробленная при его участии платформа.

***

Сколько длилось беспамятство, Андрей сказать не мог. В носу свербело от засохшей крови, запах которой, кажется, пропитал весь шлем. Попытался пошевелиться, но это оказалось не такой уж простой задачей. Тело словно сдавило в тисках. Собравшись с силами, Свиридов открыл глаза, тут же зажмурившись от ударившим по ним отблескам яркого света. Кто бы мог подумать, что кабина платформы, мудреного творения инженеров родного мира, может превратиться в такое. От экранов не осталось вообще ничего. Повсюду торчат искрящие провода и обломки электроники. А еще обломки металлических конструкций, со всех сторон обжавшие Андрея. Через тихо шипящие фильтры поступает очищенный воздух, но все равно, легкий аромат гари пробивается. Герметичность нарушилась, что ли. Плохо.

Повернул голову в ту сторону, где должен был сидеть Казаков, но ничего не увидел. Погнутый фрагмент корпуса полностью перекрыл обзор на ту часть кабины. Дернулся. Правая рука, кажется, смогла пошевелиться. Уже успех. Дернулся, вкладывая в движение всю силу костюма. Металл со скрипом отогнулся, отпуская руку из своего плена. Разогнавшаяся конечность с силой врезалась в обломки экранов, пробив остатки начинки экранов насквозь. В открывшемся отверстии Андрей увидел бледную небесную синь, и верхушки деревьев. На листве плясали отблески горящего огня. Пожар? Вряд ли кто-то сейчас станет разводить тут костры. Надо убираться, срочно, пока твари не прибыли. Вновь замахнулся, но накатившая дурнота заставила остановиться. Рука бессильно опустилась.

«Мясо? Мясо, вкусно… Где?»

Андрей вздрогнул. Странные слова словно доносились до него сквозь незримую пелену. Приглушенные, лишенные большинства тех интонаций, что присущи человеческому голосу. Стало страшно. Он ослаблен, и заперт в этой клетке. И этот голос. Как тут не испугаться? Замерев, Андрей постарался полностью слиться с окружением. Стать его частью. Не так уж это и сложно сделать, будучи закованным в сплошную броню?

«Мясо… Кровь… Вкусно поесть…»

С трудом удалось подавить дрожь, когда в оставленной кулаком костюма дыре что-то мелькнуло. Андрей не дышал, отчаянно вслушиваясь в окружение, и послушная система костюма также стала собирать звуковую информацию. Кто то бродил вокруг «саркофага» Андрея, заинтересованно урча. Вот только… Почему вместе с этим урчанием приходят слова?

«Мясо, где? Горячо, страшно… Мясо вкусное, мясо свежее… Запах…»

Резкий скрежет ударил по рукам. Металл гнулся, пусть и с трудом, но поддаваясь напору твари. Часть панели отогнулась, и в образовавшееся отверстие заглянула отвратительная морда, исходящая слюной. Морда исчезла, и в дыру залезла длинная рука, пытаясь дотянуться до Андрея. Схватив его за ногу, зараженный резко дернул, но вырвать конечность костюма из металлического плена не смог.

«Трудно… Горячо… Хочу мясо, вкусное мясо…»

Рука исчезла, и вновь раздался скрип отдираемых металлических частей. Скосив глаза на небольшую панель внешних данных, Андрей отметил что температура снаружи и правда высоковата. Градусов пятьдесят-шестьдесят. В костюме не чувствуется, но твари вряд ли такое понравится, учитывая что она и сама по себе довольно «горяча». Откуда такой жар? Хотя, если вспомнить отблески пламени… Видимо, что то все еще горит. В этот момент, тварь все таки одолела обломки, оторвав разом огромный кусок, и отбрасывая его в сторону. Перед Свиридовым предстал во всем своем отвратном величии кусач, которому самой малости не хватает до рубера. А может, он уже и перешагнул эту границу. Слишком размыта классификация. Андрей окончательно приуныл. Это уже даже не пугало. Какой смысл пугаться? Кусач радостно заурчал, на разные лады восхваляя пищевые качества представшей перед ним живой консервы.

«Вкусное… Теплое мясо… Есть мясо, иметь силу…»

Тварь, видать, совсем от голода обезумела, раз так стоит и таращится на беспомощную цель. Пользуясь мгновениями покоя, Андрей пошевелил свободной рукой, и ухватил какой то обломок, вроде как ни с чем не соединенный. Хреновое оружие, но другого нет. До ножен с виброклинком быстро не дотянешься.

Зараженный, наконец, понял что добыча уже совсем близко, и подобрался. Если не выйдет отбиться от него за пару ударов, тварь скорее всего нанесет костюму достаточно серьезный урон. Энергетическая защита вырубилась, выполнив свою службу сполна. А уж там, голодая тварь помаленьку выковыряет останки лейтенанта Свиридова из импровизированной консервной банки. Эти мысли вызвали у Андрея приступ неожиданной ярости. Молчать смысла не было.

-Что, тварь!? Сожрать меня решила?! А вот хер тебе!

Услышав звуки человеческого голоса, кусач взбесился, и прыгнул вперед, выставляя вперед длинные лапы на манер тарана. Глупо. Хоть броня и без энергетических экранов, но серьезного вреда такой прямой удар не нанесет. Собрав все силы, Андрей махнул рукой. Назвать это полноценным ударом язык не поворачивался. Слишком неудобное положение, да и зажатый в руках металлический обломок оказался куда более неудобным, чем казалось раньше. Хоть юные умы и любят рассуждать о прелестях остро заточенных предметов, демонстрируя блестящие кромки своих ножей, для истинно настоящего членовредительства нет ничего лучше испещренного беспорядочными острыми выщерблинами. Кусок металла ударил по морде твари, еще не успевшей покрыться органической броней, и скользнул по коже. Острые кромки, помноженные на силу костюма, все же смогли пробить прочную шкуру. Брызнула кровь. «Нож» продолжал двигаться, и неожиданно чуть провалился, взрезав глаз твари и ударившись о прочные кости. В этот момент по пластинам брони костюма ударили лапы, едва не вышибив дух. В последний миг, подчиняясь скорее какому то рефлексу, чем осмысленно этого желая, Андрей пустил остатки энергии через перчатку. Поврежденный глаз твари лопнул, забрызгав шлем мерзкой жижей. Монстр отшатнулся, зажимая глазницу и обиженно урча.

«Боль… Больно… Мясо больно… Убить, убить мясо…»

Снова накатила дурнота. Обломок выпал из руки. Андрей потянулся к виброклинку, но вяло. Тварь уже отошла от первоначального потрясения, осторожно приближаясь к Свиридову, с явно не самыми дружелюбными намерениями. Ну, теперь точно все. Отбегался, Андрюша, и ничего так толком и не сделал. Рванулся, в отчаянной надежде все таки разрушить металлический плен. Показалось, или же почти вырвался? Но нет, времени не хватит. В этот момент, уже подобравшаяся на расстояние вытянутой руки тварь рухнула прямо на Андрея, явно не по своей воле. Где то рядом строчил автомат, отправляя пулю за пулей в спину кусача. Сраные спасители, да сейчас для костюма Андрея любая пуля может стать последней в его карьере. Тварь, невольно сыгравшая роль живого щита, резво развернулась, и скачками ринулась в сторону неизвестного стрелка. Далеко уйти не успела. Очередной заряд, калибром явно покрупнее, снес верхнюю часть черепа, вместе с частью спорового мешка. Андрей лежал, и уже не хотел думать не о чем. Масочники, свои, да какая разница. В этом мире самым простым решением всех проблем разом является, наконец, сдохнуть. Стикс, видать, ненавидит всех своих гостей, как званых, так и незваных.

-Андрей, ты жив?! – в поле обзора показался Казаков. Костюм покрыт черной копотью, но не узнать голос друга было бы трудно. В руках сжимает крупнокалиберную винтовку. Вот, значит, кому кусач обязан своей бесславной кончиной.

-Жив, только зажало меня маленько…

-Что-то голос странно у тебя звучит. Ты как?

-И лучше бывало. Ну как, поможешь отсюда выбраться?

Казаков положил винтовку на землю, и ухватился за одну из погнутых конструкций. Его тяжелый боевой костюм аж заскрипел от натуги, но все же обломки поддались, и с шумом отлетели в сторону, освобождая верхнюю часть туловища. С тем, что зажало ноги, пришлось повозиться, но все же удалось и это. Осмотревшись, Андрей смог наконец оценить размах учиненного им самим беспорядка. Изувеченная до неузнаваемости кабина лежала на стволе сваленного дерева. Задняя часть платформы исчезла. Оторвалась, судя по всему. И как вообще смогли выжить остальные? И ведь как то смогли. К Андрею и Казакову ковылял один из стрелков и Кадет. Стрелок выглядел еще ничего, разве что помятый слегка, а вот Кадет… Морщась от боли, перебежчик прижимал к груди остатки правой руки. Все, от локтя до кончиков пальцев, превратилось в мясной фарш. На ноге Кадета виднелся широкий порез. Ну, а чего еще ожидать. Он единственный, кроме пилота, на ком не было костюма, но пилоту то уж он точно в момент крушения был без надобности.

Деревья вокруг кабины были обуглены. Некоторые все еще тлели, а чуть дальше, в той стороне, куда уходила пропаханная кабиной борозда, полноценно полыхало пламя.

-Что случилось? – Андрей обращался к Казакову, но ответил Кадет.

-Да ничего особенного. Когда тебе захотелось поиграть в камикадзе, и ты на полном ходу всадил платформу во вражину, что то взорвалось. То ли вражина, то ли платформа… Хотя, чему в ней взрываться… Порвало нашу лошадку надвое. Тебя вперед выбросило, нас назад. Легко отделались. Я почти сразу выпал наружу, этот вот тоже, а его товарища малость расплющило вылетевшим из технического отсека энергоблоком. А потом еще и с остатками масочников разбираться пришлось, теми, кого твоим взрывом не прибило нахрен…

-Остатками? Что с ними? – глупо спросил Свиридов, пытаясь привести разбегающиеся мысли в порядок.

-Мертвы твои остатки, - мрачно прокомментировал Казаков, - кого они постреляли, кого я. Меня в момент взрыва выбросило прямо в огонь. Хорошо хоть, жар там был не тот, чтобы помереть. Энергетическая защита спасла от ударов. О другом сейчас надо думать. Сюда сейчас все не успевшие убежать твари ринутся. Шум, дым, пламя. Такое они после долгой голодовки точно не пропустят. Надо поискать, может не все машины масочников превратились в пылающие костры.

Посмотрев на покойного кусача, Андрей очень захотел оказаться отсюда подальше. Лимит терпимости к мерзким мутантам на сегодня окончательно исчерпан. Поддерживая довольно сильно раненого Кадета, отряд быстрым шагом направился в сторону основного зарева. Транспорт сейчас слишком важен, чтобы игнорировать возможность его добыть.

Глава 41. Приз.

Искореженный металл вражеской установки, разорванной столкновением на две части, пылал жарким пламенем, вздымая в небеса столб угольно черного дыма. Что могло так жарко полыхать в этой машине, Андрей даже представить не мог. Вряд ли масочники используют ископаемое топливо. В этом регионе, учитывая общий его технологический уровень, проще найти способ перезаряжать энергоячейки, чем крупные запасы топлива. Через поврежденные фильтры костюма пробивался удушливый запах гари, оседавший на языке отвратительной горечью. Костюм начинал тяжелеть. Андрей посмотрел на экраны шлема, оценивая критичность повреждений, и заметил что энергоячейка почти пуста. Такого не должно было быть, перед рейдом ее заменили на новую. Скосив взгляд на предназначенное для нее гнездо, заметил отсутствие стандартной защитной панели. На ее месте, уходя глубоко в чувствительную технику, виднелся какой-то металлический осколок. Кровь отхлынула от лица, придавая ему невероятную бледность. И все это время, он бродил с поврежденной энергоячейкой? Да она в любой момент может пойти в разнос, прожарив запертое в этой консервной банке тело. Андрей замер на месте, боясь пошевелиться.

-Илья… Вытащи его…

-Ты о чем? – обернувшийся Казаков недоуменно посмотрел на Свиридова, но проследив за его взглядом, дернулся, - Твою мать, Андрей, не шевелись…

-И без тебя знаю.

Склонившись над разъемом, Казаков внимательно его осмотрел. Коснувшись секции аварийного отделения ячейки, он надавил пальцами на скрытые в углублениях брони запоры. Цилиндр энергоячейки с тихим щелчком выпрыгнул наружу, и был осторожно подхвачен Ильей, обращавшимся с находкой бережно, как с невиданным сокровищем. Экраны в шлеме Андрея погасли, и он ощутил, как довольно массивное устройство наваливается на него всей своей тяжестью. В таком состоянии и шагу нормально не сделать, но это лучше, чем заживо выгореть. Казаков, с размаху, бросил уже начинающую искрить поврежденную энергоячейку прочь. Яркая вспышка, и короткий разряд молнии оставил уродливый обугленный шрам на оказавшемся рядом дереве. Повезло так повезло, что тут скажешь.

-Сейчас, подожди, - до Андрея, неожиданно почти ослепшего и не способного пошевелиться, до несся приглушенный голос выжившего стрелка, - сбегаю до хвостовой части платформы. Там ячеек много должно было остаться, где Гришку пришибло.

Гришка? Видимо, так звали раздавленного энергоблоком платформы бойца. А этого то как зовут? Андрей стоял, словно статуя, имея лишь ограниченный сектор обзора. Так вот, как себя ощущают в режиме полной неподвижности. Хотя, в нем вроде экраны продолжают работать, а тут то вообще мрак. И звуки, словно голову под воду засунул. Раздался непонятный крик Казакова, и совсем уж тихие звуки выстрелов. Сильный удар в спину, не смягченный энергетическим экраном, бросил его застывшее тело на землю, болезненно приложив еще и о нее. Выстрелы не прекращались. Затрещал автомат. Да что же там происходит то? Андрей пытался шевелиться, но едва ли из этого выходило что-то серьезное. Сдвинуть то костюм, в теории, можно было даже мышечной силой. Сдвинуть. А вот встать уже вряд ли выйдет. Это вам не средневековый доспех в котором, по слухам и отрывочным знаниям истории, вполне себе можно бегать, прыгать и кувыркаться, при должной физической подготовке. Что-то зашуршало по броне, и Андрей ощутил, что его осторожно переворачивают. В обзоре шлема показался Казаков, судорожно производивший какие то манипуляции, и постоянно оглядывавшийся.

Новый тихий щелчок, и на экранах побежали строчки новых оповещений. Жизнь возвращалась в костюм, вместе с цветами и звуками окружающего мира. Выстрелы стали слышны куда отчетливее. Казаков буквально поставил Андрея, еще не отошедшего от неподвижности, на ноги. Вокруг валялись несколько трупов зараженных, судя по характерным признакам, Топтуны.

-Андрей, ты как? – Казаков тряхнул Свиридова за плечо, окончательно приводя его в себя, - Твари так и прут, уходить отсюда надо. Мы нашли машину, надо спешить.

Повинуясь Илье, настойчиво тянущему его следом, Андрей побежал вперед, стараясь не споткнуться об какое-нибудь мертвое тело, кусок дерева или чадящий черным дымом металлический ошметок. Откуда-то сбоку, из кустов, неожиданно выскочил бегун. Жалкая тварь наверняка даже осознать ничего не успела. Массивный приклад тяжелой винтовки Казакова, использованный совершенно неподобающим для него образом, оторвал голову зараженного от плеч, и она кровавым мячиком ударилась об землю. Тело мешком осело рядом. С каждым шагом, следов огня вокруг становилось все меньше, а вот число густых кустов, покрытых нежной зеленой листвой, быстро возрастало.

-Илья, куда мы бежим?! – крикнул Андрей, стараясь не отставать от товарища.

-Подожди минуту, сейчас все будет. Слышишь, наши стреляют.

Где-то впереди и правда раздавались короткие автоматные очереди. Вот только, действительно ли это стреляют союзники? Плен в обездвиженном костюме практически вырвал Андрея из самого потока времени, и сейчас он совершенно не понимал, что происходит вокруг. Кусты резко закончились, обрываясь небольшой полянкой. Около массивной черной машины, «пикапа» непонятной модели, кипел бой. Точнее, бой уже заканчивался. Стрелок с автоматом, и Кадет, вооруженный массивной дубинкой, с трудом удерживаемой в здоровой руке, ударами добивали корчащихся на траве зараженных. Рядом с машиной валялся масочник, с развороченной очередью грудью. Рядом с ним Андрей заметил знакомый тубус ракетомета, судя по всему разряженного.

-А мы уже заждались! – при этих словах, Кадет резко опустил дубину на затылок дергающегося на земле бегуна, с целой кучей неаккуратных дыр в груди, - Сваливаем, пока новые не набежали! Косой, заводи.

Стрелок, прозвище которого Андрей слышал впервые, с трудом втиснулся в кабину. Пусть он и был облачен в легкий костюм, пространства там оставалось уж очень немного. Казаков запрыгнул в кузов, заставив машину покачнуться, и Свиридову ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Содержимое кузова удивило. На особой, подвижной станине, хитро сложенной на дне, покоился тяжелый пулемет. Судя по виду, танковый. Видать, сняли с какой-то дохлой машины. И почему они не использовали его, для атаки на платформы. Так сильно понадеялись на возможности своих ракет? Впрочем, не зря надеялись, сбили ведь, в конце концов. Взревел мотор, и машина сорвалась с места, петляя меж деревьев. На первом же повороте, Андрей едва не вылетел прочь из машины, и лишь вовремя схвативший его за руку Илья помог удержаться. В кузове имелись поручни, по всей видимости, для удобства стрелков, но уверенности, что они выдержат массу боевого костюма, было мало.

-Кажется у нас гости! – оклик Казакова заставил Андрея посмотреть в сторону. Между деревьев мелькала какая то туша, очень солидная, и почти наверняка жаждущая их свежей крови. Не ожидая дальнейших пояснений, Андрей кинулся к пулемету. Поворот небольшого рычажка, специально помеченного красным, привел в действие скрытые пружины, распрямляя «ногу» на которой жестко стоял пулемет. Тень уже была метрах в ста. Деревья не давали разглядеть подробностей, но было очень похоже, что ими заинтересовалась тварюшка не меньше элиты, или уж очень отожравшегося рубера.

Винтовка Казакова извергла из себя заряд, но на ходу особо не прицелишься. Предназначавшаяся монстру порция смерти врезалась в молодую березу, обращая целый фрагмент ствола в беспорядочно разлетающуюся вокруг щепу. Тварь чуть замедлилась, но преследования не прекратила, петляя из стороны в сторону. Андрей очнулся, наконец, выжимая спусковой крючок. Воздух заполнился беспрерывным треском и вибрацией, неприятно отдававшейся в руках. Пусть и модифицированный неведомыми техниками, для стрельбы с такой станины пулемет был приспособлен отвратительно. Заряды свистели вокруг, прошивая насквозь деревца, или и вовсе срубая их. Тварь яростно заурчала, перекрывая даже царящую вокруг какофонию.

«Убить… Еда быстрая… Еда вкусная… Убить еду… Сожрать…»

Андрей тряхнул головой, пытаясь прогнать странное наваждение. Да что же это такое. Пулеметная очередь, наконец, достигла зараженного. Тот не успел увернуться, и смертоносный град прошелся по его лапе, вскрывая броню, и заставляя кувырком пролететь по земле несколько метров. Казаков не стал медлить, сразу воспользовавшись подаренным шансом. Снова треснула винтовка, и огромная, которой тварь пыталась прикрыться, видимо инстинктивно предчувствуя такую пакость, отлетела прочь оторванным куском мяса. Рубер больше не пытался преследовать машину, пожирая ее ненавидящим взором, и наверняка урча себе под нос проклятья. Андрей, продолжая судорожно сжимать в руках пулемет, служивший ему сейчас точкой опоры, смотрел в ту сторону. Других преследователей не намечалось. Машина подпрыгнула на очередной лесной кочке, и вылетела на небольшую лесную дорогу. Две грязные колеи, порядком заросшие по обочинам сорной травой. Косой притормозил, выглядывая из открытой двери.

-Эй, капитан, куда дальше? Я этих мест не знаю.

-Как будто я их знаю, - пробурчал продолжающий изучать окружение Казаков, - нам надо вернуться к остальным. Скала где-то на востоке. С «Башней» связываться слишком опасно, да они и не ответят, я думаю.

-Ну, дорога то вроде на восток идет, - в голосе Косого уверенности не ощущалось, - мы конечно сумбурно приземлились, но если я нигде не ошибся, все так. Эта колея должна быть параллельна основной трассе.

-Надеюсь что ты прав.

Дорога оказалась весьма запущенной. Пришлось несколько раз останавливаться, убирая с нее бурелом, и так как в самом Стиксе бурь в последнее время никто не видел, было резонно предположить что именно в таком виде она сюда и перенеслась. Странно, но ни одного зараженного рядом видно не было. Местность словно вымерла, и это нервировало. Ну не должно быть в Стиксе таких вот тихих мест, навевающих лживое ощущение безопасности. Впрочем, такое комфортное движение по почти нормальной дороге оказалось недолгим. Пикап остановился, и из открывшейся водительской двери стал выбираться Косой.

-В чем дело? – прекратив наблюдать за тылами, Казаков обернулся в сторону кабины, и присвистнул. Было от чего. В паре метров от колес машины простиралась настоящая пропасть. Словно уродливый шрам, дорогу пересекал здоровенный провал, с обнаженными слоями глинистой почвы. Глубина тут была не меньше двадцати метров и там, на дне, все выглядело будто перемолотое гигантской мясорубкой месиво. Из смеси глины, земли и щебня торчали искалеченные стволы деревьев. Кое где виднелись непонятной глубины лужи, и даже целые ручейки, пробивающиеся из склонов. Такого Андрей еще не видел никогда. Выпрыгнув из кузова, он подошел к самому краю, и заглянул вниз. Переправиться тут нет никакой возможности.

-Что это такое? – спросил Свиридов, озадаченно взглянув на стоящего рядом Косого. Тот озадаченно пожал плечами, но все же попытался дать объяснение.

-Ну, не берусь утверждать точно, но похоже что при обновлении кластера под землей пустота образовалась, и все в нее провалилось. Страшное конечно зрелище, но нам такое не грозит. Если уж пустота при перезагрузке возникает, то проваливается все сразу, без задержек. Тут точно не проедем, а сколько этот овраг тянется, и не понять. Придется вдоль него ехать, к дороге, может и выберемся на нее.

Машина свернула с дороги на прогалину между деревьями, и медленно поплелась меж ними. Андрей предложил было бросить столь неудобный транспорт, и добираться пешком, но Илья был категорически против. До дороги пешком, конечно, доплестись можно, а дальше чего? Там они будут отлично видны, и с пешей скоростью движения, станут превосходной мишенью. Приходилось постоянно петлять, огибая совсем уж непроходимые места, а то и вовсе вылезать, срубая мешающиеся деревья виброклинком. Овраг, прекрасно видимый сквозь лес, закончился метров за двести до дороги. Андрей выдохнул с облегчением, различив впереди серость асфальтового покрытия, но радость была недолгой. Чуть в стороне раздавались какие то шумы, не слишком типичные для зараженных или немногочисленной лесной живности, а союзников тут сейчас точно нет. Косой заглушил двигатель, и все прислушались, надеясь что их уже не засекли. Натужный рев мотора, и непонятный треск. Да что же там происходит?

Свиридов выпрыгнул из кузова, и жестом показал в направлении шума, активируя систему камуфляжа. Полной уверенности в том, что она нормально пережила сегодняшние злоключения, не было. Никто ничего ему не сказал, может все и в порядке. Пригибаясь к земле, он быстро пошел на звук, огибая кучи сухостоя, которые могли бы выдать его своим треском. Прислонившись к склону земляного бугра, он осторожно выглянул из за него, озирая порядочную часть дороги. Посмотреть тут было на что. На противоположной стороне дороги, из леса, выбиралась огромная машина. Та самая установка, управляющая зараженными. Сейчас Андрей прекрасно видел ее матово черные панели и странные нагромождения угловатых выпуклостей. Судя по всему, транспорт сильно застрял. Вокруг машины суетилось десятка полтора масочников, подкладывая бревнышки под различные колеса, но успехов их деятельность пока не принесла. На обочине стояли два пикапа, разматывая буксировочные тросы. Свиридов зловеще улыбнулся. Непонятно пока, везение это, или злой рок, но больше похоже на первое. Как удачно они встретились, и все благодаря этому провалу. Развернувшись, он так же тихо и незаметно вернулся к товарищам.

-Ну, что там? – сразу налетел на него с вопросами Казаков. За время отсутствия Андрея, они зачем то прикрыли машину срезанным тут же лапником молодой елки.

-Масочники, человек пятнадцать. Там еще одна установка, и они с ней застряли на выезде на дорогу. Уж не знаю, как они ее доставляли туда. По воздуху, наверное.

-Тогда, почему не забрали с воздуха? – озадаченно спросил Косой, меняя картридж с зарядами в своем автомате.

-Вот у них и спроси, если хочешь, - Андрей кивнул в сторону вражеского отряда, - ну что, попробуем отбить?

-А не великовато ли соотношение? – спросил, на сей раз Кадет, с трудом выбираясь из машины, - Я в таком состоянии не боец, так что на каждого из вас пятеро приходится. Сдюжите ли такую толпу? Бойцы они конечно неважные, пчелки рабочие, но все же...

-А почему нет? – кивнул Андрей на тяжелый пулемет, - Они совсем расслабились, или просто заняты пока. Если сейчас, не медля, займем позицию с пулеметом, многих разом положим.

-Ну так не будем терять время. Эти мерзавцы нам сильно задолжали, а долги возвращать надо.

Воодушевленный Казаков откинул крышку кузова, и стал отсоединять пулемет от станины. Закончив, он протянул массивное оружие Андрею. Тот с опаской взял пулемет в руки, сразу ощутив его тяжесть, и несколько неуверенно посмотрел на тяжелый костюм Ильи. Тот лишь развел руками.

-Инициатива имеет инициатора. Ты ж знаешь, что в твоем костюме разъемов под винтовку нет, а уж в костюме Косого их и подавно не найти. Так что пошли, по тихой, пока они не свалили.

Андрей, которому пришлось приложить еще больше усилий, чтобы не шуметь, шел в хвосте их небольшой колонны. Кадета пришлось оставить у машины. Толку от него и правда сейчас нет. Успели вовремя. Масочники, по всей видимости, только сейчас разобрались со своей проблемой, забросав грязевые ямы древесиной и срубленными неподалеку ветками. Андрей, пользуясь моментом, пристроил пулемет на холмик. Удобная позиция. Враги как на ладони. Сбоку пристроился Казаков, что-то настраивая в винтовке. Косой отошел чуть в сторону, и залег там. Двигатель машины масочников заревел, и она начала выбираться на дорогу.

-Ну что, поехали. – азартно прошептал Илья, и прицелился, метясь прямо в кабину. Треснул чуть приглушенный выстрел. Успел ли водитель заметить вспышку, кто знает. Специально ослабленный заряд пробил лобовое стекло, тут же окрасившееся красным. Машина, лишившаяся управления, начала соскальзывать обратно. Застывшие по обе стороны от нее масочники не сразу поняли, что происходит. Андрей не стал давать им возможности отреагировать. Застрекотал пулемет. Длинная очередь срезала шестерых противников, попадавших как спелые яблоки после грозы. Как минимум, еще трое были ранены. Новый винтовочный выстрел, и один из противников, спасшийся от очереди, лишился ноги. Заряд оторвал ее в бедре, заливая разогретую поверхность дороги свежей кровью. Масочники, наконец, начали стрелять в ответ, но сейчас, огневое превосходство крохотного нападающего отряда было подавляющим. В дерево, рядом с позицией Андрея, прилетел винтовочный заряд. Слабенький, даже ствола не перерубил, но раскрошившиеся в мелкую труху щепки на миг затруднили обзор. Скосив глаза вбок, Андрей заметил что Косой пропал. Куда он мог деться?

Что-то мелькнуло в воздухе, и Андрей инстинктивно вжался в холмик. Взрыв, ошметки асфальта и комья грязи пробарабанили по броне, не причиняя никакого ущерба. Ну конечно, гранаты у масочников явно имеются, и они не так уж тупы, чтобы их не применять. Пулемет от взрыва, произошедшего метрах в семи от их лежки, не пострадал. Еще одна очередь, хоть и не задевшая никого, заставила врага залечь. Темная тень бросилась к кабине грузовика, но Казаков не спал. Новый выстрел проделал в слишком смелом масочнике порядочных размеров дыру. В этот момент проснулось давно не подававшее голоса чутье. Андрей понял, что отсюда нужно убираться. Ни разу еще, за все его местное бытие, это зудящее чувство не подводило. Он уже протянул руку к Казакову, чтобы одернуть его, когда заметил яркую вспышку около малых машин. Огненный шар приближался, словно в замедленной съемке.

Последним, что увидел Андрей перед взрывом, стал прыгающий в сторону Казаков. Ракета вонзилась в основание холма, служившего им укрытием. Сила взрыва подхватила оказавшихся на ее пути людей, и с силой отшвырнула их прочь. Пулемет мгновенно вылетел из рук. Андрея несло, с силой ударяя обо все встречные препятствия. Что-то хрустело, защитные экраны костюма гудели как рой не просто разозленных, а взбешенных пчел, пытаясь минимизировать урон. Но выходило плохо. Удар, еще удар, разворачивающий лицом к препятствию, и наконец финал этого короткого, но показавшегося таким длинным полета. Врезавшись в землю, словно выпущенный из пращи камень, Андрей подпрыгнул, и упал на спину. Экран костюма треснул, и неуверенно мерцал, выдавая какие-то совсем уж несуразные данные. Трудно дышать, а уж пошевелиться… Андрей попробовал шевельнуться, натолкнувшись на волну оглушающей боли. Дыхание постепенно пришло в норму, но боль никуда не ушла, продолжая грызть тело. Да уж, неудачно сходили. Глупцы, какие же глупцы. Почему не оставили в покое этих проклятых масочников? Ведь могли догадаться, что ракеты у них есть, и используют они их не только по целям в воздухе.

Андрей лежал, ожидая смерти. Сейчас он беспомощен, словно дитя, и даже самый тупой масочник сможет закончить его существование парой выстрелов в едва живую нагрудную защиту. Ведь он всего лишь человек. Обычный человек, в конце концов. Но смерть не приходила. Неужели они о нем забыли? Не станут добивать? Глупость ведь, не добить бойцов в костюмах. Раздались громкие шаги, и радостный вопль Косого.

-Он тут! Эй, Кадет, иди сюда! Я его нашел.

Через экран шлема, Андрей увидел Косого. Под грязью, покрывавшей шлем его легкого костюма, виднелась довольная улыбка. Косой подбежал к Андрею, и несколько раз стукнул пальцами по шлему.

-Андрей, ты живой тут? – услышав невнятный стон из под шлема, Косой обрадовался еще больше, -Погоди, сейчас тебя вытащим. Знал бы я… А, ладно, не опасайся, мы им с фланга зашли, и тех что вы не прибили смогли перестрелять, пока они отвлечены были. Да только та тварь, что у одной из машин пряталась, все равно успела ракету запустить.

-Ну, как он там? – раздался голос Кадета.

-Живой вроде, но приложило неслабо. Почти не шевелится. Что там с Казаковым?

-В порядке все, его только приложило о землю, и засыпало сильно. Сказал, чтобы не беспокоились, и Андрею помогли. Ты бы шлем с него снял, а то мало ли, что с фильтрами.

Косой склонился над Андреем, и начал возиться с забитыми грязью замками шлема. Кадет медленно приближался сзади, удерживая что-то в здоровой руке. Трещины на экране не позволяли разглядеть, что именно он там держит, но предчувствие снова взвыло, во второй раз за день давая свой неприятный прогноз. Андрей дернулся, пытаясь как то предупредить Косого, заставить его обернуться.

-Летейнант, ты чего… - договорить Косой не успел. С тонким звоном узкий длинный виброклинок прошел через защиту шлема. Андрей видел, как меркнет жизнь в глазах человека, которого он только сегодня узнал. Кадет, бесцеремонно выдернув клинок из головы только что убитого им человека, пинком ноги отбросил подергивающееся тело в сторону. Склонившись над Андреем, Кадет заглянул ему в глаза, сквозь грязную поверхность обзорных щелей шлема. Андрей заметил, что ошейника на диверсанте нет.

-Как ваше здоровье, Андрей Павлович? – издевательски начал Кадет, поигрывая орудием убийства, - Вижу, что не очень, хоть я и сам не в лучшей форме. Уж простите, что так получилось, но я вроде говорил. Я хочу жить. И я совершенно не верю, что вы выполните договоренность, и отпустите меня на все четыре стороны. Я ведь, как ни крути, тоже мутант, с которыми вы воюете. Пусть и дефектный. Так что, еще раз извиняюсь, но не в моих интересах в такой необычной, и очень удобной для меня ситуации держать свое слово. Слов то у меня много, а вот жизнь одна.

Андрей заглянул в глаза этого странного убийцы. Не было там сейчас ничего человеческого. Лишь кровавые линии лопнувших капилляров, и разгорающееся пламя безумия. Неужели он скрывал свою истинную сущность все это время? Свихнувшаяся на почве выживания тварь? В душе Андрея начала закипать ярость, пока не способная найти выход. Казаков? Если он жив, то поможет… Видимо, Кадет что-то прочитал в его ненавидящем взоре.

-Думаете, спасение близко? Ошибаешься. Тут сейчас только двое живых, разумных людей. Людей, понимаешь? – Кадет безумно расхохотался, словно в самом этом факте скрывался какой то непонятный Андрею юмор, - Казаков не придет на помощь. У него сейчас проблема посерьезней, с нарушенной то герметичностью. Не похоже, что у него иммунитет. Да и ошейник ваш дефектной дрянью оказался, быстро сдался под моим настойчивыми ухаживаниями. Ты проиграл, Свиридов. Все вы проиграли, и будете уничтожены Прометеем. Эта жалкая победа, и ваша жертва, никого не спасут. А сейчас, пришло время умереть.

Андрей наблюдал, как виброклинок приближался к его груди. Кадет действовал нарочито медленно. Сверкнула энергетическая защита, в последнем отчаянном порыве защиты, и сдалась. Лезвие скользнуло через броню, как сквозь масла, взрезая ставшую беззащитной плоть. И пришла боль. Новая, невиданная ранее боль. Клинок достиг сердца, и каждый толчок отчаянно сражающегося с наступающим хладом средоточия жизни. Тело выгнулось, невольно нанизаясь еще больше на убивающий ее высокотехнологичный нож. И тут, все закончилось. Кадет выдернул виброклинок, отряхивая его от капель крови, и явно собирался уходить. Но Андрей был жив. Или это он так думал? Может, он уже умер. Сердце не бьется, но разум работает.

Чуть шевельнул рукой, и она двинулась. Кадет ничего не заметил. Он лишь безумно улыбался, что-то говоря, но Андрей ничего не слышал. Он собирал в кулак всю свою ярость. Даже если он умрет, эта тварь уйдет на тот свет вместе с ним. Ярость бурлила внутри, словно сдерживаемый плотиной поток. Силы утекали из поврежденного тела, но на это сил точно хватит. Должно хватить. Кадет что-то почувствовал, взглянул на лицо Андрея, и вздрогнул, готовый отшатнуться назад. Что же ты увидел там, жалкая тварь? Движение на пределе скорости, уже ощущая надвигающуюся тьму беспамятства и смерти. Перчатка костюма обхватывает ногу урода, такую беззащитную и хрупкую, и сжимает ее. Равновесие важно, скотина - лишился руки, давай и ногу добавим. Слышится, а может и мерещится хруст кости, и огромный заряд энергии проходит сквозь перчатки. Андрей поймал взгляд Кадета. Взгляд, полный дикого, животного ужаса. Месть свершилась. Холод наступал со всех сторон, но Андрея он уже не волновал. Холод не так уж плох. Он несет покой, такой желанный и недостижимый. Покой. Тьма наконец пришла.

Глава 42. Жизнь.

Тьма. Тьма и тишина. Неужели, смерть выглядит именно так? Ни один звук не разносится в пространстве бесконечного мрака, да и мрак ли это вообще, или нечто иное, таинственное и непостижимое для человеческого создания. То и дело, в этой темноте вспыхивают невиданных расцветок сверкающие огни, столь мимолетные, что не получается понять, существуют ли они вообще. Легкость, невероятная легкость души, лишенной материальной оболочки. И в то же время тяжесть, наваливающаяся всякий раз, когда неосторожно пытаешься мыслить, нарушая самим этим фактом вечный местный покой. Мгновения складываются в секунды, те в минуты, а минуты, выстраиваясь ровными рядами, созидают часы, и так, постепенно, время размывается и теряет саму свою природу. Тут нет времени, равно как и нет длительности. Есть только точка, в бескрайнем пространстве. Или не точка. И было там что-то еще. Словно кто-то оценивающе на него смотрел, пытаясь своим взглядом охватить всю содержащуюся в нем сущность, всю прожитую жизнь и все что в ней было сделано. Или не сделано. Несмотря на постоянное внимание этого эфемерного взора, он не причинял неудобств. Скорее напротив, постепенно становилось все легче и легче. Сознание Андрея начинало растворяться в этом блаженстве. Что, неужто и правда смерть выглядит вот так? Или это последние бредовые видения умирающего сознания?

Приглушенный звук удара разорвал тишину, уничтожая покров этого сонного оцепенения. Вспышки во тьме стали более частыми, и дольше задерживались перед взором. Цвета мелькали безумным хороводом. Новый удар, и вновь пространство содрогается, словно некто незримый стучит огромным молотом в запертые двери. Через щели начинают проникать узкие лучи света. Они обжигают, но вместе с тем и согревают. Только сейчас Андрей понял, насколько он холоден. Мертвенно холоден. Еще удар, и еще один. Все вокруг рушится, свет и жар расползаются повсюду, опаляя лишенное оболочки сознание. Это больно, очень больно. Но вместе с тем так неожиданно приятно. Таинственный взор, наблюдавший за Андреем, отступил. Показалось, или неведомая сила усмехнулась, освобождая его от своего надзора? Удары стали регулярными. Сознание, терзаемое болью, очищается и наконец Андрей начал понимать, что этот ритмичный шум ударов ни что иное, как его собственное сердце, пока еще неуверенно, но с каждым мигом все бодрее отстукивающее положенный ему природой ритм. Но как? Ведь сердце было пронзено, рассечено подлым ударом, оно уже не должно биться. И тем не менее, бьется. Упорно бьется, разгоняя жар крови по жилам. Возвращая в израненное тело саму жизнь.

Очень больно, но боль – вечная спутница жизни. Она ее предвестница, и то, что провожает в последний путь. Без нее никуда. Что-то подсказывает, что эту пытку нужно вытерпеть. Нужно выдержать это испытание. Свет пульсирует, обжигая зрение. В смутном мелькании цветных пятен виднеются картины, но разглядеть их невозможно. Слишком быстро они мелькают. Вот, кажется, шуршащее листвой дерево. А это что? Никак не понять, видение уже исчезло, размытое хороводом соседних пятен. Появилось нечто новое, ранее не замеченное. Шум. Да, самый настоящий шум. Не тот грохот ударов сердца, что отдается изнутри, в каждом уголке сознания, а нечто совершенно иное, приходящее извне. Какое то шуршание, с непостоянной громкостью. Иногда в нем проскакивают громкие звуки, чистые и прекрасные, как первая весенняя капель. Их все больше и больше, и хоть разум отказывается их распознавать, как же это приятно, вновь слышать. Андрей упивался звуками, словно божественной симфонией, его личной симфонией, всю красоту которой понять не дано никому более. Вспышка адской, умопомрачительной боли, снова едва не отбросила во тьму, но Андрей удержался. Второго пробуждения, если это оно, ему может быть не дано.

Что-то вновь начало происходить. Остатки тьмы рассеивались, сердце стучало словно барабан, и наконец, открылась закрытая до того стезя, и в бывшую пустоту с грохотом ринулся обжигающе холодный поток, опаляющий все вокруг и заставляющий сжаться. Андрей вздрогнул, и наконец почувствовал свое тело. Немного, лишь смутными отзвуками, но почувствовал! Он дышал, и воздух, этот самый воздух, кажущийся таким холодным, вторгается в легкие тугими струями, давая организму так необходимый ему кислород. Мозг оживился, начав яростное пиршество щедро подаваемым ему угощением. Шумы упорядочивались, цветные пятна собирались в кучки, постепенно формируя настоящие изображения. Лес. Он в лесу. Поют какие то птицы, радуясь жизни и восхваляя ее прелесть. И лицо. Человеческое лицо, перекошенное от страха, навечно застывшее в мерзкой гримассе. Почему так приятно видеть этот ужас, исказивший черты лица? Глаза, наконец подчинившиеся пробуждающемуся мозгу, нестерпимо жгло. Пришлось приложить немало усилий, чтобы закрыть их, обрывая поток излишней информации.

Последние мгновения воспоминаний пробивались в сознание, постоянно толкаясь и путаясь, но наконец хоть как-то проясняя произошедшее. Он был убит. Убит предателем, предавшим и своих создателей, и тех, кого он называл своими союзниками. Но предателю не повезло, и кара нашла его быстрее, чем тот думал. Электрический разряд поджарил мозг той мерзкой твари, что по какому-то недоразумению выглядит как человек. Теперь она не опасна, и лишь стоит, подобно статуе, не способная даже упасть из за судорожно сокращающихся мышц. Сокращающихся? Андрей приоткрыл глаза, пытаясь сфокусировать их на потрескавшихся экранах шлема. Огромная красная надпись, перекрывающая все остальные. «Оператор мертв». А вот хрен вам, а не мертв. Сердце бьется, хоть и не должно, значит еще жив, значит еще может бороться. Красная надпись меркнет, сменяясь беспорядочным мельтешением различных показателей. Словно искусственный мозг костюма сам не понимает, с чем только что столкнулся. А возможно так и есть. Труп Кадета медленно заваливается, и падает вбок, рядом с убитым им Косым. Штаны диверсанта как-то странно топорщатся. Неужели обделался от страха? Пошевелиться невозможно, вся концентрация уходит на то, чтобы нормально дышать, гоняя по организму живительный кислород. Стоит отвлечься, и легкие начинают вбирать в себя больше воздуха, чем им положено природой, что причиняет немалые страдания.

-Андрей?! Андрей, ты жив!? Что тут случилось…

В уже ставшее привычным слуховое пространство вторгается неожиданный звук, болезненно ударяя по ставшим слишком уж чувствительными ушам. Но боже, какую радость доставляет этот голос. Приоткрыл глаза, и увидел испуганное лицо Казакова. Что-то в нем есть странное, неправильное и непривычное. Но что? Не время тратить силы на бесплодные порывы к рассуждению, надо что-то ответить. Но из рта вырывается лишь еле слышный стон, отнимающий необычайно много сил для чего-то столь жалкого. И все же Казаков услышал. Облегченно выдохнув, он осторожно присел рядом, на землю. Слышно было, как тяжело он дышит сейчас.

-Помнишь, Андрей, наш старый разговор о Стиксе? До сих пор поверить не могу… Андрюша, я выиграл… Выиграл в лотерею…

Казакова начал пробирать истерический смех, и только сейчас Андрей заметил важную деталь его внешнего вида. Усы. Под шлемом, очень плохо были видны усы, сейчас гордо топорщащиеся во все стороны. Да уж, не угадал этот уродец Кадет, от слова совсем. Посмеялся над ним Стикс. На Казакове не было шлема.

***

В небольшом кабинете без окон, весь свет в котором давали несколько тусклых панелей на потолке, разносился монотонный стук. Стоящие у стены настольные часы, настоящий образец монументального мебельного дела ушедших эпох, безразлично отсчитывали секунды, минуты и часы, не ведая усталости. Полированная красная древесина, позолоченные резные фигурки амуров и виноградных лоз, и сам механизм, выполненный вручную неведомым ныне мастером. Когда то они стояли в музее, радуя народные толпы этой своей необычностью. Но у Стикса свои правила. Вместо мирных посетителей, выставочные залы заполонили обезумевшие твари, желающие лишь одного – пожирать все, что шевелится, с упоением насыщая желудок свежей плотью. Но и они ушли, в поисках новых несчастных существ, заочно приговоренных ими к жестокой смерти. Опустевший, разгромленный музей, стал никому не нужен и не интересен, а стоящие в одном из залов часы, чудом пережившие безумие первых дней, превратились в медленно покрывающийся пылью мусор, обреченно ожидающий новой перезагрузки и отправления в небытие. Этим часам повезло. Каков был путь, приведший их в это мрачное помещение? Свидетелем каких деяний, светлых ли, темных ли, стал безвольный часовой времени? Кто знает...

К стуку часового механизма присоединился другой звук. Ритмичное постукивание пальцев о лакированную поверхность стола. Сидевший за ним человек, чье лицо скрывало скудное освещение и излишнее обилие теней, настукивал какую то мелодию, выказывая в этом нехитром деле немалое мастерство. Выхватываемые лучами света пальцы, длинные и тонкие, словно лапки паука, прекрасно подошли бы для игры на пианино. Человек чего-то ждал, всей своей позой выдавая нетерпение. Тяжелая, лишенная каких либо украшений дубовая дверь, открылась без скрипа, впуская внутрь приземистую фигуру. Вошедший был тучен, но двигался с необычайной легкостью, словно тяжесть его телес не только не мешала, но и помогала, подбрасывая вверх. Подойдя к столу, человечек застыл, почтительно, и как-то покаянно склонив голову.

-Садись… - голос владельца этого кабинета вполне соответствовал невеселой обстановке. Сухой, и неприятно безжизненный, словно ветер в жаркой пустыне, лишенный малейшей капли влаги. Толстяк послушно уселся в стоящее рядом со столом кресло. Воцарилось короткое молчание, нарушаемое лишь спокойным тиканьем древнего механизма.

-Итак, как вы собираетесь оправдываться за столь неприятный, и вредящий нашему делу провал?

-Право, прошу простить мою дерзость, но, - неуверенно пролепетал толстяк, терзая рукав своей одежды, более всего напоминавшей лабораторный халат, - как мы могли помыслить, что обстоятельства сложатся настолько прискорбно? Ведь подумайте сами…

-Стой, - повелительно поднял руку хозяин кабинета, - для полного понимания нами обоими сложившейся ситуации, я начну рассказывать то, что уже известно из отчетов, а ты попытаешься объяснить мне, как так получилось. Тебе ведь дорого твое место? Итак, группа изолированных нами «нолдов» Базы, которая согласно всем вашим прогнозам должна была быть уничтожена в ближайшие три дня, смогла успешно вырваться из блокады и уйти в неизвестном направлении. Более того, они не просто ушли, а умудрились уничтожить две установки, из тех, на которые мы потратили так много сил, времени и ресурсов. Кроме того, еще одну установку они отбили у отряда охранения и угнали, и лишь четвертая, и последняя из выделенных для блокирования сил противника на пограничной скале, смогла уцелеть и была возвращена для технического обслуживания. Все так?

Слушая суровые, но вместе с тем безэмоциональные слова своего начальства, толстяк сжался в комочек, стараясь занимать как можно меньше места.

-Да, все как вы и сказали. Неизвестным нам образом, они смогли узнать причины поведения Орды, и обнаружить позиции, на которых стояли установки. Охрана одной из установок сбила вражескую платформу, и та потерпела крушение, судя по всему и ставшее причиной уничтожения самой установки. От самой разбившейся платформы мало что осталось, но на месте найдено тело одного из членов экипажа, в весьма неприглядном состоянии. В месте, где была угнана третья установка, имеются следы сражения. Обнаружены еще два тела… Эм… Тело еще одного вражеского бойца, предположительно, одного из выживших членов экипажа, и останки…

Толстяк окончательно смутился, и по выражению его лица было видно, что рассказывать дальше ему ну очень уж не хочется. Но его внимательному слушателю до желаний собеседника было мало дело.

-Ну, что же вы замолчали? Продолжайте.

-Второе тело… - начал толстяк с опаской, - оно принадлежит нашему агенту, единице типа «мимик», засланному в лагерь противника для проведения акции психологического подавления и проведения разведывательных мероприятий. Однако, отчеты от него перестали приходить вскоре, после того как отряд под командованием капитана Горского «сбежал» из плена в нашем отделении. Диагностику провести, к сожалению, невозможно. Доподлинно неизвестно, каким именно оружием единица была уничтожена, но подозреваю применение электрического оружия. От мозга, равно как и от встроенных в него устройств, мало что осталось.

-А скажи мне вот что, -в пустом доселе голосе почувствовались нотки интереса, - какое из наших отделений выпустило эту единицу?

-Отделение… Отделение господина Бюррена, насколько мне известно, самостоятельно занималась подготовкой агентов для операции. Доставлять их на такие расстояния из других мест просто невыгодно...

Кресло чуть слышно скрипнуло, когда владелец кабинета откинулся на него, скрестив руки на груди. Свет озарил часть лица, с излишне резкими, можно сказать гротескными чертами. В глазах, черных омутах, словно и вовсе лишенных белка, не отражалось ничего. Воцарилось молчание, и уже успевший успокоиться толстяк не решился его нарушать. Он тихо сидел, и ожидал вердикта, способного очень негативно сказаться на его здоровье. Если этот важный человек сочтет его ошибки слишком уж серьезными.

-Бюррен. Снова Бюррен. Не слишком ли часто его имя появляется там, где у нашей организации намечаются проблемы? Впрочем, ладно, поставить его лояльность под сомнение открыто может быть опасно. Сейчас опасно… Вот как мы поступим… С сегодняшнего дня, признаем ситуацию в «Долине» чрезвычайной, и отстраняем доктора Бюррена от прямого руководства данным регионом. Также, нам нужно перебросить туда часть гарантированно лояльных нам сил… И не самых худших. Подготовьте все необходимые документы, и предоставьте мне для подтверждения, да поскорее. На этом все. Идите.

Толстяк вскочил с кресла и, вытянувшись, как ему наверное казалось, в струнку, отвесил начальству почтительный полупоклон. Вновь открылась дверь, принося с собой легкий порыв какого-то излишне стерильного воздуха. В кабинете остался лишь один человек. Да и человек ли? Встав со своего вычурного кресла, владелец кабинета шагнул прочь от стола, к висящей на стене массивной эмблеме. Пылающий факел, выполненный в металле с невероятной искусностью. Паучьи пальцы коснулись эмблемы, нежно скользя по ее поверхности. С щелчком открылся скрытый до того отсек в стене, и пространство кабинета залил яркий свет, состоящий из самых различных оттенков голубого, переливающихся из одной причудливой комбинации в другую. На простой подушке из черного бархата покоился кристалл, размером чуть меньше человеческой ладони. Именно он и испускал этот странный свет, казалось, чуть пульсирующий в глубине многочисленных граней. Было там и что-то еще, скрывавшееся в этом мельтешении, но налюбовавшись этим странным зрелищем, человек без сомнений захлопнул только что открытую дверцу.

-Ничего у них не получится. Против абсолютной силы не попрешь но… Лучше все таки взять это дело на личный контроль.

Прозвенели гулкие шаги, и человек покинул кабинет. Лишь часы по прежнему тикали в темной комнате, безразлично созерцая очередной момент из бесчисленной череды уже увиденных им событий.

Content

«S.T.I.K.S» - Нолд.

Глава 1. Охотник.

Глава 2. Рейд.

Глава 3. База.

Глава 4. Институт.

Глава 5. Крушение.

Глава 6. Столкновение.

Глава 7. Возвращение.

Глава 8. Трофей.

Глава 9. Дом.

Глава 10. Кошка.

Глава 11. Разведка.

Глава 12. Сокрушение.

Глава 13. Предвестник.

Глава 14. Обманчивость.

Глава 15. Разрушение.

Глава 16. Начало.

Глава 17. Сон.

Глава 18. Дуэль.

Глава 19. Лотерея.

Глава 20. Запустение.

Глава 21. Уцелевшие.

Глава 22. Пленник.

Глава 23. Захват.

Глава 24. Враг.

Глава 25. Внутри.

Глава 26. Встреча.

Глава 27. Побег.

Глава 28. Лес.

Глава 29. Село.

Глава 30. Особняк.

Глава 31. Пленница.

Глава 32. Неприятности.

Глава 33. Башенный.

Глава 34. Осада.

Глава 35. Вылазка.

Глава 36. Ультиматум.

Глава 37. Перебежчик.

Глава 38. Авантюра.

Глава 39. Прорыв.

Глава 40. Кусач.

Глава 41. Приз.

Глава 42. Жизнь.