Кира Стрельникова

ИЗБРАННИЦА ДЕМОНА

ГЛАВА 1

В небольшом кафе в центре города сидело прилично народу — рабочий день закончился, и многие заскочили выпить чашечку кофе или чая по пути домой. Я выбрала любимый столик у окна, заказав заранее, и теперь ждала клиента. Им оказался мужчина — редкий зверь, моими услугами пользовались больше женщины разных возрастов и положений, пожаловаться на жизнь и облегчить душу. Я подрабатывала «жилеткой», то есть, изображала случайную знакомую, которой можно рассказать о своих проблемах, не боясь, что они станут известны широкому кругу людей. Такой себе священник для неверующих, только грехи я не отпускала. Хмыкнула тихонько, улыбнулась, медленно размешивая сахар в чашке с зеленым чаем. Да и не требовалось от меня совета, по большому счету, просто выслушать, может, посочувствовать, поддержать, и все, мы разбегались, чтобы никогда больше не встретиться. Правило такое, моими услугами можно воспользоваться всего один раз, в том и заключалась специфика «жилетки». Ведь иногда человеку надо просто выговориться, избавиться от эмоций, а знакомых и близких грузить не всем хочется, ну и бывают в жизни моменты, которые как раз и не расскажешь тем, кто тебя хорошо знает.

Вот и сейчас я ждала некоего Александра, как он представился в письме. Телефонов я, естественно, не давала, чтобы не было соблазна снова связаться со мной, а почта специально заведена под этот мой род деятельности, основная совсем другая. Вообще, я на детского психолога учусь и в школе работаю, а это так, скорее, для практики общения и оттачивания кое-каких общих навыков. Ну что ж, посмотрим, на что будет жаловаться этот мужчина. Те немногие, кто приходил до него, в основном вещали о проблемах на работе, непонятках дома, кризисе среднего возраста. Находились и такие, кто пытался заигрывать, но я мягко пресекала попытки — не надо оно мне. Ну, точнее, надо, только не мимолетная интрижка с занятым мужчиной, желающим отвлечься от надоевшей жены. Пусть решают свои семейные трудности без моего участия.

— Лина, полагаю? — вырвал из задумчивости приятный, бархатистый баритон, и я вздрогнула, подняв голову.

Честно, ожидала кого угодно, от лысеющего менеджера среднего звена с намечающимся подбородком до усталого семьянина, задерганного работой и женой — обычно такие приходили. Но никак не симпатичного, довольно молодого, точно до тридцати, мужчину с обаятельной улыбкой и ямочкой на подбородке. Только в серых, выразительных глазах с длинными ресницами на зависть всем женщинам притаилась грустинка. Одет в костюм и голубую рубашку с галстуком, темные, слегка волнистые волосы прикрывают уши. Сердце невольно пропустило удар, и я смутилась собственных всколыхнувшихся эмоций, поспешно отозвавшись:

— Да, присаживайтесь. Александр, да? — уточнила на всякий случай, опустив взгляд в кружку.

— Совершенно верно, приятно познакомиться, — кивнул он и устроился на стуле напротив.

Подошла официантка, и мой случайный знакомый спросил:

— У вас есть заварные чаи, не в пакетиках?

— Конечно, вот карта, выбирайте, — с готовностью отозвалась девушка и открыла меню на нужной странице.

Александр внимательно просмотрел и указал на строчку.

— Вот этот, будьте добры, черную вишню.

Интересно. Необычный выбор для мужчины, отметила я для себя. Официантка ушла, и я, вернув самообладание, посмотрела на собеседника, подперев кулаком подбородок. Встретила прямой взгляд, уже без грустинки, только руки Александр скрестил на груди, откинувшись на спинку стула. Так, закрытая поза, не совсем доверяет, значит. Ну, ожидаемо, мужчины вообще не любят рассказывать о своих проблемах, и тем более женщине. Но иногда накипает так, что хочется выговориться. Я мягко улыбнулась.

— Я вас слушаю, Александр.

— Давайте Саша, — предложил он и с тихим смешком добавил. — А то чувствую себя на приеме у психолога, знаете ли.

Вот это интуиция у него, как с ходу угадал мою профессию и любимое занятие. Но я не подала вида. Мы не мою жизнь пришли обсуждать, и не мои трудности.

— Хорошо, Саша, — легко согласилась я — раз ему так комфортнее.

Он посмотрел в окно, хмыкнул.

— Наверное, удивлю, но у меня одна большая сложность, — Саша помолчал. — С личной жизнью не складывается как-то.

Мои брови поползли вверх: чтобы у такого мужчины, да проблемы в этой области? Не верю.

— Удивили, действительно, — улыбнулась я уголком губ. — И что же так? Вы молодой, симпатичный… — тут запнулась, на мгновение смутившись, потому что Саша резко повернул голову и снова поймал мой взгляд.

И теперь я видела в серой, как грозовое небо, глубине, загоревшийся интерес.

— Благодарю за комплимент, Лина, — он отзеркалил мою улыбку. — Но видите ли, внешность не всегда соответствует характеру, — Саша снова замолчал и отвернулся к окну, так, что я видела только профиль.

И он по-прежнему держал руки скрещенными на груди. Ну, когда принесут заказ, Александру придется сменить позу на более открытую, может, разговор станет доверительнее. Я задумчиво кивнула, отпив свой чай.

— Мы все носим маски, в той или иной степени. И далеко не у всех за ними прячутся чудовища, скорее, наоборот, — развила мысль, поглядывая на Сашу и отслеживая его реакцию.

Хм. Едва заметно вздрогнул, чуть повернул голову, покосившись на меня, и на лице мелькнуло странное выражение. Наш разговор ненадолго прервался — официантка принесла заказ Александра, чайник с чаем и кружку, и мы снова остались одни.

— Это верно, — согласился мужчина, повернувшись к столу и наконец к моей тайной радости сменив позу. — Я отношусь к тому вымирающему виду мужчин, которые не теряют надежды встретить свою половинку, — пояснил Саша, и мое глупое сердечко от этих слов сбилось с ритма.

Черт. А я ведь тоже верила в настоящую любовь, может даже с первого взгляда. Пусть наивно в наш циничный век, но… мне хотелось надеяться, что когда-нибудь я встречу ее, точнее, мужчину, с которым это станет возможным.

— Это хорошее стремление, — я откинулась на спинку стула, обеими ладонями сжав чашку с чаем и глядя чуть выше глаз Саши.

В глаза предпочитала лишний раз не смотреть, и так увлеклась за нашу короткую беседу. Иногда я видела во взглядах людей слишком много, картинки их прошлого или будущего — не знаю точно. И эти картинки порой вгоняли в дрожь… Про Сашу я ничего не хотела знать кроме того, что он сам о себе расскажет. Это всего лишь работа, напомнила на всякий случай. Потому что где-то на задворках сознания уже мелькнуло сожаление, что наша встреча так и останется единственной. Да, я знала Сашину почту, но первая ни за что не напишу, нарушив собственное правило. И вообще, женщины первые не делают шаг навстречу…

— А вы верите в настоящую любовь? — неожиданно спросил Александр, снова почти угадав мои мысли.

— Скорее да, чем нет, — нейтрально ответила я и продолжила беседу. — Знаете, поиски своей половинки — дело нелегкое, тут надо набраться терпения. Уверена, у вас еще все впереди, — подбодрила его.

— Если бы все было так просто, — пробормотал Саша не совсем понятную фразу и опять поинтересовался. — А у вас как с личной жизнью, Лина?

— Пока в поиске, но я не тороплюсь, — опять мой ответ не содержал конкретики, да ее и не нужно. — В чувствах и отношениях никогда просто не бывает, Саша, но если два небезразличных друг другу человека умеют разговаривать и уважают друг друга, не обманывают и заботятся, то все складывается хорошо, — я посмотрела в чашку, на плавающие там лепестки жасмина.

— Вы очень правильно говорите, Лина, — отозвался Александр, и отчего-то от бархатистого тембра в глубине души что-то отозвалось тихим хрустальным звоном. — Увы, многие девушки смотрят на отношения слишком… рационально, я бы сказал, — с едва заметной паузой продолжил он, пока я пыталась справиться с замешательством от его слов. — Им не столь важны чувства, как более приземленные вещи.

— Значит, надо искать такую, для которой чувства — не пустой звук, и для нее имеет значение сам мужчина, а не антураж, который его окружает, — мягко ответила, отметив его серьезное лицо, с которого пропала улыбка.

И взгляд. Внимательный и изучающий, неожиданно волнующий.

— Наверное, я просто не в тех местах ищу, — медленно произнес Саша, и волнение усилилось, а щеки вспыхнули от прилившей крови. Мой собеседник допил чай, потом достал из сумки бумажник, а из него — визитку, к моему удивлению. — Я помню ваше правило одной встречи, Лина, но я бы хотел увидеть вас еще раз, без формальностей, — негромко продолжил он, и в животе образовалась гулкая пустота, куда и ухнуло сердце, затаившись там испуганным мотыльком. — Уверен, свои контакты вы не дадите, поэтому оставляю свои. Надумаете — я всегда на связи. Спасибо большое за встречу, Лина.

Под моим ошарашенным взглядом Александр оставил деньги — в том числе и за заказ, мой и его, поднялся, коротко кивнул и направился к выходу. Я моргнула и посмотрела на темно-синюю, с серебристой завитушкой в углу, визитку. «Александр Ивлев. Заместитель директора». Дальше шло название фирмы, ничего мне не говорившее, и телефоны — мобильный, рабочий, и почта. Ничего лишнего, сдержанно, лаконично, только нужные сведения. Пальцы чесались взять ее, но с другой стороны, зачем? Я же знала, что первая не позвоню ни за что на свете, как бы ни хотелось. Мне смелости не хватит. Прикусив губу, прерывисто вздохнула, а потом рука сама метнулась, собирая деньги вместе с кусочком плотной бумаги. Ну… ладно. Пусть лежит.

Собравшись, я тоже встала и пошла к двери, погруженная в размышления. Опыта отношений у меня было не так уж много, особенно сейчас, на последнем курсе, когда я еще и работала в школе три раза в неделю. Причем, я первая уходила в те немногие разы, что случались за время учебы. Просто, как дело доходило до поцелуев и намека на продолжение, отчетливо понимала, что это не тот мужчина, с которым я хочу провести мою первую ночь. Встречаться, гулять, ходить на свидания, даже целоваться — да. Но постель… И я предпочитала уйти, не желая зря обнадеживать. Может, и трусливо, но вот такая я идеалистка, жду встречи с тем самым, с кем захочется все. Моя соседка Майя все фыркала и ехидно подшучивала, называла мечтательницей и принцессой, говоря, что принцев в наше время уже практически не осталось, да и разбирают их чуть ли не с младенчества. Ну и пусть. Я никуда не тороплюсь.

Выйдя на улицу, подставила лицо мелкой мороси, вдохнула влажный, прохладный воздух и улыбнулась. Кто-то ненавидит Питер за его хмурую погоду и дождь в середине января, а я любила этот сумрачный город. Мне нравилось гулять под зонтом по мокрым улицам, не раздражали ветер и отсутствие солнца. Нравились сумерки, белые ночи, облака, переливающиеся всеми оттенками серого. Я неторопливо пошла по улице, сунув руку в карман, на душе, несмотря на недавнюю встречу, воцарилось умиротворение, хотя нет-нет, да и всплывало перед глазами лицо Саши. А может, он мне все-таки первый напишет, хотя бы на рабочую почту?..

— Мечтательница, — пробормотала я, смутившись собственных откровенных мыслей, и ускорила шаг.

Майя наверняка уже дома, и приготовила ужин. Увы, у меня с готовкой отношения не складывались никак, хотя я упорно не оставляла попыток освоить это искусство. Но все время еда пригорала, сбегала, недоваривалась или наоборот, переваривалась. Эх, плохая из меня хозяйка выйдет.

Мужчина средних лет с тяжелым, квадратным подбородком проводил прищуренным взглядом стройную фигурку с длинной светлой косой до пояса и едва не причмокнул от удовольствия. Хороша. Очень. И пахнет просто умопомрачительно. Какая удача, что он зашел в это кафе выпить кофе после работы, прямо как чувствовал. Нежная, невинная, сладкая. Прекрасная добыча. Мужчина достал телефон, не сводя с девушки глаз, и набрал номер.

— Сейчас выйдет блондинка, проследи, куда она пойдет, — негромко приказал незнакомец. — Я сам доеду до дома.

Отключившись, он медленно, с предвкушением улыбнулся, и в глубине расширившихся зрачков мелькнул красноватый отблеск. Эту ломать не хотелось, а хотелось сделать своей, чтобы смотрела на него с восторгом и обожанием, а не ужасом и отвращением. Что ж. Пока Степан выясняет, где живет красотка, есть время обдумать стратегию. Оставив деньги за кофе, мужчина накинул на плечи длинное пальто и быстрым шагом вышел из помещения.

Саша, сев в машину, с трудом не поддался желанию остаться и проследить за Линой. Не факт, что она прямо сейчас отправится домой, а у него еще были дела, да и если она в метро спустится, потом придется возвращаться сюда за машиной.

— Нет, мы пойдем другим путем, — пробормотал Ивлев, выруливая на дорогу, с его губ не сходила предвкушающая улыбка.

Кто бы мог подумать, что шаг, свершенный от отчаяния, приведет к таким удивительным результатам. Вспомнив встречу с девушкой, Саша шумно выдохнул, его взгляд на мгновение сделался отсутствующим и мечтательным. Он правда хотел хоть с кем-то поделиться своей проблемой, ну не родителям же жаловаться, что хочется настоящих чувств, как у них, только как на них надеяться, с его-то демонской кровью… Но едва Саша увидел Лину, как раздумал признаваться в том, что он не совсем человек. Не захотел испугать, несмотря на условие одной встречи. Ивлев усмехнулся уголком губ и покачал головой, сворачивая на перекрестке. Это уж точно не проблема, и хотя Сашка был уверен, что Лина первая ни за что не позвонит, его такой расклад совсем не пугал.

А продолжить знакомство хотелось, и даже не потому, что Лина оказалась девственницей, лакомым кусочком для такого, как он. Но следовать путем других и уж тем более, повторять ошибку отца Саша не собирался. Не-ет, похищать и насиловать он точно никого не собирается, тем более, до сих пор счастливо избегал этого неприятного момента. Да, впрочем, как объяснил папа, ему пока и не нужно, и так хватало сил. Свою вторую сущность Александр выпускал крайне редко, поводов, слава богу, выдавалось мало. Как решать деликатный вопрос его не совсем человеческой сущности с Линой, Сашка пока не задумывался. Рано.

Добравшись до дома — у него имелся свой коттедж, недалеко от родительского дома, за городом, — Ивлев сразу направился в кабинет и включил компьютер, а потом позвонил давнему другу детства, с которым росли вместе.

— Вовка? Привет, — негромко поздоровался он, открыв почту. — Слушай, есть просьбочка, очень важная. Я тебе сейчас скину адрес мыла, пробей, к какому адресу привязан, ага? — выслушав ответ, Сашка ухмыльнулся. — Я в тебя верю, братан, не прибедняйся. Не зря папа доверил тебе наш айтишный отдел и его безопасность. Давай, жду завтра результаты. Ладно, договорились, в обмен на рассказ, что к чему, — согласился он с просьбой друга. — Все, давай, до завтра.

Отключившись, Ивлев на некоторое время отвлекся на дела, потом спустился вниз, в гостиную, расслабиться перед телевизором с хорошим фильмом, но мысли то и дело сворачивали на новое знакомство. Зацепила его Лина, и даже не своей невинностью — с девственницами Сашка и раньше общался, причем без всякого сексуального подтекста. А вот чем… Улыбкой? Мягким взглядом глаз цвета мха? Негромким, обволакивающим голосом? Ивлев не знал, но встретиться с ней еще раз планировал в ближайшем времени, потому как сердце начинало биться быстрее уже от одних только воспоминаний о коротком общении с Линой. Улыбка на лице Сашки стала шире, и он с некоторым трудом вернулся к сюжету фильма.

Александр верил в Вовку и его гениальность, и в то, что к завтрашнему дню друг узнает адрес Лины. И вот тогда можно начать продумывать стратегию ухаживания и завоевания так, чтобы не спугнуть и не оттолкнуть…

Я добралась до дома, поднялась на четвертый этаж — квартира находилась в старом фонде, недалеко от метро «Пушкинской», и снимала я комнату у однокурсницы Майи. Как-то так получилось, что мы сошлись еще на первом курсе, несмотря на кардинальные различия почти во всем, начиная с внешности и заканчивая привычками. Но у Майи оказался легкий характер, убойная смесь иронии с харизмой и чувством юмора, и она как раз искала соседку, когда мне нужно было жилье. При этом она никогда не проявляла назойливость, не пыталась залезть в душу и в быту у нас разногласий тоже не возникло.

Открыв дверь, я зашла, принюхиваясь: по квартире опять плыл специфический запах каких-то восточных пряностей, значит, Майя экспериментировала с очередным рецептом. Она увлекалась немного индийской культурой, но у моей соседки вообще широкий круг интересов. Из ее комнаты, заливаясь лаем, выскочил лохматый клубок, отдаленно напоминающий собаку, и начал скакать вокруг меня, радостно вывалив язык и размахивая хвостом, лапами и чуть ли не ушами.

— Привет, Шлепа, — поздоровалась я с питомцем Майи, собакевичем неизвестной породы, но очень лохматым и жизнерадостным.

— Ушлепок, домой, — раздался зычный голос Майи с кухни, и выглянула она сама, кивнув мне. — Привет, Аделька. Ты вовремя, я как раз закончила, — и соседка скрылась на кухне.

Шлепа еще пару раз подпрыгнул и скрылся в комнате, я же быстренько разделась и прошла к себе. Здесь царила бодрящая прохлада, окно я не закрывала практически никогда, только если совсем ветрено на улице. Ничего лишнего в комнате не было: раскладной диван, небольшая стенка под телевизор, шкаф, туалетный столик в углу и около окна — письменный стол с моим ноутом. Везде царил идеальный порядок, я любила, чтобы все находилось на своих местах, а вот Майя, наоборот, предпочитала творческий беспорядок. Но общие места пользования мы совместными усилиями поддерживали в чистоте. Положив сумку на тумбочку, я переоделась в домашние плюшевые штаны и кофту с капюшоном, заплела волосы в косу и поспешила на кухню, глотая слюнки. На время воспоминания о волнующей встрече отошли на задний план, и на первый вышло более насущное желание поужинать.

На просторной кухне Майя в растянутой футболке с психоделическим рисунком и рваных джинсовых шортах уже раскладывала по тарелкам свой очередной кулинарный шедевр. Кусочки мяса ядрено-желтого цвета, пахнувшие теми самыми специями, и выглядевшие, ну, скажем, интересно. В дополнение прилагался салат, в котором я уверенно опознала только рис и болгарский перец.

— Вот, рыба карри и салатик новый, рецепт вычитала на одном форуме, — заявила Майя, усаживаясь напротив и подвинув к себе тарелку.

— Надеюсь, ты сделала поправку на мои вкусовые рецепторы, привыкшие к обычному количеству специй? — я подцепила кусочек рыбы и осторожно попробовала языком.

Соседка фыркнула, закатив глаза.

— Ты повторяешься, подруга, — произнесла она немного невнятно. — Успокойся, это съедобное, все.

Распробовав карри и салат — в нем еще оказалось яблоко и белая спаржа, я согласилась, активнее налегая на ужин.

— Ну, кто тебе на сей раз изливал свои проблемы? — полюбопытствовала Майя. — Очередная замученная жизнью дама среднего возраста с обалдуем-мужем и оболтусами-спиногрызами? — ехидно усмехнулась она.

— Мужчина, — коротко ответила я, снова вспомнив обаятельную улыбку и внимательный взгляд Александра и чувствуя, как щекам становится жарко совсем не потому, что Майя переборщила специй в карри.

От острых глаз соседки не укрылся мой румянец, и темная бровь поползла вверх, а усмешка стала хищной. Заправив за ухо прядь, окрашенную на конце в ярко-фиолетовый, она прищурилась, и я поняла, что допроса не избежать. Ну… На самом деле, хотелось поделиться, конечно, иначе меня точно разорвет, как хомячка. Удивительно даже, обычно я вела себя сдержаннее и не торопилась изливать эмоции посторонним. Да даже эмоций-то таких ярких, чтобы аж сердце заходилось в суматошном стуке, до сих пор как-то не испытывала. С положительным знаком так уж точно.

— Ага-а, — протянула Майя, отправив в рот кусок рыбы и торопливо прожевав. — И? Звал на свидание? Симпатичный? Молодой? Холостой? — выдала она обойму вопросов и тут же добавила. — Нет, я не настаиваю, конечно…

— Молодой, холостой, симпатичный, но на свидание не звал, только визитку оставил, — я покачала головой. — Он же читал правила встречи.

— Ой, Аделька, ну ты зануда порой бываешь, а, — фыркнула Майя. — Где визитка? Когда звонить будешь?

— Да не буду я, — с легкой досадой отмахнулась, чувствуя, как румянец стал ярче. — Девушки первыми никогда не звонят и не пишут, это неприлично, навязываться.

— Молодые и симпатичные мужчины просто так визитками не разбрасываются, — не сдавалась Майя. — Или он тебе поведал печальную историю о том, что его любовница беременна, и он теперь, как честный человек, обязан жениться? — соседка захихикала, положив себе еще салата.

— Нет у него любовницы, он сказал, у него вообще проблемы с личной жизнью, — забывшись, разоткровенничалась я, спохватилась было, но — поздно.

Майя встрепенулась, окинула меня орлиным взором и удовлетворенно кивнула.

— Замечательно. Как раз выходные скоро, обязательно позвони ему или напиши, мыло же наверняка есть на визитке. Как хоть зовут? — уточнила она.

— Александр, — я не стала в который раз доводить до сведения подруги мои принципы.

— Красивое имя, — одобрительно наклонила голову Майя. — Ну ладно, в общем, конечно, твое дело, но я бы не стала упускать такой шанс, — соседка перевела тему в нейтральное русло. — Интересные и незанятые мужчины в наше время — редкий зверь, чтобы ими разбрасываться. Нет, правда, Аделька, ты слишком серьезная, тебе нужно развеяться и закрутить какой-нибудь легкий роман.

— Не, не могу я так, — с улыбкой покачала головой. — Я не такая влюбчивая, как ты, Майя.

— Иногда я тебе завидую, знаешь, — призналась неожиданно соседка. — Твоей мечтательности и вере в настоящую любовь.

Я хмыкнула и покосилась на подругу.

— Ну, а ты каждый раз искренне восторгаешься своими кавалерами, — напомнила ей с легкой иронией. — В этом тоже есть свое счастье, Майя, ты же радуешься этим эмоциям, пока они есть.

Соседка вздохнула и скривилась, подбирая кусочком хлеба подливку с рыбы.

— Ну блин, так получается, — пробормотала она немного виновато и пожала плечами. — Мне кажется, такой офигенный парень, интересный, и общаться классно, и сразу хочется всего, — Майя поднялась и подошла к посудомойке, сложив в нее тарелку к остальной грязной посуде. — А когда у нас случается секс, как-то все быстро скатывается к обыденным отношениям и мне становится скучно.

Я издала смешок, бросив на соседку хитрый взгляд.

— Просто парни в тебя влюбляются и хотят чего-то серьезного, а ты в них — нет, — хмыкнула, поясняя очевидное. — Майя, ты же будущий дипломированный психоаналитик, это ведь очевидно, а ты каждый раз действуешь по одному и тому же шаблону, — не удержалась, поддела ее. — Можно и не доводить сразу до постели, а ты так ошарашиваешь своим напором бедных парней, что им деваться и некуда, только сдаться на милость победительницы.

— Ну значит, сами виноваты, — невозмутимо ответила Майя, прислонившись к столу. — Можно ведь и отшить меня, я же не тащу насильно.

Тут я бы поспорила, пару раз имея возможность в общей тусовке наблюдать подругу за охотой, но не стала. У каждого свой путь и своя жизнь. Майя не просит совета, мы же просто разговариваем. А я действительно верю в настоящую и искреннюю любовь, и поддаваться мимолетным эмоциям не хочу. Потому и не тороплюсь со знакомствами и серьезными отношениями, успеется еще.

— Ладно, спасибо за ужин, все было очень вкусно, — поблагодарила я Майю и поднялась. — Пойду, дипломом займусь, а то завтра к руководителю ехать.

На этом мы разошлись, и я засела за комп, сосредоточившись на работе. С понедельника как раз разберу записи по консультациям, а завтра, глядишь, еще наберется материала. Я писала по детской психологии, выбрав эту специализацию, потому что мне нравилось работать с детьми, и я удивительно легко находила общий язык даже с самыми непослушными. Занятие любимым делом помогло отвлечься от мыслей о Саше, опять назойливо зашевелившихся в голове после разговора с Майей, и я почти до одиннадцати просидела за дипломом. Потом, решив часик почитать перед сном, уселась на широкий подоконник, превращенный в удобный диван с мягким сиденьем, подушками и пледом, и взяла читалку. Как раз, на днях закинула туда новую книгу, современный сентиментальный роман, нравятся мне такие.

Углубившись в перипетии сложных, но очень романтичных и красивых отношений парня, попавшего в аварию и получившего шрамы на лице, и медсестры, выхаживавшей его, я не заметила, как пролетело время. Очнулась только, когда глаза уже стали закрываться, и спохватившись, выключила книгу — часы показывали почти двенадцать, а завтра вставать рано. И вообще, я жаворонок, не могу долго вечером сидеть. Отложив книгу, я с хрустом потянулась, смачно зевнув, бросила рассеянный взгляд в окно и вдруг замерла, всматриваясь в резкие тени во дворе. Вообще, у нас тихо и спокойно, на арке стоят ворота с ключом, и посторонних не бывает. Показалось, у дома напротив заметила темную фигуру, и почему-то вздрогнула от странного ощущения, что она смотрит прямо на меня.

— Ерунда какая, — сердито одернула себя, тряхнула головой, а когда снова посмотрела на то место, совершенно точно там было пусто.

Так, все, пора спать, заработалась. Завтра новый день, и все будет хорошо. Быстро умывшись, я разложила диван и завалилась спать, уснув сразу и без кошмаров.

ГЛАВА 2

День начался, как обычно, не предвещая никаких сюрпризов. После завтрака я поехала в универ к руководителю, и мы почти до обеда просидели с ним, обсуждая мой диплом и материалы к нему. Разобравшись с учебой, я поспешила дальше — к четырем меня ждала школа, надо поесть перед работой. Питер сегодня неожиданно радовал солнцем, даже чуть-чуть подморозило, и на лицах прохожих чаще встречались улыбки, чем хмурые выражения. И я сама улыбалась, поддавшись мечтательному настроению, и решив прогуляться пешком от ресторанчика на Невском, где обедала, до школы — время как раз оставалось. Далеко не сразу осознала, что шершавое что-то, что поглаживали мои пальцы в кармане, та самая визитка Саши, которая непонятно, каким образом перекочевала оттуда из кошелька. Когда я успела ее переложить? И, главное, зачем? Все равно ведь не позвоню, если бы Ивлев на самом деле хотел продолжить знакомство, сам попросил бы телефон, или написал на мою рабочую почту. Хм. А может, и написал? Я же не проверяла еще сегодня…

Тихо фыркнув под нос, ускорила шаг, немножко злясь на себя за думы о вчерашнем клиенте. Ну что за напасть, мы общались-то всего ничего, а я никак не могу выбросить Александра из головы. Неприлично так много думать о едва знакомом мужчине, в конце концов, никаких обещаний или даже намеков мне не давали, и глупо фантазировать на эту тему. Решительно отодвинув мысли об Ивлеве подальше, я перешла дорогу, и тут спину кольнуло странное ощущение, я едва не оглянулась, поддавшись инстинкту. Кто-то пристально смотрел на меня, без сомнения. Я такие вещи чувствовала очень хорошо, но на улице полно народа, и конечно, все друг на друга смотрят. Все-таки осторожно повернув голову, попыталась вычислить, кто же наблюдал за мной, но естественно, ничего не вышло. Центральная улица города, прохожие спешат по своим делам, и затеряться очень легко. А может, вообще из магазина напротив, там широкие большие окна и два этажа. Отогнав гадкое, липкое ощущение беспокойства, грозившее перерасти в панику, я ускорила шаг, от хорошего настроения почти ничего не осталось.

Неужели… Неужели меня нашли тут? Даже после того, как я сменила документы? Черт, пять лет все шло хорошо, не может быть.

— Паранойя, брысь, — пробормотала под нос, борясь с желанием побежать, и в конце концов, плюнув на все, села на автобус.

По пути на работу удалось успокоиться и восстановить утраченное было душевное равновесие. Нет, вряд ли даже при своих связях нынешний муж мамы сможет найти меня в большом городе. Глупости. Так что, приходим в себя, Адель, и настраиваемся на нужный лад. В просторный холл я входила с улыбкой, поздоровалась с охранником и направилась в свой кабинет на втором этаже, а там уже ждали первые посетители. Рассматривая высокую, ярко-рыжую даму в дорогом полушубке и замшевых шпильках, с броским макияжем и откровенным раздражением на лице, внутренне поморщилась. Одна из тех, для кого ребенок — галочка в списке обязательных для успешной женщины вещей, а не кто-то родной и близкий. Такие предпочтут нанять репетиторов и нянек, чем сами тратить время на воспитание и обучение, отрывая его от посещений спа-салонов и шоппинга.

— Добрый день, — спокойно поздоровалась я, не показывая эмоций, и перевела взгляд на мальчишку, сидевшего рядом на стуле.

Точнее, развалившегося с недовольным, капризным лицом, опущенными глазами, и мотавшего ногой. Отметила, как крепко вцепились детские пальцы в край стула, как ребенок кусал губы, и поняла: родительницу пацан боится. Плохо дело.

— Меня отправили к вам, сказали, Генка совсем неуправляемый, — выдала дама, без всякого «здравствуйте». — Ведет себя по-свински, замечания получает, уже две двойки схлопотал, отказывается работать на уроке. Обалдуй, — рыкнула мамашка и схватила пацана за руку, дернув. — Сядь нормально, я сказала. Свалишься же.

Гена, не поднимая глаз, поджал губы, нахмурил брови и молча кое-как выпрямился, явно делая одолжение мадам. Про себя я вздохнула, открывая кабинет. Мда, запущенный случай.

— Скажите, надолго это все? У меня в пять дела, — посетительница, не выпуская руки Гены, потянула его за собой, почти силком стащив со стула.

— Подождите здесь, пожалуйста, — мягко произнесла я, остановившись на пороге и повернувшись к ней. — Я поговорю с Геной и потом приглашу вас. Постараюсь не задержать. Проходи, — обратилась я к пацану и подметила, что он чуть вздрогнул, но глаз не поднял.

На лице рыжеволосой отразилось явное облегчение, мальчик молча вошел за мной в кабинет, и я прошла не к своему столу, а в дальний угол, где стоял удобный диван, кресло, стеллаж с книгами и нужными мне в работе материалами. Взяла с полки модель машинки, красивую, блестящую, и устроилась на диване, посмотрев на Гену.

— Садись, — с улыбкой позвала мальчика. — Хочешь поиграть? — протянула ему модель.

Если занять руки ребенка чем-то, то разговаривать с ним гораздо легче, внимание рассеивается, и он не зацикливается на происходящем. Гена, одарив меня взглядом исподлобья, все-таки подошел, сел рядом, оставив между нами расстояние, и взял машинку. Отлично. Теперь будем осторожно узнавать, что же происходит, хотя и так догадывалась, картина, в общем, знакомая и увы, не слишком веселая. Ну, попробуем поговорить.

— Ген, а тебе нравится в школе? — зашла я издалека, наблюдая, как мальчик с сосредоточенным видом водит машинку по дивану.

Он кивнул, не поднимая головы. Вообще, коллектив у нас подобрался на удивление дружный и слаженный, все учителя — профессионалы своего дела, и директриса подходила к кадрам со всей серьезностью. Не боялась увольнять, если поступали жалобы на качество работы. Техническое оснащение тоже вполне на уровне, и компьютерные классы, и интерактивные доски, и проекторы, и прочее. А сами преподаватели не просто любили свое дело, но еще и детей, что немаловажно. И если уж Гену отправили ко мне, то значит, проблема серьезнее, и лежит вне стен школы.

— Интересно на уроках? — продолжила я расспросы.

— Интересно, — снова кивнул Гена и тут же недовольно добавил. — Только меня не спрашивают, а других. А я руку поднимаю.

— Ну, детей же много в классе, учитель не может только тебя одного спрашивать, — мягко произнесла я. — Спросят на следующем уроке, или эта учительница — но в другой раз. Главное, чтобы ты был готов. Ты ведь учишь уроки?

— Учу, — пробурчал мальчик, насупившись.

— А дома тебя хвалят? — я осторожно перевела тему, не сводя с маленького пациента взгляда и подмечая малейшие изменения.

Машинка замерла, плечи вздрогнули, и пальчики сжались.

— Папа иногда, когда он с работы приходит, — признался Гена, а у меня в груди кольнуло от жалости.

— А мама? — тихо спросила, понимая, что вот он, корень проблемы.

— Она ругает только, когда плохо веду себя, — проворчал мальчик.

— Скажи, а тебе нравится, когда тебя ругают? — очень хотелось сесть ближе, обнять, но — пока нельзя.

Гена наконец поднял голову, посмотрел на меня.

— Не нравится, — он шмыгнул носом, и пальчики вцепились в пуговицу на жилетке, начав крутить.

Но тогда его замечают, а мальчику хочется внимания. И он, видя, что за хорошее не получает его, делает все по-другому, чтобы хоть как-то, но заметили.

— Ты же хочешь, чтобы тебя учителя хвалили? — прежним мягким голосом спросила я с улыбкой.

В глазах пацана загорелась надежда, и он в очередной раз не слишком уверенно кивнул, неожиданно застенчиво улыбнувшись.

— Хочу, — ответил Гена и вздохнул. — Только они ругают…

— А ты покажи им, какой ты хороший и умный мальчик, — предложила я, хитро прищурившись. — Давай, поиграем с тобой в игру? — предложила, осененная внезапным вдохновением.

Конечно, понимаю, что маму Гене не заменю точно, но вот снять тревожность и хоть немного дать того внимания и тепла, которого ему не хватает дома, вполне в моих силах.

— В какую? — глаза Гены вспыхнули интересом, он тут же позабыл про машинку, уставившись на меня.

— Если за неделю ты не получишь ни одного замечания, а только хорошие оценки за знания, в следующий четверг я приготовлю для тебя сюрприз, — моя улыбка стала шире.

Ничего, не надорвется мамашка прийти ко мне на час, отложит свои спа-салоны и просмотры сериалов дома. Ну или кофе с подружками. Гена сделал вид что задумался, поводил еще машинкой, хотя я видела, что ему очень хочется узнать, что за сюрприз. Я как раз поговорю с учителями о нем, как он вообще по успеваемости, составлю анкету и может, подготовлю несколько простых тестов.

— Хорошо, давайте, — наконец согласился мальчонка.

— Это будет наш маленький секрет, договорились? — с таинственным видом добавила я.

— И маме не говорить? — уточнил Гена с легким сомнением.

— Ну, мама и так порадуется, если у тебя замечаний не будет, — обтекаемо ответила я.

Посторонним незачем знать методы моей работы, а мальчишке легче станет.

— Давай, беги и позови маму, — я встала, и Гена тоже поднялся, оставив машинку.

Через пару минут в кабинет вошла рыжая мадам, окинула помещение небрежным взглядом.

— Ну, что с ним? Я знаю, это характер дурной такой… — начала было дама уверенно, но я не дала ей закончить.

— В следующий четверг приходите на консультацию, — спокойно произнесла, глядя в эти равнодушные глаза и не удержалась, все-таки добавила. — Нормальный характер у вашего ребенка, вы просто хвалите его почаще и уделяйте внимание не только, когда он что-то натворит.

Мамаша поджала губы, вздохнула, не скрывая раздражения, и дернула плечом.

— Хорошо, мы подойдем, — нехотя согласилась она и вышла, не прощаясь.

До шести я сидела, готовясь к понедельнику. Занималась расшифровкой тестов одиннадцатиклассников, готовила стандартные проверки для младшей и средней школы, в общем, все, как обычно. Больше посетителей не было, и закончив дела, я вышла из школы. Уже стемнело, но горели фонари, однако все равно мой взгляд нервно метнулся по окрестностям, выискивая опасность. Конечно же, ее не было. Шли по своим делам прохожие, на соседней детской площадке играли дети, медленно проехала машина. Обычный тихий вечер, один из многих. Немного грустно улыбнувшись, я коротко вздохнула и поспешила к воротам. Мда, учусь на психолога, а сама не могу справиться со своими страхами.

Прежде, чем пойду домой, меня ждало еще одно небольшое дело: зайти в кафе неподалеку. Оттуда я обычно проверяла рабочую почту, пользуясь общественной сетью, чтобы не вычислили мой адрес. Тоже своего рода защита на всякий случай. Народу было не так много, я села подальше, достала планшет и открыла почту, обнаружив там письмо от желающего встретиться. Причем, опять мужчина, к моему опасливому удивлению. Сердце подскочило, когда мелькнула мысль, а не Саша ли это, но не думаю, что он стал бы писать с другого ящика и представляться неким Степаном. Да еще и сочинять историю, что он пишет по поручению своего начальника, желающего встретиться со мной. Я подумала, прикинула свою занятость на следующей неделе и ответила, что смогу встретиться во вторник вечером, после чего вышла из кафе. Всего-то отошла на пару шагов по направлению к дому, и тут вдруг снова пронзило ощущение взгляда. Дыхание перехватило, я резко обернулась, обшаривая противоположную улицу, сердце суматошно дернулось, и во рту стало сухо от вспышки страха.

Однако совершенно неожиданно я вдруг осознала, что опасности не чувствую от этого пристального внимания. За мной наблюдали, да, но чутье молчало, хотя нервное волнение никуда не ушло. Ну и кто это хулиганит, а? Что за игры в шпионов? Так недолго и до паранойи скатиться… Фыркнув под нос, я последний раз огляделась, ничего не заметила, конечно, и поспешила домой, слегка раздраженная. Пальцы опять коснулись шершавой визитки, и я, поджав губы, все-таки сунула ее в сумку, чтобы не вспоминать лишний раз. Выкидывать не стала, я хомяк, а визитка — вещь полезная. И нет, это совсем не потому, что… В общем, не буду думать об Ивлеве.

А дома ждала жизнерадостная Майя, как всегда, веселый Шлепа и очередной кулинарный изыск из индийской кухни. Вот и замечательно, завтра пятница, конец недели, и выходные. Надо придумать, куда пойти, развлечься…

— Это она, твоя зазноба? — вполголоса спросил симпатичный светловолосый парень лет двадцати пяти, сидевший в машине недалеко от кафе.

— Ага, — Сашка довольно и широко улыбнулся, наблюдая за входившей в кафе Линой. — Ты молодец, Вован, я в тебе не сомневался.

Друг чуть поморщился, покосившись на Ивлева.

— Между прочим, полночи угрохал, пока выяснял, ты мне должен, понял? — Вовка несильно пихнул Александра в бок. — Кстати, миленькая, — оживился он, снова посмотрев на кафе.

— Ага, мне тоже нравится, — хмыкнул Сашка, чувствуя, как кровь быстрее побежала по венам, а по телу разлилось тепло.

Он прищурился, ноздри хищно раздулись, словно могли уловить тонкий аромат Лины.

— Вижу, — со смешком отозвался Вовка. — Ты смотри, когтями руль не поцарапай, Ромео, — добавил он весело, и Сашка опомнился.

Ох. Даже не заметил, как демонская сущность дала о себе знать, это ж надо так потерять контроль. Коротко выдохнув, Александр уставился на свои руки, заставив темно-бордовые, глянцево поблескивавшие когти убраться. Изнутри плеснуло раздражением, Ивлев стиснул зубы, успокаиваясь. Надо лучше держать себя в руках, а то испугает Лину раньше времени…

— Она выходит, кстати, — вырвал его из задумчивости Вовка.

Саша встрепенулся, уставился на фигурку у двери, и радость снова взметнулась горячими языками, заставив облизнуться. Лина между тем замерла, обернулась, и Ивлеву показалось, посмотрела прямо ему в глаза…

— Ого, а девочка-то, похоже, почуяла тебя, — ехидно поддел Вовка. — Ну что, пойдешь знакомиться?

Его собеседник медленно покачал головой, продолжая смотреть на уходившую быстрым шагом Лину.

— Не-ет, тут нахрапом нельзя, братан, — вполголоса произнес Сашка и глубоко вздохнул, потом развернулся к другу. — Вовчик, сходи за ней, а? — попросил он. — Наверняка же живет где-то недалеко отсюда, я уверен.

Владимир состроил страдальческую мину и вернул Ивлеву осуждающий взгляд.

— Вот по твоей милости, я еще и за девушками теперь шпионить буду. Не стыдно, деспот? — укоризненно произнес он.

— Нет, не стыдно, — Сашка усмехнулся и хлопнул его по плечу. — И ничего не шпионить, ты просто узнаешь, где она живет, остальное уже мое дело.

— Да ну конечно, ага, твое, — проворчал Вовка, открывая дверь. — Опять потом позвонишь и будешь требовать чудес на блюдечке.

— Спасибо, друг, — с чувством произнес Александр с довольным выражением на лице. — Иди, жду тебя здесь.

Вова ушел, а Сашка, откинувшись на спинку, прикрыл глаза, позволив себе немножко помечтать. Просто узнать номер телефона Лины и позвонить казалось ему банальным и неинтересным. Да наверняка у такой замечательной девушки уж точно недостатка в ухажерах не наблюдается, а вот то, что она разборчивая, Сашке очень даже нравилось. Значит, надо продумать первую встречу так, чтобы она не смогла отказать… А для этого узнать о ней как можно больше. Губы Ивлева тронула нежная, задумчивая улыбка, а сердце опять пустилось вскачь, едва он представил, как на свежем личике отражаются изумление пополам с растерянностью, когда они снова встретятся. Наверняка же Лина не ожидает этого…

Звонок телефона вырвал Александра из мечтаний, он достал трубку и принял звонок.

— Саша, вы в семь обещали быть. Ну где? — раздался слегка недовольный голос мамы. — Уже и Настасья приехала, говорит, пожертвовала целой встречей в их байкерском клубе.

— Мам, через полчаса, клятвенно заверяю, — встрепенулся Сашка, бросив взгляд на часы. — Сейчас одно важное дело решим и все, сразу к вам.

— Полчаса, Александр, — повторила мама тем же строгим тоном. — Иначе бабуля грозится пойти по твоему следу. И так не собрать никого чаще раза в месяц, так еще и опаздываете.

— Не-не-не, мам, мы уже почти едем, не надо бабулю, — с шутливым ужасом отозвался Сашка, а сам улыбнулся еще шире при упоминании бабушки.

— Вот давай, сын, поскорее, — родительница закончила разговор, и Ивлев спрятал телефон.

Свою семью Сашка обожал, и обоих бабушек тоже, но если папина мама, чистокровная демоница Светлана, относилась к нему без лишнего трепета и восторга, хотя всегда с любовью и теплом, то вторая бабушка… Мамина мама в нем души не чаяла и до сих пор при каждой встрече пыталась то пирог с малиной тайком сунуть в сумку, то банку маринованных огурцов собственной закваски, то еще что-нибудь. Сашка, которому недавно стукнуло уже двадцать восемь, до сих пор оставался ее любимым внучком. Сегодня неожиданно так получилось, что у его родителей собрались родители Вовки, вторая бабуля и Настя, сестра-близнец. Такие внезапные дружески-семейные посиделки.

Друг появился минут через десять, перешел улицу и сел в машину, и по его довольному виду Сашка понял, что все получилось.

— Вот скажи спасибо, что я запасливый, и вечно в карманах всякую фигню таскаю, — добродушно проворчал Вовка, вытащив таблетку домофона. — Универсальный ключ. Переулок Джамбула, семнадцать, четвертый этаж, квартира сто двадцать четыре, окна выходят во двор, — отрапортовал он и, состроив дурашливую физиономию, преувеличенно восторженно уставился на Александра. — Хозяин доволен? Вова заслужил печеньку?

Ивлев фыркнул и не выдержал, расхохотался, заводя машину.

— Все, хорош, братан, ты лучший друг, — отсмеявшись, произнес он. — Узнаешь, кто там живет? Вдруг она снимает квартиру?

— Ну вот что я говорил, — Вова покачал головой и хмыкнул. — Узнаю, ладно.

— Звонила мама, они нас уже ждут, заедем только по пути в цветочный, — сообщил Сашка, выруливая на улицу.

— Отлично, — парень потер ладони с предвкушением. — Я зверски проголодался, а твоя мама замечательно делает мясо в подливке.

Направляясь домой, Ивлев уже знал, что будет делать завтра с утра, как удивит Лину. Заодно проверит, любит ли девушка сладкое. С цветами надо аккуратнее, подумать тщательнее…

Не знаю, что послужило причиной, то ли напряженный день, то ли еще что, но спала я не очень хорошо. Раза два или три просыпалась, все казалось, за окном какие-то звуки раздаются, но — четвертый этаж, и рядом только водосточная труба проходит. Глупо думать, что кто-то рискнет по ней забраться. Да и кто? Альпинист-промышленник? Так что, проснувшись второй раз от того, что мне послышался скрежет, и естественно, никого не обнаружив, я решительно направилась на кухню, накапала пустырника и вернулась в постель, повернувшись к аквариуму с подсветкой. Так и уснула, уже до самого будильника.

А вот проснувшись и раздвинув шторы, я оторопело уставилась на лежавшее на подоконнике пирожное, красиво упакованное в прозрачную коробку и перевязанное трогательной розовой ленточкой.

— М-мамочки… — тихо пискнула я, вцепившись в штору и оседая на пол, едва не утянув всю конструкцию вместе с карнизом себе на голову.

Четвертый, мать его, этаж. Вверху еще два и крыша. Водосточная труба держится на хлипких опорах. И ведь это надо прицельно попасть в открытую форточку и аккуратно поставить, не уронив. Волосы зашевелились везде, я не сводила взгляда с коробочки, будто в ней находилась ядовитая змея. Кто? Как? Значит, мне не показалось, что я ночью слышала странные звуки? Господи, но это же нужно оборудование для промышленного альпинизма… Ночью…

— Да бред же, — пробормотала, осторожно поднимаясь. — Реально бред.

Ну и как бы Ивлев узнал, где я живу? Нет-нет, проще поверить в добрую фею, решившую побаловать меня сладеньким, хотя это больше по части Майи, я предпочитала лимонные кексы с ванилью. И вообще, есть телефон, интернет, это так сложно, написать? Обязательно вот такое вот устраивать? Прерывисто вздохнув, я кое-как справилась с эмоциями и протянула руку к упаковке, осторожно взяв угощение. Скормлю соседке, она любительница шоколадно-ореховых вкусняшек, и на диетах не сидит, совершенно не опасаясь растолстеть. Вот как раз такой кусок тортика и находился внутри, даже на вид соблазнительный, у меня аж невольно рот слюной наполнился.

Может, и попробую в виде исключения. Зачем-то выглянув в окно, хотя там все равно царила темень, разгоняемая только фонарями, я пошлепала на кухню ставить чайник, и потом проделывать все утренние процедуры. Майя спала: видимо, ей сегодня или позже, или никуда не надо. Решив попробовать отвлечься от утреннего сюрприза, я за завтраком занялась просмотром диплома на ноуте, и частично это удалось. Когда вышла во двор и дальше, на улицу, чисто машинально окинула взглядом, хотя вроде не ощущала чужих взглядов, как вчера. Ни пугающих, ни волнующих. «А тортик вкусный оказался…» — мелькнула неожиданно мысль, и я, тряхнув головой, поспешила к метро — сегодня были занятия, а потом я планировала засесть в библиотеке на часик-полтора.

Пары прошли спокойно, и хотя на первой я еще подсознательно ожидала… чего-нибудь, вздрагивая от любого постороннего звука, потом уже перестала думать о плохом, уйдя с головой в учебный процесс. После семинара, стоявшего последним, я покинула корпус после половины четвертого, заскочила в кафе на территории универа, где вполне прилично кормили, и поспешила дальше в библиотеку. Утреннее происшествие почти забылось, только от Майи пришло сообщение с вопросом по поводу тортика, и я пообещала вечером рассказать. Тортик ей кстати тоже очень понравился. Отогнав назойливые мысли о личности неизвестного дарителя и его способностях в промышленном альпинизме, я занялась делом, засев за столиком с нужной литературой и ноутом. Лишние раздумья тут же отступили на второй план, и на некоторое время я с головой ушла в работу, перестав обращать внимание на происходящее вокруг. Зря, как оказалось.

— Простите, вы — Лина? — раздался рядом вежливый, не совсем уверенный голос, и я вскинула голову, выныривая из мира детской психологии.

Передо мной стоял парнишка лет девятнадцати, скорее всего, с первых курсов, переминался и держал в руках бумажный стаканчик. Мои брови поползли вверх, я удивленно кивнула.

— Да, я, — осторожно ответила, надеясь, что он не знакомиться подошел.

Вот где-где, а в библиотеке со мной еще не пытались флиртовать. Парень между тем поставил передо мной стаканчик и немного смущенно улыбнулся.

— Вот, вам просили передать. Всего хорошего, — после чего развернулся и ушел, пока я ошарашенно смотрела ему вслед и хлопала ресницами.

Что за черт? Кто просил, зачем? Я запоздало вскочила, зачем-то огляделась, потом вспомнила, что окна библиотеки выходят в глухой внутренний двор, и центрального крыльца там не видно, и вообще не факт, что парень выйдет из корпуса… Посмотрела на стаканчик, обессиленно упала обратно на стул, чувствуя, как в горле щекочет истеричный смешок. Усилием воли проглотила его, медленно протянула руку и взяла, сняла крышку. Зеленый жасминовый чай, как я люблю, еще и с ароматом фруктов. Ой-ой. Пришлось поспешно ставить обратно, потому что руки тряслись, и попеременно бросало то в жар, то в холод, и в голове не осталось ни единой мысли, там воцарилась звонкая пустота.

— Это уже не смешно, — пробормотала я едва слышно.

Тот, от кого я сбежала в Питер, мог помнить мои предпочтения, хотя вряд ли он вообще замечал, что я пью и ем. Но он не мог найти меня, нет, это точно, я постаралась замести все следы, хотя это и стоило определенных усилий. Страх сменился нервным волнением, я все-таки снова взяла стаканчик и отпила вкусный напиток. А тот, кто теоретически мог найти меня, вряд ли в курсе, что я люблю именно зеленый чай. Поддавшись паранойе, я схватила телефон и набрала подругу, Майя ответила сразу.

— Але, Аделька, слушаю, — раздался бодрый голос соседки в трубке, на заднем фоне слышались шум голосов и музыка.

— С тобой никто обо мне не разговаривал сегодня? — выпалила я, уставившись в монитор ноута невидящим взглядом.

Молчание Майи было ну очень выразительным.

— Дорогая, у тебя все в порядке? — осведомилась она через пару мгновений. — Нет, не разговаривали. Что случилось?

Я выдохнула с перерывами, собираясь с мыслями.

— Н-нет, все в порядке, так просто, — промямлила я, снова отпив чая — горло пересохло.

— Знаешь, тебе надо развеяться, — решительно заявила Майя. — У нас тут вечером квартирник собирается у моего знакомого на хате, на Сенной, мы к семи подтягиваемся все. Отказ не принимается, отмазки занятостью и головной болью тоже, — добавила она, словно прочитав мои мысли. — Тут хорошая компания будет, тебе понравится. Все, жду дома, как явишься, так пойдем, — и она отключилась, не дав мне даже возможности отказаться.

Я хмыкнула, покачав головой, откинулась на спинку. Ладно, может, Майя и права, мне действительно стоит встряхнуться и отвлечься. А у Майи знакомые самые разные, порой весьма необычные, и компании тоже специфические, так что, может, и получится. Черт, а мне еще доделывать главу в дипломе, и как сосредоточиться, если мысли все время съезжают на личность таинственного дарителя? Пирожное, теперь чай, а дальше что? И чего он добивается, в конце концов, чтобы я первая позвонила? Если это, конечно, Александр Ивлев таким оригинальным образом решил обратить на себя внимание. Нервно вздохнув, я все-таки осилила главу до конца, собрала взятые книги, свои вещи и вышла из библиотеки, настороженно косясь по сторонам.

Спешили студенты по своим делам, дневники уходили, вечерники наоборот, приходили на занятия. Вот как угадаешь, где тут кто-то следит за мной, откуда я знаю, может, Ивлев не лично этим занимается? Или уже позвонить и в лоб спросить, он это или нет? А если не он? Глупо получится. Выглядеть дурочкой, тем более в глазах симпатичного мужчины не хотелось, поэтому я выбросила малодушную мысль из головы и поспешила к остановке, с трудом заставляя себя не оглядываться в поисках возможной слежки. К счастью, троллейбус подошел почти сразу, и я нырнула в теплое нутро — сегодня погода обрадовала морозцем и снежком, сыпавшемся с неба невесомыми хлопьями. Где-то на середине Невского зазвонил телефон, и я, признаться, нервно дернулась, но тут же дала себе подзатыльник и рассердилась на собственные эмоции. Звонила Майя.

— Так, ну я дома, жду тебя, — заговорила подруга. — Когда будешь?

— Уже еду, — обрадовала я ее. — Через полчасика буду.

— Супер. Давай, — радостно отозвалась соседка.

До дома я добралась быстро и без происшествий, если не считать знакомого ощущения взгляда, настигшего на подходе к подворотне, и я, уже не стесняясь, оглянулась, вместо испуга разозлившись. Детский сад какой-то, честное слово, нелепые игры в шпионов. Фыркнув, развернулась и зашла во двор, мысленно показав неизвестному язык. Ну, раз нравится, ради бога, я не собираюсь поддаваться на провокации. Раз узнал, где живу, значит, и другие мои данные в состоянии узнать, и… И вообще, мужчина первый должен сделать первый шаг. Вот. Поднявшись в квартиру, я зашла, поздоровалась с Майей и поспешила к себе, переодеться. Не знаю, что-то словно потянуло к окну, и… Форточка, как всегда, осталась открытой, а на подоконнике снова лежал подарок. На сей раз красивая, наполовину распустившаяся роза нежного розового цвета.

— Александр свет Русланович, пошто вы девушку нервируете? — насмешливо поинтересовался Вовка, когда от машины отошел парень с бумажным стаканчиком с чаем. — Или стесняешься все-таки, а мне голову морочишь вумными размышлизмами? — ехидно поддел он друга.

— Вольдемар, как можно, — развел руками Ивлев, усмехнувшись. — По-моему, это ужасно романтично для девушки, когда у нее вдруг появляется таинственный ухажер. И не дождешься, не стесняюсь я, — добавил Сашка, заводя машину. — Жду удобного момента, — уточнил он, выруливая на набережную. — Заодно собираю сведения, изучаю, так сказать. Вон, в кафе любезно сообщили ее любимый сорт чая, который она все время заказывает.

— Доизучаешься, что барышня отправит тебя по известному адресу, — проворчал Вовка. — Представляю, что с ней было, когда она обнаружила твой подарочек утром, — он закатил глаза. — Куда мы сейчас-то, надеюсь, не торчать снова под подъездом, как шпионы? Между прочим, меня ребята сегодня в паб звали, дегустировать новый сорт пива, — Вова выразительно посмотрел на собеседника.

— Не вопрос, говори, где высадить, дальше я сам справлюсь, — невозмутимо кивнул Сашка.

Владимир смешно округлил глаза и с преувеличенным недоверием уставился на друга.

— Да ладно? В натуре? — изобразил он удивление и всплеснул руками.

— Паяц, — беззлобно проворчал Ивлев. — Если что, позвоню.

— Боженька, если ты существуешь и слышишь меня, пусть он потеряет телефон, пожа-алуйста, — жалобно протянул Вовка, молитвенно сложив руки, а потом зажал рот ладонью, его брови встали домиком. — Ой, прости, приятель. Я нечаянно, — снова дурачась, быстро проговорил парень наигранно испуганным голосом.

— Вольдемар, тебе не надоело? — утомленно покачал головой Сашка. — Ты же знаешь, местная религия не имеет на меня никакого влияния, совсем.

— Скучный ты, — вздохнул Вовка, покачав головой. — Ладно, удачной охоты, выброси вот тут, на светофоре, — он махнул рукой.

Распрощавшись с другом, Ивлев направился к дому Аделины, пока она сидела в библиотеке — ее полное имя он узнал у преподавателя девушки, после того, как она ушла. Еще предстояло снова забраться к ее окну и оставить следующий подарок, лежавший на заднем сиденье. Губы Сашки тронула нежная улыбка, а глаза приняли мечтательное выражение. На этих выходных он был твердо намерен наконец снова встретиться с Линой.

ГЛАВА 3

Удивительно, но при виде цветка меня на сей раз обуял не страх, а какое-то истеричное веселье. Скорее машинально бросив взгляд в окно и конечно, никого там не обнаружив, я взяла цветок — даже без шипов, ну надо же, — вдохнула слабый, тонкий аромат и вышла на кухню.

— Аделька… Это что? — затормозила на пороге Майя, покосившись на розу и удивленно подняв брови. — Опаньки, поклонник объявился? Это тот клиент тебя нашел, что ли? — на ее лице появилась довольная ухмылка.

— Понятия не имею, — хмыкнула я и пояснила на ее удивленный взгляд, набирая воду в маленькую вазу. — Если у него есть навыки труболазанья или снаряжение для промышленного альпинизма, то может быть, и Сашка, — дернула плечом, ставя розу в воду.

— О-о-о, уже Са-ашка? — протянула Майя, ухмыльнувшись еще шире, и глаза заблестели. — А при чем здесь труболазанье, кстати?

— При том, что и роза, и пирожное появились на моем подоконнике. А у нас, на минуточку, четвертый этаж, если ты забыла. Все, я одеваться, — не дала соседке возможности продолжить разговор и поспешила к себе.

Запретила себе думать о визитке, так и лежавшей в кошельке, переоделась в джинсы и любимый свободный свитер грубой вязки с воротником-хомутом, закрутила волосы в небрежный узел, заколов двумя длинными деревянными шпильками, и переложила вещи в городской рюкзак из сумки. В коридоре уже ждала Майя, держа под мышкой Шлепу.

— Ну, гоу, — решительно заявила подруга и мы вышли в подъезд.

Соседка сегодня решила заделаться под хиппи в индийском стиле: бесформенные штаны с психоделическим рисунком, на волосах множество заколок в виде бабочек, и куртка с вязанными рукавами и искусственным мехом ярко-зеленого цвета. Как она не мерзла, оставалось загадкой, но Майя в самом деле очень редко болела, хотя одевалась всегда легко, в любое время суток. Мы спустились в подъезд, и Шлепа засучил лапами, радостно свесив язык и потявкивая.

— Вот нет, мелочь, — буркнула Майя. — Мы идем в гости, поэтому приличным собакам нечего пачкать лапы. На обратном пути погуляешь.

Собакевич невнятной породы был очень умным и, кажется, даже понимал человеческую речь, поэтому моментально послушно обмяк и начал с интересом оглядываться.

— Пешком или поймаем что-нибудь? — деловито осведомилась Майя, когда мы вышли на набережную Фонтанки.

— Пешком, ты что, — отмахнулась я и тут же добавила. — Если тебе не холодно, конечно.

— Не-е-е, — уверенно отозвалась Майя и бодро пошагала вперед. — Какое холодно, плюс на улице.

Это да, от утреннего снежка не осталось ни следа, снова все растаяло и зимой и не пахло. Но меня это не расстраивало, собственно.

— Так что там с подарками? — вернулась все-таки соседка к прерванному разговору. — Они в самом деле на подоконнике оказались?

— Ну да, я их там нашла, — кивнула, вспоминая утро. — Понятия не имею, как они там оказались, но факт остается фактом.

— Ладно, увидитесь — спросишь, — со смешком ответила Майя. — И не делай такого лица, считай, у меня предсказательные способности проснулись.

Я только покачала головой, не желая ничего отвечать. Если и увидимся, не я буду инициатором. Сам заварил, сам пусть и расхлебывает. А я на провокации не ведусь, вот. Хотя, конечно, чего уж обманывать, в глубине души ужасно приятно, что он заметил и запомнил и то, что я пила в кафе, и то, что ухитрился каким-то образом все же узнать, где живу… Улыбка сама наползла на губы, и осознав это, моментально смутилась, аж щеки заполыхали от прилившей крови. Хорошо, темно было, и Майя не заметила, а то не обралась бы ехидных комментариев.

— Что хоть за квартирник? — уточнила я, пока мы шли.

— Друг из Индии вернулся, из Гоа, — охотно начала рассказывать соседка. — Он стопом ездил, прилетел в Мумбай и оттуда по побережью.

— Больной? — вырвалось у меня ошеломленно.

Майя хмыкнула и покачала головой.

— Да ладно, не все так страшно. Он давно так путешествует, норм все, почти всю Индию исколесил и в Тае тоже бывал. Собирает друзей, собственно, встречу отпраздновать. Буддист, веган и вообще классный парень, — Майя подняла большой палец.

Ой, чую, престранная компания меня ждет в очередной раз. Мы свернули в лабиринт улочек на другой стороне Фонтанки и вскоре соседка, нырнув в очередную арку, подошла к подъезду.

— Нам сюда, — она набрала номер на домофоне.

Мы поднялись на третий этаж, и перед нами распахнулась дверь, явив на пороге натурального неформала. В похожих на Майины штанах, растянутой майке с рисунком из кислотных пятен, дредами, собранными в пучок на голове и делавшими парня похожим на Чиполино. Образ дополнял клочок бороды на подбородке и татуировка на плече из каких-то непонятных символов. Из квартиры доносилась индийская музыка, гул голосов, и тянуло сладковатым, пряным ароматом благовоний.

— О, Майя. Заходи, — он посторонился, пропуская нас, скользнул по мне любопытным взглядом. — Арсений, можно просто Сеня, — представился парень, протянув руку.

— Аделина, — кивнула я, пожав мягкие, теплые пальцы.

Потом нас провели внутрь, в пятикомнатную квартиру с высокими потолками, в старом фонде. Я, признаться, слегка потерялась среди такого количества странных людей с разноцветными дредами, косичками на выбритых головах — даже у девушек, — шевелюрами всех цветов радуги. Радовало одно: никакого алкоголя, никакого дурмана. Коктейли исключительно фруктовые и овощные, блюда тоже всякие интересные и порой очень странные. В одной комнате, похоже, народ медитировал, судя по позам, заунывной музыке и отрешенным лицам с закрытыми глазами. В другой шла оживленная дискуссия, как я поняла, обсуждали различия и схожесть буддизма и синтоизма, и я поспешила пройти мимо, пока мой мозг не взорвался. Майя тут же где-то пропала среди этой разноцветной толпы единомышленников, и я осталась предоставлена сама себе.

Надо признать, никто ко мне особо не приставал, не пытался навязать общение, что порадовало. Но, честно говоря, я ощущала себя здесь лишней. Нет, салатики вкусные оказались, и коктейли тоже, и рассказ хозяина о своих приключениях по пути в Гоа тоже увлекательный. Однако где-то через пару часов я почувствовала, что голова начинает кружиться от благовоний, музыка навевает сон, и захотелось проветриться, тем более, час не поздний еще. Отчаявшись найти где-то тут Майю, я отловила Сеню и сказала, что пойду — он, ничуть не обидевшись, проводил и закрыл за мной дверь. Соседке я отправила сообщение, чтобы не волновалась, куда я пропала.

На улице снова моросило — в воздухе висела водяная взвесь, иногда дул ветерок, и я с удовольствием подставила ему лицо, глубоко вдыхая свежий воздух. Хорошо. Засунув руки в карманы, я неторопливо отправилась куда глаза глядят, пребывая в рассеянно-доброжелательном настрое. Мысли витали где-то в романтичной степи, нашептывая, что вот было бы здорово, если бы рядом шел кто-то родной и близкий… И почему-то перед глазами сразу возникло лицо Александра, с улыбкой и притаившейся в глубине серых глаз хитринкой. От неожиданности я споткнулась, поперхнулась вдохом и страшно смутилась собственных смелых мыслей, и даже сердито нахмурилась.

— Нашла, о ком мечтать, — пробормотала под нос по давней привычке говорить сама с собой. — Он вообще взрослый мужчина.

Черт, надо срочно подумать о чем-то другом. Например, что завтра днем ждет работа, и наверняка кто-то придет консультироваться, и еще надо по Генке поговорить обязательно. А потом в диплом дописать, замечания руководителя опять же, исправить, и к семинару в понедельник подготовиться… Интересно, а вечером меня будет ждать какой-нибудь сюрприз? Или утром? Тьфу, о чем опять думаю. Фыркнув под нос, я свернула на очередном перекрестке, потихоньку забирая к дому. На несколько мгновений знакомое ощущение чьего-то внимания прошлось по спине невидимыми лапками, однако оглядываться не стала — оно быстро пропало. Ну и ладно. Я немного ускорила шаг, выходя на набережную Фонтанки. Надо не забыть в магазин заскочить, а то сыр на завтрак закончился, и яйца тоже. Единственное, что у меня получалось без проблем, это пресловутые гренки. И то, частенько или подгорали, или наоборот, сырыми оставались…

Саша находил увлекательным незаметное наблюдение за Аделиной, пусть для этого и пришлось на сей раз выйти из машины и прогуляться, когда девушка с подругой отправились куда-то. Как оказалось, недалеко — в район Сенной площади. Ивлев и там терпеливо ждал около дома, посматривая на подъезд, чтобы не пропустить, и надеялся, что Лина не останется там ночевать. Ему почему-то казалось, что нет, и когда она спустя пару часов вышла на улицу, Сашка мысленно похлопал своей интуиции. Аделина решила прогуляться, понял он через некоторое время, и ничего не имел против, надеясь, что в очень скором времени они будут бродить по улицам вдвоем, если девушке нравились прогулки по хмурому Питеру.

Ивлев следовал за Аделиной, с задумчивой улыбкой глядя на фигурку, и погруженный в рассеянные думы, здорово окрашенные в романтичный оттенок — в них неизменно мелькала идущая впереди девушка. Александр даже позабыл о своем секрете, который так или иначе придется рассказать Лине, если он планировал с ней серьезно встречаться, однако пришлось вспомнить, когда чуткое ухо Саши уловило обрывок разговора.

— …Догоним, познакомимся?

Он очнулся, встряхнулся и уставился на идущих впереди двух субъектов, которые Ивлеву очень не понравились, и пальцы сами сжались в кулаки в карманах куртки. Типы переглянулись, и Сашка заметил нехорошие ухмылочки.

— А давай, — согласился второй, и оба ускорились — Аделина как раз сворачивала на перекрестке.

Ивлев медленно выпустил воздух сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как зашумела в ушах кровь от взметнувшейся ярости и перед глазами повисла багровая пелена. Походка мужчины стала плавной, скользящей, как у хищника, он чуть пригнулся, легко догнав парней и при этом двигаясь совершенно бесшумно. Его ладони легли на плечи любителей знакомств с одинокими девушками, и низкий, с хриплыми нотками, голос вкрадчиво произнес:

— Не стоит, р-ребята.

Оба вздрогнули и обернулись, уставившись на Сашу с легким недоумением.

— Мужик, ты о чем вообще? — с ленивой усмешкой произнес тот, который справа стоял. — Иди своей дорогой…

— Р-развернулись и зашагали в другую сторону, — оборвал его Ивлев, с трудом сдерживая трансформацию. — И забыли о девушке.

Эти наглые морды хотелось располосовать до крови, чтобы надолго запомнили, что не стоит приставать к одиноким барышням по вечерам.

— Эй, не твое дело, а, — второй, видимо, посмелее, несильно толкнул Александра в грудь.

Ивлев стремительно перехватил конечность, слегка сжал, только на концах пальцев уже выросли когти, на которые парень и уставился оторопелым взглядом. Да и во рту клыки мешались…

— Мужик, мужик, ты чего? — сразу отступил второй, даже не подумав прийти на помощь приятелю.

— Я с-сказал, вон пош-шли, — прошипел Ивлев, по изменившемуся зрению догадавшись, что зрачки тоже вытянулись в вертикальную нитку.

А еще, в нос ударил кисловатый запах страха, волнами исходивший от парочки любителей легких знакомств. Сашка ухмыльнулся зубастой ухмылкой, отпустив руку, и оба шарахнулись с выражениями одинакового ужаса на лицах. Глухо рыкнув для острастки, он убедился, что несостоявшиеся хулиганы удрали в противоположную сторону, и, глубоко вздохнув пару раз, чтобы успокоиться, вернул себе нормальный вид и поспешил за Аделиной.

Девушка, к счастью, уже направлялась домой, по пути только зашла в магазин, и Саша убедился, что она скрылась в подъезде, после чего тихо улыбнулся и направился к своей машине. Теперь только дождаться, когда она ляжет спать, и оставить очередной сюрприз к утреннему пробуждению. А завтра подъехать в школу, где она работала — Ивлев уже успел узнать об Аделине достаточно. Правда, странно, что до ее приезда в Питер и поступления в универ сведения обрывались, будто девушка появилась в городе ниоткуда. Впрочем, все это можно спросить и у нее самой, когда они нормально встретятся и познакомятся. Уже завтра. Прикрыв глаза, Сашка шумно вздохнул, мечтательно улыбнулся и сел в машину, терпеливо ждать нужного часа, поглядывая на пока светившееся окно комнаты Аделины.

Поймав себя на том, что по возвращении направилась к окну, резко изменила вектор движения, сердито одернув себя. Черт, это я так быстро привыкла к неожиданным подаркам, доставленным неизвестно, каким образом? Раздраженно вздохнув, переоделась в домашнее, налила любимого жасминового чая и, мысленно фыркнув, устроилась на любимом месте, с читалкой. Да, да, на подоконнике, и плевать на все. И хотя книга была интересной, сюжет увлекал, мой взгляд нет-нет, да соскальзывал в окно, во двор, освещенный всего парой фонарей. Где-то в глубине души теплилась приятная мысль, что, возможно, за мной наблюдает один сумасшедший мужчина, дожидаясь удобного момента…

А засыпая через некоторое время, поймала себя на том, что улыбаюсь, несмотря ни на что, и мысль вертится вокруг утра: какой сюрприз найду на подоконнике? Форточку закрывать я не стала, хотя еще утром хотела поступить иначе, вопреки привычке. Спала, несмотря ни на что, крепко и без кошмаров, и никакие посторонние звуки не мешали.

Как обычно, проснулась за несколько минут до звонка будильника и — да, поспешила к окну. Пожалуй, самый странный мужчина из всех, с кем меня сталкивала жизнь. И ухаживает оригинально, прямо скажем. Серьезный повод изменить своим правилам встречаться с клиентами только один раз. Отдернув штору, я уставилась на маленькую открытку, усыпанную блестками, на ней весело улыбался миленький песик, держа в зубах цветок. Улыбка сама появилась на губах, а когда развернула, прочитала: «С добрым утром». Без подписи. Ну да, а то среди моих знакомых много тех, кто способен на такие безумства, как ухитриться забраться на четвертый этаж каким-то образом и подбрасывать в открытую форточку подарки девушке.

— Ага, доброе, — пробормотала я, покосившись на улицу, где уже занималось серое утро.

Причем, морозное и снежное — довольно крупные хлопья медленно падали с неба, укрывая все белым покрывалом, и настроение тут же подскочило, улыбка стала шире. Ура, зима пришла. Можно после работы прогуляться в каком-нибудь парке, на коньках покататься… Пребывая в приятных размышлениях, я совершила все привычные утренние процедуры, сделала себе завтрак — чай и бутерброды, и к двенадцати отправилась на работу. Майя еще спала, она вообще сова, в отличие от меня, я даже не слышала, когда она вчера вернулась из гостей. А может, вообще осталась ночевать у Сени.

На улице я с удовольствием вдохнула морозный воздух, подняв лицо и поймав ртом несколько снежинок, и неторопливо пошла к школе. В голове крутились рабочие мысли вперемешку с думами о Саше, его подарках, и щекам то и дело становилось тепло. Такими темпами я напридумываю себе невесть, что, и как дурочка, влюблюсь в нарисованный образ, а так нельзя. В самом деле, я же ничего не знаю об Александре, кроме того, что он, возможно, работает в офисе, судя по костюму, в котором пришел на встречу. И того, что он хочет найти девушку для серьезных отношений и считает себя идеалистом…

— Ох, Линка, — едва слышно вздохнула я и покачала головой.

До школы дошла без происшествий, чужих взглядов не ощущала и поймала себя на смутном сожалении. Тут же снова одернула — делать больше Ивлеву нечего, как круглосуточно следить за мной. И так, если это был он, конечно, два дня уже практически не отходит. Я поспешила зайти в школу, подняться в свой кабинет и приступить к работе. Через полчаса началась перемена, и ко мне зашла учительница, классная руководительница одного из старших классов — за результатами тестирования, и мы договорились с ней, что в понедельник я утром зайду на классный час обсудить их. Мне было как раз удобно, потом поеду с руководителем общаться, а после снова в школу, уже к своему основному времени. Кстати, сегодня бы не забыть почту проверить «жилеточную», наверняка там ответ пришел от клиента, и тогда на вторник тоже планы есть.

Учительница ушла на уроки, я занялась другими тестами и материалами, с головой уйдя в работу и не замечая времени, и когда дверь неожиданно распахнулась без стука, едва не подскочила вместе с сердцем, рванувшим из горла.

— Доктор, у меня проблемы, и я хочу поговорить об этом, — с широкой улыбкой сообщил… Александр Ивлев собственной персоной, переступив порог и глядя мне в глаза. — Мне срочно требуется еще одна консультация.

М-мамочки. Признаться, я растерялась. Кого меньше всего ожидала увидеть, так это его, здесь, в этом кабинете. Сидела и хлопала ресницами, пытаясь успокоить сбившееся дыхание, чувствовала, как медленно наливаются жаром румянца щеки и судорожно подбирала слова. Саша аккуратно прикрыл за собой дверь, все так же не сводя с меня взгляда, и подошел к столу, опустившись на стул для посетителей.

— К-как тебя пропустили? — брякнула я первое, что пришло в голову.

Родителей охрана знала, ну почти всех, по фамилии легко проверить уж точно, а списки учеников на вахте имелись. Посторонних пропускали только после тщательного выяснения, зачем и к кому они идут.

— Я покорил охранника своим обаянием, — Александр небрежно махнул рукой и вдруг наклонился вперед, положив на стол коробочку. — Это тебе.

Отметила краем сознания, как легко у нас получилось сразу перейти на «ты», потом перевела взгляд на коробочку, смутившись и снова растерявшись. Нет, против пирожных и цветов с открытками я ничего не имею, но для чего-то большего мы слишком мало знакомы.

— Что это? — осторожно спросила я, не торопясь брать подарок.

Улыбка Ивлева стала озорной, и я невольно отметила, что сейчас он выглядит живее и даже как-то моложе, что ли, чем тогда, в кафе. В обычных джинсах и свитере, волосы хоть и причесаны, но с налетом легкого беспорядка, а в глазах притаилась хитринка. И, черт, ничего не могу с собой поделать, от этой бездны обаяния хочется улыбнуться в ответ и махнуть рукой на сдержанность и осторожность.

— А ты посмотри, — предложил Саша, усмехнувшись и откинувшись на спинку стула.

Еще несколько мгновений во мне боролись настороженность и любопытство, и конечно, победило последнее. Я взяла коробочку и открыла, уставившись на брошь внутри. Красивая, изящная, она изображала причудливый цветок, украшенный эмалью и кусочками перламутра, и совсем не выглядела дешевой бижутерией. Тут же захотелось примерить, но… Черт, это же неприлично, брать такой подарок от почти незнакомого мужчины. Пусть и весьма симпатичного, приятного и обаятельного.

— Примерь, — подбодрил Саша, словно услышал мои сомнения, а может, они были написаны на моем лице огромными буквами.

Эмоции я, признаться, не всегда могла сдержать. Повертела украшение и все-таки произнесла:

— Она очень красивая, спасибо, но я не могу взять…

— Лина, — мягко перебил Ивлев и укоризненно покачал головой. — Я просто хотел сделать тебе приятное и ни в коем случае не обидеть или как-то задеть.

Вот теперь я смутилась. Подумала на человека невесть, что, а он в самом деле не имел в виду ничего плохого. Взяла брошь, приколола на свитер, избегая смотреть на гостя, но очень остро ощущая его взгляд на себе. Чтобы нарушить воцарившуюся слегка напряженную тишину, спросила, не поднимая головы:

— Как ты узнал, где я… работаю?

Хотела сначала сказать «живу», но постеснялась. Ведь это лишь моя уверенность, что подарки на подоконнике — от Саши. Вдруг нет?..

— У меня очень хорошие специалисты техотдела, — снова обаятельно улыбнулся Ивлев. — Ты сегодня долго здесь? — резко сменил он тему.

— До двух часов, а что? — снова отметила, как легко общались, будто это не вторая наша встреча, а мы уже давно знакомы.

— Тогда предлагаю после пойти гулять, погода замечательная. Ты любишь снег? — тут же уточнил Саша.

— Люблю, — кивнула, слегка ошеломленная его напором.

— Вот и замечательно, тогда пообедаем и потом гулять. Предпочитаешь город или в парк? — спросил Саша, так, будто я уже согласилась.

Впрочем, кого обманываю. Конечно, отказываться не собиралась, и врать себе тоже — мне хотелось пойти с Сашей гулять. И вообще, в глубине души я очень радовалась, что он нашел меня, и плевать, как это сделал. В конце концов, в наш век электронных технологий и хакеров, наверное, человеку со связями это достаточно легко. Черт, ужасно приятно, что Саша выбрал такой оригинальный путь знакомства, теперь мне еще сильнее захотелось лучше узнать этого необычного мужчину. В том числе, почему же ему не везло с девушками до сих пор.

— Можно город, — немного застенчиво улыбнулась я в ответ. — Только мне надо домой зайти, переодеться, — добавила зачем-то и смутилась еще больше.

— Не вопрос, зайдем, — согласился Ивлев и пересел на диван к моему удивлению. — Я тут посижу, подожду, — уверенно добавил он и махнул рукой. — Не обращай на меня внимания, я не помешаю, не волнуйся, — и подмигнул, откинувшись на спинку.

— Как, не помешаешь? — вырвалось у меня. — А если ко мне придут?

— Не помешаю, — повторил Ивлев, не двигаясь с места. — Ну пожалуйста, Лина, — просительно добавил он, проникновенно посмотрев в глаза. — Мне интересно, как работают психологи, можно, я понаблюдаю?

Вот как у него так получается, а? Мы едва знакомы, я ничего о нем не знаю, а уже готова согласиться на все. Ох. Страшный мужчина, надо оставаться настороже, иначе оглянуться не успею, как влюблюсь по уши. Кое-как взяв себя в руки и отогнав волнение, я строго посмотрела на гостя.

— Если придут на консультацию, ты выйдешь, — как можно тверже произнесла, понимая, что в его присутствии точно не смогу нормально работать.

— Хорошо, — сразу согласился Саша с ну очень довольным видом.

Еще раз покосившись на него, я вернулась к делам. Ну, как вернулась. Конечно, присутствие Ивлева, хоть и молчаливое, смущало и волновало. Я чувствовала, как он на меня смотрит, и от этого дыхание сбивалось, а по телу то и дело прокатывались волны тепла, обволакивая низ живота и заставляя пульс учащаться. Удивительно, как вообще смогла что-то сделать, однако отчего-то выгонять Сашу не хотелось. Оставшееся время до конца моего рабочего дня пролетело совершенно незаметно, и никто нас не беспокоил, хотя обычно один-два родителя приводили своих чад по субботам.

Ровно в два часа я выключила компьютер, все-таки составив на понедельник план работы, взяла сумку и покосилась на Сашу.

— Ну, я все, — озвучила очевидное и встала.

Ивлев тут же поднялся, опередив меня, и снял с вешалки мой пуховик. Ой. За мной так никогда не ухаживали… А еще удивительнее оказалось, что мужчина не воспользовался моментом и не попытался приобнять. Просто помог надеть и все. Господи, мне не снится этот мужчина, а?

— Странно, что у тебя проблемы с личной жизнью, — вырвалось, пока я выходила из кабинета. — Наверняка же отбоя от девушек нет.

— Количество не значит качество, — парировал Саша, дожидаясь, пока я закрою дверь. — И вообще, я капризный и привереда, так просто в абы какие руки не даюсь, — с легкой иронией произнес Ивлев, и я поняла, что снова неудержимо улыбаюсь.

Хмыкнув, я пошла к выходу, сдала ключ — охранник попрощался со мной, не обратив никакого внимания на Сашу, и это показалось немного странным, но мы уже оказались на улице, и я мысленно махнула рукой. Мой новый знакомый галантно предложил локоть, за который я с радостью уцепилась, потому что подморозило хорошо, и посыпать песком дорожки еще не успели. Мы неторопливо направились к моему дому, и я снова поймала себя на уютном ощущении рядом с Сашей, будто мы знакомы прорву лет.

— А почему именно дети, Лина? — спросил мой спутник.

— Просто я люблю детей, мне нравится общаться с ними, — я пожала плечами. — Как-то само получилось, я легко нахожу с ними общий язык и хорошо понимаю. Меня даже часто спрашивают, есть ли свои, — с тихим смешком вспомнила курьезные случаи с родителями. — Знаешь, оказывается, дети тоже бывают одинокие, — уже серьезно произнесла, увлекшись темой. — И вроде разговариваешь с родителями, адекватные, вежливые, воспитанные, но слишком уж зациклены на том, чтобы через ребенка реализовать свои мечты, — я вздохнула и спохватилась, покосившись на Сашку с некоторым смущением. — Прости, заговорилась. Просто в самом деле люблю свою работу.

— Ничего, мне интересно, — бодро откликнулся Ивлев, и почему-то я была уверена, что не врал. — Хороших детских психологов сейчас мало, а ты и в самом деле увлеченный человек.

— А ты чем занимаешься в жизни? — я перевела тему, желая немножко узнать про Александра.

— Помогаю отцу в бизнесе, у него несколько крупных фирм, занимаемся автомобилями, — ответил Саша.

— А кроме работы есть увлечения? — продолжила я расспросы.

По хобби всегда можно понять, насколько разносторонний человек, и Саша сумел меня удивить.

— Есть, конечно, — кивнул он, аккуратно поддержав — я все-таки поскользнулась, не заметив под нападавшим снежком замерзшую лужу. — Пострелять люблю, из пневматики, из лука, арбалета. Очень успокаивает и помогает сбросить напряжение, когда пару раз в яблочко попадешь стрелой или пулей, — Александр покосился на меня. — В пейнтбол по выходным с другом люблю пошпилить, у нас хорошая команда собирается. Природа нравится, летом с удовольствием ухожу с палаткой в лес, к озеру, порыбачить.

— Ой, класс, — искренне обрадовалась я. — Природа — это здорово, я тоже люблю за городом бывать, жаль, редко получается, — невольно вздохнула. — Машины нет, самой добираться далеко, только в Пушкин или Павловск в парки и езжу. Правда, пару раз моя подруга приглашала на странные праздники, она вообще натура увлекающаяся всяким необычным, — хмыкнула я.

— Ну отлично, обязательно вместе сходим, — невозмутимо произнес Александр. — Как теплее станет.

— Еще неизвестно, продлится ли так долго наше знакомство, — легкомысленно отозвалась я, однако ответ Саши вызвал волну горячих мурашек вдоль позвоночника.

— Продлится, я уверен, — негромко, уверенно сказал он, покосившись на меня с совершенно серьезным лицом.

Некоторое время мы шли молча, но нарушить тишину уже не хотелось. Впереди показался мой дом, и я наконец озвучила вопрос, не дававший покоя последние дни:

— Саш, а промышленным альпинизмом ты случайно не увлекаешься? — открыв решетку, спросила у него.

— Ты к чему интересуешься? — усмехнулся Ивлев, хитро прищурившись и придержав передо мной калитку.

Покосилась, пристально всмотрелась в безмятежное лицо и выпалила:

— Подарки на подоконнике ведь твоих рук дело, да?

Ивлев изобразил задумчивое лицо, и я почти поверила, что у меня завелся второй сумасшедший поклонник, любящий экстремальные ухаживания.

— Я не знал точно, какие пирожные тебе нравятся, — признался Александр, и я чуть нервно не рассмеялась.

— Лимонные кексы, — брякнула, слегка растерявшись, а потом остановилась и во все глаза уставилась на Ивлева. — Так это ты, все-таки, да? С ума сошел, это же четвертый этаж, — сердито проговорила, оглянувшись и оценив высоту. — Ты же сорваться мог.

— Как же приятно, когда такая симпатичная девушка беспокоится за меня, — довольно отозвался Александр. — Не волнуйся, ничего бы со мной не случилось. А удивить тебя хотелось. Значит, лимонные кексы, ага, — кивнул он, повторив чуть тише.

— Лучше уж лично вручай, — проворчала я, подходя к подъезду. — Пожалуйста, Саш, — оглянулась, выделив первое слово.

Он вздохнул и шагнул за мной в открытую дверь.

— Ладно, уговорила, — проговорил он со странной неохотой.

— Вот и отлично, — с облегчением выдохнула и начала подниматься по лестнице.

ГЛАВА 4

Только у самой квартиры запоздало сообразила, что Майя наверняка дома и гостей не ждет, но успокоила себя тем, что я быстро, и мы не задержимся. Хорошо, что в общих помещениях у нас все-таки царит подобие порядка. Вставила ключ в дверь и на всякий случай предупредила Сашу:

— Я не одна, снимаю комнату, ты не пугайся соседки, она слегка странная, но хорошая, — оглянулась на него и улыбнулась немного смущенно. — И еще, с нами живет собака Шлепа, он кобель, и полное имя Ушлепок. Это Майя придумала, — добавила я и зашла в прихожую, прислушавшись.

Из комнаты соседки доносился приглушенный звук телевизора, тут же, конечно, высунул нос Шлепа, заинтересованно принюхиваясь к гостю.

— Подождешь на кухне, ладно? — я махнула в сторону помещения. — Я быстренько, — после чего юркнула в свою комнату.

Кажется, впервые за очень долгое время я нервно разглядывала гардероб, судорожно решая, что же надеть. Ни один прежний парень не вызывал таких эмоций и таких желаний — понравиться. А Саша — да… Ой, нет, не буду думать про любовь с первого взгляда, а то опять разволнуюсь и нафантазирую себе всякого. Не стоит спешить, пусть все развивается своим чередом. Решительно выдохнув, я вытащила джинсы, длинный свитер и начала переодеваться, невольно прислушиваясь. Буквально спустя несколько минут в мою дверь раздался быстрый стук и, не дожидаясь ответа, просунулась голова Майи с широко распахнутыми глазами.

— Аделька, — страшным шепотом позвала она, и я чуть не запуталась в джинсах, которые как раз сейчас надевала. — Это он, да? Тип у нас на кухне?

— Саша, ага, — кивнула я.

— Одобряю, — Майя подняла большой палец. — Мужик колоритный, не теряйся, подруга. Потом все расскажешь, если захочешь, — и соседка исчезла.

Я же оделась, пригладила выбившиеся из косы прядки и вышла, заглянув в кухню, где гость чинно сидел за столом.

— Может, чаю? — предложила я, вспомнив об обязанностях хозяйки.

— Не будем смущать твою соседку, — улыбнулся Ивлев и поднялся. — Но за предложение спасибо, у вас тут очень уютно и мило. Попьем чай где-нибудь в кафе, — он подошел ко мне.

Вскоре мы уже шли по улице, и я так же держала Сашу под локоть совершенно естественным образом, словно мы давно знакомы.

— Есть предпочтения, где пообедать? — осведомился он. — Может, по кухне?

— Не, я всеядная, но люблю больше нашу, русскую, она разнообразнее и сытнее как-то, — честно озвучила свои пристрастия.

— Отлично, будем искать подходящее заведение, — кивнул Саша.

Через некоторое время мы расположились в уютном ресторанчике на Загородном, сделали заказ, и наступил момент для разговоров.

— Ну, давай наконец познакомимся по-настоящему, — предложил Ивлев, глядя на меня, и соединив перед собой кончики пальцев.

— Аделина Булгакова, студентка пятого курса психологии, — я протянула руку, поддержав идею и стараясь сохранить лицо серьезным.

— Ух ты, — крякнул Саша, аккуратно сжав мои пальцы. — Занятная у тебя фамилия, однако.

— Не родственница, точно, — сразу заверила я, уже привыкшая к дежурным шуткам и вопросам.

— Весьма приятно познакомиться, Аделина, — с довольным видом произнес Саша. — Так ты не из Питера, получается? — продолжил он расспросы.

— Нет, учиться приехала, я из Новгорода, — ответила уверенно и спокойно, хотя где-то в глубине души и мелькнуло беспокойство, стоит ли откровенничать с почти незнакомым человеком.

А с другой стороны, даже если Александр вдруг с какого-то перепугу решит поискать сведения об Аделине Булгаковой, вряд ли он найдет такую в Новгороде.

— Хм, в Новгороде же тоже вроде есть, где учиться, а психологи точно везде требуются, — заинтересованно произнес Ивлев, поглядывая на меня и вдруг усмехнулся. — Или свобода, родители далеко, и все такое?

— И это тоже, — мой голос остался бодрым, хотя в груди кольнуло застарелой болью воспоминаний. — Ну и в Питере всяко уровень образования выше, а я хочу быть хорошим специалистом. А ты местный? — вернула я мячик разговора Саше.

О себе не очень хотелось говорить, особенно о прошлом и жизни в Новгороде, откуда я в самом деле практически сбежала.

— Да, местный, родился в Питере и живу тут, как и родители, — Ивлев наклонил голову.

Наш диалог прервался — официант принес еду, а после я снова спросила:

— Как тебя вообще угораздило выйти на мои услуги? Неужели в самом деле все так плохо, что понадобилась помощь психолога?

Саша ответил не сразу, на его губах появилась задумчивая улыбка, а в глазах поселилось отсутствующее выражение, и в глубине затаилась грустинка.

— Видишь ли, Лина, у меня очень дружная и большая семья, — начал рассказывать мой собеседник, не забывая и про еду. — Мама с папой, у них чудные отношения, и они очень любят друг друга. Сестра-близняшка, Настюха, обожаю ее, несмотря на взбалмошный характер, — усмешка Саши стала шире, — Ромка, младший брат, сейчас за границей на стажировке, весной должен вернуться. Две любящие бабушки, — Ивлев помолчал, а я боролась с острым чувством зависти.

Я тоже хотела большую семью и любящих родственников, всегда. Но — не сложилось…

— И глядя на них, хочется такого же счастья и любви, понимаешь? — продолжил Александр. — Не взаимовыгодных отношений, где каждый получил, что хотел, а дальше живут своей отдельной жизнью, а настоящих, искренних чувств, когда меня принимают таким, какой я есть. Со всеми достоинствами и недостатками, — он опустил взгляд, и на несколько мгновений показалось, за его словами скрывается что-то еще.

— О, а у тебя есть недостатки? — весело спросила я, выгнув бровь — захотелось чуть разбавить серьезность беседы.

— Они у всех есть, Лина, уверен, люди же неидеальны, — хмыкнул Саша. — Но дело в том, что любящий человек эти недостатки не замечает…

Вздохнув, кивнула, соглашаясь.

— Ага, я вот, например, готовить не умею. Не получается научиться, — призналась, слегка краснея. — Постоянно или сгорает, или переваривается, или недоваривается, или со специями промахнусь, — покосилась на Сашку, запоздало сообразив, что, наверное, не стоило об этом заговаривать.

— Не самый страшный недостаток для женщины, — невозмутимо откликнулся Ивлев. — В конце концов, всегда можно заказать на дом, не так это сложно.

— Ну да, но считается, что женщина чуть ли не с рождения обязана уметь готовить разносолы, — с тихим смешком отозвалась я, радуясь, что разговор приобрел легкость и свернул со сложных тем. — Так как ты нашел меня?

— Да не знаю, бродил-бродил по форумам и сайтам, и набрел, — легко ответил он, махнув рукой. — Решил, что незнакомому человеку в самом деле легче выговориться, чем грузить родных моими проблемами, — мой собеседник хмыкнул.

Долго засиживаться в ресторане мы не стали, и закончив — Саша даже не дал посмотреть в счет, сразу положил карту и расплатился, — отправились гулять дальше. Снег продолжал тихо падать, и пока еще не успел превратиться в слякоть и грязь, разве что на дорогах. А на тротуарах и во дворах, на тихих улочках было по-зимнему красиво и к моей радости пустынно. Мы шли, куда несли ноги, иногда молчали, наслаждаясь зимним городом и компанией друг друга, иногда разговаривали о всяких пустяках. Саша рассказывал о смешных случаях в своих походах, играх в пейнтбол, я больше поддерживала беседу, чем делилась воспоминаниями. И все сильнее внутри росло странное, приятное ощущение — мне хотелось продолжить знакомство, с Сашей было легко, приятно и никакой неловкости не возникало.

— Лин, а почему именно такой странный способ подработки? — спросил он вдруг, когда мы медленно брели вдоль набережной канала Грибоедова. — Выслушивать чужие горести? И почему только одна встреча?

— Так просто, Саш, — я пожала плечами. — Люди гораздо откровеннее с теми, с кем никогда больше не встретятся, и кто не входит в их ближний круг. Эффект попутчика, — добавила с улыбкой. — И иногда в жизни случаются моменты, о которых не расскажешь даже ближайшей подруге, а выплеснуть эмоции, выговориться хочется, даже не совет получить. Вот ты, не пошел же к другу, или родителям? — привела я его собственный пример. — Поэтому и одна встреча только.

— Занятно, — протянул Саша. — С такой стороны я не смотрел, да.

— А что же до чужих горестей, я лучше научусь на ошибках других, чем потом сама их совершу, — усмехнулась я довольно. — Слушаю, потом анализирую для себя, отмечаю какие-то моменты. В общем, совершенствую профессиональные навыки. Так что, очень полезное занятие, между прочим.

— Какая ты хитрая и продуманная девушка, оказывается, — тихо рассмеялся Сашка, а потом вдруг остановился, повернулся ко мне и спросил. — Слушай, а ты на коньках катаешься?

— Вообще да, а что? — покосилась на него с любопытством.

— Поехали? — Ивлев выгнул бровь. — Как раз, не очень поздно, часика два покатаемся, и доставлю тебя домой в целости и сохранности.

Я несколько мгновений ошарашенно смотрела на него, а потом не выдержала и рассмеялась.

— Знаешь, я вот только утром думала, что можно сходить, пока погода балует, — объяснила причину своего веселья.

— Это знак, — глубокомысленно заявил Александр, подняв палец, потом аккуратно подхватил под локоть и уверенно направился по улице. — Отлично все складывается.

И он оказался прав. Мы несколько часов провели на катке, вдоволь накатавшись, и я даже ни разу не упала — Саша закрывал своей широкой спиной от ненормальных, носившихся по льду с бешеной скоростью. При этом, я обнаружила, что мне ужасно приятно, когда он деликатно приобнимал твердой рукой, сразу отпуская, как опасность миновала. Господи, я не понимала, что со мной творится, но от этих маленьких знаков внимания, от ненавязчивой галантности и легкого флирта без всякого откровенного подтекста в груди все замирало и плавилось от странной нежности и волнения. А еще, от взглядов Саши. Иногда задумчивых, иногда внимательных, словно изучающих, иногда — теплых, почти обжигающих, пристальных, и мне становилось совсем жарко. Дыхание сбивалось, тело наполняла странная истома, и казалось, вспыхну от одного только прикосновения, как спичка. И почему-то все чаще в голову лезли мысли о поцелуе, а мои глаза останавливались на губах Саши, неизменно сложенных в широкую улыбку. Что-то происходило между нами, что очень не хотелось спугнуть, и я порой ловила себя на том, что невольно задерживаю дыхание, поддавшись подсознательным порывам.

С катка я выползала уставшая, разморенная, но довольная и счастливая. Устроилась в машине Саши на переднем сиденье, и тут же начало клонить в сон, как салон стал наполняться теплом.

— Устала? — неожиданно ласково спросил Саша, повернувшись ко мне и бережным жестом убрав прилипшую прядь со лба.

— Ага-а-а, — мой ответ перешел в сладкий зевок, и я, смутившись, прикрыла рот ладонью. — Прости, — пробормотала, опустив взгляд.

Услышала мягкий смешок, потом Ивлев завел мотор и выехал со стоянки.

— Отдыхай, — донесся до меня его голос, и я погрузилась в приятную дрему до самого дома.

Разбудило легкое прикосновение к щеке, я тут же встрепенулась и открыла глаза, сонно моргнув.

— Приехали, — весело сообщил Саша.

Он вышел, открыл дверь, и я выползла на улицу, потягиваясь и желая только добраться до душа, а потом устроиться в кровати с книгой. День выдался насыщенным во всех смыслах, и в эмоциональном, и в физическом. Завтра все мышцы наверняка будут болеть, давно я столько не гуляла, но эта мысль вызвала только улыбку. Мы молча дошли до моего подъезда, остановились, и я повернулась к Саше, собираясь попрощаться. Снова мои глаза остановились на его губах, и нахлынуло острое смущение, от которого лицо полыхнуло жаром. Не удержала прерывистого вздоха, нащупав в кармане ключ, а Саша с улыбкой взял за руку, не сводя взгляда и усиливая замешательство.

— На завтра есть планы? — уточнил он непринужденно, поглаживая мои пальцы — перчатки я уже сняла, и каждое прикосновение отзывалось покалыванием в подушечках, и отнять ладонь сил и решимости не находилось.

— Н-нет, — я помотала головой. — Отдыхать, наверное. А что? — покосилась на него, не торопясь открывать подъезд.

Поцелует или нет? И разрешить ли ему это сделать или не торопиться?.. Ивлев же загадочно усмехнулся и ответил.

— Сюрприз будет. Ты же любишь сюрпризы, да? Все, беги домой, а то замерзнешь, — решительно заявил мой спутник, и мои пальцы выскользнули из его руки.

А в следующий миг перед глазами мелькнула картинка, и я застыла, ошарашенная и сбитая с толку. По моему обнаженному плечу медленно двигается мужская ладонь, только почему-то на ней вместо ногтей острые, темно-багровые когти, нежно царапающие мою кожу… Я поперхнулась вдохом, покосилась на Сашу, не понимая, какое отношение это странное видение имеет ко мне. Ивлев поймал мой взгляд, вопросительно поднял брови.

— Лина? Все в порядке? — негромко спросил он.

— Д-да, до свидания и спасибо за чудный день, — немного поспешно протараторила я и юркнула в подъезд.

Поднимаясь к себе, пребывала в рассеянности, кусая губы и погрузившись в воспоминания. День был чудесным, но видение… Черт, ну почему я не могу управлять этой способностью, и она возникает стихийно. Что это, будущее? Наше общее, или я случайно сунулась в жизнь Саши? Может, его прошлое? А может, это вообще мой эротичный пикантный сон? К чему эти когти, откуда они? Или мое расшалившееся воображение?.. Тряхнув головой, я с усилием отодвинула картинку и сосредоточилась на более приятных вещах. Например, наша прогулка и каток. Тут же на губах появилась мечтательная улыбка, и я позабыла о странном видении.

Дома, едва я зашла в коридор, тут же высунулась Майя, блестя глазами от любопытства, но не торопясь приставать с разговорами по душам.

— Как погуляли? — нейтрально поинтересовалась она, прислонившись к стенке.

А мне самой хотелось поделиться эмоциями, хотя обычно я не очень расположена к задушевным разговорам. Сейчас же просто распирало, несмотря на приятную усталость, растекавшуюся по мышцам, и общее состояние легкой сонливости.

— Отлично, — я улыбнулась еще шире и прошла на кухню, решив перекусить и только потом заняться водными процедурами. — На каток ходили.

— Ох, здорово, — Майя подняла брови и покачала головой, зайдя за мной. — Ну, и как он вообще? — она махнула рукой, пока я делала чай и бутерброды.

— Классный, — призналась я честно. — Воспитанный, галантный, внимательный, вел себя прилично и рук не распускал.

— Мечта, а не мужчина, — Майя закатила глаза, но я не обиделась на легкую насмешку в ее голосе.

— Может быть, — улыбнулась, задумчиво кивнув, и села на стул в любимую позу, поставив одну ногу на край и положив подбородок на колено.

— Телефончик хоть взяла на этот раз? — уточнила деловито подруга.

— Он записал, — я не удержалась и хихикнула. — Майя, успокойся, пока я не собираюсь прятаться от Саши, он мне тоже понравился, — смущение отразилось теплом на щеках, но мудрая и деликатная соседка не стала шутить по этому поводу.

— Ну, рада за тебя, — кивнула она, достав из холодильника собачьи консервы — к нам присоединился Шлепа, радостно тявкая и подпрыгивая.

После кухни я сделала себе ванну и с удовольствием забралась, прихватив читалку, но первые несколько минут просто лежала, расслабившись и прикрыв глаза. Вспоминала наши разговоры с Сашей. И те мысли, которые так и остались в моей голове. Да, я хотела семью, хотела мужчину, который бы любил меня так, как папа — маму. Заботился и уважал, проявлял внимание, защищал. Я обожала его, как и он меня, только вот болезнь разрушила все наши планы, и папа умер. Кого-то такие моменты в жизни сплачивают, кого-то наоборот, отдаляют. Я слишком напоминала маме любимого мужчину, и правда очень похожая на папу, и наши отношения стали прохладными. Хорошо еще, я уже училась в старших классах и не требовала столько внимания, как маленький ребенок. Мама долго не могла прийти в себя, ходила потерянная, а потом… Когда мне исполнилось восемнадцать, и я заканчивала одиннадцатый класс, у мамы появился мужчина.

Поморщившись, потянулась за читалкой, не желая портить послевкусие от встречи с Сашей горькими воспоминаниями. Я не собираюсь возвращаться в родной город и тем более общаться с теми, от кого уехала. И я углубилась в чтение, окончательно задвинув прошлое поглубже в темный чулан души. Маневр удался, и выползала я из ванной полностью умиротворенная, расслабленная и засыпающая на ходу. Кажется, до кровати добиралась вообще на ощупь, и заснула в процессе укладывания под одеяло.

Таким счастливым Сашка давно себя не чувствовал, если не сказать больше. Душу переполняла щемящая нежность пополам с азартом, и хотя очень хотелось поцеловать Лину перед подъездом, он сдержался и страшно гордился этим. Успеется, а прогулка и вечер вышли шикарными. Завтра же день обещает быть еще лучше. Достав телефон, Саша набрал номер и поздоровался с широкой улыбкой.

— Вольдемар, категорически приветствую. Есть планы на завтра?

— Морально разлагаться дома, а что? — немного сонно ответил друг.

— Не, они изменились, — жизнерадостно сообщил Ивлев, сворачивая на перекрестке. — Мы едем ко мне за город, есть шашлыки и радоваться жизни.

В трубке воцарилось озадаченное молчание.

— А блэкджек с непотребными девками прилагается? — наконец иронично отозвался Вовка. — Друг мой, ты меня пугаешь, вроде раньше за тобой не водилось таких наклонностей.

— По непотребным девкам это ты у нас спец, — со смешком отозвался Александр. — Нет, от тебя всего лишь требуется приехать ко мне где-то к двенадцати. Компанию обеспечу, приличную, — строго добавил он.

— Опа, опа, — оживился Вова. — Дай, угадаю. Мне представится роскошная возможность наконец поздороваться с твоей избранницей вживую, да?

— И это тоже, — невозмутимо откликнулся Саша. — Короче, ты понял, к полудню жду у себя, Вольдемар. Кстати, прихвати того эля вкусного, помнишь, ты привозил? Ирландский, настоящий.

— Понял, — отозвался он. — Буду, хорошо.

— Отлично, тогда до завтра, — попрощался Сашка.

Ну вот, теперь осталось только замариновать мясо к завтрашнему дню и найти в кладовке ватрушку — кажется, где-то там она завалялась. Снега достаточно, чтобы на карьере хорошие горки образовались. Ивлев не сомневался, Лине прогулка за городом понравится не меньше, чем по улицам Питера. А чтобы девушка не подумала ничего лишнего, возьмет ее подругу, для компании Вовке. Рановато пока для посиделок наедине в его доме.

Утром, проснувшись, как всегда, раньше Майи, я сидела на кухне, прихлебывая чай, когда неожиданно телефон отозвался трелью сообщения. Сердце трепыхнулось, я несильно вздрогнула, поспешно поставив чашку на стол, и достала телефон — сообщение пришло от Сашки. Губы тут же расползлись в счастливую улыбку. «Уже не спишь?» Я прерывисто вздохнула и ответила. «Нет, можешь звонить».

Позвонил. Только не по телефону, а в дверь, к моему безграничному удивлению. Ой, а я в домашних штанах и кенгурухе с капюшоном. Нет, они, конечно, приличные, не заношенные и чистые, пару дней назад стирала, но… Черт, Сашка в подъезде стоит, а я о внешнем виде думаю. Вскочила, бросилась в коридор, пытаясь успокоить сбившееся от нервного волнения дыхание, и пока открывала дверь, из комнаты высунулась лохматая разноцветная голова Майи.

— Это кто с утра пораньше? — сонно спросила она.

— Одиннадцатый час уже, соня, — хмыкнула я, покосившись на соседку, и открыла дверь, уставившись на Сашу. — П-привет, — запнувшись, пробормотала, чувствуя, как становится жарко щекам.

Ивлев держал три розовых розы и медленно разглядывал меня, отчего волнение зашкаливало, а пульс так вообще заставил бы ужаснуться любого студента-медика.

— Мило выглядишь, привет, — поздоровался он и протянул цветы. — Можно войти?

— А… М-можно, — я отступила на шаг, а Майя, сделав большие глаза, тут же исчезла. — Спасибо, — я забрала букет и покосилась на гостя.

Дожидаться моих вопросов Саша не стал и сразу заговорил.

— Хочу пригласить тебя за город, там много снега и можно покататься с горки, — выдал он, и я совсем растерялась.

Вообще, идея прекрасная, но… За город? С ним вдвоем? Заманчиво, но чуть-чуть страшно, если честно, и я беспомощно посмотрела на Ивлева. Обижать отказом не хотелось, и поехать тоже хотелось. Пауза затягивалась, я все колебалась, соглашаться или нет, но тут из своей комнаты вышла Майя, уже одетая и даже причесанная, и улыбка Саши вдруг стала хитрой.

— Майя, не хотите поехать с нами? — спросил он, и на лице подруги отразилось такое же удивление, как и у меня. — Мы с Линой за город собираемся, погода чудесная.

Майя помолчала, справилась с эмоциями и с сомнением окинула его взглядом.

— Неожиданно, — протянула она. — Я вам там точно мешать не буду?

— Ну, если бы да, я бы не стал приглашать, — уверенно заявил Саша. — Если, конечно, у вас нет других планов.

— Нет пока, — Майя пожала плечами, покосилась на меня и, видимо, догадалась о моих противоречивых эмоциях, потому как кивнула. — А давайте, Александр. И еще просьбочка: можно на «ты», так проще всем будет. И я собаку возьму, — категорично добавила соседка.

— Бери, без проблем, — легко согласился Саша.

— Подождешь на кухне, ладно? — наконец я кое-как взяла себя в руки. — Будешь что-нибудь?

— Одевайтесь, — Ивлев усмехнулся. — Я завтракал дома.

Через некоторое время мы спустились к машине, где к моему удивлению еще кто-то сидел, и едва наша компания появилась, вышел на улицу. Моложе Саши, однозначно, в смешной, лохматой ушанке с загнутыми ушами, с живыми глазами и широкой радостной улыбкой, он скользнул по мне любопытным взглядом и тут же уставился на Майю в оранжевом пуховике.

— Вова, это Аделина и Майя, девушки, это — мой друг Вова, — представил нас Саша. — Поехали?

— Очень приятно, — Вова изобразил шутовской поклон и открыл дверь для моей подруги. — Какое у вас, однако имя необычное, и пуховик такой, заметный, — заговорил он. — Вы любите мультики, Майя?

Я едва не прыснула, вспомнив небезызвестную пчелку, а вот реакция подруги немного удивила.

— Нет, не люблю, и попрошу не коверкать мое имя, пожалуйста, — крайне чопорно ответила Майя, и я покосилась на нее через плечо. — Ни Майкой, ни Майечкой, ни футболкой не надо называть. И пчелкой тоже.

— Хорошо, как скажете, благородная госпожа Майя Батьковна, простите великодушно, не знаю вашего отчества, — выдал Вова, и я зажала рот ладонью, тихо хрюкнув и сдерживая смех.

Рядом хмыкнул Саша, завел машину и проворчал:

— Вольдемар, не позорь меня.

Соседка промолчала, опять же, чем удивила, хотя обычно за словом в карман не лезла.

— А что за дивный зверь породы невиданной в ваших нежных ручках? — продолжил между тем Вова прежним тоном, и вот тут я не выдержала, расхохоталась все-таки.

— Его зовут Ушлепок, — рявкнула Майя. — Беспородный он. Дворняга.

В общем, дорога проходила весело в пикировке этих двоих, у меня аж щеки заболели от смеха — Вовка оказался настоящим весельчаком. В конце концов, Майя надулась и замолчала, не реагируя на соседа, а вскоре мы приехали в коттеджный поселок, где жил Саша. Оставив машину во дворе и прихватив ватрушки, наша компания отправилась в лес к карьеру, где и катались местные. Свежий воздух, легкий морозец, снег, удивительная тишина вокруг — я наслаждалась прогулкой. Конечно, Вовка тут же начал дурачиться, сбрасывая на Майю снег с елей, моя обычно сдержанная подружка начала с возмущенными воплями гоняться за ним, я хохотала, наблюдая за парочкой, и сама не заметила, как моя рука оказалась в ладони Саши.

Когда мы пришли к горкам, там было достаточно людно, в основном, конечно, дети с родителями, но и молодежь тоже развлекалась. Я вспомнила детство, скатываясь по длинной горке на ватрушке, вцепившись в Сашу и даже тихонечко взвизгнув от избытка эмоций. Снежная пыль в лицо, скорость, аж дух захватывает, и в конце мы все-таки свалились, на мгновение оказавшись очень близко друг к другу. Я замерла, затаив дыхание, а Сашка, подмигнув, чмокнул в кончик носа, встал и протянул руку, помогая подняться.

— Еще? — с широкой улыбкой поинтересовался он.

…Мы провели на карьере несколько часов, накатавшись, надурачившись и отлично проведя время. Потом, вернувшись в дом, грелись у камина, ели шашлыки, пили вкусный эль, привезенный Вовой. Даже Майя подобрела и уже просто ворчала на Сашкиного друга, разомлевшая и явно довольная поездкой. Время потихоньку близилось к вечеру, пора было возвращаться в город — нам с Майей так точно. Я покосилась на подругу, потом на Сашу, только заговорил первым Вова. Он поднялся с кресла и склонился перед соседкой.

— Прошу уважить, юная леди, и проследовать в мой кабриолет, — в своей манере, дурачась, степенно проговорил он. — Доставлю вас в вашу башню в целости и сохранности.

Майя закатила глаза, покачала головой, но поднялась, не споря, а перед выходом вдруг обернулась ко мне и подмигнула.

— Дома встретимся, — невозмутимо произнесла она и вышла за Вовой на улицу.

— Ну что, поехали тоже? — обратился ко мне Саша, я даже разволноваться толком не успела.

— Поехали, — постаралась скрыть облегчение.

Все-таки, к быстрому развитию наших только начавшихся отношений я была не совсем готова, хотя выходные прошли отлично, признаться. Когда оделись и вышли на улицу, Вова уже уехал, и мы вскоре тоже выбрались на шоссе. Меня снова разморило после такого активного отдыха, я придремала и до самого дома пребывала в стране грез, и разбудило опять прикосновение к щеке. Вздрогнув, проснулась — Саша остановился у знакомой арки.

— У тебя завтра как с расписанием? — спросил он, не торопясь выходить.

— Утром в школу надо зайти, потом в универ, после обеда снова школа до шести, — ответила ему.

— Как смотришь на то, чтобы вечером в кино сходить? — предложил он, и я радостно кивнула.

— Положительно смотрю, — отозвалась с готовностью.

— Договорились, тогда заберу тебя после работы, — Ивлев вышел из машины и открыл мне дверь.

Мы дошли до моего подъезда в уютном молчании, однако с каждым шагом сердце стучало все быстрее, а по телу то и дело прокатывались волны жара. Охватило странное, волнующее предчувствие, и я не смела оторвать взгляда от земли, чуть припорошенной снегом. Вот и подъезд… В груди стало гулко и пусто, дыхание перехватило, я остановилась и развернулась к Саше.

— Спасибо за чудесный день, и вообще выходные, — улыбнулась ему, наткнулась на пристальный взгляд серых глаз и… пропала.

ГЛАВА 5

Неожиданно нас окутала звенящая, хрустальная тишина. Звуки отдалились, исчезли, и остались только мы вдвоем, и глаза Саши напротив. В груди образовалась гулкая пустота, в голове не осталось ни одной мысли. В какой-то момент мне вообще показалось, что я не ощущаю собственного тела, оно растворилось, оставив мне лишь эмоции и шум крови в ушах. Александр медленно наклонился, обхватил ладонями мое лицо, погладив большими пальцами щеки, и я, незаметно сглотнув, прикрыла глаза. Почему-то продолжать смотреть в темные омуты напротив не могла, ужасно смущаясь, и только качнулась навстречу, чувствуя, как внутри все затрепетало от ожидания. Нет, конечно, я целовалась раньше, и с парнями встречалась, но… Ни один не вызывал у меня столько эмоций, как Саша.

Теплые, мягкие губы осторожно коснулись моих, и я задохнулась от взрыва ощущений, вздрогнула, когда язык нежно погладил, несильно надавливая. Мне казалось, я сейчас расплавлюсь, как свеча, и растекусь по земле лужицей горячего воска, и рот сам приоткрылся, позволяя Саше немного больше. Поскольку ноги подгибались, я вцепилась в плечи мужчины, прильнув к нему всем телом, едва осознавая, что делаю, и сильная рука тут же обвилась вокруг моей талии, поддерживая и не давая упасть. Поцелуй оставался тягучим, неторопливым, он длился и длился, пока губы не закололо сотней иголочек, до того они стали чувствительными. Дыхание давно сбилось, сердце металось в груди, натыкаясь на ребра, и казалось, я парю в невесомости, где только одна твердая опора — Сашины крепкие объятия. Даже время остановилось, словно заключив нас в невидимый кокон, и восторг охватил каждую клеточку, не хотелось, чтобы этот чудесный момент заканчивался…

Саша отстранился первым, тяжело дыша, прислонившись к моему лбу и крепко зажмурившись.

— Лина… — хрипло выдохнул он, и я вздрогнула, возвращаясь в настоящее и не смея пошевелиться, ловя последние мгновения нашего удивительного единения.

— Что? — едва слышно отозвалась, невольно облизнув губы.

Моих ушей коснулся тихий смешок, такой же хриплый, как и голос, и Саша медленно отстранил меня. В какой-то момент показалось, его глаза странно отливают багровым, и улыбка напряженная, но я моргнула, и при следующем взгляде ничего подобного не увидела.

— Ты чудесная девочка, — выговорил мой спутник, и его ладонь коснулась моей щеки. — Я безумно рад, что мы познакомились.

Моя ответная улыбка вышла немного застенчивой, я все еще пребывала в эйфории от недавнего поцелуя, с превеликой неохотой возвращаясь в реальность.

— Я тоже, — искренне ответила ему, не имея сил сделать шаг к двери.

— Тогда спокойной ночи и до завтра, — Саша снова наклонился, и я уже обрадовалась и разволновалась, ожидая, что поцелуй повторится… — Беги домой, — ласково чмокнув в кончик носа, он отпустил и подтолкнул к подъезду.

До квартиры я поднималась на автопилоте, перебирая и смакуя воспоминания, и пальцы сами тянулись дотронуться до губ. То и дело хотелось тихо рассмеяться, и от переизбытка эмоций я чувствовала себя воздушным шариком, невольно крепче цепляясь за перила лестницы. В замок ключом попала раза с третьего, и хорошо еще, ключ не сломала. Майя, выглянув из кухни — она, оказывается, раньше приехала, — окинула меня выразительным взглядом, громко вздохнула и кивнула с важным видом.

— Понятно, пять секунд — полет нормальный, — ехидно отозвалась она. — Вижу, прогулка хорошо закончилась.

— Ага… — протянула я, скинув обувь и толкнув дверь своей комнаты.

Честно говоря, остаток вечера прошел мимо, я уже с нетерпением хотела, чтобы завтра наконец настало, и мы снова увиделись. Как же хорошо, что я жаворонок и к одиннадцати вечера меня уже конкретно рубило. Забравшись с читалкой в кровать, я буквально через четверть часа уже перестала понимать, что читаю, и благополучно уснула.

Степан, прищурившись, наблюдал за парочкой у подъезда, неподвижно стоя в густой тени арки. Когда девушка скрылась в доме, а ее ухажер поспешил к воротам, Степан быстро, без суеты, вернулся в машину и набрал номер.

— Добрый вечер, Аркадий Дмитриевич, — негромко заговорил он — парень, довольно улыбаясь, садился во внедорожник. — У девчонки хахаль появился, да. Провожал ее сейчас, они целовались. Может, ускоримся?

В трубке несколько мгновений царило молчание.

— Нет, ждем до вторника, — наконец ответил невидимый собеседник. — Нельзя, чтобы подозрения возникли и ее начали сразу искать. А если она пропадет неожиданно, то начнут. Ты приглядывай дальше, если вдруг завтра она или к нему ночевать поедет, или он у нее останется, немедленно звони мне, ясно? И да, есть хоть какие-то сведения о нем?

— Номер машины, — кивнул Степан, зажав телефон между плечом и ухом и быстро записывая в блокнот.

— Пробей, кто таков, — распорядился Аркадий Дмитриевич и отключился.

После разговора Степан тоже завел двигатель и отъехал от дома Аделины. По его мнению, так забрать девчонку хотя бы завтра после работы, и дело с концом. Все равно раньше, чем через сутки, искать не начнут, а этого времени шефу хватит с лихвой. Неприятно усмехнувшись, Степан направился домой, выполнять распоряжение начальства.

Утром, собираясь в школу, я порхала. Сюрпризов на подоконнике не было, зато пришло сообщение с пожеланием доброго утра и смайликами-сердечками. Я даже тосты не спалила в тостере, хотя в чай чуть соли не сыпанула, сильно замечтавшись. Сонная Майя выползла из своей комнаты, когда я уже выходила из дома, и только хмыкнула вслед — я едва не забыла сумку с тумбочки взять. Однако сумела взять себя в руки и встряхнуться, когда пришла на работу. Классный час прошел, как надо, и после я отправилась в универ на учебу, и как же приятно было, когда в перерывах между парами меня нашел курьер и передал любимый жасминовый чай и лимонный кекс.

Ну а после занятий снова поехала в школу. Саша написал еще пару раз, мы договорились, что он встретит после работы и поедем в кино. Только я напомнила, что мне в кафе нужно зайти, проверить «рабочую» почту. Вроде как, завтра встреча предстояла с очередным клиентом. Саша ждал во дворе школы, решив на этот раз никого не смущать, и при виде знакомой фигуры в коротком пальто нараспашку, я расплылась в радостной улыбке, а сердце подскочило к горлу.

— Привет, — мужчина улыбнулся в ответ, приобнял и целомудренно коснулся губами щеки. — Очень соскучился, — шепнул Саша, на несколько мгновений прижав крепче.

Прерывисто вздохнув, посмотрела на него сквозь ресницы, ощущая, как от волнения кровь быстрее побежала по венам, а внизу живота разлилось странное томление.

— Я тоже, — призналась, пряча порозовевшее лицо на его груди.

Взяв за руку, Саша пошел к машине, и едва мы устроились на сиденьях, повернулся ко мне, придержал пальцами подбородок и наклонился, даря полноценный поцелуй. Чуть-чуть жарче, чуть настойчивей, чем вчера, и тело моментально вспыхнуло, налившись горячей тяжестью. Я закинула руки на шею Саше, притягивая ближе, впустила нетерпеливый язык, сама отвечая с не меньшим воодушевлением. Пила его дыхание и отдавала свое, умирала от восторга, вновь и вновь ощущая его губы на своих. Даже не заметила, как ладонь Саши скользнула на шею, под воротник пуховика, пальцы проникли под шарф и добрались до основания шеи, начав легонько поглаживать выступавшие позвонки. Вдоль позвоночника потекли обжигающие змейки мурашек, я едва слышно всхлипнула, выгнувшись, и перед крепко зажмуренными глазами заплясали разноцветные круги.

Стало нестерпимо жарко, в груди — тесно, мне словно чего-то не хватало, одного поцелуя было мало. А вот чего же еще хотелось, я понять не могла, окончательно запутавшись в собственных эмоциях и ощущениях. И снова Саша отстранился первый, прервав упоительный поцелуй, и я едва успела поймать разочарованный стон, замерший на припухших губах. Ох…

— Поехали в кафе? — невозмутимо произнес он, и только хриплый голос выдавал его эмоции.

— А… ага… — не сразу взяв себя в руки, кивнула я, пытаясь отдышаться.

Сашка завел машину, выехал со двора.

— Ну, как день прошел? Пациенты были? — поинтересовался он.

— Нет, сегодня все спокойно, — я постаралась ответить тоже спокойно, хотя внутри еще все дрожало.

Так, в неспешной беседе мы доехали до кафе, Саша хотел пойти со мной, но я заверила, что буквально на пару минут, просто проверить почту, и даже брать ничего не буду. Включив ноут, открыла ящик и слегка опешила, прочитав ответ на мое предложение встретиться во вторник. «Уважаемая Лина, мой начальник согласен, только есть несколько моментов. Он — весьма известная личность в некоторых кругах, и не хочет ненужного внимания в общественных местах. Я встречу вас у метро и довезу до ресторана, где будет ждать Аркадий Дмитриевич. Это тоже в центре, не волнуйтесь».

— Фига себе, шпионские игры, — пробормотала я, пробегая глазами послание еще раз.

Прикусила губу, бессознательным жестом накрутила прядь на палец, нахмурившись. Спросила, как называется ресторан, куда меня собираются отвезти, и к моему удивлению, ответ пришел почти сразу. Я посмотрела на карте — в самом деле, в центре, приличное заведение, отличавшееся от остальных тем, что кроме общего зала со столиками имелись отдельные кабинеты для приватных встреч. Хм. Странно все это… Но если этот Аркадий Дмитриевич на самом деле важный человек в своих кругах, может действительно не хочет лишнего внимания. Ладно, оставлю адрес ресторана Майе и Сашке расскажу, на всякий случай. Отправив согласие, я вернулась в машину.

— Все нормально? — осведомился мой спутник, покосившись на меня.

— Да, завтра встреча, — я кивнула и рассказала об условиях. — Наверное, какой-нибудь важный бизнесмен, — хмыкнула насмешливо. — К психологу стремно идти, а выговориться хочется. Попадались мне такие.

Только Саша моего веселья не разделил. Нахмурился, побарабанил пальцами по рулю.

— По-моему, так очень подозрительные условия, — выговорил наконец он. — Ехать куда-то с незнакомым типом, молодой, симпатичной девушке…

Ой, как приятно стало. Даже раздражение не особо сильно вспыхнуло, так, кольнуло где-то в глубине души и все. Я укоризненно посмотрела на Сашу.

— Ты же видел мое объявление, там нигде не сказано, что я молодая и симпатичная, и фоток моих нет, — невольно улыбнулась. — И если бы меня хотели в самом деле похитить, не сказали бы название ресторана, — добавила еще аргумент, но Сашку не так-то легко оказалось сбить с толку.

— Ты и сама туда можешь подъехать, и я могу отвезти, — не сдавался мой спутник.

А ведь приятно, когда о тебе так заботятся, мелькнула следующая мысль. И тепло так становится, обо мне только папа беспокоился, когда жив был…

— Ну вот такой маленький каприз большого бизнесмена, — фыркнула я, пожав плечами и тут же продолжила, смягчая свою реакцию. — Хочешь, посиди там, покарауль под видом посетителя, — хихикнула я, коснувшись его сжатых на руле пальцев.

— Знаешь, так и сделаю, — буркнул Саша, потом прикрыл глаза и сделал пару глубоких вдохов. — Наденешь мою брошь? Пожалуйста, — он посмотрел на меня и улыбнулся уголком губ.

— Я и сегодня надела, она красивая, — и в доказательство расстегнула пуховик, показав украшение.

Саша расслабился окончательно, настороженность ушла из его глаз.

— Ладно, договорились, — он вырулил на улицу.

И мы поехали ужинать и в кино. Причем, мой спутник не воспользовался ситуацией и не приставал под прикрытием темноты, и мы действительно смотрели фильм, а потом обсуждали в ресторане, за ужином. Немножко погуляли, и Саша снова проводил меня до дома. Конечно, сразу не выпустил из машины, а снова поцеловал, и как жарко… Уже не было осторожности, не было сдержанности, эмоции хлынули через край у нас обоих, похоже. Я вцепилась в плечи Саши, жадно вновь и вновь приникая к горячим губам, игриво посасывая и дразня языком. И он отвечал, господи, как же страстно он отвечал… В какой момент с меня слетела шапка, я так и не поняла, и как оказался расстегнутым пуховик — тоже.

Просто вдруг поцелуй переместился на шею, оставил влажный след, заставив судорожно вздохнуть и выгнуться, крепко зажмурившись и стиснув пряди волос Саши. Сердце грозило выскочить через уши, кожа вспыхнула сотней искр, и я уже не понимала, что со мной происходит, не контролировала ни себя, ни свои желания. Внизу живота разгорелся настоящий пожар, там все болезненно ныло и скручивало мышцы сладкими спазмами, и неизвестно, до чего бы дошло, если бы Саша не опомнился первым. Отстранился, тяжело, рвано дыша, уставился на меня шальным взглядом и хрипло выдохнул:

— Прости… Увлекся…

В его зрачках мелькнули красные отсветы фар проезжавшей мимо машины, и я не удержалась от нервного смешка, чувствуя себя немножко пьяной от шквала эмоций.

— Н-ничего… Я н-не против…

Голос слушался с трудом, то и дело срывался. Саша глубоко вздохнул, прикрыв глаза, потом аккуратно поправил беспорядок в моей одежде и протянул шапку.

— Тебе пора, — мягко улыбнулся он. — Поздно уже.

— Ага… — выдохнула я, сжимая шапку и не совсем понимая, что с ней делать.

Сашка хмыкнул, выбрался из машины и открыл мне дверь, помогая выйти на улицу, потом отобрал и аккуратно надел на голову шапку. Наклонился, чмокнул в нос и взял за руку, потянув к подъезду. Все еще пребывая в растрепанных чувствах, я пошла за ним, нашаривая в кармане ключи, сердце никак не хотело успокаиваться, а на припухших губах цвела мечтательная улыбка. Боже, что со мной делает этот мужчина… И как уснуть-то теперь? Около двери мы остановились, Саша развернул меня к себе и внимательно вгляделся в лицо, и даже мелькнула шальная мысль, что, может, снова поцелует… Я аж задохнулась от вспышки эмоций, уставившись на него широко раскрытыми глазами, и видимо, он каким-то образом угадал, о чем я думаю, потому что мягко рассмеялся и покачал головой, весело блеснув глазами.

— Хватит с тебя на сегодня переживаний, Линочка. Спокойной ночи, — погладив ладонью мою щеку, Саша подмигнул и, развернувшись, направился к арке.

Спокойной ночи? Он серьезно сейчас? Беззвучно хихикнув, я открыла дверь и юркнула в подъезд. Майя, конечно, ждала дома, и судя по возмущенному голосу, доносившемуся из комнаты, с кем-то ругалась. Интересно, с кем? Мою подругу было крайне сложно вывести из себя, обычно это она своей невозмутимостью и иронией заставляла людей нервничать. Раздевшись и подавив зевок, я сразу направилась к себе, планируя залечь с чашкой какао, миндальными печеньками — они кажется, лежали в заначке, — и книжкой перед сном. Успела переодеться, расстелить, и когда вышла в кухню, туда же заглянула Майя, закончив разговаривать.

— Приветик. Смотрю, цветешь и пахнешь — хмыкнула соседка, окинув преувеличенно внимательным взглядом. — А меня этот, Вольдемар, достал уже, — тут же возмущенно фыркнула она. — Шлет в контакте подарочки всякие нелепые, теперь вот узнал мой номер откуда-то и названивает, сообщения пишет. И еще ждет, что я пойду с ним на свидание? — Майя закатила глаза. — Фигляр и шут, меня такие не интересуют, — категорично заявила соседка.

Я тихо улыбнулась, занимаясь какао, и кивнула.

— Да, веселый парень, — нейтрально заметила, размешивая напиток.

— Ты уже спать, да? Ну хоть в двух словах, как вечер прошел? — Майя тут же переключилась на другую тему.

— Здорово, — вздохнула я мечтательно. — Во всех смыслах.

— Отлично, рада за тебя, — удовлетворенно отозвалась соседка. — Сашка вроде положительный элемент, так что, одобряю. Сладких снов.

И она туда же. Хмыкнув, я прихватила чашку и ушла к себе, закончив вечер почти идеально, если не считать, что от книги то и дело отвлекалась на воспоминания, теряя нить повествования и уходя в сладкие, с волнительной перчинкой, мечты. И уснула вроде быстро, но и там не оставляли сны весьма пикантного содержания… Впервые в жизни я хотела зайти дальше поцелуев, и не из праздного любопытства или потому, что мне уже двадцать три, а я еще только в теории знаю, что такое секс. А потому, что хотела других прикосновений, и других ласк, всем своим существом хотела. И, кажется, наши с Сашей желания в этом полностью совпадали.

Следующий день до самого вечера прошел незаметно и быстро, только на учебе было сложно сосредоточиться, но я старалась. Даже после занятий с руководителем встретилась, весьма плодотворно. Саша несколько раз писал очень милые и теплые сообщения, спросил, не забыла ли я надеть брошь, и пальцы сами тянулись погладить украшение. И воспоминания, да, куда же без них. Когда я уже направлялась к выходу, Сашка написал, что встретить после универа не сможет, какое-то важное деловое совещание, но в ресторан точно подъедет, и чтобы я не волновалась и обязательно написала Майе тоже. Заботливый такой. В груди разлилось тепло, пока сообщала соседке, куда направляюсь — собственно, я и сама собиралась так сделать, даже если бы Саша не попросил.

Поскольку у меня не очень хорошая память на лица, и по описанию я бы точно не узнала незнакомого человека, то вчера в письме просто сказала, в чем буду, и едва вышла из метро, оглядываясь, ко мне сразу подошел мужчина. Средних лет, в хорошо пошитом, зимнем пальто с меховым воротником, в кепке, с круглым, гладко выбритым лицом и доброжелательной улыбкой.

— Лина? Добрый вечер. Меня Степан зовут, — поздоровался он, остановившись рядом. — Пройдемте. Аркадий Дмитриевич вас уже ждет.

Я вежливо кивнула и на всякий случай известила:

— Знаете, я оставила адрес друзьям, куда еду, так что, если не дам о себе знать в ближайшее время, меня будут искать.

Голос звучал твердо и уверенно, я не запнулась ни разу. Лучше сразу предупредить, на мой взгляд.

— Конечно, я вас понимаю, Лина, — покладисто отозвался Степан, пока мы переходили дорогу. — Не волнуйтесь, ничего криминального, — в его голосе мелькнули веселые нотки. — Все с вами будет в порядке.

«Надеюсь», — мысленно подумала про себя. Мы остановились около черного, блестящего «БМВ», и передо мной открыли заднюю дверь. Я устроилась в салоне, приятно пахнувшем кожей, и буквально через десять минут меня доставили на место. Старинный особняк, в котором располагался торговый центр с элитными бутиками, а на последнем этаже как раз и находился ресторан, тоже двухэтажный. Я, признаться, в своем скромном пуховике почувствовала себя крайне неуютно, пока мы в сопровождении метрдотеля шли к изящной лестнице в конце зала. Посетителей было довольно много, и все — солидные дядечки в дорогих даже на вид костюмах, кое-где попадались элегантные женщины с идеальными прическами и макияжем. Ох… Мир больших денег, ага.

Я смотрела в пол, чтобы не видеть косых взглядов, и обрадовалась, когда мы наконец поднялись наверх, в плавно закруглявшийся коридор с дверьми — здесь находились отдельные кабинеты. Ни фига ж себе. Едва не поежилась, перспектива остаться совсем наедине с незнакомым мужчиной вызвала холодок вдоль позвоночника, и я невольно нащупала в кармане телефон. Хотя Сашку не успела увидеть в нижнем зале, была уверена: он где-то там, точно. Словно услышав мои мысли, телефон завибрировал — я выключила звук, как всегда делала перед встречей с клиентом. Чуть замедлив шаг, вытащила аппарат, посмотрела на экран. «Я тебя видел, не волнуйся. Сижу внизу, отслеживаю обстановку». Мне сразу стало спокойно, напряженные плечи расслабились, и когда передо мной распахнули дверь одного из кабинетов, тревога почти улеглась. Саша рядом, и это главное. Я шагнула через порог, оглядываясь.

Небольшое помещение со столом и стульями в старинном стиле, слегка затемненное окно на зал внизу — наверняка одностороннее, с той стороны покрытое зеркальной пленкой. На столе уже стояли закуски и открытая бутылка вина в ведерке со льдом, а со стула вставал навстречу мой сегодняшний собеседник на час. Или два, как пойдет. Ну, что могу сказать, типичный представитель бизнесменов. Ближе к пятидесяти, ниже меня ростом, приземистый и крепкий. Круглые, темные и цепкие глаза под кустистыми бровями, мясистые губы, сложенные в улыбку, аккуратную лысину окружали неожиданно густые, тоже темные с проседью волосы. Едва я появилась, как Аркадий Дмитриевич, кажется, так его назвал Степан, тут же шагнул, поймал мою руку и поднес к губам, не сводя взгляда. Я даже вздрогнула, прикосновение неожиданно оказалось не слишком приятным, и я поспешно высвободила руку, украдкой вытерев о пуховик.

— Линочка, как же я рад вас видеть, — вполне обычным голосом поздоровался мужчина, только чрезмерная радость в нем меня немного смутила. — Позвольте поухаживать за вами?

И не дожидаясь моего ответа, он ухватил пуховик и потянул его с моих плеч. Покоробило сразу фамильярное обращение, будто мы давно знакомы, но я напомнила себе, что это первая и последняя встреча, и она должна проходить так, как комфортно собеседнику. Если ему хочется представить все, будто мы и правда знакомы, пускай. Потерплю чуть-чуть, ничего страшного.

— Добрый вечер, — сдержанно поздоровалась я, поспешно высвобождая руки из одежды и отходя на шаг к столу.

— Садитесь, садитесь, — тут же засуетился Аркадий Дмитриевич и отодвинул стул, продолжая ухаживать, и моя неловкость возросла, хотя я изо всех сил старалась сдержать эмоции. — Вы пьете вино? Очень приятный букет, легкое и вкусное, как раз для девушек, — он взял бутылку и налил полбокала. — Попробуйте паштет, очень нежный и вкусный, отлично подойдет к напитку.

Я терпеливо дождалась, пока он сядет, взяла бокал и из вежливости пригубила. К спиртному относилась прохладно, могла поддержать компанию парой глотков, но не больше. Тем более, из крепкого не употребляла ничего вообще.

— О чем вы хотели поговорить? — сразу приступила к делу, не желая задерживаться здесь дольше необходимого.

Аркадий Дмитриевич наконец устроился напротив, и я порадовалась, что стол достаточно широкий, чтобы он не мог дотянуться. Подозреваю, мои пальцы тут же оказались бы в его руке, чего категорически не хотелось. Мой собеседник подпер кулаком подбородок, задумчиво глядя на меня.

— Понимаете, Линочка, я весьма состоятельный человек, — заговорил он, и я подавила вздох — знакомая история, и, кажется, догадываюсь, о чем речь пойдет дальше. — Владею крупным банком, у нас около десятка филиалов по городу, ну и еще кое-каким бизнесом занимаюсь. И люди вокруг соответствующие, в том числе и женщины. Падкие, скажем так, до денег и положения, — Аркадий Дмитриевич снова вздохнул, я же опять отпила маленький глоток, скорее, чтобы занять руки и немного отвлечься от неприятного внимания к себе. — Ну а мне, как любому нормальному мужчине, хочется человеческого тепла и отношения.

— Похвальное желание, — нейтрально ответила я для поддержания разговора.

— Вот, — почему-то обрадовался Аркадий Дмитриевич. — Вот вы меня понимаете, Линочка. А у вас есть кто-то близкий? — спросил неожиданно он и тут же и сам ответил. — Да наверняка есть, у такой симпатичной и молодой барышни.

— Есть, — кивнула я, решив признаться — мало ли, вдруг придумает еще себе чего-нибудь, а мне потом ищи отговорки.

— Немножко завидую ему, он счастливый мужчина, — я покосилась на Аркадия Дмитриевича, наткнулась на пристальный взгляд и снова поспешно отвела глаза, крутя в пальцах бокал с почти допитым вином.

Взяла тарталетку с паштетом, чтобы не на голодный желудок, по инерции запила еще густую, пряную массу.

— Ну, уверена, вы тоже найдете свое счастье, — снова вежливо произнесла, бросив рассеянный взгляд в окно.

За столом воцарилась тишина, я перевела взгляд на Аркадия Дмитриевича, и неожиданно стены поплыли перед глазами. Сердце екнуло, в горле моментально стало сухо, и я почти залпом допила остатки вина. Наверное, слишком душно тут, и переволновалась.

— Все в порядке, Линочка? — участливо спросил собеседник, при этом его внимательный взгляд не отрывался от меня.

— Голова немного закружилась, — отозвалась я и потерла лоб. — Думаю, сейчас пройдет…

Однако меньше всего я ожидала, что по телу вдруг прокатится волна непонятной слабости, и испуганно вздохнула, попытавшись встать. Не вышло: колени подогнулись, я обмякла на стуле и вместе с паникой сознание накрыла темнота. Впервые в жизни я упала в обморок. Или… кто-то подстроил все?

В себя приходила медленно и с трудом. Голова кружилась, тело почти не ощущалось из-за слабости, и почему-то я не могла пошевелить руками. Сделав над собой усилие, все-таки разлепила глаза, но окружающее плыло, никак не удавалось сфокусироваться. Во рту было сухо и немного горчило, ужасно хотелось пить. Даже эмоции заторможенные, по крайней мере, вроде как нужно бояться — мне удалось понять, что я нахожусь в незнакомой комнате с низким, деревянным потолком, лежу на кровати и руки, кажется, привязаны над головой, — но страх затаился на дне души, не давая о себе знать. Черт, где я нахожусь? И… одна ли? Куда делся этот Аркадий, с которым я сидела?

Очень скоро я получила ответ на свой вопрос. В комнате послышался шорох, однако мне удалось только повернуть голову, и я сразу увидела моего недавнего собеседника. По спине прошла холодная дрожь, едва заметила его довольную, предвкушающую усмешку и блестевшие в полумраке спальни глаза. Костюма на нем уже не было, только штаны и рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами. М-мамочки… Еще не хватало быть изнасилованной каким-то психом. Лучше бы Сашку послушалась. Ну что я за доверчивая дура, а. И наивная, к тому же. Только как-то слабо верится, что Аркадий Дмитриевич вот прямо как увидел в том ресторане, сразу воспылал нездоровым влечением и решил умыкнуть. Тогда выходит, он где-то увидел меня раньше и ухитрился выйти на мой адрес в сети?..

— Пришла в себя, Линочка? — ласково мурлыкнул мужчина, и эмоции наконец прорвали блокаду, нахлынув огромной волной.

Может, этому способствовала еще и ладонь Аркадия, обхватившая мою лодыжку, и я осознала, что обуви на мне нет, а тело по-прежнему слушается плохо. От прикосновения я лишь дернулась, прикусив губу и сглотнув вязкий ком, а от ужаса перед глазами замелькали черные точки.

— Н-не… трогайте… — сумела прохрипеть и чуть не закашлялась, от сухости горло запершило аж до слез.

— А вот это вряд ли, — с фальшивым сожалением он покачал головой, и ладонь поползла выше, задирая штанину.

Я порадовалась, что надела джинсы, а под ними еще и колготки, но это не отменяло отвращения и ужаса от происходящего. Если бы могла, взвизгнула бы и лягнула, но смогла опять только слабо пошевелиться. Да чем таким накачал этот придурок?

— Меня искать будут, — снова прохрипела я, блуждая взглядом по потолку и бессильно дернув путы, державшие мои запястья.

— Неа, твоя подружка думает, что ты просто задержалась, — ехидно известил этот тип, и я чуть не взвыла от отчаяния.

Телефон. Этот придурок рылся в моей сумке? Но Саша наверняка понял, что что-то случилось, я же не выходила из ресторана. А сможет ли он меня найти, ведь Аркадий точно не основным входом воспользовался, когда покидал его. Мысли теснились в голове, отчего становилось еще хуже, она кружилась сильнее, да еще и ломота в висках началась.

— Расслабься, Линочка, — вкрадчиво произнес Аркадий, и меня едва не затрясло от омерзения — он еще и придвинулся ближе, и хоть убрал руку с моей ноги, но…

Положил ладонь на живот. И начал задирать свитер, под которым только белье и оставалось. Я задохнулась, не в силах протолкнуть в легкие колючий, сухой воздух, и лишь протестующе замычала, когда шершавая, почему-то неприятно прохладная конечность коснулась моей кожи. Глаза Аркадия вспыхнули каким-то нездоровым огнем, губы раздвинулись в нехорошей ухмылке, слишком широкой, на мой взгляд, и… я застыла от новой волны паники. Лицо мужчины странно поплыло, пошло рябью, как отражение в воде, а ладонь на животе стала холодной и, кажется, скользкой. Глаза стали круглыми и без белка, непроницаемо темными, кожа тоже потемнела и на ней появились отвратительные то ли наросты, то ли бородавки, пропали волосы, и этот Аркадий стал похож на жабу. Огромную, отвратительную и… с острыми зубами.

Нет, этого не может быть. Я просто еще не пришла в себя, и вижу дурной сон. Не может человек превратиться в это вот страшилище. А существо между тем медленно наклонялось ко мне, и наконец прорезался голос, я пронзительно завизжала, крепко зажмурившись.

— С-смотри на меня, — свистящим, злым голосом произнесло нечто на постели рядом со мной, и кожу на животе царапнули… когти?

Только вот я и не думала подчиниться, а в тело внезапно вернулись силы, и я дернулась, активно взбрыкнув ногами наугад. Одновременно ухо уловило глухой шум откуда-то с улицы, и тот, кто недавно был Аркадием, замер, потом выругался. Шум повторился, раздался громкий хлопок — выстрел?.. Сердце упало в желудок, я сразу подумала о Саше, если это он. А вдруг его ранили? Задыхаясь от подступивших слез и чуть не подвывая от паники, я безуспешно дергала руки, не обращая внимания на боль в ободранных запястьях, и на несколько мгновений позабыв, что в комнате не одна.

Однако конечность с живота неожиданно убралась к моему облегчению, я невольно распахнула глаза и успела увидеть только спину — с перепончатым гребнем вдоль позвоночника, точно не похожую на человеческую. Хлопнула дверь, и я осталась одна.

ГЛАВА 6

Саша приехал в ресторан минут за десять до появления Аделины — раньше никак не получалось к его досаде. Ресторан, конечно, пафосный, с отдельными кабинетами на втором этаже, и это Ивлева больше всего насторожило: они все были уже забронированы, и кем, естественно, ему не сказали. Пришлось занимать столик внизу, поглядывая на вход. Его не покидало нехорошее предчувствие, и особенно раздражало то, что не удалось увидеть, кто же позвал Лину на эту встречу. Остается надеяться только на брошь — Саша ощущал ее, порадовавшись, что девушка не забыла надеть украшение.

Она появилась вместе с сопровождающим, каким-то мужчиной с не особо запоминающейся внешностью, и когда направилась к лестнице наверх, Саша не на шутку забеспокоился и напрягся, потеряв вкус к еде. Она, конечно, заслуживала похвалы, но не в этот момент. Ивлев проводил Аделину взглядом и едва не заскрипел зубами, когда она скрылась на втором этаже.

— Черт, — пробормотал он под нос, отодвинув тарелку с недоеденным жарким.

Хотелось вскочить прямо сейчас и ринуться наверх, вытащить оттуда Лину и отвезти домой, но пока брошь сигнализировала, что все в порядке — маячок передавал и эмоциональный фон девушки. Да, немножко настороженности и неуверенности, однако это понятно. Еще ровно пять минут Саша сидел спокойно, даже чуть расслабившись, пока неожиданно от броши не пришел сигнал, что… Лина уснула. Или без сознания. Ивлев задохнулся от нахлынувшей тревоги, в глазах на несколько мгновений потемнело. Мысли пронеслись в голове со скоростью молнии, пока он вытаскивал бумажник, чтобы расплатиться за ужин — нельзя устраивать тут скандал, ни в коем случае. Иначе он обратит на себя ненужное внимание. А судя по броши, Лина куда-то двигалась, точнее, ее уже несли, и вряд ли похититель воспользуется главным выходом.

Плюнув на все, Саша оставил на столе наличкой, не став дожидаться сдачи, и почти бегом направился к неприметной двери в кухню, на ходу шевельнув пальцами и став для окружающих незаметным. Как же хорошо, что кровь Изначального предка неожиданно дала бонус в виде некоторых способностей. Спасибо за это маме, и как же здорово, что у них с папой любовь случилась. Хмыкнув, Саша вернулся в настоящее, сосредоточившись на горевшем в сознании тусклым желтоватым огоньком маяке. Кухню он прошел быстро и вышел в переулок, и очень удачно почти рядом с ним стояла машина Ивлева. Едва он подошел к ней, как невдалеке отъехал черный «БМВ», и огонек удалялся вместе с ним. Стиснув зубы, Саша сел за руль, сузив глаза, и едва не вдавил педаль газа в пол.

— С-спокойнее, — свистящим шепотом сказал он себе, но до конца обуздать эмоции не удалось.

На руле с тихим скрежетом сомкнулись выступившие на пальцах когти, и Александр поехал за удаляющимся авто, радуясь траффику, среди которого легко затеряться. И вообще можно двигаться не в бампер «Бэхе», Сашу уверенно вел маяк на Лине. Хорошо еще, неизвестный похититель его не обнаружил и не выбросил. Главное, чтобы ничего ей не сделал, пока девушка без сознания… Пришлось снова глубоко дышать, унимая бешенство — перед глазами заколыхалась багровая пелена, а это очень плохой признак. Мало того, что Саша рисковал остаться без одежды, потому как при превращении она порвется в клочья, так еще и машину точно неудобно вести. Но этого, любителя молоденьких девушек, он точно… накажет, как следует.

Когда «БМВ» выехало на загородную трассу в северной части города, эмоции снова чуть не вышли из-под контроля. Либо везет к себе в коттедж или на дачу, или специально снял дом для этого похищения. Ублюдок. Ладно, ничего у него не получится. Саша дождался, когда маячок свернул с основной дороги, потом развернулся и последовал за Линой. Она по-прежнему не приходила в себя, что значило: девушку чем-то опоили. Сверившись с навигатором, он понял, что дорога упирается в коттеджный поселок, и несколько секунд подумав, решил оставить машину поблизости и не светиться в самом микрорайоне. Ни к чему это. Как раз очень кстати показался карман, куда Ивлев и заехал, заглушил мотор и вышел. Посмотрел вслед уехавшей «БМВ», оскалился в зловещей ухмылке и начал раздеваться. Легкий мороз и сыпавшийся с неба снежок Сашку не пугали ничуть, и оставив одежду аккуратно сложенной в машине, он включил сигнализацию, спрятал ключи под бампером — вряд ли тут, среди леса, вдруг обнаружится угонщик. Да и если даже такой казус случится, вора ждут очень неприятные сюрпризы.

Саша выпрямился, размял шею, расправил плечи и наконец дал волю эмоциям: брошь отреагировала вспышкой паники и растерянности, значит, Лина пришла в себя. Надо торопиться. Через несколько мгновений посреди заснеженного леса стояло существо, отдаленно похожее на человека, только ростом около двух метров, с раскосыми глазами, залитыми расплавленным серебром, мощными мускулами, бугрившимися по всему телу. Пальцы на ногах и руках венчали острые когти, кое-где кожу покрывала темно-бордовая чешуя, а за спиной виднелись сложенные темные крылья с огненными прожилками. Демон глухо рыкнул, повернувшись в сторону поселка, пару раз сжал когти, и его глаза полыхнули холодной яростью. Ноздри хищно раздулись, верхняя губа приподнялась, обнажив острые клыки, и Алларэн, пригнувшись, легко побежал по снегу, петляя между деревьями и преодолевая за один шаг сразу несколько метров.

Его женщине грозила опасность. К ней посмел прикоснуться другой. За это его надо наказать. Инстинкты почти полностью взяли верх над человеческой составляющей, но сейчас это было очень кстати. И демон ускорил шаг: от маячка пришла такая волна ужаса, что Алларэн зашипел, а между когтями на руках проскочили искры. За ним оставался вьюжный снежный шлейф, и первых домов поселка Ал достиг буквально через несколько минут. А коттедж, где скрывалась Лина, находился как раз с краю, на участке, обнесенном высокой кирпичной стеной в два человеческих роста. Только для Алларэна эта высота, как и протянутое по верху электричество, не представляли никакой сложности. Присев, он легко оттолкнулся от земли, приоткрыв крылья для равновесия, и перемахнул через забор, плавно опустившись с той стороны.

Во дворе стояла та самая черная «БМВ», на которой увезли Лину, а в следующее мгновение из дома раздался пронзительный визг, совпавший с громким хлопком выстрела откуда-то со стороны застекленной беседки. Алларэн с непостижимой для человеческого глаза скоростью метнулся в сторону, по пути зацепив бетонную урну, и без всякого труда метнул ее туда, откуда стреляли. Послышался звон, болезненный вскрик, и Ал удовлетворенно рыкнул, в несколько шагов преодолев расстояние до двери и рванув хлипкую для него преграду на себя. А с той стороны стоял он, соперник, возомнивший, что имеет право забрать себе Аделину.

У Алларэна было преимущество в доли мгновения перед другим демоном — тот не ожидал появления подобного себе. Гость выбросил руку вперед, и острые когти сгребли хозяина коттеджа за шею, заставив захрипеть и засучить ногами в остатках брюк, царапая плотную чешую и выпучив глаза еще больше. Мясистые губы беспомощно разевались, демон пытался что-то просипеть, однако преимущество сейчас было на стороне Алларэна. Приблизив морду соперника к своему лицу, он зло прорычал:

— Не смей тр-рогать ее, мр-разь.

Велико было желание сомкнуть когти посильнее, и тогда проблем не возникнет, но придется объяснять убийство себе подобного, причем не обычной полиции. Алларэн не хотел сложностей, тем более своей семье или Аделине, поэтому лишь еще раз встряхнул хозяина и небрежным движением отбросил в сторону, шагнув через порог. Однако так просто неизвестный сдаваться не собирался, и войти в дом Ал не успел, ощутив за спиной движение. Успел пригнуться, и сгусток ядовитой слизи впечатался в стену рядом с ним, и Алларэн, не разгибаясь, бросился вперед, сгруппировавшись. Увернуться жабообразный не успел, хотя попытался, но Ал перехватил его, правильно просчитав действия противника.

— С-сидеть, — свистящим голосом произнес он, со всей силы воткнув кулак туда, где у людей находилось солнечное сплетение.

У демонов, имеющих человекообразную вторую ипостась, там тоже было слабое место. По крайней мере у таких, как эта мерзкая жаба. Булькнув, тот закатил глаза и осел, не пытаясь больше подняться, и Алларэн поспешил наконец в дом, через маяк ощущая ужас и панику пленницы. Прежде, чем подняться, он с некоторым усилием унял эмоции, понимая, что в таком виде не стоит являться к Аделине. Через несколько мгновений Саша снял с крючка длинное пальто, набросил на плечи, застегнув на несколько пуговиц — у Лины точно появятся вопросы, если она увидит его полностью обнаженным, когда на улице зима. На диване лежали ее пуховик и сумка, Ивлев прихватил и их, а еще, после короткого раздумья, шерстяной шарф. И только потом легко взбежал на второй этаж, пинком открыв ближайшую дверь, за которой тревожно мерцал маяк.

Невозможность посмотреть, что же происходит на улице, что там за шум, и куда убежал Аркадий, сводили с ума и заставляли судорожно всхлипывать от страха. Сознание испуганно искало объяснение недавно увиденному преображению странного мужчины, и кроме как подсыпанным в вино наркотиком я это объяснить не могла. Только что же мне такое сыпанули, что я словила подобный конкретный глюк, и не будет ли потом плохо? Я продолжила дергать веревки, не обращая внимания на боль и опасаясь, что Саша — если это он — не справится, и вернется Аркадий. Нет, Сашка справится. Нельзя так думать, он сильный, молодой и пришел за мной. Господи, пожалуйста, пусть он набьет морду этому противному и жуткому Аркадию. Все, хватит, больше никаких встреч, может разве что изредка, с какой-нибудь женщиной в кафе.

От напряжения меня затрясло, и я не выдержала, тихонько хныкнула, вцепившись в веревки. Вдруг отметила, что чего-то не хватает в окружающей реальности и запоздало осознала: тишина. За окном стало тихо, никакого шума. А через мгновение дверь в комнату с грохотом распахнулась от сильного пинка и появился Саша. Я аж всхлипнула от облегчения, тело охватила противная слабость, и на глаза навернулись слезы.

— С-саша… — выдавила я из себя, не сводя с него взгляда и боясь даже моргнуть — вдруг мне привиделось? — Сашка…

Отметила мельком, что он босиком и в каком-то длинном пальто, но до заторможенного сознания эти несостыковки не доходили в полной мере. Главное, он здесь, пришел и спас меня, остальное — ерунда.

— Тихо, тихо, все хорошо, — он в несколько шагов оказался рядом, сел на край кровати и наклонился, обхватив ладонями мое лицо. — Ты в порядке, Ада, девочка моя? — Саша внимательно посмотрел, потом не дожидаясь ответа, взялся за мои руки. — Сейчас, секунду, ох, вот ублюдок, а, — выругался он, заметив царапины на запястьях.

— Н-нет, это я, Саш, освободиться пыталась, — поспешно успокоила, расслышав ярость в его тоне. — Он… ничего мне не успел сделать.

— Угу, — односложно отозвался мой спаситель, и я наконец ощутила, что руки свободные. — Иди сюда, Лин, — Сашка бережно обнял и прижал к себе, да с такой силой, что ребра едва не затрещали, и я сдавленно пискнула, слабо завозившись. — Прости, прости, — он тут же ослабил хватку и коснулся губами виска, выдохнув на ухо. — Я дико перепугался, родная, не надо больше никаких встреч, ладно?

— Только с женщинами, иногда, — крепко обняв его за шею, я уткнулась в плечо, зажмурившись и пытаясь унять крупную дрожь. — Хватит с меня приключений…

Перед глазами снова встало преображенное лицо Аркадия, и по коже продрал мороз. Я отстранилась и уставилась на хмурого Сашу.

— Знаешь, мне, наверное, что-то сыпанули, наркотик какой-то, — пробормотала, сглотнув. — Я… я такое видела…

— Ада, — мягко перебил он и улыбнулся уголком губ. — Давай, уйдем отсюда, а? Не хочется снова бить морду хозяевам, — его улыбка стала шире, а вот мелькнувший в глубине зрачков хищный огонек заставил усомниться в словах.

Наверняка Сашка с удовольствием еще раз навалял бы Аркадию, только не хочет тут задерживаться больше необходимого.

— Давай, — согласилась я, решив поделиться эмоциями потом.

Догнал откат, навалилась апатия, да и слабость не проходила, тело слушалось плохо. Саша быстро помог мне одеться, прихватив мои вещи, видимо, внизу, а потом к моему удивлению взял широкий шарф и снова одарил внимательным взглядом.

— Аделина, ты мне доверяешь? — негромко и серьезно спросил он.

— Да, — сразу ответила я и кивнула.

— Я завяжу тебе глаза, хорошо? — выдал Сашка, и я озадаченно моргнула.

Хотя, знать не хочу, как он поступил с охраной и самим Аркадием — надеюсь только, не убил. А вот вид крови я в самом деле не переносила, так что только кивнула, разрешив ему завязать шарф. Пусть мы знакомы всего-то несколько дней, однако Сашке я доверяла и знала, что ничего плохого он мне не сделает. Потом меня подхватили на руки и куда-то понесли. Я, снова обхватив его шею, замерла, чутко прислушиваясь, но никаких посторонних звуков не слышала. Мы спустились по лестнице, прошли, надо понимать, к двери, и я поежилась от свежего воздуха, пробравшегося под пуховик. Саша прошел еще немного и поставил меня на землю, шепнув:

— Подожди.

Показалось, его голос звучал как-то странно, ниже и чуть-чуть хрипло, но, наверное, потому что он меня нес, запыхался немного. Я не бегемотик, конечно, однако и не пушинка. Уши уловили шорох, потом руки снова обняли и… Я едва не охнула в голос, испуганно вцепившись в Сашку: мы вдруг резко взмыли вверх, будто прыгнули на батуте. А в следующий миг по ритмичным шагам я поняла, что мой спаситель побежал, только крепче прижав к себе. Спустя еще немного времени меня снова поставили, уже ничего не сказав — я только слышала тяжелое, прерывистое дыхание, потом пикнула сигнализация и хлопнула дверь машины. Все это время я послушно ждала, не пытаясь снять шарф, хотя любопытство уже начало покусывать изнутри, и в голову полезли назойливые мысли.

Происходило что-то странное, однозначно. И преображение это… Ну не ощущала я никаких последствий, как после наркотика, смеяться не тянуло, истерику устроить тоже, слабость вроде прошла. Даже голова не болела. Может, какое-то кратковременное хитрое воздействие? Ну да, и именно такое, что мне только морда Аркадия привиделась такая страшная. Я нахмурилась, углубившись в размышления. Сашка быстро меня нашел, за что ему большое спасибо, только как? Сомневаюсь, что мою беспамятную тушку выносили через главный выход ресторана. Значит, Ивлев не мог видеть, что Аркадий со своим помощником и мной ушли.

— Все, садись, Ада, поехали, — в мои думы ворвался голос Саши, и шарф с моего лица сняли.

Я моргнула пару раз, увидела, что мы стоим рядом с его машиной на обочине какой-то дороги, но ничего спросить или сказать не успела. Сашка снова обнял и поцеловал, крепко, долго и нежно. И странное дело, я ощущала его эмоции, как свои: облегчение, отголоски страха, все еще злость на Аркадия, и целую гремучую смесь, вылившуюся в одном только поцелуе. А я льнула к нему, отвечая со всей страстью и отодвинув на время вопросы. Сколько мы так простояли, не знаю, и даже когда Саша отстранился, не сразу разомкнул руки. Потом мы все-таки сели в машину и поехали, только не в город, как я заметила.

— А куда мы? — поинтересовалась, забравшись с ногами на кресло.

— Ко мне, — коротко ответил Саша, глядя на дорогу. — Ты не против? — уточнил он, покосившись на меня. — Просто пока не узнаю конкретно все об этом типе, не хочу рисковать…

— Его Аркадий зовут, — перебила я. — По крайней мере, он так представился. Аркадий Дмитриевич. И его помощник Степан.

— Спасибо, — Ивлев улыбнулся уголком губ. — Какие у тебя на завтра планы?

— В универ и на работу. Саш, я у себя ночевать хочу, — поколебавшись, добавила — надеюсь, он поймет и не обидится. — О, кстати, Майе же позвонить, — спохватилась и полезла за телефоном.

Набрала номер подруги, и в трубке тут же раздался встревоженный голос:

— Блин, ну ты где, что с тобой? Мне тут странная смска пришла, что ты где-то там ночевать останешься, и телефон потом выключен. Аделька, я поседею с тобой, ну в конце концов.

— Все нормально, Майя, — вклинилась я в ее поток. — Скоро дома буду, приеду — расскажу. Со мной все в порядке.

— А что, есть, что рассказывать? — сразу насторожилась соседка. — Аделька, во что ты там ухитрилась вляпаться? — она повысила голос.

— Да все в порядке, Майя, давай потом, ладно? Не телефонный разговор, и долго, — я покосилась на Сашу.

В трубке раздался вздох.

— Ну хорошо, — ворчливо отозвалась подруга. — Точно с тобой в порядке все? — уточнила она напоследок.

— Точно, точно, Саша тут рядом, — не удержалась я от улыбки.

— Раз так, то верю. Давай, приезжай, до встречи.

Мы распрощались, я тихонько вздохнула, спрятав телефон, и откинулась на спинку сиденья, прикрыв глаза. Усталость никуда не делась, подкралась дрема, да еще и Сашина рука легла на затылок, начав тихонько поглаживать. По телу расползалось тепло, напряженные мышцы расслаблялись, и я неосознанно потерлась об его ладонь.

— Напугалась, да? — негромко спросил Сашка, и я кивнула, не открывая глаз.

— Вообще, странно так, он же первый раз меня видел, — протянула я, позволяя мыслям лениво шевелиться в сознании. — А подготовлено было все, словно и нет…

— Ада, я же нашел тебя, — мягко перебил Саша, продолжая поглаживать затылок — я едва не мурлыкала от этой нехитрой ласки. — Думаю, этот Аркадий случайно где-то тебя увидел, может, даже проследил, где ты живешь. Или около универа, да мало ли возможностей.

— Но эта моя почта никак не связана со мной, понимаешь? — я чуть нахмурилась. — А его помощник написал именно на нее.

— Солнышко, я займусь, — тем же мягким тоном отозвался мой спутник. — Вовка айтишник от бога, выясним мы про этого Аркадия все, что можно. Номер его машины я запомнил, — добавил он довольно. — Остальное дело техники.

От того, как назвал меня Саша, в животе словно невидимые лапки защекотали, а на губах появилась немного смущенная улыбка. А потом снова вернулись мысли об увиденном в доме Аркадия, и радость немного померкла.

— Саш, а почему ты босиком был? — вспомнила вдруг я один момент. — И пальто какое-то длинное…

— Босиком удобнее драться, — шутливо ответил Саша, а я открыла глаза и покосилась на него. — Пальто для представительности, в ресторан же ходил.

— Снег на улице, — напомнила я на всякий случай. — Если ты не заметил. И как мы вышли, там же одни ворота были?

— Еще калитка имелась позади дома, — и вроде без заминки сказал, но что-то показалось странным в его словах и в моих воспоминаниях, однако задать новый вопрос я не успела.

Мы приехали. Впереди плавно отошли в сторону ворота, показался знакомый коттедж и двор. Саша остановился, вышел, открыл мне дверь и помог выйти.

— Голодная? Поужинать наверняка не успела же, да? — спросил он, отвлекая от размышлений.

— Да, поесть хорошая идея, — согласилась я, заходя за Сашкой в дом. — Слушай, и все равно, для наркотика я слишком ясно соображала, — не сдавалась, снова вернувшись к попыткам понять, привиделось мне или нет. — Но ведь это не могло быть на самом деле? — нервно воскликнула, устав сражаться с собственными воспоминаниями.

Ивлев вдруг остановился, резко повернулся ко мне и обхватил лицо ладонями, легко чмокнув в губы.

— Не могло, — твердо ответил он, глядя в глаза, выпрямился и подтолкнул в сторону кухни. — Иди, сейчас готовить будем.

Я хмыкнула, скинула обувь и пуховик и прошла в указанном направлении, как неожиданно услышала звук мобильника — Саше кто-то звонил. Повернулась, сердце невольно екнуло. А… а вдруг какие-то неприятности со стороны Аркадия?

— Да, пап, привет, — ответил Саша, покосившись в мою сторону. — Да, дома, а что? Нет, не один, — после паузы добавил он и чуть нахмурился. — Что случилось? — снова помолчал, выслушивая ответ, и судя по тому, как застыло его лицо, он Сашке не понравился. — Хорошо, приезжай, — отрывисто произнес мужчина, отключился и посмотрел на меня. — С ужином подождать придется, папа приедет, срочное дело, — Саша немного виновато улыбнулся и развел руками.

Но я видела, что его глаза остались серьезными, и уловила тревогу в голосе.

— Что случилось? — негромко спросила я, пытаясь не дать беспокойству завладеть сознанием. — Это из-за Аркадия, да? У тебя неприятности?

Он подошел ко мне и обнял, успокаивающе погладив по голове.

— Ничего страшного, Лина, я разберусь, не переживай, — отвечал Саша, конечно уверенно, однако тревога не прошла.

Я вывернулась из его рук и пристально посмотрела в глаза.

— Я хочу знать, — настойчиво повторила, обхватив себя руками. — Саш, только не ври мне, пожалуйста.

Он вздохнул, не отводя взгляда, и по-прежнему улыбаясь.

— Не вру, — отозвался он. — Не случилось ничего, с чем бы я не мог справиться. Главное, ты в безопасности, — Саша снова шагнул ко мне и обнял. — Может, чайку пока выпьешь?

Ответить не успела: в дверь раздался звонок. Я вздрогнула и уставилась на вход, подивившись, как быстро добрался отец Саши. Черт, я не готова встречаться с его родителями прямо сейчас, даже с одним. Нервно облизнулась, напрягшись, и мой спутник это почувствовал.

— Подождешь в гостиной? — он отстранил и взял за руку. — Думаю, папа долго не задержится.

— Хорошо, — пробормотала и пошла за Сашей.

Мы дошли до комнаты, меня усадили на диван и присели передо мной, взяв ладонь и ласково погладив.

— Солнышко, не волнуйся, — мягко произнес он, и я не сдержала нервного хмыканья.

— Ты так настойчиво это повторяешь, что эффект прямо противоположный, — ответила ему. — Саш, я хочу знать, что происходит, ты расскажешь? — чуть прищурившись, посмотрела ему в глаза и на несколько мгновений показалось, там мелькнули тень неуверенности и тревоги. — Так, все, не надо отговорок, — категорично заявила я, ткнув Сашу пальцем в грудь.

Ответить он не успел, снова раздался требовательный звонок.

— Иди, впусти, — я строго посмотрела на него. — И после жду объяснений.

Саша вздохнул, выпрямился и кивнул, запустив пальцы в волосы.

— Ладно, папа уйдет, поговорим, — проворчал он и поспешил выйти из гостиной, прикрыв раздвижные двери.

Я навострила ушки, чутко прислушиваясь к звукам и сжав коленями ладони. Вот открылась дверь, раздался Сашин голос и еще один, мужской, ниже и с нотками раздражения.

— Александр, что происходит? Почему я получаю такие извещения, во что ты вляпался? — сразу заговорил… ну, папа моего знакомого. — Ты хоть знаешь, кто этот Кожин?

— Привет, пап, пойдем в кабинет, там поговорим, — ответил ему Саша к моему разочарованию.

Конечно, я надеялась погреть ушки, куда же без этого. Что-то мне не нравились молчаливость Ивлева и его упорное нежелание рассказать, что происходит. Зато теперь хотя бы знала фамилию моего неудавшегося похитителя: Кожин. В крайнем случае, посмотрю в сети, когда домой вернусь. Дождавшись, пока в холле все стихнет, я таки вышла из гостиной на цыпочках и после некоторого колебания зашла в последнюю дверь — и не ошиблась, попав в короткий коридор. Там находились еще двери, и из-под одной выбивался свет, туда я и прокралась, и стыд совсем легонько кольнул и затих. Я же ради своего спокойствия стараюсь, лучше знать, к чему готовиться, чем изнывать от неизвестности. Затаив дыхание, застыла у двери и приникла ухом…

И тут же разочарованно вздохнула: расслышать что-то не представлялось возможным, только голоса, без слов. Дверь, наверное, слишком толстая. Эх. Пришлось возвращаться в гостиную и надеяться, что Саша все-таки расскажет.

Ивлев-младший подошел к креслу и сел, махнув отцу. Высокий, широкоплечий и темноволосый мужчина с жестким, но привлекательным лицом закрыл за собой дверь и опустился во второе, хмуро глянув на сына.

— Ал, так почему мне приходит извещение о вызове тебя на поединок от Кожина? — негромко спросил Руслан Ивлев, соединив кончики пальцев. — Что вы с ним не поделили и где ухитрились пересечься?

Сашка поджал губы, скрестив руки на груди.

— Он украл Аделину, — глухо отозвался наконец, и серые, как у отца, глаза, льдисто блеснули. — Не знаю, где он ее увидел и как нашел сведения, но ты же понимаешь, я не мог ему позволить сделать с ней то, что он хотел, — Саша выразительно посмотрел на Руслана.

Глава семьи поморщился, как от зубной боли, и потер гладко выбритый подбородок.

— Зар-раза, — тем же негромким голосом обозначил свое отношение. — Это та девушка, с которой ты познакомился?

— Это та девушка, которая мне очень сильно нравится, — поправил его Сашка. — И я бы не хотел совершать твоих ошибок, папа, — он кривовато улыбнулся. — Пугать Аду в мои намерения не входит.

— Ее уже за тебя напугали, — хмыкнул Руслан и длинно вздохнул. — Ты же понимаешь, если твои намерения в отношении Ады серьезные, тебе придется признаться ей, и как можно быстрее. Пока она остается девственницей, у тебя на нее никаких прав нет, — жестко добавил Ивлев-старший и прищурился. — И ее может взять любой демон, кто доберется первым.

Глаза Сашки полыхнули багровым огнем, он с силой выдохнул и стиснул губы так, что они побелели. На концах пальцев показались когти на несколько мгновений и исчезли — мужчина взял себя в руки, обуздав эмоции.

— Почему известили тебя, а не меня о вызове? — буркнул Саша, сцепив руки в замок.

— Потому что я глава рода, — пожал плечами Руслан. — Тебе должны в ближайшее…

Он не договорил, зазвонил телефон Александра. Старший Ивлев хмыкнул.

— Собственно, вот и оно, — негромко произнес он.

Саша поднес трубку и коротко бросил:

— Слушаю.

— Александр Ивлев, родовое имя Алларэн, вы официально вызваны на поединок Аркадием Кожиным. Приз — невинная девушка Аделина Булгакова, — отстраненно произнес безликий голос. — Поединок состоится в эту пятницу, точное время и место вам пришлют сообщением, — и говоривший отключился.

Саша спрятал телефон, не глядя на отца.

— В пятницу, — скупо сказал он.

В кабинете воцарилась тяжелая тишина, в которой слышалось только тиканье часов на стене.

ГЛАВА 7

Руслан вздохнул, поглядывая на Сашу.

— Ал, поговори с ней до пятницы, — уже мягче произнес старший Ивлев. — Для нее же будет лучше. Я, конечно, не сомневаюсь, что ты набьешь морду этой жабе, — усмехнулся Руслан. — Но девочке нужно знать, ты же понимаешь. Если это твоя судьба, значит, все обойдется. Если нет… — гость выразительно замолчал.

Сашка исподлобья посмотрел на собеседника.

— Я никому ее не отдам, — глухо отозвался он. — И сделаю все, чтобы… — запнулся на мгновение, сглотнул и упрямо продолжил. — Чтобы мое происхождение не встало между нами.

— Удачи, сын, — серьезно кивнул Руслан и поднялся. — Ладно, я все понял, постараюсь успокоить мать. Ты тоже найди время, заскочи, договорились? — Сашка наклонил голову и тоже встал. — Ну что, познакомишь с этой необыкновенной девушкой, вокруг которой столько суеты? — улыбнулся уголком губ Руслан, и улыбка преобразила черты лица, смягчив их.

Младший Ивлев искоса глянул на него, не совсем довольный предложением.

— Пап… — начал было он, но не договорил.

— Саня, если у тебя серьезные намерения, то, полагаю, ты собирался знакомить ее с нами, — Руслан поднял бровь. — Не съем я твою зазнобу, — со смешком добавил он. — Просто поздороваюсь и все, пойдем.

Хозяин дома молча вышел из кабинета за отцом, старательно восстанавливая дыхание и унимая эмоции после короткого, но емкого разговора. Пожалуй, беседа с Аделиной пугала едва ли не больше, чем предстоящий поединок, Сашка отчаянно не хотел потерять эту девушку, за короткое время ставшую ему дороже всех…

Заскучать в гостиной я не успела: Саша и его гость вернулись минут через пятнадцать. Я как раз рассматривала фотографии на стенах — красивая природа, закаты, рассветы, лес, озеро, — когда позади раздался тихий шелест отъехавшей двери. Вздрогнув, обернулась и едва не села там, где стояла. В гостиную вместе с Сашей вошел и гость, его отец. Неуловимо похожие, но вместе с тем разные, у старшего Ивлева черты лица жестче, и смотрит с прищуром, и разворот плеч шире. Интересно, сколько ему лет? Выглядит не старше, чем на сорок или около того, и никакого брюшка или оплывшей фигуры.

— Здравствуйте, — робко поздоровалась я, нервно улыбнувшись.

— Папа, это Аделина, — Саша в несколько шагов оказался рядом со мной и обнял, мягко привлекая к себе. — Лина, это мой папа, Руслан.

— Очень приятно, Аделина, — Руслан улыбнулся, сразу преобразившись. — Сань, ну все, я поехал, мы договорились, да? — обратился он к сыну.

— Да, хорошо, я понял, — отозвался младший Ивлев.

— До свидания, — попрощался Руслан и ушел, через несколько мгновений послышался звук закрывшейся двери.

Мы остались одни, и я повернулась к Саше, мельком отметив, что время уже близится к десяти вечера. А завтра в универ еще ехать, между прочим. Только сказать мне ничего не дали.

— Ну что, ужинать будешь? Я быстро сделаю, — заверил Сашка с невозмутимым видом и легкой улыбкой.

Я укоризненно посмотрела на него.

— Ты обещал рассказать, — напомнила мою просьбу.

— Давай, завтра? — помедлив, ответил он. — Разговор долгим может выйти.

Почему-то от этих слов по спине пробежал холодок, и в душе зашевелилось смутное предчувствие грядущих неприятностей, связанных не только с Аркадием и… тем, что я видела в его доме.

— Завтра после занятий, в том кафе, около моего дома, — уточнила я.

— Договорились, — с явным облегчением согласился Сашка и потянул меня на кухню. — Пойдем, накормлю и отвезу домой.

Признаться, я была готова к тому, что он начнет уговаривать остаться, и уже даже придумывала достойные аргументы, но Саша снова удивил деликатностью и понятливостью. Мне в самом деле надо побыть одной, успокоиться окончательно и перестать думать о мерзком чудовище, в которое превратился Кожин.

— Саш, а точно у тебя не будет неприятностей от Аркадия? — уточнила на всякий случай, пока Ивлев чистил картошку.

— Точно, — заверил он, глянув на меня и одарив быстрой улыбкой.

Мы поужинали вкусной жареной картошкой и солеными огурцами, как сказал Саша, его бабушка делала из своих же выращенных, не покупных. Ну а после поехали в город. Я дремала на сиденье, устав от всего случившегося, и как-то так получилось, что мою ладонь мягко сжимали пальцы Саши. И хотя тревога, затаившись в глубине души, изредка покусывала, давая о себе знать, в общем и целом я почти успокоилась. Когда же мы доехали до моего дома, разбудило меня нежное прикосновение к губам, и я, мурлыкнув, потянулась навстречу, не открывая глаз, с удовольствием отвечая. Мои руки оказались на плечах Саши, а через несколько мгновений от нежности не осталось и следа, по телу прокатился огненный шквал, сметая все на своем пути.

В какой момент сильные ладони подхватили и переместили на колени, я тоже не поняла. Просто вдруг выяснилось, что я уже прижимаюсь к Саше всем телом, сидя верхом, низ живота заливает горячая, болезненная тяжесть, а между широко раздвинутых ног горит настоящий пожар. Я тихо всхлипнула, когда мой мужчина чувствительно прикусил губу и тут же мягко погладил языком, ощутила, как обжигающие ладони скользнули под свитер. Кожа отозвалась россыпью щекочущих мурашек, я прогнулась, зажмурившись до разноцветных кругов, и дыхание закончилось, а от ласковых поглаживаний поясницы позвоночник превратился в воск. Ох, черт, вот теперь я точно могла сказать, что одних поцелуев мне мало, и я до безумия хотела Сашку. Плевать, что мы в машине, плевать, что нас могут увидеть случайные прохожие…

Я окончательно перестала себя контролировать, дрожа от переполнявших эмоций, откинула голову, хватая ртом загустевший, плотный воздух. Бедра двинулись вперед, бесстыдно прижимаясь к красноречивой выпуклости на Сашиных штанах, и неизвестно, чем бы все закончилось, но как же хорошо, что из нас двоих он контролировал ситуацию лучше.

— Са-аш… — сорвался с моих губ тягучий стон, и тут же мужчина замер, тяжело дыша и уткнувшись лбом в мою грудь.

Его ладони крепко сжали мою талию, удерживая на месте, а я медленно возвращалась в реальность, дрожа от напряжения и то и дело облизывая припухшие губы.

— Н-нет, не так, — выдохнул с запинкой Саша, тихонько поглаживая большими пальцами мою поясницу. — Господи, Ада, что ж ты со мной делаешь, — хрипло выговорил он, наконец подняв голову и посмотрев мне в глаза.

А вот сейчас совершенно точно расширенные зрачки отливали красноватым, но я была слишком взволнована и возбуждена поцелуем, чтобы задумываться об этой странности. Тем более, что Саша встряхнулся, длинно вздохнул и аккуратно ссадил меня на соседнее сиденье, поправив пуховик. Я же счастливо, глупо улыбалась, позабыв про все сегодняшние приключения, и осознав нехитрую истину: Сашку тянуло ко мне так же, как меня к нему. Непреодолимо и сильно. Черт, может, не стоило сегодня домой ехать?..

— Беги, — ласково улыбнулся он и, наклонившись, чмокнул в кончик носа. — Завтра увидимся.

Показалось или нет, в его голосе мелькнула странная грусть? Да нет, показалось, конечно. Ну что может изменить один разговор? Я подхватила рюкзак, еще раз посмотрела на Сашку и наконец вылезла из машины, поспешив к подъезду и пребывая в радужном настроении. Все будет хорошо, теперь я не сомневалась, и ничего Аркадий не сделает Сашке. Между прочим, это я могу заявление о похищении написать, но не буду. Меня же спасли. Открыв дверь, зашла в подъезд и поспешила домой — наверняка там Майя круги нарезает по кухне, жаждая услышать о моих приключениях. Я готова была поделиться рассказом, кроме странного преображения Аркадия. Наверное, все-таки что-то в том вине не то, не просто снотворное короткого действия…

Ивлев положил руки на руль и опустил голову, зажмурившись и пытаясь прийти в себя. Ада, нежная девочка, неожиданно страстная и отзывчивая, так доверчиво прижималась к нему, так искренне отвечала на поцелуи и прикосновения… Сашка стиснул зубы, чувствуя, как внизу живота мышцы скрутило болезненно-сладким спазмом, и в джинсах опять стало тесно. Господи, он хотел ее так, что член моментально каменел, стоило вспомнить податливые губы и затянутый поволокой желания взгляд Аделины. И в то же время дико, до гулкой пустоты в груди боялся напугать, потерять над собой контроль. И этот разговор завтра. Черт, как ей все объяснить, чтобы она правильно поняла? Никогда в жизни Сашка ни за что не сделает ей больно, не причинит вред. Даже если вдруг не совладает со своей второй половиной.

Сумбурные размышления прервал негромкий стук в стекло, Ивлев вскинулся, уставившись на фигуру с той стороны. Чуть нахмурился, опустил наполовину стекло и вопросительно поднял брови.

— Простите? — вежливо осведомился он.

Мужчина в старомодной шляпе с широкими полями и зимнем пальто с меховой опушкой стоял, засунув руки в карманы, и смотрел на Сашу равнодушным взглядом пустых глаз.

— Вы знаете правила поединка? — бесстрастно спросил он. — Вы не имеете права оставаться с девушкой наедине до встречи. Она должна остаться нетронутой.

Лицо Сашки закаменело, а пальцы стиснули руль. Признаться, у него мелькнула мысль, что если Лина лишится своего главного козыря, то, возможно, от нее отстанут…

— Почему? — вырвалось у него.

— Потому что тогда девушка достанется сопернику без всякого поединка, — тем же тоном ответил наблюдатель. — Если он что-то сделает госпоже Булгаковой, то она достанется вам и поединок тоже не состоится.

— Я начал ухаживать за ней раньше, — сквозь зубы процедил Саша, делая глубокие вдохи и глядя перед собой. — Она не против встречаться со мной.

— Только в людных местах, — повторил незнакомец. — До поединка девушка не принадлежит никому.

Ивлев с перерывами выдохнул, утешая себя тем, что уже в пятницу наваляет этому Кожину за то, что посмел положить свой похотливый глаз на его девушку. Его Аделину. Всего лишь для того, чтобы насытиться и помолодеть, а что с ней будет дальше, Кожина совершенно не волновало. Ублюдок.

— Я понял, — ровно ответил Сашка и кивнул.

— Хорошо, — фигура отступила от машины и растворилась в вечерних тенях.

А он, посидев еще немного и успокоив эмоции, поехал домой. Завтра предстоял сложный день и сложный разговор, следовало тщательно продумать, что и как объяснять Аделине. Только вот по пути на телефон пришел звонок, и номер не определился. Уже предчувствуя очередную порцию неприятностей, Саша нажал кнопку на руле, принимая звонок и не отрываясь от дороги.

— Слушаю, — скупо обронил он.

— Привет, мальчик мой, — раздался в трубке ненавистный, полный ленивого превосходства голос Кожина, и Ивлев едва подавил глухое рычание. — Решил позвонить и предупредить кое о чем. Я хочу эту девочку, и я намерен ее получить. А если ты вздумаешь вообразить, что победа достанется тебе, то у вашего семейного бизнеса начнутся серьезные проблемы. Поверь, я смогу это устроить, — со смешком добавил Кожин, и у Сашки пальцы зачесались снова съездить по его холеной физиономии. — Мы договорились? — непринужденно уточнил он.

Александр скрипнул зубами и сузил глаза, в глубине которых загорелись багровые огоньки.

— На поединке будут наблюдатели, — процедил он, с трудом сдерживая ярость.

— О, парень, я не сомневаюсь, ты все сделаешь, как надо, — собеседник издал еще один противный смешок. — Клыки не доросли тягаться со мной, щенок, — жестко заявил Кожин уже без всякого веселья. — У тебя есть время подумать до пятницы, чтобы принять правильное решение.

Не прощаясь, ублюдок отключился. Саша некоторое время сосредоточенно хмурился, обдумывая разговор, потом набрал номер отца, и едва тот ответил, сразу спросил:

— Кожин может вмешаться в наш бизнес, пап?

В трубке помолчали, потом Руслан спросил:

— Почему ты спрашиваешь?

— Он мне звонил, — не стал скрывать Сашка. — И угрожал неприятностями в бизнесе, если я выиграю поединок и не отдам ему Аделину.

Отец шумно выдохнул.

— Ур-род, — не скрывая злости, прорычал старший Ивлев. — Сын, не вздумай поддаться. Кожин, конечно, имеет вес в среде банкиров, и немаленький, но я тоже не идиот и тщательно выбираю, с кем иметь дела в бизнесе.

— И не собирался, — фыркнул Александр. — Хрен ему, а не Ада. Пусть ищет себе другую… батарейку, — последнее слово он выплюнул, уже не сдерживая ярость.

— Правильный настрой, Ал, так держать, — одобрительно отозвался Руслан. — А за бизнес не волнуйся, у меня тоже, знаешь ли, есть нужные знакомства кое в каких кругах, — хмыкнул он. — Это мы еще посмотрим, кто кого.

Разговор с отцом немного успокоил взвинченные нервы Сашки, и до дома он добрался почти успокоенный. Халтурить на поединке Ивлев точно не собирался, чтобы там соперник себе ни надумал. Пожалуй, древний дуэльный кодекс, перенятый от людей — единственная возможность убить себе подобного и не огрести наказание от Высшего Суда своих же. Сашка сузил глаза и мрачно усмехнулся: вряд ли Кожин решится выбрать бой до смерти, скорее всего, до первой крови или до поражения соперника. Такие, как он, слишком трусливы, чтобы рисковать и ставить на кон свою жизнь. Тем более, ипостась у него совсем не боевая, хотя и неприятная. Ивлев медленно улыбнулся. Что ж, господин банкир, еще посмотрим, у кого не доросли клыки.

Я зашла в квартиру, чувствуя себя одновременно усталой и взбудораженной. Эмоции не хотели успокаиваться, губы горели, тело бросало то в жар, то осыпало колкими мурашками, и сердце до сих пор билось неровно. В коридоре уже ждала Майя, скрестив руки на груди и хмурясь.

— Привет, — кивнула ей и слабо улыбнулась.

— Привет, — слегка напряженно отозвалась соседка. — Делиться будешь или мне не лезть в душу?

Я слегка поморщилась и потерла лоб, коротко вздохнула.

— Поделюсь, — кивнула, сняла обувь и пуховик и прошла на кухню.

Сделав чаю — поужинать так и не получилось, — и бутербродов, рассказала события этого насыщенного вечера, постаравшись не углубляться в эмоции и умолчав о метаморфозах Аркадия и завтрашнем разговоре с Сашкой.

— Вот как-то так, — пожала плечами, уставившись в одну точку и глядя в пространство перед собой.

— Короче, маньяк какой-то попался, — протянула Майя. — Хорошо, твой Сашка быстро сориентировался. Ты, это, подруга, завязывала бы с этими встречами, а? — осторожно посоветовала соседка.

— Уже, — согласилась я. — Никаких мужиков, исключительно женщины и только в людных местах. Практика все равно нужна, — добавила, поймав косой взгляд Майи.

— Смотри сама, конечно, но я бы на твоем месте вообще отказалась, — Майя поводила пальцем по столу. — Ладно, иди, отдыхай, — мудрая подруга не стала читать нотаций, за что ей большое спасибо.

Допив чай, я ушла к себе в комнату и легла, уснув сразу и слава богу, обошлось без кошмаров. Ну а утром ждал сюрприз: когда я села за завтрак, собираясь в универ, в дверь позвонили — это оказался курьер с букетом тигровых лилий, запиской в цветах и… лимонным кексом.

— Булгакова Аделина? — уточнил курьер, пока я с глупой улыбкой разглядывала утренний сюрприз. — Распишитесь за доставку.

А в записке всего несколько слов. «Заеду после занятий. Целую, крепко обнимаю». Ох. Сразу так тепло сделалось, а от нечаянно нахлынувших воспоминаний о вчерашнем поцелуе так и вовсе жарко. Я прерывисто вздохнула, вернулась на кухню и поставила цветы в вазу, не переставая улыбаться. Даже острота случившегося вчера померкла, подернулась серой дымкой, и уже казалось, что мне привиделось со страху, что с Аркадием что-то не так. И я отправилась на занятия с приподнятым настроением, предвкушая встречу с Сашкой после обеда.

Время пролетело незаметно, и к четырем часам я вышла из аудитории, получив сообщение от Саши, что он ждет у крыльца. И правда, ждал, серьезный, безумно элегантный в темно-сером длинном пальто, белоснежном шарфе из тонкой шерсти и со слегка растрепанными питерским зимним ветром волосами, в которых запутались снежинки. А еще, Сашка держал букет из нежно-розовых розочек с маленькими бутонами, очаровательно милых и совсем не пафосных. В груди разлилось тепло, на губах тут же появилась улыбка, и я подошла к нему, не сводя радостного взгляда с этого мужчины, так неожиданно появившегося в моей жизни.

— Привет, — выдохнула, остановившись рядом.

— Привет, — Сашка оставался серьезным, и беспокойство настойчиво заскреблось в душе, разом вернув воспоминания и переживания прошлого вечера.

Похищение, Аркадий, спасение… Мои глюки — или нет? — в том доме. И еще, Саша не выходил через дверь, он совершенно точно прыгнул. Через забор. Который наверняка очень высокий. Моя улыбка увяла, сердце тревожно застучало, и я посмотрела на Сашку, не желая поддаваться смутному предчувствию. А он обнял одной рукой, осторожно, чтобы не помять букет, наклонился и бережно коснулся моих губ в легком, целомудренном поцелуе.

— Ты как, в порядке? — спросил Саня, вручая мне цветы.

— Да, кошмары не снились, если ты об этом, — попробовала пошутить, но поняла, что не слишком удачно.

— Поехали, посидим? — предложил мой спутник, открывая передо мной дверь машины.

Я молча села, устроив цветы на коленях, Саша — за руль, и прежде, чем завести мотор, повернулся, взял мою ладонь, мягко сжав, и поднес к губам, согревая дыханием и глядя пристально, внимательно.

— Ада, ты мне очень дорога, — негромко заговорил он, а я аж дышать перестала на несколько мгновений, не ожидая таких признаний и так скоро. — И я никогда не сделаю тебе ничего плохого. Ты мне веришь?

Немного нервно улыбнувшись, я осторожно ответила:

— Саш, ты меня пугаешь. Что происходит?

Он вздохнул, погладил мои пальцы, а потом коснулся губами самых кончиков, и от этого жеста сердце зашлось в быстром перестуке, и пульс участился.

— Все хорошо будет, солнышко, — пробормотал Сашка и наконец отвернулся, заведя мотор.

Когда мы отъехали от универа, нашел мою ладонь и снова сжал, словно боялся, что я исчезну, и беспокойство лишь возросло. На языке так и вертелись вопросы, но я терпеливо ждала, когда мы приедем и устроимся в кафе, чтобы спокойно все обсудить. Возвращаться к размышлениям, привиделось мне вчера или нет преображение Аркадия, почему-то не хотела: по спине шел холодок предчувствия, и любопытство на сей раз пасовало. Может, и не стоит вдаваться в подробности этой странной истории? Спаслась, и ладно, забыть, как страшный сон, и жить дальше.

Покосилась на профиль Саши, подметила его сжатые губы и чуть нахмуренные брови, и поняла, что не получится. Он что-то хотел сказать, и, похоже, важное. Ладно, посмотрим. Трусихой я себя никогда не считала, и вообще, чего накручивать зазря? Я откинулась на спинку, повела плечами, заставив мышцы чуть-чуть расслабиться, и в ответ легонько сжала ладонь Сашки. Так, в уютной тишине, мы и доехали до кафе. Устроились за столиком, сделали заказ — он какой-то очередной экзотический чай, а я сегодня решила побаловать себя горячим шоколадом, тем более, здесь он вкусный и настоящий. Саня же, соединив перед собой пальцы в замок, снова посмотрел на меня своим внимательным и серьезным взглядом.

— Спрашивай, — тихо обронил он, и звуки вокруг словно стали приглушенными, отдалились, не мешая нашему разговору.

А мне неожиданно стало холодно. Я смотрела в успевшие стать родными глаза, сейчас непроницаемо-серые, как затянутое тучами осеннее небо, и отчего-то страшилась задавать те вопросы, что вертелись в голове последние сутки. Вместо этого память начала услужливо подбрасывать мелкие странности, и не только во вчерашнем похищении. Облизнув пересохшие губы, я с трудом вытолкнула из горла слова:

— Вчера, в доме, с Аркадием… Мне не показалось?

— Нет, — Саша покачал головой, не отводя взгляда. — Не показалось.

— И… это не наркотик? — терпеливо уточнила я, нервно теребя салфетку.

— Нет, Ада, — снова подтвердил Саня.

О, господи. Если все так, и это не игры моей перепуганной фантазии…

— Кто он? — едва слышно спросила я, чувствуя, как изнутри поднимается волна страха, липкого и неприятного.

— Не человек, — тем же тихим голосом ответил мой собеседник.

Мне казалось, я растворяюсь в серой, бездонной глубине, теряюсь в тумане, и на несколько не слишком приятных мгновений охватило чувство, будто и реальности вокруг нет. С губ сорвался нервный смешок, и я пришла в себя, выпалив первое, что пришло в голову:

— А кто? Оборотень, что ли?

О всяких там волках, лисах, медведях и прочих крупных животных читала, да, а вот о жабах — нет. Больших, противных жабах с отвратительной мордой, ростом с человека. М-мама. Меня аж передернуло, и ладонь Саши накрыла мои судорожно сжатые пальцы.

— Демон, — ровно ответил он.

Я беззвучно ахнула, переваривая информацию, и очень вовремя подошла официантка с нашим заказом. Вцепившись в чашку с какао, я перекатывала в мыслях услышанное, не желавшее укладываться в голове. Демон. Черт. Нет, ну я любила читать сказки, и, наверное, в глубине души даже верила в чудеса и в любовь с первого взгляда, но… демон? Да ладно, не может быть. Но я видела своими глазами, и не думаю, что Саша обманывал меня.

— И… зачем я ему понадобилась? — осипшим голосом задала следующий вопрос, глотнув густого, пряного напитка. — Не поверю, что воспылал страстью прямо с первого взгляда, да так сильно, что украсть решил.

— У тебя есть одно неоспоримое достоинство, Ада, — произнес Саша, и меня снова обдало морозом от пронзившей догадки.

Что там говорилось в многочисленных историях о демонах? Им нужны девственницы, а я… Ох, блин. Щеки полыхнули, я уткнулась в чашку, смущение смешалось с растерянностью, оставив во рту горьковатый привкус. Очередной нервный смешок, и моя попытка сыронизировать:

— Ага, девственница на алтаре и все такое?

— Не совсем. Демонам девственницы нужны для поддержания сил и новой энергии, — последовал ответ. — Они получают ее через секс. В истинном облике, чтобы эмоций побольше.

Меня затошнило, и я поспешно отставила чашку с шоколадом, сглотнув вязкий ком в горле. Вскинула на Сашку взгляд, снова порадовавшись, что он так вовремя успел. И… а вот дальше полезли другие вопросы, и я ничего не могла поделать с начавшей складываться мозаикой из мелочей, относившихся к самому Ивлеву. Пришлось стиснуть зубы, чтобы сдержать дрожь, и приложить немалое усилие, чтобы не опустить взгляд. Я должна видеть его глаза, в которых уже разгоралась глухая тоска, и в груди стало больно.

— Откуда ты знаешь все это? — задала самый важный, пожалуй, вопрос.

Всего лишь на мгновение Сашка опустил ресницы, и мне даже захотелось, чтобы он что-то соврал, потому что… Черт. Я просто не могла принять правду, слишком она невероятна и пугающая.

— Я тоже не человек, — глухо отозвался он, откинувшись на спинку стула и сжав ладонями чашку с чаем. — Не такой, как Кожин, но… демон, да, — на его губах мелькнула невеселая усмешка.

За столиком воцарилась тишина, а в моей душе — пустота. Ну вот, главное сказано, и мозаика в голове сложилась окончательно. Понятно теперь, как в моей комнате появлялись подарки, и как он спас меня. И как мы выбрались. Ох, это получается, я тогда на руках у настоящего демона была? Запоздалый страх защекотал холодными усиками живот, и пришлось поспешно глотнуть еще горячего шоколада, избегая смотреть на Сашу. Я просто не знала, что сказать, ну не получалось совместить этого мужчину, который уже ухитрился занять место в моем сердце, и… демона. Страшилище. Чудовище из мрачных легенд и фэнтези-сказок. Да, он обещал, что не причинит мне вреда, но…

— Мне надо подумать, Саша, — выговорила непослушными губами, чувствуя себя беспомощно и отчего-то еще и стыд зашевелился, будто делаю что-то нехорошее.

— Да, я понимаю, — мягко отозвался он, и моя неловкость усилилась. — Я все понимаю, Ада. И готов ждать, сколько понадобится.

Боже, как же все завязалось, и не распутать сразу. Нет, я не из тех романтичных восторженных дурочек, которые грезят о властных и мускулистых демонах и прочих вампирах с оборотнями. Я просто хотела нормального мужчину и нормальных отношений. Очередной истеричный смешок проглотила, не желая выдавать эмоций. Больше всего сейчас хотелось оказаться дома и уложить все в голове. Но оставался последний, важный для меня вопрос.

— Саш, а зачем ты решил со мной познакомиться? — тихо спросила, не поднимая глаз от шоколада, уже затянутого пленкой остывшей массы. — Тебе тоже нужна девственница? — не сдержала кривой усмешки и тут же пожалела, что поддалась порыву.

— Ты мне просто понравилась, Ада, — отозвался Ивлев. — И как уже говорил, я никогда не сделаю тебе ничего плохого. И никому другому не позволю, — он в несколько глотков допил чай и поднялся, достав бумажник. — Если захочешь узнать больше, звони, пиши, расскажу, — поколебавшись, Сашка шагнул ко мне, наклонился — стоило больших трудов не отшатнуться, — и коснулся губами моей щеки.

А потом ушел. Я же осталась сидеть над кружкой остывшего шоколада, растерянная, раздавленная разговором и не знающая, что делать дальше. Мне отчаянно не хватало информации, и единственное место, где я могла ее взять — всезнающая сеть. Конечно, наверняка там больше половины домыслов и досужих фантазий, но… Хоть что-то должно быть правдой. А потом, может, уложу все в голове и позвоню снова Саше. Шмыгнув носом и справившись с желанием расплакаться — с некоторым трудом, но все же, — я допила шоколад и тоже вышла из кафе. Добралась до дома, пребывая в каком-то оцепенении, навалилась апатия, а чувства замерли, как под анестезией. Я воспринимала окружающее отстраненно, как сквозь стеклянную стену.

Дома же, едва открыла дверь, ждал сюрприз: с кухни раздавались голоса, один, раздраженный — Майи, а второй — Владимира, друга Саши. Сердце болезненно кольнуло, я поморщилась, не имея сейчас никакого желания общаться, и тем более видеть напоминание о… черт, да о демоне, Ада, да. Прикусив губу, разулась, повесила куртку, и только взялась за ручку двери к себе, как в коридор выглянула соседка.

— О, Аделька. Что-то случилось? — тут же насторожилась она. — На тебе лица нет, подруга.

— Давай, потом? — устало ответила я, покосившись на нее и даже выдавив извиняющуюся улыбку.

Майя прищурилась, окинув меня внимательным взглядом.

— Александр? — коротко спросила она, и я поспешила успокоить ее — с соседки станется позвонить Сашке и намылить шею.

— Просто тяжелый день, — уклончиво ответила я и поспешила зайти в свою комнату, пусть это и выглядело не совсем вежливо.

Хорошо, что у Майи имелось чувство такта, и она не стала ломиться и выпытывать подробности. Голоса на кухне стали тише, а минут через пять, когда я переоделась, послышался звук закрывшейся двери. Устроившись на диване, я углубилась в поиски информации о демонах, стараясь не думать о том, что, возможно, это все-таки грандиозный розыгрыш. Что-то внутри подсказывало, что нет. И опять же, эти подарки на окне… Если Сашка и правда демон, то понятно, как забрался на четвертый этаж без страховки. Другой вопрос, почему его никто не увидел, но… Я не готова обсуждать с ним такие интимные подробности. Пока не готова. Внутри то и дело все замирало, страх мешался с любопытством, и когда я начала просматривать многочисленные статьи и форумы, первый пока что пересиливал. Да, подавляющее количество — выдумка и помесь мифов с домыслами, но… Черт, все равно по спине гулял холодок, когда рассматривала картинки и вспоминала преображение Аркадия. Невольно закрадывалась мысль: а Сашка как выглядит? Насколько… впечатляюще? И контролирует ли себя в другом облике? Ну и самый главный вопрос: действительно ли я нужна ему сама по себе, а не из-за моей девственности?

Потому что в одном сходились почти все писавшие: демоны чрезвычайно хитрые и коварные, безжалостные существа, готовые пойти ради достижения цели на любые подлости. И что они не способны на настоящие, серьезные чувства, по крайней мере, в том виде, в каком это значит для людей. Поморщившись, я закрыла крышку ноута и откинулась на спинку, прикрыв глаза и помассировав виски. Нет, Сашка не походил на того, кого описывали в сети, ничуть. Он вел себя абсолютно нормально для мужчины, которому серьезно нравится девушка. Но… У меня не такой уж большой опыт, это первое, и второе — я допускаю, что слишком доверчива и хочу надеяться, что Саша вовсе не чудовище. Потому что он мне нравился, меня тянуло к нему, и… целовался он так, что дух захватывало. А еще, он спас от Аркадия.

Мои сумбурные размышления прервал звук дверного звонка, и я дернулась, едва не сбросив ноут. И кого это на ночь глядя принесло?

ГЛАВА 8

В коридор мы с Майей выглянули одновременно.

— Ждешь кого-то? — уточнила она невозмутимо.

— Неа, — я покачала головой и шагнула к двери, посмотрела в глазок.

Та-ак… Меня посетило могучее ощущение дежавю. Курьер. Цветы. Только не скромный милый букет, а пошлая корзина, полная крупных, ослепительно-белых цветов, и из них выглядывает уголок конверта. Твою мать. Изнутри поднялась волна мутной злости, я скрипнула зубами и рванула дверь, уставившись на парня.

— Аделина Булгакова? — меланхолично осведомился он, жуя жвачку, и сунул мне листок. — Распишитесь.

Поставив закорючку, я кивнула и коротко произнесла:

— Поставьте здесь.

Курьер ушел, а я, не притрагиваясь к корзине, выдернула послание и развернула. «Самой прелестной девушке. До скорой встречи, Линочка». Ур-род. Перед глазами мелькнула его жабья морда, и захотелось пнуть злосчастную корзину, спустив ее вместо дарителя со ступенек. Но цветы ни в чем не виноваты, оставлю здесь, вдруг кто подберет. Смяв записку, вернулась в квартиру и поймала горящий любопытством взгляд Майи.

— Тот придурок, что похитил меня, извиняться пытается, — скупо обрисовала ситуацию и закрыла дверь.

После чего молча удалилась к себе, решив, что завтра все же расскажу, а то нехорошо получается — соседка искренне волнуется и переживает за меня. Попробовала перед сном отвлечься на диплом, но не вышло, и в конце концов, легла спать, забывшись тревожным, не слишком крепким сном. Может, утро принесет какое-никакое облегчение, не зря же пословицу сложили.

Сашка сидел перед камином, уставившись неподвижным взглядом в пляшущее пламя, и держал в руке стакан с коньяком. На душе было пусто и холодно, а из памяти не шло растерянное, бледное лицо Аделины. Сердце кольнуло, Ивлев вздохнул, прикрыл глаза и оперся затылком о спинку. Нет, он все сделал правильно, пусть и в ущерб собственным интересам, в конце концов, если… если она не примет правду, он женится по расчету на какой-нибудь дочке одного из партнеров отца. Так ведь многие из демонов делают, и живут себе припеваючи, заводя любовниц. И не ищут настоящих, серьезных и крепких чувств, на которые не способны демоницы…

На губах Сашки появилась горькая усмешка. А он вот такой, неправильный демон, черт возьми, потому что с детства видел, как относятся друг к другу родители, несмотря на то, что мама — обычная женщина. Невеселые думы Ивлева прервал зазвонивший телефон, и мужчина совсем не удивился, увидев высветившийся номер.

— Привет, Настюха, — тепло поздоровался он с сестрой.

— Санек, ты в порядке? — раздался негромкий, обеспокоенный голос.

Она с самого детства всегда чувствовала, что с ним творится, его близняшка. И даже когда они повзрослели и пошли каждый своей дорогой, связь между ними не ослабела, брат и сестра по-прежнему готовы были в любой момент прийти друг другу на помощь.

— Я рассказал ей, Насть, — признался он, и в груди снова появилось противное, тянущее ощущение, от которого Сашка поморщился.

— И как? — немного помолчав, спросила Настя.

— Она не бросилась мне на шею с заверениями, что всегда мечтала о романе с демоном, — с невеселым смешком ответил Ивлев. — В общем, такие вот дела, сестрик.

В трубке послышалось хмыканье.

— Ох, Санька, рыцарь ты мой на черном внедорожнике, — отозвались на том конце. — Теперь верю маме, что влюбленный демон — то еще несчастье ходячее. И что будешь делать дальше?

— Дам время, пусть решает, — Сашка пожал плечами, устало выдохнув. — Если не позвонит…

— Эй, Ал, что за упаднические настроения? — тут же возмутилась Настя. — Ты настолько не веришь в свою женщину? Прости, еще девушку? — тут же ехидно добавила она, и Ивлев сердито вскинулся.

— Настя, — огрызнулся он на сестру, но услышал только смешок.

— О, наконец знакомые интонации, — весело отозвалась неугомонная девчонка. — Санек, выдохни и выше нос, все хорошо будет. Дай ей прийти в себя, и увидишь, позвонит она тебе. Не переживай, брателло, — чуть мягче добавила Настя. — Я, конечно, ни разу не видела ее, но верю, что ты выбрал правильную. Просто наберись терпения, как раз, разберешься с этим ублюдком Кожиным.

На губах Сашки появилась слабая улыбка, он сделал глоток из стакана.

— Спасибо за поддержку, Настюх. Как ты там вообще?

— Пьянствую с нашими, — невозмутимо откликнулась сестра. — Да не за что, вэлкам, так сказать. Полегчало? — уточнила она дотошно.

— Спать буду спокойно, — улыбка Ивлева стала шире.

— Вот и отлично, тебе нужно быть в форме к пятнице, — довольно произнесла Настя. — Давай, бывай, звони, если что.

…Отключившись, высокая, стройная женщина в кожаных штанах и косухе с заклепками задумчиво прищурилась, прикусив губу, и несколько минут размышляла о чем-то, стоя около дверей байкерского клуба, а потом решительно набрала еще один номер.

— Мам? Привет. Сашка признался своей зазнобе, — не стала она ходить вокруг да около.

Выслушав ответ, Настя расплылась в улыбке и кивнула.

— Люблю тебя, спасибочки огроменное, — ответила она, и на этом разговор закончился.

Анастасия еще немного постояла, вдыхая морозный воздух, а потом вернулась в шумную компанию байкеров. Она верила, что у Сашки все сложится, ну а мудрая мама просто немножко поможет, зная по собственному опыту, как тяжело принять порой правду.

Утро облегчения не принесло. Голова оставалась тяжелой, я чувствовала себя разбитой и почти больной. Кое-как умылась, запихала в себя завтрак, практически не ощутив вкуса, и вышла из дома. Корзина пропала, к моему облегчению. Телефон молчал, не приходило ни сообщений, ни… звонков. И я поймала себя на странном ощущении смутного разочарования, а еще — да, с утра, на автомате, сделала несколько шагов к подоконнику. Саша держал свое слово и давал мне время, а я… Черт, раздрай не проходил. Я реально не представляла, что делать, если твой мужчина — демон. Чуть истерично не рассмеялась, споткнулась на последней ступеньке и остановилась, сделав несколько глубоких вдохов. Учиться, Ада, пока что — учиться. А там посмотрим. И я вышла на улицу, где сегодня резко потеплело, и с неба сыпался мокрый снег.

Засунув руки в карманы и уткнувшись в шарф, я брела к арке, глядя под ноги, миновала ворота и направилась привычным путем, однако далеко не прошла. Уловила шум подъезжающей машины, но — тут же дорога, все ездят, и не обратила внимания. Стук открывшейся двери… И голос, от которого я вздрогнула и резко обернулась, едва справившись с всплеском паники.

— Линочка.

Горло перехватило, и я даже закричать не смогла, с ужасом уставившись на довольно ухмылявшегося Аркадия, тело словно парализовало, и ноги приросли к асфальту. Холеный, в кожаной куртке с меховым воротником, он смотрел на меня так по-хозяйски, буквально облизывал взглядом, что захотелось передернуться, но увы — ступор не проходил.

— Давай, подвезу тебя, — вкрадчиво предложил он и шагнул ко мне, ухмылка стала шире. — Куда ты едешь, на учебу?

И тут я отмерла наконец, медленно шагнула назад, судорожно сжав в кармане телефон и не сводя с него напряженного взгляда.

— С-спасибо, сама доберусь, — пробормотала сипло, сглотнув вязкий ком.

— О, ну что ты, погода такая мерзкая, садись, — и этот… демон распахнул дверь, продолжая сверлить взглядом и скалиться в фальшивой дружелюбной улыбке.

Сквозь страх начало пробиваться раздражение, я поджала губы, не двигаясь с места.

— Не сахарная, не растаю, — отрезала и собралась повернуться, как этот снова сделал несколько шагов ко мне.

Только ничего больше сделать не успел, буквально из ниоткуда появился странный мужчина в плаще и шляпе с широкими полями, скользнул по мне безразличным взглядом и обратился к Аркадию:

— Девушка не желает с вами идти, Кожин. Вы не имеете права настаивать.

Господи, а это еще кто? Что он тут делает и что за странные слова говорит? Судя по тому, как скривился мой недавний похититель — теперь хоть фамилию его знаю — можно не волноваться, что меня силком засунут в машину.

— Ладно, — сквозь зубы процедил Аркадий, разом растерявший дружелюбие, одарил выразительным взглядом, от которого захотелось помыться, и сел в машину.

Мужик в шляпе развернулся и растворился в густых утренних сумерках среди спешащих прохожих. Я же, озадаченная, взвинченная и с полным сумбуром в мыслях поехала дальше в универ. Может, это Саша приставил ко мне охрану на всякий случай, пока я… разбираюсь в себе? Но почему тогда Кожин так легко отступился? От новых вопросов заломило виски, и я с усилием заставила себя отвлечься, не гонять по кругу. Все равно не получу ответов, а с Сашей не готова пока что общаться.

День прошел, как в тумане, если честно. Даже принесенный посыльным жасминовый чай и кекс не спасли положение. На работе, слава богу, посетителей не было, я занималась тестами и прочим, и даже на некоторое время перестала думать обо всем, свалившемся на меня в последние сутки. Ровно до момента, когда зазвонил телефон с незнакомым номером. Я несколько секунд напряженно смотрела на него, решая, ответить или сразу в черный список — никак, Аркадий каким-то образом узнал номер? Потом поджала губы, рассердилась на свою же паранойю и приняла вызов.

— Слушаю, — сухо произнесла, решив, что если это Кожин, то выскажу ему сейчас все без цензуры, а потом отправлю в черный список.

— Аделина? — раздался приятный женский голос, и моя злость сдулась, как воздушный шарик.

— Да, а вы кто? — настороженно спросила, пытаясь понять, почему он кажется смутно знакомым.

— Меня зовут Арина, мы можем встретиться? — предложила женщина. — Я хочу поговорить.

— О чем? — вырвалось у меня, взгляд скользнул по часам — до конца рабочего дня оставалось чуть меньше получаса.

— Вы свободны сегодня вечером? — осведомилась Арина, не ответив на мой вопрос. — Скажите, где вам удобно, я подъеду.

Несмотря на случившееся похищение, не хотелось верить, что эта Арина имеет какое-то отношение к Аркадию. Может, ей просто «жилетка» нужна, а кто-то из моих прошлых клиенток дал мои координаты? Стоп, тогда она должна была на почту написать, телефон же я никому не давала. Зашевелилось любопытство, кто же такая эта Арина и откуда меня знает, и я поняла, что на встречу соглашусь.

— Давайте, кафе на Заневском, — предложила ей и назвала адрес. — В семь часов вас устроит?

— Да, без проблем, — спокойно отозвалась Арина, и почему-то подумалось, что она улыбнулась. — До вечера, Аделина.

Я посмотрела на телефон и поняла, что следующие полтора часа будут самыми длинными в моей жизни. Конечно, работа уже делалась рассеянно, я все перебирала в голове знакомых и порывалась то позвонить Майе, то полезть в контакт и там поспрашивать, не знает ли кто Арину. Имя необычное, редко встречающееся, кстати, и красивое. Мелькнула мысль позвонить Саше и спросить, нет ли среди его знакомых… Но я отказалась от нее. Если ищу предлог, чтобы сделать это, значит, еще не дозрела, и до конца в голове все не улеглось.

К назначенному времени я была в кафе. Пока ехала, старалась не сильно коситься по сторонам, поддаваясь паранойе, но, когда двери заведения закрылись за мной, тихонько, с облегчением вздохнула. Выбрала столик в глубине и заказала чай, поглядывая на выход и с запозданием задумавшись, а как я узнаю эту Арину. Ну, думаю, как-нибудь справимся с вопросом. Мне как раз принесли чашку, я отвлеклась на несколько минут, а когда снова глянула в ту сторону, ко мне уверенно направлялась цветущая женщина лет тридцати. Миловидное лицо озаряла мягкая улыбка, каштановые волосы свободно лежали на плечах, темно-синие джинсы обтягивали стройные ноги, а тонкий трикотажный свитер обрисовывал высокую грудь. И я заметила, как ей вслед с откровенным восхищением смотрели мужчины.

Женщина остановилась у моего столика, вопросительно глянула.

— Аделина, да? — спросила она тем самым голосом, который я слышала в трубке.

Я кивнула, она грациозно опустилась на свободный стул и подперла кулаком подбородок, с интересом продолжая изучать меня.

— Я Арина, мама Саши, — огорошила ответом новая знакомая, и моя челюсть чуть не отдавила колени.

По спине пробежали мурашки, по телу прошлась сначала теплая волна, потом прохладная, и я стиснула чашку с чаем, охваченная нервным волнением.

— Вас Саша попросил встретиться? — выпалила, чувствуя себя очень сильно не в своей тарелке.

— Нет, он не знает, что я к тебе приехала, — улыбка Арины стала задумчивой и немного грустной. — Но я узнала, что он рассказал тебе о себе, и решила сама поговорить, заодно познакомиться с той, которая так сильно запала в душу моему сыну, — при этих словах щеки вспыхнули жаром, и я опустила взгляд в чашку с чаем, смутившись.

За столом повисла тишина, я пыталась понять, как строить разговор дальше с… мамой Саши, и не знала, будет ли вежливым спросить, человек ли она сама. Неожиданно Арина подалась вперед и коснулась моих пальцев, отчего я вздрогнула и покосилась на женщину.

— Ада, я понимаю, как тебе страшно, и как ты растеряна, — снова заговорила она, и я откуда-то знала, что это не просто слова сочувствия. — В свое время мне было еще хуже, чем тебе, меня просто украли посреди улицы и привезли к тому, кому я приглянулась, — хмыкнула Арина, а я тут же вспомнила Аркадия и передернула плечами.

— И… что? — осторожно поинтересовалась — из слов собеседницы выходило, что она — как и я, обычная женщина.

Но Саша — демон. Черт. Это как вообще? У них есть полукровки? Зашевелилось извечное любопытство, вопросы завертелись в голове, оттесняя страх и недоверчивое удивление, что я всерьез собираюсь обсуждать с незнакомой женщиной тему… демонов?

— Я вышла за него замуж, — с тихим смешком ответила Арина, и ее взгляд на мгновение стал отсутствующим и мечтательным, и она как будто еще пару лет сбросила. — Так уж получилось, что Руслан после первой нашей встречи просто не смог меня отпустить, и… вот, — она развела руками с очаровательной, беспомощной улыбкой влюбленной женщины. — Мы больше двадцати лет вместе, и у нас трое детей. И за меня Рус порвет любого, — уже серьезно добавила Арина, глядя мне в глаза. — Полная чушь, что демоны не умеют любить, просто встретить свою единственную, которая примет его такого, какой есть, выпадает далеко не каждому.

— Значит, папа Саши — демон? — переспросила я, вспомнив нашу короткую встречу с Русланом и запоздало испугавшись.

— Ну да, — кивнула Арина.

— А вы же — человек, — озадаченно сказала, пытаясь собрать кусочки мозаики в голове.

Женщина хмыкнула и откинулась на спинку стула.

— Да, человек, — спокойно подтвердила она. — Есть условие, при котором обычная женщина может забеременеть от демона, — продолжила Арина, а я опять мучительно покраснела от пикантной темы. — Если она не испугается, сама захочет этого, и — все должно случиться, когда демон в своем истинном облике, — она лукаво прищурилась и усмехнулась. — Сама понимаешь, условия довольно специфические, чтобы совпадать часто.

Мои глаза, наверное, стали круглыми, как монеты.

— В… истинном облике? — пискнула ошарашенно, вспоминая картинки из сети.

Ешкин-матрешкин, я столько коньяка не выпью. Арина, видимо, прочитав все эмоции на моем лице, снова рассмеялась.

— Поверь, не все такие страшилища, что поседеешь, как глянешь, — с отчетливым ехидством ответила она. — И потом, если любишь, не имеет никакого значения, как выглядит твой мужчина, — чуть тише продолжила Арина уже серьезно. — Есть ли у него клыки и раздвоенный язык. Зато можешь быть твердо уверена, что за таким на самом деле, как за каменной стеной, — она посмотрела мне в глаза.

А я вспомнила, как Сашка пришел за мной в дом Аркадия. Как необычно ухаживал, не побоявшись неудобных вопросов. Как в нашу первую встречу рассказал, что хочет настоящих, нормальных отношений и чувств — теперь понимаю, к чему он это говорил. Он не хотел обманывать, но как сказать девушке, что она встречается с монстром? Тем более, той, которая серьезно нравится…

— Твой похититель вызвал Сашу на поединок завтра, — вдруг сказала Арина, и я вздрогнула, вскинув на нее недоверчивый взгляд. — И поставил призом победителю — тебя, Ада.

Я застыла, переваривая новость, чувствуя, как отхлынула кровь с лица, и оно словно покрылось морозной коркой.

— Поединок? — прошептала непослушными губами. — К-какой?..

— Демоны так решают споры, Ада, — вздохнула Арина. — За убийство без причины можно влипнуть в большие неприятности, и поэтому существует законный способ разрешить разногласия. Поединок выбирается до смерти или до поражения соперника, и приз — то, из-за чего возник спор. Долю в бизнесе, территорию влияния, — она на мгновение помолчала и продолжила. — Девушку.

Внутри все упало от ее слов. Смерти я Сашке точно не желала. И ведь молчал, засранец, когда я спрашивала, не будет ли неприятностей. Значит, из-за этого приезжал Руслан?

— К-как, смерти? — сипло выговорила, позабыв про остывший чай.

Арина покачала головой.

— Не переживай, вряд ли Сашин соперник выберет этот вариант, — попыталась успокоить она. — Слишком разные весовые категории, — усмехнулась Арина неожиданно жестко.

Я прикрыла глаза и помассировала переносицу, в голове царила пустота. Мысли попрятались, эмоции — тоже словно впали в оцепенение. Саша завтра дерется с Кожиным. Из-за меня. А я… Вместо того, чтобы поддержать его, сижу и гружусь всякими нелепостями. Права Арина, не по внешности судить надо, а по поступкам. Конечно, рано утверждать, что я влюбилась, всего-то неделя прошла с нашего знакомства, но определенно, Сашка мне дорог, и я вовсе не хочу, чтобы он пострадал из-за меня. Демон… Иные люди ведут себя пострашнее чудовищ из сказок, между прочим, а он мне ничего плохого за это время не сделал ни разу. Даже соблазнить не пытался, и оставить у себя дома после похищения. Хотя мог ведь, и я бы наверняка согласилась. Подняла голову, посмотрела на Арину, молча наблюдавшую за мной.

— Спасибо, — негромко, серьезно произнесла я.

Арина улыбнулась уголком губ и наклонила голову.

— Рада, что мы встретились, — отозвалась она и поднялась. — Если будут какие-то вопросы, или захочешь обсудить, звони, с удовольствием поболтаю.

На моих губах появилась ответная улыбка.

— Я лучше у Саши спрошу, — уверенно ответила, уже приняв решение.

Апатия исчезла, и вернулось спокойствие, и понимание, что делать дальше. Арина бросила на меня еще один внимательный взгляд и кивнула.

— Вижу, Сашка не ошибся, — тепло произнесла женщина. — Не переживай, завтра все хорошо закончится. До свидания, Ада.

— До свидания, — попрощалась я.

Допила остывший, но все еще вкусный чай, торопливо поднялась и поспешила домой. А по пути решение сформировалось окончательно, только я с досадой поняла, что не знаю точного адреса Саши, и уже достала телефон, чтобы обратиться к Арине с этим вопросом, но потом передумала. Лучше у Вовки спрошу, у Майи стопроцентно есть его номер, уверена. Воодушевленная, я почти бегом поднялась на нужный этаж, зашла в квартиру и постучала в комнату соседки. Та выглянула, вопросительно подняла брови, и я выпалила с порога:

— Можешь связаться с Вовкой и спросить у него адрес Сашки?

Глаза Майи округлились, в них зажглось по большому знаку вопроса, но она кивнула, не став сейчас приставать с расспросами.

— Момент, — она исчезла в комнате, а я поспешила на кухню, откуда вкусно тянуло какой-то едой.

Как раз успела разогреть в микроволновке котлету с гречкой, когда появилась Майя и положила передо мной листок с адресом.

— Держи, — она опустилась на стул напротив и подперла кулаком подбородок. — Я, конечно, не хочу лезть в душу, но меня таки распирает от любопытства, как хомячка, — деликатно обрисовала она ситуацию.

Покосившись на нее, решила, что про демонов точно не буду рассказывать, и ограничилась короткой версией:

— У Сашки небольшие неприятности из-за моего похищения, с тем придурком. Хочу его поддержать.

Майя расплылась в ухмылке и многозначительно протянула:

— А-а-а, понятно все. Тебя к утру ждать или позже? — непринужденно осведомилась соседка, вогнав меня в краску.

— Да ну тебя, пошлячка, — сердито поджала губы, покосившись на нее. — Мне между прочим в универ завтра, а Сашке на работу.

И чтобы избежать дальнейших подколок, взяла телефон, набрав номер такси. Майя хмыкнула, поднялась, тихо прошептала:

— Ну тогда удачного вечера, подруга, — и ушла к себе.

Я же, вызвав машину на ближайшее время, торопливо доела ужин и снова оделась, спустившись во двор — как раз, подъехала машина. На всякий случай, покосилась по сторонам, но ничего подозрительного не увидела, села в такси и назвала адрес. Пока ехала, успела разволноваться, усомниться в правильности решения, чуть не отправила сообщение Саше, что еду — а вдруг его нет дома? От последней мысли бросило в холодный пот, я стиснула рюкзак и прикусила губу, глядя вперед невидящим взглядом. Нет, я все делаю правильно, и Сашка обязательно будет дома, мы поговорим откровенно и… Черт, не знаю, что «и». Даже несмотря на разговор с Ариной в голове пока не укладывалось до конца, что этот обаятельный и харизматичный мужчина, умеющий так галантно ухаживать, не человек.

Не удержала прерывистого вздоха, с сожалением подумав об оставшейся дома валерьянке, или даже пустырнике — надо, надо было перед поездкой хряпнуть для успокоения. Хорошо, мы добрались быстро, без пробок, и через полчаса такси подъезжало к знакомому забору. Сердце заметалось испуганным кроликом, я на автомате рассчиталась с таксистом, не сводя взгляда с ворот, вылезла из машины и на подгибающихся ногах медленно подошла. Несколько секунд гипнотизировала кнопку звонка, собираясь с духом, а потом, отрезав себе все пути к отступлению, решительно нажала белый кругляшок. Целую вечность ничего не происходило, и я слышала только шум крови в ушах, судорожно стиснув кулаки в карманах, а потом послышался щелчок замка, и калитка открылась. Передо мной стоял донельзя удивленный и озадаченный Сашка в домашних штанах и футболке, и при одном только взгляде на его немного осунувшееся, усталое лицо я поняла, как соскучилась. И, наверное, плевать, кто он такой на самом деле.

— Привет, — не слишком уверенно улыбнулась я. — Можно войти?

— Привет, — протянул Саша и посторонился, коротко взглянув мне за спину. — Ну заходи, раз приехала.

Удержавшись от передергивания плечами — что-то, кажется, меня тут не слишком рады видеть, — я шагнула через порог.

Едва девушка остановилась у ворот, как из переулка неподалеку отделилась тень и уверенно направилась к дому Ивлева, но успела сделать только пару шагов.

— Оставьте их, — раздался негромкий голос, и из тени выступила еще одна фигура — около наблюдателя остановился Руслан Ивлев, глядя чуть прищуренными глазами.

— Им нельзя оставаться наедине, таковы правила, — ровно произнес неизвестный в шляпе и плаще.

— Они не наделают глупостей, мой сын не дурак, — уверенно заявил старший демон. — Девушка останется нетронутой.

Наблюдатель несколько мгновений смотрел, как Аделина заходит в дом Александра, потом перевел взгляд на собеседника.

— Перед поединком ее все равно проверят, — бесстрастно сказал он, развернулся и растворился в темноте переулка.

Руслан, глянув на дом сына, улыбнулся, и его лицо смягчилось, а во взгляде мелькнула задумчивость.

— Хорошего вечера, Сань, — тихо обронил он и вернулся к машине.

Кажется, его сыну все-таки повезло не меньше, чем в свое время Руслану — с Аришей. И старший демон со спокойным сердцем отправился домой, к жене.

Я молча прошла за Сашей в дом, как-то разом растеряв всю уверенность, снова полезли сомнения, а правильно ли сделала, что приехала. Но тут же всплывала мысль о завтрашнем поединке, и вдоль позвоночника стекала холодная змейка мурашек. Я едва удерживалась, чтобы не вцепиться в руку Сашки и прижаться к нему. Черт, я переживала, да, и волновалась. Тем более, за меня ни разу не дрались мужчины. А тут — целых два демона… Еле успела поймать нервный смешок, заходя за хозяином в знакомое помещение. Так же без слов Саша помог снять куртку, жестом предложил пройти в гостиную.

— Что-нибудь будешь? — осведомился он, когда я села на диван, зажав ладони коленями.

— Н-нет, спасибо, я из дома, — помотала головой, избегая смотреть на него и уставившись в камин, где весело плясали оранжевые язычки.

И замолчала, не зная, с чего начать разговор. Саша тоже молчал, сев в кресло напротив, я ощущала его взгляд, и по телу волнами прокатывались щекочущие мурашки. Рассказать, что со мной встречалась его мама? А вдруг ему не понравится, что родители вмешиваются в его жизнь без разрешения? Тогда зачем я вообще приехала сюда? Подняла голову, встретилась с непроницаемым взглядом серых глаз…

— Аделина, ты могла бы просто позвонить, — тихо сказал Сашка, и от того, как он меня назвал, стало не по себе.

Еще несколько мгновений я собиралась с мыслями, а потом просто ответила:

— Я хотела тебя увидеть, Саша.

— Зачем? — еще тише спросил он, и захотелось подойти, взять за руку и заверить, что все будет хорошо.

Шестым чувством я поняла, что с ним: Сашка думал, я пришла сказать, что у нас ничего не получится. На моих губах снова появилась застенчивая улыбка.

— Соскучилась, — честно призналась, не отводя взгляда, хотя щеки опалило румянцем смущения. А потом, повинуясь чутью, выпалила, пока не передумала, и не дав ему ничего ответить. — Саш… Я хочу увидеть, какой ты.

ГЛАВА 9

Его брови поползли вверх от удивления, он явно не ожидал услышать подобное от меня, и я чуть нервно не хихикнула, наблюдая его недоуменное лицо.

— В смысле? — переспросил он, засунув руки в карманы.

— Покажи себя настоящего, — терпеливо повторила, чувствуя, как от волнения повлажнели ладони, но взгляда не опустила.

Не хочу, чтобы между нами стояли какие-то тайны. И если он сейчас доверится мне… Я постараюсь не испугаться слишком сильно. Ведь это тот же Саша, рядом с которым очень хорошо, а уж как он выглядит… Нет, не то, чтобы мне все равно, но отчего-то казалось, что ничего слишком уж ужасного я не увижу. Ведь если второй облик выражает суть каждого демона — вспомнился тот же Кожин, — то Сашка точно уродом не окажется.

Между тем, он не торопился соглашаться. Нервным жестом взъерошил волосы, не отрывая от меня хмурого взгляда, нахмурился.

— Ада, я не думаю, что это хорошая… — заговорил было он, но я не дала закончить.

— Саш, пожалуйста, — настойчиво повторила, перебив его. — Я хочу увидеть.

Он помолчал, прикрыл глаза и глубоко вздохнул, а потом криво усмехнулся.

— Ладно, раз хочешь, — ровно ответил Сашка и выпрямился, глядя поверх моей головы, его лицо застыло непроницаемой маской.

И тут меня осенило: кажется, кто-то переживает больше моего. Ох, он действительно боится потерять меня настолько, что готов даже поступиться собственными желаниями. Да, теперь вижу, что Сашка очень отличается от своих, скажем так, соплеменников, если верить Арине. Ну, с такими родителями не удивляюсь, в общем-то. Сашка взялся за край футболки и выгнул бровь, окинув меня взглядом.

— Мне надо раздеться. Тоже будешь наблюдать? — в его голосе проскользнули ироничные нотки, и на мгновение я увидела того Сашу, с которым провела последние чудесные дни.

От его слов щеки вспыхнули, я поспешно поднялась и отошла к окну, уставившись на темный двор и обхватив себя руками. За спиной послышался шорох, и лицу стало еще жарче, а сердце забилось сильнее. Мысль об обнаженном Сашке в нескольких шагах от меня волновала несказанно, пожалуй, даже сильнее, чем о его втором облике. Губы внезапно пересохли, и я облизнулась, чутко прислушиваясь к происходящему в гостиной, от напряжения аж мышцы закаменели. Почему-то казалось, что процесс превращения будет сопровождаться хоть какими-то звуками, но наступившую тишину нарушало только потрескивание дров в камине. А потом раздался голос, от которого я вздрогнула и едва не подскочила.

— Ада, — низкий, хрипловатый, лишь отдаленно похожий на Сашкин.

Спину обсыпало морозными мурашками, и почти сразу тело бросило в жар. Ну, момент истины, собственно. Давай, Линка, не дрейфь, сама просила.

— Может, не… — снова попытался отговорить Саша, и это послужило отличным толчком.

Задержав дыхание, я резко повернулась, невольно стиснув до боли пальцы и жестко приказав себе сдержать эмоции, и тем более, не визжать, как слабонервная девица. Чай, фильмы всякие смотрим в наш век компьютерных спецэффектов, так что всякого навидались. Однако все же не удержалась от судорожного вздоха, во все глаза рассматривая стоявшее передо мной существо. Высокий, метра под два, разворот плеч шире, чем в обычном облике, бугрящиеся мышцы, перевитые венами и кое-где покрытые багровой чешуей. Длинные когти, даже на вид острые. За спиной — крылья с ярко-оранжевыми, словно огненными прожилками. И глаза, раскосые, без зрачка, серебристого цвета. Мой зачарованный взгляд скользил по мощным пластинам грудных мышц, дальше, по отчетливым кубикам, до того рельефным, что по ним захотелось провести пальцем, чтобы убедиться, что это не фикция. От всей фигуры веяло мощью и силой, опасной, даже смертельной, но несмотря на зашкаливавший пульс и сбившееся дыхание, я не боялась. Удивительно даже, как быстро сознание приняло новые реалии жизни, и я осмелела, заметив наконец одну деталь, никак не вписывавшуюся в грозный облик демона.

Ниже пояса он целомудренно прикрывался футболкой, дразня мое девичье любопытство еще сильнее, отчего к волнению примешивалась изрядная доля смущения. Замешательство прошло, и я, продолжая рассматривать, смело шагнула вперед, подходя ближе, и неуверенно спросила:

— М-можно потрогать?..

Тут же осознала, как звучит со стороны, с досадой отметила, что голос дрогнул, и остановилась, покосившись на лицо с хищными, заострившимися чертами и непроницаемыми глазами. Демон медленно кивнул, внимательно наблюдая за мной, а я, подняв руку, осторожно дотронулась до чешуек на гладкой груди. Теплые и мягкие, как у змеи, и не царапаются. Даже приятно, на самом деле, и я почувствовала себя увереннее. Не набрасывается же, не пытается сделать что-то плохое, значит — вполне контролирует себя. Думаю, в противном случае, Сашка бы не согласился на мою просьбу. Осмелев окончательно, провела по мышцам, ощущая, какие они твердые, и кстати, горячие, температура демона явно выше обычной человеческой. Он шумно вздохнул, и я от неожиданности отдернула руку, а потом снова раздался хриплый голос:

— Боиш-шься?

Я вскинула голову и отрицательно качнула.

— Нет, — коротко ответила, вернувшись к разглядыванию. — Так странно… — вырвалось у меня, а пальцы снова потянулись к его телу, и похожему, и не похожему на обычное мужское.

И мне нравилось то, что я вижу. Может, некоторые сочтут меня извращенкой, но ничего ужасного или отвратительного я не видела. Необычно — да, непривычно — да. Однако я не чувствовала опасности и действительно не боялась. Невольно снова вспомнился Кожин и чувство омерзения, и я едва не передернула плечами, избавляясь от неприятных воспоминаний.

— Что? — коротко уточнил Сашка, не двигаясь, и все так же наблюдая за мной.

— Видеть тебя таким, — призналась и провела по мощному бицепсу до самого плеча.

А он вдруг шумно выдохнул, вздрогнул и перехватил мое запястье на удивление аккуратно и бережно, несмотря на когти. Краем глаза я заметила, как часть футболки упала, мой ошалелый взгляд метнулся к темной дорожке, уходившей вниз от пупка, машинально отметил узкие, мускулистые бедра… Ох. Не знаю, чего во мне сейчас было больше, любопытства или смущения — если не считать пляжа, я впервые видела обнаженного мужчину. Ну, то есть, совсем обнаженного. Да еще и того, который вызывал вполне определенные эмоции и желания. Сашка же неожиданно раздвинул губы в усмешке, и я заметила небольшие клыки, что придавало ей некоторую пикантность.

— И? — снова немногословно поинтересовался он, не отпуская мою руку.

Я же, застенчиво улыбнувшись, ответила чистую правду:

— Нравится.

Удивительно, но сейчас, когда я собственными глазами видела ожившего персонажа из легенд и сказаний, вчерашние страхи и метания показались смешными и надуманными. Может, другие демоны и были жестокими и беспринципными, какими их описывали, но я знала, что Сашка не такой. По крайней мере, не с близкими людьми. На его лице мелькнуло удивление, а потом он издал хриплый, низкий смешок и отпустил наконец мою руку.

— Налюбовалась? — с явной иронией спросил Саша, и совершенно неожиданно от этого голоса по спине как горячая капля воска скатилась.

Черт, я точно извращенка. Потому что мои глаза никак не могли оторваться от этого тела, блуждали по нему самым бесстыдным образом, а пальцы чесались от желания прикасаться снова и снова. Может, у демонов какая-нибудь особенная магия есть, типа для привлечения девственниц, а? Едва не рассмеялась собственной нелепой догадке, и кивнула на вопрос Ивлева.

— Тогда отвер-рнись, — а от вот этих вот рычащих ноток вообще коленки подкосились самым позорным образом… — В этом виде тяжело сдерживать… инстинкты, — пояснил Саша на мой вопросительный взгляд, и его глаза ярко вспыхнули расплавленным серебром.

Я же на свою беду зачем-то покосилась на футболку, целомудренно прикрывавшую самое интересное. Только она красноречиво приподнималась, недвусмысленно давая понять, о каких именно инстинктах говорит мой собеседник. В теории мужской физиологии я была подкована достаточно. О-о-о. К лицу прилила кровь, и об щеки можно спички зажигать, я поперхнулась воздухом и поспешно отвернулась, отойдя на несколько шагов. А в следующий момент затылок опалило горячее дыхание, и тот же рокочущий голос проговорил:

— Особенно, когда ты прикасаешься, Ада.

Ой. Прикусив губу, я прерывисто вздохнула и улыбнулась, опустив голову. Получать раз за разом доказательства того, что Сашку тянет ко мне так же, как и меня к нему, было невероятно приятно. От этого кружилась голова и в животе порхали бабочки, как в любимых мною романах. Позади снова раздался шорох, а потом сильные, уже вполне человеческие руки обняли, прижали к груди, и Сашкин подбородок оперся на мое плечо.

— Я с Кожиным завтра дерусь, — признался негромко он, и я оценила откровенность. — Ты только не переживай, ладно? Набью я ему лицо, ничего он мне не сделает, — поспешно добавил Сашка, невесомо касаясь губами моей щеки. — Обещаешь?

— Хорошо, — я улыбнулась и чуть повернула голову, поймав его взгляд, полный облегчения. — Саш…

— Алларэн, — перебил вдруг он, запуская пальцы в мои волосы. — Можно просто Ал.

Я моргнула, слегка озадаченная, и Сашка пояснил, блуждая взглядом по моему лицу:

— Это мое настоящее имя, для своих. Среди демонов его знают только родители и крайне редко кто-то еще.

Оу. И степень доверия я оценила, да… Наверное, и мне стоило бы быть немного откровеннее с Сашкой, но я отчаянно не хотела портить такой чудесный вечер. Как и оставаться сейчас одна, несмотря на поздний час. Поэтому, пока не передумала и не испугалась собственной смелости, посмотрела ему в глаза и тихо попросила:

— Ал… Можно, я у тебя сегодня останусь?

Он замер на мгновение, недоверчиво прищурившись, а потом я заметила мелькнувшие во взгляде сожаление и досаду. Широкая ладонь погладила по щеке, Сашка длинно вздохнул, отстранился и потянул за собой к дивану. Я насторожилась, но послушно села, позволила себя снова обнять.

— Я бы очень этого хотел, малыш, — признался он и поморщился. — Но нельзя. Понимаешь, — Саша снова помолчал, а потом все же продолжил, его лицо закаменело. — Кожин выставил тебя в качестве приза победителю в завтрашнем поединке. И ты должна остаться нетронутой, в противном случае достанешься сопернику за нарушение правил без всякого сражения.

О, блин. Черт. Так стыдно мне еще никогда не было, я застыла, не зная, куда себя девать, и теперь огнем горело не только лицо, но и шея, и уши. В конце концов уткнулась в плечо Сашки, на языке вертелись одни нецензурные выражения, и страстно захотелось лично надавать Кожину по щекам. И плевать, демон он там или кто.

— Ублюдок, — прошипела все же я, выпуская эмоции. — Скотина. Да… Да как он вообще посмел? Я ему не вещь вообще.

Ал успокаивающе погладил по спине, прижав чуть крепче, а потом и вовсе откинулся и уложил на грудь.

— Конечно, не вещь, Ада, — отозвался он. — Ты чудесная, милая девушка, которая ему не достанется ни при каких условиях. И никому другому, — чуть тише добавил Сашка, коснувшись губами макушки.

Я пошевелилась, приподняла голову и посмотрела на него, утонув в серебристо-серой глубине. Нет, не хочу сегодня никуда уезжать. Я же изведусь до завтра. От Кожина можно ждать любой подлости… Обхватив ладонями Сашкино лицо, уже слегка колючее, я сделала то, чего больше всего хотелось: прижалась к его губам с отчаянием умирающего от жажды. Дала волю эмоциям и невысказанным желаниям, прижалась всем телом, целуя жадно, нетерпеливо, чувствительно прикусывая губу и втягивая в свой рот. Саша шумно выдохнул и моментально перехватил инициативу, его ладони оказались на моей попке, довольно сильно сжав. По телу прокатилась волна жара, едва я ощутила низом живота выразительную твердость, но смущение в этот раз приходить не торопилось.

Вместо него по венам растекалось вязкое, обжигающее желание, проникавшее в каждую клеточку, заполнявшее все существо. Совершенно потеряв голову от нахлынувших эмоций, я запустила пальцы в волосы Саши, вцепившись и притягивая к себе его голову, поставив колени по обе стороны от него и бесстыдно выгибаясь навстречу. Между ног вспыхнуло маленькое солнце, мне казалось, я умру, если не удовлетворю голодную, сосущую пустоту внутри, и плевать на все запреты… Значит, вот оно как бывает, когда тебя тянет к мужчине настолько сильно, что инстинкты берут верх над всем остальным…

Глухо рыкнув мне в губы, Саша вдруг быстро перевернулся, прижав меня к дивану, и сердце ухнуло в желудок, затрепыхавшись там пойманным зверьком. Мужчина отстранился, опираясь ладонями на диван, навис надо мной, тяжело дыша и не сводя тяжелого, пристального взгляда. Вот теперь я отчетливо разглядела багровый огонек, и кстати поняла, к чему было то мое видение. Но только улыбнулась припухшими губами, не отводя глаз и запалено дыша.

— Ада, — хрипнул Сашка и сглотнул, тряхнув головой. — Что ж ты делаешь, девочка моя…

Вместо ответа я ухватила его за футболку и вновь потянула к себе, не сочтя нужным ответить. Я сама до конца не понимала, что делаю и зачем, Саша же сказал, чем может обернуться мое сумасбродство. Но отпустить его сейчас было выше моих сил. Тихо зашипев, он легко перехватил мои запястья одной рукой, завел за голову и прижал к подлокотнику, и от острого ощущения беспомощности я едва не задохнулась — эмоции плеснули горячей волной, заставив прогнуться. Изгиб шеи обжег поцелуй, ничуть не нежный, зубы чувствительно прихватили кожу, словно ставя на мне метку, и тут же отпустили, язык медленно прошелся по укусу, рассыпая колкие мурашки. На несколько мгновений перед глазами потемнело от вспышки ощущений, и словно издалека я услышала короткий, тихий стон. До меня не сразу дошло, что это — мой собственный. А в следующий момент ладони Саши стремительно скользнули под мой свитер и одним движением задрали его, сдернув к поднятым рукам. Еще мгновение, и мои запястья оказались спутаны одежкой, а лицо Ала с хищной улыбкой — в нескольких сантиметрах от моего.

— Не опускай руки, — шепнул он тем же хриплым голосом, и медленно провел ладонями обратно вдоль тела, не сводя с меня горящего взгляда.

Я прикусила губу, тихо всхлипнув, по телу прошлась волна жара от прикосновений, от шеи до самых кончиков пальцев на ногах. Кожа стала слишком чувствительной, реагируя огненными вспышками, к низу живота стекали горячие змейки, отчего между ног все тяжело пульсировало и изнывало от желания. А Сашка снова наклонился уже к моей груди, прихватил губами напряженный, ноющий сосок прямо через кружево белья и пощекотал языком. Короткая молния удовольствия заставила судорожно вздохнуть, а потом громко охнуть, когда твердую вершинку аккуратно сжали зубы, добавив совсем чуть-чуть сладкой боли. Лишь краем сознания я отметила, что ловкие пальцы уже уверенно расстегивают джинсы, то и дело легонько дотрагиваясь до животика, отчего я вздрагивала и ежилась.

Между тем, мой демон отодвинул языком край бюстика, высвобождая стреляющую острыми вспышками горошину, и губы захватили в жаркий плен, мягко втянув и заставив выгнуться навстречу. У меня вырвался тихий возглас, а перед крепко зажмуренными глазами поплыли разноцветные круги. Несколько упоительных мгновений я плыла в невесомости, захваченная яркими переживаниями, растворяясь в эмоциях, а Саша, последний раз пощекотав раздразненную вершинку, переместился ниже. Проложил дорожку до самого пупка, одновременно стягивая с меня джинсы, и я послушно приподнялась, утопая в жарком мареве желания и жаждая продолжения. Натянутые нервы дрожали, дыхание сделалось рваным и тяжелым. Я хватала ртом вязкий воздух, вцепившись связанными свитером руками в подлокотник, кусая губы и почти не ощущая тела. Ладони Саши медленно погладили бедра, язык провел вдоль резинки трусиков, заставив в очередной раз беззвучно всхлипнуть и податься навстречу, сгорая от переполнявших эмоций. Словно сквозь вату донеслось тихое бормотание:

— Ты так вкусно пахнешь…

Его пальцы поддели край белья и потянули вниз, пока губы покрывали легкими, нежными поцелуями каждый сантиметр обнажавшейся кожи. Я выгнулась сильнее, тягуче застонав:

— Са-аш…

Горячий язык провел влажную дорожку до самого низа, нежно пощекотал там, где начинались мягкие складочки, и Саша одним движением избавил меня от белья, не отрываясь от приятного занятия. Я лишь успела слабо ахнуть, когда сильные руки подхватили под колени и настойчиво раздвинули мои ноги — сопротивляться, как и смущаться, ни сил, ни желания не осталось. А самое сокровенное уже давно изнывало от нетерпения, и я задохнулась от восторга, почувствовав, как чуткие пальцы уверенно раздвинули нежные лепестки. Ох, господи, что он делает… Деликатное прикосновение к жарко пульсировавшей сердцевинке заставило дернуться и тихо вскрикнуть. Я широко распахнула невидящие глаза, и сама лишь шире развела колени в безмолвном приглашении продолжить, купаясь в безбрежном океане удовольствия. А потом к чувствительному местечку приник умелый рот, погружая меня глубже в пучину сладких, до болезненной истомы внизу живота, переживаний…

Мир завертелся в ярком калейдоскопе, пока Саша умело ласкал, то нежно поглаживая горевший жаром бугорок, то медленно обводя вокруг, заставляя извиваться и хныкать, выпрашивая больше. Когда же к языку присоединились пальцы, усиливая откровенные прикосновения, мягко, но аккуратно проникая в горячую глубину, я стремительно взлетела к сияющей вершине, замерла на мгновение, балансируя на самой грани и растягивая сладкий миг ожидания. Напряглась, как струна, беззвучно шепча и запрокинув голову:

— Да… Еще чуть-чуть… Пож-жалуйста-а…

Всего на одно бесконечное мгновение Сашка замер, отстранился, осторожно подув на раздразненное местечко, а потом снова приник, аккуратно прихватил зубами нежную плоть… Я не выдержала, хрипло закричала, распадаясь на множество сияющих осколков, став сверхновой и превратившись в чистую энергию. Перед глазами все заискрилось, невесомое тело наполнилось щекочущим наслаждением, проникшим в каждую клеточку, а мой мучитель не отпускал, вновь и вновь ласково прикасаясь языком к пылавшей точке. До тех пор, пока я обессиленно не обмякла, дыша открытым ртом и почти не ощущая себя. Ух. Вот это, однако, понимаю, маленькая смерть…

Сашка уткнулся лбом в мой живот, щекоча горячим дыханием, его пальцы лежали на бедрах, тихонько поглаживая все еще очень чувствительную кожу. И мне бы смутиться непристойности собственной позы и полному отсутствию одежды на мне, но я только лениво улыбалась, бездумно глядя в потолок и ловя отголоски бурного оргазма, еще блуждавшие по телу. Наконец Саша выпрямился, шумно вздохнув, освободил от свитера, мягко обнял безвольную меня и прижал к себе, уткнувшись в волосы. Мои руки обвились вокруг его шеи, голова склонилась на плечо, и сердце постепенно успокаивалось — я возвращалась в реальность.

— Это было классно, — прошептала и потерлась щекой, как кошка.

Могла бы — замурлыкала. И вот сейчас совсем не хотелось никуда уезжать, но я понимала, что Сашке и так тяжело после всего случившегося. Хоть мои знания в плане мужской физиологии ограничивались пока теорией, я все-таки девочка начитанная, представляла, как ему нелегко сдерживать собственные эмоции. А, собственно, почему бы не помочь так же, как он мне?.. Ну, не ртом, конечно, от одной только мысли охватывал такой могучий приступ смущения, что лицо полыхало огнем. Но ведь можно и просто руками. Чуть пошевелившись, повернула голову и шепнула, медленно проведя ладонью по напряженным мышцам спины Саши:

— Хочешь, я тоже…

— Нет, — перебил он решительно, догадавшись, о чем я, и тихо фыркнул в ухо. — Я хочу по-настоящему, малыш, — добавил низким, бархатистым голосом и стиснул чуть крепче, легко поцеловав в шею.

Черт, там же наверняка остался роскошный засос. Но почему-то это ни капли не смущало, а лишь вызывало странное удовольствие. Может, я сошла с ума, но мне хотелось принадлежать Сашке, и чтобы об этом знали. И плевать, демон он там или человек. Еще несколько упоительных мгновений я провела в нежных объятиях, а потом меня отстранили и посмотрели в глаза.

— Я отвезу тебя домой, — мягко произнес Саша и улыбнулся уголком губ, погладив ладонью по лицу. — Спасибо, что приехала, Ада. Я правда не ожидал.

Застенчиво улыбнувшись в ответ, я потерлась об его руку, продлевая секунды близости, а потом пришлось подниматься и приводить себя в порядок. Под пристальным взглядом Саши тело горело одновременно от смущения и волнения, едва успокоившиеся эмоции снова разбушевались. Остаться бы… Я повернулась спиной к Ивлеву, убрав волосы со спины, и он помог застегнуть бюстик, мимолетно скользнув пальцами вдоль позвоночника. Вздрогнув, поежилась, прикусив губу — по спине прокатилась горячая дрожь, и тут же захотелось податься назад, прижаться к его груди, и чтобы обнял. Но Саша уже убрал руку, справившись с застежкой, и развернул, вручив свитер.

— Жди здесь, я переоденусь, — произнес он, чмокнув в кончик носа. — Предложил бы тебе чаю, но время и так к полуночи, — мужчина с сожалением вздохнул.

После чего вышел из гостиной, оставив меня ненадолго одну. Обхватив себя руками, я опустилась на диван, уставившись в огонь и перебирая сладкие, будоражащие кровь воспоминания. Прикосновения чутких пальцев, откровенные поцелуи, приносящие столько наслаждения, хриплый шепот и волшебные ощущения, наполняющие каждую клеточку… Зажмурившись, я тряхнула головой и прерывисто вздохнула. Надо на ночь выпить чего-нибудь, а то точно не усну, а завтра еще высидеть пары и пережить этот поединок. Я не собиралась спрашивать Сашу, где он будет, прекрасно понимая, что не получу ответа. Да и не хотелось, если честно, смотреть. Уж лучше подожду в спокойной обстановке.

Он спустился минут через десять, уже в джинсах и свитере грубой вязки, и я обратила внимание на влажные волосы — в душе, что ли, побывал?

— Ну, я готов, — он улыбнулся и остановился рядом, положив руку на талию. — Пойдем?

Я забрала пуховик и рюкзак, и мы вышли на улицу, сели в машину. Прежде, чем выехать, Саша повернулся ко мне и внимательно, серьезно посмотрел в глаза.

— Завтра после обеда я встречаюсь с Кожиным, — негромко заговорил он. — Перед этим к тебе придут проверить, соблюдено ли главное условие, — на моем лице, видимо, отразились эмоции, потому что Саша тут же добавил. — Не переживай, это просто формальность, ничего страшного с тобой делать не будут, — он погладил мою щеку, ласково улыбнувшись. — Как все закончится, я сразу позвоню и приеду за тобой.

— Хорошо, — пробормотала я, чувствуя, что завтра будет самый сложный и длинный день в моей жизни.

Сашка улыбнулся шире, подался вперед и коснулся моих губ легким поцелуем, а потом наклонился к уху, придержав за подбородок:

— Обещаю, завтра у нас будет чудесный вечер вдвоем, — шепнул он и добавил совсем тихо. — И ночь тоже.

Прерывисто вздохнув, я почувствовала, как внизу живота все отозвалось тягучей истомой, а между ног жарко запульсировало. Звучало многообещающе, и я ничего не имела против. Отстранившись, Саша завел машину, и мы выехали. Глядя в окно на заснеженный пейзаж, я вновь погрузилась в воспоминания и не заметила, как задремала. И правда, для меня время позднее уже, ну и напереживалась, конечно, не только за вечер, но и за последние дни. Столько перемен сразу, и далеко не все безобидные… Жизнь перестала быть простой и понятной, обрела новые грани и краски, во всех смыслах. И все-таки, где-то на задворках сознания билась робкая мысль, что хорошо бы, кроме Кожина и Саши демонов в моей новой жизни больше не появлялось. А, ну и его семьи, да.

Вздохнув, пошевелилась во сне, сменив позу и смутно ощущая, что тело слегка затекло, но почти сразу вынырнула из дремы, почувствовав, как машина остановилась. Мы приехали. Саша снова повернулся ко мне, погладил пальцами мои губы, тут же приоткрывшиеся под ненавязчивой лаской, и я потянулась к нему за продолжением. Ладонь моего демона тут же скользнула на затылок, привлекая ближе, и несколько минут мы с упоением целовались, не в силах оторваться друг от друга. Мои пальцы запутались в темных прядях, не желая отпускать, и только когда закончилось дыхание, я нехотя отстранилась, рвано дыша и глядя на Сашу слегка пьяным от эмоций взглядом. Он судорожно сглотнул, погладил мою шею и выпрямился.

— Тебе пора, малыш, — слегка охрипшим голосом произнес Саша, и я едва сдержала разочарованную гримаску.

Однако он был прав, конечно. Я вылезла из машины, Ал проводил до подъезда, напоследок еще раз одарив намеком на поцелуй, и подтолкнул к двери. И я зашла, медленно поднимаясь по лестнице. Как во сне, дошла до квартиры, переступила порог, чувствуя, что все эмоции остались там, внизу, с моим необычным мужчиной. Да, я уже считала Сашку своим, как и он меня. Невольно на губах появилась улыбка, едва вспомнила вечер, и пальцы потянулись к шее, погладить место поцелуя. На шум в коридоре из комнаты выглянула разноцветная голова Майи, соседка окинула внимательным взглядом и удовлетворенно кивнула.

— Вечер прошел плодотворно, — глубокомысленно заметила она и скрылась в комнате, правильно рассудив, что мне не хочется сейчас что-то обсуждать.

Я же, быстро раздевшись и умывшись, свернулась клубочком под одеялом, закрыв глаза и смакуя воспоминания, и так и уплыла в сон. Хорошо, что утомленное сознание не радовало никакими пикантными картинками, дав мне отдохнуть как следует.

Утром, как раз за завтраком, мои нервы потихоньку начали натягиваться, и волнение щекотать изнутри невидимыми лапками. Я впихнула в себя завтрак, едва ощутив вкус, и в процессе то и дело поглядывала на молчащий телефон. Ну да, Сашка наверняка отсыпается перед сложным днем, это мне на учебу надо ехать. Коротко вздохнув, допила чай и поспешила в комнату переодеваться. А уже почти на пороге, когда я застегивала пуховик, раздался звонок. Мои брови поползли вверх, губы невольно сложились в улыбку — все-таки Сашка решил сюрприз очередной сделать? Я решительно распахнула дверь… И почти уткнулась носом в еще одну корзину с розами, близняшку вчерашней. А вот это зря, потому что я и так на взводе. Поджав губы, молча расписалась за получение, очень жалея, что Кожина нет рядом, чтобы надеть ему эту корзину на голову. Записку даже читать не стала, а дождавшись, когда курьер уйдет, со всей силы пнула подарок, спустив с лестницы.

— Подавись своими розами, — процедила сквозь зубы и, прихватив рюкзак, поспешила на пары.

Может, учеба поможет немного отвлечься и не думать, где сейчас Саша и что с ним происходит. Я же не знаю, а вдруг поединок как раз утром? Именно сейчас? Пока я еду в универ?.. Тряхнув головой, отвесила себе мысленного подзатыльника, подходя к воротам в арке.

— Истеричка, — буркнула, поджав губы. — Хватит уже.

Когда в кармане зазвонил телефон, я едва не подпрыгнула, а сердце так и вообще норовило выскочить через уши. Сашка… С радостной улыбкой я посмотрела на экран — номер неизвестный. Радость увяла, я нахмурилась, кусая губы, но потом все-таки приняла звонок. Вдруг кто-то важный, или по работе.

— Слушаю, — осторожно ответила, замедлив шаг.

— Ариночка? Рад слышать тебя снова, — раздался ненавистный голос, и я чуть не рявкнула матом, где я видела этого ублюдка и в какой позе. — Решил позвонить тебе лично, думаю, мы очень скоро увидимся. Ты же подготовишься к нашей встрече, правда? — вкрадчиво добавил Кожин, и меня аж передернуло. — Мне нравится кружевное белье…

— Сашка вам задницу надерет так, что сидеть больно будет, — ровно ответила я, сдерживая бушующий внутри огонь ярости. — И не звоните мне больше, всего нехорошего и неудачи вам на всю голову, — не дожидаясь его ответа, я отключилась и поспешила занести номер в черный список.

Вот тварь, а. И откуда только ухитрился узнать мой номер? Сволочь, вообще. Едва не плюясь огнем, как настоящий дракон, я доехала до универа и отправилась на занятия. Злость помогла на некоторое время отвлечься от волнения, и где-то до обеда я в самом деле переключилась с продумывания, чтобы я сделала Кожину, если бы смогла, на лекции и семинар. А когда на большой перемене, перед последней парой, в два часа, спустилась в столовку на обед, пришло сообщение от Саши. «Жди меня в кафе около твоего дома. Думаю, буду часам к четырем-половине пятого. Целую крепко. Твой». С губ тут же сорвался вздох, я улыбнулась, а сердце забилось часто-часто. Мой… И почти сразу накрыло волнением, и гораздо сильнее, чем утром. В четыре. Значит, поединок скоро…

ГЛАВА 10

Последнюю пару помню с трудом, если честно, все мои мысли были там, с Сашей. И очень кстати оказался звонок Арины, как раз, когда я в начале четвертого выходила из корпуса.

— Привет, давай кофе выпьем, не против? — раздался ее непринужденный голос.

— Да, конечно, — воодушевилась я, спускаясь по ступенькам с крыльца.

— Где встретимся? — уточнила мама Саши.

— Там, где в прошлый раз, — предложила, скользнув взглядом по стоявшему внизу мужчине в широкополой шляпе, весьма странной для зимней погоды, и в плаще.

— Хорошо, я скоро буду, — пообещала Арина и отключилась.

А мужчина, едва я шагнула с последней ступеньки, приблизился ко мне, глядя бесстрастным взглядом.

— Госпожа Булгакова? — уточнил он, и я вспомнила, что точно такой же избавил меня от внимания Кожина.

Беспокойство улеглось, осталась лишь легкая настороженность. Наверное, Саша их имел в виду, когда говорил о проверке вчера.

— Да, — я кивнула, сунув руки в карманы, покосившись на него.

— Давайте отойдем в сторонку, — предложил незнакомец, и мы зашли за высокое крыльцо. — Я не задержу вас надолго, — успокоил он, поднимая голову и одаривая пристальным взглядом.

Заметив вспыхнувшие багровые огоньки, невольно вздрогнула, едва не шарахнувшись в сторону, но удержалась. Понятно, что это тоже демон, куда же без этого. Всего несколько мгновений пришлось выдержать тяжелый взгляд, а потом мужчина наклонил голову.

— Все в порядке, госпожа Булгакова, — так же бесстрастно произнес он. — Хорошего вам дня.

После чего, развернулся и скрылся за поворотом. Поправив рюкзак, я покосилась ему вслед, а потом поспешила на остановку, решив на этот раз не идти пешком — меня же Арина ждала. Транспорт тут ходил часто, и до кафе я добралась быстро, а там и гостья подоспела. Она опустилась на свободный стул, одарила быстрой улыбкой, и я невольно восхитилась ее выдержке: по ней ни за что не скажешь, что волнуется за сына.

— Ну, как ты? — осведомилась она, когда мы сделали заказ.

Я вздохнула и помешала сахар в чашке.

— Переживаю, — честно призналась.

— Все хорошо будет, поверь, — заявила Арина, и тонкие пальцы легли на мою ладонь. — Сашка справится, он молодец. Хочешь, расскажу, как я с Русланом познакомилась? — прищурившись, спросила она с лукавой улыбкой.

С радостью ухватившись за возможность отвлечься, я согласилась послушать историю, не сомневаясь, что она будет весьма занимательной.

Ровно к трем Ал подъехал к месту встречи — большому спортивному комплексу в южной части города. Именно здесь проводились подобные мероприятия, и просторный зал специально оборудовали под поединки демонов. Поскольку на них зрителей не предполагалось, то и сидений тоже не было, только несколько кресел для судий и свидетелей с обеих сторон. Арену отгораживали от стен прозрачные щиты, на первый взгляд, казавшиеся хрупкими, но на самом деле, их не расколоть даже очень сильным ударом. Саша приехал один, отец сказал, что подойдет раньше, осмотреть все и проследить, чтобы без неожиданностей.

Он был совершенно спокоен и собран. Смешная угроза Кожина ничего не стоила, пусть он и являлся владельцем банковского холдинга и имел определенный вес в этой среде. Руслан тоже не со вчера бизнесом занимался, так что, можно не переживать. Саша оставил машину на стоянке и направился в зал упругим, легким шагом, азарт уже щекотал в крови пузырьками, и пальцы чесались надавать Кожину по физиономии. Едва Сашка вспоминал привязанную Аделину в его доме, как перед глазами все темнело от ярости, и эмоции удавалось усмирить с трудом. Голова ему нужна холодная, Кожин — та еще хитрая тварь. Во втором облике, в самом деле похожий на большую, отвратительную жабу, он имел неприятную особенность: мог плеваться сгустками слизи, и его кожа ее тоже выделяла. Субстанция вполне могла отравить, и какое счастье, что на Сашку в демоническом облике практически никакие яды не действовали. Такая вот полезная особенность организма.

Саша сразу зашел в раздевалку, к счастью, пустую, выбрал шкафчик и быстро разделся, покрутив шеей и подвигав плечами. Глубоко вздохнул, прикрыл глаза, выпуская внутреннюю сущность, и через мгновение в помещении стоял мускулистый демон с бордовой чешуей и полыхающими злостью, холодными ртутными глазами. Самое то состояние перед боем, не слепая ярость, а именно злость и желание наказать того, кто протянул свои грязные лапы к его женщине. Глухо рыкнув, Ал направился к выходу в зал, надеясь, что все собрались, и он покончит с этим делом быстро. Там в самом деле за ограждением уже стоял наблюдатель, как всегда, бесстрастный и отстраненный, рядом — отец, невозмутимый и спокойный, и тот самый неприметный мужчина, которого Ал видел в злосчастном ресторане с Аделиной. Видимо, подручный Кожина. Сам соперник, тоже в истинном облике, стоял поодаль, и мясистые губы растягивала широкая ухмылка. Зрелище не для слабонервных, но демона она ничуть не впечатлила.

Не сводя с Кожина тяжелого взгляда, Ал приблизился, остановился в нескольких шагах, сжимая и разжимая когти и чуть согнув ноги, готовый в любой момент отреагировать на малейшее движение соперника. Наблюдатель, видя, что все в сборе, заговорил:

— Инициатор поединка, Аркадий Кожин, выбрал драку до поражения. Как только прозвучит гонг, запрещается продолжать поединок. Начало сражения — сразу после сигнала.

Алларэн презрительно вздернул верхнюю губу: ну кто бы сомневался, что этот трус побоится поставить условие выигрыша — смерть. Знает, падла, что не ему тягаться с соперником. А Кожин, между тем, хмыкнул, подошел почти вплотную, распространяя вокруг себя неприятный запах тины и болота. Ал даже фыркнул, демонстрируя свое пренебрежение.

— Ну ш-ш-што, обдумал мое предложение? — зашлепал губами Кожин, окинув Ала взглядом.

Тот лишь расправил мощные плечи и рыкнул.

— Я твою поганую пас-сть пор-рву до затылка, — отрывисто произнес Алларэн, мягким движением отступив на шаг.

Прерывая их обмен любезностями, прозвучал гулкий удар гонга, возвещая начало поединка, и Ал молниеносно увернулся от полетевшего в его сторону сгустка воняющей слизи, а потом бросился на врага сам, выставив бритвенно-острые когти перед собой и оскалившись в предвкушении доброй драки.

Я была очень благодарна Арине за то, что она грамотно отвлекла меня от тревожных мыслей и переживаний. История их с Русланом непростых отношений завораживала ничуть не хуже сказки.

— Представляешь, как он был ошарашен, когда узнал, что у нас двойня будет? — со смешком говорила Арина, помешивая сахар в чае. — Потом на руках носил и пылинки сдувал, иногда даже раздражало, если честно.

После ее слов отчего-то в голове мелькнула мысль, а как бы Сашка отнесся, если бы я от него забеременела… И следующий вопрос вырвался прежде, чем успела поймать себя за язык.

— Арин, а если я захочу детей от Саши, мне придется с ним… ну… — я запнулась, смутилась, чувствуя, как вспыхнули щеки, запоздало пожалела, что вообще заикнулась, но мужественно продолжила. — В настоящем виде?..

Собеседница задумчиво улыбнулась, поставила локоть на стол и подперла подбородок, глядя на меня.

— А вот не знаю, — весело отозвалась Арина. — Видишь ли, в Сашке течет кровь Изначального демона, и чем это может грозить, непонятно. Слишком редкий случай. С Настей — там понятно все, а вот с ним — нет. У тебя есть отличный шанс проверить, — ее улыбка стала лукавой.

А я смутилась еще больше, поспешно отпив почти остывшего чая.

— Да ну глупости, какие дети, мы же и не встречаемся еще толком, — пробормотала я, не глядя на Арину.

— Лина-а, — мягко позвала она, и я осторожно покосилась на женщину. — Демоны своего не отпускают, — хмыкнула она. — И если Сашка согласился за тебя драться, значит, поздравляю, девочка моя, никуда ты от него уже не денешься, — весело закончила Арина, откинувшись на спинку стула.

Ответить я ничего не успела, зазвонил мой телефон, и номер высветился знакомый. В мыслях воцарился сумбур, сердце радостно заметалось в груди, и я торопливо ответила.

— Саш, ты в порядке?

В трубке послышался довольный смешок, и мой демон бодро отозвался:

— Малыш, все отлично. Мама с тобой, да? Передавай ей привет, я минут через двадцать буду.

Сжав в повлажневших пальцах телефон, я посмотрела на невозмутимую Арину.

— Сашка? Ну я же говорила, что все в порядке, — она улыбнулась уголком губ. — Когда он будет?

— Сказал, минут через двадцать, — послушно ответила я.

— Отлично, — она достала кошелек и оставила деньги. — Ну тогда не буду вам мешать, — Арина широко улыбнулась и поднялась. — И ждем вас в гости, вдвоем, — добавила она прежде, чем уйти.

Я же осталась ждать Сашку, взволнованная, немного нервничающая и в то же время странно счастливая. Чем закончится сегодняшний вечер, я тоже знала, и это лишь добавляло бабочек в животе и щекочущих мурашек на спине. Пока не хотела думать, что это может означать, слишком мало времени мы знакомы, и… Да кого я обманываю, черт. Кажется, я ухитрилась влюбиться, накрепко и безоглядно. В демона. Поздравляю, дорогая Ада, и что теперь будем делать? Коротко вздохнув, я бросила взгляд на дверь и попыталась успокоить скачущее в груди сердце, но безрезультатно. Эмоции штормило нещадно, меня слегка потряхивало, и я настолько углубилась в сумбурные размышления, точнее, их попытки, что даже не поняла, когда в кафе появился Сашка, хотя вроде бы и посматривала на дверь. Все равно пропустила момент, и очнулась только, когда чьи-то ладони легли на плечи, и уха коснулось теплое дыхание.

— Привет, малыш, — прозвучал около уха знакомый голос, и я едва не подскочила от неожиданности.

Поперхнувшись вдохом, резко повернулась, наткнулась на пристальный взгляд серых глаз, мягкую улыбку, и внутри все перевернулось. Тихо всхлипнув от облегчения, я обхватила его за шею, наплевав на остальных посетителей, уткнулась в плечо, вдыхая знакомый запах. Саша выпрямился, обняв и легко подняв со стула, прижал к себе, коснувшись губами шеи.

— Со мной все в порядке, — успокаивающе произнес он, поглаживая по спине. — Поехали? — Ивлев отстранился, ласково улыбнулся и провел тыльной стороной ладони по щеке.

— Ага, — я кивнула, утопая в серебристой глубине его взгляда и уже ни о чем не думая.

Он здесь, живой и невредимый, со мной. Все в порядке. Очень хотелось лично убедиться, что никаких серьезных ранений Сашка не получил, но не ощупывать же его при всех, прямо на улице? Он оставил деньги за чай на столе, мы вышли из кафе, и усадил меня в машину. И прежде, чем тронуться с места, притянул к себе, прижавшись к губам в нежном, долгом поцелуе. Ласкал мои губы языком, заставляя раскрываться их, как лепестки цветов, поглаживал затылок пальцами, зарывшись в волосы, отчего я едва не мурлыкала, цепляясь за плечи Сашки и плавясь от нахлынувших эмоций. Отвечала ему, дразня и играя, чуть прикусывая и посасывая, льнула к моему мужчине, как блудливая кошка, ощущая знакомый жар внизу живота.

Саша шумно выдохнул мне в губы, прервав восхитительное безобразие первый, и я едва не застонала от разочарования.

— Ада, машина — не самое подходящее место для первого секса, поверь, — с хриплым смешком произнес он, обхватив мое лицо ладонями, и чмокнул в кончик носа. — Но я рад, что наши желания совпадают, — чуть понизив голос, добавил он, и в глубине зрачков вспыхнул красноватый огонек.

Я задохнулась от восторга, улыбнулась в ответ чуть припухшими губами и послушно кивнула.

— Хорошо, — кротко отозвалась.

Хотя, по словам той же Арины, в машине тоже вполне можно этим заниматься… Смутившись собственных откровенных мыслей, я устроилась на своем сиденье боком, забравшись с ногами и глядя на профиль Сашки. Честно говоря, мне было все равно, куда он меня везет, к себе домой, в гостиницу или к черту на кулички. Главное, он рядом. Остальное не имеет значения. Даже то, что мой мужчина — не совсем человек.

— Что на ужин будем? Предлагаю заехать в магазин, — непринужденно произнес Сашка, выруливая на дорогу. — Есть особые пожелания?

— Нет, — я покачала головой. — Доверюсь твоему вкусу.

Он покосился на меня с задумчивой улыбкой.

— Хорошо, как скажешь, — последовал ответ.

Во мне тут же завозилось любопытство: что задумал? Благо, завтра выходной, только в школу надо съездить, а сейчас время еще не позднее, всего-то пять часов. Мы завернули в «Ленту», закупились и поехали дальше, домой к Сашке. Я то и дело прятала нос в букет тигровых лилий, купленный в цветочном, и тихо, мечтательно улыбалась. Он купил ароматических свечек, длинных, витых и красных. И бутылку белого вина. А еще, лимоны. Кажется, меня ждет настоящий романтический ужин и долгий, волнующий вечер, плавно переходящий в ночь… Прерывисто вздохнув, я зажмурилась, моя улыбка стала шире. Ну, демон и демон, с кем не бывает. Не вампир, и не оборотень, слава богу. По улице не шляется в непотребном виде, себя контролирует, и вообще, Арина вон тоже замужем за демоном, и все хорошо.

Мы приехали, Саша забрал пакеты из машины и вручил мне ключи.

— Открывай, — кивнул на дом, как ни в чем не бывало. — У меня руки заняты.

Как-то уютно, обычно это прозвучало, и вообще, все выглядело так, будто мы давно уже вместе, и подобные вечера в порядке вещей. Сердце взволнованно дернулось, я облизнула пересохшие губы и поспешила к двери. В памяти всплыли слова Арины о том, что демоны свое не отпускают, и если влюбляются, то раз и навсегда, и пальцы дрогнули, когда вставляла ключ в замок. Нет, не буду раньше времени фантазировать, пусть все идет своим чередом. Я распахнула дверь, включила свет, сбросила ботинки и повесила пуховик, Сашка зашел за мной и сразу направился на кухню. Ну, я за ним, конечно.

Поставив пакеты на стол, он покосился на меня и вдруг хитро усмехнулся.

— Ну что, будем готовить ужин? — неожиданно предложил мой мужчина.

Я растерянно хлопнула ресницами.

— Саш, я не умею, — напомнила ему. — У меня же вечно что-то пригорает, недоваривается…

— Стой, — ласково прервал он, накрыв мой рот ладонью. — Вместе у нас все получится. Начнем? — Саша выгнул бровь, и меня охватило радостное предвкушение.

Готовить вместе — что может быть романтичнее. И я кивнула, доверяя моему мужчине. Мы разобрали пакеты и принялись за готовку. Саша занялся мясом и гарниром, а мне поручил взбивать миксером тесто для кекса — я угадала, он собирался печь мои любимые, лимонные. Под его чутким руководством смешала нужные составляющие, а потом взялась за миксер, и на удивление, справилась. Было так здорово что-то делать вместе, и я в самом деле забыла, что у меня что-то там не получалось. Вместе с Сашей все оказалось так легко и просто, я ничего не уронила, не разбила, не порезалась — хотя, нож он мне так и не доверил, — не рассыпала и не пролила. И сама не заметила, как десерт полностью сделала сама. Даже глазурь, которой надо было поливать готовые кексы.

— Ну вот, а ты переживала, — Саша подошел сзади и обнял, прижав к себе, его губы прошлись по изгибу шеи, вызвав волну колких мурашек, прокатившуюся по спине. — М-м-м, вкусно пахнет, хозяюшка моя, — он шумно втянул воздух, я и сама ощущала тонкий, ванильно-лимонный аромат от готовящихся в духовке кексов.

Смущенно заулыбавшись, я чуть повернула голову и потерлась щекой об его щеку, чувствуя, как сердце забилось чаще. Во второй духовке запекался картофель с начинкой и мясо, и вскоре у меня рот наполнился слюной от витавших в кухне ароматов. Мы так и стояли, Саша обнимал, прислонившись к краю стола, и время от времени оставлял на шее легкие поцелуи, отчего я млела и таяла, как кусочек масла на солнце. Эта особая, тонкая атмосфера домашнего уюта и тепла окутывала нас невидимым покрывалом, делая еще ближе, и не хотелось сейчас ничего большего. Ни страсти, ни огня, а просто впитывать каждой клеточкой эту тихую нежность, наслаждаться ею, смаковать, как изысканное вино. И, кажется, Сашка тоже это чувствовал, потому что не торопился проявлять активность.

— Знаешь, мне ни с кем не было так хорошо, — тихо произнес вдруг он, положив подбородок мне на плечо. — И ты первая, кого я привел сюда.

Ой. А вот это неожиданно, правда. Я повернулась в его руках, обвила шею и, поднявшись на цыпочки, чмокнула куда достала — в подбородок.

— Спасибо, — шепнула, прижавшись всем телом.

— Тебе спасибо, — Саша сжал меня крепче, зарывшись пальцами в волосы. — Что не испугалась. Ну что, будем накрывать? — резко сменил он тему, мягко отстранив и подмигнув. — Скоро все будет готово.

Вскоре посуда красиво стояла на столе, Саша принес тяжелый старинный подсвечник и зажег свечи, выключив свет. И сразу настроение, как и атмосфера, изменились, таинственно-волнующий полумрак разгонял кроме огоньков только горящий в гостиной камин. Мое дыхание участилось, я не отводила взгляда от красиво разложенных тонких ломтиков ветчины, облизнув ставшие сухими губы. Тишина в кухне сделалась густой, вязкой, однако нарушать ее не хотелось. Саша достал из духовки наш ужин, разложил по тарелкам и отодвинул мне стул — я всей кожей чувствовала, как он на меня смотрит, но почему-то сама поднять глаза отчаянно стеснялась. Внезапно напала робость, и к своему месту я подходила на подкашивающихся ногах. Мелькнула нелепая мысль, что для такого ужина слишком просто одета, всего лишь джинсы да теплый свитер — сегодня погода радовала легким морозцем и иногда снежком. Я едва не рассмеялась, но сдержалась.

Саша опустился напротив, открыл бутылку, поглядывая на меня, и я снова отметила притаившийся в глубине багровый огонек. От легкой улыбки по телу прогулялась волна теплой дрожи, и когда я взяла наполненный бокал, рука слегка дрожала.

— За нашу встречу, — серьезно произнес Саша, коснувшись края моего бокала, и по кухне разнесся мелодичный звон. — И за тебя, Ада.

Я пригубила вино, оценив приятный, мягкий вкус, и отправила в рот кусочек запеченного мяса в подливке, довольно промычав и по достоинству оценив кулинарные таланты моего демона. А поскольку рот пока был занят, просто показала большой палец, изобразив неподдельный восторг на лице. Сашка довольно хмыкнул.

— Рад, что тебе понравилось, малыш, — отозвался он.

Некоторое время я утоляла голод, а потом завозилось любопытство.

— Саш, а вот Арина говорила, что среди… демонов не приняты чувства, — все-таки слегка запнувшись на еще непривычном слове, спросила я, покосившись на собеседника.

— Не приняты, — спокойно согласился он. — Союзы заключаются, как сделки, только ради детей.

Я вздохнула, покачав головой.

— Странно это, — задумчиво обронила, жуя мясо. — И как-то даже жалко…

— Большинству не нужны чувства, Ада, — не дал мне договорить Саша и поморщился. — Им и так неплохо живется. Заводят любовниц или любовников среди обычных людей, этого хватает. А те, кому посчастливилось так, как моему отцу или мне, — при этих словах сердце испуганно-радостно трепыхнулось, и я замерла, забыв о еде, — не афишируют свое счастье. Сама понимаешь, кто-то может позавидовать.

Намек более, чем прозрачный, и я поспешила сменить тему, не желая портить вечер нехорошими воспоминаниями.

— Отвезешь меня завтра на работу? — попросила, потянувшись к бокалу и отодвинув пустую тарелку.

— А может, ты отпросишься? — сделал встречное предложение Саша, подперев кулаком голову и глядя в глаза. — Или у тебя что-то важное есть?

— Н-нет, — я покачала головой. — Встреч точно никаких, а тесты я все подготовила…

— Отлично, договорились, — он потянулся за кексами на тарелке. — Ну, давай попробуем, что у тебя получилось? — Сашка усмехнулся и подмигнул, а потом вдруг позвал. — Иди ко мне, малыш.

Я не заставила просить себя дважды и приблизилась. Он тут же усадил на колени, обнял одной рукой, а другой поднес к моим губам десерт. И вроде бы ничего особенного, но есть из рук Сашки, особенно под его пристальным, внимательным взглядом было особенно волнительно. Мы смотрели в глаза друг другу, и между нами как будто протянулась невидимая нить. Я медленно прожевала кекс, рассыпчатый, в самом деле вкусный, и слизнула крошки с губ, и его ноздри хищно раздулись, а глаза чуть прищурились, блеснув в полумраке. Ладонь на пояснице скользнула под свитер и коснулась обнаженной кожи, заставив вздрогнуть. Кровь быстрее побежала по венам, я, все так же не сводя взгляда, мягко забрала надкушенный кекс и поднесла к губам Саши. Так, в полной тишине, мы и кормили друг друга, и это простое действие вызывало целую бурю ощущений и эмоций.

Горячая ладонь гладила спину, чуткие пальцы легко проводили вдоль позвоночника, заставляя слегка выгибаться, и я далеко не сразу осознала, почему же мне не совсем удобно сидеть… Саша как раз доедал последний кусок кекса из моих рук, и его язык нежно скользнул по подушечке, пощекотал, отчего я слабо ахнула и едва не отдернула руку от неожиданности. Ивлев тут же перехватил, придержав второй рукой за талию, и его губы мягко коснулись середины ладони, а потом провели до самого запястья. Завороженная, я едва слышно всхлипнула и заерзала, чувствуя, как по коже разбегаются горячие змейки до самого локтя. Объятия тут же стали крепче, Саша шумно выдохнул, а я внезапно поняла, что же такое твердое упирается в мое бедро, и отчаянно покраснела, поперхнувшись воздухом. Кажется, ужин закончился…

А в следующее мгновение Сашка поднялся, и я оказалась у него на руках, тихо пискнув и вцепившись в его шею. Он же, усмехнувшись, потерся носом о кончик моего и проникновенно сказал:

— Да, Линочка, я очень тебя хочу и совершенно не скрываю этого. И сейчас я буду долго и со вкусом соблазнять тебя. Ты ведь не против? — от последнего вопроса я едва нервно не захихикала, смутившись еще сильнее, и спрятала лицо на его плече.

— Нет, — едва слышно ответила, только крепче обняв его.

Внутри все трепетало от предвкушения и ожидания, в голову лезли воспоминания о вчерашнем вечере здесь же, в этом доме, в гостиной… Мышцы внизу живота свело болезненно-сладкой судорогой, между ног жарко запульсировало, и я сильнее сжала коленки, чувствуя, как разгорается в крови желание. Течет по венам вязкой патокой, туманит голову и заполняет каждую клеточку, отчего по телу то и дело прокатывались волны дрожи. Краем сознания отметила, что мы поднимаемся, но головы не подняла, занятая собственными переживаниями. Саша прошел еще немного, наверное, по коридору, и толкнул ногой дверь, входя в помещение. Аккуратно поставил на ноги, придержав за талию, и тихо шепнул на ухо:

— Включить свет?..

— Н-не надо, — поспешно отозвалась я, замотав головой, снова проснулась стеснительность.

Подозреваю, ненадолго, и скорее всего, для Саши темнота не представляла сложности, но… Черт, мне комфортнее без света, да. Я стояла, прижавшись к нему, чувствуя, как тяжело, неровно бьется его сердце, и как отчаянно колотится мое собственное, и чутко прислушивалась. От напряженного ожидания нервы натянулись, как струны, и несколько мгновений показались вечностью. А потом Саша медленно отвел мои волосы с шеи, скользнув горячими подушечками по изгибу, и тут же на их месте оказались губы, оставляя легкий, невесомый поцелуй. От деликатного прикосновения по спине прошлась волна тепла, я прерывисто вздохнула, а ладони Саши скользнули под свитер, медленно поглаживая поясницу. Кожа отозвалась россыпью искр, моментально став слишком чувствительной, и я невольно прогнулась, прильнув теснее к Саше.

Руки начали неторопливо подниматься, задирая свитер, губы продолжали исследовать мою шею, заставляя дышать чаще, и голова сама откинулась, открывая простор для действий. Я зажмурилась, охваченная неожиданно яркими ощущениями, хотя меня даже еще толком не раздели. Что же будет дальше… Вспомнился снова вчерашний вечер, и горло моментально пересохло, я судорожно вздохнула, чувствуя, как пальцы Саши нежно обводят каждый позвонок, потихоньку поднимаясь все выше. Я и не знала, что моя спина настолько чувствительная, что от каждого прикосновения тело вздрагивало, а мурашки безостановочно волнами прокатывались от шеи до пяток. Коленки ослабели настолько, что я цеплялась за плечи Саши, серьезно опасаясь осесть на пол, если он вдруг отпустит. Перед глазами в бархатной темноте медленно кружились целые созвездия, а теплые губы накрыли мой рот, язык провел по ним, мягко надавив, и я послушно приоткрыла, впуская внутрь и включаясь в игру.

Ох, боже, уже через несколько мгновений я совершенно потеряла голову от этого томительного, дразнящего поцелуя, длившегося, казалось, целую вечность. Меня пробовали на вкус, посасывали, как карамельку, легонько прикусывали и тут же зализывали, и губы горели от нежной ласки, а воздуха перестало хватать. Я даже не заметила, как Саша почти полностью задрал свитер, и когда отстранился, едва не застонала от разочарования, широко распахнув глаза и уставившись на него шальным, пьяным от эмоций взглядом. В темноте блеснули зубы в улыбке, раздался хриплый смешок, и низкий, бархатистый голос:

— Подними руки.

От прозвучавших властных ноток восторг взметнулся огненными языками, обняв тело, щекоча низ живота и заставляя кости плавиться. Я подчинилась, послушно позволив Саше стащить свитер, мужчина небрежно отбросил его на пол и положил руки мне на талию, окинув пристальным взглядом. Как и подозревала, отсутствие света его совершенно не напрягало. Хотя, вчера он и так прекрасно все рассмотрел… Смущение добавило перчинки в бурливший в крови коктейль, с моих припухших губ снова сорвался прерывистый вздох, а руки Саши скользнули на спину, нащупав застежку. Тихий щелчок прозвучал в тишине оглушительно, сердце скакнуло к пересохшему горлу испуганным зайцем, и следом за свитером полетел и бюстик.

Горячие пальцы медленно провели по моим плечам, оставляя за собой огненный след на коже, погладили ключицы, обрисовали ямочку. Спустились вниз, обвели вокруг напрягшихся вершинок, и пришлось прикусить губу, сдерживая короткий стон: от такой простой ласки тугая пружина внутри сжалась еще сильнее. А Саша, как назло, не торопился, словно испытывая мое терпение, хотя я слышала его тяжелое дыхание и видела, как отливают красным глаза в темноте. Перед внутренним взором мелькнула картинка, как по коже скользят уже совсем не пальцы, а длинные, острые когти, однако не оставляют на ней ни следа, и я вздрогнула. Только не от страха, нет. Мимолетное видение вызвало внутри острую вспышку предвкушения, от которой дыхание на миг пресеклось, а пульс зачастил с удвоенной силой.

— Ты такая нежная, Линочка… — снова раздался хриплый шепот Саши, а его пальцы продолжали кружить по ареолам, дразня и лишь иногда мимолетно касаясь болезненно нывших тугих горошин. — Так чутко реагируешь…

Одновременно он мягко сжал затвердевшие соски, и я охнула в голос, подавшись вперед и широко раскрыв глаза. Боль вспыхнула, впившись острыми иголочками, и смешалась с удовольствием, молнией прошившим до самых пяток, отчего я покачнулась, чувствуя себя слабой и беспомощной в руках опытного соблазнителя. И это было чудесное, потрясающее ощущение. Саша шумно выдохнул, его ладони обхватили полушария и легонько помассировали, а потом мой демон, обняв одной рукой за талию и без труда приподняв, шагнул вперед. А в следующий момент меня бережно уложили на спину, и умелые пальцы принялись исследовать мое тело дальше, и за ними следовали губы. Мне оставалось лишь жмуриться, стискивать покрывало и выгибаться навстречу, ловя звезды перед глазами, и хватать воздух ртом, неожиданно ставший густым и колким.

ГЛАВА 11

Саша не торопился, растягивал удовольствие, изучая мое тело и заставляя отзываться на малейшее прикосновение или поцелуй. Совсем скоро я уже не могла сдержать тихих стонов, сгорая от желания, разлившегося по венам терпким, горячим вином. Оно туманило голову, отключало сознание и требовало подчиниться, отдаться, принадлежать этому мужчине целиком и полностью. В общем, я и не возражала, давно позабыв о стеснении. Чему немало способствовал горячий рот, накрывший вершинку, стрелявшую болезненными вспышками. Саша сильно втянул, прижав языком, и я не сдержала возгласа, захлебнувшись в нахлынувших ощущениях. Ярких, острых, затопивших тело до последней клеточки.

Краем сознания отметила, что его пальцы уверенно скользят вниз, по животу, подбираясь к застежке джинсов, и от нетерпеливого ожидания внутри все задрожало. А Саша продолжил доводить меня до исступления, лаская грудь… Посасывал ставшую слишком чувствительной, набухшую горошину, реагировавшую на малейшее прикосновение, нежно прикусывал, и боль мешалась с удовольствием, заставляя стонать в голос и подаваться навстречу, требуя еще и еще. Он ненадолго отстранился, осторожно подул, и тело словно облило горячей патокой от контрастных ощущений, с губ сорвался очередной тягучий стон:

— Са-аш…

Ухо уловило тихое, довольное хмыканье, и тут же его рот накрыл вторую жаждущую внимания вершинку, пока пальцы ловко расправлялись с застежкой. Я послушно приподнялась, позволяя Саше стянуть с меня джинсы вместе с трусиками, уже давно мокрыми и причинявшими ощутимое неудобство. Горячие ладони скользнули по бедрам, задержались на талии, а губы спустились вниз, на живот, проложив дорожку из легких поцелуев до самого пупка. От щекотного дыхания я не сдержала нервного смешка, и не дожидаясь приглашения, сама послушно раздвинула ноги, открывая доступ к самому сокровенному. Там все пылало огнем, изнывало в ожидании, и я была в шаге от того, чтобы не начать умолять. От эмоций кружилась голова, меня затягивало в жаркую воронку, и нервы натянулись до предела, а Саша продолжал дразнить…

Подушечки невесомо прошлись по внутренней стороне бедер, выписывая невидимые узоры, горевшие на коже огнем. Я плавилась от пылавшего в венах огня, тело стало податливым, как воск, подчиняясь этому мужчине. А он наклонился, согрел дыханием чувствительное местечко, не касаясь его и растягивая это мучительно-сладкое ожидание, и я едва не захныкала, бесстыдно приподнявшись и напрашиваясь на откровенную ласку. Ладони Саши подхватили под попку, а пальцы мягко раздвинули складочки, обнажая самую сердцевину, и я затаила дыхание, облизнув пересохшие и искусанные губы. Сейчас… Вот сейчас… Ну прикоснись же, пожа-алуйста…

— Мне нр-равится, как ты пахнешь, малыш, — услышала я безумно сексуальный, с рычащими нотками, голос, и волна ликования заставила задрожать от предвкушения. — И твой вкус тоже… Такой нежный, тонкий…

А потом он наклонился и медленно лизнул, погрузив меня в горячее море наслаждения. О-о-ох. По телу пронесся настоящий огненный шквал, мышцы внизу живота скрутило в узел, и я выгнулась до боли в пояснице, в очередной раз застонав в голос.

— Да-а-а…

И Саша продолжил. Дразнил неторопливо, со знанием дела, останавливаясь буквально в шаге от моего падения в бездонную пропасть удовольствия. Я металась по постели, запуская пальцы в темные волосы, чувствительно дергая пряди и прижимаясь к жадному рту, раз за разом накрывавшему мое пылавшее от ласк лоно. Язык скользил по складочкам, не оставляя без внимания ни единого уголка, нежно обводил вокруг трепещущего кусочка плоти, мягко щекотал, и я окончательно перестала ощущать тело, растворившись в море эмоций и переживаний. Мне казалось, что еще раз он остановится, я просто умру от невозможности получить желанную разрядку, а когда к языку присоединились пальцы, скользнув в горячую и упругую глубину, я вскрикнула, ослепленная яркой вспышкой. А в следующий момент Саша отстранился.

Разочарованно всхлипнув, я тут же распахнула глаза, приподнявшись на локтях, в ушах шумела кровь, и перед глазами все плыло. Но даже густой полумрак не помешал разглядеть, что одежды на Саше уже нет, совсем. И когда успел? Мой ошалелый взгляд лишь скользнул по крепким мышцам живота, спустился ниже и на несколько мгновений задержался на вздымавшемся из темной поросли достоинстве… Ой. М-мамочки… Мелькнула паническая мысль, что как-то размер великоват… А вот дальше мне думать не дали. Хрипло выдохнув, Саша подхватил мои ноги под коленки и прижал сильным, горячим телом к кровати, закрыв рот жарким, нетерпеливым поцелуем. Его губы еще хранили мой собственный вкус, и совершенно неожиданно осознание этого отозвалось могучим всплеском возбуждения, заставив податься вперед. Нечто гладкое и твердое скользнуло по раздразненным, набухшим складкам и легко проникло в упругую глубину, раздвигая мышцы.

Я вцепилась в плечи Саши, отвечая на поцелуй, лишь на мгновение где-то на самой границе сознания мелькнула тень тревоги — наверное, мне будет больно?.. Хотя, чувствуя скольжение внутри, неприятных ощущений я не испытывала, скорее даже, нетерпение — хотелось, чтобы он заполнил целиком, живот подводило от болезненных спазмов желания. Саша замер всего на мгновение, не отрываясь от моих губ, а потом одним сильным движением проник до конца, делая меня окончательно своей. Я охнула от резанувшей боли, невольно впившись ногтями в напрягшиеся мышцы спины Саши, и он снова замер, тяжело дыша мне в шею.

— Сейчас… Сейчас, малыш… — хрипло прошептал он, ласково поцеловав в уголок губ. — Все пройдет…

Он пошевелился, давая привыкнуть к себе, я не сдержала шипения, одновременно желая и продолжить, и как-то, может, взять тайм-аут… А потом, стиснув зубы, подалась навстречу, чуть выгнувшись и подстраиваясь. Движение внутри, плавное, неторопливое, и боль стала меньше, чуть утихла, отступая вглубь перед нараставшим удовольствием. Саша хорошо подготовил меня, и очень скоро неприятные ощущения исчезли вовсе, а я стремительно улетала к сияющей вершине, легко подстроившись под ритмичные толчки и желая сильнее, резче. Мне больше не хотелось нежности, мне хотелось страсти, может, даже на грани грубости, и плевать, что будет потом, после. Я крепче обняла Сашу, обвила его ногами, открываясь больше, так, что проникновение стало глубже, пронзительнее, до сладкой боли внутри. Нервы натянулись до предела, я дрожала, не контролируя себя и всхлипывая с каждым толчком, царапая спину и плечи Саши. И он, с глухим рыком стиснув меня в объятиях, задвигался еще быстрее, приближая нас обоих к желанному освобождению.

А через несколько томительных мгновений мир перед глазами утонул в беззвучной, яркой вспышке, и я длинно закричала, забившись от сотрясавших меня волн оргазма, ослепленная и оглушенная, полностью потерявшись в нахлынувшей эйфории. Услышав же глухой стон моего первого мужчины, словила продолжение, перестав ощущать себя и превратившись в чистое удовольствие, безбрежное и бездонное. Реальность растворилась, и я вместе с ней, обмякнув в объятиях Саши и блаженно улыбаясь. Даже открыть глаза сил не осталось. Он перекатился, аккуратно уложив меня на себя и шумно выдохнув, из ленивой истомы выдернул тихий, слегка хриплый и с нотками беспокойства, вопрос:

— Лин… Ты как?

Моя улыбка стала еще шире, я потянулась, как кошка, не открывая глаз и распластавшись на Саше.

— Хорошо-о-о, — протянула и потерлась щекой, прислушиваясь к себе.

В самом деле, кроме легкого дискомфорта в деликатных местах во всем теле царили легкость и приятная усталость, ну и еще оставалась слабость. Саша бережно обнял, ладонь медленно провела по спине, и я выгнулась, нервно хихикнув — оказывается, там все чувствительное, особенно поясница…

— Моя нежная девочка, — шепнул он на ухо, прижав чуть крепче, и коснулся губами виска. — Никому тебя не отдам…

Что-то сонно муркнув, я буквально растворилась в теплой волне ответной нежности, накрывшей с головой, и плавно уплывая в темноту. Под щекой равномерно, сильно билось сердце моего демона, внутри разливалось умиротворение, и последняя мысль, мелькнувшая на границе сознания — да, его девочка. Точнее, уже женщина. Хихикнув про себя, я окончательно выключилась, утомленная переживаниями этого насыщенного вечера.

Проснулась я внезапно, как от толчка, смутно ощутив какую-то неправильность в этом утре. Резко подняла голову, сонно моргая и не сразу осознав, что я не дома, обнаружила, что лежу в широкой постели одна, но примятая подушка говорит о том, что недавно рядом кто-то еще спал. Мышцы в теле ныли от непривычной нагрузки, а в окно косыми полосками падали солнечные лучи… Черт. Будильник. Сколько времени, мне же в школу надо. Я подскочила, остатки сонливости как рукой сняло, и тут взгляд упал на белевший на тумбочке листок, и рядом, в изящной маленькой вазе — уже распустившаяся розетка розы. И когда успел? Я схватила листок, развернула. «Малыш, со школой я уладил, спи, отдыхай, ни о чем не переживай. Твой Ал».

Я тут же расплылась в улыбке, тихо вздохнула и расслабилась, упав обратно на подушки. В общем-то, чувствовала я себя вполне отдохнувшей и выспавшейся, а еще — голодной, и что-то подсказывало, я найду моего демона именно на кухне. Потянувшись до хруста, вскочила с постели и направилась в ванну, освежиться и привести себя в порядок. Правда, только уже встав под теплые струи, запоздало осознала, что халат-то не прихватила. А спускаться в полотенце… Ну, немножечко стеснялась все-таки. Пришлось заглянуть в шкаф и поступить банальнейшим образом: ограбить Сашку на рубашку. Даже в рифму получилось. Я посмотрела на себя в зеркало. Влажные локоны разметались по плечам, на щеках горит румянец, в глазах какой-то особый блеск, а губы, казалось, стали ярче. И да, правду говорили, что девушка в мужской рубашке, да еще на голое тело, выглядит очень… сексуально. «Может, лучше все-таки полотенце?..» — мелькнула робкая мысль, но я шикнула на нее и решительно толкнула дверь.

А в коридоре меня настигли вкусные запахи жареного и ванили, и я ускорила шаг, сглотнув набежавшую слюну. Наверняка, блинчики или оладушки, судя по ароматам. Лестницу с гостиной преодолела почти рысью, остановившись на пороге кухни. Да, угадала: оладушки. Они высились на блюде аппетитной горкой, рядом стояли розетки с медом, сгущенкой, сливками и малиновым — или клубничным — вареньем. Еще пузатый глиняный чайник и две чашки, одна большая, расписанная яркими абстрактными узорами, и вторая поменьше, для меня. Сам хозяин обнаружился, естественно, за плитой, спиной ко мне, в одних низко сидящих на бедрах джинсах, судя по степени потертости, домашних.

Признаться, я слегка подвисла, медленно скользя взглядом по спине, на которой под гладкой кожей перекатывались мышцы при каждом движении. Зрелище завораживало еще и тем, что я видела отчетливые красные полоски на плечах, и понимание, что это от моих собственных ногтей, заставило щеки жарко вспыхнуть. И не только щеки. Тело моментально облила горячая волна, стекла вниз, и между ног тяжело запульсировало, отчего колени невольно сжались сильнее. Ой. А белья на мне, между прочим, нет… Милая, да кого мы обманываем, конечно, ты рассчитывала на продолжение утра. Прерывисто вздохнув, я шагнула в кухню, не сводя взгляда с Саши, приблизилась, неслышно ступая по деревянному полу. Ну, мне казалось, что неслышно, однако едва я остановилась за ним, облизнув пересохшие губы и пытаясь успокоить сорвавшееся в галоп сердце, как он повернулся, и я оказалась в кольце сильных рук. Прижатая к обнаженному торсу, и наши тела разделял всего один слой ткани…

— Привет, малыш, — тепло улыбнулся Сашка и наклонился, закрыв рот долгим, нежным поцелуем.

Его ладони при этом скользнули по спине сначала вверх, а потом вниз, замерли на прикрытой тонким льном попке — и поцелуй перестал быть томным и неторопливым. Шумно выдохнув, Саша прижался к моим губам сильнее, слегка прикусил и втянул в рот нижнюю, и пришлось ухватиться за его плечи, поскольку ноги моментально ослабели. Так, кажется, завтрак сейчас отложится на неопределенное время… Мужчина нехотя отстранился, оставив меня дрожащую и взволнованную, удерживая за талию, и низом живота я прекрасно ощущала, что поцелуй и его тоже не оставил равнодушным.

— Привет, — слегка осипшим голосом ответила я, утопая в расплавленном серебре его глаз.

А в глубине зрачков уже отчетливо виднелся красноватый огонек, и я прекрасно понимала, что это значит… Черт, это я оказалась такой темпераментной и ненасытной, или конкретно этот… демон так действует на меня? Вроде вчера же еще девственницей была, и не замечала в себе особой озабоченности.

— Знаешь, девушка в мужской рубашке в самом деле выглядит весьма сексуально, — хрипло произнес Саша, и его ладони скользнули под тонкую ткань, коснувшись обнаженной кожи. — Особенно, если под ней ничего больше нет.

— Я… халат не нашла, — пробормотала и едва не поперхнулась воздухом от могучей волны ощущений — Саша мял и поглаживал упругие ягодицы, пальцы ласкали, поднимаясь до поясницы и обводя ямочки.

Дыхание стало рваным, тяжелым, ноги подкашивались, и меня потряхивало от нахлынувших эмоций. Низ живота скрутило сладкой судорогой, и даже желание позавтракать отступило на второй план, и вместо него пришло совсем иное. Горячее, неудержимое, хмельное, оно пьянило не хуже алкоголя, только похмелье после него куда приятнее.

— И не надо, — выдохнул он и вдруг легко подхватил меня и усадил на стол.

Хорошо, тот был массивным и основательным, как я успела заметить, иначе бы мы точно остались без завтрака. Естественно, я прекрасно понимала, что одними поцелуями Саша не обойдется, слишком уж голодное выражение было в его взгляде, и усмешка — предвкушающая, от которой между ног все свело от возбуждения. Только вот мой изобретательный демон снова удивил. Не сводя пристального, тяжелого взгляда, Саша положил ладони мне на бедра и мягко надавил, заставив раздвинуть в стороны, отчего пульс уже просто зашкаливал. Потом встал между моими ногами и начал неторопливо расстегивать пуговицы на рубашке, и мысли свернули совсем в непристойном направлении, вот только… Снимать с меня единственную деталь одежды не стали.

Саша распахнул рубашку, чуть отстранился, откровенно разглядывая с чисто мужским восхищением, и я одновременно и смутилась, и разволновалась еще сильнее, отведя глаза в сторону. Пальцы вцепились в край стола, я едва успела поймать за хвост порыв прикрыться. Нашла, кого стесняться, Линка, все, что нужно, он давно уже рассмотрел, как следует. А Саша, между тем, не торопился прикасаться, вместо этого потянулся к оладушке, придвинул розетку с вареньем и обмакнул, потом поднес к моему рту.

— Проголодалась? — ласково спросил этот… демон-искуситель, легонько погладив по бедру.

А варенье, между прочим, жидкое. И держал Сашка оладушек совсем близко к моим губам, так, что я едва успела слизнуть каплю, чтобы она не упала на меня. Оу. Кажется, зря, потому что глаза напротив вспыхнули расплавленным серебром с бордовым отливом, и пришлось поспешно откусить лакомство и прожевать. Следующий кусок откусил Саша, а потом остаток оладушка снова оказался у моих губ, только недостаточно близко, и ароматная малиновая капля все-таки оказалась на моей груди. Усмешка мужчины стала коварной, он протянул палец и медленно стер варенье, так же неторопливо слизнув. Мой взгляд не отрывался от зрелища, и почему-то вспомнилось, как этот язык и губы откровенно ласкали меня…

Судорожно сглотнув, я поспешно ухватила кусок и прожевала, чувствуя, как между ног все сжалось, вспыхнув огнем. О, да, я хотела, чтобы Саша прикоснулся там прямо сейчас, но… Он потянулся за следующим оладушком, и теперь обмакнул в мед. Тоже жидкий. И, конечно, капля оказалась на моей груди, на этот раз, практически рядом с напрягшимся соском. А меня захватила эта игра, смущение отступило, и на его место пришли совсем другие эмоции. Я опередила Сашу и уже мой палец стер сладкую дорожку, я поднесла его к губам и облизнула, не сводя с моего мужчины чуть прищуренного взгляда.

— Вкусно, — проворковала, склонив голову к плечу, и наградой мне был полыхнувший в глазах Саши огонь, и хищно затрепетавшие ноздри.

— Хулиганка, — низким голосом протянул он, обмакивая оладушек в мед.

И в следующий момент мазнул им по вызывающе торчавшей вершинке, оставив янтарное лакомство, и только тогда поднес к моим губам. Пришлось откусить, а Саша тем временем наклонился и обхватил горячим ртом твердую горошину, мягко собрав языком мед. Хорошо, я прожевала, иначе бы подавилась непременно, а так, лишь судорожно вздохнула, выгнувшись навстречу и прикрыв глаза. Кажется, я уже наелась…

— Продолжим? — вкрадчиво поинтересовался Саша, подняв голову и многообещающе улыбнувшись.

И, по-моему, он имел в виду совсем не завтрак, потому что в его руках оказалась розетка с малиновым вареньем, и мужчина окунул туда палец, обрисовал ареолы. А потом на месте пальца оказались снова губы и язык. Я охнула, запрокинув голову и зажмурившись до разноцветных кругов, а Саша не отстранился, пока не собрал варенье без остатка, раздразнив ставшие слишком чувствительными вершинки до болезненного покалывания. По телу гуляли волны дрожи, кровь загустела, и сама стала похожа на мед, горячий, хмельной, круживший голову. Ладонь Саши скользнула по моему бедру до колена и подхватила ногу, поставив на стул, и я наивно понадеялась, что игры закончились. Внутри все затрепетало от предвкушения, мышцы сжались, жаждая скорее ощутить твердую плоть, только вот, Саша, похоже, решил совсем свести меня с ума. Потому что испачканный в варенье палец приблизился к нежным складкам, и без того уже увлажненным, и я тихо зашипела, ощутив деликатное прикосновение.

— Ой, прости, испачкал, — мурлыкнул Саша и демонстративно облизнулся, а пальцы мягко проникли в упругую глубину и тут же исчезли к моему разочарованию.

Я порадовалась, что сижу, потому что даже при одной только мысли, что будет дальше, тело превратилось в податливый воск, а по венам пронесся огненный шквал желания. Мне пришлось опереться руками о стол и чуть откинуться, ладони Саши скользнули по бедрам, разводя их шире, и я послушно придвинулась к самому краю стола. В ушах шумело и тоненько звенело от напряжения, перед глазами все плыло, а Саша не торопился, испытывал мое терпение, раздвигая пальцами мягкую плоть и снова любуясь. Эмоции взметнулись огненным фонтаном, окатив обжигающими искрами, я задохнулась от острых, пряных ощущений, вдруг словив могучую волну возбуждения и едва не захлебнувшись. Мне нравилось, что Саша смотрел и видел, как я его хочу, черт, и это какой-то замкнутый, волшебно-порочный круг. Мгновения тянулись, и я уже готова была умолять, когда наконец мой мужчина погрузил большой палец во влажное лоно, провел с нажимом по пылавшему бугорку, заставив меня тихо вскрикнуть.

— Какая же ты красивая… — хрипло прошептал он, продолжая нежить чувствительное местечко, гладить вокруг и проникать внутрь, отчего мышцы послушно сжимались, усиливая наслаждение. — И вкусная… И только для меня… Мой малыш…

От его слов голова кружилась все сильнее, и ликование охватывало каждую клеточку, я сходила с ума от желания снова принадлежать ему до конца, кричать от удовольствия и ощущать движение твердого члена в себе. Ох, боже, кажется, я готова кончить от одних только откровенных мыслей о моем демоне… А к Сашиным пальцам присоединились язык и губы, и думать стало невозможно ни о чем, кроме острого, пронзительного наслаждения, взрывавшего тело с каждым деликатным прикосновением. Ноги раздвигались шире, бедра бесстыдно приподнимались навстречу, раскрываясь до предела, и меня стремительно уносило за грань, я полностью погрузилась в упоительные переживания, потеряв связь с реальностью. Только умелый, порочный рот Саши, губы и язык, моя горящая от нежных ласк плоть, и неумолимо приближавшаяся разрядка.

Я стонала и тихо вскрикивала, когда зубы аккуратно прихватывали трепещущий кусочек, всхлипывала, когда Саша нежно посасывал, втягивал и отпускал. Мне казалось, что еще одно прикосновение — и я разлечусь на множество осколков, растворюсь в невозможном наслаждении, потеряюсь в океане эмоций… Лишь на миг Саша отстранился, обведя пальцем вокруг набухшего бугорка, а потом мягко нажал, и одновременно второй палец проник в скользкую глубину, усиливая ощущения, и я сорвалась в пропасть без дна. Захлебывалась криком, прижималась к Сашиной руке, раз за разом ловя волны чистой эйфории, и все равно смутно чувствуя, что чего-то не хватает…

Рука исчезла, я услышала глухой рык, шорох, и в следующий момент ладони подхватили под попку, приподнимая, и одним сильным, резким движением Саша вошел в меня до конца. Ох-х-х…

— Да-а-а, — хрипло простонала, вцепившись в его плечи и изогнувшись до боли в пояснице, подавшись вперед и впуская еще глубже, делая удовольствие ярче и многограннее.

Вот теперь все правильно, так, как надо. Я прикусила губу, двигаясь вместе с моим демоном, отдаваясь ему снова и снова, забывая себя и опять уносясь к звездам, только теперь не одна. И от этого эмоции лишь усиливались, бурлили в крови, требуя выхода, и толчки внутри становились резче, чаще, а дыхание около уха, тяжелое и рваное, обжигало шею. Еще чуть-чуть, совсем немножко…

— Са-аш, — вырвался у меня тягучий стон, и мы оба рухнули в сверкающую бездну, на несколько мгновений став единым целым, сгустком наслаждения, сверхновой.

Вот это завтрак, однако. Поели оладушков, называется. Хотя, мне понравилось, и даже очень. Размякнув безвольной тушкой в объятиях Саши, я не сдержала хихиканья, в душе разливалось умиротворение и тихое счастье. Мой демон длинно выдохнул, медленно погладил по спине и аккуратно обхватил за талию, сняв со стола, но не торопясь ставить на пол.

— Кажется, я теперь не смогу спокойно есть за этим столом, — пробормотал он, однако сожаления или недовольства этим фактом в его голосе не заметила. — И, думаю, нам снова стоит навестить душ, — весело добавил Сашка, и я совсем не возражала против того, что меня куда-то так и понесли, легко удерживая в кольце сильных рук.

Удивительно, но мы в самом деле просто приняли душ. Меня заботливо сполоснули, легко скользя ладонями по телу, и мне наконец представилась возможность как следует рассмотреть моего первого мужчину. Всего. Целиком. Уже без всяких полотенец на самых интересных местах… Лицо, шея и даже уши пылали, но я не отводила взгляда, медленно разглядывая сильное, мускулистое тело, четкий рельеф мышц, и пальцы сами потянулись обрисовать, провести, пощупать. Мой зачарованный взгляд спускался за рукой по груди, на живот, где проступали вожделенные кубики, и увлеченная процессом, я не сразу обратила внимание, что Сашино дыхание изменилось, да и шум воды мешал расслышать. И только когда я коснулась темной дорожки волос, сбегавшей от пупка вниз, набираясь смелости все же посмотреть ниже, сильные пальцы перехватили мое запястье, сжав аккуратно, но крепко.

— Осторожнее, малыш, — слегка хриплым голосом сказал Саша, и я несильно вздрогнула, вскинув на него взгляд. — Я не железный, — он усмехнулся, в глубине зрачков мелькнул знакомый огонек. — Но мне приятен твой интерес, — чуть тише добавил Саша, наклонившись ко мне.

Мои глаза неудержимо тянуло вниз, хотя об лицо можно спички зажигать, все-таки ночью темно было, и подробностей я не рассмотрела… А сейчас ничего не мешало оценить, так сказать, во всей красе. Ух. Да, не железный, вижу, но очень даже твердый и готовый к подвигам. Сашка хмыкнул, отпустил мои руки и обнял, прижав к себе, чмокнул в макушку.

— Я способен сдерживать свои инстинкты, не переживай, — со смешком произнес он, погладив по спине. — Ты же у меня такая нежная, — ласково шепнул Саша, и я зажмурилась, тихонько вздохнув и обняв его за пояс.

И все-таки сердце забилось чуть быстрее от близости моего демона, от ощущения напряженного достоинства, упиравшегося в низ живота. Осознание, что это именно я так действую на Сашу, наполняло тихим восторгом, хотелось жмуриться и мурлыкать, тереться, как кошка с мартовским синдромом. Мрр…

Чуть позже мы выползли из душа и все-таки закончили завтрак, я уже в махровом халате, но сидя на коленях Саши. Оладушки доели, вкусный чай допили, а после мне с хитрым видом и загадочной улыбкой предложили кое-что интересное. Каюсь, мысли сразу в пошлом направлении свернули, однако Сашка удивил.

— Пойдем, — взял за руку, повел в гостиную и усадил на диван перед камином, над которым висела плазма. — Помнишь, я говорил, что стрельбой увлекаюсь? — спросил он, подойдя к полке рядом и что-то достав с нее.

— Ага, — я кивнула, с любопытством наблюдая за ним.

— Так вот… — начал было Сашка, но замер, к чему-то прислушиваясь. — Твой телефон, — он вышел в коридор и принес мой рюкзак. — Подозреваю, Майя звонит, — с улыбкой сообщил мужчина.

Я поспешно достала аппарат, и — да, на экране светился знакомый номер.

— Привет, — я поднесла трубку к уху.

— Судя по твоему жутко довольному голосу, ты в полном порядке, — протараторила Майя. — Отлично, я просто звонила проверить, как ты там, — бодро сообщила соседка. — Тебя ждать на выходных вообще?

Покосившись на невозмутимое лицо Саши, смущенно хмыкнула, и Майя истолковала правильно.

— Ясно, понял, — отозвалась она. — Ладно, тогда хорошо отдохнуть, увидимся завтра вечером.

— Тебе тоже, — попрощалась я и только отключилась, как телефон снова зазвонил.

На этот раз, номер незнакомый, и у меня невольно екнуло сердце, но Сашка, бросив взгляд, вдруг удивленно поднял брови и бесцеремонно выхватил аппарат из моих пальцев.

— Вольдемар, что за дела, зачем ты звонишь моей девушке? — проворчал мой демон, сев рядом и обняв, привлекая к себе.

— Ну, потому что я звоню тебе, и ты не берешь трубку, — отозвался друг Саши вполне себе громко, чтобы я услышала. — Значит, я использовал запасной вариант.

— И что ты хотел? — вздохнул Ивлев, покачав головой.

— Сегодня вечером один мой друган устраивает шотландскую вечеринку в пабе, хотел вас позвать, — отрапортовал Вовка. — Форма одежды — килт. Ты говорил, у тебя где-то там сувенир из Эдинбурга есть, да?

Увидев крайнее удивление на лице Сашки, я уткнулась ему в плечо и сдавленно хрюкнула, хотя, признаться, мысль о моем мужчине в килте вызвала определенное волнение и учащенное дыхание. Ведь если следовать всем правилам, под ним ничего не должно быть… Хм, Линка, вообще-то, на улице зима, так, на минуточку. «Ну а машина на что?» — возразила я сама себе и спешно свернула разговорчики, а то шизофренией попахивает.

— Ну, есть, — осторожно ответил Сашка. — И кому такая дурная идея пришла в голову, зимой устраивать шотландскую вечеринку?

— Ой ладно, все на машинах же, ну или такси в крайнем случае, — я прямо видела, как Вовка махнул рукой или пожал плечами. — И в случае чего, переодеться можно в туалете. А тебе вообще грех жаловаться, чешуйчатый, — со смешком добавил Сашин друг.

Ага, значит, он в курсе, кто такой Ивлев на самом деле.

— Так, ну, в общем, часиков в семь я за вами заеду, — непринужденно продолжил Вовка, сочтя молчание Саши за согласие. — Все, не отсвечиваю, расслабляйтесь дальше, голубки, — я услышала смешок, сердито засопела, засмущавшись, и парень отключился.

— Шут гороховый, — беззлобно проворчал Саша, отложив телефон, и мягко отстранил меня. — Ну что, будем расслабляться? — усмехнулся он и встал.

И снова мысли зашевелились совсем не в ту сторону…

— Давай, — я несмело улыбнулась. — А как?

— Вот как, — с победным видом Сашка достал с полок… консоли для приставки. — Шпилила в детстве, а? — он подмигнул и бросил мне одну, включил телевизор и что-то там настроил, потом плюхнулся рядом со мной, вытянув ноги.

Я покосилась на Сашу: на его лице появилось предвкушающее и одновременно мечтательное выражение, и я едва не расхохоталась. Ну правда, мальчишка, и не скажешь, что взрослый, серьезный бизнесмен, да еще и демон.

— Я в обычные, на компе, — призналась, вертя в руках панель.

— Ничего, тут сложностей никаких, смотри, — и Сашка приступил к объяснению.

ГЛАВА 12

…Следующие несколько часов пролетели совершенно незаметно. Неожиданно для себя я действительно втянулась, поймала азарт и погрузилась в игру, какую-то стрелялку. Воинственно вопила, подпрыгивала на диване, возмущалась проигрышами, в общем, получала удовольствие по полной программе. Подозреваю, Сашка все-таки поддавался, благородно подарив выигрыш мне. Стоило только поймать его взгляд, когда я радостно скакала по гостиной, выплескивая радость. А потом оказалась схвачена в охапку и утянута на диван.

— Какая же ты смешная, Линка, — выдохнул Сашка и потерся носом об мой висок. — Господи, малыш, какое счастье, что я тебя встретил, а…

Я притихла, уютно устроившись в его объятиях, слушая, как под ладонью сильно, размеренно бьется его сердце. И так хорошо было просто сидеть, молчать, ощущать друг друга, и ничего больше не надо. Вот эта простая ласка, нежные прикосновения пальцев к лицу, кольцо теплых рук — и мое собственное сердечко трепетало пойманной бабочкой, а в груди сладко екало от смутного предчувствия. И так хотелось, чтобы эти мгновения никогда не заканчивались…

— Так, предлагаю все-таки поесть, а потом собираться, — наконец решительно произнес Сашка, выпрямившись и придержав меня.

— А у меня же одежды нет подходящей, — слегка растерялась я, посмотрев на него. — Ну, раз вечеринка тематическая…

На это мне весело ухмыльнулись, подмигнули и легонько щелкнули по носу.

— Ну, не думаю, что тебя выгонят за то, что придешь не в корсаже и юбке, а просто в джинсах и свитере, — отозвался Сашка и ссадил на пол. — Пойдем питаться.

Часа через полтора мы были готовы — как раз, Вовка прислал сообщение, что уже на подходе. Я, когда узрела Ивлева в наряде шотландского горца, едва не подавилась слюной и поняла, что и в юбке мужчина может выглядеть безумно сексуально, если эта юбка — килт.

— Судя по твоим загоревшимся глазкам, скромно надеюсь, я не слишком нелепо смотрюсь во всем этом, — хмыкнул Сашка, подходя ко мне.

— Ага, — кивнула я, как зачарованная.

Спросить, выполнил ли мой демон главную заповедь бравых парней из суровой Шотландии не надевать под килт ничего, я не успела: снизу раздался требовательный звонок.

— А вот и Вольдемар, — Сашка взял за руку и потянул к двери. — Удивительно пунктуальный, ну надо же, — насмешливо добавил он, пока мы спускались по лестнице.

Ворота уже открывались, впуская машину, а мы пока одевались, и когда я вышла, меня ждал приятный сюрприз: рядом с довольным донельзя Вовкой — кстати, тоже в килте, как полагается, — сидела хмурая Майя. В вызывающе салатовых штанах в индийском стиле, меховой жилетке, и с волосами, покрашенными в оранжевый цвет на концах. Красотка.

— Привет. Ты какими судьбами? — весело поинтересовалась я, плюхнувшись на заднее сиденье.

— Этот придурок сел под дверью и сказал, что не уйдет, пока я не соглашусь ехать на его убогую вечерину, — буркнула Майя, отвернувшись к окну.

— Я рассчитывал, что сердобольная леди пожалеет мою бедную задницу, не обремененную лишним прикрытием, и сжалится над несчастным горцем, спустившимся на равнины этого холодного города, — с пафосом продекламировал Вовка, и уже к середине его спича я начала хихикать, представляя себе картину в красках.

Сашка, устроившись рядом со мной, откровенно хохотал над другом, обняв меня и придвинув себе под бок. Майя же выразительно фыркнула и нахохлилась, ничего не ответив.

— Кстати, клево выглядишь, Санчо, — уже нормальным голосом произнес Вова, выруливая со двора. — Волынку, часом не притащил, нет? Для полноты образа? — ехидно добавил он, бросив взгляд на нас в зеркало заднего вида.

— В багаже не поместилась, — невозмутимо парировал Саша и кивнул. — За дорогой следи, шутник.

— Яволь, герр капитан, — снова дурачась, отрапортовал Вовка и преувеличенно внимательно уставился в окно, даже чуть наклонившись к рулю.

Я снова хрюкнула, уткнувшись в плечо Сашки, в крови пузырьками щекотало веселье, и не покидала уверенность, что вечер пройдет отлично. А наблюдать за парочкой Майи и Вовы было истинным удовольствием, правда, я не понимала, чем приятель Саши так не нравится моей всегда водившей странные знакомства соседке. Надо на досуге устроить ей маленький допрос, не все же Майе удовлетворять любопытство.

Вовка привез нас в центр города, в район Чернышевской, в уютный шотландский паб, где уже собралась теплая компания Вовкиных друзей. Всего на несколько мгновений я почувствовала себя неуверенно, как всегда в новой тусовке, тем более, где большинство парни, но теплая и надежная рука, обхватившая за талию, вселила уверенность. Вова крепко держал мрачную Майю, похожую на сердитого попугая, и от этого сравнения я снова едва не захихикала.

— Всем привет, а вот и мы, — громко поздоровался Владимир, занимая один из стульев и подвигая второй моей соседке. — Собственно, Сашку вы знаете, а это Аделина и Майя. Не пчелка, — строго предупредил он сразу, а Майя молча закатила глаза и поджала губы. — А за лишние поползновения к Линке Санек настучит в бубен и глаз натянет по самые помидоры, — дружелюбно заметил этот паяц под смешки остальных.

Я смутилась и опустила взгляд, чувствуя, как вспыхнули щеки, Сашка же лишь крепче прижал к себе и даже не подумал одернуть своего говорливого приятеля. Однако, вскоре легкое напряжение исчезло, особенно когда я сделала пару глотков вкусного эля, завязался непринужденный разговор. И даже хмурая Майя слегка оттаяла, обнаружив, что ее сосед прожил несколько месяцев в Камбодже, и демонстративно игнорируя Вовку. Время бежало незаметно, я наслаждалась приятной атмосферой и ненавязчивыми комплиментами, не переходившими границу легкого флирта. Слава богу, Сашка не изображал ревнивого неандертальца, разве что в шутку пару раз грозно повращав глазами и нахмурив брови. А вот к тому, что меня внезапно потянут танцевать под заводные звуки, я оказалась не готова, хотя от выпитого в голове и на душе воцарились легкость и бесшабашность.

— Саш, я не умею, — попыталась отказаться, однако мой кавалер ухмыльнулся и подмигнул, озорно блеснув глазами.

— Ничего сложного, поверь, — заверил он, и пришлось слезать со стула и присоединяться к остальным.

Оказывается, вся бравая компания вполне сносно танцевала всякие польки и еще какие-то исключительно шотландские народные танцы, и в самом деле оказалось легко выучить нехитрые шаги. Кроме меня в компании было еще несколько девушек, а места вполне хватало, и вскоре я вместе со всеми плясала под веселые ритмы, и с моих губ не сходила широкая улыбка. А еще, от взглядов Сашки, шальных и горячих, внутри все сладко замирало, и дыхание сбивалось. И еще, настроение сделалось хулиганским и шаловливым, и мои мысли то и дело возвращались к пресловутому килту. Руки прямо так и тянулись под столом нагло и бесстыдно пощупать Сашку за коленку и выше, и щеки тут же вспыхивали жарким румянцем от волнения и смущения. Кажется, кое-кто на меня дурно влияет, раз я думаю о подобных пикантных вещах…

Все начали расползаться уже за полночь, и мы тоже решили отбыть. Хотя спать на удивление не хотелось, а эмоции и не думали успокаиваться. Мельком заметила, что Майя пошла с Вовкой, и лицо соседки было не слишком довольным, однако мне почему-то казалось, что подруга слегка лукавит в демонстрации своего отношения. А приятель Сашки специально косит под шута, скрывая настоящие чувства. Ладно, время покажет, что между этими двумя будет или не будет, а пока… Поскольку, Вовка укатил на своей машине, Саша вызвал такси, и мы устроились на заднем сиденье. Я привычно прильнула к моему мужчине, ощущая успокаивающую тяжесть объятий на плечах, моя ладонь лежала на его груди, и под ней размеренно, чуть быстрее обычного, билось сердце. Теплое дыхание шевелило волосы на макушке, и внутри разливалось умиротворение, и немножечко волнения. Мой взгляд то и дело опускался к килту, и стоило определенных трудов заставить руки лежать спокойно и не тянуться… пощупать. Все-таки, мы не одни в машине, а я не настолько раскованная. Дождусь, пока мы домой доедем.

— Устала? — тихо, ласково спросил Саша, и я помотала головой, не покривив душой.

— Все было здорово, — довольно отозвалась я. — Классный вечер получился.

— Ну отлично, — он обнял двумя руками, и я устроилась поудобнее, прикрыв глаза.

Задремать не успела, так, чуть-чуть разве что, и сразу встрепенулась, когда почувствовала, как остановилась машина. Саша расплатился с водителем и вышел, я за ним, крепко сжимая его ладонь. Мы добрались до дома, Ивлев открыл дверь, пропуская меня вперед, и я переступила порог, вдохнув уже знакомый, ставший родным, тонкий аромат дерева и сухих трав. Скинула куртку, услышав, как Саша закрыл дверь, и тут же повернулась к нему, не дожидаясь, когда он включит свет. Я не думала сейчас, что делаю и зачем, верх взяли инстинкты и то самое, шальное и хулиганское, щекотавшее изнутри от самого паба. Хмелея от собственной смелости, я прижалась к Саше, глядя на отсвечивавшие в густом полумраке багровым глаза и ничуть не пугаясь. Сердце сорвалось в галоп, а моя рука нахально провела по мужскому бедру до самого края килта.

— Са-аш, — томным полушепотом протянула, медленно скользя пальцами по теплой коже, уже под тканью. — А ты правда, как настоящий шотландец, оделся?.. — выдохнула ему в губы, поднявшись на цыпочки.

Ощутила, как напряглось его тело, и в следующее мгновение мы поменялись ролями, и уже я оказалась прижата к стене, и мои руки — над головой. Саша легко удерживал запястья, обхватив их ладонью, а вторая уверенно забралась под свитер, стремительно проведя вдоль тела до груди. Его горячее, хриплое дыхание обожгло рот, и я услышала низкий смешок, от которого по позвоночнику сошла лавина щекочущих мурашек.

— Ты смотр-ри, смелая какая, — тоже шепотом отозвался Сашка, и я с восторгом отметила рокочущие нотки, родившие настоящий ураган в эмоциях и желаниях.

Кажется, на нежность ни я, ни он, сегодня не были настроены. И… мне это нравилось, ох, как нравилось. Хотелось тропического шторма, шквала, потеряться в нем, раствориться с головой. Отдаться на волю инстинктов и умелых рук и губ, ощутить снова резкие, глубокие толчки внутри… Низ живота скрутило болезненной судорогой, я выгнулась, тихо всхлипнув и прижавшись к Саше, зачарованно глядя в рдеющие напротив глаза, уже мало похожие на человеческие. Да и плевать, если честно. Не знаю, то ли алкоголь так подействовал, хотя пила я мало, то ли еще что, но мне, признаться, сейчас было абсолютно все равно, кто такой Сашка на самом деле. И каким он будет со мной. И судя по тому, что я чувствовала, под килтом у него точно ничего нет… Я улыбнулась и медленно облизнула губы, отлично понимая, насколько провокационно выглядит жест. А мне хотелось провоцировать, хотелось почувствовать напор бешеной страсти, от которой срывает крышу вместе с черепицей и чердаком. Чтобы тормоза отказали напрочь, и осталось только горячее желание, заполняющее каждую клеточку.

Саша тихо рыкнул, а потом я услышала отчетливый треск материи, и живот что-то несильно царапнуло — похоже, мой демон почти потерял контроль над собой, и джинсам пришла хана. Ну и пусть… Откинув голову, я зажмурилась и тихо рассмеялась, выгнувшись навстречу и чувствуя, как безнадежно испорченная одежда скользит по ногам.

— Будешь должен джинсы, — не удержалась я от ехидного смешка, пока жадные губы выцеловывали шею, оставляя на ней огненные следы.

Вместо ответа мой страстный хулиган чувствительно прикусил кожу, оставляя на ней метку, и тело прошила молния удовольствия, заставив охнуть в голос и выгнуться, судорожно стиснув пальцы. А вот теперь точно по моей коже вели отнюдь не пальцами, а — кончиками острых когтей. Но очень деликатно, всего лишь слегка царапая, скорее даже щекоча, не причиняя боли. Не дожидаясь, пока Саша доберется до цели, я закинула ногу ему на пояс, дрожа от предвкушения и нетерпения, между ног пылало настоящее солнце, посылая огненные лучи по всему телу. Очередной тихий треск подтвердил мои предположения, что трусики снимать кто-то нетерпеливый тоже не собирается, решив проблему по-мужски просто и по-демонски быстро.

— И белье… А-а-ах-х, — пробормотала я и захлебнулась воздухом, потому как уже вполне человеческие пальцы нежно провели по влажным складкам, даря первые, пока слабые волны удовольствие.

— Новое куплю, — все тем же хриплым, безумно сексуальным голосом выдохнул мне в губы Сашка и накрыл их нетерпеливым, голодным поцелуем, продолжая перебирать нежное местечко, дразня и играя.

Я бесстыдно потерлась об его руку, пытаясь получить больше ласки, отвечая на поцелуй так же нетерпеливо и горячо, упоительное ощущение беспомощности пьянило и кружило голову почище любого хмеля. Я таяла от откровенных прикосновений, кости плавились, а в крови бушевал пожар. Наши языки устроили настоящую борьбу, губы ныли от напора, а от восторга подводило живот и скручивало мышцы в невообразимый узел. Голодная пустота внутри разрасталась, там образовалась целая черная дыра, и утолить этот голод мог единственный мужчина, которому я готова отдаться без остатка.

Сашин палец безошибочно нашел жарко пульсировавшую точку и мягко обвел, и я глухо, коротко застонала, не прерывая поцелуя, меня как будто окунули в густой, горячий сироп. Руки дернулись в захвате в неосознанном стремлении ухватиться за широкие плечи, чтобы не утонуть в эмоциях, но меня держали крепко, не собираясь пока отпускать. Я поднялась на носочки, двигая бедрами, пытаясь поймать ритм, а Саша сводил с ума, то дотрагиваясь совсем легонько, на одно мгновение, то мягко погружая палец в упругую глубину, заставляя мышцы сжиматься и втягивать. О-о-о. Мучительно-сладко, пронзительно до боли, но боли приятной, приносившей удовольствие и удивительно яркое осознание происходящего. А поцелуй пил мое дыхание и силы, пряный и горячий, как глинтвейн, и все вместе сливалось в волшебный калейдоскоп переживаний, от которых нервы натягивались до предела. Но хотелось большего, не пальцев…

— С-саша… Са-ашенька… — простонала я, запрокинув голову и зажмурившись до разноцветных точек перед глазами, и неожиданно мои руки оказались свободными.

Шумно выдохнув, мой мужчина подхватил меня ладонью под попку, не прекращая второй дразнить и ласкать набухший, стрелявший острыми вспышками удовольствия, бугорок. Мои ладони стремительно скользнули по сильному телу, вытаскивая из-за пояса рубашку, а потом задрали и сам килт, и я послушно закинула вторую ногу, крепко обхватив его за талию. Господи, как же я хотела его. Теперь понимаю выражение «аж зубы сводит», у меня не только зубы свело, но и искры из глаз сыпались, и хотелось хныкать и упрашивать. Черт, когда Сашка ненадолго убрал руку только лишь для того, чтобы шире развести мои бедра, я все-таки не сдержала короткого, разочарованного стона.

— С-сейчас… Сейчас, малыш-шка… — прошипел Саша, и я с нарастающим восторгом ощутила, как по горячей, истекавшей от нетерпения промежности провела гладкая головка, уверенно подбираясь к цели.

Мои ладони оказались на его плечах, и, кажется, рубашка тоже не подлежит восстановлению — пуговицы я расстегнуть не удосужилась, просто рванув края. Ох ты, и не думала, что во мне дремлет такой вулкан страстей… Ухо защекотал хриплый смешок моего мужчины, а в следующий момент он рывком вошел, буквально насадив на себя. Перед глазами вспыхнул Млечный Путь, я вцепилась ногтями в напряженные мышцы, коротко вскрикнув и выгнувшись, впуская еще глубже, до тянущего ощущения. Он заполнил меня, растянул до предела, большой и горячий, и я на мгновение замерла, впитывая упоительное чувство и счастливо улыбаясь. А потом Саша начал двигаться. Сначала медленно, размеренно, бережно поддерживая, почти полностью выходя и потом скользя внутри на всю длину. Но надолго не хватило ни его, ни меня, и ритм ускорился. Мы снова целовались, яростно, жадно, Саша вбивался в меня с каждым толчком все глубже и сильнее, и вспышки наслаждения становились ярче, пронзительнее. Какая все-таки удобная штука, килт, а…

Время замерло, окутав нас непроницаемым коконом, оставив наедине с чувствами и эмоциями. Мы сами превратились в них, перестав ощущать собственные тела, растворяясь друг в друге, прорастая, сливаясь в единое целое. Я принадлежала ему, а он — мне, и осознание этой простой истины наполняло таким восторгом, что становилось трудно дышать, а глаза неожиданно защипало. Напряжение нарастало, осыпая обжигающими искрами, и наконец, с особо сильным выпадом я не выдержала, сорвалась в пропасть, утянув за собой и Сашку, забившись в его руках и хрипло, ликующе закричав. Кажется, по щекам потекло что-то мокрое, и невыразимое, невозможное счастье было настолько всеобъемлющим, что я на несколько секунд перестала существовать, исчезнув в волнах эйфории. Ох, хорошо, что у Сашки нет соседей, иначе мне их искренне жалко.

— Ну ты голосистая, маленькая моя, — с низким, хриплым смешком произнес Ивлев, и я слышала его, как сквозь вату.

Сил не осталось никаких, и если бы Саша не поддерживал, я бы свалилась на пол безвольной кучкой. Мышцы превратились в желе, с лица не сходила блаженная улыбка, и я жмурилась, как сытая кошка. О да, мне было безумно хорошо, до дрожи в коленках.

— А нечего дарить мне такие оргазмы, от которых кричишь в голос, — сипло пробормотала, прижавшись щекой к его плечу.

Сашка рассмеялся громче, шагнув назад и бережно придерживая, и неторопливо направился куда-то в глубь дома. Признаться, было совершенно все равно, куда он несет, мыслей не осталось никаких, и все существо охватила томная нега полностью удовлетворенной женщины.

— О, Линочка, я собираюсь заставлять тебя кричать как можно чаще, — вкрадчиво сообщил мой демон, поглаживая поясницу под свитером и поднимаясь по лестнице. — Мне нравится слушать тебя, знаешь ли.

— М-м-м, ничего не имею против, — проворковала, выгибаясь под ласковыми прикосновениями.

— И твоя смелость мне тоже нравится, малыш, — чуть тише добавил Саша, легонько поцеловав в макушку. — Ты такая чувственная, страстная… Моя девочка…

— Угу, твоя, — кротко согласилась я, тихонько вздохнув и обвив руками его шею.

В конце концов, он выиграл поединок за меня, и я действительно приз. Но такое положение вещей совсем не коробило. По крайней мере, принадлежать Сашке гораздо приятнее, чем какому-то жестокому, равнодушному демону. Меня транспортировали мимо спальни сразу в ванную, аккуратно поставили на пол и чуть отстранили, окинув внимательным взглядом. На мне оставался только свитер, остальное лежало внизу, в коридоре, и выглядела я, наверное…

— Чудно выглядишь, между прочим, — усмехнулся этот несносный мужчина и весело ухмыльнулся, подмигнув, потом отступил на шаг, пока я, красная, как помидор, пыталась натянуть свитер пониже. — Очень соблазнительно.

— Пошляк, — проворчала я, внезапно поймав могучий приступ смущения, и отвернулась, прерывисто вздохнув и потянувшись к крану.

За спиной раздался тихий, довольный смешок, и меня обняли сильные руки, а в ухо весело фыркнули.

— Да уж кто бы говорил, Линочка, — ехидно отозвался Сашка и звонко чмокнул в щеку. — Напомнить, кто набросился на скромного меня прямо в коридоре и начал совершенно непристойно распускать руки, м-м?

А потом чьи-то нахальные ладони скользнули под свитер и настойчиво потянули вверх.

— Давай, снимай уже и забирайся, — не дожидаясь, пока я соображу, что ответить, невозмутимо заявил Сашка, и пришлось махнуть рукой на некстати проснувшееся замешательство.

В самом деле, чего это я. Послушно подняв руки, позволила стащить с себя свитер, и вскоре мы уже валялись в горячей воде, вкусно пахнувшей апельсином и корицей. Я устроилась рядом с Сашей, прильнув к его плечу и закинув на него ногу, он обнимал одной рукой, прижимая к себе, и от нахлынувшей нежности защемило сердце. Прижав ладонь к груди, я слушала, как размеренно и сильно бьется сердце моего демона, а собственное суматошно металось, не давая спокойно дышать и рождая сумбур в мыслях.

— Саш… Я же совсем обычная… — вырвалось у меня почему-то шепотом, и по спине промчался эскадрон нервных мурашек.

— А вот и нет, — перебил Ивлев, обняв двумя руками и уложив на себя, потом чмокнул в нос и нежно улыбнулся. — Для кого-то может, и обычная, а для меня — особенная, — мне достался еще один легкий поцелуй, на сей раз в губы. — Самая лучшая, желанная и только моя, — чуть тише добавил Саша, и я успокоенно вздохнула, расплывшись в улыбке и обвив руками его шею. — И самая любимая…

Я вздрогнула от этих слов, внутри все сладко обмерло, а потом маленькая восторженная девочка запищала от переполнявших эмоций. Любит… Наверное, я точно сумасшедшая, раз известие о том, что в меня влюблен самый настоящий демон, приводит не в ужас, а в эйфорию. И совсем на всю голову больная, потому что, кажется, сама втюрилась по уши, окончательно и бесповоротно. Пошевелившись, я длинно вздохнула, свернулась калачиком, с ногами забравшись на Сашку — а он только крепче обнял, похоже, мои действия не причиняли ему никакого неудобства. Набрав воздуха, я зажмурилась, уткнувшись в изгиб шеи и вдохнув вкусный, терпкий запах моего мужчины.

— И ты мой… — едва слышно произнесла, шалея от собственной храбрости и закончила почти беззвучно. — Любимый…

Нервы задрожали, готовые порваться в любой момент, кровь зашумела в ушах, и в горле пересохло. Я впервые в жизни признавалась кому-то в серьезности чувств, да я вообще первый раз влюбилась, если быть честной. И страшно, и восторженно, и в глубине души зреет уверенность, что все правильно и верно, я не ошиблась, и Саша не обманет. Я почувствовала, как сильное тело подо мной напряглось, а потом объятия стали такими крепкими, что я тихо пискнула, завозившись и попытавшись отвоевать глоток воздуха. Ивлев тут же ослабил хватку, его пальцы нашли мой подбородок и ухватили, заставив приподняться и посмотреть в расширенные зрачки, в глубине которых рдел багровый огонек. На его губах играла одновременно довольная и нежная улыбка, и вообще, он выглядел, как сытый кот, обожравшийся целой стаей мышей и закусивший тазиком сметаны.

— Я чертовски рад это слышать, малыш, — проникновенно сообщил Сашка и наклонился, закрыв рот долгим, сладким поцелуем.

А когда я снова смогла говорить, отдышавшись и справившись с фонтаном эмоций, поняла, что должна сказать ему правду.

— Саш, меня не Аделина зовут на самом деле, — тихо призналась, чувствуя в душе умиротворение и покой.

— М-м? — лениво протянул он, выгнув бровь, и заботливым жестом убрал с моей щеки влажный локон. — Так, это уже интересно. И как же?

— Лиза, — со вздохом ответила, опустив взгляд и рассеянно выводя пальцем узоры на его груди. — Елизавета Карилова.

— И что ты натворила, что пришлось сменить имя? — осторожно уточнил Саша.

— Ничего, — я криво усмехнулась. — Я сбежала из дома, и когда приехала в Питер, соврала, что потеряла паспорт, и документы на новое подала. Пришлось, правда, заново поступать учиться, но это мелочи жизни.

— Почему? — последовал вопрос.

— Когда я заканчивала школу, умер папа от рака, — уставившись в воду невидящим взглядом, начала я рассказывать свою невеселую историю. — А года через полтора мама снова вышла замуж, подозреваю, чтобы заглушить тоску. Мы… не очень хорошо общались к тому времени, — я запнулась на мгновение. — Я слишком напоминала ей папу, и ей правда тяжело было, она его очень любила. А потом в ее жизни появился Олег, и она отвлеклась на него. Ну а его привлекла я, — дыхание снова перехватило от подступившего горького комка, стоило только вспомнить то время.

Саша резко выдохнул, объятия стали крепче, но не перебивал, терпеливо дожидаясь, пока я соберусь с духом.

— Мама посчитала, что я просто не могу смириться, что у нее новый мужчина и новая жизнь, — я невесело усмехнулась. — Мы ругались все чаще, я старалась как можно больше времени проводить вне дома и поставила на дверь своей комнаты задвижку. Олег много себе не позволял, пока я не закончила школу и не поступила в универ в Новгороде. Он ждал, когда мне исполнится восемнадцать, — от поднявшейся изнутри желчи свело скулы, зашевелилась прежняя злость, и по спине пробежал холодок застарелого страха. — У Олега серьезные связи в Новгороде, он там не последний человек, и он честно предупреждал, что сделает мне на день рождения подарок, и я не стала дожидаться. Просто собрала все бумаги, вещи, и в один день уехала из Новгорода, оставив только маме записку, чтобы не волновалась, и что со мной все в порядке. Приехала сюда, сделала новые документы, устроилась на учебу, нашла жилье и работу, — я замолчала, сглотнув сухим горлом. — Ну и вот, в общем. Здесь Олег точно не найдет меня, Питер город большой, и вряд ли у него здесь такое же влияние, как в Новгороде. И документы и имя у меня тоже новые теперь.

В ванной повисло молчание, я слышала только тяжелое дыхание Саши, да его пальцы тихонько гладили поясницу.

— Как, говоришь, зовут его? — обманчиво небрежным голосом спросил Ивлев, и я вздрогнула, различив стальные нотки под бархатом.

— Олег Бочкин, — послушно ответила, радуясь, что ярость Саши направлена не на меня, и тут же поспешно добавила. — Он мне ничего не сделал, не переживай, и раз за эти годы не нашел, то вряд ли будет искать дальше. Небось, забыл уже, — я фыркнула и передернула плечами. — Маму только немного жаль, она не заслужила, — у меня вырвался вздох.

— Пусть только сунется сюда, — тем же ласковым тоном произнес Саша, и его пальцы зарылись в мои волосы. — Живым не уйдет.

Я нервно облизнулась и подняла голову, посмотрев на застывшее лицо и отсутствующий взгляд. Вспомнились рассказы Арины, что демоны ужасные собственники и ревнивцы, и сейчас я видела подтверждение ее слов. И вот ну ни капельки не страшно, с удивлением поняла я, даже наоборот — оказывается, это так приятно, видеть, как твой мужчина готов бороться и мстить за тебя. Черт, аж улыбаться тянет, и вся грусть-тоска после исповеди куда-то благополучно испарилась.

— Не стоит, Саш, — я тихонько погладила его по щеке, возвращая в реальность. — Он того не заслуживает, правда.

Ивлев моргнул, тряхнул головой, и глаза снова стали осмысленными к моему облегчению, а лицо расслабилось. Глубоко вздохнул, прижал к себе, бережно покачивая.

— Никто больше не сделает тебе ничего плохого, — пробормотал он, целуя в висок. — И да, можешь предупредить Майю, чтобы искала новую соседку, и собирать вещи, — решительно добавил Саша, и у меня отпала челюсть, я уставилась на него, не совсем понимая, правильно ли поняла.

— В смысле? — осторожно переспросила.

— В прямом, — проворчал Саша, устраивая меня поудобнее на коленях. — Ты переезжаешь ко мне, и это не предложение, — он требовательно посмотрел, ожидая возмущения, пока я ошеломленно хлопала ресницами. — Есть какие-то возражения? — темная бровь выгнулась, и я машинально покачала головой. — Вот и замечательно, — Саша снова обнял, прислонив к плечу, и успокоенно вздохнул. — Буду сам отвозить тебя на учебу и в школу, и вечером забирать, тогда точно буду уверен, что с тобой все в порядке.

— А если дела задержат? — я решила, что строить из себя дальше дурочку и выпытывать, точно ли он хочет, чтобы я жила с ним, глупо.

Тем более, я действительно не против, только вот понятия не имею, как это, когда живешь с кем-то…

— Такси вызову, или Вовку попрошу, — невозмутимо откликнулся Саша, и до меня наконец-то в полной мере дошло, что он в самом деле не шутит.

Восторг взорвался фонтаном, окатил горячими брызгами и прошелся по венам жаркой волной, затаившись внизу живота. Я прерывисто вздохнула, зажмурившись и расплывшись в улыбке, потерлась щекой о сильное плечо.

— А ты научишь меня готовить? — попросила, слушая, как чуть ускоренно бьется сердце моего демона.

— Обязательно, малыш, и не только готовить, — многозначительно добавил он, легонько массируя затылок, отчего хотелось мурлыкать и изгибаться, как кошке.

— Звучит соблазнительно, — протянула я таким томным голосом, что сама удивилась, как умею, оказывается.

— О, ты даже не знаешь, насколько, — со смешком произнес Сашка и аккуратно меня выпрямил. — Давай-ка вылезать, а то замерзнешь еще, носом хлюпать будешь.

Ту я возражений не имела, тем более, навалилась сонливость, и веки налились свинцом. Сладко зевнув, я кивнула, а Сашка, выразительно вздохнув, молча поднял на руки, выйдя из ванной. Как мы добрались до кровати, помню смутно, я задремала в процессе перемещения, и едва под головой оказалось такое ужасно удобное плечо моего демона, моментально вырубилась, привычно свернувшись клубочком в его объятиях.

ГЛАВА 13

Воскресенье прошло слишком быстро, и когда стемнело, и пришло время возвращаться домой, я поймала себя на мысли, что готова прямо сейчас собрать вещи. Расставаться ужасно не хотелось, но мне завтра еще и на работу сразу после учебы, и ноут остался дома, а там — диплом, и тетради с лекциями тоже. Так что, пришлось затолкать поглубже разочарование и недовольство и садиться в машину. Понимающая усмешка Саши только усугубила мое состояние, и я лишь мрачно покосилась на него, нахохлившись на своем сиденье.

— Малыш, улыбка тебе идет гораздо больше, — проникновенно сообщил мой демон, потрепав по макушке.

— Угу, — вздохнула, глядя в темноту за окном и невольно подставляясь под его руку.

— Завтра уже увидимся, не переживай, — ласково произнес Сашка, правильно разгадав причину моего плохого настроения.

Вместо того, чтобы переключиться на предвкушение этого чудесного момента, я вдруг спросила, не глядя на него:

— Саш, а Кожин? Он точно не попытается снова забрать меня? Ну, чисто из вредности там, или из уязвленного самолюбия?

— Даже если он рискнет совершить такую глупость, я смогу отыскать тебя без всяких артефактов, — заверил Сашка к моему облегчению. — Мы теперь связаны, Ада, мама ведь рассказывала тебе?

— Ага, — я кивнула, слегка повеселев, и повернулась к нему, на губах появилась слабая улыбка. — Может, ты сразу возьмешь у меня образец крови, а? — выпалила, разволновавшись и вспомнив, как Арина поведала об истории своего похищения.

Только у нее это был заговор бывшей жены Руслана и ее незадачливого поклонника, еще и конкурента ко всему, хотя и просто человека. Брови Саши поползли вверх, на лице появилось озадаченное выражение.

— Я не против, малыш, а что случилось? У тебя какие-то предчувствия? — он нахмурился.

— Нет, но мало ли что, — я поежилась, обхватив себя руками.

И такое со мной тоже бывало, вдруг ни с того, ни с сего одолевали не видения, а потребность совершить какой-то поступок без всяких видимых причин. Кожин же оставался тревожным фактором, я уже успела понять, что демоны весьма мстительны, а такие типы, как Аркадий, и подавно. Сашка ведь увел добычу из-под его носа, да еще и набил морду, вдвойне обидно и досадно должно быть.

— Я попрошу папу узнать, где он сейчас, и последить за ним, — негромко добавил Саша, продолжая поглаживать мой затылок. — Что-то теперь и мне неспокойно.

У меня мелькнула мысль, что, пожалуй, я готова прямо завтра вечером переехать к Сашке, и ладно, что придется на такси ездить, и просто так вечерком теперь не пройдешься по улицам Питера. Зато рядом будет мой мужчина, и в конце концов, совсем необязательно после работы сразу ехать домой. И вряд ли Саша запретит мне принимать приглашения Майи на ее странные тусовки, а скорее всего, даже с удовольствием составит нам компанию. Я не против, и соседка точно возражать не будет.

Мы доехали до моего дома, Саша заглушил мотор и повернулся ко мне.

— Ну что, до завтра, да? — он убрал с моего лица упавшую прядь.

Я кивнула, прижавшись к его ладони и глядя в отливавшие красноватым в густом полумраке глаза.

— И можешь сразу взять что-нибудь с собой, потому что я намерен оставить тебя завтра у себя, — заявил Сашка с многообещающей ухмылкой, и мне сразу стало жарко, а низ живота охватила знакомая тяжесть.

— Хорошо, — кротко согласилась я.

Потом мы еще долго целовались в машине, не в силах оторваться друг от друга, и когда я выходила на улицу, сердце бухало в груди молотом, отдаваясь в ушах, а пульс частил, будто только что пробежала стометровку. С кровью мой демон поступил просто: аккуратно царапнул мою ладонь отросшим когтем и слизнул выступившие капли. Может, кого-то подобное и шокировало бы, но я осталась спокойной. Быстро привыкла к тому, что мой мужчина — не совсем человек, ну и опять же, собственная безопасность значила для меня гораздо больше, чем какие-то там странности. Заходя в подъезд, я невольно оглянулась, но ничего подозрительного не заметила и мысленно дала подзатыльник некстати разыгравшейся паранойе. Линка, хватит уже, все хорошо, нечего накручивать себя. И я поднялась в квартиру.

А там ждало чудное зрелище мрачной Майи на кухне, прихлебывавшей чай, и веселого и довольного жизнью Вовки, похожего на мартовского кота, дорвавшегося наконец до недоступной домашней кошечки. Правда, я бы скорее сравнила Майю с какой-нибудь дикой рысью, но смысл, думаю, понятен. Удержать ехидную ухмылку не удалось, и я заработала от соседки убийственно хмурый взгляд и показанный из-под стола кулак.

— О, Ада, привет, — приятель Саши оглянулся на меня. — А мы тебя уже и не ждали, да, Майя? Что, неужели Санчо таки нашел в себе силы расстаться с любимой женщиной?

Я отчаянно покраснела, поскольку он дважды попал в точку, и неопределенно пожала плечами.

— Ну, мне завтра в универ и на работу, ему тоже в офис, — постаралась ответить непринужденно, занявшись приготовлением себе любимого жасминового чая и повернувшись к нему спиной. — Но вообще, я, наверное, скоро перееду, — призналась сразу, не собираясь скрывать.

От Майи послышался невнятный возглас, и снова встрял неугомонный Вовка.

— О. Супер новость, — воодушевленно изрек он. — Значит, у тебя теперь будет свободная комната, душа моя? — проникновенно обратился Вовка к Майе.

Я повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как подруга скривилась от такого обращения и громко фыркнула.

— У тебя, кажется, есть своя жилплощадь? Вот и живи там, — парировала она.

— Ну в принципе не вопрос, можем и у меня зависать, — невозмутимо откликнулся Владимир. — Ради тебя я готов даже совершить безумно опасный поступок и встать к плите, — патетично воскликнул Вовка, изобразив вдохновение на лице и прижав ладонь к груди. — Где-то даже, кажется, была поваренная книга, бабуля мне подарила…

— Ты кофе допил? — довольно резко оборвала его Майя. — Мне тоже завтра на учебу, между прочим, так что брысь, шут гороховый, — она поднялась и выразительно посмотрела на гостя.

— Ой, ладно, что я, не понимаю, что ли, что вам пошушукаться надо о своем, о девичьем, — хмыкнул Вовка, ничуть не обидевшись, и тоже встал. — Так мы договорились, да? Завтра вечером идем в планетарий? Я заеду за тобой часикам к шести, ты где будешь?

Судя по выражению лица Майи, собиралась она ответить в рифму, и совсем неприлично, но Вовка словно не заметил этого.

— Ладно, я позвоню тогда, — он махнул рукой и направился в коридор.

Я проводила гостя взглядом, потом посмотрела на соседку, и веселая ухмылка снова неудержимо растянула губы.

— Майя, он же прикольный, — вполголоса произнесла, прибавив совсем чуть-чуть ехидства в голос. — И не смотрит на тебя щенячьим преданным взглядом. Может, сменишь гнев на милость?

— Спасибо, дорогая, в советах не нуждаюсь, — буркнула соседка и пошла провожать Вову.

А я устроилась за столом, обхватив кружку ладонями и задумчиво уставившись в окно. Из коридора вскоре донесся звук закрывшейся двери, и Майя вернулась в кухню с решительным видом, и я поняла, что расспросов не избежать. Ну я в общем не против поделиться эмоциями.

— Рассказывай, — кивнула она, прислонившись к столу и скрестив руки на груди.

По окончании моей исповеди от плохого настроения соседки не осталось ни следа, и лицо ее выражало умиление и радость.

— Чудненько, Линка, — выдохнула подруга, сев напротив и подперев кулаком подбородок. — Не, я в самом деле рада, ты прямо цветешь, как роза, — Майя хмыкнула. — Хороший мужик тебе достался, чует моя печенка, хотя приятель у него тот еще дебил, — она закатила глаза и длинно вздохнула. — Так когда, говоришь, переезжаешь?

— Думаю, потихоньку к концу недели, — я неопределенно махнула рукой. — Но это не значит, что я пропаду для общества, — строго добавила, наставив на нее палец. — Твои тусовки бывают интересными, — усмехнулась ей.

— Договорились, — Майя подмигнула, а я допила чай и отправилась к себе.

Время до сна пролетело незаметно в обычных хлопотах, приправленных толикой волнительных моментов — например, вдумчивого созерцания шкафа на предмет решения, что взять завтра с собой. Покосилась на аквариум — мое личное приобретение, Майе хватало Шлепы в качестве живности. Пожалуй, это точно оставлю напоследок, слишком громоздкая и хрупкая вещь. А перед тем, как уснуть, получила нежное послание от Сашки с пожеланием сладких снов, заявлением, что он ужасно скучает и ждет, не дождется завтрашнего вечера и особенно ночи. От последнего тонкого намека по телу прошлись горячие мурашки, затаившись внизу живота, и я уснула с предвкушением, что и сегодня сны будут очень непристойного содержания.

По пути домой, чтобы отвлечься от желания развернуться и забрать Аду обратно к себе, Саша позвонил отцу, собираясь прояснить ситуацию с Кожиным.

— Пап, привет. Что-нибудь слышно про Аркадия? — спросил он, когда Руслан ответил на звонок.

— Вот как раз собирался звонить. Его нет в городе, по официальной версии — уехал в командировку, но не волнуйся, я предупредил, кого надо, как только объявится — сразу перезвоню, — успокоил старший Ивлев.

— Ну отлично, — успокоенно вздохнул Сашка.

— Так когда вас в гости-то ждать? — голос Руслана в трубке повеселел. — Бабуля, которая моя мама, изнывает от нетерпения познакомиться наконец с Аделиной.

— Сначала сами устроимся, — проворчал беззлобно Сашка, сворачивая на перекрестке, его губы сложились в довольную улыбку, стоило только вспомнить Аду, ее глаза, светящиеся нежностью, то, как она трогательно сопит во сне, приоткрыв рот…

Из телефона раздалось понимающее хмыканье.

— К себе забираешь? Правильно, — отозвался Руслан. — Она тебя уже видела?

— Так да, еще перед поединком, — Сашка издал смешок, вспомнив тот вечер, тело тут же отозвалось горячим всплеском, и сидеть стало чуточку неудобно. — Так что, пусть бабуля запасется терпением, вот к выходным утрясем все, там и приедем, наверное.

— Хорошо, ждем вас, давай, сын, — попрощался Руслан и отключился.

Саша же, подавив вздох, поудобнее устроился на сиденье, с некоторым усилием отодвинув приятные мысли о его девочке подальше. Дома помечтает. Пока же он с удовольствием прислушался к ощущениям: в груди словно поселился теплый, мягкий комок, как невидимый котенок. Именно так Сашка теперь чувствовал Аделину, и это ему нравилось.

Следующий день прошел для меня, как во сне. Мало того, что к завтраку курьер принес лимонный кекс и букет каких-то милых цветов, похожих на карликовые лилии, такие же рыжие, в коричневую крапинку, так еще и Сашка писал сообщения чуть не каждый час. Мы, как подростки, флиртовали друг с другом по телефону, порой на грани фола — от намеков несносного демона мои щеки пылали, как кумачи на маевке, а глаза, подозреваю, блестели и имели отсутствующее выражение. Даже руководитель заметил мое совершенно нерабочее состояние, и долго задерживать с дипломом не стал, тем более, что по новой главе у него замечаний практически не было. И я после пар отправилась в школу.

Встреча с очередной родительницей и ребенком прошла гладко, слава богу, эмоции не помешали моим профессиональным навыкам, и с обработкой теста от четвертых классов тоже справилась быстро. Сашка написал, что к шести заберет, мы заедем ко мне, а потом — предоставил выбирать мне. Или ужин в ресторане, или приготовим дома. Конечно, я выбрала дом: мне понравилось учиться, ну и приготовленное своими руками несомненно вкуснее. И вообще, хотелось побыть с Сашкой, я ужасно соскучилась за день. Выйдя вечером из школы и узрев ждавшего у входа Ивлева, я без всякого стеснения обвила его шею с тихим возгласом, уткнувшись в пальто, пахнувшее морозом и самим Сашкой.

— Привет, малыш, — ласково шепнул он, аккуратно сжав меня в объятиях, потом отстранил и коснулся губ целомудренным поцелуем. — Остальное позже, — многообещающе шепнул мой демон, и я не удержалась, хихикнула, прижавшись к нему на несколько мгновений.

Мы дошли до машины и сели.

— Лин, мне завтра надо на пару дней уехать в командировку, — огорошил Саша, заводя мотор. — В пятницу уже вернусь обязательно. Так что, сегодня я забираю тебя к себе, можно даже с частью вещей. А к выходным, думаю, окончательно соберешься, да? — он ласково улыбнулся, наклонился и бережным жестом убрал с моего лица упавшую прядь.

— Ага, — я немного растерянно кивнула, уж слишком неожиданной оказалась новость. — Соберусь…

— Я буду звонить и писать, обязательно, — мягко произнес Сашка и, не дав мне ничего сказать, приник к губам в долгом, головокружительно нежном поцелуе, и все возражения и недовольство растворились в восторге, охватившем каждую клеточку.

Я потянулась к нему всем существом, отвечая на поцелуй, зарывшись пальцами в пряди волос и уплывая в теплый, золотистый туман, где совершенно терялось чувство времени. И когда Саша отстранился, мне уже не хотелось хныкать, как маленькой капризной девочке. Ладно, пару дней как-нибудь переживу, хотя и сложно будет…

— Ну что, к тебе? — Ивлев подмигнул и отстранился, выезжая со двора. — Кстати, я дал моим людям задание проверить твоего отчима, так что на днях появятся сведения.

— Спасибо, — я коротко вздохнула, подавив мимолетное неприятное чувство при упоминании того, от кого сбежала в свое время.

Теперь-то уж он точно ничего мне не сделает, раз рядом Саша. Мы добрались до дома Майи, я заскочила в квартиру, переодевшись и захватив собранное вчера — самой соседки не было, значит, Вовке удалось утащить ее, куда он там собирался. В планетарий, кажется. Вернулась к Саше, и мы поехали в магазин за продуктами, ну а потом — за город, к моему демону. Я предвкушала уютный, домашний вечер вдвоем, и переступая порог дома, поймала себя на ощущении, что в самом деле не чувствую себя здесь, как в гостях.

— Аквариум можем поставить в гостиной, — бросил Сашка, проходя мимо комнаты к лестнице и неся мою сумку. — Он как раз впишется.

Ох, иногда от его проницательности и заботы аж мурашки по спине пробегали, вот прямо как сейчас. Никогда не думала, что мне попадется настолько понимающий и угадывающий мои мысли мужчина… Саша оставил мою сумку в спальне, подмигнул и невозмутимо произнес:

— Я на кухню, разберу продукты, обживайся пока, переодевайся и спускайся.

После чего вышел. И вот как угадал, что мне нужно немного времени, чтобы освоиться, и… ну, в общем, я немножко стеснялась переодеваться в присутствии Сашки. Странно, но факт, такая вот избирательная у меня проснулась застенчивость. Быстренько облачившись в домашний спортивный костюм из мягкого плюша, я сложила захваченные из дома вещи на одну из свободных полок в просторном шкафу и спустилась вниз.

— Так, доверяю тебе ответственное дело — нарезать мясо, — встретил Сашка, вручая внушительных размеров нож. — Не торопись и действуй аккуратно, договорились?

— Ага, — я радостно кивнула, осторожно принимая орудие.

— Вернусь через пару минут, — чмокнув в щеку, Саша поднялся наверх, а я подошла к столу, примериваясь к куску свинины на доске.

Готовка и в этот раз прошла без происшествий, к моему тихому восторгу, и так здорово было стоять, обняв моего мужчину за пояс и прижавшись к спине, пока он обжаривал мясо в ароматном соусе. После сытного ужина мы перебрались в гостиную, к камину, и проигнорировав диван, растянулись на пушистой шкуре. Точнее, Сашка лежал на спине, закинув руки за голову, а я распласталась на нем, умиротворенно жмурясь и наслаждаясь близостью к моему демону. Чудесное ощущение… Ладонь Саши, теплая и немного шершавая, забралась под кофту и тихонько поглаживала поясницу, под щекой размеренно, сильно билось его сердце, и я готова была замурлыкать от умиротворения, ровно до того момента, как шустрая конечность не нырнула уже под пояс штанов, удобно устроившись на упругой ягодице, пока поверх трусиков. Хм…

Я подняла голову и поставила подбородок на скрещенные руки, уставившись на Сашу и чувствуя, как ленивая расслабленность постепенно уступает место совсем другим ощущениям. От них кровь быстрее побежала по венам, и настроение стремительно менялось на хулиганское и игривое. Меня вдруг посетила безумная, шальная и абсолютно сумасшедшая мысль, но такая притягательная, придававшая проснувшемуся желанию пряный привкус чего-то запретного.

— Са-аш, — протянула я томно, чуть выгнувшись под его рукой и прижавшись к выразительной выпуклости — кажется, наши желания совпадали.

Осталось только узнать, насколько…

— М-м-м? — лениво протянул он, приподняв уголок губ в улыбке, и ладонь продвинулась ниже, мягко массируя мою попку.

А в потемневших серых глазах уже загорелся хорошо знакомый мне огонек, и это радовало. Я приподнялась еще, уперлась руками в грудь Саше и спустила ноги по обе стороны от него, оседлав бедра. Ох. Кровь бросилась в лицо, и дыхание сбилось, едва моя промежность оказалась прямо на твердом члене, пока еще скрытом домашними штанами. Я чуть прищурилась, прикусила губу, и заметив, как вспыхнул багровым взгляд Саши, мысленно довольно усмехнулась. А потом уже мои ладони нырнули под футболку, медленно скользя по гладкой, теплой коже и крепким мышцам, задирая тонкий хлопок.

— Я снова хочу посмотреть на тебя, — проворковала, склонив голову к плечу, и наклонилась, легонько царапнув грудь Сашки. — На настоящего, — добавила, понизив голос и выразительно глянув на моего мужчину.

Мои пальцы игриво обвели плоские кружки сосков, пощекотали небольшие бугорки, и Сашка шумно вздохнул, не торопясь позволить мне стянуть с него раздражающую футболку.

— Ада, — отозвался он охрипшим голосом, и вдоль позвоночника прокатилась волна горячих мурашек, затаившись между ног и отдаваясь пульсацией в самой глубине моего существа. — Ты… Ох, с-сейчас? — запнулся он — я наклонилась и лизнула, вспомнив, как Сашка проделывал это с моей грудью.

Ага, действует, с удовлетворением подумала и ненадолго отвлеклась от своего занятия, снова посмотрев на моего демона.

— Да-а, — тягучим голосом ответила, скользя ладонями вдоль его тела и чувствуя, как от восторга и нетерпеливого предвкушения кружится голова. — Са-аш, — снова позвала, смело посмотрев в провалы зрачков, превратившиеся в багровые колодцы.

Мои пальцы уже теребили замок молнии на кофте, желая избавиться от ставшей неудобной одежды, и как же мудро я поступила, заранее сняв бюстик. Думаю, Саша обрадуется, обнаружив эту приятную деталь… Когда наконец перестанет сдерживаться. Я же видела, с каким трудом ему это дается, удивительно даже, что в эти выходные он не дал волю своей сущности. Но я не боялась, нет, я уже достаточно сошла с ума, чтобы принять моего мужчину полностью, таким, какой он был. В конце концов, я любила Сашку, и этим все сказано. Он приподнялся на локтях, к моему разочарованию, убрав ладонь с попки, и чуть прищурился, его дыхание сделалось тяжелым и неровным.

— Малыш-ш, я не смогу сопротивляться инстинктам, — с заметными шипящими нотками предупредил он, тяжело сглотнув — я специально медленно потянула собачку, расстегивая кофту и продолжая улыбаться.

— Я в курсе, — кротко отозвалась и провокационно поерзала, проведя языком по губам.

Оказывается, выступать в роли соблазнительницы нереально круто, и заводит так, что перехватывает горло, и эмоции срываются с цепи. И уже ничего неважно кроме этого мужчины, глядевшего на меня голодным взглядом. Осознание собственной власти над ним пьянило почище дорогого коньяка, растекалось по венам сладким сиропом, отшибая напрочь весь здравый смысл. Точнее, его остатки. Все во мне кричало от желания снова сделать его своим, и самой принадлежать ему, плавиться от горячих ласк и поцелуев, стать одним целым и захлебнуться в огненной лавине страсти. Мышцы сжались, послав острый импульс удовольствия, а низ живота свело болезненной судорогой, и я аж тихо всхлипнула от избытка эмоций, дернув замок и расстегнув наконец молнию до конца.

Сашка зашипел, резко выпрямившись, и мне пришлось даже чуть отклониться, чтобы не стукнуться с ним лбами. Ох, какой он стал горячий, прямо раскаленная печка. И, кажется, кожа стала немного шершавой… Да, да, моя тактика определенно приносила плоды.

— Х-хулиганка, — хрипло выдохнул Саша и сгреб мои волосы в ладонь, слегка оттянув голову. — Ада… Я совсем не нежный, такой, понимаешь? — предпринял он последнюю попытку отвертеться. — И… могут быть последствия…

Я помнила объяснения Арины про особенности отношений между демонами и обычными женщинами. И про то, при каких обстоятельствах случаются эти самые последствия. Но мне, честно говоря, было все равно. И на отсутствие нежности, и на последствия. Кроме всего прочего, в глубине души зрела уверенность, что все происходящее — правильно, я ведь знала, что Сашка меня не отпустит. Как и я не захочу уйти от него. И еще, я помнила, что-то там такое было про обмен энергиями… В общем, возможная беременность совершенно не пугала, о чем я и поспешила сообщить.

— Знаю, — шепотом произнесла, послушно откинув голову и прижавшись напряженными вершинками к его груди, моя улыбка стала шире. — Ну-у? Ты тогда самое интересное прикрыл, между прочим, — ехидно поддела я, глядя на него сквозь ресницы и сделав легкое движение бедрами.

Тело охватила жаркая истома, сделав его податливым и послушным, мои ладони заскользили по спине, гладя выпуклые, напряженные мышцы, и я не удержалась, чувствительно царапнув ноготками. С восторгом ощутила, как вздрогнул Сашка, тихо рыкнул и впился в мои губы грубым, жадным поцелуем, так и удерживая голову за волосы. Оу-у. Я зажмурилась, лишь шире открыв рот и покорно впуская настойчивый язык, и буквально сразу кофту с меня сдернули, отбросив в сторону. Горячая ладонь довольно сильно сжала грудь, я издала глухой возглас, подавшись вперед за продолжением ласки — прикосновение отозвалось яркой вспышкой внутри, окатившей фонтаном искр. Да что ж такое, эта футболка ужасно мешается…

Словно в ответ на мои мысли тело подо мной вздрогнуло, на несколько мгновений стало буквально каменным, а потом мои пальцы ощутили уже не кожу. Одновременно послышался треск, и лишь на миг мимолетно кольнул страх, а потом он растворился. Я не боялась. Ведь мне никогда не причинят вреда, а пара царапин и синяков в порыве страсти не повод ударяться в истерику. Ну а получить новый, волнующий опыт очень хотелось, тем более такой… пикантный. И я первая прервала поцелуй, отстранившись и смело открыв глаза. На меня смотрели два озера расплавленного серебра, в которых я моментально утонула, а через секунду уже оказалась на полу, прижатая к шкуре и с руками над головой. Саша… Нет, Алларэн легко удерживал одной ладонью мои запястья, второй опираясь на пол и нависая надо мной. Его жаркое дыхание обжигало припухшие губы, ноздри хищно раздувались, а я откровенно любовалась этим мужчиной. Сильным, опасным, безумно притягательным. И только моим.

Между ног полыхнуло огнем, и я едва не охнула в голос, невольно сжав колени, усиливая ощущения. Боже, я безумно хотела его, до дрожи, до темноты перед глазами. Именно такого, настоящего. Между полными губами Ала мелькнул черный язык, мой демон хрипло выдохнул, сверля пристальным взглядом.

— Малыш-ш-ш, — прошипел он, да только я не дала ему закончить.

Нарочно медленно опустила взгляд на упиравшееся в меня напряженное достоинство внушительных размеров, пожалуй, побольше, чем прежде. Но и это не пугало, легкая боль лишь прибавит перчинки, усилив наслаждение. А потом приподняла бедра и потерлась, намекая, что пора бы и с меня уже снять и штаны, и трусики. Они совершенно лишние, а последние так и вовсе промокли, от возбуждения лоно горячо пульсировало, жаждая откровенных ласк.

— Давай, — шепнула я, мягко улыбнувшись, и внутри все затрепетало от нетерпеливого предвкушения.

И снова дикий, сумасшедший поцелуй, чувствительные покусывания, и одновременно царапнувшие живот когти — Ал решил вопрос лишней одежды просто и радикально, попросту распоров штаны и отбросив их небрежным движением. Я глухо стонала и извивалась под ним, не имея возможности прикоснуться к горячему телу и в то же время наслаждаясь упоительным ощущением беспомощности, пока мой демон расправлялся с трусиками. Тихий треск, и еще один предмет гардероба испорчен, хорошо, что я предусмотрительно запаслась сменой. Меня трясло от желания, казалось, если вот прямо сейчас не почувствую его внутри, точно умру от разочарования, и голодная, неудовлетворенная пустота сожрет меня. Всхлипнув в губы Алу, я широко раздвинула ноги и приподняла бедра в безмолвном приглашении, не нуждаясь ни в каких предварительных ласках. Я уже давно готова для него.

Теперь он прижимал мои руки уже двумя ладонями, по-прежнему не отрываясь от горевших огнем губ, выпивая мое дыхание. Гладкая головка скользнула по набухшему бугорку, заставив дернуться от пронзившей молнии острого удовольствия, а потом Ал вошел в меня одним мощным, сильным движением, сразу до конца. Я не удержалась, выгнулась, запрокинув голову и прерывая поцелуй, тихо вскрикнула. Перед глазами вспыхнули целые созвездия, а тянущая боль смешалась с тягучим, карамельным удовольствием. Мой демон замер, тяжело и хрипло дыша мне в шею, и попытался отстраниться, однако я не дала. Тут же обвила ногами, прижимаясь ближе, впуская глубже, захлебываясь в ощущениях и упиваясь эмоциями.

— Не с-смей, — сипло выдохнула ему на ухо и сжала мышцы, чувствуя восхитительную наполненность.

Это послужило последней каплей для моего слишком осторожного демона. Снова коротко рыкнув, он придавил меня к пушистой шкуре и начал двигаться. Резко, быстро, не давая ни мгновения передохнуть, и мир завертелся, утягивая в черную воронку удовольствия. Я опять растворялась, в Але, в собственной эйфории, нараставшей с каждым толчком, впитывала каждой клеточкой сладкий, болезненный восторг, бежавший по венам вместо крови. Мои хриплые крики метались под потолком спальни, я ослепла от накрывшего с головой шквала эмоций, острых, едва переносимых, стремительно падая в жадную бездну. И наконец этот восхитительный миг настал, после нескольких особо глубоких выпадов меня просто снесло, скрутило, я распалась на атомы и перестала существовать. Кажется, сознание все-таки покинуло меня на какие-то мгновения, после того, как услышала низкий, полный ликования рык около самого уха. Пожалуй, впервые в жизни мне захотелось устало выматериться от полноты ощущений, по-другому было не выразить всю глубину моих впечатлений от только что случившегося.

Очнулась я уже в кольце сильных рук без всякой чешуи и когтей, нежно прижатая к груди, где все еще суматошно колотилось Сашкино сердце.

— Эй, — осторожно позвал он, поцеловав в макушку, в голосе сквозила тревога. — Малыш… Ты как, экспериментаторша?

У меня вырвался слабый, хриплый смешок, и я подняла голову, встретившись с ним взглядом. В глубине зрачков еще виднелся красноватый огонек, но гораздо больше там было беспокойства. Низ живота потягивало, но терпимо, в деликатных местах ощущался легкий дискомфорт, однако в целом ничего катастрофичного. К утру пройдет совсем.

— Спасибо, — с чувством произнесла, погладив ладонью слегка колючую щеку. — Я осуществила эротичную мечту сотен женщин, читающих фэнтези о демонах, — усмехнулась, прижавшись теснее к нему. — И знаешь, не против повторить, — задумчиво добавила, довольно жмурясь.

Сашка шумно выдохнул, обняв чуть крепче, потом поднялся, взяв на руки, и направился к лестнице.

— Сначала я осмотрю тебя, — ворчливо отозвался он и снова вздохнул. — Провокаторша… Вчерашние девственницы между прочим не ведут себя так вызывающе.

Я обвила руками его шею, уткнувшись в плечо, улыбка стала шире.

— Много ты знаешь о девственницах, — хмыкнула, не удержавшись и лизнув влажную кожу. — Нечего было совращать меня, господин ужасный демон, теперь расхлебывай последствия.

Ивлев ничего не ответил, только потерся подбородком о мою макушку. Но я знала, что на его лице такая же довольная ухмылка, как на моем. Люблю его.

ГЛАВА 14

А наверху, в спальне, после того, как меня заботливо сполоснули под душем, Сашка всерьез вознамерился выполнить свою угрозу насчет осмотра. Уложил на кровать, без тени усмешки настойчиво надавил на бедра, заставив раздвинуть ноги. Я хихикнула, заерзав и все-таки немножко смутившись, хотя что он там не видел…

— Са-ань, ну в самом деле, нормально все, — попыталась избежать неизбежного и сладко зевнула, чувствуя, как наваливаются сладкая усталость и сонливость.

Я удостоилась строгого взгляда, и мой несносный демон, достав из ящика тумбочки крем — даже спрашивать не буду, зачем он там хранится, — исследовал мои деликатные места, с которыми действительно ничего страшного не случилось. Однако кремом меня намазали, невзирая на мои слабые попытки возразить. После чего, Сашка сгреб в охапку, уложил рядом с собой и коротко бросил:

— Спи, малыш.

Мой организм, и без того утомленный насыщенным вечером, моментально уплыл в бархатную темноту. Последняя мысль, мелькнувшая в засыпающем сознании, была о том, что хочу так каждый вечер… Рядом…

Завтрак вдвоем был уютным, домашним и почти семейным. Я чувствовала себя выспавшейся, отдохнувшей и полной сил, и даже предстоящая короткая разлука с Сашей не портила настроение. Проснулась я от нежного поцелуя, и это самое лучшее пробуждение в моей жизни. Пока умывалась и одевалась, мой мужчина приготовил поесть, и я дала себе слово как-нибудь порадовать его завтраком, приготовленным собственноручно. Ну когда-то у меня ведь должно получиться. А после мы поехали в город. Саша довез в универ, мы договорились вечером созвониться по скайпу, и я в совершенно мечтательном состоянии отправилась на лекции.

Следующие три дня до пятницы пролетели на удивление незаметно и совсем не так грустно, как мне казалось. Сашка сказал, что вернется как раз в пятницу вечером, заберет меня из квартиры, и чтобы я прихватила остальные вещи, и увезет к себе в берлогу. Чтобы предаваться там разнузданной оргии и разврату — это его собственные слова, честно. Хорошо, я сидела в своей комнате, прихлебывая горячий шоколад с малиновым пирожным, для разнообразия. Ох, как стало жарко после этих его слов, а неугомонная фантазия сразу начала забрасывать непристойными картинками, одна другой горячее. Вот… демон, а. Конечно, спала я не так, чтобы очень хорошо после такого многообещающего разговора. Майя, занятая своими проблемами в лице упрямого Вовки, отличалась в эти дни рассеянностью и молчаливостью, и я не теребила подругу, деликатно предоставив ей самой решать, хочет она делиться или нет. Свое любопытство как-нибудь усмирю, ничего страшного.

Признаться, в эти дни я совершенно позабыла и об обиженном Кожине, и об отчиме, про которого Саша обещал узнать. Мне было слишком хорошо, жизнь представлялась в радужном свете, и казалось, больше никакие сложности ее не омрачат. Ну да, порой я бываю слишком наивной и мечтательной, согласна. После пар я немного задержалась с руководителем, обсуждая материал к следующей главе в дипломе, и возвращалась по коридору мимо деканата, и так получилось, что дверь туда была приоткрыта. А секретарь разговаривала с кем-то слишком громко… Я бы прошла мимо, не имею привычки подслушивать чужие разговоры, но ухо уловило кусок разговора и знакомое имя, и ноги сами резко затормозили, а по спине прошелся холодок.

— …Да какой-то тип искал Елизавету Карилову, а я ему доказывала, что нет у нас такой. Утверждал, что она именно на психфаке учится, — невидимая секретарша фыркнула. — Скорее всего, Мариш, ага, перепутал университеты. У нас же психологов только ленивый сейчас не выпускает, — со смешком произнесла она, а я медленно двинулась дальше, нервно сглотнув и борясь с настойчивым желанием вернуться и зайти в деканат.

Хотелось расспросить об этом типе, ведь мое настоящее имя знали всего несколько человек, и они уж точно не жили в Питере. В желудке образовался кусок льда, все мои старые страхи разом набросились, облив холодным потом, и я едва не споткнулась на подгибающихся ногах. «Хватит паники, — строго прикрикнула на себя. — Сегодня возвращается Саша, вот ему и расскажешь. А пока марш домой» И я послушно направилась в сторону дома, решив по пути перекусить в любимом кафе и немного отвлечься. Мысли то и дело возвращались к услышанному, от хорошего настроения почти ничего не осталось, и с трудом удавалось сдерживать порыв оглядываться. Отчим не дурак, и сам не станет опускаться до слежки, наверняка людей нанял… «Стоп, Линка» — рыкнула снова, тряхнув головой и сердито поджав губы. Нельзя поддаваться панике, не узнав ничего толком. Мой демон лучше справится, и рядом с ним я под надежной защитой, в этом уже успела убедиться.

Наверное, поэтому, когда мне позвонила Майя — я как раз обедала в уютном кафе на Невском, решив обратно все-таки на транспорте поехать, а не пешком, — я, пребывая в собственных сумбурных размышлениях, не сразу обратила внимание на странный тон ее голоса…

— Ада, ты где сейчас? — спросила соседка, и я мимолетно отметила, как серьезно она ко мне обратилась.

— В кафе обедаю, скоро домой пойду, — ответила ей немного рассеянно. — А что?

— Н-нет, ничего, нормально все, — немного поспешно сказала Майя. — Приходи, я жду тебя.

— Что-то случилось? — немного удивилась я. — Вовка опять достает, да? — весело поинтересовалась, немного отвлекаясь от тревожных раздумий. — Снова на коврике под дверью сидит? Сжалься ты уже над парнем, Майя, он точно не похож на восторженного щенка…

— Да нет, не Вовка, — перебила Майя. — В общем, приезжай скорее, ладно?

Показалось, в ее тоне проскользнуло напряжение, но я не придала значения.

— Ладно, скоро буду. Сашка за мной часам к семи заедет, так что, мне еще собраться надо, — произнесла я, помахав официантке.

— Хорошо, давай, пока, — она отключилась, а я полезла за кошельком.

Заодно достала и телефон, еще раз перечитав сообщение моего демона. Сашка днем прислал, что выехал и назвал ориентировочное время, когда появится — часам к семи, а сейчас как раз шестой шел. Настроение чуть поднялось, даже робкая улыбка появилась на губах, едва подумала о Сашке. Полагаю, в следующий раз я приеду к Майе уже за аквариумом…

Прерывисто вздохнув, я расплатилась за обед и направилась домой. Подходя к подъезду, на мгновение поймала странное, неприятное ощущение чужого взгляда, всколыхнулись прежние страхи, и я резко оглянулась, обведя глазами темный двор. Пустой, кстати, и тихий. Передернула плечами и поджала губы, досадуя на некстати разыгравшуюся паранойю. Да ничего страшного не происходит, Линка, прекрати. И вообще, наверняка Саша попросил своего отца присмотреть за мной. Я решительно взялась за ручку двери… И перед глазами промелькнула картинка оскаленной морды с уродливыми наростами и косыми, покрытыми темной кровью и слизью царапинами. Я задохнулась от неожиданности, отдернула руку, как будто ручка была раскаленной, и шарахнулась, уставившись на дверь. Что за черт?.. Что это еще за выбрыки моего подсознания?

Облизнувшись, я вытащила телефон и набрала Сашку, собираясь убедиться, что с ним все в порядке, но механический голос сообщил, что абонент временно недоступен. Так, понятно, наверное, еще не сел самолет. По крайней мере, я надеюсь, что у него все хорошо… После чего, дав себе мысленный подзатыльник, снова подошла к двери и открыла. Слава богу, больше никаких картинок, и никто меня в подъезде не поджидал. И вообще, там горел свет, как и полагается. Тихонько фыркнув, я быстро поднялась на нужный этаж, и тут в кармане ожил телефон — пришло сообщение. «Сюрприз, малыш. Я уже почти рядом. Поцелую, когда увидимся. И не только поцелую…» Дыхание перехватило от всплеска радости, а уж от многозначительной последней фразы низ живота сладко потяжелел, и лицу стало жарко. В самом деле, отличный сюрприз. И я поспешно открыла дверь — мне же собраться еще надо.

Однако дальше события понеслись с непостижимой быстротой, я даже осознать не успела, что происходит. Едва переступила порог, как увидела перепуганное лицо Майи и… нож у ее горла. Сердце ухнуло в пятки и там и затаилось, ноги приросли к полу, и я в оцепенении смотрела на соседку, разом позабыв о собственных страхах. Потом взгляд машинально переместился на стоявшего за ее спиной мужчину…

— А вот и ты, гулена, — обманчиво ласковым голосом произнес тот, кого я меньше всего ожидала тут увидеть.

Степан, кажется. Помощник Кожина. Кровь застыла ртутью, я беспомощно моргнула, не зная, что делать и как помочь Майе. Откуда он тут взялся?

— Без фокусов, быстро вынула телефон и положила на тумбочку, — тут же скомандовал Степан, не дав мне возможности хоть что-то сказать.

Не сводя взгляда с пары, я вытащила трубку и сделала, как велели, про себя молясь, чтобы Саша побыстрее приехал. Главное, чтобы этот сумасшедший отпустил Майю, если с ней что-то случится по моей вине, никогда себе не прощу.

— Умница, — Степан оскалился в подобии улыбки, потом другой рукой потянулся к выключателю кухни и два раза мигнул светом. — Ох и создала же ты проблем моему боссу, красотка, — он с притворным сожалением покачал головой, но глаза остались холодными и настороженными.

— Отпустите ее, — попросила я севшим голосом, сжав ледяные пальцы в кулаки, отвратительное ощущение беспомощности выжимало злые слезы, но я держалась, не желая показывать свою слабость.

— Э, нет, дорогуша, — Степан хрипло рассмеялся и покачал головой. — Отпущу я ее, только когда…

Он не договорил: в дверь раздался негромкий стук. Сашка… Нет, не он, поняла я через мгновение, каким-то непостижимым образом почувствовав, что в подъезде стоял совсем другой человек. Или не человек.

— Открывай, — скомандовал Степан, и мне ничего не оставалось, как подчиниться — нож у горла Майи служил весомым аргументом моего послушания.

Я покорно распахнула дверь, уже зная, кто с той стороны, и не ошиблась, увидев улыбающуюся физиономию Кожина. В темных глазах горели триумф и предвкушение, и в груди невольно екнуло, я чуть не отступила назад, сглотнув вязкий ком в горле. А потом вспомнила, что Саша где-то близко, и паника нехотя схлынула, затаившись в глубине души. Он успеет, точно, не может не успеть. Кожин никуда меня не заберет отсюда.

— Ну, пошли, Аделина, — негромко произнес он, держа руки в карманах дорогого пальто.

Выглядел он так же холено и богато, как при нашей встрече в ресторане, только меня внешний вид уже не мог обмануть. Кожин и в человеческом обличье неуловимо напоминал жабу, упитанную, лысеющую и противную. Я сжала губы и мотнула головой назад.

— Пусть сначала Майю отпустит, — упрямо повторила, не желая рисковать подругой.

Меня-то Сашка в любом случае вытащит, в этом я не сомневалась. Он не даст Кожину ничего со мной сделать, даже пальцем тронуть. Ухмылка на лице демона стала шире, в глазах загорелся огонек.

— Отпустит, когда мы с тобой окажемся в безопасном месте, — невозмутимо сказал Кожин. — А пока Степан посидит с твоей подружкой, ты ведь будешь вести себя правильно, да, Линочка? — голос демона стал вкрадчивым, противным, и меня едва не передернуло.

Я стиснула зубы и едва заметно кивнула. Как же, правильно, ага. Кожин хмыкнул, протянул руку, но я проигнорировала, демонстративно обойдя его и не посмев обернуться на Майю. Точно расплакалась бы тогда, а это совершенно лишнее. Нервы натянулись до предела, тихонечко звеня, я спускалась по лестнице с прямой спиной. Позвоночник превратился в литой стержень, звуки обострились, а дышать я старалась размеренно и глубоко, не позволяя эмоциям взять верх. Телефон остался в квартире… Надеюсь, Сашка все-таки не станет присылать сообщение или тем более звонить, иначе Майе не поздоровится. Господи, если этот урод Степан хотя бы поцарапает ее… Лично попрошу Сашку подержать, чтобы пнуть пару раз хорошенько.

Чуть повернув голову и спускаясь по лестнице, я ровно произнесла:

— Саша тебя убьет, на этот раз без всяких поединков.

Послышалось пренебрежительное фырканье.

— Девочка, я знаю, что твоего демона нет в Питере, и до конца выходных он вряд ли появится, — ответил уверенно Кожин, и я порадовалась, что он не видит моего лица.

Наверняка Сашка специально сделал так, чтобы вернуться раньше, подозревая, что недавний противник будет ждать удобного момента. Только вот, почему Степану позволили зайти в квартиру, и как не заметили самого Кожина? Не верю, что люди Руслана такие рассеянные.

— А когда твой Ивлев вернется, тебе уже будет все равно, — гаденько захихикал этот демоно-жаб, и меня аж передернуло от отвращения. — Я сделаю все, что давно хочется, с такой сладкой девочкой, как ты. Жаль, конечно, что ты уже не девственница, мне бы твоя невинность пригодилась больше, чем этому щенку, — я услышала раздраженное фырканье. — Ему еще лет сорок можно вообще о них не думать, между прочим, — возмутился Кожин, но почему-то мне его было ничуть не жалко.

И вот чтоб ему ни одной девицы не попалось в ближайшие десять лет. А вообще, не покидала уверенность, что так долго моему почти похитителю вряд ли удастся прожить. И на сей раз Сашку никто не обвинит в убийстве, по странному кодексу демонов он имел полное право защищать свою собственность, то есть, меня. Ну, со стороны остальных я — собственность, конечно, а для Ивлева любимая женщина. Меня такие расклады устраивали: пусть лучше думают, что я значу для Сашки меньше, чем на самом деле, так всем будет спокойнее. Нервное волнение почти улеглось, я уже не сомневалась, что Кожину вряд ли удастся выйти со двора — откуда-то я просто знала, что мой демон близко.

До двери мы дошли молча, я больше ничего не говорила, да и похититель тоже не рвался продолжить разговор, к моему облегчению. А на последних ступеньках я и вовсе ускорила шаг, желая поскорее выйти во двор и увеличить расстояние между мной и Кожиным. Только у него, как выяснилось, были другие планы.

— Эй, эй, детка, не так быс-стро, — свистящим голосом произнес демон, и я каким-то образом почувствовала движение за спиной — видимо, он хотел ухватить меня за локоть, но у него не получилось.

Я рванулась вперед, ткнув кнопочку домофона, толкнула дверь, выскакивая на улицу, и буквально в последний момент чудом увернулась от метнувшейся ко мне конечности, кажется, даже с отросшими когтями. Фу, гадость. Позади снова раздалось шипение, и почти сразу — такой знакомый, родной голос, лениво протянувший:

— Ай-ай-ай, Ар-ркаш-ша, и куда это ты собрался увести мою девуш-шку, а? — и судя по рычащим и шипящим ноткам, мой демон был очень недоволен.

Напряженная, как струна — все-таки, Кожин находился близко, — я медленно повернула голову, с облегчением отметив, что во дворе стоял уже не Саша, а Алларэн во всей красе. Холодный огонь серебристых глаз, ярко светившихся в темноте, темно-оранжевые прожилки на кожистых крыльях, а остальная фигура едва угадывалась в вечерних тенях, однако лично мне и этого было достаточно, чтобы сразу успокоиться. Чтобы ни собирался предпринять Кожин, Ал точно успеет первый. Второй демон ничем не показал эмоций, хотя наверняка был изрядно и неприятно удивлен появлением Ивлева. Вальяжно развернулся, держа руки в карманах пальто и даже не глядя в мою сторону — однако я все равно не сводила с него настороженного взгляда. На всякий случай.

— Какая неожиданность, господин Ивлев, — небрежно отозвался Кожин. — Так быстро командировка закончилась? — насмешливо поинтересовался он.

Алларэн сделал скользящий, плавный шаг вперед, двигаясь совершенно бесшумно, еще более темная тень на фоне густой тьмы, только глаза серебрились в темноте, да изредка пробегал тусклый блик по чешуе. Крылья Ал сложил так, чтобы не мешали. Кожин вдруг пружинисто присел, одновременно скинув пальто и поведя плечами, словно разминаясь, а мой демон неожиданно отрывисто скомандовал:

— Отвернись.

Не задавая лишних вопросов и не подкармливая нездоровое любопытство, я послушно сделала, как просили, еще и глаза зажмурила для верности. Наверное, кто-то бы подумал, что опрометчиво поворачиваться спиной к двум демонам, один из которых имеет на тебя виды, но я верила Алларэну и тому, что он не даст меня в обиду. Я уже приготовилась к неприятным звукам схватки, но… на двор опустилась неестественная, звенящая тишина. Любопытство взвыло дурниной, но я не поддалась, понимая, что не зря меня попросили не смотреть, а еще и наверняка для надежности каким-нибудь барьером отгородили. Воображение у меня живое и буйное, поэтому картинки оно мне подбрасывало вполне красочные, чтобы самым внимательным образом рассматривать трещины в стене дома, сцепив перед собой руки и то и дело облизывая совершенно сухие губы. «Как там Майя?..» — мелькнула неуместная тревожная мысль, и я молилась, чтобы Степан случайно не выглянул в окно. Хотя, опять же, уверена, скорее всего, оба сделали так, чтобы никакие лишние свидетели их не увидели. Но я все же невольно прислушивалась, и аж шея задеревенела, так напряглись мышцы. Мне показалось, что время застыло хрупкими снежинками в колком, морозном воздухе…

Неожиданно сильные руки крепко, но бережно обняли, и щеку согрело горячее дыхание — я даже не вздрогнула, почувствовав, кто это. Скосила глаза на конечности и убедилась, что они уже вполне человеческие, без чешуи. Ой, на улице же мороз, а Сашка голый…

— Закрой глазки, отнесу в машину, — слегка хриплым, но обычным голосом, без всяких рычаний и шипений, сказал мой демон. — А ты мне пока расскажешь, что там наверху случилось, что ты ушла с этим ублюдком.

Я крепко зажмурилась и развернулась, обвив руками шею Сашки и уткнувшись в обнаженное плечо.

— Там Степан с Майей, — пробормотала, крепко держась за него, пока меня несли. — А как ты понял, что со мной что-то случилось? — тут же озвучила главный вопрос.

Послышалось веселое фырканье, и мне ворчливо ответили:

— Я теперь все чувствую, что с тобой творится, наказанье мое, — теплые губы коснулись моего виска. — А еще, на улице, в машине один из наших, убитый, — мрачно добавил Сашка, и я вздрогнула, крепче вцепившись в него. — Гаденыш предполагал, что за тобой наблюдают, и вычислил, — зло выдохнул он. — Папа расстроится, конечно.

— Ты его… — я запнулась, выговорить непривычное слово не получилось, но Ивлев меня и так понял.

— Да, — коротко ответил мой мужчина.

— Тебе точно за это ничего не будет? — осторожно спросила я и поспешно добавила. — Только честно, Саш.

— Не будет, — успокоил он. — Я защищал свое, а этот закон у нас превыше всего. По условиям поединка, ты принадлежишь мне, малыш, и я имею право применять любые способы защиты.

— Хорошо, — я длинно вздохнула и тут же забеспокоилась снова. — Саш, Майя…

— Я разберусь, — перебил он. — Не волнуйся, ничего с твоей подругой не случится. Только никуда не выходи, поняла? — строго добавил Саша.

Я и не собиралась, в общем-то. Я девочка умная. Мы уже вышли на улицу и направлялись к Сашиной машине — услышав скрип ворот, я подняла голову, оглядевшись. Прохожие не обращали на нас никакого внимания, из чего я заключила, что отвод глаз по-прежнему действовал.

— А ты и в обычном виде можешь своими способностями пользоваться? — полюбопытствовала, желая отвлечься от мыслей о Кожине во дворе.

— Могу, если очень надо, — кивнул Ивлев. — Но стараюсь этого не делать — сил расходуется больше.

— Ой, а тебе правда не холодно? — вырвался у меня следующий вопрос — на улице подмораживало, а днем так вообще снег шел.

Сашка усмехнулся, подмигнул и снова кивнул.

— Меня любовь греет, малыш, — сообщил он с крайне довольной физиономией.

Ну вот что-то подобное я и ожидала услышать, ага. Между тем, меня аккуратно поставили на землю рядом с машиной, открыли дверь, и я забралась в темное, теплое нутро.

— Жди здесь, — строго наказал мой демон, чмокнул в нос, забрал с заднего сиденья одежду и закрыл, заблокировав.

Я же, поудобнее устроившись, впервые за вечер все-таки расслабилась и длинно выдохнула. Вот теперь я точно в безопасности, потому что рядом Сашка. Еще не забыть рассказать про услышанное в деканате… Моего демона не было минут пятнадцать, и ровно, когда я начала немного волноваться и жалеть о том, что телефон остался в квартире, в стекло кто-то постучал. Вздрогнув от неожиданности, я уставилась на Сашку и, нахмурившись, погрозила кулаком. Он открыл дверь и протянул мне трубку — естественно, Ивлев уже оделся.

— Все нормально, — коротко произнес он. — Майя в порядке, я позвонил Вовке, он приедет скоро, и папе тоже, обрисовал ситуацию, — Саша взлохматил мои волосы и захлопнул дверь, потом обошел машину и сел за руль. — В общем, тут и без нас справятся, а мы — домой, — решительно закончил он. — Ужин закажем.

— Ага, — не стала спорить я и сразу, пока не забыла, рассказала про услышанный в деканате разговор. — Саш, это точно он меня ищет, — тихо добавила, зябко поежившись и обняв себя руками. — Больше в городе никто не знает мое настоящее имя. Странно только, что за пять лет — это первый звоночек, — я нахмурилась, уйдя в размышления. — Мог бы и раньше начать искать, уж не столько много вузов у нас в городе с психологией, чтобы так долго…

— Лина, я завтра созвонюсь и все выясню, не переживай, — успокоил Сашка, положив ладонь мне на затылок и легко удерживая руль одной рукой. — Уверен, моя служба безопасности что-нибудь да накопала на твоего отчима.

Я тут же прижалась к ласкающим пальцам, мрачное настроение отступило. Хорошо, когда рядом есть тот, кто защитит.

— Только одной тебе, пожалуй, не стоит ходить, тем более, вечером, — протянул Саша. — Ладно, есть у меня идея, после выходных испробуем, а пока будем отдыхать.

Вечер закончился чудесно: я уснула на диване, свернувшись калачиком под боком у Сашки, в процессе просмотра моего любимого «Принца Персии». Пожалуй, лучшее завершение дня после таких событий.

В помещении царил приятный полумрак, играла тихая, ненавязчивая музыка. Под потолком плавали клубы ароматного сигарного дыма — здесь собирались далеко не обычные богатые бизнесмены, это было что-то вроде закрытого клуба для избранных. Столики вдоль стен отделялись друг от друга высокими перегородками, отделанными клетчатой шерстяной тканью, вообще, обстановка здесь действительно была совершенно мужской. За одним из столов сидели двое: один крупный, широкоплечий мужчина с грубоватыми чертами лица и холодным взглядом темных глаз, одетый в дорогой костюм и дымивший толстой сигарой. Его собеседник, хоть и выглядел не так внушительно, тоже производил впечатление, расслабленно откинувшись на спинку. Правда, вместо костюма на нем были брюки и свитер, Руслан не слишком любил официоз и предпочитал удобную одежду. Перед ними на столе стояли толстостенные бокалы с коньяком, и тарелка с сыром и лимоном.

— Рус, у меня тут идейка созрела, — заговорил негромко мужчина в костюме. — Регинка моя на днях вернулась со стажировки, и вот я что подумал, — он стряхнул пепел и пригубил коньяк. — У тебя же сын до сих пор холостой, так давай поженим их? У них вроде как даже был роман, помнишь, в конце учебы? Объединим бизнес, внуков нянчить вместе будем, — мужчина обнажил крепкие, белые зубы в улыбке. — По-моему хороша идея, как считаешь?

Руслан чуть прищурился.

— Тарас, мой сын уже вполне взрослый, чтобы самостоятельно решать свою личную жизнь, — негромко ответил он. — Я не сторонник договорных браков. Да и зачем нам объединять бизнес, по-моему, мы и так неплохо ладим.

— Ты подожди, Рус, — покачал головой Тарас, все так же благодушно улыбаясь, но глаза оставались холодными. — Не торопись отказываться. Я же не настаиваю, чтобы они жили вместе, если уж твой пацан такой свободолюбивый…

— Еще раз повторяю, я не вмешиваюсь в жизнь Александра, — перебил его Руслан. — И не мешаю личное с работой. А женитьба, безусловно, очень личное, Тарас. Найди для своей дочери другого перспективного жениха, а Сашку не трогай.

Тарас лениво усмехнулся и стряхнул пепел, отпил глоток из стакана.

— Рус, ты, наверное, не понял, — обманчиво мягко заговорил он. — Таких, как твой Сашка, очень мало, и в Питере я больше не знаю никого. И как раз в серьезных делах, которыми мы с тобой занимаемся, личное играет далеко не последнюю роль. Я слышал что-то о той истории с поединком, кажется, твой мальчик заступился за свою игрушку. Ничего не имею против, пусть играется с ней дальше, ради бога, а мы просто заключим брак, и Регинка родит сына, лучше двух. Я уверен, это возможно с твоим сыном, с его-то задатками.

— Тарас, я все сказал, я своих решений не меняю, — спокойно ответил Руслан, одним глотком допил коньяк из своего стакана и достал бумажник. — Надеюсь, ты не опустишься до шантажа и других грязных штучек, или тем более не станешь давить через бизнес, — он оставил на столе купюру и поднялся. — Спасибо за встречу, всего хорошего.

Руслан направился к выходу, а Тарас посмотрел ему вслед и тихо пробормотал:

— Ну-ну, Русик, у тебя там, вроде как, партия груза через таможню должна пойти…

Очень уж ему нравилась идея союза своей единственной дочери и Александра Ивлева, особенно учитывая, что от этого молодого человека Регина могла родить наследника без всякого риска для жизни. Никто ведь не мешает потом мальчишке дальше любиться со своей человечкой, а если Регине что-то не понравится, пусть сама разбирается с… супругом. Усмехнувшись, Тарас тоже допил коньяк, рассчитался и вышел из бара.

Руслан же, отъезжая, с досадой подумал, что так просто Тарас наверняка не отступится, раз ему втемяшилась в голову эта безумная идея. Вообще, среди демонов договорные браки нередки, действительно, он и сам когда-то так же женился. И благодаря Арине выпутался из той истории и научился любить. Загонять сына в такую же ловушку Руслан не собирался, чтобы Тарас ни задумал. Тем более, Аделина ему понравилась, хорошая девушка, и Сашка ее любит. Достаточно увидеть, каким взглядом он на нее смотрит.

— Обойдешься, — пробормотал Руслан, выруливая на дорогу.

Сыну он решил ничего не говорить, собираясь разобраться с этим вопросом лично. Зачем зря дергать парня, в самом деле, пусть наслаждается жизнью.

ГЛАВА 15

Утром, к мимолетному удивлению, я проснулась первой. Наверное, потому, что вообще была жаворонком, и обычно не разлеживалась до обеда даже в выходные. Сашка спал на спине, закинув одну руку за голову и обнимая меня другой, глубокое, размеренное дыхание поднимало грудь, рот приоткрыт. Я осторожно пошевелилась, приподнявшись на локте и рассматривая моего демона. Захотелось немного похулиганить и провести по его губам пальцем, проверить — проснется или нет? Я тихонько хмыкнула собственным шаловливым мыслям, и не стала их останавливать. Чувствовала себя вполне отдохнувшей и выспавшейся, бодрой и полной сил, и ужасно хотелось… да, шалить и совершать обычно несвойственные мне поступки. Например, воспользоваться моментом и поизучать Сашку, пока никто не мешает и не смотрит.

Беззвучно хмыкнув под нос, я пристально всмотрелась в его безмятежное, расслабленное лицо. Точно, спит, ну невозможно так притворяться. Прикусив губу от волнения, я ухватилась за край одеяла и тихонько потянула вниз, открывая грудь с плоскими, темными кружками сосков. Наклонилась, придержав волосы, чтобы не мешали, высунула кончик языка и легонечко дотронулась, пощекотала. Наградой мне послужил прерывистый вздох, я покосилась на лицо Саши — спал. Ну и хорошо… Осмелев окончательно, я потянула одеяло дальше, оставляя на гладкой, теплой коже невесомые поцелуи. Мне нравилось ощущать сильное тело, слышать, как бьется его сердце, уже чуть быстрее, чем полагалось бы спящему человеку. Интересно, какие ему сейчас сны снятся? Ой, наверняка крайне неприличного содержания…

Мысленно хихикнув, я стащила одеяло почти до колен, задумчиво посмотрела на вполне проснувшуюся часть тела моего демона. Внушительных размеров, напряженный ствол так и притягивал не только мой взгляд, еще очень хотелось прикоснуться. Черт, кажется, я впервые так внимательно и открыто изучала Сашку, раньше как-то не до того было. И мне нравилось то, что я вижу, между прочим. Совершенно не задумываясь о своих действиях, я протянула руку и мягко обняла, легонько сжав и с восторгом ощущая, как под моими пальцами горячая плоть становится тверже. Краем уха уловила судорожный вздох и хриплый, сонный с нотками удивления голос:

— Ада?.. Что ты делаешь, малыш?

Глупый вопрос, радость моя. Делаю тебе хорошо, конечно. Только вместо ответа я, подняв голову, одарила Сашку хитрой улыбкой и лукавым взглядом, осмелев окончательно, сделала медленное движение вверх-вниз, с восторгом отметив, как мой мужчина вздрогнул. А потом, наклонившись, осторожно коснулась языком гладкой головки. Погладила, обвела вокруг без всякого стеснения, чувствуя пряный, солоноватый привкус — и он нравился мне тоже, вкус моего демона, моего Сашки. От моих действий он зашипел, дернулся, и сильные пальцы вцепились в волосы, однако не причиняя боли.

— А… Ада… — выдохнул он со смесью растерянности и изумления, точно не ожидая такого смелого поведения от меня, и я продолжила.

Конечно, по части таких пикантных ласк мой опыт ограничивался исключительно теорией, но желание доставить Саше не меньшее удовольствие, чем он мне, думаю, подстегнуло фантазию. В конце концов, можно ведь представить, чтобы я делала с леденцом, а не с членом? И мои губы мягко обхватили кончик, пососали, пока язык дразнил, описывая медленные круги. Ох, черт, ощущение собственной власти над этим сильным и временами опасным демоном срывало все стоп-краны, и уносило крышу вместе с шифером и чердаком куда-то в совсем далекие дали. Оставались чистые инстинкты, древние, как сама жизнь, и я полностью подчинилась им, позволила руководить моими действиями. Наклониться ниже, скользнуть губами дальше по твердому стволу — насколько хватило, конечно же, целиком я не смогла взять в рот, тут точно определенная сноровка потребуется… Так же неторопливо подняться, прижав язык к нежной коже, снова поиграться с головкой…

Саша вздрагивал, сжимал мои волосы, подавался вперед и шумно дышал, но надо отдать должное его выдержке, не пытался перехватить инициативу и руководить моими действиями. Дал полную свободу, доверил, можно сказать, самое дорогое, и душа пела от восторга, наполняя тело яркими эмоциями. Я сама горела от желания, ощущение, как мой мужчина получает удовольствие от моих же действий, заводило почище просмотра фильмов для взрослых. Низ живота охватила жаркая истома, между ног все пылало и пульсировало, требуя удовлетворения, а я продолжала ласкать Сашу губами, языком, ртом и немножко руками, закрыв глаза и сосредоточившись на собственных ощущениях и переживаниях. Я растворялась в них, сливалась в одно целое с Сашей, с его наслаждением, реальность опять отступила, раздвинула границы, оставив меня наедине с упоительным восторгом, нараставшим с каждым прикосновением. И уже неважно, кто кому принадлежит, кто сейчас главный — Сашка, плавящийся под моими ласками, или я, в чьей власти было самое дорогое, что есть у мужчины. Нам просто было хорошо, невыносимо хорошо, и вскоре будет еще лучше.

Надолго Сашкиной выдержки не хватило, в какой-то момент он с глухим рыком выпрямился, и через миг я оказалась прижата к постели сильным телом, а на меня смотрели потемневшие, бездонные провалы глаз, в которых медленно разгоралось серебристое пламя. Я задохнулась от нахлынувших эмоций, радостно улыбнулась и выгнулась, провокационно потершись низом живота о каменный член.

— Хочу тебя, любимый, — выдохнула ему в губы, заметив, как потемнела кожа, и кое-где на ней проступили чешуйки.

Ох, да-а. Как же нравилось осознавать, что со мной Сашка может не сдерживаться, быть таким, каким захочет, потому что я все равно люблю его. Потянулась к его губам, широко раздвинув ноги и выгнувшись сильнее, и получила наконец свой долгожданный поцелуй, смявший рот. Одновременно мощным толчком Ал вошел в меня до конца, до сладкой, тянущей боли, и я не удержалась, глухо вскрикнула, плавясь от кипевшего в крови удовольствия. Мир перестал существовать, в нем остались только мы, я и мой демон. Его яростные, быстрые движения, тяжелое дыхание, суматошный стук наших сердец, грозивших выскочить из груди… Я обхватила его ногами, желая почувствовать в себе как можно глубже, губы уже болели от напора Алларэна, и я задыхалась, ослепленная эмоциями, пока наконец невидимая струна внутри не лопнула. Ослепительно-яркий свет залил сознание, из горла вырвался хриплый крик, совпавший с низким рыком Ала, и на несколько мгновений я провалилась в блаженное небытие, наполненное золотистым туманом эйфории. С добрым утром, Лина, с добрым утром, любимый…

Он тут же перевернулся, бережно придерживая, а я, приоткрыв глаза, зачарованно наблюдала, как медленно исчезают чешуйки и светлеет кожа. Интересно так… Горячая ладонь неторопливо провела по моей спине, я поежилась и хихикнула, снова зажмурившись и сладко потянувшись. Ой, хорошо-то как.

— Одно из самых приятных пробуждений, однако, — с хриплым смешком отозвался Сашка, осторожно прижав к себе и чмокнув в макушку. — Ну что, завтракаем и собираемся? Ты же помнишь, что мы сегодня приглашены на обед к моим родителям?

Теперь вспомнила, да, и невольно поежилась, вспомнив еще и наше мимолетное знакомство с Русланом. С Ариной я тоже уже знакома, но ведь были и сестра Саши, и, кажется, его бабушки…

— Так, не дрейфь, малыш, все очень хотят увидеть тебя, и у меня хорошая семья, — весело произнес мой демон, как всегда, точно поймав мои эмоции.

Не сомневаюсь, но все равно боязно. В общем, после неторопливого завтрака мы еще побездельничали, Саша созвонился с Ариной и уточнил, что нас ждут к двум, и когда незаметно подобрался час икс, мы выдвинулись. Несмотря на заверения, что все будет в порядке, и теплая дружеская атмосфера мне обеспечена, я все равно нервничала. Немножко, но все же. И вообще, оказалось, что родители Сашки жили в этом же поселке, только на другом конце… И мы пошли пешком, тем более, погода стояла удивительно зимняя и красивая: морозная дымка, тихо падавший пушистыми хлопьями снег, и хрустальная, звенящая тишина. Только изредка вдалеке лаяла собака, или доносился шум проезжающей машины. Я и сама не заметила, как мое беспокойство ушло, растворилось в умиротворяющей атмосфере.

Мы дошли до окруженного высоким забором коттеджа, чья крыша виднелась над краем, Саша открыл калитку и пропустил меня внутрь.

— Заходи.

Окна приветливо светились, за кружевной занавеской мелькнула чья-то тень, и не успели мы сделать несколько шагов к крыльцу, как дверь распахнулась, и из дома вышла незнакомая женщина. Ее неуловимая схожесть с Сашей наводила на мысль о кровном родстве, и, наверное, не ошибусь, если скажу, что это и есть его сестра-близнец Настя. Выглядела она примечательно: короткие темные волосы, торчавшие в художественном беспорядке, в одном ухе поблескивали несколько сережек в ряд, распахнутая кожаная куртка в заклепках, под ней — черная водолазка, узкие джинсы, плотно обтягивавшие стройные ноги.

— Санек, приветище, — радостно заявила она и стремительно подошла к нам, окинув меня любопытным взглядом, крепко обнялась с Сашей. — Ну наконец-то нашел время добраться, — широко улыбнувшись, женщина хлопнула его по плечу и повернулась ко мне. — И познакомить нас со своей зазнобой, — улыбка превратилась в усмешку.

— Кто бы говорил, гулена, — проворчал Саша, обняв меня и притянув к себе. — Давно могла сама в гости зайти, между прочим. Ключи у тебя есть. Лина, это моя сестра Анастасия…

— Фу, как официально, — перебила она, демонстративно поморщившись. — Можно просто Настя, — женщина протянула мне руку и одобрительно изрекла. — А ты хорошенькая, одобряю, — и подмигнула. — Пойдем, там бабуля уже круги наматывает по кухне, скоро траншею протопчет.

Ошеломленная таким напором, я молча покосилась на Сашу, и мы пошли за Настей в дом. Там уже вкусно пахло чем-то жареным и одновременно сдобой, и не успела я снять пуховик в подставленные руки моего мужчины, как в коридоре тут же появилась Арина с широкой улыбкой, вытиравшая руки полотенцем.

— Привет, Лина, — кивнула она. — Проходите, мы вас ждем.

Сунув ноги в пушистые тапочки, я невольно вцепилась в руку Саши, и наверняка мои глаза сейчас были большими и немножко испуганными. Перед тем, как выйти из коридора, я задержала дыхание, как перед прыжком в воду, и переступила порог, с трудом поборов желание спрятаться за широкую и надежную спину Сашки. Оказалось, не зря: из кухни, совмещавшей функции со столовой, как я поняла, тут же появилась невысокая, изящная женщина на вид лет тридцати с хвостиком, светловолосая, с пронзительным взглядом ярко-голубых глаз и приветливой улыбкой. Точно, не мама Арины, слишком уж молодо выглядит…

— Ну дайте мне скорее посмотреть на эту чудную девочку, — громко заявила незнакомка и подошла к нам, остановившись в нескольких шагах и внимательно меня разглядывая.

Я смутилась еще больше, прижавшись к Саше, и пробормотала, опустив взгляд:

— Да обычная я, что вы…

Блондинка звонко расхохоталась, уперев кулаки в бока, потом махнула рукой.

— Пойдем за стол, там поговорим, — решительно произнесла она. — Ариша чудно готовит, да и я тряхнула стариной, — дама озорно подмигнула и подхватила меня под локоть с другой стороны.

— Ба, не надо пугать мою девушку своим напором, — проворчал Саша, выразительно глянув на родственницу. — Дай ей прийти в себя.

Ага, значит, это мама Руслана, точно. Уф. В просторной столовой за накрытым столом уже сидел глава семьи, при виде меня он улыбнулся уголком губ и кивнул.

— Привет, Аделина, рад видеть снова. Присаживайся.

Мы разместились на стульях, рядом со мной оказалась Настя. Потом, конечно, занялись едой, отдав должное кулинарным способностям Арины и бабушки Сашки, и я сама не заметила, как моя напряженность потихоньку ушла. Светлана — так звали маму Руслана, — готовила потрясающе, и я надеялась, что как-нибудь наберусь смелости попросить ее дать мне пару уроков по кулинарии.

— Так как вы познакомились с Сашкой, Лина? — с интересом спросила она. — Он сам отмалчивается, а мне жутко любопытно.

— Ну, он пришел ко мне на консультацию, — обтекаемо ответила я, покосившись на невозмутимое лицо Саши. — А потом как-то само все получилось.

— Ты забыла добавить, что я пришел плакаться тебе в жилетку, что меня нормальные женщины не любят, — с убийственной серьезностью добавил вредный демон, и я едва не подавилась кусочком сочной отбивной.

За столом послышались смешки, я почему-то ощутила, как щекам стало тепло от румянца, а дальше беседа потекла в легком и непринужденном ключе. Меня расспрашивали об учебе, почему выбрала именно такую профессию, и уж не знаю, то ли Саша заранее предупредил, то ли еще по какой причине, но моего прошлого никто не касался, про семью не расспрашивали. Я с удивлением узнала, что Настя обожает гонять на байке и даже состоит в клубе, а работает вольным дизайнером интерьеров. Хотя, в общем, глядя на нее, что-то такое и подозревала. В результате, обед прошел весело и непринужденно, и из столовой мы плавно переместились в гостиную.

— Саш, пойдем за дровами, — позвал Руслан моего милого, и они вышли, оставив меня с женской половиной этой дружной семьи.

Они вышли на крыльцо и неторопливо направились к сараю.

— Ну что, когда предложение будешь делать? — невозмутимо поинтересовался Руслан, покосившись на сына.

— На следующей неделе, как полагается, как кольцо куплю, — в тон ему ответил Саша. — Ты что-то имеешь против?

— Да нет, конечно, — широко улыбнулся Руслан. — Очень рад, что ты счастлив, Сань.

— У меня хороший пример для подражания перед глазами, — усмехнулся младший Ивлев.

— Хорошая девочка, согласен, — одобрительно кивнул Руслан, прихватив из поленницы несколько деревянных чурбачков. — Очень милая и славная.

— Пап, — Саша помолчал, потом продолжил. — А у нас с ней так же будет, как у вас с мамой? В смысле, жить она будет так же?..

— Ну да, — пожал плечами Руслан. — Ты же у нее первый и единственный, ну и чувства присутствуют, так что расслабься, нормально все.

— Я ощущаю ее эмоции, как свои, и могу найти без всяких артефактов, — признался Сашка, пока они так же неторопливо шли к дому.

— Самый верный признак, — подтвердил Руслан. — Вы оба еще достаточно молоды, чтобы ваша связь проявлялась и по внешним показателям, так что внутренних вполне хватает.

Сам же старший Ивлев снова убедился, что правильно сделал, не став говорить Саше о планах Тараса. Зачем беспокоить молодежь, когда они так счастливы. Ну а если Аделина еще и забеременеет… «Впрочем, рановато думать об этом, — оборвал мысли Руслан. — Пусть сами решают». Саша поднялся на крыльцо и оглянулся, не торопясь заходить в дом.

— Вчера как все прошло? — негромко спросил он отца.

— Без проблем, — кивнул его собеседник. — К тебе никаких претензий, завтра только придут, формально опросят и все.

— Маме говорил? — уточнил Сашка, взявшись за ручку двери.

— Решил не беспокоить пустяками, — хмыкнул Руслан, подмигнул и усмехнулся. — Давай, заходи, а то еще подумают, что мы что-то замышляем.

И они вернулись в дом, к женщинам.

День совершенно незаметно пролетел в приятном общении с родственниками Саши. С ними и правда оказалось легко, особенно мне понравилась бабуля. Когда нам налили по второму бокалу — да-да, дело дошло и до вина, — эта потрясающая дама непринужденно поинтересовалась, глядя на меня хитрым взглядом:

— Ну и как тебе Сашка, ты же видела уже его настоящего?

— Ба, — тут же предупреждающе отозвался мой любимый — он сидел сзади, а я удобно устроилась у него на груди, прислонившись спиной.

— Ой, да ладно, все свои, — Света беспечно махнула рукой. — И потом, мне в самом деле интересно, у Арины с Русом все по-другому было…

— Очень… необычно, — осторожно призналась я, отсутствию приступа застенчивости способствовало выпитое вино.

— Неужели не испугалась? — недоверчиво переспросила Светлана, а я заметила усмешку, мелькнувшую на лице Руслана.

— Она между прочим сама пришла ко мне и попросила показать, — проворчал Сашка, крепче обняв, и вот тут я все-таки смутилась, опустив глаза в бокал с вином. — Еще неизвестно, кто больше испугался.

— О-о-о, хотела бы я посмотреть на твою физию, братец, — насмешливо отозвалась Настя, ухмыльнувшись во весь рот.

Остальное семейство Ивлевых встретило заявление вредного демона и реплику Анастасии мягкими добродушными смешками, и я совсем стушевалась, прижавшись к Сашке и несильно стукнув его по руке. Меня бережно сжали в охапке и нежно чмокнули в висок.

— Ну ведь не вру же, — мурлыкнул Сашка, ничуть не стесняясь зрителей вокруг. — Я в самом деле напрягся тогда, когда ты попросила показать тебе.

— А давайте сменим тему, а? — почти шепотом попросила я, остро чувствуя на себе взгляды остальных.

Больше мы в этот вечер деликатную тему второй ипостаси Сашки и его некоторых родственников не затрагивали, к моей тихой радости. Ну а когда стемнело, мы распрощались и неспешно пошли домой. И так легко было произнести про себя это слово, я и в самом деле уже воспринимала жилище Сашки своим. А после был еще один уютный вечер вдвоем, ужин и упоительно нежная ночь, одна из многих, которые у нас еще будут. Засыпала я уставшая, довольная и бесконечно счастливая, в кольце надежных рук и на ужасно удобном плече моего любимого демона.

На следующее утро, когда мы после завтрака лениво валялись перед камином, обсуждая, чем заняться в последний выходной, Сашке позвонил Вова.

— Категорически приветствую, Вольдемар, — весело отозвался мой мужчина, обнимая меня одной рукой, и включил громкую связь. — Как оно твое ничего?

— Супер, — с воодушевлением откликнулся Вовка. — У меня есть предложение, от которого ты просто не сможешь отказаться. Как насчет рубануться сегодня в пэйнт? Ребята звонили, они собираются к двум часам на базе, — огорошил он неожиданной идеей.

— Однако, — оживился Сашка и приподнялся, покосившись на меня. — Идея в самом деле очень кстати. Где встречаемся?

— Я скину координаты, подъезжайте. Ты же не один будешь, да? — уточнил Вовка.

— Думаю, да, — Сашка вопросительно поднял брови, и я не слишком уверенно, но кивнула.

В крайнем случае, постою в сторонке и посмотрю, как это происходит.

— Шикардос. Тогда до встречи, — попрощался Вова и отключился.

— Ну что, готова к приключению? — ухмыльнулся мой демон и подмигнул, в его зрачках загорелся азартный огонек.

— Нет, но все равно интересно, — покладисто отозвалась я.

— Отличненько, тогда идем собираться, — Ивлев одним плавным движением поднялся и протянул мне руку. — Тебе понравится, вот увидишь.

Я благоразумно не стала ни в чем убеждать, поскольку впервые в жизни ехала на подобное мероприятие, и вообще сомневалась, что сумею в кого-нибудь попасть. Может, все-таки получится в сторонке постоять?..

Следующую пару часов мы занимались активной подготовкой. Сашка с кем-то созвонился, и мы съездили за обмундированием для меня — благо, это оказалось недалеко, и в воскресенье пробок не было особо. Потом, на заднем дворе, я училась стрелять по мишени из пневматического пистолета… Справедливости ради, стоит сказать, что по паре банок я все-таки попала, от чего пришла в полный восторг — не знаю, как будет обстоять дело на этом загадочном пэйнтболе, конечно. Вскоре мы выехали, где-то за полчаса до назначенного срока: Сашка сказал, база находится недалеко от поселка, на участке, специально оборудованном для этого дела, даже с большим полуразрушенным зданием на территории. Какой-то его друг держал, тоже демон, по словам Ивлева.

А вот когда мы приехали, то там ждал сюрприз: из машины Вовки вышла Майя, кутаясь в ярко-оранжевый пуховик и со слегка растерянным и задумчивым лицом. Оп-па, неожиданно. Ох, к стыду своему, я же так и не позвонила, не спросила, как она после всего. Я поспешно вылезла на улицу и подошла к подруге.

— Ты как? Прости меня, засранку… — начала было я, но не договорила.

— Не, в поряде все, — Майя рассеянно улыбнулась и покачала головой. — Я даже испугаться толком не успела, а потом появился неожиданно твой Саша, и этот, Степан, вдруг стал послушным и тихим. Они вышли в подъезд, а потом Саша вернулся один, и все, — бывшая соседка подняла на меня взгляд. — Чуть позже Вовка приехал и… остался у меня, — пробормотала она, пожав плечами и сунув руки в карманы пуховика. — Как-то так и получилось. Сама не знаю, как.

Я не удержалась и хихикнула, покосилась в сторону Вовки, что-то рассказывавшему Саше и воодушевленно размахивавшему руками. Видать, делился эмоциями.

— Ну ладно тебе, Вова вроде нормальный, — я покосилась на Майю.

Она помолчала, потом хмыкнула, рассматривая снег под ногами.

— Знаешь, шут шутом, но с ним как-то внезапно спокойно, — призналась подруга. — И он заявил, что я от него так просто теперь не отделаюсь, — сердито добавила Майя и поджала губы. — Ну не нахал ли, а?

Наш разговор прервался: Сашка и Вовка подошли к нам с почти одинаковыми усмешками.

— Ну что, идем знакомиться с командой? — предложил Ивлев и протянул мне руку. — Нас уже ждут.

Дальше последовало немного сумбурное, но веселое знакомство с разношерстной компанией пейнтболистов. Конечно, имен я не запомнила, всего было человек пятнадцать, и из девушек — только мы с Майей. Причем, подруга наотрез отказалась участвовать в этом безобразии и сказала, что посидит в тепле и понаблюдает в камеры за происходящим. А мне, когда я переоделась в немного громоздкую и не слишком привычную спецодежду, а особенно, когда надела специальный шлем-маску с очками, подумалось на несколько мгновений, что Майя приняла мудрое решение…

— Отлично выглядишь, малыш, — с довольной ухмылкой сообщил Сашка, окинув меня веселым взглядом, и поднял большой палец.

— А с этим будет еще лучше, — заявил Вовка, возникнув откуда-то сбоку, и… с торжественной физиономией нацепил мне на голову обруч с ярко-красными сердечками на пружинках…

Ребята оказались достаточно хорошо воспитаны, чтобы не ржать в голос, а вот противный Вольдемар расхохотался, и пока я, сердито сопя, пыталась рукой в перчатке сдернуть обруч, успел таки сделать пару фоток на телефон. Еще какое-то время занял инструктаж и обучение меня владению хитрой штукой, из которой надо стрелять цветными шариками. Ну а потом наша веселая толпа отправилась на полигон. Нет, на самом деле, было весело, сумбурно и местами грязно, я получила массу ощущений и эмоций, несмотря на то, что в меня очень быстро попадали, а я за всю игру раза три удачно выстрелила. В общем, адреналина мне хватило, я набегалась, навпечатлялась, и уезжала усталой, но крайне довольной. Поскольку было еще не поздно, мы с Сашкой решили, что можно заехать к Майе и забрать остальные вещи, заодно посидеть, выпить чаю на прощанье.

Сборы много времени не заняли, после чего мы сели на уютной кухне за столом. Одно удовольствие было наблюдать за этой парочкой, как Майя пыталась уворачиваться от загребущих рук Вовки, и в конце концов он все-таки усадил буйную подружку на колени. Я обвела взглядом помещение, и в глубине души смутно кольнуло сожаление, но тут же пропало. Да, мне было здесь хорошо, но я переезжала к любимому мужчине, а это еще лучше. Я же не рассчитывала прожить здесь всю жизнь, в самом деле, а вообще, никто не запрещает собираться вот так в любой день, как захочется, достаточно просто созвониться. В конце концов, работаю я тут поблизости.

Так и получилось, что когда мы добрались до дома, я была уставшая, сонная, но счастливая по уши. Выходные прошли отлично, несмотря на неприятность с Кожиным, да и она уже почти забылась, если честно. Разбор вещей я оставила на завтра, потому как слишком утомилась за сегодня, так что, все чего хотела, это под душ и в божественно мягкую, уютную кровать. И, конечно, Сашку рядом. Вырубилась мгновенно, едва свернувшись клубочком под боком моего демона, и сон мой был крепким и спокойным. А завтра будет новое утро, и день, и потом — чудесный вечер снова вдвоем, и… жизнь вообще прекрасна.

Сашка ехал по зимним улицам Питера и блаженно улыбался, жмурясь, как довольный кот. Он только что отвез Аделину на учебу и теперь ему предстоял рабочий день, но зная, что ждет вечером… Улыбка Ивлева превратилась в усмешку, взгляд скользнул по витрине ювелирного, мимо которого он как раз проезжал. Да, вечером его девочку ждет сюрприз, и очень приятный. Саша ухитрился утром аккуратно обмерить тонкий пальчик, пока Линка трогательно сопела, уткнувшись в подушку и приоткрыв рот. При этом воспоминании в груди сладко сжалось, и по телу прошлась жаркая волна. Еще стоило хорошенько обдумать, где заказать столик, чтобы удивить малышку — Сашке очень нравилось делать ей сюрпризы, ради широко распахнутых восторженных глаз и радостной улыбки.

В его расслабленные мысли ворвался настойчивый звонок телефона, и глянув на экран, Ивлев чуть нахмурился: номер незнакомый. «По работе, что ли?» — мелькнула мысль, и Саша нажал кнопку на руле, включая громкую связь.

— Слушаю, — сдержанно ответил он.

— Са-ань? Привет, — протянул грудной, женский голос, показавшийся Ивлеву смутно знакомым.

Кто-то из его бывших любовниц? Вполне может быть, среди них попадались настойчивые личности, звонившие ему после расставания еще на протяжении полугода точно. Демоницы, к сожалению, редко понимают слово «нет», считая себя слишком неотразимыми… Поэтому Сашка редко встречался с ними, предпочитая случайные знакомства.

— А я вот вернулась пару дней назад, решила тебе позвонить, — продолжила между тем незнакомка, и тут в памяти щелкнуло: Регина. — Может, встретимся?..

— С приездом, Регина, — прохладным тоном оборвал ее Саша, свернув на перекрестке. — Нет, не думаю, что есть смысл.

— Да ладно? — с неподдельным удивлением откликнулась собеседница. — Нам же хорошо было…

— Именно, что было, — снова не дал ей договорить Ивлев. — Регин, не звони мне больше, ладно? Пока, — и он отключился, не желая слушать бывшую пассию.

Да, лет пять-шесть назад у них случился короткий роман, еще когда Сашка доучивался в универе, но потом Регина к его облегчению уехала стажироваться, и собственно, на этом их отношения и закончились. Странно, что она до сих пор помнила, и не выскочила замуж за какого-нибудь обеспеченного и перспективного иностранца. Хмыкнув, Саша покачал головой и выбросил из мыслей бывшую, сосредоточившись на куда более приятных воспоминаниях об Аделине, его нежной девочке.

ГЛАВА 16

Роскошная брюнетка с короткой, «рваной» стрижкой прищурилась и недовольно поджала губы, небрежно бросив на сиденье дорогой смартфон известной марки. Положила руки на руль, побарабанила по пластику острыми, покрытыми черно-бордовым с искрой лаком, ногтями. На идеально ровном лице не было ни одной морщинки, а темно-карие, почти черные глаза смотрели холодно и зло.

— Ох, Санька, — негромко произнесла молодая женщина и усмехнулась. — Так просто ты от меня не отделаешься, дорогой мой. Наверняка нашел себе новую игрушку, но это мелочи жизни, — Регина тряхнула стильной прической и нажала на педаль газа, выводя свою темно-синюю спортивную машину со стоянки.

Где находится офис, она прекрасно знала, на последних курсах Сашка уже работал у своего отца, так что до бизнес-центра она добралась быстро. И как раз вовремя, чтобы увидеть, как из большого внедорожника выходит знакомая фигура. Низ живота тут же залила горячая истома, а в памяти вспыхнули пикантные картинки их жарких ночей… Регина прерывисто вздохнула и снова взяла телефон, набрав номер.

— Коля? Привет, — негромко произнесла она. — Надо присмотреть за одним моим знакомым, записывай адрес, куда приезжать. Я должна знать все о его перемещениях, звони мне сразу, как он куда-то отправится.

Закончив давать указания, Регина отключилась, дождалась, когда приедет Коля, а потом отправилась в кафе неподалеку. Там же располагался большой торговый центр, что скрасило ожидания девушки — до самого обеда не поступало никаких новостей, а потом наконец позвонил Коля.

— Он в ювелирном, — коротко сообщил соглядатай.

Сердце Регины забилось быстрее, но тут же волнение сменилось тревогой: что мужчина может делать в ювелирном, как не покупать подарок… женщине? Что подтверждало наличие у Ивлева любовницы. Причем, не просто случайного развлечения на ночь, таким он точно подарков не дарил. Уж ей во время их романа точно ничего не перепадало, кроме цветов пару раз да походов в ресторан, тоже раза два или три. Регина побарабанила ногтями по столешнице, хмурясь и кусая губы.

— Он что-то купил? — уточнила она у Коли.

— Не знаю, — так же лаконично ответил он. — Могу зайти потом и узнать.

— Будь любезен, — сухо отозвалась Регина.

Еще некоторое время томительного ожидания, и снова звонок.

— Не купил, но продавщица сказала, что смотрел кольца. Не обручальные.

Регина с шумом вдохнула и длинно выдохнула, в темных глазах полыхнул огонь.

— Вот как, — протянула она. — Хорошо, наблюдай дальше. Куда он сейчас?

— Обратно в бизнес-центр.

— Отлично, до связи, — Регина отключила телефон и в три глотка выпила кофе, даже не ощущая вкуса.

И кому же это ненаглядный Сашенька кольца выбирает, хотела бы она знать?

— Ладно, думаю, скоро получу ответ, — Регина поджала губы, небрежно бросила несколько купюр на стол и поднялась, решив прогуляться по торговому центру и поднять себе настроение.

В конце концов, может, он маме покупает подарок, или сестре, почему обязательно любовнице? Немного успокоенная своими же мыслями, девушка вышла из кафе и поднялась к галерее бесчисленных бутиков на втором этаже, с увлечением приступив к шоппингу. В конце концов, стоило приодеться, если она планировала в скором времени встретиться с Сашкой. А Регина планировала, даже не сомневаясь, что встреча состоится. Чтобы по этому поводу ни думал упрямый Ивлев.

…Когда Саша вышел с работы, Регина поехала за ним сама, отпустив Колю, и несколько удивилась, когда машина Ивлева свернула на Университетскую набережную. Ее будущий муж встречается с обычной студенткой? Пренебрежительно хмыкнув, Регина, скривив губы, наблюдала, как с крыльца спустилась тоненькая фигурка прямо в распахнутые объятия Ивлева. А потом достала телефон и сфотографировала, после чего набрала номер отца.

— Пап? Привет, я тебе сейчас фотку скину, можешь мне достать всю инфу на особу на ней? — прямо попросила она. — Чем скорее, тем лучше. Спасибо, — Регина широко улыбнулась и отключилась, провожая прищуренным взглядом парочку около корпуса. — Что ж, посмотрим, что ты за фифа, милая, — пробормотала демоница, отправляя сделанное фото.

Она знала, уже к утру у нее будет подробное досье на девицу, и можно прикинуть, как избавиться от неудобной соперницы. А все остальное сделает папа. Регина задавила желание проследить, куда поедут голубки — наверняка же ужинать куда-нибудь, — и отправилась домой. Принять ванную с бокалом вина, вот что ей сейчас нужно, чтобы успокоиться и справиться с эмоциями. Потому что эту негодницу хотелось разорвать голыми руками, даром, что она — обычная человеческая девчонка.

Фыркнув, Регина вдавила педаль газа, запретив себе нервничать до завтрашнего утра, когда у нее на руках будут сведения о ней. А там уже и подумает, как уничтожить дерзкую дамочку.

На следующий день Саша снова отвозил меня в универ, предупредив только, что вечером у него важная встреча, и он может задержаться.

— Ну, я подожду тебя после работы в кафе рядом, — я пожала плечами, ничуть не расстроившись — прекрасно понимала, что мой мужчина — демон занятой, и побольше моего. — Как освободишься, подъезжай, — улыбнулась, покосившись на профиль Сашки.

— Какая ты у меня понимающая, с ума сойти, — вздохнул он и зарылся пальцами в волосы на затылке, легонько погладив.

Я тут же разомлела, зажмурилась и чуть не замурлыкала, подставляясь под ласкающую руку. Мы доехали до универа, и целых десять минут целовались в машине, не в силах оторваться друг от друга, пока наконец я не выскочила уже почти впритык к паре. Успела только шепнуть на прощанье «Люблю тебя», и получить напоследок красноречивый взгляд, после чего помчалась на лекцию, улыбаясь во весь рот. Сашка дисциплинированно отвлекал сообщениями непристойного и ужасно романтичного характера исключительно между занятиями, чем умилил несказанно.

Как всегда, учеба пролетела незаметно, ну а после, наскоро перекусив в столовой, я поспешила на работу. В какой-то момент посетило странное мимолетное чувство чужого взгляда, по спине аж мурашки побежали, когда я садилась в троллейбус. Даже оглянулась, окинув быстрым взглядом набережную, но ничего подозрительного не заметила. Передернув плечами, уселась в транспорт, напомнив себе обязательно узнать сегодня у Саши, как там дела с информацией об отчиме. Поскольку с Кожиным он уже разобрался, это может быть только Олег, ну или его люди. После чего решительно запретила себе думать и тревожиться, пока ничего неизвестно, и поехала на работу.

Два часа прошли продуктивно и насыщенно, сегодня у меня были аж две консультации, слава богу, с вменяемыми мамами, и я могла гордиться собой: в обоих случаях удалось наладить контакт и решить возникший вопрос, хотя, конечно, работы предстояло достаточно. Минут за десять до шести Сашка прислал сообщение: «Малыш, я где-то на час задерживаюсь, жди меня в кафе, где договорились, подхвачу тебя там. Люблю, целую крепко. Твой я». В груди разлилось тепло от этих слов, а губы сами сложились в мечтательную улыбку. Как же мне нравилось, когда он так называл себя, и — да, нравилось смаковать мысль, что Сашка действительно мой. Как и я — его. Ох.

Пребывая в радужных мыслях, я вышла из школы и направилась к кафе, рассеянно подумав, а не позвонить ли Майе, вдруг она дома. Тогда можно встретиться, поболтать… В кафе я села за столик и достала телефон, собираясь набрать подругу, как вдруг неожиданно кто-то присел на свободный стул, и я выпрямилась, с легким недоумением и настороженностью посмотрев на холеную брюнетку с идеально красивым, правильным лицом и холодными, темными глазами, похожими на два кусочка обсидиана.

— Привет, — незнакомка подперла подбородок ладонью с безупречным маникюром, и медленно оглядела меня, улыбнувшись одними губами. — Вот ты, значит, какая, — произнесла она загадочную фразу, и я внутренне напряглась, однако не дав эмоциям проявиться на лице.

— Простите, вы кто? — вежливо спросила даму, решив прояснить происходящее.

Улыбка собеседницы стала шире, и мое беспокойство усилилось, я копчиком почуяла, что сейчас услышу нечто не слишком приятное. Вот черт, а я-то наивно надеялась, что проблемы закончились.

— О, я? — непринужденно отозвалась она, откинувшись на спинку, и с явным превосходством ответила. — Я — Сашина невеста, милочка, а вот кто ты такая, мне очень захотелось узнать.

Наверное, она ожидала, что я устрою скандал и разборки, или вскочу в слезах и убегу. Однако я вполне неплохо представляла теперь тех, к кому относился и Сашка. И хорошо, что его семья и воспитание сильно отличались от принятых среди демонов, спасибо за это Арине. Именно ее любовь к Руслану изменила и его, и в дальнейшем, его отношение к детям. Сохранив бесстрастное выражение, как и полагается начинающему психологу, я соединила перед собой пальцы в замок, не опустив взгляда, чем, наверное, изрядно удивила дамочку.

— Он мне ничего не говорил о невесте, — негромко ответила и добавила. — Ни он, ни его родители.

Незнакомка, судя по всему, и не собиравшаяся представляться, фыркнула и выразительно закатила глаза — мол, да кто я такая, чтобы мне подобные важные вещи сообщать.

— А ты вообще знаешь, кто Саша на самом деле? — с непринужденной улыбкой продолжила она, испытующе глядя на меня.

Я изобразила знак вопроса, внутренне посмеиваясь. Ой, наивная барышня…

— Он не человек, — разглядывая маникюр, выдала дама. — Он демон, между прочим.

— Знаю, — со спокойным достоинством ответила я и позволила себе легкую улыбку. — Я видела, — добавила, с удовольствием наблюдая, как на лице незнакомки мелькнули замешательство и легкая растерянность.

Вот этого она уж точно не ожидала, видимо. Только выводы опять сделала неправильные.

— А-а-а, так ты девственница, была, — насмешливо протянула дама, окинув пренебрежительным взглядом. — Понятно все тогда. Знаешь, зачем ты Сашке? Чтобы форму поддержать, к сожалению, нашим мужчинам для этого время от времени требуются человеческие невинные девицы. Я не против, — она пожала плечами, потом в очередной раз пристально, тяжело посмотрела. — Только милочка, после свадьбы я не потерплю никого лишнего в нашей супружеской постели, так что, можешь присматривать себе другого покровителя, поняла? — не дожидаясь моего ответа, незнакомка поднялась и ушла, не прощаясь.

Шустрая такая, однако. И такая же самоуверенная, как печальной памяти Кожин. Теперь начинаю понимать, о чем говорила Арина, что демоны жесткие, самовлюбленные и заботящиеся только о своих желаниях и удовольствиях. Видимо, даме позарез приспичило заполучить Сашку, только она его забыла спросить, и действует проверенными — по ее мнению — методами. Не на ту напала, зря я, что ли, диплом психолога получаю? Поэтому я совершенно спокойно дождалась Сашу, успев выпить любимого жасминового чая, и когда мой любимый демон появился, радостно ему сообщила:

— Ты в курсе, что у тебя тут невеста объявилась?

Выражение неподдельного удивления на лице Ивлева заставило откровенно хихикнуть.

— Она пыталась напугать тем, что ты — не человек, — продолжила излагать случившееся. — Но не получилось, и она, кажется, слегка обиделась на меня за это.

Саша тряхнул головой, потом протянул мне руку.

— Пойдем, по пути расскажешь подробно, кто, что и как. Хотя я, кажется, догадываюсь, кто это был, — чуть тише добавил он и поджал губы, его взгляд на несколько мгновений стал отсутствующим.

Я ухватилась за его руку, поднялась, и только когда мы покинули кафе, Саша достал телефон и при мне набрал номер.

— Регина? — холодно произнес он, и я поразилась его тону, порадовавшись, что не со мной разговаривает таким голосом. — Ты зачем подходила к моей девушке? Еще и врала зачем-то? Мы с тобой давно расстались, и никакая ты мне не невеста.

Я услышала знакомый смех, и поняла, что Саша включил громкую связь.

— О, Санька, да расслабься, — игриво заговорила Регина — теперь знаю, как ее зовут. — Наши отцы уже договорились обо всем, я не знаю, почему ты не в курсе. Нет, я не против твоих маленьких развлечений…

— Не знаю, что за фантазия взбрела тебе в голову, Регина, но мой отец с твоим ни о чем подобном точно договариваться не станет, — оборвал ее Саша, не сводя с меня взгляда. — И если я узнаю, что ты снова приближалась к моей девушке, или тем более что-то ей наговорила, тебе никакие связи не помогут, поняла? — обманчиво ласковым голосом закончил мой демон. — Всего хорошего, Регина, не надоедай больше ни мне, ни Лине, — он отключился и улыбнулся, как ни в чем не бывало. — Поехали домой?

Я ничего не имела против, успокоенная беседой, и села на привычное место впереди. Саша же, прежде, чем тронуться, снова набрал чей-то номер, как оказалось — отца.

— Пап? Привет. Скажи, почему Регина внезапно представляется моей невестой и надоедает Лине? — с ходу недовольно заговорил он. — Еще и говорит, что ты о чем-то там должен был договориться с ее отцом?

— Врет эта Регина, — твердо ответил Руслан. — Ни о чем я не договаривался, тем более за твоей спиной. Ал, за кого ты меня принимаешь?

— Да понимаю, но не позвонить не мог, — ворчливо отозвался Саша, заводя двигатель. — Ладно, хорошо, проехали. Маме привет.

— И тебе доброго вечера, — хмыкнул Руслан.

На этом разговор закончился, и мы поехали домой. Я окончательно успокоилась, уверенная, что Регина вняла предупреждению, и вообще вся эта нелепая история с невестой — сплошное недоразумение. А впереди ждал очередной уютный вечер вдвоем… Я зажмурилась, счастливо улыбнувшись и расслабившись.

— Ну, как твой день? — спросил Сашка, выруливая на дорогу.

Дорога прошла в неторопливой беседе, мы заехали во двор и зашли в дом — Ивлев прихватил из багажника пару пакетов, оказывается, он еще и в магазин успел заехать. Я попыталась сунуть любопытный нос, помочь разобрать, но на меня грозно шикнули и развернули к лестнице, наказав переодеваться и умыться.

— Я все сделаю сам, — добавил Сашка, подтолкнув в спину.

Изрядно озадаченная, я послушно отправилась наверх, подозревая сюрприз, и сердце радостно трепыхнулось в груди. Сюрпризы я любила, особенно от моего мужчины, он умел их делать. Ну а в спальне мне пришла в голову шальная мысль подготовиться к ужину… Хорошо, Саша не имел привычки рыться в моих вещах, иначе бы нашел шелково-кружевное безобразие, которое я купила на днях, не сумев пройти мимо витрины. Нежно-лилового цвета, коротенькая комбинация на тонких лямках, с лифом из кружева, крошечные трусики и длинный халат с поясом. Прихватив белье, я отправилась в душ, предвкушая, как разыграю сценку «ревнивой девушки» — амплуа для меня новое, тем более, я Сашке верила и ничуть не ревновала на самом деле. Но пошалить хотелось, тем более, такой повод, и подразнить моего демона — тоже.

Приняв душ и постаравшись не слишком торопиться, я потратила еще немного времени, чтобы натереться любимым кремом с нежным персиковым ароматом, и только потом, запахнув халат, вышла из спальни, направившись вниз. С кухни уже долетали соблазнительные запахи, и я ускорила шаг, сглотнув набежавшую слюну. Пахло запеченной рыбой, а на столе стояли фаршированные помидоры, красиво украшенные зеленью и тертым сыром. Кроме этого, бутылка белого вина и два бокала — хм, мы что-то празднуем? Я присела за стол, подперев ладонью подбородок и наблюдая, как Саша вытаскивает из духовки противень.

— Ты же не против рыбы, м? — он оглянулся, выгнув бровь, и я помотала головой, не отрывая взгляда от пышного пирога. — Тогда налетай, — с улыбкой добавил он, переложив кушанье на деревянную доску.

Ох, хозяйственный мой. Кротко улыбнувшись, я уделила внимание ужину — помидоры оказались с креветками, которые я безумно любила, и вообще, все такое вкусное, что я едва язык не откусила, активно жуя. Утолив голод, посмотрела на Сашку: он разлил вино по бокалам, задумчиво улыбнулся, глядя на меня.

— За тебя, малыш, — негромко произнес, коснувшись краем моего, и отчего-то сердце сладко сжалось от неясного предчувствия.

— И за тебя тоже, — тут же отозвалась я, поднимая бокал.

Отпила, не сводя с Сашки взгляда, а он вдруг усмехнулся, придвинулся ближе и достал что-то из кармана.

— Знаешь, я тут подумал, что идея обзавестись невестой мне ужасно нравится, — произнес он, пока я округлившимися глазами смотрела на квадратную бархатную коробочку. — Настоящей невестой, которую я сам выберу, — Сашка открыл футляр и вынул из нее кольцо.

Изящное, из золота, украшенное выложенными бриллиантами сердечками, и очень милое. Я оторопело уставилась на украшение, с трудом осознавая происходящее, пока Саша молча взял мою безвольную лапку и осторожно надел кольцо.

— Ты же не против, я надеюсь, стать ею? — непринужденно осведомился мой несносный демон, порушив все мои планы изобразить бурную ссору из-за ревности.

А такой красивый и пикантный план был, эх… Сашка погладил мои пальцы и с легким беспокойством заглянул мне в лицо.

— Ли-ин? — протянул он. — Что-то не так?

— А?.. — я растерянно моргнула, потом неуверенно улыбнулась, потихоньку понимание происходящего доходило до заторможенного сознания. — Подожди, ты… что, делаешь мне предложение? — пробормотала, чувствуя, как заколотилось сердце в груди, сбивая дыхание.

Темная бровь выгнулась, Сашка поднес мою ладонь к губам и бережно поцеловал каждый пальчик.

— А есть другие варианты? — хмыкнул он. — Я же сказал, что не отпущу тебя никуда, малыш, — добавил чуть тише Саша с теми самыми сводящими меня с ума, безумно чувственными бархатистыми интонациями, и тихонько потянул к себе, заставив встать со стула. — Так что, тебе остается только согласиться, — на его лице появилась широкая ухмылка, а глаза заблестели. — Кстати, я не видел этого халата, что-то новенькое? — заинтересованно спросил он и потянул за кончик пояса.

Я прерывисто вздохнула, совершенно не возражая, и запустила пальцы в темные волосы, послушно сделав шаг вперед. Все происходило так быстро, что я не успевала осознать до конца, а ладони Саши уже распахнули полы и легли на мои бедра, медленно заскользив вверх.

— М-м-м, так я не услышал ответа, между прочим, — вкрадчиво произнес Саша, глядя снизу вверх и коварно ухмыляясь, а в глазах уже зажегся знакомый огонек.

Я же, посмотрев на него сквозь ресницы, шаловливо усмехнулась и проворковала:

— А ты уговори меня.

И в следующий момент задохнулась от вспышки эмоций, когда горячие ладони сжали мою попку, задрав тонкий шелк сорочки. Чувствую, процесс уговоров доставит нам обоим несравненное удовольствие… Саша внимательно уставился на крошечный треугольник лилового кружева, прикрывавший самое сокровенное, и моему лицу стало жарко, только совсем не от смущения, которого уже давно не было.

— Заманчивое предложение, любовь моя, — лениво отозвался Саша, потом наклонился и прижался губами прямо через ткань, отчего я беззвучно охнула, вцепившись в его плечи.

По венам рванулся жидкий огонь, сердце сорвалось в галоп, и перед глазами засверкали звезды, хотя мой несносный демон вроде как еще ни к чему серьезному не приступал. А мне и ощущения его горячих бесстыжих губ в самом низу хватило, чтобы моментально возбудиться. Мой ходячий наркотик, вот кто он, и я теперь прекрасно понимаю Арину. Да и остальных, тех, кто фантазирует о демонах…

— Знаешь, — вдруг серьезно заговорил Саша и поднял голову, пристально посмотрев в глаза, пока его руки нетерпеливо потянули за халат, сдергивая с моих плеч. — Есть только одна веская причина, по которой остальные оставят тебя в покое и перестанут пытаться избавить меня от твоего присутствия в моей жизни, — его пальцы вернулись на мои ягодицы и мягко погладили, а халат остался лежать шелковой лужицей на полу.

— К-какая?.. — пробормотала я, подавшись вперед и утопая в расплавленном серебре его взгляда, и пришлось даже опереться коленкой о стул, потому что ноги подрагивали от охватившей их слабости.

Сашка ответил не сразу. Сначала приподнял подол сорочки еще выше, обнажив животик, и прижался к нему теплыми губами, и только после я услышала короткий ответ:

— Ребенок.

А я сразу вспомнила рассказ Арины про то, что мальчики рождаются только от человеческих женщин, и не полукровки, а девочки — только у демониц… Додумать вопрос, почему у самой Арины получилась двойня, и мальчик, и девочка, я не успела, потому что ответ вырвался сам собой.

— Хорошо, — и я улыбнулась, пропуская сквозь пальцы жесткие темные пряди. — Как скажешь.

Кажется, чуть раньше мы эту тему обсуждали, и разногласий у нас не возникло. Я вообще такая покладистая становлюсь, когда рядом Сашка… Взгляд напротив вспыхнул, мой мужчина медленно поднялся, не убирая ладоней с моей попки.

— Как скажу? — низким, вибрирующим голосом повторил он, и я прильнула к нему, закинув руки на шею.

— И как захочешь, — добавила, улыбнувшись шире и подставляя губы для поцелуя.

Всего на миг Сашка замер, на его лице мелькнуло хищное выражение, и красный огонек в глазах стал отчетливее. После чего я получила свой поцелуй, жадный, нетерпеливый и горячий, как и сам Сашка. Я тут же запустила шаловливые ручки под рубашку, плавясь от прикосновений его губ, утопая в море эмоций. Время замерло, реальность растворилась, а телу становилось жарче с каждым мгновением от наполнявшей его страсти. Когда Сашка внезапно отстранился, я чуть не всхлипнула от разочарования, с трудом сфокусировав на его лице затуманенный желанием взгляд.

— Как захочу, значит? — хриплым, чувственным голосом повторил он, и у меня сладко подвело живот от предвкушения.

Я, как зачарованная, смотрела на его многообещающую усмешку, а Сашка одним движением скинул рубашку через голову, порадовав в который раз рельефным торсом. Правда, дотронуться до него я не успела: меня быстро развернули и уложили животом на стол, властно прижав ладонью посередине спины. Ох… Кажется, незабываемые впечатления мне гарантированы… И судя по тому, какой она была ненормально горячей, позади меня уже стоял не человек. Впрочем, сейчас это волновало в последнюю очередь. Голова кружилась от вспыхнувшего восторга и легкого нетерпения, и я, послушно прогнувшись, провокационно покачала бедрами, шалея от собственной смелости. С каждым разом мне все больше нравилось дразнить Сашку, склоняя отбросить нежность и осторожность и дать волю настоящим эмоциям.

Почти сразу упругую ягодицу обжег чувствительный шлепок, и я не сдержала возгласа, вцепившись в край стола и широко распахнув глаза, ощущения смешались в терпкий коктейль, щедро сдобренный перчинкой боли. Тут же горячая ладонь накрыла, мягко сжала, а в следующий момент нечто острое легонько царапнуло бедро, я услышала тихий треск, и… Кажется, трусиков у этого комплекта больше не было. И к столу меня прижимало уже тяжелое и горячее тело Алларэна.

— Знаешь, очень сложно сдерживаться рядом с тобой, — раздался низкий, хриплый голос около уха, и я, коротко вздохнув, чуть приподнялась, прикрыв глаза и улыбаясь. — Такая чуткая, нежная, страстная… — шею обжег поцелуй, и Ал чувствительно прихватил зубами кожу, словно ставя метку.

Я коротко всхлипнула, прикусив губу, желание принадлежать моему демону стало нестерпимым настолько, что отдавалось болезненными спазмами внизу живота и между ног. Приподнявшись на носочки и расставив ноги, я самым бесстыдным образом потерлась об внушительное и такое же горячее, как остальное тело, доказательство серьезности намерений Алларэна, и выдохнула, чуть повернув голову:

— Так не сдерживайся…

Шумный выдох обдал жарким воздухом шею, мой демон выпрямился, на несколько мгновений сжав ладонями талию, а потом я ощутила прикосновение нетерпеливых, слегка шершавых губ к обнаженной попке. О-о-ох. Пальцы, уже ничуть не человеческие, удивительно аккуратно раздвинули влажные складочки, заставив меня судорожно вздохнуть и царапнуть столешницу. Тело напряглось в ожидании деликатной ласки, нервы натянулись, как струны, выстреливая искрами от малейшего прикосновения. Господи, я сойду с ума от одних только мыслей, что меня ждет совсем скоро… С губ сорвался тихий, беспомощный стон, я зажмурилась до разноцветных кругов и откинула голову, дыша открытым ртом — к истекавшему от желания, жарко вспыхивавшему чувствительному местечку наконец нежно прижались губы. Язык безошибочно нашел набухший бугорок, игриво пощекотал, отчего я громко охнула, уже ничего не видя перед собой от бурливших эмоций. По телу прокатилась огненная волна, затаившись внизу живота, мышцы стянул сладкий спазм, и последние остатки самообладания утонули в шквале ощущений, накрывших с головой. А уж когда трепещущий кусочек плоти аккуратно прихватили и сжали острые зубы…

— А… А-ал… — всхлипнула я и снова коротко простонала, чувствуя, как между ног все скрутило в тугой узел.

Бедра сами подались назад, навстречу жадному рту, раз за разом пробовавшему меня на вкус и уносившему в далекие дали. Я погружалась в размеренный ритм, вздрагивая от каждого прикосновения к чувствительной точке, тихонько хныкала и умирала от желания получить больше. Ощутить его внутри, как он двигается, растягивает меня… И сдерживалась, не давая сойти лавине удовольствия и погрести под собой, кусала губы, привставала на цыпочки и выгибалась до ломоты, подставляясь под ласкающий меня рот… Я уже потеряла голову, не осознавала себя, не зная, чего же хочу больше, бессвязно умоляла о чем-то, упершись лбом в гладкую столешницу и тяжело дыша открытым ртом. Тело дрожало, по нему то и дело прокатывались волны жара, скручиваясь между ног огненной спиралью, и в какой-то момент я почувствовала, что Алларэн отстранился.

Тут же заерзала, с трудом сглотнув, но сказать ничего не успела: мои волосы аккуратно, но крепко ухватили, слегка оттянув назад, и я покорно прогнулась, подчиняясь моему демону. Эмоции выстрелили фейерверком, засверкав перед глазами яркими звездами, я задохнулась от острого, почти непереносимого восторга, когда вторая рука довольно сильно сжала мою ягодицу, чувствительно царапнув нежную кожу. Однако это ничуть не охладило горевший в венах пожар, а лишь добавило пряной нотки в бурливший в них коктейль.

— Малыш-ш, — прошипел Алларэн, и я чуть не сорвалась в пропасть, опасно зашатавшись на самом краю.

Ох, господи. На какой-то момент меня охватила уверенность, что если он не продолжит прямо сейчас, я просто умру, собственное желание сожжет изнутри, не оставив даже пепла… А в следующий миг одним резким, сильным толчком он оказался наконец во мне, горячий и большой, и я, ослепленная и оглушенная шумом крови в ушах, на сей раз чуть не умерла от облегчения. Стиснула зубы, уперлась ладонями в стол и подалась назад, насаживаясь глубже, на всю длину, до тянущей боли, и купаясь в остром ликовании, что наконец-то принадлежу моему демону целиком и снова…

ГЛАВА 17

Глухо рыкнув, Алларэн опять прижал меня к столу, отпустив волосы, и обвил рукой талию, замер на несколько секунд, давая возможность насладиться чудным ощущением, а потом начал двигаться. Я извивалась в его объятиях, пытаясь пристроиться поудобнее, жаждая вкусить эмоции сполна, яркие и вкусные. Легко поймала рваный ритм, не сдерживая коротких стонов и стремительно взмывая в сверкающую высь, на самый пик удовольствия. Я растворялась в нем, теряя себя, переставая чувствовать тело, и превращаясь в сгусток наслаждения и восторга. С каждым выпадом меня словно пронзали острые, невидимые иголочки, тяжелое дыхание горячило шею, а толчки становились все чаще, сильнее. Я задрожала, балансируя на грани, замерла, растягивая последний, мучительно-сладкий миг ожидания, а потом рухнула в сверкающее море, хрипло закричав и забившись в сильных руках. Эйфория накрыла огромной лавиной, а за ней и еще одна, когда мой любимый демон с низким, хриплым стоном последовал за мной, чувствительно прикусив мочку уха. Ка-айф…

Гладкая поверхность стола приятно холодила разгоряченное тело, Саша не торопился отстраняться, покрывая мою шею нежными, осторожными поцелуями.

— Лина… — все еще хриплым голосом осторожно позвал он, пока я жмурилась и смаковала последние отголоски оргазма. — Девочка моя, ты…

— Вот же смешной, — хихикнула я, коротко вздохнула и развернулась, благо меня уже не так сильно сжимали. — Са-ань, — ласково протянула, глядя в его слегка встревоженные глаза, и взлохматила темные пряди. — Да прекрати уже, а, я не хрупкая статуэтка, — выдохнула, легко коснувшись его губ, и улыбнулась довольной, сытой улыбкой. — И мне нравится все, что ты со мной делаешь, — добавила шепотом, обвив руками его шею. — В любом виде.

Боже, заботливый демон, как это ужасно мило, почти как котята в новостной ленте. Кому скажи — не поверят же… Снова хихикнув, я потянулась к его губам, и мы целовались, неторопливо, упоительно и нежно — я даже не успела понять, как оказалась сидящей на Сашкиных коленях.

— Ты, кстати, так и не ответила мне, — через продолжительное время сказал он, отстранившись и не сводя с меня пристального взгляда, потом усмехнулся и выгнул бровь, весело блеснув глазами. — Или продолжить уговоры, любовь моя?

Я сделала вид, что задумалась, находя особое удовольствие в этой неторопливой игре, полюбовалась на переливы света в бриллиантовых искорках.

— Пожалуй, я не против, мне понравился процесс, — проворковала, склонив голову к плечу, а потом все-таки рассмеялась, положив ладони на плечи Саше. — Может, и соглашусь на твое предложение, так и быть…

Его ладони сжались на моей талии, и в лице снова мелькнуло хищное выражение, а после он усмехнулся и покачал головой.

— Вот ты провокаторша, Линка, а…

И снова поцелуй, тягучий, медовый, упоительно долгий, пока теплые ладони Сашки медленно гладили мою спину под сорочкой. А я утолила наконец жажду по прикосновениям к сильному телу и крепким мышцам, с удовольствием скользя подушечками по рельефу и чувствуя, как вздрагивает теперь уже Саша от моих мимолетных ласк. И судя по моим ощущениям, он вполне готов для второго раунда… Я тоже, кстати, не против повторить, для закрепления, так сказать, достигнутого эффекта… Поэтому только прильнула ближе, скользя пальцами вдоль спины и ощущая, как напрягаются мышцы.

На этот раз мы никуда не торопились, растягивая волшебные мгновения, бережно дотрагиваясь и лаская друг друга. В какой момент моя сорочка осталась болтаться на талии, оставив грудь обнаженной, я так и не поняла, занятая поцелуями. Мягкими и нежными, настойчивыми и страстными, томно неторопливыми и обжигающе горячими. А потом губы Саши спустились ниже, на мою шею, и я откинула голову, прикрыв глаза и наслаждаясь ощущениями. Кожа стала чувствительной до болезненности, и стоило лишь Сашиному языку коснуться напряженной вершинки, как я всхлипнула и выгнулась, ослепленная острой вспышкой наслаждения, пронзившей все существо.

Жаркий рот сомкнулся, осторожно втянул твердую горошину, а ладони Саши легли на ягодицы, прижимая ближе, и я только шире раздвинула ноги, послушно выгибаясь и подаваясь навстречу за долгожданной лаской. Терлась, как кошка, тяжело пульсировавшей промежностью, впивалась ноготками в плечи и спину, тихо постанывала, пока умелый рот нежно посасывал, язык облизывал, а зубы мягко прикусывали, повергая меня в пучину волшебных переживаний. Снова этот упоительный полет в сверкающую пропасть, наполненную удовольствием, восхитительное ощущение принадлежности этому мужчине, от которого кружилась голова и внутри все дрожало и переливалось. Мне не нужен никто кроме моего демона, и как же сладко, что ему нужна только я одна…

Всего на несколько мгновений Саша оторвался от увлекательного занятия и моей груди, легко приподнял за талию, и наши взгляды встретились. А потом мой демон ласково улыбнулся и начал медленно опускать, сводя с ума этой неторопливостью и одновременно в разы усиливая ощущения. Завороженно глядя в расплавленное серебро глаз напротив, я не сдержала тихого, беспомощного стона, чувствуя, как в меня буквально по миллиметру, плавно проникает твердый и горячий член. Я даже не заметила, как затаила дыхание, купаясь в эмоциях, смакуя их, как дорогой и изысканный коктейль, впитывая каждой клеточкой.

И снова плавные движения, и одно на двоих наслаждение, нарастающее с каждым толчком, до пронзительного, нереального чувства счастья, от которого хотелось кричать в голос. Я и кричала, захлебываясь от ликования, царапая сильные плечи и снова и снова отдаваясь моему мужчине, самому любимому и единственному. Ох, кажется, в какой-то момент я была на грани того, чтобы потерять сознание от шквала переживаний, но — обошлось, я лишь безвольно обмякла, закрыв глаза и прислонившись к плечу. Все, на что меня хватило, это едва слышно прошептать всего одно слово:

— Да…

Ох. Самый лучший вечер в моей жизни, пожалуй, и я расплылась в блаженной улыбке, потершись щекой о плечо Саши. Люблю его…

После разговора с Сашей Руслан почувствовал, как изнутри поднимается волна холодной ярости, граничившей с бешенством. Сегодняшние проблемы с получением груза с таможни получили подтверждение этим звонком, и, молча поднявшись с дивана, Рус вышел из гостиной, стремительным шагом направившись в кабинет. Не хотелось при Арине ругаться, хотя она, умница, просто проводила взглядом, не задавая вопросов. Конечно, когда он все разрулит, обязательно поделится, но за долгие годы совместной жизни Руслан выработал для себя железное правило: лишний раз не волновать любимую. А она научилась не спрашивать, если муж не спешил делиться, за что ей тоже большое спасибо.

Закрыв за собой дверь кабинета, Руслан вернулся из приятных размышлений и набрал номер Тараса, стараясь дышать глубоко и размеренно — эмоции могли сейчас только помешать.

— Слушаю, Русик, — раздался в трубке бодрый до отвращения голос.

— Скажи, Тарас, а чтобы ты сделал, если бы я принудил тебя отдать мне дочь в счет каких-то деловых интересов? — негромко начал Руслан, остановившись у окна и засунув руку в карман, и глядя на улицу невидящим взглядом. — Тоже не гнушался бы ни шантажом, ни другими грязными методами?

На том конце ненадолго воцарилась тишина.

— Но Регинка хочет замуж за твоего Сашку, и потом, я же сказал…

— Я за свою семью и ее спокойствие выдеру глотку любому, — еще тише произнес Рус, не дав ему договорить, его глаза полыхнули опасным огнем. — И я никому не позволю за меня решать, и тем более, за моих детей, Тарас. Хочешь войны из-за своей прихоти? Я тебе ее устрою, по всем правилам войны без правил, у меня тоже и связи имеются, и вес, и знакомства, и деньги, — продолжил Руслан. — Это низко и некрасиво, подбивать дочь врать насчет ее статуса и везде хвастать, что она Сашкина невеста. Пока договор не заключен, это просто ее фантазии. Я считал тебя умным, Тарас, способным правильно расставить приоритеты, деловым партнером. Жаль, что я ошибся.

Он замолчал, ожидая ответа и надеясь, что не придется идти на крайние меры. Но ради сына Рус готов был на многое. Семья для него в самом деле была святым, в отличие от большинства других демонов. Многое меняется в жизни, когда в ней вдруг появляется любовь, за что Руслан не уставал благодарить Аришу, подарившую ему смысл в этой самой жизни. Тишина в трубке длилась долго, слышалось только дыхание Тараса, и Рус переспросил:

— Так я ошибся, Тарас?

— Я тебя услышал, Руслан, — отозвалась трубка ровным тоном. — Что ж, а мне жаль, что ты такой принципиальный. Могла бы получиться хорошая пара…

— Хорошая — для тебя со всех сторон, для себя я не вижу никакой выгоды, — сухо оборвал его Рус. — И да, не знаю, как к тебе попали закрытые сведения из медцентра о моих детях, но надеюсь, кроме тебя и твоей дочери они больше никуда не утекли.

Тарас хохотнул.

— Я что, дурак, таким козырем разбрасываться? Ладно, Руслан, — оборвал смех собеседник. — Война мне не нужна, ни по правилам, ни без, старый я стал, чтобы от пуль прятаться, или марать когти и клыки кровью, — он хмыкнул и продолжил. — Считай, не было этого разговора о свадьбе, и Регинке я тоже скажу придержать язык. Всех благ, Рус, тебе и твоей семье.

Ивлев-старший отключился, задумчиво посмотрел на трубку и кивнул. Тараса, конечно, иногда заносило на поворотах, но все-таки, дураком он не был к облегчению Руслана. Вопрос можно считать решенным, осталось только завтра Сашку обрадовать. Сегодня ему точно не стоит звонить, наверняка он занят утешением Аделины после таких внезапных новостей, еще и ложных. Усмехнувшись, Руслан вышел из кабинета и вернулся в гостиную, неслышно подошел к стоявшей у окна Арине и нежно обнял свою девочку, положив подбородок на плечо.

— Все в порядке? — негромко спросила она, чуть повернув голову.

— Уже да, — Руслан потерся щекой о гладкую кожу и длинно вздохнул. — Как быстро растут дети, однако… М-м, Ариш, а может, нам четвертого, как считаешь? — вкрадчиво спросил он, и его ладонь легла на мягкий холмик груди поверх тонкого домашнего свитера. — А то и Ромка уже вырос…

Арина тихо рассмеялась и развернулась в его объятиях, закинув руки на шею своего любимого демона.

— Драгоценный мой, нас скоро внуками осчастливят, если соскучился по памперсам, — ехидно ответила она и подалась чуть вперед, чмокнув мужа в кончик носа. — Но вот от самого процесса, пожалуй, не откажусь, — проворковала Арина, низом живота чувствуя выразительную выпуклость, и выгнулась, провокационно прижавшись бедрами.

Руслан шумно вздохнул и в следующий момент подхватил жену на руки, быстрым шагом направившись к лестнице наверх. Сегодня хотелось неторопливо и долго, растягивая и смакуя страсть, а не выплескивая ее сразу. За те почти тридцать лет, что они вместе, каждый раз все равно был, как первый, и Руса это вполне устраивало, как и Арину.

Регина посмотрела на зазвонивший телефон и чуть заметно поморщилась. Коротко вздохнула, убрала звук с телевизора и ответила.

— Да, пап, — бодро отозвалась демоница, закинув в рот крупную клубничину.

— Я тебе сказал, без самодеятельности? — не скрывая раздражения, заговорил отец. — Ты какого лешего сунулась со своими заявлениями к Ивлеву? — почти прошипел он.

— Но, па-ап, — протянула Регина, нахмурившись, но не договорила.

— Значит, слушай сюда, — оборвал ее Тарас. — Я запрещаю тебе трепать языком направо и налево, яс-сно? Мне не нужны неприятности из-за того, что ты не умеешь держать язык за зубами. Кто тебя просил лезть к Ивлеву со своими заявлениями, что ты его невеста?

Девушка поджала губы и едва не фыркнула, но сдержалась, потянувшись за следующей ягодой.

— Ты же сказал, что все устроишь, — недовольно отозвалась она, в темных глазах мелькнул раздраженный огонек.

— Так вот и надо было ждать, а не лезть со своими бабскими глупостями, — рявкнул Тарас, Регина поморщилась и отодвинула трубку от уха. — А теперь сиди на жопе ровно и не отсвечивай, ясно? Если из-за твоей болтливости у меня возникнут проблемы в бизнесе, отправлю обратно отсюда, поняла?

— Поняла, — нехотя кивнула Регина, хотя во взгляде мелькнуло упрямство. — Так что, ты договорился?..

— Нет, не договорился, так что, зря ты губу раскатала, — сухо отозвался отец. — Я тебя предупредил, так что, смотри мне. Пока.

На этом Тарас отключился, а Регина со злости чуть не швырнула дорогой смартфон об стену. Черт, она уже выбрала салон, где закажет шикарное свадебное платье, и ювелирный, куда отправит Сашку за кольцом. А тут такой облом, и с этой нахальной девицей тоже. Слишком уж хорошо держит себя в руках, негодяйка мелкая…

— Ладно, папочка, — сквозь зубы процедила Регина и одним движением поднялась с дивана, потянувшись к планшету на столе. — Ты, может, и не договорился, а я от своего не отступаюсь. А Сашка мой, просто сам об этом еще не знает.

Некоторое время она изучала открытый файл, потом медленно улыбнулась и откинулась на диван, уставившись в потолок. Что ж, было слабое место у этой девицы, на которое Регина и собиралась нажать. Связей у нее и своих достаточно, причем в определенных кругах, чтобы в короткое время найти того, кого нужно. А отец потом только «спасибо» скажет, еще и похвалит, что дочь такая сообразительная оказалась. Вот завтра с утра она и начнет действовать…

За завтраком — омлет даже я сама приготовила, чем ужасно гордилась, — Саша невозмутимо сообщил:

— Сегодня вечером заедем к моим? Хочу, чтобы ты похвасталась колечком, — с улыбкой добавил он, весело блеснув глазами. — У тебя же нет работы?

— Сегодня — нет, завтра, — кивнула я, ничего не имея против.

— Ну и отлично, постараюсь пораньше освободиться, и папу дерну с собой, — удовлетворенно отозвался Саша.

А вот следующий вопрос вырвался сам собой, едва рассеянная мысль коснулась темы моих родителей…

— Что-нибудь известно про Олега? — спросила об отчиме, справившись с мимолетной холодной дрожью.

Даже спустя пять лет его имя вызывало вспышку страха, хотя рядом уже есть, кому меня защитить в случае чего.

— Из Новгорода он уехал несколько месяцев назад, — не обрадовал Саша, покосившись на меня, и накрыл ладонью мои пальцы, ободряюще сжав. — Мы ищем его в Питере, малыш, не переживай. По телефонным базам отдел Вовки работает, но скорее всего, номер он не на себя зарегистрировал, и вообще залег где-то на дне. А у Майи теперь защитник есть в случае чего, — хмыкнул он и подмигнул.

Я тут же разулыбалась, позабыв про свои беды.

— Что, Вовка на пмж у Майи прописался? — ехидно осведомилась, поскольку Сашка явно знает больше моего — они же работают вместе, как я поняла.

— А то, — подтвердил мой демон с такой гордостью, будто в завоевании Вовкой упрямой подруги была и его заслуга. — Вольдемар, если уж принимает решение, то не меняет его. Майя крепко ему в душу запала, обычно он гораздо легкомысленнее к девчонкам относится. И уж точно не штурмует так долго бастионы, раньше просто переключался на что попроще.

— Нашли друг друга, называется, — хихикнула я, вспомнив подружку. — Ей тоже надоели легкие победы и слишком влюбчивые кавалеры.

Закончив с завтраком, мы вышли из дома, и Сашка повез меня в универ. Так и получилось, что первая, кто узнала о моем новом статусе, конечно, Майя — мы встретились перед парами.

— Слушай, обалдеть, как здорово, — радостно заявила она, рассматривая колечко. — Ну твой Саня молодец, мужик не промах, и дела не откладывает, — со смешком сказала Майя, покосившись на меня. — Поздравляю, ага, — она похлопала по плечу.

— Походишь со мной по магазинам? — предложила я, честно говоря, немного сомневаясь, что она примет предложение.

Как-то Майя и шопинг в моей голове плохо сочетались, а уж тем более, поиски мне платья. Хотя, как раз с ней и стоило заняться выбором, потому что обычное пышное и в оборочках я точно не хотела. А у Майи глаз на нестандарт наметан.

— Конечно, — к моему легкому удивлению, согласилась она. — Можем сегодня прямо после занятий и начать. Ии у тебя другие планы?

— Да нет, думаю, Сашка все равно часам к пяти только освободится, — я пожала плечами. — Как раз начнем, а в выходные можно продолжить…

— Не можно, а нужно, — решительно прервала Майя. — Все, идем, лекция сейчас начнется.

Время до конца занятий пролетело незаметно, и, признаться, сосредоточиться на учебе было сложно. Взгляд то и дело падал на кольцо, и мысли тут же убегали очень далеко от психологии и всего, с ней связанного. Еще и Сашка побрасывал дров, радуя сообщениями пикантно-романтичного характера… Ну а после последней пары мы с Майей пошли на первую разведку — мой демон сообщил, что подберет меня ближе к пяти, как я и предполагала, и родители извещены о нашем приходе. Когда мы выходили из универа, неожиданно около крыльца я заметила знакомую фигуру, и мои брови удивленно поднялись. Настя, одетая довольно легко для начала февраля, в кожаные штаны и куртку, под которой виднелся свитер грубой вязки с воротником под горло, еще и без шапки. Ой.

— Это кто? — полюбопытствовала Майя, когда Настя, увидев нас, приветственно махнула рукой.

— Сестра Сашкина, — я подошла и осторожно улыбнулась. — Привет, ты откуда здесь?

Настя усмехнулась и взъерошила короткие волосы, окинув довольным взглядом.

— Санек никогда не умел скрывать от меня новости, — хмыкнула она. — Мы же близнецы. Так что, давай, хвастайся, — кивнула Настя, и пришлось протянуть руку, показывая колечко.

По магазинам мы отправились втроем, на Настиной машине — она тоже любила внедорожники, большие и черные, даже удивительно для хрупкой женщины, какой она казалась. Но управлялась с «железным конем» она лихо, не нарушая правил. Я аж зауважала такой стиль езды. Так что, следующие два часа прошли весело, хотя и немного утомительно. Хорошо, в одном мы сошлись единогласно: никаких кринолинов и пышностей, я только для интереса примерила одно такое и поняла, что выглядеть нелепой зефириной не собираюсь. Еще и неудобно ко всему.

К пяти Настя отвезла Майю домой, и как раз позвонил Сашка с вопросом, откуда меня забрать. Я и сказала, что с Настей, и так получилось, что к их родителям мы приехали уже все вместе.

— Ты чего это решила развлекать мою невесту, Настюха? — весело поинтересовался Сашка, когда мы вышли во дворе дома Руслана и Арины.

Она поморщилась и махнула рукой, захлопнув дверь машины.

— Да так, захотелось, — легкомысленно отозвалась Настя, но мне показалось, веселье в ее голосе наиграно.

И тут неожиданно раздалась трель звонка, Настиного. Она вытащила мобильник, посмотрела на номер и с досадой поморщилась, отключив и не ответив. Сашка поднял бровь, бросив заинтересованный взгляд, и обнял меня.

— Настойчивый поклонник? — небрежно обронил он с усмешкой.

— Да есть один засранец, — буркнула помрачневшая Настя и решительно направилась к дому. — Не понимает слова «нет», чтоб ему пусто было. И не спрашивай больше, не хочу портить себе настроение, — тут же предупредила она, подняв ладонь.

— Ладно, ладно, как скажешь, — хмыкнул Сашка, чуть крепче прижав меня, и мы вошли в дом, где вкусно пахло готовящейся едой.

Ужин прошел очень мило, я познакомилась с мамой Арины, уже пожилой, но все еще бодрой женщиной. Конечно, Арина тут же выразила желание помочь не только с платьем, но и с остальными аксессуарами и вообще организацией, за что я ей была ужасно благодарна. Немного кольнула грусть, что вместо моей мамы этим занимается другая женщина, но я решительно отмахнулась от печальных мыслей. Сложилось, как сложилось, и с Ариной мне очень комфортно общаться. От нее с Русланом мне достался подарок, изящный кулон на цепочке в оправе из белого золота — переплетенные два сердца, а в центре — крупный ограненный рубин красивого оттенка красного вина. Мне очень понравился, хотя к драгоценностям я отношусь ровно, но эта смотрелась стильно и элегантно.

Насте еще несколько раз звонили, и конце концов, пробормотав забористое ругательство, она отключила смартфон.

— На-асть, — протянула укоризненно Арина, посмотрев на дочь. — Ну у нас же гости.

— Да ладно, Линка не в пансионе благородных девиц росла, — фыркнула сестра Сашки и подмигнула. — А у меня просто других слов нет и эмоций, — она закатила глаза и небрежным жестом сунула телефон в карман. — Надоел…

— Кто? — тут же подхватил Сашка, и я невольно навострила ушки.

Мне тоже любопытно послушать о личной жизни Насти, даже интересно, кто настолько смелый — характер у нее тот еще, судя по тому, что она увлекалась байками и серьезно.

— Да есть один альбинос хренов, — раздраженно вздохнула Настя. — Впервые встречаю мужика, который не понимает, что направление «в жопу» означает именно это, а не «да, но попозже». Все, закрыли тему, — замахала она руками. — Сегодня вечер в честь Сашки и Лины, а не разбор полетов моей жизни.

Пришлось приструнить любопытство. Может, как-нибудь мы сблизимся достаточно, чтобы мне поведали эту историю, ну или Сашка расскажет. Посиделки затянулись до позднего вечера, и возвращалась я уставшая и сонная, но довольная. Все-таки хорошо иметь такую семью, дружную и теплую, где все друг друга любят… С этими приятными, но немного грустными мыслями я и уснула на Сашкином плече.

И следующее утро было восхитительно похожим на предыдущее, и мне это очень нравилось. Неторопливый разговор о предстоящем дне, когда встретимся, немножко поговорили о планах на выходных — Сашка благородно согласился пережить без меня целый день, пока я буду заниматься походом по магазинам в исключительно женской компании. Потом мы поехали в мой универ. И день потек своим чередом до самого вечера, когда я отправилась на работу. Зашла в кабинет, устроилась за столом и придвинула пачку тестов. Даже успела парочку проверить по ключам…

Дверь неожиданно без стука открылась, я подняла голову, слегка недовольная бесцеремонным вторжением, и уставилась на Регину. Предвкушающая ухмылочка на ее лице мигом заставила насторожиться, я поднялась и нахмурилась.

— Что вы… — начала было, но не договорила.

— А теперь ты пойдешь со мной, — почти пропела противным ласковым голосом Регина, и ее глаза вспыхнули холодным синеватым огнем.

Больше я ничего не помнила, мгновенно оказавшись в непроницаемой, бархатной темноте.

Пробуждение было не из приятных. Все тело налилось свинцовой тяжестью, и одновременно по нему растекалась противная слабость. Я не могла пошевелиться, и по ощущениям, лежала на чем-то жестком. А судя по шуму двигателя, доносившемуся до меня как сквозь вату, и тряске, я куда-то ехала. Щека прижималась к сиденью, судя по всему, кожаному, и ухабов оказалось много — черт, мы что, за пределами города? Потому что не могу представить, где в городе такая раздолбанная асфальтовая дорога… По спине спустилась ледяная змейка мурашек, и от подступившего страха спазм сковал горло. В голове вихрем завертелись мысли: куда меня везут? Кто за рулем? И почему в ушах странный звон, а сознание как после тяжелого похмелья?..

Как ни было страшно, я все-таки заставила себя разлепить глаза и осмотреться, и тут же пожалела об этом. Да, я лежала в машине, вокруг почти полная темнота, которую рассеивает только слабый свет приборов на торпеде. Хрипел шансон из магнитолы, и одно это уже сказало мне о личности водителя гораздо больше, чем взгляд на него. Страх грозил перерасти в ужас, а то и в неконтролируемую панику, но… эмоции завязли в густом киселе — в него временно превратились мои мозги. Даже язык не шевелился, он казался распухшим и едва помещался во рту. И тут же запершило горло, страшно захотелось пить, и я попыталась сглотнуть, хотя слюны вообще не было. Не получилось, я судорожно закашлялась, давясь спазмами, и водитель тут же затормозил, наверное, свернув к обочине.

— Рановато ты очнулась, девочка моя, — пробормотал ненавистный голос, и тот, кого я боялась даже больше Кожина, повернулся ко мне с предвкушающей усмешкой. — Ну да ладно, доедем, там разберемся.

После чего, как ни в чем не бывало, снова поехал дальше. Твою мать. Паника все-таки подобралась вплотную, немного разогнав туман в голове взрывом адреналина, и сердце мячиком запрыгало в груди. Руки связаны, пошевелиться могу с трудом, едем неизвестно куда, и вряд ли, даже если задам вопросы, мне на них ответят. Опускаться до истерики и слез я тоже не стала, хотя очень хотелось тихонечко завыть, зубы не стучали только потому, что челюсти свело от страха. И ни сумки, ни других вещей, так что, дать кому-то знать, где я, не смогу. Разве что, Сашка почувствует мои эмоции и каким-то образом найдет, но… успеет ли вовремя? Я же без понятия, как далеко мы удалились от города… И что со мной попытается сделать этот ублюдок, Олег.

От эмоций и напряженных попыток преодолеть мутный туман в сознании виски заломило так, что перед глазами засверкали звезды, пришлось поспешно опустить веки и глубоко дышать, максимально расслабившись. Дурнота подкатывала к горлу горьким комком, и оказывается, я так напрягла руки в бессознательной попытке освободиться, что грубая веревка врезалась в кожу. Куртки на мне, кстати, тоже не было, и это не добавляло оптимизма. Потому что, поскольку я работала сегодня, выбрала теплое трикотажное платье с воротником под горло. Черт. Похоже, дело дрянь. Продолжая дышать, я снова погружалась в вязкое полузабытье, и где-то в глубине этого киселя мелькнула вялая мысль, уж не вкололи ли мне какой-нибудь дряни, чтобы не буйствовала. А вот это уже больше походило на правду…

Ощущения подсказали, что мы свернули, машину начало трясти еще сильнее, и судя по всему, дорога превратилась в направление, а вокруг точно дремучие леса. Но я ничего не могла поделать в этой кошмарной ситуации, только набраться терпения и ждать. Может, оно и к лучшему, что я не могла сейчас в полную силу реагировать, потому как не миновать истерики, как бы ни пыталась сдержаться. Снова время потекло тягучими ртутными каплями, растягиваясь в бесконечные мгновения, и на какой-то миг даже показалось, мы будем так вечно ехать из ниоткуда в никуда, и это не закончится… Когда машина остановилась, я сначала даже не поверила, подумала, опять глюки начинаются, но — в салоне стало непривычно тихо, даже шансон не орал, и я больше не подпрыгивала на сиденье от каждого ухаба.

— Ну вот мы и приехали, — промурлыкал Олег, снова повернувшись, и меня аж передернуло от его тона. — Отсюда точно никуда не сбежишь, и хрен кто тебя найдет здесь, моя принцесса, — я с ужасом смотрела на тянущуюся ко мне ладонь, оцепенев и вжавшись в сиденье.

Увернуться не получилось, и противные, горячие и влажные пальцы коснулись моей щеки, нежно погладили. Т-твою мать… Это хуже даже, чем Кожин, тот бы попользовал и выкинул, а этот… Черт, Олег может держать меня здесь, где бы это ни было, очень, очень долго. Сашка-а, спасай уже, пожалуйста. Я от тебя ни на шаг не отойду буду хвостиком ходить, согласна даже на телохранителя, только приезжай за мной. Глаза защипало, реальность расплылась, и я с досадой сморгнула слезы — показывать свою слабость не хотелось, но приструнить эмоции не получалось.

— Не надо плакать, Лизонька, — продолжал ворковать этот урод, и его пальцы заботливым жестом стерли влагу с моих щек. — Ничего страшного не случится, я буду очень нежным, поверь, и ни за что не обижу мою девочку. Но придется тебя наказать за то, что удрала от меня и заставила искать, — строгим тоном добавил он, и какая-то часть сознания, очень маленькая, завыла от ужаса, забившись в истерике, но из стиснутого спазмом горла не вылетело ни звука.

А Олег вышел из машины, открыл заднюю дверь, и в следующий момент меня вытащили с сиденья, довольно аккуратно, надо признать, и я оказалась на руках отчима. Бросив взгляд по сторонам, увидела какой-то старый дом, вокруг лес, забор — место явно заброшенное, уж точно не коттеджный поселок или садоводство. И вообще не понять, как далеко мы от города, и в какой стороне Питер…

— Ничего, сейчас со всем разберемся, — пробормотал Олег, стремительно шагая к дому. — Ты не смотри, что он такой старый, я внутри все подготовил, прибрался там специально к твоему появлению, — он поднялся на крыльцо и ногой открыл дверь, переступив порог и занося меня внутрь.

ГЛАВА 18

Там было темно, в тесном коротком коридоре пахло сыростью, немного плесенью и затхлостью. Олег небрежно сбросил обувь и прошел дальше, в следующую комнату, такую же сумрачную — горела только лампа времен Советов тусклым желтоватым светом, в классическом вытянутом стеклянном колпаке. Мелькнула нелепая, истерично-веселая мысль о печке-буржуйке и примусе, потому что вся остальная обстановка была примерно такой же. Потертый ковер на стене и полу, обшарпанная мебель из ДСП «совковых» времен, даже телевизор большой, квадратный и громоздкий, пялился в полумрак слепым серым бельмом выпуклого экрана.

Все это я отмечала краем оцепеневшего сознания, странная апатия по-прежнему не желала покидать, и тело отказывалось повиноваться. Нет, точно, что-то мне такое вкололи или заставили выпить — я же ничего не помнила с момента появления в моем кабинете Регины… Кстати, а она куда делась? Я не сомневалась, что каким-то образом эта дрянь нашла моего отчима — интересно, как? — и договорилась с ним. Наверное, мадам не в курсе, что Сашка меня теперь везде найдет. Надеюсь.

Тем временем, Олег поднялся по скрипучей, довольно крутой лестнице наверх, в почти полной темноте я уловила только очертания еще одного коридора. Похититель толкнул ногой ближайшую дверь и зашел в комнату, освещенную тусклым светом светильника, похожего на стоявший в нижней. А еще, здесь была высокая кровать с деревянной спинкой, накрытая трогательным лоскутным покрывалом… И на эту кровать Олег меня и уложил, очень бережно и аккуратно. Позвоночник превратился в стальной стержень, мышцы свело от напряжения, вспышка страха на несколько мгновений разогнала вязкий, липкий туман, окутавший сознание, и я даже попыталась пошевелиться.

Конечно, без особого успеха. Тело ощущалось, как тряпичная кукла, и единственный плюс — прикосновения Олега тоже чувствовались странно, как будто кожа принадлежала не мне, и в нее щедро вкололи анестезию. Может, и к лучшему, не так сильно отвращение.

— Вот та-ак, — пробормотал этот чертов извращенец, и его ладони медленно провели вдоль моего безвольного тела. — Сейчас моей принцессе станет полу-учше…

А потом он выпрямился и что-то взял с тумбочки, что — я поняла спустя пару мгновений. Когда в плечо воткнулась игла, одарив неожиданно болезненным уколом. Господи, что на этот раз?

— Я пока подготовлюсь, — противным, ласковым до дрожи голосом произнес Олег, окинув меня предвкушающим взглядом.

После чего вышел, оставив ненадолго одну. Причем, руки так и остались связанными, а через несколько минут начала действовать непонятная дрянь. Апатия сменилась легкостью и странным весельем, потом по телу прошлась волна жара. Сознание прочистилось, в голове стало звонко и пусто, ни одна мысль толком там не задерживалась. Из горла вырвался тихий смешок, я тряхнула головой, и стены спальни заколыхались, как будто я находилась под толщей воды. Ой, нет, не буду больше экспериментировать — желудок тут же подскочил к горлу, и пришлось поспешно сглотнуть. Я чувствовала себя все более странно с каждой минутой, дыхание то сбивалось, становясь трудным и рваным, то наоборот, я жадно вдыхала воздух, приобретавший сладковатый привкус какого-то экзотического фрукта.

Тело тоже вело себя странно, по нему то и дело пробегала дрожь, то горячая, то холодная, гуляли волны томления, слишком хорошо известного мне. Твою мать… Этот ур-род что, вколол мне… возбуждающее? Однако гневная мысль растворилась в пустоте, воцарившейся в сознании. Эта пустота оказалась очень голодной, поглощая любой обрывок мысли со скоростью пылесоса. Проще оказалось не думать совсем, потому что от этого процесса виски начинало немилосердно ломить. А мне не нравится, когда я плохо себя чувствую.

Мои вялые попытки прорваться сквозь действие дряни прервались звуком шагов с той стороны двери, и последняя распахнулась, снова явив моим глазам Олега. В небрежно запахнутом халате, в вырезе которого виднелась голая грудь с темными курчавыми волосами, гаденькой ухмылочкой на лице, и банкой пива в руке.

— Ну что, моя принцесса, начнем развлекаться? — мурлыкнул он, и я ненадолго вынырнула из охватившей меня странной эйфории.

Ужас вцепился липкими щупальцами в сердце, горло сжал спазм, и на какие-то благословенные мгновения я даже подумала, что сейчас потеряю сознание. Но не получилось… Разум снова накрыла радужная волна, утягивая за собой в вязкий туман нездорового веселья. А Олег глотнул из банки и присел на край кровати, положив ладонь на мою лодыжку.

Сашка сидел на совещании и рассеянно прислушивался к очередному докладу, с трудом сохраняя на лице внимательное выражение. Все-таки, здесь потенциальные партнеры, и все должно пройти на высшем уровне. А он еще и заместитель генерального, то есть отца, и подвести было бы нехорошо. Но все мысли Сашки витали далеко, там, где сейчас садилась за работу его девочка… Губы Ивлева-младшего тронула нежная улыбка, и тут же в бок чувствительно ткнулся кулак отца — благо, он сидел рядом, и стол загораживал. Саша встрепенулся, повернул голову и сделал большие и честные глаза в ответ на выразительный взгляд отца, сосредоточившись на совещании, и поэтому далеко не сразу понял, что же не так с его ощущениями.

И вдруг осознал: он не слышит Лину. Вообще. Обычно такое бывало, когда девушка спала, однако вряд ли его малыш уснула на рабочем месте. Да и не так уж она не выспалась. Сердце забилось сильнее от беспокойства — ведь его люди не нашли до сих пор, где в Питере прятался отчим Лины, Олег Бочкин. Хорошо спрятался, скотина. Неужели… Не в силах сдерживаться, Саша взял смартфон и быстро набрал сообщение, наплевав, как это выглядит со стороны. Пусть думают, что какой-то важный деловой вызов, что ли. «Ада, ты в порядке?» Томительные мгновения ожидания показались самыми долгими, и в результате — сообщение не отправилось. По спине Сашки спустился холодок, Ивлев-младший уже не слушал, кто что говорил, торопливо набирая следующее сообщение. «Насть, ты в городе? В каком районе?» Как ни хотелось вскочить и выбежать из переговорной, это было бы уже совсем некрасиво по отношению ко всем, чтобы у Саши ни случилось.

«Что случилось, куда подъехать?» — тут же откликнулась сестра, и он набрал в ответ адрес Лининой школы. «Сюда, там Ада работает. Ее телефон не отвечает, а я не могу сейчас уйти». Пока ждал ответа, нервно облизнулся, забывшись и не сводя напряженного взгляда с экрана смартфона. «Хорошо, буду там минут через двадцать, самое большее — полчаса. Отпишусь». Не обратив внимания на косой взгляд отца, Саша уставился перед собой невидящими глазами, с трудом сохраняя видимое спокойствие. Тревога и не думала уходить, разрастаясь в груди черной кляксой, запуская холодные пальцы во внутренности и заставляя нервы натягиваться звенящими струнами.

— Саш, что такое? — все-таки тихо спросил Руслан, заметив состояние сына, и наклонившись к нему.

— Потом, — так же шепотом ответил Саня, покосившись на молчавший смартфон.

Время тянулось ужасно медленно, и когда беззвучно мигнул зеленый огонек, сообщая об смс, Ивлев-младший едва не подпрыгнул на месте, торопливо открывая послание. «Можешь позвонить?» Сашка поднял голову, встретившись взглядом с отцом, и тот все понял без слов. Поднялся, аккуратно собрал бумаги — как раз закончил говорить один из глав филиала, — и негромко произнес:

— Предлагаю ненадолго прерваться, господа, и потом обсудить условия сотрудничества.

Саша почти бегом выскочил из переговорной, на ходу набирая Настю, и она ответила сразу.

— Значит, так, на работе ее нет, охранник уверяет, что Линка ушла минут сорок назад, одна, но выглядела странно, как будто больная, — быстро сказала сестра. — На камерах никого постороннего нет, но я уверена, что это был отвод глаз.

Ивлев прищурился, со свистом втянув воздух, отросшие когти царапнули подоконник, а в горле родилось глухое рычание.

— С-су-ука, — протянул он, чувствуя, как зверь рвется наружу, жаждая располосовать обидчиков его девочки на кровавые ленточки. — Лапа, спасибо огромное, дальше я сам, — уверенно заявил Сашка, но отключиться не успел.

— Ша, герой, меч свой джедайский укороти, — с отчетливой иронией отозвалась Настя. — Говори, куда ехать, кому морду бить?

— Пока не знаю, сначала мне надо поговорить с одной непонятливой тварью и вытрясти из нее, куда она дела Лину, — сквозь зубы процедил Саша, глубоко дыша и жестко приструнив сошедшие с ума эмоции. — Позвони Вовке, пусть попробует определить телефон Линки, вдруг повезет.

— Оки, до связи, жду звоночка, — ответила Настя и отключилась.

А Саша набрал номер Регины. Рядом неслышно возник Руслан, положил ладонь на плечо, вопросительно глянув.

— Что случилось, Сань? — непривычно мягким тоном спросил он.

— Ада пропала, — коротко ответил Ивлев-младший и поднес трубку к уху.

— О, Санька, привет, — радостно отозвалась Регина, и звучало почти естественно, если бы его ухо сейчас не различало малейшие оттенки эмоций. — Не ожидала. Ты решил…

— Где ты сейчас? — перебил ее Саша ровным голосом, снова выпустив когти.

На плече успокаивающе сжалась ладонь отца, и Ивлев-младший с трудом, но взял себя в руки.

— А, мы тут в баре сидим с друзьями, празднуем мое возвращение. Хочешь, приезжай к нам, — а вот теперь звучало вполне искренне, Регина в самом деле не считала, что сделала что-то плохое.

А зря. Губы Саши растянулись в улыбке, не коснувшейся глаз, в которых горел красноватый огонек.

— Хочу, — почти промурлыкал он, и Регина поверила.

— Мы в «Куба Либре», это на Садовой, — сдала она явку, и Сашка предпочел закруглить разговор, чтобы не выдать себя раньше времени.

— Скоро буду, — коротко ответил он и отключился.

— Что? — требовательно спросил Руслан, едва сын закончил разговор.

— Ады нет на работе, — коротко сообщил Саша, глядя ему в глаза. — Сказали, она ушла, одна, Настя проверила. И Р-регина в этом замешана, — снова сорвался на низкое рычание мужчина, сузив полыхнувшие красным глаза.

— Помощь нужна? — так же коротко спросил Руслан.

— Пока нет, — Сашка мотнул головой. — Поеду вытрясать из этой сучки, куда она дела Аделинку, — сквозь зубы процедил Ивлев-младший и пояснил. — Я не чувствую ее, пап. Как будто она спит или… без сознания, — он все-таки запнулся, а спина похолодела от укола страха за его девочку.

Только бы они вовремя успели, и ей ничего не сделали.

— Езжай, держи меня в курсе, — кивнул Руслан и тоже достал телефон. — Я сейчас сверну это все по-быстрому и домой, если что надо — сразу звони, хорошо?

Сдержанно кивнув, Сашка развернулся и поспешил к выходу из бизнес-центра, физически ощущая, как утекают минуты. Хорошо, отсюда недалеко до Садовой, где находился этот чертов бар. Сев за руль, он вдавил педаль газа в пол, твердя себе, что успеет, что с Аделиной ничего не случится… Уже выезжая на дорогу, Саша поймал слабый отголосок эмоций девушки и сначала обрадовался, а потом тревога с новой силой заскребла на душе. Лина находилась в странном состоянии, то ли пьяная, то ли сонная, не понять, и это пугало еще больше. Стиснув зубы, Сашка несся по вечерним улицам, молясь всем известным и неизвестным богам, чтобы найти ее вовремя…

Едва Саша ушел, Руслан тут же набрал номер Тараса и, не здороваясь, заговорил.

— Я тебя предупреждал не лезть в личную жизнь моего сына? — отрывисто произнес он, сузив глаза.

— Рус, я слово держу, — твердо ответил невидимый собеседник. — Мы договорились же…

— Тогда какого хрена твоя дочь замешана в похищении невесты моего сына? — процедил Руслан, с трудом сдерживая эмоции.

В трубке воцарилось недолгое молчание, и уже одно это сказало Ивлеву-старшему — Тарас в самом деле ни при чем.

— Рус… Регинка — моя единственная наследница, — наконец заговорил он, тщательно подбирая слова. — Если девушка пострадает, она ответит, я сам займусь ее наказанием, — снова пауза. — Только… оставь ее в живых, ладно?

Руслан глубоко вздохнул, сжав руку в кармане в кулак.

— Распустил ты наследницу свою, Тарас, — сухо отозвался демон. — Порол, видимо, мало в детстве. Сашка уже поехал вытрясать из нее все, так что, сопли и слюни будешь ей сам потом вытирать. И молись, если с Аделиной ничего плохого не случится по вине твоей оторвы.

— Я позвоню ей…

— Нет уж, — оборвал Руслан. — Чтобы мы потом ее по всему городу искали? Пусть Сашка сам теперь разбирается, — с мстительной радостью добавил он. — Тебе остается только ждать, Тарас. И готовить ремень пошире, — не сдержал язвительной реплики.

— Да твой и так ее располосует, — буркнул Тарас. — Раз там все так серьезно…

— А вот это тебя уже не касается, — обманчиво ласковым тоном отозвался Руслан.

Не прощаясь, он закончил разговор и набрал сообщение Сашке. «Постарайся вовремя остановиться и не убивать ее. Участие в похищении — недостаточный повод». В ответ пришло всего одно слово: «Хорошо».

— Удачи, сынок, — пробормотал Руслан, затолкав беспокойство поглубже — Саша большой мальчик, справится, и если в самом деле все серьезнее, чем кажется, обязательно обратится за помощью.

А совещание надо закончить, да, дела есть дела. Руслан отправился обратно в переговорную, временно отодвинув беспокойные мысли.

К моменту приезда к бару Саша почти взял под контроль желание разорвать Регину на ленты, осталась только холодная, отстраненная ярость. Он оставил машину, зашел в бар и сразу увидел виновницу. Она громко смеялась, держа в тонких пальцах бокал с коктейлем, и судя по всему, чувствовала себя отлично. Сашка засунул руки в карманы, не сводя с нее прищуренных глаз, раздвинул губы в усмешке и подошел к компании. Регина заметила его в самый последний момент, конечно, и даже изобразила радость.

— О, Санька, привет… — заговорила было она, но Ивлев не дал ей закончить.

Опершись ладонями о спинку дивана, он наклонился к демонице, и мягко произнес:

— Регина, пойдем-ка, поговорим наедине.

Брови девушки чуть приподнялись, на лице мелькнуло удивление — она все еще не понимала, что он сюда не развлекаться пришел.

— М-м, может, сначала посидим, выпьем? — с кокетливой улыбкой спросила Регина, хлопнув ресницами и проведя пальцем по краю бокала.

Сашка одарил ее долгим взглядом, потом наклонился еще ниже, нежным жестом заправил темный локон за ухо и шепнул:

— Если ты сейчас же не оторвешь свою задницу от дивана, твоя кодла будет иметь счастье видеть, как я выгоняю тебя отсюда пинками, Региночка.

После чего выпрямился, полюбовался на ошарашенную физиономию стервы и сделал приглашающий жест. Она отвела взгляд, потом залпом допила коктейль, молча встала и вышла из-за стола. Сашка едва обращал внимание на остальных собравшихся, его интересовала только Регина.

— Хорошая девочка, — вполголоса произнес он и крепко ухватил бывшую подружку за плечо.

— Мне больно, — прошипела она недовольно. — Саша, да что такое…

— Заткнись, — отчеканил он, быстро шагая к выходу. — Сейчас тебе еще не больно, поверь.

Дверь он открыл все-таки не пинком, как хотелось, а рукой, и завернул в подворотню, так удачно расположенную рядом. Уже стемнело, и здесь не стояло ворот, так что Сашка просто отошел в густую тень, позаботился, чтобы их не увидели случайные свидетели, потом развернулся к Регине и без предупреждения ударил. Резко, наотмашь, еще и отрастив когти. Она такого уж точно не ожидала, и поэтому вскрикнула скорее удивленно, чем от боли, хотя смазливое личико прочертили безобразные рваные следы от его когтей. Демоница отлетела на несколько шагов, прижимая к лицу ладонь, сквозь пальцы струилась кровь, казавшаяся черной в густом полумраке.

— Ты охренел? — вырвалось у нее, но больше Регина ничего не успела сказать.

— Где моя невеста? — ровно спросил Саша, небрежно стряхнув с когтей капли. — Куда ты ее дела?

Однако демоница оказалась не настолько понятливой, и услышала только первую часть вопроса. Точнее, одно только слово.

— Н-невеста? — переспросила она и даже поднялась с земли, хлюпнув носом. — Как, невеста?

Ильин шагнул к ней и снова ударил, превращая лицо в кровавое месиво из ошметков кожи и мышц и бесстрастно повторил:

— Где Ада, Регина? Я могу бить долго, знаешь ли, и со вкусом.

Она наконец поняла, что бывший любовник не шутит, пригнулась и зашипела, выставив перед собой скрюченные пальцы, уже больше похожие на когтистые лапы, но Сашка отреагировал быстрее. Всего одно смазанное движение, и он заломил руку Регине за спину, заставив сдавленно застонать, а второй схватил за волосы, оттянув голову назад.

— Где. Она? — раздельно повторил Саша, прижав демоницу к стене и испытывая непреодолимое желание хорошенько приложить ее к шершавым кирпичам.

Регина всхлипнула и сдалась.

— Я н-не знаю, — пробормотала она, шевеля разбитыми губами. — Я просто отдала ее отчиму…

И вот тут Сашка дал волю эмоциям, резко впечатав лицо Регины в стенку и дернув за руку. Раздался характерный хруст и приглушенный вопль.

— Куда он ее увез, сучка? — тем же тоном повторил Ивлев, чувствуя, что еще пара мгновений, и трансформация неизбежна.

«Одежду жалко…» — мелькнула отстраненная мысль, а следом за ней следующая, о том, что голый мужик за рулем внедорожника будет вызывать вопросы и ненужное внимание.

— Да не знаю я, — выкрикнула Регина, окончательно признав поражение. — Я просто довела ее до машины и все, и ушла.

Сашка развернул демоницу к себе, и его пальцы сомкнулись на ее шее, но сказать он ничего не успел — зазвонил телефон. Регина захрипела, царапая его предплечье, но Ивлев, не обращая никакого внимания, достал трубку и ответил.

— Да, Насть?

— Саш, жопонька, — быстро ответила сестра. — Вовка пробил телефон, мы нашли его в урне недалеко от школы Аделины.

— Езжай домой, там папа ждет, и мне нужно полное досье на Олега Бочкина, все, вплоть до недвижимости, явной и тайной. Я скоро буду, — сообщил он и отключился, а потом обратился к Регине. — Если Ада пострадает, тебя ждет поединок чести до смерти, тварь, — бесстрастно сообщил Саша, холодно глядя в обезображенное лицо бывшей любовницы. — И только посмей сбежать из города, под землей найду, поняла?

Поскольку говорить с пережатым горлом ей было явно сложно, она лишь кивнула, после чего Сашка разжал пальцы и сразу отвернулся. Регина кулем свалилась на землю, но ему было все равно, что с ней будет дальше, и как она приведет себя в порядок. В человеческом облике это в разы сложнее, а для оборота у нее сейчас сил точно не хватит. Улыбнувшись едва заметно уголком губ, Сашка вернулся в машину и направился домой, прислушавшись к ощущениям. Ничего не изменилось, Аделина по-прежнему находилась в том же состоянии, и это вселяло надежду, что он успеет вовремя.

По пути к дому родителей Сашка не разбился только благодаря своим способностям, потому что несся на максимальной скорости, нарушая все мыслимые правила. И только нечеловеческая реакция спасала от многочисленных аварий. Так что, доехал Саша очень быстро. Во дворе стоял Настин байк, черно-хромированное чудовище с оскаленным черепом спереди, в котором глаза зажигались красным или зеленым цветом. Под настроение бедовой сестренки. Выходя из машины, Саша мимолетно улыбнулся, в груди потеплело, и стальные когти, сдавившие сердце, чуть ослабли. Еще, стояло авто бабушки Светы, и этому, пожалуй, Ивлев-младший обрадовался больше всего. Она в самом деле могла помочь, как старейший член их семьи. Сделав глубокий вдох, Сашка вошел в дом, где его уже ждал семейный совет почти в полном составе — кроме Ромки.

Едва он переступил порог кухни, как ему навстречу встал Руслан.

— Ну что? — коротко спросил он.

— Она у отчима, — ответил Саша то, что остальные уже наверняка знали со слов Насти. — Я ее чувствую, но слабо. Она где-то далеко, — он поморщился с досадой. — И то ли опоили, то ли вкололи какую-то дрянь.

— Тогда надо торопиться, — Светлана расстелила на столе карту Питера с пригородами.

— Что с недвижимостью этого типа? — уточнил Саша, остановившись у стола.

— Вся под Новгородом, вряд ли он туда повезет Аду, — покачал головой Руслан. — Здесь он мог просто снять что-нибудь под городом, или у кого-нибудь из своих приятелей, да мало ли способов. Этот ублюдок достаточно давно в Питере, чтобы обзавестись хорошей лежкой, — в голосе Ивлева-старшего звучало раздражение и досада. — Я поднял всех своих, но, видимо, у дочурки Тараса больше везения, потому она его и нашла так быстро.

— И… — начал было Сашка, стараясь не обращать внимания на болезненно сжавшееся сердце.

— Вы связаны кровью, Ал, поэтому будем искать ритуалом, — сразу поняла бабушка и ответила раньше, чем он озвучил вопрос. — Твоя кровь подскажет, где Аделина.

— Что делать? — кивнул Сашка, закатывая рукава рубашки — он так и не переоделся с деловой встречи, только пиджак снял и повесил на спинку стула.

— Вытяни руку над картой, — скомандовала Светлана, пока остальные отошли от стола, чтобы не мешать — Руслан молча обнял встревоженную Арину, а она пока тоже не говорила ни слова, не вмешиваясь и понимая, что сейчас ничем не поможет.

Мама у него всегда была мудрой и понимающей. Сашка покосился на нее и на несколько мгновений ободряюще улыбнулся, а потом снова сосредоточился на деле. Бабушка тем временем отрастила длинный острый коготь ярко-красного цвета, глянцево блестевший в свете ламп. Ее губы беззвучно зашевелились, и воздух в кухне сгустился, стал плотным и вязким, каждый вдох теперь давался с трудом. Саша вытянул руку, сжав пальцы в кулак и догадываясь, что сейчас будет. Едва слышный шепот бабушки, казалось, вовсе звучит в сознании, проникая в самые дальние уголки, заставляя кровь быстрее бежать по венам.

Острый коготь полоснул по коже, одарив вспышкой боли, длинная царапина тут же набухла темной кровью, и Света, не переставая шептать, перевернула руку Саши над картой, прикрыв глаза и полностью уйдя в себя. А Ивлев-младший с удивлением смотрел, как капли крови не падают на карту, а парят в плотном воздухе, как в вакууме, собираясь в красные, блестящие шарики. Мысли Саши снова свернули к Аделине, и вот тут эмоции взорвались гейзером, обжигающим, как кислота. Он на несколько мгновений задохнулся, а потом все прекратилось, снова апатия и странное оцепенение. Черт, да что этот ублюдок делает с ней? Слепая, жаркая ярость заслонила взор, и на несколько мгновений Сашка перестал видеть окружающую реальность, почти утратив контроль над собой, но словно издалека донесся довольный возглас бабули. Тряхнув головой, он заставил себя вынырнуть из вязкого болота собственных эмоций и вернуться в настоящее.

— Получилось. Одна-ако, — тут же протянула она, и Саша, убрав руку с уже переставшим кровоточить порезом посмотрел на карту.

Глянцевая, красная стрелка указывала на точку на карте посреди леса, на севере, уже за границей города, где-то за Агалатово.

— Далековато, — обронил Руслан, приблизившись к столу.

— Не думаю, — отрывисто бросил Сашка и посмотрел на бабушку. — Я так понимаю, точные координаты получить сложно, да?

— Ты можешь взять карту с собой, — она усмехнулась, пожала плечами и вдруг легко прижала ладонью стрелку к карте.

Прежде, чем Саша успел испугаться, Света убрала ладонь, и… стрелка не превратилась в кровавую кляксу, а стала нарисованной, только слегка шевелила носом, как породистая гончая в ожидании приказа. Рядом хлопнула в ладони Настя и деловито заявила:

— Ну что, Сань, погнали?

Ивлев-младший оглянулся, собрался было ответить, но на несколько мгновений встретился взглядом с сестрой. Она чуть прищурилась и негромко произнесла:

— Даже не думай. Своих не бросаем, Ал.

Он про себя хмыкнул, покачав головой: быстро же Настя приняла Аделину в «свои», однако спорить не стал. Его сестра отличалась нравом, пожалуй, еще более упрямым, чем он сам. Хорошо хоть, бабуля и папа не стали навязываться. Собирать для обычного человека «бригаду карателей» слишком жирно будет для этого больного ублюдка.

— Мы позвоним, — бросил Сашка и поспешил к выходу, прихватив сложенную карту.

Настя молча последовала за ним. Вскоре они выехали — конечно, сумасшедшая сестричка оседлала своего монстра и газанула с места, распугав ревом всех окрестных ворон, пристроившись рядом с машиной Сашки. Хорошо, что КАД отсюда недалеко, и там уж он дал волю своему нетерпению и тревоге, наплевав на камеры и полицию. В конце концов, отвод глаз отлично работал и на технические средства слежения. Кажется, в какой-то момент его внедорожник выпустил закрылки, а стрелка спидометра колебалась хорошо так за двести километров… На время Саша не смотрел, сосредоточившись на дороге, контроле обстановки вокруг и запрещая себе отвлекаться на пробивавшиеся эмоции Аделины. Снова страх, отчаяние, глухое, горькое, от которого сводило рот, и в груди рождалось низкое рычание, а на пальцах вырастали когти. А потом, когда он уже выруливал с КАДа, вспышка злости, и — опять апатия, только ненадолго. Ощутив совершенно неуместное веселье и какой-то неестественный восторг от Ады, Сашка встревожился не на шутку и сильнее вдавил педаль газа, радуясь, что дорога очищена от льда и снега. Стрелка на карте, закрепленной на торпеде, указывала в одно место, и судя по навигатору, расстояние до условной точки, где держали Аделину, сокращалось с фантастической быстротой. Это Сашку только радовало.

Когда с обеих сторон дорогу окружил темный, мрачный лес, Сашка встрепенулся и замер, выпрямившись. Внутри поселилось странное чувство, его словно тянуло куда-то вперед, а стрелка на карте задрожала. Не дав ликованию сбить с толку, Саша сбавил скорость и начал внимательнее смотреть по сторонам, поглядывая и на карту — тоненькая ниточка дороги начиналась от шоссе и терялась где-то в лесу. И в конце ее Ивлева ждала она, его нежная, хрупкая девочка. «Стоп, не отвлекаемся», — напомнил он себе и еще сбросил, чувствуя, что приближается. Поворот показался внезапно, даже не обозначенный знаком, и если бы Саша не знал, что высматривать, точно проскочил мимо.

Подняв снежную пыль, он свернул на лесную дорогу, твердой рукой удержав машину от заноса, и снова надавил на газ. Ухабы и ямы его внедорожник совершенно не пугали, как и довольно извилистая дорога. В зеркало заднего вида Саша отметил, что Настя следует за ним. Удовлетворенно кивнув, Ивлев сосредоточился на ощущениях и понял, что ехать осталось совсем немного. А вот странное состояние Аделины беспокоило все сильнее: смесь все того же нездорового веселья и… возбуждения пугала и злила несказанно. Миновав еще несколько поворотов, Сашка не стал тормозить и на полном ходу снес деревянные ворота, обсыпав снег щепками. Даже не став глушить двигатель, Ивлев выскочил из машины, на ходу стягивая рубашку через голову, небрежно отбросил, и через пару мгновений за ней последовали штаны. Белье снять он не успел, как и обувь, вторая ипостась рвалась на волю, и Сашка наконец не стал сдерживаться, не сводя взгляда с окошка на втором этаже, в котором тускло теплился свет.

Позади ударил по ушам рев мотоцикла и тут же стих, а пару минут спустя рядом с Алларэном бесшумно возникла высокая, гибкая фигура с графитово-серой кожей, длинными прямыми волосами и такими же серебристыми раскосыми глазами. Пальцы демоницы заканчивались острыми когтями, из-под верхней губы сверкали клыки, а хвост с пушистой кисточкой на конце нервно хлестал по мускулистым ногам. Из ее горла вырвался низкий рык, рядом отозвался Алларэн.

— Забер-ри Аду, — глухо произнес он, пинком раскрыв дверь. — Я р-разбер-русь с этим ублюдком.

Его сестра молча кивнула, темной тенью скользнув следом в дом. Едва они появились, как с лестницы раздался недовольный, раздраженный голос:

— Что вообще происходит? Какой придурок мне ворота разбил?..

Бочкин спустился, сжимая в руке банку с пивом, в небрежно запахнутом халате, однако при виде нежданных гостей досада на его лице сменилась откровенным ужасом. Он замер на последней ступеньке, выронив банку, и она ударилась об пол, с шипением выпустив из себя пенный напиток. Из горла Олега вырвалось сипение, как из пробитого шланга, а когда Алларэн с предвкушением улыбнулся, медленно процарапав на стене глубокие отметины когтями, по-бабьи взвизгнул и кулем осел на ступеньку.

— Ас-си, Лина, — напомнил Ал и плавно скользнул вперед.

Ассаэна, не обращая ни малейшего внимания на хозяина дома, одним большим прыжком преодолела расстояние до лестницы, а вторым — до площадки второго этажа, прямо через Бочкина, и скрылась в густой тени. Ал же, небрежно стряхнув стружку с когтей, с предвкушением посмотрел на белого, как сметана, Олега.

— Я ж тебя на ремни пор-режу, твар-рь, — ласково прорычал Алларэн и, не дожидаясь ответа, наотмашь ударил похитителя.

ГЛАВА 19

Я смотрела, как чужая ладонь ползет по моей ноге к коленке, и тихо хихикала, испытывая непонятную эйфорию и восторг от прикосновения. И хотя еще несколько мгновений назад паника готова была накрыть с головой, сейчас мне не хотелось ни отстраниться, ни просто отдернуть ногу для начала. Где-то там, на самом дне души, какая-то часть меня отчаянно пыталась достучаться до сознания, но, видимо, та дрянь, что вколол Олег, слишком уж забористой вышла.

— Как я соскучился по моей вредной девочке, — пробормотал мой похититель, облизнув губы, отпил из банки и поставил ее на тумбочку. — Но сначала накажу тебя, моя принцесса, — он с предвкушением ухмыльнулся.

Ощущая себя легкой, как воздушный шарик, я утомленно прикрыла глаза — комната начала медленно вращаться перед глазами, и стало жарко, одежда причиняла неудобство. Олег же придвинулся ближе, наклонился надо мной и практически обнял, жарко сопя в ухо и начав развязывать запястья. Я поежилась и попыталась отстраниться, снова хихикнув.

— Щекотно, — зачем-то пояснила свою реакцию, пока Олег возился с веревками.

А он вдруг прижался ртом к моей шее, и неожиданно прикосновение мокрого, шершавого языка вызвало смутную неприязнь. Нет, мне не нравился этот поцелуй, и вообще, мне нравилось, когда меня целовал другой мужчина… Другой. Мужчина. В затуманенное сознание настойчиво стучалась какая-то мысль, но действие наркотика было слишком сильным. Тело все так же оставалось безвольным, и даже когда мои руки оказались наконец свободными — только запястья немного саднило, — я не попыталась вырваться. Только отодвинуться: чужие губы продолжали елозить по моей шее, спустившись почти до ключицы, и кожа покрылась мурашками.

И Олег отстранился, к моей вялой радости, только вот радовалась я недолго. Потому что мои руки теперь принялись привязывать к спинке, благо деревянные столбики отлично приспособлены к этому. Я издала смешок, наблюдая за Олегом, потом подергала разведенные и зафиксированные руки, поерзала, чувствуя себя не слишком уверенно.

— А зачем это? — простодушно спросила, мысли путались и никак не хотели складываться в связные предложения.

— Чтобы ты не мешала мне развлекаться, моя принцесса, — вкрадчиво заявил Олег, и его ладони накрыли грудь прямо поверх трикотажного платья.

А потом медленно заскользили вниз, вдоль тела по бедрам, и стремительным движением задрали ткань до самого верха. Стало совсем не по себе, происходящее все-таки мне не нравилось, хотя жар из тела так и не уходил.

— Н-не надо, — пробормотала я, пытаясь разогнать противный туман в голове, однако получалось откровенно плохо.

— Надо, девочка моя, на-адо, — протянул Олег и стянул тонкое кружево, с вожделением уставившись на мою обнаженную грудь.

Только вот сделать ничего не успел, потому что с улицы вдруг послышался ужасный шум и треск, рев мотоцикла. Отчим встрепенулся, замер, нахмурившись, и нервно схватил банку, отхлебнув из нее.

— Что за хрень? — выпалил он и выпрямился. — Здесь никого не может быть, кого еще принесло? — потом посмотрел на меня, все-таки погладил покрывшееся мурашками полушарие и раздраженно выдохнул. — Пойду, проверю, Лизонька.

Совершенно неожиданно для себя я дернулась и огрызнулась:

— Я не Лиза.

— Мы это позже обсудим, — Олег поднялся, улыбка стала неприятной. — Зачем ты взяла себе это отвратительное имя, принцесса моя.

После чего вышел, а я осталась одна, полураздетая, привязанная, и с непередаваемым коктейлем эмоций в крови. Проснувшиеся страх и отвращение мешались со странным возбуждением и нездоровой радостью, а в голове вдруг настойчиво всплыла мысль: Саша пришел за мной. Нашел. И, кажется, кому-то сейчас будет очень плохо. Странно, но размышления о мертвом Олеге не вызывали ничего кроме мстительного удовлетворения, а непослушное до недавнего времени тело начало трясти мелкой, противной дрожью. Во рту появился мерзкий привкус, и к горлу подкатил горький ком. Я сильно прикусила губу и зажмурилась до разноцветных кругов перед глазами, плохо соображая, где нахожусь и что происходит. А потом дверь в комнату, где я находилась, кто-то вышиб сильным пинком из коридора.

Ух, ты-ы… Я сразу поняла, что это Настя, а не глюки, навеянные гадостью в крови, однако не испугалась. Наверное, в своем нынешнем состоянии я бы даже настоящего демона с рогами, копытами и пастью, полной огня, не испугалась…

— На-асть, это ты, да? — хихикнула, разглядывая ее глянцево-черную кожу, отмечая, как красиво смотрятся серебристые разводы на ней, а потом увидела хвост с трогательной кисточкой. — Ой, у тебя хвост? — восторженно воскликнула я и, позабыв о привязанных руках, подалась вперед, тут же зашипев от боли.

— Я, я, — буркнула демоница и плавными, текучими шагами подошла к кровати.

Выражения взгляда было не разобрать, но почему-то казалось, настроение у нее не слишком хорошее.

— И да, у меня хвост, — тем же тоном добавила Настя, наклонившись и двумя точными движениями разрезав веревки.

Она поправила на мне одежду, а потом ухватила за подбородок, не давая отвернуться.

— Ну-ка, посмотри на меня, — потребовала Настя, и я послушно заглянула в ртутные озера ее глаз.

Несколько долгих мгновений она смотрела, потом нахмурилась и поджала губы так, что аж показались кончики белоснежных клыков.

— Что он тебе давал? — отрывисто спросила Настя.

— Ничего, только вколол что-то, — послушно ответила я и поспешно прикрыла глаза: комната вдруг резко поплыла, и снова к горлу подкатил горький ком.

Снизу послышался глухой шум, будто швыряли что-то большое и тяжелое, но больше никаких звуков, и я пробормотала, прислонившись к шершавому плечу демоницы:

— А Саша здесь?..

— Так, пойдем-ка отсюда, — решительно заявила моя спасительница, потом аккуратно завернула в покрывало так, что я стала похожа на толстую гусеницу и строго добавила. — Сиди тут.

Противоречивые какие-то просьбы… Однако Настя всего лишь шагнула к стене с окошком, одним ударом вышибла раму и еще несколькими расширила проем — только щепки полетели. После чего вернулась ко мне, схватила в охапку и… просто спрыгнула со второго этажа прямо во двор, в снег. Я только успела испуганно вздохнуть, даже туман в голове немного разошелся, и сердце укатилось в пятки.

— А п-почему не через дверь? — выговорила я непослушными губами, прижавшись к Насте.

— Потому что там Ал, — она выразительно посмотрела на меня. — И твой отчим.

Моему затуманенному дрянью сознанию хватило сообразительности, чтобы понять, что это может означать, и к чему был тот шум, что я услышала. Ой. Сашка же, наверное, очень злой… Прерывисто вздохнув, я прикрыла глаза и прислонилась к плечу Насти, пока она несла меня к машине Саши. Через несколько мгновений я уже полулежала на заднем сиденье внедорожника, чувствуя себя потихоньку все хуже. Странная эйфория отпускала, и по всей видимости, дальше ждал откат. И судя по ощущениям, очень неприятный… Настя бросила на меня только один взгляд, тихо выругалась и выпрямилась, поспешив к дому. Я проводила ее глазами, а потом прикрыла ресницы и прислонилась к сиденью, делая глубокие вдохи. Надеюсь, не укачает по дороге, а то как-то подозрительно себя желудок вел… И вообще…

Словно сквозь вату я услышала голоса, и один из них — такой родной, знакомый, любимый. Я встрепенулась, разлепила тяжелые веки и вытянула шею, пытаясь разглядеть во дворе Настю и Сашу. Вроде, они уже вполне людьми выглядели, только без одежды, и мой мужчина небрежно стряхивал что-то с рук… Не буду думать, что именно, и вообще, начала болеть голова. Я коротко вздохнула, облизнув сухие губы, и попыталась устроиться поудобнее в своем коконе из покрывала, натянув его до подбородка: начало знобить, я никак не могла согреться.

Спустя пару минут дверь открылась, и послышался встревоженный голос Саши:

— Малыш? Ты как? До больницы дотерпишь?

— Наверное, — пробормотала я, соскальзывая в жаркую темноту.

Спрашивать, что случилось с Олегом, благоразумно не стала. Неинтересно мне, если честно, и я помнила, что сказала Арина о своем муже. «За меня Рус порвет любого». Уверена, сына он воспитал так же, а значит, не о чем беспокоиться. Теплая ладонь провела по щеке, заботливо убрала упавшую на лоб прядь, и мягкие губы коснулись моего лба.

— Сейчас поедем, — шепнул Сашка, и я даже смогла улыбнуться, не открывая глаз.

А потом, едва слышно произнесла:

— Я тебя люблю…

Может, не самое подходящее время, конечно, но мне очень хотелось сказать это именно сейчас. Сашка снова погладил по щеке и ответил:

— Я тоже, Адочка. Подождешь еще пару минут, хорошо? — одновременно с беспокойством и заботой добавил мой мужчина.

— Ага… — пробормотала, уже почти в полузабытье.

Я почувствовала, что осталась одна в машине, и тут же завозилось любопытство, и даже нашлись силы приоткрыть глаза и кое-как выпрямиться, чтобы посмотреть, что происходило во дворе. А там разворачивалось очень интересное действо: Сашка опять щеголял сложенными крыльями и когтями, а еще, он подкидывал в ладони сгусток багрово-оранжевого огня, скорее даже плазмы. И эта плазма полетела прямо на крышу дома, вспыхнув, едва коснулась досок, и стекая жидким огнем, охватывавшим постепенно и стены. Красиво, однако… Особенно темная фигура демона на фоне разгорающегося пожара, неторопливо шагавшая к машине и постепенно менявшая очертания — Сашка возвращался в человеческий облик. Залюбовалась бы, если бы не было так хреново, честное слово. Я прикрыла глаза, пережидая очередной приступ дурноты, и за это время мой демон успел одеться и сесть в машину.

— Малыш, скоро тебе полегче будет, потерпи немного, заверил Сашка, выруливая со двора.

— А… пожар… Лес же кругом… — попыталась я выразить свои опасения.

— Нет, сгорит только дом, — послышался невозмутимый ответ.

Я облегченно вздохнула и погрузилась в зыбкое состояние на границе сна и яви, жаркое, горячечное и явно нездоровое. Меня то знобило, то трясло от лихорадки так, что зубы стучали, мышцы начало ломить, и общее состояние напоминало, будто меня свалил могучий вирус гриппа. Самым краем сознания отметила, что ехали мы очень быстро, но вялая мысль проплыла в голове и утонула в вязкой субстанции, в которую временно превратился мой мозг. Ох… Я старалась лишний раз не шевелиться, свернувшись на сиденье калачиком и сосредоточившись на размеренных вдохах, и когда машина остановилась, не сразу поняла, что мы приехали. Если честно, мне сейчас вообще ни до чего, и я была близка к тому, чтобы потерять сознание. Да что за коктейль вколол мне Олег? И не будет ли последствий?..

Сильные руки вытащили, бережно обняли и куда-то понесли. Не открывая глаз, я прислонилась к надежному плечу, словно издалека слыша голос Саши, но не различая слов. Наверное, мы приехали в больницу, поняла через некоторое время, услышав еще один голос, только незнакомый.

— …Да, ваша бабушка звонила, Александр, я в курсе. Несите ее сюда…

Вот выпутываться из теплого покрывала не хотелось, потому как снова охватил противный озноб, но мое слабое сопротивление легко преодолели, конечно. Дальше помню смутно и отрывками. Кажется, меня раздели и уложили на кушетку, потом в руку что-то укололо, и я даже поморщилась — наверное, анализы брали. После я все-таки отключилась, или мне помогли уйти в спасительное беспамятство…

Сашка смотрел на спокойное, расслабленное лицо спавшей Аделины, и не мог до конца поверить, что — все закончилось, и его девочке больше ничего не угрожает.

— С ней все в порядке будет? — вполголоса спросил он стоявшего рядом доктора.

— Да, не беспокойтесь, вы очень вовремя успели, — кивнул высокий, статный мужчина с почти лысой головой. — Девушка вполне здорова, мы почистили организм от той дряни, что в нее вкачали.

— Вот и отлично, — вздохнул с облегчением Сашка, чувствуя, как расслабляются напряженные, ноющие плечи. — Когда ее можно забрать?

— До утра я бы рекомендовал дать ей отдохнуть, — доктор помолчал, покосился на Ивлева, и уголок его рта приподнялся, демонстрируя усмешку. — У меня еще одна новость, Александр, уж не знаю, насколько она вас удивит.

— Что такое? — тут же насторожился Сашка, сердце пропустило несколько ударов.

— Да не нервничайте так, новость хорошая, — хмыкнул доктор. — Беременная ваша девочка. Немного совсем, пара недель от силы, но анализы подтвердились.

Сашка застыл, хлопая глазами и чувствуя себя… странно. Нет, ну понятно, что рано или поздно сие событие должно было случиться, учитывая, что никаких усилий, чтобы его предотвратить, они с Адой не предпринимали… Но так скоро? Хотя, мама же рассказывала, что они с Настей тоже получились быстро — кровь демона и Изначального дали о себе знать. Сашка посмотрел на Аду, и внутри поднялась такая волна нежности, что аж голова закружилась. У них будет ребенок. У него будет ребенок, от любимой женщины. Его женщины, единственной и самой желанной. Черт… Доктор рядом мягко рассмеялся, заметив ошарашенное выражение на лице будущего отца.

— Ну а чему вы удивляетесь, дорогой мой? С вашей-то наследственностью, и уверен, желанием крепче привязать к себе девушку, — он хитро прищурился, пока Сашка сражался с эмоциями.

Привязать… Да, пожалуй, где-то совсем глубоко в душе, в самом дальнем ее уголке тлели предательские угольки сомнения. Это противное «А вдруг…». Ивлев не давал ему воли, твердой рукой загоняя глубже и повторяя себе раз за разом, что Аделина ему верит и не бросит, иначе не приняла бы его таким, какой есть. Может, в чем-то доктор и прав: что привяжет женщину сильнее, чем ребенок? «Но ведь Ада сама согласилась, — напомнил он себе в который раз. — Мы же с ней обсуждали этот вопрос». И только сегодня, когда она сама призналась ему, пусть и немного не в такой обстановке, как он мечтал, Сашка окончательно поверил, что и демон может быть счастлив в любви.

— Спасибо, — тихо ответил он, и его лицо осветилось умиротворенной, счастливой улыбкой. — А эта дрянь не навредила ей? — тут же встревоженно переспросил Ивлев.

— Не волнуйтесь, я же сказал, вы успели вовремя, — заверил врач. — Ей просто нужен покой несколько дней, и положительные эмоции. Я дам витамины, пусть попьет пару недель, и телефон гинеколога, как окончательно поправится, отвезите ее к нему.

На этом они распрощались, и Сашка вернулся в палату, присел на край кровати, вглядываясь в немного бледное лицо Аделины. Затаив дыхание, перевел взгляд на ее живот и не удержался, осторожно положил ладонь, прислушиваясь к ощущениям. Конечно, еще ничего не чувствовалось, только анализы в их клинике могли что-то подтвердить, но Сашка не сомневался, скоро и ощущения появятся. Заставив себя отойти и сесть в кресло, он откинулся на спинку и снова мечтательно улыбнулся, не сводя глаз с Ады. Его нежная, любимая девочка. Очень хотелось сгрести в охапку, посадить на колени и зацеловать до тумана в ее глубоких глазах, но Сашка сдержался. Интересно, как она отреагирует на новость, когда придет в себя? А остальные?..

Ивлев хмыкнул и потянулся. Ну, родители точно будут счастливы, как и бабушки. Да и Настюха обрадуется племяннику, и Ромку ждет сюрприз по возвращении. Сашка сам не заметил, как задремал, погрузившись в радужные размышления о новых обоях в будущую детскую, кроватке и прочих милых радостях…

Когда сознание соизволило вернуться в реальность, чувствовала я себя не в пример лучше. Мышцы не ломило, не трясло в ознобе, и голова оставалась ясной, наконец-то. Только вот ужасающая слабость не позволяла даже пальцем пошевелить, не говоря уже о каких-то более сложных движениях. Однако глаза открыть я смогла, и обвела чистую, светлую палату, где лежала. Удобная кровать, таинственно перемигивавшиеся огоньки на сложном приборе, тумбочка и свежие цветы в вазе, капельница с уходившей к игле в моей вене трубкой. А рядом в кресле, дремал Сашка, и мои губы тут же разъехались в радостной улыбке. Любимый. Родной. Мой демон.

Почувствовав, что я очнулась, Саша встрепенулся и открыл глаза, и наши взгляды встретились. Он тут же пересел на край кровати, осторожно взял мою руку, погладив пальцы. Резкие морщины прочертили его лицо, прибавив пару лет, и в груди кольнуло сочувствие. Бедный, переживал, волновался…

— Ты как, малыш? — тихо спросил Сашка, вглядываясь в мое лицо.

— Лучше, чем было, однозначно, — успокоила я его, ответив чистую правду. — Что доктор говорит, эта дрянь не будет иметь последствий? — я чуть нахмурилась, надеясь, что не стану наркоманкой с легкой руки ублюдка Бочкина.

— Нет-нет, все в порядке, тебя полностью очистили, — заверил Саша и погладил кончиками пальцев теперь уже мою щеку, чуть наклонившись вперед. — В нашем медцентре технологии гораздо лучше, чем в обычных больницах, — усмехнулся он. — Так что, никаких побочных эффектов, Лина, железно. Только тебе придется до утра здесь остаться, а потом поедем домой, — он немного виновато посмотрел на меня, и я только сейчас обратила внимание, что за окном темно, и, наверное, глубокая ночь.

— Хорошо, — кротко согласилась я. — Только как же ты тогда?..

— Это кресло вполне удобное, — Сашка широко ухмыльнулся и подмигнул. — И я не так уж устал, поверь. Есть не хочешь? — тут же заботливо спросил он. — Бабуля заглядывала, оставила фруктов и йогурты, доктор сказал, их можно и даже нужно, пока организм сил набирается.

Я добросовестно прислушалась к себе и решила, что пока не хочу есть, несмотря на то, что последний раз это эпохальное событие случилось давно. Ничего, потом наверстаю.

— Утром, наверное, — покачала головой, не отрывая взгляда от Саши. — Сейчас нет.

— Ну ладно, — он помолчал, его лицо стало задумчивым, и я невольно насторожилась.

— Что-то не так? — осторожно спросила, и сердце тревожно дернулось.

— Все так, — негромко отозвался Саша все с тем же задумчивым видом. — Просто у меня еще одна новость, малыш, и я не знаю, как ты ее примешь, — невероятно, но, кажется, мой мужчина выглядел смущенным.

Я подняла брови и ехидно сказала:

— И что за новость? Ты успел изменить мне между делом, для поднятия боевого духа, с какой-нибудь девственницей?

Саша укоризненно посмотрел на меня и покачал головой, а потом и вовсе взял мою ладонь и снова погладил, сосредоточенно ее рассматривая.

— Доктор сказал, у нас будет ребенок, — выдохнув, быстро проговорил мой демон.

Признаться, я растерялась от такого сообщения и не нашла ничего лучшего, чем тихо пискнуть:

— К-как?..

Темная бровь выгнулась, в серых глазах мелькнули веселые искорки.

— М-м-м, милая, тебе объяснить, как получаются дети? — вкрадчиво произнес Сашка, а потом вдруг посерьезнел и одарил пристальным, тяжелым взглядом. — Или ты передумала?..

Ох, господи, вот дурной мужчина, а. Сглотнув, помотала головой, отодвинув ворох эмоций, и ответила, сжав его ладонь.

— Да ну что ты, Саш. Просто… неожиданно, — призналась и робко улыбнулась. — Я не думала, что так быстро… — тут я смутилась окончательно и отвернулась, чувствуя, как пылает все лицо.

Сашка же мягко рассмеялся, наклонился и обнял, бережно прижав к себе и покачивая.

— Я же предупреждал, — шепнул он на ухо ласково, погладив по голове. — Первый раз, он всегда такой…

Прерывисто вздохнув, я затихла, прикрыв глаза и наслаждаясь его близостью. Да так и задремала на Сашкином плече, и только смутно ощутила, как он аккуратно уложил меня обратно и накрыл до подбородка одеялом. Свернувшись калачиком, я снова уснула, теперь здоровым, крепким сном, и последнее, что отметил мой засыпающий мозг — это лежащую на животе ладонь. Я стану мамой… Ох.

Утром меня отпустили. После завершения всех формальностей я переоделась в нормальную одежду, которую привезла Настя, и вышла из больницы. Встречало нас все семейство Ивлевых к моему замешательству, и даже Майя с Вовкой скромно стояли в сторонке. И держались за руки, как я заметила и тут же умилилась этой картине. На лице подружки оставалось скучающее выражение, но я обратила внимание, как она покусывает губу — Майя так делала, когда волновалась или нервничала. А Вовка так и вовсе не скрывал довольной улыбки, с видом победителя поглядывая на спутницу. Забавная однако получилась парочка, что ни говори.

Едва мы с Сашкой появились на крыльце, как первой к нам подбежала Настя, крепко обняла и шепнула:

— Я рада, что ты в порядке.

Потом были Арина, Светлана — последняя как-то уж больно хитро посмотрела на меня, еще и лукаво подмигнула, вот уверена, она знала про беременность. Мой демон уже успел поделиться ценной информацией, что демоницы это дело чувствуют гораздо раньше мужчин, а Света обнимала ничуть не символически. Последней подошла Майя, вгляделась в лицо и сказала:

— Хорошо, что с тобой все хорошо, Аделька. Смотрю, как с Сашей познакомилась, жизнь у тебя насыщенная до предела, — хмыкнула она, и я поняла, что Вовка ей подробностей не рассказывал.

— Зато весело, — я подмигнула ей. — Сама-то как?

— Как видишь, — вздохнула она и кивнула назад, на своего спутника.

— А приезжайте на выходных, мы как раз пообщаемся на эту тему, — предложила я, ничуть не сомневаясь, что Санька будет только за.

— Ладно, созвонимся, иди к будущим родственникам, — ухмыльнулась Майя.

Мы расселись по машинам — Настя села к нам, в кои-то веки приехав к больнице не на своих колесах, а с родителями, и мы отправились домой. Ну, то есть, конечно не совсем домой, сначала к Руслану и Арине. Сашка уже решил вопрос с моим отсутствием в универе, умница моя, и хорошо, что мне сегодня не надо на работу. Думаю, наверное, я и завтра отпрошусь, все равно в субботу дел почти никаких нет, и консультаций тоже.

— Ну, как ты? — Настя обернулась ко мне, пока Саня выруливал со стоянки.

— Хорошо, спасибо, — улыбнулась ей, а дальше все испортил мой вредный демон.

— Можешь привыкать к мысли, что скоро станешь тетей, — выдал Сашка, весело ухмыльнувшись.

Глаза Насти стали большими и круглыми, на лице отразилось изумление. Она уставилась на мой живот, пока без малейших признаков деликатного положения, потом недоверчиво покачала головой.

— Да ладно? — протянула демоница, потом прищурилась, пошевелила бровями и посмотрела на Сашку. — Ну, силен, братец, мужик, молодец, — Настя хлопнула его по плечу и тут же категорично заявила. — Так, буду приезжать только поиграться, никаких посидеть и поменять памперс. Я, слава богу, по вашим стопам еще долго не собираюсь идти.

Я хихикнула на ее слова и заверила:

— С памперсами мы сами справимся, не переживай, а посидеть, думаю, найдется, кому, если надо. Так что, просто приезжай в гости.

— Ты родителям сказал? — уточнила Настя с коварной улыбкой.

— Нет, — невозмутимо ответил Сашка. — Думаю, такую новость стоит преподносить не на пороге больницы.

— Мне кажется, твоя бабуля догадалась, — тихо сообщила я, обхватив себя руками.

— Ну она-то точно не будет без нас озвучивать, — уверенно сказал мой демон. — Так что, сейчас доедем и все обсудим.

После был шумный обед, который готовили без меня, Арина категорично заявила, что врач прописал мне отдых, и отправила на диван в гостиной. Порывавшегося помочь Сашку отправили туда же, и в общем, никто из нас не обиделся. Я уютно устроилась в его объятиях, Настя и Руслан сидели с нами, поскольку сестра Сашки наотрез отказалась стоять у плиты, сообщив, что она и у себя дома не готовит. Потом мы сели за стол, и когда я увидела, что около моей тарелки стоит графин с соком, тогда как остальным Руслан разливал вино, поняла, что остальные или догадывались, или попросту Арина позвонила доктору и узнала. Однако, когда Сашка взял слово и сообщил новость, рады были все, и поздравляли вполне искренне и от души. Светлана же, усмехнувшись, покачала головой и вроде как небрежно обронила:

— Не, внучок, до папы не дотянул. Они сразу вас с Настюхой сделали, а у тебя пацан будет, как и полагается.

— Ничего, в следующий раз постараемся лучше, — невозмутимо ответил Сашка, обняв пунцовую меня и прижав к плечу, чмокнул в макушку. — А вообще, предлагаю продолжить обед. Кому-то надо питаться теперь хорошо и регулярно, — и окончательно смутившейся мне адресовали ну очень выразительный взгляд.

Хотя я была очень рада всех видеть, долго засиживаться мы не стали, договорившись со Светланой, Ариной и Настей, что в воскресенье целиком посвятим приятному делу шоппинга. Потому как к свадьбе прибавилось и еще одно приятное событие, и стоило подумать о детской в одной из комнат… Ну а в завершение этих насыщенных суток выдался совершенно спокойный, уютный вечер вдвоем, у камина. Мы смотрели фильм и даже не разговаривали, просто наслаждаясь близостью друг друга, ровным стуком сердец и дыханием. Я прижималась к Сашке, он обнимал одной рукой, а пальцы другой переплел с моими. С губ не сходила счастливая улыбка, и я даже не особо вникала в сюжет фильма, и в груди нет-нет, да замирало от ощущения чуда, ворвавшегося в мою жизнь со стремительностью кометы. Кто бы мог подумать, что влюблюсь в демона, да еще и замуж за него выйду. И забеременею, ага. Диплом с пузом сдавать придется…

— Ох, знаешь, я порой сам себе завидую и не верю, что все это правда, — неожиданно тихо заговорил Сашка, прижав меня крепче и коснувшись губами макушки. — Я до последнего боялся, что ты испугаешься…

Я хмыкнула и поудобнее устроилась у него под боком, положив ладонь на грудь.

— Ну, ты же мне ничего плохого не сделал, чего бояться? — пробормотала, сдержав зевок. — Непривычно, да, и, наверное, другая бы испугалась, — я помолчала, вспоминая свои ощущения и эмоции, потом хихикнула. — Но знаешь, ты оказался вполне симпатичным чудовищем, во всех смыслах, — подняла голову и встретилась с Сашкой взглядом. — А еще, я знаю, что ты всегда защитишь меня, — тише добавила, погладив кончиками пальцев слегка колючую щеку. — И это самое главное.

Он шумно выдохнул и прижался к моим губам в долгом, нежном поцелуе, и на некоторое время я выпала из реальности, утонув в золотистой неге, окутавшей сознание. Чуть позже мы переместились в спальню, только вот меня заботливо укутали в одеяло, вытянулись рядом и строго наказали:

— Доктор сказал отдыхать, значит, отдыхать. Все развлечения позже, когда придешь в себя окончательно.

Я вздохнула, не скрывая разочарования, и устроилась на ужасно удобном плече моего демона, не удержавшись от беззлобного ворчания:

— Возьму и обижусь, между прочим. Я, может, соскучилась.

— Малыш, я тоже, но у нас куча времени впереди, — мягким шепотом ответил Сашка, погладив по спине. — А твое здоровье для меня важнее, Ада.

Какой же заботливый, мой любимый демон. И это здорово. На этой мысли я плавно соскользнула в сон, и с моих губ не сходила все та же счастливая улыбка.

ЭПИЛОГ

В воздухе упоительно пахло свежей зеленью и весной. Апрель в этом году выдался на удивление теплым и солнечным, и природа ударилась в рост, одев деревья нежным зеленым пухом. А здесь, за городом, уже и цветы на клумбах распустились, и в воздухе плыл сизый дымок от повсеместно готовившихся шашлыков. Хорошо все-таки иметь свой дом. За три месяца я успела оценить все прелести, и хотя порой приходилось брать такси — я только осваивала машину, права еще предстояло получать, — это такая мелочь по сравнению с остальными плюсами. А еще, у нас постоянно бывали гости: то Настя, то Майя с Вовкой, то Арина заедет, благо они жили недалеко. Так что, скучно уж точно не было.

Сегодня для меня — особенный день. Наверное, как и для любой девушки ее собственная свадьба. Учитывая мое деликатное положение и дружное неприятие остальными помпезных мероприятий, мы сделали уютное, камерное, почти семейное торжество. Вместо ресторана организовали посиделки в доме Арины и Руслана на свежем воздухе, что меня полностью устраивало. Сначала, конечно, загс и прогулка, куда же без них, ну а после обеда отправились праздновать. Приехала моя мама, мы помирились некоторое время назад — я написала первая, притворившись, что не знаю, куда исчез Олег. Так что, сегодняшний день вызывал только положительные эмоции, хотя я и так получала их регулярно и в больших количествах.

А сейчас Сашка нес меня к нашему дому, немного усталую, но счастливую. Обвив руками его шею, я прислонилась лбом к виску, наслаждаясь тихим ощущением счастья. Беременность протекала легко, не причиняя каких-то неудобств, только есть я стала больше, и, хм, сексуальные аппетиты возросли, к нашей общей радости. Слава богу, Сашка оказался не из тех пугливых мужчин, которых положение любимой женщины превращает в заботливых сверх меры наседок. Арина поделилась со мной между нами, девочками, как забавно вел себя Руслан поначалу, и я порадовалась, что мой любимый демон в этом смысле не пошел по стопам отца.

Мы поднялись по крыльцу, и Сашка на несколько минут поставил меня на землю, чтобы открыть дверь, а потом снова легко подхватил на руки. Шумно выдохнул, переступив порог, и повернув голову, пробормотал мне в губы:

— Добро пожаловать домой, жена.

— Спасибо, муж, — мурлыкнула я и прижалась к его губам, шаловливо прикусив нижнюю.

Да, люблю дразнить моего демона, очень. Мне нравится, как он моментально реагирует на мои даже вполне невинные заигрывания. А сейчас я еще и очень хочу его… И судя по всему, наши желания полностью совпадают, потому как муж перехватил инициативу, и поцелуй перестал быть игривым и ласковым. Жадный, жаркий, властный — я потерялась в ворохе ощущений, с восторгом отвечая, позволяя его языку вновь и вновь завоевывать мой рот. Как он не споткнулся на лестнице, не представляю, лично я окончательно потеряла связь с реальностью и даже не поняла, как мы оказались наверху, у двери нашей спальни.

Не отрываясь от моих губ, Саша пинком распахнул ее и внес меня, потом аккуратно опустил на пол, и его горячие ладони скользнули по спине, а пальцы провели по ряду жемчужных пуговичек до самого выреза. Я выгнулась, сдернув пиджак с его плеч и небрежно отбросив в сторону, страсть вспыхнула огнем и потекла по венам жидкой лавой. В последнее время мне мало нежности, хотелось именно такой страсти, обжигающей и сносящей все на своем пути. Ох, что же ты со мной делаешь, любимый мой демон… А вредный Сашка, между тем, прервал наш сумасшедший поцелуй, развернул меня спиной, и принялся мучительно медленно расстегивать пуговички, оставляя горячие поцелуи на постепенно обнажавшейся коже. Ох… Я тихо всхлипнула, прикусив губу и сжав пальцы, тело задрожало от предвкушения. Жаркая истома облила от шеи до пяток и вернулась в низ живота, растеклась там густой патокой, заставив мышцы сжаться в нетерпении.

— Моя девочка… Любимая… Жена… — тихий шепот Саши после каждого поцелуя заставлял натянутые до предела нервы вибрировать от восторга, и дыхание сбилось, когда его пальцы аккуратно отвели тонкое кремовое кружево платья, а язык пощекотал ямочки на пояснице.

Я чудом удержалась на ногах, чувствуя, как горячие ладони медленно скользят по телу, лаская каждый изгиб, поднимаются вверх, мимолетно огладив грудь, и уверенно стягивают ткань с плеч, освобождая меня от наряда. Фасон, кстати, не подразумевал ничего из белья кроме трусиков и чулок, потому как слишком плотно облегал верх, а из-под груди расходился мягкими складками, обрисовывая уже вполне оформившийся животик. Кружево невесомо опустилось к ногам, окутав их облаком, и Саша прижался к моей спине, нежно обхватив полушария, ставшие в последнее время весьма чувствительными.

— Весь день мечтал это сделать, — жарко выдохнул он на ухо и слегка прикусил мочку, вырвав у меня судорожный вздох. — Малыш, ты сводишь меня с ума…

Губы раздвинулись в довольной улыбке, из груди вырвался тихий смех, и я прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновениями. Вот пальцы неторопливо обвели ареолы, не прикасаясь к напряженным вершинкам, аккуратно помассировали упругие холмики. Я чуть подалась назад, прижавшись попкой к красноречивой выпуклости, провокационно потерлась и закинула назад руку, чуть повернувшись. Сашка глухо рыкнул и снова закрыл рот поцелуем, не менее жарким, чем предыдущий, а подушечки сжали твердые горошины, послав разряд наслаждения, приправленного легкой болью, до самой глубины моего существа. Тело отозвалось дрожью, между ног все ныло и тяжело пульсировало, и трусики стали неудобными и мокрыми.

Поцелуй продолжался, яростный и одновременно нежный, бесконечно долгий, пряный, вкусный. Щедро приправленный нашей страстью и любовью, а пальцы Саши между тем уже спустились на животик, огладили и последовали дальше, к самому низу. Провели по кружеву, настойчиво надавили на бедро, и я послушно отвела ногу, покусывая его губы и игриво зализывая, провоцируя дальше. В ответ мой демон с силой прижал пальцы прямо поверх белья, и я глухо охнула, теперь подавшись вперед, навстречу откровенной ласке и желая большего. Бесстыдно потерлась, безмолвно намекая на продолжение, и поставила ногу на край кровати, открывая простор для действия. Пальцы другой продолжали играться с грудью, отчего я задыхалась от всплесков ощущений, терялась в них и хотела еще и еще…

Саша прервал поцелуй, хрипло рассмеявшись мне в губы, и я с восторгом почувствовала, как он отвел кружево внизу, коснулся нежных складок.

— М-м-м, как у нас тут все хорошо… — вкрадчиво прошептал муж, глядя в глаза, и мягко раздвинул, проникнув в самую сердцевинку, медленно обвел горевший огнем бугорок, не дотрагиваясь.

Я тихо застонала, зажмурившись и стиснув пряди волос на его затылке, и выговорила задыхающимся голосом:

— Х-хочу… тебя… Люби-имый… — последнее слово перешло в еще один длинный стон — палец Саши уверенно исследовал нежную плоть, скользкую от влаги, ненадолго проник в упругую глубину и тут же вышел, оставив мне лишь гложущее чувство пустоты.

Беспомощно хныкнув, я заерзала в попытке вернуть чудесные ощущения, уже не контролируя себя и полностью отдавшись эмоциям. Саша же многообещающе улыбнулся, и… рука снизу пропала. Однако я не успела возмутиться, раздался тихий треск и одновременно супруг пробормотал, гипнотизируя пристальным взглядом с тлевшими багровыми огоньками в зрачках:

— Это на тебе точно лишнее.

Остатки трусиков полетели в сторону, а горячая ладонь накрыла лоно, пока вторая гладила и пощипывала ставшую слишком чувствительной вершинку. Я выгнулась, запрокинув голову, и низко простонала:

— Да-а-а…

Бедра задвигались навстречу умелым пальцам, подхватив ритм, Саша дразнил и ласкал, постепенно подводя к самой грани и останавливаясь буквально в шаге от яркой вспышки. И снова поцелуи, болезненно-сладкие, от которых ныли губы и перед глазами расцветали целые созвездия. Я растворилась в ощущениях, реальность померкла, и остались только откровенные ласки и жаркие вспышки наслаждения, когда Саша мягко, невесомо дотрагивался до пылающего бугорка. Тело превратилось в сгусток желания, стреляющий искрами от малейшего прикосновения, я словно качалась на огромных волнах, и каждая следующая поднимала все выше и выше…

В какой-то момент я поняла, что мне все равно мало. Я хотела вместе, кожа к коже, чувствовать моего демона внутри, как он двигается, даря упоительное удовольствие. Хотела принадлежать ему, как много раз до этого, и как еще буду в наши следующие ночи и не только. Беззвучно всхлипнув от избытка эмоций, я извернулась, приникнув всем телом, не прерывая нашего поцелуя, и нетерпеливо дернула рубашку, ощущая, как между ног все плавится и течет, раздразненное откровенными ласками. Ох, черт, казалось, я сгорю в пожаре, бушевавшем в крови, если немедленно не удовлетворю голод, который требовательно покусывал изнутри.

Саша с трудом оторвался от моих губ и хрипло выдохнул:

— Сейчас… Сейчас, малыш…

От рубашки он избавился одним движением, просто стянув через голову, а потом снова закрыл мне рот горячим, почти грубым поцелуем. Краем уха я услышала тихое звяканье пряжки, а через несколько мгновений мой нетерпеливый муж ухитрился снять штаны и остальное, практически не прерывая поцелуя. После чего неожиданно бережно обнял, развернулся и опустился на кровать, усадив меня на колени. Ноги сами раздвинулись, и я прижалась возбужденной промежностью к твердому стволу, потерлась об него, как кошка. Мои ладони обхватили любимое лицо, я набросилась на губы Сашки, облизывая и посасывая их, сходя с ума от восторга, что этот мужчина только мой, и я принадлежу ему. Он же выдохнул мне в рот, подхватил под попку, и в следующий момент я не сдержала ликующего стона, откинув голову и крепко зажмурившись. Саша плавно опустил меня, медленно скользя внутри, и я задохнулась от восторга, накрывшего огромной волной. Замерла, наслаждаясь ощущениями, впитывая их каждой клеточкой, потом посмотрела в глаза Сашке. Моему мужу. Любимому демону и единственному мужчине в моей жизни. Отцу моего ребенка.

На губах, припухших от наших жадных поцелуев, появилась улыбка, и я медленно провела ладонями по плечам, чувствуя, как напрягаются под пальцами мышцы. Раздвинула шире ноги, сделав движение бедрами вперед, впуская глубже в себя, и прошептала слегка задыхающимся шепотом:

— Саш… Я тебя люблю…

Запустила пальцы в волосы на затылке, погладила, любуясь на умиротворенное и мечтательное выражение его лица. А потом его ладони легли на мою талию, спустились ниже и обхватили ягодицы, мягко сжав.

— Лин… Я хочу сегодня нежно… — тихо произнес Сашка и улыбнулся ответной улыбкой, такой же светлой и счастливой. — Хочу любить тебя, малыш. Долго и неторопливо…

Я не возражала. Я согласна была на все, что он предложит, мой невероятный мужчина, потому что верила ему безоговорочно и знала, что Сашка никогда не причинит мне вреда. Утопая в его взгляде, я приподнялась и медленно опустилась, упиваясь этим ощущением скольжения внутри твердого ствола, наслаждение разлилось по венам сладкой патокой. Мы двигались вместе, как одно целое, растягивая чудесные мгновения, прекрасно зная, когда остановиться, чтобы зависнуть над самым краем, за которым только бесконечное море удовольствия. И только когда ожидание достигло предела, сделавшись невыносимым до боли в сведенных от желания мышцах, Саша несколькими резкими, глубокими толчками унес нас за грань. Я закричала, захлебываясь в эйфории, царапая твердые плечи и снова и снова поднимаясь и опускаясь, ловя волну за волной, пока не замерла, опустошенная и обессиленная, в бережных объятиях мужа. И бесконечно счастливая, до слез, повисших на ресницах.

Широкая ладонь провела по спине, и я хихикнула, поежившись — это место оставалось еще очень чувствительным после только что пережитого.

— Какое же мне чудо досталось, — пробормотал Сашка на ухо и нежно коснулся губами, отчего я блаженно зажмурилась, расплывшись в улыбке.

— А мне — самый замечательный мужчина, — проворковала, обвив руками его шею.

Плевать, что демон. Я все равно его люблю таким, какой есть. И мы отправились сначала в душ, а потом — в постель. После такого во всех смыслах насыщенного дня и вечера спалось особенно сладко на удобном мужском плече мужа.

…А утром, когда мы неторопливо завтракали, как и полагается молодоженам, трогательно кормя друг друга с вилки, зазвонил Сашкин телефон — высветился номер Насти.

— Что такое, Настюха? — он включил громкую связь, выгнув бровь и жуя кусок омлета.

— Саня. Мне надо срочно пару-тройку дней перекантоваться где-нибудь, где меня не найдут, — в голосе золовки слышалась паника.

Мы с мужем переглянулись, дружно ухмыльнулись, и Сашка с деланным сочувствием уточнил:

— Этот твой белобрысый демон, что ли, житья не дает?

— Ян заявил, что я выйду замуж только за него, потому что всем другим мужикам, кто будет вертеться около меня, он яйца оторвет, — выпалила Настя, и пришлось зажать ладонью рот, сдерживая смех. — Са-аш, он же не шутит, понимаешь? Какое на фиг замуж, не хочу я туда, то, что мы пару раз круто переспали, еще ничего не значит.

Судя по истеричным ноткам, этот Ян мужик в самом деле серьезный, хотя Настя не особо распространялась о настырном ухажере. Вот и нашлась управа на лихую демоницу, и что-то подсказывает, так просто от нее не отстанут. И нас ждет увлекательное зрелище. Я с воодушевлением закивала головой, и Сашка, хмыкнув, ответил:

— Ладно, болезная, приезжай, предоставлю политическое убежище.

— Санчо, ты лучший брат, — завопила Настя и торопливо добавила. — Буду через полчаса, ждите, — и отключилась.

Мой супруг, подперев ладонью подбородок, уставился на меня и невозмутимо произнес:

— Давно хотел познакомиться с этим Яном, вот и отличная возможность.

Я хихикнула, отпив глоток жасминового чая.

— Настя не простит тебе, — весело заметила ему.

— Ага, а потом еще спасибо скажет, — спокойно отозвался Сашка и поднялся. — Пойду, гляну, что там в гостевой спальне, доедай пока, — он наклонился и чмокнул меня в макушку.

Что ж, надеюсь, он лучше знает свою сестру, но я была уверена, так просто Настя не сдастся. Тем любопытнее будет наблюдать. И я вернулась к завтраку, наворачивая омлет за себя и за того парня, что поселился в моем животе.

Content

Кира Стрельникова
ИЗБРАННИЦА ДЕМОНА

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ЭПИЛОГ