Сильвер Джеймс

Песня нашей любви

Глава 1

Такер Тейт принадлежал к числу людей, которые знают, куда идут. Его жизнь катилась по правильному пути, и он находился в точности там, где ему хотелось быть.

Он работал исполнительным директором компании «Баррон энтертейнмент» и музыкальным продюсером принадлежавшей ей фирмы звукозаписи «Бент Стар», и ему никогда не приходилось скучать. В небе ярко светило солнце, и Такер катил по дороге жизни в своем винтажном автомобиле «ти-бёрд» с опущенным верхом и включенным на всю громкость радио. Он был холост и свободен от семейных обязанностей, частично благодаря брату Дикону, который недавно женился и удочерил маленькую девочку, из-за чего их мать пока оставила в покое остальных своих сыновей. Хвала небесам!

Тейт ездил в Теннеси, чтобы посмотреть одну музыкальную группу, выступавшую в местном парке аттракционов. Ребята ему понравились, но он решил, что их запись должен послушать еще кто-нибудь из музыкальных продюсеров компании. Он возвращался в Нэшвилл, наслаждаясь погожим весенним деньком, свободный от всяческих дел. Такер решил вернуться домой по длинной дороге, заехав в Гатлинбург, чтобы перекусить там, а потом прокатиться по национальному парку Грейт-Смоки-Маунтинс, прежде чем направиться на северо-запад.

Тейт почти не бывал за городом, предпочитая проводить время в своей лос-анджелесской квартире или шикарном нэшвиллском таунхаусе, принадлежавшем компании. Приезжая домой, в Оклахому, он останавливался на семейном ранчо, что случалось, главным образом, по праздникам или по настоятельному требованию матери.

По дороге Тейт миновал небольшую деревенскую церквушку, в которой, судя по скоплению автомобилей и обилию цветов, проводилась свадебная церемония. Подходящий день для подобных мероприятий, особенно когда удавка оказалась не на его шее. Такер пока не думал ни о семье, ни о детях. Он наслаждался жизнью и ничего не хотел в ней менять.

Переключая скорость, он слишком резко вывернул руль, делая поворот, и чуть не врезался в неожиданно выскочившую на дорогу машину, украшенную бумажными цветами, за которой волочилась связка жестяных банок. Из салона авто с откидным верхом вылетело что-то белое и невесомое и поплыло по направлению к нему.

Когда эта штуковина повисла на антенне его машины, он чуть замедлил ход и снял ее оттуда, с удивлением обнаружив, что это была свадебная фата со сверкающей тиарой. Похоже, молодоженам явно не терпелось начать свой медовый месяц. Оставалось надеяться, что эти двое не попадут в аварию.

Двадцать минут спустя Тейт заметил облако дыма, поднимавшееся над близлежащим холмом. Черт! Неужели его опасения сбылись? Он прибавил скорости и, поднявшись на холм, заметил на обочине машину, из выхлопной трубы которой валил черный дым. Огня, к счастью, не наблюдалось. Похоже, у бедняжки сгорел двигатель. Подъехав ближе, Тейт увидел рядом с автомобилем женщину в белом свадебном платье. Она задрала подол платья и пинала машину своими белыми ковбойскими сапожками. Женщина подняла голову к небу, а потом опять принялась пинать свой автомобиль.

Такер затормозил перед сломавшейся машиной и оглянулся в поисках жениха, но того там не оказалось. Любопытно. Он заглушил мотор и, услышав громкую ругань женщины, судя по всему недовольной всем мужским родом, с опаской вышел из своего авто.

Чем она провинилась, что заслужила настолько ужасную карму?

Зои с силой пнула дверцу машины и порадовалась оставшейся там вмятине. Краем глаза она заметила какое-то движение на обочине, и ее охватила паника. Как только Смити вычислят, что она сбежала, ей конец. Зои успокаивающе погладила себя по животу.

— Все будет хорошо, — пробормотала она. — Мамочка все починит.

Нужно только придумать, как. Ей становилось дурно при мысли, что эта семейка приберет к рукам ее ребенка. До сегодняшнего дня Зои находилась у них фактически на положении узника. Разве могла она, увидев в окно церкви эту машину и зная, что у нее есть ключи от нее, не воспользоваться шансом? Зои выбралась через это окно и сбежала.

Она вздохнула с облегчением, увидев, что к ней приближается классическая черная тачка «ти-бёрд», в которой нет никого помимо водителя. Она хотела остановить ее, но рука замерла на полпути. Зои разучилась доверять мужчинам.

Она еще раз зло пнула стоявшую перед ней груду металла. Ужасно, что ей пришлось сесть за руль этой машины после ареста Редмонда, но когда она думала, что должна была отправиться на ней в свадебное путешествие с его тупоголовым братцем…

Норберт и правда был настоящим кретином. А его матушка? Эта женщина наводила ужас на Зои. Из Этти Смити получилась бы адская свекровь. Пусть бы эту старую каргу сбил олень на дороге или, что еще лучше, переехал грузовик! С чего Смити решили, что Зои согласится выйти замуж за Норберта только потому, что он брат Редмонда, отца ее…

Зои подпрыгнула от неожиданности, когда за ее спиной негромко прокашлялись. Она резко повернулась и увидела направлявшегося к ней незнакомца. Боже правый, ну почему она подвергается таким испытаниям? Этот мужчина… он показался ей необыкновенно привлекательным. Высокого роста, с коротко стриженными черными волосами, он выглядел идеально, в отличие от братьев Смити и их кузенов. Которые вскоре кинутся в погоню за ней. Зои снова переключила свое внимание на незнакомца с весело поблескивавшими глазами василькового цвета. Его губы… О, эти губы она могла бы целовать сутками напролет, ни разу не оторвавшись от них, чтобы глотнуть воздуха. Короче говоря, мужчина представлял собой настоящую проблему для Зои, стоя перед ней в своих темно-синих джинсах, которые обтягивали его бедра словно ревнивая любовница.

— Небольшие проблемы с машиной?

— Вы так считаете? — отрезала она и растерялась, когда он улыбнулся в ответ. Зои крепче прижала к себе свои пышные юбки, будто свадебное платье могло защитить ее от сексуальной привлекательности незнакомца.

— Я мужчина. А мы мастера по части сдержанных высказываний. — Он посмотрел на сломанную машину, а потом нерешительно глянул на Зои. — Может, подбросить вас?

— Я в порядке.

— Ага. Милочка, мне кажется, у вас накрылся двигатель, и эта птичка не скоро взлетит. — Мужчина снова окинул Зои взглядом с головы до ног, и ей показалось, словно он прикоснулся к ней.

Она внутренне затрепетала и попыталась взять себя в руки. Черт! Она слишком высоко задрала подол платья, выставив напоказ свои ноги.

Мужчина снова прокашлялся.

— Так, может, вызвать для вашей машины эвакуатор?

— Нет. — По сути, машина принадлежала не ей. Ред оставил ей ключи и сказал, что она может на ней ездить. Как по ней, пусть бы эта развалюха стояла здесь, пока не наступит конец света. Что, если так и сделать? Бросив машину здесь, она собьет с пути своих преследователей.

— Послушайте, — продолжил незнакомец. — Мы находимся в глуши. Давайте я подброшу вас хотя бы до ближайшего города.

— Я не собираюсь в ближайший город. Я еду в Нэшвилл.

— Какое совпадение. Я тоже еду туда. Нам по дороге.

В том-то вся беда. Зои очень хотелось, чтобы он забрал ее с собой. Мужчина по-прежнему окидывал ее взглядом, и в его слишком синих, чтобы не грозить опасностью, глазах читался интерес. Впрочем, Зои отвечала тем же, надеясь разглядеть в нем пещерного человека. Черт подери! Да что же с ней творится?

— Вы отвезете меня в сам Нэшвилл? — Тогда у нее появится огромное преимущество перед Смити. Ред сидел в тюрьме в Алабаме. Норберт был маменькиным сынком, а их кузены не могли шагу сделать, если на то не было воли Этты.

— Именно так. — Незнакомец достал свой телефон и так мило нахмурился, что у Зои появилось желание поцеловать его в лоб. «Эй, девочка, полегче», — одернула себя она. Если уж на то пошло, она бы не оказалась в такой передряге, если бы не ее тяга к привлекательным мужчинам. — Черт! Нет связи. Вызовем эвакуатор, когда доберемся туда, куда уже дошла цивилизация.

Зои достала из салона машины свою дорожную сумку и гитару в чехле. Все ее имущество умещалось у нее в обеих руках.

— Ладно. Поехали. — Она миновала мужчину и резко остановилась, когда он потянул ее за сумку.

— Я положу вещи в багажник. У меня в машине нет заднего сиденья.

Пока ее спаситель укладывал ее пожитки в крошечный багажник, она открыла дверцу со стороны пассажирского сиденья и хмыкнула, увидев там свою фату. Ужасная карма. Определенно. Зои положила отвратительную фату и диадему на панель приборов и постаралась втиснуться на сиденье.

— Помочь? — незаметно подошел к ней хозяин тачки.

Она вздрогнула и ударилась голенью о дверцу машины. Черт, какой он ушлый.

— Большое спасибо, я справлюсь.

Мужчина сделал шаг назад и скрестил руки на груди, такой же мускулистой, как и его ягодицы. Он закатал рукава своей рубашки, выставив напоказ загорелые руки, покрытые темными, чуть порыжевевшими на солнце волосками.

Зои, пыхтя, с трудом протиснулась на пассажирское сиденье. Чтобы вытащить ее отсюда, придется вызывать погрузчик.

Она потянулась к дверной ручке, но мужчина опередил ее. Он приподнял свисавший на землю подол ее платья и, заправив его в машину, закрыл дверцу.

— С такой подушкой безопасности, как ваше платье, вам даже не нужно пристегиваться.

— Ха-ха, очень смешно, — буркнула Зои, поправляя платье. На первой же заправке она избавится от этой белой пародии на невинность и сможет устроиться поудобнее. Ей стоило немалых усилий вытащить ремень безопасности и натянуть его поверх вороха белого тюля.

— Меня зовут Такер, — заняв место за рулем, представился мужчина и протянул ей руку.

— Зои. — Она нерешительно посмотрела на его руку, а потом поддалась соблазну и пожала ее. Ладонь Такера оказалась теплой и сухой, но Зои почему-то бросило в жар.

— Можно поинтересоваться, где ваш жених? — выруливая на дорогу, спросил он.

— Неа. Скажем так, нашей свадьбе не суждено было быть. — Зои схватила свою фату и, подняв ее над головой, выбросила из машины.

В боковое зеркало она увидела, как фата приземлилась на капот оставленного ею авто, и громко рассмеялась.

— Испугались? — проследил за ее взглядом Такер.

— Скорее, включила здравый смысл, — натянуто улыбнулась Зои.

— Понятно.

Она раздраженно поправила платье с его многокилометровой юбкой.

— У вас, случайно, не найдется ножниц, ножа или чего-нибудь острого? — Мужчина глянул в ее сторону, и она указала на ворох тюля на своих коленях. — Я хочу отрезать хотя бы немного этой пышности.

— К сожалению, у меня нет ничего такого, что сможет справиться с этим платьем.

Зои хотелось объяснить, что не она выбирала этот наряд, только вряд ли этому парню есть дело до ее вкусов в одежде. Вместе с тем, она хотела произвести на него благоприятное впечатление.

Они проехали несколько километров в полной тишине.

— Вы не отсюда, — нарушила молчание Зои.

— Я родом из Оклахомы, — расплылся в улыбке Такер. — А вы?

— Прожила почти всю жизнь в этих краях, но готова уехать отсюда и никогда не возвращаться, — вздохнула она. — Одной из самых больших ошибок в моей жизни было приехать в Гатлинбург и спеть в местном баре.

Она глянула на Такера, который продолжал искоса смотреть на нее, и ей захотелось прикусить язык. Она прекрасно понимала, что видел в ней этот с виду состоятельный парень.

— Значит, вы певица?

— Типа того, — пожала плечами она. — Иногда, — Зои одарила его самой сладкой из своих улыбочек, — мне даже платили за это.

Зои снова поправила платье, пытаясь устроиться удобнее, и глянула на Такера. Но тот не смотрел на ее лицо. Нет. Он наконец заметил ее округлившийся живот.

Он прокашлялся, открыл рот, чтобы что-то сказать, но потом, видимо, передумал.

Прошло целых пять минут, прежде чем он все-таки решился задать свой вопрос.

— Значит, это была свадьба по принуждению, так сказать, под дулом пистолета?

— Ага, только пистолет приставили к моей голове.

Он резко затормозил, и она взмахнула руками, вцепившись в панель приборов.

— Что случилось? — Зои огляделась по сторонам, не понимая, что заставило его остановиться.

— Извините! Извините, — повторил Такер и повернулся к ней лицом. — Пожалуйста, скажите, что ваши слова были… шуткой.

— К сожалению, нет, — ответила она и увидела, как он нахмурился. — Эй, я не планировала такой маршрут для своей жизни. — Зои пожала плечами. — Хотя не могу не признать, что в то время была юной и глупой.

— А сейчас?

— Я стала старше и мудрее. Готовлюсь к рождению ребенка и смотрю, как моя жизнь превращается в плохую мыльную оперу, делая то же самое с моим телом.

Такер глянул на ее округлившийся живот.

— Правда? И когда вы все поняли? Месяцев… восемь назад?

— Около того. Такер, моя жизнь — чистой воды безумие. Я поняла, что самое лучшее, что я могу сделать, — это улыбаться и терпеть. Вы ведь в курсе, что смех — самое лучшее лекарство?

— Разве у вас нет родственников, к которым можно обратиться за помощью?

На ее глаза набежали слезы, и она, прикусив губу, отвернулась к окну. Сочувствие, с которым смотрел на нее Такер, могло лишить ее самообладания.

— Никакой семьи нет. Есть только я.

— Надо же… Я даже не представляю, каково это. У меня большая семья.

— Вам повезло.

— Везло, пока они все не начали совать нос в мои дела, — тепло улыбнулся Такер.

Зои почувствовала резкую боль и прижала ладонь к своему боку.

— Вы в порядке?

— Ага. Наверное, все дело в этих штуковинах Бриггса и Страттона, — ответила она, намекая на сгоревший двигатель автомобиля Редмонда.

— Может, вы имели в виду Брекстона Хикса? — растерялся Тейт.

Зои склонила голову и натужно рассмеялась.

— Брекстон Хикс? — решила пошутить она. — Звезда музыки кантри?

Глава 2

Когда Такер посмотрел на свою попутчицу, от него не ускользнуло, что она близка к тому, чтобы расплакаться. В этих белых ковбойских сапожках и ворохе кружев и тюля, Зои напоминала беженку из деревенского комедийного шоу, но в ее случае карикатурная одежда не имела ничего общего с прятавшейся за ней женщиной. За то короткое время, что они провели вместе, Такер успел разглядеть в ней решительность, сердечность и искрометное чувство юмора и, как мужчина, мог оценить все остальное. Еще Тейту показалось, что Зои очень одинока, намного больше, чем хотела признавать. Что было вполне понятно, учитывая ее обстоятельства. Поэтому он решил подыграть ей. Пока.

— О нет, — пряча улыбку, ответил он. — Я говорю о схватках Брекстона Хикса.

— Да ладно, — преувеличенно удивилась Зои. А потом снова склонила голову и изучающе посмотрела на него. — Откуда вам известны подобные вещи? Вы женаты? — Он поймал ее взгляд, направленный на его левую руку, крепко сжимавшую руль.

— Неа, — сдерживая смех, покачал головой Тейт. Меньше всего он думал о том, чтобы остепениться и обзавестись семьей. — Но разве я не говорил, что у меня большая семья? У меня много родных и двоюродных братьев. Некоторые из них обзавелись семьями, и у них есть дети. — А его свояченица Джоли, медсестра по профессии, рассказала всем и каждому, что происходит во время беременности и родов, когда его двоюродный брат Кейд с женой Пиппой ждали первого ребенка.

Такер снова глянул на живот Зои. Ему казалось очень милым то, как она обхватывала его своими ладонями.

Он убрал ногу с педали тормозов, осознав, что остановил машину посреди дороги. Хорошо, что тут не было никого, кроме них.

— Расскажи мне что-нибудь о себе, — перешел на «ты» Такер. — Ты не шутила, когда говорила о том, что тебя вынуждали выйти замуж?

Зои отвернулась к окну и тяжело вздохнула, и он уже было подумал, что она не станет отвечать на его вопрос.

— Это будет очень длинная история. Ты уверен, что хочешь покопаться в моем ящике Пандоры?

— До Нэшвилла еще ехать и ехать. У нас полно времени.

— Что ж, сэр, раз вы так настаиваете. С чего мне начать?

— Как по мне, так с самого начала.

— Хорошо. Итак… однажды вечером, приблизительно девять месяцев назад, когда я пробивала себе дорогу пением от дешевого кабака к придорожной закусочной, я выступала вместо солистки группы «Шутер Джейк’с». Ты слышал об этих ребятах?

Тейт кивнул.

— Так вот, в тот вечер я пела всем сердцем. Я стояла на сцене, вокруг царил полумрак. И за одним из столиков я заметила настоящего красавца, если ты понимаешь, о чем я, — подмигнула ему Зои. — Конечно, он был не такой красивый, как ты, но почти. Короче, он угостил меня стаканчиком виски. А потом еще одним. И еще одним. И так, пока я не… ну, ты понял, к чему я клоню. — Она запнулась и ткнула в его сторону пальцем. — Может, я и не пай-девочка, но я обычно далеко не глупа, и, даже будучи в стельку пьяной, я не забыла о презервативах. Но… — вздохнула Зои. — Иногда случается то, что случается… Утром мы расстались, он пошел своей дорогой, а я своей.

— Понятно, — зачарованно протянул Такер.

— Когда тест на беременность подтвердил мои худшие опасения, я кинулась разыскивать того парня. Я подумала, что он вправе знать, что скоро станет отцом и все такое. Вот ты, например, разве не захотел бы узнать?

— Думаю, захотел бы.

— Я искала Редмонда целых два месяца, и, когда нашла, было поздно что-либо предпринимать. Хотя я бы ни за что не стала избавляться от этого ребенка. Я ничего не имею против других, которые так поступают, но для меня это не выход. — Зои снова погладила свой животик, словно хотела защитить и успокоить своего малыша. И этот жест, который она делала на подсознательном уровне, вызывал у Такера умиление.

— И… Ты захотела, чтобы он женился на тебе?

— Нет, черт подери! Мы не любили друг друга. И у меня в планах не было заарканить его. Я не такая.

— Я уже понял это по тому, что ты сейчас здесь со мной, а не в машине своего жениха.

— Говорила же, что моя жизнь — это какая-то мыльная опера. Ты точно хочешь узнать все подробности?

Такер молча кивнул.

— Когда я поняла, что мне следовало уносить ноги оттуда, было слишком поздно. Редмонд твердил, что он невероятно горд своим отцовством, но делал ли он что-нибудь для того, чтобы оплатить мои походы к доктору? Неа. Этот сукин сын таскал меня по всему Югу и продолжал тянуть время. — Она понизила голос, имитируя своего бывшего жениха. — Детка, я попробую устроиться на работу и тогда дам тебе немного денег. — Зои закатила глаза и скривилась. — Я списываю все на гормоны, потому что будь я в здравом уме, я бы давно избавилась от этого мерзавца.

— Угу, — неуверенно протянул Такер.

— Я серьезно. Короче, мы оказались в Тускалусе, штат Алабама. — Она хотела что-то добавить, но потом осеклась. — Скажем так, все пошло под откос. Редмонд оказался… бабником. Что обернулось для него настоящей бедой.

— А конкретнее?

— У меня за спиной он закрутил интрижку с замужней дамочкой и был пойман со спущенными портками. Началась перестрелка. Ред победил. Его противнику повезло меньше. Точнее, вообще не повезло.

Зои вздохнула и потерла бок. Такер хранил молчание. Ему хотелось взять ее за руку и сказать, что все будет хорошо.

— Я хотела уехать сразу же после ареста Реда, но его мамочка, Этта Смити, заставила меня остаться в Тускалусе. Каждый раз на судебном процессе она сажала меня прямо за спиной своего мальчика. Она накупила мне отделанных рюшами балахонов для беременных, и я сидела там, день за днем, выглядя и чувствуя себя полной идиоткой. Я не любила этого мужчину, и он заслуживал того, чтобы сесть в тюрьму за то, что пришил того парня.

— Я… — Такер запнулся, не зная, что сказать.

Зои понимающе глянула на него и продолжила свою невеселую историю:

— Как только присяжные вынесли приговор, я собралась в дорогу. Но мисс Смити вдруг сделалась вся такая милая и добрая и сказала, что обязана позаботиться обо мне и ребенке. Все шло хорошо, пока она не надумала лепить из меня порядочную женщину. Поскольку я не могла выйти замуж за Реда, она решила, что я должна стать женой его брата, Норберта.

— Но зачем выдавать тебя за Норберта?

— Эта женщина сумасшедшая. Она объявила, что ее первый внук должен носить фамилию Смити, а мне следует плясать от радости, что я выхожу замуж за Норберта. А я, как любая здравомыслящая женщина, подтянула свои юбки и сбежала из города при первой же возможности. Я вернулась к пению, что делала довольно прилично, несмотря на дополнительную нагрузку. — Зои мягко похлопала себя по животу, и ее губы, которые вызывали у Такера самый большой интерес, расплылись в улыбке. — Я получила работу в Гетлинбурге. Но я понятия не имела, что Смити следуют за мной по пятам. Однажды вечером я бренчала на своей гитаре и пела песню Миранды Ламберт, когда в баре появился, угадай кто?

— Норберт.

— Попал с первого раза, — подмигнула ему Зои, но ее улыбка погасла, а в глазах промелькнуло какое-то загнанное выражение. Такер напрягся, сомневаясь, что ему хочется услышать конец этой истории. — Я опомниться не успела, как он запихнул меня в свой старый грузовичок и помчался со всего духу домой к своей мамочке. Эта карга заперла меня наверху в спальне, а сама занялась свадебными приготовлениями.

— Это она выбрала для тебя это… платье? — пошутил Такер, пытаясь хоть немного развеселить Зои.

— Кто ж еще, — скривилась она. — Кстати, ты не знаешь, сколько нам ехать до ближайшей заправки? Я хочу переодеться. И… — Она прижала руку к боку и немного напряглась. — Этот маленький сопляк любит дубасить по моему мочевому пузырю. Небольшой привал мне не помешает. И чем скорее мы доберемся туда, тем лучше.

Такер не знал, что из рассказанного ею было правдой, а что вымыслом. Но он не мог не прийти в восторг от того, что его мать назвала бы сообразительностью. Зои осталась одна-одинешенька, и от него не ускользнула ее тревога, которую она так старательно пыталась скрыть. Она казалась Тейту милой и забавной, и ему хотелось защитить ее, что было очень необычным, учитывая то, что они только что познакомились. Такер подавил еще один порыв взять ее за руку, а про себя отметил, что нужно будет попросить одного из своих братьев, Бриджера, работавшего в системе безопасности их кузена Кэша Баррона, чтобы тот справился насчет семейки Смити.

— Думаю, я смогу выполнить твою просьбу, — вслух сказал он.

Зои швырнула ненавистное свадебное платье в мусорный бак на стоянке и наконец почувствовала себя человеком. Когда она стягивала его, ей с трудом хватило места даже в кабинке для инвалидов. Зои буквально разорвала платье и так запыхалась, что у нее кругом пошла голова, и ей пришлось присесть на крышку унитаза, чтобы прийти в себя. Потом она натянула свои спортивные лосины, толстовку на два размера больше и сунула опухшие ноги в шлепки, почувствовав райское наслаждение. За платьем последовали дешевые уродливые сапожки.

Схватив свою сумку с вещами, Зои пошлепала обратно к магазину, находившемуся на стоянке. У нее было немного мелочи, как раз хватило бы на бутылочку воды и, может быть, даже на сэндвич. Она подошла к задней двери, но не решилась сразу открыть ее, а заглянула в магазин через стекло и тут же замерла в ужасе. В очереди стояли два двоюродных брата Редмонда. Может, где-то поблизости находилась и сама Этта?

Зои попятилась назад и в панике прижалась к стене. Она не могла войти в магазин за Такером. Что же делать? Что делать? Зои окинула взглядом парковку, машины Такера не было заметно из магазина, потому что он оставил ее в стороне. Затем она вычислила покрытый ржавчиной пикап, который видела рядом с церковью. Он был пуст. Оставалось надеяться, что Такер выйдет раньше и они смогут скрыться незамеченными.

Зои глянула на большой фургон, томившийся без дела на парковке. Она могла бы угнать его. Только тогда придется оставить гитару. И Такера, который оказался таким привлекательным. И мужественным. И заставлял ее думать о вещах, которым не следовало приходить в голову женщине в ее положении.

Зои осторожно пересекла парковочную площадку и спряталась за их машиной, что было не так-то легко, учитывая низкую посадку автомобиля.

— Ну же, выходи, — пробормотала она, посылая радиосигналы Такеру, хотя никогда не верила в подобные суеверия. Но пять минут спустя ее уловка сработала, и на пороге магазина появился Такер с пакетом в руках. Он посмотрел по сторонам, а потом заглянул в магазин. Тогда Зои чуть приподняла голову и негромко свистнула. Он повернулся в ее сторону, и она быстро махнула ему рукой и влезла в машину на место водителя.

Такер подошел к машине со стороны пассажирского сиденья, находившейся ближе к магазину.

— Дай мне ключи, — взмолилась она, вцепившись в руль, чтобы он не заметил, как сильно тряслись ее руки. — Садись. Пожалуйста! Быстрее.

Он глянул на ее очень большой живот, упиравшийся в руль, и удивленно приподнял бровь.

— А как ты…

— Ну же, мажорчик. Нам пора уезжать. И как можно скорее!

Дверь магазина открылась, и Такер, оглянувшись, увидел бегущих к ним двоих мужчин. Он бросил ключи Зои, которая умудрилась выбрать правильный и завести машину, а сам плюхнулся на пассажирское сиденье. Хвала небесам, он припарковался в дальнем углу площадки.

Машина рванула с места, и их преследователи отстали через несколько метров, а потом вернулись к своему пикапу.

— Притормози, — потребовал Такер.

— Сначала нужно оторваться от них.

— Что это за парни?

— Если я не унесу ноги, они станут моими свояками. — Зои вжалась в спинку сиденья и, не сбавляя скорости, сделала крутой поворот. — Это двоюродные братья Норберта. Скоро сюда примчится он сам вместе со своей мамочкой.

Такер потянулся к ней и положил ладонь сверху на ее руку, сжимавшую руль.

— Я не дам тебя в обиду.

На ее глазах выступили слезы. Все из-за ветра, ведь она опять забыла надеть солнцезащитные очки. И Зои не стала обращать внимание на свое взволнованно затрепыхавшееся сердечко. Такер был всего лишь хорошим человеком, который протянул руку помощи оказавшейся в беде женщине. Только и всего. Но ни один мужчина не говорил ей таких слов всерьез.

Зои не пришлось вытирать слезу, это сделал Такер, кончиком пальца нежно коснувшись ее щеки.

— Мы справимся, солнышко. — Он покопался в ее сумке и достал оттуда ее солнцезащитные очки. Затем Такер потянулся к пакету с продуктами и, подмигнув, улыбнулся Зои. — Что за поездка без вредной еды.

Глава 3

Такер позволил ей вести машину, потому что она, казалось, хорошо ориентировалась на местности и сидела за рулем достаточно уверенно. Денек выдался солнечным, не слишком жарким, и ее пока несостоявшиеся свояки остались далеко позади. Кроме того, сидя на пассажирском сиденье, Такер мог как следует разглядеть сбежавшую невесту.

Зои была хорошенькой, хотя и не дотягивала до королевы красоты. Ее глаза, теперь спрятанные за солнцезащитными очками, были цвета темного шоколада, а волосы, волнами ниспадавшие ей на ключицы, темно-каштановыми. Такеру казалось, что с ним творится что-то неладное, раз он находит ее сексуально привлекательной, но он ничего не мог с собой поделать. Обычно его не привлекали женщины ее типа, но вот поди ж ты. От Зои исходила какая-то милая беззащитность, которая не оставляла его равнодушным.

Ее акцент был достаточно сильным — и достаточно деревенским. Такер, отучившийся в Гарварде, прекрасно помнил, как над ним насмехались из-за его акцента, свойственного уроженцам Оклахомы. Ему пришлось потрудиться, чтобы избавиться от него. Но Зои? Ее язык был очень ярким и простецким. Стоило ей открыть рот, и Такеру казалось, что он слушает тексты песен в стиле кантри. Может, она покорила его именно этим.

Он продолжил изучать ее внешность. Зои даже не догадывалась, что он заерзал на своем сиденье, глянув на ее длинные изящные пальчики и представив, что так же крепко она сжимает не руль, а его собственную плоть. Ее ногти были покрыты облупившимся красным лаком. Интересно, какой была ее фигура до беременности? Такер усилием воли прогнал эти мысли из головы и подумал о том, что Зои вела машину с беспечностью и вместе с тем небывалой сосредоточенностью. Она казалась вольным человеком, не готовым осесть на одном месте. Правда, она решила оставить ребенка от человека, которого не любила и за которого не хотела выходить замуж. Зои представляла собой парадокс, и его любопытство, как в той пословице, могло сгубить кошку. Хорошо, что у него не было таковой.

— Ты пялишься.

— Ага.

— Мне снова нужно в туалет.

— Ладно.

— Я остановлюсь на следующей заправке. Потом ты можешь сесть за руль.

— Надо же, спасибо большое, — насмешливо ответил он. — Мне разрешают порулить собственной машиной. Хотя должен признать, что ты неплохой водитель.

Она фыркнула, а потом громко рассмеялась, и ее смех не на шутку взволновал его.

— Дорогой мой, я научилась водить в десять лет, чтобы одалживать соседскую машину. Мой папочка не умел ездить, поэтому я отвозила нас в местную пивнушку, где могла пением оплатить свой ужин и его выпивку.

Эта женщина очаровала Такера, что обеспокоило его. Немножко. Она была грубоватой и… настоящей. Зои говорила то, что думала, и он наслаждался ее компанией. Хотя где-то на подсознательном уровне его мучили сомнения, и он не мог сказать с уверенностью, было ли сказанное ею выдумкой или правдой ее жизни. Такер понимал, что не всем повезло родиться в семье с любящими родителями, которые души не чаяли в своих детях, но давали им свободу покидать гнездо, когда приходила пора.

Заметив, как Зои заерзала на своем сиденье, он быстро достал телефон и открыл приложение с картами.

— Продержишься еще семь километров?

Она глянула на спидометр, а потом мрачно зыркнула на знак ограничения скорости, который они только что миновали, и прибавила газу. Не прошло и пяти минут, как она плавно затормозила у придорожного магазина и выскочила из машины с таким решительным выражением лица, что мужчины разбегались на ее пути. Такер подождал, когда она скроется внутри магазина, и громко захохотал. Несколько человек бросили удивленные взгляды в его сторону, но он не обращал на них внимания. Он был совершенно очарован своей попутчицей.

Когда Зои вернулась, Такер уже сидел на месте водителя. Он начал подниматься, чтобы открыть для нее дверцу, но она отмахнулась от него.

— Пусть размерами я напоминаю небольшой амбар, но я не беспомощная. В тот день, когда я не смогу открыть собственную дверь, я буду лежать в гробу.

— Как скажете, мэм.

— Ты смеешься надо мной?

— Что ты?

Она нахмурилась, и ему стоило немалых усилий сдержать улыбку. Зои была слишком очаровательной, даже беременная, с опухшими лодыжками и маленьким мочевым пузырем.

— Мы сейчас выезжаем на федеральную трассу и через часа два, два с половиной будем в Нэшвилле. Тебе понадобится еще одна остановка?

— Все зависит от Непоседы. — Она вдруг вся напряглась и медленно выдохнула. — Клянусь святыми, этот ребенок будет плейскикером в Университете Теннесси.

— Ты уже знаешь, кто родится?

— Этта Смити уверена, что это будет мальчик.

— Ты делала ультразвуковое обследование?

— Целых три штуки. Маленький чертенок все время поворачивался к нам попой и ни разу передом. Если в моем доме будет детская, я выкрашу ее в лавандовый цвет.

— Лавандовый?

— Ага. Если смешать розовый и синий, получится лавандовый.

— Как насчет зеленого? Он достаточно нейтральный.

— Неа. Этот драчун достал меня. Я выкрашу все в лавандовый цвет. И если родится мальчик, пусть объясняет своим друзьям, что к чему.

— Почему бы просто не назвать его Сью? — пробормотал Такер.

Зои рассмеялась и напела несколько строчек из песни Джонни Кэша «Мальчик по имени Сью». Такер всегда находился в поиске новых талантов и уловил в ее хрипловатом голосе что-то необыкновенное, но она замолчала прежде, чем он смог разобраться в том, что только что услышал. Ее голос навел на мысли о лунном свете и смятых простынях, на которых в обнимку в темноте лежали мужчина и женщина. Такеру понравилась такая картинка, может быть, даже слишком.

Дальше они ехали молча, потому что на такой скорости ветер уносил все их слова. Зои придерживала волосы, чтобы они не хлестали ее по лицу, а Такер украдкой поглядывал на нее, любуясь ее высокими скулами, плавной линией подбородка и изгибом шеи, когда она запрокидывала голову назад… А потом его взгляд соскальзывал вниз к ее животу, и он замирал словно перед обливанием ведром ледяной воды.

Через два часа они добрались до предместья Нэшвилла, и Такер спросил, где ее высадить. Зои ответила не сразу, а потом наконец попросила у него телефон. Только она не сделала ни одного звонка, а отправила кому-то сообщение. Потом она подождала ответа.

Не получив от нее инструкций или адреса, Такер завернул на улицу, ведущую к офису «Бент Стар».

— Где мы? — нахмурилась Зои, оглядевшись по сторонам.

— Мы едем в мой офис, если только ты не придумала что-нибудь другое.

— Не надо. Я написала своему другу, но он не ответил пока. Я собираюсь временно пожить у него.

Такер, к своему большому удивлению, почувствовал укол ревности.

Он заехал на парковку рядом с офисом, заглушил мотор и повернулся к Зои, не глядя при этом ей в глаза.

— Зои, у тебя нет другого места, где ты могла бы остановиться?

Она пожала плечами, не поднимая голову.

— Я могу отвезти тебя в гостиницу.

— Не беспокойся из-за меня. Я поеду к своему другу. Можно забрать свои вещи?

— Конечно. — Такер вышел из машины и достал ее гитару и дорожную сумку. Потом обогнул автомобиль и подошел к нему со стороны пассажирского сиденья.

Зои никак не могла выбраться из машины, и он протянул ей руку. Она поморщилась, но не стала возражать. Выйдя из авто, она закинула сумку на плечо и протянула ему его телефон.

— Спасибо за все. Извини, что втянула тебя в свои проблемы. — Зои слабо улыбнулась, а потом развернулась и пошла прочь.

Такер глянул на телефон и увидел ответ, пришедший на ее сообщение.

— Черт, — пробормотал он. Мать расчленила бы его, узнай она, что он бросил несчастную беременную девочку на произвол судьбы. — Зои!

Когда Такер выкрикнул ее имя, она еще больше ускорила шаг. Если она сможет добраться до центра города, может, ей удастся найти работу в каком-нибудь клубе, где можно будет петь за чаевые или еще что-нибудь. Тогда она у нее будет где переночевать, пока она не доберется до парня, у которого собиралась пожить какое-то время.

За спиной раздались громкие шаги, а потом на ее плечо легла теплая ладонь.

— Твой друг написал ответ. — Такер протянул ей телефон, чтобы она могла прочитать сообщение. — Он уехал на гастроли.

Зои закрыла глаза, чтобы сдержать слезы. Неужели судьба не могла улыбнуться ей хотя бы разочек?

— Тебе больше некуда пойти, не так ли? — участливо спросил Такер. Ей ужасно не хотелось, чтобы он жалел ее, но она не успела ничего сказать. — И могу поспорить, что с деньгами у тебя тоже не очень хорошо. — Он забрал у нее сумку и закинул себе на плечо. Потом взял у нее из рук гитару. — Пошли. Мне нужно заехать в офис. Потом мы пойдем поедим и решим, что нам делать дальше.

— Послушай, ты не обязан…

— Обязан. Зои, я не могу бросить тебя на улице. Меня воспитали по-другому.

Они пошли обратно в направлении здания из красного кирпича в викторианском стиле. На доме не было ни одной вывески, чтобы понять, что за контора здесь находится. Такер не говорил, кто он по профессии, но, судя по его дорогущим ботинкам и машине, деньги у него водились. Он мог заниматься… чем угодно. Быть юристом. Продавать недвижимость. Черт подери, они находились в Нэшвилле. Он мог работать в шоу-бизнесе.

Такер придержал дверь и проводил Зои внутрь. Они прошли приемную со множеством кожаной мебели и отделанной деревом стеной за столом секретаря, на которой красовался логотип в виде звезды техасского рейнджера.

Такер повел ее дальше по длинному коридору и завел в еще одну приемную, отделанную в таком же стиле кантри, но эту комнату украшали обложки музыкальных альбомов и различные музыкальные премии.

Зои, глядя на все это, решила, что ее новый знакомый — музыкальный агент.

— Подожди тут. Я сейчас вернусь, — сказал Такер и исчез за какой-то дверью. Вместе с ее сумкой и гитарой. Но Зои слишком устала, чтобы возражать.

Она побродила по приемной, нашла уборную, сходила туда. Вернувшись обратно, Зои заметила на подставке повидавшую виды акустическую гитару. Поддавшись соблазну, она взяла гитару в руки и устроилась в одном из огромных кожаных кресел.

Склонившись над инструментом, насколько позволял ее живот, она коснулась каждой из струн, проверяя их звучание. Гитара оказалась превосходно настроенной, и Зои сыграла несколько аккордов. Потом она настолько увлеклась, что не заметила появившихся слушателей.

Сначала она спела песню Кэрри Андервуд, потом Миранды Ламберт. Закончила Зои проникновенной балладой Келли Кларксон, которая называлась Piece by Piece. Она не часто пела подобные песни. В барах, где работала Зои, народ предпочитал танцевальную музыку. Но ее душа находила покой в таких балладах или песнях наподобие Burning House в исполнении певицы Кэм. Зои прижалась щекой к гитаре и, спев первый куплет песни When the Right One Comes Along группы Striking Matches’, чуть не выронила инструмент, собираясь петь второй куплет, партию мужчины, когда песню подхватил чей-то звучный голос.

Она резко подняла голову и увидела перед собой пятерых мужчин, но ее вниманием завладел тот, кто пел. Мужчина подхватил мелодию на своей гитаре и подмигнул Зои, ожидая, когда она присоединится к нему, что она и сделала. Внешне она оставалась невозмутимой, но внутри? Она чуть с ума не сошла. Перед ней находился сам чертов Дикон Тейт вместе со своей группой Sons of Nashville. Зои умудрилась допеть песню и даже добиться какой-то благозвучности от гитары, которую держала на коленях.

Когда раздались громкие аплодисменты, она была настолько потрясена, что не могла произнести ни слова. Может, именно такие ощущения переживают известные люди? Зои мечтала о славе еще с тех пор, как отец вручил ей первую гитару, купленную в ломбарде.

Дикон подошел к ней с лучезарной улыбкой на лице и протянул ей руку. Он и в телевизоре казался сногсшибательным красавцем, но в жизни оказался еще привлекательнее.

— Дикон Тейт.

— Зои Паркер.

— Рад познакомиться с вами, мисс Зои Паркер.

— А уж я как рада.

— Разве ты не женат? — послышался недовольный голос. — И разве у твоей жены нет пистолета?

— Ты прав, Так, — захохотал Дикон. — Ты не сказал нам, что тебя тут ждет такая талантливая леди. Мы бы закончили наши дела быстрее.

У Зои перехватило дыхание, когда Такер подошел к Дикону и встал рядом с ним. Только тогда она заметила их сходство.

— Вы… Я не… — бессвязно забормотала она.

— Зои Паркер, я хочу представить тебе своего брата и исполнительного директора «Баррон энтертейнмент» Такера Тейта, — перебил ее Дикон. Он шутливо толкнул Такера в плечо и улыбнулся. — И у тебя нет причин ревновать, братец.

Она растерянно перевела взгляд с одного мужчины на другого. Такер Тейт? Он был мультимиллионером. И важным человеком в шоу-бизнесе. У нее перехватило дыхание, а потом что-то натянулось в ее пояснице, и боль, которая накапливалась там весь день, стала мучительно резкой, когда отошли ее воды.

Зои в ужасе и смущении подняла взгляд. Мужчины посмотрели на нее, потом друг на друга. Она прижала ладонь ко рту, когда они, размахивая руками, забегали вокруг нее.

— Звоните в скорую!

— У нас нет времени!

— Я бегу за машиной!

— Но нам нужна машина скорой помощи!

Такер и Дикон бросились к ней.

— Тихо, Зои. Все хорошо, — принялся успокаивать ее Такер.

— Как скажешь, — ответила она, увидев на его лице только тень паники.

— Так и есть. Держись. — Он обнял ее за плечи. — Мы договорились, что справимся.

Вскоре в приемной появились парамедики и уложили ее на носилки. Когда они загружали ее в машину скорой помощи, она увидела Такера, стоявшего на улице, который выглядел так же потерянно, как и она.

— Пойдемте, папочка, — сказал один из медиков, махнув Такеру. — Мне кажется, этот ребенок не собирается ждать приглашения. Вам нужно быть поблизости.

Такер забрался в машину и сел на лавочку у изголовья носилок, на которых лежала Зои. Второй медик сел за руль, и машина рванула с места под вой сирен.

— Я Тед, — представился оставшийся рядом с Зои фельдшер.

— Зои.

— Мне нужно взглянуть на вас, Зои, чтобы уточнить, на какой стадии процесса мы находимся. Хорошо?

Такер отвернулся, когда врач стянул с нее лосины и сделал осмотр.

— Дорогая, вам нужно прекратить тужиться.

— Прекратить тужиться? — завопила Зои. — О чем вы говорите, черт подери? Этот ребенок хочет наружу! — Она махнула рукой в сторону Такера, и он инстинктивно схватил ее ладонь.

Зои запыхтела, потом застонала. Она так крепко вцепилась в руку Такера, что он перестал чувствовать свои пальцы.

Тед набросил поверх Зои простыню и начал подключать ее к контрольно-измерительному оборудованию.

— Я не хочу, — захныкала она.

— Немного поздновато, ангел мой. — Такер убрал прядку волос с ее лица и представил, какими они могут быть на ощупь, если смыть с них лак.

Она скривилась от боли, не сводя с него глаз. А он пытался выдавить улыбку, чтобы успокоить ее, хотя на самом деле сходил с ума от волнения.

Она тихо застонала и вся напряглась.

— Я больше не могу, — процедила она сквозь стиснутые зубы.

— Мамочка, подождите еще чуток. Мы почти на месте.

Тед поднял простыню и снова заглянул внутрь.

— Разве ты не должна как-то по-особому дышать или что-то в этом роде? — попытался отвлечь ее Такер.

Ответом ему послужил легкий щипок за руку и тихое ворчание.

— Совсем не смешно, ты…

Зои снова скривилась и громко застонала от боли.

— Прибавь газу! — крикнул Тед водителю, а потом что-то буркнул и, приподняв простыню, сел между коленей Зои.

— Похоже, у нас нет времени. Тужьтесь, Зои.

Она снова ухватилась за руку Такера, а он сунул руку ей под плечи и поддерживал ее, пока она тужилась.

Казалось, прошла целая вечность, когда она, наконец, вся обмякла и прислонилась к нему, а на руках у врача появился розовый визжащий комочек, чей крик мог посоревноваться с воем сирены «скорой помощи».

Тед поместил малыша на руки Зои, и Такер с замиранием сердца смотрел на крошечное, сморщенное личико ребенка. Он провел кончиком пальца по щечке малыша, и тот прекратил плакать. Когда к Такеру вернулась способность дышать, он ощутил чувство небывалой нежности к этому крохе с черными волосиками и синими глазами. А еще желание защитить его и оградить от всего плохого. Такер вдруг испугался, что этот ребенок может похитить его сердце.

— Мамочка и папочка, мои поздравления. У вас мальчик.

Глава 4

Такеру не хватило духу поправить фельдшера. Он глянул на Зои, со слезами на глазах всматривавшуюся в своего ребенка, а потом на свое отражение в металлической поверхности одного из шкафчиков напротив. Они с Зои оба выглядели так, словно их ударило молнией, — ошеломленные и смущенные, смотрели они на крошечного человечка, который только что громким плачем объявил свое появление на свет.

Сидя в машине скорой помощи и пережив процесс рождения ребенка, Такеру следовало бы испугаться. Только ничего подобного не случилось. Возможно, все из-за шокового состояния — потому что невозможно было предвидеть то, чему он только что стал свидетелем, — и в то же время из-за чувства глубокого покоя, царившего в его сердце. Такеру казалось, что он на глазах превращается в лепечущего что-то нечленораздельное идиота, и он лишь крепче стиснул зубы и сосредоточил свое внимание на Зои.

Вскоре машина остановилась перед входом в отделение неотложной помощи Медицинского центра Университета Вандербильта, и Зои с ребенком выгрузили, чтобы отнести внутрь.

— Эй, папочка! Вы идете? — позвал его Тед.

Такер кивнул и последовал за ними.

К Зои подошла устрашающе квалифицированная дама в медицинском халате с разноцветными единорогами и начала вбивать в планшет ее данные. Потом в палате появились еще какие-то мужчина и женщина.

— Это акушер-гинеколог и педиатр, — пояснила леди с единорогами.

Такер поднялся с кресла, чтобы уйти, когда врачи начали забрасывать Зои вопросами.

— Предполагаемая дата родов?

— Кровяное давление?

— Это ваш первый ребенок?

— Сколько баллов по шкале Апгар?

Зои усадили на гинекологическое кресло и накинули на нее простыню, пока педиатр заворачивал ребенка в пеленку.

— Пожалуйста, — с мольбой посмотрела на Такера Зои и схватила его за руку.

Она казалась такой напуганной и такой одинокой.

— Зои, я никуда не ухожу, — мягко сжал ее ладонь Такер.

На лице Зои появилась улыбка, и он улыбнулся ей в ответ.

— Поздравляю, — заметил педиатр. — У вас родился здоровый и немного нетерпеливый сын. — С этими словами мужчина вручил ему ребенка и повернулся к леди с единорогами: — Можно было бы поставить десять баллов по шкале Апгар, но раз он родился на две недели раньше, поставим девятку, на всякий случай.

Такер, затаив дыхание, смотрел на сморщенное личико малыша. Тот зевнул и сунул крошечный кулачок себе в ротик. На плечо Такера легла крепкая ладонь.

— Папочка, дышите.

Ах да. Ему вообще-то следовало прояснить ситуацию, раз этого не сделала Зои. Только слова отказывались выходить наружу. Не сводя глаз с малыша, Такер не заметил, как уселся на край кровати Зои, чья рука теперь лежала поверх его руки рядом с головкой ребенка.

Педиатр потянулся к малышу, чтобы забрать его, и Такер обнаружил, что ему не хочется возвращать этот крохотный сверток.

— Теперь, когда у вас установилась связь с ребенком, пареньку нужно поесть. Зои, вы ведь планировали кормить его грудью, не так ли?

Дверь открылась, и на пороге появилась еще одна медсестра.

— Ее палата готова. Мы переведем ее туда сразу же, как только она покормит ребенка.

Леди с единорогами помогла Зои устроиться поудобнее, а педиатр поднес малыша к ее груди. Затем врачи оставили Такера с Зои наедине. Когда под простыней начали раздаваться довольные чавкающие звуки, он, немного смущенный такими интимными вещами, повернулся, чтобы уйти.

— Нет! — запаниковала Зои. — Я не могу оставаться здесь. У меня нет денег. — Она пристыженно потупилась и прикусила дрожащую нижнюю губу.

Такер инстинктивно коснулся ее щеки, зная, что ни за что не бросит ее на произвол судьбы.

— Я отложила деньги на роды и выбрала один из родильных центров здесь, в Нэшвилле, но этот бутуз сорвал все мои планы. У меня не было времени, чтобы уладить все дела и записаться на осмотр. — Она замолчала, а потом посмотрела ему в глаза. — Я не люблю ходить в должниках и всегда сама оплачивала свои счета. — По ее щеке скатилась слеза. — Я не знаю, что мне делать.

— Я знаю. — Такер мягко убрал прядку волос с ее лба. — Не беспокойся о счетах. Я все улажу.

Она хотела возразить, но он заставил ее замолчать, прижав палец к ее губам.

— Тихо. Все будет хорошо. Мы придумаем, как ты сможешь вернуть эти деньги.

— Я обязательно верну их, — решительно и в то же время с облегчением заявила Зои.

— Я даже не сомневаюсь, — весело блеснул глазами Такер.

— Папочка, знаю, вам хочется остаться с семьей, но пора уходить, — появилась на пороге леди с единорогами. Она выпроводила Такера из палаты, чтобы медсестра и двое санитаров могли заняться Зои и ребенком.

Когда Такер вышел от главврача, объяснив сложившуюся ситуацию и позаботившись об оплате всех счетов, его телефон разрывался от звонков и сообщений. А в приемной его ждала толпа народу с воздушными шариками, цветами и плюшевыми игрушками.

— Это мальчик, — объявил Такер Дикону и его ребятам. — Вес — три двести, рост — пятьдесят. Мать и ребенок чувствуют себя хорошо.

Зои дремала на своей кровати, а малыш спал в маленькой колыбельке, когда один за другим, под бдительным оком Такера, члены музыкальной группы на цыпочках вошли в палату, чтобы полюбоваться ребенком и оставить свои подарки. Дикон прислонился к стене в коридоре и смотрел на переминающегося с ноги на ногу под его пристальным взглядом младшего брата.

— Что? — встал в защитную позу Такер.

— Что тебя связывает с этой девочкой?

— Ничего.

— Ну-ну.

— Дик, я серьезно. Послушай, я нашел ее на обочине. Ее машина сломалась. И нужно было подбросить Зои до Нэшвилла. Вот и все. Конец истории.

— Да-да, — протянул Дикон. — Не заставляй меня звонить мамочке.

— Она была в свадебном платье, — потер виски Такер. — Я понятия не имел, что она беременна.

— Вот это да. В свадебном платье? Звучит, как история, которую хочется послушать с пивком в руках.

— Дикон, все очень непросто. У этой малышки никого нет, и я пожалел ее и вместо того, чтобы высадить ее на ближайшей заправке, отвез в Нэшвилл.

— И что теперь?

— Не знаю. Она написала своему знакомому, но того нет в городе. Ей негде жить. Я знаю, что денег у нее немного и отсутствует медицинская страховка. Что мне оставалось делать? — Такер потер переносицу. — Я хотел покормить ее ужином и помочь решить, что делать дальше. Я… пригласил ее в офис. И вот, чем все закончилось.

— Может, мне в самом деле следует позвонить мамочке.

Такер в панике схватил брата за рубашку.

— Нет! Просто… нет.

— Тогда что ты собираешься делать?

Он отпустил Дика и смущенно пожал плечами, а потом заглянул в палату Зои.

— В нашем таунхаусе нашлось бы место для нее.

— Тебе следует позвонить Бриджеру. Пусть бы навел о ней справки.

— Ага, — закивал Такер. — Дик, мне жаль ее.

Брат окинул его испытующим взглядом.

— А что ты испытываешь к ней, помимо жалости?

В том-то и вся загвоздка. Что он чувствовал к Зои, кроме сочувствия и восхищения? У него возникло сексуальное влечение, но оно сдабривалось большой долей уважения к ней, как к личности. И когда Такер увидел, как она запаниковала, у него появилось желание защитить ее.

— У нее почти ничего нет, и она слишком гордая, чтобы просить о помощи. Я не могу бросить ее на произвол судьбы.

— Будь здесь Квин, я бы отправил ее вместе с тобой по магазинам, — наконец бросил Дик. — А так тебе придется позвонить Би и попросить список нужных вещей для Зои и малыша.

— А почему не Квин?

Дик расхохотался так громко, что из соседней палаты выглянула медсестра и цыкнула на него.

— Потому что моя прекрасная жена знает о материнстве столько же, сколько я знаю об отцовстве.

Такер вздохнул. Уж лучше позвонить одной из жен его двоюродных братьев, чем матери, иначе та тут же помчится в аэропорт и следующим рейсом прилетит в Нэшвилл.

— Ладно, я позвоню Джоли и попрошу ее составить список необходимых вещей. А она потом сбросит его тебе на почту, — смилостивился Дик и ободряюще похлопал его по плечу.

Проснувшись утром, Зои обнаружила шикарную сумку для подгузников и одежду — для нее и для ребенка. Она еще не придумала последнему имя, но не собиралась вписывать в свидетельство имя его отца. Глядя на утопавшую в цветах и воздушных шариках палату, Зои не сдержала слез. Так вот что чувствуешь, когда у тебя есть семья и друзья?

Покормив малыша, она задумалась о том, что ей делать дальше. Нужно найти работу. Жилье. И нянечку, которая присмотрит за ребенком, когда она будет уходить на работу. Что Зои и планировала, когда сбегала в Нэшвилл. Слезы потекли по ее щекам, и она сердито вытерла их тыльной стороной руки. Жизнь не щадила ее и раньше, так что найдется выход и из этой ситуации.

Зои глянула на спящего малыша у нее на руках и улыбнулась сквозь слезы. Ее ребенок. Он был идеальным. И она любила его больше жизни.

Услышав тихое покашливание, Зои резко подняла голову и глянула на дверь. Увидев на пороге Дикона Тейта, Зои потеряла дар речи и смущенно уставилась на своего гостя.

— Можно войти?

Она молча кивнула.

Дикон подошел ближе и чуть наклонился над ней, чтобы посмотреть на ребенка.

— Прелестный мальчуган, — улыбнулся он.

Зои снова кивнула, чувствуя себя китайским болванчиком.

— Такер не смог прийти, потому что ему срочно пришлось улететь в Лас‑Вегас, — с улыбкой пояснил Тейт‑старший, присаживаясь на стул рядом с ее кроватью.

— В Лас‑Вегас? — сглотнув, переспросила Зои.

— Мой младший братец большую часть времени проводит в Вегасе. Он заправляет казино и развлекательным комплексом «Корона». Так задействован во всех отделениях «Баррон энтертейнмент». Наш двоюродный брат, Чейз Баррон, шагу без него ступить не может. Но если бы не срочные дела, я более, чем уверен, что Такер просидел бы тут до самого утра.

— Почему? — удивилась она.

— Потому что он — Тейт, — рассмеялся Дик. — Так уж мы устроены.

Она не знала, что и ответить. Если честно, ей хотелось, чтобы Такер был рядом, потому что тогда она чувствовала бы себя в безопасности.

— Ясно…

— А пока нам нужно поговорить. Зои, у тебя есть жилье в Нэшвилле? — Она опустила глаза, избегая взгляда Дика. — Работа?

— Нет, — пробормотала она. А потом горделиво вскинула подбородок. — Я что‑нибудь придумаю. Я никогда не боялась работы и всегда платила за себя сама.

Дикон одобрительно улыбнулся.

— После разговора с Таком я не ожидал услышать что‑то другое. Я пришел, чтобы сказать тебе две вещи. Во‑первых, у нашей компании есть в собственности квартира. Ты можешь пожить там, пока не встанешь на ноги.

Зои хотела запротестовать, но он остановил ее одной из своих умопомрачительных улыбок.

— Никаких возражений. Когда Такер в Вегасе, это место все равно пустует. Так что соглашайся.

Дикон подождал, пока она кивнула, и продолжил:

— Замечательно. Теперь второй вопрос. Я хочу познакомить тебя с одним человеком, моим старым другом. Он помогал мне с моим первым концертом здесь, в Нэшвилле. Я показал ему видеозапись, которую сделал на свой телефон наш барабанщик. Посмотрев ее, Дон выразил желание познакомиться с тобой. Он почти отошел от дел, но в музыкальном бизнесе нет более толкового агента, чем он. — Дик сделал паузу, не сводя глаз с Зои, а она, затаив дыхание, ждала продолжения. — Я могу устроить вашу встречу после того, как тебя выпишут. Если только ты хочешь заниматься музыкой?

Зои шумно вдохнула и в который раз кивнула.

— О да! — воскликнула она. — Я приехала в Нэшвилл именно за этим.

Глава 5

Такер потер затылок, тщетно пытаясь ослабить головную боль.

Джанет, работавшая у него и у Чейза помощницей по административным вопросам, при его появлении поднялась со своего места, заварила ему кофе, прихватила парацетамол и последовала за ним в его кабинет.

— Добро пожаловать, босс. С минуты на минуту прибудет Барт.

Такер нахмурился. Похоже, что‑то стряслось, раз начальник охраны казино поднялся в такую рань.

Ему хотелось позвонить в больницу и спросить, как там Зои и ребенок. Дик пообещал приглянуть за ними, хотя у него были свои мотивы.

Оказалось, что Зои обладала талантом. Такер слышал, как она пела, и видел реакцию брата и его группы на тот импровизированный концерт в офисе их компании. Дик даже слова не сказал, что Зои взяла без спроса его хваленую гитару марки Gibson. А это о многом говорило.

Можно было позвонить брату и поговорить с ним о Зои. Точнее, о ее таланте, поправил себя Такер, когда понял, что его широкие брюки вдруг стали не такими широкими. Боже правый. Эта женщина только что родила ребенка, а он…

— Такер, извини, что выдернул тебя из Нэшвилла, но дело срочное, — прервал его мысли Барт.

Три часа спустя Такеру хотелось рвать волосы на голове, но они были слишком короткими. Его головная боль переросла в мигрень, и чтобы избавиться от нее, не хватило бы всех таблеток Лас‑Вегаса. Оказалось, что профсоюз работников сферы обслуживания грозил снижениями темпов работы, а в казино произошел неприятный инцидент с участием одного из «китов», как называли клиентов, делающих большие ставки. Первый вопрос можно было отложить, а вот второй требовал безотлагательного решения.

Их казино предоставляло свободные номера, напитки и другие дополнительные бонусы и привилегии своим клиентам, из‑за чего иногда возникали проблемы. В этот раз один из «китов» начал распускать руки, оскорбив своими действиями одну из официанток. Девушка не стала закатывать скандал, а сообщила о неподобающем поведении мужчины бармену, тот передал ее слова менеджеру, который решил проблему, заменив девушку парнем‑официантом. Клиент обиделся. Вызвали охрану. Когда Такер подошел к мужчине, тот угрожал судебным разбирательством. Тогда Такер посоветовал этому идиоту поискать еще больших привилегий в другом месте и попросил персонал усадить хамоватого гостя в лимузин и отправить в другую гостиницу. Затем он обратился к Барту, чтобы тот внес грубияна в черный список. Никто не смел вести себя подобным образом с его подопечными.

Теперь можно было вернуться к первому вопросу, который требовал больше времени, и, значит, придется задержаться в Вегасе еще пару дней. Такеру радоваться бы, что он вернулся к своему привычному ходу жизни, но стоило ему закрыть глаза, как перед ним возникало милое личико с лучистыми карими глазами, вздернутым носиком и губами, которые ему очень сильно хотелось поцеловать.

Вернувшись после работы к себе в апартаменты, он глянул на часы, прикинул, сколько времени сейчас в Нэшвилле, и достал телефон.

Дик вышел в коридор, пока медсестра помогала Зои привести себя в порядок.

Зои слышала, как зазвонил его телефон, и подумала, что это мог звонить Такер. Она никак не могла выбросить последнего из головы.

Когда через двадцать минут она вышла из ванной, Дик постучал в палату и с весело поблескивавшими глазами вручил ей телефон, а потом снова вышел.

— Зои?

Она растерянно заморгала, услышав мужской голос в трубке, а потом ее сердце пустилось вскачь. Это был не Редмонд. И не Норберт. Звонил Такер.

— Привет, ковбой, — с облегчением вздохнула она.

— Как ты?

— В порядке.

— Рад слышать… — Казалось, он не знал, что ему говорить. Может, испытывал такую же неловкость, как и она. — Ты уже поговорила с Диком?

— Диком?

— Да. Чтобы остановиться в квартире, которая принадлежит нашей компании. Мне придется задержаться ненадолго в Вегасе.

— О, — разочарованно выдохнула Зои. До этого момента она даже не понимала, как сильно ждала встречи с Такером.

Он словно уловил ее настроение, и его голос мгновенно смягчился.

— Я постараюсь побыстрее закончить свои дела здесь. А ты, пожалуйста, поживи пока в наших апартаментах. Там по соседству живет Дик со своей женой, и он предложил помощь своей нянечки.

Зои успокоилась, услышав, что ее не бросят одну. Ее гордость подняла свою голову, но она шмякнула ее по носу скрученной в рулон газеткой. Ей нужно было думать о ребенке.

— Хорошо, — шумно вздохнула она.

— Хорошо? — переспросил Такер, немного удивленный… и обрадованный.

— Да, ковбой. Я согласна.

На следующее утро в ее палату зашла медсестра и сказала, что ее выписывают.

Зои глянула на слабые лучи солнца, проникающие в окно, и ей очень захотелось кофе. Но нет. Никаких послаблений, пока ребенок находится на грудном вскармливании. Она потерла заспанное лицо и почувствовала, как заурчало в желудке. Хоть бы завтрак принесли до выписки. Из‑за того, что она последнее время ела за двоих, с ее аппетитом творилось нечто невообразимое.

Ее мысли прервал решительный стук в дверь.

— Да?

— Зои? — спросила появившаяся на пороге симпатичная молоденькая афро‑американка.

— Это я.

— Привет! Я Киша Сэлмон. Я работаю няней у Дикона и Квин. Дик попросил меня заехать к тебе и помочь собраться. — Девушка плечом распахнула дверь и вошла в палату с какими‑то сумками, свертками и красивой детской люлькой‑переноской. — После выписки я отвезу тебя на квартиру и помогу разместиться. Надеюсь, мы с Квин угадали с размером.

Час спустя, после осмотра доктора, пришла медсестра, чтобы помочь Зои одеться. К большому удивлению последней, одежда, купленная ей Кишей и Квин, подошла идеально, а ребенок выглядел премиленько в ползунках с вышитыми на них гитарами и ковбойскими сапожками.

По настоянию медсестры Зои уселась в кресло на колесиках и улыбнулась, когда Киша вручила ей ребенка.

— Зои, ребята ждут, чтобы собрать все эти вещи и отвезти их к тебе на квартиру, — сказала нянечка Тейтов, указывая на цветы, воздушные шарики и гору игрушек. — Но, может, ты выберешь парочку букетов, а остальные пусть медсестры распределят здесь?

Зои рассеянно кивнула:

— Ага… А что за парни?

— Из музыкальной группы. Они только и говорят что о тебе и о малыше. Когда Такер позвонил Дикону, чтобы тот нашел кого‑нибудь, кто сможет помочь, они тут же вызвались добровольцами. Такер достает Дикона звонками. Он не может бросить дела в Вегасе, поэтому все время названивает брату. — Девушка понизила голос, имитируя голос Такера. — Квартира готова? Ребенку купили все необходимое? Еда в холодильнике есть? — Она закатила глаза и улыбнулась. — Чистая правда.

Когда Зои подписала все нужные бумаги, нянечка выкатила ее из здания больницы и передала в руки Киши, ждавшей ее рядом с серебристым внедорожником.

— Золотце, ты готова? — Повернулся к ней с переднего сиденья Диллон Тейт, когда она заняла свое место в машине рядом с ребенком.

Впервые в жизни Зои не чувствовала себя придавленной тяжестью этого мира.

— Как никогда, — лучезарно улыбнулась она самому младшему из братьев Такера.

Через несколько минут они были на месте. Диллон проехал через железные ворота, ведущие к дому, и припарковался в частном гараже. Потом он помог выйти из машины Зои и показал ей, как отстегивается люлька‑переноска. — Я всю ночь практиковался, чтобы сделать все правильно и не трясти Джуниора, — подмигнул ей Диллон.

Его слова взволновали Зои. Только ее малыш никогда не будет Джуниором, особенно Тейтом‑джуниором. Кстати, она до сих пор не придумала ребенку имя.

Не выпуская из рук люльку‑переноску, Диллон проводил всю компанию в дом.

Зои не успела оправиться от шока, увидев, что в этом доме есть лифт, когда ее завели в отведенную ей просторную, шикарно отделанную гостевую спальню с ванной.

На кровати с изголовьем цвета состаренного деревянного бруса лежало темно‑синее покрывало. Там, где раньше, по‑видимому, находилась зона отдыха с диваном и креслами, разместилась детская кроватка, кресло‑качалка и всяческие детские принадлежности.

Диллон поставил люльку‑переноску на кровать и почесал затылок.

— Я не знаю, для чего служит девяносто процентов этих вещей. Надеюсь, в магазине не забыли положить инструкцию.

Зои огляделась по сторонам, и на ее глазах заблестели слезы.

— Кто все это сделал?

Диллон очаровательно улыбнулся и обнял за шею стоявшую рядом с ним Кишу.

— Такер, конечно. Ну, типа того… Он получил список всего необходимого от одной из наших родственниц, потом позвонил в магазин детских товаров и попросил доставить все это добро сюда.

— Такер? — потрясенно переспросила Зои.

Этот мужчина не переставал удивлять ее.

Глава 6

Такер с трудом подавил желание швырнуть компьютер в стену своего кабинета. Он сердито смотрел на экран, пролистывая полученную информацию. Кто‑то начал плести интриги против его двоюродных братьев, пытаясь не допустить получение разрешения на два строительных проекта компании и наложить лапу на кое‑что из ее недвижимости.

Он схватил чашку с кофе и чуть не выплюнул ее содержимое на клавиатуру.

— Ненавижу холодный кофе, — буркнул он.

Его очень расторопная помощница Джанет молча забрала чашку, выплеснула остывший кофе в раковину, заварила свежий и принесла чашку обратно.

— Шеф, не скажешь, отчего ты сегодня такой сердитый? — спросила она, присев на краешек его стола.

— Нет, — мрачно отрезал Такер. Не говорить же ей, что ему не хотелось торчать в Вегасе, потому что его тянуло в Нэшвилл.

— Похоже, тут не обошлось без женщины.

— Откуда такие умозаключения?

— Ты ведь знаешь, что это место — фабрика слухов. Кроме того, в Интернете появились снимки из больницы в Нэшвилле. Фотографии не очень четкие. Какая‑то женщина на носилках держит что‑то на руках, а ты выбираешься из машины скорой помощи с потрясенным выражением лица. Потом есть снимки Дикона и его группы, где они стоят в приемном отделении с цветами и шариками, розовыми и голубыми. Кстати, кто родился?

— Мальчик.

— Не хочешь рассказать, что это за девушка?

— Она была на прослушивании у Дикона, и у нее случились преждевременные роды.

— Тогда почему ты поехал с ней в больницу?

Потому что врач скорой помощи по ошибке принял его за отца ребенка.

— Я не хотел, чтобы она ехала туда одна. Никто не ожидал, что ребенок родится так скоро.

Такер вспомнил тот момент, когда малыш уставился на него своими огромными синими глазищами. С тех пор он не находил покоя и теперь прекрасно понимал своего старшего брата.

Во время гастрольного тура Дику подбросили ребенка в его автобус. В записке указывалось, что он и есть отец девочки, и, хоть это оказалось неправдой, Дикон прикипел душой к маленькому ангелочку по имени Ноэль. Потом он женился на Квин, офицере дорожной полиции, которая занималась этим делом, и они удочерили малышку.

Такер подождал, пока его помощница выйдет из кабинета и схватил телефон. Первым делом он попросил, чтобы приготовили самолет компании, а потом набрал номер своего брата Бриджера.

Зои затаила дыхание. Она спала, и что‑то разбудило ее. Где она? Сердце гулко стучало, готовое выпрыгнуть из груди. Зои села на кровати и начала вглядываться в царивший в комнате полумрак. Услышав тихий плач, она почувствовала, как налилась тяжестью ее грудь. Ее ребенок проснулся и требовал поесть. Они находились в Нэшвилле. В гостевой комнате в апартаментах Такера. В безопасности.

Прислушиваясь к слабому шуму машин за окном, Зои поднялась с кровати и достала из люльки ребенка. Она потерлась носом о его черные волосики на макушке и умостилась в кресле‑качалке, чтобы покормить свое сокровище. Тихонько напевая, Зои поглядывала в окно на огни фонарей.

Ее окутало чувство покоя, и она продолжала напевать, как вдруг дверь в комнату приоткрылась, и в щель просунулась голова. Зои вскрикнула и вскочила на ноги, ища, что можно использовать в качестве оружия.

— Тише! — произнес знакомый голос. — Успокойся. Зои, это всего лишь я.

Она рухнула обратно в кресло, чувствуя, как лихорадочно бьется ее сердце.

— Такер, ты до смерти напугал меня!

— Извини. Я просто хотел проверить, как ты. Я думал, ты спишь.

Зои обрадовалась, что в комнате было темно и он не заметил, как она разволновалась. Все еще голодный, ребенок уткнулся носом в ее грудь, и она прижала его к себе, не спуская глаз с очень привлекательного мужчины, стоящего на пороге ее комнаты.

— Не ожидала твоего приезда. Но должна сказать, что я рада. Бродить по этому огромному дому в полном одиночестве… — Она потеряла ход мыслей, когда Такер вошел в комнату и остановился, глядя на нее сверху вниз. Зои взволнованно пригладила волосы. — Я, наверное, ужасно выгляжу.

— Нет, — сипло выдавил Такер. — Ты выглядишь… — Он сглотнул и улыбнулся. — Зои, ты выглядишь просто замечательно.

Они смотрели друг на друга какое‑то время, а потом он прокашлялся.

— Наверное, я пойду, чтобы не мешать вам укладываться обратно.

— Ага. Уже поздно и все такое.

Он попятился к двери, а потом остановился.

— Ты не голодна? — выпалил Такер, а потом поспешно добавил: — По дороге из аэропорта я купил продукты для сэндвичей. Или, если хочешь, можно заказать готовую еду.

У нее в желудке заурчало, и она тихо рассмеялась.

— Думаю, сэндвичи подойдут.

— Тебе помочь? — подошел к ней Такер.

Зои похлопала малыша по попе и улыбнулась.

— Через минуту он будет сыт. Если ты можешь взять люльку‑переноску, я уложу туда Непоседу, как только он закончит есть. И тогда мы сможем отправиться на кухню.

Такер не сдвинулся с места, а стоял и смотрел на нее с малышом, словно завороженный.

— Такер?

— Ага, — будто очнувшись, ответил он. — Переноска. Уже беру.

Несколько минут спустя Зои сидела на стульчике и смотрела, как Такер делает сэндвичи на другом конце высокой барной стойки, отделявшей столовую от кухни. Ребенок тихо кряхтел в своей люльке и издавал какие‑то чудные звуки, когда она потянулась к нему и пощекотала его пяточки.

— Как твои дела вообще? — спросил ее Такер. — Киша помогает? Знаю, она занята с Но‑эль. Может, нанять сиделку, чтобы приходила пару раз в неделю?

Зои удивленно посмотрела на него. В его голосе прозвучала решительность и одновременно какая‑то беззащитность — странное сочетание для человека его положения.

— Хорошо, — не стала возражать она.

Он продолжил говорить, словно не услышал ее:

— Ты ничего не должна мне. Несмотря на слухи, которые ходят обо мне, я могу быть хорошим парнем. Приглядывать за новорожденным нелегко, даже когда не приходится тратить много времени на уборку и все остальное. И… я в каком‑то смысле… вроде как стал вашим приемным родителем. — Такер глянул на ребенка и нахмурился. — Ты уже выбрала ему имя? Непоседа Паркер явно не годится.

Зои расхохоталась, переводя взгляд с него на сына.

— О, я не знаю. Звучит интересно. Твой брат Диллон назвал его Джуниором.

Она потянулась к ножкам ребенка и поцеловала их, отчего тот снова закряхтел.

Когда Зои снова глянула на Такера, ее сердце замерло. На его лице читалась такая тоска, словно он страстно желал чего‑то недостижимого. Может, причиной такой реакции послужило ее замечание о словах Диллона? Только Непоседе никогда не быть Джуниором, но однажды, если им двоим повезет, он станет сыном какого‑нибудь хорошего человека, такого, как этот мужчина, который посреди ночи делал для нее сэндвич, потому что был одинок, но не хотел признавать это.

В его взгляде на ребенка сквозила нежность, открывавшая Такера Тейта с неожиданной стороны. Сердце Зои еще больше растаяло, несмотря на то что она мысленно укоряла его. Связь с Такером ни к чему хорошему не привела бы. Они принадлежали к разным мирам. Он жил в роскоши, а все имущество Зои умещалось в старый армейский вещмешок и чехол для гитары. Он был хорошим парнем, а она — матерью‑одиночкой с ребенком от другого мужчины.

Возможно ли, чтобы на этот раз ошибка обернулась удачей? Зои украдкой посмотрела на Такера и решила, что надеяться не на что.

Глава 7

Прошло больше недели, как Зои поселилась у Такера. Кажется, они были близки к тому, чтобы стать друзьями, если не чем‑то большим. Только Зои не собиралась рисковать.

Сегодня ее ждала встреча с агентом. Она оставила ребенка с Кишей и Ноэль, а сама, прихватив свою гитару, отправилась с Диконом на прослушивание в офис их компании.

Когда в дверь постучали, она нервно вздрогнула.

— У тебя все получится, детка, — успокоил ее Дикон и уже громче добавил: — Входите.

Дик подошел к вошедшему пожилому мужчине лет семидесяти, с короткими седыми волосами и аккуратно подстриженными усами, и пожал ему руку.

— Спасибо, что пришел, Дон. Я хочу познакомить тебя с мисс Зои Паркер.

Мужчина подошел к Зои и протянул ей руку.

— Дон Изли.

— Большинство людей знает его как Дэнди Дона, — рассмеявшись, добавил Дик.

У Зои перехватило дыхание. Это имя она знала. Дэнди Дон больше пятидесяти лет опекал самых именитых звезд музыки кантри.

— Очень рада познакомиться с вами, мистер Изли.

— Дик говорит, что ты вроде как умеешь петь.

Зои перевела взгляд с одного мужчины на другого и кивнула.

— Вроде того, — промямлила она.

— Раз мы на студии, я бы хотел послушать тебя лично и, может быть, записать один или два трека. Что скажешь? Споешь что‑нибудь для меня?

Дикон подтолкнул смутившуюся Зои к стулу перед микрофоном и сунул ей в руки ее гитару, на которую она собирала деньги целую вечность. Инструмент был старым и потертым, но играл как надо. Зои устроилась поудобнее и сыграла пару аккордов.

— Что мне спеть? — спросила она, не поднимая глаз.

— Например, что‑нибудь из Долли Партон, — предложил мистер Изли.

Зои спела первый куплет и припев песни Jolene, а когда ее никто не остановил, начала петь песню другого исполнителя, а под конец расхрабрилась и, дерзко улыбнувшись, спела куплет из песни Миранды Ламберт Gunpowder and Lead.

Пока она пела, в аппаратную набилась толпа народа, и, когда прозвучал последний аккорд, раздались бурные аплодисменты. Зои вглядывалась в лица за стеклом, но не нашла того, кого искала, и сделала вид, что совсем не расстроилась, что среди ее слушателей не оказалось Такера.

Она покраснела до корней волос, но не могла сдержать ликования, увидев одобрение, написанное на лицах Дика и мистера Изли.

— Черт подери, дорогая, — счастливо вздохнул старик. — Мы с тобой создадим потрясающие вещи.

В течение следующего часа Зои объясняла старику свою ситуацию, включая то, что она должна Такеру кучу денег.

— Брат оплатил ее медицинские счета, — поспешил пояснить Дик, отвечая на вопросительный взгляд мистера Изли.

— А почему он оплатил их?

Дик расплылся в улыбке.

— Потому что врач скорой помощи по ошибке принял его за отца. И, будучи одним из Тей‑тов, Такер не мог не проявить себя с хорошей стороны.

Мистер Изли совсем не удивился услышанному.

Он обернулся к Зои и, тепло улыбнувшись ей, предложил называть его Доном. Но она возразила, сказав, что отец учил ее уважать старших людей, поэтому никаких фамильярностей.

— Я собираюсь пробиться благодаря таланту, а не потому, что хорошие люди считают, что я нуждаюсь в милостыне, — решительно заявила Зои. — Мистер Дон, я собираюсь платить за себя сама. Точка.

— Хорошо, — согласился Дон. — Я хочу сказать, что у меня есть гостевой домик. Жена сделала там ремонт, когда я начал тянуть домой бездомных певцов. Он не шикарный, но чистенький и вполне уютный. Ты можешь пожить там, пока не встанешь на ноги, чтобы самостоятельно оплачивать свои счета. — Он улыбнулся и протянул ей руку. — А это случится очень скоро. По рукам?

Зои с сомнением посмотрела на Дикона.

— Золотце, соглашайся. Когда Дэнди Дон предложит настоящий контракт, я приглашу своего адвоката, чтобы он взглянул на него. Ладно?

— Дорогая, думаю, ты очень талантлива, — вмешался старик. — Я почти отошел от дел, но держу руку на пульсе. Если ты захочешь съехать от Такера, я предоставлю тебе безопасное место для жизни. Я могу устроить для тебя несколько концертов. Ты покажешь, на что способна, и мы, возможно, заключим контракт. По рукам?

— По рукам, — расплылась в улыбке Зои.

Мистер Дон не стал терять время. После вчерашнего прослушивания он потребовал, чтобы Зои приехала в студию с утра пораньше. Она не любила лифты. Но таскать ребенка и все его принадлежности по лестнице вверх и вниз было достаточно нелегко. Не говоря уже о том, что в доме имелось кое‑что поинтереснее ступенек, от чего у нее захватывало дух.

И это кое‑что сейчас оказалось перед ней, когда открылись двери лифта.

Зои вздохнула. Про себя, конечно. Она бы ни за что не допустила, чтобы Такер догадался о ее чувствах.

Она находила этого парня с его синими глазами сногсшибательным. Взять хотя бы небольшую щетину на его лице. Зои всегда была неравнодушна к мужчинам с легкой небритостью. И когда Такер стоял, нависая над ней, она ощущала себя крошечной. И красивой, потому что была достаточно опытной, чтобы разглядеть во взгляде мужчины интерес к своей персоне.

— Зои. — Его голос с легкой хрипотцой взволновал ее, обещая ей все то, чего она так сильно хотела. Но не могла заполучить. Ей никогда не везло с мужчинами.

— Такер, — сглотнула она.

— Куда собралась?

— Дикон попросил приехать на студию.

— Я отвезу тебя.

Зои вдруг представила себя в его объятиях и судорожно выдохнула, облизнув пересохшие губы. Такер впился глазами в ее рот, а потом слегка наклонился. О господи. Неужели он собирается поцеловать ее? Она закрыла глаза в предвкушении.

— Все взяла? — спросил он, почти касаясь ее губ своими губами. Если бы она чуть подала вперед свои, они бы поцеловались. Потом Зои почувствовала, как у нее из рук забирают переноску с ребенком.

Она открыла глаза и увидела на лице Такера улыбку, словно чертов парень знал, как ошалело билось ее сердце.

— Мне нужно взять гитару, — буркнула Зои. — Она в гостиной.

— Я пока отнесу ребенка в машину, — снимая сумку с памперсами с ее плеча, ответил Такер.

Когда они приехали на студию, Дон Изли тут же увел ее за собой, а Такер исчез с ребенком в другом направлении. Ее проводили в кабинку для звукозаписи, где ее ждал Дикон со своими ребятами. Они работали целых четыре часа, и Зои под конец аж осипла.

— Золотце, у тебя необыкновенный голос, — протягивая ей стакан с водой, улыбнулся звукорежиссер.

Она не успела ничего ответить, когда в комнате появился Такер.

— Твой малыш капризничает. Я уже поменял ему подгузник, так что он, скорее всего, голоден. А тут я бессилен.

Что? Он поменял ему грязный подгузник? Зои потеряла дар речи и молча последовала за ним в его кабинет. Двадцать минут спустя, когда она вышла оттуда с довольным и сытым ребенком, Такер ждал их в коридоре.

— Я отвезу тебя куда‑нибудь пообедать.

Но стоило им выйти за порог здания, как к ним бросилась толпа журналистов.

— Такер, кто эта девушка?

— Такер, это ваш ребенок?

— Такер, вы собираетесь жениться на матери вашего ребенка?

Зои словно окатили ведром ледяной воды.

— Поступим следующим образом, — бросил Такеру стоявший в фойе Дон Изли, когда они вбежали обратно. — Они знают, где ты живешь, поэтому Зои лучше переехать в мой гостевой домик.

Такер хотел возразить, но старик не дал сказать ему ни слова.

— Мальчик мой, никаких возражений. Мы с Розмари позаботимся о них.

— Но, — вмешалась Зои, только для того, чтобы ее тоже перебили.

— Никаких возражений, — повторил Дон Изли. — Я имею дело с папарацци дольше, чем вы оба живете на этом белом свете.

Такер упрямо глянул на старика, и тот схватил его за руку и жестом махнул в сторону входной двери.

— Хочешь жить с табором журналистов у порога своего дома? Дикону такое осадное положение точно не понравится.

Зои видела, как капитулировал Такер. Может, он устал от того, что она с ребенком постоянно путалась у него под ногами, и хотел вернуться к привычному образу жизни.

— Хорошо, — наконец мрачно буркнул он.

Вот и все. У Зои упало сердце. Похоже, она придавала слишком много значения своим несбыточным мечтам. И особенно поцелую, которого так и не случилось.

Глава 8

Откинув за спину густую копну волос, Зои нервно перебирала струны на гитаре. Она сидела в темном коридоре за сценой и ждала своей очереди петь. Мистер Дон не стал терять время и организовал для нее первое выступление в одном из местных клубов.

— Золотце, не стоит так волноваться, — с улыбкой сказал он. — У тебя две песни. Я советую сначала спеть что‑нибудь задорное, а потом какую‑нибудь балладу. Есть какие‑то идеи?

— Парочка, — расплылась в улыбке Зои. — Я решу, что петь, когда выйду на сцену и оценю присутствующую в зале публику.

Предыдущее выступление закончилось, собрав жиденькие аплодисменты, и Зои вытерла вспотевшие ладони о свою коротенькую джинсовую юбочку. Беременность никак не сказалась на ее ногах, на которых красовались ее любимые сапожки длиной до середины колена. Зои выбрала для сегодняшнего вечера просторную блузку с воланом по краю и широким вырезом, который съезжал набок, когда она начинала играть на гитаре, и обнажал ее левое плечо.

— Девочка, пусть поет твое сердце, — улыбнулся Дон Изли. — Я буду поддерживать тебя из первого ряда.

— Наш клуб рад приветствовать еще одного нового исполнителя, — сказал ведущий вечера, и в толпе послышалось недовольное бурчание. В вечер свободного микрофона на сцене мог появиться кто угодно, как тот парень, который пел перед Зои. — Встречайте аплодисментами Зои Паркер.

Всего несколько человек громко захлопали в ладоши, и Зои увидела, что все они сидели за столиком мистера Изли. Она натянуто улыбнулась и вышла на сцену.

— Привет всем, — поздоровалась она своим слегка хрипловатым голосом. — Я очень рада быть здесь сегодня вечером. Тут есть реднеки? — Зои приставила ладонь козырьком ко лбу и посмотрела в зал. Получив в ответ несколько выкриков и свистов, она прижала к себе гитару и настроилась играть. — А женщины‑реднеки есть? — И не дожидаясь ответа, начала петь песню Гретхен Уилсон Redneck Woman о свободной душой деревенской женщине.

Когда она допела последнюю фразу, публика буквально взбесилась. Люди кричали, свистели, топали ногами и громко аплодировали. Зои нашла глазами мистера Дона с его улыбкой до ушей и замерла, когда увидела, что рядом с ним сидели Дикон Тейт с хорошенькой женщиной под боком и остальные члены его группы, одни с девушками, другие без. А потом она заметила Такера, который стоял и громко свистел, и внутренне возликовала.

Она начала перебирать струны, и толпа тут же затихла. Ей хотелось спеть одну песню, но она боялась, что та будет слишком провокационной, ведь ей не хотелось думать о мистере Такере Тей‑те в таком ключе. Поэтому она выбрала песню Better Man известной группы Little Big Town.

Сегодня происходило что‑то непонятное, потому что ее взгляд то и дело останавливался на Такере, хотя эта песня совсем не подходила ему. В ней говорилось о потерянной любви, о разрушенной семье, о сердечных ранах. Речь шла скорее о самой Зои, которая никогда не была замужем и которая никогда не любила по‑настоящему. Главным образом, потому, что ей не везло с мужчинами, которых она выбирала.

Они с Такером были полной противоположностью. Он носил одежду от Армани, а она одевалась в стиле Дейзи Дьюк. Его можно было ассоциировать с выдержанным виски, а ее — с дешевым пивом. Зои чуть не пропустила аккорд, когда ее мысли начали превращаться в слова новой песни. Нужно проявить хотя бы каплю гордости и начать жить своей жизнью. Зои твердила себе, что ей не нужен мужчина, который позаботится о ней. Никогда не нужен был. И не будет. И не важно, что Такер, весь такой красивый, сидел в зале и жадно следил за каждым ее движением.

Самым тяжелым для Зои оказалось собрать свои вещи и переехать к мистеру Дону, потому что за пару недель она успела забыть, что такое одиночество.

Она твердила себе, что ей нужно держаться подальше от Такера и не забивать себе голову пустыми мечтами. У нее есть ребенок, который нуждался в ее заботе и которого она любила всем своим сердцем. И чтобы растить его, ей необходима карьера, а не просто работа. И в ее жизни не было места для состоятельного мужчины с красивыми синими глазами и губами, которым мог позавидовать сам дьявол. О таком, как Такер, можно было только мечтать, но Зои не могла позволить, чтобы он похитил ее сердце.

И тут он улыбнулся ей.

Такер ворчал всю дорогу до клуба.

Ему совсем не хотелось оказаться в шумной толпе. У него было чем заняться — следовало надавить на отдел по связям с общественностью, чтобы те развеяли ненужные слухи и папарацци могли оставить его с Зои в покое.

— У тебя не найдется еще парочки таких же? — занимая место у сцены, спросил он Квин, увидев, как та достает из кармана оранжевые беруши.

— Неа. Ребятки, позаботьтесь о себе сами, — рассмеялась она. — Я допустила ошибку, что пришла сюда, когда Дик пел тут как‑то со своими ребятами. Шум стоял невообразимый.

Дик со своей группой не раз выступали здесь без объявлений, и завсегдатаи клуба, а также туристы всегда с нетерпением ждали подобных моментов. Наверное, сегодня тоже что‑то затевалось, раз вся группа собралась в полном составе.

Такер рассеянно слушал выступавших на сцене, но, когда к их столику подошел Дэнди Дон и присел рядом с ним, это могло значить только одно. Такер выпрямился, и его тело буквально завибрировало.

После того как Зои съехала от него, он не видел ее целых два дня, потому что боялся, что, если заедет навестить ее, его выследят папарацци. Эти два дня были самыми длинными в его жизни. Он не хотел признавать, что скучал по Зои и ее сынишке, но вот он стоит, повернувшись к сцене, и с нетерпением ждет появления женщины, которая последнее время занимала все его мысли.

Такер знал местную публику и очень переживал, как она примет новую исполнительницу. Но когда Зои подошла к микрофону, он забыл обо всем на свете. Первая песня вызвала дикий восторг у слушателей, а второй Зои покорила их… Так же как самого Такера.

Он мог вырвать свое сердце из груди и подать его ей на серебряном блюде, потому что каждый раз, когда ее взгляд останавливался на нем, у него возникало желание быть тем мужчиной, о котором она мечтала, в котором она нуждалась. Что казалось ему настоящим безумием. Что бы там ни говорила его мать, он не верил в любовь с первого взгляда. Мама не сомневалась, что каждый из ее мальчиков однажды встретит подходящую женщину и сразу же поймет, что это его судьба. Такер глянул на Квин и Дика, обнимавшего свою жену за плечи. Они сидели, держась за руки, и время от времени с улыбкой смотрели друг на друга и обменивались нежными поцелуями.

Это была любовь. Настоящее, глубокое чувство, которое мужчина может пережить в своей жизни, если ему повезет. Его родители оказались в числе таких счастливчиков. Так же как и его двоюродные братья и Дикон. Тогда как Такер думал только о делах. У него не находилось времени на любовь. А что до Зои и ее малыша… Такер старался не думать о своих чувствах к ним. Он помог Зои выбраться из затруднительного положения, но на этом все.

Он с тоской смотрел на ее длинные, густые волосы, волной ниспадавшие на ее обнаженное плечо. Ему хотелось поцеловать это плечо. И ее шею. Ее губы. Ее носик. Ему хотелось осыпать поцелуями более сокровенные места ее тела, и он даже не думал о том, что она только‑только родила.

Она завладела толпой, как настоящий профессионал, но ее взгляд то и дело останавливался на Такере, и тогда его сердце замирало. Песня почти закончилась, и казалось, что Зои проживала каждое ее слово. Она снова посмотрела на него, и он улыбнулся ей. И у него перехватило дыхание от того, что промелькнуло в ее взгляде.

Через пару секунд публика буквально взорвалась громкими криками и аплодисментами. Все вскочили на ноги, а Зои стояла на сцене и потрясенно смотрела прямо перед собой. К ней подошел ведущий вечера, но толпа не собиралась утихомириваться, даже когда парень поднял руки вверх, призывая к тишине. Люди хотели еще песен в исполнении Зои. Такер мог только пожалеть беднягу, но тут заметил, как к сцене направился Дикон вместе со своими ребятами. Зал взвыл от восторга.

Такер глянул на Квин, а та довольно улыбнулась ему. Она все знала. Этот концерт не был импровизацией. Дик все спланировал. Квин подмигнула Такеру и похлопала по стульчику, стоявшему рядом с ней, и он опустился на него, зная, что шоу закончится еще не скоро.

На нэшвиллском небосводе кантри‑музыки зажглась новая звезда.

Зои Паркер.

Когда прозвучала последняя песня, Зои, Дикон и его ребята исчезли за сценой. Такер с Квин, Доном и подружками членов музыкальной группы пошли за ними. Квин с девушками поспешили к своим возлюбленным, а Такер стоял поодаль и смотрел на восторженно улыбавшуюся Зои. Она повернулась и увидела его. Ее лицо засияло, словно новогодняя елка, и она вдруг бросилась к нему. Она споткнулась, но Такер подхватил ее. А потом их губы встретились. Зои обвила ногами его бедра, а он одной рукой обхватил ее ягодицы, а другой затылок и крепко прижал к себе.

Он не знал, сколько прошло секунд или минут. А потом они с Зои словно очнулись, возвращаясь в реальность. Она расцепила ноги и слезла с него, а он разжал свои объятия. Ни один из них не проронил ни слова. Зои тут же утащил Дон, а Такер сделал шаг назад, потрясенный тем, что только что произошло. Он не находил слов, чтобы описать их поцелуй, но у него нашлось слово, когда он смотрел на удалявшуюся от него Зои. И это было слово «нет».

Ему хотелось наслаждаться звуком ее голоса. Смотреть на нее. Прикасаться к ней. Он не понимал, что с ним творилось. Такер боялся усложнить ситуацию и старался думать о том, что ему следует подписать с Зои контракт. И в то же время ему страстно хотелось снова поцеловать ее. Он хотел…

— Я бы дал сотню баксов, чтобы узнать, что творится у тебя в голове, — подойдя к нему, бросил Дик. — Такер, я ведь могу читать тебя как открытую книгу. Ты хочешь пойти за ней.

— Неужели? Если ты так уверен в этом, зачем предлагаешь мне сотню долларов?

— Чтобы начать разговор. Почему бы тебе не пригласить ее на свидание?

— Она сейчас очень уязвима.

— Это как? — весело спросил Дик, прислонившись локтем к стене рядом с головой Такера.

— И ты еще спрашиваешь? Во‑первых, она одна‑одинешенька в Нэвшилле. Во‑вторых, она хочет стать певицей. В‑третьих, она мать‑одиночка. В‑четвертых…

— Она тебе нравится, — перебил его Дик. — В этом нет ничего плохого. И… — Он поднял палец вверх. — Во‑первых, она не одна. За ней приглядывает Дон Изли. Во‑вторых, она уже певица, ей только нужно помочь сделать карьеру. В‑третьих, что с того, что она мать‑одиночка? Такер, я видел, как ты смотришь на этого ребенка. Он похитил твое сердце. — Дик расплылся в улыбке. — Я прекрасно знаю, о чем говорю. Я чувствовал то же самое, когда увидел Ноэль.

— В‑четвертых, — не сдавался Такер, — она считает, что должна вернуть мне деньги, и ясно дала понять, что хочет заработать их самостоятельно. В‑пятых, не стоит смешивать дела с личной жизнью, что возвращает нас ко второму пункту.

— Наши двоюродные братья Кэш и Клэй прекрасно это делают. У меня, в принципе, получилось то же самое.

— Все очень сложно.

— Еще бы, — захохотал Дик. — Братец, мы ведь Тейты. Если бы мы ничего не усложняли, мы были бы… Хотя нет, с нашими кузенами нам не сравниться, у них эта особенность заложена в генах. Кроме того, наш вредный младший брат уже, наверняка, позвонил матери и все ей рассказал. Так что сделай нам одолжение. Пригласи Зои на свидание. Если это всего лишь физическое влечение, тогда оставь ее в покое. Если тут замешаны более серьезные чувства, ты поймешь это, и мы все поддержим тебя. — Дикон выпрямился и похлопал его по плечу. — Такер, просто сделай шаг. Самое меньшее, мне бы хотелось, чтобы Зои открывала несколько из наших следующих концертов. Если ты не собираешься встречаться с ней, подпиши с ней контракт. Если собираешься, все равно подпиши контракт. Она должна понимать, что ее талант и твоя похотливость не являются взаимоисключающими.

Такер слушал, как его брат продолжает хохотать, идя по коридору к ребятам из своей группы. Он закрыл глаза и представил Зои. Ни одна из женщин не производила на него такого впечатления, как она. Зои пробралась сквозь все барьеры, которые он возвел между ними. Да, она представляла собой выгодную сделку и могла стать феноменальным дополнением к числу певцов, которыми занималась его компания. И он был бы никудышным бизнесменом, если бы не подписал с ней контракт. Но больше всего Такеру хотелось личных отношений с ней.

В течение следующих трех недель Зои делала вид, что не обнимала Такера Тейта и не целовала его после своего успешного дебюта в одном из нэшвиллских клубов. Еще старательнее она делала вид, что он не ответил на ее поцелуй. Поганец за все это время ни разу не позвонил ей — хотя ей было все равно. Абсолютно.

— Нам не нужен никакой мужчина, правда, Непоседа? — Зои посмотрела на сонного малыша, который зевнул и уставился на нее своими огромными глазищами. — Нам и без него есть чем заняться.

Она не лукавила. Ее ждало по два выступления в неделю в клубе, где она дебютировала, а также начали поступать предложения из других клубов. Деньги пока не потекли рекой, но Зои зарабатывала достаточно, чтобы начать откладывать средства на подержанный автомобиль и на то, чтобы вернуть долг Такеру. Она раскошелилась и купила себе мобильный телефон, после чего сразу же отправила свой номер Тейту. Просто потому что. Он ответил лаконичным «спасибо».

Ее чувства к этому чертову мужчине стали еще более смешанными, когда доктор объявил, что она снова может «начинать ходить на свидания». Он сказал это несколько другими словами, отчего Зои густо покраснела. Она бросилась заверять врача, что ей абсолютно не до этого, но тот только улыбнулся, прекрасно понимая, что она говорила неправду. Потому что Такер Тейт сводил ее с ума, только, к ее большому сожалению, он предпочитал, чтобы их отношения не выходили за рамки деловых. Несмотря на тот поцелуй.

Чертов мужчина. Почему он не позвонил?

В ту же секунду ее мобильник начал танцевать на столе, и она схватила его, чтобы он не свалился на пол. Зои поставила его на виброзвонок, чтобы не разбудить сына.

— Алло? — Ее голос прозвучал немного сипло.

— Зои?

— Да?

— Это Такер. Твой голос… У тебя все в порядке?

Она узнала его в ту же секунду, когда он произнес ее имя, и ее сердце радостно забилось. Глупое. Тейт просто хотел узнать, как у нее дела. Только и всего.

— Ребенок спит. Стараюсь не разбудить его.

— Ой. — В голосе Такера послышалась нерешительность.

Зои напряженно ждала, что последует дальше.

— Ты сегодня работаешь?

— Нет. — Теперь нерешительно прозвучал ее собственный ответ.

— Не хочешь прогуляться?

— Прогуляться?

— Да. Сходим поужинаем куда‑нибудь.

— Это что‑то вроде свидания?

— Типа того.

— Что значит «типа того»?

В ответ послышалось тяжелое дыхание Такера.

— Кажется, я все порчу. Зои, я… думал о тебе.

Может, он представлял себе то же, что и она, когда ее воображение рисовало смятые простыни, покрытые потом тела и продолжительные поцелуи?

— Я старался держаться на расстоянии, чтобы не привлекать внимания журналистов. А еще мне нужно было уладить несколько дел в другом городе, но… Зои, мне хотелось бы узнать тебя поближе. И я хочу…

Что? Снова поцеловать ее? Так же, как она хотела поцеловать его?

— Пригласить тебя на ужин.

Зои едва слышно фыркнула. Конечно, Такер не стал бы говорить, что хочет заняться с ней сексом. Он был слишком воспитанным.

— Сегодня вечером?

— Да.

— Мне не с кем оставить ребенка.

— С ним посидит Киша. Дикон и Квин собираются прогуляться и берут Ноэль с собой.

— В котором часу встретимся?

— Как насчет сейчас? У меня есть сюрприз для тебя и… Я могу заехать за тобой?

Она лихорадочно прикидывала, сколько времени ей понадобится, чтобы собраться, и старалась не придавать слишком большого значения приглашению Такера. Он игнорировал ее на протяжении нескольких недель, а теперь вдруг приглашает ее на свидание. Как ей следовало поступить в этой ситуации? Она не успела обдумать ответ, потому что сердце опередило ее.

— Конечно.

— Увидимся минут через двадцать.

Такер положил трубку, а Зои захотелось удариться головой о стол. Она официально сошла с ума. Двадцать минут? Она вскочила и бросилась в спальню.

Верный своему слову, Такер приехал через двадцать одну минуту. Зои считала их, пока лихорадочно одевалась, причесывалась и подкрашивалась. А еще ж ведь нужно было собрать ребенка. Когда Тейт постучал в дверь, она как раз застегивала молнию на сумке с подгузниками.

Вскоре они все сидели в машине Такера и ехали в его апартаменты.

— Ты считаешь Нэшвилл своим домом? — Набравшись храбрости, Зои задала вопрос, который давно не давал ей покоя.

— Не совсем. Эта квартира принадлежит компании моих двоюродных братьев.

— Тогда где же твой дом?

— У меня есть квартира в Лас‑Вегасе, — пожал плечами Такер. — Большую часть времени я провожу там. И за мной по‑прежнему остается комната на нашем ранчо, где живет мама, — с тихим смешком добавил он.

— О нет! Маменькин сыночек, — закатила глаза Зои.

— Кэтрин Тейт вырастила семерых сыновей. Поверь мне, мы все маменькины сынки.

Когда они подъехали к дому, их уже поджидала Киша.

— Малыш, веди себя хорошо, — попрощалась с ребенком Зои, чмокнув его в щечку.

— Не беспокойся, — улыбнулась ей нянечка Тейтов. — Мы поладим с этим пареньком. Ты еще не придумала ему имя?

Если честно, у Зои имелся один вариант, и ее очень интересовало мнение Такера на этот счет.

Ребенок заагукал, глядя на Такера и размахивая своими пухлыми ручками, и тот окончательно понял, что почувствовал Дикон, увидев малышку Ноэль. Стена, которую он возвел между собой и Зои, треснула еще больше. Такер никогда не скрывал своих чувств. Он просто не выставлял их напоказ. До недавних пор. У него сложилось впечатление, что он жил, если не в темноте, то в каких‑то сумерках. А Зои и ее малыш излучали небольшие солнечные лучики, и, когда Такер находился рядом с ними, ему становилось тепло на душе.

— Я подумывала назвать его Питером.

— Питером? — уставился на нее Такер. — Он был бы Питером Паркером, как… Человек‑паук?

— Черт! Вот почему это имя показалось мне таким знакомым.

Зои рассмеялась, и в ее глазах появился озорной блеск.

— Хорошая шутка, — захохотал Такер.

— Если честно, — посерьезнела Зои, — мне нравится имя Нэшвилл. Потому что мне хочется звать ребенка Нэшем. Наверное, глупая идея. Но я не смогла придумать ничего более подходящего.

— А мне нравится имя Нэш.

— Нэш Паркер, — нежно посмотрела на сына Зои. — Просто и незатейливо, и вполне подходит таким ребятам, как мы. — Только она не хотела для них с сыном заурядной судьбы. Зои вынашивала грандиозные планы. Она хотела дать своему ребенку все самое лучшее, чтобы его жизнь была наполнена любовью и счастьем.

— Золотце, в тебе нет ничего простого и незатейливого, ни в твоих формах, ни в содержании, — фыркнул Такер.

— Я назвала его Нэшвилл Вандербильт Паркер, — покраснев, выпалила Зои. — И уже отправила документы. Господи, наверное, мне следовало выбрать имя попроще!

— Не беспокойся, он дорастет до него.

— По‑твоему, я не… переборщила? — неуверенно глянула на него Зои.

Он улыбнулся и протянул ей руку.

— Мы не были официально представлены друг другу. Будем знакомы. Меня зовут Такер Корнелиус Тейт.

Глава 9

Высунувшись из окна, Зои неистово замахала рукой на прощанье Кише и своему малышу и постаралась успокоиться. Даже на работе она не испытывала такого волнения, как сейчас, когда отправлялась на свидание.

Такер словно почувствовал ее настроение и легонько сжал ее руку.

— Откуда такое имя — Нэшвилл Вандербильт Паркер?

— Потому что он родился в Нэшвилле по дороге в больницу Вандербильта, и я ношу фамилию Паркер.

— И тебе нравится имя Нэш, — добавил Такер.

— И мне нравится имя Нэш, — с улыбкой повторила она.

Какое‑то время они ехали в полной тишине, но Зои была бы не Зои, если бы сидела, храня молчание.

— Что послужило причиной этого гульбища посреди бела дня?

— Ты должна немного отдохнуть. Ты совмещаешь работу с заботой о ребенке, а это нелегкое дело. Думаю, тебе следует немного развеяться.

— Каким образом?

— С помощью шопинга.

— Но у меня нет де…

— У меня есть. — Они остановились на светофоре, и Такер снова посмотрел на нее. — Зои, ты долгое время путешествовала налегке, но теперь решила обосноваться в этом городе. Ты много работаешь. Ты очень талантлива. И у тебя свой уникальный стиль, который является частью твоего имиджа. Сейчас мы заедем в один магазин. Нас встретит персональный стилист, так что мы не задержимся там надолго. Затем я отвезу тебя поужинать. Мы вернемся домой к вечернему кормлению Нэша. Надеюсь, ты хорошо проведешь время, с бонусом в виде новых нарядов, которые появятся в твоем гардеробе, — переведя дух, добавил он.

Зои коснулась обтрепанного края своей джинсовой юбки. Такер говорил дело по поводу ее имиджа. Ей не помешала бы приличная одежда, особенно сейчас, когда у нее появилась работа.

— Такер, у меня нет…

— Зои, это всего лишь бизнес. Рассматривай это как вложение в твою карьеру.

— Но я не работаю на тебя.

— Пока. — Он слегка повернул голову, чтобы привлечь ее внимание. — Я хочу помочь. Просто так. Без всяких условий.

— Такер, я и так в долгу перед тобой. — Она пока отложила всего лишь сотню долларов из всей суммы, которую задолжала ему. — Я не привыкла, чтобы за меня платили. Мне так проще.

Он слегка наклонил голову и улыбнулся так, что на его щеке заиграла ямочка.

— Ангел мой, я знаю, что такое гордость. Иногда нужно расслабиться и позволить другим помочь тебе. Ты когда‑нибудь слышала о такой вещи, как эмоциональный отклик?

Зои нахмурилась, отчего он рассмеялся, снова схватил ее за руку и легонько сжал.

— Скажем так, мне нравится… — Такер запнулся, а потом добавил: — Помогать тебе.

Хотелось бы знать, что он хотел сказать на самом деле.

— Я не привыкла к такому обращению, — пробормотала она.

— Дорогая моя, так вовсе и не скажешь, — громко захохотал Такер. — Ты сама любезность, когда кто‑то пытается сделать для тебя что‑нибудь хорошее.

Зои отодвинулась в надежде, что он поймет ее намек. Но Такер не отпустил ее, и она, внутренне вздохнув, уступила своему желанию — держаться с ним за руки.

Когда через двадцать минут машина остановилась перед магазином, где одевались самые известные звезды музыкального шоу‑бизнеса Нэшвилла и Такер открыл дверцу, Зои не сдвинулась с места.

— Зои?

— Ты хоть знаешь, куда мы приехали? — благоговейно прошептала она. Зои всю жизнь мечтала одеваться здесь.

— Как не знать, если я сам привез тебя сюда.

— Такер… — выдохнула она.

— Зои… — поддразнил ее он.

— Привет! — поспешила им навстречу какая‑то дерзкая блондинка. — Входите же. Меня зовут Марла. А вы, должно быть, Зои, — улыбнулась девушка, протягивая ей руку. — Мистер Тейт примерно сказал, что вам нужно. Присаживайтесь вон на тот диванчик, а я сейчас принесу пару нарядов. Если что‑то приглянется вам, мы это сразу же примерим.

Когда они шли к диванчику, Зои восторженно вертела головой по сторонам и врезалась в столик, чуть не свалив на пол стопку свитеров.

— Могу я предложить вам что‑нибудь выпить? — В зале появилась еще одна девушка. — У нас есть несколько марок вина, шампанское, соки, кофе и сладкий чай.

Зои хотела отказаться, но Такер сделал заказ за них обоих.

— Мокко для мисс Паркер, а для меня мой обычный черный кофе. Спасибо.

От него ничего не ускользало. Зои приятно поразило то, что Такер запомнил, что она любит горчицу и хрен, но не майонез, мокко и латте, диетическую колу, говядину средней прожарки, жареных цыплят и просто обожает жареную рыбу зубатку. Такер успел запомнить все эти повседневные мелочи за то короткое время, что они жили под одной крышей.

Он подвел ее к двухместному диванчику и присел рядышком. Зои чувствовала на себе оценивающие взгляды Марлы, стесняясь своей одежды и располневшей после родов фигуры, и нервно теребила край рубашки, чувствуя себя не в своей тарелке в этом роскошном магазине с его модно одетыми продавцами и покупателями.

Вскоре ее отправили в примерочную, где ее поджидал ворох одежды, включая юбки, блузки, джинсы, футболки, а также обувь, ремни, ожерелья и браслеты.

— Дорогая, вы выглядите чертовски хорошо для женщины, которая родила всего шесть недель назад, а ведь у вас даже личного тренера нет, — успокоила ее Марла, когда она неохотно начала снимать с себя одежду. — Я выбрала вещи, которые будут смотреться красиво на вас. Доверьтесь мне, хорошо? Это моя работа.

И надо сказать, девушка справилась с ней на отлично. Было всего два наряда, в которых Зои не захотелось выходить из примерочной, чтобы ее оценил Такер. Одним из них было шифоновое платье кораллового цвета длиной до середины колена. Марла предложила дополнить его ковбойскими сапожками с кружевными вставками, красивым ожерельем и ремнем с большой серебряной застежкой. Когда Зои все‑таки вышла из примерочной, увидев выражение лица Такера, она чуть не затанцевала от радости.

— Этот наряд способен произвести фурор, — заметила Марла, когда Зои вернулась обратно.

Зои не могла не согласиться с девушкой. Каждый раз, когда глаза Такера загорались огнем, наряд пополнял горку одежды, которую она собиралась купить. Когда Зои перемерила все вещи, Марла снова вручила ей коралловое платье.

— Вам захочется надеть его для сегодняшнего вечера. Я знаю, куда мистер Тейт отвезет вас на ужин. Этот наряд подойдет идеально.

Когда Зои вышла из примерочной, Такер как раз расплачивался за покупки. Он повернулся к ней и с улыбкой протянул ей руку.

— Вещи доставят к тебе домой, а мы отправляемся на ужин. Я умираю с голоду.

Только судя по тому, как он пожирал ее глазами, он готов был съесть ее саму. И, черт подери, это не могло не вызвать у нее улыбку.

Как романтично. Это первое, что пришло в голову Зои, когда машина остановилась перед одним из самых шикарных ресторанов Нэшвилла, размещавшимся в старинном особняке. Парковщик помог ей выбраться из автомобиля, а потом поспешил к дверце водителя. Такер, выйдя из машины, предложил Зои свою руку, что оказалось очень кстати, потому что она споткнулась, осматриваясь по сторонам и не глядя себе под ноги.

Этот ресторан славился своей едой, обслуживанием и атмосферой. Зои добавила его в список желаемых мест для посещения, когда увидела его в одной из телепередач. Она слышала, что столик зарезервировать здесь почти невозможно, а ужин обойдется в недельную зарплату такой певицы, как она.

Войдя внутрь, Зои снова споткнулась, когда шагнула на великолепный персидский ковер, лежавший на отполированном до блеска паркете. И опять Такер спас ее, помогая удержать равновесие и притворившись, будто это не она, а он был таким неуклюжим.

— Извини, дорогая. Меня вечно подводят мои большие ноги.

Если бы. Этот чертов мужчина двигался как танцор. Или боксер. Каждое его движение было грациозным и уверенным. Такер крепче прижал Зои к себе, и она сделала вид, что не заметила, как от его прикосновения по ее коже пронесся электрический разряд. Также она не стала обращать внимания на то, как идеально вписывалась в его объятия. Они с Такером являли собой живой пример того, что «противоположности притягиваются», ведь именно это и происходило между ними.

Потом они сидели в укромном уголке у окна, выходившего на задний двор особняка, и Зои представляла, что находится в доме — с семьей, и она сама выступает в роли… Матриарха? Она поежилась, потому что это слово слишком сильно ассоциировалось с Эттой Смити.

Ее реакция не укрылась от Такера.

— Тебе холодно? — спросил он и, сняв свой пиджак, набросил его ей на плечи.

Зои тут же ощутила тепло его тела и запах его туалетной воды, напоминавший ей о морских брызгах, песке и небесной синеве.

Окруженная его заботой, она с трудом сдерживала свои чувства. Она сходила с ума по этому мужчине. Ей хотелось близости с ним. Кожа к коже. Сердце к сердцу. Какой‑нибудь поэт сочинил бы стихи об их душах, стремящихся ввысь, скрепленных такой бесконечной любовью, что они не могли жить друг без дружки.

Зои громко рассмеялась. Какая же она романтичная дура. Такер не был ее родственной душой. Ей просто повезло, что его воспитание не позволяло по‑другому обращаться с женщинами. Он не испытывал тех же чувств, что и она, и не смотрел на нее так, словно не мог дышать без нее. Хотя иногда, когда Такеру казалось, что никто не смотрит на него, он бросал на Зои или Нэша взгляды, в которых читалась тоска, нежность и сожаление, словно она с малышом представляла собой что‑то такое, о чем Тейт мечтал, но чего, по его мнению, никогда не сможет получить.

Не думая, что делает, она потянулась к нему и коснулась его щеки.

— Такер, что мы делаем?

— Ангел мой, я понятия не имею, но мне очень хочется узнать. А тебе?

По его глазам было видно, что он хочет ее. Ему даже не надо было выражать свои мысли вслух. Зои не была наивной девочкой и все прекрасно понимала. И хоть она убеждала себя, что ей не стоит начинать новые отношения, она ничего не могла поделать с собой. Она просто не могла устоять перед Такером.

— Да, — прошептала она. — Очень.

Глава 10

Такер попросил официанта упаковать их десерт и вручил ему свою кредитку, чтобы оплатить счет. В его голове роилось полно идей — и все были связаны с тем, что он проделает с сидевшей напротив него соблазнительной женщиной, как только она окажется в его кровати.

Когда он отодвигал ее стул, она случайно ударила его своей макушкой по подбородку, отчего он громко клацнул зубами. Зои густо покраснела, а официант, принесший десерт и получивший щедрые чаевые, поспешно удалился, чтобы не рассмеяться. Да уж, тут было над чем повеселиться.

— Ты как? — потирая макушку, спросила Зои.

— В порядке, — проверил свою челюсть Такер. — А ты?

— Папа говорил, что из всех его знакомых у меня самая крепкая голова. Похоже, он был прав. — Она вернула ему пиджак и взяла пакет с десертом.

Они вышли из ресторана, и парковщик бросился к их машине, чтобы подогнать ее к входу. Такер взял руку Зои и притянул ее пальчики к своим губам. И тут со всех сторон замерцали вспышки фотокамер и градом посыпались вопросы:

— Такер, вы встречаетесь с Зои?

— Как давно вы вместе?

— Это ваш ребенок?

Зои потрясенно ахнула, увидев толпу репортеров. Такер прикрыл ее собой, и его глаза заметали молнии. Раньше он, так же как и другие знаменитости Нэшвилла, мог спокойно поужинать в этом ресторане, но теперь ноги его больше здесь не будет.

Такер думал, что журналисты забыли о них с Зои, когда она переехала в поместье Дона, но он заблуждался.

Люди заблокировали улицу, и их парковщик потерялся в толпе. Такер попятился назад, подталкивая Зои обратно в ресторан. К ним тут же подбежал менеджер, чье лицо пошло красными пятнами от волнения. Он заламывал руки и не переставал извиняться за причиненные неудобства. Такера и Зои проводили через зал ресторана на кухню к черному выходу, и через пару секунд к двери подогнали их машину.

Оказавшись в салоне своего внедорожника, Такер едва сдерживал ярость. Ему хотелось позвонить Бриджеру и потребовать охрану для Зои. Услышав всхлипы, раздававшиеся со стороны пассажирского сиденья, он крепче сжал руль. Если Зои расплакалась из‑за этих идиотов…

— Боже милостивый, — выдавила она. — Мне кажется, я не готова к таким вещам.

Такер убедился, что рядом с домом все чисто, и только тогда завернул в гараж. Ему следовало отвезти Зои с ребенком обратно к Дону, только ему хотелось, чтобы сегодня вечером она осталась у него. Здесь она будет в полной безопасности. Да, ему просто необходимо позвонить Бриджеру насчет охраны для Зои.

— Нэш вел себя чудесно, — встретила их у лифта Киша. — Сейчас он крепко спит. Я искупала его и переодела. А еще я подключила радионяню, — блеснув глазами, добавила она и улизнула прежде, чем Такер или Зои нашлись что ответить.

Такер не мог оторвать глаз от Зои. Когда она склонилась над детской колыбелькой, он сбросил свой пиджак и бросил его на спинку стула, поглядывая ей через плечо на спящего ребенка. Он сходил с ума от ее близости.

— Хочешь поехать домой? — спросил Такер, когда она выпрямилась и повернулась к нему.

— Нет. Если только ты не хочешь избавиться от нас с Непоседой.

«Ни за что», — хотелось крикнуть Такеру.

— Я бы хотел, чтобы ты осталась.

Когда она кивнула в ответ, Такер спросил:

— Может, выпьешь чего‑нибудь?

— Нет, мне и так хорошо, — почти что застенчиво улыбнулась Зои.

Тогда Такер обнял ее за талию и притянул к себе, а она очень медленно поднялась на цыпочки, и их губы встретились.

— Я сам, — сказал он, когда Зои завозилась с пуговицами на его рубашке, и схватил ее за руки.

Он расстегнул рубашку, а она наблюдала за ним, облизнув губы, что навело его на самые разнообразные мысли. Такер снова притянул ее к себе, а потом вспомнил о ребенке. Он почти потерял способность соображать, но сумел отыскать, где находится радионяня, и убедился, что она включена.

— Наверх, — шепнул он и подхватил Зои на руки.

Добравшись до спальни, Такер поставил Зои на ноги, а потом снова притянул к себе. Ее полная грудь, прикрытая тканью платья и бюстгальтером и прижатая к его груди, дарила ему восхитительные ощущения.

Он скользнул глазами по обнаженному плечу Зои.

— Можно?

— Сделай одолжение, — так же хрипло выдавила она, и в ее голосе послышались скрытые обещания.

Такер провел кончиком пальца по присобранному вырезу ее платья, а другой рукой скользнул вниз по ее талии и принялся поглаживать ее ягодицы.

— Я давно хотел прикоснуться к тебе по‑настоящему.

Он коснулся ее груди и забыл все причины, по которым ему не следовало этого делать. В эту минуту Такеру хотелось только одного: увидеть Зои обнаженной, ощутить шелковистость ее тела и прикосновение ее волос к его собственной коже. Он обхватил ладонями ее лицо и поцеловал. Когда ее горячий, сладкий вкус наполнил его рот, она начала таять в его руках. Такер потерял голову от желания, но подобно перевозбужденному подростку ждал, что его застигнут врасплох или что Зои передумает.

На короткую долю секунды к нему вернулся здравый рассудок, твердя, что, соблазняя Зои, он, возможно, совершает ошибку. Но искушение взяло верх.

Такер стянул платье с ее плеча и прикоснулся губами к ее обнаженной коже. Когда Зои судорожно вздохнула и запрокинула голову, он принялся осыпать поцелуями ее шею.

— Если ты планируешь остановить меня, сейчас самое время, — прошептал Такер и обнажил ее второе плечо. — Если нет, у меня есть другие планы для тебя.

— Что за планы? — промурлыкала Зои, и Такер уткнулся носом в нежную кожу у основания ее шеи.

— Развратные. Непристойные. — Он порылся рукой в кармане своих брюк и достал оттуда презерватив. — Которые включают вот это.

— У тебя есть в доме пожарная сигнализация? — чуть отстранившись и тяжело дыша, поинтересовалась Зои.

— Почему ты спрашиваешь? — озадаченно глянул на нее Такер.

— Потому что, если мы будем продолжать в том же духе, нам, возможно, придется отключить ее, чтобы пожарные не приехали и не потушили огонь, который мы тут разведем.

Такер рассмеялся и жадно поцеловал ее в губы.

— У меня есть огнетушитель, — судорожно выдохнул он.

— Чудесно. Может быть, тебе придется воспользоваться им, чтобы потушить меня.

Такер с улыбкой снова прильнул к ее губам и, обняв ее за талию, прижал к себе еще крепче. Ее глаза блеснули, и она качнула бедрами, когда ощутила прикосновение его отяжелевшей плоти.

— Я могла бы сойти с ума от тебя, — едва слышно шепнула Зои.

Он поцеловал ее, а потом куснул ее за нижнюю губу.

— У этого платья есть молния?

— Неа. Оно снимается очень просто.

— Черт, мое любимое платье. — Такер не торопился и медленно приподнимал подол платья вверх, продолжая осыпать поцелуями тело Зои, пока они оба не задрожали от возбуждения. Наконец он стянул с нее платье и окинул ее взглядом с головы до ног.

Зои носила простой белый бюстгальтер с небольшой вставкой из кружева, что показалось Такеру очень целомудренным и в то же время самым соблазнительным из всего, что ему приходилось видеть. Ему захотелось стать этим лифчиком, чтобы обнимать ее грудь. К бюстгальтеру прилагались трусики в форме коротеньких шортиков, обтягивавшие округлые бедра Зои. Сама она стояла перед ним с опущенными, нервно подрагивавшими руками и отводила взгляд.

— Я пытаюсь подобрать слова, чтобы сказать что‑нибудь запоминающееся, но это очень непросто, когда вся кровь отлила от моей головы.

— А ты постарайся.

— Ух ты.

Зои прикрыла ладонями живот и посмотрела на него так, словно умоляла быть искренним с ней.

— Правда?

Тогда Такер притянул ее к себе и поцеловал в лоб.

— Правда, ангел мой. Ты прекрасна.

— Нет, это не так, — толкнула его в грудь Зои и отвела взгляд.

Поддавшись порыву, он опустился на колени и, не отпуская ее талию, провел большими пальцами по ее коже. Да, на ее животе остались едва заметные растяжки, но он находил их прелестными. Такер встречался с худенькими танцовщицами, моделями, и среди его подружек было даже несколько актрис, но ни одна из них не была такой настоящей и соблазнительной, как Зои. По крайней мере, для него. В этой женщине было что‑то притягательное, перед чем он не мог устоять. Такер притянул ее к себе и начал осыпать поцелуями ее живот от одного бедра к другому. Если бы Зои чуть раздвинула ноги, он мог бы вкусить сладость ее лона. Эта идея пришлась ему по душе. Даже очень.

Такер ухватился пальцами за ее трусики и потянул их вниз. Зои оставалась в своих ковбойских сапожках, что чертовски возбуждало его. Она положила ладонь на его голову, чтобы не упасть, когда подняла сначала одну ногу, а потом другую, пока он снимал с нее нижнее белье.

— Ангел мой, раздвинь ноги, — попросил Такер и, когда она послушно выполнила его просьбу, скользнул пальцами в ее лоно.

Зои пробежалась пальцами по его коротко стриженным волосам, словно ища, за что ухватиться, и он решил, что ей лучше прилечь. Он поднялся и подвел ее к кровати, на которую она рухнула, словно обессиленная. Такер опустился на колени и, положив ее ноги себе на плечи, опустил голову и приник к ее лону. Она застонала и начала изгибаться от его ласк, а потом вся задрожала, и ее наслаждение передалось ему. Когда все закончилось, Зои открыла глаза и глянула на Такера.

— Мне нравится, как ты смотришь на меня, — сказал он.

— Должна признать, ковбой, что мне тоже нравится, как ты смотришь на меня, — зардевшись, ответила она.

Он поднялся и сбросил свою обувь, за которой последовали брюки и нижнее белье. Такера привело в восторг то, как расширились глаза Зои, когда она увидела его возбужденную плоть.

— Это все для меня одной? — с озорным блеском в глазах спросила она.

— Абсолютно верно. — Такер застыл, когда услышал тихое кряхтение, донесшееся из монитора радионяни, а потом снова воцарилась тишина. Он решил, что утром первым делом переоборудует гостиную в детскую, потому что он не собирался отпускать от себя эту женщину. Ни за что. Целуя Зои, Такер чуть подвинул ее на кровати и поднял презерватив, который до этого уронил на пол. Зои следила за каждым его движением.

— Тебе нравится то, что ты видишь?

— О да, — выдохнула она. — Ты даже… лучше, чем я представляла себе.

— Ты представляла, как мы занимаемся сексом?

— Постоянно. Я полная жизни деревенская девчонка. Конечно, я представляла нас вдвоем.

Такер не сдержал смех. Он навис над Зои, а потом зарылся лицом в ее волосы и вдохнул аромат имбиря и персиков. Сможет ли он сделать еще один вдох и запомнить ее запах навсегда?

Зои тихо застонала и качнула бедрами, и тогда Такер скользнул в ее теплые глубины. На секунду он забыл, как дышать, а потом чуть подался назад, и она напряглась, пытаясь удержать его. Такер приподнялся, чтобы не придавить ее весом своего тела, но округлая, упругая грудь Зои была достаточно большой, чтобы по‑прежнему упираться в его собственную. Он снова погрузился в нее, и их тела задвигались в одном ритме.

— Что ты видишь, когда вот так смотришь на меня? — неожиданно спросила Зои.

Его затуманенный страстью мозг пытался понять ее вопрос. А разве он по‑особенному смотрел на нее?

— У тебя какой‑то отсутствующий взгляд, и вместе с тем ты смотришь так, словно пытаешься вычислить меня, но у тебя ничего не получается.

— Так и есть, — улыбнулся Такер. — Близость с тобой кажется мне чем‑то фантастическим, и я не хочу останавливаться. И говорить и думать в такой момент, когда я чувствую себя настолько превосходно — когда ты даришь мне эти нереальные ощущения? Ангел мой, это просто отвратительно.

Она округлила глаза и рассмеялась, и ее дыхание прервалось на секунду, когда он погрузился в нее, заполнив ее собой всю без остатка.

— Ладно, больше никакой болтовни. Обещаю.

И они не разговаривали, потому что Такер не отрывался от ее губ и продолжал целовать ее, пока они не начали дышать так тяжело, что ему пришлось остановиться, чтобы они могли впустить немного кислорода в свои легкие. По его телу прокатывались волны удовольствия, и он не шутил, когда говорил, что чувствовал себя фантастически, занимаясь с ней сексом.

Зои не сводила с него глаз. Раньше она всегда надеялась, что ее парень достаточно умелый, чтобы помочь ей испытать оргазм, и закрывала глаза, чтобы не видеть его лицо, когда он пыхтел, нависая над ней. Такер оказался совсем другим. Она уже пережила невероятное наслаждение и сейчас испытывала ни с чем несравнимое удовольствие от того, как он наполнял ее собой, как он целовал ее, как смотрел на нее. Словно не мог поверить, что она здесь, рядом с ним, словно она была особенной — особенной для него. И она хотела его так, как ни одного мужчину в своей жизни. Зои также боялась, что может все испортить. Что он полюбит ее, а потом бросит, как остальные мужчины, включая ее отца.

Она обняла Такера за шею, двигаясь с ним в одном ритме и ощущая покалывание в кончиках своих пальцев на руках и ногах. То, что происходило между ними, происходило слишком быстро и в то же время недостаточно быстро. Было ли оно на самом деле?

— Мне все равно.

Зои не заметила, что сказала эти слова вслух, когда Такер остановился и озадаченно посмотрел на нее.

— Ангел мой?

Она не могла вспомнить, когда он впервые назвал ее ангелом. Но она заметила, что он обращался так только к ней одной. Такер мог назвать другую женщину «золотцем» или «дорогой», но его единственным «ангелом» была Зои. И ей хотелось всегда испытывать то, что она переживала сейчас в его объятиях, находясь на самом краю пропасти. В этот момент Зои осознала, что может быть безрассудной и нырнуть с головой в страсть, которую предлагал ей Такер, потому что он поймает ее, когда она рухнет в этот водоворот. А это непременно случится.

Уже случилось.

Зои не знала наверняка, что такое любовь, но, глядя на Такера, очень хотела узнать.

— Не останавливайся, — взмолилась она. — Сделай со мной все, что обещал.

«Люби меня», — молча добавила Зои.

Такер так и сделал. Он ласкал ее своими сильными руками и жадно целовал. Зои сходила с ума от бушевавшего в ней огня, а Такер все врывался в нее, находя чувствительные точки внутри и снаружи ее тела. Обрушившийся на нее оргазм сотряс ее тело так сильно, что ей показалось, что Такер может слететь с нее.

Она вглядывалась в его лицо, изучая каждую впадинку и линию, и приподнялась, чтобы потереться щекой о его слегка небритый подбородок. Они смотрели друг на друга, и синие глаза Такера становились все темнее и напряженнее. А потом он зарылся лицом в ее волосы и тихо застонал, изливаясь в нее. И тогда Зои не просто задрожала, она буквально взорвалась.

Она приходила в себя, лежа придавленная телом Такера. Дышал ли он? Дышала ли она сама? Такер судорожно вдохнул, и она хотела рассмеяться, но обнаружила, что в ее легких недостаточно кислорода. Ее порадовало, что именно в ее объятиях он получил такое удовольствие.

— Ты в порядке? — выдавил Такер.

— Нет, — призналась она и почувствовала, как он напрягся. Когда он начал скатываться набок, она обхватила его руками. — Я не в порядке. Я чувствую себя фантастически. — Такер тут же расслабился. — А ты?

— Ангел мой, если каждый раз во время секса с тобой я буду испытывать такой сильный оргазм, я могу не пережить этого.

Против первой части его заявления Зои не возражала.

Глава 11

Открыв глаза, Зои прислушалась и запаниковала, когда не услышала дыхания Нэша. Но потом она уловила тихое посапывание, доносившееся из монитора радионяни, и вспомнила, что она не в своем гостевом доме, а в гостях у Такера.

Этот мужчина не переставал ее удивлять. Ночью он поднимался, чтобы сменить подгузник ребенку, а потом, когда Зои покормила малыша, отнес его обратно в кроватку. После чего Зои почти сразу же провалилась обратно в сон.

Она смутно помнила, как Такер утром вставал на работу.

— Я на совещание. Спи. Вернусь к обеду, — поцеловав ее, прошептал он.

Зои потянулась и поднялась с кровати. Нужно было успеть привести себя в порядок до того, как проснется Нэш.

Выйдя из ванной комнаты, она обнаружила свое нижнее белье и платье аккуратно сложенными на кресле. Наверное, их собрал Такер перед уходом. Что за удивительный мужчина.

Нэш пребывал в самом расчудесном настроении, когда Зои направилась к лифту, чтобы спуститься на кухню и позавтракать. Когда дверь лифта открылась, Зои сдавленно закричала, чем испугала ребенка, который тоже закричал во всю мощь своих легких.

Две женщины, стоявшие за дверью, повернулись к ней, и она тут же узнала их. Киша бросилась к Зои и начала извиняться.

— Говорила тебе, что следовало позвонить и предупредить о нашем приходе, — буркнула она Квин, державшей на руках дочку. — Извини, Зои. Мы не хотели напугать тебя. Давай помогу тебе.

Зои не успела возразить, когда девушка выхватила у нее из рук люльку‑переноску и направилась к кухонной стойке.

— Садись, я приготовлю тебе что‑нибудь позавтракать. Я бы предложила тебе кофе, но ты еще кормишь грудью. Не стоит приучать этого паренька к кофеину, — сказала Киша, нежно потрепав малыша за его пухленькую щечку. — Иначе он забудет, что такое сон.

Зои постаралась унять громко бьющееся сердце и присела на одно из кресел.

— Я не возражаю, что Киша взяла все в свои руки, — со смехом сказала Квин. — Дикон нанял ее в качестве нянечки, но почти не дает ей нянчиться с ребенком. И она использует любой предлог, чтобы отнять детей у их зазевавшихся родителей и потискать их.

Киша взбила яйца с молоком и стояла, ожидая, пока растает масло на сковородке.

— Твой муж нанял меня, потому что я пишу докторскую диссертацию на тему эмоционального влияния удочерения и усыновления на раннее развитие ребенка.

— И это тоже, — закатила глаза Квин, вызвав улыбку у Зои. — Бедняжка Ноэль. Надеюсь, Дик разберется со своим эмоциональным багажом к тому времени, как мы надумаем завести собственного ребенка. — Она подошла к холодильнику и, достав оттуда бутылку минеральной воды и бутылочку апельсинового сока, поставила их перед Зои.

Зои открыла сок и залпом выпила всю бутылочку. В ее желудке громко заурчало, и она густо покраснела.

Киша расплылась в улыбке, ставя перед ней тарелку с омлетом и жареным беконом.

— Приятного аппетита.

— Я доверяю нашему специалисту по младенцам, даже если она склонна перегибать палку и вести себя как начальник, — добавила Квин. — Киша знает все о раннем развитии ребенка. К тому же она любит готовить и настаивает на том, чтобы заниматься покупкой продуктов.

— Иначе эта семья умерла бы с голоду.

— Эй, я умею готовить.

— Да ладно?

— Могу приготовить омлет. И салат из тунца.

— Если только для него не придется варить яйца, — поддела жену Дика Киша.

— Это была не моя вина. Дик отвлек мое внимание.

— Она оставила кипящие яйца на плите, — пояснила Киша, обращаясь заговорщическим тоном к Зои. — Ты когда‑нибудь нюхала сгоревшие сваренные вкрутую яйца? Кастрюлю спасти не удалось, и ее пришлось выбросить.

Квин шутя швырнула кухонное полотенце в Кишу, но та поймала его на лету, вызвав заливистый смех Ноэль. Зои смотрела на их дружеское общение почти что с завистью. Она доела яичницу и дожевала последний кусочек бекона. Она не насытилась, но постеснялась просить добавку.

— Итак, — начала Киша.

— У нас не было времени, чтобы как следует познакомиться, — добавила Квин. — Мы хотим узнать твою историю.

Зои знала, как познакомились Дик и его жена, а также не раз имела дело с представителями власти. Она узнала тон голоса Квин. Та могла сидеть с участливым лицом, покачивая на руках свою годовалую дочку, но в этот момент она вела себя как полицейский. Зои взяла бутылку с водой и начала медленно пить, чтобы выиграть время. Что Такер успел рассказать этим людям? Ее история представляла собой несчастливую мыльную оперу, а Зои хотелось хотя бы чуточку понравиться жене Дикона Тейта, которая была свояченицей Такера.

— Тут нечего рассказывать. У меня сломалась машина, а Такер повел себя как настоящий рыцарь. Поскольку мы оба направлялись в Нэшвилл, он вызвался подвезти меня.

— А как насчет отца ребенка? — впилась в нее взглядом Квин.

— Я не поддерживаю с ним отношений, — отрезала Зои. Ей не нравилось, что эти женщины так настойчиво пытались разузнать ее прошлое. — И это не твое дело.

— Все, что касается моего свояка, касается меня, — холодно улыбнулась жена Дика. — По крайней мере, ты не стала заявлять, что Такер — отец твоего ребенка.

— Ты издеваешься? — потрясенно глянула на нее Зои. Квин, наверное, посчитала ее охотницей за деньгами или еще хуже. — Допускаю, что есть люди достаточно мерзкие, чтобы пойти на такую низость. Но я не такая. Мы с Такером знаем друг друга всего пару месяцев. Он всего лишь очень славный парень с большим сердцем.

— Мы ведь говорим о Такере Тейте? — недоверчиво посмотрела на нее Квин. — Об этой акуле шоу‑бизнеса?

— Ну… Я ничего не знаю об акулах. Что я знаю, так это то, что он пожалел меня, а потом помог, когда Нэш решил появиться на свет раньше запланированного. Я ценю то, что он сделал для нас, но считаю, что это слишком личные вещи, чтобы обсуждать их с кем‑то посторонним. Если хочешь узнать что‑то еще, спроси у Такера.

— Ты ночевала в комнате Такера, — не отставала от нее Квин.

— Да, мэм. Но это не твое дело. Это дом Такера, не твой.

— Такер обычно не приводит незнакомых женщин на ночь в свой дом.

Зои не просила посвящать ее в детали личной жизни Такера, хотя ей польстило, что он не приводил никого к себе домой. Но Квин, которая всегда казалась такой дружелюбной, сейчас превратилась в настоящего копа и заставляла Зои чувствовать себя не в своей тарелке.

— Спасибо за завтрак. Вас наверняка ждут какие‑то дела. — Она поднялась и многозначительно посмотрела на входную дверь.

— Я только уберу…

— Очень мило с твоей стороны, — оборвала Кишу Зои, — но я сама вымою посуду. Спасибо, что зашли.

— Кажется, нам пора уходить, — поднялась Квин.

Подойдя к двери, она остановилась.

— Зои, еще два слова. Такер — мой родственник, и я не дам свою семью в обиду.

— С чего она так взбесилась? — глянула на сына Зои, когда закрылась дверь за ее гостьями. — Не я, а она заявилась сюда без приглашения, да еще и вела себя как гончая на охоте.

Такер поднял голову и увидел на пороге кабинета Дикона.

— Кажется, у тебя вчера были гости, — протянул тот.

— Ты что, шпионишь за мной?

— Неа. Я смотрел спортивную передачу. И слышал шум.

— Ясно.

— И ты мой брат.

— Чего ты хочешь от меня?

— Не притворяйся дурачком. У тебя, возможно, больше мозгов, чем у всех нас, вместе взятых. Но если я должен поговорить об этом, я молчать не стану. Может, скажешь, что у вас с Зои?

— Не знаю, — помолчав, ответил Такер. — Правда, Дик, я не знаю. Со мной такое впервые…

— Она талантлива.

— Я знаю.

— Что будет, если вы расстанетесь?

— Ты о чем?

— Я о том, что у нее есть талант. Большой. И я хочу ей помочь. Если вы начнете встречаться, а потом ты бросишь ее…

— Эй, постой. А с чего ты решил, что именно я стану инициатором разрыва?

— Ты серьезно? — многозначительно посмотрел на него брат.

Ладно, Дик был прав. Такер избегал серьезных отношений. Но сейчас все было по‑другому, что немного пугало его.

— Дик, бизнес есть бизнес. Я тоже хочу, чтобы она добилась успеха.

— Отлично. Надеюсь, ты ничего не испортишь. А теперь расскажи мне, как у вас все закрутилось.

Такер так и сделал, не утаив ни одной подробности.

Глава 12

Сложив полотенце рядом с раковиной, Зои глянула на часы. Она могла бы подождать Такера и рассказать ему о визите его свояченицы, но решила, что будет лучше, если она уедет.

Она собрала ребенка и, вызвав такси, вышла на порог дома. Когда машина подъехала, она позвонила в дом Дикона. Трубку взяла Киша.

— Я уезжаю, но у меня нет ключа, чтобы запереть дом. Спасибо за то, что одолжили переносную люльку и за то, что присмотрели за ребенком. Не могла бы ты попросить миссис Тейт закрыть дом и включить сигнализацию?

Зои не стала дожидаться ответа и быстро повесила трубку.

Машина отъехала от дома, когда появились Киша и Квин, но Зои не стала оборачиваться. Ей повезло с водителем, который не стал проявлять любопытство, увидев слезы на ее глазах.

Все эти дурацкие гормоны.

Водитель остановил такси в конце подъездной дорожки, ведущей к дому Дона Изли, и сразу же уехал. А Зои не успела пройти и пары шагов, когда из кустов вдруг вышла незнакомая женщина в деловом костюме и туфлях на высоченных каблуках, заставив ее громко вскрикнуть второй раз за день.

— Зои Паркер, если не ошибаюсь?

— Это частная собственность, — подозрительно глянула на нее Зои.

— Дэнди Дон знает, что я здесь. Меня зовут Паркер Грейс, — представилась женщина, словно Зои могла автоматически узнать это имя.

— И?

— Я репортер с канала новостей шоу‑бизнеса, — хищно улыбнулась незнакомка, вызвав стойкую неприязнь у Зои.

— Ага. — Зои развернулась и зашагала к дому. Мистер Дон предупредил ее, что сам будет общаться с прессой. — Мисс Грейс, мне очень приятно и все такое, но вас нет в моем расписании на сегодня.

Женщина цыкнула на нее, но она не остановилась.

— Думаю, вам захочется поговорить со мной. Особенно после того, как вы провели эту ночь с Такером Тейтом.

Зои споткнулась, но взяла себя в руки и продолжила идти. Откуда, черт возьми, эта женщина все узнала?

— Уверена, вы в курсе, что Тейты и Барроны — это одни из самых богатых семей в нашей стране.

— И что? — делано пожала плечами Зои и посмотрела на дом в надежде увидеть припаркованные рядом с ним машины мистера Дона и миссис Розмари.

— Зои, вам следует согласиться на интервью со мной. Я знаю все об этих людях, исходя из личного опыта. — Женщина схватила ее за руку.

Она что, угрожала ей? Зои достала из сумки телефон и набрала службу 911.

— Здравствуйте, — сказала она, услышав женский голос в трубке. — Меня зовут Зои Паркер. Я остановилась в доме Изли на Вэлли‑Брук. Их нет дома, а мне и моему ребенку угрожает какая‑то женщина, с которой я столкнулась на подъездной дорожке.

Паркер побелела от гнева и сжала руки в кулаки.

— Хорошо. Я уйду. Но только не говорите, что я не предупредила вас, Зои.

Не сводя глаз с репортерши, Зои прижала к себе люльку с ребенком и поспешила к дому.

— Малышка, не стоит строить больших иллюзий. Такие мужчины, как Такер Тейт, поедают заживо таких мечтательниц, как вы, — насмешливо бросила Паркер и кинула ей визитку, которая приземлилась в люльку Нэша. — Позвоните мне, когда повзрослеете и захотите поговорить.

— Алло? — послышался голос оператора. — Вы меня слышите?

— Извините, — растерянно посмотрела на телефон Зои. — Да, я слышу вас.

— Что случилось? Я отправила к вам патрульную машину, но мне нужен точный адрес.

— Спасибо, но вы можете дать отбой, потому что эта женщина уже ушла.

— Вы уверены, что вам ничего не угрожает?

— Да. Оказалось, что она одна из тех репортеров, которые гоняются за сплетнями. Она приняла меня за другого человека. Извините, что побеспокоила вас.

— Зои, если тот человек находится рядом с вами, и вы не можете говорить…

— Нет, мэм. Она ушла. — Зои глянула на оставленную визитку. Ей не хотелось проблем, особенно после небольшой стычки со свояченицей Такера, но Паркер Грейс ей тоже не понравилась. — Она назвалась Паркер Грейс и заявила, что работает на местном канале новостей шоу‑бизнеса.

— Я слышала о ней, — вздохнула оператор. — Вы уверены, что вам ничего не угрожает?

— Да, мэм. Большое вам спасибо.

Она повесила трубку и задумалась, как ей поступить. То, что какой‑то репортер пробрался в частные владения Изли, заставило ее понервничать. Следовало позвонить Такеру и рассказать о случившемся, но она боялась. Вдруг он разозлится на нее? Подумает, что она сделала это специально, чтобы привлечь к себе внимание публики? Раз ничего серьезного не случилось, может, лучше ничего никому не говорить.

После того как Зои не ответила на третий звонок, Такер не на шутку встревожился.

Он вскочил из‑за стола и направился к двери своего кабинета, но на пороге столкнулся с братом.

— Привет, Так. Домой? Может, подбросишь меня?

Они вышли из здания и сели в машину.

— Я не смог дозвониться до Зои, — бросил Такер и поймал странный взгляд своего брата. — Ты, случайно, не в курсе, что могло случиться?

— Я только что разговаривал с Квин.

— И?

— Ну… Она с Кишей этим утром заходили к Зои.

— Кажется, мне не понравится то, что я услышу дальше, не так ли? — напрягся Такер.

— Скорее всего, нет. Квин сказала, что учинила допрос Зои.

— Что? Дикон, повтори, что сделала твоя жена?

— Она типа попросила Зои рассказать о ее прошлом.

Побелев от ярости, Такер свернул на обочину и остановил машину.

— Дикон, черт подери…

— Знаю, — поднял руки вверх Дик и прижался к дверце. — Я отчитал ее. И меня, возможно, ждет ссора дома. Она перешла все границы, но…

— Но что, Дик? Ты думаешь, я не читал отчет Бриджа? Отец Нэша получил пожизненный срок за убийство. Отец Зои умер в тюрьме, скорее всего, из‑за цирроза печени. У нее самой нет ни гроша за душой, она в одиночку растит ребенка и хочет пением зарабатывать себе на жизнь. Что, черт подери, ты или твоя жена‑ищейка можете сказать мне, чего я не знаю? — Он с силой ударил ладонями по рулю. Вдруг Зои собрала вещи и уехала куда‑нибудь? Только… У нее было не так много денег. — Мне следовало вышвырнуть тебя из машины. Шел бы пешком.

С этими словами он повернул ключ зажигания и выехал обратно на дорогу.

— Зои с ребенком уехали на такси, — продолжил Дик. — Через полчаса после того, как Киша с Квин вернулись домой. Зои позвонила Кише и попросила закрыть дом, поскольку у нее не было ключа.

Услышав эти слова, Такер развернул машину и поехал к дому Изли. Остаток дороги они с братом ехали молча.

— Дик, передай своей жене, чтобы она не лезла в мою личную жизнь, — притормозив у дома Изли, сказал Такер. — И пусть близко не подходит к Зои. И пусть передаст это остальным родственницам. Я не хочу, чтобы они вмешивались в мои дела. Ты меня понял?

— Приятель, они волнуются за тебя, — тяжело вздохнул Дик. — Мы все волнуемся.

— Да? А как насчет Зои? Вас не заботит она? Ее ребенок?

— Не так сильно, как ты, — едва слышно ответил Дикон, вылезая из машины.

Глава 13

Уложив спать Нэша, Зои, сидя в беседке, пообедала томатным супом и бутербродами с сыром. Она старалась не обращать внимания на поселившуюся внутри ее пустоту, которую не могла заполнить никакая еда. Она позволила своей гордости — и своей незащищенности — выйти из‑под контроля. Конечно, жене Дика хотелось узнать побольше о ней. Эта женщина работала в полиции. А семья Тейтов была очень богатой. Зои могла оказаться кем угодно. Воровкой. Или кем‑нибудь похуже.

Только она не была такой. Хотя то, что родственники Такера не доверяли ей, причиняло ужасную боль.

Зои отодвинула тарелку в сторону, чувствуя, что у нее пропал аппетит. Нэш сладко спал в своей кроватке, так что она, пользуясь моментом, достала гитару и вытащила свой блокнот.

Перебирая струны, она попыталась сосредоточиться на музыке, но ее мысли упорно возвращались к Такеру. Зои всегда была честной с собой и понимала, что они с Тейтом совершенно не подходили друг другу. Она была деревенской дорогой, а он городской автострадой, освещенной сотнями огней. И Такер навсегда останется для нее несбыточной мечтой. Может, разве что, когда она станет знаменитой, если такое когда‑нибудь случится…

Зои подбирала различные аккорды и тихо напевала, думая о Такере, которого за его привлекательность можно было назвать «любимцем женщин». Она улыбнулась, вспомнив это выражение, которым пользовалась пожилая леди, одно время жившая с ней по соседству. Старушка красила свои волосы в голубой цвет и клятвенно заверяла, что когда ей было восемнадцать лет, ее целовал сам Кларк Гейбл.

В то время Зои понятия не имела, кто такой этот Гейбл, так что она пробралась в местную библиотеку, чтобы найти о нем какую‑то информацию. Тем летом она узнала, что при наличии читательского абонемента можно брать домой различные фильмы. Зои попросила отца записать ее в библиотеку, и в комиссионке нашла старенький видеоплеер. Чтобы купить его, она целых два месяца мыла полы и драила ванные комнаты. Так она познакомилась с Кларком Гейблом, Хамфри Богартом, Джоном Уэйном. Она мечтала вырасти и стать такой же сильной, как Лорен Бэколл, такой же находчивой, как Кэтрин Хепберн, и такой же красивой, как Грейс Келли.

Зои взяла ручку и написала первую строчку своей песни «Герой не моего романа». Еще несколько аккордов — и почти получилась готовая мелодия.

Зои играла, меняла аккорды, снова играла. Потом она подняла голову и некоторое время молча смотрела на сад. Над головой собрались тучи и в считаные секунды закрыли собой солнце, окрасив все вокруг в унылый серый цвет. Зои знала, какие ощущения дарит солнечный свет. И ее сердце мучительно сжималось.

Она закрыла глаза, погружаясь в это чувство, а потом начала записывать строчки песни, возникшие в ее голове:

Я не ищу настоящей любви,

Потому что тогда мое сердце будет разбито.

Но когда я смотрю на тебя,

Я хочу отдать тебе все, что в нем сокрыто.

Она пропела этот куплет. Затем добавила несколько аккордов. Она не боролась с меланхолией. Это была ее реальность. Такер Тейт по‑прежнему оставался недостижимым для нее. Может быть, когда‑нибудь. Когда исполнятся ее мечты. Тогда она сможет подойти к нему и быть с ним на равных. Зои схватила ручку и записала второй куплет:

Ты не можешь быть рядом со мной,

Как бы сильно мне этого ни хотелось.

Но когда я смотрю на тебя,

Мне хочется отдать тебе все, что в моем сердце сокрыто.

Когда они подошли к гостевому домику, Дик схватил Такера за руку и заставил остановиться. Такер сердито глянул на брата, а потом услышал тихие звуки музыки. Дик прижал палец к губам. Он не хотел, чтобы Зои заметила их.

Такер взволнованно слушал хрипловатый голос Зои. Когда она пела о любви, на ум приходили мысли о смятых простынях и головокружительных объятиях. Нужно будет спросить у Дика и Диллона, что они представляют, когда слышат пение Зои. А еще Такер сомневался, что ему понравится то, что у нее появятся поклонники, которые на ее концертах будут думать о том же, что и он.

Ты не можешь быть героем моего романа,

сладким голосом пела Зои.

Ты не тот, кто разделит со мной свои чувства.

Ты никогда не полюбишь меня.

И мы никогда не будем вместе.

Голос Зои дрогнул на последней строчке, и в сердце Такера появилась небольшая трещинка. В ее словах было столько одиночества. И боли. Может, она пела о Редмонде Смити? Такеру хотелось вытрясти душу из этого придурка. Как можно отказаться от такой чудесной женщины и ее ребенка?

Такеру хотелось броситься к ней, обнять и целовать до тех пор, пока она не забудет о своем одиночестве. Только что он мог ей предложить? Он привык иметь дело с цифрами, а не чувствами. Он мечтал проснуться рядом с Зои этим утром, выпить с ней кофе, позавтракать. Но его ждала важная встреча, которую невозможно было отменить. И он уехал, хоть и очень неохотно. А потом вмешалась Квин и все испортила.

Такер подумывал о том, чтобы подойти к Зои и, усадив ее к себе на колени, крепко обнять. Но потом он решил, что, может, лучше дать ей знать об их присутствии, а потом уже подойти к ней, усадить к себе на колени и обнять. Он чуть не рассмеялся при этой мысли, но Дик строго зыркнул на него и потянул его обратно к подъездной дорожке, чтобы Зои не смогла услышать их разговор.

— Почему ты не сказал мне, что она пишет песни? — зашипел Дикон.

— Я понятия не имел, — растерянно посмотрел на него Такер.

— Черт! Говорю тебе, нам следует подписать с ней контракт. И ты должен сделать это до того, как выкинешь какую‑нибудь глупость, которая разрушит ваши отношения.

— Нет никаких отношений. — Хотя после того, что случилось прошлой ночью… — И разве это не твоя жена обидела Зои этим утром?

— Я же сказал, что поговорю с Квин. — Такер поднял палец в знак предостережения. — И с остальными родственниками, — добавил Дик. — А ты свяжись с Доном и уговори Зои подписать контракт. Я могу назвать пять певиц, которые выцарапают глаза за то, чтобы записать эту песню. Черт, я бы сам спел ее, если бы она была написана для мужчины. — Дикон сунул руки в карманы и глянул на брата. — Знаешь, у группы, которая должна была выступать у нас на разогреве, возникли проблемы, так что мы подумывали петь одни. Но сейчас я собираюсь пойти в беседку и предложить Зои открывать наш концерт. А тебе лучше переговорить с Дэнди Доном.

— Она не сможет отправиться в тур, — схватил его за локоть Такер. — Ты подумал о ребенке?

— Квин берет отпуск. Она, Ноэль и Киша отправятся со мной. Наша нянечка сможет присмотреть за обоими детьми.

— Но Зои и твоя жена сейчас не очень ладят.

Такеру не понравилось, что Зои и Нэш куда‑то уедут. Без него. Хотя почему это имело для него такое значение? Это ведь всего лишь бизнес, не так ли?

— В таком случае у нее будет свой автобус. И Киша будет присматривать за ребенком во время ее выступлений.

— Кажется, ты все продумал, — буркнул Такер.

— У тебя появится шанс снова пройтись с ней по магазинам. Ей понадобится одежда для выступлений.

— И кто за нее заплатит? Она уже строит планы, как вернуть мне то, что я потратил на нее вчера.

— Заключи сделку с Дэнди Доном. Скажи ей, что это аванс. Мы выезжаем через два дня. Приятель, тебе нужно составить контракт и уговорить Зои подписать его.

Что ж, с этим он справится. К тому же пришло время показать Зои Паркер, чего она стоила на самом деле.

— Привет, Зои! — воскликнул Дик, когда они завернули за угол и подошли к беседке. — Деточка, к тебе пожаловали гости.

Она поспешно сунула блокнот под гитару, лежавшую в чехле, и поднялась с места. Такер, затаив дыхание, смотрел на ее больше на размера три футболку, оголившую одно ее плечо, и джинсы, плотно облегавшие ее соблазнительные бедра, и в его памяти тут же промелькнули события прошлой ночи.

Но Зои не замечала его, так как была слишком занята тем, что бросала на Дикона мрачные взгляды.

— Не уверена, что в данный момент рада таким гостям, — наконец бросила она.

Глава 14

Глядя на своих визитеров, Зои едва сдерживала смех. Дикон не переставал сыпать извинениями за поведение своей жены. А Такер открыто сердился на саму Зои. Но когда послышался плач Нэша, мужчины тут же бросились к ребенку, только Такер опередил Дика.

— Нужно менять подгузник, — заявил Дикон.

— Я займусь этим, — бросил Такер, — а ты поделись с Зои своими соображениями и попроси ее позвонить Дэнди Дону.

— Что происходит? — Зои опустилась в кресло и настороженно глянула на Дика.

Когда он озвучил ей свое предложение, она не сразу пришла в себя.

— Зои, все будет хорошо. Киша присмотрит за твоим ребенком, пока ты будешь на сцене. Это займет всего пару недель, и участие в нашем туре принесет тебе известность и хорошие деньги. Что скажешь?

— Вопрос в том, что скажет твоя жена? — буркнула Зои.

Дикон поморщился, но тут вмешался Такер, державший на руках Нэша:

— Я поеду с тобой, чтобы вмешаться, если возникнут какие‑то проблемы.

— Тогда я согласна! — недолго думая, воскликнула Зои.

Кипя от злости, Такер сошел с трапа частного самолета компании и быстро зашагал к терминалу. Ему пришлось уехать в Лас‑Вегас на важное совещание, но он не предполагал, что задержится там на целых четыре дня. Такер злился на брата и на себя самого.

В четыре утра ему позвонила Зои. Она казалась потерянной и напуганной. Водитель, которого они наняли для нее, напился, и их фургон заносило на дороге.

Чернее тучи, Такер сел в ожидавшее его такси и сцепил зубы.

Он обязательно узнает, кто нашел этого водителя, и тогда кому‑то не сносить головы. Он оставался с Зои на линии, извиняясь за своего брата, которому позвонил с другого телефона и поднял его с постели. И продолжал разговаривать с ней, пока автобусы не остановились и ее и Нэша не перевели в личный автобус Дика. А злосчастного водителя арестовала дорожная полиция.

После этого Такер вызвал частный самолет компании и теперь находился в нескольких минутах езды от Зои. Ему необходимо успокоить ее, чтобы не наброситься на брата. Потому что тут не было вины Дика. И он не мог злиться на двоюродных братьев за то, что ему пришлось задержаться в Лас‑Вегасе. Против их семьи плели интриги, и он нес ответственность за свою часть работы. Но Зои в это время оставалась одна. С ребенком и везущим их пьяным водителем. Могло случиться что угодно. При мысли о том, что он мог потерять их, ему становилось дурно.

Такси остановилось рядом с чередой жилых автофургонов. Дверь фургона, принадлежавшего Дику, открылась, и на пороге появилась Квин.

— Такер, только не начинай. Ты не скажешь ничего нового.

— Дик обещал присмотреть за ней.

— Это не его обязанность.

— Ты, правда, хочешь поговорить об этом? — Он до сих пор сердился на нее за то, как она обошлась с Зои в Нэшвилле. — Где она?

Квин пожала плечами.

— Как только мы добрались сюда, она вернулась в свой автобус. Мы предлагали ей остаться.

— Мы? — остановился Такер. — Хочешь сказать, она бы осталась с человеком, который обвинил ее в… чем, Квин? В том, что у нее нет ни гроша за душой? В том, что она работает не покладая рук? В том, что осмелилась мечтать о большем в своей жизни? — с сарказмом бросил он. — Ей никогда ничего не доставалось даром. И все, что у нее есть, — это ее гордость, талант и безмерное упрямство. — Такер покачал головой. — Квин, уж ты‑то должна была проявить к ней хоть каплю сострадания. Передай Дику, что я поговорю с ним позже. Наедине.

Он развернулся и направился к фургону Зои. Когда Квин крикнула что‑то ему вдогонку, он просто поднял руку, жестом призывая ее оставить его в покое.

Такер тихонько проскользнул внутрь и услышал веселое агуканье Нэша. Зои спала. Она выглядела уставшей, темные круги под ее глазами были такими огромными, что их не скрывали даже ее длинные ресницы. Такер взял ребенка на руки, нашел сумку с подгузниками и вышел из спальной зоны в гостевую. Он переодел Нэша и, достав из холодильника бутылочку со смесью, чуть разогрел ее и, устроившись на диване, принялся кормить малыша.

Такер не заметил, как задремал, держа Нэша на своей груди. Его разбудил тихий смех Зои.

— Спасибо, что дал мне поспать.

— У тебя выдалась ужасная ночка. — Он осторожно поднялся и прижал ребенка к своему плечу.

Зои прошла на кухню и начала готовить кофе. — Перед отъездом я звонила нашему педиатру, и он сказал, что я могу переводить Непоседу на искусственное вскармливание, — пояснила она, встретив вопросительный взгляд Такера. — Что я и сделала. Думаю, так будет лучше для нас обоих.

Она налила Такеру чашку кофе — крепкого. А в свой добавила сливки и сахар.

— Не думала, что ты бросишь все и приедешь, — сказала она, присаживаясь рядом с ним на диван.

— Я очень сожалею, что меня не было здесь. Теперь я буду рядом.

Она быстро заморгала, и ему показалось, что на ее глазах мелькнули слезы.

— Но ты…

— Что я, ангел мой?

— Ты занятой человек. Тебе нужно следить за работой всех этих компаний, и… и…

— Ш‑ш‑ш. Мне не нужно торчать в офисе каждый день. — Ему следовало бы, но он не мог выбросить Зои из головы, и мысль о том, чтобы быть вдалеке от нее — и от Нэша, — сводила его с ума.

Такер наклонился к ней и поцеловал в губы.

— И я никогда не бываю слишком занят для этого.

Вечером, провожаемая бурными аплодисментами, Зои сошла со сцены, где ее ждал Такер с довольной улыбкой на лице, и с трудом сдержалась, чтобы не броситься в его объятия.

— Мистер, на что это вы так смотрите?

— На тебя, ангел мой. Я смотрю на тебя.

— Только не надо говорить мне эту романтическую чепуху, — покачала она пальцем у него перед носом.

Тогда он шагнул к ней и, схватив этот палец, поцеловал его.

— Не любишь романтику? Прелестно. Тогда мы можем обойтись без прелюдий.

В глазах Такера бушевало пламя, когда он жадно обводил взглядом ее тело. Этот мужчина хотел ее. Безумно.

— Неа. Я голодна.

— Представь, я тоже.

— Я говорю о еде, — взволнованно выдавила она. — Обычной еде.

— Мы возьмем ее с собой.

Он взял ее за руку и повел за собой по темному коридору к помещению, которое приготовили для их команды. Зои положила себе на тарелку хлеб, мясную нарезку, сыр, фрукты и печенье. Такер последовал за ней, накладывая на свою тарелку все то же, что и она, вызвав недоумение с ее стороны.

— Думаю, завтра, когда мы отправимся в путь, тебе захочется перекусить, — пояснил он.

Как он догадался?

— Бери все, что тебе хочется. И скажи, что взять тебе попить.

— Ты читаешь мои мысли?

— Нет. Я просто знаю, как работает твоя голова.

Пять минут спустя они уже были в ее автофургоне.

— У нас есть два часа. Поторапливайся с едой.

— Но ты же говоришь, что у нас есть целых два часа, — рассмеялась Зои.

Такер тихо зарычал и приблизился к ней.

— Я не собираюсь все это время стоять тут и смотреть, как ты ешь. У меня есть более интересные идеи. — Он стянул блузку с ее плеч и уставился на ее обнаженное тело. Зои задрожала, а потом, когда он провел губами по ее шее и плечу, сдавленно застонала. — Ангел мой, ешь быстрее.

— Прекрати.

— Ни за что. Ешь быстрее. У тебя есть пять минут. Потом я начну тебя раздевать и есть то, по чему я изголодался, — почти что промурлыкал Такер и потерся губами о ее кожу.

— Я уже не голодна.

Он ничего не сказал и обхватил ладонями ее грудь, проводя большими пальцами по ее набухшим соскам.

— Такер? — едва слышно выдохнула Зои.

— М‑м‑м?

— Ты меня слышишь? — Она посмотрела в его потемневшие от страсти глаза. — Нам лучше положить еду в холодильник, иначе она испортится.

— М‑м‑м, — лизнув ее шею, ответил он.

— Такер, я не шучу.

— Я тоже не шучу. — Он быстро сунул тарелки в холодильник, а потом повернулся к Зои и приподнял ее, обхватив за бедра.

Она обвила ногами его талию, и он отнес ее в спальню.

Такер жадно осыпал поцелуями ее тело, и ей казалось, что еще секунда — и она не выдержит. Но ей хотелось большего. Такер раздел ее, и его пальцы скользнули к низу ее живота. Да, да. Вот так. Зои начала изгибаться, но он крепко удерживал ее на месте, и через какое‑то мгновение она задрожала от наслаждения и вскрикнула. Но Такер поцелуем заглушил этот крик.

Когда Зои пришла в себя, она с удивлением обнаружила, что он все еще одет. Неужели он довел ее до оргазма одним лишь ртом и пальцами? Испытывая смешанные чувства раздражения и изумления, она схватила его за рубашку. Ей хотелось, чтобы он овладел ею по‑настоящему. Зои лихорадочно начала расстегивать ремень на его брюках.

— Подожди, ангел мой, я сам.

— Нет, я. — Она толкнула его на кровать и села на него сверху. Она расстегнула его ремень, потом молнию на джинсах, но никак не могла стянуть их.

— Полегче, детка, — прошептал Такер, наблюдая за ее отчаянными попытками. — У нас полно времени. Потерпи секундочку.

С этими словами он снял ее с себя, быстро разделся и достал презерватив. Затем уложил Зои на спину и раздвинул ей ноги.

— Милая моя, оседлаешь меня позже, — прошептал Такер, уткнувшись лицом в ее волосы.

Она задрожала под ним, а потом обхватила его руками и приняла в себя. Ей хотелось, чтобы он вошел в нее так глубоко, чтобы они соединились навсегда. Хотя она понимала, что мечтает о невозможном. Такой мужчина, как Такер, никогда не полюбит ее. Только Зои уже не могла повернуть назад, хотя знала, что под конец ее сердце будет разбито. Так было всегда. Ей принадлежало только «здесь и сейчас», и она решила насладиться каждой минутой, проведенной с Такером.

Блаженство наполняло каждую клеточку ее тела, когда он вторгался в нее, грозя свести ее с ума. Зои приподнимала бедра навстречу Такеру и всматривалась в его синие глаза, потемневшие от страсти. Она чувствовала, как он весь напрягся и запульсировал внутри ее, а потом громко застонал, когда оргазм волна за волной сотряс его тело. Он принадлежал только ей. Пусть только всего лишь на одно короткое мгновение.

— Ангел мой, почему ты вдруг загрустила? — спросил Такер, нежно проведя костяшками пальцев по ее щеке.

И тут Зои не удержалась, и по ее лицу побежали слезы.

Сильные руки тут же обхватили ее, и Такер начал поглаживать ее спину своей большой теплой ладонью.

— Я такая бестолковая, — пробормотала она, пытаясь отодвинуться, чтобы скрыть свое смущение.

— Ш‑ш‑ш, Зои. Я не отпущу тебя. Скажи мне, что случилось.

Он продолжал нашептывать ей ласковые слова, а она не могла вспомнить, когда последний раз чувствовала себя настолько защищенной в объятиях мужчины.

Она не ответила, потому что испугалась, что если откроет рот, то выболтает все свои надежды, мечты, свои чувства к нему. Зои старалась дышать ровно и закрыла глаза, делая вид, что засыпает, и ожидая от Такера того же самого.

— Такие мужчины, как ты, не влюбляются в таких женщин, как я, — наконец сказала она.

— Иногда влюбляются, — пробормотал он, уткнувшись носом в ее волосы.

Глава 15

— Такер!

Когда их караван остановился на обед у огромного торгового центра, Такер прохаживался рядом с автофургоном Зои, разговаривая с ее новым водителем. Сама Зои пошла в магазин.

Теперь она мчалась к нему, одной рукой держа на бедре Нэша, а другой размахивая какой‑то газетенкой. За ней мчалась молоденькая продавщица.

Такер бросился к ней и остановил продавщицу, пытаясь понять, что говорит Зои.

— Она не заплатила! — крикнула девушка.

— Да подождите вы. Я сейчас заплачу.

— Такер! Ты должен прочитать этот… этот ужас. Они написали неправду!

Продавщица вопросительно посмотрела на Такера, а потом перевела взгляд на Зои.

— О бог мой! — пискнула она. — Вы не подпишете один экземпляр для меня?

Рядом с ними остановилось несколько зевак. Такер проводил женщин обратно в магазин прессы и раскрыл газету.

«Мамочка ребенка миллиардера живет в секретном любовном гнездышке, — начал читать он. — Второй по рангу в компании «Баррон энтертейнмент», Такер Тейт, прячет свою любовницу и их сына в частном поместье в Нэшвилле». — Такер поморщился и продолжил читать. Статейка оказалась на редкость мерзостной. Он посмотрел на автора. Ну конечно. Паркер Грейс. Ее уволили после того, как она выкинула фортель в адрес его кузена, сенатора Клея Баррона, и его жены. С тех пор эта дамочка стала непримиримым врагом его семьи.

— Что нам делать? — взволнованно спросила Зои.

— Для начала мы оплатим твои покупки, включая эту газетенку. А потом я сделаю несколько звонков. Ангел мой, не переживай. Моя семья постоянно сталкивается с подобными вещами. — Так и было, но только в этот раз скандал разразился слишком близко от дома, и он казался слишком хорошо спланированным.

— Но все это грязная ложь, — настаивала она.

— Тебе напомнить, что это бульварная пресса? Умные люди не верят в подобную ерунду. — Ага, конечно, не верят. И эта статья не имела ничего общего с тем, что буквально через секунду его телефон начал разрываться от звонков родственников. — Пошли, радость моя. Пора ехать дальше.

Следовало докопаться, кто стоял за всем этим. Зои не заслуживала такого рода внимания. Такер подавил свою злость, когда подумал, что в случившемся была его вина. Может, ничего не произошло бы, если бы он не проявлял к Зои личный интерес.

Зои хотелось найти какую‑нибудь глубокую, темную пещеру и спрятаться там. Грязные статейки продолжали печататься, а ее с Такером преследовали папарацци, так что пришлось нанять дополнительную охрану. Но больше всего ее ранили обвинения в том, что она находится в этом гастрольном туре не из‑за своего таланта, а из‑за связи с Такером. Зои старалась не придавать им значения, но у нее ничего не получалось. Вчера вечером она сорвалась и даже поругалась с ним, и ему пришлось спать на диване.

Такер заверял ее, что проблема скоро решится, но она боялась, что происходившее негативно скажется на ее карьере.

Сегодня ее ждало последнее выступление, после чего она вернется в гостевой домик мистера Дона и будет зализывать там свои раны. Если ей придется уехать из Нэшвилла и перебиваться заработками в маленьких клубах, так тому и быть. Потому что она сомневалась, что сможет постоянно переживать подобное безумие.

Обычно после своего выступления Зои сразу же возвращалась в свой автофургон. Но сегодня ей придется ждать окончания всего концерта, чтобы вернуться обратно вместе со всеми. Она напряженно шагала между Такером и Дико‑ном, окруженная остальными музыкантами и охраной. Мужчины мрачно посматривали в сторону репортеров.

— Скоро все закончится, и после концерта мы сразу же отправимся в Нэшвилл, — сжал ее руку Такер. — Хорошо?

Она кивнула и не успела ничего ответить, как к ним бросилась толпа журналистов.

— Зои! Зои! — закричал один из них. — Я знаю, что отец вашего ребенка получил пожизненный срок. Ради вас он убил человека, а вы скрылись с места преступления и бросили его одного, когда приехала полиция. На суде вас тоже не было.

Зои пришла в ярость, но тут же похолодела, увидев рядом с репортером Паркер Грейс, Этту и Норберта Смити. Черт, только не это!

— Эта женщина посадила в тюрьму моего мальчика, чтобы сбежать с моим внуком! — закричала Этта. — У меня при себе все документы, все подписано и все законно. Тут написано, что Редмонд желает, чтобы я, а не эта ведьма, растила его сына.

После ее слов началось настоящее светопреставление. Такер быстро повел Зои обратно к автофургонам. Дорогу им расчищали рослые телохранители. Когда они добрались до фургона Дика и, войдя внутрь, закрыли за собой дверь, Зои тут же достала Нэша из кроватки и крепко прижала к груди. По ее щекам текли слезы.

— Малыш, они не доберутся до тебя. Мамочка не отдаст тебя этим злым людям, — прошептала она, уткнувшись носом в сладко пахнувшие волосики сына.

Дикон объяснил жене и Кише произошедшее, а Такер достал телефон и набрал чей‑то номер. Зои встретила пристальный взгляд Квин, и ей хотелось закричать, что она ни в чем не виновата. Но она промолчала и еще крепче прижала к себе ребенка.

Зои медленно шла по коридору, ведущему к сцене. Ей не хотелось находиться здесь, и каждый вдох причинял ей боль. Как она будет петь? Но разве у нее был другой выход? Если бы она отказалась выступать, на ее карьере можно было бы смело поставить крест. И сбеги она, папарацци вместе с семейкой Смити преследовали бы ее, куда бы она ни подалась. Ее папа, пусть и не самый лучший из отцов в мире, научил ее не пасовать перед трудностями и держать удар.

И она только начинала свою карьеру, от которой зависело будущее ее ребенка. Поэтому она будет петь, несмотря ни на что. Для сегодняшнего выступления Зои выбрала песни о сильных духом женщинах, чтобы показать Смити — да и всем остальным — из чего она сделана.

Публика приняла ее восторженно, и, когда Зои наконец перешла к последней песне, в зале погасли огни, и она подождала, пока чуть уляжется шум и группа Дикона займет свои места на сцене. Она пропела первый куплет песни Rocky Top, неофициального гимна Университета Теннесси, а потом первые две строчки припева, после чего к ней присоединился Ксандер, который играл в группе на банджо. Публика восторженно заревела, и в этот момент песню Зои подхватил Дикон.

Люди в зале вскочили на ноги и с восторженными криками бешено зааплодировали. Их энергия окутала Зои. Черт подери! Она хотела этого. Она заслужила это, а чертовы Смити хотели отобрать это у нее. На ее глазах блестели непролитые слезы, когда она раскланялась и покинула сцену.

Ее сердце сжалось, когда она не увидела за кулисами Такера. Что‑то случилось. Зои поспешила в помещение, отведенное для артистов, но, услышав доносившиеся издали сердитые голоса, прошла дальше. Она завернула за угол и увидела Такера, двух телохранителей, несколько местных охранников и Смити, рядом с которыми стояли какой‑то человечек невысокого роста в неопрятном костюме и хамоватый парень в кожаных перчатках без пальцев.

— Это вы ничего не понимаете, — завизжал неопрятный костюм. — Мы с коллегой приехали сюда, чтобы восстановить справедливость. У нас есть документы, разрешающие нам забрать малыша Смити.

Зои запаниковала. С громко бьющимся сердцем она бросилась обратно и столкнулась с Доном Изли.

— Дорогая, я заберу тебя и Нэша отсюда. Иди собери его.

Зои закинула сумку с подгузниками на плечо, схватила люльку с сыном, свою гитару и поспешила к двери.

— Я выведу Зои через черный ход, — бросил мистер Изли жене Дика и, не дожидаясь ответа, вышел.

Дэнди Дон провел ее к выходу и сунул ей в руку брелок с ключами.

— Это ключи от фургона волонтеров. Там тебя никто не будет искать. Взяла телефон? Я дам тебе знать, когда можно будет вернуться.

Вернуться? Разве такое возможно? Что сделает Такер, когда узнает, что она сбежала? Наверное, обрадуется, что избавился от нее. Хотя Зои тайно надеялась, что он будет скучать по ней. Может быть, даже придет в ярость.

— Все чисто. — Дон сунул ей в карман пачку денег и подтолкнул ее к двери.

Зои с трудом сдерживалась, чтобы не побежать, ведь она могла привлечь внимание. Никем не замеченная, она подошла к оранжевому фургону и трясущейся рукой попыталась открыть дверь, но уронила ключи. Склонившись, чтобы поднять их, она услышала голоса и застыла.

Такер зло смотрел на стоявшего перед ним мужчину. Конечно, он ни на секунду не поверил, что кто‑то из судей мог подписать документ на передачу опеки над Нэшем этим людям. Малыш Смити? Серьезно? Без имени отца, указанного в свидетельстве о рождении, нормальный судья потребовал бы результатов анализа ДНК.

— Я хочу забрать ребенка Редмонда, — вмешалась Этта Смити.

— А у вас есть доказательство, что он его отец?

— С этим все в порядке. — Адвокат Смити помахал папкой с документами. — Тут показания, данные под присягой.

Такер схватил папку и пролистал бумаги, но не нашел там ничего серьезного.

— Редмонд женился бы на этой девчонке, если бы не это несчастье. Мы работаем с его апелляционной жалобой, и его могут выпустить в любой момент. Он хочет, чтобы его мать растила мальчика, пока он не выйдет на свободу, — продолжил визжать адвокат Смити.

— Такер!

Он повернулся, услышав резкий оклик Квин. Увидев выражение ее лица, он тут же бросился к ней. Она шепотом попросила его посмотреть через стеклянную дверь на парковку. Заметив, как зажглись фары оранжевого фургона Дона Изли, Такер открыл дверь с такой силой, что зазвенели стекла, и со всех ног бросился бежать.

Он добрался до парковки в считаные секунды и встал посреди дороги. Послышался визг шин, но фургон не остановился, подъезжая все ближе и ближе, и Такер увидел перекошенное от ужаса лицо Зои, когда она посигналила ему, но вместо обычного гудка зазвучала мелодия гимна Rocky Top.

Глава 16

— Господи, я чуть не убила тебя! — Зои трясло так сильно, что сиденье под ней ходило ходуном.

— Но ведь не убила, — бросил Тейт, пытаясь унять готовое выпрыгнуть из груди сердце. Услышав доносившийся с улицы шум, он глянул в окно. — Подвинься, я поведу машину.

Зои проследила за ним взглядом и увидела мчавшуюся к ним толпу репортеров во главе Смити и их адвоката‑стервятника. Она вскрикнула и быстро освободила место водителя.

— Пристегнись, — бросил Такер и, заведя мотор, тронулся с места, обдав своих преследователей облаком дизельного выхлопа. — Чуть не попались, — выезжая на шоссе, добавил он.

— Куда мы едем? — не сводя глаз с зеркала бокового вида, спросила Зои.

— Понятия не имею. Это ведь ты сбегала, не я. Зои, так куда ты направлялась? И что ты собиралась делать там?

Она закрыла лицо руками, и через несколько минут Такер услышал ее сдавленный ответ:

— Не знаю.

Его не удовлетворил такой ответ. Такеру хотелось задать вопрос, готовый сорваться с его языка. Логично думающий бизнесмен понимал, что это будет ошибкой, но мужчина? Мужчина хотел услышать правду.

— Ты убегала от меня? — тихо спросил Такер, озвучивая свои страхи.

Зои долго не отвечала, и ее молчание оглушало его. Такер испытывал злость, напряжение и… боль. Молчание Зои заставило его задуматься над тем, что он чувствовал по отношению к ней. Возможно, ему нужно немного времени, чтобы прийти в себя и начать здраво смотреть на вещи. Сначала он отвезет Зои и Нэша в безопасное место, потом за ними присмотрят Дикон и Дэнди Дон. А что до Такера, он забудет про шоу‑бизнес, который, похоже, не был его коньком, и вернется к своей основной работе. Только его сердце мучительно ныло при мысли о разлуке с Зои и Нэшем.

Когда с другого конца фургона донесся тихий плач, Зои молча поднялась и пошла к сыну. А Такер достал телефон, услышав мелодию из сериала «Копы». Звонила Квин.

— Да?

— Такер, ты серьезно? Эта девочка…

— Женщина, Квин. Она женщина. И мать. И она в беде. Я не хочу и не нуждаюсь в лекциях.

— Хорошо, — после долгой паузы бросила жена Дика, и можно было слышать, как она заскрежетала зубами. — Ты оставил тут папку с документами. Я отсканировала их и отправила Ченсу. Кэтрин говорит, что тебе нужно ехать домой.

— В Лас‑Вегас?

— Нет, тупица. Домой. В Оклахому. На ранчо. Она мобилизует войска.

Теперь настала очередь Такера сделать паузу. Кэтрин Тейт представляла собой всесокрушающую природную стихию. И хоть Такеру не хотелось, чтобы она собирала на совет всех без исключения родственников, он не видел другого выхода.

— Хорошо. Мы будем на месте ближе к обеду. Ты не могла бы…

— Да. Я позвоню твоей матери.

Такер представил, как Квин закатила глаза.

— Куда мы едем? — спросила с заднего сиденья Зои.

— Мы убегаем за границу.

— Извини, — тихо сказала Зои, когда после короткой остановки на заправке они снова тронулись в путь. Такер вел машину всю ночь и выглядел очень уставшим.

— Зои, ты ни в чем не виновата. Через пару часов мы будем дома.

Он назвал ее по имени. Никаких ласковых словечек. Похоже, он серьезно злился на нее.

— Наша поездка туда что‑то изменит?

— Я ведь рассказывал тебе о своей семье? — хохотнул Такер. — Один из моих кузенов — сенатор. Второй адвокат, которого все боятся. Третий владеет огромным охранным предприятием. Все мои родные братья так или иначе работают на Барронов. В Оклахоме с Барронами принято считаться.

— Боже правый. Сколько вас всего?

— Шестеро Барронов и семеро Тейтов.

— Эм… наверное, не обходится без соперничества друг с другом?

Смех Такера взволновал Зои до глубины души. Очень часто этот мужчина выглядел таким серьезным, но, когда он смеялся, соблазнительнее его не было никого на всем белом свете.

— Спасибо, — тихо сказала она.

— За что?

— Что позаботился о нас с Нэшем.

Такер пожал плечами и снова переключил свое внимание на дорогу.

Какое‑то время они ехали в полной тишине, и Зои успела передумать кучу вещей и наконец поняла, где искать поломку в их отношениях.

— Такер? — Ее голос прозвучал очень робко.

Такер остановил машину и повернулся к ней.

— Извини.

— Это не твоя…

— Нет, это моя вина, но я прошу прощения за другое. Я… — Она шумно вздохнула, чтобы унять свое чересчур громко бьющееся сердце. — Я запаниковала. Я… просто бросилась бежать. Так что, да. В какой‑то мере, наверное, я убегала от тебя. Если это имеет для тебя какое‑то значение, я рада, что ты поймал меня.

— Ты уверена? — На его лице появилась улыбка, но его взгляд остался серьезным.

— Абсолютно. — Зои очень хотелось прикоснуться к Такеру, но она сдержалась.

— Как насчет кофе?

Она кивнула в ответ.

— Такер, мы…

Он не дал ей закончить ее вопрос:

— Все в порядке.

Ей оставалось только надеяться, что это так.

На крыльце дома их поджидало три человека, двое мужчин, очень похожих на Такера, и женщина, красивая и с виду очень грозная. Неудивительно, что Такер, Дикон и Диллон всегда отзывались о своей матери с почтением. Зои с тревогой посмотрела на нее и крепче прижала к себе Нэша.

— Мам, это Зои. — Такер представил ее так, словно миссис Тейт прекрасно знала, кто она такая, а затем вручил пустую люльку‑переноску мужчине, стоявшему ближе к нему. — Зои, это Купер.

— Наконец‑то вы здесь. Веди эту малышку в дом. — Кэтрин смерила Зои оценивающим взглядом, а потом посмотрела на фургон, на котором они приехали, и ее губы дрогнули в едва заметной улыбке. — Входите, входите.

Братья, словно утята, последовали за своей матерью. Зои замыкала шествие, идя за Такером.

— Ты останешься на ночь, — не сводя глаз с Зои, сказала миссис Тейт Такеру. — Я приготовила твою комнату.

Тот слегка наклонился, чтобы чмокнуть мать в щечку.

— Спасибо, мам.

— И у нас на обед жареный цыпленок. Зои тоже может остаться. Но она будет спать в гостевой комнате.

Ну, это и ежу понятно. Зои переместила Нэша на другое бедро.

— Зои, останься, — попросила ее Кэтрин. — Остальные могут идти.

Она выпроводила своих сыновей из кухни, как цыплят.

— Садись, девочка.

Черт, она что, собака? Стоять. Сидеть. Но разве могла она поспорить?

— Мэм, я с радостью помогу вам приготовить обед, — присаживаясь на стул, сказала Зои.

— Ты поможешь мне, если скажешь, что происходит между тобой и моим сыном.

Зои нервно сглотнула. Хороший вопрос. Ей самой хотелось получить на него ответ.

— Миссис Тейт, я не совсем понимаю, о чем вы говорите.

— Называй меня Кэтрин. И не притворяйся дурочкой, Зои. Потому что ты не такая. Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. Ты спишь с моим сыном, и я ни на секунду не сомневаюсь, что сегодня ночью он попытается пробраться в твою комнату.

Зои густо покраснела и начала поправлять кофточку Нэша.

— Зои, мои сыновья — взрослые мужчины, и они не святые. Мы с отцом сделали все возможное, чтобы приготовить их к жизни в этом мире и вырастить их ответственными и заботливыми. Теперь, когда Дикон остепенился — а он был у нас самый неуправляемый, — я надеюсь, что то же самое произойдет в жизни остальных моих сыновей. Поэтому я хочу узнать, что ты за человек.

Зои расправила плечи и, вскинув подбородок, посмотрела на пожилую женщину.

— Поскольку ваша невестка уже навела справки обо мне, думаю, я не скажу вам ничего нового.

— Мой сын Бриджер навел справки задолго до того, как до этого додумалась Квин. — Кэтрин налила стакан сладкого чая и придвинула его Зои. — Не расстраивайся. Так устроена наша семья. Всегда так было. Мы хотим знать, с чем имеем дело. Ты ведь заметила, что по‑прежнему являешься частью жизни Такера?

— Что это значит?

— Это значит, что я доверяю своим сыновьям. А еще это значит, что ты небезразлична Такеру. Иначе он в жизни бы не сел за руль фургона оранжевого цвета, цвета штата Теннесси, с эмблемой Университета Теннесси. Этот парень закончил Университет Оклахомы, и его кровь багряно‑белого цвета.

Зои тихо прыснула со смеху и схватила стакан с чаем, чтобы мать Такера ничего не заметила.

— Ему пришлось посигналить раз или два. Я думала, его хватит удар или что‑то в этом роде.

— Только не говори, что вместо сигнала играет гимн Rocky Top.

Зои кивнула, и миссис Тейт громко захохотала.

Тут в комнату вошел какой‑то незнакомец. Наверное, еще один из братьев Такера.

— Хантер, это Зои Паркер. И Нэш. — Зои не успела моргнуть, как Кэтрин забрала у нее ребенка и вручила Хантеру: — Держи. Тебе нужно попрактиковаться. А теперь проваливай отсюда до самого обеда.

— Эй! — запротестовала Зои.

Хантер нахмурился, но сделал так, как приказала его мать.

— Зои, приятно было познакомиться. Не переживайте, я отнесу Нэша Такеру.

Кэтрин налила себе стакан чая и села напротив Зои. Она сделала несколько глотков и шумно вздохнула.

— Зои, ты заставила моего сына поволноваться.

— Которого из них?

— Не стройте из себя дурочку, юная леди.

Зои заморгала и отвернулась, не выдержав пристальный взгляд миссис Тейт.

— Насчет чего он может волноваться?

— Тебя. И твоего ребенка. Такер неравнодушен к тебе. И я хочу знать, отвечаешь ли ты ему взаимностью. Если нет, скажи ему правду и избавь его от этих мучений.

Зои опустила голову. Она испытывала определенные чувства к Такеру, но признаться в них? Тогда она окажется слишком уязвимой.

— Я поговорю с ним.

Глава 17

После обеда, когда все встали из‑за стола, Такер пошел на кухню, где Зои мыла посуду.

— Ангел мой, ты не обязана делать это.

— Напротив, — тихо, но в то же время решительно возразила она. — Я должна платить по счетам, а со Смити…

— Иди сюда, — перебил ее Такер и привлек к себе, а потом поцеловал в макушку. — Я объясню тебе кое‑что насчет моей семьи. Мы стоим горой друг за дружку. Когда кто‑то один попадает в беду, все спешат ему на выручку. Включая наших двоюродных братьев. Зои, все наладится. Обещаю.

— Не обещай того, что не можешь исполнить. На Смити работает тот ужасный адвокат. Они собираются учинить большой скандал, и я втянула в это дерьмо твою семью.

— Моя семья хочет…

Такер не договорил, потому что в эту секунду расплакался Нэш, лежавший на кухонном островке в своей люльке‑переноске. Зои достала из холодильника бутылочку со смесью и поспешила к сыну.

— Мне нужно покормить Непоседу.

Такер собрался последовать за ней, но тут на пороге кухни появился его кузен Ченс. В одной руке он держал куриную ножку, а в другой папку с бумагами.

— В кабинет, — коротко бросил он. — Я отправил Дону Изли контракт Зои, — сразу перешел к делу Ченс, когда они вошли в комнату, которую когда‑то отец Такера использовал в качестве рабочего кабинета. — Теперь у меня к тебе остался всего один вопрос. Я поговорил с Редмондом Смити. Сколько денег ты готов заплатить ему, чтобы он отказался от родительских прав на Нэша? И почему?

Ответ на первую часть вопроса не вызывал никаких сложностей. А вот со второй… Такер не был импульсивным человеком. Он не совершал безумных поступков и не подбирал с обочины сбежавших невест, оказавшихся на мели. Он не помогал младенцам на родах. Он не влюблялся в деревенских девушек с чарующим голосом. По крайней мере, так было до встречи с Зои. Наверное, он влюбился в нее в тот самый момент, когда поправлял ее ужасное свадебное платье, пытаясь уместить его в свою машину.

— Ты говорил с Зои насчет того, чтобы лишить Редмонда родительских прав?

— Нет, но она не указала Смити в свидетельстве о рождении. Она не хочет видеть этих людей ни в своей жизни, ни в жизни своего сына. Что касается суммы. Я готов заплатить любые деньги. — Он заплатил бы миллион долларов, лишь бы Смити оставили Зои и Нэша в покое. Черт, он отдал бы даже десять миллионов. — Ты спросил, почему я это делаю. — Такер посмотрел на носки своих ботинок. — Я, определенно, влюбился.

— Это все, что я хотел знать. — Ченс достал из папки несколько документов. — Мне нужен чек на сто тысяч долларов. Завтра я полечу в Алабаму, добьюсь, чтобы Смити подписал необходимые документы, а затем положу эти деньги в трастовый фонд для него и его семьи. Теперь поставь свою подпись здесь, здесь и здесь.

— Насколько сложно оформить документы об усыновлении?

— Немного поспешное решение, тебе не кажется? — обеспокоенно посмотрел на него Ченс. — Учитывая данные обстоятельства?

— Возможно, — пожал плечами Такер. — Но ты знаешь меня. Я человек методичный. Я хочу, чтобы они были готовы. На всякий случай. Когда придет время.

— Как скажешь, приятель, — собирая документы со стола, ответил его кузен.

Когда они вышли из кабинета, Кэтрин хлопотала на кухне, а Зои нигде не было видно. Ченс остановился, чтобы чмокнуть свою тетушку в щечку, а потом, после ее выговора, со смехом бросил обглоданную куриную ножку в мусорное ведро. Такер впервые за долгое время облегченно вздохнул. Убрать Смити из жизни Зои стоило каждого пенни.

— Это огромная сумма денег, — тихо сказала его мать.

— Мам, это мои деньги. И тебе не следовало подслушивать.

— Это мой дом, и ты мой сын. Я пойду на что угодно, чтобы защитить вас обоих. Такер, что ты знаешь об этой девочке?

— Все, что мне нужно.

— Она стоит сотни тысяч долларов? Подумай, прежде чем ответить мне. Сын, исследуй свои мотивы. Чейз уже женат. А Дикон, тот вообще обзавелся готовой семьей. Ты всегда старался быть похожим на них.

— Мам, я никого не копирую.

— Это нормально — заботиться об этой девочке и ее ребенке, но нужно ли так сильно озадачиваться ее проблемами? Возможно, она талантлива. По словам Дикона и Диллона, так оно и есть. Но сколько времени понадобится, чтобы она вернула тебе эти деньги?

— Я не хочу, чтобы она возвращала их.

— Такер, я не понимаю тебя.

— Мам, а я не понимаю тебя. Мне казалось, Зои понравилась тебе.

— Понравилась. Но она не подходит тебе. Такер, у нее есть ребенок. Не от тебя. Ты руководишь огромной компанией, которая входит в сотню самых крупных в нашей стране. А она… она мечтает работать в шоу‑бизнесе. Как вы будете жить? Ее постоянно не будет дома, чтобы заботиться о ребенке или о тебе. Или ты собираешься следовать за ней, как дрессированный пес?

— Мама, достаточно. Давай закончим этот разговор.

— Но я еще даже не начинала. Такер, тебе нужен настоящий дом и настоящая жена. Допустим, у вас двоих все получится. Сможешь ли ты оставаться в Вегасе, пока она будет жить в Нэшвилле? Или ты откажешься от всего, к чему так долго шел, и пожертвуешь собой ради нее?

Если честно, он не думал об этом. Единственное, в чем он был твердо уверен, так это в своих чувствах к Зои и Нэшу.

Прижимая Нэша к плечу, Такер смотрел, как Зои украшает глазурью торт.

— М‑м‑м, дорогая?

— Что? — Она подняла глаза, и он увидел каплю глазури на ее щеке и с трудом сдержался, чтобы не слизнуть ее.

— Что ты делаешь?

— А на что это похоже? Я испекла торт и теперь украшаю его.

— Это понятно. Но для чего ты испекла его?

— Я… Мне нужно чем‑то заняться. Прошло три дня, как я тут. — Она разорвала пакет с кокосовой стружкой и начала посыпать торт. — Ты так ничего и не понял.

Что‑то в ее голосе заставило его напрячься, и он молча ждал, что она скажет дальше.

— Такер, я хочу быть певицей.

— Зои, но ты уже певица. При чем здесь торт?

— Ни при чем, — сдавленно выдавила она. — Просто… Мне хотелось сделать что‑нибудь приятное для твоей семьи.

Он машинально потянулся к ней, чтобы обнять, но она жестом остановила его.

— Сколько я себя помню, я всегда хотела быть певицей. Я хочу записывать альбомы и выступать на стадионах перед тысячами фанатов. Я хочу выиграть звание певицы года от Ассоциации музыки кантри.

Он не сумел сдержать улыбку, и Зои нахмурилась, а потом ее нижняя губа задрожала.

— Твои родственники жалеют меня. Знаю, люди смотрят на меня и видят посмешище, деревенщину, которой захотелось славы. — Она глянула на своего сына на руках Такера. — Слишком тупую, чтобы не забеременеть от незнакомого человека, а потом недостаточно умную, чтобы позаботиться о ребенке, потому что я так сильно дорожу своей карьерой.

— Зои, это неправда.

— Пусть я родилась в глуши, но так начинали многие звезды кантри‑музыки, включая мисс Долли. Я умею петь. Я не боюсь тяжелой работы, и я сделаю что угодно, чтобы исполнить свою мечту, и обеспечу своему ребенку достойное будущее. Ну… не совсем все, что угодно. Я добьюсь своего благодаря таланту, а не своей заднице.

— Зои…

— Нет. Выслушай меня. Я не хочу верить, что ты думаешь, будто я сплю с тобой, чтобы получить контракт с вашей компанией, но такая мысль не раз приходила мне в голову. — Она решительно посмотрела на Такера. — У меня есть мечты. Большие. Важные. Важные для меня. И меня никто не остановит.

— Зои, я не пытаюсь остановить тебя. На самом деле…

Такеру хотелось рассказать ей о контракте, который он хотел подписать с ней, но не потому, что совмещал работу с удовольствием, а потому, что верил в нее. Но тут на кухне появился Бридж. Он глянул на Зои и положил на стол газету и какую‑то визитку.

— Бридж? — встревожился Такер.

— Я нашел это в сумке с памперсами, когда переодевал Нэша.

Такер узнал газету со статьей о его любовном гнездышке. Он взял визитку и, прочитав имя ее владельца, стиснул зубы.

— Паркер Грейс? Что это? — Он перевел взгляд на Зои. — Ты поддерживаешь контакт с этой женщиной? — В его голове звенел голос Зои. «Я сделаю все, что угодно, чтобы исполнить свою мечту». Неужели он так сильно ошибся в ней? Неужели она сотрудничала с репортершей, которую ненавидела вся его семья?

Атмосфера в комнате сразу же накалилась.

— Она подкараулила меня у дома Дэнди Дона. Я сказала ей убираться. Ты можешь проверить. Я звонила в службу 911. — По глазам стоявших перед ней мужчин она видела, что они не верят ей. И тогда Зои взорвалась: — Какого черта, повашему, я захочу, чтобы мое имя смешивали с грязью в этих мерзких газетенках?

— Реклама, — бросил Бридж.

— Серьезно? Вы сошли с ума. Это ужасно, когда тебе перемывают кости подобным образом. Вы не знаете, каково это, когда люди смотрят на тебя, как на коровье дерьмо, прилипшее к подошве их ботинок.

— Зои. Мы никогда… Я никогда…

Она подошла к Такеру, вырвала Нэша из его рук и прижала к своей груди. Во взгляде Бриджа не было ни капли сострадания, а в глазах Такера одно смущение. На ее глаза набежали слезы, но она сдержалась. Она не станет плакать перед ними, чтобы они увидели, как ей больно. Ей следовало ожидать чего‑то подобного. В ее жизни постоянно случались плохие вещи, и она была настоящей дурой, что поверила, будто между ней и Такером может быть что‑то серьезное. Если он не доверял ей, значит, никогда не будет близок с ней по‑настоящему.

— Зои.

Такер бросился к ней, но она остановила его.

— С меня хватит, — отрезала Зои и выскочила из кухни. Она не могла оставаться с ним в одной комнате. Черт, она не могла бы остаться с ним даже в одном доме. Лучше уж ночевать в фургоне.

Собирая вещи, Зои внезапно придумала, что ей делать дальше. Она достала телефон и набрала номер Дэнди Дона.

— Здравствуйте, мистер Дон, — стараясь не выдать волнения, поздоровалась она.

— Дорогая, у тебя все в порядке? — по‑отцовски обеспокоенно спросил он.

— Ага. Все хорошо. Я хотела сказать, что возвращаюсь назад в Нэшвилл, чтобы вернуть вам фургон. Приеду завра утром.

— А Такер…

— Нет. Он не едет. Я возвращаюсь одна. — Кажется, Такер и его семья были не очень рады видеть ее здесь.

— Не уверен, что это хорошая…

— Мистер Дон, мы справимся, Нэш и я.

Так и будет, потому что Зои снова брала контроль над своей жизнью.

Глава 18

Такер мрачно уставился в свою чашку с кофе. Этим утром ему позвонил Дон Изли и сказал, что Зои возвращается обратно в Нэшвилл и что компания «Миднайт рекордз» собирается предложить ей контракт.

— Она уехала, — угрюмо бросил он, когда на кухню зашла его мать с Бриджером, и проигнорировал многозначительный взгляд, которым они обменялись.

— Мы в курсе, — ответил Бриджер, наливая себе кофе. — Я позвонил своему знакомому из федеральной службы, и он провел небольшое расследование. Оказалось, что за всей этой шумихой стоят Смити. И мы все знаем, как сильно обозлилась против нас Паркер Грейс. — Он подошел к Такеру и похлопал его по плечу. — Извини. Я ошибался насчет Зои.

— Я тоже, — входя на кухню, сказала Квин. За ней следовал Дик и остальные члены их семьи.

— Какая теперь разница. — Ведь он окончательно испортил их с Зои отношения.

— Такер, ты разочаровал меня.

— Что? — Он поднял глаза и мрачно зыркнул на мать. — Ты сама твердила, что она не годится мне в жены, что она не подходит мне.

— А тебе следовало бороться за нее, если, конечно, ты любишь ее.

Так мать специально говорила, что они с Зои не подходят друг другу? Чтобы он наконец разобрался в своих чувствах?

Такер молча несколько раз открыл и закрыл рот, не в силах произнести ни слова. Тогда Дик поспешно выпроводил всех из комнаты, за что он был ему очень признателен. Такеру не хотелось, чтобы братья стали свидетелями его страданий. Его мать задержалась на пороге и впилась в него глазами. Кэтрин Тейт любила своих сыновей, но она никогда не молчала, когда они делали что‑то не так. Такер закрыл лицо руками, не в силах выдерживать осуждающий взгляд матери.

Когда он снова поднял глаза, в кухне не осталось никого, кроме Дика. Они сидели в полной тишине, и Такер ждал, что Дик заговорит первым. Но тот молчал.

— Ну, давай же. Знаю, тебе до смерти хочется сказать мне, какой я идиот.

— Ни за что. Это то же самое, что пнуть маленького щенка.

— Не понял.

— Приятель, ты мужчина. Большинство из нас ничего не понимает, пока нас не надоумит какая‑нибудь умная женщина. — Дик сложил руки на груди и посмотрел на него сверху вниз. — Вопрос в другом. Что ты собираешься делать?

— Ей поступило предложение от «Миднайт рекордз». Если она подпишет контракт с…

Такер прикусил язык, когда брат потянулся к нему и дал ему подзатыльник.

— Ай!

— Я говорю не о контрактах, а о ваших с Зои чувствах.

— Но… — Такер нервно взъерошил волосы. Чувства. Ему не хотелось говорить о чувствах со своим братом.

— Тебе следует поговорить с ней.

— Я звонил ей, но она не берет трубку.

— Тогда поезжай за ней.

— Я не догоню ее.

— Поверить не могу, что мы родственники, — закатил глаза Дик. — Так, на кого ты работаешь?

— «Баррон энтертейнмент».

— И в какой должности?

— Исполнительного директора.

— И что стоит в ангаре в аэропорту Вилли‑Пост?

Такер посмотрел на брата и недоуменно развел руками.

— Служебные самолеты, включая тот, на котором прилетели мы вчера вечером, — делано вздохнув, отчеканил каждое слово Дик.

— Какой я безголовый. — Такер наклонился вперед, пока не стукнулся головой в гранитную столешницу. — Тупица.

— Еще тебе придется сделать какой‑нибудь красивый жест.

— Что?

— Красивый жест. Чтобы она поняла, как много значит для тебя.

— Например?

— Например, как Квин, которая стояла перед сценой в канун Нового года и держала в руках табличку, где просила меня дать ей еще один шанс.

Такер с недоумением посмотрел на брата.

— Так, ты серьезно? Я взаправду начинаю сомневаться, что мы родственники. Разве ты забыл, как я разозлился, что потеряю Ноэль?

Такер покачал головой.

— Ну вот, я же знаю, что рассказывал, как Квин извинялась передо мной на глазах у целой толпы.

— И?

— И? Ты безнадежен. Иди собирай вещи. Я позвоню в ангар. Может, ты что‑нибудь придумаешь, пока будешь лететь в Нэшвилл.

Зои стояла за кулисами и ждала своего выхода на сцену. Через два дня после ее возвращения в Нэшвилл мистер Дон устроил ей выступление в «Гранд Ол Опри», где в прямом эфире пели звезды кантри‑музыки. Она приготовила две песни, одну из которых обычно пела с Диконом. Ее слова разрывали ей сердце, потому что в ней пелось о настоящей любви.

— Ты справишься, — похлопал ее по плечу мистер Дон. — Выйди и покажи им, на что ты способна.

Она натянуто улыбнулась и шагнула в свет софитов так решительно, словно родилась для этого момента.

Публика восторженно приняла первую песню, и Зои немного воодушевилась. Но пропев куплет и припев второй песни, она чуть не потеряла дар речи, когда на сцене появился Дикон и запел с ней дуэтом.

Когда стихли последние звуки мелодии, зал буквально взорвался овациями. Зои поклонилась, приняла поцелуй в щечку от Дика и собралась уходить со сцены. Но он схватил ее за руку и подтолкнул обратно к микрофону.

— Как вы знаете, Зои выступала с нашей группой во время нашего гастрольного тура. Оказалось, что она не только фантастически поет, но и пишет потрясающие песни. Она, кстати, не знала, что я собираюсь сказать, и, надеюсь, не рассердится на меня.

— О чем ты? — одними губами спросила его Зои.

Он подмигнул ей и продолжил:

— Я рад, что наша группа собралась здесь сегодня вечером, чтобы присутствовать на дебюте ее новой песни «Мы никогда не будем вместе». Леди и джентльмены, Зои Паркер!

Зои перестала дышать. Ее первым желанием было сбежать со сцены, но Дик склонился над ней и тихо прошептал:

— Дорогая, ты справишься. Вспомни, как мы репетировали.

Свет в зале погас, и группа Дика заиграла первые аккорды ее песни. Прошло пару минут, прежде чем Зои собралась и начала петь.

Когда она добралась до третьего куплета, музыка набрала темп, и зазвучало крещендо.

Я по‑прежнему хочу отдать тебе свое сердце,

Но ты никогда не будешь героем моего романа.

Ты не тот мужчина, который ответит на мои чувства.

Ты никогда не полюбишь меня, и мы никогда не будем вместе.

* * *

Такер ждал ее за кулисами с огромным букетом роз. В кармане его джинсов лежала маленькая бархатная коробочка. Он нервно переминался с ноги на ногу и глубоко дышал, пытаясь успокоиться. Это был подходящий момент исправить свою ошибку и вернуть Зои. Его братья ради них совершили настоящее чудо. Дик позвонил в «Опри» и договорился насчет сегодняшнего выступления, а Диллон во время тура помогал Зои усовершенствовать ее песню.

Такер видел часть публики, но большую часть времени он не сводил глаз с Зои.

Когда она запела последний куплет своей песни, он застыл, словно пораженный громом, потому что никогда не слышал весь текст целиком. «Ты стоишь там и смотришь на меня глазами полными лжи». Неужели она думала, что он обманывал ее? Неужели он опоздал? Такер надеялся, что нет. Зои даст ему шанс объясниться. Признаться в своих чувствах. К ней. К Нэшу. Но слова ее песни пронзили его сердце подобно острому кинжалу.

Песня закончилась, и публика вскочила на ноги, одарив Зои бурными овациями, как она того и заслуживала. А Такер впервые в жизни запаниковал от предстоящего разговора с женщиной. Нет, не просто женщиной. А той, которая завладела его сердцем и с которой он хотел прожить всю свою жизнь. Зои сошла со сцены в окружении Дика и его ребят. К ней тут же подошел Дэнди Дон и подвел ее к группе мужчин.

— Зои, я хочу познакомить тебя с представителями компании «Миднайт рекордз», — услышал Такер голос мистера Изли.

Зои лучезарно улыбнулась, но потом заметила Такера, часто заморгала и отвернулась. Мужчины столпились вокруг нее, прикасаясь к ней и осыпая ее комплиментами, и глаза Такера налились кровью от ярости и ревности. Он ринулся вперед, но резко остановился, услышав слова, которые резанули его подобно острому лезвию.

— Ваше сегодняшнее выступление было испытанием, которое вы прошли с огромным успехом, — залебезили перед ней его конкуренты. — И мы хотим предложить вам контракт.

— Это вам спасибо за сегодняшний вечер. — Восторг Зои ранил Такера еще больше. — Давайте пройдем в мою гримерку и все обсудим.

Она делала вид, что не замечает его. Такер стоял и смотрел, как они уходят, а потом собрал остатки своего достоинства, развернулся и зашагал к выходу.

— Такер! Такер! Подожди!

Он обернулся и увидел бегущего к нему Дико‑на. Многозначительно глянув на брата, Такер поднял крышку мусорного бака и швырнул туда букет вместе с карточкой, которую он подписал.

Вот тебе и красивые жесты и любовь.

Глава 19

Уставившись на контракт, Зои думала о том, что все, что ей нужно, — это подписать документ, и все ее мечты исполнятся. Ей пообещали, что не пройдет и года, как она станет звездой. В конце концов, именно ребята из «Миднайт рекордз» организовали для нее сегодняшнее выступление. Они намекнули ей, что Дик со своей группой согласились петь с ней, потому что их компания собиралась купить «Бент Стар».

— Ты не обязана подписывать его сегодня, — сказал Дэнди Дон, тихо закрыв за собой дверь. Она подняла глаза и увидела в его руках шикарный букет роз.

— Ой, мистер Дон, зачем вы…

— Это не я.

— А кто? — смутилась Зои.

— Какой‑то поклонник. Если ты готова, я отвезу тебя домой.

Она сунула контракт в чехол от гитары, собрала свои вещи и направилась к двери.

— Зои, не забудь букет.

Когда машина остановилась у гостевого домика, Зои уже приняла решение.

— Мне подписать его и вручить вам?

— Что подписать, дорогая моя?

— Контракт.

— Который из них?

— Что значит — который из них? — растерялась Зои.

— На столе лежит еще один.

— Но вы ничего мне не сказали!

Он потянулся к ней и похлопал по плечу.

— Золотце, я не хотел, чтобы ты принимала решение сегодня вечером. Парни из «Миднайт рекордз» настойчиво добивались встречи с тобой, чтобы ознакомить тебя со своим предложением. Их самый крупный спонсор начинает проявлять нетерпение. Мы поговорим завтра. Сегодня состоялось важное событие в твоей жизни. И тебе не мешает отдохнуть как следует.

Зои собрала свои вещи и вышла из машины. Розмари Изли, которая сидела с ее сыном, встретила ее у двери, крепко обняла, а потом присоединилась к своему мужу.

Зои стояла на пороге и смотрела им вслед, пока они не скрылись из виду. А потом вошла в дом, набрала в вазу воды и поставила в нее цветы, вдохнув их опьяняющий аромат. Мистер Дон сказал, что их передал какой‑то поклонник. Может, это Дик с ребятами из его группы.

Два контракта. Выступление в «Опри». У Зои кружилась голова от этих мыслей, но она забралась в кровать и постаралась уснуть.

Рано утром ее, как обычно, разбудил проголодавшийся Нэш. Интересно, как люди работали по ночам, а потом днем занимались детьми? Зои потащилась на кухню, разогрела смесь для ребенка и приготовила себе кофе. Ее взгляд остановился на цветах. Кто же все‑таки прислал их? Может, ребята из «Миднайт рекордз»?

Выпив две чашки кофе, Зои заметила под ленточкой на букете карточку. Она достала ее и, затаив дыхание, прочла написанные там три слова.

Дикон без стука вошел в дом, встретив недовольный взгляд Такера.

— Дик, иди к черту.

— Я видел, как ты выбросил цветы в мусорку. Что случилось?

— Ничего. Разумеется.

— Ты дуешься?

— Нет.

— Послушай, Так. Зои перестанет обижаться и…

— Обижаться? Дикон, ты слышал ее песню? Черт, ты пел эту чертову вещь вместе с ней.

— Расслабься, братец, — попытался успокоить его Дик. — Это всего лишь песня.

— Обо мне. И ты знаешь это. — Такер опустил голову и закрыл лицо руками. — Я все испортил.

— Ого. Устроил праздник жалости к себе?

Такер сердито зыркнул на брата.

— Твой красивый жест накрылся медным тазом. Она думает, что выступление в «Опри» устроили для нее ребята из «Миднайт рекордз».

— С чего бы?

— Откуда мне знать, но я слышал, как она благодарила их за это перед тем, как пригласила в свою гримерку, чтобы обсудить их предложение.

— А Дон был там?

— Ага.

Дик задумчиво потер подбородок.

— Он мог бы уладить это дело и ознакомить ее с контрактом нашей компании. Но вот чего я не понимаю, так это почему ты не вмешался, не выставил их вон и не поговорил с ней.

— Еще раз спрашиваю. Ты слышал слова ее песни?

— Приятель, тебе нужно перестать мнить о себе бог знает что. Она написала эту песню до того, как вы поругались.

Такер хотел возразить, но Дик не дал ему вставить ни слова:

— Повторю. Это всего лишь песня, написанная талантливым автором. Она пишет сейчас песню для меня, и в тексте нет ни слова о тебе.

— К чему ты клонишь? — буркнул Такер.

— Ты любишь эту девочку?

— Конечно люблю.

— Она стоит того, чтобы бороться за нее?

Такер зло посмотрел на брата.

— Вот что я предлагаю. Почему бы тебе не поехать к ней и не признаться в своих чувствах?

Дикон пристально смотрел на Такера, но тот избегал его взгляда.

— Ты позволишь конкурентам украсть у тебя звезду и любовь всей твоей жизни? Братец, с каких это пор ты стал рассматривать неудачу в качестве возможного варианта?

Такер стоял в дорожной пробке и нервно барабанил пальцами по рулю. Услышав, что Зои назначили встречу после обеда, он отправился в офис «Миднайт рекордз», которая разместилась в высотном здании из стекла и стали. Холодном. Бездушном. Как и сама компания. Они не будут знать, что делать с такой талантливой певицей, как Зои. Они используют ее, а потом, когда получат свою долю, выбросят ее за ненадобностью. Почему Дон посоветовал ей подписать с ними контракт? Если Такер успеет вовремя, он убедит Зои… Убедит сделать что? Подписать контракт с «Бент Стар»? Выйти за него замуж? Да, именно так он и сделает.

Он опустил окно и услышал автомобильные гудки, которые перекрывал один, заставивший его громко рассмеяться. Это была песня Rocky Top. Такер заметил поворачивающий за угол фургон Дона Изли и последовал за ним. У него еще оставалось время, чтобы починить хрупкую связь, возникшую между ними и разбившуюся по его вине.

«Неудача — это не вариант». Он прокручивал эти слова в своей голове раз за разом, не сводя глаз со своей цели — оранжевого автофургона. Такер гнался за ним и даже не заметил, как очутился рядом со своим домом. Он выключил мотор и, выскочив из машины, бросился к фургону, дверь которого открылась, и перед ним появилась Зои.

— Такер…

Он не дал ей договорить.

— Не подписывай контракт с «Миднайт рекордз».

— Почему?

— Потому что я люблю тебя.

— Правда? — прошептала она.

— Зои, я хочу быть героем твоего романа.

— В самом деле?

— Да, ангел мой. Ты позволишь мне? — Он обхватил ладонями ее лицо и вытер катившуюся по ее щеке слезу. — Зои, я не хотел обидеть тебя. И я, правда, верю в тебя. Наша компания хочет подписать с тобой контракт. И это я устроил вчерашнее выступление в «Опри», чтобы поддержать тебя и показать, что я все понял. Я люблю тебя и Нэша. И…

Зои прижала палец к его губам, заставив его замолчать.

— Я знаю.

— Знаешь?

— Ага. Вот почему я здесь. Такер, я хочу извиниться перед тобой.

— За что?

— За то, что не выслушала тебя. Что не дала тебе шанса. Что сбежала. Дон рассказал мне о контракте. И я прочитала записку на букете.

— На букете?

— Да. Почему ты не подарил мне его лично?

— Я… видел… Я слышал, как ты разговаривала с этими кретинами из «Миднайт рекордз». Так что… когда ты проигнорировала меня, я бросил цветы в мусорный бак и ушел.

— Тогда как они оказались у Дона? — растерялась Зои.

Действительно, как? И тут Такер вспомнил самодовольную ухмылку Дика сегодня утром. И звонок самого Дона.

— Кое‑кто решил сыграть роль Купидона, — сказал он, опускаясь перед Зои на одно колено. — А как насчет этого, Зои Паркер? Ты позволишь мне стать героем твоего романа?

— Разумеется!

Такер тут же поднялся и подхватил ее на руки.

— Где Нэш? — прошептал он, прильнув к ее губам.

— С Розмари.

— Чудесно. — Как хорошо, что он умел делать несколько вещей одновременно. Продолжая жадно целовать Зои, Такер крепко прижал ее к себе и почти что бегом бросился в дом, закрыв за собой дверь на замок.

Поднявшись в свою спальню, он усадил Зои на кровать и снова опустился перед ней на одно колено. Достав из тумбочки бархатную коробочку, он открыл ее и вынул помолвочное кольцо с бриллиантом.

— Я хочу жениться на тебе. И если ты позволишь, я хочу стать отцом Нэша. Я люблю вас обоих больше жизни. Зои, пожалуйста, выходи за меня замуж.

— Да, — выдохнула она.

Он надел ей кольцо на палец, а потом притянул к себе и начал целовать и ласкать с такой страстью, о существовании которой до встречи с ней даже не подозревал.

— Такер, ч‑что ты делаешь? — задрожала Зои.

— Занимаюсь любовью с самой новой поющей сенсацией «Бент Стар» и женщиной, которая вскоре станет моей женой.

Она прильнула к нему и принялась пылко отвечать на его поцелуи. Близость Зои буквально просачивалась в него, заполняя пустоту, которой он раньше не замечал. Отчаянно желая овладеть ею, Такер почти что сорвал с нее одежду, а потом проделал то же самое со своей. Он лихорадочно водил ладонями по ее телу, наслаждаясь ее хрипловатыми стонами, а она приподнимала бедра, призывая его поторопиться. Такер дрожащими пальцами надел презерватив и погрузился в нее, ощутив себя наконец по‑настоящему дома. Такер пытался быть нежным, но желание овладеть Зои поглотило его. Они двигались в одном ритме, а потом Зои напряглась и содрогнулась от обрушившегося на нее оргазма. Такер последовал за ней в водоворот блаженства, после чего лежал на ней, вжимая в матрас весом своего тела и понимая, что нужно сдвинуться в сторону, чтобы они оба могли дышать. А потом он услышал голоса, доносившиеся через открытое окошко.

— Говорю тебе, брат, на этой наклейке на заднем бампере написано, что, если этот фургон качается, в дверь стучать не полагается.

Это был Диллон. А с ним, судя по смеху, прозвучавшему в ответ, Дик. Такеру хотелось придушить своих братьев. Придушить и сказать матери, что они умерли во сне. Зои затряслась под ним, и он уставился на нее. Ее глаза были закрыты, словно она собиралась расплакаться, но потом она громко захохотала.

— Хорошо, что мы пошли в дом, — выдавила она.

Такер тоже рассмеялся, но желания прибить своих братьев не оставил.

— Ангел мой, я люблю тебя.

Она подняла голову и поцеловала его.

— Все еще хочешь быть моим героем?

— Больше всего на свете.

Эпилог

Беседка в саду на ранчо Кэтрин Тейт утопала в цветах, окрашенных золотистыми лучами заходящего солнца, окруженного облаками, которые вспыхивали неповторимыми красками, создавая живописный вид для проходившего здесь свадебного торжества.

Такер, в компании судьи Нэллигана и Чейза, ждал свою невесту, глядя на собравшихся разделить его радость родственников и друзей. Дикон со своей группой и Диллоном сидели отдельно от всех, обеспечивая торжество живой музыкой. Когда в проходе появилась Киша, несшая на руках маленького Нэшвилла, Такер не сдержал улыбки при виде малыша, пытавшегося съесть цветы с бутоньерки, приколотой к лацкану его миниатюрного смокинга.

А потом он увидел Зои, шедшую под руку с Доном Изли, и у него перехватило дыхание. Его невеста была… прекрасна. Кружевное платье, плотно облегавшее ее фигуру, не имело ничего общего с тем, которое было надето на ней, когда он впервые увидел ее. На ногах Зои красовались ковбойские сапожки с вышивкой. Наряд дополняла шляпа с кружевом, цветами и фатой, а шею невесты украшало ожерелье Кэтрин Тейт, то самое, в котором Квин выходила замуж за Дикона. Зои ослепительно улыбалась, и ее улыбка, казалось, освещала весь округ.

Когда судья попросил молодоженов обменяться клятвами, Такер надел Зои на палец обручальное кольцо, усыпанное бриллиантами, а она надела на его палец кольцо из платины. Перед тем как их объявили мужем и женой, заиграла музыка и в небо взмыл сильный голос Дика.

В этот день я отдаю тебе мое сердце,

Зная, что мы вместе и никогда не расстанемся…

— Это моя самая новая песня, — прошептала Зои со слезами на глазах. — Я посвятила ее тебе.

— Вы можете поцеловать свою невесту, — услышал Такер и, обняв Зои, жадно прильнул к ее губам. Потом он потянулся к Нэшу. Одной рукой он держал своего сына, а второй прижимал к себе жену. Такер Тейт принадлежал к числу людей, которые знают, куда идут. Его жизнь катилась по правильному пути, и он находился в точности там, где ему хотелось быть.

Content

Сильвер Джеймс
Песня нашей любви

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Эпилог