Фоменко Игорь Васильевич

Пепел: Мир праху моему

1. Что нас не убивает...

Вся наша жизнь лишь длинная череда случайностей, неизбежно приводящих к смерти. Всё, что нам остаётся - как можно дольше пытаться отсрочить этот момент. Тем не менее, конец у всех один - тесный деревянный ящик, два метра холодной земли сверху да кучка цветов у фотографии с черной ленточкой.

- Аминь, брат. - Хмуро сказал Толик и махнул рюмку водки.

Черт, видимо я сказал это вслух! Надо держать себя в руках, а то, не дай Ктулху, поминки закончатся дракой! Хорошо, что кроме друга этого никто не услышал...

Я последовал примеру Толика, поморщился от жжения в горле и встал из-за стола. Осторожно прошел между стульями и шкафом, переступая через обувь, вышел из тесной гостиной и оказался на засранной лестничной клетке. Чего толку сидеть в компании молчаливых грустных людей? От этого только ещё херовее.

- Угостишь сигаретой? - Послышался сзади немного осипший голос Наташи.

- Конечно. - Я протянул ей пачку, после чего подкурил нам обоим, затянулся и облокотился на грязную стену подъезда. - Как ты?

- А сам как думаешь? - На меня уставились два красных от слёз глаза.

- Прости.

- Ты не виноват. - Наташа опустилась на ступеньку и грустно усмехнулась. - Конечно, если это не ты толкнул Сашу на дорогу.

- Ната, ну ты...

- Да, забей. - Она опять усмехнулась и из её глаз покатились слёзы. - Останешься сегодня со мной? Надо вещи Сашкины перебрать.

- Конечно. Я ещё Толяна с Нинкой напрягу, если ты не против.

- Спасибо. - Глухо ответила Ната и закрыла лицо ладонями.

Никогда не знал, что говорить в таких случаях. Как мне кажется, слова здесь бессильны. Чтобы избежать неловкой тишины, я быстро докурил и вернулся в квартиру. Поминки заканчивались, надо было помочь убраться.

Час спустя мы вчетвером сидели на диване в спальне, пили коньяк с шоколадом и делились воспоминаниями. Одежда Шурика была заботливо собрана в две больше сумки - завтра мы с Натой отнесем её волонтёрам. Фотик Ната отдала Нине, ноутбук перешёл по наследству Толику. Себе же я решил выбрать лишь несколько книг из обильной Сашкиной библиотеки. Он страшно любил фентези, особенно книги про магов. Ещё он дико упарывался по мистике, тусил на форумах таких же единомышленников, регулярно ездил на Хортицу на Ивана Купала и всеми силами встрявал в разные околомистические тусовки нашего города, совершая с ними разные обряды и символические жертвоприношения. Само собой, и библиотека у него была соответствующая.

А ещё он с детства пытался подсадить на эту тему и меня. Нет, с фентези у меня вопросов не возникло, любовь к магическим мирам у меня вспыхнула моментально, а вот с мистикой... Скажем так, я был не против увлечения друга, но такой же страсти не испытывал.

Себе я выбрал собрание "Ведьмака" Сапковского, поморщился при виде "Дозоров" Лукьяненко, и одобрительно хмыкнул, заметив на полке "Путь Демона" Глушановского. Прихватил и его для коллекции, все равно хотел себе бумажное издание заиметь.

- Сёма... - На моё плечо осторожно легли тонкие пальцы Наташи. - Вот, возьми, пожалуйста.

- Что это? - я осторожно взял в руки старый пыльный фолиант, обтянутый толстой кожей.

- Саша купил на днях на барахолке. Говорил, что это настоящее сокровище. - По щеке Наташи стекла одинокая слезинка. - Думаю, он хотел бы, чтобы ты её забрал.

- Спасибо.

Я сложил книги в рюкзак и вернулся в комнату как раз посреди истории из нашего общего детства.

- ... я его подсаживаю на это дерево, он поскальзывается и садится мне на шею! А тут ещё и Петрович на шум из дома вышел, и только солью по мне - бабах! Чётко в левую булку! Хорошо хоть метров двадцать было, а то убил бы! Я со страху как подорвался, как давай от Петровича лахать огородами! Через заборы, через кусты - шо тот лось через чащу! Короче, кое как выскочил на улицу и понимаю - что-то не то! А Саня всё это время сидел у меня на шее! И ржёт, главное, аж заливается! Две вещи до сих пор понять не могу - как он не свалился, и как я с ним на плечах через полутораметровые заборы перепрыгивал?

- Хорошо, что я с вами тогда за яблоками не полез. Так бы тебе двоих тащить пришлось!

Впервые за эти два дня - худшие два дня нашей жизни - мы искренне рассмеялись. Спустя еще полчаса мы ещё раз простились с другом, выпили и заказали такси. Уже в машине меня опять начало накрывать:

- Не, ребята, всё это херня.

- Ты о чём? - откликнулся с переднего сиденья Толик.

- Да всё о том же! Вот ты как хочешь, чтобы тебя похоронили?

- В смысле?

- Да в прямом! Как тебя хоронить? В каком гробу? Отпевать, или не надо? Крест поставить, или памятник? Какую эпитафию написать, ржачную или серьёзную? Почему это должны решать родственники? Почему не ты сам?

- А и правда! - в голосе Толяна послышалось пьяное возмущение. - Я вот хочу, чтобы на мои похороны кто-то из моих друзей надел черный плащ с глубоким капюшоном, взял косу и просто молча стоял в толпе!

- А эпитафия? -спросил я, посмеиваясь.

- Эммм...

- У него был короткий, но счастливый конец. - предложила Нина, вызвав у нас кратковременную истерику.

- А ты, Нин? - отсмеявшись, спросил я.

- Пусть меня закапывают под "Highway to Hell".

- Шикарная тема! - согласился Толик. - А ты, Семён?

- Пусть меня кремируют, а пепел развеют над Днепром. Не хочу занимать место на кладбище. А книги мои пусть в библиотеку сдадут. На остальное насрать.

- Вот и порешали!

Дома я снял рюкзак и сразу пошёл к холодильнику, достал оттуда бутылку пива, закурил и плюхнулся в кресло. Комп включать не хотелось, говорить с кем-то - тоже. Хотелось просто нажраться и уснуть. Только вот алкоголь в тот вечер меня не брал. Сознание оставалось до омерзения ясным, хотя тело уже изрядно шаталось. Настроение прыгало из одной крайности в другую: сначала хотелось петь и плясать, потом в исступлении биться головой о стену. Это спустя много времени я понимаю, что такая реакция нормальна - Санёк был большой частью моей жизни, и не удивительно, что потеря не прошла даром для нервной системы.

Спустя некоторое количество времени и две бутылки пива, мне надоело пить в тишине, и я решил себя чем-то развлечь. Я достал из рюкзака то самое Сашкино "сокровище", сдул с него пыль и открыл на рандомной странице.

Ну, ничего иного я и не ждал. Книга оказалась каким-то старонемецким сборником заклинаний. Пришлось доставать телефон и переводить хотя бы названия - сами заклинания больше походили на латынь. Мой пьяный мозг решил, что неплохо было бы и прочитать одно-два. Весело, как-никак.

Название "Verbindlich Seele" - "настоящая душа" по версии Гугла - меня чем-то привлекло, и я решил его прочесть. Напрягая разбегающиеся глаза и с трудом ворочая языком, я кое как продирался сквозь зубодробительный мёртвый язык, уже на середине куплета ощущая себя идиотом, но не собираясь останавливаться.

Вот, последнее слово прозвучало... И, ожидаемо, ничего не произошло. Я посмеялся про себя, представляя, как бы скрывал своё разочарование Саша - он очень хотел верить в существование магии.

Приглядевшись, я увидел фразу "закрепить кровью" написанную карандашом узнаваемым почерком Сашки. Ну ладно, исполним последнюю волю усопшего. Сходив на кухню за ножом, я аккуратно проколол подушечку указательного пальца, и красная капля упала на жёлтую страницу. Постояв минуту в тишине, я уверенно назвал себя идиотом и лёг спать.

Утро больно резануло светом по глазам. В голове шумело, во рту пересохло, проколотый вчера палец начал саднить. Я с кряхтением сел в кровати и, обхватив голову руками, начал вспоминать вчерашний вечер.

Вот кто меня вчера дёрнул еще и пиво пить? Еще и книгу кровью заляпал... А, нет, не заляпал. Страница чистая, как так и было. А куда же капля упала? Пол чистый, стол тоже... Ладно, не важно. Хоть и странно. Я же точно помню, этот момент, даже нож лежит на столе!

С Наташкой я встретился только около полудня - пока в порядок себя привел, пока Цитрамон подействовал на больную голову, еще и этот моросящий дождь с пасмурным небом давят на голову... В общем, я все-таки нашел силы выйти из дома. Укрыв короткостриженую голову капюшоном и пыхтя сигаретой, чертыхаясь и стараясь не вступать в лужи, я шел дворами к аллее с часами - любимому месту для рандеву в нашем городке.

- Привет, Нат.

- Здравствуй, Семён. Готов?

- Всегда готов. - Ответил я ей девизом организации, к которой в жизни не имел ни малейшего отношения.

По дороге Наташа говорила о всякой ерунде, будь то погода, экстравагантный вид кого-то из прохожих или вывеска новой кофейни. Я был не против. Девушке надо выговориться, отвлечься, а я... Мне говорить не хотелось. Мы сдали Сашкины вещи в "Красный Крест", на обратном пути зашли в ту самую кофейню, сели за столик, как вдруг я понял, что нахожусь в тишине. Я поднял глаза на Нату. Она отрешенно смотрела в пустоту.

- До сих пор не могу привыкнуть, что его больше нет... - Прошептала она. Я взял её за руку, и она продолжила. - Без него дома так... Пусто...

- Нам всем его не хватает, Нат. - С трудом сдерживая собственные эмоции, начал я. - Но жизнь, наша жизнь на этом не должна кончаться. Это трудно, но мы все это рано или поздно переживём. А Сашка... Сейчас он наверняка в лучшем мире...

- Ты же в это не веришь.

- Я - нет. Зато ты веришь.

- Да. - она вздохнула и вытерла выступившие слёзы. - Да. Наверное, ты прав.

Мы посидели еще немного.

- Сёма, ты сам-то как?

- Сложно сказать. Как опустошенная бочка. Как будто меня выпили и выжали.

- По тебе видно. - сочувствующим тоном без тени иронии произнесла она.

- Все настолько плохо? - Я начал сомневаться в собственном состоянии. Легкий озноб я списывал на похмелье и хреновую погоду, но остальное-то в порядке... Вроде...

- Сам посмотри. - Нат выудила из косметички зеркальце.

Я взглянул на свою физиономию и немного офигел. Бледный, синяки под глазами, белки глаз покраснели, еще и тремор появился. Короче, все было куда хуже, чем я думал.

- Да, перепил вчера немного, завтра уже очухаюсь.

- Ну смотри мне!

Мы допили кофе и разошлись. К концу нашей встречи мне еще больше поплохело, так, что я уже с трудом удерживал вертикаль. Пришлось вызывать такси и ехать эти долбанные четыре квартала. Потом доползти до квартиры, открыть еще бутылочку пива и завалиться в кровать. Подобное лечат подобным, так ведь?

На следующий день мне стало еще хуже. Настолько, что я отпросился с работы и вообще почти не вставал с кровати. Парацетамол не сбивал температуру, горячий чай не облегчал состояние, даже дыхание над горячей картошкой не оправдало возложенных на него надежд. Запас маминых рецептов иссяк, и я решил все-таки обратится к врачу. Но уже не сегодня. Завтра. А пока посплю.

Вся наша жизнь лишь длинная череда случайностей, неизбежно приводящих нас к смерти. Вот мой краткий список: на днях я купил курицу у знакомой бабушки с рынка, порезал её, а нож по своей распиздяйской привычке не помыл, потом по пьяни решил провести тупой непонятный ритуал с протыканием пальца, по "счастливой" случайности мой иммунитет был ослаблен стрессом и зарождающейся простудой. И вот, в мой организм попала одна маленькая, но жутко зловредная бактерия Сальмонелла. В итоге инфекция разрослась в моем теле в рекордные сроки, к врачу я попал только через четыре дня, когда всё-таки решился и вызвал скорую помощь. За неполную неделю бактерия меня сожрала полностью. Свет погас.

***

Нина, Наташа и Толик были в ступоре. Их будто выключили. Ни эмоций, ни реакции на окружение. Потерять двух друзей за одну неделю - это было слишком.

- ...в общем, вскрытие подтвердило диагноз, тело можно забирать. Если хотите, могу дать вам контакт очень хорошего человека, он поможет организовать похороны.

- Нет. - Толик первым вышел из прострации.

- Что "нет"? - Патологоанатома было трудно удивить, но у Толика получилось.

- Похорон не будет. Семён хотел, чтобы его кремировали.

На следующий день вся троица уже стояла на мосту над широкой спокойной рекой. Толик держал в руках урну с прахом Семёна. Первые тёплые лучи, пробивающиеся сквозь редкие облака, легкий ветерок, треплющий волосы - погода была слишком жизнерадостна.

- В добрый путь, брат. Мир твоему праху.

- Спи спокойно. - Выдавила из себя Нина.

Наташа вообще ничего не сказала - крупные дозы успокоительного делали своё дело. Толик открыл крышку и, чуть замешкавшись, высыпал содержимое вниз. Порыв ветра легко подхватил невесомый пепел и понес его куда-то на север.

2. Лекарство от изжоги

Когда свет погас я долго не мог понять, почему я всё еще мыслю? Дальнейшим открытием было то, что я все еще могу слышать. Я четко слышал противный писк кардиомонитора, оповещающий об остановке моего сердца, я не мог пошевелить ни единым мускулом, но всё еще продолжал... быть.

Поначалу я списывал это на тот факт, что после остановки сердца мозг продолжает жить еще несколько десятков секунд. Потом подумал, что я ошибся, а мозг живет несколько минут. Потом, когда кардиомонитор выключили, а моё тело, по ощущениям, накрыли простынёй, мои мысли вообще начали панически бросаться из края в край.

Я вспомнил прочитанные мной заметки о летаргическом сне, что только современное оборудование может засечь сердцебиение во время такого состояния. Потом прикидывал вероятность того, что достаточно современный кардиомонитор сломался одновременно с моим переходом в состояние летаргии. Вспомнилась теория о том, что Гоголя похоронили заживо именно из-за летаргии. И что вскрылось это, якобы, после того, как его тело решили перезахоронить. Мол, лежал он на животе, и крышка гроба изнутри расцарапана была.

Эта картинка, всплывшая в сознании, полностью очистила разум, оставив лишь одну мысль: Убейте меня, пожалуйста! Не хороните меня заживо, сначала убейте!

Хотя было в этом и приятное ощущение - не было боли. Совсем. Осязание, хоть и притупленное, было, а боли - нет. И это радовало.

Еще через полчаса субъективного времени меня переложили на каталку и увезли в недра больницы. Как я понял по резко упавшей температуре воздуха - в морг. И это принесло новое испытание на мою голову - боль вернулась сторицей! Любому станет больно, если ему разорвать грудную клетку и начать вытаскивать внутренности! Когда сверлят череп, чтобы взять материал для биопсии мозга. Когда берут на анализ костный мозг. Если бы я был жив - умер бы, без шансов.

Наконец, меня зашили и выдали диагноз - причиной смерти стала сальмонелла. Можно хоронить. Тут моя уверенность в летаргической теории сильно пошатнулась. Сложно продолжать жизненный цикл без легких, печени и ЖКТ. Да и мыслить без половины мозга затруднительно, если я ничего не путаю.

Здесь я чуть не начал молиться - я очень хотел, чтобы Толик вспомнил о моей просьбе. Я надеялся, что тогда окончательно сдохну. Как же я ошибался... Когда меня положили в печь крематория, я понял, что если ад и существует, то он не такое уж и горячее местечко. Я вернул зрение, когда вместе с кожей сгорели мои веки. Я не потерял ни его, ни слух, когда вместе с мышцами и органами сгорели мои глаза и барабанные перепонки. Я потерял лишь веру во что-то светлое и хорошее.

Боль ушла вместе с последней догоревшей костью. От моего тела остался лишь жирный пепел, но я продолжал жить. Я продолжал мыслить, ощущать этот мир, слышать и созерцать его. Не мог я лишь двигаться. Ну нет мышц у горстки пепла, как ты не крути.

Боже, я ощутил себя кучкой говна, когда санитар веником сгребал меня в совок и пересыпал в урну. Это прозвучит глупо, но в тот момент я ощущал каждую частичку пепла, оставшуюся от моего тела. Очень странное ощущение.

В урне я был в тишине и покое. Почти никаких звуков не доносилось снаружи. Вот он, загробный покой. Где-то в этот момент я почти перестал чему-либо удивляться. Честно говоря, я почти смирился с тем, что осяду в иле на дне реки, коротая вечность с сомами и раками. Свой собственный личный ад... Не сложилось. Не знаю, к счастью или к сожалению.

Когда крышка урны открылась, я на секунду ослеп. А еще через секунду я летел в неведомую мне сторону, подхваченный буйным весенним ветром. Это было... прекрасно! Я всю свою сраную жизнь мечтал полетать, а теперь, после... смерти. Да, назовем вещи своими именами, я умер! И вот теперь, после смерти, я лечу!

Ветер нёс меня прочь от прошлой жизни, солнце грело сверху... Я вспомнил жар печи крематория, он будто въелся в меня навсегда... И я просто выплеснул его наружу. Не могу описать, как именно я это сделал, просто захотел - и получилось! И вот, маленький огненный вихрь летит в будущее, спалив при этом небольшую рощицу... Я случайно, честно!

Жар поднимает меня ввысь, ветер увлекает все дальше... Вверху холодно. И чем выше, тем холоднее, тем ближе по ощущениям к тем ледяным оковам смерти, сжавшимся на моём горле сразу после моего последнего вдоха. Я остываю, я покрываюсь инеем, я сам начинаю источать могильный холод... Опускаюсь... вижу под собой незнакомый город. Я не мог улететь далеко, но в этом городе я еще точно не бывал - не узнаю его очертаний. Я успокаиваюсь, немного теплею, стараясь сохранять тот хрупкий баланс, поддерживающий мой полёт... Но у ветра другие планы.

По пути часть моей "тучи" осыпалась вниз - это был не я, это был пепел от того гроба, в котором меня сожгли, я же остался маленьким, невесомым облачком. И вот, поток воздуха резко сменил направление, и я увидел перед собой открытую форточку...

***

Шумно отдуваясь, Богдан повернул ключ в замочной скважине и едва не выругался на весь подъезд -- дверь в квартиру едва не вырвало мощным сквозняком от незакрытой форточки. Зайдя внутрь, он бросил пакет с едой на стол, кинул пару чайных пакетиков в полулитровую кружку, стоящую на столе, добавил восемь ложек сахара и залил кипятком из недавно закипевшего чайника. Сквозняк, ворвавшийся в его квартиру лишь немного разметал салфетки на столе. Единственное, чего Богдан не заметил по своей типичной рассеянности - маленькой горстки серой пыли на дне его любимой кружки.

Внезапно прошедшая изжога, мучавшая его с самого утра, станет для Богдана последним радостным событием в этот день. И не только потому, что соседи за стеной снова начали громко выяснять отношения.

***

Сука. Меня выпили. Меня банально залили кипятком и выпили, как грёбанное лекарство, позволив увидеть богатый внутренний мир! Никому не пожелаю побывать в роли эндоскопа. Узко, темно, склизко и воняет. А еще меня начала разъедать желудочная кислота. Однако, от того, чтобы снова разогреться и сжечь этого мерзкого жирдяя, меня остановила одна мысль: если я уж и так попал в необъяснимую ситуацию и начал делать необъяснимые вещи, то зачем на этом останавливаться? Вдруг это мой второй шанс? Терпение, друг мой, терпение.

Минут сорок спустя я уже плыл по кровотоку своей невольной жертвы. Я ничего не видел, меня оглушал стук сердца, я продвигался абсолютно наобум. Моей главной целью было прорваться сквозь гематоэнцефалический барьер и попасть в мозг. Моей нежелательной целью было оказаться отфильтрованным почками и выйти в унитаз. Итак, добиться первого и избежать второго - что может быть проще?

Я не нейрохирург, не биохимик и не микробиолог, тем не менее я более чем уверен, что менял всю биохимию пациента на ходу простым усилием воли. Я просто очень хотел проникнуть в его мозг и там обосноваться, в итоге я прошел абсолютно незамеченным иммунной системой, пробился в его голову и осел всеми наночастицами на его синапсах. Теперь у меня был доступ ко всему... Но спешить мне было некуда.

Сначала я последил за ним через его же глаза, попытался понять, что он за человек, чем живет, с кем живет... Потом я немного покопался в его памяти, пережил в его шкуре пару неприятных моментов из детства, тщательно его изучил... Ну а что? Каждый паразит должен знать своего носителя!

Носитель... Как быстро психика адаптируется к новым обстоятельствам! Стоило обозначить новые переменные, как сознание сразу же услужливо приспособилось и стало воспринимать происходящее как должное! Я уже спокойно принимал себя как разумную кучку пепла, впитавшуюся в тело чужого человека и активно копошащуюся в его мозгу.

Ну да ладно, я отвлекся. Мой "носитель" оказался... Короче, я толерантный человек, никогда боди-шеймингом не страдал. Я понимаю, что у людей бывает плохой обмен веществ, проблемы с сердцем, другие проблемы со здоровьем; бывают люди худые и полные, стройные и пышные, тощие и пухлые... Но этот персонаж был отвратительно жирным (160 килограмм!), ленивым ненасытным говном. Это моё официальное заявление.

Вся его жизнь состояла из лежания в кровати, залипания в интернет и бесплатные ММО-игры, поглощения еды и сериалов. Иногда это прерывалось походами в туалет и магазин. Его все устраивало.

Периодически он подрабатывал аутсорс-дизайнером различных премиум-скинов и костюмов для бесчисленных китайских онлайн-игр, получал пенсию по поддельной, купленной пять лет назад инвалидности и материальную помощь от государства, как детдомовский. Этого ему с головой хватало на безразмерную одежду, тонны жратвы и интернет, а большего ему и не надо было. Его все устраивало.

Да, он был сиротой, воспитанным в детском доме. С самого детства он так и не завел себе друзей. Это в своё время уберегло его от наркомании и алкоголизма, что в его среде обитания было скорее нормой - ему просто не с кем было колоться, да и купить было не у кого. Он был изгоем все детство, и менять этого не собирался. Его все устраивало.

По достижении восемнадцати лет он получил от государства квартиру в бывшем общежитии, а ныне - доме для малоимущих семей, и оказался в окружении таких же маргинальных элементов, как и в детдоме. Собственно, здесь он и продолжал обитать по сей день. Родных нет, друзей нет, из знакомых только продавщица в магазине продуктов и пара регулярных сопартийцев в игре. И его это вполне устраивало.

Но это не устраивало меня. Когда я понял, в каком теле оказался, у меня возникло желание сильно разогреться, как тогда в полёте, и сжечь его на хер вместе с его берлогой и тем клоповником, в котором эта квартира располагается! После чего снова лететь по ветру кучкой свободного пепла в поисках новой жертвы... Но, по здравом размышлении я рассудил, что второй раз мне может не повезти, и я окажусь сожранным какой-нибудь крысой... Или вообще пойдет дождь, меня смоет в канализацию, и привет сомы и раки!

Ну уж нет! Я получил второй шанс на жизнь, и упускать его не собираюсь. Тем более - с новыми возможностями! Ну нет, пускать фаерболы я обязан научиться! Ну-ка, посторонись, ленивое чмо! Дорогу энтузиастам!

Бесполезно. Сколько бы раз я не пытался взять под контроль его тело, я будто бился о невидимую стену! Когда я изо всех сил напрягся и попытался вытеснить его сознание, это не принесло никаких результатов. Я только лишь начал "распаляться". А он только покачнулся, потрогал закружившуюся голову и пошел к аптечке за жаропонижающим. Хорошо, что я вовремя взял эмоции под контроль и не дал себе спалить тут все к чертям. Душой чувствую, я на это сейчас способен!

Но сейчас мне необходимо было заполучить себе новое тело полностью под моим контролем, а не устраивать массовые пожары... Этим я и потом могу заняться, в конце концов.

План созрел у меня через неделю бесцельной долбежки в закрытую дверь. Я подумал, что раз даже во сне у меня не получается получить контроль, то может не стоить пытаться влить лишний литр воды в полный под крышку бидон? Может лучше не пытаться втиснуться вторым, чтобы не получить раздвоение личности? Что, если спровоцировать потерю сознания и занять его место? В тот момент я был уверен ,что "потеря сознания" - понятие буквальное.

Я аккуратно обволок собой гиппоталамус и попытался сделать так, чтобы обе сонные артерии сжались, обеспечив мозгу кислородное голодание. По моей задумке этого должно было с лихвой хватить. Но ни один план не переживает начала атаки, верно?

--

3. ... делает нас сильнее.

Богдану впервые за долгое время стало страшно. Сначала закололо в груди, сразу стала неметь левая рука, закружилась голова. "О, боже! Неужели инфаркт?! В двадцать три года?! Вот черт, вот черт!" - метались в мысли в его голове.

Он попытался встать с дивана и доползти до аптечки, чтобы добраться до валидола - он точно помнил из рассказов бабушек у подъезда, что валидол помогает от сердечных приступов! Но ноги подкосились, и он всем своим богатырским весом рухнул на прикроватный столик, разбив его в щепки и расплескав вокруг колу из незакрытой бутылки.

Головокружение усиливалось, Богдана стошнило, он из последних сил сдерживал внезапно разбушевавшийся кишечник, сил встать уже не оставалось... Первым отключилось боковое зрение. Теперь он видел лишь круглое белое пятно побеленного лет двадцать назад потолка. Да и то стремительно таяло, оставляя лишь черноту после себя.

***

Говорила мне мама, учись на врача! Ну я и пошел учиться. Потом бросил на третьем курсе, поняв, что в этой профессии себя вообще не вижу. И ушел в инженеры. А надо было доучиться, надо! Тогда не вызвал бы сейчас у подопытного тахикардию вместо спазма сосудов! Но кто ж знал, да?

В попытке исправить ошибку, я попытался сердце немного успокоить, приостановить его... Наверное, не рассчитал силы. Когда сердце жирдяя остановилось, я почувствовал себя Гомером Симпсоном за пультом АЭС - тревога, куча моргающих лампочек, сотня кнопок и ни хрена не понятно! И каждым своим действием я только могу усугубить ситуацию. Я запаниковал, попытался сделать хоть что-нибудь, но вызвал лишь рвотный рефлекс и стимулировал перистальтику кишечника. Короче, по моим расчетам, мой подопытный сейчас умирал в луже блевотины и в куче дерьма. Зашибись!

Зато кислородное голодание мозга я обеспечил, этого не отнять. Вместе с остальным организмом, правда, но это так, мелочи... Разве это проблема для меня - разумной всемогущей кучки пыли? Ничего страшного, попытаюсь оживить труп! А когда начну разлагаться, то смогу затеряться в толпе на комик-коне, скажу, что это косплей по одному зомби-шутеру. Молодцом, Сёма! Красавчик!

От саркастического самобичевания меня отвлекло странное ощущение, будто бы стена, блокировавшая мне доступ к телу, ослабла. В этот момент я перестал думать. Я просто начал действовать на одних инстинктах. Одной лишь силой воли я нащупал эту "стену", и понял, что это и было его сознание, его... душа. И она... таяла. Я бережно взял её в воображаемые руки и аккуратно сжал в маленький светлый комочек, поле чего поместил его в самый отдаленный уголок памяти, где-то возле его первой новогодней ёлки. Там ему будет тепло и хорошо. Все-таки, каким бы противным он мне не казался, но убивать я его не готов.

Я спасу это тело! Или по крайней мере попытаюсь изо всех сил! Путешествовать по кровотоку, когда кровь неподвижна - то еще удовольствие. Я будто бы продирался сквозь кисель, густеющий с каждой минутой. Однако, каким-то чудом до сердца я добрался и начал проводить прямой массаж. Я вспомнил всё, чему успел научиться в меде, окружил сердце и начал его ритмично сжимать раз за разом, стараясь удерживать ритм и последовательность сокращения желудочков. Это не сильно помогало. Прошло уже полторы минуты, а сердце так и не запустилось. Тогда я решил поменять подход. Я обратился одновременно к своим странным, не понятным пока способностям и к знаниям школьного курса физики - я представил, как от меня отделяются свободные электроны, как они собираются в заряд и как я пропускаю этот заряд через ткани сердца... Вспышка! Получилось! Пробежала вполне реальная искра, заставившая сократиться сердечную мышцу!

Есть! С третьей попытки сердце забилось самостоятельно, тело начало дышать, а я быстренько отправился обратно в голову - занимать вакантное место. Если честно, я даже приблизительно не понимал, как я это сделаю. Но то же самое обстоятельство до сих пор мне не особо мешало, так что должен справиться.

Вернувшись в голову, я всеми своими пепельными микрочастицами рассеялся по всем мелким сосудам и... растворился, представляя, что впитываюсь в это тело, принимаю его своим, заполняю его, сам становлюсь той самой "стеной", через которую не мог пробиться...

Все пять чувств включились внезапно. Яркий свет больно резанул по расширившимся зрачкам, в нос ударил тошнотворный запах дерьма, во рту словно нагадили кошки, спину кололи щепки от разломанного стола, а уши ловили звуки дешевой порнушки, запущенной на ноутбуке. Я попробовал пошевелить рукой и поморщился от покалывания, охватившего всю конечность разом - кровоток еще не полностью восстановился. Попытался встать, но поскользнулся в луже разлитой колы и рухнул лицом на пол. Было больно. Но эта боль была приятной - я снова был жив, пусть и за чужой счет.

Спустя пять попыток встать, я все-таки преодолел бессердечную суку-гравитацию и пошел мыться, после отмыл пол, выбросил безвозвратно испачканную одежду и вынес мусор. Если спуститься по лестнице мне особого труда не составило - только заработал одышку, то после того, как преодолел два лестничных пролета наверх, понял, что такими темпами могу заработать второй инфаркт за день, и поехал на седьмой этаж на лифте. От греха подальше.

Стоя перед зеркалом, я осматривал нового себя, привыкая к новой внешности. Человек умелый, человек разумный, сорок шесть хромосом, тридцать два зуба, сто восемьдесят три сантиметра роста, где-то под полтора килограмма мозга - с ухмылкой вспомнил я строчку из одной песни. Только этот человек "разумный" успел нажрать себе вес в два раза больший, чем нужно. И я собираюсь этот момент исправить. Смерть, знаете ли, хороший мотиватор. Пережив её однажды, сразу хочешь поменять жизнь.

Уже уходя от зеркала я заметил на руке какое-то пятно. Рассмотрев его внимательнее, я понял, что это не пятно, а... пепел. Серый прах, впитавшийся в стенки кровеносных сосудов, повторявший их рисунок и проявившийся там, где сосуды проходят близко к тонкой коже. Серые узоры поднимались от запястий к шее, после чего скрывались внутри тела. Ну а что, смотрится неплохо! Такая себе напоминалка о прошлом.

- Memento mori! - Проговорил я непривычным низким голосом, усмехнулся своему отражению и пошел наводить порядок в своей квартире и своей жизни. Теперь уже своей.

Первым делом я покопался в памяти отошедшего от дел Богдана, достал все его заначки и пересчитал имевшиеся на руках финансы. Получилось что-то около трёх тысяч долларов. Еще у него на ноутбуке оставалось около двадцати готовых дизайн-проектов на продажу китайцам, пособие и госпомощь тоже шли в зачет. А еще куча явно лишнего хлама, который можно смело выставить на продажу за полцены - неплохая финансовая подушка. С учетом приличного запаса еды в доме, можно пока не задумываться об источнике финансирования. Хотя нет! Я тут новую жизнь начинаю, теперь задумываться нужно всегда! Но в голову пока ничего путного не приходило.

Я осмотрел квартиру, в которой находился, болезненно поморщился и принялся за уборку. Заодно разгружу немного мозги, может и придет в голову какая-то идея. Как и всегда, идея пришла, освоилась в голове, и переросла в полноценный план уже когда я домывал посуду. И следующие пять дней я приводил в действие первый, подготовительный этап этого плана.

Диван, телевизор, две игровых консоли, большой обеденный стол, старое фортепиано и один из двух холодильников пошли на продажу через сайт бесплатных объявлений. Себе я оставил кровать, ноутбук, пару тумбочек и минимум бытовой техники. Большего мне не нужно.

Аккаунт с играми в Стиме, а также три аккаунта в разных ММО также продались через полулегальные форумы. Еще на продажу ушли те самые отложенные на потом дизайн-проекты. В итоге, уже четыре с половиной тысячи долларов легли на депозитный счет в банке под неплохой процент, с возможностью неограниченного пополнения, но без досрочного снятия. Ничего, меня это вполне устраивает. А пока поживу на деньги государства.

Далее я взялся за содержимое холодильника. Всякие снеки, чипсы, пирожные, газированные напитки и лапшу быстрого приготовления беспощадно выставил на улицу возле мусорного бака - бездомным сегодня будет подарок. Из того, что было оставил ящик банок пепси (иногда не повредит) и семь кило пельменей в морозилке. Не сильно здоровая еда, но если не злоупотреблять...

Вечером погуглил советы по здоровому питанию, нашел курс упражнений, закупил в ближайшем магазине овощей, каш и мяса, чем несказанно удивил местных продавщиц, и приступил к тренировкам. Попытался отжаться от пола, но позорно проиграл схватку с гравитацией. Ничего, Рим не за день строился, начнем с малого. Сначала отжимался от стены, кое-как напрягал пресс, поднимая ноги в лежачем положении, откопал под диваном две ржавых пятикилограммовых гантели, приседал... Прыгать на месте не рискнул, если честно. Опасался за техническое состояние потолочных перекрытий и душевное равновесие соседей снизу.

По ночам начал выходить на пробежки на спортплощадку ближайшей школы. Чтобы пробежать полностью один круг по футбольному полю в первый раз, мне пришлось сделать аж три передышки! Меня не покидало чувство, что прежний хозяин этого тела и без моей помощи откинул бы копыта через годик-другой просто неудачно пёрднув в диван! Можно сказать, я ему сделал одолжение, прекратив его мучения и запихнув в его самое счастливое воспоминание. Такой себе персональный рай.

Первую неделю изнурительных тренировок я решил немного отметить. Взял в магазине (не в том, где обычно, чтобы еще больше подозрений не вызывать) бутылочку коньяка и пачку сигарет с зажигалкой. Сигареты взял чисто на автомате, всплыла вдруг старая привычка; собирался сначала выбросить, но потом решил, что лучше отдам кому-нибудь, кто сигаретку стрельнет.

Разбавив коньяк той самой припасенной пепси, я пригубил получившийся напиток, поздравил себя с началом новой жизни... и тут же вспомнил старую. Вспомнил Толика, Нину, Наташку... Саню. Вспомнил родителей. Вспомнил даже соседей и сотрудников. Вспомнил, как любили мы по субботам вот так же собираться у кого-нибудь дома, точно так же пить коньяк и просто болтать ни о чем. Как ходили мы вечерами по пляжу, наслаждаясь тишиной и прохладой, как посещали концерты, отрываясь на танцполе, как ходили в кино и часами болтали о киноискусстве, разбирая по косточкам тех или иных режиссеров... Много чего вспомнил.

Сам того не заметив за потоком мыслей, я открыл фейсбук и зашел на свою страничку. Увидел в ленте кучу комментариев с соболезнованиями, массу личных сообщений... Блин, это кем надо быть, чтобы отправлять личные сообщения трупу?! Еще бы фотки лайкнули! А нет, таки лайкнули...

Я со злостью захлопнул крышку ноутбука, открыл пачку, открыл окно, закурил, вглядываясь в звездное небо... Мне дико захотелось вернуться в свой город, увидеть друзей, все им рассказать... И тут же загреметь в психушку. Отличный план, Сёма, молодец! А рядом лягут и Ната с Нинкой с помешательством на фоне нервного срыва.

Я со злостью выбросил бычок и захлопнул окно, после чего одним махом допил коньяк и лег спать. Утро вечера мудренее. Утром я уже успокоюсь. Не буду столь импульсивен и пьян. Утром всё будет лучше.

Поворочавшись полчаса, я снова встал, взял сигарету, открыл окно и понял, что зажигалку найти не могу. Включать свет было лень, и я решил обойтись без неё. Ну а что, я же целую рощу сжег собой, что я, сигарету не прикурю? Оказалось, всё не так просто... Сколько я не пыжился, разогреться, как раньше, мне так и не удалось. Я морщил мозг, вызывая в памяти образы того, как меня сжигают. Вспоминал ощущения, расслаблялся полностью, концентрировался на кончике сигареты - без толку. Только соскочила с кончика пальца едва заметная даже в темноте искорка... Я плюнул, выбросил так и не выкуренную сигарету и снова лёг спать.

Чёрт, как же утром у меня болели мышцы! Нет, они и до этого ныли, но сейчас... Прошлым вечером я выложился по полной, отмечая неделю тренировок, и теперь выгребаю последствия... Но это не повод ныть, пора приниматься за работу! Гантели, отжимания от стены (уже гораздо ниже, чем раньше), поднятия ног, приседания... Даже попытался изобразить упражнения на пресс, но получилось откровенно плохо - мешал живот, да и мышцы еще не окрепли.

Вечером опять накатила тоска. Но уже без алкоголя, просто так. Провалялся почти всю ночь. Заснул весьма просто - повторил цикл дневных упражнений, и завалился без задних ног. Когда проснулся, пошел в спортивный магазин и купил боксерскую грушу, а вечером, когда её уже установили, здорово оттянулся на ни в чем не повинном мешке.

За прошедший месяц я потерял двадцать четыре килограмма лишнего веса, и это было только начало! Курение, несмотря на его откровенный вред организму, здорово притупляло аппетит и способствовало сбросу лишнего веса. Для еще большего эффекта я устроился на полставки грузчиком на склад стройматериалов - энергичная физическая работа была мне обеспечена.

Не оставлял я и попытки развить магические навыки. Я смирился с тем, что не смогу объяснить случившееся со мной стандартной научной моделью, и ввел в свой лексикон понятие "магия". Забавно получается, Сашка всё-таки был прав. Магия существует! Представляю, как бы громко он кричал мне в лицо "А я же говорил!".

Так вот, спустя месяц я уже мог немного сдвинуть с места чашку с водой силой мысли, а после пятиминутной сосредоточенной медитации кончик сигареты воспламенялся самостоятельно! С ума сойти, я зажигаю сигарету силой мысли! Кури в сторонке, Копперфилд! Еще немного, и я всех вас, фокусников за пояс заткну! С холодом я тоже освоился достаточно для того, чтобы мой прохладительный коктейль не нагревался, стоя на столе. К сожалению, на этом мои достижения заканчивались. Увы, я не Доктор Стрэндж и не Гарри Поттер, рядом со мной нет толп учителей магии.

Но однажды вечером... В общем, меня попыталась ограбить пара наркоманов из моего дома. Они прошли за мной до моего подъезда, поднялись со мной в лифте... Я их видел раньше, они уже приходили к моему соседу, потому я и не обратил на них особого внимания. Я как всегда подошел к своей двери, вставил ключ в замочную скважину, провернул его и получил сильный удар по затылку чем-то твердым. Голова закружилась, я ввалился в прихожую, едва успев подставить руки, и упал на четвереньки, мотая головой и пытаясь прийти в себя. По шее побежало что-то мокрое и тёплое.

- Ебать он кабан! Давай еще раз лупани! - услышал я высокий сиплый голос сзади. Тут же прилетел еще один удар, но и он не смог выбить из меня сознание. Я просто больно упал лицом в пол, что-то бессвязно мыча и шаря по полу руками. - Да бля, вырубись ты уже! Сука толстая! - несколько ударов прилетели в рёбра, один по печени и в район правой почки. Больно, обидно, страшно. Но сознание не теряю. Третий удар трубой по голове всё-таки заставил меня вырубиться.

Пришел в себя я все там же в прихожей, лежа лицом на полу в лужице собственной слюны, смешанной с кровью. Голова трещала по швам, тело не слушалось, запястья и лодыжки были связаны. В комнате я слышал приглушенный мат и шорох - парочка наркоманов из соседнего подъезда копались в моих вещах в поисках денег. Видимо, полтинника в моем кошелке им было мало, ха!

Меня начало потряхивать. Не от холода, скорее от адреналина и злости. Нет, ну ты подумай! Вломились, избили, а теперь еще и в вещах моих копаются! Это крайняя степень наглости! Я постепенно начал распаляться. Не только эмоционально - физически тоже. Я вспомнил всё - от унижений в детском садике до собственной кремации, от нахамившей продавщицы до нагадившего на плечо голубя! Мои ноздри уловили запах гари - это горели веревки, стягивающие мои конечности. Поначалу было больно, но легкие поверхностные ожоги не шли ни в какое сравнение с горящими костями, а потом боль ушла - вместе с треском разрываемых пут.

- ...лядский жиробас, где он бабос заныкал?!

- А я гребу? В ящике с носками глянь!

- Васян, чё он там ворочается?! Иди ёбни его еще разок!

- Пизда вам, уроды!

Мой объятый пламенем кулак со всего маха вошел в контакт с челюстью первого нарика, копавшегося в комоде. Удар ноги в солнечное сплетение довершил начатое, и нарик отправился в стену отдыхать. Второй неуклюже кинулся на защиту, но отлетел в другую стену. Тут я его даже не коснулся - хватило взмаха руки. Джедаи рулят, сука! Начавший вставать первый получил с ноги в лицо и снова прилёг. Не зря же я на груше три недели удары отрабатывал!

- Да кто ты, бля, такой?! - Взвыл второй.

- Я? - Я медленно подошел к нему и, не без помощи телекинеза, поднял его одной рукой за горло. Рука к тому моменту уже покрылась инеем - моё проснувшееся хладнокровие потушило гнев и излилось наружу могильным холодом. - Я, бля, твой личный ангел смерти!

Я обеспечил его еще парой "горячих" оплеух и вышвырнул с лестницы. Второго постиг тот же итог. Напоследок посоветовал обоим забыть этот адрес, после чего закрыл дверь, достал сигарету и закурил. И да, я даже не воспользовался зажигалкой - просто захотел, и сигарета зажглась. Вот, что значит адреналин!

Затылок саднил, запястья и лодыжки ныли от веревок, рёбра отдавали тупой болью при каждом вдохе, но я этого не замечал. Я наслаждался победой! А еще я немного недоумевал - еще час назад я не мог даже половины того, что выдал на голых эмоциях! Может, не стоит слушать всяких йогов и приводить мысли в покой? Может, наоборот стоит взвинтить себя посильнее?

А еще я подумал о том, что мне срочно нужна ТА самая книга! Вот кровь из носу, как нужна! Ибо именно в ней есть те знания, которых мне ой, как не хватает! Не просто же так я не умер, оставив сознание привязанным к телу, а в последствии - к пеплу? Мне нужно прочитать эту книгу! Прахом своим клянусь, я её достану!

4. 451RF

С работы отпросился легко. Просто рассказал о нападении, показал рассечение на затылке, и меня без лишних вопросов отправили два дня отлёживаться дома. Билеты на автовокзале взял в то же утро, час ожидания, два часа тряски в душном автобусе, и вот, я снова в родном городе!

Странное ощущение - снова идти по этим улицам, видеть те же здания, те же маршрутки, те же витрины... И не считать это родным. Больше нет. Либо события, произошедшие со мной, меня закалили, либо новое тело дало другую точку зрения (в прямом смысле - в этом теле я стал чуть выше). Не понятно.

Первым же делом я решил направиться на свою старую квартиру. Была вероятность, что книга еще там, а как её достать - придумаю по ходу дела. Не думаю, что это будет так уж сложно. На крайняк скупщиком назовусь, почему и нет? Если, конечно, в квартире кто-то есть...

Как ни странно, после звонка я услышал за дверью шаги. И тут же начал паниковать. Что мне сказать? Как на меня отреагируют? Кто там сейчас вообще находится? Может квартиру уже продали?

- Кто там?

- Э-э-э... - я на секунду замялся. - А Семён Туров здесь живёт? - Я уже мысленно отбил себе фейспалм. Просто ляпнул первое, что в голову пришло.

- А кто его спрашивает? - По-моему, это Наташкин голос. Только какой-то... осипший.

- Меня Богдан зовут. Мы с ним по работе пересекались, только я из Днепровского филиала. - Я уже начал выдумывать на ходу, меня тупо несло. - Я в командировку приехал, а он мне предлагал у него пожить. Лучше ведь у знакомых, чем в гостинице! Мы с ним месяца полтора назад еще договорились, только он чё-то трубку не берет. Я и подумал, лучше сразу заеду, сюрприз типа сделаю.

Я кое-как заставил себя заткнуться. За дверью послышался шорох и щелчок замка. Дверь открылась, и на пороге я увидел Нату.

- Семён умер. - Безжизненным голосом проговорила она. - Чуть больше месяца назад.

Мне даже не пришлось изображать шок на лице, всё получилось само по себе. Наташа очень сильно... постарела за этот месяц. Стресс был очень сильным, и она, очевидно, не выдержала эмоционального напряжения и перегорела.

- Мои соболезнования... - Едва выдавил из себя я.

- Спасибо. - Тихо проговорила Ната и отошла в сторону. - Проходите. Хоть чаем вас напою, вы, всё-таки, с дороги.

Мы просидели с ней на кухне почти час. Сначала просто "познакомились", потом начали вспоминать... меня. Очень странное ощущение. Как удержался, чтобы не обнять её и не рассказать всё - не знаю. В любом случае, я бы сделал только хуже.

Ната рассказала, что книги мои они отдали в библиотеку. Мол, на макулатуру сдать не решились, а раздать особо некому - никто сейчас в бумажном варианте не читает. Спросила напоследок, есть ли мне где переночевать, но я уверил, что остановлюсь в отеле. На том и распрощались.

Отходя от своего бывшего дома, я прикинул в голове расположение ближайших библиотек. На моей памяти таких было две. К ближайшей я и направился, но там, увы, никто даже слыхом не слыхивал ни о каких сданных книгах. Сонная тётя с кружкой чая сказала, что я у них первый посетитель за два месяца. Я извинился, попрощался и пошел во вторую...

- Твою мать!

Еще на подходе я увидел здоровенный столб черного дыма, поднимающийся из-за домов. Я ускорил шаг. Выйдя из-за угла, я увидел одноэтажное здание библиотеки. Часть её окон уже осыпались, из них густо варил дым, за которым весело прыгали языки оранжевого пламени.

Метрах в пяти от распахнутых настежь входных дверей собралась группа зевак, снимающих происходящее на телефоны и восторженно это комментирующих.

- Боже, бедняжка! - Охала одна девушка. - Где же пожарные?

- Та как всегда, обед, домино... - Отвечал ей молодой человек, ведущий прямую трансляцию в инстаграмм.

- Но она же там сгорит!

- А им какая разница?

- Кто сгорит?! - Я подошел к ним.

- Библиотекарша! - Указала девушка на вход. - Вы что, не слышите?

И действительно, я услышал среди рева пламени приглушенные крики.

- Мать вашу, олени безрогие! - Я спешно скинул рюкзак на землю, достал футболку, обильно полил её недопитой минералкой, намотал на лицо и побежал ко входу.

- Вот придурок. - Прокомментировал мои действия стример.

- Бедняжка. - Поддержала его девушка. - Где же пожарные?

Горячий воздух обжег меня, дым защипал глаза, даже через маску я почувствовал этот противный запах гари и... чего-то еще, чего-то затхлого... Но я не обратил на то внимания. Я уже сгорел однажды, и не желаю такого же никому другому! Мои мысли метались в голове, казалось, быстрее скорости света! Я подумал сначала разогреться и немного уровнять свою температуру с окружающей, но представил, как на мне сгорает одежда, и передумал. Потом наоборот, решил остыть как можно сильнее, но вспомнил про мокрую маску на лице. Дышать через лёд сложно. Тоже не вариант. А что, если...

Я действовал на голых инстинктах. Я представил вокруг себя сферу из уплотненного воздуха, буквально вообразил себе этот невесомый, но твердый щит, и влил в него свою память о "могильном" холоде... Сработало! Воздух в пяти сантиметрах от меня стал, по ощущениям, холоднее, чем на улице, хотя вокруг все так же бушевало пламя! Воодушевленный маленькой победой, я двинулся в сторону слабых криков о помощи. Одна беда - мой "щит", хоть и не пускал тепло, никак не останавливал дым, и видимость была аховой. Приходилось тщательно вслушиваться и запоминать дорогу, чтобы быстро выбежать обратно.

По субъективному ощущению прошло никак не меньше десяти минут, пока я все-таки не отыскал стол у входа в читальный зал, под которым и спряталась немолодая женщина. Она же была почти без сил. Мне, если честно, и самому уже было не очень хорошо. Голова кружилась, в горле першило, а глаза уже начинали закрываться сами по себе.

Когда я наклонился к женщине пониже, я увидел, что стол опрокинут, а её саму придавило. Стол еще советских времен, тяжеленный, и возможности выбраться самостоятельно у неё не было. Я ухватился за его край обеими руками, но едва ли смог его даже приподнять! Монумент, бля! Я пару раз вдохнул, стараясь пригнуться как можно ниже к полу (что весьма нелегко при весе в сто тридцать!), собрался с мыслями и откинул его в сторону телекинезом - прямо как тех воришек. При этом я умудрился потерять концентрацию, и моя холодная защита моментально улетучилась.

Времени не осталось! Я напрягся изо всех сил, закинул женщину на плечи и опрометью просился к выходу прямо сквозь огонь. Уже начинала осыпаться штукатурка с потолка, оголяя горящие деревянные перекрытия, одно из которых рухнуло передо мной в двух метрах от выхода. Сука! Не останавливаясь, я "вытолкнул" его вперед тем же телекинезом и вырвался на свежий и такой прохладный воздух! Получилось!

Толпа зевак взорвалась аплодисментами, чьи-то руки в брезентовых перчатках подхватили женщину, я стянул с лица высохшую и начавшую тлеть футболку и вдохнул полной грудью. Голова закружилось еще сильнее, и я решил прилечь. Кто-то похлопал меня по голове, туша тлеющие волосы, отряхнул обуглившуюся куртку и джинсы, чьи-то сильные руки подхватили меня под мышки и оттащили в сторону. Мне уже было плевать, я хотел отдохнуть.

- А ну подъём, герой! Не спать! - Резкий запах аммиака и шлепки по лицу быстро привели меня в чувство. - Ты как? Живой? Жара нет? Помирать не собираешься? - Спросило меня доброе лицо доктора скорой помощи. А ведь я его, кажется, даже знал... В прошлой жизни.

- Не дождётесь! - Улыбнулся я лишь мне понятной иронии.

- Вот и славненько! - Гриша. Кажется, его зовут Гриша. - Ожогов нет? Только честно, не заставляй тебя раздевать!

- Нет, нормально всё. - Я прислушался к своим ощущениям. - Лучше женщиной займитесь, ей больше досталось.

- Без сопливых разберемся. - Усмехнулся добрый доктор и протянул мне небольшой кислородный баллон с маской. - На, подыши пол часика, если в больничку не хочешь.

- Принял, док. - На автомате выпалил я. Именно в его бригаде я подрабатывал медбратом, пока учился на третьем курсе.

- Вот и молодец! - Гриша даже бровью не повел. Просто хлопнул меня по плечу и ушел к женцине-библиотекарю.

Я немного отдышался, и, не убирая маски от лица, встал и прошелся к машине скорой - оттуда было лучше видно пожарище. Все остальные подходы к оцеплению полиции (и когда только успели приехать?) плотно обступили зеваки.

Дым, пар, оставшиеся очаги возгорания и пепел, плавно опускающийся на наши головы.

- Пиздец... - Вырвалось у меня против воли.

- И не говорите, молодой человек. - вздохнула у меня над ухом женщина, лежащая на каталке. - Полжизни здесь проработала, и вот... То самое слово, что вы сказали.

- Сочувствую.

- Спасибо.

- А что, собственно, произошло? Проводка не выдержала?

- Да наркоман какой-то. Он нас поджег, больше никому такое и в голову не взбредет!

- Какой наркоман? - не понял я.

- Ой, да заходил один сегодня! - Женщина сразу оживилась. - Страшный, бледный, как смерть! Весь в черном, капюшон по самые ноздри натянул! Ногти черные, зубы желтющие, и изо рта запах такой, что я чуть сознание не потеряла! Да и сам он воняет, будто в склепе каком-то спал!

У меня расширились глаза. Это тот самый запах, который я почуял при входе! Это ж какой от него штын должен был быть, что я через дым его смог уловить?!

- Так вот, зашел он и начал спрашивать про какую-то книгу старую. Говорит, что нам должны были принести месяц назад. А я перепугалась, сказала, чтобы сам искал, коль ему так надо, и стопки тех книг показала, которые мы еще описать не успели. А сама сразу давай в милицию звонить!

- В полицию. - Хрипловатым голосом поправил её немолодой капитан, подошедший из-за моей спины и держащий блокнот с ручкой. - Капитан Васильев. Продолжайте, пожалуйста.

- Ну он давай копаться, всё раскидал в стороны, что-то нашел, сразу под куртку - хвать! И на выход! Я ж его останавливаю, кричу, мол, нельзя так! Читательский билет оформить надо, книгу в реестр внести! А он как толкнул меня! Я аж через стол перекинулась, аж перевернула его! А как он мне ногу придавил больно, ой! А тот развернулся, что-то крикнул, и как будто швырнул в меня чем-то! Только я ничего не увидела. Может "белочку" словил? И наутёк! А я так перепугалась, что аж сердце у меня чуть не остановилось, в глазах потемнело! А очнулась - уже горит всё. Ой, страху натерпелась...

- Понятно. - Пробубнел капитан, что-то старательно записывая.

А я приуныл. Книга ушла из-под носа. Но кто её мог спереть? И зачем сжег библиотеку? Замёл следы? И запах... Наркоманы так не пахнут, сколько я их за полгода в скорой повидал... Мочой, калом, рвотой, медикаментами - пахнут, даже гноем, если конечности разлагаться начинают, а вот тленом... Нет, явно нет. Да и зачем наркоману книга? Продать за дозу? Смешно.

Что-то прокричал, что-то невидимое швырнул, а потом пожар... Парень явный маг, причем - маг опытный и опасный. И связываться я с ним у меня желания нет. Ну его на хрен, я жить хочу. Но книга... Он же явно за той самой книгой пришел! Откуда он про неё узнал? Всё страньше и страньше...

- А ты, спаситель, что видел? - Капитан обратил свой взор на меня.

- Да ничего не видел. Мимо проходил, а тут уже все горит. Услышал крики, кинулся... И вот.

- Угу. - Почесал он небритую щеку. - Мимо крокодил. Понятно. - он повернулся к женщине. - Свидетели у вас есть? Кто-то еще видел этого... наркомана?

Женщина лишь покачала головой.

- Капитан! - из толпы вынырнул сержант с планшетом в руке. - Есть видео с камеры наблюдения в ларьке. - Он указал на киоск возле здания.

- Показывай!

Я как можно более ненавязчиво встал за спиной капитана и начал подглядывать на планшет из-за его плеча, благо мой новый рост с легкостью мне это позволял. Капитан смерил меня взглядом, после чего махнул рукой и запустил видео.

На экране планшета я увидел стену библиотеки и кусок входа. Дверь открылась и на улицу вышел тот, кого минутой ранее описывала библиотекарь. В черном, в капюшоне, и даже на таком видео видно бледные пальцы и черные ногти. Он явно нес что-то под курткой, это четко было видно, когда он поравнялся с камерой. "Наркоман" остановился, немного приподнял голову, все еще не позволяя рассмотреть лицо, взмахнул рукой и изображение погасло.

- Что с камерой, сержант?

- Разбита.

- Ты видел, что он бросил? Вроде ж пустые руки...

- У камеры низкая кадровая частота. - Вклинился я в диалог. - Из-за этого она могла не засечь быстро летящий предмет.

- А ты у нас по камерам спец, Мимокрокодил? - Капитан обернулся на меня. И хоть смотрел он снизу-вверх, мне стало немного не по себе.

- Видеомонтажом занимаюсь. - Почти не соврал я. - По изображению видно, тут кадров пятнадцать в секунду, может чуть больше.

Капитан выдохнул, на секунду замер, что-то обдумывая, после чего легонько взял меня за локоть:

- Отойдем, поговорим.

Я напрягся, но подчинился. Все-таки, я вроде как законопослушный гражданин...

- Покажи-ка документы свои. - Скорее попросил, чем потребовал он, когда мы отошли за ближайшую пожарную машину. - Примаков Богдан Сергеевич, значит. Ага, нездешний. - Он достал телефон и сфотографировал мой адрес прописки. - Значит слушай сюда, Мимокрокодил. Никаких свидетельств против тебя нет, да и... Черт, да тебя даже свидетелем не притянешь. Но я стажем своим чую, что тут что-то нечисто. - Он мягко взял меня за ворот куртки, притянул поближе к себе и положил мой паспорт в мой нагрудный карман. - И, если я узнаю, что ты в этом хоть как-то замешан, я приеду к тебе в гости, и мы поговорим совсем по-другому. Понял, Крокодил?

Я медленно кивнул, не отрывая взгляда от его пронизывающих глаз.

- Вот и славно. Езжай домой, Крокодил. Только по пути помойся, тут баня рядом, в двух кварталах. Деньги есть, хоть?

- Есть.

- Вот и хорошо. Иди уже... герой.

Я повернулся, и зашагал прочь, через толпу всё еще не разбежавшихся зевак.

- О, мужик, стой! - Услышал я сзади голос давешнего стримера. - Слышь, как там, горячо было?

- Четыреста пятьдесят один по фаренгейту. - Сказал я в камеру, направленную мне в лицо и выбил телефон из его рук.

- Мудила! - Услышал я в спину.

"Спорное заявление", - подумал я и зашагал прочь.

--

5. Поддай жару

Весь путь домой я провел в раздумьях. С одной стороны, я и без книги развиваюсь неплохо, с другой - я боюсь стать сапёром, тыкающимся по минному полю вслепую и без инструмента. Если я могу из воздуха создать огонь, то где гарантия, что я не сожгу или не взорву себя? Где гарантия, что то, что я называю "могильным холодом" не проводит через меня то потустороннее, чего я так удачно коснулся, но избежал? Если я хочу - а я хочу - развиваться дальше, мне стоит быть очень осторожным.

И вообще, что я умею? Двигать предметы силой мысли, источать жар, источать холод... Причем холод не простой. Это не в морозильную камеру руку засунуть. Если те же сигареты и газовую плиту я поджигаю голыми руками без каких-либо эмоций, то холод... Он пробирает до костей. И дело не в температуре. Каждый раз, как я его вызываю, даже охладить напиток, меня пробирает до мурашек и дрожи в коленках. Этот холод, он... не из нашего мира. Не знаю, как объяснить по-другому.

Как сейчас помню тот невообразимый, животный страх в глазах нарка, когда я коснулся его, выпустив эту внутреннюю холодную тьму. Я видел такой взгляд трижды, пока работал в скорой. И все три раза такими глазами на меня смотрели люди, понимающие, что умирают. Другой нарк не испугался, когда я ударил его горящим кулаком. А тот... Как будто он почувствовал свою смерть. Если честно, я этой своей стороны даже немного побаиваюсь, и стараюсь не трогать её лишний раз.

Да и вообще, холод мне вызывать хоть и неприятно, но в разы легче, чем огонь. Кажется, его проще спустить с поводка, выпустить его из своей души, чем загнать его обратно. А огонь... Как будто палец от кнопки на зажигалке убрал. Газ перекрыл - и всё погасло. Мне сложнее его вызвать - надо, пусть даже на секунду, вспомнить печь крематория, возбудить тот жар во мне, раздуть эти угли. Секунда, но всё же! А тьма... Подумать о ней не успеешь, как она уже рвётся наружу, подобно бойцовскому псу, готовому убивать всё ради своего... хозяина? Ой, не факт!

И если так подумать, то что может быть источником этого? Если жар -- это эхо крематория, а холод - касание смерти, то что остальное? Откуда телекинез? Откуда те искры, которыми я запускал уже своё сердце? Кстати, электричеством я еще не баловался, надо как-нибудь попробовать. А телекинез мне использовать еще немного тяжелее, чем огонь. Надо хорошенько так сконцентрироваться. Я почему и потерял щит при пожаре - отвлекся на стол, переменил вектор воздействия телекинеза. Ой, как во многом надо разобраться!

До дома оставалось ехать чуть меньше часа. Я расслабился на сиденье, закрыл глаза и постарался отключиться от всех мыслей и заглянуть в себя. Сначала была лишь чернота перед глазами. Потом, поддавшись плавной качке дороги, я влился в этот спокойный ритм, сам собой отсекся внешний шум, я будто растекся по сиденью - и я увидел огонь. Не бушующее пламя, спокойный, но уверенный огонь, будто в камине, уютный и теплый. А вокруг него тьма. Озеро тьмы, холодной, пронизывающе ледяной, пугающей, а в ней - мерцающие тёмно-синие искры. Тьма клубилась, ворочалась, находилась в постоянном движении, пыталась захватить всё вокруг, но огонь не давал ей этого. Он продолжал гореть, согревая эту тьму, неся с собой свет, не давая ей захватить всё...

Я очнулся от резкого торможения - мы приехали. Я помотал головой - видение растворилось почти без следа. Я встал, забрал свой рюкзак и поплёлся домой.

Прошло ещё пять месяцев неспешного существования. Физические тренировки я не забросил - скорее наоборот. Тяжёлая физическая работа, ночные пробежки, отжимания, приседания и турник с гантелями позволили мне сбросить вес почти до сотни. Разные люди на форумах утверждали, что такая быстрая потеря веса может со временем сказаться на здоровье, но одно дело отдаленные перспективы, а другое - это охренительное ощущение лёгкости! Когда из сверхтяжелого неуклюжего и неповоротливого монстра ты превращаешься в здорового, бодрого и энергичного человека - это непередаваемо! Я уже спокойно взбегал на седьмой этаж по лестнице почти без одышки, я мог запрыгнуть на бегу в отходящий от остановки автобус, не рискуя его перевернуть, я мог даже упасть без риска сломать себе кости! Представьте, что вы неделю проносили на плечах мешок картошки, а потом вам разрешили его сбросить. Классное чувство? То-то!

Дойдя до цифры 100 на весах, я твердо решил перегнать оставшуюся массу в мышечную, а потому на следующий же день купил абонемент в тренажерный в километре от дома.

Не забросил я и метафизические упражнения. Очередным поводом к развитию послужил один, казалось бы, заурядный случай - из-за аварии в моём доме отключили холодную воду.

Это случилось, когда я умывался. Когда вода резко начала становиться горячей (а точнее - очень горячей), я инстинктивно выпустил наружу холод. Помимо того, что я из-за этого не обжёгся, я заметил пару интересных спецэффектов. Во-первых, от похолодевшей руки стала подниматься едва заметная тёмная дымка, тут же растворяющаяся в воздухе. А во-вторых, я в этот момент посмотрел в зеркало. Радужка моих глаз светилась тёмно-синим светом, точь-в-точь как те искры во тьме!

Я аж зубную щётку изо рта выронил! Ради интереса загнал холод обратно в клетку своей души - глаза вернули обычный карий цвет, без всякого свечения. Зажёг в руке огонёк - ничего не поменялось. Слегка выпустил тьму - глаза загорелись. Мистика!

Я улыбнулся собственной шутке - отражение стало выглядеть куда зловеще. Не отпуская состояние, я оглядел ванную - ничего ли не поменялось в восприятии? Поменялось, ещё и как! По углам ванной появились клочки какой-то странной, полупрозрачной паутины. Она как-то странно шевелилась, будто на ветру, хотя вентиляционная решетка была закрыта. Приглядевшись я понял, что паутина тянется ко мне. Ещё немного спустив "поводок" своей внутренней тьме, я увидел тонкие красные ниточки, тянущиеся от меня к паутине. Йети его мать, да у меня в доме паразиты!

Осторожно, не пряча тьму, зажег на руке небольшой шарик огня и поднёс к паутине - та дёрнулась, отстраняясь от жара, но после, попривыкнув, начала тянуть силу из него. Хрена себе! Огнеупорная, значит? А если добавить мощности? А поддал силы в фаербол, разросшийся до размеров апельсина, но помогло это мало. Ближайшие к огню лохмотья немного оплавились, остальные же ростки паразита радостно принялись тянуть из яркого шарика оранжевые ниточки силы. Я прекратил подпитку заклинания, наблюдая, как паутина выпивает его "досуха" за чёртовы пять минут, после чего снова начинает понемногу тянуть силу из меня. Понятно, огонь не катит, тем более, что я успел неплохо закоптить потолок. Значит, попробуем другой подход.

Я сконцентрировался и представил, будто создаю привычный огонёк на ладони, но в этот раз я не раздувал те угли в своей душе, а позволил холодной тьме ненадолго заменить эту силу. И тьма охотно откликнулась! На моей ладони замерцал обжигающе холодный лепесток тёмно-синего пламени. "В тон глазам", - на секунду подумалось мне.

Огонёк осмелел, набрал силу и полноценно разгорелся на моей ладони, не причиняя никакого вреда ни мне (ещё чего не хватало!), ни деревянной полочке над раковиной. А вот паутина от него одёрнулась... как от огня, хех! Но силы пить не стала - наоборот, будто пыталась расползтись подальше от моей руки, а при непосредственном контакте вспыхивала и осыпалась невесомой пылью, тающей в воздухе.

Я потратил полчаса, чтобы очистить от паразитирующий паутины всю квартиру. Она забавно ёжилась, после чего вспыхивала, словно тополиный пух у дороги, и исчезала без следа. Под конец мне уже надоело прыгать кузнечиком под потолком, и я поливал эту дрянь словно из огнемёта, отпустив свой талант с поводка. Аукнулось мне это тем, что я приложил изрядно усилий, чтобы потом его усмирить и спрятать обратно. Когда ощущение холода ушло, я устало выдохнул и сел на диван - у меня закружилась голова, а по телу разлилась слабость. Решив отложить тренировку на "чуть позже", я блаженно задремал. Проснулся аж часов через пять, зато настолько бодрым и полным сил, что три часа провел в тренажёрке, пока меня не выгнал тренер, а потом ещё и в два раза перевыполнил норму по бегу на стадионе!

В итоге, помимо тренажёрного зала для физических тренировок, я решил обзавестись собственным додзё для отработки магических техник.

Для этого, хорошо покумекав, я нашёл в даркнете один диггерский форум, кое как вышел на приватный диалог с одним из диггеров моего города и уговорил его показать мне пару отчуждённых закрытых мест, где я могу потренировать навыки граффити. Хороший предлог, правда? Обосновал тем, что не хочу уподобляться тупым малолетним ушлёпкам, портящим стены зданий, а хочу набить руку и рисовать красивые муралы.

Диггеры вообще тусовка закрытая, к "левым" людям относятся подозрительно, но мои аргументы и скинутые на почту работы из архивов Богдана его убедили. Две недели я потратил на этот диалог. Пришлось отправить ему фото паспорта, чтобы он мог проверить, не "ментовской" ли я.

В итоге он согласился, и мы с ним условились встретиться и посмотреть две потенциально подходящие для меня локации. Пришлось потратиться, купить несколько баллонов краски, респиратор и бандану - образ художника должен быть полным! Первая локация мне тут же пришлась по душе - бывшее хранилище на заброшенной овощебазе на отшибе города. Почти по крышу утопленное в земле, голые бетонные стены почти в метр толщиной, бетонный же потолок с толстыми стальными балками, ничего горючего или хрупкого, да ещё и площадь шикарная! Узнав, что вторая точка - заброшенный трёхэтажный цех металлообработки в городской черте, я сразу же отказался ещё куда-либо ехать. Этот бункер мне подходил просто идеально!

Заплатив диггеру условленные ранее сто баксов за труды и анонимность, попрощался с ним и принялся за работу. Телекинезом я собрал в кучу ссохшиеся трупики сгнившей картошки, щедро усеивавшие пол. Это было нелегко. Я мог, не напрягаясь, контролировать один объект, два одновременно уже напряжно, четыре вообще не получалось. Только брал четвертый объект - падал первый. Отлично, значит, контроль - это первое, чем стоит заняться.

День за днём, я приезжал в свой бункер и тренировался. Я не забил на спортзал, я урезал пару часов от сна. Прогресс важнее. Пока ты спишь - враг качается! Пробежки переместились на территорию овощебазы, приобретенный спальный мешок тоже. Да, иногда я тут же и ночевал. Уже через неделю в спокойном, отрешенном состоянии я мог оперировать аж пятью картошками, каждая из которых летала вокруг меня по собственной траектории. Через месяц их уже было пятнадцать, часть горели огнём, часть окружены льдом, при этом все они хаотично ускорялись, замедлялись, закручивали спирали, меняли высоту орбиты и направление движения. При этом сам я сидел в позе лотоса и читал с телефона очередную книгу Метельского. Занятно пишет мужик!

Нет, левитировать я не научился, как ни пытался, да и поднимать самого себя телекинезом, все равно что тащить себя за волосы из болота. Пробовал поднять в воздух коврик, на котором сидел, но тоже провалил эту попытку. После долгих размышлений понял, что здесь вступает в ход обычная физика - у меня нет точки опоры, не на что опереть ту "невидимую руку" телекинеза, чтобы поднять самого себя. Хотя оттолкнуться от пола у меня почти получилось. Правда, бетон подо мной получил покрытую трещинами вмятину, и эксперименты я прекратил. В итоге я понял, что хватит упражняться с телекинезом, пора новые грани таланта открывать.

Еще месяц спустя нарисованная баллончиком на стене мишень вся была покрыта подпалинами. При этом я натренировался поддерживать тот самый щит из спрессованного телекинезом воздуха, попутно отстреливаясь фаерболами. Снарядами выступала та же картошка, которую я запускал в себя телекинезом. Щит успешно отклонял картоху с изначального курса, хотя по началу по лицу гнилой мумией корнеплода я пару раз получил. Источником света мне служили четыре светящихся шара, висящих под потолком. Долго я долбался над тем, чтобы они светили без выделения температуры, но в итоге могу теперь их создать даже спросонья.

За это время я натащил в этот бункер много разного хлама - от старых шин и сломанных манекенов, выкупленных за бесценок на рынке, до деревянных ящиков и разной металлической мелочевки, которую начал метать в мишени вместо картошки. Из куска рессоры у меня даже почти получилось "выковать" что-то наподобие метательного ножа с помощью телекинеза и огня. Но сил и умения у меня хватило не на многое.

В итоге, за уже описанные пять месяцев я стал вполне себе приличным, как мне казалось на тот момент, магом, могущим за себя постоять. Да, меня всё еще не отпускал тот случай с библиотечным поджигателем. В тот момент я понял, что, не смотря на свои способности, я жутко уязвим. А я, как я уже говорил, очень хотел жить. И быть уверенным, что ни этот хрен, ни ему подобные, не смогут причинить мне вреда.

По этой причине, а также из желания всё-таки заполучить ту злосчастную книгу, которую этот бледный хмырь увёл у меня из-под носа, я мониторил региональные новостные сайты со всей Украины, искал любые упоминания о странных пожарах. Потом расширил выборку и отслеживал вообще все странные случаи... Пока не увидел в одной киевской газете снимок с камеры наблюдения, на котором был человек, выглядящий один-в-один как тот поджигатель.

В статье описывались нападения на людей при странных обстоятельствах. Уже пять жертв описывали одно и то же - вышел из темноты, чем-то парализовал (вещество так и не выяснили), обобрал и скрылся. И описание сходится - бледный, в черном, плохой запах.

Помимо этого, в Киеве за последние три месяца в полтора раза выросло количество похищений, краж... Да даже всякие желтые газетенки начали чаще писать о всякой мистике и колдунах в столице.

Я откинулся в кресле, закрыл лицо руками и крепко задумался. Если это мой клиент, то книга явно у него. А если и нет... То сидя здесь, я этого не выясню. Не выдержав напряжения, пошел в ночной магазин за коньяком. В итоге, после недолгих вливаний жидкой храбрости, решился на переезд. На первые пару месяцев денег должно хватить на скромную однушку, а подработку в столице найти не проблема.

В следующую неделю через тот же сайт объявлений была продана оставшаяся мебель (последнюю ночь в этом городе я спал на ящиках в своём додзё) и техника. Ноутбук я всё так же оставил. Телефон сдал барыгам на рынке, через онлайн закрыл свой депозит и вывел деньги на карту. Переоделся, закрыл лицо высоким воротником кофты и капюшоном, снял всю наличку в одном из банкоматов в не своём районе города, там же опустошил кредитный лимит на другой карте, после оставил через онлайн заявку в банке на блокировку карт по факту кражи. В том же районе, улицы через две, выбросил в урну на остановке свою барсетку с паспортом, кошельком и несколькими визитками. Заранее вытащил визитку спортзала - нехрен знать, как я изменился внешне. За ночь до этого я через левый аккаунт с вайфая в публичной кофейне забронировал себе место до Киева в сервисе для "подбора" пассажиров. Уходя из пустой квартиры, я оставил дверь открытой, а ключ в замке, также надрезал себе палец и накапал кровью на лестничной клетке. Последнее, что я сделал - устроил настоящий огненный шторм в додзё, стирая любые следы своего здесь присутствия.

Пусть все считают, что меня ограбили, после чего подкараулили у квартиры, адрес которой высмотрели в украденном паспорте, обчистили хату, а меня похитили и, возможно, прикопали где-то в лесу.

Нет больше сироты и фейкового инвалида Богдана Примакова. Начинаю новую жизнь с новой личностью.

--

6. Пыль дорог

Водителем моим оказался представительный молодой человек в неплохом костюме, сидящий за рулем свежей Ауди А5. Представился Виталием, и даже не поморщился, увидев откровенно помятого и небритого меня, одетого в вещи из сэконд-хенда. Сразу попросил меня не спать по возможности, и, хотя бы, анекдоты рассказывать, чтобы "веселее было ехать". Я охотно согласился и плюхнулся на переднее сиденье, бросив рюкзак под ноги.

Рванули с места мы довольно резво, и уже через пять минут летели по трассе, перекидываясь репликами и слушая бодрый рок из его плейлиста.

- Тебя как зовут хоть? - Спросил Виталий. - И ничего, что я на "ты"?

- Да без проблем. - Пожал плечами я и задумался. Новая личность -- это, конечно, хорошо, но её хоть придумать надо для начала. - Эрик. - Я ляпнул первое, что пришло в голову.

- Прикольное имя! - Улыбнулся он. - Не то, что у меня.

- А что не так с Виталием?

- Да сейчас всё ок, но вот лет семь назад, когда это дебильное шоу вышло... - Он поморщился. - Паариуеет! Меня завут Виталька! - Перекривлял он одного некогда известного актёра с ТВ.

- Ух! - Я сочувственно покачал головой. - Сильно достали?

- Не то слово. - Он махнул рукой. - Ты, небось, тоже смотрел?

- Не смотрел, но наслышан. Сочувствую.

- Спасибо. - Он достал сигарету и глянул на меня. - Не против?

- Отнюдь, я сам такой же.

- Ха, а по тебе не скажешь. - Он скосил глаза на мой возросший в объёме бицепс, выглядывающий из-под рукава футболки. - Тогда не стесняйся, пепельница вот.

Следующие две сигареты мы ехали молча.

- Виталь, а на хрена это тебе?

- Ты о чём?

- Да про этот бла-бла-кар. Машина клёвая, костюм приличный, часы не из дешевых. Вот не поверю, что подрабатываешь.

- Ну, тут ты прав - не подрабатываю. - Он улыбнулся. - Батя мой таксистом тридцать лет откатал, с людьми любил общаться. Вот и мне это, видимо, передалось. Я ж так региональным менеджером работаю. Частенько по областям мотаюсь, с людьми знакомлюсь, новое что-то узнаю. А по шесть-восемь часов в дороге в одиночестве - это ж рехнуться можно! И поспать за рулем нельзя, и поговорить не с кем. А так и мне развлечение, и людям удобно - не в плацкарте трястись.

- И как люди? Нормальные?

- Да по-разному. В основном нормальные, типа тебя. - На этом моменте я едва сдержал улыбку. Уж кого-кого, но меня нормальным назвать сложно! Тем не менее я благодарственно кивнул. - А бывает откровенное говно садится. То пиво с ходу открывает, то ноги на торпеду норовит закинуть. Один раз вообще было: ехал на Одессу, да и взял по пути заказ - двое людей, минимум вещей, обо всём договорились, всё чин по чину. Приезжаю на место, а там семья с огромными баулами стоит, четверо взрослых плюс ребенок лет двух!

Я не выдержал и отбил себе фейспалм. Виталик, тем временем, продолжил:

- И это они собрались в мою А5 лезть! В двухдверку, Карл! На море они, бля, решили поехать!

- Пиздец. - Выдохнул я шокированно. - И что, повёз?

- Да хрен там! Отдал им бабки за бронь и как рванул с места!

Еще две сигареты прошли в тишине.

- А мне вот никогда не в тягость было одиночество. Всегда есть, о чем подумать, можно песни поорать, никого не стесняясь. И даже если сам с собой говорить начнешь, никто за психа не примет.

- Это точно! - Виталий рассмеялся. - Всегда приятно поговорить с умным человеком! А песни... Песни и вместе поорать можно. - Он хитро улыбнулся и прибавил громкости. В колонках раздались первые аккорды бессмертного хита группы AC/DC.

Так весело перешучиваясь мы проехали два часа, остановились попить кофе в придорожном кафе, потом снова дорога. Мы как раз подъезжали к очередному райцентру, когда Виталик сменил тему.

- Слушай, забыл сказать. Я еще один заказ попутный взял. Не против, если дополнительно человечка подхватим? До следующего городка.

- Да мне-то что? - Пожал я плечами. - Твоя машина, не моя.

- Ну и славно. - Он всмотрелся вдаль. - О, кажись он!

На обочине у выезда из города стоял мужичок лет тридцати на вид. Спортивные штаны, олимпийка, кеды, короткая стрижка - ничего примечательного. Мы остановились возле него, я открыл дверь, он буркнул что-то приветственное и взглядом указал на заднее сиденье. Я вышел из машины, откинул сиденье вперед, дал ему залезть внутрь, после чего вернулся на своё место, и мы тронулись в дальнейший путь. Разговор наш как-то сам по себе сошел на нет, и с километр мы проехали в тишине. За окном начались поля, я отвлекся на красивый вид, как вдруг сзади раздался сухой щелчок.

- Не дёргайся, веди ровно.

- Эй, мужик, ты чего? - Взволнованно протараторил Виталик.

Я обернулся и увидел, как наш новый попутчик приставил револьвер к затылку водителя. "Твою мать, этого еще не хватало!" - пронеслось в моей голове.

- Слышишь, если тебе бабки нужны, телефон - забирай, только не дури, слышь!

- Тихо. - Мягко попытался я успокоить Виталия.

- А ты заткнись и на дорогу смотри!

Я отвернул голову прямо, после чего решительно развернул зеркало заднего вида так, чтобы видеть лицо этого гопника.

- Слышишь, Вася! - Начал я с наездом. - Ты ствол-то убери, мы поняли, что ты крутой, как яйца в кипятке! - Вот вечно так! Постоянно, когда нервничаю, меня начинает нести - хрен заткнёшь!

- Молчать! - шикнул тот.

- Слышь, пассажир! Мы ща сто сорок по трассе валим! Ты ж знаешь наши дороги! Ща на ямке тряхнёт, палец у тебя дернется, - на этих словах он через отражение посмотрел мне в глаза. Видимо начало доходить. - Мёртвым водила руль не удержит! Сам посчитаешь, сколько раз мы кувыркнемся, или тебе калькулятор дать? Что тебе важнее, бабло или три закрытых гробика? Мозги включи, придурок, и убери ствол! Ща остановимся, выйдем и спокойно всё порешаем!

Я выдохнул, наблюдая за произведенным эффектом. Гопник два раза шумно выдохнул через нос и опустил револьвер.

- Сворачивай в ту посадку. - Злобно сказал он - И без фокусов!

Виталя глянул на меня, я медленно кивнул. Машина плавно снизила ход и свернула на просёлочную дорогу, пролегающую через густую лесополосу меж двух полей.

- Тормози! - Скомандовал он, когда трасса сзади скрылась из виду и снова наставил на водителя ствол. - Вышли из машины оба и отошли на пять метров! Ключи в замке оставил! Быстро! И руки подняли!

Мы с Виталиком подчинились. Он вышел следом, всё время стараясь держать нас на прицеле.

- Хули вылупились? Телефоны, лопатники достаём! Ты! - он указал стволом на меня. - Рюкзак тоже вытряхнул! Быстро, бля! - Револьвер в его руке начал дрожать, поэтому он перехватил его второй.

- Не, братан, так не катит! - Я легко коснулся руки Виталика, начавшего шарить по карманам и сделал шаг вперед. - Берёшь либо машину, либо бабло. Одно из двух. - Говорил я спокойно, но твердо. Детство в трудном районе научило, мать его Йети!

- Слышь! Ты мне тут условия будешь ставить?!

- Буду. Ты при любом раскладе заберешь больше, чем за всю жизнь заработал, так что не борзей и бери, что дают.

- Ебать ты гонишь! - Его голос дал петуха. - А чё мне вас не порешить тут и не забрать всё?!

- Хотел бы - уже бы порешил. - Я на всякий случай, от греха подальше, перехватил его пальцы телекинезом, не давая им нажать на спуск. - Но мы всё еще базарим, а значит мокрухи ты не хочешь. А чего же ты тогда хочешь?!

- Жить я нормально хочу, мля! По-человечески, по-пацански! А эти мажоры охуевшие, - он указал стволом на Виталия. - Они всё бабло себе гребут, бля!

- Не гони пургу, Вася. Хотел бы жить нормально, нашел бы работу. - Меня начала одолевать клокочущая ярость. Я выпустил наружу немного внутренней холодной тьмы. Мои глаза ожидаемо вспыхнули синим. Я опустил руки и сделал еще один шаг в его сторону, и он перевел заходивший ходуном ствол на меня. - Но нет, ты пошел по беспределу. А значит ты либо тупой, либо смерти ищешь.

- С хера ли?! - Я продолжал идти вперед, а он инстинктивно попятился назад. Мы уже отошли к самой кромке деревьев.

- Ты же сам знаешь, что рано или поздно найдется тот, кто сильнее тебя. Тот, кто тебя же в этой посадке и привалит. Так зачем тебе посредники? - Я дернул рукой, и гопник, мелко дрожа, через силу начал переводить оружие на себя. Из его глаз потекли слёзы. - Зачем тебе ждать? Сделай всё сам. Или ты не пацан?

Пацан, повинуясь моей невидимой воле, двигающей его руки, вставил пистолет в рот и нажал на спусковой крючок. Звук выстрела сорвал с деревьев стаю ворон, кровь смачно брызнула на ствол дерева, а тело мягко упало в канаву. Воцарилась тишина, и только звуки блюющего Виталика за моей спиной её нарушали.

Холод ушёл, мои глаза погасли. Тьма, насытившись принесённой ей жертвой, сыто заурчала и свернулась клубочком где-то внутри меня. Адреналин зашкаливал, мысли метались с бешенной скоростью, звонко ударяясь о стенки черепа, но я старался не показывать виду.

- Ты как? В порядке? - Виталик вымученно посмотрел мне в глаза и его снова стошнило. - Поехали отсюда. - Он кивнул. Его трясло от шока. - Давай я пока поведу, да? - Он снова кивнул.

Последний раз ездил за рулём года три назад на отцовской "шестёрке". А тут Ауди, еще и коробка автомат. Да еще и прав нет у этого тела. Ничего, прорвёмся! Я помог Виталику сесть, кинул ему в ноги свой рюкзак, а сам прыгнул на водительское. По-быстрому изучив коробку передач, я нашел задний ход, в два приёма развернулся, не спеша выехал на трассу и плавно набрал ход, не забыв с помощью телекинеза замести следы колёс на дорожной пыли. Индикатор уровня топлива сиротливо мигал жёлтой лампочкой. Я посмотрел на отрешенно глядящего вперёд Виталика:

- На заправку заедем. Бак зальём и кофе выпьем.

- Угу.

АЗС показалась лишь километров через пять. За это время я успел немного успокоиться, да и Виталю перестало мелко потряхивать. Пока он заливал горючку, я взял по кофе и хот-догу. Мы отъехали метров пятьсот и остановились. Молча открыли окна, молча закурили.

- Я не голоден. - Нарушил он звенящую тишину.

- Тебе надо поесть.

- Хули ты такой спокойный?! А?! - Его внезапно прорвало. - Я тебя спрашиваю! С хуя ли ты такой спокойный?! Нас чуть не пристрелил какой-то псих, потом сам застрелился, а он хот-доги жрет, как ни в чем ни бывало, бля!

- Я в меде три года отучился. - Сохраняя внешнее спокойствие произнес я. - Параллельно на скорой работал. И на трупы насмотрелся, и на много чего такого, о чем тебе лучше не знать. Если надо, я могу у него одной рукой в кишках поковыряться, попутно жуя бутербродики и ведя светскую беседу о раннем Рубенсе! - Ну вот, сам заводиться начал. Спокойнее, Сёма, тише.

Виталик позеленел и закашлялся.

- Да, ладно, шучу я. Не знаю я ни хрена о Рубенсе. - Еще один приступ кашля заставил меня извиниться перед Виталиком. - Если хочешь знать, меня самого колбасит. Просто я к этому чуть более привычен, чем ты.

- Ладно, допустим. - Он стал говорить спокойнее. - Но как ты его заставил... сделать это?

- Талант у меня - с людьми говорить. - Я откинулся на сиденье. - С детства читал много, словарный запас большой. Все конфликты во дворе я разруливал, разве что с особо борзыми не прокатывало. Да и потом от гопников отпиздеться мне было легче, чем убегать. Опять же, на скорой это пригодилось. Буйных успокаивал и отвлекал, пока доктор им седативное колол. Потом мне посоветовали в торговлю идти, мол талант у меня людей убеждать. Так и пошел торговым работать.

- Ну я и мудак. - Проговорил Виталик после небольшой паузы. - Ты мне жизнь спас, а я и спасибо не сказал, и наезжаю тут на тебя...

- Ой, прекрати! - Я провел рукой по волосам. - На моём месте так бы каждый...

- Не каждый! Поверь мне, далеко не каждый!

- Так! Перестань разрушать мою веру в прекрасное!

Мы нервно засмеялись, Виталик пересел на водительское, завел движок, и мы продолжили наш путь.

- А вообще знаешь... - Начал я. - Бросал бы ты эти развозки. Сам видишь, к чему это может привести.

- Да вижу, конечно. Только жаль, опять в одиночку кататься.

- Ну, блин... - Я почесал небритый подбородок. - Ты ж региональный менеджер! Найми себе помощника! Выбери того, с кем характером сойдешься, да и катайтесь вдвоём!

- Хм... - Он задумался. - А ведь ты прав! Ты смотри, и вправду талант! Иди к нам торговым, а? Или менеджером по продажам? С твоим талантом ты быстро до верхов дорастёшь!

Я лишь улыбнулся:

- Оставь визитку, я подумаю.

--

Следы на песке

- Не против, если я тебя на вокзале выкину? - Спросил Виталик. Пересекая очередной светофор. - Мне просто тут как раз человечка забрать надо, и с ним уже на офис.

По его лицу было видно, что ситуация его всё еще не отпустила, но вел себя он уже куда как бодрее.

- Знакомый какой-то? Или с тобой съездить, на всякий?

Он нервно усмехнулся, закурил и выдул дым в окно:

- Та не, коллега со Львова. Тут нормально всё. - Мы повернули на парковку. - Спасибо тебе, Эрик.

- Да мне-то за что?

- Есть за что, поверь. - Он протянул мне свою визитку. - Если вдруг чего - звони в любое время! Я не шучу! И про работу подумай, условия у нас вкусные.

- Как скажешь. - Усмехнулся я, и мы обменялись рукопожатиями. - Бывай, Виталь. Удачи на дорогах.

Вокзальная площадь встретила меня гулом толпы, шумом автобусов, стуком колёсиков различных чемоданчиков и приглушенными объявлениями диктора. Взвесив "за" и "против", я прямым ходом направился в ближайший к вокзалу Макдональдс. Традиция у меня такая, по приезду в Киев обедать в Маке на Вокзальной. А традиции надо соблюдать, к тому же - мой желудок тоже не против.

Жуя жутко вредный, но вкусный бургер, я обдумывал свои дальнейшие действия. Мне надо где-то остановиться. Даже если не снять квартиру, то найти хостел, а для этого нужен паспорт... Которого у меня нет. Еще нужен телефон, с него проще на ходу смотреть объявления, чем с ноутбука. Ну, хоть с покупкой телефона проблем возникнуть не должно. Значит, с этого и начнём. А с паспортом... Надеюсь, на сайтах объявлений есть услуги по подделке... Стоп!

Мимо окна по направлению к вокзалу прошла группа цыган. Пятеро женщин и четыре мелких пацанёнка. По пути разминулись с другой группой - видимо, пересменка у них. И подумал я, глядя на них, что уж они-то знают многие нелегальные увлечения отдельных киевлян. Вот и всё! Решение найдено, осталось его правильно воплотить.

Первым делом я всё-таки купил телефон, один из самых дешевых, и стартовый пакет оператора. Пока всё по минимуму, а дальше по обстоятельствам. По-быстрому его активировал и пошел в здание вокзала. Покрутился там, поизучал расписание поездов, купил бутылку минералки, постоял в очереди в кассу, пока не заметил снующего в толпе цыганёнка. Двинувшись за ним, я дождался пока он не отошел к окну, где было меньше всего людей.

- Малец. - Я присел возле него. - Денег хочешь? - Он уже было открыл рот, чтобы что-то мне ответить, но завороженно уставился за двадцать долларов, зажатые в моей руке. - Хочешь?

Он энергично кивнул и потянул руку за купюрой так быстро, что я едва успел её перехватить в воздухе.

- Не так быстро! Просто так я ничего никому не даю. Отведи меня к старшим, и деньги твои.

Он еще раз энергично закивал и сорвался, было, с места, но я его удержал.

- Только не к мамкам. К старшим мужчинам. К барону.

- Не. - Он помотал головой. - К Барону нельзя. Убьют тебя.

- Ну, это уже не твоя забота.

- Моя. Я тебя приведу, мне тебя закапывать придётся.

- Ну... - Я горько вздохнул напоказ. - Не хочешь - как хочешь. Кого-нибудь из братьев твоих найду.

- Дядя, стой! - Теперь уже он меня держал за рукав. - Если ты так, хочешь, я тебе один мост покажу! С него не больно прыгать! И закапывать не надо!

- Бывай, малец. - Я чуть не заржал. - Мне барон нужен, а не мост.

- Дядя, подожди! - он всё еще тянул меня за руку. - Дай посмотреть!

- Не дам. Не хочешь вести - нет денег.

- Дядя, стой! Отведу! Тут совсем рядом!

- Так, а если копать заставят?

- А я телефон твой заберу тогда!

- Договорились. - Усмехнулся я. - Веди.

Цыганенок подбежал к мамкам, что-то им сказал, после чего вернулся ко мне, и мы вышли с территории вокзала. Прошли через зассанный и засиженный бездомными подземный переход, перешли через пару улиц и вышли к обычной многоэтажке. Зашли в подъезд, поднялись на последний этаж и встали у единственной двери. Видимо барон выкупил себе весь этаж.

- Вот, сюда. - Указал малец. - Деньги давай.

Я улыбнулся и протянул малому двадцатку.

- Эй, дядя, телефон тоже давай!

- Отвянь, тебя еще даже копать не заставили.

Я запихнул мелкого в лифт и нажал кнопку первого этажа, после чего развернулся, пару раз выдохнул и утопил клавишу дверного звонка. Из чистой вредности я не отпускал её минуты две, пока дверь передо мной не открылась и из неё не показалась кучерявая голова с черной бородой на пол-лица.

- Драсьте. - Улыбнулся я. - Сами мы не местные, помогите, кто чем может!

- Пашьоль вь жьопу. - Буркнула голова и скрылась внутри, щелкнув замками.

Я снова утопил кнопку.

- Драсьте! - Еще энергичнее выпалил я вновь появившейся голове. - У вас найдется минутка поговорить о боге нашем, Бахусе?!

- Ти рюський панимаишь, нет? Пашьоль вь жьопу! - Голова высунула из квартиры руку и оттолкнула меня от двери.

Кнопка в очередной раз нажалась. Дверь открылась.

- Драсьте!

Но голова не появилась. Появилась волосатая рука, схватила меня за шиворот и втянула внутрь квартиры.

- Тебе чиво нада? - Грозно спросил обладатель кудрявой головы, прижав меня к стенке.

Одетый в стереотипную красную рубашку навыпуск, в тонкой черной жилетке и с серьгой в левом ухе. Наверное, для остальных он мог выглядеть грозно, но сегодняшний день напрочь отбил у меня чувство страха.

- Барона надо. Говорить хочу. Дело есть.

- Мнэ гавари!

- С шестёрками не говорю. Веди к барону.

- Кало шеро! [Цыг. 'Дурак, болван'. Дословно: 'Черная голова'] Барон тибя ни примет. Зашем ты ему?

- Тебя не касается, кудрявый. Нужна информация, за которую я дам денег.

- Давай денег!

- Ты тупой, или прикидываешься? - Он начал меня злить. - Нет инфы - нет денег. Веди к барону, pendejo [Исп. 'Мудак']! - Полезно, порой, смотреть американские сериалы про наркокартели. Такие сочные словечки можно почерпнуть!

- Мурша, кто там пришел? Чего он хочет? - Донесся из дальней комнаты голос, явно принадлежащий пожилому человеку.

- Джя! [Цыг. 'Иди/Идём!'] - Цыган толкнул потянул меня за собой.

Мы прошли через пять богато украшенных комнат, пока не дошли до спальни. В кресле сидел мужчина лет под шестьдесят, белая рубашка, черная жилетка с золотыми узорами, дорогие брюки, массивная золотая цепь на шее и такой же браслет на запястье. По левую руку от него находился столик с шахматной доской и расставленными на ней фигурами. Видимо, я прервал их игру. Он вальяжно посмотрел на меня и промолвил:

- Пхен, со трубул тукэ? Со родес ту?

Я приподнял одну бровь, посмотрел сначала на кудрявого, потом на барона. Он вздохнул и перевел:

- Скажи, что ты тут ищешь? Зачем пришел ко мне?

- Мне нужен паспорт. Новый, чистый, не фуфло.

- Я не делаю паспорта, ты не по адресу. Иди своей дорогой.

- Мне от тебя нужна информация, где найти того, кто делает. Не бесплатно, естественно.

- Я не знаю таких людей, иди. - Барон повернулся к шахматам и показательно задумался над ходом.

Кудрявый уже потянул меня за рукав, но я вырвал руку.

- Слушай, ромалэ, ты мне тут лапшу на уши не вешай! Я не мент, и по судам тебя таскать не собираюсь. Дай контакт человека, получи бабки, и я уйду.

- Э щиб никэр пала л данд! [Цыг. 'Держи язык за зубами!']- Зашипел на меня кудрявый.

Барон снова смерил меня взглядом, повернулся к кудрявому и коротко скомандовал:

- Мурша, чхури! [Цыг. 'Нож']

Я услышал сзади шелест, резко развернулся и увидел, как мне в область печени летит короткий нож, зажатый в сильной руке коренастого цыгана. Я успел перехватить его руку телекинезом, потом схватился за клинок рукой и пробудил в себе огонь. Нож резко покраснел, послышался запах паленой кожи, цыган закричал и разжал руку. Развернувшись обратно, я бросил нож на пушистый ковёр к ногам барона. Клинок растёкся лужицей расплавленного металла, зашипел, прожег ковер и остыл уже где-то в ламинате.

- Ронго![Цыг. 'Колдун!'] - удивленно выдохнул барон.

- Я не хочу конфликтов. Дай мне то, что я прошу, и я уйду.

Барон достал из кармана золотой "айфон", набрал номер, сказал в трубку пару фраз и отключился.

- Спустись на три этажа, семьдесят шестая квартира. Мурша тебя проводит.

Сам Мурша, потиравший обожженную руку, с испугом взглянул сначала на меня, потом на барона.

- Кало рай...[Цыг. 'Чёрный господин' (про начальников и пр., прославившихся жестокостью]

- Аншель![Цыг. 'Молчи!']

- Благодарю. - Я достал из кармана заготовленную стодолларовую купюру, положил на шахматную доску и развернулся к выходу.

- Стой, Ронго. - Мягко сказал барон. - Я не возьму с тебя денег. Забери. Пожалуйста.

Я пожал плечами, сунул купюру в карман и пошел на выход. Мурша семенил за мной и старался не отсвечивать. В искомой квартире дверь уже была открыта - меня ждали. Махнув кудрявому рукой, я закрыл дверь перед его носом и очутился в самой обычной прихожей самой обычной квартиры. Обычная вешалка, шкаф, обувь снятая - а туда ли я попал?

Прошел в комнату, в которой горел свет. Ага, понятно, шторы закрыты - то ли света боятся, то ли от слежки прячутся. В комнате сидел парнишка лет двадцати, в очках с тонкой оправой, в наушниках, серой толстовке и джинсах. Взгляд направлен в монитор.

- Проходим, садимся у стены, смотрим ровно, не улыбаемся. - Проговорил он скороговоркой, не отрывая взгляда от компьютера.

Я оглянулся, увидел стул возле идеально белой стены, сел на него. Напротив, на штативе стоял фотоаппарат, подключенный длинными проводами к компьютеру.

- Не дышим, не двигаемся, не моргаем. Раз! Два! Три!

Меня на секунду ослепила вспышка. Сам паренёк уже вовсю колдовал над фото, печатал его на фотопринтере, вклеивал в пустой бланк паспорта, кипа которых обнаружилась под столом.

- Имя выбрал?

- Э... Да, Эрик.

- Если я тебя просто Эриком впишу, тебя сразу же и посадят. Полное ФИО давай! А то впишу тебя Какашкиным!

- Э... Пусть будет Семёнов Эрик Богданович.

- Годится. Лет сколько?

- А сколько дашь?

Парень впервые поднял на меня глаза.

- Ну... Скажем, двадцать шесть. Прописку какую?

- Какая первая попадётся.

- Ставлю Харьков. Такие наглые обычно оттуда.

Он вбил нужные строки, вставил бланк паспорта в принтер, пару раз прогнал, после чего достал, критически осмотрел, поставил пару печатей и отдал мне.

- Держи, Семёнов. С днём рождения. Больше паспорт не теряй.

- Ага, спасибо. - Буркнул я, даже не заглядывая в документ, просто сунул его в карман. Потом поизучаю. - Сколько с меня?

- Миро не уточнял. Сказал взять сколько дашь.

Только сейчас я понял, что парень довольно смуглый, но прикован к инвалидной коляске. Видимо, потому и бумагами занимается - бегать никуда не надо.

- А в базе светиться буду?

- Уже светишься, как ёлка новогодняя.

- Держи. - Я положил перед ним пятьсот долларов. - Спасибо за труды.

- Обращайся, Ронго. - Отсалютовал он мне. Интересно, что это значит? Что-то типа "Гринго" у мексиканцев? - Выход сам найдешь.

Я сделал пару шагов к выходу, после чего мне будто током голову прострелило.

- Эй, а идентификационный код?

- Ха, я думал ты уже не спросишь! - Он потянулся к лотку принтера и достал оттуда распечатанный лист. - Держи. Теперь точно всё.

Я упаковал приобретения в рюкзак и вышел из здания. Ну всё, самое сложное на сегодня сделано. Теперь можно немного расслабиться. Я вернулся на вокзальную, спустился в метро и сразу приобрел многоразовую карту оплаты. Ну а чего мелочиться? Я ж тут теперь жить собрался. Поехал первым делом на Крещатик. Прошелся, насладился уходящим летом, нашел неплохой бар, приглянувшийся мне в прошлое моё посещение столицы, заказал себе пиво с какой-то закуской, сел на веранде и начал искать в интернете объявления об аренде жилья.

Сотни, тысячи их! Если учесть, что Киев я знаю плохо, то приходилось ежеминутно сверяться с картой, выискивая предлагаемые адреса, рассчитывать доступность метро и наземного транспорта, прикидывать свои финансы, на сколько их хватит... В общем, три бокала пива спустя, я выписал несколько самых интересных для меня предложений, и начал обзванивать ближайшее хостелы. Солнце клонилось к закату, и следовало искать себе место для ночлега. Свободные места нашлись в хостеле всего в пяти километрах от меня. Ну что ж, хороший повод пройтись, размять ноги.

До хостела оставалось метров пятьсот, я шел по навигатору в телефоне, проходя через дворы и переулки, дыша теплым воздухом, вдыхая запахи нового города, как вдруг почувствовал запах уж слишком знакомый. Тот самый затхлый, с нотками плесени и застоя. Тот самый "тлен". И веяло им, на первый взгляд, из арки на другой стороне дворика. Приглядевшись, я увидел два слабо различимых в сумерках силуэта, быстро застегнул свою толстовку, надетую пятью минутами ранее, натянул поглубже капюшон и двинулся в их сторону. Увидел, как один силуэт, посветлее, упал на землю, второй, темный, склонился над ним. Отчетливо повеяло холодом. Тем самым, "моим" холодом!

Я ускорил шаг. Темный силуэт почти вплотную прислонился к лицу лежавшего на земле.

- Алё, пацаны! Хорош лизаться на людях! - Я уже бежал. Я как можно крепче затянул лямки рюкзака и проверил содержимое карманов - понимал, что драки не избежать.

Тёмный по-хищному резко обернулся и на меня из черноты глубокого капюшона уставились два светящихся синих глаза. Ах так? Мы тоже так умеем! Я отпустил с поводка свою внутреннюю тьму и "зажег" свои глаза. Сразу после этого я увидел толстую красную дымчатую "струйку", тянущуюся изо рта лежащего неподвижно мужчины ко рту Тёмного. Я уже видел подобное раньше, у себя в ванной. Только та паутина тянула из меня энергию по чуть-чуть, а этот, судя по всему, решил "выпить" всё разом.

Тёмный утробно зарычал на меня, красная дымка истончилась и рассеялась, он резко, слишком резко для человека, встал и взмахнул рукой в мою сторону. Я отработанным за месяцы тренировок усилием выставил перед собой щит, но его атака прошла его, как нож сквозь масло, хлестнула меня по ногам, я запнулся и растянулся на асфальте, больно ударившись лицом и разбив губу. Краем глаза заметил еще один взмах его руки, перекатился по земле, на месте, где я лежал за миг до этого, растеклась черная смолянистая клякса. Я поднялся на ноги и запустил в Тёмного пару фаерболов, но он легко отмахнулся от них, будто от назойливых мух.

Ах вот ты как? Я еще немного сблизился с противником, ударил его волной уплотнённого телекинезом воздуха, затем тут же послал еще парочку фаерболов. Это уже принесло хоть какой-то эффект: он пошатнулся от первого удара и не успел отвернуться от второго - его куртка загорелась, чадя чернющим и вонючим дымом. Пока он пытался себя потушить, я подошел вплотную и от всей души зарядил ему по морде объятым моим "родным" синим огнём кулаком. Синее холодное пламя с радостью перекинулось на его одежду, причиняя Тёмному немало неудобств, судя по его паническим крикам. Я добавил ему с ноги в туловище, подкрепив физический удар еще и телекинетическим. Тёмного отбросило в сторону детской площадки, где тот тут же шлепнулся в песочницу и начал там кататься, сбивая пламя.

Пытаясь не дать тому подняться, я побежал в его сторону. На ходу попытался еще раз дернуть телекинезом, но он отмахнулся от моего воздействия, вскочил и запустил мне в ноги еще одну смолянистую кляксу. Она плотно облепила мои ноги, повалив меня на песок и не дав добраться до её хозяина. Тёмный победоносно зарычал, но получил сгусток синего огня в лицо - я решил разбираться с проблемами по очереди. Заорав, он всё же умудрился сбить пламя, залепил чёрной жижей мои руки и... достал из воздуха Книгу! Мою книгу!

Он раскрыл её, поднял одну руку вверх, прокричал несколько слов и... исчез в синей вспышке.

- Гандон! - Вырвалось у меня. - Трус несчастный!

Но ответа мне не было. Только открылось одно окно, хозяин которого разразился на меня матерной тирадой за нарушение общественного порядка. Надо бы сваливать, пока полиция не приехала, но как, если я скован? Я вновь вызвал синий огонёк, легко обративший в невесомый пепел липкую смолу за пару секунд. Подошел к песочнице - в ней красовался остывающий узор из спекшегося в стекло песка. На нем явно виднелись какие-то линии и руны, но запоминать это всё я не стал. Просто парой телекинетических ударов раскрошил это в пыль, и подошел к жертве Тёмного. Он был без сознания, бледный, но хотя бы жив. И ран нет - уже хорошо. Пора сваливать!

Хозяйка хостела, встречавшая меня у входа после моего звонка, испугалась моего внешнего вида, но я поспешил её успокоить. Мол, ничего страшного, пристал какой-то пьяный неадекват, пришлось немного поваляться. В четвертый раз уточнив, всё ли в порядке, она всё-таки провела меня в ванную. Я посмотрел на себя в зеркало: разбитый нос, кофта, запачканная моей же кровью, поцарапанное об асфальт лицо, синяк на лбу, лопнувшая губа - да ладно, иногда и хуже выглядел. Не всегда мне, всё же, удавалось отболтаться от гопников!

Наскоро умывшись и смыв с себя кровь, я прошел к выделенной мне койке, закинул рюкзак под неё и с наслаждением растянулся на мягкой постели. Насыщенный денёк получился, ничего не скажешь.

--

8. Тлеющие угли

В три часа ночи обычный киевский дворик на миг беззвучно осветила синяя вспышка. Лариса Сергеевна, мучавшаяся от бессонницы, с кряхтением встала с продавленной от времени тахты и подошла к окну. "Опять полиция катается! Спать людям не дают, кровопийцы!", - пронеслось у неё в голове. Но полиции на улице не было.

Прильнув к окну, Лариса Сергеевна всё-таки рассмотрела в свете фонарей, как из песочницы в центре двора выходит тощая фигура в каком-то черном балахоне. "Опять алкаш! Сейчас весь двор обоссыт!", - с негодованием подумала старушка со своего наблюдательного поста на первом этаже хрущевки. Человек в центре двора, тем временем, повел головой из стороны в сторону, и, видимо определившись с направлением, пошел четко в направлении окна пожилой наблюдательницы. Не дойдя метра четыре, остановился и присел, что-то рассматривая на асфальте.

"Червонец нашел, что ли?" - предположила Лариса Сергеевна, жадно вглядываясь в каждое движение алкаша. В любом случае, будет чем соседок днём удивить. Алкаш, тем временем, понюхал что-то, поднятое с земли, что-то пробормотал и из-за его спины вышла здоровенная черная собака. Старушка могла поклясться, что она, военный кинолог со стажем, никогда раньше не видела подобной породы! Выше пояса, пасть будто крокодилья, вся черная, как смоль, если бы не фонарь - её бы вообще не видно было.

Алкаш дал собаке понюхать что-то на земле, но Лариса Сергеевна никак не могла рассмотреть, что именно. Она придвинулась ближе к окну, и оправа её очков тихо звякнула о стекло. Но человеку во дворе этого было достаточно. Он резко вскинул голову в вверх, заставив бабушку испуганно ойкнуть - его глаза ярко светились синим светом, а бледное лицо было все в шрамах и подпалинах. От её окна до алкаша было всего три метра, да и на зрение с новыми очками Лариса Сергеевна не жаловалась.

Она отшатнулась от окна, но успела заметить, как страшный тип что-то коротко скомандовал своей собаке и пошел в сторону её подъезда. Хлопнула наружная дверь, по спине старушки пробежал холодок. В дверь постучали. На негнущихся ногах она вышла в прихожую и спросила:

- Кто там?

- Бабушка! - В ответ раздался испуганный, тонкий детский голосок. - Бабушка! Открой, бабушка, тут страшный дядя! Я его боюсь! Бабушка, скорей!

Лариса Сергеевна, хоть и не имела внуков, всё же была человеком, и моментально отозвалась на детские слёзы. Но, открыв дверь, вместо испуганного малыша встретилась нос к носу с тем самым существом, которого она изначально приняла за алкоголика. Бледная кожа, впалые щеки, жуткие ожоги, обуглившиеся веки и яркие синие глаза! А еще едкий, неприятный запах.

Существо моментально схватило старушку за горло, прошло с ней дальше в квартиру, оскалилось и присосалось ко рту бедной женщины. "Только не насилуй!" - промелькнуло в угасающем сознании Ларисы Сергеевны, в то время, пока существо залечивало свои увечья за счет остатков её жизненных сил.

***

Что ни говорите, но в Киеве цены на жильё завышены. Если почти в любом другом городе Украины можно снять двухкомнатную квартиру за сто долларов в месяц (без учета коммуналки), то столица, мягко говоря, обескураживает неподготовленного человека. Мне сыграл на руку тот факт, что я заранее мониторил цены на жильё, и, хотя бы, морально был готов к ценникам, но ё-моё! Пятьсот баксов за однушку без мебели и техники, зато в центре и возле метро?! Да пошли вы в жопу!

Именно это я и сказал очередному риелтору, впаривавшему мне дичь за несусветные деньги. Извини, Артём, но именно ты сейчас идешь в жопу, и ни миллиметром мимо! Я в гробу видел такие расценки на такое "жильё"!

Выбегая из подъезда очередной пятиэтажки, я на ходу набирал номер следующего риелтора, предлагавшего странный, но вкусный по цене вариант. Это была однушка-студия в новостройке, почти в центре, недалеко от метро, с нормальными условиями и при том за смешные сто пятьдесят баксов. Это меня насторожило, но я на всякий случай предложил ему сразу привести собственников. Вдруг я решу сразу заселиться?

Не буду тянуть время описаниями, квартира мне понравилась, там было всё, что мне могло понадобиться. Единственное, что насторожило - столь низкая цена при столь хороших вводных. Не сразу, но хозяева поделились причинами - уже не один съёмщик досрочно расторгал договор, жалуясь на недомогание, кошмары и головную боль. Мол, ни один не прожил дольше недели. Я поспешил их заверить, что ничего подобного со мной не случится. Они лишь переглянулись с улыбкой, и подписали договор, приняв плату за два месяца. Вот я и переехал. С новосельем меня!

На их вопрос, когда я буду готов перевезти свои вещи, я положил рюкзак на пол и сказал: "Сейчас!", после чего все остальные вопросы сами собой отпали. Первым делом, когда все формальности были улажены и я остался один, я сжег всю "паутину", аналогичную той, что была в старой квартире. Разница была в том, что здесь этой "паутиной" были плотно завешаны стены, потолок, и даже устлан пол. Не удивительно, что здесь людям жить было, мягко говоря, не комфортно. Да и "тянула" эта паутина из людей куда активнее, чем моя, домашняя. Оно и понятно - в столице другой темп жизни! Даже паразиты активнее.

По правде говоря, вычистил я от этого потустороннего паразита еще и лестничную клетку, по одному этажу вверх и вниз, лифт и первый этаж со входом. На улице, хвала Ктулху, эта дрянь жить отказывалась.

Вечером того же дня, когда я в очередной раз просматривал новостную ленту на ноутбуке, я услышал из кухни странный шорох. Пойдя туда я не заметил ничего странного. Подумал, что почудилось, и упорно игнорировал это весь вечер. Только когда спустя полчаса сна меня разбудил грохот упавшей тарелки, я подошел туда во всеоружии. Обычное зрение опять не нашел ничего удивительного, зато "дополненным" зрением зажженных глаз я увидел огромного мохнатого паука с восемью человеческими ногами, сидящего на стене и плетущего ту же самую "сосущую" паутину!

- Ни хрена себе Нафаня! - Я определенно не был готов к такому повороту событий.

Чудище повернулось всем телом, уставилось на меня четырьмя парами человеческих глаз, хаотично выглядывавших из-поз густого меха, и хищно зашипело, разинув зубастую пасть. Его ноги напряглись, существо прыгнуло... Но было сбито в полёте сгустком синего огня. Монстр зашипел еще сильнее, объятый пламенем упал на пол, закрутился, забился в конвульсиях и, наконец, сдох. Рассыпался он, правда, вполне себе материальным пеплом, который мне пришлось собирать по всей кухне.

Зато я узнал многое. Большой простор для мыслей открывается. То есть, существуют и метафизические существа, скрытые от глаз обывателя. Надо бы походить по городу с "зажженными" глазами. Только очки потемнее надо найти - не хочу людей пугать. Хотя, если я увижу, что на самом деле обитает среди всех этих людских эмоций, как бы мне самому не испугаться!

Безрезультатно попытавшись уснуть, я встал, оделся и пошел на улицу. Ночные пробежки и упражнения хорошо навевают сон. На площадке во дворе было пусто и темно. Уличного освещения едва хватало на то, чтобы видеть собственные ноги. Ну ничего, меня подобное никогда не останавливало. Главное - воткнуть наушники и включить музыку пободрее. Сделав несколько кругов вокруг площадки, повисел на турнике, поприседал... И понял, что не тянет меня сегодня на физкультуру. И спать не тянет. И дома тошно оставаться. Что делать?

Пойду прогуляюсь, подышу воздухом, развеюсь, в конце концов. А то напряженные какие-то два дня получились. Я улыбнулся собственным мыслям: "Развейся, ага! Полгода назад уже развеялся по ветру!", зашел домой, переоделся в джинсы и футболку, вместо худи и спортивных штанов, взял с собой немного наличности и двинул в путь.

Прошел через Почтовую площадь, прогулялся до Контрактовой, вернулся на набережную, дошел до моста через Днепр, и решил перебраться на другую сторону. Дойдя где-то до середины, как раз до островка, через который этот мост и проложен, я услышал бодрую клубную музыку. Перегнувшись через перила, я увидел ночной клуб на пляже, и вспышки огня - в разгаре было выступление фаерщиков! Отлично, моя остановочка!

Пришлось вернуться немного назад и поплутать на развязке, но уже десять минут спустя я заказывал в баре виски с колой и смотрел на плавные движения двух молодых девчонок, ловко вертящих два огненных веера. Завораживающее зрелище! Засмотревшись, я сам не заметил, как допил свой напиток. Уже собирался, было, вернуться к бару, но тут на площадку вышла Она!

Симпатичная, стройная рыжая девушка, в кожаном корсете и юбке, с красным кристалликом в золотой оправе на шее, в высоких кожаных стилах по колено, в тоненьких перчатках без пальцев... И со стальными шарами. Ну, может и не стальными, но у неё в руках были два горящих шара, висящих на цепях. И что она с ними только не вытворяла... Крутила под самыми невообразимыми углами, подбрасывала в воздух, извивалась между ними... И всё это с такой невообразимой пластикой, будто бы пантера вышла из джунглей и, вопреки всем инстинктам, грациозно прыгает через огонь!

Особого эффекта добавлял её взгляд больших янтарных глаз с хитрым прищуром оглядывающих толпу. То, как в них мелькали отблески огня - будто бы озорные огоньки пляшут прямо на радужках. Чёрт побери, да своим выступлением она просто приковала меня к месту, оставив без сил даже поднять с пола челюсть! И я был не одинок - еще с десяток мужчин в первых рядах подбирали слюни, упорно стараясь не засматриваться на её попку, то и дело мелькавшую под задирающейся полой юбки. Даже некоторые девушки, периодически толкая под рёбра своих сгорающих от похоти парней, не могли отвести от неё глаз. Чистейший животный магнетизм с изрядной долей эстрогена!

Но это были еще цветочки. Шары начали гаснуть, выработав свой запас керосина, и она достала из-за пояса плеть! Достаточно длинную, не меньше двух метров, с семью утяжеленными концами. Расправив её одним плавным движением, девушка эффектно щелкнула плетью над одним из горящих факелов, зажгла все семь хвостов разом и продолжила свой сказочный танец. В этот момент я почувствовал себя малолетней фанаткой Джастина Бибера, готовой вот-вот залить кипятком ближайшие три квадратных метра танцпола!

- Ух, я б ей... позволил себя наказать! - Шумно выдохнул грузный мужичок справа от меня.

- Так, всё, пошли! - Женщина, держащая его под локоть, потянула его в сторону.

- Но дорогая! - Протестовал мужчина.

- Дома поговорим! - Злобно шикнула на него женщина, и пара удалилась из моей зоны видимости.

Девушка, в это время, продолжала свой дивный танец, затягивая меня всё глубже в пучину огненного вихря, что она создала вокруг себя, по-хитрому закрутив плеть. И вот, музыка вышла на свой максимум, звонко щелкнула плеть, отправив в воздух сотни искр... И всё стихло, погасли факелы, погасли веера у девушек, танцевавших на фоне... Но тишина продержалась лишь секунду, публика быстро взорвалась шквалом аплодисментов, утопив рыжеволосую танцовщицу в овациях. Девушка откланялась и ушла за сцену, к своим соратникам.

- Давайте еще раз поприветствуем команду "Fire Storm" и несравненную Эмбер! - Голос ведущего снова вызвал поток аплодисментов. - Ух, как сразу стало горячо! А теперь продолжим...

Его разглагольствования я уже не слушал. Я отошел покурить, ибо это как раз тот вид удовольствия, после которого выходят покурить даже соседи. Воображение всё еще рисовало эту самую Рыжую Эмбер в вихре огня, её глаза с бликами пламени... Так, а ну взбодрись, Сёма! Я понимаю, что физиологически у этого тела вообще не было девушки, но это не повод себя накручивать! Вот вернёшься домой, уединишься... Так! Хватит!

Я слегка похлопал себя по щекам, приводя в порядок мысли. По пути к бару, я увидел в толпе мелькнувшую рыжую голову, волосы уже были завязаны в узел на макушке, из которого торчали две спицы. По пути к девушке то и дело приставали разной свежести молодые люди, но её раздраженное выражение лица говорило о том, что их общества она явно не жаждет. Ну что ж, я её прекрасно понимаю. Сам в школе в утренниках играл, по четыре выступления в день, понимаю, как она выдохлась. Значит побуду учтивым, и не стану обременять её своими тупыми подкатами. Хоть она тоже идёт к бару, это ничего не меняет - я просто возьму себе выпить и отойду. Так будет правильно.

Свободная точка пространства у бара оказалась по правую руку от Неё. Ну окей, ничего страшного. Я выдержу. Она сидела у барной стойки спиной ко мне. Уже успела переодеться в джинсовые шорты и светлую клетчатую рубашку. Подойдя почти вплотную, я почувствовал исходящий от неё запах - смесь керосина и сладковато-цветочного парфюма. Не знаю почему, но это показалось мне безумно оригинальным и приятным в тот момент. Я встал рядом с ней, поймал взгляд бармена и заказал еще порцию виски.

- Эй, милашка, хочешь, мы устроим еще одно шоу! - Сзади к ней подошел явно нетрезвый субъект. - Зажжем вместе, так сказать!

- Друже. - Я спокойно обернулся к нему и смерил взглядом. Щуплый, ниже меня на голову. Справлюсь, если что, не особо напрягаясь. - Девушка устала, дай ей отдохнуть.

- А ты чё, её парень? - Промурчал будущий пациент травматологии и по-идиотски заржал.

- Друже! - Повторил я с нажимом, после чего положил руку ему на плечо и сильно сдавил пальцы. - Девушка закончила выступление. Она устала. Дай. Ей. Отдохнуть.

- Сышышь! А ты не аху...

- Вовик! - К нему подошли трое его друзей. - Вовик, бля! Нахер ты к людям лезешь?! Пошли, мля! - Двое парней оттянули его от бара, а третий обратился ко мне.

- Братан, не обессудь, перебрал пацан, с кем не бывает?

- Без обид. - Кивнул я и отвернулся к бару и ожидавшему меня напитку.

- Конкурентов отгоняешь? - Услышал я слева усталый и одновременно насмешливый голос. Блин, какой у нее офигенный голос!

- Не конкурентов. Хамов. - Я постарался, чтобы мои слова прозвучали спокойно и без волнения.

- Я могу за себя постоять. - В её голосе всё еще звучала лёгкая насмешка. - Мне не нужен защитник.

- А я и не претендую. - Улыбнулся я, расплачиваясь с барменом.

- А на что ты претендуешь?

- На роль человека, который поблагодарит тебя за прекрасное выступление и пожелает тебе приятного вечера. - Улыбнувшись, я отсалютовал ей бокалом и развернулся, чтобы уйти.

- И ты даже хочешь со мной познакомиться? - Насмешка ушла, пришло легкое удивление.

Я обернулся. Она уже сидела в пол-оборота ко мне и удивленно приподняла тонкую бровь.

- Хочу. - Признался я. - Но не в таких обстоятельствах.

- В смысле? - Она сконфуженно наморщила носик.

- Не хочу чувствовать себя восторженной фанаткой, ломящейся в гримерку к рок-звезде.

- У меня нет гримерки. - Она миленько хихикнула.

- Ну так и я не фанатка. - Улыбнулся я и снова собрался развернуться.

- Я Эмбер. - Она протянула руку.

- В таком случае, я Эш. - Я мягко пожал руку девушки и присел на соседний стул.

- Эш? - Она снова удивилась. - Типа как ловец покемонов? Или типа "пепел"?

Я как раз днем задумывался, как представляться новым знакомым? Имя "Эрик" никак не сокращается, так же как "Игорь" или "Олег". Всяких Дим, Паш и Вить - пруд пруди, а эти три имени стоят особняком и звучат, на мой слух, слишком официально даже при неформальном общении. Вот и пришел в голову персонаж "Зловещих Мертвецов". Но её вариант мне тоже пришелся по душе.

- Ближе ко второму. - Улыбнулся я.

- Ха, Уголёк и Пепел![Ember - тлеющий уголёк; Ash - пепел (англ.)] Шикарная парочка! - Вынырнула из-за наших спин одна из девчонок-фаерщиц. - Кать, мы едем. Ты с нами?

- Ирка, блин! Всю конспирацию сломала! - Катя забавно наморщилась. - Я тут пока посижу. Езжайте, завтра встретимся.

- Пока-пока!

- Ну... - Она повернулась ко мне и снова протянула руку. - Да, я Катя.

- А я Эрик.

- Прикольная тату. - Она повернула мою руку и начала рассматривать мой пепельный "узор" на венах. - Очень... необычная.

- Это не тату. - Я на секунду замялся, придумывая правдоподобную версию. - Это генетическое.

- Ничего себе! А почему на лице такого нет?

- А на руке кожа тоньше, и сосуды ближе к поверхности лежат.

- Фига себе! Чего только не бывает! - она присмотрелась поближе, рассматривая проступающую текстуру. - Прямо как пепел от сигареты... Так ты поэтому Эш?

- И это тоже. А еще потому, что так короче.

- Ну, так не прикольно. - Она звонко рассмеялась.

- Зато у тебя поэтично. Тлеющий уголёк, способный сжечь лес от малейшего дуновения ветра.

- Ух ты! Действительно красиво. Спасибо, возьму на вооружение! - Она снова рассмеялась, а меня немного отпустило.

Да, она красива, пластична, да и сексуальна, чёрт возьми! Но она обычный человек, и мне нет никакого смысла нервничать! А то как школьник, честное слово! Ну-ка слюни подобрал! Да, гормон играет, но держи себя в руках, ты же взрослый человек, Сёма!

Музыка сменилась с игравшего лаунжа на энергичный и громкий клубняк, мы взяли в баре по бутылке пива и решили отправиться в более тихое место, где можно поговорить. Мы сидели на пляже у кромки воды, говорили о её выступлении, о её и моих увлечениях, о любимых книгах, музыке и фильмах. Мы говорили обо всём, о чем только можно поговорить. При этом, мы ни разу не зашли в тупик - каждому было что сказать.

Нам надоело сидеть на одном месте. Мы решили пройтись, перешли мост, погуляли по пустым ночным улицам, сфотографировались на фоне выключенного колеса обозрения, перекусили у ночного киоска с шаурмой... В какой-то момент ей стало холодно. Я не брал с собой кофту, и потому предложил зайти ко мне на чай, благо мы были в квартале от моей квартиры. Немного подумав, она с радостью согласилась.

Войдя в квартиру, я услышал от неё многозначительное хмыканье.

- Миленько тут у тебя. - Она не сдержала улыбки. - Я бы сказала - аскетичненько.

- Ну, я только переехал, не успел обжиться.

- Ага! - Она победоносно направила на меня указательный палец. - Только переехал, а уже девушек водишь! Так и знала, ты бабник!

- Зато ты первая, кто увидел моё тайное убежище!

- А ты умеешь польстить даме! - Она в который раз за вечер звонко рассмеялась.

Я заварил две кружки ароматного травяного чая, мы уселись на кровать, включили на ноутбуке какое-то старое смешное кино, продолжили разговор...

- У тебя тут можно курить?

- Конечно. - Я поставил между нами пепельницу и предложил сигарету.

- Спасибо. - Она похлопала себя по карманам. - Блин, зажигалку потеряла.

Я, засмотревшись как идиот на её глаза, ни разу не подумав, щелкнул пальцами, как делал уже неоднократно раньше. На ладони возник небольшой огонёк.

- Вот, значит, как!

Я замер с распахнутыми глазами. Твою мать! Тут уже не получится отмазаться генетикой! Придется объяснять, и объяснять придется много! Вот, блин, так глупо встрял!

Катя, в свою очередь, отреагировала вопреки моим ожиданиям: она завороженно смотрела на огонь в моей руке, а в её глазах был лишь интерес.

- Во-о-от, значит, как! - Повторила она протяжнее.

- Ты... - Я пытался подобрать слова. - Ты... не напугана?

- А чего тут бояться?

На её лице появилась хитрая ухмылка. Она подняла левую руку, которую тут же объяло пламя, а её глаза загорелись мягким оранжевым светом. Я облегченно выдохнул, улыбнулся и превратил огонёк в огненный шарик. Она смешно наклонила голову, но вдруг нахмурилась, удивленно вздернув бровь:

- А почему у тебя глаза не горят? - Прозвучало даже с легкой ноткой обиды.

Я виновато улыбнулся, и оранжевый шарик на моей ладони сменился синими лепестками моей внутренней тьмы, в тон засиявшим глазам. Эмбер вскрикнула и мгновенно отстранилась от меня, выронив незажженную сигарету на пол, а я недоуменно замер.

- Нет! - Испуганно прошептала она. - Нет-нет-нет! Этого не может быть! Это невозможно!

- Кать... Что случилось?

- Не подходи! Нет!

Девушка подскочила к двери, схватила в охапку свои сапожищи и опрометью рванула на улицу. Я бросился за ней, так же, босиком. Позже, задаваясь вопросом "Чего ради?", я понимал, что действовал на инстинктах. Мне нравилась это девушка, и я понимал, что еще раз случайно на неё наткнуться будет практически невозможно, а потому хотел объясниться. Но это я обдумаю потом, а сейчас я бежал босиком по лестнице, пытаясь догнать рыжую и как-то разрулить эту... странную ситуацию.

Выскочил на улицу и увидел рыжую копну волос, юркнувшую за угол дома. Побежал за ней, догнал лишь на пустыре за домом. Катя замерла спиной ко мне, прижав свои ботинки к груди и не двигалась. Перед ней стоял в предупреждающей позе и злобно рычал огромный чёрный пёс. Увидев меня и принюхавшись, пёс присел на задние лапы и громко завыл в ночное небо. Спустя пару секунд позади него вспыхнул столб синего света, и из него мне навстречу вышел тот самый бледный мужик. Катя, увидев его, начала мелко дрожать и пятиться.

- Эмбер, беги. - Проговорил я, выпуская наружу свою "тёмную сторону".

Глаза зажглись, разгоняя ночную темень и превращая её в сумерки. Ночь ничто по сравнению с тьмой во мне.

- Но... - Она обернулась и, увидев меня, не смогла закончить фразу от испуга.

- Съебалась в ужасе! - Прорычал я, и девушка послушалась совета, рванув с места в сторону жилых домов.

- Ну привет, гандон. - Злая улыбка сама собой расползлась по моему лицу. - Ты книжку в библиотеку задолжал.

Он хрипло рассмеялся и коротко скомандовал:

- Взять!

***

Катя бежала, не разбирая дороги, через кусты, клумбы и детские площадки. Ветки деревьев хлестали по лицу, и боль понемногу приводила её в чувство. Пробежав два двора, девушка уселась на бордюр и наконец обулась, заодно переводя дух. Трясущимися руками завязывая шнурки, она наконец решила разобраться, что, собственно, произошло.

Парень, с которым она познакомилась, оказался Тёмным. Сначала она подумала, что он - это тот Бледный, замаскировавшийся, или еще каким-то образом сменивший облик. Сбежав от него, она попала в ловушку - Тёмных оказалось двое, и они, судя по всему, загнали её в ловушку... Но Эрик её отпустил! И этого её мозг понять не мог.

Если они на меня охотились, рассуждала она, то зачем отпускать? Погонять добычу подольше? Катя огляделась и прислушалась - за ней никто не шел. Наоборот, с той стороны, откуда она сбежала, доносились едва слышные звуки драки.

Думай, Эмбер! Вспоминай! Эрик не знал, что ты пиромант. Такое удивление не подделать! Это раз. Собака вызвала хозяина только увидев Эрика - значит, Бледный его выслеживал? Похоже на то. Это два! Эрик отвел удар от меня, приняв его на себя - это три. Так это что, их личные разборки? Тёмный против Тёмного? Странно. И страшно.

Эмбер хлопнула себя по лбу. Эрик управлял огнём! Да, это не его родная стихия, как у неё, но всё же! Огонь - светлая стихия, Алекс постоянно ей это повторял! А как Тёмный может пользоваться светом?! Это же невозможно! Это что получается, Эрик не такой уж и Тёмный?

Она, содрогнувшись, вспомнила один недавний эпизод - когда Тёмный показал свою силу, с ним не смог справиться никто. Но Эрик... не испугался. Он принял бой. Это значит, что они, как минимум, равны по силам! И, если быть откровенной с собой - первому Тёмному она хотела отомстить.

Любопытство начало брать верх над страхом. Эмбер поднялась и, стараясь не топать, рысцой двинулась обратно. Дойдя до пустыря, она засела в кустах, метрах в двадцати он дерущихся, и стала наблюдать за схваткой, не замечая, что вздрагивает каждый раз, когда Эрик пропускает очередной удар Тёмного.

***

Собака рванула в бой, с ходу прыгнув и целя зубами мне в шею. Шагнув назад, я откинул её в сторону телекинезом и тут же атаковал Тёмного проверенной связкой "толчка" и фаерболов. Он сумел меня удивить - отмахнулся от всего, явно ожидая подвоха, и опять попытался связать меня той черной "смолой". К этому уже был готов я. Меня обволокло синее пламя, и смола даже не долетела до меня. Зато долетела собака.

Обойдя сбоку, она запрыгнула сзади и, не обращая внимания на загоревшуюся шерсть, попыталась добраться до моей шеи. В это же время Бледный скастовал какую-то новую хрень - в мою сторону полетел сгусток чего-то зеленого и светящегося. Мозг под адреналином принимал решения молниеносно, и вместо того, чтобы увернуться, я повернулся к бледному уроду спиной, подставляя под удар его же шавку.

Псина испуганно заскулила, а я зацепил её телекинезом и швырнул в хозяина. Ага, сволочь, не ожидал?! Тёмный, столкнувшись со своим питомцем, рухнул на землю, а я, не теряя времени, начал выкладываться по полной, швыряя в него фаерболы, всякий подножный мусор, и поливая сверху холодным синим пламенем. Вой, крики, скулёж - всё это слилось в единую какофонию звуков, больно бивших по ушам. В бледного летели камни, ветки, пучки травы, куски бетона и обрубки арматуры - всё, что я мог нащупать телекинезом вокруг себя.

От чего-то он уклонялся, что-то пропускал, получая удар за ударом... Но вот некоторые снаряды он наловчился отбивать обратно. Если мои фаерболы не причиняли мне ущерба, то камни и ветки вполне - мой "щит" не мог отклонить всё. Несколько осколков бетона расцарапали мне лицо, один булыжник ударил по печени, а кусок тонкой арматуры, вращаясь в полёте, прошил мне левый бок насквозь, выпирая с обеих сторон моего многострадального тела. Я вскрикнул от боли и упал навзничь. У меня буквально сперло дыхание - в боку словно граната взорвалась, и я кое-как перевернулся на другой бок. Тёмный поднялся в воздух, только теперь он был не таким чёрным, как раньше.

Его обгоревшая одежда висела лохмотьями, оголяя его тощее, белое, словно молоко, тело; из его ран и ожогов сочилась чёрная, вязкая слизь, а на месте левого глаза зиял чёрный провал. Он горел синим, так же, как и я, но страха перед ним я не чувствовал. Чувствовал я лишь гнев и боль.

- Ах ты падла, еще и летать умеешь?! - Я взглянул на едва заметные дымчатые крылья, раскинувшиеся за его спиной.

Мозг под адреналином принимает решения молниеносно. Отвлечь противника телекинетическим ударом у меня не получилось. Так может, стоит действовать тоньше? Усилием воли я, будто в школьной раздевалке, стянул с него едва уцелевшие штаны, оголяя его сморщенные причиндалы, а следом запустил в них лежащий рядом увесистый булыжник. Бледный повелся на мой трюк, посмотрев вниз, за что и получил в самое сокровенное для любого мужчины. Тонко взвыв, он рухнул на землю в метре от меня, мгновенно при этом погаснув, а я, стараясь не потерять сознание от боли в распоротом боку, поднялся и стал методично наносить удары в голову этому мудаку.

- Где! Моя! Книга?! - Повторял я. - Где! Моя! Бля!

Собака, вся обгоревшая, подволакивающая переднюю лапу, не бросила защищать своего хозяина, и сбила меня с ног, нависнув над моим лицом и скаля огромную пасть, полную острых зубов. Судорожно думая, что предпринять, я почувствовал невыносимый жар и закрыл лицо рукой.

- Отвали от него, тварь!

Сжав зубы от боли, я перекатился в сторону, продолжая прижимать правую руку к жутко болезненной ране, и увидел... Эмбер! Она поливала огнем псину из обеих рук, будто заправский огнеметчик во Вьетнаме! Псина скулила, пыталась увернуться, но в итоге издав последний стон, издохла.

- Эмбер! - Я кое-как поднялся на ноги. - Ты зачем вернулась?! Вали домой! Тебе тут нечего делать!

Внезапно всё моё тело пронзила острая боль, в голове будто колокол прозвенел, я упал на колени и обхватил черепушку руками. Эмбер вскинула руки, налившиеся изнутри угрожающим красным свечением, но за моей спиной на секунду вспыхнул синий свет, и всё прекратилось.

- Ушёл! - Глухо прорычал я. - Опять! Гандон!

Катя стояла, тяжело дыша и оглядывая поле боя. Выжженная трава, труп собаки, жуткая вонь палёного мяса и всё того же тлена. Я попытался встать, но ноги подкосились. Рыжая тут же вышла из ступора и помогла мне подняться.

- Кровь. - Прохрипел я, отойдя на пару метров от места схватки.

- Что?

- Кровь. На земле полно следов и моей крови. Надо уничтожить.

Катя еще раз огляделась, что-то прикинула в голове и взмахом руки обратила вытоптанную нами лужайку в огненный смерч, в секунду сжегший все оставленные нами следы, оставив только золу и пепел.

- Где ж ты раньше была с такой мощью?

- Тебя не хотела зацепить. - Буркнула Катя, всё еще опасливо на меня косясь.

Ввалившись в квартиру, я первым делом кинулся к аптечке. Разорвав упаковку ваты, промокнул кровь и достал хирургическую иглу.

- Чем помочь? - В Катином голосе сквозила истерика.

- Коньяк. - Я указал на шкафчик напротив кровати.

- Для дезинфекции? - Она протянула мне бутылку.

- Для анестезии. - Буркнул я, открывая пробку зубами и делая несколько глотков.

Горло обожгло, жар растёкся по пищеводу, боль на секунду притупилась. Еще пара глотков закрепили эффект. Достав из аптечки шприц с лидокаином, я обколол по периметру пораженный участок кожи как спереди, так и сзади. Жутко неудобно, скажу я! Подтянул к себе телекинезом полотенце, сжал его зубами и, стараясь громко не орать, раскалил руками кусок арматуры, прижигая всю рану разом. Лучше так, чем получить внутреннее кровотечение. Обезболивающее помогало слабо, это вам не общая анестезия. Запахло горелой плотью, и я, поднатужившись, выдернул из тела железяку и швырнул её на пол.

Кое-как прижимая локтем тампон к дырам в боку, я продел нить в иглу, сморщившись, обильно полил рану перекисью и попытался наложить первый шов. Было неудобно, никак не получалось извернуться так, чтобы стянуть разорванную кожу и рассмотреть место, куда, собственно, шить.

- Дай мне. - Катя попыталась трясущимися руками забрать у меня иглу, но я одернул руку. - У меня есть опыт. Я смогу.

- Хлебни для начала. Чтобы руки не тряслись.

Она послушно сделала глоток из бутылки. Жутко скривилась, но руки дрожать почти перестали. Шок отпускал. Я отдал девушке иглу, на всякий случай вкратце напомнил ей, как надо шить и скривился при первом же проколе - обезболивающее не спасало. Пока меня штопали, я притянул к себе бутылку к себе и сделал очередной глоток.

- Подожди секунду. - Я по наитию наполнил свою ладонь холодным синим светом и приложил к ране. Кожу обожгло холодом, он проник глубже, немного заглушая боль и успокаивая возбужденные нервные окончания. - Продолжай.

Девушка качнула головой, выдохнула и продолжила своё нелегкое дело.

- Спасибо. - Хрипло выдохнул я. Боковым зрением заметил, как она кивнула, сосредоточенно втыкая в меня иглу.

- Я сначала подумала, что ты причинишь мне вред. - Сдавленно произнесла Катя. - Ну, или ты заодно с Ним. Потому и убежала.

- А почему тогда вернулась?

- Потому что мозг включила. - Она отрезала нитку и начала накладывать повязку. - Но всё равно... У вас одинаковая сила, одна... стихия. Почему вы дрались? Я не понимаю.

- Веришь, - я повернулся к ней. - Я сам уже полгода как ни херашеньки не понимаю.

- В смысле - полгода? - Эмбер подняла на меня взгляд. - То есть, ты не с рождения такой?

- Ну... Это долгая история...

- Рассказывай. С самого начала.

- С чего вдруг?

- С того, что я тебе доверилась и помогла. И мне кажется, я заслуживаю узнать правду. Иначе я сейчас развернусь и уйду, и больше ты меня не увидишь. И зашивай себя сам.

- Ладно. - Я вздохнул, собираясь с силами и облокачиваясь на подушку. - Начнем с того, что это не совсем моё тело...

--

9. Встаньте, дети, встаньте в круг...

Эмбер стояла у плиты, одетая лишь в мою футболку, и жарила яичницу с колбасой и овощами. Её вещи пришлось постирать и вывесить сушиться. Газ она даже не стала включать, обошлась врожденным талантом пироманта - именно так она назвала свои способности. Ну а кто я такой, чтобы с ней спорить? Пахло великолепно, да и вид с моей позиции был обалденный, но я старался не отвлекаться.

В комнате было жутко накурено, на столе стояла открытая бутылка коньяка и два пустых стакана. Долго же я вёл здоровый образ жизни, ничего не скажешь... Я лежал в кровати в одних шортах, курил и завершал свой трёхчасовой монолог. За всё это время рыжая меня ни разу не перебила, выслушивая с серьезным лицом все мои приключения и умозаключения. Смешно. Еще полгода назад на её месте я бы давно вызвал психбригаду и заперся в ванной до её приезда.

- И вот, я здесь. - Я затушил бычок в пепельнице и, поморщившись от боли в боку, встал с кровати.

- Угу. - Многозначительно произнесла она и замолчала, перекладывая яйца в тарелки.

- Не сильно голову натопил?

- Ну, как бы тебе сказать? - Она поставила тарелки на журнальный столик и села рядом. - Не ожидала, что всё настолько сложно.

- Как есть. - Я пожал плечами и принялся за еду.

- Ешь вилкой. - Хихикнула она, взяла мою руку и провела по серому узору пальцем. - То есть, это и есть твоё тело?

- Типа да. - Сказал я с набитым ртом. Вкуснотища! У меня тоже получалось вкусно, но хуже, чем у Кати. - То, что от него осталось.

- А что ты сделал с... Тем, другим? С тем, чье это тело?

- Он умирал, я спас то, что от него осталось и запихнул в его самое счастливое воспоминание.

- А почему не дал умереть?

- Он не заслуживал этого. Да, он не был хорошим человеком, но и плохим тоже. Он никому не причинил зла.

- Странно это всё... - Катя поёжилась. - Вот так отобрать у человека его тело, разум... Жизнь...

- Мне самому неуютно, совесть грызёт постоянно. Только и у меня выбор был невелик. Либо пробивать себе дорогу к жизни, либо смыться в канализацию. Мне кажется, я поступил лучшим из возможных способов.

- А если бы у него были родные? - Её взгляд лишь чуточку потеплел. - Ты бы всё равно выбрал жизнь?

- Да. - Я не дал ей набрать воздуха в грудь для ответа и продолжил. - Нет. Не знаю я. Вот честно, не знаю. Получилось так, как получилось. В других обстоятельствах я бы и действовал иначе. Наверное... Промахнись я мимо кружки, и лежал бы уже в горе мусора на какой-нибудь свалке.

Мы замолчали. Мне было нечего добавить, а она, судя по всему, переваривала информацию. В итоге Катя шлепнула себя руками по коленям, встала, налила себе коньяка, отхлебнула, поморщилась, выдохнула и села обратно на кровать.

- А тот, с пистолетом? Его ты убил.

- Иначе он бы убил нас обоих. - Я пожал плечами. - Это было видно по нему. Я его не боялся, и это пугало его. Он бы выстрелил.

- Но ведь можно было...

- А как бы ты поступила? А? Вот на тебя направили пушку и вот-вот нажмут на курок. Что бы ты сделала? Долго бы ты думала?

- Я не знаю. - Сдалась она через несколько секунд.

- Кать, ты понимаешь, что я не хотел его убивать? Вот вообще! В ту секунду он просто не оставил мне выбора. - Я помолчал пару мгновений. - Я ж вообще мог тебе этого не рассказывать.

Рыжая подняла на меня глаза и взяла меня за руку.

-И я благодарна за то, что рассказал.

Мы снова замолчали. Каждый задумался о своём. Через какое-то время я почувствовал ощутимый удар изящным кулачком в плечо.

- Эй, ты чего?

- За то, что напугал! - Она рассмеялась. - Нет, всё окей, но... Не ожидала я, что ты... такой.

- Какой? - Я слегка приобнял девушку, и она положила голову мне на плечо.

- Сначала думала, что страшный.

- А теперь?

- А теперь - странный, непонятный, непредсказуемый... Но не страшный. Скорее, добрый. И грустный. - Она мягко коснулась губами моей щеки. - Я рада, что ты выжил. Боюсь представить, что бы он мог с тобой сделать...

- Да кто этот хрен такой?! И почему ты его так боишься? Не, он, конечно страшный внешне... - Я налил коньяк в стаканы, немного пригубил. - Да и поступки у него совсем не хорошие. Но блин, Катюх, учитывая наши умения, нас с тобой тоже стоит бояться! Я уже пару раз ему морду подровнял, и сделаю это еще, с превеликим удовольствием!

- Зачем? Эш, зачем он тебе нужен?

- Затем, что он мудак, а у меня обострённое чувство справедливости! - Я пожал плечами. - А еще книга. В ней могут крыться ответы на мои вопросы. А этот мудак увёл её у меня из-под носа.

Катя легла головой на мои колени и провела рукой по моей небритой щеке.

- Он опаснее, чем ты думаешь. - Она на секунду прикрыла глаза, когда я начал водить рукой по её волосам. - Ты же видел. И он станет еще опаснее. Первый раз он вообще не ждал, что кто-то из наших на него нападёт. Сегодня не был готов к тому, что нас будет двое. А что будет завтра?

- Так. - Я тяжело вздохнул. - Колись, рыжая, откуда ты его знаешь?

- Не сейчас. - Она задумалась, смешно скривив мордашку. - И не здесь. Вечером кое-куда сходим, и там ты всё узнаешь. Хорошо?

- Куда? - Я нахмурился, ожидая подвоха.

- В поликлинику тебя сдам, на опыты! - Она звонко рассмеялась. - Прости, но тебя так легко подколоть, я не удержалась! Слушай, - она приподнялась на локтях и заглянула мне в глаза. - Я тебе поверила, доверься и ты мне. Ничего страшного не произойдет, просто надо немного подождать. Хорошо?

Она прильнула ближе ко мне, нежно поцеловала меня в щеку, обдав меня остаточным запахом керосина и цветов, и с легкой улыбкой на лице посмотрела мне прямо в глаза. Ну вот и как ей можно отказать? Никак!

- Уговорила. - Я мягко улыбнулся и потянулся к её губам, но она с хитринкой в глазах отстранилась.

- Отлично! А ты пока ложись. Тебе надо поспать.

Зевнув, я повиновался. Когда моя голова коснулась подушки, я почувствовал, что, Катя легла рядом, прижимаясь к моей спине. Сам не заметив как, я провалился в пустоту...

Я падал во тьму. Не ощущая тела, не слыша ничего вокруг, лишь видел вокруг синие всполохи да чувствовал сильнейший, сковывающий холод. Хотелось кричать, но звука не было. Только чернота, холод и синие искры.

- Спокойно, тише, всё хорошо. - Словно через вату я услышал чей-то голос, и тьма озарилась мягким оранжевым светом.

Я наконец успокоился и... Перестал отторгать тьму вокруг, а принял её. Света пламени, окружавшего меня тёплым ореолом, хватало для того, чтобы я чувствовал себя под защитой. Я расслабился, попытался охватить этим огненным куполом всё доступное мне пространство, и тьма повиновалась. Я принял её, а она приняла меня. К синим всполохам добавились оранжевые, тьма немного поредела, а я уже не падал - летел на черных дымчатых крыльях...

Я проснулся, резко вскочив на кровати. Надо мной сидела Эмбер, её руки мягко светились, от них исходило тепло. На моих волосах остался иней, но особо холода я не чувствовал, только в левом боку будто льдинку под кожу зашили.

- Что случилось? - Я переводил взгляд с мокрой простыни на девушку. - Что это было?

- Не знаю точно. - Она выглядела взволнованно. - Наверное тебе что-то приснилось, ты ворочался, потом начал кричать, а потом... замёрз.

- В смысле?

- В смысле на тебя начала оседать влага из воздуха и замерзать. Я тебя минут десять грела, как могла. Что ты видел? Что тебе снилось?

Я рассказал. Всё, что вспомнил. Катя выслушала, почесала подбородок, задумчиво наморщила носик и выдала пришедшую ей в голову мысль:

- Ну, хрен знает. Надо у Розы спрашивать, я в этом не спец. - Она посмотрела на часы. - Вот сейчас и поедем к ней, как раз самое время собираться. - Только душ приму.

Она встала с кровати, щелкнула меня по носу и, покачивая бёдрами, продефилировала в ванную, напоследок хитро сверкнув на меня глазами из-за плеча. Секунду подумав, я принял решение, что воду, как и все остальные ресурсы планеты, следует расходовать экономно. А значит - душ лучше принимать вдвоём. К моей радости, когда я прошел в ванную, меня не выгнали, а совсем даже наоборот...

Спустя час, в семь вечера, мы всё-таки вышли из дома. И хоть погода радовала, в этот раз я захватил с собой кофту, на случай если Катя опять замерзнет. Мы прогулялись до метро, наслаждаясь прекрасной погодой и начавшимися сумерками. Доехали до левого берега, там пересели на маршрутку. Всё это время мы непрерывно болтали, делясь друг с другом фактами и историями из жизни.

- И когда на мне не осталось ни следа от новых ожогов, тогда мой папаша начал что-то подозревать. - Она грустно улыбнулась. - А уж когда я испарила его ремень в следующий раз, то вообще зарёкся меня трогать. Только материл меня, когда опять нажирался, но руки больше не поднимал.

- И на это никак не реагировали?! - Я поразился. Уж что-что, а отца-садиста я в её прошлом вообще не предполагал. - Даже в школе?!

- В школу я тогда уже не ходила. - Пожала она плечами. - Не могла заставить себя при свете дня из дому выйти. Стыдно было.

- Пиздец. - У меня больше не осталось культурных слов. - Он хотя бы не... Не делал с тобой ничего... Другого?

- Не насиловал ли он меня? - Усмехнулась она. Мы сидели на заднем сидении в полупустом автобусе, нас мало кто мог услышать. - Нет, до этого не доходило. Один раз, правда, попытался. Но когда стянул с меня штаны, сказал: "Нет! Я так не могу! Я же твой отец! Это неправильно!", и ушёл в свою комнату. А потом долго ругался, когда я истерически ржала всю ночь в подушку.

Во мне клокотала ярость. Я с огромным трудом сдерживал свою "тёмную сторону", а также сдерживал себя, чтобы не начать выпытывать адрес этого подонка. Уж его-то я был готов убить самолично, с превеликим удовольствием.

- В общем, - вздохнула она. - Как только мне стукнуло семнадцать, я собрала вещи и свалила из дома. Сначала у тётки жила. Хорошо, что из-за этого придурка родня от меня не отвернулась. Потом случайно набрела на группу фаерщиков. Они как раз репетировали на природе, за городом. Я напросилась посмотреть, потом попробовать покрутить стафф, а там уже и в труппу меня взяли, когда получаться начало. Потихоньку раскрутилась, и сейчас с подругой комнату снимаем.

- Подожди. - Я помотал головой. - А шрамы? Ты говорила про ожоги, про порезы... Но я на тебе ни одного шрама не увидел! Кожа бархатная, как у младенца!

- Спасибо за комплимент. - Она хихикнула и чмокнула меня в щеку. - А шрамы... Это уже совсем другая история, потом как-нибудь расскажу. О, наша остановка!

Мы вышли на автобусной остановке, которая немного вогнала меня в прострацию. Слева от нас были все признаки города, а справа уже начинался самый настоящий лес! Прямо четкая граница между цивилизацией и природой. Катя взяла меня за руку и повела по едва заметной тропинке, петлявшей между деревьев. Солнце уже зашло за горизонт, начинало темнеть, но пока еще света хватало, чтобы обходиться без фонариков.

Минут через двадцать мы вышли к старому недостроенному кирпичному двухэтажному зданию, невесть кем и зачем выстроенному в чаще леса. Окна завешены чем-то черным, это видно даже в сумерках. Эмбер потянула меня за руку к дверному проёму, затянутому какой-то прозрачной пленкой с фиолетовым оттенком. Приложила руку, легонько пыхнула жаром, в мутном отражении было видно, как сверкнули её глаза. Пленка завибрировала и рассыпалась. Мы вошли внутрь. Обернувшись, я увидел, как вход снова затянуло этой странной пеленой.

Холл встретил меня роскошной обстановкой: светлые стены с багетами под потолком, вычурные светильники, на полу ламинат не из дешевых, поверх которого лежит огромный пушистый ковер. Сразу возле входа стояла резная деревянная лавка, рядом полочка для обуви и подставка для зонтов. Еще висели несколько картин, но рассмотреть я их не успел - Эмбер потащила меня вперед.

Пройдя еще одну комнату, мы оказались в обширной гостиной с большим зажженным камином у дальней стены. Вокруг очага было расставлено с десяток светлых стульев, обитых мягким бархатом, в центре всего этого стоял большой, круглый стеклянный стол, с чайником, заварником, десятком чашек, сахарницей и блюдом с печеньем и конфетами. Вместо рядом с одним из крайних стульев стояло инвалидное кресло с уже знакомым мне пареньком. Он же первым нас и заметил.

- Эй, Эмбер, мы заждались! О, Ронго! - Он жизнерадостно помахал мне рукой. - Нашел нас таки!

- Эмбер! - Я услышал строгий голос со стороны центрального кресла. Его владельцем оказался рослый, даже чуть выше меня, блондин, лет тридцати-тридцати пяти на вид. Он встал со своего места и твердой походкой подошел к нам. - Кто это с тобой? И что он делает в моём доме?

- Алекс, это Эрик, и он...

- Я не спрашивал его имени! - Жестко отрезал блондин. - Мне интересно, почему ты привела его сюда без предупреждения?

- Алекс, я...

- Молчи. Потом поговорим. - Он шумно выдохнул через ноздри. - Садись на место. А твой кавалер, думаю, найдет дорогу домой самостоятельно.

Глаза Кати наполнились слезами, её лицо выражало крайнюю степень негодования, нижняя губа затряслась.

- Слышишь, дядя. - Я сделал шаг вперед и в сторону, закрывая собой девушку. - Может ты позволил бы девушке хоть слово вставить, для начала?

Алекс этого заметить не мог, но на нас уже смотрели восемь заинтересованных лиц, выглядывающих из-за спинок своих стульев. Среди них я заметил лицо Иры - одной из вчерашних фаерщиц.

- Тебе я, кажется, вообще слова не давал!

- Да ты тут, кажется, вообще никому слова не даёшь.

- Тебе здесь не рады, Эрик. - Прошипел он мне в лицо.

- Врёшь, Алекс. - Я беззаботно улыбнулся. Раньше я, может, и сдрейфил бы, но сейчас, после последних дней... - Я вижу, как минимум, троих людей, которым моё присутствие по душе.

- Пошёл. Вон. Из. Моего. Дома. - Он приблизился к моему лицу так близко, что едва не поцеловал.

Проскочила у меня шальная мысль чмокнуть его в нос, но это неизбежно привело бы к драке, а я пока был не готов. По крайней мере, пока швы не срастутся. Только я набрал воздуха для ответа, как меня прервал низкий, грудной женский голос:

- Алекс, не забывай, что это и мой дом тоже. - Женщина, одного с Алексом возраста и с похожими чертами лица встала со своего стула. - К тому же, ты сам всегда говорил, что мы рады всем одаренным людям.

Это заявление заставило блондина отвернуться от моего лица и перестать проверять на прочность мою гетеросексуальность.

- Роза, с недавних пор это изменилось, и ты сама это знаешь!

- Алекс. - Голос Розы приобрел некую жесткость. - Я считаю, и не безосновательно, что этому молодому человеку можно доверять.

- Откуда ты...

- Оттуда. Алекс, оттуда. - Она обошла его сбоку, положила руку ему на плечо и посмотрела мне в глаза. - Прости моего брата, Эрик. Он... - Она запнулась, но тут же продолжила. - Мы все в последнее время немного на нервах.

- Я потому его и привела к нам! - Выпалила Эмбер, обеими руками хватая меня за локоть.

- Вот как... - Роза смерила меня взглядом. - Значит, ты тоже уже сталкивался с нашим... незваным гостем? Ну, значит у нас есть много общих тем для обсуждения. Прошу еще раз простить нас с братом.

- Я не держу на вас зла. - Я кивнул ей и протянул руку Алексу. - Надеюсь, вы тоже.

Алекс секунду сверлил меня взглядом, после чего всё-таки пожал мою ладонь и поспешно вернулся к своему месту за круглым столом. Роза лишь покачала головой и обратилась к Кате:

- Эмбер, будь добра, принеси нам еще один стул.

Катя энергично кивнула и умчалась куда-то в недра дома. Роза, тем временем, провела меня в круг и предложила место, судя по всему, предназначавшееся для Эмбер, между Розой и Ирой. Усевшись, я быстренько оглядел всех собравшихся. Кивнул уже знакомым лицам, обменялся взглядами с незнакомцами и, чувствуя себя немного неуютно, уставился в огонь в камине.

Эмбер вернулась со стулом и пустой чашкой. Усевшись между мной и Ирой, она налила мне чаю из заварника, а сама захрустела печенькой.

- Итак, друзья, теперь, когда мы все в сборе, предлагаю поприветствовать нашего нового друга и представиться.

- Зови меня Глобал. - Знакомый мне цыган в коляске поднял руку, и между его пальцами проскочили тонкие электрические разряды, а глаза вспыхнули белым. - Двадцать три года, техномант. Надо будет с компом подшаманить - обращайся.

- Самум. - Мужчина восточной внешности с едва заметным акцентом поднял руку и закрутил на ней небольшой смерчик. - Пятьдесят четыре, маг воздуха.

- Мири, двадцать пять, друид. - У девушки-блондинки по руке растёкся узор из цветов и виноградной лозы.

- Ник, двадцать семь, гидромант. - Парень создал шар из воды и выпил его.

- Алекс, тридцать четыре, иллюзия. - Не слишком охотно отозвался блондин. На столе появился небольшой, с ладонь ростом, тираннозавр, откусивший голову парню, отдаленно похожему на меня, и растворился в воздухе.

- Роза, тридцать три, псионик. - сидящая рядом женщина мягко улыбнулась мне. - Если ты не против, свои способности я продемонстрирую несколько позже. При личном разговоре.

- Эмбер, двадцать, пиромант. - Рыжая вновь была бодра и весела, по её волосам пробежали язычки пламени, собираясь над головой в изящную огненную корону.

- Саламандра, можно Салли, девятнадцать, пиромант. - Ира, тоненькая брюнетка с явными азиатскими чертами лица зажгла на ладони маленький фаербол и пожала плечами. - Послабее, чем Эмбер, правда.

- Кенни, двадцать пять, малефик. - Парнишка с черной чёлкой и синей прядью просто помахал мне татуированной рукой. - Демонстрировать тоже не буду, сорян.

Я понимающе кивнул. Малефики, насколько я помню из фентези, маги крови. А это значит, что для демонстрации способностей ему нужно либо руку резать, либо хотя бы палец проколоть. И не обязательно себе.

- Ава, тридцать, целитель. - женщина с усталым взглядом и мешками под глазами приветственно подняла руку. - Поколдую потом над тобой, как освободишься.

На мой немой вопрос она указала взглядом на мою рубашку. На левом боку проступили красное пятнышко. Твою мать, видать шов разошёлся, когда пригибался под ветками. Или в душе... не важно!

- Ну что же. - Роза посмотрела на меня. - Твоя очередь. Расскажи о себе. Кто ты, чем занимаешься, что практикуешь, что ищешь?

- Привет всем... - Неловко начал я. На секунду представил себя на классическом киношном сеансе групповой терапии. - Меня зовут Эш, и я... Чёрт. - Я вздохнул, подбирая слова. - Ещё полгода назад я бы вам с точностью до единого факта рассказал бы кто я, сколько мне лет и чем занимаюсь, но сейчас... Народ, сейчас я банально этого не знаю. Не понимаю, и не знаю, что с этим делать. Я и пришел к вам только в надежде найти хоть какие-то ответы.

- Очень интересно. - Роза посмотрела на меня совсем другим взглядом. - Ты не первый, кто запутался и не знает, что делать дальше. Но не знать свой возраст... Хотя бы покажи свои способности.

- Э... - Я переглянулся с Катей и, увидев утвердительный кивок, посмотрел на остальных. - Только чур не пугаться. Помните, что зла я вам не желаю.

Я раскрыл ладонь и выпустил наружу маленький кусочек своей внутренней тьмы. Совсем чуть-чуть, но этого хватило, чтобы в комнате похолодало на пару градусов, огонь в камине затрепетал, а свет ламп замерцал. На моей ладони зажёгся лепесток синего пламени, в тон цвету моих загоревшийся глаз.

Народ за нервничал, кто-то поднял щиты, Самум встал на изготовку, закручивая какое-то боевое воздушное заклинание, потушившее часть свечей в подсвечнике на столе. Алекс вообще вскочил, опрокинув стул, его глаза зажглись фиолетовым, а руки начали источать клубы такого же дыма.

Эмбер тоже встала, но прижалась своей спиной к моей, закрывая от возможного удара Кенни, Авы и Салли.

- Ну блин, ребята. - Обиженно сказал я. - Договорились же не пугаться.

Пламя на моей ладони окрасилось оранжевым, холод ушел, мои глаза потухли. Я осторожно свернул огонёк в шарик, заставил его светиться ярче и подбросил к потолку, где он рассыпался по всей комнате сотней крошечных светлячков. После этого я плавно подтянул к себе телекинезом подсвечник с единственной горящей свечой из пяти, вдохнул её пламя и выдохнул его на все пять разом, зажигая их.

- Вах... - Тихо прошептал Самум, рассеивая свою технику.

- Ну даёшь, Ронго! - зааплодировал Глобал. - Алекс, ты же иллюзионистом выступаешь? Смотри, какой напарник пропадает!

- Пошёл ты! - Сердито прошипел блондин, садясь на место.

- Поверь мне, я бы с радостью пошёл! - Рассмеялся цыган, чем вызвал очередную недовольную гримасу на лице Алекса.

- Молодчина. - Шепнула мне Эмбер и чмокнула в щеку, в ответ на что лицо блондина стало еще кислее.

Остальные также проговорили что-то ободряющее, но меня больше интересовала реакция Розы.

- Поразительно. - Прошептала она, выйдя из ступора. - Нет, твою основную силу я уже видела раньше, и мне это, мягко говоря, не понравилось. Но остальное...

- Да ну. - Я пожал плечами. - Телекинез и огонь, что тут такого?

- Ты прав, всё, что ты показал, не является чем-то сверхординарным... по отдельности. Но всё вместе... никогда такого не видела.

- Вы сказали...

- Ты. - Остановила меня Роза. - Мы все здесь на "ты".

- Окей. Ты сказала, что видела эту силу... Где? И у кого? Ты же про этого бледного хмыря в чёрном? - догадался я.

Краем глаза я заметил, что Алекса передёрнуло при упоминании Тёмного. Он встал из-за стола и пересел в кресло в дальнем конце комнаты.

- Да... - Немного поколебавшись, ответила женщина. - О нём.

- Что вы о нём знаете?

Она посмотрела прямо в мои глаза, её радужки на секунду сменили цвет с голубого на фиолетовый - видимо, она задействовала свой талант, непонятно, правда, для чего, после чего вздохнула и сказала:

- Он пришел к нам однажды. Где-то четыре месяца назад. Сам нашел нас, без приглашения пришел в наш дом. - Она вздохнула, сделала глоток чая и продолжила. - Он назвался Личем. Говорил что-то про превосходство магов, про борьбу за жизнь и место под солнцем. Про могущество и власть. При этом выглядел он... Неважно, скажем так. Кожа бледная, щеки и глаза впалые, худой... И запашок от него такой... будто мумия пахнет, если принюхаться.

- Принюхаться?! - Я саркастически поднял бровь. - Да от него разит за версту. Я как-то даже в пожаре этот запах услышал!

- Хм... - Роза многозначительно на меня посмотрела. - Интересно-то как. Ну да ладно, к этому мы вернемся. В общем, он пытался нас уговорить помочь ему с чем-то... С чем-то неправильным. Неестественным. Он своих планов не рассказывал, но по его намекам... У меня сложилось впечатление, будто я говорю с маньяком-психопатом, страдающим мегаломанией. В итоге... Хотя, лучше сам посмотри. - Она коснулась пальцами моего лба, и меня утащил в темноту водоворот образов.

***

В гостиной резко похолодало, огонь в камине задрожал и погас, как и свечи на столе. Свет лился лишь от нескольких светильников, висящих на стене. По коже Розы пробежали нехорошие мурашки. Присутствующие резко обернулись ко входу, с удивлением узрев фигуру в черном плаще с глубоким капюшоном, надвинутым на голову.

- Приветствую. - Проговорил незваный гость.

- Кто ты?! - Всполошился Алекс, вскочив с места.

- Вы можете называть меня Лич.

- Мне плевать, как тебя зовут! - Блондин принял угрожающую позу, его глаза налились фиолетовым светом. - Тебя сюда не звали! Предлагаю тебе покинуть этот дом и забыть к нему дорогу!

Вслед за Алексом с мест повставали Самум, Ник и Эмбер - как самые подготовленные из тех, кто сможет дать сдачи. Кенни украдкой взял со стола и спрятал в руке нож для масла, что также не ушло от взгляда Розы. Лич этого как будто не заметил, прошел в темный угол комнаты и уселся в кожаное кресло, почти полностью скрывшись в тени, лишь его глаза давали странный синий отсвет.

- Вот так сразу выгоняете одинокого путника? Даже если мне нужна помощь? Такие нынче правила гостеприимства среди Избранных? - В его голосе послышалась усмешка.

- Не такому наглому человеку говорить о правилах гостеприимства! - Самум звучал взволнованно, а потому его акцент стал более выразительным. - В этом доме тебе не рады.

- От кого вы прячетесь? - Незваный гость проигнорировал его слова. - В такой чаще, под маскировкой... От людей? Высшие создания прячутся от низших? - Голос Лича становился насыщеннее, мощнее, стены будто резонировали с ним, усиливая эффект. - Избранные боятся показать свою истинную силу тупому стаду тех, кто рожден для служения нам?! - Он внезапно успокоился и заговорил ровнее. - Хотя не исключаю, что вы, по наивности своей, воспитанные такими же людьми, даже не задумывались об этом.

- О чем? - Испуганно пискнула Ира - самая младшая из присутствующих.

- О величии. - Хмыкнул Лич. - Мы - Избранные, истинные боги этого мира! Мы управляем силами, неподвластными простым смертным! Ты, девочка, наверняка знаешь, что в древности люди поклонялись таким, как мы! Сейчас это ушло, кануло в Лету...

- Что. Ты. Несешь?! - Выдавил из себя Алекс.

- Ну да, - рассмеялся Лич, - воспитанный рабом никогда и не подумает о свободе... Ну ничего, это поправимо. Я могу вам показать свободу.

- Слышь, дядя... - Проговорил Кенни напряженно. - Шел бы ты в другое место со своими проповедями. Тебя уже попросили выйти по-хорошему.

- М-м-м... - Протянул гость. - А вы можете и по-плохому?

Роза напряглась еще сильнее. Она медленно встала с места и отошла в сторону, ненавязчиво прикрывая собой Аву и Мири - тех, чей талант не даст в полной степени себя защитить в случае эскалации конфликта.

- Можем. - Хмыкнула Эмбер, посылая в угол два фаербола разом.

Огненные шары не долетели до цели, упав на пол покрытые толстой коркой льда. В эту же секунду из темноты вылетели две чёрные кляксы, будто смолой оплетая руки и ноги девушки. Кенни рубанул себя ножом по ладони начал что-то шептать - его татуировки на руках начали наливаться алым светом. Шарик синего цвета влетел ему в лоб, и парень повалился на пол, мелко дергаясь в судорогах и жалобно постанывая. Ник и Самум объединились, закрутив на месте кресла в тёмном углу водяной смерч.

- Наивные. - Хмыкнул ледяной голос из противоположного конца комнаты.

Ещё несколько клякс намертво приклеили гидро- и аэроманта к стене. Алекс метнул на звук облако фиолетового дыма, но оно распалось, даже не долетев. Тёмный вышел на свет как раз позади Розы. Женщина развернулась, положила ему руку на лоб и тут же одёрнула, схватившись за голову и упав на пол. Тёмный продолжал величественно шествовать к центру комнаты. Деревянный пол под его ногами порос молодыми зелёными побегами, на глазах толстеющими и удлиняющимися - глаза и руки Мири источали нежный салатовый свет. Веточки, крепчая и покрываясь корой, потянулись к ногам Лича, но, не достигая его одежды, увядали и рассыпались трухой.

Салли, выскакивая из-за спины Алекса, прикрывая собой Глобала, послала в Лича еще один фаербол. Увернувшись от него, Тёмный неуловимым смазанным движением преодолел разделяющие их два метра и легко коснулся плеча. Разгорающаяся девушка резко потухла, мелко затряслась всем телом и упала на пол, бледнея и покрываясь инеем.

- Ну что же. - Оглядел Лич комнату. - Вижу, вы пока не готовы принять истину. Я вас не виню, отрицание - первый шаг на пути к принятию.

- Принятию чего? - Злобно прошипел Алекс.

- Неизбежного. - Хмыкнул Лич. - Избранные восстанут, с вашей помощью, или без. Могу лишь посоветовать не вставать у меня на пути, и никто не пострадает. Вы еще поблагодарите меня лет через пять. А пока - счастливо оставаться.

Тёмный карикатурно отсалютовал поверженным магам открытой ладонью и направился в сторону выхода.

***

Образ истаял, будто сон. Очень пугающий сон. Сердце кровь шумела в ушах, сердце стучало, подстёгнутое адреналином, руги мелко дрожали.

- То есть, - я помотал головой, развеивая остатки видения, - какой-то мутный хрен немножко вас потрепал, и вы теперь сидите и дружно его боитесь?

- Не боимся. - Глухо проговорил Алекс из своего угла. - Но закономерно опасаемся. От него, от его сил, просто веет жутью и смертью. Как и от твоих, между прочим.

- Алекс прав. - Кивнула Роза. - Он действительно... внушает. Это подсознательная реакция, животный страх перед хищником.

- Ну, не знаю. - Я откинулся на спинку стула. - Во время наших с ним встреч у меня не было времени прислушиваться к ощущениям.

- В каком смысле - встреч? - Роза прищурилась.

- Да так... Повздорили с ним пару раз.

- Повздорили, ага. - Фыркнула Катя. - Они друг друга чуть не убили. Если бы я не вмешалась...

- Вмешалась?! - Вскинулся Алекс. - Эмбер, какого хрена?! Ты слышала его слова! Зачем тебе это нужно?!

- А что мне, стоять и смотреть?! - В этот раз Катя уже повела себя куда смелее.

- Да, блин, стоять и смотреть! Это не наш конфликт! Ты подставила и себя, и нас!

- Так, бля! - Я не выдержал и вскочил навстречу блондину. - Если хочешь на кого-то поорать, то выбери кого-то из своей весовой категории! Но пока что на секундочку включи мозг и задумайся: во-первых, Эмбер добрый и хороший человек, и повела себя соответственно! Во-вторых, из вас всех лишь у этой хрупкой девочки хватило мужества противопоставить хоть что-то этому уёбку! В-третьих, у тебя в комнате сидит с десяток сильных магов, из них минимум четверо, судя по их реакции, готовы к драке! Включая тебя! И в-четвертых, Эмбер я в обиду не дам никому, тут можешь мне поверить на слово! И к вам на помощь приду, если, конечно, у тебя хватит смелости меня позвать.

- Мальчики. - Холодно и строго проговорила Роза. - Если вы закончили мериться уровнем тестостерона, предлагаю всем сесть на места и продолжить наш разговор.

Алекс шумно выдохнул через ноздри, развернулся, и вышел из гостиной, шумно хлопнув дверью. Я сел в кресло и извинился перед всеми за этот инцидент. Ну не люблю я шумных и дерзких, что тут поделаешь.

- Ты должен понять моего брата. - Роза мягко коснулась моего плеча. - Ему уже доводилось терять друзей, и он не хочет, чтобы это повторилось. И да, он переживает за Эмбер не меньше тебя. Как и за всех нас.

Я кивнул и хлебнул чаю. Остыл, зараза... Ну ничего, подогреть его дело пары секунд. Мы говорили еще около часа. Я рассказал то, что о Личе знаю я, и про его жертв, и про поджог библиотеки, и про книгу... Я не уточнял, как получил свои способности, да меня и не спрашивали. Но узнав о книге, Роза явно оживилась. Позже, обсуждение ушло в сторону обычных бытовых вещей. Все разбились на кучки по интересам: Эмбер щебетала с Салли и Мири о своём, девичьем, Глобал, Кенни и Ник тоже наперебой что-то рассказывали друг другу. Самум о чем-то шептался с Розой, которая периодически рассудительно кивала в ответ на его слова. Ко мне подошла Ава:

- Не против? - Она вновь кивнула на мою рану.

- Да, конечно... - Неуверенно проговорил я.

Она приподняла край моей рубашки, отлепила край ИПП [ИПП - Индивидуальный перевязочный пакет.] и придирчиво осмотрела швы.

- Эмбер шила?

- Угу. Самому неудобно было.

- А сам бы лучше справился?

Я выгнул голову и осмотрел довольно грубый шов, местами цепляющий слишком тонкий край кожи.

- Да, определенно.

- И откуда такие навыки?

- Три года медвуза, полгода в СМП.

- Ага, - улыбнулась она. - Значит, почти коллеги. Подержи-ка повязку, ща поколдую. - Её руки налились розовым свечением, она посмотрела на меня светящимися глазами. - Будет больно.

- Жги, медицина. - Усмехнулся я.

В следующую секунду я скривился от боли так, что едва зубы не раскрошил. Было такое чувство, что та самая арматура снова проходит сквозь мою плоть, но уже в обратном направлении, причем очень медленно! Когда ощущения начали ослабевать, я приоткрыл один глаз и увидел, на Аве такую же гримасу боли, но она стойко терпела всё это, не переставая колдовать. Гвозди бы делать из таких людей!

- Готово. - С облегчением выдохнула она, устало откидываясь на спинку стула.

На месте раны красовалась новая розоватая кожа, тонким, едва заметным рубцом выделяющаяся на общем фоне.

- Всё нормально?

- Да, в порядке. - Отмахнулась целитель. - Каждый раз так - прохожу через то же, что и пациент.

- Сказала бы раньше про такие спецэффекты, я б не согласился на операцию. - Буркнул я. - Рана обработана, само бы зажило.

- Потому и не сказала. - Усмехнулась она. - Добро пожаловать в семью, Эш.

- Благодарю, сестра Ава. - Насмешливо сложил я руки в молитвенном жесте.

Она лишь засмеялась в ответ. Нехорошо так засмеялась, с нотками истерики. Похоже, я на больную мозоль наступил.

- Подай чаю, если не сложно.

Я притянул телекинезом её кружку и передал ей.

- Удобно, наверное. - Она усмехнулась. - Тогда почему не зашил себя... Таким образом?

- А ты сможешь зашить рану левой рукой? - Пожал плечами я. - Вот это примерно так же.

- Ясно. - Она присмотрелась к моей руке. - Откуда узоры?

- Долгая история. Долгая и запутанная.

Она понимающе кивнула, допила чай и, позвав за собой Эмбер, вышла из комнаты. Я отлепил ИПП от кожи, смотал его в комок и пошел искать кухню - там ведь в любом случае должно быть мусорное ведро? Но вместо него я, поплутав по первому этажу, нашел Алекса, курящего возле включенной вытяжки.

- Не возражаешь? - Я достал пачку и, дождавшись его кивка, закурил. - Слушай, Алекс... Извини, что вспылил. Я понимаю, что не нравлюсь тебе...

- Вот именно, не нравишься. - Он встал вполоборота ко мне. - С твоим появлением всё пошло наперекосяк. Мы спокойно жили, ни с кем не конфликтовали, но появился ты и втравил нас в свои личные разборки! И мне это вообще не нравится!

- Я втравил? Друже, ты причину со следствием не путаешь? Не я пришел к вам с предложением порабощения маглов. Не я вам угрожал. И уж точно не я творю беспредел на улицах!

- Беспредел? - Алекс явно не понял, о чем я говорю.

- А, так ты не в курсе? Лично я видел два случая. В первом, этот ваш Лич едва не сжег библиотекаря, во втором - наглым образом высасывал жизнь из простого прохожего в подворотне. И уж поверь мне, это явно была не самозащита.

- И я должен тебе поверить на слово?

- Не веришь мне - почитай новости. Он уже несколько раз на камеры попадался.

Алекс нахмурился, переваривая информацию, а я тем временем продолжил:

- Не я причина ваших бед. И даже не Лич. А вы сами. - Он насупил брови. - Да-да, не удивляйся. Благодаря вашему попустительству он и творит что хочет. Он сказал вам не вмешиваться, а вы и рады закрыться в своей скорлупе невмешательства. Ты не хотел жертв? А каких именно? Своих друзей ты защитил, молодец. А об обычных людях кто подумает? Или тебе на них насрать? Ну да, они же не "одарённые" ...

- Заткнись! - Угрожающе прошипел он. - Ты не знаешь, каково это - терять друзей! Из раза в раз видеть, как они гибнут, борясь за что-то светлое! И не тебе меня судить!

- Ты не совсем прав. Терять друзей и родных мне доводилось. И я бы не хотел видеть это снова, я лучше пожертвую собой. И в этом между нами разница, Алекс.

- Ты не знаешь, о чем говоришь.

- Возможно, пусть так. - Я поднял руки. - Но я не прошу вас выступать единым фронтом против этого мудака. Помогите мне информацией, знаниями, а дальше я сделаю всё сам. Не переживай, никто из твоих ребят не пострадает! Я постараюсь изо всех сил, чтобы этого не допустить.

- Зачем это тебе? - Выдохнул он после затянувшейся паузы.

- Как ты и сказал, это личные разборки. По крайней мере, они недавно стали таковыми.

Мы закурили еще по одной сигарете.

- Давай подведем итоги. - Я нарушил тишину. - Я не нравлюсь тебе, и это взаимно. - Алекс согласно кивнул. - Я не желаю доставлять вам неприятности, и разберусь во всем сам, если потребуется. Если поделитесь со мной нужной информацией, эти "разборки" закончатся быстро и малой кровью. Ну так что? - Я протянул ему руку. - Поможешь смертнику мудрым напутствием? Обещаю не втравливать в это твоих друзей. Если они, конечно, сами по своей воле не вызовутся.

- Ты говорил, что сделаешь всё сам...

- Я буду их отговаривать всеми доступными мне способами. Как и ты.

Он помедлил, но всё же пожал мою руку. Мы молча докурили и отправились в гостиную. По пути я увидел, как Ава и Эмбер выходят вдвоём из дальней комнатушки. Обе тяжело дышали, на лбу виднелись капли пота, но на лицах ни следа удовлетворения. Только лишь облегчение и остатки боли. Катя подошла ко мне, приобняла и поцеловала в щеку.

- Всё хорошо, не переживай. - Ответила она на мой немой вопрос, застывший в глазах.

В гостиной ничего особо не изменилось, лишь народ по кучкам немного перетасовался.

- Эш... - Алекс отвел меня в сторону. - Ты говорил, что он... Высасывал жизнь? Что ты имел в виду?

- Ну... - Я замялся. - Может, не совсем жизнь... Но он явно что-то забирал у того парня. Какая-то красная дымка... Как у паутины этой хищной, только толще, объёмнее.

- Паутины?!

Я вздохнул, зажег свои глаза и осмотрел комнату. Везде было девственно чисто, кроме одного места. В углу над креслом, тем самым, где сидел Лич, где любил восседать блондин, под самым потолком висел густой комок искомых мной лохмотьев. И к нему тянулись несколько тоненьких красных струек от людей, до которых он мог дотянуться. Я указал на это непотребство пальцем:

- Вон там, смотри.

- Ничего не вижу... - Проговорила из-за наших спин тихо подошедшая Мири.

- Используй силу, юный падаван. Глаза зажги. - Не оборачиваясь хмыкнул я.

Глаза Алекса вспыхнули фиолетовым, и его лицо прояснилось, а брови поднялись вверх.

- Паутину вижу, а дымка...

- Напряги зрение. - Посоветовал я. - Выпусти побольше силы, мне в первый раз помогло.

- Вот сука... - Проговорил он, озираясь по сторонам и прослеживая нити жизненных сил. - Над моим любимым креслом! Раньше же всё чисто было!

Я обернулся и увидел еще девять пар горящих разными цветами глаз, наблюдавших то же самое.

- Все видите? - Спросил я у "одаренных".

- Я не вижу. - Обиженно протянула Салли.

- Я тебя позже научу. - Шепнула ей Катя.

- Попробуйте от неё избавиться. - Меня обуяла жажда экспериментов. - Только осторожно, потолок не повредите.

Первая решилась Эмбер. Она создала маленький фаербол, плавно подвела его к паутине, но та ожидаемо лишь на секунду одернулась, после чего жадно начала пить силу из шарика. Следом Глобал попробовал шандарахнуть небольшой молнией, но только оставил легкую подпалину на потолке. Остальные тоже не достигли особого успеха. Ава и Мири - целитель и друид, даже не стали пытаться.

- Угу. - Многозначительно хмыкнул я, делая определённые выводы. Успел заметить направленный на меня заинтересованные взгляды Розы и Эмбер. - А если так?

Я взмахнул рукой, выпуская немножечко тьмы наружу, и паутина вспыхнула синим пламенем, не оставив после себя ни следа.

- Так вот, кто тебе квартиру почистил... - Ахнула Катя. - А я-то понять не могла, когда вошла...

- Я еще и Нафаню прибил. - Вполголоса проговорил я.

- Кого прибил? - Уточнил Алекс.

- Ну этого... Паука с ногами, зубастого такого... Который эту хрень плетёт.

- Шави обоба... - Ахнул тихо Самум.[(Груз. შავი ობობა) - чёрный паук]

- Ты убил тенеткача? - Удивлённо переспросила Роза. - То есть, не только смог увидеть, но и убить?

- Ну, да... - Пожал я плечами. - Сжёг, как паутину.

- Всё страньше и страньше... - Мурлыкнула Ира и обратилась к Кате. - Я же говорила, шикарная парочка.

- Ирка, блин! - Шикнула на неё Эмбер и, кажется, немного покраснела.

- Друзья, - Обратилась ко всем Роза. - Думаю, нам всем впечатлений на сегодня уже хватит. Да и время уже позднее. Предлагаю расходится.

Народ согласно закивал и начал собираться. Роза Тихо подошла к нам с Катей, когда я уже набирал номер такси.

- Вы можете остаться, у нас есть гостевая спальня.

- Благодарю за предложение, но не хотелось бы вас обременять...

- Это не совсем предложение, Эш. - Улыбнулась женщина. - Ты же хотел получить ответы? Вот я ночью и поищу информацию, благо зацепок ты мне дал достаточно. А после завтрака поговорим уже в более приватной обстановке, чем сегодня.

Я гляну на Эмбер:

- Ты никуда не торопишься? Если надо, могу тебя отвезти и вернуться...

- Ночью я свободна. - Ухмыльнулась она, и чёртики забегали в глазах. - Разве что днём на репетицию смотаюсь и вернусь.

- Тогда не имею ничего против такого предложения. - Улыбнулся я Розе.

Нас проводили в гостевую спальню на втором этаже. Огромная, по моим меркам, двуспальная кровать, панорамное окно с видом на лес и отдельный санузел - предел мечтаний, блин! Я залюбовался ночным лесом, мистически преображенном в лунном свете, заметил сову, пролетевшую на фоне поднимающегося над горизонтом серебряного диска...

- Эш, ты идёшь? - Окликнула меня Эмбер, лёжа в кровати.

- Да, солнце, сейчас...

Я начал стягивать с себя рубашку, не в состоянии оторвать взгляд от вида природы. Всегда любил ночевки среди леса, среди природы... Свет в комнате погас, через пару секунд на мои плечи легли теплые ладони.

- Солнце, значит? - Загадочно произнесла Катя. - Мне нравится.

Я развернулся, Катя стояла полностью обнаженная, лишь её кулон висел на шее. И в свете луны она выглядела еще притягательнее, чем под электрическим светом ламп в моей ванной. Я, было, потянулся к её губам, но девушка меня остановила.

- Эш, ты мне нравишься, правда. - Начала она.

- Ты мне тоже. - Честно признался я, не понимая, к чему она ведет.

- У нас все развивается достаточно быстро... И я не имею ничего против! Но...

- Но что?

- Прежде, чем всё зайдет слишком далеко, я должна тебе кое-что показать. - Она потеребила свой кулон, свой красный кристаллик в золотой оправе. - Помнишь, ты спрашивал, куда делись мои шрамы?

- Конечно.

- Правильный ответ, - она сорвала кристалл с шеи, - Никуда.

Её тело подернулось, будто марево на жаре, и начало меняться. На лице проступил порез на левой щеке, правая рука полностью покрылась кратерами ожогов, левая была от запястья до локтя изрезана, будто бритвой. На груди и животе несколько тонких шрамов и пара рваных ран, на шее глубокая странгуляционная борозда с ужасными рубцами. Ноги тоже изрезаны и обожжены, будто сигаретами. Она вытерла слезу и повернулась спиной. На спине обнаружились десятки шрамов, нанесенных по диагонали, как если бы её неоднократно стегали плетью... Хотя её, скорее всего, как раз стегали. Пиздец.

Катя дала мне время всё это рассмотреть, и повернулась лицом ко мне. Из её глаз уже ручьем текли слезы. А я стоял, как дурак, с распахнутым ртом, и не мог выдавить ни слова. Вместо этого я обнял девушку и прижал её к своей груди.

- Ты меня, наверное, теперь ненавидишь. - Тихо всхлипнула она.

- Ни за что. - Я поцеловал её в макушку и начал гладить по волосам. - Уж точно не тебя. Спасибо за доверие.

Мы простояли так минут пять, пока она окончательно не успокоилась.

- Чем это он тебя? - Я провел пальцем по её шее. Я уже сидел на кровати и рассматривал лежащую на бежевых шелковых простынях Эмбер.

- Цепью от бензопилы. - Безразлично сказала она, глядя в пустоту.

- Больной ублюдок.

Несмотря на то, что я уже был морально подготовлен к этому, видеть воочию оказалось жутко даже для меня.

- Это еще не все. Осталось только две трети от того, что было.

- Ава? - Догадался я.

- Она самая. - Кивнула Эмбер. - Уже два года помогает мне свести шрамы. Только, вот, быстрее никак. Дело в том, что...

- И ты и она в процессе чувствуете все то же, что было в момент появления шрама. - Я проявлял просто чудеса дедукции.

- Откуда ты...

Вместо ответа я показал свой левый бок.

- То есть она.... - Катя приподнялась на локтях и распахнула глаза. - А потом еще и меня...

- Она настоящий медик. Каким я в своё время стать не смог.

- Наверное. - Катя надела кристалл на шею, и шрамы скрылись под иллюзией. - Давай спать. Уже поздно.

Я не посмел ей противиться.

***

Человек уже добрых двадцать минут шел по подземному тоннелю, высотой чуть больше среднего человеческого роста. Человек был одет в светлую одежду и такую же светлую балаклаву. Человек не хотел, чтобы хоть кто-то увидел его лицо, он даже старался не вспоминать своё имя и детали внешности, пытался очистить разум от цели своего похода и вообще, каких-либо подробностей своей жизни. Он не знал, был ли рядом кто-то, могущий прочитать его мысли, но на всякий случай перестраховаться было не лишним.

Человек вошел в просторное круглое помещение. Стены были отлиты из бетона много десятков лет назад, в помещении был запас еды и воды на сорок человек, которые могли бы прожить здесь не меньше десяти лет. Также тут были кровати, небольшой набор мебели, санузел и отдельные, "личные" комнаты. Единственное, чего в помещении сейчас не было - это света.

Наощупь, пытаясь не вспоминать планировку основной комнаты, он почти дошел до её центра, но его остановили два синих глаза, вспыхнувших перед ним. Человек пришел к Нечеловеку.

- Чего тебе? - Почти без интонаций, низким, хриплым, рокочущим голосом вопросил Нечеловек.

- Ты обещал, что жертв не будет. - Стараясь не показывать страха, Человек гордо смотрел в глаза своему ночному кошмару. - Но за тобой тянется след из трупов!

- Если бы мне не мешали, их было бы меньше.

- Но ты обещал...

- Я знаю, что я обещал. Избранные не страдают. Лишь батарейки.

- Батарейки?!

- Да. Живые батарейки. Не пригодны ни к чему большему, лишь отдают свою силу.

Человек замолчал. Он решил, что лучше не провоцировать то, с чем не в силах справиться.

- Не переживай, я убивать больше не буду. Я нашел новый способ получать силу.

На миг комната осветилась синей вспышкой, и Человек увидел, как Нечеловек гладит нечто... Не из этого мира. Огромный, мохнатый паук на человеческих ногах. Человек мгновенно постарался забыть увиденное, как если бы ему почудилось.

- Ты знал, что на меня напали одарённые. - Нечеловек не спрашивал, а утверждал. - Они убили мою лучшую Гончую. Они понесут наказание.

- Зачем ты мне об этом говоришь? - Человек постарался сделать голос безразличным.

- Чтобы ты потом не задавал лишних вопросов. А теперь иди.

Невидимая сила взяла Человека за плечи и развернула лицом к выходу. Пробираясь обратно, он снова пытался очистить голову от всего лишнего, но одна мысль никак не хотела покидать его разум.

"Дай мне информацию. Я всё сделаю сам."

--

10. Вспомнить всё

Утро выдалось хорошим и бодрым. Настолько хорошим, что из кровати я вылез лишь спустя час после пробуждения, и настолько бодрым, что, выйдя после этого на пробежку по лесу, намотал по буеракам пятнадцать километров. Если, конечно, шагомер в телефоне не соврал.

После короткого комплекса физических упражнений, я быстро ополоснулся и спустился в кухню. Завтрак уже был подан, но тарелка Эмбер была пуста, а её самой уже и след простыл. Сбежала по делам, видимо.

- Доброе утро. - Поздоровался я с хозяевами дома, на что получил лишь по мрачному кивку в ответ.

Выглядели они неважно. И если у Розы просто налились мешки под глазами, то Алекс был помят, будто его по футбольному полю пинали всю ночь. Блондин копался в телефоне, явно прокручивая веб-страницы, а его сестра была погружена в чтение последних страниц какой-то книги в старом переплете. Перед обоими стояло по большой чашке с кофе. Решив их не нервировать, я как можно быстрее и тише расправился с классическим американским завтраком - яичницей с беконом и фасолью в томате, и ушел в гостиную, от греха подальше.

Сидеть в гостиной мне стало скучно, и я пошел исследовать дом. Вернувшись в холл, решил никуда не сворачивать, а пройти прямо. Открыв массивную деревянную дверь, я попал в огромную библиотеку. Ну, то есть, для меня огромную, если сравнивать с моей книжной полкой в прошлой жизни. Семь высоких книжных шкафов, до отказа забитые разной степени свежести фолиантами. И всё это разбито на категории: современная литература, классические и античные произведения, научные и методические пособия, в основном по психиатрии и медицине, легенды и мифы народов мира, среди них, кстати, была и библия. Один из шкафов занимали тщательно каталогизированные подшивки немецких, советских и украинских газет, начиная аж с 1912 года!

Предпоследний шкаф был занят различной исторической литературой, а вот самый дальний и большой оказался вообще без подписей. И он-то и заинтересовал меня больше прочих. Книги, стоящие на этих полках, выглядели старше, чем все остальные в этой комнате, часть из них с полопавшимся от времени кожаным переплётом, другие - будто подмоченные водой в далеком прошлом, третьи выгорели на солнце... Я наугад взял с полки книгу с потрепанным зеленым корешком. На первой странице красовалась надпись: "Л?кари и знахари: описан╕е обрядовъ и в?рован╕й малыхъ народност?й". Осторожно, стараясь ничего не повредить, я начал листать страницы, продираясь сквозь зубодробительную дореволюционную орфографию и заумные формулировки.

На одной из страниц я увидел детально прорисованную иллюстрацию, где лекарь заживляет больному ранение "налож?н╕ем рукъ", то есть - тем же образом, как и Ава. Присмотревшись, я увидел уже знакомую гримасу боли на обоих лицах. Так, это уже интересно! На этой странице я прочитал уже известные мне факты про целителей, которые при исцелении больного перенимают его недуги и ранения на себя. Дополнил мой багаж знаний тот факт, что проходят они в кратчайшие сроки, от нескольких минут до пары часов. По этой причине маг-целитель не может воскресить мертвого - сам умрёт в процессе, не завершив ритуал.

Но следующая страница заставила мои глаза вылезти на лоб. Там говорилось о разновидности этого ритуала, но с участием третьего человека - "медиатора". Вот же оно! Вот решение! Но нет, Ава на это не согласится. Она ж гуманист-мученик, она не позволит страдать кому-либо кроме себя!

- Эрик. - Голос Розы застал меня сидящим на полу с книгой в руках. - Твоя тяга к образованию, конечно, похвальна, но тебе следовало для начала спросить разрешения воспользоваться библиотекой.

- Прошу прощения. - Я встал и аккуратно положил книгу на место. - Я увидел такую коллекцию и не смог удержаться.

Роза мягко, понимающе улыбнулась, положила на место книгу, которую читала утром, и жестом позвала меня с собой. Мы прошли в гостиную, где сели у погасшего камина друг напротив друга.

- Эрик, - Начала она осторожно. - Для того, чтобы понять, с чем мы имеем дело, мне нужно узнать всё. Всю твою историю.

- Без проблем. - Я пожал плечами. - Могу рассказать.

- Мне будет проще, если ты покажешь.

Я удивленно изогнул бровь, в ответ на что она рассмеялась:

- Я же уже демонстрировала тебе свои способности. Я псионик, Эш. Я могу не только внушать, но и читать мысли и воспоминания людей.

- Э... - Я выглядел довольно нелепо с открытым от удивления ртом. - То есть, ты увидишь всё, что я помню?

- Не переживай. - Снова засмеялась она. - Твои интимные моменты меня не интересуют. К тому же, у меня есть диплом по психиатрии, так что то, что я увижу, будет врачебной тайной.

- Эм... - Я все еще был в недоумении. - Окей, ладно, пусть так. Что от меня требуется?

- Расслабиться и отпустить мысли. И главное - не пытаться изменить то, что уже было.

- В смысле?

- Эш, - она вздохнула. - Тут будет то же самое, что и с Авой. Я увижу все то же, что и ты. Ты будешь переживать не самые лучшие моменты своей жизни. Твоя задача помнить, что это всего лишь воспоминания, это уже не реально. Грубо говоря, заново прожив драку с Личем, ты можешь подсознательно попытаться поступить как-то иначе, ударить его чем-то другим. Не делай этого. Хорошо? Это лишь создаст абсолютно выдуманную линию памяти, не имеющую ничего общего с реальностью. Грубо говоря - сильно осложнит мне работу.

- Я постараюсь. - Кивнул я.

- Вот и хорошо. - Она придвинулась ближе и обхватила ладонями мою голову, положив большие пальцы на мой лоб. - Готов?

Я так и не успел кивнуть, мгновенно провалился в пропасть, тьма сомкнулась надо мной. Я был скован по рукам и ногам, кислорода не хватало, я даже вдохнуть не мог! Мокро, тесно, но тепло. Давление усилилось, передо мной забрезжил свет. Чьи-то огромные, мягкие руки подхватили меня, будто сквозь вату я услышал мужской голос:

- Вот и всё! Вы молодец! Смотрите, какой у вас красивый, здоровый мальчик!

- Рано! Слишком рано! - Закричал я, но из горла раздался лишь крик младенца.

- Ух, какой громкий!

- Роза, слишком рано!

- Слышу, не кричи. - Раздался в голове её мягкий голос. - Каждый мозг индивидуален, каждый раз приходиться с нуля выстраивать временную шкалу. Мало того, я одновременно будто две разных памяти смотрю. Не понимаю, как это возможно.

Снова тьма, но уже не тесная и не мокрая. Мне тепло, сухо и уютно. Внезапно я открыл глаза от громкого дребезжащего звука.

- Не встаём, звонок для учителя! - Добрый, но строгий голос Марии Петровны удержал детей на стульях. - Записываем домашнее задание!

- Роза, всё еще рано! - Уже тише произнёс я.

- Не, у меня родаки дома сёдня. - Шепнул мне мой сосед по парте. - Давай завтра?

- Роза, блин!

- Не подгоняй! - Голос в голове звучал раздраженно. - Иначе анатидаефобию у тебя оставлю! От каждой утки шарахаться начнешь!

Вновь темнота, вновь пустота. Мои губы касаются чего-то мягкого и теплого. Плавно появляется звук - в моих старых колонках играют "The Pixies". Черт, едва ли вспомню, что это за момент... Я открываю глаза и вижу перед собой совсем юное девичье лицо. Ей на вид примерно лет шестнадцать, мне, по ощущениям, так же. Мы сидим на краешке моей кровати, оба лишь в нижнем белье. Знакомое лицо... О, черт, я вспомнил!

- Роза! Роза, перематывай! - В панике закричал я, но мои губы издали лишь шепот.

- Ну чего ты? Всё довольно мило. - Голос в голове звучал с лёгкой насмешкой. - Первый секс - это всегда волнительно, но ты молодец. Свечи расставил, шторы закрыл, музыку включил...

- Не переживай, я готова. - С улыбкой мурлыкнула Таня - моя школьная любовь.

- Роза! Перематывай! - С нажимом повторил я. - Я знаю, чем это всё кончится! Я лучше еще с десяток раз от сальмонеллёза сдохну!

- Ну попробуй. - Улыбнулась Таня, позволяя мне дрожащими от волнения руками снять с неё лифчик.

- Да ладно тебе, мы все взрослые люди, все через это проходили. - Голос в голове сочился иронией.

- Роза, это не кончится ничем хорошим! Я знаю, о чём говорю!

В ответ я услышал лишь тихое хихиканье и скромное "Спасибо" от покрасневшей Тани. Ну погоди, психиатр хренов! Выйду я из транса - поговорим!

Я наблюдал, как мы избавляемся от остатков одежды, ложимся в кровать, накрываемся одеялом, обнимаемся и начинаем целоваться. Да, это было... Восхитительно! Заново пережить этот опыт, это приятное волнение и восторг от предстоящего... Вот только я знал, что счастливым этот конец сегодня не будет.

На фоне сменившейся музыки щелкнул замок входной двери, вот только ни я из прошлого, ни Таня этого не заметили. Прихожая наполнилась гомоном людей и шумом снимаемой верхней одежды.

- Сёма, ты тут? - Голос матери, ворвавшейся в мою комнату. - Ой...

- Марина, чего встала? - Послышался голос отца. - Семён, заканчивай в свои игрушки...

Они оба замерли на пороге моей комнаты. Таня в панике вскочила с кровати, прикрываясь моим одеялом, а мне ничего не оставалось, как закрыться подушкой. Папа начал уже оттягивать маму обратно в прихожую, но этого не случилось - в комнату их впихнули прорвавшиеся родственники в составе, тёти, дяди и бабушки.

- Сёмочка, именинник! Ты где там пря...

Немая сцена затянулась. Я хотел буквально сгореть от стыда, как в прошлом, так и сейчас.

- Роза, блядь! Перематывай!

- Прости... - Услышал я голос в голове, и вновь наступила тьма.

- Ну что, довольна?!

- Извини, Эш. Это было непрофессионально.

- Да ты что?! - Сарказмом в моём голосе можно было дробить камень - А вроде всё было довольно мило, не находишь?!

- Я уже извинилась. Давай потом это обсудим? - Она начала звучать немного напряженно. - А пока остынь, хорошо? Эш, я серьёзно! Ты греешься! Сильно!

И действительно, я почувствовал тот жар, который начал источать. Вдох, выдох. Вдох, выдох. Спокойно, Сёма, всё в прошлом. Этого не изменить. Всё, кажись остыл.

- Вся наша жизнь лишь длинная череда случайностей, неизбежно приводящих к смерти. - Услышал я собственный голос. Появилось изображение - стол с большим количеством водки и закусок, грустные люди, рюмка с корочкой хлеба перед портретом с черной ленточкой в углу.

- Роза, стоп! Это оно!

- Аминь, брат. - Хмуро сказал Толик и махнул рюмку водки.

- Ты уверен? - Голос Розы помогал мне отстраниться от происходящего.

- Абсолютно. Именно в этот день всё пошло по... Не так, в общем.

- Как скажешь.

***

Алекс допил свой кофе, уже третий за это тяжелое утро, и сладко потянулся всем телом, развалившись на кухонном стуле. Сестра ушла минут двадцать назад, а значит - уже вплотную занималась этим странным Тёмным. Единственное, чего он не понимал - чего они так долго? Обычно Роза справлялась с этим куда быстрее.

В его голове поселилась непонятная тревога за сестру. Силы у парня были... довольно необычными, и не ясно, куда это могло привести. Алекс встал и плавно, стараясь не шуметь, направился в сторону гостиной. Ему пришлось ускориться, когда до его ноздрей долетел запах дыма.

Ворвавшись в комнату, он увидел, как над креслом Эрика поднимается сизый дымок, сам парень уже был раскалён докрасна, мотал головой и что-то стонал. Роза выглядела немногим лучше, но ей тоже приходилось несладко.

Первым делом он повесил щиты на себя и сестру. Хрен с ним, с домом - главное, чтобы не пострадал никто в случае чего! Парень от своих сил вряд ли урон понесёт, а даже если и да - невелика проблема, Ава поможет. Вот им с Розой придется куда хуже без должной защиты.

Далее Алекс решительно подошел к сидящим и положил ладони на их головы. Да, он создавал иллюзии, но это не базарные фокусы, а прямая работа с сознанием людей. К тому же, сестра давно пыталась его обучить некоторым трюкам.

- Спокойно, тише, я помогу.

Он постарался изо всех сил, чтобы влиться в их совместное, на данный момент, сознание максимально ненавязчиво, осторожно. Он уже делал это раньше с одним известным политиком, но с двумя сразу - никогда. А потому следовало быть очень осмотрительным.

- Это просто сон, это не взаправду. Успокойся, с тобой всё в порядке. Я помогу, тише.

Он непрерывно повторял эту мантру более двух часов кряду! Не думал он, что всё может быть настолько сложно! Еще и Роза проматывала некоторые моменты по несколько раз, чтобы разглядеть всё внимательнее. Трудный, очень трудный день выдался у скромного иллюзиониста.

***

Я трижды умирал, меня дважды препарировали, четыре раза сжигали. Я трижды летел по ветру, сжигая ту злосчастную рощу, меня дважды выпивали, и я пять раз убивал и оживлял своё нынешнее тело. А еще я в сумме с десяток раз дрался с Личем, меня восемь раз протыкала арматура, дважды мне пришлось заново застрелить грабителя на дороге и выгнать парочку наркоманов из своей квартиры. По моим субъективным подсчетам, я заново прожил около полутора лет за два с лишним часа.

Это всё было больно, противно обидно и страшно. В какой-то момент я начал думать, что попал в ад. Если бы не вмешательство Алекса, было бы куда сложнее. Не знаю, как он это сделал, и видел ли он хоть что-нибудь из прожитого мной, но его мерное нашептывание не дало мне утонуть в недрах собственной памяти.

Когда Роза убрала руки от моей головы, я откинулся на спинку стула и еще несколько минут приходил в себя, пытаясь вспомнить, что со мной происходило этим утром. Роза и Алекс тоже переводили дух, пересев в кожаные кресла. Лишь я продолжал сидеть на обуглившемся стуле, ножки которого были покрыты толстым слоем льда.

- Всё хорошо, милый. - На мои плечи легли мягкие, тёплые руки, а ставший почти родным голос вернул меня в реальность. - Всё кончилось.

- Нет, солнышко. - Покачал я головой. - Всё только начинается.

Разбор увиденного получился долгим. Настолько, что Роза под конец уже засыпала, Алекс же отправился на боковую еще раньше. Безвозвратно испорченный моей горящей задницей стул мы торжественно сожгли в камине.

Если пересказать разговор коротко, то получалось что я чуть ли не уникален. По словам Розы, у каждого мага есть предрасположенность к какой-то определенной стихии или определенному направлению магии. Эта предрасположенность возникает еще в детстве, на основе предпочтений самого ребенка. К чему его больше всего тянет, в то, скорее всего, и выльется его сила. Самум, к примеру, рос возле моря и с детства занимался парусным спортом, и однажды понял, что не столько подстраивает парус под ветер, сколько ветер под парус. Роза и Алекс росли в семье психологов, и это сказалось на них обоих. И если Роза старалась понять, что творится в головах у людей, хотела помочь им справиться с терзавшими их мыслями, то Алекс использовал свои знания для манипуляции другими.

Но бывают и другие случаи. Типичный пример - Эмбер. Огонь в своё время нанес ей серьезную травму, как физическую, так и психологическую. Но психика весьма пластична, и страх огня перетек в любовь к нему, когда Катя научилась им управлять. Ситуация тут, по словам Розы, неоднозначна: Эмбер в равной степени имела шансы стать как пиромантом, так и малефиком или вообще целителем. Но, как и обычно, "выстрелило" только одно.

У меня же ситуация странная. С одной стороны, есть полное сходство с рыжей - травмирующим событием для меня стала смерть, что и повлияло на мою "основную" специализацию. Но как сюда добавился огонь, телекинез и даже использованное мной единожды электричество - непонятно от слова совсем. Единственное предположение, которое высказала псионик - моя гипотетическая универсальность. Она считает, что отсутствие долгого, затяжного интереса к чему-либо одному в детстве, разностороннее развитие и общая эрудированность, какой бы развитой она ни была, повлияли на моё восприятие на всех уровнях. И в теории я могу освоить и другие направления магии. Но неизменным оставалось одно - по основному направлению я некромант.

- Только не зацикливайся на этом. - Посоветовала мне Роза, провожая нас к выходу. - Живи как живешь, развивайся так, как сам того хочешь. Предрасположенность к чему-либо не обязывает тебя быть плохим или хорошим. То, что ты некромант, Тёмный, не означает, что ты станешь злым колдуном, оживляющим армию мертвецов. Не запирайся в себе, и всё будет хорошо.

В общем, всю дорогу в такси я молчал, обдумывая новые знания. Рыжая щебетала по телефону с тётей, лёжа у меня на плече, а таксист переговаривался с коллегами по рации, создавая фоновый шум в такт моим разбегающимся мыслям.

Я перечитал много фентези, и везде, где фигурировали некроманты, они показывались либо как тёмные безумные колдуны с армией скелетов и зомби, либо как забитые и затюканные задроты, занимающиеся чем-то своим, непонятным для широких масс. Усмехнувшись, вспомнил Глушановского. Его герой также был некромантом и пиромантом в одном флаконе. Правда, у него в душе еще и демон спал. Надеюсь, у меня такого нет...

Только, вот, реальная жизнь - не фентезийные романы, и опираться на них в принятии решений или формировании мировоззрения стоит не больше, чем на бульварные детективы Донцовой при изучении криминалистики. Вот, значит, и будем отталкиваться от реальности, а не от авторских фантазий.

--

11. Виновник торжества

Доехали мы довольно шустро, не смотря даже на внезапную пробку на мосту. До вечера времени было полно, а домой возвращаться решительно не хотелось. Август же, чего дома сидеть? Недолго думая, мы пошли в кино. Потом прогулялись по набережной, но в итоге оказались в баре. Я пил пиво, Эмбер заказала какой-то мудрёный коктейль, играла приятная живая музыка - вот оно, наше свидание, которое мы как-то проскочили.

- Я у тебя спросить хотела. - Эмбер допила коктейль и заказала еще один официанту, принесшему закуски. - Вот найдешь ты этого Лича. А дальше что?

- Надаю ему по сусалам. - Пожал плечами я, набрасываясь на куриные крылышки. - Отберу книгу, попытаюсь понять, как я стал таким как сейчас.

- Угу. А дальше?

- Ну... - Я призадумался. Я ведь действительно ничего не планировал. Чуть ли не с места сорвался в Киев, не оставив ничего за душой. - Работу найду, квартиру себе подыщу. - Я посмотрел на неё с лёгкой улыбкой. - Возможно заведу семью с какой-нибудь красивой и умной девушкой.

- Это, конечно мило, - Катя немного зарделась, на секунду отведя взгляд. - Но я про другое. Что будешь дальше делать со своими способностями? Ты не сможешь жить как раньше, как полгода назад.

- Слушай, ну вот зачем сейчас этот разговор? - Я кинул обглоданную кость на тарелку и вцепился в следующее крыло. - Я даже не знаю точно, кто я. Как я могу знать, что буду с этим делать?

- Ты знаешь, на что ты способен сейчас. - Рыжая пожала плечами. - Почему бы не начать задумываться?

- Я обещаю тебе подумать над этим на досуге. - Сказал я после затянувшегося молчания. - Правда. - Я прикинул в уме свои оставшиеся финансы, которые всё таяли и таяли. - А вот с работой начну разбираться прямо сейчас.

Достав визитку из кошелька, я набрал номер Виталика. Судя по голосу, он действительно был рад меня услышать.

- О, какие люди! А я тебе уж сам звонить собирался!

- Неужели так хочешь меня к себе в штат заполучить?

- И да, и нет.

- Э...

- В офисе всё объясню. Завтра сможешь подъехать? Часов в 12?

- Думаю, да...

- Окей. Свои данные скинь для пропуска, адрес сейчас пришлю.

Катя в течение всего разговора смотрела на меня с ироничной ухмылкой, а после того, как я положил трубку, звонко засмеялась:

- Это собеседование такое?

- Ну, почти.

- Да чтобы я так на работу устраивалась!

В ответ я только и смог, что развести руками. Мы посидели еще немного, после чего всё же разбрелись по домам. Катя сослалась на предстоящие дела с самого утра, и что ей удобнее будет добираться от её жилья, а я... Я просто пошел спать в одиночестве. И, чёрт возьми, это показалось уж слишком непривычным. Что странно - никогда раньше не привыкал к людям так быстро. Почти дойдя до дома, я резко развернулся и потопал в ближайший магазин. Бар баром, закуски закусками, а еда в доме должна быть. Да и вообще, разленился я с момента переезда: спорт забросил, на диету забил, пить и курить опять начал... Ужас! Пора брать себя в руки!

В итоге, сделав перед сном комплекс упражнений на руки, ноги и пресс, я лег спать, преисполненный гордости за себя и свою сознательность. Утром продолжил сие бодрое начинание, поле чего плотно позавтракал и отправился в офис к Виталию.

Желтый автобус услужливо доставил к нужной остановке, карта в телефоне любезно провела к нужному бизнес-центру, строгий охранник без препирательств указал дорогу к нужному корпусу, а уже порядком использованный лифт, по-доброму кряхтя, довёз меня до правильного этажа. Еще немного, и я почувствовал бы себя диснеевской принцессой, начал бы петь и гладить невесть откуда взявшихся птичек, оленят и кроликов. Однако, как только двери лифта распахнулись, на меня обрушилась лавина звуков типичного офиса.

- Вадим, ну какого хера?! Как ты мог проебать заказ на три ляма?! Тебя мама сразу дебилом родила, или тебя уронили пару раз в детстве?!

- Паша, блядь, ты б за своими японцами так следил, как за мной! Я виноват, что H&H нас демпингуют?!

- Машка, а погнали в Турцию на выходные? Море, пальмы, закаты красивые...

- Миша, отвянь. Знаю я твои закаты. Танька уже второй месяц хламидий выводит после вашего тренинга в Чехии.

- Саша, ты у меня со своим печеньем доиграешься! Опять крошки по всему офису!

- Тёть Галь, это не я, честно!

- Валентина Пална, счета на ФОП Смирнов уже готовы?

- Владик, у меня обед! Как сделаю, так и сделаю!

- Валентина Пална! У вас уже третий день обед не кончается! Мне заказчики уже весь мозг проели!

Вот! Вся сказка мигом улетучилась! Осталась только жесткая реальность, и это даже лучше. Абсолютно незамеченный офисным планктоном, я прошел к нужному мне кабинету и постучал в дверь.

- Войдите! - Послышалось из-за двери.

Я вошел, кивнул махнувшему мне Виталику и присел в кресло, дожидаясь, пока он договорит по телефону. Кабинет его порадовал меня дорогой обстановкой, при весьма компактных размерах. Диванчик, журнальный столик, мини-бар, пара кресел, забитый бумагами стол с компьютером и ноутбуком, широкое панорамное окно с видом на огромный город - красота.

- Короче, Серый, чтобы послезавтра был ка штык! Отмазки не принимаются! Да, там, где и всегда. Всё, давай, обнимаю. - Он положил трубку и, широко раскинув руки, подошел ко мне. - Эрик! Рад тебя видеть! Как сам?

- Потихоньку. - Улыбнулся я, пожимая мужчине руку. - Осваиваюсь на новом месте.

- Это круто! Работу не нашел еще?

- Пока нет...

- Вот и не спеши! - Он достал из мини-бара бутылку "Хеннеси" и два стакана. - Не против?

- Да вроде не за рулём. - Я принял от него бокал. - А чего не спешить?

- Ну, во-первых, директор сейчас пихает своего сына на руководящую должность здесь. А сам берет меня, еще пару толковых старичков, и будет открывать новое направление, где-то в течение месяца-двух. Вот там-то ты мне и пригодишься. Ты не переживай! - Как только я набрал воздуха в грудь, он поднял руку. - Я тебя типа рекрутирую, я же тебе простой и оплачу. Без штанов точно не останешься, поверь!

- Это не обязательно...

- Обязательно! - Взгляд Виталия посерьёзнел. Я сдался и чокнулся с ним стаканом. - А во-вторых, работу пока не ищи, ибо в ближайшую пару дней ты банально будешь не в состоянии ходить на собеседования.

- В смысле?

- День рождения у меня завтра. - Он расплылся в довольной улыбке. - Ты приглашён, отказаться права не имеешь.

- Ого. - Я сделал глоток. Коньяк оказался действительно хорош! - Мне даже подарить нечего...

- Ничего дарить не надо! - Виталик протестующе замахал руками. - Соберутся только друзья, посидим в кафе, погуляем, да и все. Девушка есть?

- Есть... - Немного неуверенно сказал я. О статусе наших с Катей отношений я как-то не задумывался.

- Ну так и отлично! Бери её с собой! - Он снова не дал мне сказать и слова. - Всё! Конец дискуссии!

Я сдался и поднял руки вверх, на что он хохотнул и обновил наши стаканы. Мы еще потрепались о том о сём минут десять, после чего я тактично попрощался и направился к выходу из лифта. Сказать, что я был удивлён - ничего не сказать. Знаком с человеком один день, а он тебя уже другом считает! Ну подумаешь, помог ему немного. Я ж обе наши задницы тогда спасал...

На обратном пути меня снова сопровождал неизменный шум офиса.

- Серёженька, скажи мне, когда у меня база виснуть перестанет? Ну невозможно же работать!

- Ларис, тебе честно, или цензурно?

- Давай честно.

- Хуй её знает! Мы уже всем отделом мозги морщим, сервера уже шестой раз переустанавливаем, базу трижды переписывали - ни хрена! Никто из нас не понимает...

- Так найди тех, кто понимает. Серёженька, ты же у нас начальник АйТи отдела, найми хороших специалистов.

- Уже лучших нанял, но баги всегда рандомно выскакивают, никакой системы! Херак - выдало ошибку! Лезем в код - нет никакой ошибки, всё нормально компилится. Я уже все форумы облазил, на меня там только пальцем крутят и советуют сервер освятить!

Я сочувственно покачал головой и нажал кнопку первого этажа. В голове роились мысли по поводу подарка. Не хочет? А кто ж его спрашивать будет? Родители в своё время накрепко вбили мне в голову убеждение, что хоть что-то, но подарить надо. Хотя бы как символ. Но что? Я его толком не знаю, что ему нравится, чем увлекается... Хотя...

Окрыленный задумкой, я набрал Эмбер и договорился с ней встретиться у меня дома. Пока ждал её, долго гуглил картинки, продумывая концепцию будущего презента. Как там мама говорила, лучший подарок, это сделанный своими руками? Самоделкин из меня тот еще, конечно, но почему бы и не попробовать?

Я полчаса подробно описывал Кате свою идею, после она полтора часа пыталась воплотить тот образ, который возник в моей голове. В итоге ей всё-таки удалось сплести из оранжевого огня подобие статуэтки, на основании которой красовались пять красных звезд в ряд. Навершие же представляло точную копию машины Виталика - Audi A5; из-под колёс её вырывались язычки такого же алого пламени и струйки черного дыма. На лбу девушки выступили капельки пота, но явно не от жара. Ей с трудом давалось удержание образа статичным.

Я хрустнул костяшками пальцев, выдохнул, освобождая разум, мои руки и глаза налились синим свечением. Приложив ладони к творению Эмбер, я ощутил покалывание. Мне не хотелось вплетать в это творение тьму, нет. Лишь холод. Окружить негаснущее пламя нетающим льдом, совместить непримиримые стихии, обречь их на вечную борьбу, дабы пламя пыталось растопить лёд, а тот - затушить пламя.

Открыв глаза, я едва успел подхватить получившееся чудо в руки. Выполненная в мельчайших деталях машина, на тоненькой ножке и плоском диске основания - всё это из чистого пламени, окруженного двумя сантиметрами ледяной глазури.

- Она... Тёплая! - Удивленно прошептал я.

- Ну... Да. - Девушка тоже потрогала вещицу. - Ни горячая, ни холодная...

- Значит, получилось! Спасибо.

- Не за что. - Катя рассмеялась и поцеловала меня в нос.

На следующий день, около четырёх часов вечера мы встретились уже возле кафе. Катя выглядела великолепно, о чем я не преминул ей сказать. Черное обтягивающее платье до середины бедра, маленький клатч в руках, черные же босоножки на шпильке и неизменный красный кристаллик на цепочке. Рыжие волосы заплетены в тугую толстую косу.

Если честно, что было внутри я почти не помню. Память, благодаря обильным возлияниям крепких напитков, сохранила лишь фрагменты. Мы вручили подарок Виталику, который сначала чуть не обиделся, а потом раскрыл и едва не расплакался. Собственно, эта фигурка весь вечер стояла в центре стола. Потом знакомились с другими гостями, была еда, были напитки, была живая музыка... Позже мы перебазировались в караоке, где я успешно сорвал голос, завывая с одним из друзей именинника "Беспечный ангел".

К девяти вечера гости начали расходиться, нас оставалось пятеро. Потом ушла Эмбер, которой я зачем-то отдал свой комплект ключей от квартиры. Как я сам буду в неё попадать, я даже думать не собирался. В итоге, пользуясь тем, что в компании не осталось дам, тот самый друг повёл нас в стрипклуб. Мне бы, наверное, было за это стыдно перед Катей, но мне повезло - в клубе случилось нашествие крыс, и он оказался закрыт. Кто-то из нас ломился внутрь, рыча "Вы еще пожалеете, сухопутные крысы!". По-моему, это был я. Но этого "кого-то" быстро успокоили, и мы пошли в обычный клуб, без стриптиза.

Дальше в моей голове наступает темнота и забвение. Дальнейшие воспоминания начинаются с диалога.

- Братан, ну честно, я и сам нормально дойду! - Заплетающимся языком вещал я.

- Дойдёшь! - Кивнул Виталя. - А в квартиру как попадешь?!

- Как-как? Ключами открою и... - Я ощупал себя по карманам. - Бля... а где мои к-ключи?

- Воооот! - Торжествующе поднял палец он. - Ты их... Ик! Кате отдал!

- Блин!

- И потому ты ночуешь у меня, а завтра чистый и свежий поедешь к своей благоверной!

- А если ей позвонить?

- А стоит?

- Да, ты прав... Ладно, поехали.

Мы заказали такси, сели в машину и уже через десять минут приехали на место. Уютный жилой комплекс закрытого типа. На въезде охрана, есть магазинчики и уютный парк с детскими площадками. Всё свежее, красивое... Аж тошно. Уже подходя к квартире, я начал чувствовать головную боль. Судя по виду именинника, он тоже.

Пройдя в квартиру, я почувствовал себя неуютно, причем явно не из-за скромности. По телу поползли неприятные мурашки, а в нос заполз сладковатый, но неприятный запашок.

- Это из канализации. - Печально констатировал Виталик, увидев мою кислую мину. - Дом сдали три месяца назад, до сих пор не могут исправить, суки.

- Да ничего, и не в таких условиях спать приходилось. - Хохотнул я.

И не покривил душой. Неоднократно раньше выбирались с друзьями в походы, да и просто на шашлыки. Один раз пришлось спать в чистом поле возле трассы, недалеко от свежего захоронения чумного скота. Толян, гадина, машину заправить забыл, вот и ждали, пока его отец топлива привезёт.

- Ты проходи, не стесняйся. - Виталий провел меня в своё жилище. - Вот тут диван есть, раскладывающийся... Ща постель принесу. Чувствуй себя как дома, в общем.

Кое как сфокусировав взгляд, я рассмотрел обстановку. Скажем так, весьма спартанские условия. Если бы спартанцы зарабатывали тысячи четыре вечнозелёных в месяц. Белый кожаный диван, неизменный журнальный столик, большой телевизор на стене, пара кресел... И всё это покрыто толстым слоем пыли. Я прошел в кухню, и обнаружил там всё такое же запустение. Ни грязной посуды, ни цветов на подоконнике, ни даже еды в выключенном холодильнике. Такое чувство, что хозяин здесь появлялся редко. Что, в принципе, не удивительно, с его-то ритмом работы...

- Во! - Виталик шлепнул комплект белья на подушку дивана. - Смотри, чё нашел! - В руках он держал запечатанную бутылку грузинской чачи. - Один довольный клиент подогнал! Продегустируем?

- Конечно! - С готовностью согласился я, потирая руки. - Только это... Закуски нет.

- Ща организуем!

В общем, мы сбегали в круглосуточный магазинчик на территории комплекса, случайно напугали задремавшего продавца, скупили два пакета мясных закусок, колбас, сыров, овощей, зелени и снеков, захватив попутно пару бутылок неплохого виски. Пятница, всё-таки, почему бы и не отметить выходные?

Достали и помыли посуду, разложили закуски, налили, выпили, повторили... И нас прервал шум. Нет, это были не соседи, решившие послушать музыку в два часа ночи. Просто звякнула посуда в кухне. Виталик даже не дернулся, а вот у меня прямо холодок по коже пробежал. Я даже трезветь начал.

- Это у тебя тараканы буянят?

- Не, - он махнул рукой. - Они тут еще завестись не успели.

- А кто посудой гремит?

- Да чёрт его знает. Может сквозняки...

Я скептически хмыкнул и обновил чачу. Выпили, закусили поговорили... И мурашки по коже опять напомнили о себе - стукнула дверца шкафа. При этом меня прямо холодом обдало!

- Виталя... Это, блин, не сквозняк!

Он меланхолично пожал плечами. Я бы мог списать это на алкоголь... Но еще полчаса назад мы были пьянее, а Виталик куда активнее. И боль головная усилилась... Хозяин квартиры устало потёр виски, зажмурившись, будто от мигрени. Так, мне это решительно не нравится! Я зажег глаза и оглядел комнату - вроде ничего... Даже привычной мне паутины нет, а ведь она бы объяснила наше состояние!

Только в дальнем углу комнаты что-то мигнуло, будто смазанный силуэт. Мигнуло и пропало. Так! Кто бы ты ни был, я тебя найду!

- Эш, а чё с глазами-то? - Виталик выглядел излишне вялым, будто подменили. - Линзы, что ли?

- Ага, они самые...

Я ещё раз осмотрелся, прошёл на кухню... И не удержался от вскрика. Посреди кухни висело будто марево. Черно-белый человек, начавший разлагаться. Лицо уже сгнило, обнажая скалящийся череп, на башке свисает каска, на теле грязная роба, левая рука неестественно выгнута в локте, одного ботинка нет... Человек подернулся, пошел будто помехами на старом телевизоре и исчез, чтобы через миг оказаться перед моим носом!

В ноздри ударил знакомый запах тлена и гнили, тело обдало леденящим могильным холодом. Череп открыл рот, издал дикий, разрывающий барабанные перепонки визг, и меня откинуло в прихожую, впечатав спиной в вешалку для одежды.

- Эрик, не буянь! - Послышалось из гостиной.

- Ах ты тварь! - Злобно прошипел я, зажигая в ладони синий огонек своей тьмы.

От первых двух залпов призрак увернулся, просто проявившись в стороне, а третий пропустил сквозь себя, вообще не получив видимого урона. Меня снова отбросило звуковой волной, но теперь вглубь квартиры, протащило по коридору. Призрак замерцал и вновь оказался передо мной. Я рассвирепел! Мои руки налились синим свечением, и я от всей души вмазал грёбанному Касперу по скалящейся роже. Как ни странно, но это сработало - мой кулак четко нащупал костяное хлебало, а само привидение отшатнулось и снова начало мерцать.

- Ох ты ж ни хера себе! - В этот момент Виталик решил выглянуть в коридор и... увидел призрака. Видимо, своим ударом я проявил его в реальности. - Это что за поебень?!

Отвечать я не стал, я насел на черно-белого, награждая его ударами в челюсть... Но мёртвого не отправишь в нокаут. На очередном замахе призрак впечатал меня в стену так сильно, что у меня начисто отбило дыхание, в глазах потемнело, а со стены посыпалась штукатурка. Запах гнили существенно усилился.

- Эш... - Протянул Виталик.

- Подожди! - Прохрипел я, поднимаясь на ноги и зажигая руки.

- Эрик! - Виталик смотрел в стену, в которую я и влетел.

Посмотреть туда я изволил лишь тогда, когда призрак сам указал пальцем на место рандеву меня с бетоном. Переведя взгляд, я увидел, что от стены отпал кусок штукатурки, а из образовавшейся ниши выглядывает козырёк оранжевой строительной каски. Я посмотрел на призрак, снова на стену, и одним усилием воли и движением руки оторвал с десяток кило бетона и шпатлевки, оголяя замурованный в стене труп. Каска, роба, нет ботинка, лицо сгнило...

- Это ты? Это тебя сюда замуровали?

Призрак поднял лицо к потолку и снова завизжал, но уже как-то... жалобно, что ли?

- Ты не упокоен... - Я не спрашивал, а просто рассуждал, вспоминая различные фентези-романы. - Теперь тебя похоронят по достоинству. А убийц твоих найдут, можешь быть спокоен.

Призрак снова замерцал, переместился вплотную ко мне, поймал мой взгляд черными провалами глазниц... И, степенно кивнув, истаял в воздухе. Подступавшую головную боль будто ветром сдуло.

- Какого хера...

- Вызывай полицию, Виталь. - Не дал я ему закончить.

В дверь настойчиво постучали. Виталик на автомате пошел открывать дверь, а я остался стоять, рассматривая замурованное в бетон тело строителя. Заметил торчащую из затылка рукоятку отвёртки - дядя явно не от инфаркта умер. Скрипнула дверь, и в квартиру ворвался грузный волосатый мужик мужик в трусах и шлёпанцах:

- Слышь, пацаны, вы тут в натуре оху... - Он перевел взгляд на пролом в стене, запнулся и закончил предложение совсем тихо. - ...еть.

Его руки затряслись, дышать стало сложно, он сполз по стене на пол. Виталик ушел в комнату с абсолютно нейтральным выражением лица, вернулся со стаканом виски и протянул его соседу. Мужик жадно осушил его одним глотком, щеки его порозовели, а взгляд прояснился и сфокусировался.

- Мужики, вы его это... - Он указал пальцем на стену. - Оттуда? Или... туда?

- Пока не определились. - Буркнул я и посмотрел на именинника. - Виталь, полиция.

- Мужики... - Пока хозяин квартиры набирал номер, сосед уже встал и попятился к двери. - По-братски, вы меня в это не впутывайте, ладно? Вы меня не видели, я вас...

- Без проблем. - Пожал я плечами. - Спокойной ночи.

- Ага. - Кивнул мужик, закрывая за собой дверь.

Полчаса спустя, мы сидели на кухне и давали показания заспанному и тормозящему следователю, пока в коридоре возились врачи скорой на пару с судмедэкспертом.

- В общем, пошел я в туалет, шатнуло меня на повороте, и налетел я плечом на стену. - Тщательно симулируя опьянение, диктовал я. - А стена треснула. И запах оттуда пошел сильный.

- Угу. - Кивнул следак, тщательно записывая мои слова в протокол. - Какой запах?

- Цветочный, блин.

- Угу. - Кивнул он. - Цве... То...

Полицейский остановился, перечитал запись, поднял на меня угрюмый взгляд, после чего снова посмотрел на бумагу.

- Сука. - Беззлобно вырвалось у него. - Ладно, потом перепишу. Что дальше?

- Может, кофе? - Предложил Виталик.

- Да, не помешает, спасибо. Так что дальше?

- Ну, мы решили разобраться, в чем дело. Начали стену разбирать, а там - вот. Ну, мы сразу ментов и вызвали. То есть...

- Угу. Эт правильно. - Не заметив подвоха кивнул он, закончил запись, отложил протокол в сторону и заглянул мне в глаза. - А теперь по-честному, без протокола, как всё было? Я же вижу вешалку опрокинутую. Бухали, начали спорить и подрались?

- Честно? - Я пригляделся к его погонам. - Честно, старлей, я в туалет не шёл. - Я шумно сглотнул. - Я туда бежал.

Старший лейтенант сплюнул, махнул на меня рукой, буркнул "Свободен!" и принялся переписывать протокол начисто, приняв от именинника чашку с кофе. Я встал из-за стола и пошел за Виталиком в комнату, где, к счастью, было пусто. Он налил по чуть-чуть в стаканы:

- Эрик... Кто ты такой?

- Виталь, я не думаю, что тебе стоит знать. Ты и так увидел больше, чем я хотел кому-либо показывать.

- Эрик. - Он вздохнул и выпил. - Братан, я тебе и так по гроб жизни должен. Да и увидев такое, невольно задумываешься: а что выгоднее? Быть заодно с этим человеком, или как-то пытаться его подставить? Инстинкт самосохранения мне подсказывает, что второй вариант вообще не вариант. Кто ты, Эш?

Если честно, его слова показались мне убедительными. Виталик вообще не выглядел как человек, который станет на каждом углу кричать об увиденном. Не тот тип личности.

- Если вкратце, - я налил себе еще стакан. - Я маг.

- Маг... - Виталик будто попробовал это слово на вкус. - Типа как Гендальф?

- Ну, до Гендальфа мне еще далеко. К тому же, он белый, - Я вытянул вперед обе руки - одну с виски, во второй зажег свой "фирменный" тёмный огонь. - А я, скорее, синий.

Мы посмеялись, выпили еще, закусили. Медики с полицейскими всё еще выковыривали бедолагу из стены.

- И часто тебе с таким вот, - Он кивнул в сторону коридора. - Сталкиваться приходится?

- По-разному. - Уклонился я от прямого ответа.

Мы немного помолчали, думая каждый о своём. За окном начинал разгораться рассвет. Виталик подошел к шкафу, запустил в него руку, что-то нащупал и достал пачку долларов. Послюнявил палец, отсчитал несколько сотенных купюр и протянул мне.

- Вот, возьми.

- Что это?

- Деньги. - Пожал он плечами. - Можешь считать гонораром. Тем более, я обещал.

- Я это не ради денег делал.

- А стоило бы! - Виталик положил купюры передо мной на столик и, как ни в чем ни бывало, сел обратно.

- В каком смысле?

- А в прямом. - Он увидел в моих глазах искреннее непонимание и пояснил. - Почему бы тебе не монетизировать свои умения? Почему всякие попы дерут по три шкуры, чтобы на машину или помещение водичкой побрызгать и стишки почитать? Почему всякие ряженые ведуны и гадалки обирают доверчивых тётенек за снятие сглаза или обещания хорошей судьбы? Почему эти мошенники могут косить бабло за нулевой результат и фикцию, а ты, с твоими талантами, не можешь брать честную плату за честную работу? Человек ты, или нет, но что-то кушать и где-то ночевать тебе тоже надо. А Киев - город не из дешевых. Бери. - Он подтолкнул деньги еще ближе ко мне. - Того, что я твой должник, это не отменяет. Можешь обращаться ко мне по любому вопросу, чем смогу - помогу.

Я покачал головой, вздохнул, но деньги взял. А кто не взял бы? Если тебе их вот так пихают, ничего не требуя взамен. Думаю, мало таких бессребреников осталось в мире.

- Я подумаю над этим.

Мы посидели еще немного, выпили, закончили со всеми формальностями, дождались, пока уедут следователи с врачами. В общем, не меньше часов двух. Потом и я вызвал такси, ибо не хотел злоупотреблять гостеприимством. Доехав по адресу, я еще с полчаса гулял под окнами, не желая будить Катю столь рано. Но все же решился и набрал номер квартиры на домофоне.

Катя встретила меня на пороге моей квартиры одетая в мою рубашку, угрюмо постукивая небольшой сковородкой по ладони левой руки... и едва сдерживая смех. Бля. Надо было хоть цветов ей купить!

- Семенов, бросай пить! - Сказала она, посмеиваясь.

- Всё настолько плохо?

- Да не то, чтобы плохо... - Она чмокнула меня в щеку. - Потом СМС-ки почитай.

Я был готов буквально сгореть со стыда. Не фигурально, а именно буквально! Мне приходилось сдерживаться изо всех сил, чтобы от одежды не пошел дымок! В итоге, сходив предварительно в душ, я лежал в своей кровати и рассказывал Кате о своих ночных приключениях. А она лишь посмеивалась, местами тихонько удивленно присвистывала, но продолжала гладить меня по голове. В конце моей исповеди она лишь спросила:

- То есть, вы пошли в стрип-клуб?! Без меня?!

- Прости, в следующий раз обязательно позову тебя с собой.

- Другое дело! - она наградила меня поцелуем. - Спать уже ложись, алкаш, сын алкаша.

Я улыбнулся, послушно закрыл глаза и, уже засыпая, проговорил:

- Знаешь, я понял, чем хочу заниматься.

- Знаю. - Прошептала рыжая.

--

12. Антивирус

Целых три дня я жил обычной спокойной жизнью. Гулял с девушкой, читал книги, занимался спортом, портил фигуру пивом - в общем, все, как и обычные люди. По Личу информации до сих пор никакой, сам он мне не попадается, да и, судя по новостным сводкам, как-то затих и притаился. Никто и нигде не видел бледную страшную рожу в капюшоне.

Наутро третьего дня меня разбудил телефонный звонок. Стараясь не разбудить сладко спящую Катю, я перевел телефон в беззвучный режим, осторожно встал с кровати и хриплым, не проснувшимся голосом ответил.

- Алло?

- Эрик, привет! - Послышался из трубки бодрый голос Виталика. - Как ты там?

- Живой. Но пить с тобой больше не буду. - Мрачно ответил я, вспоминая мощный отходняк. - По крайней мере - в ближайшие полгода.

- Ха! Если бы мне платили каждый раз, когда я это слышу... - Радостно заржал мой собеседник. - Не боись, твоя печень в безопасности. Я тебе тут работенку подкинуть хочу. Как раз по... Твоему профилю. Скорее всего. - Добавил он неуверенно.

- Что случилось? - Я напрягся, успев про себя представить несколько вариантов разной степени хреновости.

- По телефону сложно говорить. Приезжай в офис.

- Добро. - Буркнул я и нажал "отбой".

Семь часов утра! И я уже должен ехать к нему в офис! Будьте вы прокляты, жаворонки-трудоголики! Не дают спокойно поспать честным совам! Кряхтя и ворча, я принял душ, оделся, чмокнул нежащуюся в постели девушку и отправился в ад под названием "утренний транспорт в столице".

Масштаб своей ошибки я понял лишь в пробке, стоя в забитом до отказа автобусе в не самой лицеприятной и удобной позе. Зуб даю - индийские йоги никогда не ездили в наших маршрутках! Иначе бы они поняли, что все их асаны это легкая аэробика для детей, а по-настоящему просветления можно достичь лишь в таком положении. Все лишнее и бренное уходит из головы, остается лишь Знание. Знание того, что ничто материальное не имеет реальной ценности, лишь душевный покой и комфорт по-настоящему важны. Короче говоря, надо было не выёживаться и брать такси! Я бы точно так же стоял в пробке, но при этом сидя в удобном кресле под приятную музыку, не напрягая поясницу, держа собой пятерых человек, пытающихся упасть при каждом торможении, не ощущая на голове пакет с яйцами, а между ног чей-то грёбанный самокат с ребенком!

До офиса Виталика я добрался спустя полтора часа после его звонка. Едва ли не рекордное время для часа-пик! Помятый, злой и так и не побрившийся, я шел через офис к его кабинету. Мне уже было откровенно плевать на разговоры, лифт, охранника и прочую дрянь. Я полностью мимикрировал под типичного офисного работника: мешки под красными от недосыпа глазами, нервная походка, сутулая спина и ненависть ко всему живому во взгляде.

- Хорошо выглядишь! - Хохотнул Виталик. - Как добрался?

- Будто через прокатный станок протащили.

- Оно и видно! - Он всё веселился, а мой угрюмый и не предвещающий ничего хорошего взгляд, видимо, добавлял ему оптимизма. - Не мог такси взять?

- Не дави на больное. Зачем звал?

- Кофе будешь? - Он, казалось, будто не услышал вопроса.

- Не откажусь.

- Тогда пошли к автомату.

Мы прошли через офис, мимо рабочих столов с заспанными и раздражительными продажниками, увязавшись за кучкой таких же, как и мы паломников, мимо электрощитовой и серверной, прямиком в узенькую столовую. Маленький холодильничек, раковина, столик с тремя стульями и огромный автомат с кофе. И очередь из десяти человек к нему.

- Твою ма-ать... - Растирал лицо молодой человек с конским хвостиком. - Какого хрена американцы так по-дебильному работают?

- В смысле? Тупят, что ли? - Отвечал ему его лысый коллега в аккуратных очках.

- Да нет! График у них тупой! Я уже домой собираюсь, а они в ЭлЭй только на работу пришли! Нельзя, что ли, как все люди работать?! До двух ночи тут проторчал из-за них!

- И что не так? - Не понял лысый.

- Так могли бы сегодня с утра обо всем договориться! Но нет, приспичило им по ночам впахивать!

- А ничего, что у них ночь сейчас? Ты про часовые пояса слышал, нет?

- Часовые пояса, морозильные подтяжки... Понапридумывали херни, а нормальным людям привыкай по-новой!

- Слышишь, Кость, а ты в какой школе учился?

- В пятьдесят седьмой. А что?

- Да ничего. - Пожал плечами лысый. - Надо зайти к твоему учителю географии, привет передать.

Мы наконец дождались своей очереди, взяли по стаканчику ароматного американо и вернулись в кабинет.

- Пипец у вас тут зоопарк. - Хмыкнул я, падая в кресло.

- И не говори. - Усмехнулся Виталик. - Корчат из себя волков с Уолл Стрит, а по сути шавки с Шулявки.

- Это точно! - Мы посмеялись, и он продолжил:

- Так вот. Тут у нас проблема возникла... Тебе об этом Серёга расскажет.

Дверь кабинета открылась, вошел мужчина лет тридцати пяти, длинные волосы, завязанные в хвост, футболка с Дартом Вейдером, сверху рубашка с коротким рукавом, обычные джинсы и кеды. Я его уже видел, ему та смазливая девушка жаловалась на проблемы с... с базой данных, вроде.

- Привет. - Он крепко пожал мне руку, сел на диванчик и сразу начал вещать. - Короче, траблы у нас. Постоянно падают базы данных, ложится сервер, даже обычные компы и принтеры ломаются с регулярной частотой...

- Так вам сисадмин нормальный нужен. Я-то тут причем?

- Сисадмины, программисты и прочие айтишники у нас толпами уже бегают. - Виталик скорбно выдохнул. - Только не помогает. Я уже реально не знаю, куда тыкаться. Виталий Владимирович говорит, что ты вроде как колдун какой-то... Я в это не верю, но блин, у меня уже ваще варианты кончились! Мы только за последний месяц два ляма вбухали в модернизацию парка машин, только вот до звезды это всё. Каждую неделю пара-тройка компов выбывает из строя. Работать невозможно, каждые полчаса бэкапы делаем, а это пять минут простоя!

Я укоризненно посмотрел на Виталика, на что он просто пожал плечами. Не, я понимаю, что он не давал мне никаких обещаний... Но вот так "палить контору" налево и направо? Ладно, потом с ним поговорю.

- И тут еще такое... - Сергей явно замялся, не зная, как сказать. - В общем... Я до ночи задержался, и... Короче, я уверен, что в серверной кто-то лазит. Хотя она закрыта на три замка, мы туда даже уборщицу не пускаем!

- А с чего ты взял, что там кто-то был?

- Я будто голоса какие-то тоненькие слышал. И смешки. И будто когтями по кафелю кто-то скрёб.

- Это точно? Тебе не могло показаться?

- Да хрен его знает! Я уже вообще ни в чем не уверен!

- Ясно. Спасибо, я подумаю, что можно сделать.

Когда Сергей вышел, я задумчиво стоял возле открытого окна и курил.

- Что думаешь? - Виталик тоже закурил и подошел ко мне.

- Не знаю. Смотреть надо.

- Так посмотри. - Он пожал плечами, выдыхая сизый дым в окно. - От тебя же не убудет?

- Да вроде нет. Только ничего не обещаю.

- Добро. Тогда пошли смотреть.

Дверь серверной мало чем отличалась от других дверей в офисе. Только табличкой и распечаткой на листе А4 "Не входить! Тётя Галя, вас это тоже касается!"

- Погоди, ключи возьму.

Виталик нырнул в кабинет напротив, к айтишникам, а я приложил ухо к потёртой белой двери. Тихо. Если не считать за шум гудение множества вентиляторов и кондиционера.

- Да мне похер, Виталя! - Донёсся до моего слуха приглушённый голос. - Он сейчас мне на провод какой-нибудь наступит, из гнезда его вырвет, а меня Борисыч на планёрке выебет и высушит!

- Паша, не ссы. Борисыча я на себя возьму.

- Не, ни хрена! За мной и так косяков достаточно!

- Паша, блин! Под мою ответственность! Мне тебе расписку написать?

Внезапно из-за двери серверной я услышал мерзкое, тоненькое и скрипящее хихиканье, свет в офисном помещении моргнул и дико запищал бесперебойник. Планктон зароптал, участилось щелканье по клавишам и кнопкам мышек - народ массово сохранял данные.

- Бля, чё он там творит уже? - Услышал я гневный рык того самого Пашки, вылетающего из кабинета.

Молодой айтишник с выбритыми висками, в шортах и футболке выскочил в коридор, на ходу судорожно перебирая ключи в огромной связке. Из-под двери повалил лёгкий дымок, и Паша засуетился еще больше. Ворвавшись наконец в помещение, он убежал куда-то вглубь, а я засмотрелся на источник писка - огромный, в половину моего роста, ящик с кучей проводов и небольшим экранчиком в верхней части. Один из проводов, приходящих к нему из стены, был криво отгрызен и обуглен. На корпусе бесперебойника виднелось несколько царапин. Странно. Внезапно писк прекратился.

- Твою мать! - Паша вылетел из недр серверной в ярости и панике. - УПС накрылся! Триста штук отдали! Ебучие китайцы!

Я отошел в сторону, позволив админу заниматься своей работой и "включил" глаза. Ни холодка, ни "тлена" я тут не слышал, но перестраховаться стоило. Все-таки я обещал посмотреть... На полу, в метре от "ящика", я увидел нечто... странное. Будто маленькая мартышка без шерсти и зелёная, не больше бутылки колы ростом, зато с большими ушами. Я наклонился к этому чуду, чтобы рассмотреть повнимательнее: голая кожа, местами в морщинках, большие глаза, сейчас закрыты, маленькая пасть с кучей острых зубов, ручки и ножки с четырьмя когтистыми длинными пальцами... В районе пасти и на руках видно несколько ожогов, мелко и часто дышит. Похоже, именно оно и перегрызло кабель питания.

- Виталь, полотенце есть?

Менеджер кивнул и, без вопросов, вернулся с белым полотенцем из кухни, не задавая никаких вопросов. Я осторожно завернул тельце монстрика в ткань и охладил свои руки так же, как при создании фигурки, правда, не так сильно. Лишь дал лёгкую прохладу, облегчая боль от ожогов. В этот момент серверную осветили зеленые огоньки, быстро расползающиеся по сетевым кабелям прочь из помещения. Судя по нулевой реакции Паши, увидел их лишь я.

- Что там у тебя? - Насторожился Виталик, за ним и Паша повернул свою голову.

- Крыса. - Не нашел ничего умнее я. - Кабель перегрызла и сдохла.

- Твари! - Выпалил админ. - То-то я думаю, почему кабели погрызены и корпуса на свичах пожёваны! Выкинь её нахрен!

- С превеликим удовольствием. - Буркнул я и двинул на выход. - Виталь, покажешь, где у вас мусорка?

Поймав мой взгляд и уловив недвусмысленный тон, Виталик быстро кивнул и пошел со мной на улицу. Мы дошли до его машины, уселись и закрыли тонированные окна.

- Что там?

- Вот. - Я осторожно отвернул край полотенца, закрывающий мордашку существа.

- Ты стебёшься? Тут же ни хрена нет!

Я хмыкнул и потушил глаза - монстр исчез, а мои пальцы сжимали упругую пустоту. Зажёг - монстрик опять на моей ладони. Но Виталий ведь увидел призрака дома? Я его тогда бил, а Виталик увидел... Но монстра я бить пока не буду, он мне живой еще нужен. Вспомнив детали того вечера, я наполнил ладонь светом своей силы и осторожно коснулся лба существа.

- Ёб твою мать! - Если бы не дверь, хозяин машины выпрыгнул бы наружу. - Что это ха хрень?!

- Пока не знаю. Но если отвезешь меня к одному человечку, мне хотя бы будет у кого спросить.

- Не вопрос, только закрой его обратно!

Едва я коснулся полотенца, существо открыло один глаз, увидело меня и мои синие зрачки, осознало своё положение и дико заверещало, пытаясь вырваться из полотенца. Мне стоило больших усилий удержать его в руках, при этом не раздавив, но за палец оно меня таки цапнуло! Не придумав ничего лучше, я покрыл этого гаврика коркой льда, оставив лишь маленькую дырочку для дыхания. Существо замерло и начало испуганно вращать глазами. Так мы и ехали всю дорогу к уже знакомой мне многоэтажке.

Стук в дверь не принёс никакого результата, звонок тоже. Сама дверь была закрыта - меня здесь явно не ждали. Нервно помявшись, я достал телефон и нашел нужный номер.

- Ну и где твой человечек?

- Ща узнаем.

- О, Ронго! Какими судьбами? - Услышал я жизнерадостный голос цыгана в трубке.

- Здорово, Глобал. Совет твой нужен, ты где сейчас?

- К Розе заскочил. - Услышав это, я чертыхнулся. Думал же туда сразу поехать! И кто мне мешал позвонить заранее? Нет, понадеялся, что инвалид будет дома торчать! - Но меня уже Кенни обратно везет. Что там у тебя?

- В двух словах не объяснить, - я посмотрел на замороженного монстра в своей руке. - Тут показывать надо.

- Так фотку скинь. - Я прямо почувствовал, как цыган пожал плечами.

Положив трубку, я навел камеру на чудика и сделал пару снимков. В плохом освещении подъезда изображение получилось корявым, но различимым. Отправил Глобалу и тут же получил ответ "Лечу!". Через полчаса молчаливого курения во дворе, мы увидели черный минивэн с какой-то аэрографией по борту. Он лихо припарковался у подъезда, с водительского места вышел улыбающийся малефик, пожал мне руку, поздоровался с Виталиком и принялся выволакивать Глобала с заднего места. Опустил выдвижной трап, отстегнул замки, фиксирующие колёса коляски, помог ему выехать... главная проблема была в лестнице на первый этаж. Никакого даже подобия на полозья в подъезде не было, не говоря уже о нормальном полноценном пандусе или подъёмнике. Но тут на помощь уже пришел я. Отдав зелёного бройлера воодушевленному техноманту, я осторожно поднял коляску в воздух телекинезом и плавно завёл её на лестничную площадку, опустив напротив лифта.

- Уиии! - Восторженно улюлюкал цыган. - Говорил же маме, что побываю на аттракционах!

- Ты чё творишь?! - Шикнул на меня Кенни, косясь на Виталика.

- Он знает.

- Он что?! Ты сдурел?

- Так получилось. Всё нормально, я ему доверяю.

Кенни ничего не ответил, лишь усиленно засопел. Тем временем, Глобал вообще не обращал внимания на наши препирательства. Он энергично открыл дверь квартиры, вкатился внутрь, подъехал к своему рабочему месту и осторожно, с каким-то благоговением развернул полотенце.

- Убери лёд! Разморозь его!

- Сбежит.

- Не сбежит! Давай, Ронго!

Виталик достал, было, телефон чтобы начать снимать, но Кенни шикнул на него, и аппарат отправился в карман. Я приложил руку к ледяной глазури на теле монстра, усилием воли "вобрал" в себя частичку выпущенного ранее холода, и лёд треснул. Зеленокожий забился, разбивая ледяную корку, снова заверещал, смотря, почему-то, на меня, но Глобал погладил его по голове, лаская кожу маленькими электрическими разрядами. Чудик замер, закатил глаза и заурчал, удовлетворенно хрипя и булькая и вывалив красный язык.

- Глобал, - позвал я тихо. - Глобал, блин! Что это за хрень?

- Гремлин. - Не отрывая взгляда от новой игрушки, произнес он. - Это, мать его, гремлин! Ты гремлина поймал, Эш! Живого!

- Мне повезло.

- Тебе охренеть, как повезло! До этого не было ни одного случая!

- Гремлин? - Помотал головой Виталик. - Типа, как в фильме?

- И да, и нет. - Цыган продолжал ласкать чудика электричеством. - Они фанаты техники и большие хулиганы. Начали появляться в тридцатых, при росте индустриализации. Воду они, кстати, не любят. Кенни, достанешь клетку? Спасибо. Эш, это ты его поджарил? - Цыган сердито посмотрел на меня.

- Он сам! - Я поспешно поднял руки. - Кабель питания на УПСе перегрыз!

- Проголодался, дурачок.

Кенни принёс запыленную проволочную клетку с мелкими ячейками и водрузил её на стол. Глобал тут же открыл в ней дверцу и выпусти существо туда.

- Клетка Фарадея. - Пояснил он. - Другой нет, сами понимаете.

Оказавшись в клетке, гремлин попытался погрызть прутья, перескочил зеленой искрой с места на место несколько раз, после чего, осознав своё бедственное положение уселся в центре и, насупившись, сложил ручки на груди.

- Они по проводам перемещались, если я ничего не перепутал. - Буркнул я, глядя на любующегося новой игрушкой цыгана.

Кенни ушел на кухню и начал греметь там посудой, уведя за собой Виталика. Глобал задумчиво почесал голову, пошарил в ящике стола и достал оттуда старый телефон-раскладушку, подключил к нему кабель для передачи данных и положил всё это в клетку. Гремлин осторожно подошел к новинке, принюхался, поскрёб коготком пластик корпуса и с радостным визгом всосался в штекер, зеленой вспышкой промчав по шнурку до самого аппарата.

Экран старого телефончика зажегся, но вместо логотипа сжимающихся рук, появилась пиксельная зеленая морда с большими ушами, желтыми глазами и ухмыляющейся зубастой пастью. Изображение начало хаотично сменяться, открывались папки, играли рингтоны, попытались уйти кому-то пара бессвязных СМС. Через пару минут экран погас, зеленая вспышка пробежала по кабелю в обратном направлении. Гремлин, вновь вернувшись из цифрового мира в реальный, недовольно проковылял вдоль черного шнура и пинком закрыл крышку мертвого телефона.

- Шлак! - Хрюкнул он, уселся у стенки клетки и демонстративно начал чистить когти.

- Моя ты умничка! - Засюсюкал Глобал, полез в нижний ящик стола, в котором оказалось маленькое холодильное отделение с несколькими шоколадками, бананами и пивом. - Держи шоколадку!

Гремлин осторожно принюхался и с радостью вцепился в лакомство, едва не оттяпав палец цыгана.

- Так в чем твоя проблема, Ронго?

- Вот такими зелеными человечками кишит один офис. Ломают технику, грызут сервера, работать людям не дают.

- Ага. - Он кивнул, продолжая подкармливать тварюшку вкусняшками. - И что?

- Меня попросили от них избавиться.

- Ну так и в чем проблема?

- Так их сначала поймать надо. А они от меня по сетевым кабелям в разные стороны как брызнули... Хрен справлюсь в одиночку.

- Ну а то! - Цыган улыбнулся еще шире. - Они же вон какие юркие! Да, мой маленький? Держи бананчик.

А вот на банан гремлин отреагировал не так, как мы полагали. Только увидев желтый фрукт, он забился в угол клетки, панически заверещал и забился в угол клетки, заскребя по прутьям когтями. Видимо, он ему не понравился.

- Оп-па... - Я почесал бороду, обдумывая мысль. - А он только на бананы так реагирует?

- Хороший вопрос. А принеси из холодильника еще фруктов. - В глазах Глобала зажегся огонёк экспериментатора.

Подходя к кухне, я услышал голос Виталика:

- Я ему многим обязан, понимаешь? Я за эту неделю видел такое, чего, наверное, не осознаю за всю жизнь. Знаешь, как меня это пугает? До чертиков!

- И что с того?

- А то, что я знаю: если его подставлю, он может напугать меня еще сильнее. Я уже такое видел однажды!

- В смысле? - Голос малефика прозвучал напряженно.

- Он мне жизнь спас. Сначала я думал, что нам обоим, но недавно до меня дошло - он был в безопасности. А вот меня он спас.

- Ну, его-то ты, может и не подставишь. А нас?

- Вы тоже меня можете напугать. И я это прекрасно понимаю. Чувак, поверь, мне это вообще не интересно.

Я вошел в кухню, кивнул двум курящим и пьющим кофе мужчинам, покопался в холодильнике и ушел обратно, оставив их наедине. Ни апельсин, ни персик, ни мандарины и даже огурцы не давали такого эффекта. Всё это гремлин принимал с равнодушным презрением, а вот бананы... Они буквально вызывали у него панику и желание сбежать. Поразмышляв, я предложил цыгану план действий. Для разъяснения деталей мы позвали Виталика, выспросили у него подробное описание офиса, Глобал внес пару корректировок в мою идею, за пару минут наладил нам канал прямой связи, мы назначили час "Ч" и разошлись. Цыган остался сюсюкать с гремлином, а Кенни поехал с нами, вызвавшись помочь с закупками.

Пообедав в ресторанчике, мы еще немного покатались по городу, дожидаясь вечера. После заехали в супермаркет и купили под пятьдесят килограмм бананов и несколько недорогих жестких дисков. В восемь вечера, когда мы уже устали курить на парковке, на связь вышел Глобал и дал добро на операцию.

Мы прошли мимо охранника, пока его отвлекал Виталик. Собственно, это была едва ли не самая сложная часть плана. Глобал, подключившись удаленно к внутренней сети бизнес-центра, перехватил сигнал с камер, координируя нас и предупреждая об опасности, и единственным препятствием для нас был пока не уснувший охранник в кабинке на въезде. Я поздно подумал, что нам бы пригодился Алекс с его иллюзиями, но уже ничего не попишешь - операция в самом разгаре.

Через вход в офис я слышал уже знакомое мерзкое хихиканье. Судя по всему, гремлины, пользуясь отсутствием людей, веселились вовсю. Виталик пошебуршал ключами, взятыми у охранника, нашел нужный и открыл для нас путь.

- По камерам чисто. - Проинформировал нас наш технарь.

- Зато по факту их тут под сотню. - Прошептал я в микрофон гарнитуры, заглядывая в щель уже "подсвеченным" глазом.

Я резко распахнул дверь и вошел внутрь, замечая, как гремлины тут же замирают на месте, уверенные в своей невидимости. Ну что ж, приступим. Я сунул руку в пакет, отломал один банан от связки и бросил в центр комнаты, едва удержавшись от каноничной для геймеров фразы "Fire in the hole!". Зеленые уродцы тут же бросились врассыпную, поспешно "всасываясь" в свободные разъёмы офисной техники.

За полчаса мы втроём разложили бананы возле каждого компьютера и принтера, на каждый роутер, даже подвесив к каждой камере. Комната для нас с Кенни, не выключавшим расширенное зрение, наполнилась зелёными огнями панически удирающих монстров. Справившись с этим, мы перешли в серверную. На каждый серверный шкаф по периметру также легло по несколько бананов, "чистым" остался лишь сервер видеонаблюдения, аж светящийся зелёным от переполнявших его нелегалов.

- Эш, гляди! - Кенни стоял чуть в стороне от входа и указывал на середину одного из центральных шкафов.

- Ничего не вижу. - Я нахмурился, но моему взору ничего нового не открылось.

- А ты на моё место встань. И глаза! Глаза напряги!

Я послушал, изо всех сил вгляделся в полумрак помещения и влил побольше тьмы в зрачки. Краски померкли, всё вокруг сильно посветлело, уйдя в черно-белый спектр - будто дизайнер выкрутил регулятор контрастности на максимум. Но один цвет всё же остался - едва различимые, хаотично начертанные на шкафах, оборудовании и стенах тонкие красные пульсирующие линии. Я чуть сместился вправо, и линии внезапно сложились в сложный, но упорядоченный рисунок.

- Что это? Чё за каракули?

- Прокляли конторку. Хорошо так прокляли, гаденько. И профессионально.

- Ты-то откуда знаешь?

- Интересовался темой. - Проговорил он, закатывая рукава рубашки и обнажая покрытые татуировками руки.

- Вы хоть зарисуйте, а? Интересно же! - Ворвался в эфир Глобал.

- Попробую. - Кивнул Кенни. - Эш, работай пока. Это удерживающая печать, если её разрушить, гремлины разбегутся.

- Принял.

Я достал из рюкзака купленные ранее "винчестеры", аккуратно разложил их на полу напротив "чистого" сервака, по подсказкам Глобала нашел и отключил кабель, соединяющий его с внешним миром, и приступил к финальной стадии. Наполнив руки синим светом, я положил их на сервер. Засветились стойки, потом корпуса с винчестерами, сервер задрожал, завибрировал, зеленое сияние сконцентрировалось в нижнем отделе, откуда и выходил сетевой кабель. Несколько сотен зелёных созданий в панике хлынули наружу из убер-девайса, наперегонки, отпихивая друг друга, влезая в такие уютные, безопасные и совсем не страшные жесткие диски.

Внезапно комнату осветил луч фонаря.

- Матерь божья! - Испуганно икнул седой старичок в форме охранника и в круглых очках с легким затенением. - Это что за зеленые человечки?!

- Станислав Ильич, - Виталик повернулся к нему. - Какие еще человечки? Это админы сервер чинят.

- А эти - маленькие? - Сухонький дрожащий палец указал на толпу гремлинов.

- Бросали бы вы пить, Станислав Ильич. - Доверительно проговорил менеджер. - Уже черти мерещатся. Вы еще скажите, что офис бананами завалило.

Старичок снова икнул и, что-то бормоча и крестясь пошел в сторону выхода.

- Пронесло, подумал Штирлиц... - Пробормотал Кенни, возвращаясь к зарисовкам.

Через две минуты всё было готово. По моему сигналу мы с Виталиком принялись приматывать оставшиеся бананы к портам дисков, чтобы наш улов не разбежался. Задание выполнено, можно сваливать. Только осталось подключить всё обратно, разрушить проклятые рисунки, закрыть двери и зачистить видеозаписи, но последнее уже на совести цыгана.

- Виталь. - Обратился я к нашему водителю-соучастнику, пока мы отъезжали от офисного здания. - А когда у вас проблемы начались?

- Да с месяц назад. - Пожал он плечами. - Я как-то не вдавался в подробности. Знаю, что прошла тогда инфа о пожарных проверках, и наш инженер по ТБ нанял контору, чтобы всё проверили. Вот после их прихода и понеслось, плюс-минус пара дней.

- А кто мог на вас зуб точить?

- О-хо-хо! Тут проще посчитать, кто не мог! - Он на секунду задумался. - H&H, они достаточно зубастые. Остальным бы духу не хватило.

Я хмыкнул и задумался. С одной стороны, эта контора мне лично ничего не сделала. С другой - я в Киеве уже успел обзавестись реальными друзьями, одному из которых подложили свинью. И я буду еще большей свиньёй, если не вступлюсь. К тому же, этих гавриков всё равно нужно куда-то девать - бананы рано или поздно сгниют.

- Вези к их офису. - Будто прочитал мои мысли Кенни. - Подкинем им банановую бомбу.

Нам с Виталиком осталось лишь переглянуться и ухмыльнуться. Еще час спустя мы, вовсю хохоча ехали по набережной, поедая бананы и обсуждая точные броски жестких дисков в открытое на проветривание окно.

- Народ, а поехали в бар? - Предложил Виталик. - Пропустим по бокалу, отпразднуем!

- Да без проблем. - Отозвался малефик с заднего сиденья.

- Блин, а ведь зарекался! - Прокряхтел я, доставая из кармана телефон. - Ща Катюху наберу, пусть подтягивается.

Ни в первый, ни во второй раз моя девушка трубку не взяла, что было весьма странно и на неё не похоже. Только девять вечера, не может она еще спать! С третьего раза соединение установилось, но меня это совсем не порадовало:

- Эш!.. А-а-а-а! - На заднем плане что-то разбилось. - Помоги! А-а...

Связь оборвалась.

--

13. Новые старые шрамы

Получив от нового Хозяина нужный образ цели, Призванный изменился, взмахнул крыльями и, просочившись сквозь решетку, по тесной трубе взлетел в ночное небо. Легкий ветер нежно обтекал его перья, подсказывал потоки теплого воздуха, нёс запахи... Один из таких запахов Призванный и искал. Он плотно отпечатался вместе с мысленным образом, да и ошибиться было сложно - цель была сродни новому Хозяину. Правда, это же обстоятельство несло и потенциальные проблемы.

Вот он - нужный запах! Ведёт на восток! Судя по интенсивности - лететь всего ничего! Вот и нужное здание! И дерево, удобно растущее напротив нужного окна! Остается сидеть и наблюдать. В образе ворона это будет проще, чем в образе сокола.

Верхний мир сильно изменился с тех пор, как Призванный бывал здесь в последний раз. Какие-то его грани не на шутку пугали, но другие - существенно облегчали работу. Такие вот высоченные дома из стекла и стали как нельзя лучше подходили для выслеживания добычи.

Старшая цель лежала без одежды, обнимая Младшую цель. Хозяин говорил, что она тоже сильна и опасна, но от неё не веет Хозяином. Значит, проще начать с неё - это сделает Старшую цель уязвимой. Главное, не нападать на двоих сразу - призванный слишком хорошо помнил Будапешт, где он едва смог сбежать от двух инквизиторов!

После рассвета старшая цель, выругавшись, оделась и вышла из дома. Простофиля! Даже защиту не поставил! Это будет проще, чем крысе хребет перекусить! Младшая цель тоже скоро проснулась, поела и снова завалилась на кровать. Целый день Призванный ждал, что Старшая цель вернется - он даже подумать не мог, что подобный Хозяину может оставить своих близких без защиты на долгое время! А если и так, это слишком походило на ловушку!

С наступлением вечера, Призванный не выдержал и принялся действовать. Влетев в открытое окно, пока Младшая цель закрылась в маленькой комнатушке, он снова изменился, наскоро нашел нечто, похожее на одежду Старшей цели, натянул на себя и хлопнул входной дверью.

- Эш! Ты вернулся! - Тут же выбежала ему навстречу Младшая, почему-то мокрая и голая. - Где ты был?

- По делам ходил. - Улыбнулся Призванный, старательно подражая непривычному языку.

***

- Ой, привет! Ты так быстро приехал!

Эмбер выглядела запыхавшейся, растрёпанной, но невредимой. Мы с Кенни и Виталием ворвались в мою квартиру буквально через пять минут после звонка. Первое, что я увидел - сдвинутая со своего места кровать, скомканная ковровая дорожка и упавший со стены кухонный шкафчик с посудой.

- Ты как? - Я обхватил девушку за плечи и наскоро её осмотрел. - Что случилось?

- Ой, да ничего страшного. - Она весело отмахнулась. - Просто полка с посудой упала, а я испугалась. - Она обвела взглядом всех вошедших. - О, у нас гости?

- Ага. - Произнес я, постепенно успокаиваясь. - Заскочили на чашку чая.

- Вот и хорошо. Я пока чайник поставлю, а ты нас представишь, да?

- Э? - Недоуменно посмотрел на меня Кенни.

- Эмбер, а ничего, что ты их знаешь?

- Да конечно знаю! Просто шучу! - Рассмеялась девушка, зажигая газ под чайником спичками.

Честно говоря, в этот момент напрягся не только я. И малефик, и менеджер выглядели весьма удивленно. Ещё бы, учитывая то, как давно она была знакома с Кенни. Да и с Виталиком они очень быстро поладили и нашли общий язык на его дне рождения, так что её реакция была более чем странной. Но меня больше напрягли два момента: во-первых, у неё на шее не было её кулона, и во-вторых - она никогда на моей памяти не пользовалась спичками!

Я маякнул Виталику, чтобы он выметался из квартиры, подмигнул Кенни и начал осторожно приближаться к девушке:

- Котик... - Я использовал прозвище, которым никогда её не называл.

- Да, милый? - Обернулась она, натянуто улыбаясь.

- А где твой кулон? - Я коротко обернулся на Кенни и увидел, как его татуировки начали наливаться алым цветом.

- В чистку сдала. - Пожала она плечами.

- И как? Дорого? - В моих руках вспыхнули синие огоньки.

- Угу.

В меня полетел кухонный нож, но мой щит отклонил его в сторону. Девушка обернулась, её лицо уже было обезображено - кожа перетекала, будто восковая маска на солнце, менялась, проступали чёрные прожилки. Существо потянулось ко мне скрюченными пальцами, целясь в горло, но я отбросил его в стену телекинетическим "толчком". Тварь ударилась о бетон, с грохотом упала на посудный шкафчик, окончательно разбивая его вдребезги, но шустро поднялась и снова кинулась на меня.

Я отпрыгнул назад, нащупал телекинезом отброшенный в сторону нож и запустил его в монстра. Лезвие рассекло кожу на горле, разрезая одну из артерий, кровь веером брызнула на меня и Малефика, мелкими брызгами покрывая лица и одежду. Тварь не успокоилась, продолжая безумный натиск.

Поливая монстра огнём, краем глаза я заметил, как Кенни двумя пальцами смазывает кровь с лица и его татуировки и глаза наливаются алым. Руки псевдо-Кати свело судорогой, ноги подкосились, спину выгнуло, а на коже проступил красный пот. Я тут же добавил с двух рук - существо, уже совсем не напоминающее мою девушку, забилось об пол, объятое синим, леденящим душу пламенем.

- Где она?! - Зарычал я, хватая горящими руками то, что посчитал шеей. - Что ты с ней сделал?!

- Ты опоздал, некромант! - Прохрипела тварь, просачиваясь сквозь мои пальцы. Я выпустил наружу холод, и таянье двойника прекратилось. - Её уже не спасти, а за тобой скоро придут. Я не справился, справятся другие.

- Кто тебя прислал?! Лич?!

- Не... Произноси... - Глаза чудовища затянуло поволокой.

Зарычав, я треснул монстра головой о плитку, отчего его плоть, насквозь промерзшая, разлетелась на осколки. Потом уберу, сейчас некогда. Сломя голову я начал носится по квартире, переворачивая мебель и выкрикивая имя девушки.

- Эш... - Позвал меня Кенни, но я не обратил на него внимания.

- Эрик! - Окликнул меня вернувшийся, бледный Виталик. - Смотри!

В прихожей из платяного шкафа накапала маленькая лужица крови. Я пулей метнулся туда, на ходу телекинезом распахивая дверцы: на обуви, заваленная верхней одеждой лежала Катя. Без сознания, раздетая, лишь с кулоном на шее, рука, неестественно выгнутая, безжизненно выпала на пол. Откуда кровь? Тело абсолютно чистое, ран нет...

Я перенес тело Эмбер на кровать - плевать на простыни, сейчас жизнь на кону! Кровь продолжала капать, на теле ни следа... Амулет! Он скрывал её старые шрамы, может и новые раны попадают под её влияние? Я схватил красный кристалл, и мою руку тут же обожгло, а по коже разлился фиолетовый дым. Я одёрнул ладонь, собрался с духом, зарычал, зажёг на руке свой тёмный огонь. Снова ухватил кристалл, невзирая на боль, потянул его изо всей силы. Цепочка долго сопротивлялась, но всё же со звоном разлетелась.

- Ё-о-жики! - Присвистнул Виталик, увидев проявляющиеся на теле Кати рубцы.

- Не то слово... - Согласился с ним Кенни.

- Харэ пялиться, воды и полотенец принесите!

На теле Эмбер появились раны. Рваная рана на боку, сломанная рука, множество порезов, переломанные рёбра... Но главное - она дышала! Пульс чувствовался слабо, но он был!

Притянув к себе с полки аптечку, я достал несколько ампул лидокаина, антисептик, бинты и шовный материал. Вытер кровь мокрым полотенцем, продезинфицировал раны, обколол обезболивающим, начал зашивать.

- Я узнаю, где Ава. - Кенни взялся за телефон.

- Отвезу куда скажешь. - Виталик положил мне руку на плечо.

- Спасибо. А сейчас подсвети. Ни хрена не видно.

- Ава дома, вместе с Мири.

- Далеко это?

- Полчаса езды, если на автобусе.

- Годится. - Я закончил с первым, самым кровоточащим порезом и принялся за второй. - Если кровь остановлю, должны успеть. Кенни!

- Да?

- Тонометром пользовался? - Я на секунду отвлекся, посмотрев на непонимающее лицо малефика. - Артериальное давление мерял?

- А! Да, было дело...

- Возьми тонометр в аптечке, надень манжету ей на руку. Только на левую! Правая сломана! Делай замеры каждые полминуты и озвучивай результаты. Он автоматический, ничего сложного.

- Понял!

Кровь мне в итоге худо-бедно остановить удалось, только вот рану на боку так и не зашил - не хватало знатного куска кожи - пришлось немного проморозить, чтобы сосуды сузились. Мелкие порезы тоже не трогал, и так пятнадцать минут потерял, а сейчас, судя по её давлению и пульсу, на счету каждая минута. В себя Катя так и не приходила до самого дома целительницы, только стонала от боли в беспамятстве на очередной выбоине.

Ава уже ждала нас возле подъезда. Я внёс завернутую в простыню Катю в комнату и уложил на кушетку.

- Кто её так?

- Какая-то херня, по-другому не опишу.

- Пульс едва прощупывается...

- Она потеряла много крови.

- Эрик... - Целитель взглянула мне в глаза. - Если я начну лечить, болевой шок её может прикончить. Да и меня он, скорее всего вырубит в процессе. Её надо везти в больницу, делать переливание...

- Ты же понимаешь, что у них возникнут вопросы, на которые я не захочу отвечать?

- Понимаю, но я... Я не могу...

Я обхватил руками голову и начал ходить по комнате, пытаясь найти выход. В больницу нельзя. Это стопроцентное привлечение полиции, да и можем не успеть в больницу - Эмбер слишком слаба. Чертовы условия ритуала! Плата, видите ли, взимается за исцеление! Стоп!

- Медиатор! - Выпалил я.

- Что?

- Изменённый ритуал! Медиатор! Он перенимает на себя все ощущения, добровольно отдаёт эту плату мирозданию за целителя и больного!

- Откуда ты...

- Не важно! Я буду медиатором. Действуй!

- Эш... Тебе будет...

- Очень больно, я знаю. Дайте мне кляп и привяжите к стулу.

- У меня есть идея получше. - На пороге комнаты стояла Мири.

Друид вознесла руки, наполнившиеся салатовым свечением, и из паркета на полу пробились ростки. Они крепли, толстели, покрывались корой... Лоза подхватила меня, обвила мою грудную клетку, руки и ноги, стала этаким ложементом с фиксаторами для конечностей и головы. Еще на одном росточке выросла обычная боксёрская капа, которую я тут же сжал зубами.

- Ты уверен? - Переспросила меня Ава.

- Повнофтю. - Промычал я.

Целитель перекрестилась, что-то коротко прошептала, вложила Катину руку в мою, сама взялась за другую, села на стул, закрыла глаза... В глазах потемнело, голову будто сжали в тиски, спину выгнуло дугой до хруста. До сих пор не знаю, был это хруст рёбер, или треск веток? Конечности онемели, по коже начали открываться порезы и раны, кости заломило... Честно говоря, в тот момент я просто хотел сдохнуть. Но по моему предыдущему опыту, это не слишком действенное лекарство.

На одежде моей кровавых пятен так и не появилось, скорее всего потому, что крови в моём теле почти не осталось. Внезапно всё прекратилось. Я открыл сведённые судорогой веки и осмотрелся. Я всё еще был в плену друидской магии, Ава утирала со лба редкие капли пота, Катя лежала и мирно спала, спокойно дыша. Но вот шрамы никуда не делись... а амулет я сломал.

- Ава, - я выплюнул капу и хрипло задышал. - Лечи шрамы...

- Что? - Не поняла она.

- Убирай её шрамы. Все. До единого.

- Но... Болевой шок... Я не...

- Ава, второй раз я на это не подпишусь. И никто не подпишется. - Я закашлялся, в горле пересохло и Мири поднесла мне стакан с водой. - Либо сейчас ты убираешь это всё разом, либо вы обе мучаетесь еще не один десяток лет!

- Я... Ты можешь умереть!

- Уже умирал - не помогло.

Поджав губы, Ава положила руку на мою ладонь, и я едва успел перехватить зубами капу - боль нахлынула с новой силой. Меня жгло, било, ломало, резало, душило и рвало на части. Стиснув зубы, я терпел, стараясь погрузиться в себя как можно глубже, концентрируясь на одной мысли: ни в коем случае не потерять контроль! Если я вспыхну, или вдруг выпущу свою тьму наружу - Кате это точно не пойдёт на пользу. Как и всем в этой квартире. Держись, чувак, держись!

Не знаю, сколько точно прошло времени. Пришёл в себя я от резкого запаха нашатыря, больно ударившего в нос. Вторым, что я почувствовал, был полный рот щепок - видимо, капу я всё же разгрыз...

- Слава богу, живой! - Облегченно выдохнула целитель.

Я открыл глаза и попытался привстать на локтях. Получилось не сразу, тело ломило, а мышцы налились свинцом. Я лежал на полу, обломанные ветви природного "кресла" больно давили в ноющую спину, а над моим лицом склонилась бледная Ава. Я с трудом поднялся на ноги и тут же кинулся к Эмбер. Слава Ктулху, с ней всё было в порядке. На месте шрамов красовалась новая, ещё розоватая кожа, дыхание мерно поднимало и опускало её грудь, видневшуюся под промокшей от пота простынёй, а тонометр показывал абсолютно нормальные давление и пульс.

- Ты как? - Мири обеспокоено тронула меня за плечо.

- Жить буду. - Выдохнул я, распрямляясь. Кожа горела, кости и мышцы ломило, но это было ничто, по сравнению с уже пережитым.

- Ты явно мазохист. - Устало улыбнулась целитель.

- Мазохист у нас ты. - Ответил я ей той же улыбкой. - Два года себя мучать, медленно и со вкусом. А я прагматик, не более.

- Одно другого не отменяет.

Я снова вымученно улыбнулся и отправился на кухню. Жутко хотелось курить и пить.

- Ох ни хрена себе! - В унисон выдохнули Кенни с Виталиком. - Ты себя в зеркало видел?!

- Как-то нет желания. - Процедил я, покуривая от пальца и меланхолично наблюдая, как медленно рассасывается на предплечье шрам от глубокого ожога. Очень-очень медленно. - Кенни, я тут узнать хотел.

- Угу?

- Ты же маг крови, правильно? - Я дождался его кивка и высказал свою догадку. - У тебя же твои татуировки не просто так? В смысле, не декоративные?

- Шаришь! - Расплылся он в улыбке. - А чё, тоже себе захотел?

- Угу. Сможешь мне что-то защитное придумать?

- Да без проблем. Тебе от чего?

- Желательно от всего.

- Ха! - Он почесал подбородок. - От всего не обещаю, но комплексную защиту придумать можно. Только это... У меня не благотворительный фонд. Скидку, конечно, нарисую, как своему, но...

- Без проблем, оплачу по прайсу.

- Добазарились, бро. - Мы пожали руки. - Только шрамы твои забивать я заманаюсь...

- Ничего, скоро рассосутся.

- Вот когда рассосёшься, тогда и помозгуем. - Рассмеялся он.

Я услышал, как шумно открылась входная дверь, как некто, не разуваясь, протопал в комнату к девушкам. Пугаться и нервничать у меня уже не оставалось никаких моральных сил. Я просто отправил бычок щелчком в окно, зажёг в правой руке шарик огня и неспешно двинулся к источнику шума.

- Что с ней?! Она в порядке? Я приехал, как только смог!

Голос блондина я узнал, но фаербол тушить не торопился. Медленно и тихо войдя в комнату я увидел Алекса, склонившегося над моей девушкой. Рядом стояла Роза, и её напряжение было видно даже со спины.

- Какого чёрта? - Удивлённо выдохнул блондин. - Где амулет? И где шрамы? Scheiße!

- Амулет ей больше не нужен. - Меланхолично произнёс я.

Блондин вздрогнул, обернулся и отшатнулся, едва не споткнувшись о кушетку, на которой лежала девушка. Да уж, видимо, видок у меня был действительно не слишком приятный глазу.

Роза, ничего не сказав, подошла ко мне и по-деловому меня осмотрела. Повернула голову в стороны, осмотрела предплечья... Ну, хоть футболку задирать не стала.

- Ой ты дурак... - Покачала она головой. - Без подготовки, без контроля...

- Времени не было.

- Ава дала бы ей время. А мы с Алексом помогли бы облегчить последствия. Ну да ладно, сам теперь последствия расхлёбывать будешь, не маленький уже.

- Буду. - Усмехнулся я криво, погасив огонёк.

- Кто её ранил?

-Какая-то тварь. Метаморф. Её, похоже, Лич подослал...

- Это твоя вина! - Алекс отошёл от ступора, оттолкнул в сторону сестру и залепил мне жёсткий хук с правой. - Из-за тебя её ранили!

- Алекс!

Я отшатнулся назад. Не только от силы удара, но и от неожиданности. Огонёк в руке погас, ему на смену пришла тьма.

- Без тебя знаю, еблан!

Я дёрнул его за рубашку телекинезом, подтянул к себе и схватил за горло светящейся синим рукой. В глазах блондина промелькнул ужас, что и остановило меня от нанесения удара. Я разжал руку, и иллюзионист рухнул на пол, потирая шею и тяжело дыша.

- Без тебя знаю. - Сказал я уже спокойнее. - И если ты думаешь, что мне это нравится - то глубоко заблуждаешься.

На шум из кухни выбежали мужики; Кенни, оценив расклад, тут же закрыл собой Виталика.

- Мальчики, успокойтесь. - Холодным, грудным голосом произнесла Роза.

Алекс шумно выдохнул через ноздри, его глаза засветились, а меня окутал фиолетовый дым. К моему стыду, отреагировать я не успел. Дым сковал мои конечности, застелил глаза, проник в дыхательные пути, и свет погас. Я оказался в темноте, стоя на ногах, но без возможности пошевелиться.

- Это ты виноват!

Голос раздался буквально отовсюду. Я обернулся, но источник обнаружить в кромешной темноте не удалось. Хотя тембр был мне знаком...

- Это твоя вина!

- Где ты?! - Я заозирался по сторонам.

Внезапно сверху упал луч света, высветив... Лича! Он мерзко улыбнулся из-под капюшона и хрипло захохотал. Я мгновенно атаковал, его тело загорелось, поплыло и я увидел сгорающую в синем пламени Эмбер. Все её шрамы кровоточили, её кожа плавилась и обугливалась, обнажая мышцы и кости. Я подбежал к ней, попытался сбить пламя, "втянуть" его в себя, но оно лишь жгло меня, не подчиняясь.

- Это ты виноват! - Изрекла Эмбер и разлетелась невесомым серым пеплом в моих руках.

"Не верь!" - прошептал чей-то неуловимо знакомый голос в голове. - "Тебя дурачат!"

- Твоя вина! - Разнеслось ужасным хором со всех сторон. - Твоя!

Я закрутился на месте - меня окружала целая толпа! Богданы, испачканные в дерьме и рвоте, гопники с автотрассы с простреленными головами, Кати, покрытые кровоточащими ранами...

- Твоя! Вина! Твоя! Вина! - Скандировали они с каждым шагом.

"Он тебя обманывает!"

- Твоя! Вина!

"Ты не видишь сейчас правды, но я вижу!"

- Ты убил меня, Эрик! - В мою футболку вцепилась Катя, из её рта потекла струйка крови. - Из-за твоей войны я умерла!

- Это не правда! - Попытался оправдаться я, инстинктивно отцепляя её руки.

- За что, Эш? Что я тебе сделала?

"Борись! Не верь! Он лжёт!"

Моя тьма начала изливаться наружу. Как я ни пытался, остановить я её не мог - синее пламя поглощало всех вокруг, Катю, Богдана, гопника, примкнувших к ним Розу, Аву, Мири, Салли, Кенни, Глобала, Самума, Ника... Всех, кого я знал. Я всех их убивал, медленно, мучительно, сам того не желая. И каждый из них спрашивал меня - за что? И каждый из них рассыпался пеплом, целый вихрь которого кружил над моей головой. И лишь не замолкающий шепот в голове не давал мне с головой погрузится в пучину безумия.

- Мудак!

- Отойди от него!

- Виталя, не лезь!

- Да успокойтесь вы уже!

Голоса пробивались словно сквозь вату, в голове шумело, а конечности с трудом подчинялись. Я кое-как разлепил глаза и увидел валяющегося на полу комнаты Алекса, зажимающего кровоточащий нос.

- Ах ты сучара! - Гнев захватил мой разум, я через боль рывком поднялся с пола и кинулся вперед, но меня перехватили сзади за руки, а Роза стала на моём пути. - Совсем охуел, мразота гнойная?!

- Эрик, уймись! - Роза положила ладонь на мой лоб, но я отвернул голову.

- Пошли выйдем, сука трусливая! Вставай, бля!

- Эрик! - Рука псионика еще раз легла на мое лицо, и голос подобно колоколу прозвучал в голове. - Успокойся!

Этому голосу... Нет, не так. Этому Голосу невозможно было сопротивляться. Мои мышцы расслабились, сердце перестало стучать в ушах, боевой задор ушёл сам собой.

- Вы обещали мне информацию. - Я дернул руками, освобождаясь от хватки мужиков. - И ты, и твой ссыкун-братец. Как мы видим, своих обещаний вы не выполняете. - Я кивнул на до сих пор спящую Катю. - Как проснётся, передайте, что мне жаль. Всё, бывайте, ихтиандры хуевы.

Я развернулся и отправился на выход. За мной, как я успел заметить, ушел Виталик, потирая ушибленный кулак. Мы молча сели в его машину, закурили, помолчали.

- Домой подкинешь?

- А выпить нальёшь?

- Тогда сначала в магазин.

- С радостью. - Саркастически усмехнулся Виталик. - Лишь бы подальше отсюда.

- Я слышал, о чём вы говорили с Кенни. - Проговорил я, когда мы уже ехали по пустой дороге. - Твой долг выплачен, можешь быть спокоен.

- Если ты таким образом пытаешься от меня избавиться, - вновь усмехнулся мой водитель. - То хрен ты угадал. С тобой интереснее, чем в офисе.

***

Катя очнулась резко, будто вынырнула из воды. Первым делом на неё накатила паника, она вскочила с кровати, зажгла два огненных шара в руках и приготовилась отбиваться от чудовища... Только, вот, чудовища никакого не было. И квартира была не Эрика. И одежды не было тоже. А вот людей вокруг было полно. Смутившись и прикрывшись простынёй, она оглядела собравшихся: Мири, Ава, Роза... Даже Алекс и Кенни были здесь.

- Где я? - Спросила она. - Что случилось? Где Эш?

- Кать... - Начала Роза, но Алекс не дал её договорить.

- Свалил твой Эш. - Презрительно фыркнул он, осторожно вытирая нос. - Устроил истерику, как сопливый...

- Ой, да заткнись ты уже! - Вспылил Кенни. - Единственный, кто устроил тут истерику, так это ты! "Это твоя вина"... - Перекривлял он блондина. - Единственное, в чем перед тобой виноват Эрик, так это в том, что смог, в отличие от тебя, захомутать рыжую!

- Его появление... - Прошипел Алекс.

- Вызвало у тебя дичайший баттхёрт! Или что? Ты хочешь опять на Лича сослаться? Да высунь ты голову из жопы! Эш, пока что, единственный из нас, кто смог его серьёзно зацепить! И единственный, кто хочет дать ему отпор!

- Это не наше дело!

- Это стало нашим делом! - Вступилась Роза. - Стало с тех пор, как он появился на нашем пороге! И теперь, когда пострадала Эмбер, это стало личным!

- Мы договаривались! Мы лишь хотим жить в мире!

- За мир нужно сражаться. - На удивление твёрдо, впечатывая в воздух каждое слово, сказала Мири.

- Прав был Эш. Ссыкло ты.

Кенни развернулся и покинул квартиру. Чуть погодя, под три неодобрительных и один изумленный взгляд, помещение покинул Алекс.

- Да что тут, блин, происходит? - Эмбер вышла из ступора и, всё еще прикрываясь простынёй, переводила взгляд с одной на другую.

- Ты только не нервничай...

Уже через двадцать минут Катя мчалась в такси в сторону дома Эша. В чуть великоватой одежде, что одолжила ей Мири, в домашних тапочках, за деньги, заплаченные Розой, даже без ключей. Чудом попав в подъезд вслед за жильцом первого этажа, взлетев на нужный этаж, она вошла в абсолютно тёмную квартиру. Перед окном, в лунном свете стоял силуэт Эрика, в одних джинсах и с бокалом в опущенной руке.

- Эш! - Девушка бросилась ему на шею, но парень не повёл и бровью.

- Ты с ним спала? - Спросил он, отсутствующим взглядом смотря вдаль.

- Что? - Вопрос ошарашил девушку.

- Ты спала с ним? С Алексом?

- Нет. Никогда. И даже не думала об этом.

- Странно. - Эрик сделал глоток из бокала. - Это многое бы объяснило.

- Ну... - Катя смутилась. - Я ему нравлюсь, это правда. Уже давно. Но...

Девушка посмотрела на парня, и только сейчас увидела в неровном свете его шрамы. Слишком знакомые. Спохватившись она ощупала свою шею, не нашла привычного кулона и вновь уставилась на него.

- Ой ты дура-ак! - Катя вновь вскочила на Эрика, крепко обняв его за шею и покрывая её поцелуями. - Дурак! Дурачок мой! Зачем? Зачем ты это сделал?

- Затем, что должен был. - Прошептал он, зарываясь в её огненно-рыжие волосы и крепко прижимая к себе.

- Закуска захвачена, милорд! - Включая свет, с порога заявил Виталик, потрясая двумя пакетами снеди. - Ой! Прошу прощения!

Стараясь не смотреть в их сторону, он прошел на разгромленную кухню и по-хозяйски зашуршал полиэтиленом. Вечер только начинался.

--

14. Тили-тили-бом...

Человек шел по тоннелю, чеканя каждый шаг. Человеку уже было плевать на скрытность, его распирала злость. Дойдя до большой круглой комнаты, он вышел на центр и громко, чётко произнес в темноту:

- Убирайся отсюда.

Лишь тишина была ему ответом. Старого, привычного запаха не было. Был лишь запах пыли и старости, но предыдущей затхлости не чувствовалось. Могло сложиться впечатление, что комната пустовала, но холодок, бегущий по ногам, говорил об обратном.

- Я знаю, что ты здесь! Я сказал - убирайся отсюда! Ты нарушил наш договор!

- Да ты что? - Ответил Нечеловек из темноты.

- Ты говорил, что жертв не будет, и я дал тебе приют! Тем не менее, жертвы есть!

Перед лицом Человека вспыхнула пара синих глаз. Нечеловек его обнюхал и хрипло рассмеялся.

- Ты боишься. Я понимаю. Не переживай, скоро я уйду.

- Ты уйдёшь немедленно! Иначе я тебя вышвырну!

- Да? - Синие глаза прищурились. - Ну попробуй.

По всей комнате зажглись многочисленные пары огоньков: желтые, голубые, красные, белые, зелёные... И все они в один момент уставились на Человека. Человеку стало страшно. Он попробовал, было, использовать свои способности для защиты, но остановился, когда на его горле сомкнулись холодные тонкие пальцы.

- Беги отсюда. - Прошипел ему в лицо Нечеловек. - И не попадайся мне на глаза. Через неделю я уйду, как и обещал.

Человека отбросило в коридор, по которому он пришел. Встав и отряхнувшись, он хотел что-то возразить, но резко передумал. Шлёпанье ног и стук когтей, приближающиеся к нему, вынудили его бежать. Бежать, как и потребовал от него Нечеловек.

***

- Что случилось? - Я проснулся от того, что Катя с кем-то напряженно говорила по телефону.

- У Авы какие-то проблемы. Нас попросили срочно приехать. - Лицо девушки выражало крайнее беспокойство.

- Ёлки... - Я помотал головой.

Ночка выдалась не из лёгких. И дело не в очередной пьянке - Виталик уехал около часа ночи. Сказал, что на работу всё-таки ходить стоит. Дело в разговорах, которые мы с девушкой вели. Сначала я в подробностях рассказал обо всём, случившимся за день, Катя в ответ поделилась своей историей, мы обсудили наш конфликт с Алексом, я вкратце рассказал о нашей с ним договорённости... Говорю же, ночка тяжелая. И вот, в такую рань, в десять утра, нас будят звонком и требуют куда-то ехать.

А ведь мне надо сначала принять ванну, выпить чашечку кофе... Ну, или быстро ополоснуться в душе, наскоро выкурить сигаретку и догонять уже собирающуюся Катю. Оказалось, она уже успела под шумок перевезти сюда несколько комплектов одежды, косметики и даже несколько полотенец! Не то, чтобы я был против, но впредь нужно быть внимательнее.

- Куда хоть ехать? - Спросил я, застёгивая пуговицы на рубашке с длинным рукавом. Да, жарко, зато шрамы не видно. Судя по скорости заживления, сходить они будут еще дня три.

- К Розе.

- А может ты сама съездишь? Не хочу с этим мудаком встречаться. А то опять разнервничается...

- Эш. - Катя обняла меня за шею и заглянула в глаза. - Пожалуйста, ради меня, не обращай на него внимания. Он хороший, честно. Просто... Он боится за всех нас.

- Ему бы стоило к психологу сходить. Куда его сестра смотрит?

- Эрик! Пожалуйста, постарайся его понять.

Мне пришлось глубоко вдохнуть, выдохнуть и повторить эту операцию, прежде чем нервы пришли в состояние покоя.

- Ладно. Поехали. - Я поцеловал девушку и застегнул последнюю пуговицу. - Только ради тебя. И Авы.

Нас уже ждали. Мы с Катей прошли в гостиную, где девушка тут же подбежала к заплаканной целительнице и принялась её успокаивать. Я же, встретив на себе напряженный взгляд исподлобья, закрыл глаза и сделал глубокий выдох, после чего подошел к блондину.

- Я второй раз поднимать эту тему не хочу. Потому перейду сразу к сути. - Я протянул напрягшемуся Алексу руку. - Мир. На тех же условиях.

Роза облегченно выдохнула и расслабилась. Алекс окинул меня взглядом, поиграл желваками, но рукопожатием ответил. Я молча развернулся и сел в кресло. Катя уселась на ковер возле камина. Наступила тишина. Обведя взглядом комнату, Ава поняла, что стоит начинать рассказ.

- Мало кто из вас знает... В общем, я выросла в Покровском монастыре. При нем есть школа для девочек-сирот, больница и хоспис для неизлечимо больных. В этой школе я училась, проходила медподготовку для работы в этой больнице. - Она усмехнулась. - Всегда хотела помогать людям. Там же и проснулись мои способности. Когда об этом узнали сёстры, сразу донесли игуменье. Та отвела меня в храм, обрызгала святой водой, крест приложила ко лбу, заставила молитвы читать... Потом, когда от меня так и не повалил дым, а я не начала корчиться на полу, отвела меня к одному из больных. Попросила показать, как я лечу людей. Увидев, как я мучаюсь, перенимая на себя всякие опухоли и гнойные перитониты, которые проходят через некоторое время, наказала помалкивать о своём даре. Говорила, что это дар божий, и что проходи всё без мучений, уже выгнала бы меня взашей, как отродье сатаны. - Ава вздохнула, набираясь сил. - Нарекли меня сестрой Августой и приписали в санитарки при монастырской больнице. Тех, кого спасти нельзя, но они хорошо монастырю пожертвуют - ко мне приводили. Молитвы, иконы, мощи, свечи... И я рядом руки к больному месту прикладываю. Меня корчит, ломает, а они хвалу всевышнему возносят... Врачи, правда, меня ценили. Хорошо со мной обходились. А сёстры... Завидовали они. Что, мол, я - малявка сопливая - господом избрана, а не они.

Из глаз Авы покатились слёзы. Алекс подошел к ней сзади и положил руки на плечи, будто бы что-то нашептывая. Не иначе как свой трюк повторил, как и со мной когда-то. Ава в очередной раз глубоко вздохнула.

- В общем, в 2005 году старая игуменья почила. Пришла новая, Калисфения. Узнала она обо мне, посмотрела на исцеление, фыркнула и заставила меня трое суток молиться да поклоны бить, мол, от греха тщеславия меня уберечь хотела. А через неделю снова. И снова. Короче, не выдержала я такого отношения, да и ушла оттуда к чертовой матери. Видела я, что спасают они только тех, кто деньги им приносит, а бедных - как повезёт, и веры во мне не осталось. На чистом принципе людям помогала, но с таким отношением жить не захочется...

Она вытерла слёзы платком, прокашлялась и высморкалась.

- Сегодня я встретила на рынке одну из сестёр. Она напугана была. Рассказала, что больные у них умирать начали. Каждую ночь кто-то да отдаст богу душу. Причем не только в хосписе, а и в основной больнице. Даже те, кто после апендектомии лежат и на поправку идут - каждый в любой момент может концы отдать. И это всё только ночью. Как-то она после заката в хирургическом дежурила, услышала, будто ходит кто в палате. - Ава не выдержала, трясущимися руками достала сигарету и подкурила от огонька в моей руке.

- Она никого не позвала? - Я решил хоть как-то разбить звенящую тишину.

- Нет. Просто заглянула проверить, всё ли в порядке. Это она потом вспомнила, кто там лежит. В палате лежали люди после ампутации ног! Там как раз четверо бойцов лежали, неделю как с передовой. На мине подорвались. Один только ногу сохранил, да и того родные на выходные домой забрали. Он уже и так к выписке готовился. Остальные трое чисто лежачие! И там кто-то ходит! Говорит, заглянула, а там силуэт черный стоит, сгорбленный, как горбун какой, и руками над одним бойцом водит. И он глазами на неё - зырк! И под кровать! Она смотрит - а под кроватью пусто! Только холодом тянет, будто из морозильника! В августе!

Я насупился. Если это правда, и монашке не привиделось спросонья - значит, дело дрянь. Я уже видел одну потустороннюю тварь - тенеткача, но от него, вроде, холодом не несло. И что это значит? То, что больничная тварь сильнее? Или то, что она просто другая? Кто бы знал...

- Утром этого бойца нашли мёртвым. А сестра целый день в храме молитвы защитные читала.

- И она просто так тебе это сказала? - Поинтересовалась Роза, вышедшая из глубокой задумчивости. - Или...

- Она попросила помощи. - Ава бросила бычок в камин и закурила еще. К ней, под укоризненный взгляд Алекса, присоединились и мы с Катей. - Она одна из тех, кто понимал природу моего дара. И одна из немногих, с кем я могла поделиться личным. Мария знает, что я не одна одаренная, что есть другие. И она попросила нашей помощи.

- А что церковь делает для этого? - Подала голос Эмбер.

- А что она может сделать? - Горько усмехнулась целитель. - Крестиком помахать? Ладаном подымить? Так уже делали, и не раз. Не работает это, Кать. Не работает.

Мы опять замолчали. Роза начала что-то искать в телефоне, Алекс продолжил успокаивать Аву, Эмбер взмахом руки разожгла камин и задумчиво смотрела в огонь, а я... Я молча прокручивал в голове свои шансы. Не то, чтобы большие, честно говоря. Но если не лезть нахрапом на неизвестную тварь, действовать осторожнее, чем с бледным мудаком...

- Я попробую.

- Что?! - На меня уставились три пары удивленных глаз.

- Я попробую убить эту тварь. - Пожал я плечами и посмотрел на удивлённую Аву.

- Эш, мы не знаем, с чем тебе придется столкнуться. - Мягко сказала Роза.

- А как узнаем, не столкнувшись?

- Я могу поискать информацию.

- Так ищи. - Я пожал плечами. - Я не собираюсь прямо сейчас бежать в этот монастырь. И даже завтра не собираюсь. В любом случае, нам надо подготовиться, продумать, как я туда попаду, для начала.

- Мария может достать монашескую одежду! - Начала воодушевленно Ава, но тут же потеряла запал. - Но только женскую. Мужчин туда не пускают. Только врачей и священников, и то не просто так.

- Эта тварь появляется по ночам... - Я начал рассуждать вслух. - Значит и мне надо быть там в это время.

- Нам. - Услышал я голос со стороны камина.

- Что?

- Нам. - Повторила Эмбер. - Я иду с тобой.

- Нет! - Хором сказали мы с Алексом, и я продолжил мысль. - Это опасно, а ты...

- Я могу за себя постоять. И... - Она приобняла меня за плечи. - Помнишь, я тебе сказала, что мне не нужен защитник?

- Помню...

- Я соврала. Он мне нужен. - Она поцеловала меня в щеку. - Он всем нужен. В том числе и тебе.

Вот и что ей сказать? Что я за неё переживаю? Ставлю сотню, она ответит то же самое. Запрещать я ей банально не в праве. Да и психологически это может пойти ей на пользу, помочь победить свои страхи, пережить недавнее потрясение. Я-то помню, как она рассказывала мне о нападении... Только всё равно надо держать её подальше.

- Ладно. - Согласился я и остановил жестом дёрнувшегося Алекса. - Но будешь прикрывать с дистанции. Я отвлеку тварь, свяжу её ближним боем, ты бьёшь не меньше, чем с трёх метров. Ясно?

Она нехотя кивнула и наглым образом уселась мне на колени. Краем глаза заметил на лице блондина проскочившую презрительную ухмылку. Ну хоть молча завидует, засранец.

- Хорошо, осталось попасть внутрь.

- Допустим, я смогу достать костюм священника. - Пробормотал Алекс. - Есть у меня знакомые по театрам. Это поможет?

- Я? Священник? - Усмехнулся я. - Смешно.

- А что! - Ава оживилась. - Это может сработать. У тебя уже и борода отросла подходящая! Просто скажем, что ты сопровождаешь монахиню, переведенную в этот монастырь. Правда...

- Что? - Катя изогнула бровь. - Что не так?

- Для этого нужен указ синода. Без него никак.

- Это не проблема. - Я уставился на вопросительные взгляды и пояснил. - Есть у меня один знакомый цыган...

Все присутствующие понимающе улыбнулись. План сложился, механизм заведён, и уже мало что может его остановить.

По пути домой я ощутил дежа вю: Катя опять лежала на моих коленях, водила всё так же болтал по телефону, а я снова молчал и думал. Обдумывал я варианты защиты, которую можно надеть под рясу. Сначала подумал о защите рук свёрнутыми журналами. Идея неплохая, но пот корпус чем закрыть? Не хочу я посвистывать дырочкой в правом боку, я вам не ёжик резиновый!

В этот момент мой мозг подкинул мне воспоминание о любимом в детстве мультике про ёжика и черепаху, и меня осенило! Черепаха! Байкерская защита для корпуса, плечей и рук! Не бронежилет, конечно, но углепластик вещь достаточно прочная! А еще можно взять одежду поплотнее, и готовый бронированный боевой маг! Разве я не гений?!

Весь вечер я убил на то, чтобы найти в интернете подходящую мне модель, а потом искал в Киеве хоть один магазин, где она есть в наличии. Утром, сразу после завтрака отправился туда, пока Катя уехала по своим делам. Как оказалось, она поступала на заочку в эстрадно-цирковую академию на жонглёра, и у неё как раз заканчивалась вступительная кампания.

Приехав в магазин, я несказанно удивил и обрадовал молодого продавца - "черепахи" в конце лета мало кто покупал, а план выполнять надо. Увидев воочию заказанный товар, я взял еще пару наголенников из той же серии - анатомические щитки на всю ногу с гибким суставом в районе колена, и запасную защитную пластину для спины. А еще всё то же самое, только под женскую фигуру минимального взрослого размера - для худенькой Катюхи в самый раз будет. Дома укорочу запасные пластины наполовину и присандалю на живот - там защиты изначально предусмотрено не было. То, что надо! Попутно зашёл в соседний охотничий магазин, подобрал и приобрёл две пары мощных армейских ботинок со стальной пластиной, вшитой в носок, и черный комплект из прочных брезентовых штанов и толстовки из плотной ткани. Да, будет жарко, но зато безопасно.

На всё это счастье я угробил больше косаря баксов. Мой бюджет постепенно проседал, и надо было искать источники дохода. Но этим я займусь позже. Недосуг сейчас.

Дома нашел в своих скудных пожитках пару баллончиков с остатками черной краски и за десять минут закрасил все яркие детали на черепахах - нефиг выделяться. У нас секретная операция! До самого вечера я мастерил защиту для живота. Всё оказалось сложнее, чем я думал. На животе располагалась застёжка-липучка, которая держала основной каркас, и защиту требовалось сделать навесной. Причем такой, чтобы и держалась крепко, и сгибаться позволяла без проблем. В итоге, сбегал в хозяйственный и строительный магазины, докупил клея, брезента и пластика, и принялся ваять шедевр. Благо, с пайкой пластика проблем у меня не возникло - огнём я научился управлять вполне сносно, не без помощи Эмбер.

В итоге, уже под вечер я наконец-то загрузил всё необходимое в рюкзак, встретился с Катей, и мы двинулись в дом Розы и Алекса. Помимо хозяев, там уже были Ава, Глобал и, как ни странно, Кенни - наверное, цыгана привёз. Поприветствовав собравшихся, я принял от Алекса сумку с вещами и пошел примерять новые "святые" шмотки. Ава же пошла с Эмбер, помочь той переодеться. Я натянул купленные сегодня вещи, закрепил "черепаху", одел сверху рясу, закрывающую ноги почти до пола, нацепил шапочку и серебряный крест на толстой цепи. Посмотрел в зеркало. Внушает!

Когда я вышел обратно в гостиную, у собравшихся проснулся ажиотаж. По моей просьбе Алекс сотворил хоть и иллюзорное, но полностью функциональное зеркало во весь рост в центре комнаты.

- Ни хрена себе! - Воскликнул Глобал. - Машина для убийства, прямо!

- Настоящий боевой клирик! - Поддержал общий настрой Кенни.

- Это да... - Протянул блондин, скептически оглядывая меня с ног до головы. - Пес господень, не иначе. Я бы при таком не богохульствовал - уебёт кадилом, и не поморщится.

- Грешно браниться на святых людей, отрок! - В комнату плавно вплыла Эмбер.

Несмотря на полностью черное мешковатое одеяние, скрывающее всё, кроме лица и кистей рук, она оставалась чертовски привлекательной! Слишком привлекательной для монахини, я бы сказал. Спасала черепаха - иначе, даже под рясой проступали бы соблазнительные формы.

- Я надеюсь, эти шмотки дают плюс к урону по нежити. - Проговорил я, почесывая отросшую за последние дни бороду. - Мне бы это пригодилось.

Молодёжь радостно заржала, Ава с хозяевами дома лишь улыбнулись, недоуменно переглянувшись. Ну да, их-то детство не прошло за компьютером в эпических битвах Света против Тьмы.

Ава придирчиво меня осмотрела, поправила рясу там, где особенно заметно выпирали наплечники черепахи, и в итоге удовлетворённо кивнула. К нам с Катей подъехал Глобал.

- Итак, господа. Слушаем и запоминаем. - Он достал сложенный вчетверо листок бумаги с мокрой печатью и несколькими подписями. И когда успел, гадёныш? - По указу Архиерея Синодального Собора Филарета, сестра Таисия из Свято-Николаевского женского монастыря переводится в Покровский женский монастырь. Сопровождающим назначен помощник настоятеля Свято-Саввинского мужского монастыря, Иеромонах Борис. Просьба предоставить ему ночлег и покой до его отбытия из города Киева. Дата, подпись, печать. Владей. - Он вручил мне бумажку и подмигнул. - А ты красавчик, Ронго! Забуриться на ночь в женский монастырь...

Я многозначительно сжал кулак, и цыган, громко хохоча, резко сдал назад.

- Если бы ты видел тех монашек... - Со скепсисом в голосе проговорила Ава, вызвав у всех очередной приступ смеха.

Мне стало жарко, и я решил снять душную рясу. Увидев на мне черепаху, Алекс уважительно кивнул и похлопал по плечу:

- Я смотрю, мозги у тебя таки работают.

- Ну не бросаться же мне на танк с голой задницей.

- Если вы закончили обмен колкостями, я бы предпочла обсудить то, с чем вам предстоит столкнуться. - Роза подхватила лежащую на коленях книгу старинного вида и положила её на стол, открыв где-то посередине. На странице была изображена тощая, уродливая, горбатая тварь, в лохмотьях, с непропорционально длинными конечностями и острыми когтями на крючковатых пальцах. - Описание Авы больше всего подходит к этому существу.

- Мать моя... - Выдохнула Катя. - Что это?

- Чумница, призрак лепрозория, чумной жнец... Её называют по-разному. Главное, что суть везде одинакова. Первое упоминание совпадает с первой вспышкой Черной Смерти в Европе. Видели её в госпиталях, после в лепрозориях и лечебницах для душевнобольных. Появлялась раз в пару недель, забирая с собой одного, редко двух больных, идущих на поправку.

- А почему здесь она каждую ночь приходит? - Помотал я головой.

- Загадка.

- И как её убить?

- А в этом самая большая сложность. - Роза заглянула мне в глаза. - В книге описано лишь одно подтвержденное убийство этого создания. Убил её один мавр, придворный служка французского аристократа. Как - неизвестно. У мавра с рождения был вырезан язык.

- Зашибись.

- Ну, не так всё и плохо - Алекс заглянул в книгу через плечо сестры. - Тут пишут, что она боится соли и ягод шиповника.

- Боюсь даже представить, как это выясняли. - Хмыкнул Кенни.

- Если боится ягод, значит и отвар сработать может. - Проговорил я, вспоминая как меня лечила этим отваром мама, когда я был маленьким.

- Я тоже так подумала. - Роза довольно улыбнулась. - Поэтому в холодильнике уже стоят две бутылки с очень солёным отваром. Не за что.

- Окей. - Кивнул я. - Значит, импровизация. Годится. - Я перевел взгляд на Аву. - Что по монастырю?

- Мария встретит вас внутри вместе с Игуменьей. Они не в курсе подробностей, я дала информацию, что ты неоднократно проводил изгнание бесов, и тут точно должен помочь.

- Хорошо, то есть сопротивления не будет?

- Не должно.

- Годится. - Я обвёл собравшихся взглядом. - Ну что, банда? Всем спасибо. Если дело выгорит, и я выживу - с меня причитается. Встречаемся здесь послезавтра. Со щитом, или на щите.

- Я тебе дам, "на щите"! - Отвесила мне звонкий подзатыльник Эмбер.

На этой позитивной ноте мы с Эмбер откланялись и отправились на боковую. Завтра предстоял ранний подъём и тяжелая ночь.

В монастырь мы приехали около полудня. По дороге, в машине, я не переставал теребить воротник рясы. Не только из-за нервов, а еще и оттого, что он был слишком коротким и не прикрывал мой временный шрам на шее.

- Хватит его дёргать. В христианстве любят мучеников. - Криво усмехнулась Катя, взяв меня за руку.

Встретили нас, как и говорила Ава, Игуменья с молодой монашкой. Они представились, узнали наши имена, настоятельница проверила фальшивое постановление чуть ли не на зуб и спросила:

- Почему же меня не известили о вашем прибытии?

- Не знаю того. - Я был смиреннее ягнёнка. - Мне самому сообщили за день до отбытия.

Смерив нас взглядом прищуренных глаз, она повела нас в сторону храма. По пути она задала несколько каверзных вопросов, вроде имен настоятелей "наших" монастырей, где они находятся, и каков был наш распорядок служб. К этому мы были готовы, Глобал нашел всю необходимую инфу и заставил нас её выучить. Но к следующим вопросам подготовиться было невозможно:

- Отец Борис, - Обратилась ко мне настоятельница. - Вы, я думаю, в курсе происходящих у нас... неурядиц?

- Да. - Немного неуверенно ответил я. - До меня доходила эта информация.

- Значит, вас прислали к нам не из-за этого?

- Я здесь по повелению Архиерея для сопровождения сестры Таисии. - Я кивнул в сторону Кати. - Но буду рад вам помочь, если вы мне позволите, матушка.

- А вы не считаете, - она прищурилась. - Что это испытание, посланное нам Господом за грехи наши? И лишь усердными молитвами да кротостью мы можем его пройти?

- Я считаю, матушка, - я понемногу начал закипать, но виду не подавал. - Что не стоит приписывать Богу все земные беды. Иначе, с такими рассуждениями, Бог получается либо садистом с манией величия, либо страдающим от биполярного расстройства.

У Марии округлились глаза, она прикрыла рот руками. Игуменья же насупила брови:

- Не смейте богохульствовать при мне, отче!

- Я знаю, что говорю, матушка. Это мы с вами достаточно знаем о своей вере. А что расхожий ум подумать может, постоянно слушая такие выводы? Обвиняя Бога во всех катастрофах, называя каждое неприятное событие Его испытанием, мы забываем о том, что Сатана так же не дремлет. Как вы считаете, Бог ли направляет руку убийцы, испытывая веру его жертвы?

- Нет, но...

-Именно. Но и диавол здесь так же не при чем. - Остановил я настоятельницу. - Лишь человек решает, идти ли ему к Богу, либо же обречь себя на геенну огненную.

Пока игуменья набирала в грудь воздуха для отповеди, нас прервал звон церковного колокола.

- Оставим пустые споры, Отец. - Смиренно склонила голову она. - Время обеда. Присоединитесь?

- С удовольствием, матушка.

После обеда и совместной молитвы, в течение которой мы с Эмбер просто открывали рот, нас встретила Мария. Она провела нас в парк, где мы сели на лавочку в тени кустов сирени, и пересказала историю, которую поведала Аве. Не сказал бы, что узнал много нового, но пара подробностей заставила мурашки активнее забегать по коже. После она провела нас по двум этажам госпиталя, показала его планировку и входы-выходы.

Палата, в которой была убита последняя жертва, пустовала. Мария сказала, что пациентов увезли на процедуры, и я попросил осмотреться. Как итог - ничего. Ни холода по коже, ни посторонних запахов, ни каких-либо следов.

Время до ночи мы скоротали за прогулками в парке. Перед закрытием больницы Мария провела нас внутрь и закрыла за нами дверь. Отбой был объявлен час назад, и большинство пациентов уже спали. Кроме нас в здании находились ещё две медсестры, пьющие чай в ординаторской, потому переодеваться мы с Эмбер не стали. Мы просто монах с монашкой, решившие поберечь покой пациентов, не более того. В час ночи затихли даже медсёстры. Больница погрузилась в тишину и мрак

- Тили-тили бом... - Тихо пропел я. - Закрой глаза скорее.

- Кто-то ходит за окном и стучится в двери. - Тоненько поддержала меня Катя, поёжившись от страха. - Фу, жуть какая.

- Не трусь, я рядом.

Я пытался поддержать подругу, хотя и самому было жутковато. Я достал из рюкзака бутылки с шиповником и два мешочка с солью.

- Запомни: не подходишь к этой твари ближе, чем на три метра, стараемся убить её тихо, после сразу сваливаем.

- Да помню я. - Катя чмокнула меня в щеку. - Давай разделимся по этажам? Ты на первом, я на втором. Каждые полчаса меняемся.

- Нет, - наотрез отказался я, - не годится! Ты ужастики не смотрела, что ли? Вся херня обычно с этого и начинается!

В итоге мы всё же разделились. Просто спустя полтора часа хождений, Катя начала засыпать на ходу, и я просто уложил её на топчан у сестринского поста, и пошел дальше в одиночку.

- Тили-тили бом, кричит ночная птица. - Напевал я себе под нос, лишь бы чем-то себя занять. - Он уже пробрался в дом к тем, кому не спится.

Час, два, три - всё без толку. Никого и ничего. Я слонялся по коридорам как зомби, без цели и смысла. Катю я отправил спать на кушетку в холле второго этажа. В очередной раз сладко потянувшись, я от души зевнул, вдохнул поглубже и застыл, как вкопанный! Это же тот самый запах! Тлен, разложение и плесень - я узнаю эту смесь из тысячи! Я принюхался, прошелся по коридору - сильнее всего запах был в конце, возле окна. Я посмотрел по сторонам: две двери, две разных палаты. В какой именно скрывалась тварь - неясно. Луна светила ровно с торца больницы, и через стекла в дверях палат не было видно даже силуэтов.

Осторожно, стараясь не шуметь, приподняв дверь на петлях, дабы не скрипела, я заглянул в правую - четверо пациентов тихо спят, никто не нарушает их сон. Да и запаха в палате почти не было. Так же тихо выйдя из палаты, я вошел в дверь напротив. Пахнуло так, что меня чуть не стошнило! Посреди палаты, у ног какого-то тучного мужика, стояла Чумница. Именно это её название мне первым пришло в голову: ужасный смрад, обрывки какой-то хламиды вместо одежды, вязкая слюна, капающая на пол из не закрывающейся зубастой пасти, голые руки и ноги, покрытые струпьями и гнойниками... Ходячий рассадник заразы!

Я непроизвольно сглотнул, и этого звука хватило, чтобы чудовище одернулось на меня и, сузив зрачки, хищно зашипело! Твою мать! Нельзя драться здесь! Только не в палате! Я выскочил в коридор, тварь, не успевшая поесть кинулась за мной. Я упал на пол, едва не взвыв от боли в ушибленной пятке - зацепила-таки, зараза!

Не желая лежать как мешок с неприятной субстанцией, перекатился на спину и увидел, что тварь уже заносит надо мной ногу, чтобы впечатать в потрескавшийся кафель. Фу! Плохой пёсик! А ну марш на улицу! Я нанес самый мощный телекинетический удар, на какой только был способен, и он оказался действительно мощным! Монстра вынесло на улицу, вместе с окном и куском стены!

Идиот! Оно ж сейчас сбежит! Я подскочил и кинулся следом, выпрыгнул со второго этажа, упал на мягкий газон, перекувыркнулся, гася инерцию, и встал в боевую стойку. Тварь уже меня дожидалась метрах в двух. Немного припорошенная строительной пылью, но невредимая. Чумница вновь хищно зашипела и облизала игольчатые зубы. Я одарил её своей лучшей улыбкой, мои глаза полыхнули синим, а руки налились холодным пламенем. Тварь испуганно отскочила, после чего снова зашипела, но уже не с охотничьим азартом, а агрессивно, будто на кровного врага.

- Что, сука, не нравится? - Задал я риторический вопрос и атаковал Чумницу сразу с обеих рук.

Как ни странно, моё фирменное синее пламя не принесло нужного результата - оно просто стекло с серой, пыльной хламиды чудовища подобно весенней грязи. Сам же я в момент атаки аж гусиной кожей покрылся - настолько мне стало неуютно и некомфортно от собственной магии! Я попробовал еще раз создать свой фирменный огонь, но едва не побежал в сторону от охватившей паники! Да что такое со мной?! На полсекунды в голове всплыли видения умирающих друзей... И этого хватило, чтобы едва не сдохнуть.

Тварь кинулась на меня, взмахнула когтями, но я успел увернуться, нащупал висевший на поясе мешочек с солью и развернул его в лицо повернувшейся Чумнице. Тварь заверещала, начала остервенело тереть глаза, я нащупал в кармане рясы бутылку с солёным отваром и также, на манер коктейля Молотова, отправил её в полет. Чумница успела повернуться ко мне спиной, бутылка разбилась, но особого эффекта не дала - тварь просто начала крутиться волчком, вслепую махая когтистыми лапами во все столоны.

На очередном замахе я таки подставился. Удар в грудь замедлил и смягчил мой щит, но меня всё равно развернуло на месте, и я покатился по земле от удара в спину. Я неловко кувыркнулся, вскочил на ноги, приготовился отбивать очередную атаку, как в тварь и влетел мощный фаербол!

Я обернулся на бывший оконный проём - из пролома в стене, опираясь на две реактивные струи огня, бившие из рук, плавно спускалась Эмбер. Монашескую рясу она уже сбросила, на ней красовались её ботинки с голенищами до колен, закрытые пластиковыми наголенниками, выглядывающие из-под них кожаные штаны и черепаха, наглухо закрывающая торс, плечи и руки. На руках красовались черные перчатки без пальцев. И когда успела их нацепить?

- Эш, не спи!

Я обернулся и едва успел оттолкнуть несшуюся на меня тварь в сторону.

- Ты в порядке? - Поинтересовалась Эмбер, всаживая в чудище серию огненных шаров.

- Всё окей, Железный Человек! А где другие мстители? - Хохотнул я, поливая тварь огнём, обычным, горячим и оранжевым. Отчётливо завоняло жженой шерстью, монстр катался по земле, но, тем не менее, был активен и подвижен. В какой-то момент Чумница выскочила из-под сдвоенного огня, переместилась в сторону и рванула на меня. В одну секунду я успел отбросить телекинезом Эмбер в сторону и вверх, уводя из-под удара, и дернуть за ногу чудовище, заставив его распластаться на земле.

- Где мой серебряный меч, когда он так нужен?! - Ругался я, запрыгивая на спину монстру и обхватывая его шею длинной серебряной цепью с висящим массивным крестом. - Эмбер! Шиповник! В глотку! - Прорычал я спускающейся с небес девушке.

Пиромант сорвала с пояса бутылку и побежала в нашу сторону. Чудовище пыталось отмахиваться, но я зажал его руки своими ногами, позволив Эмбер подойти вплотную. От шеи чудовища начал валить дымок, серебро явно жгло его кожу, но я решил усилить эффект, вспомнив физику и пустив по цепи электричество. Самое время восполнить пробелы в магическом образовании, правда?

- Держись, заливаю!

Пробка выскочила из стеклянной бутылки, и коричневая жидкость с восхитительным запахом полилась в глотку твари. Чумница забилась, пытаясь меня сбросить, но я надёжно прижимал её ноги и плечи к земле телекинезом. Тварь булькала, отплевывалась, билась в конвульсиях под воздействием электричества, но в итоге замерла. Я схватил её за горло голыми руками, выпустил свой внутренний холод, в секунду проморозивший плоть насквозь, и, зарычав от натуги, отломал голову от тела. Проморозив её как можно сильнее, чтобы не воняла, и начал запихивать в рюкзак. Только сейчас я обратил внимание на Катю - она отвернулась в сторону и закрывала рот рукой, шумно сглатывая.

- Кать... - Я тронул её за плечо. - Сожги тело, и валим отсюда, ладно?

Девушка энергично закивала, и маленький огненный шторм за несколько секунд обратил тело чудовища в прах. Я наконец-то запихнул трофей в рюкзак и, взяв за руку девушку, побежал в сторону стены монастыря.

Рассвет уже вступил в свои права, осветив своими лучами просыпающийся город. Я крепко прижимал к себе плачущую девушку, стоя под тугими горячими струями душа. Мы выжили, и мы победили. Это самое главное. А стресс... Он уйдет, рано или поздно.

--

15. Скованные одной цепью

Катя мирно спала, погребя под собой мою многострадальную подушку. Сам я едва выбрался из-под этого сонного монстра. Вот вроде и лёгонькая барышня, а как заснёт - хрен с места сдвинешь! Вот и пришлось мне сжульничать, применив телекинез. Она пусть отсыпается, помытая, уставшая и удовлетворенная, а мне, вот, сон совсем не шёл.

Налив себе стаканчик виски, я стоял перед окном, курил и пытался самостоятельно додуматься до ответов на бесчисленные вопросы. Понятное дело, что многие из них я сознательно пропускал - лучше оставаться в неведении, чем придумывать что-то своё. Типа таких, как почему мой "тёмный" огонь отказался работать, почему тварь начала чаще питаться и связано ли её появление с Личем?

Вопросы я себе ставил более тривиальные. Например, что мне делать дальше? Надо искать работу. Но как быть с Личем? Чую задним чувством, что в покое он меня не оставит. В первый раз, когда я ему подпортил шкурку, он меня сам выискивать начал. После второй драки он послал чудовище по наши души... А Чумница всё-таки его рук дело, или нет? Не, Сёма, ну-ка быстро взял в руки бритву Оккама и пошел брить эти волосатые лишние сущности! Не может он быть таким офигенным Мориарти и продумать наперед столько мелочей!

Я могу допустить, что Бледный Мудень знает, что я связался с Розой и Алексом. Могу представить, что среди этого Ордена Феникса есть человек, контактирующий с Личем, так, по доброте душевной...

Стоп! После первого раза он выглядел прямо-таки огурчиком! Ни единого ожога на белой роже, а ведь уходил он чистым Фредди Крюгером! А кто из моих знакомых умеет лечить раны и обладает прямо-таки нездоровым гуманизмом и жаждой помогать всем подряд? Нет! Только не Ава!

Хотя, если задуматься, факты говорят не в её пользу. Исцеление Лича, Чумница в её старой обители, и новость эту она принесла. Да еще и позвонила Кате, попросив именно нас о помощи. Сразу после неудавшегося нападения... А ведь и с Эмбер они очень близки, девушка могла ей многое рассказать...

Нет. Стоп. Вот возьми и остановись прямо сейчас! Нет прямых доказательств, лишь косвенные улики! А у нас действует презумпция невиновности... Но вот быть с ней осторожнее не помешает. Да и не только с ней. На всякий случай. И повнимательнее присмотреться.

Я одним махом допил виски, налил себе еще стакан и сел в кресло. Взял в руки валявшуюся рядом "черепаху" - на спинной пластине красовались четыре неровных глубоких борозды от когтей. И когда только тварь достать меня успела? Хорошо, что додумался защиту купить, иначе не факт, что выжил бы. А так - даже не заметил удара. Придется докупить несколько запасных пластин, неровен час, еще твари повылезают. И надо завести себе оружие. Хотя бы ножик. Хотя бы посеребрённый.

Я допил виски, мощно зевнул и лёг в кровать, накрывая собой обнаженную красавицу - отдыхать тоже надо. А подумать время еще будет.

- Слава богу, вы живы! - Ава первой бросилась нас обнимать, когда мы добрались до коттеджа.

- Это, по-твоему, быстро и тихо? - Съязвил Алекс.

- Я бы на тебя посмотрел, умник! - Буркнул из угла Кенни.

- Здорово, террористы! - Махнул рукой неунывающий Глобал.

- Кто? - Не понял я.

- Ваши ночные разборки весь день в новостях! Заявляют о теракте. - Цыган пожал плечами. - ИГИЛ уже взял на себя ответственность.

- Херасе! - Присвистнул я. - Только не забывай, ты соучастник! Пострадавших хоть нет?

- Не, никого. Даже свидетелей нет, не успели выбежать на шум. Только трое пропавших без вести.

- Ну, мы-то двое, это понятно. - Рыжая нахмурилась, наливая себе чай. - А еще кто?

- Настоятельница. - Проговорила Роза. - Вы справились?

- Вполне. - Я снял рюкзак и вытряхнул трофей на стол, раздвинув стоящую посуду и антикварные столовые приборы. - Надеюсь, вы еще не ужинали.

Народ зашевелился: кто-то ахнул, кто-то подошел поближе, дабы разглядеть монстра, кто-то наоборот - отошел подальше, сдерживая рвотные позывы.

- Как всё прошло? - Поинтересовалась Роза?

- Сложно, если честно. - Пожал я плечами, садясь на свободный стул. - Шиповник сработал плохо, соль уже получше... Серебро отлично себя показало, кстати, можешь в книге пометить. Огонь ей почти не доставлял неудобств.

- А твои силы?

- Самому интересно.

- О как... - Подняла брови она, подумала секунду и кивнула на трофей. - Позволишь?

- Да пожалуйста. - Сделал я приглашающий жест.

Роза тут же оживленно подошла к голове и начала её внимательно осматривать. Оттянула веко, осмотрела пасть, но голова внезапно открыла глаза, защелкала зубами и попыталась издать какие-то хрипящие звуки. Женщина, как и столпившиеся у стола зрители, отпрыгнула в сторону, я моментально зажег практически безотказный фаербол, но Алекс среагировал быстрее всех. Схватив со стола серебряный столовый нож, он одним движением вонзил его в глазницу не желавшей умирать твари. Голова замерла, подернулась и начала меняться. Зубы втянулись, челюсть уменьшилась, кожа сменила текстуру, оставшийся глаз стал голубым... Через десять секунд на столе лежала голова Игуменьи Калисфении. Честно говоря, тут уже даже меня чуть не стошнило.

- Мать твою в дышло! - Не выдержал Кенни.

- Бозишвило! - Поддержал его Самум. [(груз.) 'Сукин сын!']

- О, господи! - Ава не выдержала и села прямо на пол.

- Алекс. - Негромко позвал я. - Это ведь не иллюзия?

Блондин поводил над головой игуменьи рукой, её обволокло густым фиолетовым дымом, который рассеялся без следа.

- Нет. - Покачал он головой. - И не было иллюзией.

- Твою мать. - Я перевел взгляд на Розу. - Есть шанс просканировать её память? Узнать хоть что-то?

- Я... - Она запнулась. - Я попробую.

Женщина с явным омерзением прикоснулась к голове, обхватила её руками и зажмурилась.

- Не могу. - Проговорила она. - Не успеваю, сознание гаснет, не могу поймать.

- А я, кажется, могу.

Глаза свои я потушить так и не успел, потому увидел, как от жуткого трофея поднимается едва заметное белёсое облачко и начал действовать по наитию. Аккуратно наполнив синим свечением руки, я подхватил ускользающую душу монахини и осторожно "уплотнил" в маленький белый шарик. Вот странно, сейчас никакого страха не почувствовал. А что в монастыре случилось?

- Я ничего не вижу... - Растерянно проговорила псионик.

- Зато я вижу. - Я не мог оторвать глаз от пойманной в руки души. Я ощущал уже это раньше, когда похожим образом "изолировал" Богдана. - Когда ты меня сканировала, ты говорила, что просматриваешь две памяти. Как думаешь, сможешь третью просмотреть?

- Ты хочешь...

- Да. Ты сможешь, или нет?

- Я... Я попробую.

- Хорошо.

Я понятия не имел, что я делаю. Я лишь очень хотел, чтобы всё получилось. И я вложил в это желание все силы, которые смог в себе откопать. Поднеся руки ко рту, я вдохнул душу монахини, почувствовал, как в голове что-то "вспыхнуло", перевернулось... и устаканилось. Закрыв глаза, я попытался вернуться внутрь своего мозга, нащупать новую сущность и поместить её туда, где её можно считать. Надеюсь, у меня получилось.

- Действуй. - Я притянул к нам два стула и уселся на один. - Она в левой височной доле, в зоне зрительной памяти

- Поняла. - Роза положила руки на мою голову, умостив большие пальцы на лбу.

Наступила тьма.

***

Сегодня приступ случился совсем не по графику. Раньше она выходила на охоту раз в полторы-две недели, но в этот раз её "накрыло" спустя пять дней после предыдущего инцидента! Обычно молитвы и пост сдерживали проклятье. Но не сегодня.

Калисфения, в миру Елена, по своему обычаю пришла в хоспис после заката. Здесь она имела привычку выбирать тех, кому осталось жить совсем мало, ставила им на лоб метку ароматным маслом, дабы не забрать других, у кого еще есть хоть призрачный шанс. Елена искренне считала, что таким образом обращает своё проклятие на благо, лишая страданий и приближая встречу с творцом тех, кто в этом искренне нуждается. Но не сегодня.

В три часа ночи скорая привезла бродягу. Его подобрали во дворике в двух километрах от монастыря. Весь в ожогах, один глаз отсутствует, на лице и теле множественные ушибы и переломы. Судя по цвету кожи, тяжелая кровопотеря. Даже со всеми лекарствами и уходом ему оставалось жить не больше двух-трёх дней. Елена уже видела таких не раз, побитые, брошенные, никому не нужные. Потеряв волю к жизни, они медленно угасали, почти не реагируя ни на что вокруг. К нему она и пришла, помазать его маслом, дав понять, что скоро его мучения прекратятся. Но не сложилось.

Пациент на удивление резво перехватил её руку, его глаз внезапно загорелся синим светом, а самой игуменье стало плохо. Она буквально почувствовала, как силы покидают её, в то же время, как у пациента начало разглаживаться лицо и отрастать глаз.

- Служи мне. - Прохрипел пациент, кладя руку ей на лицо.

Елена почувствовала сильный голод, будто блюла строжайший пост последние полгода, её мышцы налились жаром, тело начало меняться.

"О, нет!" - подумала игуменья, погружаясь в пучину до боли знакомого животного безумия.

***

Белесое облачко вылетело из моего рта вместе со вздохом облегчения, и устремилось вверх, сквозь потолок - Игуменья обрела покой. Мешанина из разрозненных картинок замедлилась и истаяла, подобно туману. Я не запомнил практически ничего, кроме одной маленькой детали. Детали знакомой до покалывания в отбитых в юношестве костяшках пальцев.

- Ты как? - Через вату в голове я услышал голос Розы.

- Н-нормально... - Я помотал головой, пытаясь взбодриться. - Что-то увидела?

- Да. Лича. - Роза устало села в кресло. - Он... Не знаю, как сказать... Он питался ей. Она питалась пациентами и передавала силу ему.

- Сукин сын! - Алекс открыл буфет, выудил оттуда бутылку бурбона и налил себе полстакана.

- Не закрывай. - Мрачно сказал я, подходя к нему.

Пока остальные принялись живо обсуждать новую информацию, я выпал из реальности. Нет! Этого не может быть! Бывают ведь в жизни и другие совпадения, более невероятные? Бывают! Так почему это не может стать совпадением? Потому что, блядь, не может!

Девятый класс. Стрелка на стадионе с пацанами из другой школы. Кто-то из них приперся на нашу дискотеку в актовом зале и начал приставать к девчонкам. В том числе - к Наташке. И вот, в лучших традициях викторианской эпохи сходятся в дуэли два непримиримых врага, а я типа такой секундант. Первый удар, мимо, второй, мимо... Пацанчик отмахивается тыльной стороной ладони и цепляет печаткой на пальце Сашкину губу. И разрывает её к хренам на половину щеки. Саня падает от неожиданности, а я несусь в атаку на обидчика моего друга. Куча мала, крики, синяки, разбирательства с учителями, завучами, родителями... Шрам у Санька остался на всю жизнь. И именно эта деталь из воспоминаний монахини впилась мне в голову, будто пиявка.

Ну да: книга, которую он нашел, пометки карандашом на полях, скоропостижная смерть... Нет, этого не может быть! Опять голословные догадки! Людей с такими шрамами по Киеву штук триста наберется! Хотя... Есть способ проверить. И он мне очень сильно не нравится.

- Эш, ты в порядке? - Катя взяла меня за запястья, и я понял, насколько сильно трясутся мои руки.

- Да... - Я сделал несколько глубоких вдохов. - Да, в порядке. Только нужно будет уехать из города на пару дней.

- Зачем? - Растерянно спросила она, и я услышал звенящую тишину, наступившую в зале.

- Хочу кое-что проверить.

- Окей, я в эти дни свободна, поехали...

- Нет. - Я покачал головой. - Я поеду один.

- Та-а-ак... - Катя потянула меня за руку в сторону выхода. - Пойдём-ка поговорим наедине.

Я повиновался, не забыв захватить недопитый бокал. Мы прошли сквозь пелену входа, прошли немного глубже в лесок и сели на поваленное деревце. Катя села мне на колени, обняла за шею и заглянула в глаза:

- Так, а ну рассказывай, что ты задумал?

- Это... - Замялся я. - Это личное.

- Семёнов, блин! Секс это тоже личное, но мы этим, почему-то, вдвоём занимаемся!

На это я не нашёлся, что ответить. Так и сидел молча, отведя глаза в сторону. Помолчав немного, Катя продолжила речь:

- Эрик, милый. Хочешь ты, или нет, но ты уже стал большой частью моей жизни. И я надеюсь, что я стала частью твоей.

- Конечно! - Поспешил я заверить девушку.

- Мы с тобой уже пережили больше, чем большинство пар за шестьдесят лет брака! Не взваливай всё на свои плечи, Эш! Позволь мне помочь тебе!

- Кать, то, что я собираюсь сделать...

- Либо опасно, либо безрассудно, либо противозаконно. - Не дала она мне договорить. - И это тебя очень волнует. Поэтому я и прошу поделиться этим со мной. Вдвоём мы справимся с чем угодно!

- Кать. Я не думаю, что это опасно... Просто не хочу тебя отпугнуть. - Я вздохнул, собираясь с мыслями. - Это не битва с каким-то монстром, это... Личное. Очень личное и, вне зависимости от результата, очень болезненное. Эмоционально.

- Ты меня однажды уже почти отпугнул. - Она пожала плечами. - Как видишь, я всё ещё здесь.

- Солнце...

- Я тебя поддержу, в любом случае. Только не закрывайся от меня, пожалуйста.

И снова я не нашел, что ответить. Как можно с ней спорить? Блин, да она из меня веревки сможет вить, возникни у неё такое желание! Надеюсь, этого никогда не случится. Вместо ответа я просто поцеловал её и прижал к себе, зарывшись лицом в её волосы.

- Будем считать, что это значит "да"! - Рассмеялась она и спрыгнула с моих колен. - Пошли обратно.

Вернувшись обратно, я увидел, что в нашем полку прибыло. Собственно, собрался уже весь "Орден Феникса". Катю тут же перехватила Ира, и девчонки начали бурно обсуждать последние новости. Ко мне же подошли Алекс и Роза.

- Не поделишься с нами, куда ты собрался? - Как всегда степенно и вежливо поинтересовалась псионик.

- По делам.

- По каким? - Вклинился блондин.

- Утюг не выключил, а счетчик крутится. - В тон ему ответил я.

- Не хами, парень!

- А ты не суй свой нос, куда не следует.

- Алекс, остынь. - Положила ему руку на плечо сестра. - Эрик не хочет посвящать нас в свои личные дела. Он в своём праве. - Она вновь повернулась ко мне. - Мы хотели тебя попросить, мог бы ты...

- Возьми Эмбер с собой. - Нехотя проговорил Алекс, отводя от меня взгляд.

- Ничего себе... - Я аж опешил. - Ты же говорил, что...

- Да-да, я помню. - Перебил он раздраженно. - Так уж вышло, что с тобой она в большей безопасности, чем сама.

- Возьму. - Кивнул я. - Вы хоть что-то нашли, что может мне помочь?

- Мы ищем, Эш. - Спокойно сказала Роза. - Сам понимаешь, у нас не электронная библиотека. Да и книг у нас не так много, как могло бы. Мы собираем информацию по крупинкам.

- И много крупинок собралось?

- Пока не очень. - Развела она руками. - Скажи, почему ты так торопишься узнать ответы?

- Да плевать мне на те ответы. Я сейчас хочу хорошенько надавать по щам одному зарвавшемуся мудаку. И вы сами видите, что чем дольше мы тянем резину, тем страшнее его поступки.

- Я тебя понимаю. - Покладисто ответила Роза. - Но не думаешь ли ты, что насилие порождает еще большее насилие? Посмотри, ваши стычки приводят лишь к большим жертвам. Сначала ты пострадал, потом Катя, а кто следующий? Лич? Или кто-то из нас? Или мы все?

- Роза, ты вроде уже взрослая тётя, а в сказки веришь. - Усмехнулся я уголком рта. - Тактика умиротворения работает лишь с вменяемыми людьми. А Лич сейчас как гопник из подворотни, нашедший заряженный ПМ. И он будет им грозить всем подряд, пока кто-то не пригрозит ему автоматом. Европа в своё время тоже Гитлера уговаривать пыталась, и к чему это привело? - Я скептически поднял бровь и увидел, как Роза опускает глаза, а Алекс отводит взгляд и шумно выдыхает через раздутые ноздри. - Найдите всё, что поможет мне его убить. А потом катитесь к черту, если хотите.

Развернувшись, я подошел к буфету, обновил свой напиток и подошел к камину в поисках более приятной компании. Там как раз сидели Глобал, Кенни и Ник, склонившись над какими-то бумажками и о чем-то жарко дискутируя.

- Да ну, это бред! - Восклицал Ник. - Он на это не согласится!

- Тебе откуда знать? - Отрицал Глобал, тыкая пальцем в экран ноутбука.

- Потому что это, блять, пони!

- И что?!

- Ты его видел вообще?! Не, если бы речь шла о Салли, я бы с тобой согласился! Но Эш?!

- Ты скучный!

- Ребята, у меня проблема. - Устало простонал Кенни.

- Какая? - Мгновенно откликнулись оба.

- У меня друзья идиоты.

- Об чём спор, ребятки? - Честно говоря, моё настроение успело неплохо так подняться от их разговора.

- Татухи тебе выбираем. - Хмыкнул цыган.

- А моё мнение учитывается?

- Если что-то годное предложишь. - Обессиленно проговорил малефик.

- А в чем проблема?

Если опустить всю запутанную риторику Кенни, можно изложить это следующим образом. Его татуировки работают благодаря тому, что заговорённые чернила сплетают собой особый рисунок и воздействуют непосредственно на кровь объекта. Только то, насколько успешно малефик заговорит чернила и сплетет рисунок, зависит от того, насколько чётко он будет представлять, что делает.

Естественно, я начал накидывать свои варианты, потому как ходить с пони в рыцарском доспехе мне вообще не улыбалось. Попутно, предлагая варианты изображения понятия "защита", я начал уговаривать Кенни добавить усиление моих способностей. Это, к сожалению, оказалось невозможно.

- Понимаешь, - объяснял он, - Если бы я такое умел, тут бы уже все с ног до головы забитые ходили. Всё, что я могу тебе сделать, должно быть так или иначе связано с кровью.

- Ага. - Задумался я. - Тогда нужно что-то комплексное - и защитное и атакующее. Типа, если мою шкуру и пробьют, то сильно об этом пожалеют.

- Точно! - Взбодрился Глобал. - Типа как кислота у Чужого!

- Ну, в теории, я могу скомбинировать два эффекта. - Кенни почесал макушку. - Но кислота вместо крови разъест его самого. Еще варианты?

- А если не кислота, а температура? Что, если кровь разогреть посильнее?

- То же самое, он сгорит нафиг.

- Не сгорит. - К нам подошла Эмбер. - Он огнём владеет, он не может пострадать от собственной силы.

- Ты уверена? - С опаской спросил я девушку.

- Еще как. - Она зажгла на ладони шарик огня и провела над ним левым предплечьем. Медленно так провела, со вкусом. - Попробуй сам.

Я с удивлением повторил увиденное, и не почувствовал ровным счётом ничего - ни боли, ни нестерпимого жара, даже волосы не обгорели. Сунул для проверки палец в Катин фаербол и тут же его одёрнул и сунул в рот - горячо, блин!

- Окей. - Кивнул Кенни. - Только это должен быть единый рисунок. Как можно скомбинировать защиту и горячую кровь?

- Испанский конкистадор? - Хохотнул Ник.

- Смауг. - Я уставился на малефика. - Ты же Толкина читал? Отлично. Значит должен помнить, у дракона Смауга была броня из золота на животе, только напротив сердца дырка была, туда его и ранили!

- И как это нормально нарисовать?

- Примерно так!

Я воодушевленно схватил лист бумаги и карандаш и начал набрасывать свою идею, попутно рассказывая, что именно я хочу увидеть на тот случай, если мои каракули не будут понятны окружающим. Никогда не умел рисовать.

- Вот примерно так! - Я выдохнул, являя своё творение на всеобщее обозрение. - Извиняйте за каракули, чукча не художник.

- Хрена се каракули! - Присвистнул Кенни, рассматривая рисунок.

Я смутился, перевёл взгляд на черновик и выпал в осадок. На листе были наскоро набросанные линии, вполне явно и реалистично изображающие Громадного дракона с кучей монет, покрывающих брюхо, и рыцаря в доспехе, всаживающего копьё в сердце. Из раны и пасти изливалось вполне себе узнаваемое пламя. Нахмурившись, я попытался вспомнить, как именно я рисовал... И не смог. Было чувство, что руки работают сами по себе, транслируя картинку из воображения напрямую на бумагу! Память тела? Всё может быть, но надо будет на досуге поэкспериментировать.

- Ты не говорил, что умеешь рисовать. - Шепнула мне на ухо Эмбер.

- Я и не умею. Это Богдан умел.

Кенни наконец закончил разглядывать рисунок, отдал его ребятам и проговорил:

- Хорошо, идея зашибись. Вернёшься - сделаем. Только одно условие.

- Какое?

- Это нужно набить за один сеанс. Иначе я потеряю концентрацию, и магия не сработает. На это и сутки могут уйти, и даже больше. Ты готов?

- Годится. - Кивнул я.

--

16. Самокопание

Геннадий Петрович устало откинулся на спинку кресла и закрыл руками лицо. Глаза болели от долгого глядения в монитор, в голове мелькала мешанина из дат, фотографий и показаний свидетелей и потерпевших. Мозг буквально тормозил и наотрез отказывался выдвигать хоть какие-то идеи.

Он встал, подошел к шкафу с бумагами, запустил руку в карман полицейского кителя с капитанскими погонами и достал небольшую записную книжку. Кинул её на стол, достал следом пачку сигарет, щелчком выбил одну, схватил фильтр зубами, закурил и с наслаждением затянулся. Организм привычно отреагировал на ритуал и начал расслабляться. Пара вдохов, и мысли потекли плавнее.

Тем не менее, паззл, который капитан исследовал уже пятый месяц к ряду, отказывался складываться воедино. Не хватало нескольких деталей, после открытия которых картина обретёт смысл. Капитан снова сел в кресло и раскрыл блокнот на месте закладки. Итак, март - три разграбленные могилы, пара странных трупов, пожар в библиотеке. Апрель - несколько жалоб от прежде вменяемых бабушек на каких-то чертей и инопланетное излучение. Потом внезапно всё затихло. Пошли обычные угоны, кражи и разбойные нападения - всё, как всегда. Только вот странности начались в столице.

Такие же странные нападения на случайных людей, два пожара - один в музее, второй в доме одного биснесмена, пропажа какого-то ножа из того самого музея... Последней каплей для психики Геннадия Петровича стали: непонятная перестрелка во дворе с последующей смертью старушки, еще одна странная перестрелка на пустыре в другом районе и теракт в монастыре. Что здесь было странного? Ну, во-первых, не смотря на рассказы свидетелей, не было найдено ни одной гильзы. Во-вторых, в показаниях фигурировал бледный вонючий наркоман в капюшоне, судя по всему - тот самый, что и здесь. К тому же, он и там успел засветиться на камерах.

Но было и "в-третьих": с ним дважды был замечен кто-то второй, но не сообщник, а, скорее, наоборот. И какой вывод из этого можно сделать? Судя по тому, что капитан Васильев успел заметить, творилась какая-то чертовщина, не поддающаяся никакой логике. То, что бледный свалил в столицу, с одной стороны хорошо - меньше "висяков", больше раскрываемость. С другой - плохо, ибо задержать этого персонажа не представлялось возможным. А задержать капитан его очень хотел, та наглость, с которой бледный творил свои делишки, воспринималась стражем порядка как личное оскорбление.

- Тащь капитан! - В приоткрытую дверь зашел дежурный. - Вы чего тут сидите? Рабочий день-то уже всё - тю-тю. Шли бы домой, к жене.

- Да, Петров, сейчас иду.

Капитан снова потёр лицо руками, выключил компьютер и, взяв китель, пошел к выходу. Поставив подпись в журнале дежурного, он вышел на парковку, завел машину и не спеша двинулся в сторону дома. Уже на подъезде к своему микрорайону, проезжая мимо длинного забора на окраине, он сбавил скорость.

- Бред! Ёбанный, нахуй, бред! - Капитан несколько раз стукнул по рулю, позволяя себе выплеснуть эмоции наружу. - Это еще что?!

Геннадий Петрович остановился у обочины, вышел из машины и, положив руку на кобуру с пистолетом скомандовал:

- Стоять!

***

На поезд билеты взять не удалось, так же, как на автобус и бла-бла-кар. Их просто не было. Ибо нефиг пытаться выцепить билеты за несколько часов до отправления! У меня оставалось два варианта: полететь в родной город самолётом, благо в наличии были свободные билеты, или же ждать два дня до ближайшего свободного поезда. Ждать не хотелось категорически, потому, скрепя сердце, я раскошелился на авиаперелёт. Обратно же уже взял билеты на поезд - экономия, мать её. Источников дохода у меня пока не прибавилось, хоть Виталик и завёз еще один "гонорар" за гремлинов. Рассказал также, что уже несколько дней в работе фирмы ни единого сбоя, а конкуренты резко сбавили обороты и потеряли лидирующие позиции. Что ж, приятно помочь хорошему человеку.

В самолёте мы сидели на разных креслах: Кате попалось место у окна, и она всю дорогу неотрывно залипала на вид в иллюминаторе, а я же сидел в центральном ряду, между мужчиной, умудрившимся захрапеть сразу после взлёта, и вечно недовольной тёткой бальзаковского возраста, не затыкавшейся ни на минуту. Сначала она поносила последними словами свою дочь, выскочившую замуж по залёту, потом храп моего соседа, следом внезапно перескочила на невоспитанную молодёжь, не желающую слушать мудрость старшего поколения. Это просто я демонстративно достал наушники и включил музыку. Одно хорошо - лететь час с небольшим, и уже половина пути преодолена. С наушниками её брюзжание превратилось в едва различимый гул, а любимая музыка скрыла смысл её слов.

Успешно приземлились, вышли из терминала, доехали до города и зашли в крупный торговый центр позавтракать. Настроение моё, скажем прямо, было паршивым. Катя всё время что-то рассказывала, рассматривала город, делилась впечатлениями, а я лишь машинально отвечал на какие-то вопросы и слушал вполуха, погрузившись в свои мысли и невольные воспоминания. Я даже не знаю, замечала она это, или нет. В какой-то момент она потащила меня на киносеанс на какой-то новый блокбастер, а я даже не запомнил на какой. Уже на выходе из здания моя тактика неоднозначных ответов дала трещину.

- Слушай, ну от ДиКаприо я такого персонажа точно не ожидала!

- Угу.

- Да и Питт держится молодцом, скажи!

- Ага.

- А как тебе развязка? Согласись, появление Мэта Дэймона было неожиданным?

- Угу.

- Зайка...

- М?

- Там не было Мэта Дэймона.

- Ага, точно. - Я в очередной раз кивнул, но тут до меня дошло. - Что?

- Солнце, что с тобой такое?

- Прости, настроение на нуле.

- Это я уже вижу. - Хмыкнула девушка, незаметно для окружающих подкуривая от крохотного огонька на ладони. - Это из-за того, зачем мы приехали?

- Да.

- Может, расскажешь?

- С удовольствием. Только не знаю, как.

- Желательно словами.

Мы прошлись по проспекту, свернули в небольшой парк на площади, взяли по шаурме с напитками и уселись на лавочку в тени раскидистого дерева.

- В общем, из памяти монахини я успел вычленить один кадр... - Начал я, расправившись с фаст-фудом. - И это навело меня на кое-какие подозрения.

- Какие?

- Касательно личности этого бледного типа. И я приехал сюда, чтобы подтвердить или опровергнуть свои догадки.

- И что для этого надо?

- Раскопать одну могилу.

Катя лишь удивлённо присвистнула, уставившись в одну точку и, видимо, осмысливая сказанное мной. Я не стал её отвлекать от этого занятия, сконцентрировавшись на своих мыслях. А точнее - планах. Кладбище и место я помню хорошо, надо купить лопаты и выследить сторожа. Собственно, этот эпизод плана был почти самым сложно осуществимым: не приходилось мне раньше втихую прокрадываться на кладбища. В сады лазил, по стройкам шарились... а вот такого опыта не было. Не знаю даже, хорошо это или плохо?

- А... - Секунд через десять она всё же смогла заговорить. - А чью?

- Есть один человек... - Мой голос дрогнул. - Точнее - был.

- Ого... Не знала, что это настолько... личное.

Я просто пожал плечами и закурил.

- Это же явно не твоя могила. - Начала она рассуждать вслух. - Ты же сам говорил, что тебя кремировали... Блин, до сих пор не могу это осознать. - Она нервно хихикнула.

- Это ещё ничего. А вот осознать, что моя девушка - некрофил...

- Прекрати! - Она хлопнула меня по плечу, и я впервые за день поддержал её смех своим, пусть и истерическим. - Так кого ты там хочешь... откопать? Это кто-то близкий?

- Да уж ясное дело. - Я затушил бычок и закурил еще одну. - Это... Друг детства. Только я не знаю, что будет хуже - если я его найду в могиле, или если не найду.

Вместо ответа Эмбер просто подсела чуть ближе и обняла меня, положив голову на плечо. Мы посидели еще немного, помолчали и покурили. Потом решили пройтись по парку.

- А каково это?

- Что именно?

- Умирать...

- Да чёрт его знает. - Наморщив мозг, я попытался вспомнить свои ощущения. - Тело отказывает, свет гаснет, мозг колбасит по-чёрному. А ещё судороги пробивают. - Я обнял посмурневшую девушку за плечи. - От дефибриллятора ещё грудь болит... а так - болеть куда менее приятно.

Мы еще немного помолчали.

- Если ты откажешься от помощи мне, я пойму.

- Не откажусь. Я уже пообещала.

- Спасибо. - Почти прошептал я и удостоился еще одного поцелуя.

Мы побродили ещё немного по городу, попили пива в моём любимом когда-то баре, посидели на пляже и в принципе расслаблялись, как могли. Все наши разговоры сводились к ни к чему не обязывающим темам. Я рассказал Кате о городе, она поведала о своих поездках, посмеялись, погрустили, и сами не заметили, как пришел вечер. А значит - время действовать.

В хозяйственном магазине на окраине спального района я купил две лопаты. Дождавшись сумерек, мы с Катей надели взятые заранее кофты с капюшонами и пошли в сторону кладбища. Не знаю, как ей, но мне, несмотря на неоднозначность и мрачность ситуации, хотелось смеяться. Нет, ну правда! Двое, в капюшонах, вечером идут под забором кладбища - картина нелепее некуда! Более того, меня опять пробило на всякую хрень!

- Среди ублюдков шел артист, - начал напевать я вполголоса. - В кожаном плаще, мертвый анархист.

- Прекрати! - Шикнула на меня Катя.

- Крикнул он...

- Стоять!

Громкий окрик сзади заставил нас замереть на месте.

- Лопаты бросили! Повернулись! Медленно, бля!

Я расслабил руку, лопаты со звоном рухнули на землю. Тщательно демонстрируя открытые ладони мы с Катей медленно развернулись на месте лицом в сторону голоса. В свете фар старенькой иномарки стоял непонятный силуэт, держащий руку на поясе.

- Капюшоны сняли! - Мы повиновались. Силуэт подошел чуть ближе. - Крокодил?! Ты, что ли?

- Капитан. - Я усмехнулся уголком рта и опустил руки. Катя выглядела напугано и растерянно. - Какими судьбами?

- Вы что здесь делаете? - Полицейский проигнорировал мой вопрос и подошел еще ближе, выйдя в тусклый свет фонаря.

- Не поверишь, капитан, мимо проходили.

- Ага, расскажи! С лопатами, возле кладбища, в капюшонах. Помародерствовать решили?

- Какая мародёрка? Мы на дачу идём. - Я махнул рукой в сторону частного сектора и уточнил. - С ночёвкой.

- И почему я тебе не верю? - Оно подошёл вплотную ко мне, заглянув глаза. - Ты ж не местный, откуда у тебя здесь дача?

- Не у меня. У тёти моей. - Я пожал плечами. - Да и вообще, что за допрос? Мы что-то нарушили?

- А это мы сейчас и выясним. Поехали в отделение!

- По какому праву? - Я начал негодовать. - Капитан, что происходит?!

- Вы задержаны по подозрению в мародерстве. До выяснения пробудете в отделении! В машину, живо! И без фокусов. - Васильев отщелкнул замок на кобуре.

Я решил не сопротивляться. Ну а что? Притянуть нас всё равно не за что, а упустить шанс поставить зарвавшегося мусора на место я не собираюсь. Коротко кивнув девушке, я открыл ей заднюю дверь, пропустил вперёд и уселся рядом. Полицейский в это время шустро погрузил садовый инструмент в багажник и прыгнул за руль. Уже десять минут спустя он оформил нас в журнале у дежурного, мы прошли на второй этаж.

- Сидеть. Ждать. - Скомандовал он, указав на скамейку в коридоре и скрылся в своём кабинете.

- Эрик, что происходит?

- Не переживай. - Попытался успокоить девушку я, нервно отбивая пальцами неровный ритм по дереву. - Просто мент, потерявший берега. Все в порядке, не нервничай.

Я достал телефон, открыл карту и высмотрел в частном секторе неподалёку пару улиц, дабы запомнить их название. Мало ли, но если спросят детали, то смогу ответить.

- Что мне делать? - Нервно спросила Катя.

- Подтверждать мою версию. Мы отдыхали на даче у моей тёти Вали, она попросила нас сходить купить лопаты, за ними мы и сходили. Чек у меня есть.

- А адрес?

- Ты его не знаешь. Да и вообще, пусть сначала обвинения предъявят!

Спустя полчаса, за которые я успел услышать из-за двери три телефонных звонка и приглушенный мат, капитан вышел. Осмотрел нас, указал на Катю и поманил за собой. Не было их около десяти минут, после чего вернулись: Катя с выражением презрения на лице, капитан же крайне разочарованный.

- Пошли, Крокодил.

Кабинет его был самым обычным. Два окна, три стола, несколько стульев. Пара ламп под потолком и кондиционер. Усевшись на один из стульев, я обратил внимание на доску за спиной капитана - она была завешана разной четкости фотографиями с разных мест. На одной из фоток я с удивлением узнал песочницу, возле которой произошла моя первая стычка с Личем. Еще три фото были с камер видеонаблюдения, на которых засветился бледный парень в черном капюшоне. Оп-па! Интересно-то как!

- Ну рассказывай. - Капитан положил перед собой чистый лист бумаги. - Куда шёл, откуда лопаты?

- К тёте, на дачу. - Принялся в который раз за этот вечер говорить я. - Лопаты купил в магазине.

- Зачем?

- У тётки старая сломалась, отправила в магазин.

- Зачем две?

- Чтоб мало не было.

- Где чек?

- Вот. - Я вытянул из кармана заранее заготовленную бумажку.

- Давай сюда.

- Ага, разбежался! - Я усмехнулся, пряча его обратно. - Сейчас он куда-то случайно пропадёт, окажется, что лопаты я украл, и продавец меня не запомнил... Знаю я, как вы работаете!

- Мы? - Поднял он брови.

- Вы! Вас как в полицию переформатировали, так столько мразей из прошлых лет осталось! И старые схемы повышения раскрываемости работать не прекратили!

- Вот зря ты так, Крокодил. - Капитан отложил ручку и, опершись на локти, взглянул мне в глаза. - Не все здесь такие, далеко не все.

- Правда? - Теперь у меня брови взлетели вверх. - Тогда почему я здесь сижу сейчас? Я шел по улице со своей девушкой, никого не трогал, законов не нарушал. И что? Подъезжает мужик, грозит пистолетом, садит нас в машину и увозит! Где тут соблюдение закона?

Капитан встал, прошелся по кабинету, открыл окно и закурил. Не спрашивая разрешения, я тоже достал пачку.

- Что вы возле кладбища делали?

- Бля, опять?! - Всплеснул я руками. - На дачу мы шли!

- Не кричи. - Поморщился он. - Почему именно там?

- Дорога там ровнее, ям нет.

- Кофты с капюшонами зачем? Жарковато на улице, не находишь?

- Комары достали.

- И только?

- И только!

Полицейский постоял у окна, докурил и выбросил бычок. После подошел к двери, приоткрыл её и коротко сказал:

- Войди. - Дождавшись, пока Катя сядет возле меня, он сел за стол и достал какую-то папку из стопки и раскрыл её. - Так, детишки, чтобы у вас не возникало глупых вопросов. Двадцать пятого марта на этом кладбище была разорена одна могила. Еще две, посвежее, были раскопаны ночью двадцать шестого. С тех пор периодически происходят подобные набеги. Сторож ни хрена, падла, не видел и не слышал, камер там, само собой, нет, поймать вандалов не можем. Теперь понятно, на хрена вы здесь?

- Двадцать пятого... - Пробормотал я, вспоминая. - Это за два дня до пожара?

- Да... - Растерялся на секунду полицейский.

- А могилы чьи разрыты были?

- Тебе-то какое дело? - Прищурился он.

- Друг мой там лежит. - Процедил я.

Наступила пауза. Капитан задумчиво почесывал щетину, я, отвернувшись от его взгляда, как бы невзначай глядел на доску с фотографиями. Как по мне, не хватало типичных киношных ниточек, соединяющих одну фотку с другой. Настоящий детектив был бы.

- Вы что, тоже его ищете? - Немного нервно спросила Катя, как бы забивая паузу.

Капитан дернулся, отрываясь от мыслей, кинул взгляд на доску и тут же перевел его на нас.

- В каком смысле "тоже"?

- Э-э... Тоже? - Катя моментально включила дурочку и невинно захлопала ресницами.

- Ты сказала "тоже". Кто еще его ищет?! - Полицейский привстал за столом, как бы давя своим авторитетом.

- Я ищу. - Я решил немного приоткрыть карты, прикрывая девушку.

- Зачем?!

- Личные счеты.

- Ты знаешь, кто он?!

- Нет. - Почти честно ответил я. - А вы?

- Тайна следствия. - Чуть помедлив, ответил капитан.

- Ага, тайна... - Усмехнулся я, указывая на доску. - За семью печатями.

Капитан хотел мне что-то ответить, но звонок телефона на его столе не дал этому свершиться. Взяв трубку, он что-то выслушал, ругнулся и, сказав нам сидеть на месте, выскочил из кабинета. Я не стал терять времени даром и, попросив Катю постоять на стрёме у двери, кинулся к его столу. Пролистал наскоро документы, посмотрел фотографии, осмотрел доску... Занятно, блин. Занятно и страшно.

К примеру, в том дворе, где мы с Личем сцепились впервые, этой же ночью при странных обстоятельствах умерла бабка. Якобы от старости, но тело чуть ли не высушено, входная дверь нараспашку и вещи не пропали. А возвращаясь к могилам... Первая раскопанная могила принадлежала Сашке. Сука! Так и знал! Но было одно "но": про тело не было сказано ни слова, хотя в других случаях таким деталям уделяли место в протоколах.

- Идут! - Шепнула Катя от двери и юркнула на место.

Я наскоро привел всё в относительный порядок и едва успел примостить свою задницу на стул, когда дверь кабинета открылась. В помещение вошел капитан в сопровождении какого-то заспанного мужика в штатском.

- Майор Соловьев, старший следователь УВД в Днепровском районе. - Представился он и бесцеремонно занял место за столом капитана, уставившись в его писульки. - Так, что тут у нас? Угу... Ага... С лопатами, ага...

По сжавшейся на моём запястье Катиной ладони я догадался, что она сильно занервничала. Я же вообще не переживал за исход дела. Собственно, и дела тут никакого не было.

- Капитан... - Лицо майора напряглось и начало багроветь. - Немедленно отпустите молодых людей, верните им изъятые вещи и отвезите на то место, где вы их задержали. А лучше туда, куда они направлялись.

- Но... - Полицейский явно не ожидал такого поворота событий. - Товарищ майор...

- Выполнять! А с вами мы поговорим завтра в рабочее время. - Майор скомкал бумаги и отправил их в урну под столом.

- Есть. - С неохотой козырнул ему капитан, и принялся выполнять поручение старшего.

Мы спустились вниз, снова расписались в журнале дежурного, сели в машину и отъехали от отделения где-то на километр, как капитан припарковался у обочины и тяжко выдохнул, то ли успокаивая себя, то ли собираясь с мыслями.

- Так. - Произнёс он, глядя в зеркало заднего вида. - Ты, дочка, пока здесь посиди, а мы с твоим кавалером покурим. Да, Крокодил?

- Что, шериф, этот город опять слишком мал для нас двоих? - Усмехнулся я в ответ. - Опять меня выгонять будешь?

- Нет. - Произнес он с очередным шумным выдохом. - Просто в машине я не курю, а мне очень хочется. Так что будь добр, оторви свою задницу от сиденья и составь мне компанию.

- Капитан, у меня от Кати секретов нет, так что можем втроём покурить.

- Да как хочешь. - Процедил он и вышел из машины.

- М-да. - Только и смог протянуть я, выходя и закуривая.

- Итак, Крокодил. Давай на чистоту, без протокола. - Он сделал долгую затяжку, опершись на капот. - Я тебе не верю ни на йоту. Свою сказочку про дачу можешь детям рассказывать, а моя чуйка вопит во всё горло о том, что ты мне... - Полицейский осёкся, оглянувшись на Эмбер. - Скажем мягко - недоговариваешь. Потому спрашиваю прямо: на кой хрен тебе сдался этот наркоша, и почему ты так интересуешься раскопанными могилами?

Вот ведь вцепился, гад! И что-то мне подсказывает, что и не отцепится, пока не узнает правду. Надо как-то выкручиваться. А при удачном стечении обстоятельств, обернуть эту ситуацию в свою пользу. Юлить не хочется, но придется. Блин! Что ж ему такого ляпнуть? Ладно, буду использовать полуправду.

- Окей, только ответь сначала на один мой вопрос: в первой разрытой могиле было тело, или нет?

- В деле этого нет. - Мрачно сплюнул полицейский. - Новичок один на выезде был, не записал ни хрена. Ты это к чему?

- Ох, капитан, мой капитан... - Вздохнул я, собираясь с мыслями. - Начистоту? Окей. Сразу предупреждаю - доказательств у меня нет, лишь подозрения.

- У меня не больше твоего в запасе. Вещай давай.

- Расклад такой. Был у меня друг Саша, как потом оказалось, состоявший то ли в секте какой, то ли в банде. Попал он в конце февраля под машину, насмерть. Похоронили мы его здесь, на этом самом кладбище, а через полгода встречаю я его в Киеве. Ну, или кого-то очень похожего. Только истощавшего, бледного, вонючего...

- Ты видел его лицо?

- Не полностью. Но по нескольким отличительным чертам узнал. Точнее, предполагаю, что с большой вероятностью это он.

- И как это по-твоему?! Он встал и пошел?

- А вот тут и начинаются догадки. Я думаю, что Саня подсел в этой секте на какую-то наркоту и задолжал большие бабки. - Я начал нести ахинею, на ходу пытаясь заполнить несостыковки и пробелы. Главное - вывести ситуацию в нужное русло. Да, я рисковал, но считал риск оправданным. - И думается мне, что они подстроили его смерть, закопали пустой гроб, а его самого используют для отработки долга. То пожар устроить, то зубы золотые у покойников надёргать, то гоп-стопом заняться.

- Ты же понимаешь, насколько бредово это звучит?

- Понимаю. Вот только я его узнал, когда его жертве на выручку кинулся в подворотне. Шрам у него на щеке, очень специфический.

- Так, допустим. - Капитан закурил вторую, я последовал его примеру. - И что ты собирался здесь делать?

- Раскопать его могилу и проверить, там его тело, или нет.

- Сука! Я знал! - Он снова сплюнул. - Ты понимаешь, что это статья? Эксгумация может проводиться только по решению суда!

- Понимаю. Только скажи мне, полицейский, какой суд мне выдаст разрешение на основании таких догадок? Меня как минимум на дурку отправят.

- Это точно. - Капитан обхватил голову руками и начал нервно ходить около машины взад-вперед.

А вот я почувствовал себя круглым идиотом. Ну вот кто меня заставлял пороть горячку? Мог ведь попросить Глобала, может он смог бы подделать решение суда, и уже с ним я пришел бы на кладбище! Но нет, сорвался на другой конец страны лопатой ночью помахать! Вот уж точно, за дурной головой и ногам покоя нет! И рукам тоже.

- Это правда? Ну, про секту? - Округлив глаза, прошептала Катя.

- Нет. - Ответил я. - Но всякой ритуалистикой он занимался, и книгу изучал, из-за которой я... такой.

- Ох ёлки...

- Капитан! - Я повысил голос, привлекая его внимание. - Позволь мне это сделать, а? Никто не узнает, а я хотя бы друга вытащить из этого дерьма попытаюсь, если это он.

- Угу. Попытается он... А мне что делать? С голой жопой сидеть? Нет уж, мне тоже нужны ответы. Поехали, показывай дорогу.

Что ж, не совсем то, на что я рассчитывал, но тоже сойдет. До кладбища мы доехали быстро, благо были прямо возле него. Сторож мирно спал в своей будке, так что на территорию мы попали вообще беспрепятственно - просто протиснулись между прутьями ворот. Ещё полчаса ушло на то, чтобы найти в темноте нужную могилку. Больше всего меня напрягало то, что через три с лишним часа начнёт рассветать, а мы ещё даже не начали.

- Мы на месте. - Проговорил я, освещая фонариком в телефоне фотографию непривычно серьёзного Саши на покосившиеся надгробии. - Здравствуй, братишка.

Гранитная плита, едва выступающий, размытый дождями холмик земли и куча сорняков, нещадно захвативших окружающую территорию. Помолчав минуту, я скинул кофту, воткнул лопату в землю и начал работу. Катя собралась, было, присоединиться, но капитан сказал, что не женское это дело, вручил ей фонарик и начал копать рядом со мной.

Ночь выдалась тёплая и тихая, как на зло не было ни ветерка, и пот катился с меня градом. Наверное, именно поэтому я не придал значения пробежавшему по телу холодку. Я просто облегчённо выдохнул и продолжил копать. Однако, вторая волна холода, без намёка на ветер, заставила меня остановиться и осмотреться по сторонам.

- Эмбер... - проговорил я вполголоса. - Чувствуешь?

- Да. - Тихо ответила она, повернувшись в сторону кустов. - Оттуда тянет.

- Что тянет? - Не понял капитан.

- Гнильём. - Проговорил я, принюхавшись.

Хрустнула ветка, Катя тут же посветила в сторону звука фонарём. Луч света скользнул по веткам и остановился на оскаленной, чуть вытянутой морде. Абсолютно лысая голова с короткими заострёнными ушами, провалами ноздрей и пеньками жёлтых зубов в вытянутой широкой пасти. Тело тощее, изогнутое дугой, покрыто короткой тёмной шерстью, передние лапы мощные, оканчивающиеся толстыми пальцами с широкими лопатообразными когтями.

- Ух, бля...

Капитан от неожиданности попятился, споткнулся об лопату, потерял равновесие и, падая, ударился затылком о гранитное надгробие. Тело полицейского мягко стекло в полувырытую могилу. Тварь, увидев это, тут же дёрнулась вперед. Я рефлекторно попытался зажечь свой синий огонь, но меня снова накрыло волной беспочвенной паники, от которой я едва не выскочил из ямы с желанием броситься наутёк. Да что со мной такое?! Это уже не смешно!

Эмбер пустила в монстра пару "проверочных" фаерболов, но они не достигли цели - тварь просто отскочила в сторону и снова начала приближаться.

- Бей по площади!

Две огненных струи ударили из рук девушки в монстра. Тот зарычал, завертелся волчком, отпрыгнул в сторону и снова попал под удар. Я встал за спину Кати, не спуская глаз с твари, готовясь ударить чем могу в любой момент. Чудовище поняло свою ошибку и, не пытаясь сбить пламя ринулось в нашу сторону тараном. Я едва успел выдернуть пискнувшую девушку вверх телекинезом, и сам покатился по земле. Лысая башка ударила мне точно в солнечное сплетение, выбив весь дух, гнилой смрад из пасти вперемешку с палёной ударил в нос, отбивая даже зачаточное желание начать дышать.

Мощный удар передней лапы больно ударил по рёбрам, отбросив меня метров на пять! Сколько же силищи в ней?! Приземлился я на краю свежевырытой могилы, не удержался и скатился вниз, больно ударившись затылком. В глазах начало темнеть, меня мутило, грудную клетку пронизывала боль, вдохнуть было почти невозможно. А лысая оскаленная башка уже показалась над краем ямы. Я вновь попытался зажечь свой огонь, и вновь по коже поползли мурашки, руки охватила дрожь, а ноги оказались скованы страхом. "Нельзя! Там же Эмбер! Она может пострадать!" - зароились в голове обрывки мыслей, перед глазами вновь мелькнула картина умирающей от моей магии девушки. "Твоя вина! Твоя вина!" - скандировал хор голосов.

"Не верь!" - Панически зашептал до боли в сердце знакомый голос в голове. - "Это не твой страх!"

Голова чудовища опустилась ниже в яму, втянула воздух провалами ноздрей и, пустив струйку вязкой слюны, облизнулась. Я, всё еще не придя в себя, отмахнулся снопом искр из руки, тварь зашипела и одёрнулась.

"Не бойся! Он тебя дурачит!" - снова этот шёпот!

Голова снова придвинулась ближе ко мне, чудище, опираясь на края ямы, склонялось всё ниже к своей добыче. Я опять по привычке попытался выпустить свою тьму, но страх... опять этот ебучий страх!

"Это не ты боишься, а он!"

- Кто он? - Пробормотал я, наполовину в беспамятстве. Хорошенько же меня приложило!

"Тот, кто наслал видения!"

В моей голове резко прояснилось! Вот же сука! Я часто задышал расширившимися ноздрями, адреналин в моей крови бил через край. Страх, значит?! Ну, падла ссыкливая, посмотрим, кто из нас боится больше! Я ударил монстра телекинезом, выпихивая из ямы, кое-как, через боль в рёбрах, вылез сам. Метрах в десяти, опираясь на две струи огня на землю опускалась Эмбер. Надо же, я думал больше времени прошло!

Сосредоточившись на вновь подбирающейся твари, я утробно зарычал и, давя в себе глубинный страх собственной злостью, зажёг-таки и глаза, и руки! Да, сука! Выкуси, мудила! Монстр остановился и испуганно зашипел. Атаковал я сразу с двух рук двумя мощными струями тёмного огня, сзади уже успела подойти и включится в драку Катя, поддерживая меня своими силами. Тварь вертелась, шипела, но сделать ничего не могла и, спустя каких-то десять секунд уже полностью затихла на земле, свернувшись недвижимым дымящим калачиком.

Только я потушил свою тьму, мои конечности заходили ходуном, а на спине выступил липкий холодный пот. Катя подбежала ко мне, но я отмахнулся, сказав, что я в порядке. Надо еще дело доделать, рассвет уже близко. Собаку-мутанта я скинул телекинезом в ту самую пустую могилу, попросив девушку сжечь её нахрен. Катя успела сделать несколько снимков монстра, чтобы показать его потом Розе.

Капитана мы быстро привели в себя, полив того водой из бутылки. Рассказали ему наскоро придуманную байку о странной собаке, что полаяла немного и сбежала.

- Ебал я таких собак! - В сердцах выматерился он, потирая шишку на затылке

- Капитан, ты понимаешь, что это уже статья?

Мы с Катей, хохоча выдержали на себе его скептический взгляд, и снова принялись за работу. Когда на горизонте начало светать, моя лопата наконец-то с глухим звуком ударилась во что-то твёрдое. Наскоро расчистив землю, мы увидели крышку гроба с огромной дырой посредине.

- А ну-ка... - Капитан присел и сунул руку в дыру, пошарил там немного и вытащил обратно.

- Ну? Что там? - Голос Кати звучал несколько напряженно.

- Пусто. - Полицейский вытащил руку и отряхнул её. - Только щепки и земля.

- Бляха-муха...

- Блядь! - Я сплюнул и закурил, опёршись на лопату.

- Знаешь, Крокодил, - мрачно проговорил капитан. - Сам не думал, что скажу это, но я начинаю тебе верить.

- Если бы не верил, сюда бы не пришел.

- Не передергивай.

- Что будем теперь делать? - Спросила девушка, всё еще стоя с фонариком.

- Закапываем и валим, пока еще никто не пришел.

Я вылез из могилы, помог выбраться полицейскому, и мы принялись забрасывать яму землёй. До открытия кладбища оставался час, до поезда - четыре. Лопаты Эмбер вызвалась выбросить сама. Скорее всего сожгла их, или расплавила. Мы втроём, грязные, уставшие и голодные, на полном пофигизме прошли через главный вход мимо всё так же мирно спящего охранника. Завидую этому человеку, честно!

- Слышишь, Крокодил. - Окликнул меня капитан, после того, как мы попрощались у его машины. - Ты телефон мой запиши. Если еще что-то раскопаешь - дай знать.

- Добро. - Кивнул я, записав цифры в мобильник.

Мы с Эмбер отправились прямиком в одну круглосуточную сауну, знакомую мне по бесшабашной студенческой жизни. Не для того, чтобы как-то бурно провести время, нет - просто помыться. Не очень хотелось ехать чумазыми до самого Киева. Уже через три, всё-таки неплохо проведённых часа (ну а что, эмоциональная разрядка всё же важна), мы ехали в такси на вокзал. Катя устало дремала на моём плече, а я, как уже бывало раньше, погрузился в свои мысли.

Если с Сашкой всё стало более-менее ясно - нашёл книгу, перевёл парочку заклинаний, прочитал их, умер, восстал. Да, для меня это уже звучит не так удивительно, скорее - закономерно. Как ни крути, я это на своей шкуре испытал. Так вот, если с Сашкой... Да нет, блядь, ни хуя с ним не ясно! Ну вот воскрес он, хорошо, а какого хрена ему потребовалось... А, ну да. Если предположить, что он в мертвом теле, то становится понятно, зачем ему высасывать жизнь из других. Только что за бредовые мысли им движут?

Твою мать! Он же целый месяц не мог из могилы выбраться! Блин, я даже представить не могу, через что он прошел... И тем не менее, я не могу одобрить его поступки, они слишком уж... бесчеловечны. Такое чувство, что того, кого я знал большую часть жизни, буквально подменили бездушным психопатом! Ладно, оставим пока его в сторонке, тут бы в себе разобраться для начала.

Не считая того, что меня начал напрягать голос, появляющийся в моей голове, меня еще пугает тот факт, что во мне поселился страх. Страх собственной силы! Это... Не знаю, это, как если бы Эмбер боялась огня, а Кенни падал бы в обморок при виде крови! Так еще и этот голос! Как он сказал? Это не мой страх? То есть, он чужд мне, кем-то привнесён... Алекс! Это же он, падла, последний ко мне в голову лазил! Еще и видения эти наслал! Ну держись, козёл, будет тебе перемирие!

Таксист забрал причитающиеся ему деньги, мы спокойно успели на поезд, вошли в двухместное купе и, закрыв дверь, расположились на полках. Не успел я коснуться головой подушки, как Катя, полностью раздевшись, юркнула под моё покрывало и, прижавшись к моей груди, умиротворённо засопела. Под мерный стук колёс и покачивание вагона уснул и я. Мы ехали домой.

***

- Разрешите войти?

- А, Петрович, проходи, присаживайся.

Капитан Васильев открыл дверь кабинета и твёрдой, уверенной походкой вошел внутрь и сел в кресло возле стола. Получать нагоняй от начальства ему за двадцать пять лет карьеры в органах было не впервой. К тому же, он был уверен в своей правоте: мало того, что подозрения оказались верными, так еще и задержание этой парочки помогло ему неплохо так продвинуться в собственном неофициальном расследовании. По крайней мере, теперь ему многое стало понятно.

Майор Соловьёв несколько секунд молча рассматривал капитана, после чего вздохнул и слегка хлопнул ладонью по столу:

- Гена, скажи мне, сколько ты уже без отдыха пашешь? Три года? Четыре?

- Четыре с половиной. - Мрачно ответил тот.

- Плохо это. - Майор встал и прошелся по кабинету. - Работа на износ - она, знаешь ли, никого до добра не доводит. Мы и так на пенсию рано идём...

- Я пока на пенсию не собираюсь. - В голосе Геннадия Петровича прорезалось раздражение.

- Я тебя и не вынуждаю. Просто настоятельно рекомендую тебе сходить в отпуск.

- Отпуск?

- Он самый. Петрович, ну очевидно же, что ты устал. Вот уже и хватаешь кого ни попадя. Ладно в этот раз я тебя прикрыл, но что если в следующий раз не смогу? Если пойдет по отделу слушок, что Акелла промахнулся? Сам знаешь, Глушко церемониться не станет, выпнет тебя отдыхать по выслуге лет, и дело с концом.

- Отпуск... - Капитан словно смаковал это слово, вспоминая его значение.

- Отпуск, Гена, отпуск. - Майор вернулся за стол, налил себе стакан воды из графина и сделал пару глотков. - Свози жену на море, в конце концов. Или в Карпаты, там сейчас обалденно.

- Или в Киев... - Погруженный в свои мысли, проговорил Геннадий.

- Вот! - Майор всплеснул руками. - Заодно с Нечипурой повидаешься, привет ему передашь! Ну что? По рукам? Ты не переживай, с Глушко я договорюсь!

- По рукам. - Капитан встал и протянул майору руку.

- Вот молодец! - Соловьёв ответил на рукопожатие. - Значит, сегодня передаёшь дела коллегам, а с завтрашнего дня чтобы я тебя две недели здесь не видел! Приказ ясен? Выполняй!

--

17. Leiche mit Uns

[(Нем.) 'С нами Лич']

- Эрик! Как хорошо, что ты пришел, я уже собиралась тебе звонить!

Роза первая встретила меня на пороге гостиной, но я прошел мимо неё, прямо к её белобрысому братцу.

- Здорово, Алекс! - С наигранно широкой улыбкой бодро выпалил я, тут же угощая его хлёстким апперкотом в челюсть.

- Эй! - Послышался голос Кенни. - Какого хрена, мужики?!

Не слушая его, я пнул Алекса под рёбра, телекинезом откинул к стене и, напрягшись, поднял его за горло на уровень своих глаз.

- Эш, перестань! - Сзади меня надрывалась обескураженная происходящим Катя.

Зрачки блондина начали наливаться свечением, от кончиков пальцев начал валить фиолетовый дымок...

- А ну тихо! - Я со всей дури зазвездил ему коленом по шарам, и сияние тут же угасло. - Если ты, говно, считаешь, что можешь безнаказанно копаться в моей голове, то ты глубоко заблуждаешься!

- Эрик, отпусти его! Сейчас же! - Роза перешла на командный тон, но меня это не остановило.

- Ты, мудила, можешь мне хоть все способности поотключать! Я тебя и без них так уработаю, что жить перехочется! - Я от души вогнал кулак в живот блондина, после чего боднул того лбом в нос.

- Эрик! Спокойно!

Кенни и Ник подхватили меня сзади под руки и попытались оттащить в сторону. Я сбросил их руки с себя телекинезом и снова рванул в сторону кашляющего на полу блондина.

- Эрик, остановись! - Плотный поток воздуха, созданный Самумом, буквально оттолкнул меня назад.

Телекинезом я подхватил кресло и метнул его в Алекса, но его тоже сдуло в сторону ветром. Вокруг меня внезапно образовался метровый шар воды, а я почувствовал себя рыбкой в аквариуме. Рыбкой, которая задыхается в воде. Хер вам, я еще побарахтаюсь! Собравшись с духом, я начал разогреваться. Вода забурлила, а я сразу прекратил напитку тела силой, потому что банально начал вариться! На меня, оказывается, не действует только мой горячий огонь. А вот кипяток никто не отменял! Остудив воду своим холодом, я примирительно поднял руки. В глазах уже начало темнеть, тело отчаянно пыталось вдохнуть, я почти ему поддался... Но пузырь наконец-то лопнул, выбрасывая кашляющего и мокрого меня на пол гостиной.

Ава попыталась кинуться к пострадавшему блондину, но её остановили Ира с Катей. Зато Роза взбешенной фурией метнулась ко мне.

- Это что такое?! Ты в своём уме?! Ты что здесь устроил?!

- Ой. - Я состроил удивленное лицо, снова удерживаемый под руки. - Простите, я не знал, что в вашем клубе вмешательства в чью-то психику в порядке вещей!

- Что?! - Не поняла она.

- Из-за твоего братца я уже дважды чуть не сдох! - Выкрикнул я ей в лицо. - Он мне какой-то блок ментальный поставил, или ещё какую-то херню!

- О... О чём ты?

- О том! Ты же эмоции считывать умеешь? - Я дождался её кивка. - Вот и считай сейчас мои, когда я силу свою использую!

- Роза? - Напряженно проговорил Кенни.

- Хорошо. - Согласилась она после небольшой паузы и положила ладонь мне на лоб. - Давай.

Я кое-как высвободил одну руку, вдохнул, выдохнул, попытался успокоиться и зажечь на ладони синий огонёк. Маленькая искра, мороз по коже и дичайшая паническая атака. Ничего нового. Роза отшатнулась от меня, помотала головой и пробормотала:

- Ого... И так постоянно?

-Теперь да. - Я освободился от хватки державших меня парней и отошел в противоположный Алексу угол комнаты.

- Алекс? - Роза повернулась к брату. - Это правда? Зачем ты это делал?

- Он опасен! - Пробулькал блондин, зажимая кровоточащий нос. - Для всех нас!

- Пиздит. - Фыркнул я, закуривая у окна. - Он просто испугался и запаниковал.

- Да, запаниковал! - Он обратил на меня свой взор. - Ты как обезьяна с гранатой! Не знаешь, что представляет твоя сила и машешь ей во все стороны!

- А ты, значит, нет? - Я выбросил окурок в камин и начал приближаться к нему. - Ты, значит, не стал наводить в моей башке свои порядки?! - Кенни встал между мной и блондином, препятствуя потенциальной стычке. - И я тут еще плохой, не знаю, что у меня за сила, а ты такой хороший, решил меня жизни поучить?! Так расскажи мне, еблан! Я уже, бля, почти месяц об этом прошу! Расскажи мне, кто я!

Меня удерживать подбежала еще и Эмбер, схватила меня за руку и стала поглаживать, что-то шепча мне на ухо. В тот момент я не обращал на неё внимания. Алекса в этот момент держали Самум с Ником.

- Ты - чудовище! Проводник Смерти в этот мир! И ты, и этот твой Лич!

- Тихо оба! - Глаза Розы засветились, а голос громом прозвучал в голове, развеивая красную пелену перед глазами.

- Я чудовище... - Я усмехнулся, отошел обратно к окну и притянул к себе бутылку бренди, стоявшую на буфете. - А сам лучше, что ли? Решил поиграть в доктора Менгеле и ставить эксперименты на живом мозге!

Алекса и Розу отчетливо передёрнуло при упоминании нацистского садиста. И, судя по вытянутым в недоумении лицам, это заметил не я один.

- Не говори о том, чего не знаешь! - Прошипел он. Как ни странно, Роза смотрела на меня таким же осуждающим взглядом.

- А что именно я не знаю? Что он был нацистом, пытавшем людей в Освенциме? Что сумел сбежать в латинскую Америку? Или что вам не по тридцать лет, как вы говорите?

- Что ты несешь?! - Наигранно недоуменно спросила хозяйка дома.

- Ну это же на поверхности! - Я оглянулся в поисках поддержки, но увидел лишь непонимание на лицах. - Ну ребята, ну вы чего? Библиотека с раритетами, газеты из начала прошлого века, старинная мебель, манеры! Даже немецкий прорывается в речи!

- Ну, и что? - Катя нахмурилась, осмысливая мои слова.

- Да блин! - Меня накрыло праведное возмущение, ведь для меня всё было очевидно. - Глобал, ну ты-то должен был заметить, что у них из электроприборов только свет и радио на кухне!

- Хм... Это правда. - Нахмурился цыган.

- Да и вообще! - Я снова начал распаляться. - Вы серьезно думаете, что психиатр и иллюзионист в тридцать лет накопили на такой дом?! Вот помимо всего прочего! Кто эти люди, народ? Вы хоть раз задавали вопрос, кто те люди, вокруг которых вы образовали свой кружок юных магов? Самум, ну хотя бы ты? - Воздушник, нахмурившись, покачал головой. - Вам, блин, ссут в глаза и уши, а вы только рады! Что они вам сделали хорошего, а? Ладно, Эмбер Алекс помог! Ну так он к ней подкатить хотел, это логично! А вам всем что они сделали? И при этом строят из себя великих мудрецов и наставников! - Я уставился на хозяев дома. - Кто вы такие? На самом деле, а? Моё прошлое вы оба увидели в деталях, скорее всего не только моё. А вы-то сами кто?

- Эрик, ты действительно хочешь это узнать?

- Да мне уже похер! Я вас двоих видеть больше не хочу, не то что слушать. - Я поставил бутылку на стол и направился к выходу. - Лича я сам найду и как-нибудь с ним разберусь, можете не париться. Ауфвидерзейн!

Уже идя по лесу в сторону дороги, я хлопнул себя по лбу, достал телефон и набрал номер.

- Да? - Послышалось на том конце.

- Когда сможешь заняться татуировкой? И что по цене?

- Э-э... Заскакивай завтра с утра. Адрес салона и сумму сброшу смс-кой.

- Годится.

После написал Кате сообщение: "Прости за цирк, просто взбесило. Пойму, если не простишь. В любом случае, ключи у тебя есть. Целую". Выключил телефон и пошел в сторону своей квартиры. Идти далеко и долго, но прогулка была мне необходима. Катя догнала меня метров через семьсот, молча взяла за руку и обиженно засопела. По её щеке катилась одинокая слезинка.

***

Человек сидел, скрестив ноги на бетонном полу перед коридором, ведущем в бомбоубежище. Он не мог ступить ни шагу вперед - всё пространство длинного коридора заволокла тьма. Клубящаяся, почти осязаемая и... будто живая. От неё веяло жутким холодом, будто из промышленного холодильника. Но этот холод был не единственной причиной, по которой он не мог пройти дальше. Перчатка на руке Человека истлела и осыпалась прахом при первой же попытке потрогать черное марево.

Человек не мог понять, в какой именно момент всё пошло наперекосяк? С появлением Нечеловека? Или позже, с прибытием Странного? И если бы Человек поступил в самом начале по-другому, чем бы всё обернулось? Самое страшное то, что, пытаясь избежать жертв, он, скорее всего, привёл к еще большим. Человек нашел в себе смелость признать: чтобы спасти многих, придется пожертвовать одним. Или двумя. Лучше одним, но, если Странный не выживет, ему сильно хуже не станет. Главное - чтобы не выжил Нечеловек.

С кряхтением, он встал с холодного пола, поднял в сторону клубящейся тьмы средний палец и произнёс:

- Fahr zur Arsche! [(Нем.) 'Иди в жопу!']

Тьма, казалось, попыталась дотянуться до пальца своим холодным щупальцем, но Человек быстро засунул руки в карманы и торопливо ушел прочь. Помимо медитаций перед лицом неизвестного, у него были более важные дела.

***

В девять утра я стоял перед опущенной ролетой тату-салона, курил и вертел в руках телефон. После прошлых событий у него успел потрескаться экран, и я вовсю раздумывал над приобретением нового аппарата. Но не сегодня, и явно не в ближайший месяц - время поджимают, да и кубышка с финансовым запасом серьёзно опустела.

Катя вынырнула из-за угла здания, держа в руках пакет с различной снедью. Как я не порывался пойти с ней и помочь, она наотрез отказывалась, оставив меня у входа ждать Кенни. Дойдя до меня, она запустила в пакет руку и вынула две свежие тёплые шаурмы. Протянув одну мне, она захрустела своей.

- Спасибо, солнце. - Я потянулся, чтобы поцеловать её в щеку, но она отклонилась.

- Даже не думай, я всё еще злюсь на тебя.

- Из-за чего?

- А, то есть, по-твоему не из-за чего?!

Я вздохнул, приводя мысли в порядок-:

- Если быть откровенным, я давал тебе достаточно поводов. Я хочу узнать, за что именно ты на меня злишься прямо сейчас?

- Ну, давай подумаем... - Она картинно подняла голову вверх и постучала пальцем по подбородку. - Как насчет того, что ты повёл себя как мудак с дорогими мне людьми?

- Безусловно, это так. Но не я первый начал.

- Эш, мне плевать, кто начал. - Она спрятала недоеденную еду в пакет и облокотилась спиной на заборчик. - Мы не в детском саду, мы взрослые люди, и каждый должен нести ответственность за свои поступки!

- Кать, я не отрицаю свою вину в произошедшем. - Огромными усилиями я удерживал ровный тон голоса. - И не пытаюсь себя обелить. Я говорю, как есть...

- Нет, Эрик, ты просто слетел с катушек и повёл себя как настоящий придурок! Не знаю, что ты там себе понапридумывал, но Алекс и Роза сделали очень много хорошего за свою жизнь! И не только мне! Того же Глобала еще мальчишкой приметил Алекс, он увидел искру таланта и помог его обуздать и направить! Аву подобрали полностью разбитой, помогли ей социализироваться, научили жить в мире вне монастыря! И так со всеми нами, и не только! И ты еще после этого спрашиваешь, что хорошего они сделали?

- Этого я не знал.

- Эрик, милый, вселенная не вращается вокруг тебя! - Девушка дрожащими пальцами достала из пачки сигарету и подкурила. - Не только у тебя есть неприятные моменты из прошлого, о которых ты не хочешь распространяться! Ладно я - у меня на лице всё было написано, но другие уж точно не станут изливать тебе душу без крайней необходимости!

- Ты сама знаешь, что конфликт разгорелся не из-за этого. У нас были определенные договорённости, и он их не выполнил.

- О чём ты?

- Я не нравлюсь Алексу, он не нравится мне. Мы договорились, что он даёт мне информацию по Личу, я с ним разбираюсь и исчезаю из поля зрения. Это если вкратце.

- Я... Ты мне не говорил... - Она нахмурилась и посмотрела на меня.

- Говорил. Тогда, ночью у меня. - Пожал я плечами и отправил в рот последний кусок своего завтрака. - Это было частью нашего с ним уговора - я не впутываю в свои разборки ни тебя, ни кого-либо из ваших. В итоге, он не только не сдержал своего слова, но еще и палки в колёса начал ставить!

- Какие палки? Тот самый "блок"?

- Именно. - Я выудил из пакета бутылку газировки, свинтил крышку и сделал несколько глотков. - Из-за этого я уже дважды мог погибнуть. Без преувеличений.

- Слабо верится, если честно...

- Ну хорошо. Представь, что у тебя внезапно возник страх огня. Причем не просто боязнь, а реальная фобия! Ты даже сигарету подкурить не можешь, не говоря уже о выступлениях или посиделках у камина! - По округлившимся глазам девушки я понял, что попал в точку. - Вот то же самое было у меня с моими силами.

- Ни хрена себе... Не думала, что всё так серьёзно. - Она покрутила на ладони шарик огня. - Но с чего ты взял, что это Алекс?

- Сложил два и два. Когда тебя ранили, он припёрся и начал быковать. Мы поцапались, и он наслал на меня какие-то галлюцинации, и после этого я и получил фобию.

- Подожди! - Катя помотала головой. - Но ведь на кладбище ты...

- Тогда я сильно разозлился и забил на страх. Повезло.

- И в монастыре...

- Да. С чумницей мы бы справились гораздо быстрее и проще.

Мы помолчали минуты две, думая каждый о своём. В итоге Эмбер нарушила тишину:

- Но всё равно это не отменяет того факта...

- Да, я принесу свои извинения перед всеми. Только сначала покончу с этим бледным козлом! И так слишком много времени потерял.

- Спасибо. - Катя подошла ко мне, крепко обняла и уткнулась мне в грудь. - Алекс не плохой человек. Просто... он пережил слишком много.

Это утверждение я оставил без ответа. Во дворик, в котором мы ожидали, въехал чёрный минивэн и остановился рядом с нами. Из пассажирской двери выпрыгнул Кенни и сразу подбежал ко мне.

- Братан, только без обид, у меня не было возможности предупредить заранее!

- Ты о чём?

- Только не пыли! Он сказал, что хочет просто поговорить, и что это важно.

Из водительской двери вышел блондин, закрыл машину, кинул ключи малефику и встал чуть в стороне, искоса поглядывая в мою сторону. Я чертыхнулся про себя, выбросил истлевший окурок и кивнул парню:

- Открывай, внутри поговорим.

Пока Эмбер делала кофе, Кенни готовил краски и машинку, протирая всё спиртом и настраивая привод. Я же сидел на медицинском кресле, замотанном в полиэтилен, положив левую руку на мягкий широкий подлокотник. Контур рисунка уже был перенесен на тщательно выбритую кожу.

- Так о чём ты хотел поговорить?

Алекс тяжко вздохнул, оторвал взгляд от окна, взял табуретку и сел возле меня.

- Для начала, я признаю, что мои действия в отношении тебя, вероятно, были поспешными и неоправданными.

- Так, народ. - Кенни уселся слева и начал мазать мою руку вазелином. - Меня не отвлекать, рукой не дёргать, работать буду быстро, а потому больно. Готов?

- Угу. - Кивнул я малефику и повернулся к блондину. - И что дальше?

- Дальше, с твоего позволения, я хочу исправить то, что сделал. Для этого мне придётся снова воспользоваться своими способностями.

- И как я могу быть уверен, что ты не наставишь новых приколов?

- Тебе придется поверить мне на слово. - Алекс развёл руками. - Пришёл бы я сам, если бы хотел причинить вред?

- Да кто тебя знает... - Огрызнулся, было, я, но поймал взгляд Кати и выдохнул на полуслове. - Ладно, жги.

- Хорошо. Кенни, не помешаю? - Малефик, занятый наведением контура, отрицательно мотнул головой. - Тогда поехали.

С пальцев Алекса потекли струйки фиолетового дыма, заползли мне в ноздри и выбили меня в уже знакомую темную пустоту. Оглядевшись по сторонам, я увидел Алекса, медленно идущего ко мне. Я уже напрягся, но он обезоруживающе поднял обе руки:

- Погоди. Это единственный способ для нас поговорить наедине, без... лишних ушей.

- О чём?

- О Личе. Но прежде я хочу тебе кое-что показать. Просто чтобы ты понял.

- Понял что?! - Успел спросить я перед тем, как темнота вокруг сменилась светом.

Я стоял на широкой мощеной улочке какого-то городка в немецком стиле. Нет! Через секунду ко мне пришло понимание, что это Австрия, тридцатые годы двадцатого века. Но какого хрена?! Что я здесь делаю, и зачем мне это показывать?

- Смотри. - Шепнул мне на ухо голос Алекса.

Я обернулся и увидел их обоих. Роза шла под руку с братом, он был одет в повседневный серый костюм, она в длинное коричневое платье с кремовой шляпкой. На сгибе её локтя висела небольшая корзинка со свежим хлебом и связкой колбасок. Они сели на лавочку, Алекс достал из корзины и развернул свежую газету.

- Март тридцать восьмого года, считанные недели до Аншлюса. - Пояснил мне голос блондина.

Алекс прочитал какую-то новостную заметку, показал её сестре, они о чем-то шепотом поговорили, после чего спешно встали и двинулись вверх по улице. Картинка подернулась рябью и исчезла, оставив меня в темноте.

- Мы с Розой оставили Австрию прямо перед приходом немецкой армии. Несмотря на мнения большинства людей, в том числе амнистированных нацистов, мы понимали, какую беду несут за собой гитлеровские поползновения. Мы сбежали во Францию, в надежде обрести там покой. Из всего имущества забрали лишь книги. Однако, нацисты не собирались ограничиваться Австрией. Оставив Розу одну, я ушел в армию.

Перед глазами возникла картина какого-то военного штаба. Алекс сидел за столом в наушниках перед радиостанцией и что-то спешно записывал карандашом на лист. Сзади, помимо снующих туда-сюда военных, перед картой стояли высокие генеральские чины и что-то бурно обсуждали.

- Как носителя языка меня взяли сначала переводчиком, после перевели в радисты, на перехват сообщений немецкого командования. Однако, после начала вторжения, меня перевели на фронт, командовать ротой. Благо, у меня за спиной было несколько лет военной академии и лейтенантские погоны.

- И тебя не заподозрили в работе на нацистов?

- Конечно заподозрили. Но потом до них дошло, что мы с сестрой из австрийских евреев, и на нацистов я явно работать не могу.

Картинка вновь сменилась - передо мной расположилось поле боя, окоп, взрывы... Бравый лейтенант читает радиограмму из штаба, сверяется со временем и, поднимая пистолет, ведет отделение в бой. Свистят пули, вскрикивают и падают раненные солдаты, летят во все стороны осколки и комья земли! Лейтенант получает ранение в плечо и падает в неглубокую воронку от снаряда. Это спасает его от нового близкого взрыва, разом выкосившего половину его личного состава. Изображение мутнеет и темнеет, вокруг стоит невообразимый звон, глушащий все остальные звуки.

- Так я получил ранение, контузию и попал в плен. Когда чуть оклемался, использовал свои способности и сбежал. От страха я даже не подумал о своих братьях по несчастью, бросил их на произвол судьбы.

- Такое случается. - Произнёс я мрачно, даже с небольшой долей сочувствия. - Иногда не остается времени на принятие решений...

- Я мог дать это время! Я и так отвлёк нацистов, мог придумать что-то получше! Если бы я продумал всё заранее...

- Ты всё равно не можешь ничего исправить.

- Я знаю. - Голос Алекса стал более спокойным. - Не буду грузить тебя долгими картинками. Я кое-как добрался до Реймса, нашёл Розу... И нас сдали соседи. В итоге нас схватили и отправили в Дахау. Знаешь, что это?

- Лагерь смерти.

- Именно. Нам удалось оттуда сбежать. Роза прочитала память одного из охранников и узнала план лагеря. Мы отвлекли охрану, отвели глаза дозорным и смогли вывести около двухсот приговорённых. Месяц мы прятались по лесам, партизанили, добывали себе еду... Несколько человек ушли в одну деревню за продуктами, но их схватили. На допросе они сломались и выдали наше местоположение. Снова плен, снова лагерь, снова пытки... Чудом избежали расстрела. Спустя два месяца нам вновь удалось сбежать. Полгода мы добирались до Бельгии, чуть не попались, перебрались во Францию, договорились с лодочником о переправе в Англию, но не сложилось - за нами пришел Он.

- Кто?

- Некромант, садист, один из известнейших нацистов. Ты его знаешь, как Йозефа Менгеле.

Появилась картинка - среднего роста мужчина, с усами, в обычной фетровой шляпе и в длинном черном плаще стоит на вечернем причале. По бокам от него четверо солдат СС держат на прицеле испуганных Алекса и Розу. Тело лодочника, покрытое десятком пулевых отверстий, уже остывает в уносящейся вслед за течением лодке. Глаза мужчины сверкают синим огнём, на лицо наползает довольная ухмылка, и он отдаёт команду схватить брата и сестру.

- Нас перевезли в Аушвиц... Освенцим. Поселили в отдельный барак, отведенный под его пациентов и закрыли там на два месяца. Видимо, у него на тот момент хватало подопытных.

- Ты будешь мне показывать, какие эксперименты он над вами проводил?

- А ты этого хочешь?

- Нет.

- Мудрое решение. Не каждая психика это выдержит. - В голосе Алекса сквозила горечь. - Обойдусь одним изображением.

Передо мной возникла операционная. Вся отделанная белым кафелем, с тремя металлическими столами. На одном уже лежало тело, накрытое окровавленной простыней. На двух других лежали привязанные кожаными манжетами Роза и Алекс - исхудавшие, напуганные... жалкие.

- Смотри. Вон там, на столе.

Изображение немного увеличилось, и я рассмотрел на столе с хирургическими инструментами небольшую книгу. Оббитую толстой кожей, с медными уголками, без надписей... Один в один - Сашкино "сокровище"!

- Ты ведь её уже видел, не правда ли?

- Это она?

- Да. Это та книга, за которой ты приехал. И это та книга, которой сейчас владеет и активно пользуется Лич.

- Откуда мне знать, что ты не лжёшь?

- Я демонстрирую тебе то, что не показывал больше никому. У меня нет других доказательств, и тебе остаётся верить мне на слово.

Я немного помолчал, Алекс тоже не стремился нарушать тишину. Я сидел в чёрной пустоте и напряженно думал. Мыслей было много, они все казались важными... но вот пазл не складывался.

- Зачем ты мне это показал?

- Чтобы ты понял то, что я расскажу тебе дальше. Я считаю, что нынешний Менгеле умер не окончательно. И... не в первый раз.

- То есть...

- Да. Я уверен, что он уже перерождался. Подобно тебе, например. Он однажды упомянул, что это его личный дневник, в котором он долгие годы вёл свои исследования.

- Перерождался... То есть, занимал чужие тела?

- Скорее всего. Дело в том, что я уверен - наш Лич и есть переродившийся Менгеле.

- Бред. - Я помотал головой. - Я знаю его! Он мой... был моим другом, до смерти.

- Возможно, даже после смерти он оставался какое-то время твоим другом. Но сейчас он совершенно другой. Новая сущность... поглотила его.

- Ты-то откуда знаешь?

- А это уже вторая часть моего разговора. И я хочу, чтобы это осталось между нами.

- Что ты натворил уже?!

- Ты можешь относиться ко мне как угодно, но пообещай, что этого никто больше не узнает.

- Ладно. - Процедил я, спустя несколько мгновений. - Обещаю. Говори уже!

- Я знаю, где находится Лич. Более того, я сам дал ему приют.

- Что?! Какого...

- Я хотел ему помочь... Когда он пришел, в нём... будто бы боролись две сути. Он был страшен... но и напуган одновременно. Я думал, что смогу ему помочь... Только потом я понял, кто он, кто захватил его тело.

- И ты всё это время молчал! Дебил! - Я поднялся и начал напряженно мерять ногами пустоту. Бессмысленно, но от привычек никуда не деться. - И что же тобой двигало? Какие мысли? Ой, чумная крыса! Возьму-ка я её к себе, а то она худенькая, голодная!

- Я не говорил тебе, так как подозревал тебя. Ты говорил об этой книге, ты искал её, ты жаждал её заполучить. Только потом я понял, что она у него в руках. Только когда Роза просмотрела твою память, я понял, что здесь что-то нечисто. То заклинание... Оно совсем не несло пользы для... для Него.

- Что оно значит?

- Verbindlich Seele - значит "Привязанная душа". Оно привязывает твою душу к твоему телу. Потому и не упокоились ни ты, ни твой друг. Сама книга, как мне кажется, исполняет роль Филактерия для Лича, хранит часть его души, не давая умереть окончательно, позволяет перерождаться. Не спрашивай, чего мне стоило получить эти сведения.

- Окей, допустим всё так. - Прорычал я, борясь с желанием прибить этого урода. - Понятно, что если Менгеле выбрал тело Сашки, то он стал некромантом. А я-то почему?

- Не знаю. - Мне показалось, что Алекс, невидимый сейчас, пожал плечами. - Возможно у тебя был талант, может из-за близкого знакомства со смертью, может верна версия сестры, и ты просто впитываешь то, с чем сталкиваешься. Ты вообще какой-то... странный.

- Хрен с ним. Где Лич сейчас, и чего он хочет?

- Как я считаю - стать живым. Думаю, мало приятного ходить в мертвом теле. Он сейчас крайне зависим от чужой жизненной силы, буквально стал энергетическим вампиром. Но я даже представить себе не могу, что надо для возвращения жизни... Смерть никогда и ничего не отпускает просто так. - Среди пустоты появилось два мягких стула, в одном из которых сидел Алекс, довольно уставший. - Для сбора энергии он завёл себе... армию. Всяких тварей, вроде чумницы и тенеткача. А сидит он в цирке. Под ним есть старое бомбоубежище, я его реставрировал несколько лет, на всякий случай. Схему прохода я оставлю у тебя в голове, уж извини за вмешательство.

Я потер лицо руками, походил из стороны в сторону, после чего с диким криком разбил вдребезги второй стул, вымещая на нём всю ярость. После, схватив ножку от стула я несколько раз оприходовал Алекса по голове. Блондин никак на это не отреагировал, позволяя мне выместить злость. Спалив останки мебели дотла, я, наконец, успокоился и взял себя в руки.

- Долбоёб. - Только и смог проговорить я. - Вместо того, чтобы сразу покончить с проблемой, ты дал ей разрастись. Молодец!

- Я не хотел рисковать. Ни собой, ни им, ни кем-либо другим. С меня уже хватит жертв. - Сокрушенно проговорил блондин. - Не говори никому. Пожалуйста.

- Да пошел ты в жопу! - Вновь сорвался я, но быстро привел себя в руки. - Лучше ответь мне, долгожитель, с хера ли вы такие молодые оба?

- Тут три причины. Маги сами по себе живут дольше обычных людей. Лет на двадцать в среднем. - Прикинул он в уме. - Потом, Менгеле не просто нас пытал - он ставил эксперименты, в том числе по консервированию тканей. Возможно это повлияло.

- А третья причина?

- Ава. До встречи с ней мы выглядели несколько... старше.

- Хер с ним. - Плюнул я в черноту. - Давай уже, возвращай мне силы и выводи в реальность! Курить хочу - аж уши в трубочку сворачиваются!

- Уже готово. - Алекс щелкнул пальцами.

Тьма расступилась, я вновь оказался сидящим в кресле, мою левую руку жгло от вбиваемой под кожу краски, а нос улавливал запах свежего кофе. Взглянув на телефон, я подумал, что он сбоит - ну не могло пройти почти пять часов! Однако, учитывая, что Кенни уже заливал цветом нанесённые контуры, наполовину закончив рисунок, мне пришлось согласится с умной техникой. Катя мирно дремала на кушетке, видимо, не дождавшись нашего с Алексом "возвращения". Блондин встал с табуретки, устало потер лицо и отправился к кухонному уголку за кофе и закусками.

- И мне захвати. - Буркнул я, почувствовав, как требовательно заурчал желудок.

Сосредоточившись на правой, свободной ладони, я зажег на ней лепесток синего пламени. Тот радостно вспыхнул, затрепетал, будто в предвкушении, обдал мою руку привычным холодком, а я не почувствовал никакого сопротивления. Наоборот, я будто надел старую уютную пижаму, прямо как в детстве. Никакого страха, ни тревоги, ни даже намека на нервозность - лишь покой и чувство защищенности.

- Потуши. - Вполголоса потребовал Кенни. - Фонишь.

- Сорян. - Я спешно потушил огонёк на ладони, загоняя свою тьму обратно в недра души.

Наскоро перекусив, Алекс уехал восвояси. Мы провели в салоне еще около пяти часов, пока малефик не закончил свою работу. Что характерно, я раньше наблюдал за работой тату-мастеров, и видел, как они стирают выступающую кровь с чернилами стерильными салфетками. Кенни, в свою очередь, аккуратно собирал мою черную от краски кровь в медную миску. После завершения работы, он отложил машинку в сторону и взял посуду в руки. Погрузил в неё кончики пальцев, сосредоточился, зажмурив глаза и начал что-то нашептывать. Жидкость в миске закружилась, забурлила и начала светится алым светом. Не прекращая едва слышной скороговорки, малефик обильно смазал рисунок на моей коже моей же заговорённой кровью, начертил пальцем несколько символов.

На секунду моё тело обуял жар, будто волнами расходящийся от татуировки, на моём лбу выступили капли пота, руки затряслись, а из горла помимо желания вырвался сдавленный стон. Но уже спустя миг всё прошло.

- Сработало? - Поинтересовалась проснувшаяся девушка.

- Не знаю. - Хмыкнул Кенни, резко схватил заранее заготовленный скальпель и резанул мне по предплечью.

- Ай! Чего творишь, садюга?! - Я одернул руку и инстинктивно зажал ладонью место предполагаемого пореза.

- Покажи! - Потребовал парень.

Я осторожно разжал пальцы и удивленно охнул, не увидев, ровным счетом, ничего. Лишь тонкую полоску белой кожи, едва оцарапанную кончиком скальпеля.

- Сработало. - Констатировал Кенни и начал собирать инструмент.

- Спасибо, братан. - Уважительно протянул я. - Сколько с меня?

- Сколько не жалко. - Пожал плечами он.

Прикинув оставшиеся запасы, я со спокойной души выложил на стол полторы тысячи долларов. Да, по нынешнему прайсу такие тату стоят немногим меньше, но эффект этой работы уже превзошёл все мои ожидания.

- Ух-ты! - Катя восхищенно рассматривала моё плечо с разных сторон. - Красиво вышло! А сколько заживать будет?

- Уже зажило. - Обернулся Кенни с ехидной улыбкой. - Спецзаказ, всё же. А то, что красиво - это заслуга Эша. Его эскиз, как-никак. Кстати, ты же работу ищешь? Не хочешь ко мне? Будешь сидеть, эскизы на заказ рисовать. Там, глядишь, и бить научишься...

- Знаешь... - Протянул я, почесывая снова отросшую щетину. - Я об этом очень серьёзно подумаю.

--

18. Впервые на арене

- Ой, Гена, как красиво-то, а?

- Угу. - Геннадий Петрович сосредоточенно искал номер в записной книжке телефона.

- Гена, ты вообще смотришь?

- Лариса! Ну что я там не видел, скажи? - Нужный номер наконец-то нашелся, и капитан нажал на вызов. - Всё, подожди, у меня дела!

- Гена, ну какие дела?! Какие дела, ну?! - Женщина, всё еще стройная и красивая для своих лет, оторвалась от красивого вида из кабины колеса обозрения и начала основательно пилить мужа. - Ты же в отпуске! Какие еще дела?! Пять лет без отдыха пашешь, никуда свозить меня не можешь! Спасибо Мише, надоумил тебя, дурня, задницу от стула оторвать! Но нет, ему не сидится без дела, трудоголик чёртов! Ну вот какие у тебя дела сейчас?!

- Аллё! Олежа! - Капитан устало отмахнулся от жены и отвернулся к окну, прижимая трубку телефона плотнее к уху. - Это Гена Васильев! Узнал?! Да, здорово! Да вот, с супругой в Киеве, думал повидаться, да за жизнь поговорить! Дома? Замечательно! Не против, если мы у тебя пока вещи оставим? Вай, спасибо, дорогой! Всё, тогда скоро будем!

Колесо сделало полный оборот, кабина опустилась, супруги вышли на свежий воздух и пошли в сторону метро. Лариса откровенно дулась на мужа, вынуждая его обратить на неё больше внимания.

- Ну Лара, ну перестань! Мы же тут не на один день!

- Что "перестань"? Я сюда не для того приехала, чтобы с вами на кухне сидеть и смотреть как вы водку жрёте!

- Да ну какую водку?! Что ты выдумываешь вечно?! Да мы просто вещи оставим и дальше гулять отправимся!

- Возьмите, пожалуйста. - Молодой промоутер в жёлтой жилетке протянул Геннадию цветную листовку, которую тот машинально схватил. - Сегодня последнее представление, приходите!

- Вот, Лариса! - Он постучал пальцами по глянцевой бумаге. - Давай в цирк сходим? Тут вон, и акробаты, и жонглёры, фокусники... А завтра в музей какой-нибудь! В Пинчук-центр, например, на выставку!

- И пить не будешь? - Поиграв желваками, спросила она.

- Вот те крест!

Правда, Геннадий не собирался рассказывать жене о том, что с Олегом Нечипурой, следователем прокуратуры, он собирался встретится в первую очередь по работе. И выпить предварительно они тоже собирались, дабы не возникло у друга юности ненужных вопросов. Но эти дела можно и на завтра перенести, сегодняшний день он лучше посвятит супруге.

***

Всю ночь я опять не спал. Не только из-за того, что мне было жарко - горячая кровь хоть и не приносила ощутимого вреда организму, но заставляла попотеть. Кенни сказал, что эффект скоро должен пройти, когда организм адаптируется. Да и Кате моя новая особенность ничуть не мешала. Она как прижалась ко мне с вечера, так и не отлипала всю ночь. Видимо, пироманты легче переносят жару.

Спонсором моей бессонницы снова стали мысли. Во-первых, я долго мучался моральной стороной вопроса. Смогу ли я причинить вред своему другу? Я понимаю, что это не он, но что если Алекс ошибается? Что если это всё еще Санёк, которого я знал? Просто немного поехал крышей - всё-таки, смерть и меня изменила, причем не в лучшую сторону. А ему еще из могилы выбираться пришлось...

Даже если учесть, что я с ним дрался уже дважды, я же тогда не знал, кто он! Со стороны морали -- это всё равно, что на ногу человеку в транспорте наступить, целенаправленно я бы этого точно не сделал. К тому же, он явно не знает, кто я. Я же в другом теле, блин! Не знаю, как повернулась бы наша встреча, узнай мы друг друга. Может пива бы выпили, может тоже сцепились бы. Я, так-то, тоже на взводе был, денёк не из приятных выдался...

Нет, к нему я точно загляну, и явно не без снаряги - хрен его знает, как он отреагирует на моё появление. Вот только как мне туда попасть? Бомбоубежище под цирком не публичное место, просто так меня туда не пустят. Вот бы всех оттуда вывести, от греха подальше... Заминировать помещение, что ли? Ну, в смысле - сообщить в полицию о минировании здания. Тогда точно всех эвакуируют. Но зато полиции нагонят - мама не горюй! Врубить пожарную тревогу тоже не вариант, тогда пожарные понаедут. Ночью туда влезть? Можно, конечно, но вот одну ночь я уже пропустил, а ждать следующей не хочу - и так уже много времени в трубу вылетело. Ладно, придется днём пробиваться. Авось, как-нибудь выкручусь.

Утром я провёл Катю на метро - ей опять надо было отправляться по делам, вернулся домой, заварил себе кофе, поразмыслив немного, долил в него оставшегося виски и сел думать дальше. Поискал через ноутбук ножи с посеребрением, офигел от цен и решил, что обойдусь тем, что у меня уже есть. Всё-таки, если Лич окажется гораздо сильнее меня, то мне и нож не поможет. Открыл сайт цирка - сегодня какая-то известная труппа из Франции давала заключительное представление в своём европейском туре. Судя по распроданным билетам, они собрали полный аншлаг, администрация даже выставила на продажу приставные места. Скрепя сердце, потратил половину своего оставшегося финансового запаса на билет в последнем ряду и стал собираться.

Проверка экипировки показала полный комплект, который я и сложил в рюкзак, с трудом это всё запихнув. Не хочу я вызывать подозрений на входе - лето, жара, а тут здоровенный мужик в военном гольфе, стилах, да ещё и в защите по всему телу. Странно, не правда ли? Я бы такого точно остановил, да еще и досмотр ему устроил со всем пристрастием. А значит - переоденусь уже внутри.

До "представления" оставалось восемь часов, надо было чем-то себя занять. Отвлечься, чтобы не ощущать подступающий мандраж, чтобы не думать о предстоящем пиздеце. Блин, ведь куда проще сломя голову мчаться вперед, чем сидеть и тупо ждать, прокручивая раз за разом в голове предстоящие действия. Четкого плана у меня не было - просто найти вход в убежище, разогнать собранных там тварей и надавать по лицу бывшему другу. Никакого пошагового стратегического планирования - чистейшая импровизация. Ведь ни один план не переживал начала атаки, верно? Да и стратег из меня, мягко говоря, так себе.

Усевшись по-турецки посреди комнаты, я закрыл глаза, выровнял дыхание, усилием воли унял дрожь в руках и постарался очистить сознание. Итак, что мне может помочь? Да всё, чем я обладаю. Огонь, тьма, телекинез... Даже электричество! Я же могу создавать небольшие разряды! Да и на чумницу оно подействовало неплохо! И почему я о нём не вспоминал? Надо использовать оставшееся время с пользой! Будем тренироваться.

Открыв глаза, я вытянул перед собой руки и попытался создать хотя бы небольшой разряд. Не получилось. Окей, как я это делал раньше? Давай, Эш, сосредоточься! От моей правой руки отделяются свободные электроны, они ионизируют воздух между ладонями, создают ионный мост, тянутся по нему к пальцам левой руки... Есть! Тоненькая синяя искра с громким треском проскочила перед моими глазами! Окей, попробуем еще раз... И еще... И еще! Это надо довести до автоматизма, в бою времени не будет! Еще раз! Еще! Еще!

Спустя час, у меня начало получаться более-менее сносно, и я перешел на другой уровень. Теперь попробуем кое-что, что я хотел повторить с самого детства! Встав и выбрав своей целью так и не повешенный на место сломанный кухонный шкафчик, я вытянул руку, быстренько сосредоточился и выпустил небольшую молнию. Ха-ха-ха, почувствуй мощь тёмной стороны! Поддавшись ребяческому азарту, я минут пять поливал молниями многострадальную мебель, безумна хохоча и представляя себя Императором Палпатином.

Пришел в себя я только после настойчивого звонка в дверь. Я быстро открыл окно, выпуская дым от обгоревшего дерева, открыл дверь раздраженной соседке, жалующейся на шум, как смог её успокоил и попрощался. Черт, а ведь попустило. По крайней мере, я себя сейчас чувствую куда увереннее и бодрее, чем час назад! Усмехнувшись, я сварил себе еще кружку кофе. Долил туда остатки виски и снова уселся "медитировать". Теперь я тренировал всё в комплексе, стараясь не терять концентрацию при оперировании сразу четырьмя силами. Получалось так себе, но я не думаю, что мне понадобиться весь мой арсенал одновременно. По крайней мере, я на это надеюсь.

***

Катя уже успела справиться с последними нюансами поступления в академию, перекусить с будущей однокурсницей в ближайшей студенческой забегаловке и почти дойти до метро, как ей позвонила её тётя. Она как раз затеяла дома генеральную уборку, и Катя не могла ей отказать в помощи - всё-таки, она была очень обязана этой женщине. Как-никак, именно Тётя Света осталась её единственной родственницей. Отца-алкоголика и бабушку, полностью поддержавшую своего сыночка, девушка за семью больше не считала. И это было взаимно. И только сестра Катиной мамы в своё время не стала закрывать глаза на творящееся с девочкой безумие, приютила и с помощью пары знакомых юристов запретила этому подонку приближаться к дочери ближе, чем на сто метров.

Тётя Света была очень увлекающейся женщиной, но увлекалась она в основном не филателией и нумизматикой, а экстрасенсорикой и хиропрактикой. Это обстоятельство позволило Кате в своё время спокойно привести тётю к могущественному потомственному "экстрасенсу" Розалинде на сеанс лечебного гипноза. Именно там её воспоминания были слегка подкорректированы: теперь с помощью некоторой части семейных сбережений, а также благодаря помощи благотворительного фонда Кате сделали пластическую операцию по удалению шрамов. По крайней мере именно в этом тётя Света была уверена на сто процентов. Просто Роза сказала, что так гораздо гуманнее для мозга, чем просто стереть память.

И вот, самый родной человек на всей планете просит девушку помочь с уборкой. Как ей можно отказать? Это же такая мелочь!

- Ну что, Катюш, как с поступлением? Справляешься?

- Всё хорошо, тёть Свет! В сентябре уже занятия начнутся.

- Кать, ну сколько можно? - Светлана отвлеклась от вытирания пыли и укоризненно взглянула на племянницу. - Я сто раз тебя уже просила, не называй меня тётей! Я чувствую себя старой!

- Прости. - Хихикнула девушка, продолжая мыть пол.

- Как там твой мальчик? Не расстались еще? - Как ни в чем ни бывало продолжила она.

- Нет, все хорошо у нас. - Катя нахмурилась. - А должны были?

- Ну мало ли... Просто ты его не приводишь, не знакомишь...

- Ну тёть... Ой, прости. Света, он только недавно переехал, сейчас работу ищет, ему пока некогда.

- У-у-у, занятой какой. - Усмехнулась женщина. - Он хоть хороший?

- Хороший. - Девушка улыбнулась своим мыслям. - Вредный иногда, но хороший. Лучше, чем пытается казаться.

- Это главное. - Улыбнулась Света. - А сегодня вечером он свободен?

- Не знаю, а что?

- Да мне тут три билета в цирк знакомая отдала. Хотела с семьёй сходить, но н получается. Вот я и подумала, может вместе сходим, заодно познакомимся?

- Было бы классно! - В глазах Кати промелькнул неподдельный интерес. - Только узнаю, сможет ли он...

Едва она успела достать из заднего кармана шорт телефон, как он завибрировал, едва не выпав на пол. На экране выскочило сообщение от Эрика: "Уехал с Виталиком по работе, буду поздно. Если что - ложись без меня. Целую.". Катя разочарованно поджала губы, но вслух сказала:

- Нет, он занят.

- Ну что ж, - вздохнула Света, откладывая тряпку в сторону, - значит, зови подружку свою. Устроим себе девичник.

- А почему бы и нет? - Хихикнула девушка, набирая номер Иры. - Давно в цирке не была.

***

В здание цирка я зашел одним из последних. В кепке, в тёмных очках, в джинсах и белой футболке - я старался одеться как можно неприметнее, и при этом так, чтобы недолго переодеваться. Заранее приготовил распечатанный в ближайшей "ксерокопии" билет, и, изобразив на лице интерес и волнение, двинулся к дуэту билетера и охранника.

- Прошу прощения, но я не могу пустить вас с рюкзаком. - Выступил вперед охранник прежде, чем парень с билетами успел открыть рот.

- Э... - замялся я от неожиданности. - А почему? Вон ту девушку с рюкзаком вы пропустили...

- Ваш слишком большой, он может мешать людям.

Я молча перевел взгляд на огромного толстого мужика, размером с меня полгода назад, проходящего соседний контроль, скептически поднял бровь и вновь посмотрел на охранника. Тот никак не отреагировал, продолжая перекрывать мне вход. Немая сцена затянулась.

- Слушай, дружище, - я решил импровизировать, - я тут уже неделю в командировке. Живу во всратой гостинице с общим душем, работающим два часа в день. Через три часа отходит мой поезд, у меня в руках полный рюкзак грязного белья вперемешку с документами, а на долбанный билет на это представление у меня ушла половина моей зарплаты. Из этого вытекает два варианта: либо ты мне отдаёшь бабки за билет, и я спокойно иду пить пиво, либо ты меня впускаешь внутрь, а я ставлю рюкзак под сиденье и никому не мешаю. Что выбираешь?

- Вы мне угрожаете? - Насупился охранник.

- Нет, просто говорю, как всё будет.

- Нет, не будет. - Невозмутимо покачал головой он.

- Ну ладно. - Я снял рюкзак со спины, поставил его под стенку и уселся на него сверху. - Тогда зови начальника.

Прошло минут десять вялых препирательств, прозвенел второй звонок, и охранник со вздохом все-таки соизволил снять с пояса рацию и позвать кого-то, компетентнее себя. Не хотел я конфликт начинать, не то настроение. Я сейчас достаточно взвинчен и, боюсь, могу убить случайно кого-нибудь. Поэтому я лучше немного посижу, подержу себя в руках. Всё-таки, я не этим людям пришел бить лица.

- В чём дело? - К нам подошёл солидный дядька в неплохом костюме, с надписью "начальник охраны" на бейдже.

- Да вот... - Его подчиненный указал на меня, прикрывшего глаза и развалившегося возле входа.

- Добрый день. Чем могу помочь?

- Добрый. - Я встал, изобразив на лице радушную улыбку. - Можете повлиять на своего подчиненного, пожалуйста? Дело в том, что он отказывается пропускать меня внутрь из-за моего рюкзака.

Начальник смерил взглядом мой багаж, посмотрел на меня, на охранника, еще раз на меня, и, судя по лицу, принял какое-то решение.

- Что у вас с собой?

- Личные вещи. Я после представления сразу отбываю из города.

- Могу я увидеть ваш билет?

- Конечно. - Я протянул ему требуемое.

- Угу. - Он оторвал корешок и отдал билетеру. - Прошу прощения за своего сотрудника, видимо он плохо понял утренний инструктаж. Надеюсь, вы не собираетесь нести его на плечах? Людей у нас сегодня много, вы можете создать кому-то неудобства.

- Конечно не собираюсь. - Фыркнул я. - Донесу в руках, поставлю под сиденье...

- Прекрасно. Тогда не смею вас задерживать. - Он вернул мне билет. - Приятного просмотра, и еще раз прошу прощения за это недоразумение.

Благодарно кивнув этому адекватному человеку, я вошёл в полукруглое фойе под звуки играющего там оркестра. Музыканты закончили мелодию, получили порцию аплодисментов и начали собираться. Прозвучал третий звонок, люди, всё еще бродящие в коридоре, поспешили занять свои места в зале. В проходах мигом образовались толпы, к которым стянулись местные работники. А я, воспользовавшись суматохой, восстановил в памяти план здания, переместился сквозь толпу к лестнице, ведущей вниз, к техническим помещениям. Хорошо, что ко входу в убежище вело аж три пути из разных частей здания. А то не хотелось бы мне проходить через гримёрки и прочее закулисье.

Длинный, мрачный коридор с какими-то кабелями и трубами, идущими вдоль стен, пара тусклых лампочек в углах и с десяток едва заметных дверей с выцветшими табличками на них. Ещё приходилось постоянно пригибаться, дабы не биться головой об бетонные выступы.

- Что-то ищешь, сынок?

От неожиданности я вздрогнул и развернулся, нос к носу столкнувшись с щуплым, но высоким седым дедулей в синей робе.

- Туалет ищу, отец. Только, заблудился, видать.

- Не, ты всё правильно идёшь. - На его лице отразилось понимание. - Метров пять ещё вперёд пройди, там дверь белая будет.

- Спасибо большое.

- Да не за что. - Улыбнулся он редеющими зубами. - Только свет за собой выключай. А то я задолбался лампочки менять - постоянно горят.

- Так светодиодные поставь, не будут перегорать. - Усмехнулся я.

- Ты ещё поучи меня, сопляк! - Проворчал дедуля. - Хто ж мне на них денег дасть?

- Неужели начальство такое жадное?

- Начальство... - Прокряхтел он, заходя в свою каморку и доставая сигарету. - Начхальство это, потому что на всё им начхать! Да ты заходи, сынок, покурим хоть, у меня тут вытяжка стоит хорошая!

Блин! Свалился же мне на голову этот дед! Не то, чтобы меня время поджимало, но хотелось закончить дело поскорее. А это старшее поколение сейчас как присядет на свободные уши, так потом хрен отцепишь! И ведь не пошлёшь его куда подальше - всё-таки, он мне в деды годится, да и не сделал мне ничего плохого.

- Да ты не стесняйся, заходи! Только дверь закрой, а то в коридор натянет, опять Валентиныч мозг проедать будет!

Пораскинув секунду мозгами, я кивнул и зашёл внутрь. Скинул рюкзак на пол, достал из кармана "Мальборо", взял одну себе и протянул пачку деду, разминавшему пальцами папиросину "Беломора".

- На, отец, угостись нормальными.

- Нормальными... - Прокряхтел он, закуривая от спички. - В этих ваших "мальборах" буржуйских один кизяк намешан, табака нет вообще!

Я усмехнулся, махнул на него рукой и молча закурил. У меня дед такой же был - ворчливый, упёртый, но не злобный.

- Так вот, - дедуля продолжил свою речь после пары затяжек, - я говорю начхать у нас всем и на всё! Вот ты говоришь, лампочки! А мы уже десять лет трансформатор поменять не можем! Он уже на ладан дышит, мы его чиним ещё как-то, но он вот-вот накроется медным тазом! Уж помяни мои слова!

Я лишь улыбался, давая пожилому электрику выговориться. Было видно, что у него уже давно накипело, а я своими лампочками будто чеку из гранаты выдернул. Но в следующую секунду мою улыбку как ветром сдуло. Прогремел приглушённый взрыв, с потолка посыпалась побелка, а свет замерцал и выключился. В углу под потолком каморки тускло зажглась красная лампочка.

- От, блядь! - Выругался дедуля, туша сигарету. - Пизданул всё-таки!

Он торопливо нашарил на столе фонарик, схватил и повесил на плечо сумку с инструментами и умчался во тьму коридора. Я же, уловив на грани слышимости громкие крики со стороны зрительского зала, опрометью кинулся к рюкзаку и начал обращаться в свою "броню".

***

Артисты выступали действительно хорошо! Вначале на арену вышел крупный, усатый конферансье, поставленным голосом с лёгким акцентом начал приветствовать публику, попутно рассказывая о масштабе грядущего зрелища. В это время оркестр играл энергичный джаз, задавая ритм всему действу; гимнасты, жонглёры, клоуны и силачи, фокусники и акробаты - все ходили в ярких нарядах по круглой арене, лучезарно улыбаясь и привлекая внимание детей и взрослых. Приветствие закончилось, первым номером объявили гимнасток. Три хрупкие, тоненькие девочки не больше семнадцати лет на вид, невероятно изгибая свои тела под немыслимыми углами, раз за разом срывали аплодисменты. Подарив в конце воздушные поцелуи, они низко поклонились и убежали за кулисы. Сразу после них, на освещённую единственным лучом прожектора вышли клоуны.

Геннадий Петрович забыл всё своё изначальное недовольство и будто вернулся в детство, искренне хохоча и аплодируя каждой выходке рыжего и каждой неудаче белого. Рядом с ним так же радостно смеялась Лариса Николаевна, его единственная и чистая любовь и верная супруга. Уже давно, очень давно им не было так хорошо и легко. Точнее было, но не одновременно. А тут прямо как в молодости, цветы, совместный поход, радость, романтика... Всегда бы так.

- Поприфестфуйте Луи и Мориса! - Заговорил конферансье, когда клоуны убежали за кулисы. - Ох, дафно йа не слышаль таких громких аплодисментоф! Но поберегите фаши руки, ведь сейчас на этой арене фы уфидите нечто нефообразимое! Встречайте...

В этот момент здание немного тряхнуло. В центре манежа, прямо на красном полотне образовалась небольшая дыра. Она быстро расширилась, послышался треск разрываемой ткани, и из образовавшегося провала показалась лысая голова.

- Ничего себе! Во дают! - Услышал Геннадий Петрович, удивленный шепот соседа сбоку. - Никогда такого появления еще не видел!

Капитан присмотрелся, напрягая подсевшее за годы зрение, увидев-таки короткие заостренные уши и безносое, искаженное лицо. Голова юркнула обратно, чтобы через секунду вновь показаться снаружи, но уже полностью, с телом. Мощные лапы со странными, широкими пальцами, короткая шерсть... Он уже видел такую тварь, совсем недавно! И он нисколько не поверил в то, что это собака!

- Ни хрена себе!

- Что это такое?

- Фу, какая мерзость!

- А разве цирки с животными не запретили?

- Лариса! - Тронул капитан супругу за плечо левой рукой, кладя правую под пиджак, на рукоять верного ПМ. - Лара, мы уходим!

- Гена, ну ты чего? Интересно же!

- Лара...

Здание Национального Цирка снова тряхнуло, свет замерцал, раздался взрыв, пол арены разворотило, наступила темнота.

- Лара! - Капитан схватил жену под локоть и начал выводить в проход между рядами. Женщина уже была достаточно напугана, чтобы не сопротивляться.

Внезапно из дыры полился синий, холодный свет, в котором наружу вылетали смазанные тени. Множество теней. От первых рядов послышались панические крики. И странные хлюпающие звуки. Оценив ситуацию, Васильев решил, что вниз идти не стоит, и побежал вверх, утягивая за собой свою благоверную, в надежде вывести её и обеспечить проход остальным через технические помещения. Впервые за много лет капитану стало по-настоящему страшно.

- Приветствую, смертные. - Раздался холодный голос из центра манежа. - Не вставайте, вам же проще будет, если останетесь на месте.

Ноги капитана будто примёрзли к полу, Лариса тоже не могла сделать ни шагу. Обернувшись, он увидел, как из провала в полу, окутанный синим сиянием, поднимается человеческая фигура. Весь в черном, голова, закрытая капюшоном, опущена вниз, но по позе видно, что он очень собой горд. В неверном синем свете ему почудилось, что за спиной Чёрного раскинулись чёрные кожистые крылья, как у летучей мыши, только будто сотканы из дыма. Все чувства капитана вопили о том, что нужно бежать, но сдвинуться с места он не мог.

Фигура, зависшая в воздухе, попыталась сказать ещё что-то, даже послышался первый звук, но со стороны одного из боковых входов оранжевым росчерком вылетел какой-то светящийся объект, и тут же всё вокруг утонуло в слепящем белом свете. "Светошумовая" - успел подумать капитан, пытаясь закрыть лицо супруги.

***

Выбежав в зал, я с ходу запустил свой самый яркий "светлячок", на который был способен. Хорошо, что успел повернуться спиной, ибо бахнуло очень даже хорошо, даже я "зайчиков" нахватался. Мгновенно развернувшись, я снова активировал потушенное на секунду зрение и рванул внутрь. Ну что ж, возьмем на заметку - эффективность "вспышки" пятьдесят процентов. Из примерно сотни увиденных мной наспех тварей, мечущихся по залу, около половины валялись, растирая морды своими руками, лапами, когтями, щупальцами и псевдоподиями. Несколько собак, сразу же получив по своей порции моего тёмного пламени в бок, не обратили на свет никакого внимания, продолжая копаться в кровавом месиве на первом ряду сидений. Фу, бля, лучше отвернусь!

Еще я успел увидеть штук восемь аккуратных, дымящихся кучек пепла. Значит у некоторых тварей аллергия на свет, так и запишем!

Лич больше не висел над сценой, изображая тёмного Джизеса, а катался по полу, шипя и потирая глаза. Ничего, приток энергии у него сейчас мощный, регенерирует! Я запустил еще несколько светляков к потолку, уже не таких мощных, но достаточных, чтобы осветить помещение.

Мать моя Афина! Я определенно ошибся в подсчетах! Монстров было куда больше, чем я увидел! Да, часть из них тоже ослепла, но другая, большая часть уже пускала слюни, разглядывая мою тушку. Действуя по наитию, я направил силу в свои голосовые связки и мой голос прогремел на весь зал:

- Хуле расселись?! Валите нахрен!

Весь зал, около двух тысяч человек будто отошли от оцепенения и в едином порыве, сдабривая образовавшийся хаос своими паническими воплями, ломанулись в проходы.

Монстры среагировали чуть быстрее - мой крик сработал для них как команда "фас". Они сорвались с мест и бросились в мою сторону, громко рыча и вспарывая когтями обивку кресел. Я быстренько подхватил телекинезом кусок бетона и приложил им по голове ворочавшегося рядом Лича - отдохни, красавец, мы с тобой позже поболтаем.

Первую волну я встретил веером синих фаерболов, оттолкнул пыхтящее сзади создание телекинетическим "толчком", увернулся от летящего в лицо черного смолянистого щупальца, схватил его разогретой ладонью и, поднатужившись, оторвал нахрен. Ещё пара уворотов, "толчок", фаерболы, стена пламени, смачный удар с правой в искажённую морду...

- Эш, сзади!

Развернувшись, взмахнул рукой и полоснул подошедшую сзади трёхметровую дылду, на вид будто из дерева, по корпусу острым когтем на конце того самого щупальца. Добавил в след двойную порцию тёмного огня и, заметив, как Буратино-переросток загорается, снова развернулся. В бегущих мне навстречу трёх "собак"-трупоедов влетел мощный фаербол, размером с шар для боулинга, расшвыряв их как котят. А, так вот, кто мне кричал! Сбоку в поле моего зрения вышла Эмбер, поливая огнём какую-то черную медузу. Спину ей прикрывала Салли, она же Ира, отстреливаясь от довольно приставучей твари.

- По работе уехал, значит?! С Виталиком?!

- А вы тут какого хрена делаете?!

- Ребята, может вы потом поссоритесь? - Пискнула Ира, поджаривая сразу двух смолянистых "осьминогов".

- Ладно, дома поговорим! Берегись!

Ещё рой фаерболов прошел впритирку с головой девушки, после чего она таки отвела от меня укоризненный взгляд и снова занялась ксеноцидом.

Народ кричал, толпился в проходах, но всё пытался спасти свои жизни. Многие попали в лапы тварей. Я успел заметить с десяток высушенных трупов, ещё несколько кровавых луж и одну оторванную руку. Чёрт, надо было всё-таки сообщить о минировании, или не задерживаться так долго! Хрен бы с ней с полицией, хоть жертв меньше было бы!

В очередной раз я увернулся от летящих мимо когтей, как меня с силой бросило вперёд сильным ударом сзади. Не сильно больно, но губу разбил. Сплюнул кровь и увидел, как она прожигает под собой красное полотно арены. Мать твою, что там Кенни начудил?! Додумать я не успел - почувствовал сильную боль в плече, а мои ноги оторвались от земли. Меня подхватила огромная дымчатая сова, подняла в воздух и, заклекотав от жжения в лапе, попыталась клюнуть. Её намерения прервал громкий хлопок выстрела снизу, голову её, не нанеся особого урона, прошила пуля, но птица не отпустила хватку. Покружив меня под куполом, она, не прекращая крика боли, продолжала сжимать когти. Снизу раздалось ещё несколько хлопков выстрелов - слава Ктулху, не в мою сторону! Я всё-таки смог побороть шок и выпустил тьму - клёкот птицы приобрёл панические нотки, и она решила, что эта добыча ей не по клюву. Пол резко устремился мне навстречу.

С громким матом и звоном железа я рухнул на оркестровую площадку, подмяв под собой барабанную установку. С кряхтением встал, окончательно сбил вопящую сову прицельной молнией и выпустил несколько тёмных фаерболов в ближайшую тварь, загнавшую в угол перепуганную молодую мать с годовалым ребёнком.

- Крокодил, ты как? - Донёсся до меня крик снизу.

- Твою мать, капитан, ты меня преследуешь?! - Я едва дотянулся телекинезом до твари, заходящей в спину к нему и какой-то женщине, и оттолкнул её в сторону пиромантов. - Не геройствуй, выводи людей!

- А ты, значит, не геройствуешь?! - Он всадил ещё два патрона в голову кладбищенской собаки и спрятал опустевший пистолет.

- У меня патроны бесконечные! - Я добил тварь одним синим сгустком. - Выводи людей!

На секунду мне показалось, что твари не закончатся никогда. Они всё пёрли и пёрли, выползая из-под лавок, выпрыгивая из дыры в полу или падая на головы с потолка. Я уже начал выдыхаться. Моя тёмная сторона уже давно перенасытилась смертями и недовольно ворчала внутри, нехотя выплёвывая очередные сгустки синего огня. Усталость свинцовым грузом давила на плечи, пластины на левой стороне черепахи оплавились от моей горячей крови и противно воняли пластиком. Спинная защита почти отказывалась нормально сгибаться - видимо пара пластин сплавились в один кусок. Плохо дело! А ведь прошло от силы минут восемь, ещё даже "светлячки" мои не догорели! Как дальше отбиваться?

- Эмбер! Шторм на седьмой сектор!

Огненная буря обрушила свой гнев на указанные мной ряды, опустевшие от людей, но полные монстров. Запах палёной шерсти, вой, горелая плоть и рычание будто слились в единый комок. Заняв высоту, я получил тактическое преимущество, раздавая указы пиромантам и поливая синим огнём отдельные, особо опасные цели. Под куполом уже скопилось немаленькое облако дыма, дышать было трудно, да и жара мешала думать.

- Салли! Контроль дыры!

Две струи чадящего оранжевого огня устроили новым разномастным тварям, вылетающим из дырки в полу, настоящий Вьетнам. Мать твою, Лич, сколько ты их призвать успел?! Кстати, где он? Ага, вот, лежит под обгорелой тушей ещё одного "буратины". Вот там и лежи, сволочь! Когда же эти твари уже закончатся?!

Тут, как будто кто-то услышал мои молитвы: поток свежего ветра ворвался в зал, закрутился смерчем и сорвал к чертям крышу здания и вынося наружу скопившийся дым; монстры замерли на месте, из их глаз повалил до боли знакомый фиолетовый дым. Поводив взглядами вокруг, твари увидели себе подобных и, издавая злобное рычание, клёкот и шипение бросились друг на друга. Окинув оком арену, я увидел высокого блондина, пробивающегося сквозь толпу к арене цирка, ведя за собой злого Самума, грозно шевелящего густыми бровями. Перепрыгнув бортик оркестровой площадки, я шустро сбежал вниз по боковому проходу.

- Я не опоздал? - Без тени улыбки на лице поинтересовался блондин.

- Не думал, что скажу это, - хлопнул я его по плечу, - но рад тебя видеть! Тебя тоже, генацвале!

- Гамарджоба! - Прорычал Самум, обводя взглядом зал.

- Ты как?! - Катя кинулась ко мне, осматривая плечо.

- Жить буду. - Поморщился я. - Вы с Самумом лучше сходите за кулисы, проверьте, нет ли там тварей и помогите выбраться артистам. Ира, прикрой Алекса здесь.

Секунду посомневавшись, блондин кивнул, подтверждая мои слова, и мужчина юркнули за красный бархат занавеса. Я оглядел манеж в поисках одного конкретного тела, но ничего, кроме кучек пепла и кусков бетона не обнаружил. Однако, мой "подсвеченный" взгляд выцепил несколько капель крови, ведущих к дыре в полу. Сука, проморгал!

- Ты их контролишь? - Указал я взглядом на дерущихся насмерть монстров.

- Пока да. - Немного напряжённо проговорил блондин. - Но с ними сложнее, чем с людьми, не могу далеко отойти.

- Хер с ним. Салли, контролируй фланги! - Два сгустка тьмы влетели между жвал трёхметрового богомола, сожравшего голову собрата и обратившего внимание на молоденькие мясо.

Я подбежал к дыре в полу, пустил туда одну за другой в разные стороны пять "вспышек" и, дождавшись, пока они взорвутся, ещё с десяток небольших "светлячков". После этих приготовлений я снова зажёг свои глаза и спрыгнул вниз с трёх метров в колючую холодную тьму, едва не напоровшись лицом на кусок арматуры при приземлении.

Быстро огляделся: круглое помещение с десятком ответвлений, несколько стеклянных шкафов, куча мусора вокруг, какое-то тряпьё... а ещё обломки металлических двухъярусных кроватей, большая часть которых, судя по всему, пошла на некое подобие трапециевидного алтаря в дальнем конце комнаты. На этой конструкции лежала обычная бетонная плита, исписанная какими-то рунами.

- Ты всё-таки нашел меня... - Произнёс надменный голос, раздающийся, кажется, отовсюду.

- А ты всё так же от меня прячешься. - Криво улыбнулся я.

Резкий порыв холодного, пронизывающего ветра ударил мне в лицо, заставив на шаг отшатнуться. Я напряг зрение и увидел несколько толстых пульсирующих красных нитей, идущих сверху в одну из комнат впереди. На проверку швырнул в проход пару взрывных фаерболов. На миг они высветили темный силуэт недружественного мага.

- Наивный! - Рассмеялся голос.

Огонь, как я успел рассмотреть, даже не коснулся его тела. Так же, как и россыпь волна тёмного огня, пущенная следом. Защищается, падла! Даже "щупальца" моего телекинеза умудрился с себя сбросить, не давая выдернуть себя на открытое пространство. На всякий случай я уплотнил перед собой воздух, до отказа напитав его своей силой, и решил попробовать дипломатию:

- Слышь, Гюльчатай! Ты выйди на свет да открой личико! А там, глядишь, и поговорим, как цивилизованные люди!

- Люди?! - Голос опять зашёлся хохотом. - Ты же и сам понимаешь, что мы точно не люди!

Я глубоко вдохнул, выдохнул и, собравшись с силами, произнёс:

- Саня! Вобла, выходи, я знаю, что это ты! - Я решил использовать его школьную кличку. - Вобла, это ж я, Философ!

- С-сёма? - Холодный голос Лича приобрел другие, более тёплые интонации. - Чё за бред? Это ты?

- Я. - Улыбка сама собой наползла на лицо. - Выходи уже, братишка, говорить будем! Пободались, и хватит!

Осторожно, держа наготове сгусток вязкой чернильной дряни, парящий в руке, Саша вышел на свет. Это был он! Точно он, других мнений и быть не может! Те же черты лица, пусть и сильно исхудавшего, те же стянутые металлическими скобами шрамы, оставленные летящим на красный свет "Гелендвагеном"...

- Сёма, это и правда ты? - Он дождался моего кивка. - Докажи!

- Мы в девятом классе поспорили, у кого длиннее. Я до сих пор должен тебе восемнадцать с половиной "сникерсов".

- Семён! - Чернильная клякса "всосалась" в его руку. - Но как?!

Он подошёл ко мне вплотную, по-братски обнял и, держа за плечи, развернул к свету и осмотрел меня с ног до головы.

- Как ты так изменился?!

- Долгая история. - Хмыкнул я, отстраняясь и закуривая. - Сначала книжку твою почитал на ночь глядя, потом умер, меня кремировали, и я вселился в этого чувака. Это если коротко.

- Мою книжку? - Изогнул он бровь, плавно приближаясь.

- Ну да. - Пожал я плечами, так же плавно пятясь назад, сохраняя дистанцию. - Ту, что ты на барахолке перед аварией купил. Мне её Наташка передала.

- Сёма! - С ноткой паники сказал он, резко приблизился и вцепился мне в черепаху. - Эта книга - зло! Зло в чистом виде!

Я инстинктивно продолжил пятиться, пока мой безумный друг наседал на меня всем весом.

- Из-за неё я прыгнул под машину! Это она сделала меня таким! Я из-за этого голоса в голове чуть Нату не убил! Уже после своей смерти, Семён! Её нельзя читать! Нельзя! Никогда и никому!

- Зачем же ты её забрал?

- Я хотел уничтожить её! Она не должна существовать!

- Ну да, я вижу, ты неплохо справляешься! - Краем глаза я увидел, как жгуты жизненных сил, передаваемые ему сверху, постепенно редеют над головой Тёмного. Мои бойцы работают, это радует.

- Семён, это... Это не так просто! Она подчиняет себе, шепчет всякое, затмевает рассудок!

Я упёрся задницей в алтарь. Попытался оттолкнуть от себя Сашку, вывернуться из его хватки, но не успел. Его глаза загорелись синим, мертвецки холодная ладонь легла на лицо, с нечеловеческой силой придавливая голову вниз. Мои руки примёрзли к бетонной плите этой странной конструкции, ноги отнялись, также намертво приставая к полу. Лич сорвал с моей груди защитные пластины и тут же получил "толчком" в грудь. Расслабился, сучара, и проворонил атаку!

Я попытался, было, разогреть руки и отлепить их от холодного бетона, но вышло из рук вон плохо - тёмный алтарь впитывал в себя мою силу как губка. Ладно, побарахтаемся и так! Лич уже поднялся на ноги, достал из-за пояса странный волнистый кинжал с богатой рукоятью из золота и самоцветов и двинулся ко мне. Тьма вокруг начала сгущаться, уплотняться, промораживать всё на своём пути... Говоря мягко, мне стало совсем некомфортно.

- Ты почти сорвал мне ритуал, наивный мальчик. Но это ничего, в тебе много силы, за твой счёт я легко закончу начатое.

- И что же именно? - Прохрипел я, всё еще дергаясь в попытках вырваться?

Всё, чего я пытался добиться этим диалогом - оттянуть время. А дальше одно из двух - либо подоспеет кавалерия... Хотя не хотелось бы подставлять под удар Катю и остальных. Разве что Алекса - уж ему бы стоило поднапрячь пятую точку дабы отмыть грехи!

- Оживить это тело. - Даже с ноткой удивления проговорил Лич. - Для начала. - Легким взмахом ладони от отправил мне в лицо сгусток той самой смолы, залепившей мне рот.

Я дёргался, пытался что-то наколдовать, чтобы выбраться - заклинание Тёмного надёжно придавило меня к алтарю. Клубящаяся тьма тянулась ко мне своими щупальцами с синими прожилками, обращая в прах мой "доспех" и одежду, промораживая плоть до костей... Я вновь попытался воздействовать телекинезом, но пара взмахов кинжала помножили мои попытки на ноль. Ну нет, я так просто не сдамся.

- Не дёргайся! - Он явно растягивал удовольствие, наблюдая за моими потугами. - На всё, что ты умеешь, у меня давно припасён свой ответ. Не утруждай себя попытками, просто расслабься.

На секунду замерев, я обратился к своей силе - будто в том самом беспокойном сне, я мысленно оказался посреди иссиня-чёрного озера у единственного источника тепла и света, у маленького оранжевого огонька. Как и в том сне, я раздул эти угли, разжёг в себе Свет, насильно примиряя его с Тьмой. Открыв глаза, я выпустил эту гремучую смесь наружу. Тьма, чужая и холодная, в один миг отступила, чёрно-оранжевая волна пламени прокатилась по комнате, заставляя Тёмного скривиться и притормозить. К сожалению, львиная доля моей силы снова ухнула в алтарь, присосавшийся ко мне, будто пиявка. А я же едва удержал сознание на грани обморока - настолько эта попытка была для меня тяжела.

Тёмный, в свою очередь, почти не сбился с шага - прибавив темп, он пересек разделяющие нас пару метров и с силой вогнал сорокасантиметровое лезвие мне в живот. От боли из моих глаз брызнули слёзы, тело свело судорогой, примёрзшая под неудобным углом к полу нога хрустнула в голени и сломалась. Острие клинка скребнуло по позвоночнику и вышло из спины, вонзаясь в плиту подо мной. Кричать я не мог - только сдавленное мычание

Силы начали активно меня покидать, что Лича только радовало, судя по его гаденькой ухмылке. Он обошел меня сбоку и потрепал по волосам, пока моё зрение постепенно затухало.

- А ведь память твоего дружка была довольно интересной. Я любил её пересматривать.

Мой рот наполнился кровью, которая моментально прожгла черную смолу.

- Больной ублюдок! - Прохрипел я.

Рана начала болеть ещё сильнее. Я скосил глаза вниз и увидел, как золото с рукояти начало плавиться и капать на кожу, сам клинок уже раскалился докрасна от моей крови. Новая порция боли немного меня взбодрила. Не спать! Сосредоточься, Эрик, борись до конца! Ты же можешь! Никто кроме тебя не сможет! Больше некому!

- Ух ты, какой упёртый! - В голосе Лича проступила насмешка. - Давай мы тебе поможем...

Он схватился за рукоять кинжала, но одёрнуть руку уже не смог - мало того, что кожа мгновенно прикипела к раскалённому металлу, так еще и я сдавил его пальцы телекинезом. Сразу за этим последовал "толчок". Но не снизу-вверх, отбрасывая Лича, а наоборот, сверху вниз. Тёмный, не ожидая подобного трюка, упал на меня, навалившись всем телом на рукоять и вгоняя острие ножа в плиту. Алтарь долю секунды сопротивлялся, но всё же треснул, резко прекращая пить мои силы. Предпоследняя нить энергии над головой Лича растаяла.

В этот же момент я, напрягаясь изо всех оставшихся сил, плюнул горячей кровью в глаза Тёмному и сгенерировал на теле такой заряд электричества, какой только мог. Лич дёрнулся, заорал, но не смог оторвать прилипшую к рукояти руку. Ещё разряд! Ещё! Почувствуй мощь тёмной стороны! Почувствуй мощь, сука! Его отбросило на пару метров назад, а мои руки и ноги наконец стали свободны.

- Пидорасина... - Прохрипел я, скатываясь на пол.

Кафель больно ударил по лицу, тело вновь свело судорогой от боли в ране. Будто улитка из ада, оставляя за собой горячий скользкий след из крови, я, подволакивая сломанную ногу, полз в направлении упавшего соперника, всё ещё конвульсивно дёргающегося на полу. Давай! Ещё немного! Ещё пару метров! Не закрывай глаза! Не засыпай! Работай, бля, солнце ещё высоко!

- Бля-а-а-а...

Крик боли едва не порвал мои голосовые связки, когда я напоролся рукояткой, торчащей из живота, на что-то твёрдое. Я попытался выдернуть клинок из раны - не тут-то было! Если с раскалённой рукоятью я справился, кое-как охладив ладонь, то с самим клинком нет. Он будто вцепился в мою плоть, не желая выходить из раны.

"Он не выйдет, пока не убьёт тебя. Пока не выпьет твою душу" - прозвучал в голове знакомый голос.

- Б... Богдан? - Наконец дошло до меня.

"Да. Я помогу."

- Не надо!

"Клинку нужна душа. Я дам тебе шанс."

- Но... Зачем?

"Как ты дал шанс мне."

- Но я... Я убил тебя!

"Я не боролся за свою жизнь - ты боролся за нас обоих. Я не мог себя заставить увидеть мир за стенами квартиры - ты показал мне даже больше. Я не виню тебя. Я благодарен."

Голос затухал с каждым словом, будто отдаляясь, истаивая, а кинжал, напившись, со звоном упал на кафель. Я с огромным трудом, зажимая рану рукой, встал на колени. Невзирая на адскую боль, грозящую отправить меня в нокаут, взял кинжал в руки и присмотрелся к нему поближе: тонкая красная ниточка, пульсируя тянулась от рукояти к Личу. Кинжал переваривал поглощенную душу и делился пищей с хозяином. Эта нить оставалась последней. Сосредоточившись, я разогрел клинок как можно сильнее, вкладывая в это дело почти всю свою ярость, и с почти физическим наслаждением пронаблюдал, как лужица расплавленного металла стекает на пол. Последняя нить подпитки оборвалась.

Левую руку жгла моя же кровь, тело ломило, голова шла кругом, в глазах темнело... Я едва дополз до тела своего бывшего друга. Ему хорошо, он в отрубе, пока я тут медленно подыхаю...

- Прощай, Санёк... - С трудом выдавил я, кладя светящуюся синим ладонь ему на лицо. - Покойся с миром.

Тело Лича выгнуло дугой, мелко затрясло и, наконец, расслабило. Я убрал руку и увидел, как из его рта вылетают два облачка: белое с бирюзовым отсветом зависло на секунду и устремилось вверх, сквозь потолок; и грязно-серое с маслянистыми разводами, покружив по комнате, осело на книге в изголовье алтаря. Филактерий! Алекс был прав!

Откинувшись на спину, я потянулся за книгой телекинезом, но притянуть не успел - меня скрутил приступ кашля. Отхаркнув кровь на задымившуюся кучу тряпья, я снова потянулся за ней, но на сей раз она шлёпнулась на полпути.

- Эш! - Донеслось сзади из одного из ответвлений комнаты. - Эш, ты где?!

В зал, ярко осветив его двумя огненными шарами, вбежали четыре размытых силуэта - я уже едва мог различить хоть что-то. Надо же! Я и не заметил, как мои "светлячки" погасли... Веки сами собой закрывались, отрезая меня от мира.

- Эш! - Меня похлопали по щекам, немного приводя в чувство. - Эш, не спи!

- К... к-к... - Едва прохрипел я.

- Да, это я, Катя... - Размазав слёзы по щекам, всхлипнула девушка. Я замотал головой.

- К... - Я вытянул палец вперед. - К-кни-га... Д-дай...

Ира шустро подхватила её с пола и положила рядом со мной, пока Эмбер зажимала грязными тряпками мою рану.

- Эрик! - Настороженно начал Алекс.

Из последних сил, подпитываемый эмоциями и надеждой окружающих, я зажёг на трясущейся ладони крохотный синий огонёк и поднёс его к проклятой макулатуре. Она моментально вспыхнула и в пять секунд обратилась невесомым пеплом. Вылетевшее из неё грязно-серое облачко я успел схватить всё ещё светящейся рукой и сжать в кулак. Краткий миг сопротивления, и от Лича ничего не осталось.

- Сдохни, Том Реддл. - Прохрипел я, закрывая глаза.

Мягко, мягче чем обычно Тьма приняла меня в свои объятия. Уже погружаясь в неё с головой, я будто сквозь вату слышал отдаленное:

- Держись, Эрик! Ава в пути, только не засыпай! Только не зас...

Эпилог

- Гена! Гена, что случилось?!

Женщина вскочила с парапета, на котором сидела последние десять минут.

- Всё хорошо, не волнуйся! - Успокоил её подошедший капитан. - Всё уже кончилось.

- Но что там произошло?

- Трансформатор взорвался, старый уже был.

- Странно... Ничего не помню...

- Так бывает от шока, Лара, все уже прошло.

Геннадий Петрович обнял свою жену и уставился вдаль. Его голова взрывалась от вопросов. Кто эти люди? Что они натворили на самом деле? Правда ли, что тот блондин действительно мог стереть ему память? Ну, судя по Ларисе и окружающим - правда. А вот правильно ли он сделал, что отказался? И почему блондин дал этот выбор только ему?

- Знаешь, Лариса. Поехали домой, а? Ну его к монахам, этот Киев... Лучше дома на шашлыки сходим, к сестре твоей на дачу съездим... Да?

Женщина лишь часто закивала в ответ, уткнувшись заплаканным лицом в плечо мужа.

***

- Ой ты дурак... - Протянула Роза, дослушав рассказ брата. - Какой же ты дура-ак...

- Сам знаю. - Буркнул он, отворачиваясь в окно.

- В следующий раз, прежде чем вытворить какую-то... несуразицу, - она всё-таки сдержалась и подобрала цензурный вариант, - обсуди это со мной. Хорошо?

- Идёт.

Алекс встал с кресла, поправил строгий черный пиджак и протянул руку, помогая подняться сестре.

- Идём, нас уже ждут.

Выйдя из дома, они прошлись по лесу в сторону небольшой полянки, на которой уже всё было готово. Стояли несколько стульев, горели переносные светильники, собрались "одаренные". Почти в полном составе. Никто за пять минут не произнёс ни единого слова.

- Спи спокойно. - Проговорил Алекс, бросая две гвоздики на крышку гроба на дне могилы. - Ты не заслуживал такого.

Остальные повторили его жест за ним. Мири, выйдя чуть вперед, взмахнула руками. Огромные корни деревьев обвили гроб будто в кокон и утянули поглубже в землю. Еще один взмах, и провал могилы сомкнулся, порастая свежей молодой травой.

- Он сказал тебе хоть что-то напоследок? - Шепотом спросила брата Роза. - Когда вернётся?

- Не знаю. Попросил только друга похоронить. - Поджал губы блондин, пока на месте могилки прорастала свежая зелёная травка, окончательно маскируя вскопанную ранее землю.

***

- Эй, Натаща! Давай знакомица!

Молодой, поджарый турок в льняных шортах и расстегнутой рубашке подошел к девушке, активно маша рукой и улыбаясь во все тридцать два отбеленных зуба. Рыжеволосая красавица, прикрытая парео, приспустила солнцезащитные очки, утомленно закатила глаза и откинулась обратно на шезлонг. Это был уже двенадцатый подкат за три дня отдыха.

- Слушай, мужик, шёл бы ты с другими знакомиться, а?

- Эта мужь твой, да? - Улыбнулся турок еще шире. - Злой такой, нэ лубит тебя, наверна! Пащли са мной, я тэбя сильна лубит буду!

- Нет, не муж. - Улыбнулся Виталик, приподнимаясь на одном локте и с интересом наблюдая за развитием событий. Эта часть была его любимой.

- А-а-а, парэн, да?

- Нет, не парень. - Улыбнулась Катя в ответ, тем самым подзадорив турка.

- А пащиму такой красывый дэвущка, и бэз парэн?

- А он за напитками пошел. - Мурлыкнула она, переводя взгляд за спину молодого человека.

Турок с интересом в глазах улыбнулся, обернулся по направлению взгляда и едва не столкнулся с высоким, накачанным мужчиной, держащим три запотевших бутылки пива в одной руке. Почти всё его тело было покрыто тонкими, ветвистыми серыми линиями, повторяющими венозный рисунок, а на животе отчетливо виднелся большой свежий шрам. Улыбка слетела с лица турка, когда он посмотрел в глаза мужчины, будто бы блеснувшие пугающим синим светом.

- Э-э... Извыныте... Йа-а ощибся...

- Слабенький попался в этот раз. - Хмыкнула Катя, глядя вслед активно уходящему вдаль молодому человеку.

- Да, прошлый даже спорить пытался. - Усмехнулся Виталик.

- Вот вам смешно, а я себя каким-то пугалом чувствую. - Недовольно буркнул Эрик, укладываясь на свой шезлонг и открывая пиво. - Говорил же вам - к хренам эту Турцию.

- Правильно. - Поддержал Виталик. - В Таиланд надо было лететь!

- Угу. И тогда приставали бы к нам, а не к Эмбер.

- А куда бы ты хотел? - Повернулась к нему девушка.

- На Гавайи. - После пары секунд выдал Эш.

- И что бы ты там делал?

- Отрастил бы длиннющую бороду, открыл бы бар "Одинокая Гора" и повесил бы табличку "Dwarves are Welcome"! [(Англ.) Карлики/дварфы, добро пожаловать!]

Он достал из поясной сумочки длинную сигару, надкусил кончик и закурил от огонька на ладони, выдыхая облако серого дыма. Весёлый тёплый ветер сорвал с сигары несколько частичек пепла и понёс на север, туда, где Эш обрёл свой новый дом и новую семью.

Content

Фоменко Игорь Васильевич
Пепел: Мир праху моему

1. Что нас не убивает...

2. Лекарство от изжоги

3. ... делает нас сильнее.

4. 451RF

5. Поддай жару

6. Пыль дорог

Следы на песке

8. Тлеющие угли

9. Встаньте, дети, встаньте в круг...

10. Вспомнить всё

11. Виновник торжества

12. Антивирус

13. Новые старые шрамы

14. Тили-тили-бом...

15. Скованные одной цепью

16. Самокопание

17. Leiche mit Uns

18. Впервые на арене

Эпилог