Ева Алатон

ЦЕЛИТЕЛЬНИЦА ДЛЯ БУРОГО ВОЛКА

Пролог

За десять дней до начала отбора…

— Тетушка, я не понимаю зачем нам ехать на этот отбор. Неужели других целителей во всем королевстве не нашлось для лечения этого курятника? Возмущенно воскликнула Лин.

— Выбирай выражения девочка! Это большая честь, что нам выпал шанс попасть на отбор фавориток его сиятельства Владиса лен Тирра. — Остудила жар племянницы То'мара Гризель, владелица аптеки и по совместительству целительница небольшого городка на востоке королевства Ро'ксан.

— Но тетя Тома, мы живем не в столице и о нас почти никто не знает, как, как скажи на милость нам могло придти приглашение? Я просто этого не понимаю! — Лин резко встала и принялась расхаживать по уютной гостиной расположенной над аптекой.

Лин любила это место, ей нравились лоскутные подушечки на диванчиках, креслах и стульях. Вязаные крючком узорчатые покрывала и пледы. Разные вазы и статуэтки. Кого-то возможно и раздражала эта мелочь, казавшаяся нагромождением барахла в комнате, но не Лин. Это был ее единственный дом, который она помнила и уезжать на не определенный срок, так далеко от родного места, совершенно не желала.

— Лин, дорогая, Владис лен Тирр выбирает лишь потомственных целителей, слава о которых разносится простым народом, а не богатыми вельможами. А таких во всем королевстве осталось лишь три. И только мы свободны от тягот служения королю и его приближенным.

— Я понимаю тетя. Грустно вздохнула Лин. — Но разве у северного владыки нет своего целителя? — с надеждой взглянув на тетушку спросила Лин.

— Дорогая, ты же знаешь, оборотни не болеют.

— Знаю, тетя, знаю. Обреченно проговорила Лин.

Глава 1

— Владис ты же знаешь, нам нельзя без этого отбора. Это традиция брат мой. Я тоже ее проходил и как видишь удачно! Улыбнувшись теплой улыбкой ответил высокий темноволосый мужчина. Солнечные лучи отливали медными бликами на его волосах, а внимательные серые глаза следили за собеседником.

— Вертэн, это другое. — Зло произнес Владис и опустился в кресло. — Ты видел, кто приедет на этот отбор? Да я ни с одной из них и дня не вынесу! - воскликнул князь Свергана.

— Успокойся, ты же знаешь это формальность, после отбора можешь свою фаворитку хоть в монастырь запереть, для всех будет достаточно того, что будешь вывозить ее два раза в год в столицу, чтобы видели и все, - не унимался Вертэн.

— Тебе повезло, что ты встретил Кей.

— Да, но ради нее я отказался от наследия. Ты же знаешь, отец не одобрил союз с человеком и ему все равно, что она маг.

— Да, помню. А еще эти угрозы. Ты выяснил кто это?

— Пока нет, брат мой. Все вестники настроены исключительно на тебя. Попадая в чужие руки, они просто сгорают. Не знаю, кому ты так мог насолить, но этот кто-то явно не хочет, чтобы отбор вообще состоялся.

— Ладно, — сдался Владис. Как бы не было ему противно, против традиций не пойдешь. — Надеюсь это последний мой отбор, ты же помнишь, что случилось в прошлом году? — его собеседник кивнул. — Отправляй приглашения и дары избранницам. И приехали ли целители?

— Согласились лишь две, из рода Гризель. Томара Гризель и ее племянница Исалина Гризель. Народ в восточном княжестве их просто боготворит. — Усмехнулся Вертэн. — Они лечат почти даром. Ну за исключением тех, кто может себе позволить личного целителя, но народ в долгу не остается, несут все, чем могут отплатить. Они выезжают даже в самые глухие деревушки. Сам проверял. Самоотверженные женщины.

— Что ж, надеюсь их двоих нам хватит сполна. Их разместили?

— Нет, они еще в Овертоне, будут здесь к вечеру.

— Как прибудут, сообщи мне. Хочу лично засвидетельствовать им свое почтение. И глаза Владиса лен Тирр сверкнули серебристым сиянием.

Исалина уже не один раз пожалела о том, что поддалась на уговоры тетушки и поехала в это княжество вечной мерзлоты. Ее ноги и руки заледенели и отдавали коликами, иногда Лин пускала по телу согревающее заклинание, но на долго его не хватало. Мороз так и норовил пробраться под старый полушубок из мериноса и заморозить ее окончательно. Карета не спасала от пронизывающего ветра, хоть и была прислана из замка. От Овертона до замка ехать по извилистому серпантину далеко и страшно. Справа скала, а слева пропасть, дорога скользская, недавно прошел дождь со снегом и ехать было опасно, но на самом труднопроходимом участке карету должны встретить люди лен Тирра.

«— Интересно какой он этот Владис лен Тирр, — Думала Лин дуя на негнущиеся пальцы. — Говорят он так же суров, как и климат в котором он живет».

Карета резко остановилась и снаружи послышались голоса.

— Обе госпожи целительницы доставлены, — отрапортовал кучер.

— Джарис, помоги дамам перебраться на гильтер, — послышалось снаружи.

Дверь кареты распахнулась, запуская промерзлый ветер со снегом и в карету просунулась бородатая голова в меховой шапке.

— Добрый вечер дамы! Меня зовут Джарис, я проводник. Прошу за мной, закутайтесь потеплее, начинается метель. И вот еще что, не пугайтесь. Гильтеры без приказа не нападают. — Второпях пробасил Джарис.

Лин с тетушкой переглянулись и начали быстро заматываться теплыми шалями и шарфами купленными все в том же Овертоне.

— Что еще за гильтеры? Ворчала тетушка Лин, но это не мешало ей сноровисто собираться, она первой выпрыгнула из кареты и замерла на месте. Лин тоже поторопилась вслед за тетушкой и так же застыла изваянием.

— Так вот кто такие гильтеры. — Пробормотала Лин, постукивая зубами, то ли от холода, то ли от страха.

Перед целительницами открывалась жуткая картина, три всадника восседали на меховых помесях рыси и медведя. Это были гибкие, словно кошки, животные, с медвежьими мордами, белого цвета. На длинных и острых ушах гильтер красовались кисточки, как у рысей. Большие кошачьи глаза внимательно осматривали всех снующих туда-сюда. Животные порыкивали и скалили пасть. Было видно, что упряжь, в которую их запрягли им не нравится. Дополняли эту жуткую картину сгущающиеся сумерки и светящиеся глаза седоков.

— Поторапливаемся! — скомандовал бородатый. — Иначе застрянем в метель на перевале.

— Уважаемый! Перебила его Томара Гризель. — Мы что, поедем на этих зверях верхом? И ее тонкая черная бровь взметнулась в верх, выдавая далекие аристократические корни.

— Да, госпожа целительница. — Поправляя упряжь и закрепляя небольшие сумки целительниц ответил Джарис. — Иначе до замка Вихтэн не добраться, дальше дорогу завалило, был небольшой оползень. Давайте торопиться, кажется сегодня боги послали нам испытания.

Люди князя торопливо помогли целительницам устроится и звери мягкими прыжками понесли их выше, на самый пик горы Вихтэн.

Лин было страшно, она раньше никогда не видела гильтер и уж тем более на них не каталась. Ей вообще казалось, что гильтеры хищники, а не ездоки. Хоть и слышала она об этих удивительных зверях, живущих только в северном княжестве не мало, страх все же испытывала.

Лин мягко усадили в двойное седло и закрепили ремнями. Мелкая дрожь сотрясала все ее тело. Но со временем она успокоилась, тепло источаемое ездоком и самим зверем согревало ее.

Лин рискнула дотронуться до шерсти гельтера. Ее ладонь утонула в жестком верхнем меху, но дальше мех оказался нежнее пуха. Она нежно сжала мех в пальцах и отпустила, проведя ладонью по тому месту. Зверь повел ушами, напрягся, прислушиваясь к ощущениям и стал замедлять ход.

— Да что с тобой Туман! — Воскликнул ездок и зверь мгновенно вернулся в прежнее состояние.

— Туман значит. — Подумала Лин и взявшись по крепче за луку седла стала всматриваться вдаль, где не смотря на метель можно было рассмотреть темнеющую громаду замка Вихтэн, в которой светлыми точками затесались яркие окна.

В замковые ворота гильтеры въезжали когда метель достигла своей мощи и на расстоянии вытянутой руки ничего не было видно. Лин бережно обхватили и накрыв теплым тулупом повели в замок.

Как только тяжелые двери замка закрылись за ними, оставляя злую метель позади, с Лин сбросили тулуп и яркий свет магических шаров резанул глаза привыкшие к темноте. Лин быстро проморгалась и нашла тетушку взглядом. Она была невредима и бодра.

— Добро пожаловать в Вихтэн! Я Владис лен Тирр, князь северного княжества Сверган. Приветствую вас уважаемые целительницы в своем доме! — Разнеслось по залу, в который вошли Лин с тетушкой и их спутники.

Подняв глаза Лин увидела спускающегося к ним молодого мужчину, крепкого телосложения с темными волосами и пронзительными серыми глазами. Резко очерченные скулы, гордый нос, надломленные брови, одну бровь рассекает свежий розовый шрам, твердые губы… Определенно, не одна дурочка заливала слезами подушку после близкого знакомства с ним. Властный, уверенный в себе, немного даже чересчур уверенный, ловкий и сильный. Пожалуй слишком подозрительный и, несомненно, умный.

Все эти выводы Лин сдедала за те доли секунды, которые процессия спускалась по лестнице.

Рядом с хозяином замка шел очень похожий на него еще один мужчина, немного старше на вид и с более мягкими чертами. Не совсем обычный воин из тех, кто умеет выжить в стычке и не даст себя обмануть в торговых рядах. В этом чувствуется власть, но он верный, как пес, и осторожный, как лис.

Сзади шли две женщины. Одна из них яркая, рыжая обладательница больших голубых глаз с неискренней улыбкой слишком больших губ. Ее упрямый подбородок был чуть вздернут в верх, того и гляди споткнется о свое зеленое бархатное платье. Волевая осанка всем просто кричала о том, что она хозяйка этого замка. Позади нее шла красивая молодая девушка, с черными, как смоль, волосами, с бархатными, как у газели, карими глазами. Она держалась просто, но с достоинством. Ее мягкие черты лица притягивали взор. Ей хотелось любоваться.

— Я рад принимать у себя столь почтенных особ! — Почтенно поклонился целительницам князь лен Тирр. — Мой дом — ваш дом, надеюсь путешествие не было для вас в тягость? — Учтиво поинтересовался князь.

— Милости вашему дому ваше сиятельство! — Склонилась в ответном поклоне Томара Гризель. — Спасибо, мы добрались благополучно. Но хотелось бы отдохнуть с дороги. — Устало произнесла тетя Лин.

— Гругл проводи целительниц в их покои. — Обратился князь к замершему рядом дворецкому.

— Сегодня ужин подадут в ваши комнаты. Но с завтрашнего дня вы обедаете и ужинаете за одним столом с нами. Завтрак на ваше усмотрение.

— Это честь для нас, — почтительно ответила Томара.

— Владис, я не сяду за один стол с этими оборванками! Ты только посмотри на них! — Возмущенно воскликнула рыжая дама, за что и получила смачную пощечину от князя.

Анур вспыхнула: «— Прилюдное унижение, да еще и перед этими пришлыми, грязными деревенщинами». — И она перевела свой взгляд, в который постаралась вложить все, что чувствовала в данный момент, на смазливую молоденькую целительницу, прибывшую сюда явно не для работы.

— За проявленное неуважение к моим гостям, Анура, ты будешь наказана! — Ледяным тоном ответил Владис лен Тирр.

«— И почему ее кровожадный взгляд остановился на мне?» — думала Лин поднимаясь в след за дворецким в целительское крыло третьего этажа. Как объяснил дворецкий, весь третий этаж отдадут под покои кандидаток на роль фаворитки князя и чтобы целительницам было удобно, их покои и рабочее место тоже на третьем этаже.

Владис лен Тирр стоял у окна, в темной гостиной, свет в которой исходил лишь от жарко горящего камина, пытавшегося сквозь резную решетку лизнуть своим пламенем гобелен, украшавший его. Он уныло наблюдал за причудливой игрой вьюги, сейчас ему больше всего хотелось обратиться и пуститься в пляс с ней. На душе было неспокойно. Его тревожил и этот ежегодный отбор, и выходки Анур, которые с каждым днем становились все изворотливее и хитрее. Давно уже пора отдать эту несносную девчонку замуж, да вот желающих пока не сыскалось. И магия, которую он чувствовал, но не мог найти источник. Еще этот таинственный неизвестный, который шлет магические письма с угрозами.

Владис приложил лоб к холодной поверхности окна и прикрыл глаза, перед ними сразу возникла встреча с целительницами. От одной из них он уловил давно забытый запах, запах весенних первоцветов. Как же давно он уже не ощущал этот аромат.

Владис тяжело вздохнул, погружаясь в воспоминания.

Тогда тоже была непогода, дождь лил не переставая и дорогу развезло. На границе южного и восточного княжеств должен был быть небольшой храм Садиды, покровительницы семьи и домашнего очага. Там и намеревался переночевать будущий князь севера.

Но его тонкий слух уловил обрывающиеся женские и мужские крики, и Владис рванул, ведомый своими инстинктами.

Рядом с храмом ему предстала отвратительная картина: — двое рослых парней пытались затащить в карету молоденькую девчонку лет шестнадцати, а старый жрец пытался помочь бедняжке, но один из ублюдков ударом локтя оправил беднягу к праотцам.

— Вот видишь Исочка, до чего довела твоя несговорчивость! — зло хихикнул тот, что повыше, продолжая пытаться схватить девчонку за ноги, которыми она брыкалась не хуже ягненка мериноса.

— Отпусти меня, грязный ублюдок! — Лягнув его по лицу, закричала девчонка.

— Арагран, давай уже хватай ее, еще немного и она выскользнет, держать ее уже не могу! — Сквозь зубы процедил второй.

Этот Арагран со всей силы ударил девушку по лицу и она обмякла, потеряв сознание.

— Так-то, дорогуша! Победно оскалился Арагран. И тут Влади не выдержал и вышел на блеклый свет исходивший от храма.

— Отпусти девочку, ты же видишь, ехать с тобой она не хочет, — спокойно проговорил Владис.

— А ты еще кто такой? — Возмутился Арагран. — Да ты вообще знаешь с кем связываешься? Я барон Арагран Близье! И вообще-то это моя невеста, и она добровольно сюда пришла, — злорадно усмехнулся Арагран.

— Отпусти ее. По хорошему тебе говорю, — не сдавался Владис.

— Смотри на него, Вил! — засмеялся барон, — Он смерти ищет, а все из за какой-то деревенщины. — И Арагран поддел ногой бесчувственное тело девушки. Больше Владис не мог сдерживаться и призвал магию оборота. Его окутал густой туман и затрещали ломающиеся кости, превращая его тело в мощного зверя, а его самого в убийцу.

— Арагран, это еще что за демоны? Понимая, что им сейчас придет конец, запищал сообщник барона.

— Полезай на козлы и гони отсюда! - приказал барон и спрятался в карету. Карета со свистом помчалась в ночь, но Владис знал, им от него не уйти.

Через четверть часа он догнал карету несостоявшихся насильников, один прыжок и он уже был на козлах, Вил завизжал как девчонка и тут же смолк, захлебываясь собственной кровью. Владис одним ударом распорол горло Вила и спихнул его с козел, а карету направил к каменистому ущелью и помог ей, и ее спутнику пойти ко дну. Потом вернулся к храму и прибрал за собой. Храмовника предал священному огню, помогая ему уйти за грань с чистой совестью, а бесчувственную и промокшую девушку, попытался привести в чувство, за что и поплатился сломанным носом.

Владис аккуратно провел по горбинке, напоминавшей ему о том дне и о ней. Голубоглазой испуганной девочке, пахнущей весной. Удар у девчонки оказался отличным. И как только Владис застонал и схватился за нос, она оттолкнула его и выбежала из храма. А когда Владис рванул за ней его настигло проклятье, и адская боль скрутила его пополам.

— Будь проклята сила родительского слова! — помянул всех демонов Владис.

Тогда он потерял ее. И каждый раз рисовал ее тонкий и хрупкий образ в своем воображении.

— Владис ты здесь? — Раздалось от двери.

— Ты же знаешь, Вертэн, зачем спрашиваешь? — Угрюмо буркнул Владис.

— Что с тобой происходит Владис? — серьезным тоном спросил брата Вертэн. — Ты становишься похожим на отца. Только он мог ударить женщину при всех. Тебе не кажется, что это слишком? Ты и так держишь весь клан в постоянном напряжении, твоим именем пугают детей. Теперь еще и Анура боится тебя и плачет в комнате. Владис, мне не нравится твое правление. — Вертэн нахмурился и сложил руки на груди.

— Вертэн, не надо читать мне мораль и давать наставления. Ты оказался от права наследования, вот и помолчи! — Рыкнул на брата Владис. Хотя на душе от сказанного остался свинцовый осадок.

— Ты слишком самонадеян Владис. — Тихо проговорил Вертэн и прикрыв двери вышел.

Владис тяжело вздохнул. Брату не понять его чувств. Он счастлив. У него есть Кей и их будущий малыш.

Глава 2

— Да как он посмел! — гневно воскликнула Анура и одним махом смела с туалетного столика все свои баночки с мазями, кремами, пудрами и духами. — Видела бы ты, Астра, как он втягивал воздух рядом с этими простухами, — зло процедила Анура, сжимая кулаки. — Одна из них сильная магиня, но пытается замаскировать свой дар под целительский и это может сыграть мне на руку, — медленно растягивая губы в коварной улыбке проговорила Анура.

— Астра, подготовь мне на завтра костюм для езды на гельтерах, - молчаливая Астра кивнула и удалилась. А Анура снова улыбнулась своему отражению, радуясь, что ей досталась немая служанка. Ни одной тайны своей хозяйки она выдать не сможет даже под зельем правды. И Анура расхохоталась, заливаясь истеричным смехом.

Лин долго осматривала целительское крыло, кладовую с травами, холодную комнату, где на леднике находились в состоянии стазиса ядовитые жабы из южного княжества, когтистые варены из восточного и многие свежие травы и цветы с запада. Лин очень порадовала предусмотрительность князя лен Тирра, но расстроила его беспечность.

Целительская кладовая не имела ни замка, ни защиты, и это могло послужить дополнительными проблемами князю. Знающий человек, может из такого арсенала ингредиентов сварить такие зелья, от которых не поможет ни один амулет, и уж тем более целитель.

Не долго думая, Лин вышла и пошла к лестнице, где постоянно дежурили часовые. Ей нужно было узнать, как найти князя и попросить у него защиту на кладовую или простой замок с секретом. Чтобы никто кроме ее самой и тетушки не могли туда проникнуть.

Часовой попался ей не доходя до лестницы.

— Добрый вечер уважаемый! — обратилась к нему Лин, — а вы не подскажете как найти его светлость, есть некоторые недочеты в целительском крыле.

— Второй этаж, госпожа целительница, — учтиво поклонился ей стражник, — Вторая дверь на право.

— Благодарю уважаемый, — вежливо ответила Лин, — удивляясь такой почтительности по отношению к ней и ее тетушке.

Быстрым шагом Лин направилась к лестнице и лишь у края почувствовала легкий толчок в плечо, но и его было достаточно, чтобы она потеряла равновесие и слетела с лестницы прямо в руки Владиса лен Тирра.

Лин даже испугаться не успела, когда кто-то толкнул ее в спину, а что толкнул, она была уверенна. Трудно было не почувствовать магический воздушный толчок, когда по телу от магии пробегают неприятные колики.

— Госпожа целительница, вы всегда так эффектно спускаетесь с лестницы? — саркастично усмехнулся Владис лен Тирр.

— Нет, господин лен Тирр, не всегда, лишь в исключительных случаях, — с грацией кошки высвободившись из объятий князя сухо ответила Лин.

Владис нахмурился, не сразу сообразив, как это она так умудрилась выскользнуть. Видимо сказывается многолетний опыт общения с мужчинами. Князь зло скрипнул зубами представив эту хрупкую девушку с синими омутами глаз в объятиях других мужчин.

— Господин лен Тирр, — деловым тоном начала Лин перебивая мысли князя, — кладовая в целительском крыле требует более действенной защиты, чем обычная дверь без замка. Любой сможет войти и взять все, что его душе угодно!

— Что? — непонимающе уставился на Лин Владис лен Тирр. — Там же висел замок гномьей работы!

— Не знаю. Я никакого замка не видела. Если хотите, можете проверить сами. — И Лин более не видя смысла вести этот разговор стала подниматься в верх, в целительское крыло.

— Демоны! — Выругался лен Тирр. — Я же лично повесил его на дверь кладовой! — и он поспешил вслед за целительницей.

И войдя в комнаты, определенные под целительское крыло, Владис замер, весь целительский кабинет и кладовая были перевернуты верх дном, было такое ощущение, что там прошел ургл. Всем живым существам переломали хребты, оторвали головы, лапы и крылья. Цветы и травы просто сожгли. Все зелья были разлиты или разбиты, бинты и ткани разорваны и разбросаны по всем комнатам.

— Пресветлая богиня! — Охнула рядом Лин, видя весь этот разгром. — Господин лен Тирр, — тронула плечо князя Лин через минуту. И когда он обернулся, указала на надпись, написанную на стене позади них, судя по всему магией огня.

Выжженные буквы на стене еще пылали раскаленными углями.

— Вот же демоны из преисподней! — Зло выругался лен Тирр.

— Что это? Господин лен Тирр? — взяв себя в руки спросила Лин указывая на надпись.

— Предупреждение! - буркнул князь. — Вам лучше уйти отсюда, госпожа Гризель, сейчас сюда прибудут лучшие сыскари и нюхачи из клана, и вы будете лишь мешать. Князь дунул в свисток, который не издал ни звука.

Видимо один из тех дорогих артефактов, которыми пользуются лишь жители севера, и о которых мечтает король Иваргис. Другим они почему-то не слышны.

— Предупреждение чего? — никак не могла угомонится Лин, разозленная внезапным вторжением в свои владения, коими уже считала целительскую.

— Госпожа целительница! — Рявкнул на Лин лен Тирр. — Знайте свое место! И сверкнув серебристо-серыми глазами, развернулся и вышел, оставив ошеломленную такими переменами Лин.

— Тетушка! — Ворвалась Лин в комнату Томары Гризель. — Тетя, где ты?!

— В чем дело Лин? — Устало произнесла Томара Гризель выбираясь из под теплого одеяла. — Я уже собиралась спать, а ты, я смотрю, даже не привела себя в порядок после тяжелой дороги. — Придирчиво осмотрев племянницу, стоявшую перед ней все еще в дорожном платье, с осуждением проговорила госпожа Гризель.

— Тетя, нам нужно срочно уезжать обратно! — На одном дыхании выпалила Лин.

— Ох Лин, ну что еще у тебя стряслось? — Устало потерев переносицу спросила Томара.

— Тетушка, здесь творится что-то странное. — Взволнованно расхаживая по комнате начала свой рассказ Лин. — Четверть часа назад лабораторию и кладовую в целительской разгромили и послание князю магическое на стене оставили. Я же говорила тетя, не нужно нам было сюда ехать! — Воскликнула Лин и рухнула на диван, благоразумно умолчав о том, что ее пытались убить или даже подставить. Эта мысль Лин пришла по дороге в покои и ни как не хотела исчезать.

— Девочка моя, — мягко произнесла Томара Гризель. — Тебе стоит успокоиться. Вот выпей, — и тетушка Лин дала ей настойку, которую всегда держала под рукой. Случаи бывают разные, а спокойствие и сосредоточенность целителю нужны и важны всегда. — А теперь давай по порядку, что случилось?

Лин покорно выпила настойку из пионов, успокоится ей действительно не помешает.

— Тетушка, насколько я поняла, князю грозит серьезная опасность. Кто-то очень не хочет, чтобы отбор состоялся. В послании, которое оставили князю, прямо говорится о том, что если он не отменит отбор, пострадают девушки, которые сюда прибудут, а это, как ты сама понимаешь, политический скандал, как минимум, как максимум — война. — И Лин подняла полные боли глаза на самого дорогого ей человека.

Война между магами лишь недавно закончилась, оставив все королевство в полнейшем бедствии. Теперь маги, не присягнувшие на верность королю или своему князю — вне закона. А темные маги особенно. Лин поежилась представив себе картину, как ее в кандалах ведут на костер. Ведь только так, говорят, можно убить черного мага.

— Лин, детка, ты уверена? — С тревогой в голосе спросила Томара.

— Да. Уверена. — Лин была серьезна, как никогда.

— Раз тут все так серьезно, то нам непременно нужно остаться, не знаю что будет дальше, но в том, что князь не отменит отбор, я уверена, потому что первая претендентка прибудет уже сегодня ночью, — четким голосом постановила Томара Гризель.

— О пресветлая! — Воскликнула Лин закатывая глаза.

Владис сидел в своем кабинете и внимательно слушал донесения своих верных сыщиков.

— То есть как вы ничего не унюхали? Рявкнул Владис на лучших, как он думал нюхачей во всем клане бурых волков.

— Князь, ты же был там, там все запахи смешаны. Ничего невозможно разобрать, — покорно склонив перед вожаком клана голову отвечал Ульрих, капитан отряда сыскарей и второй помощник Владиса.

— В этом клане есть хоть один нормальный маг!? Никак не мог успокоится Владис, — Мне кто-нибудь даст ответ, кто шлет эти письма? — продолжал ругаться князь. — А еще сегодня ночью прилетает фа Кайори, третья дочь генерала Аймин из южного княжества, и если с ее головы хоть один волосок упадет, нам объявят войну! Я надеюсь хоть это то вы понимаете!?

Владис даже не заметил, как во время этой вспышки он полуобратился и снова резкая боль проклятия скрутила его. С каждым годом ему все трудее обращаться и удерживать оборот дольше пятнадцати минут.

— Владис, отдохни, ты же знаешь ситуацию с магами в королевстве. — Вертэн как всегда был рядом с младшим братом, несмотря на разногласия и обиды, он знал, что на долю младшего выпало гораздо больше испытаний, чем на его.

— Я сам займусь фа Кайори и ее драконами, и дам ей дополнительную охрану, двух часовых поставлю у ее покоев, — успокоил он брата.

— Бизонами, — устало поправил брата Владис. Третьи сутки без сна, все же дают о себе знать. — Генерал и его семья летают на парящих бизонах, это их семейная реликвия и показатель принадлежности к магам воздуха.

— Хорошо, бизоны так бизоны, — примирительным тоном согласился Вертэн. Ульрих, Фарэт идемте, поможете мне с генеральской дочкой, — обратился Вертэн к сыскарям. И они дружной толпой покинули кабинет Владиса лен Тирра.

А Владис еще долго размышлял о сегодняшнем поведении новой целительницы и обо всем, что случилось.

— И зачем она пошла в целительские покои, если на ногах еле стояла, там, в холле. Да и платье на ней было то же, дорожное в засохших грязевых потеках. Может это она учинила там такой разгром? Нет, что-то тут не вяжется и магией от нее не веет. Но целительницу все же нужно взять на контроль, — думал Вдадис лен Тирр.

Глава 3

Где-то в далеком южном княжестве.

— Садись, Кайори.

Невзрачная девушка в простом платье-ханьфу с запахом, светло-зеленого цвета, незаметно скользнула взглядом по комнате, проверяя, нет ли подвоха в словах сидевшего за письменным столом мужчины, и аккуратно опустилась на край стула.

— В этом году мы решили немного отступить от правил, — откровенно, но достаточно сухо сообщил хозяин кабинета, — Так как ты уже вошла в период совершеннолетия и тебе давно пора подыскивать достойную партию, я хочу, чтобы ты поехала на отбор в северное княжество и всеми возможными силами стала фавориткой князя Владиса лен Тирра.

— Отец, но фаворитка — не законная супруга. Это ляжет тенью на репутацию рода, — тихо возразил шелестящий голос сидящей напротив генерала девушки.

Генерал скривился, и вот в кого она такая, слишком правильная, но отправить туда больше некого, сестры Кайори уже замужем, одна за третьим принцем, вторая за сыном восточного княжества. Север — это единственное не подконтрольное княжество королевства, и магистр Зенгер считает что там может зародиться искра мятежа и королевство пойдет в подчинение вервольфам, а это неприемлемо! Поэтому, ему, генералу Аймин, нужно во что бы то не стало породнится с князем севера.

— Твоя задача, Кайори, очаровать князя Владиса лен Тирра, вот в этой папке все, что нам удалось собрать на это животное. Все его вкусы и пристрастия. — Генерал не считал за людей вервольфов и им подобных ферфоксов из-за Тиграйского моря.

— Понятно, отец. — Девушка осторожно приняла кожаную папку с бумагами, незаметно из под опущенных ресниц, взглянула на хмурого отца и тенью выскользнула из кабинета, поймав в отражении одного из камней недешевого браслета удовлетворенную ухмылку генерала.

Фа Кайори, прибыла когда метель уже закончилась. Три огромных летающих бизона плавно приземлились на посадочную площадку на одной из башен Вейтхема.

Летающие или парящие бизоны — огромные животные, которые обитали в горах на юге и являлись первыми магами воздуха. Бизоны представляли собой длинно-шерстных животных с косматым белым или коричневым мехом, небольшими рогами, к которым цеплялась упряжь. Плоский как у бобра хвост, так же покрытый мехом помогал им взлетать. Эти животные травоядные и весят около двух тонн, имеют шесть лап с мягкими кожаными подушечками вместо копыт.

Ей навстречу вышла небольшая делегация из пяти воинов во главе с братом князя Вертэном лан Тирром.

— Уважаемая фа Кайори, рады приветствовать вас в Вейтхеме, - вежливо поклонился генеральской дочке Вертэн. — Меня зовут Вертэн лан Тирр, я глава совета его светлости князя Владиса лен Тирра, прошу, — и Вертэн подал девушке руку, помогая спуститься с бизона.

Лицо госпожи Аймин на миг исказила досада, но только на миг, и скромно улыбнувшись советнику, она подала изящную ручку затянутую в мягкий черный бархат.

— Благодарю, — мягко прошелестел голос фа Кайори. И плавно соскользнув с животного она пошла следом за советником. — Моя горничная, Юлан, может остаться? Мягко задала она вопрос советнику скромно потупив глазки.

— Да, конечно! — не оборачиваясь ответил Вертэн, — один сопровождающий женского пола должен быть обязательно.

Утро следующего для стало для Лин тяжелым. Ее не отпускало предчувствие чего-то нехорошего, неумолимо надвигающееся на нее. Эх, если бы не проблемы с ее даром, давно бы уже заглянула под темную завесу будущего. Как тяжело быть носителем крови энирипса. Раса энирипсов, древняя, как сам мир. Будучи прекрасными целителями и врачами энирипсы обладают выдающимися познаниями в области лечения отравлений и проклятий и могут, при желании, взглянуть под темную завесу будущего.

А еще сегодня прибывают оставшиеся девять претенденток, и все из них знатные и одаренные.

До отбора каждую из девушек нужно осмотреть на «дефекты», как выразилась леди Кхаа. Все они должны быть здоровы, как физически, так и душевно. Не иметь при себе, на время осмотра, ни каких артефактов, изменяющих внешность и ауру.

Всего претенденток было девять, как нам с тетушкой объяснила леди Кхаа, статс-дама замка Вейтхэм, не все из них войдут в число тех счастливиц, которые поселятся в покоях третьего этажа, многие уедут домой уже этим же вечером. Из девяти останется лишь пять, или может еще меньше.

— Ах госпожа Гризель, — обратилась леди Кхаа к Лин. — В каждой из кандидаток князь найдет недостатки и изъяны, это и есть первый тур испытания и поможете в этом испытании князю вы, дорогая госпожа Лин. — Усмехнулась леди Кхаа.

— Леди Кхаа, как это понимать? Удивилась Томара Гризель. Сидевшая рядом с племянницей в вычурной гостиной покоев статс-дамы. Здесь все было «слишком». Слишком массивная и яркая мебель с излишним рисунком, слишком много душистых цветов разного аромата, слишком много маленьких и разноцветных подушечек на диванчиках. Сегодня она пригласила их для обсуждения проведения отбора. Посвящала и просвещала, так как являлась кем-то вроде распорядителя и отвечала за размещение кандидаток.

— Наш князь, — сделала паузу леди Кхаа. — Весьма своеобразный человек. Никаких серьезных испытаний не будет. Его светлость будет испытывать выдержку, терпение, смирение, не стандартное мышление в каверзных ситуациях, с которыми фаворитка может столкнуться при дворе. Как вы сами понимаете, нашего князя боятся, мы единственные, где нет соглядатаев его величества на главных постах. Вот и приходится проводить такие испытания, чтобы в случае чего, избранница князя могла постоять за себя, ведь господин Владис не всегда сможет быть рядом.

— А вы весьма осведомлены, — Чуть прищурив взгляд, подозрительно поинтересовалась Томара Гризель.

— Госпожа Гризель, — снисходительно обратилась к тетушке Лин леди Кхаа. — Я статс-дама и мне положено знать все, что творится в этом замке и за его пределами. — С чувством превосходства закончила Амайа Кхаа.

Томара Гризель лишь недоверчиво приподняла бровь, показывая свое отношение к словам статс-дамы.

— А какие еще будут испытания? — спросила Лин чтобы чуточку разрядить атмосферу. — Хотелось бы быть готовой ко всему. — Пояснила Лин, видя немой вопрос в глазах леди Кхаа.

— Еще будут магические испытания для тех, кто пройдет первый тур, но что будет на этот раз, мне пока неизвестно. — Задумчиво произнесла леди Кхаа.

— Но если в состав избранных попадет не одаренная? — Уточнила Лин.

— Этого не случится моя дорогая, для его светлости важен магический дар.

Информация, которую преподнесла леди Кхаа, показывала северного князя не в лучшем свете. Теперь его портрет Лин виделся яснее ясного: противоречивый, циничный, местами деспотичный, раздражительный, резкий. Немногим кандидаткам удастся добраться до его сердца без серьезного ущерба для собственных нервнов.

Такие мужчины знают, чего стоят, придирчиво выбирают спутницу жизни, в конце концов, находят ту женщину, которую будут ценить, как себя самого, или остаются холостяками.

Все это Лин прочла между строк, по мимике лица и выражению глаз уже немолодой леди Кхаа, бывшей когда-то фавориткой покойного князя.

Чуть позже Лин, вместе с леди Кхаа и господином Вертэном лен Тирром встречали двух сестер из рода ван Лейс. Мерида и Нарида ван Лейс были двойняшки, дочери графа ван Лейс, владельца Чизарских островов в восточном княжестве. Господин Нериус ван Лейс занимался добычей черного жемчуга.

Утонченные дочери графа были чистокровными представителями расы юфеков, специализирующихся на искусстве защитной магии, благодаря которой прошедшая война почти не навредила их городам и жителям.

Обе девушки были смуглокожи и белоглазы с зрачками, как у ящеров. Волосы белые, собраны в тугие высокие хвосты и перевиты прекрасными нитями из черного жемчуга. Волосы старшей ван Лейс, Мериды, были тремя черными прядями, что говорило о том, что девушка не готова к браку.

— Тогда зачем она здесь? — Думала Лин, продолжая упорно следить за старшей ван Лейс.

Наряд девушек состоял из просторных шелковых штанов, собранных внизу на шнуровку, поверх которых надевалось платье с длинными узкими рукавами, чуть ниже колен с разрезами до бедер.

Девушки прибыли в зачарованной от холода карете, что было весьма дорого по меркам Лин. Целых пятьсот кам, на эти деньги можно было купить отличную карету с выездом.

— Доброе утро леди и добро пожаловать в Вейхтем! — низким поклоном поприветствовал Вертэн лен Тирр представительниц рода ван Лейс.

— Благодарим господин первый советник! — Склонила голову Мерида.

— Прошу за мной, не стоит долго стоять на морозе. Сейчас леди Кхаа проводит вас в ваши покои, а вечером уже начнется первая часть отбора. Надеюсь вам удастся отдохнуть перед приемом. — С хитринкой в глазах спросил старший лен Тирр.

— Да господин советник, времени нам хватит с лихвой! На это раз отвечала младшая, Нарида.

Старшая лишь закатила глаза и отвернулась рассматривая убранство зала. Ей явно не нравилось здесь находиться, об этом свидетельствовал холодный блуждающий взгляд, и натянутая, как тетива лука, спина.

Восточное княжество, Чизарские острова. За несколько дней до отбора.

— Мерида, ты еще живешь в этом доме, так будь добра, делай то, Что я тебе велю! — Тоном человека, привыкшего к беспрекословному повиновению, сообщил невысокий, смуглокожий мужчина, весьма внушительной комплекции.

— Отец, а как же Академия Сумеречных островов? Ведь ты же сам настоял отправить туда документы? — Все еще не веря в предательство родного человека воскликнула разъяренная Мерида.

— Либо ты, либо твоя сестра должны занять княжеский трон. Это наш единственный шанс.

— Шанс на что? На новую войну? Отец, будь благоразумен, мир не выдержит очередной войны. — Устало произнесла Мерида, взывая к рассудительности отца!

— Собирай вещи! — Зло отчеканил Нериус ван Лейс.

Остальные претендентки прибывали одна за другой, целой вереницей карет. Лин было положено встречать всех, чтобы каждую знать в лицо. Но больше всего Лин удивило и испугало присутствие на этом отборе леди Елены рэн Валентайн, дочери самого знаменитого артефактора во всем королевстве. Она могла выдать тайну Лин, которую та бережно хранила. А ей бы этого очень не хотелось. Еще прибыли кандидатки из-за Тиграйского моря и с Острова Медуз, которых Лин так и не смогла запомнить после встречи с леди Валентайн.

Следующий день для Лин предстоял долгим и насыщенным. Тем более, что тетушка получила тяжелое послание, аптека была разорена и подожжена. Хоть пожар в итоге остановили, но разгром, учиненный неизвестными, весьма существенен и тетушка вынуждена ехать обратно.

Владис лен Тирр предоставил Томаре Гризель вернуться в столицу порталом. Выдал портальную капсулу до столицы восточного княжества. Портальные башни были только в столицах, пока. Хоть это и было очень дорого, но другой возможности покинуть это место не было.

— Лин, девочка моя, мне жаль оставлять тебя одну с такими трудностями, но я не могу бросить наш с тобой дом сейчас. — Взволнованно проговорила Томара Гризель, заламывая руки.

Лин видела, насколько ей тяжело. Она понимала, как тяжело тетушке достался ее дом. Сначала побег из под венца с неугодным ей старым энутрофом, графом кей Килби. Он был прирождённый скупердяй, как и все энутрофы, охотники за сокровищами и головами. Потом гонения, потом война. И вот ее выстраданная аптека с домом сгорели.

— Все нормально, я справлюсь, ты же знаешь тетя. — Тихо проговорила Лин, стараясь больше убедить себя чем ее. Томара кивнула, и сломала портальную капсулу.

Лин тихо вздохнула и собиралась в целительское крыло. Отбор уже начался и Лин не следует забывать о своих обязанностях, ведь эти деньги могут помочь тетушке.

Переодевшись в темно-зеленое шерстяное платье с белыми манжетами и воротником, Лин вышла из покоев и направилась в целительское крыло. Леди Кхаа должна по одной приводить кандидаток на осмотр, после чего девушки могут готовиться к вечернему приему.

В целительском кабинете Лин ждал сюрприз. Сам князь собственной персоной и… мертвецки бледный.

Владис стоял к ней спиной и в зеркале, половину которого загораживала ширма, лица пока видно не было. Князь был уверен в своей способности узнать любую девушку по осанке и походке. Но вот этой, затянутой в зеленое платье стройной фигурки, на которую падал перехваченный белым шарфом хвост чуть вьющихся каштановых волос, он не помнил, хоть и присутствовало здесь чувство какой-то неправильности, будто бы он что-то упускал.

Понимание этого мгновенно насторожило князя, разбудило в его душе врожденную бдительность и недоверчивость, весьма усиленную событиями последних лет.

Он промедлил всего несколько секунд, лихорадочно пытаясь сообразить, как поступить, доверится ли той, которую возможно подослали шпионы короля или пытаться бороться с ядом самому. Ответом ему стало невыносимая жгучая боль, которая с каждым ударом сердца двигала яд дальше по телу.

— Ваша светлость, что с вами?! Охнула Лин и быстрым шагом прошла дальше.

Князь не поверил сначала собственным глазам. В невзрачной целительнице прибывшей сюда, изменилось почти все. Даже голос, он стал звонче и женственнее, не говоря об остальном. Молчаливую, с запавшими глазами и серыми, словно запыленными волосами. Ее словно промыли струями бешеного ливня в период весенних гроз, как придорожные кусты, и в ней появились незаметные прежде краски. Сияние глаз, легкий румянец скул и губ, темный шелк словно вышитых бровей.

— Надеюсь, мне простится прошлая ошибка, госпожа Исалина, — небрежно заметил Владис, намекая на инцидент в этой самой целительской днем ранее опускаясь на жесткую кушетку, застеленную белоснежной тканью. — С того момента, как мы виделись в последний раз, вы очень сильно изменились, прямо-таки расцвели. Похоже, вам пользу наш морозный климат.

— Не понимаю о чем вы ваша светлость? Вслух сказала Лин, а сама думала о том, что почувствовала яд черной мегаланы еще у двери и если сейчас не оказать помощь, яд убьет князя быстрее чем он думает.

— Вас привела ко мне эта царапина? — отодвигая край рубашки и убирая с раны прилипший платок спросила Лин.

— И это тоже. — Не думая солгал Владис. Опять от нее веяло ароматом первоцветов и этот аромат туманил разум, — А может и не аромат вовсе. — думал князь медленно заваливаясь на бок и теряя сознание.

Глава 4

— Ох Пресветлая! — Воскликнула Лин. — Помоги мне.

Лин быстро уложила князя на кушетку, разрезала ножницами рубашку и скинула ее в металлический таз. Ее взору предстала очень живописная картина смуглого рельефного тела, местами покрытого рваными шрамами, будто от когтей. Быстро отогнав от себя шальные мысли о теле лежащего перед ней мужчины, Лин достала баночку, в которой живым клубком извивались болотные пиявки — болотницы. Сейчас это было лучшее средство от яда черной мегалы, ну и конечно же магия энирипсов.

От такого яда не так-то просто избавится, как собственно и достать саму черную мегалу.

Достав по одной двух пиявок специальными щипцами, Лин аккуратно приложила их к ране князя, давая болотницам присосаться как можно крепче, и сняла незатейливое украшение в виде янтарного браслета.

— Наконец-то, — прошептала Лин, ощущая всю свою магию в полной мере. Кончики пальцев приятно покалывали от избытка магической энергии, а тело сотрясала дрожь и Лин поспешила приложить ладони к груди Владиса лен Тирра, направляя поток живительной энергии в кровь и помогая болотницам очищать ее от яда.

Когда с лечением князя было покончено и его прерывистое дыхание восстановилось, Лин убрала руки и вытерла со лба бисеринки выступившего пота. Лечение проходило тяжело, яд успел задеть некоторые внутренние функции. Лин мысленно порадовалась, что была полна до отказа и смогла помочь и князю и себе. Ведь если постоянно скрывать свою силу, это может обернутся против тебя. Может хоть теперь его светлость изменит к ней отношение.

Отойдя от князя, Лин достала почтовый пенальчик и послала магический вестник о произошедшем первому советнику.

Через четверть часа в целительскую вихрем влетела девушка похожая твердостью характера и лицом на сержанта женского легиона, а не на благородную леди. Ее лицо тут же исказила гримаса неприязни когда она увидела Лин.

— Отойди от него! Рявкнула на Лин рыжее чудо в красных кружевах.

— Какая безвкусица, — подумала Лин глядя на рыжую девушку, которую видела в день приезда, но все же отошла подальше от князя, убирая банки с мазями и пиявками.

— Что с ним? — Еле сдерживаясь, чтобы не зарычать от отчаяния и бессилия, спросила Анура эту серую, невзрачную целительницу, посмевшую прикоснуться к тому, кто по праву ее.

— Яд, госпожа, — покорно ответила Лин, незаметно застегивая браслет.

— Но как ты… — нахмурилась Анура, но тут же осеклась и взяла себя в руки. — Что за яд и как ты вылечила его. Отвечай немедленно! — Голос девушки кипел жгучей ненавистью, но лицо сохраняло невозмутимое выражение. Лин показалось это странным, но мало ли что связывает этих двоих.

Ответить Лин не дал ворвавшийся в целительскую Вертэн лен Тир.

— Госпожа Исалина, что стряслось? Взволнованно спросил первый советник, поглядывая на бледного брата.

— Господин Вертэн, князь был ранен и отравлен черной мегалой, — спокойно произнесла Лин моя руки. — Внизу таз с окровавленной рубашкой, а в этой баночке болотницы, высосавшие его. — Лин протянула баночку, в которой копошились зеленоватые неприятные твари, советнику.

— Но как такое возможно? — неверяще прошептала Анура. — Простые пиявки не могут полностью высосать яд черной мегалы, для этого нужна сильная магия.

— Вы правы, леди Анура, у вас богатые познания в целительстве, — поддела ее несдержавшаяся Лин и лицо Ануры стало почти такого же цвета что и платье. — Но как и все целители я обладаю достаточной магией чтобы помочь пиявкам, к тому же я наложила вытягивающую мазь. Она поможет вытащить остатки яда.

— Но как это можно было провернуть? — наконец спросил, молчавший до этого советник.

— Госполин Вертэн, я целитель, а не сыскарь, — развела руками Лин. — Все имеющиеся улики я вам предоставила.

— Хорошо, это все я сейчас заберу и пришлю к вам Рэма, он поможет перевести его светлость в покои.

Лин лишь кивнула. Сейчас она отчетливо ощущала магический поисковичок, нагло шарящий по целительской в поисках ее магии.

За несколько недель до отбора. Пустыные острова за Тиграйским морем.

— Матушка, — лисенком крутанулась вокруг матери Вайлин, ее зеленые раскосые глаза светились лукавством и озорством.

— Ну что ты еще задумала плутовка!? — ласково пожурила дочку баронесса Тенгри.

— Матушка, я тут слышала, что скоро отбор у князя северного архипелага, и знаешь что…? — хитро подмигнув баронессе спросила Вайлин.

— Мин Вайлин! — Возмутилась баронесса Тенгри, — Ты опять болтаешься по рынку как беспризорница? Ты дочь барона! А это тебе не шуточки, тебе замуж скоро выходить, отец с ног сбился подыскивая тебе жениха, а ты портишь свою репутацию! Вайлин, так нельзя, ты особенная и людям не так-то просто это принять. — Устало закончила баронесса.

— Матушка, — виновато начала Вайлин, — Так я об этом и хотела поговорить. Разве нашей семье помешает участие в отборе? Думаю нам будет на пользу, что меня пригласят на отбор в клан бурых волков.

— Что?! Вервольф! Вайлин только через мой труп! Не хватало мне еще здесь этих монстров! — Стукнув ладонью по столу припечатала мин Лиана.

— Но мама! — возмутилась Вайлин. — Я не собираюсь замуж за волка, я лишь хочу чтобы нам оказали честь пригласив на отбор. Это же сам князь! — подняла указательный пальчик в верх Вайлин. — И возможно тогда сыщется достойный жених.

Баронесса нахмурилась и довольно долго молчала и лишь подрагивающие кончики ее ушей выдавали мыслительную деятельность леди ЛианыТенгри.

— Хорошо, — сдалась леди Тенгри. — Я поговорю с отцом. Пусть напишет князю.

Вайлин бросилась на шею матери и смачно чмокнула ее в щеку. На самом деле ей просто хотелось досадить своей кузине, фа Кайори Аймин. Эта человечка обошла ее во всем. Она живет в столице, носит дорогие платья и украшенная и ей не нужно искать богатого жениха чтобы не пойти по миру. А если она, Вайлин, поедет на отбор, то уж точно обойдет свою кузину и жених богатый найдется, и мир посмотрит. Как ни крути, а она выигрывает во всем. И Вайлин коварно улыбнулась, пряча улыбку в душистых волосах матери, не зная какие испытания ее поджидают в северных краях архипелага.

Лин тяжело вздохнула, леди Кхаа по одной приводила девушек, а она оценивала их состояние, магию и душевное равновесие. Записывая все в кристалл, чтобы позже князь мог их просмотреть.

Первой зашла тихая и милая фа Кайори Аймин. У нее была магия воздуха третьего уровня. Здоровье отменное, были детские травмы, перелом ноги и ушиб бедра, скорее всего упала с лошади. А вот душевное состояние выражало смятение. Душа как будто рвалась на части.

Следующими были сестры Нарида и Мерида ван Лейс. Старшая обладала частичной магией воздуха и земли. Маг-середнячок, как назвала бы ее тетушка. Множественные травмы и переломы, имеются даже свежие. Душевное состояние — обида.

— Да уж, вздохнула Лин, — видимо не все здесь по своей воле.

Младшая же напротив совершенно здорова, только вот магии в ней крупицы, зато редкой — огненной. Душевное состояние выражало восторг.

Следующей вошла жизнерадостная и любопытная мин Вайлин Тенгри. Прежде чем лечь на кушетку она облазила все доступные ей полки и засунула свой любопытный носик во все горшки. И когда Лин наконец уговорила ее лечь на кушетку, и только хотела начать обследование, как девчонка выдала нечто выходящее из ряда вон.

— Госпожа целительница, а вы можете скрыть кое-какие дефекты моей внешности? — наивно спросила мин Вайлин.

— Что? — удивилась Лин. — Какие еще дефекты?

— Уши. Я хочу скрыть свои уши.

— Леди Вайлин. Мне жаль вас огорчать, но этого я сделать не могу. — нагло соврала Лин. Она могла, могла помочь скрыть уши и усилить силу ее оборота. — Мне запрещено помогать кандидаткам.

Мин Вайлин была здорова, магией не обладала, душевное состояние можно было описать как восторженное. После мин Вайлин в целительскую вошла та, которую Лин боялась до дрожи в коленях, леди Елена рен Валентайн.

В комнату вошла леди Елена, пшеничного цвета волосы сияли переливами бликов, медовые глаза откровенно изучали Лин.

Лин старалась не дать панике захватить себя, но колени предательски задрожали. И Лин предложила девушке начать. Леди Елена была здорова, ни травм ни ушибов не наблюдалось, в душе царило спокойствие и равновесие. Что весьма удивило Лин.

Уже на выходе леди Валентайн обернулась и спросила:

— Госпожа Целительница, могу я обратиться к вам вечером за каплями от мигрени? К вечеру я дико устаю, — глухо произнесла леди Елена и одарила Лин таким пронзительным взглядом, что та молча кивнула соглашаясь.

Если сказать, что Лин удивилась, то нет, не удивилась. Она ожидала чего-то подобного, ведь дочь лучшего артефактора королевства не обмануть работай ее же семьи. Вот только Лин не хотелось объяснятся с леди Еленой и открываться хоть кому-то. Ее жизнь и так не спокойна после того случая, семь лет назад. Отец барона до сих пор не простил ей исчезновения сына, хоть и было доказано, что Лин не имеет к этому отношения. Она проходила проверку в храме богини Правды на камне Истины. А барон все никак не успокоится. Вот и стала, после того случая в часовенке на границе, бановина Исалина лен Близер просто Лин Гризель, отказавшись от титула и имени родителей. Когда-то давно ее отец бан Тюдор Близер, владетель болотной области в восточном княжестве, прешел дорогу придворному магу Зенгеру тер Виллу тем, что выкрал и женился на Милене Гризель, нареченной того самого мага. Ее мать была сильным целителем, а отец был одним из темных магов, вот и смешалась в ней кровь древних. Но темный дар постепенно просыпается и с этим нужно что-то делать, иначе око Зенгера ее скоро засечет. Зенгер, светлый магистр королевства, очень могущественный и поговаривают будто он управляет королем, как марионеткой и если ее поймают, то все ее действия пойдут прахом. Ведь всем известно, что темные могут обмануть камень Истины, а Зенгер воспользуется этим чтобы отомстить за свой позор.

Но делать было нечего, раз так сложились обстоятельства, придется Лин из них извлечь максимум пользы.

До конца дня Лин не могла ни на чем сосредоточится, все ее мысли занимала предстоящая встреча с леди Еленой. Но после ужина кандидаток Елена Валентайн так и не пришла к Лин за каплями и ее это насторожило. Захватив капли Лин решила сама наведаться к той, которая могла в любой момент сдать ее Зенгеру. Пора было уже решить этот вопрос.

Лин еще издали увидела открытую настежь дверь и нехорошее предчувствие змеей скрутилось на сердце. Недолго думая Лин подхватила юбки и бросилась к двери, в комнате никого не было. Вещи были в идеальном порядке, слишком идеальном для только что прибывшей девушки, и лишь осколки разбитой вазы, на которые Лин нечаянно наступила, выделялись из общей картины. Быстро достав из кармана почтовый пенальчик, Лин нацарапала послание князю и дрожащей рукой отправила его, задумавшись, а правильно ли она поступила?

Глава 5

Анура стояла за колонной накинув на себя полог невидимости, но ближе подойти не решилась, зато слышала каждое слово.

— Демоны преисподней! — выругалась про себя Анура заметив на себе пристальный взгляд целительницы. Тихо ступая мягкой походкой она поспешила уйти. Что-то было не так в этой целительнице. У Ануры аж клыки сводило лишь от запаха этой девицы. Так и хотелось вцепиться ей в горло и почувствовать вкус горячей тягучей крови. Анура чуть слюной не захлебнулась от переизбытка чувств и эмоций. Жаль, что Владис запретил дуэли.

Когда Лин вышла из покоев леди Валентайн, почувствовала всплеск магии и посмотрела в сторону колонны. Там явно кто-то находился, но как бы ни силилась Лин что-либо рассмотреть, ничего не выходило, лишь браслет начал печь руку. Лин тряхнула рукой и пошла дальше. Ей это совсем не нравилось.

Анура быстро свернула в проход для слуг и сбросив полог невидимости шагнула на встречу Исалине в центральный коридор.

— Госпожа целительница, — язвительно растянула Анура и обогнула Лин по дуге. — Занятная у вас на руке вещица, — пропела она и схватила Лин за руку, на которой был браслет.

— Откуда вам знать, что это за вещица? — Лин резко вырвала свою руку из цепких пальцев Ануры.

— И в правду, откуда? Анура брезгливо отерла руки о платье. — Уезжайте госпожа целительница. Вам здесь не рады, — холодно произнесла рыжая оборотница.

— Не вы меня нанимали леди Анура, не вам меня и прогонять. — гордо подняв голову произнесла Лин.

— Ну раз дело только в этом… — скривила губы Анура в коварном оскале и пошла прочь.

А Лин застыла, как вкопанная боясь пошевелиться.

— Леди Анура открыто ей угрожала? А не может ли эта самая Анура быть причастной к пропаже леди Валентайн?… Да нет, — Отмахнулась Лин от своих мыслей. — Леди Анура хоть и неприятная личность, но ей незачем исчезновение леди Елены.

Такие мысли бродили в голове Лин пока она не уперлась во что-то твердое, пахнущее кожей и сандаловым маслом.

— Я вам не мешаю? — устало и слегка небрежно поинтересовался мужской голос, и Лин торопливо вскинула голову, уставившись в теплые карие глаза.

Задумчивое лицо, аккуратно выбритые виски и тяжелая коса, шоколадного оттенка. Простой кожаный плащ, подбитый мехом, мокрые сапоги… скорее всего гонец или один из охранников его светлости. Хотя нет, на гонца мало похож, лицо более суровое, да и в таких шапках они не ходят. Значит, все-таки воин… а может, кто-то из свиты князя, неважно.

— Простите, я просто задумалась, — торопливо начала Лин, отходя подальше от притягательного незнакомца.

— Зачем же так спешить? Лучше расскажите мне как найти Владиса, я бан Лидов лен Крат, из клана черных волков. — С едва уловимой насмешкой вежливо спросил незнакомец, нагло рассматривая Лин.

«— Странный какой-то этот Лидов лен Крат», — подумала Лин, но вслух произнесла — прямо по коридору и вы встретите его светлость.

— Благодарю, — поклонился Лидов. И обошел Лин ища свою цель.

Владис только и смог, что усилием воли заставить себя отлепиться от косяка и тут тяжелая ладонь его лучшего друга камнем легла ему на плечо.

— Ну здравствуй, бурый князь! — радостно произнес подошедший. Его ищейки обошли всю комнату и пришли к неутешительному выводу, что дочь артефактора похитили. Через призму Нимбуса были видны мельчайшие детали борьбы, которую искусно попытались скрыть магией.

— Ну что тут у тебя твориться? — Усмехнулся Лидов, — Что, не можешь справится с гаремом? — пошутил бан.

— И это тоже, друг мой, — нахмурился и стиснул зубы Влалис. — Пойдем в мой кабинет, там уже все готово к твоему приезду и все тебе расскажу, и надеюсь на твою ощутимую помощь.

— А пока мы идем, — начал Лидов, — давай поговорим о приятном. Что за девушка у тебя тут обитает? — улыбаясь спросил Лидов.

— Поконкретнее друг мой, усмехнулся Владис, — Как видишь, у меня их много. — И он обвел замок рукой.

— Ну в этом ты сам виноват, пора найти свою пару уже давно. Ну а девушка, такая темненькая с синими глазами и приятным ароматом первоцветов. — Мечтательно протянул Лидов.

— Ах эта, это целительница с запада, Исалина Гризель.

— Леди? Любопытно поинтересовался Лидов.

— Леди… — Не хотя протянул Владис.

— Надеюсь ты не будешь против Если я поохрчусь на твоей территории? Серьезно спросил Лидов.

— Нет, охоться, только о деле не забывай. — Буркнул Владис, задумавшись на миг.

Дойдя до своих покоев Лин стало не хорошо, сбилось дыхание и стали подкашиваться ноги. «— Как у меня могут быть признаки магического истощения, если я полна почти до краев?» — думала Лин, прислушиваясь к себе. Но так и было на самом деле, учащенный пульс, рваное дыхание, как-будто сердце билось прямо в горле и дикая слабость. К ужину Лин так и не спустилась. Еле добравшись до своих личных запасов Лин выпила востанавливающую настойку боярышника и легла, незаметно провалившись в сон. В котором ей снился Владис, уставший и осунувшийся.

— Владис, тебе не кажется странным, что ты, со своим острым слухом, мог пропустить стрелу? И, точно ли ты уверен в том, что это было покушение на тебя? Может ты подумаешь и вспомнишь кому ты так испортил жизнь, что тот безумец пошел на такое.

— Знаешь Лидов, я перебрал в голове всех, кого хоть немного обидел или оскорбил. Но, того, кто мог бы так близко ко мне подобраться нет. Если только его величество, но и у него хватает мозгов меня не трогать, ему сейчас выгоднее сюда подослать одну из шпионок, что кстати он и сделал. Да вот только не она это все устроила, письма эти сгорающие, надписи кровавые. — Владис устало откинулся на спинку стула. Прав его друг, пора ему уже найти свою пару.

— Так может это кто-то из своих, из местных банов и баронов, которым не выгодно, что в фаворитках у тебя нет ни одной девицы из клана? — спустя какое-то время спросил мрачный Лидов. Ему совсем не нравилась ситуация в княжестве. На обширной северной территории жило три клана и если черные не стремились к княжескому трону, то белые вплоне. Они в открытую демонстрировали свое недовольство сея смуту. Так может и это все, дело рук бана эль Тарика или барона фон Легри?

— Думаешь эль Тарик? Но ведь его дочь Альма, была замужем за моим отцом и ктому же он уже давно мог вызвать меня бой. — Возразил Владис.

— Владис, с каких пор ты стал так непроходимо глуп? — врзмутмлся Лидов. — Твой разум затуманен и это точно не от проклятия. Эль Тарик не может вызвать тебя на бой, ты же не можешь нормально обращаться? Друг мой, что же с тобой происходит. — участливо спросил Лидов уже уснувшего Владиса.

Долив себе в бокал горячего вина, разогретого с гвоздикой и палочками корицы, Лидов вспомнил синеглазую целительницу. Диво, как хороша человеческая магиня. Глаза словно омуты, так хочется окунуться в них к бесам. Волосы мягкие, как иренийский шелк, Лидов украдкой успел их коснуться, когда головка целительницы уперлась ему в грудь. Губы, как изгибы лепестков роз, так и хотелось впиться в них страсным поцелуем оставляя свою метку. Хотя может так и будет. И блуждающая улыбка появилась на лице Лидова, когда он стал припоминать ладные изгибы тела девушки.

Следов леди Елены Валентайн так и не нашли.

Лидов и Вертэн искали всю ночь, обошли весь замок вдоль и поперек, но ни следов, ни самой девушки так и не нашли. Владис рвал и метал по мери своих сил. Он давно уже должен был поправиться, яда в организме точно не было, но слабость и легкое помутнение никак не проходили. И Анура еще постоянно твердит, подливая масла в огонь, что это вина госпожи целительницы и она совсем ничего не понимает, да и зелье наверное дала неправильное.

Владис сидел на высеченной каменной скамье и наблюдал за тем, как медленно падает снег, искрящийся в теплых лучах дневного солнца. Сегодня ему придется написать лорду Валентайну о пропаже его дочери. Еще это как-то нужно представить на вечернем балу кандидаток. От неприятных мыслей его отвлекло легкое похрустывание снега.

Его невестка наконец-то решила прогуляться. Владис улыбнулся. Кейлана была лучшим, что случилось с кланом за последние три года.

Кейлана лен Фризар, не была ни хорошим магом ни оборотнем. Она была обычным человеком из обедневшего но знатного рода, жившего на территории клана бурых волков. Вертен лен Тирр встретил ее на народном гулянии в честь Пресветлой и забрал ее сердце с собой навсегда.

— Здравствуй, Владис, — поприветствовала деверя Кей.

Они всегда были в хороших отношениях. Владис часто заступался за нее перед старым князем, когда Вертэна не было рядом. Теперь между ней и Владисом была крепкая нерушимая связь из дружбы и уважения.

— Здравствуй, сестричка, — устало улыбнулся Владис. — Как самочувствие? — не упустил он момента поинтересоваться состоянием будущего вожака клана.

— Лучше, — улыбнулась ему Кей, — Чего не скажешь о тебе. — И Кей свободно села рядом с Владисом.

— Кей, ты же знаешь, что пропала одна из важных претенденток на роль моей фаворитки, а я даже не могу нормально двигаться или говорить, не то чтобы пообщаться хоть с одной из них, тем более, что сегодня бал кандидаток. А еще нужно отыскать хоть какую-то, хоть малейшую зацепку, где искать леди Елену. Ни Вертэн, ни Лидов ничего не нашли. — уныло произнес Владис, его голос был полон отчаяния и тихой злобы на самого себя.

— Знаешь, Владис, — после довольно продолжительного молчания, произнесла Кейлана. — Не мне давать советы князю, но все же. Будь я на твоем месте, меньше слушала свое внутреннее «я» и обратилась уже к нормальному целителю. Перестань противиться и откажись уже от этих предрассудков. Целители приносят клятву Пресветлой ни кому не вредить умышленно, только если им не угрожает опасность исходящая от исцеляемых. Так что, обратись-ка ты к госпоже Исалине еще разок и спроси о твоих недомоганиях, — Кейлана ласково погладила деверя по плечу, заставив Владиса задуматься и переосмыслить все происходящее, глядя на себя под другим углом. Каким же он почувствовал себя идиотом!

Тем временем среди кандидаток разгорались нешуточные страсти.

Сестры ван Лейс пали жертвами неизвестного, подсыпавшего девушкам в чай траву якшу, по запаху не отличавшуюся от мяты, но отличавшуюся по цвету, имевшую красноватую листву, а в чае ее лего было незаметить.

— Госпожа целительница, — ныла Нарида, расчесывая до крови кожу на руках. — Можно ли что-то сделать с этими отвратительными зудящими пятнами?

На темной коже девушек пятна от якши отчетливо выделялись светло-желтым оттенком с назревающим гнойником.

— Сегодня бал кандидаток и нам с сестрой хотелось бы попасть на него. — скромно проговорила Мерида ван Лейс, легкими поглаживающими движениями проводя по вздувшейся коже.

Лин было жаль девушек, но в данной ситуации она ни чем не могла им помочь.

— Леди, сожалею, но якша коварная трава, и никакие противоядия ее не берут. Яд сам выйдет через кожу, но расчесывать я бы не советовала, останутся глубокие шрамы, как после серой оспы. Я сделаю вам припарки, они помогут снять зуд.

— Но как же бал? — расстроенно пролепетала Нарида и взглянула на сестру полными слез глазами.

— Нари, это не последний твой бал, лучше озаботься своим здоровьем, ведь князь вряд ли станет танцевать с больной. — Немного резко ответила сестре хмурая Мерида. — Благодарю вас, госпожа целительница. — Вежливо поблагодарила Лин Мерида и схватив сестру за руку поспешила уйти.

Девушки ушли из целительской весьма подавленные и Лин устало вздохнула. Сколько же их еще таких тут будет?

Ее раздумья прервал тихий стук в дверь и в целительскую вошел Лидов лен Карт. Мужественный, красивый, уже не в дорожном тулупе и мокрых сапогах, а в черном шерстяном колете, с серебристой вышивкой на рукавах и карманах. Вот только его волосы остались неизменно собраны в идеальную косу, открывая бритые виски.

— Добрый день госпожа Гризель, — поприветствовал Лидов Лин, вальяжно пройдясь по целительскому крылу, заложа руки за спину.

— Рада снова приветствовать вас лод лен Карт, — ровно произнесла Лин стараясь не смотреть на Лидова, он смущал ее одним своим присутствием, заставляя чувствовать то, что она старалась запереть внутри.

— Надеюсь я не слишком вас отвлеку от ваших дел приглашением на сегодняшний вечер? Спросил Лидов и лукаво взглянул на Лин.

Лин удивленно вскинула глаза на улыбающегося лорда лен Карта.

— Это ведь бал кандидаток, на сколько я помню, — с трудом отвела она взгляд от этих мягких карих глаз, обещавших тепло и ласку. — Так что, не думаю, что мне дозволено будет туда пойти. Как можно суше постаралась ответить Лин.

«— Ох Пресветлая, да что же со мной твориться?» — Думала, порядком уставшая Исалина.

— Я так и думал, что именно этими словами вы и ответите, госпожа Гризель, поэтому принес вот это, — и он протянул Лин синий плотный конверт, в котором красовалось атласное приглашение на бал. — Думаю, что после этого я заслужил первый танец? Хитро улыбнулся Лидов.

«— Хорошего пинка ты заслужила не танец!» — разозлилась Лин, но вместо этого благодарно улыбнулась в ответ лорду лен Карту.

— Думаю мне и правда не повредит немного развеяться. — Хотя меньше всего Лин хотелось сейчас танцевать и веселиться, когда непонятно кто, свободно орудует в замке, травит и похищает невинных девушек.

— Я зайду за вами в восемь. — Галантно откланялся Лидов, а Лин лишь устало закатила глаза.

— Очередная бессонная ночь. — подумала Лин, направляясь к себе, на такой случай у нее было лишь одно мало-мальски приличное платье. Неприятного болотного цвета, которое приятно облегало гибкое и стройное тело Лин. Фасон платья немного вышел из моды, ведь сейчас было модно носить платья ярких оттенков из бархата или шелка, с открытыми плечами и декольте. Лин не любила всю эту показуху, тем более, что у нее и показывать то было нечего, фигура была хоть и стройная, но формами вовсе не обладала, что бы носить подобные платья. Да и на балы их с тетушкой редко звали.

Платье Лин было практически закрытым, неглубокий вырез горловины украшала оригинальная вышивка стеклярусом из циркона, чуть удлиненные рукава-крылышки, из тонкого кружева, прикрывали плечи и часть предплечья Лин. К платью шли шелковые перчатки в тон, имеющие уже несколько заметных зацепок и туфельки со стоптанными каблучками. Лин досадливо поморщилась видя свой скудный наряд. Это платье принадлежало когда-то ее матери, поэтому и было таким поношенным, но другого ничего не было, да и правдоподобного повода для отказа не нашлось.

В назначенное время Лидов лен Карт покорно ждал свою спутницу на галереи, лестницы которой вели в зал, где уже во всю звучали смех и легкая музыка.

Лин глубоко вздохнула, видя могучую спину мужчины, затянутую в черный парадный камзол, который так настойчиво ее приглашал.

— Госпожа Исалина, — обернулся он, по мере ее приближения, — Разрешите предложить вам руку, — учтиво предложил Лидов, и изумленно застыл, обнаружив, что девушка несчастно моргает так, словно вот-вот заплачет. — Что с вами?

— Лорд лен Карт, — Лин присела в полупоклоне и расстроенно залепетала: — мне неловко вам напоминать, но я всего лишь целительница и вам не положено предлагать мне руку.

— Да?! — скривился Лидов, от такой наглой попытки избавиться от него. — Но тут нет никого, кто бы осмелился мне это запретить. Поэтому давайте вашу ручку и идем танцевать, помниться вы мне обещали первый танец. И ловко ухватив Лин за руку Лидов стал спускаться в зал.

Слуги, суетившиеся возле столов и искоса наблюдавшие эту сцену, тайком переглянулись, похоже, бедная госпожа целительница здорово влипла с этой работой. А заметив, как нахмурился князь при виде этой пары, начали ее почти жалеть, хотя и не могли понять, что мог найти неприступный сердцеед, Лидов лен Карт, в этой бледной, как моль, простушке.

Глава 6

Первый танец, как и обещала, Лин станцевала с лордом лен Картом. Хотя ей во время танца казалось, что ее просто буравят тысячи глаз, настолько непозволительно близко прижимал ее к себе лен Карт.

Князь Владис по очереди станцевал с девушками, которым удалось невредимыми попасть на бал, мин Вайлин и фа Кайори, были великолепны и изысканы, как всегда. Если фа Кайори держала себя с достоинством королевы и все ее движения были плавны и легки, то мин Вайлин вела себя более энергичнее, старалась вовлечь Владиса в разговор, шутила и кокетничала, чем изрядно вывела из себя статс-даму леди Кхаа и не только ее…

Анура была готова прямо сейчас наброситься на эту выскочку из Тегрейя, как она смела прикасаться к ее князю, оставлять на нем мерзкий лисий запах. От злости Анура даже переломила костяной веер и решительно прикинула зал, не в силах более наблюдать весь этот кошмар…

Фа Кайори Аймин подошла к столикам заполненным разнообразными закусками и напитками, ее прекрасный наряд был безупречен во всем, традиционное платье-ханьфу состоявшее из нижней рубашки — ципао, бледно-розового цвета и верхнего платья — ханьфу лилового цвета с широкими рукавами и поясом, украшенным самоцветами в тон рубашке и верхнему платью. Загнутые носки ее туфель были так же были украшены розовыми аметистами, а тяжелую прическу удерживали тонкие шпильки — цзань, в виде маленьких вееров, украшенных самоцветами.

Такие шпильки и не только их, делали удивительные мастера — ришты, от части маги воздуха, как и сама фа Кайори, от части волшебники. Потому что не возможно создавать такие удивительно прекрасные вещи лишь с только руками с помощью магии.

— Здравствуй Кайори! — Приторно-ласковым тоном поздоровалась с адмиральской дочкой подошедшая мин Вайлин Тенгри.

— Мин Вайлин, — сухо проронила Кайори, даже не повернув голову в сторону остроухой собеседницы.

Мин Вайлин лишь ухмыльнулась. Подобное пренебрежение родственницы для нее не новость и было ей на руку. Она лишь хотела вывести из себя всегда уравновешенную и спокойную Кайори Аймин и показать всем ее истинное лицо, прячущееся за маской приличия.

— Я знаю зачем ты здесь, Кайори, — протянула Вайлин, сделав ударение на ее имени.

Кайори напряглась услышав это заявление, от хитрой пройдохи и медленно повернулась в сторону улыбающейся девушки.

— Я здесь за тем же, зачем и ты, — невозмутимо произнесла Кайори, хотя в ее душе уже проросло зерно подозрения.

— Сомневаюсь, — хихикнула Вайлин и упорхнула танцевать с очередным партнером.

А Кайори так и осталась стоять сжимая от негодования бокал с напитком.

— Что еще задумала эта вертихвостка? — Сосредоточенно следя за нерадивой родственницей думала Кайори.

— Нашли! — ворвался в зал молоденький воин, с которого падал мокрый снег, оставляя прозрачные лужицы на паркете. Все, как по команде, обернулись в его сторону. Бедняга наверное проглотил язык, не зная куда себя деть от стольких напряженных взглядов, направленных в его сторону.

Лидов вежливо извинился перед Лин и подошел к воину, который с жаром что-то зашептал ему, при этом активно жестикулируя руками. Лидов хмурился все больше и наконец кивнул парню отпуская его. Быстрым шагом лен Карт направился к князю Вэйтхэма и добрую минуту держал всех в напряжении.

Князь кивнул и объявил:

— Дорогие гости, прошу вас, продолжайте веселье, мне нужно отлучиться по важному делу, но я скоро вернусь. Владис обворожительно всем улыбнулся и откланялся. По залу прокатился гул шепотков, всем было интересно, что же могло заставить Владиса лен Тирра покинуть бал собственных кандидаток.

Тем временем Лидов активно продвигался к Лин и легко подхватив ее под локоток повел из зала догоняя Владиса.

— Ваша светлость, что случилось? — Взволнованно спросила Лин князя, поровнявшись с ним.

— Нашли леди Елену Валентайн. — Холодно произнес он, все еще обиженный поведением этой целительницы. Хотя и не понимал причин, по которым имел на это право, сейчас он чувствовал себя как в детстве, когда отец привозил сладкие подарки из столицы и лучшие из них доставались Вертэну.

Леди Валентайн уже внесли и уложили на целительскую кушетку. Тело девушки лежало неподвижно, голова металась из стороны в сторону, а леди Валентайн убийственным голосом просила пить, пить…

— Выйдите все, — бросила на ходу Лин, пробираясь через толпу дозорных к умывальнику. Наскоро намылив руки и ополоснув Лин надела целительский фартук, нарукавник и марлевую повязку, чтобы хоть как-то скрыть запах гниющей плоти. Эти симптомы ей были знакомы и не сулили ничего хорошего, но чтобы удостовериться до крнца Лин дала леди Елене кисловатый отвар шиповника.

Елена, трясущимися руками хватает кружку и делает большой глоток. Ей кажется, что она выздоровеет, если удовлетворить её желание, но её желание не принесло облегчения, ибо всё, что выпила Елена, сейчас же выбрасывается. А сердце начинает бешенный скачь, становится всё чаще и чаще. Ритм ее сердца то приподнимается, наполняется, то становится еле ощутимым. Выявляется ясный перебой, сопровождаемый недостатком воздуха и метанием по кушетке. Ее руки очень потливы и холодны и только часть их согрета, та которая лежит на грелках, аккуратно подложенных ей молодой целительницей с браслетом ее деда. Остальные части рук холодные, мокрые, безжизненные, лежат вдоль тела. Наконец и рвота утихает.

Лин видела такое однажды, когда только приехала к тетушке, тогда проклятого спасти не удалось, потому что не хватило магии.

Тусклое выражение глаз леди Валентайн становится настойчивым, появляется сопорозное состояние и временные видения, слишком хриплое дыхание, временами чередующееся с глубокими вздохами и вздрагиваниями всего тела. Лин быстро смешивает ингредиенты, чтобы дать себе отсрочку для приготовления более сложного зелья. Вывести эту дрянь из организма леди Валентайн будет сложно, но хорошо, что магия Лин бьет через край, ее должно хватить на зелье против гнойного эльвиата, зачарованного на разложение тела.

— И у кого только ума хватило сварить эту дрянь! — в сердцах ругалась Лин, снимая с огня готовое зелье.

Добавив немного магии и остудив, Лин стала по чайной ложечке вливать зелье больной, придерживая ее за голову. Оно должно восстановить разложившуюся ткань и дать возможность магии срастить каждый сосуд, каждую мышцу, восстановить поврежденные органы. Лин все яснее понимала одно, она не спустит это дело на самотек, ни кто не имеет права так жестоко убивать людей, обрушив на них немыслимые страдания и если бы ее, Лин, не оказалось здесь, леди Валентайн скончалась бы в страшных мучениях.

Через какое-то время в целительскую постучались и валившаяся с ног Лин еле добрела до двери, чтобы открыть ее. Ей впереди предстояла еще целая ночь дежурства у постели леди Елены.

— Госпожа целительница, вам записка от леди Нариды ван Лейс. — быстро отчиталась перед Лин горничная, протягивая сложенный листок.

Пробежав по нему глазами Лин быстро схватила свой кошель с зельями и понеслась дальше по коридору, в покои младшей из ван Лейсов. Оказалось, что у бедняжки горячка.

— Ох тетушка, как же мне сейчас тебя нехватает, — думала Лин упорно стуча в покои леди Нариды. Но ни горничная, ни сама Нарида не спешили ее впускать.

— Пресветлая помоги мне! — с этими словами Лин с силой толкнула дверь, как бы странно это не было, но дверь легко поддалась, будто-бы и не была заперта. В покоях Нариды царил полумрак и Лин войдя в покои осталась стоять на месте, чтобы глаза привыкли к темноте.

— Леди Нарида, — позвола Лин младшую из ван Лейсов, — Это Исалина Гризель, целительница, вы посылали за мной. Но ответом Лин была лишь тишина. Тогда она зажгла магический огонек на ладони и осветила гостиную, в которую попала, все было чинно и в порядке, лишь за канапе, стоявшем у окна, виднелся кусочек платья горничной и Лин рискнула проверить что там.

Горничная лежала неподвижно, бледная кожа, из под которой пробивались синюшные вены добавляла обреченности, а потускневшие глаза смотрели куда-то в глубину души. Лин передернула плечами рт увиденного и бегом выскочила из покоев Нариды ван Лейс, это было уже слишком, сначала пропажа леди Елены, теперь убийство горничной. Лин быстро отправила пенал с донесением князю. Как бы ей не хотелось прерывать бал, но видимо сделать это придется.

Через несколько минут, князь Владис, в сопровождении лорда Вертэн и лорда лен Карт уже осматривали труп горничной сестер ван Лейс, а господа из службы дознания замка искали следы преступления, самой леди ван Лейс в ее покоях не оказалось, что наводило на более ужасные мысли.

— Госпожа целительница, вам не кажется, что вы слишком часто стали появляться на местах преступления? Серьезным тоном спросил князь Лин и окатил ее таким презрительным взглядом, что Лин чуть не задохнулась от негодования.

— Ваша светлость, позвольте узнать вы меня сейчас в чем-то конкретном обвнияете? Сжав руки в кулаки, чтобы не выдать свой гнев, поинтересовалась Лин, гордо задрав подбородок. Она честный целитель, хоть ей и было что скрывать, но к исчезновениям девушек она точно не причастна.

— Госпожа Исалина, вас никто пока ни в чем не обвиняет, — вступился за Лин Вертэн. — Просто это все выглядит довольно странно, вы действительно уже второй раз оказываетесь на месте преступления, и если в первом случае вам нашлось оправдание, то что вы скажите теперь? — Лорд Вертэн вроде бы и говорил спокойно, но именно это его спокойствие и напугало Лин до дрожи в коленях. Было в нем что-то такое, звериное что ли.

— Мне горничная принесла записку от леди Нариды, ей стало хуже после отравления, началась горячка и взяв нужный инвентарь я пришла сюда, но нашла только эту девушку, уже отошедшей к Пресветлой и сразу сообщила об этом вам. — Оправдывалась Лин.

— Покажите мне записку, — потребовал Вертэн.

И Лин запустила руку в потайной кармашек платья с ужасом осознав, что в кармане кроме пепла ничего нет.

— Что с вами, госпожа Исалина? — встревоженно спросил Лидов лен Карт видя как вытягивается и бледнеет изумленное личико целительницы.

А тем временем, Лин дрожащей рукой вынула из кармана горстку того самого пепла.

— Ну так что, госпажа Исалина, — продолжал язвить Владис, — Где же ваша «оправдательная» записочка? — Он просто прожигал девчонку своим взглядом. И как он толко мог так ошибиться в ней, сравнить ее с той, милой и беззащитной девушкой в храме, а всему виной один только запах первоцветов. Будь он неладен! Владис фыркнул и отвернулся от Лин и стоящего рядом с ней Лидова.

— Владис! Прекрати издеваться над девушкой, мы еще ее ни в чем не обвиняем! — Попросил Лидов друга, при этом глядя на Лин успокаивающим взглядом.

— И давно это у вас с ней? — рявкнул взбешенный поведением друга Владис. — Видимо уже достаточно одного танца?! Да!? — Владис окончательно вышел из себя, его глаза полыхали огнем, особенно в полу-мраке комнаты, ногти на пальцах удлинились, превращаясь в острые когти.

— Да что с тобой такое? — Удивился Лидов. Он не понимал почему его друг разъярен и вот вот набросится на них. — Вертэн, уведи его отсюда, пока нам всем не досталось. А мы с госпожой постараемся разобраться была ли записка на самом деле.

Вертен быстро успокоил брата, но уходить князь отказался, просто плюхнулся в одно из кресел и наблюдал за импровизированным допросом. Артефакт, который Вертэн тайком сунул в руки Владису упорно оставался холодным, пока эта провинциальная целительница отвечала на вопросы и лишь однажды он потеплел, когда Вертэн спросил о ее магии, но и это расценивать как ложь можно было с большой натяжкой. В итоге целительницу отпустили, когда солнце уже взошло над горами и ему, Владису, еще предстоит перед ней извиниться. Ох, как же он это все не любит, и как это все не кстати. А еще нужно найти убийцу горничной и саму леди Нариду. И поспать бы, хоть часок.

Лин так устала за последнее время, особенно вчерашняя ночь вытянула из нее последние силы. Этот неприятный допрос и горящие презрением глаза князя. — Ох Пресветлая! И почему я все чаще вспоминаю тот страшный день в храме и того монстра, то ли спасшего меня, то ли отбившего для себя? — Лин прикрыла глаза приостановилась вдыхая свежий обжигающий от мороза горный воздух. Как же он хорош, освежает память и бодрит тело, а когда открыла заметила странную картинку: девушка в меховой пелерине с глубоким, скрывающим лицо капюшоне, медленно брела по одной из тех очищенных тропинок парка, по которым ходят только садовники да влюбленные, что-то высматривая под голыми деревьями. А потом и вовсе свернула с тропки и решительно полезла в колючие кусты.

Это так заинтересовало Лин, что она постаралась повторить те неслышные шаги охотника, которым когда-то в детстве ее обучал егерь ее отца. Лин осторожно направилась в сторону девушки, стараясь держаться поближе к густым кустам, обрамляющим аллею. Ее серое платье и коричневое пальто не особо были заметны среди них, намереваясь в случае необходимости нырнуть в густое сплетение покрытых молодыми, не боящихся мороза, листочками ветвей северной акации, начинающей оживать, когда сходят сильные морозы. Допустить, чтоб девушка заметила слежку, Лин не желала и поэтому пригибалась ниже не обращая внимая на цепляющиеся колючки.

Но тут девушка вернулась на тропу и торопливо направилась к замку. Да что там торопилась, почти бежала по направлению к нему, и это было очень подозрительно. И очень интересно.

Лин, как ищейка, ринулась к кустам, из которых вылезла девушка, остановилась на маленькой лужайке, огляделась. Чего или кого она тут искала и почему теперь несется как оглашенная?

Однако ничего интересного или подозрительного на полянке не нашлось, молодая травка, пробивающаяся сквозь снег, несколько ничем не примечательных кустиков да одинокий пень в тени зеленеющей акации… Может, она рвала акацию? Лин окинул придирчивым взглядом ухоженный куст, но не заметила ни одной обломанной ветки. Да и не помнилось, чтоб девушка что-то уносила отсюда в руках. Это было очень странно, а все странное может быть смертельно опасным, в этом Исалина уже успела убедиться лично, и потому оно требует особого внимания! И если раньше, в первые дни приезда в Вэйтхэм, Лин забыла бы о странной девице в манто из белой лисицы, то теперь она намеревался заняться выяснением этого вопроса, как только разберется со своими проблемами.

Тем более что, пройдя несколько шагов по направлению к дому, Лин совершенно случайно обнаружила еще более странный предмет. Оборванный венчик первоцвета маленьким солнышком лежал на краю тропы. А чуть поодаль еще один, и еще. Зачем кому-то понадобился стебель первоцвета? Это конечно еще не яд, но небольшой вред, в виде неприятных прыщей, нанести способен.

— Ничего, — подумала Лин, — Скоро мы узнаем, кто же эта незнакомка. И поспешила в замок, ей предстояло еще проведать леди Валентайн.

На встречу Лин шел бан лен Крафт. Его теплой улыбкой, которая появилась у него при виде целительницы, можно было растопить лед.

— Какая встреча, госпожа целительница! Очень рад, что встретил вас здесь! Я надеюсь вы составите мне компанию, я собирался немного прогуляться и заглянуть к гильтерам? — и он хитро подмигнул ей.

Лин замялась, ей хотелось очень хотелось отсрочить момент встречи с Еленой Валентайн, но еще больше ей хотелось снова увидеть удивительных мохнатых зверей, которые привезли их с тетушкой сюда. В связи с последними событиями она так и не смогла спокойно отдохнуть, теперь ее еще и в этих преступлениях подозревают. Лин так хотелось хоть пол дня провести в тишине и спокойствии, отвыкла она уже от таких шальных забегов. Так почему бы и не прогуляться?

Но с другой стороны, ей очень не хотелось гулять в компании Лидова. Лин настораживала та настойчивость с которой он ее то ли опекал, то ли ухаживал. Слишком уж это похоже на прошлое.

Лин передернула плечами от воспоминай и постаралась легко улыбнуться лен Карту, прогоняя картинки прошлого.

— Пожалуй я еще немного задержусь, и прогуляюсь с вами к гильтерам.

— Ну что там Вертэн? — Наблюдая за идущей парочкой рявкнул Владис на вошедшего брата. Он еле сдерживал свое раздражение и никак не мог понять что раздражает его больше поведение целительницы или наглость друга.

Вертэн лишь покачал головой, он уже привык к вспышкам гнева своего брата и даже не пытался найти первопричину. Для Владиса все это было тяжелым испытанием. Вертэн даже представлять не хотел что чувствует его брат.

— Старшую ван Лейс нашли. В Змеином ущелье, не знаю, как она оказалась так далеко от замка. — Вертэн покачал головой. — Ее везут же везут сюда. Леди Нарида сильно пострадала, много ранений, обморожения конечностей. Надеюсь успеют довезти. — Вертэн тяжело вздохнул.

— Целительницу предупредили?

— Уже послали за ней.

Владис криво усмехнулся.

— Вертэн, знаешь, я уже подумываю отменить этот демонов отбор, — он развернулся лицом к брату, как только увидел, что целительница и его друг скрылись с глаз. — Невинные девушки продолжают страдать, а я ничего не могу сделать.

Он устало опустился в кресло и запустил в волосы руки.

— Это плохая идея и ты знаешь об этом. — Нахмурился Вертэн. — И вот еще что, я согласен с Кей, попроси госпожу Гризель посмотреть тебя.

Вертэн уже приготовился к отповеди, катая на языке убеждающие доводы, но брат упорно хранил молчание. Потом медленно встал и молча кивнул.

— Так ты согласен? — Все еще неверяще спросил Вертэн.

— Да, сегодня же зайду, как только разберутся с девушками.

— Э нет, дорогой братец, сейчас, а то потом еще что-нибудь произойдет и ты передумаешь! Я сейчас же пошлю за госпожой Гризель. Тем более девушек еще не привезли. — И Вертэн бегом выскочил из кабинета.

Лин брела по очищенным от снега дорожкам и в пол уха слушала рассказы Лидова об устройсте и жизни их баната.

— Госпожа целительница, по моему вы меня совсем не слушаете. — Притворно оскорбился Лидов, но его выдавали веселые смешинки в глазах и Лин невольно улыбнулась.

— Вы правы, я вас не слушаю и мне нет прощенья. — Лин послала лен Карту извиняющуюся улыбку.

— Я уже все способы использовал, что были в моем арсенале, чтобы привлечь ваше внимание, госпожа целительница. — Лидов нежно взял затянутую в тонкую, немного потрепанную перчатку ручку Лин. — Позвольте называть вас Исалиной. И он коснулся губами руки Лин.

Лин вздрогнула и насторожились, но поспешила скрыть это за улыбкой, правда неуверенной улыбкой. Все точно так же начиналось тогда, в далеком прошлом.

— Госпожа целительница, — окликнула Лин служанка, прерывая неприятный момент, — Вас вызывает господин Вертэн. Срочно. И исподтишка бросила укоризненный взгляд в сторону лен Карта.

Лин резче чем следовало бы, высвободила свою руку и не попрощавшись поспешила к ждущей ее служанке.

— Горячая штучка! — облизывая губы, коснувшиеся перчатки целительницы, проговорил Лидов провожая целительницу. — Ах госпожа целительница, я тоже люблю поиграть! — плотоядно усмехнулся Лидов.

Глава 7

Лин входила в целительскую с тяжелым сердцем, предчувствие плохого не отпускало, а казалось даже нагнетало с убойной силой.

— Я вижу, вы не скучаете, госпожа целительница, — опускаясь в кресло рядом со смотровой кушеткой, с едва заметным сарказмом отметил Владис мазнув взглядом по бледным губам, аккуратной прическе и опрятному старомодному платью без единой мятой складки. Владис удовлетворенно выдохнул.

Лин на мгновение застыла на месте, здесь ее должен был ждать Вертэн, а оказался сам Снежный Лорд.

— Я не понимаю вас. — Лин наконец вышла из ступора и нахмурилась. — Что-то случилось? — спросила она, бегло осматривая своего нанимателя и мечтая о том, чтобы тетушка наконец-то ответила на письмо.

Владис и сам не понимал, что с ним творится, неужели это все из-за родительского проклятия? Лен Тирр усмехнулся — вот сейчас все и прояснится. Он удобнее устроился в кресле и холодно взглянул на споласкивающую руки целительницу, и снова в его душе заворочалось какое-то чувство. Вот только какое? Презрение? Ревность? Или что-то еще…

Владис слегка замялся, но все же нашел в себе силы заговорить:

— Госпожа целительница, — медленно начал Владис, — Я уже несколько лет не имею возможности полного оборота, точнее раньше мог, но постепенно удерживать второй облик становилось все труднее. Теперь даже этой возможности нет. — Лен Тирр устало вздохнул и прикрыл глаза, а Лин почему-то стало жаль этого невыносимого лорда. — Я бы хотел, чтобы вы посмотрели, может есть возможность что-то исправить? Владис говорил без огонька, будто надежды уже нет, и сердце Лин сжалось. Видимо она уже не первая, кто будет проверять наличие проклятия.

— Закройте глаза, — мягко попросила Лин и когда просьба была исполнена, она расстегнула браслет. Магия хлынула потоком с ее ладоней окутывая Северного Лорда мерцающим коконом. Лин мельком отметила что темных всполохов стало больше, поэтому следует меньше магичить на полную, если она не хочет попасть в поле зрения Ока Зенгера.

Владис прикрыл глаза, но вот уши его закрыть не просили и он отчетливо услышал щелчок снимаемого браслета. Его заинтересовал этот звук, что же там делает его целительница, но глаза открыть не решился. А потом он почувствовал тепло, оно будто бы проникало под кожу и растекалось по венам.

— Можете открывать, — Лин щелкнула браслетом, — Чисто с физиологической стороны, на вас не лежит проклятие. — Ровно заговорила Лин и Владис, в тайне надеявшийся на чудо, сжал кулаки и встал. — Сядьте, я еще не закончила. — Строго произнесла Лин. — Я зайду с другой стороны, ведь, что-то же блокирует ваш оборот и к тому же, есть не большое магическое воздействие. Вы принимаете что-то дозировано? — ровно спросила Лин. Ответ она уже знала, но вот знал ли лен Тирр, что его опаивают сильнодействующим отваром?

— Я ничего такого не принимаю госпожа целительница. — Владис удивленно посмотрел на Исалину, он впервые видел одержимого свой профессией, хотя не раз слышал о таких великих целителях. Все, кто до нее осматривали Владиса, всегда разводили руками, мол незнаем причину, а эта же…

— Вы уверены? — Настаивала Лин.

— Я что, по вашему совсем идиот? — рявкнул Владис и рывком поднялся из кресла. — Сам не знаю что пью?

Лин спокойно сполоснула руки.

— Ну тогда выходит, что порошок адонита вы принимаете специально. — Спокойно продолжила Лин. — На вас воздействие магического порошка адонита, это обезболивающее, но в большом количестве это — наркотик. Вы можете пострадать и постоянное чувство усталости и угнетенности это побочные эффекты. А теперь лорд лен Тирр, я жду объяснений. — Лин твердо взглянула на Владиса уперев руки в бока.

Владис разозлился, как легко оказывается его вычислила эта мышь! А ведь остальные так и не догадались. Он и рад бы не пить эту дрянь, да вот без нее еще хуже. Владис сжал кулаки и устало уселся в кресло.

— Это было давно… — начал он, но продолжить ему не дал первый советник, без стука ворвавшийся в целительскую.

— Заносите, да-да, вот сюда, на свободную кушетку. — Командовал Вертэн двумя воинами, один из которых держал аккуратно завернутое тело Нариды ван Лейс. Ее лицо и безвольно свисающая кисть были странного оттенка, но с учетом цвета кожи девушки, это не удивительно. На скуле и возле указательного пальца уже проступали сизые «звездочки» обморожения. Лин бегом метнулась к девушке, давая указания воинам, как удобнее ее расположить. Увидев Нариду, Лин напрочь забыла о Владисе, девушке срочно нужна была помощь, иначе еще пара часов и она умрет, от нее несло трупным запахом, это было измененное проклятие, под которре попала Елена Валентайн. Ведь при морозе разложение происходить не может, но происходит…

Лин провозилась с Наридой до самого вечера, не отвлекаясь даже на обед. Ей снова пришлось магичить на полную мощь и это ее беспокоило. Лин надеялась, что Зенгеру сейчас не до нее.

В дверь постучались, от чего Исалина вздрогнула и о обернулась. В целительскую входила мин Вайлин Тенгри.

— Добрый вечер госпожа целительница, — ласково проговорила Вайлин, — Госпожа целительница, могу я вас попросить зачаровать мне крем для придания коже сияния? Она мило потупила глазки, спрятав руки в широкие рукава платья.

— Крем? — устало отозвалась Лин. — Но зачем он вам? Вы и так прекрасны, — недоумевая произнесла она.

Вайлин снисходительно улыбнулась.

— Я ведь кандидатка, госпожа целительница, и за ужином лорд лен Тирр выбет себе спутницу на завтра. Поэтому мне бы хотелось выглядеть соответствующе. Понимаете? Она снова улыбнулась.

— Не совсем. — Не солгала Лин. Она и правда не понимала зачем на завтра лорду спутница. Ведь у него и так проблем по самую крышу, так еще и со спутницей возится. Лин тряхнула головой. Почему-то перед глазами всплыла картинка, как Владис лен Тирр жарко целует мин Вайлин.

— Лорд лен Тирр решил пообщаться с каждой кандидаткой в течении следующих дней. Один день — одна девушка, — решила пояснить Вайлин. — Так вы зачаруете мне крем? — и она протянула баночку Исалине.

Лин недоверчиво посмотрела на баночку и покачала головой:

— Увы мин Вайлин, не сегодня. Лин не хотелось брать что-либо из рук этой девушки. Все же ферфоксы по натуре хитры и коварны, а еще любят дурацкие шутки и различные розыгрыши.

Вайлин искренне огорчилась, она надеялась обойти Кайори и в этом туре. А то, что за ними постоянно наблюдают и оценивают Вайлин не сомневалась. Леди Кхаа, незримо, но ощутимо присутствовала рядом с каждой кандидаткой. И как ей это удавалось?

Вайлин бросила оценивающий взгляд на невзрачную целительницу ища в ней то, о чем болтают слуги. Но ничего необычного или сверх-привлекательного не увидела. Целительница выглядела неважно, бледная кожа, синюшные губы, темные круги под глазами. Разве «это» может вызвать чувства в таком как Владис? Вайлин уже давно стала по имени называть лорда лен Тирра, правда только в мыслях.

— Вам следует отдохнуть, госпожа целительница. — Сухо обронила Вайлин. — Всего доброго. И она ушла, мягко шурша юбками своего нового платья.

Лин с с легкой завистью посмотрела в след уходящей мин. До чего же грациозно она шла в своем дорогом наряде. Лин тряхнула головой и закрыла целительский покой. Все это не ее дело. Не ее дело, с кем лен Тирр будет завтра целый день! Не ее! И Лин перевела мысли на более насущные проблемы.

Нариду ван Лейс перевели пока в комнаты сестры. Лишний присмотр после нападения не помешает. Оставалось еще одно незаконченное дело.

Елена Валентайн.

И Лин не стала откладывать его в долгий ящик…

* * *

Анура обвела взглядом собравшуюся толпу и найдя Владиса любовно провела по своему новому платью. О оно должно ему понравиться! Черное, из шерсти тонкорунных мериносов, прекрасно облегало фигуру Ануры. Широкие к низу рукава и ворот, были отделаны мехом черного горностая, придавая платью особый шик. Шею и уши украшали черные агаты в золотой оправе. Все это в сочетании с рыжими волосами, было восхитительно и обезоруживающе прекрасно. Сегодня Владис должен наконец понять, что лишь она, Анура, достойна стоять по левую руку от него и гордо нести на своей умной головке княжескую корону Вейтхэма!

Анура удовлетворенно вздохнула. Все шло почти так, как она задумала. Только вот целитнльница была лишней фигурой на ее доске. Но это временная мера. Тем более эта госпожа Гризель уже не раз оказывала ей услугу, сама того не ведая. Не давала оку Зенгера обратиться на их величественный снежный край. Ведь если бы столь влиятельные девушки пропали или умерли. Зенгер точно прибрал бы к рукам Вэйтхем и все его территории.

Анура улыбнулась своим мыслям — как ловко она все продумала. Две претендентки вне игры, осталось еще несколько! И она заставит Владиса пасть к ее ногам, а потом, так уж и быть, она поищет способ снять с него проклятие.

Пока Анура размышляла, мин Вайлин Тенгри растерла в руках стебель первоцвета, это должно средство должно было помочь князю сделать нужный выбор. Кое-кто из слуг проговорился о любви князя к аромату первоцвета. И мягко лавируя между гостями Вайлин направилась к князю, стараясь быть позади него.

Владис угрюмо обвел всех собравшихся, и в который раз проклял традицию отбора фавориток. Его ищейки вычислили ту, что была подослана сюда королем. А он именно на нее и делал свои ставки в надежде, что в этот раз все будет просто. Фа Кайори. Милая, в меру скромна и воспитана, тихая и безпроблемная. Именно такая фаворитка и нужна была Владису. Но, игры судьбы порой бывают жестоки.

— Что будешь делать? — Вертэн не сводил прищуренных глаз с госпожи Аймин. Для него она сейчас была врагом номер один. Все знают, что север стоит поперек горла у короны. И Зенгер со своей марионеткой уже давно хотят наложить на княжество лапу. Возможно и покушения на других участниц были подстроенные этой Кайори.

Но это еще нужно было доказать.

— Пока ничего. Пусть все идет своим чередом. Пока участницы здесь, у меня есть шанс, что госпожа целительница найдет то, что мешает мне жить, — Владис вспомнил бездонные синие глаза целительницы. Вспомнил ее мягкий овал лица и полные губы. И в этот момент Владису отчаянно захотелось быть подальше от этой суеты, от отбора и лицемерных лиц. Ему захотелось вздохнуть полной грудью, пока еще морозный воздух Вэйтхема. Ощутить ледяные покалывания всеми четырьмя лапами, рвануть с места вырывая комья льда и грязи. И бежать. Бежать, пока в легких не заколет и не кончится воздух!

Владис резко развернулся и поспешил на выход из душного и тесного зала.

Анура ругала себя последними словами! Ну вот зачем ей понадобился этот картинный выход — самой последней! Нужно было быть расторопней, теперь придется бежать за Владисом на скользких шелковых туфельках!

Ноги сами вынесли Владиса на улицу. Хорошо, что зрение не менялось с телом и не попало под неизвестные чары. Теперь Влалис верил, что проклятия нет, а дело в чем-то ином и надеялся что Лин найдет это «нечто».

Обводя взглядом свои владения, Владис заметил в дальнем углу сада целительницу и медленно приближающуюся к ней гильтеру.

Гильтеры — северные ездовые животные, одомашненные несколько сотен лет назад только кланом Бурых волков. Передняя часть туловища гильтеры являла собой широкую грудь с мощными передними лапами, а задняя часть с имела длинный хвост и тонкие задние лапы. Морда гильтеры формой напоминает медвежью, одним укусом гильтера перегрызает руку взрослому мужчине. Животное обладает не длинным, но густым мехом, что помогает ему выживать в условиях далекого и негостеприимного севера.

Владис наблюдал как Туман мелкими перебежками тихо подбирается к ничего не подозревающей девушке, периодически останавливаясь и принюхиваясь. Он почти сливался с окружающим пейзажем. Чем-то заинтересовала этого нелюдимого животного целительница, Туман не менял седока с самого начала, как только Джарис оседлал его в тренировочном вольере, а теперь он сам крадется к человеку. Владис знал, что зверь не причинит вреда девушке, но где-то внутри, под сердцем засосало, когда зверь подошел слишком близко…

Лин рассматривала ненавистный ей браслет и пыталась собраться с духом. Ей предстоял неприятный разговор с представительницей рода Валентайн.

«— Вот только что ей сказать? Просить смолчать и не выдавать? Или…» Додумать Лин не успела, сзади раздался полурык-полувздох и ее окутало облачком пара.

Лин напряглась, готовясь к худшему, знала, знала ведь, куда едет и не испугалась глупых россказней про вервольфов.

А стоило бы!

Лин медленно стала поворачивать голову, но тут горячий шершавый язык лизнул ее в щеку. Лин подпрыгнула на месте, будто ужаленная и резко обернулась готовясь закричать в голос. Но крик так и застрял в горле, ведь перед ней, виновато положив свою огромную мохнатую голову на лапы лежала гильтера.

— Что вы здесь делаете? — угрожающе раздалось откуда-то с боку. Вот теперь Лин вскрикнула, а зверь лежащий рядом вскинулся и оскалился в сторону говорившего.

— Я смотрю, вы уже приручили моего зверя, — улыбнулся Владис выходя из тени пока еще голых деревьев.

— Не понимаю о чем вы, — насторожилась Лин отступая на шаг от северного князя.

— Гильтеры не меняют седоков на протяжении всей своей жизни, они имеют тесную магическую привязку к седоку и не признают других. А сейчас, на моих глаз, имея живого седока, Туман защитил вас. Фактически Туман не принадлежит мне, он мой лишь на бумаге. Все гильтеры принадлежат роду Тирр. Этот зверь целиком и полностью предан Джарису. — Владис продолжал улыбаться рассказывая целительнице о гильтерах, он и сам до конца не понимал почему ему так хорошо, так легко стало, стоило только увидеть эту девушку. Владис с комфортом устроился на скамье, где пару минут назад сидела Лин и похлопал по месту рядом с собой. — Садитесь, госпожа Исалина, я еще расскажу вам про гильтер.

Лин удивленно взглянула на лен Тирра, а потом покосилась на Тумана, предусмотрительно перебравшегося поближе к ней и уже с сомнением посмотрела на скамью. И все же она рискнула и осторожно присела на край скамьи, чтобы в случае чего проще было убегать.

— Так почему же гильтеры не меняют седоков? — Задала свой вопрос Лин когда пауза уже затянулась.

— Магическая привязка, госпожа целительница, ее делают для того, чтобы в случае падения с гильтеры в метель зверь мог самостоятельно найти и вызволить своего седока. Но здесь есть и побочная сторона. — Здесь Владис вздохнул с такой тоской, что Лин не удержалась и положила ему руку на плечо. Владис вздрогнул и она резко отдернула свою руку ругая себя за проявления сочувствия. Только сочувствия ли?

— Если седок может выжить без своего ездового зверя, то зверь без седока нет. — После этих слов надолго наступила тишина, где каждый думал о своем.

— Тогда отчего же вы думаете, что я приручила Тумана? — Почти шепотом произнесла Лин.

— Вот и мне любопытно, почему имея седока, Туман тянется к вам? — Владис развернулся и взглянул в большие глаза Исалины, потом перевел взгляд на приоткрытые губы, из которых вырывался на свободу теплый пар, чтобы тут же раствориться в промозглом воздухе Вэйтхема. Губы девушки слегка подрагивали и покраснели от холода, и Владис вдруг отчетливо понял, что хочет их поцеловать, ощутить всю мягкость прохладных губ, заставить их гореть и подрагивать от желания, а не от холода…

Лин застыла под гипнотизирующим взглядом северного князя. Владис одним резким движением притянул Исалину за талию ближе к себе. Миг затишья… И вот… он мощным рывком взял в кольцо ее нежные холодные губы, инстинктивно сжавшиеся под натиском мужской силы. Лин рванулась всем телом, упершись кулачками в грудь Владиса, намереваясь вырваться. Но его руки еще крепче сжали добычу и язык яростно провалился внутрь, разжимая зубы уже обессилившей жертвы, победоносно проникая все глубже и упиваясь ее вкусом. Но силы были неравны и язык Владиса продолжил свою осаду, дерзко прорывая сквозь первую линию обороны, настойчиво раздвигая стыдливые уста. Все внутри Лин будто сжалось. Ей было страшно, и в то же время она словно лишалась воли и не в силах была отстраниться. Все происходило в полном молчании, лишь яркий свет бледнеющей луны скользил по лицу Владиса, ласково поглаживая его черты, от этого усиливалось ощущение нереальности происходящего. И Лин сдалась. Ее розовый язычок, робкий и застенчивый, сдался на милость победителя. Теперь покорный и порабощенный, безропотно отвечал на его ласки, а осознав всю прелесть поставленной перед ним задачи, сам искал встречи, неловко, неумело пытаясь отблагодарить мужчину за оказанное наслаждения. Ее большие глаза казалось стали еще больше, в них затаилось лёгкое удивление, трепет и страх нарушить этот волшебный момент…

Но момент все же был нарушен…

Туман утробно зарычал и приподнялся, готовясь в любой момент совершить смертельный бросок.

Анура не могла поверить собственным глазам. Когда она в легком, для их весны платье, выбежала вслед за Владисом, то очень удивилась, увидев, как он направляется к дальней скамейке, на которой явно кто-то сидел. Анура вновь воспользовалась пологом невидимости и стараясь как можно меньше издавать шум поспешила подойти ближе. Какого же было ее удивление, когда она увидела, с кем ее несравненный Владис мило беседовал. А то что произошло дальше заставило Ануру гневно сжать кулаки. Он поцеловал ее! Поцеловал ее так, как в своих мечтах видела Анура.

И кого? Безродную девку из неизвестной глуши! Ветка хрустнула под ногами Ануры, когда та, в порыве гнева, хотела рвануть к целующейся паре и вцепиться в волосы сопернице, надо было сразу убрать эту выскочку-целительницу, сразу после той злополучной пощечины. Но Ануру остановило рычание гильтеры…

Когда Владис наконец-то отпустил Лин, она не отпрянула сразу, как того ожидал князь, не кричала и не ругалась. Ее поведение было более чем странным для любой девицы. Грудь целительницы медленно вздымалась от тяжелого дыхания, а на лице появились растерянность, недоверие и… разочарование? От осознания своих действий, Владис в миг помрачнел и плотно стиснул губы.

Исалина медленно приходила в себя. Новые ощущения теснились, перекатывались, заливали горячей волной лицо и наполняли негой каждую клеточку ее тела, но эти чувства следовало запереть на тысячу замков, нельзя, нельзя ей испытывать сильные эмоции, браслет и так обжигает руку от переполненной магии, того гляди и разрушится ее надежда на будущее. Лин без стеснения подняла глаза и взглянула в лицо Владиса лен Тирра и пусть он думает о ней что хочет, но она не будет закатывать истерику, как все эти комнатные барышни. Поцелуй был волшебным, но таким не нужным, хотя… чего уж скрывать от самой себя, в тайне Лин мечтала о поцелуях, как и все ее сверстницы. Мечтала найти мужчину из ее прошлого, который спас ее тогда, да много о чем мечтала, вот только судьба распорядилась иначе. Исалина окинула взглядом хмурое, обветренное лицо Владиса и помрачнела еще больше. Хоть и ненамного, но все же, северный князь был похож чертами лица и цветом волос на того, которого Исалина пыталась забыть столько лет. Грустно вздохнув Лин выдавила из себя слова, которые с огромным трудом проскальзывали по горлу, больно царапая его:

— Надеюсь мы больше не повторим эту ошибку. Сдавленно проговорила она. И бросив на князя полный отчаяния взгляд гордо развернулась и поспешила к себе.

Боль сжимала трепещущее сердце Лин, казалось она допустила какую-то огромную ошибку. Но вот какую? И будет ли шанс ее исправить в будущем?

Занятая разбором последствий сегодняшнего вечера Лин даже не представляла какие ждут ее перемены в ближайшем будущем…

Глава 8

Анура решила подловить Владиса у его покоев. Ей нетерпелось выяснить, что у него с этой грязной человечкой. Недалеко от его покоев располагалось окно, возле которого можно было удобно расположиться с книгой или наблюдать за фейерверком, который как раз сейчас устраивался на улице для невест.

Но не только Анура ждала князя севера.

Мин Вайлин поднялась по нужной лестнице и остановилась принюхиваясь, в воздухе отчетливо витал воздух еще одной женщины, и не просто женщины, оборотницы с сильным даром. Мин Вайлин помедлила, ссорится с этой волчицей ей не хотелось, собственная шкура была дороже, чем выигрыш у Кайори, и поэтому она начала спускаться обратно в зал.

Не дойдя до нужного зала Мин Вайлин увидела, как князь остановился, увидев Кайори, и та тут же склонилась перед ним в хорошо отрепетированном поклоне, прекрасно зная, какой заманчивый вид открылся мужчине, когда вырез платья чуть опустился, еще больше обнажая грудь.

Мин Вайлин скривилась от этого дешевого трюка, которому на их родине учили девиц древнейшей профессии, но тут же обнаружила свое присутствие…

Но не успела и ухом тронуть, как до нее донеслись обрывки фраз:

— … Думаю, это стоит того, чтобы обсудить наедине, — упрямо вздернув подбородок произнесла фа.

Вайлин тут же юркнула за стену удивленная такой странной настойчивостью дальней родственницы, да и вообще, всем ее поведением в целом. Нужно следовать за ними, может удасться еще кое-что узнать. Вайлин чарующе улыбнулась и неспешно, будто прогуливалась, пошла следом за князем и Кайори.

* * *

Стоило Лин переступить порог своих покоев, как кто-то постучал в двери. Оказалось это служанка принесла ей письмо, лежавшее на серебряном подносе. Быстро поблагодарив девушку, Исалина схватила письмо и тут же его распечатала. Наконец-то, хоть какие-то вести от тетушки! Что там с домом и с аптекой? И как добралась тетушка? На глаза Исалины даже слезинки пробились, пока она читала письмо тетушки и словно слышала ее мягкий, пронизанный добротой голос. Жаль… что оно было таким коротким, зато было, и Лин намеревалась спрятать его, а позже перечесть.

Аптека действительно пострадала, но не так, как того ожидали дамы из рода Гризель. Пожар имел место быть, но сгорела лишь та часть, которая была отведена под складское помещение, а все остальное сохранилось, благодаря защитным чарам, которые Исалина перед отъездом наложила на дом. Хоть здесь можно было больше не переживать. Но вот, что огорчало, так это то, что около аптеки, перед пожаром, видели странных мужчин в в форме королевских кавалеристов. Лин задумалась, уж не происки ли это мага и почему письмо от тети шло окольными путями? Тут по меньшей мере тринадцать штампов почтамта, а из этого следует, что письмо шло через дальние селения, зачем это Томаре?

А еще стоило подумать о том, как дальше вести себя с князем. Она только-только нащупала ниточку ведущую к его странному состоянию, которое проклятием можно было назвать с большой натяжкой. Там было что-то иное. Но он все испортил своим поцелуем. Или не испортил? Лин украдкой коснулась пальцами губ, но тут же отдернула руку. Нет надо вести себя так, будто ни чего этого не было. Ей нельзя любить. Око Зенгера не дремлет, а жить очень хочется. Лин боялась, что даже после этого волшебного поцелуя, который ей подарил князь, ее могут засечь, а значит могут пострадать и другие, особенно Владис лен Тирр. Горький вздох сорвался с губ Исалины, глаза вдруг защипало, и она поняла, что плачет. Вот только, что она оплакивает? Несбывшуюся любовь? Или горечь потери?

Утром в целительской появился Лидов и принёс Исалине приглашение позавтракать с ним на одной из верхних террас замка, зачарованных от холода. Воин настороженно посмотрел на девушку, но ничего, кроме вежливых фраз, так и не произнес. Лин спрятала досаду и отправилась надевать целительский фартук, косынку и нарукавники, отныне гулять по замку она желала только в таком виде. Представитель древнего рода ушёл и Исалина вдруг ощутила пустоту. Это казалось странным и даже пугающим. Неужели она успела привязаться к Лидову за то недолгое время, что они знакомы? Ну это уж вряд ли, наверное это что-то из природного обаяния вервольфов.

Впрочем, влечение, которое тянуло её к Владису лен Тирру, пугало ещё больше. Бороться с этим притяжением оказалось непросто. Исалина, думая о том, что произошло вчера на приёме, пришла к мысли, что такое рано или поздно должно было случиться. Нельзя постоянно сдерживаться, прятать свои эмоции, заковывать себя в броню из страхов и приличий. Она свободный целитель и для того, чтобы стать холодной и равнодушной, как ледяная статуя, она слишком молода. А с оком Зенгера она справиться, нужно лишь наладить контакт с Еленой Валентайн.

На завтрак к Лидову Исалина не попала, впрочем не очень-то и хотела. Через пол часа ее потребовала к себе та, о ком она думала совсем недавно.

Лин немного помялась возле покоев леди Валентайн, поправила целительскую сумку, с которой решила не расставаться и решительно, постучалась. Дождавшись позволения войти Исалина открыла двери и сделала новый шаг на встречу судьбе.

— Доброе утро леди Валентайн, что вас беспокоит и чем я могу вам помочь? — Лин быстро прошла в комнату Елены, где та возлежала на кровати обложенная подушками.

Ее аристократическая красота сейчас могла бы затмить саму посланницу люви Даинаю. Бледно-белое лицо, красивой овальной формы, раскосые глаза, красиво очерченные губы, сейчас насыщенного красного цвета, что свидетельствовало о небольшом воспалении и золотистые волосы, художественно разбросанные потподушке. Елена будто позировала для самого лучшего художника королевства.

— Госпожа Гризель, я рада, что вы так быстро откликнулись на мой призыв, но ваша помощь мне уже не нужна. Я очень благодарна вам за свое спасение и последующее лечение, но я пригласила вас сюда по другому вопросу. Исалина, позвольте мне вас так называть, — и девушка, потянувшись, схватила Лин за руку и с надеждой взглянула ей в глаза. Дождавшись легкого, недоуменного кивка, Елена отпустила руку Исалины и откинувшись на подушки продолжила, — Как ваша магия? Дедушкин браслет не был рассчитан на столь долгий период носки и возросший резерв. Исалина, вы ведь знаете кто вы? — с сомнением в голосе спросила Елена, разглядывая вытянувшееся от удивление лицо молодой целительницы. — Думаю разговор будет долгим, — устало вздохнула она. — Может распорядится насчет чая?

— Не стоит, — сдавленно произнесла Лин, — Я знаю кто я, но хотела бы узнать побольше о своей магии. Вы ведь знаете о ней, правда? — С надеждой спросила целительница не надеявшаяся уже на подобный исход разговора. Видимо боги сегодня на ее стороне.

— Вы энирипса — дитя темного и светлого магов. Отдельная раса или вид, это уже по сути не важно. Энирипсы могут быть друзьями всех живых существ, но это если темная сторона не заполнит душу до краев. Для эринипсов важен баланс сил, вы не можете просто созидать или же только разрушать, это приведет к непредсказуемым последствиям. Вам в равной мере нужно и то и другое. Сейчас вы больше созидаете, но и созидание непростое, вы разрушаете чужие заклинания, это своего рода тоже разрушение, но его мало, вам нужно выпустить темный дар на свободу, избавится от излишка терзающего вашу душу. Тем более, что возрастание силы у таких как вы Исалина, приходится на момент влюбленности. — И Елена пытливо взглянула в глаза Исалине. Лин смутилась, понимая, что эта кандидатка в фаворитки уже в курсе вчерашнего поцелуя. Елена заметила смущение госпожи Гризель и удовлетворенно кивнула своим мыслям. — Вы испытываете сильные чувства. Поэтому ваш браслет не выдерживает такое количество магии, однажды ваша магия его просто расплавит. Будучи прекрасным целителем вы обладают выдающимися познаниями в области лечения отравлений, проклятий и не только лечения…

— И что же вы мне предлагаете? — перебила собеседницу Лин. Это было мало похоже на дружеский разговор и ее интуиция просто вопила об опасности…

— Я предлагаю вам сбросить темную энергию. Всего лишь избавиться от того, что сможет погубить вас. — Мягко улыбнулась Елена, а сама думала, что как только око почувствует всплеск темной энергии, то моментально засечет ее. Какая же удача, что она оказалась на этом отборе. Елена уже десять лет ищет именно эту эринпсу и теперь у нее появится шанс отомстить ей за все.

Лин встала, оправила платье.

— Если мои услуги вам больше не требуются, то я пойду, меня ждут другие мои пациенты, — сухо отозвалась Исалина.

— Да, конечно. Но я буду вас ждать. Елена снова мило улыбнулась, но вот в глазах на какое-то мгновение мелькнула ненависть.

Лин не стала выяснять что это было и поспешила удалиться. Нужно было навестить сестер ван Лейс. Но поведение Елены Валентайн ее насторожило. Что-то в ней было не так, да и совету ее следовать уж не стоит. Господин Ванлейс строго-настрого запретил снимать браслет, и магию спускать наказал понемногу, а не так, как советует Елена.

Задумавшаяся Лин не сразу заметила, что путь ей преградила широкая мужская грудь.

Владис резко остановился, когда из-за поворота в него врезалась до боли знакомая девушка. В нос тут же ударил запах первоцветов, кружа голову и волнуя тело.

Он не ожидал встретить здесь целительницу. Князь думал, что Исалина наслаждается завтраком с Лидовом. Когда он зашел в целительскую, то обнаружил распечатанный конверт с приглашением, с запахам Лидова. В душе тут вспыхнула ярость и желание растерзать друга, но вспышка боли, вновь сковавшая тело, заставила растерять яростный запал. А оказалось, что вот она, его мышка, и не похоже, что она была рада приглашению, раз вырядилась в этот убогий наряд с ужасной косынкой на голове.

— Милорд, — Лин присела в легком книксене, — чем я могу вам помочь? — растеряно произнесла Исалина, не ожидая вот так, неподготовлено, столкнуться с князем. Она же думала, что успеет напустить себя невозмутимый вид и работать так, будто и не было того волнительно, восхитительного поцелуя, мешавшего ей всю ночь заснуть.

Владис разглядывал растерянное лицо целительницы и в его голове тут же вспыхнул разговор с фа Кайори…

Девушка была напряжена и разговор ей явно давался тяжело.

— Ваша милость, мне тяжело дался выбор между справедливостью и семьей, но знать то, что затевает мой отец-генерал и придворный маг, и бездействовать — еще хуже. — Кайори понуро опустила голову, а Владис и Вертэн переглянусь, не совсем понимая о чем говорит девушка. — Вам нужно поскорее определиться с выбором, и пусть это будет кто-то не из столицы. Боюсь, что все, кто прибыл из столицы, замешаны в этом. Я так уж точно. Мое задание — найти ваше слабое место и заставить вас принять правильный выбор, князь, чтобы дергать за нужные веревочки. Но я так не могу. — Кайори сжалась, будто готовилась принять удар.

— Но из столицы только вы и леди Валентайн, — возразил Вертэн, который все еще не доверял этой генеральской дочке. — Может это такой хитроумный план по захвату княжества? Вы хоть понимаете, что за такую информацию вас могут убить? — взъярился Вертэн.

— Понимаю, но лучше принять быструю смерть от рук князя, чем мучительно-долгую от отца, — с вызовом глядя на правую руку князя Севера ответила Кайори. — Лорд Вертэн, вашему княжеству грозит опасность. — Кайори еще раз, внимательно, посмотрела в глаза княжескому брату и увидела там те же сомнения, что недавно терзали ее саму. — Вы можете мне не верить, но я больше не могу здесь оставаться, мой отец не пощадит никого и меня в том числе. А ваша территория самая обширная в королевстве, лакомый кусочек так сказать, и находится в неподчинении, вы как отдельная страна, вставшая поперек горла у придворного мага. Это он подстрекает короля и придворных, что вервольфы и им подобные не должны иметь самостоятельную власть, и чтобы эта власть не вышла из под контроля, и звероподобные не надумали захватить всю власть в свои лапы, их нужно поработить превратив в колонии. Зенгер уже разрабатывает специальные ошейники для сдерживания вашей второй сущности. Ведь по сути, вы единственные, кто угрожает ему самому. Во второй своей ипостаси вы неуязвимы для магии Зенгера. Ваша милость, выберите кого-то уже завтра. — И Кайори умоляюще взглянула в глаз вожака бурых волков. — Отец прислал письмо, в котором говорится о его скором приезде. К тому моменту вы должны уже обзавестись фавориткой, а лучше женой, чтобы у него не было рычагов давления…

И сейчас глядя на Исалину в голове Владиса рождался план. План, как сохранить княжество и не потерять свою половинку. Снова. Ведь он уже вспомнил ту далекую и ужасную ночь, унесшую целых три жизни. Две из которых принадлежали ему, Владису. Но вот узнала ли его эта девочка? И сможет ли он завоевать ее чувства?…

Глава 9

Лин терзалась сомнениями, князь сказал ей, что за обедом всех ждет сюрприз. А позже этот сюрприз имел место быть, он объявил, что выбор невесты сделан досрочно, да-да именно невесты!

Оставшиеся кандидатки еле досидели до конца обеда, а после стремглав ринулись по своим покоям приводить себя в порядок и практически аттаковали целительскую со всевозможными просьбами по улучшению внешности. На обеде не было лишь леди Елены и фа Кайори.

Лин машинально отвечала этим просительницам, что это не ее специфика, а сама все думала не из-за того ли злосчастного поцелуя, что был между ними, Владис лен Тирр сделал свое заявление?

Вечером всех ожидал роскошный прием и где-то в глубине души Лин хотелось быть той избранной, чувствовала она какое-то странное томление в груди, стоило только Владису обласкать ее взглядом, а когда он ее целовал, хотелось остановить мгновение. Но Лин старалась во всем видеть реализм, а не свои мечты. Скорее всего это фа Кайори и есть невеста. Ведь не зря же ее не было на обеде.

Лин медленно собиралась, облачилась в свое простое шерстяное платье темно-синего цвета с серебряной канителью по подолу и манжетам. Ее неизменный браслет никак не вписывался в общую картину, но и не портил образ, добавляя какую-то изюминку.

Стук в дверь заставил Лин замереть с гребнем в руках и какое-то не хорошее предчувствие, свилось клубочком в районе сердца.

— Войдите. — Настороженно произнесла Лин.

— Леди Исалина, не помешала? — Улыбаясь спросила Анура, вплывая в комнату в своем ярком наряде, украшенным самоцветами, и плотно притворяя за собой дверь…

— Нет, у вас что-то случилось? — Ровно произнесла Лин повернувшись к зеркалу и продолжая водить гребнем по волосам.

— Не совсем, — Анура осторожно приблизилась к Исалене, сжимая в кулаке порошок, что недавно с таким трудом достала, — Это у вас кое-что произошло, — нехорошо улыбнувшись проговорила она.

— Что вы такое говорите? — вскинулась Лин и резко отступила от сводной сестры князя на шаг. Но тут ей в нос ударил едкий запах перетертого корня амалии, цветка, чья роса, собранная на заре, считается сонным отваром.

А концентрация перетертого высушенного корня намного сильнее. А еще она так и не успела сказать Владису, чтобы снял серьгу. Ведь проклятия то нет. Это всего лишь сильное внушение, искусно спрятанное в кристалле серьги, и снять его можно двумя способами, первый разорвав плетение и сняв серьгу, а второй более эмоциональный. Перекрыть внушение более серьезным потрясением…

Вся эта информация в миг пронеслась в голове Исалины за миг до того, как порошок подействовал и ее тело с грохотом рухнуло на пол, задевая ручное зеркальце, чьи осколки разлетелись в дребезги при ударе об пол. И один из них впился в предплечье Исалины, оставляя кровавый след на полу.

Анура досадно вздохнула:

— Эта человека даже обездвиженная умеет доставить проблем! — И брезгливо скривившись принялась связывать Исалину, ей предстоял еще долгий вечер… В объятиях Владиса…

Владис переминался с пятки на носок в нетерпении, ожидая когда же появится Исалина. Но когда в бальную залу открылись двери и под звуки тихой музыки в зал вплыла Анура во всем своем великолепии и царственно несла свою головку, расточая покровительственные улыбки, у князя закралось плохое предчувствие.

Кайори нахмурилась, неужели у князя настолько плохой вкус? Стоящая рядом Вайлин вообще открыто фыркнула вслед идущей оборотнице, за что и получила полный ненависти, испепеляющий взгляд от последней.

Владис видя все эти переглядывания и перешептывания, хмурился еще больше.

— Граф Адамай Зенгер Белорн, придворный магистр его величества Ярогдира Великого. — Важно объявил дворецкий, пропуская в дверь закутанного в простой, но при этом дорогой дорожный плащ, человека с пышными седыми усами и аккуратной бородой скрывающей тем не менее кроме подбородка почти всю нижнюю половину лица гостя.

Герцог несколько секунд постоял, рассматривая гостей князя и его самого холодным, сверлящим взглядом светло-серых глаз. Гости сразу стихли и по зало прошелся ропот шепотков, но Владис даже не дернулся и не поежился, как обычно делали все, кому довелось испытать на себе этот пронзительный взгляд стальных глаз.

— Добрый вечер, — произнес хорошо знакомый князю и Вертэну голос, и по бурлящей в нем ярости они сразу поняли, что их гость не находит ничего доброго в том, что вынужден мотаться по леденящему холоду их княжества, несмотря на то, что здесь уже весна.

Однако Владис молча поклонился гостю с самым учтивым видом, на который был в данный момент способен.

Зря Зенгер сразу пытается напугать Вдадиса, незаметно вздохнул Вертэн, стараясь добраться до брата.

— Чем обязаны, столь внезапным визитом? — Вежливо, но с едва заметной неприязнью спросил Владис.

— Прошу, присоединяйтесь к нашему празднику, господин магистр, — приторно сладеньким голоском пролепетала подошедшая Анура и положила свою руку на плечо князя.

Зенгер усилием воли подавил раздражение при виде этой выскочки с замашками королевы. Когда-то он знал ее мать, вот где был кладезь магии и прорва энергии, жаль, что она так не разумно с ней обращалась. Но сейчас не об этом, как бы прискорбно это не звучало, но эта высокомерная зазнайка ему сейчас очень нужна, от нее зависит, сработает ли его план.

— Жаль прерывать столь прекраснейшее событие, но вынужден сообщить неприятнейшее известие, — и тут его губ коснулась злорадная ухмылка. — Указом короля Ярогдира Великого, если в течении часа мне, магистру белой магии, не выдадут темную магиню, приступившую закон и не поступившую на службу ковена, то княжество Вэйтхем войдет в состав королевства как завоеванная провинция.

Гул возмущенных голосов пронесся по залу.

Владис сжал кулаки.

— Мы не держим здесь темных колдунов, — рявкнул Владис, уже не скрывая своего раздражения, — твои шпионы ошиблись Зенгер. Так что, уходи пока цел.

— Как же ты предсказуем Владис лен Тирр, — снисходительно улыбнулся маг…

— Ты можешь обыскать здесь хоть каждый камень, но темных ты не найдешь, — холодно произнес Вертэн, добравшись наконец-то до брата.

— Мне и не придется искать лен Тарр. — Презрительно бросил Зенгер, зная что жена этого монстра, родит еще одного. — Елена, дорогая, подойди ко мне. — Ровно произнес королевский маг. И из толпы придворных отделилась высокая, статная блондинка и улыбаясь светской улыбкой подошла к мужчине, протягивающему руку.

— Я нашла ее милорд, — тихо проговорила Елена, но тонкий слух Владиса уловил каждое сказанное ею слово.

— Где она? — Нахмурившись спросил Зенгер. Пока он не ощущал темную силу.

— В ее покоях. — И Елена кивком указала на Ануру.

Вот теперь Владис отчетливо понял о ком идет речь.

— Только не говори что это Исалина, — тихо прошипел князь обращаясь к сжавшейся в комок сводной сестре.

— А-а-а, так ты ничего не знал, — удивленно произнес Зенгер. — Значит девочка тебе не сказала? Она игдарилл. Темный и белый маг в одном флаконе. А теперь не мешай мне. — Зенгер махнул рукой и десяток лучших королевских воинов обступил князя и его брата, отрезая их от удаляющегося мага.

Просыпаться было тяжело, свинцовые веки не открывались, какие бы усилия Исалина не прилагала. Голова была словно пустой колокол, по которому стучат молотом, любое движение приносило нестерпимую боль, руки затекли и не шевелились. Слишком уж сильно их перетянули. Лин повозилась немного и застонала от нахлынувшей лавины боли. Сонный порошок опасная вещь, теперь пока он не выйдет из тела, Лин будет как сомнамбула.

Полежав с пол минуты Лин поняла что пора выпутываться из этой ситуации.

Нащупав защелку браслета, она подцепила ее и расстегнула, отпуская на волю темную мощь. Энергия тут же заструилась по телу жарким потоком, забурлилась смешиваясь с белой составляющей. И теперь достаточно было лишь щелкнуть пальцами, как путы сковывающие девушку превратились в пепел…

Зенгер замер на миг и будто бы ушел в себя, он почувствовал мощь темной энергии, вспыхнувшей словно вулкан. Он криво улыбнулся.

— Вот ты и попалась, девочка, — тихо прошептал он. — Отведи меня туда, — схватил он Елену за руку и грубо сжал, причиняя девушке боль…

Сил конечно не добавилось, но вот чувство свободы вернулось к Лин с полной мощью. Нужно было добраться до целительской, там были травы, что помогут снять этот дурман. Постанывая она попробовала встать, руки не держали тело и жутко тряслись готовые вот-вот надломиться. Взяв себя в руки Исалина все же сделала последний рывок и наконец-то поднялась. Ноги спустить оказалось еще проще.

Пошатываясь Лин дошла до дверей и рывком открыла их, сталкиваясь лицом к лицу со своим кошмаром.

Зенгер стоял улыбаясь шакальим оскалом. Позади него стояла Елена и ее губы кривила гримаса неприязни и отвращения. Лин гулко сглотнула и постаралась отступить, чтобы дать себе возможность захлопнуть двери. И пусть для мага такого уровня как Зенгер, это что щепка на лету, от которой он легко отмахнется, но зато даст Лин те секунды, которых ей так отчаянно не хватало, чтобы магия заполнила ее полностью.

Но Зенгер был начеку, он ловко ухватил Лин за горло и продолжая сдавливать его приподнял девушку над полом. Перстень на его руке засиял ярким светом, блокируя ее энергию и не давая наполнить тело до конца.

— Не стоит делать глупостей, дорогуша, — леденящий душу взгляд полоснул Исалину, будто оставляя кровоточащую рану.

— Поздравляю, леди Исалина… — торжественно произнесла Елена Валентайн сложив руки на груди, и в ее взоре отчетливо мелькнуло торжество и еще что-то непонятное, но явно недоброе. То ли ехидство, то ли злорадство…

Но шум нарастающей битвы, отвлек ее от дальнейшей триады. В широкий коридор ввалились четыре вервольфа размером с хорошего бычка, и лишь один из них был частично трансформирован.

Владис тяжело дышал, боль, сковывающая мышцы, мешала сосредоточится, но он упорно ее отгонял ища глазами свою любимую.

— Отпусти ее Зенгер, — прорычал монстр, отдаленно напоминавший человека. — Иначе я вырву тебе глаза и заставлю их сожрать.

— Сначала достань меня, лен Тирр, с твоим-то проклятием это будет очень трудно сделать, еще пара минут и ты станешь обычным человеком. Я раздавлю тебя как букашку.

— Не выйдет, — прохрипела Лин, пытаясь разжать пальцы, сдавившее ее горло слишком сильно…

Глава 10

Она опустила голову, все еще держа ладонями руку королевского мага, и принялась что-то бормотать, вполголоса. Ее глаза закатились, оставляя после себя жуткие белые провалы.

Сначала ничего не происходило, и Владис подумал, что всё обойдётся, но затем он почувствовал тянущее ощущение в том ухе где была серьга. Оно нарастало и вскоре перешло в жжение. В голове у Владиса поплыло. Перед глазами вдруг побежали воспоминания, в основном из детства, как будто ему показывали движущиеся картинки. Вот отец ругается с Вертэнем, называя его предателем рода из-за человеческой шлюхи. Та сцена сменяется другой и теперь уже Владис стоит на месте брата и вот тут отец не скупится ни в выражениях ни в ударах, вкладывая в них все свою мощь. Частичная трансформация этому еще больше способствует. Потом отец в честь примирения дарит серьгу, простую, но это было так неожиданно и настолько противоречило его натуре, что Владис без разговора надел.

Исалина продолжала свой напевный речитатив, Зенгер смотрел на нее неверяще. Как? Как эта пигалица нашла забытый язык никромонгеров? Язык таких же не чистых как и она сама! Зенгер попытался отдернуть руку, но девчонка так крепко ее держала, что это казалось за гранью реальности. Но в итоге руку вырвать удалось, но вот ни одно заклинание повиновения, стазиса и замедления не действовало на девчонку. И этот единственный и доступный для опытов экземпляр сейчас утекал из рук. Зенгер был очень зол.

Картинки в глазах Владиса резко закончились и жечь стало в разы хуже, будто к коже прикладывали нагретые над свечой монетки. Но ожогов они не оставляли.

Прошла минута, другая, и от кожи на ухе начало исходить свечение. Сначала это было просто мерцание, как от пудры. Из серьги разливался свет. Слабый вначале, он разгорался всё ярче и ярче и в итоге серьга упала с характерным звоном ударившись о каменный пол.

Елена, как завороженная, подалась вперёд, но Зенгер выставил руку в перед, останавливая ее. — Не может быть! — неверяще взвизгнула она.

Слова заклинания Исалины летели по воздуху, впивалясь теперь во все тело Владиса, подобно болотным клещам, придавая силу его закаменевшим мышцам, со стороны казалось будто бы тело монстра увеличилось в двое. Плечи раздались, лапы и клыки удлинились.

Через какое-то время жжение в мочке уха стало ослабевать, ибо его источник покинул тело. Зато все приобрело идеальную четкость, будто бы его, и без того прекрасное зрение, усилили зельем.

Владис издал грозный вой.

И в этот момент Исалина свалилась без сил.

Для Владиса это было последней каплей и он не раздумывая бросился на Зенгера.

Единственное, что успела разглядеть Лин, как только ее зрение сфокусировалось, так это черны зев портала, в которое улетел Владис, вцепившийся в горло Зенгера.

Теплая, липкая кровь брызгами разлетелась по комнате, от чего Лин вздрогнула окончательно проходя в себя. Она перевела взгляд на то место, где стояла Елена. Теперь там никого уже не было.

Ни любимого, ни пособницы мага, ни его самого.

Острая боль родилась где-то внутри, стиснула грудь, не давая ни говорить, ни даже дышать. А затем взорвалась в мозгу страшным подозрением и в один миг словно вывернула наизнанку и перетряхнула все тайные Исалины Гризель, убеждения и сомнения, воспоминания о прошлом и надежды на будущее. И когда они так же моментально, как под действием магии, вернулись на место, она стала уже другим человеком.

И эта, новая, Исалина знала совершенно точно, как смешны и наивны были рассуждения и надежды прежней Лин, как сильны были в ней предрассудки и чужие правила, как слепа и глупа она была, не веря в очевидное и не замечая подсказок близкого человека.

Вертен уже стоял в обличии человека и помогал Лин поднятся на ноги.

— Вертэн, мне нужен Туман и Джарис, — тихо проговорила Исалина. — Вертен, я его чувствую! И она вцепилась в руку второго правители Вэйтхема с силой утопающего в ледяном озере.

— Исалина? — Удивленно прошептал Вертен, держа в руках эту хрупкую, но по волчьему сильную девушку. — Ты увена?

Лин кивнула. Это был единственный вариант отыскать в этой ледяной пустыне Владиса.

— Мы пойдем с тобой, — уверенно произнес он, оглядывая остальных.

Исалину быстро доставили в ее целительскую, где она дрожащими руками смещала себе бодрящее и восстанавливающее зелье. Ей предстояла самая трудная задача из всех, которые она когда либо решала…

Портал, который этот мертвец успел открыть за секунду до того, как душа его отлетела к праотцам, выбросил их где-то в горах, в дали от Вэйтхема, но это все же была территория бурых волков, запах дыма сюда порой все же доносило.

Холодный ветер завывал и бешено хлестал Владиса по волчьей морде, хоть это и была весна, но холод стоял лютый. Из-за запаха, все еще теплой крови, его, дремавшая долгое время звериная суть, плохо поддавалась контролю, поэтому он и пропустил удар леденящим жаром обжегший спину.

Елена в последний момент успела впрыгнуть в закрывающийся портал. Она долго колебалась, убить ли новоявленного никромонгера или же попытаться спасти любимого. Выбор был сделан. И вот сейчас она наблюдала самую жестокую картину в своей жизни.

Елена стояла, не ощущая ни ветра, ни холода, будто бы это она сейчас лежала там, бездыханная, под огромной мохнатой тушей, постоянно перетекающей из промежуточной формы в волчью.

Разве можно вервольфам позволять жить как обычным людям? Нет! Это не люди — это звери! Жестокие, бессердечные звери! И один из них сейчас упивался своей добычей. Елена до боли сжала кинжал припрятанный для целительницы. Пока это существо не стабильно есть шанс его уничтожить. Один взмах — и вот чудище замерло и с тяжестью рухнуло рядом с телом мага.

Больше ей здесь делать было нечего. Елена повернула камень на подвеске, над которой корпела долгие ночи, втайне от Зенгера, и прямиком перенеслась в свои покои во дворце…

Исалина переоделась в ездовой костюм принесенный ей Кейлой. Зелья уже действовали и девушка все меньше чувствовала усталость и недомогание.

Через четверть часа, четверка резвых гильтер во главе с Туманом мчалась в Каменную Долину. В этом направлении Лин вела интуиция и она всецело ей доверяла. При таком гололеде даже острые когти животных справлялись плохо и на очередном переходе Туман чуть не сорвался с серпантина. Такая вот, опасная весна в Вейтхемских горах.

— Вертэн, — воскликнула Исалина, останавливаясь и переводя дух, — Что-то случилось, связь теряется. Нужно торопиться. Я не могу ждать остальных. И она оглянулась на отставших.

Двое всадников отстали от них на довольно приличном расстоянии.

— Демоны! — Выругался Вертен. — Езжай вперед, мне придется дождаться остальных и попросить их перевоплотиться.

Лин только кивнула, мысленно подгоняя Тумана. И казалось он ее слушался, стараясь ускоряться, но это мало помогало. Бежать против сильного ветра, швырявшего в лицо острые обледеневшие снежинки, было трудно даже для гильтер.

Лин уже видела в дали сияющую громаду первого ущелья, у края которого темной громадой темнело тело. Скатившись со спины Тумана, Лин бегом бросилась к нему, поскальзываясь и царапая об обледеневший снег незащищенные ладони. Но добравшись до тела, испытала горькое разочарование. Владиса здесь не было, как и Елены. Только кровавый след, ведущий к ущелью. У Лин оборвалось сердце, стоило ей взглянуть в темнеющий провал. Но на этот раз она быстро взяла себя в руки не дав раскиснуть окончательно. Заглянув в себя, Лин поняла, что больше нет ни темной, ни светлой энергии, сейчас это был тугой комок переплетенных межу собой энергий. Такого она еще никогда не видела, но следовало поторопится, связь все быстрее исчезала и Лин перешла на магическое зрение. Обследуя каждый выступ, она искала Владиса, тщательно обдумывая план, как будет его доставать.

В глубине трещины, на узенькой перемычке изо льда и снега, натащенного сюда за сотни лет ветрами, лежал князь. Точнее, полулежал с закрытыми глазами, обессиленно прислонясь к обледенелому камню. Губы Владиса слегка кривились от боли, но он был жив…

Такого невероятного взрыва облегчения и счастья Исалина не испытывала до этого никогда в жизни.

Через несколько минут к ней присоединились остальные, они осмотрительно, как шпионы, перебираясь через камни, неторопливо двигались от камня к камню, раскиданным по стенкам ущелья, спускаясь к пострадавшему и стараясь вытащить его как можно осторожнее. Такую картину вряд ли когда еще можно будет увидеть. Вервольфы в своей промежуточной боевой форме, как летающие лемуры из южных провинций, ловко перепрыгивали с выступа на выступ.

А еще через полчаса Исалина уже вливала жизненную энергию в князя, сумев отделить ее от темной. Это оказалось не так уж и просто, но теперь она была уверенна в том что ей не грозит стать адепткой темной энергии. Она научится пользоваться обоими энергиями порознь и сливая их вместе так, чтобы светлая часть всегда подавляла темную. Темная энергия опасна и лучше ее держать под контролем…

Исалина влила в князя ровно столько энергии, чтобы можно было доставить его в замок живым. Лечить его на продуваемом со всех сторон ледяным ветром каменном выступе она не желала, да и не смогла бы, нужных ингредиентов у нее с собой не было.

Клинок был сделан из твердой стали и смазан каким-то особым зельем, состав которого Лин был пока неизвестен, но он мог убить не только вервольфа, практически устойчивого к магическим атакам, но и ее саму.

Лишь когда на горизонте появились алые всполохи рассвета усталые и промерзшие до самых костей путники въехали за посыпанную свежим песком территорию замка. В замке мало кто спал, слуги сновали туда-сюда под четким руководством Кейланы. Еще через четверть часа Лин, уже переодетая в привычное платье, фартук и нарукавники, уже во всю готовилась к лечению, доставая травы и ингредиенты. Магия, это конечно хорошо, но вот лечить чистой энергией Лин не умела. Да это вообще мало кому было под силу. Она могла лишь добавить сил и на некоторое время приостановить кровь. Что и сделала там, в Каменной Долине.

Приготовив нужный раствор и зелье, Исалина обратилась к своей энергии заставляя ее снова смешиваться, образуя тугую, переливающуюся лиану и весь мир вокруг мгновенно изменился. Пропали скудные, доступные только обычным существам, возможности различать окружающее лишь по величине, форме, запаху и цвету. Исчезла предрассветная серость, и свет свечей и фонарей, горевших в целительской, вместо них появилось ощущение целостности, общности со всем миром, с его многоликим теплом, возникло видение природных явлений, живых существ, двигавшихся по замку. Потом Лин перевела взгляд на Владиса, ничком лежащего на на кушетке и прикрытого до пояса белой простыней. Его рана сияла багряным цветом, который излучало зелье, распространяющееся с каждым ударом сердца. А дальше все завертелось в бешенном ритме. Вертен, пришедший помочь, помог перевернуть Владиса и Лин влила в горло князя универсальное противоядие, это помогло убавить багряное сияние, дальше шли болотницы, вот здесь Исалине пришлось постараться, болотниц в считаные секунды раздувало и чтобы они не лопнули, Лин контролировала их аппетит магическим способом. После этой процедуры оборотень задышал ровнее и свечение почти сошло на нет. Осталось только наложить заживляющую мазь и организм сам справится с остатками чужеродной материи в организме…

Просыпаться было тяжело, свинцовые веки не хотели открываться, а состояние организма походило на истощение. Лин повернула голову и она отозвалась мириадами мелких осколков впивающихся в виски. Стон самопроизвольно сорвался с губ и тут сильная рука сжала ее руку и легонько коснулась скулы, проведя кончиками пальцев в низ. Лин немедленно приоткрыла глаза и тут же зажмурила их. Яркий свет больно резанул глаза и в висках снова разлетелись осколки, добавляя боли.

— Маленькая моя, — нежный шепот князя раздался прямо над ухом, заставляя боль понемногу отступать, — больше я тебя никуда не отпущу, даже если сама захочешь уйти. Владис тихо таял от счастья, находясь рядом с той, о которой тайком мечтал по ночам в одиночестве. Кто-то новый, властный и непримиримый, проснувшийся в нем за последние часы, точно знал, что теперь самое важное это устроить все так, чтобы его целительница все время была рядом, не исчезала и не уходила дальше, чем можно добежать за пару минут или хотя бы услышать, если недоступно взгляду.

И по его голосу целительница поняла, что князь широко улыбается.

— Думаешь получится удержать? — не выдержала Исалилина и хрипло спросила, стараясь улыбнуться. Она уже давно вспомнила его, и боялась теперь совершенно другого…

Глава 11

— Мерзавка! — отбрасывая пуховку, процедила Анура. Из зеркала на Ануру глядела молодая оскорбленная женщина, всеми силами старающаяся сохранить достоинство аристократки. Легкая, но отнюдь не болезненная бледность, приданная ей пудрой, аккуратно зачесанные вверх, собранные и сколотые шпильками с ониксом рыжие волосы. Несколько прядок выбивались из прически, что выглядело очаровательно. Платье она выбрала довольно простое из всего ее арсенала, но красное, как всегда.

Она злилась на саму себя, нужно было просто столкнуть ее с лестницы посильнее еще в день ее приезда.

— Умудрилась же выжить! Я думала он ее придушит! Но нет, Владису надо было вмешаться! Демонова целительница! — В сердцах выругалась Анура. — Астра, мне нужны ключи от ее покоев. Достань! Иначе…

Анура не договорила и так посмотрела на Астру, что та побледнела и поспешила выполнить распоряжение хозяйки.

Лин быстро шла на поправку и уже к вечеру могла сидеть за столом в своей комнате и спокойно ужинать с блаженной улыбкой на лице.

— Прошу прощения, что помешала, — внезапно раздался голос Ануры, до дрожи напугавший задумавшуюся Исалину. — Я стучалась, но, видимо, ты не расслышала.

Лин была уверенна, что ни кто не стучал в ее покои и после ухода прислуги Лин дважды повернула ключ в замочной скважине.

— Если я не ошибаюсь, то дверь была заперта, — наконец-то отмерла Исалина.

Судя по недовольному выражению лица рыжеволосой красавицы, ей не понравились сказанные Исалиной слова. Она смерила ее презрительным взглядом, словно Лин была виновата в том, что она терпела неудачи раз за разом.

— Думаю, госпожа Гризель или как вас там по-настоящему, нам есть о чем поговорить, — произнесла она еще с порога, окинув поднимающуюся Исалину ненавидящим взглядом.

Несмотря на охватившее Лин волнение в тот момент, когда соперница столь внезапно появилась в покоях, она успела заметить бледность незваной гостьи и лихорадочный блеск глаз. Лин и самой хотелось с ней побеседовать, поскольку надеялась на ее благоразумие.

— Слушаю вас, леди Анура, — Лин постаралась изобразить на лице вежливую улыбку, хотя ее глаза метали молнии негодования на эту неугомонную особу.

— Не будем ходить вокруг до около, — судя по тону, Анура была настроена враждебно. — Я вижу, что ты пытаетесь перетянуть внимание Владиса на себя. Так вот, можешь даже не утруждаться.

— Отчего же? — Вскинула в удивлении брови Лин. Похоже, дружественный разговор, на который она так рассчитывала, все же не состоится. Как же далеко Анура может зайти?

— Все твои действия будут тщетны, — Злорадно ухмыльнулась Анура, чем-то сейчас напоминавшая Зенгера. — Надень на тебя даже самые элегантные платья, самые дорогие украшения, ты все равно не сможешь затмить мою красоту и останешься провинциальной выскочкой, — несмотря на насмешливый тон, в ее голосе слышалось раздражение.

— Что подтолкнуло вас к такому выводу? И к тому, что оскорблять меня своими нелестными высказываниями? Да что вы вообще знаете обо мне? — не удержалась от обиды в голосе Лин.

— Если ты до сих пор не поняла моих намеков, то скажу тебе прямо — не стой у меня на пути, иначе пожалеешь! — прищурившись, с угрозой почти прорычала Анура и Лин на какое-то мгновение показалось что у нее удлинились клыки.

— Позвольте, леди Анура, дать вам дельный совет, лучше согревайте постель своего любовника вместо того, чтобы пытаться прыгать по чужим. Тогда всем будет жить куда спокойнее. Лин била наобум, но похоже не промахнулась.

— Да как ты смеешь! — завопила Анура, и ее красивое лицо перекосила жуткая гримаса из смеси ярости и гнева. Она так стремительно пересекла комнату, что Лин едва успела перехватить ее правую руку, занесенную для удара с уже выступившими когтями. Анура тут же замахнулась левой, но в очередной раз была остановлена. Лин подключила магию. Не так-то просто остановить волчицу лишь своими силами. — Немедленно убирайся из моего дома! — Ее глаза сверкали убийственным огнем. Ненависть и злость сейчас переполняли душу сводной сестры князя.

— Твой ли он? — Лин поразилась своей сдержанности, хотя ей и самой хотелось хорошенько врезать этой идиотке за то, что по ее вине она оказалась в таком затруднительном положении и чуть не погибла. — И оставь уже моего будущего мужа в покое! — Выпалила Лин не ожидая от себя такого порыва.

Хоть и не было еще разговора об этом с Владисом, но Лин до коликов в пальцах захотелось ударить побольнее эту нахалку. Ведь это она подливала наркотический дурман Владису чтобы потом окрутить его.

— Ты еще пожалеешь о своих словах! — В ярости прошипела Анура, краснея и бросая на Лин презрительные взгляды, а затем начала трансформацию…

Но довершить ее так и не успела, Лин хоть и была слаба, но чтобы спеленать нахалку сил у нее хватило. Вот только и Анура была не просто волчицей, но еще и с ведьмовской магией. Ей не составило труда разорвать кокон удушающего захвата, и броситься на Лин уже в образе волчицы.

Но не успела Анура добраться до горла этой демоновой девки, мнящей себя перстом богини, как мощная силовая волна отбросила ее и впечатала в стену, а из глаз посыпались мириады искорок и Анура поняла, что сознание ее отпускает.

Лин не представляла, что и как произошло, но свой резерв она исчерпала подчистую. Симптомы говорили сами за себя. В груди появилось жжение, а открыв глаза Лин видела смазанные видения собственной комнаты, сменяющие друг друга словно калейдоскоп. Скосив глаза на руки она увидела сверкающие струйки сбегавшие с ее пальцев и расползающиеся в стороны. Черные и белые, переплетающиеся между собой, словно змейки, стекали с ее рук, которым она не могла пошевелить.

Исалина будто со стороны наблюдала за тем, как сверкающий ручеёк ее дара вытекает из нее, переливаясь двумя цветами. А она с каждой падающей каплей становилась всё легче и легче, словно была детской мозаикой, из которой по одному вынимали кусочки, до тех пор, пока не осталась только пустота.

Она видела, как дергается и пытается подняться Анура уже в обличии человека, видела как в комнату врывается Владис и что-то кричит бросаясь на коленях к ней, но слов не могла разобрать, гул тысячи голосов усиливался в ее голове. И сверкнув ослепительной звездочкой, медленно упала последняя капля ее уникального дара…

Исалина думала, что сознание, сжалившись, оставит ее, но этого не случилось. Она понимала всё, что происходит, но теперь это не имело никакого значения. Ничего больше не имело значения: она больше не переживала за судьбу тетушки и ее аптеки, не волновали ее больше отношения с Владисом, была равнодушна к любимым цветам, а этот день казался бессмысленным, как и все последующие.

От Исалины Гризель осталась одна оболочка, и та была совершенно безразлична ко всему миру.

— Девочка моя, ты меня слышишь? — Владис гладил Лин по волосам. — Не сдавайся, милая моя! Слышишь?! Не сдавайся! — Владис в отчаянии тряхнул ее за плечи, но результата это не принесло. Его Лин была словно тряпичная кукла. Он не мог ее потерять. Только не так. Она стала ни жива, ни мертва. Она сгорела. Магический резерв выжжен до последней капли…

Исалина слышала и понимала все, но никак не отреагировала. Зачем?

— Я сейчас любимая! — Проговорил Владис и аккуратно перенес Лин на постель. Исалина продолжала безучастно смотреть перед собой. Происходящее ее совершенно не трогало. Не волновало больше, куда мог уйти Владис, и слова его казались пустыми и неуместными.

Владис быстро вернулся или это только казалось так. Рядом с ним был еще кто-то. В таком состоянии Лин не замечала течения времени и не могла сфокусировать боковое зрение. Хотя и это ее не волновало совсем.

Владис поднял на уши весь свой замок.

Допросить Ануру как следует у него не вышло, она постоянно проваливалась в забытье, после ударной магической волны. Когда они вернулись из Каменного Дола, Вертэн пытался допросить Ануру на предмет нахождения Исалины в ее покоях, но она с такой достоверностью утверждала, что ее подставили, чтобы убрать всех приближенных к Владису, и Вертэну пришлось отпустить ее за недостаточностью улик. Но браслет он все же забрал и передал Владису, когда тот пришел в себя. И сейчас этот браслет мог вернуть ему его любимую.

Но нужен был маг. Способный впустить собранную в браслет энергию в тело Лин.

Кайори не покинула Вэйтхэм, ей не куда было уезжать. Генерал не простит предательство и все что ждет Кайори на родине — это смерть. И сейчас она искала князя, чтобы попросить у него защиты и убежища.

Он встретился как раз на ее пути и сначала мазнул по ней невидящим взглядом, но потом опомнился и резко развернулся к ней.

— Фа Кайори? Вы еще не улетели? — с затаенной надеждой спросил князь.

Ксйори присела в положенном этикету книксене и произнесла:

— Нет, ваша светлость, мне не куда идти, и я бы хотела попросить у вас возможность остаться в Вэйтхэме. И она с надеждой взглянула в серые глаза.

— Пойдемте! — решительно произнес князь, хватая за руку и увлекая за собой фа Аймин…

— Аппа всемогущая! — Воскликнула Кайори помянув свою хранительницу, данную при рождении, при виде пустого и безжизненного взгляда целительницы. И как же так вышло? Девушка же вернулась измотанной, но здоровой?

— Вот, — Владис замялся на какое-то мгновение и протянул на раскрытой ладони, удивленно вскинувшей брови фа Аймин, янтарный браслет. — Насколько я понял, это накопитель, и в нем возможно осталась хоть крупица магии способная вдохнуть жизнь в мою невесту. Фа Кайори, вы знаете, нам магия не подвластна. Может… — Он не договорил, его голос надломился и Владис перевел взгляд на окно, где уже занималась вечерняя заря.

Кайори осторожно взяла с мощной руки хрупкий и изящный браслет и сжала его между ладошек, переходя на магическое зрение. Это действительно накопитель, но магия не была запечатана в этом браслете, она постепенно утекала в окружавший мир.

— Здесь немного, — не разжимая ладоней и не открывая глаз проговорила дочь генерала, — И здесь только темная энергия. — Кайори удивленно распахнула глаза и вопросительно взглянула на князя.

Владис сдвинул брови к переносице и уверенно кивнул ей.

Пусть сначала его Иса превратиться в прежнюю добрую, отзывчивую и полную жизни девушку, а не в это подобие безжизненной, но живой куклы. А уж с темной энергией он как нибудь справиться. Найдет способ. Это уж точно!

Кайори осторожно подошла к кровати, где лежала целительница и застегнула ей браслет, но девушка никак не отреагировала, продолжая буравить потолок своим безжизненным взглядом.

Кайори прижал обе ладони к тому месту, где располагалось сердце и забормотала какие-то слова. По комнате будто бы пронесся прохладный морской ветерок, теребя полы платья и волосы девушек.

Прошла минута. Другая.

А потом сердце Лин оглушающе стукнуло. И этот звук набатом разнесся по комнате, в которой царила мертвецкая тишина. Отдался волной в каждой клеточке ее тела, разлился по всему ее существу теплой волной. Глубокий вдох сорвался с приоткрытых губ, а веки дрогнули.

Миг невыразимого блаженства.

И всё померкло перед глазами Исалины.

— Ну как? — Взволнованно спросил Владис наблюдая за Кайори.

Кайори тяжело поднималась с постели, усталость накатывала все сильнее, такая вот отдача у темной магии для тех, кому удалось с ней столкнуться.

— Теперь ей нужен, полноценный и крепкий сон. — Устало проговорила фа Аймин. — Но она больше не игдарилл, а обычная темная магиня, с посредственным даром. Магии оказалось слишком мало, — с грустью произнесла Кайори.

— Спасибо! — Владис быстро пересек разделяющее их растояние и порывисто обнял Кайори.

Кайори кивнула и быстро отстранилась.

— Фа Аймин, вы можете оставаться в Вэйтхэме, столько, сколько пожелаете. Теперь это и ваш дом тоже!

Кайори кивнула и поспешила выйти, оставив влюбленных одних. Радость переполняла девушку до тех пор, пока на изящном столике в своих покоях Кайори не обнаружила письмо от генерала…

Эпилог

Лин очнулась в небольшой светлой комнате, это явно были не те покои, где она жила до этого.

Эти были больше и светлее.

Светло-зеленый матовый шелк, по которому были изредка разбросаны белые бутоны мелких тюльпанов, окруженных белыми узкими виньетками украшал стены.

Из обстановки в спальне был только длинноволосый ковер шоколадного цвета и кленовая кровать под зеленым бархатным балдахином с серебряными кистями. Чуть дальше стоял не высокий круглый стол, с водруженным на нем медным тазом, в ктором уютно расположился кувшин.

Дверь в комнату тихо отворилась и в покои вошел неизвестный мужчина, чьи виски уже побила седина.

— Доброе утро! Как вы себя чувствуете госпожа Исалина? — Он подошел, ополоснул руки в медном тазу стоящем чуть поодаль от кровати и вытер их холщовой тканью. — Меня зовут господин Оленси, я лекарь из близлежащего поселка Беленрог. Как вовремя я здесь оказался. — Усмехнулся он своим мыслям.

— Не знаю, но кажется, что все в порядке, — задумчиво проговорила Лин, пытаясь прислушаться к себе. — Но кажется, что чего-то не хватает.

— Возможно всё дело в посттравматическом синдроме, — забормотал он, прощупывая пульс и оттягивая нижнее веко левого глаза, — Или же дело в вашей искре, такое на моей памяти впервые, но она снова в вас.

И он по отечески сжал ее прохладную кисть.

Лин хотела возразить, но запнулась.

— Господин Оленси… это значит, она снова во мне? — Испуганно округлила глаз Исалина, не веря в происходящее.

Местный лекарь улыбнулся и просто кивнул.

— Но как? Как такое возможно? — Изумилась Лин.

— Об этом вам лучше расскажет кое-кто другой, из первых рук, так сказать, — И господин Оленси тепло улыбнулся своей пациентке.

Он поднялся и двинулся к выходу, у которого молча раскланялся с входящим Владисом лен Тирром.

— Как ты? — спросил он бесцеремонно усаживаясь на край кровати.

Лин смутилась от такой близости и опустила взгляд, чтобы не выдать смущение, забывая о том, что Владис не совсем человек и чувствует ее эмоции.

Владис довольно улыбнулся.

— Вижу что хорошо, вон даже румянец проступил, — пошутил он, чем еще больше заставил Лин покраснеть.

— Как Анура? — Спросила Лин, чтобы разрядить затянувшуюся тишину.

Владис тут же напрягся, но решил, что скрывать правду нет смысла.

— Анура в казематах, — Владис с силой сжал кулаки, — Ее будут судить по законам клана. Она до последнего не хотела признаваться, что делала в твоих покоях, обвиняя тебя во всех тех исчезновениях и преступлениях. Пришлось применить к ней клятву рода. Вот тогда-то и выяснились все подробности. Оказывается, ее мать обманом женила на себе нашего с Вертэном отца при помощи ведовского колдовства. А потом уже и на мой счет у нее имелись матримониальные планы. Анура любыми способами должна была стать княгиней. Вот и придумала план по срыву отбора. Те письма и кровавые надписи писала она. Отравленная стрела и наркотик тоже ее рук дело. И девушки пропадали с ее легкой руки. И все те зверства, что творились с девушка тоже придумала она. — Владис тяжело вздохнул. — Только вот Зенгера она не вызывала. Ей нужно было убрать лишь тех, кто рядом со мной, чтобы занять их место. — Владис раздраженно передернул плечами и попытался улыбнуться Вот только улыбка получилась не веселой. Ведь столько жизней искалечила одна ревнивая идиотка с больной фантазией.

Лин пересела поудобнее и положила руку на плечо Владису. Владис благодарно взглянул на нее и накрыл ее своей теплой горячей ладонью. По телу Лин будто бы разряд энергии прошелся от его прикосновения и стало так тепло, так хорошо, что она прикрыла глаза от удовольствия.

Владис неотрывно следил за выражением лица любимой и оно сказало ему больше, чем любые слова. Он резко подался в перед впиваясь горячим поцелуем в так манившие его столько времени губы. Мягкие и податливые, они раскрывались на встречу ему словно бутоны весенних первоцветов с их бело-розовыми лепестками раскрывались солнцу.

Лин жадно выпивала его поцелуй, не ожидая от себя такой распущенности, но сейчас ей было плевать на условности, плевать на правила и на весь мир в частности. Она наконец-то нашла его. Того с кем ее сердце снова ожило после предательства, того, кто ни смотря ни на что вдохнул в нее жизнь в прямом смысле этого слова. Она даже не заметила, как ее сорочка полетела на пол, как и рубашка Владиса, теперь ее обнаженное тело прикасалось к горячей груди Владиса вбирая в себя его тепло…

И не было на свете высшего счастья, чем быть с любимым…

Запыхавшиеся, они лежали и медленно приходили в себя. К тому моменту солнце за окном уже давно перевалило за полдень. Но их ни кто не пришел потревожить, а может и приходили, но ни Владис ни Лин, не слышали стука в дверь.

— Лин… — Владис перевернулся на бок и засмотрелся на сонную, с припухшими от поцелуев губами девушку, но взяв себя в руки спросил, — Ты станешь моей женой, перед лицом богини и моего народа? — Серьезно спросил он, внимательно прислушиваясь к отголоскам эмоций, той которую хотел назвать своей парой.

Лин в удивлении замерла, но лишь на минуту, а потом удивление сменилось невероятным облегчением и счастьем. И она с придыханием произнесла ритуальную клятву:

— Да, Владис лен Тирр, князь клана Бурых волков, я возьму тебя в свои законные мужья и отцом моих детей перед лицом богини Луаны…

Три года спустя…

— Кажется нам пора расширять границы. Задумчиво произнесла княгиня поглаживая уже округлившийся живот.

Владис глянул на нее насмешливо, приоткрыв свой светящийся светлым серебром, в сгущающихся сумерках, глаз.

— Ты же понимаешь, мы уже три года принимаем беженцев из королевства и других княжеств, что в подчинении короля. Хоть и нет больше Зенгера, но его последователи, да хоть та же Елена, все еще действуют скрытно и жизнь в королевстве не так уж и хороша, теперь только намек на темную магию и сразу на костер. — Лин рывком поднялась и подошла к окну. Владис плавно перетек из своей звериной сущности в человеческую, лишь только негромкий хруст ломающихся и перестраивающихся костей нарушал тишину общего кабинета княжьей четы.

— Когда-нибудь мы ее обязательно найдем мой цветочек, — обнимая со спины проговорил Владис.

— «Когда-нибудь», слишком долгий срок Владис, — поворачиваясь в кольце таких родных и любимых рук, проговорила Исалина, целуя уголок дрогнувших губ. — Нам нужна территория больше, жители и так уже теснятся, как бы не было бунта со стороны местной знати. А кроль пожелал остаться марионеткой, обвинив во всех злодеяниях наше княжество, грядет война. А король так и будет марионеткой, пока Елена на свободе. — Крепче прижимаясь к груди мужа, задумчиво проговорила Исалина.

— Если тебя это так волнует, то могу открыть маленький секретик, — улыбнулся в макушку жены Владис, вдыхая ее непревзойденный аромат первоцветов. — За третьим перевалом есть большая долина, где можно разместить многотысячное королевство…

Сводки от автора.

Фа Кайори Аймин получила титул банны и теперь у нее обширный банат, занимающийся разведением летающих бизонов.

Мерида ван Лейс все же поступила в академию, но не проучилась там и двух лет. Она вышла замуж по любви и укатила на юг королевства выращивать финики и медовые груши.

Мин Вайлин Тенгри тоже осталась в княжестве, вот только теперь лисичка принадлежала клану черных волков, что несказанно расстроило ее достопочтенную маман, а Лидов лен Карт оказался хорошим мужем и отцом.

У Вертэна и Кейланы родились двойняшки, что не характерно для волков в частности. Но с природой и волей богов не поспоришь.

Анура была осуждена старейшинами клана и приговорена к отречению от клана. Клан белых волков не принял ее назад. И дальнейшая судьба преступницы неизвестна.

Content

Ева Алатон
ЦЕЛИТЕЛЬНИЦА ДЛЯ БУРОГО ВОЛКА

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Эпилог