Стрельникова Кира

Зимняя сказка для плохой девочки [СИ]

Кира Стрельникова

ЗИМНЯЯ СКАЗКА ДЛЯ ПЛОХОЙ ДЕВОЧКИ

Я жевала любимые суши, совершенно не ощущая вкуса, смотрела в окно на расцвеченную новогодними украшениями и огнями улицу и понимала, что не хочу никуда идти. В смысле, сегодня вечером Наташка позвала меня на свой корпоратив, их шеф решил поощрить сотрудников за хорошие итоги года и расщедрился на аренду целого ночного клуба, для сотрудников нескольких филиалов. С горящими глазами Натали вещала, что предполагается насыщенная программа, стриптиз как для мужчин, так и для женщин, конкурсы — причём, шеф клятвенно заверил, что не пошлые и весёлые. Плюс, конечно, закуски, выпивка и прочие радости жизни. Ну и танцы до утра, естественно. Свою вечеринку я трусливо проигнорировала, хотя мой непосредственный начальник настойчиво зазывал, уже год как пытаясь настойчиво ухаживать за мной. Повезло, что я работала переводчиком со свободным графиком, то есть, имела право брать работу на дом, если что-то письменное, главное, в срок сдавать всё. Ну и, где-то раз в месяц-полтора ездила на какие-нибудь сборища, устно переводить. Свободное владение английским и испанским открывало отличные перспективы…

Длинно вздохнув, я отодвинула пустую доску, так и не заметив, как съела роллы, и прихватила губами соломинку, втянув коктейль. Несмотря на близость праздников, буквально три дня до часа икс, настроение моё болталось где-то на уровне технических туннелей метро. Причина проста и банальна донельзя: ровно три года назад, накануне Нового Года, я застукала своего супруга в офисе, где он был генеральным, в его собственном кабинете.

А на столе лежала секретарша Ирочка с задранной юбкой, расстёгнутой блузкой, раскрасневшаяся и с растрёпанными волосами, и томно стонала, пока мой муж пыхтел, с очень сосредоточенным видом совершая возвратно-поступательные движения. Моё появление явилось для них сюрпризом, как и для меня — зрелище, и я даже слушать никого не стала, молча развернулась, ушла и собрала вещи, не взяв ни подаренных драгоценностей, ни дорогих шмоток. Так, самое необходимое. Хорошо, в своё время не продала мою маленькую однокомнатную квартиру в хрущовке, а сдавала, и деньги копились на отдельной карте.

Тогда месяц пожила у Наташки, пока договор не закончился, и вернулась к себе, подав на развод и игнорируя Виталика и его попытки связаться и объясниться. Помню, ревела белугой на плече подруги, размазывая сопли и слёзы, то и дело прикладываясь к бокалу с белым полусладким — Натали мои вкусы отлично знала.

— Ну что ему, гаду такому, не хватало-о-о! — с подвыванием выплёскивала я эмоции. — Я же… и г-готовить… И убирать… И… и дома сид-дела, вст-тречала вечеро-ом! — сделав ещё глоток, я продолжила изливать душу. — И бельё ему красивое, и халатики-и, и секс п-по желанию-у-у! Уволилась же, представляешь?! Хотела быть хорошей женой, чтобы дома уют и… и всё такое-е! Коб-бель, чтоб у него стручок отсох! — со страстью выдохнула, залпом допив вино. — И прямо в Н-новый Год, а говорил, что совещание какое-то там важное-е!

— Кобель, да, сволочь и гад, — поддакивала Натка, заботливо подсовывая мне новую пачку носовых платочков. — Ну и пусть катится к своей этой Ирочке, раз тебя не оценил. А ты у меня умница, красавица, и найдёшь ещё себе достойного, — твёрдо заявила она, подняв мою голову и стерев влажные следы со щёк. — Всё, Варюш, хватит рыдать, не стоит он твоих слёз и нервов, — решительно добавила Ната. — Забудь о нём. Не стоят мужики, чтобы ради них в лепёшку расшибаться, — фыркнула она и подлила мне ещё вина.

— Не стоят, — покорно пробормотала я, прикладываясь к бокалу.

— Вот и отлично, после праздников позвони в свою прежнюю контору, они точно рады будут взять тебя обратно, — подала ценную идею Наташка. — Вот увидишь, всё хорошо будет, заканчивай реветь.

Вот с тех пор и ищу достойного, так сказать, но это тоже грустная история. В прошлый Новый Год удалось удрать в Чехию, а в этот не получилось уехать, и придётся справлять здесь. Где, с кем, я ещё не знала, несмотря на дэдлайн в три дня, но… было всё равно. Меланхолия захватила с головой, и я погрузилась в горько-сладкое смакование собственной ненужности и невостребованности. Душа требовала одиночества, бутылки вина и возможно даже, немножко поплакать, а надо было собираться на дурацкий корпоратив, куда Наташка меня тащила. Она почему-то не сомневалась, что мне поможет развеяться толпа незнакомых людей, странные конкурсы и халявный алкоголь с закуской.

Допив коктейль, я решительно взяла телефон и набрала номер подруги, чтобы извиниться и сказать, что лучше посижу дома, чем буду отсвечивать унылой физиономией и портить всем праздник.

— Натуль, привет… — начала было я, но она сразу просекла малодушные настроения на корабле, и даже не дала мне договорить.

— Так, я заеду за тобой, будь готова к восьми вечера, — решительно заявила она.

— Ничего не хочу слушать, уважительной причиной для отказа является только справка с морга, ясно? Всё, зая, до вечера!

И подлая подружка отключилась. Я сердито уставилась на телефон, поджала губы и выдохнула. Ладно… Хочешь, чтобы я пришла? Приду…

Расплатившись, поспешила домой, готовиться — до восьми оставалось чуть больше двух часов. Проведя инспекцию шкафа, выудила из недр маленькое платье из чёрного трикотажа с люрексом, едва прикрывавшее бёдра, и оставлявшее спину открытой до середины. Не знаю, как оно затесалось в мой гардероб и для чего я его покупала, тоже не помню. Зато к нему нашлись колготки в сеточку — с чулками решила не экспериментировать всё же, а то точно засмеют. Очень кстати пришёлся сюда набор, купленный, видимо, под это платье — чего только не обнаружишь порой в собственном шкафу! У бюстика сзади шла силиконовая невидимая полоса, и никаких безобразных лямок видно не будет. Отлично. Критически обозрев собственную угрюмую физиономию, я оскалилась в ухмылке и приступила к рисованию новогоднего образа. Ну, как я его видела, и чтоб подходил под выбранный образ.

Природа одарила меня иссиня-чёрными, густыми волосами, прямыми и длинными, и хотя в обычной жизни я их убирала в причёску, чтобы не мешались, сейчас решила не скрывать, так сказать, своё богатство. Собрала в высокий хвост, торчавшие волоски аккуратно пригладила гелем. Нанесла «боевую раскраску», со стрелками, пушистыми ресницами — тушь с блёстками, всё, как полагается, ядрёно-красная помада на губы. Снова окинула себя критичным взглядом. Ну… не Моника Белуччи, конечно, но где-то там рядом. Нашего, российского разлива, с поправкой на отсутствие стервозности и убойной сексуальности. Ничего, пара бокалов изменят мир вокруг, алкоголь на меня действовал, как выстрел пистолета на скаковую лошадь. Я потому и старалась много не пить, потому что под градусом меня тянуло на приключения, причём дорогая печень, видимо, была рассчитана на века, потому ка похмельем я не страдала, на зависть всем знакомым, и к сожалению, провалами в памяти тоже…

Одёрнув подол платья, хотя это ему точно не поможет, я кивнула себе, сбрызнулась духами и пробормотала:

— Ну, дорогая, попробуем повеселиться, раз так.

К выбранному наряду и образу очень подходили высокие замшевые ботфорты на шпильках, тоже приобретённые, видимо, во время краткого пребывания в моей жизни какого-то давнего любовника. Когда в дверь позвонила Наташка, я как раз надевала модную ныне зимнюю курточку, отороченную мехом. Ну а чего, на такси же едем, да и на улице совсем не зимние плюс пять. Прихватив сумочку, я распахнула дверь и перешагнула за порог. Натали окинула меня восхищённым взглядом и вздохнула.

— Красотка, как есть, роковая. Все мужики точно твои, метлой придётся отгонять! — со смехом добавила она, подхватив под локоть и потянув к лифту.

Я фыркнула и закатила глаза.

— Ты говорила, у вас там ловить нечего, одни женатики и занятые, — напомнила я слова Наташки.

— Ну, вдруг кто-то тоже друга приведёт, — парировала невозмутимо она. — Так, всё, не зацикливаемся на больном, а просто идём отдыхать!

Такси ждало нас внизу, мы загрузились и минут через двадцать уже выходили около входа в один из известных клубов города, где уже выстроилась небольшая очередь из прибывших коллег Наташки. Выходя из такси, я на несколько мгновений засомневалась, а стоило ли поддаваться всплеску эмоций и так наряжаться, но ехать домой и переодеваться было бы глупо с моей стороны. Поэтому, с независимым и слегка высокомерным выражением вскинув подбородок, я одёрнула платье и пошла за подругой к клубу. Конечно, мужские головы, как по команде, повернулись ко мне, и я тут же заработала себе множество минусов в карму от их подруг, следивших за мной ревнивыми взглядами. Внутренне посмеиваясь, я ничем не выдала эмоций — да нужны мне ваши женатики, бабоньки, забирайте с потрохами.

— Начинаем веселиться, — потёрла ладони Наташка, когда мы наконец зашли и сдали вещи в гардероб.

Шеф постарался на славу: на столах стояли паштеты, нарезки дорогих колбас и мяса, салатики, фрукты, икра, суши — в общем, всё как в лучших домах Филадельфии. Алкоголь в широком ассортименте, конечно: водка, коньяк, вино для дам, мартини, и прочие вкусняшки.

— Ну, понеслась, — удовлетворённо кивнула Ната и покосилась на меня. — Ты как, тормозить тебя на поворотах али во все тяжкие пустишься? — деловито уточнила она, наливая нам в бокалы вино.

— Если только не начну на сцене соблазнять вашего шефа, — хмыкнула, подняв бокал. — А так, за женатиками точно волочиться не собираюсь, — ухмыльнулась подруге, подмигнула. — Ну, будем, дорогая.

Начало, как всегда на корпоративах, было слегка скучным: пару раз на сцене появлялись всякие замы и помощники, благодарили за хорошую работу, желали всяческих благ и процветания, и прочее. Потом градус веселья повысился, пошли конкурсы, в которых я не принимала участие, а только наблюдала. Ближе к десяти вечера стало ещё жарче: пошёл первый стриптиз.

Естественно, для мужчин, хотя полюбоваться на красивый откровенный танец и женщины не против. Девочек подобрали на совесть, гибких, пластичных, и, кажется, даже с натуральными формами, а не силиконовыми. Народ пошёл танцевать вовсю, Наташка тоже потащила меня, да я и не сопротивлялась: кажется, пошёл уже третий бокал вина, и моё настроение стремительно ползло вверх. Мне нравилось ловить мужские взгляды, нравилось, как на меня смотрят, а ещё, включилась стервоточинка, и я с превосходством и снисходительностью поглядывала на окружающих. Им только и оставалось, что смотреть, под бдительным оком сопровождавших.

А я… поняла вдруг, что никого интересного вокруг нет. Ну вот нет и всё.

Обычные офисные работники, мужчины в пиджаках и галстуках… И обрывки разговоров, которые я улавливала, тоже только о работе, сделках, корпоративах, встречах. Скукотень. Я отошла к столикам, закусить и ещё выпить, подавила вздох, пинком отправив зачатки меланхолии куда подальше.

Веселиться, я сказала! Залпом допив вино, отправила в рот тарталетку с красной икрой, а тут и Наташка нарисовалась рядом, ухватив за локоть и потянув за собой.

— Пойдём, там сейчас мужской стриптиз будет! — сообщила она с блестящими от предвкушения глазами. — Говорят, шеф из самой Москвы заказал, такие ма-а-альчики! — с томным придыханием сообщила Наташка, закатив глаза.

— Ну пойдём, посмотрим на этих мальчиков, — я дёрнула плечом, даже не подозревая, что это решение будет фатальной ошибкой с моей стороны.

Мы пробились ближе к сцене, зазвучала музыка, свет стал приглушённым… И появились мальчики. Конечно, в костюмах Санта Клаусов, кто бы сомневался. Ну ничего так танцоры, есть, на что посмотреть.

Моё женское либидо встрепенулось, подняло голову и отряхнуло пыль веков, призывно зафыркав. Наташка рядом восторженно запищала, когда парни разом сдёрнули с себя куртки, явив вожделенные кубики и грудные мышцы, которые тут же захотелось пощупать. И, кажется, кто-то угадал мои желания…

Как на сцене появился стул, я даже не поняла, и тем более, как сама оказалась на сцене. По-моему, заботливые ручки верной подруженьки подтолкнули вперёд, ну да я ей ещё припомню эту подставу.

А между тем, меня усадили на стул, и танец продолжился, только вокруг меня. Мускулистые, блестящие от масла тела, призывные взгляды, горячее дыхание, но — трогать нельзя, только смотреть. Трогать, как подозревала, за отдельную плату. Признаться, пошлая мыслишка мелькнула, за такое и не грех заплатить. Мальчики в самом деле хороши, такой взрыв тестостерона вокруг не может остаться незамеченным, любая женщина не устоит. Что и демонстрировали дамы у сцены, закапав слюнями весь пол и оглашая клуб восторженными визгами. И я их понимала, да. Собственное дыхание участилось, голова слегка закружилась, и даже губы пересохли, и когда закончилась музыка — как всегда, неожиданно, — мне понадобилось несколько секунд, чтобы справиться с непослушным телом и подняться со стула. Мне даже любезно подали ладонь, очень кстати.

— Если желаете продолжения, в гримёрку вас пропустят без проблем, — шепнул тот, кто меня поддерживал, и многообещающе подмигнул с усмешкой.

Поддавшись хулиганскому настроению, я взмахнула ресницами и кокетливо улыбнулась в ответ.

— Я подумаю над таким щедрым предложением, — отозвалась в ответ и сошла со сцены.

Тут же Наташка уцепилась за мой локоть и с придыханием спросила:

— Ну как?! Хороши же, да?!

— Пойдём, промочим горло, что-то оно у меня пересохло, — я потянула подружку к столикам с закусками и выпивкой.

— У меня бы тоже пересохло от такого танца, — авторитетно заявила Наташка.

Мы выпили ещё по бокалу, и тут поставили медленную композицию.

Слинять в туалет я не успела, позади раздался негромкий, мягкий голос:

— Позвольте пригласить, пока никто не увёл такую шикарную женщину? — я оглянулась, смерив взглядом высокого, широкоплечего красавца, будто сошедшего со страниц глянцевых журналов. — Если, конечно, у вас нет защитника, — добавил он и улыбнулся безумно обаятельной улыбкой.

— Варь… — Наташка дёрнула меня за локоть, и я услышала в её тоне предупреждающие нотки, но отмахнулась.

Один танец ничего не значит, даже если парень занят. Но вроде в пределах видимости разгневанных ревнивиц не видно, и я протянула ему руку.

Мы оказались на танцполе среди остальных гостей, сильная рука обняла меня за талию, довольно крепко прижав к мужчине.

— Варвара, значит? — уточнил он, продолжая улыбаться и гипнотизировать меня пристальным взглядом, в котором горел недвусмысленный огонёк. — Красивое имя. И коса длинная, как полагается, то есть, хвост, и краса тоже присутствует, — с ходу зашёл он с тяжёлой артиллерии. — В детстве в школе не дразнили? — с мягкой иронией осведомился мужчина.

— Не рисковали, — мило улыбнулась я. — Я могла и сдачи дать, между прочим. А ваше имя? — прямо спросила, ничего не имея против продолжения знакомства.

— Антон, — представился мой партнёр.

…После танца мы оказались у стойки, меня угостили вкусным коктейлем, и чем дальше, тем больше мне нравилось флиртовать с Антоном.

Он легко поддерживал взятый тон общения, оказался обаятельным и, что уж тут, весьма привлекательным мужчиной. Я ничего не имела против, что меня обнимают, жарко дыша на ушко, и мы уже перешли на интимный шёпот и приблизились к той опасной грани в разговоре, когда одно неверное или двусмысленное слово — и полетят искры. Закрутить мимолётную интрижку — почему нет? Мне в самом деле надо расслабиться, Наташка права, нечего нагонять меланхолию в конце года. Поэтому, когда меня мягко увлекли к зоне отдыха, где столики с диванами отделялись друг от друга ширмами, и музыка звучала приглушённо, я не сопротивлялась.

Вообще, мелькнула где-то на задворках мысль, я бы не против и продолжить знакомство… Антон мне нравился, а такого давно уже не случалось, чтобы с первой встречи кто-то производил на меня такое впечатление, что хотелось встретиться и второй раз. Мы оказались на диванчике, в дальнем уголке, и губы Антона почти касались моих, обжигая горячим дыханием, а ладонь уверенно легла на бедро, едва прикрытое коротким подолом платья.

— Варь, а ты далеко живёшь?.. — тихо спросил Антон, легонько поцеловав уголок моего рта, и шаловливые пальцы проникли под тонкий трикотаж, задирая платье выше.

— М-м-м, не очень, — томно протянула я, прикрыв глаза. Следующая фраза вырвалась сама, я просто не успела поймать себя за язык. — Антон, а у тебя точно никого…

Договорить не успела. Мне просто заткнули рот горячим поцелуем, прижав к спинке дивана и уже добравшись до моей попки, весьма чувствительно её помяв. Оу. Антоша оказался ничего так мастером по поцелуям, по крайней мере, желания отстраниться не возникло. Кровь живее побежала по венам, я запустила пальцы в волосы на затылке, прижимаясь ближе… А в следующий момент прямо над моей головой раздался визгливый, злой женский голос:

— Антон!! С кем ты опять обжимаешься, скотина?! Вот знала же, что нельзя ни на минуту оставить тебя одного!

Меня как током ударило и отбросило от нового знакомого. Сердце застряло в горле, щёки обжёг румянец, и стало сильно не по себе, когда я увидела перекошенное лицо блондинки, стоявшей перед нами, уперев руки в бока. Если бы взглядом можно было убивать, от меня бы уже одни кости давно остались, Антон же ничуть не выглядел смущённым или растерянным, будто не его застали тут с поличным. Поправив пиджак, он невозмутимо глянул на даму и пожал плечами, попытавшись снова меня обнять.

— Лара, в чём проблема? Ты отдыхаешь, я отдыхаю, обязательств у нас друг перед другом нет…

— Ах, нет?! — снова взвизгнула блондинка, бросила на меня ещё один злой взгляд и, размахнувшись, съездила Антону по физиономии. — А то, что я третий год с тобой сплю, живу в твоей квартире и готовлю тебе, засранцу, это значит, нет?! Кобель ты драный!

Хорошее настроение вмиг улетучилось, на душе стало гадко и противно.

Перед глазами мелькнули картинки моего бывшего и разложенной на столе секретарши Ирочки. К горлу подкатил горький ком, я вскочила с кресла, увернувшись от рук Антона.

— Прошу прощения за нарушение семейной идиллии, разбирайтесь сами, — выдавив оскал, отдалённо похожий на улыбку, заявила я и посмотрела на блондинку. — Вам я бы посоветовала посадить своего мужика на поводок, если знаете, на что он способен, или выжечь клеймо ему на лбу, что занят. А тебе, Антоша, — мой голос приобрёл мурлыкающие интонации, но от него беднягу почему-то передёрнуло, — рекомендую или не обманывать своих баб, или не заводить постоянную, если не можешь член на привязи держать. Счастливого Нового Года, ребята.

Помахав им ручкой, я быстрым шагом направилась из чиллаута, громко стуча каблуками и желая оказаться как можно дальше отсюда. Те, старые эмоции, которые я затолкала как можно глубже, поднялись, как грязная пена, и теперь вовсю портили мне настроение дальше. И самое поганое, я невольно оказалась в роли той самой Ирочки… Ну и что, что блондинка не жена, ну и что, что не уточнила у Антона. Вряд ли бы он сказал правду, а по-другому проверить возможности нет. Все мужики — кобели и сволочи, чёрт возьми!

Фыркнув, я вернулась в общий зал, поискала глазами Наташку, не нашла и подошла к закускам, нервно схарчив тарталетку с икрой. Покосилась на спиртное, и решила, что для меня хватит на сегодня. Вечеринка потеряла свою прелесть, тем более, не хотелось снова встречаться с Антоном и его блондинкой. Направившись к выходу, я достала телефон, набрала сообщение Наташке, что желаю ей хорошо провести вечер, а сама поехала домой.

Забрав куртку, вышла на улицу, вдохнула морозный свежий воздух и сердито шикнула на эмоции, вздумавшие мне тут слезоразлив устроить.

Лучше уж злость, от неё реветь не хочется. Засунув руки в карманы, я пошла по улице, куда глаза глядят, вновь и вновь прокручивая этот вечер и подогревая раздражение. Пока помогало, я уже разве что не пыхтела, как чайник, только пара из ушей не хватало. Поджала губы, пнула носком сапога кусок снега — остатки былой роскоши, свернула на перекрёстке, и тут впереди к моей досаде показалась очередная компания навеселе, видимо, тоже с корпоратива какого-нибудь. Или просто уже начали отмечать, по старой русской традиции.

— Эй, красавица, а что такая грустная? — ну да, просто пройти мимо это скучно, надо обязательно пристать к одинокой сердитой девушке. — Пойдём с нами, развеселим, а?

А алкоголь вообще творит чудеса с нашими мужчинами, куда-то резко теряется страх, застенчивость, появляется уверенность, что он мачо, даже если выглядит, как серая мышь мужского рода. Я остановилась, глубоко вздохнула и чётко, с расстановкой, объяснила самому смелому, где я видала его предложение, друзей, парня и этот чёртов праздник на чистейшем русском матерном. После чего, под оторопелыми взглядами и в полной тишине прошествовала мимо компании дальше с чувством выполненного долга и хоть каким-то моральным удовлетворением.

— Да ладно, ну чего так сразу-то, злая такая, — раздалось мне вслед разочарованное. — Можно было просто сказать «нет»…

Нельзя, душа требовала мести и выплеснуть эмоции. Ищите себе других девочек для развлечения, пацаны. Счастливо погулять. Криво улыбнувшись своим мыслям, я пошла дальше, но успела сделать всего несколько шагов.

Откуда-то сбоку раздался восхищённый свист, во мне снова плеснулись эмоции, и я резко развернулась, едва устояв на каблуках и уставившись в тёмный зев подворотни, по какому-то недоразумению, ещё не забранной крепкой решёткой ворот. Оттуда выступил… Ой. Натуральная эротическая мечта любой половозрелой женщины, настроенной горячо провести Новый Год. Только в отличие от прилизанного и лощёного Антоши, тут брутальностью и мужественностью просто сносило на подходе.

Выше меня где-то на голову, в кожаной бандане, с классической тёмной щетиной на квадратном подбородке, усмешка белозубая, как с рекламы зубной пасты. Длинное, распахнутое кожаное пальто, по воротнику и низу отделанное узкой полоской белого меха, штаны из того же материала, пояс с заклёпками, высокие шнурованные ботинки, похожие на армейские. И — чёрт, жилетка, кажется, надета на голое тело, а на шее висит серебристый дождик. М-мамочки, держите меня крепче. Уверена, этот великолепный экземпляр давно и безнадёжно занят, не бывает чудес на этом свете, и в сказки я давно не верю.

— А вы, часом, не филолог? — огорошил брутальный Дед Мороз вопросом, и я моргнула немного растерянно.

Но быстро взяла себя в руки, вскинула подбородок и сухо ответила:

— Могу повторить на английском и испанском, если вдруг не весь смысл понятен.

Мужик рассмеялся низким, вибрирующим смехом, пробравшим до самых костей, и поднял перед собой ладони.

— Ладно, ладно, я уже понял, что прекрасная леди не настроена на знакомство, не переживайте, не буду приставать. Я вообще на корпоратив шёл…

И тут меня как кто под руку толкнул, точнее, за язык потянул. Я решила рискнуть, всё равно, терять нечего, а вдруг чудо всё-таки стукнет по голове гаечным ключом? И потом, я же не рассчитываю на великую и долгую, мне и пикантной интрижки без последствий хватит, чтобы поставить эффектную точку в году и в кои-то веки проводить его не меланхолией и мрачным настроением, а хорошим сексом и удовлетворением. Хотя бы физическим. Я шагнула вперёд, прищурилась и негромко произнесла, глядя ему в глаза:

— Я передумала. Готова продолжить знакомство в более приятной обстановке, если, конечно, жена неожиданно не вернётся из гостей, — даже получилось произнести вполне шутливым тоном, без язвительных ноток.

А мужик вдруг подобрался, как зверь перед броском, внимательно оглядел меня, и лениво отозвался:

— Жены, слава богу, нет, а любовницам я не имею обыкновения давать ключи от моей квартиры. Неожиданное предложение, пожалуй, получше корпоратива будет, — усмехнулся он и уточнил. — Хорошо подумали? Вот так пойти к незнакомому мужчине в гости, не страшно?

Боже, какой воспитанный. Любой другой бы на его месте без разговоров схватил в охапку и побежал, радостный, что халява обломилась. Я насмешливо фыркнула, поддавшись какому-то шальному, нездоровому веселю, обуявшему сознание.

— Я уже большая девочка, и достаточно испорченная, чтобы меня можно было чем-то удивить, — храбро ответила, отогнав робкую мыслишку, а вдруг это маньяк, маскирующийся под байкера.

Или, не приведи Господь, гей. Отбирают, понимаешь, лучший генофонд, можно сказать… Додумать не успела. В мгновение ока вокруг моей талии обвилась сильная рука, стиснула так, что я едва не пискнула, упёршись ладонями в грудь и ощущая под пальцами стальные мышцы. Он сам вообще походил на гранитную скалу, мощный, крепкий, сногсшибательно брутальный. Ходячая фабрика тестостерона, по-другому не сказать.

— Испорченная, значит? — низко пророкотал мужик, наклонившись к моим губам и легко удерживая меня одной рукой. — Ну тогда сама напросилась, плохая девочка.

Я говорила, что Антон хорошо целуется? Глупости и бред, заявляю со всей серьёзностью. Потому что этот персональный Дед Мороз для плохих девочек точно получил бы кубок на чемпионате по поцелуям. При этом, меня легко несли куда-то вперёд, не отрываясь от моих губ, покусывая их посасывая, дразня языком и не давая ни малейшего шанса остаться равнодушной. Вообще, я не бросаюсь первым встречным мужчинам на шею, и тем более, не позволяю им таких вольностей, но сегодня я решила, что мне всё можно. И гори все мои моральные принципы синим пламенем. Обняв руками за шею, я со всей страстью и нетерпеливостью отдалась упоительному процессу, с восторгом ощущая себя и вправду хрупкой и маленькой.

Поцелуй закончился неожиданно, когда я оказалась на ногах, прислонённая к стене около двери подъезда, а незнакомец навис надо мной, всё так же удерживая одной рукой, а второй нашаривая в кармане ключ.

— Последний шанс передумать, — хрипло выдохнул он, глядя на меня голодным взглядом. — Ещё шаг, и никуда не отпущу, — честно признался мужик, приводя в ещё больший восторг.

Мои гормоны объединились с эмоциями и сошли с ума от радости, что наконец-то их никто не тормозит.

— Для плохого Санты ты слишком воспитанный и много говоришь, — с сиплым смешком ответила я, вцепившись в его пальто, потому что собственные ноги не держали.

Пискнул домофон, мой незнакомец хмыкнул, глянул со странным предвкушением, и… У меня вырвался возглас, потому как в следующий момент я оказалась самым натуральным образом перекинута через плечо и внесена в пещеру. То есть, в тёмный подъезд. А чья-то наглая конечность удобно устроилась на моей пятой точке, по-хозяйски поглаживая.

— Сама напросилась, — многообещающе протянул мой похититель, легко взбегая по лестнице к лифту.

— А можно как-нибудь поаккуратнее?! — попыталась возмутиться я, упёршись ладонями в пояс и приподнявшись.

— Не-а, — радостно сообщили мне, несильно шлёпнув по попке, и доверительно пояснили. — Сама сказала, что плохая девочка, а таких надо наказывать, — и его пальцы медленно провели по бедру, чем вызвали сход лавины горячих мурашек по ногам до самых лодыжек.

Уф. Какой решительный мужчина, аж сердце растерянно заметалось в груди, всё в сомнениях, где же ему будет лучше, в пятках или, может, в животе всё-таки. А между тем, мы зашли в лифт, и меня наконец поставили на пол, но только для того, чтобы притиснуть к стене, сжать мои запястья и снова заткнуть рот обжигающим, жадным поцелуем. Колено настойчиво раздвинуло мои ноги, пальцы пробежались по бедру и одним движением закинули почти на пояс, задрав подол платья чуть не до талии. И плевать, что лифт может остановиться, и нас увидят… Если честно, я меньше всего сейчас думала об этом, потому что шустрая конечность уже добралась до стратегически важного места и заставила меня громко охнуть прямо в губы мужчине, прервав поцелуй и откинув голову. Настойчивый палец медленно с нажимом провёл по уже откровенно влажному белью, подарив целый взрыв ощущений, и даже то, что я нечаянно стукнулась об стену, вызвало лишь хриплый смешок.

Вторая ладонь незнакомца тут же скользнула на затылок, удерживая от повторных травм, и он выдохнул:

— Аккуратнее.

После чего опять прижался к моим губам, выключая способность здраво мыслить и оставляя на растерзание инстинктам. Как мы приехали, убей, не помню, просто краем сознания отметила, что меня куда-то несут, вновь и вновь отнимая дыхание жадными губами и заставляя дышать одним с ним воздухом. Звон ключей, едва слышный скрип открывшейся двери, и мы уже в квартире, только рассмотреть её толком тоже не удалось. Меня усадили на тумбочку, всё так же не давая глотнуть воздуха и не отрываясь от моего рта, и, кажется, сапоги мой Бэд Мороз снимал с меня на ощупь. Довольно ловко, признаюсь, даже ничего не порвал и затяжек не наставил. Спустя несколько секунд обувь с глухим стуком упала на пол, мужик отстранился, давая мне возможность перевести дыхание, и строго произнёс, опёршись ладонью о тумбочку рядом с моей ногой:

— Сиди спокойно.

Да я, в общем-то, и не собиралась никуда дёргаться, вряд ли получится сдвинуть с места хозяина этой квартиры. Ну и, поскольку свет не горел, в темноте куда-то пробираться в незнакомом месте — верх глупости. Я лучше подожду, пока меня отнесут. Вцепившись в края тумбочки и стараясь сделать дыхание глубоким и равномерным, я напряжённо прислушивалась к шороху, подозревая, что мужик скорее всего, разувается, и тоже, видимо, свет ему для этого не нужен. Спустя всего несколько минут меня легко подхватили на руки и куда-то понесли, как я и подозревала. Хата оказалась внушительной, прямо-таки огромной, как успела разглядеть в густом сумраке, да ещё и двухуровневой, к моему слабому удивлению. Слабому, потому что всё моё внимание и ощущения сосредоточились на мужчине, имени которого, кстати, я так до сих пор и не знала. Может, и к лучшему — зачем, если это всего лишь мой маленький кусочек чуда? Подарок в уходящем году, и лучше обойтись без имён.

Обхватив шею, я уткнулась носом в изгиб, чувствуя, как тяжело и неровно колотится его сердце, и радуясь, что обошлось без задушевных разговоров. Лишние они сейчас. Ещё несколько мгновений, и следующая комната, уже определённо спальня — в темноте угадывались очертания широкой, низкой кровати, на которую меня и уронили. Весьма аккуратно, правда, надо отметить. Горячие ладони стремительно скользнули вдоль ног, поднимая платье, и тёмный силуэт навис надо мной, сверкнув улыбкой.

— Попалась, плохая девочка, — низким, бархатистым голосом проговорил мой Бэд Мороз на эту ночь.

Не дожидаясь моего ответа, он наклонился и прижался губами к животику, оставив обжигающий след от поцелуя, отчего я выдохнула и нервно захихикала, вцепившись в волосы незнакомца. Когда и куда делась бандана, понятия не имею. Меня это уже мало заботило. А вот то, как ловко меня избавили от колготок, попутно нежно приласкав пальцами лодыжки, ямочку под косточкой, пощекотав чувствительное местечко под коленками… Тело превратилось в податливый воск под уверенными и чуткими прикосновениями, в крови разгорался настоящий пожар, с рёвом несясь по венам. Внизу живота закручивалась огненная воронка, утягивая за собой, и если где-то в глубине души и оставались сомнения, они благополучно сгорели в ней и в океане желания, затопившем с головой.

Трусики с меня стянули далеко не сразу. Сначала подушечки медленно провели по животу над резинкой, заставив нервно хихикнуть и стиснуть покрывало, потом скользнули между моих раздвинутых ног, отодвинули откровенно мокрое кружево…

— Вкусно пахнешь, — хрипло пробормотал незнакомец, и я невольно замерла, напряжённо ожидая продолжения и едва не ёрзая нетерпеливо.

И оно последовало. Пальцы неторопливо раздвинули мягкие складочки, и я непроизвольно выгнулась в безмолвном приглашении, запрокинув голову и крепко зажмурившись в предвкушении. А потом жадные губы прижались к чувствительному местечку, язык прикоснулся, даря первую вспышку обжигающего удовольствия, и я не удержала тягучего стона, ухнув в ощущения и почти отключившись от реальности. В какой именно момент трусиков на мне всё же не оказалось, не признаюсь и под пытками, я стремительно улетала к звёздному небу, извиваясь и тихо вскрикивая от нежных, откровенных ласк. Каждый поцелуй приближал к фееричному взрыву ещё на шаг, и я задыхалась от эмоций, беззвучно шепча пересохшими губами и бесстыдно прижимаясь к жаркому рту моего незнакомца:

— Ещё… Ещё чуть-чуть… Вот так, да-а!..

Моих ушей коснулся тихий, довольный смешок, язык шаловливо пощекотал горевший огнём бугорок, а потом зубы аккуратно сжали, отправляя в астрал. Молния удовольствия прострелила от шеи до самых кончиков пальцев, меня тряхнуло, выгнув дугой, и накрыло могучей волной, вырвав особо громкий, ликующий стон. А пока я пребывала в иных мирах, полностью погрузившись в наслаждение, мой любовник воспользовался моей беспомощностью, окончательно избавив от платья и бюстика, и вдруг… перевернул на живот, прижав горячим, уже обнажённым телом к покрывалу.

— Я же обещал наказать плохую девочку, — жарко выдохнул он в шею, и в следующий момент подхватил под живот, поднимая и целуя чуть ниже затылка, вдоль позвоночника.

— Что ты… — я запнулась, громко охнув, потому как широкая ладонь обхватила мою уже ничем не прикрытую грудь и чувствительно сжала, вызвав новый шквал эмоций.

— Отшлёпаю, — проникновенно сообщил Бэд Мороз, последний раз ласково погладив твёрдую горошину соска, и выпрямился.

Ой. Переспросить не успела, ягодицу обжёг смачный шлепок, а потом сильные пальцы ухватились за мои бёдра, и незнакомец одним плавным движением вошёл в меня, отчего я всхлипнула и прикусила губу, крепко зажмурившись. Замерла на несколько мгновений, привыкая к размерам, а потом выгнулась и подалась чуть назад, резко выдохнув и царапнув покрывало. Ох, боже, упоительное ощущение, снова чувствовать себя желанной женщиной! Подстраиваться под рваный ритм, слышать тяжёлое дыхание позади, и даже ещё один шлепок, уже по другой половинке, лишь добавил бодрящих переживаний. Эмоции кружили голову, на сей раз ярче и глубже, вновь унося в сверкающую даль, только теперь удовольствие хотелось разделить с тем, кто дарил мне его, снова и снова резко проникая на всю длину и постепенно ускоряясь. Я практически распласталась на покрывале, выгнувшись до боли в пояснице, вскрикивая с каждым выпадом всё громче, напряжение внутри росло, приближая к желанному освобождению…

И оно наступило, накрыв горячей волной, ослепив и выбив последний воздух из лёгких, а спустя несколько особо сильных рывков догнала и вторая волна, когда ушей коснулся низкий рык, а пальцы впились в мои бёдра, удерживая на месте. Уфф. Давно мне не было так хорошо. Я расслабленно выдохнула, прикрыв глаза и чувствуя себя медузой, к моей спине прижался любовник, сместившись немного в бок и учащённо дыша в шею и неожиданно бережно обнимая за талию.

— Однозначно, лучше корпоратива, — пробормотал Бэд Мороз, и я едва не рассмеялась неожиданному заявлению, медленно и нехотя возвращаясь в реальность.

Телу было хорошо, очень, оно не желало никуда двигаться, и уж тем более вставать, одеваться, идти на улицу… Оно хотело в душ, или даже ванну.

Но умом я понимала, что надо как-нибудь изловчиться и по-быстрому распрощаться, избежав множества неловких моментов. Однако, похоже, наши с хозяином квартиры планы немного не совпадали.

— Предлагаю переместиться в ванную, — предложил он, не дожидаясь моего ответа, поднялся и поднял мою безвольную тушку.

Ладно, пожалуй, водные процедуры будут очень кстати, а потом можно и откланяться. Я расслабленно прислонилась к плечу мужчины, пока меня перемещали из спальни в соседнее перемещение, и едва не вздрогнула, услышав замечание:

— Ты немногословная что-то, всё в порядке? Кстати, может, познакомимся уже? — он издал смешок, ногой открыл дверь, и мы зашли в ванную.

Свет здесь включался автоматически, а когда я огляделась, мои брови поползли вверх, и апатия уступила место удивлению. Да тут целые хоромы, однако, величиной с кухню в моей квартире. В углу — роскошная джакузи, утопленная в деревянном подиуме со ступеньками, в другом — душевая кабинка, раковина в виде ракушки, зеркало с подсветкой. На одной стене, прямо на плитке, картина тропического берега с пальмами и бирюзовой водой, а ещё — чёрт, кажется, двухместная сауна. О, боже, к кому я попала?!

— Меня Борис зовут, например, для друзей — просто Боря, — продолжил он, между тем, подходя к ванной и аккуратно ставя меня внутрь.

— А стоит ли? — вырвалось у меня вполне небрежным и легкомысленным тоном, пока мой новый теперь уже знакомый включал воду и забирался за мной.

— Не понял, — тут же подобрался Боря, развернув меня к себе и вперившись пристальным взглядом. — Значит, считаешь, секс — не повод для знакомства? — тёмная бровь вздёрнулась — ага, мой случайный любовник брюнет, зачем-то отметила я.

И глаза у него красивые, тёмно-серые, к краям переходящие в синий.

Необычные. А щетина очень даже идёт ему, и совсем она не колючая, а мягкая… Ой, меня, кажется, о чём-то спрашивали. Я как можно небрежнее улыбнулась и дёрнула плечом, постаравшись скрыть неловкость — стою тут, без клочка одежды, после бурного секса, и пытаюсь доказать мужчине, что нам лучше разойтись, как в море корабли. Смешно, а, обычно это они так делают.

— Ну, так спокойнее и лучше будет для всех, — ответила, блуждая взглядом по помещению, только бы не смотреть на Борю. — Мы просто провели хорошо некоторое время…

— Так, — оборвал решительно он, сел и потянул за собой, усадив лицом к себе и верхом на ноги, в весьма пикантную позу для серьёзного разговора. Ещё и сжал талию, чтобы наверняка не убежала. — То есть, ты правда считаешь, что на этом всё? — продолжил Борис допрос.

— Слушай, всё было классно, но будет проще, если ты мне вызовешь такси, — как можно решительнее произнесла я, изучая рисунок дерева на подиуме. — Правда, проще.

— Ага-а, — протянул странно удовлетворённым голосом Боря, и краем глаза я заметила усмешку на его лице. — Значит, имя не скажешь?

Поджав губы, я упрямо мотнула головой, безжалостно раздавив надежду в зародыше. Не стоит. Пусть лучше всё останется в памяти вот так, чем потом смажется разочарованием. Я в самом деле не надеялась на продолжение знакомства…

— Снегурка моя испорченная, знаешь, что я тебе сейчас скажу? — вкрадчиво заговорил Борис, и у меня от его тона по спине прокатилась волна горячих мурашек, а в горле пересохло. — Ты вот сейчас удрать пытаешься, да? Остаться, так сказать, прекрасной незнакомкой, и всё такое. Кто обидел? — непринуждённо осведомился он.

— А? — я растерянно хлопнула ресницами, уставившись на него. — В смысле? Никто не обижал, — осторожно ответила, не понимая, куда клонит мой странный любовник, и попыталась вроде как плавно соскользнуть с его ног рядом.

Как-то всё-таки не в своей тарелке ощущала себя, так близко от него и под пристальным взглядом, блуждавшим не только по моему лицу — вода ещё не набралась достаточно.

— В общем, дело, конечно, твоё, только я не имею обыкновения отпускать женщину, с которой только что был офигенный секс, куда-то в ночь, как, прости, девочку по вызову, — заявил Борис, чуть нахмурившись. — И уедешь ты только утром, после нормального завтрака. Понятно?

Я фыркнула и скрестила руки на груди — переменить позу мне, конечно, не дали, мигом просекли мои манёвры и лишь крепче сжали талию.

— А давай, я сама решу, идёт? — буркнула, покосившись на него. — Можешь успокоить свою совесть, мне совсем не требуются джентльменские замашки…

— Любовник дома ждёт, или муж? — снова перебил меня невоспитанный тип, и я только открыла рот, чтобы возмутиться, но не успела — оказывается, он не договорил. — Впрочем, мне глубоко по параллелограмму, потому что если у мужика хватает глупости оставить такую женщину одну без присмотра, то он её не достоин, — хмыкнул Борис, повергнув меня своим высказыванием в оторопь.

— Да нет у меня никого, — нервно выпалила я, что-то мне совсем не нравилось, куда свернул разговор.

— Вот и замечательно, — кивнул Борис, медленно погладив большими пальцами мою талию. — Тогда вопрос решён.

— Слушай, вот зачем ты усложняешь всё, а? — сердито произнесла, кусая губы.

— Понимаешь, я из того вымирающего вида мужчин, у которых охотничий инстинкт ещё не отмер за ненадобностью, — проникновенным тоном сообщил Борис, придвинув меня ближе — мои ладони тут же упёрлись ему в грудь. — А ты сейчас пытаешься сбежать, махнув хвостом, и дразнишь во мне хищника, — словно в доказательство, в необычных глазах мелькнул азартный огонёк, а на губах появилась многозначительная усмешка. — И чем дальше, тем сильнее растёт желание узнать побольше о тебе и не ограничивать наше знакомство случайным сексом.

— Между прочим, это я тебя соблазнила, — напомнила ему, если вдруг Борис что-то забыл.

— Да что ты?! — насмешливо отозвался Боря, и отчего-то я смутилась, ощутив, как щекам стало жарко от румянца. — Между прочим, если бы я не захотел соблазниться, ты бы сейчас не сидела здесь. Вопрос закрыт, никакого такси, и я жду твоё имя, иначе буду звать тебя Снегуркой, — пригрозил он.

Ну и ладно. Дождусь, когда уснёт, и тихонько уйду, делов-то.

— Варя, — нехотя ответила, понимая, что тип не отстанет.

— Чудненько, Варвара, — Борис широко улыбнулся и наконец ссадил меня с колен. — Есть пожелания по напиткам? Алкогольные, кофе, чай, сок? Может, голодная?

Нет уж, алкоголя точно с меня хватит на сегодня. Кофе на ночь тоже нет смысла, так что, обойдёмся стандартным чаем. Пить в самом деле хотелось.

— Чай, пожалуйста, — вежливо кивнула я.

— Отлично, сейчас будет, — Борис вылез из воды и включил гидромассаж, и даже не удосужившись прикрыться полотенцем, направился к выходу.

А задница у него ничего так, вынуждена была признать я. И спина тоже, мышцы так красиво напрягаются, пусть и не как на глянцевых журналах, но видно, что следит за собой. Я невольно засмотрелась, пока дверь не захлопнулась, потом очнулась, снова фыркнула и погрузилась в бурлящую воду по шею. Настырный такой, скажите пожалуйста. И чем его не устраивает просто приключение, обязательно включать брутала и изображать заинтересованного мужчину?! Ну не верилось мне, что он в самом деле намерен продолжить знакомство, ни разу случайный секс в моей богатой на приключения жизни не закончился так красиво. Переспали, разбежались, никаких телефончиков и прочей дребедени.

Так, всё, хватит, пока расслаблюсь, а там буду действовать по плану. И я прикрыла глаза, откинувшись затылком на бортик. Когда ещё получится в джакузи поваляться! Услышала звук открывшейся двери, но не посмотрела в ту сторону — вряд ли кто-то кроме Бориса.

— Вот, держи, — через несколько мгновений послышался плеск, и пришлось всё-таки выпрямиться — мне принесли чай. Борис уселся рядом, по-хозяйски обнял за плечи и осведомился: — Какие планы на Новый Год?

— Никаких, — я дёрнула плечом без всякой задней мысли — вряд ли мы ещё встретимся, можно и для разнообразия побыть честной.

— Отлично, мы с друзьями как раз собираемся за городом, коттедж сняли, с банькой, — кивнул Боря. — Часов в шесть заеду за тобой. Три дня там будем. Когда тебе на работу?

— У меня свободный график, но мы как все, с одиннадцатого, — я отхлебнула вкусного чая, про себя посмеиваясь.

И ведь всерьёз верит, что Новый Год будем вместе встречать. А говорят, женщины мечтательницы. Ну, пусть помечтает, я не против. Пока мы валялись в ванной, в процессе ленивой беседы выяснилось, что Боря — начальник в какой-то крупной компании, но он устроился так, что свалил основную работу на брата, которому как раз нравится торчать в офисе. Сам Борис появляется там только пару раз в неделю, и если важные встречи требуют его присутствия.

Любит ходить в походы по стране и за рубежом, иногда, в тёплое время года, выгуливает свой байк. Вообще, старается вести активный образ жизни. Я о себе сообщала только общие сведения, не углубляясь в частности, и когда вода остыла, организм просигнализировал, что вполне расслабился и хочет баиньки.

Ну, это уже дома. Мой зевок не остался незамеченным, и Боря тут же поднялся из ванной, выключил бульбочки и протянул руку.

— Пойдём-ка баиньки, — заявил он на полном серьёзе. — Успеем ещё наговориться.

Я послушно выбралась за ним, завернулась в пушистое полотенце.

— Иди, я сейчас, — деликатно намекнула, что мне надо уединиться, и между прочим не соврала.

— Понял. Гостевая щётка в шкафчике, можешь взять, она в упаковке, чистая, — Борис вышел.

Сделав все свои дела и почистив зубы, я подошла к двери, выдохнула и взялась за ручку, потом тихо открыла, прислушиваясь. Может, уже уснул, а?

В спальне было темно, я выскользнула, покосилась на фигуру на кровати и на несколько мгновений задумалась. Так, а одежда моя всё равно тут разбросана, и как бы так её тихонько собрать и не спалиться?..

— Варя, что ты там шуршишь? Иди сюда, — раздался сонный голос Бориса.

— Это, а сумка моя внизу? — я лихорадочно придумывала предлог спуститься вниз. — У меня телефон там…

— Утром отдам, — лениво ответили мне с явным ехидством. — Не думаю, что кто-то будет звонить тебе в час ночи, а раз начались праздники, то будильник тебе тоже не нужен. Зато точно не сбежишь. Иди сюда, Варь, — повторил Боря, приподнялся и похлопал по кровати.

Я замерла, ошарашенная его словами, и аж выпустила концы полотенца, уставившись на нахала.

— Ты… что? Спрятал мои вещи?! — наконец возмутилась, и не думая тронуться с места.

От негодяя донёсся длинный вздох, а в следующую минуту мужчина быстро поднялся и шагнул ко мне, я же шарахнулась в сторону, всерьёз собираясь удрать.

— Зато теперь я уверен, что утром найду тебя здесь, а не где-то неизвестно, где, — довольно заявил похититель и метнулся ко мне.

Ну да, конечно, кто же мне даст убежать-то. До двери я не добралась, обманным движением Боря усыпил мою бдительность, и аккуратно сгрёб в охапку трепыхающуюся меня.

— Нет, конечно, прикольно вспомнить молодость и побегать за женщиной по спальне, но предлагаю всё-таки в кровать, — невозмутимо сообщил он, забираясь в постель и укладывая рядом, легко пресекая попытки оттолкнуть. — Не буянь, а то свяжу, без шуток, — предупредил Борис, и я затихла, не зная, сколько правды в его словах. Он тут же сграбастал и подтянул ближе, прижавшись к моей спине и сопя в затылок. — Спи, длиннокосая, — чуть тише добавил Боря и затих.

Я же, прикрыв глаза, признала поражение — пока только в первом раунде, ровно до утра, как мне вернут мои вещи! — и тоже плавно уплыла в сон, пригревшись и расслабившись.

Собственно, на этом мои спокойные деньки закончились. Потому что утром мне вернули сумку только тогда, когда я продиктовала номер телефона, и Борис проверил, что не ошиблась в циферках. Такси тоже не разрешил вызвать, и вообще, выпустил из дома только в сопровождении себя, любимого, собираясь лично отвезти меня домой. Моё возмущённое пыхтение и недовольный бубнёж прервал самым действенным способом, наплевав, что мы стоим посреди двора, и нас прекрасно видно из окон. Смущение? Не, не слышали. Ещё и подтолкнул к машине, легонько шлёпнув по пятой точке.

— Садись, пока не отморозила себе ничего, — невозмутимо заявил этот… деспот, открывая передо мной дверь большого «Лэндровера».

— Я тебе ничего ещё не обещала! — упрямо буркнула, забираясь внутрь. — Нечего командовать, ты мне не муж, не жених, и вообще, мы просто переспали!

— Два раза, — ухмыльнулся несносный Бэд Мороз, садясь за руль. — И привыкай к мысли, что это только начало, вреднюга.

Вспомнила утро… и отчаянно покраснела, упёршись взглядом в сцепленные пальцы. Кхм, да, оно было таки бурным и не менее страстным, чем вечер.

— Блин, надо было лесом тебя слать, — насупилась я, отвернувшись к окну и пребывая в смешанных чувствах.

С одной стороны, приятно, конечно, встретить такого уверенного в себе и своих действиях мужчину. С другой… Так страшно разочароваться снова.

— Поздняк метаться, — хмыкнул Боря ну очень довольным голосом. — Кстати, как насчёт поужинать сегодня вечером где-нибудь? Ты какую кухню предпочитаешь? Обещают снег и лёгкий мороз, можем потом прогуляться, воздухом подышать.

— Отрицательный ответ не принимается? — не удержалась я от язвительного замечания, однако поймала себя на том, что вовсе не против встретиться с Борей сегодня снова.

Только фиг он об этом узнает, нет уж.

— Ну если не нравится ресторан, могу дома что-нибудь приготовить, — ответствовал этот несносный тип. — Во сколько лучше позвонить тебе? В шесть, семь?

Я покосилась на него и неожиданно рассмеялась, покачав головой.

— Слова «нет» в твоём словаре не существует, да? — насмешливо обронила, понимая, что не отвертеться уже.

Ну и как бы, не слишком хотелось, да.

— Применительно к тебе, Варюша, это значит «да, но попозже», — парировал Боря, выезжая на дорогу.

Кажется, меня угораздило встретить кого-то, равного по упёртости мне самой. Вот Наташка порадуется! А вечером этот вредный тип после уютного ресторана с обалденно вкусной русской кухней самым наглым образом повёз меня к себе, даже не спросив! Нет, я, конечно, не возражала, однако уже в спальне, сначала раздев и зацеловав до полубессознательного состояния, Боря, нависнув надо мной, грозно заявил:

— Значит так, поскольку ехать нам завтра вечером, не вижу смысла тебе возвращаться домой. Позавтракаем спокойно, днём съездим, соберём твои вещи, и потом сразу и отправимся.

А чтобы я не начала снова возмущаться его самоуправством по привычке, он заткнул мне рот очередным горячим поцелуем, надолго лишив способности соображать и внятно выражать мысли. Ну а потом спорить и качать права уже было откровенно лень, да и поздно уже, после драки кулаками махать… Особенно, засыпая на таком уютном и удобном плече, слушая мерный, сильный стук сердца.

P.S.

Боря так и не отпустил меня после того Нового Года, который мы провели в очень даже тёплой и дружеской компании, куда я плавно вписалась.

Оказалось, Борис, как и я, был давно в разводе, обнаружив, что супруге только деньги и дорогие подарки от него нужны, чуть не разочаровался в женщинах, как я — в мужчинах. И да, Наташка была в полном восторге от этой истории, особенно когда выяснилось, что Борис и есть главначальник её компании, и в тот вечер он как раз и шёл на тот корпоратив, с которого я сбежала. А ещё через полгода, летом, мой Бэд Мороз втихаря привёз меня в загс, поставив перед фактом, что мы подаём заявление. Когда этот продуманный тип успел вытащить мой паспорт и спрятать в своей сумке, понятия не имею…

Нет, потом мне устроили и романтичный вечер, и признание с предложением и колечком, по всем правилам, с поправкой на фантазию Бори: ужин состоялся на одной из крыш города, с видом на закат, а колечко мне сразу надели на палец, заявив на ушко:

— Ну, ты же ведь и так понимала, чем всё закончится, правда, краса моя? Я же сказал, что не отпущу, — чуть тише добавил он, обняв и чмокнув в висок, а потом развернул к себе и поцеловал по-настоящему.

А следующий Новый Год я уже встречала со стаканом сока вместо шампанского, вполне заметным животиком и лёгкой паникой: УЗИ показало, что будет двойня. Боря оказался в своём репертуаре, свято соблюдая собственное кредо «мужик сказал — мужик сделал». Он же мне заявил как-то, что хочет не меньше двух детей, и клятвенно пообещал, что научится менять подгузники и будет сам вставать к ним ночью, когда я устроила маленькую истерику, что не готова к детям. Ну а пока Боря ни разу не обманул, и всегда если что-то обещал, слово своё держал. За что его и люблю, и в самом деле ощущаю себя, как за каменной стеной. И снова верю в чудеса.

Content

Стрельникова Кира Зимняя сказка для плохой девочки [СИ]

Кира Стрельникова ЗИМНЯЯ СКАЗКА ДЛЯ ПЛОХОЙ ДЕВОЧКИ