Валерий Строкин

Ночная сказка для двоих

1

— Ты уверена, что нам лучше расстаться? — спросил Влад, откидывая со лба длинные, давно немытые серые волосы. Он холодно и оценивающе посмотрел на Тасю. Улыбка на тонком, бледном лице дрожала от ярости.

— Да, — коротко ответила Тася.

Россыпь веснушек на слегка вздернутом носике пропала, а две солнечные косички превратились в золотое пламя, небрежно рассыпанное по плечам и спине. За последние несколько лет она вытянулась, её фигура стала стройной и спортивной, благодаря занятиям аэробики в спортивном клубе «Багира». Только глаза, они остались такими же, как и в детстве: большие, солнечные, наивно открытые миру.

Влад отвернулся к стене и принялся рассматривать странную картину, так искусно нарисованную, что создавалось впечатление, будто смотришь в окно. На ней были изображены высокие, переливающие на солнце белые башни замка, на которых трепетали на ветру разноцветные стяги; солнечные блики играли на цветной мозаике окон, а в небе парил, почти как живой, дракон с крыльями цвета розового перламутра.

Влад хмыкнул:

— Что за чушь, — он протянул руку к картине, но в последний момент что-то его остановило. Странное чувство опасности и страха неожиданно шевельнулось внутри, предупреждая об опрометчивости поступка. Влад снова хмыкнул и отвернулся от картины.

— Тоже мне, принцесса, — парень прищелкнул языком, — подумаешь, недотрога.

Тася хранила ледяное молчание, лишь в глазах появились вызывающие, презрительные огоньки.

— Я же извинился перед тобой! — взорвался Влад. Он любил и одновременно ненавидел эти насмешливые, презрительные глаза. — Нет уж, больше ненавижу, — решил он по себя. — Еще не перед кем так не унижался и не просил прощения.

— Хорошо, — Влад резко взмахнул рукой, словно что-то перерубал, — извини в последний раз. — Она красива, с такой чувихой мчаться на мотоцикле по улице… Байкеры сгорали от зависти, спрашивали: где такую откопал, трахнул или нет? Ха!

— Я был пьян. Да не смотри так! Не смотри, слышишь!

— Как?

— Так! Я был пьян, я не помню, что делал, а ты такая… — Влад рассмеялся визгливо, с хрипотцой.

— Ну что, мир? — спросил он с надеждой на прощение.

— Что ты кричал своим друзьям? — холодно спросила Тася.

Влад смутился, тряхнул головой. Волосы упали, скрыли глаза.

— Я же сказал, что был пьян, — пробормотал он. — Я не сделал ничего такого, о чем кричал? Это же дискотека, там такой шум…

— До свидания, Влад, вернее — прощай, — ответила Тася.

Влад отбросил с глаз челку и расхохотался:

— Принцесса, — зло выплюнул он. — Жизнь тебя ещё обломает. Тоже мне — недотрога. Первая меня позовешь, только потом не пожалей.

— Уходи.

— До свидания, принцесса! — Влад поднялся и вразвалочку прошел через комнату. — Ещё позовешь! — Громко хлопнула дверь…

— Вот и все, — устало подумала Тася, с облегчением переводя дух. — Все кончено и…хорошо что кончено, — прошептала она. — Теперь он меня возненавидит.

Тася поднялась с дивана и подошла к картине. Она всегда успокаивала девушку, словно говорила — все будет хорошо. Тася грустно улыбнулась — старинная картина, из далекого детства. Смешная, детская, до сих пор висит в её комнате. Почему глядя на нее, она волнуется, бередит себя глупыми мечтами о далеких мирах, о волшебных дверях, королевских дворцах?

Глупо, как глупо, во все это верить. Разве я ребенок? Мне бы еще в куклы поиграть, — Тася улыбнулась и подмигнула летящему дракону. Откуда-то она знала, что его зовут Стиамотом.

— Так вот, Стиамот, глупо ждать сказочных принцев. Где они прячутся? Их нет. Есть современные, кожаные и крутые, такие как Влад и его приятели. Хохочущие, самовлюбленные принцы, пропахшие дешевыми сигаретами и пивом, несущиеся во весь опор на железных конях-мотоциклах. Одним словом — байкеры.

Тася грустно улыбнулась:

— Какая я все-таки глупенькая…Глупенькая… — ей захотелось расплакаться.

— Посмотри на себя, все девушки, как девушки. Вон, Маринка, уже родила, а ты? Тебе девятнадцать лет, глупенькая, что у тебя в голове?

— Ветер, — Тася звонко рассмеялась и настроение улучшилось.

— Глупенькая…

2

— Все! — Белый Принц хлопнул в ладоши, вскочил с кресла. — Я так больше не могу! — воскликнул он и от огорчения щелкнул мечом в ножнах. — Пора! Я чувствую, что пора! Пора забрать её, — Белый Принц обращался к маленькому хоббиту, сидящему на широком подоконнике, смотрящего в окно и задумчиво пускающего колечки дыма из глиняной трубки.

— Все-таки так красиво, как у Гендальфа, у меня не получается, — Бильбо сокрушенно вздохнул, провожая глазами круглое голубое колечко.

— Что не получается? — недоуменно спросил Белый Принц.

— Кольца. — Бильбо выпустил колечко, за ним ещё одно. Вращаясь они соединились в восьмерку. К восьмерке присоединилось еще несколько колец, вскоре они образовали замкнутую цыпочку из дымных звеньев.

— Ну вот, — Бильбо покачал головой, — что я говорил?

— Ты слышал, о чем я тебя спросил?

— Слышал.

— И что ты об этом думаешь?

За окном послышалось хлопанье крыльев. Бильбо кубарем слетел с подоконника.

— Стиамот! — закричал Бильбо изумрудной тени, уносящейся ввысь.

— Проклятый дракон, ты глянь, какой вредный характер. — Хоббит покачал головой, поднял с пола трубку, заново набил её рассыпавшимися угольками. Его пальцы, казалось не чувствовали исходящего от них жара.

— Не люблю драконов, — признался Бильбо, добродушно улыбаясь и раскуривая трубку. — Даже этого, с перламутровыми крыльями. Помню, как-то раз, во время похода на Одинокую Гору, я встретился со Смогом…

Белый Принц не слушая, хмурясь, вышагивал по залу.

— Я тоже думаю, что пора, — хоббит прошел через зал и непринужденно уселся в кресло-трон принца.

— Тем более что завтра праздник. Все к нам на бал, — мечтательно произнес Бильбо, выпуская самое большое кольцо. — Может, и Гендальф объявится. Соберется лесной народец, эльфы, приедут принцессы в сопровождении верных рыцарей. Вы пригласили гномов? Я понимаю, что они бессовестные обжоры, но хотя бы Торина? У нас с ним было так много общих приключений, — вздохнул хоббит.

— Всех пригласил, и Торина и Ко, - успокоил рыцарь, замирая на месте. — Хорошая идея, я представлю её нашему обществу.

— Отправляемся вместе, — безапелляционно заявил Бильбо, закидывая ногу за ногу.

— Нет, — решительно отрезал Белый Принц.

— Да!

— Нет!

— Да!

— Но кто тогда приготовит замок к встрече? — возмутился рыцарь.

— Пусть этим займется Плошка.

— Что? Плошка великан? Да ты смеешься?

Рассмеялись оба.

— Уж он точно приберет и подготовит замок, — хихикал Бильбо.

— Я еду один.

— Но мой господин, в этот дикий мир одному отправляться опасно. Это безрассудство, рисковать собой накануне праздника. Возьмите с собой великана Плошку или Стиамота.

— Не первый раз рискую, накануне праздников, — усмехнулся Белый Рыцарь. Он подошел к тронному креслу, вынул из него упирающегося хоббита.

— Давай, давай, иди на свое место, на окне…

Бильбо вернулся на подоконник. Принц сел в кресло.

— Итак, решено! — воскликнул Белый Принц хлопая ладоши. — Я еду за ней!

— На чем? Ваш конь, хоть и рыцарский, но не выдержит дороги, слишком далеко. Говорю вам — возьмите меня с собой. Я знаю наикратчайший путь, через лес Фей.

— Отстань, ты подготовишь замок к встрече с принцессой. Я отправлюсь за ней на Стиамоте.

— Вы испугаете принцессу, этот дракон дик и невоспитан.

— Разве настоящую принцессу можно испугать? — удивился Белый Рыцарь.

— Простите меня, принц, — Бильбо наклонил голову. — Как хотите: Стиамот, значит Стиамот. Пусть крылатая ящерица проверится. Во всяком случае, с ним вы будете в безопасности.

— Я зажарю тебя и съем! — донесся с небес рев дракона.

Бильбо соскочил с окна.

— И откуда у такой туши, такой тонкий, я бы сказал: даже музыкальный, слух?

В окно просунулась зубастая голова дракона. Мелкие изумрудные чешуйки переливались ярким зеленым огнем.

— Мой господин, я все слышал, — объявил Стиамот. Из пасти выполз сгусток черного дыма и вырвался маленький язычок пламени.

— Готов, хоть сейчас. — Дракон презрительно покосился на съежившегося в углу зала маленького хоббита. — Я знаю в тот мир короткую воздушную дорогу.

— В путь! — нетерпеливо выкрикнул Белый Принц. Вскочил с кресла, пробежал через зал и не раздумывая выпрыгнул в окно, прямо на зеленую, покрытую толстыми бронированными чешуйками, спину дракона, как раз между огромными крыльями, похожими на крылья гигантской летучей мыши — перламутровые паруса Стиамота, его гордость.

— Бильбо, жди нас с принцессой!

— Буду надеяться, — пробормотал хоббит, с тоской оглядывая опустевший зал. Его ждала генеральная уборка.

3

Влад с шумом отхлебнул пива и громко икнул.

— Ух ты, черт!

Рыжая косичка угреватого Славки дернулась, он расхохотался.

— Что смешного? Ик. Ик.

— Ничего, — Славка приложился к пивной бутылке, опустошая её. Бутылка совершила кульбит и прозвенела в темном углу амбара.

Большой, старый и пыльный сарай, на краю поля, пах не зерном и мышами, а лохмотьями запревшей паутины, развешенной по углам. Солнечные пыльные лучи кинжальными лезвиями били сквозь прорехи крыши, углы сарая пропахли смазкой, пролитым бензином, сигаретами и пивом, потом старых кожаных курток.

Их было пятеро мушкетеров, тусующихся в сарайной штаб-квартире: Влад, рыжий Славка, Коль Босой, Амор (читайте наоборот — Рома), считавший себя неотразимым, похожим на Кину Ривза. И предводитель — сумасброд, поступки которого были совершенно непредсказуемы — Чука, разбитной парень, затянутый в кожу и любивший повторять, что он был рожден вместе с мотоциклом. Действительно, ездил он на нем как бог, или демон…

Чука лежал на ворохе пустых картонных ящиков из-под бананов, лениво потягивал пиво и курил сигарету со странным запахом.

— Что у тебя случилось? — лениво спросил Чука, глубоко затянувшись и задерживая дым.

— С одной чувихой разошелся, — небрежно ответил Влад, вскрывая кольцом, на котором скалился в кривой ухмылке череп, очередную бутылку.

— Молодец, — отозвался Чука. — От баб одни неприятности.

— А она симпатяга, — встрял в разговор Амор. Он закрыв глаза расчесывал длинную выбеленную челку.

Босой, отложив ключи в сторону и прекратив копаться в моторе сказал:

— Если ты бросил, я могу приударить, вдруг что наклюнется.

— Закрой пасть, урод комнатный! — Влад выпрыгнул из седла и подлетел к Кольке. Тот спокойно поднялся, но его глаза превратились в две узкие бойничные прорези. Он подбросил на руке накидной ключ на шестнадцать.

— И что? — процедил Босой.

— Успокойтесь, горячие эстонские парни, — осадил их Чука. Он швырнул под ноги Владу пивную бутылку. В стороны брызнули осколки. — Нашли, что делить — бабу! — фыркнул Чука.

Влад вернулся к своему мотоциклу, хмуро уселся на седло. Щелчком выбил из пачки сигарету. Поймал в полете. Прикурил.

— Ладно, не будем ссориться, — пробурчал Влад, выпуская в сторону Кольки струю дыма.

— Замяли, — Босой, опустился на корточки и занялся мотором.

Чука лениво оперся на локоть. Он делал все через силу, когда покидал мотоцикл.

— Слушай, а если мы твою бывшую бабу сюда привезем?

— Зачем? — не понял Влад.

Чука рассмеялся, сплюнул длинной зеленой слюной. Его глаза неестественно блестели, напоминая два ночных озера залитых бледным светом луны.

— Разберешься с ней, по-мужски.

— А мы поможем, — Серега оскаблился, обнажив темный провал двух передних зубов.

Взгляды парней скрестились на Владе.

— Что замолк, байкер — ночной рыцарь, жалко девку? — подначивал Чука.

— Классная чувиха, — мечтательно произнес Амор и захихикал.

Влад зло покосился в его сторону. «Врезать бы разок по этой холеной мордашке, чтоб всмятку превратить носяру».

Амор перестал смеяться. Отвернулся в сторону и закурил ментоловую сигаретку.

— Идея принимается? — не дожидаясь ответа Чука объявил, поднимаясь:

— Тогда по коням.

Он вразвалочку прошел к «Хонде» — единственному коню благородных кровей, среди потрепанных стареньких «Яв» и Колькиного, нуждающегося в вечном ремонте «Минска». «Хонда» в компании была культом, предметом зависти и честолюбивых мечтаний. Как и где, Чука раздобыл крутую тачку, никто не знал. Однажды, он появился в их районе на этом новеньком, блестящем, грациозном иностранце. С ревом пронесся по улице, распугивая дворняжек и почти разучившихся летать голубей.

Чувствуя на себе восхищенные и завистливые взгляды приятелей, Чука запрыгнул на седло. Его глаза мрачно заблестели, впиваясь во Влада.

— Ну так, что? — спросил Чука.

Влад подумал о Тасе, о том, как она оскорбила его: «отвергла и как щенка выставила за дверь. Кто она такая? Разве можно так со мной обращаться? Или я не мужчина? Глупая, маленькая девчонка! Принцесса! Королева бензоколонки! Да как она посмела оскорбить меня своим отказом? Для кого тогда беречь девственность?» — цинично думал Влад.

Злость черным торнадо закипела, подняла в душе чернильную грязь и совместно с выпитым пивом ударила в голову.

— К дьяволу её! — пробормотал Влад. — Такую чувиху надо хорошенько проучить. Обломать, чтоб знала свое место. Чтоб на всю жизнь усвоила урок — так с мужиками поступать нельзя — опасно!

«А потом? Потом она останется в компании, будет всегда сидеть за моей спиной, во время ночных вояжей по городу. Будем вместе пить пиво, пугать милицию, несясь по дорогам на бешеной скорости и балдеть в этом старом, долбаном сарае под dead-rock. Черт побери, я научу её настоящей жизни. Когда надоест, — Влад громко расхохотался, окинул веселым взглядом компанию, — уступлю друзьям». Он встряхнул серой, спутанной гривой:

— Заметано мужики, я с вами. Надо её проучить. Чука, ты прав.

— Я всегда прав, — Чука хищно улыбнулся. — Правильное решение. Мужчина должен себя уважать.

— Увашать! — воскликнул Серьгей.

— Не шамкай, — залился смехом Колька Босой.

— За бабой! — выкрикнул Амор.

— Хий-яа-ааа!

— Юп-юп-юп-хий-йяя-ааа!

Компания завела мотоциклы, наполнив амбар ревом, гарью и дымом.

— Сегодня объявляется охота на принцесс! — провозгласил Чука.

Он первым покинул амбар, вылетев на улицу по опрокинутым воротам. На затылке шлема мелькнул оскал черепа и надпись «Веселый Роджер»! За ним, поставив на дыбы «Яву», вынесся Влад:

— Эй вы, пещерные люди!

Уставшие ждать ответа,

Расскажите нам лучше

Сущность белого света…

— доносилась песня из-под ярко-красного шлема с наклейкой изображавшей в прыжке тигра.

Следом, единым рядом прыгнули через ворота Сергей, Амор и Колька. Каждый, в мыслях проигрывал сценарий разборки с непокорной чувихой не уважающей мужиков.

«Вот повеселимся!»

Странно, что полусгнившие от сырости и дождя, лежащие на земле ворота, изо дня в день выдерживали такие наезды.

4

— Папа, папочка, смотри — дракон летит! Дракон! — мальчуган настойчиво тянул отца за рукав пиджака.

«Опять детям в садике читали разную муть про летающие тарелки», — уныло подумал грузный бородатый мужчина, оттрубивший на заводе смену подле станка и забравший ребенка из садика. Настойчивые подергивания, продолжались, он задрал голову к небу.

В самом деле, странная туча несколько напоминала дракона: вытянутая длинношеяя голова, змеевидный хвост, с треугольником на конце, как указующая линейка и необычный перламутровый, жемчужный свет по краям облака.

— Похож, похож, — одобрил папа.

— Ух ты! — Восхищенно вздохнул ребенок. — На нем наверное сидит принц и летит за принцессой.

— Может быть, — пробормотал папа, опуская голову, начала затекать шея.

— Все мы когда-то летали за принцессами. — Он ладонью растер шею. — Проклятые соли, надо пивком разбавить. — Папаша сглотнул слюну, представляя холодный светлый напиток в запотевшем бокале.

— Дракон. Скорее какое-нибудь НЛО. Впрочем. НЛО бывает только в газетах и дешевых журналах, которые так любит читать наша мама. Надо будет рассказать ей про чудное облако…

Мужчина снова запрокинул голову. Облако-дракон пролетело над ними и быстро скрывалось…

— На такой высоте и такой ветер? Странно, странно… — Мужчина погладил по голове пшеничные волосы сына и вновь подумал о светлом, холодном пиве и паре запотевших бокалов, а к ним, на тарелочке красные раки. Не будет раков, возьму креветок…Эх, мечты, — мужчина вздохнул и подумал, что лучше возьмет пару бутылочек пива домой и там, под селедочку с лучком, возле телевизора, в кресле, со всеми удобствами…

Он нетерпеливо дернул сына за руку.

— Пойдем, лучше под ноги смотри, нечего рот на облака раскрывать и стоять посреди дороги.

— Настоящий дракон, — восхищенно прошептал малыш. — Папа, ты видел, какие у него красивые перламутровые крылья?

— Видел…Нет, куплю три «Жигулевского» и выпью под «Ментов». Тьфу ты, черт, сегодня же футбол! Надо успеть…

— А принца видел, в серебряных доспехах, он сидел на драконе? — вопрошал малыш.

— Архангел Михаил на прогулке, — пошутил мужчина. Почти силком он тащил за собой не успевающего идти сына. Впереди, через дорогу показался магазин.

— Так и быть, куплю тебе мороженое.

— Шоколадное?

Отец прикинул карманные деньги: с «шоколадным» на три «Жигуля» хватало.

— Шоколадное, — согласился папа. — Мороженое тебе и маме, в честь дракона с перламутровыми крыльями и принца в серебряных доспехах. — Он хмыкнул, — только пошли скорее, а то на футбол опоздаем.

— Мороженое — это здорово! — согласился малыш.

Оба, подняли головы, посмотрел на небо, но от необычное облако исчезло.

5

— Ты хоть знаешь куда лететь? — спросил принц у Стиамота.

— Доверься мне, — ответил дракон, — у меня такое тонкое обоняние, я её почувствую.

— Почувствуешь? Столько лет прошло, — недоверчиво протянул Белый Рыцарь.

— Запах у всех разный, как отпечатки пальцев или ступней, — ответствовал Стиамот. — У меня самая лучшая в мире память на запахи. Её запах я ни с чем не спутаю. Она же принцесса! — Дракон изрыгнул пламя.

— Мне не нравится этот мир, ты чувствуешь, как здесь воняет? — Стиамот покосился на принца.

Белый Рыцарь подставил лицо ветру:

— И что?

— Плохие запахи, отравленный ветер, — пожаловался Стиамот.

— Нам нельзя здесь долго находиться, — сказал рыцарь.

— Как они могут жить, с такими запахами? — не унимался дракон, отрыгивая черные клубы дыма.

— Этот мир странен, потому что нам чужд, — сказал Белый Рыцарь.

— И странный город, — добавил Стиамот.

Они, как раз пролетали над городом: внизу, грязными пятнами вспыхивала зелень газонов, безликие серые дома, напоминали башни баронов из темных миров, а застывшие реки асфальта — ленты дорог.

— Мы заберем её домой, — пробормотал Белый Принц. — Ты можешь быстрее?

— Могу! — Стиамот взмахнул крыльями, набирая высоту и скорость.

Они поднимались вверх, пока в небе не засияли огоньки далеких звезд и не стала слышна их призывная звездная музыка. Белый Принц крепче вцепился в выступающие на хребте дракона треугольные пластины. Он почувствовал неясное, пока неосознанное чувство тревоги, словно принцесса была в опасности.

— Еще быстрее, — приказал Белый Принц.

Стиамот молча взмахнул перламутровыми крыльями наполняя их звездным сиянием.

— Как хорошо, что я умею летать, это и есть счастье. Ветер, покой, высота, чудесный воздух, такой же тягучий, как высокогорный, ледниковый ручей и прекрасный вид. Сложишь крылья…

— Я тебе сложу.

— …и свободное падение в пропасть, и непревзойденный восторг от захватывающего дух полета…Бедные, земные ящерицы, как вы далеки от этого, — злорадно добавил Стиамот. Наслаждаясь он закрыл глаза и стал слушать звездную музыку.

— В этом чужом мире, только на такой высоте, еще сохранилось волшебство…

— Ты можешь быстрее? — рыцарь дернул за пластину.

— Куда уж быстрее! — возмутился дракон.

— Я чувствую, что принцессе угрожает опасность, — сказал принц.

— Ничего с ней не случится, — пробурчал Стиамот. — Принцессам всегда угрожает опасность, на то они и принцессы. — Тем не менее он чаще захлопал крыльями, из горла вырывались черные дымовые сгустки.

Далеко внизу появились огоньки города, в котором жила, по их расчетам принцесса.

6

— Располагайся, красотка! — Чука, довольно, хохотнул и шлепнулся в свой угол, на банановые коробки. Они жалобно скрипнули. В его пальцах, словно из воздуха появилась папироса.

Тася внимательно огляделась. Её насильно доставили в пустой, полу развалившийся амбар, состоящий из сквозняков и серых полутонов вечернего неяркого света, пробивающегося сквозь дыры в стенах и потолке.

Коль Босой, как всегда занялся мотоциклом, придирчиво вынимая свечи, осматривая, сердито и громко дуя. Славка притащил из угла старый пыльный рюкзак набитый пивными бутылками. Амор, сидя на мотоцикле липким взглядом пытался раздеть клёвую чувиху. Влад слез с мотоцикла. Медленно обошел его и остановился перед Тасей, сидящей в седле.

— Что дальше? — спокойным голосом, даже немного снисходительно, спросила Тася.

— Увидишь, — усмехнулся Влад.

Тася поморщилась, от парня разило перегаром, глаза его были мутными, злыми и нахальными.

— Скоро увидишь, — пробормотал Влад, протягивая руку, кладя на плечо девушки.

Тася резко скинула его ладонь. С колен упала спортивная сумка набитая сменной одеждой. Тот час подскочил Славка и, весело гыгыкая, подхватил сумку.

— Посмотрим, что она с собой таскает, — он направился в угол Чуки. Рыжая коса подпрыгивала на спине от веселого гыгыканья. Вжикнула молния замка.

Рука Влада снова потянулась к Тасе.

— Убери руки, — сухим тоном произнесла девушка.

Ей не было страшно, компании парней не пугала. Было стыдно оттого, что такое могло произойти с ней и больше ни с кем. Что и говорить — глупенькая. Она совершенно не была готова к неслучайной встрече. Все произошло слишком неожиданно. Они напали из-за угла, когда она усталая возвращалась с тренировки домой. Маленький, темный тупичок, из которого выскочили, дико завывая, соловьи-разбойники на мотоциклах. Тася растерялась и потом, как его — Чука, он ударил ногой в солнечное сплетение, она не могла закричать и позвать на помощь. Острая боль согнула её пополам и заставила раскрыть рот, чтобы глотнуть не хватающего воздуха.

Что потом? Её подхватил Влад, посадил на мотоцикл, все сорвались с места. В бешеной гонке было поздно кричать и дергаться, чтобы не сорваться и не сломать шею. И вот она здесь: полутемный пахнущий пылью, гниющей ветошью, машинным маслом, парами бензина и грязными кожаными куртками амбар.

— Эй, рыжий?! — окликнул Славку Амор. — Подкинь пивка. — Он поймал распечатанную бутылку. Из горлышка плеснуло на грудь, по белой майке с рисунком красного черта растеклось мокрое пятно.

— За тебя красотка! — Амор отсалютовал бутылкой и сделал долгий глоток.

Чука и Славка заржали.

— Красотка, — просмаковал Чука и смачно сплюнул на серую стенку.

— Ничего, — пробормотал Колян.

— Ага, — кивнул Славка.

Влад неожиданно дернул Тасю за рукав. Материя на плече затрещала.

— Ну ты и подонок, — негромко произнесла Тася, прижимая руку к разорванному на плече шраму кофточки.

Амбар наполнился смешливым кудахтаньем.

Влад побагровел, он намеренно себя распалял. Если и чувствовался вначале стыд, то теперь он растворился в горячих мыслях, бушующих в голове пламенем пожара.

— Принцесса! — воскликнул Влад. — Ты что, девочка, не поняла, зачем ты здесь? — Влад отвернулся, он не мог смотреть в глаза Таси, что его еще больше злило. Злило, потому что в них не было страха и мольбы о пощаде — одно презрение.

— Что молчишь? — Влад отобрал у Славки начатую бутылку пива и долго тянул из неё, пока не закончил длинным, сосущим всхлипом пустоты. Он громко отрыгнул.

— И за подонка ответишь, — Влад решительно шагнул к девушке и наткнулся на холодный, отрезвляющий, полный жалости и презрения взгляд. Он испуганно остановился.

— Проклятье, — выругался Влад, отворачиваясь.

Чука захихикал со своего лежака.

— Не тяни, байкер, другие тоже хотят.

Амор и Славка похотливо закудахтали. Амор отрыгнул и забросил бутылку в угол. Раздался звон битой посуды.

— Может, мне первому попробовать? — спросил он у Влада. — Такое впечатление, что ты не очень хочешь эту цыпочку?

— А по морде?! — грозно рыкнул Влад и оглядел всех хмурым, взбешенным взглядом. Тихо, с угрозой в голосе произнес:

— Первым буду я.

— Что будешь? — насмешливо спросила Тася.

— Сейчас увидишь.

— Ну так не тяни, — отозвался Чука, — все хотят. Я буду вторым.

— Я третий, — Амор жеманно подмигнул девушке.

— Четфертым, — Славка возбужденно заржал. — Коль, тебе вефет, ты кончаешь.

«Что я делаю, что я делаю, — с отчаянием подумал Влад. В душе он на все махнул рукой — все к этому и шло. Он виновато посмотрел на Тасю и тут же с ненавистью подумал: -- Какой у неё взгляд, глаза как у ведьмы. Сейчас мы тебя проучим, ведьма».

— Что ты смотришь?! — закричал Влад.

— Жду и смотрю, где твоя смелость?

— Ведьма! — Взвизгнул Влад и шагнул вперед.

Тася соскочила с мотоцикла. Влад ожидал, что она бросится бежать, но девушка кинулась навстречу. Тася повторила удар Чука — с разворота ударила ногой в грудь. Влад вскрикнул и отлетев в сторону, спиной наткнулся на Амора сидящего на мотоцикле. Парни и мотоцикл повалились на пол.

Их падение произвело меньше шума, чем истерический хохот Чуки, опрокинувшегося на спину и барабанящего ногами воздух. Славка замер, поднеся ко рту бутылку, переводил растерянный взгляд с Чуки на Влада и Амора.

Тася, воспользовавшись паузой, бросилась к выходу, но там её поджидал, зловеще оскалившись, Коль Босой.

— Хочешь поиграть со мной? — под узкой, не по размеру, кожаной курткой, заиграли бугры мышц. Он выпятил вперед челюсть.

Девушка отступила в сторону. Чука продолжал захлебываться от смеха и сучить ногами в воздухе. Ему неуверенно подблеивал Славка. Амор и Влад чертыхаясь поднялись.

— Я убью её! Убью! — ревел Влад.

— Нет, для начала мы её изнасилуем, — поправил Амор. — С миньетом. Сука, у меня треснула передняя фара. — Он поднял мотоцикл и повернулся к Владу.

— Козел, выбирай, куда падаешь, если не можешь с бабой справиться.

— Что? — Влад сжал кулаки, готовясь ринуться в атаку:

— Что ты сказал, повтори?

— Успокойся, — подал голос Чука, — начинай разбираться со своей бабой, если не хочешь, чтоб мы начали первыми.

Влад присмирел и взглянул на Тасю.

— Все, моя девочка, шутки закончились, — пообещал он.

— Верное средство — расслабиться и получить максимально возможное удовольствие, — ухмыляясь, посоветовал Амор, извлекая из пачки сигарету и прикуривая.

— Шутки кончились, — повторил Славка, многозначительно сплевывая на пол.

Тася отошла к дальней стене. Успокойся, тихо шептала она, — всегда есть шанс, из любых ситуаций можно найти выход. Главное не бояться, пусть они боятся, потому что им достичь своей цели будет ох как трудно. Посмотри на Влада, воспользуйся его страхом, ведь он боится. Он очень боится…

Влад наступал медленно, хищно вытянув руки, готовясь к возможному нападению. «Ну уж теперь то я буду на чеку». Его лицо побледнело, он не заметил, как прикусил нижнюю губу. Внезапно Влад почувствовал, как по спине побежали холодные мурашки. Он поежился — стало зябко и неуютно.

— Я боюсь, — прошептал Влад. Но отступать поздно, он чувствовал, как в спину с холодной насмешкой упирались четыре пары глаз.

— Я убью её, если она рассмешит Чуку. Может быть так даже будет лучше и для неё и для меня, — он сунул руку в карман куртки и нащупал выкидной нож. — Да, лучше убить.

Тася шагнула навстречу. Влад испуганно отшатнулся. За спиной послышались ехидные смешки. Влад, вытер с лица холодный пот и медленно извлек нож. Щелкнуло выпрыгивая лезвие.

— Эй, не дури! — крикнул Коль Босой.

— Заткнись, — отрезал Влад.

— Стой! — заревел Чука.

Влад вздрогнув оглянулся, но Чука кричал нет ему, а Коль Босому, пожелавшему вмешаться в разборки Влада.

Влад криво улыбнулся и показал Кольке нож:

— Видел? Не вмешивайся, это мое дело.

Повисла гнетущая пауза, все замерли, ожидая продолжения событий.

— Шутки закончились, — пробормотал кто-то в голове Влада.

Молчание затягивалось. Влад посмотрел в сторону Чуки и поймал иронично-поощрительный взгляд — давай, действуй, раз не шутишь.

Влад открыл рот, чтобы повторить промелькнувшую в голове фразу и замер: над крышей амбара зависла необычная гигантская птица. Вздрогнула земля, что-то большое и тяжелое село подле поваленных ворот.

— Они здесь, — донесся странный рокочущий голос.

Чука вскочил и бросился к мотоциклу…

7

То, что вскоре появилось на пороге, заставило всех, кроме Чука, превратиться в соляные столбы Лота. На пороге сарая стоял, задумчиво покачивая головой, огромный изумрудный ящер. За его спиной были сложены перламутровые крылья гигантской летучей мыши. Старые амбарные ворота наконец не выдержали и издав жалобный скрип, рассыпались под драконом. Стиамот пошатнулся и от неожиданности выпустил внутрь амбара маленький язычок пламени.

— Стиамот, осторожно, там принцесса, — рядом с драконом появился Белый Принц. В его руках, в пыльных желтых лучах солнца блеснул большой двуручный меч.

Чука удивил всех, когда расхохотался неожиданным басом. Он пророкотал новым голосом:

— Приветствую тебя, Белый Принц, вот так встреча!

— Я знал, что рано или поздно она произойдет, — ответил Белый Рыцарь.

Чука улыбнулся, кивая на двуручный меч:

— Готов рискнуть ради неё жизнью? — Он взмахнул руками. В воздухе мелькнула молния, над крышей амбара прогремел гром. Разомлевшие от страха приятели увидели, как в руках их вожака появился черный широкий меч.

«Хонда» взревела и превратилась в огромного черного вепря-великана с широкими, огненными глазами, залитыми лиловым огнем. Секач яростно разгребал передними копытами землю, взбивая тучу пыли.

— Она моя, — Чука вытянул меч в сторону девушки, замершей подле стены. Она с удивлением рассматривала дракона и рыцаря — где-то она уже с ними встречалась и… — подсказывало сознание.

— Я первый её нашел.

— Нет, Темный, — Белый Принц грустно покачал головой, — Ты ошибся, спроси у неё с кем она предпочитает остаться?

— Я не привык спрашивать, — взвыл Чука Темный и поднял меч:

— Я убью тебя здесь, на нейтральной территории.

Забытые приятели испуганно жались в углу сарая, не в силах осмыслить происходящее.

— Я перекурил или перепил, — замогильным голосом объявил Амор, падая на лежак Чуки. Через секунду он захрапел.

Влад отбросил нож в сторону, с гримасой ужаса на лице, словно держал живую гадюку. Он жалобно посмотрел на Тасю и не понимая, что делает, упал перед ней на колени и отполз в сторону.

— Прости, — прошептал он, в его глазах появились слезы.

Славка обхватив Коль Босого за плечи шептал:

— Этого не мошет фыть, или это наш пипец.

Коль Босой зажмурил глаза и считал до тысячи, при ремонте мотоцикла счет всегда ему помогал.

— Выходи! — Белый Рыцарь и Стиамот отошли в сторону.

— Хей-яя-я!!! — Закричал Чука и размахивая мечом кинулся вперед. Вепрь за ним, и тут же исчез в пламени выпущенном драконом. Стиамот чихнул, пыль амбара его раздражала.

Вепрь пронзительно заверещал, вылетая из пламени, ничего не видя перед собой. Он полуослеп и от него несло паленым свиным смрадом. Вылетев из огня вепрь-великан попал под сокрушительный удар бронированного драконьего хвоста. Чука Темный отпрыгнул в сторону, в то время, как новый шквал огня обрушился на визжащую свинью.

— Ты, на меня?! — ревел разбушевавшийся Стиамот.

Рядом с Чукой появился рыцарь:

— Отдай меч и уходи.

— Никогда! — Чука плюнул в сторону рыцаря и бросился вперед, размахивая мечом.

Белый Принц легко отбил удар и перешел в атаку.

В небе грянул гром, когда зазвенели мечи, беззвучно вспыхивали лилово-зеленые молнии.

Чука отступал. Он тяжело продышал:

— Я ненавижу тебя. Ох, как я тебя ненавижу.

— Остановитесь!

Чука и Белый Рыцарь замерли и посмотрели на девушку.

Тася сама не понимала, откуда появилась у неё сила повелевать и предвидеть. Но не это удивило её, девушке почудилось, что вся прошлая жизнь оказалось сном, который неожиданно прекратился.

— Я повелеваю вам прекратить поединок. — Она строго посмотрела на Чуку.

— Отдайте мне ваш меч.

— Что? — Чука хотел расхохотаться, но смех замерз внутри, застрял ледяным пластом в горле. Эти повелительные глаза и решительный жест рукой… Сияние силы исходящей от ведьмы Света…

— Белая Ведьма, — просипел Чука, силы вытекали из него.

Чука пронзительно закричал от безнадежности, как смертельно раненый зверь. Он не мог смотреть в повелительные, синие глаза и на белое, слепящее сияние исходящее от девушки. Рукоять меча жгла руку. Чука прикусил язык и замычал от боли и страха.

Сверкнула молния и меч с легким хлопком исчез. Тася пошатнулась, оперлась рукой о стену, не веря в то, что сделала.

— Во мне всегда таились такие силы, — прошептала потрясенно девушка.

Чука без сил упал на колени. Он не хотел жить: скрыться, бежать, все едино, как и смерть. Из приоткрытого рта сочилась черная кровь.

— Принцесса, — Белый Принц опустился на олени, — Я и дракон Стиамот прилетели за вами, чтоб доставить домой.

Тася закрыла глаза, чувствуя, как дрожат руки, после большого напряжения и потраченной силы, которое понадобилось чтобы остановить Чуку Темного. Усталость завладела девушкой, окружающая реальность стала походить на сюрреалистические сюжеты Сальвадора Дали. Она подавила желание опуститься на пол и закрыть глаза. К девушке подполз дракон Стиамот и ласково ткнул змеиной головой в плечо, как будто подбадривал.

— Здравствуй, принцесса, — прошипел мудрый змей, — ты помнишь старого Стиамота?

— Помню, — Тася погладила его алую, развевающуюся от ветра гриву. — Я вспомнила, — вскрикнула девушка, — картина!

— Домой, — решительно приказала она дракону, взбираясь на изумрудный хребет.

— А он? — Белый Рыцарь кивнул на неподвижно лежащего Чуку.

— Он болен, и в данный момент перерождается.

— Кем же он будет? — спросил рыцарь.

— Не знаю. Он скоро очнется и уйдет в другой мир. Прежним — Чукой Темным, он никогда не станет.

Белый Принц удивленно посмотрел на Тасю.

— Не ожидал, что в этом мире вы сможете раскрыть себя.

— Я давно раскрыла себя, — прошептала Тася, — еще тогда, когда вернула вам солнце. — Её глаза начали слипаться, она едва сдерживалась, чтоб не закрыть их. Дракон вылез из сарая, за ним потянулась четверка байкеров. Парни большими, круглыми глазами разглядывая древнего, вымершего миллионы лет назад, ящера. Белый Рыцарь, уселся рядом с принцессой. Она положила ему на грудь голову и закрыла глаза.

— Лучше отойдите в сторону, шалопаи, — мрачно посоветовал Стиамот. Он сделал несколько широких быстрых шагов и легко подпрыгнул в воздух, взмахнул чудными перламутровыми крыльями и стремительно набирал высоту.

— А я не ферю! — закричал, отворачиваясь, Славка.

— Ага, мы обкурились травкой, — хмыкнул Коль Босой.

Влад плача опустился на колени. Он бил кулаками по земле и глядя в небо, на удаляющееся облако, повторял:

— Простите меня пожалуйста, простите меня. — С ним творилось что-то непонятное.

Коль Босой, держал на руках безвольно обвисшего Амора. Наконец это ему надоело и он опустил приятеля на землю. Стеклянные глаза дружка, бессмысленно уставились в небо. Коль вернулся в амбар и вывел мотоцикл. Ни с кем не прощаясь завел мотор и уехал.

Выруливая на дорогу ведущую в город пробормотал:

— Подозрительно стучит, собака. Надо перебрать и продать. Ну их всех к лешему — накатался.

…Там, где на земле лежал бывший Чука Темный, осталась серая проплешина, на следующий день заросшая странными голубыми цветами, с лепестками в виде крестиков.

8

Белый Принц и Белая Принцесса незаметно улизнули с набирающего силу бала, оставив в яркой праздничной зале, веселую толпу гостей: принцев и принцесс, изящных лесных фей и крылатых эльфов, лесной народец — непревзойденных музыкантов и веселых затейников.

Принц вел принцессу по замку, рассказывая о его истории, славе, где расположена какая комната, почему и кто в них жил и живет.

— Тебе нравится этот дом?

— Очень, именно таким я его и представляла, когда….Почти каждый день рассматривала картину: замок на горе, в окружении зеленого парка и сверху — парящий дракон с перламутровыми пуговицами.

Принц весело рассмеялся и взял Тасю под локоть.

— Эту картину твоей бабушке подарил мой отец.

— Правда?

— Правда. Твоя бабушка пришла в мир людей из этого. Картина была её единственной памятью об оставленном мире. Твоя бабушка предсказала, что у неё родится внучка, дитя чужого мира, которая станет Белой Принцессой. Она не ошиблась, пророчество сбылось.

— Я бы хотела оставить картину у себя, — тихо молвила принцесса.

— Она в ваших покоях. Я знал, что вы захотите её оставить. Её доставил великан Плошка, помните такого?

— Конечно помню, — Тася улыбнулась, вспоминая как впервые познакомилась с великаном, когда взбиралась на железную гору.

— Спасибо, — поблагодарила она и рассмеялась.

Белый Рыцарь удивленно приподнял брови.

— Я так счастлива, — улыбаясь пояснила принцесса. — Принцы, драконы, великаны, лесной народец, не верится, что такой мир существует. Поэтому чувствую себя такой счастливой, что наконец-то нашла свой дом. — Принцесса доверчиво прижалась к рыцарю, в её глазах отражалось пламя солнца застывшее на изменяющейся глади темно-зеленого моря.

Тася отскочила в сторону и звонко смеясь, от счастья и радости переполнявших её побежала вперед по коридору, стены которого украшали портреты принцев и принцесс когда-то, очень давно, хозяйничавших в замке. Принц рассмеялся и бросился вдогонку. Длинные солнечные волосы, словно комета, развевались за принцессой. Там, где она пробегала, на стенах вспыхивал нежный, волшебный, бледно-голубой свет и раздавался веселый звон колокольчиков.

Принцесса остановилась перед дверью из темного дерева, по её краям пробивался золотистый свет. Было слышно, как в закрытой комнате ненасытно урчит пламя каминного очага. Рядом встал принц, обнял девушку за плечи.

— Кто здесь живет? — спросила Тася.

— Входи, увидишь, — принц вежливо постучал и открыл дверь.

Перед широким камином, в котором завывало пламя, стоял низенький, кривоногий столик. На невысокой деревянной скамейке, за столом, сидел Бильбо. На столе лежали раскрытая тетрадь и чернильница в которой цвело белое перо. Сидя за столом, Бильбо задумчиво покуривал волшебную трубку, из жерла которой выскакивали разноцветные дымовые кольца. Они собирались под потолком в радужный мост. Он не слышал приход гостей.

Принц и принцесса осторожно приблизились к столу. Хоббит задумчиво смотрел в раскрытое окно, наблюдая, как мерцают звезды. Явно подслушивал их сплетни, вытянув к камину ноги, покрытые жестким коричневым мехом.

Белый Рыцарь хлопнул в ладоши. Бильбо вздрогнул, подпрыгнул и выронил свою трубку.

— О, какие гости, — засуетился Бильбо, поднимая с пола трубку и закрывая тетрадь.

— О чем пишешь? — Принц кивнул на тетрадь. Он попробовал её взять со стола, но Бильбо успел подхватить раньше и крепко прижать к груди.

— Хотите, угощу вас малиновым чаем с кексами? — Бильбо умоляюще посмотрел на принцессу. — Я умею делать вкусные кексы.

— Конечно хотим, — воскликнула улыбаясь Тася. — Малиновый чай с кексами, которые готовит сам великий Бильбо, что может быть вкуснее?

— Вы мне льстите, — Бильбо потупился и шаркнул ножкой.

— И все-таки, что ты там написал, если не секрет? — не унимался принц, показывая на тетрадь.

Бильбо пожал плечами, посмотрел в окно:

— Так, ничего особенного, всего лишь ночная сказка для двоих, — мечтательно произнес он.

— Со счастливым концом? — спросила принцесса?

Бильбо протянул тетрадь Тасе.

— Как же, без счастливого конца, разве такие сказки бывают?

Троица переглянулась и рассмеялась.

А потом, всю ночь, они пили малиновый чай, ели кексы и рассказывали друг другу ночные сказки со счастливым концом.

А как же иначе?…

15 июля 1995 года, Витебск.

Content

Валерий Строкин
Ночная сказка для двоих