Гале Анна

Супруга рига Оина

Пролог

Целых полгода землёй ригов правит самозванец Оин. Истинный риг Каирн изгнан, многовековые законы нашего мира разрушены. Оплот земли ригов и власти всесильного правителя – луры – уничтожен. Вероломный маг Гэркон всячески поддерживает самозванца.

Мы думали, народ райгов не примет Оина, но мужчины присягнули на верность новому ригу. Мы не можем без содрогания смотреть на изменение всех устоев. Оин взял в жёны наложницу истинного рига. Гэркон пал ниже: вступил в брак с бесплодной старухой-служанкой рига Каирна.

Для шестипалых ириу собираются выделить участки земли – нашей земли! А райги не могут даже поразвлечься с наложницами: новый правитель запретил удерживать женщин силой.

Каждый поступок самозванца Оина и предателя Гэркона требует отмщения. Райги напоминают послушное стадо. Они смотрят кино два раза в неделю на площади перед замком и привыкают к законам чужого мира, откуда раньше приводили женщин. Справедливость, законность, доброта, любовь теперь понимаются иначе. Даже мёртвые вздрагивают, когда райги играют с ириу в футбол и затевают шутовские бои без серьёзных ранений. Дети райгов дружат с детьми шестипалых, а дочь мага Гэркона принимает ухаживания мерзкого ириу.

Народ оказался слишком терпелив, но мы не таковы! И если мир подчинился врагам, то мы разрушим его часть, чтобы сохранить главное – наши законы, наши права и нашего рига.

Мы дадим народу выбор – вернуть истинного правителя или умереть за самозванца. Пусть сейчас толпа приветствует Оина. Скоро наступит день, когда народ с ликованием встретит Каирна, и тогда изменники пожалеют о содеянном. Их кровь зальёт жёлто-серую землю и окропит камни перед замком рига.

Нам нужно лишь набраться сил. Это произойдёт совсем скоро…

Глава первая. Совещание у Оина

Я сладко потянулась спросонья. Два солнца уже успели выложить на полу нашей спальни яркую сеть из затейливо переплетённых лучей. Оина не было в комнате, он обычно встаёт с рассветом. Каждый день у мужа много дел, и главная задача – разрешить миром споры райгов и ириу из-за земли. Хорошо, что эти споры больше не переходят в массовые драки, как в первые месяцы правления Оина.

Прошло полгода, и райги с ириу уживаются почти спокойно, хотя многие недолюбливают друг друга. Разные расы, разные законы, вековая вражда… К счастью, теперь она прорывается только в спортивных боях. Сегодня вечером состоится один из них: поединок Эйга – телохранителя Оина, начальника воинов-ириу – и Дваара, сильнейшего воина бывшего рига Каирна. За полгода они бились восемнадцать раз – до крови, до разбитых костяшек на кулаках, до сломанных носов и рёбер.

Я вскочила с широкой кровати и двинулась к ванной. Растущий на полу замка тёплый бордовый мох приятно щекотал босые ступни. Надо обязательно напомнить магу Гэркону, чтобы пришёл на поединок. Если противников не будет сдерживать магия, они просто поубивают друг друга. На маленькой земле ригов тесно двум сильным воинам разных рас. Они – соперники во всём: вратари местных футбольных команд, два сильнейших бойца, главы отрядов охраны порядка на земле ригов. Дваар руководит воинами-райгами, Эйг – ириу.

Их неприязнь достигла предела. Вчера Эйг уличил Дваара: тот втихаря притащил девушку из большого мира и хотел силой оставить её в наложницах. Девушку тут же отправили домой, разъярённый Оин лишил Дваара должности воина рига. Это было утром, а в полдень Дваар бросил Эйгу вызов. Кто бы знал, как я не хочу смотреть их бой!

Из покоев я вышла в серой юбке до колена и светлой блузке в тонкую голубую полоску. Со второго этажа доносились знакомые голоса. Несколько человек собрались в комнате, навсегда связанной для меня с кошмарными воспоминаниями. Оин превратил бывшую опочивальню наложницы рига в помещение для небольших совещаний. Оттуда выкинули огромную кровать и гобелены с изображениями сцен насилия, поставили круглый стол и несколько удобных кресел.

Я заглянула внутрь. Ну, конечно, – кто бы сомневался! Оин что-то обсуждает с Гэрконом и Эйгом. Легко догадаться, о ком они говорят.

– С ним надо что-то делать, – решительно произнёс маг. – Нельзя позволять Дваару безнаказанно нарушать закон!

Увидев меня, Гэркон и Эйг приподнялись и почтительно поклонились. Я почувствовала себя неловко: никак не могу привыкнуть к положению супруги правителя земли ригов.

– Заходи, Наташ, – сказал Оин. – Назрела очередная проблема.

– Она давно перезрела, – напористо заговорил маг. – Если Дваару всё сойдёт с рук, райги станут неуправляемыми.

– И что ты предлагаешь? Устроить публичную казнь в духе Каирна? – поморщился Оин.

Я села рядом с мужем, напротив Гэркона и Эйга. Прав маг, ой как прав. Народ Каирна может выйти из-под контроля.

– Почему обязательно казнь? Можно использовать любые средства наказания, – возразил Гэркон.

– Если вечером на нас не будет магической защиты, я могу решить эту проблему, – невозмутимо предложил Эйг. – Убивать не буду, но переломаю всё, что ломается. В бою без правил Дваар мне не соперник.

– А нельзя просто посадить его под замок? – торопливо вмешалась я. – Объявить, что Дваар проведёт какое-то время в заключении из-за нарушения закона…

– Какое же это наказание? – фыркнул Эйг. – Если Дваар расскажет, как его "покарали", райги выйдут из повиновения. Наказание для них – пытки и казнь. А сидеть взаперти и есть-пить бесплатно – отдых от трудов.

– Предлагаю плети, – спокойно произнёс Гэркон. – Пять ударов на площади. Предупредить палача, чтобы не перестарался – и довольно.

– Посадить под замок, – твёрдо сказал Оин. – Никаких плетей и сломанных костей. Проведёт пару месяцев на лепёшках и воде – это не такой уж приятный отдых. Сейчас и отправляйся к нему с воинами, – он повернулся к Эйгу. – Проведёшь со связанными руками самой длинной дорогой, чтобы побольше народу увидело.

– Только после боя! – возразил Эйг. – Я не откажусь от вызова. Да и народ уже настроился смотреть поединок, не лишай людей зрелища.

Я покосилась на мужа. Предстоящий бой сильнейших воинов – это уже не развлечение и не просто желание помериться силой. Дваар жаждет отомстить, а Эйг хочет покалечить противника. Разъярённые соперники сделают всё, чтобы превратить зрелищный бой в кровавый поединок.

– Допустим, – подумав, заговорил Оин. – Но при аресте Дваара могут начаться волнения. Ты уверен, что ваши сторонники не устроят массовую драку?

– Что с того? – глаза воина весело блеснули. – Мы знаем, кто победит.

Оин раздражённо вздохнул.

– Я удержу толпу, если будет нужно, – пообещал Гэркон. – После боя, у всех на глазах, Дваара возьмут под стражу и отведут, куда прикажешь.

– В подвал замка, – подумав, решил Оин. – Надо подготовить к вечеру подходящее помещение.

– Пусть так, – маг пожевал губами. – Хотя плети были бы надёжнее.

Я задумчиво смотрела перед собой. Сколько сторонников может найтись у Дваара? Вернее, сколько противников осталось у Оина? Каирн говорил, что в случае бунта публично казнил бы недовольных. Так что для наказания подходит или казнь, или нечто не слишком приятное, но гуманное – вроде тюремного заключения на месяц-другой. Неужели Гэркон не понимает, что плети не напугают, а разозлят недовольных? Или так уверен в своей магической силе? Помнится, трое луров, подчинявших любого человека взглядом, тоже были убеждены в своей непобедимости. Их перебили за какой-то месяц – кого во сне, кого – закрыв лицо тканью.

– Гэркон, до вас могут добраться враги? – спросила я. – Или ваша защита действует постоянно?

– До сих пор опасаетесь бунта? – понимающе улыбнулся маг. – Мне не может причинить зла никто из живущих в этом мире – ни в моём бодром состоянии, ни в усталости, ни спящему, ни больному. Это слова из заклинания, которое накладывают друг на друга маги. Пока я жив, моя защита распространяется на этот мир – особенно на мою семью и семью правителя. А когда мой прах развеется над землёй ригов, её защитниками станут мои дети.

– Кстати, о детях, – Оин слегка хлопнул ладонью по подлокотнику кресла. – Тебе не кажется, что Марн слишком часто бывает в большом мире?

– Почему нет? – добродушно улыбнулся Гэркон. – Моему сыну двадцать лет, он не имеет здесь серьёзных обязанностей. Пусть смотрит большой мир, пока есть возможность.

– Ходят слухи о распутном поведении Марна, – хмуро проговорил Оин. – И слухи очень неприятные.

– Я знаю, что он встречается с девицами лёгкого поведения, – отмахнулся маг. – Молодость берёт своё.

Оин с сомнением кивнул.

Слухи о Марне действительно ходили, и "неприятные" – это мягко сказано. Говорили, что сын Гэркона использует магию, заставляя девушек лечь с ним в постель, что Марн отличается садистскими наклонностями и ходит в большой мир, в основном, за приключениями. Не знаю, насколько стоит верить сплетням, и слышал ли их Гэркон. Похоже, что нет – иначе не отвечал бы так легкомысленно.

– Что вы будете делать, если Марн силой приведёт какую-нибудь девушку? – решилась я.

– Это исключено, – усмехнулся Гэркон. – Мой сын развлекается в большом мире, но привести оттуда может только будущую жену.

У меня мороз прошёл по коже. Развлекается? Слишком хорошо я помню, как "развлекаются" райги, когда им всё дозволено!

Оин почувствовал напряжение и накрыл мою руку тёплой ладонью. Меня окутали привычные волны спокойствия. Неизвестно, насколько верны слухи. Марна могли оклеветать враги Гэркона. Молодой маг не сделал ничего, нарушающего правила Оина. Марн достаточно симпатичный и приятный в общении, вряд ли ему пришлось бы применять магию, чтобы добиться девушки. И потом, Гэркон не допустит, чтобы его сын впутался в сомнительную историю.

– Предупреди Марна, что у него подпорчена репутация, – сказал Оин. – Возможно, на парня клевещут, пусть не даёт повода для лишних слухов.

– Не клевещут, – проронил Эйг.

Пристальный взгляд Гэркона впился в военачальника ириу. Эйг смотрел на мага совершенно спокойно. Подчёркнуто спокойно. Такой взгляд был у Эйга, когда они с другом убили лура прямо в замке Каирна. В тот день им при малейшей ошибке грозила смерть. Друг Эйга погиб, а сам военачальник сумел выбраться из почти безнадёжной ситуации. После многих боёв и опасных вылазок к врагам-райгам Эйг не побоится гнева Гэркона.

– Что тебе известно? – брови мага начали сдвигаться на переносицу.

– Марн в большом мире завёл нескольких наложниц и подчиняет их себе с помощью магии, – жёстко заговорил Эйг. – У меня есть имена и адреса, есть время встреч – он посещает каждую в определённые дни и часы.

Гэркон машинально поднёс руку к сердцу. Типическое некрасивое лицо мага побледнело. Оин вскочил и положил руки на плечи Гэркона. Маг тяжело дышал открытым ртом.

– Посиди спокойно, – мягко заговорил Оин. – Сейчас это пройдёт…

Гэркон не сводил взгляда с Эйга.

– Почему молчал? – прохрипел маг.

Вид у военачальника ириу впервые при мне сделался виноватым.

– Я решил проверить слухи, приставил к Марну своих людей. Они собрали сведения, и я сегодня хотел поговорить с тобой. Так случилось, что Оин упомянул об этом первым. Не ожидал, что тебя так прихватит, надо было тебя как-то подготовить…

– Я разберусь с этим, – Гэркон попытался выпрямиться в кресле, но Оин удержал его. – Марн посидит дома, а девушек я сам от него отвяжу.

Я опустила глаза. Вряд ли молодой маг добровольно откажется от своих развлечений и засядет дома. Даже если Гэркон посадит сына на какой-нибудь магический поводок – хорошим это не закончится. Марн разозлится, а озлобленный маг на небольшой земле ригов очень опасен. Я видела, какие громы и молнии способен метать разъярённый Гэркон. Не займётся ли тем же его сын?

После завтрака, когда маг и Эйг ушли, я поделилась опасениями с мужем.

– Наташа, у нас и так хватает забот, – отмахнулся он. – Дваара – под арест, Марна – Гэркону на поруки, и продолжаем разбираться с землёй для ириу. Думаешь, опытный маг не утихомирит собственного сына? К тому же, есть ещё Вейя и Роан, девочки будут на стороне отца. Не волнуйся, мы со всем справимся. Ещё немного, и можно подумать о наследнике.

Оин обнял меня, прильнул губами к губам. Поцелуй был неспешным, нежным, словно слабый отзвук сегодняшней ночи страсти.

Да, скоро можно будет подумать о наследнике. Как только решится вопрос с землёй ириу, как только райги полностью свыкнутся с новыми законами, как только вероятность бунта станет меньше… Не сегодня и не завтра. И, скорее всего, не в этом году.

Глава вторая. Поединок

На площади перед замком собиралась толпа. Любопытные подростки – райги и ириу в одной компании, – протискивались вперёд, к огороженной переносными стойками и натянутыми верёвками квадратной площадке для боя. Древние старики-райги в светлых палау – длинных одеяниях, напоминавших пончо, – устраивались поудобнее на скамьях справа от места поединков. Несколько старых ириу в простых брюках и рубахах наотрез отказались сидеть во время боя. Они выстроились в первом ряду слева от площадки. Мужчины и молодые парни толпились вокруг. Некоторые Некоторые устроились на крышах ближайших домов и запаслись биноклями. Дерзкие подростки, которым не хватило места впереди, умудрились влезть на стену вокруг замка, и теперь сидели, болтая ногами, на высоте примерно трёх метров.

Смотреть бой Дваара и Эйга явились почти все обитатели земли райгов. Даже женщины не остались в стороне, а ведь ещё полгода назад они не могли бы присутствовать на таком зрелище. Разве что их притащили бы силой и отдали разгорячённым бойцам и зрителям для развлечения.

Я прошла под руку с Оином к приготовленным местам. Из толпы махнула рукой Магда, я радостно улыбнулась ей.

Почётных мест было три, и в одном из высоких кресел уже устроилась изящная Вероника в скромном тёмном платье и с неизменной высокой прической. Вид у женщины был настороженный. Я невольно напряглась, увидев хорошо знакомое выражение её лица. Мать бывшего рига Каирна и жена мага Гэркона, Вероника обладает особым чутьём на неприятности. Только с чем они сейчас связаны – с Марном или с боем воинов?

Я поискала взглядом Гэркона. Мага не было видно, зато на углах площадки друг напротив друга стояли его дочери-близняшки – брюнетка Вейя и блондинка Роан. И судя по тому, что обе были закутаны в синие мантии, девушки пришли не как зрители, а как маги.

– Где Гэркон? – тихо спросила я.

– Выясним, – муж улыбался и приветственно махал рукой расступающимся подданным.

Он почтительно поклонился Веронике, та привстала и снова опустилась в мягкое кресло. Я села рядом.

– Сейчас подойду, – Оин двинулся к стоявшей неподалёку Вейе.

Я наклонилась к Веронике и шепнула:

– Что-нибудь случилось?

– Ничего особенного, – она поморщилась. – С утра заглядывала к Каирну. Прошёл сквозь стену, обокрал какой-то банк. Всё так же уверен, что его с поклонами позовут назад, и не хочет даже пытаться жить по-человечески. Впрочем, похоже, твою мать это устраивает.

– Они нашли друг друга, – хмыкнула я. – Вы из-за Каирна расстроились?

– Больше из-за Марна. Вернулась домой – а тут семейная сцена с громом и молниями. Мальчишка как с цепи сорвался. Он искренне не понимает, почему нельзя устроить гарем в большом мире. Гэркон создал магическую клетку, и Марн не может выйти за пределы двора или пройти сквозь стены дома. Я пыталась поговорить с мальчиком, но он слышать ничего не хочет. На всё отвечает, что это не моё дело, и они с Гэрконом разберутся сами.

Я задумчиво прикусила губу. В семье магов назревает серьёзный раскол. Надо поговорить с Оином. Даже не знаю, что тут можно сделать. Изгнать Марна с земли ригов? Лучше не представлять, что устроит молодой маг, если получит полную волю в мире обычных людей. Но сможет ли Гэркон убедить сына вести себя нормально? Парень чуть старше меня, воспитывать его уже поздно.

– Гэркон здесь, или остался с Марном? – спросила я.

– Пошёл в большой мир снимать с девушек чары, – Вероника вздохнула. – А потом сразу отправится домой. Он опасается надолго оставлять Марна. Неизвестно, что мальчишка со злости может сотворить в доме.

Среди ясного неба сверкнули две молнии, затем раздался раскат грома. Я вздрогнула. Магические штучки застали меня врасплох: Вейя и Роан всего лишь привлекали внимание зрителей.

Оин сел рядом со мной. Толпа с двух сторон расступилась, по образовавшимся проходам к площадке навстречу друг другу двинулись Эйг и Дваар. Невысокий коренастый ириу с достоинством шествовал к месту боя, коротко кланяясь в ответ на бодрые выкрики болельщиков. Здоровенный русоволосый Дваар размашисто шагал, подняв руку в знак приветствия.

Я с удивлением заметила, что имя Эйга выкрикивают не только ириу, но и некоторые райги. А ведь несколько месяцев назад о таком и помыслить было нельзя!

– Рад видеть, Вейя, – произнёс Эйг.

– Удачи, Эйг, – улыбнулась ему девушка.

Дваар с развязным видом что-то сказал Роан. Дочь Гэркона поморщилась и коротко кивнула на площадку. Противники ступили на место боя одновременно.

– Надеюсь, девочки смогут заменить Гэркона, – прошептал мне на ухо Оин.

Я с сомнением взглянула на хрупкие фигурки в мантиях. Шестнадцатилетним близняшкам предстоит сдерживать Эйга и Дваара и остановить толпу, если ириу и райги решат прорваться на площадку или сцепиться в массовой драке.

– Может, отменить бой? – выдохнула я.

– Уже нельзя, – ответил Оин. – Разгорячённая толпа опасна, люди жаждут зрелища.

– Роан и Вейя – достаточно сильные маги, – успокаивающе сказала Вероника. – Они справятся, тем более – вдвоём.

– Если бы Гэркон предупредил, что пришлёт вместо себя девочек, я бы отменил бой, – хмуро произнёс Оин.

Над площадью раздался звонкий голос Вейи, словно усиленный мощными динамиками:

– Как дочь хранителя этого мира и по велению своего отца я ставлю защиту вокруг места боя. Да не сможет никто подойти к этим воинам до окончания поединка.

– Как дочь хранителя этого мира и по велению своего отца я ставлю защиту на участников поединка, – глуховатым голосом подхватила Роан. – Да не смогут они убить или покалечить друг друга.

– Да будет так! – хором завершили сёстры.

В тот же миг в воздухе над площадкой протянулись, холодно заблестели в вечерних лучах двух солнц тонкие серебряные нити. Над местом боя зависла светящаяся сеть. Я вздохнула с облегчением: всё шло, как обычно при Гэрконе.

Противники ринулись друг к другу – оба с обнажёнными торсами, из одежды – только шорты и удобные сандалии. Эйг на ходу уклонился от мощного удара: Дваар метил в ему в висок. Почти неуловимое движение шестипалой руки, и по лицу Дваара из носа фонтанчиком хлынула кровь. Ириу отскочил, вновь увёртываясь от удара: на этот раз райг метил под дых. Толпа взревела. В первые секунды поединка Эйг сломал противнику нос.

Теперь они кружили по площадке, пытаясь застать друг друга врасплох. Дваар время от времени смахивал с лица крупные капли крови, падая, они окрашивали бурым серые камни мостовой.

– Может, дать ему время остановить кровь? – спросила я.

– Прервать бой имеют право только сами участники или маги, – ответил Оин. – Дваар может в любой момент поднять руки, и поединок прекратится. Но это будет означать, что Дваар признаёт себя побеждённым. Не переживай, ничего действительно серьёзного Эйг сделать не сможет.

Дваар мощным ударом сбил Эйга с ног. Ириу сгруппировался, прокатился по камням и тут же вскочил. Я отвела взгляд: Эйг содрал о камни часть кожи на спине и руках. Зрители взвыли.

Знаю, что смертоубийства не будет, но всё равно не могу спокойно смотреть эти бои. В своё время именно я предложила Оину устраивать поединки, чтобы скрасить досуг привыкших к диким развлечениям райгов. Только не ожидала, что мне тоже придётся смотреть бои. Однако Оин настоял на этом.

– Ты – моя жена, и мы будем появляться вместе – на киносеансах, на боях, на приёмах в замке, – заявил он.

Выбором фильмов для киносеансов занималась я, и подбирала то, что с удовольствием посмотрела бы сама. А к боям за полгода привыкнуть так и не удалось. Один взгляд на площадку, и я снова отвела глаза: теперь оба противника, сцепившись, катились по камням.

Зрители оглушительно ревели, Вейя и Роан заметно напряглись. В глазах Оина появился азартный блеск. Всё-таки мужчины – большие дети, только игрушки у них бывают серьёзнее и опаснее.

Вероника совсем не интересовалась боем. Она смотрела на что-то сбоку от нас. На лице матери Каирна по очереди отражались недоумение, настороженность, тревога, страх.

Я проследила за её взглядом, пытаясь понять, что напугало женщину с железными нервами. Подпрыгивающие и что-то орущие подростки… Старики-райги на скамейках взирают на поединок кто невозмутимо, кто с одобрением, некоторые подскакивают на месте и что-то кряхтят… За их спинами мелькнул рыжий бородач – местный "букмекер". Наверняка большинство зрителей сделали ставки… Вроде, всё как обычно. Что же встревожило Веронику? Сейчас спрашивать бесполезно: толпа шумит так, что мы не услышим друг друга.

Мой взгляд зацепился за фигуру у ближайших домов. В спускающихся на землю сумерках я не смогла разглядеть лицо – только тонкий, изящный силуэт. Белое палао, светлые кудрявые волосы, не по-мужски тонкие руки. Прямо из забора к нему шагнул другой человек – фигурой похожий на гориллу, с лохматой гривой чёрных волос и длинной встопорщенной чёрной бородой. Странно, что я его никогда не видела. Земля ригов мала, здесь все на виду, и такую колоритную личность я бы точно запомнила. Хотя, возможно, бородач большую часть времени проводит в большом мире – одет-то он обычно, брюки и футболка.

На его фоне человек в палао казался совсем тоненьким и хрупким. Я бы приняла его за женщину, но даже самая смелая дама не рискнёт нарядиться в костюм родовитого райга: за такое и голову открутить могут.

Я снова повернулась к Веронике. Она пристально смотрела в сторону тех двоих, будто не могла поверить глазам. Женщина встрепенулась и решительно тронула Оина за руку. Тот повернулся к Веронике, она молча показала туда, где стояли двое. Именно стояли, в прошедшем времени. Сейчас у домов никого не было.

Оин вопросительно взглянул на бледную Веронику. Тут толпа взвыла так, что я поневоле посмотрела на площадку. Эйг держал противника за горло, навалившись коленом на его грудь. Вторую руку ириу поднял вверх.

– Бой окончен, – бесстрастно провозгласила Роан.

Серебристая сеть погасла. Эйг встал. В тот же миг два целителя ириу – Кэр и Аиг – сорвались с мест и кинулись на площадку. Это было кстати: выглядели противники кошмарно. Однако вслед за целителями на место боя ступили воины рига – по трое ириу и райгов. Эйг вытер пот со лба и кивнул Вейе. Та уставилась на воинов, и вокруг них засеребрились нити-паутинки. Роан выставила вперёд руки, словно собиралась кого-то удержать. Голос одного из молодых воинов-ириу зазвучал на всю площадь:

– За нарушение законов правящего рига Оина, Дваар подвергается аресту и заключению сроком на месяц.

В притихшей толпе послышались перешёптывания и недовольные голоса.

– Что ж, отдохну месяц перед следующим поединком, – усмехнулся Дваар. – Эйг, принимай вызов! Встречаемся в бою в первый мой день на свободе.

Эйг коротко кивнул.

– Вероника, что вы хотели сказать? – тихо спросил Оин.

– Неважно, – с сомнением произнесла мать Каирна. – Может, показалось? Скажу Гэркону…

Она поднялась с места и двинулась прочь, даже не попрощавшись. Воины расступились перед Вероникой и снова сомкнули ряды за ее спиной. Что же такое она могла увидеть? Кто были двое, стоявшие далеко в стороне?

Я рассеянно наблюдала, как Дваар под конвоем покидает площадь в сопровождении целителя Аига. Воин шёл, слегка пошатываясь, но с прямой спиной и гордо поднятой головой. Целитель двигался за ним, положив ладонь на спину будущему узнику: Аиг сразу взялся за лечение.

– Сам виноват, – прокряхтел один из стариков-райгов. – Если бы при риге Каирне чего нарушил – там бы и плети в ход пошли. Или что похуже.

Зрители начали расходиться. Вейя оживлённо болтала с молодым ириу Гарием. Я заметила, что они держатся за руки. Роан всё так же стояла у площадки, выставив ладони вперёд. Эйг, отмахиваясь от целителя Кэра, продвигался к нам.

– Да оставь, было бы что лечить! – донёсся его беспечный голос. – Несколько несчастных ссадин! Главное – кости целы.

Несмотря на браваду, глаза у военачальника были усталые, да и шёл ириу гораздо медленнее, чем обычно.

– С победой, – улыбнулся Оин.

– С победой! – поддержала я.

– Спасибо. Вымотал он меня сегодня, – негромко признался Эйг. – Самый сильный противник из всех райгов. В бою без правил я уложил бы его быстрее.

Вейя с Гарием подошли к Роан, та опустила руки. К ним присоединился какой-то молодой райг, и компания весело переговаривалась.

– В кабачок? – переспросила Роан. – Я устала. Может, всё же домой?

– Песни, виноградный сок, хорошая компания – и твоя усталость уйдёт, – райг с улыбкой взял её под руку.

Земля ригов полна самых неожиданных контрастов. После жестокого поединка и ареста Дваара наступил удивительно тихий, мирный вечер. Два солнца скрылись за крышами домов, в ясное темнеющее небо выплывала красноватая, кривобокая луна. Умчались с площади мальчишки, степенно удалились старики. Молодёжь и люди постарше небольшими компаниями отправлялись по домам или, как дочери мага с кавалерами, в один из ближайших кабачков.

Слишком тихо. Слишком мирно. Слишком спокойно для земли ригов. Казалось бы, надо обрадоваться, расслабиться, но перед глазами стояло встревоженное лицо Вероники, её глаза, наполненные страхом. Что же она увидела и не связан ли её испуг с изящным мужчиной в палао и черноволосым бородачом?

Глава третья. Неведомые враги

Среди ночи нас разбудил шум. На первом этаже кто-то плакал и кричал, на лестнице слышался топот. Я подняла голову с плеча Оина, он разомкнул сонные объятия и резко сел на постели. В дверь постучали – сильно, бесцеремонно.

– Оин, срочное дело! – проговорил из коридора Эйг.

Я не сразу узнала его голос – никогда не видела и не слышала невозмутимого военачальника ириу встревоженным.

Оин вскочил и мгновенно натянул на себя футболку и длинные шорты. Я поспешно подняла с пола сброшенные несколько часов назад в порыве страсти нижнее бельё и голубое платье. Что могло произойти такого, что настолько вывело Эйга из себя? Он никогда не ломился к нам в спальню, тем более – среди ночи.

Сначала чем-то напуганная Вероника, теперь взбудораженный военачальник ириу…

Оин дождался, пока я застегну и одёрну платье, и распахнул дверь.

– Что случилось?

– Гэркон убит! – выпалил Эйг. – И он, и госпожа Вероника. Я там ещё не был, похоже, убили их спящих. Вейя и Роан засиделись в кабачке, недавно вернулись домой и увидели тела.

Колени подкосились, я опустилась на кровать. Что он говорит? Это какая-то ошибка!

– А Марн? – быстро спросил Оин.

– Исчез, – мрачно произнёс Эйг. – Я поднял своих людей, постараемся найти его до рассвета. Сейчас пойду, осмотрю всё, как следует. Ты со мной?

– Да, конечно, – Оин глубоко вздохнул. – Что с девочками?

– Вейя в истерике, Роан молчит. Я оставил с ними целителя Аига. Дваару он уже достаточно помог.

– Подожди внизу, мы скоро спустимся.

– Оин, я не уверен, что Наташе стоит… – начал Эйг.

– Наташе стоит пойти с нами, – твёрдо сказал муж. – Она может заметить что-то такое, что пропустим мы.

Я потёрла горло пальцами, пытаясь смягчить застывший комок. Нет времени на эмоции. Потом я буду рыдать в подушку, потом буду думать о Гэрконе и Веронике: за полгода они стали мне близкими людьми. Сейчас я нужна Оину. Надо выяснить, что произошло в доме Гэркона и кто убил всесильного мага.

Как меньше суток назад говорил Гэркон? Даже спящему магу не может причинить вред никто из этого мира. Но кто-то ведь смог! Марн? Или райги, недовольные правлением Оина? А Веронику за что? Она не имела власти, не лезла в дела рига, просто радовалась позднему счастью. Как оказалось, очень недолгому…

Большая часть пути по тёмным улицам прошла в мрачном молчании. Впереди шли мы с Оином и Эйг, позади шагали воины – райги и ириу.

Я пыталась отключиться от всех эмоций, представить, что решаю сложную логическую загадку. Она рисовалась в виде картинки, которую требуется сложить из множества кубиков.

Что я знаю? Есть некий маг с защитой от всех живущих на земле ригов. Но кто-то смог его убить. Вопрос первый – кто? Вопрос второй – как? Вопрос третий – зачем? Важный момент: маг был полностью уверен в своей неуязвимости.

Ещё есть жена мага, её тоже убили. И незадолго до смерти она чего-то или кого-то испугалась.

И есть сын мага, посаженный под домашний арест. После смерти мага парень куда-то исчез.

Главный подозреваемый – сын. Накануне у него с отцом произошла крупная ссора. Парень мог психануть и убить мага, чтобы вырваться на свободу. Есть одно "но". Парень неплохо ладил с мачехой. У него не было причин убить жену отца.

Кстати, кого именно хотели убить? Мага, его жену или действительно обоих?

Перед глазами встало лицо Вероники – встревоженное, испуганное. Нет, не получается у меня думать об убитых друзьях как о ком-то постороннем. Я ещё раз мысленно прокрутила в памяти то, что могла видеть Вероника. Шумные подростки. Старики-райги. Рыжий бородач, собирающий ставки перед каждым поединком. Незнакомцы в стороне.

Мага не мог убить никто из живущих в этом мире. А что если те двое – не с земли ригов? Вероника знала их и не ожидала увидеть. Но где женщина могла встретить изящного кучерявого мужчину в палао и колоритного брюнета, если они не отсюда? Может, видела, когда навещала Каирна? Нет, бывший риг при всех его многочисленных недостатках хорошо относится к матери. Он без сожалений мог подослать убийц к Гэркону, но обязательно предупредил бы, чтобы не трогали Веронику.

– Сюда можно провести мужчин из большого мира? – на всякий случай, спросила я.

– Что? – озадаченно нахмурился Оин.

– Райги запросто приводили женщин, которых могли назвать своими. А возможно, чтобы кто-то провёл сюда мужчину?

– Насколько я знаю, здесь мужчины – и райги, и ириу – интересуются только женщинами, – суховато произнёс Эйг.

– Я не об этом! Убийцы могли быть не с земли ригов?

Эйг посмотрел на меня так, будто впервые увидел.

– Начинаю понимать, почему Оин взял тебя с собой, – задумчиво сказал он.

– Не слышал, чтобы кто-то пробовал провести мужчину, – произнёс муж. – Подумаем, как это проверить. Не знаешь, что хотела сказать Вероника? Она была какая-то странная, когда закончился поединок.

– Не знаю. Но она кого-то увидела…

Когда я описала двух незнакомцев, мы как раз остановились у забора перед домом Гэркона.

– Ты точно их никогда не встречала? – заинтересовался Эйг.

– Насчёт кудрявого не знаю, лицо я не разглядела. Мало ли тут худощавых мужчин! А бородатого не видела, я бы его запомнила.

– И они всё время держались далеко от площадки для боя?

– Не знаю, не уверена. Я обратила внимание на кудрявого, потому что Вероника смотрела в ту сторону. Может, он раньше и подходил к площадке.

– С утра попробую выяснить, кто это, – деловито пообещал Эйг. – Поспрашиваем райгов о бородаче. Вряд ли найдётся много похожих на него людей.

– Не помню такого человека, – задумчиво сказал Оин. – Хотя я два года общался, в основном, с высшим светом райгов, с теми, кто носит палао. Но на верность мне, как ригу, никто похожий не присягал. Пойдём для начала осмотрим двор.

Я шагнула в калитку вслед за мужем, заранее боясь того, что могу увидеть. Однако двор выглядел как обычно. Аккуратный огород – вскопанный и прополотый. Ровная дорожка к крепкому каменному дому.

– Не знаешь, когда близняшки вернулись, дверь была открыта или закрыта? – спросил Оин.

– Прикрыта, но не заперта, – ответил Эйг. – Роан говорит, когда они гуляли допоздна, Гэркон не запирал дом.

Оин решительно толкнул дверь и шагнул в тёмную прихожую.

– Подождите здесь, – приказал он сопровождавшим нас воинам.

Эйг щёлкнул выключателем, в прихожей зажёгся свет.

– Разве не Гэркон обеспечивал электричество земле ригов? – насторожилась я.

Со смертью мага должно было закончиться всё, что он делал своим волшебством. А это значит, что с нас снята магическая защита, а во всех домах должно исчезнуть электричество. Но в замке свет был, я просто не обратила на это внимания: слишком потрясла меня кошмарная новость.

– Похоже, свет оставил Марн, – задумчиво произнёс Оин. – Он достаточно сильный маг.

– Точно не близняшки? – спросила я.

– Нет, – уверенно ответил Эйг. – Роан говорила, они включали свет, когда вошли в дом.

– То есть Марн сбежал, но заботливо оставил для земли ригов электричество? – с сомнением проговорила я. – Какой смысл ему это делать?

– Найдём – спросим, – пожал плечами Эйг.

Коридор и кухня выглядели мирно. На обеденном столе – две чашки с нетронутым чаем и миска с домашним печеньем. Одна чайная ложечка – на столе, другая валяется на полу.

– Девочки собирались перекусить, – объяснил Эйг. – Гэркон требовал сообщать, когда они приходят домой, даже если придётся его разбудить. Вейя делала чай, а Роан стучала в дверь спальни. Никто не отзывался, Роан открыла дверь и увидела убитых. Вейю она сюда не пустила. С головой девочка, сообразила, что трогать ничего не надо.

Я кивнула. Ложечку, видимо, уронила Вейя, услышав об убийстве. Пока не видно никаких следов убийцы.

Дверь спальни Гэркона была приоткрыта. Мужчины вошли внутрь. Я несколько секунд постояла в коридоре, собираясь с силами. Надо отключить все эмоции. Время скорби и слёз будет позже. Нужно быть предельно внимательной.

В комнате я сразу подошла к кровати. Гэркон лежал на спине, лицо у него было расслабленное, словно маг безмятежно спал. Только грудь была залита кровью.

– Мастерские удары, – оценил Эйг. – Мгновенная смерть.

Я покосилась на военачальника. Нашёл, чем восхититься! Гэркона ударили ножом в область сердца. Маг не успел ничего понять. А вот Вероника проснулась: её глаза открыты. Взгляд остекленел, на лице застыло выражение ужаса, рот приоткрыт в немом крике. Я дрожащей рукой закрыла её глаза, провела пальцами по холодным векам. Взгляд опустился ниже. Светлая ночная рубашка Вероники залита кровью, удар такой же – в область сердца.

Я оглядела комнату – ничего такого, на что можно обратить внимание. Убийцы оставляют следы только в детективных книгах и фильмах, да и то не всегда.

И что получается? Марн дождался, пока отец и мачеха заснут, и вошёл в спальню. Гэркона убил спящего, но Вероника проснулась, и Марн заколол и её. Потом он зачем-то потратил время и силы, чтобы оставить земле ригов электричество, и удрал. Неправдоподобно это звучит. Проще побыть какое-то время паинькой, дождаться, пока Гэркон ослабит контроль и сбежать. Не такие плохие у них были отношения, чтобы парень зарезал отца. А главное – сами удары. Одно точное движение – и мгновенная смерть жертвы.

– Марн мог так убить? – спросила я, стараясь больше не смотреть на кровать. – Он вообще участвовал в боях?

– Нет, – не колеблясь, ответил Оин. – Для таких ударов нужны годы опыта. На земле ригов найдётся мало воинов, которые смогли бы это сделать. Убивал не Марн, но допускаю, что он мог помогать убийце.

А я сомневаюсь, что парень участвовал в этом. Но если убийца – не Марн, получается, что посторонний человек ночью вошёл в дом. Убийца бесшумно проник в спальню…

– Он нанёс удары, не зажигая света, – иначе Гэркон успел бы проснуться, – выпалила я.

– Такие мастера здесь наперечёт, – нахмурился Эйг. – Вряд ли это кто-то из них, но утром я сам всех проверю. Осмотрим остальные комнаты.

У близняшек царил хаос. Эйг присвистнул. Вещи были раскиданы на кроватях, висели на стульях. На тумбочке лежал фен и тут же рядом, – лаковая туфелька Вейи. На кровати валялась недоеденная булочка. На створке приоткрытого окна висело полотенце. Обычная комната взбалмошных подростков, которые не заморачиваются с уборкой. Даже если убийца здесь был, в таком кавардаке этого не заметишь.

Зато у Марна – относительный порядок. Кровать заправлена без единой складочки, пол чистый, нигде не валяется ничего лишнего. Только тумбочка и подоконник пыльные настолько, что на них можно писать. Марн этим и занимался: на грязных поверхностях просматриваются буквы и цифры. Окно распахнуто, и на подоконнике отчётливо выделяется след босой ступни.

К подоконнику мы кинулись одновременно. Похоже на поспешное бегство, Марн даже не обулся. По слою пыли было размашисто, наспех начертано: "ЛУР К".

***

До утра Марна не нашли. Эйг и его люди прочесали землю ригов, заглянули в подземные ходы ириу, но сын Гэркона исчез без следа. Даже Вейя и Роан не чувствовали его с помощью магии.

Утром люди Эйга отправились в большой мир по адресам девушек, с которыми встречался Марн, но там молодого мага тоже не оказалось.

К полудню мы опять сидели за столом в комнате для совещаний – Оин, Эйг и я. Пустое кресло мага притягивало взгляды.

– Завтра – огненное погребение, – устало проговорил Оин. – Если найдём убийцу – клянусь, выдам его народу.

Я вспомнила толпу, собравшуюся с утра у дома Гэркона для прощания. Мага и Веронику уважали и ириу, и райги. Наверняка на огненное погребение придут почти все жители земли ригов. И если им выдать убийцу – разъярённая толпа разорвёт его в клочья.

– Такое ощущение, что он появился из ниоткуда, нанёс два удара и исчез, – хмуро произнёс Эйг. – Никаких следов. Я проверил лучших воинов. Дваар под арестом, двое до утра просидели в кабачке с большой компанией, ещё один находился на страже в замке.

– В любом случае, они не обошли бы защиту Гэркона, – проронил Оин. – Только Марн мог что-то придумать.

– Вейя и Роан говорят, если Марн применил мощную магию, в доме должен остаться её след. Но близняшки его не почувствовали, – бесстрастно возразил Эйг.

– О каком луре писал Марн? – спросила я. – Луров звали Дэлин, Вейин и Грэрин, – при воспоминании о последнем меня передёрнуло от отвращения. – Никого на букву "К".

– Так здесь и не было никого другого, – сказал муж. – Мало ли, что и когда писал на пыли Марн? Я бы не придавал этому значения. Допускаю, что парень не виноват. Марн мог испугаться, что его обвинят в преступлении, мог бежать от убийцы. Но когда и зачем Марн писал буквы на подоконнике, мы не знаем. Ты видела, у него вся тумбочка исчерчена, и на стенах надписи чернилами.

– Да, но там какие-то магические знаки или заклинания. А про лура – это другое… Как будто Марн хотел о чём-то предупредить.

– Даже если представить, что на земле ригов есть неизвестный лур, он убивал бы иначе, – терпеливо объяснил Эйг. – Луры – не воины, им проще внушить жертве идею покончить с собой. И потом, на Гэркона, когда он был под магической защитой, не действовал взгляд лура.

Я вспомнила, как маг вышвырнул из дома Каирна и Грэрина, и кивнула.

И что тогда получается? Тупик получается. Наверняка Марн мог бы что-то рассказать, но он исчез. Если парень сбежал в мир обычных людей, то с лёгкостью затеряется в любом большом городе.

– А те двое, которых я видела? – спросила я.

– С ними вообще загадка. Райги хором клянутся, что среди них нет никого похожего, – Эйг побарабанил пальцами по столу. – Я видел на земле ригов только одного заросшего черноволосого бородача, больше полугода назад. Это был смотритель дркуна, я убил его в ночь после отбора наложниц для Каирна.

Каирн! Меня словно током ударило. Вот кто мог бы что-то прояснить. Ради Гэркона бывший риг и пальцем не пошевелит, но он сделает всё, чтобы вычислить убийцу своей матери. К тому же, нужно сообщить Каирну о смерти Вероники. Оин к бывшему ригу не пойдёт, Эйг тоже, да и меня они не пустили бы. Только я их предупреждать не собираюсь. В большой мир я хожу постоянно – то что-нибудь купить, то посидеть в интернете. А на этот раз загляну к Каирну.

От одного этого имени по телу побежали мурашки. Кто бы знал, как мне не хочется видеть бывшего рига!

Я честно досидела на совещании, которое ни к чему не привело. Ясно было, что нужно искать Марна, но совершенно непонятно, где он может быть.

После обеда Оин с Эйгом отправились опрашивать всех, кто вчера смотрел на поединок. Кто-то мог видеть мужчин, которых испугалась Вероника. Я наблюдала из окна, как муж и его верный телохранитель пересекли площадь и нырнули на узкую улочку.

Я быстро написала записку: "Ушла поговорить с Каирном. Не сердись, он может что-то подсказать. Целую". Надеюсь, я вернусь раньше, чем Оин, но лучше подстраховаться. Кто знает, что взбредёт в голову изгнанному ригу.

Вскоре я вышла из стены в квартиру, которую не так давно называла своим домом. В коридоре было тихо, вкусно пахло чем-то мясным и блинчиками. А мать неплохо кормит своего любовника-извращенца. Раньше она не слишком любила готовить, кухней обычно занималась я. Для мамы же самым сложным блюдом была жареная картошка. Если бы я не знала Каирна, подумала бы, что готовил он. Но представить бывшего рига, переворачивающего блинчики на сковороде, моё воображение наотрез отказывалось.

– Каирн! – громко позвала я, не отходя от стены. – Ты здесь? Нужно поговорить!

– Кому нужно? – лениво поинтересовался из комнаты знакомый голос.

Скрипнули пружины дивана. Я вздрогнула, при звуках этого голоса сразу вернулся страх, постоянно мучивший меня рядом с Каирном.

– Обоим, – через силу ответила я. – Случилась беда.

– Что и требовалось доказать, – иронически произнёс бывший риг.

Он появился в двери комнаты в одних трусах, и я еле подавила отчаянное желание нырнуть назад, на землю ригов. Каирн ухмыльнулся, встретив мой – наверняка затравленный – взгляд.

– Ну, проходи, рассказывай.

– Не подходи! – выдохнула я. – Или уйду.

– Вообще-то я тебя сюда и не звал, – заметил Каирн. – Сама явилась.

Бывший риг сделал шаг в мою сторону. От его оценивающего взгляда мне стало не по себе. Пришло осознание, что я пришла к Каирну в лёгком платье выше колена, и если этот извращенец на меня накинется…

– Веронику убили, – выпалила я.

Он резко остановился, словно натолкнулся на прочную стену. По лицу Каирна промелькнула тень. Взгляд бывшего рига стал жёстким.

– Так, – медленно, мрачно протянул он. – Теперь рассказывай всё, что знаешь. Не бойся, ближе не подойду.

Я говорила долго, стараясь не упустить ни одной детали. Каирн слушал внимательно и всё больше хмурился, машинально постукивая пальцами по руке.

– Могу поздравить Оина только с одним достижением, – медленно произнёс бывший риг, когда я замолкла. – Он женился на девушке, у которой мозгов больше, чем у него. Самозванец, возомнивший себя правителем земли ригов, должен был прийти ко мне сам, причём ночью или, по крайней мере, утром. Я так понимаю, Оин не знает, где ты?

– Это к делу не относится, – мой голос всё-таки дрогнул.

– Ещё как относится, – сухо возразил Каирн. – Если бы не ты, я бы не знал о смерти Вероники. Так что ты хотела? – чуть мягче спросил он. – Просто рассказать или посоветоваться?

– И то, и другое, – после короткого колебания решилась я.

– Вот что, наш разговор выглядит странно и дико, – решительно произнёс Каирн. – Сейчас пройдём в комнату, сядем и побеседуем. Обещаю, что вообще до тебя не дотронусь. Пошли.

Он сделал короткий приглашающий жест.

– Мать дома? – спросила я.

– Нет, в парикмахерской. Это надолго.

Я нехотя отделилась от стены. От страха ноги не сгибались, а зубы пришлось стиснуть, чтобы не застучали.

– Чего ты так боишься? – мрачно хмыкнул Каирн. – Сказал же – не трону. Во всяком случае, пока не вернусь к власти.

– Может, тогда оденешься?

– И чего ты у меня не видела? – желчно поинтересовался он. – Иди смелее. У ригов не принято обижать вестников, даже когда вести дурные.

Снова, как полгода назад, мы с Каирном сидели в комнате – я в кресле, он – на диване. Только на этот раз я встретилась с бывшим ригом по доброй воле. На столе початая бутылка дорогого вина и почти полный бокал. Кажется, я пришла вовремя, позже могла и не застать Каирна трезвым. Хотя выглядит он неплохо, похоже, знает меру и не злоупотребляет спиртным.

– На моей земле есть обычай, – Каирн выделил слово "моей". – Если враги выпьют из одной чаши, их встреча будет мирной. Так что сделай пару глотков за покой Вероники, – он кивнул на бокал, – и перестань смотреть так, будто я тащу тебя в постель.

Я нерешительно взяла бокал. При всех недостатках Каирна, я не слышала, чтобы он кого-то обманул или не сдержал слова. Терпкое, неожиданно крепкое кисло-сладкое вино царапнуло горло. Я поморщилась и собиралась отставить бокал. Каирн взял его из моей руки.

– Да успокоится дух Вероники, и да горит Гэркон синим пламенем, – бывший риг сделал глоток из бокала.

Меня передёрнуло. Каирн усмехнулся.

– Всепрощение – не моя стихия, – сказал он, глядя мне в глаза. – И я не собираюсь прощать тех, кто изгнал меня с моей земли. Помогать Оину я не стану. Твой муж явно не знает старых легенд райгов, иначе понял бы, что произошло. Могу точно сказать: ему грозит смерть. Вы не сможете справиться с тем, что скоро начнётся на земле ригов.

– Бунт? – нахмурилась я. – Но как убийцы пробились через защиту мага?

– Ты же любишь логические загадки, – в голосе Каирна прозвучала ирония. – Вот и подумай.

– Ваш мир логике не поддаётся.

– У нашего мира свои законы и своя логика. Просто подумай хорошо, сложи одно с другим, и не считай невозможное здесь невозможным на земле ригов. Правда, когда поймёшь, кто ваши противники, это тебя напугает.

– Ты позвал меня, чтобы пугать и загадывать загадки? – вырвалось у меня. – Неужели не хочешь, чтобы убийца Вероники был наказан?

– Вы с ними не справитесь, – хмуро повторил Каирн. – И наказать их ни у кого не получится. Когда всё поймёшь, жду тебя здесь. И ещё – чтобы попасть в мой мир, мне нужен перстень рига. Мне всё равно, как ты будешь договариваться с Оином. Чем раньше я вернусь к власти, тем меньше людей пострадает.

– И что будет, если ты вернёшься к власти?

– Бунт прекратится. Оин будет казнён как предатель. Ты снова станешь моей наложницей, возможно, позже – женой, – Каирн говорил так, словно давно всё обдумал. – Тебе идёт брачная метка ригов. Как быть с ириу – ещё не знаю, разберусь на месте. Может быть, даже поинтересуюсь твоим мнением.

– Вряд ли я когда-нибудь сюда вернусь, – тихо сказала я.

И уж точно Каирн не получит перстень рига. Слишком высока оказалась бы цена за подавление бунта.

– Не зарекайся, девочка, – нехорошо усмехнулся Каирн. – Ты вернёшься, и очень скоро. Я хочу, чтобы именно ты принесла перстень ригов. – Он подался вперёд и уставился мне в глаза так пристально, словно хотел разглядеть что-то невидимое, скрытое от него. – Она моя, – очень чётко, раздельно проговорил Каирн. – Никто не смеет тронуть наложницу рига.

Я сморгнула. Он сошёл с ума?

Бывший риг снова откинулся на спинку дивана.

– Ваши враги получат это послание, если доберутся до тебя, – спокойно произнёс он. – Если бы я вчера знал, если бы вообще мог об этом подумать… – впервые я услышала горечь в его голосе. – Вероника сейчас была бы жива.

– Марн замешан в убийстве? – спросила я.

– Нет. Он сразу понял, что происходит, и удрал с земли ригов. Это единственная подсказка. Дальше думай сама. И думай быстрее – время идёт, они собирают силы. И набираются сил. Жизнь с Оином пошла тебе на пользу, – Каирн оценивающе посмотрел на меня. – Похорошела, посвежела, успокоилась… Голова ещё забита романтическими бреднями, но это не так уж плохо. Хм-м, как это я тебя не разглядел? Можно сказать, сам подтолкнул к врагу…

– Мне пора! – я вскочила.

– До скорой встречи, – бросил Каирн, когда я шагнула в стену.

Выходя перед замком, я ещё слышала опасный смешок бывшего рига.

Глава четвертая. Древняя легенда райгов

Первым делом я отправилась в кабинет Оина. Логические загадки я и правда люблю. Что ж, попробую в тишине разобраться с той информацией, какая есть. Каирн не слишком помог, больше нагонял жути, но, по крайней мере, дал понять, что убийца (или убийцы) очень опасен, и что Марн не причём.

Я влезла с ногами в кресло и поудобнее расположилась за письменным столом из местного синего дерева. По крайней мере, будет чем заняться, чтобы приглушить эмоции. Не знаю даже, что сейчас сильнее – боль от смерти друзей или панический страх перед Каирном.

Я решительно взяла со стола чистый лист бумаги и ручку. Из скольких столбцов будет состоять таблица? Убийцы, Гэркон, Вероника, Каирн, Марн… Кажется, всё? Что-то важное было в словах бывшего рига, но я никак не могла сообразить, что именно. На всякий случай, я оставила пустое место для пары столбцов и принялась заполнять уже расчерченное пространство.

Первая графа – день до убийства.

Вероника идёт к Каирну, они мирно общаются. Вечером, во время боя она видит кого-то (скорее всего, тех двух незнакомцев) и пугается. Вероника говорит, что ей, возможно, что-то показалось и собирается сказать об этом Гэркону.

Гэркон с утра сидит у Оина. Маг упоминает, что имеет защиту от всех живущих на земле ригов. Днём он сажает Марна под замок. Затем отправляется исправлять то, что сын натворил в большом мире. Вместо себя Гэркон посылает следить за боем дочерей.

Я отвлеклась от бумаги. Если бы девочки вернулись домой после боя, их тоже могли убить. Кто явился в дом Гэркона, если молодой сильный маг Марн не сумел с ним справиться? Гэркон спал, но Марн-то бодрствовал! И даже не попытался вступить в бой, сразу бежал: в доме не было никаких следов борьбы.

Я вернулась к столбцам.

Марн. Завёл гарем в большом мире и искренне не понимает, что не устраивает отца. Происходит семейный скандал с громом и молниями. После смерти Гэркона Марн спешно бежит с земли ригов (иначе его бы нашли люди Эйга). На подоконнике остаётся запись "ЛУР К".

Каирн. Не ожидал убийства и не имеет к нему отношения, но знает убийц. Уверен, что мы не сможем справиться, и начнётся нечто ужасное. Сказал не считать невозможное невозможным. Разговаривал с кем-то, глядя мне в глаза. Упомянул о легендах райгов.

Мне стало не по себе. Не считать невозможное в мире людей невозможным на земле ригов… С чем же мы можем столкнуться? Кто убил всесильного мага? От кого сбежал Марн? Кого увидела Вероника – и не поверила глазам?

Я подчеркнула главные моменты, которые были непонятны: "ЛУР К" и "легенды райгов". Информации явно не хватает. Надо расспросить кого-то о древних сказаниях, но для этого подойдёт не каждый человек. Совсем не нужно, чтобы по земле ригов поползли нехорошие слухи, паника нам не поможет. Спрашивать нужно у человека с крепкими нервами, который не проболтается о нашем разговоре.

Первой, о ком я подумала, была Роан. Нет, вряд ли она сможет помочь. Иначе уже сама обо всём догадалась бы.

А что, если поговорить с Двааром? Сидеть ему в заключении в замке ещё несколько недель, так что воин точно ничего не разболтает. Его закрыли в одном из подвалов. Весь подземный этаж хорошо просматривается, и никто не сможет подслушать разговор. Я сложила бумагу и сунула в ящик стола.

По дороге к подвалу мне никто не встретился. Нервы были на пределе: всё время казалось, что в спину кто-то смотрит. Несколько раз я оборачивалась, но коридоры и лестницы были пусты.

Со стороны кухни гремела посуда. Двое воинов неподалёку от входной двери травили анекдоты и оглушительно ржали. Я беззвучно ступала босиком по бордовому мху, заменявшему в замке ковёр. Не уверена, что Дваар захочет со мной общаться: он из воинов-райгов, служивших Каирну. Я для него – наложница рига и вообще не имею права говорить, пока ко мне не обратятся. Впрочем, если Дваар откажется разговаривать – я ничего не потеряю.

Я остановилась перед крепкой деревянной дверью с навесным "амбарным" замком.

– Дваар, вы меня слышите?

– Слышу, – донёсся изнутри откровенно скучающий голос. – Надеюсь, супруга рига Оина пришла открыть эту дверь?

– Нет. Мне нужно с вами поговорить.

– Через дверь? По меркам нашего мира, это выглядит странно и непочтительно по отношению к мужчине.

Судя по голосу, Дваар откровенно издевался.

– У меня нет ключей, – сдержанно сказала я. – Вы знаете, что Гэркона и его жену убили?

– Слышал. Жаль мага и госпожу Веронику, – в голосе воина прозвучали человеческие нотки. – Только я-то здесь причём? – тут же добавил он. – Я знаю не больше вашего.

– Дваар, есть какая-нибудь старая легенда райгов, связанная с лурами или ригами? – без дальнейших церемоний спросила я.

Пауза показалась бесконечной. Затем Дваар длинно и заковыристо выругался.

– Открой дверь! – решительно потребовал он.

От показной вежливости воина не осталось и следа.

– У меня нет ключей, – повторила я.

– Это очень серьёзно! Мне надо срочно поговорить с Оином или хотя бы с Эйгом! – в его голосе прозвучала тревога. – Вы не понимаете, с чем столкнулись!

Дверь дрогнула от сильного удара. Я, на всякий случай, встала справа у стены. Если воин выбьет дверь, то хотя бы меня не заденет.

– Их сейчас нет в замке. Дваар, что это за легенда?

– Луры, воины и вообще все, кто присягал на верность правителю, продолжают служить своему хозяину и после смерти. Если на этой земле происходит то, что для них неприемлемо, мёртвые постепенно набираются сил и восстают, чтобы помочь истинному ригу.

Дваар оставил дверь в покое. Голос его снова зазвучал скучающе, но теперь скука была откровенно наигранной.

– Мне-то ничего не грозит, – продолжил воин. – А вот всем ириу, многим предателям-райгам, а особенно Оину и Эйгу, может быть плохо. Тебе вообще лучше исчезнуть с земли ригов как можно скорее. Представь, что ты встретишь, например, Крвена. Или лура Грэрина, – вкрадчиво сказал Дваар.

Я боролась с дурнотой. Слова Каирна проносились в голове, вызывая боль, смешиваясь с тем, что говорил его бывший подданный.

Не считать невозможное невозможным… У земли ригов – своя логика… То, что я пойму, меня напугает… Мы не справимся с таким врагом…

– Почему вы меня предупреждаете? – с трудом выдохнула я.

– Они же тебе голову оторвут, – хмыкнул Дваар. – А я к тебе уже попривык. Не поверишь, но жалко было бы. Так что беги как можно быстрее и дальше. Пока не вернётся риг Каирн, его возрождённые сторонники не дадут нашей земле покоя. И что-то подсказывает мне, что тебе лучше не встречаться ни с ними, ни с истинным ригом этого мира.

– Каирн может с ними общаться? – я вспомнила пристальный взгляд бывшего рига. – Он может что-то передать им на словах?

– Нет. Правда, он волен поставить нечто вроде невидимой метки на тех, кто не должен пострадать и, по легендам, луры его услышат. Только вряд ли риг Каирн запретит верным слугам уничтожать мятежников.

Мне стало страшно, как никогда в жизни. Что будет, когда ожившие сторонники бывшего рига начнут действовать активнее? И можно ли им как-то противостоять? Судя по бегству Марна – вряд ли.

Я почти не помню, как бежала по улицам в поисках Оина и Эйга. Паника захлёстывала, не давая возможности хорошенько подумать. Если Каирн не вернётся – Оина убьют ожившие слуги бывшего рига. Они возьмут перстень правителя и откроют Каирну путь на эту землю. Если Каирн вернётся – Оина казнят по его приказу. Что будет со мной, лучше не представлять.

Странно – улицы пусты! Ни стариков, греющих кости на скамейках у калиток, ни детей, постоянно носившихся по поселению, – никого. Хотя нет, мощная фигура в желто-серой форме воинов рига выступила мне навстречу. Здоровенный круглолицый мужчина смерил меня неприязненным взглядом. Я замерла на месте, чувствуя, как холодеют руки и ноги. Одно дело – услышать, и совсем другое – увидеть вживую. Я до последнего сомневалась, что слова Дваара – правда. Но передо мной стоял Крвен – мой первый "хозяин", затащивший меня в этот мир. Крвен, убитый в ночь после отбора наложниц. Я сама видела, как его тело предали огненному погребению.

Я представляла оживших мертвецов в виде зомби из фантастических фильмов, но нет, Крвен выглядел так же, как до смерти. Разве что из его глаз исчез похотливый блеск. В руке воин сжимал здоровенный нож, какой брал с собой на бои с ириу. На поясе Крвена висела плетёная из гибких прутьев сумка, наполненная бархатно-синими плодами величиной с манго.

Наши взгляды встретились, Крвен усмехнулся.

– Риг поразительно добр, – бросил он. – Или наоборот – считает смерть слишком лёгким наказанием для тебя.

На страх времени нет. Нужно срочно найти Оина. И нельзя думать, что его может не быть в живых, иначе я просто сойду с ума.

– Риг хочет, чтобы я принесла ему перстень, – язык еле слушался.

Прозвучало невнятно, но Крвен понял. Он кивнул с издевательской усмешкой.

– По законам земли ригов, обращаясь к повелителю с просьбой, нужно встать на колени. Не забудь, когда будешь просить рига Каирна вернуться к власти.

– Где все? Куда делись люди? – выдохнула я.

За углом, со стороны дома мага раздался взрыв. Ещё один… Не сильные, будто мальчишки из большого мира баловались с петардами. Только вот петард на земле ригов никогда не было.

– Там, – Крвен с усмешкой кивнул в сторону взрывов.

В следующую секунду я сорвалась с места. Пока бежала несколько метров до улицы, на которой жили Гэркон, мирные земледельцы и большинство ириу, в памяти всплыли две фигуры – те, кого видела Вероника. Эйг говорил, что убитый смотритель дркуна был черноволосый, бородатый, именно такой, каким я его описала. А вот второго – изящного, почти женственного блондинчика с длинными кудрявыми волосами – я видела раньше. Всего один раз, на отборе наложниц. Это был лур Дэлин.

Вероника узнала обоих, но не поверила глазам. Решила, что показалось. Если бы в тот вечер на бой пришёл Гэркон, он всё понял бы сразу. Уж маг должен был знать легенды райгов.

Я свернула на улицу и закашлялась. Всё вокруг заволакивало едким дымом. На меня двигалась толпа. Люди шли странно – теснились к центру улицы, не приближаясь к домам и заборам. Я отчётливо услышала усиленный магией голос Оина:

– Остановитесь, дайте им уйти! Вы хотите оставить Каирна без подданных?

Я перевела дыхание и кинулась вдоль заборов на этот голос, обходя толпу. Кто-то схватил меня за руку, потянул к остальным. Сквозь дым проступило смуглое лицо Гария, жениха Вейи.

– Осторожно, они не дают подойти к стенам, чтобы не разбежались в большой мир, – быстро проговорил парень. – Если видят человека у забора или стены дома – бросают кайери.

– Мне надо к Оину!

Я попыталась вырвать руку, но Гарий тянул меня за собой.

– Куда? Его не спасёшь, сама погибнешь!

– Ригу Каирну не нужны предатели! – басом пророкотал лур Грэрин.

– Думаете, он обрадуется, если вместо подданных обнаружит войско мёртвых слуг? – гнул своё Оин.

Толпа стала двигаться быстрее. В спешке люди толкали друг друга, раздавались вскрики и неприятный хруст.

– Куда все идут? – спросила я, вцепившись в ириу, чтобы не упасть.

– В подземные ходы. Большинство успело разбежаться – кто в большой мир, кто под землю. У нас один шанс – уйти в пещеры.

– Так почему вы ещё не там? Вы и без хода можете пройти сквозь землю!

– Нам надо провести туда райгов, они так не смогут.

Райгов?! Нам с Оином удалось сделать невозможное – сплотить два враждующих народа. Неужели всё было напрасно?

– Пусть уходят, но не в большой мир, – прогремел голос Грэрина. – В свои пещеры, как крысы! И риг Каирн сам решит, что с ними делать!

– Кто усиливает голоса? – спросила я.

– Роан. Я успел отправить Вейю в подземный ход во дворе Глеара. Роан сказала, что никуда не уйдёт, что она будет нужна тут. Пойдём скорее, ход уже совсем рядом.

– Мне нужно к Оину!

Я вывернулась и отскочила к заборам. Гарий что-то кричал, толпа понесла его дальше. Дым рассеивался, я оглядывалась вокруг. Ожившие мертвецы не тронут меня, они слышат послание Каирна. Надо подойти к Оину как можно скорее.

Я побежала вдоль заборов против движения толпы. Людей было много. Ириу, райги, взрослые, дети, старики… Дважды я перешагивала через трупы, не приглядываясь к убитым. Не время для скорби и страха. У меня есть два дела, а потом… Потом моя жизнь, наверное, закончится. Ад, который меня ждёт, вряд ли можно назвать жизнью.

Я пробежала мимо нескольких людей в жёлто-серой воинской форме, мимо седоватого мужчины в чёрной мантии лура. Задержать никто не пытался, они почти не обращали на меня внимания.

Посреди улицы стояли друг против друга лур Грэрин, похожий на красавцев-Иванушек из старых фильмов-сказок, и Оин. Чуть в стороне замерла хрупкая бледная Роан.

– Надеюсь, ты понимаешь, что девушку надо оставить в живых? – спокойно спросил Оин. – Каирн будет очень недоволен, если вы перебьёте всех магов.

– Можешь уходить, – бросил Грэрин в сторону Роан. – И не ставь на него защиту, против нас это не подействует. Побереги магические силы для истинного рига.

Девушка опустила поднятую руку. В тот же миг я оказалась между Оином и Грэрином.

– Я говорила с Каирном, – мой голос прозвучал неожиданно твёрдо. – Он хочет, чтобы перстень принесла именно я. И он сам будет решать судьбу своих подданных.

Грэрин уставился мне в глаза. Я спокойно смотрела на него. Страх исчез. Я знала, что сделаю перед тем, как вернётся Каирн. Оин молча сжал мою руку.

– Значит, бери перстень и неси ригу, – уголок рта Грэрина нервно дёрнулся. – Этот самозванец просто проживёт немного дольше, – лур кивнул на Оина.

В небе сверкнула молния, неожиданный раскат грома заставил Грэрина поднять взгляд. Оин резко сорвался с места и потянул меня за собой.

– Без кайери! – заорал на кого-то Грэрин. – Риг сказал, не трогать его наложницу!

Три метра до ближайшего дома… Топот сзади… Стена перед глазами, шаг – и мирный, залитый весенним солнцем сквер. За спиной – заброшенный ларёк с выбитыми стёклами, рядом – любимый человек. Я сильнее вцепилась в его руку.

Во время брачного ритуала мы видели картины мирной жизни после волнений на земле ригов. Теперь я знала: всего этого не будет, и нашим детям не суждено родиться.

– Я должен вернуться и отдать перстень Каирну, – тихо сказал Оин. – Перстень, свою жизнь, но не тебя. Ты останешься здесь. Я дам денег, тебе этого хватит…

Я молча прижалась губами к его губам. Поцелуй был горький, прощальный, и мы оба знали, что это – наши последние мгновения. Я всё так же сжимала руку Оина, переплетая наши пальцы, ощущая перстень, немного большой, чуть болтающийся на безымянном пальце мужа.

Это нужно сделать, у меня есть всего одна попытка. В тот миг, когда Оин ослабил объятия и отстранился, я рванула перстень с его пальца. Одновременно всем телом подалась к стене ларька. Назад, на землю ригов! Рука Оина схватила пустоту рядом со мной.

– Стой! Наташа!

Помнится, риги могли запретить любому из подданных проходить между мирами. Надеюсь, что дело в перстне.

– Запрещаю тебе возвращаться, – скороговоркой выпалила я, выходя из стены навстречу Грэрину.

Рядом с луром стоял хмурый Дваар. Выбил дверь подвала или выпустили? Неважно. Его-то точно не тронут. Он ведь – воин рига Каирна, пострадавший от новых законов.

– Обдурила-таки и Оина, и луров? – мрачно сказал Дваар. – Ты хоть представляешь, что тебя ждёт?

– Представляю, – мой голос прозвучал безжизненно. – Я уже была наложницей рига Каирна.

Оин из стены не выходил, и я вздохнула с облегчением – кажется, всё получилось.

– Тогда ты ещё не предала его, – голос Дваара зазвучал жёстко, взгляд воина остановился на перстне. – Риг может быть жесток, очень жесток. А таких, как ты, и за меньшие провинности отдавали толпе на забаву.

Неужели воин намекает, что я могу бросить перстень и уйти к Оину? Я бы сделала это, не задумываясь, если бы не народ ириу. Оин не бросил бы своих, пошёл бы на смерть, стараясь выторговать их жизни у Каирна. Кто-то из нас двоих должен остаться здесь.

– Других вариантов нет, – я посмотрела воину прямо в глаза. – Каирн ждёт, что перстень рига принесу именно я. Роан жива?

– Жива, – бросил Дваар.

– Если ещё вздумает отвлечь нас молниями – убью, – рыкнул Грэрин.

– Ригу нужны маги, – сдержанно напомнил воин.

– Ригу нужен перстень, – гаркнул лур, уставив на меня тяжёлый взгляд.

Что ж, мне действительно пора. Всё, что меня беспокоило, узнала. Оин не может вернуться, иначе уже был бы здесь. Роан не тронули, хотя могли и шею свернуть за ту молнию. Ириу ушли под землю, а с ними – и большая часть райгов.

– Если риг Каирн не вернётся через пятнадцать минут – мы спустимся под землю, – пробасил Грэрин.

Я отвернулась к стене. Больше всего хотелось отшвырнуть перстень подальше и сбежать к Оину. Счастливая семейная жизнь, смуглый мальчик, похожий на моего мужа, и хорошенькая девочка, звёздное небо над головой, жаркие объятия… Всего этого у меня не будет. Останутся только бордовые розы на кистях рук на память о самых счастливых месяцах моей жизни. Один шаг – и ничего нельзя будет ни вернуть, ни исправить. По крайней мере, я буду знать, что Оин жив.

Я шагнула в стену, крепко сжимая в руке перстень рига.

В коридоре маминой квартиры никого не было. У меня подкашивались ноги. Больше всего хотелось кричать, выть в голос, биться головой о стену. Это как раз те эмоции, которые любит Каирн и которых я так старалась ему не дать. Я привалилась спиной к стенке и сползла на пол, на корточки. Времени немного, но минута-две ничего не решат. У меня нет сил говорить с Каирном.

Мать что-то чирикала в комнате, он отмалчивался. Дверь распахнулась неожиданно и резко. Каирн в джинсах и футболке встал на пороге, его внимательный взгляд остановился на моём лице. Ну конечно, "хозяин" не мог не почуять таких ярких эмоций.

– Риг Каирн… – мой голос сорвался, я кашлянула. – Я пришла просить вас вернуться к власти.

Крвен говорил, что положено встать на колени. Я бы и встала: незачем злить Каирна, когда от него зависит столько жизней. Но меня словно парализовало, я могла только сидеть на полу на корточках и смотреть снизу вверх на приближающегося рига – теперь уже не бывшего.

– Я ведь говорил, что так будет, – Каирн наклонился и рывком поставил меня на ноги. – А ты упрямилась, не верила.

Его руки были почти обжигающе горячими. Или это мне вдруг стало холодно?

– Кто несколько часов назад сказал, что больше сюда не придёт? – хмыкнул риг. Он осторожно разжал мои пальцы и взял перстень.

Другой рукой Каирн твёрдо поддерживал меня. Неужели настолько видно, что меня не держат ноги?

– Что случилось? – мать выглянула из комнаты. – Что ты здесь делаешь?

– Здравствуй, мама, – через силу усмехнулась я. – Не волнуйся, я ненадолго.

– Ты ведь говорила, что… – противным голосом начала родительница.

– Быстро – какое-нибудь успокоительное! – перебил Каирн. – И вина нагрей, её трясёт.

– Значит, когда всё было хорошо, мать не нужна была… – патетически продолжала она.

– Ты слышишь? – рявкнул риг. – Я сказал – быстро! Бегом, …!

Мать ринулась на кухню. Каирн, слегка подталкивая, довёл меня до дивана.

– Сядь! – приказал он и скрылся в комнате, которая раньше была моей.

Оттуда риг вышел с пледом и бросил его рядом со мной. Дрожь не проходила. У меня никогда в жизни не было истерики. Даже когда я попала в безумный мир райгов, я держалась, на что-то надеялась. Сейчас надеяться было не на что. Я трясущимися руками накинула на плечи плед. Каирн сел рядом, тяжёлая рука легла на моё плечо.

– Рассказывай, – спокойно произнёс риг. – Что там происходит?

– По вашей земле ходят ожившие луры и воины, – с трудом выдавила я.

– Оин убит?

– Я помогла ему сбежать.

Я сжалась в ожидании. Ударит? Или завалит на этот диван, срывая одежду? Нет, сидит как ни в чём не бывало и чуть насмешливо смотрит на меня.

– Предсказуемо, – протянул Каирн. – Сейчас немного успокоишься, и пойдём назад.

Эти слова подействовали лучше любого лекарства.

– Надо идти сейчас! – я чуть подалась к нему. – Риг, через несколько минут они пойдут в пещеры, если вы не придёте! Может погибнуть много людей…

– Хорошо, посиди тут, – Каирн решительно поднялся. – Я скоро вернусь.

Он шагнул к стене и исчез. Я потёрла горло. Надо успокоиться. Я только что могла погубить и ириу, и часть райгов из-за своих эмоций. Надо было сразу сказать об условии лура, а я не вовремя поддалась панике.

– Ты пришла, чтобы его у меня забрать!

Голос матери окончательно вернул меня к реальности. Я равнодушно смотрела, как уже чужая мне женщина подходит к дивану с чашечкой в руке. В комнате противно запахло какой-то настойкой.

– Когда-нибудь ты узнаешь, что такое потерять любимого человека! – патетически воскликнула мать. – И ты вспомнишь, как со мной поступила.

– Мам, ты ничего не перепутала? – устало спросила я. – Это же ты продала меня Каирну. Могла бы остаться там и наслаждаться всеми прелестями жизни с ригом, раз он тебе так нравится.

– Хамишь? Издеваешься? И это твоя благодарность за то, что я тебя родила?! Да если бы не Каирн, я бы тебя сейчас за порог не пустила. Но раз он сказал, мне придётся ещё и успокаивать тебя.

– Это необязательно.

Бредовые упрёки отвлекали, заставляли встряхнуться. Мать, сама того не желая, действительно немного меня успокоила.

– Выпей, – она так пихнула мне в руки чашечку, что вонючая зеленоватая жидкость частично выплеснулась на диван.

Я с отвращением проглотила успокоительное.

– И прекрати трястись, актриса! – продолжала мать. – Ты же особь безэмоциональная! Тебе не понять, каково мне сейчас. Но надеюсь, ты скоро узнаешь, что значит потерять любимого человека, и тебе будет больно!

Я поставила чашку на столик.

– Если тебя это утешит, я потеряла мужа, и мне уже больно, – голос слушался с трудом, срываясь на хрип. – Теперь мне придётся ублажать в постели твоего горячо любимого садиста.

– И ты ещё смеешь мне об этом напоминать! Каирн уходит от меня к моей собственной дочери!..

– Да забирай своего Каирна! – я сорвалась на крик. – Уходи с ним сама, пусть он делится тобой с кем попало и пробует все извращения, какие в голову взбредут! Только оставьте меня в покое! Оба!

Мать торопливо попятилась, с опаской глядя на что-то за моей спиной. Оборачиваться не хотелось, я прекрасно понимала, кого там увижу.

– Ты мать или …? – ровным голосом проговорил Каирн. – Что за дешёвые сцены? Я сказал, нагрей вино. Сделай глинтвейн и тащи сюда.

Мать вылетела в коридор. Риг тяжело опустился на диван.

– Посмотри на меня, – спокойно сказал он.

Я нехотя подняла взгляд и встретилась глазами с Каирном.

– Ты уйдёшь со мной. Это не обсуждается.

– Знаю. Я не должна была так говорить, риг. Этого больше не повторится.

– С чего вдруг такая покорность? – он прищурился.

– Вам ведь нужна покорная наложница, – голос не дрогнул, просто снова стал безжизненным.

– Может, и на колени встанешь? – усмехнулся Каирн.

– Если скажете – встану. У вас ведь принято на коленях обращаться с просьбами к ригу?

Каирн протянул руку и медленно провёл ладонью по моим волосам, затем прижал руку к моей щеке. Я настороженно ждала грубости и боли.

– Ты называла меня на "ты", когда я лишился власти, – напомнил он.

– Я прошу прощения за эту дерзость.

Каирн выругался.

– Перестань! – он слегка встряхнул меня за плечи. – Прекрати изображать почтение, тебе это не идёт. Скажи лучше, что там за просьба, ради которой ты готова встать на колени?

– Не трогайте ириу, пожалуйста… Не убивайте их!

– Из тебя получилась неплохая жена для рига, – в голосе Каирна неожиданно прозвучало одобрение. – Почти уверен, что райги ужились с ириу именно благодаря тебе. Я подумаю, что делать. Если ириу согласятся присягнуть мне на верность – они продолжат жить на моей земле. Мне не помешают новые подданные – блестящие воины. Мы вернёмся в замок, я поговорю с несколькими людьми, а завтра соберу всех на площади. Иди ко мне, – риг обнял меня, вжимая в своё горячее тело. – Я говорил, что не отказываюсь от тебя. Ты знала, что вернёшься ко мне. Чего ты сейчас трясёшься?

– Вы любите такие эмоции, риг.

– Каирн. И на ты, – спокойно проговорил он. – Я найду, с кого получить эмоции. В конце концов, могу заглядывать за ними в этот гостеприимный дом. От тебя мне нужно кое-что другое.

Каирн неторопливо принялся растирать мои ладони, согревая их.

– Ты додумалась закрыть Оину путь на землю ригов? – ровным голосом поинтересовался он.

– Да.

– Считай, что шкуру этому предателю ты спасла. Я не смогу его найти. Мог бы, если бы ты вывела к нему воинов, но для этого тебя пришлось бы ломать и довольно долго. Не уверен, что ты осталась бы жива и здорова, так что пусть Оин пока гуляет на свободе и вспоминает несколько месяцев власти.

Я настороженно слушала Каирна. Ну и зачем я ему живая и здоровая? Помнится, риг говорил, что берёт наложниц года на два-три, а от меня вообще отказался через несколько недель, так как не получал желанных эмоций. Зато теперь, когда эмоций у меня перебор, Каирн заявляет, что они ему не нужны. Так что ему надо? Не мог же риг всерьёз говорить, что подумывает на мне жениться. В конце концов, у меня есть муж – пусть даже и далеко.

– Забеременеть не успела, надеюсь? – риг внимательно посмотрел мне в лицо.

– Нет.

Я почувствовала огромное облегчение. Попасть к Каирну беременной было бы намного хуже.

– Хорошо. На всякий случай, проверим, но у Оина должно было хватить мозгов и опыта целителя, чтобы избежать такого сюрприза.

– А если бы… – начала я и осеклась.

Есть вещи, которых лучше не знать.

– Если бы ты ждала ребёнка, от него пришлось бы избавиться, – ровным голосом произнёс Каирн. – Обычно – ударами в живот. Но для тебя я сделал бы исключение: травник райгов или какой-нибудь целитель-ириу помогли бы провести эту процедуру сравнительно безболезненно.

Да, что-то в таком духе я и предполагала. Скоро мир райгов станет прежним. Каирн восстановит кошмарные законы и обычаи своей земли.

Мной овладевало странное безразличие ко всему – к моей судьбе, к миру райгов, к ожившим лурам и воинам. Хотелось одного – закрыть глаза и перестать существовать. Мать молча подошла и подала Каирну чашку с дымящейся, пахнущей апельсинами и специями жидкостью.

– Садись нормально, – сказал риг. – Это надо выпить.

– И зачем я тебе пьяная? – безразлично поинтересовалась я.

– Не волнуйся, не опьянеешь, – хмыкнул Каирн. – Спирт отсюда выпарился. Считай, что пьёшь горячий сок.

Риг заставил меня сесть прямо, придерживая за плечи, поднёс чашку к моим губам. Мать возмущённо фыркнула и ушла на кухню. Я осторожно глотнула терпко-сладкую горячую жидкость. Тепло начало приятно разливаться по телу.

Каирн попробовал глинтвейн и одобрительно кивнул.

– Выпей всё, – сказал риг. – Сейчас согреешься.

Я мелкими глотками выпила всю чашку до дна. Трястись действительно перестала. Каирн оценивающе посмотрел на меня.

– Кожа порозовела – уже хорошо. Когда ты сюда явилась, сама была похожа на оживших мертвецов, – он улыбнулся.

Надо же, это чудовище умеет улыбаться! Не ухмыляться, не усмехаться, а именно улыбаться.

– Пора возвращаться в замок. Хочешь что-нибудь забрать отсюда?

– Нет.

– Какую-то одежду? Книги?

– Мне ничего не нужно.

Каирн снял с меня плед и отложил в сторону. Вовремя – я и сама собиралась это сделать. От глинтвейна становилось жарко, щёки пылали, меня окутывало тепло.

– Тогда пойдём, – риг резко поднялся и потянул меня за собой.

– Попрощаться не хочешь? – я взглянула в сторону кухни, где мать раздражённо гремела посудой.

– Долгие проводы – лишние слёзы, – хмыкнул Каирн. – Мне не нужна прощальная истерика. К тому же, я ещё сюда наведаюсь.

Меня замутило. Риг подтолкнул меня к стене.

Тоска нахлынула, накрывая с головой. Я снова окажусь наложницей Каирна. Только теперь станет гораздо тяжелее: слишком много воспоминаний связано с замком рига. Там больше не будет Оина и Вероники, никогда не появится в коридорах маг Гэркон. И неизвестно, что сделают с Эйгом: вряд ли Каирн хорошо отнесётся к ближайшему стороннику Оина и убийце двух луров.

Глава пятая. Возвращение истинного рига

Каирн вывел меня из стены высокой ограды прямо к замку. Первое ощущение было жуткое – слишком здесь показалось тихо и пусто. Не доносится никаких звуков с обычно людной площади перед замком, не перекликаются слуги, не слышно, чтобы кто-то где-то работал.

Тишину нарушил нестройный хор мужских голосов:

– С возвращением, истинный риг!

У ворот стояли трое луров, Крвен, черноволосый бородач, ещё четверо людей, которых я не знала, и Дваар с тремя знакомыми мне воинами. Вся компания как по команде рухнула на колени и воздела руки к небу, словно в молитве. Каирн нахмурился.

– Где остальные? – его голос прозвучал холодно.

Я почувствовала мрачное удовлетворение. Вернувшегося к власти рига встретила приветствиями жалкая горстка подданных, и большинство из них – ожившие мертвецы. Живым воинам неловко – отводят глаза, чтобы не встретиться со мной взглядом. Только Дваара, похоже, ситуация не смущает.

– Предатели ушли под землю с грязными шестипалыми, риг, – почтительно пробасил Грэрин.

– Все? – поднял бровь Каирн. – Вся земля ригов – предатели?

– Люди испугались, риг, – решительно вступил Дваар. – Ваши верные слуги, не разбираясь, бросали кайери в сторону любого, кого видели на улице. Часть райгов сбежали в большой мир, а кто не успел – действительно ушли под землю вместе с ириу.

Каирн понимающе кивнул.

– Кто ещё остался?

– Двое слуг ждут вас в замке. Наверняка кто-то спрятался в домах…

– Из тех, кто не прячется, – сухо уточнил Каирн.

– Роан, дочь мага Гэркона.

Живые мертвецы переглянулись с ухмылками, которые мне совсем не понравились. В этом мы с Каирном совпали. Риг машинально чуть сильнее сжал моё плечо.

– И где же Роан? – в голосе Каирна послышались опасные нотки.

– У меня в доме, – спокойно ответил Дваар.

Я сглотнула. Надеюсь, он всего лишь посадил Роан под домашний арест. Хотя, зная Дваара, надежды на это мало.

– Ещё кто остался?

– В общем-то это все, – Дваар впервые замялся. – Есть ещё девчонка-ириу, которая была поварихой в замке. Её пока заперли и ждут ваших распоряжений.

Я на секунду прикрыла глаза. Иния наверняка не знала, что происходит на земле ригов. Когда я выбегала из замка, девушка гремела посудой на кухне.

Роан – дочь мага-предателя. Иния – ириу. За них некому вступиться. А за меня – тем более. Может, удастся выторговать у Каирна свободу для девушек? Хотя торговаться мне нечем: я снова полностью завишу от рига.

– Дваар, ты остаёшься главой воинов, – отрывисто распорядился правитель. – Пойдёшь со мной. Остальные пока свободны.

Вот так – даже "спасибо" не сказал. Хотя, судя по поведению Каирна, истинным ригам не то что благодарность, а даже обычная вежливость не свойственна.

В молчании мы вошли в замок. Двое молодых слуг тут же бухнулись на колени – явно ждали в холле. Каирн с откровенно брезгливым видом выслушал радостные приветствия.

– Где Жилн? – сухо спросил он.

– Он… В общем… – слуги с опаской переглядывались.

– Ну! – резко поторопил Каирн.

– Он оказался на улице, когда появились луры. Вроде бы, ушёл с другими под землю… Или сидит в доме Неина…

– Бегом – найти Жилна, привести назад, – скомандовал Каирн. – Выполнять!

Один из слуг вскочил и босиком ринулся к выходу. Второй продолжал стоять на коленях.

– Я правильно понимаю, что все давали присягу на верность самозванцу? – Каирн повернулся к Дваару.

– Да, – воин спокойно встретил пристальный взгляд правителя. – Все, живущие на земле ригов.

– Позаботься о том, чтобы завтра всё было готово для клятвы верности. Где тут теперь можно поговорить, чтобы никто не мешал?

Каирн смотрел на меня, но у меня язык к нёбу прилип. Риг не представляет, насколько изменился его замок!

– В бывшей опочивальне наложницы, – после небольшой паузы ответил Дваар. – Там теперь комната для совещаний.

Каирн неприятно дёрнул уголком рта.

– Сейчас полюбуюсь, – он повернулся к слуге. – Девчонку-повариху выпустить и прислать туда с ужином.

– На скольких человек ужин? – нерешительно уточнил тот.

– На троих, как видишь. Пошли!

Когда мы поднимались по лестнице, я всё же заговорила:

– Риг, зачем я вам на совещании?

– Вариантов два – или ты идёшь со мной, или развлекаешь слуг и воинов, – сухо произнёс Каирн. – Думаю, второй вариант тебе понравится ещё меньше, чем первый. Я так понимаю, Наташа, ты в курсе всего, что здесь происходило, и знаешь больше, чем Дваар.

Я покосилась на рига с удивлением. С чего это он ведёт себя по-человечески? Если бы с порога отдал меня слугам – это было бы больше похоже на Каирна. А тут не только делиться не собирается, но ещё и по имени меня начал называть. Честно говоря, сомневалась, что риг вообще помнит, как меня зовут. Ну и что ему может быть нужно? Информация? Так Каирн и сам быстро узнал бы, что изменилось в его отсутствие. Ладно, скоро выяснится, почему риг так добр. Допускаю, что наедине со мной он сорвётся и станет прежним.

– Конечно, больше, – спокойно подтвердил Дваар. – Супруга Оина присутствовала на всех совещаниях и участвовала во всех делах.

– Что-то в этом духе я и предполагал, – процедил Каирн. – Только она – не супруга Оина, а моя наложница. На праздники он её случайно не водил?

– Они всегда выходили вместе, – ответил воин.

Каирн толкнул дверь бывшей опочивальни для наложницы рига. Его взгляд окинул комнату, остановился на голых беленых стенах, на большом круглом столе и мягких креслах. Риг наконец убрал руку с моего плеча. Он опустился в кресло и отрывисто бросил:

– Садитесь.

Дваар занял место по правую сторону от Каирна. Я заставила себя сесть слева, хотя больше всего хотелось устроиться подальше от рига.

– И где же при Оине была твоя комната? – поинтересовался он.

– У меня ее не было, – через силу ответила я.

– Ладно, это обсудим потом, наедине. Что с магами? – Каирн повернулся к воину.

– Гэркон убит, на завтра было назначено огненное погребение мага и госпожи Вероники…

– Переносится на послезавтра, когда народ сможет прийти на площадь, – отрывисто поправил риг. – Организовать всё, как положено. Что с детьми Гэркона?

– Марн сбежал – похоже, в большой мир. Он увидел Дэлина и Крвена и всё понял.

Так вот о чем парень пытался предупредить, когда писал по пыли "ЛУР К"! Он просто не успел написать имя Крвена.

– Вейя ушла в подземные пещеры. Все знают, что у неё есть жених-ириу, – продолжал Дваар. – Девушка, разумеется, испугалась расправы.

Каирн нахмурился.

– А Роан? Почему она оказалась у тебя в доме?

– В качестве наложницы, риг, – широко улыбнулся Дваар.

Я с отвращением взглянула на него. Все знают, что Роан недолюбливает Дваара. Вот у него и нашёлся повод отомстить. А ведь воин Роан в отцы годится. Хотя Каирн не намного моложе, разница у нас с ним лет шестнадцать-семнадцать, если не больше.

– Твоё право, – задумчиво сказал риг. – Хочешь – бери. Но осторожнее с девушкой: она нужна мне как маг. Так что не перестарайся, Роан не должна быть усталой, нервной и, тем более, больной после твоих развлечений.

Дверь бесшумно отворилась. Побледневшая Иния вошла с подносом. Каирн буравил её взглядом, пока девушка подходила к столу. Иния поставила поднос на стол и принялась переставлять с него три закрытых глиняных горшочка, бутылку креплёного вина, три бокала, столовые приборы, завёрнутые в салфетки. Движения Инии были чуть резче, чем обычно, на переносице появилась тревожная морщинка, но руки девушки не дрожали.

– Это в замке такой новый обычай – входить в комнату без разрешения и приветствия? – с откровенной иронией поинтересовался Каирн.

– Риг, при Оине так и было, – торопливо вступила я. – Если кто-то заходил во время совещания, то молча делал, что нужно, и быстро выходил. Иния не знала, что ей надо заговорить. Она не хотела вас задеть!

– Тебя не спросил, заступница! – бросил он. – Девчонка что – немая? Сама ответить не в состоянии?

– Я действительно не знала, – Иния старалась не смотреть на Каирна. – Мне сказали принести еду и тут же уйти.

– Подожди.

Риг открыл крышку горшочка. Комнату заполнил аромат тушёного мяса с грибами. Каирн попробовал блюдо и одобрительно кивнул.

– Можешь заниматься кухней. Если кто соберётся тебя запереть, скажи, что я запретил это делать.

– Благодарю… – Иния запнулась и покосилась на меня, но всё же продолжила: – риг.

– Теперь иди, – милостиво кивнул он.

Всё правильно. Ириу должны признать Каирна своим ригом, если хотят не только выжить, но и вообще нормально жить.

– Сегодня же пойдёте к подземным ходам, объявите, что никого не тронут, – Каирн повернулся к Дваару. – Пусть все, кто хочет, выходят оттуда и завтра приносят клятву верности на площади.

– Все? – переспросил Дваар.

– Все. Раз райги и ириу могут уживаться мирно, стоит прекратить вековую вражду. Если ириу готовы мне служить и присягнуть на верность – значит, будут жить на земле ригов. Не скрою, я отправлю на казнь одного человека – главного приспешника Оина. Луры просили выдать им Эйга.

Я сжала руку в кулак, ногти до боли впились в кожу. Луры разорвут воина на части! Я не сомневаюсь: Эйг отказался бы присягать Каирну на верность, даже если бы ему это предложили. Только бы он не вышел из подземелий ириу. Поди найди Эйга в лабиринтах подземных ходов!

– Я видел, как он попал под разрыв кайери, – проговорил Дваар. – Эйг мёртв или серьёзно ранен. У меня не было времени это проверить.

Мне хотелось завыть от безысходности. Гэркон, Вероника, а теперь ещё и Эйг… Хорошо, если друг и преданный телохранитель Оина мёртв. Раненый, он не сможет постоять за себя, месть луров будет ужасна. Я ощутила пристальный взгляд Каирна. Да, таких эмоций, как сегодня, риг от меня ещё не чувствовал.

Я думала, самое страшное происходило, когда я только попала в этот мир. Теперь поняла – нет, тогда мне было некого терять. Я была сама по себе, не связанная ни с кем, и, как могла, боролась за жизнь и свободу. А теперь я за сутки потеряла всех, кого любила и с кем дружила.

Рука Каирна накрыла мой сжатый кулак, слегка прижимая руку к подлокотнику кресла.

– Кусок в горло не лезет? – в его голосе прозвучала лёгкая насмешка. – Напрасно, эта девица недурно готовит.

Я остановила рассеянный взгляд на стоящем рядом горшочке с закрытой крышкой. Ах да, Дваар с Каирном с аппетитом уплетают свой ужин.

– Я не голодна, риг.

– Хочешь, чтобы я сам тебя накормил? – осведомился Каирн. – Так я могу.

Я молча подняла крышку горшочка. Раньше ригу было всё равно, что и когда я ела. Меня постоянно подкармливала Вероника. Каирн ещё и правило установил: наложница не должна есть перед его посещениями. Сейчас-то что изменилось? Если бы риг притащил меня в свой мир за волосы, устроил пытку в постели, отдал меня слугам, запер в подвале и морил голодом – это было бы больше похоже на Каирна. Я помогала лишить его власти, вышла замуж за его врага! А риг ни с того ни с сего смягчился, можно сказать, заботу проявляет. Раньше Каирн разве что ноги об меня не вытирал. Сейчас – когда у него действительно есть повод свернуть мне шею – риг, по меркам этого мира, пылинки с меня сдувает. Плед принёс, руки согрел, заставил мать сделать успокоительное и глинтвейн, теперь ещё и заботится, чтобы поела.

Почти добрый Каирн устрашал не меньше, чем жестокий и безжалостный. Что у него на уме?

Под взглядом правителя я отправила в рот кусочек мяса. Вкус почти не чувствовала. Сознание ухватилось за подвернувшуюся логическую задачу. Надо хоть как-то отвлечься от мыслей, сводящих меня с ума.

Что может быть нужно Каирну? Мои советы? Он прекрасно без них обойдётся. Наследник? Помнится, Вероника говорила, что Каирну пора о нём подумать. Меня передёрнуло при одной мысли о ребёнке от рига. Допустим, Каирн хочет продолжить род. Но почему именно со мной? Думает отомстить таким образом и мне, и Оину? Это была бы, с точки зрения райгов, красивая месть – заставить меня родить ригу наследника. Только вот заботиться здесь начинают, если наложница уже беременна, и её хозяину нужен ребёнок. Во всяком случае, так рассказывала Вероника, а она хорошо знала этот мир. Непохоже, чтобы дело было в наследнике. Для этого Каирну совсем не обязательно устраивать вокруг меня ритуальные брачные танцы.

Он говорил, что не отказывается от меня и мог бы даже жениться. Вот только когда риг изменил ко мне отношение? И, главное, почему? Что стоит за его поведением?

– Дваар, пришли сюда кого-нибудь из целителей-ириу. Скажешь, что я обещаю ему неприкосновенность в замке, – заговорил Каирн. – И объясни несведущим, как можно избавиться от оживших слуг рига. Завтра с утра приведёшь Роан, мне нужно с ней поговорить. Если удастся, убеди прийти Вейю, только предупреди, чтобы её никто не тащил сюда силой. Не придёт завтра – явится позже.

– Хорошо. Думаю, проблем не возникнет.

Я отвлеклась от психологической (или психиатрической) головоломки и подняла глаза на Каирна. Маги ему нужны, это понятно. С целителем тоже не слишком удивил – мало ли кому и когда может понадобиться лекарь, пусть лучше будет под рукой.

– А как можно избавиться от живых мертвецов? – хрипло спросила я.

– Наконец-то сама заговорила, – усмехнулся Каирн. – У Оина на совещаниях ты наверняка не молчала. Избавиться от них очень просто. Они должны получить то, из-за чего вернулись в мир живых. Как думаешь, что это?

– Ваше возвращение к власти, риг, – я старалась говорить твёрдо.

В памяти всплыли слова Гэркона о том, что убить Каирна было бы надёжнее, чем изгнать. Тогда они казались мне жестокими.

– Когда подданные снова принесут мне клятву верности, мои мёртвые слуги обретут покой, – неторопливо проговорил риг.

– Даже если не получат жизнь Эйга? – вырвалось у меня.

Каирн иронически улыбнулся.

– Наташа, мне не нужен здесь сильный и решительный враг. Если Эйг жив, у него два пути – в изгнание или в могилу. Могила будет надёжнее.

– Но тогда логично было бы отправить в могилу и меня, – слова срывались прежде, чем я успевала их обдумать. – Я помогла Оину убить лура и прийти к власти…

Дваар закашлялся, подавившись мясом с грибами. Ах да, для него это новость. О том, что именно тогда произошло, знали только Оин, Каирн и Гэркон.

– Ешь, не отвлекайся, – Каирн кивнул мне на почти полный еды горшочек. – Я сам отдал тебя Оину, а ты – девочка послушная, и действовала по его приказу или, по крайней мере, с его согласия. Это понятно? – жёстко спросил он, глядя на кашляющего Дваара.

Тот с трудом кивнул.

– Во всём виноват Оин, – ровным голосом продолжал Каирн. – Ты, правда, увлеклась им слишком сильно, но это – не повод для наказания. На моей земле за все проступки, прежде всего, отвечают мужчины. Эйг добровольно служил самозванцу, был его правой рукой… – он усмехнулся. – Хотя нет, скорее, левой. Правой всё-таки была ты.

– Если ты выдашь Эйга лурам или казнишь, против тебя поднимутся все ириу! – мой голос дрогнул.

Я договаривала, но уже понимала – бунта не будет. Если Каирн не станет трогать ириу и позволит им и дальше жить и работать на своей земле, мало кто захочет вступиться за одного-единственного военачальника.

– Поднимутся, говоришь? – Каирн тихо рассмеялся. – Как думаешь, если им придётся выбирать между жизнью одного-двух или даже трёх человек и спокойным, сытым обитанием на этой земле, что они предпочтут? Ты только что видела, как девчонка-повариха назвала меня ригом. Не сомневаюсь, если бы я приказал, она бы кланялась и ноги мне целовала. Как думаешь, почему?

– Потому что она от тебя зависит, – я бросила вилку, и она со стуком упала на стол. – В твоей власти посадить Инию под замок, изнасиловать, отдать слугам, убить, в конце концов!

– То есть, по-твоему, дело только в страхе? – Каирн иронически улыбнулся. – Полгода помогала Оину править этой землёй, а наивность так и не растеряла. Как считаешь, тот же Дваар присягал самозванцу Оину из страха? У вас ведь не было ни пыток, ни казней, правда? Твоя ошибка в том, что ты судишь людей по себе. А ты – из редкой породы энтузиастов, которые не только хотят, но и действительно пытаются изменить мир. Думаешь, многие на твоём месте пошли бы ко мне с перстнем? У тебя была возможность остаться с Оином и пожелать мне и всему нашему миру гореть синим пламенем. Так вот, большинство людей так бы и поступило. Ты вернулась, чтобы я не слишком здесь лютовал? Чтобы имел возможность сорвать злость на тебе? Так?

Я отвела взгляд. Конечно, так. И да – я могла остаться в безопасности. Только тогда сюда вернулся бы Оин. Ни он, ни я не допустили бы, чтобы ожившие мертвецы перебили всех ириу и райгов, какие им попадутся.

– Так, – удовлетворённо продолжил Каирн. – Как думаешь, если я завтра после клятвы верности отдам тебя всем желающим, кто-то рискнёт за тебя вступиться?

Я прикусила губу. Будь Эйг жив, он бы вступился. И почти наверняка тут же расстался бы с жизнью. Кто ещё? Роан со своими молниями? Она уже один раз помогла мне – и попала к Дваару в наложницы. Могло быть и хуже.

Риг молчал в ожидании ответа. Дваар торопливо доедал мясо и запивал его вином.

– Вряд ли, – устало сказала я.

– А ещё могу добавить, что желающие нашлись бы и довольно много. Не представляешь, на что способны люди, когда им обещают безнаказанность. А если тебе завязать глаза, чтобы не видела этих желающих, их стало бы гораздо больше.

– Я так понимаю, мы проверим это завтра?

Не знаю, откуда у меня взялись силы поднять голову и говорить твёрдо. Каирн прав, он гораздо лучше знает своих людей, чем я.

– Думаю, ты поверишь мне на слово, – неторопливо произнёс он. – Или уже поверила.

– Я ещё нужен здесь, риг? – чуть быстрее, чем обычно, проговорил Дваар.

– Нет, выполняй, что должен. Поищите среди убитых Эйга. Приготовьте большое огненное погребение на послезавтра. Все погибшие будут преданы огню после Вероники и Гэркона.

Воин поднялся.

– Да, риг.

Дваар низко поклонился и двинулся к двери.

– Подожди, – окликнул Каирн. – Если бы я отдал свою наложницу желающим, ты бы ею воспользовался?

– Нет, – коротко бросил Дваар.

– Почему?

– Девушка не в моём вкусе. Да и дома меня ждёт молоденькая, неопытная магичка, – воин похотливо улыбнулся.

Я невольно прижала руку к виску. Если бы можно было всего этого не слышать!

– Весёлой ночи, – ухмыльнулся Каирн.

– И вам, риг.

Дваар ещё раз поклонился и вышел. Каирн коснулся моей руки, я вздрогнула, как от ожога.

– Расслабься, я не собираюсь никому тебя отдавать, – сказал он. – Такими, как ты, не разбрасываются. Доешь, и пойдём – покажешь, что вы успели наворотить с моим замком. – Каирн поднял со стола вилку и вложил мне в руку. – Комната для совещаний совсем неплоха, я ожидал худшего.

Под взглядом рига я заставила себя доедать мясо с грибами. Если бы можно было всё изменить! Хотя как это изменишь? Я всё равно пошла бы к Каирну. По крайней мере, Оин жив. И я сделала всё, чтобы муж не смог сюда вернуться.

Глава шестая. Брачные танцы рига

Каирн осматривал изменения в замке и перед ним, когда два солнца уже уступили место на небе красноватой луне. Осматривал неспешно, порой хмурясь, и его рука по-хозяйски обнимала меня за плечи. У ворот околачивались Дэлин и Крвен. От одного их вида меня начинало трясти. В панике, в мыслях, как отправить из этого мира Оина, в тревоге от встречи с Каирном я почти не опасалась оживших луров и воинов. Теперь же страх пронизывал каждую клетку тела, и даже не знаю, кого я боялась больше – исполненных ненависти покойников или непредсказуемого рига.

– Все заборы перекрасили или только здесь, в замке? – поинтересовался Каирн.

– Все.

– Вашу бы энергию да в мирных целях… – пробормотал риг.

– У нас были мирные цели, – тихо, но отчётливо ответила я.

Каирн насмешливо хмыкнул.

В доме риг протащил меня по всем комнатам, включая подвалы для хранения продуктов.

– Не так плохо, как я ожидал, – вынес он вердикт, когда осмотрел рабочий кабинет. – Кто сейчас занимается электричеством?

Каирн с неодобрением покосился на мигающую лампочку.

– Наверное, никто. Марн, когда уходил, что-то сделал, и свет пока есть. Оин говорил, должно хватить дня на два…

– Это я и без Оина понимаю. Ты видела дочерей Гэркона в деле? Смогут они с этим работать? – спросил риг.

– Не знаю. Вейя и Роан создавали защиту во время последнего боя, всё было в порядке.

– Защиту во время боя… – повторил Каирн. – Ну, уже что-то. Если девчонки смогут поддерживать электричество, пусть Марн гуляет дальше, пока самому не надоест. Если нет, придётся его поискать.

Риг выдвинул один за другим ящики письменного стола. Я, стиснув зубы, наблюдала, как Каирн бегло просматривает бумаги Оина – планы на неделю, на месяц, расчёты деления земли с учётом прихода ириу, письменные жалобы недовольных райгов, примерный план развлекательных боёв на несколько месяцев, мой список фильмов для киносеансов…

Риг поднял голову. Я отвела взгляд. Сверху на этом списке я писала Оину: "Я тебя люблю".

– Так где, говоришь, была твоя спальня? – хрипло спросил Каирн.

– У меня её не было, – повторила я. – Муж и жена спят в одной постели, риг.

– То есть в моих покоях на третьем этаже, – уточнил он.

Я молчала, пытаясь проглотить ком в горле.

– Вижу, ты сегодня времени не теряла, – в голосе Каирна прозвучало одобрение. – Задачу почти решила. Во всяком случае, главное выделила.

Я подняла голову. Риг разглядывал таблицу, которую я недавно чертила, пытаясь вычислить убийцу Гэркона и Вероники. Встретив мой взгляд, Каирн решительно рассовал все бумаги вперемежку по ящикам.

– Потом сама всё покажешь и расскажешь. Думаю, ты хорошо ориентируешься во всём этом. Пошли смотреть мои апартаменты. Наверняка их уже привели в порядок, а постель перестелили.

Я вся как будто заледенела под кожей. Вот и час расплаты. Странно, что риг тянул с постель до самой ночи. Нагнетал атмосферу, что ли? Когда долго ждёшь, наказание кажется ещё страшнее.

Каирн подошёл ко мне вплотную, протянул руку, и я невольно отшатнулась.

– Тихо! – он резким движением притянул меня к себе. – Ты ведь не хочешь развлечь слуг криками или бегом от меня по всему замку? – Каирн усмехнулся мне в лицо. – Тем более, что я всё равно догоню. И учти, на всякий случай, что я снял с тебя способность проходить в большой мир.

– Простите, риг, я не хотела. Это получилось случайно.

– Знаю, – он провёл рукой по моей талии, поднялся чуть выше. – Я предупреждал, что не отказываюсь от тебя, как от наложницы. Ты знала, на что идёшь, когда принесла перстень.

–Да, – губы немели и еле слушались.

– Нет. Ты не знала, – риг погладил меня по щеке. – Иначе не боялась бы так. Иди-ка сюда!

Каирн неожиданно поднял меня на руки. Дверь кабинета он открыл пинком. На площадке у лестницы замерла Иния с подносом из комнаты для совещаний. Тёмные глаза девушки округлились, как у птицы.

– Можешь так всем и рассказывать: риг носит свою наложницу на руках, – усмехнулся Каирн. – Принесёшь каких-нибудь закусок через час. Оставишь поднос у двери, постучишь и уйдёшь.

– Как прикажете, риг, – с трудом выдавила Иния.

Каирн легко поднимался по высоким ступеням.

– М-м, а говорили – безэмоциональная, – тихо протянул он.

– Не надо! – вырвалось у меня. – Каирн, пожалуйста…

– Пожалуйста – что? – ровным голосом спросил он. – Отпустить тебя? Это даже не обсуждается.

– Дай мне время, совсем немного…

– Нет у тебя времени, я этого полгода ждал, – Каирн тихо рассмеялся. – Знаешь, как заводит, когда такая вот девочка бросает мне вызов?

Риг пнул ногой дверь и шагнул в спальню. Мой взгляд заметался по комнате, я машинально отмечала перемены. Чёрное шёлковое бельё на бесстыдно раскрытой постели. Букет бордовых роз в огромной вазе на комоде, с него свисает лента с надписью: "С возвращением!" Несколько порнографических картин. Зеркальная панель во всю стену напротив кровати. Дверцы шкафа распахнуты, внутри разложены и развешаны вещи Каирна. Надо же, кто-то предусмотрительный заботливо сохранил их. У двери сиротливо стоит картонная коробка, в неё свалена моя одежда.

– С этим они проявили ненужную инициативу, – риг кивнул в сторону коробки. – Завтра извинятся со всем почтением и вернут твои вещи на место.

Каирн поставил меня на ноги. Его рука обвивала мою талию, другая легла на щёку. Риг слегка приподнял мой подбородок и коснулся губами губ.

– Не бойся, – хрипло выдохнул он. – И не брыкайся. Пора поздравить своего хозяина с возвращением.

В полуобморочном состоянии я почувствовала, как Каирн стягивает с меня платье. Мелькнула удивлённая мысль: почему снимает аккуратно, а не рвёт прямо на мне лёгкую ткань?

– Умница, – шепнул риг. – А теперь сними с меня футболку.

Я почти механически делала то, что говорил Каирн, подчинялась его рукам, а думала об Оине. Где он сейчас? Что с ним? Наверняка с ума сходит, зная, что я осталась здесь с его врагом. Лишь сутки назад мы любили друг друга в этой самой комнате и даже не подозревали, что это наша последняя ночь. А потом думали о том, когда лучше зачать ребёнка, строили планы, пока я не начала засыпать у мужа на плече.

Ласки рига становились всё откровеннее. Я прикусила губу. Это плата за жизнь Оина, за свободу ириу, а может быть, и за смерть без мучений для Эйга.

– Убери руки, – Каирн тихо рассмеялся. – Тебя всё время тянет ими прикрыться.

Конечно, тянет. Я люблю Оина и не хочу ему изменять. И ещё я каждую секунду жду боли. Слишком хорошо я помню садистские развлечения рига, чтобы пытаться расслабиться рядом с ним.

– Успокойся, я буду осторожен, – шепнул Каирн.

Нежные прикосновения, ласки, вынуждающие тело выгибаться ему навстречу… Под конец с моих губ неожиданно сорвался вздох.

– Вот, значит, как с тобой надо… – Каирн откинулся на подушку и прижал меня щекой к своему твёрдому плечу. – Ничего, скоро привыкнешь ко мне. А пока засыпай.

Его ладонь нежно поглаживала меня по голове. Усталость наваливалась всё сильнее, глаза закрывались сами собой. Сказывалась прошлая бессонная ночь и сумасшедший, наполненный кошмарами день.

– Засыпай, – тихо, мягко повторил Каирн.

Я вынырнула из глубокого небытия в предрассветной полутьме. Тёплая рука мягко сжимала мою ладонь, и меня окутывали знакомые расслабляющие волны спокойствия. Ничего не соображая спросонья, я чуть приподнялась и прошептала:

– Оин? Как ты сюда попал? Уходи, пожалуйста, тебя убьют…

Чья-то рука прикрыла моё плечо соскользнувшим от движения покрывалом.

– Наташа, я Аиг, – мягко ответил знакомый голос. – И говори поменьше, риг Каирн тоже здесь.

Я откинулась на подушку. Ах да, Каирн просил Дваара найти кого-нибудь из целителей-ириу. Аиг после каждого боя ставил Дваара на ноги, не удивительно, что воин разыскал хорошо знакомого лекаря.

– У тебя что-нибудь болит? – продолжал Аиг. – Есть синяки, ссадины, ушибы?..

– Нет. Эйга нашли?

– Его нет в подземельях, – мрачно ответил целитель. – И, скорее всего, нет в живых. Говорят, Эйг выскочил из толпы и закрыл собой подростков, которые собирались сбежать в большой мир. Рядом с ним разорвался плод кайери. Никого из целителей там не оказалось…

– Можно подумать, вы под разрывами кайери кинулись бы его спасать, – с иронией произнёс Каирн.

Я только увидела, что он сидит в кресле у кровати, за спиной Аига.

– Любой из наших целителей кинулся бы, – сухо сказал ириу. – И шансы были бы велики – пройти с раненым сквозь землю, а дальше спокойно заниматься лечением.

Я судорожно всхлипнула. По щекам покатились слёзы, которые я старательно сдерживала всё это время.

– Я же сказал – успокоить, а не довести до истерики, – раздражённо напомнил Каирн.

– Сейчас слёзы тоже лечат, – невозмутимо отозвался Аиг. – Физической боли нет, но есть очень сильная душевная, и ей надо дать выход. Не мешайте мне работать, риг Каирн. Я пришёл сюда только потому, что супруге рига Оина нужна помощь.

Я вздрогнула, невольно сжалась: ириу был слишком дерзок с правителем. Одно то, что он называет Оина ригом, а меня – его супругой, может привести Каирна в ярость!

– Чего ты сейчас испугалась? – нахмурился Аиг. – Постарайся расслабиться. Моих сил не хватит, чтобы полностью снять такую боль, но я попытаюсь облегчить её, насколько смогу. Ты боишься, потому что риг Каирн рядом?

– Она боится, потому что ты слишком вольно общаешься с ригом этой земли, – холодно произнёс Каирн. – Можешь не переживать за него, Наташ, я обещал целителю неприкосновенность в замке.

Аиг положил руку на мой живот и застыл, словно прислушиваясь к чему-то. Волны спокойствия проникали внутрь, растапливая лёд, заставляя кровь бежать по венам. Целитель повернулся к Каирну.

– Девушка не беременна, – сказал Аиг, и в его голосе слышалось облегчение. – Она сильно напугана, риг Каирн. Страх и отчаяние в этой ситуации убрать очень непросто.

– Я тебя за тем и позвал, – бросил Каирн. – Что нужно, чтобы привести девочку в нормальное состояние? Сразу говорю, отпускать я её не собираюсь.

– Время и покой. Я могу сидеть здесь сутками, но если вы будете нервировать девушку – у меня ничего не получится. Тут даже исцеление временем не поможет.

– Хорошо, – подумав, произнёс Каирн. – Работай с ней, пока не придёт в себя. Выйди-ка на несколько минут, мне надо поговорить с Наташей. Думаю, ей от этого станет лучше.

Аиг поднялся. Волны спокойствия тут же отхлынули, уступая место тревоге, отчаянию и щемящему чувству потери.

Каирн сел рядом со мной на постель. Он молча дождался, пока целитель покинет комнату.

– Можешь сказать, чего ты так боишься? – непривычно мягко заговорил риг.

Действительно – чего? На земле, которой правит Каирн, меня пугает абсолютно всё. Неужели он этого не понимает? Или риг так развлекается, играет, как кот с мышью?

– Тебя. Неизвестности. Твоих мёртвых слуг. Того, что происходит в этом мире… – срывающимся голосом перечислила я.

– Мёртвые слуги скоро уйдут, – Каирн сжал мою руку. – Я не собираюсь причинять тебе вред. Как видишь, даже позвал целителя, чтобы он привёл твои нервы в порядок. У тебя было гораздо больше поводов для страха, когда я выбрал тебя на отборе наложниц. Насчёт неизвестности… Я думал сказать позже, но могу и сейчас. Я хочу, чтобы ты родила мне наследника и стала моей женой.

От неожиданности у меня даже слёзы прекратились. Значит, он всерьёз говорил насчёт женитьбы?

– Зачем тебе это? Из мести Оину?

– Из мести Оину я бы придумал что-нибудь позатейливее, – в голосе рига прозвучал опасный смешок. – Нет, я просто хочу получить тебя – не только тело, но и твоё сердце. Сейчас это кажется тебе невозможным, но постепенно ты узнаешь меня получше…

– Этого не будет, – перебила я. – Придётся довольствоваться моим телом.

Сказала и тут же испугалась: риг не потерпит дерзости от наложницы. Однако он заговорил спокойно, поглаживая мою ладонь.

– Посмотрим. Говорят, общее дело сближает. Я не собираюсь тебя притеснять. Ты так же будешь участвовать во всех совещаниях, как это было при Оине. Когда немного придёшь в себя и на тебя можно будет смотреть, не вздрагивая, – станешь сопровождать меня на праздниках и гуляниях.

– Я не смогу, – выдохнула я. – Ты же не брал с собой наложниц!

– Скажу больше, ни с одной наложницей я не стал бы возиться, как сейчас с тобой, – спокойно ответил риг. – А что тебя не устраивает при таком раскладе? На совещаниях у тебя будет возможность высказать своё мнение. Тебя беспокоит, что происходит в этом мире? Так я дам тебе участвовать в основных решениях.

– Я не смогу смотреть на оргии и казни на ваших праздниках, – устало сказала я.

– Причём здесь оргии и казни? Я не буду отменять футбол, бои и кино – если, конечно, юные магички смогут его показывать. Кстати, очень неплохая идея, когда надо чем-то отвлечь народ. Вы воротили тут, что хотели, а райги выплёскивали энергию в спорте из большого мира. В общем, эту традицию я оставлю, пусть подданные развлекаются. Есть хочешь?

– Нет.

Я посмотрела в сторону окна. Небо было светло-серым, и с обеих сторон подсвечивалось багрянцем – предвестником рассвета двух солнц.

– Хочешь-не хочешь, а есть надо, – решительно сказал Каирн. – Садись.

Я села на кровати и снова машинально прикрылась чёрным покрывалом до плеч. Риг взял с комода поднос и поставил его передо мной.

– Завтрак в постель. Это ведь твои любимые пирожные?

Каирн включил ночник. Неяркий свет расплывчатым кругом лёг на кровать.

Я недоверчиво уставилась на поднос. Корзиночки с кремом и смородиной, рыжики, кремовые и ореховые трубочки, какие продавались в кондитерской недалеко от дома моей матери.

Каирн неспешно раскрутил крышку большого термоса и разлил в две чашки крепкий чай. Запахло корицей и какими-то травами. Именно такой чай я покупала, когда жила в большом мире. Правда, покупала нечасто – стоит он дорого.

Значит, Каирн за полгода выведал обо мне всё, что мог, – даже о моих любимых пирожных. Но зачем я ему? Такой брак – это же бред, навязчивая идея!

Взгляд упал на мою руку, и у меня перехватило дыхание. На кисти не было брачной метки. Я резко повернула вторую руку ладонью вверх. Чистая кожа, ни следа от бордовых роз. А это значит, что Оин…

– Спокойно, – риг легко провёл пальцами там, где ещё вечером была брачная метка. – Жив твой Оин. Кто его так быстро найдёт в большом мире? Метка пропала из-за супружеской измены. Не удивлюсь, если скоро опять появится: вряд ли твой муж захочет расторгнуть брак, зная, какого рода эта измена.

Я на секунду прикрыла глаза. Значит, каждый раз, когда я окажусь в постели с Каирном, Оин будет получать оповещение. Метка исчезла – жена изменяет.

Я живо представила, как хочет прорваться сюда мой муж и не может этого сделать.

– Ну что, отправим Аига отдыхать или попросим ещё поработать с тобой? – как ни в чём не бывало спросил Каирн. – Я бы отпустил, целитель уже выдохся. Он просидел здесь несколько часов.

– Как – несколько часов?

– У тебя был сильный жар, тебя трясло во сне. Аиг взял на себя столько твоей боли, что ему хорошо бы передохнуть.

Жар? Трясло? Возможно, но я совсем не помнила этого. Лишь чёрное, глубокое небытие. Я чувствовала страшную усталость, раздирающая душу боль притупилась, как будто с возвращения Каирна прошла не одна ночь, а много дней.

– Да, конечно, – согласилась я.

Каирн ненадолго вышел. Я слышала, как что-то возражает целитель-ириу, как риг зовёт Грэрина и приказывает сопроводить Аига в опочивальню на втором этаже. Похоже, целителю выделили бывшую комнату Оина.

– Я в состоянии спуститься сам, – в голосе Аига прозвучало неприкрытое отвращение.

– Не уверен, – спокойно ответил Каирн. – В любом случае, ты здесь – гость, а гостя в первый раз принято проводить в его комнату. Да, Грэрин, распорядись, чтобы целителю принесли на завтрак то, что восстанавливает силы.

Он вернулся в спальню и сел рядом. Я вяло отметила, что риг ходит в тех же джинсах и футболке, в которых сюда вернулся.

– Ну, посмотрим, чем ты лакомилась в большом мире, – он взял корзиночку с блестящими чёрными ягодами и осторожно надкусил.

– Откуда здесь пирожные? – я без особого желания взяла ореховую трубочку.

– Из твоей любимой кондитерской. Не узнала, что ли? Отправил вечером одного из слуг. А ещё для тебя есть японские кроссворды – считай и рисуй. Подозреваю, что тебя это развлечёт. Думал взять тебя с собой, когда буду принимать клятву верности, но в таком состоянии лучше пока посиди в замке.

Я задумчиво жевала трубочку. Надо же, я и не знала, что соскучилась за пирожными и чаем. Не думала, что завтрак может принести положительные эмоции. Похоже, Каирн на меня целое досье составил. Любимая еда, любимые напитки, японские кроссворды для успокоения и тренировки мозгов. Книги, которые я читала, риг тоже наверняка изучил. А может, и в компьютере моём полазил, если умеет. Чем ему ещё было заниматься? Разве что банки грабить, когда деньги заканчивались… Стоп! Что-то здесь не сходится!

– Каирн, почему в большом мире ты мог до меня дотронуться? На мне же была защита Гэркона! Вы не теряете там способности ходить сквозь стены. А со мной что не так?

– Вот теперь вижу – оживаешь, – с удовольствием отметил риг. – Тут всё просто. У меня способности врождённые, потому и не теряются. А твоя защита была от мага и действовала только здесь. Я в вашем мире тоже теряю неприкосновенность рига. Когда Гэркона не стало, защита – и твоя, и Оина – вообще перестала существовать. Кстати, Марн меня удивил. У него было мало времени, а он решил восстановить электричество. Когда парень нагуляется по большому миру, думаю, он успешно заменит Гэркона. Близняшки, похоже, слабее, ещё не вошли полностью в магическую силу.

– Ты не видел их в деле, – напомнила я.

– Мне хватило того, что одна сидит под землёй, а вторую Дваар запросто забрал себе в наложницы. Впрочем, скоро он должен подойти с этой девицей, так что посмотрю на неё в деле. Сегодня мне нужен хоть какой-то маг, чтобы провёл обряд клятвы верности. Всё, оставляю тебя с пирожными и кроссвордами. Если чего захочешь – требуй от любого слуги или воина, какого встретишь в замке.

– Мне можно выходить из комнаты? – уточнила я.

– По-моему, тебе это и раньше не запрещалось, – пожал плечами Каирн. – Теперь тебе свободы дам почти как при Оине. Можешь ходить по замку, можешь пойти подышать воздухом, когда захочешь. Да, когда явятся слуги с извинениями, скажешь – пусть кладут твои вещи на место.

Ночник погас с неприятным хлопком. Покои рига наполнил сумеречный серый свет.

– Кто-то из магичек всё-таки показал характер, – усмехнулся Каирн. – Любопытно, она собралась торговаться или просто психанула?

Небо сотряс оглушительный раскат грома. Несколько молний сверкнули над домами неподалёку от замка, раскладываясь жутким веером.

В той стороне живёт Дваар. А значит, это молнии Роан! Тихой, всегда сдержанной Роан, которая при мне даже голоса никогда не повышала.

– Довольно сильная, но нервная, – невозмутимо заметил Каирн.

– Ты мог запретить Дваару… – тихо сказала я.

– С какой стати? – в голосе рига зазвучали опасные нотки. – Дваар имеет право на награду, а девчонка – дочь предателя.

– Ты сам говорил, что тебе нужны маги!

– И что? Дваар же её не убивает. Скоро девица станет покорной. Лучше займись собой.

Каирн провёл рукой по моей шее. Я вздрогнула.

– Тебе надо успокоиться, – мягче продолжил риг. – И поменьше думать о других. Могу тебя уверить,– чуть насмешливо добавил он, – мало кто из них особо за тебя переживает. Каждому дорога собственная шкурка. Хочешь, на досуге развлеки ум и попробуй спрогнозировать, что ждёт землю ригов в ближайшее время.

– Не работает здесь мой ум, ваша земля логике не поддается, – устало ответила я. – Ты говоришь, что миру нужны маги, и тут же отдаёшь Роан в наложницы человеку, которого она терпеть не может. Дочери Гэркона могут уйти в большой мир, но упорно сидят здесь, хотя знают, что это опасно…

– Не смогут они никуда уйти, – возразил Каирн. – Я закрыл выход в большой мир всем женщинам, как это и было раньше. Девчонки могут магичить, сколько душе угодно, но вывести их отсюда способен только мужчина. Хотя мужчинам я тоже закрыл выход, пока не принесут клятву верности. Что там у тебя ещё не поддаётся логике?

– Твоё поведение.

Я осеклась. Надо остановиться. Кто знает, что на уме у Каирна? Я верю в доброго рига примерно так же, как в волка-вегетарианца. Или в фермера, который завёл кур и свиней исключительно из любви к животным, и не собирается пускать их под нож.

– Вот тебе ещё одна логическая задача, – рука Каирна провела по моей коже над грудью, сдвигая простыню чуть ниже. – Подумай, может, и найдёшь объяснение. Одна подсказка: я не сказал тебе ни слова неправды. Всё, мне пора. Хочешь – попробуй доспать, нет – займи себя чем-нибудь. Если нервы сильно начнут сдавать, спустись к целителю.

Он поднялся и прошёл в ванную. Через несколько секунд я услышала, как риг тихо выругался.

– Она ещё и водопровод перекрыла, – Каирн вернулся в комнату. – Что ж, девочка решила показать зубки – это нормально. Посмотрим, как она запоёт, когда окажется здесь.

Глава седьмая. Под взглядами луров

Спать совсем не хотелось. Стоило закрыть глаза, и я тут же видела лицо мужа. Каирн оказался прав: бордовые розы вскоре снова появились на кистях моих рук. Оин по-прежнему считал меня женой. Представляю, как ему больно от того, что не может мне помочь. Нет, об Оине думать нельзя, иначе боль и отчаяние захлестнут меня ещё сильнее, чем до прихода Аига. Целитель устал, он не может постоянно давать мне спокойствие – пусть даже временное, обманчивое.

Лучше действительно попытаться понять, что от меня нужно Каирну. То есть, что нужно, он чётко сказал – ребёнок и моя любовь. Меня передёрнуло.

Откину лишние мысли и эмоции. Представлю, что это задача на логику, только логика здесь необычная, вывернутая наизнанку, как всё в мире, которым правит Каирн. Если бы речь шла только о ребёнке, если бы риг был груб, жесток, как раньше, – я бы подумала, что это месть. Но Каирн, в буквальном смысле слова, носит меня на руках, дал больше воли, чем раньше, был осторожен и даже ласков в постели. Что это может означать? Допустим, ему просто нужен психически и физически здоровый инкубатор, чтобы выносить наследника. В такую версию вполне вписывается и приглашение Аига.

Я мысленно прокрутила все события вчерашнего дня, начиная с первой встречи с Каирном. Нет, не получается. Для этого совершенно незачем столько выведывать о моей жизни в обычном мире, который здесь называют большим. Кроме того, риг мог оставить меня на попечение целителя и заниматься своими делами или, в конце концов, просто лечь спать. Ему-то необязательно было торчать рядом и наблюдать за процессом. И уж совсем странно при таком раскладе выглядит покупка моих любимых чая и пирожных и завтрак в постель.

Нет, дело не только в наследнике, которого приспичило получить Каирну. Я машинально прикусила костяшку пальца. Риг делает всё, чтобы произвести на меня впечатление. По меркам этого мира можно сказать, что Каирн ухаживает за мной. И здесь снова встаёт вопрос – зачем? Риг может сделать мне ребёнка и без брачных танцев – я всё равно никуда не денусь. Зачем «хозяину» моё хорошее отношение? Каирн прекрасно обходился и без него.

Риг сказал, что не солгал мне ни одним словом. Допустим, это так: раньше я не замечала за Каирном вранья. Грубости, хамства, угроз – сколько угодно. Но слова у правителя всегда совпадали с делами.

Я совершенно не верю в безумную любовь, которая могла бы вдруг возникнуть ко мне у рига. И вообще не особенно верю в сказки. Я просто для чего-то нужна ему. Нужна настолько, что Каирн сдерживает наклонности садиста и окружает меня невиданной заботой, хотя должен был обустроить для меня персональный ад на своей земле. Собственно, в любви риг и не признавался. Сказал, что хочет наследника и женится на мне, что желает получить моё сердце… Я сморгнула, представив, как Каирн вырезает сердце у меня из груди, и нервно хмыкнула. Нет, он явно не это имел в виду.

Проблемы решаются по мере их поступления, пока можно не думать о безумных планах Каирна. Жениться на мне в ближайшем будущем он не собирается. Ночью риг предохранялся, так что наследник нужен ему не так уж срочно. Сначала надо понять, почему Каирн вообще выбрал меня в качестве жены. И не просто выбрал, а зациклился на своей идее.

Почти не сомневаюсь, что риг прикажет слугам и воинам вести себя со мной со всем почтением. Да и Иния наверняка уже проболталась, как Каирн нёс меня в комнату на руках. Риг дал понять, что я могу вести себя здесь как хозяйка и, при желании, отдавать слугам распоряжения. В общем, Каирн всячески показывает, что я хоть и наложница, но в замке нахожусь на особом положении. В самом ближайшем будущем об этом узнают все жители земли ригов – и райги, и ириу. Ну и толку от этого ригу? А то, что я буду выходить с ним, как с Оином, и сидеть на совещаниях, – зачем?

Что получит Каирн? Моё тело? Так во мне нет ничего особенного, риг может найти жену покрасивее. Наследника? Смотрим пункт первый, родить может почти любая женщина. Меня будут видеть рядом с Каирном? Допускаю, что это поднимет его авторитет и сделает в глазах подданных великим гуманистом. Только опять-таки зачем правителю репутация всепрощающего добряка? Если он ее и получит, то очень ненадолго. Моё мнение на совещаниях? Риг и сам в состоянии принимать решения. Я потрясла головой. Ни одного разумного объяснения поведению Каирна я не вижу.

Когда он вообще изменил ко мне отношение? Когда мы столкнулась у моей матери в квартире, на следующий день после изгнания Каирна? Риг разговаривал со мной вполне по-человечески и никаких признаков злости не выказывал. Или раньше? Я прикрыла глаза, вспоминая последние дни его правления. Оин тогда делал всё, чтобы держать меня на расстоянии от рига, и Каирн в итоге совершенно спокойно подарил меня моему будущему мужу.

Пожалуй, удивил риг лишь один раз – когда, желая прорваться к сцепившимся в смертельном поединке Оину и Грэрину, собирался лишь оттолкнуть меня, а не убить. Каирн хотел оставить меня в живых, и дальше его отношение ко мне явно изменилось к лучшему. Вот только из-за чего? По логике, риг должен был проникнуться ненавистью и изобретать для меня разнообразные пытки.

Несколько раз Каирн говорил, что вовремя меня не разглядел. И что такого особенного он теперь во мне увидел?

Со второго этажа долетел шум, мужские голоса. Что-то резко сказал Дваар. Я насторожилась, пытаясь услышать Роан. Воин должен был прийти с ней, но голоса девушки слышно не было. Я встала и поспешно выкопала платье поскромнее из груды одежды в коробке.

Нетрудно догадаться, что происходило между Двааром и молоденькой магичкой. При одной мысли об этом я ощутила жгучую ненависть. И никто ведь не вступился. Прав Каирн, своя шкурка здесь всем дороже. Но потом был веер из молний, и Роан вырубила на земле ригов блага цивилизации, которые держались на магии, – электричество и водопровод.

Я, стараясь ступать бесшумно, двинулась по лестнице. На втором этаже никого не было. Дверь кабинета оказалась распахнута, словно приглашая посмотреть и послушать, что происходит.

– Риг, молнии она выпустила случайно, – сдержанно говорил Дваар. – По молодости, с перепугу…

– И чем ты её под утро так напугал? – хмыкнул Каирн. – Хотя это уже твоё дело, – он заговорил жёстко. – Сейчас меня интересует, что скажет сама Роан.

– Я не буду служить вам и земле ригов, – резко произнесла магичка. – У наложницы совсем другие обязанности.

– Будешь, – тихо, твёрдо сказал Каирн.

Сказал так, что мне стало страшно. Я подошла к двери и осторожно заглянула в кабинет. Дваар с хмурым видом сидел в одном из кресел. Бледная как полотно Роан в тёмной мантии стояла между двумя ожившими лурами – Дэлином и Грэрином. Каирн поднялся и медленно подошёл к ней вплотную.

– Будешь, – повторил он. – И поддерживать землю ригов, и всячески ублажать Дваара. Кстати, он – твой единственный шанс. Станешь упрямиться – клянусь, сегодня же открою дркун и отправлю тебя туда. На моих оживших слуг твоя магия не действует, и они без труда справятся с одной строптивой девчонкой. И ты, и твоя сестра, когда она сподобится вылезти из-под земли, будете делать всё, что положено магам. Можешь забыть о том, что у тебя есть нервы. Через минуту здесь должен появиться свет, потом – восстановишь водопровод.

Риг подошёл к стене и демонстративно щёлкнул выключателем. Я встретилась глазами с Каирном. Ноги едва держали, и я прислонилась к дверному косяку.

– Чего стоишь в дверях? – беззлобно спросил риг.

– Узнаю тебя… Получше, – губы слушались с трудом.

– Вот как? – усмехнулся Каирн.

Он отодвинул меня в сторону, вышел из комнаты и прикрыл дверь.

– Я – не безобидный ягнёнок, – тихо сказал риг. – И к этому тебе придётся привыкнуть.

– Теперь другое дело, – еле сдерживая бессильную ярость, ответила я. – А то – любимые пирожные, завтрак в постель… Я уж думала, вас подменили в большом мире, риг Каирн.

– Не язви, – улыбнулся он. – Хотя, если тебе от этого лучше, – можешь и язвить. Но согласись, с моей стороны странно было бы запасаться пирожными для всех подряд. Если бы девица не показывала характер, мирно согласилась поработать вместо Гэркона, а потом попросила, подчёркиваю – попросила моей защиты и покровительства, возможно, я бы облегчил ей жизнь.

– А если я попрошу для Роан твоей защиты?

– Не получится, – бросил Каирн. – Мой тебе совет, думай больше о себе.

Темноватую площадку залил электрический свет нескольких закреплённых на стенах плафонов.

– Видишь, как всё просто? – хмыкнул риг. – Иногда силой можно добиться гораздо больше, чем уговорами. Если у тебя нервы сдают, дальше смотреть не советую. Есть желание – можешь зайти, только не вмешивайся. Иначе мне придётся самому отвести тебя в мои покои и запереть.

Каирн шагнул в комнату, я проскользнула за ним. Нервы, конечно, сдают, но заставить себя уйти я не смогла. Риг обернулся и понимающе усмехнулся. При виде меня Дваар резко встал. К моему удивлению, он почтительно поклонился. Впервые – действительно с почтением, а не наигранно, с издёвкой, как было раньше. Слов приветствия военачальник не произнёс, но это и понятно. Как меня теперь называть? Наложницей рига Каирна? Так перед наложницей раскланиваться не положено.

Луры тоже слегка наклонили головы. Ничего себе! Риг что, и от мёртвых слуг потребовал для меня уважения?

Роан стояла, прикрыв глаза. Её руки словно держали на весу невидимый футбольный мяч. Ладони слабо подрагивали, между ними вспыхивали мелкие светящиеся разряды. Лицо белое, под глазами залегли тёмные тени, превращая его в диковинную маску.

Роан выпустила молнию, чтобы отвлечь луров и воинов и дать нам с Оином уйти. Теперь она будет расплачиваться за это, а я ничего не могу сделать.

– Садись, – Каирн за руку подвёл меня к креслу.

Сам он уселся справа и вперил в магичку испытующий, оценивающий взгляд. Роан пошатнулась и открыла глаза.

– Что, восстановить сложнее, чем разрушить? – желчно произнёс риг.

– Я восстановила… – голос девушки прозвучал глухо, серые глаза посветлели, стали прозрачными.

– Способности луров вернулись? – поинтересовался Каирн у её молчаливых стражей. – Взгляды действуют?

Меня передёрнуло. Лицо Роан посерело, губы побледнели, взгляд стал почти детским, беспомощным. Я сжала руку в кулак так, что ногти впились в кожу.

– Действуют, – ангельским голоском ответил Дэлин.

– Тогда для начала сделайте так, чтобы она отвечала на вопросы, – неторопливо произнёс Каирн. – Так что там произошло с молниями, Роан?

– Я испугалась, – медленно заговорила девушка, словно из неё силой тянули каждое слово. – И хотела защититься…

– Значит, всё-таки не случайность, – кивнул риг. – И чем же Дваар так тебя напугал?

– Он начал раздевать меня…

– Под утро? – хмыкнул Каирн. – А всю ночь уговаривал, что ли? Тебе попался на редкость добрый хозяин, а ты молниями разбрасываешься. Ну что ж, не хотела раздеться при Двааре, разденешься сейчас.

Он коротко кивнул Дэлину. Меня замутило.

– Это лишнее, риг Каирн, – вступил Дваар.

– Ей будет полезно, – риг прищурился.

Изломанные движения Роан напоминали марионетку, которую неумело дёргают за ниточки. Её руки распахнули мантию и швырнули на пол. Девушка принялась расстёгивать простенькое голубое платье, умоляюще глядя на Каирна.

– А теперь подойди к хозяину, – приказал он, когда Роан осталась в нижнем белье. – И предложи себя.

Шаг. Ещё шаг. Дваар поднялся ей навстречу и успел поддержать: луры явно собирались поставить Роан на колени.

– Дваар, пожалуйста… – она разрыдалась. – Я сделаю всё, что захочешь… Только забери меня отсюда…

Воин притянул её к себе, провёл рукой по светлым волосам. Его рука скользнула на талию девушки.

– Успокойся, – голос Дваара прозвучал почти мягко. – Сделаешь то, для чего тебя звал риг Каирн, – заберу.

– Ну вот, другое дело, – усмехнулся Каирн. – Если девица опять начнёт капризничать – обращайся. Кстати, Дваар, не хочешь опробовать её прямо в замке? Подозреваю, что на этом столе может быть удобно.

Я стиснула зубы, вспомнив, как иногда занималась любовью с Оином именно на этом столе. Зачем я осталась здесь? Каирн всё равно вернулся бы и творил бы, что хотел, но только без меня. Хотя нет, тогда Оин пошёл бы сюда на казнь ради своего народа.

– Дома будет удобнее, – сдержанно ответил Дваар.

– Риг Каирн, – мой голос стал невероятно противным, – простите, что отвлекаю, но у вас по плану – клятва верности. Я правильно поняла, что Роан там нужна? Причём не усталая, не больная и не перепуганная.

– Совершенно правильно, золотко, – Каирн сцапал мою руку и приложился к ней губами. – Но иногда немного страха бывает полезно. Нам действительно пора собираться, оставьте девушку, – обратился риг к лурам.

Роан бессильно повисла в руках Дваара.

– Тебя с собой не беру, – риг снова повернулся ко мне. – Клятва принимается только у мужчин. Хотя Роан, как маг, обязательно её даст. Хорошо хоть, клятву Оину заверял Гэркон. Иначе пришлось бы проводить долгий ритуал отречения. А так – маг погиб, и его дела – с ним. Кстати, о магах. Роан, перед выходом дашь мне магическую защиту.

Девушка всё ещё рыдала, прижавшись к груди Дваара.

– Она всё сделает, риг, – спокойно произнёс тот. – Роан, возьми себя в руки, – воин слегка встряхнул её. – Давай-ка, одевайся, твоя магия скоро понадобится.

– Позови целителя, – бросил риг Грэрину. – Если спит – разбуди. Только повежливее, он здесь – гость.

– Одного такого гостя вы уже приняли, – пробурчал тот.

Я прикусила губу. Лур явно намекал на Оина.

– Не рассуждай. Аиг сейчас нужен мне больше, чем я ему. Так что быстро и вежливо пригласи его сюда, – стальным голосом приказал Каирн.

Целитель появился через пару минут. Вид у него был откровенно заспанный, хотя двигался Аиг быстро. Тёмные глаза ириу оглядели комнату. Аиг посмотрел в упор на стоящую рядом с Двааром Роан с покрасневшими глазами, затем перевёл взгляд на меня. Брови целителя сдвинулись. Он повернулся к правителю.

– Риг Каирн, вы позвали меня сюда, чтобы я приводил в себя всех, кого вы перепугаете до полусмерти? – жёстко заговорил Аиг. – Тогда я вынужден попросить для помощи ещё одного целителя, меня одного надолго не хватит.

– Это мы обсудим немного позже, – спокойно сказал Каирн. – Пока что займись Роан. Она должна выглядеть спокойной, когда выйдет на площадь.

– И Роан, и Наташей… – Аиг глубоко вздохнул. – Только учтите, что целитель должен восстанавливать силы, иначе толку от него не будет.

– Знаю. Это особый случай, потом дам тебе достаточно времени и всё, что нужно для восстановления.

Аиг подошёл к Роан и в упор взглянул на Дваара.

– Тебе лучше отойти от девушки. Роан, садись сюда, – он кивнул на кресло подальше от Каирна. – Не будешь метать молнии, если возьму тебя за руку?

– Не будет, – пообещал Каирн.

– Молодые маги иногда перестают себя контролировать, – Аиг поднял на него тяжёлый взгляд. – Особенно в минуты опасности.

– Роан знает, что опаснее всего для неё – потерять контроль,– риг насмешливо посмотрел на магичку.

Целитель сел в соседнее кресло рядом с Роан.

– Смотри на меня. Никого не слушай, – мягко сказал он. – И протяни мне руки.

– Раз уж вы взялись за руки, может, сразу дашь клятву верности? – вклинился Каирн.

– Я уже давал её. Другому ригу, – ровным голосом ответил Аиг. – И не собираюсь присягать вам. Роан, закрой глаза, попытайся расслабиться, – мягко добавил он.

Я напряглась в ожидании вспышки гнева правителя.

– Зачем же ты сюда пришёл? – мирно поинтересовался Каирн.

– Целитель не отказывает в помощи слабым. Мне сказали, что девушке плохо. Я пошёл помочь.

– А дальше? Гордо уйдёшь под землю? – с иронией спросил риг.

– А это как скажете, риг Каирн. Хоть под землю, хоть в изгнание, хоть на погребальный костёр. Мне хватило того, что я увидел. Я не стану присягать вам на верность.

Уголки рта рига дёрнулись в насмешливый улыбке.

– Ещё один наивный энтузиаст, – тихо сказал он мне, кивнув на Аига.

Тот молчал, его лицо было сосредоточенным. На лбу выступили капли пота, на скулах ходили желваки.

– А если я буду звать тебя для помощи слабым, придёшь? – осведомился Каирн.

– Да. Не мешайте, риг, – явно с трудом произнёс целитель.

– Аиг, не надо, всё в порядке, – Роан открыла глаза и с тревогой взглянула на него.

– Сиди спокойно, не усложняй мне задачу, – скрипучим голосом сказал Аиг.

Его лицо побелело: целитель забирал на себя душевную боль и страх Роан. Его руки начали подрагивать.

– Хватит! – резко сказал риг. – Расцепите руки! Дэлин, проводи гостя в его комнату, проследи, чтобы благополучно добрался до кровати. Целителя никому не беспокоить, пока не отдохнёт.

Дваар подошёл и расцепил руки Аига и Роан. Целитель пошатнулся, его пальцы с силой вцепились в подлокотники. В глазах Роан появился жёсткий блеск. Наши взгляды встретились. Дочь Гэркона смотрела на меня с откровенным презрением. Со стороны всё выглядит так, будто я по доброй воле осталась с Каирном. Представляю, что думает обо мне Роан. Хоть бы она не нарвалась из-за этого на очередные проблемы.

– Наташа, тебе лучше подняться наверх, – продолжал Каирн. На магичку он, к счастью, не глядел. – Посмотришь оттуда клятву верности, если захочешь. Или ложись досыпать, тебе не помешает отдохнуть.

Я молча вышла из комнаты. Перед глазами стояло посеревшее, напряжённое лицо Аига. Нельзя так напрягать целителя, даже риг это понял. Значит, надо успокаиваться другими средствами. Что там притащил мне Каирн? Японские кроссворды? Как вариант, подойдут. Тщательно считать клеточки, вычислять, какие именно закрашивать, смотреть, как из закрашенных клеток складывается картинка – и стараться ни о чём не думать. Сначала сложу свои вещи в гардероб – неприятно, если их опять будут ворошить слуги Каирна. Потом посмотрю из окна, как проходит клятва верности. А дальше можно и порисовать.

По идее, я должна хотеть спать, но сна нет ни в одном глазу. Кажется, ушло то время, когда меня можно было назвать безэмоциональной особью. Не знаю, когда смогу восстановиться и смогу ли вообще. Одно могу сказать: я постараюсь, чтобы Аигу не пришлось тратить на меня столько сил.

Глава восьмая. Кулон с белой розой

На площади гудела масса народа. Ириу и райги явились дать Каирну клятву верности. Риг прав, большинство из этих людей думает о своей шкуре. Ириу не хотят обратно в пещеры, а райгов вполне устраивает Каирн в качестве правителя, и старые порядки для них привычны.

Я прижалась горячим лбом к прохладному оконному стеклу. Похоже, на площади собрались все жители земли ригов. Женщин, конечно, не видно, а мужчины явились – и воины, и мирные земледельцы, и ириу. Лиц с такого расстояния не разберёшь, но я почти уверена, целители тоже там.

Я узнала по мантии Вейю. Значит, магичка решила служить Каирну. Наверное, это для неё лучший выход. Если девушка поведёт себя умно, то устроится гораздо лучше, чем Роан. Риг вряд ли станет её притеснять, раз магичка пришла к сама. Достанется именно тем, кто пытается сопротивляться власти Каирна. Роан. Аиг. Кто ещё? Эйг? Никогда не думала, что буду желать ему смерти, а теперь надеюсь, что военачальник ириу мёртв.

Толпа отхлынула в стороны, образуя широкий проход от ворот замка к сооружённому на площади высокому помосту. И тут же к "сцене" двинулась процессия. Впереди – луры Грэрин и Вейин, затем Каирн с гордо расправленными плечами и высоко поднятым подбородком, за ним Дваар вёл Роан. Она старалась ступать ровно, но было видно, что силы магички на исходе. Слишком много их ушло на отключение, а потом восстановление электричества и водопровода на земле ригов. А ещё прибавить нервы, бессонную ночь, издевательство Каирна… Риг сломал её, и Роан будет делать то, что прикажут. Но неужели Каирн не видит, что магичка валится с ног от усталости и напряжения? Или наоборот решил всем показать, что будет с несогласными?

Процессию замыкал Дэлин.

Каирн обернулся, что-то сказал Роан, и та приподняла руки, словно пытаясь защититься. Гул голосов усилился, пронёсся над площадью, толпа взревела, выкрикивая приветствия ригу. Роан усилила голоса собравшихся так, будто на площади была установлена звуковая аппаратура.

Я смахнула слезу. Всё было зря. Этот мир не изменишь. Правда, мы с Оином вывели ириу из-под земли и смогли примирить два народа, но Каирн наверняка станет насаждать среди новых подданных законы райгов.

Из толпы шагнула Вейя, её жених держался рядом. В фигуре ириу чувствовалось напряжение. Неужели думает, что сможет защитить девушку, когда вокруг шумит преданный ригу народ?

Каирн что-то сказал, но слов не было слышно. Я немного приоткрыла окно.

Вейя вскинула руки, вокруг неё и Каирна образовалось свечение.

– Властью мага этой земли даю тебе, риг Каирн, защиту от всех твоих врагов, – зазвенел над площадью голос магички. – Да не сможет никто причинить тебе вред, да не сможет недруг приблизиться к тебе или поразить тебя оружием, да дрогнет рука яд тебе подносящего, и да будешь ты править этой землёй до скончания своего века.

Я прижала руки к вискам. Так вот какая она – магическая защита…

– Соединим наши руки в знак союза рига и мага, – девушка протянула руку.

Каирн пожал её, и Вейя снова воздела руки к небу.

– Клянусь верно служить тебе и земле ригов, – твёрдо продолжала она. – Да не сможем я и ты причинить друг другу зла. Да будут дом твой и дом мой, близкие твои и близкие мои, защищены от всяких опасностей. Да не сделают живые и мёртвые зла тебе и твоим близким и мне и моим близким. Да будет так.

Небо сотряс удар грома. Между двух солнц ослепительно полыхнула молния. Каирна и Вейю окутали прозрачные золотистые сети

– Да будет так, – в гробовой тишине властно повторила девушка.

Такая же сеть возникла вокруг стоящего рядом с Вейей ириу. Перед моими глазами заплясали золотые огоньки, образуя широкую сетку. Я сморгнула. С чего вдруг у меня появилась защита? Вейя вряд ли считает меня близкой. Мы и не общались с ней толком. Каирн решил дать защиту наложнице? Хотя если он считает меня невестой… Всё во мне восстало от одной мысли об этом. Нет, эмоции откинем подальше, надо понять, что происходит. Если Каирн считает меня невестой – значит, я ему достаточно близка, чтобы получить магическую защиту Вейи.

– Да будет так! – в голосе девушки послышался вызов.

Золотистая сеть окутала Роан. Я вздохнула с облегчением. Вейя оказалась гораздо умнее, чем я о ней думала.

– И да не обратишься ты и твои близкие против меня, – отчётливо произнёс Каирн. – Да будет так.

Золотистые сети растаяли в воздухе.

Я во все глаза смотрела на происходящее на площади. Получается, Вейя пришла заключить с Каирном сделку, и они при всём народе обсудили условия. От неё – магическая защита для рига и верная служба правителю, от него – неприкосновенность для самой девушки, её жениха и сестры. Интересно, почему Вейя не могла просто поставить защиту на себя и близких? А она точно не могла, иначе сделала бы это перед встречей с Каирном. Может, риг и маги обязательно должны быть в союзе? Вейя согласилась служить – и тут же обезопасила себя и родных. Не удивлюсь, если защита будет действовать и на Марна – он ведь тоже близкий Вейи.

Процессия взошла на помост, только теперь рядом с Роан шла и её сестра. Дваар всё так же поддерживал девушку, никакая защита ему не мешала. Значит, он не собирается причинять Роан какой-либо вред? Впрочем, и так понятно, что не собирается, если до рассвета уговаривал магичку лечь с ним в постель.

– Все вы собрались здесь, чтобы присягнуть мне на верность, – негромко заговорил в полной тишине Каирн. – Некоторые будут делать это во второй раз. Я не виню райгов и не считаю их поступок изменой. Я готов принять ириу в число своих подданных. Хочу сказать о нескольких вещах. Я не собираюсь казнить тех, кто не даст клятву верности ригу. Судьбу каждого из них я буду решать сам, учитывая, представляет ли такой человек ценность для моей земли. Возможно, кто-то останется жить здесь, но большинство из тех, кто откажется мне служить, отправится в изгнание вслед за самозванцем, который называл себя вашим ригом.

Я зажмурилась. При упоминании об Оине душевная боль стала почти нестерпимой.

– Я не обвиняю тех, кто сбежал в большой мир, – продолжал Каирн. – Но когда они вернутся – они должны явиться ко мне и дать клятву верности ригу. За этим проследят луры.

Я задержала дыхание. Луры?! Значит, они не исчезнут сегодня? Впрочем, этого следовало ожидать. Они же идеальная группа поддержки – безжалостные и неуязвимые. Пока Каирн не разберётся со всеми делами, он вряд ли отпустит мёртвых слуг на вечный покой.

– И ещё, – голос рига вновь загремел над площадью. – Я обращаюсь и к райгам, и к ириу. За голову военачальника Эйга – убийцы двух луров, воина Крвена и смотрителя дркуна Гийна – я назначаю награду. Я отдам дом Крвена тому, кто откроет воинам убежище преступника.

Да уж, риг пообещал воистину королевскую награду – большой участок драгоценной земли в этом крошечном мирке. Большинство собравшихся на площади знали Эйга. Неужели найдётся человек, который предаст военачальника ради дома и огорода?

Мой взгляд остановился на Двааре. Этот мог бы – но из мести, не из-за награды. Эйг несколько раз побеждал его в поединках, Эйг отправил назад девушку, которую Дваар привёл сюда как наложницу, из-за Эйга Дваар оказался под замком. Сколько таких врагов у опального военачальника? И какова вероятность, что Эйг может быть жив? Тело не нашли, но его могло разнести на куски, если живые мертвецы продолжали бросать в том месте плоды кайери.

– Скажу сразу, что райги будут жить по законам райгов, – гремел в моих ушах голос Каирна. – Вы можете иметь наложниц, позже вновь будет открыт дркун. Единственное, что категорически запрещаю, – силой брать в наложницы женщин-ириу. А теперь – начнём обряд.

Он повернулся к Вейе и Роан и коротко кивнул. Девушки встали спина к спине, плавно развели в стороны руки. Собравшиеся опустились на колени.

– Простите, госпожа, – послышался сзади тошнотворно-елейный голос.

Я резко обернулась. В покои рига бочком входил старый слуга Жилн – высокий, как большинство райгов, лысый, неестественно тощий, похожий на вставшего на хвост удава.

– Риг Каирн просил проследить, чтобы вам было удобно, – извиняющимся голосом произнёс он. – Может быть, вы отойдёте от окошка? Здесь жуткий сквозняк, вы можете простудиться.

Я пожала плечами и отошла от окна. Не очень-то мне и хотелось досматривать это представление. Самое интересное я увидела и услышала. Каирн действительно собирается сделать ириу своими подданными.

– Простите, – продолжал расшаркиваться Жилн. – Вчера, пока меня здесь не было, с вашими вещами поступили совершенно недопустимо. Разрешите, я исправлю эту возмутительную ошибку.

Кланяясь на ходу, он всё так же бочком пробрался к окну и закрыл его.

– Я уже положила вещи по местам, – сухо ответила я. – Жилн, вы себя так не вели, даже когда я действительно имела какую-то власть. Это такой особо изощрённый способ поиздеваться?

Старик завертелся, кланяясь, и сделался похожим на гигантский циркуль.

– Что вы, госпожа? – в его голосе прозвучал ужас, словно Жилн услышал нечто кощунственное. – Риг Каирн всем приказал вести себя с вами с особым почтением.

– Понятно, почтение тут выказывают только по приказу, – невесело хмыкнула я. – Лучше ведите себя как раньше.

– Как раньше? – Жилн вытаращился на меня. – Госпожа, наш риг выгонит меня из замка, если я позволю себе такое неуважение к его… – он осёкся, явно пытаясь сообразить, как меня назвать.

Действительно, как можно назвать почтительно то место, которое я здесь занимаю? Наложница? Тогда с какой стати оказывать мне особое уважение? Любовница – ненамного лучше. Женщина рига?

Пауза затягивалась. Помогать старику выпутываться я не собиралась. Наоборот, получала от его замешательства мрачное удовлетворение. Когда я была супругой правящего рига, передо мной так не приседали, да и перед самим Оином – тоже. Зато стоило Каирну щёлкнуть пальцами, и слуга из страха потерять тёплое и хлебное место беспрестанно кланяется и лебезит.

– К вам, – наконец, неловко закончил Жилн.

Интересно, как бы вёл себя старый лицемер, если бы Каирн не приказал ему быть предельно почтительным? И не сам ли Жилн чуть не допустил "возмутительную ошибку", собираясь вышвырнуть мои вещи из покоев рига, как обычный мусор? Кто знает, когда старик вернулся в замок.

Наверное, мужчины мира райгов достойны такого правителя, как Каирн. Только женщинам-то за что такое "счастье"?

– Госпожа чего-нибудь желает? – Жилн, сладенько улыбаясь, в очередной раз поклонился.

Ну что ж, поиграем по правилам рига Каирна. Вообще-то ни я, ни Оин никогда не гоняли слуг за всякой ерундой. Но, похоже, хамство – единственный способ завоевать здесь уважение.

– Желает, – бросила я. – Принеси мне из кабинета чистую бумагу, ручку, карандаш. Да, и можешь захватить в библиотеке книги по внешней экономике.

– Простите, госпожа, какие книги? – проворковал Жилн.

– Я же сказала – по внешней экономике, – я задрала подбородок повыше. – Читать умеешь – вот и посмотри по названиям.

– Да, госпожа, конечно, госпожа…

Жилн вышел, пятясь и продолжая кланяться. Я снова подошла к окну. Толпа что-то приветственно вопила, Каирн небрежно махал подданным рукой.

Да, Оина так не встречали. Наверное, потому, что он не требовал безмерного уважения и почитания. Мы просто хотели сделать этот мир лучше. Каирн прав, мы – наивные энтузиасты. Я, Оин, Гэркон, Вероника, Эйг…

Этот народ привык к грубой силе, а мы пытались научить их дружбе и любви.

Каирн повернул голову в сторону замка. Риг увидел меня в окне и улыбнулся, приветственно поднял руку повыше, но тут же снова принялся махать вопящим во всё горло подданным. Я вгляделась получше. Кричали не только райги, но и многие ириу. Своя шкурка дороже – никому не хочется снова спускаться под землю. Интересно, многие, кроме Аига, отказались присягать Каирну на верность?

– Я всё принёс, госпожа, – пропел за спиной Жилн.

– Положи на тумбочку, – не оборачиваясь, приказала я и еле успела проглотить привычное "спасибо". – И вот ещё что… Я где-то потеряла кулон с розочкой из белого золота. Его надо найти.

– Потеряли в замке или на улице, госпожа?

Я еле удержалась, чтобы не ответить: "Не знаю". Заставить старика обходить все улицы поселения – это уже слишком.

– В замке, – капризно ответила я. – Не помню, где именно.

– Мы обязательно найдём его, госпожа.

Когда я обернулась, Жилна в комнате уже не было. Надеюсь, кулон найдётся нескоро, и меня пока оставят в покое. Он потерялся в комнате для совещаний, когда мы с Оином остались там наедине. Скорее всего, закатился под одно из кресел. Я вздохнула. Кулон – подарок Оина, вряд ли Каирн позволит мне носить украшение. Но Жилну рассуждать не положено, пусть ищет.

Риг появился минут через сорок после того, как ушёл с площади. Вид у него был довольный и расслабленный. Я лежала на боку и аккуратно закрашивала клеточки японского кроссворда, наблюдая, как из них вырисовывается портрет Пушкина.

– Устроила слугам весёлую жизнь? – хмыкнул Каирн. Он сел рядом. – Я так понимаю, бумага, карандаш и книги по экономике были не слишком нужны?

– По внешней экономике, – с трудом подавляя страх, выдохнула я. – Ты сам разрешил мне отдавать приказания.

– Ты быстро приходишь в себя, – с удовольствием заметил риг. – Кулон, который они ищут по всему замку, вообще существует?

– Да.

– Дорог как память? – он внимательно посмотрел на меня. – Или просто развлекаешься?

– Дорог. И развлекаюсь, – хмуро ответила я.

– Выводы из того, что увидела, сделала? – Каирн прищурился.

– Да. Ты был прав насчёт своей шкурки, которая дороже.

– Вот и умница, – он провёл рукой по моей щеке. – Аиг не заходил?

– Нет, – я отложила кроссворды в сторону и резко села на кровати. – Риг, он же на ноги встать не мог. Аигу нужен отдых. И я хотела спросить – что вы собираетесь делать дальше? Он отказался приносить клятву…

– Я не страдаю склерозом, – перебил Каирн. – Почему ты опять называешь меня ригом и на вы?

– Хотела обратиться с просьбой. На колени встать?

– Ты и к Оину вот так обращалась с просьбами? – он приподнял брови. – Выкладывай, что хотела. Только сразу предупреждаю – насчёт Эйга и Роан просить бесполезно.

Я насторожилась. С Эйгом понятно, а с Роан-то что произошло? Что я пропустила, когда отвлеклась на Жилна?

– Оставь в покое Аига. Он – мирный целитель.

– А кто его трогает? – в голосе рига прозвучало удивление, затем Каирн понимающе улыбнулся. – Ты о клятве, что ли? Устал за сегодня, уже плохо соображаю. Наташ, у тебя обо мне сложилось одностороннее представление. Ты меня держишь чуть ли не за маньяка. Естественно, я не стану убивать, гноить в подземелье или изгонять со своей земли мирного и полезного человека. Аиг будет под надзором, не более того.

– Но мирного Глеара ты собирался приговорить к смерти, – вспомнила я.

– В другой ситуации, – уточнил Каирн. – Ириу убивали луров, на земле ригов было неспокойно. За какую-либо помощь врагам в таких случаях карают жестоко – беспощадно и публично. Как думаешь, почему?

– Чтобы другим неповадно было, – поморщилась я.

– Правильно. То же, кстати, и с наложницами. Отношения, основанные на рабском страхе, – одни из самых прочных, это во всех сферах. Иногда, правда, случаются проколы, – он выразительно взглянул на меня. – И тут уж или убить, или долго и мучительно ломать, или начать общение на другом уровне.

– И почему ты выбрал третий вариант? Почему вообще мне всё это рассказываешь?

Каирн откинулся на кровать и потянул меня за собой. Руки уже инстинктивно напряглись, чтобы вырваться, оттолкнуть. Я с усилием опустила их.

– Рассказываю, потому что учу основам управления землёй ригов. Это поможет нам избежать лишних споров, – неторопливо произнёс риг, притягивая меня к себе на грудь. – А выбрал третий вариант потому, что рядом со мной ты принесёшь больше пользы, чем, например, в дркуне или на сборище воинов. Ты действительно думаешь о том, что лучше для этой земли и как можно изменить привычные вещи мирным путём. Более того, у тебя это неплохо получается. Если бы знал, что ты из себя представляешь, я изначально повёл бы себя по-другому, и можешь не сомневаться, ты бы ушла со мной сюда добровольно. Но мне предложили просто твоё молодое тело, а я в то время был на взводе и ни с кем не церемонился. В общем, всё случилось так, как случилось. Ты успешно попробовала себя в качестве жены и советника рига. Сейчас к власти снова пришёл я, но твоё положение от этого мало изменилось. Формально ты – наложница, только относятся к наложнице рига Каирна с гораздо большим почтением, чем к супруге рига Оина. Когда успокоишься, проведём брачный ритуал.

– Этого не будет! – выпалила я. – Ты можешь заставить меня родить, но на брак нужно моё согласие!

– Скажу банальность: время лечит. Я дождусь, когда ты будешь готова к беременности и браку. Мне нужно, чтобы ты хотела от меня ребёнка и любила его, а не просто носила в животе. А что тебя смущает, кроме любви к Оину, которая через какое-то время пройдёт?

Я задумалась. Как объяснить ригу, почему я не хочу быть его женой? Не люблю? Так для него это – не проблема. Боюсь? Тоже не аргумент, Каирн будет продолжать вокруг меня всё более активные брачные танцы. Нет к нему даже симпатии? Обидится и последствия будут непредсказуемы. Или отмахнётся и повторит, что время лечит.

– Ну, хотя бы твои пристрастия в постели, – наконец, сказала я.

– Я это учту, – Каирн посмотрел мне в глаза. – Постараюсь не делать тебе больно. Вчера я не стал показывать, насколько со мной может быть хорошо, но когда немного успокоишься – будешь стонать и извиваться от наслаждения в моих руках.

Я вздрогнула. Каирн обнял меня крепче и улыбнулся.

– Я сказал, когда успокоишься, а не прямо сейчас. И вообще, предлагаю пообедать и поспать. Бессонная ночь начинает сказываться.

Риг легко коснулся губами моей щеки и выпустил меня из объятий. Он вышел к лестнице и тут же вернулся с подносом, на котором стояли две тарелки. Рыба в кляре, картошка фри, нарезанные солёные огурцы, тарелка с корейскими разносолами. Да уж, мои кулинарные пристрастия Каирн изучил очень неплохо. Особенно удивили две вазочки с мороженым, посыпанным шоколадной крошкой. Оин этим не заморачивался, да я и не замечала, чтобы мне не хватало еды из большого мира.

– Иния готовит лучше предыдущего повара, – заметил риг, прожевав кусок рыбы. – Думаю, оставлю её здесь. К тому же, это произведёт определённое впечатление – я беру служить в замок женщину-ириу.

– Каирн, я хотела спросить…

– Ну так спрашивай. Только есть не забывай.

– Что с Роан?

– А что с Роан? – недоуменно переспросил он. – Ушла с Двааром. Вроде, была жива-здорова.

– С Двааром?! Почему с ним? Сестра же дала ей защиту!

– Я говорю, есть не забывай, – хмыкнул Каирн. – Думаешь, девочка-магичка могла меня перехитрить? Маг способен давать защиту только после союза с ригом. Я был уверен, что девчонка явится на клятву верности, иначе защиты не будет ни на ней, ни на её родне. С Роан я заключил союз перед тем, как выйти из замка. И условия произнёс сам, а она с ними согласилась. С перепугу Роан дала защиту только мне и себе, и я добавил, что магическую защиту она может давать с моего разрешения. И что её хозяин может делать с ней всё, что не убивает и не вредит здоровью. И да будет так, – риг усмехнулся.

Я посмотрела на рига с отвращением.

– Тебе её не жаль?

– Почему я должен её жалеть? Думаешь, Дваар будет особо зверствовать со знакомой благовоспитанной девочкой из хорошей семьи?

– Каирн, она же его терпеть не может!

– Посмотри на вещи под другим углом, – спокойно заговорил риг. – Роан – дочь мага-предателя, служить она мне не рвётся, помогла Оину сбежать, за что, кстати, положено очень серьёзное наказание. Дваар – верный слуга, военачальник райгов. Он хотел получить девушку и я не стал его останавливать. А чувства наложницы – это только её проблемы. Как считаешь, что лучше – отдать Роан одному воину, который, кстати, неплохо к ней относится, или толпе на забаву?

– Роан шестнадцать лет, – устало напомнила я.

– Между прочим, даже в большом мире это – возраст согласия, – Каирн отправил в рот корейскую спаржу.

– Но ведь согласия же, а не… – я махнула рукой.

Кому я пытаюсь это объяснить?

– Мне показалось, что после нашего разговора Роан согласилась, – протянул Каирн. – И что ей лучше посидеть какое-то время тихо и под присмотром Дваара – хотя бы пока девица не начнёт здраво соображать. Между прочим, ты заметила, что тоже получила защиту?

– Да, – нехотя ответила я.

Мои худшие опасения сбывались: похоже, защита досталась мне как человеку, которого риг счёл достаточно близким.

– Как думаешь, почему?

Я попробовала первую ложечку подтаявшего пломбира с шоколадной крошкой. Мороженое оказалось вкусным и явно дорогим.

– Потому что ты так решил.

– Мне будет спокойнее, если никто не сможет тронуть тебя. Вейя долго обдумывала условия защиты, я дополнил их только одним пунктом. Все и всё на этой земле, независимо от защитных чар, подчиняется воле рига. А это значит, что защиты у тебя нет только от меня.

От тихого стука в дверь я вздрогнула так, словно рядом взорвали плод кайери. Так не годится, надо что-то делать с нервами.

– Заходи! – отозвался Каирн.

В дверном проёме возник кланяющийся Жилн.

– Мы нашли украшение госпожи, – с елейной улыбочкой сообщил он.

Вид старика вызывал во мне стойкое омерзение. Кланяется, того и гляди на колени бухнется, а взгляд цепкий, оценивающий. Словно слуга прикидывает, нужно ли продолжать передо мной пресмыкаться, и когда можно будет ужалить меня исподтишка, как притаившаяся змея. Каирн поймал мой взгляд и ухмыльнулся. Похоже, риг прекрасно понимает, о чём я думаю.

– Нашли – так отдай! – бросил он.

Жилн, беспрестанно сгибая спину в почтительных поклонах, сделал несколько шагов к кровати и с особо низким поклоном протянул мне кулон. Меня тянуло встать, но пальцы Каирна крепко сжали кисть моей руки, пригвождая меня к месту. В глазах рига плескались насмешливые искорки.

Ещё несколько дней назад я ни за что не сидела бы при слуге на незаправленной постели. Теперь время Каирна, и его правила. Чем более по-хамски ведёт себя риг, тем больше его уважают. Этот мир так и остался больным, и логика сломала обе ноги, пытаясь в нём разобраться.

– Благодарю, – холодно проронила я.

– Это лишнее, – спокойно сказал риг, откровенно игнорируя Жилна. – Прислуживать хозяевам входит в обязанности слуг. Если слуги не делают то, что им приказано, – слуг увольняют.

Я сжала в руке кулон и тут же чуть не выронила его. В моей голове отчётливо зазвучал взволнованный голос Оина.

– Наконец-то! Не подавай виду, что слышишь меня.

– Вы правы, риг, – машинально произнесла я.

– Какие будут ещё приказания? – проворковал Жилн.

– Подожди у двери, заберёшь поднос, – проронил Каирн. – Возможно, госпожа даст тебе какое-нибудь поручение после обеда.

– Что там происходит? – в голосе Оина слышалось недоумение.

– Каирн хочет на мне жениться, – мысленно ответила я.

– Девочка моя, зачем ты вернулась? Зачем закрыла мне путь?

– Тебя бы казнили.

Я наблюдала, как тощий Жилн пятится задом, всем видом показывая глубочайшее почтение своему ригу.

– Думаешь, так лучше? – в голосе Оина прозвучала горечь.

– Прости. Ты собирался сделать то же самое – оставить меня и вернуться.

– Покажи-ка! – потребовал Каирн, как только слуга скрылся за дверью.

Он властно протянул руку. Я заставила себя разжать ладонь, и риг взял кулон из моей руки.

– Симпатичная безделушка, – протянул он. – Прекрасная работа. И кто это сотворил? Гэркон?

– Причём здесь маг? Это кулон из большого мира.

Я отвечала, но уже не была уверена, правда ли это. Голос Оина пропал, как только Каирн забрал у меня украшение.

– Разумеется, здесь почти всё из большого мира, – он провёл пальцем по краям белой розы. – Могу точно сказать, что эта симпатичная штучка – подарок Оина.

– А кто ещё мог мне это подарить? – через силу усмехнулась я.

– Много драгоценностей набралось? – вкрадчиво поинтересовался риг.

– Все в коробке в нижнем ящике комода.

Три фигурных золотых колечка, комплект – колье и серьги с голубыми топазами, пара тонких цепочек…

– Видел. Не густо, – заметил Каирн.

– Я не слишком люблю украшения.

– Скорее, ты не привыкла их носить, – поправил риг, продолжая разглядывать кулон. – Супруге рига по статусу положено гораздо больше побрякушек. Оин должен был об этом позаботиться.

– Ему и так было о чём заботиться, – я отвела взгляд.

Слышит ли Оин этот разговор? Каирн явно понял: с кулоном что-то не так.

– Этот идиот сам себе обеспечил головную боль, – поморщился риг. – Мог сидеть спокойно на тёплом месте моего советника и предлагать варианты действий. Я не возражал бы против ириу на моей земле, если бы Оин представил разумный план примирения народов. У меня давно в печёнках сидела вековая вражда райгов с ириу, постоянные стычки и жертвы. Но вместо того чтобы спокойно всё обсудить, этот предатель захотел власти и устроил то, что ты здесь наблюдала, – риг говорил раздражающе ровно. – Взбаламутил ириу, магов, Веронику, а потом и тебя, истребил луров, начал насаждать свои порядки. Чем дело закончилось? Я снова в замке. Несколько человек погибли в толпе ни за что ни про что, Гэркон и Вероника убиты, Роан – наложница Дваара. Сам Оин не может сюда вернуться. На Эйга скоро начнётся охота. Марн прячется где-то в большом мире. Да и для тебя эта история могла завершиться очень плохо. Оин своеобразно позаботился о своих сторонниках. И не трать слов, передо мной его оправдывать бесполезно.

– Но ты же оправдал меня…

– У тебя было совсем другое положение, – уголки губ Каирна дёрнулись в чуть заметной улыбке. – И я могу понять, что тебе захотелось его изменить. А вот Оина я принял несмотря на его боевое прошлое, дал кров, хлебную должность, тебя отдал, когда заметил, что он всерьёз увлёкся. Чем мне отплатил этот интриган? Ладно, ну его к духам. Надо поспать, ночь выдалась та ещё.

Риг положил кулон на тумбочку со своей стороны и сгрёб меня в охапку. Как ни странно, Каирн действительно заснул. Через пару минут я услышала его мерное дыхание. Дотянуться бы сейчас до кулона, но нельзя. Риг не должен понять, что для меня это важно. Если застанет с украшением в руке – точно заберёт навсегда.

По крайней мере, я знаю, что Оин жив, и с ним всё в порядке. А до кулона можно добраться и позже. Если Каирн не выбросил и не спрятал украшение, у меня есть шанс получить кулон назад. Жаль, что Оин не предупредил меня о магии подарка, я бы нашла способ связаться с мужем не при Каирне.

Я осторожно откатилась от рига. Спать так спать, но только не с ним в обнимку. Отдых – действительно хорошая идея, после двух почти бессонных ночей организму нужно восстановиться. Если я свалюсь от перенапряжения, лучше не будет. Мне совершенно не нужно, чтобы вокруг танцующим циркулем крутился заботливый Жилн, а тем более – чтобы Каирн начал оказывать мне ещё более заметные знаки внимания. Да и Аигу незачем тратить на меня силы целителя.

Я зарылась головой в подушку. Легко сказать – заснуть, только какой сон может быть в таком взбудораженном состоянии? Я вздохнула поглубже. Мёртвых не вернуть. Эйга не нашли. Дваар и Роан как-нибудь договорятся, воин явно собирается поладить с девушкой по-хорошему. Аига никто не тронет. Ириу остаются на земле ригов. Оин жив, и у меня теперь есть способ связаться с ним. Всё не так плохо, как могло оказаться. Даже Каирн не выплёскивает на меня злость и усталость.

А вот это странно! Я покосилась на спящего. На лице рига застыла блаженная улыбка. А ведь правитель устал и должен быть голоден на эмоции. Неужели от кого-то успел их получить? Открыл дркун? Сомнительно, туда некого было бы притащить, да и вряд ли кому-то из мужчин сейчас есть дело до местного публичного дома. В замке было тихо, не похоже, чтобы риг удовлетворял с Инией или Роан животную похоть. К моей матери, что ли, заглянул? Он ведь намекал, что ещё туда вернётся. Интересно, понимает ли Каирн, что она – единственная женщина, которой он нужен со всеми своими тараканами – в богатстве и в бедности?

Глава девятая. Огненное погребение

Проснулась я уже в сумерках. Каирна в комнате не было, на тумбочке у кровати стояли банка немецкого пива и тарелка с большим куском пиццы. Интересно, что ещё знает обо мне риг, кроме кулинарных пристрастий? Эту тему он изучил хорошо, ничего не скажешь.

Я дотронулась до банки – холодная. Недавно принесли или банок несколько, и слугам поручено их менять по мере нагревания? Я бы не удивилась, риг вообще не церемонится с подданными и запросто мог дать такое задание.

Я взглянула на тумбочку с другой стороны. Кулон ещё был там. С трудом подавила желание кинуться к украшению: Каирн мог поручить кому-нибудь следить за мной. Особого интереса к кулону показывать нельзя. Я зевнула и села на кровати. Хотелось пить, рука потянулась к банке.

– С пробуждением, госпожа! – сладенько пропел Жилн.

Старик стоял в дверях с такой улыбкой, словно этот день – самый счастливый в его жизни. Я мысленно похвалила себя за предусмотрительность.

– Разрешите помочь вам?

Он довольно резво кинулся к банке.

– Не разрешаю! – рявкнула я.

Жилн застыл на месте. На его лице отразилось искреннее недоумение.

Вот только надсмотрщика мне и не хватало. Любопытно, Каирн приставил старого лицемера следить за каждым моим шагом, или это – добровольное начинание самого Жилна?

Я демонстративно открыла банку и сделала глоток горьковатой жидкости с лёгким привкусом и запахом злаков.

– Не разрешаю, – повторила я. – Мне не нужно помогать, пока я сама не попрошу помощи. И постоянно находиться рядом со мной тоже ни к чему, если, конечно, риг не давал такого приказа.

– Но если вам что-то понадобится, госпожа… – настойчиво начал Жилн.

– Если понадобится – я позову, – перебила я. – Можешь идти.

Старик с суетливыми поклонами вышел за дверь. Я вздохнула с облегчением. Если тут оказывают такое назойливое внимание фаворитке рига, то как же будут выплясывать перед его законной женой? Надеюсь, этого я не увижу и не узнаю.

Каирн предусмотрительно закрыл для меня выход в большой мир. Иначе я, не задумываясь, рванула бы как можно дальше от земли ригов. Вернуться было ошибкой, наверное – самой большой ошибкой в моей жизни. Я думала, что куплю этим мирную жизнь для двух народов, но Каирн и так оставил бы ириу на своей земле. Сегодня толпа ликовала, приветствуя его возвращение. Этому миру нужен совсем не такой правитель как Оин, местным жителям больше по душе тиран.

Я подошла к тумбочке Каирна и сжала в ладони кулон.

– Оин, где ты? Ты меня слышишь?

– Да. Хорошая моя, слушай внимательно. Каирн наверняка уничтожит кулон. Запоминай адрес… – Оин повторил трижды повторил адрес какой-то квартиры. – Город Ялта. Запомнила?

– Да.

– Я буду ждать там тебя или кого-то от тебя.

– Я не могу никому доверять. И Каирн закрыл мне путь…

– Ты украла у него кулон? – в голосе Оина слышалась тревога.

– Нет, Каирн оставил его в комнате.

– Обратись к магам, в доме Гэркона есть ход, через который маг имеет право провести в большой мир кого угодно.

Я чуть не заскулила от безнадёжности

– Девочки присягнули Каирну на верность. И он поставил условие, чтобы близняшки не шли против его воли.

Оин выругался.

– Есть ещё Марн, – напомнил муж. – Он точно вернётся.

– Оин, всё ужасно! – я беззвучно шевелила губами, глотая слёзы. – Почти все приняли Каирна, они так приветствовали его сегодня на площади…

Муж слушал молча – о Роан, Аиге, Эйге, брачных танцах Каирна…

– Он говорит, что хочет на мне жениться!

– Честно говоря, в такой ситуации это радует, – мрачно сказал Оин. – Я с ума сходил, думая, что он может с тобой сделать.

– Я люблю тебя! Я не могу всего этого видеть, не могу быть рядом с Каирном…

– Девочка моя, солнышко, – мягко заговорил муж. – Ты можешь открыть мне путь назад…

– Ни за что! Тебя казнят… И Эйга казнят, если он жив… – я чувствовала, что задыхаюсь.

– Эйг в состоянии о себе позаботиться, и я тоже. Не хочешь открыть мне ход – значит, придётся тебе какое-то время потерпеть Каирна и землю ригов. Я найду способ вытащить тебя оттуда.

Каирн беззвучно вышел из стены, и я вздрогнула, невольно крепче сжимая кулон. Цепкий взгляд рига прошёлся по комнате, остановился на тумбочке. Каирн внимательно посмотрел на меня.

– Пообщалась? А теперь попрощайся с Оином и отдай мне эту побрякушку.

Рыдания сводили горло, стремясь вырваться наружу. Каирн знает, что это за кулон, риг вообще знает гораздо больше, чем я. И пытаться обмануть его бессмысленно.

– Я люблю тебя, – мысленно произнесла я и разжала кулак.

Каирн взял кулон с моей ладони. Ощущение было такое, словно риг забирает у меня часть сердца.

– Не понять мне женщин, – произнёс он. – Я думал, узнаешь, что этот авантюрист жив-здоров, и успокоишься. А тут опять слёзы.

От неожиданности я на пару секунд перестала дышать.

– Ты специально оставил мне кулон? – выдохнула я. – Ты с самого начала знал, что это?

Каирн подкинул украшение на ладони.

– Разумеется, знал. По традиции, риг после брачного ритуала дарит супруге украшение с белой розой. Маг накладывает на побрякушку чары единения. Если кто-то из пары в разлуке возьмёт в руки украшение, то другой его услышит. Я пересмотрел все твои драгоценности в поисках магической розы и уж было подумал, что Оин не последовал древней традиции, но тут Жилн притащил кулон. Оин не говорил тебе, что это не совсем обычная безделушка? Впрочем, конечно, не говорил. Иначе ты ни за что не отправила бы слуг искать украшение.

Да, муж ничего мне не сказал. Скорее всего, он не придавал особого значения старому обычаю райгов.

– Зачем тебе кулон? – сипло спросила я.

– Пригодится, – риг снова подбросил кулон на ладони и убрал в карман рубашки. – Завтра огненное погребение, и, по традиции, Гэркону на грудь нужно положить предметы, на которые он воздействовал своей магией. Вейя и Роан наверняка принесут что-нибудь с собой, а я положу вот это. Ты в состоянии пойти завтра на церемонию?

Я с удивлением взглянула на Каирна. Точно помню, что женщины на огненное погребение не допускались. Мы с Вероникой смотрели ритуал из окна замка.

– Если разрешишь – пойду.

Как я могу отказаться проводить в последний путь Гэркона и Веронику?

– Пойдёшь и будешь стоять рядом со мной, – серьёзно произнёс риг. – Ты была для Вероники достаточно близким человеком. Да и толпе не помешает тебя увидеть. Наверняка по поселению ходят разные слухи. Опять не ешь? – он посмотрел в сторону нетронутой пиццы и открытой банки пива. – Пицца, между прочим, из "Печеньки-приключеньки".

Меня передёрнуло от упоминания кафе, в котором я впервые встретилась с Каирном и Крвеном. Риг сделал несколько глотков пива из открытой банки, а затем протянул мне тарелку с куском пиццы. Вилки и ножа не было. Я подцепила кусок рукой. Пицца была приятно тёплой и вкусно пахла копчёным мясом и грибами. Похоже её недавно сделали или разогрели. Нежное тесто приятно сочеталось с тягучим расплавленным сыром, сладковатым томатным соусом, копчёностями и кусочками грибов, щедро покрывавшими пиццу до хрустящих краёв.

– Каирн, ты приставил Жилна следить за мной? – прямо спросила я, прожевав первый кусок.

– Нет. Супруге рига положено много внимания со стороны слуг, вот Жилн его и уделяет.

– Что-то при Оине такого не было.

– При Оине много чего не было, – парировал Каирн. – И в первую очередь – уважения и почтения к ригу этой земли. Что там не так с Жилном?

– Меня раздражает, что он постоянно лезет в комнату и предлагает помощь. Я не могу остаться одна даже на несколько минут. Можно это прекратить? Я же тебе не супруга…

– Жилн прекрасно понимает, что ты ею станешь, золотко. А прекратить это в твоей власти, – в глазах рига блеснули насмешливые искорки. – Я разрешил тебе отдавать приказания слугам. Если чрезмерные почтение и заботливость Жилна тебя раздражают, можешь послать его подальше и запретить заходить в покои рига, пока не позовут. Правда, приносить еду старик всё так же будет, но перестанет тебе докучать. Я слышал, при Оине ты часто бывала в большом мире. Что ты там делала?

– Покупала книги, подбирала фильмы для киносеансов, сидела в интернете.

– Ты, вроде, где-то училась, когда попала сюда, – припомнил Каирн.

– Ты же не выпускал меня в большой мир, – тихо сказала я. – Я не появлялась в институте с того дня, как сюда попала. Меня наверняка уже отчислили.

– А Оин не отправил тебя учиться?

– Мне было не до института.

– Да, ты неплохо тут потрудилась – признал Каирн. – Поела – сполосни руки. Сейчас кое-что примеришь.

Он шагнул к шкафу. Я молча прошла в роскошный санузел с огромной ванной, которая больше напоминала мини-бассейн. Что ещё придумал риг? Что я должна примерить? Эротическое бельё? Костюм для ролевых игр?

Оказалось, меня ожидало очень длинное стрейчевое платье цвета сухого асфальта. Вырез небольшой, внизу прямое, без разрезов. Ярлычок с ценой (и довольно высокой) ещё не снят. Каирн подготовил мне траурное платье для завтрашнего дня.

– Подбери подходящее бельё и надень всё сразу, – сказал он. – Сделай причёску, с какой выйдешь на площадь. Я должен представлять, как ты будешь выглядеть.

Риг не сводил с меня взгляда, когда я переодевалась и зачёсывала волосы назад. Платье полностью облегало фигуру и больше подошло бы для выхода в свет в большом мире, чем для дня похорон на земле ригов.

– Тебе идёт, – одобрительно кивнул Каирн. – Надо будет постепенно сменить твой гардероб. Волосы лучше оставь распущенными.

– Мне кажется, что это платье, скорее, для ресторана или театра в большом мире, – я критически посмотрела на своё отражение в зеркальной панели.

– Супруга рига должна хорошо выглядеть, – Каирн прошёлся взглядом по моей фигуре.

– Наложница рига, – сдержанно поправила я.

– Женщина, которую риг считает достойной находиться рядом с ним на важных церемониях. Завтра все поймут, каково твоё положение на самом деле.

Да, это поняли все. Стоя рядом с Каирном у будущего погребального костра, я чувствовала направленные на меня со всех сторон взгляды. В своей речи риг коротко перечислил заслуги Гэркона перед землёй ригов и упомянул о "всем известных разногласиях" между ним и магом в последние полгода. Гораздо более тёплым голосом Каирн заговорил о своей матери. Я слушала его вполуха, вспоминая живыми тех, чьи тела лежали на груде хвороста у меня за спиной. На тех, кто был поблизости, я старалась лишний раз не смотреть.

Вейя с покрасневшими глазами стояла рядом со своим ириу. На их руках я заметила брачные метки магов – летящих птиц. Пара провела брачный ритуал, когда после смерти Гэркона не прошло и двух суток. Вейя оказалась гораздо расчётливее, чем я думала. Роан стояла рядом с Двааром, прижавшись головой к его плечу. Похоже, они как-то поладили. И если Вейя откровенно игнорировала меня, то Роан бросала полные презрения взгляды.

Наверное все, кто пришёл на площадь, сделали один и тот же вывод. Я добровольно вернулась к Каирну и остаюсь рядом с ним. Супруга Оина, наложница Каирна… В общем, девушка, переходящая от рига к ригу.

Спину обдало жаром: четверо факельщиков зажгли погребальный костёр. Я на несколько секунд прикрыла глаза. Вместе с телами сейчас погибнет и кулон – я видела, как риг положил его на грудь Гэркона. И дочери мага тоже это заметили, значит, скоро слух о кулоне пройдёт по всей земле ригов.

По площади застелился белый, прозрачный дым. Рука Каирна легла на мою талию, риг быстро отвёл меня подальше от костра. Откуда-то рядом появился Аиг и молча крепко сжал мою руку. Я только сейчас заметила, что меня бьёт дрожь. В ноздри проник запах горелого мяса. Свободной рукой я машинально схватилась за горло.

– Риг Каирн, Наташу лучше увести отсюда, – бесстрастно произнёс Аиг.

– Вижу. Не отпускай её.

В сгущающемся дыму мы вошли в ворота замка. Я изо всех сил сдерживала рвотные позывы. В замке стало легче – сюда не проникал запах горящих тел. Я опустилась на нижнюю ступеньку лестницы, Аиг сел рядом. Волны спокойствия плескались вокруг меня, пытаясь окутать.

– Вы напрасно взяли девушку с собой, – хмуро сказал целитель. – Слишком много эмоций, много негатива.

– Я хотела с ними попрощаться, – с трудом проговорила я.

– Много негатива – это ты о магичках, что ли? – хмыкнул Каирн. – Остальным, по большому счёту, всё равно, со мной Наташа или с Оином. А юные дурочки через какое-то время разберутся в ситуации и будут вести себя, как подобает.

– Я говорил не только о дочерях Гэркона, но и о кулоне, который плавится в огне.

Каирн поморщился.

– Успокой девочку, насколько сможешь. Пойдём в комнату для совещаний. Завтрак подадите туда! – громче добавил он. – На четверых.

– Риг Каирн, я не имею права сидеть с вами за столом, – возразил Аиг. – Я не присягал вам на верность.

– Думаешь, я об этом забыл? – усмехнулся Каирн. – Ты – гость, так что имеешь право пользоваться всеми знаками моего гостеприимства.

Когда мы расселись в креслах у круглого стола, я дышала уже почти ровно. Слабость вдавила моё тело в кресло. Хотелось закрыть глаза и уснуть. Аиг пустил в ход все силы целителя. Я заставила себя разомкнуть слипающиеся веки.

Видимо, я незаметно для себя задремала, потому что в комнате кое-что изменилось. Аиг уже не держал меня за руку. По правую сторону от Каирна развалился в кресле Дваар. На столе стояли тарелки с запечённой рыбой и овощами и – новшество – вазочка с печеньем. С моим любимым печеньем, разумеется.

– Так и не нашли, – говорил Дваар. – Никто не слышал об Эйге с тех пор, как его подорвал плод кайери. Кстати, мальчишки, которых спасал Эйг, уже вернулись и подтвердили, что был взрыв, и ириу упал.

– Он спасал ириу? – хмуро спросил Каирн.

– Нет, райгов. Для Эйга было неважно, кто они. Он закрыл бы собой любого из той толпы.

– Говоришь о прихвостне Оина с уважением, – заметил Каирн. – Я слышал, вы не слишком ладили. Наташа, у меня верная информация?

– Да, они не дружили, – вяло ответила я.

Голова была тяжёлая, мысли ворочались с трудом.

Рядом Аиг молча отделял рыбу от костей.

– Наташа мягко выразилась, – усмехнулся Дваар. – Мы с Эйгом были врагами. В последний раз, когда виделись, он упрятал меня в подвал замка, а я – на будущее – вызвал его на поединок в первый день на свободе. Но врага тоже можно уважать и признавать его достоинства. Эйг был сильным и смелым воином, он не мог не защитить тех, кто слабее, и тех, кого, по его мнению, несправедливо обидели.

– Даже ценой своей жизни? – с интересом уточнил риг.

– Да.

– Видимо, хорош был военачальник, – задумчиво сказал Каирн. – Жаль, но он вряд ли перешёл бы на мою сторону. Если жив – точно сам объявится. Райги снова поведут сюда наложниц, и Эйг наверняка захочет вступиться за девиц из большого мира.

– Я уже предупредил воинов, чтобы следили за домами, где будут появляться наложницы.

– А за твоим? – прищурился Каирн.

– На всякий случай, и за моим, хотя Роан не так уж там плохо. Риг, ожившие луры и воины ушли? Я не видел их на площади.

Я сообразила, что тоже не видела сегодня живых мертвецов. Хорошо бы, если бы они исчезли, но это вряд ли. Каирн достаточно ясно высказался: его ожившие слуги на какое-то время должны были остаться на земле ригов.

– Я сказал, чтобы они скрылись, – Каирн пригубил вино из бокала. – Их вид многих нервирует.

– Они ещё и невидимые? – поморщилась я.

– Именно. Могли бы уйти в страну мёртвых, но я пока не отпускаю их. Возможно, через несколько дней, когда картина будет ясна, мёртвые отправятся, куда им положено.

– Какая картина? – машинально спросила я и тут же опомнилась. Это же не совещание с Оином, где я могла влезть в разговор в любой момент. – Извините, риг, я забылась.

– Я уже сказал, можешь говорить на всех советах, – спокойно напомнил Каирн. – Общая картина – мои сторонники, противники, – он с усмешкой покосился на Аига, – возможность бунта…

– Если вы не используете живых мертвецов как средство устрашения, зачем они вообще тут остались? – я напряглась, пытаясь найти логику. – Что им делать на земле ригов? Следить, кто присягал вам на верность, могут и воины. И вряд ли кто-нибудь поднимет бунт, зная, что ваши мёртвые слуги могут явиться снова.

Каирн задумчиво повертел в руке вилку.

– Они проверили все подземелья ириу? – обратился он к Дваару.

– Да. Все подземелья, жилища всех ириу, допросили под взглядом луров всех целителей и воинов. Эйга нигде нет, и никто его не видел. Кстати, Эйг вполне мог уйти в большой мир, если рана оказалась лёгкой. Он не мог не понимать, что его здесь ждёт.

– Пожалуй, я отпущу мёртвых, – помедлив, решил риг. – Но скажу, чтобы немедля вернулись, если на земле ригов начнётся бунт или террор вроде того, что устроили Оин и Эйг. Пусть воины займутся всеми делами. Послезавтра у вас по плану был киносеанс, насколько я понял? – он снова повернулся ко мне.

И когда Каирн успел покопаться в бумагах из кабинета? Я кивнула.

– Вейя и Роан сказали, что смогут всё устроить. В твоём списке стоит "Пляж", но комедия или эротика сейчас были бы некстати.

– Это драма, – возразила я. – О том, как может измениться группа нормальных людей, если им всё позволено и они дорожат своим благополучием больше, чем жизнью других. Наверное, вашим подданным не стоит этого смотреть, риг Каирн.

– Почему же? Наверняка вы с Оином пичкали их многими идеями большого мира. Вот послезавтра и посмотрю, какими, например. Ты ведь внимательно читала антиутопии, я видел твои пометки в книгах. Кстати, учти на будущее, что оставлять такие пометки – всё равно что писать дневник. Они довольно много о тебе рассказали. Я бы удивился, если бы вы с Оином не показали здесь ничего из антиутопий. О тоталитарном режиме, о бездушной государственной машине, "большом брате", который за всеми следит, безнаказанности, превращающей людей в нелюдей, и так далее.

Дваар кинул на рига недоумевающий взгляд. Да, Каирн не терял даром времени. Он внимательно проштудировал то, что стояло у меня на книжной полке. Когда я подчёркивала в книгах то, что мне казалось важным, и делала пометки на полях, то совсем не думала, что они могут попасть в руки врага. Да у меня в то время и врагов-то не было. Хорошо хоть действительно дневник не вела, а то Каирн сунул бы нос и туда.

– До этого мы не дошли, – с сожалением сказала я.

– Я видел, что "Повелителя мух" вы уже показали, – хмыкнул Каирн. – Ладно, культурную программу для народа мы с тобой обсудим позже. Дваар, можешь сообщить всем, что бои никто не отменяет. Так что желающие выпустить лишнюю энергию могут готовиться. Сообщишь, кто и когда хочет бить друг другу физиономии на площади.

– Да, риг.

Я ковырнула рыбу вилкой. Иния расстаралась вовсю: поверх рыбы была настелена "шуба" из помидоров, сыра и майонеза. А для нас с Оином девушка её просто жарила. Каирн, и правда, истинный риг этой земли – только появился, и все уже кричат "ура" и из кожи вон лезут, чтобы ему угодить.

– Сколько у нас времени до следующего огненного погребения? – спросил Каирн.

– Думаю, часа за четыре всё будет готово, – отрапортовал Дваар.

Я с трудом удержала в руке вилку. Да, конечно, Каирн приказал сжечь сегодня тела погибших при взрывах плодов кайери. Только всё, что происходило вокруг, заставило меня забыть об этом. Я сглотнула. Ещё раз выйти на площадь, ещё раз услышать речь рига, встретить любопытные и неприязненные взгляды, а потом почувствовать ужасный запах горящей плоти…

– Риг Каирн, не советую вам брать девушку с собой, – впервые подал голос Аиг. – Она не успевает справляться со стрессами и находится в напряжении. Моих сил пока не хватает, чтобы привести Наташу в нормальное состояние и полностью вернуть ей душевный покой.

Покой? О каком душевном покое может идти речь? Хотя я слишком быстро прихожу в себя. Скорее всего, в этом есть немалая заслуга целителя.

– Придётся выйти, – Каирн понимающе посмотрел на меня. – Если не пойдёшь, это будет выглядеть сомнительно: простилась с Гэрконом и Вероникой, с которыми общалась, но не вышла проводить в последний путь обычных райгов и ириу. Привыкай, девочка. Ты ведь хотела власти? Только не знала, что умению власти тоже нужно учиться. Вот и учись, – он жёстко усмехнулся.

– Я не хотела власти. И мне-то зачем этому учиться? Я здесь совсем для другого.

Хотела усмехнуться, но голос всё же дрогнул. Волны спокойствия тут же снова накрыли меня с головой.

– Это мы обсудим потом, без свидетелей, – ровным голосом сказал Каирн. – Пока просто возьми себя в руки и настройся на то, что спустя четыре часа мы с тобой снова выйдем на площадь.

Я уставилась на бордовое вино в его бокале. Не знаю, зачем Каирну брать меня с собой, но в одном риг прав: я действительно должна выйти. Несколько людей погибли из-за того, что Оин пришёл к власти. Я ему в этом помогла и должна разделить вину за их смерть. Неважно, что мы хотели мира для земли ригов, эти люди умерли из-за нас. В горле застыл ком. Вокруг меня плескались волны спокойствия, но мысли метались в голове, доводя до паники. Выйти с Каирном… Стоять в траурном платье, больше похожем на вечернее, рядом с телами погибших… Под ненавидящими взглядами родных и друзей умерших… И знать, что это случилось из-за меня.

Рука Аига легла на моё плечо. Лицо целителя стало мучительно-сосредоточенным. Меня снова охватило оцепенение, сковывающее тело и погружающее в тяжёлую полудрёму. Каирн поставил передо мной свой бокал, вино колыхнулось, стекая по тонким блестящим стенкам.

– Пей.

– Риг Каирн, алкоголь может сделать хуже, – решительно начал Аиг.

– В малых дозах алкоголь придаёт силу, – бросил Каирн. – А силы ей понадобятся.

Под его взглядом я заставила себя сделать два глотка. Вино было крепким, от терпкого вкуса перехватывало дыхание. Риг взял бокал из моей руки.

– А теперь закусывай. И постарайся справиться со своими нервами без помощи целителя. Аиг, конечно, хорошо держится, но сил у него всё меньше. Потому ты так быстро и приходишь в себя: целитель очень сильно ускоряет процесс осознания и привыкания к новой ситуации. Фактически ты за день переживаешь то, на что понадобились бы недели. Тебе-то так, конечно, проще, а вот Аигу тяжело.

Я взглянула на целителя. Он немного побледнел, взгляд сделался сонным, почти как у луров, когда они не управляли обычными людьми.

– Это настолько заметно? – в голосе Аига прозвучала лёгкая досада.

– Тем, кто достаточно общался с целителем-ириу, – да, – ответил Каирн. – Оин прожил здесь два года, так что я знаю многие особенности вашего дара и ваших взглядов на мир. И у меня нет ни малейшего желания смотреть, как ты доведёшь себя до истощения сил. Наташа, ты слышала, что бывает с целителем, который использует дар, не успевая отдохнуть?

– Нет.

Я настороженно уставилась на Каирна.

– Это лишнее, риг Каирн, – голос Аига прозвучал резковато.

– Она должна представлять последствия, – неспешно проговорил риг. – Я знаю, что делаю, хуже от этого точно никому не будет. Так вот, золотко, – Каирн повернулся ко мне, – если целитель так щедро, как сейчас Аиг, отдаёт силы, не успеваю толком их восстановить, резерв целителя истощается. Это приводит к болезни, целителя начинает бить лихорадка, мучить галлюцинации. Он попросту сходит с ума. Если заметить это вовремя, привязать его к кровати и приставить слугу, которого не надо ни от чего лечить, – целитель за два-три дня приходит в себя. На это расходуются последние крохи его дара, и пару недель лечить он никого не в состоянии. Потом дар восстанавливается. А вот если вовремя не принять меры – целитель может просто умереть.

Лицо Аига посерело.

– Только сейчас понимаю, на что обрекал себя Оин, когда сюда явился, – медленно проговорил он. – Обычно всё не так страшно, риг Каирн. Мы делимся друг с другом силой.

– И где тот, кто тут же поделится с тобой силой? – хмыкнул Каирн. – Насколько я знаю, есть ещё двое целителей, но они оба заняты теми, кто пострадал во время нападения луров. Так что вряд ли твоим друзьям будет, чем поделиться. Кстати, Дваар, приставь к каждому из них по толковому человеку. Надо вовремя отправлять их на отдых.

– Они присягнули вам, риг Каирн? – бесстрастно спросил Аиг.

– Разумеется, – улыбнулся риг. – Пока ты – единственный из всех ириу, кто отказался. Если Эйг жив – значит, вас двое. И я почти уверен – будь у тебя семья, ты дал бы клятву верности. Люди не хотят бессмысленной борьбы, им нужна спокойная жизнь. И совершенно неважно, кто им её даст – Оин или я. Два солнца над головой, немного земли и обещание безопасности – это всё, что им требуется.

Я изо всех сил старалась сосредоточиться. Вот, значит, почему Каирн так старался подсунуть Оину какую-нибудь девушку и готов был делиться с ним наложницами. Риг хотел, чтобы Оин восстанавливался, как райги, зная, чем заканчивается для целителя напряжённая работа.

Аиг не должен тратить на меня сил. По крайней мере, столько, сколько он отдаёт сейчас. Теперь хотя бы ясно, почему я так быстро перестала трястись при одном взгляде на Каирна. Не представляю, сколько сил Аигу стоило дать мне настолько быстро привыкнуть к ситуации.

Оставшееся время в комнате для совещаний я перемножала в уме двузначные числа. Целителя Каирн вскоре отправил отдыхать. Судя по тому, что Аиг не сопротивлялся, мне удалось достаточно успокоиться. Риг и Дваар обсуждали, что следует поручить воинам. Умножая сорок пять на семьдесят пять, я машинально, по привычке отмечала основные моменты разговора. Воины должны поджидать Эйга у домов, в которые райги будут приводить наложниц… Отслеживать тех, кто после побега возвращается из большого мира… Следить за порядком и соблюдением законов райгов… Выставить охрану у деревьев кайери…

Я подняла взгляд на Каирна.

– Что-то хотела? – тут же отреагировал он.

– От кого нужно охранять кайери? – спросила я.

Дваар хмыкнул.

– Наивная девочка, – усмехнулся риг. – Кайери – то же самое, что оружейный склад для большого мира. Если каждый запасётся плодами, на земле ригов станет опасно. Вместо обычных потасовок начнутся взрывы. А уж если кто из наложниц доберётся до такого дерева – никому мало не покажется.

– Но у Крвена во дворе охраны не было, – напомнила я.

– Крвен сам был охраной, да и мало кто знал, что у него за домом растёт кайери. А тебе Крвен вряд ли рассказывал о свойствах плодов, иначе, думаю, прожил бы недолго.

Не знаю. Я ненавидела первого "хозяина" всей душой, желала ему смерти, но не уверена, что смогла бы убить Крвена.

– Остальное всё понятно? – поинтересовался Каирн. – Или ещё есть вопросы?

– Понятно. Я могу уйти?

– Смотря куда, – прищурился он. – Если из этого мира, то нет, а из комнаты – можешь.

Я встала. Да уж, надо взять себя в руки. Меня шатает, кружится голова, и постоянно хочется заплакать.

– Гулять сейчас не советую, – продолжал Каирн. – На площади уже готовят следующее огненное погребение. Вряд ли тебе захочется на это посмотреть. Впрочем, если захочешь, – не запрещаю.

– И насколько далеко мне можно уйти гулять? – в моём голосе прорезались иронические нотки.

Наверное, забавно всё это выглядит со стороны. Как будто дочь-школьница отпрашивается на прогулку у строгого папаши.

– Да хоть по всей земле ригов, – пожал плечами Каирн. – Защита на тебе есть, никто не обидит.

– И сколько воинов будут идти за мной хвостом?

Каирн коротко кивнул Дваару.

– Как минимум, двое, – пробасил тот. – Опытные воины, мешать не будут, держатся на расстоянии. Если войдете в чей-то двор – станут ждать у калитки. Со временем вы перестанете их замечать.

Я и не сомневалась, что Каирн не выпустит меня без сопровождающего. Должен же он контролировать, где я, что делаю, с кем общаюсь. В общем, не худший вариант, воины хотя бы не будут откровенно конвоировать меня.

– А куда ты собралась? – заинтересовался риг.

– Сейчас – в комнату, отдыхать. Это так, на будущее.

– Я зайду за тобой, когда всё будет готово, – сказал Каирн.

Я прошла через комнату, стараясь держаться прямо и повыше подняв подбородок. А когда выходила, услышала, как Каирн говорит Дваару:

– Немного подучить – и получится истинная ригесса.

Дваар издал невнятное мычание, а затем переспросил:

– Ригесса?

– Именно. Супруга рига, мать наследника, второй человек у власти на земле ригов, – отчётливо и громко, явно для меня, пояснил Каирн.

Глава десятая. Поводы для размышления

В покоях рига я, не переодеваясь, забралась под одеяло и свернулась калачиком на кровати. Больше всего на свете хотелось выбраться из этого кошмарного, неисправимого мира. Вспомнилась картина из будущего, которую мы с Оином видели во время брачного ритуала. Я, беременная, иду по коридорам замка. Тогда я улыбнулась, подумав о ребёнке от Оина. Теперь же меня пробрала нервная дрожь. От кого из двух ригов был тот ребёнок в моём животе?

Надо что-то делать. Только вот что? О том, чтобы открыть Оину путь назад, и речи быть не может. Это всё равно, что самой убить любимого человека.

От полной безнадёжности я полезла в шкатулку с драгоценностями – подарками мужа. Конечно, он сказал бы мне, если бы у кулона была замена, но так хочется верить в чудо.

Поверх драгоценностей лежала записка. Всего три слова, написанных крупным, размашистым почерком: "Можешь не искать". Я тихо выругалась. Каирн наверняка предугадал большую часть из того, что я буду пытаться сделать. Я всё же подержала в руке каждую из побрякушек. Как и следовало ожидать, ничего не произошло.

Оин говорил о Марне, но на сына мага особой надежды нет. Парень, скорее всего, полностью одобрит законы Каирна. Не удивлюсь, если Марн тут же притащит сюда силой какую-нибудь девушку из тех, с кем встречается в большом мире. Вряд ли сын Гэркона захочет мне помочь, тем более – пойти против воли Каирна.

Я мерила шагами комнату, стараясь не сорваться, не заметаться по ней, как пойманный зверь по клетке. Чего я хочу? Быть с Оином. Неважно, здесь или в большом мире. Главное – на свободе, и чтобы нам ничто не угрожало. Только здесь – Каирн, и его поддерживают подданные, живые и мёртвые. А в большом мире – другие проблемы. Документы, которых у Оина нет, деньги, жильё… Как он вообще будет там существовать? Каирн просто засел в квартире моей матери и периодически воровал деньги из банков, проходя сквозь стены. А что будет делать Оин?

Отчаяние захлестывало, накрывало с головой. Я не смогу переиграть Каирна! Всё будет так, как он решил. "Но ведь переиграла же," – вкрадчиво напомнил разум. Да, переиграла, но тогда риг меня не знал и считал безобидной дурочкой. Теперь Каирн будет настороже. И потом, выбраться из его постели в тот раз мне удалось только благодаря Оину.

А ещё – благодаря моей показной покорности. Я остановилась посреди комнаты и машинально запустила руки в распущенные волосы. Тогда моей тактикой было во всём подчиняться, слушать, запоминать и делать выводы. Паника – непозволительная роскошь, пришла пора включать мозги.

Сейчас опасности для моей жизни и здоровья нет, Каирн настроен очень лояльно. Он не прочь поговорить со мной? Значит, буду внимательно слушать. Может быть, услышу что-то интересное. Не может быть, чтобы отсюда совсем не было выхода.

Итак, плюсы ситуации: Каирн совершенно не жаждет моей крови. Я могу передвигаться по всей земле ригов и общаться, с кем вздумается (когда я попала сюда, об этом можно было только мечтать). У меня есть магическая защита и какая-никакая власть – пока Каирн мне её даёт.

Минусы – Каирн хочет, чтобы я родила ему наследника. За мной постоянно будут ходить двое-трое воинов и доносить ригу о каждом моём шаге. На помощь магов надеяться не стоит, да и вряд ли вообще найдутся желающие помочь мне уйти в большой мир, причём так, чтобы Каирн не смог меня найти. Связь с Оином потеряна.

Плана действий нет. Вообще никакого. Так что возвращаюсь к тому, с чего начинала. Больше думать о себе, меньше – о других. Внимательно смотреть и слушать, вникать во всё, что происходит вокруг, и ждать случая для побега. И ни в чём не противиться Каирну. Хочет учить меня местному "уму-разуму" – пусть развлекается. Будет тащить в постель – имеет право, получит всё, что пожелает. Жаль, предохраняться мне нечем, остаётся надеяться, что риг повременит с наследником. Каирн хочет, чтобы я выходила с ним к его подданным, – нет проблем. Я буду делать всё, что скажет риг, пока не выберусь отсюда.

Когда он пришёл, я пыталась разобраться с новой информацией о земле ригов. С ожившими мертвецами всё ясно. Перстень рига, видимо, даёт право запечатать вход и выход из этого мира для любого человека. Пока новое слово для меня – ригесса. Зачем она понадобилась Каирну? С чего такая блажь? Насколько я поняла, его отец вообще не женился и менял по нескольку наложниц в год. Судя по тому, как удивился Дваар, в ригессы женщин в этом мире брали нечасто.

– Отдохнула? – Каирн вошёл в комнату и внимательно посмотрел на меня.

– Да.

– Пойдём, уже пора.

Я подошла к Каирну, он молча протянул мне выставленную вперёд руку. Я нерешительно положила на неё свою.

– Вот так и выйдем, – одобрительно кивнул риг. Он двинулся к двери. – Драгоценности уже проверяла?

Я кивнула. Значит, за мной следили. Кто и как – неважно. Меня видят, даже когда я одна в комнате.

– Как предсказуемо, – усмехнулся Каирн. – Сейчас ты наверняка думаешь, что за тобой кто-то шпионил. За тобой не следили, золотко, просто ты не могла не проверить шкатулку.

Мы ступили на лестницу, и риг вдруг остановился. Оставляя мою руку на своей, он другой рукой резко притянул меня к себе. Я усилием воли расслабила напрягшиеся мышцы. Каирн неспешно провёл рукой по моей спине, его ладонь легла мне на бедро, губы неожиданно ласково коснулись моих губ.

– Какая покорная девочка, – с тихим смешком произнёс риг. – К чему бы это?

– Ты – "хозяин", я – наложница, – слова еле шли с языка. – Я должна быть покорной.

– Ночью проверим, – хрипло пообещал Каирн. – Но вообще-то мне нужна от тебя не только покорность.

Он отстранился и пригладил рукой мои волосы. Мы двинулись вниз по лестнице.

– А что тебе нужно? – спросила я.

– То же, что ты делала для Оина. Я сейчас не о постели, там-то всё гораздо проще. Ты успешно помогала Оину править землёй ригов. У тебя свежий взгляд на то, что здесь происходит. Ты умеешь делать выводы. А мне нужен рядом человек, который думает об этом мире и хочет что-то изменить к лучшему. В общем, энтузиаст. Оин в этом плане подходил, но оказался слишком большим энтузиастом, – в голосе рига прозвучала ирония. – Впрочем, он оставил мне хороший бонус: девочку, с которой можно не только спать, но и разговаривать, и которая не глупее него.

Я поймала себя на том, что всем весом опираюсь на руку Каирна. Ноги подкашивались, во рту пересохло при одной мысли о том, как риг будет "проверять" мою покорность этой ночью.

– Опять испугалась, – констатировал он. – И опять напрасно. В тебе есть то, что я очень ценю и крайне редко встречаю. Это не просто энтузиазм, это готовность пожертвовать чем-то ценным, возможно – жизнью, ради других, ради этого мира. Ты ведь была уверена, что я стану жестоко мстить? Но всё же пришла сказать о смерти Вероники, а потом принесла мне перстень и осталась со мной, чтобы не пострадали райги и ириу. Это поступок ригессы. Оин, кстати, не провозглашал тебя ригессой?

– Нет.

– Странно. Ты при нём выполняла все её обязанности. Разве что не забеременела – но это только к лучшему. Встряхнись немного, ты же не хочешь выглядеть испуганной, когда мы выйдем? Или позвать Аига, чтобы помог?

– Нет, – голос прозвучал резче, чем я хотела, прорываясь сквозь покорную маску. – Риг, отпустите целителя, я справлюсь сама. Аиг нужнее в поселении. Там есть раненые, а он, вместо важных дел, занимается моими истериками.

– Слова ригессы, – кивнул Каирн. – Но Аига я отправлю в поселение, только когда ты точно не будешь нуждаться в целителе. Кстати, почему ты периодически обращаешься ко мне на "вы"? На совещании, сейчас… Привычка или есть другая причина?

– К ригу обращаются на "вы". Разве нет?

– Заинтриговала, – хмыкнул Каирн. – Ты что, и с Оином так общалась?

– Это другое дело, – еле слышно ответила я.

– Действительно, другое, – согласился Каирн. – Он – не истинный риг и допустил слишком много отступлений от ритуала. Популярности это ему не прибавило, подданные должны чувствовать власть правителя. Но речь сейчас не об этом. Я запрещаю тебе в разговоре со мной называть меня "ригом" и на "вы".

Я на несколько секунд онемела. Вот так? Прямо "запрещаю"? Ну и зачем? Хочет, чтобы все видели, как мы чудесно поладили? Или есть другие причины?

Мы вышли из замка. Я шагала рядом с Каирном, а мозг уже пытался делать выводы. Ригесса и супруга рига – не совсем одно и то же. И чем они отличаются? Видимо, тем, что ригесса имеет власть, а жена рига – нет. Интересно, знал ли об этом Оин?

– Ты меня услышала? – Каирн слегка сжал мои пальцы в тёплой ладони.

– Да. Буду называть по имени и на "ты", – пообещала я.

На площади снова гудела толпа. Те же лица, но теперь на многих застыло выражение суровой скорби. В толпе мелькало больше женщин, чем при погребении мага и Вероники. Я шла, стараясь не встречаться ни с кем взглядом. На огромной груде хвороста лежали пятеро умерших в белых одеждах. Двое ириу, трое райгов. Я знала только одного – воина из подчинённых Эйга. Тело самого Эйга так и не нашли.

На этот раз Каирн держал долгую речь. Он произнёс слова сочувствия родственникам погибших, перечислил всех убитых по именам, вспомнил заслуги каждого из райгов и самым сердечным тоном говорил о храбрости и отваге ириу, погибших, спасая других. Риг сожалел, что правление Оина привело к столь трагическим последствиям. Он обещал помощь родственникам убитых и говорил, что не забудет ни одного из пострадавших и отдавших жизнь из-за пришедшего к власти самозванца.

Я стиснула зубы. В глазах темнело от удушающей ярости. Можно подумать, сам Каирн не имел отношения к гибели этих людей! Если бы он не играл в загадки, а сразу сказал мне о легенде райгов, этого можно было бы избежать. Каирн получил бы свой перстень рига, а мы с Оином ушли бы в большой мир вместе. Мы все трое виновны одинаково, только риг не признает своей вины.

"Я ничего не могу сделать, – мысленно повторяла я раз за разом. – Я не могу вмешаться. Нельзя устроить скандал на похоронах. Да и слушать толпа будет не меня, а своего правителя. В этом мире кто имеет власть, тот и прав".

– Мы сожалеем о случившемся и сделаем всё, чтобы не допустить ничего подобного в будущем, – говорил Каирн.

Он мельком взглянул на меня и снова устремил взгляд в толпу. Мы?! Это риг о себе во множественном числе говорит? Или о нас обоих? Судя по прокатившемуся над площадью шепотку – о себе и обо мне. Решил сразу показать подданным, какую роль собирается мне отвести? Нашёл время! Даже мои брачные метки его не смущают, а ведь бордовые розы на кисти моей руки видят все вокруг.

Речь Каирна наконец-то закончилась. Я мысленно отметила, что свою мать он провожал в последний путь с гораздо меньшим красноречием. Факельщики с четырёх сторон торжественно двигались к погребальному костру, когда небо и землю сотряс удар грома. Среди безоблачного неба, между двух солнц сверкнули несколько молний и сверкающими острыми стрелами устремились к костру. Я вздрогнула, Каирн крепко сжал мою руку. Хворост вспыхнул сразу с нескольких сторон. В толпе раздались вскрики. Близняшки переглянулись, глаза Вейи радостно сверкнули. Из толпы выступил Марн.

– Идиот! – вырвалось у меня.

Получилось тихо, сдавленно, но Каирн услышал.

– Согласен, – еле слышно сказал он.

Сын Гэркона в наступившей тишине подошёл к ригу.

– Я вернулся, риг Каирн, чтобы служить тебе, как подобает магу этой земли.

– Сейчас не время и не место для клятвы верности, – твёрдо произнёс Каирн. – Сегодня и завтра – дни скорби. Послезавтра придёшь в замок, – тише добавил он.

Марн низко поклонился. Я отвела взгляд. Сначала устроил шоу на похоронах, теперь демонстрирует перед всеми почтение ригу. Гэркону сейчас было бы стыдно за сына.

За спиной потрескивал хворост. В глазах защипало от едкого серого дыма. Каирн, всё так же держа наши руки на весу, отвёл меня в сторону. На Марна он не обращал ни малейшего внимания. Я ощутила знакомые волны спокойствия и огляделась в поисках Аига. Его не было рядом, зато прямо за моей спиной стоял Гоин – другой целитель-ириу. Каирн тоже обернулся.

– Ты что-то хотел? – спросил он.

– Прошу прощения, риг, – Гоин склонил голову. – Мне показалось, что… Вашей спутнице требуется помощь.

Осёкся, не зная, как меня теперь называть: не все же такие смелые, как Аиг. Супругой Оина – опасно, вдруг риг разгневается? Наташей – слишком вольно. Непонятно, как относится ко мне Каирн, ему может не понравиться такая фамильярность. Ваша спутница – да, это удобное безликое определение. Интересно, подошёл бы Гоин, если бы считал, что я у рига в опале? Есть вопросы, на которые лучше не знать ответа.

– Благодарю, мне ничего не нужно, – ледяным голосом произнесла я.

– Ты в этом уверена? – с подчёркнутой заботливостью спросил Каирн.

– Да.

– Можешь идти. Госпоже не требуется помощь, – изрёк риг.

Глаза ириу вытаращились от изумления. Он попятился, и исчез в клубах дыма, успев перед этим поклониться. От запаха палёного мяса меня снова замутило. Я несколько раз сглотнула.

– Может, не стоило отказываться от услуг этого угодливого типа? – спросил Каирн. – Ты не привыкла к ритуалу огненного погребения.

– От Гоина меня точно стошнило бы, – буркнула я.

– Пойдём потихоньку, тут уже нечего делать, – он, наконец, опустил руку.

Я не чувствовала своей руки. Риг приобнял меня за талию и принялся разминать мою онемевшую кисть. Я прикусила губу: руку словно кололи множеством тонких острых иголок.

– Как тебе моя речь? – поинтересовался Каирн.

Я отвела взгляд. Легко решить быть покорной, только попробуй это выполнить!

– Молчишь? – со смешком продолжал риг. – А говорила – будешь покорной. Когда я спрашиваю, то хочу получить ответ.

Что ж, хочет ответа – значит, получит. Я вздохнула поглубже и твёрдо сказала:

– Слушала с отвращением.

– Почему? – беззлобно полюбопытствовал он.

– А как ты думаешь? – я еле сдерживала бессильную ярость. – Ты же перевернул всё с ног на голову, очернил нас с Оином, выставил себя спасителем земли ригов, невинной жертвой. Говорил так, будто я с тобой во всем согласна. И Веронику ты так не провожал…

– Ясно, – Каирн шагнул в ворота замка, увлекая меня за собой. – Тебя я, допустим, не очернял, наоборот показал всем, что ты – не просто наложница, и я говорю от нас обоих. Остальное – это уже политика. А насчёт Вероники… – он помедлил. – Я не хотел устраивать спектакль из похорон своей матери.

В замок мы вошли молча. Риг продолжал обнимать меня за талию как ни в чём ни бывало.

– Жилн! – громко сказал он, когда мы подошли к лестнице. – Холодные закуски, вино, сок. Оставишь на подносе перед нашими покоями.

Старик не отозвался, но я была уверена: Жилн выполнит распоряжение любимого хозяина. Перед нашими покоями… Похоже, Каирн твёрдо решил поскорее приучить всех к мысли, что мы с ним – пара.

– Тебя не смущает, что я замужем? – не удержалась я.

– Если ты не заметила, это вообще мало кого смущает, – ухмыльнулся Каирн. – Я – риг этой земли, и имею право взять жену самозванца себе в наложницы или сделать ригессой.

– То есть моё согласие тебе не нужно?

– У наложниц согласия никто не спрашивает, – риг сдвинул руку вниз, на моё бедро. – А чем тебя, собственно, не устраивает положение ригессы? Второе лицо на земле ригов, довольно много власти и свободы, подчиняешься только мне… Что тебе так уж претит?

Хороший вопрос. Пока мне претило всё, что я видела и слышала.

– Говори, не бойся, – подбодрил Каирн.

– Я не знаю, как тебе это объяснить, – устало ответила я.

– Попробуй словами, – посоветовал риг.

– Я люблю Оина.

– И что? Тебе кто-то запрещает его любить?

Я остановилась на площадке второго этажа.

– Издеваешься?

– Есть немного, – весело признал Каирн. – Даже не представляешь, насколько быстро иногда проходит великая любовь. Ну да ладно, оставим в покое высокие материи. Я не совсем понимаю, какое отношение твоя влюблённость в этого афериста имеет к званию ригессы. Чувства к Оину – единственная причина?

– Я не хочу с тобой спать, не хочу рожать тебе ребёнка, – слова хлынули потоком. – Меня воротит от земли ригов!

– Рожать тебя пока никто не заставляет. Кстати, если у тебя по какой-то причине не будет детей, я просто возьму молодую здоровую наложницу, которая родит наследника, а потом отправлю её куда подальше – возможно даже назад, в большой мир. О постели лучше поговорим в комнате, – в глазах Каирна сверкнули знакомые огоньки желания. – А землю ригов ты можешь попробовать изменить к лучшему. В разумных пределах, разумеется, и обсуждая со мной каждый шаг.

– Почему именно я? Ты мог выбрать в большом мире любую девушку, показаться перед ней с самой лучшей стороны и делать ригессу из неё…

– Разумеется, мог – и увлечь, и влюбить, и привести сюда по её доброй воле. Только ригессой будешь ты. У тебя есть для этого все задатки, я уже говорил об этом. Ты достаточно знаешь мои худшие стороны, и притворяться перед тобой не нужно. И ещё – мне особенно приятно будет видеть тебя ригессой, потому что ты бросила мне вызов, когда помогала Оину.

– Хочешь чувствовать победу? – поморщилась я. – Так ты всё равно победил. Я от тебя полностью завишу.

– Я хотел не совсем такой победы. Ты добровольно будешь действовать со мной заодно и воспитывать наследника ригов. Я подожду, когда ты сама скажешь, что готова к этому.

Я с сомнением смотрела на Каирна. На сумасшедшего риг не похож. Что за маниакальная идея? Похоже, он всерьёз намеревается продолжать свои "брачные танцы". Бросила вызов? Да, наверное, хотя тогда я совсем не думала об этом. Но мне казалось, что на земле ригов за измену положено наказание, может, даже казнь. А тут – бери часть власти, будь матерью наследника…

– А пока что весь мир райгов будет привыкать к твоему будущему статусу, а ты – ко мне в постели, – шепнул Каирн, наклонившись к моему уху и касаясь его губами.

Я усилием воли заставила себя стоять на месте. Деться от рига всё равно некуда. Странно, что он вообще терпел и не трогал меня эти два дня.

Каирн поднял меня на руки и зашагал по лестнице, крепко прижимая к себе.

– Так обращаются только с ригессами, – шепнул он. – Или с будущими ригессами.

Понятно. Если кто из слуг увидит, по всей земле ригов тут же пойдут интересные сплетни. Хотя, что значит "если"? Иния уже видела.

– Кстати, Оин носил тебя на руках? Хотя бы раз раздевал тебя?

– Зачем тебе это? – я вздрогнула при упоминании о муже.

– Потому что это знак – риг сделает женщину ригессой. И если за полгода твой любящий муж, – в голосе Каирна прозвучала откровенная ирония, – ни разу не раздел тебя сам, это наводит на мысль – он прекрасно знал о различиях между супругой рига и ригессой. И не собирался делить с тобой власть.

– Я не хотела власти.

Каирн шагнул в стену со мной на руках, и мы оказались в комнате. В глаза бросилось красное бельё на постели.

Риг осторожно поставил меня на ноги.

– Я потом расскажу, чем ещё отличаются жена рига и ригесса.

Он неторопливо прошёл губами по моей шее, затем опустился на одно колено и повёл руками по моим ногам вверх до бёдер, приподнимая платье. Что ж, решил быть ласковым и нежным – мне же лучше. До сих пор вздрагиваю при одном воспоминании о садистских штучках Каирна. Об Оине я старалась не думать, но в голове всё же мелькнула предательская мысль: а ведь он, и правда, никогда не раздевал меня. И не носил на руках. И ничего не говорил в своих речах к подданным от нас обоих. Оин просто не задумывался об этом, у него было слишком много забот на земле ригов. На меня оставалось не так уж много времени.

Каирн кинул на край кровати моё платье. Я невольно вздрогнула, когда его руки коснулись моей кожи.

– Чего и как ты хочешь? – спросила я.

– Скоро узнаешь, – шепнул риг. – Просто не мешай мне.

Его ласки были всё откровеннее, всё более возбуждающими. Каирн не спешил, он явно смаковал каждое прикосновение. И ждал, глядя как учащается моё дыхание, как постепенно расслабляется моё тело. А потом началось сумасшествие с такими вздохами-стонами, каких здесь за полгода никто не слышал.

– Каирн… Пожалуйста…

– Не брыкайся, я же вижу, что тебе хорошо…

– Но слуги…

– К духам слуг!.. Не хочешь со мной спать, говоришь?..

В постели с ним в этот раз оказалось хорошо, даже слишком хорошо. А ещё было стыдно и противно от самой себя, почти до слёз.

– Я ведь говорил, что тебе понравится, – тихо сказал Каирн. Он легко поглаживал кожу над моей грудью.

– Почему так? – выдохнула я. – Раньше ты хотел совсем других вещей.

– Допускаю, что тебя из тех вещей со временем кое-что может и устроить, – серьёзно ответил риг. – Просто для этого должны сложиться более близкие отношения. И опыта нужно побольше. А пока этого нет, я при желании могу добирать своё в большом мире. Кстати, сейчас всё было очень даже неплохо. Эмоций ты выдала и продолжаешь выдавать столько, что на несколько суток хватит. И с каких пор тебя смущают слуги? Помнится, вы с Оином развлекались так, что даже здесь было слышно.

– Завтра вся земля ригов от детей до стариков будет знать, что происходит в твоей спальне.

– В нашей спальне, – подчеркнул Каирн. – Не думаю. Но даже если и узнают, это только поднимет твой статус. Риги не церемонятся с наложницами и обычно ненамного лучше обходятся с жёнами. А вот так,– он, еле касаясь, провёл пальцами по моему телу, – бывает с ригессами. Чтобы ты понимала, что я для тебя готовлю, скажу – ригесс за всю историю нашего мира было всего шесть. И каждая изменила что-то на земле ригов к лучшему. Последняя ригесса умерла девяносто лет назад. Все они имели определённую власть, все были советницами своим мужьям. В отличие от жён, ригессы неприкосновенны. Их нельзя наказать, нельзя лишить этого звания, нельзя выгнать или, тем более, кому-нибудь отдать. И ещё один бонус – когда риг провозглашает жену ригессой, он должен выполнить любое её желание, которое касается земли ригов и тех, кто здесь живёт. Сразу говорю, ты не можешь попросить отпустить тебя в большой мир, или оставить в покое, или вернуть сюда Оина. А вот изменить какой-то закон или решение рига ты сможешь. Так что думай, какой подарок попросить. Я выполню одно желание, но все остальные ты будешь согласовывать со мной.

– Каирн, я правильно поняла, что ригесса это всё же жена рига? – мой голос сделался очень неприятным.

– Правильно, золотко, – он широко улыбнулся.

– У меня уже есть муж.

Я машинально взглянула на кисть руки. Бордовых роз не было. Ну вот, Оин снова получил сообщение о моей "измене".

Каирн демонстративно вздохнул и притянул меня к себе.

– Наташа, ты же умная девочка. Включи логику и проанализируй, как твой муж к тебе относился. Думаю, поймёшь много интересного. Я не знаю подробностей, но того, что видел, достаточно, чтобы сделать определённые выводы. Понимаю, трезво мыслить об этом ты начнёшь не сегодня и не завтра, но рано или поздно сама всё поймёшь. Пока вот тебе несколько поводов к размышлению. Если Оин тебя так уж любит, то почему не попросил отдать тебя ему после вашей первой ночи? Я легко отдал бы, и он знал об этом. Зачем Оин потащил тебя с собой к Гэркону в тот день, когда они с магом наметили свою революцию? Он хорошо представлял, насколько это опасно. Я не признаюсь в безумной любви, но не стал бы брать тебя с собой туда, где тебе может грозить опасность. Я бы и обычную наложницу на такое мероприятие не повёл. Борьба за власть – дело мужчин.

Мне хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать спокойный голос, произносящий эти кошмарные слова.

– Почему он позволил тебе ко мне вернуться? – продолжал Каирн. – Ты, конечно, скажешь, что обманула Оина, и он не знал, что ты собираешься сделать. Но тебе не кажется, что он должен был об этом догадаться? Я общался с тобой гораздо меньше, но могу предсказывать твои реакции почти без ошибок. А твой муж так плохо тебя знает, что его легко было обмануть? Он не удосужился купить тебе украшения, положенные супруге рига, не рассказал, что означает роза на кулоне, отправил тебя в твой город без охраны, даже не подумав, что мы с тобой можем встретиться. Странное поведение для любящего человека. Он не провозгласил тебя ригессой, хотя именно благодаря твоим советам избежал большого бунта. Кстати, почему твой муж до сих пор не попытался связаться со мной через кого-то из райгов? Если бы я знал, что за мои ошибки осталась расплачиваться женщина – даже совершенно мне безразличная – я бы любой ценой выторговал для неё свободу. Как-то недостойно мужчины и рига прятаться за твоей спиной.

– Он не… – начала я.

– Только не надо его оправдывать, – отмахнулся Каирн. – Я не собираюсь слушать, что всё на самом деле совсем не так. Я сказал, что хотел, теперь думай. А пока надумаешь всё, что нужно, я буду вводить тебя в курс дел. Проверим, от чего Оин удерживал тебя в стороне. А утром предлагаю тебе отвлечься от самотерзаний и прогуляться к реке.

– Где здесь река?

Я прикусила язык, но было уже поздно. Каирн насмешливо прищурился.

– Оин держал тебя на привязи? Двадцать минут ходьбы от замка – чистейший пляж, слабое течение, постоянно тёплая вода. Полгода назад некоторые райги спокойно приводили туда дочерей и жён, а бывало – и наложниц. На нашей земле не так уж много развлечений, я был уверен, что ты была на пляже, и не один раз.

– Я не ребёнок, которого надо развлекать, – огрызнулась я. – Да, Оину было не до того…

– А кто ты? – рассмеялся Каирн. – Умудрённая годами и житейским опытом женщина? Месяц назад тебе исполнилось девятнадцать лет. Не удивлюсь, если твой любящий супруг даже этого не знал. Ты несколько отличаешься от ровесниц из большого мира, но любой девушке твоего возраста нужен не только хороший любовник и интересное дело, всем вам хочется развлечений. Кино ещё куда ни шло, но я сомневаюсь, чтобы тебя интересовали футбол и мордобой.

Я промолчала. А что тут можно ответить? Мы с Оином были так заняты, что я и сама забыла о своём дне рождения. И я честно сопровождала мужа на матчи и поединки, которые были мне неинтересны. Про местную реку когда-то мельком слышала, но не обратила внимания, мне было совсем не до пляжа.

– Вот и будем знакомиться заново – и в делах, и в развлечениях, – Каирн сгрёб меня в охапку и притянул поближе. – Тебя ждёт много сюрпризов.

Глава одиннадцатая. У реки

– Плавать умеешь? – Каирн выудил из шкафа плавки.

– Д-да, – растерянно ответила я. – Только купальника нет. Да и траур по погибшим ещё идёт…

– Так я и не собираюсь устраивать народное гулянье, – Каирн бросил мне купальник. – Можешь надеть сразу.

Купальник был знакомый – голубого цвета, сплошной, скромно закрытый спереди, но почти полностью открывающий спину. Я купила его летом после того, как поступила в институт. Купальник остался в маминой квартире, и я точно не забирала его. Значит, риг действительно заглядывает к моей матери. Я невольно поморщилась. Гадость какая! Хоть и догадывалась, всё равно противно.

– Если поладим, я туда больше не пойду, – сказал Каирн, внимательно глядя на меня.

– Почему?

– Ещё спроси, почему я не сделаю твою мать ригессой, – хмыкнул он. – С ней не о чем поговорить, и это вместе с её навязчивостью довольно быстро начинает надоедать. Кстати, я особо не приглядывался к тебе именно потому, что ожидал увидеть её молодую копию.

– Зачем тогда забирал? – не удержалась я.

– Вообще-то тебя сюда Крвен притащил, а не я. От юных наложниц в нашем мире не отказываются. Давай-ка перекусим и пойдём, я хочу показать тебе пляж при свете солнц.

Каирн вышел сквозь стену и тут же вернулся с подносом. Бутерброды с копчёной колбасой, с сыром, с красной рыбой, высокий стакан сока, бокал белого вина. Сок оказался опять-таки мой любимый – яблоко-морковь-апельсин. Я с сомнением покосилась на вино. Не моё дело, но странно, что риг пьёт его вместо воды на завтрак, обед и ужин.

Трапеза прошла в тишине. Я думала об Оине и пыталась найти оправдание всему, что говорил Каирн. Муж не хотел сделать меня ригессой? Ну и что с того? Он мне этого не обещал, я не скрывала, что не хочу власти. Не было развлечений? Так Оин же постоянно решал какие-то проблемы. Да и развлечения у меня были – он отправлял меня в большой мир. За дисками, книгами, просто посидеть где-нибудь. Одну? Да, одну. Но ничего ведь не случилось, я же выросла в большом мире! Оин не баловал меня пирожными, пиццей, соками и прочим-прочим? Но я и не просила этого. И потом, я могла поесть в любом кафе большого мира всё, что захочу. Правда, одна. Украшения для жены рига? Я вообще не привыкла к ним и не страдала от их отсутствия.

То, что Оин не попытался связаться с Каирном? Я прикусила губу. Муж наверняка мог бы это сделать. Только зачем? Его тут же казнили бы. Я мысленно прокручивала короткий разговор с Оином, когда риг оставил мне кулон. А ведь муж не слишком настаивал, чтобы я открыла ему ход назад. Как же он высказался? "Не хочешь открыть мне ход, значит, придётся тебе какое-то время потерпеть Каирна. Я найду способ тебя вытащить". Что-то в таком духе. Не уговаривал, не требовал. Наверное у Оина есть какой-то план, как вытащить меня отсюда. Может быть, он сумел договориться о чём-то с Марном?

– Завтра скажу Жилну – никакого вина, – Каирн поставил бокал на поднос.

Я посмотрела на него с вялым удивлением.

– По ритуал, в дни траура до огненного погребения и в день после него риг употребляет вместо воды вино, – объяснил Каирн. – Считается, что это облегчает душам умерших дорогу в иной мир. Разумеется, так провожают далеко не всех, и ради Гэркона я уж точно не стал бы соблюдать обычай. Но Веронику и тех погибших надо проводить, как следует. Для ригессы, кстати, такого ритуала нет, иначе Жилн наверняка притащил бы два бокала. Судя по твоему лицу, ты уже задумалась. Как что толковое надумаешь – говори. А теперь надевай платье и пошли купаться. Иногда много думать бывает вредно.

Каирн вёл меня знакомой дорогой – через улицу, где стоял дом мага. В этом районе жили мирные земледельцы и обосновались многие из ириу. Где-то вклинивались маленькие свежесрубленные деревянные домики, но в основном дома райгов соседствовали с большими многоместными палатками.

– Это ещё что? – риг хмуро наблюдал, как несколько детей-ириу носятся вокруг палаток, играя в догонялки.

– Им надо где-то жить, – ответила я.

– Я думал, твой супруг за полгода разобрался с этой проблемой, – неприязненно заметил Каирн.

– Земли не так уж много, и райги не хотят потесниться.

– Что для этого было сделано? – отрывисто спросил риг.

– Оин разговаривал с каждым из райгов о том, чтобы отказаться от нескольких метров земли, чтобы ириу могли… – начала объяснять я.

– Я спрашиваю, что конкретно было сделано, – резко перебил Каирн. – Разговоры не в счёт.

– Мало что, – нехотя признала я.

Он обернулся и махнул рукой. Откуда-то тут же бегом подбежал один из воинов-райгов.

– Завтра в десять часов на площади должны собраться все райги, – отчеканил Каирн. – Все мужчины, хозяева домов и земель.

– Да, риг, – воин почтительно склонил голову.

– Ириу объяснить, что дело касается земли, поэтому я зову только тех, кому она принадлежит. Если кто из ириу явится на площадь – не прогонять.

– Да, риг.

– Выполняй.

Каирн взял меня за руку и двинулся дальше. Я заметила, как мелькнули светлые волосы, и закрылась калитка дома Глеара. Магда заметила рига и решила лишний раз не показываться ему на глаза.

Со двора дома Гэркона доносились звуки скандала.

– Как это можно было допустить?! – бушевал Марн. – Моя сестра, дочь мага, – в наложницах у воина!

– Марн, мы ничего не могли сделать… – пролепетала Вейя.

– Да и ты хороша! Замуж в шестнадцать лет! За первого встречного!..

– Соседи! – голос Магды легко перекрыл вопли молодого мага. – Перенесли бы вы разговоры в дом, по улице идёт риг.

– Не только идёт, но и слышит, – в наступившей тишине сообщил Каирн. – Марн, жду тебя завтра с восходом солнц. С интересом выслушаю твои претензии, если они у тебя останутся.

Судя по полной тишине, претензий к ригу ни у кого не было.

– Распустил их Оин, – покачал головой Каирн. – Кстати, ты с этой звездой стриптиз-клуба общалась? – он кивнул в сторону дома Глеара. – Есть от неё толк?

– Магда помогает Глеару, они – из лучших земледельцев, – сказала я. – Снабжают землю ригов овощами, фруктами, яйцами, молоком. Каирн, зачем тебе сейчас воины? У тебя же есть защита.

– Ты и так видела, зачем. Появилось поручение – тут же отправил выполнять. Это довольно удобно.

Мы поднялись на небольшой холм. Весь он был усыпан разноцветными цветами, каких я в жизни не видела. В воздухе витали нежнейшие ароматы, над раскрытыми лепестками с тихим жужжанием нависали яркие жуки. А под всем этим разноцветием плескались тихие волны реки – неожиданно широкой и такой прозрачной, что видно было каждый камушек на дне.

– Нравится? – Каирн обнял меня за талию.

– Да.

У реки почти никого не было, только какая-то парочка обосновалась вдалеке. Какая-то? Я прищурилась. Дваар и Роан. Выглядят так, словно сошлись по полному согласию. Роан засмеялась, воин притянул её к себе и поцеловал долгим поцелуем. Непохоже, чтобы кто-то из детей Гэркона сильно расстраивался из-за смерти отца. Да и риг не слишком скорбит о Веронике.

– А ты переживала, – хмыкнул Каирн и кивнул в сторону пары. – Больше думай о себе.

Риг достал из пакета матерчатый плед и расстелил его на камнях.

– Снимай платье, пошли купаться.

Вода и правда оказалась тёплой, и солнца ласково грели кожу. Течение почти не чувствовалось. Я покачивалась на волнах, прикрыв глаза.

– Ну вот, уже улыбаешься, – в голосе Каирна прозвучало удовлетворение. – Нырять любишь?

– Нет. Почему речка такая чистая? – я открыла глаза.

– Ты вообще надолго расслабиться умеешь? – хмыкнул риг. – Мы просто заботимся о своём мире. Здесь нет вредного производства, вредных химических веществ, даже никто не курит – вот тебе чистая речка и чистый воздух.

– Но есть же канализация, – возразила я. – Люди пользуются мылом и гелями для душа.

– Маги выводят всё в реки большого мира, – пожал плечами Каирн.

– То есть получается, что земля ригов – мир-паразит? – я перевернулась на спину. – Присосалась к большому миру, берёт из него ресурсы, продукцию, сливает свои отходы, райги воруют девушек…

– В каком-то смысле, да, – невозмутимо согласился Каирн. – Правда, многие райги находят, чем заработать в большом мире, так что, можно сказать, немного поддерживают его экономику.

– Или грабят банки, – едко заметила я.

– Вероника рассказывала? – риг неожиданно тепло улыбнулся. – А как мне там было жить без денег и документов? Нет, можно, конечно, сделать карьеру сутенёра, заняться рэкетом, грабежами мирных граждан и их квартир… Или сесть на шею твоей матери, раз уж я, частично по твоей милости, оказался в вынужденном отпуске. Но эти варианты меня никак не устраивали. Пришлось выбрать третий. Кстати, деньги уже вернулись на место. Кое-что вышло к лучшему: я отдохнул и неплохо провёл время в большом мире. Нервы после убийств на земле ригов были на пределе – как раз за это время восстановился. Заодно я много узнал о тебе и решил, что ты станешь ригессой.

Каирн вдруг приподнял меня и подкинул вверх и вперёд. От неожиданности я завизжала на весь пляж и услышала за спиной смешок. Я мягко плюхнулась в воду, но с головой не погрузилась и, на всякий случай, отплыла подальше от рига. Вернее, попыталась отплыть, догнал он меня довольно быстро.

– Держись за мои плечи и расслабься. Покажу кое-что, тебе будет интересно. Только для этого придётся нырнуть. Так что сделай глубокий вдох… Пошли!

Каирн нырнул, увлекая меня за собой. Я закрыла глаза. Плаваю, вроде, неплохо, но нырять всегда боялась. Под ногами появилась земля, и я ощутила, что вода доходит мне чуть выше пояса. Воздух был сырой, пахло тиной и какими-то водорослями.

– Мы на месте, – сказал риг. – Смотри.

Я открыла глаза. Мы стояли в каменном подводном гроте. Вокруг плавали цветы, похожие на огромные колокольчики с разноцветными лепестками и мясистыми круглыми листьями. А за гротом в толще воды играли, гоняясь друг за другом, солнечные блики, мелькали маленькие шустрые зелёные рыбки и важно виляли роскошными хвостами большие красные рыбины.

– Красиво, – невольно улыбнулась я. – Почему здесь мало воды?

– Течение идёт в другую сторону. Считай это место чудом земли ригов. У цветов своя магия, древняя, как этот мир. Дотронься до лепестков.

Риг приподнял один из цветов и протянул его мне. Лепестки на вид были нежными, но на ощупь оказались плотными и шершавыми. Моя рука словно прилипла к жёлтому лепестку. Перед глазами появилось застывшее изображение – я с Оином и двумя детьми. Оно тут же поблекло, пошло трещинами и раскололось, рассыпаясь на части. Картина сменилась. Я – только постарше – стою рядом с Каирном. Высокая причёска, бриллиантовые серьги и колье, блестящее сиреневое платье. На ковре в покоях рига ползает светловолосый младенец…

Я оттолкнула от себя цветок как ядовитую змею, еле сдерживая крик.

– Что это?!

– Вариант будущего, – твёрдо ответил Каирн.

– Во время брачного ритуала я видела совсем другое!

– Брачный ритуал вёл Гэркон? После его смерти будущее может сильно измениться.

Каирн отпустил цветок, и он плавно поплыл по гроту. Риг притянул меня к себе, успокаивающе поглаживая по плечам.

– Пожалуй, рано было тебе это показывать, – мягко сказал он. – Надо было ограничиться цветами и рыбками.

– Будущее может перемениться, – онемевшими губами выговорила я.

– Может, – согласился Каирн. – Вот оно и меняется.

– Я этого не хочу!

– Подождём, когда захочешь, – невозмутимо ответил риг. – Поплыли назад? Держись за меня.

Дваара и Роан на берегу уже не было, зато появились две молодые пары, которые уставились на нас с откровенным интересом. Марн сидел у реки с грустной девушкой, и я была почти уверена, что он привёл для себя наложницу из большого мира. Другая пара – молодой райг и девушка-ириу – сразу привлекла внимание Каирна. Как только мы вышли из воды, риг накинул мне на плечи большое полотенце и сделал парню знак подойти.

– Тебе мало дочерей райгов и девиц из большого мира? – негромко заговорил Каирн, как только райг приблизился к нам. – Я предупредил: не брать в наложницы девушек из ириу.

– Риг Каирн, у меня самые серьёзные намерения, – парень низко поклонился. – Мы с Эуни со временем собираемся пожениться, её родственники не возражают.

– Смотри, если её родня явится с жалобой, тебе придётся отвечать за неповиновение ригу по законам нашей земли.

– Да, риг Каирн.

Девушка с тревогой наблюдала за ними. Я глубоко вздохнула. Началось! Скоро дома райгов снова наполнятся наложницами. Снова женщины будут проходить здесь все круги ада…

От следующей мысли по коже прошёл озноб. А ведь я в силах это изменить. Только с одним условием: если я соглашусь на брак с Каирном и стану ригессой. Риг выполнит одно моё желание, и это будет запрет райгам силой или обманом приводить сюда наложниц.

Отречься от Оина, признать Каирна своим мужем… Нет, я не смогу.

– Опять мысли одолевают? – спросил риг по дороге назад. – Ничего, в замке мы их разгоним.

"Разгонял" он тяжёлые мысли в постели – увлечённо и изобретательно. До моего приятного изнеможения и вялого отвращения к самой себе.

– Если завтра всё будет в порядке – отправлю Аига домой, – пообещал Каирн. – А сегодня ночью ты будешь спать – крепко и сладко. Выпьешь таблетку снотворного. Не нравится мне твоё выражение лица: ты так до утра будешь думать и переживать. Я с восходом займусь делами, завтрак тебе оставлю здесь. А дальше – как хочешь, можешь прийти ко мне, можешь развлечься чем-нибудь сама.

Утром я проснулась, когда оба солнца стояли уже высоко. На тумбочке ждал обещанный завтрак – стакан молока и две булочки. Мозг от снотворного работал вяло. Я села на кровати и потрясла головой. Каирн прав, мне надо было выспаться, но дальше стоит обходиться без таблеток. Я долго умывалась и растиралась холодной водой, чтобы окончательно проснуться.

Глаза окончательно раскрылись и я мгновенно проснулась, как только открыла гардероб. Там не было ничего из моего нижнего белья, зато обнаружилось другое – на вид гораздо привлекательнее, разложенное комплектами. Я взглянула на ярлычок одного из бюстгальтеров. Каирн не мелочился, фирма известная и очень дорогая. Я выцепила чёрный кружевной комплект поскромнее – он хотя бы был не прозрачный.

Следующий сюрприз ожидал на вешалках. Из моей привычной одежды там почти ничего не осталось. Зато меня ожидали несколько платьев из тех, что в большом мире покупают обычно для выхода в свет. Длинное голубое атласное, с широкой юбкой, светло-зеленое, до щиколотки, прямое с разрезами по бокам, красное шифоновое с чехлом, блестящее фиолетовое стрейчевое, до колена, прямое чёрное чуть выше колена… Несколько эффектных маечек с глубоким декольте, нарядные юбки разной длины, пара невесомых кофточек с рукавами на прохладные дни, несколько тонких летних шарфиков и платочков… В углу сиротливо затаились два моих простых повседневных платья. С запиской: "Оставил для природы. Наденешь просто так – выброшу и это".

Каирн решил одеть меня по своему вкусу. Кукла я ему, что ли? Я неохотно потянула с вешалки наименее нарядное чёрное платье. Надо признать, вкус у рига есть. Выглядела я в обновке неожиданно эффектно. И наверное впервые за много месяцев мне захотелось что-то сделать с причёской – слишком не вязались с платьем распущенные или собранные в хвост волосы. Укладку делать нечем, да и для Каирна слишком уж стараться не хочется. Зато есть чёрная бархатная, немного пообтрепавшаяся резинка.

Какое-то время я провозилась, заплетая сложную косу. Результатом осталась довольна. Из зеркала смотрела красивая девушка с грустными глазами. Не думала, что одежда и причёска настолько могут изменить мой вид.

После завтрака я вышла из комнаты. Интересно, Марн уже ушёл? Оин намекал, что молодой маг может помочь с побегом. Я вздохнула. В том-то и дело, что намекал. Он понятия не имеет, как мне сбежать отсюда, иначе уже попытался бы что-то сделать. Впрочем, я сама это выбрала, и, признаю, всё могло быть гораздо хуже.

Каирн и Марн обнаружились в комнате для совещаний. Увидев меня, риг удовлетворённо улыбнулся, а Марн откровенно вытаращил глаза.

– Заходи, Наташа, – сказал Каирн. – Мы обсуждали, как магически поделить землю, чтобы ириу хватило на постройку домов.

– Но ты ещё не говорил с райгами…

– Думаешь, я буду спрашивать у них разрешения? – хмыкнул риг.

Я собиралась сесть в кресло рядом с ним, но Каирн резким движением притянул меня к себе на колени. Марн сморгнул и отвёл взгляд.

– Я, пожалуй, пойду… – промямлил он.

– Куда? – сухо бросил риг. – Мы вместе выйдем из замка. Народ скоро соберётся на площади. Скажи-ка лучше, ты знаешь ритуал провозглашения ригессы?

Я остро пожалела, что спустилась к ним. Марн уставился на меня как на инопланетного пришельца.

– Представляю, но довольно смутно, – после паузы ответил он. – Я могу заглянуть в семейные записи. Когда это нужно сделать? Я так понимаю, тут будет усложнённый обряд – отказ от предыдущего брака, брачный ритуал, а потом уже провозглашение?

– Загляни в записи, чтобы был готов провести ритуал в любой момент, – кивнул Каирн. – Дату обсудим позже. Надеюсь, ты понимаешь, что впредь предлагать мне девиц, приведённых из большого мира, не имеет смысла?

– Да, риг. Прошу прощения у вас и госпожи, – маг склонил голову.

Меня замутило. Как у Гэркона мог вырасти такой сын? Показные смирение и почтительность, поклоны, угодливые нотки в голосе… Так, значит, Марн ещё и наложницу Каирну предлагал? Вчерашнюю девушку, или привёл кого-то ещё?

– Выйдешь с нами, – сказал мне риг. – Только нужно кое-что добавить. Марн, подожди нас здесь.

Он вывел меня из комнаты, приобняв за талию.

– Где мои вещи? – тихо спросила я.

– На тебе, – с усмешкой ответил Каирн. – Когда увидел, в чём ты явилась возвращать перстень, сразу захотелось одеть тебя нормально.

– Что-то вначале тебе не хотелось меня ни во что одевать, – я поморщилась, вспомнив свою первую неделю в этом замке.

– Вначале я увидел обычную наложницу, которую лучше сломать сразу. Редкий случай, когда ошибся одновременно в двух людях. В тебе и Оине. Я понимаю, как тебя угораздило с ним связаться. Каждый за себя, тебе хотелось свободы. Но почему ты настолько ему поверила и продолжаешь верить?

– Потому, что он единственный, кто помог мне, – резко ответила я.

– Наверное, девочкам нужна романтика, – философски протянул риг. – С рыцарем без белого коня.

В комнате он достал шкатулку с драгоценностями и протянул мне переливающиеся в лучах солнц длинные серьги и колье почти под горло.

– Золото и бриллианты? – я недоверчиво посмотрела на Каирна.

– Разумеется.

– Зачем?

– Ты появляешься рядом со мной и должна выглядеть соответствующим образом. Да и мне приятнее. Кстати, тебе очень идёт это платье. Подозреваю, что бельё тоже.

– Спасибо.

Я всё время ждала подвоха. Казалось, Каирн вот-вот проявит своё истинное лицо. Но он упорно продолжал обхаживать меня. Теперь и до драгоценностей дело дошло. Риг сам застегнул на мне колье.

– Красивая девочка, – с удовольствием оценил он. – Ну что, светлый образ Оина пока не меркнет в твоей памяти?

– Нет.

Я кинула взгляд на кисти рук. Бордовые розы были на месте.

– Тогда подброшу ещё вопрос. Как ты думаешь, чем он занимался, когда ты уходила в большой мир?

– Делами земли ригов, – я глубоко вздохнула. – Каирн, я слишком хорошо помню, каким можешь быть ты. Оин так себя не вёл никогда. Не надо пытаться его очернить.

– Разумеется, – усмехнулся риг. – Он всего лишь предавал и лгал. Ты ещё не поняла, что была в этой игре пешкой, разменной фигурой?

– Это не так! Оин спас меня, он помог мне соврать под взглядом лура, – бросила я в лицо Каирну. – Я видела убийц Вейина и спрятала их в своей комнате.

И осеклась, поняв, что именно сказала. Риг пожал плечами.

– Зря ты сейчас испугалась. У меня было много времени на раздумье, я и так был уверен, что без тебя в той истории не обошлось. Разумеется, Оин тебе помог. Этим он приобрёл преданную и благодарную союзницу. К тому же прикрыл приятеля, оставшегося в живых. Да, Наташа, ты была пешкой, хотя и не хочешь с этим согласиться. Оину совсем не пришлось стараться, чтобы тебя получить. Ты сама пришла к нему и попросила о помощи. А он взял то, что приплыло в руки. Так?

Я отвела взгляд. Хотелось сказать, что всё не так, но память тут же услужливо подбросила нужную картину. Я действительно пришла к Оину сама и предложила себя в надежде, что он попросит меня у Каирна. Но Оин не попросил, пока риг сам не предложил отдать ему меня. Как муж объяснял потом, риг не должен был понять, что Оин всерьёз ко мне привязался.

– Так, – продолжил Каирн. – Вот и вспомни начало вашей великой любви, а потом – её развитие, во всех подробностях. И ещё – попробуй предположить, что делал твой муж, когда ты отсюда уходила. Если ты была в курсе всех его начинаний, то должна знать, что было сделано в твоё отсутствие. А теперь пойдём. Пусть райги привыкают к будущей ригессе.

– Я не хочу быть пешкой, – устало сказала я.

– Я смутно представляю игру в шахматы, но даже я знаю, что пешка, дошедшая до края доски, становится королевой, – серьёзно ответил риг. – Только ты слишком строптивая пешка. Преодолела весь путь, стоишь на краю, корона ждёт, а ты думаешь, брать ли её.

– Я не понимаю, за какие заслуги ты предлагаешь мне эту самую корону, – раздражённо заговорила я. – Тебе не нужна никакая помощь, ты знаешь свой мир, ты – его истинный риг. Как раз такой правитель, какой им всем нужен. Так зачем тебе ригесса? Держать для развлечения, вместо канарейки?

– Для развлечения я бы тебя, в любом случае, оставил, – усмехнулся Каирн. – Нет, дело в другом. Большой мир меняется, и очень быстро. Мы за ним не успеваем, наши вековые законы сильно отличаются от тех, что приняты там. У власти нужен человек, который ориентируется в большом мире. Дитя большого мира. Единственный вариант для этого – ригесса, которая поможет изменить землю ригов. У ригессы должны быть несколько обязательных качеств. Это женщина из большого мира, с достаточно развитым умом, думающая о других не меньше, чем о себе любимой, и желающая перемен для этой земли.

– Каирн, мне девятнадцать лет. Я еле терплю этот мир. Какая из меня ригесса?

– Возраст меня не смущает, ты прекрасно справлялась при Оине, – невозмутимо парировал риг. – К миру ты не так уж плохо относишься, если не оставила его в беде. И добавлю сразу, любовь ко мне не входит в качества, обязательные для ригессы, хотя, конечно, тоже приветствуется.

Я слушала его с досадой. Последним моим козырем было именно то, что я не испытываю к Каирну теплых чувств.

– Иди-ка сюда, – он приобнял меня и подвёл к окну.

На площади собралась толпа. Не шумная, бурлящая, как обычно при Оине, а молчаливая, настороженная. Только мужчины, только райги. В стороне, правда, я заметила двух воинов-ириу, лучших бойцов Эйга. Наверняка пришли подстраховать свой народ – вдруг риг замыслил какую-нибудь пакость?

– Они наверняка догадываются, зачем я их позвал, – сказал Каирн. – Выходила хоть раз к разъярённой толпе?

– Нет.

Во рту пересохло. Если бы Оин решил насильственно переделить землю райгов, бунт начался бы мгновенно. Не помогли бы даже молнии Гэркона, взбешённые мужчины разнесли бы всё, что попадётся на пути.

– Пойдём, – риг чуть крепче сжал моё плечо. – Со мной можно. Это будет первый урок по управлению землёй райгов.

На площадь мы вышли втроём. Впереди шагал немного бледный Марн, за ним мы с Каирном. Риг снова устроил мою руку на вытянутой своей и теперь бросал на меня насмешливые взгляды: он чувствовал, как подрагивает моя рука.

– А ты, оказывается, трусиха, – с тихим смешком сказал он. – Успокойся, это не опасно. Иначе я пошёл бы без тебя.

– Слава истинному ригу! – завопили несколько голосов.

Толпа взревела, поддерживая их нестройным хором. Я чувствовала на себе взгляды – вопросительные, любопытные, почтительные… Неожиданно и некстати мелькнула мысль: надо было надеть платье подлиннее. Хорошо хоть чёрные туфли есть – Каирн позаботился и об этом. Сандалии в сочетании с бриллиантами выглядели бы забавно. И о чём я только думаю? Туфли, платья… А Оин один в большом мире. Ни денег, ни документов…

Я невольно напряглась. А действительно – как он смог там обосноваться? Кто пустил его на квартиру? До разговора с мужем мне представлялось, как он ночует на лавочках в парках, бегает от стражей порядка, пытается подработать так, чтобы документы не понадобились. А тут – вполне реальный адрес. Я думала, что Оин вообще не бывал в большом мире, но ведь никто не говорил, что это так. И действительно, чем он занимался, когда меня не было рядом? В делах я никаких изменений обычно не видела. Может, просто отдыхал?

Я машинально поднялась с Каирном на помост. Он поднял свободную руку, и райги склонили головы. Риг коротко кивнул Марну, маг выставил руки вперёд.

– Приветствую своих верных подданных, – звучно заговорил Каирн. Его голос, усиленный магией Марна, заполнил площадь. – Я собрал вас здесь, чтобы решить вопрос, которым не удосужился заняться самозванец. Все вы за полгода привыкли к ириу на нашей земле и даже ведёте с ними некоторые дела. Так?

Райги настороженно закивали.

– Я поддерживаю дружбу двух народов, – продолжил риг. – Райгам и ириу давно пора было примириться. Но есть одна проблема. Наверняка все вы видели, где они живут. Так продолжаться не может, им нужно строить дома и пользоваться теми же благами, какие постоянно получаете вы.

По толпе прокатилась волна тихого ропота. Я покосилась на Каирна. Ни один мускул на его лице не дрогнул, вид всё такой же уверенный и властный. В смелости ригу не откажешь.

– А потому настало время для передела земли, – твёрдо говорил он. – Все вы имеете достаточно большие участки при ваших домах. Часть их отойдёт для ириу. И чтобы всё было мирно и по справедливости, вы сами выберете себе соседей.

– Соседей?! – взвыли сразу несколько человек.

Толпа зашумела. Протестующие крики слились в сумятицу звуков, ничего понять было нельзя, кроме того, что райги категорически не желают делиться с ириу своей землёй.

– Марн! – повелительно бросил риг.

Четыре молнии ударили в камни в паре метров от каждого угла помоста. На камнях образовались заметные трещины, а вокруг помоста пролегли светящиеся линии.

– Каждый, кто заступит за черту, будет сегодня же казнён, – спокойным, будничным тоном пообещал Каирн. – И первые два человека, которые выразят несогласие с решением рига, получат по пятьдесят плетей.

Меня замутило. Пятьдесят плетей. Все райги знают, что это – мучительная смерть.

– В ближайшие два дня маг пройдёт по поселению и наметит примерные границы участков земли для ириу, – в полной тишине продолжил Каирн. – После этого мы лично проверим, как разделена земля, и через неделю ириу смогут начать обосновываться рядом с вами.

Опять – мы. Каирн упорно вёл себя так, будто уже объявил меня ригессой.

Райги слушали мрачно, но спорить не пытались. Себе дороже выйдет. Площадь мы покидали под поклоны и приветственные крики. И среди них я отчётливо услышала нечто новенькое: "Слава госпоже!" Каирн метнул на меня довольный взгляд.

В замок мы вернулись вдвоём. В холле я сняла туфли-лодочки и машинально пошевелила пальцами ног.

– Урок усвоен? – поинтересовался риг, когда мы поднимались по лестнице. – Поменьше заигрывания с подданными, больше силы и власти – и нам кричат приветствия и прославления.

– Мне-то с какой стати кричали?

– Все понимают, что ты рядом со мной не просто так. Тем более – в таком виде. Считай, что они тебя уже признали.

Странный мир! Меня игнорировали здесь полгода, пока я была супругой правящего рига, а признали за несколько дней, только потому что я просто постояла рядом с Каирном.

– И дополнение к этому уроку. Начинай мне доверять. Если я сказал, что опасности нет, значит, её не будет, – продолжил риг. – Не нужно трястись от ужаса, толпа – как собака, сразу чует, кто её боится. Теперь пойдём в кабинет. Сегодня суббота – день финансовой отчётности. Жилн, в кабинет термос с чаем, две чашки, и к чаю что-нибудь! – громко сказал Каирн.

– Да, мой риг, – пропел с первого этажа старый подлиза.

Я поморщилась.

– Урок второй. Не спеши отгонять от себя людей, которые тебе не слишком приятны, – тихо заговорил риг. – Они бывают очень полезны и профессиональны. Жилн – лучший слуга в этом мире. К его манере общения можно привыкнуть. Кстати, он говорил, что ты ни разу не присутствовала при финансовых отчётах и подсчётах. Это так, или старик что-то запамятовал?

– Так, – нехотя признала я.

Не просто не присутствовала, я вообще не знала, что в этом мире творится с финансами. Местных денег никогда не видела, откуда что берётся – имела смутное представление. И даже не слишком об этом задумывалась, не до того было. А по субботам я по полдня проводила в большом мире, выполняя какое-нибудь поручение Оина.

– Значит, скоро услышишь много нового и интересного, – пообещал Каирн.

Глава двенадцатая. Пропавшие деньги

Он распахнул дверь кабинета и окинул комнату быстрым взглядом. Мягкое кресло за столом синего дерева, три мягких стула у стены.

– Жилн, нужно ещё одно кресло, – громко заявил риг. Он повернулся ко мне. – Пока никого нет, расскажу немного о местной экономике. Своей валюты у земли ригов нет, здесь в ходу деньги стран большого мира. Многие райги находят там подработки, самые оборотистые умудряются раздобыть какие-никакие документы. Наиболее умные дают детям образование большого мира. Были случаи, когда райги оставались там навсегда, но обычно они работают там, а отдыхают здесь. Есть исключения – я и моё ближайшее окружение достаточно заняты в нашем мире. Земледельцы и маги тоже, по большей части, трудятся на земле ригов. Земледельцы продают овощи-фрукты-молоко и прочие продукты. С заработанных денег они покупают в большом мире всё, что им нужно. Пока все понятно?

– Какой смысл райгам покупать продукты у земледельцев? Всего этого добра в большом мире хватает. Или здесь дешевле?

– Нет. Просто здесь экология другая, и никакая химия в сельском хозяйстве не используется. Здешние продукты полезнее для здоровья. Так вот, любому государству необходима казна или бюджет, называй как хочешь. И в любом государстве большого мира есть налоги. Здесь налог с заработанного – десятая часть. С этого живут маги, бедные старики – таких обычно немного, часть воинов, содержится замок. Есть и неприкосновенный запас. Вернее, он был неприкосновенным, – тон Каирна сделался неприятным. – Я недосчитался довольно большой суммы. Не знаешь, на что Оин потратил деньги?

Я задумалась. Всё зависит от того, какую сумму риг считает большой. Возможно, для маленькой земли ригов наши траты действительно оказались чрезмерными.

– Кое-что из новой мебели в замке, и Оин наверняка платил Гэркону, и помогал ириу обустроиться… – добросовестно перечисляла я.

– Я видел, как они обустроились, – фыркнул Каирн. – По идее, на это хватило бы ежемесячных сборов с райгов.

– Ещё Оин давал мне денег, когда я выходила в большой мир, покупал украшения…

Лицо Каирна так перекосило от гнева, что я тут же замолчала.

– Я видел эти украшения, – бросил он. – Столько они не стоят. И я сильно сомневаюсь, что ты могла прогулять в большом мире за полгода около пятнадцати миллионов рублей. Это не в твоём характере.

– Сколько? – выдохнула я. – Тут какая-то ошибка. Мы не могли потратить такую сумму…

– Причём это сверх основной суммы, которая обычно уходила на расходы, – ровным голосом продолжал риг. – Вот сейчас и будем разбираться, ошибка это или нет. Тебя я ни в чём не обвиняю, можешь не пугаться. А вот к Оину у меня теперь появились вопросы. Кресло поставь около стола, – он мельком взглянул на вошедшего в кабинет молодого слугу.

Тот тащил на весу лёгкое удобное кресло. Парень с поклонами молча водрузил кресло рядом с первым и вышел.

– Садись, – Каирн кивнул на кресло.

Сам он устроился поудобнее за столом. Жилн бочком протиснулся в кабинет с подносом. Термос, две чашки, вазочка с печеньем – похоже на домашнюю выпечку. Неужели Иния расстаралась? Тарелка с бутербродами – буженина и сыр. Сыр домашний, от Глеара, буженина – от другого земледельца, Марния. Хлеб тоже местный, со вкусным запахом и аппетитной желтой корочкой. Старик опустил поднос на стол.

– Жилн, кто-нибудь уже пришёл? – хмуро спросил риг.

– Да, бухгалтер ваш, господин Дваар и двое плательщиков.

– Зови сюда Неина.

– Откуда здесь бухгалтер? – шёпотом спросила я, когда старик покинул кабинет.

– А куда же стране без казначея? – усмехнулся Каирн. – Мы отстаём от большого мира, но не настолько. Вот как раз и он.

Через порог шагнул парень лет двадцати пяти. Для министра финансов или главного казначея целого мира вид у него оказался удивительно несерьёзный. Хвост из длинных волос, серьга в ухе, чёрная футболка и рваные джинсы создавали совсем не солидный образ.

– Это Неин, – сообщил риг. – Получил в большом мире экономическое образование, контролирует наши финансы, ведёт строгий подсчёт трат.

– Рад познакомиться с ригессой, – парень низко поклонился.

Да сколько можно! У меня так скоро и аллергия начнётся на это слово.

– Я не ригесса! – резко сказала я.

– Прошу прощения, но одежду и драгоценности на такие суммы не покупают ни для наложниц, ни для жён, – вежливо возразил Неин. – И ваше присутствие здесь показывает, что если вы – не ригесса, то в самом скором времени станете ею.

– Оставим этот вопрос, – вмешался Каирн. – Речь пойдёт не о статусе Наталии. Мне нужен подробный финансовый отчёт за последние полгода.

– К сожалению, подробный не получится, – бойко заговорил Неин. – Мне сообщали не обо всех тратах. Из того, что знаю, Наталии выдавалось около шести-семи тысяч рублей в месяц на покупки в большом мире.

– Не густо, – прокомментировал риг.

– Меня тоже несколько удивила эта цифра, – согласился казначей. – На семью мага Гэркона уходило в районе ста двадцати тысяч в месяц, если считать в рублях. Жалование слугам в замке… Поддержка стариков… Помощь ириу по моим приблизительным подсчётам…

Я внимательно вслушивалась в цифры. Пятнадцать миллионов за полгода здесь никак не наберётся.

– Итого, на нужды земли ригов были потрачены предусмотренные нами ежемесячные суммы и приблизительно миллион рублей из общего запаса земли ригов, – подытожил Неин.

– Допустим, полтора миллиона, – Каирн машинально постукивал пальцами по столу. – Осталось выяснить, куда делись ещё тринадцать с половиной.

– Насколько я могу судить, таких трат в нашем мире не было, – нахмурился Неин. – Возможно, Оин покупал что-то для своей супруги…

– Не покупал, – отрезал Каирн. – Ни у Наталии, ни в замке я не обнаружил ничего, что оправдало бы эту растрату. Кто имел доступ к хранилищу?

– Не знаю. Меня этого доступа лишили, – ответил казначей. – Понадобился месяц, чтобы убедить Оина, что нашему миру вообще нужен бухгалтер. О расходах меня всё же оповещали, но очень приблизительно. Ключи от хранилища пришлось сдать.

Каирн заковыристо выругался вполголоса.

– Ты знаешь, кто имел доступ к хранилищу? – он повернулся ко мне.

– Нет.

Какой там доступ! Я впервые услышала, что здесь вообще есть какое-то деньгохранилище.

– Зови сюда Дваара и Жилна, – приказал риг Неину. – Разберись с теми, кто пришёл отдать десятую часть, оформи всё и подходи к нам.

Как только казначей вышел из кабинета, Каирн снова заговорил.

– Шесть-семь тысяч тебе, и пару-тройку миллионов в месяц – на загадочные нужды. У тебя есть версии, на что Оин мог тратить такие деньги?

Я покачала головой. Никаких объяснений в голову не приходило.

– Может, тратил не он? – предположила я.

– А кто? – с интересом спросил риг. – Он даже проверенного казначея в хранилище не пускал.

Дваар с почтительными поклонами вошёл в кабинет, следом мелкими шажками семенил Жилн. Оба встали перед столом с видом подсудимых.

– Жилн, кто имел доступ к хранилищу? – процедил Каирн.

– Господин Оин, – помявшись, ответил старик. – И его телохранитель Эйг.

– Неин? Гэркон? Дваар? Кто-то из слуг? – отрывисто произнёс риг. – Кто-нибудь ещё заходил туда за полгода?

– Нет. Один раз госпожа Вероника просила доступ, хотела взять около десяти тысяч долларов, но ей отказали.

Сколько же здесь происходило всего, о чём я не знала! Оин отказал Веронике, когда ей понадобились деньги? Это казалось невероятным!

– Я знаю об этой ситуации, – поморщился Каирн, и я поняла, что деньги Вероника хотела взять для него. – Как часто Оин заходил в хранилище?

– Примерно раз в неделю. Потом он уходил в большой мир.

– А где в это время находилась его супруга? – в голосе рига послышались вкрадчивые нотки.

Похоже, ответ он знал, и этот вопрос задал, чтобы я могла услышать слова Жилна:

– Это было по четвергам, когда госпожа проводила время в большом мире.

– Возвращались они вместе? – продолжал Каирн.

У меня в висках мелкими колючими молоточками стучал пульс. Руки невольно вцепились в подлокотники кресла.

– Нет, господин Оин появлялся раньше.

– А его телохранитель Эйг часто заглядывал в хранилище?

– На моей памяти, он заходил туда только с ригом Оином, – пожевав губами, изрёк Жилн. – И иногда уходил вместе с ним в большой мир.

– Как считаешь, на что Оин или Эйг могли потратить большую сумму денег? Очень большую, – подчеркнул Каирн.

– Мало ли соблазнов в большом мире, – туманно произнёс старик и выразительно покосился на меня.

– Не замечал за тобой такой деликатности, – хмыкнул риг. – На шлюх столько не ушло бы, если ты об этом… – он осёкся и нахмурился. – Ладно, потом расскажешь о соблазнах поподробнее. Дваар, ты так или иначе постоянно пересекался по службе с Эйгом. Может, он упоминал, что есть проблемы или нужны деньги? Говорил о крупных покупках?

– Эйг скрытный был, из таких слова не вытянешь, – хмуро ответил Дваар. – А со мной он вообще говорил только по делу. Но если хотите моё мнение, риг, Эйг не стал бы красть деньги из хранилища. Это был человек чести, к тому же преданный Оину. И потом, Эйг не был женат, жил в одной из комнат замка – у него не было дома и земли. На что он мог бы потратить большие деньги?

Жилн энергично кивал, соглашаясь с каждым словом воина.

– Тебе рассказать, на что может тратиться в большом мире бездомный холостяк? – желчно поинтересовался Каирн. – На девиц, на развлечения, на жильё. Там столько пропало, что на несколько скромных квартир хватит. Да и документы большого мира с талантами Эйга достать не проблема.

Я сглотнула и прикрыла глаза. Мелкие кусочки головоломки начали складываться в картину. Мои прогулки в большой мир по субботам – Оин на них почти настаивал. Как он говорил, чтобы не забывала большой мир и не закисала, сидя в замке… Его уходы в большой мир – так, чтобы я не знала… Из казны пропала крупная сумма, а Оин обосновался в какой-то квартире в Ялте… Почти уверена, что документы у него тоже сделаны – фальшивые или настоящие.

Оин и Эйг, на всякий случай, готовили путь к отступлению. Возможно, муж отправил бы меня именно туда, если бы я не обманула его и не вернулась на землю ригов. Квартира пригодилась: Оин теперь там живёт. Тело Эйга так и не нашли. Не удивлюсь, если преданный телохранитель прогуливается у Чёрного моря вместе с Оином.

– Каирн, можешь не искать деньги, – мой голос прозвучал непривычно скрипуче. – Их наверняка потратили.

– В этом я почти не сомневаюсь. Меня интересует, на что можно было просадить такую сумму, – хмуро бросил риг.

– Ты сам сказал – квартира, документы. И скорее всего, для них обоих…

– На это ушло бы меньше. Впрочем, ладно. Казнокрады установлены, из своих никто не причастен. Казну мы восстановим.

Каирн что-то говорил, а я смотрела на Жилна. Сколько же знает этот скользкий тип? Я почти не замечала в замке присутствия слуг, а старик постоянно шпионил за нами. Что он имел в виду под соблазнами большого мира? Что такого известно Жилну из того, о чём не знаю я? Не мог же он следить за Оином и в большом мире! Хотя Жилн наверняка слышал, о чём говорили между собой Оин и Эйг.

А может, всё это – просто хорошо разыгранный спектакль, чтобы очернить Оина? Придётся признать, что некоторые вещи муж от меня скрывал. Я ничего не знала о хранилище и казначее в рваных джинсах. Но это не значит, что Оин тайком от меня бегал в большой мир и растратил там внушительную сумму из казны. Допускаю, что они с Эйгом могли купить квартиру и достать поддельные документы – как-то же муж обосновался в Ялте с постоянным адресом. Но соблазны большого мира – это уже перебор.

Каирн и Неин принимали посетителей до вечера. Они собирали свою десятину в разных валютах, и казначей записывал все суммы в таблицу, расчерченную в толстой книге в твёрдом переплёте. Жилн притащил третью чашку – для Неина, несколько раз менял термосы, присылал Инию с подносами с обедом и закусками.

Действовали риг и казначей слаженно и понимали друг друга с полуслова.

– С отцом помирился? – поинтересовался Каирн в перерыве между посетителями.

– Я с ним и не ссорился, – пожал плечами парень. – Если он считает по-другому – это не мои проблемы.

– Ты вообще-то ему руку сломал, – напомнил риг.

– Пусть не распускает руки – целее будут, – хмуро буркнул Неин. – Мать останется жить в большом мире. Ей там очень хорошо. А если отец явится к ней туда – переломом не отделается.

– Вот он, воздух большого мира, – Каирн кивнул на напрягшегося парня. – Выучился, осмотрелся, купил там какую-то нору и со скандалом перевёл туда мать. Почему тебе можно иметь наложницу, а твоему отцу нельзя?

– Потому что я не дам ему бить мою мать и с кем-либо делиться ею, – бросил Неин. – А на Лике я женился в большом мире, прежде чем привёл сюда. Она просто не хотела получить здесь брачную метку, месяц уговаривал и рассказывал, что татушки в большом мире в моде.

Каирн хмыкнул.

– Уговорил, значит? Мои поздравления.

– Спасибо. Кстати, хотел попросить открыть Лике ход в большой мир. Она ещё учится, мне не очень удобно постоянно водить её туда-сюда.

– На кого учится? – заинтересовался риг.

– Педагогический, учитель начальных классов. Думаю, это нам пригодится.

– Пригодится, – кивнул Каирн. – Подойдёшь с ней, открою ход. Заодно обсудим, когда она может начать работать.

Райги всё шли и шли. Я заметила, что земледельцев среди них не было. Поток посетителей закончился лишь к вечеру.

– Это каждый раз так? – спросила я.

– Нет, обычно часа два-три, – рассеянно отозвался Неин.

– Как я понял, многие из райгов решили забыть о налоге во время правления Оина, – заметил Каирн. – И никто им об этом не напомнил.

– Казначею не платят – казначей не работает, – пожал плечами Неин.

– Тебя лишили жалования? – нахмурился Каирн.

– Риг, если бы я получал деньги за работу, я бы знал обо всех тратах и следил за выплатой налога. А так – я просто нашёл подработку в большом мире. Вот десятая часть за полгода.

Парень полез в карман. Каирн отмахнулся.

– Оставь себе. Считай, что это компенсация. Наташа, переоденься, скоро выходим.

– Куда?

У меня уже ум за разум заходил от всего вокруг, но риг чётко ориентировался в своём графике.

– Смотреть кино. Маги должны были всё подготовить.

"Пляж" я смотрела вполглаза. В голове по-прежнему не укладывалось, что Оин осознанно держал меня на расстоянии от экономики земли ригов. Если бы я знала о Неине, я бы настояла, чтобы он продолжал работать, убедила мужа дать казначею доступ к хранилищу. Но в том-то и дело, что тогда Оин не смог бы бесконтрольно тратить такие суммы. Даже Каирн отчитался въедливому парню, сколько заплатил за украшения и платья для меня. Неин наверняка вцепился бы в Оина бульдожьей хваткой и потребовал отчёта за каждый пропавший миллион. Потому парня и отстранили от дел и перестали платить ему жалование. Упёртый Неин всё равно пытался вести подсчёты, но проверить хранилище у него возможности не было.

На что Оин мог потратить деньги? Квартира в Ялте. Документы. Какая-то одежда, мебель. Ну, допустим, на всё это ушло миллионов пять. Ну, ладно, пусть семь. Где остальное? Припрятано в большом мире как запас на чёрный день? Или была ещё какая-то большая трата?

Все эти мысли вертелись в голове до ночи. Картина не складывалась, не хватало какой-то важной детали. Спросить, что ли, Жилна, что он там подслушал насчёт соблазнов большого мира? Так не ответит же, ещё и Каирну настучит о моих расспросах. А что если в открытую расспросить самого правителя? Уверена, он с удовольствием выдаст мне всю информацию, какая только может опорочить Оина. Надо лишь критически к ней отнестись и сделать свои выводы.

Заговорить я решилась уже в покоях рига, когда сняла украшения.

– Каирн, что Жилн имел в виду, когда намекал на Оина и соблазны большого мира?

Риг повесил в шкаф рубашку и брюки и повернулся ко мне.

– Я ещё не говорил со стариком, – ответил он. – Если хочешь, завтра побеседую с ним при тебе. Только хорошо подумай, готова ли ты услышать всё, что может рассказать Жилн.

– Готова, – выпалила я.

– Значит, завтра с утра узнаем, – Каирн зевнул. – Судя по тому, как мялся Жилн, он считает, что твой муж ходил от тебя налево. Всё возможно, только вряд ли Оин мог потратить на женщин столько денег. Иди-ка сюда! – он заметно оживился. – Ты очень соблазнительно выглядишь в этом белье.

На этот раз я почему-то совсем не чувствовала себя виноватой.

Глава тринадцатая. Реформы

С утра на шее обнаружилась пара засосов. Странно, ночью с Каирном я не ощущала боли.

– Так теперь и ходить? – поинтересовалась я у рига, разглядывая в зеркале синяки на шее. – В вечернем платье и с вот этим?

– Можешь повязать какой-нибудь шарфик, – посоветовал он. – И не надо делать вид, что ночью тебе не понравилось.

Я отвела взгляд. В том-то и дело, что понравилось. Я даже не чувствовала, что что-то не так.

– Одевайся, и я позову Жилна. Ещё не передумала присутствовать при нашем разговоре?

– Нет, – глухо ответила я.

Белое кружевное бельё (Каирн одобрительно кивнул), светло-зелёное платье, белый невесомый шарф – теперь понятно, для чего в гардеробе появились шарфики и платочки…

– Я готова.

Жилн появился через минуту – с подносом. На завтрак Иния сделала яичницу с беконом, гренки с сыром и салат из огурцов и помидоров. Поднос старик пристроил на столике у окна – новом предмете мебели. Поставили вчера, пока нас с Каирном не было в комнате, – и столик, и два стула в придачу.

– Жилн, есть вопрос, – риг поудобнее устроился за столом и взял в руки вилку и нож. – Что ты имел в виду, когда говорил об Оине и соблазнах большого мира?

Старик пожевал губами.

– Я, собственно, ничего толком не знаю, – осторожно начал он. – И в большой мир за господином Оином, конечно, не ходил, и не следил специально…

– К делу! – приказал Каирн.

Я застыла с вилкой в руке. Ну почему медлит Жилн? Он же наверняка что-то знает!

– Я кое-что случайно слышал, – продолжал старик. – У него в большом мире была женщина. И, вроде бы, он ходил к ней каждую неделю в какой-то город у моря. Я и подумал, что деньги господин Оин тратил там.

– В общем, не удивил, – Каирн положил мне в тарелку две ложки салата. – Теперь давай все подробности, какие можешь вспомнить.

Я скептически посмотрела на Жилна, перевела взгляд на рига. Могу допустить, что Оин взял из казны какие-то деньги, но в его любовницу из большого мира не поверю. Это уже перебор.

– Да нет особых подробностей, мой риг. Я слышал только обрывки разговоров господина Оина и Эйга. Эйг знал о женщине из большого мира и упрекал господина Оина в том, что тот несправедливо поступает со своей супругой.

– Любопытно, – протянул Каирн. – Телохранитель читал нотации ригу? Воистину, Оин продержался столько времени у власти только благодаря тебе, – он коснулся моей руки и снова обратился к Жилну: – И что же на это отвечал Оин?

– Что он ценит свою супругу, очень ей благодарен, и она ни о чём не узнает.

– Банальный поход налево, – пожал плечами риг. – С чего ты решил, что это может быть связано с пропавшими деньгами?

– Такие как риг Оин не слишком любят считать деньги и могут много потратить на женщину.

– Ясно, можешь идти.

Жилн бочком добрался до двери и исчез за ней. Каирн испытующе посмотрел на меня. Я молча жевала бекон с яичницей.

– Так спокойно реагируешь на загулы любимого мужа? – он поднял бровь. – Или ты о них знала?

– Не верю ни одному слову, – отчеканила я.

– Твоё право. Только откуда такая непоколебимая уверенность?

– Каирн, у меня за полгода никогда не пропадала брачная метка.

Риг тихо рассмеялся.

– Золотко, это мир мужчин. Брачные метки исчезают только при женской измене.

Вот даже как! Значит, мужская измена здесь за измену вообще не считается?

– Я знаю Оина. И не верю.

– Хорошо, не верь, – легко согласился Каирн. – Только какой смысл Жилну оговаривать твоего супруга? Заметь, старик вообще не хотел говорить при тебе. Меня-то походы Оина по бабам интересуют меньше всего на свете, сам в этом смысле далеко не святой. Сомневаюсь, что такие деньги ушли на какую-то девицу, – на тебе твой супруг довольно сильно экономил.

– Мне ничего не было нужно, – сухо напомнила я.

– Тебе виднее, – с сомнением хмыкнул риг. – По-моему, тебе нужно было побольше внимания. И гардероб сменить не мешало, и прогуляться где-нибудь в большом мире не одной… Ладно, оставим пока эту тему. Давай-ка лучше перейдём к делу. Для начала расскажу об образовании на земле ригов. Единой системы образования здесь нет, а хотелось бы устроить подобие школы из большого мира.

Я вздохнула с облегчением. Каирн удивительно быстро оставил в покое тему с "загулами" Оина. Не знаю, кто из них врёт – Каирн или Жилн. Скорее всего, слуга – риг пока на моей памяти никого не обманывал. А может, Жилн просто что-то не так понял. Сам же говорил – специально не подслушивает, слышал урывками.

– Большинство родителей учат с детьми простейшую математику, чтобы могли рассчитываться в магазинах большого мира, один-два ваших языка, немного тренируют в умении читать и писать, – продолжал Каирн. – И на этом всё. Такие как Неин – скорее, исключение. Большинство райгов работают в вашем мире охранниками, грузчиками, разнорабочими, кто-то раздаёт объявления на улицах – кому как повезёт.

– Не похоже, чтобы тебя так учили, – заметила я.

– Мой отец не скупился на учебники из большого мира. Чему-то меня учил он, чему-то – Вероника. Это было домашнее обучение со сдачей экзаменов в школе из большого мира. Потом я заочно учился на факультете политологии в европейском университете. Но большинство райгов читает по слогам и не всегда может умножить восемь на девять. Я давно хотел заняться этим вопросом, но мешала вражда двух народов. Большая часть сил и времени уходила на другие вещи – впрочем, это ты должна помнить. Теперь время освободилось, и мы можем что-то изменить. Организовать школу – не проблема. Вопрос в другом: кто будет учить? С женой Неина я поговорю, райгам скажу речь об уважении к учителям, даже если учителя – женщины. Но одна девушка не потянет на себе школу, тем более, если она сама ещё учится.

– Можно поспрашивать всех женщин, чем они занимались в большом мире, – сказала я. – Уверена, что найдутся те, кто хорошо знает отдельные школьные предметы…

– Вот этим ты и займёшься, золотко, – Каирн широко улыбнулся. – Жилн!

Старик материализовался в комнате через несколько секунд. Неужели торчал под дверью и "случайно" подслушивал обрывки нашего разговора?

– Отправь воинов по поселению, – деловито заговорил Каирн. – Завтра после полудня райги должны привести в замок своих жён и наложниц из большого мира для беседы. Скажи, что это приказ. Разговаривать с ними будет Наталья. Сами райги могут заниматься своими делами или ждать женщин на площади. В замке они будут только мешать.

– Да, мой риг.

Жилн низко поклонился и вновь скрылся за дверью.

– Узнаешь, кто из них может быть полезен, – продолжил Каирн. – Запишешь тех, с кем будешь говорить. Допускаю, что приведут не всех, потом проверю. В общем, займись пока организацией школы.

– И что я могу обещать тем, кто может быть полезен?

– Человеческое отношение со стороны хозяина. При взгляде на тебя у них может возникнуть желание поторговаться – вид у тебя слишком добрый. В таком случае говори, что все прочие вопросы они будут обсуждать лично со мной.

Я вспомнила разговор Каирна с Роан и представила его беседу с возможными учительницами. Нет, до этого лучше не доводить.

– Поняла. Ты будешь присутствовать?

– Зачем? У меня завтра на площади встреча с ириу. Должен же я узнать, кто из них чем может быть полезен для земли ригов. Я дам указания, Жилн проводит женщин в зал для приёма гостей, и по одной будет отправлять в кабинет. Старик обязательно сделает тебе перерыв на обед. Если успею – составлю тебе компанию за столом.

– Кстати, об обеде! – я отставила пустую тарелку. – Почему полгода назад здесь готовили какую-то гадость, а теперь – нормальную еду?

– Эту гадость обычно готовят поначалу наложницам ригов – чтобы было поменьше сил и энергии для протестов. Я хорошо помнил нашу первую встречу и понимал, что ты способна выкинуть какой-нибудь фокус. Правда, недооценил масштабность этого фокуса. Строптивых девочек здесь ломают, а еда – одна из составляющих такой ломки. Вероника давилась вместе с тобой лепёшками, подобием сырников и прочими невкусностями, видимо, из женской солидарности. Ей было неудобно есть при тебе то же, что и обычно. Я собирался сказать ей, чтобы вы обе питались нормально, но сама помнишь, что тут творилось. Мне было не до вашего стола. И, к сожалению, не до того, чтобы посмотреть на тебя чуть внимательнее.

Женщин в поселении оказалось не так уж мало – пятьдесят три, не считая магичек и жены Неина. Кто-то из наложниц райгов пытался замкнуться в гордом молчании – в основном, это были девушки, попавшие сюда после возвращения Каирна. Другие, постарше, рвались рассказать все подробности своей жизни. Я понимала, что у меня нет времени на то, чтобы слушать печальные истории и пытаться разговорить тех, кто упорно молчит. На пятерых человек ушёл час. В блокноте, который выдал мне Каирн, за это время появились две записи:

"Эльмира – менеджер по продажам, экономическое образование.

Лена Глушкова – детский психолог".

Я вздохнула. Больше пятидесяти человек. Если на каждую тратить хотя бы по десять минут – дело затянется не на один день.

– Жилн! – громко позвала я.

Старик вошёл в кабинет, словно стоял за дверью.

– Никого больше не приводи. Мне нужны шестьдесят листов бумаги – можно несколько блокнотов или тетрадок, только чтобы листы легко отрывались. Шестьдесят ручек, карандаши тоже устроят. Я спущусь в зал, всё это надо принести туда насколько возможно быстро.

– Но риг сказал, чтобы я обязательно сделал для вас обеденный перерыв… – прокурлыкал Жилн.

– Когда?

– Через полтора часа.

– Через полтора часа я приду сюда обедать, – пообещала я. – И ещё. Может, где-нибудь есть компьютер? Ноутбук и планшет тоже подошли бы.

Помнится, я пыталась поднять этот вопрос с Оином, но муж сказал, что ничего подобного на земле ригов не нужно.

– В замке точно нет, но я постараюсь найти для вас что-то подходящее в течение часа, – пообещал старик.

Да, Каирн действительно окружил себя профессионалами.

– Не надо, – сказала я, представив, как слуги замка носятся по земле ригов и большому миру в поисках компьютера. – Это не срочно.

В зал я вошла, слегка нервничая. И тут же встретилась взглядом с Магдой. Женщины расположились на длинных скамьях, поставленных вдоль стен. Одна Магда стояла у двери и грызла орешки с самым независимым видом.

– Привет! Смотрю, вы поладили с ригом, – с улыбкой заметила она, окинув меня быстрым взглядом. – Насчёт ригессы – это правда?

– Хоть ты молчи про ригессу, – отмахнулась я.

– А что? Ригу Каирну, как ни странно, пришла в голову хорошая мысль. Тебе же было бы лучше. Чего он, кстати, от нас хочет – не знаешь?

Внимания на меня особо не обращали. Видимо, ждали, что говорить с ними будет Каирн, и готовились к какой-нибудь пакости.

– Знаю, сейчас всем расскажу.

– Не советую общаться, – меланхолично протянула Магда. – Я для них что-то вроде белой вороны – потому что неплохо живу с Глеаром. А ты – тем более, – супруга рига Оина, любовница рига Каирна, относится он к тебе прекрасно, во всяком случае, по слухам. Те, кому плохо, обычно не любят тех, кому хорошо. Понимаешь?

– Понимаю. Любить им меня и не обязательно, – я огляделась более внимательно.

Лица, в основном, настороженные, угрюмые. Одеты женщины, по большей части, бедно, некоторые чуть ли не в лохмотьях. Я вспомнила себя, когда только попала в этот мир. Если бы меня привели сюда, и разряженная как кукла девица предложила мне поработать на земле ригов в обмен на хорошее отношение "хозяина"… Я бы согласилась, не раздумывая. Но это я, они могут думать по-другому.

– Они меня выслушают, – решительно сказала я. – Поговорим потом, хорошо? Я постараюсь разобраться поскорее.

Я прошла в центр зала и встала лицом к собравшимся.

– Извините, что заставила вас ждать, – от волнения голос приобрёл жёсткие металлические нотки. – Я знаю, в каком вы все положении. Я сама была в такой же ситуации. К сожалению, помочь могу мало чем. Но всё же есть одна вещь, которая может облегчить вашу жизнь.

В зале стало тихо. Я чувствовала на себе взгляды – в основном, недобрые.

– Риг Каирн хочет устроить здесь школу, – продолжала я. – Ему нужны учителя или хотя бы те, кто хорошо знает отдельные школьные предметы и сможет по учебникам учить детей. Возможно, ригу пригодятся и специалисты в других областях. Я не хочу беседовать с каждой из вас по отдельности. Это заставит других долго ждать, может быть – часами. Поэтому я предлагаю каждой из вас записать на бумаге, что вы хорошо умеете делать.

– И как это облегчит нашу жизнь? – скептически поинтересовалась блондинка ненамного старше меня, с чуть выпирающей вперёд нижней челюстью.

Я почувствовала глубочайшее отвращение и к земле ригов, и к Каирну, и к самой себе, но всё же ответила:

– Риг обещает человеческое отношение со стороны хозяина.

Жилн появился в зале с пачкой бумаги и коробкой с ручками и карандашами.

– Раздай всем, – бросила я, пока старик не успел продемонстрировать свою величайшую почтительность.

Он поклонился – на этот раз коротко, деловито – и двинулся вдоль скамей.

– И что значит – хорошее отношение хозяина? – едко протянула яркая черноволосая девушка. – Нас прилично оденут, будут на руках носить и пылинки сдувать?

– Не уверена, – спокойно ответила я.

Решение пришло мгновенно. Руки неторопливо развязали шарфик, я открыла почти чёрные синяки на шее. В зале наступила гробовая тишина.

– Запишите, пожалуйста, кто чем может заниматься на земле ригов, – тихо повторила я. – Особенно интересуют возможные учителя для школы.

Через пятнадцать минут женщины вышли из зала. Я побрела за ними, чувствуя себя так, словно из меня выжали все соки. Магда всё так же стояла у двери.

– Ты почему при Оине такие собрания не вела? – поинтересовалась она.

– Не хотела. И не предлагали.

– Помочь? – Магда кивнула на кипу бумаги у меня в руках.

– Да. Пошли в кабинет, всё это надо как-то рассортировать и переписать. Пообедаешь со мной?

– Уверена, что риг будет рад меня видеть? – хмыкнула она.

– Риг всё равно занят и не факт, что скоро вернётся. Жилн!

Старик беззвучной тенью скользил по залу, собирая ручки и карандаши.

– Да, госпожа?

– Я могу позвать на обед гостью?

– Разумеется, госпожа. Вам принесут обед на двоих.

По дороге Магда с интересом разглядывала лестницу с дорожкой из бордового мха, широкую площадку второго этажа, строгую обстановку кабинета.

– Хочешь сказать, что ты не ригесса? – хмыкнула она. – Перед тобой раньше так приседали?

– Нет. Магда, давай не будем об этом. Лучше помоги разобраться, кто тут в какой сфере профи или хотя бы любитель.

Я расчертила на двух листах бумаги таблицы на несколько столбцов. Первый – школа. Второй – сфера услуг. Третий – экономика, политика, право (вдруг тоже пригодится). Четвёртый – домашние работы. Пятый – остальное. Подумав, отчертила ещё один столбец – компьютер. Информатика в школе совсем не помешает, да и для удаленной работы, связанной с большим миром, пригодятся основы компьютерной грамотности.

Когда появился Жилн с подносом, столбики на обоих листках были заполнены. На подносе дымились две тарелки с мясным рагу, источающие аппетитные запахи. Корейский грибной салат-ассорти, кофейник и две маленькие чашечки, вазочка с печеньем…

– М-м, почти год таких грибочков не видела, – блаженно улыбнулась Магда. – У тебя есть шанс сбежать? – еле слышно выдохнула она, придвигаясь ближе.

Я покачала головой.

– Тогда почему не соглашаешься стать ригессой? Ты многое могла бы здесь изменить.

– Для этого надо отказаться от Оина и стать женой Каирна, – устало ответила я.

– А риг не предлагает?

– Предлагает, и очень настойчиво.

– Слушай, я понимаю, ты любишь Оина, – медленно заговорила Магда. – Но он ведь исчез. И даже не пытается тебя отсюда вытащить. Тебе не кажется, что любящий мужчина так себя не поведёт? Глеар из-за меня чуть на казнь не отправился, не задумываясь, а бывший риг отсиживается за твоей спиной.

У двери кашлянули. Я резко обернулась. Каирн с насмешливый улыбкой вошёл в кабинет. За ним трусил преданный Жилн с обедом на подносе.

– Твоя гостья говорит вещи, над которыми стоит задуматься, золотко, – заметил он. – Молодец, справилась даже быстрее, чем я предполагал, да ещё и нашла помощницу. Кстати, ты удачно здесь оказалась, – Каирна повернулся к Магде. – Я как раз собирался поговорить с Глеаром насчёт расширения дела.

Жилн поставил поднос на стол напротив нас. В кабинет вошёл молодой слуга, он торжественно, словно икону, нёс впереди себя лёгкое кресло. Магда чуть приподняла бровь. Да уж, ей это забавно, а я такие шоу каждый день наблюдаю.

Каирн уселся в кресло и продолжил:

– Ваши продукты очень неплохи, хотелось бы, чтобы вы поставляли земле ригов больше.

– Мы не сможем, – напряжённо отозвалась Магда. – Просто не хватит сил и времени.

– Что нужно, чтобы хватало? Обсудите с Глеаром, сколько работников и денег вам понадобится. Пусть предоставит мне примерную смету. От налога на год я вас освобожу, денег на расширение дам. Работников набирайте из ириу. Оин устроил им безбедную жизнь за чужой счёт – как выяснилось, большинство ириу ничего не делают, но еду и деньги получают исправно. Пора прекратить эту благотворительность. Больше ириу не получат даром ни цента. Кто не работает – тот пусть и не ест, – Каирн встретился со мной взглядом и усмехнулся. – Да, кое-что из ваших священных книг я тоже почитал на досуге. Рабочие места для молодых и здоровых бездельников я организую.

Ещё один недочёт, о котором я даже не подозревала. Неужели Оин не задумывался о том, что посадил свой народ райгам на шею? Или, наоборот, сделал это осознанно, считая ситуацию справедливой? Как же я, оказывается, мало его знаю. Я не могу предположить его мотивы, не представляю, что муж делал в большом городе и на что потратил огромную сумму денег. А Каирн постепенно вываливает на меня сюрприз за сюрпризом. Сколько же риг их накопил?

Я вполуха слушала, как Каирн с интересом расспрашивает Магду о хозяйстве. Чем кормят птиц и корову, где закупают корма и семена, что растёт на участке и что ещё можно было бы там посадить.

– Золотко, Жилн говорил, что ты спрашивала о компьютере? – слова Каирна вывели меня из раздумий.

– Да. В большом мире без него – никуда, так что в школе он пригодится. Да и мне будет удобнее хранить информацию там, а не в грудах бумаги.

– Подумаю, – кивнул риг. – Я хотел пойти с тобой на реку, но сегодня, скорее всего, не получится. Появилось ещё одно дело.

Дело так дело. Не очень-то мне и хотелось снова увидеть цветы с предсказаниями.

Глава четырнадцатая. Тайна Оина

После обеда я снова погрузилась в таблицы. Магда умчалась к Глеару, Каирн тоже куда-то ушёл. Правда, не забыл выдать мне очередной "урок":

– Не слишком серьёзных врагов по возможности стоит превращать в сторонников, особенно если они могут принести реальную пользу. Сейчас Глеар и его звезда стриптиза увлечённо займутся делом и оценят, что при Оине таких начинаний не было. Кстати, девица, похоже, толковая, можешь звать её, когда нужна помощь. Тебе всё равно понадобился бы помощник, а с ней вы вроде неплохо ладите.

Учителя нашлись на все основные школьные предметы – даже на химию и физику. Кроме того, оказалось, что на земле ригов есть пара женщин из деревни, которые умеют обращаться с домашней живностью. Раз Каирн взялся укреплять сельское хозяйство, они могут пригодиться.

Хотя, если я соглашусь стать ригессой, все женщины, которых держат здесь силой, тут же отправятся по домам. Я посмотрела на бордовые розы на кистях рук. Оин обещал вытащить меня отсюда. Один раз он смог забрать меня у Каирна, значит, сможет и теперь. Правда, в тот раз риг сам отдал меня Оину, а сейчас твёрдо намерен оставить при себе.

За дверью послышался шум, приближающийся топот. Кто-то бежал по лестнице замка. Дверь распахнулась, будто в неё влетели всем телом. Роан ворвалась в кабинет. Её трясло, глаза опухли от слёз, платье было застёгнуто не на те пуговицы.

– Помоги! – она подбежала к столу и схватила меня за руку – Только ты можешь… Тебя он послушает…

– Что случилось?

Я подалась вперёд. Что могло произойти, если дочь Гэркона примчалась ко мне в таком состоянии?

– Дваар прятал Эйга, и его нашли… Их обоих забрали, – рыдала магичка. – Их казнят… Риг не простит…

Удивляться некогда, это успеется. Да и не скажу, что сильно удивлена: Дваар уважал военачальника ириу и не скрывал этого перед Каирном. Только не думала, что уважает настолько, чтобы спасать Эйга, рискуя жизнью.

Нужно поговорить с Каирном. Сомневаюсь, что он меня послушает, но всё же…

– Куда их повели? – резко спросила я.

– Сюда, в подвалы.

– Давно?

– Часа два назад.

Значит, можно особо не спешить. Риг устраивает публичные казни, в подвалах Эйга и Дваара не убьют. Получается, за обедом Каирн уже всё знал. Видимо, это "дело" и помешало ему пойти со мной на реку. И, похоже, для рига это всего лишь часть его расписания. Каирн не спешил – с аппетитом пообедал, поговорил со мной, с Магдой, а потом… Потом, наверное, спустился в подвал. Нет, я ошиблась, спешить надо. Риг точно попытается вытрясти из Эйга, куда мог податься Оин и где деньги. А верный друг и телохранитель Оина вряд ли об этом расскажет.

– Луры ещё здесь? – быстро спросила я.

– Нет, – Роан всхлипнула.

Я вскочила. Не сомневаюсь, что на земле ригов практикуются пытки, и Каирн, не задумываясь, пустит их в ход.

– Быстро и внятно – всё что знаешь! – приказала я. – Мне надо представить, что произошло, прежде чем говорить с ригом.

– Эйг приполз к дому той ночью, когда вернулся риг Каирн, – сдавленным голосом принялась выкладывать информацию Роан. – Он ничего не соображал. Непонятно вообще, как добрался – в полубреду и с прострелом в позвоночнике. Дваар перетащил его в подвал, а мне сказал молчать об этом. Чем-то отпаивал, я меняла перевязки… А сегодня мы с Двааром поссорились, Эйг выбрался, начал за меня заступаться. Дом был под наблюдением, к нам тут же вломились воины.

– Зачем Дваар выхаживал Эйга? Они не были друзьями.

– Просто пожалел. Дваар думал, как отправить его в большой мир, а если не получится – собирался поговорить с Каирном, объяснять, насколько Эйг может быть полезен для земли ригов, поручиться за него.

– Кто бы теперь поручился за самого Дваара, – пробормотала я. – Из-за чего вы поссорились?

– Он хотел кое-что в постели, а я не была к этому готова… – магичка покраснела.

Я выругалась.

– Вы что, на весь дом это обсуждали, если Эйг из подвала приполз за тебя заступаться? Тебе теперь легче стало?

– Как ты так можешь?! Я пришла к тебе за помощью…

– Ты сама это спровоцировала, – прошипела я. – Ты знала, что за домом наблюдают? Так зачем устроила шум? А теперь рыдаешь: спасите-помогите! Если не хотела, чтобы Дваара и Эйга казнили, могла бы уступить и потерпеть!

– Ты жестокая, – выдохнула Роан.

– Имею право! – бросила я. – Когда я попала в этот мир, об меня разве что ноги не вытирали. И никто за меня заступаться не рвался! Ни тогда, ни потом, когда я вернулась к Каирну. Ты сама смотрела на меня с презрением, а теперь явилась просить помощи. Думаешь, это будет так легко? Я вообще не уверена, что смогу хоть что-то сделать. Эйг что-нибудь рассказывал Дваару? Говорил об Оине?

– Нет. Он вообще с трудом приходил в себя и мало разговаривал.

Я вышла из кабинета. Что можно предложить Каирну в обмен на жизнь обоих воинов? Стать ригессой? Я не могу. Я не выдержу, если придётся отречься от брака с Оином.

Я бегом спустилась в подвальные помещения и почти столкнулась с Жилном.

– Госпожа, вам не стоит идти дальше, – в голосе старика не было обычной угодливости.

– Это запрет рига? – срывающимся голосом спросила я.

– Нет, но риг Каирн приказал оградить вас от того, что вы не готовы увидеть.

Откуда-то взялись силы высоко поднять голову.

– Пусть риг сам решает, готова я это увидеть или нет, – резко сказала я. – Уйди с дороги!

Тишину подвалов прорезал крик – казалось, что такой звук может издать раненый зверь. Я уже бежала в ту сторону, когда пришло осознание: кричал Эйг. Я ринулась в приоткрытую дверь того самого подвала, в котором держали под арестом Дваара, и столкнулась с Каирном. Он схватил меня за плечи и силой удержал на месте.

– Рассказали всё-таки? – риг поморщился. – Надо будет поговорить с Жилном, пусть разберётся со своими подчинёнными.

– Слуги не причём. Мне сказала Роан.

Ноги подкашивались. Наверное, я бы упала, если бы Каирн не держал меня. Немного успокаивало одно – пока риг отвлёкся, пыток в подвале не будет.

– Тогда это мой просчёт, – признал Каирн. – Надо было предупредить, чтобы не пускали в замок эту истеричку.

Сдавленный стон за его спиной заставил меня вздрогнуть.

– Каирн, останови это, пожалуйста!

Я инстинктивно рванулась, но он легко удержал меня.

– Золотко, меня интересуют два вопроса – где деньги из казны и где Оин, – спокойно произнёс риг. – Подозреваю, что ты в курсе, где сейчас твой муж, но с твоей головы ни один волос не упадёт. А вот прихвостень Оина расскажет всё, что знает. Не знаю, что у него с позвоночником, но Эйг испытывает адскую боль, даже если его просто встряхнуть.

– Каирн, отпусти их, прошу тебя, – я попыталась опуститься на колени, но риг снова удержал меня. – Я сделаю всё, что захочешь… Пожалуйста…

– Кого – их? Идиота Дваара я и так отпущу. Пять плетей на площади, чтобы другим неповадно было, разжаловать на месяц-другой до простого воина – и хватит с него. А вот убийце луров положена казнь, – отрезал Каирн.

– Если я соглашусь стать ригессой, – ровным голосом начала я, – ты отпустишь Эйга?

– Собираешься со мной торговаться? – поднял бровь риг. – Это бессмысленно, Наташа. Если не хочешь, чтобы Эйга рвали на части, уговори его сказать, где деньги. Тогда казнь будет сравнительно лёгкой. В живых я могу его оставить, только если Эйг даст мне клятву верной службы. Такой человек способен принести пользу на земле ригов, если согласится работать на меня. Но это, как ты сама понимаешь, маловероятно. И я лучше подожду, пока ты осознанно решишься стать ригессой, чем вот так получу твоё согласие.

Я вздохнула поглубже. Ситуация казалась безнадёжной, но надо было хотя бы попытаться.

– Дай мне поговорить с Эйгом, – попросила я.

– Попробуй, – Каирн, всё так же поддерживая меня, вошёл в подвальное помещение.

Дваара здесь не было. Эйг распластался на каменном полу, глаза ириу были закрыты, дыхание тяжёлое, прерывистое. И никого рядом, кто мог бы помочь.

Кровать, шаткий столик, на котором стоит стакан воды, – вот и вся обстановка. Я села на пол рядом с Эйгом, рукой вытерла пот с его лба. Глаза военачальника ириу приоткрылись, лицо озарила слабая улыбка.

– Тебя не тронули… – прохрипел он. – Это хорошо.

– Эйг, я… – голос сорвался, глаза наполнились слезами.

– Можешь дать воды?

Я протянула руку и взяла стакан. Каирн сел на кровать. Эйг с трудом скосил на него глаза.

– У неё будут из-за этого проблемы? – обратился он к ригу.

– Разумеется, нет, – сухо ответил Каирн. – Даёт – пей.

Меня замутило. Значит, Эйг не может даже дотянуться до стакана, а риг ему воды, конечно, не подаст. Ириу медленно, с трудом приподнялся и жадно припал губами к стакану. Часть воды расплескалась на его лицо и порванную футболку. Осушив стакан, Эйг с тихим стоном откинулся на пол.

– Зря впустил её сюда, – он снова скосил глаза на Каирна. – Девочка ничего не знает. Даже если бы хотела, она ничего не сможет рассказать.

– Вот и просвети её, – риг насмешливо прищурился. – Наташа почему-то думает, что вы с Оином чуть ли не святые. От звания ригессы отказывается, чтобы супругу не изменить хотя бы в этом.

– Ригессы… – повторил Эйг. – Не отказывайся. Так будет лучше.

– Кому, Эйг? – я сжала его руку.

– Тебе. И этой земле.

– Эйг, деньги… Оин действительно взял их из казны?

– Да. Я так понимаю, мне отсюда живым не выйти, – ириу слабо усмехнулся. – Оина не выдам, даже если действительно начнут резать на части, но тебе кое-что расскажу – чтобы успокоить твою чувствительную совесть. Мы понимали, что ходим по краю, что в любой момент может начаться бунт, с каким не справится даже Гэркон. И купили квартиру в большом мире. Я раздобыл документы. Оин ушёл туда, я собирался идти за ним.

– И что тебе помешало? – желчно поинтересовался Каирн.

– Тебе не понять. Я хотел довести людей до убежища. Увидел мальчишек, которые по глупости подставились под удар, и прикрыл их. Очнулся на крыльце у Дваара. Как туда добрался, не помню. Судя по следам, сам дополз в бреду. Мне казалось, что за Двааром нужно то ли проследить, то ли взять под арест. Риг, Дваар не виноват, он не знал, что я в подвале…

Каирн резким движением ноги толкнул Эйга в плечо. Лицо ириу исказилось от боли, сквозь стиснутые зубы вырвался стон. Я подняла на рига ненавидящий взгляд.

– Не лги. Дваар не скрывает, что знал, – спокойно произнёс Каирн. – Сам тебя туда и отволок, когда увидел на крыльце. И почему же не понять? – добавил он. – Я бы тоже не бросил своих людей. И уж точно не отпустил бы молоденькую девчонку расплачиваться за все ваши дела.

– Эйг здесь не причём, – резко напомнила я. – Как легко выбивать информацию из беспомощного врага, да, Каирн? Рискнул бы ты хотя бы подойти, если бы он не был ранен?

– Перестань! – оборвал Эйг. – Я бы точно так же выбивал информацию, если бы это было нужно. Хоть из здорового, хоть из раненого, хоть из умирающего. Здесь мир мужчин, у него свои законы. Риг, если вы действительно благоволите к ней, отправьте её отсюда. Девушке не надо этого видеть.

– Смотрю, ты неплохо относишься к супруге рига Оина, – прищурился Каирн. – Я уведу её отсюда, как только ты расскажешь ей то, чего она не знает о своём муже. И начнёшь с того, почему именно моя бывшая наложница, которую я запросто мог обвинить в заговоре против рига, пришла ко мне с перстнем власти. Вы оба хорошо представляли, чем это может ей грозить.

– Я не знаю, как такое получилось, – Эйг глубоко вздохнул. – Когда появились мёртвые, мы с Оином разделились. Оин сказал, что постарается отправить Наташу в безопасное место. Он собирался дать ей деньги, много денег. А потом Оин должен был ненадолго вернуться сюда. Он хотел бросить перстень лурам и навсегда уйти в большой мир.

Всего этого не могло быть! Что говорит Эйг? Телохранитель просто не так понял Оина. Вряд ли они что-то подробно обсуждали, перед тем как разделились.

– Он сказал, что вернётся на землю ригов и пойдёт на казнь… – выдохнула я.

– А что ещё он мог сказать? – Эйг устало прикрыл глаза и снова открыл их. – Не хотел говорить, но риг прав, тебе лучше знать обо всём. Иногда нужно сделать человеку больно, чтобы он мог жить дальше. У Оина есть девушка в большом мире, и она ждёт ребёнка. Оин не знал, как ему развязаться с ситуацией. Сначала он хотел разойтись с тобой, но мягко, без обид. Оин понимал, что ты потеряла всё, что у тебя было в большом мире, и там тебя никто не ждёт.

Я застыла, каждое слово ранило, и с каждой секундой – всё сильнее. Разойтись мягко, без обид – это уже было похоже на правду.

– Безвыходное положение, – в голосе Каирна прозвучала безжалостная ирония. – Или безупречный Оин всё же искал выход?

Эйг помолчал, словно собираясь с силами.

– Перед тем, как убили мага и Веронику, Оин предлагал тебя мне, – наконец, произнёс военачальник ириу, глядя мне в глаза. – По закону риг имеет право передать жену любому из подданных. При этом заключается брак. Я отказался. Оин сказал, что если не сможет найти тебе мужа, всё останется, как есть. Если бы не мертвецы, наверное он просто жил бы на два дома. Ты бы ничего не узнала.

Я с трудом могла дышать, как будто меня швырнули в глубокое море и топили каждый раз, как только я выныривала из мутной воды на поверхность. Воображение рисовало совершенно дикую картину: Оин собирает всех подданных и интересуется, не подойду ли я кому в жёны.

– Не удивил, – прокомментировал Каирн. – От развода и вынужденного нового брака защищены разве что ригессы. Вернёмся к основному вопросу: где деньги? Не могли же вы всё вложить в квартиру и документы.

– Деньги у Оина и его девушки, несколько счетов в разных банках, – устало сказал Эйг. – Где сам Оин – можешь не спрашивать. Извини, Наташа, но всё это правда.

– Кто ещё знал? Кто может подтвердить? – резко спросила я.

Каирн мог шантажом или угрозами заставить Эйга оклеветать Оина. Муж называл мне адрес квартиры, говорил, что будет ждать! И он каждый раз восстанавливает брачную метку…

– Гэркон и вся его семья, – устало прохрипел военачальник. – Мог слышать Жилн, он всё слышит…

Я вспомнила о "соблазнах большого мира". Старик, конечно, знал, но не сказал мне всей правды. Видимо, по приказу любимого хозяина, Жилн оберегал меня от лишних стрессов.

– Хватит, – Каирн встал и мягко поднял меня, прижал к себе. – В каком-то смысле мечта твоего мужа сбылась, – в его голосе звучала откровенная насмешка. – Ты осталась на земле ригов, и тебя забрал человек, который не собирается тебя обижать. Пойдём, тебе нужно на воздух.

Хлопнула тяжёлая дверь. Я поняла, что риг вывел меня из подвального помещения, а я даже не заметила этого.

– Ну, что скажешь? – поинтересовался он.

Этого не могло быть! Или могло? Жилн и дети Гэркона подтвердят всё, что им прикажет Каирн. Есть только один способ узнать правду. Если не узнаю – я просто сойду с ума.

– Отпусти меня в большой мир. Это ненадолго. Пожалуйста, – я вцепилась в локоть рига.

Каирн остановился и испытующе посмотрел на меня.

– Почему бы и нет? Прогуляйся, – медленно проговорил он. – Только если не вернёшься сама, я приду за тобой.

В охваченном отчаянием мозгу промелькнуло воспоминание. Оин говорил, что следил за мной, когда я была в большом мире. Но если Каирн вздумает проследить, а он, конечно, вздумает…

– По твоему лицу можно читать как по книге, – хмуро заметил риг. – Даю слово, что в течение часа не буду смотреть, где ты и с кем. И знаешь, почему? Ты бы мне этого не простила. Остальное – да, но не это.

Он распахнул парадную дверь замка. В лицо мне дунул свежий прохладный ветер, на руку капнула вода.

– Дождь начинается, – протянул Каирн. – Они у нас редкие, дождь – хорошая примета на земле ригов.

Он развернул меня к себе и жадно прильнул губами к моим губам, почти вынуждая ответить на поцелуй.

– Попрощайся с прошлым, – хрипло сказал риг. – И возвращайся.

Он выпустил меня из объятий. Тускло сверкнул золотом перстень на поднятой руке Каирна.

– Иди, ход открыт.

Я медлила. Оказывается, иногда правду узнавать слишком страшно.

– Иди, промокнешь, – Каирн слегка подтолкнул меня к каменной стене замка.

Ялта. Улица… Дом… Квартира…

Я сделала шаг в стену. Вышла в подъезде – обычном, грязноватом подъезде с облупившейся зелёной краской на стенах. Прямо передо мной была деревянная дверь с номером квартиры – тем самым, который называл Оин.

Я подняла руку и заметила, что она дрожит. Звонок отозвался на прикосновение мелодичным приятным мотивом. Сердце бешено колотилось. То, что сказал Эйг, не может быть правдой. Не мог Оин так цинично, так мерзко…

Дверь распахнулась. На пороге стояла хорошенькая девушка с наивным взглядом ребёнка. Худенькая, с толстой светло-русой косой, с немного расплывшейся талией. Лёгкий халат не скрывает небольшой животик, девушка беременна – месяца четыре, а может, и меньше.

– Здравствуйте, – мой голос прозвучал на удивление ровно. – Я Наташа, ищу Оина.

– Всё-таки пришла, – с досадой сказала девушка. – Ты же знаешь, что ваш брак здесь никто не признает. Что тебе нужно? Деньги?

Внутри что-то оборвалось. Я машинально схватилась за стенку, колени подкосились. Взгляд упал на руку девушки. На безымянном пальце сверкало новенькое обручальное кольцо

– Мне нужно поговорить с Оином. Это ненадолго, – с нажимом сказала я. – Давно вы поженились?

– А это важно? – беременная вздёрнула нос.

– Настюш, кто там? – знакомый голос резанул как ножом.

Оин появился за спиной девушки. Я видела, как бледнеет его лицо, как на нём сменяются удивление, досада, растерянность.

– Привет, – не знаю, откуда взялись силы, но я улыбнулась. – Можно поздравить тебя с законным браком?

– Настюш, отойди, пожалуйста, – Оин мягко отодвинул девушку в сторону. – Привет. Проходи. Жаль, что ты узнала об этом так. Я собирался тебе рассказать, но ты оказалась в таком положении… Я не хотел, чтобы тебе стало ещё хуже…

Я шагнула в квартиру и закрыла за собой дверь. Ни к чему потешать всех соседей пикантной сценой.

– Ты сбежала от рига?

– Нет, Каирн отпустил меня. На час. Попрощаться, – я улыбалась, а хотелось завыть в голос.

Лицо Оина посерело.

– Настя, собирайся, нам срочно нужно уходить!

– Можете не спешить. Каирн обещал, что час не будет за мной наблюдать, – тихо сказала я. – И, в отличие от тебя, он не врёт.

– Наташа, я ведь не просто так сказал тебе этот адрес, – быстро заговорил Оин. – Я хочу тебе помочь. Давай разойдёмся по-хорошему. У меня есть деньги, я могу дать тебе достаточно крупную сумму на первое время. Отдам карту, скажу код. И когда сможешь сбежать с земли ригов, тебе будет, на что жить.

Настя шумно вздохнула, но промолчала. Оин протянул ко мне руку. Я отступила. Если он прикоснётся ко мне, я сорвусь на истерику.

– Ага, дай мне денег, – нервно хмыкнула я. – Миллионов пятнадцать. Риг очень хочет вернуть их, он будет доволен.

– Послушай, ты сама решила пойти к Каирну. Я тебя к нему не отправлял.

Конечно, лучшая защита – это нападение. Как же всё противно! Я придумала себе любовь, а на самом деле меня просто использовали.

– Если бы я не пошла к ригу, мы жили бы втроём? – поинтересовалась я.

– Не делай из меня подлеца. Я купил бы тебе квартиру, дал денег…

– Почему ты не сказал сразу, как только она появилась? Я бы просто ушла в большой мир, а ты привёл бы свою… – я осеклась, проглотив ругательство. Надо взять себя в руки, девчонка тут вообще не причём. – Настю на землю ригов. Пусть бы она и помогала тебе во всех делах.

– Настя – нежная, милая, она как ребёнок. Куда ей на землю ригов?

Я заметила, что девушка насторожилась. Интересно, что она вообще знает о мире Оина и Каирна?

– Разумеется. Это ведь только мне там самое место, – сухо сказала я. – Это правда, что ты хотел отдать меня кому-нибудь?

– Не отдать, – резко возразил он, – а найти тебе достойного мужа на земле ригов. Да, правда. И если бы кто-то согласился, ты была бы сейчас защищена от Каирна.

Кто-то… Значит, он предлагал меня не только Эйгу. Я задумчиво смотрела на Оина как на незнакомца. С этим человеком я жила, спала, помогала в делах, мы говорили о том, когда можно было бы зачать наследника. А в это время Настя уже носила ребёнка Оина, и за моей спиной на земле ригов искали кого-то, кто согласится принять меня в свою постель.

– Меня не нужно защищать от Каирна. Мне повезло больше, чем остальным. Хочешь узнать, чем всё закончилось для твоих сторонников и друзей? – наконец, заговорила я.

– Ты же понимаешь, что я ничем не могу им помочь, – хмуро произнёс Оин.

– Можешь. Ты мог бы связаться с ригом через тех, кто бывает в большом мире, мог бы попытаться обменять себя на свободу для меня, магичек, Эйга. Но кто же тогда будет наслаждаться жизнью рядом с нежной и милой Настей?

– Ты жестока.

– Да, мне сегодня уже об этом говорили. Почему-то так считают те, кто меня использует. Оин, все твои сторонники расплачиваются за твои ошибки. Эйга нашли, его должны казнить. Сейчас из него пытаются выбить твой адрес и узнать, где деньги. А Эйг до сих пор прикрывает твою шкуру. Он сказал, что не выдаст тебя, даже если его станут резать на части. Роан отдали в наложницы Дваару. Маги танцуют вокруг Каирна на цыпочках и делают всё, что он скажет. Дваар получит пять плетей на площади за то, что хотел помочь Эйгу. Враг оказался для Эйга милосерднее верного друга, бывает же такое!

– Но я смотрю, ты-то выглядишь очень неплохо, – перебил Оин.

– Я выгляжу как будущая ригесса, – резко ответила я. – И клянусь, если это спасёт Эйга – я сама назову этот адрес ригу!

Я взмахнула рукой и увидела, что на ней не осталось и следа бордовых роз.

– Мне пора. Совет да любовь! – бросила я и вышла из квартиры.

До меня донёсся растерянный голос Насти: "О чём она говорила?"

Не помню, как я оказалась на скамейке в каком-то сквере. Слёзы катились по щекам, горло сдавили рыдания. Я не верила до последнего. Даже когда Настя открыла дверь, я ещё надеялась на ошибку. Но всё оказалось гораздо хуже, чем я думала.

Каирн появился неожиданно, словно из ниоткуда. Он сел рядом и притянул меня к своему плечу. Какое-то время мы молчали, риг поглаживал меня по голове, крепко обнимал за плечи.

– У меня никого не осталось, – наконец, сказала я.

– У тебя не осталось Оина, – возразил он.

– Оина. Матери. Гэркона. Вероники. Эйга… Каирн, я назову адрес Оина, но только с двумя условиями.

Господи, неужели я действительно готова сдать Оина его злейшему врагу? Риг взял меня за руку и посмотрел на чистую кисть.

– Душевно вы поговорили, – заметил он. – И какие это будут условия? Первое, я так понимаю, отпустить военачальников на все четыре стороны. А вот со вторым теряюсь в догадках.

– Не трогайте девушку, она не причём.

– Меня такой расклад не устраивает, – спокойно сказал Каирн. – Хотя бы потому, что их обоих по тому адресу наверняка уже нет. Оин приговорён, его ребёнок не должен родиться, а что делать с девицей – определюсь на месте. Я не даю опрометчивых обещаний.

– Оин оставил тебя в живых, – напомнила я.

– И напрасно, как видишь. Хороший враг – мёртвый враг, – ответил риг. – Мне не нужен соперник в борьбе за власть. А Оин и, впоследствии, его ребёнок могли бы снова нацелиться на моё место. Но кое-чем я всё же могу тебя порадовать.

Я мрачно посмотрела на Каирна. Не представляю новость, которая сейчас могла бы меня обрадовать.

– Я предложил Эйгу должность, на которую он, не раздумывая, согласился. Так что получит десять плетей на площади, а потом присягнет мне на верность. Как восстановится – займётся делами.

Я вспомнила бледное лицо и хриплый голос Эйга, гримасу боли и сдавленные стоны при каждом движении.

– Какими делами?! Он же умирает!

– Военачальнику ещё жить и жить, – хмыкнул Каирн. – С ним сейчас сидит Аиг. Сказал, за несколько дней поставит на ноги. Кстати, возвращаемся к первым урокам власти – хорошими профессионалами не разбрасываются. А Эйг – один из лучших воинов земли ригов и уж точно лучший сотрудник по безопасности. Ну что, пойдём?

Он слегка встряхнул меня за плечо.

– Я не могу туда пойти, – вырвалось у меня. – Оин предлагал меня не только Эйгу. Я даже не знаю, скольким мужчинам… – я машинально потёрла горло. – Я не могу…

– И что? – хмыкнул Каирн. – Я мог бы поимённо перечислить тех, с кем Оин говорил на эту тему. Все они относятся к тебе вполне неплохо, и каждый, зная ситуацию, счёл поведение Оина недопустимым. Если жена рига делает столько, сколько при Оине делала ты, её должны провозгласить ригессой, а не отдавать кому-то из подданных. Кстати, почти все они согласились бы тебя принять, если бы у твоего бывшего мужа, – слово "бывшего" риг произнёс с откровенным удовольствием, – хватило духу сказать тебе о той девице. Вернее, если бы ты сама захотела уйти от Оина.

– Ты об этом знал?

– Ещё до возвращения, – подтвердил Каирн. – До меня этот слух донёс Марн с месяц назад. Но ты ведь не поверила бы, даже если бы я тебе рассказал, а они это подтвердили.

– И кому же меня предлагали? Эйгу, Марну, кому ещё?

– Забудь, – отмахнулся он. – У тебя есть определённое положение на земле ригов. Что было раньше – никто не вспомнит.

– Каирн, если ты не передумал, я согласна быть ригессой, – тихо сказала я.

– Я не передумал. Более того, Эйг согласился отвечать именно за твою безопасность. Ригессе положен личный телохранитель. Думаю, тебе будет приятнее, если тебя будет сопровождать Эйг, чем двое воинов-райгов. Готовь желание и приводи свои нервы в порядок. В скором времени устроим свадьбу, а после брачной ночи я провозглашу тебя ригессой. Оина найдём и без вас. По-моему, он не заслужил такой преданности ни от Эйга, ни, тем более, от тебя. Прощать я не собираюсь и часть денег земли ригов назад получу – всё, что Оин и его девица не успели потратить. Благо город и примерный район поисков теперь известны. Вряд ли ты так уж далеко ушла от их логова.

Я вздохнула поглубже.

– Не трогайте девчонку, она вообще не причём.

– Это я уже слышал, – хмыкнул Каирн. – Ты упорно думаешь о других больше, чем о себе. Кстати, ты заметила, что Роан в подвал вместе с тобой не спустилась? Скажу больше, она вообще не показывалась мне на глаза. Хотя именно Роан, если её вдруг взволновала судьба Дваара, должна была бежать ко мне, валяться в ногах и умолять его отпустить. Её не интересует, что с тобой происходит. По сути, это вообще мало кого интересует. Может, ты думаешь, девка, с которой сошёлся Оин, стала бы за тебя переживать? Заступаться?

Я покачала головой. Кому-кому, а Насте точно всё равно, куда я ушла и что со мной будет.

– Хватит прикрывать всех своей спиной, – риг взял меня за руку. – Она у тебя не настолько широкая и крепкая. Пойдём.

Я поднялась и поняла, что сжимаю ладонь Каирна, как утопающий – поданную ему руку.

– Хочешь – погуляем завтра? – неожиданно предложил риг. – Покажу тебе старые замки Европы, посидим в кафе, можем заглянуть и на какой-нибудь модный в большом мире курорт. По-моему, тебе давно нужно развеяться.

– Да, наверное, – я машинально прижалась к нему.

И поймала себя на мысли: Каирн сейчас – моя последняя опора. Мне некуда идти и не у кого просить помощи. Всё, что у меня есть, – страшная усталость и разочарование.

– Зачем я тебе?

– Я уже говорил, – напомнил риг.

– А если я сломалась? Если от меня не будет толку для земли ригов?

– Постепенно починим, – пообещал Каирн. – Сейчас мы с тобой вернёмся в замок, ты заберёшься в постель с какой-нибудь книжкой и тарелкой печенья. Я посижу рядом и просмотрю, что тебе за сегодня удалось сделать. Поговорим о чём-нибудь хорошем…

– Угу, о любви, – желчно отозвалась я. – Чем ты собирался заниматься, пока не увидел меня в расклеенном состоянии?

– Поговорить с несколькими наиболее перспективными земледельцами. Потом вызвать Неина. Нужно обсудить с казначеем, какое время и средства понадобятся на организацию школы.

– Я могу присутствовать? Или на меня были другие планы?

– Можешь, – помедлив, сказал Каирн.

На земле ригов нас встретил проливной дождь. Хорошая примета, только не для меня. Впрочем, многим другим повезёт, когда я озвучу Каирну своё желание.

С земледельцами риг говорил недолго – о том же, о чём с Магдой. А вот с Неином Каирн засел в кабинете до позднего вечера.

Я изо всех сил старалась сосредоточиться на том, что они обсуждали. Место для школы… Сколько детей на земле ригов… Сколько взрослых могут захотеть пройти что-то из школьных предметов… Какие школьные предметы здесь пригодятся, какие учебники…

– И ещё один момент, – Каирн развернул на столе какую-то карту. – Пора вернуть часть нашей казны.

– Есть зацепки? – быстро спросил Неин.

– Город Ялта, район поисков – примерно этот, – риг обвёл красной ручкой место на карте. – Квартира куплена в течение полугода. Оин живёт с девицей, она беременна. Срок, по идее, не больше пяти месяцев. Не исключено, что Оин женился по законам большого мира. С квартиры они, скорее всего, уже сбежали. Пока всё.

– Этого достаточно, – коротко кивнул Неин. – Мне понадобится крупная сумма на расходы. Заплатить хакеру, возможно, дать несколько взяток.

– Дорогу в хранилище знаешь, – бросил Каирн. – Бери, сколько нужно, это окупится.

– Зачем вам хакер? – не удержалась я.

– Базы данных ЖКХ, ЗАГСа, женской консультации, – перечислил Неин. – Для начала нужно выяснить адрес и имена тех, кого мы ищем. Затем будем вычислять, куда они могли податься. Кстати, риг, для разговоров с соседями, родственниками и подругами девицы нужны будут несколько людей интеллигентного вида, внушающих доверие. Легенду я для них придумаю.

Звучало всё это толково и опасно для парочки.

"Это не моё дело, – раз за разом повторяла я себе, как мантру. – И не мои проблемы".

Глава пятнадцатая. Истерика

Риг сдержал слово: с утра до раннего вечера мы гуляли в большом мире. Какой-то тихий пляж с чистейшей водой, уличное кафе с невероятно вкусными шашлыками, легендарный замок Людвига Баварского, старейший в Европе ботанический сад… Каирн без устали рассказывал обо всём, что мы видели, не хуже любого экскурсовода.

– Почему ты так со мной возишься? – не удержалась я, когда мы уселись прямо на идеально подстриженный газон в ботаническом саду.

– Потому что хочу этого, – пожал плечами риг. – Хочу, чтобы ты улыбалась, чтобы у тебя глаза заблестели как у твоих ровесниц из большого мира. И, в конце концов, хочу, чтобы тебе нравилось быть со мной – не только в постели, но и вообще. Мне гораздо приятнее, если ты рядом добровольно.

– Я и так с тобой добровольно.

– Потому что больше некуда деться? – усмехнулся Каирн. – Нет, мне нужен крепкий брак, он не будет держаться на безысходности и твоём отчаянии.

– Может, тебе ещё и любовь нужна? – хмыкнула я.

– Любовь – слишком расплывчатое понятие. Меня устроят уважение, симпатия и привязанность, – не задумываясь, ответил он. – Мороженого хочешь?

– Нет.

– Кстати, о любви, – ухмыльнулся Каирн. – Когда-нибудь занималась ею на природе?

– Циник, – буркнула я.

– Да, циник, жестокий хам, и не скрываю этого, – подтвердил риг. – Есть у нас одно место в большом мире… Можно сказать, дача, участок для пикников. Частная территория – домик, газон, кусок пляжа, выход в лес. Неин с женой туда часто заглядывают, Жилн в сезон ходит грибы-ягоды собирать, Марн водил каких-то девок. В общем, предупрежу, чтобы завтра вечером там никого не было. Устроим шашлыки, я прихвачу хорошее вино, опробуем газон или пляж. А сейчас нам пора возвращаться, и тебя ждёт не самое приятное зрелище. Через час на площади начнётся публичное наказание. Дваар получит пять плетей, Эйг – десять.

Я машинально поднесла руку к виску. Уже? Так скоро?! Я думала, это будет через несколько дней.

– Я могу не присутствовать?

– По закону – можешь, но я всё равно возьму тебя с собой. Ещё один урок власти: ты должна научиться смотреть на то, что тебе неприятно, от чего тебе становится больно. Власть не любит эмоций.

– Ты срывался на эмоции, – напомнила я.

– Любой человек может сорваться, – терпеливо сказал Каирн. – И иногда срывается. Но главное – научиться держать лицо и трезво мыслить именно в такие моменты, когда тебе страшно, больно, обидно. Ты это блестяще умеешь, если речь идёт о тебе, но можешь сорваться, если при тебе будут убивать или пытать кого-то другого, к кому ты хорошо относишься. Вот и потренируешься.

– Я не смогу на это смотреть!

– Сможешь, – отрезал риг. – Ты будешь знать, что ничем особо страшным, кроме в кровь исполосованных спин, дело не закончится. Палач опытный, получил указание не перестараться. Мне они оба нужны в нормальной форме. Как думаешь, почему просто так их отпустить нельзя?

– Чтобы другим неповадно было, – ответила я. – И чтобы все ощутили, что на своей земле ты – власть, царь и бог.

– Ну, с богом ты, конечно, загнула, – усмехнулся риг. – А в остальном всё правильно. Я – власть, и если меня не слушать – это чревато наказанием. Пойдём, нам ещё надо успеть переодеться.

Платье я выбрала чёрное. Зеркало отразило моё бледное лицо и тоскливый взгляд. Риг в чёрных брюках и идеально выглаженной белой рубашке подошёл и встал рядом.

– Ты больше не носишь палао? – поинтересовалась я.

Помнится, райги-аристократы надевали длинные белые одеяния на каждое официальное мероприятие.

– По-моему, палао тут уже мало кто носит, – ответил Каирн. – Я за полгода от него отвык. Почему ты в чёрном?

– Под настроение.

– Завтра объявлю о предстоящей свадьбе, – риг обнял меня за талию, коснулся губами шеи. – Платье у будущей ригессы должно быть золотистое или серебристое. Украшения – натуральный жемчуг. Причёску можно сделать в салоне большого мира. Хотя одна из женщин, которых ты опрашивала, – парикмахер. Пошлю за ней завтра, пусть покажет, на что способна. Если сделает приличную для свадьбы причёску, значит, она этим и займется.

– Какие сложности! – поморщилась я. – Можно подумать, кто-то, кроме тебя и мага, всё это увидит.

Каирн сморгнул. Впервые при мне его лицо выразило такое откровенное недоумение.

– Золотко, а как выглядела ваша с Оином свадьба? – заинтересовался он.

– Мы просто пришли к Гэркону, и он провёл брачный ритуал, – я отошла от зеркала.

Воспоминания оказались болезненными. Лучше повернуться к Каирну спиной, чтобы он не видел подступивших к моим глазам слёз. Будущее в видениях было таким прекрасным, и двух детей, которым так и не суждено будет родиться, я помнила слишком хорошо. Наверное, тогда Оин ещё не встретил Настю.

Каирн выругался.

– Какой риг, такая и свадьба, – заметил он. – На самом деле, правители редко женятся, и это большое событие для всего нашего мира. Ритуал проходит на площади, народ ест, пьёт и веселится до утра. Мы там будем недолго, сам ритуал, свадебный танец – и, при желании, можно уходить.

– Какой ещё танец? – без особого интереса переспросила я.

– Посмотрим. Как ты относишься к медленному вальсу?

– Никак.

Каирн хмыкнул.

– Ладно, завтра проверим.

Мой взгляд упал на окно. Дыхание перехватило. Жадная до зрелищ толпа уже собралась на площади, выстроилась по кругу, образуя в центре подобие арены. Там высились два столба на приличном расстоянии друг от друга. И двое мужчин были прикованы к ним за руки. Оба привалились к столбам, они явно устали стоять. Эйг слегка пошатывался, словно пытался повиснуть на прикованных руках.

– Каирн, сколько они там находятся? – мой голос дрогнул.

– С утра.

С утра шёл дождь, а когда мы вернулись – нещадно палили солнца.

– Без еды и воды? – хрипло спросила я.

– Разумеется, – невозмутимо ответил риг. – Пойдём, золотко. Без нас не начнут.

– Каирн, разреши мне смотреть отсюда, – попросила я, остро ощущая всю бессмысленность просьбы.

– Пойдём, – он решительно потянул меня за руку. – Или идёшь сама, или вынесу тебя на руках прямо на площадь. Народу будет вдвойне интересное зрелище.

Я нехотя поплелась рядом с ригом.

На площади народ расступался перед нами. До меня отчётливо донеслась чья-то реплика: "Посторонись, идёт риг с будущей супругой". Да уж, разведка блестяще поставлена в этом мире.

Каирн привычно держал мою вытянутую руку на своей. Я чувствовала направленные на меня взгляды. Ну конечно, все увидели, что брачные метки исчезли. Смотреть прямо перед собой, только не в центр этого круга. Я не смогу встретиться взглядом ни с одним из военачальников. Я – единственная, кто избежал расплаты за помощь врагам Каирна, и виновна я гораздо больше, чем Эйг. Только мне покупают новые платья и носят завтраки в постель, а двух лучших воинов поставили к позорным столбам. Рука дрогнула.

– Какая нервная девочка, – шепнул риг. – Спокойнее, на тебя смотрят.

Он уверенно провёл меня по кругу и остановился напротив ворот замка. Я перевела дыхание. Каирн выбрал место за спинами осуждённых. Толпа зашумела. Я решилась поднять взгляд. Между столбами встал человек в плотном прозрачном дождевике и в маске с прорезями для глаз. А напротив, почти у ворот замка стояла Роан в мантии мага. Наши взгляды встретились, и девушка кивнула мне.

– Каирн, зачем она здесь? – выдохнула я.

– В качестве мага, – тихо ответил он. – Кстати, сама вызвалась, мне было всё равно, кто из них троих явится на площадь. Палача должно быть слышно. Обрати внимание, никто не протестует. Я вчера спросил у Эйга, ради чего он устроил террор на земле ригов. Он сказал, что убил нескольких человек, включая луров, чтобы помочь Оину вывести из-под земли свой народ. Как видишь, народ благополучно забыл об этом.

Человек в дождевике поднял руки. Толпа притихла.

– За неповиновение указу рига, – звучным голосом заговорил палач, – и за помощь врагам земли ригов бывший военачальник Дваар приговорён к лишению звания на месяц и публичному наказанию пятью ударами плетей. Да будет так.

В небе полыхнула молния, над площадью гулко загремел гром. Я взглянула на Роан. Она с бесстрастным выражением лица опускала руки. Палач поднял над головой то, что было скрыто складками дождевика. На толстой рукояти крепились плети – не знаю, сколько их там было, но кошмарный инструмент напоминал метлу из гибких прутьев. Только вот вместо прутьев были полосы кожи с блестящими металлическими вставками.

Значит, вот как выглядит знаменитое орудие наказания. Я судорожно вздохнула, и тут же ощутила знакомые волны спокойствия. Каирн тоже почувствовал их. Он оглянулся.

– Я не просил твоей помощи, – негромко сказал риг.

– Вы хотите, чтобы девушка упала в обморок? – сухо отозвался Аиг.

– Девушка не падала в обморок, когда у неё на глазах убивали двух луров, – отрезал Каирн. – Можешь стоять здесь, на всякий случай, но не трать силы без необходимости. Они сегодня ещё пригодятся.

– Вы пропустите меня к осуждённым? – недоверчиво спросил Аиг.

– К Эйгу. С Двааром всё проще, там хватит обычного травника.

Волны спокойствия отхлынули, однако целитель остался рядом. Я сжала руку в кулак. Как сквозь вату доносился голос палача:

– За враждебные действия против земли ригов и истинного рига, за совершённые убийства бывший военачальник ириу Эйг по закону земли ригов должен быть приговорён к смертной казни…

– Что?! – вырвалось у меня.

– Тихо! – бросил Каирн.

– Однако в честь примирения народов и учитывая согласие Эйга искупить вину служением земле ригов, – ровным голосом продолжал палач, – истинный риг дарует ему помилование и заменяет казнь десятью ударами плетей. Да будет так!

Снова молния… Удар грома… Колени подгибались, меня трясло, я даже не сразу поняла, что всем весом облокотилась на руку Каирна.

– Попробуй справиться сама, – тихо заговорил риг. – Можешь смотреть в сторону. Продержись несколько минут, оставь все эмоции для замка.

Толпа зашумела. Среди смешения голосов я отчётливо различила выкрики:

– Слава милосердному ригу!

Милосердному?! Ослабевшего от ранения человека с повреждённым позвоночником на весь день приковали к столбу и собираются превратить его спину в кровавое месиво – и это называется здесь милосердием?

Мелькнула в воздухе плеть. Я невольно зажмурилась и вздрогнула.

– Открой глаза, – тихо приказал Каирн. – Можешь смотреть в небо, на меня, на толпу, но не закрывай глаза.

Я повернулась к нему. Свист, звук удара…

– Смотришь так, будто этой плетью замахиваются на тебя, – заметил риг. – Они – воины, в конце концов. Оба знали, на что идут. По закону это должна была быть казнь, приговор смягчён донельзя.

– Может, мне тоже покричать славу милосердному ригу? – прошипела я.

– Это необязательно, – усмехнулся Каирн. – Привыкай, девочка. У власти много сторон, и они не всегда оказываются светлыми и добрыми. Знаешь, почему я предложил Эйгу работу вместо того, чтобы устроить долгую и мучительную казнь? Я примерно представляю, какой обычай райгов ты изменишь как ригесса. Рядом с тобой должен быть преданный телохранитель, при котором мало кто решится сказать хотя бы слово поперёк. И Эйг это тоже понимает, потому и согласился присягнуть мне как ригу.

– Думаешь, он сможет после такого давать какие-то клятвы?!

– Сейчас – нет. По-моему, он без сознания, – спокойно ответил Каирн. – Оклемается – присягнёт.

– Куда их отправят после этого? Опять в подвал? – резко спросила я.

– Дваара – домой, магичка разберётся, что с ним делать. А главного героя дня – да, наверное, опять в замок. Дома у него нет, насколько я понимаю. Можешь вздохнуть поглубже, всё закончилось.

Я невольно взглянула в центр арены, и почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Две спины превратились в кровавое месиво, от рубах не осталось и следа, а дождевик и маска палача густо покрылись алыми пятнами. Как Дваар смог выдержать это без единого стона?

– По традиции, нам пора удалиться, – сказал риг. – Чем быстрее уйдём, тем быстрее их уберут с площади.

Уберут – как будто речь идёт о никчёмном мусоре. Я шла рядом с Каирном и чувствовала жгучую ненависть ко всей земле ригов. К Каирну, его подданным и себе. Возможно ли хоть что-то исправить в этом мире? Мне казалось, что у нас с Оином получилось, что люди здесь начали изменяться к лучшему. Значит, мне это просто казалось.

– Пропустить Аига, когда придёт, – бросил Каирн на ходу страже у ворот.

Мы в молчании вошли в замок и поднялись в покои рига. Меня трясло крупной дрожью.

– Ну, что скажешь? – Каирн посмотрел на меня испытующим взглядом. – Как впечатления?

– Власть – это не для меня, – выдохнула я.

– Брось, с этой стороной ты сталкиваться не будешь, сегодня была просто познавательная экскурсия.

– Познавательная?! – я сорвалась на крик. – Я вам что – игрушка?! Оин развлекался, решал мою судьбу, теперь ты играешь на нервах, смотришь, сколько я выдержу… Ненавижу!

Под руку попалась стоявшая на столе чашка Каирна. Я схватила её и со всего размаху швырнула на пол. Осколки полетели в стороны.

– Кого ненавидишь? – спокойно поинтересовался риг.

– Тебя, себя, всех! Всю вашу … землю! Свихнувшиеся садисты! Вы … от власти! Я больше не хочу быть игрушкой, слышишь?! Лучше в ваш … дркун, чем с тобой! …!

Каирн молча вложил мне в руку мою чашку и резким движением заставил бросить на пол.

Я посмотрела на осколки и вдруг разрыдалась в голос. Риг сгрёб меня в охапку.

– Наконец-то, – проговорил он. – Тебе давно нужно было сорваться, покричать и что-нибудь разбить. Какие ты, оказывается, знаешь слова, – он негромко рассмеялся.

Я инстинктивно рванулась. Каирн выпустил меня без борьбы.

– Хотел вывести на эмоции?! – задыхаясь, спросила я.

– Хотел. Нельзя же всё время держать их в себе, – невозмутимо ответил риг.

– Ты вообще слышишь меня? – я пнула ногой стул, и он с грохотом и хрустом свалился на осколки. – Я – не игрушка!

– Слышу, – губы Каирна дёрнулись в усмешке.

Раньше я не верила в поступки в состоянии аффекта. Но когда увидела усмешку рига, несколько секунд вообще не соображала, что делаю. Пришла в себя в руках Каирна. На этот раз он притиснул меня к себе так, что я еле могла шевелиться. Второй стул валялся на полу. Мои руки были сжаты в кулаки и с силой упирались в грудь рига. Щека Каирна оказалась исцарапана в кровь, словно по ней с размаху ударила кошка, выпустив когти.

На меня снова накатила слабость. Дыхание медленно выравнивалось. Приходило осознание: этого риг мне не простит. Сам накажет? Отдаст толпе? Откроет дркун? К моему огромному удивлению, Каирн погладил меня по плечу.

– Всё, хватит, – мягко сказал он. – Конечно, ты не игрушка. Ты была ею, когда только попала сюда. Насколько я понял, Оин с тобой не играл, я тоже уже не играю.

– Зачем он вообще на мне женился?! И зачем тебе этот брак?!

Каирн сел на кровать, продолжая прижимать меня к себе. Капля крови проползла по его щеке и упала на белую рубашку.

– Оин действительно был довольно сильно увлечён тобой, – заговорил риг. – А потом, видимо, увлёкся другой девушкой. Такое бывает, и достаточно часто. Не делай из него ни монстра, ни святого, он обычный мужчина, к тому же долго просидевший на "голодом пайке". После длительного воздержания он встречает тебя – умненькую привлекательную девочку, которую, к тому же, можно защитить. Любому мужчине нравится чувствовать себя героем. Он быстро на тебе женился – по любви, как вам обоим казалось. А потом, видимо, встретил свою девицу в большом мире. В общем, при всей моей к нему неприязни, могу точно сказать – Оин с тобой не играл, и жить вы с ним могли бы очень неплохо. Теперь обо мне. Что такое любовь – я, в принципе, не понимаю, но ты мне нравишься, я тебя хочу, и мне с тобой интересно. Я мог бы жениться только на ригессе, всё остальное мне и так давали наложницы. А ты – прирождённая ригесса.

– Тебе нравятся эмоции боли? Ты хочешь, чтобы я была рядом, как донор? В этом твоя месть? – я попыталась отстраниться, но Каирн не позволил этого.

– Мне нравятся всякие эмоции, – спокойно произнёс риг. – В то числе и положительные. Когда ты стонешь в моих руках от желания и наслаждения, это особый кайф. Надеюсь, против такого донорства ты ничего не имеешь? И уж из мести я бы точно не женился.

– Ты хочешь наследника, хочешь меня в постоянное пользование, хочешь сделать из меня ригессу… А я тебя боюсь! – меня снова затрясло, слёзы заливали рубашку рига. – После всего, что ты со мной делал, я тебя боюсь!

– Какая же ты ещё маленькая, – мягко, без издёвки сказал Каирн. – Маленькая испуганная девочка… Вот мы и добрались до сути. Я уже говорил, что не обижу тебя. Чего именно ты так боишься?

– Тебя сейчас как будто подменили. А я боюсь, что ты станешь таким, как был…

– Золотко, этой подмены никто, кроме тебя, не замечает, – риг коснулся губами моих волос. – Не люблю объясняться, но тут, видимо, придётся. Видишь ли, наложниц я менял примерно раз в два года. Схема была одна и та же – после отбора сломать девочку как можно скорее – наложница должна быть покорной. И получать те самые эмоции страха, ненависти и боли, которые ты так хорошо помнишь. Дальше я понемногу смягчался, для девушек появлялась одежда, нормальная еда, я показывал, что удовольствие со мной получить очень даже можно, если вести себя хорошо. В общем, я собирался перейти к этому этапу, когда увидел, что Оин тобой заинтересовался. Дальше ты всё знаешь.

– Каирн, когда Магда сбежала, ты готов был оторваться на мне прямо во дворе дома Глеара…

– Ну допустим, не во дворе, – он медленно поглаживал меня по голове. – И тут мы подходим к одной особенности райгов, о которой ты знаешь. Женщина для нас – источник сил и энергии, а ещё – неплохое успокоительное.

– Таблетки бы пили, – буркнула я.

– Секс полезнее, – беззаботно возразил Каирн. – Но желательно качественный, с удовольствием для обоих. На тот момент я был на пределе и, признаю, о твоём удовольствии думал меньше всего на свете.

– Ты отправил двух девчонок с отбора в дркун.

– Я уже сказал – райгам нужны покорные наложницы.

– Ты же учился в большом мире… Неужели не понимаешь, насколько это дико?

Я уткнулась головой в его грудь. Слёз уже не было – только тяжёлая, давящая усталость.

– Это мир мужчин, и здесь действуют дикие законы, – Каирн слегка покачивал меня в своих руках. – Привыкай. Ты уже обдумала желание ригессы?

Я кивнула.

– Учти, я не могу его отменить, но имею право немного дополнить, – сказал риг. – Лучше предупрежу сейчас, чтобы потом ты не кричала, что я тебя обманул.

Из-за двери донеслось предупредительное покашливание Жилна.

– Ужин подать в кабинет, – громко сказал Каирн. – Всем исчезнуть подальше отсюда, пока мы не спустимся. Потом надо будет здесь убрать.

– Да, мой риг, – отозвался Жилн.

Я подняла взгляд и с мрачным удовлетворением посмотрела на отчётливые царапины на лице Каирна.

– Пометила, кошечка, – тихо рассмеялся он. – Поставила свой знак будущей ригессы. Наказать тебя, что ли? – его рука легла мне на грудь. – Как ты относишься к наручникам из мягкой кожи?

Я вздрогнула.

– Не бойся, – вторая рука рига устроилась на моём колене. – Думаю, тебе понравится. Но если будет неприятно, скажешь.

– Я не хочу.

– Я сделаю так, чтобы ты захотела…

В кабинет мы спустились только часа через полтора. Вернее, Каирн принёс меня туда на руках, причём надеть дал только коротенькую соблазнительную комбинацию, совершенно ничего не прикрывающую.

– Говорил же, понравится, – шепнул риг. Его глаза откровенно смеялись. – Когда начнёшь мне доверять, будет ещё лучше. Ну, что у нас на ужин? Смотри, как расстарались.

На столе на белоснежной скатерти стояли тарелки с рулетиками из лаваша с какой-то начинкой, мясом по-французски, кусками индейки с черносливом, фруктовый салат, заправленный то ли мороженым, то ли взбитыми сливками. Венчала всё это бутылка французского шампанского.

– На земле ригов сегодня праздник? – я скептически оглядела стол. – Это что, в честь публичной экзекуции?

– Скорее, в честь твоей истерики, золотко, – Каирн усадил меня в кресло. – Этакий комплимент от Жилна.

– А где-то в подвале голодный Аиг лечит ещё более голодного Эйга, – хмуро сказала я.

– Почти уверен, что они не в подвале и не голодные, – отмахнулся Каирн. – Жилн относится к военачальнику с уважением и должен был достаточно комфортно его устроить. По крайней мере, распоряжений на этот счёт старик не просил. Но раз тебе спокойно не живётся, можем проверить.

Он подошёл к двери и приоткрыл её.

– Жилн!

Хлопнула дверь одной из комнат на площадке.

– Да, мой риг?

– Куда ты отправил Эйга и целителя? Полный отчёт – что и как.

– Я взял на себя смелость открыть гостевую комнату, где он обычно ночевал раньше, – прокурлыкал с площадки старик. – Военачальник пришёл в себя, целитель сидит с ним. Я отнёс им ужин и взял на себя смелость устроить там на полу надувной матрас, так как Аиг собирается остаться в комнате на ночь. Эйг попросил носовой платок, засунул между зубов, чтобы глушить стоны, у него сильные боли.

– Продолжай в том же духе, – Каирн закрыл дверь и повернулся ко мне. – Убедилась? Если Жилн к кому хорошо относится, он сам всё устроит в лучшем виде. Подозреваю, что Аигу старик отнёс то же самое, – риг кивнул в сторону стола. – Кроме алкоголя, конечно. Кстати… – он снова открыл дверь. – Жилн! Влей в Эйга бутылку водки – будет и обезболивающее, и снотворное.

– Уже, мой риг. Я взял на себя смелость напоить его самогоном, что приносил Глеар.

Каирн закрыл дверь и сел напротив меня.

– Самогон – семьдесят градусов, – сказал он. – Как видишь, Жилн – блестящий организатор, на фоне этого с некоторыми его недостатками вполне можно мириться.

– Но я почти не видела его раньше.

– А зачем ему было перед тобой мельтешить? Никто не давал ему такого приказа.

Я поневоле прониклась к старику благодарностью за Эйга и Аига. Когда Жилн всё успевает? Обустроил больного и целителя, накрыл тут стол как для праздника. Наверняка сейчас в покоях рига кто-то уничтожает следы разгрома, который я устроила.

Я рассеянно смотрела, как Каирн открывает шампанское. Я здесь, и вряд ли это можно изменить, как бы я ни относилась к земле ригов. Я не хочу быть женой Каирна, да и вообще не хочу замуж, но стать ригессой значит получить самую прочную в этом сумасшедшем мире защиту. Плюсы – эта самая защита, хорошее отношение рига и то, что он не торопит с наследником. Минусы – с наследником Каирн точно не отстанет, мне придётся приспосабливаться к диким законам этого мира, и даже моё желание ригессы Каирн может подкорректировать. Ну и полный контроль каждого моего шага, конечно.

Тихо хлопнула пробка, шипящая жидкость заструилась в бокалы, наполняя их золотистым напитком с белой пеной. Будем решать проблемы как обычно, по мере поступления. Сейчас всё не так уж плохо, по крайней мере, лучше, чем могло быть.

Первая проблема – свадьба. Это в моих интересах, тянуть не имеет смысла. В конце концов, многие девушки мечтают выйти замуж за принца, а мне предлагает руку (и не только руку) нестарый и вполне симпатичный внешне правитель-диктатор. Тем более, я и так сплю с ним, брак хотя бы даст мне гарантию безопасности.

Вторая проблема связана с первой. После свадьбы я должна назвать желание. И сформулировать его надо очень чётко, чтобы Каирн не смог изменить его по сути.

– Когда ты планируешь устроить свадьбу? – спросила я.

– Через две недели. Купим тебе платье и украшения, подумаем насчёт обуви – нам на мостовой танцевать, так что с каблуками будет проблема.

– Так скоро? – вырвалось у меня.

– А что тебя смущает? Мы и так спим в одной постели.

Смущает-то меня многое, но Каирну об этом говорить бессмысленно. Он прекрасно знает, что я его не люблю и попросту боюсь, что не хочу власти, что ненавижу законы земли ригов.

Значит, желание за две недели должно быть сформулировал предельно чётко. Запрет приводить сюда женщин силой? Бессмысленно, будут действовать обманом. Запрет удерживать здесь силой? Это уже лучше. Что тут может подкорректировать Каирн? В том, что риг меня переиграет, я не сомневаюсь.

– О чём задумалась? – Каирн вложил в мою руку бокал с шампанским.

– Желание ригессы формулирую.

– Хорошее дело. Ну, за долгий и счастливый брак, – он поднял бокал.

"Не чокаясь", – мысленно продолжила я.

Однако риг с мелодичным звоном соединил наши бокалы. Я сделала глоток. В сладковатом шипучем напитке чувствовался привкус винограда.

– Непохоже, чтобы земля ригов бедствовала, – заметила я. – Ты планируешь дорогую свадьбу, заказываешь недешёвую выпивку…

– Кто сказал, что мой мир бедствует? – пожал плечами Каирн. – Неин – человек дела. Оин знал только об одном хранилище, и казначей честно сдал новому ригу ключи. О других хранилищах Неин благоразумно умолчал. Так что основной наш запас в целости и сохранности.

– Тогда зачем ты ищешь пропавшие деньги?

– Это дело принципа. Деньги земли ригов должны быть возвращены, Оин – убит, – будничным тоном произнёс Каирн. – Если у его девицы хватит ума без принуждения отдать банковские карты, назвать пин-коды и выставить квартиру на продажу – отделается выкидышем и средней степени испугом. Если придётся заставить её всё это сделать – последствия для неё будут несколько хуже. И я очень тебе советую не лезть в это дело. Здесь ты ни на что не сможешь повлиять.

Глава шестнадцатая. Накануне свадьбы

Две недели показались мне совсем короткими. Дни были насыщены до предела. Будущая школа на земле ригов, передел земли райгов, подготовка к свадьбе…

Каирн сдержал слово и на следующий день объявил о предстоящем торжестве. Теперь он с откровенным удовольствием учил меня танцевать вальс с двенадцатью поворотами. Я уже махнула рукой на то, что чувствую себя куклой, которую дёргают за ниточки.

Платье мне принесли роскошное – серебристое, переливающееся в лучах солнц лёгкими искристыми огоньками. Сверху – облегающее кружевное, с глубоким декольте. Снизу – пышное, воздушное, словно сотканное из тончайших, таинственно поблёскивающих паутинок.

Шкатулку с украшениями приволок из какого-то хранилища Неин. Ожерелье в несколько нитей из отборного жемчуга, платиновые серьги с жемчужинами, старинной работы диадема, усыпанная драгоценными камнями…

– Это же музейные экспонаты! – вырвалось у меня.

– Это драгоценности, которые надевает на свадьбу будущая ригесса, – вежливо возразил Неин. – На них не надо просто любоваться, их надо носить.

– Я никогда такого не носила…

– Вот и привыкай, – хмыкнул Каирн.

– После свадьбы риг обычно дарит супруге драгоценности, – сообщил казначей. – У вас будет возможность выбора, если не захотите больше надеть этот жемчуг. Риг, у меня кое-что есть, – его голос зазвучал более сосредоточенно.

Неин достал мобильник и показал Каирну что-то на экране.

– Откуда взял? – заинтересовался тот.

– Социальные сети большого мира – лучший способ узнать о человеке если не все, то многое.

– Похоже, она – фантастическая идиотка, – усмехнулся риг. – Ты не мог ошибиться?

– Там есть и совместное фото.

Я подошла к ним ближе. Несложно догадаться, кем так заинтересовались Каирн и Неин. С фотографии на телефоне ослепительно улыбалась Настя, гордо выпятив еле заметный живот.

– Но это доказывает, что она ничего не знает! – выпалила я.

– Значит, ты и её видела в тот день, – протянул Каирн. – Наташа, я всё сказал, повторять не собираюсь. Завтра свадьба, сегодня посидим за шашлыком на даче в большом мире. Кстати, Неин, передай, чтобы там, кроме нас, больше никого не было.

– Да, риг. Сколько я могу привлечь людей?

– Сколько угодно. Руки у тебя полностью развязаны. Меня интересует результат.

У меня мурашки по коже прошли от спокойного голоса Каирна. Результат – это смерть Оина, выкидыш у его беременной жены и возвращение в казну проклятых денег, из-за которых Оина так методично ищут. Хотя дело не в деньгах, дело в принципе.

– Неин, дальше отчитываешься по этому делу только мне, – небрежно добавил риг. – У моей невесты есть слабость вступаться за всех несчастных и обиженных и думать о них больше, чем о себе. Давай сделаем так, чтобы из переживаний моей девочке остался только банальный предсвадебный мандраж.

– Разумеется, риг. Прошу прощения, Наталья, я не хотел расстроить вас, – казначей почтительно поклонился. – Подготовка к свадьбе будет в салоне большого мира?

– Нет, – бросил Каирн. – Наложница Лекна сделает причёску, а жена Глеара с удовольствием поможет Наташе со всем остальным.

Я краем уха слушала непринуждённую болтовню. Они всё же вышли на след Оина. Я до сих пор не могу примириться с его романом на стороне, но смерти я бывшему мужу и его Насте не желаю. Ладно, как говорит Каирн, это мир мужчин, и законы в нём свои. Оин знал, чем рискует, но девушка-то не в курсе всех подробностей. Или в курсе? Она ведь ясно выразилась: "Ваш брак здесь не признают". Но если бы Настя знала побольше о земле ригов и Каирне, она бы не светилась в соцсетях так откровенно, и тем более, не выкладывала там фотки с Оином. Ладно девчонка ничего не соображает, а он-то куда смотрит?

Что может навести на след парочки? Да что угодно! Почти уверена, что Настя указала, в каком городе сейчас находится. Это слабая зацепка, если нет адреса. Хотя кто знает, какой пост в сети она могла создать? Против них сейчас сыграет всё, что угодно. Безобидная, на первый взгляд, фотография недалеко от квартиры или гостиницы, рассказ о том, куда Настя недавно ходила с Оином… А ведь иногда народ в соцсетях ещё и карту прикрепляет – типа, пошли всей семьёй вот в этот развлекательный центр, здесь очень круто. И фотки себя любимых в подтверждение.

– Каирн, я тебя прошу, не трогайте девушку. Она же вообще ничего не соображает в ваших играх!

Прозвучало это совершенно неуместно. Мужчины уже обсуждали цвет какой-то свадебной ковровой дорожки. Неин взглянул на меня вежливо-вопросительно, но риг понял сразу.

– Это желание ригессы, золотко? – вкрадчиво поинтересовался он.

Желание ригессы? Вытащить Настю из больших проблем и оставить здесь процветающее секс-рабство?

– Нет. Это просьба.

– Я уже сказал – не лезь в это дело, – Каирн притянул меня к себе, коснулся губами виска. – И думай о себе. Уверен, что твоя судьба вообще не интересует новую жену Оина.

– Простите, риг, у меня есть несколько скринов с её страницы. Собирался показать позже, наедине, но возможно Наталье тоже стоит кое-что увидеть, – вмешался Неин.

Он протянул Каирну телефон. Риг взглянул на экран и кивнул.

– Почитай, тебе будет интересно.

Читать не хотелось – наверняка ничего хорошего там не увижу. Однако Каирн приглашающе развернул телефон Неина экраном ко мне.

"Сегодня к нам приходила бывшая девушка моего любимого. Мне не понять, зачем это было – унижения, объяснения. Кроме неприятной сцены бывшие всё равно ничего не получают. Надо уметь забывать и отпускать, а не лезть в чужое счастье".

Этот пост на странице Насти стоял между анекдотом и рецептом мясной запеканки.

– М-да, фантастическая идиотка, – с опасным смешком повторил риг. – Золотко, ты всё поняла? Тебя призывают не лезть в чужое счастье – так не лезь. Забудь и отпусти.

Я машинально потёрла висок. Ответить было нечего. Каирн быстро пролистал всё остальное, среди скринов попались и фотки на улице, и какой-то пляж, и даже карта, на которой был отмечен ресторанчик – с прикрепленным селфи Насти и тарелки с пиццей.

– За глупость не наказывают, – сделала я последнюю попытку. – Девушка ничего не знает, иначе не выкладывала бы всё это в сеть. Ты сам говорил, что на твоей земле за всё отвечают мужчины.

– Я тебе уже сказал – поведет себя правильно, всё с ней будет в порядке, – в голосе рига зазвучало лёгкое раздражение, он протянул телефон Неину. – Вернее, почти всё. Думай о свадьбе, примеряй платье, драгоценности и не забивай себе голову чужими проблемами. Лучше скажи, как там с желанием ригессы?

– Прошу прощения, я могу услышать это желание заранее? – вежливо спросил казначей. – Хотелось бы представлять масштаб перемен в финансовом плане.

– Можешь, – Каирн обнял меня сзади за талию. – Ну что, Наташа, ты ведь уже его продумала? Говори, что собираешься изменить. Или попросишь что-нибудь для себя?

Свободы! Это слово готово было сорваться с языка, но я удержала его. Каирн чётко сказал, что не отпустит меня. А уж ригесса точно должна оставаться рядом с ригом.

– Я хочу, чтобы женщин не удерживали здесь силой, – решительно сказала я. – Ни в этом мире, ни в наложницах.

– Предсказуемо, – улыбнулся Каирн. – Добавлю, срок женщине на раздумье – неделя. Должен же хозяин успеть показать наложнице себя и наш мир. Может, он вообще жениться собирается, как Глеар или тот же Неин.

– А если нет?

– А если нет – значит, хозяин просто попользуется ею неделю, а потом вернёт в большой мир. Устраивает?

– Нет, – ответила я, чувствуя, что торговаться бесполезно.

– Какая несговорчивая девочка, – хмыкнул риг. – Ты же всё равно получаешь то, что хочешь. Райги тоже будут не слишком возмущены – недели достаточно, чтобы уговорить женщину остаться или просто хорошо развлечься. Кстати, тех, кто останется, можно будет привлекать к делу, если они, конечно, что-то умеют. Это приблизит нас к большому миру.

Да уж, до большого мира земле ригов как до луны. Только говорить об этом Каирну, скорее всего, бессмысленно. Он и так в курсе.

– С дркуном будут проблемы, – заметил Неин. – Это давняя традиция райгов. Многие ждут его открытия. Народ будет возмущён.

– Как ты думаешь, почему я предложил Эйгу стать телохранителем ригессы? – усмехнулся Каирн. – При мне никто рта не раскроет, а без меня рядом с ней будет Эйг. Не думаю, что кто-то рискнет выказать при нём хоть малейшее недовольство. Насчёт дркуна – это не проблема. Можно снимать в большом мире умелых девочек на неделю-другую. Им даже не обязательно рассказывать, куда они попали. Представить всё как специфический незаконный клуб, где любят поиграть в разные игры.

– Можно снимать, можно просто приводить, – задумчиво сказал Неин. – Там посмотрим.

– Это ещё обсудим. Неин, всё, деловые разговоры закончены, – решительно сказал риг. – Делай всё, что считаешь нужным, потом отчитаешься. К духам все заботы, у нас завтра свадьба, в конце концов, – Каирн прижал меня к себе спиной так, что я почти лежала на нём. – До провозглашения ригессы меня не беспокоить, справляйтесь сами. Хотя если будет что-то очень срочное – можешь подходить.

Неин с поклонами вышел. Риг коснулся губами моей щеки.

– Предлагаю забрать всё, что нужно, и сейчас же уйти на дачу, – шепнул он. – Тебе будут нужны повседневное платье и купальник. Бельё можешь не надевать.

Дачей Каирн и его окружение называли место для посиделок в большом мире – двухкомнатный кирпичный домик со всеми удобствами. Отделан простенько, но аккуратно. Толстый линолеум на полу, неброские бежевые обои, плафоны на потолке. В первой – крохотной – комнате стоят квадратный стол, стулья и сервант. Вторую комнату почти целиком занимает кровать. Кухня вполне приличная – газовая плита, электрочайник, микроволновка, холодильник. Идеальный домик, чтобы устроиться там в тишине на день-два. Высокий забор окружал его с трех сторон, с четвёртой – границей становилась река. На участке росли несколько плодовых деревьев, большую часть места занимал ровно подстриженный газон. Я почувствовала, что краснею, когда вспомнила, что происходило на этом газоне в прошлый раз, когда риг впервые привёл меня сюда.

Каирн вытащил из-под навеса кресло-качалку и устроил под увешанной ягодками черешней.

– Садись, ешь ягоды, смотри на речку, – с улыбкой сказал он. – А я займусь мангалом. По-моему, тебе надо немного отдохнуть от земли ригов.

Кресло с соломенным сидением выглядело для меня как антиквариат. Я осторожно качнулась в нём. Да, оказывается приятно сидеть на природе под деревом с висящими над головой ягодами и иногда покачиваться в кресле.

Каирн, посвистывая, разводил огонь в мангале. Запах свежей травы смешивался со смолистым запахом дров. Крупная красная черешня оказалась сочной и сладкой. Какая мирная сцена, если забыть, что риг вынуждает меня выйти замуж, а на его земле царят дикие законы рабовладельческого строя. А забыть очень хотелось – хоть на какое-то время. Я закрыла глаза, вслушиваясь в шуршание листьев и потрескивание дров. Можно представить, что я здесь с мужчиной из обычного мира, что он мне нравится…

По моей щеке нежно скользнули пальцы, и я вздрогнула. Как Каирн умудряется так подкрадываться? Я совсем не слышала его.

– Напугал? – риг сел на траву у моих ног и прижался щекой к колену. – Мне показалось, ты расслабилась.

– Не заметила, как ты подошёл.

– Знаешь, чем мы здесь займёмся? – рука Каирна начала забираться по моей ноге под платье.

– Догадываюсь, – буркнула я.

Он тихо рассмеялся.

– Даже не догадываешься. Будем приучать тебя ко мне в спокойной обстановке. Шашлык, вино, искупаемся, – он кивнул в сторону речки, – поиграем в покер.

– Я не умею играть в покер.

– Научу, – Каирн провёл рукой по моему бедру. – Послушная девочка, не надела лишнего. А это будет десерт – на пляже, при свете луны, под тихое журчание реки… К вечеру ты будешь меня хотеть.

Он кормил меня ягодами изо рта в рот, развлекал забавными историями, периодически лапал – но ненавязчиво. После шашлыков и крепкого вина Каирн уложил меня на траву и, лаская, принялся рассказывать, что и как сделает со мной после заката. Его прикосновения начали будить во мне желание. Наверное, если бы я не знала рига с самой худшей стороны, то могла бы им увлечься.

– А тебе это нравится, золотко, – протянул Каирн. – Продолжить или пока хватит?

Возбуждение накатывало волнами – по нарастающей. Вот-вот накроет с головой, как волна на картине "Девятый вал". А почему бы и нет, в конце концов? Сейчас мне наверняка будет хорошо с Каирном. Ради чего мне отказываться от удовольствия – пусть даже от животного наслаждения? Мне уже некому хранить верность и не перед кем чувствовать вину.

– Продолжить, – я тихо застонала от очередной умелой ласки.

– М-м, говорил же, захочешь, – Каирн прошёлся рукой по моей шее. – Только я тоже хочу твоей ласки – такой, на какую ты сама готова.

Трава приятно щекотала тело, усиливая ощущения. Впервые я отвечала на ласки Каирна без принуждения и отдавалась ему совершенно добровольно.

– Вот теперь – моя, – хрипло сказал риг, когда всё закончилось. – С ума сойти, ты как наркотик, тобой сложно пресытиться. В большом мире я представлял, как сделаю тебя своей, по-настоящему своей, как сейчас…

А мне вот в страшном сне такого не снилось. В общем-то не плохо получать удовольствие в постели с тем, за кого мне завтра придётся выйти замуж. Другой вопрос, как поведёт себя Каирн после свадьбы.

– Не представляешь, что тебя ждёт в брачную ночь, – риг прижал мою голову к своему плечу. – Надо будет отослать слуг подальше, чтобы ты не стеснялась расслабиться. Улыбнись, жизнь хороша, а будет ещё лучше.

Не знаю, как насчёт всей жизни, а день мне Каирн действительно устроил хороший. Риг учил меня играть в покер, мы купались в реке, гуляли по лесу. Там я впервые попробовала сладкую с кислинкой землянику и услышала кукушку. Закончили мы этот день на пляже, глядя, как огромное красное солнце опускается вдалеке за деревья, а вода в реке окрашивается багрянцем от скользящих по волнам прощальных лучей.

Обещанный Каирном "десерт" снова доставил удовольствие. Риг довёл меня до приятного изнеможения, и я чуть не уснула на плече Каирна на покрывале, которое мы прихватили на пляж. В крепких объятиях было тепло и неожиданно спокойно.

– Какого духа? – недовольно пробормотал риг. – Сказал же, чтобы никого не было.

Я вздрогнула и открыла глаза. В домике горел свет, и в окно кухни хорошо была видна фигура Неина. Казначей наливал в чашку воду из электрочайника.

– Одевайся и приходи. А хочешь – подожди тут, я скоро отправлю его отсюда.

Каирн поднялся и быстро надел недосохшие плавки. Я полусонным взглядом смотрела ему вслед. Неин мог явиться в такой час только с очень срочным делом. Каирн выразился предельно ясно: не беспокоить его до самой свадьбы. Он окружил себя профессионалами, которые в состоянии разобраться с большинством проблем, не обращаясь к правителю. Сколько у рига таких людей? Я даже не знала о существовании Неина и почти не замечала Жилна. Интересно, Оин вообще представлял их таланты – каждого в своём роде? Скорее всего, Неина он отстранил от дел как человека Каирна. А к Жилну мог и не приглядеться – какая разница, кто прислуживает в замке.

Я встряхнулась. Оин – вот из-за кого явился Неин! Их нашли, и теперь требуется какое-то указание от рига. Первым побуждением было одеться и побежать узнать, что происходит. Я силой удержала себя на месте. Какой в этом смысл? Я ничего не смогу изменить. Как там писала Настя? Забыть и отпустить?

Каирн прав, хватит закрывать всех своей спиной. Пусть Оин думает, что ему делать и как защитить новую жену. Пусть Настя принимает решения, если останется одна. А у меня завтра свадьба. Жених-диктатор, роскошное платье, царские драгоценности, венский вальс на площади и толпа зрителей. Каждый за себя.

Я укрылась валявшимся в ногах пледом – без Каирна стало прохладнее. В конце концов, мне и одеваться тут особо не во что, платье осталось в доме. Можно было бы, конечно, появиться перед Неином в мокром купальнике или закутанной в плед. Только стоит ли будущей ригессе расхаживать в таком виде?

Через освещённое окно хорошо было видно, как Каирн и Неин беседуют за столом. Неин снова показал ригу экран телефона, Каирн кивнул. Казначей достал что-то из кошелька, ещё и ещё. Я была почти уверена, что он складывает перед ригом банковские карты. Значить это могло только одно. Оина уже нет в живых. Глаза защипало, я несколько раз сморгнула.

Каирн что-то сказал, и Неин убрал банковские карты в кошелёк. Назвала ли Настя пин-коды? Я сжала руку в кулак и несколько раз шёпотом повторила: "Каждый за себя". В конце концов, кто она мне и почему я должна из-за неё переживать? Настя прекрасно знала, что у Оина есть жена, пусть и гражданская по меркам большого мира. Когда они с Оином сошлись, обо мне девушка думала меньше всего на свете. Её совершенно не заботило, как мне здесь живётся. А ведь Каирн вполне мог поступить по обычаю райгов и отдать меня всем желающим.

Риг вышел из домика и направился ко мне. Неин вышел за ним. Казначей вряд ли мог разглядеть меня в темноте, но поклонился в сторону пляжа. Шаг – и парень растворился в стене дома.

– Спишь, золотко?

– Нет.

Каирн отшвырнул плавки в сторону и забрался под плед.

– Оин убит? – спросила я.

– Да, – секунду помедлив, сказал он. – Напрасно Неин явился. Я не хотел, чтобы ты узнала об этом перед свадьбой.

– Какая разница, когда бы я узнала? – мой голос прозвучал на удивление бесстрастно. – Это ничего не меняет.

– Ни о чём больше не хочешь спросить? – уточнил риг.

– Нет. Я хочу думать о свадьбе, шикарном платье, жемчугах и нашем танце.

– Это мне уже нравится, – Каирн обнял меня и коснулся губами губ. – Девочка взрослеет и начинает интересоваться своими делами больше, чем проблемами посторонних людей. Хотел сделать тебе подарок после свадьбы, но у меня их припасено достаточно, и все наверняка понравятся. Так что немного порадую сейчас. Неин узнал, что из института тебя отчислили за непосещения, и это не так уж плохо. Теперь можешь выбрать сама, какое образование получить. Я оплачу заочное обучение, только университет для тебя подберу сам – из того, что получше.

– Ты выпустишь меня в большой мир? – недоверчиво переспросила я.

– Почему нет? Как только провозглашу ригессой – сделаю для тебя постоянно действующий выход. Из женщин такой есть только у жены Неина.

– Не боишься, что сбегу? – я прищурилась. – Или загуляю. Кстати, что на земле ригов за это положено?

– Тебе меня мало, что ли? – ухмыльнулся Каирн. – Не боюсь, да и тебе бояться нечего. Бегать от меня бесполезно – всё равно увижу, где ты. Да и земля ригов будет тянуть свою ригессу назад. А если уйдёшь в загул… В конце концов, я сам далеко не святой. Не думаю, что после всего, что с тобой было, тебя потянет на приключения, но если уж потянет – лучше догуливай в большом мире. Восстановлю брачную метку – и будем жить дальше.

– Я просто спросила.

– Знаю. Так какое образование тебе дать?

– Психология, – не задумываясь, ответила я.

– Хороший выбор, – одобрил Каирн. – Неин займётся поиском возможных вариантов. В положенное время подадим твои документы в какой-нибудь университет поприличнее. Ригессе не помешает профессионально знать психологию управления и манипулятивные техники. Да и наследника проще будет воспитывать. Не напрягайся, я знаю, что к ребёнку ты пока не готова.

К ребёнку… Недавно я была готова к ребёнку – маленькому смуглому черноволосому мальчику. Теперь – нет. Пока ещё нет. Как оказалось, я мало знала Оина. Каирна я знаю и понимаю ещё меньше. И я не хочу дарить наследника незнакомцу.

– Ты сама ещё ребёнок, – риг погладил меня по щеке. – Узнавай меня с разных сторон, учись, развлекайся, а наследник у нас обязательно будет.

Я прикрыла глаза. Под мягкий голос Каирна меня начинало клонить в сон. В полудрёме передо мной стояла картина, которую я видела всего несколько секунд. Застывшее изображение – я с Оином и двумя детьми – раскалывалось на части, рассыпалось в пыль, а на его месте возникало новое – я в обнимку с Каирном. И светловолосый ребёнок, ползающий по полу в покоях рига.

Глава семнадцатая. Свадебный ритуал

– Красотка! – Магда оценивающе оглядела меня. – Просто фея, а, Ханна?

– Да, невеста-сказка, – с удовольствием согласилась парикмахер.

– Дайте хоть зеркало! – шутливо возмутилась я.

– Нет уж, пусть тебя сначала риг увидит, – со смешком сказала Магда. – У них примета такая. Если невеста на себя не посмотрит, пока с женихом не встретится, – брак будет счастливым.

Я скептически посмотрела на Магду. Счастливый брак? У нас с Каирном?! О чём она говорит? Я борюсь из последних сил, но больше всего мне хочется сбежать с этой свадьбы.

– Между прочим, вы с ригом можете очень неплохо ужиться, – прошептала Магда. – Он всерьёз запал на тебя. Неужели не видишь?

Вижу, конечно. Каирн не стал бы жениться из мести и не носился бы просто так со мной, почти сдувая пылинки. Только надолго ли он "запал"? Сейчас получит меня как игрушку в пожизненное пользование и успокоится. Не удивлюсь, если риг через какое-то время подыщет себе ещё и сговорчивую наложницу – для разнообразия.

– Невеста готова? – голос Каирна за дверью прозвучал непривычно весело.

– Да, – отозвалась Магда.

Риг вошёл в комнату для совещаний, из которой Магда и Ханна устроили для меня салон красоты.

– Прекрасна, как заря, – с удовольствием оценил он. – Пойдём? Площадь полна народу. Нас уже ждут.

Я взглянула на Каирна. Не знаю, как выгляжу я, но жених – как с обложки журнала. Этакий привлекательный хищник в светлом костюме, волосы зачёсаны назад, взгляд шальной, широкая улыбка… Риг взял меня за руку.

– Еще не видела себя в зеркале? Пойдём, полюбуешься.

Любоваться было чем. Из холодного стекла зеркальной панели на меня смотрела незнакомка. Высокая причёска, открытая красивая шея, точёная фигурка в переливающемся таинственными искорками платье. Хороша невеста, только взгляд жёсткий, для свадьбы не слишком подходит.

– Аппетитная конфетка, – шепнул мне на ухо Каирн.

Его руки прошлись по изгибам моей фигуры.

– Конфетка обычная, только фантик блестящий. Это не я.

– Привыкай, – риг коснулся губами моей шеи.

Я мысленно поблагодарила его за отсутствие засосов. Слишком живо представилось, как я шествую в таком виде с синяками на шее или повязываю шарфик.

На площади собрались, наверное, все жители земли ригов. Многие появились с жёнами. Это уже радовало, по крайней мере, здешние женщины вышли на улицы.

При виде нас толпа взревела. В воздух полетели воздушные шары, захлопали хлопушки, посыпая площадь цветным конфетти. Ничего себе! От ворот замка в центр площади вела светлая ковровая дорожка. А в центре было выстроено нечто вроде огромной арены. Когда только успели её поставить? С утра, вроде, не было.

Моя рука на руке Каирна, приветственные вопли, цветы, летящие к ногам на ковровую дорожку. Я поймала себя на том, что мне интересно всё происходящее. На этом празднике я чувствовала себя зрительницей.

Пока шли, мне приходилось сильно опираться на руку Каирна. Туфли мне принесли всё-таки на высоких каблуках, и идти в них по мостовой, даже застланной ковровой дорожкой, было неудобно. Подозреваю, что гигантский ровный помост сделали специально для свадебного танца: на мостовой я бы точно всё время спотыкалась.

Трое магов в белых мантиях ждали на «арене». Марн держал в руке подсвечник Гэркона, близняшки стояли по бокам от него со свечами в руках. Когда мы приблизились, девушки щелчками пальцев зажгли и свои свечи, и те, что были на подсвечнике. Каирн неожиданно подхватил меня на руки и внёс на помост.

– Ритуал начинается, – торжественно провозгласил Марн.

На площади стало тихо, так, будто вокруг никого не было. Все застыли в ожидании зрелища. Интересно, они тоже будут видеть картины из будущего, или это только для нас и магов?

Марн поднял подсвечник, близняшки взмахнули свечами, и тонкая огненная струйка как трепещущая арка застыла над нашими головами. От свечей исходили запахи корицы, роз и винограда.

– Вы пройдёте ритуал так, риг? – тихо спросил Марн. – Или взявшись за руки?

– Так, – Каирн усмехнулся и прижал меня к себе чуть крепче.

Лёгкий, прозрачный дымок заструился между нашими лицами, вырисовывая картину за картиной.

Страстная ночь с Каирном, и мне явно нравится то, что он делает…

Кровь прилила к щекам. Риг тихо хмыкнул.

– Такие картинки никто, кроме нас, не видит, – шепнул он.

Картина сменилась. Я сижу над учебником, а Каирн заглядывает через плечо и что-то говорит. Я улыбаюсь в ответ…

Ссора. Мы кричим друг на друга, и я швыряю на пол тарелку…

Снова полная страсти ночь…

Я лежу в постели, рядом сидит Аиг, а риг держит на руках сморщенного новорожденного младенца…

Я вся в украшениях, как новогодняя ёлка, стою рядом с ригом перед толпой и что-то говорю с самым властным видом…

Каирн катает на плечах смеющуюся кроху. Девочку. За ним с хохотом бегает мальчик постарше…

Моё лицо крупным планом, усталый взгляд. Риг гладит меня по голове…

Снова ссора, Каирн толкает меня на кровать и что-то говорит, лицо у него жёсткое, брови сдвинуты…

Я сижу у него на коленях, и риг нежно целует меня…

На наших руках проступают одинаковые татуировки – всю кисть руки оплетают виноградные лозы на вьющихся стеблях…

Дым рассеялся. Я взглянула на руку. Да, недолго кисть была обычной, белой. Сначала розы, теперь виноград.

– Поздравляю, – Марн поклонился. – Всё говорит о том, что брак будет удачен. Осталось скрепить союз.

Каирн не отпускал меня. Неторопливо прильнул губами к моим губам в чувственном поцелуе, и я даже не поняла, в какой момент обняла его за шею. Вокруг шумели, выкрикивали прославления и поздравления. Каирн отстранился и поставил меня на ноги. И словно из ниоткуда зазвучала мелодия вальса – того самого, на двенадцать поворотов. Рука рига властно легла на мою талию. Он с улыбкой кружил меня по помосту, а в воздух вновь летели шары.

– Бордовые розы отмечают страстную пару, – негромко сказал он. – Но виноград лучше, он показывает идеальный брак для правителя. Такие браки не разрушаются.

– Каирн, ты же видел эти скандалы… – я поморщилась.

Да уж, идеальный брак! Меня силой заставили остаться, вынудили выйти замуж, а о том, как я попала в этот мир, даже вспоминать не хочется!

– Я не знаю ни одну пару, включая семьи из большого мира, у которой бы не было ссор, – безмятежно ответил он. – Ничего действительно тревожного я не заметил.

– Зато я заметила – девочку! – выпалила я.

– И что? – прищурился риг. – Будет учиться в большом мире. Я прослежу, чтобы жених у неё был подходящий – хоть там, хоть здесь. Расслабься, сегодня у нас праздник, такое раз в жизни бывает. И мальчик, и девочка ещё в далёком проекте. А у нас ещё один момент обряда: мы должны выпить чашу на двоих. А чаша довольно объёмная.

В глазах Каирна заплясали весёлые огоньки.

– И что мы будем пить? – с опаской спросила я.

– Шампанское. Туда войдёт чуть больше бутылки.

– Но я голодная, ударит в голову… – растерянно выдавила я.

– Никто не говорил, что чашу пьют поровну, – риг усмехнулся. – А если вдруг ударит в голову – не страшно, расслабишься немного. Всё равно будущую ригессу после свадьбы нужно внести в замок на руках. А праздничный стол на двоих там уже накрыт.

– Ты говорил, что женщина не ест перед встречей с мужчиной, – напомнила я.

– А ты хочешь сразу в постель? – его глаза весело сверкнули.

Я отвела взгляд. Как глупо! Я даже не подумала о том, что Каирн подождёт наступления ночи.

– К нам весь день будут идти поздравляющие, – с тихим смешком проговорил риг.

Музыка смолкла, объятия разомкнулись, но Каирн продолжал держать меня за руку.

Роан щёлкнула пальцами, и над нами аркой зависла широкая радуга. "Каждый охотник желает знать…" Да, в ней были все семь цветов.

Вейя подошла к нам, в протянутых руках она торжественно несла старинную серебряную чашу с узорами из листьев кайери.

– Да будет ваш брак крепок, и да принесёт он радость земле ригов, – произнесла она. – И да разделите вы одну жизнь на двоих, как вино в этой чаше.

Каирн принял у неё чашу, и толпа оглушительно взревела. Одну жизнь на двоих… Но я не хочу!

Я стиснула зубы. Не время и не место показывать характер. Всё решено, и этот ритуал нужно пройти до конца.

Каирн сделал несколько глотков и протянул чашу мне. Шампанское с привкусом винограда было прохладным, а я чувствовала себя вымотанной после кружения танца. Солнца светили ярко, на кожу падали горячие лучи. Я пила щекочущий горло напиток как обычный сок, когда ощутила, как закружилась голова. Каирн крепко обнял меня за талию и аккуратно забрал чашу. Несколько глотков – и он передал пустой сосуд Вейе.

Народ ревел, многие вскидывали вверх руки. Что за массовая истерика? Ну, женился правитель – им-то какая разница? Погуляют, повеселятся, поедят-попьют даром. Было бы из-за чего так шуметь!

Риг подхватил меня на руки и сошёл с помоста. Радуга Роан следовала за нами до ворот замка. Я заметила в толпе Эйга. Знает ли он, что Оина нет в живых? По мрачному лицу поняла – знает, наверняка слух об этом уже прошёл по земле ригов. Наши взгляды встретились, Эйг улыбнулся.

Каирн отпустил меня только в столовой, примыкавшей к залу для приёма гостей. Я и не знала, что в замке есть такое помещение. Стол ломился от закусок. Сияющий Жилн больше, чем обычно, напоминал танцующий циркуль. Старик раскланивался и рассыпался в поздравлениях. Риг бережно посадил меня в кресло, больше напоминавшее трон.

– Говорил же Марну, наливай в чашу меньше, – Жилн неодобрительно покачал головой. – Ничего, сейчас выпьете вот это… – старик протянул мне рюмочку с чем-то ярко-красным.

– Это обязательно?

Меня и так развезло! Какая же я выйду к поздравляющим, если сейчас по ритуалу положено выпить что-то ещё?

– Тебе – да, – рассмеялся Каирн. – Если не хочешь показаться перед знатью райгов такой окосевшей. Жилн как чуял, запасся нужной вещью у травников.

Жидкость отдавала запахом свежескошенной травы. Я с опаской сделала глоток. Безвкусная, как вода. После второго глотка голова перестала кружиться. Я допила нечто, изготовленное незнакомым травником, и вернула рюмку Жилну.

– Спасибо.

Старик тут же исчез за дверью, ведущей в зал для приёмов.

– Я уже говорил, не нужно благодарить слуг за каждое телодвижение, – произнёс Каирн. – На земле ригов это выглядит странно. Отвыкай от излишней вежливости.

– Хорошо, риг.

Он тихо рассмеялся.

– И нечего обижаться, привыкай к новому статусу. Кстати, сегодня дам ещё один урок – как перевербовать врага. Догадайся, кто первый войдёт в зал для приёмов.

– Неин, – я передёрнула плечами.

Как ни старалась, не могла представить длинноволосого парня в рваных джинсах в роли убийцы. К тому же Оин – воин-ириу, он и безоружный мог бы справиться с казначеем.

– Нет, у Неина есть кое-какие дела. Он, разумеется, придёт, но позже. Первым войдёт в зал Эйг. Завтра я провозглашу тебя ригессой, и твой телохранитель должен перед этим присягнуть мне на верность. Он почти наверняка знает об Оине – слухи на нашей земле распространяются быстро. Как думаешь, какой стимул заставит Эйга служить мне добровольно?

– А у него есть выбор? – я принялась разрезать кусок фаршированной индейки у себя в тарелке.

– Повторяю – добровольно, – раздельно произнёс Каирн. – Подумай.

– Место, которое его устроит, ты ему уже предложил, – задумчиво сказала я. – Стимул… Даже не знаю. У Эйга есть чёткие принципы. Он не станет что-то делать им вопреки, чего бы ему ни обещали.

– Это я заметил, – риг улыбнулся. – Работать с моими головорезами Эйг не будет. А вот помогать воплощать твои идеи, которые я одобрю, станет со всей энергией, на какую способен. И всё-таки стимул есть. Эйг признает меня ригом не только потому, что у него нет другого выхода. Так что закусывай, золотко, и пойдём. Тебе будет интересно.

Эйг действительно вошёл в зал первым. Дежурное поздравление он произнёс бесстрастным, почти ледяным голосом.

– Присягнуть готов? – поинтересовался Каирн. – Завтра рядом с ригессой должен стоять не только я, но и телохранитель. Особенно, когда она произнесёт желание.

Эйг взглянул на меня и чуть заметно улыбнулся, затем перевёл жёсткий взгляд на Каирна.

– Готов. Но я должен услышать слова клятвы перед тем, как повторить её при маге.

– Ты их услышишь. После клятвы ты опять станешь далеко не последним человеком на земле ригов. Перед этим мне нужно кое-что выяснить. Например, где ты, собственно, живёшь. Как только ты смог кое-как двигаться, тут же ушёл из замка от всех забот Жилна. Меня интересует – куда? Я мог бы спросить у Дваара, но хотелось бы услышать ответ от тебя.

– В пещеры ириу, – ровным голосом ответил Эйг.

– Почему? Ты так стремился вывести оттуда свой народ, а теперь, когда это удалось, один уходишь под землю?

– Риг, вы прекрасно знаете, что у меня нет своего дома. Я не собираюсь стеснять Дваара, который предлагал мне комнату на первое время, и не буду жить в палатке посреди улицы. Под землёй мне удобнее.

– Тебе, может, и удобнее, но мне будет не слишком удобно отправлять к тебе гонцов, – хмыкнул Каирн. – Так что дом ты получишь, тут как раз пустует один подходящий. Хозяина, знаешь ли, кто-то убил, а его наложницу отправил, насколько я понял, в большой мир. И без мага тут точно не обошлось: тогда ириу не могли покидать землю ригов.

– Я не приму дом Крвена, – отрезал Эйг.

– Обсудим это немного позже. Следующий вопрос. Ты не приходил ни к одному земледельцу купить еду, в большой мир доступа пока не имеешь. Чем ты питался несколько дней?

– Тем же, чем раньше, как воин-ириу.

– Понятно. Корешки, травки, рыба из реки, – кивнул Каирн. – Насколько я понимаю, ты получал какое-то жалование в течение полугода. Почему не тратишь?

– Потому что карту забрали ваши люди. Код я вам назвал.

Риг выругался. Похоже, этого ответа он не ожидал.

– Меня интересовали банковские карты с украденными деньгами, а не с твоим жалованием! Подойдёшь вечером к Неину, он всё вернёт наличными или оставит деньги у Жилна, если вдруг тебя не дождётся. И последний вопрос. Почему мужчина в расцвете лет и сил не обзавёлся женой или постоянной любовницей?

– Потому что мне нечего предложить женщине. Под землю я её не поведу.

– То есть, если бы было что предложить, то Лоисса уже была бы твоей? – прищурился Каирн.

– У вас неплохо поставлена разведка, – сухо оценил Эйг. – Но это моё личное дело. Между мной и Лоиссой ничего не было и вряд ли может быть.

– Это не личное дело, – скучным тоном проговорил Каирн. – Обычно к ригессам приставляли женатых телохранителей. Почему ты считаешь, что тебе откажут?

– Потому что бездомный ириу, профессиональный воин-убийца, к тому же побывавший у позорного столба, вряд ли заинтересует знатного райга в качестве зятя, – спокойно ответил Эйг.

– Но девушку, насколько я понял, бездомный убийца интересует? – усмехнулся риг. – Принимай дом, он всё равно положен тебе по статусу. Лоиссу я тебе сосватаю. Её отец не откажет телохранителю ригессы, имеющему очень неплохое жильё и жалование. Сегодня же и потолкуете. Жилн! – он чуть повысил голос. – Впусти-ка сюда Эрнига.

Здоровенный наполовину лысый райг с порога бухнулся на колени, с преувеличенным восторгом выдавая цветистые поздравления. В руках он тащил столько цветов, что хватило бы на целую клумбу в городском парке большого мира. Всё это яркое ароматное великолепие Эрниг положил к нашим ногам. Я покосилась на Каирна. Стоит так, будто это в порядке вещей. А мне в руки ни цветочка не дали. Может, здесь так и положено?

Словно в ответ на мои мысли, Жилн материализовался в зале с небольшим букетом, над которым явно поработал флорист из большого мира. Белые розы сочетались с какими-то мелкими цветами и зелёными веточками, украшенными белыми бусинками.

– Цветы для госпожи, – пропел он, аккуратно обогнув Эрнига. – Неин попросил передать сейчас.

Я улыбнулась и взяла букет. Каирн милостиво кивал в ответ на слащавые прославления и пожелания, но в глазах его плясали насмешливые искорки. Неужели ригу тоже не нравятся преувеличенные восторги подданного? Эйг стоял в стороне и взирал на происходящее с откровенной брезгливостью.

– Это такая честь, мой риг, что вы позволили мне поздравить вас одним из первых, – заливался соловьём Эрниг. – Позвольте… Скромный подарок для вашей супруги…

"Скромным" подарком оказалось рубиновое колье и серьги.

– Не благодари, – одними губами шепнул Каирн.

Эйг усмехнулся – заметил.

– Одним из первых тебе позволили войти, потому что у меня к тебе есть одно дело, – чуть прищурился риг. Подарок он небрежно положил на столик у окна. – Твою дочь хочет взять в жёны телохранитель будущей ригессы, – Каирн указал на Эйга. – Репутацию его ты хорошо представляешь. Что скажешь?

Лицо Эрнига вытянулось, он мучительно наморщил лоб, словно пытаясь угадать правильный ответ.

– Райги не выдавали дочерей за ириу, – очень неуверенно произнёс он. – Тем более, за преступников.

– У тебя есть на примете другой жених для Лоиссы? – продолжал Каирн. – Или хочешь продать её на аукционе девственности?

Рука Эйга сжалась в кулак. Боже, у них что, дочерей на аукцион выставляют?! Надо будет потом расспросить Каирна. Может, успею переформулировать желание, чтобы прекратить или хотя бы смягчить ещё и этот обычай?

– Я ещё не думал об этом, мой риг…

Почему-то по его голосу мне показалось, что Эрниг об этом очень даже думал. И если бы продал дочь, это был бы последний поступок в его жизни. Эйг убивает быстро даже без оружия.

– Подумай. У Эйга есть дом – бывший дом Крвена, кстати, – приличное жалование, хорошая должность. Выдашь дочь замуж – и вы не станете врагами. Выставишь на аукцион – выкуплю и отправлю Эйгу. В счёт жалования, – с усмешкой добавил он.

– О, что вы, мой риг! – закудахтал отец Лоиссы. – Разумеется, я выдам дочь замуж. Телохранитель ригессы… Это честь для Лоиссы – стать женой такого человека…

– Прекрасно! – оборвал Каирн. – В таком случае, подожди у замка своего будущего зятя, он скоро подойдёт. Обычаи, надеюсь, помнишь? Привести дорогого гостя в дом, накрыть стол, у девицы спросить согласия для формальности и так далее.

Эрниг, наконец, поднялся с колен, с поклонами попятился задом и исчез в стене.

– Я уж думала, он так на коленях и уползёт, – не удержалась я.

– Привыкай к таким лизоблюдам, золотко, – хмыкнул Каирн. – Цену ты им знаешь, но иногда они могут на что-нибудь пригодиться. Можешь посидеть пока в столовой, стоять нам придётся ещё долго, а на присяге ригу тебе присутствовать не обязательно.

Я послушно вышла из зала. Думаю, и Эйгу проще будет дать клятву без лишних свидетелей. К тому же я действительно устала.

В столовой, к моему удивлению, обнаружился Неин. Он с аппетитом наворачивал индейку с салатом и запивал какой-то прозрачной дрянью с запахом спирта из тёмной бутылки без этикетки. Такого у нас на столе точно не было. Видимо, Жилн притащил казначею знаменитый семидесятиградусный самогон.

– Рад видеть! – Неин неловко вскочил и отвесил поклон. – Мои поздравления! Невеста великолепна. Большинство мужчин сегодня втихую завидовали ригу.

Казначей был вдохновенно пьян.

– Тебе не хватит? – я кивнула на бутылку. – Что скажет Каирн, если попадёшься ему на глаза в таком виде?

– В честь свадьбы рига можно, – Неин вновь плюхнулся на стул.

Я нерешительно села в своё кресло.

– Простите, проголодался как зверь, не ожидал, что вы можете вернуться, – чуть смущённо проговорил казначей. – Сутки не спал, почти не ел…

– Неин, что случилось с Оином? – тихо спросила я.

Мы одни, и у пьяного может развязаться язык. В глубине души жила почти бессмысленная надежда, что Оин со своей девицей успел уйти, оставив банковские карты тем, кто их искал.

Казначей поднял взгляд от тарелки. Смотрел он неожиданно трезво и серьёзно.

– Оин убит, – сказал Неин. – Риг сказал, что от вас можно не скрывать.

– Как это случилось? А его девушка?

– Меня при этом не было, – спокойно ответил казначей. – Насчёт девушки риг просил передать, что вам нужно думать о себе и оставить эту тему.

Да уж! Каирн настолько хорошо меня просчитывает, что от этого становится страшно.

– Как же ты не поучаствовал? – желчно спросила я.

– Я аналитик, а не боец. Каждый занимается своим делом, – спокойно ответил Неин. – Если хотите убедиться в смерти Оина, могу показать фотографию, риг не запрещал этого. Но не советую смотреть, не для вас зрелище. Тело сильно повреждено, крови слишком много…

Я кивнула и машинально протянула руку к бутылке безумно дорогого вина. Неин вскочил и тут же наполнил мой бокал – немного, на два пальца.

– Как вам нравится букет? – светским тоном спросил он.

– Он прекрасен, – через силу ответила я.

– По традиции, будущая ригесса должна принимать поздравления с букетом в руке. Так что не забудьте его, когда вернётесь в зал. Риг и так дал всем понять ваше положение, когда согласился выпить чашу на двоих, но ритуал следует соблюсти. Да и вам, наверное, будет приятнее слушать поздравления с цветами в руках.

– А что, бывало, кто-то отказывался пить чашу? – без особого интереса спросила я.

– Если кто-то из ригов и женился, то почти всегда публично отказывался от чаши. Жизнь на двоих – это то же самое, что сразу объявить вас ригессой.

Так вот из-за чего так расшумелись на площади райги!

Я упорно цеплялась за любую тему, за любой вопрос, но истина наваливалась, заставляя согнуть плечи. Оин мёртв. Его убили даже не из-за денег, а просто потому что он – это он. И для беременной Насти эта история тоже ничем хорошим не закончилась.

"Каждый за себя, – мысленно повторяла я раз за разом. – Они не слишком волновались обо мне". Но это не помогало. Боль в душе нарастала, пульсировала, и этот пульс выстукивал: "Оин мёртв".

Встретившись со мной взглядом, Неин чертыхнулся.

– Хорошо хоть фотку не показал, – пробормотал он. – Наталья, вам ещё поздравления слушать. Нельзя сейчас раскисать. Жилн! – громко сказал он в сторону двери в коридор. – Успокоительное какое-нибудь найдёшь?

Меня трясло, и эту дрожь невозможно было унять.

– Подумайте о желании ригессы, – Неин уставился мне в глаза. Похоже, он окончательно протрезвел. – Вы же хотели поломать традицию райгов и запретить удерживать наложниц силой. Не время скорбеть, подданные не должны увидеть вас такой сразу после свадьбы.

Жилн быстро вошёл в столовую с рюмкой в руке. На этот раз что-то прозрачное, с отвратительным запахом.

– Выпейте, госпожа, – старик почти силой сунул рюмку в мою руку. – Нашёл, о чём поговорить, – негромко, но отчётливо пробубнил он в сторону Неина. – Супруга у рига молоденькая, нервы у неё не такие, как у нас с тобой…

Я с омерзением одним махом опрокинула в рот принесённое Жилном пойло. Горло обожгло как огнём, несколько секунд я не могла вдохнуть. Ноздри заполнили запахи спирта и терпких трав.

– Мне показалось, что нервы у Натальи достаточно крепкие, – возразил Неин. – Да и риг сказал: если будет спрашивать – ответь.

– Ответь! – передразнил Жилн. – Не в день же свадьбы!

– Что ты туда намешал? – Неин кивнул на пустую рюмку.

– Двадцать капель успокоительной настойки и самогон от Глеара.

– Жилн, ты с ума сошёл? Ей же стоять рядом с ригом!

– Вот вы и объясняйтесь с ригом, господин казначей, – сладенько ответил старик. – А потом поставим для супруги рига кресло в зале. Будет сидеть, поздравители переживут как-нибудь.

Голоса то приближались, то отдалялись. Мне казалось, что нахожусь внутри гармошки: стены сжимались и снова расширялись. Потолок норовил упасть на голову. Меня придавило к креслу. Дрожь прошла, мысли текли медленно. Оина нет… Думать о желании… Супруга рига – о ком это они? Ах да, я теперь жена Каирна. А он приказал убить Оина…

Неин поднялся со стула

– Кто в зале? – быстро спросил казначей.

– Риг и Эйг, – ответил Жилн. – Марн только вышел.

– Это хорошо. При Эйге можно, – Неин скользнул в зал прямо сквозь стену.

Я прикрыла глаза. Наваливалась мучительная полудрёма, смешивая картинки и тасуя их как игральные карты. Я с Оином в ночь перед нашествием луров… Настя с чуть заметным животом… Свадебный вальс… Мертвое тело Оина в луже крови… Чаша на двоих и ревущая толпа… Поцелуй под радугой… Скрин о "бывшей" с Настиной странички…

– Полный отруб, – сказал над головой Каирн. – Уверены, что это стоило делать?

– Наталья была на грани истерики, риг, – отозвался Неин.

– Надо было позвать меня, а не поить её всякой дрянью! Тащи кресло в зал.

Меня подняли в воздух и прижали к чему-то тёплому, надёжному. Я сквозь дрёму обняла это тёплое и вяло улыбнулась.

– Попробуй открыть глаза, золотко, – мягко сказал Каирн. – Ты ведь наверняка хотела кое-о-чём у меня спросить, обсудить желание…

Я пыталась разомкнуть веки, но они казались невероятно тяжёлыми.

– Это зелье может действовать так до самого вечера. Но если ты сможешь успокоиться – его действие прекратится, – продолжал Каирн. – Подумай о хорошем, или хотя бы о том, что завтра ты должна произнести желание. Не могла же ты не обратить внимание на аукцион девственности, – в его голосе прозвучал смешок. – Я совсем не прочь дать тебе запретить этот обычай. Ты не вовремя расклеилась, девочка…

Да, не вовремя. Каирн прав. Я могу многое сделать, если достаточно быстро приду в себя.

Глаза, наконец, раскрылись, всё вокруг расплывалось от слёз.

– Вот и умница, – сказал риг. – Бери себя в руки, чем быстрее тебя отпустит – тем лучше. Аига среди поздравляющих, конечно, нет?

– Нет, но я могу вызвать Гоина, – отозвался за его спиной Неин.

Вскоре я сидела в кресле, и меня окутывали знакомые волны спокойствия. Целителя я не видела, но знала, что он стоит у меня за спиной.

Жилн запускал в зал хорошо знакомых мне поздравляющих: Марна, магичек, причём Роан пришла вместе с Двааром, Неина с женой – официально, через главный вход, Глеара с Магдой…

Я вслушивалась в слова поздравления, стараясь не встречаться ни с кем взглядом. Все, конечно, видят, в каком я состоянии, потому-то Жилн и не торопится впускать сюда знатных райгов.

– Как дела, золотко? – Каирн подошёл ко мне и заглянул в лицо.

– Лучше всех, – язык немного заплетался, но я всё же смогла ответить.

– Ну, раз лучше всех – давай-ка подниматься.

Каирн поднял меня с кресла и поставил на ноги так, что я опиралась о него спиной. Руки рига легли на мою талию.

– Зови по нескольку человек сразу, – бросил он Жилну. – Сократим ритуал.

Каирн держал меня так около часа. Я изо всех сил старалась улыбаться.

– Готовь вопросы – всё, что тебе непонятно, золотко, – шепнул мне риг. – Ты ведь захочешь что-то поправить в желании, правда?

Я кивнула. Да, надо было забить чем-нибудь голову, чтобы не думать об Оине. Это ведь я навела Каирна на след. Что он знал со слов Жилна? Оин в каком-то городе у моря. Да, риг не следил за мной, когда я пришла к парочке, но узнал город и примерный район. Я готова была сдать адрес Оина Каирну в обмен на жизни Дваара и Эйга. Наверное, это было бы ещё больнее. Но как я могла не понять, что всё равно наведу райгов на след Оина?

Вспышку отчаяния тут же погасила очередная волна спокойствия. Гоин неприятен мне, но он знает своё дело.

В зал с очередными поздравляющими просочился Аиг. На колени не рухнул, в отличие от большинства гостей, а просто переместился ко мне поближе. Я улыбнулась ему, часть напряжения тут же схлынула.

Краем глаза я заметила, что Гоин нырнул в дверь столовой. Да, два целителя сразу здесь точно не нужны.

К нашим ногам возложили очередные цветы, я начинала чувствовать себя памятником. Благопожелания, подарки – коллекционное вино из большого мира и конвертик с деньгами… Как только эта компания райгов вышла, Каирн повернулся к Аигу:

– Ты-то здесь какими судьбами?

– Неин сказал, что Наташе стало плохо, – коротко ответил целитель.

– В штат тебя, что ли, включить? – задумчиво произнёс риг. – Кстати, почему за жалованием к Неину не подходишь? Всем целителям полагается оплата, и тебе тоже.

– Я это учту, риг Каирн, – спокойно ответил Аиг. – Не отвлекайте меня сейчас.

Я ощущала себя как-то странно, словно из меня выполаскивали что-то тёмное, тяжёлое. С десяток старых райгов в белых палао чинно произносили поздравления. Я заметила, что некоторые из них вполне приветливо улыбнулись Аигу. Всё-таки мы с Оином смогли примирить два народа.

Почему-то об Оине вспоминалось теперь совсем без боли, только со светлой грустью. Я машинально переступила с ноги на ногу, и тут же поняла, что движения больше ничто не сковывает. Аиг, пошатываясь, отошёл и привалился к стене, целитель заметно побледнел. Каирн тоже обратил на это внимание.

– Ты применил исцеление временем? – недоверчиво спросил он.

Аиг устало кивнул. Вид у ириу был такой, словно он не спал несколько суток.

– С вашего возвращения пытался, – с трудом проговорил он. – Только сейчас получилось…

– Жилн, проводи гостя в столовую, отправь туда кого-нибудь соображающего, – отрывисто приказал Каирн. – Дальше сам знаешь. Гостевая комната, полный покой, и чтоб духу там не было никого из больных, даже с обычным насморком. Только здоровые и довольные жизнью!

– Что происходит? – мой голос прозвучал неожиданно резко.

Аиг, пошатываясь, шёл за Жилном к двери в столовую.

– Целитель сделал вещь, которая израсходовала его резерв, – ответил Каирн. – Теперь ему нужно хорошее питание, выпить чего-нибудь для подкрепления сил и изолироваться туда, где никому не требуется помощь. Аиг не просто успокоил тебя, он сделал так, чтобы ты смирилась со всем, из-за чего тебе было больно и плохо. Это называется исцеление временем, и целители-ириу очень редко решаются на подобные вещи. Вернее, они без труда могут сделать это с физическими ранами – убрать синяки, заживить за несколько часов травмы, какие заживают за месяц. Но с душевным состоянием целителям работать гораздо тяжелее. Сейчас ты чувствуешь себя так, будто прошло достаточно времени, чтобы осознать и примириться со всем, что тебя тяготило. Не знаю, сколько вытянул из тебя Аиг – месяц, полгода, год… В общем, несколько дней на восстановление ему точно понадобятся, и пусть лучше проведёт их здесь, а то ещё помчится раньше времени кого-нибудь лечить.

Наконец, поток поздравляющих иссяк, и мы вернулись в столовую.

– Пить, кроме сока, ничего не дам, – сказал Каирн. – Хватит на сегодня экспериментов. Ну что, вопросы задавать будешь?

– Буду!

Я чувствовала себя бодрой, отдохнувшей, настроение неожиданно улучшилось – Аиг привёл меня в нормальное состояние, растратив все свои силы. Теперь я поняла, почему так быстро пришла в себя, когда Каирн вернулся к власти. Аиг пытался применить исцеление временем с самого начала. Он сильно облегчал боль, но не мог полностью убрать её.

– Для начала – откуда здесь набралось столько женщин? – спросила я.

– Вот теперь вижу, что пришла в себя, – удовлетворённо протянул Каирн. – С этим всё просто. Часть баб жила с хозяевами годами и решила в большой мир не возвращаться. Привыкли, бывает и такое. Как в вашей поговорке – бьёт, значит любит. Несколько вышли тут замуж, и их, как Магду, всё устраивает. Но таких – по пальцам пересчитать. А в основном райги после моего возвращения просто притащили назад своих бывших наложниц – кого смогли найти, конечно. Кое-кто обзавёлся новыми девицами. Марн, например, живёт сразу с двумя.

– Спасибо, я поняла, – я поморщилась. – А что за аукцион девственности?

– Старая традиция райгов. Дочь можно выдать замуж, а можно продать в наложницы тому, кто больше заплатит.

– Гадость какая! – вырвалось у меня.

– Золотко, ты – ригесса, тебе и карты в руки, – улыбнулся Каирн.

– Но желание-то должно быть одно, – хмуро напомнила я. – И оно уже есть.

– Ну так переформулируй, – пожал плечами риг. – Чего ты вообще хочешь?

– Чтобы здесь прекратились постоянные массовые изнасилования! – раздражённо ответила я. – И к женщинам перестали относиться как к вещам.

– Вот. А теперь формулируй желание, – кивнул Каирн.

– Запрещается насиловать женщин и удерживать их в своём доме и в этом мире силой? – неуверенно произнесла я.

– Дополняю – в исключительных случаях судьбу женщины решает риг, – он с удовольствием сделал глоток вина. – Приведённую на землю ригов женщину из большого мира можно удерживать против её воли не больше недели, не делая того, что может повредить её здоровью. Если по истечении этого срока она не захочет остаться, её нужно вернуть в большой мир.

– И больше никогда не приводить сюда силой, – подумав, закончила я.

Кто знает, какие лазейки могут найти райги! Лучше сразу поставить жирную точку там, где нужно.

– Идёт, – понимающе усмехнулся Каирн.

Неделя – это много, но я и так выторговала для женщин больше, чем рассчитывала. Может, потом получится отменить или хотя бы сократить и эту неделю.

– Насчёт исключительных случаев, что ты имеешь в виду? – подозрительно спросила я.

– Именно исключительные случаи. Вроде смерти хозяина или, например, как в случае с Эйгом, – несогласии отца отдать дочь за нужного человека. Лоисса, кстати, спит и видит, как выйдет за него замуж, жена Неина с ней говорила. Я не собираюсь оставлять здесь силой всех баб, которых притащат райги. От тех, кто останется добровольно, толку будет больше, можно привлекать их к делу. Парикмахер, например, очень неплоха, и, вроде, уходить не собирается. Сделать ей кабинет и пусть работает, многим нашим будет удобнее ходить к ней, чем записываться к мастерам большого мира.

– Не нравятся мне эти "исключительные случаи", – пробормотала я.

– Золотко, есть такое понятие – "компромисс", и на него периодически нужно идти, – терпеливо ответил Каирн. – Я даю тебе возможность поломать под корень один древний обычай райгов и существенно подкосить второй, но оставляю себе возможность в единичных случаях принимать решение, не оглядываясь на какие-либо запреты и законы, как это было и раньше. Есть закон, и есть риг, который имеет право позволить его нарушить.

– Каирн, ты вообще понимаешь, что это не "законы" и "случаи", а переломанные судьбы?

– Понимаю. И ещё понимаю, что мир райгов готов к переменам, и подводила его к этому, главным образом, ты. Так что тебе эти перемены и начинать, а я поддержу. Или придержу, если по молодости будешь делать ошибки. Что-то мне подсказывает, что завтра те, кто не давал клятву ригу, решат мне присягнуть. Хочешь пари?

– Нет, всё равно проиграю, – вяло усмехнулась я. – А на что ты хотел поспорить?

– На желание в постели, – прищурился он.

– Боюсь представить…

– А ты не бойся. Постепенно всё попробуем, но по твоей доброй воле. Уверен, что некоторые игры тебе понравятся.

– А за теми, которые не понравятся, ты пойдёшь к моей матери? – я невольно поморщилась.

– Золотко, а ты, оказывается, ревнивая, – рассмеялся Каирн. – С твоей матерью я пару раз виделся после возвращения сюда, оставил ей приличную сумму в знак благодарности и больше там не появлялся. Подозреваю, что она уже нашла очередную "любовь всей своей жизни". В вечной верности клясться не буду, но вообще-то я достаточно нагулялся, и собираюсь заниматься своим миром. И молодой женой, разумеется. Вот сейчас и начну! – он встал и подхватил меня на руки. – Нас ждёт брачная ночь, а эта дама ждать не любит.

Эпилог

Толпа ревела всё громче. Я стояла на помосте посреди площади рядом с Каирном. Моя рука на его руке, но на этот раз риг переплёл наши пальцы и слегка сжимал мою ладонь.

– Да будет так! Да будет так! Да будет так! – разносились над площадью многократно усиленные голоса магов.

– По ритуалу, ригесса произнесёт желание, которое должно быть исполнено, – заговорил Каирн, и рёв толпы тут же смолк.

Я краем глаза заметила, как напрягся стоящий слева Эйг.

– Говори, – шепнул риг.

И я заговорила, внимательно глядя в толпу. Райги переглядывались так, словно предвидели то, что услышат. На их лицах читалось: "Не слишком приятно, но, в общем, предсказуемо".

Каирн дополнил новый закон под одобрительные вопли подданных.

– Кроме того, многих интересует, что будет со старинной традицией дркуна. Этот вопрос уже почти решён, и дркун будет открыт, – продолжал Каирн. – Но ригесса чётко сказала – никакого насилия, так что своих женщин туда приводить запрещено.

– А в исключительных случаях? – со смешком выкрикнул кто-то из толпы.

Тяжёлый взгляд Эйга упёрся в весельчака, и пересмешки вокруг затихли, едва начавшись.

– Исключительность случая определяю лично я, – голос Каирна зазвучал властно. – И если жена или наложница откажет тебе в постели, не приготовит обед или даже разобьёт тебе голову во время скандала – это только твои проблемы. А вот если женщина тебя убьёт – это действительно исключительный случай, и решать этот вопрос буду я. Тебе от этого легче? – в голосе рига прозвучала откровенная насмешка. Каирн кивнул магам. – Подтвердите новый закон.

Голубое небо и белые облака между двумя солнцами трижды прорезали по три молнии. Мантия соскользнула с руки Роан, и стало видно, что кисть магички украшает летящая птица – брачная метка магов.

– Да будет так! Да будет так! Да будет так!

– Добавлю, на всякий случай, что вечером состоится очередной публичный поединок, – произнёс риг. – Как говорят сами участники, вызов был сделан и принят намного раньше. Так что все приглашаются на этот бой.

Площадь мы покидали под приветственные вопли.

– Что за поединок? – спросила я, когда мы вошли в ворота замка.

– У телохранителя своего спроси, – ухмыльнулся риг. – Вроде, взрослые люди, а всё неймётся проверить, кто сильнее.

Я обернулась, но Эйг уже куда-то исчез.

– Можешь не искать. Он наверняка решил пройтись, послушать, как у народа с настроением.

– Опять бой с Двааром?! Я думала, они после всего помирились…

– Золотко, разумеется, они помирились. Энергию деть некуда, да и заплатят им за это зрелище неплохо. Кстати, ты всё переживала за Роан. Метку заметила?

Я кивнула.

– Как видишь, всё в порядке. Так что думай о себе, а другие и так разберутся в своих проблемах, – Каирн обнял меня за талию. – С началом соправления, ригесса!

Я улыбнулась ему. Да, начало положено. Постепенно я придумаю, как убрать поправку Каирна по поводу недели. А пока надо разобраться со школой на земле ригов, найти работу для женщин, если они этого захотят, встретиться с теми из них, кто решит остаться…

– Каирн, как организовать проверку, чтобы тех, кто захочет, действительно выпустили отсюда? И вообще, как можно контролировать этот процесс?

– Да что ж тебе неймётся! – хмыкнул он. – Всё это организует Эйг, и не сомневаюсь, что он будет узнавать о каждом нарушении в течение часа-двух. Наберёт людей – ему положено несколько помощников – и всё будет под контролем. У тебя будет штат профессиональных помощников – Эйг с командой, которую составит сам, Аиг – на тебя он совсем не прочь поработать, Неин и Жилн тоже к твоим услугам – они знают обо всём, что происходит на земле ригов. Можешь задействовать Магду как личную помощницу – она довольно толковая девица. Но во всё это, нетерпеливое золотко, ты будешь вникать завтра. А сейчас выбирай, куда именно мы пойдём гулять в большой мир.

– Не знаю. В какой-нибудь парк, где много цветов, и есть на что посмотреть.

Каирн широко улыбнулся.

– Петергоф устроит? Цветы, фонтаны, роскошный дворец и огромный красивейший парк. Расскажу всё не хуже экскурсовода.

– Устроит.

Делом заняться Каирн мне явно не даст, а всемирно известный дворец посмотреть интересно.

– Прошу прощения, риг, – в ворота вошёл Неин. – Буквально на несколько слов. Наталья, мои поздравления! Вы выглядели очень уверенно, – он поклонился.

– Пойди пока переоденься, золотко, – Каирн коснулся губами моего виска.

Они отошли в сторону. Неин на ходу достал из кармана рубашки сложенную бумагу.

– Есть коды, но не все, – донёсся до меня его голос.

Лучше не думать о том, что это за коды и откуда они взялись. Та история закончилась, и для меня – вполне благополучно. Только вот ноги словно вросли в землю.

– Разберитесь сами. Со всем, и с кодами в том числе, – бросил Каирн. – В конце концов, поищите конверты от карт, они могли остаться в квартире. Всё, до завтра меня нет.

– Да, риг. И ещё Марн просил передать, – казначей протянул ему небольшую коробочку, в каких хранят ювелирные украшения. – Только что закончил.

Каирн подошёл ко мне.

– Непослушная девочка, – бормотнул он на ухо. – Сказал же, иди.

– А непослушных девочек наказывают? – мой голос дрогнул, на несколько секунд вернулись старые страхи.

– Не всегда, – протянул Каирн. – Некоторым из них дарят подарки…

Каирн открыл коробочку. В бордовом бархате лежало блестящее золотом кольцо с белой розой в центре. Края розы окаймлял тонкий золотистый ободок, внизу шли листики из белого золота. Риг надел кольцо на мой безымянный палец и задержал мою руку в своей.

– Стоит снять его и взять в руки, и я сразу услышу тебя.

– Да, я помню.

Из головы не шёл листок с кодами. Без Насти дело вряд ли обошлось. В случайные совпадения мне не верилось, риг твёрдо намерен получить деньги назад. Я была уверена, что коды на листке – от тех самых карт, на которых хранились деньги Оина.

– Пойдём переодеваться, пока ещё кто-нибудь не отвлёк, – Каирн потянул меня за руку. – О чём задумалась, золотко?

Вопрос о Насте вертелся на языке, но я не задала его.

– Придумываю, что и в каких городах ещё хотела бы посмотреть.

Я так и не спросила Каирна о судьбе Насти. Есть вопросы, на которые не стоит узнавать ответы. Особенно если ничего не можешь изменить.

При создании обложки использовано изображение с сайта https://www.pexels.com/

Обложка создана Анной Завгородней.

Content

Гале Анна Супруга рига Оина

Пролог

Глава первая. Совещание у Оина

Глава вторая. Поединок

Глава третья. Неведомые враги

Глава четвертая. Древняя легенда райгов

Глава пятая. Возвращение истинного рига

Глава шестая. Брачные танцы рига

Глава седьмая. Под взглядами луров

Глава восьмая. Кулон с белой розой

Глава девятая. Огненное погребение

Глава десятая. Поводы для размышления

Глава одиннадцатая. У реки

Глава двенадцатая. Пропавшие деньги

Глава тринадцатая. Реформы

Глава четырнадцатая. Тайна Оина

Глава пятнадцатая. Истерика

Глава шестнадцатая. Накануне свадьбы

Глава семнадцатая. Свадебный ритуал

Эпилог