Владимир Мясоедов

Ведьмак 23го века. Том десятый

СОБСТВЕННЫЙ ВЫБОР

Пролог

Не слишком высокий, но довольно широкоплечий человек с длинными седыми усами и смуглой чуть морщинистой кожей, которую жаркое тропическое солнце пекло с самого его рождения, почти бежал по темным улицам, пугливо озираясь чуть ли не во все стороны сразу. В заброшенном за спину мешке, горловину которого мужчина сжимал двумя руками, периодически нечто побрякивало. Солнце давно уже зашло, и теперь по утоптанной земле между одноэтажными глиняными постройками рисковали ходить только очень отчаянные люди. Даже если они были хорошо вооруженными. Отнюдь не всегда острая сталь или готовые плюнуть тяжелой свинцовой пулей ружья и пистолеты спасали от того, что после прихода темноты подстерегало в этих краях обладателей горячей алой крови и бьющихся сердец. С неба могла упасть крылатая бестия, благодаря способности летать легко миновавшая высокие стены. Из под земли вырваться монстр, плавающий в грунте также свободно, как рыба в воде. А вчера еще абсолютно нормальные обыватели запросто превращались в жаждущих чужой плоти и жизненной силы упырей, безмозглых, бесстрашных, не чувствующих боли и очень голодных, если к ним в гости накануне заходили вампиры, скрывающиеся среди горожан. В проклятых землях Мексики, расположенных у самой границы царства живых мертвецов, гибель в клыках тварей считалась таким же обыденным явлением, как смерть от голода, болезней или ножа алчного грабителя. Последних тут тоже хватало, но они все же предпочитали действовать днем. Максимум — в сумерках. Слишком уж опасно было ночью находиться на улице и, вдобавок, вонять свежей кровью. Чтобы решиться на такое, следовало являться очень смелым человеком. Ну, или иметь за своей спиной хорошо вооруженных соратников.

Когда мужчине заступили дорогу две выступившие из мрака фигуры, он сначала испугался и, уронив на землю свой мешок, схватился за массивный пистолет с кремниевым замком, заткнутый за пояс. Потом облегченно выдохнул, опознав в этой парочке нормальных людей по сжимаемому в руке одного из них комку тускло тлеющего огня, ведь нежить поголовно видела в темноте и побаивалась пламени. А затем, присмотревшись к не торопящимся освобождать дорогу личностям, окончательно заставил пальцы разжать рукоять оружия. С восставшими из могил он мог бы попытаться справиться. Пусть в стареньком пистолете имелся всего один заряд в отличии новомодных американских револьверов, но толстое дуло, куда можно было бы запихнуть аж четыре пальца, могло извергнуть из себя целое облако крупной дроби. Причем среди свинцовых кругляшей присутствовало и несколько обрезков с серебряных монет, которыми он пожертвовал как раз на случай встречи с тварями ночи. Подобный выстрел с близкой дистанции гарантированно бы превратил живое в мертвое, продырявив его в десятке мест сразу и, возможно, оторвав конечность либо голову. Среднестатистический ходячий труп тоже бы упокоился с миром, и даже не особо сильный вампир мог бы сдохнуть окончательно, если бы пренебрег защитными амулетами. Но любой из тех, кто стоял перед ним сейчас, выдержал бы пару-тройку подобных выстрелов не моргнув и глазом благодаря мощным магическим барьером. Пистолет против подобных монстров в человеческом обличье казался крайне слабым аргументом. А еще обладатель седых усов и большого мешка на них работал.

— Так-так-так, неужели это в самом деле ты, Рауль? — Заговорил чародей, сжимающий в руке небольшой комочек пламени, по всей видимости, заменяющего ему банальную лампу. Огонь освещал распахнутый темный плащ с капюшоном, под которым прятались поблескивающая кираса. На молодом и не лишенном определенной доли привлекательности лице играла легкая улыбка. Его молчащий напарник был с головы до пят укутан в плащ с глубоким капюшоном, скрывающий все и вся, кроме общих габаритов фигуры. Рост под два метра дополнялся почти такой же шириной. — Тебя стало сложно узнать, мой старый друг. Морщин на лице убавилось, шрамы исчезли, почти не горбишься…Вижу, слухи не лгали и в Ритипо действительно появилась целительница, чья красота может соперничать лишь с её же добротой, которая даром исцеляет бедняков и возвращает молодость.

— Не совсем так, сеньор Фернандес, — осторожно поправил чародея обладатель мешка, облизывая враз пересохшие от волнения губы. — Самую сложную работу делает все-таки не сама эльфийка, а её русский наставник. Целительница занимается лишь теми, чьи болезни и травмы не слишком серьезны, а также идущими на поправку после операций и ритуалов. А еще они помогают людям совсем не бесплатно, я на них целых два года должен был бы отработать. И от старости тоже не лечат, специально уточнял. Просто здоровому человеку намного легче нести груз прожитых лет чем тому, кто от боли в разбитом болезнями теле готов сам нырнуть в могилу.

— Пф, Руаль, не засоряй мою голову ненужными подробностями, — в улыбке чародея мелькнуло нечто жестокое, заставившее его подчиненного испуганно вздрогнуть. — Эльфийка действительно настолько красива и богата, как говорят слухи?

— О да, сеньор, чистая белая кожа, стройные ножки, формы о которых можно только мечтать! Вот ей богу не вру, у неё сиськи почти с мою голову, — активно закивал головой обладатель седых усов. — Она даже красивее жены градоначальника! И украшения её ничуть не хуже: десяток колец и перстней, очень большой кулон с алмазами на толстой золотой цепи, платиновые браслеты, серьги ценою с хороший дом! Это очень могучие артефакты, но сама целительница лишь раза в два сильнее меня, а я сами знаете…

— Слабак, который из всех колдовских умений толком смог научиться лишь магическому зрению, — безжалостно припечатал его чародей, а после слегка пнул громко звякнувший мешок. — Чего это у тебя там? Неужели решил проявить черную неблагодарность и обокрасть целителей, которые тебе так помогли? И ты не подумал о том, что я с тобой сделаю, если недосчитаюсь своей добычи или они забьют тревогу?

— Ну, сеньор, это же совсем не их. Это я из часовни при лечебнице украл, там ведь не монах служит, а одно только название, он и не проснулся даже, — заискивающе улыбнулся мужчина и тут же начал выкладывать те сведения, ради которых его и посылали на прием к неожиданно объявившемуся в городе пару недель назад целителю. — Капитана русского корабля или его лысого компаньона в больнице с заходом солнца вообще никогда не бывает, он только днем изредка появляется на пару часов, а ночевать на летучий корабль всегда уходит! Эльфийка же присматривает за больными почти круглосуточно. Но, как нам и говорили, обустроилась не среди лекарей, а в домике рядышком, где раньше жила вдова одного из докторов, которую месяц назад на кладбище зомби задрал. Сегодня целительница работала с самого рассвета и на пару часов дольше чем до заката, сделав лишь парочку коротких перерывов на то, чтобы поесть. К ужину выглядела очень усталой.

— Ну, еще бы, она ведь уже какой день так упорно трудится. Но скоро мы поможем немного отдохнуть бедняжке, — покровительственно улыбнулся своему подручному сеньор Фернандес, сменяя гнев на милость. — Ведь так, парни?!

Из ближайшего переулка раздалось невнятное утвердительное поддакивание на несколько голосов, а вслед за ним появились и остальные члены шайки, сопровождаемые вонью немытых тел и дешевого алкоголя. Полтора десятка разномастно вооруженных человек не боялись того, что могло крыться в темноте. Это от них одиночным тварям следовало во все лопатки улепетывать! В большинстве городов мира подобная кампания во время ночной прогулки рисковала бы нарваться на городскую стражу, что сначала начнет стрелять, а потом разбираться…Но в этом населенном пункте после захода солнца силы правопорядка патрулировали исключительно богатые кварталы. И больница стояла от них довольно далеко.

— В доме вдовы эльфийка живет одна? — Поинтересовался чародей, рассматривая здание, к которому его привел шпион. Вдвух этажном каменном доме не горело ни одного окна, а на улице все было тихо…Но все-таки некое неприятное предчувствие на грани восприятия заставлял обеспокоиться разбойника-мага. — Или помимо самого лакомого кусочка, за который нам отвалят кучу золота, есть еще кто-нибудь интересный?

— Еще старый негр — раб, оставшийся в доме еще от покойной вдовы, который занимается уборкой, готовкой, стиркой и прочей грязной работой, а также три санитарки с летучего корабля. — Тотчас же откликнулся обладатель седых усов. — Эти просто бабы, совсем не целители. И гной руками вычищают, и нечистоты сами выносят, и если им нужна капелька магии, бегут за зельями, которые эльфийка варит. А местные доктора в живут прямо в лечебнице, но туда и заходить то незачем. Ящик с пожертвованиями стоит прямо на входе, но там валяется одна лишь медь, да и той немного.

— И с врачами у тебя видимо связываться нет желания, — смерил его презрительным взглядом главарь банды. — Все же среди них хватает тех, кто может проклясть от души или схватиться за пистолет… Впрочем, взять с лекарей все равно особо нечего. Ну, по сравнению с богатой красивой бабой.

Закрытые ворота даже не замедлили грабителей. Спутник чародея сбросил с себя плащ и оказался человекоподобным куском камня. Две массивные ноги из слежавшейся гальки плавно переходили в практически квадратное тело с едва ощутимым намеком на тазовый сустав, состоящее из множества слепленных друг с другом валунов тело выглядело так, словно могло выдержать выстрел из пушки, вместо головы стояла хрустальная сфера внутри которой мерцали контуры человеческого лица, а толстые гранитные руки могли крошить пальцами не только черепа, но и прикрывающие их стальные шлемы. Пусть конструкция была составлена воедино из самых обычных камней, серьезно различающихся по цвету и видимо происходящих из разных источников, на её силе это ни капли не сказалось. Буквально в несколько движений голем перебросил всех людей через невысокую ограду, а после перепрыгнул её сам, пусть даже после приземления провалившись почти по колено в сухую утоптанную землю.

— Хм, а эта эльфийка все-таки не совсем дура. Порог густо заплетен сигнальными нитями, — сеньор Фернандес несколько секунд разглядывал дверь, а потом махнул рукой около замка, который тот час же щелкнул. — Вперед, парни! Старого слугу прирезать, с санитарками по ситуации. Но если кто-нибудь по дурости прибьет девку, вместо того, чтобы её живой взять, сам ему голову оторву.

— Сеньор Фернандес, а почему бы не провернуть все по-тихому? — Осторожно осведомился Рауль у главаря банды, пока грабители один за другим вламывались внутрь дома. Громкий неестественный вой, извещавший всю округу о грубом нарушении охранного периметра, не замедлил их ни на секунду. — Ну, чтобы не проснулась и не схватилась за оружие или артефакты… В окно там влезть, раз дверь сигнальными чарами перекрыта…Или вообще взлететь и зайти через крышу…

— Если бы мы пытались украсть обычную девку, то это бы сработало. Но с ведьмой, пусть и слабой, лучше не рисковать. — Пожал плечами чародей, прислушиваясь к доносящимся из дома звукам, среди которых практически сразу же появились крики боли и треск выстрелов. На мгновение окна здания изнутри осветила яркая голубая вспышка. — Даже такое ничтожество как ты способно на пару секунд стать настоящим магом, если вложит в заклятье свою жизненную силу. Опять же, раз на эльфийке столько драгоценностей, то часть из них почти наверняка боевые артефакты. И я не хочу проверять, что лучше: они или мои защитные амулеты. Пусть лучше она разрядит их в тех, кого не жалко, а потом в драке схлопочет по голове и вырубится…Или хотя бы устанет до такой степени, чтобы я мог с ней справиться.

Внезапно звуки боя в доме оборвались. Вот только ликующих криков бандитов или их же грязного мата, которым они бы обязательно обложили свою пленницу после того, как скрутили, не было слышно. Сеньор Фернандес заметно напрягся и стал медленными шажками отходить обратно к стене. Он полагал, что если дела пойдут не очень удачно, эльфийка-целительница может прикончить некоторых его людей. Но чтобы всех?! Вдруг главарь шайки заметил, как в небесах над ним звезды на секунду закрыла какая-то крупная тень, и тут же сместился в сторону неуловимо быстрым для глаза рывком, вызвавшим вспышку боли во всем теле чародея. На то место, где он находился мгновением раньше, шлепнулась массивная тяжелая сеть. А с неба прямо на каменного гиганта рухнуло тело, не особо уступающее ему по габаритам. Удар здоровенного двуручного топора шутя разрубил голову и туловище конструкта, две половинки машины с шумом грохнулись в разные стороны. Вскрикнувший от испуга Рауль попытался бежать, но успел сделать едва ли несколько шагов, прежде чем некая сила вздернула его в воздух и с размаху приложила о землю, сразу же вышибив дух.

— Если не хочешь остаток жизни ходить исключительно под себя — лучше не дергайся. — Прямо перед главарем банды в воздухе зависло двое людей. Слева покачивал огромным двуручным топором широкоплечий и довольно толстый азиат с лысой как коленка головой, чьи габариты только подчеркивали покрытые позолотой пластинчатые латы, украшенные светящимися рунами. Справа леветировал молодой человек с закрытым повязкой правым глазом, чьи доспехи несколько напоминали снаряжение самого сеньора Фернандеса, сжимая в руке дорогой даже на вид магический посох выше себя ростом. Чародеи всегда одевались богато, причем не просто из желания покичиться собственным могуществом и статусом, а из сугубой практичности. Золото и драгоценные камни являлись одними из лучших компонентов для создания артефактов, а хорошо подобранный комплект магической бижутерии мог удвоить и утроить возможности волшебников, превратив обычного талантливого заклинателя в силу, способную на равных поспорить с небольшой армией.

— Сеньоры, давайте не будем горячиться, — примирительно поднял руки главарь шайки грабителей, с трудом давя в себе желание облизать мгновенно пересохшие губы. О мощи чародеев довольно многое могла сказать их аура…И сейчас она у обоих зависших в воздухе людей словно разворачивалась, наполняясь силой. Когда сеньор Фернандес только увидел их, они казались весьма слабыми одаренными, недалеко ушедшими от простых обывателей, но сейчас уже имели такую энергетическую оболочку, с которой их бы в любой армии мира назначили пусть младшими, но офицерами. И было у главаря бандитов такое ощущение, будто процесс только начался. Маскироваться подобным образом, ступивший на криминальный путь волшебник не умел, но очень хотел бы научиться. — Признаю, я попался в вашу засаду, но ведь нет же повода вести себя слишком кровожадно!

— Да мы и не собирались особо злобствовать. Просто передадим тебя местному правосудию и умоем руки, — уведомил его одноглазый волшебник, чья разворачивающаяся аура уже достигла насыщенности слабого истинного мага и только теперь процесс её насыщения энергией начал несколько замедляться. Говорил он на английском с заметным акцентом, впрочем главарь шайки грабителей еще и не такое слушать привык. — Но это только в том случае, если расскажешь нам все, что знаешь о торговцах живым товаром в Мексике и южной части США. И лучше бы тебе не врать о том, будто среди твоих знакомцев таковые отсутствуют. Из числа уродов, которые уже купились на наживку в виде одинокой богатой эльфийки, пока еще не нашлось ни одного мерзавца, который не рассматривал бы как товар её саму.

Глава 1. О том, как герой пребывает в неловком положении, спасает человеку жизнь и бьет белок по глазам

— Я больше не хочу быть приманкой, — капризно заявила светловолосая девушка с большими голубыми глазами, острыми ушками и таким бюстом, что все мужчины сначала замечали его и только потом переводили взгляд на весьма симпатичное личико. Вот только чародей, сидящий за полностью заваленным картами, книгами и какими-то записками столом, её женские чары полностью игнорировал. Не то дело было в его моральной стойкости, не то в том, что свободный от повязки глаз молодого боевого мага пялился не на эльфийку, а на собственноручно составленные им допросные листы. — Мало мне риска оказаться однажды все-таки украденной, так вдобавок и режим сна совершенно сбился! А еще из-за возни с людьми в больнице совершенно нет времени на отдых и все просто валится из рук!

— Спокойно, Лили, осталось совсем немного. Кое-какие выводы из имеющейся информации уже можно делать, а команда укомплектована процентов на девяносто от желаемого и если случатся серьезные потери среди рядового состава, то мы сможем их легко восполнить, наведавшись в те места, где остались наши должники, не взятые на борт исключительно из-за наличия более перспективных кандидатов. — Олег Коробейников помассировал виски, размышляя о том, правильно ли он поступил, передав захваченных ночью преступников стражам правопорядка. Необходимость сделать сложный моральный выбор поставила его в довольно неловкое положение, уж слишком много имелось аргументов как «за», так и «против» подобного решения. С одной стороны, он имел полное право выпотрошить на месте напавших на его подчиненную, как в плане информации, так и чисто физически. С другой — становиться холоднокровным палачом очень не хотелось. Вожак шайки, оказавшийся совсем не слабым волшебником на границе третьего и четвертого ранга, безусловно, заслуживал казни и имел некоторые шансы успешно откупиться от правосудия. Но выпускать такой актив из своих рук мэр города вряд ли захочет, а плотно опутанный магическими клятвами и прочими способами принуждения к верности преступник будет способен принести много пользы людям в этом краю, где нападения нежити даже бедствием то не назвать, поскольку они случаются чуть ли не регулярно и стали примерно такой же частью жизни, как плохая погода. — В принципе, мы даже уже вполне можем прекращать подготовку и начинать действовать. Если ты не передумала становиться штатным медиком нашего судна, то сейчас самое время сойти на берег. Ритипо может и не самый приятный город, но в нем по крайней мере действуют какие-то законы и есть воздушная гавань, позволяющая улететь с попутным судном в более цивилизованные места.

— Ну-ну, знаю я эту цивилизацию, — недовольно пробурчала девушка, которую с Олегом объединяло то, что их обоих чуть было не принесли в жертву во время ритуала, призванного увеличить чужое магическое могущество. Причем одной из главных причин, из-за которой дочь обедневшей португальской дворянки и залетного английского сидхе едва не распрощалась с жизнью, являлась как раз её красота. Внук довольно опытной и совсем-совсем не доброй ведьмы позволил себе в отношении эльфийки слишком многое и получил по морде, а бабушка решила совместить приятное с полезным, одновременно усилив себя и расквитавшись с обидчицей. — Глазом моргнуть не успеешь, как тебя уже настойчиво приглашают на роль самой свежей подстилки в чьем-нибудь гареме, обещая в случае сотрудничества вкусную кормежку, мягкую кроватку и золотой ошейник. Ты хотя бы не пристаешь, заодно осаживая своего дружка — толстого лысого борова…

— Хрю! — В капитанскую каюту летучего корабля, бывшую по площади не намного просторнее кладовки в нормальном доме, просунулась довольно улыбающаяся и гладкая как бильярдный шар голова, с лоснящимися жиром щеками и глазами-щелочками. И молниеносно лизнула заднюю часть тонкой эльфийской шейки, чтобы взамен немедленно получить от испуганно вздрогнувшей, взвизгнувшей и развернувшейся со скоростью атакующей змеи девушки размашистую оглушительно звонкую пощечину. Но данный факт ни капли не испортил радостного настроения Стефана Полозьева, полностью просочившегося в помещение и занявшего немалую часть его объема. Во-первых, такой уж был характер у этого сибирского татарина польского разлива. А во-вторых, над ним еще в детстве провели процедуры модификации организма, после которых слой жира в теле далекого потомка Чингисхана приобрел свойства самой настоящей брони, легко распределяющей силу ударов по довольно большой площади. — Так, Олег, а теперь переведи мне все слова, которыми она меня сейчас называет…Ну, кроме «жирная скотина», «русский варвар», «озабоченный многоженец», эти выражения я уже запомнил.

— Не могу, она ругается на своем родном португальском, которого я не знаю, — Олег давно уже смирился с тем, что переделывать его друга бесполезно. К тому же оперировать и исцелять сибирского татарина в случае получения тем ранений он все равно собирался сам. Лили вполне неплохо владела обезболиванием, локальным усилением регенерации и прочими слабенькими чарами из арсенала магов-медиков, но ей не хватало опыта чтобы правильно сложить вместе мельчайшие обломки костей или взять на себя управление всеми процессами умирающего организма, создав ему волшебный аналог искусственного жизнеобеспечения. — А вообще, тебе давно уже пора нормально выучить английский язык, а не ограничиваться парой десятков заученных фраз. И, кстати, почему ночью ты шлем не надел? Не забывай, я может и неплохо наловчился новые глаза выращивать взамен испорченных, но вот вернуть на место выбитые пулей мозги пока не в состоянии.

Ловушка, в которую друзья раз за разом ловили бандитов, была очень проста. Роль наживки в ней отводилась красивой эльфийке, которую увешали может и не самыми мощными, но зато наиболее сверкающими на солнце артефактами. А в качестве крючка выступала сработавшаяся парочка боевых магов, которые тихонько прятались на ближайшем заброшенном чердаке, чтобы выскочить наружу, как только сработают сигналки или услышат шум схватки. В качестве дополнительной страховки от преждевременного обнаружения их аура в ходе небольшого ритуала словно заворачивалась сама в себя, лишая чародеев большей части сил до того момента, когда они используют какое-нибудь заклятие и тем разрушат маскировку. Для восьмидесяти процентов по-настоящему талантливых магов этого мира, кичащихся своим положением и мощью, ограничивать собственные возможности и ежедневно проводить по несколько часов среди пыли и паутины являлось просто немыслимым. Оставшиеся могли на время смирить свою гордыню, если цена стоила того…Но вряд ли многие из влиятельных и богатых чародеев, в большинстве своем относящихся к аристократии, стали бы так извращаться над собой, ради поимки ничего не сделавших им лично преступников, которые может придут, а может и не придут. И потому ловушка работала, несмотря на всю её простоту.

— Вот хоть убей не помню, где я его вчера оставил, когда Лили в безопасности на корабле отсыпалась. Вернее, у кого. — Виновато развел руками толстяк, который редкие свободные часы проводил за активным отдыхом. Ну, в его понимании этого термина. И оставшаяся в России парочка жен далекого потомка Чингисхана от поиска амурных приключений ни капли не останавливала. Впрочем, у Олега любимых женщин тоже было две. Просто одна являлась законной супругой и матерью их общего ребенка, а вторая находилась лишь в статусе любовницы и изменения своего положения не планировала. Слишком уж редко у оборотней рождались дети от представителей славянских народов. — У Матильды его нету, с Дженифер мы всю её квартиру перерыли и ничего не нашли, Мэй говорит, что я к ней уже без него заявился, Кларисса сама к нам на корабль приходила… Наверное, под кроватью у Саманты остался, где мы с ней вдвоем прятались от её детей, которые раньше времени домой вернулись. Хотя там такие кобылицы застоявшиеся вымахали, что и мне только посмотреть не вредно было бы, но и поучаствовать под присмотром опытной наставницы…

Красная от злости или смущения эльфийка буквально вылетела из каюты, громко хлопнув дверью. У Олега даже зародилось в душе подозрение, что она потихоньку учит русский язык, чтобы понимать, о чем говорят друг с другом два сильнейших мага на борту корабля, которым и принадлежит «Тигрица».

— Так чего пришел то? — Осведомился Олег, складывая в стопку допросные листы, заполненные исповедями неудачливых людоловов. — Или просто услышал приятный голосок самой красивой девушки на корабле и решил в очередной раз дать ей шикарный повод уволиться к чертовой матери с нашего судна, оставив меня единственным магом-медиком почти на две сотни человек?

— Эх, если бы. Вместо того, чтобы развлекаться, приходится работу первого помощника выполнять. — Показательно «расстроился» Стефан, на пару мгновений убирая с лица свою вечную улыбку. — Там парочку наших старых пней из числа краснокожих местные полицаи притащили. Говорят — разгромили бордель.

Капитану корабля только и оставалось, что тяжело вздохнуть и накрыть лицо ладонью. Иногда ему казалось, будто он работает не командиром отряда наемников, а то ли пастухом мартовских котов нанюхавшихся валерьянки, то ли воспитателем в детском садике для ребятишек переходного возраста с их неумением пить алкоголь и тягой к представителям противоположенного пола. А ведь, казалось бы, в матросы летучего корабля набирает лишь взрослых людей. Процентов восемьдесят команды по меркам этого мира, куда более сурового и жестокого чем истинная родина чародея, могла считаться даже не просто пожилыми, а по-настоящему старыми, если на то пошло. Однако же все равно в коллективе регулярно случались яростные перепалки по совершенно глупым поводам, драки между членами экипажа или их дружный мордобой с кем-нибудь посторонним, а также чрезвычайные происшествия, вызванные тем, что очередной умник сунул какую-то часть тела туда, куда не следовало.

— Сеньор Коробейников, — притащивший очередных залетчиков лейтенант полиции, или скорее городской стражи, имел дело с Олегом и его экипажем уже не первый раз, а потому даже сумел правильно произнести фамилию чародея. И судя по тому, что двух держащихся друг за друга чтобы не упасть индейцев окружало целых восемь конвоиров, на сей раз подчиненные русского волшебника влипли действительно крупно. Обычно в подобных городках к своим разборкам пьяные матросы и прочая публика схожего толка силы правопорядка пыталась не привлекать. А если вдруг те сами цеплялись — дело ограничивалось взяткой. — В первую очередь позвольте выразить свое почтение за все, что вы сделали для нашего города. Среди тех, кто побывал в больнице, имелись и родственники солдат, а пойманные вами бандиты подозреваются во множестве очень тяжких преступлений. Но со всем уважением, я вынужден просить применить к этим двум людям самые суровые меры наказания и больше не выпускать их за пределы корабля в нашем городе. В противном случае по ним при задержании будет открыт огонь на поражение или же они отправятся на плаху даже без судебного разбирательства.

— Чиник?! Олтек?! Вот от кого, но от вас я ничего подобного не ожидал! Вам же избавление от старческих болячек не так сильно должно было дать по мозгам шаманам, как кому другому! — Изумился Олег, взирая на облаченных лишь в рваные штаны братьев-индейцев с изрезанным морщинами лицом и седыми как пепел волосами, чья красновато-коричневая кожа шла разводами гематом буквально везде. К тому же у левого из матросов на прикрытой самодельными ожерельями из звериных когтей груди добавилось свежих шрамов, а челюсть правого застыла в крайне неестественным положении и точно была сломана. — И что они натворили? Напились и прирезали кого-нибудь?

— Выпить мы не успели, и ножей с нами к несчастью тоже не было, их на входе в бордель сдать заставили, — с явным сожалением ответил тот из братьев, чья челюсть осталась целой. Из ста двадцати человек экипажа «Тигрицы» примерно четверть составляли индейцы разных племен, которые в Мексике и Америке находились практически на дне общества, проигрывая кое в чем даже завезенным из Африки неграм. Коренные обитатели континента не умели управляться с парусами и пушками, зато отлично махали острым железом и швыряли в цель гранаты. И признанными лидерами этой краснокожей бригады, практически поголовно входящей в состав абордажников, являлись два брата-шамана. Общаться с духами у них получалось сильно так себе, по общемировой классификации оба едва тянули на верхнюю границу первого ранга. Зато они могли в рукопашной на равных драться со Стефаном. Пусть и не слишком долго. Но это было все равно довольно серьезным показателем, поскольку сибирский татарин среднестатистического упыря голыми руками заломать бы сумел. — Девочек тоже не попробовали. Только вошли как увидели…На нашем языке его зовут Треснувший Камень, какое имя он взял для белых, я не знаю. Но этот человек — подлый вор, что в позапрошлую зиму купил у нашего племени почти все запасы мяса, заплатив фальшивым золотом!

— Сколько? — Тяжело вздохнул Олег, понимая, что новых трат не избежать. Ну, если он хочет получить обратно своих людей. А ведь их со Стефаном денежные запасы и без того грозили вот-вот показать дно! И это несмотря на то, что друзьям некоторое время назад пришлось снова слетать в Майами и продать еще часть артефактов из чудом доставшихся им сокровищ. Наиболее сильно зачарованные, а следовательно и ценные предметы ценное русские боевые маги у себя конечно же сохранили, но если им скоро не подвернется возможность поправить свое благосостояние, то дело может дойти и до настоящих реликвий!

— Двести пятьдесят серебряных песо. Но сеньор Коробейников, боюсь у вас могут быть проблемы, — доверительно поведал чародею лейтенант стражи. — Человек, которого эти индейцы почти сумели прикончить, является одним из помощников Черного Мигеля. Он довольно известный охотник на вампиров, которому принадлежит целых два летающих галеона, что стоят вон там, в западной части воздушной гавани. И боюсь, если дело дойдет до драки, ваши старики мало чего смогут противопоставить его людям.

— Посмотрим, — пожал плечами чародей, которого возможность подобного конфликта не то, чтобы совсем не волновала…Просто даже при самом худшем варианте развития событий ему и Стефану будет противостоять кто-то примерно одной с ними весовой категории. А они давно уже привыкли драться против куда более сильных врагов. И побеждать. Ну или хотя бы выбираться живыми из смертельно опасных передряг, сваливающихся на их головы с удручающей регулярностью. — И думается мне, что если охотники на вампиров попробуют задираться с моей командой, купившись на их морщины и седые волосы, то этих ребят ждет сюрприз. Вернее, очень много довольно опытных сюрпризов…

Пальцы волшебника пробежались по разбитым лицам братьев-шаманов и там, где они касались кожи, творились настоящие чудеса. Рассасывались гематомы, осыпались вниз болячки из засохшей крови, обнажая свежую нежную кожу, проклевывались новые зубы взамен выбитых. В этом мире было принято считать, что магия может все…Если хватит сил и таланта заклинателя. И Олег был далеко не самым слабым или тупым из чародеев, да к тому же главным образом специализировался именно на исцелении. Возвращать к жизни мертвых он не умел, но был в состоянии реанимировать практически любого раненного, при необходимости даже отращивая ему новые ткани, органы или конечности.

— Капитан, — Олтек, к которому вернулась способность говорить членораздельно, с наслаждением подвигал челюстью. — Треснувший Камень — вор. Он нарушил древние клятвы, запятнал своих предков, предал наш народ. И должен умереть.

— Восстановлением справедливости займетесь после того, как отработаете свой контракт и выйдет в отставку. — Непреклонно покачал головой Олег, судя по всему тем спасая неизвестному человеку жизнь. Убивать краснокожие близнецы умели, причем отнюдь необязательно ножами или прочим холодным оружием. Стреляли из винтовок братья тоже неплохо и вполне могли поиграть в снайперов на дистанции метров в двести-триста. Особенно если в качестве цели будет использоваться не бумажная мишень или пустая бутылка, а куда более крупный аферист, который когда-то знатно их обидел. Вот только чародею только последствий чужой вендетты для полного счастья не хватало!

— Но капитан — вырезать сердце вора тупым ножом требует наша честь! — Возмутился второй из краснокожих шаманов.

— Если так уж неймется, можете своим родственникам письмо отправить и рассказать, где сейчас прячется ваш недруг. — Подсказал им Олег вполне рабочий вариант решения проблемы. Пусть парочка индейцев останется недовольной таким приказом, однако активно возражать все же не посмеют. Чародей был по меркам этого мира просто невероятным демократом и филантропом, однако он не являлся идиотом, а потому строго требовал соблюдения дисциплины среди членов экипажа в действительно важных вещах. Нарушители безжалостно штрафовались или списывались на берег и, надо сказать, последнего наказания действительно опасались. Ведь волшебник являлся тем, благодаря кому матросы имели самое главное: здоровье, силу, жизнь. — Будут так сильно хотеть с ним поквитаться — найдут способ сюда приехать. А вам двоим запрещено сходить на берег до тех пор, пока мы отсюда не улетим. И подговаривать своих приятелей искать этого прохвоста.

Поскольку из всего разнообразия магии лучше всего Олег разбирался в целительстве, то мог позволить себе набирать тех, от кого любые другие потенциальные работодатели отказались бы с презрительной миной. Ведь на поле боя едва переставляющие ноги старые развалины или инвалиды ратные подвиги вряд ли совершат, а вот едят и пьют они ничуть не меньше, чем нормальные солдаты. Но после того, как нанятые в кадровом агентстве матросы чуть было не устроили бунт с захватом судна, чародей твердо решил вернуться к уже однажды успешно сработавшей кадровой политике вербовки тех, кому не повезло оказаться на дне общества. «Тигрица» по очереди облетала самые бедные города южной части Северной Америки, прежде чем сунуться в Мексику. А её капитан вместе каждой стоянки уделял несколько дней на то, чтобы разыскать старых солдат и матросов. К огромному огорчению волшебника, этот мир был буквально переполнен разнообразными опасностями и жестокостью. Люди, ну или нелюди, которые в течении десятилетий сражались с порожденными магией монстрами, бандитами или солдатами враждебных государств, по достижении пенсионного возраста как правило оказывались обладателями кучи плохо залеченных ран и тяжелых заболеваний, вызванных ужасными условиями службы. И без гроша в кармане, поскольку до обязательных пенсий или иного социального страхования в данном измерении общество пока не доросло, а предусмотрительности и силы воли, чтобы десятилетиями копить деньги на будущее, мало кому хватало. Ветераны, что имели за плечами многие годы службы и вышли живыми из бесчисленных битв, имели много опыта и неплохо умели шевелить мозгами. Дураки и неумехи до старческих морщин просто не доживали, отсеиваясь раньше. Опытные целители, конечно, могли бы откатить их возраст, снова превратив эти старые развалины в способных бойцов…Но это было очень сложно. Олег вот провести истинное омоложение не мог, ограничиваясь купированием части возрастных изменений. Но даже так цена всего одной подобной процедуры, редко занимающей меньше пары часов, составляла, по меньшей мере сотню золотых монет, что равнялось доходам простого солдата лет за пятнадцать. И потому за место в команде «Тигрицы» с полагающимися к нему регулярными медицинскими процедурами матросы с сединой в волосах держались руками и ногами. Дезертируй они или даже соверши предательство и получи какую-то награду, а не нож под ребро…Гору золота рядовым исполнителям никогда не заплатят, а пройдет несколько месяцев или в лучшем случае пара лет, и снова вернется дрожь в конечностях, регулярные боли, одышка, слабость, глухота, подслеповатость и прочие «прелести» дряхлеющего организма. А вот искусного целителя, способного отодвинуть старость и смерть, поблизости уже не будет.

Заплативший то ли штраф, то ли взятку Олегу же собрался было вернуться в свою каюту и продолжить разработку планов нанесения серьезного ущерба местной организованной преступности, которые заодно могли бы принести ему и его людям весьма ощутимую выгоду, но отвлекся на всплеск шума и криков, вдруг наполнивших воздушную гавань. Не то, чтобы этот аналог аэропорта для дирижаблей, тащащих груз и пассажиров больше благодаря магии, чем горячему пару, был тихим местом…Но все же в нем обычно не орали от ужаса на разные голоса несколько десятков человек. И уж тем более не визжали на всю округу подобно стае исполинских размеров кабанов, неожиданно для себя синхронно превратившихся в кастрированных боровов.

— Что за… — Сначала чародей достал одной рукой из кобуры крупнокалиберный револьвер, а во второй зажег небольшой комочек пламени, что который мгновенно сорваться сего пальцев огненной стрелой, а только потом принялся оглядываться по сторонам в поисках источников звука. А также возможной угрозы. И практически сразу же он их нашел и понял, что отнюдь не зря потянулся за оружием. Меж корпусов стоящих на утоптанной земле летучих кораблей бежали отчаянно вопящие матросы и грузчики, бывшие в общем-то безоружными, если не считать коротких ножей. Все-таки исполнять повседневные обязанности, навесив на себя целый арсенал, немного неудобно, а расположенная чуть ли не в центре города воздушная гавань могла считаться очень безопасной территорией из-за тысяч людей и сотен пушек, сосредоточенных в данном месте. Особенно когда на улице ненавистный нежити день и вокруг полно народа. Вот только весящим тонны по две-три существам, которые преследовали вопящих беглецов, раздирая на части самых нерасторопных, был неведом страх или чувство самосохранения. А еще они плевать хотели на короткие клинки или пару-тройку случайных пуль, выпущенных из ружей или пистолетов, которые отложили не слишком далеко. — Белки?!

Рыжие туши, устроившие настоящую бойню посреди бела дня, на любительниц жить в дуплах, тырить орешки и скакать по деревьям походили не сильно. Но все же больше чем на медведей из-за слишком яркого окраса, большого пушистого хвоста-противовеса и длиннющих резцов, что не помещались в окровавленной пасти. А вот глаза тот, кто создавал эту породу боевых магических мутантов, бывших слишком единообразными для слепленных из разных кусков химер, взял судя по всему от хамелеонов. Слишком уж те оказались большие и выпуклые, да к тому же смотрели зачастую в совсем разные стороны.

Комок огня унесся к наиболее быстрой из бестий, почти достигшей какого-то молодого чернокожего парнишки лет шестнадцати, вот только созданное магией пламя пусть и исправно попало в цель, спалив дотла пушистую рыжую шерсть у основания передней правой лапы и оставив после себя весьма заметный кратер в мышцах чудовища, но тварь это не остановило. Испуская пронзительный злобный визг, лишь еще больше усилившийся, она настигла улепетывающую жертву, голова которой как раз была примерно на уровне её челюстей. А в следующее мгновение череп то ли юнги, то ли грузчика, то ли какого-то младшего помощника раскусили словно орех. Раненный монстр мгновенно потерял интерес к свалившемуся под лапы агонизирующему телу и рванул вдогонку за следующим человеком, не отвлекаясь на то, чтобы сожрать еще дергающееся мясо или хотя бы облизнуть окровавленную пасть.

— И как назло, на корабле сейчас нет ни одной заряженной пушки… — Пронеслось в голове у Олега, одновременно расстреливающего тварь из револьвера и создающего новый заряд пламени. Вот только пули, похоже, оказали даже меньший эффект, чем волшебство, попросту запутавшись в шерсти. Ну или оставив после себя такие маленькие ранки, что сразу их заметить никак не получилось. Вероятность же того, что весь свинец ушел мимо цели волшебник расценивал как очень малую, ведь уж в чем-чем, а в своей меткости чародей не сомневался. Как-никак большую часть карьеры боевого мага он провел, полагаясь больше на огнестрельное оружие, чем на разрушительные заклинания из-за слишком маленького резерва. А резкий рост способностей у него и у Стефана, вызванный вынужденной пересадкой органов убитого магистра, случился слишком недавно, чтобы успели отмереть рефлексы, полученные на фронтах Четвертой Мировой Войны.

Второй комок пламени, являвшийся чем-то средним между перекаченной энергией огненной стрелой и маленьким файерболом, слетел с руки мага и по идеальной прямой ударил в башку зверя, как раз сейчас терзавшего следующую жертву, которую он повалил на землю, но почему-то никак не мог прикончить. И это заклинание ударило намного удачнее, попав прямо в выпуклый глаз чудовищной белки, мгновенно испарив его и оставив после себя огромную обугленную рану. Очевидно, волшебство достало в том числе и до мозга монстра, поскольку существо резко дернулось в сторону, а после потеряло равновесие, опрокинулось и задергало в агонии всеми лапами и хвостом.

— Так их! По глазам бей! — Подбодрил друга непонятно как оказавшийся рядом Стефан, закусивший губу от азарта и выцеливающий уязвимое место монстра при помощи мушкета, явно отобранного у кого-то из часовых. И тут же нарушил свой собственный совет, подстрелив вторую тварь прямо в раззявленную пасть, почти успевшую сомкнуться на шее какой-то женщины в легкомысленном голубеньком платьице, видимо бывшей пассажиром какого-то судна. К сожалению, её это не спасло, умирающий монстр, которому тяжелая пуля пробила небо и разнесла мозг на клочки, в последнем своем порыве подмял под себя хрупкую фигурку, раздирая её когтями. — Черт, ну почему у меня не лук?! Эту бандуру пока перезарядишь…

К огромному сожалению Олега, этот мир от его родного в техническом плане заметно отставал…Если в дело не вмешивалась магия, позволяющая нелепым летучим кораблям, чьи конструкторы имели крайне поверхностное представление об аэродинамике, хоть на орбиту планеты забираться. Вот только шедевры, выходившие из под рук артефакторов, не могли удовлетворить массовый спрос. И потому самый обычный револьвер являлся редкой диковинкой, даже в армиях сильнейших сверхдержав доступной только элитным войскам, а уж автоматическое оружие и вовсе находилось в одном ценовом ряду со скромным домиком где-нибудь на окраине большого города. Вот только как раз у Стефана то отличная дальнобойная винтовка с возможностью быстрой стрельбы имелась…Но не с собой. И видимо до неё было слишком далеко бежать, а потому потомственный сибирский охотник решил использовать то оружие, которое есть под рукой. В данной ситуации для него вообще-то непривычным мог являться разве только жаркий мексиканский климат. В покрывающих половину России этого мира древних пущах плотоядная стайная белка размером с медведя даже в число десятка самых страшных хищников не сумела бы попасть при всем желании.

К звукам, наполнявшим воздушную гавань, стала примешиваться треск выстрелов, причем с каждой секундой желающих послать в тварей кусочек свинца появлялось все больше и больше. Хотя для летучих кораблей абордаж или таран относились к числу вполне себе рядовых тактических приемов, но обычно каждый член экипажа также имел и нечто дальнобойное, если не при себе, так хотя бы в арсенале судна. Раскатисто рявкнул откуда-то с носа «Тигрицы» небольшой палубный фальконет, напоминающий ружье-переросток, которое закрепили на вращающейся подставке, превратив в турель, из которой удобно стрелять в любую сторону. А вот пушки молчали, несмотря на то, что даже грузовозы и прогулочные яхты этого мира несли несколько орудий на случай встречи с воздушными пиратами или какой-нибудь излишне агрессивной летучей фауны вроде дракона. Впрочем, заявившиеся на шум и крики офицеры ближайших кораблей с легкостью заменили собою артиллерию, поскольку трудно было найти среди командного состава хотя бы одного человека, который не являлся бы опытным магом. В догоняющее группу матросов животное ударила молния, сошедшая с ясного неба, двух других поглотили объявившиеся прямо под их ногами зыбучие пески, еще штуки три влетели в странное мерцающее облако и прямо на ходу уснули, покатившись кубарем, но так и не придя в себя. Неимоверная физическая сила монстров, а также их скорость, ловкость, когти, клыки и защитный слой меха оказались абсолютно бесполезны перед волшебством.

— В сторону! — Крикнул Олег своему несколько излишне пухлому другу, когда одно из последних остающихся на ногах чудовищ, видимо достаточно сообразительное чтобы найти убийц своих сородичей, в невероятном прыжке забралось прямо на верхнюю палубу «Тигрицы», буквально на волосок разминувшись с новым комком пламени и оказавшись почти прямо перед Стефаном.

— Э-эх! — Сибирский татарин польского разлива вместо того, чтобы отступить, махнул разряженным мушкетом как дубиной, перехватив оружие за ствол. Причем сделал он это с такой скоростью, что его руки буквально размазались в пространстве, словно спицы велосипеда в колесе. В воздух взвился водопад окровавленных щепок и острых клыков, в руках Стефана осталось слегка погнутое дуло, а весящую больше среднестатистического медведя тушу силой удара подняло в воздух, закрутило вокруг своей оси и шлепнуло на палубу. Однако, зверь с полностью развороченной мордой был хоть и контужен, но жив. Он заворчал, пытаясь подняться… А потом Олег наложил на неё довольно специализированные чары из арсенала медиков, значительно усиливающие чувствительность нервов, а после силой мысли сразу оба глаза бестии вырвал при помощи телекинеза, заставив монстра умереть от болевого шока.

— Как-то слишком жестоко получилось, — на миг даже смутился боевой маг, отработавший на монстре разучиваемую на тренировках связку простых, но очень быстрых и действенных заклинаний, которые вдобавок тратили довольно мало сил. Впрочем, в законах этого мира статей про жестокое обращение с животными, кажется, ни в одной стране мира не было. Вероятно в этом было повинно большое количество монстров-людоедов, появляющихся по вине чародеев и просто из-за выплесков энергии природных источников волшебства.

— Зато шкура цела осталась, — пожал плечами Стефан, уже доставший нож и похоже подумывающий о том, чтобы сразу же и освежевать белку-переростка. — Кстати, откуда тут эти зверьки? Мне казалось в Мексике с лесами не ахти, а следовательно и белки не водятся…Даже обычные.

— Есть тут леса, пусть даже они и тропические. — Успокоил его Олег. — А касательно того, откуда тут зверье…Не знаю. Мои способности оракула сегодня почему-то с самого утра себя никак не проявляли. И сейчас тоже молчат, хотя обычно их после боя фиг заткнешь, так и норовят мозги какой-нибудь лишней информацией замусорить.

— Странно это, — насторожился Стефан и, отложив нож, принялся с настороженным видом оглядывать воздушную гавань. — Может, кто-то целеноправленно глушит всяких оракулов? Чтобы они случайно не узрели чего?

— Не похоже, — возразил ему Олег, оглядывая воздушную гавань, в которой постепенно воцарялся порядок. Последних чудовищных белок убили, а немногочисленным раненным оказывали первую помощь. Всего монстров было не так много, штук десять, ну максимум дюжина, если чародей со своего места на палубе видел не всех…Проблема заключалась в скорости и убийственной мощи зверей, которых кто-то притащил в волшебную гавань, не озаботившись нужными мерами предосторожности при обращении со столь опасными хищниками. За неполную пару минут своего буйства они прикончили немало народа. — Для серьезной диверсии масштаб происшествия все же маловат, максимум — отвлечение внимания от чего-то другого. Но это в любом случае чужая проблема, в конце-концов, мир вокруг нас не вращается…

Глава 2. О том, как герой занимается тяжелыми тренировками, быстро сматывает удочки и досадует на чужую оперативность

— Левую руку выше! Не горбиться! Голову ровнее! Ноги на ширине плеч! — Олег с тяжелым вздохом передвинул свое тело в нужное положение, лично ему казавшееся до жути неудобным. Казалось еще чуть-чуть и два зачарованных топора-вампира, удерживаемые почти за середины рукоятей в нелепой на первый взгляд стойке, ткнутся в подбородок своему хозяину. Однако мастеру, замершему напротив чародея, было виднее как именно должен стоять его очередной ученик. Во всяком случае, когда они фехтовали на холодном оружии без использования магического усиления тела и прочих фокусов, этот смуглый худощавый испанец с явной примесью индейской крови разделывал чародея за считанные секунды. А также Стефана. Или братьев-индейцев. Да и вообще любого на этом корабле. — Каррамба! Ну что это такое?! Ты стоишь как корова на льду!

— Должен сказать, Мигель, примерно так я себя и ощущаю, — согласился чародей, для которого каждая подобная тренировка была настоящим испытанием. Дело было даже не в ругани, которую на него обрушивал пожилой испанец и уж тем более не в физической усталости. Чародею приходилось очень сильно сдерживаться, чтобы ограничивать свое тело возможностями обычного человека и тем самым нарабатывать необходимое мастерство. Но если он терял концентрацию, инстинктивно напитывал мышцы магией и начинал махать руками, то опытного фехтовальщика силой удара неизбежно уносило в противоположенную часть кают-компании, где и проходила тяжелая тренировка. — Кажется, что если я сделаю хоть один шаг, то непременно запутаюсь в ногах и просто рухну. Осталось только колокольчик на шею для полного соответствия образу привязать.

— Дева Мария, это будет сложнее, чем я думал. Уже шестое занятие и почти никакого прогресса не видно. — Испанец явно хотел сказать нечто еще более грубое, но в последний момент вспомнил о субординации. Все-таки он, несмотря на все свое благородное происхождение, мастерство фехтовальщика и почти полвека боевого опыта был лишь начальником группы из пары десятков матросов, а вот его ученик — капитаном корабля. И подняться выше шансов у Мигеля было маловато, поскольку с самого рождения он страдал от почти неизлечимых патологий энергетического тела, которые превращали каждую попытку обратиться к магии в пару минут чистой агонии. Причем страдало даже не тело, которому могли бы помочь медикаменты или правильное лечение, а сама аура, по какой-то причине впускающая глубоко в себя некоторую часть чужеродных ей энергий. Яд, которым угостили его маму в период беременности на каком-то званом ужине, был очень коварен. — Сеньор Коробейников, как вы дожили то до своих лет, если любым оружием машите как крестьянин подобранной с земли палкой?!

— Стрелял первым, — осторожно пожал плечами Олег, боящийся нарушить стойку. — Ну а в ближнем бою спасали доспехи. Ну и то, что с этими топорами мои раны исцеляются почти так же быстро, как появляются, если им есть из кого высасывать магию и жизненную силу.

Два удара колокола, разделенные между собою едва ли секундными интервалами, разнеслись по всему внутреннему пространству летучего корабля, мгновенно заставил и учителя, и ученика позабыть о тренировке и кинуться исполнять свои основные обязанности. Все-таки «Тигрица» теперь уже не стояла в безопасной воздушной гавани, а летела по небу вдалеке от любых крупных поселений. И, если допрашиваемые бандиты не врали с удивительной слаженностью, должна была приближаться к тому району, где находился один из крупнейших нелегальных рабских рынков в этой части Мексики. В такой ситуации проигнорировать сигнал, означающий нахождение одним из наблюдателей чего-нибудь потенциально опасного, было бы неимоверной глупостью.

— Летучая лодка, — сообщил Стефан, едва только Олег ввалился в рубку корабля. Шлем свой сибирский татарин польского разлива незадолго перед вылетом судна все-таки нашел, а потому сейчас по внешнему виду напоминал металлическую статую изрядных габаритов. Посоперничать с ним в массе, силе и бронированности могли разве только корабельные автоматроны. Да и то любой из этих магических роботов толстяку бы в одиночку проиграл. — Учитывая, что никаких деревень или городков нам уже километров пятьдесят не попадалось, скорее всего это патруль.

— Очень может быть, — согласился Олег, чуть успокаиваясь. — А как-нибудь их разглядеть поближе можно?

— Работаю над этим! — Из левого угла рубки торчала туго обтянутая штанами задница эльфийки, а верхняя половина её согнувшегося почти под прямым углом туловища полностью скрылась под темным абажуром, соединенным с подвижным телескопом. Или, раз этот зрительный прибор мог сквозь специальную щель в броневых листах обшивки выдвигаться далеко в сторону от корабля и вращаться, лучше было бы назвать его перископом? Ответа Олег не знал, но это ничуть не мешало ему пользоваться данным устройством. — Сейчас…Увеличиваю четкость…Даю иллюзию!

Под покрытой золотыми рунами пластиной в потолке, соединенной с используемым девушкой прибором и его братом-близнецом в правой части рубки проложенными по потолку витыми серебряными цепочками, возникла ярка точка, которая принялась стремительно увеличиваться в размерах. Уже через три-четыре секунды она превратилась в не очень крупное, но довольно детальное трехмерное изображение замеченного летательного аппарата. Внешне он больше всего напоминал самую обычную лодку с высокими бортами метров десяти длинной, к которой сверху прицепили баллон для горячего воздуха даже меньших габаритов, чем сам корпус. На носу стояла маленькая пушечка, вдоль бортов сидели усатые и бородатые мужчины, едва ли не стукающиеся друг об друга широкополыми шляпами-сомбреро.

— Шесть стрелков в незапыленной одежде, хотя тут если верить картам нет ни одного поселения, такой же чистенький рулевой, да какой-то колдун с костяным жезлом, который носит украшения в стиле краснокожих вампиров даже не скрываясь. — С довольным видом констатировал Олег, разглядывая пассажиров летучей лодки. Семь из них особо интереса не представляли, а вот последний был облачен в черную мантию с глубоким капюшоном, поверх которой лежало массивное ожерелье из золотых пластин, украшенных резьбой, изображениями черепов и ликами клыкастых чудовищ. — Да, это патруль тех работорговцев, кто ведет дела с Империей Крови, тут нет никаких сомнений. Для случайных путников они слишком лощеные морды имеют, случайные бандиты же вблизи вампиров быстро стали бы либо приспешниками, либо кормом. Быстро сматываем удочки!

Летучий корабль, когда-то бывший обычным грузовозом, но ныне переделанный в эрзац-крейсер, лег на обратный курс и принялся полным ходом удаляться от того места, где заметил летучую лодку. Возможно, там удивились такому маневру от появившегося на горизонте судна, однако как-то помешать не смогли бы при всем желании. С каждого бока «Тигрицы» было установлено по восемнадцать гладкоствольных, но довольно таки крупных и дальнобойных пушек, а дополнительно корабль нес четыре настоящие артиллейские системы, чьи стволы имели нарезы и потому били в несколько раз точнее и дальше. Две турели располагались по бокам носа и предназначались для того, чтобы подранить улепетывающую добычу еще парочка прикрывала корму и напрочь отбивала желание преследовать подобную цель у большинства возможных противников. Вдобавок три мачты с мощной системой парусов и мощный магический двигатель придавали этой железной громаде впечатляющую по меркам этого мира скорость, о которой большинство других летучих кораблей могли только мечтать.

— Как-то я себе иначе представлял борьбу с теми ублюдками, которые людей кровососам продают. — Вздохнул Стефан, когда патрульная лодка окончательно скрылась из виду. Впрочем, были у вампиров и их слуг и более впечатляющие средства защиты, поскольку на скрытность кровососы особо не надеялись…Какая уж тут тайна, если они ежегодно живой товар сотнями и тысячами скупают у тех, кто прямиком в Империю Крови его привезти не может или не хочет. Хотя и настоящим укрепрайоном их торговый пост на землях Мексики тоже не являлся. Десяток зданий, мощные магические орудия, толпа созданной из «отбракованного» товара низшей нежити закопанная прямо в землю, да от силы пара дюжин самих кровососов, выполняюших роли купцов и надсмотрщиков. Слишком много для случайных борцов со злом, слишком мало для того, чтобы оправдать рейд по-настоящему крупной эскадры врагов живых мертвецов. А еще где-то там располагался не слишком крупный, но работающий на впечатляющие расстояния портал. — Думал, мы прилетим, всех осмеливающихся огрызаться или просто подозрительных с воздуха расстреляем, потом высадим десант, чтобы добить оставшихся врагов, освободить пленников и собрать трофеи…

— Атаковать с шашкой наголо конечно проще…Вот только это опасно и неэффективно, поскольку вампиры помимо всего прочего — лучшие маги пространства благодаря унаследованным ими секретам атлантов. — Олегу не хотелось возвращаться к тренировкам, которые успели ему несколько надоесть несмотря на всю их полезность, а потому он решил немного посидеть в рубке. — Как показывают мои исследования, все мексиканские базы для скупки живого товара кровососы организовывают примерно одинаково. Вдали от крупных городов создается укрепленная усадьба или занимаются подходящий руины, куда нелегальные работорговцы и обычные бандиты притаскивают живой товар. И первым делом там возводят алтарь кровавых богов, он же стационарный портал. Но поскольку подобные штуки жрут слишком много энергии, обычное мясо вывозят летучими кораблями, а пространственные врата нужны на случай появления особо ценного товара вроде пленных магов или нападения каких-нибудь мстителей вроде нас.

— Трусы они, — буркнул снявший шлем толстяк, косясь одним глазом на попку эльфийки, которая перешла от одного устройства наблюдения к другому. Поскольку для их создания использовалась техномагия, использовать подобные приборы у кого попало не получалось. Требовался довольно сильный одаренный, и вот как раз с ними то на борту «Тигрицы» наблюдались некоторые проблемы. Нанимать кого попало Олег и Стефен не хотели, да и талантливые чародеи обычно не горели желанием все бросить и идти на службу к каким-то подозрительным чужакам. В результате девушка, которой некуда было возвращаться и которая уж точно не могла быть чьим-то агентом, стала третьим по старшинству человеком на судне. — Все время смыться норовят, как только отпор получат.

— Я бы тоже придерживался тактики ударил-убежал, если бы мог создавать порталы. — Пожал плечами Олег, стараясь отстраниться от мысли о том, что где-то на расстоянии считанных километров должно находиться логово монстров. Человекообразных, но этого еще более страшных, ибо становление нежитью в случае вампиров не снижало интеллектуальных возможностей. Уничтожить разумных людоедов и спасти их пленников раньше, чем те станут племенным скотом с напрочь промытыми мозгами или просто закуской чародей бы очень хотел. Но не мог. Вернее, теоретически то шансы на успех имелись, но слишком уж низкие. А потому оставалось только сжать покрепче зубы, задавить эмоции разумом и холоднокровно планировать такие операции, чтобы и хоть кому-то помочь получилось, и отряд непоправимых потерь не понес. — И потом, держать в Империи Крови пару ударных групп, высылаемых куда надо при необходимости, куда дешевле, чем создавать полноценную систему обороны для нелегальных рабских рынков в Мексике и прочих ближних окрестностях. Да и людоловы с нежитью сотрудничают куда охотнее, если знают, что в случае появления проблем не окажутся загнанными в угол, поскольку клыкастики пустят под нож скопившихся невольников и сбегут, прихватив с собой верхушку работорговцев и самый ценный товар, а после компенсируют партнерам часть убытков.

— Небо чистое, погони нет. — Доложила Лили, а после наконец-то развернулась к Олегу лицом. — Какие наши дальнейшие действия?

— Все по плану, — пожал плечами чародей. — Отлетаем на безопасное расстояние от нелегального рабского рынка, поднимаемся как можно выше и кружим по расходящейся спирали, пытаясь перехватить кого-нибудь из тех, кто идет туда или оттуда. Штурмовать логово вампиров все-таки слишком опасно, а вот с отдельной шайкой работорговцев мы должны справиться без лишнего риска.

Первые сутки осторожного кружения вдали от точки, куда возили живой товар, чтобы получить взамен звонкое золото, никакого результата не принесли. И вторые тоже. А вот на утро третьего дня внутреннее пространство «Тигрицы» снова огласил колокол, причем на сей раз звуки тревоги вызвала не какая-нибудь незначительная мелочь, а полноценный летучий корабль. Причем в размерах не так уж и сильно уступающий бывшему американскому грузовозу, ну максимум раза в два. И — находящийся на земле.

— Джек-пот, — только и смог сказать Олег, рассматривая иллюзию пузатого, обшарпанного и словно бы рассыпающееся от ветхости двухмачтового судна без флагов, что совершило посадку на берегу не то мелкой речки, не то крупного ручья. И из этой развалюхи высыпала наружу такая толпа народа, что перед ним находился либо транспорт работорговцев, либо самый убогий в мире круизный лайнер, билеты на которой продают исключительно мазохистам, поскольку путешествовать надлежит в жуткой тесноте, а обслуживающий персонал поголовно вооружен кнутами, которые не стесняется пускать в ход по поводу и без. Во вспышке пророческого озарения Олег внезапно осознал причину, по которой этот корабль приземлился в жалкой полусотне километров от точки назначения. Вымытые и впервые за долгое время вволю напившиеся рабы заметно оживлялись и собирались с силами, а потому кровососам приведенных в товарный вид людей можно было продать чуть дороже. — Всем приготовиться к бою, канонирам зарядить пушки раскаленными ядрами и зажигательными снарядами. Работорговцы, как правило, великие мастера в том, чтобы драпать от тех, кто намерен взять их за глотку, и я не хочу, чтобы этот корабль от нас ушел. Да! Передайте, чтобы в толпу людей на берегу не стреляли ни в коем случае, поскольку она состоит почти из одних только пленников. Надсмотрщиков из ружей перещелкаем ну или десант до них доберется…

— Да их раньше сами невольники удавят, — фыркнул Стефан, также рассматривающий иллюзию и одновременно проверяющий, все ли крепления лат застегнул. Ради того, чтобы американские гномы специально по его отнюдь не стандартным габаритам изготовили зачарованный доспех, друзьям пришлось отдать многое из той коллекции артефактов, которая у них скопилась….Но это того стоило, ведь теперь толстяк, который раньше никогда толком не учился создавать боевые заклинания, превратился в мобильную и хорошо защищенную огневую точку. А то, что атакующее волшебство он творил не сам, а просто использовал встроенные в броню артефакты, которые использовали энергию носителя, было делом десятым. — Там на одного бандита с бичом штук пятнадцать рабов наберется, а вместо кандалов какие-то ниточки.

— Нет, вряд ли невольники окажут нам поддержку, — состояние пророческого озарения не спешило оставлять Олега, а потому в сознании чародея продолжала появляться информация, которую обычными путями он получить бы не смог. — Они как-то очень по-особому увязаны в группки по шесть-семь человек, пусть и тонкими веревками. Циркуляции крови путы не мешают, но люди могут передвигаться только гусиным шагом, да и руками шевелят едва-едва. Даже чтобы штаны снять непременно помощь соседа требуется.

«Тигрица» находилась высоко в облаках, а потому её приближение враг заметил далеко не сразу, а только когда корабль уже терял высоту, поскольку дистанция вполне подходила для стрельбы из носовых орудий. Судно дважды содрогнулось от отдачи, когда турели с разницей в жалкие пять-семь секунд плюнули снарядами в находящуюся на земле большую мишень, из которой вывели всех рабов. Или не совсем всех, но в данной ситуации с некоторыми возможными потерями среди невольников приходилось мириться. Олег, вооружившийся магическим посохом и с его помощью относительно неторопливо создающий переполненный энергией крупный огненный шар, наблюдал за происходящим не из рубки, а с верхней палубы, откуда он мог при необходимости помочь своей магией, едва удержался от радостного вопля, когда оба снаряда попали ни куда-нибудь, а прямо в свою цель! Первый из них возникший вокруг транспорта работорговцев барьер еще смог остановить, вызвав красивую, но безвредную вспышку в воздухе, а вот второй проломился через магическую преграду, врезался куда-то ближе к кормовой надстройки вражеского корабля и только потом взорвался, разметав в разные стороны многие кубометры древесины и даже вроде бы устроив небольшой пожар.

— А ведь до этих уродов еще километров пять, не меньше, — прикинул на глазок расстояние чародей, безуспешно пытаясь согнать с лица довольную улыбку. Пусть снаряды для техномагических орудий американского производства стоили не просто дорого, а очень дорого…Но кажется, эти современные артиллерийские системы при правильном обращении должны были с лихвой окупить себя. — Не зря я с уволенными из военно-морского флота США артиллеристами возился, восстанавливая им физическую форму остроту зрения, а также потерянные на службе конечности и пальцы рук.

Несмотря на первый успех, имеющие дело с вампирами работорговцы были далеко не так беззащитны, как можно было подумать, взглянув на бедственное состояние их летучего корабля. Как минимум один сильный маг на борту вражеского судна присутствовал и он, что в общем-то неудивительно, специализировался на темной магии. Конкретно — некромантии. Главный парус передней и самой крупной мачты стоящего на земле судна, сотканный из пестрящей заплатами и дырами серой холстины, вдруг сам по себе развернулся и как-то странно задрожал, а потом некоторые из отверстий на нем вдруг стали выпускать из себя черный дым, что выбрасывал свои отростки в разные стороны, объединяясь в единую структуру. Лишь шесть или семь секунд понадобилось чернокнижнику, чтобы использовать явно давно и любовно подготавливаемый для возможных врагов сюрприз, прежде чем огромная руна завершила свое формирование. А после из неё буквально выстрелил поток летящих с огромной скоростью полупрозрачных фигур, которые не могли быть ничем иным, кроме как духами мертвых.

— Ускорители! — Закричал не своим голосом Олег, заставляя сорваться в полет огненный шар, над созданием которого он работал не одну минуту. Сфера сжатого до предела пламени устремилась навстречу стремительно приближающему сонму призраков, немного корректируя свой курс в соответствии с мысленными усилиями чародея. Когда она столкнулась с плотной толпой полуматериальной нежити, то прожгла себе дорогу в глубину этого своеобразного строя, пройдя через пять или шесть существ и только потом утратила стабильность и вспыхнула почти как маленькая звезда, испепелив не меньше нескольких десятков достаточно кучно летевших тварей. Стефан, будучи облаченным в свой зачарованный доспех и тоже стоящий у борта рядом с крепко сжимающим его винтовку оруженосцем, направил на тварей широко раскрытые ладони, на которых ярко пылали узоры магических рун. Артефакты встроенные в латные перчатки создали сразу по дюжине почти невидимых глазом игл, состоящих из спрессованного воздуха, а меткость потомственного охотника почти гарантировала, что из двух с половиной десятков снарядов в цель попадет как минимум половина. Увы, все это выиграло лишь пару лишних секунд отсрочки, поскольку слишком уж много призраков спустил на «Тигрицу» некромант с корабля работорговцев, в трюмах которого явно погибла не одна тысяча человек. И по всей видимости значительную часть этих смертей вражеский чернокнижник использовал в своих целях, создав довольно могущественное и опасное живое…Ну, вернее немертвое оружие.

Денег на снаряжение своих людей Олег не жалел и у каждого матроса был при себе нож, чье лезвие покрывал тонкий слой серебра и парочка особенных пуль, отлично подходящих для охоты на демонов, нежить и некоторых магических тварей. Как раз на подобный случай. Вот только команда «Тигрицы» насчитывала меньше пары сотен человек, да два десятка автоматронов. А призраков на них натравили только на первый взгляд не меньше полутысячи и все новые и новые полупрозрачные фигуры выбирались из огромного портала, в который превратился парус вражеского судна. К счастью, в рубке не спали и то ли услышали команду капитана, то ли сами догадались о том, что надо сделать в такой ситуации. С хлопками небольших взрывов и ревом пламени заработали крепящиеся к корме одноразовые реактивные двигатели, которые работали недолго, но зато давали изрядный прирост скорости судну. Прекратившая снижение «Тигрица» рванула вперед словно настоящее животное, которое кто-то хорошенько пнул под зад и почти достигшие его днища призраки тут же отстали, поскольку не могли двигаться с нужной скоростью, чтобы догнать летучий корабль. А потом вразнобой захлопали восемнадцать пушек левого борта, которые наконец-то оказались в нужной позиции, чтобы хоть что-нибудь поразить. Разумеется, данный тип нежити являлся не совсем материальным и потому довольно устойчивым к физическим атакам…Но все же духи мертвых не могли игнорировать пролетающее сквозь их эктоплазменное тело тяжелое горячее ядро, что самым грубым образом нарушало течения энергий внутри данного существа. Доказательством данного факта служили быстро тающие в воздухе лоскутья, оставшиеся от тех, в кого попали канониры. Вот только на смену окончательно упокоившимся монстрам уже лезли новые, пусть и несколько менее активно.

То тут то там на корабле стал раздаваться треск ружей. Матросы давно уже стояли у имеющихся в корпусе бойниц с ружьями наизготовку и ждали подходящего момента, чтобы пустить оружие в ход. На верхней палубе, откуда открывался лучший обзор, но и шансы получить пулю или осколок были максимальными, остались исключительно чародеи, десяток автроматронов чьи стальные тела могли выдержать многое, да стрелки из противоабордажных ружей, имеющие хорошие защитные амулеты и прочные стальные щиты. Количество преследующих корабль неупокоенных стало стремительно сокращаться…Вот только новые все продолжали и продолжали появляться на поле боя. Причем в огромных количествах. Вряд ли у раборторговцев имелся действительно сильный маг смерти уровня магистра, иначе бы он уже обязательно использовал какие-нибудь чары прямого урона или быстродействующее проклятие. Олег отлично знал о колоссальном разрушительном потенциале энергии некроса, поскольку сам неплохо умел разлагать ею плоть, хоть металл и не затруднился бы поднять обратно на ноги энное количество трупов. Но ответственный за появление армады призраков чернокнижник, очевидно, компенсировал свою относительную слабость проведением долгой подготовительной работы, наверняка опирающейся на целую систему тщательно подобранных артефактов. Чародей сам использовал нечто подобное, чтобы исцелять людей на порядки быстрее, чем если бы он пользовался исключительно мощью своего дара.

— Надо испортить парус, через который призраки лезут в реальность. Эта штука должна жрать силу как не в себя, а значит скорее всего соединена энерговодом с алтарем или еще чем-нибудь подобным. Конечно, может быть для работы ей хватает ритуально убиваемых где-нибудь в трюме пленников…Но беспроводные системы имеют меньший коэффициент полезного действия, да и сделать их сложнее. — Понял Олег, машинально создавая еще один огненный шар и потихоньку напитывая его силой. — Сейчас атаковать нет смысла, атака завязнет в защитном барьере.

Запущенный в полет огненный шар врезался в порядком поредевшие орды тварей, пусть даже и проведя куда меньший эффект чем первое подобное заклинание, поскольку и противник изволил рассеять свой строй, и сил в чары было вложено поменьше. А после Олег на время прекратил атаковать нежить, переложил посох в левую руку и стал ждать удобного момента. Еще когда он был слабым чародеем, то не пожалел золотых монет на то, чтобы в его тело в военном госпитале вживили несколько весьма полезных артефактов, чтобы в нужный момент иметь под рукой лишние козырные карты. Левитационные пластины, магический щит, конус холода, силовой резак и создатель небольших гравитационных аномалий были сейчас не особо полезны…А вот световое копье — очень даже…Но запускать надо не сейчас, иначе его остановит корабельный барьер. Надо подождать, пока выстрелят кормовые пушки. Надеюсь, артиллеристы сообразят, что тратить зачарованные снаряды на пяток оказавшихся на их пути призраков — безумное расточительство.

Долго ждать чародею не пришлось, как и досадовать на своих канониров. Установленные в задней части «Тигрицы» орудия опять выстрелили практически синхронно с разницей в несколько секунд. И целили артиллеристы не куда-нибудь, а во вражеский корабль. Первый из снарядов оказался сбит ударившей ему наперерез с бора судна работорговцев золотой молнией, а второй наткнулся на магический барьер, и в общем-то враг мог считать, что в этом раунде схватки он выигрывает по очкам…Если бы давно нацеливший правую руку на нужную мачту Олег не активировал мысленным усилием артефакт, крепящийся к кости тыльной стороны его ладони. Заклинание, похожее на невероятно яркий и горячий луч солнца или выстрел из фантастической лазерной пушки наткнулось на вставший на его пути магический щит, но пробило себе путь внутрь через не до конца успевшую восстановить свою мощь преграду, пусть и потеряв часть вложенной в него энергии. Еще больше оно ослабло, когда врезалось в только-только появившуюся в реальности нежить и проделало в жидковатых рядах тварей отчетливую просеку, рассеяв пяток особо уязвимых к подобным воздействиям тварей. Но все равно чарам хватило импульса, чтобы проложить себе дорогу к основанию мачты и почти полностью перерубить его. И интуиция не подвела боевого мага, стоило только задранной вверх конструкции даже не рухнуть, а просто как следует накрениться вперед, повиснув на канатах и зацепившись оснасткой за соседнюю мачту, как источающие тьмы провалы в реальности погасли, а парус стал обычной дырявой серой тряпкой.

Как оказалось, заряд встроенного в руку артефакта Олег мог и поберечь. Продолжающая активно маневрировать в небе «Тигрица» не только оторвалась от призраков, но и оказалась повернута к противнику вторым боком, а потому тот час же обрушила на корабль работорговцев залп из восемнадцати орудий. Примерно пять или шесть ядер было остановлено магическим барьером, парочка взрыла землю у самого борта транспорта работорговцев, но десяток попаданий из пушек есть десяток попаданий из пушек. Тем более, когда у деревянного корпуса цели нет никакой брони, но заметны сильные следы износа. И целых три из них угодили либо в саму мачту, либо совсем рядом от неё. Надломившаяся в паре метров от основания конструкция все-таки рухнула, разорвав серый парус в клочья и окончательно поставив крест на возможности призывать через него новых призраков. Появившиеся тут и там дыры в обшивке транспорта работрговцев радовали глаз, а еще больше настроение Олегу подняли языки пламени, которые стали вырываться из этих отверстий то тут, то там.

— Ваша песенка спета, козлы! Горите, твари! — Стефан в отличии от своего друга эмоций сдерживать не стал. Он уже прекратил швыряться в призраков воздушными иглами и теперь схватив свою винтовку пытался выцелить на вражеском судне кого-нибудь важного. Вот только пока его оружие от отдачи сотрясаться не спешило. — Черт, Олег, как ты умудряешься одновременно колдовать и драться?! У меня теперь пальцы дрожат!

— Это бывает, — согласился чародей, начиная создавать третий огненный шар. — Но я обычно не стреляю на такие дистанции, когда движение дула на пару-тройку миллиметров в сторону что-нибудь значит.

Вражеский корабль получил новую порцию ядер и на сей раз защитный барьер даже не активировался. Видимо, отказали создающие его артефакты. Корабль работорговцев активно превращался в большой костер и дальнейших попыток контратаки никто не предпринимал. Призраки упорно продолжали преследование «Тигрицы», но с каждым мгновением их становилось все меньше и меньше. Часть уничтожалась выстрелами, часть вроде бы сама рассеивалась. Внизу во все стороны разбегались те, кто по всей видимости следил за пленниками, а сами невольники может и хотели бы, да не могли. Из глубины корабля уже неслись радостные крики, поскольку народ почувствовал легкую и бескровную для него победу, но разум Олега вдруг кольнуло предчувствие смутной опасности. И подтверждение того, что это не просто паранойя разыгралась, а в очередной раз пророческий дар предупреждал о близких неприятностях, не заставило себя ждать. Три громких удара сигнального колокола, которые за счет своей громкости могли перебить даже пушечную пальбу, означали: «замечен враг».

— Олег! — На верхнюю палубу из рубки выскочила растрепанная эльфийка, чья магия не очень подходила для участия в открытом бою. — Там корабли! Два! Сделанные из костей и красного дерева!

— Досадно, — только и смог сказать чародей, уже понимая, что случилось. Вампиры засекли подозрительное судно, кружащее вокруг устроенного нежитью в мексиканской глуши нелегального рабского рынка, а потому обеспокоились за свои активы. И нашли кого послать разобраться с помехой выгодному для них бизнесу. — Вот чего б этим кровососам не проявить чуть меньшую оперативность?

Глава 3. О том, как герой наказывает эльфийку, совершает огромное злодейство и кипит от ярости

— Расстояние до этих кораблей? Их размеры? Скорость движения? — Олег закусил губу, пытаясь стимулировать свой дар оракула, чтобы узнать хоть что-то о возможностях противника. И это даже сработало…Только не так, как надо было. Но теперь чародей знал — призвавший призраков некромант помимо магии смерти неплохо владеет и геомантией, а потому пережил обстрел и пожар, оперативно закопавшись в грунт на глубину десятка метров. И теперь движется под землей куда-то на восток со скоростью, которая и не снилась даже самому резвому кроту. С ним находится корабельная касса, самые ценные артефакты и даже походная наложница, взятая как самоходная консерва с жизненной силой и запас плоти, что можно в любой момент умертвить, сделав покорным его воле инструментом. Или просто съесть, предубеждениями по этой части темный маг давно уже не страдает.

— До кораблей вампиров около пятнадцати километров, — доложила эльфийка, чем очень порадовала боевого мага. Вести бой на такой дистанции в этом мире не то, чтобы совсем не могли…Но подобное расстояние было по плечу лишь самой мощной артиллерии. Или магистрам и архимагам, которые были даже опаснее пушек, но к счастью встречались очень-очень редко и слишком ценили себя, чтобы шляться по территории какого-никакого, но противника без прикрывающей их армии. Мексика все же последние несколько сотен лет являлась страной людей, а не вампиров, пусть даже кровососы и наведывались в отбитые у них конкистадорами владения с постоянством старого пьяницы, знающего каждый сантиметр ближайшей пивнушки лучше её нынешних хозяев. — Это сильно вытянутые в длину корабли, похожие на небольшие галеры, только способные летать, весь их нос — один сплошной костяной таран клиновидной формы. И они быстрые…Без хорошего воздушника не оторвемся, а хорошего воздушника у нас нет. А спрятаться тут при всем желании негде, вокруг все-таки прерии и местность ровная как стол, если крохотной речушки не считать.

— Рейдеры типа «Копье», я уже много раз видел такие. В основном подобные суда кровососов охотятся за летучими кораблями иных народов ради находящихся на борту ценных грузов и магов, но и какую-нибудь небольшую деревеньку запросто могут разграбить и вырезать. — Поделился своим опытом оказавшийся рядом Мигель, который прислушивался к словам эльфийки. — Узкий профиль и высокая скорость идеальны, когда надо защитить барьерами относительно небольшой участок прямо перед собой и совершить таран. А после удара их костяной нос раздвигается в стороны как большая пасть и через дыру внутрь лезет орда низшей нежити, которая на корабли вампиров всегда напихана как рыба в бочку. Вероятно, они уже давно за нами следили и пошли на сближение когда засекли, что мы с кем-то сцепились.

— Да, скорее всего, — согласился со своим наставником по фехтованию Олег, мысленно перебирая варианты действий. Улететь в надежде, что кровососы отвлекутся на сбор копошащихся у речки рабов, за которых им теперь даже платить не надо, пока те не освободились от пут и не разбежались в разные стороны? Нет, даже если отбросить в сторону аморальность подобного поступка, скорее всего кровососы ринутся вслед за «Тигрицей», ведь особо далеко в этих безлюдных землях невольники при всем желании не уйдут и основную их массу не знающая усталости и способная идти по следам не хуже собак нежить поймает без труда. Значит, придется драться. Тем более, сейчас на стороне живых было ненавистное кровососам солнце. Пусть вампиры и их твари могли сопротивляться разрушительному воздействию дневного света, но ведь на это следовало какие-то силы тратить. — Охотились где-то поблизости или шли в США, чтобы там пиратствовать, но узнали про нас от своих сородичей с рабского рынка. Приземляемся!

— Что? — Не сразу поняла его девушка, да и испанец взирал на капитана круглыми от удивления глазами.

— Снижаем высоту и садимся на грунт, чтобы подобрать людей! — чуть перефразировал свой приказ Олег, чтобы его уж точно поняли. — Быстрее! Времени мало!

— Но ведь…Это же не правильно… — Лили продолжала удивленно взирать на Олега своими большими эльфийскими глазами, упуская бесценные секунды. — Летучие корабли на земле теряют преимущество маневренности и становятся почти беззащитны. Да мы же только что именно благодаря этому работорговцев под орех разделали!

— У тебя теперь есть три наряда на кухне и нет двухнедельного жалования! — Олег обогнул девушку и кинулся в рубку, но на бегу все же соизволил дать объяснение своему нелепому на первый взгляд приказу. За невыполнение которого он и наказал девушку как деньгами, так и унизительной по меркам эльфийки грубой физической работой. — Южноамериканские вампиры презирают пороховое оружие, а для их боевых артефактов нет особой разницы, находимся мы выше или ниже. Да и вся тактика воздушных охотников нежити заточена под абордаж, а не перестрелку! Вот только пока корабль стоит на земле — абсолютно всю энергию алхимреактора можно перенаправить на защиту судна!

— Но и бортовой залп, пока мы будем стоять на земле, толком сделать не получится! Большую часть пушек вверх можно задрать лишь совсем чуть-чуть! — Побежавшая следом эльфийка возражать против штрафа не стала. Понимала, что в боевой обстановке это — меньшее, чем можно отделаться за невыполнение приказа, от которого зависят жизни экипажа «Тигрицы». В том числе и её собственная. — Нормально стрелять смогут только носовые и кормовые орудия! Да и то не слишком высоко. У вампиров будет преимущество, благодаря которому они станут расстреливать нас с высоты!

— Возможно, — не стал спорить Олег, лично берясь за рычаги управления судном. — Но с одного или двух залпов мы щиты противника все равно не успеем истощить, а больше сделать уже не успеем, поскольку они в нас врежутся. У нежити тупо слишком большое преимущество в рукопашной, чтобы его не использовать. Но если мы успеем вооружить ту толпу народа, которая внизу топчется, то по крайней мере сравняемся с тварями в численности! Мигель, ты тут?! Иди сюда!

— Я здесь, — в помещение незаметно просочился испанец, глаза которого горели азартом от предвкушения близкой схватки.

— Хватай Шена! Доставайте из арсенала все, что есть у нас в запасах, включая строительные кувалды и то дерьмо, которое мы у бандитов забрали, чтобы потом оптом продать! Будете раздавать его пленникам! Лишний огнестрел и гранаты давать только тем, кто выглядит способным его правильно использовать, а то друг друга со страху свинцом издырявят! — Испанец поморщился при имени боцмана, который стоял в иерархии судна чуть выше него, хотя в сравнении с лишенным дара европейским аристократом проигрывал по всем статьям. Однако спорить не стал и отправился выполнять приказ. Чародей осознавал, что возможно назначение спасшего ему жизнь китайца на столь высокую должность несколько сомнительное решение, но по крайней мере в его верности капитан «Тигрицы» был уверен целиком и полностью. А вот Мигелю её только предстояло однажды доказать. — Стефан, хватит собою дверь подпирать! Напяль обратно шлем, пока башку не отгрызли и бери всех, кто хоть сколько-нибудь может колдовать! Грабьте нашу сокровищницу! Пусть лучше половину артефактов сопрут или растеряют, чем все стыбренное нами добро потом целыми и невредимыми достанется кровососам!

Зачарованные предметы, которые достались двум русским боевым магам как единственным выжившим в ходе не очень удачного сражения, из-за которого некоторое количество магов и высших вампиров случайно переместилось на безымянный островок посреди океана, стоили целое состояние…Даже с учетом того, что три четверти этой коллекции уже ушли ушлым американским гномам. Но друзья продавали только те вещи, которые казались не приспособленными для использования живыми и были похуже качеством, поскольку по-настоящему могущественные артефакты, как правило, в продаже просто не появлялись. И у них всегда имелись хозяева, а наследники данных персон без малейших душевных колебаний пошли бы на преступление, чтобы завладеть уплывшей в чужие руки вещью. А еще использование подобных предметов было чревато внезапной смертью и прочими неприятностями, поскольку драгоценные реликвии, как правило, содержали защиту от воров и несанкционированных пользователей. Но именно использование столь неоднозначной козырной карты могло быть тем, что сегодня позволит людям одержать победу над монстрами, рассматривающими их в первую очередь как еду.

Остатки надсмотрщиков ни малейшего сопротивления высыпавшим из приземлившегося корабля матросам не оказали. Собственно их рядом с речкой и горящим остовом уничтоженного судна уже никого и не было, поскольку догадавшиеся о своей незвидной судьбе работорговцы давно пустились наутек. Кто по земле бегом, кто в воду бросился надеясь на помощь течения…Самые медлительные отправились на тот свет, поскольку их либо пристрелили с борта «Тигрицы», либо пленники несмотря на сильно ограничивающие их подвижность путы смогли общими усилиями повалить на землю и банально затоптать. К огромному сожалению Олега, те люди, которых везли фактически на убой, в большинстве своем впечатления великих воинов не производили. Толпа, которую высыпавшие из корабля матросы спешно избавляли от веревок, в большинстве своем состояла из истощенных до болезненной худобы смуглых мужчин и некоторого количества не блистающих красотой женщин лет сорока. По всей видимости, это были крестьяне и разорившиеся обитатели больших городов, за которых любые другие покупатели дали бы меньше, чем кровососы. Но, по крайней мере, тут не было ни детей, ни стариков. Видимо за них нежить хуже платила. И о том, куда именно делись не подходящие по возрасту пленники, Олег старался лишний раз не думать.

— Скоро тут будут вампиры! Помогите нам спасти вас! Мы должны дать отпор нежити! — Усиливший свои голосовые связки при помощи магии капитан «Тигрицы» не имел уверенности в том, что все здесь понимают английский язык, но слово «вампир» определенно было узнано, судя по тому, как заволновался народ. Однако, по крайней мере в обморок никто падать не стал и криков ужаса раздалась всего штук пять-семь, да и то от женщин. Вероятно, люди уже прекрасно знали, к кому их везут работорговцы. И очень хорошо, что торговцам живым товарам было жалко тратить деньги на какие-нибудь одурманивающие составы или магов-менталистов, которые могли бы превратить пленников в равнодушных ко всему истуканов. — Поднимайтесь на борт и быстро разбирайте оружие, которое сейчас вам станут раздавать! Не пройдет и десяти минут, как нас атакуют!

В своих предположениях Олег ошибся, несмотря на очевидный талант к предсказанию будущего. Сделанные из костей и красного дерева галеры, полностью лишенные такой стандартной для летучих кораблей детали как большой баллон с горячим воздухом, приблизились на такое расстояние, чтобы в их намерениях не осталось сомнений, только через четверть часа. Не то их клыкастые капитаны решили сбавить ход, чтобы перевести дух перед схваткой, не то вампиры подозревали какую-то изощренную ловушку и прежде чем пойти на сближение пытались всеми силами её найти. Но как бы там ни было, это дало достаточно времени, чтобы развязать всех освобожденных пленников, переместить их на борт «Тигрицы» и вооружить…Частично. Некоторым, явно пребывающим в состоянии истерики, даже нож в руки было давать бессмысленно или просто опасно. Таких загнали в самый нижний трюм и очень попросили не шуметь, для надежности поставив сторожить выход пару десятков их товарищей поадекватнее, но слишком изможденных, чтобы воевать. Два десятка автоматронов были рассредоточены по кораблю в ожидании того момента, когда враг проникнет внутрь судна. Даже одного из них хватило бы, чтобы перекрывающие своим стальным телом любой коридор. А прорваться сквозь обладающего огромнейшей силой магического робота, не чувствующего боли и страха и даже не имеющего крови, нежить смогла бы далеко не сразу. Особенно если нет возможности его окружить и навалиться толпой.

— А не такие уж они и большие, эти рейдеры, с одним мы бы точно справились без малейших проблем, — констатировал Стефан, наблюдая за тем, как два вражеских корабля сближаются буквально борт в борт, видимо, чтобы находящимся на борту высшим вампирам было удобнее общий щит поставить и держать. Выглядели оба летательных аппарата почти неотличимыми от своих морских собратьев, только вот весел по понятным причинам не имели. Вместо них по внешней части бортов оказались развешаны десятки словно вплавленных в красное дерево человеческих скелетов, держащихся за руки и соединенных между собою перемычками из крупных ребер, некогда принадлежавших то ли киту, то ли дракону. И интуиция подсказывала чародею, что внутри подобных «украшений» заодно являющихся частью энергосистемы корабля больше на порядок.

— Размер — не главное, — возразил ему Олег, вытягивая из посоха щедрую порцию энергии, чтобы создать огненный шар. Но бить заклинанием во вражеские суда он не собирался — не то у него мастерство, чтобы имелись реальные шансы подобной атакой пробить корабельный щит. А вот когда нежить выбросит десант, то хорошей защитой обладать он вряд ли будет. Как показывал прошлый опыт столкновения русских боевых магов с подобным противником, в первую очередь кровососы защищали себя, а не расходных по сути своей боевых монстров, коих всегда можно новых наделать из свежих трупов. И даже не обязательно человеческих, просто обычно именно люди служили для чернокнижников этаким эталонным соотношением цены и качества. — Вспомни, как мы лихо в Китае воевали, хотя и на самодельной скорлупке…О, кстати, а помнишь как однажды в почти такой же ситуации парочку сюрпризов снизу под верхней палубой спрятали? Может, повторим? Два из трех, что они будут выбрасывать сюда какой-нибудь десант, ведь это удобнее, чем пропихивать всю орду тварей через пролом где-нибудь в боку.

— Отличная идея, — кивнул толстяк, отводя взгляд от вражеских кораблей. Те медленно приближались со стороны правого борта и, похоже, разделяться не планировали. Ну и действительно, зачем им какие-то хитроумные маневры, если при дружной атаке всего с одной стороны «Тигрица» при всем желании сможет атаковать их всего лишь половиной своих пушек? — Пойду подготовлю мины, пока время есть…

— Шена пошли! Ну, или Мигеля. — Остановил друга Олег, поймав его за руку. — Ты не забывай, кому бочки с порохом таскать на борту найдется, у нас одних только матросов почти две сотни. А вот остановить упакованного в зачарованное золото вампира, скорее всего, сможем лишь ты, да я, да мы с тобой…Ну или автоматроны, но их у нас всего два десятка, да и против высших они все-таки слабоваты.

— А это стадо им — вообще всего лишь бесплатный завтрак, — Стефан недовольно мотнул головой в сторону освобожденных рабов, что теснились на верхней палубе. — Твари насосутся крови и только злее станут.

— Даже высший вампир не сможет выпить человека за несколько секунд и усилить себя его кровью. — Покачал головой Олег. — А если мы дадим нежити пару минут постоять спокойно, значит нас уже победили.

Чародей прекрасно понимал, что изможденные пленом бывшие рабы вряд ли долго продержатся в битве с нежитью. Особенно если это будут не просто поднявшиеся из могилы трупы, а твари, специально созданные лучшими некромантами мира для коротких и ожесточенных схваток на ближних дистанциях. Но секунда, которую монстры потратят на то, чтобы убить очередного человека на своем пути, даст возможность матросам нанести врагам еще один удар или сделать еще один выстрел. А значит, повысятся их общие шансы на то, чтобы выжить, и потому чародей был готов совершить это огромное злодейство, из-за которого значительная часть находящегося внизу народа встретит смерть даже раньше, чем если бы оказались проданы вампирам. Правда, повышенный фон некроэнергии, выделяющейся в результате гибели людей, мог облегчить вампирам сотворения заклинаний некромантии…Вот только интуиция и логика подсказывали чародею, что задрать его выше чем на каком-нибудь из вражеских летательных аппаратов, по сути представляющем из себя поднявшееся в небеса кладбище, у него не вдруг получится, даже если он будет очень стараться.

Первыми бой к некоторому удивлению Олега начали не дальнобойные артиллерийские орудия «Тигрицы», а чародеи кровососов. Темно-алое облако, словно состоящее из крови, а может быть и действительно созданное из жидкости, что когда-то текла в чьих-то венах, сорвалось с носа одного из двух вражеских кораблей и понеслось вниз, стремительно увеличиваясь в размерах. И запитанный на полную мощность алхимреактора энергетический барьер не смог полностью сдержать этот удар, пусть даже изрядно его ослабил и рассеял. Отдельные лоскуты колдовской дымки просочились внутрь, словно плети стегая корпус эрзац-крейсера и землю вокруг него. Уши чародея заполнил протестующий скрежет металла, а нос — какая-то кислая вонь. Он не знал, есть ли жертвы внутри судна, но верхняя палуба, которая сейчас была заполнена вооруженными невольниками, ни капли не пострадала. Хотя вал испуганных криков отстал от вражеского удара лишь на секунду.

— Хорошо вмазали! — Крикнул Олегу практически в ухо Стефан. Тем временем вслед за первой магической атакой началась и вторая. Град из каких-то отливающих багрянцем молний обрушился на магический щит «Тигрицы». И опять же пробил его…Но в барьер ежесекундно попадало штук пять-шесть разрядов, а далее следовал только один! Жаль, менее смертельным он от этого не становился. Раз за разом бьющие по верхней палубе чары буквально взрывали изнутри тех людей, в кого попадали. Хорошо хоть в стороны они не растекались и больше пары жертв убить не могли, да и кончились быстро. Раньше, чем не отличающиеся высоким духом бывшие рабы превратились в неуправляемую толпу и попрыгали бы с высоты на землю в попытках уцелеть или вступили в драку с матросами, перекрывающими большей части этого своеобразного ополчения дорогу к некоторым наиболее важным местам «Тигрицы», таким как рубка, арсенал или машинный зал. — Жахнут так раз двадцать — и нам даже капитальный ремонт не поможет! Может, все-таки взлететь стоит?!

— Тогда щит точно пробьют с полпинка, ведь его будет ломать не только сам удар, но и давление ветра! К тому же чтобы разбрасываться такими чарами, им наверняка нужны жертвы! — Олег очень хотел, чтобы его слова были правдой, но он допускал, что может ошибаться. У противника по закону подлости вполне мог найтись младший магистр, из звания которого первое слово вполне пора убирать. Вот только теперь уже ничего не оставалось делать кроме как сцепить зубы, надеяться на лучшее и убивать врагов…Которые, кстати, продолжали снижение и сближение, что намекало на правильность избранного курса. — А запас пленников у них вряд ли очень большой! Все же тут не главный рабский рынок Мексики, а последняя партия как раз у нас палубе стоит!

Артиллерийские турели правого борта с грохотом послали снаряды в приближающегося врага, но прикрывший рейдеров объединенный щит выдержал оба попадания. А угол, под которым продолжал снижение противник, стрельбу из бортовых пушек исключал…

— Подняться на высоту трех метров! Прекратить огонь! Бить из пушек только вплотную, когда до врагов останутся считанные метры! — Олег всеми силами пытался придумать, как бы обеспечить людям преимущество…И внезапно в голову Олегу очередная то ли блестящая то ли безумная идея. Использовать рельеф местности. Да, никаких природных объектов, исключая крохотную речушку, поблизости не было…Но имелся же один рукотворный, пусть даже он сейчас и ярко горел! Впрочем, так было даже лучше, девяносто-девять процентов нежити имели крайне напряженные отношения с пламенем, которого они побаивались на уровне инстинктов. — Лили! Дожидаемся тарана и берем курс на корабль работорговцев! Попробуем засунуь лоханки вампиров в эту груду дров!

— Что? — Удивленно посмотрел на него Стефан, и чародей мысленно выругался, поскольку первый раз свой приказ он в запале произнес на русском, который кроме низ двоих тут никто не понимал. Пришлось повторять. — Зачем это?

— Мы больше, тяжелее и скорее всего даже прочнее т огнеупорнее, ведь их борта сделаны из дерева, пусть и крепкого, в то время как наши — хоть и не самый лучший в мире, но все-таки металл. — Пожал плечами чародей, по очереди накладывая на себя несколько довольно специфических чар из арсенала целителей. Ускорение рефлексов, увеличение физической силы, повышенную свертываемость крови, нечувствительность к боли…Благо использовал подобное волшебство он не первый год и мог одновременно как говорить, так и превращаться в практически идеальную боевую машину, мало чем уступающую большинству кровососов. — Если они накрепко застрянут в нас из-за тарана, то быстро высвободиться не смогут. И полетят туда же, куда и мы. Так чего нам помешает сначала стукнуть их со всего размаху о единственный твердый объект в зоне видимости, а потом слегка поджарить?

— Корпуса кораблей не сгорят в один момент, а нежить дыма не боится в отличии от людей, — счел нужным заметить Стефан. — Мы можем сделать только хуже.

— Уже поздно придумывать чего-нибудь другое. Держись!

Вероятно, вампиры посчитали, что забравшая всех освобожденных рабов «Тигрица» взлетает, чтобы иметь возможность реализовать свое преимущество в артиллерии и решили не давать добыче лишних шансов огрызнуться. А потому внезапно они ускорились и словно огромные красные снаряды, чьи сделанные из пожелтевшей кости наконечники налилились недоброй и хищной даже на вид темнотой за пару мгновений до того как врезались в правый борт атакованного судна, заставив большую часть людей полететь кувырком. Ударившие им навстречу в последний момент выстрелы из пушек правого борта, к сожалению, серьезного ущерба врагу не нанесли. Примерно половина канониров, включая обе обладающие особой мощностью турели, выстрелила слишком рано, и снаряды впустую отразились от магического щита. И хотя выпущенные другими пушками ядра за счет сложения скоростей с приближающимися мишенями учинили действительно серьезный ущерб там куда угодили, но остановить таранную атаку это уже не смогло. Столкновение трех летучих кораблей было страшным! Окажись на месте бывшего грузовоза что-нибудь менее крупнотоннажное, кровососы могли бы и вообще его опрокинуть свой слаженной атакой, а так обошлось. Пусть трюмы стояли более или менее пустыми, но зато недостаток груза полностью компенсировался весом листов брони, покрывающих корпус.

— Началось, — констатировал Стефан, при помощи своего доспеха расстреливая потоками воздушных игл плотную толпу врагов. Взлетевший перед ударом на несколько сантиметров и потому избежавший потери равновесия Олег молча кивнул, посылая огненный шар в скопление монстров, буквально кишащих на верхней палубе ближайшей галеры. К сожалению, это были не просто восставшие из могил неуклюжие трупы или хрупкие от времени скелеты, которым можно переломать все кости парочкой хороших пинков. В качестве десанта воздушные охотники Империи Крови предпочитали использовать упырей. Твари, некогда бывшие людьми, ныне обзавелись огромными когтями и полной клыков зубастой пастью, а их и без того огромную выносливость и живучесть увеличивали похожие на ящики угловатые деревянные доспехи, прикрывавшие тела, головы и шеи монстров. Ну и конечно среди стада передвигающихся на четвереньках тварей то тут то там возвышались почти человеческие фигуры их хозяев, облаченные в массивные доспехи из золота и костей магических монстров, да роскошные головные уборы из перев тропических птиц. Особенно сильно блистала на солнце относительно небольшая группка кровососов, держащаяся в тылу рядом с небольшим переносным алтарем, у которого громоздилась небольшая груда распотрошенных тел. Видимо это были высшие, а те кто своей грудью должен был прокладывать им дорогу к победе — так, шелупонь из недавно обращенных.

От удара многие люди потеряли равновесие, но коек-то из бывалых вояк, которым Олег вернул если не молодость, так хотя бы её подобие, смогли удержаться на ногах и встретили волну тварей, карабкающихся вверх по корпусу судна с легкостью и непринужденностью обезьян, выстрелами и бросками гранат. С яркими вспышками были пущены в ход выданные одаренным во временное пользование артефакты, обрушившие на палубы рейдеров пламя, холод, молнии, потоки кислоты и что-то вообще уж неидентифицируемое, но судя по расшвыриваемым в стороны ошметкам очень действенное. К сожалению, враги тоже уповали не на одни лишь когти, клыки и прочее оружие ближнего боя. Уже знакомого вида облако красного тумана, созданное сгрудившимися вокруг алтаря высшими вампирами, взлетело по навесной траектории. И пусть его частично погасил активировавшийся щит, но когда чары ударили прямо в центр верхней палубы и растеклись в стороны, то темное волшебство мгновенно убило несколько десятков человек. Оно могло бы, наверное, натворить даже больше бед, но Олег со всей доступной ему скоростью метнулся прямо в центр этой зловещей магии, и обладающие чем-то вроде системы наведения чары захлестнули его…Чтобы оказаться полностью и целиком впитанными в желтоватую кирасу на груди капитана судна.

— Горячо! — Только и отметил чародей, ощущая запах паленой плоти и ткани. Древний артефакт, сделанный в царстве Кащеевом по технологиям давно исчезнувшей Гипербореи, успешно впитал в себя всё вражеское волшебство, что наверняка оказалось небольшим шоком для кровососов, однако он вовсе не был всемогущим и неразрушимым. Окажись чары вампиров чуть-чуть сильнее, и кираса могла бы не выдержать. А вместе с ней наверняка бы «сломался» и сам Олег, поскольку вряд ли бы стандартные защитные амулеты смогли выдержать натиск подобной дряни. Карабкающаяся вверх нежить покрыла борт «Тигрицы» сплошным ковром, но выдвинувшийся чуть вперед чародей проделал в нем заметную плешь, активировав вшитый в его вторую руку конус холода. Волшебство, по своему действию похожее на плотный душ из жидкого азота хлестнуло по монстрам и те из них, кто не промерз полностью и целиком до полного прекращения своего существования, стали срываться вниз, поскольку ставшие от жуткого мороза хрупкими когти больше не могли удержать их на обледеневшем металле обшивки судна.

Один за другим упыри стали переваливать через палубное ограждение. Первые из них получили по несколько пуль сразу и осели безжизненными грудами мертвого мяса, потом в ход пошли гранаты, которые сбили прыть со следующих тварей, но многозарядных ружей или пистолетов на борту «Тигрицы» было маловато, взрывных устройство или хотя бы бутылок с зажигательной смесью тоже не слишком много, а вот поток монстров пока не ослабевал. По одному и небольшими группками они бросались на тех защитников корабля, что оказался слишком близко. Олег надеялся, что вот-вот взорвется небольшая мина под ногами монстров, но секунды шли, а детонации захваченной части палубы все не было и не было. Некоторые из монстров горели, однако жажда крови и воля их хозеяв были превыше страха перед огнем и боли, что пламя причиняло нежити. Крича от ужаса бывшие рабы раздались в стороны, увлекая за собой матросов, но по крайней мере оружие из них почти никто не бросил. Люди понимали, что эти существа их в плен брать не будут, а потому предпочитали крепко сжимать выданные ими средства самообороны, пусть пользы от них имелось и не сильно много. Отчаянные удары сабель, тесаков, топоров и багров они попросту игнорировали, поскольку у людей не хватало сил на то, чтобы сначала прорубить их доспехи, а потом нанести существенный урод скрытой под ними мертвой плоти. На одного счастливчика, который сумел хотя бы заставить отпрыгнуть бросившийся на него ходячий труп приходилось трое тех, кого повалили на палубу и жрали заживо, либо раздирали на части ужасающими когтями. Пули действовали несколько лучше, все-таки подавляющее большинство огнестрельного оружия этого мира неспроста имели калибр в пару пальцев, однако даже способный оторвать человеку конечность кусок свинца убивал монстра исключительно в том случае, если попадал ему в не прикрытую шлемом часть головы или щель межу нагрудником и мордой, разрывая шею. Несколько лучше действовали установленные на высоких сошках противоабордажные ружья, что нацеливались на врагов ветеранами многочисленных битв и буквально перемалывали свои цели снопами крупной дроби, однако их перезарядка занимала слишком много времени.

— Как вас много то! — Только и успел мысленно ужаснуться взлетевший повыше Олег, запуская второй огненный шар в плотную кучку только-только переваливших через борт тварей вместе с двумя вампирами-погонщиками, что изящно взбежали на «Тигрицу» по спинам своих упырей. Штук пять монстров разорвало на клочки или запекло прямо внутри их деревянной брони, еще шесть или семь оказались отброшены ударной волной и сверзились вниз, что тоже было сочтено приемлемым результатом. Авось свернут себе шею, а если и нет, то обратно на летучий корабль взобраться так и не сумеют. Они, конечно, довольно резвые и прыгучие, но все же не настолько…Особенно если в тяжелых доспехах. К сожалению, оба вампира пережили магическую атаку, несмотря на то, что в число элитных сил противника вроде бы не входили. — А ведь и через носы-тараны внутрь судна сейчас уродов ломиться должно не меньше!

Один из вампиров-погонщиков взметнулся в невероятно высоком прыжке, стараясь достать низколетящего волшебника кривыми серпами, что сжимал в руках, однако сначала нарвался грудью на рой воздушных игл от Стефана, которые разворотили ему живот и сбили траекторию движения, а после очень неудачно шлепнулся рядом с бывшим рабом, с трудом выползавшем из под придавившей его упыриной туши. Освободиться у очень темнокожего мужчины, в чьем родовом древе явно присутствовали выходцы с черного континента, не получилось. А вот извернуться и вогнать в свежую рану на теле нежити обломок меча — вполне. И сработал тот не хуже, чем если бы являлся вымоченным в святой воде осиновым колом, судя по резко прекратившим дергаться конечностям кровососа и тому, что видимые части тела нежити стали словно тлеть изнутри и рассыпаться пеплом. К сожалению, коллега окончательно упокоившегося агрессивного трупа тут же смахнул голову мулату взмахом боевого бича, а вот второй раз замахнуться своим оружием уже не успел. Напоминающий металлическую статую маг-егерь ударом всего корпуса сбил его с ног и вполне успешно разбил поверженному противнику голову сапогом, несмотря на всю сверхчеловеческую ловкость пытавшейся вывернуться твари.

С корабля вампиров, который находился от Олега чуть дальше, в корпус Тигрицы удрали кровавые плети. Причем целились они не куда-нибудь, а в артиллерийские турели. Вернее, участки корпуса рядом с ними, поскольку сами орудия были защищены небольшими дополнительными барьерами. В образовавшиеся дыры немедленно влетело несколько вампиров, которые до этого момента держались в задних рядах атакующей орды нежити. Видимо их задачей являлось вывести из строя мощнейшие пушки атакованного судна, чтобы те прямой наводкой с расстояния пары десятков метров не выпалили снарядом по сгрудившимся в кружок вокруг алтарей высшим кровососам.

В поливающего упырей пламенем Олега ударил сразу с десяток разнообразных заклинаний, которыми вампиры постарались достать маячившего перед ними чародея. Причем относились они чуть ли не ко всем направлениям волшебства, доступных вампирам. Тройка стрел крови разбилась о вспыхнувший перед Олегом магический барьер, созданный его защитными амулетами. Та же участь постигла и несколько зеленоватых комков некроэнергии. Сотканная из праха секира, нацеленная прямо в свободный от повязки глаз чародея, встретилась с барьером, что создал шлем, сделанный там же где и кираса и распалась на части, вложив в удар себя всю. Появившийся в голове гул и некоторое чувство неуверенности, явно свидетельствующие о попытках ментальной атаки, волшебник попросту проигнорировал, понадеявшись на свое сопротивление, отточенное многократным общением со священниками, жаждущими его исповедовать и пытающимися облегчить процесс развязав язык находящегося перед ними грешника. Парочку огромных и бешено вращающихся костяных сюрикенов волшебник вообще телекинезом перенаправил вниз, умудрившись разрезать ими парочку особо невезучих упырей. Впрочем, нельзя сказать, что стоящие вокруг алтаря вампиры своими чарами швырялись абсолютно безнаказанно. С одной из мачт «Тигрицы» в них ударил яркий фиолетовый луч, источником которого служил забравшийся повыше седовласый колдун, особого могущества или богатств так и не наживший, но успешно состарившийся. Напрягая все свои силы он мог бы, скажем, с расстояния трех-пяти метров сломать кому-нибудь пару костей…Но сжатая в его руке то ли брошь то ли кулон били с мощью, мало уступающей возможностям Олега. Во всяком случае тот из кровососов, на которого оказалась направлена атака, катался по палубе, дымился и орал, несмотря на наверняка имеющиеся у него артефакты. К сожалению, долго геройствовать у этого волшебника не получилось. Внезапно его руку с зажатым в ней артефактом охватили разряды желтых молний, и буквально через пару мгновений на палубу шлепнулось мертвое тело, у которого кипящий мозг вытекал наружу через рот, глаза и уши.

— Магический щит скоро сдохнет, — констатировал Олег, с неудовольствием отмечая, что несколько вампиров затаскивают на алтарь еще парочку жертв, которая до того момента лежала у них под ногами, будучи парализованными. К сожалению, вероятность убить их первым и тем сорвать очередную магическую атаку нежити следовало расценивать как крайне маленькую, уж себя то эти кровососы будут защитать даже лучше, чем корабль. А одному лезть в ближний бой с парой десятков тварей, каждая из которых скорее всего чуть сильнее и быстрее волшебника несмотря на допинг в виде использованных заклятий стало бы самоубийством. К тому же опыта рукопашной у подобных монстров наверняка имелось в разы больше. А может и на порядки, ведь пара сотен лет для них — не возраст. — Пора уходить с линии прямой видимости, будем надеяться, я достаточно долго маячил у них перед глазами и отвлекал на себя этих проклятых пиявок!

Корпус «Тигрицы» стали сотрясать пушечные выстрелы. Часть артиллеристов несмотря на идущий полным ходом абордаж сохранила возможность вести огонь и решила воспользоваться этой возможностью, чтобы попытаться достать нежить, остающуюся на борту рейдеров. Но это была просто едва заметная дрожь по сравнению с тем ударом, который случился, когда медленно набирающий ход эрзац-крейсер достиг горящих руин транспорта работорговцев и прошелся по ним впритирку правым боком. С оглушительным треском то судно нежити, которое врезалось ближе к носу, просто взяло и отломилось, не выдержав нагрузки. Вот только поскольку чары держащие его в воздухе были по-прежнему активны, то оно не упало вниз и не отлетело в сторону, а осталось болтаться в воздухе…Ну, до тех пор, пока в него не врезался второй корабль кровососов.

— Так их! — Чародей не видел, где сейчас находится Стефан, но отлично слышал его кровожадны вопль, показывающий, что с толстяком все в порядке. А вот про оставшихся на борту рейдеров высших кровососов такое точно нельзя было сказать. Они слишком увлеклись ведением боя и не заметили вовремя угрозы, а теперь сполна расплачивалась за это. Неумолимо движущаяся вперед «Тигрица» заставила корабль с обломанным носом, который явно потерял управление из-за доставшегося ему удара, оказаться зажатым между её своим собратом и останками транспорта работорговцев. И летучая галера сдвинулась в ту сторону, где на неё оказывалось наименьшее давление. Вверх. В результате её киль проскреб по палубе второго рейдера, небрежно смахнув вниз все, что выделялось выше уровня палубы: алтарь, подготовленных для жертвоприношения пленников и тех вампиров, кто не успел никуда спрятаться. А последних оказалось довольно таки много и летать из них умели далеко не все.

— Недурно получилось, — решил Олег, разворачиваясь в воздухе и догоняя судно, от которого он успел слегка отстать. Как разворачивался бой на нижних палубах сказать было сложно, а вот под светом солнышка упыри и вампиры-погонщики без поддержки высших кровососов проигрывали, пусть даже победу на свою сторону людям приходилось склонять дорогой ценой.

Одуревшие от обилия крови вокруг упыри окончательно превратились в терзающих уже мертвых врагов бездумных зверей и зачастую не замечали опасности до того момента, пока им не выстрелят в спину или не рубанут по незащищенным доспехами лапам. А вот их хозяева в доспехах из кости и золота продолжали вносить в ряды защитников «Тигрицы» настоящее опустошение за счет своей ловкости, скорости, силы и качества зачарованных лат…Но крутящихся как бешенные волчки немертвых бойцов насчитывалось едва ли десятка три, и они падали один за другим от ударов могущественных артефактов, что перед боем вынули из сокровищницы чтобы раздать колдунам. Или даже более прозаических средств ведения боя, ведь эти вампиры были недостаточно могущественны, чтобы сменить позицию или разбросать людей как сухие листья, когда удары одного человека они блокируют, второй в это время держит их за ноги, а третий судорожно перезаряжает ружье, от пули из которого монстру уже при всем желании не увернуться. Среди врагов метался туда-сюда вооруженный двуручным топором Стефан, ныне сам похожий на какого-то перемазанного в крови и кишках демона, и почти каждое движение толстяка несло смерть. Вероятно, он один убил почти столько же противников, сколько все освобожденные рабы вместе взятые.

Когда чародей ударил в тыл нежити, превращая одного упыря за другим в пылающие факелы, победа окончательно склонилась на сторону людей. Лучшим доказательством данного факта стали некоторые кровососы, которые принялись прыгать за борт чтобы уцелеть, ведь падение то с весьма умеренной высоты оборвать их условно вечную не-жизнь шансов почти не имело в отличии от злой и напуганной толпы, каждый в которой имел при себе чего-нибудь тяжелое и острое. И на кораблях из костей и красного дерева это тоже поняли, поскольку оба наконец-то отлетевших друг от друга на некоторое расстояние рейдера стали разворачиваться с явным намерением лечь на обратный курс.

— Ну уж нет! — Кипящий от захватившей его боевой ярости Олег нырнул в дыру, которую вампиры проделали рядом с правой кормовой турелью. Ни одного кровососа тут уже не было, только парочка опустевших доспехов, внутри которых находился прах вперемешку с костями. А также разломанный на куски автомтарон и десяток человеческих трупов. Пусть «Тигрице» и её экипажу крепко досталось, но и противник пострадал не меньше. Помимо потери десантной партии одно вражеское судно потеряло часть своего командного состава смахнутым на землю, второе было порядочно измочаленным в результате столкновения с остовом транспорта работорговцев. — Не уйдете!

Глава 4. О том, как герой вспоминает старое, немого наглеет и потрошит останки

К огромной радости и облегчению Олега артиллерийская турель не просто уцелела, но и сохранила большую часть своего обслуживающего персонала. Да, подносящий снаряды автоматрон ныне являлся грудой металлического лома, как и его коллега, защищавший столь важную в масштабах судна позицию, но из двух канониров живыми осталось оба! Пусть даже в сознании и находился всего один, который дрожащими руками перезаряжал дробовик ну просто очень большого калибра, а вот его коллега лежал себе тихо у стеночки, с перетянутой жгутом окровавленной культей на месте правой руки. Еще в тесном провонявшим кровью и пороховыми газами закутке находилось трое живых матросов и пятеро мертвых, но они сейчас ничем особо не могли помочь чародею, топчущемуся по опустевшим доспехам и вампирьему праху.

— Пушка стрелять может?! — Каждая секунда промедления увеличивала шансы на то, что рейдеры вампиров сбегут или вообще перегруппируются и снова атакуют «Тигрицу».

— Только на близкую дистанцию, — кивнул артиллерист-ведьмак, чью голову опоясывала медная полоска служащего слуховым аппаратом зачарованного обруча, крутя в пальцах серебряную монету и явно раздумывая о том, а не пропихнуть ли её в дуло. Ну, чисто на всякий случай, а то вдруг сюда недобитая нежить заглянет, против которой такой поражающий элемент окажется не лишним и плевать на его высокую стоимость, поскольку жизнь дороже. — Нам какой-то клыкастый гад прицел мимоходом отмахнул своим ковыряльником.

— Будем наводить на глаз. Снаряд мне! Бронебойный! Усилю его по максимуму! — По-настоящему серьезно зачарованных снарядов к установленной на эрзац-крейсере артиллерии Олегу в США так и не продали. Во-первых, подобные боеприпасы стоили действительно дорого. Во-вторых, кто попало их купить не мог, тут связи требовалось. В-третьих, американцам и самим мало было, и их армия вместе с приближенными к ней структурами в виде частных армий сенаторов и олигархов старалась мимо себя подобный товар не пропускать, поскольку каждый подобный артефакт представлял из себя маленькое произведение магического искусства. Или, если его сделали неправильно, бомбу с неисправным взрывателем и часовых механизмом, которая неизвестно когда рванет. В результате те же зажигательные снаряды работали скорее за счет обычной химии, пусть даже засыпанные внутрь вещества и производили при помощи колдовства, а абсолютную стабильность взрывоопасной начинки обеспечивали рунами. К счастью первым волшебством, которому несколько лет назад научили Олега, являлось умение превращать обычные пули в настоящих посланцев смерти, что обладали повышенной пробивающей способностью и взрывались при ударе. А маленький кусочек свинца нужной формы от бронебойного снаряда принципиально отличался исключительно тем, что ведьмаков на его зачарование понадобилось бы штук десять. Или — один полноценный маг, у которого найдется как опыт, так и сила.

Снаряд, предназначенный для прошибания листовой брони или шкуры каких-нибудь крупных чудовищ, был тяжелым и неудобным. А может просто у доставшего его из специального ящика артиллериста руки тряслись, все же этому мужчине было уже под семьдесят…И Олег был не первым, кто проводил над его организмом омолаживающие процедуры, пусть даже на повторный найм целителя того же уровня у ветерана денег уже не хватило. Чародей как мог усилил чарами мышцы своих рук и плечевого пояса, а после выхватив из-за пояса один из своих зачарованных топоров и принялся вырезать на металле намертво запавшие в память руны, вернее их увеличенные в несколько раз копии.

— Осторожней, а то рванет, — опасливо предостерег маг первого ранга, который всю жизнь специализировался не на применении своего невеликого дара в бою, а на обслуживании больших пушек и боеприпасов к ним, заранее вращая штурвал винтового затвора на доверенном ему орудии. Этот человек наверняка не раз видел, как самодельные взрывные устройства детонировали прямо в стволе и непоправимо портили пушки. А также тех, кому не повезло оказаться поблизости. Во всяком случае, с зачарованными пулями подобное случалось с удручающей регулярностью, а потому их рекомендовалось отстреливать чуть ли не сразу после создания. Максимум — в течении суток.

— Не рванет, — Олег принялся закачивать в снаряд энергию, тщательно прислушиваясь к своеобразному отклику металла. Когда тот приблизится к пределу насыщения силой, после которого будет готов разорваться на части даже от относительно небольших нагрузок, лишнее волшебство станет в него перетекать все неохотнее и неохотнее. Чародей давно не вспоминал о том, что умеет подобное, поскольку усиленные им боеприпасы не подходили ни для длительного хранения, ни в качестве тренировочного упражнения, но старые навыки было не то просто забыть. — Я не только целитель, я еще и техномаг…И артефактор слегка…Своими руками летучие корабли из дерева и запчастей собирал, пусть и не чета «Тигрице»…Заряжайте! Попадешь в цель — получишь двойное жалование в этом месяце!

— А в какой из кораблей целиться то?! — Задал очень важный вопрос артиллерист, то вращая рукоятки смещающие положение дула пушки в нужную сторону, то приникая к небольшой смотровой щели. Труба прицела, то ли техномагического, то ли работающего на чистой оптике, ныне представляла из себя удручающее зрелище по причине того, что её значительную часть просто срезали ударом, нанесенным с нечеловеческой силой.

— С обломанным носом! — Этот корабль должен был сильно пострадать от столкновения с остовом транспорта работорговцев, а следовательно его щит разрядился полностью в попытке хоть чуть-чуть смягчить удар. Да, за прошедшее время он мог частично восстановиться, но энерговоды имеют ограниченную пропускную способность, да и вообще как правило довольно хрупкие, ибо на них требуется тратить серебро или иной дорогой материал хорошо пропускающий волшебство, а корабль крупный и надо экономить. — Бей по алтарю на верхней палубе! Снеси эту дрянь!

Для успешной и главное результативной погони стоило первым делом выбить противнику его клыки, а то вдруг рейдеры развернутся и снова пойдут в атаку на эрзац-крейсер, чей экипаж и без того уже понес немалые потери. Несмотря на то, что судно с уцелевшим носом находилось в безусловно лучшем состоянии, оно скорее всего представляло из себя меньшую угрозу. Даже если сильнейшие вампиры на его борту и сумели избежать падения или же быстро вернулись обратно, алтарь они потеряли. И Олег очень сомневался, что у них найдется замена для шлепнувшейся куда-то на землю зачарованной каменюки, значительно облегчающей сотворение наиболее опасной и разрушительной магии из доступного нежити арсенала. Если же вдруг и отыщется — то худшего качества и разряженная. А с жертвами для неё у кровососов посреди чистого неба, скорее всего, возникнут проблемы.

— Дьявол! — Орудие содрогнулось, посылая в цель наполненный магической энергией снаряд, и буквально в следующую же секунду артиллерист начал ругаться. — Барьер сбил траекторию! Выстрел ушел вверх как свечка!

— Повторим, — возможно, следовало пробежаться по кораблю и заставить другие орудия бить по той же цели, но не было уверенности в том, что кормовой турели правого борта так же повезло. Опять же, если матросы не имеют более срочных проблем и могут выстрелить во врага из находящейся рядом с ними пушки — они наверняка сделают это и без его подсказки. — Снаряд мне!

Второй выстрел оказался более удачным, хотя желаемого результата все равно не достиг. Встретившись с опять возникшим на его пути защитным барьером наполненный магией кусок железа взорвался и осколки жахнули по верхней палубе рейдера вампиров, кого-то там зацепив. Для человека подобные травмы скорее всего окончились бы смертью, ну а нежить должна была прийти в норму в течении нескольких минут, ну максимум часа. И то если у неё не найдется, кем перекусить. Третий снаряд вообще разминулся с удаляющимся судном на несколько метров, поскольку расстояние уже было великовато для ведения огня без прицела. Зато вразнобой стали работать орудия правого борта, посылая ядра в сторону цели…Правда из десятка куда надо попало только два, да и они вроде бы не причинили существенного урона, но хотя бы стало ясно, что защитные барьеры судна приказали долго жить. Четвертый снаряд Олег заряжал уже внутреннее смирившись с тем, что все зря, но неожиданно для него седовласый артиллерист разразился радостным воплем. И бросившийся к смотровой щели чародей понял, что награждать его таки придется. Сделанный практически наудачу выстрел угодил точно куда надо, разворотив алтарь на несколько частей. Самих их чародей, правда, не видел…Но из шлепнувшегося на землю каменного обломка неправильной формы во все стороны стегали постепенно слабеющие плети плети алых и черных разрядов. И точно такие же энергии в настоящий момент бушевали на верхней палубе корабля вампиров.

— Продолжайте стрелять, эти клыкастые уроды не уйдут от нас! — Напутствовал он матросов, прежде чем покинуть их и устремиться в рубку. Именно туда от выживших офицеров должна была стекаться информация о состоянии судна, и именно оттуда он мог наиболее эффективно командовать «Тигрицей». Ну и лазарет, в котором можно было заняться тяжелоранеными, стабилизируя их состояние, находился буквально через стенку. А значит, ничто не помешает ему одновременно спасать людей и руководить ходом битвы.

Коридоры корабля были значительно чище, чем верхняя палуба на которой развернулась воистину жестокая резня, но и в них нет-нет да и встречались то растерзанные человеческие трупы, то смердящие гнилым мясом тела упырей в иссеченных деревянных доспехах, а то и отблескивающие золотыми украшениями останки вампиров. Ну и конечно усталые и перемазанные в крови и грязи с ног до головы победители, у которых адреналин едва не лился из ушей. А вот раненных почти не было. Из-за тесноты и ожесточенности боя отход в тыл представлялся крайне сложной задачей, а потому не способные больше защитить себя или упавшие под ноги сражающимся становились обречены. И в некотором роде это было даже хорошо, Олег не был уверен, что смог бы пройти мимо умирающих, попадись они ему на пути…Но отделавшиеся царапинами, переломами или не особо травматическими ампутациями частей тел матросы уже получали помощь от своих коллег, практически поголовно умеющих правильно накладывать бинты, а значит могли дождаться завершения боя. Чары обезболивания и остановки крови, которые волшебник бросал буквально на бегу, также неплохо помогали успокоить его совесть.

— Каково состояние корабля? — Рубка оставалось целой и невредимой, видимо не один из врагов сюда так и не добрался. И это было очень хорошо, поскольку за приборами управления сейчас стояли матросы, которые являлись крепкими профессионалами, но в общем-то простыми людьми, не способными оказать достойное сопротивление элитной нежити. — Почему мы не преследуем рейдеров?!

— Наш основной алхимреактор поврежден, — ответил ему стоящий у слуховых труб и штурвала рулевой, заставив Олега мысленно заскрежетать зубами и развернуться к выходу, чтобы как можно быстрее бежать в трюм и устранять поломку. Потеря сердца всей энергосистемы судна грозила пусть не моментальным падением, но постепенной потерей высоты вплоть до вынужденной посадки. — Резервного едва хватает, чтобы совместно с баллоном держать нас в воздухе. Еще противником выведена из строя правая кормовая турель…

Внезапно «Тигрица» резко дернулась вперед, и доклад прервался, поскольку делающий его человек из-за внезапности не успел среагировать и саданулся головой об рычаги управления.

— Похоже, алхимреактор нам починили, — констатировал чуть успокоившийся чародей, мысленно делая заметку премировать того, кто занимался ремонтом. Даже если вся работа и заключалась в том, чтобы соединить разорванные энерговоды или поставить на эту магическую печь заплатку и закинуть внутрь новую порцию топлива, прямо сейчас от этой мелочи зависела чуть ли не судьба всего судна. Ну, или как минимум доход, который станет итогом этой операции. Даже если летучие корабли вампиров использовали действительно много человеческих костей в качестве замены иным материалам, то обойтись совсем без драгоценных камней и благородных металлов они не могли, если хотели поднять свою авиацию в воздух без использования действительно сумасшедшего количества энергии. Ну а части тел разнообразных магических созданий купили бы в любой стране мира без малейших моральных колебаний. Впрочем, правильным образом замаскированные человеческие останки тоже могли использовать очень и очень многие, но в приличном обществе про подобное предпочитали скромно помалчивать, а сам Олег был склонен устроить столь жутким трофеям массовые похороны. — Преследуем корабль с обломанным носом, огонь по готовности. Во второго рейдера бить только если станет сильно мешать! Лили, что у нас тут с раненными? Стефан?! А ты то как сюда попал?!

В переполненном лазарете Олег обнаружил своего лысого друга и эльфийку, что курсировала туда-сюда между раненными и столом, заставленным кучей самых разнообразных колбочек, плошек и бутылочек, чье содержимое было по большей части сварено ей самой. Боевой магией девушка почти не владела, но зато являлась довольно неплохим ритуалистом и алхимиком, поверхностно знакомым с некоторыми другими разделами волшебства. Ей помогало несколько санитарок и несколько чародеев первого ранга, знакомых с азами магического исцеления. Краснокожие братья-шаманы тоже были тут, тихонько бормоча на два голоса какую-то заунывную ерунду на своем родном языке и раскачиваясь туда-сюда, словно стебли травы на ветры. Но как бы глупо это не выглядело, в большей части наваленных перед ними окровавленных тел еще теплилась искра жизни, раздуваемая призванным духом, похожим на громадный цветок яблони, сотканный из янтарного огня, чья пыльца понемногу подпитывала людей жизненной силой.

— Знаешь, по-моему, за доспехи для меня мы тем гномам сильно переплатили, — слабо улыбнулся лежащий в уголке толстяк, старательно пытаясь не морщиться, когда из его живота огромным пинцетом доставали не то пули, не то крупную дробь. — Ну или тот артефакт, который приберегал на крайний случай один из вампиров, был действительно интересной игрушкой…Жаль одноразовой.

— Никто из офицеров не ранен по-настоящему тяжело. Я справлюсь, а ты продолжай сражение. — Среди матросов и освобожденных рабов умирающие имелись, но по всей видимости Лили считала их жизни не настолько важными, чтобы отвлекать капитана корабля от ведения боя. И Олег, к его огромному внутреннему сожалению, был вынужден принять эту точку зрения. Его корабль и отряд, увы, не имели государственного финансирования. И именно от размера полученной прибыли зависело, будет ли «Тигрица» охотиться на рабортоговцев, пройдя ремонт и восполнив потери в команде, или же ей придется взять на борт какой-нибудь груз и возвращаться на родину с торговым караваном, поскольку для покалеченного корабля с недостатком экипажа ведение масштабных боевых действий станет самоубийством.

По-прежнему летящие едва ли не бок о бок рейдеры успели удалиться от «Тигрицы» на достаточное расстояние, чтобы даже самая мощная артиллерия эрзац-крейсера добивала до них исключительно на пределе своей дальности и чаще промахивалась, чем попадала…Но еще больше увеличить разрыв и оказаться в безопасности у вампиров не получалось. Похоже, корабль с обломанным носом не мог увеличить свою скорость сверх текущей из-за полученных повреждений или потери значительного количества офицеров, которые также являлись важными компонентами в достижении летательными аппаратами этого мира своих максимальных показателей. А второе судно как могло пыталось прикрыть его от артиллерии преследователей, проявляя редкостную по меркам нежити взаимовыручку.

— Они держат курс к тому квадрату, где находится рабский рынок, — заявил сверившийся с картой и компасом помощник рулевого.

— Я так и думал, — согласно кивнул Олег, раздумывая как бы обеспечить «Тигрице» преимущество в этой погоне. Снова отправиться зачаровывать снаряды? Не имеет смысла, каждый маг на корабле кто не занят в лазарете уже должен быть там и втискивать энергию в предмет дело не слишком сложное, ведьмак-артиллерист проследит. Пытаться придать дополнительную скорость судну? Магией воздуха он не владеет, а балласта который можно скинуть нет, если не считать якоря, ядер, трупов и невеликого запаса воды и продовольствия. Попытаться перетащить уцелевшую кормовую турель на верхнюю палубу, чтобы стрелять вслед кровососам из трех стволов, а не из двух? Слишком долго и сложно, займет по меньшей мере несколько часов. — Вероятно, рассчитывают, что надо лишь подобраться достаточно близко, а там им помогут. И у них есть все основания так думать. Вот только сомневаюсь, что вызванный через портал элитный отряд вампиров станет удаляться от рабского рынка слишком далеко. Иначе бы подобные группы было слишком легко подобным образом выманить в удобное место и перебить, а количество сильных магов даже у кровососов не бесконечно.

— То есть нам надо сбить их раньше, чем они подберутся к своей базе достаточно близко. — Резюмировал рулевой, который прислушивался к беседе. — А успеем?

— Ну, как минимум попытаемся, — Олегу только и оставалось, что в затылке почесать. Ну и заодно еще разок посмотреть на карту, уточнить скорость движение «Тигрицы» и сделать на основании этих данных нехитрые расчеты. — Хм…Если будем продолжать в тот же темпе, то у нас будет около двух часов, прежде чем мы приблизимся к рабскому рынку на расстояние тридцати километров. Ближе, наверное, уже не надо.

— Времени вроде вполне достаточно, — согласился с ним помощник рулевого, уставившись на одно из носовых орудий, которое в очередной раз изрыгнуло из себя столб пламени и дыма. Ну и, конечно, снаряд. Артиллеристы били по врагу с максимальной скоростью, на которую только были способны, стремясь чередой непрерывных попаданий не дать восстановиться защитным барьерам и потихоньку раздолбать противника на части. А вампиры им в этом активно мешали, ставя барьеры и даже иногда пытаясь контратаковать. Вот только получалось у них это не ахти. Вражеские чары выглядели откровенно бледновато по сравнению с тем, нежить демонстрировала незадолго до абордажа. Сотканные из мрака или крови преграды снижали мощь попаданий, но не могли полностью предотвратить ущерб, а прилетающие издалека чары вязли магических щитах «Тигрицы» даже не поцарапав красу. — Хватило бы боеприпасов.

— Если случится хоть что-нибудь — крикните погромче, я буду через стенку, — принял решение Олег и отправился в лазарет. Стоять у приборов управления и хмурить брови с важным видом, обдумывая тактику боя, он мог бы долго. Вот только вряд ли сумел бы придумать подходящий для данной ситуации маневр, а всего в нескольких метров от его местонахождения люди умирали. Сейчас все зависело от меткости артиллеристов, ходовых качеств кораблей да того, как скоро выдохнутся кровососы. За вместительность артиллерийских погребов как раз сейчас можно было не беспокоиться, перед тем как покинуть США их забили под завязку.

Некоторое время, которое могло равнять как минутам, так и часам, Олег своей силой заставлял биться готовые затихнуть сердца, переливал кровь и жизненную силу от не пострадавших в бою доноров к тем, кому их сейчас очень сильно не хватало, соединял вместе размолотые осколки костей и сращивал разорванные ткани…А потом ушедшего с головой в работу чародея оттащили от очередного пациента и понесли в рубку, поскольку ситуация сложилась неординарная и Стефану принимать в одиночку столь важное решение не хотелось. Нет, он бы мог, но вытащить друга из лазарета толстяку показалось намного проще, несмотря на ужасную рану в животе.

— Все-все, я сам пойду! Пусти меня! — Вывернуться из пухлых и похожих на сардельки пальцев было не проще, чем освободиться от колец анаконды. — Что такого у вас там произошло, что без меня никак? Новые корабли вампиров появились?!

— Старые странно себя ведут, — успокоил друга Стефан. — Выглядит так, будто они друг друга на абордаж взяли…Нет, кровососам в принципе ничто не мешает насмерть перессориться, но ведь не будут же они драться, пока мы у них на хвосте маячим?!

— Вы что, совсем ку-ку?! Да они же все добро с одного судна на другое перегружают! — Мгновенно дошло до Олега, когда он увидел иллюзию двух летучих галер, сооруженных абордажными мостками, по которым сновали мелкие с такого расстояния фигурки. Вот только если присмотреться как следует, то становилось заметно, что в одну сторону те двигались с каким-нибудь серьезным грузом, а в противоположенную — с пустыми руками. Оба рейдера казались основательно избитыми, сквозь дыры в их корме можно было увидеть содержимое трюмов, а верхняя палуба так и вообще напоминала лунный пейзаж.

— Ну, это конечно самая правдоподобная гипотеза, — согласился с ним рулевой, которому только недостаток магических талантов помешал в свое время стать старшим офицером на каком-нибудь военном судне. — Вопрос в другом…Будем преследовать тот корабль, который продолжит путь или удовольствуемся развалиной, что они нам на поживу бросят, как только вынесут оттуда все чего только возможно?

— Гм…Гм… — Вопрос и в самом деле был сложным. — Расстояние до базы работорговцев?

— Сорок три километра, — дистанция лично Олегу внушала осторожный оптимизм. Пока они были в безопасности. Скорее всего. Но еще чуть-чуть и к врагу может подойти подкрепление, с которым им в текущем состоянии уж точно не справиться. Стояла бы на дворе ночь, и вампиры бы точно рискнули вступиться за своих сородичей, но днем…Когда любой кровосос заметно слабеет, а от смерти в лучах солнца их отделяют только магические амулеты, которые так легко повредить в бою…

— Знаете, а давайте ка мы немножечко понаглеем! — Наконец-то определился чародей, в сознании которого внезапно поселилось предчувствие — так будет правильно. А своему дару оракула Олег привык доверять больше, он его все-таки еще ни разу серьезно не подводил. — Перевести алхимреактор и магический двигатель в запредельный режим! Пусть через пять минут мы будем вынуждены сесть для ремонта, но за предыдущие четыре должны выйти на расстояние бортового залпа!

В машинном отделении ругались так, что это было слышно даже в рубке, поскольку слуховые трубы обладали магически улучшенной акустикой, однако приказ капитана корабля тем не менее был выполнен. Словно пришпоренная лошадь «Тигрица» рванула вперед, и стала стремительно сокращать расстояние до рейдеров, которые как раз все больше и больше замедлялись и замедлялись. Кажется, наиболее пострадавшее судно летело больше по инерции, пока с него демонтировали драгоценную в прямом смысле слова систему держащих галеру в воздухе артефактов или хотя бы её самую ценную часть, ну а второй корабль не мог один тянуть двойной вес достаточно быстро. Сокращение расстояния очень положительно сказалось на меткости артиллерии, если раньше в цель попадал от силы каждый шестой-седьмой выстрел, то теперь уже половина снарядов вздымала разлетающиеся в разные стороны облака щепок, обломков и прочего мусора, поскольку ныне кровососы уже не могли от них защититься. А ведь тот из рейдеров, нос которого до сих пор торчал из борта «Тигрицы» и без того находился отнюдь не в лучшей форме после столкновения. Да вдобавок с него еще и на ходу демонтировали все, что можно и нельзя. И артиллеристы по-прежнему считали именно данный летательный аппарат приоритетной целью. В общем то, что данный корабль внезапно резко пошел вниз, заодно, утягивая за собою второе судно из-за по-прежнему соединяющих их абордажных мостков, стало скорее закономерным финалом, чем приятной неожиданностью.

— Перенести огонь на второй корабль! — Олег орал так сильно, что если бы не был целителем, мог сорвать напрочь себе голосовые связки. И делал он это уже на бегу, поскольку торопился выскочить на верхнюю палубу, чтобы добавить к артиллерийским возможностям судна хотя бы один огненный шар. А лучше парочку. — Быстро расколошматьте его, пока они не расцепились!

Артиллеристы очень старались, но вампиры умели быть очень быстрыми, особенно когда от их скорости зависело их же условно бессмертное существование. Побросав ценные вещи кровососы полностью покинули терпящий бедствие корабль и даже не отцепили, а оторвали или обрезали абордажные мостки…Но в этот момент сразу же после залпа носовых орудий опытный рулевой заставил приблизившуюся к ним «Тигрицу» резко вильнуть так, чтобы эрзац-крейсер оказался повернут к рейдеру не пострадавшем в бою левым боком. То есть восемнадцатью обычными пушками и турелью, которая до сего момента не могла выстрелить, хотя уже давно стояла заряженной, а за прицелом в нетерпении приплясывал канонир. Теперь из-за изменения курса судно Олега почти не имело шансов догнать убегающих вампиров, чья галера наверняка могла похвастаться куда большей скоростью, чем бывший грузовоз. Но зато условия для стрельбы в цель, которая не имела защитных барьеров и не могла похвастаться ни толщиной брони, ни хорошим состоянием, создались едва ли не идеальные.

Восемнадцать пушечных ядер, выпущенный из нарезного орудия снаряд и созданный чародеем огненный шар устремились к серьезно искалеченному рейдеру. Первым понятное дело, до цели добрался выстрел из артиллерийского орудия, проделавший очередную дыру в и без того избитой корме корабля вампиров. Металлические шары заметно отстали от него, а половина их них или чуть меньше и вовсе просвистели мимо своей цели, однако даже оставшихся хватило, чтобы атакованное судно окутало облако щепок. Ну а чародей, сохранявший над своим заклинанием некоторый контроль, с мстительным удвольствием скорректировал движение сотканной из пламени сферы так, чтобы она вошла в самое крупное отверстие в обшивке цели. И даже после этого файерболл дестабилизировался не сразу, а еще секунду или две продолжал движение внутри летательного аппарата кровососов, поскольку когда он все-таки рванул, то наружу вырвалось лишь несколько лепестков пламени. И какой-то из всех этих ударов, очевидно, повредил систему управления вражеского судна, поскольку оно стало круто заворачивать вправо, смещаясь на несколько метров то вниз, то вверх. Настолько круто, что когда пушки «Тигрицы» перезарядились, а Олег создал еще один огненный шар, рейдер пер чуть ли не навстречу эрзац-крейсеру, от которого до того столько времени улепетывал.

— На таран идут? — Удивился Стефан, который настолько оправился от ран, что нашел в себе силы вооружиться любимой винтовкой и выйти на верхнюю палубу.

— Очень вряд ли, — покачал головой Олег, запуская огненный шар в мору вражеского судна. Теперь то располагалось к «Тигрице» боком и промахнуться мимо столь шикарной цели было бы просто грешно. И по-прежнему забирало вправо. — Мне кажется, у них заклинило систему штурвал в положении поворота…Или может какие-нибудь подруливающие чары начали сбоить из-за повреждения рунной матрицы…Черт его знает, как там у них все внутри устроено.

Избиваемый из всех орудий «Тигрицы» рейдер выдержал еще целых три залпа, прежде чем кружащее на одном месте судно стало терять высоту и в конце-концов плюхнулось на землю, пропахав в ней изрядных размеров колею. Вот только падение отнюдь не стало поводом прекращать обстрел. Олег не был намерен сегодня потерять еще хоть одного человека, а потому приказал превратить поврежденный летательный аппарат в груду горящего мусора, внутри которой погибнет вся нежить. В конце-концов, золото не горит…А про то, что это прекрасно делают драгоценные камни на борту кроме него знала, наверное, только Лили. Да и то не факт. Вампиры прекрасно понимали, что сдаваться в плен им бесполезно, а оставаться внутри расстреливаемого из орудий корабля бессмысленно и приведет только к гибели от прямого попадания или пламени, а потому дружно разбежались в разные стороны как тараканы. Ну, вернее попытались это сделать, поскольку в ровной как стол прерии прятаться было особо негде, а «Тигрица» прекратила расстрел поверженного противника и принялась кружить над землей, пытаясь достать тех, кто из него выскочил. И бегать со скоростью атакующего гепарда кровососы конечно могли…Но лишь немногим дольше, чем тот же самый гепард, выдыхающийся через считанные секунды. На перемещение с подобной скоростью нежить затрачивала слишком много энергии, восполнить которую им тут было некем и потому довольно быстро выдыхалась до уровня, более или менее соответствующего человеческому. А у канониров на смену ядрам пришла картечь, которой было удобно косить фигуры в блестящих на солнце латах. Да и обычные стрелки не зевали, а уклоняться от пуль или отбивать их клинками — это высший пилотаж, продемонстрировать который сумело лишь несколько клыкастиков. И крутились они слишком недолго, чтобы заслужить аплодисменты. Возможно кто-то из высших кровососов и сумел уцелеть, став невидимым и удалившись от места ведения боя достаточно далеко, чтобы сбросить с себя покров чар, но опасаться возвращения этих везунчиков вряд ли стоило. Во всяком случае до тех пор, пока не зайдет солнце.

— Ну что ж, думаю, настала пора приступить к лучшей части этого дня, — Наконец-то сумевший несколько расслабиться Олег с удивлением понял, что еще даже не полдень. Схватка с тремя вражескими кораблями, которая судя по субъективным ощущениям заняла целую вечность, уложилась лишь в несколько часов. — Начинаем потрошить сбитые нами останки в поисках всего, что можно оттуда утащить!

Глава 5. О том, как герой считает потери и прибыли, желает большего, чем императоры и получает письмо

— Вроде этот Ритипо и городок то не сильно большой…Ну хоть и не совсем провинция… — Недоумевал Стефан, усевшийся прямо на полу капитанской каюты вместо с большой миской свежего винограда. Хотя, судя по размерам емкости — скорее уж маленьким тазиком. У привыкших к тропическому изобилию фермеров как раз шел период сбора урожая, а потому рынки были завалены фруктами, которые местные производственные мощности просто не успевали переработать на вино или самогон. — А с грехом пополам починенный вампирский рейдер и обломки двух других летучих кораблей у нас влет купили. Даже двух часов мы с ними в гавани не простояли, прежде чем на трофеи выстроилась небольшая очередь из желающих купить.

— Тут переделка всего того, что у вампиров отбить получилось и переработка останков самой нежити — налаженный бизнес, что процветает уже которое столетие. Местные на том добре, которое мы им сбагрили, еще процентов пятьдесят чистой прибыли наварят. — Откликнулся Олег, который сидел за столом и работал с документами. И тоже ел между делом виноград, практически без участия сознания телекинезом отщипывая ягоды от находящейся от него в нескольких метрах кисти. — Руны облегчения веса у среднестатистического корабля из Империи Крови примерно на треть совершеннее, чем их аналоги, массово производимые в других частях света. И потому за каркас, в который вошли освященные в церкви детали рейдера кровососов в любой точке мира торговцы, желающие перевозить товары с меньшим расходом топлива, будут собачиться с аристократами, намеревающимися путешествовать на яхте, трюм которой забит деликатесами или боеприпасами, а не топливом. Также зачарованное золото с доспехов, украшений и прочих артефактов переплавлять-переделывать под использование живыми станут профессионалы, которые не первый век подобным бизнесом занимаются.

— Ладно, как бы там ни было, но деньги мы получили и даже уже частично потратили. А чего там будет с теми трофеями теперь уже чужая головная боль. Наша же — вопрос с людьми решить. — Толстяк забросил в рот сразу с десяток крупных темно-фиолетовых ягод, по форме и размеру сильно напоминающих пули. — Из пяти сотен рабов, которых освободили, радоваться жизни теперь может лишь двести с хвостиком. Остальных задрали упыри. И вопреки твоим прогнозам бить нежить вместе с нами изъявили желание лишь человек десять, а остальные предпочли сами крутиться после того, как мы их на землю высадили. А нам ведь дыры в команде затыкать кровь из носа надо.

— Это да, таких потерь я от кажущегося верхом осторожности плана ну никак не мог предугадать. — Выплюнувший косточки очередной ягоды Олег откинулся на своем кресле, и устало облокотился головой на высокую мягкую спинку. Целитель его уровня благодаря стимулирующим заклятиям мог не спать неделями, если не месяцами, однако чародей чувствовал себя крайне усталым несмотря на то, что дремал не более чем трое суток назад. И целых четыре часа. — Девяносто два человека. Девяносто, черт побери, два!

— Было же вроде меньше? — Удивленно уставился на него Стефан. — Или наша эльфийка в лазарете яд с обезболивающим перепутала?

— Семьдесят девять человек убитыми. Шестеро ушедших в увольнительную и больше не вернувшихся. Причем, судя по полному отсутствию денег в их вещах, виновата в этом именно моя отвратная квалификация как командира. Не могу всерьез винить их за дезертирство, потеря в первом же сражении едва ли не половины экипажа — это действительно ужасно… — Олег тяжело покачал головой, закусив губы. — Плюс еще семь человек сгубила не темная магия вампиров или клыки тварей, а собственная дурость, усугубленная выплаченными призовыми! Аж троих зарезали в кабаках и борделях, когда они стали сорить во все стороны серебром и даже золотом. Еще двое слишком сильно переоценили свое вновь обретенное здоровье и сдохли примерно там же, основательно перебрав выпивки и шлюх, тем самым доведя себя до инфаркта. Один умник черт знает зачем попытался вломиться среди ночи в жилой дом и был застрелен его хозяином. Последний помер прямо у нас на корабле, вернее у его подножия, когда будучи изрядно поддатым чебурахнулся с верхней части трапа и вдребезги разбил затылок о так некстати подвернувшийся ящик. Возможно, к окончательному числу потерь придется еще добавить троих покалеченных, которых я своими силами на ноги не поставлю, если не получится установить им действительно качественные протезы.

— А нечего было давать на руки матросам сразу по сто-сто пятьдесят золотых монет золотом, а некоторым так и вообще по двести. И это я еще про младших офицеров не вспоминаю, у которых жалование в два-три раза выше. — Укорил друга Стефан. — Большая часть нашего экипажа таких денег сроду в руках не держала! Неудивительно, что одни на радостях упились досмерти, а другие решили — на тихую спокойную старость им хватит.

— Ну не воровать же мне было их законную долю с продажи трофеев! — Искренне возмутился Олег. — Тридцать пять процентов на ремонт и возможное улучшение «Тигрицы» с полученной суммы я отложил. Двадцать пять будут разделены между тобой и мной…Ну в основном тебе пойдут в уплату долга, себе так, чудок на бытовые расходы оставлю. И сорок процентов делится между командой в соответствии с должностями, заслугами и полученными в бою ранами. Вот только поскольку по итогам операции мы получили почти сто сорок тысяч американских золотых долларов, то между неполными двумя сотнями членов экипажа пришлось делить пятьдесят пять тысяч монет.

— Почему, кстати, с нами рассчитались именно ими? — Задался вопросом Стефан. — Мы же в Мексике, тут свои доллары есть. И эти…Как их…Пессо.

— Угу. Не меньше пары десятков разновидностей, — согласился Олег барабаня пальцами по раскиданным на его столе документам. — С той чехардой, которая за последние лет двести происходит в этой стране, свои монеты штамповали и штампуют все кому не лень. Разного размера и с разным содержанием непосредственно золота. Потому для совершения крупных сделок и используют иностранную валюту. Меньше шансов, что кто-нибудь вроде нас посчитает себя обманутым и в качестве компенсации разницы курсов прихватит с собой голову торгового партнера, отрезанную на память.

— Нет, я конечно видел, что тут все плохо, но что б до такой степени, — пораженно присвистнул толстяк. — И куда ж местный король смотрит? Как налоги собирает?

— А нету тут короля или иной верховной власти. Последние десятилетия Мексика — числящийся республикой союз из пары десятков штатов, но по факту каждый из них вполне самостоятельное маленькое государство со своими законами и правящей верхушкой. Причем зачастую там обосновался откровенный криминал, удерживающий свое место исключительно благодаря личной силе и тому, что никому другому эту землю, где нежити чуть ли не больше чем смирно лежащих в могилах трупов, даром не надо. — Ответил Олег своему другу, который в некоторых вопросах принципиально не желал учиться. Например, геополитика страны в которой они находились казалась ему куда менее важным делом, чем очередная попытка запустить руки под юбку находящейся рядом эльфийке…Даже если она от толстяка в противоположенном конце корабля пыталась прятаться. Для вставшего на тропу не то войны не то любви сибирского татарина расстояние меньше дневного перехода роли не играло. — Нет, лет двадцать назад тут был свой император, но его немножечко съели. Причем даже не вампиры, а какие-то культисты темных богов. Сей почивший в желудках демонополонников монарх во главе военной хунты завалил верховного текората Мексики, которого святой престол сначала протолкнул на роль главы государства, а потом вскоре отлучил от церкви и объявил еретиком. Полвека примерно с той поры прошло. До церковного деятеля за право зваться президентом боролись английский лорд и какой-то восточный султан…Но тут уже подробностей не помню. Знаю только, что такая чехарда продолжается чуть ли не с тех самых пор, как конкистадоры сию территорию от кровососов освободили, да и передрались между собою на радостях.

— И почему тогда вампиры эту землю себе назад не вернули? — Удивился Стефан, озадаченно почесывая лысый затылок. — Сюда же явно ближе за людьми ходить, чем в тот же Китай или Африку.

— Ну, они вроде несколько раз пытались, но тогда все грызущиеся за власть в Мексике силы на время забывали о своих распрях и дружно давали кровососам отпор. Да и из США помощь всегда приходила. А потом кровопийцы решили, что им намного выгоднее иметь такой вот буфер между собой и американцами, чем граничить с самой технически подкованной нацией планеты напрямую. — Пожал плечами Олег, который в тонкостях местной политики тоже плавал. Он и известные ему сведения то имел только потому, что попросил Мигеля выдать своему капитану краткий исторический обзор основных событий на данной территории. А испанский аристократ, пусть даже другие представители данного сословия включая родственников смотрели на него с жалостью и презрением, образование получил достаточно неплохое. И большую часть своей жизни провел не на родине, а именно в Мексике, где долгие годы безуспешно пытался разбогатеть несмотря на высокий риск оказаться однажды убитым. — Официально, разумеется, ничего такого не сообщалось, но если посмотреть на динамику их действий, то можно сделать выводы. За последнюю пару сотен лет по Мексике били стратегическими чарами раз в десять меньше, чем по США. И под корень тут рейдерами кровососов вырезаются лишь относительно небольшие поселения, а в случае штурма хотя бы городков, часть жителей оставляют в покое. Вернее, на развод. И побочный ущерб инфраструктуре кровососы по возможности минимизируют, воздерживаясь от того чтобы целенаправленно устраивать пожары или травить водоемы. Как ты верно заметил, сюда им за людьми ходить ближе, а потому нежить старается не мешать восполнению численности своей кормовой базы.

— Да ладно?! — Не поверил Стефан. — Ты хочешь сказать, упыри сознательно терпят у себя под боком какое-никакое, но государство людей? Как-то это не похоже на гордых наследников Атлантиды.

— Думаю, кровавые боги предпочли бы восстановить здесь свою власть, но пока не имеют для этого реальных возможностей. И потому выбрали для себя лучший из возможных вариантов. Все-таки они монстры, а не идиоты и прекрасно знают свои возможности и возможности своих подчиненных. Которые хоть и внушают, но отнюдь не бесконечны. — Олег почесал подбородок и отметил, что ему было бы неплохо побриться. Причем еще дня два назад. — Ты разве не заметил, что вампиры в открытых боевых действиях имеют обыкновение проигрывать, если только у них нет действительно серьезного перевеса в численности войск или их качестве? Да, стоит допустить нежить до мирного населения, и размер их армии за несколько дней вырастет как на дрожжах, а трупами можно закидать кого угодно… Особенно когда они ходячие. Но когда кровососам идет выбивать клыки кто-то более-менее равный по силам, они в большинстве случае либо проигрывают, либо драпают.

— Ладно, оставим пока в покое этих пиявок, — Стефан решил вернуться в прежнее русло беседы, то есть к обсуждению состояния корабля и его команды. — Про то, что нужный «Тигрице» ремонт будет завершен в течении трех-четырех дней, да и то исключительно потому, что нам с поврежденной турелью приходится ждать свой очереди у лучших техномагов города, я в курсе. А чего там с автоматронами?

— Шестеро исправны и требуют по большей части лишь косметического ремонта, с которым я и сам справлюсь. Ну там дыры в корпусе залатать, оторванную ногу на место приделать. Семь разбиты на части, но поскольку их сердечники уцелели, восстановление должно быть принципиально возможным. Квалификации у меня на это может и хватит, но вот нужных станков, запчастей и материалов на борту «Тигрицы» нет. Можно бы и прикупить пока США рядом, но дорого ведь, зараза… — С тоской вздохнул чародей, уже понимая, что потратиться придется, а в сумме расходов будет ну никак не меньше трех нулей. И первая цифра станет отнюдь не единицей. Однако, автоматроны на борту были нужны не меньше, чем живые члены экипажа. Только благодаря бесстрашию, выносливости и огромной силе этих магических роботов прорыв вампиров и упырей в глубины судна удалось остановить. А ведь пройди нежить через трюмы и ударь в спину сражающимся на верхней палубе людям — чаша весов в битве могла склониться на другую сторону. Или в случае победы в схватке «Тигрица» лишилась бы хода и плюхнулась на землю, ведь у клыкастых диверсантов и без того почти получилось вывести из строя её энергосистему. — Пять надо либо похоронить, либо переплавить, либо в крайнем случае на запчасти разобрать, хотя мне и претит так обращаться с почти разумными существами. Один пропал без вести…Вероятнее всего, был сильно поврежден и в какую-то дыру во время погони за рейдерами выпал, а мы и не заметили.

— Хорошо, хотя конечно ничего хорошего, — задумался Стефан. — Слушай, а можешь ты автоматронов как-нибудь усилить? Ну, там защитные амулеты в них вмонтировать, броню навесить… Вооружить чем-нибудь получше обычных молотов, пусть и здоровых. Я конечно не говорю, что они должны встать на уровень Анны, пусть земля будет нашему стальному комиссару пухом, но можно же сделать из них нечто иное, чем просто тупых нерассуждающих исполнительных болванчиков с неподъемными молотками?

— Разумеется, я мог бы их несколько модифицировать, пусть даже кардинальные перемены в конструкцию вносить и бесполезно, — согласился Олег, который начало Четвертой Мировой войны провел не где-нибудь, а в мастерских, где ремонтировали пришедшую с фронта побитую технику. Самую разную технику, некоторые образчики которой могли поспорить с летучими кораблями в размерах, стоимости и весе бортового залпа. — Пока наши автоматроны не пробудят разум, если это вообще когда-нибудь случится, пользоваться мало-мальски сложным оружием они не смогут, да и тактику ведения боевых действий попросту не поймут. Вот только ношение дополнительного слоя брони или поддерживание заряда защитных амулетов вызовет повышенный расход энергии, значит надо вдобавок покупать емкие накопители, чтобы они у нас не встали памятниками посреди рабочего дня.

— На корабле им все равно убрести особо некуда, — презрительно отмахнулся Стефан. — Пусть хоть три раза в день энергию сосут от реактора.

— Не скажи, — возразил ему Олег. — Причина, по которой этих не требующих жалования и продовольствия маго-механических гигантов на большинстве летучих кораблей лишь две-три штуки очень проста… Цены на топливо для алхимреактора не просто кусаются, они грызут куда там самым голодным упырям!

— Мне казалось, ты всегда ратовал за эффективность, а не за экономию. — Удивленно уставился на своего друга толстяк, даже перестав жевать от изумления. — Я вообще несколько удивлен тому, что у нас на корабле не знающих усталости, боли и страха стальных гигантов всего два десятка было, а не две сотни…И пара дюжин людей при них, занятых техническим обслуживанием.

— Пусть автоматрон работает за пятерых, но содержать его дороже чем целых десять матросов. Мы же не в Сибири, где волшебные деревья растут чуть ли не целыми рощами, а свободных магических источников вполне достаточно, чтобы годами мариновать в исходящей из них энергии обычные дрова! — Тяжело вздохнул Олег, которому идея во время боя выставить против врага стену из стальных гигантов, каждый из которых молодого вампира голыми руками в бараний рог согнет, тоже очень нравилась. Как и тот факт, что магических роботов гораздо проще чинить чем людей, ведь можно растянуть процесс на несколько суток без риска ухудшения их состояния. И пахнет машинная смазка гораздо лучше крови. — А до недавнего времени вопрос со свободными денежными средствами стоял слишком остро…Золота даже не хватило на то, чтобы наших матросов вооружить не примитивным однозарядным старьем или недалеко ушедшими от него двустволками, а нормальными ружьями с многозарядным магазином или хотя бы барабаном на несколько патронов. А ведь мы закупались не где-нибудь, а в США! Крупнейшей кузнице оружия на всей планете!

— Ну, вот теперь я тебя узнаю. Запросы как у главы какой-нибудь дружины старшего боярского рода. — Фыркнул Стефан, вновь начиная щипать виноград. — А ничего, что стандартом в большинстве современных армий является один револьвер на группу из десяти человек, находящийся у ведьмака-командира?

— Мой стандарт — это наличие у каждого бойца автомата и по меньшей мере пяти гранат, одна из которых должна надежно выводить из строя крупного и бронированного врага, вроде пилотируемого голема. А в отделении, ну том же десятке, обязательно должен быть также пулеметчик и огнеметчик. — Олег вполне резонно полагал, что при достаточной плотности обстрела самыми обычными свинцовыми пулями с небольшим добавлением отлично разрушающего энергетические структуры огня, количество существ, способных представлять угрозу для экипированных подобных образом бойцов, резко снизится. Живые враги, ходячие мертвецы, химеры, духи да хоть демоны — все будут сметены подобным отрядом! И преимущество их над людьми в силе, ловкости, выносливости или скорости не будут иметь уже никакого значения. Девяносто пять процентов известных чародею тварей не смогли бы даже забрызгать своими внутренностями ботинки создат, возьмись за их уничтожение подготовленные кадры, на снаряжении которых не экономили. А немногочисленные исключения — существа или персоны умеющие телепортироваться, становиться неведимыми или использовать засадную тактику. Ну и конечно магистры-архимаги, но их уже стоило оценивать не как отдельных врагов, а скорее как миниатюрные укрепрайоны, способные к невероятно быстрому перемещению. — Ну и конечно каждый солдат должен иметь защитные амулеты хотя бы навроде тех, которые нам с тобой в училище выдавали. Пусть защищающие только с одной стороны и перезаряжающиеся целые сутки, но зато с гарантией удерживающие выстрел из ружья или удар лапой от взбешенного оборотня.

— Мда, это уже даже не уровень боярской дружины, это уже императорская гвардия какая-то. — Аж крякнул Стефан. — Надо ли тебе напоминать, что простых солдат снаряжать защитными амулетами и прочими изделиями артефакторов бесполезно, поскольку они не смогут зарядить их сами? И если ими будет заниматься одаренный командир, что ведет отряд, то на бой сил у него может и не хватить!

— Ну, лучшие из артефакторов способны ведь сделать и такие изделия, которые сами накапливают заряд. — Возразил своему другу Олег. — Да, я понимаю, что это будет намного дороже и действительно может приблизиться к стандартам императорской гвардии…

— Не приблизится, не бойся. — Успокоил его толстяк. — Столько денег, чтобы снабжать простых людей самозаряжающимися артефактами, нет ни у одного императора.

— Эй, мы своими глазами видели только элитные войска правителя России! Да и то не уверен, что его тогда сопровождали действительно лучшие части.

— Это на страже во дворце может стоять кто угодно, а в бой решавший судьбу всей Сибири должны были взять только лучших! И если бы остальные так сильно от него отличались по своим возможностям, императоров в мире было бы намного меньше. Скажем — всего один, но правящий владениями всех тех, кто есть сейчас.

Полушутливую перепалку двух друзей прервал стук в дверь, после которого на пороге капитанской каюты объявился единственный неодаренный боец на корабле, который действительно подходил под стандарты Олега. Украшенная рунами серебристая кольчуга, имеющая на плечах инкрустацию из драгоценных камней, была несколько великовата щуплому китайцу, но зато она сама собирала энергию из окружающей среды и сама создавала вокруг владельца магический барьер, если к нему что-нибудь приближалось слишком близко. А еще массивные толстые наручи могли по одному лишь мысленному желанию хозяина метнуть огненную стрелу или даже две-три, а толстые стальные башмаки не только за одно мгновение подкидывали того на кого обуты в воздух на высоту десятка метров, но и плавно опускали обратно, словно на невидимом парашюте. Правда, для того, чтобы боцман «Тигрицы» стал в бою не менее опасен, чем любые другие младшие офицеры, друзьям пришлось выделить ему во временное пользование артефактов, чья стоимость даже по самым скромным подсчетам составляла десяток тысяч золотых монет. Причем в любой из валют этого мира, которые подчас довольно серьезно между собой различались.

— Шен? — Удивился Олег неожиданному визитеру. — Ты почему на ногах, да еще и в доспехе, да к тому же без костылей?! Тебе еще слишком рано вставать с постели!

— Господин, милостью Неба и вашими усилиями я уже нормально себя чувствую! — Запротестовал китаец, которого Олегу пришлось почти в прямом смысле слова превращать обратно в человека из груды фарша, которую из него сотворил вооруженный двумя булавами вампир. Зачарованные латы его удары выдержали, а вот плоть под ними — нет. В результате Шен чуть не умер, поскольку ему раздробили череп и сломали в нескольких местах грудную клетку, почти полностью распоров легкие осколками костей. — К моему глубочайшему стыду я плохой боец и ужасен в постижении таинств мистических энергий, но уж оправдать ваше доверие и прилежно исполнять свои обязанности по надзору за матросами и обстановкой на корабле мне ничто не помешает. К нам прибыл посланник местного губернатора, он несет послание от своего господина и хочет встретиться с вами.

— Есть предположения какого черта ему надо? — Мрачно осведомился Стефан, который прекрасно понял боцмана, поскольку говорил тот на своем родном китайском.

— Ни малейших, — покачал головой его друг. — Но у меня уже заранее есть какие-то дурные предчувствия насчет этого типа и послания, которое он несет. Проводи его сюда, Шен. И потихоньку объявляй на корабле повышенную боевую готовность, только без тревожных сигналов, открытия пушечных портов и массового топота разбегающихся по местам матросов. Так, на всякий случай.

— Ты чувствуешь опасность? — Насторожился Стефан и буквально испарился из каюты, непостижимым образом для персоны его габаритов умудрившись просочиться даже мимо разворачивающегося в дверях китайца. Однако, поскольку обитал сибирский татарин в соседней каюте, голос его все равно остался прекрасно слышен. Как и лязганье брони, в которую стремительно облачался толстяк.

— Не уверен точно, но что-то смутное вроде есть. — Прислушался Олег к своей интуиции, как правило работающей в довольно тесной связке с даром оракула. И тоже принялся облачаться в броню. Не то, чтобы он действительно думал, будто дойдет до драки, но встречать посланника столь высокопоставленной персоны следует будучи при полном параде. И стоящие маленького состояния зачарованные латы в этом мире считались не устаревающей классикой, в которой можно хоть биться, хоть жениться, хоть предстать перед монархом. Все-таки случаи бывают разные…И иногда на оказаться поле боя безопаснее, чем находиться в окружении родственников, желающих стать твоими наследниками или правителя, по умолчанию являющегося целью номер один для разнообразных заговорщиков. — А еще у нас с тобой вполне достаточно опыта, чтобы твердо быть уверенными: когда дело доходит до властьимущих, все превращается в политику. И лично у меня вот нет желания вновь становиться инструментом в чужой игре.

— Ну, на сей раз мы хотя бы можем послать местного губерантора с его приглашением к чертям собачьим и просто улететь из города…И из данной провинции… — Судя по напряженному пыхтению, упаковка массивных жировых запасов Стефана в доспехи перешла в решающую стадию. — Да хоть вообще покинуть Мексику!

— Можем, — согласился с ним Олег, застегивая ремни впитывающей магию кирасы. — И честно говоря, осознание данного факта меня изрядно радует и будоражит своей новизной. Но все-таки для начала давай выслушаем, чего там хочет нам сказать местный губернатор. Мало ли, вдруг это просто приглашение на бал или иную светскую вечеринку, которое можно просто проигнорировать, продолжив заниматься своими делами?

Вошедший в помещение человек выглядел так, словно являлся жителем скандинавского полуострова, а не обитателем жаркой Мексики. Длинные светлые волосы, широкие плечи и голубые глаза мало соответствовали как коренным обитателям этого континента, так и приплывшим из европы конкистадорам, большая часть которых в данной местности являлась испанцами. Не то, чтобы англичан или французов тут вообще не было, но в основном они занимали более северные территории, ныне ставшие США. Одет посланник был в белоснежную ливрею, обильно украшенную золотой резьбой, в извивах которой можно было легко замаскировать магические знаки. Ощущения приближающихся неприятностей в сознании Олега усилилось, и он машинально положил руки на рукоятки топоров. В конце-концов, один из магистров, чьим артефактами ныне владели друзья, как раз таки и был северным викиногом, пусть и изрядно обрусевшим.

— Сеньор Коробейников? — Полуутвердительно спросил посланник, слегка наклоняя голову. И, дождавшись утвердительного кивка, продолжил. — Я имею вам честь сообщить…Аургкххх….

Внезапно у запнувшегося на середине своей речи блондина горлом пошла кровь, он захрипел подавившись собственными словами, пошатнулся и рухнул. Лишь пара мгновений потребовались чародею, чтобы справиться с растерянностью, вызванной столь необычным поворотом беседы и достигнуть упавшего на пол человека, но когда Олег дотронулся до посланника губернатора, тот уже был мертв.

Глава 6. О том, как герой вспоминает своих врагов, сознается в убийстве и крушит палубу

— Вот же срань, — только и смог сказать Стефан, разглядывая лежащее на полу тело. Лицо покойника было сведено гримасой боли и ужаса, хотя гибель его произошла слишком быстро, чтобы в нормальной ситуации человек успел осознать происходящее с ним и так напугаться. — Зуб даю, что это подстава, а не случайное совпадение. Причем чей угодно: хоть твой, хоть мой, хоть у сильнейшего из кровавых богов из пасти голыми руками вырванный.

— Боюсь, такое пари никто не примет. Я тебе и без всякого пророческого дара скажу, что это либо племянник губернатора, либо любимчик, либо все сразу. Или как минимум с нас спросят за него, как за главное достояние этого чертова города. — Олег при помощи магии обследовал тело лежащего перед ним мужчины, пытаясь понять, отчего именно тот умер. И результат лишь подтверждал его худшие подозрения. Под белой с золотом одеждой прятались синяки, сломанные ребра и оплавившиеся от серьезной перегрузки но все еще сохраняющие какие-то крохи энергии защитные амулеты, а само тело посланника несло на себе следы неестественно сильных мышечных спазмов, в конечном итоге просто разорвавших его сердце. Примерно так бы выглядела картина, если бы какой-нибудь весьма злой целитель измолотил беднягу до полусмерти, использовав в качестве добивающего удара такое волшебство, что не проломило держащуюся из последних сил волшебную броню, а обошло её. — Вопрос только в том, кто именно захотел нас подставить. Вампиры, расстроенные потерей двух рейдеров и партии живого товара, которую им везли? Работорговцы, что скорее всего тесно повязаны с кем-нибудь из местной правящей верхушки? Английские шпионы, решившие отомстить мне за леди Маргарет…Хотя нет, последнее вряд ли. Откуда у этих уродов взяться корпоративной солидарности?

Вообще-то врагов у Олега хватало и помимо всех вышеперечисленных. Семья его нынешнего тела, которые когда-то сплавили юношу в армию с кабальным контрактом. После того как «дядя» чародея был уличен в убийстве его же «родителей», избежавшие казни члены семейства Коробейниковых были выкинуты из дома, проданного с молотка. Родственники Анжелы или, по крайней мере, та часть рода Лещиновских, которая продолжала питать в адрес излишне талантливого бастарда негативные чувства, то есть в первую очередь сводные сестры жены чародея. Друзья тех, кого волшебнику пришлось убить на дуэлях, пусть даже ни одну из них он, в общем-то, не горел желанием начинать, но кого волнуют подобные мелочи? Священнослужители города Нанкина, где была устроена больница для бедных, поломавших им выстраиваемую десятилетиями, если не веками, цепочку по закабалению обитателей городского дна. Товарищи тех, с кем Олег вступал в схватку на поле боя…Ведь имелись же среди них те, кому везло уцелеть, и пусть даже они не знали имени своего врага, но тот обладал вполне достаточным количеством особых примет для успешных поисков. Те, кто полагал себя законными хозяевами артефактов, которые присвоили себе единственные выжившие в битве на безымянном островке посреди океана. Но все эти персоны должны были находиться далеко от Мексики. И кроме того большая их часть вряд ли обладала достаточными возможностями, чтобы организовать подобную подставу.

— Гадать можно долго, — Стефан снял шлем и стал ожесточенно чесать свой лысый затылок. — Делать то что будем?

— Господин капитан, там сопровождающие посланника чего-то забеспокоились. Говорят, что почувствовали неладное и хотят… — в капитанскую каюту заглянул Шен и сбился с речи, в изумлении уставившись на лежащее перед ним тело.

— Поднимаем корабль и улетаем отсюда к чертовой матери? — Предложил Стефан.

— У нас половина команды в увольнительной, и если мы скроемся после такого, то в скорее всего всех этих людей сгонят в тюрьмах или отправят на официальные рабские рынки. Губернатор же должен поддерживать имидж человека, которого нельзя оскорблять безнаказанно, а иначе во власти ему не удержаться. — Тяжело вздохнул Олег, мысленно отвешивая своему пророческому дару пинки. И совести заодно. Но вторая никак не желала засыпать, а первый даже и не думал просыпаться и подсказывать хозяину способ, которым можно бы было выкрутиться из этой ситуации. — А еще город имеет свой периметр безопасности с зенитными орудиями. Они, конечно, поставлены из расчета отражения воздушного десанта вампиров, но и одинокого беглеца изрешетят за милую душу. И если эти пушки по чистой случайности не находятся сейчас в полной боевой готовности, то я сильно удивлюсь.

— Предлагаешь сдаться на милость правосудия? — Скептически поднял одну бровь толстяк, который в торжество справедливости прекратил верить, наверное, раньше чем в детские сказки. В конце-концов, некоторые из их героев являлись вполне реальными историческими личностями или существами, которых ученые уже давно поймали, вскрыли, изучили внутри и снаружи, а потом занесли в бестиарии.

— Все улики против нас, отрицать умышленное убийство не получится. Остается лишь думать, как сделать его вполне законным деянием ну или хотя бы снизить степень вины до уровня, на котором появится шанс договориться-откупиться. Все-таки мы больше не бесправные ведьмаки, которых любой полицейский способен отправить в тюрьму или на плаху. За нами стоит самый главный аргумент в этом мире. Сила. Пусть даже её и меньше чем у губернатора, который если не ошибаюсь, является магистром. — Олег попытался вспомнить ауру посланника и, если ему не изменяла память, соответствовала та примерно второму рангу. Вполне достаточный уровень, дабы быть мальчиком на побегушках у правителя этой мексиканской провинции, но слишком маленький, чтобы пытаться убить истинного мага иначе как в самоубийственной атаке, вызванной невероятной ненавистью. Да еще и на его территории, в окружении подчиненных. А если пойти от противного? — Хм…Шен! Во-первых, отправь незаметно пару матросов собрать наших по кабакам и пусть бегут обратно на борт. Возможно, покидать город придется с треском. А во-вторых, передай сопровождающим, что этот тип меня оскорбил и умер. Тело пока побудет у нас, кто хочет его получить — пусть приходит. И спроси у них, чего мне губернатор передать то хотел, а то его посланник отправился на тот свет раньше, чем приступил к порученному делу!

— Матросы будут драться за нас практически с кем угодно. Возвращение молодости, да плюс сумасшедший размер боевых выплат подняли их боевой дух на почти недосягаемую высоту. Но думаешь признаться в убийстве — это хорошая стратегия? — Уточнил Стефан, давно отбросивший свою вечную веселость и беззаботность. И в моменты, когда толстяк становился убийственно серьезным, думать он умел вполне неплохо. — Нет, конечно пришибить какого-нибудь наглеца за тяжкое оскорбление, это нормально…Сойдет как смягчающее обстоятельство при назначении откупа. Но ведь все зависит от того, кто именно убит. В некоторых случаях рубят голову, несмотря на любые доводы и огромное количество свидетелей.

— Посмотрим, — пожал плечами Олег, беря в руки посох и перешагивая через мертвое тело. Убрать его смогут и другие, а чародею сейчас лучше находиться на верхней палубе. Оттуда и обзор лучше, и больше шансов дать стрекача и затеряться в городе, если брать «Тигрицу» штурмом заявится элитные силы этого города. Потеря судна, конечно, здорово ударит по гордости, карману и уже намеченным планам…Однако все, кроме смерти, чародей мог исправить рано или поздно. — По крайней мере, можно будет попробовать угадать, кто и как замыслил эту подставу по реакции окружающих. Вот если нас через минуту окружит маленькая армия из городской стражи и армейских подразделений — губернатор или как минимум кто-то его замов точно замешан и положил глаз не то на корабль, не то на наши артефакты. В случае же, когда с ним просто испортятся отношения — нас подставил кто-то рангом пониже, и он не может внаглую использовать в личных целях государственные и муниципальные войска.

— В таком случае я подготовлю самые убедительные аргументы из тех, что у нас есть. — Решил Стефан. — Придется еще разок открыть сокровищницу.

— Это опасно, — осторожно заметил Олег своему другу. — Из полутора десятков тех одаренных, кто использовал артефакты магистров, семеро умерло отнюдь не от рук врага.

— Ну, зато мы теперь точно знаем, какие игрушки в нашем арсенале трогать не стоит, если нет желания расстаться с жизнью. Да ладно, брось хмуриться, я понимаю риски. — Сибирский татарин был настроен серьезно. — Если артефакты магистров не убили чужака, завладевшего их имуществом после пяти или десяти использований, то вполне могут сделать это после пятнадцати. Или двадцати. Но надо же чем-то осадить местных, если они будут нас штурмовать. А если не будут — моей жизни ничего и угрожать то не будет.

— Ладно, — сдался Олег и развернулся в сторону каюты, где под охраной уцелевших автомтаронов находились остатки чужих сокровищ. — Но себе чтоб взял не больше одного-двух! Остальные раздадим тем одаренным, кто есть сейчас на корабле. Если в прошлой битве они их использовали и уцелели, то и сейчас должны взять в руки без особой неприязни.

Худшие опасения чародея не сбылись, никто не стал окружать «Тигрицу» и требовать от команды сложить оружие и выходить с поднятыми руками. Однако и без весьма неприятных последствий смерть посланника губернатора не осталась. Примерно через полчаса, когда треть сошедших в увольнительную матросов и младших офицеров вернулась на судно, три летучих корабля из стоящих в воздушной гавани внезапно поднялись в воздух, но никуда улетать не стали. И их пушечные порты быстро открылись, а орудия оказались нацелены на эрзац-крейсер. Поодиночке яхта и два пузатых торговых судна особой угрозы бы не представляли, но в совокупности их вес бортового залпа был крайне серьезным аргументом в случае конфликта. Всего через минуту к трапу подъехала целая кавалькада из десятка шикарных автомобилей, блестящих черным хромированным покрытием и судя по полному отсутствию звуков работы двигателя передвигавшихся благодаря одной лишь магии. Сопровождали их бегущие трусцой и лязгающие на весь город пилотируемые големы в количестве двух с половиной десятков. Разнообразные человекоподобные шагающие машины, ростом от четырех до семи метров, были оснащены оружием как для ближнего, так и для дальнего боя, и могли победить почти любого врага, включая низколетящие крейсеры. Цен на подобную технику явно американского производства Олег не знал, но подозревал, что сумма вырученная с продажи машин могла бы кормить всех городских бедняков, по меньшей мере, лет десять. А то и все пятьдесят. Высыпавшие из них люди были довольно однообразно экипированы в длиннополые блестящие на солнце алым кольчуги из неизвестного металла или того же материала латы. Те из них, кто носили открытые шлемы обладали преимущественно смуглым цветом кожи и темными волосами, как в общем-то и почти все жители Мексики, однако на их фоне отчетливо выделялось несколько блондинок и блондинов разного возраста. Дреколья в руках этой толпы не было, только богато выглядящие зачарованные клинки, жезлы, посохи и техномагическое оружие. И их лица настолько полыхали неприкрытой ненавистью и злобой, что чародей поежился и порадовался высокому качеству своей брони. Если дело дойдет до драки — сразу его не убьют. А там можно попробовать сблизиться с противником и пустить в дело топоры-вампиры, что при наличии в зоне досягаемости живых врагов лечат хозяина чуть ли не быстрее, чем он успевает раны получать.

— Так это ты убил моего внука? — Предводителем сего воинства был довольно молодой на вид худосочный паренек, которого Олег мог бы счесть младше себя, если бы не аура очень сильного мага, выдающего обладателя то ли пятого, то ли шестого ранга. Для губернатора целой провинции маловато, а вот чтобы считаться одним из первых лиц города — хватит вполне. Да и группа поддержки из полусотни чародеев внушала, пусть даже большая часть их и находилась на степени ученика или подмастерья. Впрочем, чем их встретить у давно готового к отражению возможной атаки экипажа «Тигрицы» бы нашлось. Ведущий на судно трап располагался естественно с боковой стороны корабля, а потому в случае эскалации конфликта в толпу врагов ударили бы восемнадцать пушечных ядер и два снаряда из артиллерийских турелей. Хотя может быть при виде такого количества потенциальных целей кто-нибудь из артиллеристов и додумался самостоятельно заменить тип заряда, использовав крайне эффективную против пехоты картечь. В любом случае, огневой мощи было вполне достаточно, чтобы за один залп перемолоть в фарш не меньше половины прибывшей в воздушную гавань толпы.

— Не совсем так, хотя из моих слов и можно было сделать подобный вывод, — медленно ответил Олег, изучая возможного противника. В отличии от большей части своих спутников, он был облачен не отблескивающий алым металл, а в травы, цветы и листья. Состоящая из десятков если не сотен разных растений живая одежда, в которую кое-где вросли крупные изумруды, почти полностью скрывала собою друида, по всей видимости, сумевшего обрести вечную молодость. Ну, или просто виртуозно пользующегося магической косметикой. — Блондин, представившийся посланником губернатора, просто вошел, оскорбил меня и умер. Даже раньше, чем я успел до него хоть пальцем дотронуться. У тебя случайно нет врагов, способных провернуть нечто подобное?

— Думаешь, я поверю твоей лжи? — Злобно прищурил глаза друид, что впрочем выглядело не слишком грозно из-за его излишне молодой внешности.

— Хотел бы соврать — придумал бы нечто более правдоподобное. Скажем, про коварного убийцу-вампира, от которого твой внук случайно закрыл меня своей грудью. Прахом кровососов и их же доспехами у меня полтрюма забито, а если уж даже в городах США есть подполье нежити, то в ваших краях они вообще себя почти как дома должны чувствовать. — Олег прищурился, разглядывая друида, который пока оставался для него безымянным. Сейчас от умения логически рассуждать этого человека зависело очень многое…К сожалению чародей успел убедиться, что подавляющее большинство могущественных волшебников не очень дружат со сдержанностью и здравым смыслом. Власть над разрушительными энергиями, силами природы и простыми людьми опьяняла, а вдобавок занятия определенными видами волшебства серьезно било по мозгам. Стереотипы о вспыльчивых пиромантах или безразличных к чужим страданиям магах смерти родились отнюдь не на пустом месте. Любители живой природы обычно славились своим добродушием, которое однако же странным образом не мешало им приносить кровавые жертвы или убивать во имя своих интересов. В конце-концов, пожирание хищником добычи или гниение мертвых тел под кустами жадно поглощающих питательные элементы растений — тоже часть естественного круговорота событий. — А еще если бы я хотел сбежать, то давно бы это сделал. На то, чтобы улететь из города, моему кораблю хватило бы и жалких десяти минут.

— Что ж, возможно ты говоришь правду, — Олег успел уже мысленно порадоваться тому, что в голове этого чародея есть работающие мозги, как друид поспешил испортить о себе все впечатление. — В таком случае прикажи своим людям сложить оружие, дабы мои люди смогли осмотреть тут все и проверить истинность твоих слов, а сам ступай со мной. Уж поверь, я сделаю все, чтобы наказать убийц моего внука.

— Увы, но у меня в этом городе нет доверия ни к кому, кроме тех, кто сейчас находится на этом судне. — Покачал головой Олег, чем заставил своего собеседника буквально покраснеть от гнева. А его живая одежда зашуршала, показывая острые шипы, которые до поры до времени прятались под слоем листьев и цветов. — И не спеши сыпать угрозами. Я готов к разумному диалогу, но ты должен понимать, что если бросишь своих людей в атаку, то хоронить будут не только твоего внука. На кладбище придется копать, по меньшей мере сотню могил для представителей твоего рода…Клана…Слушай, а вы кто вообще такие то?

— Перед тобой, наглец, стоит мэр города, в котором ты находишься! — Вспылила какая-то светловолосая особа за спиной обманчиво юного друида, но осеклась, стоило лишь её старшему родственнику поднять руку. Внезапно дар оракула напомнил Олегу о своем существовании. Теперь чародей точно знал, что смерть любого из близких родственников младшего магистра магии природы активировала сеть тревожных амулетов. И силы обороны данного населенного пункта в течении пары минут после подобного события переходили в состояние полной боевой готовности, предусматривающее в том числе и сбивание летательных аппаратов, не опознающихся как безусловно свои. Пусть и после одного предупредительного выстрела.

— Кажется, ты не понимаешь своего положения, чужак. Я не прошу твоего содействия, а приказываю повиноваться мне! — Одновременно со словами аура мага природы пришла в движение, показывая, что блондин уже готовится ударить Олега каким-нибудь заклинанием. Вероятно, он полагал, что находящиеся за его спиной люди достаточно опытны, чтобы выдержать один пушечный залп, а быть может просто о них ни капли не заботился.

— Что ж, раз так, то докажи, что можешь от меня чего-то требовать. Пусть нас рассудит поединок! — Это был очень рискованный ход, но Олег отчаянно не хотел допустить крупномасштабного побоища и никак не мог придумать лучшего варианта. Хотя и прекрасно осознавал — стоящий перед ним волшебник намного опытнее и сильнее. И победа над ним в честном бою практически невозможна. Вот только оставшиеся от двух полноценных магистров артефакты, призванные условно безопасными, могли помочь компенсировать разницу меж ними. Главное успеть их собрать. А также не подохнуть в процессе схватки. И чтобы собеседник вообще на дуэль согласился. — Победа останется за тобой — я буду наблюдать за ходом расследования из твоей темницы, а мои люди сложат оружие и не будут сопротивляться обыскам и допросам. Ну а если проиграешь, то прекратишь заниматься ерундой и мы вместе станем искать наших общих недоброжелателей, которые и заварили всю эту кашу.

— Ты смеешь ставить мне условия, червь?! — Со стороны светловолосого друида было очень любезно сначала рассердиться и заорать, а лишь потом взмахом руки послать в Олега нечто напоминающее облако из искрящейся на солнце пыльцы. Чародей успел отдать приказ вшитым в его тело левитационным пластинам и взмыл в воздух, пропуская атаку под собой. К сожалению, группа поддержки мага природы посчитала действия своего начальника руководством к действию и обрушила на волшебника град разнообразных заклинаний. Огонь, молния и прочие энергетические атаки оказались поглощены древней кирасой, успешно впитавшей в себя вражеское волшебство и мгновенно приобретшей температуру раскаленной сковородки, но вот более материальные атаки вроде наколдованных булыжников или летящих со скоростью пуль кусочков дерева ударили в тело капитана «Тигрицы», отшвыривая его назад. А потом одна за другой стали стрелять по очень близко расположенным мишеням корабельные пушки. Ружья команды, конечно, тоже стреляли, однако на общем фоне их треск оказался едва заметен.

Прижавшийся к палубе Олег, в чьем теле теперь точно имелась как минимум десяток сломанных костей, едва-едва успел сместиться в сторону, прежде чем по месту где он находился ударило нечто среднее между кнутом из лоз и циркулярной пилой. Покрытые длинными и загнутыми шипами растительные канаты переплились между собой, но тем не менее двигались с удивительной синхронностью. Там, куда пришелся удар взмывшего в воздух друида, толстые доски палубы превратились в брызнувшие во все стороны облачка стружек и очень-очень маленькие щепочек. Кроме того маг природы послал в сторону Олега еще одно облако искрящейся пыльцы, и на сей раз куда большего размера. Чародей не очень понял, что это такое, но древняя кираса исправно впитала всю магию из созданного вражескими чарами порошка, и у подвергшегося атаке русского боевого мага всего лишь слегка засвербело в носу. Поток пламени, который должен был умерить пыл чересчур вспыльчивого блондина, к сожалению, никакого влияния на того не оказал, рассеявшись еще на подлете к цели. Та же судьба постигла и стрелы из черного пламени, маленький смерч из бешено вращающихся хрустальных лезвий и тонкий белый луч белого света, которые в него выпустили те, кому раздали артефакты погибших магистров. Мэр города ожидаемо обладал неплохой защитой и похоже она работала в пассивном режиме, поскольку очень юный на вид друид буквально разразился целым каскадом разнообразных боевых заклинаний. Хорошо хоть направил он их не на истребление команды «Тигрицы», а на Олега, который за счет сочетание устойчивости к вражескому волшебству и высокой маневренности остался в основном невредимым.

— А этот урод хорош, — как-то даже отстраненно констатировал русский боевой маг, разворачиваясь боком и буквально проскальзывая между двумя едва видимыми в воздухе лезвиями, остроту которых он очень не хотел проверять на своей шкуре. Выпущенный в него десяток деревянных колышков был сбит телекинезом и воткнувшись в палубу, немедленно пустили корни. Молния, ударившая сверху, долбанула по шлему, но к счастью этот артефакт пока мог защищать своего обладателя. На а нечто вроде призрачной пасти, сомкнувшейся на правой ступне чародея и отхватившее её по щиколотку, было сочтено приемлемыми потерями. Олег стремился сократить дистанцию и дотянуться до врага лезвиями зачарованных топоров, которые могли бы лишить противника его магической и жизненной энергии, вот только навязать врагу ближний бой не получалось. Раскалившаяся кираса, очевидно, находилась на грани поломки из-за количества впитанной силы, а без неё сыплющий заклятиями в пулеметном темпе младший магистр прикончил бы обидчика секунды за две, ну максимум три. И никакая повышенная живучесть вкупе с умением останавливать кровь силой мысли не поможет. — Лучше меня…

В окружении ярко мерцающей от многочисленных попаданий защитной сферы на борт «Тигрицы» обманчиво медленно взлетел отряд спутников друида. Многослойный магический щит прикрывал толпу воинственно настроенных вражеских магов спереди, сзади, сбоков, сверху и даже снизу…Но некоторые грани этого барьера, очевидно, были гораздо прочнее чем остальные. Доказательством этого стал тот факт, что когда участок палубы, куда они приземлились, внезапно вспух огромным взрывом, молотящие по воздуху всеми конечностями тела и их ошметки и разлетелись в разные стороны. Во вспышке пророческого озарения Олег понял — Шена придется премировать. И очень сильно. Пусть при схватке с вампирами весьма неожиданную для летучего корабля тактику минной засады использовать не получилось, поскольку чуть ли не первой жертвой кровососов стали размещающие в нужном месте бочки с порохом саперы, но назначенный боцманом китаец взял на себя инициативу и использовал столь смелый тактический ход. Причем вполне успешно. Держащиеся компактной группой под огнем ружей и пушек вражеские маги делали все возможное, чтобы защищающий их барьер выдержал свинцовый шквал, однако усилив оборону с наиболее опасных направлений, они ослабили ту часть барьера, которая как им казалось была в безопасности…И поплатились за это. Устоять на ногах или по крайней мере не выйти из боя сумело от силы с десяток человек. И на них тут же набросилась элитная группа рукопашников «Тигрицы», состоящая из Стефана, Мигеля, братьев-индейцев и шести автоматронов, оставшихся в рабочем состоянии после схватки с вампирами.

— Я убью тебя! Вырву твое сердце и засуну на его место хищного червя! — Взвыл вконец осатаневший друид, наконец-то делая небольшую паузу между своими атаками. Но не потому, что кричал угрозы. Просто очередной использованный против него артефакт наконец-то оказался эффективным, и мага природы окутало небольшое синеватое облачко, по всей видимости сбивающее блондину прицел или нарушающее стабильность созданных им чар. Во всяком случае, шипастые плети и деревянные дротики били куда придется, а какая-то наполненная нежно-зеленым светом сфера и вовсе улетела в небо, вихляя по пути из стороны в сторону. Олег отбросил в сторону посох, который хоть и мог быть использован в ближнем бою, но все-таки сильно проигрывал более специализированным инструментам для убийства и на всей доступной ему скорости метнулся к противнику.

По «Тигрице» начали стрелять находящиеся в небе летучие корабли и приведенные врагами пилотируемые големы. По всей видимости, раньше они боялись зацепить своих если не случайным попаданием, так снарядом чью траекторию нарушил защитный барьер, но теперь очевидно были сочтены приемлемыми. Пока магическая пелена выдерживала вражеский огонь, но долго так продолжаться явно не могло. Вот только судно, а вернее эльфийка которая сейчас находилась в рубке и отвечала за командование эрзац-крейсером, не собиралось безнаказанно позволять себя расстреливать. Кормовые и носовые турели повернулись вверх и одна за другой выпалили снарядами в один из грузовых кораблей, который был достаточно крупной мишенью, чтобы риск промахнуться находился на низком уровне. А еще скорее всего обладал худшими защитными барьерами чем яхта и, очевидно, не нес на себе никакой брони. Но одним лишь ответным обстрелом Лили явно ограничиваться не собиралась. С легким толчком брюхо летательного аппарата оторвалось от земли и тут же на корме «Тигрицы» вспыхнули факелы новых ускорителей, которые появились там меньше двух суток назад, и судно словно пришпоренная лошадь рвануло вперед. И немного вбок. Прямо на расстреливающих его пилотируемых големов. Гибриды боевых роботов и магических доспехов были грозными врагами, которые весили целые тонны, а в некоторых случаях и десятки тонн. Но летучий корабль был больше, тяжелее и прочнее. Намного больше, тяжелее и прочнее, а еще вся эта масса сейчас двигалась на бреющем полете со скоростью, которой от неё никто не ожидал. Наверняка враги успели увидеть и осознать угрозу. Вероятно, они намертво вцепились в рычаги управления и напрягли все свои силы, отдавая мысленные приказы своим машинам как можно скорее убраться с курса прущей на них махины. Возможно, некоторым из них и удалось это сделать, но таких счастливчиков насчитывалось не так уж и много. С оглушительным лязгом нос «Тигрицы» смялся, тараня первого пилотируемого голема, почти сразу второго, третьего…Четвертый как и пятый врезались в переднюю часть борта а шестой и седьмой отлетели в сторону после близкого знакомства с центром бывшего грузовоза, но вряд ли это серьезно повлияло на результат столкновения, в результате которого меньшие по размеру машины скорее всего надежно вышли из строя, получив примерно такие же повреждения, которыми обзаведется человек, если протаранить его автобусом.

Олег наконец-то смог сблизиться с магом природы на дистанцию удара и принялся молотить друида зачарованными топорами, одновременно при помощи телекинеза удерживая в воздухе револьвер, пули которого одна за другой били в голову блондина. И деформированными комочками свинца отскакивали от его бледной кожи, словно та по прочности превосходила гранитные скалы. А вот лезвия древнего оружия, которые маг природы высокомерно проигнорировал, пытаясь насадить предполагаемого убийц внука на выскочившие из его груди и живота длинные деревянные шипы, вполне успешно прочертили на лице мэра две тонкие полоски, принявшиеся сочиться кровью зеленого цвета. Хотя вообще-то такими ударами усиливший свои мышцы при помощи волшебства русский боевой маг мог бы рассечь пополам рыцаря своего родного мира. Возможно даже вместе с конем. К счастью выстрелившие из живой одежды иглы, из чьих кончиков сочилась крайне подозрительная мутноватая жидкость, тоже не имели особого успеха, обломавшись о доспехи Олега. Возможно, его нынешний соперник и мог успешно изображать из себя щетинящегося во все стороны ежа-мутанта, но мастерства чтобы поразить щель в броне ему не доставало. Зато у друида в избытке имелось грубой физической силы. Приняв еще один двойной удар топорами на правое предплечье, с которого вниз тут же посыпались опавшие лепестки, разрубленные веточки и прочий растительный мусор, он схватил соперника за руку а потом взмахнул им, точно тряпкой, вбивая в доски палубы. Вернее, пробивая им эти самые доски. А затем повторил процедуру раз пять или семь, пока не сделал несколько незапланированных входов в трюм и не разгромил все вокруг себя.

— Кха… — Ребра Олега, сокрушившего своим телом не меньше шести квадратных метров палубы, треснули в десятке мест сразу, а рот наполнился кровью, однако это было далеко не самое худшее. На третьем или четвертом ударе топоры были обвиты выросшими из рукавов мага природы лозами и вырваны из его рук. И чародей их не видел, а следовательно и телекинезом вернуть обратно не мог. А сейчас друид уже заносил над поверженным русским боевым магом странного вида кривой кинжал, по виду сделанный из покрытого мхом камня. И пророческий дар твердо обещал своему обладателю, что настоящие неприятности у него как раз начнутся после смерти от подобного оружия.

— Гдах! — Чего было не отнять у Стефана, так это умения передвигаться быстро, тихо и незаметно, несмотря на свои более чем внушительные габариты. Подкравшийся сзади к младшему магистру сибирский татарин тащил в каждой руке по сорванному с креплений противоабордажному ружью. Причем каждое из них было заряженном сразу десятком пуль, над которыми потомственный сибирский охотник основательно поколдовал в те минуты, когда вместе с остальным кораблем ожидал развития событий. Два синхронных и сделанных практически в упор выстрела накрыли блондина градом разрывных выстрелов, что обладали достаточной убойной мощью, чтобы крошить лобовую броню бронетехники. Но он выдержал, всего лишь покатившись кубарем и теряя по пути растительный мусор и капли своей явно нечеловеческой крови! Вот только прыгнувший следом толстяк, отбросивший ставшие бесполезными орудия, несколько раз взмахнул сделанным магистром двуручным топором с такой скоростью, что за его лезвием трудно было уследить человеческому глазу. А после поднял истекающий вязкой зеленой жидкостью обрубок мэра города, у которого больше не имелось ни одной конечности.

— Прикажи своим людям прекратить атаку! — Рявкнул он прямо в лицо младшему магистру магии природы ничуть не заботясь о том, понимает ли тот русский язык. И может ли дышать, когда его шею стискивает с ужасающей силой латная рукавица. Вероятно, даже без рук друид в живой одежде мог бы разделать кого-нибудь другого под орех, но сделанная гномами броня скорее всего выдержала бы один удар деревянных игл или какую-нибудь другую атаку. А второй раз блондин ударить бы скорее всего не успел, поскольку к его лбу было прижато лезвие зачарованной секиры, которое по воле сибирского татарина в любой момент могло двинуться дальше, разрезая череп и находящийся за ним мозг. — Или твоим наследникам уже сегодня придется собачиться, деля имущество!

Глава 7. О том, как герой понимает суть интриги, задумывается о захвате власти и резко меняет курс

— О, а вот это по наши души, — даже обрадовался Стефан, наблюдая за тем, как на краю воздушной гавани заходит на посадку костяной дракон. Это была не самая крупная нежить подобного типа, которую доводилось видеть Олегу, однако движущийся по воздуху скелет громадного ящера все равно внушал. В том числе и потому, что с его оскаленных навечно клыков нет-нет да и срывались небольшие завитки ярко-рыжего пламени. Способность этих разумных крылатых чудовищ извергать огонь по своей природе была магической и, похоже, тот некромант который вернул тварь к подобию жизни смог сохранить за ней главный калибр, способный с легкостью плавить металл и камень. — Как думаешь, драться будут?

— Надеюсь, что нет. — Ответил капитан «Тигрицы» переводя взгляд с огромной нежити на человека, что сидел на её спине. Облаченный в мало подходящий к столь чудовищному скакуну черный деловой костюм губернатор изволил наконец-то появиться в той части его города, где велись полноценные боевые действия с участием мэра, который ныне находился в плену. Вот только чародей ждал его значительно раньше, минимум четверть часа назад. Не то, чтобы он был не рад опозданию мага шестого ранга, который мог легко переломить ход сражения или вообще в одиночку захватить судно, однако столь длительная его задержка невольно заставляла напрячься. Нежели все это время хозяин данного региона стягивал свои силы в единый кулак, чтобы одним махом раздавить нарушителей спокойствия? Тогда где они? Вслед за костяным драконом магистра летели по небу два бронированных корабля, но их размеры совсем не внушали… — Тебе предыдущей драки не хватило?

— Ну, не то чтобы совсем не хватило, однако как-то меня местные воители не впечатлили. — Стефана, похоже, накрыло головокружение от успехов. — У нас всегда двое погибших, да и те матросы, которых случайно прошедшим через наш щит ядром зашибло. А с их стороны только вражеских магов на борту полудохлых осталось десяток, да столько же трупов, да плюс те кого взрывом слишком далеко унесло и големы еще, которых мы задавили…О! Еще ж на том летучем грузовозе, в который мы из всех четырех орудий выстрелили, пожар начался! Фиг его знает насколько хорошо там горело, но дым минуты три шел!

— Есть маленькая такая проблемка. На их стороне перевес больше чем три к одному, и если бы вражеские офицеры не разглядели вовремя своего шефа в твоих руках, нас бы тупо за счет числа раскатали, поскольку защитный барьер должен был отключиться буквально через считанные секунды. — Костяной дракон приземлился там, куда отошли уцелевшие пилотируемые големы и силы нападавших, а сидевший на нем магистр, очевидно, сейчас выслушивал их версию развития событий. И не надо было являться оракулом, чтобы догадаться, когда враг выставит виновником переполоха. Впрочем, Олега и его людей местные власти могли считать кем угодно: хоть преступниками, хоть террористами. Главное, чтобы дали оставшейся части команды взойти на борт и выпустили из города. Ну и денег подкинули на ремонт судна, которое изрядно пострадало из-за подрыва мины в районе трапа и неоднократного столкновения с пилотируемыми големами. Взамен чародей, так уж и быть, вернет им попавшего в плен младшего магистра и тех его подчиненных, кого во время схватки вывели из строя, но не убили на месте. — А если к местным силам правопорядка присоединятся охотники на нежить и прочие частные лица, которые к нашему счастью не спешили влезть в чужую заварушку, то соотношение сил станет уже двадцать-тридцать к одному. И тут нам ловить уже совсем нечего будет.

К удивлению чародея, губернатор выслушивал подчиненных находящегося в плену друида всего минуты три, прежде чем полетел дальше. Но уже без костяного дракона, а сугубо своими силами. А еще двигался он без свиты и довольно медленно, и это было явным сигналом к началу переговоров. Поэтому Олег и Стефан подошли поближе к тому, что осталось от младшего магистра, пусть даже сибирский татарин принять участие в беседе вряд ли бы сумел. За остальными пленниками, рассредоточенными по верхней палубе на примерно одинаковом расстоянии друг от друга, надзирало по парочке вооруженных ружьями матросов. Этого должно было хватить, поскольку, во-первых, вражеские маги находились далеко не в лучшей форме раз остались на поле боя а не отступили вместе со своими коллегами, а во-вторых, каждого из них помимо целительных чар еще и заклинанием сна приголубили.

— Вильгельм, ты идиот. И это даже не оскорбление, а констатация факта. Вот чего ты натворил? — Губернатор провинции, камнем упавший на палубу, начал свою речь с ругани в адрес друида. Сам он был несколько похож на Стефана, если бы того запихнули в сшитый по фигуре деловой костюм. Лысый, толстый, на высунувшуюся из рубки эльфийку с таким нескрываемым интересом покосился, что девушка тут же провалилась сквозь палубу. Даже не стала идти до ближайшей лестницы, сиганула в дыру, которую совсем недавно Олегом проделали. Ну, в чем-то её можно было понять, все-таки хозяин целой провинции при близком общении впечатлял, как может это сделать только некромант в ранге магистра, в качестве личного транспорта использующий полноценного костяного дракона. Разве только цвет кожи сибирского татарина практически всегда дышал здоровым румянцем, а вот широкое бледное лицо мага смерти изрядно смахивало на хмурую восковую маску. — С тобой ведь пытались по-хорошему поговорить. С тобой пытались, и не надо тут гневно сверкать глазами! Мне уже все известно, и теперь я не могу понять лишь одно. Стоит ли выкупать твою жизнь у этих молодых людей или пусть они тебя зарежут.

— Во-первых, они убили моего внука. — Даже плен и потеря конечностей не уняли гонора друида. Впрочем, на месте отрубленного уже успели вырасти и набухнуть крупные ярко-зеленые почки. Пройдет еще пара часов и организм мага-природы, который по всей видимости частично превратил себя в растение, полностью регенерирует. Возможно, процесс бы мог даже пойти быстрее, но пока пленник его тормозил, не желая лишний раз провоцировать хозяев «Тигрицы», которые держали у его горла кинжал, у затылка топор, к сердцу приставили меч, а в спину тыкали самой настоящей пушкой. Причем с зачарованным ядром внутри. Пережить все и сразу блондин просто не имел шансов, а самостоятельно вернуться из мертвых по доступной Олегу информации мог только магистр. Да и то отнюдь не всегда. В случае же, если чародея пятого ранга воскресил бы кто-то иной, он скорее всего оказался бы опутан таким количеством нерушимых магических клятв, что настоящая свобода стала бы для него недостижимой мечтой на долгие века. На фоне подобной неприятности временное попадание в плен должно было казаться лишь ничтожной мелочью. — Во-вторых, даже если это были не они, уж теперь-то на их руках лежит кровь моих родичей и слуг. В-третьих, вопросы выкупа не тебе решать! За беспорядки в воздушной гавани я заплачу, а переговоры лягут на плечи старейшин моего рода, и в них мне посторонние не нужны.

— Твоих старейшин сейчас даже я не заставлю на ноги подняться, слишком уж надежно их прикончили. — Мрачно буркнул губернатор провинции, и мэр крупнейшего города этой самой провинции, когда осознал его слова, то от удивления издал какой-то нечленораздельный хрюк, совсем не подобающий подобной персоне. — Ну, чего ты на меня так изумленно пялишься? Я же сказал, что ты идиот! Не заметить в собственном доме, что треть слуг и половина гарема еще неделю назад померли, пусть и сохраняют почти прежний внешний вид и ауру — это надо умудриться! Пока вы тут воевали с теми, кто вас якобы обидел, твой дворец взяли штурмом. Причем проделали это быстро, тихо и почти не понеся потерь, поскольку охранные чары отключили, а двери открыли. В том числе и те, которые вели к сокровищницам, библиотекам и убежищам, куда в случае тревоги эвакуируются те, кто не может сражаться.

— Нет…Не может быть… — Вероятно, будь друид еще нормальным человеком, у него бы остановилось сердце. Во всяком случае, даже сейчас блондину стало до такой степени плохо, что изменения отразились и на ауре, где на пару мгновений замерли все токи жизненных энергий. Но тело, в чьих венах текла зеленая кровь, было испортить не так то просто. — Ты лжешь!

— Да если бы, — устало буркнул губернатор и уселся в сделанное из костей кресло, которое само собой материализовалось под ним. Или, может быть это был какой-нибудь передвижной походный трон? Олег честно говоря слабо разбирался в классификации столь экзотической мебели. — Где ты думаешь меня столько времени носило после того, как здесь из пушек палить начали?

— Кто… — На друида было страшно смотреть. — Кто погиб?!

— Легче перечислить тех, кто выжил. И почти все они сейчас здесь, поскольку тяжелораненных и сдавшихся тут к счастью не добивали. — Олег всерьез забеспокоился, что сейчас лишится ценного пленника, поскольку тот либо сам помрет, либо об приставленный к его горлу кинжал себе горло перережет. — И кроме тебя в случившемся винить некого. Я осмотрел слуг, что явно помогали нападавшим…Возможно их тела и были в основном живыми еще совсем недавно, но некоторые участки мозга омертвели не меньше недели назад. Наложницы заметно свежее, но и им минимум сутки. Как ты не заметил, что твоих женщин превратили в мясные куклы с привязанной душой?!

— Целью всей этой кутерьмы были не мы, — осознал суть интриги Олег, чей дар оракула внезапно включился на полную катушку. Теперь чародей знал, что агрессивность и вспыльчивость захваченного друида обеспечена не только его скверным характером, но и действительно скверной неделькой. Началом послужило бегство химер с одного из принадлежащих ему грузовых кораблей, который кружит сейчас в воздухе. Потом было неудачное покушение на мага природы. Пожар в выращенных им садах, которые снабжали город свежими фруктами. Судебное разбирательство по какому-то давнему спору…Недоброжелатели мэра города делали все, чтобы раздергать его внимание и отвлечь от собственных слуг, которые один за другим становились целями злоумышленников. Пришедший на «Тигрицу» парень, который был послан в мальчики на побгушках к губернатору, чтобы набраться опыта, был обработан одним из последних. И его целью было отнюдь не испортить жизнь Олегу. Просто маг природы не смог бы проигнорировать гибель внука и обязательно покинул свое жилище, чтобы разобраться в этой ситуации. Поскольку персоны его ранга в одиночку не ходят, особенно на разборки со славящимися своим крутым нравом охотниками на нежить, с ним бы обязательно последовали телохранители и значительная часть элиты этого рода. А отсутствие сильнейших защитников значительно облегчило проведение штурм опустевшего дворца. Но на такое «счастье», как ведение полноценных боевых действий они всерьез и не рассчитывали. Впрочем, воспользоваться возможностью сполна и смыться с награбленным им это отнюдь не помешало.

— Не вы, — согласился губернатор, который постепенно стал успокаиваться. Во всяком случае, его лицо перестало напоминать недовольную восковую маску, избавившись от внешнего проявления каких-либо эмоций. Правда, нельзя сказать, будто от этого маг смерти стал более симпатичным, скорее уж наоборот. Раньше он куда больше походил на нормального человека, а теперь чувствовалась в нем некая чуждость…И интуиция подсказывала Олегу, что его пленник несмотря на свою зеленую кровь и вечную молодость находиться куда ближе к людям, чем сидящее в костяном кресле существо. — Сгодился бы любой чужак, обладающий достаточной силой, чтобы Вильгельма можно было столкнуть с ним лбами.

— Кто это был? — Блондина, похоже, теперь уже приставленный к его телу арсенал волновал крайне слабо. — Педро, ты же наверняка знаешь, кто это был! Даже здесь, на границе с вампирами, живые тела с мертвым мозгом не каждый год увидишь! Так скажи мне!!!

— Сделать мертвую марионетку, чье тело вполне себе живо — довольно сложно. Не слишком затратно с точки зрения расхода сил, но требуется просто филигранный контроль, хороший опыт в некромантии и огромный талант по части целительства, чтобы можно было создать сочетание столь разных частей. — Взгляд некроманта уперся в Олега, и тот почувствовал себя весьма неуютно. Поскольку, в общем-то, обладал всем вышеперечисленным, а значит мог стоять за совершением подобной диверсии. Теоретически. Если бы свихнулся и провел пару лет, оттачивая навыки по превращению людей в монстров, только под них маскирующихся. — А еще нужно время, за десять-двадцать минут такую операцию даже я не выполню. В вашем дворце же оказалось почти две сотни слуг и рабов, обработанных подобным образом где-то за неделю. Так скажи мне сам, кто из твоих врагов располагает достаточным количеством темных целителей, да еще и любит действовать скрытно.

— Блекстоуны? — В голосе друида плескалось изумление. — Да не может быть…Мы же их всех уничтожили!

— Одна летучая лодка, где предположительно были дети их главной семьи, если помнишь тогда все же ушла. Видимо они выжили, подросли и вернулись, чтобы отомстить. Впрочем, может я и ошибаюсь, а это был кто-то другой. Подумаем над этим после, если конечно тебя согласятся отпустить за не слишком большой выкуп, вместо того чтобы просто прирезать. — Некромант перевел свой взгляд на Олега. — Итак, каковы ваши условия?

— Надо подумать, — капитан «Тигрицы» уж точно не был намерен отпускать своего пленника просто так. После сегодняшнего дня из города в любом случае придется уходить, а список его врагов пополнится еще одним именем. Так почему бы по крайней мере не получить некоторую компенсацию? — А также посчитать ущерб, который понесло мое судно в результате этой атаки. Ну и конечно пленника мы вернем исключительно после того, как покинем вашу провинцию и отлетим от её границ достаточно далеко. Для совершения обмена с нами может идти только один корабль, причем он должен быть меньшего размера, чем моя «Тигрица». К сожалению, в результате нападения мы потеряли изрядную часть боеспособности и нуждаемся в ремонте, а потому я вынужден быть осторожным.

— Вполне разумно, ничего не имею против, — пожал плечами губернатор. — Но с отлетом вы можете и не спешить, я прослежу, чтобы Вильгельм больше не делал глупостей. Тщательно прослежу. В конце-концов, сдуру нападать на гостей, особенно когда они приводят сюда свои трофеи — вредно для бизнеса. Кроме того из-за потерь, которые понес сегодня мой город, неизбежен некий…Скажем, вакуум. И чем раньше он будет заполнен, тем лучше. На Вильгельма надежды мало, а вот ты мог бы…Да, мог бы…Тем более, мне определенно есть чему научить того, на чьей душе смерть оставила свой отпечаток.

— Что?! Педро, ты не можешь! Ты не имеешь права! — Снова задергался притихший было друид. — Этой мой город и я не позволю…

— Утихни, кретин! Ты просто управляешь городом и делаешь это исключительно потому, что я поставил тебя на это место. И чем дальше, тем больше мне кажется, что тогда была сделана серьезная ошибка, которую пора исправить. С тем, что прячущиеся за твоей спиной маги природы не желают лишний раз поколдовать над полями и садами, я еще могу мириться, пока до откровенного голода не доходит. Часть налогов, идущая мимо моего кармана тоже простительна, в конце-концов она умеренно велика, и я заранее догадывался об этом, когда ставил тебя на должность мэра. Твое хамство меня также не особо беспокоит, слова есть лишь пустое сотрясение воздуха, в отличии от поступков…. — Похоже, теперь блондин действительно испугался за свою жизнь. Олег невольно задумался о том, что же их связывало, раз уж один правил провинцией, а второй — её крупнейшим городом. Родственниками или коллегами по обучению они точно не являлись. Друзьями, очевидно, тоже. Деловые партнеры, которые вместе отжали территорию у предыдущих хозяев? — Но сегодня ты показал себя воистину всей красе. Мэром моей столицы не может быть тот, кто достаточно глуп, чтобы лишиться почти всего своего рода из-за горячности и беспечности. И уж тем более на таком месте не должно находиться слабака, который умудряется имея все козыри на руках проиграть тому, кто слабее, моложе и находится в меньшинстве!

— Но как же… — Заикнулся было друид.

— Молчать! Скажи спасибо, что я вообще тебе помогаю! — Сверкнул глазами некромант, и во рту мага природы сам собой материализовался костяной кляп. — Так как тебе мое предложение, юноша? Понятное дело, у тебя пока маловато опыта и сил, чтобы в одиночку справляться с обязанностями мэра, но мне так или иначе придется теперь несколько лет заниматься делами своей столицы, которую я похоже изрядно запустил. Совместить этот процесс с твоим обучением будет несложно.

— Должен сказать, это было довольно неожиданное предложение. Мне нужно тщательно его обдумать… — Протянул Олег, действительно испытывая искушение ответить «да». Все-таки власть над целым городом, прежний хозяин которого утратил практически все и теперь явно будет смещен со своей должности, была очень заманчивой. Да и обучение у магистра ему бы очень не помещало, пусть даже он и специализируется как раз на той дисциплине, которая чародею симпатична меньше всего. Но брезгливость он научился перебарывать еще когда учился основам магии исцеления и самые первые разы копался руками в чужих кишках, а опытный некромант может не только убивать живых, но и спасать их, заставляя излишне агрессивных покойников смирно лежать по своим могилам и буквально удерживая умирающих от преждевременной отправки на тот свет. Ну а возможность навести свои порядки в целом городе открывала невиданные перспективы, и даже его нахождение вблизи Империи Крови не являлось критическим недостатком. Наоборот, проще будет организовывать рейды на страну монстров-людоедов, бороться с работорговцами, продавить в месте своего базирования создание промышленности с упором на массовое конвейерное производство и организовать систему бесплатного образования. Ведь хорошо скоординированные и вооруженные каперы станут драться с нежитью и грабить её ничуть не хуже натуральных крестоносцев-конкистадоров, а если враги нападут на город, где будут десятки тысяч вооруженных многозарядным оружием одаренных, пусть даже кое-как обученных ведьмаков только-только окончивших курсы протяженностью в два-три года, то даже кровавого бога будет легче закрасить, чем от деталей местного ландшафта отскрести. — Но сначала я бы все-таки хотел получить возможность покинуть город и совершить обмен своих пленников на золото. Все-таки если я соглашусь, то просить с наставника деньги за освобождение его же вассала будет несколько неуместно.

— Пожалуй, — впервые на лице губернатора мелькнуло подобие улыбки. — Двадцать пять тысяч за Вильгельма, как мне кажется, даже слегка многовато, но он все-таки очень силен, пусть и идиот. И по пятьсот за его помощников, которых тоже придется вернуть. Все-таки друиды для ведения сельского хозяйства городу сильно нужны, а одаренных пленников и в других местах раздобыть можно.

Возможно, Олег мог бы поторговаться еще, все-таки выкуп в виде пяти сотен золотых за одаренных, слабейшие из которых имели второй ранг, был просто смехотворен. Да и цена свободы младшего магистра и по совместительству мэра города определенно оказалась изрядно занижена. Однако, чародей лишь удовольствоваться тем, что ему дадут возможность собрать остатки своей команды и покинуть это место…А после никогда сюда не возвращаться. Ну, или хотя бы не делать этого в ближайшие десятилетия, поскольку губернатор-некромант наверняка будет взбешен отказом. Да только согласиться на его предложение было бы еще более худшим вариантом. И отнюдь не по причине того, что семья Олега находится в России, в конце-концов вывезти её не так уж и сложно. А заодно и родственников Стефана прихватить, поближе к освободившимся административным должностям и подальше от кредиторов, угрожающих семейству Полозьевых. Вот только сейчас магистр магии смерти видел перед собой пусть более слабого, но полноценного волшебника. И даже смог понять, что тот имеет неплохие таланты именно в его любимой дисциплине, поскольку в прошлом некоторое время был мертв, что оставило свой отпечаток. Но займись он обучением Олега и тут же поймет, что новый вассал не умеет ровным счетом ничего свыше умения поднять обратно на ноги свежий труп или бросить в нужную сторону комок сконцентрированной некроэнергии. А сила его краденная, толком еще не прижилась и может быть относительно легко передана другому владельцу. Увы, в таких условиях захват власти над городом с одобрения хозяина провинции пусть и выглядел крайне соблазнительным, но этот вариант также нес совершенно неприемлемое количество риска. Охота на вампиров и прочих работорговцев, пусть даже с риском раскрыть рот на кусок который не получится прожевать, выглядела в этом плане куда более безопасным вариантом.

Несмотря на все опасения Олега, покинуть город и обменять пленников на деньги удалось без каких либо проблем. Небольшая яхта, сопровождавшая движущуюся на север «Тигрицу» несколько часов, не содержала в себе ни дожидавшегося удобного момента для атаки магистра-некроманта, ни абордажную команду, ни занимающее большую часть трюма особо разрушительное орудие, которое может одним выстрелом линкор с неба ссадить. И даже золото, полученное за светловолосого друида и его выживших подчиненных, прошло проверку качества и оказалось настоящим.

— Какая-то нехорошая тенденция у наших путешествий последнее время, — заметил он Стефану, наблюдая за тем, как скрывается вдали яхта, увозящая бывшего мэра обратно домой. — Слишком часто убегать приходиться. И за репутацию свою немного обидно…

— Наплюй, — отмахнулся сибирский татарин. — Если мне не придется никогда больше возвращаться в эту пыльную дыру, то я буду просто счастлив. Куда теперь летим? Обратно в США, чтобы пополнить команду и провести ремонт? Из Майами нас еще не выгоняли, а тамошние гномы хоть и гребут золото из наших карманов лопатой, но по крайней мере делают свою работу на вполне удовлетворительном уровне.

— Нет, боюсь, движение прямо на север — это слишком предсказуемо. — Покачал головой чародей. — А в Ритипо сейчас каждая собака знает, что мы везет на борту едва ли не груз золота…И из двух десятков находящихся там летучих кораблей штук пятнадцать принадлежало разного рода вольным отрядам вроде нашего. И от них сейчас лучше держаться подальше.

— Мда, а ведь у нас есть чего пограбить. Деньги вырученные с продажи загруженного драгоценным ломом трофейного корабля, да плюс артефакты вампиров которые мы продать не успели, да выкуп еще. Не удивлюсь, если молва раздует размер суммы, полученной за покинувшего нас друида и его людей, раз в десять. — По мнению Олега прогноз был удивительно точным, словно его друг тоже понемногу начал учиться предсказания делать. Разного рода ловцов удачи, конечно, не станут верить самым неправдоподобным слухам, поскольку уже много раз должны были сталкиваться с разницей между своими радужными мечтами и суровой реальностью…Но они же не знают, что капитану «Тигрицы» за пленников изрядно не доплатили! — Тогда как только эта яхта скроется из вида, сворачиваем на восток?

— Нет, резко меняем курс на юго-запад. Полагаю, ремонт лучше проводить в Акапулько. Самом хорошо укрепленном городе-курорте мира, где отдыхают и сбывают награбленное те охотники на нежить, которые отваживаются забираться далеко вглубь Империи Крови. — Помотал головой Олег, который уже давно размышлял о передислокации отряда в этот регион, заодно являющийся крупной торговой гаванью. Все бухты, которые располагались южнее, контролировались уже кровососами. Вот только раньше его останавливал недостаток средств, ведь в подобном городе пусть и будет доступно все, чего только может понадобиться «Тигрице» и её команде, но цены на товары будут кусаться. А вот за трофейные артефакты наоборот, денег много не дадут, поскольку у них партии подобного добра появляются каждый месяц, если не каждую неделю. — А заодно это очень удобное место, чтобы попробовать навести справки насчет тех работорговцев, кто плавает в страну восходящего солнца или из неё. Не забывай, у нас на родине сейчас идет война с самураями. И хоть я не горю желанием лезть в эту мясорубку, но нам лучше бы по возвращении домой предъявить некоторые доказательства побед над японцами. В особенности над одним японским кланом алхимиков и химерологов, который в больших количествах скупает живой товар, и за головы представителей которого архимагистр Савва простит практически любое преступление.

— У нас и с нежитью война, — заметил Стефан. — А праха вампиров в трюме скопилось столько, что скоро придется его бочками продавать. И их же доспехов и оружия хватит на открытие не музея, так хотя бы выставки.

— Если бы мы не были свидетелями того, как два командующих нами магистра передрались между собой и не прибили победителя, когда тот решил избавиться от свидетелей, этого бы с лихвой хватило, чтобы умилостивить попов и прочие структуры государственной безопасности. — Согласился с другом Олег. — Но эти чертовы нюансы…

— Капитан! Корабль! Там корабль! — К удивлению чародея, быстро переросшему в ярость и даже некоторую панику, эти крики издали не из рубки с её наблюдательными артефактами и даже с одной из мачт, где находился дублирующий аппарат сканирования окрестностей в виде особо зоркого индейца с подзорной трубой. В небольшое облачко, чьи очертания и в самом деле казались подозрительно правильными, тыкал покрытой бинтами рукой один из раненных, выбравшийся на верхнюю палубу подышать свежим воздухом. И объект в небе, который он приметил, двигался примерно параллельным курсом с эрзац-крейсером. И совсем не в ту же сторону, что и остальные скопления атмосферной влаги.

Поднявшаяся на корабле тревога примерно на три-четыре минуты превратила его в филиал сумасшедшего дома, но уже секунд через триста «Тигрица» оказалась настолько готова к отражению возможной угрозы, насколько это было возможно в её состоянии. Пушки были заряжены, люди обвешались оружием, артефакты из сокровищницы в очередной раз розданы одаренным, легкораненых напоили стимулирующими зельями, что на некоторое время вернули не до конца исцелившихся матросов обратно в строй…Вот только вооружившийся посохом Олег, мысленно матерящийся на все лады и уже готовый второй раз за сутки вступить в неравный бой, по-прежнему не чувствовал никакой угрозы от находящегося поблизости неопознанного летающего объекта. И это тревожило. Даже тогда, когда замаскированный под тучку кораблик заметно сбавил ход и повернуть чуть в сторону, с каждой минутой увеличивая дистанцию между собой и эрзац-крейсером.

— Они поняли, что обнаружены и решили отказаться от атаки? — Озадачился Стефан. — Но ведь мы должны выглядеть довольно соблазнительной целью, поскольку корабль явно поврежден. Этого просто нельзя не заметить, так нас потрепало!

— Возможно, их сил все-таки недостаточно, чтобы быть уверенными в победе без эффекта неожиданности, а рисковать своими головами не хотят. — Пожал плечами чародей. — А может они банально и не собирались никого атаковать, а просто двигались под маскировкой почти идентичным с нами курсом. Мало ли кто тут может летать по своим делам без достаточной огневой силы, чтобы полагаться только на пушки? Торговцы, контрабандисты, путешественники…Даже будь все наши пушки исправны, а команда полна, я бы тоже укутал судно облаками, если б мог!

Глава 8. О том, как герой принимает горячий душ, встречается с очень редкими специалистами и посещает публичный дом

— По-моему мы слегка переусердствовали с нашим эскортом, — Задравший забрало своего шлема Стефан активно крутил головой по сторонам, расточая улыбки и многообещающие подмигивания чуть ли не всем симпатичным и малоодетым женщинам, встречающимся на пути. А таковых вокруг имелось очень даже много. Практически все, кто был старше восемнадцати и моложе тридцати пяти. Во-первых, примерно девяносто процентов своего дохода Акапулько получал благодаря охотникам на нежить, а для успешно совершивших налет на Империю Крови ловцов удачи дамы легкого поведения являлись обязательным компонентом хорошего отдыха и борьбы со стрессом. Ну и во-вторых, когда даже утром в тени температура превышает тридцать градусов Цельсия, даже самая большая скромница постарается нацепить на себя чего-нибудь легкое, чтобы не свариться в собственном соку. — Зачем было брать два десятка человек, когда чтобы погрузить порох хватило бы и одного?

— Чтобы успеть все погрузить на телеги, довезти до корабля и перегрузить в арсенал, пока настоящая жара не начнется. — Пока погода была вполне терпимой, но Олег уже предчувствовал надвигающееся пекло. И переждать его хотел бы в своей каюте или может быть внутри какого-нибудь здания. Например, местной биржи наемников, гильдии магов или одном из элитных магазинов, специализирующихся на продаже артефактов и боевой техники. Об их наличии в Акапулько волшебник знал, но пока успел добраться только до верфи и арсенала. В первой он заказал у бригады профессиональных ремонтников-техномагов полную реставрацию «Тигрицы», а во втором договорился о покупке боеприпасов и некоторого количества качественного оружия для команды. — Опять же пятизарядные револьверные винтовки мы не можем просто побросать в повозки. Сопрут! Тут же народ толк в хорошем оружии знает, как и цены на него. Запросто найдется пара-тройка смельчаков из числа встречной бедноты, которые готовы рискнуть здоровьем, лишь бы завладеть ружьем стоимостью в годовой доход какого-нибудь рыбака…Стой! Боевая тревога! Я что-то чувст…

Почувствовавший опасность и начавший вертеть головой во все стороны чародей успел увидеть, как с крыши ближайшего дома взлетает нечто вроде огромного мыльного пузыря, чья радужная оболочка лопнула в тот момент, когда тот оказался прямо над волшебником. Маленький водопад чрезвычайно вонючей и к тому же исходящей паром воды внезапно обрушился на голову Олега, затекая в щели его брони и мгновенно впитываясь в ткань одежды. К счастью, шлем был устроен достаточно толково, чтобы защитить быстро склоненную к земле голову практически от всего потока, за исключением отдельных брызг, попавших на лицо. А потом нервные окончания донесли до мозга стремительно усиливающуюся боль, перерастающую в настоящую агонию.

— А-а-а! — Заорал ошпаренный кипятком чародей, который не имел и пары лишних секунд перед началом неожиданной схватки, а потому попросту не успел отключить себе чувство боли. Вылившиеся же на него сверху многие десятки литров бурлящей и исходящей паром жидкости представляли из себя нешуточную угрозу для боевого мага с целым набором защитных артефактов. Да, магический щит задержал этот поток на какое-то мгновение…А потом пропустил утратившую скорость жидкость дальше. И пусть грели её магией, но в самой воде ничего волшебного не имелось, и потому кираса в данной ситуации оказалась ничуть не лучше, чем обычный доспех. Только очень прочный. Во всяком случае, выстрел из трехствольного обреза, произведенный в левый бок с расстояния лишь нескольких сантиметров практически сразу же после ужасающего горячего душа, она вроде бы выдержала. Полетевший из-за удара едва ли ни вверх тормашками волшебник в своей неловкости был виноват только сам. Ну и чуть-чуть искусственная часть его правой ноги вместе с болевым шоком свою роль сыграли.

Шмякнувшийся на землю словно мешок с картошкой чародей, тем не менее, был куда более боеспособным, чем когда стоял на ногах. Инстинкты и многочисленные тренировки взяли свое, а потому терзающая тело боевого мага агония оказалась заблокирована усилием воли, после которого волшебство словно отсекло незримой стеной ощущения ужасно страдающего тела. И первым делом Олег силой мысли собрал с себя и с земли вокруг него огромную лужу из по-прежнему очень горячей жидкости и всю её телекинезом направил в фигуру, что отбросила в сторону разряженное трехствольное короткое ружье и уже нагнулась над своей жертвой с узким длинным клинком в руке. Убийца тоже имел защитные амулеты, и они так же не очень-то сильно и помогли ему, когда этого человека опрокинуло напором десятков литров горячей жидкости. И очень вонючей к тому же. По всей видимости, в ней имелась изрядная примесь нефтепродуктов которые вспыхнули, когда кто-то заполнил воздух целой россыпью огненных искр.

— Однако, хорошая засада получилась. — Подумал волшебник, даже не вставая взмывая в воздух при помощи левитационных пластин. Кираса и магический щит уберегли и без того ошпаренного чародея от новых ожогов, которые непременно появились бы коснись его хоть одна искра, а из горючей лужи он взлетел на секунду раньше, чем по той разбежались во все стороны языки огня. Излишне говорить, что пытавшемся его прирезать убийце так не повезло. — Вот только кто ж на нас её расставил?!

На неширокой извилистой улочке, еще тридцать секунд назад бывшей тихой и безмятежной, сейчас стало горячо во всех смыслах этого слова. Пылала лужа, где до сих пор билось в агонии горящее тело. Трещали выстрелы ружей, которые сжимали в руках матросы с «Тигрицы» и нападающие, что ради выстрелов высовывались из верхних окон ближайших домов. И вторых было больше чем первых, а еще они атаковали из укрытия и имели преимущество внезапности, стоившее жизни уже десятку человек. О сделанную гномами броню Стефана сразу трое фехтовальщиков, явно долго учившихся работать в команде, высекали своими ятаганами целые водопады искр. А еще между лопаток сибирского татарина, стоящего в еще одной полыхающей луже, торчала явно пробившая латы стрела, чье древко буквально светилось гнилостно-зеленым от наполняющей его магии, что медленно втискивалась в тело толстяка, словно содержимое шприца с отравой. Дымился автоматрон, из оплавленных рук которого прямо сейчас нечто, похожее на слегка очеловечившегося медведя, выдирало несгораемый ящик, доверху набитый золотыми монетами. И этого то ли оборотня, то ли просто гуманоида непонятной расовой принадлежности прикрывал от возможных опасностей периодически мерцающий синим полусферический барьер. Источником же явно защитной магии служили две закутанные в темные плащи фигуры, сжимающие в руках массивные тяжелые посохи. Вернее, таковых там было три, но последний держал точно такой же купол над своими коллегами. А еще рядом с ними стояло нечто, напоминающее гибрид самобеглой коляски и броневика. Оружия оно вроде бы не имел, но корпус состоял из склепанных друг с другом листов стальной брони.

— Нас что…Грабят?! — Искреннее удивление ни капли не помешало Олегу активировать конус холода, накрывая наколдованным морозом верхний этаж того здания, где как ему казалось находилось больше всего вражеских стрелков. Благо до противника зависшему в воздухе волшебнику было то в прямом смысле слова рукой подать. Улочки Акапулько, спроектированные испанцами веке эдак в восемнадцатом, не отличались ни шириной, ни высотностью зданий, редко имевших больше трех этажей. Секунду спустя боевой маг использовал второй из вшитых в его тело артефактов, поразив световым копьем одного из мечников, которые наседали на Стефана. Хотел вообще-то двоих, благо те стояли на очень удобной для атаки прямой линии, но враг имел весьма неплохую магическую защиту. Пусть самого его она и не спасла, поскольку примерно четверть туловища бойца буквально взорвалась перегретым кровавым паром, но дальше разрушительное волшебство уже не прошло.

Мохнатый громадный гуманоид устремился наутек вместе с ящиком, полным золота. Увидев его приближение, колдуны все втроем загрузились в экипаж, не нарушая подпитки энергией защитных барьеров. Ворюга добрался до тронувшейся машины за считанные секунды и буквально ввинтился в её распахнутую дверцу, наверняка ободрав бока, но к сожалению так и не выронив сундук. Два оставшихся фехтовальщика тоже поспешили обратиться в бегство. Только передвигались они отнюдь не по земле, очевидно не желая представлять из себя удобные мишени. Один в невероятно длинном и высоком прыжке в мгновение ока преодолел расстояние в десяток метров и пробил собой окно ближайшего дома, откуда тот час же раздался испуганный женский визг. Второй упал в заполненную грязью и мусором сточную канаву, где казалось бы не спрятаться и кошке, но мгновенно погрузился куда-то в глубину. Стрелки тоже прекратили палить из ружей и, судя по долетавшим от них топотам и матюгам, сейчас спускались по лестницам избранных ими в качестве места засады домов, чтобы бежать через черный ход. А Олег даже никого из них преследовать не мог, поскольку вынужден был броситься к Стефану, что после отступления своих соперников уселся прямо на землю, упираясь в неё обоими руками, чтобы не упасть. И, зная характер и выносливость сибирского татарина, это означало, что дела очень плохи, ведь если он не в состоянии преследовать убегающего врага, то кто другой бы от таких ран три раза умер.

— Олег…Как-то мне…Нехорошо… — Худшие подозрения чародея подтвердились, ибо когда он приблизился к своему другу, его руки ослабли и толстяк начал всей своей массой заваливаться вниз, прямо в остатки догорающей лужи из смеси воды и какой-то нефтехимии. И оказание ему первой помощи было сильно осложнено тем фактом, что для начала со Стефана следовало содрать броню, которая на сей раз сибирского татарина не защитила. Или вернее защитила не полностью. Судя по глубоким зарубкам, оставленным клинками нападавших на металле, который своей прочностью намного превосходил обычную сталь, без этих лат его бы вполне успешно порубили на мелкие кусочки. Зачарованная стрела, к счастью успевшая закачать внутрь своей жертвы пока не более чем две трети наполнявшей её энергии, была безжалостно вырвана телекинезом. Наконечник правда обломился и попытался остаться в ране, но чародей силой мысли сплющил его едва ли не в маленький компактный шарик и все равно извлек наружу.

— Держись, слышишь?! Не смей сознание терять! — Не имея других способов быстро стабилизировать состояние своего друга, Олег засунул пальцы одной руки прямо в рану через отверстие на броне, а вторую запустил под шлем Стефана и, дотронувшись обоими руками до его тела, стал щедро делиться с ним своей праной. Несмотря на всю свою простоту, данный метод являлся достаточно универсальным и мог справиться с почти любыми повреждениями, которые не разорвали в клочья энергетическое тело пациента. Вот только пусть резервы чародея и превосходили то, чем располагал среднестатистический человек, но бездонными они уж точно не были. И заметно истощились по причине наличия у целителя ожогов черт его знает какой степени если и не по всему телу, так по его значительной части. В данной ситуации могли бы очень помочь топоры-вампиры, да вот только ни одного живого врага или хотя бы крупного зверя в зоне видимости как-то не было. Отлучиться их поискать тоже не было приемлемым вариантом, интуиция, опыт и результаты проведенного наспех сканирования организма подсказывали оракулу-самоучке, что если он оставит Стефана в покое секунд на тридцать, то толстяку понадобится уже не целитель, а гробовщик.

Душ из кипятка и последующий пожар почти не повредил сибирскому татарину, поскольку изготовленные гномами доспехи обладали почти абсолютной герметичностью. И даже забрало шлема при объявлении тревоги тот успел захлопнуть. Вот только стрела, пробившая латы, была заряжена какой-то жуткой дрянью, напоминающей концентрированную некроэнергию. Но в отличии от неё она не растворяла немедленно все с чем соприкасалась, а словно жидкая отрава растекалась в разные стороны от места ранения и лишь потом начинала проявлять свою губительную природу. И теперь эта пакость вместе с кровью разошлась по телу сибирского татарина и буквально изгрызла его сосуды, вызвав множественные внутренние травмы и едва не заставив источенное сердце разорваться на части под нагрузкой собственных сокращений. К счастью, Стефан благодаря своему модифицированному организму был очень выносливым человеком, а до мозга волшебная отрава так и не добралась. К тому же уничтожая ткани тела, она и сама рассеивалась, а потому Олег медленно но верно выигрывал борьбу за жизнь своего друга, латая наиболее критические травмы при помощи собственной жизненной энергией. Пытался он также взять под контроль эту агрессивную дрянь и вывести её из тела пациента наименее травмирующим для него способом, однако похоже сия субстанция все-таки серьезно отличалась от обычной некроэнергии и работать с ней надо было иначе. Не то, чтобы результат совсем не наблюдалось, но он напоминал попытку черпать воду растопыренной пятерней. Причем в то время, когда руками вообще-то приходится держать на весу перед собой тяжелый груз, который и на пару мгновений отпустить страшно.

— А-а-а… — Устало простонал чародей, когда наконец-то смог отпустить своего друга, что все-таки потерял сознание, но умирать теперь вроде бы не планировал. Состояние и настроение оглядевшегося по сторонам Олега прочно обосновались на отметке «скверно». С покрывающими его тело ожогами и упадком жизненных сил он еще мог примириться, да и потеря сундука с золотом больше бесила, чем представляла угрозу корабельной кассе «Тигрицы». Но случившееся среди бела дня разбойное нападение унесло жизни десятка человек из его экипажа, который и так стал неприлично маленьким! Еще восемь матросов было тяжело ранено! Вдобавок оказался разрушен самый толковый из автоматронов, что уже практически заслуживал звания полноценного разумного существа. Досталось и случайным прохожим, поскольку несколько лежащих на земле тел точно не входили в состав команды, да к тому же не имели при себе никакого оружия. Ну и необходимость объясняться с городской стражей, которая громко топала и свистела, неспешно подтягиваясь к месту боя, хорошего настроения волшебнику отнюдь не добавляло. — А-а-акапулько ай-я-я-я…

— Сеньор? — Олег умудрился не заметить, что один из отрядов стражи уже был здесь, и сейчас шестеро облаченных в отдаленно похожую на его собственную железные кирасы и шлемы-котелки служителей закона вытаскивали из дома промороженные тела попавших под конус холода стрелков, складывая их в рядок у края улицы. Тот из них, чей головной убор вдобавок был украшен яркими перьями какой-то тропической птицы участия в работе не принимал, а вместо этого наблюдал за погрузившимся в свою работу целителем.

— Простите, это нервное. — Олег переселил себя и шаркая ногами потащился к тому из врагов, которого убило световое копье. Чародей был твердо намерен отомстить нападавшим, но для начало следовало хотя бы понять, кто они такие. — Наш отряд направлялся к городскому арсеналу для совершения сделки, но на нашем пути оказалась подготовлена засада…И эти люди оказались тут явно не случайно.

— Да, похоже на то, — согласился с ним офицер стражи, тоже рассматривая убитого фехтовальщика. — Я ведь правильно понимаю, что этот человек был одаренным?

— Не видел, чтобы он применял заклинания, да и ауру изучить не успел, но двигались эти типы слишком быстро и были слишком сильными для простых людей. — Обычных бойцов Стефан бы раскидал за счет грубого физического превосходства за считанные секунды, даже несмотря на застрявшую в спине отравленную стрелу. Мастерство и опыт, конечно, многое решают…Но не в случае рукопашной, когда соперник движется в разы быстрее, а его удар способен отшвырнуть в сторону быка. — К тому же артефактов на нем многовато.

Неуместный по мексиканской жаре, но очень хорошо скрывающий фигуру, лицо и снаряжение темный плащ с глубоким капюшоном был покрыт запекшейся кровью и изорван в клочья, открывая взгляд на легкий кольчужный доспех, усиленный в некоторых местах стальными пластинами, покрытой узорами арабской вязи. На левой руке, явно попавшей под удар Стефана, обнаружились остатки какого-то сложного техномагического наруча. Вероятнее всего, это было некое оружие, особо эффективное при выстрелах в упор на короткой дистанции, вроде трехствольной винтовки чуть не оборвавшей жизнь Олега. Под дополнительно скрывающей лицо повязкой пряталась блестящая серебряная маска, а уже за ней находилась смуглая и весьма бородатая физиономия, заставившая Олега вспомнить об османах и прочих обитателях Ближнего Востока. Массивный кривой ятаган с инкрустированными в рукоять мелкими рубинами, оставивший глубокие зарубки на сделанных гномами латах, служил вполне логичным дополнением данного образа.

— Похоже, это один из бандитов, что предпочитает убивать не кровососов, а тех, кто на них охотится. — Тяжело вздохнул стражник. — Вы говорили, что шли к арсеналу. Крупная сделка то намечалась? Явно же этих типов на вас кто-то навел…

— Тридцать пять тысяч долларов. Золотом. — Олег и автоматрона то взял с собой исключительно потому, что тащить столько драгоценного и притом очень тяжелого металла запарился бы даже Стефан. Летать же над городом вне расписания и специально отведенных для этого коридоров чужим кораблям запрещалось под угрозой открытия огня на поражение всеми зенитными орудиями сразу. Вампиры много раз устраивали диверсии в Акапулько, в случае успеха зачастую перераставшие в полноценные нападения. Только за этот век данный населенный пункт минимум дважды брали в результате штурма, после чего выживших в нем не оставалось. И еще раз пять отбиться удавалось, но с очень большими потерями. — Я так понимаю, подобные побоища вам не в новинку?

— Да разве ж это побоище? — Вопросом на вопрос ответил стражник. Олег перешел к промроженным трупам стрелков, и вот они уже осман не напоминали ни капли. У этой группы покойников доминировало характерное для мексиканцев сочетание европейских и индейских черт. Плюс нашлась парочка орков и один гном. — И трупов даже полусотни не наберется, и пожара нет…Вот месяц назад, тогда да, тогда хорошая заварушка случилась, когда бежавшие из рабства ирландцы столкнулись с англичанами, что когда-то усмиряли их деревню. Дым коромыслом, зарево на полнеба, а от грохота пушек набата не слышно. Хотя может это потому было, что на главном колоколе собора святой богоматери-заступницы аж троих малефиков разом распяли?

— Весело живете, — Олег понимал, что город переполненный наемниками и авантюристами является крайне опасным местом. И случайная перепалка тут вполне может перерасти в конфликт с применением оружия и боевой магии. Но все же услышанное им от стражника являлось перебором даже по меркам этого безумного мира. — И кто же тут у вас вопросами организованной преступности занимается? К кому мне обращаться по поводу поиска украденного и убийц моих людей?

— Ну, можете к капитану городской стражи, да только даже если он очень будет стараться вам помочь, вряд ли чего получится. — Пожал плечами стражник, похоже относящийся крайне философски к чужим проблемам. А еще он пребывал в полной уверенности, что Олег ему ничего не сделает даже если захочет, поскольку к месту битвы подошел еще один отряд. На сей раз куда более многочисленный и с магами. — Бандиты то у нас тут надолго не задерживаются после того как рискнут на чужое добро рот разинуть.

— А поподробней? — В пальцах Олега мелькнула монета. Серебряная, но судя по мигом оживившемуся лицу стражника, он и против такой ничего не имел. В конце-концов от него требовалось не военную тайну выболтать, а всего лишь озвучить более или менее общеизвестные сведения.

— Преступники конечно разные бывают, но те которые на вас напали из самых редких специалистов. Умных да матерых, иначе б им нипочем такую засаду не организовать. И магов не удержать в своей банде. Такие уж точно понимают, оставаться в городе им опасно, ведь найдутся умельцы выследить кого угодно. У нас и некроманты найдутся чтоб дохляков разговорить, и оборотни с их нюхом, и даже следопыты, которые любому перевертышу форму дадут. — Олег окончательно убедился в том, что стражник понимает о чем говорит и серебряная монетка перекочевала из рук в руки. — Сегодня как раз очередной караван из города отходить в районе полудня должен, и я вот зуб даю, у них там место есть. И больше они сюда не вернутся. По крайней мере, очень не скоро. Да только взамен этих бандитов новые прилетят или приплывут. Мы их и вешаем, и жжем, и в котлах варим…Ну, кого поймаем. А меньше ублюдков то все никак не становится.

— Проклятье! — Олег попытался прикинуть который час, а после только и смог выругаться. До полудня оставалось от силы минут двадцать. И, судя по слаженности действий напавшей на них группы, надежды на то, что бандиты заблудятся в переулках Акопулько или передерутся между собой за добычу попросту не имелось. И даже если он успеет добраться до воздушной гавани, задерживать чужие корабли и осматривать их ему никто не даст. Да и монеты особых примет не имеют, от несгораемого ящика можно легко избавиться, а под скрывавшей лица и фигуры одеждой мог прятаться тот еще интернационал. — Лаадненько…Пусть сегодня они празднуют победу, но я это так не оставлю. Все равно в городе придется задержаться надолго, чтобы команду набрать, корабль починить и все-таки купить эти чертовы боеприпасы!

Попасть на борт «Тигрицы» чародей смог лишь через несколько часов. Сначала пришлось давать полный отчет по происшествию подоспевшему к месту боя лейтенанту городской стражи. Потом доказывать ему же, что отнюдь не Олег должен выплачивать компенсацию случайным жертвам нападения и тем, кого бандиты прирезали в своих жилищах, чтобы без помех занять верхние этажи домов на нужной улице. Затем обстоятельно поговорить со штатным некромантом городской стражи и за щедрое вознаграждение убедить его провести полевой допрос усопших, увы не порадовавший своими результатами. Стрелки оказались разорившимися из-за засухи крестьянами, которые выполняли приказы своих нанимателей и не задавали лишних вопросов. А бородатый обладатель зачарованной брони и ятагана тупо не отреагировал на магию смерти, поскольку заблаговременно озаботился защитой от подобных воздействий. Под конец пришлось искать телеги для доставки раненных и остатков автоматрона в воздушную гавань. А когда волшебник наконец-то попал на судно то попросту отрубился, поскольку уже давно держался на одной лишь силе воли. Но после того как стараниями Лили был слегка подлечен и пришел в себя, дотащился до администрации города и подкупив одного из клерков добыл там список кораблей, что покинули Акапулько в день ограбления. И, на всякий случай, заодно он взял и перечень судов следующего каравана.

— Олег, ну хватит тебе, — убеждал через пару дней своего друга Стефан, который довольно быстро смог встать обратно на ноги несмотря на то, что находился чрезвычайно близко к смерти. В данный момент два русских боевых мага находились там, куда их жены точно бы постарались своих мужей не пустить, если бы находились на одном с ними континенте. В пожалуй лучшем борделе Акапулько. Впрочем, первый этаж данного заведения представлял из себя скорее дорогой ресторан, если не обращать внимания на манеру официантов расхаживать исключительно в нижнем белье и украшениях. — Да, согласен, то что нас ограбили — очень неприятно. И людей жалко, которых убили. Но компенсацию их семьям мы отправим, а землю рыть в поисках этих ублюдков попросту бесполезно! Были б это обычные тати придорожные, у которых где-то поблизости либо лежка, либо вообще село — другой разговор…

— Пока я потратил на поиски лишь порядка пяти монет золотом и четырех часов личного времени. Вполне приемлемые траты, — пожал плечами чародей, непроизвольно кося глазом на очень соблазнительную мулатку в белых чулках, что принесла заказ за соседний столик и весьма выразительно нагнулась, расставляя тарелку и давая посетителям как следует пощупать свою грудь. Изменять супруге чародей не собирался, но чисто эстетически некоторые из присутствующих в данном заведении девушек ему нравились. В конце-концов, попасть в столь дорогое место, где обед стоил больше чем годовое жалование солдата, могли лишь лучшие из жриц продажной любви. — В конце-концов, одна зацепка у нас все-таки есть. И весьма неплохая.

— Турки с ятаганами, о которых ты каждого нашего потенциального рекрута расспрашиваешь? — Фыркнул Стефан. — Слабоватая зацепка. Смуглых и бородатых людей в мире, знаешь ли, много! А на фоне большинства местных даже наши кавказские горцы кажутся бледными как поганки!

— Возможно, — пожал плечами Олег, переводя взгляд на следующую девушку, на сей раз светлокожую и обладающую нежно-розовыми волосами. И либо это был её природный цвет, либо она красила их ну буквально везде. — Но кроме осман ятаганы в рукопашной мало кто использует. А выходцев с Ближнего Востока, да еще одаренных и специализирующихся на ближнем бое, в этой части света вряд ли насчитывается много.

— Ну да, я бы их скорее в гостях у кровососов увидеть ожидал, чем в городе, где собираются те кто на нежить охотиться. — Вынужден был согласиться Стефан. — Кроме той троицы, что меня своими ятаганами едва не зарубила, я тут еще ни одного янычара не встречал…

— Янычары? Вы сказали янычары? — Увлекшись рассматриванием девушек друзья даже не заметили, как к их столику и подошел тот, кого они в общем-то и ждали в этом месте. Аэромант третьего ранга и настоящий донской казак Якоб Кущевой, которого непонятно каким ветром занесло в Акапулько. Во всяком случае, других своих соотечественников Олег не обнаружил, когда изучал в местной гильдии магов анкеты тех одаренных, которые в этом городе наемников и авантюристов по какой-то причине расстались со старой командой и теперь искали новое место работы.

— Да, трое. Ну, то есть теперь-то двое, но до того как они нас зарезать попытались, их было на одного больше. — Кивнул Олег, рассматривая потенциального члена своей команды. Надо сказать, тот на стереотипного казака походил не сильно. Нет, чуб на гладко выбритой голове то присутствовал, как и длинные висячие уши, красные шаровары, белая рубашка и серьга в ухе. Но все портило соотношение роста и объема. При весе килограмм в сто, отдувающийся как выброшенный на сушу кит Якоб едва-едва дотягивал макушкой до полутора метров. — Сами в кольчугах, но есть пластины украшенные арабской вязью. Вооружены практически однотипными зачарованными ятаганами. Не встречали?

— Если у них еще и морды закрыты страхолюдными серебряными личинами, то точно встречал! — Огорошил Олега подобной новостью аэромант, взлетая на несколько высоковатый для его роста стул. — Неделю назад где-то. Я тогда был малость с похмелья, после того как от души помянул своих усопших товарищей, а эти образины мимо шли и кто-то из них втихую грязной свиньей меня обозвал. Только не знал гад, что у меня и слух как у совы, и маму отец своровал прямо из Стамбула!

— Тааак, — оживился Олег, чувствуя, что планы причинения добра и нанесения справедливости тем кто убил его людей из разряда маловероятных вдруг становятся вполне себе выполнимыми. — А с какого они были судна?

— Вот чего не знаю, того не знаю, — развел руками казак, заодно звучно шлепнув по ягодице проходящую мимо девушку. — Но колдуна-кромешника, который в итоге не дал мне их в ближайшей помойной яме утопить, вроде Мигелем кликали…

Глава 9. О том, как герой получает разнос, не получает выгоду и ловит источник информации

— Вообще быть универсалом — это конечно неплохо. И то, что ты в первую очередь целитель и техномаг, я вполне понимаю и одобряю. Полезные направления волшебства, чего уж там. И куда более редкие, чем умение швыряться огнем или сосульками проламывать головы. — Низкорослый казак почесал основание своего чуба, рядом с которым на коже темени красовались многочисленные багровые пятнышки укусов каких-то насекомых. Аэромант третьего ранга легко мог создать щит, не допускающий на корабль злобных мексиканских комаров, по степени своей свирепости ненамного уступающих вампирам, однако был не в состоянии поддерживать его круглосуточно. Или хотя бы большую часть суток. Возможно, чародей четвертого ранга смог бы справиться с этой задачей, однако Олег не собирался нанимать на «Тигрицу» никого, кто был бы сильнее, чем он или Стефан. Или хотя бы равных им. Его опыт и интуиция хором говорили о том, что одаренные в любой части света выстраивают иерархию в первую очередь, основываясь на личной силе. А потому идея ввести в команду действительно талантливого чародея — плохая идея. Даже в действующей армии с её дисциплиной и военными трибуналами из-за этого регулярно случались конфликты, а боевые маги исполняли приказы отданные им зачастую куда более слабыми штабистами потому, что те говорили от имени магистров-генералов. — Но вот твои боевые заклятия меня прямо таки поражают. И отнюдь не в хорошем смысле. А ну покажи мне еще раз свою огненную стрелу!

Олег протянул руку вперед и по его пальцам пробежали искры, которые стремительно набухали в размерах, оборачиваясь лепестками пламени. Секунда — окутавший кисть огонь сорвался вперед, чтобы пролететь два десятка метров с едва уловимой глазом скоростью и врезаться в отдаленно напоминающую человека фигуру, что с лязгом покатилась по палубе. На прикрывающей её грудь гнутой металлической пластине появилась закопченная вмятина, которой там раньше не было.

— Плохо, — покачал головой Якоб, наблюдая за тем, как парочка матросов ставит обратно на ноги деревянный манекен, облаченный в самые ржавые и дырявые доспехи, которые только нашлись на борту «Тигрицы». — Не скажу, что совсем плохо, все-таки пальцы себе собственной магией не обжигаешь. И силы на несколько десятков таких хватит. Вполне достаточно, чтобы огненными стрелами косить набранных в войско гречкосеев или тупое зверье. Но если ты действительно хочешь, чтобы от столь простой атаки был толк в бою, то надо действовать как-то так…

Небрежная отмашка в сторону цели заставила сорваться с руки казака почти такой же сгусток пламени, что однако же возник чуть быстрее. И двигался вроде бы проворнее. А когда он врезался в мишень, не просто ударил её, а словно пронзил, втянувшись в одну из дыр, украшавших ржавые доспехи и вышвырнув фонтан горящих искр через другие.

— Я могу за полсотни метров уложить свою огненную стрелу в рублевую монету, заодно превращая её в копье, что пробьет защиту за счет большой концентрации энергии в одной точки. Или молот, который прогибает материальную преграду внутрь и заставляет калечить то, что находится за ней. А также острейший нож, гуляющий туда-сюда и оставляющий после себя множество порезов. Ну и конечно не следует забывать о возможности сделать широкую косу, облако дроби или эфирный пламень, жгущий не столько плоть, сколько магию. — Якоб нахмурился недовольно уставился на Олега. Будь он повыше ростом — это бы наверняка смотрелось грозно, но из-за своих габаритов низкорослый казак оказался скорее забавен. — Я не говорю о таких сложных вещах, как самонаведение чар на цель, распознавание ими врагов и союзников или накладывание их на территорию, чтобы заклятье поражало каждого кто туда сунется. Но уж изменением формы ты владеть всяко должен, если уж осмеливаешься себя пиромантом называть!

— Однако, не владею. Нет, я могу сделать свои чары сильнее или слабее, как и задать им определенный тип воздействия…Ну там горячее, ярче, ударная волна чтоб посильнее была…Но это требует времени и большой концентрации. — Развел руками Олег, который к устроенному ему разносу отнесся вполне спокойно. По факту он был самоучкой, а потому испытывал сложности со всеми боевыми заклятиями, которые не получалось создать за счет тупого сбора большого количества энергии нужной направленности. — И с с наведением на цель у меня немного получается…Но не настолько хорошо, чтобы гарантированно попасть с расстоянии в полсотни метров по столь маленькой цели. Тут бы по голове хотя бы не промахнуться!

— Кто тебя учил? — Еще больше нахмурился казак, который помимо воздушной стихии немало времени уделил еще и развитию магии огня. По его собственным словам, это было сделано, чтобы повысить разрушительную мощь доступных Якобу заклятий, ведь раздуваемый ветром огонь горит как правило веселее и ярче. Да и у молний очень много общего с пламенной стихией. — Как тренировал?

— Никто. Никак. — Пожал плечами волшебник. — Нет, ну то есть я брал пару начальных уроков у более опытных пиромантов и подсматривал за ними, но это вряд ли можно назвать полноценным обучением. А дальше осваивал все методом тыка, это же не целительство, где от неверно сплетенного заклятия пациент может окочуриться.

— Вот только если от этого тыка вовремя не окочуриться враг, то можешь запросто окочуриться ты сам! — Недовольно пробурчал казак, в сердцах хватая себя за длинный чуб и пару раз дергая. — Придется переучивать. Для начала скажи, ты пламя создаешь и чувствуешь единым, так сказат, куском?

— Ну, вроде как, — согласился капитан корабля. — Стараюсь слить энергию в единый монолит, так сила заклятия вроде бы больше выходит.

— Типичная ошибка новичка, — буркнул его наставник в магии огня. — Попробуй создать на ладони два отдельных лепестка пламени.

— Хм, вот так? — Олег обладал высоким контролем над своим даром, а потому сумел выполнить это требование лишь с третьей попытки. Один сгусток пламени танцевал буквально на самой середине ладони, а второй цеплялся за кончики пальцев.

— Для начала сойдет, — скупо одобрил Якоб. — Теперь постарайся слить их, но так, чтобы они не растворились друг в друге. Надо чтобы у тебя по-прежнему оставалось два отдельных лепестка пламени, пусть и переплетенных между собой.

— И что это даст? — Олег попытался выполнить показанное ему упражнение, но огонь практически мгновенно слился в единый комок, который пришлось погасить, чтобы начать все сначала.

— Во-первых, если ты сможешь заставить разные потоки словно течь вокруг друг друга, их температура и пробивная мощь заметно вырастет при почти тех же затратах энергии. А во-вторых, так можно будет постепенно наработать власть над формой твоего пламени. В перспективе можно менять её вообще как угодно, но тем кто еще не магистр эффективнее не мучиться с прямым контролем, а хорошо поставить себе создание нескольких крупных частей, которыми потом он и будет манипулировать. — Якоб поднял свою ладонь, на которой загорелось целых восемь отдельных язычков огня. По одному на каждом пальце, в центре ладони и по её бокам, а также один почти у самого запястья. Причем каждый элемент его магии чуть отличался по свету от остальных, пусть даже это и были разные оттенки красного. Когда лепестки полыхающей стихии медленно сползлись в единый шар, тот стал напоминать комок слепленного воедино алого пластилина из разных наборов. Вроде и все то же самое, но если присмотреться, то разница становится видна. Секунда — и на его месте сферы уже нечто вроде сюрикена или циркулярной пилы с очень крупными зубьями. Потом стихия вытянулась в неширокую цепь. Ну а под конец волшебство приняло вид копейного наконечника, где одна часть стала широко растянувшейся ударной часть., а за ней обнаружилось куда более плотная игла из тесно ужатых воедино лепестков огня. — Возможно этот способ и не лучший, но так меня учил атаман, а он еще Екатерину Великую помнил…Добрый был казак, и сейчас бы водил наших за зипунами, если бы как-то по пьяни в колодец не упал.

— Утонул? — Искренне удивился Олег, который привык к тому, что маги являются теми еще образчиками сверхчеловека, способными на кажущиеся невозможными подвиги духа и тела. Понятное дело, что даже весьма талантливый волшебник не могли пережить совсем все, и именно поэтому отрубание головы и сожжение являлись наиболее эффективными методами казни одаренных…Но даже ведьмаки с их первым рангом как правило обладали куда большей силой и выносливостью, чем выглядело на первый взгляд. Особенно если сильно хотели жить, и инстинктивно напрягали свой дар в попытках спастись. Чтобы явно далеко не самый слабый чародей утонул в колодце, ему как минимум требовалось перед забрасыванием туда отрубить руки. И то не факт, что тот обратно онаружу не вылезет, цепляясь за стенки пальцами ног. Или вообще на пузе вертикально вверх выползет как гусеница, даже если ничем подобным раньше никогда не занимался.

— Уснул, — тяжело вздохнул Якоб. — Ну а потом утонул конечно, да…Сразу же как у амулета водного дыхания заряд кончился. Так, теперь давай посмотрим на то, как ты создаешь пламенную ауру…Ты же умеешь её создавать?

— Технически — да, — согласился Олег, который мог окутать часть своего тела или все его целиком магическим пламенем, и тем самым стать очень неприятной мишенью для тех, кто захочет чародея обнять или голыми руками стукнуть. — Но даже в тренировочных схватках этот прием практически не использовал. И, боюсь, времени у нас больше нет. Мне пора идти проверять прогресс наших новобранцев и подстегивать им регенерацию. А это долго и сложно, когда закончу, буду в прямом смысле слова валиться с ног, слишком уж много народа мы набрали…

Со старыми ветеранами в Акапулько было не очень…В большинстве своем рядовой состав охотников за нежитью или бросал столь опасное занятие и со скопленными капиталами уезжал куда-нибудь в более безопасные и дешевые для проживания места, или попросту не доживал до седых волос. Зато вот покалеченных солдат и матросов имелось более чем достаточно. Поднятая лучшими некромантами мира нежить просто не могла быть слабой, и если твари добирались до людей сквозь шквал снарядов, пуль и боевых заклинаний, то оторванные руки и отгрызенные ноги становились совершенно обычным делом. И далеко не все потери можно было заменить деревяшкой или другим низкосортным протезом, а услуги по выращиванию частей тела, пересадке чужих органов или их магическому протезированию стоили больше, чем большинство могло себе позволить. Полностью восполнить численность команды «Тигрицы» в таких условиях оказалось совсем несложно. Особенно с учетом того, что среди наемников в рекордно короткие разлетелась информация о размерах боевых выплат, которые получили рядовые члены экипажа. Вновь вернувшие себе силы ветераны пусть и были серьезно опечалены большими потерями, но это ничуть не мешало некоторым из них предаваться всем возможным радостям жизни в злачных заведениях Акапулько, проматывая нажитое богатство.

— Отдай! Отдай, кому говорю, крокодила криворукая! О черт, да ты ж её почти наполовину развалила… Я кому только пять минут назад говорил: «нежнее надо, нежнее»!

— Хшшшааа!

— Ай! Ооо…Погнулся! Я так и знал. Ну вот скажи, ты это специально?! Нет, специально?!

— Хшиии…

— Ууу! Будь проклят тот день, когда я согласился на эту каторгу….

По пути ко второй нижней палубе, где лежа по двухъярусным кроватям медленно отращивало себе недостающие части тел последнее пополнение, Олег отвлекся на звуки русской речи и шипение, скорее всего тоже являющеюся языком. Только предназначенным не для человеческого ротового аппарата. В одной из самых больших кают на судне Стефан вместе с пятеркой новобранцев занимался обучением магии. Причем в довольно непривычном для себя качестве, а именно в роли учителя. Сибирский татарин польского разлива был, откровенно говоря, довольно слабым колдуном, но имелась область, где его талантам могли позавидовать многие. Создание зачарованных пуль и зачарованных же стрел. Умение, требующее минимальных способностей к волшебству и крохотного резерва. И именно этому толстяк сейчас и пытался научить двоих людей, орка-полукровку и одну ящеролюдку, которые пришли наниматься на «Тигрицу» в качестве солдат, однако при проведении магомедицинского обследования показали достаточно развитую ауру, чтобы их имело смысл пытаться научить некоторым простейшим чарам из арсенала ведьмаков.

— Ну и как тут ваши успехи? — Громко спросил Олег на китайском у Шена, который тоже находился в учебном классе и тоже пытался сделать хотя бы одну зачарованную пулю. Талантами тот, откровенно говоря, не блистал, но зато очень-очень старался. А еще переводил на английский язык те слова Стефана, которые он произносил на родном для боцмана языке, и которые при этом не являлись бессмысленной руганью.

— Все очень-очень плохо, о господин капитан, — Шен был так расстроен, что даже забыл о том, что Олег очень просил больше его «господином» не называть под угрозой штрафа. Впрочем, на сей раз чародей решил эту мелочь и проигнорировать, уж слишком кислое лицо было у китайца. — Себастьян, Хесус и Шлисша до сих пор не способны правильно нанести руны на пулю, при помощи резца. У Сломанного Пера чего-то получается, но явно недостаточно хорошо. Ну а я вроде бы правильно изобразил мистические знаки, во всяком случае уважаемый Стефан не нашел чего исправить, но заполнить их силой никак не выходит…

— Продолжай, и рано или поздно у тебя все получится. У меня это тоже далеко не сразу вышло, когда в училище обучался. Чтобы всего за пару дней чему-то новое освоить, это надо уже быть опытным чародеем — подбодрил Олег китайца который, который не так уж и давно спас ему жизнь, одновременно пробегаясь взглядом по другим студентам.

Широкоплечий детина с темно-коричневой кожей и торчащими из под нижней губы клыками, являвшийся плодом любви орка и негритянки, старательно морщил покатый лоб, переводя взгляд с вырезанного на деревянной дошечке наглядного пособия на крохотную пулю в своей лапище. Парочка мексиканцев среднего возраста, сидящих за небольшим столиком заваленном исцарапанными кусочками свинца, с опаской поглядывала на капитана судна, позабыв про свои тренировки. Ну а единственная в данной компании дама, похоже, вообще появления Олега не заметила, поскольку явно готовилась покусать стоящего с ней нос к носу Стефана. Во всяком случае, она шипела точь-в-точь как разозленная змея, слегка раскачиваясь то влево, то вправо. Но по крайней в этот раз чародей мог быть уверен, что хотя бы с этой особой его друг находится исключительно в рамках рабочих взаимоотношений. Пусть одеждой ящеролюдки служили лишь два куска ткани: верхний на груди, которая вообще-то должна у рептилий отсутствовать, нижний на бедрах, но экзотической красотой потенциальная волшебница первого ранга не блистала. Худая как жердь и покрытая темно-серой чешуей фигура более напоминала кое-как обтянутый кожей набор костей, маленькие глазки почти сливались по цвету с покровами лица, губы и нос практически полностью отсутствовали, да вдобавок внешний вид нелюди уродовало два бугристых косых шрама на левой щеке…В общем, на такую экзотику бы клюнул разве только вдупель пьяный матрос, вернувшийся из кругосветного плавания без единой сходки на берег.

Наконец-то решив перейти от угрожающего шипения к делу, Шлисша атаковала Стефана, одновременно пытаясь вцепиться своей совсем немаленькой пастью ему в нос и совершенно по-кошачьи взмахивая обеими руками, из пальцев которых внезапно выдвинулись совсем немаленькие когти. Вот только неоднократно сражавшийся с намного более страшным противниками сибирский татарин ловко отшагнул в сторону, заодно вскидывая правый кулак. Ящеролюдка отнюдь не выглядела пушинкой несмотря на свою крайнюю худобу, однако силы удара хватило, чтобы она воспарила до самого потолка, шмякнулась об него макушкой и плюхнулась обратно вниз. Но сознания не потеряла, поскольку почти сразу попыталась встать обратно, шипя как целый паравоз. На удивление Олега, дальше в драку она не полезла, а как ни в чем не бывало уселась за стоящий в углу столик, где стояла небольшая горелка, пулелейка, тонкий свинцовый пруток и прочие инструменты, нужные для изготовления зачарованных боеприпасов.

— Ну и чего это такое было? — Осведомился капитан корабля, которому очень не понравился тот факт, что он стал свидетелем рукоприкладство. — Стефан, ну вот зачем ты сначала на неё наорал, а потом в драку полез? Я конечно видел, что она первой руки распустила, но ведь можно было скрутить аккуратнее…У тебя силы хватит железный лом в бараний рог свернуть, не то что ящеролюдку.

— С ломом проще, он не выворачивается, словно кошка и уж тем более не кусается. И честно говоря, я не знаю, как её учить. По-нормальному она не просто не понимает, а понимать не хочет. — Пожаловался сибирский татарин. — Самое поганое, что дар то у этой ящерицы есть, и она вроде как даже может им немного пользоваться…Но она небрежная — просто ужас! То сама пуля какой угодно формы, только не круглой, то линии на ней прочертит разной глубины, то руну сделает слишком кривой, то вообще наполовину только рисунок закончит и думает, будто и так сойдет! А пытаешься ей указать на ошибки — шипит и лезет в драку.

— Ну-ка ну-ка, — Олег подошел к столику перед побитой ящеролюдкой и тут же убедился в правоте своего друга. Несколько комочков свинца неправильной формы были покрыты линями, которые лишь с большой натяжкой смахивали на нужные руны. Местами. А местами это было чего угодно, но только не они. Одна пуля так и вовсе была почти прорезана насквозь и представляла из себя лишь чудом держащиеся вместе половинки металлической виноградины. — Шлисша, так дело не пойдет. Если ты начнешь напитывать магией подобные боеприпасы, они взорвутся либо в стволе, либо вообще прямо в руках!

— Я делаю все правильно, — английский ящеролюдки обладал странным шипящим акцентом, но тем не менее оставался вполне понятен. А еще она удивительно ловко управлялась с двумя револьверами, что и продемонстрировала в тот день когда пришла вербоваться в команду, поразив по пять мишеней с обеих рук и ни разу не промахнувшись. Правда, калибр у них был довольно мелкий по меркам этого мира, но более мощное оружие выворачивалось бы их длинных покрытых чешуей пальцев из-за отдачи. — Так как было сказано.

— Твое зачарованные пули даже близко не походят на то, что должно быть в итоге. — Нахмурился капитан. — Ты плохо видишь рисунок с образцом? Или тебе чего-то не понятно и нужно объяснить еще раз?

— Я все поняла! Я все делаю правильно!

— Опять талдычит, что она права? — Сделал довольно успешную догадку Стефан. — Ты смотри, если станешь указывать на конкретные ошибки в каждой пуле — укусит! Не понимаю, в чем тут дело…То ли женская логика виновата, то ли нечеловеческая психика. Пробовал уже даже выгнать пару раз, так не уходит. Хочет учиться. Ну не бить же мне её всерьез, правда?

— Мда, — озадачился Олег, который никак не мог придумать способ, чтобы решить данную проблему. Разве только поспрашивать кого-нибудь более опытных о особенностях поведения ящеролюдов? Этот вид разумных созданий обитал сугубо в болотах тропического или субтропического климатического пояса, а потому русские боевые маги с ними раньше просто не могли столкнуться. — А что насчет остальных учеников скажешь?

— Чую я, зря ты все это затеял. Не получим мы никакой выгоды с обучения этих дундуков, — безжалостно припечатал Стефан. — Единственный, из кого тут может выйти толк, так это полуорк. У Шена заготовки теряют энергию примерно с такой же скоростью, с которой он их заряжать пытается. Мексиканцы вроде и стараются, но как-то без души. Видно, что мужики не особо верят в свою возможность стать магами и пули портят сугубо чтобы обещанную тобой надбавку к жалованию получать. Про дурынду крокодилью вообще молчу, чтоб не сглазить. У нас в училище из неё давно бы уже сделали либо кошелек, либо чемодан, либо дамскую сумочку!

— К сожалению, других учеников у меня для тебя нет, — развел руками Олег, который не то чтобы кровь из носу хотел получить в команду еще пятерых одаренных первого ранга…Но лишним бы это точно не было. Сейчас экипаж «Тигрицы составлял двести шестнадцать человек, что было даже слегка многовато. Впрочем, грузовые трюмы эрзац-крейсера бы без труда вместил еще столько же народа, но тогда добычу пришлось бы ограничить исключительно компактными предметами высокой стоимости вроде золотых монет, украшений или качественных алхимических ингредиентов. И из пары сотен человек сто восемьдесят шесть не обладали даже зачатками магического дара. Двенадцать могли называться ведьмаками с их первым рангом, благодаря которому они могли работать с артефактами, которые надо заряжать магией. Девять имели второй, в основном это были нанятые в США техномаги, которые поддерживали системы судна в рабочем состоянии либо же служили артиллеристами при турелях. И лишь двое, а именно Якоб и Лили, могли похвастаться третьим. Пятеро корежащих пули потенциальных колдунов подвисли в промежуточном состоянии между двумя категориями, да и сами Олег со Стефаном плохо поддавались классификации. Сил вроде как у четвертого, а вот опыта и навыков маловато. — И другой работы тоже, пока мы на земле стоим и чинимся. Хотя, конечно, можешь вместо занятий с Якобом тренироваться…

— Нет, — покачал головой Стефан. — Не нравится мне этот казак. Когда он думает, что никто его не видит, взгляд у него становится уж больно нехороший…И на наши артефакты он засматривается.

— Ну, мы с тобой тоже не добрые девочки, — развел руками капитан вольного отряда. — Другие из завербованных мною магов про него слышали, он в Акапулько не первый месяц обретается. Был в крупном отряде, но тот разбежался после того, как понес сильные потери, но взял хорошую добычу, а выжившие офицеры решили уехать в Европу. Следовательно, скорее всего Якоб не агент вампиров и не засланец бандитов. Большего в нашей ситуации мы требовать от новобранцев не можем. Тем более, от одаренных третьего ранга, которых знаешь ли и найти то не так просто. Даже при наличии большой суммы денег.

Наконец-то попав в помещения, отведенные покалеченным новобранцам, чародей принялся по одному обследовать своих пациентов, наблюдая за ходом регенерации медленно отращиваемых заново частей тела. Магия могла многое, в том числе и создать живую плоть буквально из ничего…Но до таких высот Олегу было еще далековато, особенно если требовалось получить полностью функционирующую систему из костей, мускулов и нервов. А потому он всего лишь направлял в нужную сторону усиленные на пару порядков процессы регенерации, заставляя организмы людей кусочек за кусочком выращивать нужное. Тоже сложная и тонкая работа, но вполне посильная и даже позволяющая работать с большим количеством народа одновременно. Главное, чтобы еды было в достатке, поскольку исцеляемым подобным образом пациентам требовалось огромное количество питательных веществ, дабы было из чего формироваться новым тканям.

Ощущение близкой опасности посетило чародея в тот момент, когда он решил для облегчения своей работы подняться в лазарет за порцией зелий, которые регулярно варила Лили, используя закупленные в городе ингредиенты. Самой эльфийки сейчас на своем рабочем месте не было, в крохотном и просматриваемом насквозь помещении вообще никого не было видно. Однако чародея не покидала тревога за свою жизнь, к которой заодно стало примешиваться чувство, будто он здесь не один. А поскольку он привык доверять своей интуиции, то практически незаметным со стороны магическим усилием обострил свои органы восприятия…А после Олег метнулся в сторону опрокидывая стол и телекинезом выхватывая зачарованные топоры, поскольку простимулированные волшебством барабанные перепонки прямо у него за спиной обнаружили чье-то тихое дыхание и почти сравнимый с ним по громкости стук сердца. Ну и заодно еще закричал «Все сюда!» со всей силы, на которую были способны его легкие. Возможно, он был боевым магом, способным в прямом бою уничтожить не одну сотню обычных людей…Но это же не значило, что он был идиотом, который непременно станет собственноручно уничтожать того, кто к нему подкрался! Пусть с убийцей или диверсантом вступает в честный поединок кто-нибудь другой, а он предпочтет дождаться подкрепления, а после просто поможет затоптать сумевшего прокрасться на корабль лазутчика.

— Эй-эй, амиго, прошу не надо так нервничать! — Неведимка понял, что обнаружен и сбросил с себя скрывающие чары не дожидаясь, пока его загонят в угол. В не таком уж и большом помещении прятаться было особенно негде, а топот множества ног и тревожные выкрики моментально наполнили «Тигрицу» от носа до кормы. Как оказалось, за завесой чар прятался ничем не примечательный мексиканец среднего возраста в ничем не примечательной дешевой одежде и с аурой типичного обывателя. Прямо-таки эталон серости и невзрачности, который встретишь на улицах Акапулько и не удостоишь лишним взглядом. И оставалось лишь гадать, сколько сил этот тип затратил, чтобы производить на окружающих подобное впечатление, наверняка сильно облегчающее его работу. — Я пришел к тебе не со злом, а с деловым предложением!

— Излагай, — несколько секунд назад Олег определенно чувствовал угрозу своей жизни, но теперь она полностью исчезла. И не надо было являться оракулом, чтобы понять — почему. Оказавшись раскрытым неведимка мгновенно отказался от своих старых планов, скорее всего предусматривающих быстрое и тихое убийство капитана судна с тем, чтобы завладеть имеющимися у того артефактами, а может быть заодно и поискать ключик от корабельной кассы.

— Твои люди искали информацию о Черном Мигеле… — Олег действительно направил своего учителя фехтования собирать информацию о его более удачливом тезке. Ну а тот прихватил с собой парочку одаренных второго ранга, чтобы испанского аристократа в одной из местных подворотен банально не прирезали. Технически, он мог считаться ведьмаком, поскольку все-таки имел достаточно развитую ауру, чтобы постепенно заряжать артефакты. Вот только как показывала практика, в Акапулько имелись шансы нарваться и на уличного грабителя в ранге подмастерья. А уж пьяные забияки могли иметь и звание магистра…Впрочем, наливаться алкоголем подобные высокие персоны предпочитали там, куда людей с улицы просто бы не пустили. — Но они делали это весьма топорно, и успеха в ближайшее время им точно не достичь. Я же могу продать тебе эти сведения.

— Раз можешь, значит продашь, — согласился Олег, а после поднял руку, успокаивая вломившегося в лазарет Стефана, который одной рукой сжимал шпагу, а второй — двуручный топор. — И сделаешь это с боооольшой скидкой…

Глава 10. О том, как герой заходит в гости с огнеметом, бьется с высокими технологиями и вызывает на подмогу ужасающих созданий

— Добрый день, так понимаю, мой заказ готов? — Утвердительно спросил Олег, проходя через открывшуюся дверь внутрь большого ангара, где пахло гарью, железом и какими-то химиками. Вслед за ним порог перешагнул Шен, у которого под техномагическми доспехами был спрятан большой кошель с золотом. Кроме боцмана по тысяче золотых монет тащило еще три десятка матросов, пока остающихся на улице. Больше шансов, что часть суммы окажется случайно потеряна, но меньше лишиться всей её целиком в случае ограбления или досадной случайность. Обжегшись на молоке чародей теперь предпочитал дуть на воду. Ну и проводить испытания лояльности членов экипажа. Если кто-то сумеет отбиться от группы и исчезнет с доверенными ему финансами, это будет лучше, чем если тот же предатель во сне кому-нибудь из офицеров горло перережет или перед стычкой со своими приятелями выведет из строя алхимреактор.

— О, да вполне. Вон у левой стеночки стоят ваши бойцы, вас дожидаются. Как и договаривались, я прикрепил к их корпусу при помощи винтов дополнительный слой брони и головы почти полностью закрыл съемными шлемами, ну и ноги слегка пришлось утолщить, да тазовый сустав расширить, чтобы дополнительная нагрузка равномерно распределялась. Ой, а что это у вас? — Хозяин одной из мастерских Акапулько в удивлении уставился на конструкцию, состоящую из большого стального баллона, короткого шланга и примерной метрового размера трубы с парой ручек и подобием пистолетной рукояти, рассчитанной под очень большую ладонь. Эту вещь по очереди тащило аж двое матросов, и за время пути пот успел весьма основательно пропитать их одежду.

— Да так, одна из моих маленьких личных разработок. Тяжелый поршневой огнемет. — Олег долго думал, чем и как он мог бы вооружить своих автоматронов, чтобы эффект от их применения в бою был оптимальным. И нашел, как ему казалось, весьма элегантное решение. Конструкция подобного оружия являлась настолько простой, что его получилось собрать прямо на борту «Тигрицы». Герметичный баллон, что может сдержать в себе горючую жидкость под большим давлением, прочный и вместе с тем гибкий шланг, да разбрызгиватель с соплом на конце. Ну и ручной насос в качестве дополнительного аксессуара для зарядки. — Проверять работу отреставрированных вами машин лучше в бою, а получить по голове стокилограммовой кувалдой мне не улыбается.

— Вы хотите использовать огнемет здесь?! Да вы с ума сошли! — Глаза техномага четвертого ранга, которому Олег доверил отреставрировать своих разбитых на части магомеханических бойцов. — У меня же тут полно смазки, краски и других огнеопасных материалов!

— Спокойно, — примиряющее поднял руки Олег. — Для испытаний мы огнемет зарядим самой банальной водой. Я ведь намереваюсь всего лишь свои машины протестировать, а не превратиться в шашлык!

Огня в равной степени боялись и живые, и мертвые, а потому при столкновении на ограниченном пространстве палуб воздушных кораблей пробиться сквозь пламенный вал могли бы очень немногие противники. Конечно, была некоторая опасность, что летательные аппараты могут вспыхнуть, но корпус «Тигрицы» то был металлическим, а небольшой пожар наверняка мог заставить гипотетических врагов поскорее капитулировать. Кроме того невысокая дальность поражения и широкий конус поражения практически идеально подходил к откровенно паршивой меткости большинства магических роботов. Вдобавок если человек-огнеметчик обожжется пламенем — он скорее всего выйдет из строя. Да и дышать ему надо. А стальному гиганту плевать на дым и брызги огнесмеси. Да даже прямое попадание зажигательной пули в резервуар с горючей смесью на спине доставит лишь весьма умеренные неудобства! Конечно, если она не взорвется и если температура горения будет ниже, чем нужно, чтобы быстро прожечь толстый металл и расплавить относительно нежную техномагическую начинку. Однако, при наличии на борту компетентного алхимика подбор состава с подходящими свойствами и изготовление его в нужных количествах являлся лишь делом техники, ну и может быть нескольких небольших экспериментов.

Потратив немного времени на то, чтобы нацепить на выбранного из строя наугад автоматрона наполненное водой оружие и заставить его запомнить принципы обращения с ним, Олег решил перейти к испытаниям восстановленной машины. Проще говоря, к драке. Конечно, добровольно вступать в поединок с магическим роботом, в разы более тяжелым и крупным чем человек было немного опасно…Но именно немного. Интеллектуальных способностей даже самых примитивных из этих созданий, основой личности которых служил оттиск человеческой души на специально подготовленном артефакте, вполне хватало, чтобы понимать концепцию тренировочных поединков и воздерживаться от нанесения летального урона. Ну а парочку случайных переломов или даже проломленный череп Олег бы пережил без особенных проблем. А кроме того для подстраховки он перед отправлением в мастерские запас немного энергии при помощи своих топоров-вампиров. Обезглавленным им свиньям все равно светило оказаться в солдатском котле, а так хотя бы их жизненная энергия даром не пропала.

Когда прозвучал сигнал к началу боя стальной гигант более чем двухметрового роста сразу же направил на чародея толстую широкую трубу, что соединялась шлангом с большим баком, который машина несла за своими плечами. Олег попытался при помощи своего дара ощутить его техномагическую начинку и внести в её работу помехи, но на корпусе машины тускло засветилась цепочка из четырех рун, и магия словно наткнулась на какое-то густое вязкое облако, которое размывало отклик и тем мешало захватить контроль над объединенной в единое целое системой сложных артефактов. Вырвавшаяся из дула оружия под огромным напором вода почти хлестнула Олега словно плеть, но чародей просто поставил на её пути нечто вроде нематериальной наклонной пластины, по сути представляющей из себя телекинетическую проекцию, и вся жидкость ушла далеко в сторону. Тогда волшебное подобие робота-андроида чем-то щелкнуло в рукоятке своего оружия, и вместо одного сокрушающего потока воздух разрезало несколько десятков тонких струек, которые заполнили все вокруг тысячами брызг. Переведенные в максимальный режим работы защитные артефакты образовали вокруг своего владельца купол из абсолютно сухого пространства, однако долго удерживать этот дождик они бы смогли. Понимая, что вечно защищаться от подобной атаки не получится и не желая промокнуть, чародей со всей доступной ему скоростью побежал вперед, прямо на своего противника. И разделяющую их дистанцию в виде трех десятков метров он преодолел едва ли за пару секунд.

Стальной гигант протянул свободную от оружия руку к Олегу, пытаясь схватить его металлическими пальцами, но чародей легко уклонился от атаки, буквально сместив свое тело на полметра в сторону при помощи левитации. Причем проделал он её даже без помощи вшитых в тело артефактов, просто телекинезом себя куда надо передвинув. А после оказавшийся вплотную к человекообразной машине волшебник с размаху ударил прыгнувшим в руку топором по корпусу автоматрона со всей силой, на которую он был способен благодаря набранной инерцией и мышцам, заблаговременно усиленным при помощи заклятий допинга из арсенала магов-целителей. С громким скрежетом и ощутимым сопротивлением лезвие смогло пропороть стальное тело, однако оставшаяся после него для гиганта являлась лишь легким неудобством. Доказательством стала попытка не то отбросить надоедливого волшебника, не то сбить его корпусом, проделанная при помощи шага вперед. Вот только синхронно с этим движением Олег качнулся назад, шлепнув по корпусу вблизи дыры пустой ладонью и еще разок попытался ощутить техномагическую начинку этого своеобразного робота. На сей у него это получилось практически без проблем, если не считать некоторого неудобства, вызванного необходимостью уворачиваться от удара металлическим локтем. Но попытки сопротивления уже ничего не могли изменить, воля Олега заставила просто остановиться значительную часть систем автоматрона…И это едва не оказалось самой опасной частью схватки. Потерявший равновесие искусственный гигант рухнул вниз и едва не задавил чародея, который с большим трудом смог удержать тяжеленное стальное тело от того, чтобы то с размаху брякнулось на землю.

— Боюсь, я не могу признать вашу работу удовлетворительной, — вынес свой вердикт Олег, разворачиваясь к хозяину мастерских, где занимались восстановлением наиболее серьезно пострадавших автоматронов, починить которые чародей не мог из-за отсутствия необходимых деталей и станков. — Да, корпус достаточно прочный, а сама машина двигается, слушается приказов, принимает самостоятельные решения касательно оптимального выполнения поставленной задачи…Но почему она такая медленная?!

— Так вы же сами хотели дополнительный слой брони, — с преувеличенным удивлением посмотрел на него мастер. — Вот из-за лишнего веса более тяжелые машины медленнее двигаются. Ну, я же говорил про то, что пришлось чуть-чуть тазовый сустав переделать…

— Дополнительный обвес у них расположен на туловище и голове! Ноги, ну черт с ней, с упавшей скоростью передвижения при помощи ног. Это я еще могу понять, да и бегунами автоматроны изначально были сильно так себе! Но почему руки то вдруг стали двигаться так, словно эта машина неделю бухала или у неё там все суставы проржавели?! — Олег в первую очередь желал оснастить дополнительной броней те части машин, при повреждении которых они могли выйти из строя раз и навсегда. Конечности же для волшебных роботов являлись глубоко вторичными, хоть все сразу оторви — ремонт останется возможен. Причем собрать новый манипулятор или ногу чародей и штатные техномаги «Тигрицы» смогли бы и сами, пусть даже закупившись некоторыми деталями. — И чего за дрянь вы навертели в качестве защиты от перехвата управления? Нет, помехопастоновщик или как там правильно называется тот рунный контур, это вполне неплохо. Но где само сопротивление силе вражеского техномага?!

— Так ты ж носился как бешенный, за тобой бы не каждая стрела угналась. Куда такую прыткую цель машине рукой то поймать?! А скорость реакции, защита от взлома и прочие показатели автоматрона полностью соответствуют стандартам армии США, — запротестовал хозяин мастерской, угрюмо взирая на проблемного клиента. Облаченный в не самую нарядную, но зато весьма практичную джинсовую униформу, кое-где покрытую подпалинами и пятнами смазки, этот гладко выбритый мужчина лет сорока на вид производил впечатление крепкого профессионала. Вот только то ли актерское мастерство ему давалось лучше, чем технические навыки, то ли он просто подумал, будто маг из далекой дикой России в высоких технологиях этого мира разбирается из рук вон плохо и потому решил схалтурить. И Олег склонялся ко второму варианту, поскольку успел оценить уровень этой мастерской еще в первую пару посещений, когда размещал заказ и когда приволок сюда остатки тяжело поврежденных автоматронов.

— Я платил не за тяп-ляп ремонт, а за полное восстановление и модернизацию. Даже привел для этого пару функционирующих машин в качестве наглядных пособий и образцов для сравнения, а также принес все имеющиеся части от безвозвратно уничтожены машин. И не надо тут рассказывать сказки про стандарты армии США, которые кстати не такие уж и высокие. Мне предлагали купить списанных армией автоматронов, знаю о чем говорю. — Правда, Олег мог приобрести далеко не лучшие экземпляры, а скорее наоборот. То, что стоило утилизировать, пока оно само не развалилось. Автоматроны после своего создания могли либо постепенно развиваться, в итоге становясь разумными существами, либо медленно деградировать, утрачивая и без того невеликий разум и скопированные с человека-донора умения и инстинкты. Вот от последних то интенданты и избавлялись, пока эти отупевшие до неприличия и едва-едва шевелящиеся болванчики окончательно не превратились в металлолом или не перепутали солдат с органическими отходами, которые надо запихать в мусоросжигатель. Понятное дело, из подобных магических роботов изымалось все ценное, что в них имелось, если только они могли продолжать без него хоть как-то функционировать. — Кстати, а давайте ка откроем этого бравого железного парня. Мне вдруг стало интересно посмотреть на его внутренне устройство и проверить, а из серебра ли сделаны примыкающие к сердечнику детали, или же там обычная медь использована.

— А вот оскорблять не надо. Я может и не достаточно великий мастер, чтобы заставить этих стальных громадин дрыгать ножками и ручками столь же резво как танцовщицы ночного варьете, но дело свою знаю. И на запчастях не экономлю, все равно ж клиент за все платит, — еще более недовольно проворчал мастер и поманил пальцем с ближайшего верстака набор инструментов, которые повинуясь его воле стали развинчивать корпус. Телекинез был очень универсальным магическим навыком, от которого пользы в быту имелось даже больше, чем во время схваток. — Да и защиту от перехвата контроля усилить можно, чего уж там, пусть это и излишний расход энергии. Среди кровососов хороших техномагов отродясь не водилось, да и вообще специалисты вроде нас птицы редкие и в бой, особенно в ближний бой, как правило не лезут…Ну, вот! Любуйтесь! Качественные камни, чистое серебро, а где надо, там и золотых проволочек не пожалели!

— Так, подключения к сердечнику и в самом деле вроде сделаны неплохо. Да и сеть энерговодов выглядит вполне качественной. Синтетические мышцы не сказать, чтобы совсем новые, но и не из крохотных обрывков склеены. До следующего ремонта должно хватить, а его скорее всего ждать долго не придется. Накопители мутноваты, но черт с ним, количество в данном случае замещает качество. — Раскрытый на спине корпус автоматрона позволял полюбоваться его механическое нутро, главной частью которого являлся сердечник, выполняющий вопреки своему названию не функции перекачки жидкости или энергии по искусственно телу, а скорее являющийся аналогом сразу и головного мозга, и позвоночного столба. Правда, сейчас был виден по большей части лишь его защитный футляр из прочнейшей стали, к которому через крохотные и идеально выверенные отверстия крепились жилы, цепочки и провода входящих или выходящих энерговодов. С внешней стороны к этой полой трубке, начинающейся примерно от середины груди и продолжающейся до верхней части шеи, крепились во множестве драгоценные камни низкого качества, которые и запасали в себе энергию, нужную конструкту для функционирования. Их младшие братья, которые люди ценили меньше и потому засовывали внутрь волшебных машин чуть ли не мешками, были с внутренней стороны инкрустированы либо в корпус, либо в боковые части механизмов из шестеренок, поршней и синтетических мускулов, весьма достоверно имитирующих работу опорно-двигательной системы человека. — Так, проверим ка вот эту цепочку на излом…И вон ту жилу тоже. Хм, странно. По плотности нормальному техническому серебру вроде соотвествует. Поверхностного напыления, пустот или вкраплений инородных металлов не обнаружено.

На первый взгляд все действительно выглядело более чем прилично, вот только Олег был уверен в том, что если хорошо поискать, какие-то дефекты он здесь найдет. И это говорил даже не его дар оракула, а всего лишь банальный опыт человека, который несколько месяцев только тем и занимался, что чинил технику поломанную на фронтах Четвертой Мировой Войны. Понятное дело, он был довольно быстрым по меркам простых людей. И некоторое снижение качества машин после практически полной поломки и реставрации не в той же мастерской, которая их выпустила, было вполне естественным по меркам этого мира с его отсутствием унифицированных международных стандартов. Но слишком уж велика оказалась разница между тем, как автоматрон работал раньше и нынешним его уровнем эффективности.

— Ну? Убедился? — Техномаг пытался говорить презрительно, но вот капитану «Тигрицы» упорно чудилось в его голосе некоторое облегчение. И вместе с тем слова хозяина мастерской вдруг стали казаться на редкость убедительными, в них очень хотелось поверить. Вот только этот тип не знал, что сопротивляемость Олега ментальной магии еще в училище приводила попов в крайне печальное настроение, граничащее с тихим бешенством, ибо просто заставить его покаяться на обязательной исповеди во всех совершенных грехах и неположенных мыслях у них не получалось. — Давай подписывать акт о приеме работ…

— Подожди, — непреклонно помотал головой чародей, окончательно уверившись в том, что его хотят обмануть. И будто бы случайно положил обе руки на свой пояс, где у него висели и зачарованные топоры, и крупнокалиберный револьвер. А еще сделал пару шагов назад. Поближе к группе из трех десятков вооруженных до зубов матросов, без которых капитан «Тигрицы» отныне свое судно в Акапулько зарекся покидать, даже если хотел отдохнуть от стряпни кока и шел в ближайшую булочную. — Продолжаем демонтаж. Освобождай сердечник!

— Сдурел?! Достать то его можно быстро, но чтобы потом обратно все подключить, часа три уйдет! Делать мне по-твоему больше нечего, что ли?! — Возмутился техномаг, уперев руки в бока, с грозным видом шагая вперед и пытаясь наслать на Олега неуверенность. А тот делал вид, будто на него эта ментальная магия действительно сильно влияет и потихоньку пятился к своим солдатам, заодно оглядывая мастерскую и пытаясь понять, стоит ли прямо сейчас идти на обострение конфликта или сначала нужно за остальной частью команды сбегать. — Забирай своих железных болванов, плати мне остаток денег и уматывай отсюда к чертовой матери! Ты меня своими подозрения уже до самых печенок достал!

Внутри ангара было довольно много всякой разной техники, которая могла бы стать лучшим щитом и мечом для владельца мастерской, однако серьезных систем безопасности Олег так и не обнаружил. У входа, как раз за спинами матросов с «Тигрицы», располагался пилотируемый голем пятиметрового роста, почти царапающий верхушкой потолок строения. Но пустой, о чем отчетливо намекали раскрытые пластины на груди, открывающие вид на кресло пилота. Пробраться в его кабину стало бы тем еще приключением, и пусть даже начальник мастерской наверняка мог управлять своей техникой дистанционно…Но он вряд ли сумел бы одновременно и делать это, и отбиваться от рассерженного клиента с двумя зачарованными топорами. Людей, рабочих и учеников, внутри имелось около десятка. Причем оружия почти никто с собой не таскал, хотя сейчас многие и с интересом наблюдали за перепалкой техномага и его недовольного клиента. Вдоль правой стены громоздились разнообразные верстаки, у левой стояли деактивированные автоматроны самого Олега. Дальняя часть помещения была перегорожена кирпичной стеной, в который были проделаны небольшие ворота. Очевидно, там находился склад материалов, помещения для отдыха и прочие подобные помещения. Однако, ведущий туда проход имел едва ли два метра в высоту, а следовательно с той стороны не должно было находиться каких-нибудь волшебных роботов и прочей боевой техники. Под геометрическим центром потолка висела конструкция, состоящая из длинного решетчатого ствола, большого плоского диска, нескольких поворотных шарниров и линз, очевидно являющаяся пулеметной турелью, управляемой при помощи магии. Или вообще имеющей своеобразный искусственный интеллект в виде какого-нибудь подселенного духа. Эта штука имела хороший сектор обстрела, но Олегу казалась какой-то не очень надежной, поскольку даже если её прикрывают магические щиты, всегда можно обвалить участок потолка, к которому техномаг прикрепил свое творение. Пол оказался залит бетоном, который регулярно подметался. Спрятать там еще парочку выдвигающихся оборонных систем теоретически стало бы решаемой задачей, но прицепить их повыше подобно находящейся на виду турели оказалось бы в разы проще.

— Шен, зови стражников! Скажи им, что наше имущество было испорчено мастером, и мы требуем официального разбирательства! — Олег при помощи телекинеза открыл дверь, и им же толкнул боцмана в нужную сторону. Может магическими талантами китаец и не блистал, но его броня стоило не одну тысячу золотых, и сама по себе служила неплохим доказательством статуса данного человека. От требования содействия, его если озвучит подобная персона, представитель городских властей просто не посмеет отмахнуться. Ну а если вдруг чародей все же ошибается, то так и быть, заплатит штраф за ложный вызов. Главное, первым оружия в конфликте не применять и, желательно, не дать сделать этого же владельцу мастерской. Которого, если пройдет как надо, капитан «Тигрицы» сегодня оставит без штанов. Или как минимум без большей части мастерской. — А ты не дергайся, а освобождай сердечник. Все равно ведь это случится.

— Что ты себе позволяешь… — Слова замерли в горле техномага, поскольку Олег вдруг резко сократил дистанцию, метнувшись вперед при помощи мускул и левитации. И, лишь на мгновение задержавшись, когда продавливался через магический щит, со всего размаху наступил хозяину мастерской на ногу.

— Только дернись, — пообещал он ему с милой улыбкой маньяка, барабаня пальцами по рукоятям топоров. — Тогда я вспорю тебе грудь и вырву сердце. И меня оправдают. Потому, что ты подменил новые сердечники моих автоматронов на какое-то старье. А значит не просто решил ограбить клиента, но и подставить его под удар в первой же стычке с врагом.

— Да ты сбрендил! — Лицо техномага очень заметно побледнело, стремительно покрываясь потом. И ему действительно было чего бояться. Плохо выполненная работа это одно дело, а вот подмена дорогого артефакта другим, более дешевым — совсем другое. За подобные фокусы зачастую отвечать приходится не кошельком, а головой. Особенно в населенном пункте на границей с Империей Крови, где градообразующим бизнесом является охота на высшую нежить. И дело было даже не столько в Олеге, просто если информация об его махинациях разойдется, то каждый авантюрист, бывший здесь клиентом задумается, а провернули ли с ним нечто подобное. И постарается проверить свою технику. Если не найдет ничего предосудительного — хорошо, но вряд ли русский боевой маг оказался первым, на ком пытались нажиться. А если машина уже оказалась уничтожена в бою, то наверняка гипотетический охотник на нежить обвинит в неудаче не себя любимого, а подложившего ему свинью техномага.

— Вот и проверим, — еще шире улыбнулся Олег. — Отличить старые сердечники от новых я смогу. На моих машинах, кстати снабженных всеми необходимыми документами, они практически идентичные, полученное от одного и того же производителя. А еще сделанные меньше года назад, мягкое золото их основы просто не успело бы покрыться царапинами от подключения энерговодов. Но сердечники старых автоматронов, которые уже отработали свое, наверняка исчерканы царапинами вдоль и поперек после ремонтов и техосмотров, даже если имеют примерно ту же форму.

Под потолком с негромким скрежетом провернулась турель…Но стрелять она не могла. Вернее, могла, но тогда бы и сам хозяин мастерской рисковал превратиться в решето, поскольку русский боевой маг был к нему слишком близко. И уж кем-кем, а желторотым новичком, от которого можно голыми руками отмахаться, обманутый клиент точно не выглядел. Как и его люди. В случае начала конфронтации выживание хозяина мастерской не являлось гарантированным. Но даже сумей он победить в битве, то причина схватки неминуемо выплыла бы наружу. А стоило слухам разойтись по Акопулько, и этому излишне жадному умнику пришлось бы уезжать из города. И как можно быстрее, пока его не линчевали.

— Слушай, русский, не надо доводить до крайностей. Давай договоримся, — Техномаг стиснул зубы, явно с трудом удерживаясь от того, чтобы начать изрыгать ругань или оскорбления. А глаза его нет-нет да и с ужасом косились на входную дверь, через которую в ангар вот-вот могли заявиться создания, которых хозяин мастерской сейчас боялся больше всего на свете. Стражи порядка. До их прибытия все еще можно было попытаться свести к недоразумению, а вот после один вариант возможного будущего для него становился хуже другого. — Я верну тебе аванс и поставлю на место все сердечники. Прямо сейчас вот поставлю, прямо в твоем присутствии, даже если на это целые сутки уйдут. И золота дам. Три…Нет, четыре тысячи!

— Маловато будет за попытку испортить такое количество автоматронов, от которых зависит судьба моего корабля. Разница между старой деградирующей машиной и новенькой прямо из мастерской составляет где-то около трех тысяч долларов, и это всего за один конструкт. А еще ведь надо будет про компенсацию за моральный ущерб не забыть. — Нагло усмехнулся Олег, уже понимая, что теперь он хозяин положения и может выдавить из наглого техномага все соки. — Нет, ты конечно можешь дождаться стражи и официального судебного разбирательства…Думаю, в тюрьме тебе даже безопасней будет. Там, по крайней мере, благодарные клиенты не достанут. А может и достанут, если потеряли в бою кого-нибудь близкого по вине недостаточного качества работы машин, что побывали в этой мастерской.

— Ладно, хватит! Хватит, черт бы тебя побрал! — Лицо хозяина мастерской перекосило от гнева. — Чего ты хочешь?!

— Твои станки, — сама мастерская Олегу в общем-то понравилась. При помощи находящегося здесь оборудования не обделенный технической смекалкой и прямыми руками человек мог сделать очень многое. А уж в России она и вовсе бы сошла за маленький завод. — Все твои станки…А также имеющийся запас деталей и прочего сырья. Целиком.

Глава 11. О том, как герой встречает почти неубиваемого врага, дремлет на солнышке и занимается пытками с комфортом

Вздымая настоящие фонтаны песка, на Олега неслось нечто, что ветеран Четвертой Мировой Магической Войны даже идентифицировать то сразу не смог. Однако, это не помешало чародею поприветствовать излишне прыткое скопление лап, рук, ног, пастей и щупалец струей пламени, достаточно горячего, чтобы сжечь любую плоть…Любую нормальную плоть ибо то, из чего состояла эта тварь, может быть и истекало слизью и ихором, но вот гореть категорически отказывалось. И конвульсивно дергаться от электрического тока. Длинная толстая молния, запущенная Якобом, выжгла несколько самых крупных глаз, однако остальные даже не прищурились. Топоры против этой туши, весом тонны в три, тоже вряд ли бы оказались эффективным оружием. Ну, то есть они могли бы её убить, но вряд ли справились бы с подобной задачей достаточно быстро. Уклоняться было опасно из-за непредсказуемой длины конечностей и ловкости данного существа, но волшебник всегда мог взлететь. Вот только за спиной у него находились матросы, которые не имели возможности прибегнуть к подобным маневрам. А потому Олегу пришлось импровизировать, и за оставшиеся у него мгновения он не придумал ничего лучше, чем при помощи телекинеза подобрать с пляжа два самых толстых обломка, которые только имелись поблизости и под наклоном упереть их в песок перед прущей на него тварью.

Монстр не мог не заметить деревяшки на своем пути, поскольку у него было вполне достаточно глаз, чтобы смотреть во все стороны сразу и с разных ракурсов. Но он все равно налетел на это препятствие, тараня его торсом, что представлял из себя безумную мешанину плоти, где чешуя и ороговевший панцирь могли соседствовать с участками обнаженного мяса и вполне человеческой на вид женской грудью. Один из деревянных обломков почти сразу же сломался почти у самого основания, но второй, кажется представляющий из себя обломок мачты, под напором чудовища с одной стороны и удерживающей его в наклонном положении воли чародея с другой зарылся глубоко в песок, пусть и сдвинувшись намного ближе к людям. А потом плоть твари не выдержала создаваемого на неё давления и прорвалась, пропуская внутрь тела монстра импровизированное копье. И чтобы продолжить путь надо было либо сняться с него, либо сломать эту особо крепкую и крупную занозу, либо разовраться на две части.

— Крепкий, зараза! — Пока Олег искал чем бы притормозить почти неубиваемую тварь, его спутники отнюдь не бездействовали. Стефан используя артефакты своего доспеха поливал монстра воздушными иглами и лезвиями, украшая безумное месиво плоти многочисленными дырками и порезами. Ну а матросы, причем как стоящие за спинами чародеев, так и оставшиеся на борту «Тигрицы» активно принялись поливать чудовище свинцом. Не то, чтобы это хорошо помогало, но по крайней мере град пуль и созданные при помощи волшебства по-видимому чуть ослабили и замедлили выскочившую из обломков судна тварь, сбивая её с толку, отвлекая и заставляя её тратить часть сил на регенерацию пострадавших органов. А иначе бы Олег мог и не успеть притоморзить это немыслимое переплетение непонятно как держащихся вместе кусков тел совершенно разных существ.

— Все в стороны! Не загораживайте пушкам траекторию выстрела! — Рявкнул Олег, поспешно отбегая подальше. Единственная причина, по которой монстра еще не перемололо ядрами в фарш, заключалась в том, что канониры могли поразить людей вместо твари. — И приготовить гранаты, если он…

С хрустом монстр сломал обломок мачты и снова помчался вперед, не обращая внимания на застрявшую в центре туловища деревяшку. По которой, кстати, уже поползли вперед кровеносные сосуды, шматки мышц и маленькие кости, по всей видимости пытавшиеся полноценно ассимилировать сей предмет в организм данной отвратительной мерзости. Парочка гранат полетела чудищу под лапы, но к сожалению тварь двигалась слишком быстро, и они разорвались уже после того, как она успела их миновать. А ударная волна и осколки на неё впечатления произвели даже меньше, чем пули. Одна за другой плюнули ядрами четыре пушки с борта «Тигрицы», однако все ядра пролетели мимо цели! Два прошло выше, одно зарылось в песок прямо перед носом и последнее пусть и чиркнуло мимоходом бок цели, но всего лишь оторвало от него нечто вроде очень большой птичьей лапки, из которой вдобавок к когтям осьминожье щупальце росло. Но когда Олег уже начинал морально готовиться к потерям в только-только укомплектованной команде, поскольку монстр почти добрался до одного из матросов, почему-то отбежавшего от места стычки совсем недалеко, в тварь выстрелила левая носовая турель. И попала, причем почти точно в центр всей этой бессмысленной мешанины плоти, произведя на неё примерно такой же эффект, как хороший пинок от профессионального атлета на слишком наглую дворовую собачонку, попытавшуюся его тяпнуть.

— Охренеть, да как оно еще живо?! — Во весь голос изумился Стефан, наблюдая за немыслимой мешаниной из мяса, крови, мускулов и органов, что рассыпалась по пляжу в полусотне метров от них. Но тем не менее, чудовище все еще было живо и медленно стягивалось в одну кучу. И даже вполне целеноправленно пыталось двигаться по направлению к людям, пусть и со скоростью престарелой черепахи, хромающей на все четыре лапы. — И что это такое вообще?!

— Демон, — в один голос сказали Якоб и Олег, а после переглянулись. Тем временем парочка матросов из тех, кто мог похвастаться наиболее накаченными мускулами рук и плечевого пояса, метнули в чудовище зажигательные гранаты. Вот только пылающая огнесмесь, покрывая содрогающуюся пульсирующую плоть, тоже не оказала чудище видимого эффекта. Похоже, температура была недостаточной, чтобы причинить ему вред, даже с учетом того, что весь внутренний мир твари был обильно раскидан по пляжу. А может данное существо просто принципиально не поддавалось пламени, хотя подобного свойства следовало скорее ожидать от какого-нибудь ифрита, а не груды непонятно как сросшихся в единое целое конечностей или органов…

— По ауре же видно, — сказал казак, одетый в сделанную явно на заказ под его нестандартные габариты куртку из кожи ярко-алого цвета и такие же штаны. В руке аэромант сжимал жезл примерно тридцати сантиметров длинной, а кроме того был буквально увешан разнообразными кинжалами, нацепив их на себя штук двадцать одновременно. — Очень уж она у этой штуки характерная.

— Действительно, — согласился Олег, который вообще-то в умении читать ауры и отметки на них серьезно уступал большинству других чародеев. Не то, чтобы у него не было для этого способностей, просто опыта не доставало. И времени. Хотя бы пара свободных часов у волшебника имелась далеко не каждый день, а когда он все-таки мог заняться саморазвитием, то всегда находились задачки поактуальнее. Однако, некоторые общие моменты в строении энергетических оболочек живых и неживых существ подмечать он волей-неволей наловчился. И у монстра, что одним своим существованием нарушал законы биологии, верхние слои ауры бурлили и дрожали, конфликтуя с энергиями этого мира. Или, вернее, этого слоя реальности? Олег был полностью уверен, попади чудовище в его родное измерение, и надолго он там не задержится, даже если рядом не окажется никого, кто был бы способен его убить или изгнать. Либо вернется обратно на свою родину, откуда его призвали, либо в конце-концов сдохнет. — Вопрос в том, кто призвал сюда эту пакость, стоило лишь нам приземлиться?

— Найдем, — многообещающе протянул Стефан, наблюдая за тем, как успешно собравшийся в единое целое монстр снова начинает брать разгон. Вот только стоило ему проползти два метра, как его нарыли артиллерией. Снова вели огонь всего четыре пушки, но на сей раз промазала только одна из них. И безумная мешанина плоти оказалась отброшена назад, вибрируя словно холодец. Переварить три тяжелых и горячих железных мячика оно может и могло, но явно не мгновенно. Матросы практически перестали стрелять и вместо пустого перевода патронов стали подниматься обратно на корабль по сброшенным трапам. Пули, очевидн, причинить вред этому чудовищу просто не могли. — Меня больше интересует, сколько боеприпасов нам придется потратить на эту чертовщину, прежде чем она успокоится.

— Лили, приготовь кислоту! — Олег совершенно точно знал, что у оставшейся на борту корабля эльфийки есть запас из нескольких десятков литров крайне едкой жидкости, нужной той для каких-то алхмических преобразований. Он был очень сильно удивлен её ценой, когда просматривал расходные документы. — Если уж его расчленение и растворение не возьмет, то нам останется только улетать. Мы вряд ли сможем испортить энергетическое тело этой твари.

— Кажется, столь экстремальные меры все-таки не понадобятся, — покачал головой Якоб, наблюдая за вновь двинувшимся вперед монстром. — Смотри, его уже выдавливает обратно…

Тварь исчезала, будто теряя все краски и одновременно с этим становясь нематериальной. Там, где её лапы или щупальца касались пляжа, оставались лишь небольшие вмятины, вместо глубоких ям, а случайно поднятого в воздух от её движений песка стало на порядок меньше, чем раньше. Пара секунд и монстр окончательно ушел обратно на привычный ему план бытия, как делали это все демоны, что не смогли закрепиться в привычных людям слоях реальности. От него осталось только несколько оторванных попаданиями ошметков плоти, да лужицы крови и слизи, что после отделения от основного тела лишились почти всей энергетики, а потому стали практически инертными. И на них коршуном с борта тигрицы бросилась эльфийка, вооруженная длинными щипцами, совочком и множеством герметичных сосудов, куда Лили принялась стремительно распихивать все остатки исчезнувшего демона. По всей видимости она полагала, что эти трофеи сгодятся ей в качестве алхимических реагентов.

— Ну, чего теперь? — Стефан покрутился туда-сюда, осматривая пляж, близлежащий участок океана и ясное синее небо, однако ни на земле ни в воздухе противник им не был обнаружен. Единственным местом, где мог бы скрываться враг, оставался остов небольшого судна, выброшенный на берег. — Пойдем смотреть, где тот оборванец, который нам белым флагом махал?

— Ну, можем и сходить, — Якоб достал один из своих кинжалов и поковырялся им под ногтем, куда непонятно когда успела грязь попасть. — Но сдается мне, ничего и никого мы тут не найдем, кроме груды гнилых дров и отработавшего свое призывного контура. Ловушка это была. На таких же как мы доверчивых идиотов, что завидят потерпевшее крушение судно и высадятся, чтобы выжившим помочь.

— Возможно, — согласился Олег, хотя внутренне был согласен с низкорослым казаком целиком и полностью. — Однако, не отреагировать на такой сигнал мы тоже не могли…Ну, вернее могли, но это было бы неправильно. Здесь, на самой границе с Империей Крови, потерпевшие кораблекрушение почти не имеют шансов добраться до населенных мест самостоятельно.

— Полагаю, вампиры считают, что это уже не Мексика, а их собственные владения, если такие вот ловушки на границе расставляют, и убирать их некому. — Фыркнул Стефан, направляясь к разбитому корабельному остову. — Ну а то, что карты говорят иначе…Сдается мне, их составители не советовались насчет точных линий со своими кровососущими немертвыми коллегами.

Подозрения Якоба оправдались на все сто процентов. Полуразбитый остов небольшой рыбыловецкой шхуны, который до сих пор слегка пованивал тухлой селедкой хотя явно находился на берегу не первый месяц, не содержал внутри себя никого живого. Даже крабов или какой-нибудь прочей мелкой живности не было. Вероятно, их отпугивали магические эманации, испускаемые небольшой пирамидкой из почерневших костей и черепов, размещенный внутри одной из самых уцелевших кают. Причем он был слегка теплым…Очевидно, еще совсем недавно останки выглядели несколько лучше, но когда это творение на стыке некромантии и демонологии выполнило свою задачу, почувствовал рядом людей и призвав им на погибель довольно сильного демона, то компоненты жуткого артефакта разрушились от нагрузки.

— Ни золота, ни камней… — Несколько расстроено пробормотал Стефан, когда Олег с безопасной дистанции при помощи телекинеза разворошил обугленные кости. — Да тут вообще нет ничего ценного. Даже старых драных парусов и тех не осталось. И гвозди из досок кое-где вырваны.

— Выгрызены, — поправил его Якоб, указывая на участок палубы, до сих пор хранящий отпечатки больших зубов. — Вампиры сами работать не любят, в их обществе это считается постыдным. И живых рабов на боевые задачи берут из тех, кто предназначен на убой, а они очень плохие работники. А потому такую вот малоценную добычу для них в основном собирают упыри из тех, которые постарше и посообразительнее. Некоторые даже оружием могут пользоваться, пусть даже куда больше они любят пускать в ход свои клыки или когти.

— Без разницы, кто отсюда все выгреб. Вампиры, упыри, да хоть призраки, — пробурчал Олег и внезапно осознал, что правилен именно последний вариант. Духи убитого экипажа помогали грабить собственное судно, прежде чем исчезли все, кроме одного. Капитан рыболовецкой шхуны, бывший при жизни слабеньким магом первого ранга, остался привязанным к костяной пирамиде, испытывая постоянные страдания на протяжении долгих месяцев. А избавился он от них только теперь, когда выполнил поставленные перед ним задачи, сумев привлечь к разбитому остову судна живых людей и активировав призыв демона, став его первой жертвой. Эктоплазму прибывшая из нижних пластов реальности омерзительная тварь пожирала лишь с немного меньшим аппетитом, чем живую плоть. — Главное, нам тут взять совершенно нечего, а потому пойдемте уже отсюда.

Улететь с пляжа сразу же, тем не менее, не получилось. Закончившая собирать отлетевшие от демона кусочки Лили присмотрелась как следует к местным водорослям, а потом прямо в одежде полезла в воду. И наотрез отказывалась оттуда вылезать. Еще и десяток матросов себе в помощь затребовала и не успокоилась, пока они под нё руководством не доставили на палубу целый стог этой морской травы.

— Ну и чего в этом сене такого особенного, что ты в него вцепилась обеими руками, хотя банки с прахом вампиров в нашем трюме презрительно игнорируешь? — Полюбопытствовал Олегу у эльфийки, пока та раскладывала водоросли на досках, чтобы те под жарким тропическим солнцем быстрее просохли.

— Прах вампиров, безусловно, очень ценный алхимический реагент, но мне банально не хватает навыков, чтобы использовать половину его свойств. — Ответила девушка, не прерывая своего занятия. — Ну а вторая нам банально не нужна или, во всяком случае, я так думаю.

— Он же вроде бы в производстве наиболее мощных зелий лечения пользуется, — попытался припомнить чародей. — А нам бы такие составы собственного производства очень пригодились. Да и с продажей их никаких проблем бы не предвиделось, подобный товар в любой части света с руками оторвут.

— Все верно, сильнодействующие зелья, способные спасти раненного — дорого стоят. И делаются в том числе и из праха вампирв, — согласилась девушка. — Вся алхимия в общем-то строится на том, что часть тела существа сохраняет некоторые свойства этого существа даже после своего отделения. И их, если постараться, можно не только использовать, но и усилить…Но чтобы приготовить зелье высшего исцеления или там микстуру взрывной регенерации, мне помимо понадобится кто-то, кто сможет получившийся состав быстро напитать большим количеством праны. А у нас на корабле нет мага крови, химеролога или мастера телесной мощи…Эм…Как вы их в России называете? Богатыри?

— Да, все правильно, — согласился Олег, который до этого даже как-то и не думал, что маги-рукопашники оказыватся находятся в довольно близком родстве с магами крови и химерологами. Хотя в общем-то и те, и другие специализируются на том, что заставляют живые тела совершать настоящие чудеса при помощи магии. Только одни чужие, а другие — свои собственные. — А разве я не сгожусь?

— Сгодишься, как и я сама в принципе, — пожала плечами девушка, раскладывая очередную охапку водорослей. — Но это будет перевод высококачественных ингредиентов на весьма посредственный продукт, поскольку нам не хватит праны. И качество её тоже очень важно. Жизненная энергия же не вся усвоится, большая часть потеряется в процессе, да и ослабнет…Но пяток флаконов на совсем крайний случай я приготовила. Из того праха, который вроде бы самым молодым вампирам принадлежал.

— Увеличь число таких флаконов до десятка при первой возможности. Нет, до двух, — подумав, попросил чародей, которому потеря части прибыли была не так важна, как возможность быстро поставить на ноги пострадавших в бою или вообще спасти их жизни в случае, котгда целителей на всех раненных просто не хватает. — А какие еще есть в алхимии применения у праха вампиров?

— Первое, и самое простое — приготовление мощного яда на основе некроэнергии. Вот только в таком качестве использовать прах будет только полный идиот, поскольку примерно такую же субстанцию можно будет получить, используя части тел другой нежити. Пусть и более слабую, но проблему концентрации решить не сложно, а всего одного старого матерого зомби хватит на несколько литров вытяжки. — Начала перечислять эльфийка, не отрывая от своего занятия. — Ну, про способность останков вампиров связывать жизненную силу ты уже упоминал. Однако кроме этого, они также могут впитывать в себя и магическую силу, но опять же подобные зелья на их основе делают редко, поскольку есть более дешевые компоненты.

— Ты в состоянии такие приготовить? — Заинтересовался чародей, который пусть и обладал весьма неплохим накопителем в виде посоха, но придерживался мнения, что маны много не бывает. Да и вообще, оружия можно лишиться, и в этом случае маленькая фляжечка с зельем могла бы оказаться очень кстати. Опять же, ценный артефакт Олег кому попало доверить не мог, а вот куда более дешевый состав мог стать хорошим подспорьем для служащих на судне одаренных.

— С кучей довольно неприятных побочных эффектов, поскольку мне не хватит мастерства полностью удалить ядовитые примеси, но да. — Несколько подпортила перспективы применения подобных препаратов девушка. — Также прах вампиров используется в приготовлении стимуляторов, облегчающих магию смерти, метаморфизм, магию тьмы, магию крови…В общем, чем данный кровосос владел, то и облегчающих.

Покинувшая Акапулько «Тигрица» медленно двигалась над морской гладью, отдалившись на расстояние примерно сотни километров от берега. Слишком далеко, чтобы корабль рисковал оказаться случайно замеченным с суши, но вполне достаточно, дабы случайная встреча с иным судном оказалась полностью исключена. Сейчас, если бы летательный аппарат свернул резко к берегу, он бы уже точно оказался бы на территории Империи Крови. И плыть туда или оттуда могли либо особо смелые и беспринципные работорговцы, либо направляющиеся в набег отряды кровососов. Ну, или другие охотники на нежить, однако вероятность подобной встречи статистически следовало признать крайне малой. И даже если она вдруг и произойдет, друг друга борцы с вампирами, скорее всего, опознают по особенностям строения кораблей, мало подходящих для перевозок больших партий живого товара. Из всех имеющихся в Мексике конкурентов Олег испытывал неприязненные чувства только к Черному Мигелю, но наткнуться на этого типа и его галеоны «Тигрица» могла разве только случайно. Судя по полученной информации, этот тип нигде не задерживался надолго и куда именно он направится, не знала даже его команда. Капитан данного отряда ни с кем не делился своими планами, опасаясь предательства. А оно было очень даже возможно, поскольку с подчиненных своих сей маг тьмы драл три шкуры, и нажил немало врагов и просто недоброжелателей. В числящихся за ним грехах гарантированно имелось пиратство, работа на управляющие частью Мексики полулегальные преступные синдикаты и похищения людей. В общем, когда не получалось грабить мертвых, он был очень даже не против поправить свое финансовое положение за счет живых.

— Оп-па, — дремавшего на протяжении последней пары часов Олега разбудил полный скрытого довольства возглас Стефана. А затем сибирский татарин своего друга еще и рукой в бок слегка толкнул, не заметив, что тот уже проснулся. — Посмотри, что у нас на носу корабля творится! Настоящий женский гладиаторский бой!

— Обычная тренировка в полный контакт. В удобной для этого одежде, — на дополнительно огороженном канатами участке палубы сейчас сошлись в схватке две самые красивые женщины на судне. Впрочем, поскольку их всего-то было три, причем одна — людоящер, вступить в конкурентную гонку представительницам прекрасного пола при всем желании оказалось бы особо не с кем. Не то, чтобы Олег был сексистом и отказывал представительницам слабого пола в приеме на работу, но они сами в основной своей массе не горели желанием стать наемницами или охотниками на нежить. То ли условия труда не располагали, то ли процент доживших хотя бы до первой зарплаты… В Акапулько к нему по поводу трудоустройства обратилась всего одна дама, имевшая необходимые навыки для того, чтобы вписаться в экипаж «Тигрицы». Невысокая, но очень жилистая и подвижная девушка, в чьем лице сочетались черты индейцев и азиатов, была волшебницей второго ранга, специализирующейся на воде и ветре. И вербоваться в команду она пришла на костылях, поскольку одну ногу ей успешно оттяпали в стычке с вампирами, а залетный русский боевой маг обещал наименее кабальные условия при лечении в кредит. — И, кстати, чего ты так возбудился то? Голых женских рук не видел? Или коленок?

Вооруженные короткими деревянными мечами девушки ради тренировки оделись в ту одежду, которой не жалко. И которая заодно не стесняла движений и соответствовала более чем теплой погоде, с которой не смог справиться до конца даже ветерок, создаваемый движением судна. Конечно, по местным меркам рубашки и короткие штаны до коленей смотрелись ну очень провокационно, если не сравнивать их с теми моделями нижнего белья, которые больше подчеркивали женское тело, чем скрывали его, однако на Олега большого впечатления подобные наряды не производили. В конце-концов, по меркам его родного мира даже бикини считалось пусть пляжной, но в общем и целом вполне нормальной одеждой. А уж какое количество девушек в самых развратных тряпках или вообще без единой ниточки на теле можно было найти в интернете…

— Совсем у тебя нет чувства прекрасного. Знаешь, тебе надо меньше времени проводить среди автоматронов и той груды железяк, которые мы из Акапулько забрали. Хорошо хоть забрать из той мастерской ты все же сумел не все, а лишь примерно половину оборудования, поскольку теперь совсем уже заработался и скоро на голема будешь походить больше, чем на живого человека, — тяжело вздохнул Стефан, похоже, искренне переживая за своего друга. Олег едва удержался от того, чтобы издать точно такой же звук. Временами стремление сибирского татарина к сибаритскому образу жизни и праздному ничегонеделанью перевешивало всякие разумные границы. А ведь этот мир был очень суров к тем, кто не сможет противостоять его многочисленным опасносям. — Хорошо хоть, с трупами возиться не любишь, несмотря на имеющуюся склонность, а то бы точно следовало брать тебя в охапку и тащить в ближайший бордель, чтобы женским теплом вернуть обратно в человеческий облик…

— О! Ты навел меня на мысль! — Окончательно сбросив с себя оковы дремоты, чародей встал с вытащенного на верхнюю палубы «Тигрицы» потертого дивана, на котором и спал вполглаза, разомлев на солнышке. Погода весьма располагала к тому, чтобы немного позагорать, но все-таки Олег подозревал, что если он разденется до трусов, то это может чуть-чуть поколебать его авторитет среди команды. С другой стороны, доспехи он уже с себя снял, пусть даже они лежали совсем рядом, а если к ним присоединится еще и рубашка, это наверняка будет воспринято нормально. Особенно если сесть в позу лотоса или каким-нибудь иным способом сделать вид, будто он медитирует, то есть занят крайне важным по меркам волшебников делом. — Никуда не уходи, я сейчас!

— На какую мысль? Как-то мне не нравится, как это прозвучало… — Крайне подозрительно осведомился Стефан, сидевший в столь же потертом кресле. У Олега в очередной раз мелькнула мысль о том, что сибирский татарин тоже может понемногу становиться пророком. То ли сказалось слишком тесное общение с оракулом-самоучкой, то ли приживленные части тела от него же… Ведь чародей мог поклясться своим глазом — задуманное им обладателю блестящей на солнце лысины не понравится. Ну, тем который под черной повязкой. И его правое око даже было в кои то веки вполне рабочим, недавно полностью закончив свою регенерацию. Только вышло оно каким-то излишне светочувствительным, требовалось немного времени на адаптацию, прежде чем снова к бинокулярному зрению в дневное время суток переходить.

Через десять минут, когда Олег вернулся из трюма таща в руках небольшой квадратный пакетик из вощеной белой бумаги, а заодно леветируя при помощи телекинеза два крупных ящика наполненных землей, настроение Стефана еще больше ухудшилось. Сибирский татарин понял, что сейчас будет заниматься одной из самых ненавистных для него вещей. Или хотя бы одной из самых скучных. А именно магическими тренировками. Причем такими, во время которых нельзя ничего ломать, а надо долго сидеть на одном месте и не особо отвлекаться на окружающий мир.

— Раз единственной полноценной ветвью магии, которой ты хотя бы немного владеешь, является друидизм, то его мы сейчас и будем развивать! — Обрадовал своего друга вернувшийся обратно на комфортный мягкий диван Олег и уронил на мягкую жирную землю несколько крупных белых семечек. Стефан, однако, его заботы не оценил и застонал так, словно его пытают. — Я пока не прошу, чтобы выращенные тобой растения смогли крушить палубу или разломали свой ящик…Но свежие огурцы на ужин у команды быть должны!

Глава 12. О том, как герой принимает единственно верное решение, первым теряет кровь и выбирается снайпером

— Какого черта?! — Ввалившийся в рубку Олег был крайне злым, весьма грязным, а также чуть-чуть исходил серым паром. С одежды капитана корабля вниз срывались темно-красные капли и влажные бурые ошметки. Сигнал тревоги застал волшебника в тот момент, когда он находился в корабельном лазарете и пытался под руководством эльфийки приготовить зелье из давленных водорослей и консервированного сока какой-то редкой тропической ягоды, которое могло бы облегчить вывод вредных веществ из организма больного, страдающего от интоксикации. Вот только внезапный резкий и громкий звук колокола привел к тому, что волшебник утратил контроль над энергией, влитой в данный состав, и жидкость мигом вскипела, брызнув во все стороны.

— Две костяные галеры, — ответил дежуривший сегодня Стефан, кивая на иллюзию, созданную наблюдательным артефактом. Сибирский татарин польского разлива, разумеется, следил за командным центром корабля не в одиночку, но стоящий за штурвалом и рычагами управления рулевой прилежно изображал из себя безмолвную статую, а от скрывшегося внутри соединенного с телескопом абажура чародея из числа нанятых в Америке техномагов слышались лишь раздраженные чертыхания. Судя по всему, в работе прибора чего-то разладилось, а потому изображение кораблей нежити то размывалось в разноцветное облачко, то снова обретало четкость. — Движутся на восток.

— На восток? — Переспросил Олег, а после озадаченно покосился на иллюзию, созданную установленным в рубке артефактом. Сильно вытянутые вперед корабли с высокими мачтами, на которых болтались обвисшие по случаю безветренной погоды паруса, вспенивали морскую гладь сотнями длинных весел, которые ворочали не знающие усталости руки немертвых. Изображение слабо передавало масштаб, но чародей уже видел суда подобного типа в прошлом, а столь массовые творения вампиров строились по одинаковым шаблонам, которые не менялись сотни лет. Или, скорее, тысячи. — Ох, это плохо…

— Чем? — Не понял Якоб, который вошел в рубку вслед за Олегом. — Да, каждая из этих штук крупнее «Тигрицы» раз в десять, и если мы подойдем поближе и снизим высоту, то они разделают нас под орех…Но летать то они не умеют!

— На борту наверняка есть какие-нибудь летающие конструкты, а то и вовсе алтарь, выстроенный специально для телепортации абордажных групп на малые расстояния. Чтобы перехватывать тех, кто уходит от галер по воздуху и наверняка увозит самое ценное. Но плохо совсем не это, — Олег принялся счищать с себя ошметки водорослей, перемазанных в красном липком соке. Кстати — пахнущем вполне себе приятно, да и на вкус оказавшимся вовсе даже ничего. Возможно, за эти качества он и угодил в рецепт, чтобы пациент не испытывал испытания сплюнуть или даже срыгнуть куда менее приятные компоненты. — Они плывут к побережью, а не от него или вдоль береговой линии. Следовательно, перед нами корабли, которые возвращаются из набега, а их трюмы должны быть забиты живой добычей. Ну и мертвой тоже, все-таки трупы, вернее существа которых можно сделать на их основе, являются основой всей экономики вампиров.

— Не похоже, чтобы эти корабли были сильно пострадавшими в бою, пусть даже паруса все в дырках. На корпусах есть какие-то подпалины и пара светлых пятен, скорее всего являющихся свежими костяными заплатками, но вряд ли полученные повреждения снизят боеспособность вампиров, поскольку время на ремонт у тварей явно было. — Стефан принялся внимательно изучать иллюзии вражеских кораблей в тот момент, когда на пару секунд обретали четкость. И поскольку изображения достаточно детально отражали состояние галер нежити, то его выводы было сложно оспорить. На кого бы не напали эти суда, но без боя их жертвы не сдались. Вот только и серьезного сопротивления оказать налетчикам тоже не смогли. — А уж как быстро сами крововососы восстанавливаются, когда есть возможность сожрать живого человека, все мы тут прекрасно знаем.

— Это верно, если сразу им голову не отрезать или сердце не разорвать в клочья, то любую травму за счет свежей крови в два счета регенерируют. Набираем высоту и уходим отсюда. Сегодня мы встретили врага, который нам не по зубам, — сказал Олег, а потом тяжело вздохнул. Ему очень не нравилось то решение, которое он принял, но в данной ситуации оно было единственно верным. — Против такого врага шансов у нас нет. С одной галерой еще можно бы было попытаться справиться, начав расстреливать её с большой высоты, но две ну вот никак не осилить. При наличии большого количества жертв вампиры и щит смогут поставить, который черта с два пробьешь, и магией в ответ так двинуть, что только клочья полетят.

А еще снаряды для турелей, которые могли бы весьма метко поражать цель с безопасной высоты, стоили дорого. Очень дорого. И даже если бы какое-нибудь судно великим чудом удалось отправить на дно, стоимость бы их Олегу никто не возместил. Ну а для пленников кровососов изменилось бы очень немногое. Еще вопрос, какая смерть могла считаться более гуманной, поскольку высшая нежить обычно вводила свою еду в гипнотический транс, чтобы та не дергалась и не мешала потихоньку из себя высасывать кровь и жизненную энергию. Ведение же спасательной операции и вовсе представлялось попросту невозможным, если вдруг на борту «Тигрицы» не возникнет вдруг из воздуха способный изничтожать нежить не повреждая корпус корабля архимаг или хотя бы специализирующийся на ближнем бое архимагистр. Совокупной вес упырей, некрохимер, големов плоти и прочих монстров, прячущихся от солнца в просторных трюмах двух костяных галер, мог запросто превышать массу всего летательного аппарата Олега. А его матросы, увы, не являлись элитными бойцами, способный в одиночку разделаться с парой десятков тварей, каждая из которых во время неизбежной при абордаже схватки врукопашную за считанные секунды порвет на клочки любого обычного человека.

— На палубах вражеских кораблей что-то происходит. Из трюма на палубы вылезают какие-то подозрительные монстры, — внезапно раздался голос чародея, который управлял наблюдательным устройством. Внезапно изображающая галеры иллюзия снова расплылась в разноцветное облачко, а когда оно стабилизировалось, то принял уже совершенно другую форму. Поверх птичьего скелета огромных размеров, отдаленно напоминающего останки гибрида между страусом и голубем, сидел всадник в глухих доспехах из черного металла, украшенных элементами из кости и золота, сжимающий в руках большой лук, имевший размах плеч по меньшей мере в два с половиной метра. А стрелы, лежащие в притороченном к седлу колчане, лично Олег бы зарядил в небольшую баллисту. К тому же на поясе ужасающего всадника висело два полуторных клинка, размахивать которыми смог бы лишь обладатель недюжинной силы. Примерно такой, какая имеется у среднестатистического вампира. — Они взлетают! Их много!

— Нас заметили и собираются преследовать?! — Стефан такому повороту событий скорее обрадовался, чем огорчился. — Пойду, подготовлю свою винтовку!

— Ну, хоть боевую тревогу лишний раз гудеть не надо, все и так уже находятся на своих местах и с оружием. Якоб, колдуй нам попутный ветер! Машинное отделение — полный ход! Не удастся оторваться от погони, так хоть между собой и костяными галерами дистанцию увеличим, чтобы оттуда летучих упырей магическими ударами поддерживать не стали. Абордажную команду и всех, кто не канонир — верхнюю палубу, думаю, сейчас нам не стоит особо бояться скученности. Гранаты вампиры не используют, а если какой-нибудь клыкастый колдун и взгромоздится в седло, то запас жертвенных рабов с собой не утащит. — Принялся сыпать приказами Олег, разглядывая иллюзию машущего крыльями птичьего скелета. По всем законам аэродинамики подобное существо даже оторваться от земли не могло, но вообще-то и само существование нежити тоже являлось тем еще извращением, творимым над научной картиной мира. Интуиция, логика и дар к предсказанию будущего подсказывали чародею, что несмотря на все принятые меры, уйти от погони «Тигрице» не удастся. Максимум — у людей получится выиграть чуть-чуть времени на подготовку к схватке. Легкая летучая кавалерия как раз и нужна была на поле боя для того, чтобы быстро добраться куда надо, сделав полностью бесполезными дальнобойную артиллерию, мощные защитные барьеры и хорошо бронированный корпус. — Распечатать хранилище артефактов! Одаренным, которые не могут иначе усилить команду перед боем, начать изготовление зачарованных пуль и раздачу боеприпасов стрелкам!

Закончив раздавать команды, Олег устроил пробежку по кораблю, накладывая на всех встречных им по пути матросов чары легкого магического допинга из арсенала целителей. Чуть более быстрая реакция в сочетании с легким усилением мышц и снижением чувствительности к боли не превратили бы на пару часиков членов экипажа в супербойцов, способных на равных поспорить с вампирами, но чего-то более интенсивного люди бы просто не выдержали. Вернее, начали бы калечиться или просто совершать неловкие движения, поскольку тело стало бы вести себя совсем иначе, чем раньше и вместо повышения боеспособности получилось бы скорее её снижение. Когда чародей уже заканчивал свою работу, судно в первый раз затряслось от отдачи, поскольку одна за другой открыли огонь кормовые турели. Это значило, что противник в соответствии с ожиданиями Олега не прекратил преследование, и до него осталось лишь несколько километров.

— Как обстановка? — Поинтересовался чародей у Стефана, поднявшись на верхнюю палубу. А после поежился от набегавшего потока воздуха, оказавшегося мягко говоря, был весьма бодрящим и поспешил спрятаться за ближайшего автоматрона. Тащащие за спиной огнеметы стальные гиганты были одним из главных козырей предстоящего боя и чародей возлагал на них большие надежды. Главным образом он надеялся, что не слишком-то умные машины не забудут о его категорическом запрете использовать свое оружие, если в зоне поражения пламени находятся люди.

— Мы открыли счет, прямым попаданием снеся голову одному костяному петуху и распылив над морем его седока, — обрадовал чародея сибирский татарин, чьи пальцы невероятно проворно вырезали на пуле нужные руны и заполняли маленький комочек свинца магической энергией. А после зачарованный боеприпас передавался одному из стрелков, что окружали Стефана. Массивная магазинная винтовка, весящая килограмм двадцать, дожидалась своего часа в руках оруженосца. Пока расстояние было слишком велико даже для неё, вернее самую дистанцию пуля может быть и пролетела бы, но неминуемо растеряла свою убойную силу. Да и чтобы попасть в активно маневрирующую цель требовался уже не талант снайпера, а скорее компьютерная система наведении с её молниеносными баллистическими расчетами. — Жаль только, осталось их еще более чем достаточно. И теперь они мечутся туда-сюда как мухи, и подстрелить их получится разве только случайно.

Противник и в самом деле приблизился достаточно, чтобы различить его можно было и без хитрых техномагических телескопов или банальной подзорной трубы. Пусть даже с дистанции в три-четыре километра вампиры верхом на птичьих скелетах представляли из себя пока лишь немного вытянутые темные точки, держащиеся врассыпную и постоянно меняющие высоту, заодно хаотически дергаясь влево или вправо. Численность вражеской авиации, смело пустившейся в погоню за «Тигрицей», оказалась относительно невелика и составляла от силы пять десятков вампиров, сидящих на скелетах крупных птиц. Или в данном случае следовало говорить целых пять десятков? Да, наиболее старые и опасные кровососы, которые входили в число элиты общества Империи Крови, традиционно являлись жрецами или приближенными к ним личностями, которые на обычных костяных галерах толпами не присутствуют и самолично в атаку обычно не ходят. Однако вряд ли бы клыкастые офицеры стали сажать кого попало на крылатую нежить, для своего существования явно потребляющую просто огромное количество энергии. Летучая кавалерия отнюдь не являлась родом войск, эксклюзивным исключительно для кровососов. И в других армиях мира на пегаса, виверну или иную зверюгу, способную со всадником на спине преодолеть силу земного притяжения и конкурировать в небе с искусственными летательными аппаратами, садились как правило ведьмаки. Или даже ученики и подмастерья.

— У нас еще минуты три-четыре, прежде чем они окажутся на расстоянии выстрела, — прикинул Олег скорость, с которой кровососы сокращали расстояние между собой и улепетывающим от них со всей летучим кораблем. И в данный момент время играло на руку людям. Для перемещения в пространстве с подобной скоростью нежить должна была тратить энергию в больших количествах, а следовательно как минимум скелетные скакуны вампиров несколько ослабнут к тому моменту, когда все-таки настигнут «Тигрицу». — Так, у кого-нибудь запасное долото завалялось? И пару пуль мне…Ай!

— Апчхи! — Все необходимое для производства зачарованных боеприпасов капитану корабля швырнула в голову девушка-ящер, которая сменила цвет на бледно-серый, мелко тряслась и чихала ну совсем по человечески. И поскольку сделала она это со стороны прикрытого черной тканью глаза, то не заметивший вовремя броска чародей поймал их носом, в результате чего на палубу закапала кровь. Первая, в этом сражении. Поскольку потенциальная чешуйчатая чародейка силы в движение своих рук почти не вкладывала, то не успевшие набрать нужную скорость, но все равно жесткие и острые железные инструменты защитный барьер в шлеме попросту проигнорировал. — Извините!

— Три наряда вне очереди, — прогундосил чародей, с хрустом вправляя на место пострадавшие хрящи, а после телекинезом поднимая с палубы окровавленное долото. — И одень чего-нибудь, пока от переохлаждения прямо тут не залегла в зимнюю спячку!

Пусть сейчас «Тигрица» и находились в тропиках, но сочетание высоты в несколько километров и высокой скорости движения создавало пронизывающий ветер, который даже русским боевым магам казался неприятным. Причем здесь и сейчас по приказу Олега находилось довольно много матросов, ведь атаковать вампирам и их скелетным «птичкам» будет удобнее всего именно с верхней палубы. И если они прорвутся в узкие и тесные коридоры судна, где их не получится окружить и забить толпой, то получат огромное преимущество. И потому все опытные бойцы и стрелки сейчас ждали прибытия врага, будучи вооруженными ружьями, пистолетами и прочими стреляющими игрушками. А еще отчаянно мерзли. Те, кому не повезло спрятаться от ветра в недрах корабля, натуральным образом лязгали зубами и спешили укутаться, кто чем мог. В некоторых случаях это выглядело на редкость забавно. По мнению Олега, безусловным победителем в этом маленьком стихийном соревновании являлся полуорк-полунегр с индейским именем Сломанное Перо. Обмотавшийся сразу двумя лоскутными одеялами поверх кольчуги гигант с кожей темно-зеленого цвета и большим соломенным сомбреро, из под которого торчала непонятно откуда взявшаяся на борту женская шляпка с павлиньими перьями, выглядел жертвой нападения банды модельеров. И на месте вампиров Олег бы кусать такое поостерегся. Мало ли, вдруг заразно и после акта насыщения кровью подобного субъекта можно ощутить в себе страшную тягу к авангардному искусству…

Левая кормовая турель «Тигрицы» перезарядилась чуть быстрее правой и содрогнулись от отдачи, но хаотические движения вражеской крылатой кавалерии оказались вполне надежной защитой. Во всяком случае, ни одного вампира на этот раз не пострадало, поскольку снаряд просвистел на расстоянии метров сорока от ближайшего кровососа. Если, конечно, артиллеристы действительно именно в него целились. Олег не отвлекаясь от создания зачарованной пули злобно цыкнул зубом. До того момента, когда начнется рукопашная, даже лучшие орудия летучего корабля вряд ли успеют сделать много залпов. Однако, как показала практика, кто-то из артиллеристов на борту судна уже бывал в подобных ситуациях и знал, что делать. И имел для этого все необходимое. Когда выстрелила правая турель, то исполняющие маневры уклонения вампиры опять избежали прямого попадания, но все их непредсказуемые смещения туда-сюда не имели ни малейшего значения, поскольку снаряд взорвался прямо в воздухе сразу же, как только оказался за спиной у нежити. И сразу две костяных твари слишком сильно и резко дернулись в сторону, чтобы это было естественным. Они не погибли, вернее не прекратили функционировать, но видимо их или сидящих в седлах седоков серьезно зацепило осколками, поскольку парочка пострадавших крылатых кавалеристов отстала от своих собратьев на несколько сотен метров.

— Клыкастых уродов прикрывают полусферические щиты вроде тех, которые нам выдавали в училище, — констатировал Стефан, уже успевший отложить в сторону долото и взявшийся за свою снайперскую винтовку. — Против атак с тыла они беззащитны. Жаль, что у нас нет своих собственных летунов, чтобы воспользоваться этой слабостью.

— Действительно, — согласился Олег, начиная создавать огненный шар. Вампиры стремительно приближались, а их жутковатые скакуны махали своими крыльями с такой скоростью, словно в числе их предков затесались вертолеты или колибри. Очевидно, когда они оказались в зоне поражения орудий «Тигрицы», то еще больше увеличили скорость полета своих костяных птичек, выживая из них максимум возможного и даже немного сверх того. Очень уж клыкастым мертвецам не хотелось раньше времени прерывать свое потенциально бесконечное существование, изображая из себя практически беззащитные мишени. Пусть каждый из них имел защитные амулеты, но волшебные барьеры имели свои пределы прочности и редко когда могли спасти от артиллерии. Тем более, если эти крылатые кавалеристы использовали дешевые и массовые артефакты, создающие плоскостные или полусферические барьеры. Такие было намного проще изготавливать и они потребляли заметно меньше энергии, но и в полезности подобные игрушки заметно проигрывали более качественным и дорогим моделям. — Развернуть корабль! Поприветствуем наших гостей полным бортовым залпом! Когда до вампиров останется метров двести, остановить двигатель на поддержании текущей высоты и направить всю энергию на барьер, сделав его полностью непроницаемым!

Внезапно почувствовавший угрозу своей жизни чародей рывком сместился на несколько метров, сдвигая свое тело в сторону при помощи телекинеза. И в том месте, на котором он находился секунду назад, пролетело нечто темное, которое отчетливо довернуло в воздухе, пытаясь дотянуться до капитана судна. Однако, выбранный снайпером в качестве цели волшебник находился слишком далеко и тогда эта штука ударила в одного из матросов, который стоял слишком близко к его прежнему местоположению. Человека сбило с ног и прокатило по палубе, и Олегу пришлось задавить в себе инстинктивное желание броситься ему на помощь. Один из его подчиненных был мертв, поскольку не живут люди с покрытой буквально источающими тьму рунами костяной стрелой в башке, чье оперение щекочет нос, а наконечник выходит из затылка. Похоже, среди врагов был как минимум один стрелок, который специализировался на устранение вражеских офицеров и располагал боеприпасами, игнорирующими защитные барьеры, а заодно обладающими чем-то вроде самонаведения. Хорошо хоть весьма ограниченного. А по окружающему судно волшебному барьеру тем временем барабанили другие стрелы, причем в весьма немалом количестве. Исполнение противозенитных маневров вкупе с дистанцией в целый километр, очевидно, не сильно мешали кровососам поражать из своих луков цель размером с корабль.

Обладающие огромным опытом, ловкостью и силой вампиры опустошали свои колчаны, пытаясь уменьшить число защитников судна раньше, чем дело дойдет до рукопашной, делая в среднем по выстрелу в полторы-две секунды. Но особого успеха их действия все равно не имели, благодаря сразу двум факторам. Во-первых, прекративший создавать попутный ветер Якоб теперь развернул свои усилия на создание встречного шквала, ломающего стрелам траекторию полета. А во-вторых, барьеры наконец-то прекратившей убегать «Тигрицы» работали в режиме максимальной плотности. Пусть даже в таком состоянии им было далеко до, скажем, каменной стены, однако этого хватало, чтобы заставить не обладающие особой скоростью и массой вражеские снаряды улететь в плещущиеся далеко внизу морские волны или хотя бы сильно сбить их убойную силу. Там, где под воздействием совместных усилий многих кровопийц магический щит давал слабину на доли секунды, создавая небольшие окошки, ни о каком прицельном поражении выбранных целей говорить не приходилось. Хотя от пары случайных ранений это, разумеется, столпившихся на верхней палубе людей не спасло. Но тут уж против них просто работали законы больших чисел.

— Спрятаться за щиты! — Одним из элементов подготовки к абордажу являлись запасные листы брони, которые матросы вытащили из трюма и прикрепили к палубным ограждениям. За подобным укрытием люди могли не опасаться простых лучников, даже если они все как один являются профессионалами с многовековым опытом. Вот только вампиры гарантированно располагали зачарованными боеприпасами, оставалось лишь надеяться, что большая их часть окажется не в состоянии преодолеть преграду из нескольких сантиметров металла или попросту её обогнуть. — Тем, кто стоит за малыми протиавобордажными орудиями, стрелять только в упор! Парой случайных царапин этого противника вы не убьете!

Еще одна зачарованная сверх всякой меры самонаводящаяся стрела прилетела со стороны противника, но на сей раз вражеский снайпер целился в Стефана. И мимо столь крупной мишени он не промахнулся, но к огромному облегчению Олега наполненный темными чарами костяной артефакт не смог пробиться через грудную пластину выкованной гномами брони, отлетев в сторону и шмякнувшись на палубу. Ну а большущую обугленную вмятину на латах они как-нибудь исправят, и даже если у его друга несмотря на его усиленное тело появился огромный синяк или даже трещины в паре ребер, то такую мелочь сибирский татарин едва заметит. Вампиры забирали все выше и выше и выше, очевидно пытаясь выйти из сектора поражения бортовых орудий «Тигрицы», которые в отличии от всего турелей не умели задираться вертикально в зенит. Но эрзац-крейсер при перемещении по вертикали если и отставал от костяных птиц, то совсем ненамного, а до границы пригодной для дыхания атмосферы было еще далеко. Да и управляли им в данный момент вполне компетентные люди, успевшие вовремя завершить маневр и развернуть судно правым бортом к приближающемуся противнику, чтобы канониры смогли встретить подлетающего врага огнем с расстояния лишь двух-трех сотен метров. Одна за другой восемнадцать пушек выплюнули в приблизившихся вампиров целые облака картечи, от которой было сложно уклониться и которая вполне эффективно разряжала защитные барьеры, а следом нестройным хором затрещали ружья и пистолеты команды. К ним, разумеется, присоединились заклинания, созданные имеющимися на борту чародеями или артефактами, которые те получили перед боем. И бессмертные монстры, многие годы пожиравшие людей на обед, посыпались вниз может и не как горох, но вполне себе бодро. Десять или двенадцать кровопийц сразу выбыли из игры, либо оказавшись уничтоженными, либо лишившись своего летающего транспорта, либо как минимум страшно напугавшись возможной гибели и решив повернуть назад. Олегу их некогда было считать, поскольку оставшиеся крылатые кавалеристы достигли границы окружающего судно магического барьера, который при их приближении оказался насыщен энергией на полню мощь и превратился в настоящую волшебную скорлупу. И принялись продавливаться сквозь него, на секунду или две превратившись практически в идеальную мишень.

— Огонь! — Закричал чародей, выпустив из рук посох и направив на врага свои раскрытые руки и активируя вшитые в его плоть артефакты. Световое копье ударило в вампира, который показался Олегу чем-то опаснее прочих, мимоходом разнеся вдребезги башку его костяной птицы. Вот только разрушительная магия, особо эффективная против нежити, рассыпалась брызнувшими во все стороны безвредными лучиками, столкнувшись с черной броней, а потери скакуна летучей кавалерист словно и не заметил, зависнув в воздухе без всякой опоры. Конус холода накрыл собою группу из двух держащихся рядом врагов, и один из них покрывшись инеем вывалился из лопнувшего седла, чтобы улететь вниз, а второй пусть и заледенел, но продолжил двигаться…До тех пор, пока его голову вместе со шлемом не расколола на части чья-то пуля, взорвавшаяся при столкновении с целью подобном маленькой бомбочке.

Исполняя команду капитана, выстроившие вдоль борта автоматроны попытались накрыть вампиров залпами своего оружия. Полтора десятка огненных струй, представляющих из себя пылающую жидкость под большим давлением, уперлись в кровососов, которые почувствовали себя под этим душем крайне неуютно. Примерно с десяток противников вспыхнул сразу, поскольку их защитные амулеты уже исчерпали свой ресурс и только двое из горящих крылатых кавалеристов смогли преодолеть свои боль и страх перед пламенем, чтобы добраться до корабля и вступить в схватку с людьми. Остальные же либо заметались по небу туда-сюда летучими кострами, либо камнем унеслись вниз, видимо в попытках сбить огонь не потоками воздуха, так хотя бы плещущимися на расстоянии пары-тройки километров волнами моря. Жаль только, либо счастливо избегнув пуль, чар, картечи и пламени, либо отделавшись всего лишь незначительными по меркам нежити травмами, более двух десятков вампиров все-таки смогли достичь верхней палубы «Тигрицы», спрыгивая со своих костяных птиц, вполне способных сражаться автономно, и набрасываясь на людей с клинками наголо.

Глава 13. О том, как герой поддается рефлексам, проявляет неуместную жадность, и оказывает преувеличенную вежливость

Первый вампир, который бросился на Олега со спины своей костяной птицы, умер мгновенно. Причем, даже раньше, чем его ноги коснулись палубы, а сам чародей не приложил к уничтожению этого врага ни малейших усилий. Просто где-то за спиной рявкнуло противоабордажное орудие, установленное на противоположенном борту судна и потому развернутое в сторону угрозы, но до сих пор не разряженное, поскольку траекторию выстрела перекрывали люди до тех пор, пока противник не оказался прямо над головами экипажа. Заряд крупной картечи врезался в грудь и шею находящегося еще в воздухе кровососа, разбрасывая в стороны осколки металла и плоти, быстро распадающейся пеплом. К сожалению, вслед за первым вампиром Олега тут же атаковал второй, видимо монстры безошибочно определили его как одного из командиров и потому пытались связать боем, не давая использовать магию. Черные доспехи вампира были слегка оплавлены, до сих пор светясь кое-где раскаленным металлом и, кажется, это был тот самый кровосос, которого Олег пытался зажарить световым копьем.

Где-то слева хлопнула граната, брошенная явно сдуру поскольку ударная волна и осколки причинили бы больше вреда живым, чем мертвым, а после костяная птица кровососа рухнула с неба на чародея, пытаясь подгрести его под своей массой и разодрать когтями, мало отличающимися от них по остроте кончиками крыльев или узким длинным клювом, а её всадник рубанул Олега длинным двуручным мечом такой скоростью, что только рассекаемый лезвием воздух свистнул! Вот только острая полоса металла так и не добралось ни до кожи едва успевшего выскочить из под приземляющегося монстра волшебника, ни даже до его брони. Защитные амулеты пока еще были полны энергией и с легкостью воздвигли на пути стальной полосы практически непробиваемый барьер. А затем еще раз и еще. Олег был слишком занят тем, что при помощи бьющего с посоха сокрушительного потока пламени и удерживаемых телекинезом зачарованных топоров крушил наседающий на него огромный птичий скелет, чтобы отвлекаться на разумную нежить. Сначала следовало вывести из схватки более слабое звено, которое не умело уворачиваться от ударов или блокировать их, и не обладало прочной металлической скорлупой, а потом уже можно будет заняться и хозяином пташки. Лишь после того как чародей прорубил опаленному некроконструкту ребра и разбил в щепки позвоночный столб, заставив голову с шеей просто отвалиться, он смог уделить внимание своему сопернику. А вампир уже замахивался двуручным мечом в четвертый раз, и интуиция подсказывала Олегу, что если в его защитных барьерах и осталась энергия после отражения трех ударов, нанесенных с нечеловеческой силой, то её там совсем немного. Причем кровосос метил не куда-нибудь, а в шею, пытаясь смахнуть голову капитану летучего корабля одним ударом и тем с гарантией вывести его из игры.

— Это было бы больно, — оценил чародей, принимая удар меча на запястье сжимающей магический посох руки, которую он вскинул вверх, чтобы защититься от удара. Клинок летучего кавалериста внешне не имел никаких рун, но наверняка был добротно зачарован. Во всяком случае, он довольно легко прорубил обе стороны наруча, едва ли заметив находящиеся внутри того плоть и кость, а после того как полностью отсек чародею кисть и очень глубоко углубился в предплечье. Подобным ударом можно было за один раз свалить метрового обхвата дерева или разрезать на части нескольких людей в обычной броне. Неудивительно, что защитные амулеты Олега выдохлись всего с трех ударов, хотя уж на себе боевой маг старался не экономить. — Ну, если бы я заранее не позаботился о том, чтобы отключить себе возможность испытывать чисто физические страдания.

Выдернув оружие из раны, вампир несмотря на доспехи и бьющую прямо в шлем струю пламени изогнулся как цирковой гимнаст, с невероятной легкостью избегая пытающихся его зарубить летающих топоров…И проигнорировал ногу раненного волшебника, легонько пнувшую соперника куда-то в район голени. А после активировался вшитый в ступню Олега артефакт и невидимое лезвие аккуратно срезало обе ноги мечника. Вообще-то чародей желал разрезать противника на две части, но по всей видимости нанес атаку не под тем углом. Впрочем, неудача его не сильно смутила и колдовской огонь впился в бреши шлепнувшегося на палубы кровопийцы, продвигаясь снизу вверх и предавая отчаянно размахивающую руками и орущую во всю глотку нежить гибели быстрой, но крайне мучительной. Волшебник прекратил продвигать своей волей пламя лишь тогда, когда дымящийся прах вырвался из малозаметных щелей черного доспеха в районе плеч и горла, знаменуя конец страданий вампира. Вот только не успел Олег хоть чуть-чуть перевести дух и осмотреться, как тут же ощутил опасность, но отреагировать на свое предчувствие не успел и получил ужасающий удар в спину. Кто или что его стукнуло он не видел, но капитан корабля полетел кувырком, проламывая собою ограждение верхней палубы, в последний момент рефлекторно пытаясь зацепиться за неё единственной рабочей рукой, но все-таки срываясь вниз…

— Ну и зачем, спрашивается, было за ту деревяшку хвататься? Видел же, что из неё громадный гвоздь торчит. — Задумался чародей, разглядывая длинную сочащуюся кровью рану поперек единственной на данный момент ладони. Впрочем, под его взглядом она мгновенно зажила. Даже раньше, чем активировавший вшитые в тело левитационные пластины Олег вновь вернулся на залитую кровью палубу. Далеко не у всех дела шли столь же блестящие, как у него, единолично уничтожившего едва ли не десять процентов вражеского отряда. Доказательствами являлись царящие вокруг крики, лязг железа и отрубленная человеческая нога, стукнувшая волшебника по лицу в районе прикрывающей уже в общем-то здоровый глаз повязки. — Рефлексы, чтоб их…

Снова ступив ногами на доски палубы, чародей очень-очень удивился. Но это не помешало ему взмахом топора развалить на две части морду чего-то, отдаленно напоминающую сотканную из теней собаку с человеческим черепом вместо головы. А потом телекинезом подправить траекторию прыжка еще одного подобного создания так, чтобы оно его перелетело и отправилось в путешествие к находящемуся внизу океану. Третий же монстр был встречен наколдованным потоком пламени и, издав на прощание нечто среднее между визгом и стоном, распался грудой омерзительно воняющей эктоплазмы. Рядом с ним какой-то матрос, истекающий кровью из множества укусов, остервенело забивал еще одну подобную тварь сапогами, одновременно отмахиваясь посеребренной саблей от чего-то среднего между человеческим силуэтом и облаком тумана, тянущим к нему свои руки-щупальца.

— Должен был догадаться, что у этих чертовых кровососов будут козыри помимо того, что они сверхсильные, быстрые, ловкие и очень-очень неохотно дохнут. — Мрачно подумал чародей, чуть взлетая над уровнем палубы, чтобы иметь лучший обзор на ожесточенную схватку, участников которой ощутимо прибавилось. Десятки сотканных из теней собак и с пару дюжин призраков, появившихся непонятно откуда, мешали людям дружно навалиться со всех сторон на вампиров и порвать их на клочки. А ведь высшая нежить и сама по себе являлась той еще неприятностью, которая не сильно то и сократилась в числе после того, как в неё перестали стрелять из пушек. — Какого-нибудь призывателя не видно…Порталов тоже…Ну и откуда тогда эти твари тут берутся?!

Отложив решение этих вопросов на потом, чародей решил сосредоточиться на скорейшем уничтожении всех вампиров. Если после этого монстры продолжат появляться, тогда и будет думать, выискивая спрятанные под черными доспехами амулеты-маячки или какого-нибудь особо хитрого клыкастого колдуна, который летит в небе рядом с кораблем, скрытый завесой чар. Ближайшим к Олегу кровососом оказался обладатель довольно нетрадиционного для подобных существ оружия, а именно двух гладких дубин, после ударов которыми люди оставались выведенными из строя, но в общем-то целыми, а не представляли из себя несколько отдельных кусков кровоточащего мяса. Возможно, он был особо жадным или прожорливым и именно поэтому предпочитал даже особо опасную добычу брать живьем? Но как бы там ни было сейчас, этот клыкастый кавалерист в черных доспехах уверенно теснил группку из семерых матросов, отпихивающихся баграми, махающих саблями и даже стреляющих из по врагу из парочки многозарядных ружей, которые Олег со второй попытки все же приобрел в Акапулько. Со злобным рычанием пафосно превозмогающая удары стали и свинца высокая фигура в тяжелых прочных латах стремительно наступала, прямо глазах волшебник повергнув двух своих врагов стремительными и безжалостными ударами. Причем одним из павших оказался теплоукутанный недоведьмак-полуорк, которому дали по прикрытой двумя шляпами башке, вырубив одним ударом, несмотря на весьма могучее телосложение. Второму человеку же сломали обе руки и одну коленную чашечку, надежно превратив бойца в стонущее тело, которому остается только дожидаться окончания схватки и медицинской помощи.

— Их броня довольно толстая, но не такая уж и прочная, — мысленно отметил чародей, подлетая со спины к вампиру, чьи латы были покрыты множеством царапин, сколов и дыр. В некоторых из них даже можно было различить красную кожу коренного уроженца Южной Америки. Приближение врага кровосос как-то ощутил и попытался развернуться лицом к новой угрозе, но в этот момент его ногу подсекли багром, на который навалились сразу два матроса, а в голову выстрелили из револьвера. Зашатавшийся монстр смог сохранить равновесие, но на пару секунд оказался ошеломлен, а после ведомый силой мысли зачарованный топор рубанул по самому большому отверстию на груди, расширяя его и легко дотягиваясь до сердца. Кровосос еще смог вырвать из себя древнее оружие, стремительно пившее его силы и тем превращающее труп ходячий в труп обычный, но после рухнул, так и не успев выпустить из пальцев его рукоять. — Если бы еще эти твари не были такими живучими…

Мимоходом отбившись от приведения, которое без труда было уничтожено потоком пламени, Олег стал искать себе новую целью Следующий вампир, на которого обратил свой взгляд волшебник, откалывал взмахами своего меча здоровенные куски по очереди то от одного автоматрона, то от другого. Пытавшиеся двинуть его стальными кулаками машины просто не успевали за скоростью его движений, а их огнеметы уже представляли из себя груду истекающего огнесмесью металла, больше опасную для своих, чем для чужих. Вот только помочь магическим роботам Олег не успел. По спине одного из них буквально взбежала окровавленная ящеролюдка с двумя револьверами и сразу с двух рук всадила по два-три выстрела из своих револьверов в покрытую черным металлом башку кровососа. Как минимум одна пуля попала в смотровую щель и прошла через голову нежити навылет. Ну, судя по заметной деформации, образовавшейся в тыльной части шлема летучего кавалериста, который упал на спину.

— Да отцепитесь вы, курицы! — Мимо Олега пролетел ругающийся и почему-то лишившийся обоих сапог Стефан, которого за спину когтями держало сразу три костяных птицы. Некроконструкты выглядели основательно побитыми, их скелеты буквально пестрели от множества дыр, но тем не менее в воздухе эта нежить держалась вполне уверенно. В руках толстяка, чье тело благодаря амулетам левитации судорожно дергалось в противоположенном их движению направлении и тем мешало тварям быстренько смыться с поля боя вместе с добычей, было сжато дуло винтовки, но он в своих латах попросту не мог извернуться так, чтобы эффективно долбануть прикладом по удерживающим его лапам. Живое существо неловкие скользящие тычки, пусть даже нанесенные с недюжинной силой, наверняка бы заставили испытывать нешуточную боль и наградили парой-тройкой переломов, однако творениям вампиров было чихать на подобные мелочи.

Метнувшись вслед за костяными птицами, которые похоже собирались просто своровать его друга и отнести на одну из находящихся не столь уж и далеко галер, Олег принялся метать в тварей огненные стрелы. Конечно, жестким и прочным составляющим некроконструкта пламя не особенно могли повредить…А вот той магии, которая заставляла двигаться эти давно мертвые остовы — очень даже. Конфликт крайне недружелюбных друг для друга энергий быстро превратил части тела монстра в то, чем они и были на самом деле, то есть не способный двигаться или хотя бы оставаться единым целым органический мусор, а после одна из костяных птиц просто рассыпалась, а скорость двух оставшихся замедлилась еще больше. Все-таки у них существовали свои лимиты грузоподъемности, а облаченный в латы Стефан весил много. Да к тому же еще и пытался леветировать в противоположенном направлении.

— Как ты позволил им себя схватить?! — Удивился Олег, начиная расстреливать пламенем второго некроконструкта, но потом резко переставая изображать из себя огнемет и смещаясь в сторону. Однако призрак, который совершенно точно не мог взять из убитого тела, поскольку рядом с чародеем не было в небе никаких трупов, все же смог слегка хлестнуть волшебника одной из своих туманных лап по правой стороне лица. И на сей раз даже магическая блокировка боли не позволила полностью погасить весь дисмфорт от новой травмы, пусть даже физически плоть капитана корабля осталась в полном порядке. Однако его аура полчила некоторые повреждения, пусть даже и довольно поверхностные на фоне прочих подобных травм, которым ранее подвергался Олег в своей жизни.

— Меня какая-то гадина с ног сбила, ударив со спины! — Ответ сибирского татарина чародея удивил и несколько обеспокоил. Ведь с ним случилось почти то же самое, и Олег до сих пор не знал, кто был тому виной. Мимоходом развеяв призрака ударом пламени, чародей вернулся к тому, чтобы вернуть его другу свободу. — А пока пытался подняться, набросились эти курицы!

Третью костяную птицу толстяк уничтожил самостоятельно, все-таки сумев извернуться так, чтобы с размаху заехать прикладом своего массивного ружья по птичьему черепу и расколоть его на мелкие кусочки. А тем временем ситуация на палубе «Тигрицы» заметно улучшилась. Сотканных из теней псов еще было довольно много, да и призраки имелись, однако остающихся на ногах людей там явно имелось гораздо больше, чем тварей. Пусть даже во многом и за счет канониров, что оставили свои бесполезные при абордаже пушки и выбрались из трюмов тесными организованными группками. Ну а оставшихся вампиров, благодаря своим черным доспехам отлично выделяющихся на общем фоне, так и вовсе осталось всего несколько штук. И в одного из них, выбравшегося на самый нос судна и уже заносящего клинок над поверженной эльфийкой, Стефан высадил все боеприпасы, сохранившиеся в его винтовке, способной своей отдачей сломать плечо нормальному человеку. Изрядно побитые и кое-где дымящиеся черные латы не смогли остановить пяток впившихся прямо в подмышку тяжелых пуль и окончательно мертвое тело отлетело к палубным ограждениям, перевалилось через них и кувыркнулось вниз, отправляясь в путь к далекому океану. Каким-то краем сознания капитан «Тигрицы» испытал приступ неуместной в данной ситуации жадности. Боевые выплаты то команде платить придется, как и потраченные боеприпасы восполнять, а вот богатых трофеев с врага взять при всем желании не получится.

— Абордаж для вампиров явно не удался, однако призрачные твари не прекращают появляться, — мысленно отметил Олег, уничтожая волной пламени сразу четырех теневых монстров, которые рвали своими зубами упавшее на палубу тело. Кажется, это был кто-то из потенциальных ведьмаков-мексиканцев, но у чародея не было твердой уверенности. — Ну и откуда же берется эта мерзость?

Псы и призраки возникали, казалось, прямо из воздуха. И даже магическое зрение почему-то не показывало в месте их появления никаких аномалий до того момента, когда в воздухе вдруг не появлялось темное пятно, стремительно разрастающееся в новую тварь. Первым делом чародей проверил трупы своих людей, поскольку мастерство высшей нежити в некромантии никто и никогда не подвергал сомнению, однако большая часть покойников вроде бы после своей смерти участия в драке не принимала. Правда, с десяток тел был поднят кем-то из кровососов в качестве зомби, однако только-только встающих на ноги тварей либо оперативно изрубили на части, либо нафаршировали серебром, сделав данные тела малопригодными для темной магии. Кровь, покрывающая палубу, зачастую приходила на помощь немногим оставшимся летучим кавалеристам, становясь оружием или броней, а также латая полученные раны, однако настоящих мастеров магии среди этих врагов видно не было. Сражались они мечами или иным холодным оружием, а волшебство служило исключительно дополнением, используемым по случаю. Да и не особо серьезные приемы им оказалось подвластны, в основном использовались чары первого ранга, ну может кое-где второго. Пара выстрелов из хорошего ружья по убойной силе такие заклятья имели обыкновение превосходить. Вот только кто-то или что-то на «Тигрице» явно было. Помимо никак не желающего заканчиваться потока тварей.

— Злой дух! Сильный, старый, очень злой! — Олег далеко не сразу сообразил, что его внимание пытается привлечь один из краснокожих братьев-шаманов, к которым вернулось подобие молодости. Для этого индейцу пришлось швырнуть в своего капитана разряженным пистолетом, причем метил он точно в израненную культю, оставшуюся на месте отсеченной руки. — Эти твари есть порождения могучего злого духа! Части его! Их бесполезно уничтожать, они как зубы или как волосы с его головы! Только отрастают быстрее!

— Дух? Где?! — Олег даже отлетел подальше от «Тигрицы», чтобы получить возможность осмотреть днище корабля. Не прицепилось ли к нему каких-нибудь особо могучих обитателей астрала, решивших побуянить в реальном мире. Среди подобных существ более чем хватало любителей перекусить человеческой жизненной силой или даже банальной плотью и кому как не вампирам водить знакомство с наиболее сильными и паскудными тварями подобного рода?

— Далеко…Глубоко…Не здесь! — Пусть и слабому, но довольно старому, а потому весьма опытному шаману банально не хватало слов, чтобы дать толковое объяснение, и он принялся бурно жестикулировать руками. И буквально мимоходом вспорол горло теневому псу и отхватил по плечо руку-щупальце кинувшемуся на пожилого индейца призраку. — Твари как горошины, которыми в нас плюют через дырочку в стене мира! Надо сдвинуть корабль! Как можно дальше! Духам также неудобно искать добычу под светом солнца или луны, как нам охотиться в их царстве!

— Понял, — кивнул чародей и метнулся в рубку, мимоходом раздавая удары встречным тварям. В шуме боя его команды просто потерялись бы, а потому следовало лично взяться за штурвал…Вернее, для начала за рычаг набора высоты, который следовало перевести в крайнее нижнее положение, по сути просто выключив подачу энергии на руны, удерживающие корабль высоко в воздухе. Пусть «Тигрица» быстренько провалится вниз на пару километров, а уже потом начнет двигаться в сторону континента. Авось этого хватит, чтобы тварь, умудряющаяся атаковать даже не проявляясь в этом измерении, отстала от судна. Хотя, конечно, не исключен вариант с наводящими особо опасного злого духа на цель маячками, которые вампиры таскали при себе и тогда даже от весьма скромной добычи придется отказаться, скопом вывалив всю её за борт.

К облегчению Олега, план старого индейца сработал. Стоило лишь летучему кораблю изменить свое местоположение, как новые твари перестали появляться прямо из воздуха. Возможно, посылавший их в бой злой дух «Тигрицу» из вида то и не потерял, но «прицелиться» заново ему было сложно. Особенно когда корабль на всех порах удаляется на север, заодно на всякий случай сильно забирая в сторону открытого океана. Насколько знал Олег, над отражением в астрале бескрайних водных просторов имелись свои хозяева, с которыми периодически приходилось иметь дело морякам, если те выбирались в реальный мир и начинали безобразничать. И вряд ли бы такие создания сильно обрадовались чужаку на своей территории.

— Ушли, — облегченно выдохнул Олег, оставляя управлением судном на рулевого и отправляясь латать многочисленных раненных. И начал он со стоящего в дверях краснокожего шамана, которому оказывается кто-то случайно прострелил левую ногу в районе бедра, чудом не задев расположенную там крупную артерию. — Слушай, а ты знаешь, как бороться с такими духами? Ну, которые в нашем мире не проявились, но все равно могут на него воздействовать.

— Обычно либо убегают как мы сейчас, либо просто отбивают все атаки и ждут, когда у них силы кончатся, ведь воздействовать из царства духов на наш мир очень сложно. Но я больше чем уверен, эту темную сущность вампиры со своих галер жертвами подпитывали, а потому выдохнуться ей не грозило. — Пояснил индеец, с облегчением наблюдающий за тем, как срастаются края страшной раны. — Ну и конечно можно сюда духа выдернуть, чтобы убить. Или даже к нему в гости отправиться и там сразиться, если силы и смелости много. Но то великий шаман нужен. А лучше два. Или таких как мы с братом штук тридцать, да тотем предков и шкура белого бизона…

Переходя от человека к человеку, Олег останавливал кровотечение и, в некоторых случаях, приращивал отрубленное или оторванное обратно. Пока с момента получения травмы прошли считанные минуты, это было достаточно просто, поскольку потерянные части организма еще, в общем-то, не успели до конца умереть, поскольку большая часть клеток в них оставалась вполне себе живой. Правда, серьезно раненных на палубе «Тигрицы» оказалось не так чтобы много…Десятка полтора, почти в три раза меньше чем погибших. Теневые псы вели себя как настоящие шакалы и при любом удобном случае пытались наброситься на тех, кто уже выведен из боя и почти не может оказать им сопротивления. И только если рядом с ними не оказывалось никого, кто выглядел легкой добычей, бросались в честную схватку. Только убедившись, что больше на судне никого не умрет, Олег отправился к тому месту палубы, где должна была остаться кисть его руки и сжимаемый ею магический посох. И первое то он нашел, а вот второе — нет. Причем пальцы отрубленной ладони были кем-то очень неаккуратно разжаты, поскольку парочка из них находилась под такими углами, под какими целые кости сгибаться не способны.

— Та-а-ак, — многозначительно протянул чародей, оглядываясь по сторонам. Самостоятельно укатиться артефакт не мог, поскольку весил немало и вполне был способен послужить не самой плохой дубиной в ближнем бою. И даже если бы его пару раз случайно пнули, далеко бы не укатился. — Ну и кто же это, интересно, у нас такой жадный и глупый…Стоп! А где тот безногий кровосос, с которым я дрался?!

Отрубленные магическим лезвием ноги в черных латных ботинках лежали недалеко от валяющейся на палубе кисти Олега. А вот всего остального, включая массивный двуручный меч — не было! Обнаружилось оно примерно в полуметре от края палубы и, судя по всему, возвращения чародея так и не заметило, поскольку было очень сильно сосредоточенно на том, чтобы сбежать. Прямо на глазах капитана корабля доселе лежавшие смирно черные доспехи, внутри которых по идее должен был находиться лишь прах, будто бы чуть заметно дрогнули. И сместились на пару миллиметров вперед. Первым порывом чародея было добить тварь, прикарманившую крайне дорогой артефакт, но потом разум взял верх и капитан корабля просто телекинезом постучал по плечу Стефана, а потом прошептал своему другу всего одно слово: «Сеть». Вообще-то за средствами для поимки нежити было бы рациональнее послать кого-нибудь из матросов, но недобитый враг наверняка знал английский. А вот русский — совсем не факт. Ловить же его в полете, если вампир решит прекратить претворяться и совершит бросок к краю палубы, было бы несколько неудобно. Хотя в своей возможности предотвратить побег потенциального источника информации волшебник в общем-то не сомневался, поскольку противник был один, а капитан корабля мог взять с собой группы поддержки.

— Не надоело из еще из себя гусеницу изображать, кровосос? — С преувеличенной вежливостью поинтересовался Олег, как только сибирский охотник притащил запрошенное и накрыл вампира крупноячеистой сетью, свитой из крупных толстых веревок. Вообще-то, судя по поплавкам, ловить ей следовало рыбу в том случае, если «Тигрица» будет долго летать вблизи океана и понадобиться пополнить продовольственные запасы, однако даже вампир не смог бы высвободиться из неё мгновенно. Сначала после обрушения на покрытую черную доспехами фигуру нескольких килограмм веревок скрывающаяся под железной скорлупой голова лишь едва заметно дрогнула, но потом до вампира все-таки дошло, что это не случайность и он действительно обнаружен. С неожиданной ловкостью для безногого нежить перекатилась на спину и уселась, обнажив украденный артефакт, до сей поры прятавшийся где-то под пузом. Однако хвататься за него и пытаться швыряться заклинаниями кровосос не стал. Видимо прекрасно понимал — в случае сопротивления его гарантированно уничтожат прямо здесь и прямо сейчас, ведь в одиночку отбиться от людей он просто не в состоянии. А свое условно бесконечное существование подобные твари ценили очень высоко.

— Если честно, давно уже надоело, человек. — На английском вампир говорил примерно с тем же акцентом, что и большинство присутствующих в команде мексиканцев. — Если я еще не умер, это значит, что ты чего-то от меня хочешь?

— Для начала было бы неплохо узнать, как ты смог восстановиться после того как обратился в прах, — Олег слышал, что для клыкастой нежити такое возможно. Однако подобные фокусы вроде бы должны были показывать лишь сильнейшие из кровососов, а безногий вампир на элиту своего народа ну никак не тянул. Так, середнячок, примерным эквивалентом которого станет, наверное, одаренный в ранге подмастерье вроде того, каким совсем недавно являлся сам капитан судна. — Ну и еще мне очень бы пригодилась информация о том, что тебе известно о сотрудничающих с вами работорговцах вообще и о японском клане Асано в частности. Учти, мне есть чем проверить правдивость твоих слов и если попробуешь лгать, я разрушу твою защиту от солнца, помещу тебя в тень под навес и буду жечь при помощи маленького зеркальца, иногда капая кровью на раны, чтобы ты отправился на тот свет слишком быстро.

— Хм, конкретно таким вариантом мучительной смерти мне еще не угрожали. Касательно же моего восстановления секрет прост — мешочек с фальшивым прахом в доспехах. Пару раз на эту уловку клевали даже живущие вечно, что уж говорить про смертных… — Лицо вампира было по-прежнему скрыто шлемом, но судя по голосу, он усмехнулся. — Что же касается остального, пока ты не попросишь выдать тайны моего хозяина или Кровавых Богов, я согласен рассказать тебе любую известную мне информацию в обмен на свою свободу.

— Могу гарантировать только быструю и максимально безболезненную смерть, — покачал головой Олег. — Впрочем, попытайся меня переубедить. Вдруг удастся уговорить позволить тебе сделать то, чего желал всего минуту назад, а именно спрыгнуть за борт. Конечно, в таком случае шансов у тебя будет маловато, но это все же не гарантированная гибель.

— Я могу подарить кому-нибудь из твоих близких вечную жизнь, — принялся набивать себе цену вампир, почувствовавший возможность уцелеть. — Покажу, где на побережье зарыт хороший клад. Расскажу, как через безопасных посредников связаться с торговцами черного рынка, которые могут продать фолианты с секретами могущественной магии или редкие артефакты, которые попросту не сумеет изготовить тот, кто не имеет тысячелетнего опыта.

— Продолжай торговаться, у тебя неплохо получается. Пожалуй, я даже дам тебе выпить баночку консервированной крови, прежде чем скинуть с корабля. Сейчас её принесут. — Для более эффективного поощрения пленника Олег решил даже выдать обещанное авансом. В конце-концов, слово свое чародей собирался сдержать. И если рассказанное вампиром по части мексиканских работорговцев по большей части совпадет с информацией, полученной от бандитов, то он действительно отправит вампира за борт «живым». Только лишенным защищающих от света артефактов. И перед этим капитан поднимет принадлежащее ему судно как можно выше, чтобы до океана точно один только прах долетел. Этот кровосос прибыл на судно Олега прямиком с костяной галеры, забитой захваченными пленниками, которым суждено стать обедом для его собратьев. Вампира, который находился бы в оппозиции к Кровавым Богам и свалив подальше от их владений предпочитал бы донорскую кровь живым жертвам, чародей мог пощадить, простив попытку своего убийства. Но наслаждающегося своим образом существования монстра-людоеда — никогда.

Глава 14. О том, как герой занимается просвещением, планирует совершения преступлений и оказывается взят в осаду

— Итак, как вы видите, при наличии правильных инструментов и опыта работы с металлом, ничего сложного в револьверной схеме на самом деле нет! — Торжественно заявил Олег, отходя от станка, в котором было закреплено старенькое противоабордажное орудие, прошедшее небольшую модернизацию. Теперь в его тыльной части располагался барабан на четыре зарядных камеры, провернуть который после выстрела было делом едва ли пяти секунд. И то они ушли бы главным образом на возню с креплениями, стягивающими две части устройства в единое целое, чтобы оно при стрельбе не развалилось. — И думаю мне надо объяснять вам того, что затраты на изготовление и подгонку нового механизма заряжения обойдутся нам в пару десяток долларов, а вот продать такую игрушку можно будет уже за сотню.

— Даже за сто двадцать, пожалуй, если приклад из плохо ошкуренного дерева заменить на нечто более симпатичное, — задумался наблюдавший за процессом ведьмак-артиллерист, бывший самым старым среди тех, кто наблюдал за процессом работы. Пользуясь временем очередного простоя в Акапулько, нужного для пополнения команды после не очень удачного рейда, Олег решил чуть-чуть подтянуть квалификацию своих сотрудников. Ну и заодно немножко повысить боеспособность «Тигрицы», чтобы в будущем нести как можно меньше потерь. — А почему бы просто не сделать спарку из двух однозарядных орудий попроще? Или даже из трех-четырех. С их изготовлением то мы уж точно не напортачим, да и возможность жахнуть сразу из нескольких стволов без перезарядки будет не лишней.

— Во-первых, сильно возрастет вес орудия, из-за чего сложнее будет взять верный прицел и больше шансы, что оно сорвется с лафета. — Принялся перечислять Олег, вынимая из креплений готовое изделие. А на его место помещая новое орудие, представляющее из себя по сути лишь очень большое ружье. Некоторый запас подобного оружия, продать которое за полную цену не получилось, на судне скопился после ограбления останков корабля работрговцев. Деревянные части сильно пострадали в огне и их пришлось заменить, но жара далеко не всегда хватило, чтобы испортить металлическую часть этой карманной артиллерии. — Во-вторых, хоть конструкция подобного оружия довольно проста, но потребуются в большом количестве стволы или хотя бы способные их заменить прочные трубы, которых у нас нет. Ну и, в-третьих, при действиях на суше или во время атаки чужого судна для матроса утащить с собой легкое орудие хоть и сложно, но возможно, чтобы в нужный момент из него куда надо жахнуть. А вот со спаркой справятся разве только автоматроны, ну и может пара тройка силачей…Так, есть желающие встать к станку и под моим присмотром повторить всю последовательность действий?

Потратив почти полдня своего времени и модифицировав вместе со своими помошниками примерно четверть имеющихся на борту противоабордажных орудий, Олег удалился в свою каюту, но стоило ему только усесться за стол, как на пороге появился Стефан, видимо услышавший возвращение своего друга.

— Опять обложился бумажками? Олег, ну на кой черт тебе столько сведений по здешним рабским рынкам, легальные они или не очень? — Задался вопросом сибирский татарин, наблюдая за тем, как его друг в очередной раз перечитывает записи, составленные после допроса вампира, чей пепел уже давно растворился в океане. — Мы уже на собственном опыте успели убедиться, что связываться с ними — далеко не лучшая затея. Невольников-магов очень мало, и их случае нужды не считаясь с затратами телепортируют в Империю Крови, а от освобожденных крестьян или городских бедняков толку мало.

— Информация правит миром, Стефан. Ну а также сила и деньги, но поверь, она там тоже далеко не на последних ролях, — Просветил своего друга Олег и принялся разминать приживленную обратно на место кисть, которую вдруг свело судорогой. Срубивший конечность меч был зачарован настолько добротно, что оставил после себя некоторые повреждения ауры. Ничего фатального или мешающего восстановить целостность конечности обратно, но в течении пары недель чародею предстояло испытывать легкий дискомфорт, прежде чем его энергетическое тело вернется в норму. Волшебника больше бесило то, что его правый глаз опять перестал видеть, поскольку значительная часть плоти на лице отмерла после нанесенного призраком удара. Опять же, восстановить полученные травмы капитан «Тигрицы» мог, но к сожалению отнюдь не сразу. — Вот какова в текущий момент наша главная цель?

— Вернуться на родину с башкой какого-нибудь мага из клана Асано, — пожал плечами сибирский татарин. — А лучше бы, чтобы подобных трофеев было два-три или больше. Ну и неплохо было бы посчитаться с Черным Мигелем за погибших ребят и за украденное золото.

— Вот только ловить этого чертового полунаемника-полубандита, не имеющего постоянной точки дислокации, мы можем годами, а свободного времени у нас сейчас столько нет. Но ничего мир маленький, планета круглая, пересечемся рано или поздно, если до нас его кто-нибудь другой не прибьет. — Нахмурился Олег, постукивая пальцем руки по столешнице. Как он ни пытался, но так и не смог придумать надежный план перехвата отряда из двух летучих галеонов, чей капитан вполне оправданно страдает паранойей и старается не задерживаться долго на одном месте. Кто-нибудь более влиятельный или могущественный сумел бы быстро справиться с этой проблемой, но чародей не имел собственной сети шпионов и не умел вызывать каких-нибудь инфернально-астральных ищеек, которые нужного человека и на другом конце Земли вынюхают. И влезать в долги ради одного лишь морального удовлетворения от чувства совершившейся мести волшебник не собирался. — С самураями из клана Асано же несколько иная проблема. Их местонахождения нам в целом известно, но если бы добыть одного из этих ударившихся в чернокнижие алхимиков и химерологов было легко, они бы давно уже вымерли вполне естественным образом, поскольку нажили себе большую кучу врагов, среди которых архимагистр Савва, возможно, еще не самый серьезный. А сейчас добраться до представителей весьма конкретного аристократического рода будет тяжело вдвойне, из-за войны между Россией и Японией.

— Какие, кстати, новости с фронта? — Поинтересовался Стефан, кивая на стопку американских газет, сложенную в уголке каюты. Первый лист той из них, что лежала сверху, украшала собой большая фотография морского сражения. Четкость была так себе, да и дыма многовато, однако различить русские и японские флаги на поливающих друг друга снарядами и магией стальных громадах все-таки получалось.

— Армии бодаются в позиционном противостоянии. На воде победы остаются в основном за самураями, поскольку они и сами неплохие моряки, и англичане им в поддержку множество опытных гидромантов перебросили, на суше вроде бы наши по очкам побеждают, но крупных успехов, тем не менее, пока не отмечено. — Тяжело вздохнул Олег, которому очень бы хотелось, чтобы данный конфликт кончился быстро и, по возможности, без него. — Сухопутную дорогу от Сахалина до Хоккайдо таки проложили, подняв здоровенный участок морского дна, однако её уже несколько раз ломали при помощи цунами и землетрясений, делая дырки протяженностью километров в пять-шесть. И даже когда она цела, то пройти по ней войскам до сих пор не получается.

— Окопная мясорубка? — Предположил Стефан.

— Без самих окопов, но в общем-то да, — согласился его друг. — С моря эту узкую полосу земли корабли самураев простреливают на всей протяженности, да и надежный тыл на Сахалине плохо получается создать. А на противоположенном конце маршрута засел в спешно выстроенной крепости лично Микадо со своими наследниками и главами всех японских кланов. Обойти не получается, как и взять штурмом укрепления, которые защищает лично владыка страны восходящего солнца с сильнейшими магами своей страны. Количество солдат, погибших с обеих сторон пока оценивается примерно в двести пятьдесят тысяч человек, но все согласны с тем, что это еще далеко не финал.

— Зато если все же получится победить в этой битве, то Япония будет обезглавлена и существенного сопротивления нашим войскам оказать уже не сможет. — Проявил осторожный оптимизм Стефан. — Может так даже лучше. По крайней мере, войскам не придется каждый город на своем пути штурмовать, если их хозяева к тому моменту уже будут убиты.

— Ключевое слово: «если», — вздохнул Олег. — Газетчики утверждают, что японцы в попытках обеспечить себе стратегическое преимущество или хотя бы удержать паритет с нашими силами массово используют темные ритуалы, с принесением в жертву тысяч людей, чтобы натравливать на русские войска демонов и выходцев из царства мертвых. И в том им помогают краснокожие клыкастые консультанты.

— Следовало ожидать, — пожал плечами Стефан, ничуть не удивленный подобным известием. — У самураев же не только с англичанами военный союз, но и с упырями. А больше из России никаких интересных новостей нет?

— Пара капель светской хроники, да длинный список бояр и прочих знатных персон, что уже сложили головы во славу отчизны, — пожал плечами Олег. — Вот только, архимагистра Саввы в числе погибших нет, а остальные российские аристократы нам вроде как не особо интересны…

— Ну, я бы не отказался чуток позларадствовать над гибелью некоторых своих очень дальних родственников, — призадумался Стефан. — Впрочем, к черту их. Чего ты там по поводу нужных нам японских колдунов говорил?

— Часть их сейчас на фронте, и там добыть головы представителей клана Асано для нас тупо не представляется возможным. Прибьют мимоходом, учитывая масштаб конфликта. — Олег телекинезом снял с одной из полок масштабную карту японского архипелага и развернул её прямо в воздухе. — Часть осталась в своих родовых владениях, которые находятся довольно далеко от линии фронта. Они защищают свои земли от русских рейдеров, случайных пиратов и старых недоброжелателей, которые могли бы воспользоваться ситуацией. Видишь, я их границы карандашом жирно обвел?

— Не такая уж большая территория, впрочем, Япония вообще страна маленькая, — задумался Стефан, изучая карту. — Но народа там немало. Два городка, один почти в центре владений, один у моря. Шесть крупных деревень, наверняка есть поселки поменьше, но их на этой карте не отметили. Какой-то монастырь еще.

— Колдуны не могли оставить свои земли без охраны от русских рейдеров, случайных пиратов и старых недоброжелателей, которые могли бы воспользоваться ситуацией. И соваться туда наобум слишком опасно. — Олег бы дорого купил информацию про города, принадлежащие клану Асано, но к сожалению таким товаром не располагал никто из тех, с кем он разговаривал. И туристические путеводители по резиденциям японских черных магов в книжных магазинах почему-то отсутствовали. — Нарвемся на пару магистров или летучую эскадру, и останутся от нас только ножки да рожки. Ладно, пусть обладатели шестого ранга и выше все на фронте. Но уж какие-нибудь недоучившиеся или просто не особо талантливые чародеи должны были остаться свой дом охранять. И чтобы хотя бы примерно представлять расклад сил и мощь крепостей, что защищают их города, нам нужно поймать и расспросить японского работорговца. Или не обязательно японского и не обязательно работорговца, главное чтобы источник информации относительно недавно бывал в принадлежащей Асано гавани и знал, насколько хорошо та защищена.

— Думаешь, она защищена хуже, чем находящийся в глубине владений город? — Озадачился Стефан. — По идее должно быть наоборот, пираты то в первую очередь станут нападать именно на населенный пункт у моря.

— Вот именно. А потому главную цитадель стоит располагать подальше от воды, по которой могут внезапно подойти крупные силы и поставить крест на будущем клана или как минимум нанести ему серьезный удар, все спалив и разграбив. — К огромному сожалению Олега на карте не было обозначено, какой именно населенный пункт является столицей владений клана Асано. — Но я думаю, оба города хорошо укреплены, ведь Япония очень много времени провела в политической изоляции, представляя из себя ту еще банку с пауками, внутри которой войны велись только между соседями.

— Тогда остаются монастырь и деревни? — Предположил Стефан. — Там народа не так много, а значит и защитников поменьше. Быстро прилетим, немного постреляем, улетим. Если повезет, то серьезно драться и не придется. Мы же не собираемся отбирать рис у японских крестьян или снимать с них деревянные сандалии.

— Вполне рабочий план, — согласился Олег. — Но есть ли в деревнях представители правящего клана или только какие-нибудь его побочные ветви, которые с нужными нам японскими чернокнижниками хоть и родня, но не такая уж и близкая? В общем, нам нужна информация, получить которую легче всего от кого-нибудь из японских работорговцев. Идеальным стало бы поймать родовитого и вместе с тем не слишком сильного самурая из рода Асано, который несмотря на войну отправился с деловым визитом куда-нибудь в эти края ради закупки оружия или вербовки наемников…Но вряд ли нам так повезет.

— Ну, мечтать никто не запрещает, — хмыкнул Стефан. — Впрочем, если подобная возможность действительно выпадет, упускать её окажется просто грешно. Итак, в твоих записях что-нибудь интересное по японским работорговцам?

— На самом деле — довольно многое, — довольно улыбнулся Олег. — Видишь ли, не брезгующие людоловством или продажей своих собственных крестьян самураи по большому счету единственные, кто не гнушается и не боится массово возить живой товар на западное побережье Империи Крови. Мексиканским бандам удобнее сбывать добычу в точках вроде той, возле которой мы долго крутились, османам ближе плавать через Атлантику, а пираты с мелких островов в Тихом Океане появляются слишком редко и большой роли не играют.

— Так значит, у тебя уже есть план, — облегченно улыбнулся Стефан. — Отлично! Я, знаешь ли. уже начинаю серьезно скучать по своим женам…И какова наша следующая цель?

— Остров Финаурилен-ши-реада, что лежит на очень удобном мелководном маршруте между Южной Америкой и Японией, куда довольно редко заплывают морские монстры. Только не спрашивай меня, на каком языке это название и чего оно обозначает. — Олег свернул карту Японии и развернул новую, куда более крупную, хоть и нарисованную в меньшем масштабе. Все-таки на ней изображалась не маленькая страна, а половина Тихого Океана. Поднятый телекинезом карандаш ткнул в небольшую точку на карте. Сделанная очень мелким шрифтом надпись была больше изображения самого острова больше чем в десять раз. — Сей клочок суши расположен посреди океана и слишком маленький, чтобы поддерживать постоянное население свыше двух-трех десятков человек, поскольку там нет ни плодородной почвы, ни нормальных деревьев для строительства лодок. Однако, зато на островке есть довольно неплохой родник. Скорее всего, он создан искусственно каким-нибудь древним чародеем-мореплавателем, но как бы там ни было, у этого места довольно часто останавливаются суда, чтобы пополнить запас пресной воды.

— И японские работорговцы тоже это делают? — Задался вопросом толстяк, сложив руки на животе и глубоко задумавшись. — Но ведь такая очевидная точка в их маршруте должна служить буквально таки приманкой для пиратов.

— Большинство корсаров в данных широтах не любит солнце, может похвастаться клыкастой улыбкой и будет счастливо сожрать конкурента живьем в самом прямо смысле слова. — Покачал головой Олег. — Уж кому-кому, но работорговцам их опасаться нечего. За попытку разинуть пасть на чужой каравай наживающиеся на совершении сделок жрецы кровавых богов вампирам-пиратам самолично все зубы вышибут и отволокут за ушко на солнышко.

— Ты узнал это от вампира? — Нахмурился Стефан. — А не мог он солгать?

— Мог, — пожал плечами чародей. — Но я консультировался вчера у местных моряков, это действительно довольно известное место для тех, кто хочет набрать пресной воды посреди океана. Ближайший к нему источник, способный напоить несколько сотен человек и наполнить бочки для утоления жажды такой оравы в течении хотя бы недели, находится от него аж за две сотни километров. И чтобы достичь его придется покинуть зону мелководья и рискнуть близким знакомством с тварями глубины.

— Как-то все слишком подозрительно, — продолжал сомневаться сибирский татарин.

— А мне кажется наоборот, все вполне естественно и логично. Вот сам подумай, ведь японские корабли вынуждены пересекать Тихий Океан, причем отнюдь не по кратчайшему маршруту между гаванью отправления и пунктом назначения. И они должны либо взять на борт много рабов и мало воды, либо много воды и мало рабов. Люди все-таки не ящики с товаром, их нельзя друг на друга в трюме сложить и забыть. Вернее можно, но тогда до места назначения не доедет как минимум половина пленников, а за находящихся на грани смерти от истощения невольников кровососы заплатят не столь уж и много. — Олег убрал карту обратно на полку. — Работорговцы по пути в Империю Крови просто вынуждены делать стоянки либо у ненаселенных островов, обладающих источниками пресной воды, либо там, где к ним относятся нейтрально. И при этом им не нравится далеко отклоняться от кратчайшего маршрута, поскольку время-деньги. Перехватить судно на обратной дороге сложнее, ведь оно загружено обычным товаром и такой острой необходимости в пополнении припасов уже не испытывает, однако капитаны все равно предпочитают придерживаться знакомых маршрутов. Так меньше шансы случайно влипнуть в неприятности.

— Ладно, предположим мы нашли японцев, движущихся в Империю Крови или из неё. — Решил Стефан. — А если их опять будет слишком много, чтобы атаковать? Хочу тебе напомнить, большинство торговцев предпочитает перемещаться в составе крупных караванов. Так безопаснее.

— Будем ждать удачного момента, чтобы атаковать отбившееся судно, — развел руками чародей, который пока не сумел придумать надежного плана нападения эрзац-крейсера на группу морских кораблей. Бомбардировка с безопасной высоты, конечно, могла помочь разнести на щепки даже маленький флот, если у того не будет нормальной защиты…Но без таковой по океану мало кто плавал. — Или проследуем за ними в какой-нибудь нейтральный порт и там украдем парочку самураев для допроса. Наобум в земли клана Асано лезть не стоит, а без живого или мертвого колдуна из этого рода нам возвращаться, увы, не совсем безопасно.

— Господин капитан! Господин капитан! — В каюту буквально ввалился кричащий на английском языке Шен, почти успешно отпихнувший с дороги далеко не маленького Стефана. Толстяк, конечно, сделал шаг в сторону вполне самостоятельно, но перед этим он слегка покачнулся. Следовательно, будь на его месте кто-нибудь вроде Лили, его бы вообще впечатало в стену. — Там это…Нас в плен взяли!

— Чего-чего? — Обескуражено переспросил Олег, поспешно вооружаясь. Непосредственной опасности он не чувствовал, да и ни криков ни стрельбы снаружи корабля не звучало, однако это еще ни о чем не говорило. А боцман «Тигрицы» может и не являлся образцом спокойствия и невозмутимости, однако и в такое возбуждение по пустякам вроде бы никогда раньше не впадал. — В плен? Ты уверен? Кто?! Когда?! Почему я не знаю?!

— Ну, не в плен, а в осаду, слова немного перепутал, — принялся сбивчиво объяснять китаец, активно жестикулируя руками. — Это ящерицы! И их много!

Насчет последнего Шен не ошибся. Когда Олег вышел на палубу и посмотрел вниз, он полностью понял причину столь странного поведения боцмана, почувствовал себя несколько неуютно и тоже не смог подсчитать, сколько же именно ящериц окружило «Тигрицу». Вернее, ящеролюдов. Долговязые худощавые гуманоиды, почти не носящие одежды и покрытые чешуей серого, зеленого или коричневого цвета обступили стоящее на земле воздушной гавани судно, словно бойцы штурмуемую со всех сторон крепость. Правда, они почти не стояли на месте, а расхаживали туда-сюда в некоем хаотическом движении, то группируясь в плотные кучки из пары десятков особей, то снова расходясь, что создавало иллюзию несколько большей толпы, чем было на самом деле…Но по крайней мере полтораста нелюдей перед кораблем стояли. А скорее даже пара сотен с хвостиком. Больше, чем на «Тигрице» сейчас народа имелось, даже если считать лежащих в лазарете матросов, еще не оправившихся после получения ранений в бою с вампирами. И каждый ящеролюд был вооружен как минимум копьем с железным наконечником и тесаком на поясе, а некоторые так и вообще увешались клинками, ружьями и пистолетами не хуже чем новогодние елки — игрушками.

— Стефан, ты что, таки не сдержался и прибил Шлисшу? — Поинтересовался Олег, оторопело взирая на это сборище. Воздух полнился шипящей речью, которая по отдельности была не слишком-то и громкой, но совместно сливалась в угрожающий и пробирающий буквально до костей звук. — То-то она мне после приземления ни разу еще на глаза не попадалась…

— Нет, — помотал головой сибирский татарин, тоже в удивлении взирающий на огромную толпу нелюдей, обступившую корабль. — Хотя иногда, знаешь ли, очень хотелось ей морду действительно как следует набить или хотя бы выпороть…Например, когда она мне на ногу ядро уронила.

— А ничего другого ты с ней тоже не делал? — Подозрительно поинтересовался чародей, косясь на своего временами излишне любвеобильного друга единственным видящим глазом. — А то знаешь, сердитыми эти ящерицы совсем не выглядят, хоть они и вооруженные. Скорее возбужденными и радостными. Будто пришли жениха препроводить на свадьбу…

— Капитан, — по трапу вбежала ящеролюдка, в которой Олег опознал Шлисшу. В основном по её револьверам, ну и приметные шрамы на морде тоже свою роль сыграли. А вот без них мог бы и перепутать с некоторыми находящимися внизу нелюдями, поскольку не меньше четверти их принадлежало к женскому полу и обладало примерно тем же цветом чешуи. — Мое племя пришло служить тебе. За жалованье.

— Знаешь, Шлисша, если честно мне и одной тебя на судне ой как хватает, — абсолютно честно признался чародей, вспоминая все те происшествия, в которых была замешана ящеролюдка. — Боюсь, если вас таких будет хотя бы двое, корабль этого может не выдержать.

— За то, что была очень неловкой, наглой и крайне бестолковой приношу свои извинения и готова понести наказание. — В голосе Шлисшы мелькнули какие-то эмоции, которые Олег не смог до конца распознать из-за её странного шипящего акцента. Но в следующее мгновение он об особенностях речи своей необычной подчиненной и думать забыл, поскольку из фляжки, висящей на поясе стоящей перед ним особы вдруг вырвался поток воды, окутавший ящеролюдку подобно облегающей одежде. А перейдя на магическое зрение, волшебник увидел, что аура её уплотнилась и налилась энергией. Если раньше та походила на энергетическое тело потенциального ведьмака, которому только нормального обучения не хватает, то сейчас перед ним стояла уверенная обладательница второго ранга. — Но мне надо было проверить правдивость слов шаманов племени Треснувшего Камня. Убедиться, будут ли к моему племени здесь относиться как к равным, платя и наказывая по заслугам или станут презирать, унижать и обманывать, как любят поступать с нами белые люди. Все-таки к индейцам относятся обычно чуть лучше, чем к нашему народу, хоть и не намного.

— Подожди, то есть ты специально корчила из себя гонористую дуру? Чтобы посмотреть на мою реакцию? — Олег очень удивился, а потом до него полностью дошли слова ящеролюдки про шаманов. И подозреваемых в шпионаже, пусть и доброжелательном, на корабле было очень немного. Собственно, всего два. — Чиник! Олтек! А ну идите сюда, заразы престарелые!

— Нас не очень интересует золото, но мы будем рады взять вместо него трофейное оружие. Или доспехи, если они не боятся воды. Среди воинов, которых я привела, нет никого, кто имел бы семью и ему было бы куда спешить после битв, все они знают о том, что могут умереть и готовы рискнуть, если это будет полезно для блага нашего племени и даст им возможность стать героями, вернувшись богачами домой через несколько лет. — Продолжила свою речь ящеролюдка, нахваливая своих соплеменников. — А еще мы в отличии от людей может долго не есть, если лежим и спим. Одного хорошего обеда из жареного мяса хватит на то, чтобы месяц спокойно видеть грезы. Кроме того я привела тех, кому подвластна магия. Трое породнившихся с водой вроде меня, еще трое говорящих с духами и двое повелевающих землей и камнем.

— Хорошо, посмотрим. Может кого-то и наймем, — чародей уже понимал, что как минимум от возможности взять в команду одаренных ящеролюдов не откажется. Магов «Тигрице» сильно-сильно не хватало…Да собственно слишком много их быть и не могло. Правда, оставался вопрос насчет умений и сил подобного пополнения, но если Шлисша обладала вторым рангом и явно находилась в совеем племени не на последних ролях, то большинство магов ящеролюдов должны были оказаться равны ей или чуть слабее. Ну, может какого-нибудь подмастерье найти получится, если повезет. — Чиник! Олтек! Где вы есть?! Спишу на берег, паразиты! Я не шучу!

Однако, говорящие с духами выполнять его приказы не спешили. Оказывается, они как и положено шаманам обладали некоторой долей мудрости, а потому предусмотрительно смылись с корабля сразу же, как только увидели подходящую к «Тигрице» толпу ящеролюдов. И вернулись только на следующий день, когда капитан корабля успел остыть, принять на борт примерно сорок показавшихся ему наиболее компетентными ящеролюдов, проверить возможности пополнения и остаться в общем и целом им довольным, так как наконец-то на корабле исчез дефицит нормальных магов. Пусть даже занявшие вакантные места чародеи и представляли из себя то еще зрелище, расхаживая по коридорам и палубам в украшениях из ракушек и головных уборах из птичьих перьев, которые нелюди явно скопировали у своих соседей-индейцев.

Глава 15. О том, как герой отказывается от потенциальной прибыли, приходит в уныние и ждет у моря погоды

Десятки худых, но тем не менее довольно выносливых людей в однотипной серой одежде сновали на каменистом берегу, совместными усилиями перетаскивая обвязанные канатами здоровенные деревянные бочки литров двести каждая. Весили те явно немало и это сейчас, когда еще оставались пустыми. А вот если наполнить эту тару водой, то оторвать её от земли станет воистину сложной задачей. Впрочем, в сошедшей на землю группе уже сейчас выделялась парочка облаченных в ярко-синюю униформу субъектов, которые активно жестикулировали, вероятно, очень громко орали, и ударами каких-то палок подгоняли своих подчиненных. Видимо им очень хотелось, чтобы те начали двигаться быстрее. Но как-то облегчить работу рядового состава, например, использовав магию, велев сколотить на борту корабля носилки из ненужных досок или организовав хаотические метания матросов в нечто конструктивное, офицеры явно не собирались. Им куда проще было заниматься мордобитием и рукоприкладством…Вернее, спиноколотительством, поскольку в основном лупили начальственные персоны своими дубинками куда-то в район лопаток. Видимо, так были меньше риски случайно вывести людей из строя, но вместе с тем достигался необходимый по мнению вышестоящих уровень боли.

— Мерцание, — прочитал Олег надпись на носу крупного океанского судна, которое бросило якорь вблизи маленького каменистого островка с рощицей чахлых кривых деревьев, невысокой стелящейся травой и вполне себе заметным ручейком, чья блестящая на солнце нить бодро прыгала по скалам. Высокое и широкое судно, отдаленно напоминающее чародею баржи его родного мира, было заполнено народом. — Хм, странное название для корабля. Конечно, их стараются давать так, чтобы избежать лишних совпадений, но все же традиционно используется нечто более…Впечатляющее. Имя исторического деятеля, опасное животное, пугающее явление природы…

— Отойди, дай мне посмотреть, — Стефан практически отпихнул друга от самого мощного телескопа, имеющегося на борту парящей высоко в небе «Тигрицы». Совместная работа качественных линз и магически усиленного зрения позволяла во всех подробностях рассмотреть творящееся на борту корабля, словно он находился от наблюдателей в двух шагах, а не за два десятка километров. Вообще-то такой дистанции летучее судно вполне могли и заметить, однако Якоб и несколько его помощников из числа младших магов и ящеролюдей уже пятый день непрерывно поддерживали вокруг эрзац-крейсера небольшое, но весьма плотное облако. И длинная труба телескопа лишь на несколько сантиметров высовывалась за пределы магического камуфляжа, внутри которого было довольно прохладно и промозгло, несмотря на яркое тропическое солнце. — Так, ну это же не японцы? Или все-таки японцы? Лица вроде узкоглазые…Только это же не показатель, у меня у самого почти такое же, только красивей. И в качестве одежды халаты используют, а не нормальную одежду.

— Азиаты, — согласился с очевидным капитан «Тигрицы». — Но, судя по всему, все-таки не японцы. Китайцы…Или корейцы…Ну, может тайцы какие-нибудь.

— Уверен? — Стефан освободил зрительный прибор, снял шлем и почесал затылок, на котором кажется успело из вездесущей влаги сконденсироваться несколько крупных капель. — Этот корабль же один, и в этих водах. А нормальные торговцы предпочитают передвигаться караванами и подальше отсюда. Кем им быть, как не японскими работорговцами?

— Надпись на носу сделана вполне обычными английскими буквами, а не какими-нибудь иероглифами. И самураев в их характерных доспехах не видно. А они птицы гордые, переодеваться бы без очень весомой причины не стали. Или использовать международную письменность, а не свои малопонятные закорючки. — Олег вновь приник к телескопу, но на сей устремил свой взгляд на мачты «Мерцания» и принялся изучать оснастку судна. — Паруса заметно потрепаны, хотя бурь последние дни не было. На некоторых большие обугленные дыры, такие же есть на корпусе, но распределены совершенно хаотически…Похоже, в корабль раз за разом били молнии. Мощные, но не прицельные. Думаю, данное судно нарвалось на каких-нибудь воздушных элементалей и те специально для корабля устроили маленький шторм, локализованный вокруг корабля. Вот их сюда и отнесло с более северных широт.

— Ну, допустим, — Стефан принялся ритмично постукивать пальцами по палубному ограждению, судя по всему погрузившись в глубокую задумчивость. — Атаковать мы их будем?

— Нет, это не работорговцы. Скорее всего, — Капитан корабля переключился на разглядывание тех офицеров, которые не стали сходить на маленький островок, а вместо этого остались на своем судне. Они представляли из себя довольно пеструю группу, одетую в синие, красные, серебряные или лимонно-желтые одежды. Во многих случаях либо под тканью либо поверх неё присутствовали элементы брони, однако Стефан или Олег на их фоне выглядели бы настоящими железными истуканами. Больше красоты и комфорта, меньше защитных свойств. Стиль торговцев, а не воинов. К тому же чародею не удалось обнаружить ничего мало-мальски похожего на характерные для опытных некромантов костяные конструкции. Флаги судна несли на себе какое-то изображение, но чего именно там нарисовано у капитана «Тигрицы» понять не получилось. То ли горбатый бык, то ли рогатый верблюд… — Корабль большой, но его старшие офицеры не блестят от золота и драгоценных камней. И бочек маловато, чтобы напоить полный трюм живого товара.

— Однако, кто бы это ни был, они нам не друзья и даже не союзники. А добыча бы не помешала, — поддерживающий вокруг корабля искусственное облако Якоб почти постоянно находился на верхней палубе. Сейчас низкорослый казак, опирающийся на массивный серебряный посох весом и длинной как бы не больше хозяина, находился от Олега и Стефана буквально в двух шагах, а потому слышал их разговор. — В прошлый то раз взять её не получилось, а деньги имеют свойство быстро заканчиваться. Особенно когда мы швыряем в топку алхимического реактора топливо, каждый килограмм которого стоит больше чем добрая жратва.

— Резервы еще есть, — покачал головой Олег, не собирающийся атаковать случайное судно. Он не врал себе и признавал, что мог бы пойти на такой шаг, если бы от наличия или отсутствия трофеев зависела судьба их отряда. Однако пока денег хватало на выплату жалования и пополнение припасов, и в ближайший месяц-полтора финансовый вопрос не должен был встать слишком остро. Пусть и потому, что большая часть команды до сих пор отрабатывала кредиты за свое исцеление, а людоящеры так вообще в большинстве своем наглым образом дрыхли целыми неделями, почти не потребляя продовольствие. Эта их способность серьезно не дотягивала до полноценного анабиоза и даже уступала банальной зимней спячке некоторых животных, однако все равно являлась весьма полезной. — К тому же, морской корабль или хотя бы всю добычу из его трюмов мы при всем желании не утащим.

— Чего это? — Нахохлился низкорослый казак. — До Акапулько тут не так уж и далеко, дойдем за недельку-полторы с божьей помощью…Особенно если морячков порешим не всех. Ну, так с трюмных крыс обычно и взять то нечего, да и редко они стоять насмерть за хозяев.

— И все-таки мы это судно проигнорируем. Не знаю уж, чем забиты их трюмы, однако лично их инспектировать не горю желанием. — Олег отошел от телескопа, тем самым давая понять, что он закончил этот разговор. И потенциальная прибыль, которую можно получить в результате пиратства, его не интересует. По крайней мере, в данный момент. — Вот были бы у них английские флаги — другой разговор…Или османские. С теми у нас хоть официально и мир, но их пиратам данный факт никогда не мешал особо. Так почему мы должны поступать инач.

— А если немцы? — Продолжал свои расспросы Якоб. — Уж упырям трансильванским в общем-то больше и некуда больше в гости съездить, как к упырям аюжно-мериканским.

— Тоже приемлемая цель, — подумав, согласился Олег. — Но здесь корабли Австро-Венгерской империи мы увидим вряд ли. Вот если бы нашли похожее местечко, но в Атлантике…

— Корабль! — Вдруг с неподдельным удивлением произнес Стефан, по-прежнему наблюдающий за «Мерцанием» через телескоп. — Они заметили нас! Какой-то тип в золотом халате и квадратной шапочке прямо в нашу сторону рукой тычет! А на палубе у них знатный переполох поднялся!

— Плохо, — пожал плечами капитан «Тигрицы», впрочем внутренне он остался практически абсолютно спокоен. Олег изначально понимал, что маскировка эрзац-крейсера далека от совершенства. Пусть даже рулевой и пытался заставить судно медленно дрейфовать примерно в ту же сторону, куда плывут остальные воздушные массы, но если бы искусственное облако не отличалось в своем поведении от натуральных, летучий корабль за пару часов удалился бы от нужного острова слишком далеко. Опять же, оказаться обнаруженной могла именно магия, при помощи которой создавался камуфляж. — Но не фатально. Атаковать они нас вряд ли смогут, если на борту нет авиации или действительно сильных магов…Но боевую тревогу на всякий случай надо бы объявить. Хоть народ чуть-чуть разомнется.

Олег уже в общем-то привык к тому, что этот мир и его обитатели регулярно преподносят ему сюрпризы. В основном неприятные. И зачастую подготовиться к ним заранее ну вот никак не возможно. Однако, мореплавателям удалось серьезно удивить боевого мага, своими глазами видевшего прорыв в реальность обитателей нижних миров, организованное нашествие нежити на крупный мегаполис, эпидемию вызванную магически-биологическим оружием и пару десятков рожающих одновременно женщин. Приставший к каменистому островку ради пресной воды корабль поднял рванул куда-то на северо-восток с такой скоростью, которую было бы невозможно развить без магии. Даже якорную цепь его матросы перебили, чтобы лишняя тяжесть не мешала им драпать. Уже спустя тридцать секунд после отплытия громоздкое и неповоротливое на первый взгляд судно, практически летевшее над волнами, выдавало по меньшей мере полторы сотни километров в час. И было не похоже, будто оно собирается в ближайшем будущем замедлиться или вернуться за теми членами своего экипажа, которые остались на берегу и теперь отчаянно кричат и машут руками вслед удаляющемуся «Мерцанию».

— Ты посмотри, там один из этих узкоглазых от избытка чувств аж огненную стрелу вслед кораблю запустил! — Голос Стефана, наблюдающего за творящимся внизу переполохом, так и лучился весельем. — Нет, она конечно и одной десятой нужного расстояния не пролетела, но сам факт…

— Ну и чего тут такого? — Олег тем временем размышлял, где ж ему разместить на «Тигрице» такую ораву и чем её кормить. На остров сошло около семидесяти человек, а может и все восемьдесят. И оставить их было ну попросту невозможно, так как эти люди неминуемо в скором времени сдохли бы от голода. Ну, если бы раньше мимо не прошел какой-нибудь корабль вампиров. Или работорговцев, которые тоже доставят брошенных моряков не куда-нибудь, а прямо на стол к кровососам. — Ты лучше придумай, на какой палубе их можно разместить, чтобы и под надзором держать удобно было, и под ногами не мешались. А оставлять людей здесь — не вариант. Максимум через полторы недели начнут друг друга жрать, если только раньше каким-нибудь двенадцатибальным штормом всех сразу в море не смоет.

— Так это ж не один из офицеров сделал, а какой-то матрос! — Еще более радостно провозгласил Стефан. — Видать парень обладает кой-каким потенциалом, но нигде не учился, а будучи весь на нервах сумел первый раз в жизни свой дар пробудить! Сейчас все, кто в след удирающему кораблю не смотрят, пялятся на него как на восьмое чудо света! Ну а сам герой, похоже, в обморок брякнулся. Надорвался видать, с непривычки то…

— Оклемается, — буркнул Якоб. — Если сам в первый раз чего-то колдануть смог, то поболеет, но выздоровеет. Это если б его какой-нибудь дрянью напоили, для временного повышения способностей, тогда да, тогда бы мог и калекой остаться, и ноги протянуть…

— Похоже, придется нам чуть-чуть урезать рацион, — тяжело вздохнул впавший в уныние Олег, мысленно уже успевший оценить запасы провианта, которые оказались под серьезной угрозой. Ведь количество едоков возрастет аж на треть! Но, по крайней мере, сети для ловли рыбы у них на борту были. И шансы попасться на зубок кракену или морскому змею, если снизить высоту, посреди популярного судоходного маршрута стоило оценивать как ничтожно малые. Если же все-таки попадется какое-нибудь чудище, то скорее всего будет оно мелким…По меркам себе подобных. — А новичков кормить по большей части морепродуктами. Хорошо хоть жарить их магией не придется, какие-никакие деревья на этом островке все же есть, и на дрова они сгодятся.

— И воды там пресной хоть залейся, — Стефан отвлекся от телескопа. — Слушай, а почему моряки ей запасаются вместо того, чтобы корабельные колдуны её просто наколдовали? Так же проще!

— Пф! — Якоб аж подавился от его заявления воздухом. — Скажешь тоже!

— А что не так то? — Продолжал недоумевать сибирский татарин. — Когда мы вдвоем с Олегом на лодке по океану плыли куда глаза глядят, он мог наколдовать хоть целую ванну…Ну, если бы у нас была ванна. Нет, способности у всех разные, то само собой.

— Очистить воду от примесей путем испарения и последующей конденсации, ну или еще как-нибудь, не столь уж и сложно. Почти каждый толковый чародей с такой задачей справится, даже если собственно самой гидромантией и не владеет. Геомант сконцентрирует кристаллик соли, аэромант сгонит в кучу атмосферную флагу, алхимик соорудит на коленке фильтр, друид сотворит кустик, который сначала пьет из моря, а потом изображает из себя питьевой фонтанчик. — Согласился капитан «Тигрицы». — Проблема в объемах жидкости, потребляемых ежедневно. У нас на судне сейчас двести человек экипажа. При такой погоде каждому только для питья надо литра два в сутки.

— И четверти бы от такого количества хватило. Балуешь ты людей, ой балуешь, — покачал головой Якоб. — Смотри, ни к чему хорошему это не приведет. Время от времени, конечно, надо давать людям роздыху…Но если они привыкнут к сладкой жизни, то плохие из них станут солдаты.

— Ладно, пусть будет литр на человека для питья, — не стал спорить Олег, поскольку сейчас шло обсуждение сугубо гипотетической ситуации. — Но лучше бы больше. И грязью зарастать без стирки и мытья плохая идея с точки зрения гигиены, а морская соль в наведении чистоты несколько мешает.

— Ох, — только и сказал Якоб, сурово поджав губы. Видно было, казак едва удерживается от того, чтобы во всю глотку рявкнуть: «Неженка!». Ну или нечто менее цензурное, но близкое по смыслу. Однако, Олег все-таки был капитаном, а потому низкорослый казак сдержал свое мнение при себе, развернулся и неторопливо пошел куда-то в сторону носа судна, при каждом шаге постукивая посохом о палубы. Поредевший было туман вокруг «Тигрицы» снова стал обретать практически молочную плотность и белизну.

— В общем, если я стану изображать из себя опреснительную установку, то порядочно запарюсь. Может даже надорвусь. И это притом, что у меня четвертый ранг, а обладателей его никогда много не бывает. И даже если за дело попросить взяться опытного мага воды…Вот скажи, как часто ты во время службы в нашей армии видел, чтобы офицеры работали на протяжении нескольких часов в день? Причем не ради победы и полагающихся к ней трофеев и славы, а для комфорта рядового состава. Трудиться, это же по понятиям аристократии в большинстве своем: «не комильфо» Ну или «западло», если использовать наш отечественный русский термин. — Олег еще раз посмотрел на людей, оставленных посреди океана на каменистом островке и решил, что подбирать их вот прямо сейчас не нужно. Обидятся еще на экипаж «Тигрицы», драться бросятся…Там же сейчас на нервах все и оружие у каждого! Лучше будет дать знать о себе матросам через несколько часов, а может даже на следующее утро, когда они до конца осознают свое положение и незавидные перспективы, а также немного успокоятся. — Я не скажу за всех офицеров, но подавляющему большинству наших аристократов или выбившихся в маленькие начальники магов из простонародья проще и привычнее дать пинка сотне солдат и заставить их возиться с бочками, чем самому засучить рукава и поработать хоть десять минут. Или даже замордовать людей до полусмерти, если они почему-то не могут сами справиться с поставленной задачей, чтобы в следующий раз не отвлекали его высокопоставленную задницу от важных дум в мягком креслице. К тому же, есть в таком положении дел и некоторый здравый смысл. Если вдруг всех чародеев, ответственных за снабжение водой, в бою ухлопают — судну прикажете в корабль-призрак превращаться? К тому же когда корабельные колдуны ходят, вывалив на плечо язык от длительных ежедневных нагрузок, особой помощи в бою от них можно не ждать.

— Понятно, — вздохнул Стефан. — В очередной раз я глупость сморозил.

— Не глупость, — возразил ему Олег. — Просто…Редко когда такой вариант действий может оказаться действительно выгодным. Например, если судно в долгом рейде и к берегу пристать нельзя. Или все запасы испортились, а оно посреди моря.

Корабль стал неспешно готовиться к приему большого количества гостей. Из просторного трюма выносилось на всякий случай все ценное, а взамен туда заносились лежанки из парусины, которые остались на «Тигрице» еще с поры охоты на работорговцев, чей живой товар надо был где-то размещать и как-то устраивать. Впрочем, на сей раз задача обещала стать несколько более легкой, так как новоприбывшим людям, по крайней мере, не должна была требоваться медицинская помощь. Да и психологическое состояние их вряд ли располагало к долгим и громким истерикам, которые в столь замкнутом пространстве могли спровоцировать кого-нибудь другого на собственные переживания или агрессию. Вот только прозвучавший после наступления вечерних сумерек сигнал боевой тревоги, уже второй за день, заставил матросов и офицеров все бросить, чтобы снова взяться за оружие и занять боевые посты. «Мерцание», успевшее было скрыться за горизонтом, снова вернулось. И не одно.

— Ну а вот это, скорее всего, работорговцы, — заметил Олег, рассматривая созданную в рубке иллюзию. За уже знакомым ему грузовым судном гналось три других морских корабля. И они его потихоньку догоняли поскольку «Мерцание» больше не неслось по волнам, словно гоночный автомобиль по специально для него выровненной трассе. То ли маги на борту устали, то ли в артефактах заряд кончился. Самым крупным и в то же время медленным из преследователей являлась посудина, сильно напоминающая самого беглеца. Вот буквально один в один оно его повторяло, только была процентов на двадцать пять меньше. А два других агрессора представляли из себя небольшие, но очень хорошо вооруженные эсминцы серого цвета. Не деревянные, а стальные. И артиллерия на них стояла вполне соответствующая самым высоким стандартам этого мира, поскольку на носах маленьких, но крайне боевитых корабликов красовались ну очень большие артиллерийские башни. И на фоне любой из них те турели, которые являлись гордостью «Тигрицы», выглядели крайне бледно, уступая калибром раза в два минимум. Над всей эскадрой реяли однотипные черные флаги, где ярким белым пятном выделялся череп с крайне выразительной дырой между глаз. — Вернее пираты, которые по всей видимости решили завернуть в гости к вампирам. То ли темных артефактов и ручной нежити прикупить, то ли захваченных людей сдать на мясо…На кровь…В общем, на стол кровососам отправить. А по пути наткнулись на столь лакомую одиночную добычу и решили не упускать момента. Жаль только, не японские они. Наверное.

Грузовой корабль мог принадлежать кому угодно, но вот эсминцы с металлическим корпусом, у которых парусное оснащение в виде двух мачт дополнялось дымящей трубой и двумя молотящими по воде гребными колесами, выглядели творением какой-то страны с серьезно развитой промышленностью. Нет, у Японии в закромах могло найтись и не такое, благодаря помощи Англии, всегда готовой продать кому угодно свое оружие и технику…Однако, сейчас современным боевым судам страны восходящего солнца надлежало находиться где-нибудь в районе Сахалина и бомбардировать позиции русских войск, а не болтаться в океане близ Южной Америки.

— Один черт разбойники морские, — пожал плечами Якоб. — Хотя японцы простых пиратов все-таки немного хуже…

— Это почему? — Поинтересовался Стефан. — Они сильнее? Более подлые? Жестокие?

— Командиры у них зачастую дерутся до конца, вместо того чтобы руки кверху задрать и откупиться! А еще имеют дурную привычку самоубийственные заклятия использовать, — Якоб передернул плечами, видимо вспоминая нечто очень неприятное из своего опыта. — Не все там, к счастью, такие гордые до безумия фанатики, которыми они любят себя выставлять перед другими…Но попадаются иногда среди них такие кадры, что ну их к чертовой матери…Ладно, делать то мы чего будем?

— Ждать, — пожал плечами Олег, рассматривая иллюзии пиратских кораблей. По отдельности «Тигрица» справилась бы с любым из них. Скорее всего. Но вот против эскадры из трех судов у эрзац-крейсера шансов насчитывалось уже не так много. А надеяться на помощь с «Мерцания» было ну слишком уж оптимистично.

— Ждать? — Переспросил Якоб. — Чего? У моря погоды?

— Ну, почти, — согласился с ним капитан судна. — От пиратов этот корабль не уйдет. Может до того как он драпанул от нас и сумел бы, но сейчас — точно нет. И отбиться сил у него, очевидно, не хватит. Но если пираты возьмут его на абордаж, то быстро расцепиться уже не смогут. И это будет самый подходящий момент для атаки. Только над вариантами её надо будет хорошо поразмыслить…И заодно подумать над тем, а стоит ли вообще влезать в чужую заварушку. Стефан, каково твое мнение? Все же именно вашей семье деньги ну вот кровь из носа нужны как можно скорее и как в можно большем количестве.

— Так-так, — сибирский татарин принялся расхаживать по рубке из угла в угол, явно взвешивая потенциальную выгоду и возможные риски. — У пиратов же самое ценное — это оружие и корабли. В них они все деньги вкладывают, ну если это действительно профессиональные пираты, а не вышедшие на разбой рыбаки. Верно?

— Верно, — согласился капитан «Тигрицы», в этом отношении имевший с ходящими под черным флагом личностями много общего. — И перед нами точно не рыбаки и даже не вышедший на поиски острых ощущений дворянчик на личной яхте…Эскадра из целых трех кораблей, два из которых имеют железный корпус — это слегка многовато для забавы или разового приработка.

— Как минимум одно судно мы до Акапулько довести бы точно могли. Паруса у летучих и океанских кораблей почти одинаковые, пробоины залатать можно, с курса не собьемся, на крайний случай «Тигрица» и буксиром может, — принялся рассуждать вслух сибирский татарин. — Якоб, а продать то мы трофей точно сможем?

— Не скажу, что оторвут с руками или честную цену дадут, но лишнее судно еще никогда никому не мешало. — Пожал плечами низкорослый казак. — Купцы же своей выгоды никогда не упустят и купят хоть костяную галеру, чтобы пустить её деревянные части на дорогущую мебель из красного дерева, хоть старый рыбацкий баркас — на дрова. Другое дело, сколько денег можно будет от них получить…

— Тогда игра определенно стоит свеч, — решил Стефан. — Только…А мы этих пиратов то потянем?

— Если сделаем по уму, то да, — кивнул Олег. — Присмотрись к иллюзии. Судя по всему, два меньших пиратских кораблика хороши для преследования добычи и её расстрела с большой дистанции. Они практически построены вокруг своей носовой пушки, а с боков и тыла у них только вспомогательная артиллерия. И вращаться на все триста шестьдесят градусов эти громадные бандуры явно не способны. Сумеем подкрасться к ним сзади — сможем расстреливать почти как в тире. Пары залпов бронебойными снарядами должно хватить, чтобы вывести из строя механизмы поворота орудийной башни и изменения высоты орудия. А за счет маневров корпусом на летучую цель попробуй еще наведись.

— Если сумеем, — скептически заметил Яков. — Они быстрые. И капитаны их, скорее всего, не дураки. Должны знать главные слабости своих посудин и уметь защищаться от возможных угроз.

— Если, — согласился капитан «Тигрицы». — Тут все зависит от того, пойдут ли они на абордаж или просто расстреляют торговца до потери хода или поднятия белого флага, а после станут ждать своего более медленного товарища.

— По идее, много народа туда не запихнешь, — призадумался Стефан, разглядывая иллюзию эсминцев. — Маленькие же…Но быстрые, такими как раз и удобно высаживать призовые партии.

— Основная масса пиратов должна обретаться большую часть времени на крупном судне, что играет роль передвижной базы, а также хранилища припасов и добычи. — Задумался Олег, разглядывая иллюзию последнего из пиратских кораблей. На первый взгляд тот являлся вполне типичным для этого мира вооруженным торговцем. Крупный, прочный, способный с каждого борта выдать залп из нескольких десятков примитивных, но мощных орудий. Самое то, чтобы заходить в гавани без лишних вопросов или отбиваться от морских чудовищ. Даже две установленных на верхней палубе и уставившихся стволами в небо зенитных пушечки, явно американского производства, из общего ряда не особо выделяются и эрзац-крейсеру большой угрозы не представляют. Однако, внутри его просторного корпуса при желании можно было бы спрятать множество сюрпризов. — Но перед началом погони они вполне могли пересесть и на эсминцы. Сколько занимает стыковка двух кораблей, если погода спокойная и матросы опытные?

— Ровно столько, сколько им надо, чтобы сблизиться друг с другом, — пожал плечами Якоб. — Минут десять, ну пусть пятнадцать…

— Ладно, как бы там ни было, нам остается только ждать развития событий, — решил Олег, усаживаясь на ближайший стул. — Ну и медленно и незаметно двигаться поближе к месту конфликта. Поймаем удобный момент для атаки — значит нападем. Ну а нет, так повезет пиратам.

Расстояние между морскими разбойниками и их жертвой неуклонно сокращалось, и уже через полтора часа столбы воды стали то и дело появляться в непосредственной близости от «Мерцания». Хотя били артиллеристы пиратов километров на десять, да еще и по движущейся цели. Орудия, установленные на их эсминцах, сделали бы честь линкору армии любой из мировых сверхдержав…И ответить невезучим торговцам на такую угрозу оказалось в общем-то нечем. Всего минут сорок потребовалось, чтобы грузовой корабль потерял свои защитные барьеры, заполучил кучу дыр, стал оставлять за собой шлейф дыма и серьезно сбавил ход. А после поднял белый флаг. Вот только не особенно он помог мирным морякам. Когда оба эсминца беспрепятственно и с разницей лишь в несколько секунд достигли борта «Мерцания», то из них буквально выплеснулась орда пиратов. И все матросы, которые оказались на их пути с поднятыми руками, были тут же зарезаны. Олегу даже телескоп не потребовался, чтобы различить окровавленные клинки в руках убийц и оседающие на палубу распотрошенные тела. Обычной подзорной трубы хватило. А уж буйство энергий, окруживших сгрудившихся на корме капитана и офицеров «Мерцания» и переживших внезапный удар вражеских чародеев благодаря заранее созданному магическим барьерам, так и вовсе засверкало на всю округу не хуже маяка и могло оказаться проигнорировано разве только слепыми.

— Пора! — Олег не знал, по какой причине пираты вдруг решили пленных не брать, однако его это и не сильно интересовало. Главное, что для внезапной атаки летучего корабля сложились практически идеальные условия, поскольку экипаж «Мерцания» все же вступил в отчаянную схватку за свои жизни и тем сильно отвлек на себя тех, кто находился на эсминцах. А грузовой корабль морских разбойников находился от места боя примерно в двадцати километрах и вмешаться в схватку вряд ли мог. Ну, по крайней мере, не сразу. Упустить подобную возможность оказалось бы просто преступно. — Огонь по готовности! Превратить эти эсминцы в груды водоплавающего мусора!

Глава 16. О том, как герой делает важный вывод, раздумывает о ошибках в своем планировании и боится застрять

Еще задолго до того, как орудия «Тигрицы» успели сделать первый выстрел, капитан судна пришел к очень важному выводу. Атаковать врага, пользуясь преимуществом внезапности, ему очень-очень нравится. И надо бы придумать чего-нибудь, чтобы подобные маневры удавались чаще. Стремительно увеличивающиеся эсминцы пусть и превосходили летательный аппарат по размерам раз в пять-шесть каждый, но были повернуты к летучему кораблю практически беззащитным тылом. Нет, намертво сцепившиеся со своей жертвой при помощи канатов и абордажных мостков суда имели сзади по паре пушечек. Но те были установлены под верхней палубой и чисто физически не могли задираться вверх под нужным для зенитного огня углом. Вражеские же маги плотно увязли в противостоянии со сгрудившимися на корме офицерами «Мерцания», которые будучи окруженными многослойными барьерами не только смогли пережить первый внезапный удар, но и на удивление сумели достойно ответить, оказавшись совсем не безобидными овечками. Море у борта торгового судна забурлило и из него поднялось около десятка состоящих из воды щупалец, толщиной метра полтора каждое. Они наносли лишь один удар, прежде чем разрушиться и расплыться безобидными лужицами, но эти оплеухи подействовали на толпу пиратов, в общем-то, не хуже, чем пулеметные очереди. Одних переломало, вторых в океан сбросило, третьи просто захлебнулись немного и пока не прокашлялись, воевать больше не смогли…Матросы же поддержали свое начальство огнем из ружей, бросками гранат и выстрелами мелкокалиберной артиллерии, окончательно затормозив продвижение морских разбойников. Сколько людей дерется с обоих сторон точно сказать было трудно, но по осторожным предположениям Олега выходило, что защитников «Мерцания» только на верхней палубе было человек триста. Ну а высадившихся с эсминцев пиратов где-то в четыре раза больше.

Оба пиратских корабля пристроились к своей жертве с одного и того же борта, но один прицепился к корме, а второй занял позицию ближе к носу. И между ними еще осталось вполне достаточно места на то, чтобы при большой нужде и некоторой доле аккуратности там смог припарковаться третий эсминец. Как раз в этом промежутке и располагалось подавляющее большинство пушечных портов атакованного торговца, а потому огрызнуться огнем орудий он теперь не смог бы при всем желании. Пять-шесть ядер в морских разбойников всадить еще сумели бы, но сектор стрельбы остальной артиллерии был таков, что артиллеристы имели шансы поразить только волны и воздух.

— Капитан, мы готовы, — наполненный шипением голос, раздавшийся прямо за плечом, заставил Олега рефлекторно вздрогнуть. В большинстве своем людоящеры передвигались практически бесшумно. О чем иногда жалели, когда напуганные люди рефлекторно били напугавшее их явление по чешуйчатой морде. Естественные защитные покровы данной расы хоть и превосходили в прочности человеческую кожу, но полноценной броней все-таки не являлись. — Породнившиеся с водой заставят горючую жижу течь просачиваться сквозь самые мелкие щели. А те существа, что служат говорящим с духами, помогут разнести огонь в разные стороны.

— Хорошо, — кивнул чародей, неспешно создавая огненный шар. В предстоящем бою он собирался полагаться не только на мощь орудий летучего корабля, но и на старое доброе бомбометание. Уже сейчас вдоль палубы были расставлены бочонки с порохом и зажигательной смесью, которые матросы должны были швырнуть вниз сразу же, как только «Тигрица» зависнет над одним из противников. Взрывы на верхней палубе, конечно, особых разрушений не нанесут, но по крайней мере сметут оттуда пиратов. И пусть даже самодельный напалм железному кораблю не столь опасен как деревянному, но если пылающей жидкостью будут помогать чешуйчатые гидроманты и духи, которые не боятся играть с огнем, то морским разбойникам придется горячо. Во всех смыслах. А воевать и бороться с пожаром намного сложнее, чем просто воевать. — Всем приготовиться! В первую очередь нужно вывести из строя артиллерию эсминцев! Пока они сцеплены с большим кораблем, то не должны иметь защитных барьеров!

Когда до противника осталось лишь около трех километров, все четыре турели «Тигрицы» открыли огонь одна за другой, посылая бронебойные снаряды в орудийную башню на носу того эсминца, который занял позицию у носа атакованного торгового судна. И магические щиты их в самом деле были отключены, поскольку сейчас они бы лишь впустую потратили свою энергию, в заведомо бесполезных попытках оттолкнуть или разломать огромный корабль. А заниматься переконфигурацией барьеров в тот момент, когда надо отбивать заклятия офицеров атакованного корабля, мягко говоря, задача сложная. Оставшиеся на борту эсминцев пираты, по всей видимости, так и глядели в сторону схватки, кипящей на палубе торгового судна, позорно прозевав появление нового противника. Нет, может кто-то стремительно снижающуюся угрозу и заметил, да только не успел донести информацию до капитана и корабельных магов. Или же это командование морских разбойников промедлило с мерами по отражению воздушного налета, поскольку офицеры «Мерцания» как раз запустили по навесной траектории крайне подозрительный шар, пылающий алым светом.

Четыре бронебойных снаряда один за другим вонзились в тыльную часть смертоносной артиллерийской башни, как оказалось обладающей собственными защитными барьерами. Никто из артиллеристов не промазал, но три четверти залпа оказалось отражено в сторону и лишь последний вонзился в листовую броню, проломил её и…И дальнейшая его судьба осталась в общем-то неизвестна. Однако Олег сомневался, что полученных всего от одного удачного выстрела повреждений хватит главному калибру пиратского судна, чтобы выйти из строя. Но, по крайней мере, вражеские стрелки, активно перестреливающиеся с матросами торгового судна, магической защиты все-таки не имели.

— Сбрасываем бомбы! — Крикнул во все горло капитан корабля, едва только «Тигрица» зависла в считанных десятках метров над верхушкой того из эсминцев, который закрепился у кормы «Мерцания». А после метнул заблаговременно созданный огненный шар в приоткрытый люк, ведущий на нижние палубы. Более привлекательные цели, например вражеские маги, то ли отсутствовали в зоне видимости, то ли чародей их просто не заметил. Выполняя команду Олега десятки людей, выстроившиеся у верхней палубы, швырнули вниз бочонки, содержимое которых делилось примерно поровну на две одинаковые группы. Порох и зажигательная смесь. Часть боеприпасов, к сожалению, либо плюхнулись в воду из-за плохих навыков метания команды, либо не разбились и отскочили от палубы цели, вывалившись в конечном итоге за борт. Но, по крайней мере, гренадеры не подпалили саму «Тигрицу», и чуть меньше половины их все-таки попало куда надо. И на палубе пиратского эсминца воцарился если и не пылающий ад, так по крайней мере его убедительное подобие. Сочетание взрывов, сверхтекучей огненной смеси и нескольких жаростойких духов, распространяющих её брызги во все стороны, оказалось на редкость удачным. Вспыхнуло все, что только могло гореть без участия серьезной магии, а тех редких пиратов, которые все-таки не превратились в визжащие факелы, активно расстреливали из ружей. И подобных «везунчиков» на верхней палубе осталось буквально штук пятнадцать, остальные выжившие члены экипажа данного судна либо не вылезали на свежий воздух, либо участвовали в абордаже и находились сейчас на палубе «Мерцания».

Пираты оказались довольно хорошо вооружены и практически мгновенно все кто могли начали стрелять вверх из ружей, пистолетов, автоматов и даже как минимум одного пулемета. Раскатистые длинные очереди было сложно с чем-то перепутать, и Олегу оставалось лишь радоваться, что пули не способны нанести серьезного ущерба его кораблю, оставив после себя в худшем случае лишь некоторое количество дырок на корпусе. И пусть магический щит судна по большей части игнорировал столь слабые атаки, поскольку был рассчитан на более серьезные угрозы, однако чем столь смешные повреждения могут быть опасны летательному аппарату? А в экипаже «Тигрицы» дураков не имелось, и маячить у края палубы без прикрытия никто не рвался. Да и вести снайперский огонь по пушечным портам или на мгновение выглянувшим из-за стальной брони фигурам, стоя на качающейся палубе, не столь уж и просто. Особенно когда рядом свистят пули, лязгает железо, гремят взрывы и орут умирающие товарищи. Продолжая маячить непосредственно над подожженным эсминцем, летучий корабль начал вращаться в воздухе вокруг своей оси, чтобы по очереди быть развернутым к своим целям то левым, то правым бортом. Пушка, пусть даже довольно примитивная — весьма разрушительное оружие, если её снаряд попадет в цель. А сейчас в условиях, когда грамотному канониру промахнуться практически невозможно, находилось тридцать шесть орудий. И артиллеристы, в подмогу к которым были отправлены заряжающими все имеющиеся автоматроны, выкладывались на полную, засыпая ядрами практически беззащитных пиратов. Цели они распределяли самостоятельно, и пусть залповая стрельба была бы наглядней, но Олег ценил эффективность, а не эффектность. И команда оправдывала его ожидания, уверенно превращая пиратские эсминцы из грозных морских хищников в полыхающие развалины. Доставалось обоим судам примерно поровну. Пусть на одно из них то и дело сыпались бомбы, зато во второе большинству пушек оказалось удобнее стрелять, да вдобавок именно по нему ударили чуть ли ни в упор четыре мощных турели, сделавшие новый залп. И на сей раз все до одного снаряды пробили броневое покрытие орудийной башни, наверняка выведя из строя либо её саму, либо находящихся внутри наводчиков, либо все вместе.

Метавший вниз огненные шары Олег внезапно осознал две очень важных вещи. Во-первых, первоначальная фора подошла к концу и спокойный расстрел противника в идеальных условиях подошел к концу. Во-вторых, вздрогнувший от мощного удара по днищу корабль внезапно стало резко тянуть куда-то в сторону и вниз. Даже несмотря на то, что в районе кормы немедленно активировались реактивные ускорители, пытающиеся в дополнение к магическому двигателю и наполненному паром мешку сдвинуть судно в противоположенную сторону. Причем интуиция подсказывала оракулу-самоучке, что если ничего не предпринять, то после того как летательный аппарат достигнет уровня моря, он не только не остановится, но и продолжит двигаться в прежнем направлении со все большей скоростью. До тех пор, пока не стукнется об морское дно. Опасно перегнувшись через палубное ограждение, чародей обнаружил нечто вроде уходящей прямо в океан очень толстой цепи, чьи кольца состояли из морской воды. Прилип ли её конец к обшивке «Тигрицы» или пробил её чем-то вроде гарпуна еще предстояло выяснить, однако зацепилась эта штука за летательный аппарат довольно крепко.

— Командир! Там внизу — великий владыка вод! — Подскочившая к нему ящеролюдка с двумя револьверами очевидно от волнения забыла, что Олег не знает принятой её народом системы классификации одаренных. Впрочем, он и без неё примерно догадывался о том, кто может быть создателем подобных чар, уверенно тянущих на дно теряющий высоту летучий корабль. Магистр. Скорее всего младший, ведь обладатель шестого ранга не пытался бы утащить «Тигрицу» в море, а доставил бы немалую часть океана на палубу летучего судна. — Духам его никогда не одолеть, они не станут и пытаться!

— И не надо, сам разберусь, — ответил капитан судна, выпрыгивая за борт и мысленным усилием активируя левитационные пластины раньше, чем его движущееся вниз тело минует большую часть корпуса корабля. Оставаясь внутри защитных барьеров «Тигрицы» и имея заполненные под завязку амулеты Олег находился в относительной безопасности, а лучше него с внезапно возникшей проблемой вряд ли мог кто-нибудь справиться. — Ну, надеюсь получится не одно, так другое.

Как оказалось, водяная цепь оканчивались вполне человеческой на вид кистью примерно десятиметровой ширины, внутри которой еще подергивались плавники раздавленных чудовищным давлением в кровавую кашу рыбок. Выпущенное из правой руки световое копье унеслось куда-то к основанию необычной привязи, пытаясь перерубить его, и в ту же секунду сорвавшийся с левой кисти конус холода проморозил созданную волшебством ладонь и ту часть корпуса, за которую держались магические подобия пальцев. Чары оказались весьма стойкими и выдержали все. А вот обшивка «Тигрицы», ставшая крайне хрупкой — нет. С треском в сжавшемся кулаке осталось лишь пара сотен килограмм мусора, бывшего секунду назад частью корабля, а сам летательный аппарат свечкой взвился в небо. И капитан судна последовал за ним, всеми фибрами своей души ощущая, что маги пиратов и лично магистр-гидромант его заметили, сочли достойной своего пристального внимания целью и сейчас активно готовятся убивать. Десяток не слишком крупных ледяных стрел прошел мимо метающейся из стороны фигурки, какой-то бешено крутящийся подобно циркулярной пиле водяной диск рассыпался на отдельные капли после близкого знакомства с древней кирасой, и стеганувшая шлем молния особой опасности для обладателя качественной защитной амуниции не представляли, но потом за Олега взялись серьезнее. Причем настолько, что окажись на его месте, скажем, боевой вертолет из родного измерения чародея и грозная боевая машина уже падала бы в океан полыхающим костром.

— То ли сильных магов там двое, то ли по мене сейчас объединившие в круг колдуны шарашат, — подумал чародей, когда ему внезапно стало очень-очень жарко и изнутри, и снаружи. Громадная сфера какого-то черно-фиолетового пламени пробила магический щит «Тигрицы», догнала уже почти вернувшегося на палубу Олега и буквально наделась на него. Кираса и шлем смогли защитить голову и торс, но вот конечности капитана судна оказались буквально изжарены, поскольку прикрывающие их доспехи не просто раскалились, а самым натуральным образом расплавились и потекли. А самое плохое было в том, что чары продолжали сопровождать свою цель на протяжении то ли трех, то ли четырех секунд, прежде чем магия оказалась дестабилизирована и пламя стало впитываться внутрь древнего артефакта, нагревшегося так сильно, словно его лишь пару секунд назад вытащили из кузнечного горна. Притом процесс шел не слишком быстро, но к счастью чувство боли капитан «Тигрицы» заблокировал себе даже раньше, чем отдал приказ к началу атаки на пиратов. — Лучше бы второе…Слаженно работающая команда из учеников и подмастерий с корабля никуда не денется, а вот чародей пятого ранга даже при худшем для себя развитии событий запросто спрыгнет в океан и уйдет в партизаны…Или просто уйдет, чтобы когда-нибудь через много-много лет вернуться и отомстить.

Присутствующие на верхней палубе маги ящеролюдов залили дымящегося Олега потоками воды, кто сколько смог наколдовать или заставить взлететь из ближайших бочек, а подскочивший к другу Стефан так и вовсе раздавил в руках прямо над его головой один из противопожарных ящиков, наполненный песком.

— Хватит-хватит! Я может и слегка прожарен, но больше не горю, — успокоил их Олег, отплевываясь от покрывшей его целиком мокрой грязи, просочившейся куда можно и нельзя. Но по крайней мере та одежда, которую он надел под доспехи, больше не горела. Кажется. Половина суставов на латах заклинила из-за деформаций, снизив подвижность практически до нуля, доспехи теперь требовалось чинить или менять. Да и оставленные столь ядреным магическим пламенем ожоги, скорее всего, за один-два дня не заживут. Однако в целом он отделался легким испугом, и сохранил ограниченную боеспособность. — Знаешь, Стефан, а пожалуй я все-таки совершил ошибку, когда планировал этот вылет. Надо было все-таки купить нормальных бомб, а не ограничиваться самодеятельностью. Глядишь проломили бы таким подарочком килограмм на триста палубу одного эсминца, разорвав его внутренним взрывом к чертовой бабушке — на втором бы озаботились собственной защитой, а не нападением.

— Да и так вроде неплохо получается, если не считать отдельных эксцессов, — успокоившись, сибирский татарин снова взял в руки поданную оруженосцам тяжелую крупнокалиберную винтовку с возможностью автоматического ведения огня, в чьем магазине находились созданные профессиональными американскими техномагами зачарованные патронами. Оружие для уничтожения магов и прочего командного состава наверняка уже нанесло пиратам больший ущерб, чем любые две обычных пушки. Жаль только стоило как все десять, а уж про боеприпасы и вспоминать страшно было…. — Хесус, ты новый магазин зарядил? Отлично! Еще чуть-чуть, и мы этих морских крыс дожмем!

— Не говори гоп, — начал Олег и осекся, поскольку его чувство опасности взвыло благим матом, советуя своему хозяину как можно скорее убраться куда подальше. Причем сделанный рефлекторно шаг назад лишь усилил ощущение приближающихся неприятностей, чтобы спастись от них следовало двигаться в противоположенном направлении. К палубным ограждениям и дальше, причем как можно быстрее.

С хрустом раздираемого дерева тот из вражеских кораблей, который причалил в районе кормы торгового суда и весьма активно горел, отделился от своей несостоявшейся жертвы. И шустро рванул вперед, одновременно разворачиваясь к набирающему высоту летательному аппарату свой ужасной орудийной башней. Во внезапной вспышке осознания Олег понял, что вражеский наводчик не промажет, а заряжен в чудовищную пушку зачарованный снаряд, чьей мощи хватит разорвать «Тигрицу» на две части. А может быть три или даже четыре, смотря в каком именно месте он пробьет корпус, чтобы разорваться внутри с силой достаточной, чтобы разрывать на части прочные каменные стены прибрежных крепостей.

— Ой, черт! — Сибирский татарин вскинул свое оружие, приникая глазом к оптическому прицелу, а потом невероятно изящным движением скользнул вперед, одновременно слегка наклоняясь. Напрягшийся до предела Олег лишь едва-едва успел увидеть, как на кончике дула вражеского орудия расцветает огненный цветок выстрела, воздух разрезает нечто темное, маленькое и очень быстро летящее, а винтовка в руках Стефана ходит ходуном из-за серьезной даже по его меркам отдачи, а после прямо перед бортом «Тигрицы» вспыхнуло маленькое солнце, и невероятно горячей ударной волной летучий корабль швырнуло в сторону, мотая словно лодку в жестокий шторм. Впрочем, на подобный случай все находящиеся на верхней палубе матросы имели прочные веревки, привязывающие их к чем-нибудь тяжелому, а если кто-то пренебрег техникой безопасности и при этом не научился летать, то Олег снимал с себя всякую ответственность за его жизнь. — Олег…Кажется, я на правый глаз ослеп!

— Пофиг, — прохрипел капитан судна, мысленно отвешивая себе солидного пинка. Недооценил он пиратов, ох недооценил! Надо было догадаться, что их орудийные башни могут стрелять не только обычными снарядами, пусть даже их разрушительной мощи и хватит на то, чтобы разрушить большинство крепостей, но и вот такими спецбоеприпасами, чья мощь вплотную приближается к ударам стратегической магии. — Даже если тебе напрочь сожгло сетчатку, старую вырежу и выращу новую. Я в деле восстановления зрения почти признанный эксперт, клянусь своей черной повязкой. Главное, у тебя получилось!

Стефан смог совершить то, что было не то, чтобы совсем невозможным…Но очень и очень маловероятным в мире без магии, в районе даже не одной десятитысячной, а скорее одной миллионной. Расстрелять приближающийся снаряд из крупнокалиберной автоматической винтовки, вызвав преждевременную детонацию взрывчатого вещества. На подобном принципе в родном мире Олега работала активная защита некоторых самых современных танков или военных кораблей, но там процессом управляли компьютеры, думающие в тысячи раз быстрее людей. А яростно трущему глаза грязной рукой сибирскому татарину хватило своих инстинктов, мастерства и рефлексов. Ну и капельки волшебства, при помощи которых все это было обострено не просто до предела, а вышло на какой-то воистину легендарный уровень. Капитан лишь чудом разминувшегося со смертью судна сожалел только, что взрыв случился уже почти у самого борта «Тигрицы», а не вблизи сделавшего выстрел орудия, но Олег и так был жив, цел и, в общем-то очень доволен состоянием своего летучего корабля, не разнесенного на мелкие кусочки.

Турели «Тигрицы» практически одновременно перезарядились и дружно открыли огонь по судну пиратов, но их снаряды не сумели проломить барьер, возникший вокруг эсминца. И судя по его яркости, у данного судна не только оружие соответствовало главному калибру линкора, но и магические щиты запросто могли сделать честь кораблику раза минимум в два-три больше.

— Вниз! Таран! Всем уйти с верхней палубы и держаться! — Закричал чародей, со всей возможной для него скоростью леветируя в сторону рубки. Нельзя было давать противнику сделать еще один выстрел, поскольку о количестве подобных спецбоеприпасов в его арсенале оставалось только догадываться. И потому следовало как можно скорее вывести эсминец из строя, а для надежности проконтролировать выполнение своих приказов. Уж слишком пришедшая ему в голову идея сложная и неортодоксальная. Рулевой и помогающий ему двигать летательный аппарат в нужную сторону Якоб могут подумать, что они поняли чего-то не так и воздержаться от крайне сомнительных действий или банально чего-нибудь перепутать. — Надо сломать им палубу нашим килем! А уже потом сделать залп и опять взлететь! Зарядить в обычные пушки картечь и прекратить огонь до момента столкновения!

Задуманный Олегом маневр был довольно рискован, однако чародей полагал, что на его успешно осуществление есть неплохие шансы. Пусть летучий корабль и был меньше эсминца в несколько раз, однако на сопротивление вражеским снарядам и буйство морских монстров рассчитывали в первую очередь именно корпуса. А палубные перекрытия находящегося внизу судна, в недрах которого канониры сейчас со всей доступной скоростью перезаряжали монструозную артиллерию, представляли из себя обычные доски, уложенные поверх каркаса из стальных балок. У капитана «Тигрицы» еще совсем недавно имелась отличная возможность изучить их в разрезе, поскольку количество проломов, ведущих в недра обоих пиратских судов, измерялось двухзначными цифрами. И если что-то могло сломаться всего лишь попадания ядра, значит вес летательного аппарата оно точно не выдержит. Пираты, конечно, как правило те еще отчаянные отморозки, не боящиеся ни бога, ни черта, однако удержаться на ногах после подобной атаки или быстро подняться, чтобы пойти на абордаж летучего судна, сумеет далеко не каждый. Даже маги противника могут попросту растеряться и упустить время, перебирая весь арсенал доступных им заклятий, поскольку вряд ли раньше им доводилось бороться с вражеским судном, когда оно уже внутри их собственного!

Когда летучий корабль камнем понесся вниз, пираты наверное обрадовались. Потом те из них, кто понял, куда он летит, скорее всего, испугались. Но сделать ничего путного уже не смогли, пяток отчаянных магических атак средней силы и длинная пулеметная очередь были стремительно снижающемуся воздушному судну как слону дробины. Разбив вставший у него на пути магический барьер, словно лист стекла, «Тигрица» всей своей массой обрушилась в центр изъеденной пламенем, взрывами бомб и пушечными попаданиями палубы, с оглушительным треском проломила её и проследовала дальше. А потом еще дальше, поскольку если самый верхний настил поддерживался прочными стальными балками, то ниже строители корабля видимо решили сэкономить и использовали только дерево, прочности которого оказалось совершенно недостаточно. Или, может, принадлежащий пиратам эсминец просто сошел со стапелей слишком давно и никто не озаботился его капитальным ремонтом.

— Только бы не застряли, — выдохнул Олег, которого ударом швырнуло в потолок рубки, поскольку он не сумел толком схватиться за что-нибудь перед столкновением. Вернее, взяться то за массивный шкаф взялся, но пусть его пальцы не чувствовали боли, но и толком работать тоже не могли, будучи как минимум наполовину превращенными в мясной уголь с начинкой и обожженной кости. Практически одновременно загрохотали пушки по правому и по левому борту, кромсая внутренности эсминца потоками картечи, с одинаковой легкостью перемалывающей на своем пути и живое, и неживое, если только оно не представляет из себя толстый кусок металла или нечто еще более прочное. Расходящиеся во все стороны снопы поражающих элементов не должны были оставить на своем пути ничего целого, уничтожая команду, а также разрывая системы управления и энерговоды. Пусть даже «Тигрица» ударила вдоль условной оси симметрии, а не поперек, внутренности эсминца фактически разделило на две части полосой сплошных разрушений. — А то ведь затопчут нас, когда очухаются…

Рулевой налег на рычаг набора высоты всем телом, и судно медленно, с невероятно громким скрежетом и отчаянным матом вцепившегося в магический посох Якоба, который очевидно силой своих чар помогал двигать летательный аппарат в нужном направлении, поползло вверх. У Олега отлегло от сердца, а уж когда «Тигрица» взмыла обратно в воздух и три из четырех турелей рявкнули, всаживая снаряды прямо во внутренности вражеского эсминца, прямо под его орудийную башню, он и вовсе уверился в полном успехе задуманного маневра. После раздавшихся взрывов чудовищное орудие перекосило настолько сильно, что крен оказался замечен даже при беглом взгляде из окна рубки. Продолжать бой этот враг теперь не сможет…Ну, возможно его чародеи по-прежнему будут представлять из себя некоторую угрозу, если не оказались раздавлены и не попали под картечный залп, однако в бою посреди открытого моря перемещаться без своего корабля смогли бы лишь сильнейшие из них.

— Расстояние до крупнейшего корабля пиратов сократилось до двух километров, — внезапно доложил один из наблюдателей, чья голова и торс скрывались внутри абажура, подключенного к перископам и проектору иллюзий. За стеной в лазарете кто-то зашелся отчаянным воплем боли, которую у находящейся там Лили по какой-то причине видимо никак не получалось унять. — Вижу дым на носу судна. Они открыли по нам огонь!

— Что ж, этого стоило ожидать, — констатировал Олег, опускаясь к полу полу и леветируя в сторону выхода. Он бы и хотел сохранить силы, да ходить не мог. Коленные и тазобедренные суставы брони не сгибались, а сдирать с себя искалеченные латы было слишком долго. А попытаться сбросить на оставленный эсминец еще пару бочонков зажигательной смеси следовало как можно скорее, пока судно в сторону не улетело и пока не восстановился после тарана их магический щит. Чтобы врагу уж точно стало не до оказания помощи своим товарищам. — Пусть судно получило некоторые повреждения, да и в команде наверняка имеются потери, но как минимум первый раунд в этом бою мы выиграли по очкам с разгромным счетом.

Глава 17. О том, как герой занимается восстановлением боеспособности, напряженным ожиданием и использует вариацию старого плана

— Лили, стимулятор! Да не ему, а мне! И поядренее, если можно, силы почти совсем кончились. — Олег убрал руки с темно-зеленой практически коричневой спины лежащего в забытье полуорка, у которого буквально пару секунд назад срослись обратно разорванные части позвоночного столба и устало уселся прямо на краешек операционного стола, чувствуя, как по лбу, ушам и затылку стекает пот. Сразу же после того, как «Тигрица» набрала высоту, капитан приступил к восстановлению боеспособности своего судна. Вернее, его главной части — команды. Столкновение с эсминцем оставило практически каждого матроса с парочкой переломов, ссадин или как минимум довольно неприятных ушибов. Убрать такую несложную и вместе с тем свежую травму целитель его уровня мог в прямом смысле слова буквально за секунды…Вот только помимо легко раненных имелись на борту и те, кому требовалось срочная медицинская помощь, чтобы они хотя бы просто остались в живых. Общее количество пострадавших вплотную приближалось к списочному составу всего экипажа, а почти пара сотен пациентов для волшебника была, все-таки, перебором. — Что-нибудь для восстановления бодрости и магического потенциала, телом займемся потом. На побочные эффекты, если они проявятся лишь часа через два-три, наплевать. Кстати, сколько у нас убитых?

— Тех, кто умер по пути сюда или прямо тут — всего полтора десятка. А вот сколько валяется по всему кораблю, поскольку к нам их тащить точно смысла не было, представления не имею, — ответила эльфийка, окровавленными руками вытаскивая из шкафчика пузатую колбу, заткнутую пробковой крышкой емкостью примерно миллилитров на двести пятьдесят. Какой цвет и консистенцию имело её содержимое оставалось только догадываться, поскольку черное стекло являлось абсолютно непрозрачным. — Пей залпом, а если будет тошнить, отвернись в сторону, чтобы хоть до меня не долетело. И морально готовься к тому, что к вечеру твой желудок попытается удрать наружу через горло, а экстренно заполненную энергией ауру станет саднить почти как от качественного сглаза.

— Бррр! — Олег вдобавок к болевым отключил себе еще и вкусовые рецепторы, но вот про обоняние он как-то не подумал, и жестоко за это поплатился. Зелье воняло так, словно сей состав предназначался для разгона массовых демонстраций или выведения коматозных больных из растительного состояния. И обещанная боль, напоминающая серьезно уставших мышц по всему телу, началась буквально сразу. Но бодрости после его употребления вовнутрь и в самом деле прибавилось, казалось, будто в животе чародея поселилось маленькое теплое солнышко, от которого по всему телу стремительно расходятся волны теплой энергии, которая легко может быть пущена в ход. — Даже не хочу спрашивать, из чего ты это сделала. Сдается мне, прах вампира тут — самый безобидный компонент! И самый вкусный тоже…

Чародей, пошатнувшись, отправился в рубку, мимоходом бросив взгляд на часы. Те безбожно врали. Если верить этому явно бракованному прибору для подсчета времени, то с того момента, когда Олег только начал исцелять свою команду прошло жалких двадцать пять минут. А вот ему казалось — целая вечность…Впрочем, оно того стоило. И с чисто человеческой точки зрения, и с тактической. Получивший исцеление своих травм экипаж, ну во всяком случае большая его часть, теперь снова мог сражаться с той же эффективностью, что и до начала боя. У пиратов же таких возможностей для восстановления боеспособности, скорее всего, не имелось. Во-первых, мертвым помогать было уже бесполезно, а покойников после действий «Тигрицы» явно образовалось немало. Во-вторых, опытные целители встречались в разы реже, чем могущественные боевые маги, а следовательно их раненным вряд ли стоило надеяться на столь же квалифицированную медицинскую помощь. Ну и, в-третьих, лишившиеся главных калибров эсминцы пострадали слишком серьезно, чтобы им мог помочь полевой ремонт. Олег и сам был не чужд техномагии, а потому отлично знал главную сложность исправления неполадок в любой массивной конструкции. Чтобы заменить испорченную часть, требовалось не только точно диагностировать поломку, но и сначала разобрать гору вполне исправного железа, поскольку иначе до неё просто не добраться. А потом уже следовало прикрепить все обратно, не забыв туго затянуть каждый чертов винтик. Орудийные башни же были большими и сложными устройствами, слишком большими и сложными, чтобы они смогли правильно функционировать, лишь получив пару заплаток на пострадавшие части. И починка их в условиях качающегося на волнах судна представляла из себя тот еще аттракцион, являющейся гремучей смесью акробатики с садомазохизмом. А чтобы бесконтактно отремонтировать раскуроченную несколькими попаданиями вражеских снарядов конструкцию такого размера требовался как минимум младший магистр, имеющий нужную специализацию. И после подобного подвига ему, скорее всего, понадобился бы весьма длительный перекур.

— Якоб, какова обстановка? — Осведомился Олег, едва только оказался в командном помещении судна. Внутри рубки никто не бегал, не кричал, не рвал на себе волосы и не страдал нервным тиком. В общем и целом, капитан судна счел данные знаки достаточно хорошим предзнаменованием. Как и тот факт, что пока чародей занимался исцелением раненных, его лишь пару раз отвлекали от работы удары по корпусу судна, и сила их не внушала серьезных опасений за целостность летательного аппарата. Однако, тем не менее, Олегу все еще требовалось узнать, чего же именно он пропустил за время работы в лазарете. — Начни с состояния корабля.

— Судно имеет незначительные повреждения, но в целом исправно, несмотря на десяток дыр и трещины в обшивке. Сильнее всего пострадала левая кормовая турель, которую смяло при таране килем об нечто слишком твердое и ремонт без захода в крупный город с соответствующими мастерскими не представляется возможным. Еще нам изрядно издырявили баллон с паром и наполовину спалили такелаж, но его уже латают заплатками, да и вообще «Тигрица» летает больше за счет магии нанесенных на корпус рун, чем благодаря подъемной силе горячего воздуха и усиливающим её воздушным элементалям. Ну а повысившийся на четверть расход топлива роли не играет, если победим, заправимся с трофеев. — Ответил Якоб, который вольготно расселся на небольшом диванчике в углу и даже отложил в сторону свой посох. — Мы поднялись на высоту, где зенитные пушки крупнейшего судна пиратов уже не могут нас достать, но тем не менее три оставшихся дальнобойных орудия имеют вполне нормальные шансы попасть в противника. Ведем обстрел вражеского транспорта, а он периодически огрызается гидромантией, используя чары четвертого-пятого ранга, преимущественно водяные стрелы и диски, зачастую с присадками в виде кислоты или яда. Пока противостояние идет примерно на равных, мы почти не мажем, но почему-то никак не можем сбить их щит, хотя согнали к турелям всех одаренных, которые могут накачивать магией снаряды. А вражеские колдуны испытывают сложности с поражением движущейся цели на такой высоте и намного чаще промахиваются, чем попадают. Но даже если им везет, то нанести нам значительный ущерб у них не получается. Броня хорошо держит удары, а вмятины или маленькие дыры в днище кораблю не сильно страшны. Вторичные эффекты в виде чар долговременного действия, вроде реактивной ржавчины и отравленных паров, вполне успешно сводятся на нет ящерами-водниками или пораженные участки просто выжигаются пламенем при помощи автоматронов до полного разрушения энергоструктур, вцепившихся в металл.

— Значит, у нас битва на истощение. Ну, артиллерийские погреба полны. Их барьеры должны сдаться раньше, — неуверенно пожал плечами Олег, ощущая, как под его ногами в очередной раз сотрясается от отдачи палуба. Летучему кораблю ожидаемо не потребовалось непременное присутствие капитана в рубке или на верхней палубе, чтобы полноценно продолжать схватку. — А что с эсминцами и «Мерцанием»?

— Торговцев загнали в трюмы, однако добить их у пиратов пока не получается. Во всяком случае, наружу пока лезут исключительно окровавленные и кое-как ковыляющие морские крысы, — пожал плечами низкорослый казак, кивая в сторону проектора иллюзий. Тот как раз показывал крупным планом верхнюю палубу «Мерцания», заваленную людскими телами и их мелкими фрагментами. Оставшиеся на ногах пираты там тоже имелись, однако в совсем небольшом количестве. Надстройка, где раньше стояли маги торгового судна, вся блестела из-за слоя покрывшей её слизи двухметровой толщины. В полупрозрачной субстанции около сотни человек застыло, будто мухи в янтаре, но в центре её остался пузырь свободного пространства и тела офицеров там отсутствовали. Зато виднелся проем откинутого люка. — Эсминцы же в порядке, проблем от них не ожидается. Тот, который мы пытались затоптать, никуда не движется, активно дымится, глубоко осел в воде и видимо может вообще потонуть. Ну а второй так и болтается у борта торговца. По нему, кстати, пару раз даже из пушек в упор саданули, прежде чем смотрящие в нужную сторону орудия узкоглазых не поломали с помощью вспомогательной артиллерии.

— Отлично, — кивнул Олег и внезапно его дар оракула подсказал причину, по которой второй из железных кораблей, по сути, самоустранился от участия в битве. Вернее, сразу несколько причин. Во-первых, капитан данного судна отправил на абордаж «Мерцания» кого-то очень важного для себя. И бросать эту персону на произвол судьбы был не согласен, даже если под угрозой находится его собственная жизнь. Во-вторых, главный на судне пират оказался отнюдь не независимой частью эскадры и за отступление без приказа, которого он еще не получал, мог в прямом смысле слова поплатиться головой. Ну и, в-третьих, судно все равно не имело возможности толком сражаться, поскольку вред, нанесенный его главному орудию попаданиями бронебойных снарядов корабельный техномаг обещал исправить только к вечеру. Завтрашнему, если он и дальше станет работать в одиночку, поскольку его помощники сейчас где-то на «Мерцании», если вообще еще живы. — Выходит исходи боя решится противостоянием между нами и третьим кораблем пиратов…Как его название, кстати? Эй, под абажуром, хватит торговое судно разглядывать, оно с нами точно воевать не будет!

— Они, похоже, буквы грязью замазали после того, как черный флаг подняли. Хотя нет, ту бы смыло уже, значит краска, — Почесал в затылке Якоб, разглядывая зависшее в воздухе изображение единственного корабля морских разбойников, что еще не понес никаких повреждений. Могучее судно, превосходящее «Тигрицу по объему раз в десять, уверенно резало волны своим носом, а на верхней его палубе практически отсутствовали люди. По десятку человек суетились рядом с зенитными пушками, а еще практически в центре палубы под светящимся маревом работающих на полную мощность магических барьеров стояли корабельные колдуны число то ли десять то ли двенадцать человек. И их охрана в виде десятка автоматронов, стилизованных под пеших рыцарей с двуручными мечами. Магических роботов еще было кое-как видно, а вот волшебников защитная пелена практически полностью скрывала, как и то, чем они занимались. Однако именно рядом с этим местом в воздухе то и дело возникали водяные снаряды, которые затем на большой скорости уносились ввысь. — Тряпку то пиратскую для того и достают из сундуков, чтобы показать — грабят чужое судно частные лица, а не часть какого-то государства или рода. Филькина грамота, конечно, но иногда помогает спастись от мести, если остаются выжившие. Да и в случае судебного процесса обвинить тех, на кого уроды в самом деле работают, чуть-чуть сложнее.

— Ну и некоторых запугать ей можно, не без этого, — Олег призадумался, наблюдая за кораблем под черным флагом, очень и очень похожим на торговое судно. Одна и та же модель корабля могла быть не более чем совпадением…Но интуиция подсказывала чародею — тут что-то еще. К тому же даже паруса и доски обоих океанских судов имели абсолютно идентичную окраску. Словно их компоненты пришли из одних и тех же мест, чтобы быть собранными в единое целое на соседних стапелях одной и той же верфи. А еще вызывало много вопросов поведение «Мерцания». Почему судно, которое вполне успешно отбивалось некоторое время от двух вполне современных пиратских кораблей, вдруг пустилось наутек едва завидев в небе неопознанный летательный аппарат, даже бросив высаженных на остров членов экипажа? Трусость? Нет, в такой вариант чародей не слишком верил пусть и допускал возможность командования судном личностью, которая может драться как лев…Но только когда её загнали в угол. Вот только куда более вероятной ему казалась другая версия. Капитан торгового корабля догадывался о предстоящих неприятностях и любой ценой намеревался избегать открытого столкновения, поскольку не имел права рисковать.

Водяные снаряды, отчетливо походившие на гигантские стрелы или быстро вращающиеся зазубренные диски, летели снизу вверх примерно по одному раз в двадцать секунд. Попадал в цель лишь каждый второй, по всей видимости магам противника становилось трудно управлять своими чарами и в то же время заставлять их подниматься на высоту нескольких километров, не теряя убойной силы. Турели «Тигрицы» стреляли в среднем раз в минуту, ну может чуть чаще. И промахивались лишь один раз из пяти, хотя вроде бы не всегда попадали именно туда, куда целились. Просто их цель являлась довольно большой, отклонения снаряда от курса на десять-двадцать метров не играло существенной роли. Магический барьер вокруг судна пиратов пока держался, а вот волшебный щит эрзац-крейсера уже периодически отключался на минутку-другую, необходимую, чтобы алхимреактор вновь напитал эфиром накопители, соединенные с нужными рунами. Однако, пробившие волшебную пелену или даже не встретившую её водяные чары били в покрытое броней днище, за которым находился нижний грузовой трюм. Пустой. Это место осталось зарезервировано под склад для возможных трофеев, также там находились туалеты, чье уничтожение обещало экипажу значительные неудобства в самом ближайшем будущем и возможные проблемы с гигиеной, однако с тактической точки зрения обладали практически нулевой ценностью. Ярусом выше располагались склады с не слишком важными припасами: продукты, вода, топливо, ядра, парусина, канаты, доски для ремонта…Их порча или потеря являлась неприятной, но терпимой, зато вражеские чары заметно слабели, растрачивая свою мощь на уничтожение палубы и хранящихся там вещей. Дальше находились казармы рядового состава и самые нижние орудийные батареи, а вот действительно важные части летучего корабля: алхимреакторы и арсенал, были спрятаны в его геометрическом центре, куда пробиться снизу было не так просто. Впрочем, и сверху тоже, только там роль буфера играли другие не критически важные помещения, вроде кухни, мастерской и офицерских кают.

— Повреждены энерговоды, ведущие к кормовому рунному массиву от основного алхимреактора, — доложил рулевой, об очередном полученном кораблем повреждении. Информация стекалась к нему через слуховые трубы, из которых то и дело кто-то чего-то бормотал, бурчал или кричал. — Мощность щитов снизилась на двадцать пять процентов, скорость движения упала на треть.

— Пусть резервный запустят вполсилы, — распорядился Олег, что воспользовавшись относительным затишьем пытался быстро подлатать свои ожоги. Хотя бы ту их часть, которая оказалась нанесена всего лишь раскалившимся железом, а следовательно не должна была доставить серьезных проблем при регенерации пострадавших тканей. Все равно сейчас от его магических талантов толку бы особого не имелось. Создаваемые чародеем огненные шары в принципе могли обладать достаточной стабильностью, дабы долететь до пиратского корабля, но вот с меткостью на подобной дистанции возникли бы серьезные проблемы. И изображать из себя дополнительную турель с магическим приводом волшебник опасался. Принятый стимулятор, конечно, в некоторой мере восстановил его боеспособность, однако перенапрягать большими потоками волшебства травмированное сначала вражеской атакой, а потом еще и самодельной алхимией энергетическое тело могло оказаться опасно. И ради повышения боеспособности «Тигрицы» на жалкую пару-тройку процентов не стоило рисковать возможностью заработать крайне паршивую травму и утратить способности к сотворению заклинаний как минимум на несколько дней. — И не выключают, даже если ремонтная бригада быстро устранит поломку. Думаю, это не последнее подобное повреждение, которое мы получим. Что там за стрельба началась в нижних трюмах?

— Вместо обычных магических снарядов враг запустил в нас небольшим водяным элементалем, — последовал ответ секунд через двадцать уточнения ситуации. — Есть раненные, но монстр уничтожен…Поправка, это не было единичным случаем, теперь по нам стреляют только ими вместо обычных заклинаний! Автоматроны при помощи огнеметов вполне эффективно с ними справляются, но чтобы контролировать всю нижнюю часть судна их не хватит! Мигель запрашивает подкрепление!

— Шаманов туда и всех прочих одаренных, кто не занят усилением снарядов! И Лили из лазарета прихватите, если и поступит парочка пациентов, то с ними санитары справятся или меня через стенку кликнут! — Немедленно распорядился капитан корабля, размышляя о том, не стоит ли ему самому присоединиться к магическим роботам. Пироманты являлись естественными врагами для подобных существ, а если они устроят резню, то появится возможность ударить некроэнергией. Или даже поднять часть собственной команды в виде зомби, которым плевать на утопление или потерю десяти-пятнадцати процентов влаги своего тела вследствие волшебной дегидратации. Вот только потрепало Олега все же знатно, а потому он решил пока ограничиться наблюдением за развитием событий, пусть даже напряжение и заставляло его сидеть как на иголках. Хотя нет, на тех бы он устроился ожидать новых известий с большим комфортом, не хуже любого профессионального йога. — И сам туда же ступай, сверхъестественных воздушных маневров на сегодня больше не планируется.

— Десант из элементалей может быть весьма опасен. Таких тварей убить не просто…Особенно доступной мне магией, — закусил губу Якоб, постукивая пальцами по своему посоху. Иди и драться с обитателями иного плана бытия, которых натравили на «Тигрицу», низкорослый казак явно не очень хотел. — Они ж вода! Её резать лезвиями ветра почитай бесполезно, им лишнее отверстие в теле — как человеку синяк! Пока от многократного нарушения материальной части начнется деформация энергетических структур, даже один элементаль много трупов после себя оставит.

— Внизу они бы нам устроили знатную головомойку, а тут им даже неуютней, чем на суше, если конечно дело не происходит где-нибудь в горах или посреди раскаленной пустыни. Слишком непривычная среда обитания в которой просто нет того, что они привыкли рассматривать как свое оружие или защиту. — Возразил ему Олег, лично с такими монстрами пока не воевавший, но много читавший о них в книгах и даже видевший, как призывом подобных созданий баловались некоторые чародеи в училище. Из слуховых труб продолжали доноситься вопли и выстрелы, однако в криках имелось куда больше азарта и злости, чем страха и боли. А еще в какофонии боя отчетливо выделялся мат Стефана, видимо отправившегося с зачарованным топором наперевес отражать внезапный абордаж, поскольку для его винтовки целей вокруг сейчас не имелось. Своему другу капитан «Тигрицы» доверял, особенно когда тот упакован в зачарованный доспех и вооружен оружием, изготовленным для себя аж целым магистром. Сильный элементаль, безусловно, сумел бы доставить сибирскому татарину неприятностей, но вряд ли подобное существо позволит просто так запулить себя в воздух на высоту нескольких километров и шмякнуть об броню летучего корабля. Все-таки эти создания обладали как магической мощью, так и развитым разумом, пусть и сильно отличающимся от человеческого. А потому при попытке поставить перед ними трудную и опасную задачу с риском для жизни либо попытаются намылить шею призывателю, либо просто удалившись от него на безопасное расстояние плюхнутся в море, где их не каждый бог отыщет. — Воды в воздухе слишком мало, а до ближайшего её скопления несколько километров, пусть даже там жидкости и целый океан. Есть, правда, содержимое фляг и кровь…Но первого элементалям будет маловато, а второе все-таки не совсем то, с чем они привыкли работать. Ну, чего ты ждешь? Иди!

— Щит пиратского корабля начал проседать! — Внезапно доложил один из наблюдателей под абажуром. Иллюзия, показывающая вражеское судно, увеличивалась в размерах и стала куда более масштабной. И на ней даже услужливо подсветилась алым дыра в парусе, которой раньше по всей видимости не было. Жаль только, проделавший её снаряд впустую ухнул в море, поскольку наводивший свое орудие артиллерист ошибся с углом наведения пушки на пару градусов.

— Ну, наконец-то, — не смог сдержать облегченного выдоха Олег, опасавшийся, что защитные барьеры врага могут оказаться не просто отличными, а по-настоящему шедевральными. Примерно такими же, которыми защищают стены крепостей. Мало ли в мире умельцев-артефакторов, вдруг сумел кто-то втиснуть подобное устройство в относительно малый объем, позволяющий установить их на крупное океанское судно. — Сосредоточить огонь на зенитных орудиях! Начать с того, которое находится как можно дальше от стоящих в центре палубы чародеев. Если нам удастся вывести из строя эти штуки, то можно будет чуть снизить высоту. Черт с ними, с заклинаниями этих придурков, восемнадцать пушек с каждого борта дадут нам подавляющее преимущ…

— Смотрите! — Внезапно закричал один из наблюдателей, и иллюзия пиратского транспорта вдруг расплылась в мутное облачко, которое медленно стало принимать новую форму. И ей оказалось «Мерцание», причем вся палуба атакованного пиратами судна оказалась заполнена чем-то зеленым, движущимся, сильно вытянутым в длину…А еще эти штуки не только разрывали на куски всех попавшихся им на пути отдыхавших на верхней палубе раненных пиратов, но и вполне так резво перепрыгивали на пришвартованный эсминец. Там их встречали свинцом, сталью и магией, однако десятки и даже сотни жестоко и быстро умерщвленных тварей ничуть не уменьшали прыти их сородичей.

— Змеи? — Удивился рулевой, на секундочку отвлекшийся от штурвала и подобно Олегу как можно пристальнее всматриваясь в иллюзию, чтобы убедиться, что глаза его не обманывают. — Откуда могло взяться на этом судне столько змей? Разве торговля ими может быть прибыльной?

— Я не думаю, что этих гадов выпустили из клеток или даже экстренно вывели из яиц. Скорее уж призвали подобно тем элементалям, с которыми мы сейчас воюем. Посмотри на тех пиратов, которые в попытках спастись залезли на мачты. — Олег ткнул пальцем в группу из нескольких то ли неудачников, то ли счастливчиков, которые смогли уцелеть в отличии от большинства своих товарищей, но явно доживали последние секунды несмотря на то, что всеми силами пытались увеличить расстояние между собой и палубой, заполненной крайне злыми пресмыкающимися разных размеров. — Видишь, кто неспешно летит за ними следом? Вернее даже не летит, а ползет по воздуху.

— Эм, змея, — запнулся пожилой матрос, который благодаря десятилетиям практики в воздушном флоте США мог виртуозно обращаться со штурвалом и рычагами контроля высоты, несмотря на свою полную бездарность в плане магии. — Большая светящаяся змея, одетая в синий халат, у которой на шее бусы, а на голове белый тюрбан.

— Это либо дух, либо демон, либо посланец какого-то языческого божества. Скорее всего, именно последнее, так как духи обычно не слишком любят носить на себе одежду и украшения, а обитатели нижних миров использовали бы вещи с несколько другой эстетикой. — Вал извивающихся тел захлестнул палубу эсминца, несмотря на отчаянное сопротивление пиратов. Островки сопротивления быстро таяли, словно кусочки сахара брошенные в целую кастрюлю крутого кипятка, а армия крайне целеустремленно действующих гадов уверенно двинулась дальше, в глубины судна. И даже спешно задраенные люки их не остановили, поскольку преграды оказались прогрызены в мгновение ока. — И таких как он там еще десятка два, а остальные змеи у них просто на подтанцовке. Остается лишь вопрос, почему хозяева «Мерцания» использовали этот козырь только сейчас…Ждали ли они наиболее подходящего момента или просто призыв маленькой пресмыкающейся армии занимает очень много времени.

Корабль тряхнуло, когда в трюме что-то взорвалось, пусть даже детонация оказалась и не слишком сильной. И что именно там случилось, оставалось непонятым, поскольку ведущая в пострадавшую часть судна слуховая труба вышла из строя.

— Ладно, пока оставим торговцем в покое и вернемся к оставшимся пиратам, — приказал Олег, размышляя о том, какую же цену имеет призыв подобной поддержки. Если она относительно адекватна, ну там килограмм тридцать золота, стадо белых коров и обученная цирковым трюкам молодая слониха, то чародей не отказался бы от возможности иметь в рукаве подобный козырь. Даже если для его использования и требуется многочасовая подготовка. Вот только имелись у балующегося ясновиденьем чародея смутные подозрения, что расплачиваться за появление змей придется чем-нибудь иным, вроде своего первенца и еще пары тысяч человеческих жертв, ну может всего лишь несколькими веками в рабстве на службе у языческого божества или его жрецов. — Сомневаюсь, что «Мерцание» сможет взять на буксир оба эсминца и смыться, их для этого слишком хорошо потрепали. Да даже с одним вряд ли справятся, учитывая, как сильно торговец раздолбан предварительной артиллерийской подготовкой и какие должны быть потери в экипаже после того, как абордажная партия пиратов на него успешно высадилась.

К огромному удивлению Олега зенитные орудия, расположенные на палубе пиратского судна, по какой-то причине не обладали собственными защитными барьерами. И швыряющиеся элементалями колдуны так увлеклись своим занятием, что даже не подумали их прикрыть! Может, оставшиеся на самом медленно судне одаренные просто не имели достаточно боевого опыта, поскольку все настоящие бойцы пустились в погоню за добычей на эсминцах? Но как бы там ни было, уже через три минуты чтобы заставить стрелять эти груды искореженного металла понадобился бы уже не ремонтник, а какой-то технический некромант! А изрядно снизившая высоту «Тигрица» выпалила по врагу из всех орудий левого борта, а после стала разворачиваться, чтобы задействовать пушки, расположенные с правой стороны. Правда, меткость основной артиллерии не шла ни в какое сравнение с турелями и примерно половина снарядов лишь впустую вспенивала воду рядом с целью…Но ведь остальные то в неё попадали, ломая борта, дырявя паруса, обрывая такелаж, оставляя проломы в палубе или же отскакивая от мерцающей пелены, прикрывающей вражеских магов. В качестве компенсации своей оплошности с зенитками они удвоили усилия, снова переключившись на боевые заклинания и пытаясь с их помощью нанести вред «Тигрице», однако сегодня в соревновании круга одаренных с большим количеством пушек определенно выигрывали пушки, пусть даже разрыв и являлся не таким большим, как хотелось бы Олегу. Вот только судно пиратов оказалось сделано на редкость добротно, и разваливаться от нескольких десятков попаданий не спешило. А размеры его наводили на нехорошие подозрения о том, что быстрее чары гидромантов «Тигрицу» заклинаниями все-таки раздолбают, чем летучий корабль сумеет нанести транспортному средству противника такие повреждения, которые заставят его капитулировать.

— Боюсь, щиты вокруг пиратских магов мы сломать так просто не сможем. Сложность и энергетическая стоимость поддержания барьеров пропорциональна их размерам, а эти ребята сверхмощной защитой окружили только себя и своих телохранителей. — Призадумался Олег, пытаясь напрячь свой дар оракула, чтобы тот подсказал ему оптимальный путь к победе над противником. Вот только способности к ясновиденью видимо решили, что с них на сегодня хватит и работать напрочь отказывались. Приходилось пользоваться логикой, которая может и не умела делать правильный выводы из ничего, но зато была проста, понятна и убийственно эффективна в любой момент времени. — До алхимреактора нам долбиться долго, чтобы понаделть пробоин ниже ватерлинии придется снизиться еще больше, но это опасно, когда у врага есть хорошие гидроманты. Так-так-так… Сосредоточить огонь на носовой части корабля!

— Просят подтвердить приказ, — спустя тридцать секунд отозвался рулевой.

— Подтверждаю, отстрелите нос этим ублюдкам. В первую очередь цельтесь в четыре курсовые пушки, которые стоят на верхней палубе, потом просто ломайте переднюю часть. — Олег пролеветировал поближе к раструбам слуховых труб, чтобы его приказ уж точно дошел до артиллеристов. — Есть некоторая вероятность поразить складированные неподалеку от орудий боеприпасы, пусть даже тех и не слишком много. Но даже если это и не удастся, издырявив как следует переднюю часть корабля мы заставим их снизить скорость, ведь набегающий поток воды будет заливаться прямо в трюм. А после останется разломить им руль и повалить мачты, чтобы лишить пиратов хода или как минимум сильно замедлить.

— И чем нам это поможет? — Довольно громко осведомился вернувшийся в рубку Якоб, выглядящий очень мокрым, всклокоченным и недовольным. — Мы же и так куда быстрее и маневреннее, чем они!

— Нужно просто сделать их судно малоподвижным и тем полностью беззащитным перед бомбометанием, — пожал плечами Олег, в голове которого наконец-то родился план. Правда, отнюдь не блещущий оригинальностью, являющийся скорее вариацией его же недавней идеи, позволившей вывести из строя пиратский эсминец. — На острове, который отсюда в двух шагах, полно камней. Как думаешь, если мы отобьем какую-нибудь скалу весом тонн так на двадцать-тридцать, затащим на борт и уроним на их корабль с высоты в пяток километров, она пробьет его навылет или все-таки застрянет в днище? Пусть даже их магический щит восстановится, такую глыбу ему нипочем не удержать, максимум чуть-чуть замедлит.

— Скала это… — Запнулся Якоб, активно наморщив лоб. — Ну, в общем…Неудобная. Промажем!

— Да ну и пусть, — пожал плечами Олег, наблюдая за тем, как в носовой части иллюзии вражеского судна появляются следы от новых попаданий. — С разбитым носом и испорченными мачтами они далеко не уплывут, а камней не жалко. Можем хоть пару суток туда-сюда между ними и островом мотаться, чтобы сверху пиратам на головы тяжестями швыряться! По большому счету, они уже проиграли и нам осталось решить только две проблемы. Как можно убедить выживших с «Мерцания» не трогать теперь уже наши эсминцы, и как заставить несколько сотен пиратов покинуть суда, которые обязательно пойдут ко дну, если мы продолжим атаковать.

Глава 18. О том, как герой отправляет посланников к пиратам, встречает врага и совершает коварное, но крайне выгодное предательство

— Когда вы уже закончите? — Обратился Олег к пяти шаманам, дружно камлающим вокруг разведенного прямо на палубе костерка, несмотря на расовые различия. Три людоящера раскачивались туда-сюда в едином ритме и чего-то шипели, а два индейца сноровисто разделывали костяными ножами удерживаемую их руками прямо над пламенем жертву. Та, несмотря на полностью очищенную от вывалившихся прямо в огонь внутренностей брюшную полость, все еще дергала конечностями в инстинктивной попытке сбежать куда подальше от своих мучителей, но судьба черной курицы была предрешена. Причем давно, еще когда братья индейцы её купили с прицелом на будущее. Не сейчас близнецы бы зарезали эту птицу в ходе магического ритуала, так чуть попозже. В суп. Дым, исходящий от костерка, постепенно складывался в сухощавую фигуру, отдаленно похожую на человеческую. Проглядывало даже нечто вроде грубых одеяний, пусть и сделанных из эктоплазмы.

— Почти готово, капитан, — ответил кто-то из пожилых индейцев, которых друг с другом даже собственные соплеменники периодически путали. — Мы уже передали твои слова первым двум духам, которые отправятся к пиратам. Сейчас насыщаем энергией того, кто передаст ультиматум «Мерцанию». Речь он запомнил, внятно и громко говорить умеет, мы проверяли.

— Дело свое сделает на совесть, — поддержал брата второй краснокожий шаман. — Ему еще за второй частью оплаты завтра приходить.

Пираты оказались очень понятливыми ребятами. Или это намек в виде здоровенной вытянутой каменюки, которую на борт «Тигрицы» затаскивали при помощи автоматронов, магии и матов, вышел до крайности доходчивым? Якоб казался Олегу в общении довольно неприятным человеком, но боевого опыта имел немало, и потому смог разместить в небе летательный аппарат так, чтобы сброшенный с его борта груз шлепнулся практически туда, куда и целились. Вместо центральной части судна подвергавшаяся неумолимому действию гравитации скала ударила в кормовую и разворотила её к чертям собачьим. Скинутая с высоты нескольких километров многотонная глыба сработала на зависть любой авиабомбе, едва заметив вставший на её пути магический щит и почти пройдя насквозь через все ярусы крупнейшего корабля морских разбойников. До днища она все-таки не дотянула, застряв то ли на последней, то ли на предпоследней палубе, однако через телескоп Олег смог полюбоваться на пять ярусов в разрезе. И еще то ли один то ли два огромный камень попросту закрыл собою. В общем, когда «Тигрица» вернулась с островка со второй гранитной «авиабомбой», то так никуда и не уплывшие джентльмены удачи подняли белый флаг. Борющийся за плавучесть эсминец, с борта которого активно откачивали просочившуюся в трюм воду, повторил действия своего флагмана с задержкой едва ли в тридцать секунд. Им и камень был не нужен, парочки пушечных залпов бы хватило, чтобы отправиться на морское дно. А то и вовсе могло хватить всего двух-трех попаданий.

— Быстрее, — попросил Олег, дергая шеей. Воротник купленного в США делового костюма неприятно давил на горло. Конечно, пиджак слабо сочетался с кирасой и шлемом, однако в предстоящих переговорах капитан «Тигрицы» не собирался участвовать без своих лучших защитных артефактов. Зато брюки, длинные рукава и щегольские белые перчатки отлично скрывали покрывающие конечности ожоги, а запасных зачарованных доспехов у него, к сожалению, не было…И нацепить на себя простую сталь, которой в арсенале хватало, значило показать пиратам свою слабость. — Не нужно давать им лишнее время, а то вдруг еще в голову ненужные мысли взбредут. Потом же переиграть уже принятое решение будет сложнее, такова уж людская психология.

— А если те кто на борту «Мерцания» не станут слушать слова духа и не пошлют к нам двух магов, которые могут летать или не посадят их в лодку, что отплывет от кораблей подальше, дабы мы переговорщиков к себе подняли? — Полюбопытствовал кто-то из ящеролюдов, оторвавшись от своего ритуального шипения.

— Значит — идиоты, — пожал плечами Олег, который теперь опасался только одного. Как бы тот кусок, на который разинул рот его отряд, не оказался слишком большим. Из более чем двухсот членов экипажа «Тигрицы» на ногах оставалось лишь чуть больше ста тридцати. Хорошо хоть большая часть выбывших оказалась ранена слишком тяжело, чтобы их можно было вернуть в строй за короткое время с помощью доступной чародею целительной магии. Требовались дни, а в некоторых случаях, в основном связанных с ампутацией конечностей, даже недели. Штурмовать с подобным отрядом любой из пиратских кораблей, а после надеяться довести его до Акапулько определенно являлось очень-очень плохой идеей. — И помощи от нас они не получат. А протянут руки ко второму эсминцу — вторую каменюку мы уроним на них. Зря что ли надрывались, пока откалывали и на борт грузили?

Обсуждать условия сдачи в плен пиратов, заявившись на какое-нибудь их судно, было слишком опасно. И снижать высоту тоже, Олег отнюдь не забыл о чарах могуществненого гидроманта, едва было не утянувших «Тигрицу» на морское дно. К тому же с выжившими офицерами «Мерцания» касательно раздела добычи и возможного оказания их судну помощи поговорить было бы удобней на борту летучего корабля. Вот только посылать туда своих людей или тем более идти самолично Олегу не хотелось. Во-первых, мало ли, вдруг в заложники возьмут? Во-вторых, подобные беседы как порядочному победителю лучше проводить на своих условиях, то есть на своей территории. Ну и, в-третьих, для переведения дипломатических переговоров требовалось уметь летать, а персон способных на подобнее в экипаже насчитывалось раз-два и обчелся. И большинство их после схватки пребывало не в самой лучшей форме. Духи же, которых совместными усилиями призвали пять шаманов в ходе небольшого ритуала, пусть и не отличались особой силой, зато идеально подходили на роль переговорщиков. Вернее, самоходных звуковых посланий без возможности обратной связи. А если вдруг их не послушают или сгорча уничтожат раньше, чем выслушают, то Олег пошлет новых. После того как его корабль немножечко постреляет из пушек по тем, кто сделал подобную глупость.

Первыми на отправившихся к ним переговорщиков отреагировали пираты. Вот только не совсем так, как ожидал этого Олег. Не прошло и пяти минут, как с палубы полузатопленного эсминца поднялось в воздух нечто вроде большой капли воды, в глубине которой замерло два пассажира. Элементаль, и на сей раз не какая-нибудь мелочь пузатая вроде той, которую можно насмерть обычным мечом затыкать или уничтожить всего лишь одним броском зажигательной гранаты, а практически бессмертное существо, чьему интеллекту и магическому таланту позавидует большинство волшебников. Формально не нарушив озвученных условий, морские разбойники смогли несколько подстраховаться, использовав в качестве транспортного средства волшебный аналог то ли танка, то ли вообще полноценного штурмового вертолета. Во всяком случае в столкновении боевой техники своего родного мира и этого существа Олег затруднялся бы сказать, за кем останется победа. При столкновении на дальней дистанции свое веское слово сказали бы мощные орудия, но вот в ближнем бою способная просочиться в любую щель и почти неуязвимая умеющая колдовать жидкость стала бы воистину ужасным противником.

— Красиво летят, засранцы, — буркнул Стефан, наблюдая за тем, как живая капля опустилась на палубу крупнейшего судна пиратов, и её пассажиры вылезли наружу, вступив в диалог с теми, кто вышел на верхнюю палубу встречать элементаля. — Вот зуб даю, им там не поддувает и даже не капает, несмотря на воду со всех сторон.

— Ага, — согласился капитан корабля и, вспомнив все азы менеджмента, известные ему по родному миру, принялся раздавать указания. Или наука, посвященная правильному приему гостей и разводу их на большие деньги называлась как-то иначе? Волшебник уже точно не помнил, все-таки он довольно давно покинул родину, да и там во время учебы интересовался совсем другими дисциплинами. — Так, народ! А ну все брысь с верхней палубы! И лучше бы куда-нибудь пониже в трюмы, чтобы просканировать вас не так просто было…А вот автоматронов — всех сюда! Якоб, охраняй рубку и тщательно отслеживай все движения воздуха вокруг корабля, я бы на их месте послал к нам каких-нибудь летучих диверсантов под невидимостью, если бы мог! Лили! Приготовь чай и коньяк, будем смягчать им выпивкой горечь положения! Только окровавленные тряпки обязательно замени на чего-нибудь чистое и, по возможности, симпатичное.

— Я похожа на официантку? — Громко возмутилась вышедшая на палубу подышать свежим воздухом эльфийка, уперев руки в бока.

— Ты у нас единственная на судне, кто разбирается в этикете и всяких там элитных вкусах-ароматах. Если хочешь, считай это тренировкой по работе с ядами, только без отравы…Пока без отравы, потом посмотрим на поведение тех, кто к нам заявится, — Олег перевел свой взгляд на своего друга. — Стефан, попробуем пустить пыль в глаза этим типам. Устройся где-нибудь не слишком далеко но так, чтобы имелся формальный повод откосить от участия в переговорах. Только положи винтовку и топор так, чтобы нашим гостям хорошо их было видно, и они смогли оценить эти игрушки по достоинству.

— Ты хочешь заставить их думать, что у нас на корабле много колдунов? — Стефан может и не понимал английского, но проследив за действиями команды мгновенно догадался, что именно задумал его друг.

— Ну да. Истинные маги вроде нас с тобой — вполне подходящие персоны для переговоров даже с каким-нибудь мелким королем…Особенно учитывая наше снаряжение, которое пусть и пострадало слегка, но все равно стоит больше чем иной плавучий клоповник со всем содержимым. — Согласился капитан судна. — Даже то, что ты отойдешь подальше и будешь меня прикрывать, а не участвовать в беседе, вполне нормально. Незачем давать этим типам понять, что таких как мы тут только двое. Пусть лучше голову себе поломают, с кем говорят и где остальные члены команды. Авось вообразят, будто в трюмах обладателей четвертого ранга еще парочка, а может и младший магистр где-нибудь в уголке припрятан.

— Если бы на борту было много магов, мы бы во время боя колдовали активнее, — заметил сибирский татарин, неспешно отправляясь в сторону носа судна.

— А вот не факт, — возразил Олег, пусть даже и счел его замечание уместным. Однако в случае неудачи худшее, что могло получиться из пришедшей ему в голову затеи — против четырех пиратов и водяного элементаля придется драться в первые секунды схватки всего лишь им двоим, да полутора десятку автоматронов. Вот только волшебные роботы и одни бы продержались достаточно долго, чтобы к веселью смогла присоединится вся остальная команда. — От менталистов, иллюзионистов, моих коллег-целителей или тех же богатырей в схватке на большой дистанции толку не особо много, однако недооценивать их в бою станет смертельной глупостью для любого, кто не архимаг.

— Не хотелось бы, чтобы какие-нибудь виртуозы боя на ближней дистанции обнаружилось среди пиратов, — вздохнул Стефан, рассматривая людей, плавающих внутри медленно приближающегося водяного элементаля. — А то мы, получается, прямо идеальные условия им для атаки создали.

— Магистры если кого-то грабят, то делают это не с помощью маленькой эскадры, а как минимум во главе целого флота. А с четвертым рангом мы как-нибудь справимся, да и пятый на своей территории толпой осилим. — Успокоил его капитан корабля. — К тому же, смотри, на палубе «Мерцания» уже какая-то суета поднялась. Думаю, еще через минутку или две оттуда гости пожалуют и, если вдруг чего, с пиратами они нам справиться точно помогут.

В своих прогнозах оракул-самоучка слегка ошибся, поскольку уже через пять секунд в небо с палубы торгового судна ударил луч изумрудного света. И по нему, словно по горке решившей против всех законов природы работать в обратную сторону, скользил человек, чья скорость увеличивалась с каждым мгновением. Взмыв даже выше «Тигрицы» он отцепился от своего необычного подъемника, который немедленно начал истаивать, а после невероятно длинным прыжком метнулся прямо на палубу, приземлившись перед Стефаном.

— Приветствую вас, осененные милостью Неба… — Начал на ломанном английском велеречивое приветствие худощавый и загорелый почти дочерна азиат на вид лет сорока пяти, облаченный в белоснежный халат с темно-фиолетовой окантовкой рукавов и изображением чайки на спине. Правда, под будто бы только-только снятой с вешалки одежды виднелась пластинчатая кольчуга, сделанная вроде бы из каменных пластин, некоторые из которых оказались покрыты крупными трещинами. И, если хорошо принюхаться, можно было уловить исходящей от него легкий аромат крови. Разумеется, этот человек являлся одаренным, и Олег бы отнес его ауру к чему-то среднему между четвертым и пятым рангом.

— Говори на китайском, кажется, этот язык мы оба понимаем куда лучше, — прервал его Стефан, внимательно разглядывая. — И, кстати, главный тут не я, а вот он.

— Прошу простить мою ошибку, — посланник немедленно развернулся и низко поклонился Олегу, даже весьма громко стукнувшись лбом о палубу. На той, кстати, осталась вмятина, однако было непохоже, будто азиат этот удар вообще заметил. Впрочем, в этом не имелось ничего удивительного, принятые в Азии традиции волшебства считали укрепление физического тела той основой, на которой должен строиться весь остальной прогресс.

— Ничего страшного, — ответил капитан «Тигрицы», в голове которого наконец-то сложился ребус. Судно с большим экипажом, имеющее на борту опытных магов и как минимум одного высокопоставленного жреца ломанулось наутек от замеченного в небесах воздушного судна, поскольку не имело права рисковать своим содержимым. И это было то, что его офицеры ценили куда больше собственной чести или богатств. Само их будущее. Вот только избегнув мнимой угрозы им не повезло наткнуться на тех, кто действительно представлял большую опасность для корабля, внутри которого находились женщины, дети, библиотека и какие-нибудь реликвии тех, кому принадлежало «Мерцание». А вот сокровищ особых там не имелось, иначе бы золото потратили, чтобы нанять эскорт для долгого и опасного путешествия через океан. — Я так понимаю, вы беженцы из Империи Золотого Дракона? Решили всем кланом податься в дальние края подальше от того кошмара, в который превратилась ваша страна?

— Вы очень проницательны, господин, — разогнувшийся азиат смотрел на Олега спокойно, а вот аура его словно напряглась, готовясь выплеснуть из себя энергию…Всю имеющуюся энергию, как подсказывала чародею его интуиция. Посланник с серьезно пострадавшего от атаки пиратов судна был готов пожертвовать своей жизнью, если это даст его семье больше шансов на то, чтобы уцелеть. — Могу я узнать ваше имя?

— Оно не важно, — покачал головой чародей, который сомневался в том, что собеседник адекватно отреагирует на русские имя и фамилию. Если эти китайцы бежали со своей родины, то значит они не входили в число тех, кто поддерживает Пекин, заключивший с Москвой официальный союз. Во-первых, данная фракция уверенно побеждала в гражданской войне, пусть даже потеряв некоторые отколовшиеся провинции, а во-вторых, им проще и быстрее было бы переехать куда-нибудь на Дальний Восток. Тибет и прочие западные провинции мятежников располагались в глубине континента и вроде бы пока особых проблем не испытывали, да и к морю выхода не имели. А вот расположенные на побережье Тихого Океана земли, чей кандидат на престол вступил в союз с японцами, англичанами и возможно даже терзающей его страну нежитью, но позорно проиграл, явно стали очень неприветливым местом для аристократов, кто некогда жил в тех краях. Более того, раз вместо относительно близкой Индии или островов Океании эти люди решились плыть аж на другой континент, то в Азии у них остались крайне влиятельные враги, которые обязательно достанут ослабленный клан. — Предлагаю сосредоточиться на более важных вещах, а именно разделе трофеев. Так вышло, что в этом бою мы оказались союзниками, но мой корабль без сомнения внес в победу намного больший вклад. Вы можете забрать с пришвартованного к «Мерцанию» эсминца все ценности, но судно должно остаться на ходу и отойдет нам.

— Это приемлемо, — быстро ответил азиат, формально являющийся врагом Олега…Вот только сейчас устраивать с ним боевые действия капитан «Тигрицы» не имел ни сил, ни желания. Ну вот победит он этих китайцев, которые судя по всему совсем не в форме, раз их посланник согласился на столько невыгодный раздел трофеев. А дальше ему чего делать с полным кораблем гражданских лиц?!

— Отлично, — кивнул Олег, внутренне радуясь тому, как легко проходят переговоры. — Также мы можем предложить вам помощь пары профессиональных целителей и некоторый запас лечебных зелий. Ну и безопасное сопровождение до Акапулько, который является ближайшим дружелюбным к людям портом.

— Этого не понадобится, — покачал головой азиат.

— Только не говори, что вы собрались в гости к вампирам, — удивленно фыркнул Стефан и видимо смог уловить на лице посланника какое-то колебание, поскольку буквально подавился воздухом. — Нет, серьезно?! Правда?! Ну, это ваши похороны…Упыри ценят только силу и выгоду, и у вас нечего им предложить. А раз так, то вы не деловой партнер, а всего лишь закуска.

— Это наше дело, — непреклонно ответил азиат, а потом вдруг как-то тяжело вздохнул и весь словно постарел в одну секунду лет на десять. — Но я допускаю, что глава клана ошибается…И что через час у клана появится новый глава. Сколько вы хотите за то, чтобы сопроводить нас до Мексики?

— Хм-хм, — Стефан задумался и покосился на Олега. — Копия всех не особо секретных магических книг из вашей библиотеки, думаю, нас устроит. Типография и переписчики в Акапулько есть, работу их мы оплатим.

— Книги будем выбирать мы сами, — уточнил переговорщик и, получив утвердительный кивок, сгорбился и постарел еще больше. У Олега возникло подозрение, что этот тип находится под действием какого-то магического стимулятора, и сейчас зелье вдруг начало резко сдавать. А может быть и в самом деле это стресс так сильно влиял на ведущего переговоры азиата. — Хорошо…В таком случае, я прощаюсь. Мне еще предстоит сделать много такого, за что будет проклята моя душа.

— Ну, похоже, помощи в транспортировке пиратских кораблей они нам не окажут, — проговорил Олег, проводив взглядом удаляющееся тело своего недавнего собеседника. Тот просто выпрыгнул за борт и устремился к воде с высоты нескольких тысяч метров. А когда плюхнулся в океан, то как ни в чем не бывало погреб к «Мерцанию» на скорости, заставившей бы завистливо присвистнуть любого дельфина.

— Ага, — согласился с ним Стефан. — Мало им было проблем, так еще и маленький дворцовый переворот грядет. А может и не один, поскольку даже если этот тип и прирежет главу клана, пользуясь тем, что тот сейчас наверняка после боя еле ноги волочит, то это отнюдь не значит, будто он автоматически утвердился на его месте.

— Вот именно, — тяжело вздохнул Олег, пытаясь понять, почему китайцы отказались от помощи целителей и даже лечебных зелий. Не доверяли? Имелись свои маги-медики? Всех раненных просто прирезали, чтобы совершить призыв змеиного воинства. — А нам, похоже, предстоит второй раунд. Вон, морские шакалы уже обо всем друг с другом договорились и внутри элементаля к нам летят.

Подобрав еще парочку людей со второго корабля джентльменов удачи, обитатель иного плана бытия неспешно плыл по воздуху к «Тигрице», то ли экономя силы, то ли давая время себя хорошо рассмотреть. Перемещаться быстрее он мог, точно мог. Олег видел возможности обитателей плана огня, и те из них, кто имел такие размеры, по полю боя носились не намного медленнее снарядов!

— Приветствую вас, господа! — Капля наконец-то достигшего «Тигрицы» водяного элементаля выпустила из своих обманчиво мягких объятий четырех абсолютно сухих человек. Причем один из них, молодой на вид брюнет, демонстративно пренебрегший броней в пользу легкомысленного на вид белого пиджака с такими же брюками, стоял впереди. Увидев Олега, который пусть и предпочел одежду темных тонов, но в целом придерживался того же стиля, этот тип приветливо и широко улыбнулся. А трое оставшихся, упакованных в довольно единообразные темно-синие мантии поверх зачарованных доспехов из полированного металла, сгрудились у него за спиной и максимум, на что хватало их актерского мастерства — это держать мрачно-каменные рожи, не проявляя слишком явного желания прибить Олега прямо на месте. Аура говорившего выдавала в нем не слишком сильного истинного мага или, возможно, весьма талантливого подмастерье. Двое из спутников модника были чуть сильнее его, а один являлся младшим магистром. Вроде бы. Если уж даже людоящеры могли при желании замаскировать степень развития своего дара, то джентльмены удачи почти наверняка знали какие-то приемы волшебной маскировки. А вот использовали ли? — Я Френсис, и прежде чем мы начнем обсуждать условия моей капитуляции, я бы хотел сначала узнать одну вещь. То, что наша встреча состоялась именно сегодня — это случайное событие или вы давно её планировали?

— Появление сразу трех кораблей под черным флагом, по всем международным законам являющимся законной добычей для любого, кто сможет их одолеть, стало для нас абсолютной неожиданностью. — Уверил его Олег, скосив глаза на Стефана, который уселся на какой-то ящик метрах в тридцати от места действия и приветливо кивнул напряженно рассматривающим его пиратам. Однако винтовку со своих коленей сибирский татарин убрать так и не подумал, да и небрежно присоленный к стоящей рядышком мачте двуручный топор являлся весьма четким показателем его настроение. Вражескому лидеру капитан «Тигрицы» вполне осознанно сказал чистую правду. А то вдруг еще этот тип решит, будто имеет дело с какими-нибудь своими кровниками и решит умереть в бою или вообще самоубьется, выдав посмертные чары на уровне чародея шестого ранга. Пусть белая ткань пиджака не содержала никаких видимых броневых элементов или драгоценных камней-накопителей, однако это еще ни о чем не говорило. Достаточное количество магии и полосу туалетной бумаги превратило бы в лезвие, которое разрежет стальную плиту, а у хозяина маленькой пиратской эскадры деньги определенно водились. Вот только странно, что власть принадлежала ему, а не самому сильному из стоящих за спиной брюнета чародеев. — Честно говоря, я предпочел бы, чтобы вас было чуть-чуть поменьше…Но уж больно удобный выдался момент для атаки.

— Мда, могу вас понять. Я, пожалуй, действительно совершил парочку грубых ошибок, когда слишком увлекся погоней. И мои советники, увы, не сочли нужным сразу же указать на данные промохи, — брюнет с прорвавшимся на лицо раздражением покосился себе за спину. И хотя находящиеся там маги на его выпад никак не отреагировали, но уже это о многом говорили. По какой-то причине этот модник действительно имел право ругать более сильных одаренных и, возможно, доступные ему меры воздействия на них не ограничивались бранными словами…Ну или актерская игра этого пиратского квартета заслуживала всяческих похвал. А ведь внизу осталась их разгромленная эскадра, которая лишь несколько часов была крайне полезным и ценным активом, а ныне по сути дела уже почти перешла в чужой кармана. — Но, раз наша встреча случайна, у меня к вам будет парочка взаимовыгодных деловых предложений. Миллион долларов выкупа за меня, мои корабли и моих людей. Это больше, чем можно получить за подобные призы в любой гавани западного побережья, особенно учитывая то состояние, в котором сейчас находятся корабли. Деньги, само собой, находятся не на борту, а на банковских счетах. Можете даже проверить трюмы, если вдруг найдете хоть один сундук забитый золотом — я его вам тут же подарю и от себя в итоговый платеж еще столько же добавлю.

— Довольно интересное предложение, — Олег слабо разбирался в ценах на океанские корабли, однако три действительно хороших воздушных судна примерно столько как раз и стоили. Разница в размерах компенсировалась необходимостью использовать действительно много серебра для изготовления рун и энерговодов, помогающих бороться с силой тяжести. Вот только разница между ценой покупки и продажи подобной техники, как правило, была абсолютно грабительской! Во всяком случае, для тех, у кого не было нужных связей. Опять же, при добровольном сотрудничестве уцелевших пиратов исчезали все проблемы с транспортировкой трофеев и экономилось время на их реализацию. — Я склонен его принять. Лили! Принеси чаю нашим гостям! Но, кажется, вы сказали: «парочка деловых предложений»? И второе будет настолько же взаимовыгодным?

— Вы уловили суть, — улыбнулся брюнет, скашивая глаза на эльфийку, которая появилась из дверей кормовой надстройки с большим подносом, который без магии столь хрупкая девушка вряд ли бы даже смогла в руках удержать. На огромном серебряном блюде, которое явно было трофейным поскольку ничего подобного Олег точно не покупал, стоял исходящий паром фарфоровый чайник с прицепленным к носу золотым ситечком, несколько чашечек и целая батарея бутылок. Сама же Лили каким-то непостижимым образом успела не только переодеться в подчеркивающую фигуру обтягивающее шелковое ярко-алое платье с крайне провокационным декольте, но также, кажется, нанесла макияж! — Я заплачу вам еще один миллион долларов, если «Мерцание» отправится прямиком на морское дно.

— Очень…Любопытное предложение, — Олег подошел к палубному ограждению и бросил взгляд в сторону судна, уничтожение которого оценили в столь кругленькую сумму. По палубе вроде бы бегали люди, однако признаков ведения боевых действий видно не было. Заодно чародей краем глаза рассматривал троицу телохранителей вражеского лидера, пытаясь понять, насколько они опасны. Одежда их хоть и имела некоторые индивидуальные особенности, но явно была изготовлено в одной и той же мастерской по общему шаблону. Темно-синие мантии с наброшенным на голову капюшоном, скорее всего намекающие на принадлежность к гидромантам, скрывали под собой доспехи. Их контуры иногда обрисовывались при движении, а кроме того высокие стальные вороты защищали шеи. У каждого из то ли офицеров, то ли телохранителей в руке был крепко сжат посох, а вторая конечность лежала на рукояти коротко меча, заткнутого за пояс. Огнестрельным оружием пиратские маги, похоже, пренебрегали. — Полагаю, оно касается не столько самого корабля, сколько людей на борту?

— В общем-то да, — не стал спорить Френсис, принимая с протянутую ему улыбающейся эльфийкой чашку чая. — Хм, какой знакомый аромат, так и навевает мысли о доме…Сок изумрудно-алой чайной ягоды в качестве зелья повышения доверия?

— Предпочитаю называть его успокоительным, — мило улыбнулась вражескому лидеру Лили, делая книксен. Как оказалось, подол её алого платья может очень далеко отходить в сторону, обнажая изящные стройные ножки. А также чулки с подвязками. — В конце-концов, он действительно хорошо расслабляет и после такого трудного дня подобная добавка, по моему мнению, совершенно необходима.

— О да, иногда действительно возникает настоятельная потребность…Расслабиться. — Фрнесис проводил взглядом пятую точку эльфийки, направившейся к его спутникам и бестрепетно допил свой чай. — Итак, возвращаясь к «Мерцанию». Ни один человек с него не должен уцелеть, да и само судно тоже лучше бы уничтожить. И ничего оттуда не выносить. Поверьте, это в ваших же интересах!

— Верю, почему нет, — пожал плечами капитан «Тигрицы», в голове которого сейчас порядочность боролась с жадностью. И битва эта шла крайне тяжело. На стороне последней выступало чувство самосохранения и осознание того, что получив подобную выплату появится возможность с легкостью избавиться от долгов, нависших над семьей Стефана. — За миллион долларов я готов поверить практически во что угодно, ну может исключая учения некоторых наиболее одиозных темных культов. Однако, тут встает уже несколько другой вопрос. Без обид, но названные суммы слишком велики, дабы можно было поверить на слово тому, кого первый раз вижу. Я, например, считаю себя не самым бедным человеком. И мой друг, который сидит вон там, тоже. Однако, столько денег, хочу отметить свободных денег, готовых к тому чтобы перевести их через банк по первому требованию или хотя бы в течении считанных дней, у нас не наберется…Земли, заводы, деревни и иные капитальные активы, безусловно стоят очень дорого, но их тяжело быстро перевести в золото.

— Для меня это не проблема, — уверил чародея предводитель пиратской эскадры. — В конце-концов, я Морган. Френсис Морган. Полагаю, вы слышали о моей фамилии.

— Неоднократно. Все-таки её носят не только английские лорды, сделавшие своим кредо покорение морей, но и американские финансисты. Одни из самых богатых дельцов в США, — медленно сказал чародей, в голове которого билась только одна мысль. Плыть в Японию за предствителем рода Асано не придется. Пусть кожу с дочери архимагистра Саввы сдирали и японцы, но написанный на ней ультиматум привезли ему не они, а представители двух английских родов. Которые, вот уж совпадение, как раз сделали пиратство одними из главных составляющих своих доходов. Нет, против денег полученных иными путями они тоже ничего не имели и законным бизнесом вполне себе занимались, однако для представителей этих фамилий получение каперского патента и сбор начальных капиталов при помощи оружия и кораблей под черным флагом являлся, в общем-то, семейной традицией. — А из в какой вы ветви, если не секрет?

— Английской, — ответ брюнета окончательно подтвердил вынесенный ему заочно приговор. Деньги были всего лишь деньгами, а вот такой шанс на улучшение отношений с архимагистром Саввой, ведущий к возможности безопасно вернуться на родину, упускать было нельзя. И такого врага — тоже. А в том, что этот пират не забудет сегодняшнего дня и своего унижения, даже если «Мерцание» действительно отправится на дно, Олег мог поклясться своим правым глазом. Все равно, если чего, он привык без него обходиться. — Но не волнуйтесь, на мои финансовые возможности это ничуть не повлияет. В конце-концов, я и известные американские банкиры не просто дальние родственники, у всей нашей фамилии один и тот же патриарх. И если вдруг они не окажут мне поддержки, то он на них очень обидится.

— Полагаю, в судовых документах упомянута ваша фамилия? — Продолжал свои расспросы чародей, мысленно уже пытаясь составить план коварного убийства этой четверки. Попытаться отравить их с помощью Лили? Нет, троица сопровождающих от любой выпивки отказалась. Отправить восвояси и расстрелять из пушек? Скорее всего сработает, вот только пусть Моргана брать живым и не планируется, однако тело нужно хотя бы частично целое. Взять в ножи, вернее топоры? Рискованно, пираты готовы к битве, однако может сработать. Европейские волшебники в отличии от тех же азиатов традиционно считали рукопашную драку ниже своего достоинства, а если подойти к врагу достаточно близко, защитные амулеты просто не сработают. — Вы ведь здесь не инкогнито и в состоянии подписать все необходимые для нашего соглашения документы?

— Разумеется нет, — пожал плечами брюнет, улыбающийся с видом победителя. — Даже свой фамильный перстень к ним приложу.

— В таком случае, прошу пройти в кают-компанию, — сделал приглашающий жест рукой Олег и первым направился в нужную сторону. Медленно шагая в нужную сторону и приближаясь тем самым к замершим на палубе автоматронам и сидящему на ящике Стефану он постепенно понижал голос, вынуждая своего собеседника и его спутников сокращать дистанцию между ними. Было бы неплохо усилить свое тело чарами магического допинга, однако пираты могли заметить изменение в ауре. Оставалось лишь уповать на естественные возможности тела, да рефлексы, связанные с инстинктивным использованием волшебства. И это было совсем не так уж и мало! Возможно, капитан «Тигрицы» был далек от звания мастера боевых искусств, но драться он умел. И даже не совсем всегда проигрывал своей любовнице-оборотню, когда устраивал с ней тренировочный спарринг. — Набросаем соглашение, потом я спущу вниз своего доверенного человека, чтобы он засвидетельствовал подлинность предоставленных вами документов, ну а «Мерцание» немного подождет…

Задержавшись на секунду рядом со своим другом, Олег прошептал лишь одними губами: «Бей», а после сделал вид, будто споткнулся и неловким движением облокотился всем телом на того из пиратов, чья аура больше всего напоминала младшего магистра. Ткань его мантии каким-то образом смогла выдержать удар магического лезвия, созданного имплантированным в ногу капитана «Тигрицы» артефактом, однако одновременно с этой атакой чародей обманчиво медленным движением направил свою безоружную руку прямо в лицо гидроманта. Тот вздрогнул и попытался отстраниться, но когда он начал реагировать на угрозу, затянутые в белую перчатку пальцы были уже в паре сантиметров от его глаз. И они не остановились, а двинулись дальше по кратчайшему маршруту прямо в мозг, только теперь намного быстрее и вдобавок окутываясь пламенем. Пират, чью голову внезапно стали в прямом смысле слова кипятить изнутри, успел вскрикнуть и схватиться за руку своего убийцы, но после этого испустил дух.

— Что за… — Френсис определенно не до конца отбросил осторожность и сумел взмахом рук отшвырнуть подальше от себя взлетевшие в воздух зачарованные топоры, однако приставленная к груди автоматическая винтовка застала его врасплох. А после Стефан выдал очередь на весь магазин, и в теле британского аристократа появилась такая дыра, что руки от уже мертвого тела не отвалились только чудом. Однако, голова осталась невредимой, а следовательно самого страшного с точки зрения капитана «Тигрицы» не произошло.

— Предатели! — Закричал один из двух оставшихся врагов, спиной вперед скользя к краю палубы и обрушивая на русских боевых магов водяную плеть толщиной с телеграфный столб, несущую в себе сотни мелких ледяных лезвий. Вот только атаку они выдержали, а после британец оказался вынужден уйти в глухую оборону, поскольку в бой вступили автоматроны, накрывшие его залпом из то ли шести, то ли семи огнеметов. Остальные жгли элементаля, кинувшегося на выручку своим призывателям. Точку в его судьбе пирата поставила всеми позабытая Лили, метнувшая в окружившую гидроманта сферу жидкости вытащенный из рукава платья пузырек. Вступившая в реакцию с водой дрянь, похоже, являлась чем-то вроде яда антимагии, поскольку волшебство утратило стабильность, а после отчаянно кричащий человеческий факел уже не имел шанса себя потушить.

Последний из живых пиратов тем временем отражал ударами вытащенного из ножен клинка и посоха удары, сыплющиеся на него с двух сторон от Олега и Стефана. Он был хорош, очень хорош. Настолько, что капитан «Тигрицы» в очередной раз заработал рану в районе правого глаза, только на сей раз ради разнообразия резанную. Но потом из распахнувшегося трюма живой торпедой вылетел Мигель, сжимающий в каждой руке по клинку, и уже буквально через две секунду британец рухнул на палубу, заполучив доставший до сердца удар зачарованного лезвия в подмышечную впадину.

— Мда, — тяжело вздохнул Олег, зажимая рукой кровоточащую рану. — Теперь придется долго убеждать оставшихся в живых пиратов плыть туда, куда нам надо.

— Да ладно, вот зуб даю, серьезных магов у них теперь нет, и без старших офицеров в команде сразу же начнется разброд и шатание. Дадим пару залпов и пообещаем, что если они не будут слушаться и не поплывут в Акапулько, пустим всех на дно. — Стефан посмотрел в ту сторону, где еще бился никак не желая иссыхать водяной элементаль, заливаемый потоками пламени буквально со всех сторон. — А если не послушаются, то и правда пустим. Потом за добычей понырять придется, но тут же вроде не очень глубоко. Кстати, а из-за чего мы с ними сейчас сцепились то?

Глава 19. О том, как герой обретает новое знание, получает дополнительные силы и теряет толику потенциальных возможностей

— Что ж, пора записать достигнутые результаты, — Мысленно сказал сам себе Олег, закрывая дверь за последним пациентом, которому на сегодня были назначены стимулирующие регенерацию процедуры. А после тщательно вымыл руки и вытер их полотенцем, тщательно осматривая кожу в поисках пропущенных пятнышек крови, а после сел за установленный в корабельном лазарете рабочий стол и принялся вносить пометки в журнал, содержимое которого могло бы стоить ему головы…Или души. А то и всего сразу. Если бы кто-нибудь не только смог добыть этот документ, но и сумел прочитать, а после донес содержащуюся в бумаге информацию до крупных магических кланов. Капитан «Тигрицы», безродный выскочка, не имеющий за спиной даже тени влиятельного покровительства, проводил эксперименты в попытке передать часть магических способностей убитых врагов своим подчиненным. — Хотя, конечно, этих результатов надо стыдиться, а не гордиться. Все-таки я очень нехорошо поступаю, когда ставлю эксперименты над подчиненными без их ведома и согласия…Увы, что знают двое, знает и свинья.

Вверху страницы было написано слово налог. Бессмысленное, на первый взгляд, однако для Олега оно ассоциировалось с цифрой тринадцать, поскольку именно столько процентов от дохода официально брало его родное государство со всех и каждого. Хотя если отражать реальное положение дел, включающее в себя целую кучу акцизов на товары за которые приходится платить потребителю, обязательных отчислений в те или иные фонды, а также платы за наличие хоть какой-то собственности, то цифра вырисовывалась где-то между пятью и шестью десятками. Но именно с числом тринадцать ассоциировалось для чародея данное слово и как раз столько дней прошло с момента боевого столкновения, после которого лучший на судне целитель принялся латать тяжелораненых, используя для этого в том числе и части тела, взятые у погибших волшебников. Или у раненных. Находящиеся под общим наркозом одаренные члены экипажа не видели, как у них берут кровь или образцы тканей, чтобы пересадить точно такому же бессознательному телу, лежащему на соседней койке. И рассказать об этом им было некому, все эксперименты капитан проводил в гордом одиночестве и при запертой двери, когда не отличавшиеся его выносливостью Лили и помошники-санитары отправились отдыхать. Возможно, эльфийка все-таки о чем-то подозревала, поскольку тела вражеских магов были взяты Олегом для экспериментов…Но — в некромантии. И таковые даже имели место. Вот только получившийся из безголовых тел опытных магов кадавр едва-едва шевелился, и потому оказался безжалостно сожжен в пепел, а после выброшен за борт.

В первой строчке лабораторного журнала шариковая ручка нарисовала елочку, слово «собака», арбузный ломоть и подтяжки. Бессмысленный набор символов складывался в ребус, разгадать который кроме хозяина журнала вряд ли бы сумела хоть одна живая душа. Он же никому не говорил, что шрамы от перенесенной в детстве оспы на лице пострадавшего от ледяного осколка пациента, которому была пересажена кожа и мускулы младшего магистра, напоминают ему семечки в самой большой на свете ягоде. Или все-таки тыквине? Но как бы там ни было, этих знаков хватило бы для правильной идентификации подопытного даже спустя годы, особенно если он по-прежнему станет присутствовать в команде. И проходить плановый медосмотр у того, кто провел над ним тайный маго-медицинский эксперимент. Ну а лишние две картинки рисовались в этом случае с целью запутать возможного злоумышленника. Результат же проведенного эксперимента отражало отсутствие каких-либо лишних символов. Поскольку не нашел этого самого результата Олег.

Вторую строчку заполнило целых три написанных слова. Нагрудный электромагнит. Вот только вряд ли кто-то в этом мире узнал бы отсылку к популярному герою комиксов его родины. И тем более смог сопоставить отдаленно похожего на игравшего данного персонажа актера с матросом, на которого рухнул автоматрон, переломавший человеку кучу костей. Да так неудачно, что осколки ребер чуть-чуть повредили сердечную мышцу и пожилой человек чуть не умер…Вернее умер, но оказался быстренько реанимирован. Можно было просто восстановить работу поврежденного органа, с трудом перекачивающего кровь по телу, но Олег предпочел сделать небольшую пересадку.

Третья строчка бессмысленного на первый взгляд нагромождения слов и символов, четвертая, пятая…Всего капитан «Тигрицы» провел целых десять экспериментальных процедур. Хотел больше, но он тоже не железный, да и успевшие чуть-чуть передохнуть санитары вот-вот должны были начать стучаться в двери лазарета, забитого под завязку тяжелоранеными пациентами, состояние которых было стабилизированным, однако без помощи опытного целителя улучшиться само по себе не могло.

— Ноль, ноль, ноль… — Результат — полный ноль. — Задумчиво пробормотал Олег, пробегаясь глазами по строчке записей. — И он полностью соответствует армейской методичке по пересадке тканей и органов от свежих тел и военнопленных, в которой говорится, что при соблюдении правил гигиены и использовании парочки заклятий, заставляющих принять организм пациента новые ткани как часть себя, никаких последствий не будет. Ну, кроме полностью восстановившейся боеспособности и нормального самочувствия.

Еще несколько минут Олег напряженно вспоминал матросов, чьи магические способности он пытался увеличить в ходе своих тайных и негуманных экспериментов. Не у всех из них к настоящему моменту полностью восстановились пострадавшие части тела или исчезли следы проведенных операций, однако люди эти были здоровы. И это очень радовало чародея, сильно опасавшегося нарушить один из основных принципов настоящего врача: «не навреди». Правда, соблюдения его от капитана «Тигрицы» никто не требовал, однако нарушать данное правило Олегу мешала совесть. Но, к сожалению, роса магических способностей ни у одного из десяти подопытных так и не отметилось. Или прогресс являлся настолько незначительным, что обнаружить его получилось бы лишь при помощи каких-нибудь крайне точных лабораторных методов.

— Восемь людей, полуорк с потенциалом к развитию дара и вполне состоявший ведьмак, пусть и развивший исключительно навыки техномага. Вполне достаточная группа, чтобы подобный результат не мог оказаться случайным. — Олег принялся рисовать вокруг своих зашифрованных записей обрамление из листьев и веточек. Никакой практической цели они не несли, простому ему так захотелось. — Наиболее вероятной гипотезой, объясняющий полный провал, является необходимость предварительной подготовки материала. Хотя, возможно, я не учел еще какие-то важные факторы и действую абсолютно неправильно. Или просто еще слишком мало времени прошло после операций? Но, по крайней мере, не похоже, будто я где-то налажал. Если бы с подопытными чего-нибудь стряслось, мне бы стало стыдно. И пришлось экстренно удалять лишние кусочки, заодно исправляя нанесенный вред, а также придумывая причину для выплаты более чем щедрой компенсации.

Олег отлично понимал всю аморальность экспериментов, тайно проводимых над членами экипажа собственного корабля. И стыдился своих действий. Однако, он знал, что в будущем обязательно вновь сделает нечто подобное, если конечно у него не появится лучших вариантов хоть как-нибудь усилить людей, которым можно доверять. Ну, более или менее. Этот мир был жесток, опасен и полон ужасающей несправедливости. И тут жила его семья. А чтобы изменить положение дел в лучшую сторону не хватило бы одних пламенных речей или правильной идеологии, даже если бы Олег и был способен на то, чтобы стать лидером, который может повести за собой народные массы к светлому будущему. Или хотя бы чуть приподнять их над той зловонной трясиной мучительного бытия, которое сейчас представляло из себя уровень жизни для девяноста процентов людей и нелюдей. И чтобы иметь отличные от нуля шансы создать хотя бы маленький кусочек территорий, похожих на свой родной мир, Олегу требовалась сила. Не только личная, но и сила тех, кто станет разделять его идеалы. А кроме того пусть небольшая толика волшебства не избавит разумных существ от их пороков, но сделает многие проблемы намного легче. Одаренным не так страшны болезни, естественные или созданные искусственно в лабораториях по созданию биооружия, а после выпущенные на свободу. Им проще переносить кратковременные периоды холода или голода. Даже обладающими минимальными способностями к волшебству ведьмаки способны напитывать энергией артефакты, с которыми можно вычистить землю от девяноста процентов человекоядных монстров или отбиться от случайной шайки разбойников. И потому капитан «Тигрицы» поставил под угрозу жизнь своих людей и, возможно, свою собственную проведя тайных эксперимент, успех которого мог дать призрачный шанс на лучшее будущее для него и, возможно, для всего мира.

— Капитан, вы тут? — В корабельный лазарет заглянула Шлисша, отвлекая чародея от его невеселых мыслей и рисования абстрактных узоров, почти уже скрывших собою все ребусы в лабораторном журнале. — Меня послали найти вас и сказать, что Акапулько наконец-то показался на горизонте.

— Давно пора, — буркнул чародей, которого очень раздражал тот факт, что конвоируемая его летательным аппаратом морская эскадра двигалась к своей цели так нетопроливо. Увы, даже если бы они бросили самое медленное судно, то скорость движения изменилась бы не сильно. Все четыре морских корабля понесли огромные потери в экипаже и заполучили кучу повреждений, исправить которые на ходу не представлялось возможным. — Стой! Не уходи, я давно хотел обсудить с тобой одну вещь. Как именно ты смогла не только замаскировать свою ауру до уровня едва-едва подозревающего о имеющихся способностях одаренного, но и столько времени провела с полностью активной маскировкой?

— Это все благодаря магии моего народа, — хвост девушки махнул в непонятном для человека жесте, довольно громко скрипнув по дверному косяку. — Вернее даже не моего народа, а моего…Ммм…Статуса? Сделать так способны лишь говорящие с водой, да и то не все, а лишь те, кто долго учился сливать часть своей силы во флягу, ставшую почти продолжением их тела.

— Любопытно, — Олег указал представительнице народа людоящеров на ряд стоящих вдоль стены кроватей, которые вот уже несколько дней как лишились последних лежачих пациентов. — А можно узнать детали? Про говорящих с водой, ну и вообще про волшебство людоящеров.

— Пожалуй, рассказ о моей магии и магии моего народа стоит начать с самого главного факта. Говорящие с водой это не совсем то же самое, что гидроманты белых людей. Мы не сильнее, совсем нет. Однако, мы другие и не можем всего того, что могут они. И в то же время умеем делать то, с чем им не справиться. — Между покрытых тонкими гибкими чешуйками пальцев Шлисши засновали туда-сюда ручейки жидкости, постепенно увеличивающиеся в объеме. И Олег очень сомневался, будто они оказались сконденсированы из атмосферной влаги. Ведь до начала демонстрации магических способностей воздух сыростью не полнился, а после не стал сухим, словно в пустыне. — По вашим меркам я считаюсь весьма слабым магом, и действительно не способна быстро убить чарами человека, усмирить волны или затянуть туманом большую территорию. Но мне еще ни разу не попадался на глаза примерно равный по силам маг воды, который мог бы слить на время во флягу часть своей силы или жизни, а потом вернуть их обратно. Или воспринимать мир не глазами, а как совокупность вечного круговорота влаги. Сказать слово верховью реки, чтобы его смогли услышать в устье. Высушить фрукты и мясо так, чтобы потом можно опять сделать их сочными.

— Понятно, — кивнул Олег, мгновенно проведший аналогии с уже известными ему редкими направлении волшебства, вроде той же магии звука. — Оригинальная школа, многие приемы которой вторичны по отношению к чистой гидромантии…Этому можно научиться?

— Скорее нет, чем да, но не потому, что мы скрываем какие-то секреты. Все-таки наш народ слаб, и много-много раз случалось так, что мои соплеменники проигрывали в битве, а после вожди и старейшины становились готовы абсолютно на все, лишь бы победители не снимали заживо кожу с их родичей и не пытались приготовить омлет из детей, которые пока не успели вылупиться из яиц. — Шлисша говорила о зверствах, творимых над представителями её расы с таким равнодушным выражением лица, будто это было нечто крайне неприятное, но вместе с тем обыденное. Как приход зимы или, скорее, землетрясение. Складывалось впечатление, словно люди, ну людоящеры в данном случае, принципиально ничего не могли сделать, дабы предотвратить подобные явления. — Проблема в том, что методы обучения говорящих с водой хорошо подходят для моего народа, но весьма опасны для людей. Нет, были представители иных рас, кто сумел их освоить, я даже одного как-то видела… Но на одного человека, добившегося успеха, приходится не меньше двух десятков тех, кто бросил это занятие. Или умер, такое тоже не редкость.

— Да, до этого бы доводить не хотелось, — пробормотал Олег, которого очень заинтересовали навыки Шлисшы по сокрытию собственной ауры. Да и вообще магии воды. Были среди людоящеров и те, кто имел больше сил чем обладательница двух револьверов, однако они больше специализировались на боевой магии. А вот сидящая перед ним девушка являлась ближе всего к тому, чтобы зваться шпионом. Или скорее старающимся не привлекать к себе лишнего внимания антропологом. Все-таки основной её задачей являлась работа среди людей, конкурировать с которыми обитатели болот просто не имели шансов и потому вынуждено искали пути для взаимовыгодного сотрудничества. — Скажи, а почему тогда ты столь спокойно относишься ко мне, раз между нашими народами столь много крови и ненависти?

— Ну, чисто формально с теми белыми людьми, которые называют себя русскими, мой народ если и враждовал когда-то, то я об этом не знаю. Вы банально живете слишком далеко. — Позволила себе чуть усмехнуться девушка. — Вот с испанцами, англичанами, французами или американцами кровавые счеты есть…Но не очень большие. Меньшие чем к большинству уничтоженных ими индейских племен или ночным кровососам. Наши союзники вроде Треснувшего Камня — скорее исключение, чем правило.

— Интересно, — вот эта новость Олега и в самом деле немало удивила. В большинстве известных ему случаев те нелюди, который не могли конкурировать с людьми за счет своих магических навыков, подвергались разного рода гонениям и притеснениям со стороны человеческих государств. Или эксплуатировались в хвост и гриву наравне с наиболее бедными слоями населения, что было не намного лучше откровенного рабства. — Не расскажешь, как так получилось?

— Удачное стечение обстоятельств, полагаю. — Развела руками Шлисша. — С земли мой народ белые люди почти не сгоняют, довольствуясь сбором налогов в виде рыбы и тростника. В болотах, где так нравится нам, для вас слишком сыро и люди болеют. Золота или сверкающих камней, которые можно было бы отнять, мы отродясь не собирали. Дело в том, что вампирам не особо нравится вкус крови моей расы, по их мнению, она куда хуже человеческой, однако ради сокровищ владыки ночи не поленились бы разорить селение, где есть чем поживиться. Потому испокон веков куда спокойней жилось тем, кто имел привычку к этому…Как же звучит нужное слово…Аскетизму!

— В общем, конфликты с вами почти не приносят выгоды, — понял капитан «Тигрицы». — А раз так, то вы оказываетесь мало интересны властьимущим, пока не начинаете мешать их интересам…Что ж, весьма жизнеспособная стратегия, но мы немного отвлеклись. Вернемся к особенностям обучения вашей фирменной школе волшебства?

— Как пожелаешь. Думаю надо начать с того, что на самом деле, мой народ не умеет дышать водой. Во всяком случае, те из нас, кто лишен магии. Однако, мы способны довольно долго обходиться без воздуха, а когда начинаем тонуть, то делаем это намного медленнее, чем люди. — Созданная девушкой вода внезапно полностью всосалась в её рот и нос, однако у Шлисшы даже голос не изменился. — Жидкость, которая заполняет легкие — это весьма неприятно, и она чувствуется так четко, как никакая другая влага. Но в то же время утопление все-таки недостаточное опасное явление, чтобы убить нас быстро. Вокруг желания начать дышать как можно скорее и строятся основы обучения одаренных моего народа.

— Ага, — озадачился Олег, которому подобная методика показалась немного экстремальной. Однако категорического неприятия все-таки не вызывала, тем более живучесть чародея наверняка превосходила возможности обычных людоящеров и без кислорода он наверняка мог продержаться гораздо дольше них, несмотря на заполняющие легкие жидкость. — А почему тогда так мало людей осваивают вашу фирменную школу магии? Нет, тонуть это конечно весьма неприятно, но при соблюдении минимальных мер безопасности особого риска не несет. Уж откачать того, кто нахлебался воды, можно и без всякой магии, а находящийся рядом целитель и вовсе сводит на нет возможность любого несчастного случая.

— Нет-нет, поддержкой пользоваться нельзя. Неофит должен в одиночку удалиться туда, где река, ручей, озеро или болото кажется ему наиболее комфортными, а только потом погрузиться в воду. И только тогда после какой-то из попыток начать дышать выбравшись на берег или мелководье придет к нему успех. Или смерть, если он переоценить свои силы и не сможет ни овладеть магией, ни избавиться от жидкости в легких обычным способом. — Олег не смог сдержать своего скепсиса, и Шлисша совершенно правильно истолковала выражение его лица. — Нет, это не глупые суеверия дурных дикарей, а горькая правда. Либо будущий говорящий с водой уходит на свои тренировки один, либо он никогда не пробудит в себе дар, даже если потратит на покорение волшебства целые годы. Помощь семьи, друзей или наставников в этом деле является совершенно недопустимой. Даже если неофит вообще не знает об их присутствии, поскольку они бесшумном летят за ним по воздуху не оставляя следов, укутанные всей доступной нашим старейшинам маскировочной магией или вообще закопались в землю за несколько часов до его прибытия.

— Очень…Любопытная деталь, — на ум Олегу сразу же пришли воспоминания о том, что в некоторых случаях магия могла вести себя как живое существо, находящееся в симбиотической связи со своим носителем. И тогда вполне естественным инстинктом для неё было всеми силами стараться избежать гибели. Ну а если для этого волшебству, что принадлежало начинающим одаренным, требовалось начать работать и научить их дышать водой — оно начинало и учило. Если могло и если успевало сделать это раньше, чем несостоявшийся чародей попросту утонет. Вот только подобное испытание должно было пытаться воздействовать не только на мешающую работе легких жидкость, но и на организм, находящийся опасно близко к грани смерти. А раз так, то возможно таланты обучающихся подобным образом людоящеров распространяются и на другие области кроме управления водой. Вот только почему наличие наблюдателей мешало процессу тренировок? Волшебство каким-то образом засекало сородичей своего носителя и приходило к выводу, будто того обязательно спасут? Нет, вряд ли. Для таких логических выводов должны иметься даже не инстинкты, а полноценный разум! — Скажи, а как у тебя и твоих коллег обстоят дела с целительскими чарами или метаморфизмом? Они хорошо вам даются? Не получалось ли так, что успешно начавший дышать водой маг потом лучше управлял своими и чужими телами, нежели чем-нибудь еще?

— Некоторые способности к исцелению присутствуют у всех говорящих с водой, — подтвердила его подозрения девушка. — С твоим мастерством, конечно, нашим талантам не сравниться, однако мы можем значительно ускорить исцеление от травм и некоторых болезней. Лучше, чем шаманы, повелители земли или друиды. Остановить кровь или уменьшить опухоль довольно легко и этому учатся быстро. Срастить кость и плоть за сутки-другие уже сложнее и не все справляются, однако из двух говорящих с водой один на это способен.

— Вероятно, вам просто не хватает опыта. И знаний. — Известные Олегу приемы целительной магии процентов на девяносто пять требовали понимания работы человеческого организма и информации о том, как затратив минимум усилий добиться желаемого результата. Конечно, волшебство могло в прямом смысле слова изменять реальность, подстраивая её под волю мага…Но что толку от отсутствия боли в животе, когда не устранена её причина в виде воспалившегося аппендикса? Разумеется, можно воздействовать на брюшину, не применяя хирургических методов и не понимая причин поразившего тело недуга. Это даже сработает, если в чары окажется вложено достаточно силы. Однако дорасти до подобных высот сложно, все же магистры на дороге обычно не валяются. И собрать круг колдунов, которые групповым воздействием прикажут телу пациента исцелиться, тоже получится не всегда. — Но думаю, это можно попытаться исправить. Шлисша, ваш народ хорошо переносит морозы?

— Не очень, холод делает нас вялыми и принуждает засыпать, чтобы противиться этому инстинкту в глубоких пещерах или близко к заснеженным вершинам гор надо есть мясо, очень много мяса. Может быть, одну десятую часть своего веса в день. — Ответ девушки весьма расстроил капитана «Тигрицы», поскольку это означало слабую пригодность людоящеров к обитанию в России. Возможно, поэтому они там и не водились, ведь уж чего-чего, а бесхозных болот на территории самой большой страны мира нашлось бы предостаточно. Конечно, теплая одежда могла отчасти решить проблему…Но вряд ли там, где по мнению Шлисшы было действительно холодно, мороз составлял тридцать-сорок градусов Цельсия, которые для сибирской зимы являлись вполне обычной погодой. — Ты хочешь вернуться в свою родную страну после того, как продашь добычу? Я правильно поняла намек?

— Да, дела обстоят именно так. Полагаю, теперь у меня есть все, что нужно, дабы возвращение прошло успешно. — Кивнул чародей, раздумывая о том, не попытаться ли ему нанять еще нескольких волшебников из расы людящеров. Пусть они плохо переносили холод, не имели полноценного магического образования и уж точно не знали русского языка, однако это компенсировалось крайне низкой вероятностью предательства с их стороны при нахождении на территории чужой страны и весьма скромными запросами по сравнению с чародеями-людьми. — Кстати, если мы отдадим оружие пиратов твоим соплеменникам, найдутся ли из их числа желающие поработать на меня? В России очень холодно, но уж магов то мы как-нибудь прокормим и обогреем. А вот с простыми бойцами, увы, придется попрощаться. К тому же, возможно, получится научить некоторых из ваших колдунов человеческой магии. Во всяком случае, попытаться то нам никто не запретит.

— Если ты готов отдать нам весь порох пиратской эскадры и пушки с крупного корабля, то думаю я смогу уговорить чародеев соседних племен на такой риск. — Подумав, решила Шлисша. — Люди не продают нам тяжелых орудий и почти не продают боеприпасов…А без них сложно хорошо защитить наши селения.

— Без проблем, — пожал плечами Олег, которому дополнительные чародеи в качестве усиления команды были нужны сильнее, чем пара десятков тысяч золотых монет. Пусть даже потенциально можно было распорядиться этой толикой добычи и с лучшей эффективностью, но кто знает, когда подвернется удобная возможность. И будет ли она вообще. — Но мне кажется, носовые орудия эсминцев пригодились бы вам больше, чем десятки старых пушек с борта самого крупного пирата. Тем более при размещении их на суше вопрос больших габаритов орудий становится уже несущественным.

— Они слишком сложные, а у нас нет ни одного техномага, хоть мы и отдавали парочку молодых одаренных юношей в ученики для мастерских. Мой народ не сможем правильно о них заботиться, а потому орудия быстро испортятся. — Покачала головой специалистка по людям и незаметному проникновению в их общество. — Меньшие пушки проще, есть опыт как с ними обращаться. И их у нас не постараются отнять те люди, которые узнают о подобной артиллерии.

— Хорошо, тебе виднее. — Не стал спорить Олег. — Но от кого вам нужно защищаться? Ты же говоришь, сокровищ ваш народ не собирает, и вампиры вас не трогают…

— Почему не трогают? Трогают. Когда не могут поймать кого-то более вкусного или просто нужные свежие тела, чтобы делать из них низшую нежить. — В ответе говорящей с водой был смысл. О том, что зомби, некрокадавры и прочее немертвое пушечное мясо из людоящеров получится не хуже, чем из представителей человечества, Олег действительно как-то не подумал. Опять же для изготовления личей вряд ли кто-то подойдет больше, чем колдуны маленького племени дикарей. Они достаточно мощны, чтобы послужить для этой цели, и в то же время вряд ли смогут отбиться от кровососов или нанести им неприемлемый ущерб. — Кроме того бывают и среди живых те, кому мы нужны мертвыми или рабами. Чаще всего нападают работорговцы, которые продают невольников на плантации сахарного тростника. Или в шахты, где мой народ умирает быстро, но одинаково быстро с людьми. А еще иногда появляются сумасшедшие фанатики из церкви вашего человеческого бога, поклявшиеся во имя взятых на себя обетов уничтожать нелюдей и язычников, но опасающиеся нападать на английских эльфов, арабских джинов или проживающих в США гномов.

— И часто случаются визиты подобных маньяков, благословленных на подвиги? — Посочувствовал Олег чужому горю.

— Когда как, — пожала плечами девушка. — Иногда за пять лет никого, а иногда за год сразу двое-трое святых рыцарей наши селения уничтожают. Хорошо хоть они редко ходят с большей свитой и предпочитают зачарованные мечи или молоты огнестрельному оружию, а потому большей части жителей удается ускользнуть, поскольку люди на болоте угнаться за нами не могут.

Глава 20. О том, как герой сталкивается с бессилием магии, вступает в жаркие споры и получает серьезный удар

Две струи огня, сорвавшиеся с ладоней чародея, хлестнули по нападающим…И те сделали вид, будто им на довольно мощную боевую магию плевать, пролетев через пламя целыми и невредимыми. Хотя человека в обычной незачарованной броне оно бы мгновенно превратило в самоходный кричащий от боли факел. И самый резвый из агрессоров направился не куда-нибудь, а прямо к капитану «Тигрицы».

— Да сдохните вы уже! — Отчаявшись добиться желаемого при помощи пламени, Олег сконцентрировал перед собой барьер из некроэнергии, которую он скорее создал силовой своего дара, чем стянул из окружающей среды. И это помогло. Громадное насекомое, раз за разом кидавшееся на чародея в попытке вонзить в человека свое внушающее ужас хвостовое жало, чей кончик едва заметно мерцал алым светом, встретило на своем пути стену мерцающей гнилостно-зеленым светом губительной энергии. Оно явно распознало угрозу при помощи своих инстинктов и попыталось затормозить, отчаянно колотя по воздуху прозрачными длинными крыльями, но не смогло справиться с набранной инерцией, прошло через преграду, потеряло ориентацию в пространстве и шлепнулось на ботинок капитана «Тигрицы». Однако, его многочисленные конечности все еще шевелились, хотя волшебник был абсолютно уверен — повстречайся с его магией какое-нибудь обычное существо, пусть и более крупных размеров, ну например гусь, и сейчас бы от того осталась только основательно прогнившая тушка! — Черт, да откуда вы все взялись и когда уже кончитесь?!

Раздавив сапогом здоровенную то ли пчелу, то ли осу, размером примерно в половину мужского кулака, Олег переключил свое внимание на остальной рой. Был он по меркам насекомых может и не особо внушителен, от силы несколько тысяч тварей, а не неисчислимая армада, однако дел натворил немало. Вопящие от нестерпимой боли ужаленные люди носились туда-сюда, отмахивались от басовито жужжащих агрессоров чем придется или, в редких случаях, лежали на земле, покрытые ползающими по ним убийцами. Но, по крайней мере, среди погибших членов экипажа «Тигрицы» не имелось. Паника и суматоха вспыхнула в воздушной гавани как раз тогда, когда летучий корабль только-только заходил на посадку. И высадиться с него на землю попросту никто не успел, а сейчас большая часть команды попряталась внутри судна. А насекомые обладали слишком большими габаритами, чтобы просочиться внутрь через первую попавшуюся щель и вряд ли могли быстро прогрызть заглушки на пушечных портах или люках. Хотя и подобного развития событий, конечно, не следовало исключать абсолютно.

— Вот чего нам стоило прибыть в этот чертов Сиэтл, скажем к обеду, а не с утра пораньше?! Когда бы тут местные сам со своими вредителями расправились?! — Задался вопросом Стефан, с виртуозной ловкостью вычерчивая в воздухе сложные узоры при помощи непонятно откуда взявшейся кочерги. Попавшие под взмахи этого оружия желто-черные насекомые лопались как спелые ягоды, забрызгивая все вокруг желтовым ихором. — Чего мы тут вообще забыли?! Неужели сами не могли в одиночку до России долететь?!

— Могли! — Олег лишь чудом разминулся с жалом очередной черно-желтой бестии, коварно зашедшей с фланга. Правый глаз, мимо которого пронеслось оружие существа, чьи предки явно были подвергнуты изрядным магическим мутациям, обдало довольно ощутимым теплом. Мало того, что по длине, ширине и остроте природное оружие насекомых могло соперничать с некоторыми перочинными ножами, оно еще и могло раскаляться, словно паяльник. И имелись у чародея такие смутные подозрения, будто бы будь на его голове не древний зачарованный металл, а обычная шапка, пусть даже прочная и толстая, и этот злобно жужжащий полосатый агрессор сумел бы шутя пробить ту своим природным оружием. — А могли и не долететь, если нарвемся на пиратов, толпу агрессивных воздушных элементалей или обычный шторм, который утащит нас в центр океана, откуда выбраться на своих запас топлива не получится! И лично я лишний раз рисковать не желаю!

Из Мексики в Россию торговые конвои не плавали и не летали. Во всяком случае, регулярные и такие, чтобы к ним мог присоединиться любой желающий. С северным Китаем, являющимся вроде как союзной территорией, некоторое сообщение периодически осуществлялось, однако интуиция Олега недобро заворчала, когда он обсуждал условия совместного путешествия с несколькими купцами. И потому чародей решил не рисковать, а просто пересечь границу, и за несколько дней долететь до уже знакомого ему крупнейшего порта на западном побережье США, куда их со Стефаном соотечественники наведывались регулярно. Даже во время войны, вернее особенно во время войны, ибо именно в подобных местах самая промышленно развитая страна мира избавлялась от излишков скопившегося на складах вооружения, которое другие государства расхватывали, как горячие пирожки, взамен поставляя целые караваны торговых судов, забитых деликатесами, дорогими тканями, редкими минералами, останками магических животных или иными ценными ресурсами. А если так получится, что русских купцов в Сиэтле по какой-то причине не окажется — Олег не гордый, он и с американцами к родным берегам нормально доберется. В конце-концов, делец который спокойно сидит на одном месте и просто ждет, пока к нему в гости придут деловые партнеры, обязательно проиграет в конкурентной гонке бизнесмену, вертящемуся подобно юле в попытках исключить из производственной цепочки разного рода перекупщиков и тем минимизировать свои расходы. И уж в том, как надо делать деньги, в данной стране разбирались прекрасно.

— Королева! Королева! — По палубе туда-сюда прыгала Лили, бесстрашно собирая голыми руками убитых насекомых. И хрупкая эльфийка была единственной, от кого эти жужжащие агрессоры в панике разлетались кто куда. А если не могли подняться в воздух по причине полученных травм, то по крайней мере старались уползти. Виной всему был, вероятно, весьма ощутимый шлейф ядреной химической вони, окутывающей сейчас девушку. Даже Олегу от близкого знакомства с данным «дезодорантом» стало немного по себе, поскольку в носу начало нестерпимо свербеть, а каково пришлось обладателям более тонкого обоняния он и представить боялся. — Кто-нибудь видит хоть одну королеву?! Они крупнее обычных пчел роя раза в десять! Поймайте мне их живыми!

— Ты знаешь, что это за твари?! — На глаза Олегу попался один из недавно приятных в команду людоящеров, что сейчас резво отплясывал на палубе какой-то экзотический танец, рассылая во все стороны облачка дыма и пара. Расшитая костяными пластинами кожаная куртка на его плечах вся трещала и жужала, поскольку в ней застряло по меньшей мере три десятка насекомых, которых словно притягивало к одежде. А дальше в дело вступала вода, вившаяся вокруг одаренного многочисленными струями и топившая злобно жужжащих агрессоров. Вот только умирали они не сразу, демонстрируя воистину феноменальную волю к жизни. — Какое-то биооружие вампиров?!

— Кочующие огненные пчелы! Их один идиот вывел лет триста назад в одном из южных штатов! — Защита Лили, очевидно, стала выдыхаться, поскольку она достала из кармана какой-то флакончик с распылителем и маленькой грушей для создания давления, а после покрывала себя новым слоем до крайности вонючего химиката. — Он хотел получить породу, дающую эксклюзивный мед, природные целебные свойства которого будут усилены магией. И у него даже получилось, вот только итоговый результат не сидит на месте, то и дело перелетая в новые края! Местоположение их временных ульев, впрочем, легко найти по трупам…Зажаленным и слегка поджаренным!

На глаза Олега попалось существо, по всей видимости, являвшееся одной из королев, заполучить которых так желала эльфийка. Насекомое размером с крупную кошку зависло высоко в воздухе, будучи окруженным небольшой стайкой телохранителей, тоже бывших несколько крупнее обычных пчел, пусть и не столь серьезно. Причем к этой группе то и дело с земли метались рядовые особи, словно армейские вестовые за приказами к главнокомандующему…Или они просто таскали своей прародительнице образцы добычи, что имелась в столь негостеприимном месте? Правды Олег не знал, поскольку его дар оракула в данный момент активироваться не соизволил. К сожалению, попытка взять королеву мутантов живьем провалилась. Вытащивший револьвер чародей попытался отстрелить ей одно из крыльев, чтобы тварь оказалась вынуждена спуститься на землю, где её было бы легко подобрать, однако за секунду до выстрела одна из начальниц роя чуть сдвинулась навстречу очередному своему подчиненному, что снизу рвался к ней. И в результате тяжелая свинцовая пуля попала не туда, куда надо, разорвав на части голову с большими фасетчатыми глазами, сверкавшими в лучах солнца подобно драгоценным камням.

Суматоха в воздушной гавани продолжалась еще примерно пятнадцать минут, после чего уцелевшие остатки роя под предводительством выживших королев рассеялись на отдельные небольшие стайки по несколько сотен особей и рванули кто куда. Вслед пчелам неслись грязные проклятия людей, большая часть которых обзавелась свежими ранами и ожогами. Впрочем, если бы насекомые попытались обосноваться не в крупном городе, а где-нибудь в сельской местности, могло бы получиться еще хуже. Не ведающие страха и сомнений желто-черные крылатые мутанты запросто бы уничтожили все живое в небольшой деревеньке, и узнать об этом люди смогли бы лишь тогда, когда какой-нибудь везунчик увидел трупы раньше чем тех, кто устроил тотальный геноцид на территории площадью в пару квадратных километров.

— Да, думаю таможенные чиновники к нам теперь не скоро подойдут для сбора пошлины за стоянку. — Хмыкнул Стефан, прочно прикипев взглядом к пятой точки Лили, что нагнулась над щелью между досками палубы и теперь пыталась выковырять оттуда забившуюся в это укрытие подраненную пчелу, по возможности стараясь еще больше не повредить насекомое. Ни одной королевы эльфийке так и не поймали, а потому она вынуждена перенесла свое внимание на лучший из оставшихся вариантов. — Ну, если они вообще не забудут про нас после такого бодрого начала утра.

— Не забудут, о деньгах такие люди никогда не забывают…Хотя и руки до нашего золота дойдут у них не сразу, поскольку сейчас местные начальнички больше заняты поисками крайнего в том, что прилетевший сюда ночью рой не был обнаружен до восхода солнца. А их подчиненные отчаянно пытаются всеми силами отвести от себя подальше роль козла отпущения. — Хмыкнул Олег, без всякого ясновиденья воочию представив себе хаос, в который превратилось начало рабочего дня для служащих воздушной гавани. — Впрочем, это даже плюс. Чем меньше на нас будут обращать внимания, тем лучше. Находясь на территории США держать у себя в кладовке башку представителя одного из тех кланов, которые вообще-то правит США, может оказаться опасно для здоровья. Пусть даже он местным банкирам и сильно-сильно дальний кузен из другой страны и конкурирующей семейной ветви, да и вообще был убит во время занятия пиратством. Ну и головы помощников и советников Френсиса нам тоже аукнуться могут, если у кого-нибудь из ныне покойных магов было американское гражданство.

У себя на борту Олег по закону мог держать практически все, что угодно, ну может только исключая армию нежити или какие-нибудь легендарные артефакты, способные жахнуть стратегическими заклинаниями. Однако, головы представителя семейства Морганов и его помощников были крайне опасным грузом, если информация о них дойдет до клана пиратов и банкиров, вполне себе умудряющегося обитать сразу в двух разных сверхдержавах. Пока они о гибели своего представителя если и подозревали, то не знали подробностей, поскольку информация в этом мире расходилась крайне медленно. Да и в Сиэтле их людей могло на данный момент попросту не оказаться. Однако, по возможности риск следовало свести к минимуму.

— И все-таки я думаю, что тех пиратов следовало перебить, пусть даже и прямо на причале Акапулько, вместо того чтобы сдавать в тюрьму. — Покачал головой Стефан, переводя взгляд с распрямившейся эльфийки, сжимавшей в руках банку с едва шевелящимся внутри насекомым на суету, кипевшую в воздушной гавани. — Наведут они на нас мстителей, вот пить дать наведут…

— Я обещал им жизнь, а шила в мешке все равно было не утаить. Даже если наш собственный экипаж будет молчать как рыбы, то что делать с китайцами? — Не согласился со своим другом Олег, переходя от одного пострадавшего матроса к другому и накладывая на них чары обезболивания. По крайней мере, ему не приходилось останавливать кровь, а также заботиться о возможности отравления или заражения инфекций. Раскаленные жала не нуждались в яде, а также прижигали оставленные насекомыми раны. — Тоже перебить? Про моральную сторону вопроса молчу, но ничего, что их даже несмотря на потери осталось больше, чем нас? Причем на борту присутствовал жрец, который мог ударить с силой магистра…Пусть даже для этого ему вроде бы требовалась куча времени и божественная поддержка.

— А пушки и порох зачем было отдавать ящеролюдям практически даром? — Сибирский татарин пусть и решил изменить тему спора, но жара в своей речи не снизил. — Вот на кой нам еще два десятка их колдунов, если среди этих нелюдей лишь один едва-едва тянет на третий ранг, а половина оставшихся дикарей так хреново говорит на человеческом языке, что их даже ты не понимаешь?

— Где еще взять одаренных, согласных работать пусть и не за еду, но довольных минимальной ставкой? Вернее, трофеями, которые нам намного выгоднее отдавать им, чем сплавлять за бесценок перекупщикам. Клинки, нагрудники, каски и прочее обычное железо ведь чуть ли не по цене металлолома торговцы принимают. — Отмахнулся от претензий капитан «Тигрицы», который не понимал возмущения своего компаньона. — Где нам в России вообще взять хоть каких-нибудь одаренных, если на то пошло? Наемники сейчас либо сколотили собственные вольные отряды, либо ушли на службу к боярам. Государственные училища? Даже не смешно, чтобы иметь возможность часть рекрутов отправить не на фронт, а куда-то еще, надо быть по меньшей мере магистром! Твой род и без того уже понес огромные потери, а простые солдаты это хорошо, но маловато будет. Любой летучий корабль не особо велик, на него много народу не впихнешь, поэтому приходится брать качеством. И только обладатель магических способностей словив случайный осколок или парочку пуль может как ни в чем не бывало продолжить битву, поскольку его личные барьеры защитили. А еще дезертирства или предательства от них опасаться особо не приходится, поскольку им в России без нашей помощи придется несладко. И людоящеры это отлично понимают, а заодно не страдают излишками доверия к первым встречным, сулящим им златые горы.

— Но ты же сам говорил, зимой они будут ни рыба, ни мясо, даже если их кормить от пуза и далеко от печки не отпускать! — Продолжал упорствовать Стефан. — Толку то с них? Они ведь и боевой магией почти не владеют, большая часть их волшебства — это лечение болячек да заготовка жратвы, в лучшем случае, какие-нибудь охотничьи чары, лишь ограниченно пригодные для использования на поле боя.

— Значит, посадим их в гарнизон того населенного пункта, где наши семьи живут и забрав оттуда остальных защитников будем спать спокойно. Ведь если вдруг чего — врагам придется схватиться не только с крестьянским ополчением, но и с парой десятков каких-никаких, но колдунов. А такой толпой они почти кого угодно запинают, ну может за исключением элитных армейских подразделений и по-настоящему эпических чудовищ. — Пожал плечами Олег, оглядываясь в поисках того, кому еще из экипажа могло бы потребоваться исцеление. — Касательно же боевого потенциала людоящеров я бы особо не переживал. Ты не забыл, что мы забрали у пиратов десятки низкосортных защитных амулетов, накопителей и преобразователей, помогающих оформить сырую силу в боевое заклинание? Людящеры пусть и дикари, но они могут носить, потихоньку заряжать и в час нужды использовать эти артефакты, которые скопились у нас в качестве трофеев, что и продавать за бесценок не хочется, и места в трюмах почти не занимают. Пополнение надо только немного потренировать, жаль времени на это у нас пока еще не было.

— И все-таки я с тобой не согласен! — Упер руки в бока Стефан. — Впрочем, время нас рассудит. Тебе платить этим ящерецам жалование за полгода, которые они будут в зимней спячке валяться, а не мне.

— Это да…Лили! Бери автоматронов и десяток людоящеров, вы закупаетесь топливом, продуктами и прочими припасами! Всем остальным сход на берег пока запрещен! — Принялся раздавать приказы Олег, мысленно намечая себе список дел первой и второй очередности. Следовало зайти в администрацию и осведомиться, когда и кто отбывает в Россию из этого центра международной торговли. А также где именно искать потенциальных попутчиков. Заодно было бы неплохо навести справки, ушел ли обратно на родину вместе с торговым конвоем его предыдущий летучий корабль. И очень-очень желательно было при этом ну вот абсолютно ничем не выделяться из числа прочих путешественников, располагающих собственным воздушным крейсером или вернее его убедительным подобием. Эльфийке он доверял, поскольку у неё в одиночку не было никаких особых перспектив, кроме как пополнить чей-нибудь гарем или вообще оказаться прикованной к кровати в элитном борделе, да в убийстве Моргана она пусть на вторых ролях, но участвовала. А людоящеры были не особо компанейскими ребятами среди людей и стали бы сидеть в питейных заведениях и трепать языками. — Шен, доведи информацию до всех и проследи! Шен?! Тьфу ты блин, куда он подевался? Неужели какая-то залетная пчела под доспехи заползла и куда не надо ужалила? Стефан, если не трудно, посиди на палубе, если вдруг чего — поможешь нашему боцману. Якоб, тогда ты пойдешь…Так, а Якоб то где?!

Куда-то запропастившийся боцман не спешил отзываться, но по крайней мере корабельного аэроманта Олег довольно быстро отыскал, поскольку стоило ему покинуть верхнюю палубу, как нос тут же уловил запах грозовой свежести. Низкорослый казак оказался в кают-компании, где он сидя за покрытым длинной скатертью столом у раскрытого иллюминатора с крайне сосредоточенным видом цедил потихонечку из бокала виски, бутылка с которым, по всей видимости, оказалась извлечена из офицерского бара. И она уже была пуста примерно на треть, причем часть напитка оказалась пролита на красные шаровары, украсив их темным пятном.

— Ну а что? Имею право! — Ответил он на укоризненный взгляд Олега. Лицо Якоба, кстати, по цвету сейчас удивительно гармонировало со штанами, поскольку налилось багрянцем…Хотя количества выпитого вроде бы не хватало, чтобы казака так развезло. Алкоголь — это яд, а к отраве одаренные куда устойчивее людей. Тем более, если они аж третьего ранга и часть напитка почему-то мимо рта пролили. Чародей даже заподозрил, что под длинной скатертью, достающей до самого пола, может скрываться еще парочка бутылок. Только пустых. И предаваться пороку пьянства обладатель казацкого чуба начал намного раньше, чем «Тигрица» совершила посадку. Интуиция подсказывала чародею, что аэромант еще бы и ноги на стол забросить оказался бы не против, да вот беда, с его ростом проделывать такие трюки было проблематично. И удобства бы ему такая поза не добавила, и выглядел бы маг воздуха в подобной позе весьма забавно. — Раз мы на уже на земле, то я теперь отдыхаю. Тем более, проку от меня все равно не будет, поскольку ускоряя судно сегодня ночью, выложился почти до донышка.

— Так вот почему ты не устроил вокруг нашего корабля какой-нибудь маленький вихрь, чтобы всем пчелам крылья переломало, — покивал головой Олег, хотя проснувшийся дар оракула почему-то решил подсказать волшебнику, что собеседник лжет. И еще он почему-то не помил, чтобы летучий корабль двигался быстрее обычного, а ведь встал в четыре часа ночи и до самого рассвета на верхней палубе тренировался огнем швыряться, пока никто не мешает и не отвлекает…Вдобавок чародей вдруг почувствовал угрозу. Причем куда более заметную, чем совсем недавно, когда он при помощи магии смерти отбивался от роя волшебных огненных пчел. И источник её, похоже, находился прямо перед глазами капитана «Тигрицы», который стал медленно подходить к низкорослому казаку. Или, возможно, тому кто под него замаскировался. — Хотя да, последние дни ты работал буквально на износ и действительно сильно устал…

— Ни шагу дальше, — выпущенный из пальцев бокал с виски шлепнулся вниз, оставив на красных шароварах новое темное пятно, а на Олега теперь глядела доселе незаметно сжатая в ладони крупная брошь, напоминающая утыканную шипами божью коровку, сделанную исключительно из рубинов и алмазов. И данный предмет капитану «Тигрицы» был прекрасно знаком. Боевой артефакт из «сокровищницы», признанный условно безопасным, поскольку пока он не навредил ни одному из тех, кто им пользовался. В случае активации данное украшение создавало нечто вроде волны пространственных искажений, бившей не особо далеко, но оказывающей ужасающий эффект даже на обладателей защитных амулетов. Но перезаряжалось оно несколько суток. А вторая рука Якоба вытряхнула из рукава короткую волшебную палочку, запускающую в цель нечто вроде облака невидимой кислоты, которая тоже сейчас должна была находиться среди других особо ценных волшебных предметов. Причем действие едкой субстанции оставляло после себя повреждения ауры, делающие регенерацию почти невозможной. — Я не хочу драки, но если до неё дойдет, ты меня не остановишь. И только попробуй чего-нибудь крикнуть.

— Попробую, — медленно ответил Олег, мысленно кляня себя на чем свет стоит. Для защиты сокровищницы он сделал много, но видимо недостаточно, раз этот предатель не только решился её грабануть, но и сумел это сделать. И у него почти получилось улизнуть с добычей, пользуясь суматохой! Приди капитан в кают-компанию на пару минут позже — воришки бы уже и след простыл, а вылавливать его на улицах Сиэтла задачей являлось почти невыполнимой. — Если ты немедленно не опустишь оружие. И тогда тебя скрутят, а после повесят. Или придумают чего-нибудь поинтереснее.

— Но ты этого уже не увидишь, — хмыкнул казак, ногой выдвигая из под доходящей до самого пола скатерти большой и явно тяжелый мешок, который медленно взмыл в воздух и поплыл к иллюминатору. Похоже, он успел спрятать улики в последний момент, уже заслышав шум шагов, а потом пытался создать иллюзию того, что здесь абсолютно ничего примечательного не происходит. Вот только не успел отдышаться и слегка облился виски. — Твои амулеты, шлем и кираса хороши, но настолько хороши, чтобы выдержать два удара подобной силы.

— Пожалуй, — подумав, согласился чародей, наблюдая за тем, как уже второй мешок с награбленным протискивается через распахнутый иллюминатор. Судя по характерному звону, внутри было золото. Организм волшебника тем временем при помощи незаметных со стороны манипуляций готовился к схватке. Отключилось чувство боли, увеличивалась скорость проведения нервных импульсов, мускулы готовы были выдать такое усилие, которое их разорвет…Но всего этого могло оказаться маловато, чтобы выжить, и Олег данный факт прекрасно понимал. Убить Якоба моментально шансов почти нет, даже если использовать скрытые в теле артефакты — в сокровищнице и защищающие владельца предметы лежали. Под вражеский удар же попадать очень нежелательно, слишком велики шансы отправиться на тот свет. Добраться до предателя не успеет, слишком тот далеко. Выскочить из кают-компании тоже. Однако, оба магических оружия бьют по прямой и можно попытаться уйти с траектории заклятий. Под ногами прочная палуба, потолок тоже не подкачал, а вот боковую стену, возможно, удастся проломить одним ударом при помощи чар. Для надежности было бы неплохо прикрыть жизненно важные части тела с наиболее опасного направления зачарованными топорами, ведь древнее оружие очень прочное, какую-то часть вражеского волшебства оно на себя возьмет. Вот только успеет ли он достать его телекинезом и поместить в нужное место? — Но я и сам по себе довольно живуч, регенерирую уж как-нибудь полученные травмы за месяц или два.

— Ты не рискнешь, у тебя кишка тонка, — усмехнулся Якоб, нервно облизывая губы в попытке жаркими словами убедить скорее собеседника, чем себя. Несмотря на показную браваду, он сильно нервничал, доказательством чего являлась катящаяся по виску струйка пота. — Знаю я твою породу, твою и твоего жирного дружка. Сынки боярские, жизни не нюхавшие. Сила только что из ушей не плещет, а умения с ней обращаться с комариный хрен, да и башка вся разными глупыми басенками о «чести» засрана…

Олег почувствовал, еще чуть-чуть и Якоб в него таки из обоих артефактов выстрелит, просто чтобы выиграть немного времени и устранить самого опасного преследователя, а потому на всей доступной ему скорости развернулся влево, идя на сближение со стеной и в то же время атакуя её тремя из четырех встроенных артефактов. Гравитационная аномалия держалась в месте создания несколько секунд, а потому в данной ситуации её использование не представлялось возможным, ведь она перекроет путь к бегству. Солнечное копье врезалось в преграду, мгновенно испарив декоративную обшивку стальной несущей конструкции и проплавив там неплохую дыру, ударивший мгновением конус холода сделал металл хрупким, а неведомое лезвие пробило в нем брешь, куда мгновение спустя ударило дернутое левитационными пластинами в нужную сторону человеческое тело, пробившее собою остатки переборки. И все-таки Олег не успел, пусть чуть-чуть, но не успел!

— Дьявол! — Выругался капитан корабля, ощущая, что ног у него больше нет. Правой примерно по колено, левой может чуть-чуть больше. Нижнюю часть тела, слегка отставшую от верхней, зацепило ударившим через кают-компанию пространственным искажением. А вот кислоты Олег все-таки избежал полностью и целиком, чему был весьма счастлив. Чисто физическую травму он исправит намного быстрее, чем ожоги от жуткой колдовской субстанции, способной даже ауру обжечь. — Держите вора-а-а-а!!!

Тратить время на то, чтобы преследовать своего теперь уже бывшего капитана или пытаться пристрелить его через стену Якоб не стал. Дар оракула подсказал Олегу, что вместо этого низкорослый казак протискивается через иллюминатор вслед за последним мешком добычи на маленький раскладной летучий плотик, который должен был помочь ему улететь ему с награбленным подальше буквально за считанные секунды. Однако, уйти у предателя не получилось. На верхней палубе прогуливалась значительная часть команды, поскольку люди хотели отдохнуть от низких, тесных и душных трюмов. И почти у каждого третьего матроса с собой было огнестрельное оружие, ну а находящиеся там маги разумеется знали дальнобойные заклинания. Встревоженные грохотом и криком Олега люди отреагировали в соответствии со своими рефлексами, начав искать возможного неприятеля. Кто-то даже машинально взялся за протиавобордажную картечницу, поскольку как раз рядом с ней стоял. А после жизнь аэроманта, не успевшего отлететь достаточно далеко, оборвалась под градом пуль и атакующего волшебства, отразить которое не смогли никакие защитные артефакты.

К огромному сожалению Олега, плохие новости этого дня не ограничивались его пострадавшими нижними конечностями, штрафом от американских властей за стрельбу в общественном месте и некоторым количеством золотых монет, вывалившихся из распоротых выстрелами мешков и затерявшихся на земле. Внутри взломанной сокровищницы помимо требующих серьезного ремонта автоматронов, которых вывели из строя чем-то вроде техномагической электромагнитной мины, действующей абсолютно бесшумно, но имеющей радиус поражения едва ли пять-шесть метров, обнаружилось и тело боцмана. Шен то ли заметил подозрительные действия корабельного аэроманта, то ли просто случайно оказался не в то время не в том месте…Китаец явно не сдался без боя, возможно именно этим и объяснялось несколько измотанное состояние предателя и то, что тот не смог за время удачно подвернувшейся суматохи в воздушной гавани по-тихому сбежать вместе с награбленным, однако за свою храбрость герой поплатился перерезанным горлом. Одаренный еще мог бы выжить, тем более в его крайне дорогих доспехах имелся целительный амулет, однако реанимационные процедуры успеха не принесли. И если нового мага воздуха Олег бы нанял на судно без особых проблем, то вот потеря человека, которому можно было всецело доверять, стала для чародея серьезным ударом.

Глава 21. О том, как герой делает двойной ужас, делает ошибку и ловит момент

— Хм, — Олег повел шеей, разминая затекшие плечи, отступил от верстака и немного помахал руками, разгоняя кровь по телу. Заодно он притопнул ногой, радуясь тому, что нижние конечности наконец-то у него регенерировали…Пусть не полностью, но их обычное состояние, а именно отсутствие части правой ступни, для чародея стало в общем-то привычным. Закончив свою небольшую зарядку волшебник скептически оглядел свое творение, состоящее из стального основания, лишь чуть менее тонких бортов и носика, а также мягкой перфорированной кожи в качестве внутренней оболочки. Цветными пятнами на нем выделялись руны снижения веса, сделанные из впечатанной в еще горячий металл самоцветной крошки и способные потихоньку собирать силу для своей работы из ауры носителя самодельного артефакта. — Как-то все-таки не то…Слишком утилитарно, на люди в таком не выйти. Матросы еще ладно, но господа офицеры засмеют… Надо покрасить!

Перебрав ассортимент имеющихся в его распоряжении цветов, чародей решил остановиться на банке с черной краской. Её было достаточно много, чтобы не волноваться из-за возможных потерь в ходе эксперимента, да плюс великолепная стойкость данной марки при нанесении на стальные покрытие была волшебнику прекрасно знакома по его работе в мастерских. Правда, состав являлся немного токсичным…Следовательно нужен был еще прозрачный лак, который бы мог нивелировать данный недостаток. Оглядев свою работу еще раз и задумавшись о том, что чего-то ей по-прежнему не хватает, волшебник вспомнил о своей настоящей родине и её музыкальных жанрах. В частности, тяжелом металле. А потому на соседнем столе в небольшом тигле было расплавлено двести грамм серебра, из которых были отлиты небольшие декоративные шипы. Хотя как декоративные? Пусть прочности украшениям немного не хватало, но острота позволяла рассечь ими кожу или нечто ненамного более прочное. И это было бы больно. В особенности тем, кто не совсем жив или имеет излишне тесную связь с нижними планами. Скрепить вместе два материала без привинчивания отверстий в толстой стали было бы весьма.

— Ты чем тут занимаешься втихарях? — Поинтересовался Стефан, заглянув в корабельную мастерскую, уже не первый час оккупированную капитаном судна. А когда Олег продемонстрировал ему свое творение, которое он уже практически довел до ума, то на лице сибирского татарина отразилось ничем не прикрытое изумление. — Как говорит наш товарищ Полный Дык, которого как я надеюсь мы скоро увидим: «Опачки!». И что это за ужас?

— Сие — дар тем могущественным силам, пред которыми мы трепещем, которыми восторгаемся и которые вечно жаждут нашего поклонения и внимания а, в некоторых случаях, крови и душ. — Олег решил, что шутка слегка затянулась, и соизволил таки дать другу более развернутое и вменяемое объяснение. — Сегодня утром меня настигло пророческое озарение, в котором я понял, что мы с тобой совершили страшную ошибку. Забыли женам купить в Америке подарки! Вот, исправляюсь, пока время есть и от тренировок лучше воздержаться, поскольку надо иметь силы на случай вражеского нападения.

— Мы же помимо денег ювелирных украшений целый ворох домой тащим, — озадачился Стефан, почесав в затылке. — Там им на любой вкус и цвет подарок найдется…

— Это все не то. Оно во-первых ношенное, не пиратами так предыдущими владельцами, а во-вторых, подарки должны быть чем-то необычным…А не тем, чего мы притаскиваем домой мешками. — Возразил Олег своему другу, откладывая свое творение подальше, чтобы не мешалось. Надо ведь к нему еще и пару изготовить. — Странно, что мне приходится тебе такие вещи объяснять, вроде в отношениях с прекрасным полом ты всегда разбирался лучше.

— Это есть, — не стал спорить самодовольно усмехнувшийся Стефан, уперев руки в бока. — И как эксперт по женщинам я тебе официально заявляю. Даже самое просто незачарованное и слегка потертое золотое колечко будет воспринято более благоприятно, чем тот обувной кошмар, который ты соорудил.

— Почему это? — Удивился капитан «Тигрицы», оглядываясь на блестящий черной краской и полированными серебряными шипами женский сапожок на высокой платформе, заставивший бы рыдать от зависти горючими слезами фанаток тяжелого металла из его родного мира. Немного тяжеловатый из-за использования стальной основы несмотря на руны снижения веса, однако зато в нем можно было бестрепетно ходить по усыпанному острыми предметами полю боя или вышибить одним пинком все зубы какому-нибудь шальному вурдалаку. — Сидеть на ноге моя обувь будет удобно! Размер жены я помню, анатомию человеческой стопы знаю…

— Да причем тут это?! Они ж страшные, как порождения нижнего мира! — Патетически всплеснул пухлыми руками толстяк, взирая на изделие Олега с таким видом, будто он смотрел не на абсолютно новенький сапог, а как минимум на дохлую рыбу, которую волной прибило к берегу. — Ты бы своей жене еще метлу для полетов подарил!

— А тоже ничего идея, — потер подбородок Олег, вспоминая свою любовницу, у которой как раз был очень подходящий для полетов на метле рыжий цвет волос. И с самостоятельным преодолением силы тяжести у Доброславы вряд ли бы когда-нибудь чего-нибудь получилось, ну не расположены оборотни ни к телекинезу, ни к магии воздуха. Стандартный левитационный пояс же, пусть и в мастерском исполнении, все же являлся не таким знаком внимания, как подарок сделанный своими руками. Конечно, кащенитка-изгнанница могла уже оказаться на другом конце Земли, ибо о своем намерении уйти она Олега предупреждала…Но судя по полученной в Сиэтле информации, когда «Котяра» ушел из США обратно в Россию вместе с остальным торговым конвоем, девушка на его борту присутствовала. И за это, ну вернее за помощь временно лишившемуся командира вольному отряду, стоило сказать ей больше спасибо. И подкрепить его чем-нибудь более материальным. Только для полного комплекта требовалось где-то добыть для неё не мешающие трансформациям тела широкополую островерхую шляпку и ультракороткое черное платьице, сделанное из почти прозрачной ткани. Дальше входной двери в таком, конечно, улетать очень не рекомендуется, но дальше Олегу и не надо было, он все-таки не эксгибиционист…Хотя девушка и прилюдно выгулять обновку не постесняется, у неё стыдливость если когда-то и была, то давно уже благополучно сдохла. — Если подумать, то нужные для левитации руны я знаю тоже неплохо. Да и с материалом для основы проблем не будет, уж чего-чего, а волшебной древесины в Сибири буквально завались.

— Ургх! Ты безнадежен, — Стефан прикрыл лицо ладонью, а после развернулся в дверях мастерской, чтобы с позором сбежать из мастерской. — Вот будь уверен, если бы ты не встретился с Анжелой, у которой видно после обучения магии астрала взгляд на жизнь тоже, скажем так, весьма альтернативный, то никогда бы не женился!

Чародей потратил несколько часов на то, чтобы сделать второй зачарованный стальной сапожок, являющийся точной копией первого, а после отправился на верхнюю палубу, подышать свежим воздухом. «Тигрица» вместе с еще семью летучими кораблями двигалась прямо над морем в сторону Евразии, и до того момента, когда покажется берег оставалось уже совсем недолго. Высоко в небе не стоило бояться океанских чудовищ, а потому путь в Россию для сборной солянки русских и американских купцов пролегал едва ли не кратчайшему маршруту. Пришлось, конечно, заложить некоторый крюк к северу, чтобы по очень большой дуге обогнуть ставший территорией военных действия японский архипелаг, однако скорость у торгового каравана все равно получилось весьма приличная. И никаких неприятностей ему на пути пока еще не встретилось, если не считать небольшой бури, что однако же не смогла расшвырять в стороны воздушный транспорт и заставить его надолго потерять друг друга из виду.

— Интересно, а чем у них забиты трюмы? Какой товар настолько ценен, чтобы его перевозили по воздуху, да еще и с риском нарваться на каперов одной из воюющих стран, которые далеко не всегда нападают исключительно на корабли противника. — Подумал Олег, разглядывая попутчиков, а после чуть усмехнулся, поймав себя на образе мыслей, который больше подошел бы профессиональному пирату. Однако, размышлений своих не бросил, поскольку заняться ему было толком все равно нечем, к тому же игру в угадайку можно было счесть некой своеобразной тренировкой пророческого дара. И даже если она толком и не работала, то по крайней мере расхода магических сил не требовала! — Ну вон те два летящих впереди всех пузатых галеона, у которых английское название гномьими рунами дублируется, везут боеприпасы к какой-то редкой техномагической артиллерии, которые наши мастера не могут делать самостоятельно в достаточных количествах. Но это я знаю, поскольку с их хозяином говорил. Шхуна, у которой на парусе нарисована птица гамаюн принадлежит новгородскому купцу, что себе заказал какой-то элитный чудо-юдо-паро-маго-мобиль, занимающий собою почти весь трюм. Видел, как его грузили. То ли на взятку, то ли чтобы перед коллегами пофорсить…А вот остальные…

Неспешные размышления чародея прервало отчаянное мельтешение сигнальных флагов на головных судах торгового каравана, которое лишь спустя несколько секунд стали дублировать остальные. И даже не зная о том, что означает оно «Тревога» можно было догадаться о необходимости как можно скорее проверить заряжено ли оружие и туго ли затянуты ремни на броне. На высоте в несколько километров и над открытым морем ни одно происшествие не могло являться полностью безопасным. А случайная встреча запросто могла привести к конфликту…И если тот из-за кого поднялся переполох не торопился сейчас как можно скорее исчезнуть за горизонтом, то вероятность его следовало признать близкой к ста процентам. Для случайных пиратов атаковать сразу восемь летучих кораблей, пусть и несущих флаги разных стран, а следовательно не отличающихся особой слаженностью действий, стало бы самоубийством. И если враги имеют достаточно сил, чтобы рассчитывать на победу, то скорее всего их путь пересекся с торговым караваном отнюдь не случайно.

Пять минут спустя, после того как суматоха на борту «Тигрицы» уже улеглась, поскольку все члены экипажа уже вооружились и разбежались по боевым постам, чтобы до отбоя тревоги никуда от них не отлучаться, Олег понял ошибочность своих первоначальных предположений. Уши чародея уловили отдаленный рокот довольно интенсивной пушечной пальбы, источник которого, тем не менее, на глаза упорно не попадался и находился от торгового каравана весьма далеко. Вот только перестреливалось там явно не две-три мелкоразмерных канонерки, судя по частоте орудийных выстрелов, канонаду создавало по меньше мере несколько сотен пушек. Командования двух идущих первым летательных аппаратов резко сменило курс, развернув свои корабли на северо-запад. И остальные корабли зеркально повторили их маневр, обойдясь, в общем-то, даже без согласований. Потеря времени из-за данного маневра дружно была принята меньшей проблемой, чем вероятность попасть в чужую потасовку, где можно огрести как минимум от одной из сражающихся сторон, а то и от обоих разом. А у дельцов трюмы были дорогостоящим товаром забиты…У Олега, впрочем, тоже. Перед отбытием из Сиэтла он решил потратить некоторое количество денег на то, чтобы заполнить пустующие части судна вещами, которые ему в ставшей родной Сибири найти сложновато будет. Только купил он не орудийные системы и не боеприпасы к ним, а запас прошедших селекцию у профессиональных гербологов-друидов семян, несколько тракторов для вспахивания полей, парочку способных быстро рыть землю экваторов, да разобранную на части лесопилку. В общем, почти все необходимое, чтобы можно было с выгодой для себя поспособствовать превращению крупной деревни в небольшой городок с подобающим тому уровнем экономической эффективности. Увы, то ли кто-то из сражающихся заметил торговый караван и решил использовать его в своих целях, то ли просто так совпало, однако звуки артиллерийской пальбы быстро стали нарастать. А всего лишь через полчаса после объявления тревоги при помощи телескопа получилось и увидеть источник этого грохота.

— Наши, — констатировал очевидное Стефан, стоя в рубке и разглядывая созданную проектором иллюзию почти двух десятков летучих кораблей. Часть из них имела многочисленные дыры в бортах и дымилась, часть травила пар из пробитых там и сям баллонов с горячим паром, часть пока отделалась легким испугом вроде отдельных повреждений корпуса и местами поврежденного такелажа. Но невредимых, кажется, не было. — И они знатно огребают от самураев.

В облаках, даже выше чем забрались суда торгового каравана, там где стало уже по-настоящему холодно и людям без специального снаряжения было почти нечем дышать, кипела воздушная битва. Хотя, скорее, избиение, поскольку уж слишком неравны оказались силы сражающихся. Десяток японских кораблей преимущественно легкого и среднего класса преследовал семь летательных аппаратов с российскими флагами. Три стальных крейсера да покрытый от носа до хвоста массивными металлическими плитами и лишенный оболочки с горячим паром броненосец и шесть деревянных то ли эсминцев то ли вооруженных яхт с одной стороны против парящего линкора и группы поддержки в виде двух массивных, но слабо вооруженных десантных барж и квартета разнокалиберной мелочи, явно набранной с бору по сосенке. Не сказать, чтобы соотечественники Олега сильно уступали своим противникам по тоннажу, однако они в битве явно пострадали сильнее оппонентов и теперь спасались бегством, пусть даже пытаясь держать строй, а также периодически огрызаясь огнем орудий или боевыми заклинаниями. А вот их преследователи имели куда более целый внешний вид, да к тому же пытались сосредоточить свои усилия на том, чтобы получить лучшие условия для стрельбы, а не на помогающих уклоняться от вражеских залпов маневрах.

— Мда, ситуация… — Олег с силой потер руками виски. Было бы очень даже неплохо прийти на помощь русским летучим кораблям, однако чародей пока не мог придумать, как именно это сделать. А тем временем ситуация для их со Стефаном соотечественников становилась все хуже и хуже. Обе десантные баржи сотрясались от попаданий, поскольку на них раз за разом обрушивались вражеские снаряды. Парящий линкор своими залпами еще как-то отпугивал крейсеры, однако вот на броненосца его уже просто не хватало, и тот расстреливал цели практически как в тире, попросту игнорируя периодически стучащие по стальному корпусу ядра. Мелкие русские суда даже символической помощи старшим товарищам оказать не могли, поскольку крутились как белки в колесе, стараясь и не попасть под залп кого-нибудь из исполинов, и не допустить до себя явно пытающиеся сблизиться для абордажа то ли эсминцы, то ли яхты. Пока получалось, однако вряд ли подобное везение могло продлиться долго. — Если бы мы могли натравить на японцев наш конвой, то от самураев бы остались рожки да ножки…Но ведь не пойдут купчины на такой риск, а одни мы там много пользы не принесем.

— Ну, честно говоря, сейчас нам лучше бы не особо геройствовать. Время для ратных подвигов, так сказать, не подходящее. — Смутившись и уперев глаза в пол тихонько пробормотал сибирский татарин. — Трюмы полны, а их содержимым я вот лично ну очень не хотел бы рисковать, от него судьба всех моих родственников зависеть может. И корабль все-таки лишь переделанный грузовоз, а не настоящий крейсер, да к тому же аэромант у нас слабенький и неопытный, только-только третий ранг получил. К тому же еще не факт, что в той эскадре нас за своих примут, могут ведь сгоряча и парой-тройкой залпов угостить. И…Куда ты так пристально смотришь?

— Скажи, тебе вот этот корабль, который сейчас сразу два японца в клещи зажимают, ничего не напоминает? Формой корпуса, количеством и расположением пушек, идущими вдоль борта баллонами с паром, вон той заплаткой на носу, которая по цвету чуть-чуть отличается… — Для того, чтобы говорить с уверенностью, требовалось подлететь поближе или хотя бы заставить систему из телескопа и проектора выдать масштабную иллюзию заинтересовавшего Олега судна, однако чародей уже знал, что не ошибся. Ну не мог он свое собственное судно с любым другим перепутать! Он ведь им не просто командовал, он его своими руками построил! — Набрать высоту, превышающую ту, на которой идет сражение! Владеющим магией воздуха удерживать внутри корпуса нормальное состояние атмосферы. Умеющим закачивать энергию в снаряды проследовать к артиллерийским турелям! Курс к месту боя! Русских флагов в дополнение к имеющимся лишних штук пять разверните! Плевать, что не по регламенту, главное чтобы нас с самураями случайно не спутали! И просигнальте при помощи флагов: «Иду на помощь союзнику».

— Проклятье! — Буквально простонал Стефан, явно сожалеющий сейчас о том, что у него на голове нет волос, и потому их оттуда нельзя выдрать! — Ну вот какого черта «Котяра» тут сейчас делает?!

— Спросим у Святослова, когда его увидим. А он на борту, я больше чем уверен. — Быстрый осмотр иллюзии показал, что старый корабль Олега может и обзавелся парочкой новых шрамов, однако же в общем и целом находится во вполне исправном состоянии. Недаром строили его из магического дерева, пусть даже то и не имело каких-либо особых свойств, кроме своей выдающейся прочности. — Смотри, паруса полны ветром и гнут мачты, хотя вообще-то воздух движется совсем не в ту сторону. И периодически с кормы в японцев какие-то синие искорки летят…Вот зуб даю — его любимые шаровые молнии!

К огромному сожалению Олега, ни один из других летучих кораблей торгового каравана его инициативу поддержать не пожелал. А положение русской эскадры тем временем становилось все отчаяннее и отчаяннее. Линкор проигрывал трем японским крейсерам, а пожары на расстреливаемых броненосцем баржах разрастались все сильнее…Только вот капитану «Тигрицы» было непонятно почему покрытая толстенными стальными плитами махина упорно ограничивается дистанционными атаками и не пытается сократить дистанцию, дабы реализовать свое преимущество в прочности и массе путем тарана. Да и вообще самураи старались держаться подальше от крупных судов противника, хотя обычно поступали с точностью до наоборот и лезли в ближний бой, всеми правдами и неправдами пытаясь довести дело до абордажа. И отнюдь не всегда эти островные аристократы себя переоценивали, все-таки против одаренных, с детства учившихся владеть клинком, обычные матросы выстоять все-таки не могли и если атакующий порыв не удавалось сбить ружейным залпом или картечью, от них быстро оставались лишь распластанные катанами тела. Да и чародеям, ну можем за исключением имеющих похожую специализацию витязей и богатырей, справиться с подобным противником в рукопашной оказывалось совсем не просто.

— Заходим в тыл японцам! Держимся подальше от крупных кораблей, наша цель — помочь с уничтожением мелочи! — Шансов на то, что враг прозевает появление нового участника боя почти не было, однако ничего не мешало все-таки попытаться провернуть внезапную атаку. Вдруг повезет? К тому же если «Котяра» вдруг не утратил своих скоростных качеств, то от броненосца и даже крейсеров судно должно иметь возможность оторваться даже в том случае, если бой окажется безнадежно проигран. На пару секунд Олег подумал о том, чтобы выйти на верхнюю палубу, чтобы использовать свою огненную магию, однако быстро отказался от этой идеи. Не столь уж и много пользы могли принести примитивные огненные мячики, а командование судна он толком поручить никому не мог. Рулевой опытный малый, но он все же скорее исполнитель. Стоящий рядом сибирский татарин в прошлом кораблем почти не командовал. Тихонько стоящий в уголке американский аэромант третьего ранга так вообще только-только из училища и сейчас трясется как заячий хвост. — Стефан, если мы окажется близко к своим, перелети к Святославу! Поможешь ему скоординировать наши действия с учетом возможностей «Тигрицы».

Вблизи стало видно, что более мелкие летательные аппараты самураев являлись практически одинаковыми, что прямо указывало на их серийное производство. Длиной около полусотни метров, из некрашеного дерева, с двумя высокими мачтами, большим количеством парусов и какими-то излишне овальными очертаниями носа и кормы, они имели по две оружейных палубы. На нижней с каждого борта имелось пять орудий, на верхней всего четыре. Но зато те были очень-очень крупнокалиберные, а следовательно представляли из себя серьезную угрозу. Вдобавок выступ в передней части, который сначала был принят Олегом за расположенный между носом и бушпритом таран, представлял из себя ничто иное, как ствол воистину монструозной артиллерии, вполне сравнимой по диаметру ствола с монструозными орудиями морских кораблей. Главному калибру проданных недавно в Акапулько пиратских эсминцев эта штука все-таки уступала, но не очень сильно. Правда целиться из неё, вероятно, являлось сущим мучением, поскольку требовалось наводить на цель все судно сразу. Однако в случае попадания проблемы были бы у любого врага, включая и того кто окопался в прочной наземной крепости с толстыми каменными стенами.

— Свой тыл самураи по какой-то причине оставили беззащитным, — пробормотал Стефан, изучая иллюзии вражеских кораблей и в то же время не отвлекаясь от производства зачарованных пуль. Способные взрываться за счет вложенной магии боеприпасы он начал изготавливать еще после того, как торговый караван тревогу поднял, и к настоящему моменту их уже насчитывалось несколько десятков. — Тройка противоабордажных орудий там натыкана, но это же просто курам на смех.

— Возможно, им просто не хватает пушек? — Предположил Олег, еще раз пробегаясь взглядом по судам противника. — Ну сам посмотри, корпуса у этой мелочи некрашеные, паруса серые и как бы не из мешковины…. Явный военный эрзац, который из всякого мусора построили на скорую руку и тут же бросили в бой.

— Вариант, — не стал спорить сибирский татарин. — Но не стоит забывать и о том, что это может оказаться и какая-нибудь тактическая хитрость. Вот подкрадется враг сзади, а там из открывшегося паза такая же пушка выглянет, как та которая спереди торчит.

Десантным баржам наконец-то удалось отыграть пару очков, и на избиваемом из множества пушек броненосце появилась дыра, появившаяся из-за сорванного в центральной части стального листа габаритами примерно четыре на четыре метра, за которой виднелся участок палубы. Увы, попасть в эту прореху у российских канониров получалось если только случайно, а вот крупные транспортные суда медленно но верно превращались в летающую груду угля и древесного мусора. Одно из них, примерно на треть объятое пламенем и дымом, уже начало снижать высоту, поскольку команда видимо отчаялась потушить пожар своими силами, и теперь желала призвать на помощь воды океана. Ну и относительно мягко в них погрузиться, чтобы иметь некоторые шансы на спасение, а не со всего размаха плюхнуться. Противостояние парящего линкора и крейсеров шло примерно на равных, может с незначительным перевесом японцев, которые в совокупности имели куда больший залп и запас прочности, чем их единственный противник. У легких сил противостояние разворачивалось в чем-то более, а в чем-то менее успешно. Один из кораблей русской эскадры протаранил эсминец, почти развалив его на две части, и теперь члены экипажа этих судов активно резались друг с другом. Второй кораблик из некрашеного дерева дрейфовал туда, куда его гнал ветер, лившись управления. Многочисленные дыры в его бортах намекали — поломка не случайна и быстро устранена не будет. К сожалению, досталось и соотечественникам Олега. Пузатое судно, скорее всего являющееся мобилизованным мелким торговцем, почти лишилось оторванной внутреннем взрывом кормы и теперь непонятно как эти обломки вообще держались в воздухе. «Котяре» тоже пришлось не сладко. Олег с замиранием сердца следил, как пушечные ядра то застревали в корпусе из особо прочной разновидности магической березы, то проламывали его, чтобы углубиться внутрь. Рвали такелаж и дырявили идущие вдоль корпуса длинные баллоны с паром. Сметали с верхней палубы маленькие с такого расстояния человеческие фигурки. Против одного эсминца корабль бы выстоял гарантированно, но ведь их на него целых два наседало!

— Артиллерийским турелям стрелять по достижению дистанции уверенного поражения цели. Километров с двух, может даже меньше. Надо, чтобы вы обязательно уложили снаряды в прореху, которая расположена в середине корпуса броненосца. — Чародею потребовалось огромное усилие воли, чтобы не кинуться на выручку своему кораблю, однако арифметика войны была такова, что сейчас требовалось не упустить удачный момент, когда самый тяжелый корабль противника не имеет защитных барьеров, повернут к «Тигрице» уязвимым местом, находится сильно ниже, занят добиванием десантных барж, а заряженные в пушки снаряды до предела накачены волшебством и взорвутся куда сильнее обычного. И если вывести или хотя бы основательно подранить сейчас этого покрытого толстенной стальной скорлупой мастодонта, то будет больше шансов на то, что крупные корабли врага не вмешаются в разборки всякой мелочи, а продолжат свою перестрелку с держащимся из последних сил парящим линкором. — Прошу, не подведите. Ну и тройная месячная премия тем, кто мимо этой дыры не промажет.

Приближение «Тигрицы» определенно не осталось незамеченным, поскольку в неё с ясного неба периодически стали бить молнии, впрочем не особо сильные, поскольку магический барьер их вполне уверенно держал. Вдобавок один из японских крейсеров, находящийся в довольно удачной позиции для стрельбы, выдал в её сторону бортовой залп из нескольких десятков вращающихся в воздухе книппелей. И отвлекшийся от расстрела почти беззащитной добычи броненосец принялся разворачиваться в сторону новой угрозы. Вот только этот мастадонт не отличался особой маневренностью, а связанные цепями небольшие ядра по большей части увязли в магическом щите судна. Пара-тройка прорвавшихся же ударила о металлический борт и ровным счетом никакого вреда не принесла. Ну, может кроме содранной кое-где краски. А вот турелям повезло больше, и никаких барьеров вокруг их цели давно уже не было. Первый выстрел ударил практически в самый край отверстия, лишь впустую растратив свою мощь на то, чтобы слегка исковеркать толстый броневой лист, зато все три оставшихся один за другим проникли внутрь вражеского судна с разницей лишь в несколько секунд.

— Полный вперед! Активировать ускорители! — Орудия броненосцев традиционно были предназначены для стрельбы в переднюю полусферу, а следовательно стоило покинуть простреливаемый ими участок как можно скорее. Может и получится миновать опасное место, пока на вражеском корабле царит хаос из-за целых трех внутренних взрывов. К огромному сожалению Олега, турелям не удалось вывести из строя вражеское судно, однако и легким испугом оно точно не отделалось. — Перенести огонь на малые суда против…Черт, что это?!

Летучий корабль содрогнулся от мощного удара, обрушившегося на него…Сверху? За первым пришел второй, а после третий, четвертый и пятый. За стеной нечто очень громко затрещало. С потолка рубки посыпалась пыль, по боковой стене разбежалась паутина мелких трещин. Из слуховых труб понеслись доклады о повреждениях, впрочем не очень многочисленные. Сильнее всего пострадали верхние ярусы корабля, в том числе и расположенная внутри кормовой надстройки рубка.

— Мы попали под магическую атаку, — первым сообразил Стефан, а после выскочил наружу, чтобы посмотреть на то, что случилось с судном. Впрочем, практически сразу он вернулся — Нам располосовали мешок с паром так, что легче новый купить, чем эти тряпочки соединить обратно. Заодно срубили верхушку мачты, срезали штук пять противоабордажных орудий по правому борту и сделали парочку новых проходов в трюм. Кажется, это были какие-то чары из магии воздуха, вроде очень больших воздушных лезвий. И это они еще ослабли, через защиту пройдя.

— Магистр, — озвучил очевидно Олег и тяжело вздохнул, чувствуя, как «Тигрица» снова трясется от ударов, пусть на этот раз и куда более слабых. Это в неё стрелял из бортовых орудий какой-то из эсминцев. — Аэромант, похоже. Мы влипли…Вот только почему-то есть у меня такое ощущение, что самураи — тоже.

— Смотрите! — Вдруг раздался крик оператора магической системы наблюдения, а после создаваемая проектором иллюзия вдруг отдельно показала крупным планом парящий линкор. И вздымающуюся над его палубой огненную фигуру, сжимающую в руке огромный даже для его размеров меч. Деревянный.

— Савва, — опознал Олег свое начальство, пусть даже то и находилось в не совсем привычной форме. Нет, что тот способен оборачиваться пламенным исполином волшебник знал прекрасно и неоднократно его таким видел…Но сейчас архимагистр выглядел так, словно вышел на боксерский ринг против кого-то равного себе, но противник вместо перчаток взял с собой бензопилу. Нет обоих ног и правой руки, сотканное из энергии тело сохранило лишь одну конечность, вместо остального какие-то короткие пеньки. Покрытые изображениями языческих богов щегольские латы изрублены в труху и кое-где фонтанируют выбивающейся из под них огненной кровью, напоминающей газовые факелы. Лицо пестрит зловещими пульсирующими черными пятнами, смахивающими не то на нарывы, не то на миниатюрные черные дыры. — Да сегодня у нас прямо таки вечер встреч! Теперь понятно, чего самураи дистанцию с линкором держат. Даже если у Саввы запала осталось только чтобы пару раз своим деревянным ковыряльником взмахнуть, этого хватит настругать любой корабль на мелкие ломтики.

Пламенный гигант метнул свой меч в броненосец, после чего ужался в размерах до едва заметной яркой точки на борту линкора. Но созданный из какого-то неведомого дерева клинок остался, причем только прибавил в размерах, на лету превращаясь в огромный комок покрытых цветами зеленых лоз. Этот волшебный снаряд шлепнулся на обишвку бронированного судна, а потом зашевелился и словно спрут пополз к дыре, откуда после нескольких внутренних взрывов активно валил черный дым. Проснувшийся дар оракула подсказал Олегу, что еще минуты две-три и команду данного судна можно будет списывать со счетов процентов на девяносто пять. Матросов удушит ядовитая пыльца, а сумевшие спастись от неё маги в одиночку много не навоюют. Вот только и от Саввы до конца боя помощи ждать больше не придется, он и так потратил практически последние резервы, которые до этого момента сберегал на случай бегства. Нет, уйти архимагистр и сейчас способен…Но только сам. Без своей свиты и учеников, а бежать, поджав хвост, ему ну вот просто очень не хотелось.

— Сосредоточиться на уничтожении эсминцев, — повторил свой прежний приказ Олег, впрочем, на сей раз использовав другие слова. «Котяре», за которым чародей наблюдал краем глаза, приходилось несладко. От одного врага он отбился, повредив тому рули управления и заставив вращаться по спирали, но второй из кораблей противника смог пристроиться к его борту, захлестнув русское судно абордажными канатами и мостками. Вот только в ту же секунду, когда вражеские матросы в зеленых одеждах и самураи в своих характерных доспехах из лакированного дерева рванулись вперед, оба идущих вдоль корпуса баллона с паром лопнули на всей своей протяженности. И это явно было не случайно, поскольку появившееся облако чрезмерно горячего и насыщенного водяными капельками облака двинулось точно на толпу японцев. Интуиция подсказывала оракулу-самоучке, что вопли обваренных там сейчас заглушают пушечную пальбу. Однако, помимо воздушной пехоты на борту вражеского судна присутствовали и самураи, причем было тех много. Слишком много. Вот в чем страна восходящего солнца никогда не испытывала недостатка, так это в людях, а потому военные трамбовались в трюмы летучих кораблей как кильки в банку. — Идем на сближение. Всем, кто не занят обслуживанием орудий, приготовиться к абордажу.

Глава 22. О том, как герой лупит по шарам, угрожает расправой и теряет своего друга

— Орудия правого и левого борта зарядить картечью. Очистите верхнюю палубу судна от сил противника, а после издырявьте корабль самураев как головку сыра. Турелям придерживаться стрельбы по ближайшим вражеским кораблям. Неожиданности нам не нужны, — передал Олег приказы по слуховым трубам на артиллерийские палубы. Чародей не знал, остался ли кто-нибудь внутри вражеского летательного аппарата или же все японцы в едином порыве рванули на борт «Котяры», однако подстраховаться было не лишним. Спрятанные в подвижных полусферах по бокам судна орудия начали стрелять в подобравшийся опасно близко к «Тигрице» эсминец, но вражеское судно после первого же попадания словно провалилось в воздушную яму, резко сместившись вниз чуть ли не полкилометра. В результате два снаряда прошли мимо него, а четвертый артиллеристы кормовой турели вообще предпочли отправить в сторону крейсеров, поскольку на всех доступных траекториях выстрела для них не имелось больше ни одного противника. Не могли же пушки стрелять прямо через собственный корабль. — Рулевой! Как высадишь всех бойцов, отлетаешь и кружишься где-нибудь рядом, чтобы и лететь до «Тигрицы» пришлось недалеко, и попасть в неё врагам оказалось не так то просто. Заодно артиллеристов координировать будешь. Если все пойдет как надо, я скоро вернусь. Стефан останется тут, но он будет на верхней палубе, так что все решения на тебе. Справишься — можешь считать себя новым боцманом.

— Все понял, кэп, — буркнул в усы ветеран американского летучего флота, которому Олег помог сбросить с плеч большую часть груза прожитых лет. Внезапно палуба почти ушла из под ног, уши заполнил жуткий треск, а «Тигрица» вполне ощутимо наклонилась на правый борт, прежде чем выпрямиться спустя пару секунд. По всей видимости, какой-то из эсминцев смог попасть в неё из своего монструозного главного калибра, а защитные барьеры под градом вражеского огня к настоящему моменту успешно разрядились. Из слуховой трубы донеслась брань артиллеристов и чьи-то крики. Если пропустить в сказанном все нецензурные выражения то получалось, что на четыре обычных пушки у летучего корабля сейчас стало меньше, поскольку огромное ядро сокрушило либо их, либо расчеты, либо все вместе. Хорошо хоть навылет оно судно не прошло…А заодно не оказалось разрывным или зажигательным снарядом. — Артефактную броньку погибшего китайца мне дадите?

— Дам, само собой, — покивал чародей, одно за другим накладывая на себя заклятия допинга и постепенно выводя организм на тот самый режим форсажа, когда даже обычный человек может перевернуть автомобиль, задушить голодную анаконду или игнорировать в течении нескольких секунд казалось бы смертельную рану. Наличие подобной амуниции здорово поднимало статус не обладающего магическим даром человека и его же способности к выживанию, а потому капитан «Тигрицы» жадничать был не намерен. Подобное стало бы просто нерационально! Ведь зачем экономить пару тысяч золотых монет на том, от кого зависит судьба…Ну, наверное целого миллиона. Может чуть меньше. Волшебник затруднялся точно оценить стоимость своего судна с учетом всех лежащих в трюмах трофеев или товаров. И в будущем, если не случится ничего экстраординарного, как первых так и вторых внутри летательного аппарата еще побывает очень очень много. — Если не налезет, новую купим!

Вращавшийся на одном месте эсминец сумел стабилизироваться и отважно попытался преградить «Тигрице» путь заходя в лобовую атаку, но к нему снизу из задней полусферы подобрался крохотный русский кораблик и произвел залп из всех своих пушек правого борта…Всех шести. Однако, этого хватило, чтобы японцы резко шарахнулись в сторону, освобождая дорогу и попали теперь уже под залп прошедшего мимо них эрзац-крейсера. И при стрельбе картечью практически в упор жертв и разрушений на борту должно было образоваться довольно большое количество. Покинув рубку, Олег выбрался на верхнюю палубу, оглядывая собравшихся там людей и нелюдей. Абордажная группа состояла из ста с лишним бойцов, среди которых к сожалению не было автоматронов. Волшебные андроиды либо помогали артиллеристам как можно быстрее перезаряжаться, либо караулили сокровищницу. Пусть Якоб и смог обезвредить сразу нескольких из них при помощи специальной техномагической мины, но других неподкупных, неусыпных и бесстрашных сторожей у капитана «Тигрицы» просто не имелось.

— Бойцы! Приготовиться! — Провозгласил чародей, при помощи посоха-накопителя начиная создавать огненный шар, которым рассчитывал угостить японцев. Заодно Олег покрутил головой туда-сюда, оглядывая небосвод. Броненносец развернулся к месту воздушной схватки своим неимоверно прочным хвостом и теперь неспешно удалялся куда-то вдаль. И дар оракула подсказывал своему обладателю, что пусть внешне тот остался целым, но внутри тяжелого судна сейчас осталось в живых лишь несколько десятков человек, чего абсолютно недостаточно для продолжения боя. Ранее стрелявший по «Тигрице» крейсер вернулся к разборкам с парящим линкором, который попытался перейти в контратаку. Похоже, командование самураев стремилось любой ценой разделаться с флагманом, где находился изрядно утративший боеспособность архимагистр. Обе десантные баржи прижались друг к другу и теперь люди перебирались на ту из них, которая пострадала меньше. Эсминцы и оставшиеся русские летучие корабли продолжали выяснение отношений, однако теперь японцы старались держаться подальше от внезапно пришедшего к противникам подкрепления, успев по достоинству оценить мощь его пушек. — В ближний бой лезть не торопитесь, сначала угостите самураев свинцом!

Два сцепившихся в абордажной схватке корабля стремительно приближались. Уже можно было без помощи наблюдательных приборов различить отдельных людей, которые сошлись там в жестокой схватке. И нелюдей тоже. Олег с облегчением отметил присутствие на палубе «Котяры» покрытого синеватым металлом чудовища, объединившего в своем облаке черты человека и волка. Доброслава курсировала вдоль борта судна словно коса самой смерти, при помощи когтей и зубастой пасти разрывая врагов на своем пути, практически каждое её движение обрывало чью-то жизнь. К сожалению, другие соотечественники чародея не могли похвастаться её эффективностью и постепенно отступали к корме, теснимые японцами. Однако, за каждый метр нападающие щедро платили своими жизнями. На палубе эсминца осталось не меньше сотни тел, павших жертвой атаки паром или выстрелов обороняющихся. С возвышения в тыльной части «Котяры», отгороженного мерцающей пленкой серебристого пламени летели картечные залпы противоабордажных орудий, зачарованные стрелы сибирских татар и выпускаемые Святославом шаровые молнии. С огромным неудовольствием Олег отметил, что среди нескольких магов, защищающих эту часть судна барьером, находится его жена. Ну или же Анжела пожертвовала свою любмую амуницию и техномагическую винтовку, очевидно уже разряженную к настоящему моменту, какой-то другой фигуристой блондинке.

Десятка три вражеских стрелков, до сего момента прячущихся у обращенного в сторону «Котяры» борта и несколько стоящих рядом с ними офицеров-магов прекратили атаковать команду старого корабля Олега, развернувшись к новой угрозе. Правда, пока японцы меняли позицию, их стало несколько меньше. Стефан, взобравшийся на какую-то бочку чтобы иметь лучший угол стрельбы, уже вовсю уничтожал противника из своей дальнобойной винтовки, отвлекаясь лишь на то, чтобы её перезарядить. Сибирский татарин выглядел азартным и довольным, а следовательно его цели сегодня избежать смерти не смогли. Обращенный в сторону «Тигрицы» борт вспыхнул выстрелами девяти тяжелых орудий. За пару секунд до этого почувствовавший угрозу своей жизни Олег метнул вперед свое заклятие, над которым он продолжал сохранять некоторый контроль и подорвал его в ту ничтожную долю мгновения, когда идущие встречными курсами металлические шары и переполненная энергией огненная сфера почти встретились примерно на середине расстояния между двумя летучими кораблями. Разумеется, повредить ядрам столь слабый встречный удар не мог, как и остановить их. А вот затормозить или сбить их с курса из-за взаимодействия двух направленных в разные стороны векторов — очень даже. Пять тяжелых чугунных сфер пролетели ниже или левее «Тигрицы», впрочем возможно часть этой заслуги лежала не на плечах чародея, а на отвратительной меткости японских артиллеристов. Три врезалось в корпус судна, но пусть они пробили броню углубившись внутрь и ломая все на своем пути, однако большая часть команды стояла в ожидании абордажа на верхней палубе, а оставшиеся члены экипажа рассредоточились по артиллерийским батареям и другим жизненно важным частям судна, следовательно, жертв не могло иметься много. И только один вражеский снаряд пронесся через ряды бойцов Олега, разорвав на своем пятерых бойцов и еще троих искалечив путем отрывания конечностей. Причем не имелось бы в команде столько одаренных, способных быстро остановить даже самое ужасное кровотечение, и погибли бы все восемь человек. Вернее, семь людей и один людоящер. Вот только последним из пострадавших оказался Стефан, в которого подпрыгнувший после удара о палубу металлический шар и финишировал.

— Бляяя… — Тоскливо протянул шлепнувший с бочки на спину сибирский татарин польского разлива, в глазах которого стремительно набухали слезы. Из разжавшихся пальцев вниз шлепнулась дорогущая американская техномагическая винтовка, вернее то, что от неё осталось. Полные энергией под завязку защитные амулеты Стефана почти смогли остановить изрядно растративший набранную инерцию металлический шар. Латы от удара лишь слегка погнуло в районе живота, а следовательно спрятанная под ними человеческая плоть заполучила максимум пару закрытых переломов. Все же обладатель улучшенного организма и сам по себе являлся тем еще крепким орешком. Но длина оружия намного превышала тот радиус, в котором работала магия, а потому его ствол разорвало на две трети, а оставшаяся часть пошла крупными трещинами. И именно поэтому уже успевший привыкнуть к новой смертельно эффективной игрушке потомственный охотник теперь находился в одном шаге от того, чтобы расплакаться как ребенок. — Помогите мне встать и подайте топор. Я щас их всех урою!!!

Артиллерийские турели с разницей в три-пять секунд отправили четыре снаряда в японский корабль, который по-прежнему летел относительно близко, пытаясь поймать держащийся у него на хвосте крохотный русский летательный аппарат. Стрелять в эрзац-крейсер тот прямо сейчас не мог, поскольку находился метров на триста ниже, однако в будущем мог стать проблемой….Каким-то чудом там смогли восстановить защитные барьеры, и первые два взрыва приняла на себя пленка магического щита. Впрочем, этим конкретным самураям и оставшейся пару попаданий хватило, чтобы прекратить маневры, камнем провалиться вниз и лишь потеряв несколько километров устремиться куда-то на запад с вполне достойной скоростью, несмотря на безусловно боеспособное состояние судна. Видимо, для разнообразия, командующие там обитатели страны восходящего солнца оказались не готовыми к смерти почитателями кодекса бусидо, а крайне нестойкими в коленках личностями.

Достигнув сцепленных в абордаже кораблей, «Тигрица» встала вдоль свободного борта эсминца, с громким скрежетом тиранувшись о борт. Заряженные картечью пушки немедленно выстрелили и, скорее всего, теперь внутри японского судна количество живых артиллеристов сильно уменьшилось. А если кто-то и остался, то его убьет вторым или третьим залпом. Каким-то краешком сознания Олег успел на себя подосадовать, что не догадался приказать рулевому совершить таранный удар днищем. Какой бы запредельной прочностью не обладали абордажные канаты и мостки, однако таких нагрузок они выдержать не имели шансов. А после отцепившийся летательный аппарат со всеми находящимися на борту самураями можно бы было дырявить в свое удовольствие до полного прекращения сопротивления. Увы, момент уже оказался упущен.

— Порублю-у-у-у! — Слова у Стефана не расходились сделом, и он первым ринулся на борт вражеского корабля, свирепо размахивая двуручной секирой. И столь же резво полетел обратно, поймав грудью несколько пуль и светящееся белым цветом водяное ядро, которое шибануло его ничуть не хуже настоящего, чугунного. Сибирский татарин успел разбить его зачарованным оружием, однако даже разделенный на две части магический снаряд обладал просто чудовищной силой и не утратил своих сверхъестественных свойств.

Расплескавшаяся по всему телу светящаяся жидкость оплела сибирского татарина, у которого больше волшебной защиты не имелось и стала сдавливать до хруста железа словно тиски…Однако, потом её разбавили содержимым своих фляжек сразу два людоящера, и образовавшаяся смесь частично испарилась, частично распалась обычной лужей. Доспехи толстяка на сей раз помяло куда сильнее, словно мокрую бумагу, а из самой большой трещины даже брызнула кровь. Запустивший эту атаку японец, на удивление лишенный самурайских лат и катаны, видимо являлся кем-то вроде монаха, поскольку был замотан с ног до головы в шелковые белые тряпки, а его аура помимо энергии воды оказалась также насыщена довольно большим количеством света. Помимо него на вражеской палубе присутствовали занявшие укрытия или вставшие за противоабордажные орудия стрелки, да выпрыгнувший из кормовой надстройки десяток самураев, рванувших навстречу нападающим. То ли командование, то ли оперативный резерв…Впрочем, численное превосходство все равно оставалось не на стороне жителей восходящего солнца. И огневое тоже. Один за другим островные аристократы падали, так и не успев пустить в ход свое оружие или создав максимум одно какое-нибудь заклинание первого-второго ранга, поскольку выстроившиеся напротив них вдоль палубы плебеи из разных стран не спешили вступать в честный поединок, а стреляли раз в четыре-пять секунд. После пары попаданий самурай оставался невредим, дюжина как правило оставлял его с дырами в доспехах и сильно уменьшившейся из-за появления ран боеспособностью, ну а поймав пару десятков кусочков свинца маг начальных ступеней превращался в труп.

— Стефан, ты как?! — Олег метнулся к другу, на бегу отправляя во вражеского офицера копье света, однако то каким-то образом оказалось отбито в сторону чем-то вроде щита из мерцающих всеми цветами радуги капель. Правда, контратаковать из-за своей защиты замотанный в белые тряпки японец видимо не мог, а снять её ему не давали стрелки с «Тигрицы», обрушившие на столь заметную мишень целый град свинца. К сожалению, приступить к излечению толстяка чародею принялась мешать парочка где-то спрятавшихся стрелков с вполне себе современными барабанными ружьями, довольно метко принявшихся посылать во вражеского капитана пулю за пулей. И целились они в голову. Пусть пока свинцу ни разу не удалось пробить шлем из древнего металла, однако периодически удары по столь важной части организма здорово мешали концентрации.

— Жить буду, — донеслось снизу, а после Стефан вполне целенаправленно пополз в сторону целителя. И даже сам поднял забрало шлема, облегчая тому доступ к своему организму. — Но бегать, наверное, не сию минуту.

— У тебя сломано…Да почти все, что выше пояса сломано! — Результаты быстрого сканирования с одной стороны расстроили Олега, а с другой несколько успокоили. Умирать его друг вроде бы не собирался, внутреннее кровотечение кое-где имелось, однако не слишком значительное и организм толстяка после небольшого стимулирующего воздействия от целителя должен был справиться с ним в течении минуты, максимум двух. А про множественные переломы Стефан забудет уже к завтрашнему дню. Вот только сражаться он не сможет раньше, чем кто-нибудь соединит и срастит все осколки реберной клетки и плечевых суставов, да и в позвоночных костях трещин имелось немалое множество. — Лежи здесь, не двигайся и не давай себя переносить! После боя прямо тут на месте в норму приведу за полчасика!

Пока Олег был отвлечен, его команда вполне успешно либо уничтожила всех японцев на верхней палубе эсминца, либо выдавила к соотечественникам на палубу «Котяры». Взлетев в воздух, чародей ринулся следом, выискивая гидроманта-жреца в его белых одеяниях, однако тот как сквозь землю провалился. Зато практически сразу же чародей заметил свою любовницу, которая буйствовала в полном окружении…Ну, если можно было назвать столь грозным словом толпу людей, которые всеми силами старались оказаться подальше от кажущегося неуязвимым чудовища. Вооруженная короткими копьями троица японцев сломала об кащенитку-изгнанницу свое оружие, не в силах ни пробить облегающий её подобно второй коже доспех, ни оттолкнуть от себя разумного монстра. Шагнувшая вперед любовница чародея просто сломала упершиеся в неё древки, и тут же одному из своих врагов раздавила череп своими ужасающими челюстями, несмотря на окованный железными полосами кожаный шлем, второму распорола грудь взмахом руки, а третьего пнула с достаточной силой, чтобы человеческое тело взмыло в воздух метра на три и приземлилось на своих же товарищей по оружию, повалив еще нескольких солдат. Часть абордажников с «Тигрицы» рассыпалась по верхней палубе эсминца, контролируя проходы ведущие внутрь судна, а оставшиеся ударили в тыл японским солдатам, которые по всей видимости еще не поняли, что почти достигнутая победа сменилась практически неизбежным поражением. Вот только тех на ногах оставалось много, слишком много, сотни три, а может и больше. Если бы не ограниченность свободного пространства на палубе «Котяры» и мешающая им же самим скученность, они бы давно уже могли захватить русское судно. А так линия защитников колебалась, но держалась…Тем более натиск врагов сильно ослаб, когда взмывший над головами врагов Олег активировал конус холода, мгновенно превративший в оледеневшие статуи десятки врагов, а потом принялся заливать неприятеля пламенем, создавая в секунду столько огня, сколько он только мог. Естественно, по нему стреляли. Разумеется, самураи буквально через одного пытались поразить столь примечательную цель заклинаниями. Но в общем-то этого волшебник и добивался. Метаясь туда-сюда как сумасшедшая муха на максимальной скорости, доступной левитационным пластинам, он избегал девяноста процентов свинца, а оставшиеся пули просто отскакивали от брони. Ну а заклинания первого, второго и в отдельных случаях третьего рангов, которыми пытались достать его островные аристократы, древняя кираса впитывала в себя едва-едва нагреваясь. Конечно, количество рано или поздно должно было пересилить качество, однако паленой кожей пока не тянуло, а пока враги пытались избавиться от главной угрозы, они не убивали его людей, вполне успешно сокращающих поголовье неприятеля.

— Анжела! — Заорал Олег супруге, почему-то переставшей поддерживать барьер и пролезшей в первый ряд защитников с сотканном из серебряного огня копьем. Нет, то исправно обжигало японцев прямо сквозь доспехи и одежду, вот только особыми физическими кондициями ведьмочка никогда не отличалась и драться в рукопашной практически не умела, а её муж об этом прекрасно знал! Если бы не великолепные доспехи, в которых, впрочем, не имелось ничего воистину шедеврального, её бы уже успели минимум три раза зарезать! — Куда ты лезешь, дура?! Ремнем вы-по…

Довести громогласное обещание физической расправы до конца чародею помешал тот, о ком он в горячке боя уже успел слегка позабыть. Олег очень сомневался, что у японцев найдется еще один знаток гидромантии и жреческой магии, умеющий сочетать в единое целое оба своих искусства. Десяток относительно некрупных водяных сфер окружили кажущегося неуязвимым волшебника и создали нечто вроде иероглифа, внутри которого магия не то, чтобы совсем испортилась, но чего-то с ней случилось сильно не то. Во всяком случае, левитация немедленно прервалась, а рухнувший на какого-то солдата чародей с удивлением обнаружил, что хоть вокруг него никаких магических символов больше не видно, но вместо могучих потоков пламени с рук срываются жалкие струйки искр. Парочку ближайших японцев они таки заставили весьма сильно обжечься и отшатнуться, но остальные с криками азарта и ненависти навалились на обессилившего чародея…И их слегка усохшие тела принялись разлетаться в разные стороны от его ударов, поскольку Олег успел схватиться за рукояти топоров-вампиров, и волшебство внутри него по-прежнему работало. Загодя выведенный на режим форсажа организм вывел его на тот уровень, на котором уже можно выйти в рукопашной против оборотня. Но оборотень поблизости имелся только один, да и тот союзный, да вдобавок словно ледокол немедленно принялся пробивать себе дорогу к месту крушения.

— А я ведь догадывалась, что ты не помер! — Видеозапись окровавленный с ног до головы и громко рычащей Доброславы в родном мире Олега могла бы быть использована как непревзойденное лекарство от запора, правда с побочным эффектом в виде инфаркта. Однако отмахивающийся сразу от полутора десятков вражеских солдат и одного самурая чародей был по-настоящему счастлив услышать её не слишком то мелодичный и членораздельный голосок. — После тех чудовищ, что мы вместе видели на родине моих предков, помереть в зубах каких-то кровососов было бы просто нелепо!

— Должен признать, у них были неплохие шансы, — ответил Олег, раскалывая левым топором чью-то голову. Правда, кружащий вокруг него самурай использовал этот момент, чтобы вонзить свою катану в ногу чародея…Однако боли русский боевой маг не чувствовал, а жизненная энергия убитых врагов зарастила его рану спустя считанные секунды после того, как вражеский клинок вышел из плоти. Пока в руках были сжаты рукояти древних артефактов, а вокруг имелись многочисленные источники праны, которую можно своровать, живучестью обладатель зачарованного оружия ничуть не уступал высшим вампирам. — Какого черта ваша эскадра делает чуть ли не посреди океана?

— Драпает после того, как кровники Саввы встретили нас во всеоружии над своими землями и отделали так, что от первоначального состава осталась от силы треть кораблей! — Ответ оборотня и осознание риска, которым подвергался его корабль вместе с командой и находящимися на борту женщинами, чуть не заставил Олега схватиться за сердце. Или то был эффект от яда, нанесенного на кончик небольшой метательной иглы, засевшей в щеке? Где-то среди врагов был шиноби, ну кому кроме японских ниндзя пришло бы в голову пользоваться подобным оружием…Не очень то и эффективным, если честно. Отрава может и могла свалить с ног обычного человека или слабого одаренного, однако целитель справился бы с ней и без помощи ворованной жизненной энергии. Наверное. И конечно бы сильно ослаб как минимум на несколько минут.

— А что, в битве за Хоккайдо наши все-таки победили, раз теперь войска идут дальше? — Количество врагов вблизи парочки из оборотня и боевого мага стремительно сокращалось. Живых, во всяком случае. А новые не спешили к ним подходить, поскольку им было страшно оказаться новыми жертвами этого смертоносного дуета или же они уже с кем-то дрались. Вдобавок когда чародею кто-то метнул в голову нож, тот остановил его силой мысли и тут же отправил обратно отправителю, которого ударом изрядно разогнавшегося клинка аж подбросило. Магический дар Олега стремительно возвращался в норму после непонятного вражеского воздействия. — Или вы делали рейд по вражеским тылам?!

— Скорее пытались сорвать подписание мирного договора, который будет заключен то ли завтра, то ли уже сегодня к вечеру! — Какой-то самурай сжимающий в одной руке светящуюся от влитой энергии катану, а в другой громадный пистолет проскользнул между топорами Олега и зашел Доброславе во фланг. Клинок рассек и металл, и спину оборотня, а сноп крупной дроби ударил её же по затылку. Вот только кусочки свинца, способные превратить железный лист в решето, отлетели горохом от древнего металла, а развернувшейся к новому врагу Доброславе узкая рубленая рана была не опаснее, чем профессиональному боксеру синяк под глазом. На помощь к чудом успевшему увернуться от контратаки смельчаку пришел еще один островной рыцарь-маг в лакированных латах. Занеся высоко над головой клинок он бросился вперед…И выронив оружие покатился по палубе, поскольку в боковую сторону его шлема ударила покрытая рунами стрела, пробившая эту бронированную шапку и углубившаяся внутрь сантиметров на десять. — Японский император поклялся всеми своими богами, что если мы продолжим воевать и не ограничимся контрибуцией, он сам, парочка его придворных архимагов и три десятка магистров используют самоубийственные чары, после которых у нас не останется ни Сахалина, ни Москвы, ни всех кто там находится. И договор зафиксировал на бумаге, а после нашим переслал. Бояре впечатлились и принялись всей Думой просить августейшее семейство о миролюбии. А то пару раз взбрыкнуло для вида, да и согласилось.

— Ну блин… — Олег не мог видеть мелких подробностей схватки Доброславы с отмахивающимся от чудовища мечником, поскольку как раз сейчас атаковавший его ранее ниндзя наконец-то решил проявить себя и попытался обезглавить чародея ударом со спины. Причем атаковал он не снимая с себя невидимости, но к счастью волшебник не только вовремя почувствовал угрозу, но и смог отреагировать на неё, заблокировав клинок топорищем. Вот только контратаковать было сложно, даже примерно зная где этот японец находится увидеть его не получалось ни обычным, ни магическим зрением. — Похоже, все вернется на круги своя. Прямо как с Австро-Венгрией. Только вот многие тысячи погибших это не вернет.

Шиноби погубила обильно покрывающая палубу кровь, в которой были заметны небольшие всплески. Мысленным усилием сконцентрировав малую часть разлитой вокруг энергии смерти вокруг них, Олег добился того, что скрывавшие противника чары иллюзии начали сбоить, явив нечеткий силуэт японца. А после наконец-то расправившаяся со своим противником Доброслава просто подмяла того под себя, проигнорировав вонзившийся ей в грудь короткий клинок и метательный нож, застрявший в правой лапе, которая почти лишилась слоя синего металла, видимо попав под какое-то заклинание. Чтобы избавиться от заноз кащенитке-изгнаннице потребовалась лишь пара движений, а после свежие травмы принялись затягиваться с ужасающей скоростью. Да, у представителей её расы имелись свои пределы выносливости, однако чтобы быстро прикончить здоровых, сытых и полных сил оборотней их требовалось либо обезглавить, либо обратить в пепел. Но провернуть подобное с обладательницей лат, лишь немного по своей прочности уступающих снаряжению Олега, могли ой как немногие.

Враги кончились как-то совершенно неожиданно. Вот они еще есть, а вот Олег уже обнимает и целует плачущую супругу, сорвавшую с себя шлем, а волосы жены пахнут букетом луговых трав и полевыми цветами.

— Если мне на тебя принесут еще хоть одну похоронку, — кое-как сумела выдавить из себя между всхлипами Анжела. — То будешь сам мне седые волосы каждый месяц закрашивать! По одному и без магии!

— Обещаю, — не стал спорить Олег, который хоть и не чувствовал за собой никакой особой вины, но прекрасно понимал, что пришлось пережить его супруге. — Почему ты здесь, а не дома вместе с сыном? Или он тоже…

— Да ты что! Нет, конечно! — Даже возмутилась Анжела, чем изрядно успокоила своего мужа. — Просто после твоей пропажи возникли сложности с патентом вольного отряда, а мое право его унаследовать никто бы при всем желании оспорить не смог…

Чародею до безумия не хотелось отрывать от себя любимую женщину, но его внимания требовала продолжающаяся битва. И пациенты. Десятки, если не сотни тех, кому не повезло поймать пулю, попасть под удар клинка или быть задетым боевой магией. Впрочем, спустя несколько минут, список нуждающихся в немедленном решении проблем изрядно сократился, поскольку не дождавшиеся своевременной помощи квалифицированного целителя тяжелораненные умерли, а троица крейсеров и оставшиеся эсминцы, в том числе и протараненный русским кораблем команду которого благополучно вырезали, решила отступить. По всей видимости, вражеское командование пришло к выводу, что с русских хватит, а драться до победного конца за считанные часы до подписания мирного договора не имеет смысла. Победа если и будет, то окажется пирровой, а страна восходящего солнца и без того уже потеряла на войне достаточно техники и магов, без которых ей сложновато окажется отстоять свое место на политической арене, даже если Россия и в самом деле отстанет от самураев. В конце-концов, помимо западного соседа на планете хватает и иных государств, правители которых были бы не против припомнить самураям былые обиды или просто и незатейливо их пограбить, не озаботившись поисками подходящего предлога для своих действий.

Следующая пара часов для Олега превратилась в ужасную, но в общем-то привычную круговерть кровоточащих ран, сломанных костей и распоротых внутренностей, разве только в этот раз он несколько расширил своей врачебный опыт, поскольку пришлось пришивать на место оторванный одному из ящеролюдов чешуйчатый хвост и извлекать у другого вмятый внутрь позвоночника рудиментарный спиной гребень. Но чародей не жаловался, тем более не желавшая расставаться с наконец-то объявившимся мужем Анжела взяла на себя обязанности ассистирующей целителю медсестры, поднося и унося инструменты или перевязочные материалы, а также непрерывно щебетела, рассказывая супругу о своем житье-бытье в последние месяцы. Тот правда разбирал хорошо если одно слово из пяти, однако сам голос жены действовал на него успокаивающе.

— И вот тогда Святослав буквально за пять секунд развернул корабль на сто восемьдесят градусов и наподдал ему в корму с такой силой, что кубарем полетело все, кроме пушек. Но зато мы успели выйти из зоны, в которой созданное японскими магами торнадо летучие корабли в себя засасывало. А Савва с их чарами ничего уже сделать не мог, он после того как начистил рожу двум каким-то демонам чуть не с гору размером едва-едва до парящего линкора доковылял. — Рассказывала Анжела, плоская в кипящей воде окровавленный скальпель. — Но зато мы успели выйти из зоны, в которой созданное японскими магами торнадо летучие корабли в себя засасывало. — Ты, кстати, с ним уже говорил?

— Хотел, но не получилось. Он куда-то потерялся сразу после окончания боя, а времени искать, как видишь, пока нету. — Целитель задумался, чего-то ему в картине мира не хватало. Поразмышляв над данным вопросом, Олег пришел к выводу, что слегка заработался в край, поскольку смутное беспокойство у него вызывало отсутствие пациента на разделочном, ну в смысле хирургическом, столе. Правда, рядом с этим предметом обстановки стоял один матрос, но тот уже одевался. — Зови следующего!

— Все, это был последний, кому твоя помощь требовалась, — обрадовала Анжела, кивая в сторону человека, который отправился отдыхать своим ходом. Под конец целитель оперировал уже самых легких пациентов, которые в принципе могли бы и подождать со своими травмами, если бы не необходимость после боевых потерь сформировать трофейную команду для управления захваченным эсминцем. — Слушай, Олег…А ты в этот раз никого не подцепил?

— Что? — Переспросил чародей, начиная при помощи контролируемых телекинезом тряпок и оттирать оставшуюся после раненных кровь. Работы ему предстояло много, просторный лазарет «Тигрицы» был устряпан чуть менее чем целиком и полностью. И даже новые её порции периодически появлялись, капая с занимавших соседние койки братьев-индейцев, совместными усилиями зарезавших подуставшего вражеского жреца, но поймавших от него напоследок довольно пакостное и на редкость въедливое проклятие, периодически открывающее им какую-нибудь старую рану. Впрочем дежурящий рядом санитар и устройство для переливания крови позволяли стабилизировать их состояние и дотащить до настоящей клиники, а там уж пакостное заклятие как-нибудь снимут. — Ты о чем?

— Ну, в прошлый раз, когда ты надолго пропал, чтобы потом вернуться с кучей денег, у нас Доброслава появилась. — Анжела буравила своего супруга подозрительным взглядом, сделавшим бы честь любому инквизитору. — И сейчас вот мы опять вроде как резко разбогатели, а рядом с тобой поначалу какая-то нелюдь смазливая крутилась, с таким выменем, что любая корова обзавидуется…

— А, ты про Лили? Не волнуйся, между нами абсолютно ничего не было! — Про то, что это «ничего» как-то раз включало и одежду, чародей благоразумно решил умолчать. В конце-концов, то ведь была не супружеская измена, а неудавшееся жертвоприношение, невольные участники которого ну вот ни капельки не хотели оказаться в столь неоднозначной ситуации! — Вообще-то это она штатный целитель этого судна, а не я, и сейчас должна находиться тут. Но твой муж нагло воспользовался своими полномочиями и занял нормальный лазарет, а её отправил разворачивать дополнительный в кают-компании…

— Хватит юлить, черт тебя побери! — Внезапно раздавшийся за стенкой рев заставил ойкнувшую Анжелу рассыпать по полу хирургические зажимы. У Олега, впрочем, тоже все тряпки из телекинетической хватки попадали. Слышал он сегодня звуки погромче и пострашнее…Но голос Святослава с любым другим чародей бы не перепутал. И, что особенно обескураживало и в некоторой мере даже пугало, в речи мага-воздушника отсутствовали привычные запинки, повторы или слова паразиты. Обычно подобное за ним наблюдалось, если он находился на грани смерти или как минимум не совсем в здравом уме и твердой памяти. — Говори четко, да или нет!

— Что у вас тут происходит? — Заглянул чародей в соседнее помещение, которое было намного более чистым, поскольку самые тяжелые операции все же проводить пришлось ему и обнаружил своего друга и эльфийку в довольно компрометирующих позах. Лили с на редкость обескураженным выражением лица вжималась попкой в покрытый окровавленной скатертью длинный обеденный стол, а перед ней на одном колене стоял перемотанный бинтами Святослав, протягивающий девушке красную бархатную коробочку, внутри которой на подушке находилось два массивных гладких золотых кольца.

— Ну, дык это… — Развернув голову в сторону Олега маг-воздушник выглядел абсолютно потерянным для общества, настолько его лицо было полно восхищения девушкой, пытающейся просочиться сквозь стол, лишь бы оказаться подальше от внезапного ухажера, предлагающего ей все свои органы скопом в совместное семейное пользование. А еще Святослав снова подвергся нападкам своего ужасного косноязычия, вызванного наследственным проклятием. — Я, стал быть, того-этого…Дык, женюсь!

Эпилог

Парящий линкор, на борту которого поднял свой личный флаг архимагистр, прошел некоторую модификацию, чтобы лучше соответствовать нуждам одного из сильнейших чародеев России, а то и всего мира. В частности, на носу его было установлено маленькое языческое капище. И именно там, среди круга смотрящих внутрь деревянных идолов, состоялось вручение ужасных даров, порадовавших древнего чародея. Ну, вернее существо, которое когда-то давно принадлежало к роду людскому, но ныне стало чем-то совсем иным, и придающую ему человеческое обличье маскировку поддерживать то ли конкретно сейчас не хотело, то ли в данный момент попросту не могло.

— Прискорбно, что мои ученики ополчились друг на друга. Очень прискорбно, ведь казалось бы, эти двое уже давно были не задиристыми мальчишками, а зрелыми мужами. У каждого свои правнуки имелись, которые в силу не первый век как вошли. — Сотканный из пламени гигант двухметрового роста висел в воздухе точно в геометрическом центре капища, что сейчас подпитывало силой жреца древних богов. Во всяком случае деревянные идолы в энергетическом зрении сияли так ярко, что начинали болеть глаза и от них то и дело отделялись сгустки энергии разного размера и окраса, впитываемые архимагистром словно капли питательного бульона тем, кто чуть не умер от долгого голодания. Савва по-прежнему страдал от пятнающих его огненную плоть черных язв, однако он больше не истекал своей энергетической кровью и не имел тех увечий, которые мешали ему во время битвы. Вот только субстанция, составляющая его ноги и одну из рук, по сравнению с остальными участками тела выглядела…Жидкой? Слабой? Тусклой? Олег не мог подобрать точное описание тем ощущениям, которые вывалил на него пророческий дар, однако он знал твердо — хозяин Дальнего Востока серьезно пострадал в неравной схватке, и понадобятся месяцы, если не годы, чтобы архимагистр смог полностью восстановиться. — Но некоторые не умнеют, сколько бы лет им не исполнилось, и тут бессильны даже боги. Я бы простил предателю его махинации, ведь золото это просто золото. Но когда он погубил жизнь и душу того, кто должен был являться его товарищем, то перестал являться моим учеником и стал врагом моим. Его гибель радует меня, а его суть, и без того отягощенная нарушенными клятвами, будет страдать во тьме нави до тех пор, пока не разрушится до частичек, по сравнению с которыми даже душа червяка — величайшая из гор.

— Могу я надеяться, что о его судьбе так больше никто и не узнает? — Вежливо осведомился Олег, которому вот ни капли не нужны были кровники в виде родичей убитого магистра. — Ведь разве не забвение станет лучшей карой для того, кто имел слишком много амбиций?

— Для всех оба моих ученика погибли в битве с вампирами, вот и не будем ничего менять. В конце-концов, среди родичей предателя есть много тех, кто служит мне, и пока в их верности не было сомнений. Хотя лишний раз проверить её все же стоит. — Покивав каким-то своим мыслям, архимагистр перенес свое внимание на ужасные трофеи, которые принес ему Олег. В руки Саввы прыгнула голова Френсиса Моргана и немедленно рассыпалась пеплом, который однако же не был развеян ветром, а заботливо сконденсировался в крохотный шарик диаметром в пару сантиметров. И оказался засунут куда-то под доспехи, изукрашенные ликами древних богов, видимо чтобы быть использованным позднее, поскольку в качестве памятного трофея древний волхв уж точно предпочел бы использовать останки кого-то более значимого. — Последние дни выдались для меня очень нерадостными, неприятно напомнив о том, что я все-таки не всесилен. Но в моей власти очень и очень многое, и на награду за единственную вещь, которая сглаживает сейчас горечь поражения, не поскуплюсь. Так чего же ты хочешь?

— Всего две вещи, каждая из которых на самом деле не будет стоить вам ничего, но гарантирует регулярную выплаты мной всех положенных законами налогов с полученной прибыли, а в перспективе может еще не раз обернуться дарами, подобным сегодняшнему. — Олег уже давно определился с тем, что именно имеет смысл просить у архимагистра, оставшегося единственной серьезной силой в восточной части России. И о его жадности, соперничать с которой могли разве только гордость и верность древним богам, владелец теперь уже трех летучих кораблей тоже не забывал. Зачем рассчитывать на одну только благодарность от уже оказанной услуги, если можно добавить к ней ожидание будущих прибылей? — Защиту от действий церковников, уже как-то грозившихся мне костром, а заодно и прочих личностей, которым может не понравиться резкое увеличение силы какого-то никому не известного выскочки, но наверняка придется по вкусу его богатство. А также право спокойно жить в Сибири посреди древних чащоб, откуда меня будут иметь право выдернуть только в случае внешнего вторжения и всеобщей мобилизации или личным приказом императора. Можно оформить это как защиту поселенцев от монстров и разбойников, исцеление больных, развитие региональной промышленности, а также обучение неофитов. В конце-концов, я все равно этим заниматься собираюсь.

— Тем, кто обидит тебя, лучше бы иметь очень весомые оправдания для своего поступка, а иначе они познают мой гнев. И не поможет им ни дворянское звание, ни ряса на плечах. Я позабочусь о том, чтобы это стало общеизвестно. — Состоящая из пламени голова архимагистра чуть склонилась в жесте согласия. — Но ты уверен в своем решении касательно жизни в глубинке? Принеси мне клятву верности пред ликами истинных богов, и уже к концу года, ну максимум к середине следующего, твои навыки в магии пламени, исцеления и смерти станут соответствовать силе, внезапно свалившейся на тебя. Потом получишь майора, сейчас как раз полно вакансий. Через несколько лет, возможно, шагнешь и повыше, к генеральскому званию и пятому рангу, ты парень способный, я в тебя верю.

— Спасибо за столь лестную оценку моих талантов, но я пока еще не готов принять на себя столь большую ответственность. Просто не справлюсь, ведь магическая сила это еще не все, что делает человека. — Покачал головой Олег, разум и логика которого твердили об одном. Савва нанесенное ему оскорбление не забыл и не простил, а принесенные им клятвы перед древними богами силы не утратили и не утратят. Архимагистр будет искать лазейки в заключенном с японцами мирном соглашении. И, пользуясь данным договором и возможностью покинуть свои владения без опаски обнаружить их захваченными врагом, обязательно станет мстить англичанам, разделявшими с самураями вину за гибель его дочери. Конечно, помогая ему есть шансы взлететь еще выше…Но раз древнему волхву нужны новые помощники, на роль одного из которых он приглашает Олега, то невольно возникает вопрос: «А куда подевались старые?». И ответ на него чародею прекрасно известен, поскольку чародей седьмого ранга не может вернуть в строй исключительно тех, кто имел несчастье помереть. Или же с ними случилось нечто еще более худшее. — Тем более у меня сын растет, воспитывать надо.

— Как знаешь, — не стал упорствовать Савва, недовольно полыхнув во все стороны пламенем. Но от каких-либо других проявлений своего недовольства архимагистр все же сдержался. — В конце-концов, это твой выбор.

— Да, мой выбор, — согласился с архимагистром чародей, который был во много раз слабее находящегося перед ним существа. Но также и человечнее. И он не хотел себе богатства, сил или славы, купленных ценой жизни случайно попавших под удар мирных жителей или детей из семейств тех, кто обидел древнего волхва. Ему вполне хватит того, что получится заработать мирным трудом или отнять у личностей, без которых мир станет чище. К тому же Олегу не нравилась идея подстраиваться под нормы морали, принятые в существующем обществе. Лучше он придумает свой вариант и постарается претворить его в реальность хотя бы на каком-нибудь маленьком клочке земли, которая по большому счету никому другому не нужна. А для этого требовалась надежная база. И чтобы никто особо не отвлекал и не мешал. Ну и время, но уж его у чародея-целителя имелись в распоряжении как минимум целые века, если не больше. Главное было избегать опасных ситуаций, в которых его жизнь могут оборвать или хотя бы встревать в неприятности, будучи максимально подготовленным и имея за спиной маленькую хорошо вооруженную армию. Или не очень маленькую. — Мой собственный выбор.

Content

Владимир Мясоедов
Ведьмак 23го века. Том десятый
СОБСТВЕННЫЙ ВЫБОР

Пролог

Глава 1. О том, как герой пребывает в неловком положении, спасает человеку жизнь и бьет белок по глазам

Глава 2. О том, как герой занимается тяжелыми тренировками, быстро сматывает удочки и досадует на чужую оперативность

Глава 3. О том, как герой наказывает эльфийку, совершает огромное злодейство и кипит от ярости

Глава 4. О том, как герой вспоминает старое, немого наглеет и потрошит останки

Глава 5. О том, как герой считает потери и прибыли, желает большего, чем императоры и получает письмо

Глава 6. О том, как герой вспоминает своих врагов, сознается в убийстве и крушит палубу

Глава 7. О том, как герой понимает суть интриги, задумывается о захвате власти и резко меняет курс

Глава 8. О том, как герой принимает горячий душ, встречается с очень редкими специалистами и посещает публичный дом

Глава 9. О том, как герой получает разнос, не получает выгоду и ловит источник информации

Глава 10. О том, как герой заходит в гости с огнеметом, бьется с высокими технологиями и вызывает на подмогу ужасающих созданий

Глава 11. О том, как герой встречает почти неубиваемого врага, дремлет на солнышке и занимается пытками с комфортом

Глава 12. О том, как герой принимает единственно верное решение, первым теряет кровь и выбирается снайпером

Глава 13. О том, как герой поддается рефлексам, проявляет неуместную жадность, и оказывает преувеличенную вежливость

Глава 14. О том, как герой занимается просвещением, планирует совершения преступлений и оказывается взят в осаду

Глава 15. О том, как герой отказывается от потенциальной прибыли, приходит в уныние и ждет у моря погоды

Глава 16. О том, как герой делает важный вывод, раздумывает о ошибках в своем планировании и боится застрять

Глава 17. О том, как герой занимается восстановлением боеспособности, напряженным ожиданием и использует вариацию старого плана

Глава 18. О том, как герой отправляет посланников к пиратам, встречает врага и совершает коварное, но крайне выгодное предательство

Глава 19. О том, как герой обретает новое знание, получает дополнительные силы и теряет толику потенциальных возможностей

Глава 20. О том, как герой сталкивается с бессилием магии, вступает в жаркие споры и получает серьезный удар

Глава 21. О том, как герой делает двойной ужас, делает ошибку и ловит момент

Глава 22. О том, как герой лупит по шарам, угрожает расправой и теряет своего друга

Эпилог